Холод, такой пронизывающий, что сводит мышцы.

Налетел порыв ветра, принеся с собой холод и сырость.

Шэнь Цинчжо вздрогнул. Он распахнул глаза, и взгляд помутнел на мгновение, отчего пришлось вытянуть руку в поиске опоры.

«Молодой Господин, Его Величество Седьмой Принц уже второй час стоит на коленях в снегу. Если так продолжится, он может…»

На этот раз тонкий, резкий голос достиг его слуха.

Перед ним, склонившись, стоял юноша лет 17-18 в серо-голубой мантии и шляпе, почти как…

Евнух?

Шэнь Цинчжо запнулся, и наконец заметил, что на нём самом одеяние из небесно-голубой парчи, на талии повязан пояс нефритового цвета, а на плечах – длинная меховая накидка.

Качество превосходное, он сначала даже не понял, что это за материал, но чувствовал, что она недостаточно теплая.

Шэнь Цинчжо закашлялся и закрыл окно перед ним.

Холодный морозный воздух вообще не способствовал мыслительному процессу.

«Что происходит? Ведётся съёмка?» - оправившись от головокружения, он огляделся по сторонам, но не увидел ни камер, ни персонала.

«Что это значит?», – спросил ошеломленный евнух.

Шэнь Цинчжо нахмурился. Что-то было не так...

Секунду назад он работал за ноутбуком и вдруг, мгновение спустя, оказался в другом месте, но как?

Система: «Даже не мгновение», прозвучал ленивый механический голос в его голове.

«Кто это?», - спросил Шэнь Цинчжо.

Система: «Разрешите представиться. Я система №007 из Бюро путешествий по книгам. Поздравляем с внезапным инфарктом миокарда. Ваша душа была выбрана для привязки к книжной системе «Династия Дайонг»

«Династия Дайонг» - новелла, на которую Шэнь Цинчжо так кропотливо писал рецензию в тысячу слов перед тем, как попасть сюда.

Эта политическая новелла рассказывает о борьбе за трон в эпоху расцвета династии Дайонг.

Главный злодей, Сяо Шэнь – типичный трагический второстепенный персонаж с привлекательной внешностью и немалой силой.

Хоть герой и является седьмым принцем Династии Дайонг, родился он в холодном дворце, а его мать – младшая сестра Генерала Чжао. Генерал был слишком могущественен, за что по приказу Императора был арестован и обезглавлен за государственную измену.

После рождения Сяо Шэнь наложница Чжао лишилась рассудка. Она била его, кричала и даже пытала своего юного и невинного сына. Иногда ей приходила мысль просто задушить своего ребёнка.

С молчаливого одобрения Императора и другие принцы издевались над ним, получая от этого удовольствие.

Когда ему было шесть лет, его заставили спрыгнуть в реку, в восемь на Сяо Шэня спустили злобных псов, искусавших его. Даже евнухи и дворцовая прислуга низшего ранга смотрели на него свысока и открыто отбирали еду, одежду и другие драгоценности матери и сына. Какое-то время мальчику приходилось воровать еду у котят, живущих во дворце, чтобы выжить самому.

После всех унижений, Седьмой Принц, прожив несколько лет в позоре и смиренном бездействии, убил одного за другим своих братьев. Собственноручно он сослал Старого Императора на запад и взошел на трон, ступая по головам своих ближайших родственников.

Победивший получает всё, проигравший – ничего. По правде говоря, многие императоры убивали своих родственников и захватывали власть. Но героем новеллы был не Сяо Шэнь.

Настоящие протагонисты – шестой дядя тирана Сяо Лучи и законный сын министра доходов и сборов Линь Цзиньюй.

Воспитание сделало Сяо Шэня жестоким и безжалостным. После восхождения на трон, он прославился как самый жестокий правитель династии Дайонг.

Любой, кто осмеливался перечить ему или давать советы, был казнен вместе со всем его родом. Были это чиновники, генералы или герои, внесшие большой вклад в становление страны - значения не имело. Он упразднил кабинет министров и расширил полномочия секретной службы Дунчан, от князей и канцлеров до чиновников высшего ранга. Вездесущие Дунчан обезглавили министра двора Дали третьего даже раньше, чем успели сообщить о его действиях.

Весь двор был окутан чёрным облаком.

И во внешней политике Сяо Шэнь был воинственен и агрессивен. Он приказал всем мужчинам призывного возраста вступить в армию Дайонга. Участвовал в войнах по всем четырем направлениям света. После себя его кавалерия оставляла только выжженную землю. Бушевала война, а страна страдала. Жители Дайонга погрязли в нищете.

На третий год правления Тяньци Сяо Шэнь обратил внимание на своих дядей и начал ограничивать власть феодалов.

Без губ зубам холодно [1]. Следуя советам своих помощников, король Цинь, Сяо Лучи, наконец, решил захватить трон. Он собрал армию под предлогом «очищения двора» и объединил усилия с губернатором префектуры Бэйчжэнь, Линь Цзиньюем.

Следуя законам жанра, король Цинь, повинуясь воле небес, сверг тирана и взошёл на трон, начав мирную и процветающую эпоху для Династии Дайонг.

Однако последующие события ошеломили всех читателей. Тиран Сяо Шэнь убил всех богов и Будд, стоящих на его пути. Он убил всех главных и второстепенных героев книги.

Читатели, следившие за новеллой, были в ярости. Все герои умерли. И ради чего, спрашивается, они месяцами следили за историей? Автор – мошенник!

Верните деньги!

Шэнь Цинчжо как раз-таки спокойно это воспринял и написал огромную рецензию, доказывая рациональность такого финала.

Ему не платили за выгораживание автора, но он смутно чувствовал, что писатель больше не мог никак изменить характер Сяо Шэня, так как новелла уже была написана наполовину.

Свирепый тиран, отвратительный призрак из бездны. Сюжет последующих частей был полностью сосредоточен на нём. Протагонистам будет сложно победить Сяо Шэня без посторонней помощи.

Решающая битва между злодеем-тираном и праведными героями должна была стать самой захватывающей частью всей книги, но, к сожалению, события прошлых глав сковывали автора, не давая возможности закончить историю. Как итог - финал вышел размытым.

Шэнь Цинчжо считал, что это и было причиной, почему он оказался в книге, но тут же возникал следующий вопрос: «Кем я стал?»

Система: «Какая разница?»

Шэнь Цинчжо: «Тоже верно. Всё равно все персонажи умерли в конце. И я не могу быть перемещен, так?»

Система: «Верно. Ты был перемещен в Шэнь Цинчжо, с таким же именем».

Шэнь Цинчжо: «…»

Будучи студентом, специализирующимся на истории, он нашёл время, чтобы прочитать эту новеллу, потому что в книге был персонаж с таким же именем, наставник тирана.

В новелле Шэнь Цинчжо – младший сын короля Чжэньбэя. Он жил в роскоши с самого детства, получая всё, что только хотел. Его воспитывали на замену брату, чтобы войти во дворец и стать компаньоном Наследного Принца.

Король Чжэньбэй, Шэнь Гэн – единственный принц с другой фамилией в династии Дайонг. Он много лет охранял Юбэя, командовал войсками и был любим народом. Старый Император с особой настороженностью относился к нему, поэтому приказал королю Чжэньбэю отправить своего сына во дворец.

Хотя Шэнь Цинчжо был компаньоном принца, он оставался заложником Императора, который использовал его для сдерживания собственного отца.

Всем известно, что король Чжэньбэй любил младшего сына, но мало кто знал, что он изначально был брошенным.

Шэнь Цинчжо пробыл во дворце три года и содержался в Восточном Дворце, пока вдовствующая императрица не увидела седьмого принца. Ей стало жаль мальчика: ему уже двенадцать лет, а он так и не начал учиться. За это она отчитала Императора, сказав: "Как Седьмой принц династии Дайонг может быть неграмотным?"

Старый Император неохотно позволил Сяо Шэню учиться каллиграфии, в то время как Наследный Принц тайно поручил Шэнь Цинчжо порекомендовать себя в качестве наставника Седьмого принца. С одной стороны, это было сделано для того, чтобы облегчить наблюдение за маленьким принцем, с другой стороны – чтобы лишить его возможности овладеть реальными навыками.

И так Шэнь Цинчжо совершил огромное количество бесчеловечных поступков под предлогом обучения.

После того, как Сяо Шэнь взошёл на престол, первое, что он сделал, это заключил наставника в тюрьме в Восточном дворце. В течение трех лет он пытал его, чтобы в конце концов приказать казнить его через расчленение.

Императорский наставник и без того был слаб здоровьем, а три года тюремного заключения довели его до такого измождения, что его было сложно узнать. Новоявленный император лично накормил его эликсиром женьшеня, чтобы сохранить ему жизнь, а после заставил терпеть три тысячи ударов, оставаясь в сознании.

Пытка длилась три дня и три ночи. Император скормил его мясо собакам, а кости превратил в пепел, не оставив никаких следов.

Размышляя над финалом оригинального персонажа, Шэнь Цинчжо не мог не обеспокоиться: "Но есть отличия".

Ведь на самом деле императорский наставник умер более трагичной смертью.

Система: «Ты уже перенесён сюда, нет смысла говорить об этом».

Опровергнуть было нечем, поэтому в ход пошёл следующий вопрос: "Какой сейчас год?"

Система: «Двадцать третий год правления Гуанси, зима».

Шэнь Цинчжо взглянул на снегопад за окном. Ситуация была неважной, учитывая слова евнуха.

Он подошёл к окну, открыл раму и увидел ребёнка, стоящего на коленях, с ног до головы покрытого снегом. Сначала даже показалось, что кто-то слепил снеговика.

Зимой двадцать третьего года правления Гуанси в Шэцзине в течение нескольких дней был удивительно сильный снегопад. Прошлый Шэнь Цинчжо нашёл предлог наказать маленького тирана и заставил его стоять на коленях в снегу, размышляя над своими поступками.

Двенадцатилетний принц почти окоченел, но его успели спасти. С того момента каждый раз, когда шёл дождь или снег, ноги невыносимо болели. После восхождения на трон, новоявленный правитель собственноручно лишил наставника ног, стерев кости в прах.

В ногах Шэнь Цинчжо кольнуло.

А дальше с места в карьер.

«И какая у меня миссия», - Шэнь Цинчжо смотрел на живого снеговика, пытаясь принять жестокую реальность.

Система: «Твоя миссия – предотвратить становление Сяо Шэня злодеем и не дать ему убить протагонистов книги, тем самым остановив разрушение мира. Значит, ты должен…»

Шэнь Цинчжо: «Ударить первым, заработав преимущество?»

Система: «…»

Шэнь Цинчжо: «Шучу. Как я могу так поступать с этим милым пирожком?»

Несмотря на то, что маленький тиран был совсем юным и отчуждённым, что представляло отличную возможность для очередного удара, мужчина из 21 века с всесторонним развитием морали и интеллекта никак не мог себе позволить убить себеподобного.

Это не соответствует никаким общечеловеческим ценностям.

Система: «Итак, ты должен относиться к нему с любовью».

Шэнь Цинчжо: «Ох».

Система: «Опять же, цель миссии – важный второстепенный персонаж. Она не может быть грубо устранена».

Шэнь Цинчжо задумчиво потёр подбородок.

Какой смысл перевоспитывать его, если в конце концов протагонисты одержат победу? Разве миссия тогда не будет провалена?

Система: «Интересный факт. Двое, переведённых до тебя, провалили миссию».

Шэнь Цинчжо: «…»

«Ты можешь слышать мои мысли?»

Система: «А как ты думал, мы общаемся?»

Шэнь Цинчжо: «Думаю, тебе стоит уважать моё личное пространство».

Система: «Не волнуйся, обычно я занят управлением другими мирами. Потом, пока ты меня не позовешь, я не появлюсь».

Шэнь Цинчжо задумался и задал ещё вопрос: «Если выполню задание, смогу вернуться в свой мир?»

«Можешь считать, что так», - механический голос прозвучал как-то неопределённо.

Шэнь Цинчжо собирался спросить ещё, но система опередила его, прервав поток мыслей: «У меня дела в другом мире. Зови меня только в случае смертельной опасности».

Шэнь Цинчжо: «Что?».

Так и в чём тогда для него польза от такой системы? Нельзя дать ему чит-коды, например, или что-то такое?

Молодой евнух, стоявший в стороне, заметил, что господин погрузился в размышления. Решив, что это его слова так подействовали, он продолжил говорить: «В конце концов, он принц. Если что-то случится, Его Величество обвинит во всем вас. Вам придётся отвечать за это, господин!»

Шэнь Цинчжо пришёл в себя и сказал: «В этом есть смысл».

Молодого евнуха звали Сяо Дэцзы. Он был приставлен к оригинальному Шэнь Цинчжо старым императором.

Изначально он был шпионом Наследного Принца, но был уж очень молод и добросердечен. Спустя несколько лет общения, они стали настоящими хозяином и слугой.

Сяо Дэцзы облегченно вздохнул, услышав его слова: «Тогда, может, слуге попросить Его Высочество седьмого принца встать?»

Шэнь Цинчжо задумался на мгновение, внезапно развернулся и быстро вышел за дверь.

Евнух сразу разволновался: «Молодой Господин, на улице сильный снегопад, куда вы собрались?»

«А куда я могу идти? - отозвался Шэнь Цинчжо, поворачивая голову, - Я должен увидеть Его Высочество».

Возразить было нечем.

Шэнь Цинчжо поднял полы одеяния и шагнул в снег, оставляя за собой глубокие следы.

Сяо Дэцзы поспешил за ним, держа зонт.

Снегопад скрывал красные стены дворца, отчего разглядеть можно было лишь бескрайнюю пустоту.

Шэнь Цинчжо закашлялся от ветра, подумав, насколько же он хрупкий. Обнаженное запястье было бледным, нежным и тонким, готовым сломаться от любого, даже малейшего, усилия.

Мужчина забеспокоился. Противостоять кому-то с таким нежным телом будет сложно.

Он подошёл к Седьмому Принцу и, прокашлявшись, сказал: «Ваше Высочество, встаньте»

Мальчик, стоящий в снегу, не пошевелился.

Шэнь Цинчжо подумал, что его голос звучит слишком мягко, поэтому повторил, повысив голос: «Ваше Высочество, наказание окончено».

Нет ответа.

Сяо Дэцзы тихо сказал: «Молодой господин, может, седьмой принц отморозил ноги?»

Шэнь Цинчжо: «Вполне возможно».

Он повернул голову и подал знак Сяо Дэцзы: «Тогда отнеси Его Высочество в комнату».

Тот сразу наклонился, собираясь поднять принца на руки.

«Стой, подожди секунду, - остановил его Шэнь Цинчжо, - У него обморожение, суставы сейчас очень хрупкие. Нельзя его так брать».

Видя, что Сяо Дэцзы замялся, Шэнь Цинчжо снял свой плащ, наклонился, чтобы завернуть в него принца, и сам его поднял.

Он не ожидал, что двенадцатилетний мальчик окажется настолько лёгким, почти как бумажная кукла, которую могло сдуть порывом ветра.

Шэнь Цинчжо опустил глаза на маленькое личико, размером почти с его ладонь.

Впалые щеки принца были белыми, как снег, длинные густые ресницы и уголки глаз покрыты инеем и снегом. Он действительно был похож на безжизненное снежное изваяние.

Мужчина пристально смотрел на молодого тирана, а длинные ресницы слегка подрагивали.

Но внезапно Шэнь Цинчжо опешил, когда встретился с парой тёмных холодных зрачков.

Примечание:

[1] Китайская пословица, значит, неразрывную связь между чем-либо.

Шэнь Цинчжо не мог отвести взгляд.

Он никогда не видел таких глаз. Они были подобны обсидиану, погруженному в ледяной прозрачный пруд; прекрасны, но без единого намёка в них на душу и тепло.

«Я просто отнесу тебя внутрь, чтобы обогреть», - объяснил Шэнь Цинчжо, совершенно забыв, что сам и был причиной его такого состояния.

К счастью, мальчишка никак не отреагировал и снова закрыл глаза.

Может, потерял сознание от холода?

Шэнь Цинчжо не стал больше медлить и зашагал в холл.

Бескрайние белые небо и земля будто оттенялись лазурью, а летящие снежинки любовно падали на черные шелка. Но на мальчике, которого он держал на руках, не было ни следа снега.

Сяо Дэцзы безучастно смотрел на фигуру Молодого Господина. Ему потребовалось время, чтобы опомниться и наконец его догнать.

Не обращая внимания на странный вид молодого евнуха у двери, Шэнь Цинчжо зашёл внутрь комнаты с принцем на руках, приказав Сяо Дэцзы: «Пускай кто-нибудь принесет ведра холодной и горячей воды, а ещё найдите чистую те=ёплую одежду».

Сяо Дэцзы: «Да, Молодой Господин».

В комнате находилась курильня для благовоний, отчего температура здесь была порядком выше, чем за воротами дворца.

Шэнь Цинчжо осторожно положил принца на кровать, готовясь снять с него хлопковую рубашку, покрытую льдом.

Он не знал, когда принц начал носить эту старую ветошь. От многочисленных стирок она совсем истончилась и не выглядела тёплой. Даже зимняя одежда обычного ребёнка не была такой потрепанной.

Шэнь Цинчжо тихо цокнул, отбросив на пол холодную жёсткую ткань.

Горячую воду ещё не принесли. Не придумав ничего лучше, он взял толстое стёганое одеяло с кровати, немного помешкав, сел на край кровати и, взяв принца на руки, завернулся вместе с ним, чтобы согреть.

«Молодой Господин, принесли горячую воду!».

Подождав немного Сяо Дэцзы открыл дверь и приказал двум евнухам поставить деревянную бочку и принести ванну побольше. Комната заполнилась людьми.

«Сначала влейте всю горячую воду, затем добавьте холодной», - приказывал Шэнь Цинчжо, сидя на кровати. – «Вода должна быть не горячее сорока градусов. Остальное я сделаю сам».

К счастью, у него хватало здравого смысла, чтобы понять, что, если обмороженного человека опустить в горячую воду, это усугубит повреждения. Сначала нужно было смочить кожу тёплой водой.

Шэнь Цинчжо приподнял уголок одеяла, чтобы опустить принца в воду, когда вдруг снова встретился с ним взглядом.

На мгновение ему показалось, что он готов убить его.

Но через секунду эти глаза не выражали ничего, кроме страха и беспокойства.

Мужчина был не уверен, от холода или страха, но Сяо Шэнь отшатнулся, стуча зубами, и сказал: «Я не…».

«Ваше Высочество, наказание окончено», - Шэнь Цинчжо старался сохранять голос настолько низким и невозмутимым, насколько возможно, и встал с кровати.

Он подошел к ванне, присел и опустил тыльную сторону ладони в воду. Температура была приемлемой. Затем мужчина повернулся и спросил: «Ваше Высочество, хотите, чтобы я вам помог, или сделаете всё сами?»

Он увидел, как принц стоит на кровати, держась за угол покрывала двумя руками, смотря на него с удивлением и нескрываемым сомнением.

Шэнь Цинчжо выпрямился, пытаясь вспомнить сюжет оригинала.

Зимой двадцать третьего года правления Гуанси оригинальный персонаж был наставником Седьмого принца менее трех месяцев, но тогда же преподнёс ему «большой подарок».

К счастью, он вовремя остановил наказание, избежав серьёзных последствий.

Так когда же Сяо Шэнь стал злым?

О детстве тирана в новелле написано совсем немного, даже чётких временных рамок нет. Мужчина знал только то, что Седьмой принц совершил первое убийство в шестнадцать лет, втайне утопив четвёртого принца.

Сейчас Сяо Шэню только двенадцать. До первого убийства оставалось еще четыре года, значит, должно было произойти что-то ещё.

Но если поставить себя на его место. Долгое время страдая от чужой неприязни и пыток, трудно оставаться мягким и невинным. Он определённо не поверил бы, что его наставник внезапно изменил свою натуру.

Трёхфутовый лёд не образуется за одну ночь, и тает, соответственно, тоже не сразу.

«Сяо Дэцзы», - подумав, произнёс Шэнь Цинчжо, - «Помогите Его Высочеству залезть в воду. Когда вода остынет, добавьте горячей. Повторяйте в течение получаса», - он проговорил это всё спокойным тоном, отвернувшись от принца.

Сяо Дэцзы кивнул и подошёл к кровати. На этот раз мальчик не сопротивлялся.

Шэнь Цинчжо вышел из комнаты.

Ожидая снаруши, он вдруг понял, что не знает, как выглядит, поэтому попросил молодую служанку принести ему зеркало.

Качество товаров Дайонг было аналогично династии Мин, поэтому человеческая фигура в бронзовом зеркале была довольно четкой.

Первоначальному владельцу тела было 19 лет, и он ещё не был коронован. Его длинные чёрные шелковистые волосы были частично собраны в хвост, брови – подобны двум тонким линиям, нарисованным тушью, а уголки узких глаз немного приподняты вверх. Даже родинка в виде слезы под глазом была точно такой же.

Хотя лицо в бронзовом зеркале было симпатичнее, чем его настоящая внешность, стало как-то грустно.

Шэнь Цинчжо не мог отделаться от странного чувства. У книжного персонажа было такое же имя и фамилия, они даже выглядели одинаково. Может, поэтому система выбрала его?

Он был в глубокой задумчивости, когда Сяо Дэцзы доложил ему: «Молодой Господин, мы закончили».

«Хорошо», - Шэнь Цинчжо положил зеркало и вернулся в комнату.

Войдя, он увидел ребенка, держащегося за деревянную раму, в белом нижнем белье, явно тесноватом.

Только тогда Шэнь Цинчжо обратил внимание на его худобу и небольшой рост. Если он свернётся калачиком, то станет похож на маленький шарик.

В то же время Сяо Шэнь, завидев наставника, крепко вцепился своими ручонками в ширму, словно это был с рождения заложенный в нём рефлекс.

«Сяо Дэцзы, отправь Его Высочество обратно», - сказал Шэнь Цинчжо, обходя ширму.

Сначала он хотел еще раз осмотреть тело принца, но лучше дать мальчику отдохнуть.

Более того, излишняя нетерпеливость никак не вяжется с нынешним характером Шэнь Цинчжо.

Сяо Дэцзы ответил: «Как прикажете».

С помощью Сяо Дэцзы Сяо Шэнь надел свое хлопковое одеяние, но икры всё ещё дрожали. Было очевидно: мальчик не может полностью восстановиться за такой короткий период.

Шэнь Цинчжо огляделся, снял с резной вешалки свой плащ и накинул его на плечи принца.

Тело Сяо Шэня напряглось, худая спина выпрямилась. Он явно не привык к доброте со стороны другого человека, но и вырваться не осмеливался.

Приведя в порядок белоснежную накидку, мужчина отступил назад и сказал: «Ваше Высочество, не приходите в эти дни на занятия. Встретимся, когда снег растает».

Таким образом, у них оставалось в запасе немного времени.

Сяо Шэнь опустил взгляд, продолжая молчать.

Только когда мальчик скрылся из виду, Шэнь Цинчжо смог выдохнуть.

Этот этап пройден?

Но опять же, учитывая условия дворца, не будет ли опасно, если принц заболеет или у него поднимется температура этой ночью?

Поразмыслив, Шэнь Цинчжо приказал юной служанке: «Сходи в императорскую лечебницу, скажи, что у меня жар и кашель, и принеси лекарство».

Служанка обеспокоенно спросила: «Молодой Господи, может пригласить лекаря, чтобы он осмотрел вас?»

«Не нужно, просто принеси лекарство», - Шэнь Цинчжо махнул рукой. – «На улице холодно, прихвати ещё мазь от обморожения».

После того, как евнухи и служанки были отосланы, комната погрузилась в тишину, и Шэнь Цинчжо медленно подошел к столу.

Пресс-папье в форме оленя, вырезанное из белого нефрита, придавливало тончайшую бумагу, на которой ещё не совсем высохли чернила.

Он взял кисть, закатал рукава, набрал чернил и написал вторую половину незаконченного стихотворения.

«Я далеко от дома и не знаю, когда вернусь».

В романе этому болезненному протону посвящено всего несколько строк, а самая длинная часть – та, где его расчленяют.

Оригинальный персонаж несомненно ужасно относился к Седьмому Принцу, но если вдуматься, то был даже довольно жалким. Его бросили и отец, и брат, а во дворце мужчина ходил по тонкому льду. Просто не мог контролировать многие вещи.

Однако, когда жертва превращается в преступника, она перестает быть невинной.

Да и кто без греха в этом дворце?

Шэнь Цинчжо замер, обнаружив, что его почерк похож на почерк оригинального персонажа.

Он внимательно осмотрел написанное, отложил кисть и попытался вспомнить сюжет новеллы, стараясь не упускать мелких деталей.

Нельзя было сказать точно, сколько прошло времени, но Сяо Дэцзы тихонько постучал в дверь: «Молодой господин, уже темнеет, я зажгу лампу».

Шэнь Цинчжо удивился, но вскоре осознал, что за окном уже стемнело.

К юши[1] на маленькой кухне павильона Цзиюэ быстро приготовили ужин.

Клецки из ягненка, горячий суп из старого гуся, приготовленное мясо, мягкое, ни капли не жёсткое - на столе было множество вкусных блюд, источающих восхитительный аромат. Шэнь Цинчжо немного поел, но вдруг ему стало не по себе от вида маленькой худой фигурки, возникшей перед его взором.

Когда оригинальный персонаж приехал во дворец, он стал компаньоном Наследного Принца и, естественно, жил в Восточном дворце вместе с ним.

Три месяца назад ему было приказано обучать Седьмого принца, и Император Сюаньху пожаловал ему Павильон Цзиюэ недалеко от холодного дворца.

Забавно, что Император Сюаньху решил предоставить заложнику отдельную резиденцию, и каждый день кормить и поить его, а не переселить собственного сына из холодного дворца. Как будто он хотел, чтобы Сяо Шэнь страдал.

Шэнь Цинчжо закончил свой скромный ужин и попросил всех уйти, оставив прислуживать одного Сяо Дэцзы.

После тщательного обдумывания он решил попросил личного евнуха присоединиться к нему: «Сяо Дэцзы, идём в холодный дворец».

«Молодой Господин, вы хотите лично туда отправиться?», - тот, казалось, был удивлён.

«Да», - спокойно ответил Шэнь Цинчжо. – «Давай узнаем, как дела у Его Высочества».

«Молодой Господин», - Сяо Дэцзы замялся, но всё же набрался смелости и наконец сказал. – «Когда слуга отвёл Его Высочество обратно, тот едва стоял на ногах. Так что…»

Шэнь Цинчжо посмотрел на него и прямо спросил: «О чём ты думаешь?»

«Я лишь волнуюсь, как бы с Его Высочеством ничего не случилось ночью. Тогда ответственность ляжет на вас, Молодой Господин».

Сяо Дэцзы тут же поднял руку и ударил себя по щеке: «Слуга заслуживает смерти. Как я смею предполагать такое».

«Я знаю, что ты хочешь, как лучше», - Шэнь Цинчжо сохранял спокойствие, но про себя подумал, что был прав насчёт этого человека.

Он подошёл к столу и задул свечу: «Не буди других».

Ночью снегопад немного утих. Сяо Дэцзы нёс фонарь, вместе с господином они шли к холодному дворцу, друг за другом.

К счастью, Павильон Цзиюэ находился недалеко от дворца, добрались они быстро.

Так называемый холодный дворец на самом деле был брошенным дворцом для наложниц. Он расположен в отдаленном районе и сюда никто не приезжает. Снежной ночью здание выглядело совсем ветхо.

«Молодой Господин, во дворце много снега, будьте осторожны», - сказал Сяо Дэцзы и со скрипом открыл тяжелую дверь.

Как только они вошли в комнату, мужчину пробрал холод. В таком огромном дворце не было ни одного евнуха или служанки, что вызвало некоторые подозрения.

Шэнь Цинчжо не мог отделаться от ужасных мыслей, например, о наложнице, которая не смогла смириться со своим положением и повесилась где-то здесь…

«Молодой Господин, Его высочество Седьмой Принц в этой комнате», - Сяо Дэцзы указал на боковую дверь с восточной стороны.

Шэнь Цинчжо задрожал от страха. Натянув на себя маску спокойствия, он плотнее закутался в белоснежный плащ. – «Ладно, давай войдём и посмотрим. Осторожнее».

В комнате всё ещё стоял чёрный дым от сжигания низкосортного угля. В свете, падающем из окна, Шэнь Цинчжо огляделся и обнаружил, что условия жизни здесь были невероятно убогими: в комнате не было ничего кроме кровати и стола.

На кровати виднелся небольшой бугорок.

Шэнь Цинчжо тихо подошёл и потрогал одеяло. Оно было холодным и твёрдым, как железо, совершенно не согревая маленькое тело.

Он протянул руку ко лбу мальчика, и его ладонь обожгло.

«Сяо Дэцзы», - тихо позвал он и взял у евнуха фонарь, чтобы в его свете лучше рассмотреть красное личико.

Было похоже, что ему снится кошмар. Бледные губы слегка открывались и закрывались, брови были сдвинуты, создавая отчётливую гримасу боли.

Если жар продержится всю ночь, это может иметь серьёзные последствия для его мозга.

Мозга?

Шэнь Цинчжо слегка нахмурился, а в его сердце снова началась борьба между совестью и желанием выполнить миссию.

Если разум Седьмого Принца будет искажён лихорадкой, он никогда не сможет сдать злодеем и убить всех в книге. Так мужчина выполнил бы свою миссию, почти ничего не предприняв.

В конце концов, уровень медицины в древние времена были низким, и в холодном дворце никто не заботился о мальчике. Если он случайно умрёт, будет ли миссия провалена?

Или если человек не умер, но страдает от других болезней, в конце он всё равно будет сурово наказан.

Взвесив оба варианта, Шэнь Цинчжо решил, что спасать людей – более весомая цель.

Однако прежде чем он успел что-то предпринять, Сяо Шэнь, лежавший на кровати, внезапно открыл глаза, словно, что-то почувствовав.

Шэнь Цинчжо застыл и попытался изобразить мягкую и добрую улыбку, чтобы успокоить принца.

Он и не подозревал, что Сяо Шэнь проснулся от кошмара. Открыв глаза, тот увидел растрепанного человека, стоящего над его кроватью с фонарем в руке. Он зловеще улыбнулся, будто собирался в следующую же секунду открыть рот и съесть его…

Полусонный маленький тиран не смог сдержать крика ужаса.

Примечание автора:

Цинчжо: «Чёрт возьми, как я могу быть похож на призрака, когда я такой симпатичный».

[1] 5-7 вечера.

«Ш-ш, не кричи», - Шэнь Цинчжо отбросил фонарь и наклонился, чтобы заглушить крики принца. Мальчик не понимал, что происходит, ему казалось, что мужчина здесь, чтобы заставить его замолчать.

Как и ожидалось, Сяо Шэнь забился в чужих руках.

Стоя так близко, в этих красных глазах нельзя было не увидеть неукротимую волю и негодование. Принц был похож на новорожденного волчонка в заснеженном поле; в нём ощущалась необузданная дикость и желание выжить, присущие всем животным.

«Тц-ц», - Шэнь Цинчжо пронзила острая боль и он втянул холодный воздух через зубы. – «Отпусти!»

«Волчонок» вцепился зубами в его руку.

Сяо Дэцзы, стоявший позади него, внезапно бросился вперёд, чтобы помочь успокоить обезумевшего Седьмого Принца: «Ваше Высочество, у Молодого Господина нет злых намерений! Он пришёл, чтобы убедиться, что с вами всё в порядке!»

Разум Сяо Шэнь прояснился, но зубы он не разжал, продолжая смотреть своими большими глазами на человека перед собой.

Превозмогая боль, Шэнь Цинчжо сжал пальцами челюсть принца и пригрозил: «Если не отпустишь, я сломаю твою челюсть и ты не сможешь даже нормально пить».

Испугавшись угрозы или поняв, что мужчина здесь не для того, чтобы убить его, Сяо Шэнь всё же разжал челюсть.

Шэнь Цинчжо отдернул руку и увидел кровь, капающую с ладони. К счастью, в этой части руки не было много плоти, только кожа. В ином случае этот зверёныш вырвал бы кусок.

Он глубоко вздохнул, достал из рукава чистый платок, обернув им ладонь, останавливая кровотечение, и решил преподать своему маленькому ученику первый урок.

«На месте Вашего Высочества я бы укусил здесь», - Шэнь Цинчжо наклонил голову, оголяя кожу. – «Только одна попытка. Если бы я хотел убить Ваше Высочество, то вы были бы уже мертвы».

Сопротивление без осознания собственной силы приведёт только к большим неприятностям.

Сяо Шэнь знал, что он говорит правду и сжался в углу, заметно напрягшись.

Его бледные, сухие губы были вымазаны кровью, глаза наполнились слезами, а худое тело свернулось калачиком, придавая ему жалкий вид.

Шэнь Цинчжо подавил гнев, подумав, что мальчик сначала отказался отступить, а теперь из-за этого немного обиделся.

Но в конце концов, это всего лишь ребёнок. Шэнь Цинчжо было забавно осознавать, что маленький тиран в детстве тоже боялся призраков.

«Прости, я не хотел пугать тебя», - Шэнь Цинчжо поднялся и отошёл от кровати. – «Сяо Дэцзы, помоги Его Высочеству собрать вещи и вернуться в Павильон Цзиюэ».

Из-за долгой лихорадки у Сяо Шэнь кружилась голова, но собрав последние силы, он выдавил: «Я не пойду».

Должно быть, мужчина придумал новый способ пытать его.

«Если с Вашим Высочеством что-то случится этой ночью и Его Величество обвинит меня, боюсь, потом будет сложно справиться с последствиями», - холодно ответил Шэнь Цинчжо. – «Вашему Высочеству лучше помочь мне, чтобы облегчить свои страдания».

На деле, он мог только спорить, и то с трудом. Сяо Дэцзы крепко его закутал, усадил на спину и вынес за дверь.

Как только они покинули дворец, налетел сильный морозный ветер.

Заметив, что принц дрожит от холода на спине Сяо Дэцзы, Шэнь Цинчжо накрыл его частью своего белоснежного плаща.

Страдания, испытанные волчонком этой ночью, были виной оригинального персонажа. Теперь тело принадлежало другому Шэнь Цинчжо, а значит, приходится нести вес совершенных прошлым грехов

Втроем они вернулись в Павильон Цзиюэ, никого не разбудив.

Сяо Дэцзы аккуратно положил принца на кровать и сказал: «Молодой Господин, у Его Высочества сильная лихорадка. Нужно ли позвать императорского лекаря, чтобы осмотреть его?»

«Ты совсем глупый?» - тихо выругался Шэнь Цинчжо. – «Если мы вызовем его сейчас, не насторожит ли это всех?»

Сяо Дэцзы смущенно почесал за ухом.

Шэнь Цинчжо, выдержав паузу, снова заговорил: «Я знаю, что ты докладывал обо всём людям в Восточном Дворце, но в сегодняшней ситуации замешаны мы оба».

Сяо Дэцзы был шокирован таким заявлением и вдруг упал на колени: «Молодой Господин! Слуга не желает вам вреда!»

«Хорошо, я не собираюсь наказывать тебя за твои прошлые поступки», - прервал его оправдания Шэнь Цинчжо. – «Сегодняшнее происшествие останется только между мной и тобой, небом и землей. Если кто-то ещё узнает, я тебя не прощу».

Сяо Дэцзы в панике припал к полу: «Слуга не посмеет».

«Встань», - Шэнь Цинчжо нагнулся, протягивая ему руку для помощи, а голос стал немного мягче. – «Твоя преданность не останется незамеченной. Но я и без того хожу по тонкому льду в этом дворце, так что ты – единственный человек, которому могу доверять».

Стыд Сяо Дэцзы становился всё больше и больше, отчего он бессвязно бормотал прямо себе под нос: «Молодой Господин…»

«Принеси таз с тёплой водой и попроси кого-нибудь приготовить лекарства, принесённые вечером», - сказав это, Шэнь Цинчжо повернулся и подоткнул одеяло принцу. – «Никто кроме тебя не должен сюда заходить».

Евнух посмотрел на его левую руку и сказал: «Сначала слуга хотел бы помочь с раной на руке Молодого Господина».

Шэнь Цинчжо посмотрел на свою руку: платок, которым он перевязал её, пропитался кровью, но боль уже прошла: «Всё в порядке. У тебя есть какие-нибудь лекарства для ран?»

Сяо Дэцзы незамедлительно ответил: «Да, слуга сейчас принесет их!»

В конце концов, его укусил не настоящий зверь, так что Шэнь Цинчжо просто обработал и перевязал рану.

Затем он попытался мысленно вызвать систему, но, конечно, ответа не получил.

Неудивительно, что другие потерпели неудачу с этой миссией, система ведь ненадежна.

Шэнь Цинчжо оставалось только сесть рядом с кроватью, приказав Сяо Дэцзы отжать полотенце, а затем протереть лоб и шею мальчика, пытаясь снизить жар. Выбора не было.

Через полтора часа лекарство было готово. Шэнь Цинчжо уступил свое место Сяо Дэцзы.

Он никогда не помогал детям принимать лекарства.

Оно было слишком горьким, отчего спящий малыш плотно сжал губы. Красное личико сморщилось, отказываясь открывать рот, чтобы выпить его.

Да и запах лекарства сам Шэнь Цинчжо считал настолько отвратительным, что зажал нос. Вдруг в голову пришёл способ заставить ребёнка принять невкусную микстуру.

Он взял засахаренный фрукт из глиняной баночки, поднес к лицу мальчика, мягко уговаривая его открыть рот, а затем попросил Сяо Дэцзы взять ложку и за один раз постараться дать ему всё лекарство.

После долгих попыток принц выпил лишь половину чаши, а остальное пролилось на кровать.

«Тц», - Шэнь Цинчжо пренебрежительно сморщился. – «Сяо Дэцзы, ты пока свободен, есть время прийти в себя».

«Молодой Господин, позвольте слуге позаботиться о Его Величестве», - вызвался Сяо Дэцзы. – «Вы ранены, поэтому вам нужно отдохнуть».

Шэнь Цинчжо ответил: «Просто делай, что тебе говорят. Почему ты такой болтливый? Позже у тебя будут указания».

Сяо Дэцзы: «Слуга понимает».

Несмотря на то, что мальчик выпил лекарство, Шэнь Цинчжо боялся, что жар не спадёт, отчего продолжал обтирать лицо принца влажным полотенцем.

Волчонок, который недавно яростно кусался, теперь вёл себя спокойно. Слушался отданных ему приказов. Когда его просили поднять руки, он делал это, не пытаясь сопротивляться.

Шэнь Цинчжо не смог удержаться и ущипнул мальчика за щеку.

Хотя его щёки были ужасно худыми, на ощупь они были удивительно приятными. Он приложил тыльную сторону ладони к лицу мальчика.

Сяо Шэнь забормотал и прильнул к ладони, потершись о неё лицом в поисках прохлады.

Сердце Шэнь Цинчжо смягчилось.

Естественно, даже кролик будет кусаться, если его загнать в угол. Что уж говорить о живом человеке.

Однако, укус заставил мужчину осознать, что волчонок перед ним не такой послушный, как казалось.

Шэнь Цинчжо убрал руку и на его губах заиграла заинтересованная улыбка. Это ведь правда был тот персонаж, к которому он с самого начала относился с оптимизмом.

Ему нравились дикие волчата и сложные игры.

Если он отнесется к этой миссии, как к чрезвычайно сложной игре, возможно, станет даже интереснее, чем можно было себе представить.

Поэтому мужчина продолжал терпеливо выжимать полотенце, проведя так большую часть ночи. Наконец, температура начала спадать. Казалось, опасность миновала.

Шэнь Цинчжо так сильно хотел спать, что едва ли мог держать глаза открытыми. Он глубоко вздохнул, отбросил полотенце, забрался на кровать и уснул.

Уже в полудрёме подумалось, что сейчас не выйдет заботиться о ком-то ещё; он сам был слишком измотан.

На следующее утро, придя в себя, Сяо Шэнь заметил кое-что необычное.

Под ним не было жёсткого матраса, его не укрывала влажная холодная тряпка. Вместо этого его тело было окутано теплым одеялом, приятный запах которого щекотал нос.

Он подскочил с кровати и увидел, что рядом с ним спит человек в одежде.

Его длинные волосы были растрепаны, ресницы, похожие на вороньи перья, были безмятежно сомкнуты, отбрасывая тень под глазами. Спящее лицо было прекрасным, подобно нарисованному акварелью.

Однако в глазах Сяо Шэня загорелся холодный, убийственный блеск.

Когда мальчик увидел наставника в первый раз, у него появилась надежда.

Он думал, что если Шэнь Цинчжо не защитит его, то хотя бы научит читать и писать, как другие учителя.

Но на деле, несмотря на его прекрасное лицо, это был человек с порочным сердцем. Он не только ничему его не научил, но и каждый раз находил повод, чтобы его наказать. Новый наставник ничем не отличался от других людей, издевавшихся над ним во дворце.

Нет, Шэнь Цинчжо был ему даже ненавистнее, чем другие!

В его глазах вспыхнуло желание убить, губы мальчика дрогнули и он протянул свои красные и опухшие ручки, тихо приближаясь к тонкой и хрупкой шее.

Вдруг в его памяти всплыла сцена прошлой ночи. Этот человек научил его, что есть только один шанс убить кого-то, поэтому Сяо Шэнь должен поразить цель с первого удара.

На данный момент у него не было такой возможности.

Стоило убрать руки, как человек рядом с ним внезапно открыл глаза.

Когда Шэнь Цинчжо проснулся, увидел, что на другой стороне кровати, свернувшись калачиком, лежит ребёнок и смотрит на него, широко раскрыв тёмные глаза.

Медленно моргнув, он вспомнил о своём положении.

«Кажется, Ваше Высочество чувствует себя лучше», - мужчина приподнялся и добавил. – «Раз Вы в порядке, почему бы не встать с моей кровати?».

Сяо Шэнь был напуган и сразу же вскочил с места. Неожиданно его тело обмякло, а он рухнул на колени.

Шэнь Цинчжо лениво зевнул и с полуулыбкой сказал: «Сегодня не будет занятий, Вашему Высочеству не за чем устраивать сцены».

Сяо Шэнь повернулся к нему, стиснув зубы.

Мужчина тоже поднялся с кровати, открыл окно и небрежно сказал: «Ваше Высочество, должно быть, удивляется, почему я сначала наказал вас, а потом вдруг предложил помощь, верно?»

Сяо Шэнь встал и стоял молча некоторое время.

«Ваше Высочество, вы не единственный, кто беспомощен в этом дворце», - Шэнь Цинчжо выглядел вялым, будто еще не проснулся. – «Если вы готовы сотрудничать, я больше не стану вас наказывать».

Тело оригинального персонажа было слабым. После всех вчерашних событий сил в теле совсем не осталось.

«Я не понимаю», - спустя мгновение Сяо Шэнь заговорил охрипшим от беспокойной ночи голосом.

Шэнь Цинчжо повернулся боком и посмотрел на худого мальчика: «Ты поймешь позже».

Наконец снегопад прекратился. Восходящее солнце заглянуло во внутреннюю комнату через решётку окна, отбрасывая теплый свет на Шэнь Цинчжо в зеленом одеянии.

Его тон был тверд, а выразительные глаза - спокойны и нежны. Когда он опустил взгляд на маленького принца, в них промелькнуло сочувствие.

В этот момент волчонок почувствовал, что человек перед ним уже не такой, как прежде.

Но боялся, что это лишь начало новых издевательств.

Завтрак был принесен в спальню. Шэнь Цинчжо специально попросил сделать кашу более жидкой, чтобы юному пациенту было легче есть.

Сначала Сяо Шэнь был осторожен, сидел за столом, отказываясь брать ложку. Но его взгляд был прикован к фарфоровой чашке.

В холодном дворце всегда были только остатки еды и холодные булочки. О горячей рисовой каше не могло быть и речи.

«Что? Боишься, что я подсыпал в кашу яд?», - Шэнь Цинчжо сразу понял, что его волнует. Он поменял их тарелки, зачерпнул и медленно проглотил.

Через некоторое время, Сяо Шэнь, наконец, взял ложку.

Шэнь Цинчжо засмеялся про себя, подумав, что некоторые не очень умны. Но вспомнив, через что прошел этот мальчик во дворце за эти годы, пресёк себя.

Мужчина не знал, о чём думал автор новеллы, издеваясь над маленьким ребенком.

Если бы над ним ежедневно глумились на протяжении десяти лет, то он стал бы даже злее и сверг небеса.

Сяо Шэнь все еще болел, отчего сильного аппетита у него не было. Он только пригубил рисовую кашу и отставил миску: «Я возвращаюсь».

«Ты не знаешь, как нужно благодарить?», - Шэнь Цинчжо взял платок и вытер уголок рта. – «Я заботился о тебе всю ночь, даже позавтракал с тобой. Разве ты не должен сказать «спасибо»?».

Принц широко раскрыл глаза, в которых читалось недоверие. Ему словно хотелось опровергнуть выдвинутое обвинение: «Разве не ты сделал меня таким?»

«Услуга – есть услуга, ненависть – есть ненависть. Мы должны относиться к каждому случаю по-разному», - на лице Шэнь Цинчжо не было и тени стыда. – «Мстите, когда нужно мстить, и возвращайте услугу, когда придет время».

Сяо Шэнь нахмурился, не понимая смысла сказанного.

«Я наказал тебя, и ты можешь ненавидеть меня. Но я заботился о тебе всю ночь, так что стоит сказать «спасибо», даже просто из вежливости», - терпеливо объяснял Шэнь Цинчжо. – «Понимаешь?»

Через мгновение Сяо Шэнь опустил длинные и густые ресницы, сухо ответив: «Спасибо».

«Ребенок способен к обучению», - сказал Шэнь Цинчжо, не обращая внимания на возмущения мальчика. – «Сегодня отдохни здесь, не возвращайся пока что в холодный дворец».

После его слов Сяо Шэнь снова насторожился.

Страница книги После того, как я стал наставником Императора Черного Лотоса в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

О книге