Прежде чем войти в аудиторию, я сильнее натянул кепку. Когда она закрыла половину моего лица, казалось, что и моё присутствие тоже исчезло наполовину. Конечно, я знал, что это бесполезная затея.

Щелк —.

Как только я открыл дверь и вошёл, атмосфера в аудитории сразу же охладилась. Я не нуждался в подтверждении, чтобы понять, что мои одногруппники, разговаривавшие до этого, замолкли и начали с любопытством смотреть на меня. Хотя я не присутствовал на ориентации и не был на торжественной церемонии, все, наверное, уже знали, что я поступил на направление фотографии в Корейском университете.

— Ого, Хан Джи Вон…!

— Вживую круче. Он ещё милее, чем на экране.

— Эй, тише, все слышат.

— Может, подойти и заговорить с ним на перемене? Я же был его фанатом когда-то.

— Разве кто-то не был фанатом Хан Джи Вона? Если не любил его, значит, не был гражданином Республики Корея.

К сожалению, вход оказался прямо у самой аудитории, и чтобы сесть на последнюю парту, мне нужно было пройти мимо студентов. Хотя свободных мест впереди было достаточно, я не хотел всё занятие сидеть спиной к десяткам человек, чувствуя на себе их взгляды.

С тех пор, как я был национальным спортсменом, люди любили и заботились обо мне.

Я точно не знал, что означает «заботиться о человеке», но все говорили, что они меня «охраняли». Так что, когда возникали несправедливые решения, такие как предвзятые судейства, они объединялись, чтобы протестовать, и заполоняли интернет сообщениями поддержки.

Это было приятно. В мире, где трудно быть любимым хотя бы одним человеком, было великое счастье быть поддерживаемым всеми гражданами страны, выполняя свою гимнастическую программу. Даже если я что-то сделал в своей прошлой жизни, чтобы заслужить такую безмерную любовь, я не верил, что это было бы легко получить. Титул «национального внука» не был дан мне случайно.

Однако я не любил внимание публики. Оно меня угнетало. Несмотря на то, что я был национальным спортсменом, избегал быть на виду у людей и боялся общения с ними. Если не считать грубых людей, которые без предупреждения подходили ко мне на улице, чтобы пожать руку, обнять или даже схватить за ягодицы, внимание со стороны окружающих было мне тяжело.

Моя застенчивость с детства только усилилась после нескольких событий, и, что забавно, люди называли эту мою черту одной из главных причин своей привязанности ко мне. Они говорили, что им нравится, как я, несмотря на золото, не мог толком говорить на интервью из-за своей робости. Я никогда не понимал, как можно восхищаться таким поведением.

Во время интервью, если я хоть немного улыбался, тут же выходила статья, что я улыбался, а если я, стараясь соблюсти вежливость, натягивал сдержанную улыбку, это называли «милым взглядом». Тогда я решил больше не улыбаться, и когда я не улыбался, фото с моими плотно сжатыми губами, которые выглядели как будто бы сдержанный, ещё более милый жест, начали появляться в интернете. С того дня я решил больше не обращать внимания на реакцию публики. Всё равно люди, как бы я ни поступал, не перестанут меня обсуждать.

Тем не менее, я всегда буду благодарен за огромную поддержку, которую получил от нашего народа, и буду нести эту благодарность всю свою жизнь…

Но, в общем, всё это было уже в прошлом.

Я занял место в пустом уголке. Некоторые студенты, видимо, надеялись поймать мой взгляд, открыто оглядывая меня, но я сделал вид, что не замечаю. Я искренне надеялся, что профессор скоро войдёт и внимание к моей персоне переключится.

Однако, как только профессор вошёл, мои надежды были обрушены.

— Первое задание будет интересным. Как насчёт «Определите себя одной фотографией»? Неважно, какой у вас фотоаппарат — цифровой, плёночный или с телефона. Нужно выразить себя в одной фотографии. Например…

Когда я встретился с его весёлыми глазами, я понял, что меня ждёт неловкая ситуация. Но всё, что я мог сделать — это просто сидеть тихо.

— Хан Джи Вон, ты, наверное, принесёшь снимок, связанный с гимнастикой, не так ли? Кстати, в соседнем здании есть зал для гимнастики, можешь заглянуть, если будет время.

Слова профессора заставили почти всех студентов в классе обернуться. Услышав неожиданное упоминание, я покраснел и склонил голову, и, возможно, кто-то подумал, что я улыбнулся, так как в аудитории раздался весёлый смех. Но мне совсем не было смешно.

Занятие продолжалось без перерыва два часа и только потом завершилось. Несмотря на свою несколько грубую первую реакцию на профессора, его страсть к предмету оставило сильное впечатление. Когда лекция закончилась, он быстро покинул аудиторию, не обращая внимания на остальных. Судя по всему, он была из тех людей, кто не переживает о взглядах других. Я восхищался такими людьми.

После того как занятия закончились, я тоже поспешил покинуть аудиторию, но не из-за какого-то важного дела — просто я боялся, что кто-то может подойти и начать разговор в этой суматохе.

Я поспешил выйти из здания факультета фотографии и направился в соседнее здание — спортивный зал. Я не собирался фотографировать гимнастический зал, как сказал профессор, а просто должен был встретиться с тренером, с которым я поддерживал связь ещё со времён, когда был национальным спортсменом. Он предложил встретиться, чтобы я хотя бы взглянул на него.

Сев в холле спортивного зала на скамейке, я натянул капюшон на голову, а на капюшон ещё и кепку, чтобы скрыть лицо. Мой свободный наряд был достаточно большим, чтобы скрыть мой облик. Тренер обещал быть здесь, но обещанное время встречи прошло, и его всё не было, несмотря на то, что он сказал, что уже уехал.

Я достал телефон из кармана, чтобы проверить время, и уже собирался убрать его обратно, как вдруг…

Дверь спортивного зала с характерным звуком открылась, а холодный мартовский ветер влетел в помещение. Свежий воздух коснулся моей щеки спустя несколько секунд, после того как дверь распахнулась.

— Эй, ты не можешь не мешаться под ногами? У меня каждый раз нога за твои кроссовки цепляется!

— Ты придурок? Просто шагай шире, и всё будет в порядке.

— Слушай, а может, просто ходить с пятками наружу? Это было бы не так уж плохо.

— Чёрт возьми, больно!

Шум, доносившийся из спортзала, привлёк моё внимание. Это были игроки нашей университетской баскетбольной команды. Все они были с мокрыми челками, видимо, только что завершили игру.

Откуда у них столько энергии?

В корейском университете, где собрались выдающиеся спортсмены, казалось, даже их физическая подготовка была на другом уровне. Я отвернулся и уселся, размышляя об этом, а тем временем баскетболисты стремительно прошли мимо вестибюля спортивного зала.

Шум от их разговора и суеты продолжался в противоположном направлении, и я уже начал расслабляться.

— Чёрт, наступил мне на ногу! Кроссовок слетел!

— Ну вот, кто тебя учил так по-дебильному ходить?

— Молчи уже, давай быстрее!

— Эй, сюда! Пас мне!

— Пинай его подальше! Не туда, не туда!!

Я даже не понял, сколько голосов я слышал. Внезапно, как будто весь шум усилился, передо мной приземлился одинокий кроссовок. Он прилетел прямо передо мной, как будто я сам его притянул.

— …!

Из-за кепки, которая закрывала моё поле зрения, ботинок, внезапно появившийся прямо передо мной, заставил меня вздрогнуть, и я даже поднял плечи от испуга. Похоже, баскетболисты тоже были в замешательстве.

— Эй! Ты что, с ума сошел?! Простите!

— Простите!

— Простите!

Их извинения звучали громко, как эхо. Я, застенчиво поклонившись, кивнул в их сторону, стараясь не поднимать лицо, сильнее натянув кепку.

Через несколько секунд я услышал шаги, и кто-то быстро подошёл, чтобы забрать кроссовок. И в этот момент я ощутил исходившее от него тепло.

В поле зрения попали его ноги в белых кроссовках, которые были плотно зашнурованы. Был ли это тот, кто бросил кроссовок, или просто тот, кто оказался ближе всех и пришел забрать его? Скорее всего, второй вариант.

— Я же говорил тебе заткнуться, — пробормотал он едва слышно, и его тихий голос задел мой слух.

Я всё ещё не смел поднять глаза, ожидая, когда парень уйдёт.

Однако его белые кроссовки, казалось, на мгновение замерли, а затем шагнули еще ближе ко мне.

— Извините, кажется, вы уронили это.

Он протянул мне что-то, что он поднял с пола.

Я, немного растерявшись от неожиданности, поднял голову, но прежде чем я успел понять, что это был мой защитный напульсник.

Мы встретились глазами.

— …?

— …!

Он широко раскрыл глаза, и я, в свою очередь, затаил дыхание.

Я не ожидал встретить знакомое лицо здесь. Мы оба, наверное, выглядели одинаково удивлёнными.

Квон Чон У — баскетболист, который стал известным в последние несколько лет. Его выдающиеся навыки и не менее яркая внешность сделали его настоящей восходящей звездой. Он привлёк внимание к университетской баскетбольной лиге, подняв её популярность до уровня профессиональной лиги. В нашем возрасте не было ни одного человека, который бы его не знал.

И вот теперь этот Квон Чон У стоял передо мной, протягивая мой напульсник, с выражением на лице, которое говорило, что он меня узнал.

Из приоткрытых губ вырвался лишь слабый вздох, вместо благодарности. Атмосферу неловкости нарушил чей-то вопрос, доносившийся от группы игроков.

— Квон Чон У, что ты делаешь? Кто это?

Страница книги Тактика парня с мячом в интернете

Table of Contents

1 - 1

О книге