Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 1. Гер

Едва забрезжил рассвет, и вдали уже раздавались перекликающиеся петушиные крики, словно соревнуясь друг с другом.

Эти звуки, давно исчезнувшие из современных городов, стали для Мяо Хэ ориентиром во времени.

Даже если теперь никто не заставлял его вставать, и ему больше не нужно было считать минуты, толкаться в метро и спешить на работу с девяти до пяти, биологические часы этого тела все равно будили его. Перевернувшись несколько раз на кровати, Мяо Хэ все же потер глаза и решил подняться, чтобы заняться делами.

Потому что было очень холодно.

Ранняя весна, пронизывающий холод. Если сон ушел, то даже под тяжелым и жестким одеялом не спастись от ледяного ветра, пробирающегося в дом. Спустившись с кровати, Мяо Хэ потрясся, чтобы разогнать кровь, а затем медленно направился к глинобитной печи в задней части дома, чтобы развести огонь и умыться.

Он еще не привык умываться ледяной колодезной водой и предпочитал потратить время, натаскать дров, разжечь огонь, согреться и приготовить таз с теплой водой, чтобы как следует умыться.

Такая привередливость ясно давала понять, что Мяо Хэ отнюдь не был деревенским парнем. Но глинобитная хижина, в которой он сейчас находился, была типичным жилищем бедного крестьянина, причем очень, очень отсталым и убогим.

Неизвестно, каким способом эта глинобитная хижина все еще держалась: соломенная крыша кое-как защищала от ветра и дождя, и в воздухе постоянно витал землистый запах. На восточной стороне было прорублено окно, створки которого подпирались деревянной планкой, — это был основной источник света в доме. Внутри все было предельно просто: кроме главной комнаты, было еще две.

[прим. ред.: имеется в виду конструкция, где проем закрывается щитом из грубо сколоченных досок, и у него нет креплений типа крючков, петель и прочего: откидываешь, подпираешь палкой или снимаешь полностью]

Главная комната служила и столовой, и гостиной – только обеденный стол со скамьями да несколько низких шкафчиков у окна для хранения вещей. Восточная комната служила спальней – деревянная кровать да сундук, заменявший шкаф. В задней части дома, на севере, находилась кухня с припасами и приправами. Печь тоже была сложена из глины, без намека на кирпич. Технологический уровень дома казался застрявшим на несколько веков в прошлом.

Так оно и было. Одежда, которую Мяо Хэ надевал после подъема, была сшита из грубой ткани – верхняя рубаха и длинные штаны, подпоясанные веревкой, а длинные волосы, подражая окружающим, пришлось стянуть в пучок тканевой лентой. Весь его облик был точь-в-точь как у древнего человека.

[прим. ред.: по внешнему виду ГГ каждый догадается, что он из низшего сословия, потому что знать носила длинные халаты и юбки-шан вместо штанов + закалывала волосы шпильками].

Но если бы он просто стал древним человеком – еще куда ни шло! Однако Мяо Хэ, который попал сюда непонятным образом после аварии, вскоре с ужасом обнаружил, что… помимо прочего, он еще и сменил пол.

— Хэ-гэр, ты встал!? Если встал, быстрее открой дверь своей второй тетушке!

Вот, например. Все здесь называли его «гэр».

Этот термин отсутствовал в обыденном сознании Мяо Хэ, но в этом странном мире существовал третий пол – гэр. Тело у них было как у мужчин, только более субтильное, но при этом они обладали женскими функциями – могли беременеть и рожать!

К сожалению, гэры уступали мужчинам в силе, женщинам – в плодовитости, да и их способность оплодотворять женщин как мужчины тоже была слабее. В общем, они считались наименее желанным полом.

Было у них лишь одно преимущество, благодаря которому гэры еще как-то выживали. Они обладали мужским телом, но женской внешностью. Большинство гэров были красивее мужчин, а некоторые даже превосходили девушек в изяществе. Поэтому некоторые мужчины, не отличавшиеся хорошими условиями, все же были не прочь взять гэра в спутники.

— Бам-бам-бам!!! — Ты там живой!? Отзовись хоть!

Стук в дверь стал настойчивее. Мяо Хэ вздохнул, вытер лицо и, прихрамывая, направился во двор открывать.

За дверью его ждала полная тетушка с корзинкой в руке и недовольным лицом. Увидев Мяо Хэ, она сразу начала отчитывать его без передышки:

— Ты что, онемел? Трудно было отозваться? Так долго открывал – кто знает, может, ты опять сбежал! Эта тетушка тебе так скажет: хватит думать о всякой ерунде, живи спокойно с Даланом! Семья Ян не из тех, кого легко обидеть – мы так легко не дадим прощения!!!

Мяо Хэ сжал губы, не возражая. [прим. ред.: упоминая «семью» тетушка угрожает ГГ клановой кровной местью]

— Ты хоть подумай, какому еще гэру в деревне так повезло? Поранился – за тебя заплатили, лечили, в поле работать не гоняют! Далан ушел в горы, а все равно вспомнил, велел мне принести тебе еды. Разве это тяжелая жизнь? Чего тебе еще не хватает? Надо жить по совести, а если опять полезешь в свои грязные делишки – небо все видит, однажды тебе несдобровать! Тетушке за тебя страшно!

Болтая без умолку, тетушка вытащила из корзинки две жесткие лепешки и сунула их Мяо Хэ. Оказалось, она и правда принесла поесть. Мяо Хэ неохотно взял лепешки, хотел что-то сказать, но в итоге промолчал. Тетушка, увидев его реакцию, еще больше разозлилась, решив, что его уже не исправить, и ее голос стал еще суровее.

— Что, хочешь огрызнуться? Разве вторая тетушка не права? Ладно, раз уж ты такой неблагодарный, я тебе прямо скажу! Я предупредила всю деревню – если ты еще раз попробуешь сбежать или устроишь какое-нибудь непотребство, тебя сразу заметят! В следующий раз, даже если Далан захочет тебя защитить, я, как вторая тетушка, не позволю – велю перебить тебе ноги, понял!? — С этими словами тетушка еще раз гневно сверкнула глазами и, развернувшись, ушла.

Мяо Хэ за закрытой дверью почесал нос, и на его лице появилось выражение безнадежности. Три дня подряд одно и то же – он уже привык. Только вот непонятно, когда же он сможет сбросить с себя грехи прежнего хозяина этого тела.

Судя по воспоминаниям, которые он получил после пробуждения, прежний Мяо Хэ успел наделать дел, из-за которых на него показывали пальцем, а репутация его была хуже некуда.

Если вкратце, то до свадьбы он крутил роман с одним мужчиной, потеряв невинность. После насильной выдачи замуж в семью Ян он продолжил свои грязные связи с тем мужчиной. А однажды, в бурную дождливую ночь, он даже попытался сбежать в город к своему любовнику, прихватив серебро из семьи нового мужа. Но по дороге упал в канаву и подвернул ногу, отчего не смог убежать и всю ночь мок под ледяным весенним дождем, после чего тяжело заболел. Очнулся он уже другим человеком – теперь здесь был Мяо Хэ.

Поэтому, как только Мяо Хэ разобрался в ситуации, он почувствовал жуткую неловкость.

В этом мире, не соответствующем ни одной известной ему династии, ценности и условия жизни в целом были схожи с древними временами, которые знал Мяо Хэ. В зажиточных семьях могли брать наложниц, но большинство людей довольствовались одной женой. После свадьбы измена, будь то мужчина или женщина, считалась тяжким грехом.

Если в деревне появлялся гэр, который вел себя неподобающе и путался с мужчинами, это могло испортить репутацию всей деревни Мяо, из-за чего другим парням и гэрам было бы сложнее найти пару. Поэтому деревенские жители считали себя вправе ругать Мяо Хэ при встрече. А уж тем более семья, в которую он попал, – клан Ян.

Род Ян был одной из немногих семей в деревне Мяо, носивших другую фамилию. Десятилетия назад они бежали сюда от бедствий и осели здесь, поколениями занимаясь охотой. Тетушка, которая только что его отчитывала, была второй тетушкой Ян из семьи мужа. После того как Мяо Хэ сбежал и был пойман, пока Ян Далана не было дома, вторая тетушка Ян приходила каждый день следить за ним и читать нотации.

Так мог ли Мяо Хэ спорить с ней? Увы, он и сам чувствовал, что не вправе.

В прошлой жизни Мяо Хэ был мягким и добродушным парнем. Друзья-язвы иногда называли его толстокожим, но, оставшись без родителей в раннем возрасте и воспитанный дедушкой и бабушкой, он впитал их правильные жизненные принципы.

И именно поэтому за эти несколько дней он оказался в тупике из-за сложившейся ситуации.

Все было просто: у него, похоже, был муж по имени Ян Далан, который, по слухам, после тяжелой болезни жены ушел в горы на охоту, чтобы добыть денег на лекарства, и уже несколько дней не появлялся дома. Для нового Мяо Хэ Ян Далан был совершенно незнакомым человеком.

Но что насчет побега? Вспомните слова второй тетушки Ян.

Прежний хозяин тела уже сбегал однажды, и его репутация была безнадежно испорчена. Если он сбежит снова, даже думать страшно, как пожалеет семья Ян. Ведь вторая тетушка Ян была права – Ян Далан ни в чем не провинился перед прежним Мяо Хэ.

Он согласился жениться на нем, когда его репутация уже была испорчена, после свадьбы не заставлял его работать, обеспечивал едой и кровом, сам добывая пропитание охотой. И даже после того, как Мяо Хэ устроил побег, Ян Далан все равно заплатил за его лечение. Не говоря уже о характере, темпераменте и прочих условиях – насколько же это ответственный человек!

При одной мысли об этом Мяо Хэ стыдился считать себя невинной жертвой. Ян Далан, пожалуй, пострадал куда больше.

А если говорить о реальном положении вещей, то Мяо Хэ в его нынешнем теле просто не мог далеко убежать. Это тело было словно у малолетнего ребенка: худое, слабое, не способное ни поднять, ни донести. Нога после травмы еще не зажила, и он все еще хромал. Далеко ли он убежит? И куда?

К тому же, если побег провалится, вторая тетушка Ян обещала перебить ему ноги. Как уже говорилось, деревня Мяо не стала бы защищать прежнего Мяо Хэ, и если семья Ян решит устроить самосуд, его вполне могли забить до полусмерти.

За эти несколько дней раздумий Мяо Хэ пришлось мысленно вычеркнуть побег из списка вариантов.

Но если не бежать, проблема возвращалась к Ян Далану. Даже если в прошлой жизни ориентация Мяо Хэ тоже была нетрадиционной, это не значит, что он готов принять любого, кого ему подсунут.

А образ прежнего хозяина тела, который был так предан своему «белому лунному свету», что пошел на измену, Мяо Хэ за эти дни не решался разрушить. Вдруг кто-то заметит, что душа поменялась, и тогда его сожгут как ведьму.

Но если не менять поведение, его положение в семье Ян не улучшится, и о разводе не могло быть и речи. Представьте себя на месте мужа: вряд ли кому-то понравится, если вторая половинка будет просить развод, тоскуя по любовнику. Обычный человек в такой ситуации скорее проявит характер и не позволит этому случиться.

Поэтому, похоже, придется потянуть какое-то время. Тянуть до тех пор, пока он не сможет убедительно изобразить, что полностью разочаровался в прежнем возлюбленном, и, возможно, тогда Ян Далан смягчится, и развод станет хоть немного возможен. А до тех пор оставалось только действовать по обстоятельствам.

В памяти Мяо Хэ не было подробностей о характере Ян Далана – видимо, прежний хозяин тела вообще не обращал на него внимания. Оставалось только надеяться, что ответственный мужчина не станет выливать свой гнев через домашнее насилие.

Эх, он ведь попал в мирный, лишенный войн мир, а опасности все равно подстерегали на каждом шагу.

Нахмурившись и мысленно представив все это, Мяо Хэ вернулся к печи.

Вода нагрелась, он зачерпнул ковш, добавил холодной воды и продолжил умываться. После умывания стало немного легче. Когда оставшаяся в котле вода закипела, он налил ее в миску и отнес в главную комнату. Лепешки, которые принесла вторая тетушка Ян, были твердыми как камень – без горячей воды их было не разжевать.

Но не успел он съесть и половины лепешки, как со двора донесся шум. Похоже, кто-то открывал дверь снаружи.

Не постучав, а сразу открывая дверь… Мяо Хэ вздрогнул.

Видимо, это вернулся домой Ян Далан.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 2. Ян Далан

— Далан вернулся с гор! Эй, похоже, добыча неплохая! Что на этот раз продаешь?

— Есть оленина? Сколько есть – все куплю! Прошлый раз мясо было просто объедение!

— А дикие куры есть? Дикая курица с грибами – пальчики оближешь!

К западу от деревни Мяо тянулись постепенно возвышающиеся горные хребты, называемые Западными горами. Сама деревня располагалась у юго-восточного подножия.

Возвращаясь с охоты домой, Ян Далан неизбежно проходил мимо родового храма Мяо – центра деревни, где в свободное от полевых работ время местные любили собираться, расставлять низкие скамейки и болтать о всяком. Сегодня как раз проходило деревенское собрание, чтобы распределить рабочих на весеннюю пахоту, отчего остальные дела были отложены. После собрания старики и молодежь задержались, и народу было больше обычного.

По привычке Ян Далана, если добыча не представляла особой ценности, он не тратил время на поход в город, а продавал ее прямо на площади перед храмом, отдавая землякам по сниженной цене. Возможность полакомиться мясом без повода, да еще и дешево, всегда радовала деревенских. Именно так семья Ян, хоть и носила чужую фамилию, быстро прижилась в деревне Мяо.

Поэтому, несмотря на то что Ян Далан был высоким и мощным, с мускулистыми руками, загорелой кожей и тремя шрамами на левой щеке (охотничьи травмы), а его суровый вид напоминал атамана разбойников из баек торговцев маслом, многие все же были готовы поздороваться с ним – ради мяса.

— В этот раз продавать нечего. — Ян Далан на секунду остановился, ответил и снова собрался идти.

Но тут раздался резкий голос:

— Эй, как это нечего? У тебя же за спиной корзина полная, да и на поясе два зайца висят! Вот, тетушка возьмет этих двоих, пять связок монет сойдет? Потом отдам!

[прим. ред.: монета – цянь, 1 связка = 10 монет, 1 угловой серебряный = 10 связок, 1 лян серебра = 10 угловых = 1000 монет]

За одного зайца пять связок – это явно дешево.

— Тетушка Хуа, это же не ваш дом, а площадь перед храмом! Хотите сбить цену – так хоть постыдитесь немного! Два зайца за пять связок? Да я сам вам каждый день буду продавать по такой цене! — возмутился Мяо Пин. Рядом стоящие мужчины засмеялись.

Ян Далан не только был искусным охотником, но и часто брал с собой в горы других, учил их, а когда дикие кабаны спускались разорять поля, он становился главной защитной силой. Пусть и немногословный, но среди мужчин он пользовался уважением.

Тетушка Хуа (Чжан Цуйхуа) была женой Мяо Ю – одного из потомков основателя деревни. В деревне Мяо было полно теток с одной фамилией, поэтому в обращении использовали имена. А эта семья, хоть и дальняя родня основателя, все же считала себя выше других.

Поэтому тетушка Хуа, упершись руками в бока, парировала:

— Торговля – дело добровольное! Если Далан согласен, кто вам мешает? Да и все знают, как наша семья ему помогла – разве не мы сосватали ему его гэра? Иначе где бы он, в свои двадцать три, да еще и со шрамами, нашел такого красивого гэра!

Младший брат Мяо Пина, Мяо Гао, тут же встрял:

— А, ты про Мяо Хэ? Он же ведь раньше… — но не успел договорить, как брат жестко толкнул его локтем. Осекшись, Мяо Гао поспешно поправился: — Э… Далан, я не к тому! Просто этот Мяо Хэ, наверное, дурак, раз не разглядел…

Мяо Пин снова врезал брату, заставив замолчать, но вокруг уже раздались насмешки. Все знали, что гэр Ян Далана пытался сбежать – для мужчины это было настоящим унижением.

Однако, когда Ян Далан холодно окинул взглядом смеющихся, те сразу притихли. Охотник с его статью и суровым взглядом, пропитанный запахом крови, был куда страшнее простых крестьян. Даже тетушка Хуа не рискнула продолжить.

Только когда вокруг воцарилась тишина, Ян Далан снова зашагал прочь.

Когда он ушел, один из мужчин буркнул:

— Ну и что, это ж правда? Жена изменяет, а он нос воротит! Силен – ну и что? Разве не факт?

Другие, почувствовав себя неуютно, тоже поддакнули:

— Верно! Сосватали их правильно – два сапога – пара. Одному отказали, другого все сторонятся. Чего бегать-то? Вместе и живите.

Одна из теток тут же возмутилась:

— Мяо Эр, что за чушь! Кто это «сторонятся»? У нашего Юань-цзы с Мяо Хэ отношения абсолютно чистые! Это Мяо Хэ сам все придумал, нечего грязью поливать! [прим. ред.: мать использует «子» – умен.-ласк. суффикс, соотв. нашим суф. -чик, -ька, типа «наш Юаньчик»]

— Ой, тетушка Ин, как вам не стыдно! — Мяо Эр любил потрепаться. — Разве мы все слепые? Сколько раз видели, как Мяо Юань и Мяо Хэ по деревне гуляли! Бедность не порок, но зачем еще и по человеку топтаться?

Тетушка Ин покраснела, но стояла на своем:

— Наш Юань-цзы со всеми вежлив! А гулять – так они же соседи! Ни помолвки, ни свадьбы не было – чего языки чесать? Если еще раз услышу такие разговоры – пойду к старосте!

Упоминание старосты подействовало – он был близок с семьей Мяо Юаня, и болтуны поспешили заткнуться.

Но история Мяо Хэ и Мяо Юаня у всех была на слуху.

Давайте вернемся к началу.

Мяо Юань происходил из единственной в деревне семьи, знающих грамоту. Его предки поколениями зарабатывали на жизнь тем, что писали письма и учили детей, и их статус был почти наравне со старостой. Двадцать лет назад дед Мяо Юаня, Мяо Цзюэ, сдал экзамен на начальную ученую степень (туншэн), что еще больше возвысило семью.

У Мяо Цзюэ было три сына и две дочери, но продолжил его дело только третий сын, Мяо Вэньшу. Учеба требовала денег – бумага, кисти, тушь, дорога на экзамены… Даже с льготами (туншэны освобождались от налогов) семья могла позволить себе учить только одного.

Мяо Юань, как старший сын второго брата Мяо Вэньчжуна, изначально не считался кандидатом и помогал по хозяйству. Но полгода назад он неожиданно сдал экзамен на туншэна, ошеломив всех.

По словам его семьи, Мяо Юань всегда подбирал старые книги своего кузена Мяо Чо (сына Мяо Вэньшу, главного кандидата). Когда Мяо Чо нервничал перед экзаменом, Мяо Юань предложил пойти с ним для поддержки. Его мать настояла и даже добавила денег на дорогу. В итоге Мяо Цзюэ согласился.

Но на экзамене Мяо Чо провалился, а Мяо Юань – сдал. С тех пор он стал главной надеждой семьи.

Однако к тому времени Мяо Юань уже много лет был близок с соседом Мяо Хэ.

В деревнях не было строгих правил насчет общения мужчин и женщин (или гэров) до свадьбы. Гэры, работавшие наравне с мужчинами, и вовсе стирали границы.

А Мяо Хэ был одним из самых красивых гэров в деревне: белоснежная кожа, большие круглые глаза, ямочки на щеках, когда улыбался. Миловиднее многих девушек.

Хоть гэры и не ценились на брачном рынке, его внешность льстила тщеславию Мяо Юаня, и тот не избегал общения. Они были неразлучны.

Их семьи даже обсуждали свадьбу. Обычаи не запрещали браки внутри клана, а семья Мяо Юаня, хоть и образованная, жила небогато. Зато у Мяо Хэ были связи в городской чайной, что помогало продавать урожай выгоднее.

Брак сулил выгоду обеим сторонам. Но когда дед Мяо Хэ умер, семья вступила в траур, и сватовство отложили.

А потом Мяо Юань сдал экзамен.

Его семья тут же охладела к Мяо Хэ, отправила сына в город учиться, а позже поползли слухи о помолвке с дочерью чиновника.

Но Мяо Хэ женили раньше – по инициативе старосты.

Успех Мяо Юаня льстил его репутации, и староста решил избавить его от назойливого гэра. Через тетушку Хуа он надавил на семью Мяо Хэ, убедив выдать его замуж. А семье Мяо Хэ сказали: «Репутация испорчена, кто его теперь возьмет? Ловите момент». Так Мяо Хэ, все еще верившего в любовь Мяо Юаня, насильно выдали за Ян Далана.

Но вернемся к сегодня: покинув храм, по дороге домой Ян Далан зашел к тете Ян. Она была женой его покойного дяди и самой старшей в семье Ян.

Мужчины предыдущего поколения – отец Далана, его второй и третий дяди – все погибли двенадцать лет назад во время охоты, что закончилась трагедией. Третьего дядю даже не смогли похоронить: его утащил в лес огромный тигр. Первый и второй сыновья чудом выжили, но получили тяжелые раны. Вскоре первый сын (отец Далана) скончался. А дед Ян и его жена, не вынеся горя, вскоре тоже умерли. Второй дядя остался калекой (с поврежденными ногой и рукой) и через несколько лет, измученный тоской, последовал за родными.

С тех пор род Ян стремительно обеднел. Раньше семья жила в просторном кирпичном доме, но после трагедии едва сводила концы с концами. Мать Далана, потрясенная горем, не только потеряла ребенка, но и сама тяжело заболела. Дорогие лекарства для нее и второго дяди быстро истощили семейные сбережения.

Поэтому Ян Далан был благодарен тете Ян. В беде познается истинная преданность: в самые трудные годы она, благодаря мастерству вышивальщицы, кормила дом, пока Далан не повзрослел.

Недавно мать Далана, долго болевшая, все же умерла. А старший сын тети Ян как раз стал отцом, да и младшему скоро нужно готовить свадьбу. Далан, несмотря на протесты тети, оставил родовой дом младшей ветви семьи (потомкам второго дяди) и переехал. У него не было других братьев, а этот дом – корни рода Ян.

— Вторая тетя, спасибо за эти дни, — сказал Далан у ее дверей, снимая с пояса связанных зайцев и протягивая ей.

Тетя Ян с ребенком за спиной неодобрительно нахмурилась:

— Опять принес? Забирай обратно! Я присматривала за твоим гэром не ради подарков – это долг перед семьей Ян. Такого жирного зайца лучше продай в городе, чтобы вернуть долг за лекарства. Долги за лечение – к несчастью, могут навлечь беду на дом!

Но Далан молча поставил сверток на землю. Два зайца были крепко связаны и не могли сбежать.

— В корзине еще есть. Если не возьмете, в следующий раз постесняюсь просить еды.

После переезда он питался кое-как и часто обменивал добычу на готовую еду у тети. Такие слова означали твердое решение. После нескольких безуспешных попыток отказаться тетя Ян сдалась, но не удержалась от нравоучений:

— Не за то ругаю, но… Родинка на запястье у твоего гэра еще на месте, да? Значит, ты до сих пор его не трогал? Прошел уже месяц со свадьбы! Да, ты женился, чтобы мать успокоилась перед смертью, но раз уж женился – ничего не изменить. Зачем думать, хочет он или нет? Разве в деревне браки по любви водятся? Возьми его как положено – и он даже не подумает сбежать!

Далан лишь молча кивнул.

Тетя Ян замялась:

— Или… ты все еще…

— Нет, — резко оборвал он.

— Эх… Ты у меня добрый, не слушай, что люди болтают. Главное – живите мирно, ладно?

Но он снова лишь кивнул. Тетя Ян чувствовала себя беспомощной.

Какой упрямый, весь в отца! Никакие уговоры не помогают – даже родовой дом отдал без раздумий. Видимо, и дальше придется за ними присматривать.

Продолжая раздумывать, тетя Ян махнула рукой, давая знак племяннику, что он может идти домой – присматривать за своим гэром.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 3. Несчастный случай

Когда Ян Далан вернулся домой, напряжение Мяо Хэ достигло предела. Этот человек, с которым ему предстояло жить под одной крышей, скорее всего, мог раскусить его. Нужно было вести себя правильно. Услышав скрип калитки, Мяо Хэ весь напрягся.

После тяжелых шагов раздался скрип, и деревянная дверь распахнулась.

Мяо Хэ уже отложил жесткую лепешку и широко раскрытыми глазами смотрел на вход, готовясь к встрече. Но высокий силуэт в дверном проеме, лицо которого невозможно было разглядеть из-за света за спиной, лишь бросил взгляд внутрь, даже не зайдя, и развернулся обратно во двор.

Мяо Хэ затаил дыхание, но ощущение было, будто бил кулаком по вате. Напряжение не ушло, а только копилось, как перед собеседованием. Раз уж все равно придется, подумал он, лучше сразу.

Повторив в голове манеру поведения прежнего хозяина тела, Мяо Хэ подошел к двери и жестко произнес:

— Я верну серебро!

Высокая фигура, присевшая во дворе спиной к нему, замерла, затем медленно развернулась. Только теперь Мяо Хэ разглядел лицо Ян Далана, которое в памяти прежнего хозяина было смутным.

У него были выразительные черты лица, высокие скулы, глубоко посаженные глаза – если бы не те зловещие шрамы, в современном мире он бы смотрелся брутальным мачо.

Но исходившая от него аура заставила Мяо Хэ запнуться.

— То есть… я верну деньги за лечение.

Ян Далан нахмурился, поднялся и подошел к Мяо Хэ, глядя сверху вниз.

— Чем вернешь?

Мяо Хэ пришлось запрокинуть голову. Черт, между нами минимум полторы головы. Если он ударит, выдержу ли?

— Я… я умею выращивать овощи. Так и верну.

Ян Далан ничего не ответил, лишь продолжал пристально смотреть. Мяо Хэ почувствовал себя будто под сканером, по коже побежали мурашки. К счастью, в конце концов Ян Далан просто развернулся и продолжил разделывать добычу.

Такая реакция немного успокоила Мяо Хэ. Его заявление о возврате денег должно было показать желание держать дистанцию, не разрушая образ. Но он не рискнул перегибать палку, выбрав намек вместо прямого заявления. К тому же, это помогало его плану.

— Пока не верну серебро, я не сбегу, — поспешно добавил он.

На этот раз Ян Далан даже не обернулся.

— Сбежишь – найдем.

Мяо Хэ опешил. Он хотел успокоить мужа, но ответ оказался неожиданным.

Неужели он действительно намерен держать меня как жену? Не думает о мирном расставании?

Может, стоит четче дать понять, что я против?

И почему у него вообще нет гнева после того, что натворил прежний «я»?

Пока он размышлял, Ян Далан снова поднялся, нахмурился и приказал:

— Иди в дом. Закрой дверь.

Мяо Хэ удивился, но тут же заметил: в правой руке Ян Далан держал окровавленный нож, в левой – окровавленную тушу оленя.

Тяжелый, металлический запах крови ударил в нос. Парень из современности никогда не видел ничего подобного!

Мяо Хэ сглотнул и принял новое решение. Пока он не разберется в Ян Далане, благоразумие – лучшая тактика.

— М-м, — покорно ответил он, закрыл дверь, отгородившись от кровавой сцены во дворе.

В доме он немного походил, покусал лепешку, но не мог успокоиться. Раз ситуация с Ян Даланом временно стабилизировалась, Мяо Хэ решил немедленно приступить к плану.

Выращивать овощи.

Да, именно так.

Его слова о возврате денег за счет огорода – не пустой звук.

Мяо Хэ прошел в заднюю часть дома и открыл дверь на задний двор.

Дом окружали просторные дворы, спереди и сзади, с запасом места для будущих пристроек. Все было обнесено высокой глинобитной стеной. Мяо Хэ не знал, что стена такая высокая из-за расположения дома на окраине деревни – первой линии защиты от диких кабанов.

В левой части двора стоял навес, под которым лежали деревянные корыта, инструменты и несколько растянутых шкур – видимо, здесь Ян Далан обрабатывал добычу. Рядом был дровник. Справа стояли большие бочки с колодезной водой, которые Мяо Хэ использовал последние дни, и примитивная перегородка для омовения. Посередине оставалось свободное место – около семи-восьми пин [прим. ред.: традиц. мера площади ~3.3 м²], вполне достаточно для грядок.

Мяо Хэ краем глаза проверил, что Ян Далан все еще занят разделкой туш, затем вернулся в угол двора, где заранее приготовил старую миску, наполненную землей. Поставив ее на землю, он закрыл глаза, сосредоточился – и в его ладони материализовался небольшой комок земли, похожий на глиняный шарик.

Мяо Хэ называл его «живой землей». Эта аномалия появилась у него еще в прошлой жизни. Сначала живая земля несколько лет снилась ему, а потом, словно созрев, материализовалась в реальности! Тогда Мяо Хэ, начитавшись фэнтези, был в восторге и начал тайно исследовать свойства этого комка.

Единственный недостаток: шарик был только один.

Однажды Мяо Хэ закопал его в горшок, и «живая земля» словно растворилась в почве, оставив лишь ощущение энергии. Оставалось только одно – использовать этот горшок для посадки.

Но направление было верным.

Мяо Хэ обнаружил, что если посадить в эту землю овощи или рассаду, они созреют за один день, независимо от сезона и условий. Урожай можно было собирать снова и снова, причем интервалы зависели от вида растения – иногда минуты, иногда часы. Как в мобильной игре про фермерство.

Правда, «ускорение» работало только для одного растения за раз. Если посадить несколько, эффект распространялся лишь на первое. Мечты разбогатеть на этом рассыпались – масштабы были слишком малы, да и скрывать источник дохода было сложно. Максимум – изредка выращивать дорогие растения, например, женьшень, и продавать в разных лавках для дополнительного заработка.

Но у «живой земли» было еще одно преимущество.

Растения получались высшего качества: плоды – крупные и сладкие, овощи – устойчивые к вредителям и свежие. А семена с таких растений, даже посаженные в обычную почву, давали урожай на порядок лучше.

После перерождения у Мяо Хэ, возможно, из-за смены тела, появился новый комок «живой земли». Обрадовавшись, он обрел уверенность. Теперь он собирался использовать ее по плану.

Сначала – вырастить элитные семена, чтобы засеять обычный огород. Такой урожай будет стабильно высокого качества, и деньги на возврат долга появятся. А когда он сможет уйти от Ян Далана и жить самостоятельно, можно будет заняться дорогими лекарственными травами или фруктовыми деревьями. Главное – не привлекать внимания…

— Что тут делаешь? — Тишину двора нарушил спокойный голос.

Мяо Хэ, застигнутый врасплох с «секретом» в руках, дернулся, попытался спрятать комок и, забыв о травме, резко наступил на больную ногу! Потеряв равновесие, он уронил живую землю прямо в грязь!

— Не-е-ет!!! — в ужасе закричал он, бросаясь вперед, но было поздно – комок растворился в почве.

Мяо Хэ остолбенел. Что делать?!

Однажды он уже пытался пересадить «живую землю» в другой горшок, но, даже выкопав почти всю почву, чувствовал ее энергию только в старом. Новый горшок оставался обычным. Тогда он не решился выкопать последнюю горсть, боясь потерять силу навсегда.

Теперь же живая земля оказалась в земле посреди двора!

От шока у Мяо Хэ подкосились ноги.

Ян Далан, услышав шаги во дворе, подошел проверить. Не заметив комка, он увидел лишь, как гэр пошатнулся и упал.

— Нога болит? — быстро подхватил он Мяо Хэ.

Но тот лишь покрасневшими глазами смотрел в пустоту, не отвечая.

Ян Далан нахмурился, взял его на руки и отнес в дом. Мяо Хэ даже не сопротивлялся, будто оцепенев.

— Лежи. Я за лекарем.

Когда Ян Далан ушел, Мяо Хэ наконец пришел в себя.

Спокойно, сила не исчезла, просто теперь она в земле.

Можно выкупить этот дом. Или уговорить Ян Далана поменяться участками. Или…

Мысли о худшем он отогнал.

Место во дворе и так подходило для огорода.

Вскоре Ян Далан вернулся с лекарем – седовласым стариком Линем, одним из немногих в деревне с другой фамилией.

— Нога в порядке, новых повреждений нет, — проверив лодыжку, сказал Линь.

Ян Далан описал падение.

— Пропишу мазь. Не наступать несколько дней. Если не поможет – вези в город.

— Деньги за лечение принесу, когда продам добычу, — кивнул Ян Далан.

— Не торопись, — буркнул Линь. — Ты мне еще травы приносишь – мы в расчете.

Когда лекарь ушел, Ян Далан вернулся к постели.

— Отдыхай. Еще болит?

— Болит… — голос Мяо Хэ дрогнул.

От злости и боли.

Виноват был он сам!

— Тогда веди себя послушно.

Весь день Мяо Хэ провел в оцепенении – и когда Ян Далан накладывал мазь, и когда переносил его.

Хуже уже не будет.

Даже ночью, лежа рядом с неподвижным Ян Даланом, он ворочался, думая, как вернуть «живую землю».

Может, выкопать? Вдруг в земле она ведет себя иначе, чем в горшке?

Завтра же начну. Скажу, что разбиваю огород…

В темноте Ян Далан перевернулся, положив руку под голову, и его прищуренные глаза внимательно изучали Мяо Хэ.

Будто пытаясь разгадать его тайну.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 4. Сомнение

На следующее утро, когда Мяо Хэ проснулся, рядом никого не было. В задней части дома тоже было тихо – похоже, Ян Далан уже ушел. Вчера он должен был отправиться в город продавать добычу, но задержался из-за травмы Мяо Хэ.

Глаза Мяо Хэ загорелись, и, не обращая внимания на холод, он тут же сбросил одеяло и вскочил с кровати.

Только тогда он заметил на столе две лепешки и небольшую тарелку с мясом, обжаренным с солеными овощами.

Хотя это было первое мясо, которое он видел с момента своего перерождения, сейчас у него совсем не было аппетита. Единственное, о чем он думал – как можно скорее выкопать свою «живую землю»!

Натянув обувь, Мяо Хэ заковылял в заднюю часть дома. Его левая нога была перевязана после вчерашнего лечения, и двигаться было неудобно. Но как только он вышел во двор, снова раздался звук открывающихся ворот. Мяо Хэ замер, а когда Ян Далан его увидел, его лицо сразу потемнело.

— Что ты опять делаешь?

— Я... я хотел умыться, развести огонь для горячей воды, — пробормотал Мяо Хэ.

Ян Далан нахмурился, шагнул вперед и, как и вчера, легко подхватил Мяо Хэ на руки. Не дав ему возразить, он строго сказал:

— Разве ты забыл, что сказал дядя Линь?

— Я только подвернул ногу. Это не так серьезно.

— Вчерашнее падение было притворством?

Мяо Хэ тут же закрыл рот, не решаясь спорить. Если бы Ян Далан узнал, что нога в порядке, это вызвало бы подозрения насчет его вчерашней странной реакции. При этой мысли Мяо Хэ сник и покорно позволил отнести себя к столу, изображая тяжелораненого.

Ян Далан поставил перед ним тарелку с лепешками и жареным мясом.

— Ешь. — С этими словами он развернулся и ушел.

Мяо Хэ увидел, что тот направился в заднюю часть дома, и через некоторое время понял, что Ян Далан и правда начал греть воду.

Чувствуя себя немного виноватым, Мяо Хэ покорно взял лепешку и начал жевать, изредка заедая мясом. Похоже, мясо было редким угощением, поэтому он съел лишь пару маленьких кусочков.

Когда Ян Далан вернулся с горячей водой и увидел, что Мяо Хэ почти не ел, он нахмурился:

— Нет аппетита?

— А? Нет, есть.

— А лепешка? — Ян Далан посмотрел на лепешку в его руке, от которой тот откусил всего пару раз.

— Она жесткая, я обычно размачиваю ее в воде.

Едва он это сказал, Ян Далан снова вышел и вскоре вернулся с еще одной миской горячей воды.

Воспользовавшись моментом, Мяо Хэ схватил его за рукав:

— Подожди! Ты сегодня идешь в город?

Ян Далан посмотрел на руку, держащую его:

— Иду.

Лицо Мяо Хэ просияло:

— Если хватит денег, не мог бы ты купить семена овощей? Совсем немного, одного-двух видов хватит.

— Тебе не нужно этим заниматься, — снова нахмурился Ян Далан.

Мяо Хэ поспешно объяснил:

— Я хочу заниматься этим не только из-за денег! Когда ты уходишь на охоту, мне нечего делать. Разводить огород – отличная идея! Во дворе есть свободное место, и я могу выращивать овощи, чтобы обменивать их на рис. Тогда нам не придется все время есть эти жесткие лепешки! И еще можно будет отдавать часть тете. Верно?

Его план с огородом было трудно осуществить без согласия Ян Далана. Мяо Хэ нервно смотрел на него.

Ян Далан покачал головой:

— Если хочешь рис, я могу купить.

Мяо Хэ начал волноваться:

— Но семена все равно нужны! Я правда очень хорошо выращиваю овощи! Моя мама говорила, что мои овощи всегда свежее, чем у других. В нашей семье все их любили, и я тоже! Если ты не купишь, я пойду и накопаю их у ручья! И тогда не смей говорить, что я пытаюсь сбежать!

— Тебе запрещено ходить. Разве забыл?

— Вот потому и прошу тебя купить! — в порыве нетерпения Мяо Хэ забыл о своей роли, и его мягкий характер проступил наружу.

Его умоляющий взгляд не содержал ни капли прежнего сопротивления или страха. Ян Далан на секунду замер, глядя на гэра, который смотрел на него с мольбой.

Наконец, он спросил:

— Какие именно тебе нужны?

Эти слова означали, что план с огородом одобрен! Мяо Хэ невольно искренне улыбнулся Ян Далану.

Его изогнутые брови, ямочки на щеках и сияющее лицо полностью соответствовали слухам о том, что его улыбка – лучшая в деревне.

— Семян нужно немного. Мы же еще должны дяде Линю за лечение, так что если денег не хватит, мы можем потом сами накопать.

Последние дни он боялся выходить со двора, чтобы его не заподозрили в побеге.

Ян Далан кивнул, наконец согласившись, и под нетерпеливым взглядом Мяо Хэ взял корзину и вышел за ворота.

Но как только дверь закрылась, Мяо Хэ тут же бросился во двор.

Там, где вчера упала «живая земля», он сразу почувствовал знакомую энергию. Он тут же схватил тяжелую лопату из сарая и начал яростно копать!

К сожалению, как он и предполагал, даже выкопав большую яму, он не смог сдвинуть энергию живой земли. Она казалась еще сильнее и устойчивее, чем когда была в горшке.

Мяо Хэ копал глубже, пока на лбу не выступил пот, но безрезультатно. В конце концов, ему пришлось сдаться.

Вернувшись в дом, он выпил чашку воды и тяжело вздохнул. Теперь придется закапывать яму обратно. Если Ян Далан вернется и увидит ее, он разозлится и запретит огород.

После всех этих усилий силы Мяо Хэ были на исходе. Он доел оставшиеся лепешки и мясо.

Последние дни он ел только дважды в день – по одной жесткой лепешке, которую тетя Ян приносила утром и вечером. Не привыкнув к такому режиму, он оставлял половину утренней порции на обед.

А затем, с телом, где каждая клеточка ныла, забрался на кровать и крепко уснул.

Он проснулся уже на закате, когда в доме послышались звуки, вырвавшие его из сладкого сна.

В главной комнате уже горела масляная лампа, а на столе стояло несколько блюд. Кроме обычных жестких лепешек, там были соленые огурцы, пухлый белый паровой пирожок с мясной начинкой и даже небольшая миска супа с мясом на косточке. Аромат этого супа и разбудил Мяо Хэ.

Ян Далан как раз расставлял чашки и палочки для еды, когда заметил, что гэр потягивается, и подошел ближе.

— Иди есть.

Мяо Хэ кивнул, с трудом поднялся, и в следующую секунду Ян Далан уже нес его к столу. На этот раз Мяо Хэ даже не сопротивлялся – после сна усталость, накопившаяся в теле, будто вырвалась наружу, и все болело еще сильнее, чем до отдыха.

Ян Далан молча пододвинул белый пирожок к Мяо Хэ, а сам взял жесткую лепешку.

Мяо Хэ, уже немного проснувшись, смотрел на мягкий, пухлый пирожок, от которого исходил аппетитный мясной аромат. Даже без опыта жизни в деревне он понимал, что такой пирожок – роскошь.

— Откуда пирожок?

— Купил.

Мяо Хэ смутился:

— Но ведь нужно возвращать деньги…

— Хватит.

— О…

Мяо Хэ опустил глаза на мягкий пирожок, и в его сердце закралось сомнение. В памяти прежнего хозяина тела за месяц замужества самым ярким впечатлением было не то, каков Ян Далан, а то, что мясо на столе появлялось регулярно.

В родной семье Мяо Хэ питались куда скромнее. Однако прежний хозяин был на дне отчаяния – брошенный любимым, выданный замуж против воли, – он видел в любом жесте Ян Далана лишь повод для страха и отторжения.

Но на самом деле, несмотря на немногословность, Ян Далан заботился о своем гэре. Он не заставлял его работать, обеспечивал едой. Вчера, несмотря на долги, без колебаний вызвал лекаря. А сегодня, стоило Мяо Хэ пожаловаться на жесткие лепешки, как на столе появился свежий пирожок.

По логике, он должен был отвергнуть эту заботу, как делал прежний хозяин.

Но за эти два дня Мяо Хэ понял, что Ян Далан – не плохой человек. А его попытки сохранить образ были лишь способом защитить себя. Но разве ради этого стоило отвергать доброту и возможную дружбу?

Прежний Мяо Хэ ушел. Как долго он сможет притворяться?

Он молчал, борясь с собой.

А Ян Далан, видя это молчание, слегка похолодел внутри. Он и так был немногословен, а теперь и вовсе опустил глаза, продолжая есть лепешку.

Но через мгновение гэр пошевелился. Его тонкие пальцы наконец дотронулись до пирожка. А затем Мяо Хэ разломил его пополам и протянул одну половину Ян Далану.

— Если ты не ешь, как я могу есть? — тихо сказал он.

Лицо Ян Далана осталось невозмутимым, но внутри он был потрясен. Медленно он взял половину пирожка.

Мяо Хэ улыбнулся и откусил свой кусок, на лице появилось облегчение.

Теперь он понял.

Даже в этом чужом мире он хотел оставаться собой. Притворство – не его стиль. Это лишь вызывало напряжение и чувство вины. Даже если это вызовет подозрения или усложнит его планы. Он хотел решать проблемы по-своему, а не топтать чужую доброту ради безопасности.

Если бы его язвительный друг был здесь, он наверняка сказал бы: «Дурак! Слишком мягкий!»

С этим решением Мяо Хэ воспрял духом.

— Ты купил семена?

— Купил.

— Какие?

— Покажу после еды. Сначала ешь.

— М-м, — кивнул Мяо Хэ.

— И рис тоже, — добавил Ян Далан.

Мяо Хэ слегка заерзал:

— С рисом и моими овощами будет очень вкусно. Вот увидишь.

Ян Далан кивнул и пододвинул ему суп. Мяо Хэ настоял, чтобы они разделили мясо, и только тогда начал есть.

Оранжевый свет масляной лампы колыхался от их движений. Теплые отблески наполняли дом странным, но уютным спокойствием.

После ужина Мяо Хэ тут же потребовал показать семена. И каково же было его удивление, когда он увидел, сколько их!

Огурцы, длинные бобы, горькая тыква, китайская капуста, рапс, салат-латук, тыква, редька, баклажаны… Среди обычных культур его ждал сюрприз: острый перец чили, лук, арахис, картофель и даже томаты!

В какую же эпоху я попал? — подумал он, увидев последние.

Конечно, были и привычные приправы: лук, имбирь, чеснок, кинза. Продавец, видимо, дал их в довесок.

Если сажать все по очереди, уйдет больше месяца.

Осталось только придумать, как скрыть это от Ян Далана…

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 5. Разрыхлить почву

На следующий день Мяо Хэ проснулся рано – видимо, из-за тревожащих его мыслей, ведь он встрепенулся, едва услышав вдалеке петушиный крик. Ян Далан встал еще раньше, и к моменту пробуждения Мяо Хэ уже приготовил ему таз с горячей водой для умывания.

Мяо Хэ без лишних церемоний воспользовался водой. В душе он решил, что в ответ на такую заботу будет угощать Ян Далана овощами со своего огорода – и для лечения, и для профилактики. Ведь пища, выращенная на «живой земле», чрезвычайно полезна для здоровья.

Но пока приходилось ждать. Чтобы скрыть свойства «живой земли», предстояло проделать немало работы. После завтрака Мяо Хэ отправился во двор наблюдать, как Ян Далан рыхлит землю. С травмированной ногой Мяо Хэ, конечно, не мог помогать, поэтому Ян Далан принес ему низкую скамеечку, чтобы тот сидел в сторонке.

В дни, когда он не ходил на охоту, у Ян Далана было много свободного времени. Дело в том, что у семьи Ян не было собственных полей. Поскольку они были пришлыми, в деревне Мяо испокон веков существовало правило: если чужаки хотят приобрести здесь землю, им приходится платить вдвое больше, даже за пустоши. Видимо, так старались удержать земли в руках семей с фамилией Мяо.

Поэтому, хотя семья Ян прожила здесь уже несколько поколений, они не стремились покупать землю. Во-первых, охотничье ремесло позволяло им зарабатывать на жизнь без полей. Во-вторых, тратить вдвое больше серебра казалось расточительством – лучше сэкономить и улучшить быт.

Благодаря такому подходу семья Ян жила в достатке. Хотя, кроме мяса, все продукты приходилось покупать, и расходы были выше, чем у других деревенских, но и доходы позволяли. Со стороны их жизнь выглядела даже зажиточнее, чем у соседей.

Пока не случился тот страшный несчастный случай с отцом Ян Далана, потрясший всех! Ведь столкнуться сразу с двумя тиграми – редкое происшествие, и то, что из трех мужчин двое смогли вернуться живыми, уже считалось чудом.

С тех пор деревенские, прежде завидовавшие семье Ян, осознали, насколько охота опаснее земледелия. Даже при достатке один несчастный случай мог в мгновение ока превратить зажиточную семью в нищую, обрекая ее на пожизненные тяготы. Вот почему жениться мужчинам из семьи Ян в поколении Далана стало куда сложнее.

Вот, к примеру, старший двоюродный брат Ян Далана – Ян Датун. Старший сын тети Ян, уже обзаведшийся женой и двумя детьми, давно забросил охоту. После той страшной трагедии тетя Ян, опасаясь за сына, еще в детстве отдала его в подмастерья к деревенскому деду Ли – учиться столярному ремеслу. Теперь он мастерит мебель да сельский инвентарь. Благодаря этому и женился Ян Датун куда раньше, чем сам Ян Далан.

Но это все лирическое отступление. Вернемся к Ян Далану, который рыхлил землю быстро и умело, и вскоре почти закончил с огородом. Конечно, один участок был особенно мягким – как раз там Мяо Хэ вчера выкопал яму и засыпал ее обратно. Вряд ли Ян Далан обращал особое внимание на состояние двора, но когда его мотыга внезапно легко вошла в землю, он с недоумением взглянул на Мяо Хэ.

Мяо Хэ нервно улыбнулся, избегая взгляда.

— Что-то не так? Может, воды принести? Я... я сейчас сбегаю!

Едва он встал, как его остановили.

— Не надо. Сиди.

Мяо Хэ не осмелился перечить, послушно уселся, положив руки на колени, и поспешил сменить тему.

— Кстати, после рыхления нужно выкопать еще одну яму – глубиной по руку. Потом закопаем туда опавшие листья и ветки, накроем доской, и через некоторое время получится удобрение.

В прошлой жизни, после открытия «живой земли», Мяо Хэ увлекся огородничеством и кулинарией. Первое – чтобы лучше выращивать новые семена, хотя пространства для экспериментов хватало лишь на балконные горшки. Второе – потому что с такими прекрасными продуктами хотелось и готовить соответственно, чтобы не транжирить дар.

Мяо Хэ кое-что знал о простых способах приготовления удобрений. Живя в городе, он не мог использовать сложные методы, максимум – компост из листьев в деревянных ящиках, чтобы меньше пахло. Насколько он помнил, здесь использовали навоз, но не опавшие листья. Его план был не столько в удобрении, сколько в создании отговорки – если его овощи окажутся лучше соседских, можно будет сослаться на этот метод.

— Яма должна быть именно такого размера, с небольшим зазором, и крышка должна быть плотной, иначе не получится! — с важным видом пояснил Мяо Хэ. — Это мой личный метод для огорода, чтобы овощи помогали овощам. Только никому не говори.

Ян Далан вытер пот, застилавший глаза, кивнул и продолжил работу. Мяо Хэ, видя, что его спина уже промокла, снова почувствовал вину.

— Давай все же попьем воды. Ты весь вспотел, нужно восполнить влагу.

Под настойчивым взглядом гэра Ян Далан, хотя и не видел в этом необходимости, остановился, чтобы попить, заодно принес воды и Мяо Хэ.

После короткого перерыва Ян Далан закончил рыхление, и Мяо Хэ велел ему посадить вдоль края первый ряд семян. Он объяснил, что это его метод – сначала вырастить старые ростки, а потом подсаживать новые, тогда они растут лучше. Конечно, это суеверие было лишь прикрытием для «живой земли».

К счастью, Ян Далан не стал расспрашивать, а просто делал, как говорил Мяо Хэ. Но когда работа была выполнена наполовину, у ворот раздался голос.

— Есть кто дома? Хэ-гэр?

Оставив Мяо Хэ во дворе, Ян Далан пошел открывать. Вскоре он вернулся в сопровождении еще одного стройного гэра. Тот был смуглым от загара, худощавым, с чуть опущенными уголками глаз, что придавало ему постоянно немного виноватый вид. Он шел за Ян Даланом, двигаясь скованно – то ли от страха, то ли по другой причине, украдкой поглядывая на него.

Увидев Мяо Хэ во дворе, он поспешил к нему.

— Хэ-гэр, как ты? Я так переживал, услышав о твоей травме! Но матушка не пускала меня. Сегодня она наконец уехала в город, и я смог сбежать.

Мяо Хэ лишь улыбнулся в ответ.

Этого гэра звали Мяо Минь. Он жил недалеко от семьи Мяо Хэ, они были ровесниками и с детства росли вместе. Правда, его семья была беднее, и, поскольку Мяо Хэ часто угощал его сладостями и делился игрушками, со временем Мяо Минь стал его верным спутником.

Но у Мяо Хэ были смешанные чувства по поводу этого парня.

Прежний хозяин тела и Мяо Минь оба были гэрами, близко общались, и потому Мяо Хэ прислушивался к его словам. В истории с Мяо Юанем именно Мяо Минь часто нашептывал ему разные идеи – например, что простое приветствие скрывает заботу и внимание. Зная, что Мяо Хэ любит такие намеки, он специально раздувал из мухи слона, превращая шестибалльную симпатию в восьмибалльную.

Впрочем, это еще куда ни шло – чувства личное дело, и если уж влюбился, винить других несправедливо. Но после того, как Мяо Хэ насильно выдали замуж в семью Ян, Мяо Минь умудрился устраивать тайные встречи.

Разве не говорилось, что прежний хозяин тела после свадьбы продолжал двусмысленные отношения с Мяо Юанем? Все это – заслуга Мяо Миня. Он предложил Мяо Хэ съездить в город якобы за покупками для молодоженов, а на самом деле привел его к частной школе, где учился Мяо Юань. Когда Мяо Хэ дождался окончания занятий и бросился к нему с вопросами, их увидели деревенские, и слухи о связи моментально разнеслись.

Так был ли Мяо Минь искренне предан Мяо Хэ? Или просто хотел выгоды, потакая ему во всем без разбора? Судя по всему, скорее второе.

Как бы то ни было, сейчас ему приходилось играть роль закадычного друга Мяо Миня.

— Я просто подвернул ногу, отдохну – и все пройдет. Спасибо за беспокойство. Ты зашел по какому-то делу?

Прежде чем ответить, Мяо Минь украдкой взглянул на Ян Далана, продолжавшего работать, и прошептал:

— Мне нужно кое-что обсудить с тобой, Хэ-гэр. Может, пойдем в другое место?

Мяо Хэ заморгал, думая, что у парня совсем нет такта. Раз уж он помог прежнему хозяину тела встретиться с Мяо Юанем, как он теперь осмеливается вести себя так таинственно прямо перед Ян Даланом? Неужели не понимает, что это бросает тень и на него самого?

— Прости, но нога еще не в порядке. Можешь сказать прямо здесь.

Мяо Минь, миловидное лицо которого выражало удивление, поспешно покачал головой:

— Да ничего особенного. Просто... о моей свадьбе наконец договорились, хотел тебе сообщить.

В деревнях не было обычая договариваться о свадьбах слишком рано, как в городе. Болезни и несчастные случаи здесь не редкость – кто знает, что может случиться, а расторгать помолвку неудобно. Да и на то, чтобы накопить приданое нужно время. Поэтому свадьбы назначали в более зрелом возрасте.

— Правда? Поздравляю! А кто жених? — Мяо Хэ естественно подыграл.

Мяо Минь застенчиво улыбнулся:

— Это... А-Лян из семьи старшего Мяо Цзюэ.

Э-э? То есть второй внук третьего сына Мяо Цзюэ, двоюродный брат Мяо Юаня! Они все еще жили одной семьей, не разделив имущество. Их дом держался на земледелии, и только благодаря многочисленным братьям, работавшим в поле, семья могла позволить Мяо Цзюэ и его потомкам учиться и сдавать экзамены.

Интересно, что почувствовал бы прежний хозяин тела, узнав об этой свадьбе? Мяо Лян раньше крутился вокруг Мяо Юаня – когда же они успели сойтись? Теперь у друга свадьба по любви, а он сам оказался с неудачным браком. Наверное, было бы горько.

Мяо Минь, похоже, не задумывался об этом и продолжал смущенно:

— Я уж думал, что придется выходить замуж в соседнюю деревню Ван. Я же гэр, семья бедная, а отец запросил такой большой выкуп, что никто не соглашался. И вдруг... вдруг А-Лян сам упросил отца, даже вытерпел побои, чтобы добиться согласия.

Мяо Хэ, вспомнив о своей роли, выдавил слабую улыбку:

— Как хорошо. На свадьбу обязательно приду.

— Обязательно! — оживился Мяо Минь, затем добавил шепотом: — И еще... на свадьбе будет Юань-гэ.

В душе Мяо Хэ потемнело. Неужели Мяо Минь – фанат канона СР Мяо Хэ и Мяо Юаня? Да еще и ярый – почему он так настойчиво толкал Мяо Хэ на измену?

— Ну и что? Далан пойдет со мной, — сухо ответил он.

Мяо Минь снова посмотрел на Ян Далана:

— Ничего. Я найду способ устроить вам встречу.

Мяо Хэ мысленно закатил глаза.

— Посмотрим.

Он поднялся, давая понять, что визит окончен. Заметив это, Ян Далан, вытирая пот, подошел и спросил:

— Куда?

— Помоги проводить Минь-гэра, а я останусь.

— Хм.

Ян Далан развернулся, ожидая, пока Мяо Минь уйдет.

Тот замер в растерянности. Он специально пришел, чтобы сообщить о возможности увидеться с Мяо Юанем, ожидая бурной радости. А если Хэ-гэр обрадуется, может, даст лоскутков ткани – Мяо Минь как раз хотел сшить новый мешочек для А-Ляна.

Но реакция оказалась такой холодной. Озадаченно разглядывая Мяо Хэ, он вдруг осознал: наверное, Хэ-гэр, услышав о его свадьбе, вспомнил о своей несчастной судьбе и расстроился.

Ведь по всем параметрам Хэ-гэр был лучше него – и семья зажиточнее, и лицом краше. Но ему не удалось быть с любимым Юань-гэ, а теперь вышло, что Мяо Минь его опередил. Как же жалко!

Неосознанно ощутив превосходство, которого раньше не испытывал, Мяо Минь решил, что теперь должен чаще навещать Хэ-гэра, чтобы утешить.

— Ну ладно, Хэ-гэр, я пошел. Как-нибудь загляну снова.

Мяо Хэ помахал ему вслед и с облегчением вздохнул.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 6. Испуганный

Едва он успел перевести дух, как вернулся Ян Далан, казавшийся каким-то странным – будто снова напрягся, хотя его лицо внешне не изменилось. Мяо Хэ не понимал почему, но чувствовал, что тот стал холоднее, чем во время рыхления грядок.

Неужели Ян Далан расслышал шепот Мяо Миня? Мяо Хэ предположил самое вероятное. Окинув Ян Далана взглядом, он вдруг осознал: независимо от того, слышал ли тот или нет, это был идеальный момент, чтобы «обозначить позицию». Нужно воспользоваться шансом.

Дождавшись, пока Ян Далан подойдет ближе, Мяо Хэ отвел взгляд и сказал:

— Не сердись на Минь-гэра. Он просто хотел помочь... — Он намекал на ту самую встречу с Мяо Юанем, уверенный, что Ян Далан поймет. — Все говорят, будто я навязываюсь. Но я лишь хотел добиться справедливости. Деревенские считают, что я не прав, но разве Мяо Юань посмеет взглянуть мне в глаза и поклясться, что ни в чем передо мной не виноват? Я... я искал его, чтобы услышать, какие еще нелепости он мне наговорит! — Бросив эти слова, Мяо Хэ больше не стал объяснять и заковылял в дом.

Не пройдя и нескольких шагов, он снова оказался в воздухе – Ян Далан подхватил его на руки. Спину обожгло тепло его вспотевшего тела. На этот раз Мяо Хэ сопротивлялся, отворачиваясь и бурча, что от него пахнет потом – совсем как капризный ребенок.

— Пойду помыться, когда закончу, — глухо ответил Ян Далан.

Мяо Хэ замолчал.

Теперь роли поменялись: «обиженной стороной» стал он сам.

Но Ян Далан был немногословен. Не пытаясь оправдываться, он усадил Мяо Хэ на скамью в главной комнате и молча удалился во двор. Глядя ему вслед, Мяо Хэ вздохнул. Он изо всех сил старался изобразить гнев, не задевая чувств, и даже обелил прежнего хозяина тела.

Его слова были полуправдой.

Прежний Мяо Хэ действительно пытался выяснить отношения с Мяо Юанем, но не только ради справедливости – он все еще надеялся возобновить отношения. Однако никто не станет проверять, что именно было сказано, поэтому Мяо Хэ придумал свою версию, чтобы обозначить разрыв с Мяо Юанем.

Так, если в сердце Ян Далана и оставалась обида, теперь она должна рассеяться.

Но, размышляя об этом, Мяо Хэ не мог не задаваться вопросом: почему Ян Далан так себя ведет? Логично, что муж, которого открыто водят за нос, должен испытывать гнев. Однако, судя по воспоминаниям, как бы прежний Мяо Хэ ни отталкивал его, Ян Далан будто не замечал, просто делая то, что считал нужным. Хотя он женился на Мяо Хэ лишь по предсмертной воли матери – семья Ян тогда бедствовала из-за ее болезни, а родня Мяо Хэ почти не просила выкупа. Но даже так, если бы он был просто безвольным человеком... А ведь последние дни он явно показывал характер.

Эта маленькая загадка заставила Мяо Хэ копать глубже.

Ян Далан не женился до зрелых лет и уступил лишь материнскому наказу. После свадьбы он заботился о Мяо Хэ, но ночью даже не пытался прикоснуться. Именно отсутствие близости позволяло прежнему хозяину тела надеяться на возобновление отношений с Мяо Юанем.

Стоп, а этот сюжет кажется знакомым...

Может, у Ян Далана тоже есть «белый лунный свет» или «алая родинка» в сердце? Не поэтому ли он женился на человеке, который тоже любит другого? Тогда его равнодушие к изменам объяснимо.

И если это правда – какое счастье! По крайней мере, он сможет остаться в семье Ян без лишних проблем.

Глаза Мяо Хэ загорелись, и он лихорадочно перебирал воспоминания. Увы, ни малейшей зацепки – прежний хозяин тела не замечал никого, кроме Мяо Юаня.

Вернувшийся с огорода Ян Далан спросил, где копать яму для удобрений. Мяо Хэ указал на участок за глиняной стеной, чтобы запах не проникал во двор. Когда тот ушел, Мяо Хэ понял, что уже время обеда.

Здесь было принято есть дважды в день, так Ян Далан и делал. Но у Мяо Хэ уже урчал живот – то ли от психосоматики, то ли от мыслей, что после стольких работ перекус не повредит.

Он нашел на кухне мешочек с пшеничной мукой, смесь проса с кукурузой, соль и небольшой кувшин с маслом – не свиным, возможно, вытопленным из дичи. На полке лежали вяленые полоски мяса, соленые сердцевины овощей, сморщенные имбирь с чесноком. Свежих овощей не было – видимо, здесь редко готовили. Да и последние дни еду либо покупали, либо брали у второй тетушки Ян.

Пришлось импровизировать. Мяо Хэ смешал пшеничную муку с мукой из просо, добавил воды, масла и соли, замесил тесто и несколько раз шлепнул им по столу. Затем высек огонь (в последние дни он научился этому, чтобы греть воду по утрам) и поставил чугунную сковороду на очаг.

Пока сковорода нагревалась, он разделил тесто на маленькие лепешки и раскатал их руками. Когда сковорода раскалилась, смазал ее маслом и выложил лепешки. Чтобы ускорить процесс, он сделал их небольшими – они быстро подрумянились с обеих сторон.

Аромат поджаренного теста заставил живот Мяо Хэ урчать громче. Не удержавшись, он откусил кусочек и зажмурился от удовольствия. Лепешки получились мягкими и ароматными – куда вкуснее твердых лепешек тетушки Ян, особенно горячие, только со сковороды.

Довольный своим первым кулинарным опытом в этом мире, Мяо Хэ с аппетитом принялся за еду. Прежний хозяин тела никогда не готовил в доме Ян, и ему приходилось давиться жесткими лепешками тетушки, чтобы не нарушать образ.

Съев три-четыре лепешки и утолив голод, он нашел бамбуковую корзину, положил туда горячие лепешки в миске и, подумав, добавил влажное полотенце. Затем, хромая, отправился искать Ян Далана.

Тот работал быстро – яма уже была глубиной по пояс. Увидев Мяо Хэ с корзиной, он бросил мотыгу и нахмурился:

— Что случилось? — Тон голоса ясно говорил: «Если ничего серьезного, не стоило выходить».

— Я приготовил лепешки. Поешь немного. Я уже поел, — поднял корзину Мяо Хэ.

Ян Далан молча выпрыгнул из ямы, вытер руки об одежду и подошел поддержать Мяо Хэ. Под деревом вдали лежал большой камень, куда он и усадил гэра, прежде чем открыть корзину.

— Сначала вытри руки, — протянул влажное полотенце Мяо Хэ.

Ян Далан на секунду замер, но взял его и вытер ладони. Затем Мяо Хэ передал ему миску с лепешками, взял одну себе и с удовольствием наблюдал, как Ян Далан откусывает и начинает жевать быстрее.

— Я добавил немного пшеничной муки и масла, — улыбнулся Мяо Хэ, сам с наслаждением жуя.

Возможно, это было расточительно, но в будущем продажа овощей окупит расходы. С надеждой на финансовую независимость он позволил себе немного смелости. Что касается кулинарных навыков – все гэры здесь помогали на кухне, так что его эксперименты не вызовут подозрений. Прежний хозяин тела просто не хотел готовить.

Ян Далан уже доел свою лепешку и взял вторую.

— Используй, что есть, — его слова ясно выражали одобрение такой «роскоши».

Мяо Хэ радовался, что тому понравилось.

— Ямы глубиной по пояс достаточно, но как ты выберешься, когда докопаешь до дна?

— Сделаю выступы для ног.

— А... Ладно. Завтра мне можно снять повязку, да? Я хочу пойти с тобой в горы за листвой.

Он также надеялся поискать ягоды или фрукты для будущей пересадки.

— Послезавтра, — покачал головой Ян Далан. Старый Ли сказал три-четыре дня – лучше выждать все четыре.

— Но нога уже почти не болит, — попытался возразить Мяо Хэ.

— Четыре дня. Если не заживет – придется тратить серебро.

Этот аргумент заставил его замолчать. У Ян Далана было мало эмоций, но он умел находить убедительные доводы. Однако Мяо Хэ тут же увидел преимущество:

— Ладно, пусть еще день побудет в повязке, а потом я смогу ходить в горы. А завтра собери листву для меня, хорошо?

Ян Далан согласился, и Мяо Хэ обрадовался. Если тот отправится в горы, дом будет пуст – можно тайно посадить семена в «живой земле»! К тому времени, как Ян Далан вернется, ростки еще не будут заметны, но уже к вечеру можно будет собирать урожай, а потом снова и снова!

— Я наелся, остальное доедай ты, — улыбнулся Мяо Хэ. Он испек восемь лепешек, съел три, остальные отдал Ян Далану, который быстро расправился с ними.

Затем Ян Далан вернулся к работе. После ямы ему нужно было сходить к младшему брату, чтобы сделать деревянную крышку для «компостной ямы». Воспользовавшись моментом, Мяо Хэ взял мешочек с семенами, купленными вчера, и отправился во двор.

Однако, собираясь сажать, он понял, что без пояснений Ян Далана не может отличить семена одних овощей от других.

«Да какая разница», — подумал он и закопал в «живой земле» первые попавшиеся семена, предвкушая, что же вырастет завтра.

Закончив, он осмотрел дом в поисках других дел и решил испечь еще лепешек – не для ужина, а чтобы обменять у второй тетушки Ян на яйца. Тогда вечером можно будет раскрошить оставшиеся лепешки, поджарить с яйцами и поесть еще раз.

Едва он закончил, как во дворе раздался шум – видимо, Ян Далан вернулся. Мяо Хэ вытер руки и собирался встретить его, как вдруг краем глаза заметил в окне нечто невероятное.

На только что взрыхленной земле посреди двора уже зеленела сочная луковица с длинными стрелками, колышущимися на ветру!

Черт возьми! Как она уже выросла!?

Мяо Хэ остолбенел от ужаса, нечаянно задел миску, и та с грохотом упала на пол! Почти сразу же послышались быстрые шаги Ян Далана, направлявшегося во двор.

Мяо Хэ готов был провалиться сквозь землю.

Боже, если он увидит эту луковицу, как я объясню!?

Метнувшись по комнате в панике, он с ужасом осознал, что у него нет ни единой идеи!

Когда Ян Далан вошел, Мяо Хэ бросился к нему и, указывая в сторону главной комнаты, залепетал:

— Я... я видел, как что-то прошмыгнуло мимо моих ног в главную комнату! Кажется, это... это была крыса! — Он вцепился в Ян Далана, изо всех сил стараясь развернуть его в нужном направлении. — Я не выношу крыс! Пожалуйста, поищи в главной комнате и спальне! Не дай ей спрятаться в доме, иначе я не усну сегодня!

Ян Далан нахмурился. Ни разу за все время у них не водились крысы, да и сейчас он не слышал никакого шума. Но гэр дрожал от страха, и это явно не было притворством.

— Хорошо. Посмотрю. Все в порядке.

Мяо Хэ слабо улыбнулся:

— Я подожду здесь.

Пока Ян Далан обыскивал сундуки и шкафы, Мяо Хэ собрал лепешки в корзину и загородил собой дверь между комнатами, нервно ожидая.

Когда Ян Далан закончил и сказал, что ничего не нашел, но собирался проверить двор, Мяо Хэ в ужасе схватил его за руку:

— Нет-нет-нет! Не надо! Если она убежала во двор – и ладно. Главное, чтобы не было в доме. Вот... я приготовил лепешки, хотел обменять у тетушки на яйца. Пока крыса не испортила их, лучше отнеси сейчас же!

Ян Далан взял корзину, но спросил:

— Не боишься?

Мяо Хэ стиснул зубы:

— Боюсь. Возвращайся быстрее.

— Тогда не пойду.

— Но... я столько приготовил, жалко если пропадет. Давно не ели яиц.

Ян Далан помолчал, глядя на умоляющее лицо гэра, и наконец кивнул:

— Схожу. Быстро.

Мяо Хэ закивал, едва не подталкивая его к двери:

— Тогда... поторопись!

Едва дверь захлопнулась, он подскочил на месте и, хромая, помчался к «живой земле», где выдрал луковицу с корнем. Хорошо, что это была луковица – неприметная. Если бы это была капуста: огромная и заметная...

— Чуть не умер от страха! Разве не нужно было целого дня, чтобы вырасти!? — сердито пробормотал он.

Казалось, с тех пор, как он попал сюда, его жизнь состояла из сплошных потрясений.

Присмотревшись, он увидел, что луковица уже перезрела. Видимо, растения в «живой земле» созревали так быстро, что, если нужно было получить плоды или молодые побеги, приходилось караулить момент и сразу собирать урожай. Иначе процесс продолжался – плоды давали семена, или происходило что-то еще.

В прошлой жизни, когда он сажал семена в горшок, весь цикл занимал около дня. Но здесь, возможно, из-за того, что «живая земля» была в почве, все происходило еще быстрее – всего за пару часов!

Эта луковица уже дала семена, чего он совсем не ожидал. Не желая терять их, он аккуратно собрал семена, а затем закопал перезревшие стрелки, уничтожая улики.

К тому времени, как он закончил, Ян Далан вернулся с яйцами. Но мысли Мяо Хэ были далеко. Он рассеянно приготовил ужин, размышляя об изменениях в свойствах «живой земли». На самом деле, это даже упрощало ее использование.

А в глазах Ян Далана это выглядело так, будто гэр все еще не оправился от испуга.

Перед сном он неожиданно сказал:

— У меня хороший слух. Все в порядке.

— А?

— Услышу, если что-то будет.

А, он о крысе?

— ...Хорошо.

Ян Далан похлопал Мяо Хэ, все еще сжимавшего одеяло.

— Спи.

— Угу.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 7. Китайская капуста

[прим. ред.: Дабай «大白» – большой белый]

На следующий день Мяо Хэ, сдерживая радостное волнение, проводил Ян Далана, уходившего в горы.

Помимо сбора листвы, Далану нужно было проверить расставленные ранее капканы. Обычно его походы длились три-пять дней – в ближайших горах дичи почти не осталось, и приходилось углубляться дальше, чтобы добыть что-то. Но поскольку нога гэра еще не до конца зажила, на этот раз Далан решил вернуться в тот же день. Приготовлений требовалось немного: взяв плетеную корзину за спину, он отправился в путь.

Как только Далан ушел, Мяо Хэ, словно счастливая птичка, помчался во двор.

Наскоро посадив в «живую землю» купленные семена овощей, он, дорожа временем, достал собранные накануне семена зеленого лука и стал аккуратно высаживать их в разрыхленную почву – по одному зернышку в лунку. Поскольку эти семена были отборными и гарантированно всходили, сеять их россыпью было бы расточительно.

Закончив, Мяо Хэ оглянулся – на этот раз выросла капуста! Она созревала даже быстрее лука. Мяо Хэ подошел к ней, сначала собрал семена, затем притащил табурет и сел рядом, ожидая нового урожая. Примерно за час он собрал урожай семь-восемь раз. Когда семян оказалось достаточно, он выкопал капусту и посадил новое семечко.

В этот раз, однако, он не стал сажать новые семена. Он обещал Далану отдыхать и не перетруждаться, а если засадит весь огород, тот может снова будет хмуриться.

Остаток дня Мяо Хэ провел у «живой земли», «разводя семена», даже на обед не отвлекаясь. Но когда увидел крупные сочные помидоры, сразу сорвал два и приготовил их на обед. Кисло-сладкий сок, стекающий в горло, наполнил его уверенностью, что в жизни еще есть надежда.

К сожалению, до возвращения Далана, не считая лука, Мяо Хэ успел получить семена лишь шести овощей: капуста, помидоры, огурцы, рапс, салат-латук и лук. Из них только помидоры и лук требовали длительного выращивания – первые около пяти месяцев, второй – целый год. Остальные созревали за месяц или меньше, особенно капуста и рапс. Семена последних Мяо Хэ собрал побольше, заранее планируя.

Но возможностей использовать «живую землю» еще будет много, успокаивал он себя. Имеющегося хватит, чтобы засадить весь огород. Хотя он и не собирался засаживать все сразу: сначала половину отвел под капусту и рапс – основу для будущих продаж. Остальные, более долгие культуры, пока улучшат их собственный рацион.

Заменив купленные семена на свои, Мяо Хэ также разорвал выращенные в «живой земле» растения на мелкие кусочки и закопал их по углам огорода. Ему казалось, что эти растения сохранили энергию «живой земли» и могли удобрить почву.

На этот раз он внимательно следил за временем и, как только солнце склонилось к закату, сразу прекратил работу – играть с собственным сердцебиением ему больше не хотелось.

Когда Далан вернулся на закате, он увидел послушного гэра, ждущего его у дверей главной комнаты.

— Ты вернулся, — сказал тот. В сердце Далана поднялось какое-то смутное, незнакомое чувство.

Увидев в руках Далана двух живых фазанов, Мяо Хэ радостно вспыхнул:

— Есть добыча?!

— Гм. Два фазана и кабанчик.

— Даже кабан?! Это же опасно! — Мяо Хэ округлил глаза.

— Упал в яму. Повезло.

— Как здорово! Можно выручить немало серебра.

— Гм.

— Иди мойся, я приготовлю ужин. Остальное потом.

В тот вечер Мяо Хэ приготовил суп с клецками. Замесил тесто из пшеничной и просовой муки (чистая пшеница была слишком дорогой), добавил соли, дал постоять около сорока минут, затем несколько раз промыл водой – получились скользкие самодельные клецки.

После возвращения Далана оставалось лишь нарезать клецки, бросить в кипяток, добавить немного солонины, вбить яйцо, выменянное накануне, и поджаренный лук, оставшийся в кладовой. Без других приправ выходило пресно, но зато горячий ужин с мясным вкусом.

Когда ужин был готов, Далан, уже успевший помыться и переодеться, принес небольшую плетеную корзинку с крышкой. Внутри что-то шевелилось, а в крышке были проделаны дырочки.

Далан поставил корзинку на скамью и открыл – внутри оказался крошечный котенок, еще не умевший мяукать. Весь черный, только с белым носом, он тихо пищал, клубком свернувшись в тряпочке.

Мяо Хэ остолбенел:

— Котенок?!

— У Цянцзы недавно окотилась кошка. Взял одного. Подрастет – будет ловить мышей.

Мяо Хэ раскрыл рот, глядя то на котенка, то на Далана.

Тот выглядел совершенно естественно, будто совершил что-то обыденное, без тени эмоций на лице. Но такая забота, когда о тебе помнят в каждой мелочи – разве кто-то, кроме умерших дедушки и бабушки, так к нему относился?

Городские жители, вечно занятые повседневной суетой, тратят большую часть сил на работу, дорогу, встречи. Даже соседи за стеной остаются холодными и равнодушными.

Мяо Хэ растерялся:

— И... чем его кормить? Я сейчас приготовлю. — Он встал, собираясь идти во двор.

Но Далан удержал его за руку:

— Сиди. Я знаю, я сам.

Мяо Хэ остался сидеть в главной комнате, ощущая странное тепло в месте, где его коснулась рука.

Но разве Ян Далан не так же относился к прежнему «хозяину» этого тела? Он просто умеет заботиться. К чему тут лишние мысли?

На следующий день, после тысячи заверений Мяо Хэ, лекарство с его ноги наконец смыли, и ему даже удалось отговорить Далана от вызова дядюшки Лина для повторного осмотра. Мяо Хэ настаивал – только он сам может точно знать, выздоровела нога или нет, и если бы были проблемы, он не стал бы рисковать, притворяясь здоровым. В конце концов Далан согласился, но потребовал, чтобы в первые дни после выздоровления Мяо Хэ не перетруждал ногу.

Мяо Хэ почувствовал себя узником, получившим помилование. Кто бы знал, что притворяться больным – тяжкий труд! Оставаться дома он согласился охотно. Из вчерашней добычи – двух фазанов и кабанчика – все оказались самцами, и Далан решил продать их сегодня же, пока они бодры и могут принести хорошую цену.

В конце концов, после разбивки огорода в их дворе уже не оставалось места для свиньи, да и зерна для корма не было, не говоря уж о вони – Далан никогда не планировал заводить скотину. А вот одного фазана они оставили – если потом раздобудут несколько кур, смогут собирать яйца.

Пока Далан отсутствовал, Мяо Хэ продолжал сажать оставшиеся семена в «живую землю». В первую очередь он поспешил засеять семена капусты и рапса, собранные накануне – примерно через полмесяца на огороде уже поспеет первый урожай. Заодно он проверил яму для удобрений за двором – опавшая листва, принесенная Даланом, заполнила лишь треть, так что для завершения работы придется сходить еще несколько раз.

Сажая семена, Мяо Хэ не забывал отрывать нежные листочки растений из «живой земли» и подкладывать Дабаю. Так он назвал вчерашнего котенка за белый нос – пусть растет большим и не похожим на братьев! Хоть Мяо Хэ и не знал, едят ли кошки сырые овощи, но, видимо, выращенные в «живой земле» были особенными – Дабай обнюхал их и принялся с удовольствием уплетать зеленые листики.

В полдень у ворот раздался голос. Услышав его, Мяо Хэ вздрогнул. Э-э, похоже, это мать прежнего хозяина тела.

— Хэ-гэр, ты дома!? Мама пришла!

В деревнях ходить в гости без предупреждения было обычным делом – все эти правила про «теща не должна приходить, а дочь должна сама навещать» соблюдались лишь в знатных семьях. Мяо Хэ поспешил прибрать двор на случай неожиданностей, прежде чем открывать ворота.

Мать Мяо Хэ, в девичестве Ли Чжаоди, в народе звали тетей Чжао. Имя, означающее «приведи братика», ясно говорило о происхождении из семьи, где ждали наследника и ценили сыновей выше дочерей. В деревнях это было обычным делом.

Когда ворота открылись, мать Мяо Хэ сначала окинула сына оценивающим взглядом, затем, оттолкнув его, вошла во двор без приглашения.

— Чем это ты занят, что так долго не открывал? Неужели мать за ворота не пустишь?

Мяо Хэ внутренне напрягся и, следуя манере прежнего хозяина, холодно ответил:

— Зачем пришла?

— Что это за лицо? — фыркнула мать. — Судя по виду, живешь в достатке – видно, Далан хорошо охотится. Разве не ради твоего блага я выдала тебя за него?!

Слова звучали легко, но изначально брак был принудительным. Перед свадьбой мать заперла сына, а в день церемонии подмешала ему в еду дурманящее зелье – не слишком сильное, но достаточно, чтобы он не смог сбежать и довел обряд до конца.

Такой подход заставил прежнего хозяина тела испытывать к матери смешанные чувства. Будучи первенцем, до рождения младшего брата он рос в относительной любви. Красивый гэр не считался убыточным – мать даже освобождала его от тяжелой работы, чтобы в будущем получить богатый выкуп.

Все изменилось с рождением брата, которому сейчас было всего три года. Разница в возрасте объяснялась двумя выкидышами – мать готова была подорвать здоровье, лишь бы родить сына. Естественно, все внимание и ресурсы семьи переключились на младшего.

Мяо Хэ, привыкший к любви, не мог не ревновать. Мелкие бытовые конфликты — например, когда весь куриный бульон отдавали брату, — случались.

А потом произошла история с Мяо Юанем, превратившая перспективного жениха в изгоя и опозорившая семью. Хотя мать поначалу поощряла их связь, когда возник риск, что скандал повлияет на будущее сына, ее отношение к Мяо Хэ резко ухудшилось.

После принудительного замужества Мяо Хэ сбегал к матери, и они устроили грандиозный скандал.

Мать, не смущаясь, жестко ответила:

— Разве я не хотела выдать тебя за Мяо Юаня!? Если бы он согласился, разве я бы отказала!? Но он же не предложил тебе руку!!! Ты сам приставал к нему, не разглядев под маской черствое сердце! Все, что я сделала, – для твоего же блага, чтобы ты оставил эти глупости! Иначе тот мерзавец испортил бы тебе всю жизнь!

Возможно, у матери были свои мотивы, но ее слова отражали горькую правду. К тому же в те времена браки заключались по воле родителей, а чувства молодых редко учитывались. Прежний хозяин тела, бессильный что-либо изменить, после этого смирился и жил с Даланом, но охладел к матери – без ненависти, но и без прежней теплоты.

— Хватит об этом. Зачем пришла?

Мать огляделась и понизила голос:

— Далан не дома?

— Нет.

Лицо матери оживилось.

— Я слышала, Далан недавно вернул половину долгов. Ты в курсе?

Мяо Хэ нахмурился.

— Не знаю. А что? — Ого, а Далан говорил, что денег хватает, но, оказывается, были долги?

— Ну, ты же знаешь деревенские обычаи – если у гэра нет братьев, он не должен забывать помогать родне. Раз у Далана теперь есть деньги, время от времени можно немного поддержать. Мы же взяли с него небольшой выкуп, учитывая его трудное положение. Теперь, когда дела наладились, разве не справедливо вернуть разницу?

Вернуть разницу выкупа? Первый раз слышу. Разве они не готовы были отдать прежнего хозяина тела Далану даром?

Мяо Хэ странно посмотрел на мать.

— Разве у тебя нет Сяобао [досл. драгоценный малыш]? Или он вдруг оказался девочкой?

— Тьфу-тьфу-тьфу! Что за ерунда! Ты же его старший брат, как можешь проклинать младшего!?

Назвать кого-то девочкой – это уже проклятие? Мяо Хэ мысленно закатил глаза.

— Сяобао всего три года! Что может трехлетний ребенок? Если ты поговоришь с Ян Даланом, уверена, он не откажет! Хотя... если осмелится, у семьи Ян ведь есть третий сын, которому скоро искать невесту. Было бы нехорошо, если бы поползли неприятные слухи...

Какая продуманная угроза. Мяо Хэ помолчал, затем спросил прямо:

— Сколько ты хочешь?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 8. Обязательство

Разговор внезапно перешел к деньгам, и мать Мяо Хэ опешила.

— Какие еще деньги?

Мяо Хэ ответил с отвращением:

— Сяобао – мой младший брат, это факт. Я не хочу, чтобы из-за моих слов он навлек на себя несчастье. Думаю, и ты этого не хочешь. Помощь семье – не вариант. Но если речь о доплате за выкуп, назови сумму, и я спрошу у Далана.

Услышав это, мать Мяо Хэ помрачнела, ее голос зазвучал резко:

— Что за бред?! Просто помочь родне – и вдруг Сяобао навлечет несчастье?! Какой же ты жестокий старший брат!

— Я забочусь о Сяобао. Помнишь того монаха, что приходил за милостыней? Он говорил, что нельзя легкомысленно бросаться словами. Но если тебе все равно – ладно, пусть будет помощь. Только потом не говори, что я не предупреждал.

Мать Мяо Хэ задумалась. Несколько лет назад в деревню действительно приходил монах, которого староста принял с почетом, угощал постной едой, а потом тот читал проповеди. Говорил что-то о почитании неба и земли, о грехе праздного слова...

Лицо матери выдало колебания. Сяобао – ее поздний ребенок, ради которого она рисковала жизнью, ее сокровище. Из-за этого он родился слабее других детей. Она хотела вытянуть из Хэ-гэра немного мяса именно чтобы откормить Сяобао. Но если из-за этого на него действительно свалится несчастье...

Современный человек считает, что забота о родителях не зависит от семейного статуса. Но Мяо Хэ видел, что мать прежнего хозяина тела явно ищет дойную корову. Согласись он – под удар попадет и Ян Далан. Не зря же она давила на репутацию семьи Ян.

Мяо Хэ не хотел подставлять Далана. Плюс он чувствовал долг перед этим телом. Если назовут конкретную сумму как доплату за выкуп, он готов отдать – в знак благодарности за воспитание.

Видя ее колебания, Мяо Хэ подтолкнул:

— Кстати, вчера Далан поймал фазана, еще живого. Можешь забрать, сварить Сяобао бульон – пусть окрепнет.

Он повернулся к заднему двору, где фазан был просто на привязи, ведь курятник еще не построили. Мать Мяо Хэ в испуге схватила его за рукав:

— Погоди! Я еще не решила!

Мяо Хэ невозмутимо продолжал:

— Один фазан – два серебряных. За лян можно купить пять фазанов. Шесть лян – тридцать фазанов. Если варить по полфазана на бульон, хватит надолго. Раньше в семье за год столько не съедали. Да и чтобы Далан каждый день ловил фазанов для Сяобао – нереально.

Он не врал. С сельскохозяйственными технологиями того времени семья из четырех человек, выращивая рис, могла заработать около двадцати с лишним лян в год. После налогов оставалось 15-16 лян. Вычти расходы на еду – и в лучшем случае накопить удавалось 2-3 ляна. А если год неурожайный – и того меньше.

Один фазан за два серебряных – это почти месячный доход на человека. Мясо в деревнях ценилось именно из-за нестабильности крестьянской жизни.

Услышав про фазанов, мать Мяо Хэ прикинула в уме. Тридцать фазанов – ее Сяобао точно поправится! Она забыла, что если заберет серебро домой (а не фазанов), муж потратит его на что-то еще, и деньги быстро растают.

Мечтая о будущем, где Сяобао каждый день ест фазанов, она скрепя сердце сказала:

— Ну... тогда восемь лян! Ни копейки меньше! В счет выкупа!

Она еще и накинула. Обычно за гэра давали около пяти лян. Запросив восемь, мать будто забыла, что ее сын был «залежалым товаром» с испорченной репутацией.

Мяо Хэ сделал озабоченное лицо:

— Восемь лян? Это же так много! Я уже завысил до шести, чтобы Далан согласился выплачивать понемногу. Но восемь... Ладно, все равно без него это не решить. Лучше попрошу его наловить кроликов – бульон из костей тоже полезен.

— Какой бульон может сравниться с фазаном?! — мать запаниковала, видя, что ее мечта ускользает. – Ты же уже согласился! Пусть Далана нет, но ты его муж, твое слово – как его!

К тому же, если речь о помощи, все равно нужно, чтобы Хэ-гэр добровольно носил еду домой. А если он затаит обиду или Далан станет давать худшее... Нет, серебро надежнее!

Мяо Хэ холодно покачал головой:

— Нет. Ты же знаешь, как мы с Даланом поженились. Я не могу просить восемь лян.

— Тогда я сама попрошу! Неужели Далан посмеет не заплатить за гэра, которого получил даром?!

В этот момент, как назло, вернулся Ян Далан. В руках он нес куриную клетку – похоже, продал кабанчика и купил несушек.

Мать Мяо Хэ, позабыв о клетке, тут же начала пересказывать разговор в выгодном для себя свете:

— Ах, тетушка, нет-нет-нет, матушка ведь не хочет вас обирать! Но подумай о своем третьем двоюродном брате, Ян Дачуане – ему же скоро жениться. Если люди узнают, что старший в семье Ян даже выкуп за гэра не заплатил – какой позор!

Ян Далан не ответил сразу. Мать Мяо Хэ нервно поправила волосы и смягчила тон:

— Эти деньги пойдут на пользу и самому Хэ-гэру. Его брат действительно слаб здоровьем. Я лишь хочу укрепить его, чтобы он вырос крепким. Тогда у Хэ-гэра будет поддержка – стоит позвать, и брат придет на помощь!

Далан сначала посмотрел на Мяо Хэ. Они стояли так: мать – лицом к Далану, спиной к Мяо Хэ. Тот незаметно кивнул и беззвучно проговорил: «Я верну, продав овощи».

Далан отвел взгляд, его лицо стало суровее.

— Семья Ян не должна доплачивать за выкуп. Так было решено изначально.

Мать Мяо Хэ, хоть и знала, что он прав, ради сына продолжила давить:

— Но если люди спросят... Разве ваша семья сможет назвать хоть какую-то сумму? Я прошу не так уж много... Восемь... нет, семь лян! Семи хватит!

Брови Далана сдвинулись. Даже если бы он согласился, у него не было таких денег.

Заметив это, мать тут же сменила тактику:

— Ну тогда шесть! Можно частями!

Далан помолчал, затем кивнул:

— Но расписку составим у старосты. Все запишем как есть.

То есть это не долг семьи Ян, а добровольная доплата. Такая формулировка, хоть и неявно, показывала, что семья Мяо Хэ проявила жадность, потребовав денег постфактум. Расписка защищала от пересудов и будущих претензий.

Мысль о серебре для младшего сына затмила все – мать поспешно согласилась.

Не теряя времени, как только Далан сложил покупки, она потащила их к старосте.

Старосту деревни Мяо звали Мяо Хошэн. Близкие называли его дядя Хошэн, но ему больше нравилось официальное обращение.

Их визит совпал с визитом заклятого врага прежнего Мяо Хэ – деда Мяо Юаня, Мяо Цзюэ. Именно он после того, как внук сдал экзамены, заявил, что тот никогда не женится на гэре.

Мяо Цзюэ обсуждал что-то со старостой, и троице пришлось ждать во дворе. Когда переговоры закончились, староста почтительно проводил гостя. Увидев ожидающих, он удивился.

Мяо Цзюэ фыркнул в сторону Мяо Хэ, остальных проигнорировал и удалился, гордо взмахнув рукавами.

Мать Мяо Хэ помрачнела. Что поделаешь – их род теперь вознесся, получив ученую степень, и мог смотреть свысока на простых земледельцев.

Староста, будучи дипломатом, сохранил любезность:

— А, тетушка Чжао! И Далан здесь! Какая неожиданность! Проходите, садитесь! Этот дурак А-Гуй даже не сказал, кто пришел!

Выслушав просьбу, староста выразил легкое недоумение. Доплата за выкуп? Он о таком не слышал. К тому же такой прецедент мог повредить репутации деревни.

— Как староста, я обязан быть справедливым. Далан, по обычаю ты не должен доплачивать. И такой пример может отпугнуть тех, кто захочет свататься к нашим девушкам и гэрам. По идее, я не должен помогать.

Мать Мяо Хэ встревожилась, но староста поднял руку:

— Но я вижу в этом ваше почтение к старшим. Я составлю расписку, но, тетушка Чжао, ты должна поклясться никому об этом не рассказывать. Иначе вся деревня возненавидит тебя! Далан, ты согласен?

Мать поспешно закивала. Далан ответил, что сохранит тайну, если не будет причин ее раскрывать.

Староста записал условия: Ян Далан добровольно доплачивает шесть лян за выкуп – один лян через месяц, затем по два ляна в год, пока долг не будет погашен.

После того как мать Мяо Хэ, Ян Далан и староста поставили отпечатки пальцев, дело было решено. Отец Мяо Хэ не участвовал – в вопросах брака женщин и гэров решающее слово оставалось за матерью.

Довольная, мать Мяо Хэ (не умевшая читать) сунула расписку в карман и поспешила домой, даже не думая сообщать о сделке мужу.

Тот был упрямцем, во всем слушавшимся свекрови и часто ругавшим жену по ее указке. Мать понимала: если муж узнает о деньгах, скоро узнает вся семья, и тогда – беда!

Едва переступив порог, она бросилась в комнату свекрови за Сяобао – и чуть не умерла от ярости…

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 9. Поход в горы

- О боже мой, Сяо Бао? Почему ты сидишь на полу? Кто сказал тебе это сделать? Разве мама не говорила, что это запрещено?!

Едва войдя в дом, мать Мяо Хэ увидела свое маленькое сокровище, сидящее на полу в грязных штанах. До начала весны оставалось еще пару дней, а солнце уже склонилось к западу, так что сырость и холодный ветерок уже стелились по полу. И посмотрите на другого ребенка в доме, двухлетнего мальчика, белого и пухлого, которого крепко держала на коленях его бабушка, вторая невестка семьи Мяо, Чжан Мянь.

Но и это еще не все. У ее маленького ребенка были пустые руки, в то время как другого ребенка кормили горячим рисовым супом! Этот мальчик - всего лишь племянник Сяо Бао. Конечно, он был первенцем в семье второго сына и принадлежал к четвертому поколению семьи Мяо. Но разве не было бы правильно, чтобы о Сяо Бао беспокоились и заботились больше, чем о ком-либо другом?

Однако старшая хозяйка в доме была равнодушна. Когда она увидела, что мать Мяо Хэ вошла в дом, она лишь подняла глаза. Такое безразличие было неудивительно. Мать Мяо Хэ могла только сдерживать свой гнев в сердце. Она бросилась вперед и первым делом подхватила Сяо Бао. Только тогда она поздоровалась со второй невесткой.

Увидев недовольство на лице матери Мяо Хэ, Чжан Мянь сразу улыбнулась.

- Эй, Сяо Бао такой подвижный в свои три года. Я даже не могу его поймать. Пусть он играет в свое удовольствие. Только что он звал свою мать. Я думала, что невестка, выходя из дома, принесет ему еду, вот почему я оставила немного места в его желудке.

Произнося такие слова, Чжан Мянь в глубине души фыркнула от смеха.

Третья ветвь семьи произвела на свет столь печально известного Мяо Хэ, из-за чего ее муж Мяо Син стал объектом насмешек, когда он работал в чайной в городе. И подумать только, эта женщина  хотела, чтобы к ее ребенку относились так же, как родному внуку Чжан Мянь. Да как она смеет! Кроме того, положение их семьи немного лучше, чем у других лишь потому, что Мяо Син работает в чайной в городе, а ее сын, Мяо Цюань, также последовал по стопам своего отца и поступил на работу в чайный дом. Поэтому вполне естественно, что лучшие вещи в доме использовались для питания ее внука!

Мать Мяо Хэ ненавидела ее в глубине своего сердца. Затем она услышала, как старая хозяйка с угрюмым лицом сказала:

- Ты все разъяснила Хэ-эру? Если он продолжит позориться, пусть не возвращается в дом на Новый год! Даже если он вернется, я его не узнаю!

Мать Мяо Хэ, державшая Сяо Бао, жестко ответила:

- Он этого не сделает.

Старуха мрачно хмыкнула. Чжан Мянь не удержалась и подпустила шпильку:

- Надеюсь, что так. Даже управляющий чайной не смог удержаться, чтобы не спросить А-Сина об этом беспорядке. К счастью, мой муж, А-Син, блестящ и сообразителен, чтобы хорошо справиться с этим сложным делом. Иначе... Боюсь, что если бы мы этого не сделали, то потеряли бы весь труд, который мы вложили в процветание чайной.

Лицо старой хозяйки внезапно смягчилось:

- В эти дни ты и мой второй сын несете слишком большую ношу на своих плечах. Я - разумный человек и, конечно, не буду плохо относиться к вашему дому.

Значит, она будет плохо относиться к Сяо Бао? Но что было не так с ее Маленьким Сокровищем! Ему было всего три года, но любой, у кого есть глаза, увидел бы, что он  гораздо худее, чем этот двухлетний ребенок, о котором с любовью заботились. Очевидно, что все вкусные и полезные продукты в семье были полностью предложены для другого ребенка, но сколько же на самом деле получал Сяо Бао? Если бы это было не так, зачем бы она беспокоила своего замужнего гера? Ее тоже вынудили это сделать!

При мысли о серебре, которое Ян Далан обещал ей дать, сердце матери Мяо Хэ дрогнуло, и она поспешно опустила глаза. Несмотря ни на что, семья не должна знать об этом!

С другой стороны, Мяо Хэ вернулся домой и почувствовал, что дело движется слишком медленно.

Шесть лян долга, обрушившиеся на его шею с неба, были полностью на его совести. Очевидно, что в его руках была живая почва, но она была подобна горе сокровищ, которые он не мог использовать. Он также не мог позволить себе потерять все это из-за излишней порывистости. Овощи, которые он посадил сегодня, не будут доступны для продажи еще полмесяца, так неужели нет другого метода, который можно было бы реализовать в течение двух недель?

Увидев, что он в таком унылом состоянии, Ян Далан пошел в спальню и достал оттуда небольшой керамический кувшин. Когда он вытряхнул содержимое кувшина, из него выкатилось несколько слитков серебра и несколько ниток медных монет. Мяо Хэ был ошеломлен и не мог не посчитать. Десять медяков, два цяня серебра... он насчитал около шести цяней серебра!

(Напоминаю, что 10 цяней = 1 лян)

- У меня есть еще немного денег на руках, - сказал Ян Далан и снова вытащил то, что у него было с собой. Это были деньги, которые он заработал на сегодняшней продаже.

Мяо Хэ не особенно разбирался в этом, но молодой кабан, пойманный вчера, не получил серьезных травм, когда на него охотились. Мясо дикого кабана крепкое и упругое. Когда он вырастет, из него получится хороший племенной кабан. Этот тип кабана считался довольно редкой добычей. Именно по этой причине Ян Далан отправился на общественный рынок в юго-восточной части города, который специализировался на торговле скотом, чтобы запросить за кабана хорошую цену.

Когда Ян Далан вынул из кармана руку, на его ладони лежало 7 цяней серебра!

После мысленного вычета стоимости двух кур и мешка муки, которые он купил домой, получалось, что маленький кабанчик был продан более чем за 1 лян серебра.

Таким образом, после сложения общей суммы состояние Ян Далана теперь составляло по меньшей мере один лян и три цяня. Этого было достаточно, чтобы покрыть один лян серебра, который он должен был отдать через месяц матери Мяо Хэ.

Но Мяо Хэ от этого легче не стало. В конце концов, до сих пор он был нахлебником, рисовым долгоносиком, который только тратил плоды тяжелой работы Ян Далана и не внес никакого вклада в семью. И у него все еще было много долгов.

Однако в действительности финансовое положение Ян Далана было не таким уж тяжелым. Ранее он задолжал деньги за лечение болезни его матери. Поначалу, когда он полагался только на охоту, он все еще мог вернуть долг в несколько серебряных лян, однако это положение совпало с зимним сезоном. Прошлая зима была очень холодной. Снежный сезон был настолько длинным, что Ян Далан едва мог пробраться в горы. Ему приходилось занимать деньги отовсюду, поскольку он тратил больше, чем зарабатывал.

Теперь, когда наступила весна и все возвращается к жизни, ему придется проявить больше усердия и сходить в горы еще несколько раз, и он сможет все вернуть.

- Я планирую сходить в горы. Не для охоты на добычу, а для сбора лекарственных материалов. Ничего серьезного.

Лекарственные травы? Мяо Хэ сразу же поднял голову:

- Ты можешь распознавать лекарственные травы?

- Дядя Линь иногда просит меня собирать их, поэтому я их знаю.

- Тогда я тоже пойду! Соберем их вместе! - таким образом, он мог принести несколько штук обратно и посадить их прямо в живую почву! Всегда можно было найти способ продать их без ведома Ян Далана. Это произойдет только один раз, а денег, которые он получит, ему хватит надолго.

Ян Далан нахмурился, первоначально не желая брать его с собой, но когда он увидел, что глаза его маленького гера ярко засияли и были уже не такими угрюмыми, как раньше, он передумал и кивнул:

- Подожди несколько дней, потом я отведу тебя туда.

Глаза довольного Мяо Хэ от улыбки изогнулись как полумесяцы. Чувствуя, что ситуация наконец-то изменилась к лучшему, он с радостью пошел готовить ужин.

В последующие дни Мяо Хэ хорошо использовал живую почву для разведения некоторых растений, а Ян Далан, похоже, также пытался умиротворить Мяо Хэ, поэтому часто ходил в горы, и хотя это было короткое путешествие, но он принес добычу. К сожалению, таких роскошных животных, как маленькие детеныши дикого кабана, больше не было, зато часто можно было увидеть кроликов и фазанов.

Для этой цели задний двор также претерпел изменения и теперь на нем красовался  курятник. На данный момент единственными обитателями курятника были три курицы и два петуха. Мяо Хэ еще не нашел ни одного яйца, но это должно произойти в ближайшее время. Растения, которые он выращивал в живой почве, он скармливал курам и, конечно, Да Баю.

Да Бай был уже больше ладони, мог пройти несколько шагов и очень ласково относился к Мяо Хэ. В тот день, когда они отправились в горы, Мяо Хэ приготовил молодые листья и воду и положил их в бамбуковую корзину котенка, прежде чем выйти из дома с Ян Даланом.

По дороге можно было увидеть Ян Далана, несущего большую корзину, в то время как Мяо Хэ держал меньшую. Когда они уже собирались подняться в гору, то случайно встретили Мяо Эра.

Еще раз, кто такой Мяо Эр? Это хулиган, который всегда ленив в работе, зато любит почесать языком, специализируясь на том, чтобы тыкать людей в их больные места.

- Эй, разве это не Далан? Вау, это довольно редко, ты берешь с собой Хэ-гера в горы?

Ян Далан хмыкнул в знак приветствия.

Конечно же, Мяо Эр на этом не остановился:

- Нужно было сделать это давным-давно. Лучше взять его с собой в горы, чем оставить во дворе и гадать, куда он пойдет! На самом деле, также хорошо иметь руку помощи, когда это понадобится. Эй, это решает две проблемы одним махом!

Глаза Ян Далана оставались холодными, и он ничего не ответил. Тем не менее, Мяо Эр мог продолжить и сам:

- Ты тоже, Хэ-гер. Этот мужчина, с которым ты сейчас, очень отличается от того, кого ты хорошо знаешь. Что толку думать о посторонних вещах?

Как только Мяо Эр сказал это, Ян Далан вдруг наклонился к своей корзине и достал из нее изогнутый нож для резки травы, острый как бритва. Когда Мяо Эр увидел это движение, он был поражен:

- Эй, почему ты держишь нож?

- На дороге потом будет много сорняков, поэтому я должен их срезать.

Мяо Эр издал вынужденный смешок:

- Тогда тебе тоже нужно быть осторожным. Если ты обидишь кого-то по ошибке, как ты оправдаешься перед деревенским старостой?

Упоминание имени деревенского старосты внезапно указало на то, что в глубине его сердца таилась тень страха

Ян Далан спокойно ответил:

- Я знаю. Спасибо, что напомнил.

Мяо Хэ молчал на протяжении всего разговора. Он пришел к выводу, что жители деревни, должно быть, говорили об этом Ян Далану бесчисленное количество раз. Сам он всегда прятался во дворе и никогда не испытывал этих злых слов напрямую, даже не подозревая о сложившейся ситуации. Только сейчас он узнал, на что похожа реальность. Он не знал, как это воспринимает Ян Далан, но когда он подумал об этом, в его сердце закралось чувство вины. Если он действительно соберется расстаться с Ян Даланом в будущем, страшно представить, что ему придется выслушать.

Но это другое дело. Он не мог только ради вежливости привязать себя к кому-то, кто его не любил. Поэтому сейчас ему нужно придумать, как облегчить им обоим жизнь.

Затем Мяо Хэ обратился к Мяо Эру:

- Дядя Мяо Эр сказал, что молодые люди неизбежно будут говорить неправильные вещи и иногда вести неправильный образ жизни, но в конце концов, важнее всего, изменился ли этот человек, не так ли?

Мяо Эр подумал, что он говорит о себе, и немного насторожился:

- Верно.

Мяо Хэ добродушно кивнул:

- Тогда спасибо вам, дядя Мяо Эр, за понимание. Далан, пойдем, боюсь, у нас мало времени.

Сказав это, он потянулся к левой руке Ян Далана, в которой не было ножа.

Глаз Ян Далана дернулся, но он сдержался и, кивнув Мяо Эру, развернулся и пошел прочь вместе с Мяо Хэ.

Мяо Эр, почесывающий голову, остался позади.

- Понимание? Какое понимание? Возможно ли, что Хэ-гер наконец сдался и решил последовать за Ян Даланом? Возможно ли это? Или он разыгрывает новый трюк?

После расставания с Мяо Эром он шли еще час и наконец забрались в горы.

Пройдя по постепенно поднимающейся местности, Мяо Хэ вынужден был остановиться и передохнуть. Он также знал, что его присоединение будет помехой и определенно помешает эффективности Ян Далана. Таким образом, прежде чем они вышли, он договорился с Даланом, что сегодняшняя вылазка будет только в основном для сбора лекарственных растений и фруктов. Он хотел посмотреть, найдутся ли какие-нибудь виды растений более ценные, чем овощи.

Ян Далан не собирался подрывать самоуверенность своего маленького гера. Если бы лекарственные травы можно было пересаживать, то все давно бы их посадили, и им не пришлось бы подниматься в горы. Тем не менее, этот поход также принес маленькому геру облегчение и избавил его от скуки. Если бы деревенские жители увидели, как он идет по деревне, вполне вероятно, что они сказали бы ему что-нибудь неприятное. Поэтому, если они хотели прогуляться без каких-либо забот, то горы были самым подходящим местом.

Просто он никогда не думал, что его гер захочет сказать такое в присутствии Мяо Эра. Казалось, что после тяжелой травмы характер и мысли Мяо Хэ сильно изменились. Раньше Ян Далан не беспокоился об этом. Независимо от того, что было у маленького гера на уме, у него были свои причины заботиться о нем, поэтому он мог просто хорошо кормить и поить его. Но теперь, если мнение гера изменилось, может ли он действительно... не беспокоиться?

Мысли в его голове были внезапно прерваны из-за веселого и беззаботного вмешательства маленького гера.

- Эй, а этот фрукт можно есть?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 10. Нападение

Ян Далан посмотрел в ту сторону, куда указывал Мяо Хэ, и увидел куст, усеянный маленькими красными плодами. Присмотревшись, он покачал головой:

- Это змеиная ягода, ее нельзя есть, она считается лекарственной травой.

- Лекарственные травы? - Мяо Хэ тут же начал копать, – Это стоит денег?

- Их много в горах, они мало стоят.

- Ничего страшного, я просто соберу немного.

Мяо Хэ намеренно выбрал те растения, у которых были крупные корни, и выкорчевал их, чтобы потом, когда он посадит их в живую почву, ему не пришлось ждать семян.

Не собираясь останавливать его, Ян Далан оглядел окрестности, а затем указал:

- Этот вид фруктов можно употреблять в пищу. Они сладкие.

Кто бы сомневался? Это же малина! Надо сорвать ее позже!

- Это называется малина, она съедобна, и аптеки принимают ее, - на этот раз Ян Далан подошел и последовал примеру Мяо Хэ, вырвав куст с корнем. Маленький гер сказал, что хочет забрать их, чтобы вырастить.

Мяо Хэ поджал губы и улыбнулся:

- Я знаю это. Разве ее не используют для лечения импотенции?

В интернете ходило много слухов, насколько малиновый сок мощный, но он не знал, правда это или нет.

Пораженный, Ян Далан на секунду замолчал, но ничего не сказал.

- После того, как мы вернемся домой и посадим ее во дворе, ты сможешь съесть немного, если захочешь, - сказал Мяо Хэ, смеясь.

Честно говоря, Мяо Хэ просто шутил. Когда мужчины общаются друг с другом, они неизбежно произносят слова подобного рода. Но Мяо Хэ забыл, что он теперь гер, точно так же, как он иногда забывал поддерживать образ предыдущего владельца тела.

Когда он это сказал, лицо Ян Далана напряглось.

Ничего не подозревающий Мяо Хэ остался доволен тем, что выкопал и змеиные ягоды, и малину, и призвал Ян Далана продолжить поиски сокровищ.

Гора, на которую они поднялись, была немного выше, воздух здесь был намного более холодным и влажным, чем равнины, с которых они пришли, отчего леса пахли более землисто и ароматно. Солнце освещало лес, и его золотые лучи делали зеленые листья над головой яркими и зелеными, как прозрачные изумруды. Мяо Хэ, современный человек до мозга костей, чувствовал себя очень бодрым, хотя раньше он сильно задыхался, с удивлением воспринимая все, что видел.

В полдень Мяо Хэ достал лепешки, которые он приготовил перед уходом из дома, и поделил их, а затем глотнул прохладной воды из горного источника, к которому его привел Ян Далан. Несмотря на различия и преимущества, этот мир был намного лучше, чем в его предыдущей жизни. Это было настоящее сокровище, о котором следовало заботиться, естественная и безвредная природа. Даже воздух казался намного лучше и чище.

Пока они отдыхали, Мяо Хэ воспользовался возможностью подсчитать их военные трофеи. До этого момента они выкопали десяток кустов змеиных ягод и малины, а позже обнаружили шелковицу; в общей сложности они собрали более десятка различных видов растений. Кроме того, было обнаружено несколько кислых виноградных лоз без плодов и несколько диких гранатов. На горе также были слива, хурма, боярышник, груша, персиковые деревья и несколько каштанов, но они цвели весной и пока что не приносили плодов, так что Мяо Хэ мог только беспомощно наблюдать.

Что касается лекарственных материалов, то для Мяо Хэ это было несколько неожиданно.

Большинство лекарственных материалов, которые искал Ян Далан, были цветами -  китайский колокольчик, тигровая лилия и желтый сельдерей. Помимо лилии, оранжево-красного цветка с пятью лепестками, два других были окрашены в потрясающие, единственные в своем роде фиолетовые оттенки, которые прекрасно смотрелись бы во внутреннем дворе. Эти три растения можно использовать в лекарственных целях, например, их сушат и измельчают, а листья эустомы можно даже употреблять в пищу как овощ. Ян Далан сказал, что цветов было мало и они медленно росли, поэтому он выкапывал все растения, которые видел.

Среди трех растений китайский желтый сельдерей имел самую высокую цену продажи. Ян Далан сообщил ему, что эти цветы росли в небольшом количестве и им требовалось много времени, чтобы полностью распуститься. Поэтому Мяо Хэ выкопал весь желтый сельдерей, который смог найти, чтобы принести домой.

Была только одна трава, похожая на ту, что он помнил, и это Колокольник мелковолосистый, который также был известен как женьшень бедняка. Он процветал в тенистой, свежей среде, обеспечиваемой плотно посаженными деревьями. Несмотря на это, потребовались некоторые усилия, чтобы распознать его, и хотя он не так эффективен, как женьшень, он отлично тонизирует жизненную энергию, увлажняет легкие и выводит из них скопившуюся жидкость, он может быть хорошей заменой женьшеню. Это также главная трава, которую Ян Далан искал, отправляясь в горы.

Подсчитав количество выкопанного женьшеня бедняка на руках, за вычетом нескольких растений, которые ему пришлось оставить, все равно можно было заработать около четырех-пяти цяней. Когда Мяо Хэ понял, сколько он получит, он почувствовал, что даже боль в ногах была незначительной по сравнению с его достижениями. Он открыл рот, чтобы заговорить, желая поделиться этим, но слова повисли у него на губах, когда он заметил мрачное выражение лица Ян Далана. Ян Далан быстро приложил указательный палец к губам, жестом призывая к тишине.

- Помолчи. Возникла ситуация.

Мяо Хэ напрягся, даже его дыхание стало мягче. Ян Далан спокойно встал и подхватил Мяо Хэ на руки, не предупредив заранее. Мяо Хэ чуть не вскрикнул из-за внезапного движения, но, к счастью, удержался. Подняв его, Ян Далан усадил гера на ветку дерева в половину человеческого роста позади себя. Они выбрали для отдыха большое дерево с густой листвой, его толстый ствол был достаточно велик, чтобы на нем могли стоять два или три человека.

Ян Далан глазами подал знак Мяо Хэ забраться наверх. Мяо Хэ не осмелился терять время, хотя его маленькие ножки немного дрожали, он залез, как ему было сказано. Мгновение спустя он стал свидетелем того, как Ян Далан достал из своей корзины еще один горный нож с длинным, тонким лезвием и острым кончиком. Охота не входила в планы на этот день. Далан, возможно, и не взял с собой лук и стрелы, но он просто не позволил бы себе остаться безоружным.

Лезвие горного ножа было немного длиннее и могло отпугнуть диких животных. Ян Далан умело крутанул лезвие вокруг своей руки, взглянув на Мяо Хэ, на лице которого было ясно написано беспокойство. Видя, что он так нервничает, Далан сделал успокаивающий жест, чтобы успокоить маленького гера, как бы говоря, что все в порядке.

Мяо Хэ, слабый цыпленок, который никогда в жизни не переживал подобной сцены, неожиданно успокоился от внушительной ауры человека, который, казалось, все держал под контролем. В любом случае, как бы он ни волновался и ни тревожился, единственное, что он мог сейчас сделать, - это послушно плотно закрыть рот и сохранять абсолютную тишину и спокойствие.

Затем Ян Далан медленно наклонил голову, внимательно прислушиваясь.

В лесу, который выглядел таким же спокойным, как всегда, можно было услышать только мягкий шелест ветра, дующего на верхушках деревьев, какое-то тонкое щебетание птиц, а также эхо насекомых.

Но Ян Далан не спешил и с ножом в руке стоял на страже под деревом. Терпение, смелость и осторожность - самые важные черты, которыми должен обладать охотник.

Наконец с левой стороны раздался слабый звук движения!

Мяо Хэ заметил это только что, в то время как Ян Далан уже с самого начала пристально смотрел на это определенное место.

Через некоторое время внезапно появился поросячий пятачок, покрытый черным мехом. Вскоре за ним последовали маленькие свирепые глаза и густая и прочная грива, а затем появилась полная фигура взрослого дикого кабана!

Мяо Хэ только почувствовал, как его сердце снова забилось быстрее. Но, каким бы беспокойным он ни был, Ян Далан даже не пошевелился. Пока его взгляд был прикован к кабану, его правая рука крепко сжимала длинный нож, а левая рука медленно потянулась в потайной карман на боку и достала маленькую бамбуковую трубку толщиной с палец.

Естественно, кабан тоже заметил Ян Далана. Он беспокойно топал копытами, казалось, не решаясь броситься вперед или нет. Если бы Ян Далан не двигался, дикий кабан только оценил бы, представляет ли противник перед ним угрозу или нет. Если бы это было не так, дикие кабаны не настолько любопытны, чтобы тратить свое время на ожидание угроз. Обычно люди не входят в их обычное меню, а поскольку снова наступила весна, этот кабан был не голоден.

Итак, человек и животное стояли на месте в течение некоторого времени.

Однако в этот момент в лесу справа от Ян Далана раздался внезапный звук падения на землю. Это звучало так, как будто упал какой-то фрукт. Но это резкое движение так напугало дикого кабана, что он немедленно поднял копыта и яростно бросился на Ян Далана.

Мяо Хэ не удержался от тревожного вскрика, когда увидел поворот событий. Напротив, Ян Далан оставался спокойным и неподвижным. Затем он быстро и точно бросил бамбуковую трубку, которую держал в левой руке, на тропинку, по которой несся дикий кабан. Когда бамбуковая трубка упала на землю, взметнув облако пыли, она мгновенно испустила густой дым, окутавший кабана.

Сразу же после этого раздался жалобный крик кабана. Он сильно тряхнул головой, словно пытаясь развеять дым, а затем развернулся и побежал.

Этот поворот событий был слишком быстрым, все произошло всего за несколько секунд, заставив Мяо Хэ подавиться словом «опасность», которое застряло у него в горле.

После того, как дикий кабан убежал, Ян Далан подождал еще четверть часа, прежде чем позволить Мяо Хэ спуститься с дерева.

По правде говоря, даже если он не получил никаких травм от этого ужасного опыта, Мяо Хэ все равно был каким-то образом травмирован, его лицо выглядело бледнее обычного. В конце концов, когда-то он читал в новостях, что некоторые дикие кабаны в горах не только кусали людей, но и убивали их.

Успокоив сердцебиение, Мяо Хэ не удержался и спросил:

- Что в бамбуковой трубке?

- Стимулирующий порошок, приготовленный в аптеке.

- Когда ты охотишься, ты используешь что-нибудь еще, кроме этого?

Ян Далан действительно носил с собой много полезных инструментов. В дополнение к порошку, там был еще и факел - бамбуковая трубка, которая светилась, когда отрывали колпачок. Здесь были также лассо, амулет, одурманивающее средство, разрывная стрела и даже шип, чтобы втыкать в землю.

Оказалось, что Ян Далан не просто взобрался на гору с одним только ножом, чтобы защитить себя. Мяо Хэ почувствовал некоторое облегчение.

- Если ты наткнешься на дикого кабана, сможешь ли ты охотиться на него в одиночку?

- Да. Тот, что был сейчас, был не слишком большим.

- А? Тогда почему ты не сделал этого сегодня? Я достаточно хорошо прятался.

- Я должен отвести тебя вниз с горы.

Пока они разговаривали, Ян Далан аккуратно раскладывал охотничьи принадлежности, которые он достал не так давно. Удобно закрепив корзину на спине, он протянул руку Мяо Хэ:

- Идем назад.

Мяо Хэ поджал губы и повиновался, но его сердце снова было горячим и душным.

Когда они вернулись домой, Ян Далан пошел менять еду к второй тете Ян, а Мяо Хэ по очереди закапывал добытые им лесные ягоды и лекарственные цветы в живую почву.

Все они были уже укоренившимися растениями, поэтому не было необходимости ждать, пока они прорастут и созреют. Мяо Хэ просто намеревался воспользоваться божественной силой живой почвы, чтобы передать немного жизненной силы растениям, выкопанные в горах, и предотвратить их увядание в течение следующих нескольких дней. Глядя, как они оживают, казалось, что этот метод работает и занимает меньше времени.

Уставившись на живую почву, Мяо Хэ мгновенно загрустил.

В этом походе его снова защищали. Образ человека, прислонившегося спиной к дереву, промелькнул у него в голове. В тот момент Мяо Хэ ничего не заметил, но теперь, вспомнив эту сцену, он понял, что Далан был неподвижен. В то время как сам Мяо Хэ хранит много секретов и все делает тайно, он с трудом доверяет другим и боится, что его предадут и причинят вред. В конце концов, он был эгоистичным человеком.

Только посмотрите на эти беспорядочные грядки с овощами. Цветы и овощи были посажены вместе без разделителей, как будто небрежно. На самом деле, Мяо Хэ специально посадил их таким образом. При этом, если бы он хотел использовать живую почву, чтобы что-то вырастить, он мог бы просто закопать ее на неорганизованном овощном поле, и это не было бы слишком заметно. Точно так же, как женьшэнь бедняка, который он выкопал ранее и пересадил, завтра ему нужно будет собрать семена и посадить новые. Даже если семена скоро прорастут новыми листьями, Мяо Хэ был убежден, что если Ян Далан не будет этого записывать, он не сможет заметить несоответствие. Все эти операции требовались, чтобы скрыть божественную способность живой почвы.

Мысль о том, что у него были эти мотивы, но он все еще спокойно пользовался защитой Ян Далана, пронзила сердце Мяо Хэ чувством вины.

Или, может, просто...

В это время громко щелкнул дверной засов. Мяо Хэ отряхнул руки от земли и погладил Да Бая, который катался рядом с живой почвой, а затем встал и вышел на передний двор, намереваясь поприветствовать возвращение Далана. Однако вернулся не только Ян Далан. Рядом с ним стоял мужчина, казавшийся относительно невысоким по сравнению с Ян Даланом. Его лицо обрамляли густые брови, нависавшие над большими глазами. У него были правильные черты лица, но он был немного темнее.

Он положил руку на плечо Ян Далана, свободно отпуская шутки и не обращая внимания на равнодушное и спокойное выражение его лица. Казалось, что у этих двоих были очень близкие отношения.

Увидев эту сцену, Мяо Хэ вдруг вспомнил, что раньше сомневался в возможности того, что это произойдет.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 11. Мяо Цянь

Немного покопавшись в памяти, Мяо Хэ вспомнил – этого мужчину звали Мяо Цян, и он был другом Ян Далана с детства.

Мать Мяо Цяна, Ши Жуцин, и мать Ян Далана, Ши Юй, обе были родом из соседней деревни Ши и, похоже, еще до замужества были близки. Сначала мать Мяо Цяна вышла замуж в деревню Мяо, а вскоре за ней последовала и мать Ян Далана. Подруги стали еще ближе, поэтому Ян Далан с детства дружил с Мяо Цянем и называл его мать «тетя Цин». Даже Дабая взяли из дома Мяо Цяня.

И, разумеется, все близкие Ян Далана относились к Мяо Хэ с неприязнью.

Как только Мяо Хэ вышел во двор, Мяо Цян тут же нахмурился:

— Ты чего тут? — Раньше, когда он приходил, этот парень прятался в комнате. Неужели сегодня решил вылезти, чтобы досаждать?

Мяо Хэ взглянул на Мяо Цяня, затем обратился к Ян Далану:

— Ты вернулся. Гости пришли?

Не дав Ян Далану ответить, Мяо Цян громко фыркнул:

— Вернулся? Гости? Смешно! Как тебе не стыдно вести себя как хозяин, после всех твоих мерзких поступков?!

Ян Далан снял его руку со своего плеча и нахмурился:

— Цян-цзы. Хватит.

Он забыл, как Мяо Цян относится к Мяо Хэ. Может, не стоило приводить его домой.

— Что? Хватит? — Мяо Цян не поверил своим ушам.

— Я сказал, хватит. — Ян Далан посмотрел ему прямо в глаза.

— Но раньше… — Мяо Цян растерялся. Раньше он не оскорблял Мяо Хэ в лицо, но при Ян Далане ругал его не раз – и тот никогда за него не заступался!

— Теперь нельзя. — Ян Далан усилил интонацию.

Мяо Цян опешил, а затем вдруг набросился на Ян Далана, ухватив его за щеки:

— Ты точно Далан?! Не ошибся?! Точно Далан?!

Мяо Хэ округлил глаза. С тех пор как он попал сюда, он еще не видел, чтобы мужчины вели себя так фамильярно. Но Ян Далан, похоже, привык – он одной рукой остановил Мяо Цяня, а другой передал Мяо Хэ лепешки, которые принес.

— Отнеси внутрь. Мне нужно поговорить с Цян-цзы.

Мяо Хэ моргнул, покорно, но с некоторым колебанием ответил:

— Ага…

Как только дверь за Мяо Хэ закрылась, Мяо Цян тут же засыпал Ян Далана вопросами:

— Что вообще происходит?! Ты… ты ведь женился на нем только из-за своей матери, разве не так? Неужели теперь ты признаешь его своим мужем?! — К концу фразы его голос дрожал от возмущения.

Ян Далан бросил на него взгляд, словно считая, что тот создает шум, и вышел во двор, прежде чем ответить:

— Сейчас он хороший.

— Хороший? В чем?! Весь его «хороший» – это только лицо, а внутри он эгоистичный и беспринципный! Что тебя ослепило, раз ты вдруг так говоришь?!

— Если был неправ, исправился – и хорошо.

— Разве он может исправиться? Если бы мог, то сразу после свадьбы понял бы, что можно, а что нельзя! Иначе разве он бы бегал в город за Мяо Юанем?! Крал бы деньги и пытался сбежать, пока тебя не было?! И что он изменил, а? Ну-ка, скажи мне!

Ян Далан не хотел продолжать:

— Все в порядке. Я вижу – не ошибусь.

Мяо Цян едва не рассмеялся от злости. Раньше он считал, что с Даланом легко говорить – тот краток и всегда по делу. Но сейчас его «по делу» было без единой детали – как тут поверить?! И этот «я вижу» – глаза-то можно и песком засыпать!

— Ладно! Тогда идем сейчас же ко мне и повтори эти слова моей матери! Посмотрим, осмелишься ли ты!

Ян Далан покачал головой:

— Сегодня не могу.

— Почему?!

Гэр в лесу испугался. Если оставить его одного ночью, наверное, будет бояться.

Ян Далан еще раз взглянул на дом:

— Уже поздно.

Но Мяо Цян, знавший Далана столько лет, не мог не заметить этот явный взгляд. В его сердце защемило – словно лучшего друга у него внезапно отняли. Его лицо потемнело, но он знал: если Далан что-то решил, переубедить его трудно.

Сдерживая раздражение, Мяо Цян сменил тему:

— Ладно! Тогда завтра! Я же говорил – у нас посадка риса. Приходи завтра с утра! И не вздумай забыть!

— Угу.

Видя, что Ян Далан согласился без колебаний, Мяо Цян немного успокоился и наконец ушел.

Позже, узнав, что Ян Далан пойдет помогать с посадкой риса, Мяо Хэ тут же забыл о легком дискомфорте и обрадовался – ведь у него будет несколько дней, чтобы вырастить кодонопсис!

Он улыбался весь вечер, даже не заметив, как Ян Далан несколько раз внимательно на него посмотрел.

На следующее утро Мяо Хэ радостно помахал рукой, провожая Ян Далана на работу, а затем отправился во двор. Он собрал семена с кодонопсиса, посаженного в «живую землю» накануне, и выкопал его – и тут же ахнул: корни были в три раза больше, чем у растений из леса!

Не будет ли проблем, если это продать?

Помучившись сомнениями, Мяо Хэ вспомнил, что Ян Далан говорил: кодонопсис для лекарств нужно нарезать и высушить. Может, слишком крупные корни лучше порезать перед продажей? Жаль, конечно, но безопасность важнее. В следующий раз нужно следить за временем, чтобы корни не перерастали.

Затем он взял семена лука. После дней стараний все его семена уже прошли через «живую землю», а улучшенные сорта были посажены на грядки. Оставшиеся семена он приберег для еды.

С тех пор как он попал сюда, у него не было возможности попробовать овощи, выращенные на «живой земле». Теперь, со свободным временем, он решил сначала улучшить свой рацион, а потом уже возиться с кодонопсисом.

Посадив семена лука, он принялся чистить курятник, попутно срывая листья с кодонопсиса (они не годились для лекарств), измельчая их и скармливая курам. Дабао, семенивший за ним, тоже выпросил свою долю.

Убираясь в курятнике, Мяо Хэ с радостью обнаружил – наконец-то появились яйца! Четыре яйца от трех кур! Видно, корм с «живой земли» действительно давал силу. Выводить цыплят он не планировал – вместо этого, разыгравшийся аппетит подсказал ему съесть все яйца на обед!

В приподнятом настроении Мяо Хэ вернулся к «живой земле» – зеленые перья лука уже выросли. На этот раз не нужно было ждать семян, достаточно было сорвать листья, так что дело шло быстро. Вскоре он наполнил целую корзину, затем посадил семена кодонопсиса и отправился готовить обед.

Раз есть яйца, меню решилось само собой – лепешки с луком и яйцом!

Замесив тесто по прежнему рецепту, он оставил его «отдохнуть». Пока тесто подходило, Мяо Хэ проверил кодонопсис, посаженный перед уходом – уже показались маленькие зеленые листочки. Прикинув, что через пару часов нужно будет посадить новые семена, он вернулся к плите.

Раскатав тесто в тонкие лепешки, он смазал их маслом. В отличие от местных привычек экономить, Мяо Хэ не скупился – ведь кодонопсис уже рос во дворе, так что можно и побаловать себя. Затем он густо посыпал лепешки нарезанным зеленым луком, приправил солью и свернул их рулетиками. Нарезав рулеты на кусочки, он скрутил их в спиральки и расплющил – основа для лепешек готова.

Осталось лишь обжарить их на масле до золотистой корочки, затем разбить сверху яйцо – и любимые лепешки с яйцом готовы!

Мяо Хэ щедро приготовил четыре лепешки. Одну съел сам – аромат лука в сочетании с яйцом был настолько восхитителен, что он чуть не проглотил язык. Остальные три оставил Ян Далану. Ведь тесто, масло и мука – все его, а значит, совесть не позволила бы съесть все самому. К тому же, когда Ян Далан освободится, Мяо Хэ хотел попросить его съездить в город.

К тому времени у него уже должно накопиться немало кодонопсиса. Но не проданный кодонопсис – все равно что его нет, поэтому нужно наладить связь с аптекой, чтобы деньги наконец пополнить карман деньгами. План уже созрел – не хватало только возможности попасть в город.

Но Мяо Хэ знал, что с его репутацией поехать одному было бы подозрительно. Тут очень важно было заручиться согласием Ян Далана.

Однако в тот вечер Ян Далан вернулся поздно. Лепешки Мяо Хэ разогревал и остужал несколько раз, пока не решил, что тот, видимо, не придет ужинать.

Пустой дом, темнота за окном, только дрожащий свет масляной лампы на столе. Даже с Дабао на руках Мяо Хэ чувствовал себя неуютно. Кроме охоты, Ян Далан никогда не задерживался так допоздна. Наверное, его оставили ужинать в доме Мяо Цяня?

Но мог бы хотя бы предупредить – деревня ведь невелика. Мяо Хэ слегка затаил обиду. Тем более что лепешки он в основном готовил для Ян Далана. После всей его заботы хотелось сделать что-то вкусное в ответ – а он даже не пришел.

Или, может, виной всему Мяо Цян? Тот самый, кто, возможно, занимал сердце Ян Далана… Хотя, судя по всему, именно Мяо Цян проявлял больше эмоций, так что непохоже…

Когда Ян Далан наконец вернулся, он увидел сидящего у лампы гэра с тремя лепешками на столе и с котенком на руках, который тупо ждал его.

Мяо Хэ скользнул взглядом по высокому мужчине:

— Ты вернулся. Ужинал?

Неожиданно Ян Далан покачал головой:

— Нет.

Мяо Хэ моргнул, поставил кота и взял тарелку:

— Тогда я разогрею.

Но Ян Далан остановил его:

— Не надо. — Взял одну лепешку и откусил. Да, остывшие лепешки с маслом и яйцом были жирноваты, но он все равно сказал: — Вкусно.

И почему-то Мяо Хэ обрадовался. И даже свет в комнате показался ярче.

В следующие несколько дней Мяо Хэ пропадал во дворе, выращивая кодонопсис, и вскоре накопил целую связку. Он тщательно спрятал ее в своем единственном сундуке от приданого. Для удобства продажи он нарезал кодонопсис и высушил – так и прятать проще, и в аптеке будет легче объяснить.

Что касается еды, кроме луковых лепешек, Мяо Хэ приготовил жареную капусту с яичной соломкой и рисом, рапс с вяленым мясом и клейковиной пшеницы – и все с «живой земли»! Капуста была хрустящей и сладкой, а рапс – нежным и сочным, без малейшей горечи. Мяо Хэ даже ждал, когда Ян Далан спросит, откуда взялись овощи, ведь на грядках только-только проклюнулись ростки. Но тот просто молча ел, не задавая вопросов.

В тот вечер, видя, как Ян Далан с аппетитом уплетает еду, Мяо Хэ положил ему в чашку нежного рапса:

— Вкусно?

— Угу.

— Но масло на кухне почти закончилось, и мука тоже, — невинно сказал Мяо Хэ. — Сколько еще тебе работать? Когда освободишься, съездим в город?

Ян Далан остановился и поднял на него взгляд.

Мяо Хэ занервничал:

— Тот кодонопсис, что мы собрали, я, как ты говорил, нарезал и высушил – еще не продал. И малину с шлемником тоже – разве аптеки их не берут? Все, что мы выкопали, хорошо прижилось. Объясни, как их подготовить, завтра займусь, и можно будет продать.

Ян Далан молчал.

— Дома не хватает масла, уксуса, сахара… Масло можно и рапсовое, не обязательно свиное. Соевый соус тоже бы не помешал. Вместе поедем – ничего не забудем. — Видя, что тот не отвечает, Мяо Хэ понизил голос. — Я не убегу, буду с тобой.

— Ладно, — вдруг сказал Ян Далан и продолжил есть.

— А?

— Послезавтра поедем.

— Правда? — лицо Мяо Хэ просияло.

Ян Далан лишь молча доедал, вспоминая слова тети Цин:

«Далан, тетя Цин всегда чувствовала себя виноватой перед тобой. Если бы тогда я не уговорила твою мать отвести тебя к тому монаху, чтобы он «очистил» тебя от крови, он бы не наговорил, что ты «угроза отцу, вред матери, несчастье жене, бездетность и одинокая старость». Но спустя столько лет я думаю – даже если небо выбрало для тебя путь, разве на нем может быть только одна дорога?»

«Отец Цяня умер рано, оставив мне только его. Если бы меня судил тот монах, наверное, вышло бы немногим лучше. Но, Далан, даже так я ни о чем не жалею. Хоть он и прожил недолго, но другого бы я не хотела. Один и тот же путь для кого-то – в радость, а для кого-то – в тягость».

«Твоя мать боялась, что тебя бросят, что брак подтвердит твою судьбу и принесет лишь боль. Но в конце она поняла – быть с кем-то или нет, это совсем разные вещи. Она выбрала Хэ-гэра не просто так. Ты, наверное, и сам догадываешься, почему».

«Когда Цянь вернулся и сказал, что тебе нравится Хэ-гэр, я только обрадовалась. Лучше не бояться «предсказанной судьбы», как в случае с болезнью твоей матери, а прожить жизнь без сожалений. В конце концов, все в этом мире – и горечь, и сладость – познается только на собственном опыте».

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 12. Поездка в город

Два дня спустя Мяо Хэ и Ян Далан отправились в город с первыми лучами солнца, неся свои корзины на спине. В конце концов, одна пешая прогулка в город заняла бы около шичена, или примерно два часа в общей сложности.

(ПП: 时 时 шичен – один из 12 двухчасовых периодов дня; таким образом, половина шичена эквивалентна часу)

Хотя у входа в деревню стояли повозки с ослами для перевозки людей, они также взимали плату с каждого человека. Корзины Мяо Хэ и Ян Далана были загружены только легкими лекарственными растениями. Даже если бы Мяо Хэ сунул пакет нарезанного женьшеня в корзину Ян Далана, последний бы даже не заметил, потому что все это весило гораздо меньше, чем добыча, которую обычно искал Ян Далан. Экономичнее было бы приберечь стоимость проезда на обратную дорогу, ведь тогда их поклажа будет гораздо тяжелее. Поэтому по настоянию Мяо Хэ они отправились в путь пешком.

Вскоре после того, как они вышли на дорогу, они наткнулись на знакомого. Единственным способом добраться из деревни Мяо в город было воспользоваться этим маршрутом. В результате встречи были почти неизбежны, и люди часто путешествовали вместе.

- Брат Хэ-эр! - Мяо Мин, лучший друг предыдущего владельца тела, подбежал к ним с явным восторгом, как только увидел Мяо Хэ, - Ты тоже идешь в город, да? Это здорово! Я тоже иду с матерью. Сегодня мы будем покупать ткань для свадьбы. Если у тебя есть время, не мог бы ты прийти в магазин и помочь мне?

Неподалеку от Мяо Мина стояла худая женщина с тонкими чертами лица, державшая на руках девочку шести-семи лет. Женщина недовольно поджала губы, а ее глаза настороженно смотрели на Мяо Хэ, как будто она считала, что его близость к Мяо Мину испортит его репутацию.

Мяо Хэ ответил:

- Лучше прислушайся к совету своей матери. Как я могу разбираться в таких вещах?

Несмотря на отказ, Мяо Мин упорно уговаривал:

- Я вижу, что ты хорошо выглядишь во всем, что носишь, поэтому полагаю, все будет в порядке. Ты должен прийти и помочь мне сделать выбор. Магазин тканей находится на главной улице города. Это совсем недалеко от других мест. Кстати, зачем ты сегодня идешь в город, брат Хэ? - сказав это, он взглянул на Ян Далана, стоявшего позади Мяо Хэ.

- Дома не хватает некоторых специй, поэтому я пошел с Даланом, чтобы выбрать то, что нам нужно.

- Значит, у тебя должно быть время? - Мяо Мин не сдавался.

Мяо Хэ некоторое время размышлял над этим. Было бы неплохо воспользоваться этим ниспосланным небом предлогом, чтобы отделиться от Ян Далана на некоторое время. Он повернул голову, чтобы спросить Ян Далана:

- Все в порядке?

Ян Далан молча кивнул.

Мяо Мин взволнованно улыбнулся:

- Это здорово! Когда мы придем в город, мы также пройдемся по магазинам за покупками, прежде чем отправиться в магазин тканей. Брат Хэ, не забудь найти меня в магазине!

После этого он, наконец, вернулся к матери, где его сразу же отчитали. Слова «позор» и «держись подальше» разнеслись ветром, и Ян Далан, который шел рядом, внезапно остановился.

- Возьми бутылку с водой. Попей немного.

Мяо Хэ вначале подумал, что это не совсем уместно, но когда он увидел, как Мяо Мин и его мать удаляются, он понял, что этот человек снова молча заботится о нем. Пока Мяо Хэ наблюдал за происходящим, он вдруг подумал: «Если бы первоначальный владелец тела мог остаться подольше, вряд ли его чувства остались неизменными перед лицом молчаливого ухаживания Ян Далана».

Они вдвоем продолжили свой путь. К счастью, дорога в основном проходила по равнине, поэтому 2 часа пути с небольшими перерывами не были слишком утомительными. К тому времени, когда их ноги начали слегка побаливать, они уже оказались у входа в город.

На въезде в город дорога была прямой и вымощенной камнем. Им пришлось прогуляться еще с четверть часа, пока они не достигли самой крупной улицы города. Оживленная атмосфера вывела Мяо Хэ из изнеможения, и он пришел в восторг, наблюдая за проходящими по дороге людьми.

Город оказался больше, чем представлял себе Мяо Хэ, и множество продавцов предлагали огромный ассортимент товаров. Порывшись в памяти, Мяо Хэ понял, что этот город был самым большим в радиусе ста миль. Причина этого в том, что бывший император открыл канал, который проходил прямо мимо этого города и соединял его с более крупным уездом, расположенным ниже по течению, в результате чего это место постепенно превратилось в областной центр, поэтому, конечно, оно было оживленным.

Здесь также были обычные магазины риса и зерна, магазины специй, аптеки, магазины тканей, железные и ювелирные мастерские. Помимо частных школ, чайных домиков, ресторанов, музыкальных залов и игорных заведений, здесь также был общественный театр развлечений, представлявший культурные традиции уездного города.

В восточной части города от развилки дорог располагался рынок, на котором можно было найти свежие продукты, такие как овощи, фрукты, мясо и морепродукты. На западной стороне шел ряд мастерских: железная мастерская, столярная мастерская, зернохранилище, рисовая мельница и другие объекты, требующие большой площади. Войдя на среднюю улицу можно было увидеть лучшие деловые здания, магазины одежды, аптеки, чайные рестораны и многое другое.

Частные дома были разбросаны по всему городу, за исключением северной части. В северной части города были сосредоточены особняки определенных статусных людей, и в ней размещались только дворы с лучшими условиями. Северные районы были чистыми, тихими и регулярно патрулировались городской стражей. Должно быть, это был жилой район высокого класса.

Сравнивая свои воспоминания с тем, что он видел перед собой, Мяо Хэ не мог не думать: как он будет продавать свои овощи, когда они созреют? Где они будут продаваться? И каким клиентам он должен их продавать...

Занятый своими мыслями Мяо Хэ последовал за Ян Даланом в аптеку. Ян Далан часто бывал здесь и как только он вошел внутрь, продавец, который был чем-то занят, не заметил его, так что первым, кто поприветствовал его, был пухлый владелец.

- Эй, разве это не Далан? Что ты принес сегодня? Кстати, змея, которую ты принес в прошлый раз, в итоге была продана. Однажды зашел старый доктор и прошелся по магазину. Когда его глаза заметили змею на витрине, он немедленно схватил ее и не отпускал все то время, что провел здесь. Я дам тебе деньги позже, а если у тебя появится еще, обязательно приноси сначала к нам.

- Хорошо, - без лишних слов Ян Далан разгрузил свою корзину, достал нарезанный женьшень, который Мяо Хэ тщательно завернул в ткань, и открыл его прямо на прилавке.

Когда владелец апетки впервые посмотрел на корни, он был немного удивлен:

- Ах, почему они все нарезаны? Мы не принимаем много нарезанного женьшеня, раньше ты приносил целые растения. В конце концов, если нарезать их неправильно, это может легко повлиять на целебные свойства, - пока он говорил, он взял кусок корня и внимательно осмотрел его, а затем понюхал и лизнул.

Мяо Хэ, стоявший рядом с Ян Даланом, смотрел на него широко раскрытыми глазами, немного нервничая. Он не хотел разрезать корень, но женьшень вырос просто огромным, поэтому если он вытащит целый кусок, пусть даже разрезанный частично, будет легко заметить странность. Поэтому Мяо Хэ просто нарезал все это и положил в корзину Ян Далана, смешав с теми, что были выкопаны в горах.

- Просто потому, что это принес ты, я возьму немного. В противном случае это качество... подожди, это, это качество необычайно хорошее, а!!!? Дай-ка посмотреть? Этот кусочек! И этот кусок! И это, и это тоже!!!

Глаза лавочника были очень острыми, и он быстро выбрал те кусочки, которые вырастил Мяо Хэ.

- Цвет этого корня показывает его возраст, а сухость и аромат - чистоту! Эти ломтики высочайшего качества! Ты действительно счастливый человек, как ты мог наткнуться на такой хороший женьшень?

После этого лавочник стукнул себя в грудь:

- Вот почему не нужно было его резать! Если бы он остался целым, мы могли бы продать его гораздо дороже! Он определенно стоит своей цены!

Ян Далан нахмурился, услышав это. Тщательно обдумав это, он не мог припомнить, чтобы у него было такое хорошее впечатление, когда он выкапывал этот женьшень бедняка. Заметив это, Мяо Хэ быстро вмешался в разговор, чтобы осудить себя:

- Это все моя вина! Я пожадничал, думая, что смогу продать его лучше, если разрежу на куски. Что мне делать?

Конечно же, Ян Далан отвлекся и повернул голову, чтобы утешить его:

- Все в порядке. Его все равно можно обменять на серебро.

- Да, да. Все в порядке, маленький брат. Эта партия определенно лучше, чем предыдущая. Если в будущем у вас появятся такие же, приходите сюда и продайте их нам! И не режьте их, помните, что не надо резать!

В прошлом у первоначального владельца тела было мало возможностей посетить город, а уже тем более посетить аптеки. Владелец аптеки выглядел так, будто не был знаком с предыдущим Мяо Хэ и относился к нему с такой же добротой, как и к обычным людям.

Мяо Хэ с облегчением улыбнулся:

- Вот как. Спасибо, хозяин, я буду усердно работать и постараюсь выкопать еще больше корней женьшеня.

После этого Ян Далан достал другие травы, такие как малина и прочие, и попросил лавочника подсчитать общую сумму. Владелец добавил стоимость проданной змеи и в итоге сумма выручки составила один лян и семь цяней серебра! Это напрямую удвоило их состояние!

Глаза Мяо Хэ округлились, и он тихонько спросил:

- Эти лекарственные травы можно продать за столько денег?

Когда хозяин аптеки услышал это, он улыбнулся и сказал:

- Большая часть - это деньги от предыдущей продажи змеи. Другое дело, что качество женьшеня действительно хорошее, так что я не кривлю душой, когда говорю, что Далану повезло. Хэй, ты похож на гера, разве ты не тот, на ком женился Ян Далан?

Гер, который мог так разговаривать с большим мужчиной рядом с ним, а также мог копаться в его корзине, - не было необходимости спрашивать, он должен быть гером Далана.

Мяо Хэ потребовалось много времени, чтобы понять, что его открыто дразнят, поэтому он мог только глухо рассмеяться, прячась за спиной Ян Далана.

В любом случае, когда они вышли из аптеки, Мяо Хэ почувствовал, как его плечи расслабились. Даже Ян Далан обратил на это внимание. Хотя на его лице не было улыбки, он все же проявил инициативу, чтобы взять Мяо Хэ за руку, что случалось очень редко, и сказал:

- Магазин специй там, пойдем.

С деньгами любой мог бы быть таким уверенным в себе! Поэтому, когда они пришли в магазин приправ, Мяо Хэ без малейших колебаний купил сахар, уксус, соевый соус и даже немного меда. После этого они отправились в магазин зерна и купили мешок белой муки и небольшой мешочек очищенного риса. Помимо покупки рапсового масла, которое он первоначально планировал приобрести в магазине масел, он также купил маленькую бутылочку топленого свиного сала.

На все эти покупки ушло 60% от полученных в аптеке денег. Хотя в его корзине все еще была спрятана пачка нарезанных корней, которые можно было продать, Мяо Хэ все еще чувствовал небольшую сердечную боль, наблюдая, как улетают только что заработанные деньги.

Небеса словно помогали ему - в магазине закончилось рапсовое масло, и хозяину магазина пришлось попросить своих людей принести его со склада, расположенного дальше. И потребовалось бы четверть часа, чтобы пополнить запас масла.

Видя это, Мяо Хэ воспользовался возможностью и сказал:

- Разве магазин тканей не находится прямо на этой улице? Почему бы мне сначала не сходить в магазин тканей, чтобы найти Мина, я успею вернуться, пока они принесут масло. Таким образом, мы могли бы сэкономить время и оказаться дома раньше. Сегодня мы купили много вещей, так что нам нужно поехать домой на повозке, поэтому было бы хорошо выехать пораньше.

Он не лукавил в отношении расположения магазинов. Магазин тканей находился примерно в дюжине магазинов к северу от магазина масел, а аптека - посередине между ними! Между магазином масла и аптекой стояли два двухэтажных чайных домика, так что группы столов и стульев, а также полосок ткани, которые использовались для привлечения клиентов, было достаточно, чтобы идеально закрывать линию обзора!

Это была прекрасная возможность втихомолку продать партию женьшеня!

Ян Далан посмотрел на Мяо Хэ, в глазах которого застыло ожидание и нетерпение. Помолчав несколько секунд, он негромко согласился.

В этот момент Мяо Хэ забыл, что предыдущий владелец тела совершил глупость в городе, а именно тайно пошел в частную школу только для того, чтобы увидеть определенного человека. Как только Ян Далан дал свое разрешение, он радостно повернулся и ушел, не заметив, что в глазах Ян Далана, который остался в магазине, вспыхнули неизвестные эмоции.

Однако после того, как довольный Мяо Хэ вышел из магазина, он осторожно оглянулся, чтобы посмотреть, не вышел ли Ян Далан вслед за ним. Убедившись, что ничего подобного не было, он стряхнул с себя нервозность и со всей серьезностью вошел в аптеку.

- Хозяин! Тише, я пришел тайно. У меня тут еще есть нарезанный женьшень на продажу. Сколько вы хотите купить?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 13. Магазин тканей

Мяо Хэ объяснил хозяину аптеки, что каждый раз, когда они с Ян Даланом ходили в горы, он тайком откладывал по одному корню кодонопсиса. Хотел накопить, чтобы к своему дню рождения купить Ян Далану новую стеганую куртку. Теперь, когда набралось достаточно, он решил продать все разом. И умолял хозяина ни в коем случае не говорить Ян Далану!

— Ох, значит, я правильно пошутил! — хозяин рассмеялся. — Какой заботливый муж попался нашему Далану!

Мяо Хэ сделал смущенное лицо:

— Хозяин, хватит смеяться, я тороплюсь.

— Ладно-ладно, сейчас все быстро сделаем.

— И главное – не говорите Далану! Даже после дня рождения!

— А почему? Он же спросит, откуда подарок, — хозяин взвешивал корни и не упускал возможности подразнить.

— Я... я плохо шью, придется купить готовое. Но не хочу, чтобы Далан знал.

— Ха-ха-ха, понятно. Ладно, сохраню твой секрет! Но шить все-таки надо учиться – мужчины любят одежду, сделанную руками близких. Вот моя жена шьет плохо, но я разве жалуюсь? Главное – забота, вот и ношу!

Мяо Хэ в душе скривился, разглядывая одежду хозяина. Получив деньги – целых 1 лян и 8 углов! — и выслушав похвалы за удачные находки, он с облегчением зашел в тканевую лавку.

Самая волнительная часть наконец-то завершилась!!!

Ведь план продажи кодонопсиса постоянно менялся в зависимости от обстоятельств. Изначально Мяо Хэ хотел просто разведать обстановку, затем через посредника договориться с хозяином о продаже партии кодонопсиса где-нибудь у подножия гор. Для этого он даже придумал образ женщины с родимым пятном, скрывающей лицо и не желающей появляться в городе. Добыть женскую одежду у матери оригинала не составило бы труда – та все еще ждала свой лян серебра через месяц.

Но, к его удивлению, хозяин аптеки не знал его и, похоже, не слышал о прошлом оригинала.

Поэтому Мяо Хэ осторожно сказал: «В следующий раз мы с Даланом постараемся накопать побольше». Хозяин не удивился – значит, Ян Далан никогда не упоминал, ходит ли он в горы один или с кем-то. Иначе хозяин выразил бы недоумение. Убедившись в этом, Мяо Хэ смог развить свою историю.

Во всем помогли удачное время, место и обстоятельства!

Разве мог он ожидать, что аптека окажется между масляной и тканевой лавками? А еще он был благодарен Мяо Миню.

— Хэ-гэр! Ты уже здесь? А где Ян Далан?

Мяо Хэ очнулся от мыслей и увидел, что Мяо Минь только что зашел в лавку.

— Он ждет масло в масляной лавке, скоро придет.

Мяо Минь тут же приблизился и прошептал:

— Я только что видела Юань-гэ у питейного дома «Дахэ»! Его окружили какие-то хорошо одетые господа, ты не видел?

— Нет, я ждал здесь, — поспешил заверить Мяо Хэ.

— Раз Далана нет, а моя мать еще в соседней лавке, может, сходим посмотрим? Скажем, что я что-то забыла...

Мяо Хэ прервал его:

— Масло скоро принесут, не будем усложнять. Сегодня важны твои дела – если ты не выберешь ткань, мы с Даланом уйдем.

— Но Хэ-гэр, неужели ты правда...

В его словах сквозила забота, но Мяо Хэ уловил нотки жалости.

— Правда не нужно!

Мяо Минь вздохнул:

— Ладно. Мама говорит, что после замужества многое меняется и приходится подстраиваться. Если ты смирился, я поддержу.

Мяо Хэ предпочел не комментировать и перевел тему:

— Давай выбирать ткань. Это может занять время.

— Ага! Лян-гэ сказал, чтобы я выбирала то, что нравится, не считая денег, — по местным обычаям, ткань для свадебного наряда оплачивал жених, а невеста или гэр занимались шитьем. — Но мама велит брать подешевле, говорит, перед свадьбой лучше вести себя скромно, чтобы понравиться семье жениха.

Мяо Хэ сделал вид, что не заметил намека, и кивнул:

— Твоя мама права. Так и сделай.

Но Мяо Минь не хотела сдаваться:

— Хэ-гэр, а какую ткань выбрал ты на свадьбу?

Мяо Хэ не знал. В воспоминаниях оригинала даже образ Ян Далана был смутным, не то что навязанный свадебный наряд. Не желая продолжать разговор, он ткнул пальцем в первую попавшуюся красную ткань:

— Кажется, вот эту.

Продавец, следивший за Мяо Хэ с момента его прихода, тут же подскочил:

— Ах, у гэра отменный вкус! Эта ткань идеально подходит к вашему цвету лица, в таком наряде вы будете просто ослепительны! Но для свадебного платья у нас есть еще более роскошный вариант – красный с золотыми нитями, очень праздничный и благородный! Он подчеркнет вашу красоту, хотите примерить готовый наряд?

Кого больше всего любят в тканевых лавках? Кроме богатых – красивых. Если симпатичный человек примерит несколько нарядов, даже самая простая ткань заиграет новыми красками. Многие покупатели поддаются такому стихийному маркетингу и совершают незапланированные покупки.

Поэтому продавец сразу же заприметил Мяо Хэ – белокожего, с большими глазами и изящными чертами лица.

Мяо Хэ поспешно покачал головой:

— Не мне покупать, этому гэру нужна ткань для свадебного наряда.

Мяо Минь, оказавшаяся не у дел, почувствовал себя неуютно. Снова, как и раньше, все внимание переключилось на Мяо Хэ. Он невольно затаил обиду – как продавец мог не запомнить Мяо Хэ, который уже носил свадебный наряд?!

Но продавец быстро сориентировался и осыпал Мяо Миня комплиментами:

— Ой, да я подумал, гэр еще слишком молод для свадьбы! Ошибся, вот глупо-то! Ха-ха! Но эта ткань и вам отлично подойдет – праздничная, молодежная!

Мяо Минь немного повеселел:

— Ну... а сколько стоит эта, с золотыми нитями?

Продавец пустился в расхваливание:

— Учитывая ручную работу, золотые нити и качество – просто даром! Всего полтора угла серебра за чи! А если возьмете больше, я уговорю хозяина скинуть мелочь!

Обычно наряд гэра требовал около шести чи ткани, но свадебное платье, с его многослойностью, – все восемь. Получалось целых 1 лян и 2 угла – очень дорого для свадебного наряда.

В этот момент в лавку вошла мать Мяо Мини с девочкой.

По довольному выражению ее лица и объемным сверткам в руках было ясно, что они уже совершили немало покупок. Это контрастировало с воспоминаниями оригинала об их бедности. Видимо, свадьба старшего гэра – повод для щедрости.

Пока Мяо Хэ размышлял, Мяо Минь уже затеял спор с матерью:

— Мне эта ткань нравится, остальные совсем не такие красивые! Как я могу выбрать что-то другое?

— Никаких 1 ляна и 2 углов! Ты что, хочешь, чтобы с Мяо Ляном потом год сидели без гроша?! Ты уже взрослый, должен думать о хозяйстве! Или решил, что после свадьбы тебе все будет можно?!

— Но... но Лян-гэ сказал выбирать то, что нравится! Мама права, нужно думать о семье мужа. Но если я возьму слишком дешевое, он обидится. Он же дорожит репутацией – если даже на свадьбе будем экономить, люди подумают, что он скупой!

— Но 1 лян и 2 угла – это слишком! Давай выберем что-то среднее. Вот эта, с узорами, разве не красивая?

— А мне нравится эта, с золотыми нитями, — Мяо Минь не выпускал ткань из рук. Чем дольше смотрел, тем больше хотел именно ее.

Продавец вмешался:

— Тетушка, свадебный наряд надевают всего раз в жизни! Если упустите момент, потом будете жалеть всю жизнь! Раз гэру так нравится, может, примерит готовый наряд?

— Мама, можно? Если взять семь чи, а мы добавим немного своих денег... — умолял Мяо Минь. — И... и Хэ-гэр тоже сказал, что красиво! Разве ты не доверяешь его вкусу?!

Лицо матери потемнело, и она резко повернулась к Мяо Хэ:

— Так это ты! Я так и думала, что ты тут замешан! Иначе откуда бы у моего скромного А-Миня такие запросы? Какая жадность! Что ты задумал? Сам опозорился после свадьбы, теперь и Миня втягиваешь?!

Мяо Хэ, снова незаслуженно обруганный, чувствовал себя неловко. Мяо Минь засуетился, но не признался, что сам все придумал:

— Мама, что ты говоришь?! Хэ-гэр не это имел в виду!

Как назло, в дверях появился Ян Далан с покупками. Его пронзительный крик наверняка слышала вся лавка. Мяо Хэ встретился с ним взглядом и смутился.

Думая не только о себе, но и о репутации Ян Далана, он сказал:

— Тетя Юнь, вы ошибаетесь. Я не выбирал эту ткань. Но, боюсь, мое присутствие только вредит, так что я пойду.

Тут другая покупательница, полноватая женщина, не выдержала:

— Вот именно, тетя. Этот гэр вообще ничего не говорил про ткань. — Городские жители выражались изысканнее деревенских. Резкий крик шокировал остальных, и одна из женщин не удержалась от замечания.

Теперь мать Мяо Миня покраснела.

Ведь если Мяо Хэ ни в чем не виноват, значит, ее гнев обрушился на собственного гэра!

Но Мяо Хэ не хотел наблюдать за всеобщим смущением. Даже продавец выглядел неловко. Улыбнувшись доброй женщине, он направился к выходу:

— Все в порядке. Пойдем.

Мяо Минь наконец осознал, что натворил:

— Хэ-гэр, подожди! Я не... то есть я просто...

Мяо Хэ обернулся и махнул рукой:

— Выбирай спокойно.

У выхода Ян Далан, неся тяжелые покупки в обеих руках, вдруг переложил все в правую и протянул левую, чтобы взять Мяо Хэ за руку.

Словно всем своим видом говорил: «Мой гэр – мой любимый, и я буду его защищать. Кому какое дело до чужих слов?»

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 14. Поворотный момент

Когда они вышли из магазина тканей, оба замолчали.

Мяо Хэ думал, что если на него станут показывать пальцем и ругать, лицо Ян Далана будет выглядеть не лучшим образом, а если Ян Далан будет чувствовать себя униженным или даже рассердится из-за этого, Мяо Хэ придется страдать за предыдущего владельца тела.

Однако в этот момент его собственную правую руку сжимали крепко-накрепко, отказываясь отпускать. Казалось, что Ян Далан готов нести весь вред вместе с ним.

Было бы неверно сказать, что такая защита или, скажем, привязанность не вызывала у Мяо Хэ никаких чувств. Но это было только для учета грехов первоначального владельца тела, а если к этому добавится упоминание развода... Чувство вины, которое когда-то появлялось в прошлом, снова всплыло на поверхность, поглощая Мяо Хэ и погружая в еще более длительное молчание.

Все в мире подвержено изменениям, а мир живых весьма непостоянен. Иногда вопрос рождения и смерти решается за долю секунды.

Мяо Хэ помнил только, что его разум все еще был окутан чувством вины, когда он услышал чей-то крик в своих ушах. Человек, который шел рядом с ним, остановился и громко закричал в тревоге, вырывая его из подавленного состояния, а в следующий момент он почувствовал, как все его тело отталкивает огромная сила и швыряет влево! Затем мир перестал вращаться, и все вернулось в свое первоначальное состояние. Мяо Хэ неуверенно поднял голову, во всем его теле появилась жгучая боль, в ушах одновременно громко зазвенело, а затем последовало сильное головокружение!

В этот момент со всех сторон послышались крики и вопли о помощи!

Боль была настолько сильной, что Мяо Хэ почувствовал панику и попытался встать с земли, но боль и головокружение вернулись! Тело, которое он только успел поднять, снова упало на землю, за ним последовали чернота и бессознательное состояние.

Когда Мяо Хэ открыл глаза в оцепенении, прошло два дня.

Он очнулся на деревянной кровати в медицинском зале. Прежде чем он успел встать, молодой человек сказал ему, что у него множественные ссадины по всему телу. Но это было еще не самое худшее. Поскольку он получил удар по голове, ему пришлось восстанавливать силы в течение последних нескольких дней.

Прошло некоторое время, прежде чем он понял, что это все еще мир, в котором существует третий пол. Чувствуя разочарование, он еще больше сгорбился на кровати, но в следующее мгновение он снова вскочил!

- Где Ян Далан? Тот мужчина, который был рядом со мной! Высокий и крупный, с тремя шрамами на лице! С ним все в порядке? - при этом движении в глазах Мяо Хэ снова потемнело.

Тошнота, которая последовала за этим, была настолько сильной, что Мяо Хэ согнулся и захлебнулся. Молодой человек бросился к нему и ловко подтащил деревянный таз, готовый поймать его. Но после нескольких сухих спазмов ничего не вышло, только слезы навернулись на глаза Мяо Хэ.

- Ай-ай-ай, брат, не нервничай, тебе нужно вести себя тихо. В твоем состоянии это ни к чему хорошему не приведет. Человек, о котором ты говоришь, лежит в соседней комнате! Он только что уснул, кроме синяков у него треснуло три ребра. Так что за это время будет нетрудно позаботиться и исправить это. Это считается великим благословением в несчастье!

Мяо Хэ схватил молодого человека:

- Правда? Это действительно так?

- Да ничего страшного! Он был таким же непослушным, как и ты раньше, всегда хотел прийти и увидеть тебя! Но у него сломаны ребра, поэтому он не может двигаться, не шипя и не потея от боли! Это его действие заставило моего учителя проверить его кости, и в конце концов мы обнаружили, что его ребра были смещены. Теперь, когда ты наконец-то проснулся, помоги мне успокоить его! - молодой человек говорил  быстро и немного запыхался, но между словами был достаточно терпелив.

- Могу ли я пойти и увидеть его сейчас? - Мяо Хэ вспомнил панику, которую он испытывал перед тем, как потерял сознание, и все еще был немного встревожен, - Я... я буду идти медленно и не буду волноваться.

- Почему вы все такие, что один, что второй! Ты издеваешься надо мной за то, что я молод! Если бы учитель был здесь, посмотрел бы я, как вы посмеете быть такими непослушными!

Столкнувшись с таким поведением, юноша немного рассердился и положил руки на талию, словно говоря «с меня хватит», но в конце концов отпустил его, пробормотав жалобу. Ворча себе под нос, он крепко держал Мяо Хэ под руки, помогая пройти в соседнюю комнату.

Как только дверь открылась, Мяо Хэ увидел Ян Далана на кровати, его лицо было бледным, а глаза плотно закрыты. Его грудь была обмотана слоями ткани и несколькими тонкими полосками дерева, предположительно для удержания ребер на месте. Его брови были нахмурены, как будто дурной сон преследовал его, мешая спокойно спать, и его нельзя было прогнать.

Мяо Хэ шагнул вперед и осторожно взял Ян Далана за руку. К счастью, она действительно была теплой и мягкой.

Но его глаза все-таки были горячими. Вспоминая силу, с которой его оттолкнули, как он мог не догадаться, что Ян Далан снова защитил его?

Просто так, и без колебаний сделать это…

Ян Далан открыл глаза с какой-то болью, как будто его сердце что-то почувствовало. Увидев Мяо Хэ рядом с собой, выражение его лица немедленно изменилось на удивленное. Он уже собирался двинуться, а затем почувствовал, как сила хватки на его руке увеличилась.

- Не двигайся, я просто пришел посмотреть. Я в порядке, - поспешно сказал Мяо Хэ.

Ян Далан некоторое время мрачно и угрюмо смотрел на Мяо Хэ, а затем сказал:

- Не плачь.

Как только эти слова были сказаны, капельки воды, висевшие на ресницах Мяо Хэ, непослушно упали вниз. Оказалось, что слез уже накопилось так много и они были такими тяжелыми.

- Ты такой глупый. Мы, мы не ...

Ян Далан сжал его руку в ответ и прервал его.

- Так и есть.

«Ты мой гер».

«Твой отец причинит боль твоей матери, твоя жена никогда не родит детей, и ты будешь одинок до конца своей жизни».

«Некоторые люди идут на это добровольно, а некоторые люди без конца жалуются».

В этот момент Ян Далан мыслил очень ясно.

***

Только после того, как Ян Далан снова уснул, Мяо Хэ узнал всю историю со стороны молодого человека, ученика медицинской школы, Цзи Гуана.

Оказалось, что в тот день, когда они с Ян Даланом отправились в город, карета каким-то образом потеряла управление и направилась прямо в ту сторону, куда шли они с Ян Даланом. В критический момент Ян Далан оттолкнул его с дороги и с силой потянул заполненную товарами деревянную полку ближайшего магазина, чтобы остановить обезумевшую лошадь.

Однако даже с полкой на пути, лошадь не остановилась, и от удара три ребра Ян Далана треснули. Благодаря своим быстрым рефлексам, он чуть отступил в сторону  и смог избежать повреждения  жизненно важных точек и не позволил костям проткнуть его внутренние органы, получив лишь перелом кости. Если бы в такой ситуации оказался обычный человек, он был бы забит лошадью до смерти.

- Вот что случилось. Ай, почему ты опять плачешь, - встревожился Цзи Гуан. При виде красных глаз маленького гера ему стало не по себе.

- Я не плачу, - шмыгнул носом Мяо Хэ, заставляя себя приободриться, - Тогда лекарства и лечение за эти дни... мой кошелек...

Вспомнив обо всех своих вещах, он поспешно оглядел комнату в поисках с трудом заработанных серебряных монет и почувствовал облегчение, увидев, что его сумка висит на спинке кровати. Древние люди настолько чисты и просты, что их не обокрали.

- Тебе не нужно беспокоиться об этом. Благодаря тому, что твой муж оторвал деревянную полку от магазина, возничий, наконец, усмирил лошадь и успешно остановил карету. Внутри находились мать и младший сын семьи Лян, которые получили легкие ранения, но избежали ужасающей катастрофы. Итак, семья Лян полностью несла ответственность за ваши расходы.

- Семья Лян? - Мяо Хэ усердно пытался вспоминать, но ничего не выходило.

- Семья Лян - одни из лучших землевладельцев в этом городе. Разве ты не слышал о них? Они каждый год жертвуют много трав медицинской школе, а также регулярно раздают еду! На этот раз, помимо заслуг твоего мужа, они спаслись, должно быть потому, что семья Лян накопила много добродетелей и имеет хорошую карму! - Цзи Гуан, казалось, имел хорошее впечатление о семье Лян.

Мяо Хэ ответил, услышав это, и не стал задавать больше вопросов. В эту эпоху существовали отдельные классы, и то, что помещик семьи Лян был готов заплатить за лечение, уже было случайностью, он не был настолько наивен, чтобы хотеть, чтобы люди платили за другие вещи. Тем не менее, до тех пор, пока за этими действиями не было ничего плохого или какого-либо намерения, тогда это благословение, которое нужно с радостью принять.

Несколько минут спустя, поразмыслив самостоятельно, он спросил Цзи Гуана, как Ян Далан может оправиться от своих травм и как правильно ухаживать за ним.

Согласно рассказу Цзи Гуана о лечении и диагнозе его учителя, Ян Далан не должен двигаться в течение следующих пяти дней, не говоря уже о том, что первые несколько дней будут самыми болезненными из всех. И он также должен проверять, нет ли у него последующих травм, таких как кашель с кровью и стеснение в груди. Только по истечении этих пяти дней, когда он убедится в отсутствии других внутренних повреждений, он сможет отправиться домой для восстановления. Однако для полного заживления этой травмы потребуется не менее трех месяцев. И в течение этих ста дней можно было ожидать, что он проснется от боли и почувствует дискомфорт.

- Что касается тебя, то тебе тоже придется лечь! Только что мы договорились, что тебе нужно будет отдохнуть после встречи с мужем.

Мяо Хэ не оставалось ничего другого, как снова лечь на кровать, чтобы отдохнуть под ворчание Цзи Гуана.

Но его разум все еще был в смятении. Какое-то время он продолжал думать о человеке в соседней комнате и с тоской думал о живой почве. Он также был обеспокоен состоянием Да Бая. К счастью, в этот раз перед уходом из дома он выпустил малыша из бамбуковой корзины и позволил ему побегать по двору, а также наполнил  специальный тазик водой. Если он почувствует голод, то молодые распускающиеся листья на заднем дворе можно было бы съесть без проблем.

На следующий день Мяо Хэ не мог спокойно лежать в постели и хотел пойти в соседнюю комнату, чтобы позаботиться о Ян Далане, но Цзи Гуан и Ян Далан выгнали его. Еще через день Мяо Хэ подчеркнул, что голова у него больше не кружится, поэтому Цзи Гуан позволил ему взять на себя часть работы медсестры. Старый врач, который выходил ранее, также вернулся, чтобы проверить его травмы. Его звали Цзи Ван, он был дядей Цзи Гуана. Доктор осмотрел Мяо Хэ и Ян Далана, и, к счастью, их состояние не ухудшилось. Они также были обеспечены всем необходимым для отдыха в медицинском зале.

К тому времени новость об аварии дошла и до деревни. В это время не было удостоверений личности, и если они случайно не встречали знакомых в медицинском зале, приходилось ждать, пока Мяо Хэ или Ян Далан проснутся, чтобы подтвердить их личность. Как только пришло известие, вторая тетя Ян, Мяо Цянь и его мать, тетя Цин, поспешили в медицинский зал, чтобы навестить их.

Когда они пришли, то были до бесчувствия потрясены открывшейся перед ним сценой. Мяо Хэ принес лекарства и кормил ими Ян Далана, который сидел на кровати, по одной ложечке за раз. Хотя рана Ян Далана приходилась на ребра, поднятие руки приводило к смещению раны и было довольно болезненным, поэтому Мяо Хэ настоял на том, чтобы взять все на себя и кормить его самому.

Когда Мяо Цянь, весь вспотевший из-за жаркой погоды, торопливо вошел в комнату и увидел эту сцену, его лицо сразу стало недобрым, он стрелой шагнул вперед и грубо выхватил лекарство из руки Мяо Хэ. Не обращая внимания на то, что лекарство пролилось, он сразу же закричал:

- Какую доброту ты хочешь изобразить! Из-за тебя Далан так болен! Впредь держись от него подальше!

Тетя Цин, которая шла позади, была ошеломлена и сказала строгим голосом:

- Что ты делаешь, Цяньцзы! Мама попросила тебя прийти сюда и навестить больных, а не создавать проблемы! Почему бы тебе не извиниться перед братом Хэ-эром?!

Однако Мяо Цяня это не убедило:

- Мама! Разве ты не видела то, что делал брат Хэ раньше, и разве ты этого не одобряла? Почему ты не послушала меня после последнего разговора с Даланом? Я говорю вам, этот гер что-то задумал!

Среди старейшин только тетя Цин и Ян Далан, а также его покойная мать знали о его зловещей судьбе. И даже вторая тетя Ян, его родственница, лишь смутно знала, что у Ян Далана ужасное будущее. Тетя Цин могла только крикнуть:

- Цяньцзы, хватит! Заткнись, если не понимаешь!

- Нет, не хочу! - Мяо Цянь вскочил, не обращая внимания, - Мяо Хэ! Я предупреждаю тебя, если ты хочешь разыграть какие-либо трюки, ты можешь обмануть других, но не меня! Я обязательно поймаю тебя на месте преступления! Далан, ты тоже должен быть осторожен! Не поддавайся на его уловки! Я приду к тебе в другой раз! Увидимся в другой раз, когда эта помеха уйдет с дороги!

После этого Мяо Цянь вылетел из комнаты. Лицо тети Цин было неважным, и ее гнев еще не прошел, поэтому она сдержалась и выдохнула.

- Далан, мне очень жаль. Я боюсь, что я слишком испортила Цяньцзы, его характер стал таким необузданным. Я поговорю с ним. Брат Хэ, не беспокойся об этом и просто подумай о том, чтобы в будущем иметь хорошую жизнь с Даланом. Если у вас возникнут какие-либо трудности, не сдерживайся, а просто подойди и скажи это тете Цин. Тетя Цин определенно поможет тебе.

Вторая тетя Ян также кивнула и сказала:

- Это правда. Брат Хэ, все думают, что Далан пострадал из-за тебя, так что если ты по-прежнему будешь бессердечен, то Небеса, без сомнения, не будут бездействовать. Не думай, что твоя тетя говорит злые слова. Когда Далан оправится от травмы, жизнь определенно станет лучше, и этот день станет хорошим воспоминанием. Когда я пойду отдать дань уважения твоей матери, у меня тоже будет что сказать хорошего, - последнее предложение было адресовано Ян Далану.

В этом случае Мяо Хэ мог только покорно кивнуть. Ян Далан, с другой стороны, тоже кивнул с белым лицом:

- Я знаю.

Позже тети спросили Ян Далана о его травмах, затем о том, достаточно ли у него денег, после чего сунули в руки Мяо Хэ бамбуковую корзину, которая была довольно тяжелой.

Вторая тетя Ян сказала:

- Там есть несколько яиц. Эта больница может позволить вам занять на некоторое время кухню, так что просто спроси персонал, если понадобится. Вари яичный суп каждый день, чтобы поскорее поднять Далана на ноги. Понял?

Мяо Хэ поблагодарил ее. Видя, что Ян Далан все еще плохо себя чувствует, тетя Ян и тетя Цин не стали задерживаться и ушли.

После их ухода Мяо Хэ сходил за дополнительной чашкой лекарства и продолжил кормить Ян Далана. Когда он сел, глубокие глаза Ян Далана мгновенно уставились на Мяо Хэ, и его темный взгляд казался очень тяжелым

Мяо Хэ стало не по себе:

- Что случилось? Тебе жарко?

- С этого момента оставайся со мной, - внезапно сказал Ян Далан.

Мяо Хэ был застигнут врасплох и на некоторое время неподвижно застыл. Переваривая только что сказанные слова, его бледное лицо тут же окрасилось в красные тона. Он понял, о чем просил Далан.

Живи с ним, и живи хорошо. Больше не говори о прошлом. Могу ли я отказаться? Или я хочу придумать повод отказаться?

Мяо Хэ опустил глаза и, спустя долгое время, прошептал:

- Хорошо.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 15. Дома

Накануне выписки из больницы их навестили Ляны.

Семья Лян еще при прошлой династии вложилась в речные перевозки. Смена власти не повлияла на их бизнес – наоборот, при нынешней династии каналы расширили, и дела пошли еще лучше. Хотя родом они из городка Мяошуй, их слава достигла даже столицы.

Разбогатев, Ляны скупили земли в родных краях. Для древних владение землей было лучшей инвестицией. Они сдавали ее арендаторам на льготных условиях, за что и прослыли добродетелями.

Нынешний глава семьи женился на дочери судовладельца. Долгие годы у них не было детей, но Лян так и не взял наложниц. Вместо этого последние десять лет семья активно занималась благотворительностью – бесплатные обеды, лечение, все ради желанного наследника. И пять лет назад госпожа Лян наконец родила сына. Именно их и спас Ян Далан.

Поэтому благодарность Лянов была искренней. Они специально дождались, пока Ян Далан окрепнет, чтобы не обременять его визитом. Накануне выписки господин Лян с женой и сыном лично пришли поблагодарить.

— Благодаря вам, брат Ян, мои жена и сын остались живы. Я в неоплатном долгу перед вами. Мы приготовили скромные подарки – прошу принять их. И не беспокойтесь о лечении – мы полностью покроем все расходы!

Господин Лян, несмотря на дорогую одежду, не походил на богача – смуглый и худощавый. Да и госпожа Лян, хоть и загорелая, выглядела энергичной. Единственный белокожий в семье – их сын, сосущий палец.

— В карете мы с Хутоу совсем растерялись, — откровенно сказала госпожа Лян. — Если бы вы не остановили ее, она бы врезалась в дома и покалечила еще больше людей. Вы сильнее даже моего отца – он мне не поверил!

— Вы любезны. Я просто спасал себя, — осторожно кивнул Ян Далан. Мяо Хэ тут же его поддержал.

— Простите, что доставили вам столько хлопот, — сказала госпожа Лян. — Доктор Цзи будет навещать вас и после выписки. Лекарства и тонизирующие средства мы тоже обеспечим. Кстати, как вы планируете возвращаться? Может, организовать карету с мягкими подушками?

— Уже договорились, — улыбнулся господин Лян.

Именно эти слова расположили к ним Мяо Хэ. Красивые слова и подарки – лишь формальность. Истинная забота видна в мелочах.

— Благодарю вас, — сказал Мяо Хэ.

Поговорив еще немного, Ляны ушли. А на следующий день за ними прибыл целый караван: просторная карета и две повозки с подарками – возможно, добавленными в последний момент.

Такой кортеж не мог не привлечь внимания деревни.

— Кто это? Резные кареты, столько лошадей – настоящая роскошь! И подарки! Может, сватаются к кому-то?

— Разве не слышал? Ян Далан пострадал, спасая людей из кареты Лянов. Теперь богачи его домой провожают. И подарков наверняка надарили. Эх, повезло же Янам!

— И впрямь удача! Надо бы зайти, может, что на обмен предложить. У богатеев вещицы редкостные бывают!

— Да ты что! С Ян Даланом еще никто не сладил. Сам иди, коли не боишься.

— А к гэру его обратиться можно. Вот везет же – недавно женился, и такое счастье. Интересно, что Мяо Юань скажет. Пусть сдал на туншэна, но разве сравнится с Лянами?

После успешного экзамена семья Мяо Юаня возомнила себя важными персонами. Заносчивость не прибавила им популярности, так что пересуды были неизбежны.

— А может, этот гэр и впрямь приносит удачу? С Мяо Юанем дружил – тот экзамен сдал. Вышел за Ян Далана – и вот такое. Пусть раньше и не отличался поведением, но если теперь жизнь наладится – что ж, повезло парню.

Соседка Ин, тетушка Мяо Юаня, скривилась:

— Чего завидовать? Подарки – не вечные. Главное – собственные заслуги и знания. Зациклились на сиюминутной выгоде!

— Верно говорите. Мы, неученые, недальновидны. Только вот заслуги-то лучше собственных детей касались. А то ведь как – откажут в помощи, и все. А коли еще и нрав жестокий – совсем беда.

тетушка Ин вспыхнула:

— Что за вздор! Наш Юань – настоящий ученый, почтительный сын! Не смейте клеветать!

— Ну и ждите его почтительности. Лучше бы вам, чтобы он и заупокойные обряды совершил. Ладно, пошли!

Спорщины разошлись, а тетушка Ин, ворча, вернулась домой. Увидев старшего сына Мяо Гуана, валяющегося во дворе, она накинулась:

— Ты чего дома? Должен быть в мастерской!

— Мам, дай передохнуть! Таскать бобы и молоть их – тоже труд.

— Работа есть – и слава богу! Освоишь производство тофу – станешь управляющим. Тогда и в поле не надо будет.

— Правда?

— Разбогатеешь – наймешь работников. У богатых так заведено. Держись за Юаня – он ведь тофу по старинным книгам возродил. А когда чиновником станет – и тебе почет. Смотри, Мяо Лян уже к нему подлизывается!

— Да Лян – так, дальняя родня. Разве сравнится с нами? Юань взял его в мастерскую только за неимением рук. А вот Чунь-гэр... Кто он такой? Почему ему все доверили?

— Из деревни Юань. После снежной бури к нам подались. Твой дед им обязан – вот и приютили.

— Но мам, что-то неладное. Юань с ним все время...

— Молчи! Юань не такой! Следи за языком, а то в поле отправишься, а место брату достанется!

— Да брат разве справится?! Меня в мастерской держать надо!

Пока тетушка Ин спорила с сыном, Мяо Хэ и Ян Далан наконец добрались домой. Но едва зайдя, Мяо Хэ осознал – Ян Далан может только лежать.

При трещинах в ребрах нельзя ни много двигаться, ни долго лежать – иначе скопится мокрота, вызовет воспаление, а кашель только усугубит травмы. Лучше всего полусидячее положение, чтобы не приходилось лишний раз садиться для еды.

Мяо Хэ упрекнул себя за непредусмотрительность. Устроив Ян Далана и приняв подарки, он помчался к тетушке Ян – заказать у ее сына, плотника Ян Датуна, шезлонг. Тот, узнав, для чего, пообещал сделать за ночь и отказался от оплаты.

Не теряя времени на споры, Мяо Хэ, получив от тетушки Ян еще ребрышек, вернулся домой. Карета уже уехала, и из-за угла показался Дабао. Котенок жалобно мяукал, будто думая, что его бросили.

Мяо Хэ почувствовал вину. Хотя Ян Далан и просил тетю подкармливать котенка и поливать грядки, Дабао явно похудел.

— Прости, что оставил тебя голодать. Сегодня угощу!

Котенок, будто поняв, закатался в его ладонях. Но когда Мяо Хэ попытался поставить его на землю, тот упрямо цеплялся. В итоге гэр сунул его за пазуху, где Дабао и устроился.

Войдя в дом, Мяо Хэ ахнул:

— Что ты делаешь?!

Ян Далан, сидя на кровати, медленно снимал рубашку, морщась от боли.

— Мыться. Грязный.

Дни в больнице не способствовали гигиене. К счастью, погода стояла прохладная.

Мяо Хэ подбежал:

— Дай я. Сейчас нагрею воду.

Он сунул Дабао Ян Далану и побежал греть воду.

Зачерпнув ее, он с удивлением обнаружил, что запасы почти иссякли. Значит, завтра придется идти к реке или деревенскому колодцу. Раньше Ян Далан делал это незаметно.

Раздув огонь, Мяо Хэ вскоре вернулся с тазом и полотенцем. Ян Далан уже снял рубашку, обнажив перевязанную грудь.

Мяо Хэ выжал полотенце и осторожно протер его лицо, шею, плечи – в лечебнице он уже наловчился. Дойдя до пояса, он сглотнул:

— Встань.

Ян Далан помолчал:

— Не надо.

— Надо... Впереди еще долгие дни.

После паузы Ян Далан позволил ему помочь встать. Дрожащими руками Мяо Хэ расстегнул его штаны, бормоча про себя, что стесняться нечего – оба мужчины.

Не имея возможности нагнуться, Ян Далан стоял, пока Мяо Хэ, краснея, мыл его. Кожа под пальцами казалась обжигающе горячей.

Наконец, переодевшись, Ян Далан выглядел куда комфортнее. Мяо Хэ хотел уже идти готовить лекарство, но тот удержал его за руку.

— Что? — спросил Мяо Хэ, все еще раскрасневшийся.

— Спасибо.

От этих слов лицо Мяо Хэ вспыхнуло еще сильнее. Пробормотав «не за что», он убежал.

На кухне ему было не до мыслей – нужно было варить лекарство, готовить ужин, кормить Ян Далана, умываться. К концу дня он едва держался на ногах.

Ложась спать, Мяо Хэ осторожно пролез на внутреннюю сторону кровати. К счастью, она была широкой. Едва он закрыл глаза, как в темноте его руку накрыла теплая ладонь.

Но к тому моменту Мяо Хэ уже тихо посапывал.

Глава 15. Возвращение домой: чей это караван?

Накануне выписки из больницы их навестили Ляны.

Семья Лян еще при прошлой династии вложилась в речные перевозки. Смена власти не повлияла на их бизнес – наоборот, при нынешней династии каналы расширили, и дела пошли еще лучше. Хотя родом они из городка Мяошуй, их слава достигла даже столицы.

Разбогатев, Ляны скупили земли в родных краях. Для древних владение землей было лучшей инвестицией. Они сдавали ее арендаторам на льготных условиях, за что и прослыли добродетелями.

Нынешний глава семьи женился на дочери судовладельца. Долгие годы у них не было детей, но Лян так и не взял наложниц. Вместо этого последние десять лет семья активно занималась благотворительностью – бесплатные обеды, лечение, все ради желанного наследника. И пять лет назад госпожа Лян наконец родила сына. Именно их и спас Ян Далан.

Поэтому благодарность Лянов была искренней. Они специально дождались, пока Ян Далан окрепнет, чтобы не обременять его визитом. Накануне выписки господин Лян с женой и сыном лично пришли поблагодарить.

— Благодаря вам, брат Ян, мои жена и сын остались живы. Я в неоплатном долгу перед вами. Мы приготовили скромные подарки – прошу принять их. И не беспокойтесь о лечении – мы полностью покроем все расходы!

Господин Лян, несмотря на дорогую одежду, не походил на богача – смуглый и худощавый. Да и госпожа Лян, хоть и загорелая, выглядела энергичной. Единственный белокожий в семье – их сын, сосущий палец.

— В карете мы с Хутоу совсем растерялись, — откровенно сказала госпожа Лян. — Если бы вы не остановили ее, она бы врезалась в дома и покалечила еще больше людей. Вы сильнее даже моего отца – он мне не поверил!

— Вы любезны. Я просто спасал себя, — осторожно кивнул Ян Далан. Мяо Хэ тут же его поддержал.

— Простите, что доставили вам столько хлопот, — сказала госпожа Лян. — Доктор Цзи будет навещать вас и после выписки. Лекарства и тонизирующие средства мы тоже обеспечим. Кстати, как вы планируете возвращаться? Может, организовать карету с мягкими подушками?

— Уже договорились, — улыбнулся господин Лян.

Именно эти слова расположили к ним Мяо Хэ. Красивые слова и подарки – лишь формальность. Истинная забота видна в мелочах.

— Благодарю вас, — сказал Мяо Хэ.

Поговорив еще немного, Ляны ушли. А на следующий день за ними прибыл целый караван: просторная карета и две повозки с подарками – возможно, добавленными в последний момент.

Такой кортеж не мог не привлечь внимания деревни.

— Кто это? Резные кареты, столько лошадей – настоящая роскошь! И подарки! Может, сватаются к кому-то?

— Разве не слышал? Ян Далан пострадал, спасая людей из кареты Лянов. Теперь богачи его домой провожают. И подарков наверняка надарили. Эх, повезло же Янам!

— И впрямь удача! Надо бы зайти, может, что на обмен предложить. У богатеев вещицы редкостные бывают!

— Да ты что! С Ян Даланом еще никто не сладил. Сам иди, коли не боишься.

— А к гэру его обратиться можно. Вот везет же – недавно женился, и такое счастье. Интересно, что Мяо Юань скажет. Пусть сдал на туншэна, но разве сравнится с Лянами?

После успешного экзамена семья Мяо Юаня возомнила себя важными персонами. Заносчивость не прибавила им популярности, так что пересуды были неизбежны.

— А может, этот гэр и впрямь приносит удачу? С Мяо Юанем дружил – тот экзамен сдал. Вышел за Ян Далана – и вот такое. Пусть раньше и не отличался поведением, но если теперь жизнь наладится – что ж, повезло парню.

Соседка Ин, тетушка Мяо Юаня, скривилась:

— Чего завидовать? Подарки – не вечные. Главное – собственные заслуги и знания. Зациклились на сиюминутной выгоде!

— Верно говорите. Мы, неученые, недальновидны. Только вот заслуги-то лучше собственных детей касались. А то ведь как – откажут в помощи, и все. А коли еще и нрав жестокий – совсем беда.

тетушка Ин вспыхнула:

— Что за вздор! Наш Юань – настоящий ученый, почтительный сын! Не смейте клеветать!

— Ну и ждите его почтительности. Лучше бы вам, чтобы он и заупокойные обряды совершил. Ладно, пошли!

Спорщины разошлись, а тетушка Ин, ворча, вернулась домой. Увидев старшего сына Мяо Гуана, валяющегося во дворе, она накинулась:

— Ты чего дома? Должен быть в мастерской!

— Мам, дай передохнуть! Таскать бобы и молоть их – тоже труд.

— Работа есть – и слава богу! Освоишь производство тофу – станешь управляющим. Тогда и в поле не надо будет.

— Правда?

— Разбогатеешь – наймешь работников. У богатых так заведено. Держись за Юаня – он ведь тофу по старинным книгам возродил. А когда чиновником станет – и тебе почет. Смотри, Мяо Лян уже к нему подлизывается!

— Да Лян – так, дальняя родня. Разве сравнится с нами? Юань взял его в мастерскую только за неимением рук. А вот Чунь-гэр... Кто он такой? Почему ему все доверили?

— Из деревни Юань. После снежной бури к нам подались. Твой дед им обязан – вот и приютили.

— Но мам, что-то неладное. Юань с ним все время...

— Молчи! Юань не такой! Следи за языком, а то в поле отправишься, а место брату достанется!

— Да брат разве справится?! Меня в мастерской держать надо!

Пока тетушка Ин спорила с сыном, Мяо Хэ и Ян Далан наконец добрались домой. Но едва зайдя, Мяо Хэ осознал – Ян Далан может только лежать.

При трещинах в ребрах нельзя ни много двигаться, ни долго лежать – иначе скопится мокрота, вызовет воспаление, а кашель только усугубит травмы. Лучше всего полусидячее положение, чтобы не приходилось лишний раз садиться для еды.

Мяо Хэ упрекнул себя за непредусмотрительность. Устроив Ян Далана и приняв подарки, он помчался к тетушке Ян – заказать у ее сына, плотника Ян Датуна, шезлонг. Тот, узнав, для чего, пообещал сделать за ночь и отказался от оплаты.

Не теряя времени на споры, Мяо Хэ, получив от тетушки Ян еще ребрышек, вернулся домой. Карета уже уехала, и из-за угла показался Дабао. Котенок жалобно мяукал, будто думая, что его бросили.

Мяо Хэ почувствовал вину. Хотя Ян Далан и просил тетю подкармливать котенка и поливать грядки, Дабао явно похудел.

— Прости, что оставил тебя голодать. Сегодня угощу!

Котенок, будто поняв, закатался в его ладонях. Но когда Мяо Хэ попытался поставить его на землю, тот упрямо цеплялся. В итоге гэр сунул его за пазуху, где Дабао и устроился.

Войдя в дом, Мяо Хэ ахнул:

— Что ты делаешь?!

Ян Далан, сидя на кровати, медленно снимал рубашку, морщась от боли.

— Мыться. Грязный.

Дни в больнице не способствовали гигиене. К счастью, погода стояла прохладная.

Мяо Хэ подбежал:

— Дай я. Сейчас нагрею воду.

Он сунул Дабао Ян Далану и побежал греть воду.

Зачерпнув ее, он с удивлением обнаружил, что запасы почти иссякли. Значит, завтра придется идти к реке или деревенскому колодцу. Раньше Ян Далан делал это незаметно.

Раздув огонь, Мяо Хэ вскоре вернулся с тазом и полотенцем. Ян Далан уже снял рубашку, обнажив перевязанную грудь.

Мяо Хэ выжал полотенце и осторожно протер его лицо, шею, плечи – в лечебнице он уже наловчился. Дойдя до пояса, он сглотнул:

— Встань.

Ян Далан помолчал:

— Не надо.

— Надо... Впереди еще долгие дни.

После паузы Ян Далан позволил ему помочь встать. Дрожащими руками Мяо Хэ расстегнул его штаны, бормоча про себя, что стесняться нечего – оба мужчины.

Не имея возможности нагнуться, Ян Далан стоял, пока Мяо Хэ, краснея, мыл его. Кожа под пальцами казалась обжигающе горячей.

Наконец, переодевшись, Ян Далан выглядел куда комфортнее. Мяо Хэ хотел уже идти готовить лекарство, но тот удержал его за руку.

— Что? — спросил Мяо Хэ, все еще раскрасневшийся.

— Спасибо.

От этих слов лицо Мяо Хэ вспыхнуло еще сильнее. Пробормотав «не за что», он убежал.

На кухне ему было не до мыслей – нужно было варить лекарство, готовить ужин, кормить Ян Далана, умываться. К концу дня он едва держался на ногах.

Ложась спать, Мяо Хэ осторожно пролез на внутреннюю сторону кровати. К счастью, она была широкой. Едва он закрыл глаза, как в темноте его руку накрыла теплая ладонь.

Но к тому моменту Мяо Хэ уже тихо посапывал.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 16. Подарки

На следующее утро Мяо Хэ сварил рисовую кашу с зеленым луком, ребрышками и яйцом. Лук обладал потогонным, отхаркивающим, жаропонижающим и антибактериальным действием, а также помогал пищеварению. В корзине на кухне аккуратно лежали яйца от второй тетушки Ян – простые и доступные ингредиенты.

Вчерашние ребрышки Мяо Хэ сначала отварил для бульона. Пока они томились, он посадил лук на «живой земле» и промыл оставшийся рис, который затем добавил в бульон. Вернувшись за луком, он нарезал зелень тонкими полосками, а белую часть – мелкими кусочками и бросил в кашу. Затем вбил четыре яйца, и вскоре ароматное блюдо было готово.

Лук он нарезал особенно мелко, надеясь, что Ян Далан съест его весь. Еда с «живой земли» должна была ускорить его выздоровление. И хотя каша получилась на скорую руку, ее аппетитный аромат заставил Мяо Хэ съесть больше, чем он планировал, а вчерашняя усталость будто растаяла.

После завтрака Мяо Хэ занялся подарками от семьи Лян.

Все в деревне видели карету, и если бы не знали, что это компенсация за спасение жизней, то по обычаю пришлось бы делиться с родней. Но вторая тетушка Ян и Ши Жуцин специально приезжали в больницу, так что им стоило что-то отдать.

Мяо Хэ открыл ящики один за другим. Ян Далан оставался в комнате отдыхать.

Скоропортящихся продуктов почти не было – видимо, боялись, что испортятся в дороге. Лишь корзина с экзотическими фруктами: личжи, мангостин и маракуйя. Мяо Хэ обрадовался – в них были семена, которые можно посадить на «живой земле», и тогда этих фруктов будет вдоволь.

Из сушеных продуктов была коробка с лекарственными травами вроде дудника и бадьяна, а также ящик с морскими деликатесами: сушеной рыбой, водорослями и креветками. Еще различные сладости из сухофруктов, грецких орехов и фиников – в те времена такие лакомства считались роскошью.

Но больше всего Мяо Хэ порадовали мешок риса, мешок муки и бочонок кунжутного масла. В день поездки именно эти продукты они пролили. Для простых людей такие подарки были практичны и продуманы. Также было новое ватное одеяло и несколько отрезов ткани – недорогих, но приятных именно своей новизной.

Именно из-за крупных предметов подарки выглядели так внушительно. В самом конце Мяо Хэ нашел небольшую деревянную шкатулку. Смущенно открыв ее, он тут же понес Ян Далану.

— Посмотри, — сказал он, передавая шкатулку. — От Лянов.

Ян Далан открыл ее. Внутри аккуратно лежали 20 лянов серебра. Для спасенных жизней госпожи Лян и ее сына сумма могла показаться небольшой, но под серебром были три земельных документа.

Ян Далан нахмурился, изучая их. Писать он не умел, но основные иероглифы знал.

— Какие земли? Не слишком ли щедро? — Мяо Хэ не разбирался в обозначениях.

— Один – холм к юго-западу от деревни. Два других – поля за городом.

— Холм?! Ты имеешь в виду целый холм?! — Мяо Хэ округлил глаза.

— Небольшой, — в глазах Ян Далана мелькнула улыбка.

Мяо Хэ открыл рот.

— Поля еще можно понять, но холм... для охоты?

Ян Далан задумался и поделился догадками.

В деревне Мяо землю редко продавали, предпочитая держать в семье. Поэтому Ляны могли предложить только отдаленные участки за городом, которые было неудобно обрабатывать – лишь сдавать в аренду. После налогов это давало всего несколько лянов в год.

Вероятно, чтобы компенсировать это, они добавили холм рядом с деревней. Холмы, в отличие от полей, редко покупали, и налоги на них были низкими. Но если находился желающий заплатить – почему бы не продать? Так Ляны приобрели ближайший к дому Ян Далана холм и подарили его.

— Богатых действительно не понять, — вздохнул Мяо Хэ. — Но можно ли принять столько земли?

— Можно. Иначе они не успокоятся, — ответил Ян Далан.

Мяо Хэ понял его мысль. Слишком скромный подарок мог вызвать насмешки, что жизни Лянов дешевы. А такой щедрый дар, да еще и документально подтвержденный, исключал любые претензии в будущем.

— Когда поправишься, поедем в город оформлять документы, — Мяо Хэ бережно убрал шкатулку.

В этот момент у ворот появился Ян Датун. Верный слову, он принес шезлонг.

Тяжелый деревянный каркас внесли во двор, и Ян Датун спросил, куда его ставить. В доме места не хватало, и пока Мяо Хэ размышлял, Ян Далан указал на место у кухни в заднем дворе.

Там было солнечно по утрам, а после полудня – тень. К тому же оттуда был виден и двор, и кухня – места, где Мяо Хэ проводил больше всего времени. Немного помедлив, он согласился.

Когда Ян Датун собрал кресло, оно действительно напоминало шезлонг из прошлой жизни. Спинка была не слишком откинутой, чтобы Ян Далану было удобно вставать. Сидеть в нем было куда комфортнее, чем на кровати.

Вторая тетушка Ян даже распорола старую стеганку и за ночь сшила мягкую подушку, чтобы сиденье не было жестким. Такая забота объясняла, почему Ян Далан так уважал ее.

Когда все было готово и Ян Далан устроился в кресле, даже морщины на его лбу разгладились. Мяо Хэ обрадовался и пошутил:

— Теперь ты настоящий господин.

Потрогав подлокотники, Ян Далан серьезно сказал:

— Очень удобно.

Ян Датун почесал затылок:

— Я вчера сам попробовал – и правда хорошо. Сделаю себе такое же под деревом – буду, как старший брат, отдыхать.

Мяо Хэ осенило:

— Есть кресла и удобнее, но Далану сейчас нельзя. Попробуй сделать ножки вот так, — он нарисовал на земле дугообразные линии, — а спинку соединить. Тогда кресло будет еще и качаться.

Ян Датун, опытный плотник, сразу уловил суть:

— Эх, так можно было? Ни разу не видел таких. А не перевернется?

— Наверное, зависит от мастерства, — сделал вид, что не понимает, Мяо Хэ. — Те, что я видел, – нет. Если получится, может, новый бизнес откроешь.

Глаза Ян Датуна загорелись:

— Точно! Мой мастер о таких и не слышал. Попробую – если выйдет, вам первый экземпляр подарю!

Поговорив еще немного, он ушел. Как только он скрылся, Ян Далан вопросительно посмотрел на Мяо Хэ.

Тот почесал нос:

— Сиди спокойно. Что бы ты ни увидел – помни о травмах. Понял?

Ян Далан нахмурился:

— О чем ты?

— Увидишь.

Сделав акцент на этом, Мяо Хэ взял мешочек с семенами и, глубоко вдохнув, посадил на «живой земле» семечко капусты, которое росло быстрее остальных.

Ян Далан сначала с недоумением наблюдал, но когда Мяо Хэ закопал семя и уставился в землю, его взгляд тоже устремился туда.

В следующее мгновение из земли, будто в ускоренной съемке, проклюнулся росток!

Затем появились листья, которые прямо на глазах росли и расправлялись!

За несколько мгновений голый участок земли превратился в сочный кочан капусты!

Даже Ян Далан изменился в лице и, превозмогая боль, приподнялся:

— Это... ты...

Мяо Хэ поспешно замахал руками:

— Не я! Это земля такая волшебная! Но только этот участок – все, что здесь посадишь, растет мгновенно. Остальные грядки – обычные. Смотри!

Он сорвал лист с «живой земли», и на его месте тут же вырос новый. Затем он перешел к обычной грядке, где за эти дни капуста тоже подросла. Сорвав там лист, он несколько минут ждал – но новый так и не появился.

— Видишь? Только это место. Эй! Не двигайся так резко! — Мяо Хэ бросился поддерживать Ян Далана, который пытался встать.

Но, видимо, боль от травмы заставила его снова сесть. Однако он крепко сжал руку Мяо Хэ:

— Правда?

Мяо Хэ слегка занервничал:

— Ну... да.

Таков был его план. Он решил рассказать Ян Далану о «живой земле», но если не связывать чудеса с собой, кто догадается об их истинном источнике?

Однако в глазах Ян Далана мелькнула тревога:

— Ты... не уйдешь? Скажи честно.

— Уйти? Зачем? — Мяо Хэ опешил.

Ян Далан сжал его руку сильнее:

— Я не спрашиваю о чудесах. Только – уйдешь ли?

Мяо Хэ открыл рот в изумлении.

...Значит, он все же выдал себя? Но как?

— Мяо Хэ! — Ян Далан забеспокоился.

Мяо Хэ инстинктивно покачал головой:

— Нет. Куда я пойду?

— Не уйдешь, останешься?!

Услышав новый вопрос, Мяо Хэ понял, что Ян Далан действительно волнуется.

Он подумал: если Ян Далан считает, что у него есть чудесные способности, и спрашивает, не уйдет ли он... Неужели принял его за божество? Мяо Хэ едва не рассмеялся.

Но затем он осознал, что Ян Далана волновал только один вопрос – останется ли он, а «живая земля» казалась ему неважной. И Мяо Хэ снова нашел его старомодное мышление очаровательным.

Сердце его растаяло, и он не удержался:

— Я... я твой гэр. Конечно, останусь.

Ян Далан пристально смотрел на него:

— Хорошо! Ты пообещал.

Мяо Хэ кивнул, но хотел кое-что уточнить:

— Но я не божество, не выдумывай! Иначе разве ты так пострадал бы? И я бы не пострадал! И когда у меня появятся морщины, ты увидишь, что я обычный! Эта земля правда не имеет ко мне отношения! Я просто случайно обнаружил... Смотри, я же далеко стою, а она все равно...

В этот момент земля вспыхнула, и кусочек «живой земли» вернулся в руку Мяо Хэ!

Ян Далан, державший его рядом, все прекрасно видел.

Мяо Хэ: «...»

Ян Далан: «...»

Видя, что Ян Далан снова напрягся, Мяо Хэ обхватил его голову руками:

— В общем, если не прогонишь – я не уйду!

В ответ Ян Далан, превозмогая боль, крепко обнял его.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 17. Оплата долга

Чтобы не нарушить образ оригинала, Мяо Хэ придумал маленькую ложь. Он сказал, что чудесные способности появились у него после болезни, а раньше их не было. Поэтому он и охладел к Мяо Юаню. Раз небеса пощадили его и даже одарили волшебством, разве это не знак, что нужно жить правильно?

Заикаясь, он закончил объяснение и, видя, что Ян Далан не реагирует, слегка расслабился.

— В-вот и все, — пробормотал он, чувствуя себя виноватым.

Ян Далан не отпустил его, лишь кивнул в знак того, что услышал.

Мяо Хэ, наконец спохватившись, воскликнул:

— Эй, тебе же больно! Отпусти!

Лицо Ян Далана уже побелело от боли, и Мяо Хэ принялся его отчитывать.

Но как бы там ни было, «живая земля» наконец-то перестала быть тайной.

А после первого «сбора» «живой земли» Мяо Хэ наконец понял, как ее перемещать. Нужно было не «копать», а «думать». Жаль, что в прошлой жизни он не догадался – слишком уж впечатлился тем, как «живая земля» растворяется в почве.

Убедившись в этом, он вернул «живую землю» на место. Ведь теперь ее можно было перемещать куда угодно, а прежнее место было лучшим прикрытием. Затем он поделился с Ян Даланом своими наблюдениями. В качестве второго примера он посадил помидоры.

Ему давно хотелось угостить Ян Далана сочными фруктами, богатыми витаминами. Да и томаты с яйцами были отличным блюдом, как и лапша с томатами, тушеные баклажаны с томатами, фрикадельки в томатном соусе... От одних мыслей у Мяо Хэ заурчало в животе.

Когда «живая земля» во второй раз за день явила свое чудо, Ян Далан сохранял невозмутимость.

Он взял улыбающемуся Мяо Хэ большой красный плод с тонкой кожицей. Сочная мякоть с кисло-сладким вкусом едва не вытекала при первом же укусе. Раньше он пробовал помидоры лишь раз, из любопытства, но впервые они показались ему такими вкусными.

В этот момент из ниоткуда появился Дабао, мяукая на пару.

Когда «живая земля» была в действии, он всегда выбегал полакомиться листьями. Но листья томатов были слегка ядовиты, поэтому Мяо Хэ раздавил один плод и дал котенку. Дабао облизывался, виляя хвостом, и ел так же сосредоточенно, как и Ян Далан.

Мяо Хэ улыбнулся:

— Вкусно?

— Угу, — кивнул Ян Далан.

— Тогда ешь больше, это полезно. Если бы овощи на грядках уже выросли, можно было бы отдать немного тетушке. Поэтому я посадил все семена, что ты купил. Теперь мы сами будем есть с «живой земли», а продавать – с огорода.

Избавившись от бремени секретности, Мяо Хэ с гордостью изложил свой план.

— Помнишь ту капусту и рапс, что мы ели? Они были с «живой земли». Хоть там все растет быстрее, но если продавать такие овощи, их качество будет слишком выделяться. Лучше продавать только с огорода.

— Но и огородные грядки – не просто так. Семена с «живой земли» отличные. Из них вырастают растения лучше прежних. А еще я рву листья с «живой земли» и закапываю в огород как удобрение. Скоро попробуешь – почувствуешь разницу.

— А еще у нас теперь холм. Можно посадить фруктовые деревья. Потом делать варенье, вино, сухофрукты – хороший бизнес.

— Когда деревья зацветут – персики, сливы – будет красиво. А у подножия построим дом из серого кирпича. Жить будем не хуже, чем в городе.

Ян Далан молча слушал, как гэр радостно болтает, срывая красные плоды.

Он думал, что даже если предсказание о короткой жизни сбудется, он уже сейчас понимает, что тетя Цин имела в виду под словом «радость».

— На, еще один, — Мяо Хэ протянул плод. — Потом посадим кодонопсис. Врач сказал, его отвар полезен для восстановления.

Ян Далан откусил. Кисло-сладкий вкус наполнил его сердце.

Затем Мяо Хэ отобрал часть подарков для второй тетушки Ян и Ши Жуцин. Рис и муку он оставил себе, отдав редкие сушеные продукты. Из экзотических фруктов он тоже положил немного, добавив несколько помидоров.

Для семьи оригинала он тоже приготовил скромный набор, как и для старосты деревни – просто сушеные сладости. Первое – чтобы избежать пересудов, второе – обычное подношение начальству.

В тот день их также навестили друзья Ян Далана: дядя Линь, охотники Мяо Пин и его младший брат Мяо Гао, семья мастера плотницкого дела Лу и сосед Мяо Цяня – Мяо Даху. Каждому он дал финиковые пирожные в знак благодарности.

Но когда Мяо Хэ вернулся домой за следующими подарками, его уже ждали.

— Хэ-гэр, наконец-то! — Мать оригинала радостно бросилась к нему, завидев у ворот.

— Мама, что случилось? Давай я занесу... — Мяо Хэ хотел сказать, что зайдет за подарком для ее семьи, но она перебила его и отвела подальше от ворот.

— Отложи дела, сначала ответь! Как Далан? Говорят, он серьезно пострадал, кости повреждены, полгода не восстановится! А ведь скоро срок выплаты серебра... Может, у вас трудности...

— ...И что ты предлагаешь? — Услышав такое начало, Мяо Хэ решил выяснить ее намерения.

Мать сделала серьезное лицо:

— Если травма действительно тяжелая, я беспокоюсь, что эти деньги станут для вас обузой. Раз вам сейчас дали компенсацию, может, я возьму свою долю сразу? Тогда, даже если с Даланом что-то случится, вам не придется переживать.

Лицо Мяо Хэ помрачнело. Даже оригинал, будь он на его месте, отреагировал бы так же. Разве это не удар по лежачему? Забрать деньги из компенсации за травму – она боится, что Ян Далан не сможет заплатить?

— Далан не так плох, он поправится. Не торопи события!

— Кости – дело ненадежное. Я ведь пошла навстречу, согласившись на выплаты по частям. Но кто так делает с выкупом? А теперь у вас целые повозки подарков – неужели все на лечение? Продашь немного – и хватит! Деньги есть, а отдавать не хотят – кто такое одобрит? — В конце ее лицо исказилось от брезгливости.

Мяо Хэ хотел возразить, но вспомнил: когда Ян Далан поправится и зарегистрирует холм, староста узнает, и тогда мать оригинала снова начнет скандалить, да еще и потребует больше. Может, лучше отдать сейчас и покончить с этим?

Но нельзя дать ей узнать про серебро.

— Большинство подарков – вещи. Ты сможешь их забрать?

Уловив намек на согласие, мать оживилась:

— Я скоро поеду в город. Оставь вещи у себя, а когда поеду – заберу и продам. Просто скажи, что тебе дали? Я оценю – если дешево, придется брать больше.

Она уже рассчитывала занизить цены и присвоить разницу.

Выслушав это, Мяо Хэ понял – ни в коем случае нельзя отдавать ей подарки, иначе она все прикарманит.

Решение созрело. Он покачал головой:

— Подожди несколько дней. Без Далана не обойтись. И раз это не по первоначальному договору, возможно, придется оформлять расписку у старосты.

— К чему сложности? Разве я откажусь от денег?

Мяо Хэ холодно посмотрел на нее:

— Мама, на этот раз я делаю это ради младшего брата. Больше – ничего.

Мать опешила, глядя, как Хэ-гэр разворачивается и уходит. Неужели она перегнула палку?

Но травма Ян Далана напомнила ей о трагедии с его отцом. Даже если она перестаралась, она хотя бы вырастила Хэ-гэра. А если сейчас не позаботиться о слабеньком Сяобао, одна зимняя болезнь – и его не станет! Она... она вынуждена так поступать!

Впервые не испытывая радости от достигнутого, мать несколько дней ждала в тревоге.

Через пять дней Мяо Хэ пригласил ее и старосту к себе, сказав, что собрал деньги, но из-за травмы Ян Далана расписку оформят у них.

Мяо Хэ вел себя сдержанно, а Ян Далан, как всегда, молчал. Когда горячие 6 лянов оказались в руках матери, та вдруг почувствовала угрызения совести.

Староста, записывая «получено полностью, взаимных претензий нет», вздохнул:

— Тетушка Чжао, больше не беспокойте семью Ян. Они поступили благородно. Если опять начнете – подумайте, что скажут односельчане, когда Далан покажет эту расписку.

Мать залепетала:

— Да я... у меня же трудности... Хэ-гэр, я ведь...

Мяо Хэ поднялся, провожая их:

— Далану нужно отдыхать. Староста, спасибо, что пришли. Возьмите сухофрукты детям. Мама, и тебе дадим печенья от Лянов. В прошлый раз забыл.

Лицо матери задрожало. При старосте она не могла припрятать угощение для Сяобао. А сладости были такой редкостью! Неужели Хэ-гэр специально выбрал момент? Неужели он действительно охладел к ней?

Она открыла рот, но что могла сказать?

Староста был здесь. А 6 лянов в ее руках уже стали ее выбором.

Уходя, она оглянулась на закрывающего ворота Хэ-гэра и ощутила незнакомую пустоту.

Проводив их, Мяо Хэ облегченно выдохнул. Вернувшись в дом, он виновато посмотрел на Ян Далана.

20 лянов компенсации – и 6 уже ушли, пока Ян Далан даже не оправился.

Ян Далан потрепал его по голове:

— Ничего. Теперь свободны.

Мяо Хэ сжал кулаки:

— Завтра же поеду в город продавать овощи!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 18. Продажа овощей

В это время грядки на овощном поле пышно зеленели, просто загляденье.

Больше не было необходимости прятаться от Ян Далана, ждать месяцы или даже год для выращивания овощей, ведь лук, горькие тыквы, фиолетовые баклажаны, капусту и другие медленно растущие овощи можно выращивать, используя живую почву. Однако Ян Датун уже несколько дней часто бывал на заднем дворе. По просьбе Ян Далана в эти дни он приходил помогать приносить воду, что экономило Мяо Хэ много сил, хотя и немного затруднило его планы. Поэтому ранее посаженные овощи все еще росли, и теперь у всех выросли зеленые листья.

Бок-чой и рапс, которые с самого начала предназначались для продажи, теперь были готовы к сбору урожая. Однако Ян Далан не оценил энтузиазма Мяо Хэ. Что, если молодой, мягкий, симпатичный гер поедет один в город продавать овощи и подвергнется травле со стороны хулиганов? Ян Далан, естественно, воспротивился этому.

- Подожди, пока мне не станет лучше. Я пойду с тобой.

- Тогда в течение этих нескольких месяцев у нас не будет никакого дохода. Хотя серебро еще есть, но разве тебе не нужно расплатиться с некоторыми долгами? Если мы будем продавать овощи, нам будет спокойнее.

Благодаря уроку, который преподала ему мать, Мяо Хэ также посоветовал Ян Далану вернуть все долги, которые он задолжал, независимо от того, что было оговорено изначально, чтобы избежать нападения завистливых жителей деревни, которые впоследствии будут завидовать полученной земле. После погашения долгов от 20 лян, которые они получили первоначально, осталось всего 6 или 7.

Тем не менее Ян Далан все еще качал головой:

- Деньги, конечно, важны, но человека заменить невозможно.

Честно говоря, жить на шесть-семь лян серебра в течение трех месяцев было очень даже неплохо. Не говоря уже о том, что у семьи все еще был большой мешок риса и мешок муки, так что им даже не придется покупать продукты.

Но Мяо Хэ все еще не хотел отказываться от идеи продажи. В конце концов, он вырастил такие аккуратные овощи и был уверен в их качестве, так разве мог он съесть их все сам? Дело в том, что сами они ели овощи, выращенные на живой почве.

Кроме того, Мяо Хэ уже спланировал свой маршрут. Поскольку он хотел выращивать высококачественные овощи, естественно, что поначалу их будет трудно продать. Но он был уверен, что, едва попробовав его овощи, люди станут постоянными клиентами. Если он не будет торопиться, он сможет добиться долгосрочного успеха на этом пути. Первоначальный период продвижения был неизбежен, так почему бы не начать пораньше и не сделать себе имя?

- Тогда я попрошу вторую тетю пойти со мной?

- Вторая тетя занята с детьми.

- Тогда тетя Цин? Она сказала, что к ней можно обратиться, если возникнут какие-то трудности, - Мяо Хэ не сдавался.

- Если пойдет тетя Цин, ничего не получится.

Действительно, Ши Жуцин была спокойной и миролюбивой женщиной в отличие от напористой тети Ян.

Мяо Хэ разволновался:

- Ты, должно быть, не веришь, что мои овощи хорошие! Я потом соберу для тебя немного, чтобы ты знал, как расточительно не продавать их!

В ответ на его вспышку Да Бай, уютно свернувшийся клубочком на коленях Ян Далана, озадаченно поднял свою маленькую голову. Он переводил взгляд со своего хозяина на человека, который его гладил.

В разгар спора кто-то снаружи позвал к двери. Это оказался доктор Цзи, врач из города, который пришел на повторный осмотр. На этот раз с ним пришел и Цзи Гуан, молодой ученик, который присматривал за ними в медицинском зале.

Мяо Хэ поспешил пригласить их на задний двор. С тех пор, как Ян Далан получил кресло, он почти все время отдыхал на заднем дворе, за исключением сна и дождя. Да Бай также нашел свое любимое место отдыха - на коленях Ян Далана. При виде кресла глаза доктора Цзи загорелись, и он без устали восхвалял его.

- Серьезно, никто еще не додумался сделать такое кресло. Это очень хорошо, так что вам не нужно двигаться или переходить в другое место, чтобы поесть и принять лекарство, и вы можете нормально отдохнуть на нем. Где вы заказали это кресло? Если бы в медицинском зале было одно или два таких устройства, это, несомненно, помогло бы нам облегчить работу с пациентами, - старый доктор кивнул, поглаживая свою длинную пегую бороду.

Цзи Гуан восхищался этим креслом с гораздо большим энтузиазмом:

- Да, учитель, это сэкономит много сил при общении с пациентами, особенно с женщинами, которые хотят время от времени вставать. Я не могу им помочь, поэтому я волнуюсь за них, просто наблюдая за их страданиями.

- Это кресло сделал младший двоюродный брат Далана. Оно очень крепкое и устойчивое, в вашем медицинском зале обязательно стоит завести такое же! Я отведу вас в его мастерскую, чтобы спросить, - Мяо Хэ сразу спихнул всю идею на Ян Датуна, одновременно привлекая ему первых клиентов.

- О, это хорошо, это хорошо.

Поболтав еще немного, доктор Цзи тщательно осмотрел травмы Ян Далана. Хотя с момента возвращения Мяо Хэ в деревню прошло всего шесть или семь дней, это был еще небольшой срок, но, опасаясь, что по дороге из города что-то могло пойти не так, доктор Цзи пришел пораньше, чтобы осмотреть его травмы. Но, бросив всего один взгляд, он остановился и удивленно прищелкнул языком.

- Как здесь, не больно? - доктор Цзи нажал на определенное место.

Ян Далан сделал небольшую паузу:

- Немного.

- А здесь?

- То же самое.

- Попробуйте поднять руку вверх.

Ян Далан сделал, как он просил, и не почувствовал боли.

Доктор Цзи продолжал спрашивать:

- Больно?

- Незначительно.

Доктор Цзи сказал: «Странно», и обошел вокруг Ян Далана несколько раз. Он достал какие-то странные металлические стержни и постукивал ими то тут, то там. Затем он спросил о лекарствах и питании Ян Далана в последние дни. Когда он услышал, что Мяо Хэ время от времени заваривал чай с женьшенем бедняка и добавлял его в куриный суп, чтобы ускорить выздоровление Ян Далана, он был несколько озадачен, но затем покачал головой в замешательстве.

Поразмыслив некоторое время, доктор Цзи наконец вздохнул и сказал:

- Я впервые вижу случай, когда выздоровление наступило так быстро. Брат Ян, должно быть, обладает могучим здоровьем.

Ян Далан помолчал, а затем кивнул.

- Этот старик уже видел одного или двух весьма крепких людей, но случай брата Яна, вероятно, только один из десяти тысяч.

При этих словах выражение лица Ян Далана слегка изменилось. Он не был уверен, случались ли у него в прошлом какие-либо переломы костей, такого рода травмы были типичны только для охоты, так что, возможно, он мог получить их. Однако Ян Далан знал, что скорость его выздоровления в то время была обычной, и дядя Линь, который заботился о нем всякий раз, когда он был ранен, также никогда не упоминал об этом. Единственным отличием, несомненно, была магическая почва Мяо Хэ.

Когда глаза Ян Далана тайком переместились на Мяо Хэ, он увидел, что маленький гер обеспокоенно спросил:

- Означает ли это, что Далан хорошо выздоравливает? Нет никаких серьезных проблем? Если за ним хорошо ухаживать, то не будет таких последствий, как ревматизм или вроде того?

- Хе-хе. Действительно, может быть, для полного выздоровления даже не потребуется трех месяцев, будет достаточно месяца. Но ты знаешь и о ревматизме?

- Я слышал, как старшее поколение упоминало об этом. Разве не говорят, что после перелома костей в старости все страдают от ревматизма?

- Если он будет хорошо заботиться о себе в эти несколько месяцев после травмы и уделять внимание своему питанию, то не заболеет.

Мяо Хэ многократно кивнул:

- Хорошо, хорошо, - повернув голову, он сказал, - Ты слышал это? Врач сказал, что ты все равно должен хорошо заботиться о себе и не можешь экономить на еде. Мы зарезали петуха дома, так что завтра я поеду в город и куплю еще! – конечно, за этим безобидным заявлением стояла идея продать немного овощей.

Ян Далан смотрел на личико Мяо Хэ, на котором были написаны все его мысли, и удивлялся, как ему удавалось раньше держать в тайне живую почву.

Но, в конце концов, с травмами Ян Далана не было никаких серьезных проблем, и Мяо Хэ почувствовал облегчение. Успокоившись, он с энтузиазмом пригласил людей на обед. Старый доктор Цзи поначалу не хотел его обременять, но Мяо Хэ взял с собой ученика, чтобы разыскать Ян Датуна, но тот, как оказалось, вышел и вернется только позже. Ради возможности иметь кресла в больнице доктор Цзи согласился подождать некоторое время в доме Мяо Хэ.

Мяо Хэ пошел собирать капусту и зелень с заднего двора, а также сварил большую кастрюлю риса.

На обед на столе были все виды овощных блюд: жареная пекинская капуста с куриными потрохами, жареный бок-чой с яйцом, жареная зелень с чесноком и чили, а также кастрюля овощного супа на курином бульоне. Стол был полон овощей, но старый доктор и Цзи Гуан не возражали, и даже сказали, что брат Хэ был слишком добр. Вероятно это из-за щедрой чашки риса на столе.

Но стоило Цзи Гуану откусить кусочек, как его глаза расширились. Он быстро взял еще один кусок жареной капусты и засунул его в рот, а затем набил рот рисом. Его голодные глаза немедленно закрылись от удовольствия, когда его рот ощутил необыкновенный хрустящий вкус капусты. Кроме того, добавленные Мяо Хэ масло и соль в сочетании с другими приправами, такими как имбирь и чеснок, делали аппетитный аромат капусты просто первоклассным. Блюдо могло выглядеть вегетарианским, но его вкус был превосходен.

Старый доктор Цзи, который спокойно ел рядом с учеником, также был слегка удивлен. Медицинский зал семьи Цзи имеет хорошую репутацию в городе, а его самого часто приглашали лечить людей, поэтому он ел много хорошей еды. Первым делом он набросился на рапс и бок-чой, которые Мяо Хэ собрал с живой почвы, а затем, предварительно поджарив с перцем, подавал с пряным маслом. Свежий и пряный привкус овощей, смешанный с нежным и сладким ароматом семян рапса, был исключительно приятным на вкус!

Даже Да Бай, сидевший под столом с небольшой кучкой овощей, не поднимал головы, что очень отличалось от его обычного кокетливого поведения.

Видя, что все непрерывно двигают палочками для еды, Мяо Хэ улыбнулся, бросил взгляд на Ян Далана и подал еще несколько неострых овощей, после чего сказал:

- Это домашние овощи, не стесняйтесь, вы двое желанные гости, ешьте как можно больше.

Цзи Гуан, набив полный рот, кивнул:

- Очень вкусно! Оказывается, кулинарные способности брата Хэ настолько хороши!

Старый доктор Цзи, который был более опытным, также похвалил:

- Навыки - это одно, но эти овощи также превосходны. Листья рапса такие нежные и свежие, редко можно увидеть такое качество в городе.

Глаза Мяо Хэ слегка заблестели, и он поспешно сказал:

- Не буду врать, я планировал продавать эти овощи в городе. Доктор, как вы считаете, они будут продаваться?

Старый доктор Цзи кивнул:

- Если у всех овощей такое качество, то они будут хорошо продаваться.

Мяо Хэ застенчиво улыбнулся:

- Если вам нравится, я пришлю к вам тележку.

Если он отправит большую тележку, старик не сможет все доесть, поэтому он обязательно поделится овощами с соседями, чтобы они не испортились. Это даст рекламный эффект. Едва подумав об этом, Мяо Хэ стало немного неловко.

К сожалению, доктор Цзи покачал головой и отказался:

- Нет, нет, нет, как я могу взять у вас что-то просто так? Сегодня я пришел как врач, поэтому не могу принять ничего другого!

Мяо Хэ был немного встревожен:

- Но я изначально собирался продать эти овощи. Так получилось, что Далан недостаточно хорошо себя чувствует, чтобы выходить на улицу, поэтому если я не продам их, мне будет больно видеть, как они гниют на полях впустую. Я мог бы отдать их людям в деревне, но все в деревне выращивают овощи. Я рад слышать, что доктору они нравится, и раз так, почему бы не...

Ян Далан не был уверен, верно ли он угадал мысли Мяо Хэ. Тем не менее, он протянул руку, нашел руку гера под столом и слегка сжал ее:

- Не торопись.

При этих словах Мяо Хэ мгновенно проснулся. Действительно, было слишком поспешно навязывать овощи таким образом. Доктор Цзи еще не был настолько глубоко с ними знаком, поэтому ему было бы неудобно принимать подарки в любом виде. Мяо Хэ покраснел:

- Да, простите.

Когда старый доктор Цзи увидел это, он ненадолго задумался и сказал:

- Этот старик не может принять овощи, но я могу показать маленькому геру другой путь. На самом деле, об этом нет необходимости спрашивать, так как я знаю, что вы оба знакомы с семьей Лян. Их маленький сын ужасно разборчив в еде, особенно в листовых овощах. Об этом уже давно ходят слухи в чайных домах города. Госпожа Лян расстраивается каждый раз, когда видит, как ее сын пренебрегает овощами, поэтому она повсюду ищет еду, которую мог бы съесть молодой гонцзы. Поскольку ваши овощи очень хорошие, будет лучше отправить полную тележку семье Лян в знак вашей признательности.

- Молодой хозяин семьи Лян? - спросил Мяо Хэ с явным колебанием на лице.

Первоначально он также включил семью Лян в свой план. Однако упомянутая семья уже передала им три документа на землю. Таким образом, Мяо Хэ боялся, что если он даст им овощи, выращенные на стандартном поле, они неправильно поймут их намерение. Что, если семья Лян подумает, что они настолько ненасытны, что хотят подняться еще выше по статусу? Поэтому Мяо Хэ решительно исключил вариант семьи Лян. Но с делом маленького молодого мастера в качестве причины, возможно, удастся один раз послать тележку овощей. Если они не ответят, то Мяо Хэ больше не станет утруждать себя отправкой.

На этот раз Мяо Хэ посмотрел на Ян Далана, который сидел и наблюдал за ситуацией, и попросил одобрения. Ян Далан кивнул прямо доктору Цзи:

- Спасибо за ваш совет, доктор.

Видя, что на лице Мяо Хэ появилось беспокойство, доктор Цзи добавил:

- Не волнуйтесь, что семья Лян будет слишком много думать об этом, позже я скажу госпоже Лян, что вы сделали это по моей просьбе. Я делаю это не в первый раз, так что все в порядке, хе-хе.

Последнее предложение действительно помогло успокоить гера. Глаза Мяо Хэ загорелись, и он решил, что в будущем будет отправлять часть овощей, выращенных в живой почве, доктору Цзи!

- Большое спасибо, доктор Цзи!

После обеда Мяо Хэ повел доктора Цзи и Цзи Гуана искать Ян Датуна. Доктор Цзи отметил несколько изменений и действительно заказал два кресла-шезлонга. Эта неожиданная прибыль привела Ян Датуна в восторг. Он не думал, что, помогая своей невестке делать странный стул, сможет зарабатывать деньги. И цена была чертовски хорошей. Это могло бы покрыть обычные расходы на целых два месяца.

В конце дня, когда доктор Цзи и Цзи Гуан возвращались обратно, они взяли с собой несколько помидоров. Благодаря своему кисло-сладкому вкусу, эти плоды мгновенно полюбились им обоим.

Жареная пекинская капуста с куриными потрохами

Жареный бок-чой с яйцом

Жареная зелень с чесноком и чили

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 19. Доставка овощей

На следующий день Мяо Хэ встал с первыми лучами солнца и в приподнятом настроении отправился на огород собирать овощи. Он тщательно ополоснул свежие овощи чистой водой и аккуратно обвязал их пучком соломы. Наконец, он нашел коробку, в которой семья Лян отправила подарки, и аккуратно сложил овощи внутрь. В конце концов, внешняя упаковка должна соответствовать качеству продукта.

Когда все было готово, Мяо Хэ удовлетворенно хлопнул в ладоши, а затем повернул голову и сказал:

- Когда придет вторая тетя, я отправлюсь доставлять овощи с ней, а ты хорошо отдыхай дома и не делай ничего необдуманного, понятно?

Они наконец договорились с доктором Цзи, что сегодня принесут овощи в медицинский центр, а Цзи Гуан будет сопровождать их, чтобы их беспрепятственно пропустили в дом Лянь.

Поскольку Ян Далан был не в том состоянии, чтобы бегать по городу, он должен был оставаться дома. Он слегка нахмурился:

- Закончи доставку и возвращайся пораньше.

- После доставки мне нужно пройтись по магазинам. В прошлый раз наш соевый соус был разлит, поэтому нам нужно купить еще. Сахар и уксус также заканчиваются. Более того, все петухи во дворе были зарезаны, так что надо купить еще, а если будут свиные ножки, то это еще лучше, они тоже помогут ускорить твое выздоровление, - перечислял Мяо Хэ, загибая пальцы, - Кстати, на обед я приготовил овощную кашу на курином бульоне, она уже на плите. Не забудь съесть ее.

Глядя на неопределенно взволнованный взгляд маленького гера, Ян Далан немного помолчал. Он не мог не вспомнить, что в тот первый и последний раз, когда его гер приезжал в город, он выглядел таким же счастливым. Хотя Мяо Хэ уже пообещал остаться с ним, Ян Далан знал, что он не полностью уничтожил другие факторы, из-за которых гер мог сбежать. Он также видел, что гер смягчил свое сердце, поэтому задумал воспользоваться возможностью.

Когда он вспоминал неумолимое поведение Мяо Хэ до того, как тот заболел, и сравнивал его с различными изменениями, произошедшими с ним после болезни, сердце Ян Далана все еще оставалась тень неуверенности.

Мяо Хэ - его гер, Ян Далан давно в этом убедился. Но, поскольку существовала неопределенность, настало время положить ей конец. Он был терпеливым охотником, и любил убивать с одного удара.

Ян Далан жестом поманил Мяо Хэ подойти. Мяо Хэ был так увлечен своими планами по продаже овощей, что наклонился к нему с улыбкой на лице, ни о чем не подозревая.

Ян Далан посмотрел в ясные глаза гера, которые постепенно наполнялись замешательством.

- Что случилось? - спросил Мяо Хэ.

Потянувшись, чтобы взять гера за подбородок, Ян Далан поднял голову. Хотя это вызвало вспышку боли в груди, ничто не могло помешать Ян Далану с безошибочной точностью впиться в мягкие и теплые губы маленького гера.

- Жду твоего возвращения, - добавил Ян Далан после мимолетного поцелуя.

Мяо Хэ был ошеломлен. В следующую секунду ее лицо вспыхнуло и стало пунцовым!

- Ты! Ты такой внезапный... - Мяо Хэ даже не понял, что он сказал.

Когда Ян Далан увидел, что уши у маленького гера стали ярко-розовыми, его сердце немедленно стабилизировалась. У него действительно хватило наглости схватиться за грудь:

- Немного больно.

Глаза Мяо Хэ расширились, его лицо стало еще горячее! Этот человек причинил себе боль, чтобы поцеловать его. Так... какое мне дело, а?

Он поджал губы, которые только что подверглись нападению. Действие было слишком быстрым, он почти ничего не почувствовал. Эй, не то чтобы он хотел что-то чувствовать, но он думал, что этому вопросу придется подождать, пока рана Ян Далана не заживет.

Понимая, что его мысли ушли куда-то не туда, Мяо Хэ смутился еще больше. Не смея даже поднять глаза, он толкнул мужчину и крикнул:

- Если тебе больно, иди отдыхать!

Как только его руки легли на грудь Ян Далана, он снова был схвачен. Мяо Хэ хотел убрать руки, но Ян Далан крепко держал их и не отпускал. Мяо Хэ замер на месте. У него не было выбора, кроме как уступить, и он поднял голову, чтобы посмотреть на пару пристально глядящих на него глаз.

- Будь осторожен на дороге, - сказал мужчина, и в его черных как смоль глазах отразилась крошечная фигурка. Однако сердце Мяо Хэ забилось быстрее без всякой причины.

После этого Мяо Хэ не обращал внимания на то, как вторая тетя Ян нашла его и как они вдвоем оказались на дороге. Только когда они сели в повозку с ослом, ожидавшую у входа в деревню, он пришел в себя. Скрипнув зубами, он подумал про себя, как... как это бесстрастное лицо могло быть таким провокационным?!

К счастью, вторая тетя Ян не обратила внимания на странности Мяо Хэ. Вчера она узнала, что Мяо Хэ нашел две крупные сделки для Ян Датуна, поэтому она немного больше одобряла Мяо Хэ в своем сердце, и чем больше она его видела, тем приятнее он ей казался. Заметив беспокойство гера, она подумала, что тот переживает об оставшемся дома Ян Далане, поэтому сказала, садясь в повозку:

- Не волнуйся слишком сильно. Далан не ребенок. Это не первый раз, когда он возвращается домой раненый. Он явно осознает серьезность своей травмы, - вторая тетя Ян похлопала Мяо Хэ по руке.

В этот момент к Мяо Хэ наконец вернулся разум:

- Раненный?

- Когда ты отправляешься на охоту в горы, всегда есть опасность, которой не избежать. Он страдал от многочисленных падений и укусов. Если не считать шрама на его лице, травма на этот раз не такая тяжелая, как тогда. Эй, если бы не кончина несчастных членов семьи Ян, мать Далана вряд ли позволила бы ему заниматься этим опасным делом.

Когда он услышал такие слова, Мяо Хэ стало страшно. Его разум не хранил никаких впечатлений о том, что Ян Далан получал травмы. Он уже собирался спросить тетю, когда другая тетка в повозке, которая нескромно прислушивалась к их разговорам, уловила момент и вмешалась.

- Поскольку он знает, что охота опасна, ему нужно сменить работу, когда появилась такая возможность. Разве большая семья Лян не посылала в последнее время много подарков с извинениями? Разве этого недостаточно для создания небольшого бизнеса? Я имею в виду, что именно они прислали? Брат Хэ, быстро скажи тете, чтобы я могла помочь.

Кто-то еще засмеялся:

- Тетя Мин, ты все еще беспокоишься об этих вещах? С тех пор прошло уже несколько дней.

- Что значит «беспокоишься»? Мне просто интересно!

- Семья Лян прислала нам простые вещи первой необходимости. Это просто рис, мука и масло - все для поддержки здоровья Далана, - у Мяо Хэ давно был заготовлен ответ, - Еще осталось немного серебра, чтобы купить мясо. Так что я направляюсь в город купить немного.

Другой гер в повозке кивнул:

- Я слышал, что у господина Ляна доброе и честное сердце, так что это должно быть правдой. Если его люди кого-то сбили, то для них вполне естественно помочь и возместить ущерб.

Конечно, всегда, где есть инь, там есть и янь. Смуглая, худая тетка сказала:

- Я вижу, что брат Хэ тоже съел много хорошей еды, и одет сегодня так аккуратно и красиво. Куда ты снова собрался?

В последние несколько дней Мяо Хэ составлял компанию Ян Далану и вместе с ним ел  всякие тонизирующие средства и полезные добавки. Вполне естественно, что он выглядел избалованным и хорошо отдохнувшим. Все его существо словно излучало свет. По мере того, как он ел овощи, выращенные в живой почве, некоторые незначительные проблемы со здоровьем, которые у него были, постепенно ушли. Волосы юного гера блестели, кожа казалась белой, как снег, с оттенком здорового розового. Сегодня ему нужно было пойти к семье Лян в город, поэтому он решил одеться более аккуратно и презентабельно. Если бы не грубый материал его темно-синей одежды и брюк, никто бы не сомневался, если бы он сказал, что является младшим ребенком в богатой семье.

Мяо Хэ пристально посмотрел на тетку и сказал, поджав губы:

- Сегодня я собираюсь отправить в особняк Лян овощи, которые вырастил. Конечно, это всего лишь подарок в знак благодарности; я все еще должен быть благоразумным.

- Эй, семья Лян - большая семья, неужели им все еще нужны твои овощи? Не смеши людей. Я говорю тебе, брат Хэ, открой глаза и пораскинь мозгами. Если не хочешь снова опозориться, нужно вести себя осторожно. Иначе все будут говорить, что ты снова ведешь себя легкомысленно.

Вторая тетя Ян тут же выпятила грудь и выругалась:

- Тетя Гуан! Следи за своим языком! Я, его тетя, иду с ним, где же легкомыслие или отсутствие осторожности у нашего брата Хэ? Ты что, слепая, разве ты не видишь, что я здесь? Это у тебя нет чувства приличия! Если ты слепая, я не против дать тебе взбучку, чтобы ты очнулась!

Тетка Гуан на самом деле была женой Мяо Эра, и они отлично подходили друг другу, так как у обоих был ядовитый язык. Когда она услышала от Мяо Эра, что Мяо Хэ, кажется, меняется к лучшему, тетя Гуан не поверила ему. Эта парочка любила посплетничать о других людях за их спинами и даже предлагала небольшие ставки, когда им было скучно. Теперь, когда Мяо Хэ отправился в город, она, естественно, должна была сказать несколько слов.

Но вторая тетя Ян была женщиной крутого нрава. Когда она приняла угрожающую позу, тетя Гуан немного съежилась.

– Я... я не говорю ничего без доказательств, и мы все знаем, что есть прецедент. Разве я не могу поговорить об этом?

Вторая тетя Ян почувствовала, как закипает ее кровь, и оскалилась:

- Ну давай, попробуй!

Мяо Хэ также почувствовал ярость второй тети Ян и понял, что не может больше нести этот горшок*.

(ПП: нести горшок – нести ответственность или чужую вину)

Он открыл маленькую сумку у себя на коленях и сказал:

- Семейная пара Лян - хорошие люди. Мы с Даланом очень благодарны, поэтому мы хотели бы отправить несколько подарков в ответ. У меня как раз еще осталось несколько финиковых пирожных, которые подарила великодушная семья Лян, так что я дам их попробовать всем желающим. После того, как вы закончите есть, вы поймете, что всегда приятно делать ответный подарок.

Сказав это, он раздал людям в телеге финиковые пирожные из своей сумки. Изначально они были приготовлены для Цзи Гуана, чтобы поблагодарить его за то, что он проводит их к семье Лян. Но у него оставалось еще достаточно пирожных, чтобы разделить немного.

Финиковые пирожные, подаренные семьей Лян, были приготовлены с большим количеством сладких красных фиников, грецких орехов и коричневого сахара, и щедро посыпаны ароматными семенами кунжута. Это был очень изысканный десерт для жителей деревни. Люди в повозке, а также дядя Ма, который управлял ослом, были рады получить по маленькому кусочку. Некоторые даже не хотели глотать угощение, катая его во рту. Несколько тетушек тщательно завернули свою долю, намереваясь отнести своим детям.

Но у одного человека в телеге лицо уродливо исказилось. Причина была в том, что Мяо Хэ поделился пирожными с семью или восемью людьми, но не с ней. Нос тети Гуан дернулся. Она проклинала этого фальшивого, невинно выглядящего парня в своем сердце:

- Брат Хэ-эр, эта тетя еще не получила пирожное, - несмотря на растущее раздражение, она также была достаточно толстокожей, что даже могла нагло попросить об этом.

Мяо Хэ невинно сказал:

- Тетушка, простите, я поторопился, из-за чего не мог правильно сосчитать количество людей. Оказывается, всем не хватило. Остальное я должен сохранить, чтобы раздать в качестве подарков.

Тетушка Гуан лишь слегка улыбнулась с кажущейся добротой:

- Я надеюсь, что ты не держишь зла. Ты такой недалекий, я очень переживаю за тебя.

Мяо Хэ только искренне и дружелюбно улыбнулся, но вид у него был «ну и что». Конечно, он не мог обелить черную историю своего предсшественника, в конце концов, эти вещи действительно случились. Но, по крайней мере, он мог дать людям понять, что те, кто продолжают придираться к старым историям, могут и не мечтать получить от него какие-либо преимущества или выгоды.

Остальные тетушки в телеге, наблюдавшие за происходящим, ели и смеялись. Они не думали, что Мяо Хэ был хоть в малейшей степени неправ.

Когда повозка подъехала к въезду в город, тетя Гуан выскочила первой и, задыхаясь от ярости, ушла. После этой довольно веселой сцены люди выстроились в очередь, чтобы выйти из повозки. Перед уходом добродушный гер похлопал Мяо Хэ по плечу:

- В будущем, если ты будешь поступать правильно, тебе не нужно будет бояться людей, которые говорят глупости. У каждого есть глаза, пусть твои поступки говорят сами за себя.

Мяо Хэ улыбнулся ему и поблагодарил. Присмотревшись внимательнее, оказалось, что этот гер - брат Мяо Пина по имени Чэнь Жун. Неудивительно, что он так ласково разговаривал с Мяо Хэ.

Позже они с второй тетей Ян взяли маленькую деревянную коробку с овощами, и вдвоем отправились в медицинский центр. После встречи с Цзи Гуаном группа прибыла к огромным воротам дома Лян, который представлял собой просторный комплекс в северной части города.

Ворота особняка Лян действительно строго охранялись, несколько высоких и крепких семейных охранников стояли у ворот. Даже при наличии Цзи Гуана, знакомого лица, они осторожно спросили, в чем дело и какова причина визита, прежде чем кто-то забрал овощи Мяо Хэ.

Мяо Хэ не расчитывал сегодня встретиться с членами семьи Лян, он просто пришел, чтобы доставить овощи. Если бы он действительно встретил кого-то из них, он был бы немного смущен, как будто пытается навязать кому-то свои овощи. Поэтому, когда коробка прошла проверку безопасности, Мяо Хэ тактично ушел.

Все оставшиеся финиковые пирожные он отдал Цзи Гуану, а также завернул в пакет несколько помидоров, отчего Цзи Гуан рассмеялся и сказал, что не может позволить своему учителю их увидеть. Он принял угощения и попрощался с Мяо Хэ и второй тетей Ян, которые отправились за покупками.

На данный момент у Мяо Хэ все еще было немного денег на руках. Помимо шести лян серебра, оставшихся после выплаты долгов Ян Далана, общее имущество семьи составляло более двух лян, плюс один лян и восемь цяней серебра от тайной продажи женьшеня бедняка, в чем он также признался Ян Далану. Итого всего было более десяти лян. Сегодня он взял три ляна, чтобы купить еды.

Каждый купил по кастрюле соевого соуса и уксуса. Также были пополнены запасы сахара, соли и меда. После этого в бакалейном магазине, кроме обычных красных, зеленых и желтых бобов, Мяо Хэ нашел перец, сычуаньский перец и семена кунжута, и хотя они были немного дорогими, Мяо Хэ стиснул зубы и купил их все. Он успокоил себя тем, что эти семена не были обработаны и, когда он вернется, то сможет посадить их дома.

Потом они пошли в мясную лавку. Здесь уже все зависело от тетушки Ян и ее умения торговаться с продавцами кур и свиней. Мяо Хэ внимательно все слушал и запоминал.

Он совершенно не предполагал, что овощи, которые от отправил в дом Лян, вызовут такой переполох.

Финиковый пирог

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 20. На улице

В большом доме всегда найдутся разные люди.

Овощи Мяо Хэ, доставленные в усадьбу Лян, сначала прошли через привратников, затем через управляющего и наконец попали на кухню. Кухня тоже делилась: для господ – старшего господина, его супруги, второго и третьего господ – и для слуг. Из-за привередливости младшего господина для него даже выдели отдельную зону.

Управляющий распорядился отнести овощи, доставленные из больницы, на кухню младшего господина – их якобы прислали специально для него. Однако, поскольку овощи были упакованы не в обычные корзины, а в большой лакированный ящик, их поставили в проходе, где они мешали. Проходившие мимо слуги несколько раз передвигали ящик, пока наконец кто-то не отнес его в сторону.

В результате овощи, предназначенные для младшего господина, смешались с теми, что готовили для остальных. Их заметил второй повар, проверявший запасы.

— Откуда это? И почему так упаковано?

Повара и кухонные работники с утра были заняты – чистили овощи, разделывали кур, рубили кости, – и никто не обратил внимания.

— Не знаем, кажется, недавно принесли.

Второй повар приподнял бровь, открыл крышку и слегка изменился в лице. Внутри лежали аккуратные пучки свежей зелени – сочные, без червоточин и пятен. С первого взгляда было ясно, что эти овощи необычные.

Но ведь его дядя из семьи Фэн недавно с трудом добился права поставлять продукты в усадьбу Лян! И это явно не его овощи!

Для крестьян поставка овощей в богатый дом – выгодное дело. Помимо более высокой цены, в праздники вроде Дуаньу или Середины осени можно получить дополнительные заказы. За год выходило куда больше, чем при продаже на рынке! Чтобы получить эту возможность, семья Фэн не жалела удобрений, вырастив достойные овощи, да и второй повар не поскупился на подарки главному повару, чтобы замолвил словечко.

И вот, едва договорившись, они уже сталкиваются с конкурентом? Да еще таким сильным?!

Мысль об этом вызвала у второго повара приступ паники. Он кашлянул, закрыл крышку и отодвинул ящик.

— Я пойду разберусь. Непонятно, откуда это взялось. А вы продолжайте работать, и чтобы никто не ленился!

Выйдя с кухни, он сразу же нашел работника по имени У Мянь. Тот попал в усадьбу по его протекции, так что можно было доверять.

Отведя его в укромный угол, второй повар шепотом приказал:

— Избавься от этого ящика. Вынеси и выбрось или продай – как хочешь! Главное – быстро и чтобы никто не увидел, понял?!

У Мянь заглянул внутрь и сразу все понял. Всем было известно, что второй повар недавно возгордился – его дядя получил право поставлять овощи. Но если господа попробуют эти, семья Фэн сразу же лишится заказа.

— Если продам, деньги… — хитро сощурился У Мянь.

— Твои, все твои! — нетерпеливо махнул рукой второй повар. Он был только рад отдать всю прибыль – так У Мянь становился его сообщником и не проболтался бы.

— Хе-хе, ладно-ладно. Сейчас вынесу!

Второй повар на всякий случай добавил:

— Если привратники спросят, скажи, что мой дядя сегодня прислал лишний ящик, и я велел отнести его обратно, пока не испортился.

Снаружи и не скажешь, что в ящике овощи, так что обман пройдет. А насчет привратников – он потом предупредит дядю, и проверять не станут.

— Будьте спокойны! Уж я-то все устрою как надо!

У Мянь ушел, довольно посмеиваясь. Второй повар огляделся, убедился, что никто не видел, но в душе оставалась тревога – будто он что-то упустил. Пожав плечами, он решил, что это просто угрызения совести, и вернулся к работе.

А тем временем У Мянь благополучно покинул усадьбу Лян, лихорадочно соображая. Раз вся прибыль достанется ему, то чем больше усилий он приложит, тем больше заработает! Тем более овощи выглядели отлично – просто так продавать было жалко.

Внезапно он вспомнил кое-что и усмехнулся. У него появилась идея.

Мяо Хэ и не подозревал, что его любимые овощи, побывав в усадьбе Лян, снова оказались на улице. Сейчас он со второй тетушкой Ян сидел в небольшой лапшичной и обедал.

После покупки мяса он решил заодно изучить цены на овощи и прошелся по восточному рынку. По пути заглянул и в кондитерскую – хотел посмотреть, какие сладости делали из сухофруктов. Заодно купил две коробки пирожных из маша. Он любил их нежную сладость и тонкий аромат – если бы их еще охладить, было бы вообще прекрасно.

Многоступенчатая обработка продуктов могла скрыть качество исходного сырья. Если блюдо получалось вкусным, люди думали, что дело в мастерстве повара, а не в необычных ингредиентах. Мяо Хэ уже размышлял о том, чтобы выращивать на «живой земле» сырье для переработки. Раньше, когда приходилось скрывать это от Ян Далана, такой вариант был невозможен. Но теперь это могло стать еще одним источником дохода. Правда, довольно хлопотным.

В любом случае, после изучения рынка он выдохся. Повозка дяди Ма отходила от городских ворот только после трех часов дня, и до этого оставалось еще много времени. Мяо Хэ больше не мог идти и, несмотря на ворчание второй тетушки Ян о напрасной трате денег, затащил ее в лапшичную. Сегодня она провела с ним целый день, и он хотел угостить ее.

Вскоре на столе появились две миски горячего супа с лапшой и тарелка тушеных закусок. Аромат сразу пробудил в Мяо Хэ зверский аппетит, и он набросился на еду. Вторая тетушка Ян тоже не церемонилась – деревенские жители ели быстро и громко.

Наевшись, Мяо Хэ планировал спокойно пить чай, пока не придет время отправляться к повозке. Вторая тетушка Ян покачала головой, бормоча что-то о том, что нынешняя молодежь совсем изнежилась – чуть поработала, и уже устала. Она-то могла бы уже пешком вернуться в деревню!

Мяо Хэ только улыбался. Конечно, он мог бы идти, но тогда бы до дома добрался с волдырями на ногах и слег бы на следующий день. А ждущий его дома мужчина снова начал бы переживать, что его раны заживают слишком медленно. Перед выходом Ян Далан велел ему ехать на повозке в оба конца и не экономить. Потому вторая тетушка Ян и ворчала, но не тащила его силой.

Когда чай закончился, Мяо Хэ заказал еще и случайно услышал разговор за соседним столом:

— Ты недавно бывал в питейной «Дахэ»? Там появилось новое блюдо, очень необычное. Говорят, те, кто попробовал, хотят есть его снова и снова!

— Что же в нем такого особенного? Кстати, это та самая питейная, которая недавно бросала вызов чайной «Яншуй»?

— Да, все думали, что новый хозяин «Дахэ» просто ищет способ привлечь внимание, но, похоже, у него и правда есть козырь в рукаве. Хорошо, что «Яншуй» не приняла вызов – говорят, у них связи в уездном городе, зачем им связываться с этой питейной?

— Я слышал, что в «Яншуй» отличная еда, но дорогая. Сам еще не был. А новое блюдо в «Дахэ» и правда так хорошо?

— Называется что-то вроде доу… доуфу? Или доухуа? В общем, все говорят, что оно нежное, приятное на вкус, его можно есть и сладким, и соленым – рассказывают, как в опере. Может, сходим попробуем?

Услышав это, Мяо Хэ не удержался и повернулся к говорившему:

— Простите, вы говорите о доухуа? Ее делают из соевых бобов, она белая, нежная и мягкая?

Мужчина, к которому обратился симпатичный гэр, не рассердился. Он удивленно кивнул:

— Да-да, кажется, так и называлось! И говорили, что из соевых бобов. Ты что, уже знаешь об этом? Но в питейной утверждают, что это их эксклюзив!

Мяо Хэ удивился:

— Разве раньше такого блюда не было?

— Конечно нет! Я как раз из-за этого и хотел попробовать.

И еще… Питейная «Дахэ»? Где-то он уже слышал это название… В голове мелькнуло воспоминание, но он не успел его поймать.

Поблагодарив мужчину, Мяо Хэ вернулся к своему чаю. Вскоре он все же вспомнил, откуда знал это название. Потому что его бывший возлюбленный Мяо Юань и его друзья как раз проходили мимо лапшичной. Увидев Мяо Юаня, Мяо Хэ сразу вспомнил – разве не Мяо Минь говорил, что встречал его в «Дахэ»? Но это было не главное. Сейчас Мяо Хэ неожиданно столкнулся лицом к лицу со своей старой любовью.

Как себя вести?

Помимо того, что они выросли вместе, Мяо Юань и правда был красив – в отличие от грубоватой мужественности Ян Далана, его черты были благородными. Сейчас он был одет в светло-голубые одежды ученого и выглядел весьма презентабельно, если не считать легкого оттенка самодовольства.

Увидев Мяо Хэ, Мяо Юань на мгновение замедлил шаг, будто растерявшись. Его друзья тоже заметили гэра. Среди студентов-мужчин был и один ничем не примечательный паренек, одетый в хорошую одежду, с повязкой на запястье – видимо, он травмировался. Его взгляд последовал за Мяо Юанем и тоже встретился с Мяо Хэ.

Пока Мяо Хэ размышлял, кто это, один из студентов направился к нему. Мяо Хэ и правда был хорош собой, и тот факт, что такой красавец преследовал Мяо Юаня, льстил самолюбию последнего и его друзей.

— Опять этот Хэ-гэр. Ну что, опять выяснил, когда у нас выходной, и пришел поджидать? Но я еще раз повторю: Мин Юань высоко ценится наставником и дорожит своей репутацией. Он никогда не станет связываться с женатым гэром. Советую тебе оставить эти глупости и уйти, пока мы тебя снова не увидели. Это бесполезно.

Тон был мягким, будто он искренне хотел помочь, но это же полный бред!

Мяо Хэ… Мяо Хэ тут же посмотрел на вторую тетушку Ян и увидел, что ее лицо потемнело. Он хотел было все объяснить, но она уже начала:

— Что за чушь ты несешь? Мы здесь уже давно, это вы сами подошли! И еще смеете говорить такое? Что, вся улица теперь ваша, и все должны вам уступать?! Читающий человек, а подходит к замужнему гэру и несет такую чепуху! Видно, книги тебе не впрок!

Замужние и незамужние гэры носили разные прически – у первых не было косы.

Студент опешил от такой реакции.

— Тетушка, вы, кажется, не поняли. У меня есть основания так говорить, это не просто…

Вторая тетушка Ян резко встала, упершись руками в боки:

— Ты знаешь, кто я такая?!

Студент растерялся, и Мяо Юань поспешил вмешаться. Он вежливо поклонился:

— Вторая тетушка Ян, давно не виделись. Я слышал, что брат Ян недавно болел. Надеюсь, ему уже лучше?

Примечание автора:

Мин Юань — литературное имя Мяо Юаня.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 21. Нанять самого себя

Мяо Юань даже не заметил Мяо Хэ. Смысл его действий был очевиден.

Вторая тетя Ян несколько раз хмыкнула:

- С его здоровьем все отлично. Сегодня я пришла сюда с братом Хэ, чтобы купить ему  еще немного питательных добавок, но кто знал, что стоит мне выбрать этот дешевый чайный киоск, чтобы сделать перерыв и выпить чаю, кто-то подойдет и начнет говорить всякую чушь! Он даже велел нам обходить его и не попадаться на глаза. О боже, что это за великий человек?

Сокурсник по имени Фан Цзе, который пришел первым, понял, что это старейшина семьи Ян. Неважно, были ли его слова поняты неправильно или нет - это другой вопрос, но он сказал их прилюдно и заслужил ответную брань. Юноша неудержимо покраснел.

Мяо Юань натянуто улыбнулся и сделал вид, что не услышал издевки:

- Поскольку мы сегодня случайно встретились, почему бы мне не угостить вас этим чаем?

- Не нужно! Боюсь, что если ты купишь нам чай, то потом будет еще больше проблем! Для всех будет лучше, если все будет ясно и прозрачно! Брат Хэ, почему бы тебе не пойти и не рассчитаться с хозяином за чай, нам уже почти пора идти! – сварливо приказала вторая тетя Ян.

Мяо Хэ ответил и с ничего не выражающим лицом покинул поле боя.

Конечно, желая избавиться от плохой репутации первоначального владельца тела, Мяо Хэ хотелось бы стукнуть кулаком по столу и усмехнуться: «Что за чушь ты здесь молотишь? Я никогда еще не видел настолько толстокожего человека, который бы так расхваливал себя. Ты что, Великая стена?» Но прошло всего несколько месяцев с тех пор, как он «исправился», и он все еще беспокоился, что его заподозрят, когда он вот так изменит свое первоначальное поведение.

Особенно осторожным надо быть с Мяо Юанем - он провел с первоначальным владельцем тела много лет и был хорошо знаком с его характером. Его нельзя было сравнить с семьей Ян. Если несоответствие его поступков будет слишком очевидным, Мяо Юань заметит это лучше, чем Ян Далан.

Поэтому Мяо Хэ решил пока смириться с этим, ведь впереди предстоят еще долгие дни. День за днем, люди постепенно увидят его настоящего, и однажды эта репутация рухнет сама! Что касается этого мерзавца, то если Мяо Хэ будет жить лучше него, - это самый лучший вариант мести!

Обе стороны разошлись в мрачном настроении.

На обратном пути у расстроенной тети Ян было не очень хорошее выражение лица. Увидев, что Мяо Хэ тоже погрустнел, она со вздохом сказала:

- Тетя верит в тебя, так что не думай об этом слишком много. Что было раньше – уже в прошлом, а что касается того, как обстоит дело сейчас, я точно вижу разницу.

Мяо Хэ был немного удивлен, он думал, что вторая тетя Ян просто защищает его перед другими, а на самом деле думала точно так же. Он хотел что-то объяснить, прежде чем они сядут в повозку, но не ожидал услышать эти слова.

- ....Спасибо, вторая тетя.

- За что ты благодаришь? Я вижу, ты умеешь выращивать овощи, чтобы прокормить семью, трудишься ради домашнего хозяйства, продумал все, что нужно купить. Ты также заботишься о Далане от всего сердца У меня есть глаза и я вижу, что вы с Даланом можете жить в мире, - хоть тетушка Ян сказала это, но тайком бросила взгляд на родинку на запястье Мяо Хэ.

Она все еще светлая. Увы, эти двое детей все еще не сделали этого.

- Тогда Далан...

- Сначала вернись к себе и хорошенько объясни ему все. Далан не хотел бы услышать об этом из уст других. Он такой человек - будет молчать и не спросит, когда что-то услышит. Ты понял?

При упоминании Ян Далана Мяо Хэ сразу вспомнил сцену перед отъездом из дома. Его лицо обдало жаром и он что-то неопределенно промычал в ответ.

Когда они вернулись в деревню, тетя Ян помогла донести сумки до дома Мяо Хэ, а Ян Далан ждал у двери. Конечно, никто не позволил ему нести тяжести.

Перед тем как вторая тетя Ян ушла, Мяо Хэ отдал ей одну из коробок с пирожными из бобов мунг, которые он купил в городе, сказав, чтобы она отнесла их детям домой. Это был редкий случай, когда тетя Ян не стала отказываться и приняла угощение. Похоже, это было сделано для того, чтобы успокоить сердце Мяо Хэ. Чем больше времени Мяо Хэ  проводил с ней, тем лучше узнавал. По сравнению с его родной матерью, вторая тетя вела себя как настоящая семья.

Тем вечером Мяо Хэ, которого мучила совесть, приготовил свою знаменитую лапшу с помидорами и яйцом.

Сначала он взбил яйца, обжарил в кунжутном масле и отставил в сторону. Затем он перемешал чеснок и имбирь с нарезанными помидорами, добавил воду, сахар, немного соевого соуса и несколько оставшихся куриных костей и тушил на медленном огне. Когда помидоры разварились, он бросил в кастрюлю яичницу. Маслянистый аромат из желтка проник в суп, добавляя еще один вкус. Наконец, он добавил в суп лапшу, и простое и вкусное блюдо из лапши с помидорами и яйцом было готово.

В супе имелась освежающая кислинка и сладость, присущая свежим помидорам. Соленый аромат кунжутного масла и яиц смешался вместе с нежной лапшой из чистой белой муки. Мяо Хэ ел так, что у него вспотел кончик носа. Увидев, что Ян Далан также ест с удовольствием, он заколебался, не зная сказать ли это сейчас, или подождать некоторое время.

... человек ест с таким аппетитом, можно и подождать немного.

На самом деле, с того момента, как он вернулся домой, Мяо Хэ искал подходящий момент. Он ничего не боялся, но чувствовал, что атмосфера между ними была очень хорошей. Ян Далан не очень охотно отпустил его в город, и Мяо Хэ не был уверен, была ли причина в этом. Но тетя Ян была права, напомнив ему, что лучше пусть он скажет это сам, чем Ян Далан услышит это от других.

Мяо Хэ не знал, что чем больше он беспокоится о чьих-то эмоциях, тем важнее этот человек в его сердце.

Дотянув до конца ужина, и даже прикончив целую коробку пирожных с зелеными бобами, Мяо Хэ взял Да Бая для храбрости, поджал губы и наконец сказал:

- Когда мы сегодня с второй тетей ходили в город, мы случайно встретили Мяо Юаня. Это было случайно! - Да Бай немного боролся в его руках, но с удовольствием ел пирог с зелеными бобами.

Выражение темных глаз Ян Далана было несколько неуловимым при свете масляной лампы.

- А потом?

Мяо Хэ честно рассказал о состоявшемся разговоре. Это должно было подготовить Ян Далана, поэтому он должен был сказать все.

Ян Далан только сказал:

- Ты вернулся расстроенный. Из-за этого?

Мяо Хэ было немного не по себе:

- ... Это так очевидно?

Ян Далан кивнул. Затем наступила тишина, так что было непонятно, о чем он думает.

Мяо Хэ боялся, что он будет слишком много думать об этом, поэтому не удержался и подошел ближе:

- Я действительно пошел в этот чайный киоск не для того, чтобы кого-то ждать. Я не знал, что в их школе выходной. Если бы я знал, я бы не поехал сегодня в город.

Ян Далан посмотрел на Мяо Хэ и спокойно спросил:

- Почему тебе нужно прятаться?

Мяо Хэ поперхнулся. Я просто беспокоюсь о тебе, понятно!

В этот момент Ян Далан внезапно протянул руку, чтобы подтащить гера к себе. Из-за этого вес Мяо Хэ стал неустойчивым, и он слегка оперся на колени Ян Далана, а Да Бай с мяуканьем отпрыгнул в сторону. Мяо Хэ немного занервничал, неуклюже пытаясь встать.

- Твоя травма...

Но все остальные слова были заблокированы губами Ян Далана.

Ян Далан повернул голову в сторону, и, словно высматривая добычу, одним укусом впился в рот Мяо Хэ. И это было совсем не похоже на небрежный утренний поцелуй. Это было глубокое, плотное, обжигающее, влажное прикосновение, тщательно рассчитанный захват.

Мяо Хэ в полном замешательстве сидел на коленях у мужчины. Он пытался бороться, из-за чего мужчина схватил его за затылок, прижимая к себе все крепче и углубляя поцелуй.

Конечности Мяо Хэ потеряли силу, сердце бешено колотилось, дыхание сбилось, а в голове царила путаница. Пока его не освободили, Мяо Хэ не знал, насколько ошеломленным было выражение его лица, каким прерывистым стало дыхание и как крепко его пальцы сжимали воротник рубашки Ян Далана.

Ян Далан прижался к губам Мяо Хэ, орошая его лицо своим теплым дыханием. Он сказал:

- Ты мой гер. Просто запомни это в своем сердце.

——

На следующий день Мяо Хэ проснулся и завертелся как белка в колесе.

Он некоторое время возился с живой почвой, затем отправился на овощную грядку, чтобы посадить новые овощи, удобрил грядку тем, что произвела живая почва, накормил цыплят и Да Бая. Наконец, он скрылся на кухне, сказав, что приготовит Ян Далану тушеные свиные ножки с зеленым луком. Тушеные свиные ножки обладают эффектом восполнения крови и уменьшения отеков, что делает их идеальной диетической добавкой для Ян Далана.

Следует простить Мяо Хэ за то, что он не справился с этой сценой. Какой именно сценой? Той самой, когда его поцеловали накануне вечером.

На следующий день он проснулся как ни в чем не бывало и принялся раскладывать дрова, рис, масло и соль, как будто ничего не случилось. В своей предыдущей жизни Мяо Хэ никогда не имел отношений с женщиной, так как тайно скрывал свою сексуальную ориентацию и никогда не говорил об этом. Как он мог справиться с таким трудным переходом?

Сегодня утром, когда ему пришлось встретиться лицом к лицу с Ян Даланом, ему было так не по себе, что он хотел спрятаться. Ян Далан, казалось, не беспокоился по этому поводу. Достаточно было взглянуть на порозовевшее лицо маленького гера, чтобы понять, что у него на уме.

Пока по дому плавали розовые пузырьки, в самой известной чайной «Ян Шуй», в ВИП-комнате «Тянь Цзы Фан», было холодно, как зимой.

- Это блюдо - еще раз, и это.

Элегантно украшенная комната на верхнем этаже была отделана шелком высочайшего качества и самой изысканной резьбой. Внутри сидел серьезный старик в синем халате с узором долголетия, а позади него выстроилась шеренга хорошо одетых охранников. Старик положил палочки для еды и сказал.

В этот момент стол перед стариком был полон вкусных блюд. От них шел горячий пар, но количество каждого блюда уменьшилось совсем незначительно. Только два блюда, на которые указал старик, были съедены более чем на треть.

Блюда даже не были съедены, так почему же их велят подавать снова? Управляющий чайной, господин Цзинь, который ждал в стороне, не посмел оспаривать заказ и задавать вопросы, а почтительно вышел из комнаты и поспешно передал распоряжение персоналу.

Официант тихо ответил и пошел на кухню, чтобы передать заказ.

- Комната «Тянь Цзы Фан», добавьте Ассорти из жареных овощей* и тушеные овощи с устричным соусом*!

Шеф-повар Сюй Вэй, который отвечал за кухню, закричал:

- Принято! Осталась еще та вчерашняя коробка с овощами? Быстрее несите сюда!

Второй повар вытер пот и немного занервничал:

- Мастер Сюй, в этом ящике осталось только две горсти капусты, а зелень у нас вообще закончилась!

Сюй Вэй нахмурился:

- Найдите другие овощи. Поторопись!

- Да!

Повару не потребовалось много времени, чтобы приготовить два блюда и немедленно отправить их в гнетущую атмосферу комнаты «Тянь Цзы Фан». У сидевшего внутри старика глаза были полузакрыты, а руки сложены, он даже не шевелил палочками, как будто ждал двух блюд, которые только что заказал.

Управляющий Цзинь не смел дышать, он опустил руки и не знал, что и думать. Официант, который принес блюда, тихо вздохнул и почтительно поставил их на стол:

- Ассорти из трех овощей и тушеная зелень с устричным соусом, которые вы заказали. Пожалуйста, наслаждайтесь.

При этих словах глаза старика медленно открылись, он поднял палочки и взял по одной порции. Свежая жареная капуста расцвела у него во рту хрустом и слегка пряным ароматом весенних побегов, и старик кивнул. Но когда настала очередь тушеной зелени с устричным соусом, старик прожевал кусочек, а затем бросил свои палочки на стол!

- Иди на кухню и приведи сюда повара.

Управляющий Цзинь почувствовал, как по его спине струится холодный пот, поэтому он почтительно ответил и поспешно отправил кого-то на поиски. Через несколько мгновений Сюй Вэй, главный повар, заместитель главного повара, второй повар и ответственные за десерты были вызваны в «Тянь Цзы Фан» и выстроены в ряд! К счастью, эта комната была достаточно большой, чтобы в ней не было тесно от большого количества людей. Но все они хотели прижаться друг к другу для храбрости.

- Вы придумали эти новые блюда и хотите превзойти  пудинг из тофу из ресторана «Дахе»? Я спрашиваю вас, вы все уже ели пудинг из тофу? - видя, что никто не осмеливается ответить, старик велел, - Управляющий Цзинь, немедленно попросите кого-нибудь купить пудинг и дайте всем этим людям попробовать, чтобы разбудить их мозги.

- Но даже без пудинга из тофу эти блюда все равно не представляют собой ничего нового, - тон старика был легким, но содержание очень резким.

- Правильное время, правильная еда, - боюсь, вы все забыли этот принцип. Подавать лучшие блюда сезона в нужное время - вот основная цель чайного дома «Ян Шуй». Посмотрите, что у вас получилось: все свалено в кучу, напыщенное и невзрачное. Я бы не захотел заказать их, даже если бы они продавались в придорожном ларьке.

- Единственное, что еще съедобно - это свежеобжаренное Ассорти из трех овощей и тушеная зелень с устричным соусом. Блюда не новые, но ваша заслуга в том, что вы смогли найти хорошие ингредиенты. Когда тушеную зелень подали во второй раз, они были старыми и измельченными, а не свежими и нежными, как в предыдущий раз. Что случилось с качеством?

Единственные из всех поданных блюд, которые прошли оценку, были приготовлены Сюй Вэем. Он почувствовал облегчение и поспешно ответил:

- Я только вчера купил эти овощи, и их было немного и сегодня они закончились. Поэтому мы использовали другие для замены.

- Нет, гости не дураки, и не надо относиться ко всем как к дуракам. Если они знают, что это хорошо, то будут заказывать больше, а потом обнаружат замену. Сможете ли вы найти оправдание?

- ... То, что сказал старейшина Цю, верно, - хором ответила группа людей, получивших выговор.

- Тогда поспешите найти поставщика овощей. В будущем мы купим у него все, что есть. Если мы можем получить такие хорошие ингредиенты, то чего бояться пудинга из тофу в ресторане «Дахе»? Если мы примем их вызов, мы понизим наш статус, но нельзя позволять людям думать, что мы боимся. Управляющий Цзинь, ты можешь это сделать?

Управляющий так поспешно согнулся, что его талия почти переломилась пополам:

- Конечно! Я не посмею подвести вас!

Старик, известный как Цю Лао, холодно оглядел толпу и сказал:

- Не подведите меня, - после чего ушел.

После этого случая весь чайный дом «Ян Шуй» сразу же отследил происхождение коробки с овощами. Когда Ву Мянь нес овощи, он не особенно избегал глаз и ушей людей. Вскоре к Ву Мяню подошел управляющий чайного дома «Ян Шуй» господин Цзинь.

- Хотите и дальше покупать эти овощи? - Ву Мянь закатил глаза, - Конечно, ребята, вы можете просто купить их у меня!!! Я знаю это место, я позабочусь о том, чтобы достать овощи!!!

Лицо управляющего Цзиня при этом помрачнело. Неужели этот Ву Мянь хотел нажиться на нем?

*Лапша с помидорами и яйцом

*Ассорти из трех овощей

*Тушеная зелень в устричном соусе

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 22. Хорошие овощи

Если бы это были обычные поставки овощей, управляющий Цзинь, возможно, не придал бы особого значения тому, что кто-то наживается на этом. В конце концов, главное, чтобы чайная сочла закупочную цену разумной, а как именно договариваются с крестьянами – это их дело.

Но на этот раз все иначе!

Даже старик Цюй, который редко появляется в чайной, лично попробовал эти овощи и одобрил их. Теперь они просто обязаны найти того, кто их выращивает! Иначе, если жадный У Мянь позже узнает, что источник этих овощей – один из козырей чайной, разве он не станет шантажировать, требуя еще больше повысить цену?!

Управляющий Цзинь сузил глаза:

— Брат У, твои слова звучат не очень искренне. Разве мы, владельцы чайной, можем не проверить крестьян, поставляющих овощи? Если вдруг качество упадет, разве мы сможем предъявить претензии тебе? И как ты собираешься нести за это ответственность?

У Мянь не испугался. Работая в усадьбе Лян, он хорошо знал некоторые хитрости.

— Хотя это и так, управляющий Цзинь, но я вижу, что вам эти овощи очень понравились, раз вы так спешите расспрашивать меня. Если у вас есть сомнения в том, кто их выращивает, что мешает просто отказаться от покупки? Ха-ха, честно говоря, я никогда не видел таких аккуратных и красивых овощей – они действительно редкие!

Не говоря уже о том, что один ящик был продан более чем за три угла серебра – почти как две курицы! Овощи в обмен на кур – таких ценных овощей он еще не встречал!

Управляющий Цзинь сдержал гнев, его веко дернулось:

— Назови нам того крестьянина, и чайная заплатит тебе три ляна серебра. Как насчет этого?

Но У Мянь, думая о будущих непрерывных доходах и уверенный, что они все равно не смогут выяснить источник овощей, решительно покачал головой:

— Ни за сколько лян! Управляющий, разве вы ради сиюминутной выгоды откажетесь от долгосрочной прибыли?

Лицо управляющего Цзиня потемнело:

— Ты думаешь, мы не сможем сами выяснить?!

У Мянь ухмыльнулся и пожал плечами, думая про себя: «Конечно, не сможете». Он сам еще не успел расспросить второго повара. Но если чайная пошлет людей в усадьбу Лян, они, скорее всего, узнают только о дяде второго повара. Ведь когда он выносил ящик, использовал очень заметную коробку. А эту коробку второй повар, видимо, выбрал специально, чтобы никто не заметил, что он вернул такие хорошие овощи. Так что настоящий источник, вероятно, знает только второй повар.

Управляющий Цзинь взмахнул рукавом:

— Восемь лян! — Восемь лян – этих денег хватило бы, чтобы нанять служанку, или это примерно двухгодовой заработок жителя городка!

У Мянь сделал серьезное лицо:

— Даже за десять лян я не скажу. Управляющий Цзинь, вам лучше хорошенько обдумать мое предложение.

В чайной управляющий Цзинь был важной персоной – он организовывал места для чиновников и знати, и многие ему льстили. Впервые его так ловко обыграл какой-то мелкий служка, и от злости его лицо позеленело:

— Хорошо. Я обдумаю! — Опытный и дипломатичный управляющий Цзинь все же не стал грубить. Бросив эти слова, он сразу же отправился в усадьбу Лян!

А У Мянь не торопился. Он ждал, когда начнут расспрашивать. Он был уверен, что второй повар не скажет правды, и после того, как люди все узнают, он сам пойдет к нему за информацией. Конечно, придется поделиться прибылью, но зато это предотвратит ситуацию, когда второй повар, желая получить выгоду, начнет шантажировать его до того, как придет управляющий Цзинь!

У Мянь так звонко щелкал на счетах. Но он не знал, что управляющий Цзинь, хоть и выглядит добродушным, не мог бы стать управляющим чайной без твердой хватки. Он всегда тщательно выстраивал связи, и усадьба Лян тоже была в числе его знакомых.

Поэтому управляющий Цзинь не стал расспрашивать привратников – он отправил визитную карточку и через несколько дней явился к самому старшему Ляну, напрямую спросив, от какой семьи поступили овощи в том ящике, который вывезли из усадьбы Лян в определенный день? Ведь это дело поручил старик Цюй, и тут нельзя было ошибиться.

— Овощи? Какие овощи? Я ничего об этом не знаю, — растерялся старший Лян.

Управляющий Цзинь твердо стоял на своем:

— Ошибки быть не может. Овощи вывез ваш работник, а я потом внимательно осмотрел ящик – у него особые водонепроницаемые крепления по краям, разве это не фирменные ящики усадьбы Лян? Сегодня я даже специально приказал принести его сюда, он сейчас у ворот. Хотите взглянуть?

Старший Лян, помимо недоумения, заинтересовался. Если управляющий Цзинь так тщательно ищет эти овощи, значит, они необычные. Он кивнул:

— Тогда давайте принесем его сюда.

И когда ящик принесли, он... Да это же тот самый ящик, который недавно отправили в дом брата Яна!

Как он смог так точно определить? Потому что, кроме особых креплений, его еще и покрасили в красный цвет по просьбе жены. Обычно они использовали черные ящики, но жена решила, что для больного этот цвет слишком мрачный, и велела перекрасить.

И тогда у старшего Ляна появилось еще больше вопросов.

Но, узнав происхождение ящика, выяснить остальное было уже легко. Он пропустил второго повара и У Мяня – он даже не знал, какую роль они сыграли в этой истории, – а вызвал привратника, который был в тот день на смене, и спросил, когда этот ящик доставили в усадьбу Лян.

Сверившись с управляющим, все быстро прояснилось. Оказалось, что это действительно Хэ-гэр из семьи Ян, по рекомендации Цзи Гуана из больницы, прислал эти овощи!

Старший Лян сразу оживился:

— Брат Цзинь, раз эти овощи изначально предназначались для моего Хутоу, вы же не можете отобрать у нас это удовольствие? Если Хутоу любит их, нужно хотя бы немного оставить для усадьбы Лян, как вы считаете?

Управляющий Цзинь, только что обрадовавшийся, теперь столкнулся с еще более хитрым оппонентом. С горечью он согласился:

— Конечно, для молодого господина нужно выделить немного, – но остальным ничего не достанется!

Старший Лян, еще не понимая, что упустил, улыбнулся:

— Вот и хорошо. Я очень рад, что смог помочь брату Яну наладить эту связь. Раз уж так получилось, если у вас, брат Цзинь, есть время сегодня, почему бы нам не отправиться прямо в деревню Мяо?

Управляющий Цзинь сиял от радости:

— Отличная идея! Огромное спасибо за помощь, брат Лян!

Не теряя времени, старший Лян велел приготовить повозку, и они с управляющим Цзинем отправились прямиком к дому Ян Далана.

В это время Мяо Хэ наконец преодолел смущение и мог нормально разговаривать с Ян Даланом. Он как раз готовил обед – тушеную капусту с ароматным бульоном. В блюдо добавили сушеные креветки, грибы сянгу, сушеную рыбу, которые прислали из усадьбы Лян, а также свинину, чеснок и пекинскую капусту, выращенную на «живой земле».

Ради выздоровления Ян Далана Мяо Хэ специально положил в блюдо свиную кожу, чтобы добавить желирующих веществ. Густая, ароматная похлебка с мягкими ингредиентами – когда крышку подняли, аппетитный запах распространился даже до ворот, где стояли гости.

Еще не постучав, управляющий Цзинь оживился:

— Что это за чудесный запах?! Капуста? Наверняка тушеная капуста! В это время года капуста могла быть только прошлогодней, сохраненной с зимы!

Старший Лян смутился. Он так обрадовался, что забыл о времени. Жена всегда ругала его за нетерпеливость, и вот он снова ошибся:

— Мы пришли во время обеда, может, прогуляемся немного и тогда постучим? — Из-за того, что Ян спас его жену, он относился к Ян Далану как к равному и не хотел проявлять неуважение.

Но управляющий Цзинь, увидев цель прямо перед собой, не мог сдержаться:

— Конечно, это немного невежливо, но мы же не собираемся просить еды, мы просто поговорим и уйдем. Тем более, я пришел от имени чайной с искренними намерениями. Думаю, брат Ян нас простит.

Но прежде чем старший Лян успел ответить, ворота открылись. Шум повозки был довольно громким, и Мяо Хэ внутри дома сразу заметил его. Ему стало интересно, почему слышна повозка, но никто не стучит – ведь вокруг только их дом. Он вышел посмотреть.

Затем Мяо Хэ встретил гостей и проводил их в главную комнату. Действительно, было время обеда, и Ян Далан уже пересел с лежака за стол. На столе стояла большая миска тушеной капусты, две пиалы с рисом и черный котенок Дабай, который уже ел у стола, виляя хвостом.

Увидев гостей, Ян Далан поднялся, чтобы поприветствовать их, но старший Лян остановил его. После обмена любезностями и представлений все сели за стол.

— Как раз время обеда, вы уже ели? Если нет, присоединяйтесь! — с радушием предложил Мяо Хэ. Визит старшего Ляна означал, что с его овощами все в порядке!

— Не стоит беспокоиться. Это мы проявили бестактность, явившись в такое время, — поспешно сказал старший Лян.

Управляющий Цзинь не сводил глаз с тушеной капусты. Он был не из тех, кто жаден до еды, но это же явно свежий урожай! Если подтвердится его качество, будет проще отчитаться перед стариком Цюем. Соблюдая приличия, он сразу не согласился, но и не отказался.

Мяо Хэ улыбнулся:

— Не стесняйтесь! Просто добавим еще риса! Я приготовил целую кастрюлю, точно хватит.

Не дав гостям отказаться, Мяо Хэ быстро направился на кухню и вернулся с двумя дополнительными пиалами риса и палочками. Ян Далан тоже вежливо пригласил гостей присоединиться.

Старший Лян заколебался. Он не был голоден, но сейчас почувствовал, как урчит живот. Аромат тушеной капусты на столе был восхитителен! После нескольких церемонных отказов, увидев, что хозяева уже подают приборы, он наконец уступил.

Едва попробовав капусту, старший Лян поразился – целые листья легко разделялись палочками. Он сглотнул слюну. А когда отправил кусочек в рот, нежная текстура, тающая на языке, сладковатый привкус капусты и идеально сбалансированные специи с добавками заставили его понять, почему управляющий Цзинь так настойчиво искал источник этих овощей.

Управляющий Цзинь тоже ел с удовольствием, слегка прищурившись.

Вот они! Старик Цюй, как всегда, оказался проницателен и точен!

Они планировали лишь слегка перекусить и поскорее перейти к делу. Но после первого кусочка оба принялись есть всерьез. В середине трапезы Мяо Хэ даже сходил на кухню за второй порцией тушеной капусты.

Старшему Ляну стало немного стыдно, но... раз уж они уже доели половину, не попросить ли добавки? Так он утешал себя, но и вторая миска была съедена подчистую всеми четверыми. «Только бы моя жена об этом не узнала», — мысленно поклялся старший Лян.

Наконец, насытившись, Мяо Хэ подал тарелку помидоров. Эти помидоры были выращены не полностью на «живой земле» – основное растение взрастили на ней, а затем пересадили в огород. Последующие плоды, лишенные влияния «живой земли», были обычного качества.

Мяо Хэ так поступал, потому что любил угощать соседей этими плодами, которые можно есть и как фрукты, и как овощи. Чтобы не вызывать вопросов, он заранее вырастил несколько кустов и периодически угощал вторую тетушку Ян и ее семью.

Подал он помидоры не просто так – к ним был специальный соус из соевого соуса, сахара и тертого имбиря. Сладковато-соленый с легкой остротой, он идеально сочетался с кисло-сладкими помидорами, освежая вкус после жирного блюда.

Попробовав, управляющий Цзинь снова загорелся энтузиазмом. Не в силах сдержаться, он, не закончив есть, перешел к делу.

— По правде говоря, сегодня я упросил брата Ляна привести меня сюда. Моя цель – закупать овощи, которые вы выращиваете. Этот молодой человек недавно отправил ящик овощей в усадьбу Лян, но по ошибке они попали в нашу чайную «Яншуй». Мы остались в восторге от их качества и не смогли ждать, поэтому брат Лян любезно согласился познакомить меня с вами.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 23. Заключение сделки

Лян Юаньваю пришлось вкратце рассказать Мяо Хэ и Ян Далану о тех неприглядных вещах, которые произошли в его доме. Он покачал головой и сказал:

- Это еще и потому, что я плохо управляю своей семьей. Мой сын не получил благословения съесть овощи, добросердечно посланные гером семьи Ян, так что я упустил этот шанс. В любом случае, я хотел бы попросить вас в будущем отправлять немного овощей в особняк Лян. Наша цена определенно будет сопоставима с той, которую дает чайный дом!

Это заявление также было напоминанием господину Цзиню: даже не думайте о том, чтобы занизить цену. Если цена будет ниже, то и дом Лян тоже будет платить меньше? Он не согласился бы на это!

Как мог управляющий Цзинь не понять намек? Но он не чувствовал никакого давления. Теперь он думал только о том, чтобы забрать эти овощи! Ему больше не нужно было смотреть на огород, ни оценивать состояние полей. Если все овощи такие же вкусные, как те, что лежат на столе, что ему определенно не нужно беспокоиться о качестве!

Управляющий Цзинь продолжил:

- Сегодняшние капуста и помидоры очень хороши! Мы возьмем столько, сколько вы сможете вырастить! Ассортимент также не ограничен! Что думают брат Ян и брат Мяо?

Сегодняшняя капуста была особенно вкусна, потому что ее вырастили в живой почве. Мяо Хэ заколебался:

- Сегодняшняя капуста была с предыдущего урожая, так что, естественно, она вкуснее. Но они уже закончились. Если у овощей из нового урожая вкус будет немного отличаться, это нормально?

Раз он так говорит - значит уже почти согласился! Управляющий Цзинь сразу понял, в чем дело, и радостно кивнул:

- Ты действительно искренний человек, младший брат! Я давно управляю чайным домом и, естественно, знаю это! Не говоря уже о сегодняшнем дне, маленькая китайская капуста и зелень рапса, которые вы дали в прошлый раз, были очень вкусными! Это абсолютно нормально!

Мяо Хэ наконец-то почувствовал облегчение и радость. Он не удержался и посмотрел на Ян Далана с гордым и счастливым выражением лица. Ян Далан все еще молчал, но мягкость в его глазах была безмолвной поддержкой и ободрением.

Чуть позже все повернулись к огороду на заднем дворе. Вторая партия овощей вот-вот должна была созреть и их пышная зелень приятно радовала взгляд. Овощи на продажу были посажены с самого начала, и Мяо Хэ намеренно сажал их в то время партиями, чтобы овощи можно было собирать каждые несколько дней для регулярных поставок. Хотя намерения были благими, управляющему Цзиню все равно было очень жаль - этот огород был действительно невелик.

- Гер брата Яна так хорошо выращивает овощи. Почему вы посадили так мало? – не мог не спросить управляющий Цзинь.

Мяо Хэ улыбнулся:

- Раньше у нас дома не было земли. Если мы захотим завести овощное поле, нам все равно придется покупать землю у старосты деревни.

В этот момент Лян Юаньвай преисполнился гордости и поспешно сказал:

- К счастью, среди земель, которые я отдал брату Яну, все еще есть кусок пустоши у подножия горы. Если брат Ян хочет вырастить больше овощей, я думаю, что это было бы вполне подходящим местом.

Чем больше земли, тем больше овощей они смогут посадить и, может быть, их семья Лян сможет получить большую долю.

По дороге сюда управляющий Цзинь уже слышал о событии, познакомившем семьи Лян и Ян и не мог не радоваться:

- Это хорошо, если будут еще овощи, вам не нужно беспокоиться о продажах. Наш чайный дом определенно сможет все это приобрести!

Глаза Мяо Хэ заблестели:

- Тогда, когда Далан поправится, мы обязательно вырастим больше овощей.

Перед тем, как вернуться, господин Цзинь и Мяо Хэ заключили договор о поставках овощей.

Управляющий Цзинь был действительно искренен, и прежде чем официально получить первую партию, он оставил задаток в размере пяти лян. Пять лян - это цена десяти партий овощей, таким образом одна партия будет стоить немного дороже, чем то, что сумел выручить Ву Мянь. Конечно, размер партии будет немного больше, но 50 цяней серебра считается очень хорошей ценой.

Тем не менее, чайный дом «Яншуй» все еще хотел обеспечить качество. После каждой доставки овощи будут проверяться, а за каждый возвращенный овощ будут вычитаться деньги. Бизнес есть бизнес, и эти правила были четко прописаны в договоре. Мяо Хэ не возражал против этого, и договор был подписан обеими сторонами, а дополнительная копия была передана городскому клерку для регистрации, чтобы не возникло споров.

Мяо Хэ не было нужды снова идти в город по этому поводу. Присутствовавший при этом господин Лян сразу же пообещал, что он обязательно доставит копию документа для Мяо Хэ. Поэтому, когда они ушли, не только господин Цзинь получил небольшую коробку помидоров, но и господин Лян также взял с собой небольшую коробку! Они оба возвращались с улыбками на лицах, и Мяо Хэ тоже не переставал улыбаться.

Овощи, которые он вырастил, наконец-то были проданы!

Прищурившись, Мяо Хэ посмотрел на Ян Далана и немного возгордился:

- Я же говорил тебе, что кто-то захочет эти овощи! К тому же это целый чайный дом! Если мы будем поддерживать этот бизнес, то в будущем нам не придется беспокоиться о деньгах!

- Это все твоя заслуга, - кивнул Ян Далан. Это прозвучало как будто с оттенком потери.

Мяо Хэ кашлянул:

- Твоя тоже. Ты разрыхлил почву и выкопал яму для удобрений. Когда мы заложим новые овощные грядки, тебе все равно придется все это сделать.

Ян Далан мягко притянул его к себе и обнял:

- Да. Я все сделаю, - как долго Бог позволит ему иметь такого хорошего гера?

С другой стороны, Мяо Хэ в его объятиях слегка вспыхнул и напрягся. Он думал о том, что вроде как мысленно подготовился, но это было немного неожиданно, не так ли?

Поэтому, когда Ян Далан опустил голову и столкнулся с ним, Мяо Хэ покраснел и отвел взгляд. Однако это было бесполезно, так как затем последовал поцелуй, от которого шея Мяо Хэ покраснела.

Запрокинув голову и схватившись за одежду мужчины, Мяо Хэ растерянно подумал, как, как это случилось снова ....

——

Поездка к семье Мяо Хэ прошла довольно гладко. Управляющий Цзинь вернулся в чайный дом, чтобы отчитаться, и поспешил предложить Старому Цю сокровища -  те помидоры, которые он привез с собой. Что касается Лян Юаньвая, то ему предстояло еще многое сделать. В дополнение к доставке документов Мяо Хэ, в семье обнаружилось два мотылька, с которыми нужно было разобраться.

- Сюй Бяо, хозяин ищет тебя!

Сюй Бяо, второй повар семьи Лян, стянул полотенце, повязанное вокруг талии, чтобы вытереть руки, ответил и поспешил выйти. Направляясь к главному дому, он все еще гадал, неужели господин Лян так доволен овощами его дяди, что хочет увеличить цену?

Когда он пришел в зал в таком настроении, то увидел, что Ву Мянь тоже там. Сердце Сюй Бяо заколотилось, и он почтительно сказал:

- Господин, вы звали меня?

Лян Юаньвай поднял глаза. В городе у него была репутация хорошего человека, но дома он абсолютно четко придерживался своих правил. В противном случае, он не смог бы управлять людьми, которые живут на реке, и успешно вести свой бизнес.

Более того, думая о сцене, когда он велел вымыть помидоры из дома Мяо Хэ и принес их жене и сыну, и они вдвоем с удовольствием поели, Лян Юаньвай действительно почувствовал душевную боль! Такие вкусные овощи! Как он мог потерять большую их часть из-за господина Цзиня! Конечно, он мог бы также отвернуться от господина Цзиня и позволить брату Хэ обеспечивать овощами только себя, но если бы не управляющий чайного дома, боюсь, что у него даже не было бы возможности попробовать эти овощи. Он не такой человек, который рушит мост, перейдя через реку.

Просто чтобы дать жене понять всю картину, Лян Юаньвай, член клуба «Страх перед женами», покачал головой и решил занять самую жесткую позицию, чтобы наказать беззаконие!

- С сегодняшнего дня вам с Ву Мянем не придется работать в особняке. Заберите рассчет у управляющего и проваливайте.

Как только эти слова прозвучали, Сюй Бяо и Ву Мянь застыли на месте!

В следующую секунду они оба опустились на колени.

- Хозяин! За что?!

- Хозяин! Я предан дому Лян, я не сделал ничего плохого!

Лян Юаньвай холодно сказал:

- Один украл овощи, а другой продал их. Я не принимаю людей с нечистыми руками и совестью. Можете также сказать семье Фэн, что с завтрашнего дня им не нужно присылать овощи. На этом все.

Когда прозвучало последнее предложение, высокие охранники, ожидавшие с обеих сторон, вышли вперед и вытащили людей. Для Лян Юаньвая этот вопрос можно решить в двух предложениях. Но для Сюй Бяо и Ву Мяня это был гром среди ясного неба! Они все еще были в замешательстве, когда их вытащили за пределы дома.

Когда Сюй Бяо отреагировал, он с волнением схватил Ву Мяня за грудки и выругался:

- Разве ты не позаботился обо всех этих овощах! Что происходит?! Как это могло быть обнаружено!

Ву Мянь был вероломным человеком, но в основном он боялся прямого столкновения. Увидев, что Сюй Бяо выглядит так, как будто собирается съесть его заживо, он пробормотал:

- Я, я не знаю. Я просто отнес их в чайный дом и продал. Что еще я мог сделать?

- Чайный дом!? - Сюй Бяо уставился на него, вспоминая красивые и аккуратные овощи, и сказал со злостью и ненавистью. - Ты тупой ублюдок! Ты продал их в чайный дом, и думал, что они не смогут их отследить!?

В этот момент Ву Мянь окончательно вырвался из хватки Сюй Бяо.

- Только если продать их в чайный дом, можно получить хорошую цену. Я не знал, что эти люди смогут узнать. Разве это не вы положили те овощи в коробку? А теперь меня обвиняете в утечке?

- Коробка? - в голове Сюй Бяо промелькнула мысль, и его лицо изменилось, он наконец-то понял, где он ошибся!

Эта коробка с овощами была странной от начала до конца! Он еще подумал, что она выглядит знакомо, разве это не та самая коробка, которую семья Лян использовала для своих подарков! Он даже не подумал об этом, и просто по глупости позволил вынести овощи прямо в коробке!

Ву Мянь сказал в этот момент:

- Кроме того, я сделал, как вы приказали. Вы втянули меня в это, я же не знал, что вы украли эти овощи! Если бы я знал это, разве стал бы я вам помогать! Теперь, когда у меня нет работы, как я могу вернуться домой к жене и ребенку? Вы должны как-то компенсировать мне.

- Ты же взял все деньги за продажу овощей!

- Как этих маленьких денег может быть достаточно? Нет, если вы не признаетесь, я буду каждый день приходить к вам домой и поднимать шум!

- О чем ты собрался поднимать шум! С самого начала именно я помог тебе получить здесь работу! Если у тебя сейчас нет работы, значит, сам не справился, что ты можешь сказать! Хочешь создать проблемы? Ну же, кого мне теперь бояться?! Мне все еще нужно сообщить семье Фэн, так что проваливай!

- Разве вы не отплатили мне за услугу, устроив сюда на работу?! Выкладывайте все вместе!!!

Они спорили перед домом Лян, поэтому через некоторое время их прогнали охранники. Несмотря на это, эти двое все еще ругались друг на друга, и, возможно, это было единственное, что они могли сделать в данный момент.

После этого прошло еще около месяца, в течение которого Мяо Хэ четыре раза доставлял овощи. Всякий раз отправляясь в город, он не забывал взять немного хорошего женьшеня бедняка и смешать его с женьшенем, выращенным в живой почве, чтобы обменять у аптекаря на серебро. Он не решался подмешивать слишком много, только одно или два растения за раз. Постепенно накапливая деньги от их продажи, он смог заработать больше одного ляна. Это была неплохая сделка.

В течение этого месяца доктор Цзи также приезжал на очередную консультацию. После последнего визита Ян Далана наконец освободили от всех запретов, сняли с его груди повязки и сказали, что он хорошо поправляется и может заниматься легкой работой.

В это время года погода становилась все более жаркой и на полях созревало все больше овощей. В дополнение к капусте и зелени редис и салат-латук также начали давать урожай. Помидоры выращивались постоянно. Видя большой спрос на помидоры в чайном доме, Мяо Хэ использовал живую почву, чтобы ускорить созревание нескольких растений и по очереди пополнил грядки. Конечно, дом Лян тоже не остался в стороне.

Даже Да Бай вырос на молодых листьях и овощах из котенка размером в одну ладонь в большого кота. Теперь у него была голова тигра и мозг тигра, и он старался поцарапать все, что видел, став очень непослушным. К счастью, он смотрел только на овощи, произведенные на живой почве, и не причинял вреда остальным овощным грядкам Мяо Хэ. В противном случае кошка, которая должна была ловить мышей, стала бы главным вредителем во дворе.

Что касается отношений между Мяо Хэ и Ян Даланом... Мяо Хэ не знал, на какой стадии они находятся. Но судя по все более частым прикосновениям Ян Далана, Мяо Хэ всегда чувствовал, что там, внизу, давит вулкан. Он не знал, когда произойдет настоящее извержение, и немного боялся.

В то утро Мяо Хэ был на заднем дворе и рыхлил почву. Каждый день он должен был сажать партию женьшеня, чтобы приготовить чай для Ян Далана. Но сегодня все было на удивление по-другому! Как только он выкопал женьшень, перед его глазами внезапно вспыхнул белый свет!

Мяо Хэ был ошеломлен, обнаружив, что живая почва, которая была в земле, вернулась в его руку! А когда он присмотрелся повнимательнее, то обнаружил, что живая почва, которая изначально была одним шариком, превратилась в два шарика! И второй был того же размера, что и оригинальный!

Это обновление почвы?

Мяо Хэ был настолько поражен, что поспешно бросил оба комка в почву и проверил их с помощью растения под рукой! Ответ был действительно правильным! Теперь у него может быть два участка живой почвы!

Не задумываясь, Мяо Хэ поспешно направился к Ян Далану. Мужчина разбирал свое давно не используемое охотничье снаряжение на переднем дворе. Когда Мяо Хэ взволнованно закончил говорить, он увидел, что Ян Далан вовсе не выглядит счастливым, а только серьезным, с оттенком терпения в глазах. Наконец, он встал, подхватил Мяо Хэ на руки и вошел в дом.

Мяо Хэ был полон вопросов:

- Что случилось? Не неси меня, я тяжелый, отпусти!

Ян Далан прошел прямо в спальню и положил гера на кровать. После этого он непосредственно лег на Мяо Хэ. Однако Мяо Хэ не мог даже открыть рот, чтобы спросить. С нетерпением Ян Далан заткнул ему рот так глубоко, что это обожгло его мозг.

Он не мог больше ждать. Его гер принадлежит ему.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 24. Деревенское собрание

Мяо Хэ очнулся только к вечеру.

Все утро его «обрабатывали» так усердно, что к концу он уже покрасневшими глазами умолял остановиться, но это лишь разжигало Ян Далана еще сильнее. Поначалу он боялся сопротивляться, чтобы не потревожить его раны, но под напором этого «горного великана» его душа просто улетела прочь.

Вспоминая утренние события, Мяо Хэ снова почувствовал, как по телу разливается жар. Затем он заметил, что его обтерли, и постельное белье сменили. Значит, после... Мяо Хэ снова покраснел и закутался в одеяло.

Дверь открылась, и вошел Ян Далан с большой миской каши. Их взгляды встретились.

— Сварил кашу. Ешь.

Теперь он снова выглядел спокойным и немногословным – совсем не таким, каким был утром: властным, нетерпеливым, настойчиво шептавшим его имя.

Обнимая одеяло, Мяо Хэ неловко спросил:

— Что случилось?

Ян Далан не ответил. Он поставил кашу на стол, подошел к кровати и наклонился, чтобы взять Мяо Хэ на руки вместе с одеялом. Но почувствовал, как тот напрягся.

Взгляд скользнул по белой шее, усеянной следами страсти. В глазах Ян Далана мелькнуло сожаление, но он все же усадил Мяо Хэ, прислонив к стене.

— Я покормлю тебя, — сказал он, возвращаясь с миской.

Мяо Хэ смотрел на Ян Далана, не чувствуя злости. Он давно готовился к этому дню – с того момента, как согласился быть с ним. В его сердце жили любопытство и легкий страх перед неизвестным.

Теперь, когда это произошло, он просто чувствовал неожиданность.

Он не ждал от Ян Далана признаний или нежных слов. В их мире брак заключался на всю жизнь, и он постоянно ощущал его заботу. Для Мяо Хэ этого было достаточно, чтобы тронуть сердце.

Он хотел дать Ян Далану те же чувства. Но утром тот явно нервничал.

Как и в те моменты, когда его прикосновения становились слишком горячими и сдерживаемыми. Почему?

— Почему? — снова спросил Мяо Хэ мягко, без упрека.

Ян Далан, увидев его вопрошающий взгляд, впервые опустил глаза, чтобы скрыться. Он зачерпнул ложку каши, подул на нее и поднес к губам Мяо Хэ.

Тот вздохнул про себя: «Как и говорила вторая тетушка: натуральный запечатанный кувшин». [прим. ред.: досл. идиома «悶葫蘆» [мэньхулу] – закупоренная тыква-горлянка, обр. а) тайна, загадка, б) молчун; рот на замке; нем как рыба]. Раз он молчит, остается лишь догадываться самому?

Пока его кормили, Мяо Хэ пытался вспомнить, что послужило спусковым крючком.

Перед тем как оказаться на кровати, он как раз обнаружил изменения в «живой земле».

«Живая земля»... «Живая земля»!

Озарение пришло внезапно, и Мяо Хэ едва не закатил глаза.

Неужели Ян Далан снова подумал, что он улетит к небожителям? Но обычно он же не был таким иррациональным. Хотя «живая земля» сама по себе противоречила логике. Может, древние действительно не могли принять ничего сверхъестественного?

Он посмотрел на непоколебимое лицо Ян Далана.

Как... мило.

Мяо Хэ склонил голову набок и принял очередную ложку.

Когда каша закончилась и Ян Далан вернулся после мытья посуды, Мяо Хэ сидел в той же позе и смотрел на него.

Молчание Ян Далана дало трещину.

— Отдохнешь еще? — неуверенно спросил он.

На этот раз Мяо Хэ не ответил.

Ян Далан наклонился, чтобы уложить его, но Мяо Хэ высвободил руки из-под одеяла, обнажив еще больше синяков на белой коже – следов утренней страсти.

Как и тогда, он обнял Ян Далана за шею.

— Я никуда не уйду, — сказал Мяо Хэ.

Ян Далан тут же прижал его к себе так сильно, что стало больно. Мяо Хэ понял, что разгадал его.

Он все еще не до конца понимал причину, но был тронут такой заботой.

— ...Разве раны не болят?

— Нет.

— В следующий раз... не переусердствуй.

Последняя напряженная струна в душе Ян Далана ослабла.

Даже сейчас этот маленький гэр думал о нем.

На следующий день Мяо Хэ ходил, как дряхлый старик, и Ян Далан заставил его провести день в постели.

Еще через день, кроме ломоты в теле, Мяо Хэ почувствовал себя лучше и принялся вместе с Ян Даланом изучать два комочка «живой земли».

Видя его настороженность, Мяо Хэ решил, что лучше подробно все объяснить, чтобы избежать недопонимания.

После множества тестов выяснилось, что каждый комочек работал так же, как и прежний – просто их стало два.

Как в фермерских играх, где со временем увеличивается количество грядок.

Жаль, что их нельзя объединить в один более мощный. Зато теперь эффективность удвоилась.

Но Мяо Хэ так и не понял, как произошло «улучшение». Из-за частоты посадок? Или разнообразия культур? В прошлой жизни он сажал часто, но такого не случалось. Может, разница действительно в посадке в горшках и в открытом грунте?

Так или иначе, с двумя комочками «живой земли» их огород мог расширяться бесконечно. Даже фруктовый сад теперь был возможен. Первым делом нужно было оформить документы на землю, подаренную семьей Лян.

Но в день, когда они собрались в городок, к ним прибежал ребенок старосты с сообщением:

— После обеда в родовом храме Мяо соберется деревенское собрание. Просят прийти всех, кто может.

Сезон посадки риса уже прошел, и работы в поле сводились к прополке и удобрению – не слишком много.

Значит, собрание назначено по важному поводу.

Оформление документов могло подождать день-другой, поэтому после обеда Мяо Хэ и Ян Далан отправились на собрание в родовой храм Мяо.

К их приходу уже собралось большинство жителей. Перед храмом стояли ряды стульев. Мяо Хэ оглядел присутствующих: помимо старосты на почетных местах сидели несколько уважаемых старейшин из самых многочисленных семей деревни.

Среди них был и Мяо Цзюэ – в темно-синем халате ученого, с надменным выражением лица. Староста то и дело наклонялся к нему, перешептываясь, с оживленным видом.

Взгляд Мяо Хэ скользнул дальше – и вдруг он замер.

— Что такое? — Ян Далан сразу заметил его реакцию.

Мяо Хэ покачал головой. Просто за спиной Мяо Цзюэ он увидел того самого гэра, который в прошлый раз шел по улице с Мяо Юанем.

К ним подошла вторая тетушка Ян:

— И вы пришли. Как раз, Хэ-гэр, я забыла спросить: как ты хочешь, чтобы я сшила одежду из той ткани?

— Обычную повседневную. Один комплект мне, один Далану.

— Но ткань слишком хороша для простого кроя. Давай я сошью тебе чанъи. В году найдется несколько дней, когда нужно выглядеть презентабельно. [прим. ред.: длинное парадное платье, традиционная одежда образованных людей и чиновников]

Прежде чем Мяо Хэ успел спросить, что такое «чанъи», Ян Далан уже кивнул.

Тетушка удовлетворенно переменила тему:

— Кстати, после того лежака твоему второму брату поступило еще несколько заказов. Говорят, тоже по рекомендации врача Цзи. Когда будете в городке, зайдите ко мне – я хочу отблагодарить его подарком.

— Не стоит тратиться, — поспешил сказать Мяо Хэ. — Врач Цзи обожает наши помидоры. В следующий раз я принесу ему больше и передам, что это от вас. А вы ведь шьете нам одежду – все справедливо.

— Как можно? Одних помидоров мало, хоть твои и вкусные. Я хотела добавить яиц и мяса – в больнице всегда пригодятся!

Мяо Хэ хотел возразить, но в этот момент поднялся староста.

— Дорогие односельчане, благодарю вас за то, что пришли, несмотря на занятость! Не буду тратить ваше драгоценное время. Сегодня я собрал вас, чтобы сообщить радостную весть!

При слове «радостная» среди крестьян поднялся гул:

— Может, налоги снизят? В прошлую зиму в деревне Юань был неурожай из-за снега – нам тоже послабление дадут?

— Тетушка Юй, деревня Юань далеко отсюда, не мечтай. Наверное, сменился уездный начальник, и сборщики налогов теперь другие!

— Какая же это радость? Вдруг новые окажутся еще хуже?

Староста поспешно успокоил толпу:

— Спокойно! Выслушайте меня! — Он громко продолжил: — Инициатива исходит от семьи господина Мяо! Как вы знаете, Мяо Юань, сдав экзамены на туншэна, уехал в город учиться. Недавно он обнаружил в древних книгах ценный рецепт – доухуа!

Услышав это, Мяо Хэ удивился.

Неужели доухуа из винного дома «Дахэ» – изобретение Мяо Юаня? Но разве доухуа упоминается в древних книгах? Звучит... знакомо.

— Те, кто бывал в городке, знают – теперь это фирменное блюдо «Дахэ», и оно очень прибыльное! Основной ингредиент – соевые бобы, и нужно их много! Господин Мяо хочет поделиться благом с деревней. Он уже открыл мастерскую и теперь нанимает работников, а также будет закупать у вас бобы – по цене выше рыночной!

Толпа взорвалась энтузиазмом:

— Работа! Какие условия? Сколько платят? Сколько человек нужно?

— Правда будут покупать? У меня несколько мешков есть! По какой цене?

— Кормить будут? Сколько раз? Мой Даню может устроиться?

Но были и другие голоса:

— Вот почему семья Мяо разбогатела. Хорошо скрывали!

— Я видел ту мастерскую – туда ходили какие-то люди, никому не говорили, чем занимаются.

— Мяо Лян теперь одевается как богач – наверное, давно там работает.

— Покупать у нас бобы? Прикрываются благими намерениями, а сами хотят всю прибыль себе!

Староста сделал вид, что не слышит. Он почтительно обратился к Мяо Цзюэ:

— Господин Мяо, скажите несколько слов.

Тот важно кивнул и вышел вперед. Умение читать и писать все еще вызывало уважение.

При его появлении шум стих.

— Как член общины, я считаю, что мы должны делиться удачей и бедами. Кто-то скажет, что мы хотим монополизировать рецепт. Но задумайтесь – если он распространится, другие деревни тоже начнут выращивать бобы! Какая тогда будет выгода у деревни Мяо?

Он сделал паузу, строго оглядывая собравшихся.

Недовольные голоса смолкли.

— Именно поэтому я беру на себя ответственность сохранить рецепт и использовать его на благо деревни! Нам нужно ваше понимание и поддержка. Надеюсь, вы присоединитесь ко мне в этом деле!

Некоторые крестьяне зааплодировали:

— Правильно говорит! Ученый человек – не то что мы, неграмотные!

— Будем богатеть! Я посею больше бобов вместо кукурузы!

Увидев реакцию, Мяо Цзюэ самодовольно выпрямился:

— Вместе мы сделаем нашу деревню процветающей!

Новая волна аплодисментов.

Староста добавил:

— Пустоши у деревни можно распахать под бобы. Мастерская будет закупать их не только в этом году, но и в будущем! Это долгосрочная прибыль!

Под очередные одобрительные возгласы собрание подошло к концу.

Выслушав все, Мяо Хэ задумался: неужели кто-то еще попал сюда из современности? «Доухуа», «процветание деревни» – очень знакомые сюжетные ходы. Если они встретятся, стоит ли раскрываться?..

Ян Далан, заметив его задумчивость, взял за руку и вопросительно посмотрел. Мяо Хэ лишь покачал головой – как он мог объяснить?

Вторая тетушка Ян, стоявшая рядом, мельком увидела его руку – родинка на ней почти исчезла. «Вот почему глаз с него не сводит», — подумала она с удовольствием. Теперь ей предстояло хорошенько постараться, занимаясь пошивом их нарядов.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 25. Пудинг из тофу

Через несколько дней после собрания Мяо Хэ снова отправился в городок – на этот раз вместе с Ян Даланом, чтобы оформить документы на землю.

Следуя плану, они сначала доставили овощи, затем зашли в больницу с подарком от второй тетушки Ян. Врач Цзи был так рад помидорам, что не смог отказаться и заодно осмотрел Ян Далана.

— Состояние еще улучшилось, — объявил он. — Обычная работа вроде рубки дров или прополки уже не проблема. Но с охотой лучше повременить.

Обрадованный Мяо Хэ слегка покраснел, вспомнив недавние безумства. Хорошо, что они не усугубили травмы Ян Далана.

Затем они направились в управу.

Мяо Хэ прихватил с собой кошелек с серебром – на случай, если чиновники начнут придираться. Но усадьба Лян все предусмотрела.

— Мы вас ждали, — сказал земельный чиновник, поглаживая бороду. — Старший Лян уже предупредил нас.

Мяо Хэ с облегчением выдохнул. Простым людям трудно было спорить с властями. Он и не стремился к чиновничьей карьере. Даже с современными знаниями это требовало слишком много сил. С «живой землей» они и так будут жить лучше многих. А теперь у них будет собственная земля – жизнь точно наладится!

Когда они вышли из управы, Ян Далан официально стал владельцем трех участков. Два поля за городом уже обрабатывались арендаторами, которые теперь будут платить им. А вот участок у подножия горы нужно было зарегистрировать у старосты деревни Мяо, чтобы избежать обвинений в самозахвате.

Справившись с самым неопределенным этапом, Мяо Хэ почувствовал облегчение и захотел отпраздновать.

— Раз староста говорил о доухуа, давай попробуем его в «Дахэ»? — оживился он.

Ян Далан не возражал.

Винный дом «Дахэ» располагался в самом центре оживленной улицы. Его пестрый интерьер напоминал современные банкетные залы.

Конкурирующая чайная «Яншуй» находилась в более тихом месте у канала – не из-за цены, а ради живописных видов.

Когда они вошли, зал был полон. Официант усадил их за свободный столик – сейчас было не самое оживленное время.

Мяо Хэ заказал две порции доухуа: соленую и сладкую. По восемь связок за порцию – почти половины цены курицы! Дорогое удовольствие для блюда из соевых бобов без мяса.

Пока ждали, Мяо Хэ осмотрелся:

— Похоже, доухуа действительно популярен. Почти у всех на столах.

— Других блюд не видно, — подметил Ян Далан.

— Может, потому что сейчас не время обеда.

Вскоре им принесли заказ. Сладкая версия была с имбирным сиропом, соленая – с соевым соусом, кунжутным маслом и зеленым луком. Мяо Хэ предпочитал сладкое, но первый же глоток разочаровал – бобы отдавали горечью, сироп был водянистым. Соленая версия оказалась лучше сбалансированной, но приправы все равно перебивали вкус.

— У меня получается вкуснее, — шепнул Мяо Хэ. — Как-нибудь приготовлю для тебя.

В прошлой жизни он тоже не любил пресный доухуа и делал свой вариант с «живой землей».

— Буду ждать, — Ян Далан снова поднес ему ложку с соленым доухуа.

Мяо Хэ улыбнулся и открыл рот, но в этот момент из соседней комнаты раздались громкие голоса. Их столик находился рядом с отдельной ложей на возвышении.

— Думал, будет вкуснее, — раздался пренебрежительный голос. — Какая-то безвкусная масса.

Из ложи вышел юноша лет пятнадцати в голубом шелке с нефритовым подвесом. Его свита засуетилась:

— Господин Сюй просто привык к изыскам! Мы предложили только из-за новизны. Если не понравилось, можем пойти в чайную «Яншуй»!

— Надеюсь, там лучше, — буркнул юноша.

Пока его спутники расплачивались, подбежал управляющий:

— Молодой господин, позвольте объяснить...

— Не надо. Мы уходим.

Не дожидаясь ответа, юноша направился к выходу. Плохая еда – не стоит потраченного времени.

Но управляющий Чжан не мог просто так его отпустить! Разве он не видел, сколько глаз в зале сейчас следили за этим молодым господином?

Если бы эти люди были одеты попроще, он бы уже обвинил их в провокации. Но вся компания щеголяла в шелках и нефритах – тут требовался высший уровень учтивости.

Управляющий Чжан поклонился и снова преградил путь:

— Молодой господин, возможно, вы не знаете, но это доухуа – редчайший рецепт из древних книг, аналогов которому нет в мире! Его прелесть именно в утонченной, деликатной текстуре, которую нужно смаковать медленно. Поэтому мы и не добавляем сильных приправ – чтобы сохранить изысканный баланс!

Управляющий говорил уверенно, но юноша лишь поднял бровь:

— То есть вы прямо говорите, что я не разбираюсь в еде? Но мне невкусно – и все тут. Если кому-то нравится – пусть едят. Даже если вы будете стоять у меня на пути, мне от этого вкуснее не станет. Или у вас в заведении запрещено говорить, что еда не нравится?

Обычно действующие доводы вдруг перестали работать. На лбу у управляющего Чжана выступил пот:

— Нет-нет, я не это имел в виду! Просто надеюсь, что молодой господин не подумает плохого о нашем заведении. Этот доухуа действительно должен быть именно таким – так написано в древних книгах, и нигде больше вы такого не найдете...

— Раз написано в древних книгах – значит, обязательно вкусно? — нетерпеливо перебил юноша. — Если это блюдо сейчас нигде не найти, может, именно потому, что оно невкусное – пресное и безвкусное, вот люди и перестали его готовить! Новизна – не главное. Я люблю есть только то, что мне нравится на вкус. Все просто!

Управляющий остолбенел, не находя, что ответить. Он не заметил, как многие гости в зале задумчиво посмотрели на свои тарелки с пресным доухуа. За что они платят такие деньги – за древний рецепт или за вкусную еду? Один из спутников юноши, похоже, местный, поспешил сгладить ситуацию:

— Господин Сюй из столицы просто прямолинеен. Управляющий, не переживайте. Как он сказал – кому-то нравится сладкое, кому-то соленое. Вкусы у всех разные, ничего страшного.

Слова были мягче, но смысл тот же! Управляющий Чжан криво улыбнулся. Ведь и правда – вкусы у всех разные. Разве он может заставить каждого сказать, что еда вкусная? Пришлось проглотить обиду.

А Мяо Хэ, наблюдавший за этой сценой, подумал: в любую эпоху со временем становится ясно, действительно ли продукт хорош.

Согласно словам Мяо Цзюэ на собрании, рецепт доухуа принадлежал его семье. Значит, деревенская мастерская должна отвечать за качество. Хотелось бы, чтобы они смогли его поддерживать и удерживать клиентов. Но это не его забота. С его историей с семьей Мяо Юаня он точно не собирался продавать им соевые бобы.

Мяо Хэ тут же выкинул эти мысли из головы.

Он повел Ян Далана в магазин семян – на этот раз за рисом, пшеницей и кукурузой. С двумя комочками «живой земли» они могли выращивать собственные крупы – это и полезнее, и дешевле!

Пока они радостно совершали покупки, у того самого юноши из «Дахэ» была еще одна роль в сегодняшних событиях.

После неудачного визита в винный дом компания направилась в чайную «Яншуй». Чтобы конкурировать с «Дахэ», чайная недавно ввела новую фишку – лотерею с призами! Призом было не что-то дорогое, а дополнительное блюдо. Но эти случайные угощения отличались изысканным вкусом: три вида обжаренные овощей, фаршированные баклажаны, или самые популярные – помидоры, маринованные со сливой! По словам руководства чайной, такие качественные блюда были редкостью, и даже ограниченных поставок не хватало. Поэтому они ввели лотерею: если заказ превышал три ляна, можно было вытянуть жребий. Выигравшие чувствовали себя особенными и удачливыми. Если «Дахэ» делало ставку на новизну, то «Яншуй» – на удачу! Эта стратегия постепенно возвращала клиентов чайной.

Но юный Сюй не впечатлился:

— Опять эти уловки. Неужели нельзя просто вкусно кормить?

Друзья поспешили успокоить его:

— Нет-нет, на этот раз ты точно не разочаруешься! К тому же, в «Яншуй» и так лучшая кухня в городке!

— Ладно-ладно, я голоден, — буркнул юноша.

Один из его спутников незаметно отправился к управляющему Цзиню:

— Управляющий Цзинь, не говори потом, что я не предупреждал! Если сегодня наш стол будет обделен удачей, знай – возможности даются только тем, кто умеет их ценить!

Управляющий Цзинь просиял. При необходимости лотерею всегда можно было подстроить. Как только их заказ превысил три ляна, тут же появился ящик для жребия – битком набитый «счастливыми» билетами! Неудивительно, что юный Сюй «выиграл» заветные маринованные помидоры!

Когда кисло-сладкие, пропитанные ароматом сливы помидоры коснулись его языка, юноша наконец оживился:

— Отлично! Действительно вкусно! Когда мой старший брат поедет на юг, обязательно велю ему зайти сюда!

Его спутники обрадовались. Это означало, что глава семьи Сюй, обладавший статусом императорского поставщика, мог посетить их городок! А если он приедет – разве это не шанс продвинуть местные товары?!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 26. Деревенский староста

Мяо Хэ не знал, что маленький гунцзы Сюй нечаянно помог ему подправить свою репутацию, так что как только у нескольких дворян в городе появилась возможность повсеместно рекламировать чайный дом «Ян Шуй», они также нечаянно наступили на пудинг из тофу из ресторана «Дахэ».

На следующий день после возвращения из города, Мяо Хэ... снова был прижат к кровати до полного изнеможения. Причиной этого послужила покупка дополнительного постельного белья для замены, которую Ян Далан почему-то понял не так. К тому же доктор Цзи также разрешил ему беспрепятственно заниматься работой. В тот вечер Мяо Хэ был максимально открыт и откровенен.

На этот раз его разум наконец прояснился, но это не помогло. У Ян Далана было две личности в постели и вне ее: один - властный и прямой, делающий все, что хочет, другой - внимательный и скучный, и Мяо Хэ приходилось постоянно угадывать, чего он хочет. Конечно, Ян Далан не применял силу, чтобы навредить Мяо Хэ, он использовал свои властные методы, чтобы заставить его разум помутиться, а затем добиться своего.

Проснувшись утром, Мяо Хэ стал вареной покалеченной креветкой на целый день. Пока Ян Далан был занят работой по хозяйству, в его голове крутилось следующее: мне следовало купить еще несколько постельных принадлежностей. Кто знает, будет ли этого достаточно...

В это время Ян Далан поднес очищенный личи ко рту Мяо Хэ:

- Не ешь?

Экзотичные, антисезонные фрукты, выращенные в живой почве, можно было есть только в их собственном доме. Они не осмеливались отдавать их другим. На этот раз, спросив доктора Цзи, Мяо Хэ узнал, что личи также подходит для пациентов со сломанными костями. Так что помидоры были заменены, и сегодня они вдвоем начали есть кристально чистые и пухлые личи.

Мяо Хэ покраснел и откусил кусочек. Из сладкой мякоти фрукта тут же выделился сок, и Мяо Хэ интуитивно хотел поймать его, так что кончик его языка случайно коснулся пальцев Ян Далана. Он увидел, как глаза этого человека потемнели, голова опустилась, накрывая его губы, а через мгновение косточка личи оказалась во рту Ян Далана.

- Ты, ты... - лицо Мяо Хэ стало еще горячее.

Ян Далан спокойно выплюнул косточку, снова опустил глаза и начал чистить следующий личи.

После подобного поедания личи тело Мяо Хэ стало горячим и беспокойным. Чуть позже, когда его снова бросили на кровать, он уже не так сильно хотел сопротивляться.

Всегда есть период медового месяца, подумал в разгар страсти Мяо Хэ. Только интересно, продлится ли этот медовый месяц намного дольше, чем он ожидал.

Но дела сами себя не сделают. Когда Мяо Хэ почувствовал себя лучше, они взяли  выпечку, купленную в городе, документы за землю и отправились в дом деревенского старосты, чтобы сообщить об этом.

На лице деревенского старосты была улыбка, но на душе у него было немного не по себе. Как Ян Далану могло так повезти? Он просто спас человека и легко получил целую гору.

Но деревенский староста все равно ласково сказал:

- Это все удача самого Далана, всем остальным остается только завидовать. Благодаря этому холму и пустоши под ним молодые люди смогут хорошо зарабатывать на жизнь. Если вы будете усердно трудиться, ваша жизнь будет становиться все более благополучной.

Ян Далан кивнул:

- Спасибо, господин староста.

- Но в будущем Далан должен уделять пристальное внимание налогам. Если вы хотите обрабатывать пустошь для выращивания овощей и фермы, налог будет отличаться от налога на гору. Это не то же самое, что выращивание овощей на своем домашнем огороде, за который не надо платить. Теперь, когда сезон посадки риса закончился, уже слишком поздно сажать зерновые, так почему бы вам не купить соевые бобы и не посадить их, чтобы вы могли хотя бы пережить налог этой осенью? Я также со своей стороны поговорю с господином Мяо, он не должен возражать, - добродушно посоветовал староста.

Если даже он не возражает, я возражаю, сухо рассмеялся про себя Мяо Хэ. Затем он услышал, как Ян Далан говорит:

- Нет необходимости, у нас все в порядке.

Староста деревни на мгновение улыбнулся:

- Это правда, не говоря уже о подарках, которые семья Лян делала раньше, я также слышал, как люди говорили, что брат Хэ по утрам берет телегу, чтобы продавать овощи в городе. Это тоже хороший бизнес.

- Спасибо семье Лян за заботу о нас, - ответил Мяо Хэ.

Староста деревни кивнул и многозначительно сказал:

- Это удача - иметь возможность связаться с семьей Лян, великим благодетелем. Если вы хорошо будете общаться в будущем, вы сможете принести пользу деревне, как семья господина Мяо.

Мяо Хэ непонимающе посмотрел на него и сказал:

- Мы не так хороши, как господин Мяо.

При этих словах сердце деревенского старосты сжалось от досады. Он просто предложил Мяо Хэ посадить соевые бобы, чтобы отправить их семье Мяо Цзюэ. Если бы они согласились, в будущем все меньше людей будут говорить, что семья Мяо Цзюэ ненавидит бедных. В конце концов, если Мяо Хэ будет готов продать соевые бобы семьи Мяо Цзюэ, это означает, что он оставил свои обиды в прошлом. Что тогда еще смогут сказать люди?

Таким образом он помог бы Мяо Цзюэ получить еще больше сырья. С тех пор, как в тот день на деревенском собрании Мяо Цзюэ доверил старосте закупку соевых бобов,  уважение жителей деревни к нему поднялось на новый уровень. Староста деревни был так впечатлен этой теплотой, что у него немного закружилась голова. Он чувствовал, встать на сторону семьи Мяо Цзюэ и помочь разобраться с браком брата Хэ, было правильным решением!

Более того, недавно он хотел помочь своему племяннику Мяо Гую найти работу в мастерской. Он не мог заставить себя поговорить об этом с Мяо Цзюэ, поэтому хотел сначала заключить выгодную сделку, чтобы потом в разговоре о ней вскользь упомянуть о своей просьбе. Но Ян Далан отказался от его предложения! И когда староста намекнул брату Хэ, что тот мог бы познакомить жителей деревни со способами продажи овощей, этот гер сделал вид, что не понял!

Эти два человека действовали преднамеренно или нет? Староста деревни в сердцах фыркнул. Возможно, они чувствуют свое превосходство, потому что семья Лян дала им холм. Это просто холм. На нем трудно выращивать урожай и овощи, так что какой смысл его приобретать? Боюсь, эти молодые люди еще не знают, что их ждет, и мечтают стать могущественными землевладельцами!

В отсутствие конфликта интересов деревенский староста был не против служить деревне. Но когда дело доходило до конфликта, он становился очень мелочным.

Мрачно подумав об этом, староста произнес еще несколько официальных слов, после чего позволил двум мужчинам уйти.

После их ухода жена старосты, Фэн Мянь, постучала в дверь и радостно вошла, чтобы спросить:

- Почему брат Хэ и Далан пришли сюда именно сейчас? Издалека я увидела, что они принесли коробку. Эти двое молодых людей очень милые, они приходили сюда несколько раз подряд и всегда приносили подарки.

Увидев подарок, тетя Мянь обязательно бежала первой. Староста деревни был немного раздражен и сказал:

- Не смотри на эти вещи, не это определяет, хороший человек или нет!

Тетушка Мянь выпятила грудь:

- Если бы я не присматривала за тобой вот так, ты с твоей мизерной зарплатой до сих пор бегал бы целыми днями и работал на полях. Как мы могли бы так комфортно жить дома? Если тебе что-то не нравится, я урежу твою долю! Эй, разве это не торт с коричневым сахаром, который продают в городе? Внуки его очень любят, так что я оставлю его им.

Староста деревни с усмешкой сказал:

- Ты единственная, кто может быть рад этим подаркам. Далан получил гору просто так и принес всего лишь торт в качестве жеста благодарности. Чему тут радоваться?

- Гора? Что происходит? - тетя Мянь вытаращила глаза.

Староста деревни сердито сказал, что Ян Далан пришел сообщить о документе на собственность. Услышав это, тетя Мянь многозначительно закатила глаза:

- Ну и что? Семья, владеющая горой, отдала его им. Ты им всего лишь помог с формальностями, так что пирог они отдали просто так. Как ты смеешь критиковать их! А вот семья господина Мяо, о которой ты всегда говорил, какие они хорошие, хоть раз отправили хоть одну вещь? Если хочешь знать мое мнение, то как раз у господина Мяо и нет сердца!

Староста деревни покраснел от такого замечания:

- Что ты понимаешь, женщина! Если бы не семья господина Мяо, стали бы эти ублюдки сборщики налогов так вежливо разговаривать со мной? Если бы не деревенское собрание, разве я мог бы сейчас быть старостой деревни, которому все кивают и кланяются? Кроме того, Мяо Гую все еще нужна помощь, чтобы найти нормальную работу! Вот это настоящие благословения. Не сравнивай их со своими тортами!

Когда речь зашла о Мяо Гуе, старшем племяннике, тетя Мянь рассердилась и ее голос стал еще более резким.

- Я использую торты для сравнения? Можешь ли ты есть благословения, о которых ты тут распинаешься? Старик, пользуйся своей головой и думай хорошенько. Это твои три сына работают на полях, чтобы прокормить тебя! Не твой старший племянник, Мяо Гуй! Какое тебе дело до того, получит он работу или нет?

Трое сыновей старосты деревни, Мяо Хуошэна, были честными и простыми по характеру. Когда они выросли, они начали обрабатывать землю и никогда не думали о том, чтобы занять место своего отца в качестве деревенского старосты. Но староста деревни, даже став достаточно старым, чтобы уйти на пенсию, все еще хотел сохранить свой статус в деревне! И только когда три его глупых сына не смогли взять на себя его обязанности, ему ничего не оставалось, как переключиться на своего старшего племянника Мяо Гуя.

Мяо Гуй был младшим сыном старшего брата старосты. Он не интересовался сельским хозяйством, зато ему нравилось повсюду следовать за Мяо Хуошэном, поэтому Мяо Хуошэн считал его своим преемником на посту старосты деревни. Если бы он мог найти место для Мяо Гуя в мастерской тофу, то когда Мяо Гуй будет избран старостой деревни, он должен будет помнить его доброту и уважать его как уходящего в отставку, что было бы просто замечательно.

Тетя Мянь не знала о таких расчетах. Все, что она знала, это то, что есть подарки, которые она, жена старосты деревни, принимает со всей благодарностью, но были некоторые вещи, за которые этого старика, который так любит цепляться за свой статус, надо отругать.

Забудем о доме деревенского старосты и вернемся к семье Мяо Хэ.

Выполнив последнюю часть сделки, Мяо Хэ и Ян Далан рука об руку отправились осматривать землю. Холм к юго-западу от деревни Мяо считался небольшим лишь потому что он невысокий, но площадь его была совсем не маленькая.

К счастью, на северо-западной стороне холма ручей Сюэшуй, стекающий с горы Силун, разделялся на два потока. Один шел на восток, другой - на юг, а затем поворачивал на восток. Северную и юго-западную стороны холма окружало ущелье, так что единственный вход на гору находился к юго-западу от деревни Мяо. Если перекрыть проход, можно хорошо контролировать целую гору.

Но также из-за близости к деревне Мяо некоторые овощи и деревья рядом с пустошью были выкопаны подчистую. Дальше было несколько фруктовых деревьев, но их осталось совсем немного. Крупных животных тоже было мало. В прошлом, когда Ян Далан хотел поохотиться, он ходил на северо-запад гор. Только тогда он получал хорошую добычу.

Но в будущем это будет их собственная земля, а значит, все будет совсем по-другому. Ян Далан первоначально хотел за следующие несколько дней хорошо очистить холмы. В некоторые места, где есть пологие участки вблизи ручья, могут приходить животные с других холмов, так что там нужно подготовить несколько ловушек. Но это то же самое, что и охота, и Мяо Хэ не позволил ему перетруждаться.

Двое мужчин немного поспорили и было решено, что лучше начать с самого простого. План состоял в том, чтобы построить деревянную стену вокруг границы юго-западного горного перевала. Мяо Хэ хотел впоследствии посадить там фруктовые деревья и переживал, что люди подумают, что каждый может сорвать плод с горы. Важно показать, что эта гора – частная собственность.

Построить деревянную стену не так уж сложно. Древесина имелась на самом участке. Когда вторая тетя Ян узнала об этом, она была в восторге. Больше всего старой семье Ян не хватало земли. Даже если это был просто холм, это дало бы семье фундамент для будущих поколений, поэтому она позвала на помощь двух своих сыновей, Датуна и Дачуана, чтобы построить забор вокруг небольшого участка.

Эти движения, естественно, были обнаружены жителями деревни. Староста деревни не хотел скрывать это от людей, поэтому он сказал им несколько слов, и все узнали эту историю. После этого, естественно, возникли всевозможные виды зависти и ревности.

Даже в доме матери Мяо Хэ услышали эту новость.

Чжан Мянь, хозяйка второго дома, которая любила наступать на старшую семью, сварливо ворчала, что родственники разбогатели, но почему она не видела, как брат Хэ вернулся, чтобы принести им рис и курицу? Это действительно невежественно.

Мать Мяо Хэ поддакивала, но думала про себя: если я попрошу его принести что-нибудь, разве все это не попадет в рот вашего сына? Я не дура! У нее на руках все еще было неиспользованное серебро, которое грело ей сердце. Она думала, что когда шум уляжется, то сможет их потратить, а когда серебро закончится, она сможет попросить у Мяо Хэ еще.

Тетя Гуань, которая ранее поссорилась с Мяо Хэ в телеге и не получила финиковый торт, кисло сказала:

- О Боже, у них есть целая гора, не так ли? Они стали крупными землевладельцами в нашей деревне. Я не могу поверить в это, неужели им действительно так повезло просто за спасение жизни? Этот Мяо Хэ раз в несколько дней отправляет овощи в резиденцию Лян. Уж не знаю, что он там посылает. Интересно, в курсе ли сам Далан.

- Тетя Гуань, вы такая смелая? Вы так много говорите, что если ваши слова достигнут ушей Ян Далана. Посмотрим, не придет ли он за вами.

Последние слова тети Гуань подразумевали, что Ян Далан носит зеленую шляпу*, а это была серьезная клевета в деревне. Нет ничего неслыханного в том, чтобы мужчина пришел и избил кого-то из-за такого слуха. В деревне это было не редкостью. В конце концов, все думали, что тот, кто нес чушь, заслужил это.

(ПП: зеленая шляпа – аналог рогоносца)

Теперь и тетушка Гуань вспомнила об этом и быстро сменила тон:

- А что я сказала? Я просто говорю, что овощи Мяо Хэ настолько вкусные, что господин Лян даже подарил ему целую гору! Наверное, он попросил его выращивать больше овощей.

Она не знала, что мать Мяо Мина слушает это. Таким образом здесь был еще один человек, у которого имелся зуб на Мяо Хэ. То есть у говорящего не было намерения, но у слушающего было сердце*.

(ПП: имеется в виду, что у говорившего не было злого умысла, но услышавший исказил или неправильно истолковал смысл предложения)

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 27. Бизнес

Внутри ресторана «Дахэ».

- Это счет за этот месяц? Как получилось, что в конце месяца доход так сильно упал? Разве ты не говорил, что этот пудинг из тофу будет горячей новинкой еще долго! Неужели рецепт семьи Мяо просочился!? - в это время новый владелец ресторана, Цзэн Гуансань, с недовольным видом отшвырнул бухгалтерскую книгу.

- С рецептом должно быть все в порядке. Я не слышал ни об одном ресторане, где продавался бы пудинг из тофу. Просто господин Линь и остальные... - заикаясь, проговорил управляющий Чжан.

Цзэн Гуансань нетерпеливо крикнул:

- Если у тебя есть что сказать, может ли эта бухгалтерская книга помочь тебе сохранить это в секрете! - он лишь некоторое время не обращал внимания на дела ресторана из-за недавних неприятностей в семье своего брата, и даже не подозревал, что бизнес находится в таком плачевном состоянии!

Управляющий Чжан вытер пот, и ему ничего не оставалось, как рассказать историю о молодом джентльмене, который в тот день прилюдно назвал их еду невкусной. С этого дня дела ресторана начали идти на спад.

- Согласно моим расспросам этот господин был гостем, приглашенным из столицы семьями Линь, Чжан и Цянь. В тот момент я не мог опровергнуть его на месте, боясь обидеть гостей, поэтому мне пришлось позволить им уйти, - управляющий Чжан поспешил добавить этот пункт, чтобы его вина выглядела менее заметной.

Цзэн Гуансань холодно усмехнулся:

- Даже если бы он был почетным гостем с небес, я не верю, что одни его слова могли так сильно изменить ситуацию! Скажи мне, какая еще есть причина!

Управляющий Чжан, заикаясь, снова заговорил о новой деятельности чайного дома «Ян Шуй». Но не осмелился сказать, что с того дня Цянь Цзяцзы, который раньше был частым посетителем их ресторана, фактически повсюду выступал от имени чайного дома «Ян Шуй» и перетянул туда много клиентов.

Цзэн Гуансань сердито рассмеялся:

- Они могут победить нас таким фокусом как лотерея? Разве ты не можешь последовать его примеру и предложить дополнительную чашку с пудингом победителю лотереи? Это же просто!

Однако управляющему Чжану было трудно что-либо сказать. Другая причина, о которой он умолчал, заключалась в том, что все большему количеству людей не нравилась плохая еда. Первоначально, из-за новизны пудинга из тофу и легенды о старинном рецепте, многие клиенты приходили волнами, поддерживая представление. Но сколько клиентов вернется повторно после того, как они попробуют новинку? Возможно, кто-то приведет друга, чтобы попробовать, но как насчет следующего раза?

А после того, как молодой господин прилюдно сказал, что даже название древнего рецепта не может скрыть реальный опыт, что это дорого и не очень вкусно... Даже если они предложат еще одну порцию пудинга в качестве приза, захотят ли его люди?

- Господин владелец верно говорит. Первоначально я хотел обсудить это с вами. Если владелец согласится, это было бы здорово! – кивнул управляющий Чжан. - Кроме того я узнал, что популярность чайного дома «Ян Шуй» зависит одного поставщика, но у него очень мало овощей. Я уже попросил кое-кого выяснить, откуда берутся эти овощи! Если нам удастся заполучить его, это, безусловно, поможет работе ресторана!

Последняя часть рассказа, наконец, заставила Цзэн Гуансаня почувствовать, что этот управляющий все еще полезен, и он потребовал еще несколько подробностей. В этот момент снаружи доложили, что пришел Мяо Юань. В глазах Цзэн Гуансаня промелькнула искорка проницательности, и он велел пригласить его войти.

Оказавшись внутри, Мяо Юань, одетый в халат ученого, изящно поклонился Цао Гуансаню. За ним по-прежнему следовал симпатичный гер. Всякий раз, когда Мяо Юань приходил в ресторан, чтобы поговорить о делах, этот гер следовал за ним. Говорили, что он был важным управляющим в мастерской тофу по имени Минь Чун.

- Господин Цзэн, так вы тоже здесь сегодня, я как раз собирался попросить управляющего Чжана передать вам сообщение. Но теперь мы можем обсудить его вместе.

Цзэн Гуансань также кивнул ему и обменялся несколькими любезностями, а затем перешел к основной теме.

- Так уж совпало, что мне тоже есть о чем поговорить с братом Мяо. Когда вы только пришли сюда, вы сказали, что пудинг из тофу обязательно станет фирменным блюдом ресторана на долгое время. Но я обсуждал счета за прошлый месяц с господином Чжаном, уж не знаю почему, но доходы уже не так хороши, как раньше! Что мы можем с этим сделать?

Первоначально безучастное выражение лица Мяо Юаня стало слегка удивленным:

- Намного хуже, чем раньше? Разве прошлый месяц не был очень хорошим?

Минь Чун, который был рядом с ним, тоже слегка нахмурился.

Упраявляющий Чжан принял сигнал Цзэн Гуансаня и поспешно шагнул вперед:

- Да. В прошлом месяце он начал падать и к концу месяца в ресторане осталась только половина ежедневного дохода. Боюсь, что клиенты потеряли интерес после дегустации пудинга. Мы как раз обсуждали контрмеры с владельцем ресторана.

В этот момент неожиданно вмешался Минь Чун:

- Невозможно. Даже если это не новинка, один только вкус должен быть в порядке. Мог ли кто-то изменить рецепт без разрешения?

Цао Гуансань взглянул на управляющего Чжана, который сразу же заволновался. Неужели он где-то срезал углы?

- Брат, это неразумно с твоей стороны! Зачем нам убивать курицу ради яйца и менять рецепт! Рецепт был взят из древних книг и передан нам вами, можем ли мы изменить его?!

Мяо Юань подумал о чем-то в своем сердце и поспешно извинился:

- Мне действительно жаль, наш брат Чун не очень умел в разговорах. Он всегда остается в мастерской и не слишком часто общается с людьми. На самом деле он хотел спросить, не изменили ли ваши люди рецепт соуса? Это могло повлиять на вкус блюда.

Такое притянутое за уши заявление заставило управляющего Чжана холодно рассмеяться:

- Мы используем одну и ту же партию соуса в ресторане, я никогда не слышал о такой ситуации!

Однако Мяо Юань продолжал защищать свою позицию:

- Интересно, какой процент бизнеса ресторана в прошлом месяце был получен не за счет пудинга из тофу?

При этом вопросе и у Цзэн Гуансаня, и у управляющего Чжана испортилось выражение лица. Мяо Юань сразу же попал в точку. Если бы не пудинг из тофу, боюсь, они не смогли бы достичь даже половины дохода. Как они могли до сих пор возмущаться?

Но Мяо Юань был здесь не для того, чтобы злить их, им нужно было найти способ подняться с помощью ресторана, и они все еще должны были поддерживать своих партнеров:

- Пожалуйста, не обижайтесь, господин Чжан, на то, что он только что сказал. Это было только для блага ресторана. Только когда дела ресторана идут в гору, бизнес нашей мастерской продлится долго. Поэтому я пришел сюда сегодня предложить еще два новых блюда, чтобы удерживать интерес клиентов к новинкам.

Цзэн Гуансань также умел растягиваться и сгибаться, когда того требовала ситуация. Как только он услышал о новых рецептах, его настроение поднялось и он сразу же стал сердечным.

- Возможно ли, что брат Мяо Юань снова прочитал какой-то рецепт из древней книги?

В этот момент Мяо Юань указал на Минь Чуна, который держал в руках бамбуковую корзину. В корзине оказалась квадратная тарелка с едой земляного цвета. Это было блюдо из тушеной фучжу, приготовленной в соевом соусе*.

Мяо Юань объяснил:

- Эта бобовая кожица была случайно найдена во время приготовления смеси для тофу. После приготовления она оказалась неожиданно вкусной, поэтому я хочу порекомендовать ее господину Цзэну.

Узнав, что это еще один продукт из мастерской, Цзэн Гуансань был немного разочарован. Семья Мяо настояла на том, что не будет продавать готовое изделие, поэтому большую часть стоимости пудинга они тратили на покупку его в мастерской. Теперь это снова тот же трюк. Семья Мяо считает, что они не заработали достаточно денег на предыдущем?

Однако ради нового блюда Цзэн Гуансань все же проявил интерес, попросил кого-нибудь принести палочки для еды и попробовал вместе с управляющим Чжаном. Как только он надкусил соевую кожицу, мягкая, но упругая текстура сразу же переполнилась соленым и сладким соусом, и при жевании вкус становился еще глубже. Этот ингредиент был даже лучше, чем тофу.

Цзэн Гуансань вынужден был восхищаться этим Мяо Юанем, ученый, который может придумать так много еды, тоже великолепен.

- Это действительно вкусно. Если у нас на столе будет это блюдо, я уверен, что бизнес ресторана вернется к своей славе!

После этого обе стороны приступили к обсуждению.

Зная характер семьи Мяо, Цзэн Гуансань не стал спрашивать, продают они или нет, и начал напрямую снижать цену на соевую пленку, параллельно снижая цену на материал для пудинга из тофу. В конце концов, если чувство новизны снижается, еще один способ улучшить показатели - снизить себестоимость! Цзэн Гуансань не хотел уменьшать свой доход, поэтому, естественно, он принялся уменьшать долю семьи Мяо.

Позиция Мяо Юаня в это время была не так сильна, как в прошлом, в конце концов, когда свежесть пройдет, действительно наступит период упадка. В это время семья Мяо не может развернуться и продать рецепт другим. Это не только оскорбит ресторан «Дахэ», но и в целом сомнительно, что люди, которые уже пробовали пудинг из тофу, будут иметь тот же энтузиазм, как раньше.

Потребовалось несколько часов, чтобы обе стороны договорились о цене. Цзэн Гуансань проводил их из ресторана с улыбкой на лице.

Однако на обратном пути в деревню Минь Чун, который молчал с тех пор, как сказал одно-единственное предложение, заговорил с уродливым лицом:

- Скажи мне честно, вы подмешали воду в соевое молоко? Как еще можно было испортить такое блюдо, как пудинг из тофу?

Он отвечал только за заказ рассола и его изготовление в цехе. Он никогда бы не отдал эту часть кому-то другому, это был козырь в его руках, поэтому у него обычно не хватало сил заботиться о варке самого тофу. Теперь, когда бизнес приходит в упадок, а качество ухудшилось, первое, что он заподозрил, - это то, что соевое молоко в цеху было разбавлено водой!

Лицо Мяо Юаня вспыхнуло от смущения, и он успокаивающе сказал:

- Я обязательно займусь этим вопросом, когда вернусь. Сяо Чун, я знаю, что это все твоя тяжелая работа, поэтому, конечно, ты злишься. Но в будущем лучше буду говорить я. Ты гер, поэтому посторонние всегда будут суровее к тебе, и я боюсь, что они причинят тебе боль. Хорошо?

Красивое лицо Мяо Юаня с нежностью обратилось к Минь Чуну. Когда Минь Чун увидел это, гнев, который он едва сдерживал, немного утих.

Кто виноват, что он такой невезучий? Как только он прибыл в этот мир, его семья была уничтожена снежной бурей. Он перенес всевозможные трудности на пути за своей матерью в деревню Мяо. У него, как у трансмигратора, не было никаких преимуществ. Кроме того, мать первоначального владельца тела выглядела так, словно хотела выдать его замуж, чтобы у него было, на кого опереться. Из соображений сыновнего благочестия он не мог сопротивляться, а если бы он сбежал, то стал бы беглым бесправным гером, что еще опаснее.

Поэтому Мяо Юань был лучшим кандидатом, которого он мог выбрать. Он был не только красив и привлекателен, но и в его вкусе. К тому же он только что сдал экзамен на Туншэна и у него была репутация ученого. Минь Чун считал, что Мяо Юань - единственный, кого он может принять среди этой группы деревенщин. Даже если ему пришлось прибегнуть к некоторым уловкам, он был полон решимости ухватиться за этого человека, чтобы в будущем сделать свою жизнь лучше. Что касается того, будут его слушать или нет, он не верил, что не сможет управлять группой древних людей.

Подумав об этом, Минь Чун также расслабил свое выражение лица и смягчил голос:

- Брат Юань, я тоже волнуюсь. Если что-то пойдет не так с бизнесом по производству пудинга из тофу, репутацию мастерской будет нелегко очистить.

В этот момент Мяо Юань в глубине души уже догадывался, кто еще, кроме его матери, может срезать углы?

- Тебе не нужно слишком беспокоиться. Боюсь, что количества соевых бобов, которые мы собрали некоторое время назад, было недостаточно, поэтому у мастерской не было другого выбора, кроме как сделать это. Теперь, когда староста деревни позвал нас, мы сможем собрать достаточно урожая сои, поэтому у нас больше не должно быть этой проблемы.

Минь Чун дернул уголками рта, принимая ситуацию. Однако Мяо Юань на некоторое время погрузился в транс.

Мяо Хэ... раньше всегда был добр к нему, и когда он мило улыбался, у него была такая красивая улыбка. В последний раз, когда он видел Хэ-эра, он стал еще более ослепительным и красивым, чем раньше. В данный момент, учитывая простую и невыразительную внешность Минь Чуна, Мяо Юань почувствовал в сердце сожаление.

Но теперь его семья действительно хорошо ест и пьет и зарабатывает много денег, так о чем еще он может жалеть? С тех пор он не беспокоился о деньгах на учебу или общение со своими одноклассниками, полагаясь на рецепт Минь Чуна. В будущем он будет продолжать карабкаться вверх, подниматься в Сюцаи, занимая официальные должности и твердо наступит на Мяо Яня. Именно так он решил поступить на глазах у матери.

Если есть плюсы, есть и минусы. Пока он живет хорошей жизнью, он верил, что Хэ-эр, который раньше желал ему только лучшего, в конце концов оценит этот выбор.

Мяо Юань терпеливо улыбнулся Минь Чуну:

- Я только что обидел тебя. Как только я добьюсь успеха, я обязательно пойду к твоей матери и сделаю предложение руки и сердца. Мой дед тоже согласился на это.

Минт Чун опустил взгляд, выглядя застенчивым, и коснулся обмотанного ремешком запястья.

- Я уверен, что ты справишься, брат Юань.

*Тушеное фучжу (пленка с соевого молока)

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 28. Заговор

Благодаря совместным усилиям братьев Ян, высокий деревянный забор был возведен за восемь-девять дней. Центральные ворота, изготовленные плотником Ян Датуном, стали завершающим штрихом.

Дерево для забора как раз взяли с пустоши у подножия горы – вырубка этих деревьев стала первым шагом в расчистке земли. Теперь оставалось лишь убрать камни, выкорчевать пни и вспахать почву – тогда пустошь можно было бы использовать под огород.

Чайная «Яншуй» давно просила увеличить поставки, так что расчистку земли нужно было начинать как можно скорее.

Мяо Хэ собирал камни, а Ян Далан выкорчевывал пни – они с утра до ночи трудились на новом участке.

Тем временем мать Мяо Минь тайно встретилась с Мяо Ляном, который через два месяца должен был стать ее зятем.

— Лян, я слышала, что мастерская занимает двор, принадлежащий вашей семье. Скоро свадьба – а двор новобрачных готов?

Мяо Лян удивился:

— Конечно. Разве можно иначе?

— А где именно? Неужели в той временной хижине, что выстроили рядом с домом дяди?

Мяо Лян нахмурился:

— Временно. Отец уже договорился со старостой о новом участке. Как только мастерская заработает больше, мы построим дом. Не беспокойтесь.

Мать Мяо Миня вздохнула:

— Я не то чтобы недовольна. Наоборот! Ты все больше преуспеваешь, и я рада. Просто хочу, чтобы Минь-гэр после свадьбы мог тебе помогать. — Она понизила голос: — Ты знаешь, что гора на юго-западе теперь принадлежит Далану и Хэ-гэру?

— Знаю.

— Минь-гэр дружил с Хэ-гэром и часто бывал у него в доме. Теперь, когда у них целая гора, разве им еще нужен тот участок? Он идеально подошел бы вам под свадебный дом!

Мяо Лян рассмеялся:

— В деревне полно земли. Зачем нам отбирать их участок?

— Я же говорю:  чтобы Минь-гэр мог тебе помогать! Хэ-гэр сейчас поставляет овощи в усадьбу Лян. Если Минь-гэр будет выращивать овощи на той же земле, разве Хэ-гэр откажется представить вас Лянам?

При упоминании усадьбы Лян Мяо Лян задумался. Связи с богатыми семьями всегда полезны.

— Но если мы отберем у них землю, разве Хэ-гэр захочет помогать?

— Кто говорит об отбирании? Попроси старосту – если это выгодно для мастерской, разве он откажет?

Мяо Лян помолчал:

— Дело серьезное. Нужно посоветоваться с отцом.

Мать Мяо Минь осталась довольна. Она была уверена, что перспектива связи с Лянами не оставит его равнодушным. Причина ее расчетов крылась в том, что участок Ян Далана еще не был официально выкуплен у деревни.

Молодые семьи обычно арендовали землю у общины на десять лет за символическую плату, а затем выкупали ее. У Ян Далана еще было девять лет аренды. Через девять лет он мог бы выкупить участок за шесть лянов. Другими словами, до переоформления земельного участка документы на домовладение все еще числились на имени деревни. А такая ситуация давала возможность тем, кто хотел воспользоваться этим, найти лазейку в законе.

Однако на этот раз расчеты матери Мяо Минь оказались слишком самонадеянными.

Даже при наличии такой возможности, чтобы убедить старосту деревни пойти против правил, нужно было предложить ему достаточную выгоду!

Поэтому, когда Мяо Лян загорелся этой идеей и заикнулся об этом старосте, тот, Мяо Хошэн, смутился, нахмурился и сказал: «Но Далан заключил с деревней арендный договор по всем правилам, и к нему не подкопаешься. Если ты хочешь, чтобы я забрал у него землю... это... будет сложно. Если мы так поступим, остальные семьи тоже не останутся в стороне».

Мяо Лян сжал губы, в душе чувствуя недовольство. Он думал, что если бы его дядюшка Мяо Цзюэ предложил это, разве бы не получилось? Ведь когда староста навещал дом Мяо Цзюэ, он кланялся так низко! Видно, его собственного авторитета еще недостаточно. Даже после того, как он уговорил отца уступить двор дядюшке под мастерскую, ему все равно не удалось попасть в самый центр дел.

Именно поэтому Мяо Лян начал беспокоиться. Услышав намеки своей будущей тещи, он все больше проникался этой идеей и теперь изо всех сил пытался проложить этот путь! Столкнувшись с отказом старосты, внешне он оставался спокойным, но внутри становился все более нетерпеливым.

Через пять дней Мяо Хэ и Ян Далан отправились в город, чтобы доставить овощи в девятый раз. После следующей, десятой поставки, управляющий Цзинь обещал немного поднять цену и уже радостно рассчитывал, что можно будет засадить новое поле, выбирая, что и где сажать.

Пока они ехали на скрипучей повозке, они выбрали места сзади, отделенные от остальных пассажиров ящиками с овощами. Мяо Хэ не удержался и шепнул Ян Далану на ухо:

— Интересно, сколько стоит ослиная повозка. Сейчас мы платим за два места в повозке дяди Ма, да еще, если тебя нет со мной, меня все время расспрашивают. Хотелось бы свою собственную. — Мышление современного человека подсказывало ему, что транспорт – это необходимость, а не роскошь.

— Осел с повозкой – около десяти лянов, — подумав, ответил Ян Далан.

Мяо Хэ ахнул:

— Так дорого? Кажется, дом построить дешевле.

В империи существовал контроль над скотом, не предназначенным для еды, поэтому цены были высокими. Ослы и волы стоили от семи-восьми лянов.

Ян Далан ответил просто:

— Если хочешь – купим.

Мяо Хэ сразу же отказался, махнув рукой:

— Это больше половины наших сбережений, жалко. Да и где мы его будем держать? Двор слишком маленький. Лучше подождем, пока не обустроим горный участок.

При этих словах Ян Далан нахмурился. Молодой гэр целиком погрузился в заботы о новом огороде. Стояла жара, солнце палило нещадно, и даже после небольшой работы его щеки становились румяными, а на лбу выступал пот. Хотя кожа у него оставалась белой и нежной, без загара, смотреть на это было просто жалко.

Он хотел запретить ему работать и делать все самому, но гэр все равно крутился рядом. Ян Далан не мог придумать, как заставить его отдыхать, поэтому согласился, чтобы они работали вместе – так хотя бы закончат быстрее.

— Когда участок будет готов, я пойду в горы, — вдруг сказал Ян Далан.

Мяо Хэ опешил и хотел возразить, но Ян Далан, словно предугадав, опередил его:

— Рана зажила. Нужно осмотреть выделенные земли. Это необходимо.

Но Мяо Хэ понимал, что, скорее всего, он хочет заработать больше денег, чтобы купить ему ослиную повозку. Он уже пожалел, что проболтался, но не мог же он вечно запрещать ему ходить в горы – ведь Ян Далан по профессии был охотником.

Мяо Хэ сжал губы:

— Нам хватает денег. Если уж ты решил идти, будь предельно осторожен и ни в чем себя не пересиливай.

Взгляд Ян Далана потеплел: «Знаю».

Они еще немного поговорили в повозке, и вскоре добрались до города. Ян Далан взвалил ящик с овощами на плечо, и они вместе отнесли его в усадьбу Лян. Они доставляли овощи только туда, а не в чайную, потому что изначально это делал один Мяо Хэ, а чайная находилась в неудобном месте – от въезда в город до нее нужно было нести ящик на себе. Когда старший Лян узнал об этом, он предложил, чтобы они приносили овощи в усадьбу, а работники чайной сами бы их забирали. С тех пор Мяо Хэ всегда носил овощи в усадьбу Лян.

Они не знали, что их заметил Мяо Лян, который тоже приехал в город по делам. Сегодня утром Мяо Лян доставил в мастерскую соевые шкурки, не потратившись на повозку – он нес их на плече под палящим солнцем. В последнее время он только и думал о предложении матери Мяо Минь, и, увидев этих двоих у ворот усадьбы Лян, невольно остановился.

Не то чтобы из-за чувства вины, но Мяо Лян инстинктивно спрятался за углом и стал наблюдать за Ян Даланом и Мяо Хэ. Он увидел, как они передали ящик (содержимое которого было не видно) привратнику усадьбы Лян и быстро ушли. Они даже не обменялись с привратником ни словом, будто это была чистая формальность.

Если бы это был он, он бы каждый раз подносил привратнику какую-нибудь мелкую взятку, чтобы наладить отношения. А эти двое просто ушли, не воспользовавшись возможностью. Мяо Лян подумал, что они просто растрачивают свой шанс, и его сердце снова загорелось желанием получить то, чего он так жаждал.

Так как же ему можно было этого добиться?

Размышляя об этом, Мяо Лян вдруг замер.

Он увидел, как к воротам усадьбы Лян подошел работник из чайной «Яншуй», и вскоре привратник впустил его внутрь. Мяо Лян задумался, какие же отношения связывали чайную «Яншуй» и усадьбу Лян.

Когда работник вышел, он тоже нес ящик. И этот ящик... показался ему знакомым. Разве он не был похож на тот, что только что принесли Ян Далан и Мяо Хэ?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 29. Утрата, о которой нельзя говорить

В сердце Мяо Ляна закралось подозрение. Ранее он слышал от Юань-гэ, что дела в питейной «Дахэ» пошли на спад из-за новых овощей, которые поставляли в чайную «Яншуй». Все заведение было настроено выяснить, откуда берутся эти овощи, но в чайную ежедневно привозили столько продуктов, что отследить источник было невозможно.

А теперь Мяо Хэ и Ян Далан приносят овощи в усадьбу Лян, откуда работники «Яншуй» уносят загадочные ящики. Разве это не странно?..

Охваченный сомнениями, Мяо Лян прождал целое утро, пока ноги не затекли, и лишь тогда заметил, что такие же ящики использовались для других поставок в усадьбу Лян. Это сильно ослабило его теорию.

Но разве это полностью исключало его догадки?

Если подсчитать, появление новых овощей в «Яншуй» как раз совпало с началом поставок Мяо Хэ в усадьбу Лян.

К тому же, объемы сходились – его подозрения не были беспочвенными!

Значит, можно убедить Мяо Юаня или Мяо Цзюэ надавить на старосту под предлогом «лучше перебдеть, чем недобдеть». Если в том ящике действительно были овощи Мяо Хэ, то принудительное выселение сорвало бы поставки! В такую жару пересаженные овощи просто не выживут, а новые грядки не успеют дать урожай. Перерыв в поставках помог бы «Дахэ» вычислить загадочного фермера!

Чем больше он обдумывал план, тем больше он ему нравился. Это было выгодно и ему, и семейству Мяо Цзюэ, а связи с семьей Лян помогли бы и мастерской. А староста не устоит перед давлением Мяо Цзюэ!

С глазами, горящими от возбуждения, Мяо Лян поспешно удалился.

Несколько дней спустя вечером староста, смущенный и неловкий, неожиданно навестил дом Мяо Хэ и Ян Далана. С ним пришли пожилые супруги, причем мужчина нес в руках связанную курицу! Мяо Хэ насторожился – что-то явно затевалось.

Когда гостей усадили в главной комнате и подали чай, староста вздохнул:

— Простите за поздний визит. Вы, наверное, целыми днями на новом участке – вот я и не застал вас раньше. — В деревне ночью было темно, и без серьезной причины никто не выходил из дома.

Ян Далан нахмурился:

— Ничего страшного. В чем дело?

Сопровождавшие старосту старики оказались Мяо Ли и его женой. Мяо Ли – отец Мяо Ляна и будущий свекор Мяо Миня. Они были в родстве с семьей Мяо Цзюэ и раньше не общались с Ян Даланом.

Староста говорил с тяжестью в голосе:

— Виноват… Я ошибся и пришел извиниться.

— Объясните, — тень недоверия мелькнула в глазах Ян Далана.

— Помните, на собрании я призывал всех сажать больше сои? Дядя Ли искренне заботится о деревне и сразу откликнулся. Он выбрал участок, чтобы расчистить его под сою, а я, обрадовавшись, даже не проверил как следует и оформил землю на него по правилам целины. Уже и документы подписаны…

Ян Далан потемнел лицом. Он догадался, к чему клонит староста. Мяо Хэ же все еще не понимал, пока не услышал:

— Оказалось, этот участок… пересекается с вашей домовой землей! Я, как староста, совершил большую оплошность. Вот и пришел просить прощения.

Мяо Ли, морщинистый старик, поспешно встал и поклонился:

— Далан, и я виноват! Я неточно указал границы, вот староста и записал землю неправильно. Примите в знак извинений эту курицу!

Мяо Хэ наконец понял. Выходит, здесь тоже бывает «двойная продажа» земли! Ведь раз участок уже сдан в аренду, арендатор имеет приоритетное право выкупа – нельзя же просто выгнать тех, кто уже построил дом!

— Если так, — недоуменно спросил Мяо Хэ, — почему бы просто не исключить наш участок? Мы доплатим разницу, и дядя Ли передаст нам землю.

Он взглянул на Ян Далана, но тот лишь мрачно сжал губы, словно знал, что все не так просто.

Староста сокрушенно покачал головой:

— Увы, ваш участок слишком большой и находится прямо в центре выделенной земли. Если его вырезать, для сои почти ничего не останется. А у вас ведь уже есть новый надел – переехав туда, вы не останетесь без земли. А если уступите этот участок дяде Ли, мастерская будет обеспечена соей! Он же ради общего блага даже свой двор отдал под мастерскую – разве мы можем не поддержать его?

Пока староста вздыхал, жена Мяо Ли – тетушка Ли – уже вовсю разглядывала дом.

— Хэ-гэр, — вдруг сказала она, — я схожу на кухню, ладно? Не бойся, ничего не трону! — И, не дожидаясь ответа, направилась в задние комнаты.

Мяо Хэ опешил от такой наглости.

Ян Далан молчал, но его взгляд стал холодным и оценивающим. Он смотрел то на старосту, то на Мяо Ли. Старик явно чувствовал себя неловко – ему было непривычно лгать, но ради сына он был готов на все.

Староста, видя, что люди не выражают согласия, снова принялся уговаривать:

— Далан, не вини меня, что я, как староста, встал на сторону твоего дяди Ли. Ты не понимаешь, как важны для нашей деревни мастерские и соевые бобы! Даже если я признаю свою ошибку, то лишь ради того, чтобы помочь Мяо Ли. Его поддержка – это пример для всех! Если я, староста, даже не помогу ему, то что подумают деревенские? Выходит, я говорю одно, а делаю другое?!

Эти слова звучали так, будто ошибка старосты с землей не в счет, а пострадавшие еще и должны были позаботиться о его репутации.

Ян Далан вдруг резко сказал:

— Сколько серебра? Землю мы выкупим целиком.

То есть они готовы купить всю землю, которую приобрел Мяо Ли, чтобы тот мог на эти деньги найти другой пустырь под соевые бобы.

Услышав это, староста и Мяо Ли остолбенели. Они не ожидали такого поворота и надеялись, что Ян Далан просто смирится и расторгнет аренду.

Мяо Хэ тоже быстро сообразил и кивнул:

— Верно. Если так, мы выкупим у дяди Ли всю его землю. Он сможет найти участок получше. Ведь здесь еще и наш дом стоит – сносить его и расчищать землю тоже труд.

Тут из задней комнаты выскочила тетушка Ли и затараторила:

— Кто сказал, что дом надо сносить? Не надо! Кухня-то вполне крепкая, можно просто расширить. Да и, Хэ-гэр, то, что ты развел во дворе, не выкорчевывай, оставь тетушке! Я тоже хочу огород посадить. На той же земле – и у меня будет так же хорошо, как у тебя!

Мяо Ли сразу смутился и сердито покосился на болтливую жену.

Мяо Хэ удивленно моргнул.

— Огород?.. — Неужели из-за грядок во дворе?

Староста, видя, что дело идет к разоблачению, тут же сменил тон и строго оборвал:

— Даже если у вас есть серебро на выкуп, искать новую землю – значит терять время! Все упирается в цену этого глинобитного дома, верно? Хорошо, я, как староста, решаю: пусть дядя Ли заплатит за дом! Если вы уступите землю и поможете семье Мяо Ли успеть с посевом соевых бобов – это будет великое благо для деревни! Раньше вы не хотели сажать бобы, а теперь даже дяде помочь не можете? У вас ведь есть другая земля под дом. Такая бессердечность… Я, как староста, очень разочарован!

А лицо Ян Далана к этому моменту стало мрачным. Будь то из-за огорода или бобов – староста твердо решил заставить их уступить землю. Семья Ян в деревне Мяо, как чужаки, всегда сталкивалась с несправедливостью. И многое зависело от отношения старосты.

Поэтому Ян Далан обычно избегал открытых конфликтов. В деревне оставались вторая тетушка Ян, Датун и Дате.

Но на этот раз староста перешел все границы!

Они думают, что могут безнаказанно давить на беззащитных? Теперь даже клочок земли, где гэр разводит огород, хотят отнять!

А он, как муж, даже не может защитить эту землю для него…

Ян Далан сжал кулаки и с силой ударил по столу!

Бам!

Грохот мгновенно ослабил напор старосты.

Тот заикаясь пробормотал:

— Раз-разве я не прав? Я же о вашей репутации забочусь! Ваша семья Ян не так близка с деревенскими, вам сложнее решать дела. А поможете дяде Ли – и в будущем вам помогут. Это же взаимовыгодно…

После долгого молчания Ян Далан глухо сказал:

— Хорошо. Мы поможем.

Староста и Мяо Ли, уже потерявшие надежду, обрадовались.

Староста поспешил закрепить успех:

— Отлично! Я знал, что Далан – человек рассудительный! Деревня Мяо этого не забудет! Но сроки поджимают, надо успеть посеять. Новый дом можно быстро построить… Может, через полмесяца…

— Через двадцать дней мы переедем, — прервал его Ян Далан.

— Двадцать? Ладно, договорились! За вашу доброту я лично похвалю семью Ян перед всей деревней! А с постройкой помогу найти работников – сделают быстро и аккуратно!

Эта фальшивая забота была ни к чему. Ян Далан покачал головой и встал, давая понять, что разговор окончен:

— Не надо. Дел много. Провожать не стану.

Троих почти выпроводили, и даже принесенного ими цыпленка Ян Далан не взял. Только на обратном пути они вспомнили, что не обсудили цену дома.

Мяо Ли хотел вернуться, но жена дернула его за рукав:

— Дурак! Раз он не сказал про серебро, значит, не надо! Не смей идти!

Староста тоже не хотел осложнений – если начнется торг, Ян Далан может передумать. Раз он не поднял тему, значит, можно считать, что дом достанется даром.

А Мяо Хэ, когда гости ушли, нахмурился:

— Правда отдадим землю? — У них действительно была другая земля, но права на этот участок были законны – зачем уступать?!

Ян Далан, кипя от злости, мог только извиниться перед маленьким гэром:

— Я подвел тебя. Не смог защитить.

Мяо Хэ вспомнил про вторую тетушку Ян. Будь то древность или современность – ссориться с главой всегда плохо. Он понимающе потрепал мужа по руке.

— Ничего. Переедем – будет спокойнее. А здесь… пусть берут. Но перед этим я выкорчую весь огород!

Ян Далан немного разгладил брови. Он думал о том же.

— Огород выкорчуем. И дом снесем.

Мяо Хэ хихикнул.

— Да! Хотят соевых бобов? Пусть получат голую землю!

На следующий день Мяо Хэ проснулся один – Ян Далана уже не было. Поначалу он в полусне припомнил, что муж куда-то уходил и что-то говорил. Тогда он вскочил, оделся и бросился во двор – охотничье снаряжение пропало!

Сердце Мяо Хэ сжалось. Вчера перед сном они как раз обсуждали, во сколько обойдется кирпичный дом. Мяо Хэ хотел построить капитально, чтобы потом не переделывать. Но выходило минимум двадцать лянов. Все их сбережения от продажи овощей с «живой земли» как раз составляли эту сумму. Потратить все значит остаться ни с чем.

Видимо, Ян Далан решил добыть денег и ушел в горы, пока гэр спал.

Но он не успел дать ему еды! И ломтики женьшеня (выращенные из семян с помощью «живой земли») тоже не положил! Как он мог так внезапно сбежать?!

Сначала Мяо Хэ запаниковал, но потом разозлился. Разве нельзя было обсудить такое?! Вот вернется – ему достанется!

Но пока ему самому нельзя ударить в грязь лицом. И на этот раз не постесняется использовать «живую землю» по полной.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 30. Одиночество

Ранее на новом участке земли Мяо Хэ и Ян Далан создали небольшой огород с живой почвой, который был даже больше, чем задний двор в их доме. Первоначально Мяо Хэ не спешил и хотел посадить то же самое, что и раньше, но теперь им не хватало денег на строительство дома, а этот метод был слишком медленным, поэтому Мяо Хэ решил быть безжалостным и попробовать предыдущую идею продажи готовых блюд со сложным исполнением, чтобы замаскировать наличие живой почвы!

Но что же продавать? Пирог из бобов мунг, который он любит и изучал больше всего.

Приняв решение, Мяо Хэ использовал живую почву для посадки зеленых бобов и собрал большой мешок. Вскипятив кастрюлю горячей воды, он замочил зерна, подождал в течение часа, затем нашел чистую ткань, чтобы отжать замоченные бобы, и слегка помял их руками, чтобы шкурка легко снялась, затем ополоснул водой, и ядра были готовы.

Следующий шаг - приготовить их на пару и обжарить. Бобы сначала варят на пару, а когда они станут мягкими, их измельчают в пюре, а затем обжаривают на сковороде с маслом и сахаром до образования комков. Дома было только кунжутное масло, поэтому пирог из бобов мунг будет благоухать кунжутным маслом. Такой запах,  смешанный со сладкой, мягкой и плотной текстурой, нравился очень многим.

Единственное, у Мяо Хэ не было под рукой формочек. Как только тесто было готово, он мог только разрезать его ножом на мелкие кусочки. Покончив с этим, он выбрал кусочек и бросил его в рот. Пирог почти мгновенно растаял у него во рту. Взволнованный Мяо Хэ не мог не проглотить несколько кусочков подряд.

После напряженного рабочего дня Мяо Хэ даже специально испек большой пирог для двух человек. Он часто проверял ворота, но никто не появлялся!

Может ли быть так, что Ян Далана не будет три или пять дней? Если вспомнить, как Ян Далан ходил на охоту раньше, то это вполне возможно, но Мяо Хэ еще больше расстроился. Неужели трудно было сказать ему пару слов? Так что когда незадачливый Да Бай, который с удовольствием ел пирог из бобов мунг, попался ему под руку, Мяо Хэ схватил его и растрепал весь мех. После этого кот схватил пирог и решил обходить своего эксцентричного хозяина стороной.

Мяо Хэ беспокойно спал этой ночью и проснулся рано утром. Проснувшись, он некоторое время решал, стоит ли ему продолжать ждать возвращения Ян Далана дома или продать в городе пирожные, которые он испек вчера. Но когда он подумал о том, что пирожные было не так-то просто сделать, к тому же он израсходовал все масло и сахар, ему стало очень жаль тратить еще один день впустую.

В конце концов, Мяо Хэ сложил пирожные в коробку и сердито вышел из дома. Ему было все равно, что подумает Ян Далан, когда увидит, что его нет дома. Кто виноват, что он улизнул в свои горы?

Садясь в повозку дяди Ма, Мяо Хэ не хотел сегодня много разговаривать и всю дорогу до города притворялся спящим. Добравшись до города, он сразу же отправился в чайный дом «Ян Шуй». Он решил для начала попробовать чайный дом. Если чайный дом не примет его, Мяо Хэ попытается продать пирожные на рынке.

Как только управляющий Цзинь увидел, кто к нему пришел, он, естественно, тепло встретил Мяо Хэ.

- Привет, брат Хэ? Почему сегодня здесь только ты? Где брат Ян?

Мяо Хэ поджал губы:

- Он занят. Сегодня я пришел к господину управляющему, чтобы спросить, принимают ли в вашем чайном доме пирожные из бобов мунг. Я сделал несколько дома, если их не возьмут здесь, я продам их на улице.

Управляющий был немного удивлен:

- Почему брат Хэ все еще думает о продаже пирожных?

Дохода от продажи одних только овощей должно хватать на хорошую жизнь.

Мяо Хэ рассказал о необходимости переехать. Он не стал рассказывать о том, что стояло за этим, а лишь вкратце поведал правду об ошибке, которую совершил староста деревни.

Управляющий немного рассердился:

- Как они могут так поступать? Если он совершил ошибку, другая сторона должна уступить. Это слишком похоже на издевательство!

Мяо Хэ не хотел обсуждать это и просто покачал головой:

- Кто виноват, что этот человек - староста деревни? Господин управляющий, я принес немного пирожных, чтобы вы попробовали для начала.

Управляющий ресторана уже ел тушеную капусту Мяо Хэ, естественно, он решил попробовать. Однако, когда он увидел пирожные, которые он принес, они были довольно простыми на вид, да и ингредиенты были  простыми – обычные бобы. Он был немного разочарован. Помимо хорошего вкуса, выпечка чайного дома также должна быть красивой, это является обязательным условием. Только за это вычитаются баллы. А бизнес есть бизнес, даже если это знакомый, он все равно должен говорить правду.

- Ну, брат Хэ, в прошлом ты доставлял только овощи, может быть, ты не знал, наша еда здесь очень изысканная. И существуют определенные требования к цвету и аромату. Еда должна быть либо яркой, либо особенной. Но этот пирог... кажется немного обычным...

Впрочем, видя, что пирог уже достали, управляющий Цзинь подумал об этом, выбрал кусок и бросил его в рот.

Мяо Хэ был немного разочарован, услышав это. Он всегда был уверен в продуктах, производимых его живой почвой. Но если еда должна быть не только вкусной, но и красивой, это было действительно то, чего он не мог сделать в данный момент.

Мяо Хэ поджал губы и понимающе кивнул:

- Все в порядке. Я только хотел спросить у господина управляющего еще одну вещь: сколько я должен брать за кусок такого пирога, чтобы продавать его на улице? - сказав это, он намеревался забрать со стола тарелку с пирожными. У него было не так много времени, чтобы тратить его впустую.

Однако управляющий не смог ответить на вопрос.

- Подожди, можно мне еще кусочек? Я съел его слишком быстро.

Мяо Хэ ошеломленно кивнул. Затем он увидел, как мастер Цзинь выбрал другой кусок и сунул его в рот, на этот раз слегка сузив глаза. Казалось, он тщательно прощупывал вкус этого неприметного пирожного. Закончив есть, он посмотрел на тарелку с образцами. Там было всего три кусочка, а теперь остался только один.

На этот раз управляющий даже не стал спрашивать, а просто взял и съел!

Спустя долгое время он снова открыл рот. Магия! Это было поистине волшебно! Этот пирог так и хочется съесть один кусочек за другим без остановки!

Сладость пирога в самую меру, а тающая во рту мягкость демонстрирует нежность и сладость бобов мунг! А когда вкус полностью рассеивается во рту, так и хочется съесть еще кусочек!

Как только мастер Цзинь закончил есть, он ударил по столу. Решение было принято сразу же. Ему даже не пришлось спрашивать шеф-повара, отвечающего за закуски на кухне. Даже если чайный дом не будет продавать эти пирожные, он был бы счастлив купить их все и съесть сам!

- Не беспокойся. Мы возьмем эти пирожные! Я просто слишком поторопился. Но этот пирог очень вкусный. Даже если это просто бобы, даже если это уродливо, это совсем не проблема! Конечно! Как насчет трех монет за маленький кусочек? Позже я попрошу мастера дать тебе набор форм, и ты сможешь использовать их для изготовления пирогов. В будущем мы купим каждый за полсвязки монет!

Глаза Мяо Хэ слегка расширились! Вчера он сделал не менее пятидесяти маленьких кусочков. Один маленький кусочек стоил три монеты, значит, пятьдесят кусочков - это почти 15 цяней серебра? Если бы они были сделаны в формах, они могли бы стоить больше, может быть, куски будут более крупные, но у него нет проблем с большим количеством!

За один день можно сделать треть ляна серебра. Три дня - один лян, тридцать дней - десять лян! Тогда этих денег хватит на строительство дома!

Мяо Хэ наконец-то улыбнулся:

- Хорошо, спасибо, господин управляющий! Тогда с этого момента я буду добавлять несколько штук в качестве подарка!

Управлящий Цзинь рассмеялся и сказал:

- Нет проблем, нет проблем, чем больше, тем лучше!

На этот раз они не стали заключать контракт, в любом случае это был вопрос оплаты одной рукой и доставки другой. Позже Мяо Хэ получил от управляющего набор деревянных форм и пошел в продуктовый магазин, чтобы купить еще сахара и небольшую банку сала, опасаясь, что некоторым людям может не понравиться вкус кунжутного масла. Пирожные из бобов, приготовленные с салом, более ароматные и более чистые на вкус.

Возвращаясь после обеда в деревню, Мяо Хэ шел домой с некоторым облегчением.

Придя домой, он увидел, что дом по-прежнему пуст, и только Да Бай выбежал из него. Разочарованный, Мяо Хэ присел на корточки и поднял маленького черного кота, который уже набрал некоторый вес. Вдруг он подумал, что если бы он действительно развелся с Ян Даланом и не планировал возвращаться домой, разве такая жизнь, когда зарабатываешь деньги, возвращаешься домой и живешь один, не была бы такой как сегодня?

Мяо Хэ не удержался и потрепал беспокойного маленького черного кота на руках:

- Даже тебя бы там не было.

Маленький черный кот мяукал. Кто знает, было ли это согласием или голодным криком. Чуть позже кот наклонился поближе, чтобы принюхаться, и почувствовал на руке Мяо Хэ запах пирога из бобов мунг, вчерашнего вкусного пирога!!! Он с энтузиазмом лизнул его и мяукнул еще.

На этот раз Мяо Хэ понял и пробормотал:

- Неудивительно, что ты такой прилипчивый. Ты просто гурман!

Глаза маленького черного кота невинно распахнулись. Что такое гурман? Его можно есть?

Мяо Хэ, компанию которому в эту ночь по-прежнему составлял только маленький черный кот, к счастью, очень устал и погрузился в глубокий сон, как только коснулся кровати. Но на следующее утро он проснулся рано утром и начал готовить еще больше пирожных с зеленой фасолью, ни на что не отвлекаясь.

На этот раз ему пришлось сделать гораздо больше, так что подготовка была более тяжелой и трудоемкой. Был один технический аспект, который он не смог полностью преодолеть в предыдущий раз. Бобы были недостаточно тщательно измельчены. У него не было ни соковыжималки, ни кухонного комбайна, ни сита с мелкой сеткой. Мяо Хэ завернул бобы в ткань и старался бить по ним скалкой как можно больше. Благодаря отличным зеленым бобам из живой почвы, получившееся пюре таяло во рту. В противном случае текстура была бы намного хуже.

А когда речь идет о большом количестве пюре из бобов, этот момент пришлось преодолевать с еще большими усилиями. Так что после долгого рабочего дня Мяо Хэ выполнил свою задачу и сделал шестьдесят пирогов в формочках, ровно треть ляна серебра.

Но он очень устал, и доставка пирожных была отложена до завтра. Серебро не так просто заработать. При расчете на десять лян серебра в месяц, он не учел расходов,  так что придется сократить прибыль до пяти лян.

Этой ночью он тоже заснул как в тумане, и когда Мяо Хэ проснулся на следующий день с больной спиной, уже прошло время отъезда ослиной повозки! Мяо Хэ раздраженно вздохнул, что он мог сделать? Ему придется пронести пронести пирожные на себе весь путь до города.

Кроме того, пироги нельзя было уронить. Их нужно было хранить ровными слоями в квадратных коробках. Хотя коробки такие же, как и те, которые они используют для доставки овощей, но обращаться с ними нужно абсолютно по-другому. Их нельзя было даже пошатнуть. Только мысли об этом заставляли его голову болеть. Но Мяо Хэ стиснул зубы, нашел заплечные носилки и понес пирожныеи в город!

Только Мяо Хэ слишком переоценил свою физическую силу. Возможно, это тело уже привыкло к работе, но после того, как Ян Далан кормил его в течение нескольких месяцев, его первоначальная сила была не так хороша, как раньше. Пройдя некоторое время, Мяо Хэ начал задыхаться.

Было около полудня, солнце стояло прямо над головой. На дороге, ведущей в город, почти не было людей. Люди, которые ходят пешком, предпочитают делать это ранним утром, когда еще не так жарко. Несмотря на то, что на голове Мяо Хэ была шляпа, защищавшая его от солнца, он все равно пропотел насквозь и его физические силы истощались еще быстрее. Вскоре Мяо Хэ мог только смотреть на землю остекленевшими глазами, волоча ноги и замедляясь с каждым шагом.

Когда тень преградила ему путь, Мяо Хэ вяло попытался приподнять шляпу, чтобы посмотреть, кто это. В этот момент тяжесть на его плечах стала легче, как будто кто-то приподнял ее. И тут раздался знакомый голос.

- Почему ты не поехал на повозке?

- А? - Мяо Хэ поспешно поднял голову. Конечно, он увидел знакомое лицо!

Ян Далан, который также нес рюкзак за спиной, нахмурился и сказал:

- Что это? Не похоже на овощи, - сказав это, он поставил коробку на землю.

В этот момент глаза Мяо Хэ почему-то покраснели. Усталость, одиночество и разочарование последних нескольких дней, а также облегчение от того, что он увидел кого-то с первого взгляда, все эмоции сразу вырвались наружу. Но он чувствовал, что его реакция была неразумной, он явно был так зол! Он хотел преподать кому-то урок! Почему он плачет?!

Он инстинктивно опустил голову, не собираясь сейчас ни с кем разговаривать!

Но за это мгновение Ян Далан все же увидел, что глаза его гера покраснели и его голос стал жестким.

- Что случилось?

Пока он говорил, он пытался приподнять шляпу, но Мяо Хэ крепко ухватился за нее.

- Не вздумай снимать!

Ян Далан был немного встревожен, но не решался на жесткий поступок. Он просто присел на корточки, чтобы можно было заглянуть под шляпу, и встретился взглядом с красными глазами Мяо Хэ!

- ...! - Мяо Хэ еще больше рассвирепел и снова отвернулся в сторону.

Ян Далан погнался за ним:

- Что случилось? Скажи мне быстро, кто-то издевался над тобой?

- ... разве дело не только в тебе? - Мяо Хэ некоторое время сдерживался и, наконец, разозлился, - Я... я в бешенстве! Почему ты улизнул в то утро! Даже не сказал мне ни слова. Ты думал, что никто не будет волноваться? А теперь ты возвращаешься и ведешь себя так, как будто ничего не произошло? Я в ярости!

Ян Далан слегка замер, и его голос смягчился:

- Я действительно сказал тебе утром, - чуть позже он снова попытался снять шляпу, и маленький гер больше не держался за нее. Увидев, что человек весь в поту, он поспешил обмахнуть его шляпой.

- Сколько тебя не было? - сердито сказал Мяо Хэ.

В тот момент он ошеломленный и растерянный был в чьих-то объятиях, но все еще мог об этом думать.

- Я был осторожен. Я помню, что ты сказал, - Ян Далан мог только успокаивать своего гера.

Мяо Хэ оскалился и сказал:

- Конечно, я знаю, что ты будешь осторожен!!! Но что ты собираешься есть и пить на горе? Если ты не скажешь мне, я не смогу помочь тебе подготовиться! И кусочки женьшеня, я приготовил их давным-давно, а ты их не взял! Ты ушел в спешке, один. Ты думал, я буду тебя останваливать? Вот что меня злит!

Глаза Ян Далана внезапно потемнели и он спросил:

- Разве ты не стал бы останавливать меня?

Мяо Хэ знал, каково это - обладать силой, но не уметь ее использовать. Охота была способностью, на которую Ян Далан всегда полагался для своего пропитания и даже гордился своими навыками. Он не хотел препятствовать Ян Далану на каждом шагу только потому, что у него была живая почва. Он не хотел, чтобы Ян Далан чувствовал себя ненужным. Они вдвоем были семьей, и если они оба хотели внести свой вклад, то так тому и быть.

Мяо Хэ засопел:

- Просто помни, если ты не сможешь вернуться, я найду себе кого-нибудь другого!

Не успел он закончить последнее предложение, как Мяо Хэ схватили в чьи-то объятия! Объятия, пахнущие травами, потом и даже намеком на кровь, были горячими и обжигающими.

- Этого не будет.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 31. Покровитель

После небольшой ссоры они вскоре снова помирились. В дальнейшем они продолжили путь в город вместе, но, конечно, коробку нес уже Ян Далан. Только тогда Мяо Хэ узнал, что он уже продал в городе дикого кабана, того самого, которого они видели когда поднимались на гору в прошлый раз. Деньги, которые получил Ян Далан, превышали то, что они зарабатывали раньше: взрослого кабана можно было продать больше чем за два ляна!

Высокий риск действительно сопровождался высокой наградой. Мяо Хэ вздохнул про себя, а затем с улыбкой подсчитал их состояние, которое составляло более двадцати лян, плюс 2 ляна за кабана и пять лян от выпечки пирожных в течение следующего месяца, что составит двадцать семь лян!

- Нам не нужен слишком большой дом. Сначала нужно построить помещения, которые будут использоваться, например, кухню, столовую и туалет. Остальное можно расширить позже. Даже если мы сейчас возьмем 20 лян на строительство дома, у нас все равно останется немного денег на случай непредвиденных обстоятельств.

Ян Далан не понимал, почему его гер хочет построить роскошную уборную, но, видя его блестящие глаза, он решил, что все, что он скажет, будет хорошо.

После этого они вдвоем доставили пирожные управляющему Цзиню без происшествий. Когда коробка была открыта, к счастью, все пирожные остались на месте, а узор на верхней части каждого кусочка был изысканным, красивым и совершенно целым.

Однако Мяо Хэ все еще немного волновался, так как сегодня он долго нес их под солнцем, поэтому он сказал:

- Все-таки сейчас лето, поэтому лучше съесть эти пирожные побыстрее, если есть возможность. Было бы лучше, если бы мы могли их заморозить, так они будут еще вкуснее.

Управляющий рассмеялся:

- Не волнуйся, брат Хэ, ты должен знать, что те, что ты принес позавчера, были распроданы в тот же вечер. Вчера даже были клиенты, которые просили их снова. Я думаю, что те, которые ты принес сегодня, будут распроданы еще до вечера и не доживут до завтра! Мы также отправим их в погреб для охлаждения, не волнуйся!

Услышав это, Мяо Хэ неожиданно спросил:

- Разве вы не используете лед в чайном доме?

Управляющий Цзинь, был немного удивлен, но сказал:

- Это редкий товар, которым пользуются только богатые и состоятельные люди в округе, так что у нашей маленькой чайной нет такой роскоши. Лед из ледяного погреба всегда расхватывают каждый год. А везти его издалека нерентабельно.

Услышав это, Мяо Хэ хотел ударить себя по голове! Почему ему не пришла в голову идея сделать лед из селитры, когда уже был пудинг из тофу? Он слышал, что управляющий упомянул только о ледяном погребе, но не о летнем производстве льда. Значит, производство льда из селитры еще не было обнаружено?

В это время господин Цзинь продолжил:

- Даже если нет льда, этот пирог с зелеными бобами-мунг от брата Хэ появился очень своевременно. Несколько дней назад ресторан «Дахэ» приготовил новое блюдо под названием фучжу. Возможно, оно сделано из соевых бобов. Хотя наша чайная не так хороша, как они, но у них есть новый продукт, и у нас тоже, так что это прекрасно!

Фучжу? После пудинга из тофу появилась фучжу?... А еще есть сушеные бобы. Подозрение в глубине его сердца снова всплыло, и Мяо Хэ пристально посмотрел на управляющего.

Увидев его взгляд, управляющий Цзинь подумал, что он волнуется, и сказал с быстрой улыбкой:

- Эх, хотя цех по производству тофу в вашей деревне предназначен исключительно для ресторана «Дахэ», наша чайная отличается, у нас отсутствует конкуренция за клиентов. Не думай об этом слишком много, брат Хэ! Даже если и так, это всего лишь честная конкуренция. Цена, которую мы взимаем, определенно лучше, чем те цены, которые выставляет ресторан «Дахэ»!

Но Мяо Хэ уже отвлекся, в его голове роились мысли, и он не помнил, как после этого покинул чайный дом. Когда они с Ян Даланом уже почти дошли до входа в город, Мяо Хэ наконец остановил его и спросил.

- Я видел, что ты использовал порох во время охоты, это было похоже на вызывание огня, а слышал ли ты когда-нибудь о селитре?

---

Мысль о льде очень взволновала Мяо Хэ.

Сейчас, когда наступило лето, было очень жарко, и единственным способом охладиться здесь были ручьи. Сколько можно было бы приготовить всех этих ледяных соков и сладких продуктов со льдом! Но все это нужно тщательно скрывать. В эти дни Мяо Хэ было немного грустно.

Если они хотят использовать этот метод публично, им нужен более мощный покровитель. Разве владелец чайной не является подходящей кандидатурой? К тому же, если тот, кто стоит за пудингом из тофу, действительно переселенец, возможно,  этот человек знает об этом способе и сможет вытащить его позже. Так почему бы просто не воспользоваться первыми, ну, не совсем первыми, но зачем оставлять бизнес по зарабатыванию денег этому человеку? Не говоря уже о том, что он, похоже, скрывается за семьей Мяо Цзюэ.

Но не будет ли это слишком бросаться в глаза и не повлечет за собой раскрытие секрета живой почвы? Можно ли доверять чайному дому? Кроме того, он, кажется, поставил слишком много на чайный дом, действительно ли это хорошая идея?

Мысли в его голове проносились снова и снова. В итоге Мяо Хэ решил рассказать Ян Далану все, что мог. Лучше было обсудить это вдвоем, чем сомневаться одному. После того, как Ян Далан закончил слушать, взгляд его темных глаз стал сложным.

Мяо Хэ сказал:

- Я действительно не бесмертный! Я просто случайно узнал об этом способе!

Ян Далан не спрашивал, он просто обнял гера и начал целовать. Все мысли о производстве льда отошли на второй план. Мяо Хэ был горячим и обжигающим, и это подтверждалось его телом снова и снова. Он был гером Яна Далана, теплым, настоящим и не мог убежать.

——

Через несколько дней Мяо Хэ и Ян Далан снова пришли в чайный дом, чтобы доставить пирожные с зелеными бобами. На этот раз господин Цзинь пригласил их в отдельную комнату и снова поспешно вышел, велев персоналу обслужить их, принести все, что они пожелают, и ждать, пока он вернется!

Официант ответил, думая, что управляющий что-то забыл и собирается вернуться за этим. Но он не знал, что тот сразу же приготовил карету и поспешил в уездный город. Поездка туда и обратно заняла два часа. Обратно с управляющим Цзинем приехал еще  и владелец чайного дома, Лао Цюй, который приходил сюда только несколько раз в год!

Вся чайная сразу же замерла в напряжении. Все еще помнили, что некоторое время назад старик устроил здесь буйство. Он ругал не только поваров на кухне, но и официантов и уборщиц. Они все были виноваты! Они думали, что их чайная - лучшая в мире, но в его глазах она была почти как придорожная лапшичная!

Теперь владелец снова здесь. Произошло что-то важное?

Весь персонал с трепетом наблюдал, как управляющий Цзинь пригласил Лао Цюя в комнату Ян Далана. После этого никому даже не разрешили подавать чай. Время от времени люди косились на закрытую дверь комнаты и беспокойно спрашивали:

- Неужели не нужно подавать чай?

Будут ли их ругать за халатность? И все ли в порядке с едой, которую принесли раньше?

Через час дверь, наконец, открылась! Все увидели, что на всегда суровом лице Лао Цюя сияет улыбка. Он смеялся и шутил с высоким мужчиной. Рядом с ними сидел симпатичный, хорошо воспитанный гер. Разве это не Ян Далан и Мяо Хэ, которые приходили в чайный дом раньше? Старик даже заботливо проводил их до самой входной двери. Управляющий Цзинь также следовал за ним, потирая ладони и улыбаясь во весь рот.

Какого черта, подумали все про себя. Но никто не подозревал, что только что над ними технически появился еще один владелец.

Да. В итоге Ян Далан обменял метод изготовления льда не на серебро, а на долю чайного дома.

Дело не в том, что он хотел завладеть доходом чайного дома. Доля, которую запросил Ян Далан, была очень низкой - три доли, даже не полпроцента. Он настоял на том, чтобы взять долю, но только для того, чтобы найти дополнительную поддержку и покровителя.

С тех пор, как Мяо Хэ рассказал ему о методе изготовления льда, в голове Ян Далана роилось множество мыслей. Он знал, что если он сможет игнорировать времена года и делать лед в любое время, это повлечет большие перемены. Не только чайный дом, но и речной и наземный транспорт, почти все может быть преобразовано.

Однако предыдущие слова господина Цзиня наводили на мысль, что они конкурируют с рестораном «Дахэ». Ян Далан изначально думал, что это не имеет к ним никакого отношения. Когда он охотился, он продавал хорошую добычу в чайный дом «Ян Шуй», а более дешевую в ресторан «Дахэ», без какого-либо различия между ними.

Но кто знает, какие льготы мастерская тофу пообещала старосте деревни, что он решил использовать соевые бобы как причину для такого предвзятого отношения и выселить их из дома. Если бы стало известно, что они поставляют овощи в чайный дом, они бы оказались противниками мастерской тофу. Кто знает, какое еще оправдание выдумает деревенский староста, чтобы остановить их.

И этот вопрос был решен не без намеков. В предыдущий раз, когда они ушли из чайного дома, Мяо Хэ казался растерянным и не обращал внимания на окружающую обстановку. Но Ян Далан видел это - на углу дороги стоял Мяо Лян и смотрел на них с подозрением и настороженностью. Именно отец Мяо Ляна, Мяо Ли, пытался лишить их земли. Как можно забыть об этом?

Даже сегодня, когда они вышли на улицу, Ян Далан обратил внимание, не следит ли кто за ними. Но он не стал подробно обсуждать это с Мяо Хэ. Все, что ему нужно было сделать, это хорошо защищать свою семью.

Поэтому, когда его спросили о цене за метод изготовления льда, Ян Далан был непреклонен, настаивая на акциях чайного дома, даже если эта просьба считалась ненасытной. Только тогда управляющий Цзинь пошел на все, чтобы пригласить владельца к себе.

В это время Мяо Хэ все еще беспокоился, поглядывая на Ян Далана, и тихонько спросил:

- Это хорошая идея?

Ян Далан медленно опустил глаза, зная, что раньше его гер был мягкосердечным и не слишком великодушным. Но к этому времени Ян Далан понял, что его гер настолько изменился, что если он будет заниматься только тем, что у него хорошо получается, охотой, он не сможет по-настоящему защищать его и заботиться о нем. Тогда ему придется измениться. Это то, что он обязан сделать.

И цена, о которой удалось договориться, оказалась лучше, чем предполагал даже Ян Далан. Лао Цюй был готов сразу отдать 10% акций. Сам факт изготовления льда был слишком важен. В это время селитра считалась частью пороха, и количество, которое люди могли получить на руки, подлежало регистрации, но для Лао Цюя это не было проблемой. Помимо того, что его семья не зависела от дохода от чайного дома, но и имела множество других предприятий, старик Цюй считал, что будущие доходы того стоят.

Следует знать, что благородные люди вынуждены прибегать к грабежу, чтобы купить лед. Если он сможет предоставить бесконечный запас льда, то можно себе представить, насколько одно это расширит сеть его контактов!

Подумав об этом, старик не мог не почувствовать себя счастливым. Более того, поговорив с этими двумя молодыми людьми, он понял, что они не жадные, и что у них были другие причины просить акции, как он слышал от управляющего Цзиня. Впечатление было настолько хорошим, что старик съел пирог с зелеными бобами.

- Этот пирог лучше, чем овощи. Впредь отправляйте часть в округ в ледяном ящике!

Это было настолько высокомерно, что даже управляющий Цзинь гордился, услышав это! Пирог лучше, чем овощи!

После этого он сопроводил их в правительственный офис и передал вторую копию акта клерку. Вопрос, который обсуждался между двумя сторонами, теперь был решен, и пути назад не было.

Управляющий Цзинь также ставил себе в заслугу это великое событие для Лао Цюя. Если бы он сам не отправился в уездный город, это великое благо могло бы ускользнуть от него. Перед уходом из чайного дома Лао Цюй похвалил его, что сделало управляющего Цзиня очень счастливым, и он был еще более сердечен с этими двумя мужчинами.

- Да, я слышал от брата Хэ ранее, что вы собираетесь построить новый дом, верно? Если серебра не хватит, то я могу внести задаток за следующую поставку овощей.

Мяо Хэ пожал ему руку:

- Нет, нет, нет, мы собрали деньги. Все будет сделано в соответствии с правилами чайного дома.

Управляющий Цзинь с улыбкой предложил:

- Тебе не обязательно быть вежливым, брат Хэ. Поскольку вы строите новый дом, нужно построить его качественно, чтобы вы могли жить в нем долгое время. Теперь, когда вы стали совладельцами нашего чайного дома, у вас в будущем обязательно будут деньги. Потратить немного больше денег сейчас, чтобы построить большой кирпичный дом, гораздо проще, чем потом сносить его и строить заново.

Мяо Хэ застенчиво улыбнулся:

- Да, мы действительно хотим построить дом из зеленого кирпича.

- Это хорошо, я знаю мастера, который владеет кирпичной мастерской. Почему бы мне не познакомить вас друг с другом? - мастерство управляющего Цзиня в установлении связей было нешуточным.

Глаза Мяо Хэ загорелись, и они с Ян Даланом посмотрели друг на друга. Они думали о кирпичном доме, но не знали, где найти производителя кирпичей. Потому что в деревне их не было.

- Если мастер не возражает против того, что дом маленький, я вас побеспокою!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 32. Строительство дома

Управляющий Цзинь оказался довольно расторопным, и на следующий день прибыла большая повозка с мастером Ли Мином. Он также принес несколько рисунков, чтобы выбрать дом для Мяо Хэ и его семьи.

В основе планировки лежал прямугольный внутренний двор. Прихожая, спальня на востоке, кухня на западе и ворота на юге образовывали квадрат. Если в будущем они захотят расшириться, можно будет построить еще один круг помещений, чтобы сформировать узор типа «день»*

(ПП: это выглядит как иероглиф日) .

Ли Мин привык работать с домами богатых и состоятельных людей. Обычно такие  люди настолько богаты, что не слушали его советов. Теперь, встретив  эту молодую пару, ему не терпелось попробовать. Однако Мяо Хэ тоже настоял на своем. Например, кровать-кан с подогревом, дренаж, освещение, дымоход и даже полы из дерева, покрытые лаком. Ли Мин с удивлением и недоумением снова и снова слушал странные вещи и иногда усмехался, повторяя:

- Нет, нет, послушайте меня, абсолютно нет.

В то время как обе стороны вели борьбу, рабочие уже начали трамбовать землю, и тележки с зеленым кирпичом также одна за другой доставлялись на новую территорию семьи Мяо Хэ. На этот раз караван прошел не по главной деревенской дороге, а по дороге за пределами деревни, которая была ближе к печи для обжига кирпича, поэтому в течение нескольких дней это удавалось скрывать.

Однако, когда началось строительство, большое движение за деревянным забором было замечено деревенским старостой, который проскользнул, чтобы проверить это!

Ян Далан не хотел, чтобы люди видели слишком много, поэтому он прямо перед воротами ограды и заблокировал деревенского старосту, который хотел войти.

- Внутри стройка, там грязно, я боюсь, что вы испачкаетесь.

Староста деревни крутился вокруг большой фигуры Ян Далана, пытаясь заглянуть внутрь, но ему это не очень удалось, да и с того угла, где он стоял, мало что можно было разглядеть. Тем не менее, он слышал звуки ударов и стук внутри, поэтому не было сомнений, что работа над новым домом уже началась.

Деревенский староста почувствовал некоторое облегчение, ведь если человек сказал, что переезжает, то он действительно собирается переезжать. Поэтому он сказал теплым тоном:

- Почему ты не попросил меня помочь тебе найти того, кто построит дом? Ты слишком вежлив. Кто эти люди? Если вы захотите вызвать кого-нибудь из города, вам понадобится платить им больше денег. Как можно тратить столько денег зря?

- Эти люди предоставлены знакомым мастером, и мы можем торопить их работу. А если просить людей в деревне, их торопить не получится, - Ян Далан открыто и честно объяснил причину.

При упоминании о спешке деревенский староста прикусил язык. Холодная реакция Ян Далана в этот момент была вполне оправдана. Староста снова начал вздыхать:

- Увы, Далан, мне тоже тяжело быть старостой деревни. На этот раз я прошу у тебя прощения. Но я обязательно расскажу жителям деревни правду о той помощи, которую вы с братом Хэ оказали нам на этот раз! Если найдутся подлые люди, которые хотят зарабатывать еду просто так, староста деревни обязательно поможет вам восстановить справедливость!

- Кроме того, если у вас возникнут трудности, просто скажите нам! Даже если не хватает денег на строительство дома, староста может помочь одолжить деньги у нескольких семей! - у семьи Ян уже была земля, поэтому они не боялись, что он откажется от выплаты своих долгов.

- Большое спасибо, не нужно.

Высказав еще несколько слов беспокойства, староста ушел с серьезным выражением лица, но с радостным сердцем. Поскольку Ян Далан был готов переехать, его работа считается законченной. Его племянник, Мяо Гуй, тоже сможет работать в мастерской, как и обещал Мяо Цзюэ! Это хорошо, это хорошо!

О переезде следовало рассказать старшим членам семьи. Выбрав день, Мяо Хэ с Ян Даланом взяли коробку пирожных с зелеными бобами и отправился в дом второй тети Ян, чтобы отчитаться. Когда тетушка Ян узнала об этом, она пришла в ярость и сильно топала ногами.

- Почему ты не рассказал мне об этом раньше? Твоя тетя определенно пошла бы спорить с ними, так чего же ты боишься? Что еще может сделать с нами этот подлый, заросший салом Мяо Хуошэн? Мы не занимаемся сельским хозяйством, не обрабатываем землю, мы живем своим ремеслом! Нам не приходится конкурировать с другими семьями за рабочую силу, неужели они боятся недосчитаться пару катти урожая при уплате налогов?! Они все там отупели? Ну, это уже слишком далеко зашло!

Ян Далан тихо слушал ее ругань и, похоже, не собирался отвечать. Мяо Хэ поспешно сказал:

- Вторая тетя, не сердитесь, даже если нами воспользовались, нам не придется возвращать эти деньги за аренду дома. Просто будем думать, что недавно полученный пустырь изначально должен был использоваться для выращивания овощей, но теперь мы построили на нем дом и превратим все это в приусадебный участок, с которого не нужно платить налог. Тогда посмотрим, посмеет ли староста деревни сказать «нет».

Глаза второй тети Ян загорелись, и она с восторгом хлопнула по столу:

- Это правда! Если мы поставим стену вокруг дома, мы сможем использовать его как домашний огород и получим освобождение от налогов. Хорошо, оставьте этот вопрос тетушке, вы, молодые люди, слишком тонкокожие, чтобы спорить, так что эта тетя должна взять инициативу в свои руки!

Мяо Хэ посмотрел на Ян Далана. Ян Далан кивнул:

- Мы побеспокоим вторую тетю.

Теперь вторая тетя Ян была окончательно удовлетворена.

Мяо Хэ поспешно добавил:

- Есть еще одна вещь. Я хотел попросить Датуна помочь нам сделать кое-какую мебель. Тетя, не спорьте, мы заплатим деньги! И на этот раз все по-другому, есть много требований, помимо прочности. Без денег я бы не осмелился ничего просить.

- Как это возможно?  - наступила очередь Ян Датуна волноваться, - Я так и не поблагодарил брата и зятя за идею кресла. На этот раз я определенно не могу принять это! Я все еще должен вам кресло-качалку. Будьте уверены, до переезда я сделаю вам такое.

Услышав, что у него действительно будет кресло-качалка, Мяо Хэ обрадовался.

- Тогда я возьму у тебя два кресла-качалки! Остальные оплатим в соответствии с правилами.

Тем не менее, в конце концов, именно Ян Далану пришлось подавить протесты второй тети Ян и других, и они смогли взяться за работу по изготовлению мебели. Затем Мяо Хэ перечислил различные просьбы, которые он придумал, и деталей действительно оказалось намного больше. Кроме того, он заказал для Да Бая высокую кошачью раму!

В новых домах нужно ставить новую и красивую мебель. Именно в этом случае он будет ощущаться как новый. По этой причине Мяо Хэ даже потратил два ляна серебра, что составляло почти четверть годового дохода Ян Датуна. Но все это должно было украсить их дом и стать частью их будущих устремлений, поэтому деньги тратились охотно!

Пока на новом месте спешно строили новый дом, Ян Далан поднялся на гору еще несколько раз, чтобы очистить ее от зверей, и расставил ловушки в нескольких важных местах. В будущем это будет задний двор его семьи, поэтому абсолютно необходимо обеспечить безопасность.

Мяо Хэ, который остался дома, собирал старые вещи и понемногу перевозил их, как мог. В любом случае новый участок очень просторный, так что там найдется место для всего.

Увидев это, староста обрадовался еще больше. Он постоянно говорил односельчанам:

- Старший сын семьи Ян также очень поддерживает бизнес по выращиванию сои. Он знает, что семья Мяо Ли хочет использовать эту землю для выращивания сои, поэтому он добровольно отказался от нее и перенес дом на свою собственную землю.

В этих словах деревенский староста скрыл свои собственные недостатки. Ведь это была не ошибка, а умысел.

Один человек услышал это и задал еще несколько вопросов:

- В последнее время в том районе было какое-то движение, оказывается, там строят дом. Почему не сообщили жителям деревни? В деревне так много сильных парней, им было бы полезно поработать несколько дней, чтобы заработать немного карманных денег. Этот Ян Далан действительно не умеет думать, он очень молод и невежественен.

- Эй, ты не можешь так говорить! Далан пообещал переехать через двадцать дней, чтобы семья Мяо Ли могла успеть собрать соевые бобы в этом сезоне. Он сказал, что не может позволить деревенским работь сверхурочно, поэтому он нанял посторонних! - поспешно сказал староста деревни.

- Вот как? Но Ян Далан не в ладах с семьей Мяо Цзюэ. Может ли он быть таким добрым, что готов оказать эту услугу? Мне так не кажется.

Услышав, что люди что-то заподозрили, деревенский староста сразу же нервно наговорил много лишнего.

- Как ты можешь! Хоть Далан выглядит холодным, но в душе он человек, который знает, что важно! Он знает, что в мастерской не хватает сои, что у его семьи нет земли, и что уже поздно ообрабатывать новые земли, но он все равно поддерживает сельскую мастерскую! Когда я, староста деревни, пошел поговорить с Даланом, он был готов немедленно отдать землю. Видишь, как люди готовы сотрудничать? Или ты сомневаешься во мне, старосте деревни?

Другой человек ошеломленно пробормотал:

- Чего вы нервничаете, я ничего не имею в виду. Это просто странно. У них еще есть дом и срок аренды еще не истек. Почему они готовы отдать свои земли семье Мяо Ли? В деревне так много пустырей, почему до сих пор не хватает земли под соевые бобы? Эй, я действительно не понимаю.

И это действительно было подозрение, которое староста деревни не мог объяснить. Но что он мог сказать, кроме как с пеной у рта подчеркивать жертвенность и преданность Ян Далана деревне, называя его образцом для подражания! Пока он говорил, он придумал предлог, что у него что-то случилось, и ускользнул.

Тетушка Юй слушала все это со стороны. После ухода старосты деревни она не удержалась и подошла, чтобы посплетничать.

- Как по мне, так это семья Мяо Ли издевается над людьми! Возможно, это Мяо Цзюэ приказал им сделать это. Подумайте об этом, новая земля, которую получил Далан, находится в некотором отдалении. А что, если Мяо Ли отобрал старый дом Далана и выгнал его жить на новую землю? Ну и дела! Тц-тц, это очень умно!

- Да? В этом есть смысл. Я раньше слышал, что мастерская господина Мяо очень сурова, когда дело касается работы. Они даже не отпускают людей домой, чтобы помочь во время сельскохозяйственного сезона. Как нехорошо! И их отношение также очень высокомерное. Когда у людей есть деньги, они становятся другими, то же самое произошло с семьей Мяо Ли. Может быть, это правда!

- Я и говорю! – тетушка Юй сразу же засуетилась, - Я пока не хочу говорить об урожае соевых бобов, но они говорили, что дадут цену определенно лучше, чем в городе, но оказалось, что они включили туда деньги на доставку телегой. Но кто будет доставлять бобы в телеге, если их можно отнести самостоятельно? Подсчитайте, если вычесть цену за телегу из цены за бобы в городе, как это может быть действительно хорошей ценой? Я продавала бобы в городе однажды, и я знаю.

- Правда? Неужели это так? Почему я не слышал, чтобы кто-то об этом говорил?

- Все еще есть люди, которые готовы продать, и это всего лишь несколько монет, чтобы сэкономить время на поездку в город. Кроме того, за некоторые бобы, которые выглядят не очень хорошо, мастерская иногда дает половину цены, так что люди должны быть не очень довольны.

- Плохие бобы? Эх, это что же получается...

Прежде чем мужчина успел что-либо сказать, тетя Юй зашипела.

- Подождите, кто-то идет.

Двое болтающих людей замолчали и повернули головы, чтобы посмотреть на двух девушек, идущих вдалеке. Обе девушки были одеты в бледно-зеленое и гусино-желтое платья. В эти дни чем светлее цвет ткани, тем она дороже. С другой стороны, чем больше в ткани красного и зеленого, тем они дешевле. Это разница в мастерстве окраса.

Поэтому одежда, которую носили эти две девицы, считалась в деревне первоклассной. В светло-зеленом была двоюродная сестра Мяо Юаня, дочь старшей семьи, Мяо Цзинь-эр. В гусино-желтом - сестра Мяо Юаня, на год младше этой девушки, и ее звали Мяо Дуань-эр.

Обеим сейчас было по пятнадцать-шестнадцать лет, у них были красивые маленькие личики и нарядная одежда. Однако в их поведении чувствовалось неясное высокомерие, поскольку они держались за руки друг с другом, шутили и смеялись, не проявляя инициативы, чтобы поприветствовать кого-либо.

Тетушка Юй  была любопытным человеком, поэтому она оставила мужчину позади и подошла, чтобы поприветствовать их.

- Доброе утро, девочка Цзинь и девочка Дуань. Вы сегодня так красиво одеты. Куда планируете пойти?

Мяо Цзинь-эр поджала губы:

- Тетушка Юй, мы с моей младшей сестрой становимся старше, так что больше не называйте нас девочками. Сейчас мы планируем поехать в город на повозке. Становится жарко, не так ли? Нас попросили выбрать новую ткань, чтобы сшить летнюю одежду для семьи.

- Возможность выбрать новую ткань и сшить летнюю одежду - это удовольствие для большой семьи. Как завидно! Почему вы одни? Вы обе так красиво одеты сегодня, не позволяйте хулиганам задирать вас в городе.

Настала очередь Мяо Дуань-эр говорить нежным голосом:

- Брат будет ждать нас у входа в город.

Мяо Цзинь-эр добавила с легкой гордостью:

- После этого кузен Юань должен будет отвести нас на обед в ресторан, где подают пудинг из тофу!

- Эта тетя еще даже не попробовала дорогой пудинг из тофу. Я слышала, что это очень вкусно. Когда же жители деревни попробуют его? Если нас спросят, каков на вкус пудинг из тофу в нашей деревне Мяо, а мы не сможем ответить, это будет просто позор.

Тетушка Юй сказала это как комплимент, но Мяо Цзинь-эр подумала, что она пытается воспользоваться ею, словно все те необъяснимые родственники, которые появились в последнее время.

Ее тон сразу похолодел:

- Это такая дорогая еда, если раздавать ее украдкой, нашу семью обвинят в воровстве. Мастерская - это дело, заработанное тяжким трудом, надеюсь, тетя Юй понимает.

Тетя Юй тут же мысленно ахнула. Неважно, насколько дорогая еда, она просто сделана из соевых бобов. Возможно ли, что туда также добавляют женьшень и рыбу? И к чему эти разговоры о тяжком труде? Неужели он настолько тяжкий, что позволяет девочкам в семье носить новую одежду и ходить в рестораны? Прекрасные слова, которые Мяо Цзюэ сказал раньше о том, что хотел сделать всех богатыми, похоже, относились только к его семье.

Пока они разговаривали, к ним быстрыми шагами подошел молодой гер обычной внешности.

- Третья сестра, четвертая сестра, мне нужно кое-что обсудить с Юанем сегодня. Я поеду вместе с вами.

Лицо Мяо Цзинь-эр стало еще хуже:

- Разве я не говорила тебе не называть меня третьей сестрой, брат Чунь? Если так обращаться ко мне, люди могут неправильно понять и это очень плохо.

В глазах гера, которого звали Чунь, был намек на скуку.

- Мы живем в одном доме и заботимся друг о друге, поэтому я обращаюсь к вам неформально. Если третья и четвертая сестры не хотят этого, я изменю свое обращение.

Мяо Цзинь-эр подняла подбородок:

- Ты тоже работаешь в мастерской. Называй нас просто мисс.

Когда Мин Чунь почти рассмеялся, вмешалась тетушка Юй:

- Кто этот гер, почему он выглядит таким незнакомым?

В деревне есть люди, о которых она не знает?!

Мяо Цзинь-эр поспешила объяснить:

- Брата Чуня зовут Минь Чунь, и он родственник семьи четвертого дяди. Когда на его деревню обрушилась снежная буря, он и его мать пришли в наш дом. Это действительно не имеет никакого отношения к нашей семье.

Значит, это бедный родственник, поэтому его презирают и заставляют называть их мисс. Тетушка Юй и мужчина, с которым она разговаривала, посмотрели друг на друга. Слова, о которых они только что говорили, пронеслись у них в голове. Думая о том, что случилось с семьей Ян Далана, тетушка Юй чувствовала, что она права! Она решила, что, расставшись с двумя девушками, она обойдет всех и поговорит с людьми.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 33. Не веришь мне

Глава 33. Ты мне не веришь

Двадцать дней – срок не слишком долгий, но и не короткий.

С одной стороны, староста на все лады расхваливал семью Мяо Ли, с другой – тетушка Юй повсюду высказывала свои подозрения. Вскоре почти половина деревни знала, что Ян Далан уступил свой участок семье Мяо Ли под соевые бобы и переехал на новую землю.

Конечно, мнения разделились: добровольно он это сделал или под принуждением? Большинство склонялось к версии тетушки Юй. Ведь на участке стоял дом! С точки зрения деревенских, снести готовое жилье ради посадки дешевых бобов, да еще и строить новое – это же бессмысленная расточительность!

Мяо Цян, не появлявшийся у Ян Далана с тех пор, как тот лечился у врача, тоже услышал эту историю. В конце концов он не выдержал и ворвался к Далану в ярости. В последнее время мать все твердила ему о сватовстве – то гэра, то девушку подобрать, да еще требовала назвать, кто ему нравится, – все это так раздражало, что он даже не навещал друга.

А теперь, увидев, что Далан с Мяо Хэ стали еще ближе, чем раньше, Цян почувствовал, как в груди закипает обида.

— Далан, как ты мог не сказать мне о таком?! Мы же выросли, как братья! Когда успели так отдалиться? Может, кто-то нашептывает тебе гадости?

В последний раз в больнице он вел себя с Мяо Хэ грубо – кто знает, что тот наговорил о нем за его спиной? Цян бросил взгляд на заднюю комнату.

Как только он вошел, Мяо Хэ ушел туда – этот человек явно его недолюбливал. Даже когда Хэ приносил томаты тете Цин, Цян отпускал колкости. Теперь, будучи у себя дома, Мяо Хэ решил просто избегать встречи.

Ян Далан понял это без слов и слегка нахмурился:

— Цян, я же просил: хватит так себя вести.

— И что я такого сделал? Теперь даже вопросы задавать нельзя? — язвительно ответил Цян. — Чувствую себя здесь злодеем. Не знал, что после женитьбы человек может так измениться. Моя мать тоже все твердит о сватовстве – просто кошмар.

Игнорируя сарказм, Ян Далан серьезно сказал:

— Выбирай внимательно – это хорошо.

Эти слова почему-то задели Цяна, и он вспыхнул:

— Выбирать, как твоего гэра? Далан, я даже не знаю, говорить ли тебе... Когда ты был ранен, кто-то видел, как Мяо Хэ встречался в городе с Мяо Юанем! А твоя тетя хвалила его за то, что он продает овощи и содержит семью – а на деле все тот же старый Мяо Хэ!

— Тетя была с ним, — защищал Мяо Хэ Далан.

— Ха! Даже если так, разве это отменяет факт встречи? Кто знает, может, он специально подстроил все, чтобы увидеть своего возлюбленного? Ты уверен, что у него и в мыслях такого не было? Если он способен так тебя обманывать, открыто поддерживая связь с бывшим, разве это не подло и низко?

Без колебаний Ян Далан ответил:

— Он не такой. Я ему верю.

— Веришь ему? Значит, мне – нет?! — Цян взорвался. — Ладно, видно, я зря пришел! Теперь слова старого друга для тебя ничего не значат! Но я не сдамся – когда-нибудь найду доказательства, и ты поймешь, кто тебе настоящий друг!

На этом они вновь разошлись, не придя к согласию.

У Мяо Хэ, заваленного делами, не было времени думать о новых обвинениях в свой адрес.

Теперь он регулярно поставлял овощи, а каждые несколько дней еще и возил пастилу из маша. Однажды господин Лян, угощавший гостей в чайном доме, случайно принес их домой – жене и сыну Хутоу. После этого, как можно догадаться, появился еще один заказчик, и пастилки стали доставлять в усадьбу Ляна вместе с овощами.

К счастью, тяжелую работу – перемалывание бобов в пасту, обжаривание – взял на себя Ян Далан. Мяо Хэ оставалось только следить за приправами. Иначе его тонкие руки давно бы отказали.

Кроме того, в этом месяце добавилась еще одна хлопотная обязанность – кормить строителей.

Рабочие, нанятые Ли Мином, были пришлыми, поэтому жили прямо на стройке. Временное жилье они соорудили сами, а вот с едой в те времена было сложно – без кафе и столовых, куда бы они ходили, даже имея деньги? По традиции, еду должен был предоставлять заказчик – семья Мяо Хэ.

Так что теперь он ежедневно наблюдал, как рабочие уплетали еду за обе щеки.

— Гэр, как ты готовишь?! Как получается так вкусно каждый день?! И этот рис... черт, я столько домов построил, но такого риса еще не пробовал!

Мяо Хэ только глупо улыбался. Видя, как усердно и без лени работают люди, он тайком использовал «живую землю» для риса и овощей, смешивая их с обычными, чтобы поддержать рабочих.

— Да! Здесь даже мяса почти нет, но я ем с таким удовольствием! А я вообще овощи не люблю! Наверное, просто очень устаю – работа тяжелая, сроки горят! После этой миски точно возьму еще!

— Толстяк, какую работу?! Ты трудишься в том же темпе, что и всегда! Посчитай, сколько ты уже съел! Лопнешь!

Услышав, что люди устают, Мяо Хэ смутился:

— Может, в следующий раз добавлю больше мяса, а овощей поменьше...

— Нет-нет!!! Овощи – это прекрасно! Овощи – самое то!

— Заткнись, толстяк, и жри спокойно!

— Э-э? Но если мясо будет таким же вкусным...

В ответ Мяо Хэ получил несколько сдержанных, но полных ожидания взглядов. Диких кур, которых Ян Далан добыл во время очистки горы, почти не осталось.

Но благодаря еде, сближающей людей, Мяо Хэ и Ян Далан подружились с рабочими. Как-то раз Мяо Хэ даже угостил Ли Мина и его команду охлажденными пастилками из маша – мол, для чайного дома делают, несколько штук можно и отдать. Рабочие, никогда не пробовавшие таких изысков, ели их с благоговением, чувствуя себя по-настоящему обласканными!

В результате некоторые детали, изначально исключенные из-за нехватки бюджета – например, резные оконные решетки или даже декоративные черепицы на крыше – незаметно для Мяо Хэ и его спутника были выполнены на уровень выше. В конце концов, прораб был и хозяином, а если хозяин, довольный угощением, хочет сделать подарок – почему бы и нет? Рабочие тоже были только рады помочь.

Но однажды рабочие сильно перепугались из-за Ян Далана.

Потому что Ян Далан в одиночку притащил с горы целое сливовое дерево! Целиком! С корнями и листьями! Хотя дерево было не слишком большим, на нем уже висели плоды. То есть это было зрелое дерево. Когда он спустился с ним, шума было столько, что все рабочие сбежались с вопросами.

— Брат Ян, зачем ты тащишь это дерево? Сажать будешь?

— Гм. Возле нового дома пусто, посадим деревья – будет тень.

— Да ведь оно же тяжеленное! Лучше бы саженец купил, тащить целое дерево – столько сил потратил, а оно еще и не факт, что приживется. Кстати, у тебя и правда богатырская сила! Тебе бы на поднятие балок работать – самое то!

— В горах есть – попробовал.

— Эй, но даже если так, брат Ян, мог бы сказать заранее. У нас есть тележка для перевозки леса, в следующий раз возьмешь ее. Тяни, а не тащи на себе – сил сэкономишь кучу!

— Спасибо. В следующий раз возьму.

Как раз подошел Ли Мин и вставил:

— Деревья сажать!? Давай-ка, я тебе подскажу, куда лучше! Солнечную сторону нельзя упускать, да и свет на участке не загораживай. Ну-ка, скажи мне, какие деревья хочешь посадить, я тебе посоветую…

Хотя тему и сменили, Мяо Хэ был до глубины души тронут. Он прекрасно понимал, что Ян Далан притащил это дерево, чтобы прикрыть его «живую землю». Перед тем как он ушел, Мяо Хэ вспомнил их прошлый поход в горы и спросил, не появились ли уже плоды на сливах. По этому вопросу Ян Далан сразу понял, что тому нужны семена из плодов – чтобы можно было вырастить новые деревья с помощью «живой земли».

Но если на голом, вычищенном участке вдруг ни с того ни с сего появилось бы целое дерево, это точно вызвало бы подозрения. А вот если открыто притащить дерево с горы, то потом, сколько бы деревьев ни вырастили с помощью «живой земли», всегда можно будет сослаться на это.

…Но как же оно должно было быть тяжелым!?

У них и так не было лишних денег на саженцы, но они могли действовать постепенно, не нужно было так спешить.

Мяо Хэ был одновременно и растроган, и расстроен. Вечером, разминая Ян Далану плечи, он сказал: «Не надо так! Это же вредно для здоровья, ничто не важнее здоровья, не делай больше такой ерунды!»

— Не так уже и много сил. В следующий раз принесу персиковое дерево.

— Я говорю: не надо!

— Персиковые бывают маленькими.

— Никаких!

— Грушевые еще меньше.

Мяо Хэ уже собрался шлепнуть Ян Далана по лицу, но, повернувшись, увидел явную усмешку в его глазах.

— …Тебе нравится, когда я волнуюсь!?

— Гм. — Гэру одинаково шло и хмуриться из-за него, и улыбаться ему.

Мяо Хэ стукнул его.

— Серьезно, не таскай. Для прикрытия хватит и этого дерева.

На этот раз Ян Далан просто сказал:

— Пока не пойду в горы, нужно разбирать дом.

Мяо Хэ слегка опешил и огляделся.

— Уже время разбирать? Как-то даже жаль. — Ведь это был привычный дом. В этом доме было столько забавных и драгоценных воспоминаний. Например, как он случайно уронил «живую землю», случайно посадил тот лук, и еще много личных воспоминаний, принадлежащих только им двоим.

Ян Далан мягко сказал:

— Главное – чтобы ты был. — Звучало тепло, но при этом Ян Далан уже прижал Мяо Хэ к кровати, запустив руку под одежду.

Мяо Хэ покраснел. Сочетание действий и реплик было откровенно эротичным.

— Что за слова…

Но вскоре Мяо Хэ забыл обо всем.

Волны страсти захлестнули его, и он утонул в них.

А за дверью Дабай, как обычно, свернулся на мягкой подстилке в углу главной комнаты, повел ухом, привычно игнорируя шум из-за двери.

Он лениво зевнул и, как всегда, провел последнюю ночь в этом доме.

Ян Далан начал разбирать дом за три дня до окончательного переезда. К тому времени все вещи уже были вынесены.

Даже прежние овощи пересадили на новый огород. С помощью «живой земли» можно было не волноваться, что что-то пойдет не так.

Ломать всегда быстрее, чем строить – всего за три дня глинобитный дом внутри ограды сравняли с землей. Даже почву с огорода – ту, что удобряли с помощью «живой земли» – Мяо Хэ, не желая, чтобы кто-то заметил неладное, велел снять. Удобрение из ямы за оградой, которую использовали для отвода глаз, тоже рассыпали на новом огороде.

А после разборки дома новое жилище не могло быть готово сразу, и на это время Мяо Хэ с Ян Даланом временно поселились у второй тетушки Ян.

И вот настал день передачи участка, как и обещали.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 34. Передача земли

Глава 34. Передача земли: настояли на чужой земле!

Рано утром Ян Далан и Мяо Хэ пришли к старосте деревни с договором аренды. В присутствии всех трех сторон они разорвали его – так и было условлено. Только после этого Ян Далан официально отказывался от права оспаривать сделку через суд.

А за эти дни версия, распространяемая тетушкой Юй, уже дошла до старосты. Чувствуя себя виноватым и желая доказать, что он никого не принуждал и Ян Далан действовал добровольно, староста специально оповестил деревенских, чтобы те пришли и засвидетельствовали происходящее.

Когда Ян Далан и Мяо Хэ прибыли, вокруг уже толпился народ. Оба немного удивились – они встали спозаранку, разбирали последние остатки забора, были покрыты пылью и потом, выглядели довольно потрепанно. А вот Мяо Ли с женой стояли опрятные и сияющие от радости, отчего Ян Далан с Мяо Хэ казались совсем уж жалкими.

— Ян Далан получил гору, а выглядит, будто несчастье с ним приключилось, — пробормотал кто-то в толпе.

— Еще бы. Что на той горе делать? Землю не обработаешь, разве что ягоды да травы собирать – с голоду не помрешь. А теперь вот такой поворот… Наверное, семья Лян, когда землю дарила, такого не ожидала.

— Вот именно. И чего это Мяо Ли так захотел? Люди жили себе спокойно, зачем вынуждать их уступать землю?

— Ну, соевые бобы – дело прибыльное, но ведь и налоги на землю возрастут. Разве Мяо Ли справится? У них же и так несколько участков…

Староста, слыша, что шепоток в толпе принимает нежелательный оборот, поспешно объявил:

— Ладно, раз обе стороны здесь, начинаем. Далан, договор принес?

Ян Далан кивнул, достал из-за пазухи бумагу и передал старосте. Тот, едва скрывая волнение, сверил ее со своей копией. Договор был составлен в двух экземплярах, и только уничтожив оба, можно было быть полностью уверенным, что все кончено!

Тем временем мать Мяо Миня, затесавшаяся в толпу, сжимала руки, глаза ее горели: если сегодня все пройдет гладко, и в будущем удастся зацепиться за семью Лян, мой Минь-гэр заживет в роскоши и сможет помогать родне!

Другой зачинщик, Мяо Лян, не пришел. Он уговорил отца действовать от его имени, а сам остался в тени. Так он и Минь-гэр могли сделать вид, что ни о чем не знают, и позже Минь-гэр смог бы обратиться к Хэ-гэру с просьбой о связях с семьей Лян.

Закончив проверку, староста, едва сдерживая радость, торжественно объявил:

— Верно, договор у Далана подлинный. Тогда я сейчас же его уничтожу!

Боясь, что что-то пойдет не так, он тут же разорвал оба экземпляра в клочья! Увидев, что дело наконец завершено, староста и супруги Мяо Ли покраснели от удовольствия.

Но эта поспешность выглядела слишком уж подозрительно. Среди зрителей раздался неодобрительный ропот.

Староста поспешно кашлянул и громко провозгласил:

— Отныне Ян Далан добровольно и безвозмездно отказывается от прав на этот участок, и он переходит в полное владение семьи Мяо Ли. Есть ли у сторон возражения? Если есть, говорите сейчас! Потом жалеть будет поздно, ясно?

Старик Мяо Ли, весь в морщинах, сиял от счастья:

— Нет-нет! У нас никаких возражений! И быть не может! Спасибо Далану, что согласился помочь, а то мы бы с соевыми бобами не успели! Как только землю получим, сразу начнем обрабатывать и сеять.

Ян Далан, которому благодаря тетушке Ян уже удалось получить у старосты документы на новый участок (и заверить их в управлении), просто сказал:

— Вопросов нет. — Какой смысл спрашивать это после уничтожения договора?

Староста, наконец успокоившись, удовлетворенно заключил:

— Тогда сегодняшнее дело завершено. Стороны могут расходиться.

Ян Далан кивнул старосте и вместе с Мяо Хэ уже собрался уходить, как вдруг Мяо Ли окликнул его:

— Погоди, Далан! А… а ключ от усадьбы? Если он у тебя, отдай мне, я замки менять не буду.

Его жена поспешно поддержала:

— Да-да, замена – лишние траты.

Ян Далан покачал головой:

— На участке нет замка́. Не нужен.

Мяо Ли застыл с натянутой улыбкой:

— Нет… замка́? То есть ты его снял?

Мяо Хэ с невозмутимым видом пояснил:

— Мы знали, что семья дяди Ли торопится сеять сою, а если оставить дом, это затянется. Поэтому разобрали его. Раз мы не взяли денег за дом, которые староста предлагал, разве не логично?

Услышав это, староста и супруги Мяо Ли переменились в лице!

Жена Мяо Ли вскрикнула:

— Разобрали!? Вы разобрали дом!? Где теперь жить Мяо Ляну!? Вам же говорили не трогать его! Далан, ты что, затаил злобу и решил нам насолить!?

Тетушка Юй, пришедшая поглазеть на представление, не удержалась от громкого комментария:

— О-хо, значит, забрали у людей землю, а теперь еще и дом бесплатно требуете? Ничего себе наглость, вот это да.

После ее слов лица старосты и Мяо Ли исказились еще сильнее. Но жена Мяо Ли думала только о бесплатном доме – она уже радовалась, что сэкономит три-четыре ляна (столько копили два года!).

А теперь ей говорят, что дома нет!? Она готова была упасть в обморок!

Не обращая внимания на окружающих, она выкрикнула:

— Не может быть! Пойду проверю! — и бросилась бежать.

Любители посплетничать, конечно, тут же ринулись следом.

— Вот это поворот! Интересно, чем все закончится! — Большая часть толпы двинулась за ней.

Мяо Ли остался стоять на месте, его лицо перекашивалось от злости и ужаса. Но что он мог сказать? Ведь это он сам твердил про срочный посев сои! Если он теперь начнет жаловаться, не признает ли тем самым, что соя – всего лишь предлог?

К тому же Ян Далан действительно не взял денег за дом и не обещал оставить его им. Они сами себя убедили, что так и будет. А теперь, если он начнет возмущаться, вся деревня будет тыкать в него пальцем!

Мысли неслись вихрем. То, что казалось выгодной сделкой, обернулось проблемой. «Сын уговорил меня заполучить эту землю… Но что теперь? Действительно сажать сою? Или, как он планировал, строить новый дом и выращивать овощи? Но тогда что скажут люди?»

В конце концов, на лице старика застыло тяжелое разочарование.

Он вдруг понял, как глупо было верить сыну и его сладким речам. Он, простой крестьянин, всю жизнь пахавший землю, никогда никого не обманывал. А теперь, едва разбогатев, сразу полез в интриги. И что в итоге?

— Небо покарало меня за жадность…

Внезапно его охватило горькое сожаление о собственной жадности. Не следовало верить сладким обещаниям сына и, ослепленный алчностью, объединяться со старостой, чтобы притеснять Ян Далана. Всю жизнь он был простым крестьянином, и если бы не работа Мяо Ляна в мастерской, которая немного поправила их дела, они бы по-прежнему влачили жалкое существование. Редко когда он кого-то обманывал, но стоило лишь раз попытаться – и вот, что ему ответило небо?!

Не смея больше взглянуть на Ян Далана, Мяо Ли вытер лицо и поспешил догнать свою жену. Та была не из тех, кто думает, прежде чем говорить. Если болтливые соседи вытянут из нее лишнее, проблем не оберешься.

А староста и вовсе стоял в оцепенении!

...Дом разобран?!

Значит, план Мяо Ляна подружиться с семьей Лян теперь под угрозой?

А если не выйдет, не передумает ли Мяо Цзюэ насчет Мяо Гуя?!

Но что он мог сказать Ян Далану?! Ведь это он сам давил на него, заставляя отдать землю под предлогом «посева сои для блага деревни». Ни слова не было сказано про дом и огород! Они рассчитывали, что раз семье пришлось так спешно переезжать, им будет не до строительства нового жилья, и старый дом достанется новым хозяевам бесплатно. Кто мог подумать, что они его разберут, да еще и под предлогом «чтобы семья Мяо Ли быстрее посеяла сою»?! Придраться было просто не к чему!

В груди старосты похолодело.

Он смотрел на удаляющиеся спины Ян Далана и его гэра и впервые задумался: «Неужели я недооценил их?»

Тем временем на бывшем участке Ян Далана разворачивалось настоящее представление. Жена Мяо Ли, увидев лишь следы разобранного дома, запричитала в отчаянии:

— Пропало! Дом и правда разобрали! Боже мой! Что же теперь делать?! Лян-цзы ведь через месяц женится! А где ему жить?! Как я ему это объясню?! Проклятый Ян Далан! Такой здоровый мужик, а такой мелочный! Ну что бы ему стоило оставить нам дом?! Разве это его разорило бы?!

Окружающие не выдержали:

— Да этот дом ему вовсе не «ненужный» был! Это же вы вынудили его освободить участок!

— Точно! Дому-то и года нет, совсем новый. Видать, тетушка Ли хотела сделать из него двор новобрачных для Лян-цзы. Ну надо же, какие хитрые планы! Потому и землю прибрали!

— Погодите, но ведь Мяо Ли все твердил про соевые бобы… Может, это тоже вранье?!

— Ой, да ну! Неужели из-за простого глинобитного дома можно было так подставляться?

— А еще Мяо Ляна упомянули. Он же в мастерской работает, денег немало получает. И все равно других обманывает…

К тому времени, как Мяо Ли добрался до жены, разговоры стали совсем уж неприличными. Покраснев от злости, он потащил супругу прочь. А вечером Мяо Лян, вернувшись с работы, выслушал о дневных событиях и чуть не перевернул стол от ярости!

— Из-за какого-то глинобитного дома?! Мать даже эти жалкие деньги пожалела?! Разве у меня сейчас нет средств на это?!

Из-за такой ерунды весь его план пошел прахом! Ему хотелось кого-нибудь ударить… но это же его родная мать!

Жена Мяо Ли, уже получившая нагоняй от мужа, теперь огрызнулась и на сына:

— А кто тебя вырастил, как не твоя мать, которая во всем себе отказывала?! И что в этом плохого?! Это все Ян Далан виноват! Кто бы мог подумать, что такой здоровяк окажется таким злопамятным?!

Мяо Ли рявкнул:

— Хватит! Чтобы я больше не слышал таких слов! Не настыдились еще?! Это мы его обманули, а теперь обижаемся, что он не подставил вторую щеку?!

Он вдруг осознал, насколько наивно было полагать, что Ян Далан безропотно отдаст им и землю, и дом.

— Сынок, это я ошибся. Что теперь делать с этой землей?

Мяо Лян стиснул зубы. Неужели Ян Далан разгадал мой план?

К тому же мать проболталась про него, так что теперь, даже если Минь-гэр и попросит Мяо Хэ о связях, это будет выглядеть подозрительно.

Но даже так, он не зря все затеял!

Если чайная «Яншуй» перестанет получать овощи, он все равно останется героем для ресторана «Дахэ»!

Придется потерпеть. Мяо Лян глубоко вдохнул:

— Будем сажать соевые бобы.

Мяо Ли поморщился:

— Но ведь новый участок – это дополнительные налоги, да и рабочих рук не хватит…

В этот момент за дверью раздался голос. Это была жена его второго брата. После того как Мяо Ли сдал свой двор под мастерскую Мяо Цзюэ, он с женой и сыновьями переехал к брату. Теперь же пришла его невестка, тетушка Жу.

Она сразу заговорила без церемоний:

— Третий брат, не то чтобы я люблю скандалить, но раз у вас есть деньги на покупку земли под сою, может, вам стоит съехать? Всем будет спокойнее.

Они еще и комнату для свадьбы Мяо Ляна просили освободить! А сами тем временем землю покупают! Не слишком ли нагло?

Мяо Ли смутился, но его жена тут же взорвалась:

— Как мы там будем жить, если нет ни дома, ни крыши?! Да и разве мы вам не платим за аренду?! О каком «спокойствии» речь?!

Тетушка Жу фыркнула:

— Аренда? Да вы посмотрите, сколько вы даете! Хватит ли этого на масло, соль и уксус, которые уходят на вашу готовку? Честно говоря, если бы не поддержка мастерской старосты, у нас бы и места для вас не было!

Но в итоге все лавры достались семье Мяо Ли, а их сын Мяо Лян устроился в мастерскую, обойдя ее собственных детей. Тетушка Жу давно затаила злобу. А теперь, узнав, что они купили землю, и вовсе вышла из себя.

— Через месяц свадьба Лян-цзы. Успеете построить дом на новом участке – будет вам и жилье, и свадебный подарок! Месяц вам срок. Затем – съезжайте!

Не дожидаясь ответа, она хлопнула дверью.

А семья Мяо Ли осталась сидеть с мрачными лицами.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 35. Провести черту

Глава 35. План: без обид

Бури, бушевавшие на их прежнем участке, больше не касались Ян Далана и Мяо Хэ. Они временно поселились у тетушки Ян. Новый дом из кирпича, в отличие от глинобитного, нельзя было построить за полмесяца – даже ускоренными темпами на это уйдет около двух месяцев.

Поскольку они жили у тетушки Ян, чтобы избежать лишних глаз, Мяо Хэ каждый день уходил с Ян Даланом в горы – якобы для сбора дички. На самом же деле он сидел на одном месте, тайно выращивая с помощью «живой земли» все необходимое.

Работы было много.

Во-первых, фруктовые деревья. Ранее Ян Далан одолжил у рабочих тележку и привез персиковые деревья, боярышник, груши, сливы и другие саженцы. Их посадили вокруг нового дома, следуя советам Ли Мина. Мяо Хэ периодически подкармливал их «живой землей». Если действовать осторожно, никто не заметит ничего странного – все просто решат, что деревья невероятно хорошо прижились.

Лето было в разгаре, и большинство деревьев уже плодоносили. Хотя некоторые фрукты еще не созрели, Мяо Хэ собирал их, чтобы достать косточки – а значит, можно было тайно вырастить новые деревья.

С «живой землей» это было проще простого. Мяо Хэ закапывал косточки в ямы, оставшиеся после выкорчеванных деревьев, добавлял «живую землю» – и уже через полдня получалось крепкое, здоровое дерево.

Этот способ был медленным, да и копать ямы для каждого дерева утомительно, зато самым дешевым. Им не приходилось тратиться на саженцы для отвода глаз – они постепенно заменяли дикие деревья на культурные. А когда через несколько лет люди удивятся обилию фруктов, можно будет сказать, что деревья завозили партиями – как вот сейчас с кирпичами, которых никто заранее не заметил.

Одну порцию «живой земли» использовали для деревьев, другую – для риса и овощей, которые варили на стройке, часть забирали тетушке Ян, еще часть шла на удобрение нового огорода, и наконец – для маша, из которого делали пастилу.

Живя у тетушки Ян, готовить пастилу было не так удобно. Но чайная «Яншуй» умоляла не прекращать поставки! Эти пастилки стали даже популярнее овощей, и если их вдруг не окажется, управляющего Цзиня замучают жалобами. В первый же день Мяо Хэ принес огромный мешок маша – якобы для будущих сладостей. А затем ежедневно пополнял его с помощью «живой земли».

Узнав, что это новый источник дохода, тетушка Ян активно помогала. Так она могла без зазрения совести угощать пастилками своего внука – тот их обожал и каждый раз жадно наблюдал за приготовлением, забыв даже про Дабая.

Тогда у Мяо Хэ возникла идея.

Однажды, прячась в горах и собирая маш, он сказал:

— Может, отдадим приготовление пастилы тетушке?

Ян Далан, копавший рядом яму, удивленно остановился.

— Видишь ли, — продолжил Мяо Хэ, — когда новый дом достроят, многие позавидуют. Кто-нибудь наверняка нашепчет тетушке, что мы разбогатели, а о ней не позаботились. А она так нам помогла… Овощи ей не передашь – нужны удобрения из «живой земли». Но если мы будем приносить готовый маш, а она станет печь пастилу на продажу, это же хорошо, да?

— …Откуда маш – объяснить нельзя, — заметил Ян Далан.

Мяо Хэ улыбнулся:

— Пустяки! Когда дом достроим, посадим во дворе маш для отвода глаз. Она же не знает, что растет на нашем огороде.

Ян Далан воткнул лопату в землю, подошел и потрепал Мяо Хэ по голове.

— Хорошая мысль.

Тот засмеялся. Это радовало его больше, чем благодарность. Он понимал: Ян Далан сразу нашел решение, а его вопрос был лишь колебанием перед согласием.

— Я еще думал… Может, как в мастерской, использовать улучшенные «живой землей» семена? Даже без нее пастила может получиться неплохой. Пусть все делают, откроем в городе кондитерскую – и староста нам больше не страшен!

Ян Далан покачал головой:

— Сладости продавать сложно. Все не умеют.

Мяо Хэ вздохнул:

— Верно. Их едят нечасто, да и готовят сами.

— Арахис – можно, — вдруг сказал Ян Далан.

Он пробовал жареный арахис с перцем и солью, который как-то приготовил Мяо Хэ.

Тот использовал крупные, отборные орехи (выращенные на «живой земле»), обжарил их до хруста, а затем обвалял в смеси соли, перца, кунжута и сычуаньского перца. Получилась закуска, от которой невозможно оторваться.

— Хороший арахис годится и для еды, и для масла.

Глаза Мяо Хэ загорелись:

— То есть мы выведем сорт, вырастим обычным способом, предложим чайной… Если пойдет, можно будет уговорить деревню выращивать его?

— Гм.

В глазах Ян Далана мелькнуло что-то еще, но Мяо Хэ не заметил, лишь радостно кивал:

— Да, это быстрее, чем с фруктами.

Оживленно обсудив с Ян Даланом детали, Мяо Хэ собрал урожай маша, убрал «живую землю» и собрался встать. Но вдруг перед глазами потемнело, и он пошатнулся.

Ян Далан, увидев, как тот закачался, мгновенно напрягся и подхватил его.

— Что случилось?

Мяо Хэ потряс головой и махнул рукой:

— Просто долго сидел на корточках. Резко встал – вот и голова закружилась.

Раньше такого с ним не случалось. Ян Далан нахмурился:

— Надо показаться дяде Линю.

— Не нужно, — отмахнулся Мяо Хэ. — Наверное, просто не высыпаюсь. Жара ведь, да и у тетушки тесновато. Осталось чуть-чуть потерпеть до переезда.

Ян Далан недоверчиво потрогал его лоб:

— Завтра останешься дома.

Мяо Хэ сморщил нос:

— Как же так, столько дел! — Видя, что тот не собирается сдаваться, поспешно добавил: — Только не оставляй меня у тетушки! А то она опять заставит меня шить! Мне точно станет хуже!

Оказывается, гэру не нравилось шить.

— Я научусь, — невозмутимо сказал Ян Далан.

От таких слов Мяо Хэ снова растаял.

Несколько дней спустя, в комнате при кухне павильона «Дахэ».

Мяо Лян, принесший ящик доупи, вытер пот и аккуратно спрятал в одежду квитанцию, выписанную управляющим Чжаном.

В конце месяца мастерская по этим квитанциям будет получать оплату. Обычно за деньгами приходит Мяо Юань, иногда поручает это Чунь-гэру. Мужчины не раз возмущались – почему сбор денег доверяют гэру?! Но что поделать, если Мяо Юань заявлял, что Чунь-гэр грамотнее и не допустит ошибок.

Мяо Лян тоже пристально следил за Минь Чунем. Хотя тот был всего лишь гэром, тихим и неразговорчивым, Лян инстинктивно считал его соперником. Минь Чунь не только умел читать и считать, но и отвечал за самый загадочный и сложный процесс в мастерской – превращение жидкого соевого молока в нежный доухуа!

Даже родной брат Мяо Юаня, Мяо Гуан, не был так близок к секретам производства. Мяо Лян никак не мог понять, почему старый хитрец Мяо Цзюэ доверил это постороннему гэру! Но никто не смел задавать ему вопросы – малейший интерес к технологии вызывал подозрения.

Но как бы то ни было, сейчас должно было стать ясно, принесет ли его план успех.

Спрятав квитанцию, Мяо Лян как бы невзначай спросил у управляющего Чжана:

— Как дела у чайной «Яншуй»? Наш новый доупи, наверное, доставила им немало хлопот?

Управляющий Чжан, занятый подсчетами, даже не поднял глаз:

— Хлопот – не знаю. Но у них появились новые блюда, ничуть не хуже вашего доупи.

Говорят, там подают пирожные, охлажденные драгоценным льдом! С таким кто угодно проиграет! Эти деревенщины со своими новинками просто смешны.

Мяо Лян обрадовался:

— Новые блюда? Значит, со старыми что-то не так, раз ввели замену?

— Да что с ними может быть! Вот ваши доухуа и доупи – разве мы заказываем их больше? Нет, даже меньше, спрос падает! Лучше о своей мастерской беспокойтесь!

Мяо Лян покраснел от насмешки, но больше волновался:

— Но я же выяснил…

Тут управляющий Чжан наконец отложил книгу и посмотрел на него свысока:

— Что выяснил? Откуда чайная берет овощи? Знаешь, сколько таких «знатоков» уже приходило? Все врут, а нам потом гнилье сбывают! Хочешь сообщить? Ладно, но если информация окажется ложной – платишь в десять раз больше! Новое правило хозяина!

В десять раз?! Мяо Лян побледнел. Откуда у его семьи такие деньги?

Управляющий Чжан, решив, что перед ним очередной мошенник, фыркнул:

— Так что заткнись и делай свою работу! Все мечтают разбогатеть в один день, да не судьба! Только время зря тратишь!

В тот день Мяо Лян ушел, униженный и злой, с горечью в сердце! Но кого винить? Это же он сам во всем убедился! А ради этой идеи его семья потратила столько денег на землю! Да еще и тетка их выгнала! Теперь вся деревня смеется над ними, будто они жаждали заполучить жалкую лачугу Ян Далана! И все напрасно… Как это пережить?!

Но погодите…

Ведь изначально у него и мыслей таких не было! Это мать Мяо Миня его подговорила! Да, это все ее вина! Это она втянула его, заставила поверить и в итоге погубила их семью! И сам Минь-гэр, наверное, знал, но прятался за матерью, ожидая своей выгоды?

Жаркое лето, уже более двадцати дней не знавшее дождя, неожиданно ускорило строительство. Сроки, рассчитанные на два месяца, сократились на шесть-семь дней.

Однажды вечером, когда Ян Далан и Мяо Хэ вернулись с речки после купания, тетушка Ян радостно сообщила:

— Мастер Ли прислал сказать – ваш дом готов! Завтра можно переезжать!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 36. Переезд

На следующий день Мяо Хэ отнес Да Бая в новый дом вместе с Ян Даланом, его второй тетей и двумя двоюродными братьями.

Несколько дней назад внешний вид нового дома был уже хорош. Серо-зеленые кирпичи и темная черепица выглядели сдержанно и стабильно. Решетки с цветочным узором на окнах были вырезаны из темного дерева. Изящные крючки, водосток и резьба по камню на дверных проемах были очень подробными и изысканными. Окруженный густыми деревьями, этот дом выглядел как спокойное и гармоничное место, при одном взгляде на него в душе воцарялась тихая гармония.

Как только Ли Мин увидел их, он с гордостью представил все нововведения, которые он предпринял в этом новом доме. В том числе и те изменения, которые он сделал после жарких дискуссий с Мяо Хэ.

Например, отопление в общем холле и спальнях через дымоходы. Пока в главной печи горит уголь, пол или кровать определенно будут нагреваться. Окна были больше, чем обычно, чтобы объединить вентиляцию и освещение. За исключением спальни, комната для приготовления пищи и холл были теперь ярко освещены. Для зимы на окнах имелась двухслойная конструкция, так что им не придется прятаться от сквозняков.

Прихожая была полностью вымощена зеленой плиткой, как и весь остальной пол в доме. Больше не будет проблем с грязью и пылью, как с земляным полом. В холле также имелся деревянный пол высотой до колена, который напоминал современную комнату в японском стиле. Это было сделано специально, потому что Мяо Хэ скучал по современному комфорту, когда дома не нужно носить обувь.

Также хорошо, что светлый деревянный пол, окрашенный специальной водостойкой краской, разбавлял немного темный и унылый цвет зеленого кирпича в комнате. Чем светлее цвет, тем он ярче. Когда солнце попадало на деревянный пол, то отражение солнечного света придавало помещению еще больший эффект. Мебель, заказанная Мяо Хэ, также соответствовала общему стилю. У стены были установлены низкие шкафы, а низкий столик в центре без проблем мог обслужить восемь или девять человек.

Кухня была оборудована множеством шкафов для хранения и столешниц. Количество печей было увеличено до трех. Что касается уборной, то она была еще более замысловатой. К сожалению, Мяо Хэ не смог построить котел для производства биогаза*, но после его настоятельной просьбы о чистоте, легком доступе к воде и простом способе очистки, уборная едва прошла квалификацию.

(ПП: это оборудование для отопления дома и других нужд, а также помогает наладить процесс утилизации органических отходов и получения бесплатных удобрений для последующего внесения в почву.)

Уборная располагалась в другом углу за пределами основного здания. Там имелась небольшая дверь, крыша над головой и фальшпол из кирпича, который не боялся ни дождя, ни снега. Кроме того, вдоль дорожки будут посажены ароматные растения и травы, так что «большие события»* больше не будут вызывать у людей желания сбежать.

(ПП: большие события и малые события – процесс отправления естественных нужд)

В доме также была новая ванная комната. Это не так экстравагантно, как непосредственно строительство ванны, но дренаж и вентиляция внутри были тщательно продуманы. Также зарезервировано место для колодца. Рядом с участком протекает река, и были велики шансы сделать собственный колодец.

Не говоря уже о том, что даже деревья, посаженные во дворе по уговору Ли Мина, были расставлены весьма искусно. Они затеняли двор от прямого солнца не только утром, но и во второй половине дня. Все было настолько хорошо продумано, что едва войдя во двор летом, чувствовалась прохлада.

Когда вторая тетя Ян закончила осматривать новый дом, она пришла в полный восторг. Старый дом семьи Ян также был кирпичным. Старшему поколению семьи Ян повезло, что на охоте не было серьезных происшествий, так что они скопили немного денег и построили один из немногих кирпичных домов в деревне. После того как Ян Далан без слов отдал дом второй тете Ян, она всегда жалела его и чувствовала себя в долгу перед Ян Даланом. Теперь, когда она увидела, что он живет в лучшем доме, тяжесть в ее сердце окончательно ушла.

- Здесь так хорошо! Так много вещей, о которых я раньше не задумывалась, но так намного лучше! Датун, почему бы тебе не пойти и не принести вещи, которые ты сделал. Привези их вместе с братом! И подушки, которые я сшила несколько дней назад, принесите их тоже. Сегодня я наведу здесь порядок и Далан сможет переночевать в новом доме!

Ян Датун тоже смотрел на дом, и его глаза сияли. Услышав слова матери он сразу обрадовался:

- После того как я увидел этот дом, я наконец-то понял, почему брат Хэ заказал эту странную мебель! Теперь я вижу! Хахахаха, хорошо! Мама, я пойду за мебелью прямо сейчас. Брат, пошли скорее!

Ян Дачуань был еще подростком, он только недавно занялся плотницким делом вместе со своим братом. Ничего не поделаешь, бизнес Ян Датуна становился все более оживленным. Теперь, когда есть брат, который может ему помочь, все стало надежнее и проще.

Ли Мину тоже было любопытно:

- Так у вас теперь есть специальная мебель? А я-то думал, как расставить мебель в таком доме? Давайте, давайте, несите мебель, давайте подготовим дом все вместе. Посмотрим, что еще мы можем сделать!

Таким образом вся мебель была занесена в дом, часть за частью. Постепенно дом стал выглядеть больше и уютнее, особенно когда в него добавили несколько темно-синих подушек, чтобы сделать его более комфортным.

Посмотрев на это, Ли Мин многозначительно кивнул:

- Эта мебель действительно подходит. И качество изготовления хорошее, аккуратное и не слишком вычурное. Ты брат Датун, верно? Давай обменяемся адресами. Если в будущем будут клиенты, которые захотят построить дом, как у брата Хэ, я обязательно обращусь к тебе за мебелью.

Ян Датун был очень рад услышать это. Вторая тетя Ян также на редкость глупо улыбалась и неоднократно благодарила его. Только позже Ян Датун задумался:

- Я чуть не забыл! Есть еще два кресла-качалки! Я обещал брату Хэ!

Естественно, что в тот же день Ян Датун принял заказ на еще три кресла-качалки.

Следует знать, что после таких тяжелых работ, таких как строительство дома, должно быть приятно после работы вернуться домой и покачаться на кресле. Как только Ли Мин увидел кресло, он понял, что должен купить его! Даже одного было недостаточно! Как босс, он должен был иметь одно для себя, остальным членам рабочей бригады придется поделиться.

Во время обеда Мяо Хэ продемонстрировал свои навыки, приготовив всевозможные блюда, такие как яичница-болтунья с помидорами, баклажаны с мясом, тушеная курица с женьшенем бедняка и лепешки из тертого редиса. Все блюда были приготовлены из выращенных им ингредиентов. Вторая тетя Ян и ее старшая невестка тоже пришли помочь. Все прекрасно провели время в новом доме, устроив прощальный обед с Ли Мином и остальными.

Толстяк из рабочей бригады был грустен во время еды, говоря, что если он не сможет есть эту еду в будущем, он определенно похудеет. Всем было жаль его, но в то же время они были рады за него. Этот парень на самом деле слишком толстый, ему нужно сбросить вес.

Но в мире не бывает бесконечного банкета. После почти двух месяцев тесного общения у них неизбежно сохранилась некоторая привязанность. Мяо Хэ спросил адрес Ли Мина в городе и сказал, что когда плоды на деревьях созреют, он пришлет ему ящик с фруктами. Ли Мин был достаточно толстокожим и не отказался, а также сказал, что если кто-то из его клиентов захочет посмотреть на дом, который он построил, он приведет их.

Наконец, они попрощались и повозка рабочей бригады отправилась в путь. Вторая тетя Ян и два ее сына продолжали помогать переносить остальные вещи и укладывать их по местам.

С переездом было покончено. Когда новая деревянная дверь во двор закрылась, в доме внезапно воцарилась тишина. Дул прохладный вечерний ветерок, где-то вдалеке стрекотали цикады. Мяо Хэ выдохнул. Теперь он почувствовал, как на него наваливается глубокая усталость.

Ян Далан, который сегодня говорил довольно мало, коснулся его лба:

- Тебе пришлось тяжело потрудиться.

Мяо Хэ взял мужа за руку и улыбнулся:

- Конечно. Теперь это наш дом.

Темные глаза Ян Далана немного расслабились. Мяо Хэ знал, что в доме есть несколько странных вещей, которые, должно быть, заставили Ян Далана снова задуматься. Может быть, однажды он ему скажет правду, но пока он мог говорить только то, что от него хотели услышать. Конечно, это также и его собственная правда.

Внезапно его подхватили на руки.

- Что ты делаешь? Я весь вспотел!

- Несу тебя в ванную комнату.

- ...

Новая ванная комната достаточно большая для мытья двух человек, но не слишком ли быстро они начали ее использовать?

В это время Да Бай радостно осваивал свою недавно приобретенную кошачью горку. Все остальное его не волновало.

——

Мирно проспав всю ночь в своем новом доме, на следующий день Мяо Хэ проснулся в новом настроении. Возможно, вчера они немного перестарались, у него до сих пор немного кружилась голова.

Мяо Хэ покачал головой и потер лицо. К этому времени Ян Далан уже встал. Встав с кровати и переодевшись, Мяо Хэ увидел, что таз с водой и полотенца уже стоят на низком шкафу, поэтому он просто умылся и вышел на улицу, чтобы поискать мужа. Теперь, когда весь двор в его распоряжении, Мяо Хэ больше не мог ждать!

Постройка дома обошлась им в двадцать семь лян. Это было намного больше, чем первоначально запланированные 20 лян. Поскольку старик Цюй пообещал выделить им немного селитры, чтобы в будущем они могли делать свой собственный лед, Мяо Хэ не смог удержаться и пристроил к дому кирпичный подвал. Это стоило еще пять или шесть лян. К счастью, поступила следующая партия денег за овощи, так что они смогли оплатить дополнительные расходы без всякого сожаления.

Но с деньгами по-прежнему было туго! Они должны зарабатывать и зарабатывать еще больше.

Когда Мяо Хэ вышел, он увидел, как Ян Далан поливает грядки с овощами и уже наполовину закончил. У Мяо Хэ поднялось настроение. Он вернулся на кухню и приготовил несколько больших лепешек из белой муки и масла. Затем он поджарил на сковороде яйца, ростки фасоли и маринованные овощи второй тетушки Ян, и позвал Ян Далана на завтрак.

К этому времени Да Бай запрыгнул на стол и утащил лепешку. Он любил живую почву и все продукты, которые она производила, так что стал абсолютно вегетарианским котом. Мяо Хэ иногда беспокоился, сможет ли Да Бай по-прежнему ловить мышей?

Маленький черный кот не знал, что его хозяин волнуется, и с удовольствием ел, виляя хвостом.

Только что приготовленный завтрак был накрыт на низком столике в зале. Когда Ян Далан вернулся, он сразу помыл ноги на ступенях из зеленого кирпича за воротами. Сначала ему было немного не по себе, но после того, как он несколько раз последовал примеру своего гера и научился снимать обувь, чтобы ступать по деревянному полу, он ощутил действительно другой вид расслабления.

Как только он сел, гер с улыбкой протянул ему лепешку, в которую завернул чили, капусту и маринованные овощи. Один укус принес сладость пшеничной лепешки и остро-кислый вкус солений. Это было восхитительно! Аппетит Ян Далана сразу же разгорелся. К тому времени, как Ян Далан расправился с лепешкой за два-три укуса, Мяо Хэ все еще держал половину своей лепешки в руке.

- Кстати, нужно ли приглашать на новоселье после переезда? Как и кого мы должны пригласить? - Мяо Хэ пришло в голову, что все еще остается этот вопрос.

- Соседи, друзья и родственники, люди, которые помогали строить дом, - Ян Далан сделал паузу, - И староста деревни.

Мяо Хэ принялся считать, загибая пальцы:

- Сколько должно быть людей? Если не считать Ли Мина и остальных, есть вторая тетя, тетя Цин, твой друг Юань... эээ... и моя мать. Если считать соседей и друзей, которые приходили навестить тебя во время болезни, то это четыре или пять семей. И староста деревни. Я думаю, мы должны пригласить доктора Цзи, Лян Юаньвая и управляющего Цзиня тоже. Сможем ли мы всех накормить?

- Мы наймем кого-нибудь для этого. Нам не нужно делать это самим, - Ян Далан покачал головой.

Мяо Хэ почувствовал облегчение:

- Это замечательно. В противном случае, при таком количестве людей, трех печей дома будет недостаточно. Я позже спрошу у тети Ян, кого мы можем позвать помочь со столом.

Расспросив вторую тетю Ян, он узнал, что в деревне Мяо есть только одна тетя Го, которая способна организовать стол. Ее услуги включали заказ продуктов и мяса, а также всего комплекта столов и стульев. Если нанять ее, им не придется просить деревенским жителям, чтобы они принесли свои собственные стулья и посуду. Это был более достойный способ организовать новоселье.

Не то, чтобы Мяо Хэ и Ян Далан стремились проявить уважение, главное, что они не хотели возиться со всем этим. Они должны были регулярно поставлять в чайный дом овощи, за которые уже получили задаток, а нарушать договоренности нехорошо. Если эта тетя Го может сделать все это, это как раз то, что нужно.

Но оказалось, что бизнес тетушки Го сейчас был на самом пике. Весь июль у нее был полностью расписан, а в конце июля был еще один важный день - свадебный банкет Мяо Ляна и Мяо Мина. Если Ян Далан хотел заказать стол на новоселье, им придется подождать до начала августа. К счастью, к новоселью не предъявляется слишком много требований. Если это не займет больше трех месяцев, все в порядке.

Поэтому Мяо Хэ хлопнул в ладоши и решил:

- Давайте сделаем это в начале августа! У меня не так много денег на руках. Хорошо, что мы можем немного накопить!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 37. Маринованные сливы

Глава 37. Маринованные сливы: освежающая кислинка

Узнав, что праздничный ужин можно отложить на месяц, Мяо Хэ с головой погрузился в обустройство огорода.

Новый огород был в несколько раз больше прежнего, и им пришлось тщательно его распланировать. За два месяца строительства землю подготовили, но засадили лишь малую часть – ведь вокруг постоянно толпились рабочие.

Однако сейчас уже был август, и любимые Мяо Хэ арбузы было поздно сажать в больших количествах – это могло вызвать подозрения. Поэтому основную площадь заняли овощи для чайной.

Огурцы, горькая тыква, баклажаны, длинные бобы и редька – все эти культуры с долгим сроком созревания после пересадки чувствовали себя отлично и пополнили список поставок. Ассортимент и объем выросли, чему несказанно обрадовался управляющий Цзинь, щедро повысив оплату. Теперь ежемесячный доход составлял около трех лянов.

Собранные в горах малина, земляника и шелковица – все низкорослые кустарники – были высажены вдоль забора от ворот до дома. Дикий виноград и гранаты разместили под окном кухни. Конечно, все они уже были заменены на улучшенные сорта.

Вокруг дома посадили пижму. Однажды, когда Ян Далан продавал в аптеке корень кодонопсиса, фармацевт порекомендовал это растение – его запах отпугивал насекомых и грызунов, а ярко-желтые цветочки радовали глаз. Обрадованный Мяо Хэ тут же купил семена и, не удержавшись, «схитрил», вырастив целый ряд. Если кто спросит – скажут, что выкопали в горах.

Помимо овощей, Мяо Хэ выделил участки под маш, арахис, кодонопсис и платикодон.

Из лекарственных цветов, которые они принесли с гор, только платикодон хорошо прижился в прошлом огороде – рос даже без «живой земли», лишь с обычными удобрениями, да и выглядел красиво. Кодонопсис же ценился дороже и годился в пищу. Впервые Мяо Хэ попробовал вырастить его без «живой земли», только с подкормкой – как эксперимент. Если получится, это станет стабильным доходом. Хотя удобрения все равно делали с помощью «живой земли». Теперь, когда огород разросся, Мяо Хэ просто бросал ботву, выращенную на «живой земле» под сливовое дерево, используя ее в качестве удобрения. Секретная сила все равно работала.

Закончив с огородом, Мяо Хэ переключился на сливы.

На дереве созрели небольшие плоды с оранжевой кожицей и желтой мякотью – кисло-сладкие, не такие, как крупные красные сливы. Увидев их, Мяо Хэ вспомнил о маринованных сливах, и во рту сразу потекла слюна.

— Давай съездим в город! — оживился он. — Купим банок для маринования и вина. Еще хочу глубокую сковороду и плоскую жаровню. Теперь у нас три печи, а сковорода всего одна – маловато.

Ян Далан, конечно, согласился. Все, что радовало его гэра, стоило того.

Собравшись, они отправились в город. Первым делом Мяо Хэ решил заняться самым дорогим – заказом посуды у кузнеца. Оказалось, сковорода его мечты стоила почти лян, а жаровня – столько же, хоть и другой формы.

Перед поездкой они подсчитали: оставалось всего шесть с небольшим лянов. Хотя ежемесячный доход был три ляна, потратить треть накоплений – серьезное решение.

— Закажем, — без колебаний сказал Ян Далан.

Мяо Хэ долго отнекивался, но в итоге сдался, предупредив:

— Если задумаешь снова идти в горы на охоту – скажи заранее.

Ян Далан потрепал его по голове:

— Гм.

Затем купили сахар для маринованных слив, масло, соль и прочие мелочи. Благодаря «живой земле» они экономили на рисе и муке, так что траты были небольшими. Но Мяо Хэ, привыкший к накоплениям, нервничал без запаса наличных.

Обратно пришлось ехать на повозке дяди Ма – с купленными банками идти пешком было неудобно. В дороге встретили тетушку Юй.

— О, Далан и Хэ-гэр! — оживилась она. — Банки покупали? Новый дом уже обустроили? Когда праздник новоселья?

— Через некоторое время, — вежливо ответил Мяо Хэ. — Пока всего не хватает.

— Конечно, после стройки всегда трудно. Зато теперь живете в новом доме – надо радоваться! Вы, наверное, все время дома пропадали, так что не слышали: участок, который вы уступили Мяо Ли, он все-таки под дом застроил!

Мяо Хэ переглянулся с Ян Даланом:

— Да? А говорили, под соевые бобы. Далан ведь даже дом разобрал.

Тетушка Юй с самого начала подозревала неладное, а теперь, когда события приняли неожиданный оборот, с интересом следила за развитием событий:

— Кто его знает, зачем они землю покупали, — многозначительно покачала она головой. — В тот день ваша тетушка Ли так рыдала из-за дома! А теперь там вовсю стройка – видно, стыдно стало, вот и отгрохали огромный дом. Под сою почти ничего не осталось.

«Ха!» — мысленно усмехнулся Мяо Хэ.

— А как же староста? Ведь мастерской срочно нужны были бобы?

— Да что он может поделать? — злорадствовала тетушка Юй. — Себе же репутацию испортил. Сначала нахваливал Мяо Ли за поддержку, а теперь все смеются.

Она не знала, что из-за этого племянник старосты Мяо Гуй так и не попал в мастерскую. Все усилия пошли прахом!

Как тут не злиться? Староста считал, что выполнил свою часть сделки – землю Мяо Ли получил. Если бы не истерика его жены, все могло сложиться иначе: Мяо Минь уговорил бы Хэ-гэра посодействовать с семьей Лян. А теперь все шишки сыпались на него, да еще и репутация пострадала!

— Наставник Мяо, это не то, о чем мы договаривались, — мрачно сказал он Мяо Цзюэ.

Тот, неизвестно что думавший на самом деле, вздохнул:

— Как бы то ни было, я согласился, рассчитывая на расширение производства. А теперь… Не торопитесь, когда мастерская вырастет, для Мяо Гуя обязательно найдется место.

Осмелился бы староста порвать отношения? Все, что он мог – это теперь сторониться Ян Далана.

Мяо Хэ не знал этих подробностей и не интересовался. Он просто коротал время в беседе с тетушкой Юй.

Вернувшись домой, Мяо Хэ первым делом развесил несколько коровьих колокольчиков, купленных между делом в кузнице, на заранее подготовленной Ян Даланом стойке у ворот. Просто натянув веревку – самодельный дверной звонок был готов.

Поскольку усадьба-сыхэюань была построена посреди пустыря, на некотором расстоянии от забора, а переносить его внутрь было неудобно из-за посаженных вокруг овощей, Мяо Хэ придумал эту конструкцию, чтобы не пропустить стук в ворота.

Впрочем, это было временное решение. Ян Далан сказал, что спросит у деревенского старика Лю, охотника, у которого была умная собака. Если у нее окажутся щенки, можно будет купить одного или двух – лай заменит звонок.

Мяо Хэ в душе сомневался. Взять хотя бы Дабая, которого Ян Далан принес для ловли мышей – теперь тот только катается на кошачьей лесенке.

Закончив со звонком, Мяо Хэ с энтузиазмом принялся за маринованные сливы и сливовое вино.

Сначала нужно было вымыть купленные сосуды. Тщательно ошпарить их кипятком несколько раз. Они купили шесть штук – больших, средних и маленьких. Ян Далан не позволил Мяо Хэ заниматься этим опасным делом, отправив его под дерево собирать плоды с помощью «живой земли».

Хотя работа была хлопотной, Ян Далан любил видеть Мяо Хэ таким – радостным и увлеченным мелочами жизни. Их некогда однообразная жизнь теперь наполнилась деталями, вкусами и красками.

Мяо Хэ, тем временем, собрал две корзины слив: твердые для мариновки, а более спелые, выдержанные в «живой земле», – для вина. После мытья и сушки во дворе, плоды были готовы.

Сливовое вино делалось просто: сливы и сахар складывались в сосуд, запечатывались промасленной тканью. Через месяц его уже можно было пить, а через полгода вкус становился еще лучше. Маринованные сливы готовились быстрее: надрезанные крест-накрест, они смешивались с тертым имбирем и сахаром, и уже на следующий день были готовы. Из шести сосудов четыре больших использовались для вина, а два маленьких – для маринованных слив.

На следующее утро Мяо Хэ с удовольствием жевал маринованные сливы, щурясь от удовольствия.

Сливы, выращенные на «живой земле», были ароматными, хрустящими, с идеальным балансом сладости, кислинки и легкой терпкости кожуры, подчеркнутой остротой имбиря.

Черный котенок жалобно мяукал у его ног, но сливы были вредны для кошек.

Когда подошел Ян Далан, Мяо Хэ сунул ему в рот сливу:

— Вкусно?

— Кисло, но хорошо, — кивнул тот. — Сегодня иду на охоту.

— Сегодня?! — Мяо Хэ округлил глаза. Опять так внезапно!?

Ян Далан объяснил, что теперь, когда не нужно возить овощи и пастилу, у него появилось время. Он потрогал щечку Хэ-гэра, раздувшуюся от сливовой косточки. Тот немного пополнел и посветлел – хорошо.

— Вернусь дня через три.

Мяо Хэ тут же отложил сливы.

— Подожди, я дам тебе женьшень! И почему ты вчера не купил новые охотничьи принадлежности!?

Засуетившись, он собрал женьшень, вскипятил воду, чтобы тому не приходилось пить сырую, замесил тесто для лепешек и проверил снаряжение.

Провожая Ян Далана, он получил крепкий поцелуй, оставивший его с раскрасневшимися щеками и сладковато-кислым привкусом на губах.

— Если будут звать, кроме второй тетушки Ян, можешь не отвечать.

— Будь осторожен.

— Угу.

Но уход Ян Далана словно унес с собой хорошее настроение Мяо Хэ. Тот безучастно лежал на полу, пока Дабай не начал прыгать на него, думая, что это игра.

Заставив себя подняться, Мяо Хэ осмотрел огород. Прогресс с фруктовыми деревьями замедлился после посадки овощей. Попытка выкопать корни, как это делал Ян Далан, закончилась одышкой. Но они уже посадили более 60 деревьев – персики, сливы, груши, хурму, каштаны. Зимой, когда овощи не растут, можно будет заняться ими.

Не в силах работать с деревьями, Мяо Хэ занялся «живой землей», запасая рис, пшеницу и бобы.

Затем он отнес маринованные сливы второй тетушке Ян, получив взамен полкорзины яиц, и приготовил сливы для господина Ляна, управляющего Цзиня, доктора Цзи и Ли Мина. Пришлось докупить маленькие сосуды в городе.

Летние персики, выращенные на «живой земле», были слишком хороши, чтобы раздавать, но для себя Мяо Хэ собрал целую корзину. Сладкие, сочные, они заменяли ему еду в отсутствие Ян Далана.

Через три дня его ждала неприятность.

Когда Ян Далан вернулся, Мяо Хэ собирал бобы под деревом. Увидев его, он радостно вскочил, но тут же схватился за голову от головокружения. Ян Далан мгновенно нахмурился. После расспросов Мяо Хэ признался, что плохо питался. На этот раз Ян Далан не стал спускать это дело и вызвал дядю Линь.

Осмотрев Мяо Хэ, тот улыбнулся:

— Поздравляю, Хэ-гэр. У тебя будет ребенок, уже почти три месяца.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 38. Хорошая новость

Эти слова шокировали Мяо Хэ.

... Ждет ребенка?!

В следующее мгновение Ян Далан обнял его. Две жесткие, как железо, руки крепко держали его, сжимая очень плотно и взволнованно!

Перепуганная душа Мяо Хэ, едва не вылетевшая из тела, сразу же вернулась назад.

- Ты ждешь ребенка?! - явно задыхающийся голос сразу же привлек внимание Мяо Хэ и он поспешно высунул голову из объятий.

Дядя Линь также был в восторге от этой новости и уверенно похлопал себя по груди.

- Пульс очевиден! Никакой ошибки. Хотя обычно геру трудно забеременеть, но это не невозможно. Не надо так волноваться, Далан. В будущем тебе нужно будет хорошо о нем позаботиться.

Ян Далан, который всегда был спокойным и уравновешенным человеком в присутствии других людей, все еще не хотел отпускать Мяо Хэ. Он даже опустил голову, как будто не мог удержаться, и потерся о голову Мяо Хэ.

Мяо Хэ мгновенно покраснел. Дядя Лин все еще здесь, так что он не знал, из-за чего нервничать в первую очередь.

Дядя Линь продолжил:

- Но я вижу, что на столе есть персики и сливы, будьте осторожны, беременным герам нельзя есть их слишком много.

Лицо Ян Далана изменилось:

- Он ел персики целых три дня!

Неожиданно даже его предложения стали длиннее! Мяо Хэ моргнул.

- Эх, тогда я проверю более тщательно. Ну, внутреннего огня нет, проблем с желудком и кишечником тоже не было. Пока ничего серьезного нет, просто помните, что в будущем не стоит так питаться. До пяти небольших слив  и одному персику в день. Не будь жадным, брат Хэ.

Глядя на маленького гера, все еще оцепеневшего на руках у мужа, дядя Линь отметил, что его лицо стало круглее и румяней, чем раньше. Даже его волосы блестят и сияют, они не высохшие и не выгоревшие от летнего солнца. Должно быть, Ян Далан хорошо его кормит. Неудивительно, что он так быстро забеременел.

- Что еще требует внимания? - Ян Далан сурово стоял рядом.

Дядя Линь терпеливо рассказал. В это время Мяо Хэ пытался вырваться из хватки Ян Далана, но потерпел неудачу. Когда они закончили разговор, Ян Далан наконец-то собрался проводить дядю Линя, но при этом обернулся и сурово произнес:

- Не бегай вокруг.

Мяо Хэ замер, наблюдая, как Ян Далан отдает дяде Линю все персики и сливы со стола. Фрукты, которые он с таким удовольствием ел последние три дня, все исчезли.

- ...

У Мяо Хэ появилось смутное предчувствие, что впереди его ждут трудные времена.

На самом деле, Мяо Хэ не сопротивлялся идее беременности и не чувствовал противоречия с особыми способностями гера. Просто в памяти первоначального владельца тела у него было мало шансов забеременеть естественным путем. Чтобы подготовиться к беременности, большинству геров приходится принимать специальные питательные добавки для укрепления здоровья.

Ни одна обеспеченная семья не хочет брать в семью гера. Вначале у первоначального владельца тела и Мяо Юаня были хорошие отношения. Причина, по которой они не сошлись сразу, заключалась в том, что семья Мяо Юаня все еще сомневалась. Поняв этот факт в сочетании со своей слабой хилой внешностью, Мяо Хэ смирился и вскоре забыл об этом.

Вплоть до сегодняшнего дня, когда его потрясла эта новость. За потрясением последовал всплеск недоверия, а потом невообразимое удивление.

...У него наконец-то снова может быть семья?

В своей предыдущей жизни, после смерти бабушки и дедушки, Мяо Хэ жил один. Обычно он бродил в интернете и играл в видеоигры, поэтому не особенно чувствовал себя одиноким. Только во время китайского Нового года ему было немного грустно. Когда он смотрел новости, там постоянно брали интервью у людей о том, как трудно им было вернуться домой и как они встретились со своими семьями за тысячи километров. Он мог только сидеть на диване перед телевизором, питаясь закусками и фруктами.

Мяо Хэ был гомосексуалистом и, конечно, подумывал о том, чтобы найти партнера. Но его рабочее место - небольшой государственный офис, а он - государственный служащий, который занимается компьютерной регистрацией. Эта позиция не очень важна, но рабочая среда там очень консервативна.

А в сочетании с секретом имеющейся у него живой почвы Мяо Хэ не решался сделать этот шаг. Или, возможно, следует сказать, что он еще не встретил человека, который смог бы заставить его сделать этот шаг, несмотря ни на что.

Вплоть до этого мира, пока он естественным образом не принял Ян Далана. Только тогда он почувствовал, что у него есть кто-то, без кого дни становятся гораздо хуже.     Молчание этого человека, упрямая решимость, от которой он не знал, плакать или смеяться, - он находил все это милым. А от его доминирования, властного, но глупого метода, который этот человек всегда использует, чтобы подтвердить, что он не уйдет, он чувствовал только сладость.

Оказалось, что это была не просто благодарность, и не просто желание жить в тишине и покое. Именно из-за этого мужчины он стал таким, как сегодня.

В этот момент Мяо Хэ внезапно осознал свои чувства к этому человеку. У него скоро будет семья, новая семья, которую, как ни странно, он нес в своем животе. Что касается Ян Далана, то он не был членом семьи, он просто был тем самым человеком.

Через несколько мгновений мужчина вернулся и снова крепко обхватил Мяо Хэ.

- ... У нас будет ребенок.

- ...Да.

-  Значит, ты не уйдешь?

Мяо Хэ снова размяк и уткнулся в объятия мужчины.

- Не уйду.

В ответ его обняли еще крепче. Даже сейчас это было все, о чем беспокоился этот упрямец.

Без сомнения после этого статус Мяо Хэ в доме резко упал. Раньше он мог делать все, что угодно, но теперь он вообще ничего не мог делать. Пока он жаловался про себя, Ян Далан помогал ему варить кашу на кухне. Он явно не был болен и съел всего лишь несколько персиков и слив, а его подозревали в раздражении и слабости желудка и  относились как к пациенту.

Однако Мяо Хэ не знал, что Ян Далан только что вспомнил, сколько тяжелой работы проделал его маленький гер за три месяца беременности. Он самостоятельно носил пирожные в город, помогал при двух переездах, копал с ним деревья в горах! Когда Ян Далан думал об этом, его прошибал холодный пот.

Тревога и чувство вины ничуть не уменьшилось от заверений дяди Линя. Он также тайно решил, что в следующий раз, когда он будет доставлять овощи в город, он должен будет пригласить доктора Цзи. Лучше проконсультироваться с еще одним врачом.

Так что большую часть времени в следующие несколько дней  Мяо Хэ провел, катаясь по деревянному полу зала с простыней в руках. Было по-прежнему очень жарко и ему не нужно было одеяло. Но помните, теперь он считался больным человеком.

Но Да Бай оказался в еще более жалком состоянии - его чуть не выставили за дверь. К счастью, он рос дома и никогда не ел ничего холодного или сырого, так что дядя Линь сказал, что все в порядке. В противном случае он был бы безжалостно изгнан во двор. Однако Ян Далан все равно изо всех сил старался не давать Мяо Хэ прикоснуться к коту. Всякий раз, когда Да Бай приближался, он хватал кота и засовывал к себе за пазуху. Никогда еще маленький черный котенок не был так близок со своим большим хозяином! Он был так счастлив, что сразу забывал о том, что должен был сделать.

После этого Ян Далан, естественно, взял на себя работу по доставке овощей и приготовлению пирожных. Доктор Цзи действительно пришел по приглашению Ян Далана, чтобы измерить пульс Мяо Хэ. Результат совпал с тем, что сказал дядя Линь: гер был очень здоров, плод был стабилен, а реакция на беременность была довольно слабой, поэтому не было необходимости беспокоиться.

По этой причине Мяо Хэ почувствовал, что с ним явно все в порядке, но Ян Далан пригласил доктора Цзи за такие большие деньги. Поэтому, пока доктор все еще разговаривал с Ян Даланом, он тайком вышел на улицу, нарвал коробку персиков и отдал ему.

Доктор Цзи выбрал один персик и съел его. Естественно, он хвалил его снова и снова. Он также услышал, что Мяо Хэ ранее сделал сливовое вино, и поспешил рассказать, как вымочить персики в вине. Это проще простого - персики очищаются от кожицы и замачиваются в вине.

- Но вино должно быть более изысканным. Это должно быть белое вино, а не просто любое вино! - бормотал старик некоторое время. После секундного колебания он сказал с некоторым смущением, - Брат Хэ-эр, есть ли у тебя еще маринованные сливы, которые ты мне давал раньше? Дай мне еще немного, я обменяю их на вино. Если все получится, у персиков в вине будет замечательный вкус. Не говоря уже о том, что персики в вине также очень эффективны. Они могут питать ци и кровь, увлажняют легкие и останавливает кашель. Брат Хэ не может много пить, но Далану время от времени чашка вина будет только на пользу.

В мгновение ока доктор Цзи превратился из серьезного врача в старика, торгующего вином. Конечно, он делал это из добрых побуждений и в этом не было ничего страшного. Естественно, Мяо Хэ согласился, а затем радостно проводил доктора Цзи.

Однако после визита доктора Цзи Ян Далан наконец-то перестал так сильно преувеличивать, и Мяо Хэ даже смог пойти на огород, чтобы полить его. В конце концов, доктор Цзи сказал ему не забывать вести активный образ жизни в течение дня. Нехорошо все время отдыхать, так как живот станет слишком большим, а кости ослабеют.

Вырастив на заднем дворе бобы мунг, Ян Далан выбрал день и отнес большой мешок бобов в дом второй тети Ян вместе с формами, выданными чайным домом. Мяо Хэ, который настаивал на прогулке, отправился вместе с ним. Он хотел поручить эту работу второй тете Ян.

Как только вторая тетя Ян услышала об их намерениях, она сразу поняла, что Ян Далан  хотел разделить с ней бизнес по зарабатыванию денег. Как она могла согласиться?

- Нет, нет. Эту возможность вы заслужили сами. Как я могу украсть ее у тебя? Как я смогу посмотреть в глаза твоей маме после смерти? Что я ей скажу? Ни в коем случае! Я не возьму ни копейки!

Взгляд Ян Далана смягчился:

- У Сяо Хэ будет ребенок, поэтому ему неудобно заниматься этим одному.

Получив такую шокирующую новость без предупреждения, тетя Ян была так рада, что чуть не свалилась со скамейки!

- Брат Хэ беременен! Правда! Сколько месяцев? Вы уверены? Состояние ребенка стабильное? Врач тебя внимательно осмотрел?

Из ее рта лился бесконечный  ряд вопросов, пока она осматривала Мяо Хэ с ног до головы. Мяо Хэ чувствовал себя неловко и подумал про себя, зачем ему понадобилось приходить сюда сегодня...

Ян Далан с радостным видом обо всем рассказал ей. Вторая тетя Ян слушала и кивала, а после этого, с лицом, полным благодарности, она поклонилась небесам, сложив ладони вместе.

- Ну, ну! Это хорошо. Это замечательная вещь! Если бы твоя мать могла знать, она была бы так счастлива! Перед тем, как она ушла, она очень беспокоилась о тебе! Теперь... Не верь больше в эту чушь! Знаешь что? Я же говорила тебе, просто хорошо позаботься о своем гере и о ребенке!

Не верить больше в чушь? Мяо Хэ с недоумением моргнул и увидел, как Ян Далан кивнул своей второй тете.

Вторая тетя Ян с радостью сказала.

- И не забудь пойти и сказать тете Цинь тоже. Она также беспокоится о тебе, и эта хорошая новость, несомненно, порадует ее надолго. Тетя Цин в последнее время очень сердится на Цянцзы, она постоянно приходит ко мне жаловаться. Она говорит, что до помолвки Цянцзы игнорировал свою невесту, но после помолвки сказал, что не женится на ней. Он все время говорит о тебе. Если у тебя будет время, не забудь пойти и поговорить с ним.

После небольшой паузы Ян Далан кивнул в знак согласия.

Что касается работы над пирожными из бобов мунг, поскольку вторая тетя Ян узнала, что Мяо Хэ беременен и поскольку Ян Далан подчеркнул, что ему нужно заботиться об овощах и фруктовых деревьях, она была готова взять это на себя.

В будущем Ян Далан будет регулярно отправлять сырье, включая сахар, масло и бобы. Они сказали, что эти бобы специально выращивались из хороших семян и предназначались для чайного дома. Их нельзя заменить ничем другим. Когда тетушка Ян закончит готовить пирожные, Ян Далан придет за ними и доставит в город.

Что касается техники изготовления пирожных, Мяо Хэ научил ее, когда приходил к ним в гости, с этим никаких проблем не было. Просто вторая тетя Ян решила брать только 20% денег, ни копейкой больше. В конце концов, их семья предоставляет только ручной труд и не несет расходы на сырье.

Но даже так, прикладывая усилия в течение месяца, они смогут зарабатывать больше ляна в месяц. Это очень хорошая работа, а главное, что она стабильна. По сравнению с неравномерными заработками в столярной мастерской Ян Датуна это был хороший доход для семьи. Так что жена Датуна, Юй Синь, которая слушала вместе со своим маленьким годовалым сыном, не могла удержаться от радости.

В любом случае, в итоге работа была передана без проблем. Мяо Хэ чувствовал себя гораздо спокойнее. Теперь все легло на плечи Ян Далана, а ему не разрешили даже помогать. Мяо Хэ было больно смотреть на это, но он также почувствовал радость, когда увидел, что вторая тетя Ян была искренне счастлива.

На обратном пути Мяо Хэ был в хорошем настроении и крепко сжимал руку мужа. Внезапно он что-то вспомнил и спросил:

- А о чем сейчас говорила вторая тетя, что это за «чушь, которую нужно забыть»? Что происходит?

- Ничего.

Мяо Хэ подозрительно посмотрел на него:

- Вторая тетя не стала бы говорить, если бы это было ничего.

- Нехорошо говорить об этом.

Услышав эти слова, Мяо Хэ слегка удивился. Подумав, что это, безусловно, нехорошо, он оставил все как есть.

- Тогда не говори этого. Я не буду в это верить!

Ян Далан крепко сжал его руку:

- Да.

Он тоже в это не верил. Без жены, без детей. Это означает, что даже если у человека есть жена, ее можно только сторониться. Бездетность означает, что дети не рождаются.

Насчет последнего он не осмеливался сказать, но первое: если его маленький гер возненавидит его, значит, он сам сделал что-то не так. Но он не может этого сделать. Он бы никогда не захотел причинить ему боль...

В этот момент он услышал, что маленький гер говорит:

- А? Шрам на твоем лице. Кажется, он немного поблек.

Ян Далан был застигнут врасплох и, опустив голову, встретился с кристально чистыми глазами своего гера.

- Может быть, в будущем ты станешь таким же белым, как я, хе-хе.

Видя, что гер шутит, Ян Далан был слегка удивлен. Судьба жены, увиденная тем монахом, не связана с его израненной внешностью.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 39. Цыплята

Глава 39. Цыплята. Дабай: Опасность, мяу!

Что в итоге решил для себя Ян Далан, пока осталось за кадром. На следующий день, следуя совету тетушки Ян, он отправился к тетушке Цин сообщить радостную новость. На этот раз он оставил гэра дома отдыхать – зная, что Цян-цзы все еще плохо к нему относится, он не хотел снова подвергать Мяо Хэ неприятностям.

Услышав новость, тетушка Цин обрадовалась не меньше тетушки Ян, даже глаза у нее заблестели от слез. Чувство вины перед Мяо Хэ грызло ее куда сильнее, поэтому, помимо радости, она тут же забеспокоилась:

— Как здоровье Хэ-гэра? Ничего не беспокоит? Ах, ведь по обычаю первые три месяца нужно скрывать беременность! Далан, тебе следовало быть осторожнее...

— Все в порядке. Срок вышел, — ответил Ян Далан.

Немного подсчитав, легко было догадаться, когда именно Мяо Хэ «заработал» этот сюрприз. Без сомнений, это произошло в их первый раз. Несколько дней назад гэр во сне пробормотал, что он тогда был слишком грубым и напористым, вот и вышло так.

Ян Далан понимал, что это был упрек за его гиперопеку, но от таких слов у него даже рука, обмахивавшая гэра веером, на мгновение застыла. В груди вспыхнуло что-то сладкое и жгучее, разлившись по всему телу. Но что он мог поделать? Теперь он боялся даже дышать на него – как же можно было прикасаться?

Минутная мысль отразилась на его лице, сделав его мягче.

Тетушка Цин не могла не заметить этого и вздохнула с облегчением:

— Я так рада за вас. Вот бы и Цян-цзы когда-нибудь стал таким... Но он сейчас только отталкивает всех. Не знаю, о чем он думает.

Как раз в этот момент снаружи послышались шаги. Это вернулся Мяо Цян. Увидев одного Ян Далана без ненавистного гэра, он сразу просиял, забыв про прошлую ссору.

— Далан пришел?! Ко мне? Как раз хотел спросить, как там со стройкой! Если что-то нужно – я, брат, всегда помогу! Останешься на обед? Ты же раньше всегда у нас ел! Мама, приготовь картошку с уксусом, Далан ее любит!

Тетушка Цин лишь покачала головой на его бестактность:

— Ты только о себе и думаешь, даже не спросил, занят ли он. У Хэ-гэра сейчас беременность, Далану нужно поскорее вернуться. Далан, будь внимательнее в этот период и уступай ему. В таком состоянии люди иногда становятся вспыльчивыми – не удивляйся и наберись терпения. Понял?

— Понял, — кивнул Ян Далан. Дядя Линь и доктор Цзи уже предупреждали его.

А вот лицо Мяо Цяна словно окаменело:

— Беременность?!

— Именно. Так что впредь следи за языком! Если что-то случится – я тебя не прощу! — Тетушка Цин знала о плохом отношении сына к Мяо Хэ.

Но Мяо Цян и слушать не хотел. В голове у него крутилось лишь одно: теперь Ян Далан точно будет на стороне Мяо Хэ! Не думая, он выпалил:

— Ха, а кто сказал, что ребенок вообще от Дала… — Не успев договорить, он получил мощный удар в лицо!

Бам! — Кулак Ян Далана без колебаний обрушился на него!

Даже тетушка Цин вскочила, хлопнув по столу:

— Что за чушь ты несешь?! Цян-цзы! Что с тобой?!

Прикрывая распухшую губу, Мяо Цян остолбенел:

— Ты... ты ударил меня?

Стиснув кулаки, Ян Далан холодно ответил:

— Разве не заслужил?

Мяо Цян открыл рот, но не нашел оправданий. В глубине души он уже сожалел о сказанном. Как он мог такое ляпнуть своему другу?! В следующее мгновение он развернулся и выбежал за дверь, хлопнув ею изо всех сил!

Ян Далан холодно наблюдал за этим, не чувствуя вины. Если бы он не дал отпор, Цян-цзы продолжал бы в том же духе.

Тетушка Цин горько усмехнулась:

— Он вырос без отца, а ты был ему как старший брат. Я слишком его баловала, всегда ставила его интересы на первое место. Думала, женитьба сделает его взрослее. Видимо, придется подождать. Не обращай внимания – он сам виноват, пусть подумает над своим поведением и придет извиняться.

Разумеется, Ян Далан не стал рассказывать Мяо Хэ об этом инциденте. Тот лишь заметил, что, вернувшись, муж принес коробку с очаровательными желтыми цыплятами! Пушистые комочки с невинными глазками-бусинками неуклюже толкались друг с другом.

Мяо Хэ засиял, бережно взяв одного цыпленка:

— Будем выращивать?

Дабай тоже выскользнул наружу. Его кошачьи глаза округлились, шерсть встала дыбом – полная боевая готовность!

Ян Далан тут же схватил кота за шкирку и сунул за воротник:

— Гм. На мясо.

Мяо Хэ тут же возмутился:

— Но... они же такие милые...

Ян Далан невозмутимо спросил:

— А фазаны во дворе – не милые?

Мяо Хэ запнулся.

В прошлый раз, вернувшись с охоты, Ян Далан принес не только оленя (которого продали за лян с лишним), но и кучу фазанов. Вместе с теми, что поймали при расчистке участка, теперь у них было три петуха и четыре курицы — все во временном курятнике.

Ян Далан знал, что куры, которых он ел после ранения, были выращены на «живой земле» и очень питательны. Сейчас, хоть у них и были овощи с «живой земли», мяса не хватало. Выращивая цыплят таким образом, даже зимой, когда охота затруднена, у Мяо Хэ всегда будет куриный суп.

— Свои – полезнее. Потом купим коз – для молока. Свиней тоже можно.

Услышав это, Мяо Хэ понял его замысел. С «живой землей» цыплят будет легко вырастить, да и эпидемии можно не бояться. К тому же это снизит нагрузку на Ян Далана, которому не придется так часто ходить на охоту.

— Но свиней не надо, — поспешно добавил он. — Возни с ними много, а зерно мы не выращиваем – невыгодно. Да и чтобы мяса хватало каждый день, нужно целое стадо! Лучше покупать, не будем забивать себе этим голову.

Ян Далан в принципе был не против – он не боялся трудностей, но, видя настойчивость Мяо Хэ, в итоге уступил.

Так началось их птицеводческое предприятие.

Ян Далан купил пятьдесят цыплят, заранее учитывая возможный падеж. Но Мяо Хэ сразу сказал, что это не нужно, поэтому пришлось строить новый курятник. Когда Ян Далан понес доски на задний двор, Мяо Хэ вспомнил телепередачу о свободном выгуле кур.

Суть метода в том, чтобы огородить большой участок в саду или на склоне холма. Достаточно поставить кормушки и поилки – куры, свободно бегая по территории, будут склевывать насекомых, сдерживать рост сорняков, а их помет, не слишком вонючий, станет удобрением, улучшая почву. Идеальный вариант!

Если построить курятник в центре сада, куры даже будут возвращаться туда на ночь, неся яйца в одном месте и не разбегаясь! Единственная сложность – масштаб ограждения.

— Хотя... наш участок с трех сторон окружен ручьем, а с четвертой – забором. Может, и не нужно? Разве что потом будем с трудом ловить кур... — задумчиво сказал Мяо Хэ.

Поймать кур? Для Ян Далана это не было проблемой.

— Так и сделаем.

— Но сначала цыплят нужно подрастить в доме, — поспешил добавить Мяо Хэ. — Потом выпустим.

— Гм. Этих – на выгул. Купим еще.

Пока они обсуждали это, Дабай, не выдержав, внезапно выпрыгнул из-за воротника Ян Далана прямо в коробку с цыплятами! Поза охотника была безупречна, но...

Что это? Чик-чирик, клюнем! Чик-чирик!

Пушистое! Чик! Теплое! Чик! Толкаться так приятно! Чик-чирик!

Я тоже! Я тоже! Сначала клюнуть? Чик-чирик!

В мгновение ока шерсть Дабая оказалась в клювах со всех сторон, и повсюду полетели клочья!

Испуганный кот даже выпустил когти, но не смог противостоять натиску цыплят!

Ян Далан тут же вытащил его за шкирку.

— Не царапай, — строго сказал он.

Дабай жалобно мяукнул.

Я-я просто случайно упал, мяу!

Пока они строили курятник, в семье Мяо Ли тоже завершали строительство нового дома.

Их глинобитный дом начали на месяц позже, но, торопясь к свадьбе Мяо Ляна и желая сделать его просторным, они наняли многих деревенских мужчин. Сейчас был несезон полевых работ, и люди охотно соглашались помочь за хорошую еду.

Мяо Ли не скупился – каждый обед включал мясо. Хотя тетушка Ли и переживала за расходы, последнее слово было за главой семьи и Мяо Лянем. Да и причиной такой спешки отчасти были ее же слова при передаче земли, из-за которых над семьей смеялись.

Мяо Лян, работавший в мастерской и дороживший репутацией, этого не выносил. Да и сам Мяо Ли заботился о мнении людей. Взяв в долг у Мяо Юаня, они построили просторный дом с шестью комнатами и большим двором – мол, разве стали бы они жадничать из-за лачуги, если им и так тесно?!

Правда, с соевыми бобами пришлось распрощаться. Когда злопыхатели спрашивали, почему вместо посевов они строят дом, Мяо Лян не стеснялся винить тетушку Жу, жену своего дяди: мол, та настаивала на переезде.

Хотя это и была правда, выносить сор из избы считалось неприличным. Тетушка Жу взбесилась!

Да, она хотела, чтобы они съехали, но разве не семья Мяо Ли виноваты, что, получив землю, не торопились переезжать, а теснились у них?! А теперь еще и подставляют их семью, так что над ними тоже смеются! В ярости она заявила мужу:

— Если еще раз поможешь брату – считай, что жены у тебя нет!

В целом же со стороны семья Мяо Ли выглядела вполне успешной. Новый участок, новый дом, свадьба с банкетом – даже без учета выкупа за невесту расходы превышали десять лянов! И они тратили, и тратили, и тратили, не моргнув и глазом! Видно, работа в мастерской приносила Мяо Ляну немалые доходы!

Хм, вот бы так...

На какое-то время насмешки над семьей поутихли.

И в такой атмосфере наступил день свадьбы Мяо Ляна и Мяо Миня.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 40. Немужской характер

Глава 40. Низость: нарушенное обещание

Мяо Хэ обещал прийти на свадебный банкет Мяо Ляна и Мяо Миня. Хотя их семьи и поссорились из-за земли, открытого конфликта не было, и по дружбе он должен был присутствовать. Однако сейчас он был беременным, а по словам тетушки Ян, посещать чужие свадьбы до четвертого месяца – плохая примета, вредящая и ему, и новобрачным. Обрадованный предлогом, Мяо Хэ отправил Ян Далана с деньгами вместо себя.

Ян Далан тоже не планировал задерживаться – лишь передал конверт с деньгами и уже собирался уходить, как вдруг его заметил Мяо Минь. Тот, схватив нового мужа, поспешил к нему.

В отличие от невест, гэрам после церемонии разрешалось выходить к гостям.

Сегодня Мяо Минь был в расшитом золотом красном наряде – том самом, который приглянулся ему в лавке. В конце концов мать, хоть и опозоренная, разрешила купить ткань. Потом она мешала ему встречаться с Мяо Хэ, но он все равно хотел показать лучшему другу этот наряд.

Да и их новый дом с Мяо Ляном – большой и красивый! Теперь он будет жить в таком роскошном доме, и так обидно было не разделить эту радость! Жаль, что гостей нельзя водить в спальню – а то бы он с гордостью продемонстрировал новую мебель.

Что касается скандала с землей, у Мяо Миня был свой взгляд.

Поначалу он ничего не знал о маминых планах. Но потом слухи расползлись по деревне – как он мог не услышать? Однако Мяо Минь считал, что помощь мастерской важнее всего. Разве не для этого и староста уговаривал Мяо Хэ уступить землю? А то, что вместо сои там построили дом – вина тетушки Жу, жены дяди. Мяо Минь даже ругал ее за спиной.

Каково же было его разочарование, когда он не увидел Мяо Хэ среди гостей!

— Ян Далан, подожди! — остановил он его. — Почему Хэ-гэр не пришел? Может, он в уборной? Я же специально просил его прийти, он же обещал!

Сегодня Мяо Минь, как хозяин, меньше боялся суровости Ян Далана. К тому же он хотел помирить Мяо Хэ с Мяо Юанем – в лавке вышло недоразумение.

— Ему нездоровится, — ответил Ян Далан.

Мяо Минь сделал обеспокоенное лицо:

— Нездоровится? Как же так, он так ждал этот день! Неужели заболел? Он ведь всегда был крепким... Может, переезд утомил? Кстати, ваш новый дом уже готов?

Эти вопросы разозлили Мяо Ляна. Он и так был зол на мать Мяо Миня. Если бы не его предпочтение гэрам и покорность Мяо Миня, он бы ни за что не женился на нем. Один только этот наряд стоил целый лян! Раньше, когда денег хватало, Мяо Ляну это казалось оправданным. Но после покупки земли и стройки, когда пришлось занимать, такие траты выглядели расточительством. А теперь он еще и бестактно лезет с вопросами к Ян Далану! Заметив, что окружающие заинтересовались их разговором, Мяо Лян поспешно вмешался:

— Далан, отец уже рассказывал мне про ту историю с землей. Прости, так нелепо вышло. Раз уж пришел, оставайся на банкет! Выпьем, развеем недоразумения.

Такие слова звучали так, будто отказ означал бы затаенную обиду. Ян Далан нахмурился:

— Не могу. Нужно заботиться о доме.

— Одного обеда не изменит! — вмешался кто-то из гостей. — Это не просто свадьба, но и новоселье! Ты же прежний хозяин земли, обязан посидеть!

Окружающие засмеялись. Улыбка Мяо Ляна стала натянутой. К счастью, в этот момент возник переполох – прибыли Мяо Цзюэ и Мяо Юань.

— Наставник Мяо пришел! Простите, я должен их встретить! Далан, оставайся!

Не дожидаясь ответа, он потащил Мяо Миня прочь. За соседним столом сидел Мяо Пин, который помахал Ян Далану:

— Садись с нами, на пару минут задержишься. Хотел спросить про твой новый дом – раньше не пускал помогать, теперь, наверное, готов?

За столом собрались Мяо Пин, Мяо Гао, Мяо Даху и дядя Линь – все знакомые. Подумав, Ян Далан присоединился к ним.

— Гм. Скоро новоселье – приходите.

— Обязательно. Если бы не родственные связи, я бы сегодня не пришел. Не верю, что ты просто так уступил землю по просьбе старосты. Что-то тут нечисто, — Мяо Пин покачал головой, глядя на то, как Мяо Лян раболепствует перед Мяо Цзюэ.

Ян Далан вдруг вспомнил, что отца Мяо Пина, Мяо Чжи, вместе с Мяо Хошеном выдвигали в старосты. Неужели Мяо Чжи тоже метил на эту должность?

Взгляд Ян Далана сверкнул.

Чэнь Жун, гэр Мяо Пина, однажды заступавшийся за Мяо Хэ в повозке, спросил:

— Давно не видел Хэ-гэра в повозке. Он правда заболел?

Ян Далан не стал рассказывать Мяо Миню, но этим доверял:

— Беременность. Не смог прийти.

— Беременность?! Да это же праздник! Поздравляю!

— Молодец, Далан! Смотришь хмуро, а внутри, наверное, пляшешь!

— Сколько уже? Наверное, больше трех месяцев? Быстро у вас вышло!

— Эй, дядя Линь наверняка знал! Почему не сказал?!

— Разве можно такое разглашать?! Далан, как Хэ-гэр себя чувствует?

— Хорошо. Спасибо, дядя Линь.

Атмосфера сразу стала праздничной. Чэнь Жун, задавший вопрос, тоже обрадовался, но затем неловко пробормотал:

— Хэ-гэр... принимал какие-то лекарства? Может, подскажете, какие...

Мяо Пин хлопнул его по плечу:

— Я же говорил – не торопись. Никто не давит.

Они были женаты уже пять лет. Чэнь Жун перепробовал все отвары – и дяди Линя, и городские, – но безрезультатно. Даже здесь он не удержался от вопроса. Теперь, услышав слова мужа, он лишь поджал губы и замолчал.

Ян Далан запомнил это. Пока он размышлял, сзади раздался кашель.

— Далан пришел на банкет? Отлично! Так и надо. Ну как тебе новый дом Ли-цзы...

Это был староста.

Пока он зависел от мастерской, ему приходилось поддерживать видимость хороших отношений. Увидев Ян Далана, он сглотнул и заговорил, надеясь на банальное «хороший дом» – чтобы можно было сделать вид, что все в порядке.

Но Ян Далан молча ждал продолжения. Староста неловко замялся:

— Все вышло так неловко... Видишь ли, тетушка Жу... Ли-цзы ведь отдал свой двор под мастерскую, а сам жил у брата, тесно им было. Когда он получил землю, тетушка Жу настояла на переезде, вот и пришлось...

— Пришлось что?! — раздался резкий голос за его спиной.

Как в поговорке: «Богомол ловит цикаду, а за ним следит воробей». [прим. ред.: разъяснение будет в комментариях]

Это была тетушка Жу!

После ссоры из-за земли семья Мяо Гуаня (брата Мяо Ли) вообще не хотела приходить. Но родня есть родня – слишком явный разрыв только позорил бы их. Мяо Гуань уговорил жену явиться на банкет с детьми.

И как раз когда староста пытался свалить вину на нее, она и подошла!

Тетушка Жу вспыхнула от ярости:

— Чем мы провинились?! Будьте справедливы! Ли-цзы сдал свой двор мастерской – получал ли он аренду?! А когда ютился у нас – много ли платил?! Не знаете – не болтайте! Получил землю – должен съехать, разве не так?! Или мы обязаны терпеть их, да еще и новобрачный двор им предоставить, пока они на сое богатеют?!

Староста не нашелся что ответить:

— Я же забочусь о мастерской. Сое-то не хватало, вот и...

— Соя, соя! Да кому от нее польза?! Работу в мастерской нашему сыну не дали, цена на сою – не выше рыночной! Выгода? Разве что вам, староста! А нам – одни насмешки да обиды!

Староста чуть не подпрыгнул – это касалось его репутации!

— Какая мне выгода?! Не клевещи, тетушка Жу! Обижаешься – так нечего людей очернять!

— А почему вы считаете, что не поддерживать мастерскую – грех?! А если от поддержки одни проблемы – тоже должно быть благодарны?! Взять хотя бы Ян Далана – сою можно сеять где угодно, зачем отбирать участок под дом?! Да еще и сносить дом! Думаю, ему тоже обидно, просто он не жалуется. А я пожалуюсь – послушаем ваши мудрые объяснения!

Староста и правда не мог толком объясниться. Даже версию про «ошибку с землей» он выдумал, чтобы сохранить лицо, поэтому все выглядело подозрительно.

Покраснев, он замялся, но тут к шумной компании подошли Мяо Цзюэ с окружением – Мяо Лянем, Мяо Юанем и их семьями.

Мяо Цзюэ, величественно взмахнув рукавом, сказал:

— Невестка, Ли-цзы, может, и поспешил, но из лучших побуждений. Он осознал ошибку и построил новый дом. Если есть обиды – решайте по-родственному, не позорьте семью. Ты же жена Мяо – разве не понимаешь? — Он специально подчеркнул ее статус невестки, давя авторитетом.

Муж тетушки Жу, Мяо Гуань, под строгим взглядом Мяо Цзюэ сразу сник:

— Дядя прав, дядя прав. Я с ней поговорю.

Довольный его покорностью, Мяо Цзюэ обратился к Ян Далану:

— А что до Ян Далана... — Увидев, что тот даже не встал, чтобы поприветствовать его, Мяо Цзюэ холодно сказал: — Нет хуже человека, который нарушает слово. Обещал – выполняй, иначе будешь подлецом. Думаю, он не такой.

Ян Далан, и без того злой из-за истории с землей, не стерпел этих упреков, когда никто даже не извинился. Он встал и ледяно ответил:

— Верно. Нет хуже человека, который нарушает слово. Просили уступить землю под сою. Наставник Мяо мудро наставлял – вам, староста, стоит запомнить. — С этими словами он развернулся и ушел.

Староста и семья Мяо Ли, только что названные «подлецами», покраснели от стыда. Даже Мяо Цзюэ на мгновение потерял дар речи. Но при всех он лишь фыркнул и удалился, делая вид, что ничего не произошло.

— Пришлось что?! — раздался резкий голос за его спиной.

Как в поговорке: «Богомол ловит цикаду, а за ним следит воробей».

Это была тетушка Жу!

Китайская идиома «螳螂捕蝉，黄雀在后» [танлан бу чань, хуанцюэ цзай хоу] – досл.: «Богомол ловит цикаду, а желтая птица (уже) сзади», обр. в знач.: а) на всякую силу есть управа; б) не думать о неизбежном возмездии; бросаться за наживой, не думая об опасности.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 41. Половина и половина

Давайте пока не будем упоминать о том, как разрешилась неловкая ситуация на свадьбе Мяо Ляна, и был ли у нее какой-либо последующий эффект.

Когда разгневанный Ян Далан вернулся, он не хотел говорить об этом. Придя домой, он увидел, что его гер с удовольствием готовит суп из зеленой фасоли и его гнев сразу уменьшился вдвое. Он быстро взялся помогать.

- Пока тебя здесь не было, Ду Лао прислал селитру, - Мяо Хэ улыбнулся, - Когда я приготовлю суп, мы добавим в него лед и будем пить ледяной суп из зеленой фасоли*!!!

Ян Далан слегка нахмурился:

- Селитра? Ты прикасался к ней?

- Нет, нет. Я попросил людей отнести ее прямо в подвал, и чаны, которые они сделали для льда, были доставлены вместе с ней.

Ян Далан удовлетворенно хмыкнул и погладил гера по голове.

Мяо Хэ спросил мимоходом:

- Ну что, свадьба была веселой? Было что-нибудь новое?

Ян Далан не стал ничего говорить, чтобы не испортить ему настроение:

- Гер Мяо Пина хотел спросить тебя о твоей беременности.

Мяо Хэ был ошеломлен:

- Это Чэнь Жун? Но что тут спрашивать?

- По поводу тоников. Перед тем, как гер сможет забеременеть, он обычно пьет много питательных добавок.

Только когда Ян Далан сказал это, Мяо Хэ вспомнил, что это действительно так. Но какое тонизирующее средство он мог бы принять... подождите. До этого дня он вместе с Ян Даланом ел тушеную курицу с женьшенем бедняка, выращенным на живой почве, чтобы подлечить свои болезни! Вот почему его беременность была такой внезапной и неожиданной. Значит, виновником является живая почва!

Видя, как постепенно краснеет его милое личико, Ян Далан знал, что его геру иногда бывает неловко при мысли о беременности. Хотя он был немного озадачен, он не мог удержаться и погладил его:

- Хочешь помочь? Мяо Пин женат уже пять лет и у них еще не было детей.

Мяо Хэ посмотрел на Ян Далана:

- Чэнь Жун уже заступался за меня раньше, и его муж выглядит хорошим человеком.

- Если хочешь, я придумаю способ.

Мяо Хэ было немного любопытно, когда он услышал это:

- Семья Мяо Пина торопится?

Редко можно было увидеть, как Ян Далан проявлял инициативу, чтобы заручиться помощью живой почвы.

Ян Далан улыбнулся и легко поднял гера на руки. Он держал его как ребенка, а его сильные руки оказались под ягодицами Мяо Хэ.

- Беременность - это счастье.

Это значит, что он сам был так счастлив, что хотел сделать своего друга таким же счастливым!

Мяо Хэ было легко уговорить, и его сердце мгновенно смягчилось. Не то чтобы он втайне не боролся с вопросом о том, как будет рожать. Он слышав от врача, что речь идет о кесаревом сечении, но до сих пор он хорошо ел, хорошо спал и не испытывал никакого дискомфорта, так что он мог спокойно наблюдать за счастьем Ян Далана и быть счастливым.

Тогда Мяо Хэ обхватил шею мужчины и погладил его:

- Тогда давай поможем.

Он верил, что Ян Далан обязательно будет хорошо охранять секрет живой почвы.

Почувствовав доверчивое прикосновение его рук, сердце Ян Далана растаяло. Уложив гера в постель и обмахнув его веером, чтобы он вздремнул, он отправился в подвал, чтобы осмотреть доставленную селитру.

Не теряя времени, Ян Далан набрал воды и сначала наполнил специальный чан, а затем установил в центре маленький резервуар, который также наполнил водой и накрыл специальной крышкой. Затем он высыпал в воду в большом чане селитру, и вскоре селитра стала поглощать тепло из воды. Не потребовалось много времени, чтобы вода в маленьком чане волшебным образом замерзла.

И каждый раз, когда он видел этот момент божественного явления, вызванный его гером, на сердце Ян Далана иногда становилось немного тревожно. Мяо Хэ был слишком хорош, настолько хорош, что всего, что он, Ян Далан, мог предложить ему, было недостаточно. Как он мог удержать его рядом с собой на долгое время?

Подумав об этом, он вернулся в дом, чтобы посмотреть на своего спящего гера и вытереть ему пот. Потом он пошел на кухню и присмотрел за кастрюлей с супом из зеленой фасоли, который варился на плите. Он время от времени помешивал суп, чтобы он не приклеился ко дну. Когда все бобы будут полностью готовы, нужно накрыть кастрюлю крышкой и оставить кипеть на некоторое время. Процесс нужно повторить дважды, потом разложить суп по маленьким мискам и оставить остывать.

Только в сумерках Мяо Хэ очнулся от дремоты. Сейчас его аппетит к еде нормализовался, но он все время чувствовал себя немного сонным. А когда он спит после еды, он неизбежно набирает вес. Он стал таким мягким и белым, что больше был похож на маленького избалованного гера, выросшего в богатой семье.

Ян Далан, который был занят весь день, увидел, что он проснулся, принес чашку холодного супа из зеленых бобов и накормил его.

Холодный суп в фарфоровой чашке мгновенно покрылся слоем водяного тумана, а сваренные в нем зеленые бобы таяли от одного глотка и оказались невероятно сладкими! Всего один глоток, и прохладное успокаивающее ощущение сразу же прояснило голову Мяо Хэ и заставило ее глаза заблестеть.

- Это вкусно! А как насчет тебя, ты его пил?

Взгляд Ян Далана смягчился:

- Ты выпей это.

Предположив, что до этого момента этот человек был занят, Мяо Хэ взял ложку, зачерпнул суп и передал ему.

- Пей вместе со мной. Половину тебе, половину мне, так чувства будут крепче.

Даже если бы это был яд, Ян Далан с радостью проглотил бы его, поэтому он послушался и открыл рот, чтобы принять кормление его улыбающегося гера.

- ... Мяу? А как насчет меня? - Да Бай в расстройстве присел под кроватью. Он знал, что в эти дни ему нельзя прыгать на кровать, и вел себя как хороший мальчик. К сожалению, прошло немало времени, прежде чем они оба вспомнили о нем.

В то же время далеко в уездном городе Сюй гунцзы, тот, кто считал, что пудинг из тофу был ужасным на вкус, неожиданно получил подарок.

- Господин Сюй, человек из медицинской школы семьи Цзи прислал вам коробку с подарками и письмо, пожалуйста, проверьте.

Когда хозяин гостиницы вошел в самую роскошную Небесную комнату и почтительно произнес эти слова, Сюй Мин указывал людям вокруг, чтобы они собирали его багаж. В комнате царил беспорядок.

Услышав это, Сюй Мин взял письмо и сначала прочитал его. Через полминуты его брови поднялись.

- Хочет попросить наше вино Гунчжоу? Тц, этот старик такой интересный, он действительно не сдается.

Этот старик, Цзи Ван, который хорошо разбирался в вине, был чем-то похож на привередливого в еде Сюй Мина. Когда он раньше ездил в город Мяошуй, они случайно столкнулись друг с другом. После недолгого общения они подружились. Именно тогда доктор Цзи узнал, что семья Сюй была императорскими купцами. Старик тоже был замечательный. Он не просил ничего, кроме небольшого количества вина Гунчжоу*.

(ПП: вино Гунчжоу - традиционное знаменитое вино из Бочжоу, имеет очень долгую историю в истории китайского виноделия. Оно получило единодушную похвалу в стране и за рубежом за свой уникальный стиль)

Но количество вина Гунчжоу ограничено, его нельзя сделать за день или два. Каждая партия выдавалась в строго определенном количестве. Даже если у них было больше, чем нужно, они должны были использовать его в чрезвычайных ситуациях. Как он мог просто взять его?

Так что если кто-то хотел попросить вина Гунчжоу, ему пришлось бы ждать как минимум несколько лет. Он много раз говорил об этом Цзи Вану, но старик не поверил ему. Сюй Мин не слишком сердился, в конце концов, старик не имел в виду ничего утилитарного, это было простое хобби. И приятно знать, что кто-то так сильно уважает вино его семьи.

Сюй Мин подумал об этом, а затем сделал то, что было написано в письме. Он попросил своих подчиненных открыть ящик, в котором лежало письмо. Письмо тоже было простым, старик хотел спросить, можно ли обменять вещи, содержащиеся в нем, на вино Гунчжоу.

Сюй Мин, наблюдавший за происходящим со стороны, с любопытством пробормотал:

- Какое сокровище может сравниться с моим вином Гунчжоу?

Когда подчиненные открыли ящик, они достали три маленьких деревенских горшка, плотно запечатанные красной промасленной бумагой и веревкой. Глаза Сюй Мина слегка загорелись, эй, это, должно быть, что-то редкое! Если бы старик действительно дал ему серебряные деньги в обмен на вино, ему пришлось бы пересмотреть свои взгляды на дружбу.

С чувством предвкушения он приказал своим подчиненным продолжать снимать печать. Как только масляная бумага была удалена, комнату наполнил знакомый кислый запах!

Сюй Мин был ошарашен и пожал плечами:

- Разве это не запах маринованных слив?

Он снова заглянул в горшок, и это была правда!

- Это то, что старик хочет обменять у меня на вино Гунчжоу? - Сюй Мин недоверчиво уставился на горшок.

Несколько служанок, которые собирали вещи в доме, тоже почувствовали этот аромат, и этот привкус потревожил их рты.

Умная девушка по имени Сюэ Цин поспешно сказала:

- Мой господин, почему бы вам не попробовать сначала? Если доктор Цзи специально отправил их сюда, значит, это что-то хорошее, - но такую кисло-сладкую еду, которая нравилась девушкам, молодой гунцзы, скорее всего, не привык есть, и если бы она ему не понравилась, после дегустации он бы обязательно наградил их долей остального.

Сюй Мин был немного разочарован, но все же кивнул. Еда уже была доставлена, поэтому было бы разочарованием, если бы он не съел ни кусочка.

Однако когда они принесли чистую посуду и палочки для еды и достали из банки маринованные сливы, они увидели блестящий желто-красный цвет! Кожура была блестящей и полной сахара! Нерастаявшие кристаллы сахара были похожи на драгоценные камни на вершине, а фруктовый аромат дополнял насыщенный сливовый вкус ...

В этот момент все за столом сглотнули.

Как Сюй Мин, опытный гурман, мог не знать, насколько хороши эти сливы? Поэтому он поспешно взял палочки и запихнул маринованную сливу в рот!

В следующий момент, пара пылких, густых бровей и больших глаз сузились, словно завороженные. Глядя на это, Сюэ Цин, которая только что говорила, почувствовала пустоту во рту:

- Гун... Гунцзы, сливы кислые?

Если они слишком кислые, мы поможем вам их съесть!

Но Сюй Мин даже не пискнул, а лишь немного повозился, дожевал одну сливу и поспешно схватил вторую!

Когда Сюэ Цин увидела это, ее плечи опустились. Тот факт, что гунцзы съел второй кусочек, означал, что ему понравилось. Ее красивые глаза разочарованно смотрели на сестер в комнате.

Но мгновение спустя она увидела, как молодой господин положил палочки для еды и нерешительно посмотрел на открытый горшочек на столе, а затем на два других, еще не открытые.

Сюэ Цин сразу же оживилась и спросила с радостью:

- Господин? - она знала, что ему это не понравится.

- Этот горшок - я съем сливы на лодке позже! Осторожно отнеситесь к остальным горшкам. Ван Пин, пойди к семье Цюй и купи у них лед, который они сделали ранее. Принеси коробку, чтобы охладить эти сливы!

- Да, мой господин! - четко ответил личный слуга под разочарованными взглядами девушек.

Дав серьезные указания, Сюй Мин вдруг вспомнил о чем-то, поспешно взял письмо и перечитал его еще раз.

Что? Пришли вино и получишь кое-что получше?! Этот старик такой хитрый!!! Он действительно не разбирается в людях!

Через семь дней после свадебного банкета Мяо Ляна наступила очередь семьи Мяо Хэ приглашать на новоселье. После стольких дней семья тети Го, которая управляла мероприятием, смогла, не торопясь, заказать продукты и приготовить еду.

В последнее время Ян Далан часто ходил по деревне, распространяя новости о новоселье. Кроме второй тети Ян и семьи его матери, он пригласил еще восемь или девять семей друзей. Хотя Мяо Хэ не очень хотел, он пригласил Мяо Мина. Наконец, осталось пригласить старосту деревни.

Что касается города, то оттуда тоже пригласили много людей - господина Ляна, доктора Цзи и Цзи Гуана, управляющего Цзиня, управляющего Фаня из аптеки, куда они часто сдавали женьшень бедняка, и Ли Мина с его строительной бригадой. Если все эти люди действительно хотели прийти, Ян Далан не боялся, что о том, что они поставляют овощи в чайный дом «Ян Шуй», станет известно. Теперь, когда староста деревни поднял шум из-за мастерской и соевых бобов, он даже отказался от своей земли. Никто ничего не сможет сказать.

Только Ян Далан все же упустил одну вещь – а именно мелочность Мяо Цзюэ.

В день банкета Мяо Ляна Ян Далан метко перенаправил упрек Мяо Цзюэ старосте деревни и семье Мяо Ли. На первый взгляд, это действительно не касалось Мяо Цзюэ, но он настолько привык к тому, что его уважают жители деревни, а с недавних пор он почувствовал, что его повысили до небес, что, подумав об этом после банкета, он решил, что язвительное замечание Ян Далана было просто неуважением к старшим и детям и нарушением этикета! Он также ударил по лицу его родственника Мяо Ли.

Добавив к этому вопрос о семье Мяо Ли, Мяо Цзюэ стало ясно, с какой целью это было сделано. Люди всегда приходили просить его согласия. Поэтому, когда земля была передана и Ян Далан, не говоря ни слова, снес дом, даже если он не задавался вопросом, о чем догадывались люди, его враждебность и обида на них были неоспоримы. Не говоря уже о том, что в семье Ян все еще есть бессовестный гер Мяо Хэ.

Теперь, когда Ян Далан действительно проявил неуважение к нему на банкете, если Мяо Цзюэ не даст людям ясно понять, какова сила мастерской тофу в деревне, чего он сможет требовать в будущем? Мяо Цзюэ чувствовал, что не может оставить это дело без внимания.

Поэтому, когда он услышал, что семья Ян Далана хочет пригласить людей на новоселье, Мяо Цзюэ в душе усмехнулся и подумал: пора бы ему принять меры, чтобы исправить этого урода.

Итак, новоселье... это зависит от того, сможете ли вы все еще это сделать?

Организатор банкетов тетя Го умоляла Мяо Цзюэ принять ее внука для обучения. Если в тот же день его семья Мяо также пригласит гостей, кого выберет тетя Го?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 42. Столы

Глава 42. Застолье: что же теперь делать? (присутствие Минь Чуня)

Мысль Мяо Цзюэ о новых действиях против семьи Ян Далана ни в коем случае не должна была стать известной Минь Чуню – настоящему обладателю технологий мастерской.

Однако слухи о делах семьи Ян Далан дошли и до Минь Чуня в деревне. Он считал эту затею крайне глупой. Мастерская исправно зарабатывала хорошие деньги, а закупка соевых бобов у односельчан и так уже вызывала зависть. И теперь они еще позволили связанному с ними Мяо Ли захватить участок под домом, чтобы сажать там бобы!?

Зачем делать то, что совершенно не нужно!? Минь Чунь никак не мог понять этого и, конечно же, допытывался у Мяо Юаня. Но тот не хотел ему объяснять, лишь сказал, что это распоряжение его деда и что все будет улажено.

Такая уклончивость заставила Минь Чуня задуматься.

Ведь кто такой Ян Далан? Ян Далан – муж Мяо Хэ! Если с Ян Даланом случится беда, и жизнь Мяо Хэ ухудшится, разве это не заставит его еще сильнее цепляться за Мяо Юаня? Так значит, у Мяо Юаня до сих пор остались невысказанные чувства к Мяо Хэ?

Он-то знал, как когда-то с помощью уловок увел Мяо Юаня у Мяо Хэ. Но тогда у него не было выбора – он был вынужден так поступить. Мяо Хэ был всего лишь древним гэром, чьим единственным достоинством была красивая внешность. Пустой красавец, которого не стоило опасаться.

Но большинство мужчин любят красоту – даже он сам предпочитал милых парней. Самая простая причина может стать самой веской. Если это действительно так, Минь Чунь сузил глаза – придется быть настороже.

Вообще, несколько событий в мастерской уже изрядно разозлили Минь Чуня. Уменьшение доли соевого молока в продукте, закупка дешевых бобов без учета качества – все это подрывало основу мастерской. Однако он пока оставался посторонним и ничего не мог поделать. Если бы он крепко не держал в руках технологию приготовления рассола, его бы уже давно вышвырнули из мастерской после ее постройки.

Но что поделаешь – он всего лишь слабый гэр, у которого осталась только матушка, да и с Мяо Юанем они еще не поженились. Пока что он мог лишь прятаться за спинами других! Но после свадьбы, используя положение Мяо Юаня, разве эти близорукие родственники и подлецы смогут устоять перед ним!?

Хотя он считал, что у него еще много козырей – например, пидань, фэньсы, го ба и даже технология винокурения, – но столкнувшись с матерью, которая стремилась контролировать каждый его шаг, он изначально даже не мог собрать деньги на материалы. Все эти махинации – от соблазнения Мяо Юаня до использования ресурсов семьи Мяо для открытия мастерской – Минь Чунь не хотел начинать с начала.

[прим. ред.: пидань «皮蛋» — утиные/куриные яйца, ферментированные в смеси глины, золы, соли и чая 2–3 месяца, фэньсы «粉絲» — лапша из крахмала бобов мунг, прозрачная после варки (фунчоза), го ба «鍋八»  — горячий горшок, домашнее вино/рисовая брага «釀酒» [нянцзю] — изготовлять (гнать) вино (алкогольный напиток)]

Поэтому ему нужно было крепко держаться за Мяо Юаня.

Не думайте, что он не знал: родная матушка Мяо Юаня, жадная до выгоды и совершенно не разбирающаяся в ситуации, тайно планировала после того, как Мяо Юань сдаст экзамены на сюцая, обручить его с младшей дочерью от наложницы писца из уездного города. Посредником в этом деле выступал ее единокровный брат – одноклассник Мяо Юаня.

Учитывая это, Минь Чунь считал, что нельзя затягивать дело дальше. Да, все нужно заполучить как можно скорее. Если верить сладким речам мужчин, то ты и есть настоящий дурак.

Время быстро приближалось к дню, когда семья Мяо Хэ должна была устроить праздничную трапезу. Накануне в их доме уже все было прибрано, а двор, где завтра должно было проходить торжество, тщательно подготовлен. Все «неожиданности», которые не должны были появляться в это время года – будь то на грядках или фруктовых деревьях, – были исправлены. Однако неожиданно звон колокольчика у ворот нарушил их четкие планы.

Тетушка Го, сжимая пальцы, в изумлении смотрела на скрытый за оградой кирпичный дом.

Неужели... правда кирпичный? И черепица – черная и блестящая! Красивые узоры на ней, изящные оконные рамы из красного дерева... Все вокруг было окружено пышными деревьями, словно дом богатой семьи – величественный и роскошный. Сколько же денег нужно, чтобы построить такой дом...

Ошеломленная, тетушка Го почувствовала глубочайшее сожаление.

Кто бы мог подумать, что у Ян Далана есть средства на такой дом! Если бы деревенские узнали, разве они стали бы, как она, так легко недооценивать его?.. В тот же миг ее охватили раскаяние и смятение, но пути назад уже не было – дело было решено, и отступать было некуда.

— П-простите, Ян Далан. Я, тетушка Го, не из тех, кто нарушает слово... Но если я не приму заказ на завтрашний банкет у семьи учителя Мяо, моего старшего внука в будущем некому будет учить грамоте. Я готова вернуть деньги, даже... даже компенсировать убытки! У меня нет возражений, просто... мне очень жаль, Ян Далан! — сбивчиво говорила тетушка Го, нескладно кланяясь и извиняясь.

Мяо Хэ, который сначала подумал, что она пришла осмотреть место для банкета, лишь через некоторое время понял из ее слов, что семья Мяо Цзюэ тоже решила завтра устроить пир. Поводом было возвращение в деревню одного из учеников, приехавшего из уездного города навестить своего наставника. Обрадованный Мяо Цзюэ решил устроить в его честь пир, пригласив всех деревенских, кто учился у него грамоте или хотел бы отдать детей к нему в обучение, чтобы пообщаться с этим учеником и вместе повеселиться.

После такого внезапного решения о пире, конечно, пришлось вставлять заказ тетушки Го в ее график. Ради будущего своего внука она не могла отказать – ведь найти такого доступного учителя, как Мяо Цзюэ, было нелегко. Поэтому ей пришлось согласиться, предложив за свою работу более высокую плату, а затем поспешить извиниться перед семьей Ян Далана.

Лицо Ян Далана потемнело.

— Тетушка Го, а вы подумали, что нам делать завтра?

Лицо пожилой женщины покраснело. Она не могла вымолвить ни слова.

Она не осмелилась признаться, что, услышав новости о том, как Ян Далан уступил землю, не особо вникала в детали, но решила, что этот суровый на вид мужчина, должно быть, добродушен – раз уж не смог отстоять свой дом. Наверное, с ним можно договориться, а если нет – разве пара серебряных не решит проблему? Ведь после постройки нового дома он наверняка нуждался в деньгах. Но теперь, увидев его кирпичный дом, она даже заикаться не смела о деньгах.

Мяо Хэ, не знавший о проблемах с банкетом, видя, как рассержен Ян Далан – даже кулаки сжал, – понял, что дело серьезное. Он сначала потрогал его руку, затем нахмурился и обратился к тетушке Го:

— Тетушка Го, если вы не подумали об этом сейчас, в будущем вам придется хорошенько поразмыслить. Мы не можем заставить вас выбрать наш банкет, да и не станем, но приглашения уже разосланы, и это не скроешь. В будущем, когда кто-то захочет заказать у вас пир, они наверняка вспомнят слова Далана.

Лицо тетушки Го изменилось, и она пожалела еще сильнее.

— Может... может, я пришлю свою невестку помочь? Она... она хорошо готовит!

Лицо тетушки Го перекосилось, и раскаяние нахлынуло с новой силой. — Может... может, я пошлю свою невестку помочь? Она... она отлично готовит!

Мяо Хэ усмехнулся и спросил:

— А заготовленные заранее продукты и мясо мы сможем использовать?

Тетушка Го открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Проблема была вовсе не в людях – главное, где в такой короткий срок взять столько овощей, мяса, да еще котлов, посуды, столов и стульев?

Мяо Хэ покачал головой и прямо выпроводил ее:

— Мы поняли вашу позицию, тетушка. Обсуждать нечего. О компенсации поговорим после того, как все уладим.

Услышав о реальных выплатах, тетушка Го побледнела. Но перед молодыми хозяевами кирпичного дома она не осмелилась ни спорить, ни упрямиться, и вскоре была вежливо выпровожена.

Вернувшись, Мяо Хэ тут же обнял Ян Далана, и тот крепко прижал его к себе, хрипло пробормотав:

— Это я виноват.

Мяо Хэ знал, что он обязательно скажет это, и уткнулся лицом в его грудь.

— Вовсе нет! Виноват Мяо Цзюэ – у него такая противная рожа! Тетушка Го всегда занята, а он специально перехватил ее заказ, явно чтобы нас подставить!.. Что-то случилось на свадьбе? — Другой причины он придумать не мог.

Но Ян Далан был вне себя от ярости, досады и чувства вины. Он хотел защищать своего любимого, но снова и снова позволял другим его обижать! Это он был недостаточно хорош, недостаточно силен – иначе разве Мяо Цзюэ осмелился бы пойти на такую подлость из-за одного колкого замечания? Разве старик стал бы так бесцеремонно давить авторитетом, если бы у Ян Далана было больше власти?

Не отвечая, он лишь поцеловал Мяо Хэ в лоб.

— Завтра все будет. Я решу.

— Ты... — Увидев мрачные, полные вины глаза, Мяо Хэ проглотил свои слова и сказал: — Конечно, ты справишься. Я... я беременен, мне нужно отдыхать.

В голосе Ян Далана появилась мягкость.

— Гм. Отдыхай.

— Но я могу помочь советом. Хочешь послушать?

Глядя в заботливые, утешающие глаза своего гэра, Ян Далан не выдержал и страстно поцеловал его. Даже сейчас его гэр заботился о нем. Он был так хорош, что Ян Далан чувствовал себя недостойным. Но отпустить его он не мог.

А черный котенок, лежащий на верхнем ярусе игрового комплекса, зевнул, увидев, что хозяева снова целуются.

Сегодня тоже ничего важного не произошло. Можно спать дальше, мяу.

На следующий день, еще до начала торжества, перед домом Мяо Цзюэ начали расставлять столы.

Многие деревенские уже слышали, что Мяо Цзюэ устраивает пир в честь ученика, вернувшегося поблагодарить учителя. Это звучало почетно, да еще и с бесплатной едой – народ охотно собирался на праздник. Увидев столы, люди начали занимать места.

— О, дядя Ма тоже пришел! А где тетушка Ма? Если она пропустит такое угощение, потом будет ругаться! — Молодой парень, сидевший здесь уже давно, весело окликнул вошедшего.

— Она уехала к родне несколько дней назад. Эй, Ва-цзы, а знаешь, кто этот ученик? Раз учитель Мяо устраивает для него пир, может, он чиновник?

— Кто его знает, скоро сами увидим. Торопиться некуда.

— Да ведь еще один пир сегодня – Ян Далан звал на новоселье, и даже раньше. Я думал тут быстренько заглянуть, а потом к нему в новый дом сходить.

— Ого, дядя Ма все-таки пойдет? — Парень оживился.

— А то? Конечно, только попозже. Неудобно отказываться – Хэ-гэр часто на моем ослике катается.

Тут парень понизил голос:

— Дядя Ма еще не слышал? Если кто пойдет на новоселье к Ян Далану, мастерская больше не будет покупать у него соевые бобы. Для этого даже людей поставили на дороге перехватывать.

— Чего!? Да с чего вдруг!? — Дядя Ма остолбенел. Его жена тоже продавала бобы мастерской.

— Говорят, этот пир молодежь из семьи Мяо устраивает, чтобы порадовать старика, хотят побольше гостей и веселья. Кто сегодня не придет или пойдет в другое место – у тех мастерская, которую контролирует семья Мяо, бобы больше не купит. Типа как... взаимная вежливость?

— Неужели правда!? И что, теперь вся деревня обязана прийти!? — Дядя Ма уставился на парня.

Тот усмехнулся:

— Ну да. Только посмотри, сколько тут столов – всего дюжина. Разве вся деревня поместится? Я тихонько спросил тетушку Го – она сказала, заказали только двенадцать столов!

— Тогда... зачем говорить про Ян Далана... — Дядя Ма вдруг замолчал, догадавшись.

А парень лишь наблюдал за происходящим с интересом.

— Ну что, дядя Ма, все еще пойдешь к Ян Далану?

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 43. Блокировка

Глава 43. Бойкот: плевать на приличия!

Услышав это, лицо дяди Ма заметно изменилось.

В деревне его ослиная повозка ходила по расписанию, и места в ней были всегда заняты. Даже если он перестанет возить семью Ян Далана, всегда найдутся другие пассажиры. Но его жена недавно продала партию соевых бобов мастерской по сносной цене и даже переделала часть огорода под сою, надеясь на стабильный доход. Если мастерская откажется покупать бобы, как он объяснит это жене?

С другой стороны, Хэ-гэр часто угощал его вкусными сладостями, которые тот с удовольствием ел. Сам Ян Далан редко ездил один, но когда садился, всегда помогал переносить тяжелые вещи. Теперь они переехали в новый дом и пригласили его на новоселье – дядя Ма был тронут, чувствуя, что их отношения стали ближе. Разве не такие мелочи и укрепляют связи между людьми?

Но теперь из-за мастерской... Прокрутив в голове ситуацию, дядя Ма понял, насколько это бесцеремонно. Да, покупать у людей бобы – хорошо, но разве это повод диктовать всем свои условия?

Оглядев шумную толпу, дядя Ма почувствовал себя неловко. Их позвали поддержать мероприятие, бесплатно покормить – но кого на самом деле возвышают, а кого унижают?

— Ты прав. Если я останусь тут, моя старуха мне жизни не даст. Пожалуй, я пойду.

Парень удивился:

— Что? Уже уходишь? Не будешь есть?

— Мест все равно мало, мое сразу займут. Считай, меня и не было!

Помахав рукой, дядя Ма ушел. Он не мог сорвать план жены с продажей бобов и пойти на новоселье к Ян Далану, но отказаться от обоих застолий – его право! Пусть выбирают другие, если хотят. А Ян Далану он потом сделает скидку на проезд – вот и компенсация.

Молодой парень, наблюдавший за уходом дяди Ма, покачал головой:

— Думал, он, как и родня Хэ-гэра, выберет учителя Мяо ради бобов. Видимо, не всем это нравится.

Этот любопытный паренек был младшим сыном тетушки Юй, которая наговорила кучу плохого о мастерской и теперь боялась показываться, отправив вместо себя сына. Звали его Мяо Ва, и в нем была мамина любовь к сплетням, хоть он и выражался осторожнее.

Едва он пробормотал это, как на улице поднялся шум.

— Повозки! Кареты приехали!

— Несколько штук! Наверное, гости учителя Мяо!

— Как пышно! Наверняка чиновники!

— Если они сдружатся с чиновником, семья Мяо станет еще влиятельнее!

— Да они и так уже «на коне»! Мастерскую открыли, дом новый построили...

— Смотрите, подъезжают... Эй, стоп, они что, проезжают мимо?!

— Да! Разве не здесь застолье? Может, возница ошибся?

— Может, догнать? Мы же все тут, как можно не заметить...

— Кареты быстро развернутся, если что. Подождем!

— Ладно. Только бы поскорее, я с утра ничего не ел.

— Я тоже! Эй, почему не подают закуски?

— Все равно скоро наедимся. Давайте попросим у поваров чего-нибудь...

Тем временем Мяо Хэ и Ян Далан, срочно готовившиеся к пиру после ухода тетушки Го, почти все закончили. Ворота открыли вовремя, и вскоре на дороге показался караван пыльных карет.

Ян Далан велел Мяо Хэ остаться в доме, а сам вышел встречать гостей.

С первой кареты сошел золотолицый управляющий и радостно поздравил хозяев:

— Брат Ян, Хэ-гэр, доброго здоровья! Поздравляю с новосельем! О-хо, дом-то какой – Ли Мин не подвел, работу сделал на славу! Красиво, солидно! Ну хоть я как посредник не опозорен!

Поблагодарив его, Ян Далан добавил:

— Извините за беспокойство.

— Да что вы! Пустяки! Старик Цюй, узнав, тоже собрался на пир. Если что-то пойдет не так, мне же потом достанется! Я привез всю посуду и мебель, да еще людей в помощь – распоряжайтесь!

Мяо Хэ, подойдя, улыбнулся:

— Вы слишком любезны. Мы думали просто одолжить стулья да тарелки, а вы еще и помощников привезли. Не пострадает ли чайная?

— Брось, Хэ-гэр! Раз у хозяина дело, как мы не поможем? Да они еще и сами рады – после вашего угощения в прошлый раз я сам мечтал повторить!

— Сегодня вы точно не разочаруетесь, кушайте на здоровье!

— Точно! Сам Хэ-гэр раздобрел – видно, свои же вкусности не удержался!

Мяо Хэ покраснел, а Ян Далан тут же вступился:

— Хэ ждет ребенка.

Управляющий ахнул:

— Да у вас двойной праздник! Поздравляю! Теперь у вас есть земля, дом, поля, огород, любимый гэр и ребенок – жизнь удалась!

Ян Далан, тронутый искренними поздравлениями, тихо поблагодарил:

— Спасибо за добрые слова.

Его взгляд встретился с взглядом Мяо Хэ, и тот улыбнулся в ответ.

Вот именно. Им не нужно танцевать под чужую дудку. Главное – жить в свое удовольствие.

Затем Мяо Хэ проводил оживленного управляющего в дом, а Ян Далан вместе с Ян Датуном, Ян Дачуанем и помощниками из чайной начали расставлять во дворе привезенные столы и стулья. Вторая тетушка Ян тоже пришла помочь на кухне, приведя с собой невестку. Проходя мимо, управляющий с любопытством заглянул внутрь.

— Хэ-гэр, а на кухне-то пусто! Неужели будет что подавать? Может, позову повара из чайной? Еще успеем!

Мяо Хэ улыбнулся:

— Как можно оставить гостей без угощения! Все будет, не переживайте. Дождитесь – сами все увидите!

Конечно, управляющий не мог увидеть главные блюда – они уже были закопаны в землю и томились в импровизированной печи.

Да-да. Мяо Хэ не стал вмешиваться в другие приготовления, но насчет главного угощения предложил свою идею.

Цыпленок нищего!

Это старинное блюдо, также известное как «цыпленок, запеченный в глине». Традиционно тушку птицы, не ощипывая, обмазывали глиной и запекали в костре. Когда глина затвердевала, ее разбивали, и перья отходили вместе с ней, оставляя ароматное мясо. Позднее рецепт усовершенствовали: внутрь стали добавлять овощи и специи, а перед обмазыванием глиной птицу стали заворачивать в листья лотоса для дополнительного аромата.

Мяо Хэ прикинул ресурсы. С курами проблем не было – с переезда Ян Далан регулярно проверял лесные ловушки, и, не считая недавно купленных цыплят, у них уже было с десяток диких птиц. Пустить их всех на угощение было жалко, но качество мяса того стоило – ведь последние полмесяца птицы питались кормом с «живой земли»!

С мясом определились, оставалось приготовление. «Цыпленок нищего» был идеален – внутри тушки запекались овощи, получалось сразу и мясо, и гарнир, экономя кучу времени. Осталось добавить холодные закуски, фрукты и сладости – и тематический пир готов!

Для начинки Мяо Хэ не пожалел лучших овощей с «живой земли», чтобы гости остались в восторге. Картофель и морковь впитают соки, грибы и лук добавят сладости, а еще он тайком положил несколько крупных каштанов – мол, в лесу собрал.

К полудню, когда должно было начаться застолье, в воздухе поплыл аппетитный аромат запеченного мяса.

Но тут внимание Ян Далана, Мяо Хэ и остальных отвлекли новости.

Первыми гостями из деревни стали Мяо Пин с гэром Чэнь Жуном и его младший брат Мяо Гао.

Они пришли с недовольными лицами.

— У мастерской действительно стоят люди у дороги, — покачал головой Мяо Пин. — Говорят, если кто не придет на их пир или пойдет в другое место, бобы у него больше не купят. Семья Мяо Цзюэ решила, что все должны плясать под их дудку?

— Да хоть бы мы и выращивали сою – таким бы не продали! — фыркнул Мяо Гао.

Ян Далан почувствовал, как Мяо Хэ коснулся его сжатого кулака.

— Ничего. Один пир – не конец света.

Те, кто стоил того, не стали бы его винить. А с остальными и так все ясно. Но позже он обязательно сведет счеты с семьей Мяо Цзюэ!

Мяо Пин, оглядев новый дом, усмехнулся:

— Но что им наш Далан! Глядите-ка – кирпичный дом! Пусть лопнут от зависти! Они там в своих глиняных лачугах раздувают шум, а ты-то живешь как настоящий богач!

— А помните, как Мяо Ли носился со своей стройкой, — захихикал Мяо Гао, — твердил, что будет дом больше и лучше Далановского. Пойду-ка скажу, что у нашего Далана теперь кирпич с черепицей! Пусть стараются дальше, ха-ха!

Разговор развеял мрачное настроение. Вдруг снаружи раздался возглас:

— О-о, Мяо Пин, вы раньше нас!? Да вы обычно вечно опаздываете!

— А то! Если не прибежим первыми, вы с братцем все сметете!

— Ну и что! Можешь передать тем ребятам у дороги – не беспокойтесь, у Далана все равно все съедят!

— Ха-ха, точно... ОГО! КИРПИЧНЫЙ ДО-О-ОМ!!!

Это пришли Мяо Даху с двоюродным братом Дахаем – те самые охотники, что часто ходили в лес с Ян Датуном. Шумная компания быстро превратила неприятную ситуацию в повод для шуток.

Даже Ян Далан понемногу отпустил злость.

Затем подошли дядя Линь с семьей, Лу Ган – учитель Ян Датуна по столярке, тетя Цин с невозмутимым Мяо Цяном, старик-охотник Лю с женой...

Мяо Хэ сжал руку Ян Далана:

— Видишь? Кто должен был прийти – тот пришел.

А, тем временем, на поляне перед домом Мяо Цзюэ снова зашумели кареты.

— Идут, идут! Опять кареты!

— Может, те самые? Долго же они плутали!

— Да нет, вроде другие...

— Ну на этот раз точно! Откуда еще столько карет в деревне?

— Верно! Уже время начинать, гости учителя Мяо должны быть здесь!

— Точно... Эй, они опять проехали мимо! Когда же наконец начнется пир?!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 44. Экипажи

За пределами двора было много шума из-за начала банкета, но Мяо Цзюэ все еще сидел в своем зале, медленно потягивая чай.

- Все ли гости собрались снаружи?

Сыновья, невестки и внуки Мяо Цзюэ выстроились в зале, ожидая последнего слова главы семьи перед его выходом.

Услышав вопрос, старшая невестка, тетя Ин, вышла вперед и с улыбкой сказала:

- Господин, все здесь. Мест для всех не хватает, поэтому семья вынесла как можно больше скамеек. Если все не поместятся, то я думаю, стоит ли нам отпустить Юаньцзы извиниться перед гостями?

Мяо Цзюэ сказал:

- Хорошо. Отправь Юаньцзы позже. Юаньцзы, тебе не годится оставаться в городе и только учиться, тебе нужно больше узнать о мире. Если ты будешь больше общаться с гостями, ты также заставишь людей почувствовать свою значимость.

Вот краткая информация о составе семьи Мяо Цзюэ.

У Мяо Цзюэ было три сына и две дочери. Старший и второй сыновья не были одарены в обучении, но, по крайней мере, они не ленились в работе на ферме, и Мяо Цзюэ чувствовал, что они хорошо дисциплинированны, а потому не испытывал к ним ни любви, ни неприязни. Третий сын был выбран им для учебы и изначально был любим больше остальных, но, к сожалению, его успехи были невысоки, и он мог заниматься только преподаванием грамоты и вел уроки в деревне. Ни один из его сыновей не добился успеха.

Когда настала очередь третьего поколения, ребенок второго сына, Мяо Юань, обошел детей от третьего сына,  которым отдавал предпочтение Мяо Цзюэ. С тех пор Мяо Цзюэ холодно относился к семье третьего сына, но зато стал теплее к семье старшего сына, с которыми у второго сына были хорошие отношения.

Мяо Юань, которого назвали по имени, почтительно ответил:

- Да, дедушка, я разберусь с этим как следует.

В одном ряду стояло несколько внуков, и Мяо Янь, очевидно, стоявший среди них, еще ниже опустил голову при этих словах. После того, как его кузен, Мяо Юань, сдал экзамен, Мяо Янь вместе со своими родителями почти потерял голос в этом доме.

- Все те, кто должен быть здесь, пришли? - Мяо Цзюэ поднял глаза и снова спросил.

Тетя Ин сказала с улыбкой:

- Не говоря уже о других, даже члены материнской семьи Мяо Хэ все здесь. Вторая тетя Мяо Хэ, Чжан Минь, ранее продала в мастерскую много соевых бобов. Как только они услышали, что в будущем их не будут принимать, они тут же усадили мать Мяо Хэ, чтобы она никуда не уходила.

В качестве причины, по которой они пригласили гостей в этот раз, Мяо Цзюэ прямо назвал Мяо Ли. Он сказал, что этот человек одолжил свою землю для строительства мастерской и был великим героем, но Ян Далан, посторонний человек в деревне Мяо, пожаловался на банкете, поэтому им пришлось стерпеть это. Так получилось, что многие люди в деревне никогда раньше не ели пудинг из тофу, поэтому это была хорошая возможность заняться соседской дипломатией.

Когда он услышал, что новоселье Ян Далана осталось позади, Мяо Цзюэ  удовлетворенно кивнул:

- А как насчет остальных?

- Ну, есть несколько семей, которые изначально не продавали соевые бобы, поэтому они перешли на сторону Ян Далана. Но там определенно не так оживленно, как во дворе нашего дома! - с улыбкой сказала тетя Ин.

- Да, да, дедушка, - нетерпеливо сказала Мяо Цзинь-эр, дочь тети Ин. Она переоделась в свое новое летнее платье и надела украшения с бисерными цветами, и теперь ждала, когда можно будет выйти, чтобы показать их, но ей приходилось выслушивать лекцию здесь. Она раздраженно сказала, - Все жители деревни собрались здесь сегодня из-за вашего почтительного студента. Некоторые из них приехали очень рано и давно ждут. Давайте не будем больше ни о чем говорить, дедушка, вы не можете заставлять людей ждать. Вы сегодня и хозяин, и гость.

Эта лесть действительно порадовала сердце Мяо Цзюэ. Хотя за сегодняшним мероприятием стояла определенная цель, он был рад, что все прошло так хорошо. Довольный собой Мяо Цзюэ улыбнулся и сказал:

- Хорошо, хорошо. То, что сказала Цзинь-эр, - правда. Мы не можем заставлять жителей ждать. Сейчас мы выйдем, пора начинать банкет.

У Мяо Цзинь-эр было несколько других забот, и она спросила:

- Тогда ученик, о котором говорил дедушка, тоже прибыл?

Когда она вышла на улицу послушать, все они говорили о карете гостя. Это правда, что он приехал в карете?

Мяо Цзюэ махнул рукой:

- Он уже прибыл. Юаньцзы, пойди и попроси Мяо Саньцина, который отдыхает в восточном крыле, зайти к нам.

Что? Мяо Саньцин? Это не тот ли рассказчик из ресторана «Дахэ»? Почему его назвали студентом из округа?

Услышав это, Мяо Цзянь-эр не смогла сдержать явно разочарованного выражения на  лице, которое она даже не пыталась скрыть. Когда Мяо Цзюэ увидел это, он слегка отчитал ее:

- Нельзя судить о человеке по его внешности. Мяо Саньцин уже много лет живет в уездном городе, он может наизусть читать стихи и книги. В будущем тебе следует быть более уважительной и не грубить.

Мяо Цзянь-эр поспешно склонила голову и согласилась.

Никто не видел, что опустивший голову Мяо Янь саркастически дернул уголками рта. Ведь Мяо Цзюэ, который оставался в доме, сохраняя величественную позу, не знал, что шум проезжающих снаружи карет поднял ожидания и любопытство гостей до небес!

Давайте посчитаем. У первой команды, возглавляемой управляющим Цзинем, было в общей сложности четыре кареты со столами и людьми.

Вторая команда, возглавляемая семьей господина Ляна, имела две повозки с подарками.

Аптекарь, господин Фанг, который заодно решил отвезти свою жену и дочь в дом матери на обратном пути, также приехал на повозке.

У строительной бригады Ли Мина, даже если они приехали не все, все равно было две повозки.

Сопровождение Цюй Лао состояло всего из двух карет, но своей сдержанной роскошью они практически ослепили многих людей в деревне.

Последняя группа, медицинский центр семьи Цзи, каким-то образом приехала на трех каретах!

Деревенские жители были ошеломлены! Но никто из них не остановился перед двором Мяо Цзюэ! Что это значит?

Поэтому, когда Мяо Цзюэ вышел со двора, одетый в недавно сшитую мантию ученого, его сразу же окружили деревенские жители, чье любопытство уже достигло точки кипения, чтобы закидать его вопросами.

- Господин Мяо, ваш ученик уже прибыл? Там было так много карет, почему ни одна из них не остановилась?

- Ваш студент - это действительно нечто, как он мог неправильно определить дорогу, когда здесь сидит столько людей?

- Да, да, я ждал, когда он придет и откроет стол. Может, попросить кого-нибудь съездить за ним?

- Подождите, мимо проезжало так много карет, господин Мяо не сможет определить, какая именно нужна!

- Оооо, это должна быть та, самая роскошная! Она настолько впечатляет, что может сравниться только с высоким чиновником!

Староста деревни, который в прошлый раз опозорился, но сегодня все же поддержал мероприятие, тоже влез, чтобы радостно подхватить ритм.

- Конечно! Как может студент, которого учил господин Мяо, быть простым человеком? Уездный город намного больше, чем город Мяошуй. Семья господина Мяо не будет плохо обращаться со своими гостями сегодня.

Поэтому немного позже, после того, как Мяо Цзюэ наконец понял, о чем спрашивали люди:

- ...

Мяо Цзюэ не мог сказать, что Мяо Саньцин, который шел рядом с ним, был его учеником, у которого были связи в уезде!

И Мяо Юань, который шел рядом с ним, тоже был смущен.

Что касается Мяо Саньцина, то его голова была еще больше забита вопросами!!! Мяо Цзюэ научил его читать и писать, но лишь сообщил, что сегодня он может прийти к нему на ужин и, возможно, рассказать о своем опыте поездки в уездный город. У него не было кареты или чего-то роскошного!

Но Мяо Цзянь-эр, эта избалованная девушка, хотела покрасоваться. Сегодня на ней была новая одежда, и она только что получила много завистливых взглядов, так что от счастья готова была взлететь. Видя, что дедушка не решается ответить гостю, она с энтузиазмом ответила от его имени.

- Разве вы не видите, что гость - это Мяо Саньцин, который находится рядом с дедушкой. Он работает в округе уже много лет и может читать наизусть стихи и отрывки из книг. Он уже давно приехал.

При этом замечании во дворе воцарилась жуткая тишина. Все болтающие сельчане на мгновение замерли. В то же время все они устремили свои взгляды на обычного смуглого толстяка в зеленой мантии рядом с Мяо Цзюэ!

Они разглядывали его со всех сторон несколько раз.

-... Это... он кажется, немного знакомым, да?

- Я тоже, кажется, видел его раньше?

- Мяо Саньцин... Мяо Саньцин! Не тот ли это внучатый племянник семьи Мяо Мая, который когда-то сбежал жить в город!

- А, я тоже помню! Рассказчик из ресторана «Дахэ»! Однажды я искал одного человека и случайно встретил его.

- А? Значит, это тот студент, о котором говорил господин Мяо?

- ... Но разве не говорили, что он вернулся из уезда, чтобы поблагодарить своего учителя?

- Только что сказали, что он был в уездном городе, разве вы не слушали внимательно?

- О, да, да, да, это тоже, тоже считается ...

- Господин Мяо, раз гости прибыли, можем ли мы открыть стол?

Большая группа людей не могла скрыть разочарованного выражения, оно было точно таким же, как и на лице Мяо Цзянь-эр!

Даже если Мяо Цзюэ был умен и изворотлив, он какое-то время пребывал в оцепенении и не знал, как решить неловкую ситуацию. Он устроил такой большой праздник только для того, чтобы поприветствовать Мяо Саньцина? Оглядываясь назад, можно сказать, что речь, которую он придумал в своем воображении в начале, теперь казалась такой ошибочной, даже унизительной?

Однако напор со стороны жителей деревни продолжался. Несколько человек, которые только что говорили больше всех, сразу же сменили фокус темы.

- Но тогда куда отправились все эти экипажи? Возможно ли, что они все проезжали мимо? Но откуда вдруг столько карет?

- Я не хотел сейчас говорить об этом конкретно, но, похоже, там была карета из поместья Лян...

- Оххх! Особняк Лян! Значит тогда они отправились в дом Ян Далана?

- Да, дом Ян Далана... также устраивает новоселье сегодня... - последнее предложение было произнесено практически шепотом.

- Да, я должен был догадаться, что...Тц, я плохо его знаю, и меня не позвали поесть туда!

- Интересно, кто в итоге пошел на новоселье, я так завидую!!!

- Мяо Пин и другие, я думаю. А ведь некоторые люди смеялись за их спинами над их глупостью, эй, теперь я вижу...

- Забудь об этом, пойдем, пойдем, поедим здесь, а потом пойдем к Мяо Пину и спросим его об этом!

- Хорошо.

Старое лицо Мяо Цзюэ окончательно накалилось во время этого обсуждения среди деревенских жителей. Мяо Юань, который следовал вплотную за ним, несмотря на свой представительный вид, тоже не мог скрыть жесткости на своем лице.

Староста деревни, возглавивший ритм и ставший дополнительным ножом в спину, давно воспользовался толпой, чтобы ускользнуть.

Гости, облепившие двенадцать столов в ожидании угощения, больше не обращали внимания на ученика господина Мяо. Казалось, они просто ждали, когда им подадут еду. Даже тот факт, что Мяо Цзюэ не стал официально представлять всем своего ученика, остался незамеченным.

Этот необъяснимый банкет обошелся семье Мяо Цзюэ в десять лян серебра! Но в конечном счете, люди совершенно не осознали, какую власть имеет мастерская, благодаря покупке соевых бобов. Более того, на данный момент они все еще не знали, как деревня будет смеяться над этим после сегодняшнего дня.

Если семье Мяо Цзюэ приходилось смущенно угощать гостей, то новоселье на стороне Ян Далана и Мяо Хэ было почти готово к началу. Еще до начала трапезы гости обменялись несколькими небольшими сюрпризами.

- ... господин Сюй?

- ... господин Цюй?

- Разве это не Сюй гунцзы, хе-хе, я не ожидал встретить вас здесь.

- Господин Цюй тоже сегодня здесь, чтобы поздравить с новосельем?

- Конечно, брат Ян - один из совладельцев нашего чайного дома. Значит, Сюй гунцзы тоже его знает?

- Нет, не знаю. Я просто пришел познакомиться с ним сегодня.

- А? Как это понимать?

- Господина Сюя привел я. Увы, я побеспокоил брата Яна, когда внезапно привел сюда еще несколько человек, - объяснил доктор Цзи с горькой улыбкой на лице. Этот молодой джентльмен примчался к нему еще до того, как он ушел из дома, и увязался следом.

Сидящий за столом Лян Юаньвай также спросил с улыбкой на лице:

- Это действительно совпадение, что господин Сюй внезапно изменил расписание своего судна, чтобы приехать сюда?

- Да, - сказал Сюй Мин, - Я здесь в качестве представителя старшего поколения.

Он уже собирался ответить, но, увидев, что один из хозяев смотрит на него, решил представиться первым, чтобы не показаться невежливым.

- Меня зовут Сюй Мин, извините за вторжение. Я слышал о превосходном вкусе ваших слив, поэтому пришел сюда, чтобы попросить их из лучших побуждений. Я случайно узнал о завершении строительства вашего нового дома, поэтому приготовил небольшой подарок, чтобы поздравить вас, так что, пожалуйста, простите меня.

Мяо Хэ, который добавлял быстро исчезающий арахис на столе:

- ...

Да ладно. Ты – тот самый гурман, который выглядит как ученик стершей школы, не будь таким неловким, когда говоришь.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 45. Новоселье

Оказалось, что несколько гостей из города знали друг друга. Сюй Мин познакомился с доктором Цзи во время поездки, с Лян Юаньваем - из-за взятого в аренду судна, а с Цюй Лао - из-за льда. И все эти люди в последнее время стали ближе друг к другу благодаря Мяо Хэ и Ян Далану, которые выращивали овощи. Судьба действительно забавная штука.

Мяо Пин и остальные, которые наблюдали со стороны, не только сдерживались, но и восхищались Ян Даланом и Мяо Хэ за то, как легко они справились с ситуацией и могли свободно обращаться с такими высокими гостями. Люди в деревне занимаются сельским хозяйством на протяжении многих поколений и не часто контактируют с людьми другого уровня, кроме мелких торговцев, поэтому поначалу им было немного неловко разговаривать.

Однако арахис с солью и перцем, который Мяо Хэ поставил на стол, чтобы развлечь гостей, быстро сблизил их друг с другом.

Только посмотрите на богато одетого молодого джентльмена, засовывающего в рот арахис один за другим, как будто он никогда раньше не ел ничего вкуснее. Неужели так поступают богатые и влиятельные люди?

Хорошо, но почему этот арахис такой большой и такой вкусный? Просто невозможно перестать его есть!

Стол Ли Мина был еще более бесцеремонным. Толстяк из его бригады настаивал, что он должен прийти сегодня, несмотря ни на что. Он даже пошел на кухню и попросил у второй тети Ян чашку риса с арахисом и с большим удовольствием ел.

Управляющий Цзинь подумал и спросил:

- Брат Хэ. Я уверен, что такой хороший арахис будет хорошо продаваться в чайном доме. Кхм, бизнес в нашем чайном доме хорош, в конце года вы обязательно получите большие дивиденды.

Мяо Хэ уже давно подготовил ответ:

- Мы хотели бы. Но этот арахис обнаружил Далан, когда отправился в горы, там был только маленький кустик. Он растет естественным образом и особенно хорош. Мы сохранили несколько семян, чтобы посадить их на заднем дворе. Он будет готов еще через месяц. Возможно, к тому времени он будет уже не так хорош, но если он будет хотя бы на 70% таким же, я принесу его вам для пробного запуска.

Глаза управляющего Цзиня загорелись:

- Хорошо, хорошо! Это очень хорошо, это очень хорошо.

Цюй Лао тоже взял арахис и внимательно его рассмотрел, ведь бизнесмены очень чувствительны.

- Действительно. Арахис размером с фалангу большого пальца - редкое явление. Даже если в будущем он будет хотя бы на 70% похож, его можно использовать для изготовления масла. Брат Хэ, если количество действительно можно увеличить, сначала отправь партию сырых орехов управляющему Цзиню. Я велю людям попробовать.

Когда речь идет о масле, это еще один прибыльный бизнес. Управляющий Цзинь серьезно согласился.

Что касается Сюй Мина, то он просто продолжал серьезно есть. Его семья занималась виноделием и чайным бизнесом. У него был контакт с пищевыми маслами, но не очень большой.

Однако еще одна привилегия торговцев, имеющих императорскую лицензию, заключается в том, что у них есть возможность платить дань дворцу три раза в год. Если их дань будет принята, то за этим последует новый бизнес и деньги. Но если дань будет отвергнута три года подряд, значит видение торговца было недостаточно хорошим. Несмотря на то, что дань можно будет продолжать отдавать, новые возможности уже не появятся. В результате императорских купцов всегда привечали, потому что они несли путь к небу.

Сегодня, когда он увидел, что несколько человек из города были вежливы и сердечны с гером этого фермера, Сюй Мин не растерялся и решил присмотреться, поэтому он вел себя очень тихо.

Но вскоре он обнаружил, что сколько бы он ни съел арахиса, этот гер совсем не скупился! Тут же его глаза загорелись, и он тайком ускорил свои движения. Толстяк на другом конце стола ел столько же, сколько и он.

Мяо Хэ знал Толстяка лучше и не мог не напомнить ему об этом.

- Толстяк, ты сейчас так много съел, потом не плачь, если не можешь съесть основное блюдо.

Толстяк все еще ковырялся в рисе, когда его палочки внезапно остановились, и он прямо спросил:

- Будет мясо?

- Конечно! Уже почти готово! - Мяо Хэ засмеялся и потянул Ян Далана в сторону.

Когда они дошли до кухни, Ян Далан приостановился и сказал, что семья матери Мяо Хэ еще не приехала. Если бы он не упомянул об этом, Мяо Хэ почти забыл о существовании этой семьи. Просто он до сих пор не видел, чтобы приходил кто-то еще, поэтому решил, что они не придут. Здесь не было принято опаздывать на полчаса на угощение, все приходили раньше.

- Не нужно ждать, просто начнем все вовремя, - Мяо Хэ покачал головой.

Эмоции, которые Ян Далан только что подавил, всплыли вновь.

Мяо Хэ коснулся руки мужчины:

- Если моя мать и остальные не придут, разве ты будешь винить меня?

Ян Далан нахмурился:

- Конечно, нет.

- Ну так какая разница, придут они или нет? Как я уже говорил, те, кто должны прийти, придут, - Мяо Хэ улыбнулся.

Ян Далан на мгновение замолчал, погладил Мяо Хэ по голове и сказал:

- Я здесь.

Как мог Мяо Хэ не услышать смысл этой фразы? Он тут же улыбнулся  и его глаза красиво изогнулись полумесяцами.

- Я знаю.

После этого Мяо Хэ радостно попросил Ян Далана принести корзину с глиняными шарами размером с баскетбольный мяч, которые долго запекались на огне. Когда все посмотрели на большую корзину, все гости из деревни и города заинтересовались и подошли посмотреть. Количество гостей, пришедших сегодня, составило всего 60% от приглашенных, что было не так уж и много, поэтому сцена случайно превратилась в открытое шоу.

На глазах у всех Ян Далан выбрал глиняный шар и ударил по нему кулаком. Засохшая глиняная оболочка сразу же отслоилась и распалась, и оттуда вырвался сильный свежий аромат. Под глиной обнаружился лист лотоса, а внутри него залитая блестящей маслянистой подливкой курица!

Мяо Хэ боялся, что люди не осмелятся есть блюдо из-за темного цвета. Он взял чистую тарелку и продемонстрировал, объясняя, как это было приготовлено. Сначала он использовал палочки, чтобы отщипнуть горячие и дымящиеся листья лотоса. Со взрывом аромата жирная, сочная, золотистая курица с хрустящей кожей наконец была явлена публике.

Маленький черный кот, который прятался из-за толпы, почуял этот запах и высунул свою маленькую головку.

Затем Мяо Хэ использовал свои палочки для еды, чтобы аккуратно разделить курицу! И тут же золотистый куриный сок вылился наружу, а нежное куриное мясо в мгновение ока отделилось от костей! Брюхо курицы было заполнено картофелем и овощами, сочащимися густым чистым соусом! Аромат мяса и овощей был настолько ошеломляющим, что зрители сразу же проголодались!

- Это блюдо называется Курица нищего, вероятно, это потому, что нет необходимости в кастрюле или горшке. Курица тушится на сильном огне в глиняном тесте, которое полностью сохраняет сочность, делая курицу влажной и упругой, а овощную начинку более ароматной. Через некоторое время Далан поможет всем открыть глиняное тесто...

- Ребята, вы так заняты, я сам все сделаю!!! - не успел Мяо Хэ закончить говорить, как Толстяк вскочил, подобрал ком глины из корзины и вернулся к столу!

Поскольку Толстяк проявил инициативу, все почувствовали, что быстрее и веселее сделать это самостоятельно, поэтому они последовали его примеру и все пошли к корзине, взяли по шару глины и вернулись к столу, чтобы сделать это самостоятельно. Когда был съеден первый кусочек курицы, за столом больше не разговаривали.

После этого на столы подали еще четыре холодных блюда из маринованной редьки с уксусом, маринованных слив и помидоров, рубленого лука со льдом и огурцы с чесноком, а также чашки с рисом, чтобы завершить трапезу фирменными блюдами фермерских хозяйств.

Сегодняшние куры - это все дикие фазаны, пойманные Ян Даланом в горах. Они уже были большими и сильными, к тому же их некоторое время откармливали овощами из живой почвы. Целой курицы с овощами внутри на стол из четырех человек было определенно достаточно.

Просто это все равно не шло ни в какое сравнение с необычайно хорошим аппетитом гостей!

Вскоре курица исчезла вместе с начинкой, и некоторые с сожалением повернулись к холодным блюдам. Но после того, как они откусили кусочек, черт возьми, почему это все еще так вкусно! Они торопливо набрали еще риса и принялись за все холодные блюда! А потом и холодные блюда исчезли!

Так что уже через некоторое время стол был на 80% пуст! Даже Да Бай, который обычно ел овощи, попросил у Мяо Хэ две тарелки курицы! Мяо Хэ немного нервничал, думая, не слишком ли простая еда. В корзине еще есть глиняные шары, но ему казалось невежливым просить людей есть одно и то же блюдо дважды...

Как раз в тот момент, когда он думал об этом, Толстяк снова бросился к нему.

- Брат Хэ, можно мне еще одну? Курица очень вкусная.

Когда Мяо Хэ сказал «да», внезапно появились представители с других столов, и, не говоря ни слова, все они подошли, чтобы забрать глиняные шары!

Не говоря уже о том, что за столом с самыми почетными гостями, именно Сюй гунцзы пришел схватить глиняный шар! С горящими глазами люди быстро выбирали те, что покрупнее, и с радостью возвращались к столу для второго захода.

Ах, такой пышный картофель, пропитанный куриным соком, идеально сочетался с поджаристой куриной кожей и нежным куриным мясом...

Лук был пропитан сладостью и мягкостью, а большие, плотные, сладкие каштаны... просто необходимо съесть еще немного....

Кроме того, острый огурец хорошо сочетается с рисом и кусочком хрустящего кисло-сладкого редиса, чтобы разбавить жирность мяса...

Даже суп из зеленой фасоли на десерт, я бы с удовольствием съел еще одну миску!

Как все это может быть таким вкусным?!

Он только что сказал, что пришел сюда только для того, чтобы купить сливы, не так ли? Пока Сюй гунцзы размышлял над своей пустой чашей, те, кто сидел за столом Мяо Пина, выкрикнули нечто гораздо более грубое и понятное.

- Я не ожидал, что брат Хэ-эр так хорошо готовит!!! Сегодняшняя еда - это действительно настоящее наслаждение!

- Далан слишком скуп! Ты даже не упомянул об этом раньше! Ты наверное боишься, что мы каждый день будем приходить к тебе домой, чтобы поесть! Чтобы наказать тебя за такое укрывательство, мы с Дахаем вернемся завтра на обед!

- Эй, ты прав! Я тоже приду! Но, конечно, мы не можем есть просто так. Далан, ты ведь еще не закончил расчищать холм, верно? Ради еды брата Хэ, конечно, мы должны показать себя!!!

- Правильно! Если я смогу так питаться каждый день, я буду приходить и работать! И денег не надо!

- Да, курица очень вкусная! Мы можем приготовить ее для себя, когда вернемся?

Это спросил Цзи Гуан. Он был молод и не имел никаких намерений, но управляющий Цзинь и Сюй Мин были ошеломлены.

Но затем они услышали, как Мяо Хэ с улыбкой ответил:

- Конечно, можно, и это легко. Начинка для курицы может быть любой, все, что вам нужно сделать, это убедиться, что внешняя сторона курицы смочена водой, когда вы заворачиваете ее в листья лотоса, а затем нужно сделать оболочку из желтой глины и воды, запечь все в яме под горящими дровами, пока внешняя сторона не станет сухой и не потрескается.

Услышав это, управляющий Цзинь некоторое время боролся и все же не смог удержаться от вопроса:

- Значит, в будущем чайный дом также сможет готовить это блюдо под названием Хуацзе для продажи, это тоже...

Мяо Хэ подумал и кивнул:

- Нет проблем. Приправу и начинку чайный дом, несомненно, сможет сделать вкуснее, чем я.

Управляющий Цзинь был рад услышать это, но острый взгляд Цюй Лао скользнул по нему, как будто он не был удовлетворен таким дешевым преимуществом.

Ян Далан о чем-то подумал и в этот момент он сказал старейшине Цюю:

- Цюй Лао, нам нужно кое-что обсудить, могу я с вами поговорить?

Старик кивнул после небольшой паузы и отошел с Ян Даланом поговорить. Мяо Хэ выглядел немного озадаченным. О чем Далан хотел поговорить со старейшиной Цюем, но не сказал ему раньше?

Но с таким количеством гостей, которых нужно было развлекать, у него вскоре не осталось времени думать об этом. После трапезы была проведена экскурсия по новому дому. Ли Мин, который так гордился домом, поспешил все объяснить. Не только жители деревни восхищались домом, но и господин Лян, управляющий Цзинь и все остальные смотрели с завистью и одобрением. Даже мебель Ян Датуна получила много похвал.

В это время некоторые из гостей, подготовившихся к этому событию, достали поздравительные подарки.

Курица нищего

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 46. Сельский туризм

Глава 46. Радости сельской жизни: уютнее, чем у знати!

В деревне на праздничный ужин подарки обычно не приносят. Как, например, было в семье Мяо Ли – если бы не совмещение с пиром по случаю Мяо Ляна, Ян Далан тоже не понес бы денежный подарок. Однако в городских семьях, где больше церемоний, такой обычай соблюдается.

И вот, следуя указаниям старика Цюй, управляющий Цзинь выбрал в качестве подарка набор фарфоровых ваз. Четыре вазы разных размеров, светло-серые с простым горизонтальным узором, почти белые – в то время это был первоклассный фарфор.

Мяо Хэ радостно принял подарок. Независимо от стоимости, этот набор ваз прекрасно сочетался с деревянным полом в их главной комнате. Если поставить в них букеты колокольчиков или хризантем, собранных во дворе, в доме сразу станет ярче и живее. Замечательно!

Затем управляющий аптеки Фан преподнес ткань. При этом он нарочно спросил Мяо Хэ: «Ну что, натренировался уже шить? Если нет, продолжай упражняться на этой ткани, и не смей больше подсовывать тайком купленную одежду!» Мяо Хэ лишь неловко засмеялся, но избежать дружного смеха собравшихся не удалось.

А старый врач Цзи подарил полезную лечебную настойку. Особенно эффективную при внутренних травмах от ударов – как раз то, что нужно охотнику Ян Далану. Мяо Хэ с радостью принял подарок и от имени отсутствовавшего мужа поблагодарил.

Ли Мин и компания отличились еще больше. Они прямо заявили, что деревянный забор перед домом Ян Далана совсем не сочетается с новой постройкой. Как только наступит мертвый сезон, они привезут синий кирпич и выложат новую стену! Мяо Хэ тут же начал отмахиваться, мол, не надо. Но Толстяк тревожно возразил: «Нет-нет, как же иначе мы будем приходить к вам ужинать?» Все дружно рассмеялись.

Наконец, загадочный помещик Лян торжественно объявил: «Брат Ян, видя, как вы обустроились на этом месте и построили новый дом, чем бы это ни было вызвано, я искренне за вас рад. С вашими способностями, брат Ян и Хэ-гэр, вас непременно ждет великое будущее! Однако рабочих рук у вас маловато. Подумал – сейчас самое время подарить вам несколько собак!»

С этими словами слуги внесли небольшой деревянный ящик. В нем копошились четыре пушистых щенка. Оказавшись в новом окружении, они принялись жалобно скулить – очень трогательно и мило.

Дабай, лениво развалившийся на кошачьей лежанке, насторожил уши. Что-то тут нечисто, мяу?

Мяо Хэ ахнул от искреннего удивления: «Щенки! А мы как раз собирались искать!»

Ранее Ян Далан хотел спросить у старого охотника Лю, но у того собака щенилась два года назад, и всех щенков уже разобрали. Дело отложили. И вот сегодня желание неожиданно исполнилось! Да еще сразу четыре однопометных щенка, крепких и бойких – на них можно положиться куда больше, чем на Дабая!

(Дабай: ???)

Помещик Лян самодовольно улыбнулся:

— Этот подарок выбрала моя супруга. Эти собаки отлично подходят для охоты и охраны. Если вырастить их с малого, будут преданы как никто. Мы потратили немало времени на поиски.

Госпожа Лян, держа на руках пухлого Хутоу, кивнула:

— Так и должно быть. Хутоу обожает овощи с огорода Хэ-гэра, теперь даже перестал капризничать. Если не поставить побольше собак охранять ваши грядки, этой бедной матери потом не уснуть!

Все рассмеялись. Но в этих словах явственно чувствовалась глубокая теплота и близость.

Устроив щенков, Ян Далан и Мяо Хэ повели гостей осмотреть арахисовые поля, посадки маша и лекарственные травы. Гостям разрешили собирать спелые красные ягоды шелковицы и земляники, росшие вдоль дороги. Программа «деревенских радостей» была выполнена на все сто, и в конце все добрались до еще незавершенного фруктового сада.

Выслушав краткие планы Мяо Хэ, управляющий Цзинь вздохнул:

— Когда здесь зацветут персиковые и сливовые деревья, жить тут будет куда приятнее, чем в усадьбах знати в уездном городе. Да и еда вкуснее!

Старый врач Цзи усмехнулся:

— Верно. Настоящая сокровищница! Помещик Лян, вы не прогадали с выбором места. Глядя на все это, и самому хочется поселиться по соседству. Ха-ха, представьте: стоит только выйти за порог, и можно клянчить у Хэ-гэра фрукты! Разве не прекрасно?

Тихий до этого юный господин Сюй вдруг спросил:

— Вы правда планируете засадить фруктовыми деревьями весь этот склон?

Мяо Хэ, которого Ян Далан держал за руку, кивнул:

— Да. Пока заняты, успели посадить немного. Зимой расчистим склон, и к весне, возможно, высадим саженцы.

Мяо Пин, к этому времени уже освоившийся, весело сказал:

— Отлично! Этой зимой мы с Даху точно будем чаще приходить помогать, чтобы к весне засадить весь склон! Только не забудьте потом поделиться фруктами! Не говоря уж о прочем – даже эти ягоды с дороги уже такие вкусные!

Никто не знал, что среди этих шуток один гурман уже серьезно задумался.

В самом деле, если поселиться по соседству и наладить отношения, разве не получится тогда без лишних просьб и покупок лакомиться арахисом, картошкой, жареной курицей, солеными сливами и желе из маша? Очень удобно! Да и вообще – разом решить все проблемы!

К тому же разве врач не говорил, что старшей невестке стоит пожить в тихом месте для восстановления? А разве здесь не идеально: тихо, спокойно, никто не мешает, да и до канала недалеко, не слишком уединенно. Плюс еда вкусная – у старшей невестки наверняка появится аппетит! Выходит, очень подходящее место!

И вот, когда юный господин Сюй, заказав несколько кувшинов соленых слив, поднялся на корабль, возвращавшийся домой, в его голове уже зрел новый план.

Пока Мяо Хэ и Ян Далан и не подозревали, какие перемены это принесет в их жизнь. Вечером того дня Мяо Хэ, подсчитав деньги от юного господина Сюй, с радостью обнаружил, что набралось целых восемь лянов!

В эту сумму вошли не только деньги за соленые сливы, но и за арахис, картошку, каштаны и прочие продукты, а также подарок к праздничному ужину. Поскольку они были мало знакомы, Сюй Мин ограничился самым практичным – деньгами.

Аккуратно сложив серебро обратно в кувшин, Мяо Хэ сиял: «Выходит, всего у нас теперь пятнадцать-шестнадцать лянов!»

Ян Далан взял кувшин и спрятал его. «Да. Через несколько дней купим коз».

Ах да, еще нужно купить коз. Хотели сначала телегу с ослом, но Ян Далан предпочитал носить овощи сам, без телеги.

Мяо Хэ моргнул:

— А сколько это будет стоить?

— Коза – примерно четыре-пять лянов. Если с приплодом – дороже.

— Такое ощущение, что деньги у нас не задерживаются. — Покупка повозки снова откладывалась.

Ян Далан погладил Мяо Хэ по голове.

— Заработаем еще.

Мяо Хэ прижался к его руке и кивнул.

— Кстати, о чем ты сегодня говорил со стариком Цюй? Вы ведь специально отошли подальше.

Ян Далан замолчал, не отвечая сразу.

Мяо Хэ удивился.

— Нельзя рассказывать?

Вместо ответа Ян Далан крепко обнял Мяо Хэ, прижав к себе.

— После доставки овощей я буду задерживаться в чайной.

— А? В чайной? Зачем?

— Посмотрю. С управляющим Цзинем. — Низкий голос Ян Далана звучал твердо.

Мяо Хэ сначала опешил, но потом понял. Даже несмотря на то, что праздничный ужин прошел гладко, как Ян Далан мог не винить себя? Из-за этого чувства, из-за осознания своих недостатков, он хотел измениться, выйти за пределы привычного и приложить больше усилий.

— Ты…

Мяо Хэ почувствовал и боль, и восхищение. Сам он полагался на «живую землю», не боясь ничего, и даже немного ленился. А вот Ян Далан был готов трудиться и учиться, осваивать незнакомые тонкости торговли – вероятно, чтобы в будущем защищать его.

В его глазах до сих пор читалась легкая тень вины. Этот молчаливый, сдержанный человек никогда не избегал того, что должен или может сделать. Мяо Хэ не выдержал и бросился к нему в объятия.

— Ты и так прекрасен, просто замечательный! Я... я не найду никого, кто нравился бы мне больше!

— Сяо Хэ… — хрипло выкрикнув, Ян Далан замолчал. Теперь слова были уже не нужны.

Горячие прикосновения и жадные ласки говорили сами за себя.

Праздничный ужин в семье Мяо Хэ прошел успешно, а вот в доме Мяо Цзюэ царила ледяная, адская атмосфера. Чем шумнее и оживленнее было начало пира, тем более унылым и пустынным казался его конец. Устроить пир, потратив кучу денег и при этом опозориться – такого в деревне еще не видели!

Поэтому, вернувшись в главный зал, Мяо Цзюэ схватил чашку и с силой швырнул ее об пол!

Но после этого он не смог вымолвить ни слова ругани! Кого он мог винить? Разве у него было право кого-то винить?!

Весь этот пир он устроил по собственной инициативе! Все детали и отговорки придумал сам!

А теперь подъехавшая к деревне карета дала ему пощечину, но разве можно было обвинить кого-то в умышленном вредительстве?

Нет, она просто проезжала мимо! П-Р-О-Е-З-Ж-А-Л-А М-И-М-О!

Одна только эта мысль заставляла Мяо Цзюэ сгорать от ярости и стыда!

Все они думают только о деньгах! Невежественные, глупые люди!

Да, сейчас он проиграл только из-за денег!

Будь у него больше серебра, разве эти деревенщины посмели бы смеяться над ним?!

В этот момент все его сыновья, невестки и внуки стояли в главном зале, не смея пикнуть. Они тоже считали этот пир ненужным и позорным, но как они могли высказать свои мысли деспотичному Мяо Цзюэ?

Мяо Юань почувствовал, как мать дернула его за рукав, и осторожно шагнул вперед:

— Дедушка, деревенские люди невежественны и грубы. То, как они отнеслись к сегодняшнему пиру, не проявив ни капли благодарности, лишь подтверждает это. Стоит ли гневаться и вредить своему здоровью из-за этих глупых, неблагодарных людей?

Мяо Цзюэ слегка замер.

Мяо Юань, наблюдая за его реакцией, продолжил:

— Ну и что, что карета проехала мимо? Даже если она остановилась у дома Ян, это лишь значит, что Ян Далан умеет подлизываться к городским. Но если у него нет собственных достижений и способностей, его все равно будут презирать. А вы, дедушка, учите деревенских грамоте, открываете мастерские, приносите пользу – разве это не редкость? В конце концов, люди поймут, кто чего стоит.

Эта длинная речь с лестью наконец вызвала у Мяо Цзюэ одобрительное «хм».

— Юань повзрослел. Верно, в конечном счете все решают собственные способности. Но слухи в деревне нельзя оставлять без внимания. Поэтому предстоящий экзамен особенно важен. Юань, если ты сдашь на сюцая, все проблемы исчезнут. Ты должен усердно готовиться и обязательно добиться хорошего результата, понял?!

Лицо Мяо Юаня на мгновение исказилось, но он почтительно согласился.

Но сможет ли Мяо Юань, на которого возложены надежды всей семьи, выдержать давление и сдать экзамен?

Хе-хе, посмотрим. Только бы он не повторил судьбу его самого. Мяо Чо усмехнулся в душе.

А мать Мяо Юаня, стоявшая в стороне с опущенной головой, в этот момент странно блеснула глазами.

Что она задумала – оставалось только гадать.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 47. Новости

Глава 47. Новости: кирпичный дом!?

На следующий день после праздничного ужина Мяо Хэ, проснувшись, обнаружил, что Дабай перебрался в ящик с четырьмя подаренными щенками. Малыши устроились под брюхом у кота, мирно посапывая…

— Дабай, ты что, решил притвориться мамкой?

Черный кот (кот, между прочим!) уставился на него своими светло-зелеными миндалевидными глазами.

А что не так, мяу? Они теперь все покорно лежат у моих лап, мяу!

Мяо Хэ рассмеялся и потрепал кота по голове. Затем вышел во двор, где Ян Далан, весь в поту, собирал овощи – сегодня был день отправки заказов.

Вспомнив про «новые занятия», которые муж начинал сегодня, Мяо Хэ тут же вернулся в дом, приготовил чистую одежду, чтобы тот мог переодеться после работы, и зашел на кухню. Осмотрев запасы, он понял, что продуктов почти не осталось, и решил сделать рисовые колобки с яйцом и вяленой редькой!

Если человеку предстоит целый день провести вне дома, он должен быть сыт и доволен!

Закатав рукава, Мяо Хэ сварил рис, нарезал кубиками вяленую редьку (которую научился готовить у тетушки Ян) и обжарил ее до аромата. В идеале стоило бы добавить мясную крошку, но ее не было, поэтому он порубил остатки вяленого мяса, смешал с яйцами и завернул в рис.

Получилось шесть колобков! Два – на обед (завернутые в вчерашние листья лотоса), а четыре – на завтрак. Теперь он ел столько же, сколько и Ян Далан: два колобка ему, два – мужу.

Как раз в этот момент Ян Далан закончил упаковывать овощи. Мяо Хэ высунулся из кухни и крикнул:

— Иди мойся! Одежду уже приготовил!

Ян Далан, вытиравший лицо полотенцем, кивнул и направился в баню. Когда он вернулся в главную комнату, свежий и чистый, Мяо Хэ уже накрыл на стол.

— Это твой обед! Два колобка – если проголодаешься, съешь.

— «Обед»?

— Ну, то есть… еда с собой.

Черные глаза Ян Далана сузились, и Мяо Хэ поспешно сменил тему:

— Кстати, мясо у нас почти закончилось. Сяомао и компании нужно варить бульон на костях, нельзя же им, как Дабаю, питаться одной зеленью. Не забудь купить сегодня.

«Сяомао и компания» – так Мяо Хэ назвал новых членов семьи: Сяомао, Эрмао, Саньмао и Сымао! [прим.ред.: соответ.: короткий мех/пух; второй мех/седина; третий мех/волосы, усы, брови (о раст. на лице); четвертый мех] Удобно и просто. Он не особо разбирался в породах собак, поэтому даже не подозревал, что эти пушистые светло-коричневые комочки – щенки чау-чау, которые в будущем станут отличными охранниками и помощниками на охоте. Но пока что их милые мордочки и добродушный вид заставили Мяо Хэ воспринимать их просто как домашних любимцев.

— Хорошо, — Ян Далан откусил колобок. Хрустящая сладко-соленая редька, мягкий рис, ароматная яичница с вяленым мясом… Вкус, как всегда, был превосходным. Он быстро доел свой завтрак.

Мяо Хэ продолжал радостно инструктировать:

— Еще купи четыре миски для Сяомао и компании! И лучше – четыре ленточки разных цветов, чтобы повязать им на шеи. Так их не спутают с бездомными и не украдут.

Ян Далан соглашался со всем, а затем терпеливо позволял Мяо Хэ укладывать в свою корзину еду, воду и полотенце, пока тот ворчал:

— После доставки приведи себя в порядок, а то люди увидят тебя потным и решат, что можно над тобой издеваться.

— Может, сегодня поедешь на телеге дяди Ма? — не удержался Мяо Хэ.

— Не надо, — Ян Далан потрогал круглое личико Мяо Хэ и сам напомнил: — Ты будь осторожен дома.

Он хотел попросить тетушку Ян присмотреть за ним, но Мяо Хэ возразил, что тогда не сможет использовать «живую землю» для ухода за машем, так что в итоге решили оставить как есть.

Мяо Хэ сморщил нос:

— Я же дома, что может случиться? Не переживай.

Они еще не знали, что в деревне вовсю обсуждают последние события. Некоторые даже рвутся к ним домой, чтобы воочию увидеть кирпичный дом!

У ручья:

— Эй, ты слышала про вчерашнее?

— Вчерашнее? Ну, пир у господина Мяо. Я тоже ходила, было весело, даже доуфухуа подавали. Не думала, что из соевых бобов можно сделать такую нежную штуку. Дорогущая, кстати, хоть и пресноватая.

— Какая доуфухуа?! Ты не в курсе, что после пира у господина Мяо некоторые пошли к забору Ян Далана и ждали до самого вечера?! И дождались – все кареты, которые проехали мимо дома Мяо, потом выехали от Ян Далана! Десяток карет, ни одна не пропала! Кто только у них не гостил!

Тетушка Фан ахнула:

— Правда? Все кареты заехали к Ян Далану?!

— Еще бы! Сама видела! — тетушка Цзинь, главная сплетница, гордо подняла подбородок. — Я вот у Жун-гэра спросила, когда он белье полоскал. И знаешь, что он сказал? Что новый дом Ян Далана – кирпичный!

— Кирпичный?! Да сколько же это стоит?! Ого, теперь понятно, почему Ян Далан не скандалил, когда у него землю отобрали – ему и так хватает!

— Вот-вот! Кто бы мог подумать! У Ян Далана одна удача за другой. Говорят же, что Хэ-гэр мужа бережет – похоже, правда. Интересно, что его родня думает? Они ведь вчера все были на пиру у господина Мяо, а к Хэ-гэру даже не заглянули.

Тетушка Фан, более мягкая в выражениях, вздохнула:

— Я с ними за одним столом сидела. Мать Хэ-гэра и его тетка привели детей, а тетка еще и хвасталась, сколько бобов продала мастерской, чтобы лишнюю порцию доуфухуа выпросить.

— Ну и родня! Никто даже не зашел – это ж как обидно! Будь я Ян Даланом, вообще бы… — тетушка Цзинь вдруг замолчала.

Вдали показалась Чжан Мянь, несущая таз с грязным бельем – та самая вторая тетушка Мяо Хэ. Она тоже любила стирать у ручья в это время, когда солнце еще не так сильно припекало.

Увидев, как две тетушки у ручья уставились на нее, а кто-то вдалеке даже ухмыльнулся, Чжан Мянь нахмурилась:

— Вы тоже пришли стирать? Что-то случилось? Почему все так на меня смотрят?

Тетушка Цзинь, явно настроенная посплетничать, ухмыльнулась:

— Просто хотели спросить, тетушка Мянь, а вы вчера ходили на праздничный ужин к Ян Далану?

Чжан Мянь тут же отмахнулась:

— Вчера? Вчера вся наша семья была на пиру у господина Мяо! Когда бы мы успели? Тетушка Фан, мы же за одним столом сидели!

Тетушка Фан неловко улыбнулась, но тетушка Цзинь не отступала:

— Но Ян Далан ведь ваш зять, разве не так? Если он пригласил на ужин, а вы не пришли – это же прямое неуважение!

Чжан Мянь фыркнула:

— Неуважение? Какое там неуважение! Разве можно сравнить лицо господина Мяо с лицом Ян Далана? Да и когда он женился на Хэ-гэре, какое убожество за свадебные подарки дал! Потом получил целый горный участок – и ни разу даже фруктов оттуда не принес. Уважение нужно заслужить, так что сами виноваты!

Эти слова были откровенно несправедливы. Свадебные подарки тогда устраивали обе семьи, а теперь она называла их недостойными. Что касается «горных даров» – Чжан Мянь «забыла» упомянуть, что, когда Ян Далан был ранен, родня Мяо Хэ даже не навестила его. Ну, если не считать тех, кто приходил выпрашивать деньги.

Но тетушке Цзинь просто хотелось уколоть:

— Ну, понятно. Вот и говорю – Ян Далан теперь живет в кирпичном доме, а родня Хэ-гэра даже не соизволила прийти. Оказывается, на то есть причины!

— Кирпичный дом?! — Чжан Мянь остолбенела.

Тетушка Цзинь улыбалась:

— Да-да! Вчера Жун-гэр, который был на ужине, рассказывал, что новый дом Ян Далана – из серого кирпича! Я как раз хотела спросить у вас: ну как, понравилось?

Чжан Мянь повысила голос:

— Ч-что?! Из серого кирпича?!

Прежде чем тетушка Цзинь успела ответить, Чжан Мянь резко изменилась в лице, развернулась и ушла, даже не дослушав. Тетушка Цзинь пожала плечами и сказала тетушке Фан:

— Видала? Сначала смотрела свысока, а теперь будто ей все должны.

Тетушка Фан забеспокоилась:

— А… а вдруг будут проблемы?

— Какие проблемы? В деревне и так все обсуждают. Не я первая сказала.

Тетушки продолжили стирку и пересуды, а Чжан Мянь в ярости помчалась домой.

Кирпичный дом! Сколько же серебра нужно, чтобы построить такое?!

Если у Ян Далана хватило денег на такой дом, почему Хэ-гэр ни разу об этом не сказал?! А Ли Чжаоди, которая несколько раз ходила к ним, разве не знала?!

Стоп… Нет, она точно знала!

Иначе, с ее характером, она бы уже давно вытянула из них деньги!

Да…

В последнее время она то и дело улавливала дома запах тушеной курицы, но не могла понять, откуда он. Неужели…

Сдерживая гнев, Чжан Мянь, вернувшись домой, вдруг замедлила шаги.

Она тихонько открыла ворота, неслышно вошла во двор и подкралась к дому, где жила третья семья. Нос тут же уловил слабый, но отчетливый аромат куриного супа! Вот ты где, Ли Чжаоди! Ну-ка, что ты теперь скажешь?! Чжан Мянь глубоко вдохнула и резко распахнула дверь, крикнув:

— Невестка, ты здесь?!

Из комнаты раздался испуганный вскрик: «Ай-яо!», и запах супа стал явственнее.

Чжан Мянь притворно озиралась:

— Странно, что это за запах? Невестка, что ты тут делаешь?

Ли Чжаоди, мать Мяо Хэ, резко вскочила, раздраженно нахмурившись:

— Вторая невестка! Что за манеры – ломиться в дверь?! Можно было просто позвать! Ты напугала Сяобао!

Чжан Мянь окинула комнату взглядом: на столе лежала только корзинка с нитками и иголками, а в руках у Ли Чжаоди был кусок ткани. Видимо, та вскрикнула от того, что уколола палец. Запах супа был, но самого супа – нет.

Чжан Мянь скрипя зубами, фальшиво улыбнулась:

— Прости, невестка, просто я услышала потрясающую новость и сразу побежала рассказать тебе!

— Ч… какую новость? — Ли Чжаоди старалась скрыть нервозность.

К счастью, когда она варила суп, то внимательно следила за воротами. Заметив движение, она мгновенно спрятала миску!

— Да вот, про новый дом Хэ-гэра и Ян Далана! Говорят, он из серого кирпича! Если правда, это же просто замечательно, да?!

— Ч-что?! Из кирпича?! — Ли Чжаоди округлила глаза.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 48. Три в одном

Чжан Мянь в своем сердце уже давно поставила на Ли Чжаоди печать «знала, но не сказала». Теперь, когда она увидела удивление Ли Чжаоди, она только думала, что та хорошо притворяется. У нее кончилось терпение и она прямо сказала:

- Да, это такое большое дело, но никто в семье его матери не знает об этом. Мы должны были услышать это от кого-то другого. Это смешно! Позже я должна пойти и поговорить с мамой! Третья невестка тоже должна пойти и рассказать нам, что случилось.

Что могла сказать Ли Чжаоди? С тех пор как она попросила у Ян Далана шесть лян серебра, она старалась не тратить деньги. Теперь, услышав, что семья Ян Далана построила дом из зеленого кирпича, у нее появилось плохое предчувствие...

Затем они вдвоем подошли к свекрови.

Когда та услышала, что их зять построил большой дом из зеленого кирпича, ее глаза загорелись. Особенно когда Чжан Мянь сказала:

- Если подумать, когда Далан женился на Хэ-эре, он практически не дал выкупа. Вначале мы согласились на это потому, что видели, что его семья находится в затруднительном положении. Теперь, когда он стал богатым, не так уж и сложно попросить его компенсировать это. Это не слишком большая просьба.

Ли Чжаоди покрылась холодным потом. Разве она сама не использовала такое оправдание?

Старуха кивнула:

- Верно. Третья невестка, ты должна делать то, что говорит вторая невестка. Ты - мать Хэ-эра, поэтому тебе уместно сказать ему об этом.

Но как бы Ли Чжаоди посмела что-то сказать! У Ян Далана все еще были две расписки!

Она затрясла головой:

- Это... это невозможно! Мама, выкуп за невесту, каким бы маленьким он ни был, был одобрен нашей семьей. Теперь, если мы снова попросим денег, у нас нет возможности отказать ему выдать гера замуж, он просто не обратит на нас внимания!

Чжан Мянь была близка к тому, чтобы обвинить Ли Чжаоди в том, что она не только не хотела просить денег, но и хотела забрать их себе! В голове Чжан Мянь пронеслась мысль. В ее понимании, брат Хэ - это гер, воспитанный семьей, но они не получили выкуп за невесту, который должен был достаться семье. Вполне разумно, что эти деньги должны быть разделены между всеми членами семьи!

Чжан Мянь тут же усмехнулась:

- Вот как? Значит, третья невестка не может что-либо сказать. Ну что ж, даже если мне придется потерять немного гордости, я должна совершить эту поездку для семьи. Не говоря уже о том, что я должна своими глазами увидеть большой дом из зеленого кирпича, о котором говорят люди. Настоящий он или фальшивый?

Выражение лица Ли Чжаоди было уродливым, и некоторое время она не могла ответить. На этот раз старуха-свекровь была настроена решительно и прямо сказала:

- Сходи. Поскольку третья невестка не хочет идти, вторая невестка, ты пойдешь.

Чжан Мянь самодовольно улыбнулась Ли Чжаоди.

- Да, мама. Я уверена, что смогу убедить Далана заплатить деньги! Маме в этом году исполнится 60 лет, с этими деньгами вы могли бы пойти в чайный дом, где работает А-Син, чтобы отметить это.

Чайный дом, где работал второй дядя Мяо Хэ, Мяо Синь, хоть и был не таким большим, как чайный дом «Ян Шуй» и ресторан «Да Хэ», но это также был ресторан  средних размеров недалеко от центральной городской улицы. Это хорошее место для празднования дня рождения. Старуха была довольна и счастлива, когда услышала это.

Однако сердце Ли Чжаоди встревоженно забилось!

- Тогда я лучше пойду с тобой. Я могу помочь убедить Хэ-эра.

Старуха подняла глаза:

- Нет, дома так много дел, а делать их некому. Не нужно убегать.

Чжан Мянь хмыкнула и тоже не стала медлить. Она тут же повернулась и пошла к дому брата Хэ.

Мяо Хэ не знал, что сегодня у него будут гости. Проводив Ян Далана, она обнаружил, что Да Бай и щенки проснулись и катались по коробке. Поэтому он взял немного оставшихся яиц и риса от рисовых шариков, а также оставил немного нарезанного кубиками бекона и дал им поесть.

В время кормления Мяо Хэ наставлял их:

- В будущем вам придется кусать плохих парней. Не будьте как Да Бай, вы не должны есть фрукты, вы должны есть больше мяса, понимаете?

Маленький черный кот не знал, что его маленький хозяин плохо отзывается о нем, и уже относился к четверым Мао как к своим подчиненным, и когда он обнаружил, что Си Мао все еще пытается выхватить еду изо рта Эр Мао, он ударил их лапой, чтобы преподать им урок.

Мяо Хэ развеселился:

- Было бы хорошо, если бы ты потом так шлепал мышей.

Даже после всего случившегося говорить об этом было все еще больно.

Затем Мяо Хэ вернулся к плите и сделал еще одну тарелку риса с яйцом, не забыв положить дополнительный помидор, который понравился Да Баю. Да Бай был первым подарком, который Далан сделал ему. Даже если он не умел ловить мышей, Мяо Хэ все равно любил этого кота.

После этого Мяо Хэ вернулся к живой почве. Слишком много еды было съедено во время новоселья, в частности, чан с рисом был почти пуст. Ему придется наверстать упущенное, когда будет время. Также были маринованная редька, огурцы и арахис. Мяо Хэ и сам их любил. На этот раз он достал их для угощения и теперь нужно мариновать их снова!

Поэтому он выбрал просторное и тенистое место рядом с красивым полем колокольчиков, подвинул небольшой табурет, и сел сажать. Спустя долгое время он увидел как Да Бай с четырьмя круглыми Мао тоже вышел прогуляться по двору.

Бело-розовые бабочки порхали вверх и вниз посреди поля, вызывая любопытство и внимание пяти маленьких существ. Позднее летнее солнце светило сквозь деревья, под сенью листвы дул прохладный ветерок, без конца щебетали многочисленные насекомые и птицы.

Мяо Хэ вдруг задумался, сидел ли он когда-нибудь во дворе своего дома вместе с Ян Даланом в такой тишине, чтобы отдохнуть? Казалось, что даже на два кресла-качалки они не садились должным образом.

После переезда сюда они были заняты, а все эти вещи, происходящие снаружи, сделали Ян Далана еще более занятым. Однако даже если они борются за будущее, время от времени нужно останавливаться и делать перерыв, чтобы внимательно осмотреться и оценить то, что уже есть, не принимая это как должное. Это необходимо, чтобы дорожить своими благословениями и быть счастливее.

Наслаждаясь приятным ветерком, Мяо Хэ прищурился и решил, что с завтрашнего дня ему придется время от времени таскать Ян Далана отдыхать. В любом случае, в его нынешнем состоянии все зависит от него самого.

После этого Мяо Хэ продолжал медленно сажать, и думал, что это будет мирный и спокойный день, как вдруг перед ним возникла вспышка белого света! Раздался хлопок! Снова появилось похожее зрелище.

На этот раз Мяо Хэ не был так удивлен, как в первый раз. Напротив, это было просто очередное обновление живой почвы!

Когда он взглянул на свою ладонь, белый свет вспыхнул и вернулся к живой почве. Число земляных комков также увеличилось с двух до трех!

Мяо Хэ широко раскрыл глаза и заметил:

- Кажется, просто появился еще один? Они все выглядят одинаково.

Сразу после того, как он закончил говорить, в его ладони появилась еще одна вспышка света! Он увидел как три маленьких круглых комка земли действительно образовали небольшой комок слегка золотистой почвы!

Комок слегка шевельнулся в ладони Мяо Хэ! Казалось, что он немного гордится собой.

Это три в одном???

Мяо Хэ был очень удивлен! Если три комка могли быть объединены в один золотой, это могло означать, что появилась новая функция! Ему нужно проверить все, чтобы узнать это! Так получилось, что рядом с ним находилось поле лекарственных растений, поэтому Мяо Хэ не стал раздумывать и бросил маленький золотой комочек в поле.

И после этого броска не только одно или два растения принялись расти как сумасшедшие, но целая небольшая площадь, где все они росли со скоростью, видимой невооруженным глазом! Это было точно так же, как эффект от броска живой почвы на одно растение в прошлом!

Глаза Мяо Хэ расширились:

- Это означает, что в будущем это будет учитываться не по одному растению за раз, а по целому участку?

Более подробно. Раньше энергия одного комка живой почвы могла действовать только на одно растение. Два комка - два растения. В настоящее время версия «три в одном» кажется, усиливают друг друга. Теперь их энергия может перетекать на небольшую площадь! Все растения, посаженные в пределах энергетического диапазона, будут иметь такое же качество, как и раньше при посадке с одной порцией почвы!

- Вау, разве это не было бы еще удобнее! Мы сможем одновременно выращивать бобы мунг, рис и пшеницу! Только, где именно находится этот диапазон, надо попробовать осторожно выяснить...

Мяо Хэ как раз собирался осторожно пощупать его, когда неожиданно произошло нечто еще более удивительное!!!

Потому что он почувствовал, что этой областью энергии можно свободно манипулировать!!!

Другими словами, одним движением мысли он мог мгновенно расширять площадь охвата живой почвы, питая большее количество растений на большем участке при условии прореживания энергии! И если бы он захотел концентрацию энергии той же силы, что и предыдущий комок почвы, площадь составила бы около десятка квадратных метров.

Эта поистине новая функция заставила глаза Мяо Хэ сиять!

Таким образом, он мог распределять энергию, чтобы ухаживать за все большим количеством овощных участков или даже фруктовых садов! И ему не нужно было бы бояться подозрений, что почва была настолько мощной, что он мог выращивать ненормальную готовую продукцию слишком высокого качества!

С этого момента помимо использования живой почвы для собственного питания нет необходимости использовать почву для выращивания растений для удобрения. Потому что из-за вышеупомянутого трюка почва поможет ему ежедневно удобрять грядки!

Все дело в тонкости энергии. Нужно точно определить эту степень!

Глаза Мяо Хэ сияли, когда он планировал найти место для продолжения своего эксперимента. В этот момент вдалеке раздался звонок в дверь.

- Динь-динь-динь... - это означает, что к ним пришел посетитель.

Мяо Хэ мысленно цыкнул и вынужден был достать комок живой почвы, подавив волнение, чтобы открыть дверь. Четыре растерянных меховых шарика у его ног также последовали по любопытным следам Да Бая и один за другим присоединились к веселью.

Когда дверь открылась, Мяо Хэ встретил староста деревни с застывшим лицом.

- Эй, это брат Хэ-эр. Далан тоже здесь? - у деревенского старосты были маленькие глазки, и во время приветствия они дрейфовали на восток и запад, чтобы заглянуть внутрь ограды.

Просто, когда Мяо Хэ впервые планировал свой собственный двор, он интуитивно привнес в него много впечатлений от туристической фермы. Вдоль забора росли  шелковица и ягоды годжи, а по обеим сторонам дороги с интервалами были высажены фруктовые деревья. Помимо того, что это красиво, по такой дорожке не жарко ходить летом, и они практически закрывали обзор. От ворот забора не было возможности хорошо разглядеть их новый дом.

Мяо Хэ и Ян Далан и не подозревали, что кареты вчерашних гостей насторожат почти половину деревни. Из города к их новому дому вели две дороги: одна через деревню, другая - за ее пределами. Когда вчера приехали гости, они оба были слишком заняты, чтобы обращать на это внимание. Теперь, еще более неожиданно, по деревне разнесся слух, что в его семье появился почетный гость.

Так что староста деревни определенно был тем, кто больше всех встревожен этой новостью!

В конце концов, тот факт, что так много знатных людей приехали на каретах, означал, что связи Ян Далана в городе определенно глубже, чем он мог себе представить! Семья Лян, как мы знаем, знаменитая семья, и это большая дружба, когда хозяин семьи Лян лично приходит в дом Ян Далана на новоселье.

Кроме того, староста деревни поинтересовался близкими отношениями семьи Лян с городскими чиновниками. Разве человека на должность старосты выбирают не городские чиновники? Другими словами, если Ян Далан был действительно близок с Лян Юаньваем, он мог бы попросить господина Ляна поговорить с городскими чиновниками и, сам того не подозревая, лишить его должности старосты деревни всего несколькими словами!

Деревенский староста не мог усидеть на месте при этой мысли!

Ранее он сотрудничал с Мяо Ли в запугивании семьи Ян Далана, а на банкете Мяо Цзюэ и вовсе вел себя так, будто он на правильной стороне и проигнорировал приглашение Ян Далана! Если Ян Далан действительно затаил на него злобу, что ему делать?

Не говоря уже о том, что все в деревне говорили, что новый дом Ян Далана построен из зеленого кирпича! Даже семья господина Мяо не могла позволить себе построить дом из зеленого кирпича, но Ян Далан построил его, не сказав ни слова! Какие хорошие карты были у него на руках, какие рычаги влияния он имел? Староста деревни обнаружил, что он ничего не знал об этом! И при всем этом он по глупости сильно обидел этих людей!

От этой мысли староста деревни даже не смог заснуть прошлой ночью. Сегодня он был уверен, что совершит поездку. Он даже принес с собой подарок! Он должен был выразить сожаление, что не пришел вчера.

Мяо Хэ увидел, что на лбу старосты выступил пот, но он не хотел никого приглашать, поэтому сказал:

- Староста пришел сюда специально, чтобы увидеть Далана? Но Далан не вернется до позднего вечера. Если у вас есть к нему разговор, я попрошу его прийти завтра к вам домой?

Когда деревенский староста услышал отказ, он почувствовал себя немного спокойнее и натянуто улыбнулся:

- Нет, ничего страшного. Просто вчера у меня были неотложные дела дома, поэтому я действительно не смог прийти на ваше новоселье. Мне жаль, что я не смог присутствовать, поэтому я здесь сегодня, чтобы сделать вам подарок. Поздравляю с завершением строительства нового дома.

Сказав это, он сунул ему в руку кукурузный пирог, испеченный его женой.

Мяо Хэ был ошеломлен и поспешно покачал головой:

- Как староста деревни может быть таким вежливым? Не нужно, людям в деревне это не понравится.

- Нет, нет, нет, брат Хэ, ты должен принять этот дар! Я также ответственен за то, что  вы переехали в этот дом. Как я могу ничего тебе не принести? Ты должен принять это! Если ты не возьмешь его, как я, староста деревни, могу чувствовать себя спокойно? - староста почти насильно впихнул пирог в руку Мяо Хэ.

В разгар из толкотни появился второй посетитель.

- Разве это не староста деревни? И брат Хэ, что вы все делаете у двери? - как только появилась Чжан Мянь, она поприветствовал их без тени смущения.

Выражение лица деревенского старосты слегка изменилось, и он поприветствовал Чжан Мянь:

- Тетушка Мянь. Я здесь, чтобы доставить подарок на новоселье. Тетя  Мянь также здесь, чтобы найти брата Хэ? Какое совпадение.

Чжан Мянь была ошеломлена:

- Подарок на новоселье? Нужно ли дарить подарок за то, что приходишь на новоселье?

- Ну, вчера я был занят и не смог прийти вовремя. Поэтому пришел извиниться сегодня, чтобы не казаться грубым.

Значит ли это, что она груба? Чжан Мянь дернула уголками рта:

- Как и полагается старосте деревни, вы очень вежливы. Вы отличаетесь от нас, тех, кто много работает. Брат Хэ, я не думаю, что тебе стоит настаивать на этом, просто прими это. Это подарок старейшин, как ты можешь сопротивляться? - она сказала это, потому что хотела оказать давление на Мяо Хэ своим старшинством в преддверии того, что она собиралась сказать позже.

Мяо Хэ не согласился, а только улыбнулся:

- Интересно, что здесь делает вторая тетя? Далана сегодня не будет, так что, если вы ищете его, вам придется подождать до завтра.

Когда Чжан Мянь услышала, что Ян Далана здесь нет, ее глаза загорелись, так еще лучше! Она сказала с улыбкой на лице:

- Дитя, о чем ты говоришь? Я не смогла прийти вчера, поэтому, конечно, мне пришлось зайти к тебе сегодня, чтобы посмотреть новый дом. Почему ты не приглашаешь вторую тетю?

Не успел Мяо Хэ ответить, как староста деревни повторил:

- Да, да, я еще не видел новый дом Далана. Я должен посмотреть, как вы устроились, чтобы я действительно чувствовал себя спокойно.

Боюсь, что эти двое забыли о своей личности, не так ли? Одной из них была вторая тетя, которая никогда их не навещала, а другой - староста деревни, который был так рад поиздеваться над ними раньше.

Мяо Хэ подумал: Ладно, посмотрим, в какую игру они будут играть.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 49. Выкуп за невесту

Пропустив их через забор, Мяо Хэ повел их к дому.

Два человека, которые шли позади, первоначально оглядывались по сторонам, но через некоторое время они оба в унисон закрыли свои рты, ошеломленные происходящим вокруг.

Они видели, что ягоды годжи и тутовника и фруктовые деревья, посаженные вдоль одной только обочины дороги, были такими аккуратными и пышными. Никому бы и в голову не пришло, что Мяо Хэ и Ян Далан сами перевезли эти деревья, не потратив денег.

Думая о легендарном особняке из зеленого кирпича, они подумали про себя: «Боже мой, даже двор можно сделать таким величественным и красивым, имея деньги. Сколько усилий нужно приложить для этого?»  И овощное поле, расположенное рядом, как оно может быть таким большим и великолепным!

Говорили, что брат Хэ продавал овощи семье Лян, и он должен был заработать много денег, продавая их таким образом!

А пока они шли, вокруг бегали кошка и четыре собаки. Собаки, пушистые, как клубок, не были похожи на обычных собак в деревне. Староста не мог не спросить:

- Эти собаки выглядят необычно, они очень энергичные. Где вы нашли эту породу?

Мяо Хэ повернулся и улыбнулся:

- Я не знаю, но господин Лян подарил их мне его во время новоселья и сказал, что они вырастут и будут присматривать за двором.

Староста деревни снова был поражен. Он подумал: «Сегодня я правильно сделал, что пришел! Я должен был прийти!»

А когда новый дом становился все ближе и ближе, и постепенно стали видны его очертания, староста деревни и Чжан Мянь сглотнули слюну.

.... - это действительно настоящий, великолепный дом из зеленого кирпича!

Он такой же, как и дома богатых и знатных людей в городе.

Первоначально деревенский староста тешил себя мыслью, думая, что люди говорят о доме из зеленого кирпича из-за того, что земляной дом снаружи немного украшен кирпичом. Но теперь, посмотрите только на этот благоустроенный двор! Красивый рисунок плитки, изящные резные деревянные ставни, большие дверные полотна из красного дерева!

Глаза деревенского старосты выпучились!

Затем они вошли в холл. С совершенно новой планировкой и подходящей мебелью - они оба не могли оторвать глаз. Для них это была самая последняя и самая дорогая мода в городе! Но это не было недоразумением, потому что скоро такой стиль действительно станет популярным.

Не говоря уже о том, что низкий шкаф был украшен благородной и элегантной фарфоровой посудой! Остроглазый деревенский староста сразу заметил это. Такое он видел только в шикарных чайных. Сколько денег это могло стоить? Этот гер даже поставил несколько желтых цветов в дорогой фарфор. На них приятно смотреть, но это пустая трата денег.

Глаза Чжан Мянь ярко блестели. Она больше не могла подавлять свое беспокойство. Не успев толком сесть, она сразу же сказала:

- Брат Хэ, как у вас дела, после того, как вы с Даланом переехали? Почему ты ничего не сказал своей семье? Разве ты не знаешь, как мы волнуемся? Вторая тетя рада за тебя сегодня, но я также очень разочарована.

О, а вот и пьеса.

- Почему ты так говоришь, вторая тетя? Я и Далан устроили новоселье, чтобы пригласить вас.

Чжан Мянь слегка усмехнулась. Изначально она не собиралась говорить это в присутствии старосты деревни, но теперь решила, что так будет лучше. Может, староста деревни мог бы даже помочь подавить этого гера.

- Тогда вторая тетя скажет все прямо. Если вы можете жить в таком новом доме, я уверена, что Далан зарабатывает достаточно на жизнь. Мы, как семья твоей матери, очень счастливы. Но, брат Хэ... Он должен подумать о том, как семья воспитала ему гера. Разве мы плохо тебя воспитали? Мы не позволяли тебе выполнять тяжелую работу. Когда вы с Даланом поженились, его семья столкнулась с трудностями, мы пошли навстречу, снизив выкуп за невесту, чтобы ты мог спокойно выйти замуж. Теперь, когда ты стал богатым, я вынуждена напомнить тебе как старейшина, что ты должен знать, как отплатить за доброту!

Прежде чем Мяо Хэ успел ответить, Чжан Мянь повернула голову и сказала:

- Староста деревни, так получилось, что вы тоже слушаете. Разве названная мной причина – это слишком много?

Когда староста деревни услышал, как Чжан Мянь упомянула о переезде, его сердце затрепетало. Он бы хотел, чтобы эта женщина заткнулась!

Он сразу же задал встречный вопрос:

- Тетя Мянь, прежде, чем вы пришли сюда сегодня, чтобы поговорить с братом Хэ, вы что-нибудь сказали его матери?

Чжан Мянь тут же сказала:

- Конечно, да! Просто у моей невестки были дела, поэтому пришла я. И я пришла сюда с согласия его матери и бабушки!

Лицо деревенского старосты сразу стало серьезным.

- Тогда почему мать брата Хэ не сказала вам, что Ян Далан уже давным-давно заплатил выкуп за невесту? Выкуп составлял шесть лян, и я составил бумажный договор, которые они подписали. И серебряные деньги были переданы в полном объеме! Теперь, когда вы снова поднимаете этот вопрос, вы не хотите признавать это? Я, староста деревни, не посмею поверить вам на слово.

Глаза Чжан Мянь расширились, и она закричала:

- Что вы сказали? Выкуп за невесту - шесть лян! Как это возможно?

Мяо Хэ, который находился в стороне, также был слегка шокирован. Как мог деревенский староста изменить свою личность сегодня и действительно помочь ему?!

Староста деревни принял свою руководящую позу и кивнул:

- Совершенно верно! В самом начале было написано три копии договора, они есть у тети Чжао, Далана и у меня. Если не верите мне, можете попросить брата Хэ показать его вам.

- Когда это произошло? Когда твоя мать взяла деньги! Скажи мне ясно, брат Хэ! - Чжан Мянь была в ярости!

Мяо Хэ решил, что наконец-то настал его черед высказаться, но его снова опередил староста деревни, который тоже вздохнул.

- Увы, я помню, это было время после того, как Далан был серьезно ранен в городе. Первоначально речь шла о рассрочке. Не знаю как, но Далан сразу же отдал всю сумму  тете Чжао. Он все еще оправлялся от полученных травм, поэтому я напомнил ей, что если человек готов это сделать, то это только потому, что он добр. И если нам придется снова спорить об этом, то неизвестно, кто в итоге будет опозорен.

Чжан Мянь была ошарашена:

- Но, но никто из нас не знает, как это можно считать ...

- Даже если вы, ребята, не знаете, вы также не можете прийти и попросить кого-то заплатить выкуп дважды. Если вам придется просить об этом во второй раз, посмотрим, как остальные ваши дети будут говорить о своем браке! – жестко сказал староста деревни, - Тетушка Мянь, вы должны сначала вернуться и разобраться во всем! И, кроме того, кто бы ни взял выкуп за невесту, это не дело таких молодых людей, как Далан и Хэ-эр. Если бы я знал, что вы здесь по этой причине, я бы давно вам все разъяснил!

Когда староста деревни наполовину отругал, а наполовину прогнал ее, Чжан Мянь пришлось отступить, даже если она не хотела этого делать. Кроме того, она должна пойти домой и заставить свою хитрую невестку выплюнуть все полученные деньги!

При этой мысли шок и гнев превратились в тревогу и Чжан Мянь собралась уходить. Когда староста деревни увидел это, он не собирался задерживаться, в конце концов, в доме был только один гер. Ему было вредно оставаться здесь слишком долго.

Уходя вслед за Чжан Мянь, он оглянулся и мягко улыбнулся Мяо Хэ.

- Брат Хэ, когда Далан вернется, ты можешь рассказать ему об этом. Я обязательно помогу ему бороться за справедливость. Скажи ему, чтобы он не волновался! Я сожалею о земле, но... Я попрошу Далана быть более понимающим. Теперь, когда вы действительно хорошо обеспечены, это важнее всего остального, хе-хе-хе.

Мяо Хэ был немного озадачен лестью старосты, поэтому он проводил его, ничего больше не сказав.

В тот вечер, когда Ян Далан вернулся домой, Мяо Хэ рассказал ему о событиях дня и в конце сказал:

- Такое отношение старосты деревни меня немного смущает и пугает.

Ян Далан бегал по городу весь день и на обратном пути встретил более чем достаточно людей. Были те, кто интересовался, те, кто поздравлял его, и те, кто говорит самые разные кислые слова. Он смог определить причины, когда кто-то коротко рассказал о переполохе в деревне. На этот раз это был заемный импульс, но впоследствии им придется самим зарабатывать эту поддержку.

Мяо Хэ, выслушав, только покачал головой.

- Эй, этот деревенский староста, просто как дурак. Как ты думаешь, что он на самом деле задумал?

Ян Далан сменил тему:

- В будущем, если меня не будет, пусть приходит вторая тетя.

Мяо Хэ уставился на него:

- Сегодня я в порядке, очень неудобно заставлять вторую тетю приходить.

Ян Далан решительно покачал головой.

- Еще один человек также обеспечит дополнительную заботу.

Видя явное беспокойство в глазах мужчины, Мяо Хэ больше не настаивал. Так же хорошо, что у живой почвы теперь было новое применение!

- Хорошо, тогда я сделаю, как ты говоришь. Но живая почва обновилась еще раз!!! И она даже может объединиться в более мощный вариант! У меня не было времени попробовать его сегодня, так что придется испытать его завтра! - с сияющими глазами  сказал Мяо Хэ.

Ян Далан сделал паузу, и его темные глаза остановились на Мяо Хэ.

Мяо Хэ сразу же понял, что у него очередной приступ мозговой активности, и набросился на него:

- О чем ты думаешь? У меня в животе все еще есть ребенок.

Ян Далан воспользовался ситуацией и взял гера на руки, крепко обняв его, как будто боялся, что он улетит.

- Да.

И на этот раз, чувствуя силу этих плотных объятий, вместо того, чтобы плакать и смеяться, Мяо Хэ почувствовал душевную боль. Эта неуверенность, это сомнение, за всем этим, возможно, скрывался глубокий страх. Страх, что он бесследно исчезнет в следующее мгновение; страх, что все это в мгновение ока окажется лишь сном..

Мяо Хэ не мог не задаться вопросом, должен ли он рассказать все, и почувствует ли Ян Далан себя лучше после того, как он это скажет?

Но этой ночью все, что он мог сделать, это обнимать голову этого человека, целовать и теребить его. Это было как обещание, что он будет рядом всегда. После этого Мяо Хэ попросил Ян Далана раскрыть свои объятия и обнимать его до конца ночи.

На другом конце деревни, в доме матери Мяо Хэ, была сцена битвы, как на поле Асуры.

Чжан Мянь сразу пошла домой и пожаловалась. Услышав это, старуха-свекровь пришла в ярость. Отец Мяо Хэ, Мяо Цзянь, был человеком, который не расходился во мнениях со своей матерью. Услышав это, он прямо велел своей жене встать на колени перед его матерью, чтобы загладить свою вину. Но Ли Чжаоди, которую ругали весь день, тоже была сломлена. Наконец, она не смогла удержаться и закричала:

- Что со мной не так? Все, что я сделала, это получила деньги, чтобы подержать здоровье Сяо Бао! Почему вы говорите, что выкуп за невесту, полученный за моего гера, должен быть отдан всей семье? Разве тогда деньги на еду для Сяо Бао не должна давать семья? Ребенок вырос таким худым, я не могу этого выносить. Но свекровь этого не видит! Ну и что, что мне пришлось их потратить! Я права перед своей совестью. Я никому ничего плохого не сделала!

- Заткнись! Как ты смеешь так разговаривать с матерью!!! - выругался Мяо Цзянь.

- Я просто говорю правду! Разве ты не говорил, что Сяо Бао выглядит лучше в последнее время? Вот результат употребления тонизирующей пищи! Теперь ты знаешь, как  плохо обращались с Сяо Бао раньше! Ты пашешь на поле до смерти, а твой сын не может нормально питаться. Как я после этого могу уважать тебя?

Чжан Мянь резко сказала:

- О чем ты говоришь! Очевидно, что это ты родила слабого сына! Почему ты обвиняешь семью в том, что она не кормит его? Какого блюда не хватает твоему сыну?

Ли Чжаоди поперхнулась:

- Даже если он слаб, почему бы просто не ухаживать за ним получше? Очевидно, что его можно вырастить хорошо, но вы этого не делаете, вы плохо к нему относитесь! Как бы то ни было, все деньги я отдала семье Лао Ло и заказала 30 кур. Все 6 лян серебра, ни одного не осталось! Независимо от того, как вы сейчас потребуете у меня денег, я просто скажу: нет - это значит нет!!!

- Ты, ты... – Чжан Мянь не знала, то ли она задыхалась, то ли злилась, - Я не верю, что все тридцать цыплят были съедены твоим сыном! Старая семья охотников Ло, точно! Я попрошу его вернуть обратно оставшиеся деньги!

Сказав это, Чжан Мянь потянула за собой старшего сына Мяо Цюаня и, покрутив головой, ушла. Старуха не остановила ее, она повернулась к Мяо Цзяню и ударила по столу:

- Третий, проучи свою жену! То, что произошло сегодня, было вопросом справедливости между братьями. Я не могу быть предвзятой! Причитающиеся им деньги будут вычтены из вашего дома! Ни копейки меньше!

Ли Чжаоди от души рассмеялась. Старуха была жадным человеком, хотя и говорила красиво.

Она позволила Чжан Мянь пойти к старой семье Ло, чтобы попросить денег? Задумывались ли вы когда-нибудь о репутации своей семьи? Когда она впервые попросила у Ян Далана выкуп за невесту, она знала, что должна прийти тайно, и староста деревни дал ей особое указание не разглашать эту новость, чтобы люди не смеялись над жадностью семьи, и это не причинило вреда остальным детям, собирающимся заключать брак.

Почему она должна упоминать об этом сейчас? Пройдет больше десяти лет, когда ее Сяо Бао захочет жениться. И разве тот, кто теперь ждет брака, не является младшим сыном Чжан Мянь?

На самом деле, когда Чжан Мянь потащила сына просить денег, она выкрикнула их происхождение, даже не задумываясь об этом.

Когда она встретила жену Лао Ло, которая тоже была весьма свирепой, та оттолкнула ее и закричала во всю мощь своих легких:

- Если в наши дни человек приносит серебро, почему мы должны обращать внимание на то, принадлежит оно ему или нет? Это же не ограбление! И что это за разговоры о том, что выкуп за невесту был уплачен позже? Как кто-то может оплатить выкуп за невесту позже? Не говори таких нелепых слов, а то боюсь поверить, что это не  выдумка! В любом случае, деньги были заплачены, а дело улажено. Нет такого понятия, как отступить от своего слова и вернуть деньги!

Чжан Мянь в гневе отругала ее в ответ:

- Как это ты не можешь вернуть! Это действительно выкуп за невесту, который Ян Далан заплатил моей семье. Шесть лян, которые сейчас все в вашем доме! Это может подтвердить даже староста деревни! Ты получила деньги, как ты можешь не вернуть их? Если курица еще не съедена, она не считается!

- Тогда позови старосту деревни! Позови старосту деревни! Давай посмотрим, кто из нас прав!

- Да и позову, кто боится?

В результате деревенский староста, который не смог уйти, был снова вызван для посредничества.

На этот раз вокруг собралась большая толпа зрителей, которые болтали и перешептывались друг с другом.

- Значит, семья Мяо Хэ резко передумала и потребовала уплатить выкуп за невесту? Какое бесстыдство, я никогда не слышал об этом раньше.

- Да, если они начнут такое плохое дело, другие деревни будут думать, что все парни и девушки в нашей деревне такие, кто осмелится прийти и жениться на них!

- Я думаю, что староста деревни тоже в замешательстве! Как он смеет свидетельствовать об этом? Он должен был прекратить это!

- Боюсь, они думают, что Ян Далана легко запугать. Эй, это похоже на то, как у него отобрали землю...

Староста деревни был так встревожен, что у него пересохло во рту! То, о чем говорили жители деревни, было еще одним вопросом о его жестоком обращении с семьей Ян Далана!

Черт возьми, чем это для него закончится?! Если это действительно дойдет до Ян Далана, то он, староста деревни...

Нет! Что касается семьи матери Мяо Хэ, то он должен полностью подавить их!

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 50. Обида

Пока староста беспокоился, Мяо Хэ и Ян Далан мирно и радостно проводили время.

На следующий день они с воодушевлением опробовали новые возможности живой почвы. Потратив все утро, они обнаружили, что даже если все овощные поля были покрыты энергией живой почвы, питание все равно было слишком мощным. Овощи на поле росли слишком быстро, и уже через полдня были видны странности. Таким образом, Мяо Хэ снова расширил область действия энергии живой почвы до задней части холма. Только после того, как питательная энергия распространилась на большую часть холма, она снизилась до уровня удобрений.

Мяо Хэ заключил:

- В таком случае давай подождем, пока холм не будет расчищен, прежде чем мы сделаем это. Иначе, боюсь, работа по расчистке будет еще тяжелее.

Услышав это, Ян Далан уже собирался пойти за мотыгой, чтобы продолжить копать деревья. Хотя он мог попросить Мяо Пина и других помочь ему, если бы они пришли, его геру пришлось бы снова готовить, и он бы устал.

Мяо Хэ поспешно оттащил его назад:

- К чему такая спешка, просто делай это медленно, разве у тебя еще нет домашнего задания?

Домашнее задание, о котором говорил Мяо Хэ, было книгой, которую Ян Далан вчера купил в городе. Ее порекомендовал управляющий Цзинь, сказав, что он должен уметь читать и писать некоторые бухгалтерские книги и акты. Поэтому он сказал Ян Далану пойти в книжный магазин и найти эту базовую книгу, вернуться и переписать ее слово за словом, а если он не поймет, переспросить у него.

Вчера вечером Ян Далан хотел использовать свет масляной лампы для выполнения домашнего задания, но ему запретили читать в такой обстановке, так как это определенно повредило бы его глаза. Времени в течение дня было так много, и, вспомнив, как вчера он думал от отдыхе под деревом, Мяо Хэ потащил Ян Далана придвинуть табуретку и сесть под деревом, чтобы позаниматься.

После этого он пошел на кухню, чтобы взять тарелку арахиса и вскипятить чайник травяного чая. Это простой рецепт, который доктор Цзи дал на днях после осмотра их полей лекарственных растений. Когда все было готово, Мяо Хэ тоже сел рядом с Ян Даланом и вместе с ним пил чай и ел арахис.

- Удобно, да? - Мяо Хэ очистил арахис, положил его в рот, наклонил голову и спросил с улыбкой.

- Да, - кивнул Ян Далан.

- Ты так много работал, чтобы сделать этот двор. Было бы жаль не приходить сюда и не наслаждаться отдыхом.

- Да.

Маленький гер перед ним был настолько счастлив и доволен, что это сгладило малейший намек на беспокойство в сердце Ян Далана. Он смотрел на книгу в своей руке, и слова в ней, казалось, проникали все глубже в его сердце.

Да Бай, находившийся неподалеку, увидел, что там находятся два его хозяина, поэтому тоже привел с собой команду Мао, чтобы поиграть с ними.

Фиолетовые цветы колокольчика на травяном поле были в полном цвету после того, как Мяо Хэ использовал их вчера для проверки живой почвы, и это было идеальное время, чтобы насладиться зрелищем. И мощная энергия покоящейся земли была тем, к чему эти маленькие существа были, вероятно, более чувствительны, чем Мяо Хэ, поэтому когда они играли, все они в конечном итоге играли у ног своих хозяев.

Мяо Хэ обнимал их по очереди. Наконец, Ян Далану пришлось тоже обнять и их. Это подходящее время для того, чтобы щенки узнали своего хозяина, поэтому они должны находиться рядом. Конечно, Да Бая тоже нельзя было игнорировать, и Ян Далан позволил ему лечь на колени.

Утро прошло в такой неторопливой манере. В полдень Мяо Хэ использовал свиные ребрышки, которые Ян Далан принес домой, и потушил их с картофелем и редькой. Да Бай и все четыре Мао с удовольствием ели мягкий и нежный редис и картофель. Мяо Хэ даже съел с ребрышками две чашки белого риса, после чего Ян Далан отправил их всех вздремнуть.

Воспользовавшись затишьем, Ян Далан сходил за водой, постирал белье, затем обошел курятник на полпути вверх по холму, а также сходил в дом за молотилкой, чтобы очистить рис. Только во второй половине дня, когда солнце опустилось ниже, он согласился, чтобы Мяо Хэ последовал за ним на холм, чтобы продолжить расчистку и посадку деревьев.

Несколько дней подряд они сидели дома и вели неторопливую и полноценную жизнь. Дни были спокойными и насыщенными, не говоря уже о том, что Мяо Хэ даже проникся духом соления и квашения простой и острой китайской капусты, с нетерпением ожидая зимы, когда можно будет поесть зимних пельменей и горячих горшочков.

Наконец, в один из дней Ян Далан аккуратно оделся. Хотя он не собирался доставлять овощи, но он планировал отправиться на скотный рынок на юго-востоке города и купить овцу с молодняком. Он хотел вырастить ее на корме с живой почвы, чтобы молока, произведенного в будущем, было достаточно для питания.

Мяо Хэ согласился остаться дома, но отказался от компании второй тети Ян. Если Ян Далан уйдет и вернется в течение дня, он будет в порядке.

Однако, как только Ян Далан покинул дом, к Мяо Хэ пришел еще один посетитель.

- ... - Мяо Хэ услышал звонок, почесал голову и пошел открывать дверь.

Как только дверь деревянного забора открылась, снаружи оказался Мяо Мин, которого он давно не видел.

Мяо Мин выглядел не таким энергичным, как до замужества, а скорее немного изможденным, но как только он увидел Мяо Хэ за дверью, он выдавил из себя улыбку.

- Брат Хэ, давно не виделись! Я не видел тебя в день моей свадьбы. То, что случилось с твоей семьей и домом брата Ляна, да и тот день с новосельем... так много неудачных вещей. Я слышал, что ты беременен, поздравляю. Мы давно не общались, могу я зайти и посидеть у тебя дома?

Мяо Хэ не мог придумать причину для отказа, поэтому кивнул в знак согласия и пропустил гера в дверь. Да Бай, который следовал за ним по пятам, и четверо мохнатых Мао просовывали свои головы внутрь и наружу, изображали из себя охранников.

Мяо Мин, которого наконец впустили, тоже оглядывался по сторонам, не в силах остановить взгляд. Неудивительно, что ходят слухи о том, что семья матери Мяо Хэ увидела, что Ян Далан разбогател, и тут же пришла за выкупом за невесту. Но на самом деле, если бы он мог жить в таком хорошем доме и на такой большой земле, он бы тоже так думал...

К тому времени, когда его привели в просторный и светлый зал, зависть Мяо Мина смешалась с ревностью, и она была такой густой, что он не мог от нее избавиться.

Как брату Хэ могло так повезти?

Не говоря уже о том, что он хорошо рос, и семья не заставляла его выполнять тяжелую работу, даже если он не вышел замуж за Мяо Юаня, он вышел замуж за Ян Далана и смог жить в таком хорошем доме. Он даже стал таким прекрасным и белокожим! Разве мог бы гер так быстро забеременеть, если бы он не получал богатого питания?

С другой стороны, он думал, что выйдя замуж за Мяо Ляна, он станет самым удачливым гером в деревне и потом все будут смотреть на него с завистью. Кто бы мог подумать, что хотя семья Мяо Ляна построила новый приличный дом, они были в тяжелом положении и погрязли в долгах!

А Мяо Лян ... Боюсь, что Мяо Лян тоже нес на своих плечах тяжелое бремя, и его гнев по отношению к нему постепенно усиливался. После женитьбы он хорошо жил лишь несколько дней, а потом вернулись напряженные будни. Его свекровь и раньше считала его расточительным, а теперь она постоянно говорит ему, чтобы он ходил за водой и рубил дрова. Даже чтобы поставить овощи на стол, ему приходилось отправляться в горы и собирать все, что можно было найти.

Когда он думал об этом, он не мог не пожаловаться на Мяо Хэ. Сейчас они с Ян Даланом живут в доме из зеленого кирпича и стали такими богатыми, что отказались от своей земли. Почему им понадобилось сносить дом? Оглядываясь назад, если бы они оставили дом семье Мяо Ляна, возможно, сегодня он не был бы так несчастен.

Мяо Мин склонил голову и сделал глоток чая. Увидев, что даже чай был изысканным, его лицо изменилось на некоторое время, прежде чем он поднял голову и сказал:

- Брат Хэ, я... я действительно завидую тебе. Этот новый дом очень красивый. Я никогда раньше не видел такого дома. Уверен, что у всех богатых и знатных людей тоже должны быть такие дома.

Мяо Хэ не знал, о чем с ним говорить. В прошлом главной темой разговора между ними был Мяо Юань. Теперь говорить было не о чем.

- Дом лишь немного больше. Ты тоже живешь в новом доме. Я уверен, что в нем определенно будет комфортно.

Но Мяо Мин горько улыбнулся:

- Семья брата Ляна на этот раз заняла много денег, чтобы построить новый дом. Денег в семье так мало, что брат Лян думает только о том, как расплатиться с долгами.

Мяо Хэ не стал комментировать. На той земле, которая у них была, они могли выращивать сою. Если они вдруг построили дом, то только для того, чтобы сохранить достоинство.

-  Если сейчас тяжело, то в будущем будет лучше. Новый дом - это настоящее семейное состояние, и оно не убежит, не пропадет.

Но он не хочет так много работать, чтобы свести концы с концами! Брату Хэ легко так говорить! В его сердце снова поднялась жалоба, и Мяо Мин не мог не высказаться.

- Брат Хэ, ты все еще винишь меня за то, что я сказал что-то не то в магазине тканей? Я действительно не хотел этого, я просто хотел, чтобы мать согласилась купить ткань. Я не имел в виду ничего плохого. Если ты все еще недоволен, я прошу прощения. Мне очень жаль, но попроси Ян Далана больше не нападать на семью брата Ляна, хорошо?

- А? Нападать? - Мяо Хэ был ошеломлен.

- Может быть, тебе неприятно слышать, что я говорю правду, но... Разве это не потому, что Ян Далан снес дом раньше? Если бы он не сделал этого, брату Ляну не пришлось бы работать так тяжело... Очевидно, вы с Даланом можете жить так хорошо. Это была просто глинобитная хижина, почему вам понадобилось ставить палки в колеса семье брата Ляна? - Мяо Мин поджал губы.

Мяо Хэ не мог не повторить:

- Ты хочешь сказать, что, не оставив для вас дом, Далан нацелился на вас?

Мяо Мин жалобно сказал:

- Но независимо от того, снесли вы дом или нет, рано или поздно вам все равно пришлось переехать. Но вы снесли дом и сделали его непригодным для использования - это просто расточительно. В этом нет ничего хорошего. Разве это не...

- Разве твоя семья не сказала, что хочет выращивать сою? Что плохого в том, чтобы помочь расчистить пространство?

- Но это всего лишь однокомнатный дом, много ли это может изменить? - Мяо Мин еще больше обиделся, - Брат Хэ, ты даже не знаешь, какой жизнью я сейчас живу. Семье брата Ляна приходится нелегко, и у меня тоже не все хорошо. Ты... У тебя такая хорошая жизнь, почему бы тебе не подумать обо мне...

Мяо Хэ был почти побежден этой логикой. Говорит ли это о том, что у бедняка больше прав?

- Тогда нам больше не о чем говорить. Возвращайся, - Мяо Хэ встал и собирался выпроводить своего гостя.

Мяо Мин был мгновенно ошеломлен, как он мог выгнать его? Он собирался сказать что-то еще более жалкое, чтобы попросить немного овощей на обратную дорогу. Он только что увидел огород на улице, он был таким зеленым и пышным. Если бы он мог собрать немного, ему бы не пришлось собирать дикие овощи в течение нескольких дней, верно?

Видя, что он не двигается, Мяо Хэ усилил свой тон и сказал:

- По поводу земельного участка и сноса дома. Скажу откровенно, мы тоже чувствуем себя обиженными. Очевидно, это был наш дом и мы могли в нем хорошо жить. Но вы забрали его у нас и сказали, что хотите выращивать сою. А теперь ты жалуешься, что мы не оставили вам наш дом. Прости, но мы с Даланом не настолько добрые.

- Но ты не можешь сказать, что мы отобрали землю, цеху так нужна была соя, а староста деревни сказал ...

- И вы посадили сою? Ради соевых бобов нам пришлось отказаться от земли и дома, но по той же причине ваша семья строит дом, а где соя? Прежде чем говорить это, иди и спроси у дяди Ли и старосты деревни, что они нам сказали.

Мяо Мин открыл рот, но не смог ничего сказать.

Мяо Хэ сказал:

- У тебя есть свои обиды, а у меня свои. Если ты хочешь говорить только об этом, то нет необходимости.

Когда сегодня днем Ян Далан вернулся домой, он увидел, что его гер поглощен поеданием лапши ло-мейн, зарывшись с головой в чашку.

Было что-то неправильное в том, чтобы есть в это время суток. Погладив гера по голове, Ян Далан спросил:

- Что случилось?

Мяо Хэ честно рассказал о событиях дня, а в конце сморщил нос:

- Я был очень подавлен, услышав это, и пошел месить лапшу! Я сделал много лапши и позже дам тебе чашку. Она хорошо сочетается с тушеной свининой, оставшейся с обеда!

У его ног расположился ряд кошек и собак, которые тоже ели, опустив головы. Они, казалось, были одинаково счастливы. Каждый из них высоко вилял хвостом.

Ян Далан почувствовал некоторое облегчение, а затем достал пять лян серебра:

- Сегодня я нашел тетю Го, это возмещение и компенсация.

Лапша ло-мейн

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 51. Расчистка горы

Следует отметить, что когда тетя Го пришла расторгнуть договор и вернуть задаток, она не принесла никаких денег. В то время ее семья взяла задаток, чтобы купить мясо и овощи, поэтому у нее действительно не было на руках наличных, но она также считала, что с Ян Даланом будет легко договориться, поэтому она пришла с пустыми руками.

В результате в тот день ее напугал большой кирпичный дом. После этого на банкете в доме господина Мяо, она услышала, что люди из мастерской нагло останавливали гостей на дороге. Потом все смеялись, что они не смогли их остановить, потому что все они ехали в экипажах. И так далее, и так далее. Если все будут уделять больше внимания тому факту, что она нарушила свое обещание, данное семье Ян Далана, и вместо этого пошла устраивать банкет к господину Мяо, репутация ее семьи станет еще хуже.

Поэтому, увидев, что Ян Далан пришел за деньгами, тетя Го не посмела спорить. Когда он сказал, что пришел за задатком, она отдала деньги, а когда Ян Далан сказал, что хочет получить еще и компенсацию, она стиснула зубы и отдала ее тоже. В конце концов, если ее репутации суждено быть плохой, хорошая компенсация может сделать ущерб менее серьезным.

И Ян Далан намеренно выбрал это время, чтобы прийти, так как собирался  воспользоваться ситуацией. Большинство людей в деревне сейчас на их стороне, так что если не забрать деньги сейчас, то когда?

Это также посоветовал управляющий Цзинь. Он сказал, что из города к его дому ведут две дороги, по которым могут ездить конные экипажи, так почему же они выбрали ту, которую все видят? Это просто для того, чтобы дать людям понять. При этом это не стоило им ни копейки, но это принесет пользу и благодарность другой семье и сблизит их в будущем. Во многих случаях именно так и выносятся суждения.

Из пяти лян три были возвратом задатка, а два – компенсацией. По сравнению с их первоначальным заказом полстола стоило девять лян, так что они получили обратно почти на четверть больше. Это неплохая компенсация. Можно сказать, что семья тетушки Го отдала им большую часть денег, заработанных на банкете господина Мяо.

Когда Мяо Хэ услышал это, он был в радостном настроении.

- Пять лян! Это очень много! Я забыл о задатке.

Ян Далану нравилось, как его маленьки гер улыбается и смеется, и его взгляд смягчился.

- За эти деньги ты сможешь найти кого-нибудь, чтобы расчистить гору.

- Правда? Ты согласен? - Мяо Хэ был удивлен. У него тоже была такая мысль, и он хотел сказать об этом, когда накопит еще денег.

Он не хотел, чтобы Ян Далан так уставал, но боялся, что если он скажет об этом, муж подумает, что может сделать это сам, и не захочет тратить серебро.

- Если нанимаешь кого-то, то можно не готовить, просто заплати серебро, - добавил Ян Далан.

Трата денег на наем людей могла бы сделать заимствованный импульс более глубоким, и это был подходящий момент.

Мяо Хэ немного засомневался:

- Не будет ли это некрасиво?

Похоже, что в деревне многие люди, которые нанимают работников, также предоставляют им питание.

Ян Далан воспринял это как должное:

- Ты беременен и не можешь много работать.

Мяо Хэ поперхнулся. Хотя это было правдой, это все равно звучало неловко.

В любом случае, после того как вопрос был улажен, Ян Далан на следующий день отправился искать работников. Он сказал, что сельскохозяйственный сезон наступит через полмесяца, и единственное время, когда можно нанять кого-либо, это период до его начала.

Все, что Мяо Хэ должен был сделать, это убедиться, что живая почва не сделает ничего странного в этот период, когда куча людей входит и выходит из его двора.

Раз они не предоставляли питание, нужно было раздобыть какие-нибудь закуски или напитки. Поэтому Мяо Хэ молча присел на корточки на заднем дворе и вырастил кучу трав для травяного чая, а также сладкого картофеля и арахиса, чтобы всегда были под рукой. Неиспользованную часть кучи можно также использовать в качестве корма для овец, добавив немного лука-порея и чесночной травы.

Кстати, когда Ян Далан в прошлый раз ходил покупать овец, он не нашел беременную овцу. Вместо этого он нашел дойную, которая только что родила ягненка. Период лактации был довольно длительным, и родившийся ягненок также был самкой. Через несколько месяцев она сможет рожать и производить молоко. Поэтому Ян Далан купил за небольшие деньги овцу и ее ягненка и привел их домой.

Единственное, овчарню еще не построили, и на этот раз он предложит людям построить ее в качестве отдельного заработка. Участок под это был забронирован недалеко от курятника, оба представляли собой высокое и проветриваемое место.

Итак, животных действительно становилось все больше и больше.

Мяо Хэ улыбнулся и пошел посмотреть на двух ручных и послушных овечек, которые были временно привязаны на заднем дворе. Четыре меховых шарика бегали вокруг его ног, а рядом с ними присел большой кот. Какое счастливое зрелище!

На следующий день Ян Далан быстро и эффективно привлек на помощь дюжину мужчин. Там были и старые и молодые. Не считая Ян Датуна и Ян Дачуаня, которые наотрез отказались получать плату за свою работу, пришли Мяо Пин, Мяо Гао, Мяо Даху, Мяо Дахай и два брата из семьи плотника Лу, которых знал Мяо Хэ. Был еще Мяо Цян, который всегда избегал Мяо Хэ, но, в конце концов, он не сказал ему ничего неприятного.

Ян Далан договорился с ними, что заплатит 50 цаней за день работы. Это означало, что за двадцать дней они могли собрать один лян серебра. Это было не меньше, чем плата за работу в городе. Среди вызванных людей были не только те, кто хорошо дружил с Ян Даланом, но и дядя Ма, который еще не был с ним знаком, и Мяо Эр, который ранее был немного несдержан на язык, любитель сплетен Мяо Ва, сын тетушки Юй. Пришли даже два сына деревенского старосты.

Помимо дополнительных денег, которые они могли заработать, некоторым из них также было интересно узнать о недавно построенном доме Ян Далана. Жаль, что забор снаружи загораживал вид на дом, поэтому те, кто не был знаком с ним, не могли подойти ближе, но теперь, когда у них появилась такая возможность, все заинтересованные пришли.

В результате наступило еще большее благоговение.

- Тц, это действительно дом из зеленого кирпича. Он такой же красивый, как те большие дома в городе!

- Ну, я думал, что он маленький. Я не ожидал, что он будет таким грандиозным, а окрестности - такими аккуратными и одухотворенными. Ох уж этот Ян Далан, кто бы мог подумать!

- Мы просто должны подсчитать, сколько денег Далан потратил на наем людей в этот раз. На это уйдет по крайней мере четыре или пять лян.

- В то время были люди, которые смеялись над ним за то, что он получил пустую гору, но его семья все еще была бедной. Гора может означать только то, что он не сможет умереть от голода. Однако в мгновение ока Ян Далан построил кирпичный дом.

- Не говоря уже о том, что семья господина Мяо так опозорилась, разве кто-то из их семьи не сказал ранее, что кареты - знак того, что Ян Далан выслуживается перед жителями города? Теперь, когда у них есть этот кирпичный дом, что еще может сказать семья господина Мяо? Они сами до сих пор живут в глинобитной хижине.

- Вот почему люди не должны заходить слишком далеко в своем самодовольстве. В противном случае Бог захочет забрать это. Мастерская сои была так хороша раньше, все в их семье носили новую одежду и нанимали работников. Но затем они попытались лишить людей их земли и мешали провести новоселье. Для этого есть причины. Теперь я не верю, что это не возмездие!

- Я просто надеюсь, что когда Ян Далан разбогатеет, он не будет таким высокомерным, как семья господина Мяо.

- Эй, мы пришли сегодня зарабатывать деньги, какой смысл так много говорить? Приступаем к работе!

- Хорошо! Но подождите, я налью себе еще чашечку чая!

- Я видел, что ты постоянно пьешь его, горшок почти пуст, что случилось?

- Это очень вкусно! Я никогда не пробовал ничего настолько вкусного!

- Это просто травяной чай, неужели он такой редкий, - сказал мужчина, который еще не пил его.

- Ну, это, наверное, потому что я обычно не пью такой чай, я просто выпью немного, это нормально! - нельзя, чтобы другие пришли и забрали его.

- Раз уж ты так пьешь, я тоже выпью.

- А? О, да. Но осталось совсем немного, извини.

- Да мне много не надо, только рот смочить...!?!??

- ...

- Неудивительно, что ты продолжаешь пить!!! Нет, я должен пойти и попросить у брата Хэ еще один горшок!

На этом конце двора люди болтали и пили чай, а на другом конце Мяо Цян с застывшим лицом ждал, чтобы подняться на холм, и позвал Ян Далана, чтобы поговорить наедине.

В тот день, когда проводилось новоселье, он пообещал не доставлять хлопот, прежде чем мать отпустила его. Но когда он пришел, то оказался в растерянности, не зная, как поговорить с Даланом. Было очевидно, что они с детства всегда говорили друг другу  все, что хотели. Даже если они ссорились, они могли быстро помириться, но сейчас...

От этой мысли лицо Мяо Цяня стало немного более мрачным. Но он также должен был признать, что в словах его матери возможно была доля правды.

Его мать сказала, что когда у гера появляется ребенок, неважно, каков был его ум раньше, все остальное потускнеет. Жизнь ребенка – это не вопрос желания или нежелания. И теперь, когда они были в достатке, кто в деревне не завидовал им? Разве Мяо Хэ будет оставаться таким невежественным?

Пока Мяо Цян слушал это, время от времени у него мелькала мысль «а что, если бы ребенка не было...» Но как только эта мысль появилась, Мяо Цян также почувствовал, что он был очень мнительным и чрезмерным. В конце концов, это ребенок Далана. Более того, если он действительно станет причиной потери ребенка, Ян Далан никогда его не простит. Все, что его ждет, это абсолютное отречение.

Борясь между неприятием и самоанализом, Мяо Цян неохотно пришел к выводу, что раз мать сказала, что сейчас у них хорошая жизнь, то Мяо Хэ не будет валять дурака. Такой расчетливый гер не станет спорить с Даланом, ведь если он уйдет, кого еще он сможет подцепить?

Мяо Цян вздохнул:

- Далан, я был не прав. Прости меня за то, что я сказал.

Как Ян Далан мог не заметить нежелание Мяо Цяня? Но он все равно ответил.

Мяо Цян скованно кивнул:

- Я... я просто не мог свыкнуться некоторое время. Отношение брата Хэ так сильно изменилось до и после, и это кажется странным, так что это действительно выглядело подозрительным. Не вини меня.

Ян Далан нахмурился и просто сказал:

- Не говори так больше.

Нанятой рабочей силы хватит только на семь-восемь дней при цене в пять лян серебра. Но с дюжиной мужчин, работающих вместе, расчистка и растаскивание деревьев происходили гораздо быстрее.

Эта гора изначально была задней частью деревни Мяо. Туда раньше часто ходили люди, и деревья были не такими густыми, как в обычном лесу. Те деревья, которые были особенно высокими и глубоко укоренившимися, решили оставить.

Всего за несколько дней половина холма была расчищена, даже овчарни и курятники были полностью перестроены и стали прочными и красивыми. Просто видя только половину расчищенной горы, Мяо Хэ не хотел бросать все на полпути. Стиснув зубы, он вытащил немного денег, которые у него оставались, и  добавил к оставшейся сумме еще четыре ляна, оставив людей заканчивать расчистку до начала сельскохозяйственного сезона!

Как только жители деревни узнали о переработке, они были вполне счастливы это сделать. Хотя говорили, что не будет даваться никакой еды, только серебро, денег было больше, чем на других работах. И там была еда! За полчаса до окончания рабочего дня брат Хэ запекал кучу сладкого картофеля и приносил горшок арахиса, говоря, что это перекус для тех, кто проголодался.

Обычно сладкий картофель не является ценным продуктом питания, но сладкий картофель, запеченный братом Хэ, был расспычатым и плотным, а сладость была даже лучше, чем у пирожных в городе! В первый день, когда рабочие его ели, они не могли остановиться и запихивали в желудок по три-четыре штуки, так что не проголодались до самого возвращения домой.

Добавьте к этому небольшую горсть соленого арахиса, обжаренного в масле. Это немного, но он был вкусным, хрустящим и большим! К этому прилагался хороший травяной чай. Закуски и напитки сделали всех счастливыми и довольными. Даже Мяо Эр, который считался ленивым человеком, был очень доволен едой. После перекуса в первый день он смог более честно работать на следующий день.

Мужчины оставались работать до начала сельскохозяйственного сезона. После того как группа мужчин с криками «Я вернусь за новой работой» забрала домой свою зарплату за последний день, гора была почти полностью расчищена. Был оставлен только внешний круг - намеренная попытка сохранить лес нетронутым, чтобы установить ловушки, блокирующие зверей снаружи.

Мяо Хэ с удовлетворением смотрел на плоды работы. Даже если у него на руках оставалось всего три ляна наличных, это не могло испортить его хорошее настроение!

На следующий день он потащил Ян Далана на гору, где осмотрел каждую из оставленных корневых ям. Он бросил семена и быстро посадил маленькие саженцы фруктовых деревьев с живой почвой. Новая живая почва была очень хорошей. Распределение энергии для выращивания саженцев было быстрым. За несколько дней они вдвоем создали небольшой лес.

И все это было незадолго до Праздника Середины Осени.

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 52. Праздник Середины Осени

Празднование Середины Осени во многом совпадало с тем, что знал Мяо Хэ, а именно: созерцание луны, поедание лунные пирогов и лепешек из клейкого риса Сиба. Конечно, есть и фонари. Только в таких местах, как города или округа, где проживает много людей, за это платят, а в маленьких деревнях, таких как деревня Мяо, это просто фестиваль с бумажными фонариками на реке.

Тем не менее, в таких мероприятиях есть также очень важная функция. Это делается для того, чтобы позволить некоторым одиноким мужчинам и женщинам, которые еще не состоят в браке, насладиться праздником и заодно посмотреть друг на друга намеренно или непреднамеренно. Хотя в эту эпоху решение о заключении брака всегда принимают старшие, некоторые старейшины, которые любят своих детей, все еще надеются, что брак будет с тем, кто им нравится. Так или иначе, Праздник Середины Осени взял на себя функцию невидимого сводника.

В этот день мужчины и женщины наряжаются в свои лучшие одежды и посещают Фестиваль фонарей. Конечно, те, кто уже состоит в браке, также должны присутствовать, ведь в первую очередь Фестиваль фонарей считается своего рода благословляющим мероприятием. Если вы не придете, это принесет несчастье и дурные предзнаменования.

Это напомнило Мяо Хэ, что в прошлом, когда его воспитывали бабушка и дедушка, старшее поколение, помимо наслаждения фонарями, также имело привычку пить вино с османтусом. Только тогда он понял, что они забыли посадить османтус! Такой красивый, ароматный цветок, как они могли этого не сделать! Ему пришлось срочно послать Ян Далана в город на поиски семян, а если их не будет, то пусть найдет ветки. Насколько Мяо Хэ помнил, казалось, что османтус можно вырастить из черенков.

К счастью, в середине осени наступил сезон цветения османтуса. Некоторые жители города действительно срезали его ветви для украшения. Ян Далан купил их за несколько монет и отнес домой. Мяо Хэ достал ветки и с некоторой неуверенностью  закопал их в живую почву. Как только ветки оказались в земле, они стали расти, да еще как! Теперь на их заднем дворе росли два прекрасных дерева османтуса. На фоне пожелтевших берез двор, полный ярких цветов, был просто прекрасен.

Если кто-то спросит об этом, Мяо Хэ планировал объяснить, что он нашел саженцы вместе с Ян Даланом, когда он отправился на охоту. Но в этот напряженный сезон, когда все пытались собрать урожай риса и посадить озимую пшеницу, никто не приходил к ним домой. Даже вторая тетя Ян должна была готовить лунные пироги, поэтому в последние дни она приходила редко.

Мяо Хэ не знал, как печь лунные пироги. Это было слишком сложно сделать, поэтому он договорился с второй тетей Ян о встрече, чтобы пойти к ней домой и научиться. Хотя у него не было османтусового вина, он решил приготовить Ледяные лунные пироги* с османтусом, чтобы дополнить праздничную атмосферу в доме.

Метод приготовления Ледяных лунных пирогов заключается в том, что клейкий рис пропаривают, добавляют воду и немного соли и отбивают палкой, практически как при приготовлении Сиба. Затем тесто прессуют и нарезают на небольшие длинные ломтики. Для начинки красную фасоль отваривают и разминают до состояния пасты, а потом обжаривают с белым сахаром. Мед варят с карамелью и цветами османтуса, чтобы приготовить сироп из османтуса.

Наконец, все три ингредиента объединяются. Листы клейкого риса смазываются османтусовым сиропом, покрываются пастой из красной фасоли и сворачиваются в рулет. В результате получается восхитительно вкусный холодный пирог с ароматом османтуса!

Пахло так хорошо, что все пять зверушек встревоженно прыгали вокруг плиты и царапались. Как их лидер, Да Бай тоже громко мяукал. Но этот пирог из клейкого риса был слишком сладким и плохо переваривался, так что Мяо Хэ ничего не мог поделать. Ему не оставалось ничего другого, как разбавить османтусовый сироп водой и дать своим пушистым детям попробовать.

Хотя большую часть работы сделал Ян Далан, а Мяо Хэ только давал указания, когда все было закончено, Мяо Хэ все еще с гордостью запихивал кусочек в рот Ян Далана.

- Разве это не вкусно?

Действительно, попав в рот, мягкий пирог принес некоторый рисовый аромат и пикантный вкус. Как только вы откусываете кусочек, во рту распространяется насыщенный аромат османтуса. За этим ароматом следует простой, сладкий и мягкий вкус красных бобов. Все три составляющие смешиваются друг с другом, слои соленого и сладкого переплетаются, и все они становятся гармоничным и прекрасным вкусом во рту.

Теперь, когда Ян Далан находился под влиянием своего гера, он мог оценить красоту до мельчайших деталей. Поэтому он кивнул на его слова.

- Приготовить этот пирог несложно. Помимо семьи второй тети, господин Цзинь также очень помог нам во время новоселья и одолжил нам столы и стулья, не взяв никаких денег. Как ты думаешь, будет ли хорошей идеей использовать это в качестве ответного подарка? – спросил Мяо Хэ, задрав голову.

- Да, думаю, управляющий будет в полном восторге.

Даже если количество пирогов было недостаточным для массовой продажи, это был продуманный и неожиданный подарок для постоянных клиентов. Ян Далан все лучше понимал, как работает чайный дом, и легко додумался, как использовать Ледяные лунные пироги.

- Да, это хорошо! Даже если нам придется потратить больше денег на сахар, это стоит того!

Видя счастливое и беззаботное выражение лица маленького гера, Ян Далан задался вопросом, когда он снова отправится на охоту в горы. Однако никто из них не ожидал, что когда Ледяные лунные пироги будут готовы и отправлены в чайный дом, Ян Далан вернется с небольшой деревянной коробкой.

- Что, на Праздник Середины Осени есть дивиденды? - вытаращил глаза Мяо Хэ.

- Это не все. Остальное будет подсчитано к Новому году.

- Это замечательно, это все равно что давать уголь в снегопад! Давай посмотрим, сколько там? - маленькое личико Мяо Хэ просияло.

Ян Далан открыл коробку, он уже пересчитал ее содержимое.

- Пятьдесят лян.

- Пять...пятьдесят лян! Пятьдесят лян дивидендов? - Мяо Хэ судорожно вдохнул.

Ян Далан погладил своего гера, уставившегося на него с круглыми глазами:

- Да, пятьдесят лян. Ты заслужил это.

Услышав это, Мяо Хэ бросился к нему в объятия:

- Вовсе нет! Мы заработали их вместе! Если бы ты не настоял, как бы мы получили дивиденды?

Ян Далан не пытался разделить их заслуги, он просто напоминал себе, как дорог теплый и мягкий гер в его объятиях. Даже если в нем были еще какие-то странности, он не хотел в них вникать. Он просто хотел, чтобы этот человек оставался рядом с ним.

- Вот серебро, продолжай тратить его, - Ян Далан поцеловал ухо Мяо Хэ.

Мяо Хэ устроился в объятиях мужчины, полузакрыв глаза и улыбаясь, совершенно не понимая его мыслей:

- Правда?

Маленький гер, который может тратить деньги, но при этом хочет их экономить, был противоречивым, но очень милым. Ян Далан кивнул.

Глаза Мяо Хэ ярко блестели, когда он начал загибать пальцы:

- Давай сначала купим повозку и ослика, я давно хочу такую. Чем больше овощей мы отправляем, тем труднее их перевозить, поэтому удобно иметь транспорт.

- Кроме того, если денег будет достаточно, я хотел бы выкопать колодец. Во дворе за пределами бани осталось свободное место, и мастер также сказал, что с водой проблем быть не должно. Если будет колодец, тебе не придется бегать к ручью каждый день и носить воду.

...Все остальное - это дополнение. Перед чем действительно трудно устоять, так это перед постоянной заботой и теплом.

- Хорошо.

- Нам нужно сшить больше одежды на осень и зиму. Не только для будущего ребенка, но и для тебя. Теперь ты должен ходить в чайный дом, лучше быть опрятным и аккуратным, чтобы люди не насмехались над тобой за твоей спиной. Я имею в виду, когда ты примерил новую одежду, которую тетя сшила раньше, и она действительно хорошо смотрится! Раньше ты уделял слишком мало внимания своей внешности, но ты, очевидно, выглядишь очень красиво...

Ян Далан еще крепче обнял этого человека.

А потом он нашел болтливый рот маленького гера и страстно придавил его, сжимая в  любовном безумии. Кости Мяо Хэ размякли, а его лицо было горячим. Единственное, что осталось между небом и землей, - это тепло и вкус Ян Далана.

——

На следующий день после бурной ночи Мяо Хэ встал с красным лицом и поспешно выгнал Ян Далана за дверь, чтобы купить повозку с ослом.

Вскоре среди животных, содержавшихся дома, появился еще один маленький ослик. Самопровозглашенный лидер Да Бай почти не мог с этим справиться, ведь новенький был слишком большим!

Маленький ослик был таким блестящим и гладким, очень энергичным, с серовато-черным мехом и белой мордой. Он был немного похож на Да Бая, так что Мяо Хэ решил назвать его Сяо Бай.

Но даже если у них теперь был осел, Мяо Хэ пока не мог наслаждаться поездкой. Ян Далан сказал, что ему придется подождать, пока он не освоится, прежде чем разрешить Мяо Хэ сесть в повозку.

В это время, несмотря на оживление, в деревне царила атмосфера радости. В этом году погода была хорошей и хотя дождей было немного меньше, но это почти не повлияло на урожай. Во время осеннего сбора урожая все устали, но лица были в основном сытыми и счастливыми.

Как и было обещано, Мяо Хэ также отправился в дом второй тети Ян перед Праздником Середины Осени, чтобы научиться печь лунные пироги. Лунные пироги, которые умела готовить вторая тетушка, были похожи на пироги в кантонском стиле. Корж изготавливался из белой муки, сахара, топленого сала и щелочной воды. Щелочная вода - это своего рода приправа из травяной золы, которая также используется для приготовления щелочных пельменей на Фестивале лодок-драконов. Мяо Хэ не ожидал, что она будет доступна в это время.

Хрустящая и золотистая корочка лунного пирога делала его вид очень аппетитным. Начинки были солеными и сладкими. Сладкий вариант готовился с финиковой пастой, яичным желтком, бобами мунг и кедровыми орехами, а соленый - с клейким рисом и прослойкой из мяса, чем-то похожий на пирог «Утка-мандаринка»*. Мяо Хэ в тот же день взял домой три больших лунных пирога, а это означало, что в этом году ему больше не нужно их печь.

Но как раз в тот момент, когда он думал, что легко проведет Праздник Середины Осени, Ян Далан, вернувшийся из чайного дома, принес домой новую сделку.

Несомненно, это был управляющий Цзинь, который, полный извинений и мольбы, хотел получить дополнительные Ледяные лунные пироги с османтусом. Процесс приготовления был немного более сложным, чем у пирожных из бобов мунг, и вкус был более разнообразным, но этот заказ был настолько сезонным, что постоянные клиенты, получившие эти пироги в качестве небольшого подарка на Праздник Середины Осени, вернулись и выразили твердую готовность заказать их!

Неужели ему удалось так быстро открыть бизнес по доставке товаров на дом?

- Хорошо, хорошо, без проблем! - глаза Мяо Хэ загорелись, - Но сначала нам нужно придумать изображение для печати на Ледяных лунных пирогах!

- Печать? Зачем?

Мяо Хэ улыбнулся и сказал:

- Если в будущем они увидят этот штамп, они поймут, что эта продукция из нашей семьи! И те, кто уже покупал их, определенно будут покупать более охотно. В будущем мы сможем делать это со всеми фруктами и цукатами или другими продуктами, которые выходят с нашей горы.

Ян Далан погладил уверенного в себе гера:

- Хорошо. Ты нарисуй узор, а я попрошу гравировщика вырезать его.

После этого они снова занялись делом. К счастью, они заготовили немного больше османтусового меда и сохранили его, поэтому остальные задачи по приготовлению теста из клейкого риса, варке красной фасоли и приготовлению сиропа не представляли проблемы. Ян Далан мог справиться с этим сам, Мяо Хэ оставалось лишь  направлять его.

И как раз накануне перед Праздником Середины Осени была успешно выпущена первая партия Ледяных лунных пирогов с османтусом и особой печатью. Целых десять коробок! Они были доставлены в недавно приобретенной ослиной повозке прямо в чайный дом «Ян Шуй». На каждом пироге был изображен рисунок - круг с тремя маленькими листочками внутри. Три листа символизируют три комка живой почвы, которые являются источником всего. Если внимательно рассмотреть рисунок, то угол наклона листочков был неровным, это также поможет предотвратить подделку в будущем.

Управляющий Цзинь не мог понять, какой умысел скрывается за этими деталями. Обнаружив на пирогах дополнительную отметку, он посчитал, что это выглядело симпатично, и, не задумываясь, принял их. Их упаковали в деревянные коробки высшего качества со штампом чайного дома и отправили заказчикам.

На следующий день был Праздник Середины осени.

В течение дня Мяо Хэ сходил с Ян Даланом в дом его второй тети, чтобы съесть лунные пироги, играл с двумя сыновьями Ян Датуна, одному из которых было три года, а другому почти неделя, ел, пил и веселился. Вечером они переоделись в новую одежду, сшитую второй тетей Ян, взяли купленные в городе речные фонарики и рука об руку пошли к реке, чтобы зажечь их.

*Ледяные или Хрустальные лунные пироги -

*Лунные пироги в кантонском стиле

*Пироги Утка-мандаринка

Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 53. Фонари на реке

Глава 53. Речные фонарики: словно Млечный Путь

Обычно к вечеру деревня погружалась во тьму, но сегодня дорога к реке была освещена факелами. Даже без фестиваля тут царило оживление.

Где толпа – там и деньги. Сообразительные жители выставили вдоль дороги лотки с товарами.

Продавали речные фонарики, засахаренные фрукты, сладкий батат, османтусовые пирожки, кунжутные лепешки, прохладительные напитки и даже игрушки – бамбуковые или деревянные. Праздники – самое веселое время для детей, а значит, и бизнес будет прибыльным.

Жители группами шли к реке, неся в руках фонарики. Большинство – самые дешевые, из белой бумаги, в форме лотосов. Когда их зажигали и пускали по воде, светящиеся цветы медленно плыли по течению, создавая романтичную, поэтичную картину. Неудивительно, что этот вечер стал еще и смотринами.

В памяти тела хранились воспоминания о встречах с Мяо Юанем у реки. К счастью, Мяо Хэ воспринимал их как смутные, чужие. Теперь же, крепко держась за руку Ян Далана, он шел легко и радостно, все вокруг казалось ему интересным.

Грызя купленные на улице танхулу [прим. ред.: засахаренные фрукты], Мяо Хэ наслаждался кисло-сладким вкусом. Вместо боярышника здесь использовали маринованные груши – сочная, терпкая мякоть в сочетании со сладкой глазурью давала необычный, но приятный вкус.

— Вкусно! Кажется, у нас таких груш нет. Надо сохранить зернышки, не выплевывай.

Ян Далан тут же поднес ладонь к его губам.

— Дай.

Мяо Хэ покраснел.

— Я сам могу...

— Нет, я возьму.

Не в силах переубедить его, Мяо Хэ послушно выплюнул зернышки, а затем протянул танхулу.

— Попробуй! Осталось две штучки, очень вкусно!

— М-м. — Вместо того чтобы взять их, Ян Далан просто наклонился и снял одну зубами.

Такая естественная, но интимная сцена заставила прохожих покоситься в их сторону. Оба они выделялись среди деревенских. Мяо Хэ с его фарфоровой кожей, подсвеченной огнями, и всегда улыбающимся лицом – не зря его называли гэром, который улыбается красивее любой девушки.

А Ян Далан в новой одежде выглядел неожиданно привлекательно. Одежда подчеркивала его высокий рост и мощное телосложение, а шрам на лице в темноте был не так заметен – и тогда становилось ясно, что черты у него довольно правильные. Многие удивлялись: оказывается, Ян Далан вовсе не дурен собой!

К тому же, эта молодая пара была сейчас главной темой деревенских пересудов – как тут не обернуться?

Среди зевак был и Минь Чунь.

Он пришел с матерью, а его «жених» Мяо Юань... хм, отсутствовал. Глядя на Мяо Хэ и Ян Далана, идущих рука об руку, Минь Чунь невольно подумал: «Как же так? Я, попаданец, живу хуже, чем местный гэр?!»

Возможно, из-за изначальной вражды из-за Мяо Юаня (хотя сам Мяо Хэ даже не подозревал о его существовании), Минь Чунь всегда задерживал на нем взгляд. И каждый раз легкая зависть и досада поднимались в нем.

«Жаль, что я тогда не выбрал Ян Далана...» — мелькнуло у него. Тогда тот казался ему бесперспективным – ни денег, ни связей. Кто бы мог подумать, что все изменится? Но ставки уже сделаны, менять что-то поздно...

Пока он размышлял, вокруг Мяо Хэ и Ян Далана собрались люди – те самые работники, что расчищали гору. Встретив их у реки, все остановились поболтать, и вскоре образовалась небольшая толпа.

Именно в этот момент со стороны показалась другая группа – семья учителя Мяо.

На праздник обычно ходили всей семьей, и вот Мяо Цзюэ в окружении сыновей, невесток, внуков и родственников (включая Мяо Ли) приближался к ним.

Эх, издали это выглядело как противостояние двух армий!

Тем более что это была первая встреча «главных героев» после истории с землей и пиром!

На мгновение воцарилась неловкая тишина.

Зрители, конечно, тут же замерли в ожидании драмы.

Но первой заговорила старшая невестка, тетушка Ин. Она вышла вперед с радостным лицом:

— О, Хэ-гэр и Далан! Какая встреча! Мы как раз говорили о вашем новом доме, хотели поздравить – и вот вы здесь!

Ян Далан коротко кивнул, притянув Мяо Хэ ближе. Остальные слегка расступились, чтобы две «армии» могли видеть друг друга.

Тетушка Ин продолжила:

— Далан, как всегда, немногословен, но главное – что живете хорошо. Я так рада за вас! А вот наш Юань все никак не женится – слишком усердно учится. Надеюсь, потом у него с женой будет так же ладно, как у вас.

Тут кто-то заметил, что Мяо Юаня, который должен был быть с семьей, нет.

— Юань что, опять в городе учится? Даже на праздник не приехал?

Тетушка Ин, кажется, только этого и ждала:

— Он хотел, но его пригласили на фестиваль фонарей в городе.

Сопоставив факты, кто-то догадался:

— Погодите, выходит, Юань пошел на смотрины?!

— Хе-хе, именно так. Даже мать с ним поехала – все серьезно.

Тут же началось оживление:

— Городская невеста? Наверное, из очень хорошей семьи! А можно поподробнее?

Вопросы и ответы звучали так слаженно, будто их отрепетировали. Тетушка Ин сияла:

— Ну как же, дочь помощника уездного начальника Ванна! Он очень высоко ценит нашего Юаня, вот и предложил познакомиться на фестивале.

Когда она произнесла «помощник начальника», вокруг раздались возгласы и шепот.

Сам Мяо Цзюэ, державший подбородок высоко, а руки за спиной, украдкой бросил взгляд на молодую пару. «Что с того, что у вас дом с зеленой черепицей? Мы тоже можем себе такое позволить. Но у нас есть ученые степени, связи и власть! Разве можно сравнить это с вашими землями?»

Правда, в этом деле было много переменных. Например, интерес к Мяо Юаню зависел от того, сдаст ли он экзамен на степень сюцая. Да и размер выкупа за невесту еще не обсудили. Из-за репутации дочери Ванна Мяо Цзюэ сначала колебался, но новости о доме Ян Далана снова ударили по их престижу! Да и будущая жена Юаня так активно все организовывала, что он наконец согласился – пусть тетушка Ин распространяет слухи, чтобы вернуть уважение деревни!

А если даже ничего не выйдет? Мяо Юань и правда поехал на фестиваль – это факт! И теперь восхищенные взгляды снова обращены к их семье.

Разве не доказательство, что он поступил правильно?

Даже Ян Далан, скрепя сердце, поздравил их при всех.

Однако Мяо Цзюэ и не подозревал, что этот шаг перевернет их жизнь с ног на голову.

Потому что в тени усмехнулся Минь Чунь.

Его сомнения развеялись – теперь он знал, что делать.

Вскоре обе группы разошлись, а зеваки рассеялись.

Пора было запускать фонарики. Ян Далан подвел Мяо Хэ к реке, зажег фонарик, поклонился с ним к воде, затем передал Мяо Хэ, который сделал то же самое, и наконец отпустил его в плавание.

Один, два, три, четыре... Вскоре десятки огоньков поплыли по течению. В темноте река сверкала, как Млечный Путь, отражая полную луну – зрелище было поистине завораживающим.

С реки дул прохладный ветер.

— Не замерз? — спросил Ян Далан.

Мяо Хэ покачал головой:

— Нет.

— Скажешь, если замерзнешь – пойдем домой. — Он взял его руки в свои и согрел.

— Не хочу домой, тут так красиво.

— Гм.

— О чем ты загадал желание?

— Чтобы наша семья жила в здравии и благополучии.

— О, как у меня! А раньше о чем загадывал?

— ...Чтобы моя мать жила в здравии.

Почувствовав, как он напрягся, Мяо Хэ поспешил добавить:

— Э-э, ничего, теперь сбудется! Я ведь здоров!

— М-м! — Ян Далан обнял его крепче.

Мяо Хэ винил себя: «Кто же портит романтический момент такими вопросами?!»

Ладно, лучше сменить тему.

— Надо посадить еще османтусов. Может, пчелы прилетят – есть в городе пчеловоды? Спросим у хозяина Фана, в его лавке ведь мед продается. Пусть поможет сделать улей, тогда у него будет новый товар...

— Хорошо.

— И груши эти... Кстати, груши напомнили мне о финиках. У нас же нет финиковых деревьев! Тетушка говорила, что финиковая паста для пряников очень вкусная, надо научиться...

— Хорошо.

Пока они стояли, обнявшись, и шептались, за ними наблюдали.

Это был Мяо Цян.

«Рядом с Хэ-гэром Далан больше не замечает меня», — подумал он с горечью.

Глава 54. Рецепт: тоже подсмотренный!

Глава 54. Рецепт: тоже подсмотренный!

После Праздника середины осени крестьяне вернулись к страде. У семьи Мяо Хэ, занимавшейся овощами, жизнь шла своим чередом – освободившееся от удобрения время они тратили на посадку саженцев в горах. Чтобы скрыть происхождение деревьев, Мяо Хэ отправил Ян Далана на ослике «покупать» их в других местах.

Повозка и правда сильно облегчила жизнь. Теперь доставлять овощи и пирожки в поместье Ляна и чайную стало гораздо проще. Новый член семьи, Сяобай, оказался смирным – стоило дать ему любимую морковку, и он слушался каждого слова, без обычного ослиного упрямства.

Однако именно из-за этого Мяо Лян наконец раскрыл их секрет. Однажды, увидев, как Ян Далан проезжает по восточной улице, он проследил за ним и убедился:

— Неужели чайная и правда берет овощи у них?! Моя первая догадка была верна?! — Сжав зубы, он злобно наблюдал, как повозка скрывается за дверьми чайной.

Но теперь, даже если он донесет об этом в питейную «Дахэ», награды не будет.

Чайная «Яншуй» недавно представила сезонные блюда, ледяную пастилу из маша и какую-то курицу – все хвалили их вкус. А еще они, кажется, не жалели льда! Ледяные фрукты, десерты, даже подача на льду – клиенты выстраивались в очередь, оставив «Дахэ» далеко позади.

Пока чайная шла по пути изысканности, ресторан снижал цены на тофу и доупи, лишь увеличивая разрыв. Теперь никто даже не сравнивал их. Похоже, владелец «Дахэ» сдался и решил зарабатывать на количестве, а недостающую прибыль выжимал из мастерской.

Работы там прибавилось, а зарплата осталась прежней! Ресторан диктовал цены, пользуясь контрактом, по которому мастерская могла продавать только им. А семья Мяо не решалась разорвать договор и наживать врага – у такого заведения наверняка были связи. Пришлось проглотить обиду.

И теперь, узнав правду, Мяо Лян не мог смириться!

Если бы он тогда осмелился рассказать управляющему про поставки, все могло быть иначе...

Глядя на чужое богатство и вспоминая упущенный шанс, он потемнел душой. Даже если ему не получить выгоды, он не позволит семье Ян Далана процветать!

Не подозревая о чужой зависти, Мяо Хэ спокойно сажал овощи и деревья.

Его живот тоже потихоньку рос, как воздушный шар. Четверо пушистиков вымахали почти до размеров Дабая всего за месяц, но черный кот все еще сохранял авторитет – стоило кому-то зашалить, он без колебаний давал сдачи лапой, а те лишь виляли хвостами, не смея огрызаться.

Ян Далан пару раз ходил в горы на охоту – осенью дичь была самой жирной. Хотя их курятник уже разросся до сотни птиц, большинство еще не выросли. Поэтому он звал вторую тетушку присмотреть за Мяо Хэ, а сам шел в горы с Мяо Пином и другими. В последний раз они принесли огромного кабана.

Решив оставить лучшие куски себе, Ян Далан не повез тушу в город, а забил ее прямо в деревне.

В день забоя вся деревня собралась поглазеть.

Староста лично сопровождал Ян Далана, «чтобы поддерживать порядок», а женщины с мисками толпились за мясом. Дешевое мясо вне праздников было редкостью. Раньше Ян Далан часто так делал, но с тех пор, как развел огород, перестал. Упустить такой шанс никто не хотел.

Пришла даже Ли Чжаоди, мать Мяо Хэ, не забыв прихватить деньги. Увидев сына после долгой разлуки – с округлившимся животом, белокожего и упитанного, как и говорили в деревне, – она ощутила смесь сложных чувств, но больше всего – решимости.

После скандала с выкупом их с мужем жизнь стала невыносимой.

Свекровь и вторая семья смотрели на них свысока, отпуская колкости. Ли Чжаоди молча сносила это. Все их деньги забрали, не оставив ни гроша. Теперь за каждой копейкой приходилось идти к свекрови. Эти дни научили их тому, о чем они раньше не задумывались.

К тому же, она должна была думать о Сяобао. На помощь братьев рассчитывать не приходилось, а если окончательно испортить отношения с Мяо Хэ, к кому ему будет обратиться в будущем? Поэтому, как бы хорошо ни жил сын, она не шла к нему.

Теперь, увидев в своей миске не только купленное на деньги второго брата мясо, но и лишний кусок с ребрышками, она опустила голову, пряча навернувшиеся слезы.

— Хэ-гэр, раньше я ошибалась. Главное, чтобы ты и Далан жили хорошо. Мы больше не будем, как раньше.

Староста тут же поддержал:

— Правильно, тетушка Чжао. Раз уж ты пришла с деньгами, Далан без вопросов добавил мяса. Так и надо поддерживать родственные связи.

Мяо Хэ лишь кивнул, и напряжение на лице Ли Чжаоди немного спало. Она спросила у Ян Далана о здоровье сына, но тут появились Мяо Лян с Мяо Минем – тоже за мясом.

— Далан, вот это удача – такого кабана! — громко сказал Мяо Лян. — Почему не продал его в чайную «Яншуй»? Там бы дали больше! Как и за овощи, на которые ты себе дом с зеленой черепицей построил!

После этих слов воцарилась тишина. Мяо Лян внутренне усмехнулся. Он специально выбрал этот момент, чтобы поднять тему. Пара намеков – и разве те, кто выращивал сою, не станут винить Ян Далана? Тем более здесь же староста, который так поддерживал мастерскую! А если дела в ресторане «Дахэ» пойдут хуже, они станут закупать меньше сои – и ответственность ляжет на семью Ян Далана, снабжающую конкурентов!

Но прежде чем деревня успела отреагировать, издали прибежал человек с криком:

— Новости!! Важные новости!! Рецепт доуфухуа слили! Рестораны в городе скандалят!

Услышав это, староста побледнел и бросился к нему:

— Что?! Как так?! Говори подробнее!

Не дожидаясь ответа, одна из женщин завопила:

— Рецепт слили?! Ой, да я же в этот сезон больше сои посадила! Мастерская еще будет закупать?!

Теперь даже самые медлительные поняли серьезность ситуации.

— У нас тоже! — раздались крики. — Разве не обещали закупать?!

— Что говорит учитель Мяо?! Кто-нибудь из его семьи здесь?!

Старосту окружила толпа. С трудом восстановив порядок, он выяснил детали.

Оказывается, в городе открылась вторая лавка, продающая доуфухуа! По словам хозяина, рецепт они нашли в древней книге, но их вариант вкуснее и насыщеннее, чем в «Дахэ»! Как только слух разнесся, все клиенты ринулись туда. И правда – вкуснее и дешевле! Правда, порций мало, видимо, еще не наладили массовое производство.

Тут же поползли сплетни: то ли рецепт и правда из книги, то ли его слили из мастерской. Управляющий «Дахэ» почернел от злости и, невзирая на экзамены Мяо Юаня, помчался в школу выяснять отношения! По контракту, если рецепт утек, ресторан мог требовать с мастерской огромную компенсацию!

Узнав новости, Мяо Юань был потрясен. Только он знал происхождение рецепта – но зачем Минь Чуню было его сливать?! Может, кто-то подсмотрел за его работой?

Сдерживая тревогу, он успокоил управляющего и послал гонца к Мяо Цзюэ. Но лавка продавала доуфухуа уже несколько дней, и слухи дошли до деревенских. И вот, в самый неподходящий момент, все всплыло!

Староста запаниковал. Если мастерская разорится, его прежняя поддержка будет выглядеть глупо! А если те, кто посадил сою, потребуют с него ответа?!

— Эх, почему учитель Мяо не посоветовался со мной?! Ладно, я сейчас же к нему! А вы успокойтесь! Никаких беспорядков, понятно?! Если мастерская развалится, вашу сою точно никто не купит!

С этими словами он убежал, оставив деревню в шоке.

А «благородный» поступок Мяо Линя все моментально забыли.

Но Ян Далан бросил на него взгляд – и их глаза встретились. Мяо Лян поспешно отвел глаза. Теперь Ян Далан видел его насквозь. Обернувшись к нахмуренному Мяо Хэ, он погладил его по голове:

— Не переживай. Все в порядке.

Даже если их поставят в оппозицию мастерской – что с того? Теперь у них доля в чайной, их связи крепче. К тому же, у мастерской теперь хватает проблем. Вряд ли у них останутся силы придираться к другим.

Видно, небеса справедливы: те, кто строит козни, первыми получают по заслугам.

Пока Мяо Хэ и Ян Далан потихоньку засаживали гору фруктовыми деревьями, скандал с рецептом разгорался. Ресторан требовал с мастерской огромную компенсацию, но те отрицали утечку, настаивая, что конкуренты тоже нашли рецепт в книге.

Так они сняли с себя ответственность.

А потом новую лавку разгромили какие-то бандиты. Братья, которые ее содержали, разозлились и объявили, что теперь продадут рецепт всем желающим! «Дахэ» чуть не взорвался от ярости, и теперь к дому учителя Мяо регулярно наведывались здоровенные громилы.

Все это повлияло даже на экзамены Мяо Юаня в середине десятого месяца.

Говорили, когда он вышел из экзаменационного зала, лицо у него было белое, как мел, и он шатался на ногах. Видимо, дела плохи.

Глава 55: Две пары

Глава 55: Две пары

В один из дней в конце десятого месяца у дома Мяо Хэ снова появились гости.

Ян Далан открыл дверь и увидел улыбающегося Ли Мина в компании глубоко морщинистого старика.

Прямолинейный Ли Мин сразу объяснил:

— Хэ-гэр, я же говорил, что ваш дом – моя гордость! Вот, мастер Чжу тоже хочет посмотреть. Можно? Только главный зал и дренаж в бане, больше никуда не пойдем.

Мяо Хэ, уже с большим животом, удобно устроился в кресле и кивнул:

— И правда привели гостя. Дела у вас идут хорошо! Конечно, пусть Далан покажет.

Неожиданно Ли Мин добавил:

— Да! И еще удача – мы сейчас работаем неподалеку! Богач купил соседнюю гору, хочет построить летний домик. Когда закончим, обязательно зайдем – и заодно починим вам забор!

Мяо Хэ удивился:

— Летний домик? Как роскошно! А мастер Чжу... — Он вспомнил, что Ли Мин тоже называл его «шифу» [прим. ред.: «师傅» – почтительное обращение, имеющее несколько значений в зависимости от контекста: мастер/учитель или вежливое обращение к человеку, влад. профессией].

Пока они говорили, старик уже обошел зал, трогая и постукивая по стенам. Услышав вопрос, он склонил голову:

— Я из гильдии Чжу из Сучжоу. Прошу прощения за беспокойство. — Не дав Мяо Хэ вспомнить, где это, он засыпал его вопросами.

Например, о досках под полом, где можно жечь уголь для обогрева? Или о двойных окнах – как с освещением днем? Ли Мин с жаром отвечал, сыпля терминами, которых Мяо Хэ не понимал.

Поморгав, Мяо Хэ посмотрел на молчаливого Ян Далана:

— Может, хотя бы чаю предложим?

Ян Далан пошел готовить. Гости наспех отхлебнули и отправились осматривать баню, а затем также стремительно ушли, даже не перекусив. Мяо Хэ не стал вникать, лишь отметил, что у них, похоже, будут соседи-иногородние.

На следующий день Ян Далан отправился в чайную. Вернувшись вечером, он принес две хорошие новости.

Во-первых, «естественно выращенный» арахис Мяо Хэ прошел проверку у управляющего Цзиня. Более того, тесты старого Цюя показали, что выход масла увеличился вдвое! Вдохновленный результатом, Цюй предложил купить партию для семян.

Ян Далан согласился без вопросов. Он знал, что сеять арахис в деревне начнут только в следующем году. А его щедрый Хэ-гэр наверняка раздаст семена от «живой земли», чтобы первые результаты были впечатляющими.

Однако Мяо Хэ слушал рассеянно.

Даже когда зашла речь о нескольких лянах, он лишь невнятно промычал.

Ян Далан уже хмурился, как вдруг Мяо Хэ с улыбкой достал новый осенний наряд – темно-синий, с черной окантовкой на воротнике и рукавах. Это была не обычная одежда, а длинное платье с поясом, как у управляющего Цзиня или господина Ляна.

— Хе-хе, пока ты охотился, мы со второй тетушкой сшили тебе обновку. Специально сделали свободнее, рукава покороче – когда похолодает, можно поддеть что-то под низ. И тепло, и удобно. Нравится?

Ян Далан потрогал ткань – качественную, мягкую и теплую, от хозяина Фана.

— Осталось еще?

Мяо Хэ понял намек.

— Да-да, хватит и на меня. Но сначала твой день рождения! Ведь он сегодня.

Ян Далан замер. Его мать в такие дни просто варила лапшу. Но Мяо Хэ уже торопил:

— Ну же, примерь!

Ян Далан послушно надел новую одежду, добавив нижний слой, как советовал Мяо Хэ. Получилось и красиво, и удобно – длинные рукава не мешали движению.

Мяо Хэ расцвел – обновка и правда делала Ян Далана еще красивее!

— Вот здесь и здесь я шил сам. Когда будешь продавать кодонопсис, скажи хозяину Фану.

Теперь он тоже мог шить! Вторая тетушка была права – без умения чинить одежду в хозяйстве не обойтись, особенно с ребенком. Так что Мяо Хэ собрался и научился.

— Очень красиво. Спасибо. — Ян Далан не удержался и обнял его, прижавшись щекой.

— И еще пирожные! В детстве я... кхм, всегда мечтал о сладостях в день рождения. Теперь можем себе позволить – отныне это традиция! — Мяо Хэ едва не проговорился, но Ян Далан, кажется, не заметил.

— М-м. Традиция.

Затем Мяо Хэ с гордостью подал ароматные рисовые пирожные с черными финиками и красной фасолью – рецепт второй тетушки. Здесь не было разрыхлителя, так что пришлось обойтись клейким рисом и финиками.

Приготовление было простым: замочить рис, удалить косточки из фиников, сварить фасоль с сахаром. Затем выкладывать слоями: рис, финики, рис, фасоль, и готовить на пару, пока финики не станут мягкими, а сладость не пропитает рис.

— С днем рождения! — весело сказал Мяо Хэ, сунув ему в рот кусочек.

Сладкий, насыщенный вкус, от которого не устаешь, наполнил рот.

И сердце.

Не дожидаясь вопроса, Ян Далан взял пирожное и поднес к губам Мяо Хэ. Тот удивился, но откусил.

— Вкусно? — спросил Ян Далан первым.

— К-конечно вкусно, я же готовил! — Мяо Хэ покраснел.

— М-м. И не приедается. — Ян Далан откусил еще раз с того же места.

Лицо Мяо Хэ запылало сильнее, но когда пирожное снова поднесли к его губам, он снова откусил. Так они доели весь десерт, наполнив дом сладкой атмосферой.

Четверо пушистиков, прибежавших на запах, устало виляли хвостами у их ног.

Почему хозяева нас игнорируют?

Подошедший Дабай неспешно дал каждому по лапе и отправил спать.

По его опыту, в такие моменты лучше лечь пораньше.

В середине одиннадцатого месяца резко похолодало.

Мяо Хэ, закутанный в одеяло, целыми днями сидел в спальне с теплым каном. Дабай обожал греться у стены рядом, а четверо мохнатых и уже вполне внушительных псов носились на улице, не боясь холода.

Свежих овощей в это время года осталось мало – пекинская капуста, редька, лук-порей, хризантема съедобная, чесночные побеги – поэтому Ян Далан реже ездил в чайную, оставаясь с Мяо Хэ, чей живот становился все больше.

Тем временем в деревне появились новости. Хотя, строго говоря, новостью это не было – слухи ходили давно.

Опубликовали результаты экзаменов Мяо Юаня.

И, как и предрекали, он провалился.

Семья погрузилась в уныние. Они надеялись, что, получив степень сюцая, Мяо Юань сможет повлиять на ситуацию с рестораном «Дахэ». Ведь сюцай – это первый шаг к чиновничьей карьере, а значит, можно было готовиться к экзамену на следующую степень!

Но, видимо, ожидания оказались непосильными.

Мяо Цзюэ понимал, что сдать экзамен на сюцая было непросто, но предыдущие успехи внушили ему слишком большие надежды. Те, кто сдавал экзамены с первого раза, были редкими талантами. Хоть результат и разочаровал, это не означало, что в следующий раз не повезет!

Поэтому, подавив раздражение, он похлопал внука по плечу:

— Будет следующий раз. Не торопись, время еще есть. В этот раз помешали обстоятельства, но если постараешься, я уверен, что в следующий раз все получится! Так что не унывай и не расслабляйся! Понял?!

Лицо Мяо Юаня было мрачным, а в глазах мелькнул страх. Он не знал, почему, но в экзаменационном зале его скрутила жуткая боль в животе. Врач сказал, что такое бывает от сильного стресса. От этих слов Мяо Юань похолодел. Он боялся, что в следующий раз повторится то же самое.

Но как он мог признаться в этом семье, которая так на него надеялась?

— Я подвел вас, дедушка. Простите. Я... я буду стараться еще усерднее...

Выслушав поток утешений, он вернулся в комнату, но легче не стало. Он ворочался до глубокой ночи, пока наконец не зажег лампу.

Он не собирался учиться – сейчас он не мог заставить себя читать! Его охватывал всепоглощающий ужас.

А если в следующий раз не сдам? И в следующий? Неужели так и будем жить из года в год...

В этот момент раздался тихий стук в дверь.

Мяо Юань вздрогнул, но открыл. Как и ожидалось, на пороге стоял Минь Чунь. Не говоря ни слова, тот вошел внутрь, и Мяо Юань тут же закрыл дверь. А затем Минь Чунь обнял его – и смысл этого жеста был более чем ясен! Мяо Юань колебался, но гнетущая тоска, не находящая выхода, взяла верх. Он погасил лампу и, не проронив ни слова, повалил Минь Чуня на кровать.

Вскоре послышались сдержанные стоны. Оба были не новичками в этом. Только Мяо Юань знал, что бинты на запястьях Минь Чуня – не от травм при приготовлении доуфухуа. Они скрывали бледнеющую отметину гэра.

Когда все закончилось, в темноте раздался хриплый голос Минь Чуня:

— Я хотел сказать тебе кое-что после экзаменов, но не было возможности.

Мяо Юань промолчал.

— Раз с доуфухуа не вышло, мы найдем новый рецепт для заработка.

Но на этот раз тебе придется заплатить свадьбой.

Глава 56. Уютная жизнь

Глава 56. Уютная жизнь

Строительная бригада Ли Мина закончила работу на соседнем участке только в начале двенадцатого месяца. Хотя было уже холодно, снег еще не выпал, и они с энтузиазмом взялись за возведение стены вокруг дома Мяо Хэ.

Несмотря на покупку ослика и колодца, у пары оставалось больше сорока лянов – доходы от османтусовых пирожков и овощей пополнили бюджет. Не желая обременять Ли Мина, они оплатили только стену у ворот, а остальные три стороны сделали за свой счет.

С кирпичом (пусть и не таким дорогим, как зеленая черепица) работа шла быстро. Уже через несколько дней вместо дощатого забора появилась красивая, внушительная стена с воротами. Дверной звонок переделали по тому же принципу, но более громкий и изящный.

Так как Мяо Хэ было трудно двигаться, еду готовил Ян Далан. В такую погоду идеально подходил горячий горшок – просто и вкусно! Когда впервые подали суп из кислой капусты, у всех загорелись глаза. Политый кисло-сладким бульоном рис с мягкой капустой, тофу и хрустящей кислой капустой... Оказывается, на свете есть такая вкуснятина!

Кстати, тофу тоже был связан с тем самым рецептом. После скандала в городе многие начали продавать доуфухуа и доупи, так что домашнее производство уже не вызывало подозрений. Мяо Хэ вспомнил, как хорошо тофу сочетается с кислой капустой, и попросил Ян Далана сделать большую порцию из сои, выращенной на «живой земле».

Строители были в восторге и тут же заказали это блюдо на следующий день!

Мяо Хэ, с удовольствием уплетающий свой рис, сообщил:

— Завтра Далан хотел приготовить острый суп.

— О-острый? — кто-то сглотнул слюну. Как же так – только поели, а уже снова хочется!

— Ха-ха-ха, хозяин – барин! Что Хэ-гэр приготовит, то и будем есть! Нечего тут высказываться!

— Точно-точно! Мы языки распустили! Острый суп – отлично!

Мяо Хэ рассмеялся.

Острый суп Ян Далан согласился варить только после долгих уговоров и обещаний не переедать.

Помимо стены, они потратили еще несколько лянов на длинный дом у подножия горы – под кладовку и гостевые комнаты. Теперь, если понадобятся работники, им будет где остановиться. А то бригада ночевала в подвале – тепло, конечно, но неудобно.

В любом случае, когда строители ушли, дом Мяо Хэ был практически достроен. Повозка, колодец, стена, гостевые комнаты, курятник, козлятник и даже ослиный загон. Оставалось больше тридцати лянов.

Закутанный в теплую одежду Мяо Хэ обнял копилку:

— Остальные деньги будем копить?

Ян Далан погладил его по голове:

— Южный участок купили. Теперь купим северный.

— Ты уверен? Мы еще не знаем, будут ли фрукты продаваться... — Мяо Хэ удивился его смелости.

— Землю купим, но пока не будем обрабатывать. Налог небольшой – не прогадаем.

К тому же, по словам строителей, богач, купивший соседний участок, заметил их фруктовый сад и даже построил беседку, чтобы любоваться видом. Если это привлекает внимание, то и их земля может стать желанной. Лучше купить ее сейчас, пока не перехватили.

Думать на шаг вперед – вот чему Ян Далан научился за это время.

Мяо Хэ согласился: деньги дома не приносили дохода, да еще и рисковали быть украденными.

— Ладно, давай попробуем.

Он думал, что тридцати лянов хватит лишь на небольшой участок, но вскоре пришел годовой дивиденд от чайной. И хотя прошло только полгода, сумма составила больше трехсот лянов!

— Триста с лишним?! — у Мяо Хэ зарябило в глазах. Выходило, их рецепт льда приносил больше, чем все их труды! Могли бы просто лежать и получать доход!

Но и их вклад был значительным. Лед, конечно, приносил прибыль, но именно благодаря овощам и пирожкам чайная так процветала.

Ян Далан коснулся его раскрасневшейся щеки:

— Горный участок – двести с лишним. Остальное – на расходы.

— Отлично! Теперь мы – помещики! — Мяо Хэ сиял.

Ян Далан не удержался и поцеловал его, затем погладил круглый живот:

— Сегодня пинается?

— Без перерыва! Наверное, будет непоседой.

В этот момент под его ладонью снова что-то шевельнулось. Мяо Хэ крякнул. Ян Далан аккуратно похлопал:

— Будь хорошим. Не пинайся.

В ответ... малыш зашевелился еще активнее.

Мяо Хэ спокойно положил руку поверх ладони Ян Далана:

— Пусть пинается. Без этого я бы волновался.

Поначалу он не мог представить себя с животом. Но когда это случилось, быстро привык. Смущение и неловкость исчезли – теперь он только ждал, когда сможет познакомиться с маленьким проказником и научить его уму-разуму.

Ян Далан осторожно сменил положение, чтобы Мяо Хэ удобнее устроился у него на руках, и начал массировать ему поясницу. Старый врач Цзинь говорил, что боль в спине неизбежна, но массаж облегчит ее.

Глядя на маленького гэра с таким большим животом, Ян Далан чувствовал, как щемит сердце. Он не мог разделить эту ношу, но изо всех сил старался помочь. Они обсуждали возможность нанять слуг, но присутствие посторонних означало риск для тайны «живой земли». Лучше обходиться своими силами.

Как сейчас.

За окном свистел ветер, а в доме горели масляные лампы, наполняя комнату теплым светом. В углу тихо потрескивала печь, гэр посапывал у него на руках, черный кот зевал на своей лежанке, а четверо псов лежали у двери, лениво помахивая хвостами.

— Как уютно... — Мяо Хэ уже закрывал глаза.

— Поспи немного.

— Но я же спал после обеда... — пробормотал он.

— Спи, если хочется.

— М-м, ладно... еще чуть-чуть...

— Угу.

Каждый такой момент был драгоценен.

В середине двенадцатого месяца снег укрыл землю серебристым покрывалом.

Деревня Мяошуй, уже впавшая в зимнюю спячку, снова ожила – ведь приближался Новый год.

То у свиновода Мяо Афана резали свинью, то в городе открывался праздничный рынок. Мяо Хэ сокрушался, что пропускает все из-за живота. Даже прогулка до ворот заставляла Ян Далана хмуриться.

Вторая тетушка Ян заходила чаще, чтобы научить их новогодним традициям. Теперь Ян Далан был семейным человеком, и в первый совместный праздник нужно было все сделать правильно, чтобы не стать посмешищем.

Так они приготовили сладкий новогодний пирог, купили изображения духов-хранителей и парные надписи, сшили новую одежду, сделали подношения богу очага. Не забыли и про рыбу для праздничного ужина, а еще сушеные фрукты, орехи и хрустящие лакомства – чтобы было чем угощать гостей.

В канун Нового года Ян Далан днем развесил украшения, а к вечеру из кухни потянулись ароматы. Жареные фрикадельки, рыба, кисло-капустный суп с ребрышками, куриный бульон, тушеная свинина, паровые булочки и, конечно, начинка для пельменей. Дабай и пушистая компания метались туда-сюда, надеясь на угощение.

Ян Далан управлялся на кухне, а Мяо Хэ, сидя на стуле, помогал по мере сил. К вечеру праздничный стол был готов.

В теплом доме Мяо Хэ сначала отхлебнул куриного бульона, затем взял пышную булочку, положил внутрь кусочек сладкой свинины, добавил огурцов и арахиса – и откусил!

— М-м-м, как вкусно!

Ян Далан смягчил взгляд:

— Ешь больше.

— Сегодня я запросто умну за троих! Ты тоже ешь, а то я все прикончу!

Но одного вида набивающего щеки гэра ему было достаточно. Он положил ему кусочек рыбы.

— Рыбу. — Чтобы каждый год был таким же, как этот.

— Угу!

— Фрикадельки.

— Угу!

— Ребрышки.

— Спасибо!

— Булочку или рис?

— Рис!

Незаметно ужин превратился в кормежку. Позже Мяо Хэ пришлось ходить кругами по комнате, чтобы помочь пищеварению.

— Ты должен был остановить меня! Еще же пельмени!

— Справишься.

— ... — Так и хочется дать подзатыльник.

Из-за снега Ян Далан разрешил Мяо Хэ посетить только два дома, а остальные обошел сам. Конечно, это были вторая тетушка Ян и родня Мяо Хэ.

У тетушки они оставили сушеные финики с «живой земли» и подарили племянникам красные конверты. Та с радостью рассказала, что Ли Мин заказал у них мебель – и много! Ян Датун теперь даже подумывает нанять помощников.

Мяо Хэ обрадовался – ведь это была его идея. А Ян Далан предложил Датуну обсудить расширение мастерской. Сейчас тот работал во дворе, и шум мешал детям спать.

На второй день Нового года они пошли к родне Мяо Хэ.

Из-за истории с выкупом атмосфера была напряженной.

Бабушка заставила Мяо Хэ, несмотря на живот, кланяться и преклонить колени. К счастью, он был крепким, и все обошлось одышкой. Ян Далан не мог вмешаться – таков обычай, – но запомнил это бессердечие.

Чжан Мянь, получившая строгий выговор от старосты, молча хмурилась. А Ли Чжаоди, как «преступница», и вовсе не смела пикнуть. Даже подарки от Ян Далана приняла не она. Вскоре они ушли, даже не остались на обед.

В остальные дни Ян Далан ходил в гости один.

У тетушки Цин он не застал Мяо Цяна. Подарив подарки, он собрался уходить, но тетушка проводила его, чтобы поговорить наедине.

Именно этот разговор подслушал вернувшийся Мяо Цян. Роковым образом он услышал ту самую фразу о судьбе.

...«Судьба без жены и детей, одинокая старость»?!

Спрятавшись за деревом, Мяо Цян пережил бурю эмоций – но в итоге почувствовал... облегчение?

Глава 57: Фестиваль фонарей: свадьба Мяо Юаня

Глава 57: Фестиваль фонарей: свадьба Мяо Юаня

В этом году из-за растущего живота Мяо Хэ почти не участвовал в празднествах – разве что дома объедался.

Однако на церемонии в честь Фестиваля фонарей он обязан был присутствовать, даже с таким животом. Этот праздник был посвящен Небожителям, чтобы вымолить удачный год, и все деревенские, кроме прикованных к постели, должны были участвовать, демонстрируя искренность. В отличие от Праздника середины осени, эти фонари символизировали изгнание злых духов, так что экономить на них не годилось.

Поэтому у родового храма семьи Мяо с утра царило оживление. На площади уже установили столбы с веревками, на которые семьи развешивали свои фонари. По традиции, каждый дом должен был принести по фонарю, чтобы вечером зажечь их все вместе.

Минь Чунь с матерью пришли вместе с семьей Мяо Цзюэ. Мяо Дуань-эр и Мяо Цзинь-эр, надев новые стеганые куртки, с гордостью несли самые яркие фонари с рынка и требовали повесить их на самое видное место.

Закончив, Мяо Дуань-эр обернулась и случайно встретилась взглядом с Минь Чунем. В сердце вспыхнула неприязнь. После истории с утечкой рецепта она возненавидела его еще сильнее. Хотя Мяо Юань уверял, что раз он нашел рецепт в древней книге, то и другие могли, так что винить Минь Чуня не в чем, она не верила.

«Слишком уж удобное совпадение», — думала она. В ее глазах Минь Чунь был обязан их семье, а отец и брат просто проявляли снисходительность. Видя, что он ведет себя как ни в чем не бывало, она разозлилась еще больше.

— Тетушка, а где ваш фонарь? — сладким голосом спросила она у матери Минь Чуня. — У нас в деревне каждая семья должна принести фонарь, чтобы было веселее.

Мать Минь Чуня опешила. Выходит, их не считают частью семьи?

Минь Чунь усмехнулся про себя. Этот фонарь, который она только что повесила, был куплен на его деньги. Какое лицемерие! Но спорить он не стал – лишь бросил покорный, страдальческий взгляд на Мяо Юаня, своего будущего мужа.

Да, он отдал рецепт «столетних яиц» [прим. ред.: маринованные утиные/куриные яйца – пидань], чтобы помочь семье Мяо уладить конфликт с рестораном, но взамен потребовал официального обручения. Свадьбу назначили на эту весну. Поскольку об этом еще не объявили, Мяо Дуань-эр вела себя так.

— Младшая сестра, — строго сказал Мяо Юань, — что за слова? Мы же родня. Тетушка, простите ее, она еще молода. — Он поклонился матери Минь Чуня.

Та уже собралась улыбнуться, но Мяо Дуань-эр надула губы:

— Но я же за них беспокоюсь! Мы вроде как родня, но уже в пятом колене. Разве можно считать нас одной семьей? А если другие обидятся? Чем больше фонарей, тем веселее!

Мать Минь Чуня поняла намек. Им, конечно, было неприятно, но после снежной бури они были рады и такому приюту. Она уже подыскивала жениха для сына, но тот сам устроил все с Мяо Юанем. Раз уж они обручены, пора объявить об этом.

— Дуань-эр, вернее, теперь буду звать тебя младшей сестренкой. Скоро твой дед объявит о помолвке нашего Чуня и Юаня.

— Что?! — Мяо Дуань-эр побледнела. — Помолвка?!

Ее возглас привлек внимание окружающих.

— Да, — улыбнулась мать Минь Чуня. — Недавно договорились. Свадьба уже этой весной!

Прежде чем Мяо Дуань-эр ответила, мать Мяо Юаня, Линь Сюэ, вскипела от гнева:

— Вздор! Как так?! Если мой сын обручен, почему я ничего не знала?!

Зеваки тут же оживились:

— Что случилось? Кто с кем помолвлен?

— Говорят, Мяо Юань и Минь Чунь.

— Разве дед не говорил, что в их семье не женятся на гэрах?

— Странно, что мать не в курсе.

— Опять тайно сговорились? Ну и семейка...

Мяо Цзюэ со старостой и старейшинами как раз вышли из храма, закончив обсуждение фестиваля, и услышали переполох. Линь Сюэ, бледная, трясла Мяо Юаня, требуя объяснений. Тот уклончиво отвечал, что никогда не пойдет против воли старших.

Мяо Цзюэ нахмурился:

— Что за скандал?! Не стыдно перед людьми?! Вторая невестка, где твои манеры?! Разберемся дома!

Услышав это, Линь Сюэ побледнела еще сильнее. Ведь это означало, что свадьба Мяо Юаня была устроена самим Мяо Цзюэ!! Но, но что же делать с дочерью главного секретаря Ван?? Даже если Юань на этот раз не сдал экзамен на сюцая и ему придется ждать три года до следующей попытки, разве его дочь не могла подождать?! На том фестивале фонарей она видела, как госпожа Ван была довольна Юанем.

Пока деревенские жители пытались выведать побольше деталей, в другой стороне поднялась новая волна пересудов.

Оказалось, что к дороге перед площадкой у родового храма подъехала повозка с ослом!

Но ведь деревня-то одна, до храма пешком не больше четверти часа – зачем тут повозка? Только все подумали, что, возможно, приехал кто-то из города, как кто-то крикнул:

— Эй, да ведь это Ян Датун и Ян Дацюань управляют повозкой!?

— А? Они что, ездили в город за кем-то?

— Не помню, чтобы у них там были родственники…

В этот момент из повозки выпрыгнул Ян Далан, и у всех в глазах застыли «???», как вдруг он развернулся и вынес из повозки пухлого гэра, завернутого в красивый мех.

Гэр явно был на сносях, но этот вес казался Ян Далану пустяком – он нес его легко и спокойно, направляясь к площадке. Из повозки также вышли вторая тетушка Ян, ее старшая невестка и двое детей, неся в руках два фонаря. Никого из города среди них не было!

Все заморгали, не зная, что и сказать, как вдруг Мяо Пин подколол:

— Далан, хоть гэра и можно баловать, но не до такой же степени. Беременность – не болезнь, что ему стоит пройти пару шагов?

— Скользко. Боюсь, упадет. Так надежнее, — ответил Ян Далан.

Мяо Пин скривился.

— Ха, вот это опека – такое впервые вижу.

Чэнь Жун, стоявший рядом, улыбнулся.

— Чему смеешься? В такое время нельзя быть слишком осторожным. Но, похоже, Хэ-гэра действительно хорошо холят. Этот ребенок точно родится здоровым.

После сытного ужина Чэнь Жун попробовал куриный суп с даньшэнем [прим. ред.: китайский лекарственный красный шалфей], который добыл в горах Ян Далан, и вскоре почувствовал, как живот наполняется теплом – раньше такого не было. Это придало ему уверенности, что, возможно, на этот раз все получится.

Мяо Хэ смущенно улыбнулся. Он и сам не думал, что его ношение на руках вызовет такой ажиотаж. Он вырос не на севере и не привык ходить по снегу, да еще и мерзнет. А сейчас, одетый в столько слоев, двигаться стало еще труднее, поэтому он и согласился на повозку и помощь. Но… видя все эти шокированные взгляды, он решил, что, пожалуй, лучше спуститься.

Похлопав Ян Далана, Мяо Хэ прошептал: «Опусти меня».

Но Ян Далан не послушался и нес его до самой расчищенной от снега площадки перед храмом, где наконец поставил на ноги, но не отпустил руку. Подошла вторая тетушка Ян с невесткой, улыбнулась, передала фонарь Ян Далану и что-то сказала Мяо Хэ, словно давая наставления, выглядя при этом очень тепло и сердечно.

Минь Чунь, наблюдавший издалека, невольно снова сравнил себя с этим Хэ-гэром.

Его кругловатое, но миловидное лицо резало глаза. К тому же Хэ-гэр был закутан в, казалось, лисью шубу – теплый густой мех обрамлял его лицо, делая его еще более изящным и красивым.

И тут Минь Чунь вспомнил слова, которые часто слышал от подруг: «Неважно, богат ли муж, важно, готов ли он тратить деньги на тебя».

Взгляд невольно скользнул к Мяо Юаню, и, увидев, что тот тоже застыл в оцепенении, Минь Чунь сузил глаза.

— Далан, Хэ-гэр, как раз вовремя! Мы тут как раз обсуждали свадьбу Мяо Юаня – тоже радостное событие! Говорят, он помолвлен с гэром, тем самым Минь Чунем, который у них живет! — вдруг раздался чей-то голос.

И все взгляды снова устремились на Мяо Юаня и Минь Чуня. Эти слова произнес Мяо Цян. Мяо Хэ взглянул на него, затем кивнул Мяо Юаню и Минь Чуню.

— Тогда поздравляю вас. Далан, нам сначала зажечь благовония или повесить фонарь? — будничным тоном перевел он тему.

Ян Далан даже бровью не повел. Он больше не сомневался в чувствах гэра – ни на йоту.

— Сначала фонарь.

— Хорошо. Тогда пойдем вешать.

Но Мяо Цян, будто ничего не произошло, подошел и сказал:

— Далан, когда закончите здесь, может, зайдете к нам на юаньсяо? Конечно, и Хэ-гэр тоже. [прим. ред.: сладкие шарики из клейкой рисовой муки с начинкой]

— Нет. Мы сразу домой, — нахмурился Ян Далан.

Мяо Цян, с непонятной уверенностью, хлопнул его по плечу.

— Если сейчас не время – как-нибудь в другой раз. В любом случае, я всегда здесь. — С этими словами он ушел.

Мяо Хэ моргнул, почувствовав в последней фразе какой-то намек. Он взглянул на Ян Далана, но и тот выглядел озадаченным.

Но, подумав, он решил, что не стоит обращать внимания на этого недоросля. Между ними вряд ли могло быть что-то общее.

Глава 58. Поминальные обряды: все предопределено?

Глава 58. Поминальные обряды: все предопределено?

После празднования Нового года выпало еще несколько сильных снегопадов. Снег – к богатому урожаю, – говорили в деревне, и никто не жаловался на неудобства, терпеливо ожидая, когда земля, увлажненная талой водой, станет еще плодороднее.

К этому времени весть о помолвке Мяо Юаня и Минь Чуня уже разнеслась по деревне.

Многие с любопытством расспрашивали семью Мяо Цзюэ: разве не говорили, что Мяо Юань точно не женится на гэре? Почему передумали?

Будь то тетушка Ин или Линь Сюэ, они лишь напряженно улыбались в ответ. Объясняли, что старик Мяо Цзюэ оценил добрый нрав Минь Чуня, его скромность и послушание, а помимо укрепления родственных уз, это еще и способ отплатить за старую доброту. Вот и решили так.

А как же дочь главного секретаря Вана? Разве не сватались к ней раньше?

Линь Сюэ каменела и отвечала, что старик выбрал между будущим сына и долгом благодарности – и, конечно, предпочел последнее.

Слова звучали красиво, но… Если уж так, зачем тогда вообще ходили на смотрины? Минь Чунь ведь не вчера поселился у них – о каком «долге» речь, если все и так давно известно? Ха, скорее всего, семья Ван просто отказала Юаню, вот он и повернулся к гэру.

Подобные пересуды не только злили Линь Сюэ, но и усиливали ее неприязнь к Минь Чуню.

Ведь гэры от природы хуже вынашивают детей, да и приданого у Минь Чуня не было – только два рта, которые теперь будут кормиться за их счет! Разве такой партнер достоин Юаня?! Да еще и та история с утечкой рецептов… Слова Мяо Дуань-эр посеяли в ней сомнения. Но что поделать? В доме все решает старик! Оставалось лишь ждать, когда невестка переступит порог, чтобы как следует ее воспитать.

А корень проблемы крылся в том, что Мяо Цзюэ и Мяо Юань, заботясь лишь о своей репутации, скрыли заслуги Минь Чуня. Раз уж они объяснили рецепт тофу древней книгой, пришлось продолжать обман. А позже, со «столетними яйцами», они и вовсе отдали рецепт «Дахэ» почти даром, лишь бы замять скандал. Мяо Цзюэ, испытывая стыд, даже не стал подробно рассказывать семье. В итоге для остальных родственников Минь Чунь стал просто хитрым гэром, примазавшимся к богатым.

Минь Чунь отлично понимал свое положение. Но пока он мог зарабатывать рецептами, эти деревенщины с их показной благопристойностью и жадностью рано или поздно окажутся в его руках.

Что касается «столетних яиц», то после выхода в питейной «Дахэ» они действительно вызвали ажиотаж.

Однако поднять упавшие цены так и не удалось. Даже новый деликатес не вернул павильону статус заведения высшего класса, к тому же вкус этих яиц был на любителя: кому-то нравилось, а кто-то не мог проглотить и кусочка. В отличие от тофу, популярность постепенно сошла на нет.

Вскоре наступил второй месяц. До родов Мяо Хэ оставался примерно месяц, и дома уже все было готово.

Поскольку гэры рожают путем кесарева сечения, принимают роды не акушерки, а хирурги. Видимо, из-за существования гэров в этом мире медицина шагнула дальше, чем в древности, которую помнил Мяо Хэ: здесь уже применяли анестезию. Врачом выбрали дядю Лина – он жил ближе, его можно было вызвать в любой момент.

Но перед этим Мяо Хэ предстояло еще одно важное дело. Он сам не придавал этому значения, однако Ян Далан несколько дней был напряжен. Дело в том, что приближалась первая годовщина смерти его матери, и по традиции ни он, ни его супруг не могли пропустить поминальные обряды.

Могила находилась на склоне горы, и чтобы почтить память, нужно было пройти по горной тропе. Дорога была относительно ровной: мать Ян Далана покоилась на кладбищенском холме к юго-востоку от деревни, где хоронили многих. За годы посещений жители протоптали четкую тропу, снег уже сошел, и путь был безопасен. Проблема была лишь в расстоянии.

Мяо Хэ, спокойно поглаживая живот, сказал:

— Не надо так переживать. Деревенские гэры и тетушки за несколько дней до родов все еще работают в поле. К тому же ты ведь держишь меня – с твоей силой, даже если я упаду, ты мгновенно подхватишь.

Услышав слово «упадет», Ян Далан помрачнел.

— Не болтай глупостей.

Мяо Хэ поспешил успокоить:

— Ладно-ладно, не буду. В тот день я буду слушаться тебя во всем. Даже если захочешь нести меня на руках всю дорогу – не возражаю.

Ян Далан и сам бы не отказался, но на горной тропе это было бы еще опаснее.

И вот, несмотря на его тревогу, они подготовили фрукты, подношения и ритуальные деньги, сели в повозку, которую вел Ян Дацюань, и вместе со второй тетушкой Ян отправились к подножию горы. Не успели они начать подъем, как заметили тетушку Цин и Мяо Цяна – те тоже пришли почтить память.

Обменявшись краткими приветствиями и увидев мрачное выражение лица Ян Далана, компания молча продолжила путь.

У могилы Ян Далан не позволил Мяо Хэ встать на колени. Вместо этого он сам преклонил колени, попросив у матери прощения, а затем дал Мяо Хэ благовония для поклонов. После традиционных обрядов с чаем и сжиганием денег оставалось лишь очистить могилу от сорняков – на этом поминальный обряд завершался.

Ян Далан взялся за серп, и Мяо Цян, как единственный другой мужчина, последовал его примеру. Однако Ян Далан, сделав несколько движений, то и дело оглядывался на Мяо Хэ, стоявшего в стороне. Это вновь задело Мяо Цяна.

С тех пор как он подслушал пророчество от матери, его не покидало странное ощущение, что Ян Далан обречен исполнить судьбу.

Поэтому он снова возненавидел Мяо Хэ. Ведь если в пророчестве говорилось об отсутствии наследников, значит, даже этот ребенок, возможно, не родится. Мысль была ужасной, и Мяо Цян это понимал, но… раз уж Небеса так решили, что могут сделать простые смертные? Главное – не его вина, а значит, совесть чиста.

Но видя, как Ян Далан переживает, он не выдержал:

— С ним все в порядке, он же не двигается. Хватит оглядываться, а то еще порежешься.

Ян Далан лишь кивнул.

Мяо Цян махнул серпом в сторону зарослей:

— Давай заодно и там почистим. Иначе скоро все зарастет, и в следующем году будет сложнее.

Ян Далан согласился и принялся за работу.

Но не успел он пройти и половины, как вдруг со стороны Мяо Хэ раздался крик:

— Ай-я!

Ян Далан мгновенно бросил серп и бросился назад!

А в глазах Мяо Цяна вспыхнул огонек: «Неужели оно?»

Однако, подбежав, он увидел, что с Мяо Хэ все в порядке – проблема была у второй тетушки Ян. Оказалось, та испугалась змеи, внезапно выскользнувшей на тропу. Хотя Мяо Хэ сразу отогнал ее посохом, тетушка все же подвернула ногу.

Вскоре ее лодыжка, освобожденная от носка, распухла и покраснела! Она едва могла ступить на ногу.

Мяо Хэ беспокоился:

— Не стоит идти через силу, можно сделать еще хуже. Далан, может, ты отнесешь тетушку вниз?

Ян Далан замер. Хотя он понимал, что это самый разумный вариант, как он мог оставить Мяо Хэ без присмотра?!

Тетушка Цин, сразу уловив его тревогу, мягко сказала:

— Далан, ты переживаешь за Хэ-гэра? Не стоит. Мы останемся здесь и будем ждать. Я лично за ним присмотрю. Ты спустишься, отнесешь тетушку, а потом вернешься – времени хватит. Сейчас же еще только полдень.

Мяо Цян молчал, но Ян Далан доверял тетушке Цин. Как бы ни тревожился, нужно было сначала помочь тетушке, которая не могла идти и все повторяла, что ей стыдно. К счастью, у подножия горы ждала повозка Ян Дацюаня – спуститься, посадить ее и вернуться можно было довольно быстро.

Не теряя времени, Ян Далан поднял вторую тетушку Ян на спину и отправился вниз.

После его ухода между оставшимися тремя наступила тишина.

Через некоторое время тетушка Цин заботливо спросила:

— Хэ-гэр, тебе не тяжело сидеть? Иногда стоять даже удобнее. Но если захочешь встать, скажи мне – я поддержу. Не надо геройствовать.

Мяо Хэ сидел на скамейке, которую заранее приготовил Ян Далан – на случай, если уборка затянется. Теперь она очень пригодилась.

— Все нормально, — улыбнулся он. — Вечером Далан помассирует мне ноги, и будет в порядке.

Тетушка Цин кивнула:

— Когда я носила Цяна, у меня тоже отекали ноги. Попробуй сварить суп из зимней дыни с красными финиками и ребрышками – должно помочь. Только не пересаливай.

От одного описания Мяо Хэ уже почувствовал аппетит. Он достал из корзины, оставленной Ян Даланом, маленькую деревянную коробочку, в которой лежали лепешки с яйцом.

С улыбкой он протянул ее тетушке Цин:

— Тетушка, хотите лепешку? В последнее время я постоянно голодный, и Далан сегодня напек целую кучу. Как раз кстати.

Увидев его круглое лицо и довольное выражение, тетушка невольно рассмеялась:

— Разве я стану отбирать еду у беременного? Кушай сам, я не голодна.

Затем из вежливости Мяо Хэ посмотрел на Мяо Цяна, но тот тут же отвернулся. Мяо Хэ пожал плечами и принялся с аппетитом уплетать лепешку.

Вид его беззаботного чавканья, видимо, сильно раздражал Мяо Цяна, потому что он вдруг спросил тетушку Цин:

— Мама, ты слышала о таком предсказании: «Избегать жены, лишиться сына, одинокий конец»?

Мяо Хэ подумал, что это просто болтовня, но тетушка Цин побледнела.

— Где ты это услышал!? — вырвалось у нее.

Мяо Цян усмехнулся:

— Просто услышал. Мне интересно, как это толкуется? Типа «избегать жены» – значит, не будет сыновей? А если все-таки жениться, сможет ли жена родить? Или в конце концов все окажется напрасным?

Сердце тетушки Цин упало. Она не знала, откуда Цян это узнал, но… кроме нее, об этом никто не должен был знать…

Стоп! Неужели во время праздников…

Ее лицо побелело, и она резко оборвала сына:

— Что за чушь! Я и не знала, что ты веришь в эту ерунду! Кто тебя надоумил? Больше не общайся с этими бездельниками!

Но Мяо Цян лишь рассмеялся и повернулся к Мяо Хэ:

— Не думал, что моя мать станет лгать. Какие еще бездельники? Это предсказание на самом деле…

Не договорив, он получил оглушительную пощечину от тетушки Цин!

Мяо Цян остолбенел.

— Еще слово – и ты больше не мой сын! — трясущимися губами прошептала она. — Неужели в твоем возрасте ты не понимаешь, что можно говорить, а что нет?!

Мяо Цян сжал губы, но в этот момент лепешка выпала из рук Мяо Хэ.

Тетушка Цин вскочила и бросилась к нему:

— Хэ-гэр! Что случилось? Тебе плохо? Живот болит?

Мяо Хэ уже согнулся пополам, сжимая живот, с которого катился пот. В последние дни у него иногда случались легкие спазмы, но обычно они проходили. Сегодня, после подъема в гору, они участились, но он списал это на усталость. Однако теперь…

Неужели все так совпало?!

Тетушка Цин, не раздумывая, крикнула сыну:

— Цян! Беги вниз за дядей Лином! Пусть готовится!

Она не могла доверить ему нести Мяо Хэ – вдруг он не справится и только навредит?

Но Мяо Цян лишь странно усмехнулся:

— Мама, я говорил серьезно. Если у Далана такая судьба, разве ты не думала, что это предопределено?

Разве не показательно: он еще ничего не сделал, а Хэ-гэр уже страдает.

Услышав это, тетушка Цин потеряла дар речи. Как она могла воспитать такого холодного и бессердечного сына?! Ее глаза наполнились слезами:

— Цян… неужели ты больше не считаешь меня матерью?

— …Хорошо, я побегу.

Сжав губы, Мяо Цян наконец развернулся и ушел. Однако, скрывшись из виду, он замедлил шаг. Он действительно верил в свои слова. Если судьба Далана такова – это не его вина. Так какая разница, быстро он побежит или медленно?

Вспомнив, что Ян Далан должен подниматься обратно той же тропой, Мяо Цян с темным удовлетворением выбрал другой путь.

Но он не знал, что эта тропа была короче, но опаснее – и именно ее выбрал торопившийся Ян Далан!

Так они и столкнулись.

Ян Далан, бледный от ярости, схватил его за плечо:

— Ты почему здесь?! Где Хэ-гэр?!

А Мяо Цян невозмутимо жевал травинку, будто просто прогуливался.

Глава 59. Предсказание: ты можешь не верить

Глава 59. Предсказание: ты можешь не верить

В сердце Мяо Цяна мелькнуло дурное предчувствие. Он замялся:

— Э-э… потому что Хэ-гэру стало плохо, мама велела мне спуститься…

Услышав, что Мяо Хэ плохо, Ян Далан даже не взглянул на Мяо Цяна и рванул обратно к могиле!

Там его ждал настоящий кошмар: Мяо Хэ уже не мог разогнуться от боли, его лицо побелело, а все тело дрожало!

Хотя гэры не могли рожать естественным путем, когда подходило время, тело все равно подавало сигналы, что ребенку пора появиться на свет. Малыш внутри также становился активнее, инстинктивно толкаясь наружу. Но если боль затягивалась, гэр мог потерять сознание – и тогда ситуация становилась по-настоящему опасной.

Не раздумывая, Ян Далан подхватил Мяо Хэ на руки и понесся вниз по склону!

Но даже на спуске нельзя было торопиться слишком сильно – ни в коем случае нельзя было упасть!

Приходилось балансировать между страшной спешкой и крайней осторожностью.

Эта короткая тропа, даже будучи ровной, стала для Ян Далана самой трудной и мучительной дорогой в жизни!

В конце концов они добрались до повозки, и все помчались к дому дяди Лина! Когда дверь в комнату, куда унесли Мяо Хэ, захлопнулась, Ян Далан, никогда не знавший слабости, рухнул на пол перед ней. Его разум метался между хаосом и пустотой.

Из-за двери доносились все громче стоны. Его сердце сжималось от ужаса.

Если Хэ-гэр уйдет… что он будет делать? Что он МОЖЕТ сделать?..

Он сжал лицо руками, чувствуя под пальцами шрамы.

Может, ему не стоило идти против судьбы?

Может, ему следовало остаться в одиночестве, не обрекая Хэ-гэра на страдания?

Как он посмел надеяться, что его проклятая участь может измениться?

Какой же он эгоистичный, жадный…

После этого Ян Далан отключился от внешнего мира. Кто-то приходил, кто-то дергал его за рукав, что-то говорил… Но ничто не доходило до его сознания. Единственное, что оставалось, – эта дверь и человек за ней.

Наконец, спустя бесконечность, дверь открылась.

Ян Далан вскочил, пытаясь кинуться вперед!

Но его ноги, онемевшие от долгого сидения, не слушались – он грубо рухнул на пол, напугав Датуна и Дацюаня, которые бросились его поднимать.

— Хэ-гэр… с ним все хорошо? Он жив?! — хрипло вырвалось у него.

Из комнаты вышла тетушка Линь, часто помогавшая мужу. В руках она бережно держала сверток, а на лице сияла улыбка:

— Не волнуйся, Хэ-гэр в порядке. Швы уже наложили, но действие лекарства еще не прошло – ему нужно поспать.

Услышав это, Ян Далан зажмурился, а затем попытался прорваться в комнату!

Тетушка Линь ловко преградила ему путь:

— Там еще убирают, нельзя заходить! — Затем перевела его внимание: — Разве ты не хочешь взглянуть на своего малыша? Поздравляю, Далан! Оказывается, Хэ-гэр носил двоих! Оба мальчика, такие крепкие и красивые! Одного я не смогла унести – вот старший.

И тогда слезы, которые Ян Далан сдерживал всю жизнь, хлынули ручьем.

На следующий день, когда Мяо Хэ очнулся от тупой боли, Ян Далан, не спавший ни минуты, тут же наклонился к нему.

— Больно… — прохрипел Мяо Хэ, еще не до конца пришедший в себя.

Ян Далан сжал его руку:

— Дядя Линь сказал, что скоро пройдет. Главное – лежать спокойно.

Мяо Хэ поморщился, не открывая глаз. Разве такая боль – это нормально? Он всегда был здоровяком, никогда не болел… а теперь казалось, будто ему выстрелили в живот…

Стоп.

Он же… рожал перед тем, как уснуть?

Осознание ударило его, как молния, и он резко дернулся – что мгновенно вызвало новую волну боли!

— А-а-а! Больно!!!

Ян Далан вскочил:

— Не двигайся! Швы разойдутся!

Получив жестокий урок, Мяо Хэ замерев лежал, как мумия. Теперь он отчетливо понимал свое положение: живот был туго перевязан, превращая его в соленую рыбу, неспособную пошевелиться. И так предстояло провести три дня, иначе… повторится этот ад.

— А где малыш? Хочу посмотреть… — жалобно пробормотал он.

Ян Далан нежно погладил его по лбу:

— Спит в соседней комнате. Принесу.

Через мгновение он вернулся с маленьким свертком и поднес его к лицу Мяо Хэ. Там лежало красное и сморщенное существо, напоминающее обезьянку. Оно спокойно дышало, иногда посасывая губки. Черты угадывались – нос и рот явно достались от Ян Далана, но даже в таком «обезьяньем» виде малыш был невероятно мил!

Мяо Хэ разглядывал его, с трудом поворачивая голову, и сердце его таяло. Он осторожно протянул руку, чтобы коснуться крошечной щечки, но тут Ян Далан спокойно сказал:

— Это старший.

— А? Старший? — Мяо Хэ удивился. Не слишком ли грозно для малыша?

— Второго принесу позже.

— В-второго?! — Мяо Хэ широко раскрыл глаза и тут же вскрикнул от боли!

— Близнецы. Оба мальчики, — спокойно, но с легкой тревогой сказал Ян Далан.

Оказывается, когда дядя Линь и врач Цзи проверяли пульс, срок был меньше трех месяцев – сердцебиение еще слишком слабое, чтобы заметить второго. А позже беременность протекала так гладко, что, кроме отекших ног и ноющей поясницы, Мяо Хэ ни на что не жаловался. В деревне не было современных представлений о регулярных осмотрах, да и сам он не вспомнил об этом, поэтому специально к врачу больше не ходил.

И вот такой сюрприз их ждал!

Но в итоге все прошло хорошо! Разве это не главное? Мяо Хэ радостно захихикал и поторопил Ян Далана принести второго малыша. Оказалось, это была такая же очаровательная красная обезьянка! Удовольствие от этого удвоилось, а то и утроилось!

Как же это эффективно – сразу двое! От одной мысли Мяо Хэ чувствовал себя победителем!

Позже он попросил Ян Далана отнести детей в соседнюю комнату, а сам пристально расспросил об их состоянии. Услышав, что оба здоровы и развиваются нормально, он избавился от последних тревог и тут же переключился на другие детали.

Например, пеленок и распашонок точно не хватит – он готовил только на одного! И колыбель, которую смастерил Ян Датун, тоже одна – нужно срочно заказать еще! А еще козье молоко – хватит ли его на двоих?..

Ян Далан тем временем принес ему чашу с лекарством и осторожно подносил ложку за ложкой, в основном молча слушая, изредка вставляя слово. Но после того, как лекарство было выпито, он неожиданно заявил:

— Больше не будем рожать. Двоих хватит.

Улыбка Мяо Хэ замерала. По выражению Ян Далана было видно, что он абсолютно серьезен.

Тут воспоминания о том ужасе и отчаянии, что охватили Ян Далана перед родами, всплыли в сознании Мяо Хэ. Особенно тот путь по горной тропе – даже сквозь боль он четко чувствовал, как сильно дрожали руки, крепко державшие его.

Мяо Хэ сжал его ладонь:

— Ты испугался?

Ян Далан, всегда бывший его опорой, кивнул. Признал.

Мяо Хэ раскрыл рот, тронутый, но не зная, как его утешить.

Для него все произошло так быстро: внезапная боль, а потом – все кончилось. У дяди Лина его быстро усыпили, так что сильных мучений он не запомнил. Может, со стороны это выглядело жутко, но лично у него не осталось никакой психологической травмы.

Он уже собирался придумать убедительные доводы, как вдруг вспомнил тот разговор между Мяо Цяном и тетушкой Цин:

«Но, мама, я говорил серьезно. Если у Далана такая судьба, разве ты не думала, что это предопределено?»

Неужели…

— Мяо Цян говорил, что тебе гадали. Что-то про «избегать жены, лишиться сына, одинокий конец»?

Лицо Ян Далана исказилось. До этого момента у него не было сил думать о постороннем, но теперь он не мог не связать эти вещи. Его голос стал ледяным:

— Он говорил тебе это?

Мяо Хэ покачал головой. Сейчас он не хотел выяснять отношения.

— Так ты поверил? Все это время переживал?

Всегда хладнокровный Ян Далан вдруг выглядел потерянным, виноватым и разрывающимся. Очевидно, он не хотел верить, но не мог не поддаться влиянию. А если добавить сюда еще и «живую землю»… Как ему не тревожиться?

Но, несмотря на все эти тяжелые мысли, он никогда не отстранялся, не ставил барьеров. Мяо Хэ всегда чувствовал, что его окутывают невысказанные, но глубокие эмоции. В этой атмосфере он с каждым днем становился счастливее и свободнее. А оказывается, носивший в себе такую тьму Ян Далан все равно смотрел на него с такой нежностью…

Сердце Мяо Хэ сжалось… Как он может быть таким глубокомысленным и таким глупым одновременно?

И в этот момент Мяо Хэ понял, что все его прежние сомнения больше не важны.

Если откровенность снимет хотя бы каплю тревоги с Ян Далана – оно того стоит.

Он дернул его за руку и сдавленно произнес:

— Тебе не нужно в это верить.

Каким бы ни было предсказание, я… вообще-то не из этого мира. Как оно может на меня повлиять?

— Хочешь услышать мою историю?

Ян Далан лишь крепче сжал его руку.

И чем больше невероятных вещей рассказывал Мяо Хэ, тем сильнее становилось это сжатие. Будто он никогда не собирался отпускать.

Глава 60. Новая жизнь: суматошные будни

Глава 60. Новая жизнь: суматошные будни

Через два дня, когда боль ослабла, Мяо Хэ и Ян Далан забрали малышей из дома дяди Лина.

В отличие от женщин, гэрам не нужно было соблюдать послеродовой месяц покоя – достаточно было перетерпеть боль от заживающего шва на животе. Мяо Хэ очень обрадовался, что ему не придется месяц жить без купания и мытья головы. Однако повязку снимать нельзя – она фиксировала лекарство и защищала рану.

Дома Мяо Хэ бережно уложили на лежак в главной комнате, застеленный толстым одеялом. Пол подогревался, а две колыбели стояли рядом, чтобы он мог постоянно видеть детей. Колыбель Мяо Хэ заказал особую – с высокими бортиками. К счастью, она оказалась достаточно просторной для двоих.

Тут появились пушистые жители дома. Дабай первым подошел и потерся о ногу Мяо Хэ: «Мяу, хозяин, я скучал! И большой хозяин пропал… Мяу, я хочу помидор!» Четверо пушистиков тут же пристроились рядом. Мяо Хэ погладил каждого по голове.

Затем черный котенок подошел к колыбели обнюхать новых гостей.

«Мяу, что это? Пахнет большим и маленьким хозяином… Но такие маленькие! Ладно, теперь вы мои подчиненные!» Он протянул лапку через прутья и торжественно поставил отпечаток на каждом свертке, после чего удовлетворенно удалился со своей свитой. Он уж услышал, как большой хозяин готовит еду снаружи.

Покормив пушистых, Ян Далан разогрел томатную кашу с яйцом, которую заранее приготовила вторая тетушка Ян, и принялся кормить Мяо Хэ с ложки.

Тот не удержался и потрогал темные круги под его глазами:

— Ты похудел. Ешь тоже.

— Хорошо.

— Сейчас же, я слежу, иначе ты опять забудешь, — пристально посмотрел Мяо Хэ.

Ян Далан легко улыбнулся и отправил ложку в свой рот. Эта улыбка снова заставила Мяо Хэ поежиться. Он снова улыбается… Почему раньше он не замечал, как редко это бывало? Думал, что это просто характер, а оказалось – груз тяжелых мыслей.

Хорошо, что он во всем сознался.

С тех пор, будь то из-за раскрытия тайны или из-за того, что предсказание о «бездетности» разбилось вдребезги о двух здоровых малышей, выражение лица Ян Далан стало мягче, а улыбки – чаще.

Значит, все будет только лучше!

Довольный, Мяо Хэ широко раскрыл рот, позволяя кормить себя, и улыбнулся. Ян Далан не смог сдержать улыбку в ответ.

Маленький гэр с открытым ртом был прямо как их малыши…

Так или иначе, новая жизнь началась.

С двумя младенцами в доме суматоха стала неизбежной. Даже вторая тетушка Ян, приходившая помогать, иногда не справлялась. Главная проблема: если плакал один, второй тут же подхватывал. Они просили еду и требовали смены пеленок почти одновременно – приходилось действовать молниеносно.

Тут и пригодился Дабай! Казалось, он родился нянькой: стоило малышам забеспокоиться, как он уже трогал их лапкой или позволял тянуть себя за уши – и никогда не злился!

Четверо пушистиков тоже хотели подружиться, но их способ – зализывать все подряд – был сразу пресечен Дабаем. Теперь они просто виляли хвостами вокруг колыбели.

Благодаря «живой земле» и питательным бульонам Мяо Хэ восстанавливался так же быстро, как раньше Ян Далан. Меньше чем за десять дней боль почти исчезла. А две «красных обезьянки», питавшиеся козьим молоком и рисовым отваром, уже превратились в белых и пухлых булочек с розовой кожей и большими черными глазами – просто прелесть!

Но, чтобы дети легче прижились, Мяо Хэ решил дать им простые прозвища.

Старшего назвали «Маньтоу», а младшего – «Вотоу». [прим. ред.: досл. 饅頭 [маньтоу] – паровая булочка, и 窩頭 [вотоу] – кукурузная лепешка, хлебец]

Вскоре новость о рождении близнецов разлетелась по деревне. Тетушки и гэры не скрывали зависти: «Как повезло – сразу два мальчика! У Далан и правда счастливая судьба: женился на Хэ-гэре – и везде успех!»

Слава даже затмила предстоящую свадьбу Мяо Юаня и Минь Чуня, которая должна была пройти через несколько дней после их праздника. Говорили, что готовится грандиозное торжество на тридцать столов – пригласили даже учителей и одноклассников из городской школы.

Вторая тетушка Ян, приходя помогать, поделилась сплетнями:

— Говорят, семья Мяо Цзюэ собирается строить новый дом из синего кирпича! Уже ищут мастеров в городе.

Мяо Хэ отстал от новостей:

— А разве не говорили, что «Дахэ» постоянно приходила к ним скандалить? Значит, все уладили?

— Видимо, да. Но после того скандала они, наверное, разорвали отношения. Мастерская даже несколько дней не работала. Если бы не то, что тофу теперь продают везде, а деревенские бобы легко сбыть, эта история с утечкой рецептов могла бы окончиться куда хуже.

Мяо Хэ лишь пожал плечами – ему это было неинтересно. Затем они обсудили гостей на праздник в честь месяца со дня рождения. В деревне по традиции устраивали пир после рождения первого мальчика, а гостям раздавали крашеные яйца. А тут целых двое!

Список включал родственников, друзей и несколько семей, с которыми хорошо ладили во время расчистки горы. Правда, доктор Цзи и старейшина Цюй уехали по делам, но прислали подарки: первый – два кувшина вина для «праздника ученого» (что логично для его характера), а второй – гору ткани и два пушистых одеяла.

Вторая тетушка Ян просто засияла:

— Как раз не хватает распашонок, а молодые еще не успели приготовить! — Мяо Хэ, как обычно, предложил ей часть ткани в обмен на пошив – всем выгодно!

Занятые хлопотами, дни пролетели незаметно. И вот настал день праздника.

На этот раз они пригласили поваров из чайной «Яншуй». Хотя ингредиенты не могли сравниться с выращенными на «живой земле», профессиональные кулинары приготовили изысканные и сложные блюда, от которых гости остались в полном восторге. Особенно деревенские, многие из которых в жизни не пробовали таких деликатесов.

Староста деревни, несмотря на все преграды, тоже пришел. Хотя Мяо Хэ и Ян Далан не особо жаловали его, пришлось смириться – они приглашали не человека, а его должность. Однако, заметив за другим столом семью господина Ляна, староста стал вести себя еще сдержаннее и почтительнее, обращаясь к Ян Далану с удвоенной вежливостью. Видимо, его пригласили не зря.

Главные виновники торжества – два пухлых малыша – были одеты в новые одежды, шапочки с тигровыми мордочками и крошечные рукавички. Перед началом пира их вынесли показать гостям. Недавно накормленные рисовым отваром, они вели себя спокойно, лишь удивленно разглядывая все вокруг своими большими черно-белыми глазами.

Чэнь Жун первым подошел потрогать их ручки и с умилением сказал:

— Надеюсь, к концу года и у нас в доме будет такой же веселый малыш.

Мяо Хэ удивился и обрадовался:

— Значит, у вас уже есть новости?

Мяо Пин, стоявший рядом, самодовольно рассмеялся:

— Да! Все благодаря даньшэню, который Далан добыл в горах! Хэ-гэр, не обижайся, но сегодня позволь Жуну почаще трогать твоих малышей – пусть зарядится удачей! В следующем году мы обязательно вернем долг!

Мяо Хэ улыбнулся:

— Конечно. Только Маньтоу и Вотоу не любят, когда их используют!

Как будто в подтверждение, Маньтоу выпустил пузырь из слюней, который тут же лопнул. Гости рассмеялись.

Жена господина Ляна, слушая разговор, запомнила его про себя.

Она знала, что гэрам для зачатия нужны особые лекарства. У нее был только Хутоу [прим. ред.: досл. голова тигра], и она мечтала еще о детях, но врачи говорили, что ее «холодная» конституция мешает беременности. Однако, если даньшэнь, о котором говорил Мяо Пин, действительно помог… Она перевела взгляд на мужа, и тот, словно прочитав ее мысли, кивнул. [прим. ред.: в трад. кит. мед. врожденная или приобретенная склонность организма к недостатку энергии ян]

Пока Ян Далан невольно расширял свой бизнес по лечению бесплодия, Мяо Хэ с ним получали подарки. На праздник месяца нельзя было приходить с пустыми руками – гости приносили одежду, игрушки или сладости для малышей.

Последней подошла Ли Чжаоди с тихим и застенчивым мальчиком – младшим братом Мяо Хэ, Мяо Яном. Под всеобщим вниманием она застенчиво протянула корзинку.

— Хэ-гэр, это одежда, которую я сшила. Весной малышам будет впору… Прими, пожалуйста.

Из всей родни Мяо Хэ пришли только Ли Чжаоди и Мяо Ян. Остальные, разозлившись после выговора старосты и не получив выгоды, распускали слухи, что Мяо Хэ, разбогатев, отвернулся от бедных родственников. Поэтому они не приглашали его на день рождения бабушки и не пришли сегодня.

Но Ли Чжаоди осознала свои ошибки. Да, она плохо обращалась с сыном, но теперь надеялась, что ее поведение хоть немного защитит Сяобао.

У нее не было денег на полный комплект одежды от родни, но она распорола самую новую рубашку в доме – принадлежавшую Мяо Цзяню – и сшила два детских наряда. Это было все, что она могла предложить.

Мяо Хэ, привыкший к стирке пеленок, сразу увидел, что вещи сшиты заново. Даже если ткань была поношенной, швы оставались крепкими. Ли Чжаоди не стала перешивать старую одежду Мяо Яна – это был искренний подарок.

— Ткань грубовата, — заволновалась Ли Чжаоди. — Но если надеть ее поверх хлопковой одежды, будет защита от ветра.

Вспомнив ее поведение во время разделки кабана и сегодняшний поступок, Мяо Хэ решил дать ей еще один шанс. Время покажет, искренна она или нет.

Он хотел кивнуть, но Ян Далан опередил его:

— Спасибо, матушка.

Мяо Хэ улыбнулся – Ян Далан, зная истинные обстоятельства, все равно проявил уважение.

— После пира я дам Сяобао немного сухофруктов.

Глаза Ли Чжаоди вспыхнули. Сухофрукты не имели значения – главное, что Хэ-гэр признал Сяобао. Теперь она постарается воспитать его так, чтобы он обращался за помощью только в крайнем случае.

Но в конце вечера Мяо Хэ и Ян Далан приготовили для гостей сюрприз.

— Мы купили соседнюю гору. В этом году посадим там арахис для чайного дома. Если кто-то хочет присоединиться – добро пожаловать!

Страница книги Маленький гэр: неспешная жизнь в другом мире в интернете

Table of Contents

1 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 1. Гер

2 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 2. Ян Далан

3 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 3. Несчастный случай

4 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 4. Сомнение

5 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 5. Разрыхлить почву

6 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 6. Испуганный

7 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 7. Китайская капуста

8 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 8. Обязательство

9 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 9. Поход в горы

10 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 10. Нападение

11 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 11. Мяо Цянь

12 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 12. Поездка в город

13 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 13. Магазин тканей

14 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 14. Поворотный момент

15 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 15. Дома

Глава 15. Возвращение домой: чей это караван?

16 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 16. Подарки

17 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 17. Оплата долга

18 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 18. Продажа овощей

19 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 19. Доставка овощей

20 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 20. На улице

21 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 21. Нанять самого себя

22 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 22. Хорошие овощи

23 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 23. Заключение сделки

24 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 24. Деревенское собрание

25 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 25. Пудинг из тофу

26 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 26. Деревенский староста

27 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 27. Бизнес

28 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 28. Заговор

29 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 29. Утрата, о которой нельзя говорить

30 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 30. Одиночество

31 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 31. Покровитель

32 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 32. Строительство дома

33 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 33. Не веришь мне

34 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 34. Передача земли

35 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 35. Провести черту

36 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 36. Переезд

37 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 37. Маринованные сливы

38 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 38. Хорошая новость

39 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 39. Цыплята

40 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 40. Немужской характер

41 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 41. Половина и половина

42 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 42. Столы

43 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 43. Блокировка

44 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 44. Экипажи

45 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 45. Новоселье

46 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 46. Сельский туризм

47 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 47. Новости

48 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 48. Три в одном

49 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 49. Выкуп за невесту

50 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 50. Обида

51 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 51. Расчистка горы

52 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 52. Праздник Середины Осени

53 Маленький гер, неспешная жизнь в другом мире Глава 53. Фонари на реке

Глава 54. Рецепт: тоже подсмотренный!

Глава 55: Две пары

Глава 56. Уютная жизнь

Глава 57: Фестиваль фонарей: свадьба Мяо Юаня

Глава 58. Поминальные обряды: все предопределено?

Глава 59. Предсказание: ты можешь не верить

Глава 60. Новая жизнь: суматошные будни

О книге