Пролог

Получить второй шанс в жизни не сложно. Достаточно просто изменить себя. И начать нужно с понимания того, чего вы действительно хотите. Сейчас я как раз нахожусь в этом моменте. Я как никогда ясно представляю, чем хочу заниматься и как именно хочу жить.

К сожалению, это понимание пришло ко мне на пороге смерти. Говорят, за миг до гибели вся жизнь проносится у людей перед глазами подобно киноленте. Но, видимо, у меня слишком много нереализованных желаний. И я, задыхаясь, будто вот-вот испущу дух, всё равно мечтаю о другом будущем…

Но ничего не поделаешь. Возможно, я чудом выживу. Может быть, кто-то появится и возьмёт меня за руку, словно принц… Принц. Да, это одно из моих желаний. Я мечтаю о принце. Можете ругать меня за нехватку самостоятельности и за пустые мечты.

Ещё в детстве, когда в сказке появлялся принц, моё сердце начинало учащённо биться. Но я же мужчина, поэтому не мог рассказать о том, что мне нравятся такие истории. Не мог признаться, что, хоть я и мужчина, мне страшно жить в этом мире, и я хочу, чтобы кто-то пришёл и спас меня. Я не мог быть робким и показывать свой страх, ведь я мужчина…

Я загнал себя в рамки, установленные обществом, и жил, подстроившись под них. Причём жил я довольно неплохо. Но скрывал свою истинную сущность и делал то, что нравилось другим, а не мне.

Но, если я выберусь отсюда живым, то буду таким, какой я есть, даже если меня подвергнут критике. Если я испугаюсь, то сразу скажу об этом. И, даже если надо мной будут смеяться, я всё равно буду с гордостью заявлять, что мне нравятся истории о принцах. Я выпущу на волю все свои фантазии, которые с самого детства крутились у меня в голове. Я признаюсь, что люблю наивные, приторные и слащавые истории. Я закричу, если мне станет страшно. Вместо того, чтобы, стиснув зубы, пытаться вскарабкаться на вершину, я лучше буду жить с комфортом, даже сделав шаг назад.

Если, конечно, я выберусь из этого ада живым…

Это было похоже на офисную сцену из дорамы. Но, если для зрителей эпизод, где разъярённый босс орёт на двух своих подчинённых, может быть интересен, то в реальной жизни это превратилось в трагедию:

— Вы, ребята, вообще хоть на что-то способны? А?! Если у вас есть глаза, посмотрите на это!

Начальник отдела Ким кричал, одновременно хватая папку, лежащую перед ним. Свои несбывшиеся мечты о бейсболе он заменил метанием файлов. К сожалению, в реальности двое его подчинённых ничего не знали об этом виде спорта, поэтому не могли прокричать «Страйк!».

Сотрудник с заурядной внешностью, ростом примерно 175 сантиметров, ловко увернулся. Но его пухлый коллега оказался слишком медлительным, и папка угодила прямо в него. В результате бумаги из этой папки эффектно разлетелись в разные стороны.

— Из-за вас мне единственному досталось от начальства! Знаете, кто держит открытое дело по Бессердечному дольше всех в отделе? Вы, мать вашу, вы! Что, по-вашему, вы здесь делаете? А? Просто получаете зарплату и всё?

Ну да. Они являлись кем-то вроде полугосударственных служащих, поэтому пенсия была им гарантирована. Если, конечно, не совершать серьёзных преступлений…

— Если вы собираетесь работать в том же духе, я отправлю вас в провинцию. Ясно?!

Сотруднику с заурядной внешностью угроза начальника Кима показалась лишь пустым сотрясанием воздуха: он был готов работать хоть на необитаемом острове, лишь бы зарплату платили вовремя. Проблема заключалась в другом служащем.

— Мы постараемся!

Заурядный сотрудник ошарашенно посмотрел в сторону этого громкого звука. Коллега, который обычно работал ещё ленивее, чем он, внезапно его предал. Да что с ним не так? Их девиз ведь: «Работай так, чтобы тебя не уволили». Однако, хотя у них были общие убеждения и взгляды, воля предателя оставалась непоколебимой:

— Мы справимся с тем открытым делом. Серьёзно, начальник. Пожалуйста, поверьте на этот раз.

Сотрудник с заурядной внешностью поспешил вмешаться:

— Нет, подождите-ка. Мы не сможем разобраться.....

— Мы обязательно уладим всё за неделю!

Через секунду сотрудник с заурядной внешностью осознал, что упустил свой шанс. Было уже слишком поздно хватать коллегу за шиворот и утаскивать прочь. Начальник Ким предупредил, скрипнув зубами:

— Если не уладите, клянусь своим именем, я уволю вас обоих.

***

Бах!

В порыве гнева я со всей силы опустил свой стакан на стол.

— Совсем спятил? Ты наговорил такую чушь начальнику только из-за страха, что тебя отправят в провинцию?

Так оно и было. Мой коллега Пён Хи дал это идиотское обещание потому, что действительно испугался перевода в другой регион. Однако в ответ на мои слова он просто отвернулся. Я прикрикнул на парня:

— Что плохого в провинции? В любом случае, для нас это не имеет значения, пока зарплата приходит вовремя!

— Нет. Никакой провинции.

Я опустил руку, боясь, что сейчас брошу в него своим стаканом, и спросил:

— Почему нет?

— В провинциях нет Kukjeon*.

* Kukjeon (Кукджон или KEK) – сокращение от Kukje Electronics Center, международный центр электроники. Иными словами, огромный центр на 24 этажа с товарами: гаджеты, игры, аксессуары и всё, что связано с электроникой. Находится в Сеуле.

— Kukjeon? Место, где ты покупаешь игры и фигурки?

Он кивнул… Чёрт, лучше бы у меня в руке был нож.

— Там есть не всё! Да и подержанные вещи класса «А» нужно забирать сразу, как только приходит уведомление. А с этими веерными отключениями электричества — кто знает, когда я его увижу? Нельзя же просто сидеть и ждать сообщения. Нужно бегать по магазинам и искать самому...

Пён Хи с печальным лицом поднял свой стакан. В наши дни всё приходится делать самостоятельно, так как уже несколько лет запас электроэнергии ограничен. Говорят, что скоро ситуация нормализуется, но, скорее всего, так будет и дальше.

Прошло уже три года с тех пор, как мы пережили хаос, ничем не отличающийся от гражданской войны. И хотя восстановление идёт стремительно, мир уже не такой, как раньше.

Самый большой урон нанесён электроэнергетике — настолько сильный, что пришлось строить новые электростанции, а все объекты, использующие электричество, с тех пор были взяты под контроль. Поставки электроэнергии и до этого были нестабильными, но три года назад ситуация внезапно ухудшилась. Весь мир погрузился во тьму. И, хотя за последние три года всё постепенно вернулось к норме, вечные отключения электричества остались частью повседневной жизни.

— Ёб твою… Так разбирался бы сам! Зачем меня в это втянул?!

— Значит, раз мы в одной команде, то вместе и облажаемся?

— Ну, скажешь тоже. Мы всё уладим.

— Сделаешь за неделю то, что не могли решить почти месяц? Ты же знаешь, что все агентства, с которыми мы работаем, уже отказались!

— Нужно поискать в других местах…..

Другие места... Да кто не искал? Уже несколько недель начальник Ким клюёт нам мозги. Неужели он думает, что мы сидели сложа руки? Мы обзвонили всех, кого только можно. И это при том, что у нас нет возможности весь день пользоваться телефоном и интернетом. А некоторые компании вообще отвечают только по почте, так что мы потратили уйму времени, просто ожидая ответов. Конечно, результат очевиден: ультиматум начальника и чушь от напарника.

— Извини, что рушу твои надежды, но уладить это за неделю невозможно. Знаешь же. Все агентства, с которыми мы связывались, отказались. Они скорее заплатят штраф, чем возьмутся за наше дело.

— На этот раз давай найдём другое агентство.

— Сколько раз повторять. Мы уже связались со всеми, кто теоретически мог бы помочь. И ты всё говоришь «мы», как будто я тоже в этом участвую, но ведь именно ты заварил эту кашу, так что тебе и расхлёбывать….

— Есть ещё два агентства, с которыми мы пока не связывались. По словам ответственного лица компании, они могли бы за это взяться.

Я молча поставил стакан.

— Если ты назовёшь L&Y или FOURKEY, я буду звать тебя тупоголовым дебилом до конца жизни.

Пён Хи молча отвернулся. Я сразу же выполнил своё обещание:

— Эй, ты тупоголовый дебил.

— Ох, бля... И что? Они официально зарегистрированы как компании по охоте на Бессердечных, поэтому должны выполнять государственные квоты. Если у них выполнены ещё не все, то мы как раз можем попросить их решить нашу проблему....

— Кто будет брать квоты на E-класс, который требует много времени и денег? По классу Е или выше правительство заключает контракт напрямую с компанией и разбирается отдельно.

— Ну, по документам это пока что класс C....

— Слухи уже разошлись по всем агентствам.

— ......

— L&Y — самая крупная компания, так что у них уже заключены контракты c властями. Для таких мелких сошек, как мы, квот точно не осталось.

— Тогда давай свяжемся с FOURKEY. Они лучшие в этой отрасли, но персонала у них немного, и они не работают с правительством. Так что, возможно, какие-то квоты ещё остались…

— Ага, и они с радостью закроют их делом Е-класса. Размечтался.

— Давай попробуем. Может быть, они так и сделают...

Пён Хи до последнего не терял надежду… Если уж этот тип начинал упрямиться, остановить его было невозможно.

— Тебе обязательно жить в Сеуле?

— Дело не только в этом. Если мы не решим проблему, нас могут не понизить в должности, а уволить. Ты же понимаешь. Ясно, что это Е-класс, а мы притворились, что не знаем, и решили разобраться с ним как с классом С. В итоге упустили момент и не сообщили вовремя в ответственный отдел из-за медленной работы по делу. И кто, по-твоему, за это будет отвечать? Мы. Они точно свалят всё на нас. Именно нас и уволят.

Я молча наполнил свой стакан. Сейчас только 11 вечера, а хозяин заведения уже сообщил о том, что электричество отключено и вместо него придётся использовать свечи. Видимо, генератор здесь не очень мощный. Зато алкоголь дешёвый.

— По крайней мере, у тебя есть подработка, а у меня нет.

От слов Пён Хи я нахмурился, отпивая из стакана.

— Эй, я почти ничего на этом не зарабатываю. Гроши.

— Зато ты зарабатываешь гроши, занимаясь любимым делом. Я же, оставшись сейчас без зарплаты, не смогу покупать игры. А они — всё, что у меня есть. Если я потеряю и возможность играть… я буду несчастен. По-настоящему несчастен…

Этот парень, кажется, перепил… Из-за перебоев с электричеством заводы закрылись, цены взлетели, и алкоголь стал на вес золота. Но, как говорится, «нет зубов — жуй дёснами» *. Так что люди теперь сами создают то, чего им не хватает, — будь то добыча электричества или производство алкоголя. Вот и макколи*, сделанный самим хозяином, оказался восхитительным. Он был сладким и насыщенным настолько, что мне хотелось пить его всю ночь напролёт, если бы только у меня были деньги…

* Возможно, имелась в виду цитата из корейской дорамы I Do, I Do, сказанная героиней Хван Джоан: «Когда нет зубов — жуй дёснами. Когда нет обуви — ходи босиком. Разве в жизни не так?».

* Макколи (Makgeolli, makkoli) — корейское рисовое вино, которое правильнее называть брагой. Это молочно-белый, немного газированный напиток слегка вязкой консистенции крепостью 6–9% об. с терпковатым сладко-горько-кислым вкусом.

**

Большинство мыслей, которые у меня возникали, пока я в одиночку шёл по ночным улицам после пьянки, оказались бесполезными: как бы я сейчас жил, если бы сделал другой выбор в прошлом, или что было бы, если бы в мире не появились Бессердечные? Не знаю, как насчёт первого, но во втором случае жизнь виделась мне просто прекрасной.

Сейчас все полны тревоги и недоверия из-за того, что даже их близкие в какой-то момент могут сойти с ума и стать Бессердечными, разрушающими всё вокруг и убивающими людей. Если бы Бессердечных не существовало, было бы мирно, да? Все жили бы беззаботно, смеялись и радовались…

Однако такой мир никогда не наступит. В реальности обезумевшие Бессердечные атакуют электростанции, из-за чего электричество подаётся с перебоями. И жить становится ещё тяжелее. Даже само название «Бессердечные» меня бесит. Проблема же с мозгом, так называйте безмозглыми, почему Бессердечные? Я бы предпочёл прозвище Шизомби. «Бессердечный» звучит как-то легко, как человек с разбитым сердцем... Хотя по факту это твари, которые убивают людей, не моргнув и глазом.

Я работаю в Специальном управлении по предотвращению чрезвычайных ситуаций. Мы занимаемся отслеживанием заражённых Бессердечных и оповещаем охотничьи компании, которые их устраняют. Бессердечные разделены по уровням риска от A до G, и я отвечаю за самые низкие. Поэтому никак не ожидал, что на работе могут возникнуть большие проблемы.

Пён Хи говорит, что мне не страшно увольнение, ведь у меня есть подработка. Но там же сущие копейки. Я занимаюсь этим, потому что мне нравится, а не ради денег. Так что, если меня выгонят, мне всё равно придётся искать новую работу, чтобы выжить. Вернее, чтобы продолжать заниматься тем, что я люблю.

— Но, блять, Бессердечный E-класса… Чёрт, ну и говённое же везение. Даже не D…

Я шёл и бурчал, настороженно оглядываясь по сторонам. Электричества не хватает, но с наступлением темноты улицы и здания заливает голубой свет фонарей, а этот свет Бессердечные не переносят. Поэтому ночью иногда действительно безопаснее.

И все же я не ослабил бдительности и держался за фонарик, словно за спасательный круг. Никогда не знаешь, когда и откуда может выскочить Бессердечный, размахивающий ножом. В наше время грабители, маскирующиеся под Бессердечных, тоже встречаются, поэтому фонарик имеет форму длинной палки в качестве средства самообороны.

В него вставляются целых три аккумулятора, которые сейчас стоят целое состояние. Честно говоря, потерять этот фонарик для меня страшнее, чем нарваться на Бессердечного. Но, если меня уволят из компании, денег на батарейки просто не будет, и я не смогу носить фонарик с собой…

Я шёл, охваченный печалью, как вдруг увидел, что кто-то сидит на корточках прямо у входа в подъезд.

Какого…?! Я был так удивлён, что неосознанно отступил назад и прижался к стене. Это Бессердечный? Из-за синего света, который окутывал всё вокруг, его фигура казалась ещё более зловещей. Я прищурился, пытаясь разобрать, кто передо мной. И это не заняло много времени.

По крайней мере, не Бессердечный. Я заметил, что предмет в его руке излучает голубое свечение. У него, как и у меня, есть фонарик. Но почему тогда он сидит на корточках у подъезда? Я задумался об этом, и мне пришло в голову: он сидит рядом с местом, где хранятся аварийные фонари. А, так у него нет фонарика........... Стоп, это какая-то херня. Это человек ведь сейчас держит фонарик в руке! И светит им на аварийный ящик, вынимая аккумуляторы из других фонарей!

Так и знал. Он вор. Причём очень подлый. Несмотря на то, что электричество является дефицитом, а аккумуляторы дорожают, есть вещи, которые люди не трогают: батарейки в аварийных фонариках. Неважно, что выжившие дерутся друг с другом, воруют и бесчинствуют. Перед лицом общего врага — Бессердечных — они едины. Никто не станет сидеть на корточках перед запертым аварийным ящиком и открывать крышку с помощью отвёртки...

Пока я в недоумении наблюдал за происходящим, он вытащил батарейки из трёх фонариков, а один оставил нетронутым, и поднялся, чтобы уйти. Видимо, уже проделывал подобное не один раз. Кажется, он оставил один фонарик просто так, из-за завалявшейся у него капли совести, но он всё равно бессовестный вор……

Да ладно? Он такой высокий. И плечи у него широкие. Неприятно было это признавать, но у него хорошее телосложение. Не может же он быть ещё и на лицо красивым? Почему-то я почувствовал беспокойство. Он остановился под уличным фонарём в нескольких шагах от меня. Наверное, хотел проверить украденные вещи. Чтобы разглядеть его лицо, я высунул голову из своего укрытия. Очевидно же — он должен выглядеть мерзко. Нет, просто обязан. Я чувствовал, что разозлюсь, если окажется, что у вора красивое лицо. А потом он повернулся…

......Я впал в ярость. Из-за того, что двойное веко у него только с одной стороны, глаза казались разными, но его лицо было очень красивым. Ух, какой бессовестный ублюдок. Если уж так повезло с генами, нужно быть благодарным и жить честно! А он ещё и жадина!

Ха!

Вор внезапно направил фонарик прямо на меня. Я вздрогнул от испуга и поспешно отступил назад. Мне показалось, что наши глаза встретились. Но, возможно, я ошибся. Я ведь быстро спрятался в темноте, и фонарь успел лишь слегка осветить место, где я стоял.

Я плотнее прижался к стене, схватившись за сердце, которое бешено колотилось. Он, казалось, какое-то время смотрел в мою сторону, но потом свет фонарика исчез. Фух, меня чуть не поймали. Подождите минуту, я же не сделал ничего плохого, так почему я должен прятаться? Ведь это тот бессовестный ублюдок, похожий на Бессердечного, совершил преступление.

Кипя от гнева, я продолжал прятаться, пока не услышал шаги. Бессовестный, видимо, был очень мнительным, потому что сдвинулся с места только через некоторое время. Я осторожно высунул голову наружу и увидел, как он повернулся и пошёл в сторону дома. В синем свете аварийного фонаря его высокий рост и крепкое тело снова привлекли внимание. Ох, бля... Ну как можно было родиться таким высоким, таким подтянутым и с таким лицом, а?

Вернувшись домой, я почувствовал, что уже протрезвел из-за этого Бессовестного. К тому же, пропало желание спать. На самом деле, завтра выходной, и я мог бы валяться до обеда, но из-за вора мне вдруг захотелось чем-то заняться.

Насколько же трудно родиться высокими и красивым… а он так нечестно живёт? Да с такой внешностью можно было бы стать идеальным!

Я включил ноутбук. Обычно я им не пользуюсь, чтобы экономить электричество, но сейчас мне отчаянно хотелось стучать по клавишам. Моё хобби, а заодно и подработка, которой так завидовал Пён Хи, — написание романа. Какого романа? Хотелось бы сказать, что это крутой хардкорный боевик о суровых парнях с задворок, но на самом деле… это слащавая любовная история. Прекрасный роман о любви, впитавший все мои мечты и грёзы. Хотя Пён Хи и окрестил его «тошнотворным фэнтези».

[Бах!

Сиу, увлечённый работой, уронил папку с документами на пол.

«Ах, мои файлы!»

Он поспешно обернулся, но бумаги из папки уже разлетелись во все стороны.

«Господин Ви собирается превратить офис в цветник?»

Подобрав документы, Сиу поднялся с места, смущённо краснея от звука этого голоса.

Перед ним появился начальник Ким, который тоже начал собирать бумаги. Сиу, с трудом уняв трепет в сердце, нарочито грубо спросил:

«Где это видано, чтобы в офисе, в котором работают одни мужчины, были цветы?»

«А почему тогда вокруг столько порхающих бабочек?»

Начальник Ким улыбнулся и протянул разноцветные документы.

«Мне показалось, что только что вокруг тебя летали бабочки.»

«Э.…Это не смешно. Начальник.»

«Что ж, тогда мне стоит рассказать вам что-нибудь действительно скучное? Ваша команда первой достигла управленческих показателей в этом месяце. Каждый раз первое место. Вы снова задерживаетесь допоздна. Не слишком ли много вы работаете?»

«Это потому, что в компании есть начальник.» — пробормотал себе под нос Сиу и просто кивнул. Нельзя показывать заинтересованность в своём руководителе. Нет, лучше вообще не отдавать ему своё сердце. Ведь ни при каком раскладе у них с высоким, красивым, воспитанным, нежным, идеальным мистером Кимом ничего не выйдет… Сиу ушёл, не оборачиваясь. Однако начальник Ким смотрел ему в спину задумчивым взглядом, пока силуэт сотрудника полностью не скрылся из виду.]

— О, отлично. Теперь, заметив между ним и начальником Кимом симпатию, читатели придут в восторг.

Ответственная редактор, глядя на написанную мной на этой неделе главу, удовлетворённо улыбнулась. А затем задала свой стандартный вопрос:

— Они с начальником Кимом будут вместе?

Я дал свой стандартный ответ:

— Ну, не знаю.

Редактор неловко улыбнулась, что стало уже привычным. На самом деле за этой улыбкой скрывался вопрос: «Опять?»

— Не пора ли хоть в этот раз продолжить? В жизни Сиу было уже около десяти мужчин. Разве не пришло время для серьёзных отношений?

Так и было. В моём романе герои никак не могли начать встречаться, только флиртовали. Потому что я ещё не нашёл идеального партнёра.

— Больше десяти человек: двое уехали из страны, один умер от рака, а ещё один — вообще потерянный близнец, поэтому их отношения даже флиртом не назвать.

— .......Что ж, если автор так говорит, значит, так и будет. Эта уникальность привлекает определённый круг читателей.

Но массовой популярности нет, а значит, и денег тоже…. Сейчас в мире уже не делят любовь на «гетеро» и «гомо», так что роман между мужчинами не является проблемой. Главная причина непопулярности моего творения — его содержание.

— Кстати, писатель Хан, диалоги становятся всё приторнее. В этой главе было особенно много «мурашечных» моментов.

Пришлось поджать губы, чтобы не улыбнуться. Я могу написать сколько угодно дурацких наивных сюжетов и диалогов, и меня всё равно будут называть писателем. Именно поэтому я намеренно посещаю издательство раз в месяц, хоть и не являюсь популярным автором. Изначально они не особо радовались моим визитам, так как просмотров было мало, да и доход невысокий. Но больше года я упорно продолжал публиковаться и с каменным лицом наведываться в издательство, так что мы почти подружились.

Кроме того, мои публикации стали популярнее, а количество просмотров увеличилось. Конечно, они обрели известность не потому, что сюжет хорош. Содержание слишком наивно, а партнёры главного героя постоянно меняются, поэтому многим просто стало любопытно: они хотят узнать, с кем в итоге останется герой. Таким образом 90 % — ругань, 5 % — те, кто жалеет критикуемого автора, ещё 3 % — люди, которые просто веселятся, и только 2 % мои произведения искренне нравятся.

— На этот раз начальник Ким славный: он старше, хорошо воспитан, красив, высок, подтянут, богат... Читатели надеются, что у Сиу наконец-то появился идеальный партнёр. Как насчёт этого?

— Кто знает.

На мой ответ она лишь улыбнулась и кивнула:

— Да, теперь было бы странно, если бы герой влюбился... О, раз уж вы здесь, захватите письмо от поклонника.

Каждый раз, когда я посещаю издательство, примерно раз в месяц, редактор передаёт мне собранные письма фанатов... Электричество стоит дорого, поэтому сообщения поклонников, которые я раньше получал в электронном формате, теперь материализованы. Не много, конечно. Только одно. Удивительно, что у меня есть ярый фанат, который пишет мне каждый месяц.

В этот раз, естественно, я получил письмо от того же человека. Письмо от него можно было узнать с первого взгляда, потому что он подписывался как SDE. Простой белый конверт и милый почерк школьника. Но что делало SDE особенным для меня, так это содержание.

SDE пишет лишь свои впечатления о главах. Обычно люди упоминают что-нибудь о себе, но он невероятно сосредоточен только на моих текстах. Больше всего он хвалит главного героя, Сиу. Учитывая, что именно из-за Сиу читатели ругают мой роман и отказываются от него, это довольно удивительно.

Не могу поверить, что Сиу кому-то нравится. Он ведь способен только на флирт, потому что очень робкий и воздвигает железную стену против всех, кто к нему приближается, тем самым отталкивая хороших парней. Пока что единственный человек, который его хвалит, это SDE. Но есть ещё одна вещь, делающая этого фаната особенным.

— На этот раз письмо снова от SDE, так что открывайте скорее.

Редактор подгоняла меня с нетерпением на лице. Я же открывал конверт скорее с опаской, чем в предвкушении. Вместе с письмом, которое занимало всю страницу, был ещё один лист бумаги. Вот оно. Я дрожащими руками развернул бумагу, и реакция редактора не заставила себя ждать:

— Пфф! …Хи, кхх, хи-хи… Хааа...Кххх... Ха-ха...

Она тут же отвернулась, чтобы подавить взрыв хохота. Я тоже хотел отвернуться, но шокирующий рисунок приковал мой взгляд. Да. Этот восторженный фанат каждый раз присылал мне рисунок Сиу. Я, конечно, благодарен. Но не мог не нахмуриться.

Он и в этот раз ногами рисовал? Его навыки рисования были неизменно ужасны. Настолько, что в какой-то момент я всерьёз задумался, а не является ли он ярым антифанатом. В романе Сиу — очаровательный красавец, сводящий с ума всех мужчин, а на рисунке — Сиу, который до 100 лет останется девственником….

— Этот школьник, похоже, улучшил свои навыки.

Редактор думала, что восторженный фанат — школьник. Учитывая качество его рисунков, а также неуверенный почерк и случайные ошибки в написании, было и впрямь трудно поверить, что это взрослый человек.

— Улучшил? Вы серьёзно?

Я протянул ей рисунок, и она снова разразилась смехом, но, увидев моё лицо, постаралась сдержаться.

— Посмотрите. Он даже изобразил офис, разделил пространство перегородками, есть ксерокс, а в конце — дверь в комнату отдыха.

Каждый раз, когда восторженный фанат рисовал картинку, он изображал сцену из романа. Если подумать, то да, офис у него получился довольно правдоподобно.

— Точно. Школьник, знающий о комнате отдыха. И телефон кнопочный.

— О, и правда кнопочный. Разве школьники в наше время вообще знают о таких?

— Может быть, это не школьник?

— Да ну, вряд ли....................

Редактор говорила уверенно, но осеклась, увидев мой взгляд. Я словно спрашивал: «Почему?», и она пристально уставилась на меня.

— Ну, ведь в действительности никто не может подумать, что автор — мужчина старше 20 лет.

На этот раз неловко улыбнулся я. Она была права. Истории, которые я пишу, детские, со всевозможными клише, с одними мужчинами в качестве главных героев, с принцеподобными чуваками в качестве партнёров и с элементами плохих дорам.

— Но этот фанат уж точно не взрослый мужчина.

Абсолютно нет. Я не могу представить себе взрослого мужчину, который был бы настолько впечатлён моим романом, что нарисовал бы по нему дерьмовый рисунок шариковой ручкой. Это должна быть девочка из средней школы, рисующая дерьмовый рисунок шариковой ручкой на чистом листе бумаги.................. А? Этого я тоже представить не могу? Смутившись, я хотел было встать, но вдруг редактор спросила:

— А вы не планируете ввести в свой роман злодея?

— У меня злодеи появляются каждый раз, когда главный герой встречает нового парня. Это те, которые преследуют Сиу, потому что им нравится один и тот же человек.

— Не такая роль, — покачала головой редактор. — Злодей, которому нравится главный герой.

— Такое уже было…

— Но все они были так себе: низкорослые, без гроша в кармане, с плохим характером... А в этот раз пусть будет злодей, который намного лучше. Идеальный, как начальник Ким, но плохой. Может быть, тогда он будет больше выделяться, и герой наконец-то сможет завести отношения. Что думаете?

Это было правдоподобно, но мне не нравилось. Мне не хочется вводить злодея. Да и замысел редактора вызвал у меня сомнения.

— Неужели редактору нравятся плохие парни?

— А-ха-ха-ха.

Она только рассмеялась, но когда я повернулся, чтобы уйти, воскликнула мне в спину:

— Плохие парни очень привлекательны!

В плохих парнях нет ничего привлекательного. Плохие парни — это просто плохие парни. И плохие парни в фильмах и романах на самом деле не плохие парни, а просто претенциозные мудаки. В то время как плохие парни в реальной жизни — это либо мошенники, которые крадут ваши деньги, а потом вгоняют ваши семьи в долги, либо садисты, которые издеваются над вами, делая бредовые заявления о любви, либо нарциссы, которые эгоистично заботятся лишь о себе.

Что же будет, если я свяжу такого мужчину с героем? Это же будет катастрофа! Нет, даже если убрать долги, даже если я просто возьму реального Кима, то он всё равно станет самым мерзким злодеем в романе. Так что все привлекательные плохие парни, о которых говорила редактор, — фальшивки. Я ни за что не добавлю такого в свою работу. Там ведь нет Бессердечных, электричество в избытке, а герой всем нравится…

А что, если мой роман не станет популярным? Я же должен получать зарплату... Чёрт возьми, а меня ещё и уволить могут...

Унылая реальность навалилась на меня тяжким грузом.  Но была и ещё одна проблема:

По выходным мне приходилось бегать как сумасшедшему, чтобы успеть на единственную электричку, которая ходит один раз в час…

Я взглянул на часы и осмотрелся. Да чтоб тебя, даже если я сейчас реально полечу, всё равно опоздаю!

Из-за нехватки электричества сократилось количество машин. Как же люди теперь передвигаются? Да нормально передвигаются. Они ходят пешком, ездят на велосипедах, пользуются немногочисленными автобусами и электричками.

Три года назад, из-за внезапного увеличения количества Бессердечных, произошла масштабная атака, и мир погрузился во тьму. Тогда все переживали, как им выжить, но ни одно животное не адаптируется лучше, чем человек. Наоборот, благодаря ходьбе и езде на велосипеде люди стали здоровее, а отрасли, использующие «зелёную» энергию, развиваются семимильными шагами. Но популярным это ещё не стало, и энергия по-прежнему стоит до смешного дорого. У меня сейчас нет даже велосипеда, поэтому мне приходится бегать, чтобы успеть на транспорт.

Не знаю, сколько я бежал, но в итоге, запыхавшись, остановился на перекрёстке. Пустой из-за выходных центр города напомнил мне те кошмарные дни, которые несколько лет назад все называли адом... И кое-где ещё виднелись следы тех событий.

Чтобы быстро добраться до метро, мне нужно было повернуть направо, но там находились закрытая зона с полуразрушенными зданиями. Мир восстанавливается достаточно быстро, но нехватка энергии замедляет этот процесс в некоторых местах. И закрытая зона справа — одно из таких мест. Её перекрыли баррикадой высотой по грудь на случай, если рухнут уцелевшие стены.

Я поочерёдно смотрел то на препятствие, то на часы. Если я опоздаю на метро, мне придётся ждать целый час. Терзания не заняли много времени. Я осмотрелся, перелез через баррикаду и вошёл внутрь зоны. Дорога была покрыта строительным мусором и пылью, но на ней виднелись следы, оставленные теми, кто, как и я, выбрал короткий путь. Я аккуратно шёл по тропе, проложенной первопроходцами. Осталась ещё примерно половина пу....

Бах!

Внезапно среди руин раздался громкий звук, похожий на раскат грома. После секундной паники я узнал знакомый звук выстрела. Один из видов бизнеса, значительно выросших с появлением Бессердечных, — это производство огнестрельного оружия. Оно больше не является чем-то необычным. Однако стрелять можно только по Бессердечным. А значит, они где-то поблизости.

Я хотел было убежать, но остановился. Продолжить двигаться вперёд? Но ведь осталась ещё половина? Тогда вернуться обратно тем же путём… Мне лень… К тому же, было немного любопытно, что там происходит, поэтому я, прижав руку к колотящемуся от страха сердцу, осторожно двинулся в направлении звука. В другой руке я держал фонарик, вытянув его на манер длинной палки. Днём синий свет мало заметен и поэтому бесполезен, так что фонарь я хватаю скорее по привычке.

Выстрелы раздавались всё ближе, и вскоре я добрался до места событий. Сразу же спрятавшись, я рассмотрел, что на маленькой площадке дерутся два человека. Точнее, они одновременно схватились за пистолет, пытаясь отобрать его друг у друга.

Я решил понаблюдать за происходящим из укрытия. Боялся случайно оказаться под перекрёстным огнём, к тому же я не мог понять, кто из них Бессердечный. У синего света, который позволяет их определить, есть недостаток — днём он работает только на близком расстоянии. И в ситуации, когда двое похожих мужчин дрались за один пистолет, я не мог выйти и просто посветить на них.

Они свирепо сражались, не подозревая, что я за ними наблюдаю. Это было действительно кроваво. Что, если пистолет выстрелит, а мне не повезёт, и меня заденет? Следовало просто убежать........ Я уже собирался рвануть, но внезапно время остановилось. Точнее, так мне показалось. Борьба между ними становилась всё более ожесточённой, но меня уже не волновало, кто из них Бессердечный. Мой взгляд был устремлён только на мужчину в костюме, и я не мог оторвать от него глаз.

Красавчик! Чертовски красивый! Не такой, как те смазливые парни с тонкими чертами лица, которые нравятся девушкам, а брутальный красавец с квадратным подбородком и пронзительными глазами. Такой, будто бы он только что сошёл со страниц глянцевого журнала, с проникновенным взглядом. Больше всего он был похож на Кима, начальника, которого я представлял, когда писал роман. Сердце забилось чаще. Неужели я вижу такого человека в реальности?

***

Бах!

Двое мужчин, сражавшихся в руинах, рухнули на землю. Они столкнулись со всей силы, и при падении раздался сильный грохот. Однако оба тут же вскочили, словно заключили пари на победу. И одновременно повернули головы в поисках улетевшего пистолета. Он оказался всего в семи-восьми шагах от них. Но, несмотря на то, что они быстро поднялись, ни один из них не бросился к оружию.

Оба сделали шаг в его сторону, но остановились: был кто-то, кто находился к пистолету ближе, чем они. Этот «кто-то» протянул руку и поднял оружие. Очень медленно. Его движения ощущались как замедленная съёмка. Возможно, поэтому от него было невозможно оторвать взгляд... А когда двое мужчин пришли в себя, пистолет уже оказался в руках у третьего человека. Один из них, глядя на вмешавшегося парня, открыл рот:

— А ты ещё кто?

Мужчина в куртке и со спортивной стрижкой настороженно оглядывал незнакомца. Тот, кто держал пистолет, осматривал этот предмет с любопытством, словно впервые его увидел. Похоже, он просто шёл мимо и случайно подобрал оружие. Ростом незнакомец был около 175 сантиметров и имел вполне заурядную внешность.

— Эй, ты кто такой?

Спортивностриженный спросил снова, и человек с заурядной внешностью поднял глаза.

— Хан Чжэ Мён.

Ранее дерущиеся мужчины нахмурились. Незнакомец, видимо, решив, что его ответ неполный, добавил:

— Живу в Кэбон-доне*.

* Имелся в виду район в Сеуле.

— ......

— ......

— Если растянуть радиус, то в Карибон-доне.*

*Возможно, имелся в виду район Карибон-дон в Сеуле (Южная Корея).

Ситуация стала ещё дерьмовее. Брови мужчины в костюме слегка изогнулись. А мужчина со спортивной стрижкой заметно помрачнел.

— Отдайте мне пистолет.

Спортивностриженный протянул руку. Казалось, что, если бы не странное чувство юмора, вновь прибывшего было бы легко убедить. Поэтому он осторожно подошёл на шаг ближе и быстро добавил:

— Я полицейский. Я здесь, чтобы поймать Бессердечного. Этот человек — Бессердечный. Он опасен, так что отдайте пистолет мне.

Однако Хан Чжэ Мён лишь отвёл глаза и посмотрел на человека в костюме. Тот, в свою очередь, уставился на мужчину со спортивной стрижкой.

— Что за бред?

— Ему решать, бред это или нет…. Пистолет мой. Отдайте его мне. Думаете, этот парень в порядке? Перед вами бессердечный Е-класса. Пока что он говорит нормально, но его мозг уже полностью разрушен. Единственное, что осталось у него в голове — это желание убивать других лю…

Спортивностриженный замолчал. Его лицо словно окаменело. Он, не отрываясь, следил за движениями Хан Чжэ Мёна. И наблюдал, как Хан Чжэ Мён передаёт пистолет мужчине в костюме.

— Вот.

Приняв протянутый пистолет, мужчина в костюме внимательно посмотрел на незнакомца. Почему он отдаёт оружие? Тот, с кем мужчина сражался, ведь сказал, что он полицейский, и большинство людей не смогли бы это проигнорировать. «Почему же выбрали именно меня?» — собирался спросить мужчина в костюме, но сначала ему нужно было разобраться с соперником.

— Блять, сукин ты сын.

Когда оружие было передано, спортивностриженный бросился бежать, трусливо поджав хвост. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как раздался громкий выстрел. Мужчина в костюме уже успел схватить пистолет и выстрелил ему в голову.

Хлоп!

Остатки головы разлетелись по воздуху, словно лопнувший арбуз. Тело упало на землю с опозданием на один такт. На красных пятнах крови, растекающихся по земле, виднелись голубые куски мозга.

Это был признак бессердечия. Мозговая ткань становилась синеватой, когда болезнь прогрессировала и начиналось безумие.

— Как вы узнали? — спросил мужчина в костюме.

— У вас приятный голос.

— Что?

Он не расслышал, но Хан Чжэ Мён просто моргал, словно ничего и не говорил. Это показалось странным, но мужчина всё же переспросил:

— Как вы узнали, что я не Бессердечный?

— .................. красивый.

— Что?

— То есть… Нет. Это пистолет. Он не входит в стандартное снаряжение полиции. Модель внешне схожа, но правительство никогда не стало бы выдавать настолько дорогую вещь.

— Прошу прощения, минуту.

Внезапно мужчина в костюме достал маленький защитный фонарик, похожий на шариковую ручку, и посветил синим светом в глаза Хан Чжэ Мёну. Хоть это и был акт сомнения в отношении спасшего его человека, глаза Хан Чжэ Мёна всё равно ярко заблестели. Когда мужчина в костюме закончил проверку и отошёл, Хан Чжэ Мён спросил:

— А можете рассматривать меня целый час?

— Забавная шутка.

Пока тот, кто говорил всерьёз, озадаченно моргал, мужчина в костюме посветил голубым светом в свои собственные глаза, словно желая показать, что он чист.

— Спасибо вам, Хан Чжэ Мён из Кэбон-дона.

Поклонившись, он подошёл к телу спортивностриженного и стал рыться в его одежде. Бессердечный, которого он встретил, говорил и вёл себя как обычный человек, несмотря на то, что был Е-класса. Это довольно редкое явление. Мужчина в костюме понял, что сначала нужно получить информацию, и долго собирал данные, но потом наконец поднял голову.

Прошло уже достаточно времени, чтобы человек, который помог ему, ушёл, но тот всё ещё стоял на месте. И, кажется, улыбался. Показалось? Мужчина в костюме засомневался, но, увидев напряжённое выражение лица незнакомца, отбросил подобные мысли. Нет причин, чтобы этот человек глупо улыбался, глядя на него.

— Господин Хан Чжэ Мён.

Выражение лица собеседника казалось взволнованным. Но любой нормальный человек, столкнувшись с такой ситуацией, смутился бы. Мужчина в костюме мягко спросил:

— Всё в порядке?

— Да. Вы Охотник на Бессердечных?

На вопрос Хан Чжэ Мёна мужчина в костюме кивнул. Улыбаясь, он достал визитную карточку и протянул её собеседнику.

— Пожалуйста, свяжитесь со мной, если вам что-нибудь понадобится.

«Генеральный директор FOURKEY. На Чжин Ук.»

[Охренеть!] [Это же охренительно!] [Просто мега охренительно!]

СМС от Пён Хи приходили мне на мобильный одно за другим.  Это при том, что он экономит электричество на игровую приставку, поэтому обычно пользуется только свечами и старается отправлять сообщения одним махом, забивая все 80 символов сразу.

[Мы спасены! Я и дальше буду получать зарплату!]

[Так значит, он возьмётся за наш Е-класс? Ты же спас ему жизнь, конечно, он это сделает? Да?]

[Вряд ли же он мошенник? Он точно настоящий директор FOURKEY?!]

Я сообщил взволнованному Пён Хи радостную новость:

[Аккумулятор садится.]

Отправив сообщение, я выключил телефон, зажав кнопку питания. Теперь Пён Хи будет мучиться все выходные, перебирая свои заблуждения и беспокойства. Это цена за то, что он самовольно наболтал чуши начальнику отдела. Конечно, цена могла быть и выше… Если бы он узнал, что я ни о чём не просил директора FOURKEY, мог бы упасть в обморок.

Но я действительно не смог ни о чём попросить. Когда пришёл в себя, я уже был на станции метро. Помню только, что посмотрел на его визитку и молча повернулся, чтобы уйти. «Спасибо. На самом деле, у меня есть просьба» … Нет, я должен был хотя бы сказать, что свяжусь с ним.

На меня накатило запоздавшее сожаление, но длилось это недолго. Радость от совпадения, достойного главного героя романа, затмила все остальные эмоции. Всю дорогу до дома я улыбался так, что кто-то мог принять меня за Бессердечного и доложить обо мне. Но я настоящий человек...

Из иллюзий меня вырвал окружающий шум.

— Посмотрите на это! Опять пропало!

— И на этот раз взяли только батарейки? Верно?

— Насколько же бессовестным надо быть, чтобы вытащить батарейки из аварийного фонаря? А?!

Аварийный, бессовестный. Эти два слова ворвались в моё сознание… Как и ожидалось, звуки доносились от входа в подъезд. С того самого места, где вчера вертелся вор.

— Поэтому давайте включим видеонаблюдение, хотя бы здесь.

— Как я уже сказал, бюджет...

— Тогда пусть кто-то охраняет!

— Охраняли. Но он, словно призрак, появляется и ворует, когда никого нет на месте, ох... Даже вчера я не понял, как он их забрал...

Я постоял немного, слушая, как охранник и три тётушки возмущаются, а затем совершил несвойственный мне поступок. В этот момент у меня было отличное настроение. До такой степени, что я с удовольствием настучал:

— Это произошло вчера около 23:48.

После этих слов четыре человека одновременно повернули головы ко мне. А три дамы в унисон шагнули в мою сторону, устремив на меня пристальные взгляды.

— Молодой человек, вы видели? Видели, кто это был?

— Да. Было темно, так что подробностей я не разглядел, но…

— Как он выглядел?

— Молодой парень. Возраст...

— На вид около 28 лет?

Число было каким-то слишком точным, но на вид ему и правда было далеко за двадцать, поэтому я кивнул.

— Да. И лицо довольно...

— Красивый, с острым взглядом, а если присмотреться, то от него так и веет высокомерием? Этот отвратительный тип?

Эмм... Разве он был таким?

— Это не...

— Какого он роста?

— Он высо…

— Чуть выше 190 см, постоянный клиент спортзала «Золотая медаль» тут рядом, тело накачанное, но характер — дерьмо, и наглости не занимать?

Я понял важность кратких ответов. Почему эта женщина задаёт такие подробные вопросы?

— Ну, как сказать. Это не...

— Точно. Верно. Этот юноша определённо всё видел.

Я был немного озадачен. Однако ситуация разрешилась в мгновение ока: три дамы окружили меня, оставив без шанса дать показания.

— Я знала, что это снова номер 1406! Вот так и знала!

— Да кто же ещё, кроме номера 1406, конечно, это 1406!

— Так нет смысла здесь стоять. Пойдёмте. Пойдёмте в квартиру 1406 прямо сейчас!

Я почувствовал небольшое разочарование, когда они ушли. Если бы я мог связаться с жителями квартиры 1405, я бы сообщил им, что у них намечается неплохое шоу...

— На этот раз будет непросто.

Я взглянул на охранника, гадая, что он имеет в виду. Он посмотрел на меня и пожал плечами.

— В квартире 1406 живёт не совсем обычный человек.

Бессовестный вор, который крадёт батарейки из аварийных фонарей, естественно, и не будет обычным человеком...

— 1406 крадёт их уже не в первый раз, не так ли?

И тут я вспомнил о предупреждающих объявлениях, которые висят уже несколько недель:

«Возникла проблема с коробкой аварийного освещения у входа в дом. Пожалуйста, не забывайте носить с собой свой личный фонарь».

Оказывается, это была работа одного из жильцов…

— Это повторялось не раз и не два, но его невозможно поймать с поличным. Даже если поймаем, 1406 не даст себя в обиду. В этот раз у нас есть свидетель, поэтому женская ассоциация будет действовать жёстко, но…

Охранник на какое-то время задержал на мне пристальный взгляд. Почему он смотрит с такой жалостью?

— Вы думаете, что у 1406 плохой характер?

— Скорее, злопамятный...

— Злопамятный?

— Да. Очень злопамятный.

— .....

— Я буду молчать о том, что вы живёте в 205.

Хлоп-хлоп.

Он похлопал меня по плечу. Я перевёл взгляд со своего плеча на его руку.

— То есть вы хотите сказать, что даже если 1406 не прав, то всё равно будет мстить любому, кто на это укажет?

Хлоп-хлоп.

— Если решите дать показания, найдите в управляющей компании председателя женской ассоциации.

— Если я решу давать показания........

Хлоп-хлоп.

Не успел я закончить фразу, как он снова похлопал меня по плечу. Его глаза были полны сожаления.

— Если вы решите переехать, я не возьму с вас денег за лифт.

— .....

Насколько же тот парень злопамятный, раз мне нужно переезжать? Я снова посмотрел в сторону подъезда, в котором исчезли дамы.

— Откуда вы узнали, что я живу в 205?

— Ну, это моя работа — наблюдать за жителями, которые проходят здесь каждый день.

— Значит, вы знаете и жителя квартиры 1406?

Хлоп-хлоп.

— .....

Я смог уйти только после того, как за три минуты получил больше поддержки, чем когда-либо за всю свою жизнь. Значит, чтобы меня утешали, достаточно было просто связаться с 1406-м… Неужели тот парень действительно какой-то монстр?

Вспомнив, как я встретился с ним взглядом прошлой ночью, я слегка вздрогнул, но тут же отогнал от себя эти мысли. Я находился тогда в тёмном месте, так что он не мог меня увидеть. К тому же, охранник обещал молчать, поэтому проблем возникнуть не должно.

Я не хотел этим портить себе день. Ведь сегодня я пережил встречу, которая, возможно, случается раз в жизни. Я наконец-то увидел во плоти идеальный образ, который всегда рисовал в своём воображении. Хотелось как можно скорее добавить нового персонажа в свой роман. Кажется, в этот раз главный герой действительно сможет влюбиться. Моё сердце бешено колотилось в предвкушении.

****

Как только я пришёл на работу в понедельник, Пён Хи утащил меня в тихий угол, а вскоре он уже кричал, будто не мог поверить услышанному:

— Ты этого не сделал? Не позвонил ему? Почему?!

— Сначала я хотел поискать другое место.

— Негде больше искать! Наша последняя надежда — FOURKEY!

— Есть ещё L&Y.

— Там ..........безнадёжно.

— Откуда ты знаешь? Ты сам ходил и умолял их об этом?

— .....

— Реально?

Пён Хи поджал губы и отвёл взгляд. Этот парень действительно торопился.

— Ты стоял на коленях, умолял, но они отказали?

— Зачем мне вставать на колени?!...... Я просто немного поклонился, попросил. Но они даже не пустили меня в офис.

— Это же большая компания, у них и охрана серьёзная. Почему не пошёл в FOURKEY?

— Откуда ты знаешь, что не пошёл?

— Ты только что сам сказал, что они — наша последняя надежда.

— Да, я не пошёл. Не смог пойти. Я не знаю, где они находятся.

Конечно, если они раскроют местонахождение своего офиса, то первыми же и пострадают от Бессердечных. Поэтому большинство компаний, как L&Y, очень тщательно охраняются…

— Поэтому теперь вся надежда на тебя. Ты же говорил, что взял визитку у их директора? И что он сказал тебе звонить? Не стой столбом, сделай это прямо сейчас. Живее.

— .....

— Эй, ты чего взгляд отводишь?

— Я?

— А? Вот, ты всё ещё не смотришь мне в глаза. Разве ты не знаешь о своей привычке делать так, когда не хочешь чем-то заниматься?

— Дело не в том, что я не хочу.

— А в чём тогда?

— Просто как-то неловко звонить вот так сразу…

Хотя… Если беречь слишком долго — превратится в дерьмо, так? *

*Идиома, схожая по значению с «куй железо пока горячо». Чаще всего используется в отношении предметов, которые слишком жалеют, а в итоге толком не используют.

Пён Хи, поняв, что я опять предался грёзам, посмотрел на меня с жалостью.

— Пощади меня… ты что, влюблённая девочка?

— Да кто влюблён-то? Просто он очень подходит под мой идеальный образ, поэтому я хочу действовать осторожно…

— Это то же самое.

— Не то же самое. Это другое. Я хочу сблизиться с ним не из-за нежных чувств. Больше похоже на восхищение…

— Мне плевать, любовь это или восхищение. Если тебя уволят из компании, ты станешь просто нищим ничтожеством.

Он посмотрел на меня умоляющим взглядом. После долгой паузы я решительно покачал головой:

— Может, меня и понизят в должности, но точно не уволят.

***

— Подготовьте свои заявления об увольнении.

Начальник Ким тихо обратился к нам, а затем добавил:

— Простите.

От его извинений у нас с Пён Хи волосы встали дыбом. Начальник Ким вёл себя не как обычно. Ни крика, ни ругательств. Наоборот, он говорил спокойно, и это тревожило ещё больше. Я слышал, утром его вызывали к руководству…

— Неужели? Это даже не наша вина… — удивлённо начал Пён Хи, но начальник лишь затянулся своей сигаретой из дорогущей пачки, из которой он брал по одной штучке раз в неделю.

— Так уж вышло.

Так уж вышло? Увольнение? Реально? Я должен написать заявление об уходе?

— Начальник, вы сейчас серьёзно? Неделя GM уже не за горами, а ни одна компания не увольняет сотрудников перед неделей GM.

— Мне очень жаль.

Его извинения кинжалом вонзились в моё сердце, и это было больнее, чем любая физическая расправа. Пён Хи правильно сказал: обычно никто не увольняет людей перед неделей GM, даже если те не справляются с работой. Подобное не было прописано в правилах, но ведь это неделя GM! Увольнять человека перед ней просто жестоко…

И к тому же, неужели эта ситуация — повод писать заявление об увольнении?

— Даже если мы уступим и возьмём на себя ответственность за доведение этого дела до Е-класса, проблема сложных и медленных процедур, которые позволили ему перейти на более высокий уровень, также велика.

— Да, но виноваты либо мы, либо процедуры… Так что верхушке проще свалить всё на нас.

Чёрт, вот почему все организации — это полная хрень. Я стоял, дрожа от бессилия, не в силах вымолвить ни слова, и тогда побледневший Пён Хи украдкой посмотрел на меня.

— Начальник, если всё дело в этом, то есть компания, которая может решить нашу проблему.

Вот же сука! Я бросил на Пён Хи злобный взгляд, но всё было бессмысленно.

Начальник Ким покачал головой:

— Нет. Теперь я передам это дело в отдел по работе с Е-классом. Подготовьте все необходимые документы.

Это уже серьёзно. Нам действительно предстояло написать заявления об увольнении. То, о чём мы говорили в шутку, стало реальностью, но я не мог прийти в себя. Пён Хи тоже не мог произнести ни слова, лишь слегка приоткрывал рот. Начальник достал ещё одну сигарету из тех, которые ценил больше жизни, и закурил.

— Возможно, мне тоже придётся писать заявление об уходе, так что не расстраивайтесь слишком сильно.

Начальник тоже? Я понял, что дело серьёзнее, чем казалось, поэтому немного пришёл в себя. Рядом со мной Пён Хи нервно сглотнул слюну.

— Итак, начальник, нас увольняют уже сейчас?

— Не сейчас. Формально вы переходите в другой отдел….

Он молча затянулся сигаретой.

— Полагаю, вас переведут на выездную работу. Там всегда не хватает сотрудников.

Выезд на места происшествий… это такое направление, где даже самые стойкие не выдерживают и уходят через день. Конечно, Бессердечных нужно ликвидировать, но они ведь тоже когда-то были людьми. А не всякий может легко убить человека. К тому же, рядовые сотрудники — это, по сути, те, кто избавляется от трупов. Перевод с офисной работы на выездную фактически является направлением в морг. Чёрт, это же всё равно, что заставить нас написать заявление на увольнение... Начальник Ким увидел, как мы побледнели, и отвёл взгляд.

— Это известный факт, что ты, Чжэ Мён, боишься Бессердечных, а у Пён Хи недостаточная спортивная подготовка, чтобы работать на местах происшествий, поэтому вам обоим будет тяжело работать в подобном направлении, верно?

Естественно. Даже думать об этом было больно.

— Я тоже говорил им, что мне тяжело выполнять выездную работу, но это намеренный перевод...

Значит, это намёк на то, что нам следует уйти самим. И я действительно уйду, если меня отправят работать на места происшествий...

— Дайте нам ещё несколько дней. Я нашёл компанию, которая поможет нам. Они уже согласились. И это точно надёжная компания, к которой не будет никаких претензий сверху.

Я протянул удивлённому начальнику Киму визитку.

— Так сказал сам директор FOURKEY.

****

Пён Хи был прав. Будь то любовь или восхищение, если у тебя нет денег, — ты ничтожество. Сначала нужно было заработать на жизнь и еду, а уже потом строить иллюзии и писать о них. Но чем дольше я слушал гудки в трубке, тем больше трещин появлялось на моих иллюзиях и мечтах.

[Абонент временно недоступен, оставьте сообщение после сигнала.........].

Дзинь.

Я опустил трубку. На лице Пён Хи, который с тревогой наблюдал за происходящим, отразилось отчаяние.

— Что? Не берёт?

— Ага.

— Да как так? Ты же сказал, что спас ему жизнь?

— Ну……Типа того...

Это же так, верно? Если бы не я, он бы умер. Или, может быть, он подобрал бы пистолет, упавший на землю, и застрелил противника. Тогда я бы ему не понадобился? В конце концов, он — один из лучших охотников на Бессердечных...

Внезапно мне стало страшно. Я так выпендривался перед начальником, а что, если FOURKEY откажутся? Я посмотрел на пустое кресло босса. Он выслушал мой рассказ, а потом, воодушевившись, побежал докладывать руководству. Чёрт, он такой шустрый только тогда, когда ему выгодно…

— Как это «типа того»? Ты же говорил, что если бы не ты, он бы умер?

— Да я вот сейчас думаю, может быть, я и не был так уж нужен…

Динь!

Телефон внезапно зазвонил, и мы с Пён Хи вздрогнули от неожиданности. Номер не определился. Что за?.. Всё здание отдано управлению по контролю над Бессердечными, и все звонки должны были отображаться с номером. Я озадаченно поднял трубку.

— Да, это Специальное управление предотвращения чрезвычайных ситуаций, 5 отдел, 3 группа.

[.................Господин Хан Чжэ Мён?]

При звуке этого голоса у меня ёкнуло сердце. Это был он!

— Да, верно. Я звонил вам недавно......

[Я не взял трубку, потому что высветился номер организации. Мне нужно было сначала пробить его, чтобы понять, по какому делу мне звонят. Вы же работаете в Специальном управлении. Что-то случилось?]

Конечно, случилось. Я провёл языком по губам.

— Я связался с вами, чтобы кое о чём попросить. Пожалуйста, поймайте для нас Бессердечного Е-класса.

****

Путь домой никогда не казался таким волнительным. Я получил от начальника Кима полное одобрение и взял отгул. Директор FOURKEY, На Чжин Ук — идеальное имя! — сказал, что у него нет возможности принять решение прямо сейчас, поэтому попросил меня зайти в его офис после обеда. Я думал, что он сразу же откажет, поэтому, когда он любезно согласился взглянуть на данные, уровень его совершенства вырос достаточно, чтобы прорвать атмосферу.

Офис оказался неожиданно близко к моему дому, так что я решил сначала зайти к себе, а потом отправиться туда. Захотелось одеться поприличнее, а раз начальник сказал, что возьмёт на себя все расходы, то я подумывал купить ещё и подарок. Господин На может и отказаться после того, как прочитает материалы, но даже согласие на встречу уже было для нас выигрышным шансом. Конечно, если он и правда откажет…… тогда я не знаю.

Я решил оставить это на потом, а пока меня мучал вопрос, что надеть. В моём гардеробе было всего несколько костюмов для работы, и я думал выбрать самый лучший. И взять галстук, который подарили в издательстве, — от известного бренда…

Хм? Я шёл к подъезду, когда в поле зрения попало что-то странное: ворчащий охранник, срывающий с дерева бумагу. Я был так увлечён мыслями о FOURKEY, что не заметил одинаковые листовки, развешанные буквально повсюду. Что это такое? Если сейчас, когда бумага стала очень дорогой, развешивают столько листовок, значит, случилось что-то серьёзное? Я быстро подошёл к ближайшему объявлению и прочитал:

«Ищим свидетиля. Просьба аткликнутся мущину 20 лет, который видил, как красивый малодой чиловек кродёт батарейки из авариеного ящика у входа в падъезд. Обищаем возногрождение. Асоциация женщин…»

Это листовка о моём розыске. Ассоциация женщин… те тётки? Неужели 1406-й такой неуступчивый, что им понадобился свидетель? Что же мне делать? Может, всё-таки откликнуться? А вдруг 1406-й действительно захочет отомстить мне? Насколько же эти тётки отчаялись, что даже орфографию не проверили?

— Дайте это мне.

Охранник протянул руку. Из-за сменного графика сегодня был другой человек. В руках он держал уже несколько десятков таких листовок.

— Да когда же он успевает это делать?

— Женская ассоциация ищет свидетеля?

— Я бы не стал срывать все эти листовки, если бы их расклеила женская ассоциация.

Не ассоциация? Я смотрел то на листовку в своей руке, то на него.

— Если это не они, то кто расклеил?

— Известно кто. Жилец из 1406.....

— !

Охранник что-то сказал, но я был слишком шокирован, чтобы понять смысл его слов, и снова смотрел на листовку. 1406-й? Тот парень? Почему он развесил листовки от имени Ассоциации женщин… Ох, чтобы найти меня и отомстить! Это ловушка!

— Кем бы ни был свидетель, ему не повезло. Похоже, 1406-й очень разозлился из-за той разборки. Если его поймают… бедняга… Цк-цк.

Охранник покачал головой и развернулся. Я быстро схватил его за руку.

— Этот парень, это...он же выдал себя за ассоциацию! Разве не нужно вызвать полицию? А еще он крадёт, а потом мстит тем, кто указывает ему на ошибки!

— Полиция бесполезна. Никаких доказательств кражи нет, и, если разобраться, он не украл, а просто взял то, что ему нужно.

Если разобраться?

— И он будет настаивать, что ни за кого себя не выдавал. Смотрите.

Он показал на маленькие точки рядом с надписью «Асоциация женщин…» Что это? Я спросил, и он протянул мне листовку, чтобы я получше рассмотрел. Я пригляделся: точки оказались не точками, а буквами. Очень маленькими, размером с муравьиные ноздри. «Ни ивляюсь членом асоциации женщин.»

— .....

— Видите? 1406 - непростой человек.

Действительно непростой. Наглый и инфантильный до ужаса. Как такие живут вообще?

— А 1406 не....

— Не Бессердечный.

Понятно… Охранник поспешно ушёл собирать оставшиеся листовки. Но я не мог сдвинуться с места. Неужели он правда решил меня разыскать? Да ладно, он не сможет найти, ведь он меня не видел. Если я буду вести себя тихо, тётки из женсовета сами от меня отстанут, и этот бессовестный тип скоро обо всём забудет. Даже если мы живём в одном доме, это же не значит, что мы ещё хоть раз встретимся…

****

— Директор На скоро придёт, садитесь пока где угодно.

Молодой человек, работавший за компьютером, раздражённо бросил это замечание и снова уставился в монитор. Офис FOURKEY не был большим. Он располагался на последнем этаже старого трёхэтажного здания. На нём не было вывески, а сам офис находился среди торговых помещений, так что найти его оказалось непросто. В отличие от других организаций, которые были заперты за многочисленными слоями охраны, FOURKEY использовали лишь одну железную дверь. И она открылась, как только я повернул ручку. Я осматривал безликий интерьер и не мог отделаться от сомнений. Действительно ли это FOURKEY?

— Это ведь FOURKEY, верно?

Молодой человек, должно быть, услышал мой вопрос, но лишь щёлкнул мышкой.

— И всё же, здесь FOURKEY...

— Если не можете в это поверить, уходите.

Уйти я не мог. Я должен ждать здесь своего спасителя, пусть даже всю ночь. Неважно, насколько недружелюбен персонал.

Вывески не было, но перед парнем, который щёлкал мышкой, располагались четыре монитора, а за креслом ожидания для гостей стоял большой аквариум.

Рыбы быстро стали одними из самых сложных животных для содержания из-за затрат на электроэнергию. Однако этот аквариум был достаточно большим, чтобы вместить в себя огромное их количество. Но внутри плавали всего три маленькие тропические рыбки. Может, это такая демонстрация богатства? По тому, как используется электричество, я понял, что это, должно быть, и правда FOURKEY.

Отбросив сомнения, я достал из сумки документы по Е-классу и просмотрел их. Преступник назван E-классом из-за того, что его агрессия была направлена на определённого человека, а не на общество. Большинство Бессердечных не проявляют жестокости по отношению к конкретным людям. Но иногда, один или двое из ста, могут выбрать своей целью человека или группу людей. Из-за этого некоторые считают, что у них осталась часть разума, но с медицинской точки зрения у Бессердечных полностью нарушена деятельность мозга. Считается, что они нападают на конкретных людей из-за сохранившейся остаточной информации, подобно мышечной памяти у курицы, которая продолжает бегать с отрубленной головой… На самом деле в большинстве случаев Бессердечные нападают на тех, к кому раньше были привязаны. Это мог быть объект мести или любимый человек…

Е-класс, который стал головной болью нашего отдела, нападал на членов семьи своей бывшей девушки. Она была замужем, имела ребёнка и жила хорошей жизнью, пока на неё внезапно не нацелился этот злоумышленник. Сейчас семья находится в безопасном месте, но, поскольку он классифицируется как класс С, они не смогли получить значительной поддержки для защиты, поэтому нам нужно как можно скорее поймать этого Бессердечного.

Бах!

Я услышал, как открывается дверь, и быстро поднял голову. Неужели это идеальный господин На Чжин Ук? Нет, это оказался красивый и невероятно мускулистый мужчина лет тридцати, который выглядел так, будто мог голыми руками завалить медведя.

— А это кто? Продавец?

Он принял меня за частного предпринимателя…

— Это гость директора На, — равнодушно ответил парень, продолжая щёлкать мышкой. Щёлк. Щёлк, Щёлк.

Накаченный мужчина, нахмурившись, окинул меня взглядом. Если присмотреться, то у него между бровями складка, так что, похоже, он постоянно ходит нахмуренным.

— Гость? Откуда мне знать, гость это или Бессердечный? Встань-ка.

Я вскочил как ужаленный, а он молча достал фонарик и посветил мне в глаза. Я вздрогнул и неосознанно прищурился.

— Блять, не двигайся!

Внезапно решил выругаться... Я застыл на месте, не моргая. Он остался доволен и убрал фонарик. И просто ушёл на своё место, даже не извинившись. Благодаря такой «любезности» персонала у меня тоже непроизвольно вырвалось «блять», и от этого мне стало легче. Сотрудники FOURKEY, похоже, вообще не думали о клиентах, так как сразу же начали обсуждать важные для них вопросы:

— Начальник Со, зацените. Здесь специальная цена на домашний инжирный джем. Вы должны купить немного вместе со мной.

— Джем?

— А что не так? Вы же любите джем? Не ешьте одни куриные грудки, нужно есть и сладкое тоже. В инжирном джеме нет углеводов. Скоро неделя GM. Надо запастись вкусняшками. Давайте купим пополам.

«Щелчок» озвучил предложение, и «Качок» посмотрел на монитор. Потом он нахмурился, и его брови сложились как гармошка.

— Ого, они продают их в упаковках по 30 штук.

— Ну да, поэтому-то и по специальной цене! Такого предложения больше не будет! Одна банка стоит почти в два раза дешевле!

— Перестань.

— Много? Тогда я возьму 20 банок, а вы можете взять 10. Да?

— Возьми себя в руки. Никто не съест столько инжирного джема, это же не рис.

Он был прав. Я бы точно пожалел, что купил столько банок инжирного джема, не говоря уже о том, что его хватило бы на всю жизнь.

— Начальник, вы действительно не знаете, о чём говорите. У инжирного джема так много применений: его можно намазывать на хлеб, им можно заменить сахар в кулинарии, его можно добавлять в горячую воду, чтобы приготовить инжирный чай. Вы когда-нибудь пробовали инжирный чай? Это очень вкусно. А еще в инжире есть ферменты, расщепляющие белки, так что, если вы съедите его после мяса, он будет полезен для пищеварения и от запоров, а значит, вы будете здоровы и похудеете.

Но кто купит 30 банок инжирного джема?..

— Заказывай.

Качок повёлся на это... Щелчок, воскликнув «Йес!», тут же начал оформлять заказ. Мускулистый доверчивый мужчина и легкомысленный парень с мышкой…

Глядя на них, я кое-что понял: делать покупки лучше всего во время работы.

Тудух.

Дверь снова открылась. На этот раз вместо идеального На вошёл мужчина лет сорока пяти. Он выглядел настолько неопрятным из-за потрёпанной одежды, что можно было принять его за бездомного. Клиент? Торговец?

— Заместитель Пэ, а где директор На?

Это оказался сотрудник. На вопрос Щелчка потрёпанный мужчина ответил:

— Он скоро придёт, а это кто?

Он посмотрел на меня.

— Это гость директора На, — равнодушно ответил Щелчок, и потрёпанный подошёл ко мне. А затем, ухмыльнувшись, произнёс:

— Какой у нас атмосферный гость.

Что? Я собирался переспросить, но слова будто застряли в горле под пристальными взглядами Щелчка и Качка. «Да уж, атмосферный, аж зубы сводит» — говорили выражения их лиц. Посмотрев на меня какое-то время, мужчины, наконец, повернулись обратно к мониторам.

— Они немного холодны, не так ли? Поймите, наш атмосферный гость. Мы ведь имеем дело с Бессердечными и прошли через множество невообразимых вещей. Поэтому, когда эти парни встречают новых людей, они начинают защищаться.

Из всех, кого я здесь увидел, этот казался самым дружелюбным, но я всё равно отступил назад, сохраняя дистанцию. Сколько бы он ни улыбался и ни пытался прояснить недоразумения, исходивший от него запах алкоголя вызывал у меня сомнения. И, видимо, не зря, судя по разговору Щелчка и Качка:

— Почему заместитель Пэ несёт всякий бред каждый раз, когда напивается?

— Потому что по-трезвому не может.

— А-ха-ха-ха, и то правда.

Я понял это сразу после того, как он назвал меня атмосферным… Не спросив моего мнения, Пьяница плюхнулся рядом со мной и продолжил нести всякую чушь: «На самом деле мы все хорошие.», «Убивать Бессердечных — это не хобби, хотя, конечно, весело.», — и так далее.

К счастью, Щелчок, который, казалось, не проработал и пяти минут, привлёк внимание Пьяницы:

— Ооо! Вышло, оно вышло!

Услышав эти слова, Пьяница и Качок вскочили с мест и подошли к монитору Щелчка.

— Уже 87-я глава вышла?

— Уже? Ещё только 87-я. Разве их не должно быть около 300?

— Но ведь постоянно одна и та же схема, сколько же персонажей наберётся к 300 главе?

— Хорошо, если их будет много. Возможно, снова появится кто-то из старых героев.

— Верно, Сын Чжэ. Определённо есть персонажи, которым нужно вернуться.

— Вот-вот. Вы же поддерживали парня, который почему-то уехал за границу?

Они оживлённо разговаривали, обсуждая веб-комикс или роман, опубликованный в сети и сериализованный до 87 главы. Подождите, я думаю, и у меня примерно 87-я? Ну, если публиковаться больше года, столько получится у всех.

Но больше всего меня впечатлили они сами: средь бела дня в комнате яркий свет, огромный аквариум для трёх золотых рыбок и много больших мониторов для того, чтобы неторопливо наслаждаться интернетом. Здесь не заботились об огромных счетах за электроэнергию. Это было похоже на мир без Бессердечных: включить свет когда нужно, получить доступ к компьютеру и смарт-устройствам где угодно, смотреть что хочется, знакомиться с людьми и легко получать всё, что нравится...

Пока не началась эпидемия Бессердечных, люди ходили по улицам, не отрывая глаз от своих маленьких экранов. Бессердечные создавали проблемы лишь в редких случаях, а в повседневной жизни о них забывали.

Электричества было много, и мир казался удобным. Даже если бывало одиноко, это мог исправить яркий свет экрана. Когда электричество пропало, люди больше паниковали не из-за того, что реальный мир погрузился во тьму, а из-за того, что исчезли миры в их руках. Пожалуй, самой сложной задачей для каждого оказалось встретить любовь и найти кого-то, с кем можно было бы поделиться своими чувствами.

Конечно, человечество адаптировалось к неудобствам. Были огромные потери и разрушения, но на этом пепелище люди, наконец, научились жить реальностью, а не миром внутри гаджетов. Иронично, что те, кто остался в живых после всех страшных событий, сумели освободиться от ментального рабства путём отказа от удобств…

Но я все ещё мечтаю о прошлом. Тоскую по тем дням, когда не отходил от компьютера или мобильного телефона. Скучаю по удобному миру, в котором мог легко забыть о своём одиночестве…

Конечно, 99 % моих мыслей при взгляде на сотрудников FOURKEY в этот момент состояли из зависти к использованию электричества.

— Вау, начальник Ким опять несёт чушь! — Щелчок ткнул пальцем в монитор и расхохотался.

— Пристрелить бы этого ублюдка Кима за то, что говорит такое прямо в офисе.

— А мне он нравится.

Последний комментарий Пьяницы потряс остальных двоих.

— Пожалуйста, прекращайте пить.

— Если бы заместитель Пэ был трезв, разве он не пошёл бы убивать этого автора?

Не знаю, что читали эти трое, но им явно не нравился характер начальника Кима. Погодите, в моей истории ведь тоже есть Ким? Только вот Ким из моего романа классный…

— Вы слишком суровы. Слова начальника Кима такие эмоциональные и романтичные. Он смотрит на бумаги, разбросанные по офису, и говорит, что это бабочки…

Бабочки? Я почувствовал что-то странное в словах Пьяницы, но тут дверь офиса открылась, и он замолчал. Мои мысли тоже прервались. Наконец-то появился идеальный господин На Чжин Ук. Я вскочил, чтобы поприветствовать его. Сердце бешено колотилось. Он увидит меня, улыбнётся мне и поздоровается? Нет, идеальный На Чжин Ук просто кивнёт в знак приветствия. Или, может быть, наши взгляды встретятся на несколько секунд?..

…Глупые надежды.

— Начальник Хон, придержите данные по делу 57-К. Заместитель Пэ, начальник Со, зайдите. 57-К сейчас преследует другая компания.

Все трое быстро бросились выполнять указания директора.

— Не может быть, чтобы 57-К так быстро сбежал. Он пробыл в убежище меньше пары суток, а, согласно его обычной схеме, этот парень снова должен начать безумствовать примерно дня через три.

— Похоже, другая компания напала на его логово.

— Ох, вот же кретины. Они вообще понимают, с кем связались? Ведь даже если напасть на него сейчас, этот ублюдок снова сбежит, пока ещё может соображать. И мы понятия не имеем, где он окажется. Какие же идиоты это сделали?

— Это новая компания, у которой заключён контракт со Спецуправлением.

— Снова поди это Спецуправление всех клюёт по поводу улучшения показателей.

Услышав слова Качка, директор На оглянулся на меня, словно внезапно вспомнив о моём присутствии.

— Простите. Я поговорю с вами через 30 минут.

Я хотел ответить «Хорошо», но он уже повернулся к Щелчку и не слушал.

— Начальник Хон, а где сейчас директор Кук?

Похоже, у них ещё один генеральный директор. Если подумать, в офисе было две двери. И вообще, кажется, в этой компании мало сотрудников: у них два генеральных директора, заместитель и два начальника отдела. И ни одна из этих должностей не подразумевает работу...

— Пошёл листовки расклеивать.

Я задумался. Директор сам расклеивает листовки. Я слышал, что FOURKEY довольно популярны, зачем тогда этим заниматься? Но не только я был в замешательстве. Директор На, уже стоя на пороге кабинета, нахмурился:

— Разве он не сказал, что расклеил их утром?

— Да. Но кто-то их все сорвал, поэтому он решил, что расклеит в два раза больше.

Директор ничего не сказал, но мне показалось, что он тяжело вздохнул. Ах, какой же он шикарный. Сотрудник ошибся, а он способен просто промолчать...

[«Так как с нами сегодня господин Ви Сиу, давайте просто проигнорируем это.»

Сиу, который пришёл по работе, растерянно улыбнулся, услышав такие слова. Когда он вошёл в свой кабинет, молодой сотрудник, который совершил ошибку, выразил свою благодарность, смущённо посмотрев на него. Двое же других, увидев это, начали над ним подшучивать:

«Твоё лицо красное как инжирный джем.»

«Как только господин Ви Сиу зашёл в офис, стало светлее. А теперь ещё и потеплело? Ха-ха, хаха.»

От их поддразниваний Сиу покраснел ещё сильнее. Трое сотрудников с самого первого визита Сиу в офис очень внимательно относились к нему. Они даже извинились, что оставили его одного, и сказали, что обязательно закончат встречу за 30 минут. А пока, чтобы Сиу не скучал, они тайком вручили ему альбом с фотографиями генерального директора и инжир.

Сиу сделал вид, что не заинтересован, но всё же медленно просматривал альбом с фотографиями. Он смотрел на милое детство директора, на его школьные годы, когда он был, наверное, образцовым учеником, и на крутые студенческие фото, когда он любил модно одеваться. 30 минут пролетели незаметно. Дверь кабинета директора открылась, и сотрудник вышел, приветствуя его.

«Господин Ви Сиу, вы долго ждали. Теперь можно зайти вну….» ....................].

— Эй …эй!

В реальность меня вернули звук открывшейся двери и голос Щелчка. Я поднял глаза как раз когда он выглянул из кабинета директора и окликнул меня. Увидев, что я на него смотрю, он указал подбородком в сторону кабинета. «Эй, заходи сейчас же», — подав этот сигнал, он снова исчез внутри. Из-за нахального поведения парня, который выглядел моложе меня, я пришёл в ярость. Но всё же вскочил с места и поспешил пойти за ним, боясь, что дверь закроется.

Войдя внутрь, я увидел группу людей, сидящих за круглым столом. Все они были заняты своими делами, не обращая внимания на моё появление. Пьяница серьёзно беседовал с директором, а Качок хмурился, глядя на экран своего планшета. Я прижал к груди документы, которые принёс с собой, огляделся и сел на свободное место.

Атмосфера здесь была не слишком гостеприимная, но на кону моё выживание, а, значит, нужно вписаться в их компанию. К счастью, директор На кивнул мне, как бы говоря, чтобы я подождал ещё немного. Они, похоже, всё ещё пытались найти этого 57-К: рассматривали карту и несколько различных экранов, пытаясь предсказать его действия.

— Очевидно, что он снова вернётся к тому месту, на которое изначально нацелился. Если эти дебилы-новички правильно рассчитали пункт назначения, то у него три варианта маршрута: здесь, здесь и здесь.

Качок протянул карту, которую изучал. Директор На протестующе покачал головой:

— Его приступы учащаются. Если до следующего осталось два дня, то ему не хватит времени, чтобы добраться до места.

— Это планирующий Бессердечный. Как-нибудь доберётся.

Планирующие Бессердечные — это монстры, которые после обращения становятся террористами. Они составляют план и промывают себе мозги с самого начала заболевания. Чтобы даже после полного превращения в Бессердечного и потери рассудка они смогли выполнить свой замысел.

— Возможно, он узнал, что его раскрыли, и специально создал приманку, чтобы запутать след. Его реальный пункт назначения может быть совсем другим. Лучше найти цель в радиусе двух дней пути от того места.

Однако трое сотрудников были не согласны с директором. Они поочерёдно высказывали свои мысли:

— Этот план с приманкой слишком уж подробный для того, кто ещё не обратился.

— В состоянии припадка он и сам не сможет отличить приманку от настоящего плана, и воплотить его будет сложно.

— Точняк. И даже если имбецилы из Спецуправления верят в то, что все дороги перекрыты, это не так. Он сможет проложить себе путь куда угодно. Везде.

Директор На, как будто обдумывая слова своих работников, снова посмотрел на карту. А затем медленно перевёл взгляд на меня, так как услышал мнение, совпадающее с его собственным:

— Вы правы, директор. Это приманка. Нужно найти другую цель в радиусе двух дней пути.

Трое сотрудников тоже повернулись ко мне. Я почувствовал смущение из-за того, что на меня впервые обратили внимание с тех пор, как я зашёл в этот кабинет. Но Качок разрядил атмосферу:

— А ты вообще тут посторонний. Так что закрой рот и не выёбывайся!

— Тогда я скажу как посторонний.

— Что?

— Что?

У Качка напряглись лицевые мышцы. Но я проигнорировал его хмурый взгляд и повторил:

— Я считаю, что вы правы, директор На.

— На каком основании?

Потому что вы красивый?

— Если новички обнаружили укрытие 57-К, то либо они очень хороши, либо им подсказали. Если верно первое, то их навыки, вероятно, на уровне FOURKEY.

— Не могут эти сопляки быть так же хороши как мы!

Именно. Я кивнул в ответ на замечание Пьяницы.

— Поэтому остаётся второй вариант — им помогли. Но кто будет помогать неизвестным новичкам? Такое редкость. Однако, если новая компания решила действовать, то источник информации очень надёжный.

— И кто же?

— Спецуправление. Новички же заключили с ними контракт, так что это вполне вероятно. Но тогда возникает вопрос: кто сообщил информацию Спецуправлению? Учитывая, что это государственный орган, даже если поступают новые данные, обычно требуется больше суток, чтобы проверить и утвердить их. Вы сказали, что 57-К скрывался в убежище не больше двух дней. Это означает, что о его местонахождении стало известно сразу после того, как он затаился. Единственный, кто мог настолько быстро сдать его — это он сам.

На какое-то время воцарилась тишина, а затем Пьяница произнёс:

— Звучит логично.

— Что логичного? Всё, что он сказал — лишь его догадки. Что, чёрт возьми, он вообще об этом знает? Может, он знает ещё и о Спецуправлении?

Я знаю. Я много знаю.

— Начальник Хон.

Прежде чем я успел объясниться, директор На меня представил:

— Он там работает.

И снова все взгляды устремились на меня. Теперь для них я превратился из надоедливого гостя в надоедливого сотрудника Спецуправления.

— Вы хотите сказать, что вам помог сотрудник Спецуправления?

Директор На кивнул. Затем посмотрел на меня, как будто и сам хотел убедиться, что получил помощь от госслужащего.

— Случайное совпадение.

Да! Именно это я и хотел сказать. Случайное совпадение! И какое же чудесное совпадение, что мы оба подумали о слове «совпадение»! Это судьба, посланная небесами, которую не встретить даже в моём романе......................

— Это значит, что в Спецуправлении действительно много сотрудников, — сделал вывод директор На.

Он даже в анализе ситуации оказался идеальным. Чёрт.

— Ага. Их должно быть и правда полно. С кем ни столкнусь на улицах — все оттуда. Прям до фига их.

— Понабрали работничков... Интересно, что они будут делать с таким количеством людей, когда мы избавимся от всех Бессердечных?

Я хотел было ответить: «Как только исчезнут Бессердечные, вы же первые и разоритесь», но я сам был на грани банкротства, поэтому с трудом подавил гнев. Если не решу эту проблему, мне действительно придётся уволиться.

— Если бы 57-К действительно тщательно всё спланировал, то он, конечно, знал бы и о медлительности Спецуправления. Ведь там. До фига. Людей.

Когда я вернулся к основной теме, все снова обратили внимание на материалы по 57-К. Я думал, что они продолжат обсуждать это дело.

— Извините, что опоздал с представлением. Это господин Хан Чжэ Мён, который, как я уже сказал, является сотрудником Специального Управления. Он здесь потому, что ему нужна моя помощь. Господин Хан Чжэ Мён, пожалуйста, передайте мне документы, которые вы принесли.

Внезапно директор На протянул руку. А 57-К? Я растерялся и огляделся, но остальные сотрудники тоже закрыли свои материалы и изучали данные, которые я им дал. Что за фигня? Что за атмосфера?

— Нам некогда даже пообедать, а вы притащили задание уровня Е? — пожаловался Щелчок, у которого было полно времени на покупку 30 банок инжирного джема, но не хватало на обед.

— Сразу видно, что дотянули до последнего, отсюда и Е-класс. Не Спецуправление, а кучка дилетантов, — подлил масла в огонь Качок.

Он открыто насмехался надо мной, но я не злился. Ведь это всё правда. Скорее, я был немного озадачен.

«У нас нет времени, поэтому мы точно не сможем», «Почему мы должны брать на себя эту работу?» — ничего подобного они не сказали. Они заняты, раздражены, но готовы взяться за моё дело, как будто не видят проблемы. 57-К должен устроить инцидент через два дня, неужели эта ситуация не более срочная? Или они хотят подумать о моём задании после того, как разберутся со своим?

— Если мы собираемся покончить с 57-К, с этим делом придётся справиться менее чем за два дня, — мимоходом бросил директор На.

Остальные посмотрели на документы, которые я передал. Я не мог понять, что происходит.

— Директор На.

— У нас много других дел, кроме 57-К, так что времени почти нет. Спецуправление ведь тоже хочет, чтобы эта задача была закрыта как можно скорее, не так ли?

— Конечно. Но, директор…

— Да.

Он поднял глаза от документов и посмотрел на меня. Взгляд был прямым и уверенным. Хоть я и носил «розовые очки», но и без них бы почувствовал, что у этого человека сильный характер. Поэтому, скорее всего, он не лжёт. Стало ещё непонятнее.

— Вы действительно собираетесь взяться за дело, которое я вам принёс?

— Я ведь уже говорил. Я помогу вам.

— Но...................

— Конечно, есть переменные.

— Переменные?

— Да, переменные.

Он ответил, перебирая бумаги своими длинными и красивыми пальцами:

— Как вы уже знаете, нам всем через два дня предстоит отправиться на охоту за 57-к. Поскольку в течение этих двух дней достаточно будет просто следить за ним, я планирую разделить команду на А и Б. Так можно будет параллельно заняться и делом господина Хан Чжэ Мёна.

Я посмотрел на здешний персонал другими глазами. Мне казалось, что у них из талантов лишь грубое отношение ко мне. Неужели они реально могут справиться с Е-классом всего за два дня? Я знал о репутации этого места, но, честно говоря, не мог поверить, что они взялись за это дело, когда другие компании от него отказались…

— Вы действительно считаете, что сможете уладить всё за два дня?

— Честно? Думаю, хватит и одного.

Даже с моими «розовыми очками» на этот раз я всё-таки усомнился в его искренности. Один день? Уладить всё за один день? Задача, с которой мы не справились за несколько недель, из-за которой трое сотрудников могли быть уволены… за один день?! Я снова оглядел сотрудников. Они люди вообще?

— Гляньте, как он восхищён. Ленивые ублюдки из Спецуправления даже представить не могут такого. — Щелчок по-своему истолковал мой взгляд.

К моему удивлению, Качок отреагировал вместо меня:

— Всё так. Но, Сын Чжэ, ты ведь тоже не можешь себе такого представить.

— Ой, бля. Зачем вы меня позорите перед этим служащим Спецуправления? В любом случае, ни один из нас на такое не способен.

«Ни один из нас»? Сказали же, что сделают за день? Я был озадачен диалогом между Щелчком и Качком, поэтому посмотрел на директора На.

— Команда Б сможет.

— Что за команда Б?

— Сотрудник, которого сейчас здесь нет.

Ещё раз осмотревшись, я уточнил:

— Сколько всего у вас сотрудников?

— Пять.

Сколько бы я не пересчитывал, сейчас передо мной находились четверо.

— Получается, команда Б — это...

— Верно. Один человек.

Ах, один человек… Ну да, один человек запросто сделает за день то, с чем другие не смогли справиться. Да ну нахер!

— Должно быть, этот человек обладает сверхспособностями...

В этот момент все одновременно замерли. Что? Реально обладает? Я начал сомневаться, не переборщил ли с фантазиями, когда увидел, что директор На улыбается. На самом деле он просто слегка приподнял уголки губ. Но даже такая его улыбка была словно у главного героя романа…

— У него потрясающая интуиция.

Все кивнули, соглашаясь со словами директора На. Насколько же тот сотрудник хорош? Хотя это сейчас не главное.

— Но, чтобы команда Б взялась за дело господина Хан Чжэ Мёна, нужна поддержка на месте. Остальные же должны отправиться на поиски 57-К.

— Проблема в том, что сейчас не так просто найти людей, — обратился Качок к директору.

И Щелчок поддержал его:

— Согласен. Нужен человек, который разбирается в этом деле, чтобы он мог оказать поддержку, а времени на поиски нет. И, даже если мы кого-то найдём, то кто согласится? Мы помогаем бесплатно, не вкладывать же свои деньги. Это смешно.

Он посмотрел на меня. То есть на того, кто принёс им бесплатную работу и доставил столько неудобств. Я улыбнулся в ответ на его пристальный взгляд. Щелчок нахмурился, и мне захотелось улыбнуться ещё шире. Но я не смог этого сделать из-за услышанных далее слов:

— Ну, тогда пусть этим займётся атмосферный сотрудничек Спецуправления.

Это был Пьяница. Мужчина, кончик носа которого всё ещё был красным, широко улыбнулся мне.

— Он больше, чем кто-либо, знает об этом деле, ему не нужно платить, у него есть страсть к работе. Идеальный кандидат. И внешность тоже подходящая.

Нет, я вовсе не идеальный. И что ещё за «подходящая внешность»?!

— Точно. Он идеален.

— Здорово, заместитель Пэ!

— Заместитель Пэ, отличная идея.

Похоже, поддержка команды Б досталась мне. Я быстро поднял руку. Это был не просто жест, показывающий, что у меня есть предложение. Я чувствовал настоящую угрозу. И как животное, которое раздувает своё тело, чтобы запугать врага, я тоже хотел вырасти в размерах, показывая свою отчаянную решимость.

— Мне жаль, но я не смогу оказать поддержку на месте.

Кто-то из них спросил «Почему?», и я ответил сразу всем:

— Я боюсь Бессердечных.

На несколько секунд воцарилась тишина. Чтобы они точно мне поверили, я добавил:

— А еще у меня стрессовое расстройство, вызванное этим страхом.

Снова тишина, а затем они отвернулись от меня и начали обсуждать план. Меня сейчас что, проигнорировали?

— Послушайте, я действительно не могу...

— Когда вы мне помогали, всё же было в порядке?

Из-за того, что вы такой красивый, я на время лишился рассудка…

— Да я тогда просто оцепенел от страха.

Директор На посмотрел на меня с недоверием, а затем сказал:

— При поддержке на месте очень мало шансов встретиться с Бессердечным лицом к лицу.

— «Очень мало» означает, что шанс встретиться всё-таки есть.

— Да.

— Я могу врать о чём угодно, но не о своём страхе. Я и сейчас нервничаю.

— Ой, прекращай! Временами даже на улице можно их встретить, так в чём проблема увидеть его на месте происшествия? — не выдержав, выкрикнул Качок.

Меня это задело. Я ведь нервничаю, потому что боюсь…

— Вы даже не выглядите испуганным. Может, только на словах и боитесь? — съязвил Щелчок.

Так, нахер это «нервничаю». Я повернулся к нему:

— Это правда. Иначе я бы говорил с теми, кто хамит и грубит человеку, который помог директору вашей компании, столь же грубо и неуважительно. И вообще, сотрудники Спецуправления упорно работают днями и ночами, чтобы обеспечить безопасность людей, даже если получают сущие гроши. А вы занимаетесь этим только ради прибыли, так что завалите нахрен свои ебальники и не вякайте.

Щелчок замолчал. Как и все остальные. Я чувствовал, что на меня смотрят, но предпочёл уставиться на стол, делая вид, что не замечаю их взглядов. Чёрт, этот мой рот… Опять херню сморозил.

Иногда слова просто вылетают из меня, и я не могу себя контролировать, даже если не уверен, что смогу победить в драке. Хотелось прижать руку к бешено бьющемуся сердцу, но я сдержался, вместо этого приняв предложение:

— Директор На, я буду оказывать поддержку команде Б на месте. Я сам попросил вас о помощи, так что это и моя ответственность.

Когда я озвучил согласие на работу, которую они мне сами же и навязали, на минуту снова воцарилась тишина. Мне показалось, или они смотрят на меня с жалостью?

— Есть ли какие-то особые задачи для меня?

— Особые... Видите ли, сотрудник, с которым вы поедете, может не найти общего языка с людьми на месте происшествия. Возможно, это будет сложно, но я надеюсь, что господин Хан Чжэ Мён сможет всё всем объяснить.

Просто объяснить? Ну, это я могу.

— Итак, теперь всё решено?

— Нет. Переменная, о которой я говорил, всё ещё остаётся.

Разве не оказание поддержки являлось переменной?

— Господин Хан Чжэ Мён, тот, кто будет с вами в команде Б, — это наш второй генеральный директор. У него есть право отказаться от работы. Конечно, он этого не сделает, если не будет особых причин. Обычно в делах компании он прислушивается к моему мнению. Поэтому заранее предупреждаю: не делайте ничего, что может создать проблемы.

— Какие проблемы?

— Просто не провоцируйте его.

После небольшой паузы директор На добавил:

— Он немного злопамятный.

— ...

— Но он не из тех, кто лезет в драку без причины, так что не переживайте слишком сильно.

Да, переживать не стоит. Но почему я чувствую тревогу?

В моей жизни почти не было совпадений. Поэтому я так волновался из-за встречи с директором На, который, словно по мановению волшебной палочки, появился передо мной в трудную минуту. Я думал, что совпадений, превосходящих это, не произойдёт. Так и должно было быть.

— Не «немного». Директор Кук — король злопамятности.

— Точно. Если бы существовал рейтинг злопамятных людей, директор Кук был бы непревзойдённым лидером.

Щелчок бросил на меня косой взгляд и добавил:

— Не то, что некоторые, которые говорят, что нервничают, а потом вываливает всё, что думают…

Я ещё многое хотел сказать, но на тот момент потерял дар речи. Потому что был в замешательстве. Нет, не может быть. Да мало ли в мире злопамятных людей?

— Зато в работе он лучший.

Директор На говорил со мной так, словно пытался утешить. Тогда Пьяница посмотрел на меня и улыбнулся.

— Лучший, конечно. В этой сфере ему нет равных. Все это признают, хоть вслух и не произносят.

Признают, но не произносят? Почему? Но вместо объяснений Пьяница добавил:

— Эй, атмосферный сотрудничек Спецуправления, тебе ведь повезло. Если директор Кук возьмётся за дело, всё решится за один день. Правда!

Он поднял большой палец вверх, расхваливая своего начальника, но было уже поздно. Как только я услышал о злопамятном характере, мне на ум пришёл бессовестный парень, расклеивающий листовки… Подождите… листовки? А директор На ранее не говорил что-то подобное?

Бух!

Я услышал, как снаружи хлопнула дверь.

— Поговори о тигре, и он появится*... — пробормотал кто-то из них.

И в тот же момент трое сотрудников резко выпрямились и начали усердно делать вид, что работают, сосредоточенно изучая материалы о 57-К. Директор Кук настолько страшный босс?

* Корейское выражение, обозначающее «лёгок на помине».

Бах!

За моей спиной открылась дверь. Послышались шаги, но у входа они остановились. Я хотел было обернуться, но отвлёкся на работников, которые всё ещё с горящими глазами пялились в документы. Только лишь благодаря директору На мне не пришлось приветствовать злопамятного и лучшего в своей работе директора Кука в одиночестве.

— Разобрался со всеми делами?

— Ещё нет. — послышался ответ, и через мгновение на стол рядом со мной легла стопка бумаг. Содержание статьи отчётливо попало в моё поле зрения:

«Ищим свидетиля. Просьба аткликнутся мущину 20 лет, который видил, как красивый малодой чиловек кродёт батарейки из авариеного ящика у входа в падъезд. Обищаем возногрождение. Асоциация женщин…»

***

Острый взгляд производил сильное впечатление. Хотя лицо само по себе было красивым, из-за узких вытянутых глаз его бесстрастный взгляд казался холодным и резким. Да и сам владелец этих глаз был далёк от мягкости.

— Что это?

— C 57-К возникла проблема. Новая компания, которая заключила контракт со Спецуправлением, напала на его убежище, и 57-К сбежал. Судя по его состоянию, припадок начнётся через два дня. У тебя есть идеи, куда он мог направиться?

Директор На передал карту директору Куку. Большая рука с выступающими венами потянулась мимо Хан Чжэ Мёна, чтобы взять её. И, в отличие от четырёх человек, которые долго вели дискуссии, он, не раздумывая, указал на определённое место.

— Здесь.

Это было то же направление, о котором говорил директор На. Остальные сотрудники подняли головы от документов, чтобы посмотреть. Когда они осознали свою ошибку, на их лицах отразилось разочарование. Опоздавший мужчина просто указал место на карте, ничего не объясняя, но никто не осмелился возразить. Каждый, кто видел эту ситуацию впервые, был бы удивлён, но взгляд сотрудника Специального управления был прикован к стопке бумаг, которую директор Кук оставил на столе.

— А что рядом? Почему здесь материалы класса С?

— Вообще-то, это класс Е. Сотрудник спецуправления попросил меня помочь. Но сегодня внезапно возникла проблема с 57-К, поэтому нам всем нужно сосредоточиться на этом. Так что с этой работой ему поможешь ты.

— Почему я?

— Я дам вам два дня. Если вдруг время останется, ты сможешь провести его с пользой. Кажется, тебе есть чем заняться.

Ответа не последовало. Однако директор На обратился к Хан Чжэ Мёну так, словно уже получил от своего оппонента согласие:

— Господин Хан Чжэ Мён, познакомьтесь. Это генеральный директор Кук, о котором я говорил.

— ...Здравствуйте.

После этого приветствия все резко замолчали. Хан Чжэ Мён даже не встал со стула и сидел, опустив голову. Члены команды забеспокоились: почему он ведёт себя так, будто ему в туалет приспичило? Генеральный директор На произнёс:

— Вам предстоит работать вместе, так что познакомьтесь как следует, лицом к лицу.

Предлагая это, он украдкой посмотрел на директора Кука. Тот был известен своей непредсказуемостью и вполне мог обидеться даже на такую мелочь. Конечно, директор На разрешил бы эту ситуацию, но реакция Хан Чжэ Мёна была несколько грубоватой даже по его меркам…

— Господин Хан Чжэ Мён? — переспросил директор На низким, приятным голосом.

И Хан Чжэ Мён наконец встал со своего места. Его голова всё ещё была опущена, но он поднял взгляд.

— ...Здравствуйте.

Он пробормотал приветствие и снова отвернулся. Присутствующие были озадачены таким поведением сотрудника Спецуправления. Застывшее выражение лица, бледность, избегает смотреть в глаза... Неужели это от смущения? Почему? Почему он так ведёт себя перед ублюдочным директором Куком? Пока вся команда пребывала в шоке от чудовищного вкуса сотрудника Спецуправления, директор Кук наклонил голову и заглянул в лицо Хан Чжэ Мёна.

— Кажется, я вас где-то видел.

— ................у меня просто обычное лицо, как у многих.

— Нет! У вас атмосферное лицо, вовсе не обычное...

Хан Чжэ Мён обернулся на Пьяницу и наградил его убийственным взглядом. Тот лишь криво усмехнулся, глядя в пылающие глаза госслужащего. Хан Чжэ Мён собирался посмотреть на Пьяницу ещё более яростно, как вдруг какая-то сила схватила его за подбородок и развернула к себе. Он вздрогнул и попытался отступить, но замер. Убийственный взгляд, словно у хищника, подчиняющего добычу, приковал его к месту.

— Вы меня знаете?

— Не знаю.

Голос того, кто недавно так старательно избегал даже смотреть в глаза, был спокойным. Более того, Хан Чжэ Мён схватил директора Кука за запястье и решительно потребовал:

— Отпустите меня.

Членам команды пришло в головы, что сотрудник Спецуправления куда круче, чем казалось. Но никто из них не увидел, как у него дрожат колени…

— Отпусти, — вмешался директор На, и директор Кук, не имея другого выбора, убрал руку. Затем он косо посмотрел на Хан Чжэ Мёна и спросил:

— Вы сотрудник Спецуправления?

— Да. Хан Чжэ Мён, Специальное управление предотвращения чрезвычайных ситуаций, 5 отдел, 3 группа. Не имею никакого отношения к FOURKEY.

Хан Чжэ Мён говорил решительно, одновременно вытаскивая из кармана визитную карточку.

— Где вы живёте?

Пауза. Рука, державшая визитку, застыла. Директор Кук выхватил визитку и снова спросил:

— Господин Хан Чжэ Мён, Специальное управление предотвращения чрезвычайных ситуаций, 5 отдел, 3 группа, где вы живёте?

— Это моя личная жизнь, поэтому я могу не отвечать на ваш вопрос.

— То есть мы работаем вместе, но вы мне не доверяете, — пробормотал директор Кук, глядя на визитную карточку.

За его спиной трое сотрудников скривились и начали подавать Хан Чжэ Мёну предупреждающие знаки: «Отвечай! Не зли его из-за пустяков, просто ответь!». Подбадриваемый командой FOURKEY, сотрудник Спецуправления был вынужден пойти навстречу:

— Хорошо, раз мы теперь работаем вместе, то можно и рассказать о личной жизни.

— Где вы живёте?

— ...... Карибон-дон.

— Правда?

— Да...если растянуть*.

— Что?

— Что?

*отсылка к 1 главе, где Чжэ Мён поясняет «Если растянуть радиус, то в Карибон-доне»

На мгновение их глаза встретились, но директор Кук отбросил свои сомнения, когда увидел уверенный взгляд собеседника.

Едва Хан Чжэ Мён перевёл дыхание, как директор, который уже переключил внимание на документы, спросил:

— Но почему вы тянули с этим целый месяц?

— Ну, в процессе работы возникло недоразумение...

— Вы настолько долбоёбы?

Директор Кук серьёзно спросил остолбеневшего Хан Чжэ Мёна и добавил:

— Даже наши никчёмные сотрудники, которые только и делают, что едят за счёт компании, могли бы справиться за неделю. Неужели в Спецуправлении собрались лишь самые отборные дебилы?

Выйдя из FOURKEY, я проверил время. Два часа. Прошло всего два часа. Но почему мне показалось, будто прошло два года? В любом случае, я был рад, что меня не уволили из компании...

Вскоре я столкнулся с очередным кризисом: не мог вернуться домой. Вернее, до дома-то я дошёл, но зайти внутрь возможности не было.

— Поэтому верни батарейки обратно, у нас есть свидетель, чего ты увиливаешь?

Я быстро спрятался за угол. Аккуратно выглянув оттуда, смог рассмотреть людей, собравшихся у входа в дом. Три тётки наперебой спорили с высоким мужчиной. Конечно, это был тот же Бессовестный, что и раньше. Чёрт, так мало времени прошло с тех пор, как мы разошлись, и снова я его увидел.

— Это же для всех, на случай чрезвычайных ситуаций, как ты мог забрать всё себе? А?

Председательница женсовета, с которой я уже встречался, ругалась и тыкала пальцем в сторону мужчины, глядя на него снизу вверх. Две другие женщины, уперев руки в бока, поддерживали её. Я тоже её поддерживал, только издалека. Однако Бессовестный оказался ещё и бестактным...

— Тёть, разве так говорят «спасибо»?

— «Спаси-и-ибо»? Ха! По-твоему, я сейчас благодарна? А? Да из-за тебя здесь пришлось вешать объявления с предупреждениями, что нельзя пользоваться аварийным ящиком, ты не видишь?

— Вижу. Поэтому ты и должна быть благодарна.

— Чего?! — Одновременно закричали три тётки. Бессовестный решил, что они задают вопрос, и любезно указал пальцем на объявление с предупреждающей фразой:

— «Возникла проблема с коробкой аварийного освещения у входа в дом. Пожалуйста, не забывайте носить с собой свой личный фонарь». Это же означает, что раньше были идиоты, которые полагались только на аварийный ящик и не носили с собой фонари. Разве не очевидно, что каждый сам должен заботиться о своей безопасности? Зачем тратить государственные деньги на заботу о придурках, не соблюдающих даже элементарные правила? Чтобы помочь баранам, которые беззаботно слоняются по округе, нужно не снабжать их фонариками, а мозги вправлять. Если кто-то не подготовил личный фонарь надлежащим образом, то он заслуживает смерти. Теперь, благодаря мне, хотя бы повесили это объявление. Может, всякие безмозглые кретины, наконец, почувствуют ответственность.

Три тётеньки ошеломлённо уставились на Бессовестного. Да и я был шокирован этим заявлением.

— Теперь это имеет смысл?

На самом деле, смысл был. Фонарик — это действительно основа защиты от Бессердечных. У меня вошло в привычку брать с собой фонарь, куда бы я ни направлялся, и всегда проверять, работает ли он. Но всё же говорить, что кто-то «заслуживает смерти» — перебор...

— Люди могут ошибаться. Вдруг произойдёт несчастный случай, а фонариком воспользоваться не получится. Ты хочешь сказать, что такая смерть тоже заслуженная?

— Вот поэтому один я оставил.

— И что, гордишься этим?

— Да.

— Ты, ты, ты!

— Если жизнь дорога, то нужно быть готовым к ошибкам и несчастным случаям. Беззаботное «со мной такого точно не случится» равносильно готовности умереть в любой момент. Ну, таким придуркам лучше сдохнуть поскорее, ради блага всего мира.

Бессовестный усмехнулся, слегка скривив губы. Выражение его лица привело меня в восхищение.

Вау, какой же мудак.

Тётки только и могли что громко возмущаться:

— Значит, ты украл батарейки, чтобы людям «мозги вправить»? Совсем бесстыжий?

— Разумеется, нет, — легко ответил Бессовестный, вздёрнув подбородок. — Тёть, если бы ты знала, в каком состоянии была первая украденная мной батарейка, ты бы мне в ноги кланялась.

— Да я бы лучше камню поклонилась, чем тебе! — взволнованно воскликнула председатель, а затем раздражённо переспросила: — Так что было с первой украденной батарейкой?

— Свет не включался.

— Что?

— Она была разряжена. Вы организовали этот аварийный ящик просто чтобы бросить туда несколько фонариков? Если его долго не обслуживать, то можно и не заметить, что батарейки сели. Как тогда оказать экстренную помощь тем, кто в опасности? Если аварийный фонарь не зажжётся, какой-нибудь идиот, не ценящий свою жизнь, сдохнет. В конце концов, идиот сдохнет так или иначе. Но благодаря мне люди увидели объявление, и те придурки, которые хоть немного задумаются, возможно, останутся живы.

Тётушки растерянно переглянулись. В самом деле, аварийный ящик предназначен для чрезвычайных ситуаций, поэтому его редко используют. Но я думал, что за ним хотя бы следят…

— Так что насчёт благодарности?

Лица смущённых тётушек застыли. Моё тоже.

— Но ты поступил неправильно. Это же явное воровство.

— Я взял общедоступный предмет, который может использовать кто угодно. Я — кто угодно. Так почему это воровство?

— Там ведь написано, что он предназначен для чрезвычайных ситуаций!

— Такая и была.

— Ты же не по уши в долгах...

Глаза Бессовестного сузились, и взволнованная женщина внезапно осеклась и откашлялась.

— Кхм-кхмм, и вообще, зачем тебе батарейки, если ты не на грани голодной смерти?!?!

Взвинченная тётка попыталась ещё раз ткнуть в него пальцем, но её остановил кто-то стоящий поблизости, и она едва сдержалась. Если бы они опять перешли к теме чрезвычайных ситуаций, то тётка бы вновь проиграла. Вместо неё вышла вперёд другая дама:

— Если нужны были батарейки, ты должен был подготовить их заранее. Зачем брать украдкой? Ты ведь сам чувствовал себя виноватым, поэтому так поступил, да?

— Раз уж заговорили об этом, то кто сказал, что я взял украдкой? Я взял их открыто. И кто тот свидетель, который видел меня?

Хмпф.

Я съёжился и прижался к стене. Бессовестный стиснул зубы так, что это было видно даже издалека.

— Кто посмел оклеветать меня и распространить подлые слухи по всему дому? Я обязательно поймаю этого трусливого ублюдка, который испортил мою репутацию, и верну ему ту боль, что испытал сам.

Глоть.

Я неосознанно сглотнул. Наблюдая, как Бессовестный обещает отомстить, я задумался: может быть, не стоит идти домой сегодня... Тем временем, словно в знак окончания ссоры, одна из тётушек воскликнула:

— Но почему ты, такой молодой человек, продолжаешь говорить неформально? М?

В итоге разговор перешёл на тон Бессовестного. К удивлению, председательница женсовета сама объяснила причину:

— Этот парень, если кто-то обращается к нему на «ты», сразу отвечает тем же.

— Да, но всё же. Мы ведь не случайные знакомые — целый год вместе ходили в бассейн, а он «тыкает» при каждой встрече.

— Тёть, так ты ведь тоже ко мне на «ты», — вмешался Бессовестный.

Тётка лишь повторяла «Ты, ты...» с таким видом, будто у неё повысилось давление, и в конце концов закричала:

— ГордиТЕСЬ тем, что хамиТЕ старшим? И правда гордиТЕСЬ? А?

— Да. ДА. Тётушка, что посееТЕ — то и получиТЕ. * Да.

Что получите? Пока я не верил своим ушам, тётки похватались за головы:

— Ох, этот парень снова несёт чушь. Ох!

*В оригинале используется аналог этой поговорки, но специально с ошибкой. То есть, директор Кук неверно её произносит.

Похоже, их больше шокировало не то, что они не вернули батарейки, а то, что проиграли словесную перепалку невежде. Я тоже был в шоке. С этим Бессовестным мы никогда не сблизимся…

Я встревоженно подошёл к заднему входу в дом и остановился перед объявлением о поиске свидетеля, висевшим на стене. Оглядевшись по сторонам, я его сорвал. Чёрт, может, мне и правда стоит переехать?

***

Словно в шпионском фильме, я испуганно прокрался домой. Но как только я закрыл за собой дверь и с облегчением вздохнул, зазвонил телефон. Я вздрогнул, но, к счастью, на экране высветилось «Начальник Ким». Я уже предупредил его в смс, коротко описав ситуацию, и сказал, что перезвоню позже. Но, видимо, он не удержался, поэтому набрал меня сам.

[Эй, Чжэ Мён-а, это правда? FOURKEY реально возьмутся за это дело?]

Начальник, притворяясь дружелюбным, даже неформально позвал меня по имени. Если бы так поступил Ким из моего романа, сердце главного героя забилось бы быстрее. Но нет. Начальник Ким счастлив, потому что заключил сделку с важным клиентом. Однако Сиу уже не слышал слов начальника, так как все мысли были заняты директором На...

[Хан Чжэ Мён. Эй, Чжэ Мён-а?]

В действительности же слова начальника были слышны очень даже отчётливо…

— Да, они сказали, что сделают это. Уже сегодня начнут охоту.

[Сегодня? Прямо сейчас? Эй, а может... это не какой-то другой FOURKEY? Возможно, 4Кey или FOR K или что-то типа этого..................]

— Я видел вывеску.

[На всякий случай попроси показать свидетельство о регистрации.]

— ......

[.................. будет сложно, не так ли?]

— Вы же знаете мой характер, зачем вы так?

[Знаю, ты трусливый и робкий. Я сначала не верил из-за твоего невозмутимого вида, но сейчас понимаю. Хотя это потому, что ты слишком много говорил об этом, и я, кажется, зомбировался.]

Я был рад, что он это признал.

[Конечно, иногда ты бываешь настолько саркастичным или несёшь такую чушь, что я сомневаюсь, не Бессердечный ли ты.]

Уж явно не человеку, который сам 24 часа в сутки ведёт себя как Бессердечный, говорить подобное. Но он был прав. Порой я ловил себя на том, что саркастические мысли вдруг вырываются наружу. Словно язык двигается раньше мозга. Кстати, когда начальник успел так хорошо меня изучить? В честь этого я решил его проинформировать:

— И ещё. Я буду оказывать поддержку на месте происшествия.

[Да. Ты на месте..............Ты?! Как ты собираешься это делать, ты же трус?]

Услышав, насколько поражён начальник, я вдруг вспомнил всю печаль, которая навалилась на меня в FOURKEY. На глаза навернулись слёзы. Я уже собирался открыть рот, чтобы выплеснуть свои обиды, но начальник заговорил первым:

[Обязательно купи и выпей успокоительное. На всякий случай захвати ещё одно с собой.]

— Может, чтобы я его не пил, вы замените меня другим сотрудником?

[Нет, никак. Свою работу должен выполнять именно ты.]

Начальник Ким выбывает из моего романа. Выбывает навсегда. Его понизят и отправят на отдалённый остров с населением в 2 человека…

[Я куплю тебе успокоительные. Счастливого пути. Если это поддержка на месте, тебе не придётся встречаться с Бессердечным лично.]

И всё равно...

[Я провёл небольшое исследование, и у этого директора На очень хорошая репутация. Он ответственный, никогда не совершал ошибок, и идти с ним не опасно.]

Если бы со мной шёл директор На, я был бы готов броситься в самую гущу Бессердечных.

[Кстати, там есть ещё один директор. Все почему-то молчат о нём, не хотят говорить. Только качают головами и мрачно смотрят.]

Я осознал силу злопамятности. Как же сильно все боялись мести этого Бессовестного, что даже рта раскрыть не решались. Вот почему я не мог получить никакой информации о нём в FOURKEY.

[Может он не очень способный?]

Он лучший в своём деле. Я собирался об этом сказать, но понял, что так похвалю Бессовестного, поэтому сдержался…

Закончив разговор с начальником, я собирался переодеться, но остановился перед комодом. Немного подумав, выдвинул второй ящик. Покопавшись во всяком хламе, я достал коробку и открыл крышку. Там лежал пистолет, который хранился у меня на крайний случай. Но я только посмотрел на него и закрыл крышку обратно. Вряд ли ведь он понадобится? Вместо него я взял ещё два фонаря. Да, трёх будет достаточно.

Я тщательно готовился, как вдруг снова зазвонил телефон.

Дзинь, дзинь, дзинь.

Посмотрев на экран мобильного, я сначала подумал, что это опять начальник отдела, но номер не высветился. Что за...? И тут я вспомнил о звонке директора На в наш офис. Тогда номера тоже не было!

— Алло.

Ответа не последовало. Директор На тогда так и делал! Я откашлялся и произнёс как можно мягче:

— Алло?

В трубке раздался треск. Чёрт.

[Вы дома?]

Ух ты ж! Услышав внезапно раздавшийся голос, я отодвинул телефон от уха. Меня поразило, во-первых, то, что собеседником оказался Бессовестный, а во-вторых, его вопрос. Дома? Как он узнал?! Я поспешно бросился ничком на пол.

Хлоп!

Удар коленями об пол был таким сильным, что у меня даже выступили слёзы. Но я продолжил ползти, пригнувшись, чтобы посмотреть в окно. Бля, он смотрит на меня снаружи?.. Но это же 15 этаж? Однако расслабляться было рано. Я встал и, прижавшись спиной к стене, выглянул на улицу. Только через некоторое время до меня дошло, что всё это время я оставался на связи. В трубке не было слышно ни звука.

— Алло?

[Почему вы упали у себя дома?]

Хмпф. Прижавшись к стене ещё плотнее, я крадучись отошёл от окна.

— Я?

[Был слышен звук падения].

А, он понял по звуку. В самом деле, я на 15 этаже, он не мог видеть меня снаружи. …Может быть, он смотрел на меня из 1406 квартиры?! Я выглянул, но, к счастью, поблизости не было квартир, из которых можно было бы увидеть моё жилище. Тем не менее, на всякий случай, я задёрнул шторы.

— Я не падал.

[Неправда].

Он же этого не видел по-настоящему, да?

— Я просто кувыркнулся.

[Просто? Вы поразительный. Что с вами не так?]

Меня больше выбесило не замечание Бессовестного, а искренний тон его голоса. Он задавал невинные вопросы, подобно учёному, исследующему истину вещей...

— Если я узнаю ответ, то расскажу вам первому.

[Знание вашу тушку не исправит.]

— .................По какому делу вы звоните?

[Вы сказали, что живёте в Гарибон-доне?]

— Да. .................Если растянуть.

[Что?]

— Что?

Наступила оглушающая тишина. Чёрт, в третий раз такое не сработает...

— Место происшествия находится в часе езды от Сеула, и я приеду туда первым. Сообщите мне, во сколько будете...

[Я как раз сейчас собираюсь в Гарибон-дон].

— ЗАЧЕМ?!

[Нужна ваша подпись под договором на госслужбу.]

Ох, подпись.

[И раз уж зашёл разговор, давайте внесём ясность. Наша компания уже выполнила норму по государственным квотам за этот год. Поэтому мы будем брать комиссию за работу. Если мы не согласуем этот пункт, я умываю руки. И неважно, помогали вы На Чжин Уку или связали его обещанием по рукам и ногам.]

— Но директор На ничего не говорил о комиссии.........

[Ну что ж, тогда к На Чжин Уку и обращайтесь.]

— И сколько?

[Два листа в день.]

— Два… два миллиона вон?

[200 миллионов.]

Вот оно что. Двести миллионов в день. Ха-ха, это больше, чем месячный бюджет нашей команды. Этот парень шутит?

— 200 миллионов я дать не смогу.

[Ну что ж, тогда разговор зак.....................]

— Два... двадцать миллионов, возможно, получится.

[Окей].

Окей? Я немного насторожился, потому что ответ пришёл сразу же... Но мне предстояло пересечь ещё одну гору…

[Тогда я сейчас приеду в Гарибон-дон].

— Нет, я поеду в Кэбон-дон, вообще-то я уже вышел из дома.

[Я не слышу окружающих звуков. Вы всё ещё в помещении].

—...... Я в лифте.

Я быстро побежал в ванную, закрыл дверь и осторожно ударил лейкой душа по раковине.

Дилинь.

Глухой звон фарфора эхом разнёсся по помещению.

— Ха-ха, я уже на первом этаже.

[Вижу, зарплаты в Спецуправлении приличные. Проезд в лифте — дорогое удовольствие.]

Да какие там приличные. Я чуть ли не голодаю. Поэтому я и снял дешёвую квартиру на 15-ом этаже, а лифтом не пользуюсь.

— Дело важное, поэтому я тороплюсь.

Я быстро добежал до балкона и высунул верхнюю часть тела на улицу.

— Сегодня отличная погода. И ветерок такой приятный.

[Сегодня ж песчаная буря].

.................. Вот почему у меня пересохло в горле.

[Приезжайте к жилому комплексу ХХ. Сколько времени вам нужно?]

— Примерно час.

[С такой-то нелепой тушкой вы, наверное, пиздец медленный.]

Тук.

И он отключился. Я чуть не закричал на телефон, забыв, что всё ещё перегибаюсь через балконное окно. Он хочет, чтобы я, щёлкнув пальцами, появился через минуту, заставив его сердце разорваться от испуга? А?!

Дзинь.

О, господи! Я был так напуган повторным телефонным звонком, что чуть не уронил мобильник. Кроме того, этот номер тоже не отображался. Неужели Бессовестный почувствовал, что я его ругаю? Я снова перегнулся через балкон и небрежно ответил:

— Да.

[Это На Чжин Ук.]

Глоть.

[Вы едите?]

— Нет. Просто слюну сглотнул.

Чёрт, какой придурок. Сказал, что сглотнул слюну... Мне показалось, что я услышал короткий смешок в трубке. Но возможно это были галлюцинации, потому что потом спокойный голос произнёс:

[Может позвонить директор Кук и потребовать комиссию. Если это произойдёт, откажитесь и сразу же свяжитесь со мной. Ведь я беру на себя всю ответственность за это дело].

—...... Я не отказался.

[Вы уже разговаривали?]

Когда он задал этот вопрос, меня захлестнула обида.

— Да. Да, он говорил о 200 миллионах вон в день и саркастически посоветовал мне позвонить генеральному директору На, если меня это не устроит… Потом он сказал, что сам приедет в Гарибон-дон........

[Гарибон-дон?]

— Неважно. Я сказал ему, что смогу получить 20 миллионов вон, и он согласился, но....................

Я чувствовал себя несчастным, говоря это, но не мог не пожаловаться:

— На самом деле, даже 20 миллионов вон — это большие деньги для моего отдела, так что...................

[Как насчёт того, чтобы внести это дело в квоты нашей компании на следующий год?]

— Отлично!

[......]

— Простите, я слишком обрадовался.

Я сразу же извинился, но он всё ещё молчал. Может быть, ему уже надоело со мной разговаривать? Я начал волноваться, но, наконец, он заговорил. Кажется, в его голосе послышался смешок:

[Я рад, что вы рады. Позже внесу изменения в контракт, чтобы не упустить эту часть. Кстати, директор Кук и правда просил 200 миллионов вон в день?]

— Да! Кто вообще может получать 200 ми..................

[Это лёгкая работа даже для E-класса. Наверное, поэтому он занизил цену.]

Если подобное повторится дважды, то наш отдел обанкротится. Кстати, у этого Бессовестного такой высокий суточный заработок, но он всё равно крадёт батарейки? А директор На, наоборот, позвонил, беспокоясь обо мне. Хе-хе.

[А, господин Хан Чжэ Мён].

— Да!

[.................. Не обязательно так громко отвечать].

— Громко отвечать — моё хобби.

После очередного короткого молчания он заговорил о деле, по которому позвонил мне:

[Вы когда-нибудь раньше встречались с директором Куком?]

— Нет. А что?

[Он никогда не забывает тех, с кем однажды пересекался. И он сказал, что где-то видел господина Хан Чжэ Мёна].

Бессовестный с бесполезным зрением...

— У меня распространённая внешность. Должно быть, он ошибся.

[А может, вы встречались, но господин Хан Чжэ Мён этого не помнит?]

— Не думаю, что я бы смог забыть кого-то вроде директора Кука.

[Это точно], — согласился он. А затем добавил:

[Директор Кук не так плох, как кажется].

Кажется, он плох ровно настолько, насколько выглядит. Однако я не стал отвечать. Мне понравилось, что директор На защищает коллегу. Как эти двое могут быть такими разными? Один — вежливый, разумный, умеет заботиться о других, а второй — вульгарный, наглый и не способен думать о ком-то даже капельку. Стало интересно, как они вообще начали работать вместе.

— Я могу спро..................

[Так что, если у вас возникнут какие-то проблемы с работой, просто свяжитесь со мной.]

Пик.

Звонок был немедленно прерван. Жаль. Было очень жаль, что мы не смогли поговорить подольше. Может быть, я чувствовал себя так, потому что разговор с Бессовестным был настоящим адом. Я быстро достал блокнот, чтобы записать свои тёплые ощущения.

*Напоминание: текст романа необходимо читать интонационно, с восторженным придыханием. Герои общаются очень слащаво, просьба учитывать при прочтении.)))

[Сиу, у которого было плохое настроение, получил звонок. Неизвестный номер.

«Кто это? Алло», — осторожно ответил Сиу, и в его ухо проник глубокий и тёплый, словно Van Dyke brown*, голос:

«Это директор На».

Грубый тон. Но для Сиу это был тон, который заставлял его сердце учащённо биться.

«Да, в чём дело?» — спросил он дрожащим голосом, но собеседник некоторое время не отвечал.

Почему так? Сиу был озадачен, но наконец тот спросил:

«Что-то случилось? Я слышу в вашем голосе туман беспокойства».

Как он узнал?!

«Расскажите мне. Я сейчас сижу в своем кабинете и выпиваю».

Сиу сразу же представил себе эту картину: приглушённый свет люстры, 17-дюймовый письменный стол из красного дерева, расположенный в одном конце кабинета. Сидящий за ним человек с сигарой в одной руке и единственной в мире бутылкой виски 870-летней выдержки в другой. Сиу почувствовал, как его решимость никому не раскрывать своих чувств тает прямо на глазах.

«Дело в том, что начальника отдела, который заботился обо мне, внезапно перевели на отдалённый остров».

«Там есть ещё два жителя, так что одиноко ему не будет»

«Откуда вы знаете?»

До ушей удивлённого Сиу дошла шокирующая новость:

«Потому что я его перевёл».]

* Van Dyke brown — Глубокий, насыщенный и тёплый коричневый цвет, часто используемый в живописи и гравюре.

***

Одна из причин работать – зарплата, но есть и побочные выгоды. Дело в том, что во время работы я могу свободно пользоваться электронными устройствами. Когда у меня выдаётся свободная минутка, я переношу свои рукописные заметки в компьютер. Разумеется, стараясь всё успеть. Особенно в такие дни, как сегодня, когда работаю я на выезде: можно выкладывать свои статьи в сеть, не попадаясь на глаза службе безопасности компании.

Однако я сейчас усердно печатаю не потому, что не могу сдержать свой кипящий творческий порыв… Неловкость, глупость и безделье. Когда все три фактора вместе — хоть ногами рисуй.

Причина неловкости кроется в шоке, который испытали находившиеся на месте происшествия люди, когда вместо крутого охотника появился рядовой сотрудник Спецуправления.

Я понимаю. Они ждали подкрепления, а получили лишь меня. Убежище охраняют всего четыре человека, так что их злость оправдана… К счастью, когда я представил того, с кем пришёл, злость сменилась недоумением и недоверием. Потом их лидер и Бессовестный вышли поговорить, а остальные остались объяснить ситуацию встревоженной семье в убежище.

— Вы же говорили, что мы получим поддержку? А новая компания присылает всего двоих?

Из членов семьи в наибольшей ярости был муж. Его жена стояла рядом с обеспокоенным видом, держа на руках их трёхлетнего ребёнка.

— Ещё вы сказали, что этот парень даже не полевой агент?

Все взгляды разом устремились на меня. Я стал печатать ещё лихорадочнее и делал вид, что ничего не слышу.

— Не полевой агент, но сотрудник Спецуправления, который ранее с вами связывался.

— Так этот парень просто бумажки в офисе перебирает. Какого чёрта он здесь забыл?

Так и я об этом!

— Также он хорошо знаком с текущей ситуацией....................

— Это же не значит, что он сможет нас защитить? Отошлите его сейчас же и приведите нам кого-то стоящего!

Вот именно!

— Не то чтобы мы просили о такой поддержке. Мы поражены, что прислали именно его.

Хе-хе, а я-то как поражён.

— Ничего не поделать. Этот человек привлёк компанию, которая вам поможет. Сам же он будет просто наблюдать и оказывать поддержку.....................

— Но помощь — всего один человек!

— Да. Один. Но по словам сотрудника Спецуправления, и одного представителя FOURKEY может быть достаточно.

Взгляды снова сосредоточились на мне. На этот раз я не мог притвориться, что не заметил, поэтому поднял глаза.

— Именно так.

Однако, несмотря на моё подтверждение, выражение лица агента выражало недоверие, а Муж выглядел совсем не убеждённым.

— Что вообще за зверь этот FOURKEY? Я впервые о них слышу.

— Они лучшие в отрасли охоты на Бессердечных. Хотя до меня только слухи о них доходили.

— Слухи? Тогда вы не знаете, хорошие они на самом деле или нет.

— Да, но я слышал, что FOURKEY берутся только за самую сложную работу, которую не могут осилить остальные.

— Так это же всего лишь слухи. Даже если это правда, что, чёрт возьми, сможет сделать всего один человек? Представители других компаний не справились с работой всемером.

Муж едва подавлял свой гнев. Но это было бесполезно. Его гневу суждено было вырваться наружу.

Хлоп!

Дверь убежища распахнулась, и в неё, тяжело дыша, ворвался капитан агентов.

— Собирайте вещи. Мы уходим.

Уходят? Я подскочил от неожиданности. Тогда кто же меня защитит?!

— Капитан, мы правда сворачиваемся?

— «Его высокоблагородие» велел нам не мешать и убраться с дороги. Так что пусть сам ищет этого Бессердечного, который за неделю и носа не высунул!

Слова звучали саркастично, но лицо капитана было искажено гневом, и это было видно даже издалека. Чёрт, что же ему наговорил Бессовестный?

Услышав слова лидера, агенты, не говоря ни слова, похватали свои сумки и действительно убрались с дороги. Аааааа... Мы с Мужем даже пикнуть не успели, а люди, которые должны были нас защищать, уже свалили. Вместо них появился парень, который мог поставить под угрозу не только наши жизни, но и наше кровяное давление. Муж тут же воскликнул:

— Эй, ты же из этого места, как его... FOURKEY. Или FOURGAY…

А-ха-ха-ха! FOURGAY. Значит, это компания, где все, кроме одного, геи… Чёрт. Внезапно я встретился глазами с Бессовестным и сразу же сделал бесстрастное лицо, но, кажется, мой смех успели заметить… И, хоть я быстро отвернулся, но всё же чувствовал, как пристальный взгляд прожигает мне висок. К счастью, его внимание привлекли слова Мужа:

— Кто ты такой, чтобы выгонять людей, которые нас защищают?

Ах, только не панмаль*…

*Панмаль (반말) — неформальный стиль речи в корейском языке.

Дословно означает «короткая речь» и подразумевает отсутствие вежливых окончаний. Используется в разговорах между друзьями, ровесниками, младшими и близкими людьми. Так как панмаль выражает чувство близости, невежливо использовать его с теми, с кем у человека другие отношения.

— Ты видел, как я их выгонял?

Злопамятный Бессовестный, конечно же, и сам ответил неформально. Лицо Мужа исказилось.

— Эти люди защищали нас, жертв инцидента, но ушли из-за тебя! Ты ведь велел им не мешаться под ногами и убираться?

— Не говори того, о чём не знаешь. Я лишь сказал, что тупые правительственные ублюдки, которые только зря получают зарплату и ужасно работают, мне мешают. Но убираться я им не говорил.

Так это ещё хуже…

— И ты. Я уж не знаю, жертва ли ты инцидента или какой-то извращенец. Так что, если не собираешься помогать, съебись и не отсвечивай.

— Из.... Извращенец? Ты точно здесь, чтобы нас спасти? Думаешь, если продолжишь так выражаться, я ничего не сделаю?

— Так сделай.

— Что?

— Я здесь для того, чтобы поймать Бессердечного. Явно не для того, чтобы извращенцев спасать. Если ты будешь срывать на мне злость, я тоже бездействовать не стану. И клянусь, я доставлю в 100 раз больше неприятностей, чем Бессердечный, преследующий тебя.

Муж, казалось, понял, что этот парень сумасшедший, поэтому сменил цель, оглянувшись на меня. Чёрт, я не успел отвернуться, и наши взгляды встретились.

— Эй, ты же сотрудник Спецуправления? Ты притащил сюда психа, который только бредит и ни черта не делает? Вы, ребята, собираетесь нас спасать или нет?

— Формально он прав. Компания, заключившая контракт со Спецуправлением, должна заниматься только поимкой Бессердечных.

Я не хотел помогать Бессовестному, но факты есть факты. Более того, эту задачу мне поручил директор На. Было жаль, что я легкомысленно отнёсся к его словам о проблемах с коммуникацией на месте происшествия. Думал, что смогу всё хорошо объяснить, а в итоге продолжаю создавать проблемы…

— Эй, жертва или извращенец, ты внимательно слушал? Этот надоедливый сотрудник Спецуправления знает, о чём говорит, пусть тушка у него и никудышная.

Коммуникация провалилась. К счастью, Муж, кажется, понял, что с Бессовестным бесполезно спорить, и сосредоточился только на мне.

— Так кто же нас защитит?

Hу................

— Ты и защитишь.

Муж беспомощно уставился на Бессовестного. Тот опустился на одно колено перед принесённой сумкой и что-то достал. Это выглядело как оружие, предназначенное для поимки Бессердечного, но точно не было пистолетом. Бессовестный вытащил палку, превосходящую по длине мою руку. К её концу оказалась приделана какая-то широкая плоская штука размером с развёрнутую ладонь. Но этот предмет оказался завёрнут в кожу, так что я не смог точно определить, для чего он нужен.

— Итак, непонятный жертва-извращенец, защищать своё туловище будешь ты сам.

Видимо, сказалась обида из-за FOURGAY… Муж не смог сдержаться и снова повысил голос:

— Эй, мне плевать, защитишь ты меня или нет! Но у меня жена и ребёнок! Ты думаешь, что защищаешь нас бесплатно? Это всё за счёт моих налогов!

— А что с моими налогами?

— Что?

— Ты так трясёшься над своими мизерными отчислениями. Могу ли я кричать громче, если плачу в тысячи раз больше, чем ты? Я ведь не хочу, чтобы мои драгоценные налоговые сбережения шли в помощь всяким жертвам-извращенцам. Что сделаешь, если я буду возражать?

— ТЫ будешь возражать? Это моё законное право.

— Если ты хочешь кричать о своих правах, тогда скажи властям изменить закон, чтобы защитить тебя. По действующему законодательству мы не обязаны тебе помогать. В правах, на которые ты претендуешь, нет пункта, требующего охранять твою никчёмную шкуру. Но ты же платишь свой мизерный налог. Поэтому мы должны безоговорочно пожертвовать своими жизнями, чтобы спасти твою? По этой логике, кто спасёт сотрудника Спецуправления с его никудышной тушкой, ведь он платит такой же налог, как ты? А меня кто спасёт?

Муж был шокирован. Он открыл рот и какое-то время не мог его закрыть.

— Так в этом и смысл вашей работы, ребята! Если это так несправедливо, не стоило вообще этим заниматься. Это ваш, парни, выбор — помогать другим.

— Мой выбор — зарабатывать деньги. А не помогать жертве-извращенцу. Я говорил тебе. Моя работа — поймать Бессердечного. А помрёшь ли ты или твоя семья — мне поебать.

— Но ты отослал людей, которые нам помогали.

— И что мне сделать, если они сами ушли?

— Разве их уход — не твоя ответственность? Если бы у тебя была хоть капля совести, ты должен был составить план Б вместо того, чтобы прогонять людей, которые должны были нас защищать.

— Есть надёжный план.

— Какой?

— Ты. Ты можешь вмешаться. Сейчас ты думаешь лишь о себе, уёбок. Если бы ты действительно хотел, чтобы все выжили, ты бы рискнул своей жизнью и защитил своих жену и ребёнка. И не важно, жертва ты или извращенец. Способностей у тебя нет, зато выебонов как грязи.

— Ублюдок, я смотрю, ты совсем охренел...

— Смотри дальше. И продолжай пиздеть. Видимо, хочешь, чтобы я отложил поимку Бессердечного и продолжил препираться с тобой.

Он поднял предмет, который, по-видимому, был оружием... Муж, судя по выражения его лица, испугался этого жеста. Кажется, он с опозданием осознал, что, если Бессовестный уйдёт, то проиграют именно они. Тем не менее, он попытался сделать шаг вперёд, чтобы сказать что-то ещё. Но вовремя подоспевшая Жена остановила его, схватив за руку. Она сразу поняла, что с Бессовестным разговора не получится, и обратилась ко мне:

— Этот человек точно сможет избавиться от Бессердечного?

— Судя по его словам, похоже на то.

— А ваше мнение?

— Моё мнение…

Я бросил взгляд на Бессовестного. Он сидел на полу рядом с инструментом, который ранее достал, и смотрел в свой телефон. Солнце скоро зайдёт, так когда же он собирается ловить Бессердечного? Я повернулся к Жене, которая всё ещё ждала моего ответа.

— Я уверен, что у него всё получится.

Я верю не Бессовестному, а директору На. Тот сказал, что он сможет это сделать, значит, сделает. Жена с облегчением вздохнула и повела Мужа в комнату. Я вернулся к своему ноутбуку. Чтобы забыть, что нахожусь в одном пространстве с Бессовестным, я продолжил то, что делал до этого. Однако там осталось совсем немного, потому что я усердно печатал на днях.

Раз уж я всё написал, то, может, выложить это в интернет? Обычно я публикую статьи два-три раза в неделю, но иногда — каждый день, если они достаточно хорошо написаны. Это было как раз то количество текста, которое я мог залить, поэтому я сразу же подключился к серверу и выложил пост. Всякий раз, когда загружается новая глава моего романа, приходит уведомление. Вот так.

Дзынь.

Отлично, можно смо.....................

Дзынь.

Сигнал уведомления прозвучал дважды. Я повернул голову. Бессовестный тоже повернулся и посмотрел на меня.

— ......

— ......

Между нами возникла неловкость, и мы поспешили отвернуться друг от друга. Как неудач...................

— Как неудачно. — пробормотал Бессовестный.

Мне тоже не повезло! Кипя от гнева, я быстро залез в настройки телефона. Однако звук уведомления веб-сайта был только один, и я не мог изменить его на другой…

— Я не могу изменить своё уведомление, так что неудачливый директор Кук изменит у се ....

Но я не успел договорить, потому что он вскочил на ноги, уставившись на экран телефона, и выругался.

— Ох, бля, ну почему именно ебучий На!

Что с ним не так? Увидел человека красивее, чем он сам, господина На? Тут зазвонил его мобильный, и Бессовестный, нахмурившись, ответил:

— Да, я знаю. Я только немного успел посмотреть из того, что выложили................. Знаю, это отвратительно, появляется этот стрёмный господин На. ..................Эй, не читай. Я не могу сейчас посмотреть................ Блять.

Он неожиданно выглянул в окно, повесив трубку. И, как будто время пришло, взял в руки предмет, обёрнутый кожей. Только тогда я понял, что солнце почти село. Небо уже темнело, и эта тьма медленно заполняла дом. Что-то было не так. Почему темно? И это ведь не только внутри. Вокруг убежища должны быть сигнальные огни, отгоняющие Бессердечных. Но за окном не было синего света, защищающего здание.

— Эй, а почему не горит свет?

Вышедший из комнаты Муж задался тем же вопросом. Вот и я не знаю. Однако, в отличие от меня, который мог сказать только это, у Бессовестного ответ был:

— Электричества нет.

— А почему вдруг пропало электричество?

— Я его вырубил.

Мы были не в силах ответить, словно наши голоса запечатала темнота. Вдруг до нас донёсся звук падающей на пол толстой кожи. Оружие Бессовестного оказалось на виду, но мы не додумались рассмотреть предмет, скрытый во мраке.

— Погоди минутку, так ведь и аварийные огни вокруг дома!!...

Муж, наконец, что-то понял и бросился к окну. Но он лишь убедился в том, в чём до этого убедился и я. Синего света, который должен нас защитить, не было.

— Почему.................. Почему.. зачем ты это сделал?!

— В смысле «зачем»? Чтобы поймать Бессердечного, конечно. Теперь, когда никаких препятствий нет, он приползёт сюда. А ты, жертва-извращенец, вместе со своей семьёй, даже не думайте о том, чтобы выйти на улицу. Тихо сидите тут и не высовывайтесь.

Чёрт...

— Чёрт возьми! Ты совсем спятил?! Какого хрена ты творишь? Ты привлёк сюда Бессердечного, а если он нападёт сначала на нас, ты возьмёшь ответственность?

— Нет.

Бессовестный был спокоен. Ошеломлённый Муж закричал на меня:

— Эй, ну хоть ты что-нибудь сделай!

— Снаружи опасно, поэтому лучше спрятаться в комнате.

— А дальше что?

— Продолжать прятаться.

— И это всё? Ты ведь сотрудник Спецуправления. Получаешь зарплату из наших налогов. Разве ты не должен что-то делать?

— Мне тоже страшно.

После долгого молчания Муж, казалось, смирился с реальностью.

— Чёрт, и где же нам спрятаться?

***

Мы собрались в самой дальней комнате, где единственным источником света был экран моего ноутбука. Бессовестный, конечно, в нашу компанию не вписался.

— Может, надо было спрятаться на втором этаже?

Жена тихо плакала с побледневшим от страха лицом.

Я покачал головой. Со второго этажа труднее убежать. Особенно с маленьким ребёнком.

Ну, что имеем.

— Взрослый мужчина может спрыгнуть вниз, но с женой и ребёнком это сложно. Убегать — это крайняя мера, поэтому лучше забаррикадироваться здесь, спрятаться и выйти, когда станет безопасно.

— Как мы вообще сможем заметить Бессердечного в такой темноте, даже если он сюда явится?

Снова панмаль. Примерно на три секунды я позавидовал Бессовестному. Но я всего лишь жалкий рядовой сотрудник, который не может жаловаться. Поэтому вместо того, чтобы ответить неформально, я проигнорировал Мужа и обратился к Жене:

— Если включить свет, его будет видно с улицы, и это только привлечёт внимание к нашему присутствию.

Неужели прятаться — единственный выход? Честно говоря, я не очень доверял тому, кто снаружи.

Жена, плача, взяла ребёнка на руки. Я какое-то время смотрел на малыша, а затем открыл рот:

— Есть ещё один способ.

— Какой?

Я снова проигнорировал Мужа, обратившись к Жене:

— Есть кое-что, что меня интересовало с самого начала. Вы, наверное, слышали это от других агентов и сотрудников компании, но странно, что Бессердечный нацелен на всю семью.

— Другие об этом не говорили. Но я слышала, что чаще всего они нападают на определённых людей.

— Да, чаще всего так и есть. Однако в этот раз он нацелился на всю семью. Обычно, даже если Бессердечный нападает на нескольких людей, каждый из этих людей должен быть тесно с ним связан. Как вы знаете, атаки Бессердечных происходят инстинктивно, а не по желанию убить кого-то конкретного. Так что обычно жертвы — это люди, с которыми у Бессердечных была глубокая связь. Поэтому я озадачен тем, что нападению подверглась не только Жена, с которой у этого Бессердечного были романтические отношения, а сразу все трое. Вы уверены, что он нацелился на всех? Потому что если бы под ударом была исключительно Жена, то ....................

— Он точно нацелился на всех. Иначе зачем бы нам всей семьёй проводить несколько недель в этом душном убежище? Не так ли, дорогой?

Муж, слушая мои слова, хмурился. Но кивнул своей жене:

— Да, всё верно. Нападению подверглись мы все.

Он выглядел неуверенно, но его жена была непреклонна:

— Я уверена в этом. Он был моим сталкером. Тайно фотографировал нашу семью, так что знает всех в лицо. Такой способен повесить нашу семейную фотографию и проклясть всех разом.

— Ладно, тогда, думаю, нам не нужен другой план.

— Какой план?

— Дорогой, тебе не обязательно его слушать.

— Погоди. Какой ещё план?

Я думал и на этот раз проигнорировать его, но, взглянув на Жену, решил ответить. Она кусала нижнюю губу, то ли от напряжения, то ли от волнения.

— Если целью является только ваша жена, то вы с ребёнком могли бы уйти. Бессердечные по мере разрушения разума становятся похожими на роботов, которые следуют единой программе. Если такой поймёт, что перед ним не его не цель, он, скорее всего, отступит.

Муж замолчал. Так как комната освещалась только экраном ноутбука, я не мог разглядеть выражение лица мужчины. Зато точно видел, что Жена внимательно за ним наблюдает…

— Но это бесполезно, если целью является вся семья, верно? Мы будем держаться вместе.

— Да, так и сделаем, — ответил я и вернулся к своему первоначальному плану: — Давайте забаррикадируемся мебелью, и на всякий случай возьмём верёвку или что-то подобное, чтобы можно было легко выскользнуть через окно в ванной. Кстати, я сейчас выключу ноутбук, так что быстро соберите всё, что вам нужно.

Я ждал, но пара не двигалась.

— В чём дело?

— Собрать что? Оружие?

— Если у вас есть оружие, это, конечно, хорошо. Но я имел ввиду аварийные фонари.

— А, фонарики... — внезапно дошло до пары. Но движения по-прежнему не было.

— На всякий случай я выключу подсветку ноутбука, чтобы сэкономить батарею. Прежде чем я это сделаю, возьмите фонари. Кстати, ваш ребёнок умеет его держать, верно? Думаю, стоит взять и для него.

Они не двигались даже после моих слов. Я понял, что что-то не так... Как и ожидалось, прозвучало признание:

— Фонарики................. Их нет.

— Они в другой комнате? Мне хоть и страшно, но я могу за ними сходить. Пожалуйста, скажите мне, где они.

— Их совсем нет.

— ......

— Просто, это же убежище, фонари здесь не нужны. И нас так торопили с переездом, что мы не успели их взять.

В этот момент я вспомнил об идиотском оправдании Бессовестного. Его наглость в момент, когда он украл батарейки и потребовал благодарности, оказалась пророческой…

В итоге меня больше выбесило не отсутствие у этой семьи фонариков, а то, что подтвердилась правота Бессовестного…

— А у вас, случайно, нет фонариков?

Не говоря ни слова, я достал из сумки три штуки. На лицах супругов сразу же отразилось облегчение. Я протянул им два фонаря, и женщина удивлённо спросила:

— А ребёнку?

А мне?

— Один из вас может подержать малыша.

Я наклонился к ноутбуку, но краем глаза заметил странное поведение супругов: Жена хотела передать ребёнка, которого держала на руках, Мужу, но тот замешкался. Прежде, чем погас свет ноутбука, я успел увидеть, как женщина снова закусила нижнюю губу…

— Эм, не могли бы вы оставить нас на минутку? — попросила она меня.

… Так меня изгнали в ванную. Мне было нечего делать, поэтому, наблюдая за улицей через окно, я разорвал принесённую с собой занавеску и сделал из неё верёвку. Затем, не выдержав скуки, достал телефон. Мне стало интересно, какой будет реакция на новую главу. Ясное дело, большинство отзывов будут ругательствами. Неудивительно, что, прочитав первый комментарий, я сам чуть не выругался.

[Вау! Директор Ким вылетает! Автор начал чистку!]

Чёрт, с самого начала такие комментарии. Какой там у тебя ник?

«shopping lover / любитель шопинга».

Да, я знал, что это ты, Шопоголик! В последнее время этот парень чаще всего первым оставлял комментарии и каждый раз вот так меня подкалывал. Стоп, есть ещё кучка типов, которые, как по команде, всегда оставляют отзывы сразу после появления Шопоголика…………………

[Директор Ким, похоже, немного продвинулся, но всего через месяц после назначения его понизили. И что это вообще за компания, у которой филиал на острове с населением всего два человека? Компания по добыче мидий или что? В романе нет реализма... Реализма! Всё это не нужно, лучше верните старшего сводного брата, который уехал учиться за границу].

«health lover / любитель здоровья»

Если хочешь реализма, пиши дневник! Этот фанатик фитнеса очень любил старшего сводного брата Сиу, который уехал на учёбу. Но знай, что из-за тебя он никогда не вернётся в Корею! Может, вообще запретить ему въезд?..

Первый комментарий очень важен, так как остальные, в основном, подхватывают.

Если большинство мнений пишутся в одном направлении, становится трудно писать свои собственные мысли, как бы вы ни были против переезда Кима на остров. Как оказалось, люди были этому рады, но вот на нового директора, На, особой реакции не было. А я ведь так хотел, чтобы директор На всем понравился...

Я надеялся, что читатели будут в таком же восторге от появления этого персонажа, как и я. Но комментарии превратились в обсуждение того, чем Ким занимается на острове. Когда все сошлись во мнениях, что на этот остров его продали в рабство, наконец-то появился комментарий о директоре На:

[Мне нравится На.]

Да! Поскольку он создан по образу реального человека, он более яркий, трёхмерный и достоверный, чем любой другой персонаж.................

[Пьёт виски 870-летней выдержки из единственной в мире бутылки. Где он его купил? Я хочу выпить. Сколько он пьёт? Было бы неплохо угостить и меня.]

«alcohol lover/любитель алкоголя»

Ну конечно. Я же знал, что это ты, Алкоголик. Один из трио зависимых, пишет о выпивке, независимо от содержания поста. Почему же никто не пишет о директоре На… А? Ещё один комментарий:

[Первое впИчЕтление. ДЕректор На отстой.]

Что. Это. Такое.

Даже не прочитав главу, написал, что директор На отстой... Но больше всего шокировал автор. Им был Милашка. *

Да, Милашка — это тот самый SDE, который каждый месяц пишет мне письма. Я был так потрясён, что просто смотрел на телефон. Время словно остановилось.

*В отличие от остальных комментаторов, у этого не прописан английский ник. Сразу корейское прозвище, которое и обозначает «душку», «скромника» или, в нашем случае, «Милашку».

Но тут открылась дверь ванной, и женщина заговорила со мной голосом, полным решимости:

— Пожалуйста, спасите моего ребёнка.

Сотрудник Спецуправления молчал. Его глаза были устремлены в одну точку, а лицо лишено всякого выражения. Женщина старательно объясняла, постоянно наблюдая за его реакцией. Казалось, ему не понравилось предложение, но сейчас он был единственным, кто мог помочь.

Охотник на Бессердечных, который пришёл с ним, оказался каким-то неправильным — сказал, что ему всё равно, умрут они или нет... Так что человек перед ней был единственным способом выжить. Конечно, женщине было неловко об этом просить. Но в чрезвычайной ситуации приоритетом для неё являлась семья, а не кто-то другой. Тем более, этот сотрудник Спецуправления сказал, что он офисный работник. Казалось, он растерялся, когда попал на место происшествия, и поэтому всё время пялился в свой ноутбук и присматривался к окружающим. Такие люди обычно не уверены в себе и уязвимы перед давлением и мольбами. Он держал рот на замке и избегал зрительного контакта, но женщина верила, что в конце концов этот человек выполнит её просьбу.

— Я знаю, вы чувствуете себя обременённым. Но сейчас мне больше некого просить, кроме вас, представителя Спецуправления. Я много думала о том, что вы сказали. Возможно, так и есть. Бессердечный нацелился только на меня, а не на всю семью. Я не могла этого понять, потому что никогда с ними не расставалась. Но что, ес... если он охотится только за мной, и я стану приманкой? Вы убежите с моим ребёнком? Наша машина на парковке. Двери мы не закрыли, так что вы можете сбежать в любой момент. Ключи под водительским креслом. Так что, пожалуйста, отвезите ребёнка в безопасное место.

Женщина ждала ответа, но и на этот раз сотрудник Спецуправления никак не отреагировал. Это было странно, ведь в ответ на подобную мольбу стоило бы ожидать хотя бы смущения... Она посмотрела на мужа, тот подошёл и заговорил:

— Эй, для тебя это хорошее предложение. Цель — не мой сын, поэтому с ним ты будешь в безопасности.

Убеждение человека из Спецуправления не было главной задачей для мужчины. Жена выглядела встревоженной, боясь, что тот в итоге откажется, но рядового сотрудника достаточно слегка припугнуть, чтобы он подчинился. Этот человек не был проблемой. Проблемой было другое: псих снаружи, отключивший всё электричество в доме, и Бессердечный, который мог вломиться в любой момент...

— Ты же всё равно здесь ничего не делаешь. Я не прошу ловить Бессердечного, просто забери нашего ребёнка. Волноваться не о чем...

И в этот момент сотрудник Спецуправления, который не представлял проблемы, вдруг резко поднял голову.

— Эй, а можно потише!

***

Было шумно.

Супруги, что-то говорящие мне, раздражали. Насколько я понял, они собирались оставить ребёнка со мной, а сами — отправиться на второй этаж, чтобы заманить Бессердечного. И что-то вроде того, что, если Жена увидит Бессердечного, она громко закричит, и это станет сигналом к бегству. Короче, бред.

Моя голова была забита другими вещами, поэтому слова супругов лишь звучали в ушах, но в мозг не проникали. Всё же почему... почему Милашка не любит директора На? Как он мог написать, что не любит, даже не прочитав главу? Это было не похоже на Милашку.

Он был единственным, кто встал на мою сторону, когда 25-летний друг Сиу заболел раком матки. Все тогда обвиняли меня и говорили, что это нереально. Даже сейчас, при мысли о том его коротком комментарии я чувствую, что на глаза наворачиваются слёзы.

[Сука как же грусно]

Это было именно то, что нужно. Реакция, которую я так ждал. Милашка оказался единственным, кто понял мои чувства. Ведь когда я создавал эту сцену, мне было именно очень грустно. Не будет преувеличением сказать, что благодаря комментарию Милашки я тогда смог продолжить писать. А теперь он решил, что директор На отстой…

Я был шокирован, и у меня возникло множество подозрений. Может, его взломали? Может, он спутал моего директора На с На из другого романа? Что бы ни случилось, было ясно, что произошло недоразумение. Ведь обычно Милашку впечатляла любая, даже самая лютая, херня в моём романе.

Мне хотелось прояснить это недоразумение. И тут я вспомнил о другом аккаунте, созданном мной, чтобы лайкать свои посты. Мы с Милашкой никогда раньше не связывались, но это был особый случай, поэтому я решил отправить ему сообщение под другим именем и объяснить, что на самом деле директор На самый идеальный мужской персонаж...

— Слушай, у тебя сейчас нет времени тупить. Нам нужно быстрее разойтись, пока не объявился Бессердечный....................

— Ага, щас иду...

В тот момент проблема была не в Бессердечном. От меня мог уйти мой, наверное, единственный фанат. Какое мне тогда дело до спасения чужих жизней? Я поспешно достал свой телефон, зашёл с другого аккаунта в сеть и отправил Милашке сообщение. Не успел я наспех набрать текст и отключиться, как перед глазами возникли лица супругов. Я посмотрел по очереди на них и на ребёнка.

— Что вы сказали?

***

Есть кое-что, в чём люди ошибаются насчёт меня. Каким бы я ни был нервным и пугливым, они отмахиваются и легкомысленно уверяют: «Ты боишься только на словах, на самом деле ты храбрый». Но нет. Мне действительно страшно. Мне страшно, и я не скрываю этого. Окружающие ставят под сомнение мой страх и утверждают, что, если человек действительно боится, он не сможет даже заговорить о подобном… Но ведь страх — относительная величина. Кто знает, насколько мои уверенные заявления о страхе эквивалентны тому невыразимому ужасу, который я испытываю? Вот и пара, ушедшая на второй этаж, не знала…

Итак, у меня на руках оказался их ребёнок. Ему дали снотворное, и он крепко спал на руках незнакомца.

Я выглянул через маленькое окошко в ванной и увидел, что снаружи всё окутано кромешной тьмой.

Жена сказал мне хватать малыша и бежать, когда я услышу крик со второго этажа. Она понимает вообще, что нести ответственность за чужого ребёнка страшнее, чем встретиться с Бессердечным? Я посмотрел вниз, на занавеску, которую я разорвал в преддверии побега. Немного подумав, я положил ребёнка, поднял ткань и оторвал от неё кусок. Через некоторое время порванная занавеска была плотно обмотана вокруг моего тела подобно слингу. *

* Слинг — это тканевая перевязь без застёжки, предназначенная для переноски малыша на себе. Название происходит от английского to sling — вешать через плечо.

Таким образом я мог свободно бегать. Я снова высунул голову в маленькое окошко и выглянул наружу. Облака рассеялись, и лунный свет немного разогнал темноту. Снаружи дома было безмятежно. Но тишина — это ещё один страх, от которого у меня перехватывало дыхание.

Единственное, что помогало мне держать себя в руках, — проблема, тревожащая куда больше, чем Бессердечный.

Видел ли Милашка сообщение? Если бы я объяснил всё в подробностях, то выдал бы, что я писатель... Поэтому я написал в общих чертах, но было ли это убедительно?

Я не находил себе места и снова включил телефон, забыв об огромных счетах за электроэнергию. Когда загорелось предупреждение о низком заряде батареи, я подключил ещё и внешний аккумулятор, который носил на случай чрезвычайных ситуаций. И снова проверил отправленное сообщение.

[Я пишу потому, что меня очень расстроил ваш комментарий. Уверен, после прочтения главы вы поймёте, что директор На — самый совершенный персонаж, с которым не сравнится никто из появлявшихся ранее. У На больше всего денег, лучшее лицо, лучшие манеры, самые выразительные глаза и самый бронзовый загар. Взгляд директора На настолько силён, что сотрудницы компании падают в обморок по одной в день. Этот человек достоин очаровать Сиу. У него даже достаточно богатства и власти, чтобы отправить господина Кима на остров. Как читатель я разочарован тем, что вы так негативно думаете о директоре На, даже не открыв главу.]

Он ещё не прочитал сообщение. А что, если он прочитает, но не удалит свой отзыв? Может, стоило в конце дописать «И автору будет обидно»? Нет. Милашка всегда был на моей стороне, наверняка он изменит своё мнение. Даже если по поводу директора На возникло недоразумение, оно скоро разре.................

— АААаааааАААА!!!

Женский крик разорвал воздух. Я ошеломлённо посмотрел вверх. Что за чёрт? Бессердечный действительно поднялся на второй этаж? Как он попал в дом? Как парень, которого не могли найти многочисленные агенты и компании, мог так запросто здесь появиться? Да быть не может...

— Бессердечный! АааааААА!

Блять! Этот ублюдский директор Кук с дневной зарплатой в 200 миллионов вообще что-то сделал, чтобы остановить его?! .................. Или не смог? Вот жеж блять!

Я сунул телефон в карман и вскарабкался на высокий подоконник ванной. К счастью, окно было не настолько маленьким, чтобы беспокоиться о том, что я в нём застряну. Но по высоте оно находилось на уровне плеч, поэтому вылезать нужно было головой вперёд, что не так-то просто. Да ещё и за спиной был мой обременительный багаж, плотно завёрнутый в занавеску. Внезапно я вспомнил предупреждение Бессовестного и на мгновение притормозил.

«Даже не думайте о том, чтобы выйти на улицу. Тихо сидите тут и не высовывайтесь.» …

Словно заглушая эту мысль, снова раздался истошный крик Жены. На втором этаже что-то загрохотало. Ладно, пока что главное — выжить.

Я выпрыгнул из окна и, не оглядываясь, побежал в сторону парковки, даже не заметив, что мои шаги отдаются гулким эхом по усыпанному гравием двору… У меня не было возможности заглушить этот звук, шаги были слышны, даже если я старался ступать мягче.

Моей задачей было сесть в машину и уехать. Эх, лучше бы я осмотрел убежище ещё днём, пока светло... Я знал лишь то, что за домом есть парковка, но видимость была плохой, поэтому я долго бродил вокруг и не мог найти машину. В итоге я остановился и посветил вокруг своим единственным синим фонарём. Он предназначался только для чрезвычайных ситуаций, но поиск транспорта сейчас был в приоритете. Где же, чёрт возьми, эта блядская тачка............ А, вот она!

Я выключил фонарь и побежал обратно, к чёрному автомобилю. Но на бегу не заметил низкий бордюр у дороги и споткнулся об него. Хмф! Я не упал, но, отталкиваясь руками от земли, выпустил фонарик, и он покатился по неровному гравию. Я шагнул вперёд, протягивая руку, чтобы его подобрать...

Топ.

Топ.

Я услышал два шага. Хотя был уверен, что сделал только один. Моя рука замерла, так и оставшись вытянутой. Я весь обратился в слух. Но так и не уловил ничего, кроме слабого шелеста ветра среди деревьев. Неужели мне показалось? Словно испытывая своё терпение, по-прежнему не слыша ни звука, я попытался сделать ещё один шаг.

Топ.

На этот раз я услышал отчётливо. Чьи-то шаги, не мои. Они раздавались слева, со стороны дороги. Я уставился на фонарик, всё ещё держа руку вытянутой.

И снова всё затихло, но теперь я знал, когда услышу этот звук в следующий раз. Он двигается, когда двигаюсь я. Если я делаю один шаг, он делает два. Если я иду быстро, он идёт быстрее. Единственным, кто мог преследовать меня таким образом, был Бессердечный…

Решив застать его врасплох, я рывком бросился вперёд, на бегу потянувшись к своему аварийному фонарю. Если я не смогу его подобрать, всё будет кончено.

Топ-топ-топ!

Звук чужого бега, заглушающий мои шаги, загремел у меня в ушах. Не выпрямляя спины, я схватил с земли фонарь. При этом приложив такую силу к рукам, что ногти сломались от столкновения с землёй. Гравий, попавший в руку вместе с фонариком, больно вдавился в мою ладонь, но у меня не было времени вытаскивать его. Первым делом я бросился к машине.

Топ-топ!

Шаги стали громче. Теперь я не слышал, а чувствовал, что кто-то приближается ко мне сзади. Даже не очень спортивные люди обретают чудовищную силу, когда становятся Бессердечными. Что-то типа высвобождения энергии в момент опасности. Поэтому, как бы быстро я ни бегал, я не мог обогнать этих свихнувшихся ублюдков. К счастью, я был ближе к машине. Прежде, чем он меня схватил, я успел дёрнуть дверную ручку.

Клац.

За ручку-то я потянул, но вот дверь не поддавалась… Зато пространство наполнилось новым звуком.

Бип, бип, бип...

На всю округу громко заорала сигнализация. Да быть не может! Они же сказали, что оставили дверь машины открытой, чтобы в любой момент можно было сбежать! Я хотел снова дёрнуть ручку, но, если бы я это сделал, попрощался бы с жизнью. Отпустив дверь, я обернулся. За моей спиной никого не было. Я напряг руку, крепко сжимая в ней фонарь…

Жуткий холодок пробежал по моей шее. Поскольку я упустил свой шанс спастись, нужно было искать другой выход. Где Бессердечный? Как ни странно, но звук автомобильной сигнализации, от которого обычно закладывало уши, сейчас был не очень хорошо слышен.

Глоть.

А вот когда я всего лишь сглотнул, это было слышно отчётливо. Я прислонился спиной к машине и поднял фонарик. Где же…

БАНГ!

Сзади раздался грохот. Точнее, сверху, с машины. Я испуганно обернулся. Мужчина, который запрыгнул на крышу авто и присел на корточки, снова поднимался, словно собираясь напасть на меня.

Блять!

Он приземлился на то место, где я стоял, как раз в тот момент, когда я бросился на гравий.

БАХ!

Этот парень оказался крупнее, чем я думал, и земля задрожала от его падения. Я пошатнулся, но не из-за этого. А потому, что, рванувшись вперёд, напряг ноги, чтобы не покатиться.

Если бы я был один, то, не обращая внимания на гравий, просто кувыркнулся бы, но за моей спиной находился груз, который я должен был защищать. Поэтому я не мог не испугаться, почувствовав, как за край занавески, обмотанной вокруг моей талии, дёргают сзади. Что это за хрень?! Против парня, у которого не было ничего, кроме силы Бессердечного, я тоже продемонстрировал сверхчеловеческую силу.

«Отъебись!» — прокричал я про себя, чудом выдрав занавеску из захвата. И побежал. Я перепрыгнул через бордюр, из-за которого ранее чуть не упал. Мои ноги при этом были расставлены, словно ножницы, а руки быстро раскачивались взад и вперёд, как у победителя на дистанции 100 метров в лёгкой атлетике. Но этот сумасшедший финт не помог победить. Бессердечный мгновенно догнал меня. И поймал.

Треск!

К счастью, небольшой кусок ткани оторвался, и мне удалось спастись.

Аааааа!

Внутри меня нарастал крик, который так и не вырвался наружу. Хоть мне и казалось, что вот-вот упаду, я бежал вперёд изо всех сил. За спиной раздался звериный рык, который звучал, казалось, прямо у моего уха.

— Грррраа!

Если мозг продолжит затвердевать, человек больше не сможет говорить. Ублюдок, который напал на меня, похоже, уже стал монстром такого уровня.

Его рука снова ухватила занавеску, обёрнутую вокруг моего тела, но соскользнула. Это был лишь вопрос времени, — когда он поймает меня.

Если бы я направил на него фонарь, он бы отступил, но у меня не было времени повернуться. Казалось, что меня схватят в тот же миг, как только я хоть немного сбавлю скорость. Я, стиснув зубы, ещё сильнее напрягся, чувствуя, что лёгкие и сердце вот-вот разорвутся. Ещё немного, до открытой террасы убежища…………..

В моей голове возник план, что я буду делать, когда достигну своей цели. Однако он провалился почти так же быстро, как и возник, стоило мне кое-что увидеть…

У окна террасы стояли два человека. Это была доля секунды, но кто они и что делают, я рассмотрел с одного взгляда. Хотя видеть было сложно из-за едва различимого тусклого лунного света.

Супруги смотрели на меня. Жена испуганно вцепилась в руку Мужа, практически приклеившись к нему.

Моё тело, которое двигалось прямо в их сторону, автоматически сменило направление. И преследователь, конечно же, не упустил момент и на меня набросился.

— Ааааааа!

Кажется, я услышал крик Жены. Но так как я не знал, в какой ситуации нахожусь, мне было плевать, услышал я этот звук на самом деле или нет.

Похоже, я стряхнул с себя монстра, дико размахивая руками. Но действительно ли я стряхнул его? Я не был уверен, даже когда боролся. Хотя последствия определённо были.

Занавеска, завязанная вокруг моей талии, ослабла, я потерял равновесие и упал, уронив то, что так бережно носил. Придя в себя, я осознал, что валяюсь на усыпанной гравием земле, уже без груза. Было больно. Никогда нельзя кувыркаться по гравию. Это была не только плохая идея, но и неэффективная.

— Грррракх!

Бессердечный у меня над головой произнёс: «Ты труп». Выплюнул на своём языке. Я свернулся калачиком над тем, что уронил, словно защищая это. И приготовился страдать.

— Нет! Мой малыш!

На этот раз голос Жены я услышал отчётливо. Её крики, казалось, в прямом эфире транслировали происходящее с Бессердечным и его нападение на меня. Но эти крики всё ещё звучали отдалённо, а вот поблизости я услышал другой звук.

Свист.

Как будто слабый ветерок. Неестественный... Скорее даже, как если бы тяжёлый предмет рассёк воздух — а потом глухой удар.

Стук.

Что? Пока я размышлял, сзади на меня навалилось тело Бессердечного.

Хииик!

Внутри снова скопился тревожный крик. Но я, даже не открыв рта, просто сжался. Сможет ли Бессердечный, напавший на меня, забить меня до смерти? Или схватит и оторвёт конечности?

Вопреки моим опасениям, ничего не происходило. Секунда, две секунды, три... Хотя время шло, я мог чувствовать только тяжёлый вес Бессердечного, больше никакого движения не было... Я понял, что что-то не так. Кроме того, моя макушка становилась всё более влажной.

Кап, кап, кап.....................

Жидкость стекала по моей голове и капала с кончиков волос на асфальт. Я с трудом приоткрыл глаза. Что за пиздец… Чёрт, это кровь.

— Сыночек! Наш малыш!

Женщина снова закричала, и на этот раз её голос звучал близко. Топ-топ-топ-топ. Эти двое с криками бежали в нашу сторону и звали ребёнка по имени.

— Дорогой, отпусти! Я должна увидеть, что случилось с моим ребёнком!

— Погоди! Я........... Я это сделаю.

Произнеся это, Муж подошёл и остановился рядом со мной. Казалось, он хотел столкнуть Бессердечного с моей спины и проверить малыша. Однако всё никак не мог пошевелиться, возможно, потому, что боялся трупа. Чёрт, я так быстро бегал впервые за долгое время. Поэтому хотелось встать сразу, как это с меня уберут. Но в итоге мне ничего не оставалось, кроме как стряхнуть его самому.

— Ух!

Когда тело напавшего на меня Бессердечного покатилось по земле, Муж, стоявший рядом со мной, испуганно отшатнулся и упал… Я встал и смахнул кровь с шеи и головы. Какого вообще хрена на мне так много крови....... Хотя это логично. Если учесть, что у меня на спине лежал обезглавленный труп.

Жена бросилась проверять, в безопасности ли ребёнок, а я обернулся, чтобы посмотреть, как муж аккуратно поднимается.

Ситуация была понятна с первого взгляда.

Бессовестный подбирал с земли топор, а перед ним, подобно мячу, перекатывалась голова Бессердечного. Топор как оружие? Необычно. Уверен, я уже где-то слышал об охотнике, использующем топор… Но на ум ничего не приходило. Может, слышал мимолётом. Сейчас это было не важно.

— Наш ребёнок........ где наш малыш? — услышал я вопрос Жены. Она стояла в оцепенении и переводила взгляд с меня на своего мужа. Муж же смотрел только на меня, держа в руке подушку, которую я так усердно носил на спине. Даже одел её в детскую куртку, чтобы замаскировать под ребёнка.

— Какого хуя... Где наш сын?

Пока я молчал, супруги направились ко мне, их лица не выражали ничего хорошего. Муж сразу же схватил меня за воротник.

— Эй! Мы спрашиваем, где наш ребёнок!

Я, кажется, оглох. Он тряс меня, и его лицо было искажено. Я всё ещё не мог прийти в себя после спринта, а эта тряска добила — мир поплыл перед глазами. Помочь мне в такой момент было некому. Но что это за низкий, сильный голос так ясно прозвучал у меня над ухом?

— Отпусти.

Голос был негромким, но настолько решительным, что смог остановить действия Мужа: тот перестал меня трясти. Однако я был потрясён не силой приказа, прозвучавшего в голосе, а его внезапностью. Неужели это действительно произнёс Бессовестный?

Мы с Мужем одновременно обернулись. Бессовестный, подняв что-то с земли, выпрямился. В одной руке он держал голову Бессердечного, с которой капала кровь, а в другой — острый топор, излучающий прохладный свет даже в темноте. Зрелище, прямо скажу, не самое привлекательное…

— Руки прочь!

Бессовестный приказал снова. Мгновение спустя удушающий захват на моём горле исчез.

Топ, топ, топ.

Муж поспешно отступил, когда Бессовестный шагнул вперёд — жуткая фигура с добычей и оружием в руках. Я не пошевелился, даже когда он подошёл ко мне. Так как не мог поверить, что он мне помог. Какого хрена?

— Пожалуйста, разберитесь с этим как можно быстрее.

Бессовестный протянул мне белый лист бумаги. Что он имел в виду под «разберитесь»..................

А? Чек?

— Я оплачивал бензин и еду, пока добирался сюда. Пожалуйста, оформите это отдельно от комиссии.

А, вот в чём дело................... Но взволнованный Муж задал вопрос первым:

— Эй, ты сказал мне отойти, только чтобы разобраться с чеком?

— Едва ли. Моя работа гораздо более важна, чем сын какого-то жертвы-извращенца. Мне срочно нужно ехать в Сеул.

— Мой сын пропал! Ты в своём уме вообще? Ребёнок исчез, а тебе срочно нужно в Сеул??...

— Не ты один кого-то ищешь. Я еду в Сеул как раз из-за поисков. Блять, мне заново расклеивать 300 листовок. Что ты, жертва-извращенец, вообще знаешь о моих чувствах?

Муж ничего не знал. Зато, кажется, знал я. Знал, поэтому незаметно сделал шаг назад... И снова удивлённо посмотрел на Бессовестного. Разве этот несносный ублюдок не сумасшедший? Муж, казалось, тоже так подумал, потому что озадаченно спросил:

— Неужели человек, которого ты ищешь, так же важен, как наш ребёнок?

— Ко.неч.но.

Я сделал ещё один шаг назад. Когда вернусь в Сеул, первым делом зайду в агентство недвижимости и выставлю свою квартиру на продажу…

— Эй. Да, я понимаю, у тебя срочные дела. Но мне нужно найти сына, услышать хоть слово о нём. Дай мне спросить этого человека, что он сделал с малышом!

Муж снова взволнованно посмотрел на меня:

— Где мой ребёнок? А?! Почему ты не отвечаешь?

Не то чтобы я не хотел отвечать. На самом деле, я просто не знал, что именно говорить. Но и в этот раз Бессовестный мне помог:

— Жертва-извращенец, а ты, я смотрю, прям мастер трепаться.

— Что?

— Если бы ты был родителем, то не изводил бы этого человека, а сам немедленно побежал бы искать. Ах, ты же не настоящий родитель… Поэтому и не бежишь, да?

— Что за херню ты несёшь?

— Херню, говоришь… Ты не его настоящий отец, вот почему ты оставил ребёнка кому-то другому и свалил на второй этаж, чтобы выжить самому.

— Эй, это из-за того, что Бессердечный нацелился на мою жену, мы намеренно пытались заманить его...................

— О, так вот почему она кричала о Бессердечном, которого там даже не было? Забыла, что я велел не высовываться и сидеть тихо?

— В смысле не было? То есть ты хочешь сказать, что моя жена мне солгала?

— Ага.

— С какого хрена ты так решил?

— Когда раздался крик, я был снаружи. Нашёл и как раз оценивал Бессердечного, которого вы так просили поймать. Но крик-то прозвучал внутри дома. Какая неожиданность. Если Бессердечных вдруг не стало двое, ситуация очевидна.

Взгляд Бессовестного медленно переместился на Жену. Я тоже посмотрел на неё. Лицо женщины заметно побледнело. А лицо Мужа, наоборот, исказилось. Он спросил:

— Ты специально кричала? Зачем?

— Я.. я просто.................. думала............ что Бессердечный идёт к нам, и я думала.................. что я — единственная цель.

Плечи Жены затряслись, и она начала всхлипывать. Муж, наконец, успокоил свой гнев, но у противника ещё было, что сказать:

— Тёть, не пиздите людям, а?

И Жена, и Муж оглянулись на Бессовестного.

— Эй, слушай, мы действительно не думали, что Бессердечный погонится за малышом. Думаешь, если бы знали, отправили бы своего ребёнка на верную смерть?

— Так ты и отправил, потому что это не твой ребёнок, жертва-извращенец.

Бессовестный легкомысленно ответил и толкнул ногой голову Бессердечного. Она немного прокатилась и остановилась перед Мужем. Тот испугался и начал отступать, но замер от прозвучавших слов:

— Смотри внимательно. Вот лицо настоящего отца этого ребёнка.

Бессовестный вынес вердикт, но думаю, Муж и сам в какой-то степени обо всём догадывался. Даже я, совершенно незнакомый человек, впервые увидев ребёнка и сравнив с фото Бессердечного, понял, кто отец. Именно поэтому я не мог сразу сказать супругам, где находится малыш.

Жена пыталась убить своего ребёнка. Возможно, женщина с самого начала поняла: целью её бывшего бойфренда был сын, и этот парень одержим и преследует малыша, а не её саму. Однако, если бы стало известно, что ему нужен только ребёнок, Муж бы заподозрил неладное. Поэтому она и заявила, что нападению подверглась вся семья. Только вот не подумала, что на поимку Бессердечного уйдёт столько времени, ведь он числился как E-класс…

На самом деле, малыша я хорошо спрятал в ванной, завернув в одеяло. Когда я нёс на спине замаскированную подушку, я немного волновался: вдруг Бессердечный догадается, что это муляж. Мне не нравилась пара супругов, но ещё больше мне не нравилась мысль, что ребёнок может пострадать.

К счастью, Бессердечному оказалось достаточно лишь очертания фигуры у меня за спиной, чтобы последовать за мной. С другой стороны, от этого ещё более горько. Ведь кто-то, даже став Бессердечным, думает только о ребёнке, а кто-то этого ребёнка бросил…

Как и сказал Бессовестный, Муж и Жена могли бы легко найти сына, стоило им немного осмотреть дом. Если бы они были настоящими родителями, то первым делом бросились бы искать своего ребёнка, а не допрашивали меня. Я очень надеялся, что супруги отправятся на поиски. Но нет, они только спрашивали о малыше и больше ничего не делали. Может, они ожидали, что я скажу что-то другое. Что ребёнок умер…

— Теперь разберёмся с моим чеком.

Чёрт, Бессовестный принялся за меня. Я отвернулся от пары. Бессердечный исчез, но настроение всё ещё было паршивым. Поэтому я решил, что по возможности компенсирую все расходы на еду. Да, по возможности… Но чек был длинным. Очень длинным. Ладно, бензин — это понятно, но что вообще за абсурдный список?

• 20 1,2-литровых бутылок воды

• 20 двухкилограммовых банок кочхуджана*

• 50 наборов праздничной ветчины*

• 50 наборов тунца с перцем

• 200 пакетов риса быстрого приготовления

• 200 чашек рамёна

• 50 горячих рыбных шариков

• 100 сосисок с сыром и ветчиной

• 50 пачек мармеладных зверей

• 100 плиток шоколада на меду

*Американская праздничная (рождественская) ветчина – традиционное блюдо, которое подают на праздничный стол в Америке и Европе.

*Кочхуджан — традиционная корейская соевая паста из клейкого риса (чхапсаль) и ферментированных соевых бобов, заправленная красным перцем в высокой концентрации. Количество перца таково, что соевая паста обычно имеет тёмно-красный цвет.

— Мне нужно срочно ехать в Сеул. Я тороплюсь, так что разберитесь быстро.

............Ты водишь грузовик? С трудом сдержав этот вопрос, я покачал головой.

— Я не могу разобраться с оплатой этой еды.

— Почему?

— Потому что её слишком много. Вы не съедите всё это за один раз. Я готов оплатить необходимые расходы на питание во время работы. Но здесь же годовой запас продуктов, а не один приём пищи. Это неразумно.

В ответ на моё возмущение он лишь усмехнулся.

— То есть вам можно вести себя неразумно, а мне нельзя?

— Что? Где это я веду себя неразум...................

— Вы же решили забить на обещанные мне 20 миллионов вон и заменить их квотой за следующий год? Мне директор На сказал.

— Это, это директор На изначально..................

— Да-да, я знаю, что это плата за помощь директору На. Ведь даже директор компании по поимке Бессердечных должен получать поддержку, когда она нужна. Даже если эта компания специализируется на уничтожении Бессердечных класса Е или выше, с которыми другие тягаться не в силах. При этом сам он может убить большинство подобных монстров с закрытыми глазами. Особенно, если речь идёт о тех, чьи симптомы только начали проявляться. Даже если На СЛУ.ЧАЙ.НО уронил пистолет во время боя, он всё равно легко мог расправиться с тем Бессердечным. Но раз уж там НЕ.ВОЛЬ.НО оказались вы и так самоотверженно ему помогли, то я уверен, что вы с чистой совестью можете заменить оплату охоты на Е-класс бесплатной государственной квотой.

Подозреваю, что у него учёная степень по сарказму…

— Вы хотите сказать, что я ничего особенного не сделал, но много требую взамен?

— Нет.

Он покачал головой. Затем взмахнул топором, стряхивая с него оставшуюся кровь.

— Это его решение – заплатить высокую цену за ничтожную помощь, так что сказать мне нечего. Но не могу не сравнить. Я спас вашу жизнь, когда преследовавший вас Бессердечный чуть не напал со спины. При этом я даже «спасибо» не услышал, не говоря уж об оплате. Меня чертовски взбесило, что вы забили на моё указание не высовываться и сидеть тихо, но тем не менее я вас спас, а вы не можете даже разобраться с оплатой еды. И это я неразумен? Совсем несправедливо. Кто-то получает многомиллионную рабочую силу благодаря ничтожной помощи, а кто-то спасает жизнь, а ему даже пустяковые расходы на еду не возмещают.

Если он ещё два раза скажет «ничтожная», то страна обанкротится*... Но в этих словах была доля правды. Бессовестный действительно спас мне жизнь, я должен быть ему благодарен и мог бы отплатить. Но почему я этого не хочу? Почему я в бешенстве? Я знаю почему. Просто он мудак.

*В Корее существует поверье, что цифра 4 приносит неудачу. Причиной тому служит её звучание, которое очень напоминает произношение слова «смерть».

— Директор На всегда держит своё слово, так что на этот раз он был вынужден согласиться. Но могу себе представить, насколько он удивился, услышав вашу просьбу.

Мне нечего было ему возразить, ведь я и так понимал, что слишком много прошу. Но когда Бессовестный прямо на это указал, меня накрыло негодование. Выглядеть извиняющимся без всякой причины не хотелось, поэтому я стиснул зубы и нашёл компромисс:

— Повторяющиеся позиции не оплачу.

— Там нет повторов, поэтому вы оплатите всё.

— Есть. Рамён и быстрорастворимый рис – это основные блюда. Тунец с перцем чили и праздничный набор ветчины – гарниры, сосиски с сыром и рыбные шарики – закуски. А мармеладные звери и шоколадные конфеты – это десерты.

Я добавил, указав на каждую позицию из длинного чека:

— Так что вычёркиваю рамён, тунец с перцем чили, сосиски с сыром и мармеладных зверей.

— Отказываюсь.

Я поднял глаза. Известно же, что у меня не самая большая зарплата. А позиции из этого списка никогда не пройдут по расходам в офисе. Но Бессовестный ведь утверждает, что спас мне жизнь, и насмехается над моей просьбой к директору На… Нормально, что я в такой ситуации почувствовал себя уязвлённым. И потому принял важное решение – компенсировать еду из своих средств.

Конечно, я не полностью согласен с тем, что сказал Бессовестный. Я тоже думал, что получил от директора На больше помощи, чем сам ему оказал. Но у меня сильно подгорало от того, что эти деньги решил тратить не На, а Бессовестный. Поэтому я не мог уступить ему всё. Я был непреклонен.

— Разделим пополам.

— Нет, мне нужно больше.

— …

— Рамён, тунец с перцем, сосиски с сыром и мармеладных зверей – ни за что не уступлю!

— Тогда вы можете уступить рис быстрого приготовления, праздничный набор ветчины, горячие рыбные шарики и медовый шоколад.

— Нет.

Моим оппонентом был устрашающий парень, который только что снёс топором голову монстру и теперь держал окровавленное оружие в руке. Но сейчас я не мог видеть ни топора, ни крови, ни катящихся голов. Меня даже не интересовало будущее пары, которая побежала в дом искать своего ребёнка.

Всё, что меня волновало, – как внести хотя бы небольшую поправку в чек Бессовестного, чтобы он не забрал всю мою месячную зарплату. При этом мне следовало помнить, что этот человек злопамятен. Но мой рот открылся сам по себе, минуя мозг:

— Я понимаю, почему вы не хотите пойти на уступки. Ведь вы, директор Кук, настаиваете, что спасли мне жизнь. Однако, когда преследовавший меня Бессердечный чуть не напал со спины, моей жизни ничего не угрожало. Вы же сами сказали, что его целью был ребёнок этой пары, поэтому если бы Бессердечный убедился, что ребёнок не со мной, он бы сразу же пошёл искать в другом месте. Директор Кук, вы высококлассный специалист, чьи услуги стоят миллионы, поэтому вам не нужно объяснять, что Бессердечный, выбравший конкретную цель, вряд ли причинил бы мне вред? Поэтому я и выбежал, ведь опасности для жизни не было. О, кстати. Вы же беситесь из-за того, что я выбежал, верно? Конечно, мы с Женой отчасти сами виноваты, что не «сидели тихо, не высовываясь». Но, по идеальному сценарию, директор Кук, как высококлассный специалист, чьи услуги стоят миллионы, мог бы разобраться с Бессердечным раньше, чем всё произошло. И беситься бы не пришлось.

Слова вылетели из меня как из пулемёта. Я ненадолго замолчал и перевёл дыхание. Мне следовало остановиться, чтобы не пришлось сожалеть об этом в будущем. Но меня подстёгивало желание нанести последний удар по равнодушному собеседнику. И я выпалил то, чего говорить не стоило:

— И я тоже не просил вашей НИЧ.ТОЖ.НОЙ помощи.

На несколько мгновений воцарилось молчание. Это было молчание не только моего оппонента, но и моё собственное. После того, как совершаешь глупость, проходит около трёх секунд, прежде чем приходит осознание.

Вглядевшись в глаза противника, я осознал всё и сразу. Ну пиздец…

Топ.

Бессовестный шагнул ко мне. Я невольно вздрогнул и съёжился. Было темно, но он наверняка заметил эти действия. Чтобы не потерять остатки гордости, я собрался и напряг дрожащие колени. Однако увидев, что он поднимает руку, я снова вздрогнул. Неужели собирается меня ударить…?

Хлоп.

Он опустил руку мне на плечо и наклонил ко мне голову. Когда я попробовал отвернуться, хватка лишь усилилась, и Бессовестный прошептал мне на ухо:

— А что, если однажды вы сами меня позовёте?— Не дождётесь.

Почему он не сказал это с расстояния, а стал шептать на ухо…?

К счастью, его голова от меня отстранилась. Но его рука всё ещё держала моё плечо, и сам он всё ещё стоял очень близко. Однако проблема не в этом. Я пытался вспомнить, что он спросил, и как я ответил. Мне нужно было понять, почему мой ответ вызвал довольную улыбку у этого человека. За всю свою жизнь я не видел ухмылки, настолько леденящей душу.

— «Не дождётесь» …

Он повторил мои слова, а затем пробормотал:

— Я часто такое слышал.

И как ты реагировал? Когда в моей голове возник вопрос, на который я не хотел знать ответ, я услышал, что голос моего собеседника вернулся к своему первоначальному тону.

— Ладно. Остановимся на рисе быстрого приготовления, праздничной ветчине, сосисках с сыром и мармеладных зверях. Что ж поделать, если цена моей ничтожной помощи всего лишь это.

Моя зарплата за три месяца… Вот же мудила. Я кивнул, с трудом подавив ругательства. Только тогда рука с моего плеча исчезла... Ладно, по сравнению с тем, что меня чуть не уволили, три зарплаты – сущие пустяки...................

— Проверьте свой телефон. Я отправляю запрос на оплату.

Уже? Сейчас? Вот прямо в этот момент? А что, если я морально не готов? Дрожащими руками я взял телефон и увидел на экране сумму, равную трём моим месячным зарплатам. В этот момент я понял, что не готов и физически. Мои руки дрожали настолько сильно, что я не мог нажать кнопку «оплатить».

— Я занят. Пожалуйста, разберитесь с этим побыстрее.

Под назойливые требования Бессовестного я зажмурил глаза и подтвердил платёж. Он проверил свой телефон.

— Давайте проясним кое-что. Вы тоже оказали директору На ничтожную услугу, получив за это огромные деньги, так что не лезьте больше со своими просьбами.

Ой, пожалуйста, сожри уже свой набор ветчины и исчезни из моей жизни… Словно почувствовав моё настроение, Бессовестный отвернулся. Неотрывно глядя в экран мобильного телефона, он мимоходом добавил:

— Конечно, если вы заберёте личные деньги того ублюдка, это не будет иметь значения. Ведь если такая наглость сошла вам с рук один раз, то обязательно сойдёт и во второй.

Мне захотелось засунуть ему в рот гравий вместо мармелада. Но, конечно, у меня не хватило бы смелости на такое... Я просто был в ярости. И очень надеялся, что кто-нибудь даст ему в морду.

Однако поведение Бессовестного стало странным. Он неподвижно смотрел на телефон в своей руке. Я заметил, что выражение его лица тоже было странным. Что случилось? Как будто он в шоке.

— Fuck!

Внезапно из его уст вырвалось английское ругательство на букву «F». Что с ним не так?

— FUCK! Fuuuuuuuuuck! Fuck!

Я понятия не имел, какого хрена происходит, но Бессовестный выкрикивал ругательства, излучая гнев. От удивления я сделал шаг назад. И в этот момент у меня в кармане зазвонил телефон. Я машинально ответил на звонок:

— Алло.

[Это На Чжин Ук.]

Ха! Моё сердце бешено заколотилось, как только я услышал голос на другом конце трубки.

[Мне позвонили и сказали, что директор Кук нашёл Бессердечного. Всё в порядке?]

— Да, всё закончилось…

— Fuck! What the fucking spoiler! Fuck it!

[… кажется, это голос директора Кука?]

— Верно.

— Who sent this fucking shit to me?! Fuuuck! Mother fucker! *

*Матерится по-английски)

[Разве всё не закончилось удачно?]

Нет. Отойдя подальше от шума, я вкратце объяснил ситуацию и добавил:

— Он что-то проверил в своём телефоне, и у него случился приступ… хм, злости. Кстати, почему он ругается на английском?

[Потому что директор Кук – кореец из-за границы.]

— А, вот почему у него такая орфография…

[Что?]

— Нет, ничего… Значит, поэтому он так хорошо говорит по-английски.

[Только когда злится.]

— Только когда злится? – На этот раз переспросил уже я.

Его английские ругательства звучат просто потрясающе!

[Он всю жизнь прожил в Корейском квартале, поэтому в основном говорил на корейском. Но когда он злится, то говорит всё, что угодно. Я думаю, ругается он даже лучше, чем носители языка.]

… Ну что ж, это утверждение Бессовестный оправдывает полностью.

[Но я почти никогда не видел, чтобы он так злился с тех пор, как приехал в Корею. Хм.]

Я всё ещё наблюдал как Бессовестный гневно выкрикивает ругательства на букву «F». Не могу поверить, что мне выпала честь лицезреть столь редкую сцену! Говорят, что месть лучше подавать холодной, но я благодарен тому незнакомцу, который так его разозлил.

— Кто бы это ни был, я благода… сожалею, что он связался с директором Куком.

[……….]

— Директор На?

[Судя по тому, как быстро вы поняли ситуацию с директором Куком, он потребовал что-то в качестве вознаграждения за проделанную работу.]

С того момента, как зазвонил телефон, я колебался, стоит ли доносить на Бессовестного. Но он утверждал, что моя просьба оказалась слишком наглой, и мне нечего было добавить. Поэтому, когда директор На сам об этом заговорил, я чуть не расплакался от облегчения. К тому же, я ничего не сказал, но он полностью понял моё молчание.

[Мне жаль. Что именно потребовал директор Кук?]

— Он попросил меня заплатить за еду.......

[Пожалуйста, пришлите мне чек, который он дал вам, я с этим разберусь.]

— О, нет.

Я сам не понял, как отказался. Ежемесячную арендную плату уже и так было сложно покрывать, а в ситуации, когда пропадала трёхмесячная зарплата, отказываться вообще было нелепо. Однако, поскольку моим собеседником был директор На, я хотел показать свою гордость. Хотел продемонстрировать, что способен решить такие проблемы самостоятельно.

— Всё в порядке. Достаточно уже того, что вы вообще взялись за эту работу. Если я не оплачу чёртов счёт директора Кука сейчас, он потом попросит о чём-то другом.

[Вы мудрый человек. Я вас понял.]

У меня чуть не вырвалось: «Я хочу всё отменить, оплачивайте сами!», но гордость всё же взяла верх. Именно в этот момент я услышал предложение директора На:

[Вместо этого я угощу господина Хан Чжэ Мёна.]

— Да всё в поря...... А? Меня?

[Да. Если у вас есть любимое блюдо, пожалуйста, дайте мне знать].

— Всё. Мне всё нравится! О, я ем всё!

Охренеть! Я смогу поесть вместе с ним! Благодаря Бессовестному я поем с директором На...................

[Да, я позже пришлю вам сертификат на покупку приличной еды].

Блин, этот человек как квантовая механика. Такой же сложный.

— Спасибо.

Я поблагодарил его и повесил трубку. Но мне было приятно услышать голос директора На после всего пережитого.

Конечно, и голос Бессовестного продолжал звучать. Теперь этот парень использовал международные ругательства вперемешку с корейскими.

— Блять! Сучий fucker! Блядский fucknugget! Fucking блядство! Кто прислал мне fucked спойлер! Ах, ты ж хуев fuckhead блять!

Вау, чёрт возьми, я не знаю, кто этот человек, но он сильно выбесил Бессовестного ублюдка. Спасибо, большое спасибо.

****

— Прости, но это всё, чем могу помочь.

Пён Хи склонил голову и протянул мне конверт. Мне хотелось сказать: «Всё в порядке, я сам разберусь», но после того, как улетели в трубу три мои месячные зарплаты, выбирать особо не приходилось. Поэтому я принял конверт и поблагодарил.

Один такой я уже получил от начальника отдела. Он сказал, что в последнее время из-за большого потребления электроэнергии у них одни убытки, поэтому он не может дать больше. Пён Хи живёт один, но тратит все свои деньги на хобби, поэтому и ему было трудно найти дополнительные средства. Он дал мне этот конверт более чем через неделю после того, как меня обчистил Бессовестный.

— Ты хоть нормально питаешься? Лицо сильно осунулось.

Тебе ли спрашивать меня об этом? Пён Хи, должно быть, и сам голодал, чтобы заработать эти деньги, потому что выглядел он измождённым.

— Я ем. Директор На дал мне сертификат на посещение супермаркета, и я купил несколько упаковок рамёна. И несколько пакетиков мармеладных зверей.

— Мармеладные звери? Зачем оно тебе?

Пён Хи опомнился, видимо, вспомнив о чеке Бессовестного, и печально спросил:

— Ну и как?

— Это было чертовски вкусно.

Как бы ни было неприятно это признавать, но вкус у мармеладок был отменный.

— Ешь понемногу.

— Да.

— Но почему в итоге у тебя такое уставшее лицо? Меня начальник просил узнать.

Вот почему он продолжал смотреть на меня. Я уж подумал, не поймали ли меня за написанием романа. Большинство людей из моего окружения фигурируют в моих историях, поэтому иногда знакомые, читая их, неправильно меня понимают. Думают, что нравятся мне. Естественно, нет. Я просто позаимствовал характер и воссоздал персонажа. Ведь есть авторы, которые используют в своих романах прототипы из реальной жизни. Я, например.

— Кстати, тот тип, Безжалостный, Беспринципный или как его там, всё ещё расклеивает листовки о том, что ищет тебя?

А, листовки. Это тоже проблема.

— Даже награду за информацию назначил.

— Ваааа, и правда безумец. Может, тебе стоит переехать?

— Я ходил в агентство недвижимости, около него тоже листовка висит.

— Ахахаха – Пён Хи громко рассмеялся.

Да, это забавно. Потому что что Бессовестный – директор Кук, который уничтожил мою финансовую подушку. Я ещё не сказал Пён Хи, что это один и тот же человек. Причина проста.

Несмотря на моё невозмутимое выражение лица, он, от души насмеявшись, поджал губы и спросил:

— Эй, он как одержимый герой из твоего романа? Такой, кто не может забыть случайную встречу и добавляет в листовки награду.

Вот оно. Вот почему я ему не говорил. Чёрт, я не хотел быть связан с Бессовестным таким образом. Судьбоносные встречи должны происходить только с такими как директор На. С Бессовестным подобной встречи, как в романе, быть не может. Пён Хи знает обо всех моих романтичных иллюзиях. Поэтому, узнав, что Бессовестный и директор Кук – один и тот же человек, он явно будет насмехаться и говорить, что это ещё более судьбоносно. Но нет. С Бессовестным меня не связывает ни случайность, ни, уж тем более, судьба.

— Меня это больше не волнует. Он не знает, где я живу, не знает моего лица и в итоге просто прекратит.

— Эй, ты же говорил, что он злопамятный? А что, если он действительно тебя найдёт?

Ну и ладно. Нужно просто избежать подобного сценария любой ценой. Куда больше меня беспокоило кое-что другое…

«А что, если однажды вы сами меня позовёте?»

«Не дождётесь.»

Его улыбка, появившаяся после этих слов, с того дня не выходит у меня из головы. Ну, больше мы не встретимся. А даже если и встретимся, я могу просто убежать. Потому что убегать и прятаться – мой конёк.

— Тогда проблем нет. Я-то думал, что ты очень переживаешь, потому что ты уже неделю не публиковал роман.

— В этом-то и проблема.

— Что? Ты ведь говорил, что наконец-то нашёл идеального главного героя, созданного по образу директора На?

— Найти-то нашёл. Но ................... не могу продолжить писать.

Возможно, так как я нашёл идеальную модель в реальности, моя фантазия дала сбой. Это было странно. Раньше я бы написал главного героя, о котором всегда мечтал, но, когда я встретил идеального мужчину в реальной жизни, мечта улетучилась. Итак, роман был отложен на неделю. Вот почему я выглядел подавленным.

— Это из-за хейтеров? Такое же случается не постоянно. А, точно. В этот раз даже преданный давний фанат оставил негативный комментарий.

Я улыбнулся, когда всплыла история с Милашкой. Он ответил мне на следующий день.

[Спосибо что падробно объиснили. Дайте пажалуста, свой атрес. Я хачу извенится. Я хачу знать ваш дамашний атрес.]

Он был настолько благодарен, что даже захотел узнать мой адрес. Я думаю, он отправит мне подарок… Орфография у Милашки местами хромала, но это были опечатки. Конечно, я не ответил на сообщение. Хотелось позже поздороваться с ним лично, используя своё писательское имя. Однако это будет возможно, только если я продолжу писать роман.

— Всё в порядке, ты прав. Я получаю плохие комментарии не каждый день. Но я должен написать роман, чтобы продолжать их получать, хаха.

Я чувствовал, что встреча с идеальным директором На не помогает мне творить. Однако избавиться от своего На из романа всего за один эпизод было нереально. Тем более, на этот раз у меня было стойкое ощущение, что он – подходящий вариант для главного героя, Сиу.

— Сначала свяжись с директором На.

— Я уже. Сказал спасибо за сертификат.

— Что он ответил?

— Приятного аппетита пожелал.

— Это всё?

Выражение лица Пён Хи стало таким печальным, что я отвернулся. Это было всё. Директор На ответил кратко и решительно, и я не мог снова с ним связаться.

— Эй, не расстраивайся. Может, он специально планирует что-то, чтобы с тобой сблизиться. Прямо как у тебя в романе.

На самом деле, это директор На идеальный главный герой, а не я. Я лишь обычный человек. Так что не может быть такого, чтобы он тайно планировал со мной сблизиться...

— Хан Чжэ Мён, вас вызывает начальник отдела.

Я находился в комнате отдыха, когда кто-то сообщил мне об этом. Несколько дней ко мне относились хорошо, а теперь вызывают, чтобы ругать? Немного поворчав, я пошёл, совершенно забыв, о чём думал раньше. Это полный бред, что кто-то намеренно планирует со мной сблизиться…

Но жизнь иногда преподносит сюрпризы.

Как и везде, самый верхний этаж здания – это лучшее место с прекрасным видом и доступом к вертолёту, поэтому он предназначен для высокопоставленных лиц. Естественно, офис директора Специального Управления тоже находился на самом верхнем этаже здания. Офис был большим и роскошным, что подчёркивало статус компании. И, хотя мир возвращался к стабильности, люди всё же боялись Бессердечных, поэтому в Управление стекались деньги, а его глава был близок к центру власти.

Но тем не менее это было опасно. Директор Спецуправления, в свои 50 лет, проработав на этой должности меньше полугода, уже подумывал об увольнении. Предыдущий лидер был человеком с большим чувством долга, поэтому выезжал на места происшествий. При выполнении очередной миссии он погиб. Человек, занявший эту должность после него, не хотел идти по стопам своего предшественника. Он планировал завершить несколько громких дел и быстро покинуть пост.

Поэтому он сосредоточился на ловле крупной рыбы, а не на мелких поручениях. Для этого ему пришлось нанять компетентные компании, и с крупнейшими из них он поддерживал хорошие рабочие отношения. Но этого было недостаточно. Чтобы поймать по-настоящему крупный улов и попасть в новости, нужна была ещё одна фирма. Проблема заключалась в том, что они не сотрудничали со Спецуправлением.

Но неожиданно оттуда поступило предложение. И директор собирался заключить этот контракт любой ценой. Ничего сложного не было. Просто отправить к ним рядового сотрудника, и всё…

Тот самый сотрудник выглядел совершенно растерянным, не понимая, зачем его вызвали. Имя… Хан Чжэ Мён? Директор проверил его личное дело.

— Господин Хан Чжэ Мён. Вы работаете здесь около двух с половиной лет.

— Да — подтвердил сотрудник, бросив быстрый взгляд на человека, сидящего рядом с директором. Это был высокий, крепкий мужчина примерно 35 лет, одетый в дорогой костюм. Он элегантно потягивал чай и выглядел как человек, которому Специальное управление явно не подходит. Но, хотя этот мужчина и был посторонним, он, кажется, мог посещать офис директора Управления более свободно, чем кто-либо другой.

Поскольку рядовым служащим не обязательно было знать подробности, Директор не удосужился представить гостя. Вместо этого он сосредоточился на личном деле сотрудника. Ничего интересного не было. Если точнее, данные были настолько скудными, что это даже обескураживало. Его единственным образованием был диплом старшей школы, а компания, в которой он работал до инцидента, являлась торговой фирмой, названия которой Директор никогда не слышал.

— Вы здесь по специальному предложению?

— Да.

— В Спецуправление по спецпредложению?

Видимо, подобный юмор было сложно оценить. Потому что выражение лица рядового сотрудника стало жёстким.

— Всё в порядке. Не обязательно сдерживаться только потому, что вы в кабинете начальства.

— .............. Ха-ха-ха.

Рядовой сотрудник запоздало и неловко рассмеялся. Директору Управления этого было достаточно, он остался доволен своим юмором и добродушием. После всего лишь нескольких слов разговора он уже понял, что с этим сотрудником легко иметь дело, но всё же решил задать чуть больше вопросов:

— В то время по специальному предложению в Управление набирали людей, которые повторно поступили на службу из-за Бессердечных и внесли значительный вклад в общее дело. Не так ли?

Повторный призыв. Самая страшная реальность для демобилизованных мужчин наступила три года назад. Из-за Бессердечных было объявлено чрезвычайное положение, и резервисты первыми получили повестки. Рядовой сотрудник, согласно записям, тоже был призван и полгода служил в армии.

— Мне посчастливилось единственному выжить на месте происшествия, и военные вручили мне медаль в рекламных целях.

— Удача – часть мастерства. Армейские ублюдки любят выделываться и кричать о победе, если есть хоть один выживший.

Директор, который сам не служил, саркастически спросил постороннего мужчину, сидевшего рядом с ним:

— Если все умерли, а он один выжил, значит, он победил. Верно?

Посторонний мужчина служил в армии, но презирал военную систему. Поэтому он просто усмехнулся в ответ на слова Директора. Тот и не ожидал какой-то особой реакции, поэтому снова сосредоточился на рядовом сотруднике:

— По крайней мере, у вас есть опыт полевой работы. Давайте посмотрим. Где вы там отличились........ Тонкиль? А где это, Тонкиль? В нашей стране есть такое место?

Он покачал головой, а потом словно что-то вспомнил.

— О, я неправильно написал Донгиль-мён. Это в Кохыне, верно? Знаешь, мой родной город находится неподалёку. Но разве Кохыну был нанесён какой-то ущерб? Не думаю, что я слышал об этом, но это и не было большим инцидентом, так?

Прозвучал очередной вопрос, который не требовал ответа. И директору, судя по всему, было наплевать, откроет собеседник рот или нет…

— Но вы ведь убивали Бессердечных, да? Около 15 одолели?

— Нет.

— Тогда, может быть, пять или шесть?

— Нет.

— Неужели ни одного не убили?

Рядовой сотрудник избегал зрительного контакта. Согнутые плечи, неуверенный взгляд... Директор Управления почувствовал ещё с того момента, как он вошёл, но этот человек действительно идеально подходил на роль персонала низкого уровня. Такие люди робки и работают ровно настолько, чтобы их не уволили. Директор щёлкнул языком, потому что ему не нравилась идея посылать кого-то такого…

— Похоже, начальник отдела Ким не соврал, когда сказал, что вы боитесь Бессердечных. Хотя это отличается от того, чего я ожидал.

При этих словах рядовой сотрудник поднял глаза. Его взгляд словно спрашивал, что директор Управления имел в виду, но тот не заметил вопроса, потому что был занят просмотром немногих оставшихся записей. Вместо директора с сотрудником заговорил Посторонний, всё это время наблюдавший за ним со стороны:

— Боитесь Бессердечных?

— Да.

Ответ прозвучал без колебаний. Директор нахмурился, а Посторонний, наоборот, рассмеялся.

— Большинство людей напуганы, но не стоит относиться к ним как к преступникам. Любой, кто участвовал в войне три года назад, имеет полное право с гордостью говорить, что ему было страшно.

— Но я этим не горжусь…

Парень пробормотал дрожащим голосом, словно ему было стыдно. Однако директор Управления не успокаивался.

— Конечно, гордиться нечем. Даже если Бессердечные и сошли с ума, они всё равно такие же, как мы. Они не обладают сверхспособностями, достаточно одного выстрела, чтобы их убить, так чего тут бояться? А может, ты боишься оружия?

— ......

— Почему ты не отвечаешь? Серьёзно, ты боишься оружия? Мужчина боится оружия?!

— Так или иначе, оно опасно.....................

Реакции двух мужчин оказались прежними: директор нахмурился, а Посторонний рассмеялся.

— Ну, даже если это опасно, достаточно ведь просто носить с собой пистолет. Но не слишком ли хорошо ты сделал работу на месте происшествия для того, кто боится Бессердечных?

— Что? Место происшествия?

— Ты ж поймал Бессердечного вместе с FOURKEY. Вот человек из FOURKEY тебя и...................

— Господин директор.

Посторонний резко перебил директора Управления, и тот бросил на него извиняющийся взгляд. Рядовой сотрудник посмотрел на них с подозрением, но Директор быстро сменил тему:

— Хмф, ты. Ты сказал, что вы близки с директором На из FOURKEY? Поэтому они взяли это дело?

— Мы не близки. Просто я случайно помог ему, и он щедро меня отблагодарил.

— Как бы там ни было, директор На не филантроп и просто так помогать не стал бы. Должно быть, ты ему понравился. Я имею ввиду, поэтому FOURKEY и вмешались, хотя никогда до этого не работали со Спецуправлением.

— Никогда не работали?

Рядовой сотрудник удивлённо переспросил, и директор Спецуправления снова нахмурился. Вот и причина, по которой этого парня вызвали в офис.

— Ты не знал? Мы уже несколько раз просили FOURKEY взяться за наши дела, и они постоянно нам отказывали. Ты же понимаешь, что они специализируются на миссиях сверхопасного уровня? У нас не раз и не два возникали проблемы из-за их отказа сотрудничать. Особенно этот нахальный ....................

— Господин директор.

Посторонний снова прервал его. Директор откашлялся и виновато улыбнулся. Он чуть не произнёс имя, которое нельзя было называть. Рядовой сотрудник снова смерил их подозрительным взглядом, но Директор поторопился вновь сменить тему:

— Однако директор На явно помягче. Я надеялся убедить его подписать с нами контракт, и вот, наконец, появился ты.

— Господин Директор, кажется, вы меня не поняли. У меня нет никаких отношений с директором На, кроме этого задания. Мы не общаемся, и дело уже закрыто..................

— Не скромничай, очевидно, что ты произвёл неизгладимое впечатление на FOURKEY. То есть, они раньше отклоняли наши просьбы, а теперь согласились сотрудничать, хоть и с условием. Если мы отправим тебя работать к ним, они возьмутся за наши дела. Это всё твоя заслуга. Ха-ха.

Речь звучала фальшиво, но, к счастью, рядовой сотрудник был шокирован и не обратил внимания на детали. Он просто моргнул и переспросил:

— Директор На действительно попросил отправить меня к ним в качестве сотрудника?

Конечно, нет. Но никто не мог сказать ему правду.

— Ну.................. об этом действительно просил директор FOURKEY. Ты, должно быть, произвёл глубокое впечатление.

Директор Спецуправления повторил свои же слова и протянул лист бумаги.

— Теперь подпиши здесь.

***

Я чувствовал себя окрылённым. В моих ушах звучал хор мальчиков из Парижского Собора Святого Креста, исполняющий Sanctus, над головой кружили голуби, держащие в клювах белые ленточки. Разумеется, звонили колокола. Моя голова была переполнена ликованием, как никогда прежде. Я не мог контролировать свою радость, и мне казалось, что, стоит мне лишь подпрыгнуть, и я смогу взлететь.

Глубокое впечатление. Я произвёл глубокое впечатление на директора На. Это случай, достойный моего романа. Я не мог поверить, что и сам теперь являюсь частью этой истории. Моё сердце колотилось. Оно билось так сильно, что чуть не выпрыгнуло из груди, поэтому я намеренно стал искать разумные причины, чтобы вернуть себе холодный рассудок.

Что именно произвело на него глубокое впечатление? Может, его тронуло, что я такой трусливый и жалкий? Или мой юмор, который никогда не работал, наконец-то сработал именно на нём? А может, то, как я уверенно держался, когда Бессовестный забрал мои последние деньги? Скорее всего, последнее. Конечно, мой голос тогда дрожал, но моё поведение вызвало восхищение даже у меня.

Насколько же директор На меня ценит, раз согласился сотрудничать со Спецуправлением, хотя раньше всё время им отказывал? Конечно, это в первую очередь работа. Но всё равно. Это из-за меня! Он попросил прислать именно меня, он хочет увидеть меня!

Ох. Моё сердце разрывалось. Как такое возможно? Директор На, ещё более идеальный, чем в моём романе, очаровался мной настолько, что даже придумал план, как держать меня рядом. Это же оно, та самая одержимость!

— .... Подпиши здесь................ Ты меня вообще слышишь? Тебе плохо?

Мне было плохо. Сердце колотилось так сильно, что это причиняло боль. Казалось, Директор что-то говорил, но я ничего не слышал. Я взял ручку, которую он мне протянул, и что-то написал, но не понял, что именно.

— Я хочу, чтобы ты начал работать у них со следующей недели. Контракт с FOURKEY уже подписан. Пока ты там, мы можем продолжать с ними сотрудничать, так что ты знаешь, что нужно делать, верно? Конечно знаешь. Оставайся там как можно дольше. Держись. Это приказ.

***

Это правда, что разум управляет телом. После работы я всегда еле плёлся домой, чуть не плача, но сегодня всё было по-другому. Моя походка была настолько лёгкой, что я буквально подпрыгивал от радости. Фантазии, которые обычно заполняли мою голову, теперь захватили даже сердце, и оно колотилось без остановки.

Не может быть! Директор На, чтобы заполучить меня, договорился с начальником Спецуправления. Ух ты, надо обязательно написать об этом в своём романе!

Напевая себе под нос, я вошёл в 205 корпус. Возле информационного стенда у лифта кто-то стоял, но я ничего не видел. Я был настолько поглощён своими фантазиями, что даже не обращал внимания, смотрит ли этот кто-то на меня.

Директор На всё это время не связывался со мной, потому что вынашивал план, как забрать меня к себе? С голосом, тёплым, словно Van Dyke brown, за столом из красного дерева, попивая 870-летний виски*… ...................

*Отсылка к 5 главе, к описанию директора На из романа))

— Господин Хан Чжэ Мён?

— Да.................. АаААаА!

Я громко и искренне вскрикнул. Моё сердце, и так колотившееся от фантазий, чуть окончательно не разорвалось. А как иначе? Ведь прямо передо мной стоял Бессовестный.

— Что-то страшное увидели?

Да, тебя.

— Нет, я.… я просто удивился.

Это было искренне. Я был настолько удивлён, что моё сердце чуть не выпрыгнуло прямо изо рта. Чёрт, я всё это время был осторожен, а сейчас разволновался и ослабил бдительность из-за предстоящей встречи с директором На на следующей неделе............. Погодите.

Получается, я и с этим парнем на следующей неделе встречусь?!

— Ох!

— Что?

— Ничего, просто снова удивился.

Мой оппонент посмотрел на меня с подозрением. Мне не следовало вызывать у него подозрений, но сохранять спокойствие было трудно.

— Это я должен быть удивлён. Почему здесь кто-то из Карибон-дона?

Я вздрогнул.

— Переехал.

Ответ пришёл машинально, и я тут же пожалел об этом. Чёрт, стоило сказать, что навещаю знакомого...

— Когда?

— Ну, позавчера.

Естественно, он не поверил..................

— Я так и думал. Значит, вчера в 8 утра я видел около дома затылок господина Хан Чжэ Мёна. Если бы вы сказали, что навещаете кого-то из знакомых, я бы заподозрил вас во лжи.

Кризис миновал, но моё сердце снова заколотилось. Как, чёрт возьми, ты увидел мой затылок в 8 утра?!

— Кстати, а вы здесь почему?

— Странный вопрос. Что, если я живу в 205-м?

— ........ Чуть раньше я приходил с документами и видел, как вы выходили из другого здания.

— Вот оно что.

На этот раз он чуть не догадался, но я снова едва проскочил… Каждый разговор казался борьбой не на жизнь, а на смерть. Но настоящее испытание было впереди:

— Я уже десять дней ищу одного человека, и сейчас получил наводку, что он живёт в корпусе 205.

Дяденька-охранник в конце концов проговорился… Но, видимо, не сказал, в какой квартире я живу, и на том спасибо.

— Кстати, в какую квартиру вы переехали?

— .....

— Какой номер вашей квартиры?

— Тридцать пять тысяч семьсот шестьдесят два.

— .....

— .....

— А вы забавный.

В отличие от слов, выражение его лица было таким, как будто он собирался меня убить. Тем не менее, и в этот раз я отделался лёгким испугом. От вопросов о моём месте жительства он перешёл к другой теме:

— Вы живёте в 205-м, значит, могли видеть человека, которого я ищу.

Я взглянул на листовку, прикреплённую к доске объявлений.

— Ну, я же только что переехал. Я даже не знаю, как он выглядит....................

— Позвольте, я покажу вам его лицо.

Что?!

— Я нарисовал фоторобот на основе показаний свидетелей. Вот, он вам знаком?

Он действительно протянул лист бумаги. Моё сердце снова забилось у самого горла. Чёрт, если он действительно нарисовал фоторобот, то знает, что я и есть тот, кого он ищет....... Или не знает. Это вообще человек нарисован?!

— Вы видели его?

— ...... В аду.

— Что?

— Что?

— Вы сказали ластик? *

Что?

— Откуда вы узнали?

ЧТО?!

— Я нарисовал это за один раз, не используя ластик.

*корейские слова «ад» и «ластик» созвучны, а Кук ещё и из другой страны…)))

Поэтому рисунок такой отвратительный. Нет, честно, я никогда в жизни не встречал рисунка хуже...... А? Погодите, где я мог видеть подобную картинку? Разве это не похоже на изображения, которые присылает мне та школьница в своих фанатских письмах?! Я был удивлён, поэтому взял фоторобот из рук Бессовестного и внимательно рассмотрел. Это было действительно похоже. Всё было ясно. Рисунок, нарисованный ногами. *

*Отсылка к 1 главе, в которой стиль этих рисунков Чжэ Мён описывает именно так

— Вы его знаете?

— Нет, но стиль рисования похож на.....................

Ах, нет, это нельзя говорить. Я смущённо поднял голову и тут же замер. Бессовестный улыбался. Нет, вернее, он пытался сдержать улыбку, сжимая губы, но не мог, и уголки рта немного дёргались.

— Я знаю, я часто слышу, что я как Эгон Шиле*.

Что за неуважение к господину Шиле? Эгон Шиле не рисовал ногами...... Или рисовал?!

*Эгон Шиле (12 июня 1890, Тульн-на-Дунае — 31 октября 1918, Вена) — австрийский живописец и график, один из ярчайших представителей австрийского экспрессионизма.

Не могу обойтись без картин Шиле, дабы показать, с кем свой уровень мастерства сравнивает директор Кук)))

— Значит, вы не видели никого похожего?

Я кивнул, испытывая облегчение. С таким фотороботом он меня никогда не найдёт.

— Подождите, мне кажется, он похож на господина Хан Чжэ Мёна.

Да где блять?! Я в ужасе отступил назад, но он поднял бумагу рядом с моим лицом, чтобы сравнить. Я быстро перекосил глаза и расширил ноздри. Через некоторое время Бессовестный опустил бумагу и разочарованно пробормотал:

— Хм, а показалось, что похожи.

Я почувствовал негодование, но всё же спросил:

— Что вы собираетесь делать, когда найдёте его?

— Я должен получить извинения.

Извинения. Может, прямо сейчас просто признаться и сказать, что совершил ошибку? Чёрт, но это же несправедливо, ведь я не сделал ничего плохого…

— И ещё я хочу компенсацию за нанесённый ущерб.

— Какой ущерб?!

Мой голос был громким, но Бессовестный не нашёл в этом ничего странного, так как вспоминал все свои убытки:

— Серьёзный моральный ущерб из-за подрыва моей репутации. И не только это. Он возместит все расходы на бумагу и печать, использованные для распространения листовок, а также всё время и деньги, потраченные на отслеживание и допросы. В особенности, траты на питание.

Меня накрыла волна паники. Я не мог допустить, чтобы у меня снова украли зарплату.

— Я вам помогу. Я живу в 205 корпусе, поэтому я найду человека, который выглядит точно как на фотороботе. Директор Кук, вы же заняты, поэтому вам не нужно этим заниматься...................

— Помощь мне не нужна. В любом случае, мистер Хан Чжэ Мён с понедельника будет занят не меньше моего.

С понедельника? Это же день, когда я иду в FOURKEY? Но я не смог спросить, откуда этот парень узнал. Потому что он многозначительно улыбнулся и ушёл раньше, чем я успел открыть рот.

***

[Директор На сидел в своем офисе площадью 200 пхёнов*, погружённый в раздумья. Как привлечь Сиу на свою сторону?

Он уже отправил своего конкурента, Кима, на остров. Не забыл даже отрезать транспортное сообщение с этим островом на случай, если бы Ким решил вернуться. Теперь тот мужчина проведёт остаток жизни, собирая и поедая водоросли на пляже.

Директор На в одно мгновение разрушил жизнь человека, но не чувствовал никакой вины. Будучи главой крупной корпорации с 5 миллионами сотрудников, он уничтожал своих оппонентов более жестоко, чем кто-либо другой. Менеджер Ким совершил величайший грех, связавшись с Ви Сиу. Ему очень не повезло попасться на глаза холодному и властному генеральному директору На. Теперь, чтобы выжить, ему приходится каждый день ходить на пляж и собирать водоросли, проливая слёзы, более солёные, чем само море….

Устранив конкурента, директор На сосредоточился на том, чтобы удержать Ви Сиу рядом с собой. Для этого он составил подробный план. Он даже не связывался с Сиу целую неделю, потому что боялся, что тот может узнать о его задумке заранее.

Эта неделя была для него как никогда адской. Но теперь всё закончилось. С понедельника Сиу начнёт работать вместе с директором На. За день до выхода на работу директор откроет бутылку 1020-летнего шампанского, чтобы заранее отпраздновать это событие.

Шампанское было создано 1020 лет назад во Франции в честь женитьбы Беневана де Лаколла-Филлетиона VII, графа Сент-Эмильона.

Оно обладает уникальным ароматом и вкусом благодаря секретному рецепту, который передавался в семье де Лаколла-Филлетион на протяжении многих поколений. Но, к несчастью, в день свадьбы граф де Лаколла-Филлетион VII попал в аварию и стал импотентом, его род прервался, а рецепт был утерян. Сейчас осталась всего одна бутылка...]

*Пхён - Корейская единица измерения площади. 1 пхён равен 3,306 квадратным метрам.

***

Не быть странным. Никто не давал мне такого совета, но, окончив школу, я усвоил это естественным путём. Не выделяйся. Не живи иначе, чем остальные. Если выделишься, тебя заметят и атакуют. Если ты отличаешься от других, – ты странный. Тебя будут оскорблять и обесценивать за то, что ты – не они.

Чертовски смешно, что когда-то я считал такое естественным.

Однако никто не проживёт за меня мою жизнь. Я не живу для других, и, уж тем более, я не живу для того, чтобы нравиться другим. Поэтому мне не нужно беспокоиться о том, кажусь ли я странным или выделяюсь.

Мне потребовалось много времени, чтобы осознать это. Однако простого осознания недостаточно, ведь чтобы действительно это принять, времени потребуется ещё больше. Привычка обращать внимание на реакцию других, выработанная за долгие годы, не исчезла в одночасье. Я переношу свои фантазии в роман, но всё ещё оглядываюсь по сторонам. Если люди узнают, что это написал я, вдруг они сочтут меня странным? Не будут ли они смеяться надо мной и думать, что я извращенец?

На самом деле, никто из знающих о том, что я пишу роман, не отреагировал подобным образом... Только я сам задаюсь такими вопросами. Забавно, не правда ли?

Я решил начать новую жизнь, но чем больше я стараюсь измениться, тем больше проявляется моё прежнее «я». Ну, пока всё в порядке. Есть единственное, что точно не должно всплыть – тот я, который так сильно старался не быть собой...

***

Понедельник. Все выходные я чувствовал себя так, словно вот-вот взлечу, наконец-то опубликовал роман и готовился к новой неделе. При встрече с директором На мне нужно было контролировать своё выражение лица. Потому что если бы не подготовился, то я, несомненно, расплылся бы в идиотской улыбке, как только его увидел. Поэтому я снова и снова практиковался перед зеркалом, вспоминая самые печальные события в своей жизни.

Благодаря этому, идя в новый офис, я с трудом, но сдерживал улыбку. Однако было опасение, что, если меня толкнут, лицо расслабится, и я не смогу его контролировать. Поэтому, открывая дверь в офис, я придал максимальную силу своему взгляду. Это помогло мне справиться с гостеприимством сотрудников FOURKEY.

— Что вы опять здесь делаете? Я думал, дело, которое вы принесли в прошлый раз, было закрыто за один день?

Щелчок узнал меня и широко распахнул глаза. Качок, стоящий рядом с ним, наоборот, прищурился.

— Неужели опять просить о помощи? Нужно отдать должное наглости сотрудников Спецуправления. Сколько раз мы говорили, что не будем браться за их дела, а они всё равно приходят и достают директора. Я уже подумал, что они сдались, но как знал! Помогли им один раз, так теперь на шею сядут, блин.

А что не так? Разве не ваш директор попросил меня прийти? Директор, который, сидя за своим столом из бразильского красного дерева, принял важное решение… И, видимо, пока не сообщил о нём своим сотрудникам. Возможно, ему было неловко. Ведь он никогда не брал дела Спецуправления, а теперь из-за меня, из-за желания держать меня рядом, ему пришлось отказаться от принципов, которых директор до сих пор придерживался...

Если бы он сказал заранее, то столкнулся бы с серьёзным сопротивлением команды. В частности, какой припадок случился бы у чокнутого Бессовестного? Но директор На решил взять на себя ответственность за последствия. Настоящий мужчина должен уметь подбирать нужный момент. Директор На снова показал себя как идеальный человек.

— Почему так шумно?

Пьяница, о существовании которого я даже не подозревал, поднялся с дивана. Должно быть, он уснул в офисе и только что проснулся, так как его лицо было тёмным из-за отросшей за ночь щетины.

— Заместитель Пэ, опять из Спецуправления.

Щелчок неожиданно вежливо указал на меня. Заместитель Пэ был единственным, кто отнёсся ко мне доброжелательно, поэтому я поклонился, чтобы поздороваться.

— Здравствуйте.

— Здравствую я или нет – не твоего ума дело.

Пьяница, нахмурившись, холодно ответил и поднялся со своего места. Он был совершенно не похож на того Пьяницу, которого я знал. Кстати, если подумать, от него не пахло алкоголем. Может, он становится другим человеком, когда протрезвеет? Так это или нет, он действительно отчитал двух других сотрудников.

— Какого чёрта вы так шумите с утра?

— Но, заместитель Пэ, этот человек в прошлый раз пришёл с нелепой просьбой, и директор На был вынужден её выполнить. Из-за этого Спецуправление наверняка будет цепляться к нам и пытаться поручать другую работу. Ну что, я не прав?

— Да, я здесь действительно от Спецуправления, но меня об этом попросил дирек....................

Я попытался объяснить, что происходит, но двое вспыльчивых сотрудников офиса, услышав только начало, взбудоражились:

— Видите! Я прав.

— Я тоже так и знал! Что за ублюдки это Спецуправление? Когда мы только открыли FOURKEY, мы предлагали им свою помощь, но они отказались. А теперь, когда мы знамениты, ищут способ, чтобы нас использовать, ёпт! Вот почему вы припёрлись!

Не знаю, почему эти двое так злились на Спецуправление, но это казалось несправедливым.

— Выслушайте меня до конца. Это ваш директор, а не я, привлёк Специальное управление, которое вы оба так ненавидите.

Наступила тишина.

Я ожидал, что они резко опровергнут мои слова, обвинив во лжи, но реакции не последовало. Они просто вытаращили глаза и переглянулись. Почему? Они уже догадались? Может, директор На часто говорил обо мне? Я едва сдержался, чтобы не улыбнуться.

— Наш директор сам вас попросил?

— Да. Я пришёл по просьбе директора На.

И снова наступило короткое молчание. А затем, наконец, последовала реакция, которую я изначально ожидал...

— Ха-ха-ха! Эй, вы, если уж решили соврать, то делайте это должным образом. С чего бы директору На приглашать на работу сотрудника Спецуправления? Только если директор На окончательно спятил.

Должно быть, и правда спятил........ из-за меня. Я снова напряг лицо, чтобы сдержать улыбку.

— Зачем мне врать?

— Лжёте, потому что это ложь! Хоть что-то правдоподобное бы придумали. Или это у вас шуточки такие?

— Вряд ли это было бы смешно.

— Точно, совсем не смешно!

Услышав резкий возглас Щелчка, Качок, словно подхватывая эстафету, тоже собрался выступить вперёд. Но в тот момент, когда я остался в одиночестве, без единого союзника, в неравной схватке 2:1, путь этим двоим преградил Пьяница.

— Какие же вы оба шумные. Зачем докопались до невиновного человека? Когда поступает запрос, из Спецуправления он или нет, наше дело – просто разобраться с Бессердечными. И вообще, мы разве здесь из-за денег? Если хотите заработать, я напишу вам рекомендательное письмо, идите в другое место, куда-то, где платят больше.

Возможно, потому, что Пьяница был выше этих двоих по должности, они не смогли ответить и просто злобно на меня зыркали. Ну и поделом им. А Пьянице надо будет купить макколли* в любимом баре...

*Макколли – корейский традиционный алкогольный напиток крепостью от 6,5 до 7%; Любимый бар – отсылка к первой главе, там хозяин делает макколли сам.

— Эй, сотрудник Управления. А вы, если уж собираетесь прийти, приходите подготовленным. Не стоит объявляться вслепую, не зная причины и опираясь только на распоряжение начальства.

И меня отругали…

— Причина есть. Директор На попросил меня об этом.

Все трое смотрели на меня с одинаковыми выражениями на лицах. Словно я лгу каждый раз, когда открываю рот.

— Это правда. Я здесь по распоряжению начальника Специального Управления. Но директор На, видимо, что-то во мне рассмотрел… хм-хм… и попросил отправить меня сюда в качестве консультанта взамен на ваше сотрудничество со Спецуправлением.

— .....

— .....

— .....

— Не знаю уж, почему директор На попросил направить именно меня, но.................. хммм.

Я на мгновение замолчал, стараясь сдержать смех. Из-за глупого вида этих троих мне даже пришлось выдумать смерть моих несуществующих родителей, так как трёх печальных воспоминаний, отрепетированных до этого, оказалось недостаточно.

Что, удивлены? Так издевались надо мной, а теперь, когда поняли, что меня позвал директор На, чуть ли не в обморок готовы упасть? Смех я сдержал, но гордость скрыть не смог, поэтому добавил:

— Понятия не имею, почему же директор На меня выбрал.........

— А почему я выбрал господина Хан Чжэ Мёна?

Потому что хочешь удержать меня рядом с собой................... А? Я удивлённо обернулся, услышав голос позади себя. В дверях стоял главный герой сегодняшнего дня, директор На. Воу, я же ещё не готов к встрече! Я ведь даже не успел натянуть безэмоциональную, но загадочную улыбку, которую сотни раз отрабатывал перед зеркалом, чтобы использовать её, когда мы с директором увидимся! Поэтому, пусть и с опозданием, я изогнул губы.

Но не успела идеально отрепетированная улыбка появиться на моём лице, как он снова задал вопрос:

— Я выбрал господина Хан Чжэ Мёна?

— Да. Я слышал, что директор На, решив сотрудничать со Спецуправлением, захотел взять меня в качестве консультанта. Я пришёл по приказу начальства.

— Я попросил об этом?

— Да.

— От кого вы услышали?

— Я узнал от главы Спецуправления. Он сказал, что запрос поступил от директора FOURKEY.

— А он не сказал, от какого директора?

Что значит «от какого»? Естественно, от...

— …………

— Господин Хан Чжэ Мён?

— .................. У FOURKEY ведь два директора.

— Да. Я думаю, произошло недоразумение. Я никогда не связывался со Спецуправлением и никогда не делал подобного запроса.

— ......

— Похоже, это инициатива директора Кука.

Произнеся это, он обменялся взглядами со своими сотрудниками. Выражения их лиц стали напряжёнными: все хмурые и с плотно сжатыми губами.

— Должна быть какая-то причина. Ведь он громче всех высказывался против сотрудничества со Спецуправлением. Скажите, пожалуйста, это работа на определённый период, или договор будет расторгнут после выполнения условий?

— .....

— Господин Хан Чжэ Мён?

— Извините. Меня не посвятили в подробности… — пробормотал я. Кажется, ещё добавил: «Простите за недоразумение».

— Начальник Хон, свяжитесь, пожалуйста, с директором Куком. Начальник Со, вы же знакомы с кем-то из L&Y? Там бы не стали просто молча наблюдать за тем, как Спецуправление заключает с нами контракт. Узнайте, есть ли какая-нибудь информация об этом. Заместитель Пэ, а вы мобилизуйте свои связи в Спецуправлении, чтобы выяснить, нет ли там сейчас проблем. Если работу передают нам, значит случилось что-то необычное. Это может оказаться серьёзным делом, раз даже L&Y не справляются. И...

Он повернулся ко мне.

— Господин Хан Чжэ Мён, мы можем поговорить?

Я последовал за ним в кабинет. Дверь за моей спиной захлопнулась с глухим стуком. Директор На указал рукой на стул, предлагая мне сесть. Не успел я оглянуться, как он и сам уже сидел напротив меня. Нахмурившись и будто немного смущаясь, директор заговорил, глядя при этом куда-то на стол:

— У вас с директором Куком что-то произошло во время последнего дела? Вы, случайно, никак его не задели.................. простите, что так выразился. У него есть очень специфичное качество.

— .....

— Ну, знаете, злопамятность. Он настолько настойчив в своей мести, что обычному человеку это трудно понять. Конечно, я не утверждаю, что он мстит господину Хан Чжэ Мёну. Просто, если директор Кук делает что-то, что ему не нравится, чаще всего движущей силой оказывается именно месть. По крайней мере, судя по моему опыту.

Он подождал моей реакции, прежде чем продолжить.

— Насколько я знаю, в тот день вы оплатили еду, не так ли?

— .................Оплатил.

— Значит, возникли другие разногласия? Не подумайте, я не пытаюсь вас допрашивать. Просто лучше быстрее понять причину и разобраться с ней. Директор Кук хоть и злопамятный, но быстро забывает о проблеме после того, как всё улажено. Вы говорили что-нибудь, что могло его расстроить?

Вопрос я услышал, но моя голова почему-то отказывалась работать. Рот сам по себе произнёс:

— Я не знаю...

Голос, сказавший это, казалось, был вовсе не моим…

— Тогда, скорее всего, возникло какое-то недопонимание. Как только директор Кук придёт, я всё выясню.

— ......

Потом он сказал ещё что-то о том, что подготовит для меня рабочее место и что я могу использовать любое оборудование. Обычные деловые инструкции...

Выйдя из кабинета, я прошёл мимо трёх сотрудников, которые были заняты работой с телефонами и компьютерами. Дальше – провал в памяти, а когда очнулся, то уже сидел на стульчаке унитаза в уборной. И, судя по всему, довольно долго…

Время шло, и я постепенно приходил в себя. Но это лекарство было горьким, как яд... Запоздало накатило чувство стыда. От ощущения позора я покраснел до самых кончиков волос. Мне было стыдно. Как же стыдно! Стыдно за то, что я наговорил директору На и сотрудникам офиса, но ещё стыднее из-за того, как я несколько дней подряд предавался фантазиям и хихикал.

Я действительно думал, что это директор На меня пригласил. Я ведь упоминал о нём в разговоре с главой Спецуправления, и тот не стал отрицать? Нет, точнее, он уклонился от ответа…

Чёрт, блядский директор Управления!

Ещё больше хотелось ругаться на Бессовестного. Когда директор На спросил, не возникало ли у нас разногласий, в моём затуманенном сознании кое-что мелькнуло. Шёпот у моего уха.

«А что, если однажды вы сами меня позовёте?»

Да ну нет. Неужели он действительно пригласил меня в свою компанию только из-за моих слов о том, что я не нуждаюсь в его помощи? Если это правда, значит, он простит меня, стоит мне за ней обратиться?

— Почему ты плачешь?

«ААаА!» – внутренне вскрикнув, я поднял голову. Над соседней перегородкой торчало чьё-то лицо… Это был Пьяница.

— Хе-хе, почему ты плачешь?

Он спросил и глупо улыбнулся. Взгляд мужчины казался расфокусированным. Видимо, Пьяница выпил...

— Ты плачешь, потому что тебе стыдно?

— Я не плакал.

— Да, а чего тогда глаза на мокром месте?

Этот дяденька, кажется, когда выпивает, становится другим человеком. Хотя... у большинства людей ведь так…

— Я действительно не плакал.

— Всё в порядке, можешь пореветь. Всё равно уже и так опозорился, разве что-то изменится?

Изменится. Опозорюсь сильнее.

— Да я реально не плакал. У меня всегда такие глаза.

— Да ну?

Он покачал головой, и по его лицу опять расплылась глупая улыбка.

— Жаль. Если бы ты был лет на 20 старше, мог бы быть полностью в моём вкусе.

— Старше?

— Я встречаюсь только с людьми постарше.

— А, вот как................

— Такие вот атмосферные - мой идеальный тип.

Если человек напьётся, как сейчас этот дяденька, кто угодно окажется в его вкусе, разве нет? Так или иначе, подобный пьяный бред принёс мне облегчение. Если бы я столкнулся с жалящими взглядами в офисе, полном врагов, то наверняка расстроился бы до слёз. Кажется, стыд сопровождается чувствительностью...

— Но коль скоро тебя выделил директор Кук, я должен держать руки подальше.

— Выделил?!

Все мои обиды вырвались наружу, и я вскочил на ноги. Пьяница ничуть не удивился и кивнул, по-прежнему опираясь на перегородку.

— Да, да, атмосферный сотрудничек, выделил, ещё как выделил. Если уж директор Кук тебя заприметил, то ни за что не отпустит.

— А если я извинюсь?

— Если извинишься, что ж.… может, и отпустит…

Значит, всё же надо извини.......

— Если только директор Кук ничего не шептал.

— Шептал?

— Да. Вот так шептал на ухо.

Он сказал это, сложив руки вокруг рта на подобии рупора. Однако я не смог по достоинству оценить милые ужимки пьяного дяденьки. Моё лицо окаменело от его следующих слов:

— Директор Кук, знаешь ли, когда действительно злится, понижает голос. Становится спокойным, улыбается, подходит ближе к человеку и говорит с ним шёпотом.

— Что.... Что говорит?

— «Я убью тебя».

— .....

— Ну, в качестве предупреждения.

— .....

— Это то, что я только слышал, но никогда не видел. Я хорошо знаю характер директора Кука, и пока ещё никому не удавалось настолько вывести его из себя. Так что, атмосферный сотрудничек, если он не шептал тебе на ухо, то просто извинись поскорее. Сделай всё, что нужно, и покончи с этим. А потом, если не возражаешь, то, может, поедим вместе… Угх!

Бах!

Раздался треск, и его лицо исчезло. Должно быть, Пьяница упал с сиденья унитаза, на котором стоял. Затем я услышал ворчание, а за ним звук шагов, будто он вышел из уборной. Я прислушался, чтобы убедиться, что за дверью никого нет, а потом вытер слёзы тыльной стороной ладони.

***

Работа по поимке Бессердечных была очень напряжённой. Особенно для сотрудников FOURKEY, которые брались за дела с высокими рисками. Необходимо было уметь справляться со стрессом, чтобы сосредоточиться на своих обязанностях. Поэтому кто-то пил, кто-то одержимо занимался спортом, а кто-то увлёкся шопингом. Но этого было недостаточно. Чем опаснее оказывались Бессердечные, которых приходилось отлавливать, тем больше ощущалось давление... Им нужен был другой мир, который мог бы всё это заглушить. Например, нереалистичный любовный роман, который последовательно обновлялся в течение года…

[Директор На собрал сотрудников и объявил о своём решении:

— Мне теперь будет помогать новый человек.

Глаза сотрудников расширились от удивления. Помощник? Идеальный директор На превосходно выполняет свою работу сам, разве ему нужен помощник? Ведь весь секретариат восхищается его блестящим умом... Однако шокирующая информация на этом не закончилась.

— Я с большим трудом отыскал этого человека в другом месте. Пожалуйста, позаботьтесь о нём.

Он специально искал?! Насколько же этот человек великолепен? Однажды гениальный сотрудник с IQ 358 пытался завоевать сердце идеального директора На, но был повержен, когда выяснилось, что IQ директора равен 577...

Одна сотрудница нервно задала вопрос. Директор На не любил, когда его о чём-то спрашивали, но это была информация, крайне важная для дальнейшей совместной работы:

— Новый сотрудник красивый?

Ответ не прозвучал. Директор просто вздохнул и усмехнулся. Директор На улыбается! Насколько же привлекателен тот, кто вызвал у него улыбку! Несколько человек даже пошатнулись от шока. Ведь он – глава огромной корпорации с 5 миллионами сотрудников, который с момента рождения 31 год подряд занимал первое место в списке самых красивых людей по версии журнала People*. Никто не ожидал, что найдётся человек, способный заставить его улыбаться. Кто это, чёрт возьми, такой? Что он вообще, блин, за человек?! Как, мать его, его зовут?]

* People – американский еженедельный журнал о знаменитостях. People ежегодно составляет списки знаменитостей, такие как «самые красивые люди», «лучше и хуже всего одевающиеся» и «самый сексуальный мужчина».

— Что? Что значит «Как зовут»?! Ви Сиу!

От внезапного крика Пьяницы два человека, склонившиеся над монитором, удивлённо подняли головы.

— Ох, Господь! Напугали, заместитель Пэ.

Щелчок отругал мужчину и снова повернулся к монитору. Прочитав последние несколько строк, которые ещё не видел, он восхищённо воскликнул:

— Вау, всё, конец! Это финальный уровень. Наконец-то появился главный герой!

— Не стоит расслабляться. Его сводный брат, уехавший учиться за границу, обязательно вернётся.

— В романе говорилось, что он мог погибнуть во время учёбы там.

В ответ на слова Щелчка Качок ухмыльнулся и парировал:

— Тогда тем более. Здесь ещё никто не воскресал. Разве не тупо, что в таком кринжовом* романе нет персонажа, который вернулся из мёртвых? Вот как раз и вернётся сводный брат.

*Кринж — это чувство неловкости или стыда за чужие действия на молодёжном сленге. Также может обозначать нелепый, странный поступок или явление.

— Начальник Со, вы всё никак не избавитесь от глупых сожалений? Посмотрите, у нового персонажа невероятные характеристики. У него целых 50 тысяч сотрудников. Игра окончена.

— 5 миллионов.

— Эй, вряд ли…… Ой! Реально! Ух ты! Потрясающе!

Щелчок искренне восхищался. В отличие от того времени, когда он впервые взялся за роман. Тогда он чувствовал себя подавленным, не понимая, какой смысл мучить себя, читая эту смесь детских фантазий и излишних преувеличений. Конечно, содержание и по сей день оставалось таким же абсурдным. Но, может быть, он просто привык? В общем, было вполне читабельно. Больше всего ему нравилось то, что они могли читать и ругать содержание вместе. Для тех, кто выполняет опасную работу, доверие крайне важно, а ничего не сплачивало сильнее, чем дружное негодование.

— Что тут потрясающего? Ты с ума сошёл? Бля, да если у него 5 миллионов сотрудников…….

Качок начал ворчать, но вдруг, почувствовав на себе пристальный взгляд, повернул голову. Человек, находившийся недалеко от них, озадаченно на них смотрел. Сотрудник Спецуправления, который утром появился в офисе и стал нести бред, что якобы пришёл по просьбе директора На. В итоге ему, видимо, стало стыдно, он ушёл и долгое время не появлялся. Чёрт, а когда он вернулся вообще? И ещё, почему он смотрит с таким странным выражением лица?

— Эй, хочешь что-то сказать?

***

Мне очень хотелось весь день просидеть в туалете или пойти домой. Однако я не мог так поступить, ведь нужно где-то жить и на что-то есть. Твёрдо решив выдержать любые насмешки и издёвки, я вышел из уборной и вернулся в офис. Мне казалось, что чем позже я приду, тем сильнее будут глумиться сотрудники FOURKEY, поэтому я заставил себя выйти, хоть и с трудом.

Но их реакция была не такой, как я ожидал. Они сгрудились перед большим монитором Щелчка, что-то пристально разглядывая, как будто дело было очень срочным. Сотрудники были настолько сосредоточены, что, казалось, им плевать, вернулся я в офис или нет. Но я всё же сел на свободное место, съёжившись и ссутулив плечи.

Усевшись, я понял, что мне нечего делать. Поэтому осмотрелся и достал принесённые с собой записи. Мне казалось, что, если я создам видимость усердной работы, никто не станет особо меня беспокоить. Обычно во время перерыва я с удовольствием брался за свои черновики, но сейчас я на них даже смотреть не хотел. Тем не менее, поскольку заняться было всё равно нечем, я заставил себя сосредоточиться на записях. В реальности мне дико стыдно, но в моём романе всё будет совершенно по-другому.

В следующем эпизоде романа главный герой Ви Сиу наконец-то приходит на работу в компанию директора На. Конечно, персонал оказывает ему очень тёплый приём. В особенности, трое коллег, с которыми он будет работать в секретариате. Шутки о том, что внезапное появление Сиу было их заслугой, даже перерастают в небольшую ссору, и Сиу, растерявшись, выходит вперёд…

[— Я уверен, что попал сюда не потому, что меня кто-то выбрал, а по воле случая....................

В этот момент Сиу услышал голос позади себя. Голос этот был глубоким и настолько звучным, словно он раздавался из пещеры глубиной 15 000 метров.

— Это я выбрал вас, господин Ви Сиу.

Сиу был поражён. Однако сотрудники кивали, как будто уже всё поняли. Но при этом они не забывали смотреть на Сиу с сожалением. Если бы не директор На, они тоже подружились бы с человеком, пленившим всех сразу по прибытии. Сам же Сиу ещё не подозревал о своём очаровании, которое, подобно пуэрарии*, опутывало людей. Он собирался пойти на свободное место, но директор На окликнул его:

— Нет, господин Ви Сиу, ваше место в моём кабинете.

Тудум!!!

Делить один кабинет с директором На?!]

*Пуэрария (лат. Puerāria) – род растений семейства Бобовые. Пуэрария густо увивает деревья, кустарники, столбы, строения. Листья крупные, тройчатосложные, внешне напоминают листья винограда.

— Господин Хан Чжэ Мён, проходите в мой кабинет.

Ух! Я удивлённо поднял голову. У двери кабинета стоял директор На, непонятно когда успевший там оказаться.

— Я? Вы это мне сказали?

— Да. Если это не помешает тому, что вы делаете.

Он посмотрел на записи, которые я так старательно составлял. С расстояния слова не разглядеть, но я поспешно закрыл блокнот. Вставая со стула, я украдкой посмотрел на троих сотрудников. Они всё ещё сидели перед монитором, не шевелясь, с серьёзными лицами. Что, чёрт возьми, происходит, что они настолько сосредоточены? Ведь даже не заметили, что их директор пришёл.

В этот момент они начали говорить о чём-то странном. Оторвавшись от компьютера, они, кажется, стали обсуждать увиденное, но содержание беседы было непонятным. Сводный брат, уехавший учиться за границу? Пять миллионов сотрудников? Что-то во всём этом показалось мне знакомым, но тут Качок заметил мой пристальный взгляд.

— Эй, хочешь что-то сказать?

— А ты?

— Что?

— Что?

— .....

Я победил. Почувствовав некоторое удовлетворение, я уже собрался зайти в кабинет директора На, но снова остановился, услышав восхищение Пьяницы:

— Вау, посмотрите, какое реалистичное описание. У этого автора живой стиль. 1020-летнее шампанское, надо же.

Что? Я удивлённо обернулся. 1020-летнее шампанское?

— Жаль. Если бы граф не стал импотентом, я бы тоже мог такое попробовать.

Граф? Что это, блять, за текст, почему он так похож на мой? Я уже собирался подойти к ним, но снова услышал своё имя.

— Господин Хан Чжэ Мён?

Директор На вопросительно смотрел на меня, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как вернуться в исходный пункт назначения. Но, даже сидя перед директором На, я не мог избавиться от странного ощущения. 1020 лет, даже не 1000. И не вино, а шампанское …… Кто-то плагиатит? Нет, ну и сучара же!

— Вы в порядке?

— Нет.

Ой. Я понял, что слишком быстро ответил, и прикусил губу.

— То есть…

— Я понимаю. Все страдают, когда связываются с директором Куком. Особенно это касается Хан Чжэ Мёна.

Особенно? Его акцент на этом вызывал беспокойство. Кстати, стол у него цвета Midnight Black*. Очень крутой.

* Midnight Black – это чёрный цвет, который можно описать как «полуночный чёрный».

— Ведь вы подписали эти документы.

На шикарном столе появились белые листы, которые оказались документами, только что доставленными из Спецуправления. Я взял их, чтобы рассмотреть. Формат, который я знал. Символом вверху был логотип, который я видел каждый день…

«Номер документа: xxxX-XX-XXXX

Тема: Перевод сотрудника

1. Договор о командировании сотрудника Специального управления предотвращения чрезвычайных ситуаций (далее – Спецуправление) 5 отдела 3 группы, Хан Чжэ Мёна, в АО 4К по запросу АО 4К

2. Договор с АО 4К вступает в силу одновременно с началом сотрудничества Хан Чжэ Мёна с АО 4К, а завершается одновременно с окончанием сотрудничества. Однако окончание командировки Хан Чжэ Мёна может определить только первый директор АО 4К.

3. Куратором командированного Хан Чжэ Мёна назначается первый директор АО 4К, и Хан Чжэ Мён в любом случае должен подчиняться ему.

4. АО 4К не несёт ответственности за травмы или смерть Хан Чжэ Мёна во время сотрудничества.

5. АО 4К * никогда не будет выплачивать дополнительные пособия или возмещать другие расходы, связанные с командированным сотрудником.»

*Отсылка к 2 главе. FOURKEY произносится и прописан автором именно так из-за произношения. Официальное название по документам – 4К.

Под договором, заполнившим всю страницу, стояла подпись командированного сотрудника. Это я. Моя чёртова подпись.

— Я не совсем понимаю, как вы это подписали…

На вас польстился.

— Я знаю, что вы не могли добровольно подписать такой нелепый контракт.

Это добровольно.

— Поскольку вы подписывали это лично перед директором Спецуправления, на вас, вероятно, было оказано давление.

Никакого давления.

— Конечно, это произошло из-за вмешательства человека с нашей стороны, поэтому я приношу свои извинения за него. Но, даже если вы приняли меня за директора, указанного в контракте, это, должно быть, всё равно было трудным решением…

Пиздецки лёгким.

— Господин Хан Чжэ Мён, вы в порядке?

Он спросил второй раз. Даже в такой паршивой ситуации мне было приятно, что он беспокоится обо мне…

— Итак, первый директор, который здесь упомянут…

— Да, Кук.

— Значит, директор На, вы – второй?

— Наверное, это звучит странно. Компанию мы основали вдвоём. Но так как начальная доля директора Кука на 1% больше, он настоял на том, чтобы стать первым.

Мелочно. До отвращения мелочно. Но у меня не было желания оценивать масштаб его ничтожности. Согласно контракту, отныне мы с Бессовестным должны работать вместе. Мне с этим человеком теперь и Бессердечных ловить.......

!!!

Шок пришёл с опозданием. Придётся же на места происшествий ездить, а там Бессердечные.........!!!!

Это был заговор. Заговор, задуманный Бессовестным, организованный директором Спецуправления и направленный против меня! Проблема в том, что я активно участвовал, но это неважно.

Перечисляя в голове людей, которых мне следует проклясть, я внезапно осознал, что стало слишком тихо. Подняв глаза, я посмотрел на директора На, который пристально меня разглядывал. Хотя его лицо ничего особо не выражало, в глазах явно читался намёк на жалость.

— Давайте найдём способ. Если знать, что разозлило директора Кука, решить проблему будет нетрудно. Вы действительно не в курсе, что вызвало его гнев в тот день??

— Ну...

— Неважно, даже если это мелочь. Бывает, что директор Кук начинает бесоёбить по незначительному поводу.

Я удивлённо посмотрел на него, услышав резкие слова. Он лишь улыбнулся.

— Не припоминаете?

Директор На спросил настолько мягко, что я мог бы сказать ему даже пароль от своего банковского счёта…

— На самом деле, кое-что есть.

— Расскажите мне. Я понимаю ваше нежелание, но, если мы сможем всё уладить, контракт будет расторгнут, и вы вернётесь в Спецуправление. Директор Кук, хоть иногда и бесоёбит по незначительному поводу, на самом деле довольно прост и отходчив. Особенно если перед ним извиниться.

В конце концов, если Бессовестный решит, что я ему больше не нужен, контракт будет расторгнут. Помощь, которую он оказал мне, когда меня преследовал Бессердечный, не была оценена, и я должен извиниться за то, что тогда сказал. Возможно, если я сделаю это, кошмар закончится…

— Всё в порядке.

Он снова улыбнулся. Это была идеальная улыбка, даже более идеальная, чем улыбка главного героя, которую я всегда представлял у себя в голове.

— Я пойму, даже если вы сказали директору Куку что-то грубое. Нет никого, кто не выругался хотя бы раз во время общения с ним.

— И вы, директор На?

— Конечно. Я тоже несколько раз так делал.

— И вам тоже мстили?

Снова лёгкая усмешка. Но на этот раз он только улыбнулся, ничего не ответив. Впрочем, мне было всё равно. Как ни странно, у меня начали появляться безумные мысли. Если я останусь здесь, я смогу постоянно видеть этого человека, не так ли?

— На самом деле, это может, конечно, быть и местью господину Хан Чжэ Мёну, но слишком уж масштабное мероприятие…

— Хотите сказать, что у него есть другие причины?

— Скорее всего........

Он замолчал и опустил взгляд, словно задумавшись. Он ни за что не подписал бы контракт со Специальным управлением только из-за того, что я сказал............ Вот и всё.

Внезапно я услышал шёпот прямо у своего уха:

— Нет, это только из-за вас.

Хиииик!

Я так испугался, что даже закричать не смог, лишь открыл рот и резко обернулся.

Бабах!!!

В ужасе вскочив, я уронил стул, а передо мной оказался человек, которого мне никогда не хотелось видеть, даже во сне…

Бессовестный с бесстыжей рожей смотрел на стул, который я только что опрокинул.

— За порчу имущества я немедленно выставлю счёт Специальному управлению.

Порча имущества? А что я испортил?

С деньгами у меня было туго, поэтому я запаниковал и быстро поднял упавший стул. Никаких повреждений не было. Хотя, подождите, мне показалось, или краешек немного облупился?

— Я прав?

— Да он уже был такой............

— Я же говорил, что с сегодняшнего дня вы будете заняты.

Ах, это… Я наградил ублюдка недовольным взглядом. Ведь весь мой сегодняшний позор из-за него! Пускай он и бог злопамятности, но я всё равно должен был высказаться. На всякий случай прикрыв стул собой…

— Если у вас есть ко мне личная неприязнь, то это нужно решать лично. Вызывать меня работать в свою компанию, бл.... Это уже слишком.

Из-за тебя мне было так стыдно, блять! Внутренне я орал, но в реальности мой голос прозвучал совсем не громко... В ответ на мою робкую претензию он поднял свои наглющие глаза.

— Тогда не стоило приходить. Но разве не вы подписали контракт на работу в нашей компании?

Пора менять подпись. Я превращу её в лабиринт знаков, которыми не смогу воспользоваться, если вдруг снова потеряю рассудок...

— И ещё. «Слишком» – понятие относительное. Из-за того, что не «слишком» важно для вас, кто-то другой, возможно, спит всего по шесть часов и ест только три раза в день...

Чёрт, всё из-за тех моих слов, что мне не нужна его помощь… Подождите-ка. Шесть часов сна – это ведь не так уж мало? Да я и ем обычно по три раза в день!

— Кук.

Вмешался директор На. Он бросил на меня немного напряжённый взгляд, а Бессовестному жестом указал на стул.

— Иди сюда, поговорим. Мистер Хан Чжэ Мён, не могли бы вы ненадолго нас оставить?

Если об этом просите вы, то конечно... Я быстро повернулся и вышел из кабинета. Однако, когда я попытался сесть там, где до этого оставил сумку, меня остановили:

— Подождите.

Бессовестный стоял у входа в кабинет директора На и указывал куда-то рукой.

— Место господина Хан Чжэ Мёна вон в той комнате, в моём кабинете.

Закончив свою речь, он вернулся в кабинет и закрыл за собой дверь. Но я не мог оторвать от этой закрытой двери взгляд. Я даже не заметил потрясённых выражений на лицах остальных трёх сотрудников. Мне стало дурно. Почему этот парень цитирует реплики идеального главного героя из моего романа?!

***

— Эй, быстрее извинись и возвращайся в отдел. А то ещё помрёшь на месте происшествия.

Пён Хи сделал страшное предсказание.

— Ты действительно думаешь, что я умру?

— Ага.

— ...... Даже так?

Он утвердительно кивнул и сделал глоток своего драгоценного соджу. Сегодня мы заказали в нашем любимом баре дорогую бутылку именно этого алкоголя, в отличие от привычного макколли. *

— Так что извинись или денег ему дай, я не знаю...Но сделай это быстрее. Дерьма избегают не потому что боятся, верно? *

— А я боюсь дерьма.

— Подобные шутки и вызывают желание отомстить...

*«Макколли» (также известен как «корейское рисовое вино») — традиционный корейский алкогольный напиток. Крепость коммерческих брендов — 6–9%, но при домашнем производстве может доходить до 12–18%;

*Соджу – традиционный корейский алкогольный напиток. В переводе с корейского означает «пламенный алкоголь». Объёмная доля спирта может составлять от 13% до 45% (наиболее популярный вариант – 20%)

*«Дерьмо обходят не потому, что боятся. А потому, что оно грязное.» – корейская пословица. Пён Хи использует только первую её часть. Аналог в русском примерно «Не тронь говно – вонять не будет».))

— Эй, тот парень злится не из-за шутки. И вообще, людям нравится, когда я вставляю подобный юмор в свой роман.

— Опустим тот факт, что твои читатели – очень маленькая и уникальная группа людей... Но директор Кук-то на что разозлился?

Этот вопрос мне задали уже два человека. Однако я снова не смог ответить... «Если ты злишься, разве не нормально ляпнуть подобную фигню? Тем более, когда противник – Бессовестный?» – Я мог бы так оправдаться. Однако мне было действительно стыдно за те слова, сказанные по ошибке…

— Ладно, сейчас не это важно… Ситуация сложилась паршивая, но главная проблема в другом. Думаю, стоит ли мне извиниться и прояснить недоразумение сейчас или всё же поработать ещё немного.

— Ты рехнулся? Сам же песни мне пел о том, как боишься встречи с Бессердечными.

— Если бы ты сказал «рэп», то ещё ладно, но песни – это не моё…

— Может, и мне пора начать тебе мстить?

Я проигнорировал парня и налил себе соджу.

— Дело в романе.

— А что роман?

— Слишком хорошо пишется.

— Из-за директора На?

Я энергично закивал.

— Директор На – мой идеальный персонаж.

Он действительно был идеальным персонажем и музой моего романа. Встретившись с ним снова, я смог писать без каких-либо помех. И появилась надежда.

— Увидев директора На, я окончательно убедился. Кажется, я наконец-то смогу закончить этот роман. Серьёзно, я никогда раньше не был так уверен. Так что нужно просто продержаться, пока не завершу его, верно?

— Если ты умрёшь раньше, завершится не только роман, но и вообще всё. Эй, можно же просто закончить тем, что все будут жить долго и счастливо. Разве это важнее твоей жизни?

Бах!

Я со всей силы хлопнул стаканом с соджу по столу.

— Блять, а ты, когда играешь в свои игры, почему не заканчиваешь, узнав концовку? Зачем перепроходишь за разных персонажей? А? Финал-то в любом случае одинаковый, разве нет?

— С чего это одинаковый? Раз персонажи разные, то и финальные сцены…. ...... Прости...

Пён Хи понял мои чувства и сразу же извинился. Но при этом добавил ещё кое-что:

— Если ты постоянно будешь находиться с этим Куком, то на встречи с директором На времени толком не останется.

— Это лучше, чем не видеться вообще. Даже короткая встреча имеет большое значение.

Например, узнав, что Бессовестный хочет посадить меня в своём кабинете, директор На разозлился. Кажется, у них даже произошла короткая ссора…

«— У тебя в кабинете даже нет стола, так где он должен сидеть?

— На по...................

— О, на полу можешь сидеть и ты.»

И в итоге мне разрешили сесть на моё изначальное место. Я был возмущён тем, что Бессовестный пытался заставить меня сидеть на полу, но в восторге от того, что директор На вступился за меня, словно принц. Так что всё остальное не имело значения.

Когда я рассказал эту историю Пён Хи, у него возникли те же мысли, что и у меня:

— Оооо... Прямо принц, защищающий тебя от зла!

Хе-хе.

— Эй, может, тебе стоит включить директора Кука в свой роман? Чтобы принц сиял, должен быть злодей. Господин Кук идеально подходит.

***

Идеально................А? Неужели и правда подходит? Желание творить, которое до этого только зарождалось, сейчас начало вырываться наружу, словно было заложено на генетическом уровне.

Придя домой, я включил ноутбук. Так как электроэнергия уже была отключена, я использовал портативный аккумулятор. Чтобы зарядить его, нужно было несколько дней и ночей собирать энергию с помощью солнечной батареи или до полусмерти загнать себя на велотренажёре, но алкоголь приглушил любой страх перед отключением электричества.

Закончив разбирать записи, я зашёл на сайт с сериализацией, чтобы посмотреть, как люди отреагировали на последнюю главу. Сколько оскорблений я сегодня получу? Обычно я хватался за сердце и готовился к ругани, но сейчас я был рад читать что угодно. И первый же комментарий неожиданно оказался комплиментом:

[Ну наконец-то настоящий главный герой! Теперь будет весело. Блять, это стоило того, чтобы ждать. ㅠㅠ] «shopping lover / любитель шопинга»

Шопоголик заметил. Нет, все заметили. Директор На – настоящий главный герой! Даже я, автор романа, взбудоражен возможными отношениями Ви Сиу. Кажется, читатели испытывают похожие чувства, от чего у меня наворачиваются слёзы... Вот и Шопоголик, который всегда только критиковал, сейчас был счастлив.

Хотя, конечно, были и недовольные:

[Признаю, что он такой же сильный кандидат в главные герои, как и сводный брат.] «health lover / любитель здоровья»

Тебе следует сменить ник на «Любитель сводных братьев» … Я поворчал, но не почувствовал себя плохо. Ведь это сообщение означало, что он признал директора На.

Обычно, если только не происходит серьёзного инцидента, например, понижения директора Кима в должности, комментарии публикуются медленно, один за другим. Поскольку у людей нет свободного доступа к интернету, многие только читают и вообще ничего не публикуют. Я счастлив, если люди что-то пишут, пусть даже ругательства.

В этот раз количество просмотров было таким же, как и раньше, а вот комментариев было не так много. Однако среди читателей есть те, кто всегда оставляет своё мнение. Прежде всего, это «трио зависимых». Как и ожидалось, последний комментатор не заставил себя ждать:

[Печально. Я бы мог попробовать это шампанское, если бы Беневан де Лаколла-Филлетион VII не стал импотентом. Кстати, 1020-летнее шампанское из семьи Беневан де Лаколла, ну надо же! У этого автора живой стиль.] «alcohol lover/любитель алкоголя»

Алкоголик написал длинный комментарий о выпивке. Я же остановился на одном моменте. Живой стиль? Почему это кажется мне знакомым? Покачав головой, я продолжил читать остальные отзывы. Казалось, что со временем оно само вспомнится, тем более вскоре меня отвлёк другой вопрос.

Не хватало одного комментария. Точнее, не было комментария от определённого человека, который всегда писал в течение дня после публикации главы. А? Где Милашка? Я несколько раз просмотрел все 10 отзывов, но так и не смог найти его. Мне казалось, что недоразумение по поводу директора На было улажено...

Я тогда написал ему сообщение под другим именем и даже получил ответ с благодарностью. С тех пор я не заходил на сайт под тем ником. Мне было стыдно, что сжульничал, надавив на своего фаната. Я даже удалил второй аккаунт, решив никогда больше так не поступать.

— Видимо, ты сегодня занят....

Пробормотав предположение, я с трепетом перечитал все комментарии и вернулся к Word. Я получил поддержку, и во мне бурлило желание творить. Да с таким настроем я легко смогу работать на местах происшествий, рискуя жизнью. Жертвовать жизнью ради искусства. Вау, несмотря ни на что, это чертовски круто звучит!

Я вспомнил об этом уже на следующее утро, когда со мной связались и вызвали на место происшествия. Какой же я долбоёб.

Место, куда я, не задумываясь, приехал, находилось рядом с небольшой атомной электростанцией. Это означало, что на станцию нацелился Бессердечный. Причём этот ублюдок, скорее всего, сильный и опасный, если судить по количеству полевых агентов, собравшихся здесь. Они все с серьёзными лицами чистили оружие, готовясь к действиям. Чёрт, а моё единственное оружие – фонарик...

Я был так напуган, что мне захотелось сразу же извиниться перед Бессовестным. В конце концов, разве роман меня накормит? * Если главный герой не обретёт любовь, я могу просто закончить историю тем, что он счастливо живёт один и хорошо питается…. Если так, то я смогу прямо сейчас свалить отсюда?

*В оригинале использована корейская идиома, которая переводится как «Не наполнит меня рисом/не накормит; давай будем практичными». Так говорят, когда возражают против идеи или проекта, которые не принесут пользы.

Пока я всерьёз размышлял об этом, со стороны временного лагеря, превращённого в казармы, послышались громкие крики. Среди которых я различил и знакомый голос...

— Что?! Парад дебилов? Всё, блять, сказал? Хочешь, чтобы эти дебилы превратили тебя в пчелиные соты?!

Кричащий человек, видимо, был командиром группы полевых агентов. Несколько человек рядом с ним подняли оружие, словно и правда собирались превратить кого-то в пчелиные соты... И все они смотрели в одно место. В центре их внимания оказался Бессовестный, который сидел на стуле, закинув ногу на ногу. Полдюжины крепких мужчин окружили его, угрожая оружием, но ему, кажется, совсем не было страшно. Наоборот, он бесстыдно на них смотрел.

— Ты точно дебил, раз не в курсе, что мёд полезен для здоровья.

Бляяяя... Что это за бред?! Если уж отвечать, то нужно говорить что-то осмысленное... Но в отличие от меня, стороннего наблюдателя, все присутствующие сосредоточились только на слове «дебил».

— Ты, сука, всё твердишь «дебил» да «дебил», так и сам дебилом станешь. Аккуратней, ты. Если только не хочешь ползать с отрезанными ногами.

— Я могу перекатываться.

— Вау, ну реально мудачина!

Командир не удержался и выхватил пистолет. Остальные бросились его останавливать, но сразу же пожалели об этом.

— Ой, у вас ведь не будет возможности даже перекатываться. Потому что головы с плеч только так полетят. Хотя, на кой хер они вам? У всех дерьмо вместо мозгов, вот нормально думать и не можете. Ситуация стала настолько критической потому, что вы тупее камешков, хуже, чем Бессердечные. А раз сами вы всё равно не соображаете, в чём проблема заткнуться и делать, как я скажу?

Щёлк, Лязг.

Парни, которые только что разнимали ссору, и сами направили оружие на Бессовестного. Однако теперь командир взмахом руки успокоил своих людей и шагнул вперёд.

— Ты совсем безнадёжный… Сколько раз повторять? Никто не сможет пройти через ту область, которую ты выбрал. Мы охраняем это место не просто так! Ха-а-а-а.... Эй, позови кого-нибудь другого. Я слышал, что с тобой сотрудник Спецуправления. Где он?

Ой! Вздрогнув, я испуганно спрятался за брезент у входа.

— Вот он. У входа.

Чёрт, Бессовестный ответил мгновенно.

— У входа?

Задав вопрос, командир направился в мою сторону. Пришлось выглянуть. Он спросил, угрожающе сверкая глазами:

— Вы тот сотрудник Спецуправления, который пришёл с этим парнем?

— Я пришёл отдельно.

— Что?

— Я приехал недавно, а директор Кук был здесь первым. Мы пришли не вместе.

Он уставился на меня. Во взгляде читалось «это ещё что!?». Я медленно отвернул голову и случайно встретился глазами с Бессовестным. Он, словно только этого и ждал, заговорил:

— Скажите этим засранцам, что им нужно просто делать то, что я говорю.

— Забавный звук. Эй, передайте этому человеку, что, если он планирует и дальше нести херню, пусть проваливает.

Почему я? .................. Ах, ну да, это же моя работа. Роль координатора между полевыми агентами и директором Куком. Но сейчас они ссорятся, выясняя, кто прав. Даже если я попытаюсь их примирить, ситуация вряд ли изменится. Тем не менее они уставились на меня, словно говоря «сделай уже что-нибудь».

Я посмотрел поочерёдно на обоих и выдвинул предложение о посредничестве:

— Мы можем разделить команду и устроить засаду с обеих сторон....................

— Какой в этом смысл?!

— Что за хрень вы несёте?!

— Это что вам, игра? Недостаточно просто разбросать людей по местности в случайном порядке. Думаете, легко учесть, какую площадь может охватить каждый человек, и правильно всех разместить? У нас и так все пути перекрыты солдатами. Мы намеренно разработали подходящую тактику для контроля территории. И тут внезапно появляются чуваки, которые ничегошеньки не знают, и требуют всё изменить. Это так не работает!

Сразу же хлынул поток критики со стороны агентов. Командир тоже, кажется, счёл меня полным ничтожеством и бросил какую-то колкость. «Да и хер с вами», – тихонько пробормотал я себе под нос, уставившись в землю.

— Эй, вы же сотрудник Спецуправления? Из какого вообще отдела-то?

— Департамент менеджмента, 5 отдел, 3 группа.

— Департамент менеджмента? Зачем менеджеру быть здесь?

— У меня такой же вопрос.

Я согласился с его мнением, но выражение лица командира исказилось ещё сильнее.

— Невероятно. Мы ждали лучших охотников в отрасли, а получили психопата и невежественного менеджера…. Вы должны уяснить: мы не изменим наш план. Мы и без вас неплохо справлялись. И мы поймаем этого ублюдка сами. А вы развлекайтесь как пожелаете, хоть спать ложитесь. Но только в области, которую тот психованный мудак отметил благодаря своей сраной чуйке. И не смейте приближаться к нашей территории. Если будете вмешиваться, реально расстреляем.

Он выплюнул эти слова и резко развернулся. Его люди, словно пришитые, собрались последовать за ним. Но всем им пришлось остановиться.

— А что, если я прав? – спросил Бессовестный.

Командир разразился хохотом.

— Нет, ты ошибаешься.

— Если я прав, ты покупаешь мне еду. Все вы. Даже те парни, которые сейчас снаружи.

На этот раз рассмеялись все. Я был единственным, кто даже не улыбнулся. Эй, не стоит недооценивать его расходы на питание…

— А если правы мы, то ты покупаешь еду нам всем?

— Ага.

— Отлично. Если в районе, который ты выбрал, появится хотя бы один Бессердечный, с нас еда. Но ты тоже должен сдержать своё слово. Кстати, мы едим оооочень много за один присест, так что приготовься расстаться с приличной суммой. И не стоит потом плакать из-за одного лишь обеда.

— Один приём пищи за одного Бессердечного. А если появятся двое?

— Двое? Ну, купим вдвое больше.

— Три?

— Ой, иди ты нахуй...

— Отдадите еды по количеству Бессердечных, возведённому в квадрат.

Бессовестный отпустил его только после того, как получил согласие. Освобождённый командир и его люди, до последнего бросая на Бессовестного злые взгляды, покинули палатку. Странно конечно, что он ушёл из своей же палатки, но, кажется, он не такой уж плохой человек. Проблема, скорее всего, в Бессовестном. Ведь это он «из-за чуйки» указал на другую область и назвал людей, решивших ждать Бессердечного в текущем месте, парадом дебилов...

— Пойдёмте.

Внезапно он поднялся и позвал меня.

— Куда?

— В область, которую я «отметил благодаря своей сраной чуйке».

— Я тоже? Почему я, зачем? Я приехал сюда в качестве помощника. Мне достаточно просто сообщать вам последние новости о ситуации отсюда, из базового лагеря. Вы же надели наушник? Если что-то пойдёт не так, я сразу же с вами свяжусь.

— Этот?

Бессовестный спросил, доставая из кармана предмет. Я кивнул, и он бросил этот предмет на землю. Что он делает? Не успел я задуматься, как Бессовестный раздавил наушник ногой.

— Ой, сломался.

— .....

— Теперь мы можем пойти вместе.

Я отвёл взгляд от разбитого средства связи и посмотрел на Бессовестного. В его глазах читалась твёрдая решимость затащить меня в ловушку, чего бы это ни стоило.

Ох, блядство. Тебе во что бы то ни стало нужно услышать, как я умоляю о помощи?

— Помогите.

Я сразу же выпалил это. Пусть моё желание творить идёт нахер...

Но ожидаемой реакции не последовало, Бессовестный лишь прищурился.

Я быстро добавил:

— Мне жаль, что так вышло в прошлый раз. Вы спасли меня от смертельной опасности, а я нёс какую-то чушь. Видимо, был в шоке из-за того, что чуть не умер... Спасибо, что спасли мою жизнь

— .....

— Если бы не директор Кук, я уже был бы мёртв.

— .....

— Ха-ха, я поздновато извиняюсь, да? Мне немного неловко из-за этого. Ха-ха...

— .....

— Кстати, вы знаете, что вышли 2 новых вкуса «Мармеладных зверей»?

Вместо ответа он приподнял брови.

— В качестве извинения я хочу подарить вам 100 коробок.

Хорошо, я воспользуюсь этой возможностью и куплю 110 коробок «Мармеладных зверей», 100 отдам ему, а 10 съем сам...................

— Я не возьму.

— Но это ведь «Мармеладные звери»?

Его взгляд на мгновение дрогнул, но потом снова стал холодным.

— Я не принимаю грязные взятки, пропитанные корыстью.

А принудительные подарки, пропитанные ненавистью, ты, значит, принимаешь? Мне захотелось так спросить, но вместо этого я всё же заставил себя улыбнуться.

— Вы неправильно поняли. Я просто осознал, что помощь директора Кука может понадобиться мне в любой момент...

— Серьёзно, я не чувствую ни килограмма искренности.

Если ты почувствуешь этот килограмм, твоё сердце разорвётся, чувак...

— Директор Кук...................

— Вам просто надоело, и вы решили извиниться, чтобы покончить с этим. Ублюдок На подсказал?

— .....

— Уверен, он об этом предупредил. Что иногда я могу неожиданно начать бесоёбить, но легко успокаиваюсь, если передо мной так же неожиданно извиниться. Говорю заранее, на этот раз неожиданностей не будет.

Чёрт, чёрт, чёрт.

***

Уединившись на обочине, я практиковался в искренности. Если на килограмм меня и не хватит, то хотя бы миллиграмм набрать смогу. Надо только отработать крик о помощи…..

— Помогите, директор Кук. Спасите, директор Кук. Помогите пожалуйста, ублюдок Кук. Пощадите, блядский вы Кук. Помогите и идите нахуй, Кук......................

Бормоча себе под нос, я сидел на автобусной остановке недалеко от атомной электростанции. За двухполосной дорогой, по которой вряд ли проезжает больше нескольких автобусов в день, простирались бескрайние рисовые поля. Это не прямой путь к станции, однако движение здесь контролировалось, поэтому, хоть я и просидел на остановке больше часа, мимо не проехала ни одна машина. Ожидание не было скучным. Наоборот, чем дольше, тем лучше. Это означало, что Бессердечный сюда не придёт.

За это время я ознакомился с материалами по делу, информация о котором попала ко мне совсем недавно из соображений безопасности. Виной тому, конечно, идиотское поведение Бессовестного… Впрочем, даже если бы он вёл себя иначе, ко мне всё равно относились бы как к чужаку и игнорировали. Полевые агенты очень не любят посторонних, а к сотрудникам Управления в принципе относятся с пренебрежением. Но всё же выдать только эти материалы – уже чересчур.

В этот раз Бессердечный, за которым мы охотимся, был описан как мужчина 40 лет, связанный с химической промышленностью. Судя по количеству мобилизованных агентов, он, вероятно, способен изготовить бомбу. У обычного человека возможности ограничены, но, если целью является электростанция, взрыв, даже самый слабый, должен быть предотвращён.

А вот его фотографии не было. Всё, что о нём известно – «мужчина лет 40». Мне показалось странным, что такое количество людей опирается лишь на эти данные. Ответ оказался очевидным. Человеком, который преследовал этого Бессердечного, был сотрудник из отдела разведки Спецуправления. Он выслеживал подозреваемого более месяца и даже сблизился с ним, но, после встречи в назначенный день, домой он так и не вернулся…

А неделю спустя его расчленённый труп был найден в доме начальника отдела. Поскольку тот работал в Министерстве разведки, его дом обычно тщательно охранялся. Убийца проник туда, пока семья спала, и оставил тело. Это было предупреждением и провокацией.

На самом деле, существовало ещё текстовое сообщение, которое, как полагают, было отправлено агентом перед смертью. В нём было всего три слова:

'17, XX, G'

В отчёте говорилось, что они означают дату, место и класс. Однако, получив расшифровку, спецслужбы не поторопились принять меры. Дело сдвинулось с мёртвой точки только через неделю с момента обнаружения тела.

Сегодня 15-е число. В ожидании нападения мы устроили засаду. Что делали разведка и оперативники, я не знаю, но очень надеюсь, что они узнали много нового. Пока что вся информация об этом Бессердечном – это его G-класс. G-класс… как-то это страшно... Однако сейчас я удивительно спокоен. Настолько, что Пён Хи и Начальник удивились бы, увидев меня.

Непонятно, почему Бессовестный выбрал именно эту область. Я никак не думал, что окажусь здесь, ведь отсюда даже нет прямого пути к электростанции. Если попытаться пройти этой дорогой, придётся пересечь гору, окрестности которой уже заполонили солдаты. Да, следовать за Бессовестным было бы безопаснее…

Однако мой рот всё ещё бормотал слова, которые я должен был выкрикнуть при появлении Бессердечного. А выкрикивать их я был готов при малейшем намёке на странность.

Если Бессовестный так хочет от меня искренности, я готов даже отчаянно заорать. Поэтому я проговаривал эти фразы про себя, чтобы иметь возможность использовать их в решающий момент. Страсть к роману, которой я воспылал вчера ночью, теперь казалась отголоском прошлой жизни...

— Помогите мне, мудила Кук. Помоги мне, ебучий ты Кук..............

— Вам нельзя здесь находиться.

Ох, Господи! Я испуганно обернулся и увидел солдата с автоматом на плече.

***

Человек, одиноко сидящий на обочине пустой, контролируемой дороги.

Это было достаточно подозрительно, но вблизи человек казался подозрительным ещё сильнее. Он смотрел на лист бумаги и что-то бормотал себе под нос. В его речи можно было разобрать что-то вроде «мудак» или «ебучий». На первый взгляд он казался сумасшедшим. Но солдат не собирался его арестовывать. Работа заключалась в том, чтобы держать это место под наблюдением, не позволяя никому просто так здесь разгуливать. Солдат указал себе за спину:

— Эта территория находится под контролем. Примерно в десяти минутах ходьбы есть дорога, по которой ездят автобусы. Пожалуйста, отправляйтесь прямо сейчас.

— .....

— Мистер, эта дорога полностью перекрыта. Прошу вас немедленно покинуть подконтрольную зону.

— .....

— Мистер?

Солдат несколько раз окликнул мужчину, но тот не шевелился. Нет, его глаза двигались. Он внимательно изучал солдата с головы до ног. Военная форма, которую знают все прошедшие службу, нашивка капрала, K2*. Ничего особенного, но мужчина не отрывал от солдата взгляд. Солдат снял автомат с плеча и поднял его.

* Daewoo K2 – южнокорейский автомат, созданный на основе K1 для замены американских автоматов М16А1.

— Мистер, мне придётся вас проверить.

Свободной рукой он достал из кармана аварийный фонарик. Раздался щелчок переключателя, но в яркий солнечный день синий свет был почти невидим. Солдат двинулся вперёд, держа фонарик перед собой. И в этот момент мужчина тоже зашевелился, отступив на два шага назад.

— Стой!

Солдат немедленно прицелился в мужчину и воскликнул:

— Шаг вперёд! Подойдите, чтобы я проверил ваши глаза аварийным фонарём.

— Приклад.

— Что?

— Приклад сложен.

Мужчина ответил и ещё немного отступил. На этот раз солдат не стал его останавливать, вместо этого посмотрев на свой автомат. И тогда мужчина заговорил снова:

— Шнурки.

Он указал подбородком на ботинки солдата.

— Завязаны неправильно.

— Правда?

— Ага.

— Исправлюсь.

— Не нужно ничего исправлять, вы ведь всё равно не настоящий военный.

— ......

После короткого молчания солдат скривил губы.

— Ох уж эти резервисты...

***

Я находился в замешательстве по двум причинам. Почему человек, не служивший в армии, изображает из себя военного и насмехается над резервистами? Он хочет, чтобы его растоптали миллионы резервистов страны? Хотя в этой ситуации не до насмешек… Потому что вторая причина моего замешательства куда серьёзнее: какого хрена предполагаемый Бессердечный разгуливает здесь в военной форме?

В армии проверки более тщательные, чем где-либо ещё. Независимо от того, Бессердечный он или нет, этот глупый маскарад не мог сработать. Тем не менее, прямо передо мной стоял фигово замаскированный Бессердечный с автоматом. А вдруг это не Бессердечный? У меня возникли сомнения, потому что на вид ему было около 25 лет. По возрасту он явно не подходил под описание 40-летнего подозреваемого.

— Ты не Бессердечный?

Вместо ответа раздался другой звук. Щелчок. Он разблокировал предохранитель и, не глядя, развернул приклад. Похоже, всё-таки умеет обращаться с оружием…

Нет, это неважно. Независимо от того, Бессердечный это или нет, он собирается убить меня, отреагировав на слово «Бессердечный». Чёрт, да кто этот парень?! Может, он пытается помочь химику G-класса?

Хотя Бессердечные иногда и объединяются в группы, такое случается очень редко. Эти ребята в принципе не способны к эмпатии*, они не умеют общаться. Даже имея общую цель, они со временем теряют самоконтроль и не могут полностью выполнить план, составленный кем-то другим.

* Эмпатия — это умение распознавать эмоции и чувства другого человека, понимать его внутреннее состояние.

Так что большинство из тех, кто формировал команды, либо находились на ранней стадии болезни, либо случайно атаковали одно и то же место с одной и той же целью. Значит, этот на ранней стадии? Поэтому его до сих пор не обнаружили?

Ладно, сейчас не время для размышлений. Дуло всё ещё направлено на меня.

— Надо было пристрелить тебя, как только увидел.

— Всё в порядке. Жизнь – сама по себе череда сожалений.

Похоже, ему не понравилось моё утешение, так как он в меня прицелился. Я быстро придумал другое:

— Я знаю, почему ты не пристрелил меня, как только увидел. Хочешь, расскажу?

Лицо, частично прикрытое маской, казалось невозмутимым. Но, по-видимому, его заинтересовали мои слова, ведь он не выстрелил сразу...

— Потому что это громко. Ты с самого начала пытался убрать меня отсюда, используя неуклюжую манеру речи военного. Видимо, потому что хотел решить вопрос тихо. Нас со всех сторон окружают спецподразделения, а ты пытаешься пройти этим путём. Если наделаешь шума, окажешься в полной жопе. А выстрелить в меня сейчас и значит наделать шума.

Я не сводил глаз с его автомата.

Теперь опусти дуло и достань нож, которым, вероятно, можно убить тихо...................

Щёлк.

Вместо ответа он передёрнул затвор. Какого?!

— Выстрел будет громким. Вокруг, кроме меня, полно и других людей.

— Мне всё равно.

Эй, это неправильно. Не всё равно. Я же пытался донести до него, что, если выстрел услышат, ему же будет хуже. Но его взгляд был твёрдым. Фальшивый солдат собирался стрелять, и это меня беспокоило. Вся моя изысканная детективная работа оказалась полным идиотизмом.

Наверняка поблизости есть хоть кто-то, кто может мне помочь....... Конечно, есть. Бессовестный.

Он должен быть где-то здесь. Мои глаза и мозг работали быстрее, чем когда-либо. Я был настолько сосредоточен, что сразу увидел то, чего никогда бы не заметил в обычной ситуации. За спиной фальшивого солдата, в том месте, где был спуск к рисовым полям, слегка покачнулись низкие кусты…

Конечно, это мог быть и ветер. Но интуиция подсказывала, что там что-то затаилось. Это точно Бессовестный. Почему бы и нет? Он заманил меня сюда, чтобы лично услышать, как я прошу о помощи в опасный момент. Хорошо, я крикну, как он хочет. Я набрал полную грудь воздуха.

— Спасите!

— Заткнись.

Фальшивый солдат встал в боевую стойку и прицелился мне в грудь. Подождите, мне же нужно сказать только одно слово...................

— Скажешь хоть слово, и я тебя пристрелю.

— .....

— Развернись и иди в конец дороги.

Зачем? Хочет убить меня там, чтобы не пришлось тащить труп в кусты? Я взглянул на то место, где прятался Бессовестный. Кусты не шевелились. Но со второго взгляда я убедился. Он определённо там. Значит, слышал всё, что сказал сейчас этот парень?

Если ты знаешь, что мне нельзя говорить, ты же должен меня спасти и без этого!

— Извините, мне нужно сказать только одну фразу........

— Ты просто умрёшь прямо здесь.

«Солдат» снова поднял автомат на уровень плеча и прицелился. Мои глаза опять быстро забегали. Если Бессовестный видит это, он должен мне помочь… кусты немного шевельнулись. Но на этом всё.

Ты хочешь сказать, что реально не сдвинешься с места, пока не услышишь крик о помощи? Даже если я умру?! Блядский выродок!

— Слева.

Из моих уст вырвался еле слышный шёпот. Этого может быть недостаточно для противника, но так даже лучше. Парень, который собирался меня застрелить, заинтересовался и вопросительно на меня посмотрел. Я снова заговорил. Чтобы издалека нельзя было прочитать по губам, я произнёс, стараясь почти не открывать рот:

— Сзади слева, на два часа.

— Ты что несёшь...................

— Сзади слева, на два часа.

Услышав повтор тех же слов, он подозрительно посмотрел на меня и попытался повернуть голову. Я поспешно прошептал:

— Не оборачивайся! Зеркало, отражение.

Реакции не было.

— Если нет зеркала, то зажигалка. Зажигалка подойдёт.

К счастью, зажигалка у него была. Он достал блестящую зажигалку Zippo и повернул её в указанном мной направлении.

— Около камней, в кустах, там торчит голова, видно голову.

Благодаря моему подробному отчёту фальшивый солдат наконец-то развернул своё оружие. Пока он сосредоточился на местности позади себя, я сделал осторожный шаг назад. Фальшивый солдат этого не заметил, и я шагнул ещё раз. Если Бессовестный не собирается помогать, у меня нет другого выбора, кроме как принести его в жертву…

Итак, считаю до трёх. На счет «три» напрячь поясницу и рвануть изо всех сил. Один, два...

БАНГ!

До трёх не успел. Раздался выстрел. Фальшивый солдат стрелял в сторону, в которой находился Бессовестный. Как будто одного выстрела было недостаточно, он начал беспорядочно палить: БАХ! БАХ! БАХ! …

Конечно, я уже бежал. Я когда-нибудь вам рассказывал? Может, я и не умею ничего другого, но убегаю просто божественно.

Я бежал, наверное, минут десять, пока не почувствовал себя в безопасности, и остановился только когда уже совсем выдохся. Передо мной оказался армейский грузовик, из которого как раз выбирались солдаты. На первый взгляд их было чуть больше дюжины. Один из них, увидев меня, сразу поднял винтовку.

— Стой!

— Хыф, уф.................. вон там.................. подделка.................. хуф, хых....................

Я указал рукой в ту сторону, откуда прибежал, и старательно объяснил:

— Хух, аххх, хуу.................. подделка..... хкх, хыф, хмпф..... приклад...... хууух, хааа.......

— Что с прикладом?

— Хых, фууф............шнурки....................

Я объяснял очень подробно, но он не понимал. Ограниченный какой-то. На дальнейшие объяснения дыхания мне всё ещё не хватало.

— Фыф, хуууууф.................. там, туда....................

— Где там? И что за подделка?

— Хух, фых................... Подделка – это.................. хуу, хаах, фааах.................. приклад и шнурки....................

Согнувшись от усталости, я опёрся руками на ноги, с трудом удерживая равновесие. Всё, что я мог видеть, – это ноги и ботинки солдата передо мной. И ботинки других солдат, стоявших позади него и неподвижно смотревших на меня.

— Сэр? Объясните подробнее. Что вы имеете в виду под подделкой?

— Хааааа, хыыыыыф....................

— Где-то там подделка?

Вопросы продолжали сыпаться, но моё внимание было сосредоточено на многочисленных армейских ботинках.

— Сэр, вы в порядке?

— .....

Клац.

Только услышав щелчок затвора, я поднял глаза.

— Что? С нашими шнурками тоже что-то не так?

Вопрос прозвучал жутковато. Я, всё ещё тяжело дыша, снова проверил их ботинки. Так и есть, у некоторых шнурки завязаны неправильно…

Вместо ответа я выпрямился. Теперь и другие солдаты направили на меня оружие.

— Что случилось с той подделкой, которую ты видел?

— А, вот оно что...

Моё бормотание, должно быть, их напрягло… Но не было необходимости объяснять ситуацию, ведь у меня в голове всё сразу же прояснилось. Теперь я понял, почему тот плохо замаскированный фальшивый солдат мог разгуливать где ему вздумается... Всё просто. Проверяющие с ним на одной стороне.

Проблема в том, что Бессердечные не действуют группами. Может, эти ребята всё же обычные люди? Но, увидев их глаза, я отбросил эту теорию.

Человеческий взгляд определённо основан на эмпатии. Есть что-то чуждое в глазах, которые излучают только свои собственные эмоции, не взаимодействуя с другими. От таких бросает в дрожь. Как и от взглядов людей передо мной.

Они все – Бессердечные. Если так, инкубационный период у них уже прошёл. Как же смогли собраться столько Бессердечных? Даже если они разработали план, будучи в здравом уме, разная скорость развития болезни сделала бы его бесполезным. Люди, чей мозг деградирует быстрее, теряют рассудок и становятся непредсказуемыми. И всё же, как они смогли собраться…

— Вы из сетевого маркетинга?

Я высказал подозрение, но они меня проигнорировали. Тогда, может, это секта? Такая сплочённость бывает только в сетевом маркетинге или секте...

— Вы двое, проверьте, что происходит в направлении, откуда пришёл этот парень.

Их явный лидер проинструктировал двоих позади себя, затем повернулся ко мне, опустил пистолет и достал нож. Это был армейский нож с острым лезвием длиной примерно в половину моего предплечья. Точнее, американский армейский нож с чёрным лезвием. Должно быть, он хотел использовать хороший реквизит, играя в солдатиков. Если вспомнить, у первой подделки, которую я встретил, зажигалка тоже была невероятно крутой, американского производства.

Но сейчас неважно, американский у него нож или северокорейский. Похоже, этот парень собрался тихо меня прикончить. Конечно, чтобы я не сбежал, остальные «солдаты» держали меня на мушке. Если бы это был всего один человек, как раньше, я бы как-нибудь свалил, но сейчас их слишком много. По приблизительным подсчётам, не меньше пятнадцати. И все с оружием. Один из них приказал мне:

— На колени.

Не стоило мне сюда приезжать. Пусть моё желание творить идёт нахуй...

— Вам, ребята, нет необходимости проверять место, откуда я пришёл.

Глаза лидера сузились.

Всё-таки люди удивительны. Даже если часть их мозга превращается в камень, любопытство остаётся с ними до конца.

— Поддельный солдат, которого я видел, был обезглавлен.

— Что за чушь, ты ж сбежал.

— Вот именно. А как я смог сбежать? От человека, который угрожал мне автоматом? Я сбежал, потому что там был кто-то ещё.

— Кто?

— Тот, кто перережет вам глотки.

На лице лидера появилась усмешка. На самом деле, мне тоже захотелось рассмеяться. Потому что я не знал, как долго ещё смогу нести этот бред и сколько выиграю времени.

— На вашем месте я бы убрался отсюда. До обезглавливания.

— Только после того, как отрежем твои конечности.

Он поднял нож и подошёл ко мне. Между нами оставалось всего пять-шесть шагов. Чтобы его остановить, мне нужна была более убедительная ложь.

— Даже если убьёшь меня, твой план всё равно раскрыт, так что успехом он не увенчается. Думаешь, как я нашёл тебя здесь?

Это сработало. Они все уставились на меня.

— Что ты знаешь?

— Я знаю самое важное.

Лидер, прищурившись, смотрел на меня. Отлично, попался.

— И ты думаешь, я никому об этом не рассказал?

— О чём не рассказал?

— Ну....

— Ложь.

Он сделал уверенный вывод. Но я снова открыл рот:

— Никто из вас не служил, верно?

— Это всё, что ты смог придумать?

Точно. Именно так. Второпях я ляпнул первое, что пришло в голову.

— Конечно, ещё не всё. Всего я не раскрываю, чтобы вы не слишком удивились моей осведомлённости.

— Да нечего раскрывать.

— Конечная цель – не атомная электростанция. Разве не так?

— Ты начинаешь меня раздражать. Скажи что-нибудь поинтереснее.

— Вы все познакомились через секту? Не похоже, что это сетевой маркетинг.

— А теперь это забавно.

— Поэтому вы все мутировали одинаково…

Не знаю, зачем я это сказал. Прокатит – хорошо, нет так нет. Мои мысли были заняты тем, что бы ещё придумать, из-за этого я на мгновение отвлёкся и не заметил реакцию подделок.

— Да, я знаю. Это сейчас было не смешно. Я имею в виду.....

— .....

Я вдруг заметил, что их взгляды изменились. Сначала я не понял, почему. Почему они все так свирепо на меня смотрят? Как будто я сказал что-то не то....... А? Про мутацию?

— Ты действительно должен умереть.

Лидер снова поднял нож.

Однако прежде, чем он успел ко мне приблизиться, кое-что произошло.

Шлёп. Трррррр.

Трррр? Что-то покатилось по земле. Все взгляды, включая мой, обратились к серому асфальту. Нечто размером с шар для боулинга прокатилось мимо меня и остановилось перед лидером, словно траектория была задана специально. И мы все увидели голову с выпученными глазами.

Это была голова поддельного солдата, которого я встретил первым. Удивительно чистый срез... Я вижу подобный навык уже второй раз, но всё равно меня сначала пробрала дрожь, а уж потом пришло восхищение.

Мы с фальшивыми солдатами одновременно посмотрели на другую сторону дороги. Там кто-то стоял. В одной руке он держал окровавленный топор, а в другой – верёвку, к концу которой крепилась связка металлических бусин размером с яблоки.

Проблема не в том, что он держал в руках. Если предположить, что это Бессовестный, то топор – само собой разумеющееся. Но зачем он нацепил такую штуку на лицо? На нём была чёрная маска от костюма химзащиты. Зачем? Пока я размышлял над этим вопросом, он, кажется, пошевелил рукой, и несколько металлических бусин упали на землю рядом с нами.

Раздалось шипение.

А? Что это такое..................

Пшшшшшш ----

Из железных шаров со свистом вырвался белый дым, больше напоминающий какой-то газ. Подождите, это точно дым?! Пока я сомневался, в мой нос ударил отвратительный химический запах. Я быстро закрыл нижнюю часть лица рукой. Но дым, фонтаном вырывавшийся наружу, быстро распространился во все стороны.

Тук, тук, тук.

Пшшшшшш----

Сколько же он их бросает?!

Бах! Бах! Бах!

Солдаты с опозданием начали стрелять. Не зная, откуда летят пули, я низко пригнулся и попытался выбраться из дыма, но, к сожалению, потерпел неудачу. Я не знаю, что это был за дым, но эффект оказался выше всяких похвал. Последнее, что я услышал, – звуки падающих тел вокруг меня. Разумеется, включая и моё...

***

Когда я только начал писать роман, моей главной заботой было не то, что он может оказаться неинтересным. Я задавался вопросом, можно ли вообще назвать романом что-то, написанное человеком с такими способностями. Ведь мои навыки письма находились на уровне личного дневника. Да и вообще, смешно употреблять словосочетание «навыки письма». Сюжет был таким банальным, что можно предсказать конец, не читая...

Я чувствовал себя очень неловко, когда впервые его опубликовал. Мне было стыдно выставлять напоказ свои фантазии и выкладывать такое на форум, посвящённый литературе. В то время я изо всех сил пытался утешить себя: «Я новичок, так что всё в порядке», «Есть множество лёгких романов», «Я не так уж плох». А оправдание, что я изначально и не стремился к литературной глубине, актуально до сих пор.

Но чем дольше я пишу роман, тем слабее становятся мои отговорки. Мне казалось, что в любом деле можно стать экспертом, если долго им заниматься. Ведь должны улучшаться и мои навыки письма. Однако я всё на том же уровне. Более того, я обнаружил, что мои первые главы кажутся более свежими и интересными. Не думал, что у меня когда-нибудь возникнет такая проблема...

Делать только то, что мне хочется, не всегда правильно. Во всём есть инь и ян. Да, инь и ян *. То же самое относится и к романам. Если у вас идеальный главный герой, вам нужен идеальный персонаж второго плана, который ему соответствует. Таким образом, главный герой будет более заметен. Для меня идеальный персонаж второго плана – синоним идеального злодея. И, к счастью для меня, для этой роли нашёлся реальный прототип…

* «Инь и ян» (на китайском языке буквально — тёмное и светлое) — основополагающие понятия в китайской философии. Они представляют собой две стороны энергии ци. Считается, что инь и ян — две противоположности, которые находятся в постоянном равновесии. Они представляют собой гармонию.

***

— Буэээээ!

Меня продолжало тошнить, хотя блевать было уже нечем. Я сидел на корточках за какой-то машиной, и меня рвало. Мне было плевать, что моя рука опирается на грязный бампер. Мой желудок продолжал скручиваться. Голова болела так, что, казалось, она вот-вот расколется…

Благодаря газу, который распылил Бессовестный, то ли усыпляющему, то ли парализующему, я сразу после пробуждения попал в ад. Похмелье после пьянки до рассвета по сравнению с этим казалось чем-то освежающим.

— Буээээ...

Вышло немного желудочного сока, а затем длинная нитка грязной слюны. Было ощущение, что я сейчас умру. Долбаный Бессовестный. Я обязательно включу тебя в свой роман и заставлю всех проклинать тебя. Я расскажу миру о твоих злодеяниях…

— Бууэ!

***

— Это антидот, вам должно стать немного легче.

Так сказал человек в форме парамедика, делая мне укол в руку. Я хотел умолять его сделать мне ещё сто таких уколов, но не мог открыть рот.

Меня перенесли в машину скорой помощи после того, как я, почти выблевав внутренности, выполз на обочину и потерял сознание.

Когда я пришёл в себя, место происшествия уже было забито агентами Специального управления. Оказалось, что я был без сознания не так уж долго и очнулся вскоре после их прибытия. К тому же посреди трупов.

Один агент рассказал, что все стояли там, не в силах пошевелиться, потрясённые видом отрубленных голов, разбросанных повсюду, как вдруг я поднялся. Говорит, это их напугало не меньше, чем сами трупы.

Но я совсем не помню момент, когда проснулся. Помню только, как, пошатываясь, брёл к обочине дороги, думая лишь о том, что нужно побыстрее убраться оттуда. А когда от всего этого хаоса у меня разболелась голова, я спрятался за какой-то машиной. И только после того, как меня вырвало всем, что я съел за последние 10 лет, я, наконец, получил надлежащее лечение…

— Голова может сильно болеть.

Уже болит. Так сильно, что я подозреваю, не ударил ли этот проклятый Бессовестный меня по голове топором. Но я снова промолчал. У меня не было сил говорить.

— Ещё вас может тошнить.

Так стошнило уже.... Я лицезрел чудо: рисовый шарик, который я с благоговением купил и съел утром, снова явился моему взору.

— Возможно, в течение нескольких часов вам будет трудно ходить, поэтому не пытайтесь двигаться.

Даже если передо мной потрясти пачкой денег, чтобы заставить двигаться, это будет невозможно.... Какого хрена этот дяденька-парамедик говорит только очевидные вещи? Лучше бы сделал ещё один укол…

— Удивительно.

Что? Что я полумёртвый?

— Этот газ имеет серьёзные побочные эффекты, поэтому мы обычно не используем его, когда поблизости находятся союзники. Если что-то пойдёт не так, он может повредить нервную систему.

Блять.....

— Не волнуйтесь. Я уже вколол вам антидот, так что всё будет в порядке.

Так ли? Разве меня не нужно немедленно госпитализировать? Я чувствую, что каждый нерв в моём теле болит. Я собирался спросить, но услышал громкие крики среди ещё не убранных трупов:

— Эй, еда сейчас не самое важное!

Это кричал командир, его лицо при этом сильно покраснело. Кричал о еде.

Даже не зная предыстории, я всё понял по одному этому слову. Бессовестный, стоявший перед ним, не скрывал радостного блеска в глазах. Он, наверное, ликовал. Ведь их спор на еду заключался в том, придут ли сюда Бессердечные. Причём ставка росла в зависимости от количества прибывших. Он, возможно, только что выиграл пожизненный запас мармелада…

— Ты говоришь, что они Бессердечные, но это ещё нужно проверить! Сейчас не время говорить о еде, — процедил командир сквозь стиснутые зубы. Казалось, спор его совершенно не волновал.

Они все Бессердечные? Почему именно здесь, в богом забытом месте, на которое указал этот везучий ублюдок? В голове у командира, должно быть, творился хаос. И это неудивительно. Я сам не поверил своим глазам, когда увидел их. Да ещё и такую толпу.

— Бессердечные не передвигаются группами. Ты ошибаешься. Если ты устроил расправу над обычными людьми.................. Что ты творишь?!

Командир в ужасе отшатнулся. Стоящий перед ним Бессовестный невозмутимо поднял руку с топором. Он же не ударит командира топором за то, что тот не заплатил за еду, не так ли? Я начал в этом сомневаться, увидев холодный взгляд Бессовестного. У остальных, должно быть, возникли похожие мысли, поскольку полевые агенты, рассредоточенные по периметру, напряжённо схватились за оружие.

Но, если у Бессовестного и не было совести, то разум точно присутствовал. Топор он направил не на командира, а на голову, лежащую у его ног. Раздался треск, и голова раскололась, словно арбуз. Лезвие топора рассекло лицо, отделив глаза и нос. Трупы с отрубленными головами и без того были жутким зрелищем, а теперь картина стала ещё более ужасающей. Вдобавок из расколотой головы вывалились сероватые мозги…

— Буэ!

Я услышал, как кого-то вырвало. Некоторые отвернулись. Но даже не глядя можно было понять, почему Бессовестный раскалывает голову мертвеца. Часть вытекшего мозга затвердела и приобрела синий оттенок. Признак Бессердечия.

Теперь я понял, почему Бессовестный выбрал в качестве оружия топор, а не пистолет. С каждым ударом он любезно демонстрировал всем неопровержимые доказательства... Сколько же голов он уже так разрубил? Я не знал ответа на этот вопрос, но слово «расправа», произнесённое командиром, идеально описывало ситуацию…

Бессердечные, возможно, и стали врагами человечества, но они всё еще люди. Человек не может так просто убить человека. Даже причинить вред уже мёртвому телу сложно… Мы – просто более чувствительные животные. Мы замечаем малейшие жесты, изменения в выражении лица, взгляды…

Действия Бессовестного были настолько очевидными, что заметили все... Он был жесток. И безжалостен.

Пока командир стоял, стиснув зубы, Бессовестный подошёл к следующему трупу и снова замахнулся топором. Голова была легко разрублена привычным движением руки, как будто он занимается этим уже давно. Снова треск. И снова синие мозги. Бессовестный продолжил разбивать головы, одну за другой. Только когда было расколото ещё несколько голов, а количество блюющих увеличилось, командир закричал:

— Эй, прекращай!

Треск!

— Я уже понял, хватит!!

Командир снова закричал, но Бессовестный даже не притворился, что слышит его, продолжая раскраивать головы. Командир крикнул ещё несколько раз, но в конце концов сдался и замолчал.

Когда больше не оставалось трупов, которые можно было бы разрубить, Бессовестный рассёк последний и выпрямился. По всему лицу у него были брызги крови, а его топор настолько почернел, что первоначальный цвет было уже не разобрать.

Стоя в окровавленной одежде, держа окровавленное оружие в одной руке, второй окровавленной рукой он вытер кровь с лица. Затем посмотрел вниз. На несколько секунд, которые показались вечностью, он замер, а потом оглянулся. Словно любовался устроенной им бойней. Медленно осмотрев залитую кровью дорогу, он поднял голову.

Его взгляд упал на нас, живых. Я невольно затаил дыхание. Другие, похоже, сделали то же самое. Вокруг стало так тихо, что не было слышно ни единого звука. Бессовестный выглядел спокойным, его выдавали лишь горящие глаза. Даже когда он рубил трупы, его взгляд ни разу не дрогнул, а теперь в нём отражался свирепый блеск. Почему? Что не так? У командира, видимо, были те же вопросы, так как он вышел вперёд.

— Эй, что происхо................

— Одного не хватает.

Не хватает? Я пересчитал лежащие на дороге тела, стараясь особо к ним не присматриваться. Понять точное количество было непросто из-за расколотых голов, но вместе с лежащими в стороне, их было пятнадцать. Неужели я кого-то пропустил? Да нет. Они ведь как раз выходили из машины, когда я прибежал… А на дороге не было ни машин, ни других людей, только рисовые поля вокруг.

— Не хватает? Серьёзно? 1 и 2 группы, сейчас же обыщите окрестно....................

— Эй.

Просто одно короткое слово. Однако этого слова оказалось достаточно, чтобы заткнуть командира. Остальные снова сосредоточили своё внимание на Бессовестном. Который поднял руку с топором. А затем медленно осмотрел наши лица, одно за другим. Почему он так смотрит? На этот раз и сам командир не решился задать вопрос. Никто не мог пошевелиться, даже рот приоткрыть казалось лишним. Десятки людей превратились в статуи…

Двигался лишь один, и его взгляд сверкал словно у свирепого хищника. Внезапно он посмотрел в мою сторону. Когда его чёрные глаза скользнули по мне, моя шея покрылась мурашками. Этот парень – не обычный человек. Однако эта новая мысль быстро улетучилась, потому что взгляд Бессовестного остановился на ком-то у меня за спиной…

Все посмотрели в том направлении, и я тоже повернул голову. Сзади, буквально в трёх шагах от меня, стоял парамедик, и только его глаза были устремлены в обратную сторону. В сторону смотрящего на него Бессовестного.

— Это ты?

Услышав вопрос Бессовестного, я не мог не удивиться: он неформально заговорил с человеком, которого впервые видел. До того, как тот неформально заговорил с ним.

Но и парамедик вёл себя странно: он не выглядел ни испуганным, ни смущённым, просто спокойно смотрел на Бессовестного.

— Верно.

Бессовестный уверенно шагнул вперёд, а я быстро отступил на три шага. Что? Да кто этот дяденька?

— Семнадцатый. Химик, около 40 лет.

Все наблюдающие с удивлением посмотрели на парамедика. Химик около сорока – это ещё ладно, но семнадцатый… И тут я вспомнил кое-что из отчёта. Последнее сообщение агента под прикрытием:

'17, XX, G'.

Получается, это были не дата, место и уровень опасности... 17 – это количество!

Удивительно, но даже я, читая тот отчёт, не сомневался, что указанное число – дата. Просто подумал, что, раз так написано в официальном документе, значит кто-то уже проверил и подытожил информацию… Похоже, большинство присутствующих подумало так же, как и я, потому что заявление Бессовестного повергло всех в шок. Особенно командира, который побледнел и не мог вымолвить ни слова.

Может, Бессовестный ошибся? Но я тут же отверг эту мысль. Потому что парамедик, которого назвали семнадцатым, спокойно уточнил:

— Как ты узнал?

— У тебя другие глаза.

— Вот оно что…

Он не стал ничего отрицать и просто кивнул. При этом парамедик был так спокоен, словно ничего не произошло. Его поведение было странным, но больше всего меня потрясло то, что он признался. Действительно Бессердечный?

Не может быть, я ведь вообще ничего не заметил! Не увидел разницы в глазах, о которой сказал Бессовестный. Пусть я сейчас и не в лучшей форме, но как можно было не заметить, что человек, с которым я только что разговаривал, – Бессердечный? Как такое возможно?

В этот момент парамедик сунул руку в карман.

Щёлк, щёлк, щёлк.

Со всех сторон послышались щелчки затворов. Командир закричал, чтобы никто не двигался, но парамедик не обращал внимания ни на направленные на него стволы, ни на кричащего командира. Он смотрел только на Бессовестного. А затем медленно вытащил руку обратно. И, хоть она и была пуста, никто не отводил взгляда от мужчины. Парамедик же смотрел только на одного человека, к которому в итоге и обратился:

— Могу я задать ещё один вопрос?

— Не хочу.

В такой напряжённой ситуации ответ прозвучал довольно неожиданно... Не «нет», а «не хочу»? Но отвергнутый не выглядел разочарованным. Более того, он задал свой вопрос, проигнорировав реакцию Бессовестного:

— Ты, случайно, не повар?

Вот так внезапно спросил о профессии… Неужели он подумал, что, раз у Бессовестного такие впечатляющие навыки владения топором, то он и с ножом так же хорошо обращается? Я оглянулся на Бессовестного и замер от удивления. Потому что он никак не отреагировал на этот вопрос. Не было ни шока, ни раздражения, ни любопытства. Это, безусловно, было странно. Как будто для него подобные вопросы были в порядке вещей.

— Так повар действительно существовал... Какая честь.

Сухо высказавшись, парамедик поднёс руку к лицу. Когда он вытаскивал её из кармана, я решил, что она пуста, так как не было оружия. Но всё же он что-то прятал. Что-то, что сейчас оказалось у него во рту.

— Стой!

Командир бросился к нему, но парамедик уже успел проглотить это «что-то». Вскоре он пошатнулся и упал, корчась, словно в припадке. Командир и полевые агенты попытались реанимировать его, но это не дало результата. Я отступил ещё дальше. Теперь парамедика не было видно за спинами остальных. Но я некоторое время не мог оторвать глаз от того места, где он находился...

— Он мёртв.

Услышав голос одного из полевых агентов, я обернулся. Недалеко от меня Бессовестный внимательно смотрел на невидимого мне парамедика. Словно почувствовав мой взгляд, он поднял на меня глаза. Я невольно произнёс:

— Я даже не понял, что это Бессердечный…

Мне не хотелось этого показывать, но нотки самобичевания всё же проскочили в моём голосе. Потому что для меня это был настоящий шок. Как я мог не узнать Бессердечного, пусть даже у него и замедленное проявление симптомов, долгое течение болезни, и он G-класса.... Я же всегда гордился тем, что могу отличить их от людей даже без дополнительной информации. Это была одна из причин, почему я до сих пор жив...

— Я тоже не знал, — прозвучал равнодушный ответ Бессовестного.

— Но, директор Кук, вы ведь заметили, что у него другие глаза. Поэтому определили его как Бессердечного.

— Нет. Я никогда не определял его как Бессердечного.

И что это значит? Он же точно сказал, что это семнадцатый… Я посмотрел на мёртвого парамедика, лежащего на земле, и внезапно меня осенило.

Да ладно! Он был обычным человеком. Обычным человеком, который до того, как принять препарат, пытался взорвать атомную станцию вместе с Бессердечными…

Послышалось бормотание Бессовестного:

— Надо было и этому ублюдку голову снести…

***

— С вами свяжутся завтра утром. Нужно будет дать показания для составления отчёта. Это не займёт много времени, на этот раз…...

Полевой агент, который информировал меня, взглянул на накрытые пластиковыми мешками трупы и исправился:

— Это займёт много времени...

— Мне особо-то нечего сказать.

— Ну, оно понятно...

Он посмотрел в сторону Бессовестного. Тот теперь разговаривал с командиром, который, судя по выражению лица, в любую секунду был готов выхватить пистолет и открыть огонь.

— Кстати, он удивительный человек.

Я был согласен. Но мне не хотелось говорить этого вслух и подтверждать слова агента.

— Хотя я никогда не сказал бы такое ему в лицо. – с улыбкой признался оперативник, а затем добавил:

— Не зря говорят, что FOURKEY потрясающие. Думаю, они прославились в основном благодаря этому чудищу. Если честно, мы подозреваем, что он приехал сюда, уже владея информацией.

— Это не так.

— Так он реально выбрал место, полагаясь на чутьё? Такое вообще возможно?

— А ещё, полагаясь на чутьё, он понял, что парамедик не был Бессердечным.

— .....

Я бы тоже не поверил, если бы не видел этого своими глазами. Но я не смогу забыть, как он на нас смотрел. Взгляд, выискивающий врага, удерживал на месте множество людей и одновременно заставлял их затаить дыхание. Его глаза не были похожи на человеческие. Я никогда не встречал диких зверей в их среде обитания, но мне кажется, что именно так смотрят хищники. Гипнотизируя добычу взглядом, хищник пожирает её, пока та парализована страхом. И жертва не может пошевелиться, даже зная, что её ждет смерть…

— Как будто у него сверхспособность... – пробормотал оперативник, отворачиваясь.

Сверхспособность. Возможно, так и есть. Теперь я понял реакцию сотрудников FOURKEY, когда я упомянул такое же слово в тот день, у них в офисе. Но я и эту мысль не стал озвучивать в присутствии агента. Не хотелось давать даже малейшего намёка на похвалу.

— Это что......... ты издеваешься?! Очень хреновая шутка!

Командир кричал, размахивая листом бумаги. Было что-то знакомое в этом листе…

— С таким же успехом ты мог просить весь магазин! Где я, по-твоему, возьму столько продуктов?

Так и думал. Я видел раньше подобные плотно исписанные строчки.

— Ты, не выставляй своё невежество напоказ.

— Невежество? Невежественный здесь только этот список!

Даже то, как командир возмущённо размахивал листом бумаги, выглядело до боли знакомо...

— Если ты не знаешь всего, что творится в мире, и считаешь, что твой опыт – истина в последней инстанции, то как это назвать, если не невежеством? А? Ты поверишь в существование других цен, только когда увидишь их собственными глазами? Или будешь следовать за стадом, как баран? Мало того, что невежа, так ещё и мнения своего нет.

— Следи за языком, ты. Даже если где-то и существует подобный абсурд, я всё равно скажу то же самое. Это безумие! Я не могу согласиться с таким идиотизмом. Ты реально невменяемый, раз требуешь больше миллиарда за еду.

Сколько?! Я уставился на Бессовестного, не веря своим ушам. Он же, будучи невменяемым с нашей первой встречи, ответил:

— В мире нет полностью нормальных людей. Все немного сумасшедшие. И ты не исключение. Но ты называешь невменяемостью желание сдержать своё слово. Я хотя бы отвечаю за то, что говорю. А что насчёт тебя? Тебе же плевать, что вылетает из твоего рта. Так откуда тогда мысль, что ты адекватнее меня?

— Блять, да ты чокнутый... – Командир ругнулся, едва сдерживая гнев. – Кто сказал, что я не выполню это пари? Выполню я, выполню. Но ты действительно несёшь бред...................

— Ты ещё и в математике инвалид.

Бессовестный достал телефон и включил запись:

«— Если я прав, ты покупаешь мне еду. Все вы. Даже те парни, которые сейчас снаружи.

— А если правы мы, то ты покупаешь еду нам всем?

— Ага.

— Отлично. Если в районе, который ты выбрал, появится хотя бы один Бессердечный, с нас еда. Но ты тоже должен сдержать своё слово. Кстати, мы едим оооочень много за один присест, так что приготовься расстаться с приличной суммой. И не стоит потом плакать из-за одного лишь обеда.

— Один приём пищи за одного Бессердечного. А если появятся двое?

— Двое? Ну, купим вдвое больше.

— Три?

— Ой, иди ты нахуй...

— Отдадите еды по количеству Бессердечных, возведённому в квадрат.»

Это же ситуация, возникшая утром. Не могу поверить, что он записал тот спор...

— Здесь собрались 23 человека. Если считать тех, кто находился снаружи, то всего 52. Бессердечных здесь было 16. Для справки, если реально возвести 52 в 16-ю степень, еду вы мне будете покупать до конца жизни, и всё равно не расплатитесь. Но я великодушный человек, так что сделаю вам скидку и просто умножу. То есть, вам нужно купить мне всего 832 порции еды. Это каких-то 278 дней. И ты называешь это бредом? Или реально хочешь кормить меня до самого конца света? Оплачивать мои обеды, пока Солнце не взорвётся, и мы вместе не полюбуемся этим зрелищем?

Он предлагает достичь бессмертия, чтобы оплатить его еду? Мне захотелось высказаться в защиту командира. Потому что сам он не находил слов. Он внезапно оказался ответственным за обеспечение грёбаного Бессовестного питанием на 278 дней и, казалось, действительно лишился дара речи, прослушав запись. Бессовестный же, стоя перед ним, ухмыльнулся:

— К твоему сведению, я ем о-о-о-очень много за один присест. И я выберу что-то дорогое, так что не стоит потом плакать из-за одного лишь обеда. Приготовь свой кошелёк.

— Ты настоящий ублюдок, хуже Бессердечных.

— Но именно я сегодня с ними разобрался, а вот ты и пальцем не пошевелил. Лучше уж пусть меня считают чудовищем хуже Бессердечных, чем тем, кто игнорирует мнение других, подвергая опасности десятки тысяч жизней.

— ....

— Что такое? Обидно? Потому что на самом деле десятки тысяч людей не пострадали?

— Я.....

— Но в следующий раз ты действительно их погубишь. Это естественно, когда командует тупой ублюдок с обострённой гордостью и нелепыми суждениями. И когда это произойдёт, я верну тебе твои же слова: ты хуже Бессердечных.

Глаза командира дрогнули. Никто не мог предвидеть сегодняшние события. Бессовестному просто повезло, что чутьё его не подвело. Ни один эксперт не мог предположить, что Бессердечные придут сюда группой, замаскировавшись под солдат. Для этого было слишком мало информации. Командир не был виноват, но высокомерный взгляд Бессовестного словно обвинял его в идиотизме… И вот, буквально вбивая последний гвоздь, Бессовестный низким голосом произнёс:

— Лучше бы тебе сдохнуть раньше, мудозвон.

Я невольно нахмурился.

— Командир, да не слушайте вы этого придурка.

Один из агентов шагнул вперёд. Видимо, решив поддержать командира, он выхватил из оцепеневших рук листок и помахал им перед Бессовестным.

— Мы не станем платить. Мы не заключали никакого контракта, и даже не подумаем тратить больше миллиарда на глупое пари.

— Лучше уж подумайте.

— Послушайте, мы благодарны вам за то, что вы решили эту проблему. Но ваши абсурдные требования выглядят так, будто вы просто хвастаетесь своими заслугами. При этом мы готовы поблагодарить вас. Мы действительно благодарны.

— Миллиарда недостаточно. Поднимем до двух.

— Я же сказал. Мы не обязаны платить. Так что........

— Три миллиарда.

— Реально не понимаю....................

— Четыре. Продолжайте. Потому что чем больше вы будете пиздеть, тем лучше вы прочувствуете тяжесть своей ошибки.

— ......

— Если бы погибли люди, вы говорили бы то же самое: «Мы не обязаны всех спасать», «мы не обязаны ловить Бессердечных», «десятки тысяч людей погибли из-за нашей ошибки, но мы готовы извиниться. Мы действительно сожалеем».

Воцарилась тишина. Даже те, кто убирал тела, остановились и посмотрели в нашу сторону. Бессовестный медленно обвёл их взглядом. Наконец он выхватил листок из рук солдата и бросил в командира. Бумага ударилась о его грудь и упала на землю.

— Четыре миллиарда. Получите одобрение у главы Специального управления и переведите деньги до конца недели.

Сказав это, Бессовестный развернулся и пошёл на другую сторону дороги.

Удивительный человек. Он выполнил своё обещание, и он действительно хорошо справился с этой ситуацией. Но почему он такой невыносимый? Мне стало жаль командира. Как же ему не повезло связаться с этим типом…

А я, отделавшийся несколькими месячными зарплатами, получается, везунчик? Да какой там… Из-за этого ублюдка я оказался в полной заднице…

— Fuck! Fuck! Fucking Asshole!

Внезапно раздалась брань на английском. Возможно потому, что я уже сталкивался с этим однажды, я мог спокойно наблюдать за Бессовестным. Он снова начал бесоёбить...

В отличие от спокойного меня, другие присутствующие изумлённо на него вылупились. Видимо, идеальное произношение выдавало, что он жил в Америке.

— Fuck! Fucking shit! Bastard!

Бессовестный выскочил на середину дороги. Его лицо при этом было искажено так же сильно, как и его речь.

— Fuck! Блядь! What the Fuck is that?! А?! Блять, да кто это сделал?!

Что там ещё?

— Пиздец, кого-то вырвало!

Кого-то? Тут только пару человек, что ли, стошнило? Из-за тебя, между прочим. Нечего было трупы топором уродовать.

И что он так взъелся из-за того, что кого-то вырвало? Это нелепо. Или кого-то вырвало, а он в это наступил? Все наблюдавшие, включая меня, были ошеломлены и не знали, как реагировать.

— Быстро выходи! Наблевавший! На! Мою! Машину! Мудила! Сейчас же сюда!!!

Похоже, рвота попала ему не на обувь, а на машину…

Любой бы разозлился, но другие просто помыли бы автомобиль. Однако перед нами был злопамятный Бессовестный. Он ткнул пальцем в сторону командира и отдал приказ:

— Ты! Немедленно вызови криминалистов. Пусть возьмут образцы этого ебучего ДНК и найдут виновного! Живо звони!

Лицо командира напряглось. Его состояние можно было понять без слов: он внезапно осознал, что придурок, унизивший его спором о еде, действительно невменяемый. И командира заново охватило чувство стыда. Он, наверное, не мог понять, почему должен чувствовать себя жалким из-за этого ублюдка….

Но тут он, стиснув зубы, подозвал одного из своих подчинённых:

— Шин!

— Да, сэр.

— Вызови водовоз, нужно смыть всю эту грязь. Немедленно.

Командир тоже оказался злопамятным. Пылающий взгляд Бессовестного устремился на него.

— Ты об этом пожалеешь.

— Шин, начать нужно с чёрного Хаммера в конце улицы.

Командир провоцировал Бессовестного. Ух ты! Он готов был даже обанкротиться, лишь бы вывести этого парня из себя?

Подождите-ка, чёрный Хаммер – это машина Бессовестного? Если он в конце улицы, то… на эту машину вырвало меня!

— Это ты? Ты наблевал на мою машину? – спросил Бессовестный командира.

Я сделал шаг назад.

— Меня ещё не рвало. Хочешь, сделаю это на тебя прямо сейчас?

— Если ты думаешь, что можешь прикрыть своего подчинённого под предлогом токсикоза, то ты глубоко ошибаешься.

— Что? Токсикоза?

— Я найду виновного, во что бы то ни стало.

Я сделал ещё один шаг назад. Мои колени дрожали, и я не мог нормально идти. А вот у Бессовестного, судя по всему, не дрожало ничего, так как он уверенно двинулся вперёд и, прежде чем я успел что-то понять, схватил командира за плечо. Солдаты бросились было к ним, но командир поднял руку, показывая, что всё в порядке.

— Хочешь разобраться? Хорошо, раз ты так хочешь… Погоди, ты… ты что собрался делать?!

Командир в ужасе попытался отступить, но было уже поздно. Дьявольская рука Бессовестного не отпускала его. А другой рукой он что-то делал у себя во рту.

— Уук.

Когда Бессовестный, засунув пальцы в рот, издал этот звук, лицо командира побледнело.

— Эй! Ты, сумасшедший ублюдок…

— Бууээээ!

— АааАаАА!

Передо мной развернулась сцена, более ужасная, чем все окровавленные трупы. Крики и проклятия разносились над залитой кровью землёй. Я был единственным, кто отвернулся. И бросился бежать…

***

[Для Сиу он был Дьяволом.

«Почему я должен работать с каким-то жалким сотрудником?»

«Твоя работа – убирать за мной. Ты просто должен объяснять всё этим тупицам вместо меня.»

«Почему ты упал у себя дома? Что у тебя за нелепое тело?»

Внезапно появившийся деловой партнёр директора На. Он завидовал директору и специально изводил Сиу весь день. Хитрый, он понял, что издеваться над Сиу означает издеваться и над директором На. Он нарочно отвёл Сиу в дорогой ресторан. Заказал еду на сумму, равную его трёхмесячной зарплате, а потом потребовал самому оплатить свою долю.

«Плати за свою еду сам. Ты не штатный сотрудник нашей компании. С какой стати я должен платить за такого, как ты?»

Сиу, бездумно последовавший за этим Дьяволом, был в растерянности. А Дьявол насмехался над ним, намекая на обращение за помощью к директору На:

«Почему бы тебе не побежать к директору На и не поплакаться ему? Пойди и пожалуйся, что у тебя нет денег на еду.»

В этой ситуации Сиу едва сдержал слёзы. Но, оказавшись без свидетелей в туалете компании, он всё же разрыдался…

В тот момент он понял, что никогда не сможет полюбить этого человека.]

Была только одна хорошая сторона в работе с Бессовестным: директор На дал ему неделю на выполнение задания. И, как и в прошлый раз, пообещал, что, если он справится быстрее, то остальное время будет свободно. Как вы знаете, работа была закончена меньше, чем за день. И благодаря этому остаток недели я мог провести как хочу. Конечно, мне предстояло отправиться в Спецуправление, чтобы написать отчёт о проделанной работе, но по времени это недолго. В итоге я смог посвятить большую часть свободных часов писательству.

Появление злодея 24 часа в сутки раскаляло моё желание творить до предела, как самая горячая печь в сауне. Несколько дней я перевоплощал Бессовестного в персонажа своего романа, вымещая всё накопившееся за последнее время недовольство. Он был один раз представлен по имени как директор Кук, но его так никто не называл. Бессовестный! Козлина! Мерзкий ублюдок!

За эти несколько дней были написаны целых 10 глав. Я не выходил из дома, только творил. Как настоящий гениальный автор, я ел три раза в день, сжигая свою творческую энергию. Вместе с ней сгорал и мой счёт за электричество…

***

Если бы у меня было больше времени, я бы написал ещё, но мне нужно было ехать в Спецуправление, чтобы составить отчёт. Мои руки болели, а глаза покраснели от нескольких бессонных ночей за клавиатурой, но настроение было бодрым. Я рассказал всему миру – ну, или хотя бы нескольким сотням моих читателей – о злодеяниях Бессовестного, и мне стало гораздо легче.

Ха-ха, теперь люди обрушат на тебя шквал оскорбительных комментариев. Несмотря на усталость после нескольких дней напряжённой умственной работы, по пути в Спецуправление я не мог перестать улыбаться, представляя реакцию подписчиков.

Однако любое счастье меркнет перед написанием отчёта… Заполнив десятки страниц опросов и анкет, я побывал ещё и на интервью с ответственным лицом. Меня отпустили только после того, как я, словно заезженная пластинка, часа два или три повторял одну и ту же информацию.

Отдел по работе с особо опасными ситуациями находился в том же здании, что и мой, но там были невероятные меры безопасности и совершенно другой интерьер. На него столько денег тратится, а в наш отдел я даже дополнительную лампочку не смог выпросить… Здесь же свет горел даже днём, постоянно использовалось электричество.

Я поворчал про себя, недовольно поджав губы, и уже хотел встать, когда ответственный сотрудник, словно только что об этом вспомнив, добавил:

— Ах да, поднимитесь в кабинет директора.

— Директора Спецуправления?

— Да. Поднимайтесь прямо сейчас.

Я постарался скрыть своё негодование. Разве глава Спецуправления не тот самый человек, который обманом заставил меня работать с Бессовестным? Я же ясно спросил тогда, вызвал ли меня именно директор На, а он в ответ промямлил, что это был просто директор! Если разобраться, то это из-за него я вчера чуть не умер. Второй главный виновник после Бессовестного!

— А, ты здесь.

— Здравствуйте, директор.

Я бодро поздоровался и сел. Несмотря на то, что он был одним из виновников, он всё же мой босс, и мне нужно произвести на него хорошее впечатление. Но, заняв своё место, я увидел рядом с ним мужчину, которого встречал в прошлый раз. Этот мужчина просто смотрел на меня, не представляясь. Да кто он такой? Любовник босса?

— Слышал, ты вчера отлично поработал.

— Я ничего не сделал, это всё заслуга директора Кука.

Я ответил директору и бросил взгляд на второго человека, который снова пристально на меня смотрел. Но, в отличие от прошлого раза, сейчас он заговорил:

— Кук снова использовал свою интуицию?

— А вы кто?

Он молча смерил меня взглядом, а потом вдруг разразился хохотом.

— Хахаха, а вы забавный, мой друг. Поэтому вы интересны директору Куку?

У меня появился друг, о котором я даже не подозревал... А Бессовестный заинтересуется мной, только если решит оставить без зарплаты на несколько лет вперёд.

— Меня зовут Рю Чжон Вон.

Судя по тому, как непринуждённо он сидел рядом с главой Спецуправления, я догадывался, что он занимает высокую должность. Но такого я не ожидал.

Рю Чжон Вон, генеральный директор L&Y.

— Вы ведь знаете нашу компанию, не так ли?

Конечно, знаю. Конкуренты FOURKEY, одни из лучших в этой индустрии.

— Господин Рю, к чему лишняя скромность. Конечно, он знает. Кто же не знает L&Y, верно, мистер Хван?

— Меня зовут Хан Чжэ....................

— Мы отправляли господина Хван Чжэ Мёна без особых ожиданий, но директор Кук так хорошо справился с работой, что мы очень довольны. Честно говоря, господин Хван ведь даже не полевой агент, верно? Хотя директор Кук и выполнил работу сам, мы всё равно переживали. Ведь если бы ты умер в первый же день на задании, то наш контракт с FOURKEY был бы расторгнут. Но ты вернулся живым и здоровым. Ха-ха!

Никто не засмеялся. Не обратив внимания на то, что выражение моего лица было таким, будто я поел дерьма, директор усердно похихикал над своей шуткой сам, а затем нахмурился, внезапно что-то вспомнив:

— Кстати, а что это за спор на еду за четыре миллиарда? Какого чёрта там произошло?

— Ну, это........

— Ох, неважно. Должно быть, директор Кук снова закатил истерику. Это же очевидно.

Нафиг спрашивал тогда?

— Тот полевой командир хоть и вспыльчивый, но он не похож на человека, который болтает лишнего. Наверное, просто не повезло. Директор Кук отлично справляется со своей работой, но характер у него, конечно, ебанутый…

— Господин директор.

Мистер Рю одёрнул главу Управления, и тот сразу замолчал, словно осознав свою ошибку. А затем посмотрел на меня.

— Не думаю, что такое произойдёт, но, пожалуйста, не говорите директору Куку о том, что я сейчас сказал.

Ах да, злопамятность Бессовестного. Наверное, босс с этим тоже сталкивался.

— Поняли, господин Хван?

...... я задумался, не разместить ли эту информацию анонимно.

— Если честно, было бы здорово, если бы господин Хван Чжэ Мён мог разрешать подобные неприятные инциденты на месте, но это, пожалуй, слишком высокие ожидания. К счастью, эти 4 миллиарда – не такая уж большая сумма, учитывая гонорары директора Кука. Хотя кто знает, какие проблемы он создаст в следующий раз, так что обязательно сообщайте обо всём заранее.

— Кому?

— Полевому командиру или...................

Вдруг вмешался господин Рю:

— Вы можете связываться со мной.

Зачем мне докладывать тому, кто даже не работает в Спецуправлении? Директор, этот парень несёт чушь....

Я с застывшим лицом повернулся к боссу. Однако он лишь кивнул, словно слова господина Рю не имели большого значения. Что? Да как это? Даже если L&Y – одна из лучших охотничьих компаний, этот Рю всё равно посторонний. И хочет, чтобы я отчитывался перед ним?

— Я немного знаю директора Кука. И, если потребуется, могу помочь вам разобраться.

— Да, но поскольку вы не являетесь сотрудником Спецуправления, отчитываться будет сложновато…

— Нет, всё в порядке, господин Хван. Докладывайте господину Рю.

Директор поддержал его. Ему взятку что ли дали? Господин Рю, должно быть, заметил возмущённое выражение моего лица, потому что уголки его губ поползли вверх.

— Это касается только директора Кука. Вам не нужно отчитываться передо мной о своей работе. Как вы уже знаете, директор Кук – особый случай.

— Вы о его злопамятности?

Он просто рассмеялся над моими словами. Я понял, что дело здесь не в злопамятности, но был недоволен, так как этот человек не дал мне никаких объяснений. Словно это не то, что нужно рассказывать рядовому сотруднику.

— Вы, должно быть, хорошо знаете директора Кука... Он и вам за что-то мстил?

Господин Рю продолжал смеяться, но его глаза на мгновение стали холодными. Вместо него ответил начальник:

— А кто не сталкивался с злопамятностью директора Кука? Он же сучий...............

— Директор.

И на этот раз господин Рю сдержал главу Управления, а затем снова повернулся ко мне:

— Да, я хорошо знаю директора Кука. В прошлом у нас с ним возникла проблема, но всё уже решено. Теперь он не станет держать на меня обиду.

А что насчёт вас?

— Злопамятность директора Кука сейчас не важна. Я имею в виду, что, если вы по работе встретитесь с Бессердечными, нужно просто сообщать мне о любой странности.

— Что значит «о странности»?

— Всё, что покажется необычным. Парамедик, который умер в этот раз, был обычным человеком, не Бессердечным, верно? Он случайно не говорил ничего, на что можно было обратить внимание?

Странности... В голову сразу же пришла одна вещь: вопрос о поваре. Это было неожиданное слово, не соответствующее ситуации. Просто слово «повар», возникшее из ниоткуда. Я какое-то время раздумывал, не рассказать ли об этом, но в итоге дал стандартный ответ:

— Я сообщил обо всём, что слышал и видел, прежде чем прийти в офис. Если вас что-то интересует, просто посмотрите отчёт.

— Я хотел бы услышать это от господина Хан Чжэ Мёна, который был на месте происшествия. Бумаги не могут передать всей сути. Например, вам не показалось странным, когда вы услышали, как парамедик спросил директора Кука, не повар ли он?

— ....

— На этот вопрос так трудно ответить?

— Нет. Я думал, вы уже видели мой отчёт?

— Я видел отчёты других сотрудников с места происшествия.

— Понял.

— Так какая была атмосфера?

— Ровно такая, как вы видели в отчётах.

Он на мгновение уставился на меня, а затем озорно улыбнулся. Это не была плохая улыбка. Напротив, это был покладистый взгляд, который я мог бы даже использовать в своём романе, если бы не эта ситуация...

— Директор, могу ли я ненадолго одолжить господина Хан Чжэ Мёна?

— Конечно. Используйте его по своему усмотрению.

Я что, вещь? «Используйте по своему усмотрению» … Однако, следуя примеру господина Рю, я поднялся. Перед тем, как мы вышли из офиса, босс дал мне напутствие:

— Господин Хван Чже Мён, думайте о директоре Рю как обо мне и следуйте всем его указаниям.

Это взятка, определённо взятка.

***

Дорога была тихой. Городские магистрали, которые когда-то были забиты транспортом и требовали частых остановок, теперь стали такими же открытыми, как автострады, оставив позади своё былое величие. И теперь я ехал по этой дороге, как король: на дорогой машине, без всякой тряски и шума.

— Я не пытаюсь на вас давить. Это же не просьба о передаче секретных документов Спецуправления. Просто сообщите мне, если почувствуете что-то странное, наблюдая за директором Куком. Конечно, я вам заплачу. После того, как эта работа будет закончена, приходите в нашу компанию в качестве руководителя группы. Я буду платить вам в пять раз больше вашей текущей зарплаты, плюс ежегодная премия в 500%. Естественно, мы гарантируем вам пожизненное трудоустройство.

— .....

— Вы можете выбрать конспиративную квартиру или безопасный дом и жить, где хотите, а также мы полностью обеспечим вас электроэнергией. Всё, что нужно сделать господину Хан Чжэ Мёну, – сообщать о передвижениях директора Кука в первую очередь мне. Вот и всё.

Господин Рю, сидевший рядом со мной, ждал ответа. Я не знал, что сказать, и беспокойно заёрзал на сиденье.

— Я немного тугодум.

— Даже если и тугодум, разве вопрос о поваре не показался вам странным?

— .......

— Не волнуйтесь. Я и не рассчитываю на что-то конкретное.

— Важно ли, что директор Кук повар?

Он снова просто усмехнулся. На этот раз я тоже улыбнулся в ответ.

— Если вы хотите использовать меня как шпиона, не могли бы вы хотя бы объяснить причину?

— Для меня важна интуиция директора Кука.

— Интуиция?

— Да. Как вы могли заметить, он обладает выдающимся чутьём на Бессердечных и точно знает, где их искать. Причём это проявляется не только тогда, когда он идёт на дело. Кук как антенна, и иногда, даже в обычное время, он внезапно может что-то почувствовать и действует по своему усмотрению. Если в этот момент последовать за ним, обычно действия оказываются связаны с Бессердечными. Поэтому его реакция важна...

В этот момент машина плавно остановилась, и через дорогу я увидел пункт назначения – офис FOURKEY. Утром я получил звонок от Щелчка. Он попросил зайти в компанию после визита в Спецуправление. Сказал, что им тоже нужно будет послушать подробности по делу. А так как в офисе был и директор На, я с радостью согласился.

— Тогда не лучше ли обратиться напрямую к директору Куку, а не ко мне?

Я задал вопрос и понял. Конечно, он бы это сделал, если бы мог. Разве они не конкуренты? Очевидно, что они часто встречались на заданиях. Бессовестный ни за что не стал бы разглашать информацию.

— Я не хочу иметь дел с этим человеком.

Господин Рю говорил достаточно холодно. Похоже, он действительно пострадал от Бессовестного. Наверное, его неплохо обобрали на деньги… Пока я думал об этом, господин Рю вдруг резко повернулся. Твою ж! К моему удивлению, он начал остервенело крутить головой, свирепым взглядом осматривая улицу.

— Что случилось?

— Такое ощущение, что за нами наблюдают….

Это не ощущение, а факт. Все прохожие на улице хотя бы раз смотрели на его машину. Неудивительно, ведь она, наверное, безумно дорогая. Ходячая мишень для Бессердечных ездит на дорогущем и броском автомобиле… Скорее всего, и он не в своём уме. Господин Рю бросил взгляд на проходящих мимо людей, а затем вернулся к сути разговора:

— Эта просьба не из личной прихоти. Скорее, для того, чтобы заранее подготовиться к кризису с учётом способностей директора Кука. Он слишком своеволен и одержим деньгами, ему совершенно не важны общественные интересы или жертвы. В данный момент Кук работает со Специальным управлением из-за Хан Чжэ Мёна, но никто не знает, когда он может уйти. У него лучшие способности, но сам он – худший человек.

Так что свяжитесь со мной, ага... Казалось, Рю хотел подчеркнуть, что, хоть и работает за те же деньги, но у него есть официальный контракт со Специальным управлением, а значит работает он на благо общества. Как по мне, разницы никакой, но я не стал высказывать своё мнение.

— Разумеется, то, что я говорю о директоре Куке, является сугубо личным мнением, а не официальным заявлением с доказательствами или уликами.

Он словно оправдывался. Что, чёрт возьми, Бессовестный сделал с этим человеком? Почему и он, и директор Спецуправления дрожат при мысли о том, чтобы произнести хотя бы одно лишнее слово?

— Спасибо за предложение, господин Рю, но я вынужден отказаться. Моя зарплата меня вполне устраивает. Но если я почувствую, что происходит что-то особенно странное, я свяжусь с вами.

Тот парень всегда странный, так что в случае, если он станет ещё страннее... Собеседник, похоже, не был удовлетворён моим ответом, но всё же кивнул.

— Понял. Но если вы передумаете насчёт работы, дайте мне знать.

Он протянул мне свою визитку. Блестящая бумага была настолько роскошной, что мне было неловко даже прикоснуться к ней.

— О, и у меня есть ещё одна просьба. Это сугубо личное дело, но я очень надеюсь, что вы не откажете.

Он понизил голос, его взгляд стал серьёзным. Что же это за просьба? Я заранее испугался и напрягся. Он посмотрел мне в глаза и протянул бумажный пакет, который до этого лежал рядом с его ногой. Неужели это взятка?!

— Пожалуйста, возьмите.

— Нет, нет. Я не могу его принять....

— Но вы должны принять.

Твёрдо сказав это, он вложил пакет мне в руку. У меня не было выбора, кроме как схватить его, но моё лицо оставалось напряжённым. Пакет оказался довольно большим. Судя по объёму, наверное, там несколько миллионов. Чёрт, это ставило меня в затруднительное положение. Если положу в банк, могут заподозрить, может, лучше закопать в землю?

— Желательно давать три раза в день, если это возможно.

.... Деньги?

— Установленный фильтр хорошо очищает, но, если насыпать слишком много за раз, вода станет мутной. Так что просто давайте столько, сколько я указал.

Он определённо говорил не о деньгах. Я смотрел то на конверт, то на него.

— Это?

— Да. Пожалуйста, прошу вас.

— Кому?

— Как кому. Только мои любимцы могут есть этот корм.

Корм? Любимцы? Я запутался и снова забегал глазами между ним и пакетом, пока не увидел название фирмы, напечатанное на нём:

«XX Аквариум», специализирующийся на тропических рыбах.

— Значит, это...... корм для тропических рыб.

Не деньги. Вот же блять.

— Ну да. Это корм для моих любимчиков.

— ....

— Кстати, вы видели их в FOURKEY? Как они там?

Я вспомнил про аквариум в офисе. Почему этот человек беспокоится о чужих офисных рыбках?

— Ну, кажется, всё в порядке.

— Вы уверены? Мои дети чувствительны к температуре. Если она падает хоть на один градус, малыши могут простудиться. Вы не заметили у них никаких белых пятен?

— Ну, я не особо присматривался, так что..................

— Я положил ещё витамины и расписал инструкцию. Так что, пожалуйста, воспользуйтесь ей.

— …Ага

— Младший очень любит прятаться, поэтому я добавил несколько искусственных растений. На всякий случай положил ещё новейший фильтр, пожалуйста, установите его. И…

— Мистер Рю.

— Что?

— Эти тропические рыбки случайно не ... ваши?

Похоже, я попал в точку. Он прикрыл глаза и отвернулся. Сделав несколько глубоких вдохов, снова посмотрел на меня.

— Да. Они мои питомцы. Но этот гнусный, подлый, мерзопакостный ублюдок отнял их у меня....

Он снова отвернулся и глубоко вздохнул. А затем повернулся ко мне, уже с прежним выражением лица.

— То, что я сказал о директоре Куке, является сугубо личным мнением, а не официальным заявлением с доказательствами или уликами.

— .....Да

— Тогда рассчитываю на вас и в этом. Пожалуйста.

Он протянул руку. Я грубо пожал её и быстро открыл дверь машины. Этот парень тоже ненормальный.

— Господин Хан Чжэ Мён.

Что на этот раз? Рыбок ещё и выгулять?

— Вы часто используете оружие?

— А?

— У вас мозоли на руке...

Я посмотрел на свою ладонь.

— Это от игровой приставки. Я постоянно держу в руках джойстик. В основном я играю на PS, но есть и другие консоли, которые не продаются в Корее. Мой друг собрал почти все игровые чипы, и если есть что-то, во что вы хотите поиграть, я могу одолжить.......

— Нет. Я не люблю игры. Предпочитаю реальные сражения.

Он ухмыльнулся. Я неловко улыбнулся в ответ и вышел из машины. Пересекая улицу, я позвонил в офис.

По идее, в это время он должен быть на месте… После нескольких гудков раздался голос:

[Эй, Чжэ Мён-а.]

— Пён Хи, мне нужно одолжить твою игровую приставку.

Послышался удивлённый возглас парня:

[Серьёзно? Но ты ведь терпеть не можешь видеоигры?]

Тук.

Передо мной поставили чашку кофе. Из-за того, что все импортные товары подорожали, кофе стал редким напитком, который не так-то просто достать. Аромат оказался очень приятным, и я обхватил тёплую кружку обеими руками. Хоть день и выдался жарким, ощущения были просто отличными.

— Случилось что-то хорошее?

Директор На, сделавший этот кофе, задал мне вопрос. Только сейчас я понял, что сижу, глупо приоткрыв рот, и поспешил его закрыть. Но сдержать улыбку всё равно не мог. Ведь что-то хорошее действительно случилось. Директор На сам сделал мне кофе! Это было похоже на что-то из романа...

— Кофе-машина вон там, в конце коридора, так что теперь вы можете готовить себе, когда захотите.

….. Этот человек, словно сухой лёд, развеял даже крохотную надежду… Но всё в порядке. Главные герои и должны быть немного холодными, чтобы круто выглядеть.

— Вы сейчас из Специального управления?

— Да.

— Кажется, вы приехали на машине директора L&Y.

Он меня видел? Я украдкой взглянул на окно за спиной господина На. Неужели отсюда видно? Ах, может быть, он ждал меня, стоя у окна...

— Начальник Хон сказал, что видел вас.

Начальник Хон? Это же Щелчок? Бесполезное хорошее зрение...

— У меня есть несколько вопросов по прошедшему делу.

— Конечно.

Я даже пароль от банковской карты вам скажу, если вы попросите. Хоть на счету всего 560 вон...

— Говорят, главным организатором оказался парамедик?

— Да. Директор Кук чудесным образом всё выяснил. А я и не понял…

— Неудивительно, что вы этого не поняли, ведь вы обычный человек. Даже если учесть, что находились рядом с этим парамедиком.

Как он узнал, что я был рядом? Заметив моё недоумение, директор На пояснил:

— Я только что просмотрел отчёт Хан Чжэ Мёна.

Отчёт, который я написал после дачи показаний в Спецуправлении? Я сам его ещё не видел, почему столько людей уже в курсе его содержания?

— В тот день вам пришлось нелегко.

Его мягкий, успокаивающий голос заставил меня невольно поддаться эмоциям.

— Да я чуть не умер из-за директора Кука! В той ситуации я не мог попросить о помощи. А он, так как я ничего не сказал, просто спрятался и смотрел, как в меня стреляют!

— В вас стреляли?

— Не совсем. В меня чуть не выстрелили, но я справился благодаря своим превосходным рефлексам. А если бы не был таким умелым, то уверен, что меня изрешетили бы пулями.

— Вы хотите сказать, что директор Кук не спас вас, потому что вы не попросили о помощи?

— Да! Реально, какой в этом смысл? В той ситуации, если бы я позвал на помощь, меня бы точно пристрелили. И как бы я это сделал?

Директор На кивнул. Он действительно понимающий.

— Значит, если бы директор Кук услышал крик о помощи, всё было бы кончено? Разве вы не поблагодарили его за спасение от Бессердечного в прошлый раз?

Слишком понимающий.

— Хммм, не то чтобы я не собирался……

— Я понял.

— …Да.

— Я знаю, это неудобно, но в следующий раз, пожалуйста, сделайте то, что захочет директор Кук. Так дело быстрее закончится.

Тогда я не смогу вас увидеть.

— И на этот раз вы сбежали один, без помощи Кука, верно? Честно говоря, я впечатлён.

— Бегство – мой конёк.

— Да. Даже в пугающей ситуации с Бессердечными. Поэтому, похоже, директор L&Y заинтересован в Хан Чжэ Мёне...

— Ах, дело не в этом, господин Рю… хм.

— Если вам неудобно объяснять, то не стоит.

Не то чтобы неудобно. Я на мгновение завис, собираясь с мыслями. А затем объяснил ему, что сегодня произошло. Очень старательно объяснил. Я рассказал всё, не упустив ни одной реплики. И в конце добавил:

— Получается, меня попросили шпионить, не так ли? Конечно, я отказался. Меня даже соблазняли большими деньгами, но я отказывался очень решительно. Тем не менее, этот человек, называющий себя директором, продолжал ко мне липнуть. И, как будто этого было недостаточно, он даже дал мне конверт с деньгами.

— Конверт с деньгами?

— О, ну, это были не совсем деньги. Суть не в этом, а в том, что он продолжал настаивать.

Услышав мои слова, директор На задумался. Я ещё раз подчеркнул:

— Но я наотрез отказался.

— Итак, директор Рю…

— Он просто умолял меня перейти в его компанию.

— Он спрашивал о поваре?

Повар. Снова всплыло. Я понял, что директор На всё ещё в раздумьях. И господин Рю, и директор как-то остро реагировали на этого «повара». Бессовестный же, когда о нём услышал, не среагировал никак...

— Что именно парамедик спросил у Кука на месте происшествия?

— Ну, просто спросил, не повар ли он.

— Именно так и спросил? Других слов не было?

Он ждал, при этом его взгляд оставался серьёзным, словно мои воспоминания действительно были важны. Я немного помолчал, но потом произнёс нужные слова:

— «Так повар действительно существовал... Какая честь.» – вот так он сказал.

— Честь...

Директор На шёпотом повторил слово, глядя куда-то на стол.

— Это секрет, что директор Кук был поваром?

— Это не секрет. Ведь поваром он никогда и не был.

— Что?

— Повар – это просто прозвище Кука. Я слышал, что его фамилия звучит как английское «cook», поэтому так и назвали. Секрет, пожалуй, лишь в том, кто дал ему это прозвище.

— И кто?

— Секрет же.

Он ответил и слегка улыбнулся. Я улыбнулся в ответ. Но вскоре моя улыбка померкла.

— Но он умер три года назад, так что, наверное, это и не секрет больше...

— Умер? Значит, парамедик услышал об этом от него, до его смерти?

— Ну, как сказать...

Как сказать? Я легкомысленно решил, что прозвище просто было широко распространённым, но потом услышал слова директора На:

— Я думал, он мёртв, но, возможно, это не так.

— .....

— Вы не особенно удивлены?

Ну, это и правда не удивительно. Три года назад повсюду царил хаос. Весь мир был зоной боевых действий, и многие до сих пор считаются пропавшими без вести. Случаи, когда кого-то заочно похоронили, а на самом деле он выжил, хоть и редки, но не невозможны. Погибших было так много, что некоторые до сих притворяются мёртвыми и живут под другими именами.

— Может ли быть такое, что тот человек на самом деле плохой?

Я попытался сменить тему и добавил:

— Возможно, поэтому господин Рю и хочет узнать об интуиции директора Кука? По его словам, директор очень хорошо чувствует плохие вещи.

Мой собеседник лишь улыбнулся. Почему директора такие? Если не хотят отвечать, то просто улыбаются. Это особая фишка у них?

— Кстати, если вы откажетесь от предложения L&Y, я хотел бы попросить вас перейти к нам.

— Я? Вы имеете в виду меня?

— Да. Хотите к нам присоединиться?

— Я сейчас же напишу заявление об увольнении.

— Рад это слышать. Я бы очень хотел, чтобы вы стали партнёром директора Кука.

— ..... Хотя, знаете, я сейчас подумал, что в Спецуправлении никогда меня не отпустят.

— Оно и понятно. Вы действительно хороши в своём деле. Честно говоря, трудно найти кого-то нового. Ведь всем, кто выезжал на места происшествий с директором Куком, он казался отвратительным. Редко можно встретить кого-то настолько же ответственного, как вы.

Так это просто для того, чтобы вам понравиться!

— Если получится договориться со Спецуправлением, пожалуйста, подумайте о переходе в FOURKEY. Партнёром директора Кука быть сложно, но мы вам это компенсируем.

— Мне это не нра................

— Если хотите, мы также можем предложить вам служебное жильё. Прямо над мной есть пустая квартира...

— Я подумаю об этом.

Я напряжённо сжал челюсти, сдерживая улыбку. Приглашает жить прямо над ним. Всё-таки он немного обо мне думает....

— В соседних квартирах живут остальные сотрудники, так что, если вы переедете, сможете быть как одна семья.

— .....

— К сожалению, директор Кук живёт в другом месте, но, если вы захотите жить рядом с ним, я могу организовать для вас проживание и там.

Можно подумать, мы сейчас недостаточно близко… Надо всё-таки выставить свою квартиру на продажу...

Тук-тук.

В дверь постучали, и вошёл Щелчок.

***

Начальник Хон Сын Чжэ недолюбливал этого сотрудника. Ведь именно Спецуправление всегда больше всего мешало охоте на Бессердечных. Вместо того, чтобы помогать, они ко всему придирались. Также Спецуправление часто скрывало необходимую информацию на том основании, что с компанией не заключён контракт. А вот данные, предоставленные им, постоянно передавались в L&Y. В какой-то момент стало трудно понять, где заканчивается Спецуправление и начинается L&Y…

Эту проблему можно было решить, заключив правительственный контракт, но их задания были полной херотой. Бессердечные ведь угрожают не только общественным объектам. Есть и такие, кто нападает на обычных людей. Однако из-за нехватки рабочей силы компании редко получают подобные задания.

Как и в случае с работой, которую принёс тогда сотрудник Спецуправления, они снижают класс задания и, если жертва вдруг умирает, просто заминают это дело.

FOURKEY хороши тем, что не допускают дискриминации. Конечно, директор Кук всегда чересчур интересовался деньгами, но рядом же директор На, который отлично координирует работу, так что всё в порядке. Однако теперь этот сотрудник Спецуправления, который нагло припёрся с заданием после того, как всего один раз помог директору На, прилип к нему, словно жвачка…

Сын Чжэ, передавая документы директору, бросил презрительный взгляд на Хан Чжэ Мёна. Самопровозглашённый трус сейчас сидел и, улыбаясь, потягивал кофе. Тцк, знает ведь, что господин На добрый человек, вот и липнет. Но, в конце концов, он скоро отвалится........

— Начальник Хон, у вас какое-то дело к господину Хан Чжэ Мёну?

— Что? О, нет.

Сын Чжэ быстро ответил и отвернулся от сотрудника Спецуправления.

— Кстати, вы сказали, что видели приближение Хан Чжэ Мёна. Вы смотрели в окно?

— Что? Ах......... да.

Это не было вуайеризмом, это не было подсматриванием. Конечно, ему рассказали. Но он не мог сообщить, что рассказавший следил за сотрудником Спецуправления. Какого хрена директор Кук так хочет отомстить этому человеку? Почувствовав на себе пристальный взгляд, Сын Чжэ посмотрел в сторону и увидел, что сотрудник управления с подозрением на него уставился. Сын Чжэ быстро перевёл разговор на рабочие темы…

Послушав его некоторое время, директор На дал указания:

— Это зона повышенного риска, поэтому там должно быть видеонаблюдение. Проверьте все записи за неделю.

— Сейчас?

— А у вас есть более срочные дела?

— Директор Кук велел проверить записи с видеорегистратора его автомобиля.

— Зачем?

— Кто-то наблевал на его машину.

— Кха-кха!!

Внезапно сотрудник Спецуправления начал кашлять. Видимо, поперхнулся, пока одновременно пил кофе и лыбился. Его лицо покраснело, а содержимое чашки расплескалось.

— Кха-Кххха-Кхаа!

— Господин Хан Чжэ Мён, вы в порядке?

Хороший человек директор На беспокоился о нём.

— Да.................. кхм, всё в порядке. Просто кофе слишком горячий.

Директор На посмотрел на чашку с остывшим кофе, но ничего не сказал и снова повернулся к Сын Чжэ:

— Преступник был заснят на камеру?

— Да. Это........

Бряк!

Теперь этот человек уронил свою чашку. Сын Чжэ поморщился. Уже не ребёнок, а чашку не может удержать? Директор На снова вежливо спросил:

— Вы точно в порядке?

— Простите. Чашка скользкая.

Оба посмотрели на чашку. Разве когда-нибудь эта большая кружка с ручкой была скользкой? Что-то было не так, но Сын Чжэ всё же продолжил свой доклад:

— У преступника две макушки....................

Доклад снова прервался. На этот раз никаких звуков не было, но мужчины, словно сговорившись, уставились на сотрудника Спецуправления. Перед ними развернулось молчаливое представление эффектных жестов: сотрудник остервенело ерошил свои волосы. Да что, блять, с ним не так?

— Внезапно зачесалось...

Сын Чжэ сделал шаг назад. Директор На тоже слегка отклонился, но всё же продолжил разговор:

— Если что-то было зафиксировано, я уверен, что Кук найдёт это.

— Кстати, он в последнее время ведёт себя странно.

— Что вы имеете в виду?

— Обычно благодаря своей интуиции он находит цель быстрее, чем кто-либо. Но того парня, по поводу которого расклеивал листовки, ищет до сих пор......

Скриииип.

Что опять? Оба снова повернулись к источнику звука. Парень чуть привстал, лишь наполовину опираясь на отодвинутый стул, словно в любой момент готов был сорваться с места.

— Ногу свело.

Оправдание снова вышло неубедительным, но теперь мужчины просто решили не обращать на это внимания и сосредоточились на разговоре.

— Они живут в одном доме, но всё ещё не нашёл? Да не может быть.

— Нет, правда. Из-за этого он в диком бешенстве. Я тоже впервые вижу, чтобы он так долго кого-то искал. Директор На, это же оно? Есть ведь всего две причины, по которым интуиция директора Кука не срабатывает.

— Да. Одно из двух. Цель либо мертва..........

Не было никаких звуков и взмахов руками, но оба снова посмотрели на сотрудника Спецуправления. Он, вытянув шею, прислушивался. Такое откровенное подслушивание было весьма обременительным. Хотя директор На мог его понять, ведь этот сотрудник Спецуправления тоже был жертвой Кука.

Тем не менее, у него, похоже, была совесть, так как он неловко улыбнулся:

— Ха-ха-ха. Мне, наверное, уже пора уходить?

— Вы можете послушать. Вам ведь любопытно, не так ли?

— Да.

Сотрудник управления ответил моментально. А затем спросил, уверенно подавшись вперёд:

— По каким двум причинам не срабатывает интуиция директора Кука?

Ответ последовал незамедлительно:

— Этот человек мёртв, либо это кто-то, кому нельзя мстить.

Наступило недолгое молчание, а затем лицо сотрудника Спецуправления медленно просветлело. Сын Чжэ мог без труда представить, что творится у него в голове. Он, безусловно, думал, что может оказаться вторым случаем.

Сын Чжэ быстро прервал его заблуждения:

— Не думайте, что вы относитесь ко второму случаю. Причины, по которым директор Кук не должен кому-то мстить, лежат далеко за гранью рациональности и обоснованности. На это влияют исключительно его личные чувства.

Что это значит? На лице сотрудника застыл немой вопрос, и он посмотрел на директора На. Тот кивнул, соглашаясь с Сын Чжэ:

— Вы же знаете, что у директора Кука отличная интуиция по поводу врагов? Если подумать, то может же быть и наоборот. Если его интуиция не срабатывает, значит, это человек, который никогда не сможет стать врагом для него.

— Противоположность врага... это, наверное, близкий друг?

— Ну как сказать... не думаю, что дело в дружеских чувствах.

— Тогда, может быть, благодетель...................

— Да блин, вы реально не догоняете? Враждебность наоборот. Это же очевидно! – вмешавшись, воскликнул Сын Чжэ. – Любовь! Разве может быть что-то важнее любви?!

(Продолжение во 2 томе)

Есть слово, которое я никогда не использовал в реальной жизни, но оно часто встречается в моём романе. Любовь. Множество персонажей, которые появлялись на страницах, произносили его. Это было естественно. Все они были безумно влюблены в моего главного героя. Для них любовь была настолько драгоценной, что они не смогли бы отказаться от неё, даже потеряв все свои сбережения, заболев смертельной болезнью или оказавшись в изгнании на острове. Вот что такое любовь. Это чистое, благородное, но в то же время отчаянное и печальное величие, которому человек отдаёт себя целиком.

Однако Щелчок произнёс это слово в ситуации, в которой оно никогда не должно было всплыть.

— Невозможно!

Я закричал, вскакивая на ноги. Это действительно было нелепо. Получается, Бессовестный не может поймать меня из-за любви?!

— Что за херню вы несёте?!

Я чуть не задохнулся от волнения. Даже занёс руку, чтобы ткнуть пальцем, но остановился, почувствовав на себе ещё один взгляд. Совсем забыл. Ох, здесь же ещё директор На. Который странно смотрит на меня... Чёрт.

— Эй, а вы не слишком перегибаете?

Щелчок, прищурившись, огрызнулся. Я бросил взгляд на директора На и, немного успокоившись, пробормотал:

— Нет, я просто...

— Конечно, это ерунда и полная херня!

Что?

— Мы тоже прекрасно понимаем, что это бред – думать, что наш директор Кук кого-то любит. Как может такая эгоистичная собака, как он, быть способной на любовь?

Щелчок тяжело вздохнул, а затем быстро добавил:

— То, что я только что сказал, – исключительно моё личное и незрелое мнение, так что не принимайте это близко к сердцу. И что, что наши с вами мысли совпадают! Я не буду терпеть, как кто-то, кто даже не знает директора Кука, говорит о нём подобные вещи!

— Извините.

— Хорошо, что вы это понимаете!

Чёрт.

Отвернувшись, он встретился взглядом с директором На. И застыл так же, как и я мгновение назад. Я, конечно, странноватый, но и этот не лучше....

— О, ах, директор На, я имею в виду...

— Похоже, относительно директора Кука возникло большое недоразумение. Конечно же, он обычный человек, который знает, что такое любовь.

Да быть не может.

— Просто в плане чувств он немного тугодум. Не может понять, влюблённость это или нет. Иначе как бы я, его кузен, мог узнать, что интуиция Кука не срабатывает именно по этой причине?

Шок был подобен удару под дых. Что? Кузен? Сучий Бессовестный и благородный принц связаны одной кровью? Более того, тот козлина, оказывается, был влюблён? Какая трагедия для объекта его чувств...

И тут Щелчок опрометчиво спросил:

— Меня давно кое-что интересует. Я слышал, был только один случай, когда интуиция не сработала, но и цель не погибла. Что это был за человек?

— Я не могу определить его как личность...

Что он имеет в виду? Я озадаченно вклинился в разговор:

— Почему? Может, это не человек, а собака?

До этого момента я не мог себе представить, чтобы директор На выглядел смущённым или был в замешательстве. На самом деле, смущённым он и не выглядел. Просто пустое выражение лица. Но даже несмотря на то, что он держал рот закрытым, я видел, что он растерян. Зрачки слегка дрожали. Через некоторое время он медленно открыл рот:

— Я не думаю, что мне следует обсуждать личную жизнь директора Кука.

Это собака. Собака. Он проявлял нежный интерес к собаке. Он не способен любить людей. Кстати, как он пытался отомстить собаке? Украл и съел её корм? Раздумывая, я перевёл взгляд и встретился с глазами, в которых словно отражались мои мысли. Кажется, я не единственный, кто думает об этом… … … … … …. Ощутив мысленное родство с Щелчком, я вздрогнул. Бля, почему я должен быть на одной волне именно с ним? Щелчок, видимо, подумал о том же, так как выражение его лица стало мрачным. Парень подытожил слова директора На:

— В любом случае, человек, которого на этот раз не может найти директор Кук, точно мёртв...

Почему это я мёртв?................. Хотя, возможно, так и надо. Да, можно ведь просто сказать, что тот человек мёртв, верно? Тогда Бессовестный сразу поймёт, почему не может найти свою цель. Он, конечно, будет настойчиво искать доказательства, но он ведь не сотрудник Спецуправления. Это моя работа заключается в том, чтобы проверять списки погибших. Десятки, сотни… Ежедневно.

Конечно, чтобы подделать документы, мне понадобится помощь департамента управления населением, но, к счастью, я кое-кого там знаю. Начальника Ю, который прослыл самым дотошным человеком в истории департамента. В обычной ситуации я бы никогда не подумал просить его об этом, но моя жизнь сейчас в опасности…

К счастью, я узнал один секрет начальника. Я не хотел бы его использовать, но если так я смогу избавиться от Бессовестного, то готов обратиться даже к самому царю Яме*.

Я ухмыльнулся, продумывая детальный план, но, заметив взгляды двух людей, быстро спрятал улыбку и попрощался:

— Ну, я пойду.

*Какого из них имел в виду Чжэ Мён, он не уточнил, но все схожи: Яма в индуизме – царь над мёртвыми, повелитель потустороннего мира; В буддизме Яма – бог смерти, властелин ада и верховный судья загробного царства; В китайской мифологии Яма называется Яньло-ван, он является правителем ада со столицей в подземном городе Юду.

Я встал и направился к выходу, как вдруг Щелчок торопливо пошёл за мной.

— Извиняюсь.

— Да.

— Вы собираетесь домой?

— .....

— Вы не домой собрались?

Почему он спрашивает, куда я иду? Я с сомнением посмотрел на него, а он в ответ нахмурился:

— Я просто хотел сообщить вам, что восточная дорога перекрыта из-за аварии, поэтому не следует туда ехать.

А, я-то думал, он просто преследует меня, чтобы сделать что-то плохое. Я улыбнулся и поблагодарил его, а затем развернулся. Но он снова меня окликнул:

— Простите, а как вы собираетесь добираться? Пешком, на велосипеде или на автобусе?

— Пешком, конечно. В чём дело?

— Нет, ничего. Просто......

Он запнулся и развернулся, чтобы уйти. Я почувствовал что-то странное, но мне хотелось скорее вернуться домой и продолжить писать, и я не стал серьёзно задумываться.

Новый злодей в моём романе был как рог изобилия – чем больше я писал, тем больше у меня было идей. Пусть мои читатели ещё хотя бы месяцок поругают Бессовестного.

Я вышел из офиса FOURKEY взволнованный. Возможно, из-за того, что был поглощён мыслями о романе, я не обращал внимания на окружающую обстановку, как делал это обычно. В какой-то момент мне показалось, что я слышу за спиной чьи-то шаги, поэтому я оглянулся, но, решив, что это иллюзия, повернулся обратно. А на перекрёстке я вспомнил слова Щелчка.

Он сказал, что дорога перекрыта, и это действительно оказалось так: на обычной для меня короткой тропинке через жилой район стояло жёлтое строительное заграждение. Я вытянул шею, чтобы заглянуть внутрь, но, похоже, там никаких работ не велось. Обычно я бы посчитал это странным, но, поскольку Щелчок предупредил меня заранее, я без сомнений развернулся и спустился к дамбе у реки. После переулка это был самый быстрый путь.

Наступил полдень, поэтому на дамбе было тихо, если не считать нескольких пожилых людей, занимающихся на тренажёрах. Мало кто может сейчас спокойно заниматься спортом, не зная, где и когда объявятся Бессердечные. Но время не стоит на месте, и, поскольку Бессердечных стали реже видеть в центре города, жители ослабили бдительность. Помогло и то, что всё больше людей носят с собой фонари и огнестрельное оружие.

Но лучшая причина для неспешной прогулки здесь – не течение времени или наличие оружия, а то, что небо такое голубое, а трава вдоль узкой реки сочная и ярко-зелёная. Это место было совсем недалеко от дома, но здесь уже пахло природой, а ветерок нежно обдувал моё лицо, словно обмахивая веером. Может, для мира достаточно всего лишь таких незначительных мелочей...

Я чувствовал себя хорошо. Потому что мог довольствоваться такими тривиальными вещами. Я остановился и неторопливо огляделся. На набережной через реку были люди, но я рассеянно отвернулся, думая о чём-то другом. Нашим миром правят Бессердечные, но в такие моменты я полностью забываю об этом и расслабляюсь. Конечно, ведь так оно и работает.

Даже если проблема мучает меня 24 часа в сутки, иногда я могу отключиться от мыслей хотя бы на мгновение. Не обязательно в таком комфортном месте, как это, но бывает, что мозгу просто нужен отдых. Раньше, когда подобное происходило, я начинал нервничать. Почему я так себя вёл? Казалось, что, если я расслаблюсь, Бессердечные могут напасть в любую секунду. Поэтому я не позволял себе забыть о своей проблеме даже ненадолго. В те времена именно так я себя подгонял.

Я не говорю, что старые времена были плохими. В жизни нет единственно верного ответа. Тогда я верил, что это лучший способ жить, и для меня это было правильным. Теперь, когда я стал трусом, я могу расслабиться и смотреть на комфорт вокруг меня. Да, правильным может стать и такое. И, даже если я почувствую себя настолько хорошо, что начну петь и танцевать как сумасшедший, это тоже будет нормально…

На самом деле, на другом берегу реки кто-то наслаждался именно такой жизнью:

— лет ит гоу! лет ит гоу! кант хоулд ит бэк энимо*………Ып!

*Да, да, он поёт песню Let It Go из «Холодного сердца». Поёт на английском, но крайне плохо))))

На мирной набережной появился сумасшедший. К тому же он был совершенно лишён слуха. Мне хотелось обернуться, но, если связаться с сумасшедшими, можно случайно пострадать. После появления Бессердечных внимание людей к подобным персонажам уменьшилось, но в каждом районе всё ещё есть свои психи…

К счастью, шум прекратился через несколько тактов, что позволило мне вернуться к своим мыслям…

Я очень доволен своим нынешним положением. Теперь, когда эта жизнь стала для меня правильной, я даже уверен, что прошлое – это то, чего я больше не хочу.

Да, я не хочу возвращаться в прошлое. Иногда я задумывался: что бы я делал, если бы пришлось вновь оказаться в том времени, но решил не углубляться в подобные мысли.

Может ли произойти что-то настолько серьёзное, что заставит меня вернуться к прежнему состоянию? Такая ситуация возможна только если моя жизнь будет в опасности, но сейчас мне ничего не угрожает. Особенно здесь, на этой мирной тропе, вдали от электростанций, такого точно не произойдёт. Если только кто-то специально не создаст опасность прямо передо мной.

— А-а-а-а! Беги! Бессердечный!

Это кричал бегущий мне навстречу дедушка. Сначала я подумал, что где-то поблизости снимают фильм. Ведь здесь голубое небо, сверкающая река и лёгкий ветерок – воплощение спокойствия. Какого хрена именно в таком месте...? Но я инстинктивно замедлил шаг, услышав слово «Бессердечный».

— Бессердечный? Где...?

— Беги!

Дедушка снова закричал и со скоростью света пронёсся мимо меня. Я не мог поверить в происходящее. Что за Бессердечный из ниоткуда? И что это за дед такой быстрый? Я запаниковал, но моё тело отреагировало первым. Я побежал за ним и, едва догнав, спросил:

— Дедушка, где, чёрт возьми, этот Бессердечный...........

— Заткнись и беги!

Он снова рванул вперёд. А я снова отстал. Что за дела, он что, надел Air Jordan? ......Надел. Я вытаращил глаза. Это были те самые редкие лимитированные кроссовки, которых в мире существовало всего несколько сотен пар. На подошву лимитированной серии что, какое-то средство наносят для скорости? Я, изо всех сил пытаясь догнать скорость дедушки, снова спросил:

— Бля…….хаах……Бессердечный…….фууфп…….где.......!

Дедушка внезапно остановился. Я тоже остановился, при этом едва не врезавшись в него.

— ..............рядке.

— Что?

— Эль-Ниньо*. Всё в порядке.

Дедушка снова пробормотал те же слова, и я подошёл ближе, чтобы лучше расслышать. Эль-Ниньо? Климатическое явление? Почему он вдруг…

*Эль-Ниньо (в переводе с испанского – «малыш», «мальчик») – это температурное колебание поверхности в экваториальной части Тихого океана. Сезонное явление, которое проявляется один раз в три-восемь лет.

— АаааА! Это Бессердечный!

Аааа! Я тоже внутренне закричал. Чёрт, из-за этого дедушки чуть не оглох.

— Беги!

— ....

— Это Бессердечный, беги!

Дедушка снова предостерёг. Но на этот раз я не побежал, как он сказал. И не стал оглядываться в поисках Бессердечного. Вместо этого я сделал шаг назад. Но на этом всё.

Тук. Рука, опустившаяся мне на плечо, была такой сильной, что не давала мне отступить дальше. Хозяин руки спросил:

— Куда это ты собрался?

Глаза дедушки, смотрящие на меня, сверкали безумием.

****

Сын Чжэ был недоволен этой ситуацией. Да и когда вообще ему нравилось то, что вытворял директор Кук? По крайней мере, когда он работал, у него была цель – зарабатывать деньги и уничтожать Бессердечных. Но сейчас он пришёл сюда из-за сугубо личной мести директора. К тому же, объектом мести оказался какой-то жалкий сотрудник Спецуправления. Сын Чжэ не мог понять. Этот человек самопровозглашённый трус, так почему же директор до сих пор не отомстил?

— На этот раз вы уверены, верно?

Человек, сидевший рядом, посмотрел на него. Сын Чжэ съёжился под этим пристальным взглядом. Почему он так страшно смотрит……………… Ах. Сын Чжэ понял, что говорил формально. Этот человек считал, что, если другие обращаются к нему вежливо, то и он должен отвечать тем же. А ему не нравилось, когда люди, с которыми он хотел бы говорить на «ты», вдруг начинали использовать вежливую форму. Независимо от возраста и положения. Для Сын Чжэ, который был младше директора Кука, это являлось хорошим знаком, но на самом деле ещё и доставляло неудобства. Конечно, Сын Чжэ выбрал неудобства, потому что опасался мести:

— На этот раз ты уверен, верно?

— Если не веришь мне, можешь пойти туда сам.

— Нет, просто я беспокоюсь, что ты будешь испытывать стресс из-за этого дела.................

— Если так беспокоишься о моём стрессе, в обычное время работай как следует. Когда наступает день зарплаты, мне настолько жалко отдавать всем вам деньги, что руки дрожат.

У Сын Чжэ тоже задрожали руки. Какой же отвратительный тип! Ему хотелось закричать и ударить собеседника по затылку, но он с трудом сдержался, так как не хотел с ним связываться. Ведь им платят огромную зарплату за то, что они терпят этого парня.

— И, конечно, я уверен в этом. На этот раз я доставлю Бессердечного прямо к нему. И после этого он не станет умолять меня о помощи?

Директор Кук был так уверен, что Сын Чжэ не захотел возражать. Однако, глядя на сотрудника Спецуправления на другом берегу реки, он не мог не спросить:

— Но, директор. Разве он не должен знать, что ты здесь, чтобы умолять о помощи?

Как он может заметить их с другого берега? Они следили за этим парнем с момента, как он вышел из офиса, но он ни разу не оглянулся и не показал, что кого-то увидел. Тогда, даже если перед ним появится целая толпа Бессердечных, всё это будет бесполезно.

— Конечно, он знает, что я за ним слежу.

Может, это интуиция? Сын Чжэ сомневался, но директор Кук дал разумный ответ:

— Разве можно не заметить, что такой привлекательный и сильный человек, как я, преследует тебя?

— ....

Сын Чжэ повернул голову. Сотрудник Спецуправления наслаждался прогулкой. Настолько, что не заметил бы Бессердечного, даже если бы тот подошёл и поздоровался с ним.

— Но всё же, если он не знает....................

— Эй.

Сын Чжэ сглотнул и отвернулся. В конце концов, мнение других никогда не имело значения для директора Кука, но это всё равно вызывало беспокойство. Увидев, что у Сын Чжэ остались сомнения, директор цокнул, прищёлкнув языком...

— Смотри, насколько я уверен.

На что смотреть? Прежде чем Сын Чжэ успел спросить, рот директора Кука открылся. Открылся очень широко, и из него вырвался громкий звук:

— Лет ит гоу! лет ит гоу!

Ух! Сын Чжэ зажал уши руками и отступил назад. Средь бела дня не кукарекают, какого хера он……………… Однако вскоре лицо Сын Чжэ побледнело. То, что вышло изо рта директора Кука, не было кукареканьем:

— Кант хоулд ит бэк энимо …..Ып!

Директор Кук, рот которого оказался внезапно заблокирован, с силой оттолкнул руку Сын Чжэ. Тот покатился по земле, как лист на ветру, но шок в его глазах никуда не делся. Он услышал, как директор выругался:

— Блять, какого хуя ты творишь?

Что творит? Сын Чжэ просто остановил злодея, который пытался испортить шедевр. Как он посмел петь «Let It Go». Не какую-то другую песню, а именно «Let It Go», которая каждый раз вызывает бурю эмоций! Он встал с места, по крайней мере почувствовав облегчение, что директор Кук прекратил петь. Это был ужаснейший звук. Чтобы успокоить шокированный слух, придётся слушать оригинал целый день. Хотя, наверное, и этого не хватит...

— Директор Кук, я просто подумал, что у тебя может заболеть горло и что нет нужды демонстрировать твой драгоценный голос какому-то сотруднику Спецуправления.

— И это причина?

— Прости. Дело в том, что....................

— Я знаю. Ты, наверное, боялся, что сотрудник Спецуправления влюбится в моё пение.

— ....

Сын Чжэ снова повернул голову. Тот самый Сотрудник всё ещё будто пребывал в другом мире. Судя по тому, что он даже не обернулся на такой шум, он, видимо, глубоко погрузился в свои мысли. В этот момент директор Кук указал на него и спросил:

— Теперь видишь, что я был прав?

— В чём?

— Он знает, что я преследую его.

Он даже не смотрел в их сторону, так как же... Сын Чжэ бросил на директора подозрительный взгляд. Тот ответил с презрением, словно объяснял элементарные вещи:

— Он даже не смотрит в нашу сторону. Специально делает вид, что не замечает.

Специально?

— Я даже песню спел, а он стиснул зубы, но не стал оборачиваться, разве ты не видишь?

Его спокойствие было подобно Будде…

— Он старается не показывать, что заметил меня, даже когда я пою, и не поворачивает голову. Это явное доказательство того, что он ещё как меня заметил.

Сын Чжэ смотрел то на него, то на сотрудника Спецуправления. Он всё ещё был настроен скептически, но чутьё директора Кука на врагов никогда не ошибалось.

— Хмпф, тогда осталось дождаться появления Бессердечного.

— Скоро появится.

Сын Чжэ понятия не имел, где Кук взял Бессердечного. Они не подчиняются приказам. Он его в ловушку загнал и притащил сюда силой что ли? Когда Сын Чжэ спросил об этом, ответ директора Кука был прост:

— Я выпустил его, и он просто побежал.

Просто побежал? И тут перед удивлённым Сын Чжэ появился дедушка, бегущий с большой скоростью. Он был действительно быстрым. И его крики были слышны даже на другом берегу реки.

— А-а-а-а! Беги! Это Бессердечный!

Сын Чжэ инстинктивно потянулся за пистолетом, но остановился. Лицо этого дедушки показалось ему знакомым.

— Э? Разве это не тот дед, которого вы взяли как частный заказ?

— Верно.

Директор Кук ответил довольно холодно. Лицо Сын Чжэ тоже похолодело, а заодно и побледнело. Запрос, который взял директор, поступил только сегодня утром. То, что он за полдня успел поймать Бессердечного и преследовать сотрудника Спецуправления, было шокирующим, но было и кое-что более важное. Настоящая личность этого деда.

— Директор, даже если это Бессердечный, разве можно использовать его как приманку? Ведь заказ нужно было выполнить тайно………

— Когда я говорил, что использую его в качестве приманки? Я просто ненадолго оставил его, и он сам побежал навстречу Хан Чжэ Мёну.

Дедушку, который до этого бежал один, теперь преследовал сотрудник Спецуправления.

— Этот парень, наверное, не знает, что дед на самом деле Бессердечный… Ой, они остановились.

Когда дедушка остановился, сотрудник Спецуправления, который бежал за ним, тоже притормозил. Казалось, они обменялись несколькими фразами. Не было слышно, о чём они говорили, но было ясно видно, как парень отступает. Теперь настал решающий момент.

Сотрудник Спецуправления, наконец поняв, что дедушка и есть Бессердечный, должен был закричать, умоляя о помощи, чего и хотел директор Кук. Да и как иначе?

Дед крепко схватил парня за плечо, когда тот попытался отступить. Ну, теперь на лице этого сотрудника должен появиться ужас……

Именно тогда это и произошло. Дедушка опустил руку и просто развернулся.

— Какого...

Сын Чжэ издал удивлённый звук и шагнул вперёд. Странно, почему он просто развернулся? Хотя из-за расстояния нельзя было разглядеть детали, на лице дедушки точно была видна характерная для Бессердечного агрессия. Так почему же он не набросился на сотрудника Спецуправления? Он даже схватил его за плечо, но почему вдруг просто отпустил? Тем временем чертовски удачливый сотрудник отскочил назад и, как сумасшедший, побежал в противоположную сторону. Бессердечный же стартанул в другом направлении.

— Директор, Бессердечный сбежит.......

Торопливый голос Сын Чжэ затих. Бессердечный убегал прямо у них на глазах, но это больше не имело значения. Он посмотрел на лицо директора Кука и невольно сглотнул. Лицо было бесстрастным, но подойти ближе было невозможно. Директор до самого конца не сводил глаз с убегающего.

Но он смотрел не на Бессердечного.

Только когда сотрудник Спецуправления полностью исчез из виду, директор Кук отвернулся. Привычно достав топор, он отправился преследовать дедушку. Сын Чжэ последовал за ним, затаив дыхание. От директора исходила необычайно зловещая аура.

— Ох, сумасшедший дед. Я же чуть не погиб…

Я с облегчением вздохнул только когда оказался в безопасном пространстве своего дома. Мне это не приснилось, я действительно наткнулся на Бессердечного, неторопливо прогуливаясь по мирной тропинке? К тому же, на нём были лимитированные кроссовки Jordan, и, видимо из-за дорогой обуви, тот дед был очень быстрым. Но Бессердечный, серьёзно? Какая нелепость: такие кроссовки жалко даже просто хранить, а он бегал в них, уже обратившись. Придётся быть осторожным, чтобы не стать Бессердечным. Хотя осторожность не гарантирует, что всё будет так, как я хочу, но что поделать…

Прокручивая в голове эти выводы, я открыл блокнот, решив сосредоточиться на своих мыслях. Раз мне сказали, что я могу отдыхать дома, пока нет работы, я решил выплеснуть остатки своей творческой энергии.

Да, директор Кук, я сделаю так, что вас проклянут тысячи моих читателей одновременно. Конечно, их реальное количество — около 350, но если каждый выругается трижды, то получится больше тысячи...

Я долго приводил в порядок заранее написанные материалы. Поскольку злодеяний, о которых нужно было рассказать, накопилось бесконечное множество, я не испытывал трудностей в написании текста. А когда очнулся, прошло уже несколько часов. Несмотря на это, идей у меня всё ещё оставалось огромное количество.

Я планировал включать сцену с вымогательством денег за еду в каждый выпуск. А если просто записать все эгоистичные высказывания, услышанные мной за это время, может не хватить места на странице…

Я ликовал от того, что в этом месяце смогу публиковаться каждый день, когда мне позвонила редактор. Это было неожиданно. Обычно она не связывается со мной, если это не срочно, потому что телефонные разговоры дорогие.

— Да, госпожа редактор.

[....]

Из трубки не доносилось ни звука.

— Алло?

[Писатель Хан, верно?]

Она сама позвонила, так зачем спрашивает? Я удивлённо поинтересовался, в чём дело. После долгой паузы последовал тот же вопрос:

[…Вы ведь писатель Хан?]

— Да, но какого хрена? Возникла какая-то проблема?

[С писателем Ханом всё в порядке?]

— Да, я в порядке, почему вы спрашиваете........

Вдруг мне в голову пришла мысль. Я побледнел и закричал, вскочив с места:

— Ах, неужели мой роман закрывают?! Мне больше нельзя публиковаться?! Издательство решило, что его невозможно читать, потому что он слишком детский….

[Нет, это не так.]

Правда? Когда я, дрожа от страха, несколько раз переспросил, редактор, наконец, рассмеялась.

[Да, вы можете продолжать писать и публиковаться. Кстати, я рада, что с вами всё в порядке. Я испугалась, что вы стали Бессердечным.]

— Я? Почему возникло это недоразумение?

[Это...]

Она поколебалась, как будто ей было трудно об этом говорить, а затем понизила голос:

[На самом деле, поступил запрос информации от компании, которая охотится на Бессердечных.]

— Я? Обо мне?

[Нет, не конкретно о вас, но запрос был только по вашему роману. И IP-адрес совпадает с вашим... XXX – это же ваш дополнительный аккаунт, верно?]

— Да... Говорите, они запросили данные именно по нему?

Почему я? Я использовал этот аккаунт только для увеличения количества просмотров моего романа и никогда не пользовался им для каких-то других целей. За исключением одного случая, когда я отправил сообщение своему поклоннику, Милашке, чтобы помочь ему изменить решение. Неужели это стало проблемой? Но это не было чем-то серьёзным... В моих ушах снова прозвучал вопрос:

[У вас действительно всё в порядке?]

— Я не Бессердечный. Вы же знаете, я работаю в Спецуправлении.

[Да, поэтому я и связалась с вами, чтобы сначала уточнить. Но зачем тогда они запросили эти данные?]

— Из какой компании поступил запрос?

[У меня была их визитка, но... извините, я не могу её найти. Если найду, свяжусь с вами. Они просили предоставить данные до завтра, что мне делать?]

— Можете предоставить. Только не говорите им, что я писатель.

Она беспокоилась, но я заверил её, что всё в порядке, и закончил разговор. Положив трубку, я в замешательстве покачал головой... Почему? На кой хер им проверять мой аккаунт? Или, может, он зарегистрирован на умершего человека? Похоже, мне нужно будет завтра пойти в офис и выяснить это. Наверняка это просто какая-то мелкая компания, которая по ошибке расследует данные погибшего...

Я решил не придавать этому значения и зайти на сайт, где публиковал свою работу. Хотелось проверить реакцию на роман, главы которого я выложил в большом количестве рано утром. Мне уже не терпелось узнать, как люди отреагировали на появление злодея. Вероятно, они жалеют моего главного героя Сиу, не так ли? Или решили, что директор На выглядит ещё круче на фоне этого негодяя? Я как раз собирался открыть страницу, когда...

Динь-дон.

Сначала я не понял, что это за звук. И неудивительно, ведь я живу на 15-м этаже, и сюда сложно подняться по лестнице, так что здесь нет случайных посетителей или доставок. По сути, это был первый звонок в дверь с момента моего переезда. Я вышел в прихожую и посмотрел в глазок. С другой стороны двери на меня таращился чей-то глаз.

Ух!

Я испугался и отскочил. Что, что это такое?!

Тук, тук, тук, тук, тук!

Человек снаружи постучал в дверь.

— К...Кто там?

Стук прекратился. Но тишина стала ещё более зловещей. Я прижался к стене, боясь, что человек снова посмотрит в глазок.

— К... Кто это!

— ....

— Если вы сейчас же не уйдёте, я вызову полицию!

Ответа не последовало. Я, испугавшись, даже перестал дышать, прислушался к звукам за дверью, а затем осторожно шагнул вперёд.

Динь-дон!

Ух! Я снова внутренне закричал и отпрянул назад.

— Ис...Исчезните! Я уже позвонил в полицию!

— Господин Хан Чжэ Мён?

Злоумышленник знал моё имя. Кроме того, этот голос я уже где-то слышал.

— Кт... кто это?

— Это я.

«Это Я»? Да откуда мне знать, кто………

……….! Тудум.

Я резко отступил назад. Бля, это Бессовестный! Мне захотелось отойти ещё дальше.

— Господин Хан Чжэ Мён. Не отходите, откройте дверь, хорошо?

Я вздрогнул и замер с уже отведённой назад ногой.

— Чт... что вы здесь делаете?

— Вы что, Бессердечного там прячете? Откройте дверь, пожалуйста.

Чёрт, чёрт, чёрт. Я выругался про себя, но выбора особо не было, и я открыл дверь. Лишь слегка приоткрыл её, но снаружи вдруг резко потянули за ручку. Ух! Я испугался и отпрыгнул, а Бессовестный вошёл в квартиру.

— Директор Кук, как вы здесь..........

Он осмотрел комнату поверх моей головы, затем опустил взгляд на меня.

— Это я должен спрашивать. Как вы здесь оказались?

Что значит «как», это мой дом…

— Я приехал сюда, получив наводку, что здесь живёт человек, которого я ищу. Этот человек.

Он опять протянул мне фоторобот, нарисованный ногой. Невероятно. Они получили реальную информацию благодаря этому рисунку? У кого, блин, такие проблемы с глазами?

— Кто-то, похоже, ошибся.

— Наводка поступила от охранника, который говорил с этим человеком напрямую.

Значит, тот дядя всё-таки всё рассказал. А он ведь похлопывал меня по плечу и говорил держаться... Однако я не чувствовал предательства. Думая о том, через что пришлось пройти охраннику, я был даже благодарен, что он продержался так долго.

— Но почему здесь вы, господин Хан Чжэ Мён? Где этот человек?

— Он умер.

Я сам не понял, как у меня вырвались эти слова. Ведь я ещё даже не подготовил документы, поэтому растерялся, и мой голос задрожал. Что, если он потребует назвать имя или предъявить тело?

— Похоже, этот человек жил здесь до моего переезда. Он... он умер. Я...я же сотрудник Спецуправления. Вам, конечно, интересно, кто он, да? Я ск.....скоро предоставлю документы. Так что, поскольку этот человек умер, значит...

— Понял.

— Что?

— Я понял.

Закончилось как-то скучно. Я чуть не спросил: «Почему?». Ведь это его директор Кук так настойчиво искал, расклеивая листовки? Под моим подозрительным взглядом он снял обувь и вошёл внутрь. И медленно осмотрел квартиру.

— Здесь грязно.

Моё лицо непроизвольно напряглось. Что, грязнее, чем твой характер?

— Почему квартира, в которую вы только что въехали, выглядит такой неубранной, будто вы прожили в ней много лет?

С этим человеком нельзя расслабляться. Я спокойно ответил:

— Просто я от природы грязнуля.

— Оно и видно.

Я снова посмотрел на него с подозрением. Может, он уже знает, что я преступник, и притворяется, чтобы вывести меня из себя и добиться признания?

— Директор Кук, если у вас нет дела, то, пожалуй….

— Вы заняты, господин грязнуля Хан Чжэ Мён?

— Занят.

— Чем? Захламлением квартиры?

Этот человек определённо сейчас был более саркастичным, чем обычно.

— Какое вам дело до того, как я провожу время у себя дома?

— Просто интересно. Для человека, который чуть не умер, вы довольно беспечно его проводите.

Пока я застыл в недоумении, он уверенно направился к двери в мою спальню. Подождите, там же лежат мои записи и заметки для романа! Я быстро бросился вперёд, отгородив его от двери.

— Что вы делаете?

Несмотря на то, что я заблокировал путь, он продолжал идти. Мне пришлось отступать, пока моя спина не коснулась двери. Тогда он остановился и посмотрел на меня сверху вниз.

— Вы скрываете в этой комнате какой-то секрет?

— Какое отношение это имеет к вам, директор Кук?

— Скрываете.

Чёрт.

— Ничего подобного. Какого хрена вы роетесь в чужом доме?

— У меня плохое предчувствие насчёт этой комнаты.

Ты хочешь сказать, что мой роман из разряда «Бессердечных»? Что не так с моим романом? Что с тобой не так?!

— Используйте свою интуицию, чтобы ловить Бессердечных, а не шастайте по чужим домам.

— Разве это моя вина?

— Что?

— Это дом виноват в том, что мне хочется по нему шастать.

Ну что за ублюдок?! Он ещё раз бросил взгляд на дверь и, наконец, отошёл.

— У вас гость, ничем его не угостите?

Мне хотелось угостить его чашей с ядом, но под рукой ничего подходящего не было. Я просто растерянно смотрел на Бессовестного, пока он не отвернулся.

— Вы чуть не умерли, поэтому до сих пор не в себе?

— Вы всё время говорите, что я чуть не умер, но я не понимаю, почему?

— Бессердечный же схватил вас за плечо на дамбе.

А? Откуда он знает?

— Не надо притворяться удивлённым. Вы же знали, что я наблюдаю.

— Что?

— Хоть вы и осознавали, что я рядом, всё же не думаю, что вы захотите признаться, как сильно старались делать вид, что не замечаете меня.

О чём, блять, говорит этот сумасшедший ублюдок?

— Директор Кук, кажется, здесь какое-то недоразумение…

— Недоразумение? То, что вы, Хан Чжэ Мён, справились с Бессердечным, даже не пошевелив пальцем, тоже недоразумение?

В этот момент я совершил ошибку, которую не должен был совершать: никак не отреагировал. Несколько секунд я оставался неподвижным, а затем неловко улыбнулся.

— Да, недоразумение. Мне просто повезло, я сам был в шоке. Не знаю, почему тот дедушка просто ушёл...

Бессовестный уставился на меня без всякого выражения, пока я отчаянно соображал. Нужно было придумать что-то правдоподобное... Причину, по которой мне так повезло. Прокрутив в голове события, я вдруг вспомнил одну деталь:

— Тот дедушка был скорее слабоумным *, чем Бессердечным.

Да, дед на мгновение проявил агрессию Бессердечного, но его слова и действия были как у ребёнка. Или как у слабоумного. И, похоже, моя догадка оказалась верной, так как брови Бессовестного взметнулись вверх.

— У того дедушки деменция *, не так ли? И он превратился в Бессердечного?

— .....

— Верно, поэтому он и отпустил меня. Если у него уже была деменция, болезнь мозга, то он и вёл себя иначе, когда стал Бессердечным. Это и есть причина, по которой мне так повезло, ха-ха…

* Деменция – понятие, которое описывает группу симптомов. Является диагнозом.

Старческое слабоумие – это общий термин.

Иными словами, Деменция – это приобретённое слабоумие, причиной которого могут быть повреждения или заболевания головного мозга. Чаще всего деменция развивается в возрасте 65 лет и старше, поэтому её также называют старческим слабоумием.

Я громко рассмеялся, но почти сразу напрягся. Потому что на бесстрастном лице Бессовестного внезапно появилась улыбка. Чёрт, почему он улыбается?

— Бессердечный с деменцией может внезапно потерять свою агрессию… Это теория, достойная научной статьи. Вам не кажется?

— Ну, до статьи ещё да...

— Нужно сообщить об этом важном научном открытии в исследовательский центр по изучению Бессердечных. Хан Чжэ Мён, вы же сотрудник Специального управления, более надёжного свидетеля не найти.

— Не знаю, возможно, это произошло случайно.

— Случайно? Вы же сказали, что из-за слабоумия того деда? Или слабоумие не при чём? Случайно... Бессердечный же отпустил вас, господин Хан Чжэ Мён? Тогда причина случайности, видимо, в вас. А может, она в этой комнате?

Бессовестный вытаращился на дверь моей спальни. В его взгляде читалась решимость любым способом открыть её и проверить, что внутри. Если этот чёртов псих узнает, что я пишу роман, насколько подло и мерзко он будет смеяться?

Тем временем он снова шагнул к двери, но я быстро преградил ему путь… Бессовестный попытался оттолкнуть меня и пройти, но вдруг остановился. Я, блокируя дорогу к двери растопыренными руками, украдкой поднял глаза. Он стоял неподвижно, глядя на меня сверху вниз, а потом вдруг наклонился к моим волосам. Внезапно меня осенило. Ой! Моя двойная макушка! Я резко оттолкнул его и отступил назад, моё сердце бешено заколотилось. Неужели он догадался? Но Бессовестный лишь хмурился со странно напряжённым выражением лица.

— Что это за запах?

— Запах?

— Ваши волосы так хорошо пахнут. Чем, чёрт возьми, вы их моете?

— О, огуречным мылом?

Его глаза сузились. Похоже, он не знает, что это. Поэтому и несёт чушь.

— Чертовски хорошо.

— Директор Кук. Тот дедушка действительно отпустил меня из-за его слабоумия........

— Что ж, давайте проверим.

И как он собрался это проверять?

— Нужно спросить его семью и друзей, не вёл ли он себя странно до того, как стал Бессердечным.

— Хорошо. .....

— Пойдёмте.

— Я? Почему я?

— Если не хотите, я пойду один и всё узнаю. Почему он схватил господина Хан Чжэ Мёна за плечо, будто хотел убить, а потом просто отпустил? Но, если это окажется обычный Бессердечный, без каких-либо отклонений....

Он, прищурившись, сделал шаг ко мне.

— Я не только обыщу эту подозрительную комнату, но и переверну всю вашу жизнь, разберу её по кусочкам и найду то, что вы пытаетесь скрыть. И узнаю, что это за огуречное мыло.

Он повернулся и уверенным шагом направился к входной двери. Но, прежде чем обуться, он обернулся. Потому что я, не успев понять, что делаю, позвал его, подходя ближе:

— По...Подождите.

Он повернулся ко мне с таким видом, словно только этого и ждал. Его высокомерный взгляд буквально кричал «Ну, говори». Я с трудом открыл рот, мой голос дрожал, так как я выдавливал слова, которые не хотел произносить:

— Я бы хотел помочь в расследовании.

Бессовестный удовлетворённо улыбнулся.

— Раз уж вы сами предложили свою помощь, вам не заплатят ни воны.

****

Сын Чжэ подумал, что, если мир рухнет, то богатые выживут вместе с тараканами... Дом площадью в несколько тысяч квадратных метров представлял собой рай на земле. В большом саду, похожем на лес, были пруд, великолепный фонтан, несколько павильонов и даже искусственный ручей. Ночью по всему большому дому ярко светили синие огни, создавая впечатление, что сейчас день.

Освещение, которое другие включают, чтобы выжить, здесь было изысканным украшением. И охранников по всему периметру дома, похожего на крепость, было больше, чем фонарей. Это место казалось безопаснее, чем атомная электростанция. Зачем такие строгие меры безопасности? Это казалось чрезмерным.

Он бывал во многих богатых домах, но нигде не видел ничего подобного. Хотя Сын Чжэ не жаловался на большое количество охраны, ведь его не касалось, как богатые тратят свои деньги.

Владелицей этого дома была дочь председателя какой-то крупной компании, а нанял FOURKEY сын этого же председателя. И сейчас дочь и сын разговаривали об этом. Как и большинство братьев и сестёр, они друг с другом явно не ладили.

— Ты с ума сошёл, оппа? Нанять кого-то для убийства отца! Ты вообще в своём уме?! Как можно так с ним поступить?!

Это кричала женщина средних лет. Её лицо побледнело, а руки дрожали, она не могла сдержать гнев. А вот лицо мужчины примерно её же возраста, стоявшего перед ней, было искажено раздражением.

— Не выдумывай. Что мне ещё делать, если отец стал Бессердечным?

— Мы же пока не уверены. Ещё неясно, стал он Бессердечным или нет. Если бы ты действительно был его сыном, ты бы приказал не убивать его, а хотя бы схватить живым. Даже если ты ждал смерти отца, это уже слишком!

— Следи за языком.

— Разве это неправда? Все знают, что оппа угрожал отцу и запугивал его, чтобы захватить компанию. Поэтому, как только врач сказал, что отец может быть Бессердечным, ты сразу же нанял охотников!

Глаза сестры наполнились слезами. Её брат смотрел на неё с ещё большим раздражением.

— Блять, да хватит лицемерить! Ты так себя ведёшь, потому боишься, что, если отец сейчас умрёт, он не сможет изменить завещание.

— Что?

— Он не изменит завещание. Ты же знаешь, этот жадный старик никогда не разделит компанию. Значит, компания моя. Готовься ползать у меня в ногах. Я заберу всё, что у тебя есть, и уволю всех твоих мерзких сотрудников. А этот жуткий дом? Я снесу его в один миг. Мне очень интересно посмотреть на твоё лицо, когда это произойдёт.

На глазах у всех старший брат насмехался над младшей сестрой, издеваясь над ней. Она же смотрела на брата с отвращением, ведь подобное, видимо, происходило уже не раз. Окружающие тоже не выглядели сильно удивлёнными. За исключением одного человека.

— Эй.

Сын Чжэ обернулся, раздражённый голосом, обратившимся к нему. Надоедливый сотрудник Спецуправления задал вопрос:

— Эти люди – сводные брат и сестра?

— А что?

— Кажется, он слишком уж груб.

— .....

— Этот так называемый оппа сказал «блять» при своей сестре. Вы разве не слышали?

— Эй, почему вы шепчете? Это раздражает, тем более все остальные уже вышли.

На это сотрудник Управления смущённо пробормотал:

— Мы всё же не одни.

Конечно, остались охранники. Сын Чжэ проигнорировал парня, включил планшет и начал изучать планировку дома.

— Послушайте.

— Ну что ещё?

— Почему охранники так на нас смотрят?

Действительно надоедливый…

— Это люди, нанятые дочерью председателя. А нас нанял его сын.

— И?

Что значит «И»? Объяснение закончено.

— Вы же видели, что они в плохих отношениях. Стало яснее?

— Почему в плохих?

Сын Чжэ нахмурился и отвёл взгляд. Да бля, дел и так полно, а тут ещё это...

— Не знаю, почему. Видимо, дело в деньгах.

— Разве?

Зачем, чёрт возьми, директор Кук притащил сюда этого человека? Чтобы надоедал?

— Я думал, что на нас смотрят, как на воров, вот и спросил, чего они так пялятся. А оказалось, здесь реально боятся, что мы украдём у них деньги.

На этот раз в голове Сын Чжэ не возникло слово «надоедливый». Вместо этого он задался вопросом «Что за хрень?» и обернулся.

— Что значит «как на воров»?

— Разве охранники наблюдают за нами не потому, что думают, что мы воры?

Только тогда Сын Чжэ оглядел охранников. Было несколько человек, которые наблюдали за ними, даже не избегая зрительного контакта. Сначала он думал, что это обычная настороженность по отношению к людям из чужой компании, но их пристальные взгляды явно означали нечто другое. Они словно контролировали, как и сказал сотрудник Спецуправления.

— Но, судя по содержанию ссоры, сын, похоже, забирает всё наследство. И при этом дом полон охранников, нанятых дочерью…

— Это потому, что дочь жила здесь вместе с отцом.

— А, значит, дочь искренне переживает за отца.

— Конечно, так и есть.

Сын Чжэ кивнул, но затем нахмурился:

— Откуда вы знаете, искренне или нет? Раз уж пришли помочь, не болтайте лишнего.

— Действительно. Сказал лишнее. Нельзя же просто так разбрасываться словами, что великий FOURKEY встал на сторону грубого жадного до денег сына и участвовал в убийстве его отца.

Сын Чжэ на мгновение понял чувства директора Кука. Если сотрудник Спецуправления продолжит язвить, у него, возможно, тоже возникнет желание мстить… Но следующий вопрос развеял это ощущение:

— Кстати, дом-то огромный. Даже от ворот до здания на машине ехали минут пять. Если бы председатель спрятался здесь, мы бы этого и не поняли, верно?

Сын Чжэ ничего не ответил, только молча проверил чертёж планировки дома на своём планшете. Проклятье, да откуда он знает?

Бессовестный, который угрозами заставил меня приехать в дом Бессердечного председателя, объявился лишь только к закату. Когда он пришёл, взгляды охранников стали ещё более свирепыми. Нет, серьёзно, они следили за нами слишком пристально. Либо наблюдали, чтобы мы ничего не украли, либо у них уже был неприятный опыт столкновения с сучьим нравом Кука… Скорее всего, последнее.

Как только директор прибыл, его сразу же вызвали к заказчику. В ту самую большую комнату, где ранее яростно ссорились брат и сестра. Возможно, это был кабинет их отца, так как на стенах висело множество фотографий, рассказывающих историю компании. На них был запечатлён молодой председатель. В основном на строительных площадках в США, Южной Америке, Европе и других местах. Комната словно была заполнена историями из прошлого, как будто он ностальгировал по тем дням, когда ездил по всему миру.

Сейчас же в этой комнате находился его сын, – человек, который хотел, чтобы отцу перерезали горло… Мужчина выглядел раздражённым из-за долгого ожидания, но Бессовестному он улыбнулся. Сын председателя явно был отличным бизнесменом.

— Прошёл уже целый день, вы же сможете его поймать?

— Не это важно. Бессердечного я могу поймать с закрытыми глазами.

— А что тогда важно?

— Деньги. Вопрос в том, сможете ли вы мне заплатить.

Сын председателя разразился громким удивлённым смехом.

— Разве вы не знаете, кто я? Я могу сложить перед вами золотые слитки прямо сейчас, так что не беспокойтесь, просто поймайте его и удостоверьтесь, что от него избавились.

— Я позабочусь о том, чтобы избавиться от Бессердечного, а у вас будет время до завтрашнего рассвета, чтобы собрать в кучу золотые слитки, которыми вы только что хвастались. Вы пообещали, и, если нарушите своё обещание, я взыщу с вас неустойку, указанную в контракте.

— Деньги – не проблема, но… до завтрашнего рассвета?

— Я имею в виду, что буквально к рассвету я отрублю голову вашего отца и положу её на этот стол.

При этих словах директора Кука сын председателя удовлетворённо улыбнулся.

— Как я и слышал, вы полны уверенности...

— Да я и красотой не обделён.

— Ахахахахаа...

— Хахахаха-.

Они оба радостно рассмеялись. Лица тех, кто наблюдал за сотрудничеством двух людей, одержимых деньгами, помрачнели. Даже Щелчок, который работал с директором Куком уже несколько лет, не выглядел довольным. Вспомнив, зачем я вообще здесь нахожусь, я подошёл к нему и попытался получить хоть какую-то информацию:

— Вы действительно думаете, что директор Кук сможет поймать председателя до завтрашнего восхода солнца?

— А что? Разве есть причина, почему нельзя поймать его быстро?

— Да.

— Что?

— Что?

Щелчок посмотрел на меня как на сумасшедшего. Но если Бессовестный поймает председателя раньше, чем я успею всё расследовать, и объявит его обычным Бессердечным, это станет проблемой. Тогда он ворвётся в мою комнату и.................... По всему телу побежали мурашки. Уж лучше я сам поймаю председателя и избавлюсь от него своими руками, чем позволю Бессовестному обнаружить и высмеять мой роман. Чёрт, одна мысль о том, что мне придётся охотиться на Бессердечного, вызвала у меня тошноту…

Однако в следующий момент принятое мной только что решение всей жизни быстро пошатнулось.

— Это сотрудник Спецуправления, который пришёл помочь мне.

Ни с того ни с сего Бессовестный представил меня сыну председателя.

— Он планирует не отлипать от меня 24 часа, 1 440 минут или 86 400 секунд.

Блять, чёрт.

— О, а он хорош?

— Абсолютно нет, он будет только мешать. У него неуклюжая тушка, которая падает сама по себе.

Мне захотелось помочь Бессовестному упасть прямо сейчас.

— Тогда зачем вы таскаете такого бесполезного человека с собой? Я не хочу, чтобы кто-то помешал устранению цели.

Захотелось помочь упасть и сыну председателя. В конце концов, это был человек, горящий желанием перерезать горло своему отцу... И конечно, достойным собеседником для сына, одержимого деньгами, мог стать только человек, не менее одержимый ими.

— Такая незначительная мелочь не сможет помешать моей работе. Только некомпетентные охранники, подобно тараканам, сбиваются в кучу и сваливают свою некомпетентность на обстоятельства.

Уровень свирепости в глазах следящих за нами охранников возрос.

— Я не против, чтобы этот сотрудник таскался за мной.

Свирепостью наполнились и мои глаза. Кто за кем ещё таскается?!

— Но ещё он встречался с нашей целью, председателем, и сделал странное замечание.

— Странное замечание?

— Он сказал, что председатель отличается от обычного Бессердечного. Также этот сотрудник утверждал, что председатель стал Бессердечным, уже будучи пациентом с деменцией.

Хах, все взгляды обратились ко мне, и я неловко улыбнулся. Сын председателя, глядя в мою сторону, яростно заскрипел зубами.

— Деменция?! Что за чушь?! Деменция – всего лишь слово, которое специально выдумала моя сестра. Так она пытается всех убедить, что завещание отца поддельное! Кто ты, чёрт возьми, такой, чтобы говорить подобное?! А?!

Сын председателя вскочил, указывая на меня пальцем. Я быстро поднял руки.

— Туале...

К счастью, заявление о том, что мне нужно выйти в туалет, не прозвучало полностью. Потому что внезапно дверь широко распахнулась, и в комнату ворвалась младшая сестра.

— Даже врачи признали наличие симптомов деменции у нашего отца. А ты, оппа, воспользовался его недугом, чтобы заставить подписать завещание!

— Ты, сучара.

Палец сына председателя теперь был направлен прямо на сестру. Очень мило с его стороны: стал человеческой стрелкой, показывая всем, с кем он разговаривает…

— Ты что, забыла, как доктор сказал, что это был неправильный диагноз?! А?

— Я не знаю, сколько ты заплатил тому человеку, но доктор Чой, лечащий врач отца, точно знает о его состоянии. Без понятия, что ты можешь сделать с доктором Чоем, поэтому он не вернётся в Корею до суда. Если завещание будет признано недействительным, то в силу вступит его предыдущий вариант, понимаешь? И тогда ты не получишь ни копейки.

— То же самое касается и тебя! Блядство, я же отдаю тебе долю, так что за херню ты творишь! Суд? Ха! Ты не сможешь меня победить. Даже если ты привлечёшь доктора Чоя...

— Если это то, чего ты хочешь, я могу закрыть на всё глаза. Если ты пообещаешь мне одну вещь.

Пауза. Выражение лица сына председателя ожесточилось. Он быстро огляделся по сторонам, как бы подавая сигнал, чтобы остальные ушли. Но его сестра не обратила на это внимания и заговорила первой:

— Оставь его в покое. Я буду заботиться о нём до конца. Не трогай его, оппа.

— ....

Впервые я осознал, что эти двое – брат и сестра. Было ощущение, что брат в конце концов примет предложение. Возможно, ему и были нужны только деньги, но в глубине души он, вероятно, не хотел убивать своего отца. После долгого молчания сын председателя открыл рот:

— Ты можешь это пообещать?

— Да. Вызови адвоката.

— Не вариант.

В разговор вмешался третий голос. Это был директор Кук, который сидел на диване, закинув ногу на ногу, и наблюдал за происходящим.

— Что значит «не вариант»? Это семейное дело. Не вмешивайтесь.

— Это не семейное дело. Вы сейчас открыто сговариваетесь не устранять Бессердечного. Причём так бесстрашно об этом говорите, даже в присутствии сотрудника Спецуправления. Я не могу этого допустить.

Младшая сестра, нахмурившись, обернулась ко мне. Я лишь выдавил неловкую улыбку и взглядом дал понять свои намерения: я всего лишь третье лицо и ничего не знаю.

— Директор Кук. Давайте позже поговорим наедине.

Сын председателя выступил вперёд, предлагая решение. Бессовестный ухмыльнулся в ответ на его слова.

— Всё, что должен сказать мне босс, – это пообещать, что деньги завтра будут лежать прямо здесь, на этом столе. Вы же знаете, да? Каков будет размер неустойки, если мы сейчас расторгнем контракт?

При слове «неустойка» сын председателя крепко сжал губы. Я и не глядя мог понять, насколько велика сумма. Даже когда младшая сестра позвала: «Оппа…», сын председателя не встретился с ней взглядом. Женщина разразилась истерическим смехом:

— Он же согласен сделать, как ты хочешь. Спаси нашего отца. Это настолько трудно?

— Это всё твоя вина! Если бы ты предложила раньше...

— Это оппа нанял охотника, чтобы убить отца прямо сейчас!

— Эй! Какой теперь смысл обсуждать это.

— Что не так? Ты боишься этого человека? Ты боишься его настолько, что предпочёл бы убить своего отца?

Младшая сестра указала на директора Кука. Я хотел объяснить, что её оппа явно разбирается в людях лучше, чем она думает. Но вместо меня вперёд выступил Бессовестный:

— Начальник Хон, загрузи отснятое сейчас видео на сервер и разошли нужным людям. Добавь ещё, что, если я не выйду на связь до завтрашнего восхода солнца, нужно будет всё опубликовать и разрушить эту семью.

— Эй, что за видео?

— Во время работы часто возникают такие вот паршивые ситуации. В моём контракте чётко прописано, что я имею право записывать и раскрывать все детали дела, в котором участвую. Спросите у своего брата.

— Да кто ты такой, чёрт тебя дери....................

— Кто я? Тот, кто отрубит голову твоему отцу.

Сестра замолчала и снова посмотрела на брата. Сын председателя дал ей знак, что они поговорят позже, и успокоил Бессовестного:

— Господин Кук, никаких нарушений контракта не будет. Однако, если вы не выполните то, что обещали, к завтрашнему утру, я тоже буду требовать неустойку. Вы сами это гарантировали, так что возражений не будет?

— Ни одного. Теперь, когда вы это сказали, сэр, я хочу как можно тщательнее обыскать этот дом.

При этих словах сестра шагнула вперёд.

— Обыскать? Почему именно наш дом?

— Разве вы не слышали? Ваш отец здесь.

Она удивлённо переводила взгляд с брата на Бессовестного.

— Это правда? Откуда вы знаете?

— Потому что я загнал его сюда.

Не успел он договорить, как сестра выбежала из комнаты, и большинство охранников вышли за ней. Снаружи уже стемнело, но во всём здании чрезмерно ярко горел голубой свет, словно всё ещё был день. Получается, если председатель спрятался где-то в доме, двигаться он не может. Сестра всю ночь будет рыскать по территории, одержимая желанием найти отца раньше Бессовестного. Но почему этот Бессовестный так спокоен?

— Всё становится действительно интересным, сэр.

— Что вы имеете в виду?

Сын председателя уже собирался уходить, но обернулся.

— Если ваша сестра найдёт отца первой, она получит и отца, и наследство. Но если первым найду его я, вы и денег лишитесь, и наследство не получите.

— Не получу наследство?

— Знаете ли, слабоумный Бессердечный – это особый случай. Голову вашего отца сразу после отсечения отправят в лабораторию.

— Директор Кук.

Сын председателя выдавил улыбку. В его глазах сквозила убийственная злоба, которую заметил бы каждый.

— Слова о том, что отец находится в доме, правда?

— Да.

— Надеюсь, завтра утром мы над этим посмеёмся.

— Я тоже.

Они обменялись улыбками вместо прощания. Это были улыбки, совершенно противоположные тем, что были недавно, когда эти мужчины впервые встретились…

После того как сын председателя ушёл, я повернулся к Щелчку, чтобы задать ему вопрос, но его не было. Он только что был здесь, куда он делся?..................

— Похоже, мы остались вдвоём.

Я вздрогнул, услышав низкий голос Бессовестного. Неосознанно оглядевшись вокруг, я увидел троих вполне себе живых охранников, которые стояли, недоумённо вытаращив глаза.

— Что такое? Смущаетесь из-за того, что мы вдвоём?

Мне было неловко. Неловко за каменноголового Бессовестного, который даже не может сосчитать до пяти…

— О чём вы? С чего вы взяли, что в этой комнате только мы?

Я быстро указал глазами на охранников, но Бессовестный фыркнул и встал.

— Хм, вы видите других людей?

— Очень ясно и чётко, просто отлично вижу.

— Ждите у себя и даже не думайте следовать за мной.

Хлоп!

Он вышел из комнаты, а я ещё долго смотрел на закрытую дверь. Этот ублюдок, наконец, окончательно спятил…

***

Я ожидал, что ночь будет очень долгой, но не думал, что даже осмотреть отведённую мне комнату окажется так трудно. Я шёл на второй этаж по извилистому коридору, но на середине пути появился человек, который повёл меня в другое место. В большой гостиной меня кто-то ждал.

— Здесь только я. Больше никого нет, так что можете спокойно заходить.

Сестра предложила мне войти, когда я замер у двери. Я всё же осмотрел гостиную, чтобы убедиться, что в ней не спрятался снайпер, и только потом вошёл.

— Сначала задам один вопрос. Вы тоже делаете это ради денег?

— Нет, это не так.

— Это хорошо, но и немного жаль.

Она горько улыбнулась.

— Я думала, что будет проще вас подкупить.

Её слова заставили мой взгляд стать серьёзным. Чёрт, меня вполне можно подкупить. Неужели она уже сдалась?

Из-за того, что Бессердечные стали приоритетом для всех законов, дисциплина в Спецуправлении также ужесточилась. Уровень наказаний там был на порядок выше, чем в других департаментах.

Если бы я взял деньги, связанные с Бессердечными, отстранение от должности было бы минимальной карой, помимо штрафа в несколько раз больше суммы взятки и тысяч часов общественных работ. Но это касалось только Бессердечных. На сделку, связанную с охотниками, я был готов пойти. Если бы речь шла о том, чтобы закрыть глаза на избавление от Бессовестного, я бы и сам с радостью заплатил.

— В жизни часто всё идёт наперекор ожиданиям: иногда можно найти неожиданных союзников, а иногда получить неожиданную помощь в решении проблем.

— Это правда?

Я энергично кивнул. Конечно, правда. Ну же, давай, попробуй подкупить меня снова.

— Неожиданная помощь, говорите... Значит, мне не стоит просить помощи у вас.

— Что?

— На самом деле, на днях я получила неожиданную помощь, когда была в отчаянии, так что я прекрасно понимаю, о чём вы говорите.

Что понимает? Умственные способности дочери председателя были явно не на высоте. Я торопливо спросил:

— Разве вы позвали меня не потому, что беспокоились об охотнике?

— Да. Я узнала, что этот человек очень опасен.

— Весьма опасен.

— А ещё у него отличные навыки, не так ли?

Мне не хотелось этого признавать. Я отвёл взгляд, но, услышав её сильный голос, снова посмотрел на неё.

— Тот человек не сможет убить моего отца. Ни за что.

— Единственный способ остановить это – сначала избавиться от того человека.

Дочь председателя слабо улыбнулась. Я посмотрел на неё, и слова выскочили из моего рта будто сами по себе:

— Если это правда, то я не смогу просто оставаться в стороне.

— Это типичное заявление для сотрудника Спецуправления.

— Я говорю так не потому, что я из Управления. А потому что, если тронуть директора Кука, количество невинных жертв только увеличится. Директор – совсем не простой человек. Сколько бы охранников здесь ни было……

— Сколько бы ни было охранников, они не посмеют намеренно убить охотника.

— Вы хотите сказать, что может произойти несчастный случай, который не является преднамеренным?

— В жизни всякое бывает. Охотники нередко погибают при попытке поймать Бессердечного.

— ................ Возможно, этой ночью произойдёт несчастный случай, поэтому я останусь в своей комнате.

Она снова слабо улыбнулась, а затем, словно о чём-то вспомнив, спросила:

— Вы встречали моего отца?

— О да, случайно, когда прогуливался по дамбе.

— И вы утверждали, что его состояние отличается от состояния обычного Бессердечного.

— Я этого не утверждал.

Бессовестный разболтал. Но всё же состояние отличалось…

— Директор Кук сказал, что отец схватил вас и смотрел с такой злобой, словно хотел убить, но в итоге просто отпустил. Честно говоря, я была немного удивлена, когда услышала об этом. Получается, отец собирался вас убить, но передумал?

— .... Ну, как сказать.

— Или это просто случайность?

При слове «случайность» я оглянулся. Не может же это быть какой-то ловушкой, устроенной Бессовестным?

— Нет.

— Тогда отец специально отпустил вас. Как думаете, почему он это сделал?

— Возможно, потому что он был более человечным, чем Бессердечные.

Внезапно в глазах дочери председателя появились слёзы. Похоже, это был ответ, который она хотела услышать. Я поспешил добавить:

— Это всего лишь моё личное мнение. В тот момент я мог ошибиться, и это действительно могла быть случайность.

Оглядевшись по сторонам, я осторожно добавил:

— К счастью, я выжил…....

— После того как я услышала вашу историю, я решила, что не могу позволить отцу умереть. Я увидела надежду, и я убеждена, что мой отец отличается от Бессердечных.

— Не стоит придавать слишком большое значение моему мнению.

— Я буду до конца настаивать на том, что у отца деменция, а не Бессердечие. Директор Кук хочет отрезать ему голову и отправить её в лабораторию, но этому не бывать. Я сделаю всё, чтобы предотвратить подобное.

Чувствовалось, что она действительно заботится о председателе.

— Но, в конце концов, с вашим отцом будут проблемы. Нужно остановить это прежде, чем станет ещё хуже…

— Вы же сами сказали, что он отличается от обычного Бессердечного. И всё же его нужно убить? Как я могу позволить умереть человеку, который стоит передо мной, говорит и улыбается?

— Ваш отец может убить других людей, которые тоже говорят и улыбаются.

— ....

— Бессердечный с деменцией – редкость. Если не Директор Кук, то правительство, – кто-то всё равно бы вмешался.

Через некоторое время она кивнула.

— Я знаю, что в конце концов отец умрёт. Но я не отдам его тому, кто одержим желанием сегодня ночью отрезать ему голову. Если я поймаю отца, то помещу его в место, где он будет под контролем. Ему и так осталось недолго. Врачи сказали, что он не проживёт больше двух недель.

Я понял, зачем она меня позвала.

— Пожалуйста, подождите две недели. У меня только одно желание – чтобы отец умер спокойно, рядом с семьёй, а не был загнан, как какой-то монстр. Всего две недели. Я не прошу вас нарушать закон. Даже если вы сообщите начальству, я спрячу отца в месте, где его никто не найдёт в течение этого срока. Вы понимаете, о чём я?

Я отступил на шаг и прикрыл глаза. Как она сказала, мне нужно только отчитаться и всё. На самом деле ей не обязательно было мне об этом рассказывать. И всё же она просила меня об одолжении.

— Цена этой услуги – моя жизнь?

— Если вы не поставите чувство справедливости выше профессиональной ответственности, свою жизнь вы не потеряете.

— ....

— Не выходите из своей комнаты сегодня ночью, как бы шумно ни было снаружи.

Она как бы заботилась обо мне, но слов благодарности я не произнёс.

— У меня крепкий сон. Вместо этого скажите мне кое-что.

— Что?

— Председатель случайно не интересовался охраной окружающей среды?

— Кроме создания экологического фонда на уровне компании, он не проявлял к ней личного интереса. Почему вы спрашиваете?

Нет. Если он не беспокоился об Эль-Ниньо… Я немного задумался, но потом заметил, что дочь председателя пристально смотрит на меня, и быстро сменил тему:

— Кстати, он коллекционировал кроссовки?

— Нет.

— Правда? На нём были старые, лимитированные Air Jordans.

— На отце?

— Да.

Я кивнул, объяснил ситуацию и добавил:

— Он действительно отлично бегал.

— Врачи говорят, что это всё равно что выжимать из себя остатки сил, не давая себе отдохнуть. Поэтому он и выглядит здоровее, но зато жизнь становится короче.

Это характерно для Бессердечных. Они способны демонстрировать невероятную силу, но её проявление означает, что их дни сочтены. Глаза дочери председателя наполнились глубокой печалью.

— Моё желание – сесть напротив отца, как раньше, и обменяться с ним хотя бы парой слов. Но сначала нужно его спасти.

Она мгновение смотрела в пустоту, а затем назвала несколько цифр.

— Если пребывание в комнате станет опасным, пройдите через кухню в конце здания и отодвиньте вторую полку в кладовой. Затем введите этот секретный код, и вы сможете попасть в подземный бункер. Там вы сможете спрятаться.

Я закончил разговор с дочерью председателя, но моё путешествие в комнату на этом не завершилось. Перед ней стоял Щелчок с планшетом в руках, и, как только я подошёл, он сразу же потянул меня в угол.

— Подпишите.

Я посмотрел на экран планшета, который он мне протянул.

«Согласие на миссию с высокими рисками»

— Это документ, в котором говорится, что FOURKEY не несёт ответственности, даже если вы умрёте или получите серьёзные травмы. Быстрее подписывайте.

Выслушав это любезное резюме, я дрожащей рукой взял стилус. Щелчок усмехнулся при виде такой реакции, но у меня не было времени на ответные реплики. Разве подобные вещи делают не тогда, когда есть реальная опасность?!

— Ну быстрее.

— ….

— Заранее предупреждаю: никто вам помогать не будет, так что прячьтесь сами. Зачем вы вообще сюда пришли?

— Потому что директор Кук заставил меня. Он мне угрожал.

Щелчок посмотрел на меня с жалостью. Да знаю я, я и сам себя жалею…

— Вам следовало сразу кричать и просить помощи ещё на дамбе, когда председатель схватил вас. Повезло, что вы выжили, но из-за этого директор Кук только сильнее напрягся. Даже если дедушка отпустил ваше плечо, всё равно нужно было закричать, раз уж он Бессердечный.

— …..

— Что?

— Вы говорите так, будто сами это видели.

Он вздрогнул и отвёл взгляд.

— Просто директор Кук очень реалистично описал ситуацию.

Грёбаный ублюдок. У этого парня грамматика никудышная, но способность к описанию на уровне мастера? Мне стало завидно.

— В любом случае, в следующий раз обязательно кричите. Но как вам вообще, чёрт возьми, удалось сбежать от председателя?

— Я и сам хотел бы это знать…

— Ну, Бессердечный с деменцией – довольно необычное явление. Хм, пускай это и не единственный случай, с председателем явно что-то не так. Может, он принимал какое-то особое лекарство от своего недуга?

Слушая его бормотание, я подписал этот ебучий документ, в котором говорилось, что никто не будет виноват, даже если я умру. Как только я поставил подпись, Щелчок перелистнул что-то на экране и снова протянул мне планшет.

— Ответьте ещё на несколько вопросов.

- Имя и контактные данные человека, которого нужно уведомить в случае вашей смерти.

- Памятные вещи или предметы, которые вы хотели бы положить рядом с урной. (Например, семейное фото, значимые вещи и т.д.)

- Любимые цветы и еда, которые можно положить на алтарь.

— FOURKEY и такое проверяет?

— Нет. Это моё личное хобби. Пишите быстрее.

Щелчок говорил сварливо, но было видно, что он смущён. Я подумал, что он похож на очень хулиганистого, но на самом деле доброго ученика начальной школы. Было в нём что-то милое...

— Мне нечего писать.

— Нечего? У вас нет человека, которому нужно сообщить о вашей смерти, или вещей, которые вам дороги?

— Да.

— Вы прямо как директор…

— Директор На?!

— Директор Кук.

Я быстро выхватил планшет и начал писать что попало:

- Президент, Чхонвадэ*.

- Внешний жёсткий диск: желательно, чтобы его тщательно сожгли вместе с телом.

- Трупный цветок*, Сюрстрёмминг*.

*Чхонвадэ — бывшая официальная резиденция президента Южной Кореи в районе Чонногу в Сеуле. Комплекс зданий построен в традиционном корейском архитектурном стиле с некоторыми современными элементами. Площадь — около 250 000 кв. м.

*«Трупный цветок» — название аморфофаллуса титанического (Amorphophallus titanum). Так его прозвали из-за неприятного запаха, который растение испускает во время цветения.

*Сюрстрёмминг (швед. surströmming) — шведский национальный продукт, представляющий собой консервированную квашеную балтийскую сельдь (салаку). продукт знаменит своим резким, тошнотворным для многих людей запахом, поэтому его не рекомендуется подавать к столу в закрытых помещениях или в людных местах.

— Пожалуйста, позаботьтесь об этом.

— Вы шутите?

— Конечно нет.

— Вы хотите, чтобы после вашей смерти связались с Чхонвадэ? Ладно, это ещё куда ни шло, но трупный цветок? Сюрстрёмминг? Что это вообще такое?!

— Я ведь не смогу есть или видеть после смерти. Поэтому пускай будет запах цветов, который я никогда не хотел бы чувствовать при жизни, и еда, которую я никогда не хотел бы пробовать.

Щелчок с отвращением выхватил у меня планшет. Раз уж он хочет позаботиться обо мне после моей смерти, и я решил поделиться с ним информацией:

— Говорят, если пройти через кухню в конце здания, а затем сдвинуть вторую полку в кладовой, то можно попасть в подземный бункер. Мне сказали спрятаться там в случае опасности.

Я даже сказал пароль, но Щелчок, удивлённо приподняв брови, открыл план дома на планшете и стал внимательно его изучать. Он покачал головой и пробормотал: «странно».

— Что случилось?

— В этом доме с самого начала было что-то подозрительное, особенно с электрическим оборудованием…

Он указал мне на место в планшете, но затем резко захлопнул его.

— Неважно. Сотруднику Спецуправления это не покажу.

Да кто просил показывать-то? Зря я ему про бункер рассказал... Я с сожалением развернулся, чтобы уйти, как вдруг погас свет.

Издалека донёсся глухой звук, но он был слишком тихим, чтобы понять, что это было. А через несколько секунд свет снова загорелся.

— Наверное, перегорел предохранитель.

— А может, это была бомба.

В ответ на моё предположение Щелчок бросил на меня жалостливый взгляд.

— Вы настолько боитесь?

— Да.

Кто знает, может, это действительно была бомба? Я добавил с тревогой в голосе:

— Свет же выключился, а потом снова загорелся. Что-то произошло. И охранников, которые раньше за нами следили, тоже нет.

— Охранники уже давно обыскивают сад. Они одержимы идеей найти председателя раньше, чем это сделает директор Кук.

Или убить директора Кука… Но прежде, чем я успел высказать своё предположение, Щелчок снова заговорил:

— Свет выключился из-за большой нагрузки. Они включили слишком яркое освещение в саду… А? Свет в саду погас?

Щелчок снова покачал головой. Это, видимо, было его привычкой, но сейчас совсем не выглядело мило. Однако я и сам чуть не покачал головой вслед за ним: яркий синий свет, который освещал сад, исчез, и сад погрузился во тьму. Меня охватило зловещее предчувствие. Погодите, это же похоже на ситуацию в том безопасном доме, куда мы ездили ловить Бессердечного E-класса? Тогда электричество отключил Бессовестный…

— Это не директор Кук сделал?

— Нет. Он сказал, что аварийные фонари должны быть включены, чтобы охранникам было легче поймать председателя. Учитывая характер директора, он бы создал для них наилучшие условия. Так он сможет больше насмехаться и унижать их, когда победит.

Я снова задумался. С кем же я, чёрт возьми, связался?

— Значит, свет выключил…

Щелчок замолчал и ещё раз покачал головой. Потом, не сказав ни слова, он куда-то побежал. Ну и ладно, пусть только не забудет принести трупный цветок и сюрстрёмминг на мои похороны... Но это будет ещё не скоро. Сегодня я умирать не планировал.

Приняв это твёрдое решение, я открыл дверь комнаты, вошёл и быстро осмотрелся, не включая свет. Учитывая провал в том безопасном доме, сегодня я точно засяду здесь и никуда не выйду. Даже если мне придётся стать призраком, застрявшим в этой комнате, я буду держаться до конца. Посмотрим, где можно спрятаться: в ванной, в шкафу, под кроватью…

— Ух!

Я вздрогнул и отскочил назад. Чт...что это?! Что-то светящееся за окном смотрело на меня. …Ах, блять.

— Директор Кук, что вы там делаете?!

— Вы меня видите?

Вижу ли? Ты стоишь там в этом дерьмовом светоотражающем наряде и спрашиваешь, вижу ли я тебя? Ты же не человек-будильник*, какого хрена ты это надел?

В темноте его салатовая флуоресцентная одежда светилась так, что резало глаза.

*Возможно, имелась в виду профессия человека-будильника, которая существует и в Южной Корее. Такие специалисты помогают людям проснуться, не только напоминая о времени, но и создавая правильное настроение для начала дня. При этом в некоторых странах профессия человека-будильника не считается официальной, но есть тренинги и практические семинары, где можно научиться искусству пробуждения.

— Я не слепой, конечно, я вас вижу.

— В этом тёмном месте вы увидели меня с первого взгляда. Почему бы это?

О чём, чёрт возьми, говорит этот сумасшедший ублюдок? Ты светишься в темноте! Твоя футболка светится!!!

— Директор Кук, какого хрена вы делаете за окном моей комнаты?

— Проходил мимо.

В таком виде?!

— Неужели даже если я очень быстро пройду мимо, господин Хан Чжэ Мён всё равно сможет меня отчётливо увидеть?

Сказать «да» не казалось хорошей идеей. Инстинкт подсказывал мне это, и я решил сменить тему:

— Вы нашли председателя?

— До рассвета ещё далеко, зачем искать его сейчас.

— Понятно.

— ….

— Вы и дальше собираетесь там стоять?

Конечно, собирается. Так он сможет услышать, как я в опасный момент начну звать на помощь. Кстати, если он там стоит, то охранники наверняка прибегут его убивать. И я тоже попаду под пули...

— Господин Хан Чжэ Мён.

Он серьёзно произнес моё имя.

— Почему вы так интересуетесь мной?

Я чуть не выругался, забыв, что нельзя злить его.

— Директор Кук.

— Или вы боитесь, что я узнаю ваш секрет?

— Ка... какой секрет? У меня нет никаких секретов.

В ответ на моё спокойствие он подозрительно прищурился.

— У вас голос дрожит.

— …Это вибрация телефона.

Я достал телефон из внутреннего кармана куртки и показал ему. Его глаза ярко блеснули.

— Вы хотели таким образом сообщить мне, что у вас чувствительный левый сосок?

— ….

Когда я замолчал, Бессовестный посмотрел на меня, как на извращенца. Ну и ладно, лучше быть извращенцем, чем позволить ему узнать о моём романе. Тем более, если роман раскроется, меня всё равно будут считать извращенцем… Я решил снова сменить тему:

— Кстати, зачем вы выключили аварийные фонари снаружи?

Щелчок сказал, что это был не он, но я всё ещё сомневался.

— Зачем мне их выключать? Мне же нужно наблюдать, как эти идиоты вытворяют идиотские вещи под светом фонарей, потому что не могут найти одного Бессердечного.

Значит, охранники выключили их? Решили сначала устранить Бессовестного, а потом уже искать председателя? Я немного отступил от окна, готовясь к возможной стрельбе. По мишени в таком светоотражающем наряде они вряд ли промахнутся.

— Не знаю, кто это сделал, но охранники всей толпой куда-то исчезли, и теперь мне скучно.

Вдруг он повернул голову в сторону и некоторое время пристально смотрел на что-то в темноте.

— Но, возможно, появится что-то более интересное для наблюдения…

— Что вы имеете в виду?

— Если узнаете, что будете делать? С вашим-то телом?

Что не так с моим телом? Сосок чувствительный? Вместо того, чтобы огрызнуться, я только натянуто улыбнулся. Не стоило злить его здесь, ведь он очень злопамятный… Я выбрал мирный путь, а Бессовестный посоветовал мне:

— Вы, наверное, планировали спрятаться под кроватью, в шкафу или в ванной, так что сидите тихо до рассвета. Как я сказал: не двигайтесь.

И он исчез. Я бы лучше побежал прямиком в бункер, чем стал его слушаться. Но, оставшись один, я боялся даже выйти в коридор. Вокруг было тихо, внутри здания горели синие аварийные фонари, но снаружи было темно. Где все эти охранники и что они делают? Может, Бессовестный просто притворился, что ушёл, и теперь наблюдает за мной, ожидая, когда на меня нападут? У меня было много вопросов, но жуткий страх перекрыл их все.

Давайте-ка для начала спрячемся. Я открыл дверь шкафа. Он оказался слишком пустым. Если что-то случится, первым делом начнут обыскивать именно его, так что я отказался от этой идеи. По той же причине я отказался и от ванной. Но, поворачивая обратно, я услышал вдалеке знакомый звук.

Бах! Бах! Бах!

Это ведь выстрелы, верно? Я прижался к стене, осел на пол и схватился за ножку кровати. Вскоре свет в саду снова ярко загорелся. Снаружи доносился шум. Они нашли председателя?

Бах!

Снова выстрелы. Я быстро наклонился и полез под кровать. И в тот же момент подпрыгнул. Я ударился головой, но, забыв о боли, словно сумасшедший, выбрался оттуда. Под кроватью что-то было. Точнее, кто-то.

Охренеть, это же человек?! От удивления даже выругаться не смог. Я рассеянно отступал назад, пока моя спина не коснулась комода. А потом вперился взглядом в тёмное пространство. Несмотря на созданный шум, из-под кровати не было никакой реакции. Но там ведь точно кто-то лежал. Неужели труп?! По спине побежали мурашки. Я сглотнул и опустил голову ниже. Чтобы заглянуть туда снова, требовалось немало мужества.

Обычно в фильмах ужасов, когда герой заглядывает под кровать, он либо встречается глазами с монстром, либо оттуда высовывается рука, и через пять минут герой уже мёртв. На всякий случай я выждал шесть минут, прежде чем заглянуть. Первое, что я увидел, – силуэт человека.

Там определённо кто-то лежал. Лица не было видно, но это точно был не труп. Бока слегка поднимались и опускались – он дышал. Какого хера кто-то спит под моей кроватью? А? Это же кроссовки Air Jordan. Человек, лежащий на полу, был в тех самых кроссовках, которые я видел днём. Ах, ясно, это председатель... Твою ж мать!

Я вскочил и огляделся. Какого чёрта, почему председатель спит под моей кроватью?! Кому я должен об этом сообщить? Охране? Бессовестному? Я понятия не имел, но было ясно одно.

Мой план отсидеться в комнате полностью провалился. Словно в поддержку моего решения снаружи снова раздались выстрелы. Пойду-ка в бункер.

Я без промедления выбежал в коридор и направился к месту, о котором мне рассказала дочь председателя. Никто внутри дома меня не останавливал. В коридоре, ярко освещённом аварийными фонарями, в нескольких гостиных, в вестибюле – нигде я не встретил ни одного человека.

Но времени беспокоиться не было. Я быстро нашёл кухню и встал перед полкой, которая казалась входом в бункер. Я нашёл дверь, ввёл пароль и спустился вниз. Передо мной оказался длинный коридор. Я бежал по нему, по ощущениям, целую вечность. Появилась ещё одна дверь, я попытался её толкнуть, но она не открылась. Что? Я приложил силу, но она не поддавалась. Я толкнул ещё сильнее.

Ууух!

Я напрягся, как только мог, но дверь даже не шелохнулась. Может, нужно потянуть? Нет. Или, может, есть секретный механизм, как в книгах, где нужно вытащить определённую книгу? …Ничего, кроме пыли. Может, она заперта изнутри? Я начал стучать. Откройте! Здесь есть люди! Откройте!

Дзынь.

Вся стена задрожала, и дверь медленно отворилась. Из темноты появился мужчина лет тридцати в очках и спросил:

— Это вы стучали?

Он огляделся вокруг, как будто настороженно.

— А где остальные? Нет ли здесь Бессердечных?

— Не знаю.

— Как это не знаете? Свет погас, появились Бессердечные, и все побежали в бункер. А вы только сейчас стучите... Эй.

Он позвал меня, когда я отступил назад. Его взгляд словно спрашивал, в чём дело, и я подбородком указал на его руку.

— У вас кровь.

— Там есть раненые. Вы ведь не Бессердечный?

— Нет.

— Тогда заходите быстрее. Нужно закрыть убежище до того, как они придут. Давайте.

Он торопил, но я не двигался. Он огляделся вокруг, затем снова жестом позвал меня.

— Быстрее, заходи..............

Поймав мой взгляд, этот мужчина умолк, и после долгой паузы удивлённо спросил:

— Как узнал?

— И снова этот вопрос...

Мои слова были близки к нытью. Бессердечные ворвались в наш мир, и повседневная жизнь рухнула. Все системы изменились, чтобы поймать их. Люди хорошо приспособились и без жалоб проходят строгие проверки и инспекции. Потому что этот способ хоть немного, но снижает число несчастных случаев. Никто не хочет, чтобы появилась мутация, и всё снова пошло кувырком.

Поэтому видеть прямо перед собой улыбающегося Бессердечного на последней стадии, который говорит и действует как нормальный человек, ещё и под аварийными фонарями, – это настоящий кошмар…

— Снова?

Мужчина в очках достал пистолет из-за пояса.

— Где ты это слышал? Когда?

Я не ответил, и он направил ствол на мою голову. Но затем опустил его.

— Может, если я начну стрелять тебе в ноги, ты заговоришь?

Он усмехнулся, и его улыбающееся лицо исказилось, как у демона. Это была особенность мутантов-Бессердечных – они хорошо играли роль людей. Но глаза их выдавали.

— У меня для тебя всего три слова.

Он наклонил голову, словно спрашивая: «Что?». Я счёл это разрешением и глубоко вздохнул.

— Директор Кук, помогите!

— …

— Директор Кук! Спас..

— Заткнись.

— ...ите пожалуйста!

Ты бы заткнулся на моём месте? Я выпалил оставшиеся слова и гордо посмотрел на вход. Ну что, Бессовестный хотел, чтобы я это сказал, так что теперь он придёт, верно? Он, конечно, отбитый, но он непобедим, и с таким, как этот, справится в два счёта. Я усмехнулся, представляя будущее Бессердечного. Через мгновение Бессердечный тоже усмехнулся, глядя на меня.

— Никто не приходит, так почему бы тебе не попытаться ещё раз?

Моё самолюбие было немного задето, но я ещё три раза громко крикнул. Однако никто не появился. По идее, на такой шум должны были сбежаться слуги или охранники, но и их не было.

— Тебе интересно, почему никто не приходит?

— Нет.

Он усмехнулся. Мне правда не хотелось этого знать. Я не хотел слышать банальные фразы из фильмов ужасов вроде «все мертвы». Мне просто было интересно, где Бессовестный. Я ведь сделал, как он хотел, – громко кричал и звал на помощь. Но, когда его помощь реально понадобилась, он не пришёл... Ебучий Бессовестный. Однако времени проклинать его у меня не было. Бессердечный-мутант снова направил на меня ствол.

— Заходи внутрь.

— Зачем?

— Если хочешь умереть здесь, можешь делать как считаешь нужным.

— Пойдёмте скорее.

И я пошёл вперёд. Переступив через порог, мы оказались в большом подвале. В нём царила атмосфера аккуратной лаборатории. Здесь можно было бы расслабиться и осмотреться, если бы не красная кровь, разбрызганная по белым стенам и потолку, причём её было очень много. За матовой стеклянной стеной виднелись тела, валяющиеся на полу. Кровь, стекающая по стенам, заливала коридоры. Большинство тел были одеты в лабораторные халаты. Зачем в подвале дома чеболя* такая огромная лаборатория?

*В дорамах «чеболь» — богатый и влиятельный наследник в Корее, часто мужской герой, который является владельцем множества фабрик, отелей и других объектов.

В бизнесе «чеболь» — наследник крупной южнокорейской корпорации, которая находится в собственности одной семьи. Руководящие должности в таких компаниях занимают либо родственники директора, либо его очень близкие друзья.

— Эти богачи забирали людей и изучали их, как лабораторных крыс. Мы все были несправедливо схвачены и в какой-то момент, очнувшись, обнаружили, что стали Бессердечными. Но мы отличались от обычных монстров. Тот Бессердечный, которого вы видели, был похож на нас?

— Он был таким же.

— Когда и где вы его видели?

Вместо ответа я снова огляделся. За матовой стеной царил хаос. Всё было перевёрнуто и валялось на полу.

— Я хочу знать, что случилось с теми, кто выбрался отсюда... эй.

Несмотря на его зов, я не обернулся. Потому что не отрывал взгляда от ближайшего тела. Стало предельно ясно, откуда столько крови: пальцы были отрезаны один за другим, а лицо изуродовано до неузнаваемости. Есть только три причины, по которым человека убивают таким образом. Во-первых, в случае садистского расстройства личности. Во-вторых, из-за обиды. В-третьих, когда нужна информация.

— Значит, вы пытали исследователей и не получили того, что хотели.

Ответа не последовало. Я повернулся и увидел, как мутировавший Бессердечный, ухмыляясь, смотрит на меня. Было видно, что он раздумывает, убить меня или нет. Это колебание выдавал пистолет, который слегка подрагивал в его руке. Но я знал, что он не выстрелит. Вероятно, у меня есть что-то, что ему нужно. Он ищет своих товарищей, пытается узнать, где они и что с ними случилось. Что он получит, если узнает это?

— Они это заслужили. Они брали нормальных людей и превращали их в Бессердечных. Попробуй провести больше года в плену, став объектом исследований. Либо сойдёшь с ума и покончишь с собой, либо станешь Бессердечным, как они хотят, и будешь ждать дня, чтобы отомстить.

Причина появления Бессердечных остаётся неизвестной. Это новое психическое расстройство, вина загрязнения окружающей среды или генетическое заболевание, вызванное чрезмерным стрессом современного общества... Существует множество предположений, но точного ответа нет. Однако, если Бессердечных можно создать, то получится не только выяснить причину, но и найти способ лечения…

— Я ищу таблетки, которые те люди использовали, чтобы превратить нас в монстров. Они точно где-то их спрятали. Здесь были и другие Бессердечные, которые сбежали раньше нас. Я должен найти всех. Скажи, где ты их видел.

— Полгода назад новый материал, полимерное стекло, прошёл испытания на безопасность

— Ты о чём?

— До этого было запрещено использовать стекло в бомбоубежищах и бункерах. Но шесть месяцев назад был принят закон о новом материале, и теперь внутри бункеров можно устанавливать красивые стеклянные двери и стены. Конечно, после принятия этого закона материал начали использовать не сразу. Как ты знаешь, из-за ограничений на производство, объёмы выпуска были небольшими, и фактически на рынке оно появилось только через месяц или два.

Я указал рукой на угол потолка. Там висела чёрная прямоугольная коробка с мигающим красным огоньком.

— Это роутер, который подключается к автономному генератору. Такие больше не используют, ему пять или шесть лет. Значит, этот бункер существует уже давно, но они превратили его в лабораторию только несколько месяцев назад... Получается, всё, что ты говоришь, – полная хуйня.

Он перестал улыбаться и навёл на меня пистолет.

— И что?

И что………………, я снова глубоко вдохнул.

— Господин Кук, спасите меня!

— …..

— Директор Кук, спаси меня уже, ебучий ты ублюдок!!!

Я запыхался. Хоть я и ругался на него, он не вышел. Похоже, его там действительно нет. Я объяснил ситуацию своему собеседнику:

— У меня была мечта стать актёром.

— Ты совсем не смешной.

Слава богу. Я и не хотел показаться смешным.

— Ты раздражаешь, как тот охотник. Я хотел поймать его и поговорить, но он нёс какую-то чушь. Я чуть не умер от скуки.

— Охотник?

— Молодой, у него были всевозможные гаджеты, и он осматривал всё вокруг, поэтому я заговорил с ним, и он был точно таким же, как ты. Ты тоже охотник?

— Что случилось с этим человеком?

— Я его убил.

Он взял в свободную руку острый нож и приблизился ко мне.

— Подошёл сбоку и ткнул вот так… Угх!

Мутант-Бессердечный с глухим криком упал вперёд. За ним стоял Щелчок. Он держал в руке железный стул, которым ударил мутанта по голове, и смотрел на меня. У него был расфокусированный, мутный взгляд.

— Бляа, зачем вы сюдаэ пришели?

Его речь была невнятной, как будто он был под кайфом, но несмотря на это он стиснул зубы, осмотрелся и не забыл отшвырнуть пистолет ногой. После чего подошёл ко мне.

— Вёрнитсь тудма, отку..да пришэли... и спрячьтес.

— Вы ранены?

Я посмотрел на его бок, залитый кровью, но он, не обращая на это внимания, поманил меня.

— Вштаньтэ за мной. Быштра!

Он сказал мне спрятаться за ним, но ему нужно было сначала посмотреть за спину. Двое мужчин, неизвестно с каких пор, стояли в конце коридора и ухмылялись. Их белые больничные халаты и оружие в руках были полностью залиты кровью.

Тук.

Щелчок пошатнулся и подошёл ко мне.

— Бэжите. Я их сдадээржу.

Оказавшись на месте, Сын Чжэ первым делом решил изучить местность. Он быстро обошёл территорию, сверяясь с планом здания. Осмотрел электрические установки, замерил напряжение, поискал другие технические устройства, пытаясь найти хоть что-то подозрительное, и записал всё себе в планшет.

Дом председателя получал электричество от современной частной электростанции, расположенной неподалёку. Она вырабатывала столько энергии, что её хватило бы на небольшой город. Огромная территория, похожая на настоящий лес, была заполнена синими аварийными фонарями, но энергии всё равно оставалось с избытком. Однако, когда Сын Чжэ ввёл данные своего исследования в программу, автоматический расчёт показал, что аккумуляторы в доме почти разряжены. Это означало, что энергии здесь потреблялось больше, чем было указано официально, то есть часть электричества использовалась где-то ещё.

Он углубился в изучение планов. Из-за психозов Кука охранники пялились ещё пристальнее, но Сын Чжэ не обращал на них внимания. Он должен был выяснить, что здесь не так, даже ценой своей жизни. Иначе директор Кук настиг бы его и в самом аду, чтобы закатить истерику…

В момент, когда он об этом задумался, сотрудник Спецуправления заговорил о бункере. Бункер? Сын Чжэ, просматривая различные чертежи, ещё до этого заметил странность: размеры зарегистрированного убежища были слишком маленькими. Но это не могло быть правдой: если дом похож на дворец, то и бункер должен быть соответствующим… Когда Сын Чжэ проверил информацию об этом убежище, то обнаружил, что всего два месяца назад была подана заявка на изменение.

Сообщалось, что из-за обнаруженного риска проседания грунта будут проведены ремонтные работы, после которых размер убежища уменьшится. Однако Сын Чжэ подсчитал возможные затраты электроэнергии на изначальную площадь бункера, и полученные данные в точности совпали с неучтённым в официальных документах потреблением.

И вдруг погас свет. Сотрудник Спецуправления начал оглядываться, подозревая, что это дело рук Кука. Распространённый симптом среди тех, кто хоть раз сталкивался с директором. Но, по мнению Сын Чжэ, у него для этого не было никаких причин.

Да и звук взрыва был странным, и, хотя Сын Чжэ и сказал сотруднику Спецуправления, что на взрыв не похоже, это определённо был он. Казалось, кто-то вмешался в работу удалённой электростанции.

В любом случае, внутри дома работало аварийное питание. Поэтому Сын Чжэ решил исследовать бункер. Если подача энергии от электростанции прервалась, то дверь в убежище будет легче открыть, и сейчас был подходящий момент, чтобы войти. Ему стало любопытно, что же там внутри. Сын Чжэ подумал, не сообщить ли сначала директору Куку, но решил, что не хочет ему мешать. Ведь тот, вероятно, уже восторженно смеялся посреди творящегося вокруг хаоса.

В конце концов, все действия фиксировались. Даже если бы Сын Чжэ умер, в FOURKEY можно было бы узнать, где и как это произошло. Конечно, умирать никто не планировал. Он уже бесчисленное количество раз сталкивался с Бессердечными, и благодаря этому его навыки выживания улучшились. Сын Чжэ был уверен, что выживет. Однако он и подумать не мог, что появятся новые Бессердечные, отличные от прежних... Это стало его ошибкой. Охотник должен быть готов к любой ситуации. В секретной лаборатории, расположенной в подвале особняка председателя, Сын Чжэ легко обманули и накачали наркотиками…

***

Ножевая рана в боку была неглубокой и уже перестала кровоточить, но от наркотиков у него кружилась голова, и он не мог ясно мыслить. Сын Чжэ не дал Бессердечным нужных ответов. Вернее, он не знал, чего они хотят, и просто выдавал случайные и странные данные, одновременно пытаясь выудить из них информацию.

И в итоге Сын Чжэ удалось кое-что узнать: оказалось, что Бессердечные, запертые в лаборатории, были освобождены из-за отключения электроэнергии и взрыва, произошедших ранее. Однако троих, захвативших Сын Чжэ, держали в специальном помещении, поэтому они не смогли выбраться вместе с остальными. Они выскользнули из камеры лишь когда включилось аварийное питание, воспользовавшись тем, что исследователи пришли их проверить.

И всего лишь трое Бессердечных разнесли лабораторию. Они искали какое-то лекарство и явно были больше заинтересованы в нём, чем в побеге. Когда Сын Чжэ не дал правильных ответов, они решили, что он бесполезен, и собирались избавиться от него, но в этот момент раздался громкий стук в дверь. Позже Сын Чжэ подумал, что этот звук спас ему жизнь...

Бессердечные пошептались между собой, а затем связали Сын Чжэ, который притворился потерявшим сознание, и исчезли. Тот парень, который лучше всех притворялся человеком и мастерски лгал и который ранее заманил Сын Чжэ в ловушку, ушёл к выходу. Остальные разговаривали не менее внятно, но по их глазам было отчётливо видно, что они не в себе. Однако тот, первый, так хорошо сыграл свою роль, что смог обмануть Сын Чжэ и ранить его в бок. Это казалось Сын Чжэ довольно унизительным фактом… Конечно, даже если тот Бессердечный был мастером владения ножом, вина всё равно лежала на самом Сын Чжэ, который потерял бдительность. Он подумал, что лучше бы с ними столкнулся директор Кук…

Неожиданно кто-то громко позвал директора по имени. Это был сотрудник Спецуправления. Почему здесь оказался именно этот человек?! Сын Чжэ подумал, что сотруднику Управления везёт как утопленнику. Мало того, что на него нацелился директор Кук, теперь он ещё и на грани смерти оказался. Ах, он ведь ещё и ёбаный трус. Вновь прибывший парень ему не нравился, но при этом немного вызывал жалость…

Сын Чжэ выкрутил руки, освободился от верёвок и поднялся, схватив стул, на котором до этого сидел. Ему потребовалось некоторое время, чтобы точно определить местоположение того, кто ударил его ножом в бок. Он слышал голос сотрудника Спецуправления. Что-то о стекле, о принятии закона и бла-бла-бла. Как типичный госслужащий, этот парень объяснял очень подробно…

Сын Чжэ двигался бесшумно, поэтому не слышал других звуков. И не видел, каким испуганным выглядел сотрудник Спецуправления. Он сосредоточился только на том, чтобы правильно двигать своим телом. К счастью, Бессердечный был настолько занят этим сотрудником, что не заметил приближения другого человека. Да и времени на это не было, потому что Сын Чжэ быстро подскочил и ударил его по голове.

Тадах!

Железный стул упал на пол. Взгляд Сын Чжэ устремился в дальний конец коридора. Судя по звукам, остальные скоро выйдут. Три монстра, находившиеся здесь, в отличие от обычных Бессердечных, были более хитрыми и обладали большей силой. Сын Чжэ сомневался, сможет ли он нормально сражаться, поскольку сейчас был ранен и находился под воздействием наркотиков. Тем не менее ему казалось, что хоть что-то он сделать сможет…

Как и ожидалось, в конце коридора появились те двое. Да, против двоих он сможет продержаться примерно минуту. «Бегите, я их задержу». Кажется, так он сказал трусливому сотруднику Спецуправления. И, выйдя вперёд, вдруг подумал о своей любимой еде. Если умрёт, он всё равно не сможет её съесть. Может, стоило бы выбрать что-то странное, как у сотрудника? Но когда ему пришла в голову такая мысль, он услышал тихий смешок.

Бессердечный, которого он ударил стулом по голове, с трудом поднялся, держа в руках нож. Блядство, продержаться получится только секунд 30…

Но вдруг, вопреки всем расчётам, мир перед его глазами неожиданно померк…

***

С глухим звуком тело Сын Чжэ рухнуло на пол. Человек, стоявший прямо за ним, медленно опустил руку. Бессердечный с ножом скривил губы, увидев, что этот человек ударил Сын Чжэ по затылку.

— Напал на своего же. Смешной пиздюк.

Но улыбка быстро исчезла с лица Бессердечного. Он встретился взглядом с чёрными глазами... В тот момент он не мог пошевелиться. Он замер всего на несколько секунд, однако противнику этого было достаточно...

***

Громкая стрельба, звучавшая так, словно началась война, прекратилась. Крики охранников тоже скоро стихли. Это был зловещий знак. Неужели более сотни охранников были уничтожены всего за 30 минут?

— Вам нужно уходить.

Секретарь повторял это уже в который раз. Дочь председателя упрямо качала головой.

— Я не могу покинуть этот дом, пока не найду своего отца.

— Но мутировавшие Бессердечные могут добраться сюда в любой момент...

— Их всего десять. Хочешь сказать, что все охранники, которых в несколько раз больше, погибли?

— Бессердечные высокого риска обладают силой, во много раз превышающей силу обычных людей. Они все были классифицированы как класс E…...

— Но их лечили.

Она сказала это и уверенно добавила:

— Они были похожи на животных, с глазами, налитыми кровью, не могли говорить, только дико кричали. А теперь они разговаривают и ведут себя спокойно. Но почему исцелённые такие сильные?

— Госпожа, пока нет никаких убедительных доказательств того, что лечение прошло успешно. Исследователи уже начали сомневаться в результатах и считают, что нужно прекратить эксперимент.

— Но были и те, кто считал, что это часть процесса лечения, и нужно продолжать наблюдение. У троих из десяти явно проявился эффект от лекарства. Я точно это слышала...

Дочь председателя снова посмотрела на потемневшую улицу. Аварийные фонари были бесполезны. Бессердечные, прошедшие длительное лечение, не реагировали на них. Наблюдая за различными изменениями, она верила, что Бессердечных можно вылечить. Но оказалось, что это не так…

Теперь Бессердечные гоготали, убивая охранников, и ликовали, обливаясь их кровью. Даже издалека можно было увидеть эти безумные глаза. Она наблюдала за ними каждый день. Дочь председателя верила, что ещё немного лекарства, и они полностью вылечатся. Но как оказалось, что они совсем не поправлялись? Почему? Что, чёрт возьми, пошло не так?!

— Мы опустили защитные стены вокруг дома и активировали ловушки, но, если они атакуют, мы не сможем гарантировать вашу безопасность. Вам нужно уйти....

— Почему это произошло?

— Госпожа...

— Эффект определённо был. Они выздоравливали. Разве нет?

— Нет.

Ответ прозвучал с другой стороны. Дочь председателя потрясённо обернулась. Кто-то сидел в кресле. Поскольку в помещении было включено всего несколько аварийных фонарей, чтобы наблюдать за улицей, секретарь поспешил направить фонарик в сторону, откуда донёсся звук. В роскошном кресле, закинув ногу на ногу, сидел директор Кук.

— Когда ты успел войти?! Где охрана? Что они делают?!

Секретарь приказал двум охранникам осмотреть периметр, а затем взял в руки пистолет. На лице Кука появилась насмешливая улыбка.

— XXX45, хорошее оружие. Поскольку этот пистолет был создан для ближнего боя с упором на противопехотные меры, огневая мощь боеприпасов поразительна. Если ты используешь крупнокалиберные пули, ты наверняка сможешь убить монстра, но, если промахнёшься хотя бы один раз, всё будет кончено. Второго шанса не будет. Противник окажется перед тобой и схватит тебя за горло. Разве ты не знаешь, насколько фатален этот недостаток? Может быть, ты поймёшь это только в тот блядский момент, когда Бессердечный украдёт твой пистолет. В итоге ты сдохнешь от своего же оружия. Ах, не следовало тебе полагаться только на пушку и выёбываться, как никчёмный сопляк.

Брови секретаря дёрнулись.

— Если ты думаешь, что я новичок, ты сильно ошибаешься.

— Слушай, малыш, ты даже не был в курсе, что у тебя тут злоумышленник шастает, и после этого пытаешься что-то вякать?

В этот момент вернулись двое охранников, которые выходили проверить обстановку снаружи, и что-то прошептали на ухо секретарю. Секретарь с серьёзным лицом спросил у директора Кука:

— Что ты сделал с нашей охраной?

— Тебе же только что доложили. Я дал им немного отдохнуть, чтобы они мне не мешали.

— Ты же называешься охотником, разве ты не видишь Бессердечных снаружи?

— Вижу. Они отлично развлекаются. Но, знаешь, мне больше нравится смотреть, как ты дрожишь от страха, глядя на это.

— Слушай! Ты........

Секретарь взволнованно шагнул вперёд, но дочь председателя остановила его.

— Директор Кук. Если вы поймаете Бессердечных снаружи, я вам заплачу.

— Давно бы так.

Директор Кук, словно только и ждал этого момента, достал планшет и открыл страницу с контрактом.

— Проверьте и подпишите.

Дочь председателя с недоумением посмотрела на директора, затем опустила взгляд. Увидев контракт, она резко подняла голову, словно не веря своим глазам.

— Это немыслимо. Откуда такая сумма…? Оппа тоже собирался заплатить вам столько?

— Нет. Контракт с вашим братом на нормальных условиях. Для госпожи вице-председателя, поскольку это особые обстоятельства, положена надбавка: за каждого Бессердечного – ровно в десять раз больше.

— Особые обстоятельства… Это цена моей жизни?

— Да нет конечно. Вице-председателю нужно только подписать контракт, что будет дальше – мне плевать.

— Тогда что это за особые обстоятельства, из-за которых я должна отдать всё своё состояние?

Директор Кук усмехнулся, словно удивлённый её вопросом.

— Вы спрашиваете, потому что не знаете, или хотите проверить, сколько знаю я? Вы же ловили Бессердечных класса E и ставили над ними эксперименты под предлогом «исправления», из-за чего они стали ещё более злобными мутантами. Бессердечные, спокойно разгуливающие даже в безопасных зонах. Вот что я называю особыми обстоятельствами. Если вы боитесь, что об этом узнает мир, то можете не беспокоиться. Даже если я не расскажу, оно всё равно скоро станет известно. Так что смиритесь и готовьтесь к тюрьме. Конечно, после того, как заплатишь мне.

— .......

— Не собираетесь подписывать? Меня не волнует, умрут ли здесь все люди и вырвутся ли ваши творения наружу.

Дочь председателя злобно посмотрела на него.

— Ты такой же, как и мой оппа, только о деньгах и думаешь...

— А ты, чтобы спасти своего отца, ловишь Бессердечных и превращаешь их в мутантов, убивая невинных охранников. За какие грехи они должны умирать собачьей смертью, сталкиваясь с монстрами, о которых никогда не слышали? Судя по тому, что Бессердечные, сбежавшие из лаборатории, творят на улице, можно догадаться, что произошло с людьми, которые были в ней. Сколько человек погибло из-за твоей грязной жадности? Сотня? Двести?

Директор Кук, считая, загибал пальцы и в итоге оставил только средний, направив его в сторону дочери председателя.

— Если считать тех, кто ещё погибнет, то несколько тысяч.

— Следи за словами! Ты не знаешь, с какими чувствами вице-председатель проводила эту работу! Она пыталась вылечить Бессердечных из-за любви к своему отцу. Она верила, что сможет их исцелить, поэтому и проводила эксперименты.

— Какая же хуйня. Только у неё есть отец?

Секретарь, ещё больше разозлившись на насмешку директора Кука, открыл было рот, но дочь председателя снова остановила его:

— Вы уверены, что сможете избавиться от них всех?

— От шестерых в саду.

— Шестерых?

— Несколько десятков охранников пожертвовали собой, чтобы убить одного. Остальные трое где-то пропали. Найдём, если поищем.

— Вы говорите, что сможете уничтожить всех Бессердечных в одиночку, когда наши охранники пожертвовали десятками людей, чтобы поймать всего одного?

Снаружи снова раздались выстрелы. Вместе с ними слышались грохот и крики, словно началась перестрелка. На лице директора Кука снова появилась ухмылка.

— Вот почему я не люблю оружие. Отнять его, – всё равно что дать Бессердечным крылья. Вы спросили, смогу ли я справиться с ними в одиночку? Вы всё ещё не поняли? У вас разве есть другой вариант, помимо меня?

Дочь председателя смерила директора Кука презрительным взглядом и подписала контракт на экране. Директор проверил подпись и довольно улыбнулся, а женщина вдруг спокойным голосом спросила:

— Ты, случайно, не повар?

— Может быть.

— Тот, кто дал мне лекарство, сказал: «Если встретите повара, обязательно проявите уважение». Ты ведь уже знал об этом препарате?

— И что с того, что знал? Это же не лекарство, что ты теперь будешь делать?

Дочь председателя крепко сжала губы. Ей хотелось уточнить, действительно ли это не лекарство... Словно прочитав её мысли, директор Кук, глядя в свой телефон, пробормотал:

— Но ты не поверишь, что это не лекарство, даже в момент своей казни... Ты была одержима не отцом, а самой одержимостью. Какая жалкая вера в пустые иллюзии.

Дочь председателя, несмотря на насмешку директора Кука, всё ещё не могла отпустить свои надежды. Она гадала, может, если давать больше лекарства, выздоровление будет возможным? В этот момент директор Кук, который уже собирался убрать мобильный телефон, вдруг замер. Выражение его лица, когда он провёл пальцем по экрану, резко изменилось.

— Что-то не так?

Когда директор не ответил, дочь председателя снова позвала его:

— Директор Кук, что случилось?

— Состояние жизненно важных органов у прибывшего со мной человека ухудшилось. Но местоположение – бункер. В бункере есть что-то особенное?

Дочь председателя и секретарь обменялись взглядами.

— В бункере есть лаборатория, но я не знаю, зачем сотрудник Спецуправления туда отправился.

Когда она это произнесла, секретарь сразу добавил:

— Состояние критическое? Я отправлю охрану.

Наступила тишина. Директор Кук медленно поднял лицо от мобильного телефона и осмотрел женщину, её секретаря и оставшихся охранников. Как только дочь председателя и секретарь встретились с его взглядом, у них по спинам пробежал холодок. Они невольно затаили дыхание от необъяснимого страха.

— Я не говорил, что это сотрудник Спецуправления.

Никто не мог выдавить даже элементарного оправдания вроде «мы ошиблись» … Леденящая душу зловещая аура парализовала их, словно заковав в кандалы, так, что не было возможности пошевелить и пальцем…

— Что вы сделали с Хан Чжэ Мёном?

— Директор Кук...

Дочь председателя с трудом открыла рот и придала голосу силу.

— Я только что подписала контракт на огромную сумму. Неужели мне нужно тебе объяснять, что является приоритетом?

— Ты отправила Хан Чжэ Мёна в бункер?

— Эй, говори с госпожой вежли... Ах!

Секретарь вскрикнул и схватился за руку: в тыльную сторону его ладони вонзился маленький сюрикен. Поражённые охранники подняли оружие, но, взглянув на директора Кука, замерли. Он держал какую-то штуку с кнопкой.

— Да, вам, наверное, интересно, что у меня в руке. Можете представить себе что угодно. Так вам будет легче, когда вы упадёте.

И директор Кук обездвижил охранников, после чего перевёл взгляд на дочь председателя.

— Скажи, что ты наболтала Хан Чжэ Мёну.

— Я не понимаю, почему тебя так волнует этот сотрудник Управления, но если он настолько важен, не лучше ли тебе бежать в бункер вместо того, чтобы задавать мне вопросы?

— Тётя. Ты спросила меня, что для меня в приоритете. Мой приоритет – этот сотрудник Спецуправления. Я больше всего ненавижу мысль, что он окажется при смерти где-то, где я не смогу его видеть. Если такое произойдёт, я буду в бешенстве. Так что, естественно, мой приоритет – выяснить причину моего бешенства, и уничтожить её к чертям, разве не так?

С бесстрастным выражением лица директор Кук рассуждал, поднимая свободной рукой топор.

— Ты сказала Хан Чжэ Мёну спрятаться в бункере?

— …Это же, в конце концов, бункер. Место, где прячутся в момент опасности, разве нет?

Директор Кук пристально посмотрел на дочь председателя и открыл рот:

— Но это же и лаборатория, верно? Значит, там Бессердечные, которых нет в саду. Трое подопытных, в успешное излечение которых ты верила.

Когда директор повернулся, чтобы уйти, дочь председателя поспешно окликнула его:

— Сотрудник Спецуправления, наверное, уже мёртв. Твой коллега тоже. Но оставшиеся Бессердечные – очень важные образцы. Если мы найдём доказательства того, что они могут вернуться к нормальной жизни, человечество получит огромную выгоду...

— Да кто там мёртв? Не неси херню, когда тебя саму наебал мошенник.

Глаза дочери председателя задрожали. Директор Кук вышел наружу, и она последовала за ним.

— Госпожа вице-председатель, куда вы идёте?

— Я должна пойти за ним.

— За директором? Но он сейчас идёт в бункер, где находятся Бессердечные…

— Этот человек явно знает что-то, чего не знаю я. Может понадобиться ещё лекарство.

Дочь председателя побежала, и секретарь с охранниками последовали за ней, направляясь к бункеру…

***

Охранники, готовые к возможной атаке, шли впереди с оружием, проходя через длинный коридор в лабораторию. Все были шокированы увиденным внутри: окровавленные пол, стены, потолок… Повсюду валялись изуродованные растерзанные тела.

— Госпожа вице-председатель, это опасно.

Секретарь попытался остановить её, но она оттолкнула его руку и двинулась вперёд. Примерно в середине коридора стоял директор Кук и смотрел на пол. Дочь председателя подошла к нему и замерла, узнав тела. Это были те, кого она больше месяца видела каждый день через монитор. Трое, в успех которых она так верила…

— Почему они?..

Секретарь, прижимая платок к кровоточащей руке, огляделся вокруг.

— Судя по последним записям с камер перед их отключением, Бессердечные определённо убили сотрудников лаборатории. Но…

Все подумали о том, чего секретарь не произнёс. Но кто же тогда убил Бессердечных? Секретарь шагнул вперёд и внимательно осмотрел тела. У двоих были раны на шеях, как будто их ударили ножом, а третий лежал с пробитым сердцем, и у него на руке не хватало кисти. Все они держали оружие. Казалось, что они сражались друг с другом и в итоге погибли.

— Неужели они напали друг на друга?

— Друг на друга? Зачем? Бессердечные никогда не проявляли агрессии друг к другу. Они нападают только на обычных людей или общественные объекты... Может, один из них вернулся к нормальной жизни?

Дочь председателя разволновалась и начала выдвигать гипотезы.

— Смотрите: только у одного раны другие, и рука отрезана. Может быть, он стал нормальным и пытался остановить тех двоих, но умер?

— Госпожа вице-председатель, это.......

— Тёть, я же просил тебя не нести херню.

Директор Кук холодно оборвал её и огляделся. Все смотрели на него, ощущая, что атмосфера снова стала зловещей.

— Я знал, что это ты…

Он пробормотал что-то непонятное и, осмотревшись, двинулся в определённую сторону. Дочь председателя попыталась последовать за ним, но секретарь быстро схватил её.

— Если тот, кто убил Бессердечных, всё ещё здесь, это может быть опасно.

— Кто? Кто, чёрт возьми, мог убить трёх Бессердечных класса E? Они явно дрались друг с другом. Как я и говорила, один из них мог вернуться в норму...

— Председатель, до того, как камеры видеонаблюдения отключились, было зафиксировано, как все трое убивают людей.

— Но.......

— Тот образец, раны которого отличаются, сбежал первым и перерезал исследователей. Он и раньше хорошо владел ножом.

Глаза дочери председателя наполнились отчаянием.

— Значит, эксперимент действительно провалился? Всё, что мы сделали, – это просто создали более сильных и жестоких Бессердечных?

— Госпожа...

Бах!

Секретарь попытался утешить дочь председателя, но испугался внезапного громкого звука и посмотрел в ту сторону, откуда он исходил. Это было одно из помещений, куда только что вошёл директор Кук. Секретарь и охранники побежали туда и увидели, что директор грубо отодвигает стулья и столы, которые были сложены как баррикада. Какого хрена он вообще делает…? Не успели они спросить, как увидели ответ.

За баррикадой из мебели, сжавшись, прятался человек. Это был сотрудник Спецуправления. Рядом с ним лежал работник FOURKEY, похоже, без сознания. Как и говорил директор Кук, Хан Чжэ Мён оказался жив.

В тот момент, когда все подумали, что ему действительно повезло, директор Кук спросил сотрудника Спецуправления, который сидел, боясь поднять голову:

— Это вы?

Страница книги Идеал в интернете

Table of Contents

Пролог

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4.1

1 - 4.2

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

2 - 16

2 - 17

2 - 18

2 - 19

2 - 20

О книге