Женщина прислонилась к окну и улыбнулась ему в ответ. Нежное лицо, небольшая ямочка с правой стороны улыбки. Она всегда завивала волосы и ступала босыми ногами по полу, каким бы холодным он ни был. Простой крой чеонсам из хлопковой ткани свободно облегает ее миниатюрное тело, открывая половину белой шеи от воротника. За окном - цветок сливы Кадзуки.

Сяо Тэн не мог не позвать ее, но его губы не могли открыться, он не произнес не звука.

"Лин ..."

Тетя Лин. Он никогда не хотел называть ее так. Боясь, подтвердить этим их родство. Но он не мог дождаться, когда они станут настолько далекими, что у них даже не будет намека на слабое кровное родство.

В мире так много людей, которые не хотят следовать светскому этикету и правилам, почему он и она не могут?

Он не мог понять.

После стольких лет, я все не могу отказаться от этих воспоминаний.

Позже он женился на младшей дочери семьи Тонга, очень авангардной и смелой женщине, не по годам развитой, полной и красивой. Нравится ему это или нет, но его жизнь продолжалась, и у них родились один сын и три дочери.

По крайней мере, это доказывает, что он в каком-то отношении достойный муж.

Но на самом деле жена сбежала к другому человеку, уже в том возрасте, когда любая женщина должна быть в безопасности и думать только о семье.

Она оставила записку в которой было только одно предложение, в котором говорилось, что она его терпеть не может.

Чего она не выносила в нем? Он снабжал ее дорогими шубами, бриллиантами и роскошными автомобилями. Она имела великолепный дом. Слуга-дворецкий ждал ее у входа. Телохранители следовали за ней повсюду. Он не ограничивал ее в деньгах, она могла проводить своей картой бесконечно. В их общем доме, часто проводились тематические вечеринки. Он даже не ругался, когда она затеяла вечеринку в воздухе на большом вертолете.

Чем она была недовольна?

Дети тоже, он выбирает для них самое лучшее, отправляет их в лучшую школу, приглашает лучших частных учителей, дорогие игрушки, породистые домашние животные ... но они не в восторге от него. Хотя ведут себя вежливо и уважительно, но всегда отчужденное отношение, похоже на полутёплую воду.

Даже Сяо Сюань. Младший брат, которого он так любит, смог пойти против него из-за маленького, как муравей, человека.

Человек, который долгое время относился к нему с теплотой в этой жизни, - эта женщина, тетя Лин. Но она также бросила его без колебаний.

Он оказывается такой плохой?

Сяо Тэн проснулся от странной боли по всему телу, помимо головной боли от похмелья, у него был еще один странный дискомфорт. Это чувство было слишком необычным, настолько сильным, что он не мог не нахмуриться, а затем вынужден был открыть глаза.

Появился великолепный потолок гостиничного номера, и Сяо Тэн бессознательно фыркнул. Сегодня были важные переговоры, встречу и гостиницу организовывала другая сторона. Другая сторона заказала и этот номер. По крайней мере, он не недоволен своим пребыванием. Вчера его заселили, вечером он купался в горячем источнике в отеле, его массировали и растягивали, а затем пошел в бар, чтобы выпить и расслабиться.

Так почему же сейчас необъяснимый дискомфорт в теле?

Сяо Тэн нахмурился, потер лоб рукой и заставил себя встать. Когда он ясно разглядел ситуацию вокруг, его зрачки расширились.

На большом кровати, под шелковым одеялом, лежал другой человек.

Он молод и красив ...

Парень.

У этого парня, который не известно, откуда появился, было невинное и милое лицо, и он заснул, положив под щеку ладонь.

Сяо Тэн, который много лет ни с кем не делил свою кровать, почувствовал, что в него разом ударили пять громов. Потребовалась минута, чтобы успокоиться и одеться, стиснув зубы.

Когда он еще раз огляделся, он понял, что это не его номер. Сяо Тэн вышел и записал номер комнаты, вернулся в свой, а затем позвонил нерадивому личному секретарю.

"Что ты делал прошлой ночью?"

Старый секретарь и слуга, который работал в семье Сяо, чуть ли не с рождения Сяо Тэна, был немного обеспокоен: «Хозяин хотел выпить в одиночестве, поэтому я вернулся в свой номер. Здесь безопасно, поэтому я ...»

«Забудь об этом», - Сяо Тэн попытался твердо сесть на диван, чувствуя не только раздражение, но и боль, и дал ему номер комнаты, который он записал. “Гость в этой комнате, независимо от его личности, независимо от того, какой метод используется, реши с ним. . поставь точку, чтоб его больше никто не видел".

Секретарь вышел, Сяо Тэн пару минут сидел спокойно, но чувствуя, что задыхается, поднял руку и опрокинул вазу с кофейного столика на пол. Изначально это было для того, чтобы выразить гнев. Но стеклянная ваза упала на толстый ковер. Мало того, что она не пострадала, но и почти не было звука. Напротив, это у него свело судорогой мышцы на спине, что отозвалось болью в другом месте. Он чуть не потерял сознание от гнева.

Сяо Тэна можно считать человеком, который испытал много “бурь и ветров”, у него есть способности справляться со всеми видами несчастных случаев. Но больше он не может жить в этой гостинице. На этот раз «несчастный случай» слишком сильно задел его нервы.

Чтобы подготовиться к встречи, которая очень важна для его бизнеса, во второй половине дня, Сяо Тэн должен был спуститься вниз на обед, хотя у него кружилась голова от гнева. Ему нужно много умственной и физической энергии. Прошлая ночь была достаточно плохой. Если контракт не будет соответствовать минимальным условиям, установленным им самим из-за плохого состояния, даже если он разрубит тупого ублюдка на куски, он не сможет ... .

В ресторане он съел небольшую порцию салата из лобстера без аппетита. Ему показалось, что у него немного противный липкий соус. Он встал и хотел выбрать другие блюда, но услышал, как кто-то кричит: «Красавчик..»

Голос звучит слишком смешно и невежливо, неизвестно, кто этот несчастный. Сяо Тэн поднял глаза, но увидел, что мужчина улыбается и машет ему: «Привет». Он был жив!

Сяо Тэн услышал звук лопнувших синих вен у себя на лбу, не в силах сохранить самообладание, все его тело бесконтрольно дрожало от гнева и удивления.

Увидев его готовым к нападению, старый секретарь, которого отослали прочь, с некоторой паникой подбежал: «Хозяин».

Сяо Тэн сдержался, стиснул зубы и прошептал: «Ван Цзин, что происходит? Я увидел привидение?»

Он назвал прямо по имени своего универсального помощника, который старше его. Понятно, что он действительно зол.

Ван Цзин сказал: «Я собирался доложить молодому мастеру. У этого человека особая личность, поэтому нам лучше ничего не делать».

«Разве я не говорил, что, кто бы это ни был, не позволяй ему уйти живым?!»

«Мастер», - Ван Цзин наблюдал, как он рос, с детства. Независимо от того, сколько ему лет, он все еще называл его Мастером: «Это Жун Лю из семьи Жун из Цзяннаня».

"..."

Это человек, который хотел сегодня с ним обсудить дела.

В клане Жун много ветвей, но семья была передана поколению отца Жун Лю, а у Жун Тинги есть только один ребенок, его сын.

Говорят, что они потеряли других детей. Миссис Жун было трудно забеременеть. У нее было два выкидыша. Она родила сына в раннем возрасте. Он также была хилый и больной. Из опасений, что он преждевременно умрет, она с мужем назвали его Лю (шестой), обманывая призраков и богов, что бы те думали, что уже забрали пять умерших братьев и сестер, и оставили этого ребенка им.

Когда семья Жун праздновала полнолуние сына Лю, почти все известные люди пришли поздравить его. Сяо Тэн пошел со своим отцом, он даже держал драгоценного ребенка в своих руках, и его отец неоднократно говорил ему, чтобы он не поскользнулся и не упал.

Результат теперь ...

Сяо Тэн яростно схватил за воротник человека, который с улыбкой наклонился вперед, и потащил его прочь, пока они не добрались до угла, который скрыл их ото всех.

«Эй ...» - мужчина растерялся и был удивлен: «Почему ты так груб со мной? Прошлой ночью мы были такими неловкими, мы можем поговорить ...»

Сяо Тэн почти не мог отдышаться, желая забить его до смерти: «Что ты, ублюдок, сделал со мной прошлой ночью?»

«А?» Молодой человек выглядел невиновным. Он огляделся и увидел, что официант из ресторана посматривает в их сторону, и сказал: «Мы? Что? Мы болтали вместе, мы разговаривали всю ночь напролет ...»

Сяо Тэн дрожал от гнева: «Я имею в виду до этого!»

«О, я понял, ты был из тех, кем я восхищался в баре, поэтому я купил тебе вино, чтобы выпить, а потом ты сказал, что восхищаешься мной, мы просто ...»

Цепочка рассуждений Сяо Тэна мгновенно оборвалась: «Ерунда! Я не могу восхищаться тобой, разве я слепой, и я не извращенец!»

Жун Лю коснулся своего носа: «Я это не придумал».

"Я ненавижу мужчин!"

Жун Лю удивленно посмотрел на него: «Правда?»

Увидев, что убийственное выражение лица Сяо Тэна, было правдивым, он поспешно извинился: «Прости, я не знал об этом. В то время ты был пьян, один, и ты все время говорил мне, что тебе, так одиноко, я просто ... "

Лицо Сяо Тэна стало более чем наполовину темным: «Как это возможно!»

Жун Лю совсем не боялся его и очень искренне кивнул: «Это правда. Не только это, но ты все время держал меня за руку, я подумал, я должен сделать что-то хорошее, сопровождать тебя, поговорить об этом ...»

Глаза Сяо Тэна совсем потемнели: «Ерунда!»

«Ах, кажется, я неправильно все понял, мне очень жаль», - сказал Жун Лю, но не примирился с его отказом от прошлой ночи. «Но мы с тобой действительно хорошо разговаривали. Мы разговаривали долгое время, и мы сменили много тем. Ты знаешь ... ... "

Сяо Тэн стиснул зубы, когда услышал, как взорвались его собственные синие вены: «Заткнись!»

«Хорошо, - снова смиренно ответил Жун Лю, - извини, что беспокою тебя, и я компенсирую ущерб». После паузы он добавил: «Но ...»

"Все хватит, помолчи !!"

Жун Лю посмотрел на него с сожалением: «Ты слишком легко сердишься. Не будь таким. Если ты слишком долго будешь сердиться, это будет плохо для твоего тела, и твоя внешность станет некрасивой. Посмотри на себя, татуировки уже есть ... "

Впервые Сяо Тэн почувствовал усталость от гнева: «Ты, ты ...»

«А, - Жун Лю посмотрел на свои часы, - извини, у меня назначена встреча, чтобы поговорить о бизнесе, и мне нужно идти сейчас. Но это в этом отеле. Я дам тебе свой номер телефона, и ты можешь связаться со мной, сегодня вечером".

Сяо Тэн вздохнул и яростно сказал: «В этом нет необходимости».

«О, - подумал Жун Лю, - тогда дай мне свой номер телефона».

«...» Сяо Тэн сделал еще несколько вдохов, прежде чем успокоиться: «Не надо!»

"А? Но ..."

«Я тот человек, с которым у вас встреча».

«Ах!» Жун Лю, очевидно, тоже был удивлен, и осмотрел его с головы до ног: «Ты Сяо Тэн?» Затем он пробормотал: «Это не похоже на то, это не похоже на ...»

"На что?"

«Они сказали, что ты Сюньхай Яша ...» (вроде, король драконов, но если, кто знает прошу уточнить)

Сяо Тэн который наконец успокоился, снова начал дрожать: «Ты, ты ...»

«Это не то, что я думаю , - объяснил Жун Лю, - я лично считаю, что ты не только не похож на Яши, ты просто мерцающий бог мужского пола ...»

Что касается всего этого, Сяо Тэн сдержал свое желание убить его одним ударом и злобно сказал: «Ты, послушай меня. Если ты обидишь меня, ты ведь не думаешь, что сможешь вернуться живым? Думаешь, я не осмелюсь тебя переехать. Я, конечно, не могу позволить себе иметь во врагах семью Жун, но...».

Жун Лю посмотрел на него особенно чистым и невинным взглядом: «Это правда. Если что-то случится, моя семья не пожалеет усилий, чтобы выяснить причину смерти, и они не простят даже пряди моих волос. Наймут лучших детективов, узнают все. Тогда не только, мы будет знать, что случилось прошлой ночью. Боюсь, это не только ты и я ... "

Сяо Тэн не мог отдышаться, его лицо посинело.

Жун Лю сказал с виноватым видом: «Конечно, я ошибся в этом вопросе. Я обидел тебя, не поняв этого. Это слишком самонадеянно. Я должен нести ответственность».

Сяо Тэн холодно посмотрел на него.

У Жун Лю была такая улыбка на лице, которая сбивала с толку и увлекала, наверное, всех девушек: «Но я не сдамся, не волнуйся».

Сяо Тэн почувствовал, что сходит с ума: «Ты, ты ...»

«Ах, не делай такого лица, я шучу», - снова извинился Жун Лю, - «Хотя это грубо, но я не могу придумать ничего другого, чтобы это исправить. Мы сегодня встречаемся по поводу бизнесе. Да? Ты покажи мне составленный вами договор ».

Хотя Сяо Тэн был зол, он был рассудителен и знал, что у него не будет лучшего шанса, чем сейчас, поэтому он вернулся на свое место вместе с ним, и попросил Ван Цзина принести документы.

Жун Лю взял толстую пачку контрактов и быстро просмотрел ее, быстро исправил несколько мест своей ручкой, пометил некоторые места и вернул ее Сяо Тену.

«Это новый контракт. Не знаю, доволен ли ты».

Сяо Тэн немного сомневался, все ли он просмотрел, но после того, как пролистал, понял, что парень знал, что делает.

Он отметил все места, где были расставлены ловушки, и поправил их, глаза этого человека действительно сильны. Однако условия этого контракта неожиданно лучше, чем предполагаемый им результат.

Но размышления о причине, по которой Жун Лю был так великодушен, сильно его разозлили.

"Как насчет этого?"

Сяо Тэн отложил контракт и попытался успокоиться: «Я принимаю».

Жун Лю вздохнул с облегчением, показав приятную улыбку с ямочкой на лице: «Тогда, за хорошее сотрудничество, давай выпьем».

Сяо Тэн подскочил: «Я больше не буду пить с тобой».

"А? Но ..."

"Не говори" но "!"

Хотя на этом этот вопрос закрылся, Сяо Тэн все еще испытывает головокружение от гнева каждый раз, когда он думал об этом.

Но он также должен был признать, что то, что сказал Жун Лю, было разумным. Хуже самого несчастного случая это, то, что всем станет об этом известно. Когда он подумал о том, чтобы сообщить третьему лицу, что произошло, его план сжать шею этого... и душить до смерти рассеялся, но его желание стало еще сильнее.

В то утро, он сидел в гостиной, читал газету и думал о том, как устроить вечеринку по случаю дня рождения. Ван Цзин принес ему мягкую атласную коробку: «Господин, подарок, который только что прибыл, от семьи Жун».

«Эн, - небрежно спросил Сяо Тэн, - разве подарок семьи Жун не был получен раньше?»

Открыв коробку, он увидел внутри кусок нефрита, полностью зеленый, почти без изъянов, предельно прозрачное. Даже Сяо Тэн не мог не приподнять брови.

Отец всегда учил его, что нефрит - это хорошо. Если вы получили от человека нефрит, вы можете оставить враждебность по отношению к нему. Кроме того, его очень интересует такая холодная текстура.

«Это отдельный случай, это от молодого мастера Жун Лю ».

Сердце Сяо Тэна слегка дрогнуло. В его дне рождение не было большой помпы, и семья Жун не питала к нему особой привязанности. Большого подарка от семьи было достаточно. Жун Лю подарил ему эту вещь дополнительно, показывая свою заинтересованность в сотрудничестве.

«Молодой Мастер, и еще вот это, они были отправлены вместе», - тон Ван Цзина всегда спокойный был испуганным.

Большой букет ярко-красных роз.

Сяо Тэн почти услышал, как вены на лбу напряглись: «Даже если это Жун Лю, убей его для меня!»

"Молодой хозяин!"

С тех пор жизнь дяди Ван Цзина, универсального секретаря, стала намного труднее.

Сяо Тэн сегодня был очень расстроен.

Сначала, встав рано утром, он услышал крик вороны, а затем наступил на свежее дерьмо, оставленное Хуаном золотистым ретривером в гостиной.

Даже если за проступок слугу накажут, надо убедиться, что собака будет дрожать при каждом испражнении в будущем, и дважды подумает. Это не избавило его от чувства невезения.

Положение на дороге в понедельник сводило с ума: водитель нечаянно распылил его самый ненавистный освежитель воздуха, и он в течение получаса его ругал.

Самое неприятное, что через час после прибытия в компанию, Сяо Сюань, который опоздал, появился на работе в той же одежде, что и вчера.

Очевидно, его младший брат не вернулся домой прошлой ночью и ночевал в доме этого человека. Причина опоздания, естественно, заключалась в том, что он проспал, а причина того, что проспал, была естественно ...

В этот момент он больше не хотел об этом думать, и одного этого достаточно, чтобы он на день почувствовал себя темным облаком над городом.

«Господин, люди из семьи Жун прибыли».

Сяо Тэн не поднял глаз: «Все ли в порядке?»

«Да, все хорошо».

«Ну, - Сяо Тэн поднял глаза, - что еще?»

«Нет, но, - сделал паузу Ван Цзин, старый секретарь, который много лет работал усердно, - на этот раз здесь также молодой мастер Жун Лю».

Сяо Тэн растерянно взглянул на секретаря и слабо сказал: «Это не большой бизнес, ему не нужно присутствовать, он же, молодой хозяин клана».

«Господин, - Ван Цзин, редко колебался - он сейчас ждет снаружи, говоря, что он хочет сначала поговорить с молодым мастером ... чтобы вспомнить о прошлом. Но я думаю, что молодой мастер ... э, так занят. Ведь вы не захотите встретиться с ним наедине? "

Сяо Тэн подскочил.

Странное выражение лица секретаря, который, казалось, что-то знал, вызвало у него сильнейшее желание убить.

"Почему нет?"

Ван Цзин холодно посмотрел на него через очки и хотел надеть пальто: «Да, я понимаю, Господин».

Сяо Тэн тупо подписал имя на каком-то документе и передал папку: «Спустись. Пожалуйста, пригласи, Жун Лю».

"Привет ~ давно не виделись"

Как только красивый мужчина с парой улыбающихся глаз появился в дверях, Сяо Тэн почувствовал себя даже хуже, чем, когда наступил в собачье дерьмо.

Но из вежливости ему все же пришлось встать, чтобы поприветствовать гостя.

«Для меня большая честь лично приветствовать юного мастера Жун».

С учетом прошлого, на самом деле он хотел сказать этому человеку, чтобы тот побыстрее убирался.

«Пожалуйста. Если ты скучаешь по мне, я могу приходить чаще», - подошел Жун Лю, очень радостно улыбаясь.

Увидев, что Жун Лю протянул руку, чтобы пожать его, Сяо Тэн понимал, что не может игнорировать это. После недолгих раздумий он смог задержать дыхание и протянуть руку, чтобы показать свое вежливое поведение.

Как только ладони соприкоснулись, он почувствовал, как рука Жуна напрягается и тянет его, и его тело не могло не потерять равновесие. Затем чужие губы слегка коснулись его щеки.

Сяо Тэн был застигнут врасплох, он никогда не ожидал, что кто-то окажется настолько бессовестным, до этого момента. Его глаза мгновенно округлились, а все нервы в его мозгу сгорели.

«Тебе страшно!» Жун Лю казался удивленным его реакцией: «Что с тобой? Неужели я снова поступаю не правильно? Разве не принято целовать в щеку при встречи? Я всегда, так приветствую своих друзей в Европе и Америке».

Сяо Тэн стиснул зубы: «Мастер Жун, во-первых, мы китайцы, а во-вторых, мы не так близко знакомы!»

Жун Лю произнес «А» и засмеялся: «Я подумал, что после последнего долгого разговора мы уже достаточно близко знакомы друг с другом».

В голове Сяо Тэна раздался глухой удар. Было так легко заставить его тело дрожать, он вздохнул, стараясь успокоиться, посоветовав себе “не быть свергнутым таким человеком,” и холодно спросил: «Что ты здесь делаешь?»

Жун Лю искренне сказал: «Дорогой ...»

Сяо Тэн снова взорвался: «Кто тебе дорогой ?!»

Жун Лю очень печально посмотрел на него: «Мне очень жаль, мистер Сяо, это моя крылатая фраза, ее действительно сложно изменить. Я называю так всех близких друзей, неважно, мужчины или женщины, молодые или старые, вы знаете, я жил во Франции, долгое время, когда я был ребенком ... "

«Заткнись!» Поддельный иностранный дьявол!

Сяо Тэн успокоился, решил не запутывать его скучными вопросами этикета и спросил тихим голосом: «Давайте продолжим, вы специально пришли ко мне, в чем дело?»

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Я многого не рассказал тебе в прошлый раз, поэтому я хочу поговорить с тобой снова ...»

Сяо Тэн хотел забить его до смерти, держась за столешницу одной рукой, чтобы подавить желание перевернуть стол, он выдавил сквозь зубы: «Это место для официальных встреч, пожалуйста, уходи».

«А? Мы говорим о личных делах в другом месте?»

Сяо Тэн не мог не схватить его за воротник: «Ты еще недостаточно натрахался?» Он не ожидал, что однажды произнесет такое мягкое ругательство.

Жун Лю тоже понял, что перегнул палку. Увидев, что Сяо Тэн, уже готов его избить, он послушно отступил: «Так как у тебя плохое настроение, давай поговорим об этом сегодня вечером ...»

Сяо Тэн ударил кулаком о стол.

Жун Лю, сохраняя хорошее настроение и радостную улыбку, отступил к двери: «Ладно, тебе действительно нехорошо, тогда поговорим об этом завтра ...»

Пресс-папье пролетело, сказав ему, что завтра или даже после завтра или после, после...завтра невозможно.

То, что сделало секретаря Ван Цзин еще более седым, - это ...

Сестра Хуан, отвечавшая за уборку в тот день, сказала ему, что мусор, собранный в офисе молодого мастера, на самом деле содержал фрагменты старинных пресс-папье, которые юному мастеру нравились больше всего.

Господин ... Мне не удалось выполнить ваше поручение ...

«Разве Жун Лю не уезжает сегодня?» Лицо мужчины было похоже на кусок льда.

Секретарь Ван Цзин почувствовал, что в холодильнике наверное теплее.

«Хозяин, самолет взлетел. А он еще не вставал, персонал в отеле побоялся его беспокоить ...»

Нарушение работы и отдыха Жун Лю - табу.

"Что насчет завтра?!"

Секретарь Ван Цзин очень смутился: «Ну, я не знаю, во сколько он завтра встанет ...»

Лицо Сяо Тэна было холодным, Ван Цзин подумал, что он собирается снова что-то разбить о стену, но, к счастью, молодой мастер почти успокоился. Только ему показалось, что кондиционер в комнате сломался и температура упала на два градуса.

Просто бедный секретарь Ван Цзин почувствовал себя так, словно находится в ледяной пещере.

Деловые переговоры были закончены, и для поддержания дружбы между компаниями, для Жун Лю и его группы сопровождения была подготовлена программа развлечений в T City. Это были поездки на природу, экскурсии по городу, азартные игры и т.п. Теперь Жун Лю восстанавливал силы, поэтому он два дня беспробудно спал в номере, в результате опоздал на самолет.

Сяо Тэн хотел выгнать этого человека, притворяющегося спящим, на другую сторону Тихого океана. Но он должен сдерживаться.

Хотя он не хотел этого признавать, семья Сяо все же уступает семье Жун. Жун Лю, с которым обращались, как с драгоценным камнем на ладони, жил лучше, чем он.

Если здесь обидят Жун Лю, у него будут проблемы.

"Мастер."

"Что?"

«Поскольку молодой мастер Жун Лю все еще здесь, он тоже пойдет на прием сегодня вечером?»

У Сяо Тэн снова заболела голова.

Жун Лю почти знаменитость, потому что клан Жун действительно обожает единственного сына семьи, который, как говорят, имеет слабое здоровье.

В те дни, только потому, что они боялись его смерти, они похитили всех известных врачей, западной и китайской медицины. Это выглядело как спасение национального достояния, дельфина Байджи. Было очень живо. Благодаря этой благословенной операции многие неслыханные «секретные рецепты» были теперь широко распространены в их чрезвычайно жизнелюбивом кругу, и пользуются огромной популярностью.

Однако большинство людей слышали только имя Жун Лю и не видели его. Он мало времени проводил в этой стране. И раз в году, когда он возвращался в семейное поместье в Цзяннань, он всегда оставался дома, не выходя на улицу и остерегаясь солнца. Он, словно тепличный цветок, который погибнет, если увидит свет.

На этот раз он «приехал в Т-Сити». Хотя Сяо Тэн изо всех сил старался вести себя сдержанно и не хотел создавать проблем, он не хотел брать его на вечеринку. Этот парень, как инопланетянин, которого все захотят увидеть, потому что у них будет возможность угодить ему, при этом он сам неизбежно будет скупо выглядеть.

Жун Лю казался очень счастлив присутствовать на таком скучном приеме, он рано переоделся и ждал внизу, когда Сяо Тэн отвезет его туда. Сяо Тэн намеренно задержался допоздна, прежде чем позволить водителю забрать их. Жун Лю, который оставался в стороне, не имел сдержанности и все время улыбался.

Чем уродливее лицо Сяо Тэна, тем очаровательнее он улыбается. Чем счастливее он смеялся, тем больше Сяо Тэн хотел забить его до смерти.

Если бы не несчастный случай с Жун Лю, счет был быв его пользу. , Сяо Тэн не позволял себе расслабиться и был одновременно телохранителем и нянькой. Он познакомил его с разными людьми и водил почто что за руку.

Жун Лю хорошо выглядел, он стоял рядом с Сяо Тэном, машиной для охлаждения лица, и его улыбка была теплой и трогательной.

Поэтому вскоре после начала коктейльной вечеринки индекс популярности Жун Лю резко вырос на фоне эталонного холодного объекта Сяо Тэна, что почти порадовало публику.

По сравнению с популярностью Жун Лю, успехи Сяо Тэна в межличностных отношениях были не очень хорошими, и он не мог найти никого из публики, который бы его любил. Сразу после того, как он выпил два глотка вина, он поднял глаза и столкнулся с директором банка C, с которым только что прекратил сотрудничество.

Директор, которому больше 40 лет, и у него хорошее состояние, улыбнулся ему: «Как поживает миссис Сяо?»

Синие вены Сяо Тэна забились у него на лбу.

«Ах, извините, я почти забыл. Госпожа Сяо, похоже, давно ушла из дома, и улетела с другим. Я просто не знаю, может она вернулась?»

Сяо Тэн фыркнул: «Не твоя очередь беспокоиться о семьи Сяо».

Директор покачал головой: «Посмотри, что ты сказал. Я просто хотел дать тебе несколько советов».

Сяо Тэн холодно улыбнулся: «Советов мне? Это зависит от того, есть ли у тебя такие способности».

Директор рассмеялся и похлопал его по плечу: «Сяо Тэн, ты такой юмористичный. Я терпелив, у кого, если не у меня тебе спрашивать советов? Даже если ты узнаешь десятую часть от меня, твоя жена не бросит тебя и не убежит».

Директор женат 20 лет, а любовь между мужем и женой известна и ее можно назвать моделью для подражания. Некоторое время назад, к двадцатилетию, на большой странице глянцевого журнала был опубликован специальный репортаж.

Сяо Тэн подумал о своем разрушенном браке. Мне за тридцать, я был женат более десяти лет, у меня четверо детей. Что вы думаете о том, кого бросила жену, ушла, не сказав ни слова?

Он такой невыносимый?

"Ваша семья должна быть очень счастлива, верно?"

Жун Лю не понятно, когда он появился позади него и улыбнулся директору.

Директор сдержанно улыбнулся. Как только он собирался вежливо поздороваться, Жун Лю внезапно понизил голос и стал серьезным: «Но я советую вам, будьте осторожны в эти дни. Вы слишком долго тянули, ваша любовница уже подумала о том, чтобы найти вашу жену для выяснения отношений ".

Не только лицо Сяо Тэна изменило цвет, но и улыбка директора застыла. Сяо Тэн думал, что он закричит на него, настолько его выражение было неестественным, у директора даже не было сил соблюсти формальности, он повернулся и поспешил прочь.

Сяо Тэн был очень удивлен. Он повернул голову и посмотрел на насмешливую улыбку Жун Лю, и не смог удержаться от разочарования по его поводу: «Вы сплетничали. Всего несколько дней и столько знаете. Не советую, интересоваться такого рода вещи. Лучше заниматься бизнесом, если у вас есть свободное время. В чужие домашние дела, советую не вмешиваться ".

«У меня нет сплетен», - сказал Жун Лю, несколько невинно, - «Я даже не знаю, кто он».

Голова Сяо Тэна внезапно закружилась: «Тогда о чем, черт возьми, ты говоришь ?!»

Жун Лю послушно сказал: «Но на его шее есть след от зуба. Жена не позволит мужу вот так уйти и не забудет напомнить ему, прикрыть. Это может только любовница, который оставила это нарочно, и на 80 % хочет, чтобы его жена узнала об этом ".

Сяо Тэн на мгновение опешил и нахмурился: «У тебя хорошее зрение».

Жун Лю улыбнулся: «Китайская медицина в течение многих лет полезна для зрения».

"Гм."

«Вот почему среди стольких людей в баре в ту ночь, я нашел тебя с первого взгляда».

Сяо Тэн чуть не подпрыгнул, выдавливая сквозь зубы, он сказал: «Об этом вопросе больше нельзя упоминать!»

"но……"

«И больше не говори « но »!!»

"Ты упрям……"

"Заткнись!"

Жун Лю послушно закрыл рот.

Сяо Тэн выпил несколько бокалов вина подряд и стал раздражаться все больше и больше. Сегодня он был поражен не меньше, чем этот директор. Ему было очень неудобно молчать, но он не мог разговаривать об этом с другими, поэтому ему пришлось спросить человека рядом со ним.

«Почему у двух людей такие хорошие отношения, они оба такие ласковые и все равно изменяют?»

"Могу я сказать?"

"Ерунда."

«Потому что охранять свое сердце легко, но охранять свое тело сложно, - усмехнулся Жун Лю, - нижняя часть тела мужчины всегда движется быстрее, чем его мозг».

Сяо Тэн тупо подумал, что даже это у него получается идеально. Он никогда не изменял, а его жена разлюбила его и ушла к другому.

"Что насчет женщины?"

Жун Лю слегка опустил голову и посмотрел на него: «Вы серьезно спрашиваете? Честно говоря, не беспокойтесь об этом. В мире нет ничего вечного. Человеческое сердце такое же».

Сяо Тэн хотел усмехнуться и отругать его за ерунду, но...

Тетя Линг такая же, как и его жена. Все они изменили своим сердцам.

Он не понял.

Очевидно, вначале они были так одержимы им. Он всегда думал, что сможет продолжать так до конца своей жизни.

Как сохраняются чувства одного человека к другому? Или сама вечность - большая ложь?

«Между прочим, у вас еще есть сын и три дочери. Я видел фотографии в вашем офисе, все они милые».

Сяо Тэн равнодушно сказал: «Ну и что».

«Одному человеку очень трудно заботиться о таком количестве детей, я тоже хотел бы быть отцом ваших детей?»

Сяо Тэн чуть не разбил этот высокий нос кулаком.

У алкоголизма много недостатков.

Такие, как цирроз печени, язва желудка, неприятный запах изо рта.

Но для Сяо Тэна, по сравнению с его нынешней ситуацией, об этом упоминать не стоит.

Когда Сяо Тэн очнулся от пьяного оцепенения, он обнаружил, что лежит на кровати. Большой кровати незнакомого отеля, его тело было холодным, его одежда была снята, а одеяло наполовину прикрывало его тело до талии.

Даже нижнего белья, нет!

Хуже того, кажется, что на кровати есть кто-то еще, и фигура в затуманенном видении явно является мужчиной.

"Ты проснулся?"

Гром, грохотом разнесся в голове Сяо Тэна он немедленно округлил глаза, и его взгляд неподвижно скользнул по лицу человека рядом с ним.

Молодой человек лежал раскинувшись на нем, только неоднозначно одетый халат, с обнаженной большей частью груди, как будто он не знал, кого соблазнить.

"Ну, что происходит?"

«Ты был пьян, я проводил тебя в свою комнату».

«Меня надо было раздеть, чтобы помочь мне лечь?» Сяо Тэн стиснул зубы и поднял одну руку, все еще испытывая головокружение.

«Это потому, что тебя вырвало и все стало таким грязным. Как я мог не помочь тебе принять ванну?» Жун Лю встал и невинно и ласково улыбнулся: «Конечно, я, кстати, вымыл тебя».

"Грохот" второй раз.

"ты, ты…"

Увидев ужасное изменение, Жун Лю поднял руки, чтобы показать свою невиновность: «На самом деле это просто ванна, я не мыл тебя сам. Я знаю, что у тебя пристрастие к чистоте, и я уважаю это!»

Сяо Тэн вздохнул с облегчением, все еще испытывая головокружение и слабость, но по-прежнему строго: «Где моя одежда?»

«Отправлена в стирку, принесут обратно позже».

«А как насчет халата?» Сяо Дэн стиснул зубы. «Почему ты оставил меня голым?»

«А? Хочешь его надеть?» - Жун Лю широко открыл глаза и развязал пояс.

Лицо Сяо Тэн перекосило и он посинел: «Я не разрешал тебе раздеваться!»

«Но только этот».

"..."

Молодой человек сказал легко и радостно: «Хотя я не возражаю, я думаю, тебе не понравится мое светлое тело?»

У Сяо Тэна подскочило давление, он тупо приподнял одеяло, чтобы прикрыться. Он подумал, что Жун Лю легкомыслен и безразличен, и ему доставляет удовольствие высмеивать его. Ему не нужно реагировать, а надо разобраться со вчерашним: «Я вчера вечером... Когда я начал напиваться? Ты что-нибудь сказал? Что ты сделал? Кто-нибудь еще видел, как я напиваюсь? "

Это то, о чем он заботится больше всего.

Хотя его никогда не беспокоили злобные и резкие замечания за его спиной, он не должен позволять людям видеть его слабость. Жун Лю сказал: «Нет, как только я заметил, что ты слишком много пьешь, я немедленно вывел тебя ».

Сяо Тэн нахмурился: «Да».

Действия Жун Лю в определенных аспектах достойны самого чуткого помощника.

«Дорогой», - Жун Лю г наклонился к нему.

Сяо Тэн нервно дернулся и воскликнул: «Я уже сказал, что меня нельзя так называть!»

Жун Лю невинно сказал: «Нпдо же, такое популярное обращение ...»

Затем он сказал: «Я возвращаюсь сегодня домой».

«...» Сяо Тэн попытался удержать равнодушное выражение лица, но его лицевые мышцы все еще не могли не расслабиться. Кошмар, в котором он проснулся на рассвете, начинал рассеиваться и это была лучшая новость, которую он слышал за последние несколько дней: «Очень хорошо, приятной поездки».

«Спасибо за гостеприимство в эти дни».

«Пожалуйста, - холодно сказал Сяо Тэн, - хорошо встретить гостя - долг хозяина».

«Я отплачу, но сейчас мне не чем ответить. После долгих раздумий я согласен расплатиться самим собой».

"..."

«Хахаха, шучу, не будь таким серьезным».

Увидев, что Сяо Тэн не ответил, Жун Лю снова вздохнул: «Если я уйду, ты будешь хоть немного скучать по мне?»

Мечтай, в твоих снах!!!

Жун Лю долгое время не получал ответа, но не злился, он открыл дверь комнаты, уже одетый в хорошее пальто и все еще улыбаясь, повернулся, чтобы попрощаться.

«Моя дорогой, до свидания».

Кто тебя хочет увидеть? До свидания! ! Лучше не встречать тебя в будущем!

***

Несмотря на то, что за окном ярко светит солнце, утром переговорную комнату накрыли темные тучи.

Холодный свет вспыхнул за очками Сяо Тэна в золотой оправе: «Что это за чушь? Кто из вас, ребята, заставит свои мозги, наконец, работать? Следующий».

Другой подчиненный вместе со своим планом стал серым.

«Мастер, на этот раз клан Жун действительно будет участвовать в торгах. По сравнению с другими семьями, условия просто ...»

Сяо Тэн тупо закрыл папку и отбросил ее: «Не думай об этом. Я не буду заниматься делами Жун в будущем».

«Молодой, молодой господин», - секретарь Ван Цзин почувствовал, что сегодня, его седые волосы выпадут в окончательно, он почти кричала: «Не будьте опрометчивы».

Сяо Тэн холодно сказал: «Или пусть Сяо Сюань занимается делами семьи Жун».

Не правильно. Что, если этот ублюдок нацелится на Сяо Сюаня? Независимо от того, как на это смотреть, Сяо Сюань казался тем парнем, которого такие люди будут жаждать.

«Забудь об этом», - Сяо Тэн обвел глазами людей в переговорной, он холодно сказал: «Эти не подойдут, это все ерунда».

Взгляд наконец упал на сознательного универсального секретаря.

Сердце секретаря Ван Цзина дрогнуло.

«Молодой хозяин, вы не хотите, чтобы это был я один ...»

"Что ты имеешь в виду?"

Мастер ... Мастер продвигает меня вот так?

***

«Мастер, машина приближается».

«Да, - Сяо Тэн отложил газету и встал. - Все готово?»

«Да, мадам Жун и молодой мастер Жун Лю будут здесь позже».

Хотя Сяо Тэн выглядел не очень хорошо, когда слышал имя «Жун», на самом деле, в первой половине года он вел много дел с семьей Жун.

Потому что, даже если условия жесткие, а прибыль сведена к минимуму, другая сторона готова принять это, это не глупо, а, скорее, трезво, они ведут себя методично во всем. Второго партнера для такого сотрудничества не найти.

Неважно, терпение - это основа. С точки зрения интересов, Сяо Тэн должен быть вежливым.

Бизнесмены - реалисты. Первоначально эти двое были незнакомы, но всего за несколько месяцев между ними установилось очень активное сотрудничество с частыми и тесными контактами.

Несмотря на то, что после последнего визита Жун Лю, он чувствовал, что у него пропал аппетит. После нескольких дней размышлений об этом, он не мог не признать, что вина лежала на обоих, и надо просто отбросить все личное и продолжать работать.

В замаскированной спокойной и умиротворенной атмосфере, с лестницы раздался высокий и резкий голос девушки.

"Папа! Я тебя ненавижу!"

Секретарь Ван Цзин прислушался к отчетливому звуку удара ногой в дверь на втором этаже, посмотрел на выступившие вены на лбу молодого мастера и не смог удержаться, и вмешался.

"Мастер, все нормально с молодой леди?"

Сяо Тэн протянул руку и холодно попросил его наделить часы: «Оставь ее в покое».

Он только что поругался со старшей дочерью.

Нет, это Сяо Пу громко шумела, он же равнодушно сказал: «Оставайся дома, живой и здоровой».

Ни один отец не согласится с шестнадцатилетней девушкой, которая хочет пойти на вечеринку на всю ночь, на которой смешаются и рыбы и драконы. (смешанная публика)

Молодые и энергичные мужчины и женщины, не знающие высоты неба и земли. Не известно, что может случиться и какая нечисть повылезает.

Дети в этом возрасте бунтуют, думая, что знают все. Самое любимое - нарушить табу. Если не разрешают курить, им нужно курить, если нельзя пить, надо напиться, и есть много других вещей, которые они должны обязательно сделать.

Его дочь не понимала, насколько опасно быть в компании с молодыми парнями после выпивки.

Конечно, Сяо Тэн не стал ей объяснять, так много. Дверь была заперта, не позволяя ей покинуть комнату и выяснить все самой.

Сейчас он думал о том, что вероятно это из-за того, что его жена родила двойню посредством кесарева сечения. Говорят, что ребенок не сможет выдержать давление в будущем, если его не будут сдавливать родовые пути.

А что случилось с Сяо Линь? Имя не подходит по фен-шуй?

У него мальчик и три девочки, Сяо Инь и Сяо Пу, старшие близнецы, у каждого из которых хорошая внешность, унаследованная от родителей.

Сяо Инь больше всех похож на него, но у него совершенно другая личность: он мягкий большой мальчик, но он мягкий снаружи и сильный внутри.

Сяо Пу родилась с густыми вьющимися волосами, похожая на свою мать, красива и очаровательна. Шестнадцатилетняя девочка выглядит достаточно зрелой и считает, что уже выросла. Она всегда одевается как зрелая женщина. Супермодель в авангарде моды.

Неважно. Проблема в том, что отца, увидевшего в газете свою дочь в горячем бикини, скорее всего будет “рвать кровью” (испытывать стыд). Дочь семьи Сяо участвует в конкурсе красоты? Это было шуткой?

Вторая дочь, Сяо Линь, на два года младше, у нее неплохой характер, она умна и может считаться самой разумной. Но у Сяо Тэна болела голова за нее. Девушка постриглась, как мальчик, никогда не носит юбки, и попросила в школу выдать форму для мальчиков, и она часто носит одежду Сяо Инь.

Только Сяо Цзы - самая воспитанная, молодая, с тонкими чертами, подобными нефритовой резьбе, с прямыми волосами, тяжелыми, как черный шелк, с аккуратной челкой и большими глазами. Как и надеются все отцы, она, как тихая маленькая принцесса, по два часа в день играет на пианино наверху, учится балету, рисовать и создает одежду для кукол Барби.

Но она действительно тихая и воспитанная, никогда не плачет и не ведет себя, как другие дети, спокойная до безразличия.

Очевидно, что все они были детьми его крови, но он никогда не знал, о чем они думали. Начиная с розового ребенка, когда он родился, до шумного человека, который все время настаивает на «независимости» и своем «я», когда все пошло не так?

Когда Сяо Тэн сел в машину, он не мог, еще раз не взглянуть на дом. Кажется, все нормально.

В этом году, когда ему исполнилось тридцать восемь лет, у четверых маленьких детей, как он считал, начался период бунта. Он еще больше обеспокоен тем, что в какой-то момент ему придется выиграть приз и стать дедушкой. Если так будет продолжаться, он, вероятно, заранее отрастит седые волосы.

Каждый раз, когда конфликт с его детьми заканчивался, он чувствовал, что даже без Жун Лю его жизнь не была гладкой. Так что не имеет значения, что есть еще одна проблема.

Думая об этом, молодой мастер Сяо Тэн почувствовал себя более спокойным, и, увидев милую улыбку молодого человека, вежливо кивнул.

Ужин прошел гладко и спокойно. На этот раз мать Жун Лю приехала сюда лично. Так как она была старейшиной, Сяо Тэн не осмелился пренебречь этой встречей. Женщина старше пятидесяти по-прежнему очень элегантна и красива. Хотя она добрая и вежливая, она в конце концов привыкла отдавать приказы, и она считает, что почти все должны следовать ее пожелпниям и советам.

«На этот раз, помимо совета директоров, я хотела бы обсудитьс вами еще и один личный вопрос».

Так называемый “личный вопрос” обычно означает усложнить людям жизнь.

Сяо Тэн был обязан вежливо ответить: «Да, конечно. Если это разумно, я готов все выслушать. Пока я могу помочь, я сделаю все, что в моих силах».

Значит, если это слишком преувеличено, об этом говорить не надо.

«Наша семья... У Жун Лю, всегда было плохое здоровье, вы, наверное, знаете об этом. В последнее время его состояние все хуже и хуже, и вся семья обеспокоена. Мы всегда хотели найти место, которое бы подходило для него. Чтобы он мог спокойно поправить свое здоровье".

Сяо Тэн сразу почувствовал себя плохо.

Этот ублюдок с плохим здоровьем?

«В это время погода в Соединенных Штатах очень плохая, а влажность на юге реки Янцзы чрезвычайно высокая. Я вспомнила, что он приезжал в Т-Сити несколько дней назад, и с тех пор ему стало намного лучше. А, когда вернулся... Должно быть, это выдающиеся врачи в Т-Сити, и климат ему подходит. Возможно, ему лучше пожить здесь, чтобы выздороветь ».

Выздороветь?

Сяо Тэн взглянул на мужчину.

В свете дня улыбка казалась слабой, а лицо было действительно бледным, предположительно из-за макияжа.

«Но он будет один в чужом месте, и мы беспокоимся о его безопасности. Он не привык долго оставаться в отелях. Вы самый надежный в T City, и второго человека нет».

Сяо Тэн взглянул на симпатичную улыбку на лице Жун Лю, и его волосы встали дыбом.

Но прежде чем он смог это остановить, миссис Жун уже сказала то, что он меньше всего хотел слышать: «Я просто не знаю, будет ли Вам неудобно позволить Жун Лю остаться в вашем доме на некоторое время».

Конечно неудобно! ! !

Рот Сяо Тэна дернулся, но он смог только спокойно сказать: «Конечно, это всего лишь вопрос гостеприимства. Это большая честь».

Когда они вышли после окончания обеда, шаги Жун Лю были не ровными, он слегка пошатнулся. К счастью, он не упал, опираясь на Сяо Тэна.

Действительно слабый.

Из-за вежливости Сяо Тэн не мог хлопнуть его по плечу и уронить на пол, поэтому ему пришлось придержать его, сжимая зубы, он лишь сказал: «Иди осторожно».

Жун Лю улыбнулся: «Спасибо, спасибо. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне в будущем. Пожалуйста, не позволяйте моему телу болеть».

Сяо Тэн сумел подавить желание поприветствовать его лицо подошвой своего ботинка.

Когда они пришли домой, было уже поздно, а вилла ярко освещена, из-за тишины она выглядела очень безлюдной. Слуга взял багаж Жун Лю из машины и первым отнес его в комнату.

Сяо Тэн стоял и пару минут смотрел с невыразительным выражением лица: «У тебя много вещей».

Жун Лю усмехнулся: «Да, я живу очень долго».

Уголки глаз Сяо Тэна задергались, но его лицо успокоилось. По лестнице шла вниз матушка Хуаня, несущая тарелку. Сяо Тэн посмотрел на тарелку с тортами: «Сяо Пу не обедала?»

«Старшая госпожа ничего не ест. Я пыталась несколько раз. Я приготовлю для нее что-нибудь ...»

Сяо Тэн нахмурился. Было неудобно, перед чужими, выносить сор из дома. Он просто холодно сказал: «Забудь об этом. Если она не ест, не давай ей. Избаловали ее».

Матушка Хуаня поспешно согласилась, поставила тарелку на стол и поприветствовала Жун Лю с улыбкой, уточнив у него, хочет ли он поесть.

Жун Лю проследовал в комнату и увидел, что его большой багаж был распакован, поэтому он огляделся.

Хотя просторная спальня предназначена для временного проживания, здесь ежедневно убирали и проветривали, все чисто, свежо и оснащено всеми удобствами. Откройте шторы, и вы увидите внизу большой сад в английском стиле, вид неплохой.

Жун Лю просто ощущает, что здесь не уютно, и воздух холодный.

«Ты будешь жить здесь». В голосе Сяо Тэна явно отсутствовал энтузиазм по поводу гостя, но у него все еще есть долг гостеприимства. «Вы можете упомянуть слугам, что вам еще нужно. Добро пожаловать».

«Можно ли мне упомянуть о других потребностях?» Жун Лю похоже, не знал, хочет он жить или умереть. Вопрос был задан с по-прежнему милой улыбкой.

Сяо Тэн холодно посмотрел на него: «Твой разум не так ясен, пора спать».

"Разве ты не идешь спать?"

"Я почитаю книгу."

Он очень мало спит.

После того, как умрешь, сможешь выспаться, так зачем тратить свою драгоценную жизнь на кровать сейчас.

«Тогда я буду сопровождать тебя», - последовал его примеру Жун Лю.

Сяо Тэн знал, что с ним будет бесполезно спорить, поэтому проигнорировал его и пошел в кабинет.

В кабинете есть свежеприготовленный чай и кексы, излучающие свежее тепло. Сяо Тэн имел обыкновение проводить несколько часов, вот так, среди аромата свежего чая и чернил, прежде чем вернуться в комнату, чтобы отдохнуть.

С тех пор как его жена ушла, он проводил все больше и больше времени в кабинете. Пустая спальня неудобна, а полки с книгами в кабинете, словно создают уют. Иногда “незнание делает небо ярче”.

Однако сегодня он не мог сосредоточиться на чтении. Жун Лю сидел рядом с ним, очень хорошо себя вел, совсем не издавал ни звука, но его присутствие необъяснимо давило на него.

Сяо Тэн, который всегда считал других никем, чувствовал себя некомфортно, и он даже не смотрел на страницу, которую давно перевернул. Наконец он потерял терпение, отодвинул стул, чтобы встать, и положил книгу на полку.

"Разве ты не собираешься спать?"

Жун Лю моргнул и сказал с улыбкой: «Тебе так одиноко здесь. Разве я могу бросить тебя?»

На Сяо Тэна пристально смотрели, он просто хотел вытащить эти два глазных яблока: «Я иду спать».

"Правильно, давай спать вместе ..."

"Вперед в свою комнату, и не продолжай!"

Несмотря на то, что Жун Лю только легко прикоснулся к его локтю, он все равно залился кровью и чуть не сломал ему пальцы на месте. Он вышел из кабинета с железным лицом, и Жун Лю жалобно последовал за ним, держа больной палец, которому все таки досталось: «Мой дорогой, мне больно ...»

В тихом доме, поздно ночью этот стонущий вой, даже если звук не громкий, каждый, кто не спит, должен его слышать.

«Заткнись!» Сяо Тэн стиснул зубы.

«Но ты действительно слишком постарался. Хотя я не против, если ты так со мной обращаешься, в любом случае будь нежным. Я не привык ...»

«Я сказал тебе заткнуться!» Сяо Тэн был очень раздражен и нахмурился, когда увидел, что торт на столе в гостиной все еще не тронут.

Он думал о том, что Сяо Пу не ела весь день и продолжает устраивать проблемы дома.,Десерт был намеренно оставлен в гостиной, чтобы она смогла его съесть, когда он не мог этого увидеть. На этот раз она была такой упрямой.

Сяо Тэн вспомнил, что он приказал кому-то купить что-нибудь, чтобы утешить Сяо Пу, и эта вещь все еще была в кармане его пальто. В конце концов, он почувствовал облегчение, поэтому подошел и постучал в дверь комнаты старшей дочери.

«Сяо Пу».

За дверью горел свет, но не было движения.

"Уже спишь?"

Сяо Тэн снова постучал в дверь, чувствуя, что что-то не так. Попросив домработницу взять ключ, чтобы открыть дверь, он толкнул дверь и вошел, в лицо ударил порыв ветра. Окно было широко открыто, шторы оборваны, а в спальне никого не было.

Лицо Сяо Тэна мгновенно стало уродливым: «Где Сяо Пу ?!»

Оказалось, что в доме ее знакомого мальчика. Поздно ночью группа молодых людей, которые пили вино, были напуганы жестокими полицейскими, которые ворвались в дверь. Один из них увидел Сяо Пу и, не обращая внимания на ее крик и борьбу, схватил ее.

Когда они вернулись домой, Сяо Пу все еще плакала и шумела, из-за слез ее макияж потек, и под глазами теперь чернели полосы, спускающиеся к подбородку и делающие лицо девушки тоньше и беззащитнее.

Шум от всего происходящего был настолько громким, что остальные дети проснулись и один за другим открыли двери спален. Сяо Цзы казалась напуганной, ее маленькое лицо было бледным, ее волосы и ночная рубашка были тяжелыми, ее босые ноги, как у куклы, обернуты сложным кружевом. Сяо Инь боялся, что она простудится, поэтому он поспешно взял маленькую сестру на руки. Сяо Линь, тоже была поражена.

Сяо Тэн не ругался, он просто выглядел холодным и позволял людям затаскивать дочь в спальню, а окна велел заколотить.

«Если у тебя хватит сил, попробуй вылезть в окно в следующий раз, а я посмотрю».

Сяо Пу заплакала сильнее своими большими глазами и укусил себя за шею: «Что ты можешь со мнк сделать? Сломаешь мне ноги!»

Сяо Тэн взглянул на нее и усмехнулся: «В этом нет необходимости. Я сломаю кое кому другому ногу, если ты будешь дурачиться».

Сяо Пу также усмехнулась в ответ: «Ты не можешь напугать меня! Ты думаешь, я тебя боюсь?»

Сяо Тэн с иронией улыбнулся: «Тебе все еще хватит смелости драться со мной? Посмотрим, ты меня знаешь! Полиция сможет найти дома марихуану у него дома. Что ты собираешься делать дальше? А?! Даже если он несовершеннолетний, дождитесь тюрьмы и присядет он надолго".

«Что знает такой старик, как ты! Ты этого не понимаешь!» Сяо Пу продолжала плакать и сердито ругаться: «Упертый! Как я смогу встретиться с ними в будущем? Никто не будет разговаривать со мной, они будут игнорировать меня!"

«Верно, не общайся с этими людьми, не зачем».

Сяо Пу все еще плакал, задыхалась, яжело вздыхая: «Я не хочу быть такой, как ты, у меня не будет друга, я умру!»

Мозг Сяо Тэна был горячим, и он схватил что-то , что бы это ни было, и разбил о стену. Коробочка с грохотом распахнулась, содержимое разбилось и упало на ковер, и только тогда он ясно увидел, что подарком его дочери оказался аметистовым лебедем.

Старый слуга уговорил детей вернуться в спальню, а дверь спальни Сяо Пу была плотно закрыта. Сяо Тэн все еще стоял за дверью, его гнев оставался холодным, как и у любого отца, который был так зол. .

Жун Лю посмотрел на него: «Иди и отдохни. Я поговорю с ней. "

Сяо Тэн нахмурился: «Не твоя очередь влезать в это».

Жун Лю не волновало его плохое отношение и он безобидно улыбнулся: «Не волнуйся, она послушает кого угодно, кроме тебя, не говоря уже о таком красивом парне, как я».

Сяо Тэн холодно посмотрел на него.

Жун Лю поспешно поднял руку в жесте капитуляции: «Честно говоря, мне все равно, она родилась не от меня. Я не могу думать о трех длинных и двух недостатках, и я выиграл. Не беспокойся об этом ... "

Сяо Тэн холодно сказал: «Она боится смерти, поэтому у нее не хватает смелости».

Сказав это, он махнул рукой и ушел, Жун Лю его не остановил.

Сяо Тэн некоторое время посидел в кабинете, услышал шаги входящего человека, закрыл книгу, нахмурился и спросил: «Где Сяо Пу?»

«Выпила молока и заснула», - Жун Лю сел рядом с ним. «На самом деле, она довольно хороша, а ты такой неприятный».

Взгляд Сяо Тэна был невыразительным и он не собирался с ним разговаривать. После того, как он мечтал о сне, этот человек сидел рядом и зачем-то положил руки на него.

Ему было неловко, две чужие руки лежали на его плечах.

"Что ты делаешь?"

«Твоя спина такая жесткая».

Сяо Тэн собирался отругать его, но тонкие и сильные пальцы уже умело давили на его плечи. Ощущение постепенно расслабляющейся боли в мышцах заставило его закрыть рот.

"Ты в плохом состояние, как давно ты делал массаж?"

“Давно”- холодно сказал Сяо Тэн. Если бы у него была возможность массировать себя, он бы протянул руку за спину, чтобы ударить мужчину.

Жун Лю тихо проговорил: «Независимо от того, насколько ты занят на работе, ты должен соответствующим образом расслабляться».

Сяо Тэн подумал “Почему этот молодой человек говорит, как старик, как Ван Цзин?”

Получив удовольствие от массажа плеч, Сяо Тэн вернулся, чтобы достать стерильную салфетку, и вытер затронутые Жун Лю места, с отвращением сказав: «Вижу, что твои конечности здоровы, так чем ты болеешь?»

Жун Лю улыбнулся: «Я страдаю хроническими заболеваниями и не выздоравливаю много лет. Ты не изучаешь медицину, и не сможешь понять это, только посмотрев на меня».

Сяо Тэн холодно сказал: «Ты здесь не только для того, чтобы поправиться?».

«Ах, ты можешь видеть меня насквозь», - улыбнулся Жун Лю.

Сяо Тэн фыркнул.

«Я собираюсь стать коммерческим шпионом».

Сяо Тэн нахмурился, игнорируя его глупость: «Какая у тебя болезнь? Пусть доктор проверит тебя на следующей неделе».

Если вы не можете найти никаких уловок, вы можете дать ему ответный удар.

Жун Лю красиво улыбнулся: «Тебе не нужно обращаться к врачу. Потому что это невозможно вылечить. Мой дорогой, хотя ты и не видишь этого, у тебя скоро будет шанс испытать это ...»

"..."

Сяо Тэн подумал про себя, если он осмелиться произнести, что то типа «тоска по любви», он сломает ему нос.

Но Жун Лю не продолжил, он просто улыбнулся, как будто очень серьезно говорил о своем теле.

Сяо Тэн невольно подумал, действительно ли он болен.

Вернувшись в спальню, Сяо Тэн лег, но не мог заснуть, он слабо услышал за окном банальное птичье пение и почувствовал себя совершенно проснувшимся. Ему не нужно спать, вероятно, потому, что он редко спит хорошо, тоскуя по прошлому.

Страдая от бессонницы, он вдруг услышал, как кто-то постучал в дверь. Сяо Тэн нахмурился и открыл и, конечно же, увидел, что у двери стоит Жун Лю, одетый в пижаму, и с подушкой в руках.

«Сэр, вам нужна услуга».

Сяо Тэн чуть не потерял сознание и взревел: «Где ты этому научился ?!»

Жун Лю засмеялся: «Это весело».

Сяо Тэн отрезал: «Мне не нужны услуги».

Жун Лю испустил «О», опустил подушку, и в разрезе шелковой пижамы можно было увидеть его красивую грудь, совсем не изнеженного сына богатой семьи: «Тогда я пойду в другое место, чтобы продать себя."

"..."

Как отец красивой девушки, Сяо Тэн тут же схватил его за воротник и затащил внутрь, сурово сказав: «Если ты посмеешь беспокоить мою дочь, я заставлю тебя встать на колени и умолять меня позволить тебе поскорее умереть».

Жун Лю преувеличенно пошатнулся под его натиском, очень точно упал на кровать и грациозно разлегся, а затем категорично улыбнулся: «Мой дорогой, не волнуйся. Я не преследую детей. Да. Я человек честный."

Сяо Тэн стиснул зубы: «Выйди из моей комнаты».

Жун Лю с удобствами устроился на кровати и с улыбкой посмотрел на него довольным взглядом.

Сяо Тэн хотел ударить его, наклонился, но Жун Лю его обнял. Но воспользоваться Сяо Тэном непросто, один локоть резко ударил по переносице.

Жун Лю фыркнул и прикрыл нос, хотя он все еще улыбался, между его пальцев медленно текла кровь.

Сяо Тэн тоже был ошеломлен, его лицо все еще оставалось холодным, но он вытащил салфетку и бросил ему: «Приложи ее сам».

Жун Лю улыбнулся и сделал два бумажных шарика. Спустя долгое время кровь не могла остановиться, и его пальцы задрожали. Сяо Тэн был немного взволнован, поэтому он поспешно осмотрел его лицо, попросил его поднять подбородок и нашел вату. Наконец, кровь медленно остановилась.

В мусорном ведре лежало несколько окровавленных ватных шариков, а у Сяо Тэна на лбу выступил пот. Жун Лю тоже устал, свернулся калачиком под одеялом и отказывался двигаться.

«Мой дорогой, я потерял слишком много крови. Дай мне хорошо выспаться».

Мрачный взгляд, результата не дал.

Он свернулся в клубок, у Сяо Тэна возникло желание воспользоваться ситуацией и побить его под одеялом. Но только подумал об этом. Сам он делать это не в привык.

В конце концов, он заснул на кровати с Жун Лю. Сяо Тэн слишком нервничал, чтобы хорошо спать, и бдительно просыпался, когда рядом что-то шевелилось. А Жун Лю просто бессознательно ворочился во сне.

Не известно, когда он заснул, а когда открыл глаза, было уже светло.

Легкая дрожь сотрясла Сяо Тэна, когда он увидел черноволосую голову рядом на подушки. Видя, как Жун Лю крепко спит, и вспоминая, как он страдал всю ночь, его сердце разгневалось и он толкнул спящего юношу с кровати.

Жун Лю рухнул под кровать: «А-йо», как будто не спал. Сяо Тэн потребовалось пару секунд, чтобы увидеть пару рук, покоящихся на краю кровати, а затем показалось красивое лицо, и яркие улыбающиеся глаза, которые были жалкими.

"Мой дорогой, раннее утро, ты можешь быть нежным ..."

Сяо Тэн холодно взглянул на него, затем встал с кровати, чтобы умыться. Когда он вышел из ванной, то обнаружил, что Жун Лю все еще у него, он нахмурился: «Возвращайся в свою комнату пораньше».

«Мой дорогой, если ты сегодня не пойдешь на работу, то куда ты идешь».

"Не твое дело."

Жун Людуан сидел на кровати, опустив плечи, положив руки на колени, как брошенная собака.

Сяо Тэн прикрыл глаза и открыл дверь: «Найди себе друга».

Жун Лю почувствовал себя обиженным, его черные глаза заволокли слезы: «У меня нет других друзей в Т-Сити».

Сяо Тэн остановился и снова посмотрел на него.

По возрасту Жун Лю примерно такой же, как Сяо Сюань, и у них похожие привычки. Независимо от абсурдных вещей, которые он с ним сделал, на самом деле он похож на младшего брата.

Кстати, Сяо Сюань уже давно не возвращается домой.

Сяо Тэн замер, держа ладонь на дверной ручке, его тон был холодным: «Ты умеешь ездить на лошади?»

Многие члены Жокей-клуба по выходным приезжают в клуб со своими семьями, чтобы вместе провести досуг. А Сяо Тэн почти всегда один.

Сяо Пу и Сяо Цзы не интересуются лошадьми, у Сяо Инь и Сяо Линь слишком много других интересов, и они немного его боятся. Поэтому не считают, что провести с ним выходные будет удовольствием.

Теперь, когда Жун Лю пришел с ним, Сяо Тэн повел его посмотреть на двух своих лошадей. На конюшне очень тихо, земля открыта, и не слышно праздных разговоров, только несколько сотрудников можно увидеть, которые сортируют корм и убирают .

Две чистокровные лошади в конюшне веселятся. Увидев, что кто-то приближается, одна из лошадей с любопытством вытянула голову, наклонилась вперед, принюхалась и попыталась укусить его за подбородок. Другой конь был очень холоден, взглянул на них двоих, а затем отвернул голову.

Жун Лю протянул руку, чтобы дотронуться до него, но тот нетерпеливо уклонился от прикосновения, откинув гриву, топая ногами взад и вперед, с бдительным видом.

Жун Лю убрал руку и улыбнулся: «Этот действительно похож на тебя». Сяо Тэн холодно фыркнул, протянул руку к лошади и назвал ее: «Глори». Лошадь была готова позволить Сяо Тэну прикоснуться к нему, он не рассердился. Сяо Тэн коснулся его гривы, и его поведение было сочтено послушным.

«Это здорово ...» - завидовал Ронг Лю.

Сяо Тэн снова фыркнул. Это естественно, и неважно, кто здесь хозяин.

Жун Лю улыбнулся, не обескураженный, когда коснулся гвоздя.

Хи-хи, чтобы накормить мятой Мечту. В конце концов, Мечта была несравнима с энергией Глори. Она былп совершенно бесхребетной. С удовольствием съела сладкое яблоко, а ее шея все еще терлась о тело Жун Лю.

Очевидно, это была его лошадь, которая так льстила Жун Лю, сохранила ли она хоть какое-то чувство стойкости? Сяо Тэн нахмурился, он собирался взорваться, когда услышал, что Жун Лю, удовлетворенно сказал: «Мечта действительно духовное животное, она должно быть знает, что я твой, дорогой ...»

Сяо Тэн был в ярости. Прошло много времени с тех пор, как он купил лошадей, но ездил на них всего несколько раз, и у жокея нет времени, чтобы заботиться о том, как их тренировать. И этот парень для Мечты, очевидно, стал матерью, если у него есть молоко.

Хотя получить ее было непросто, он думал о том, чтобы избавиться от нелояльного к нему животного.

Мечта встряхнула гривой и снова потерлась, теперь о ладонь Сяо Тэна, приятно и послушно. Лошадь - очень проницательное животное, чувствуя недовольство хозяина, она не шумела, была честной, послушной и осторожной, и не желающей изменений в жизни . Некоторое время Сяо Тэн гладил ее, хмыкнул и ткнул ее в лоб.

Большие эмоциональные глаза и тонкие ресницы лошади совсем как у людей. Говорят, что это очень преданный и ласковый питомец. Сяо Тэн нахмурился и поднял руку, чтобы прикоснуться к гладко причесанной гриве.

«Это так мило», - Жун Лю прикоснулся к Мечте, затем посмотрел на Глори и улыбнулся: «Этот выглядит очень красиво, я не знаю, что значит ездить на таком, что чувствуешь. "

Брови Сяо Тэна слегка поднялись: «Хочешь попробовать?»

Жун Лю посмотрел на него и улыбнулся: «Мой дорогой, ты не хочешь ведь моей смерти».

"Теперь, когда ты сказал... Но ладно, ты не обязан. "

Жун Лю снова улыбнулся: «Мой дорогой, если ты хочешь это увидеть, я готов пасть смертью храбрых».

Сяо Тэн не заботился о всей этой чепухе, он только холодно вывел Глори.

Когда Глори заметил, что Жун Лю приближается, он был очень расстроен, и его глаза стали свирепыми. Глядя на его прикрытые веки, Жун знал, что конь собирается рассердиться. Когда Жун Лю подошел ближе, он отпрянул, чтобы продемонстрировать недовольство. Жун Лю взял поводья и конь тут же поднял голову и шею, его грива была вздернута, и он выглядел так, как будто собирался совершить преступление.

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Похож, конечно». Затем он наступил на стремя и взвился вверх.

Темперамент Глори настолько силен, что никто не может приблизиться к нему, кроме Сяо Тэна и жокея. Теперь его тронул незнакомец, и это было так, как если бы его ударили ножом в задницу. Он сердито лягнул ногой и прыгнул, отчаянно пытаясь сбить Жун Лю с ног.

Из-за шума все на ипподроме обратили свое внимание на Жун Лю. Лошадь под ним выглядела безумной, и не останавливала свой неудержимый бег. Все вспотели, Сяо Тэн просто замерз, что-то сжалось в его груди.

Слава безумно пробежал по ипподрому несколько кругов, постоянно меняя трюки, чтобы усложнить задачу Жун Лю, глубоко и ярко выражая всем, свое отвращение к наезднику. Сотрудники, которые хотели остановить лошадь и спасти Жун Лю, также были беспомощны.

Процесс преследования и ярости был довольно долгим, наконец мужчина свободно выпрямился в седле, и Глори весь в поту и измученный, рысью поскакал обратно.

Жун Лю сильно вспотел и тяжело дышал. Когда он добрался до Сяо Тэна, он с трудом слез, положил руку на мокрую, липкую шею лошади, коснулся своей груди и улыбнулся Сяо Тену: «Это называется запугивание».

Сяо Тэн был шокирован его улыбкой.

В конце концов, не было необходимости быть свидетелем кровавой сцены, и зрители с облегчением аплодировали победе Жун Лю.

Сяо Тэн отвернулся и проигнорировал Жуна. Тот уставился на недовольного парня торжественным взглядом. А Глори глубоко вздохнул носом, закрыв холодные глаза, очень похожий на него.

Хотя Сяо Тэн чувствовал себя очень неуютно, он не мог быть резким. Жун Лю был липким, как кусок резинки, прилипший к подошве обуви, он сам не мог избавиться от храброго человека, как это могло сделать животное.

К счастью, у него прямая спина. (натурал) Если Жун Лю прикоснется к нему еще раз, он не превратится в ягненка. Он все еще не очень терпелив и всегда ищет шанс пнуть его.

Жун Лю не беспокоился, и рискуя, что его пнут, с радостью пытался приблизиться к нему: «Рано или поздно он меня выслушает».

Сяо Тэн холодно сказал: «Мастеру Жуну Глори так нравится, значит ли это, что я могу отдать его тебе?»

«В этом нет необходимости, - искренне, но невежливо улыбнулся Жун Лю, - у меня четыре лошади на канадском ранчо, и я только вчера узнал, что появились жеребят. Я готовлюсь к разведению».

Тогда ты просто пришел изводить мою лошадь.

«На самом деле я не очень-то заинтересован в том, чтобы противостоять скачущей лошади, но приручить ее очень приятно».

Плохой вкус во рту. Сяо Тэн с отвращением взглянул на него.

Пригласив Жун Лю на ужин в Конный клуб, Сяо Тэн наконец понял, что он больше никогда не поверит, его словам «нет друзей». Жун Лю в ресторане, это был настоящий ад.

Этот парень явно дикий. Пока он жив, он готов любить всех. Он очень нравится мужчинам, женщинам и детям, и везде, где он появляется обязательно звучит счастливый смех. Несколько человек почти сразу, начали с ним радостно болтать. Даже старик Сун, у которого извращенный характер и он может в этом соперничать с Сяо Тэном, позволяет Жун Лю поговорить с нго внучкой.

Если состояние семьи Жун придет в упадок, у него определенно будет светлое будущее, если он изменит свою карьеру и станет цветком в элитном клубе.

Сяо Тэн сжал кулаки, когда подумал о его горе, когда его беззастенчиво съел этот мужчина с приятной улыбкой.

Бабочка повсюду посыпала пыльцой, облетела всех и полетела обратно, держа тарелку в руках и шепча на ухо Сяо Тэну: «Мой дорогой, почему бы тебе не подойти и не посидеть с другими? Здесь тебе очень одиноко».

Сяо Тэн проигнорировал это и начал есть.

Жун Лю склонил голову, желая изучить его выражение лица, и, внимательно посмотрев на него пару секунд, весело сказал: «Ты ревнуешь?»

Предположение, которое было даже более невероятным, чем взрыв земли, Сяо Тэн снова сердито вздохнул и, наконец, не смог удержаться, холодно сказав: «Не мечтай».

Сяо Тэн слишком прост, его легко разозлить, ему не хватает терпения для людей, которые не достаточно быстро реагируют, а тщеславие вызовет у него только насмешку. По привычке он не любит общаться с незнакомыми людьми, да и с знакомыми тоже, даже, когда развлекается и отдыхает. Большинство из них стараются его избегать. Только Жун Лю любит его доставать, дергая за хвост тигра.

«Моя жизнь вся для тебя, - горько и добродетельно сказал Жун Лю. - Мы можем быть очень хорошими партнерами. Я буду заботиться о тебе как внутренне, так и внешне ...»

Вилка Сяо Тэна ударила в рыбный бифштекс перед Жун Лю и погнулась. Это был уровень с тремя восклицательными знаками, и парень, наконец, закрыл рот, хотя и продолжал улыбаться.

***

После возвращения с ипподрома жизнь Сяо Тэна стала лучше. Жун Лю сосредоточил большую часть своих мыслей на плохой лошади. Насыщенный график работы Сяо Тэна помогал ему редко встречаться со своим гостем. Когда он был занят, Жун Лю не успевал за его ритмом и просто не мог приставать к нему. Поэтому находил другие развлечения.

По мнению Сяо Тэна, Жун Лю по натуре ленив, часто спит и не желает рано вставать, любит отдых и не любит работу, а также не выполняет свою работу должным образом. Он ребенок из богатой семьи, который верит в то, что можно всю жизнь играть и получать удовольствие. Он только беспокоит его лошадь, и от него вообще нет никакой пользы.

В какой-то степени это его радует. Ему не нужно тратить время, чтобы привести в порядок чувака, потерявшего амбиции.

Две лошади были брошены на растерзание Жун Лю. Хотя Сяо Тэн чувствовал себя немного виноватым, в конце концов, они были просто звери. Пока он мог рассеять внимание Жун Лю и предотвратить его преследования, он готов ими пожертвовать.

На этот раз Сяо Тэн пнул Жун Лю, который цеплялся за него, требуя внимания, и уехал за границу, чтобы присутствовать на собрании один.

Через несколько дней он вернулся домой и вошел, чтобы увидеть, что все, как обычно, Жун Лю не поднял шума, пока его не было. Он почувствовал легкое облегчение, но еще больше разочаровался.

Когда он уезжал, он думал, что его дети переживают период бунта, и даже он, возможно, не сможет их приструнить. Молодые люди этого возраста все покрыты шипами, а Жун Лю захочет с ними поладить, и жизнь в доме будет нелегкой. У него есть сомнения по поводу Жун Лю и детей.

Независимо от того, кто над кем будет издевается, если будет открытый конфликт, у него будет причина открыто попросить Жун Лю удалиться из дома и выбрать ему для проживания виллу на вершине горы, которая находится дальше всего от его дома.

Слуга принял его багаж и пальто. Сяо Тэн спросил: «Что-нибудь происходило в последние несколько дней, когда меня не было?» Получив ответ «Все в порядке», он все еще не хотел в это верить, хмуро поднимаясь по лестнице. С нетерпением он ждал каких-либо следов схватки или сцены, с пятью окровавленными головами.

Все было цело, но когда он поднимаюсь наверх, он чувствовал, что что-то изменилось.

В гостиной царила счастливая атмосфера, и Жун Лю лежал на полу, играя в головоломки с самой маленькой дочерью Сяо Цзы. Две тысячи частей головоломки, проект огромен, у Сяо Тэна не было терпения, чтобы помочь. Он решил, пусть Сяо Цзы медленно работает над этим день за днем. Перед тем как он уехал, Сяо Цзы собрала небольшой уголок, но теперь он был почти готов.

С таким быстрым прогрессом Сяо Тэн не мог не бросить еще несколько взглядов. Жун Лю очень талантлив в этой области. Он продолжал находить нужные плитки из оставшихся стопок. Точность была потрясающей. Глаза Сяо Цзы широко раскрылись. Вставив последний кусок, они оба разразились аплодисментами.

"Закончили!"

Два человека, один большой и один маленький, с радостью дали друг другу пять.

"Я хочу повесить это!"

«Будь осторожна, не разбей его. Я помогу тебе».

Сяо Тэн холодными глазами посмотрел на дружную парочку. Жун Лю повернул голову и нашел его глазами. Он немедленно встал и радостно закричал: «Дорогой ... эээ, ты вернулся!»

Когда-нибудь ему придется зашить этот рот своими руками.

"Гм."

«Ты не был дома, так долго, и уже хочешь убить меня».

Уголки рта Сяо Тэна дернулись, Жун Лю немедленно посмотрел на Сяо Цзы, и спросил нетерпеливо: «Так правильно?»

Сяо Цзы нерешительно кивнула, Сяо Тэн внезапно почувствовал себя немного неуютно и посмотрел на свою дочь, которая была не очень близка с ним: «Я привез подарки, это для тебя».

Сяо Цзы послушно взяла коробку и сказала: «Спасибо, папа». Отчасти это было вежливо по-взрослому, но без детской радости и наивности, и она не обрадовалась и не открыла ее на месте. Сяо Тэн чувствовал себя все более и более разочарованным, он нахмурился и спросил: «А где остальные?»

«Старшая сестра в комнате, я не знаю где старший брат и вторая сестра».

Пока он разговаривал, Сяо Пу вышла из спальни с высоко взлохмаченными волосами, ее макияж был силой, и она была одета в черное тонкое платье без бретелек. Красивая и слишком взрослая. Очевидные изгибы и открытые плечи разозлили отца. Он задыхался.

"Куда ты направляешься?"

«У меня вечеринка, которую нужно посетить вечером, - Сяо Пу приподняла подбородок, - это не та вечеринка, которая тебе не нравится».

«Надень пальто перед выходом».

Сяо Пу молчала, но ее сморщившиеся личико явно выражало не желание сотрудничать.

«Если ты не прикроешь чем-нибудь свои плечи, ты не выйдешь из этой двери сегодня вечером».

«Что ты знаешь об этом!».

"Ты будешь спорить со старшими ?!"

Эти двое оказались в тупике, и Жун Лю внезапно сказал: «Сяо Пу, я на самом деле думаю, что ты немного ошибаешься».

Сяо Тэн был слегка удивлен его помощью, он нахмурился. Отец и дочь уставились на непрошенного гостя вместе: «Чужие не мешают».

Взгляд Жун Лю был совершенно невинен и он прикоснулся к своему носу: «Я имею в виду, что у тебя элегантно уложены волосы и прекрасная обувь, и ты правильно подобрала сумку. Хороший образ, элегантно в стиле ретро. Но вот платье не совсем подходит».

Сяо Пуру сильно удивилась: «Что?»

Жун Лю сурово сказал: «Ремень лучше снять, иначе все будут смотреть только на него».

Сяо Пу немедленно посмотрела на себя: «Почему? Я хочу взрослую модель. Она идеально подходит мне. Мне почти двадцать лет».

«Ты можешь выглядеть настолько старой, насколько хочешь», - безобидно для людей и животных улыбнулся Жун Лю, - «Но лучше, я выберу за тебя. Это будет просто идеально для тебя».

Сяо Пу был немного потрясена, улыбкой любимца судьбы, но все же упрямо сказала: «Тогда почему я должна тебя слушать».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Верь в мой вкус. В противном случае, ты всегда ожешь вернуться к этому виду».

Сяо Тэн наблюдал, как старшая дочь открыла дверь спальни, чтобы впустить Жун Лю. Он был удивлен и раздражен, но не мог не стиснуть зубы, почти рассердившись.

Но когда Сяо Пу вышла из спальни в платье в стиле Хепберн, выбранном Жун Лю, он ничего не мог сказать. Хотя это платье было слишком зрелым по сравнению с ее возрастом, оно было действительно элегантным и достойным, чего он никогда не мог от нее добиться. За исключением ключицы и голени, оно, наконец, ничего не открывало, и оно полностью соответствовало его требованиям.

Гнев Сяо Тэна утих. На данный момент настроение у него сложное и придраться не к чему.

Сяо Цзы, которая была слишком напугана, чтобы пошевелиться, тоже стала послушной: «Сестра, ты такая красивая, как модель, а ожерелье выглядит хорошо».

Сяо Пу наклонилась, сжала ее лицо и щедро сказала: «Твой рот такой сладкий. Когда ты вырастешь, я выберу тебе гардероб».

На этот раз сестры любят друг друга. Сяо Тэн с черным лицом наблюдал за ними двумя, затем повернул голову и взглянул на Жун Лю: «Где Сяо Линь и Сяо Инь?»

Жун Лю плавно ответил: «Сяо Инь вышел, он обещал мне вернуться до шести часов, Сяо Линь тренируется».

Конечно, он знал лучше, чем их отец. Сяо Тэн почувствовал раздражение из-за того, что кто-то выкопал угол, он собирался вырваться, и внезапно почувствовал, что что-то не так: «Тренируется, что?»

"Тхэквондо ..."

"Кто сказал ей заниматься этим?"

Жун Лю коснулся своего носа: «Она хочет учиться».

Сяо Тэн стиснул зубы: "Ты ее научил?"

«У меня есть возможность, поэтому я дам ей несколько уроков, между прочим. Это самооборона и физические упражнения, что не так?»

Лицо Сяо Тэна посинело, но он ничего не мог сказать. Сяо Линь была уже достаточно мальчиком, она выучила фортепиано, шахматы, и каллиграфию. Она даже не пыталась стать немного похожей на девочку. А теперь еще лучше, она собирается тренировать мышцы, чтобы стать более мужественными.

"Ты хочешь превратить ее в мужчину?"

Жун Лю был ошеломлен на мгновение, но потом улыбнулся: «Дорогой, ты слишком много думаешь. Человек не станет менять пол только из-за занятий боевыми искусствами. Физическое состояние Сяо Линя очень подходит для этого вида спорта. Она отлично с этим справится».

Сяо Тэн нахмурился и сказал: «Девочки должны делать то, что должны делать девочки».

«Дело не в том, что я сказал, - Ронг Лю почесал в затылке, - представь, что она танцует в балете, но у нее появятся прыщи. В любом случае, это здоровое хобби. Не лучше ли дать ей свободу выбора».

Сяо Тэн холодно взглянул на него: «Это не твоя дочь, как ты сказал».

Жун Лю мило улыбнулся: «Ты неправильно понял, но я отношусь к ним как к своим дочерям, которых нужно любить, мой дорогой».

"..."

«Э-э, хорошо ... даже если ты не согласен, тебе не нужно направлять на меня пистолет».

С тех пор, как к ним переехал Жун Лю, у Сяо Тэна было высокое кровяное давление и мигрень каждый день, но атмосфера в доме казалось стала лучше, чем раньше.

Дети улыбались и проводили больше времени дома, чем раньше. Они часто собирались и играли вместе, вместо того, чтобы уходить каждый в свою комнату и заниматься своими делами, как раньше.

Но атмосфера радости и гармонии к нему никакого отношения не имела. Счастливая близость детей - все из-за Жун Лю. Он был еще более изолирован от этого круга и казался все более раздражителен.

В прошлом он все еще мог сказать себе, что часть дисгармонии в семье была вызвана характерами детей. Его дети были слишком упрямы и не по годам развиты и не могли хорошо общаться с ним. Это не было полностью его ошибкой.

А вот Жун Лю очень хорошо ладил с ними. Если вмешивался Лю, то, те, кто должен ходить в школу, будут ходить в школу, а те, кому следует заниматься на фортепиано, будут заниматься на фортепиано. Один послушнее и симпатичнее другого, и никто из них не требовал соблюдения своих прав, стоя с ним лицом к лицу.

Это доказывало, что все конфликты и разногласия на самом деле происходили из-за Сяо Тэна. Это потому, что у него не было способностей быть хорошим отцом.

Он сидел за столом, пил чай и читал газету. Сяо Пу сбежала с лестницы в платье-топе с тропическим цветком и крикнула: «Посмотри, мы собираемся устроить пляжную вечеринку. Помоги мне выбрать. Так красиво? "

Этот вопрос был адресован не отцу.

Жун Лю приподнял подбородок и заметил: «Одежда и обувь очень хороши, пояс с ожерельем - плюс, и волосы очень красивые».

«Но я думаю, что чего-то все же не хватает», - Сяо Пу приподняла юбку и осмотрелась. «Что-то не так? Есть проблема с цветом кожи?»

Жун Лю на минуту задумался: «Ты слишком отбелила ее, слишком светлый тональный крем».

«Ах! Верно!» Сяо Пу поспешила наверх.

Когда она снова спустилась, все ее тело было окрашено здоровым цветом, на лице легкий макияж, бледно-жемчужные губы, совершенно в другом стиле.

Сяо Пу счастливо вышла. Сяо Тэн нахмурился и посмотрел на мужчину рядом с ним: «Ты знаешь, как должна выглядеть и одеваться женщина, ты же мужчина?»

Жун Лю усмехнулся: «Можно ли назвать мужчиной человека, который недостаточно разбирается в женщинах?»

Сяо Тэн холодно сказал: «Предупреждаю, не трогай мою дочь».

Жун Лю красиво улыбнулся: «Почему? Она мне нравится. Но тебе лучше всего известно, какой тип меня привлекает. "

Сяо Тэн только холодно фыркнул.

Однако нельзя отрицать, что все в семье, кроме Сяо Тэна, очень любили Жун Лю.

Потому что Жун Лю не только, казалось, понимал все их проблемы, но и хотел играть с ними. Он добр к слугам, учит борьбе Сяо Линь, помогает Сяо Пу подбирать одежду и аксессуары и тормошит Сяо Цзы, чтобы она смеялась. Даже Сяо Инь любит ходить с ним по магазинам.

Но Сяо Тэн совсем не нравился его стиль: «Не думай, что можешь угодить всем».

Жун Лю моргнул парой красивых глаз: «Конечно, я не могу. Я не банкнота».

«Так что меньше усилий».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Я не отношусь к ним хорошо, чтобы выглядеть симпатичным. Я отношусь так только к людям, которые мне нравятся».

"Хм".

«Тебе тяжело одному с детьми», - Жун Лю наклонился к нему, - «Почему бы мне не помочь тебе вырастить и воспитать их?»

Сяо Тэн сказал ему только одно слово.

"Катись."

Но Жун Лю явно отказывался катиться, Сяо Тэн мог только встать сам и холодно уйти.

«Мой дорогой ...» Жун Лю преследовал его с улыбкой, заглядывая ему в лицо. «Ты зол? Ты действительно зол? В чем дело?»

"..."

«Ах, не пойми меня неправильно. Как я могу забрать твоих детей. Они все твои, даже я - твой, мой дорогой…» Не дослушав этот бред, Сяо Тэн хлопнул дверью перед его носом.

Как бы сильно Сяо Тэн ни хотел выбросить тело Жун Лю в море, ему приходилось терпеливо смириться с тем фактом, что за его спиной вырос хвост по имени «Жун Лю».

В конце концов, Жун Лю был честен и хотел «научиться чему-то у господина Сяо и получить некоторое понимание». Пока Жун Лю говорил об этом, он мог только позволить ему следовать за ним.

***

Только вот на таких развлекательных мероприятиях, как эта коктейльная вечеринка, Сяо Тэн мог быть более терпимым к Жун Лю. Потому что в таких местах много людей и вещей, которые он ненавидел. В такой ситуации, это все равно что бросить лишний кусок грязи в мутную воду. Не имеет большого значения.

На приеме Сяо Тэн взял помощника и Жун Лю, они вместе ходили и разговаривали с нужными людьми. Выпив вина, он увидел слишком худую женщину в чрезвычайно роскошном платье без бретелек. Группа людей окружила ее, они вились, как звезды вокруг луны. Слишком много хвалебных отзывов. На самом деле лицо у нее старое, черты тупые, фигура плоская спереди и плоская сзади. Эстетического ощущения нет вообще, но она все равно считала себя красивой.

Жун Лю воскликнул: «Вау, кто это?»

Ассистент, сопровождавший их, поспешно представил: «Это знаменитая мисс Винг».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Я слышал о ней, но надо было увидеть. Я думал, что она мать мисс Винг. Сколько ей лет?»

Помощник не явно сказал: «Внешне, наверное, немного больше двадцати».

"кашель……"

Мисс Винг хвасталась своим платьем от кутюр: «Это красивое платье, для каждого драгоценного камня заказывалась специальная огранка и он пришивался вручную, вы знаете, сколько труда это занимает?»

Естественно, вокруг нее раздались удивленные восклицание и слова восхищения.

Жун Лю усмехнулся: «Эти люди так хвалят ее, потому что им всем нравится хрустальная лампа в форме человека?»

Помощник был беспомощен: «Она дочь мастера Сун. Кто захочет оскорбить его». Статус банды мастера Сун непоколебим, и никто не хочет враждовать с преступным миром.

Как бы это ни было невыносимо, он неизбежно должен подойти и поздороваться. Мисс Винг увидела Жун Лю и, как только услышала слова приветствия, простонала: «Стпрший брат Жун».

Жун Лю не мог не рассмеяться и сказал: «Это большая честь для меня. Я ее не достоин, я не смею быть вашим старшим братом».

Сяо Тэн нахмурился, но, как мужчина, он проявлял определенное уважение к женщинам, поэтому ничего не сказал, просто ожидая, когда все это быстро закончится.

Однако Жун Лю слишком сладкий и привлекает пчел и бабочек, ведь он не обычный золотой парень. Многие девушки и женщины стремились пообщаться с ним. Куда бы он ни пошел, Сяо Тэн тоже был вынужден слушать их, размышляя есть ли у них мозги. Его лицо становилось все холоднее.

Мисс Винг продолжала говорить о себе: «Только с такой фигурой, как у меня, это платье можно носить столь элегантно. Те, у кого слишком полная верхняя часть, выглядят слишком вульгарно. Если вы хотите узнать секрет сохранения “фигуры дьявола”, я научу вас позже. "

Снова слова восхищения и благодарности, Жун Лю был еще более счастлив, Сяо Тэн только холодно сдерживался.

Вероятно, из-за того, что выражение его лица недостаточно праведное, одна из дам спросила его с очаровательной улыбкой: «Сестра Винг действительно очень красивая и у нее утонченный характер. Вы ведь цените этот тип, не так ли?»

Сяо Тэн опустил бокал и поднял глаза: «Вы все ослепли?»

Жун Лю выпил глоток вина, и он был единственным, кто все еще улыбался в этой напряженной обстановке, он почти рассмеялся при виде этого зрелища.

"Пойдем."

Сказав, Сяо Тэн повернулся и пошел в другую сторону. Жун Лю и его помощник пошли за ним и они все перешли на другую сторону, чтобы развлечься.

Когда он собирался взять вино, две дамы, которые только что окружали мисс Винг, подошли, и встали рядом с ними. Одна из них улыбнулась и сказала: «Вы были так красивы только что. Благодаря тому, что вы сказали, мы решили следовать за вмии. Мы не могли этого больше выносить. Мы также думаем, что она вульгарная, уродливая и самовлюбленная ".

Сяо Тэн взглянул на них и холодно сказал: «Если вы думаете, что она уродливая, то пойдите и скажите ей, что вы хотите от меня?»

Неожиданно получив такой ответ, дамы переглянулись и скованно ушли. Жун Лююй безудержно рассмеялся и ударил по стене: «Мой дорогой, ты обидел всех, и ту и другую сторону».

Сяо Тэн только фыркнул.

Не все те, кто говорит мягко и вежливо, могут быть по-настоящему хорошими. Многие просто хотят считаться хорошими людьми другими, с аурой «доброго человека» над головой, чтобы завоевать репутацию в обществе.

Он осмелился быть плохим парнем, потому что ему все равно.

В середине приема Сяо Тэн постепенно почувствовал, что ему очень скучно. Из-за того, что Жун Лю был рядом с ним, глядя на него с милой улыбкой, его лицо было таким напряженным, что его скоро сведет судорогой.

Он боялся, что, если все продолжится в том же духе, он совершит, что-нибудь не поправимое публично. Поэтому он вышел на балкон и глубоко вздохнул, трезвея, чтобы желание убийства не было таким сильным.

В этом банкетном зале много маленьких балконов, повсюду растут зеленые лозы. Людей на соседних балконах не видно. Если вы не будете осторожны ночью, то вас могут услышать, но большинству на это наплевать. Как только Сяо Тэн остановился, он услышал женский голос, говорящий: «Почему господин Сяо такой высокомерный? Он старший!»

«Я думаю, что он в основном психопат и издевается над женщинами, иначе его жена не сбежала бы».

«Какая женщина выдержит его. Что за выражения? Я хотела дать ему пощечину. Если увижу снова, так и сделаю».

Это были голоса тех двух женщин, которые только что подходили к ним посплетничать, но быстро ушли, отвергнутые Сяо Тэном.

Две женщины говорили плохие вещи, делая все возможное, чтобы задеть, как можно злее. Когда они сказали: «Может, он просто не может этого сделать, а все дети - свидетельство измены». Жун Лю наконец не смог сдержаться ...и снова засмеялся.

Обе женщины повернули головы, и когда они узнали их, их лица стали еще более уродливыми.

Жун Лю взглянул на человека рядом с собой, но неожиданно не увидел сумасшедшего Сяо Тэна. Безразличие, вот, что было на его лице, как будто злобные слова не имели к нему никакого отношения.

«Эй, ты не злишься? Они так плохо говорили о тебе».

Сяо Тэн нахмурился: «Что с этим случилось? Я слышал о себе кое что и похуже».

"Эээ, такие слова... Неужели ты не рассердился?"

Сяо Тэн холодно улыбнулся и сказал: «Слишком много людей хотят меня оскорбить. Вопрос в том, могут ли они это сделать? Когда у них появится такая возможность, тогда я рассержусь».

Его злость для тех, кто способен быть ему врагом. Он равнодушно смотрит на того, кто может безжалостно говорить только за его спиной.

На следующий день, когда Сяо Тэн читал газету и завтракал дома, Жун Лю подошел, чтобы поделиться с ним сплетнями. Теперь можно сказать, что Жун Лю получал информацию мгновенно. За то короткое время, с момента, что он переехал в Т-Сити и до сегодняшнего дня, уровень развития его информационной сети сплетен превзошел уровень развития Сяо Тэна за всю жизнь.

«Дорогой, я слышал, что тех двух женщин избили прошлой ночью. Их лица опухли, как у свиней, но с ними все будет в порядке».

Сяо Тэн безразлично протянул «ммм» и продолжил читать серьезные экономические новости.

«Тебе все равно? Люди говорят, что ты это сделал».

Сяо Тэн поднял глаза, чтобы посмотреть на него, нахмурился и сказал: «Это не мое дело. Я этого не делал».

«Но они говорили о тебе плохие вещи, многие слышали их, а потом они были избиты. Трудно не сомневаться, что это не твоих рук дело».

Сяо Тэн холодно сказал: «Я безжалостен, это правда. Но если бы я убивал людей, которые говорят обо мне плохие вещи, тогда этот город был бы наполовину пуст».

Его методы должны использоваться на людях, которые действительно представляют для него угрозу, таких как Оуян Сивэнь. Он не беспокоился о мелких людишках, которые мелят языком. У него плохой характер - это верно, но дураки его не интересуют.

Жун Лю сидел, подперев подбородок, и почти, как идиот, разглядывал его красивый профиль, он сказал: «Но в этом случае тебя сильно обидели, а теперь тебя снова безосновательно возненавидят».

«Пусть ненавидят, если хотят. В любом случае, они думают не о том человеке. Не разберутся, продолжат страдать и в будущем. В чем моя потеря?»

Его никогда не беспокоила глупость противника.

Обычные люди не переносят чувства «отвращения, со стороны других» и отчаянно избегают встречи с ненавистью. И его откровенно ненавидели большинство людей, он к этому привык.

Это может быть талант, которым должен обладать человек с такой карьерой, как он.

Но даже если Сяо Тэн такой безразличный человек, если в День отца стол пуст и нет подарков, это повлияет на него.

Хотя дары прошлых лет были формальными. Все куплено в магазине, только проведи картой. А потом он оплачивает счет по карте.

Но как бы то ни было, это были подарки его детей.

А в этом году не было даже этого.

Они просто забыли о фестивале, и даже не удосужились формально поздравить его.

Сяо Тэн осмотрел кабинет и спальню, а также обыскал все, теперь, он был уверен, что ничего не было. По какой-то причине у него внезапно пропал аппетит и он не захотел идти на обед.

В гостиной внизу тоже темно, даже Жун Лю нет, вероятно, он собрался погулять с его детьми. Сяо Тэн закрыл дверь, оставшись в кабинете, в одиночестве.

Когда он сидел за столом, зазвонил телефон, и Сяо Тэн немного нетерпеливо посмотрел на имя, отображаемое на нем. Увидев, он рассердился от всего сердца и ответил холодно.

Приятный голос Жун Лю постарался растопить лед: «Мой дорогой, уже так поздно, ты не собираешься обедать?»

Сяо Тэн сухо: «Какое тебе дело?»

Мужчина заметив его недовольство, осторожно сказал: «Нет, меня беспокоит, что если сегодня будет слишком жарко, ты потеряешь аппетит».

«У меня очень хороший аппетит, - усмехнулся Сяо Тэн, - если тебе больше не чем заняться, я повешу трубку».

"А? Ты ел дома один?"

«Кто тебе сказал, что я дома? Я на улице и не знаю, насколько я счастлив».

"Эээ, это ..."

“Меня это не волнует.” Теперь Сяо Тэн испытывал сильную ревность, теперь этот человек его враг. Он внезапно услышал стук в дверь и сказал: «Мне не о чем с тобой разговаривать». Затем он отключил телефон и встал, чтобы открой дверь.

Дверь открылась, но это были не дочери, и не сын. Жун Лю с милой улыбкой держал телефон в руке и знойным жестом приветствовал его.

Кровь Сяо Тэна на какое-то время хлынула к лицу, но не желая мириться со смущением из-за разоблачения, он стиснул зубы и спросил: «Где Сяо Пу и другие?»

«А?» Лицо Жун Лю стало мрачным, «Я такой красивый сегодня, разве ты не очарован мной? В любом случае, посмотри на меня еще две секунды, прежде чем думать о других вещах».

«...» Сяо Тэн подавил желание забить его до смерти. «Я спрашиваю тебя, куда ты их дел?»

"Ух, они такие хорошие ..."

Сяо Тэн оттолкнул его и спустился вниз.

"Эй, милый, подожди минутку, ах ..."

В тускло освещенной гостиной несколько фигур, увидя его, попытались спрятаться.

Они были застигнуты врасплох. Сяо Тэн не знал, включить ли сначала свет или стоит погасить свечи. После небольшой суеты свечи погасли.

Люстра под потолком загорелась.

Парень и девочки из семьи Сяо столкнулись с суровым и темным лицом Сяо Тэна, смущенные и напряженные, а затем они, кто-то быстро, кто-то медленно, стали подходить к нему и неровно поздравлять: «Эээ, счастливого Дня отца».

После этого все были немного разочарованы, и атмосфера замерла. Сяо Пу на высоких каблуках, сложила руки на груди и с презрением сказал: «Что? Никакой встречи. Эффект неожиданности не получился».

"Хорошее начало..."

«Тогда сделаем это снова».

Но все были слишком скованны, чтобы повторить это снова. Дети и взрослые пару минут смотрели друг на друга, но все же не смогли найти решимости, чтобы объединить усилия. Наконец, кто-то засмеялся, это разрядило обстановку и уменьшило общее смущение.

Сяо Инь улыбнулся и сказал: «Забудьте, не в этом дело. Подарки - это основное. Папа, счастливого праздника».

Сяо Тэн стоял тупо глядя на торт на столе и несколько блюд. «Вкус» после дегустации, был все еще неясен. «По запаху» намного хуже, чем обычно.

«Его сделали я и Сяо Линь, - представил “подарок” Сяо Инь, глядя в лицо отца. - Кремовый цветок выжала Сяо Цзы. Мы попросили совета у шеф-повара, но качество, пока, не дотягивает».

Сяо Пу скривила губы: «Ненавижу готовить. Но у меня есть подарок». Затем она достала коробку: «Я купила пару кроссовок».

"..."

«Из-за дел в компании, ты очень загружен, но самое главное - хорошее здоровье. Ты должен больше заниматься спортом, когда есть время. Кроме того, я купила их на деньги, которые заработала, снимаясь для журнала. Я не проводила твоей картой. "

Сяо Тэн по-прежнему хмурился.

Это слишком для него. Он не привык к такой нежности.

Когда семья села за стол, Сяо Тэн оставался таким же молчаливым, как всегда, и его лицо было суровым. Но он попробовал все блюда за обеденным столом, хотя некоторые из них были на вкус не очень. Еще он пил много вина.

Сяо Тэн не чувствовал себя пьяным, его тело немного плавало, и это было приятно. Его злой дух был разбавлен чем-то. Атмосфера за столом была не такой безжизненной, как обычно. Казалось, что все, теперь, не так его боялись. Сяо Инь даже отважно пошутил с ним, заставив всех за столом смеяться.

Поздно вечером дети пожелали спокойной ночи и вернулись в свои комнаты, чтобы отдохнуть. В пьяной полудреме Сяо Тэн почувствовал, что рядом с ним был человек, его рука лежала на плече другого, а тот поддерживал его за талию.

В этой неопределенности виднелась только пара очаровательных персиковых глаз: он смутно думал, что это его жена, а через некоторое время почувствовал, что это тетя Линг.

Короче говоря, это был мягкий человек, который помог ему пройти в спальню, налил горячей воды, развязал одежду, и дал ему дышать ровнее. Он также нежно похлопал его по спине, когда его рвало, и терпеливо вытер грязь.

Сяо Тэн в трансе почувствовал, что жизнь действительно должна быть такой.

Там его должен кто-то ждать и охранять.

Только он слишком устал.

Запах этого человека очень успокоил Сяо Тэна и даже заставил его расслабиться и почувствовать себя счастливым. Так что он заснул быстро, без усилий, забыв о головной боли и тошноте от вина.

Когда Сяо Тэн проснулся, он снова увидел рядом с собой незваного гостя.

Парень по-прежнему крепко спал, черные волосы разметались на соседней подушке, и весь он источал удовлетворение.

Опять!

Сяо Тэн не мог не приподнять одеяло.

Конечно же, он снова был голым.

Почувствовав движение, молодой человек открыл глаза, встретился с ним взглядом, и не ощущая опасности, криво улыбнулся: «Доброе утро».

Сяо Тэн холодно посмотрел на него.

"Ты можешь мне объяснить, почему я в таком виде?"

«Ах, тебя всегда рвет, так что я только помог тебе принять душ и сменить грязную одежду ...»

Молодой человек был настолько усердным, но получил в ответ: «Кто сказал тебе делать это самому? Я просил тебя сделать это?»

"..."

«Кроме того, я разрешал тебе спать на моей кровати?»

Юноша на мгновение замер и сказал: «Эээ ... но я позаботился о тебе вчера поздно вечером, и я устал, поэтому я просто немного поспал, кстати ...»

"Катись."

Молодой человек не был раздражен, только завернувшись в одеяло, послушно «откатился», наблюдая, как Сяо Тэн встает с кровати. Продолжая улыбаться, он сказал: «Мой дорогой, я знаю, что ты по утрам злой, э-э ...»

Он внезапно замолчал, перед ним была брошена стопка банкнот, две из них взлетели и ударили ему по переносице. Жун Лю коснулся своего носа, наконец поднял голову и посмотрел на мрачного мужчину.

Сяо Тэн холодно сказал: «Это для тебя».

"..."

«Я плачу тебе дополнительно за твои услуги, но, пожалуйста, не забудь вернуться в свою комнату».

Даже если он страдает, он не может позволить другим думать, что он страдал.

Жун Лю делает его несчастным, и он, в свою очередь, может заставить Жун Лю стыдиться. Он выставил этого молодого мастера Жун платным “слугой”, и теперь, он не был настолько отвратителен, и сохранил свою высокую самооценку.

Жун Лю смотрел на так называемую плату за обслуживание перед собой, и было не понятно, о чем он думал. Через некоторое время он внезапно вскрикнул, поднял разбросанные банкноты и внимательно посмотрел на них.

Только он не рассердился, а решил их посчитать.

Сяо Тэн чуть не упал в обморок.

«Я не знаю, более или менее сколько это стоит», - был серьезно настроен молодой мастер Жун Лю.

Индекс риска Сяо Тэна наконец сломался, и он зарычал со страшной гримасой: «Эта цена уже очень высока !!» Этот... даже усомнился в его щедрости!

«Но я думаю, что я должен быть более ценным. Тебе известно качество моих услуг ...»

У Сяо Тэна задергалось веко, и он истерически заорал: «Если ты еще что-то скажешь, в следующий раз я дам тебе только один доллар!»

Он даже не заметил, что на самом деле сказал «в следующий раз». Только, если его ударит гром!

«Ах, чтобы зарабатывать на жизнь, мне нужно больше работать. Я стою, так дешево, а сделал, так много хорошего... Ты планируешь обо мне позаботиться?»

"..."

С тех пор, как он получил пачку банкнот, Жун Лю стал сильнее настаивать на своем «долгосрочном талоне на обед», используя любую возможность, чтобы “обнять его бедро,” льстя ему, насколько это было возможно.

Даже если бы Сяо Тэн старался изо всех сил каждый день, он, все равно, не смог бы избавиться от Жун Лю. Его мечтой стало убить единственного сына семьи Жун одним выстрелом.

Тем не менее, его жизнь все еще продолжалась, его еще ждут “горы и реки”, а дни заполненны работой.

Мысли, потраченные на то, чтобы избавиться от Жун Лю, серьезно повлияли на его эффективность работы и жизненные привычки, заставив его в определенной степени упасть во всех аспектах своей работы. Если все будет продолжаться так же, это будет очень плохо.

После взвешивания всех за и против, ему пришлось тащить Жун Лю на работу, поскольку, тот “висел у него на бедре”.

Жун Лю, как жевательная резинка прилипшая к подошве его ботинка, и было очень утомительно ее тянуть. Сяо Тэ был настолько занят, что расписание приходилось составлять по в минутам, и он не мог тратить драгоценное время, оттирая подошву на обочине дороги. Теперь он может только ходить с ним, ожидая, что он рано или поздно потеряет свою липкость и отпадет.

Просто его нервы все чаще не выдерживали испытания.

Проснувшись утром, он открыл глаза и обнаружил, что у изголовья кровати находится лишний в этой комнате человек, на что Сяо Тэн достал пистолет из-под подушки, который держал там от грабителей.

"Стой, это я!"

Сяо Тэн ясно увидел посетителя, и отмахнувшись от мыслей о клане Жун, он прижал дуло к его подбородку: «Ты снова вошёл в мою комнату без спросу, хочешь верь, хочешь нет, я убью тебя одним выстрелом!»

Жун Лю посмотрел на него красивыми глазами: «Тогда ты можешь стрелять».

Голубые вены вздулись на лбу Сяо Тэна: «Ты думаешь, я не осмелюсь ?!»

«Это не ...» Жун Лю нежно посмотрел на него, а затем “посмотрел на смерть, как на дом”. «Умирая под цветком пиона, ты призрак ...»

Как только голос затих, он услышал легкий «щелчок».

Выражение лица Сяо Тэна мгновенно изменилось. Молодой человек схватил его за руку и задрожал - это была инстинктивная реакция организма, и эту реакцию запустил ужасный спусковой крючок.

Прежде чем холодный пот на его спине высох, лицо Сяо Тэна снова изменилось, превратившись из бледного в железно-серое. Голова у молодого человека не взорвалась от подбородка до макушки, как должна была, похоже, он был в хорошем состоянии, он все еще смотрел широко раскрытыми глазами: «Ты правда можешь ... ты такой жестокий..."

Сяо Тэн совершенно не пострадал от опавших цветков груши. Он только с мрачным лицом смотрел на свой старинный пистолет, который хранился у него много лет: «Что ты с ним сделал?»

Дворецкий Ван Цзин с удовлетворением смотрел на только что накрытый обеденный стол внизу, сложив руки на животе, и с душевным спокойствием ждал, когда молодые мастера спустятся поесть.

Вдруг он услышал шум наверху и в испуге поднял глаза.

Он видел, как Жун Лю бежал впереди, спасая свою жизнь, а позади Сяо Тэн, стиснув зубы, гнался за ним, размахивая пистолетом.

На них двоих были только пижамы, Сяо Тэн, наконец, догнал парня, яростно ударил, намереваясь сбросить Жун Лю с лестницы.

"Отдай свою жизнь, чтобы заплатить за это!"

Жун Лю побледнел, закричал и крепко обнял его, хватаясь руками и ногами, цепляясь, как утопающий.

Ван Цзин не мог не почувствовать облегчение: «О, молодой мастер в последнее время стал намного веселее».

Жун Лю - очень популярный персонаж в семье Сяо. Молодой хозяин Сяо Тэн находится под большим давлением на работе и не может контролировать свои эмоции. Отсутствие сброса эмоций вредно для здоровья, но когда обрушивается тайфун, все, кто находится дома, в опасности и гнев ложится на все головы.

Теперь, когда Жун Лю, в одиночку храбро противостоит почти всей огневой мощи Сяо Тэна, все остальные в безопасности. У Сяо Тэна постоянно заканчиваются боеприпасы, он был настолько уставшим, что у него почти не было сил, чтобы рассердиться на всех остальных. У него уже не было огня, когда он разговаривал с ними. В лучшем случае был только сизый дым. Семья стала более мирной и счастливой, чем когда-либо прежде. Все искренне благодарны Жун Лю.

После того, как Жун Лю был «убит» дома, ему все же пришлось тащить свои останки, пытаясь дойти до работы с Сяо Тэном.

Вначале, как «помощник», Жун Лю представлял собой прекрасную вазу (декоративный элемент). Помимо того, что он заставлял женщин краснеть и быть нимфоманками, он еще каждый день по идиотски смотрел на Сяо Тэна. Видя это, у Сяо Тэна почти развилась болезнь лицевого нерва. Кроме того, делать было нечего - в конце концов, компания не осмелилась отказать в чем либо молодому хозяину семьи Жун.

Однако в словаре Сяо Тэна нет таких понятий, как смущение. Он определенно не поднимает бездельников, не говоря уже о том, чтобы развлекать Жун Лю. Поэтому теперь, когда у него конфликт с клиентом, или он не может встретить заказчиков, или он просто не хочет их видеть, Сяо Тэн стал отправлять Жун Лю на переговоры. Как бы то ни было, у Жун Лю есть красота, красноречие и цвет лица, это просто талант, который можно использовать.

Первоначально это было только для очищения глаз, но затем Сяо Тэн обнаружил, что с тех пор, как Жун Лю присутствует на переговорах, доля обсуждаемых вопросов значительно возросла, и он может переломить ситуация, даже в том бизнесе, который почти рухнул. Независимо от того, была ли в этом заслуга Жун Лю или нет, этот парень в большей или меньшей степени был великим генералом.

Основываясь на принципе использования всего наилучшего, он усерднее работал над Жун Лю. Когда он был занят, Жун Лю, естественно, не мог сидеть сложа руки, он, наконец, смог занять его и теперь ему не разрешилось оставаться рядом с ним, как бельмо на глазу.

В этот день попрощавшись с беспокойным семейством за завтраком, они вдвоем поехали в компанию. Сяо Тэн под предлогом того, что ему надо подготавливать материалы для встречи, заперся в кабинете, а Жун Лю выгнали встречать гостя. Сегодня это был внук семьи Шен, который также являлся смелым молодым человеком с толстой кожей. Сяо Тэн страдал от головной боли, но предполагалось, что он встретится с ним и Жун Лю позднее.

Конечно же, когда Сяо Тэн вышел и заглянул внутрь переговорной через незакрытые жалюзи в стеклянной перегородке, то увидел, что оба молодых человека сидят на диване и весело разговаривают.

В дверях Сяо Тэн услышал, как молодой мастер Шэнь сплетничает: «Ты сказал, что Сяо Тэн на самом деле очень интересен. Что это значит?»

Лицо Жун Лю стало угрюмым: «Ты хочешь соблазнить его?»

Шэнь И был так напуган, что его руки затряслись: «Нет, нет, нет, нет, ты серьезно, я не хочу, чтобы он меня раздавил».

Жун Лю улыбнулся: "Ой, ты слишком невежественен. "

«Жун Лю, я очень тобой восхищаюсь. Но я действительно не могу оценить твою привязанность к Сяо Тэну».

Жун Лю только улыбнулся.

«Мы сотрудничаем в этом проекте. Интересно, кто будет отправлен сюда, чтобы взять на себя ответственность? Лучше бы это был я», - вслух подумал Шен И, затем болезненно схватился за грудь: «Нет, это хорошо, если не было бы Сяо Тэна, Боже ... "

Сяо Тэн постучал в дверь, затем вошел и сказал: «Я буду нести ответственность за проект в будущем».

Пара мужчин, мелющих языками в свое удовольствие, были поражены. Шэнь И почувствовал себя немного смущенным, он не хотел быть таким щедрым, и прикоснулся к своему носу: «Ха, господин Сяо. Вы закончили свои дела, так рано?».

Сяо Тэн только кивнул, а Шэнь И дешево сказал: «Я только что говорил с Мастером Жуном о вас, это действительно неожиданно, но он на самом деле очень вами восхищается ...»

Сяо Тэн сел за стол, как всегда, с холодным лицом: «Когда он вырастет через несколько лет, он не будет таким наивным. Так что тебе не о чем беспокоиться. Давай поговорим о бизнесе».

Жун Лю повернул голову и посмотрел на него: «Ах, ты злишься?»

Сяо Тэн был слишком ленив, чтобы обращать внимание, только Шэнь И все еще не боялся смерти. Он сделал глоток чая и сказал: «Эй, откуда ты знаешь, что он зол? Разве у него не всегда одинаковое выражение лица. "

Жун Лю усмехнулся: «Ну, только я могу видеть его настроение. Конечно, ты не понимаешь».

"Ты так хорошо знаком с Сяо Тэном?"

"Да."

«Я не могу сказать, что у него другое настроение».

«Он просто любит притворяться, ты не знаешь», - Жун Лю покачал головой и вздохнул, - «Раньше... Он не помнит, но он так крепко меня обнимал».

Шэнь И испугался и сделал глоток чая. Лицо Сяо Тэна ничего не выражало, но его рот яростно дернулся, и он поднял глаза на этого...

Жун Лю невинно сказал: «Я имею в виду, когда я был младенцем».

Сяо Тэн взглянул на него: «Если ты будешь говорить ерунду, я убью тебя».

Шэнь И поспешно сказал: «Господин Сяо, это нехорошо для вас. Вы ведь не можете убивать всех, кто задел ваши чувства».

Жун Лю засмеялся: «Я привык к этому. Я часто умираю. Вчера меня убивали более 20 раз».

Сяо Тэн положил документ, который держал в руке, на стол: «Тебе, мало того, что ты не обедаешь с коллективом?»

Жун Лю действительно не обедал.

Никто не осмелился принести ему обед, пока у них было совещание. Сяо Тэн приказал ему не есть со всеми, потому что он не мог держать язык за зубами перед посторонними. Он послушно признал наказание и пошел в комнату отдыха за кофе.

Вечером, когда пришло время идти домой, Сяо Тэн не собирался уходить. Босс все еще работал, и не было никого, кто осмелился бы уйти первым, поэтому вся компания работала сверхурочно.

Жун Лю лег на стол, жалобно глядя на него.

«Мой дорогой, у меня лихорадка».

Сяо Тэн даже не взглянул на него: «Что значит у тебя лихорадка?»

"У меня поднимается температура ..."

«Ты все придумываешь?» Сяо Тэн открыл ящик и достал термометр. «Четко измерь».

Он не выносил, когда его подчиненные притворялись больными, ленясь работать. И он безжалостно разоблачал их, никто не осмеливался разыграть такое представление перед ним.

Жун Лю какое-то время послушно держал термометр, а затем Сяо Тэн взглянул на него: «Температура нормальная».

Глаза Жун Лю “залаяли” и он сказал: «Нет, хотя сейчас нормально, я знаю, что у меня поднимется температура. Я чувствую это».

Сяо Тэн холодно сказал: «Если ты хочешь работать со мной в компании, тогда ты рядовой сотрудник, и должен соблюдать правила. Если хочешь расслабиться и быть счастливым, лучше не приходи. Зачем беспокоиться. "

Жун Лю лежал на столе и обиженно хлюпал носом, но, в конце концов, больше ничего не сказал.

Когда Сяо Тэн закончил свою работу, он немного размял, ставшие жесткими плечи, затем встал и собрал свои вещи. Увидев, что Жун Лю все еще лениво лежит, уткнувшись головой в руки, он не мог не нахмуриться.

«Теперь можем пойти».

Жун Лю издал «ммм» и взглянул на него, чуть приподняв голову, подмигнул, но не двинулся с места.

Сяо Тэн не был заинтересован или восхищен этой кокетливой ленью и все больше хмурился: «Что?»

Когда он подошел, он обнаружил, что лицо Жун Лю было ненормально красным, а его глаза были слишком мутными. Сяо Тэн заколебался и протянул руку, чтобы коснуться его лба. Температура. Лоб был такой горячий, не подделка.

"Ты больной?"

Жун Лю жалобно промычал "гм".

На мгновение Сяо Тэн почувствовал едва уловимое сожаление. В будние дни Жун Лю проявлял больше жизненных сил, чем обычные люди, и улыбался весь день, несмотря ни на что, так что Сяо Тэн забыл о том, что его телосложение было слабым. Семья Жун доверила ему единственного сына, чтобы он позволил Жун Лю жить счастливой жизнью, а не быть для него “коровой и лошадью”. Но он на самом деле забыл об этом.

Думая об этом , тон Сяо Тэна даже стал помягче: «Сначала вернемся домой, и я попрошу врача посмотреть тебя».

Жун Лю кивнул и потер нос и глаза. Когда он встал, в его глазах был слой тумана, влажный и блестящий.

Сяо Тэн не мог помочь, но почувствовал отвращение: «Ты ведь не собираешься плакать».

"Нет", - Жун Лю снова потер нос. "Это физиологическая реакция, никак ..."

Похоже, ему действительно плохо. Сяо Тэн следил за тем, как он направляется прямо к стеклянной перегородке, и поспешно схватил его, прежде, чем он разбил нос.

Слабый молодой человек без сопротивления откинулся назад, и Сяо Тэн был вынужден удерживать его за плечи.

Видя, что его реакция была такой медленной, а тело слишком горячим, Сяо Тэн почувствовал легкое недовольство. Когда он вспомнил, что первопричина лежит в теле Жун Лю, он подумал, что эта лихорадка может оказаться тяжелой.

Если создать рейтинго того, что ненавидит Сяо Тэн, то человек, распространяющий злобные слухи о нем получит один балл, обугленный бифштекс - два балла, а горькое лекарство - все пять, тогда контакт с телом Жун Лю - это все сто.

Но в это время это не сработает, если он не будет удерживать Жун Лю, тот упадет. Сяо Тэн выдержал побуждение бросить молодого человека в шахту лифта, отвернул лицо в другую сторону и согласился, чтобы он опирался на его плечо. Жун Лю никогда раньше не был таким тихим, он не говорил ни слова, только тихонько опирался на него, как ребенок, очень слабый и невинный.

Они сели в машину на заднее сиденье. Жун Лю соскользнул с его плеч на руки и прислонился к нему. Причина, по которой Сяо Тэн не подхватил и не выбросил его из окна машины, вероятно, заключалась в том, что его болезненное состояние было слишком реальным и слишком чистым.

В концепции Сяо Тэна, Жун Лю всегда был просто кучкой хаоса, лишенной деталей, вроде человечка, нарисованного детьми, без черт лица, с подписью наверху «неприятности».

Его мозг отталкивает информации о Жун Лю, поэтому, хотя все говорят, что этот парень хорошо выглядит, он просто отказывается это понимать. Для него достаточно восприятия беспокойной ауры Жун Лю.

Теперь Жун Лю послушно лежал в его руках, закрыв глаза, словно он заснул, не издавая ни звука при тряски. Сяо Тэн взглянул на него, и возникла иллюзия, что этот парень его особо и не раздражает. Чтобы подтвердить, он взглянул еще раз.

Вероятно, из-за того, что он мало находится на свежем воздухе цвет лица у молодого человека очень бледный, кожа тускло блестит в не ярком освещение машины, а щеки покраснели от жара. На самом деле, в нем чувствуется какой-то странный болезненный стиль.

Сяо Тэн смотрел на невинное и безобидное лицом, со сложным настроением. У молодого человека гладкий лоб, который выступает из мягких черных волос, веерообразные ресницы, красивый нос, а губы даже слегка надуты.

Сяо Тэн сердито вынул платок и закрыл лицо молодого человека.

Самое большое оскорбление, которое он когда-либо получал в своей жизни, - это то, что им воспользовались, а он не смог отомстить. Это был бесстыдный убийца, который сумел использовать его и продолжал преследовать.

Когда они вернулись домой, Жун Лю выпил немного горячего чая. Сяо Тэн уложил его на кровать, Жун Лю снял туфли и носки и свернулся калачиком под одеялом, зажмурившись, как котенок.

«Доктор скоро будет здесь».

Жун Лю выдохнул и немного смутился, затем спросил: «Это старый доктор Су?»

Услышав это, Сяо Тэн нахмурился. Этот парень был довольно разборчивым: «Разве другой доктор не подойдет?»

В Т-Сити так много хороших врачей,

Личный врач семьи Сяо тоже на высшем уровне. Доктор, который нужен был Жун Лю, давно ушел на пенсию. Хотя, конечно, он много лет был хорошо известен в своей отрасли. Попросить его прийти посреди ночи из-за лихорадки и незначительной болезни, кажется не удобным.

Жун Лю жалобно сказал: «Это не то же самое ...»

Сяо Тэн не мог помочь, но сердито сказал: «В такое время, ты все еще своенравный!»

«Я просто хочу увидеть доктора Су», - Жун Лю лежал на животе, лицо его было приподнято над чуаньским покрывалом, такое обиженное, кокетливое и слабое, - «Скажи, что это моя просьба, он обязательно придет».

Сяо Тэн, конечно, согласился с ним не из-за его внешнего вида, но красота и аура этого парня действительно обладают дополнительной силой.

От просьбы, сделанной с таким лицом, было слишком трудно отказаться, Сяо Тэн глубоко вздохнул и приказал послать кого-нибудь, чтобы пригласили доктора Су.

Вскоре после этого доктор Су действительно прибыл, и когда он увидел Жун Лю, он улыбнулся и сказал: «О, он все еще растет».

Диагноз был поставлен очень быстро, но затем он сел за стол, и выписал длинные сложные рецепты, которые заставили Сяо Тэна нахмуриться: «Это просто лихорадка ...»

Зачем поднимать такой шум? Список лекарств от лихорадки - это не банкетное меню на Новый год.

Врач понял его колебания и мягко сказал: «Можете не сомневаться, я лечил Жун Лю, когда он был маленьким, и в течение нескольких лет он принимал мои лекарства». Затем он продолжил: «Он, отличается от обычных людей. Не позволяйте относиться к нему как к обычному пациенту. Это нормально, когда он здоров. Но если он плохо себя чувствует, вы не должны давать ему никаких лекарств без моего разрешения».

Сяо Тэн удивился, но он мало, что знал о болезнях, поэтому согласился и увидел, как доктор Су снова поднял ручку.

Доктор что-то писал на бумаге, там было несколько листов, и от этого плотного почерка у него закружилась голова.

Затем все это передали ему в руку. Сяо Тэн взял исписанные листы, глядя на них с подозрением: «Это для меня?».

Доктор ответил: “Это все запреты. Жун Лю все это знает, но он все еще ребенок с хорошим темпераментом. Мне не нравится рассказывать об этом посторонним людям, они часто не воспринимают это всерьез. Просто помогите ему следовать предписаниям".

Сяо Тэн наконец понял, что в этом было странного. Что такое жизнь и смерть Жун Лю? Весь день он стремился позволить Лю быстро умереть, а затем отправить его обратно в родной город. Его сердце было искреннее, солнце и луна могут быть позваны в свидетели. А теперь, он должен заботиться о нем и все потому, что Жун Лю не умер достаточно быстро.

“Болезни пустили корни в его теле, но они подавляют друг друга. Пока они могут быть уравновешены, это не имеет большого значения, может быть, он доживет до ста лет. Но как только, значит, это ... “ Доктор очень ласково посмотрел на Сяо Тэна и продолжил: «Так что вы должны быть осторожны с ним во всем, вы не можете быть небрежным».

"..."

Сяо Тэн не мог не задаться вопросом, не был ли этот человек слишком стар, и его глаза были слишком плохими, и он был совершенно бесчеловечным.

Рецепт был отдан кому-то из слуг, чтобы он мог забрать лекарство в аптеке, и перед отъездом доктор оставил Жун Лю очень большую коробку.

«Вы сюда вернулись. Все возвращаются к корням рано или поздно. Эти лекарства были сделаны специально для вас и они вас дождались », - доктор Су постучал по крышке коробки, как будто это был хороший шоколад в коробке. "В любом случае, примите их. Они даже не слишком горькие. Вы сначала съедите вот эти, а затем по одному набору в этих пакетиках в день, просто ешьте в качестве закуски. Я попрошу передать вам новые, когда вы закончите с этими".

Открыв коробку, Жун Лю не мог не улыбнуться.

Запах был настолько странным, что Сяо Тэн, стоявший сбоку, на мгновение почувствовал головокружение и ему захотелось протянуть руку и за что-нибудь подержаться. Таблетки были странными, не говоря уже о том, что форма недостаточно гуманна, такие огромные человек не может проглотить естественным образом. Возможно, их придется долго жевать. Чтобы съесть необходимый набор, потребуется всего полдня.

Жун Лю уже вынул из коробки одну таблетку, притворившись, что начинает есть. Сяо Тэн просто наблюдал, но его горло уже свело. Для него принимать такую большую таблетку, которая имеет ужасный вкус, намного хуже, чем быть больным. Он заболеет, просто глядя на них. Как можно было это проглотить.

Увидев, как Жун Лю с серьезным видом положил ее в рот, начал жевать и пережевывать, Сяо Тэн почувствовал, что его ужин приближается к горлу. Сдерживая тошноту, он налил Жун Лю стакан воды: «Ты ... Запей."

Жун Лю не проявил особого смущения после того, как съел целиком этого монстра. Он держал чашку и пил воду, как маленькое животное, а затем послушно вернулся под одеяло.

Доктора отвезли домой, а человек, которого послали за лекарствами, вернулся. Вес китайской медицины потрясающий, Сяо Тэн не мог не чувствовать ужас, глядя на огромные пакеты.

Он не очень многого опасался в своей жизни, медицина - одно из них, особенно китайская медицина.

Лекарство было доставлено на кухню и стало готовиться, через некоторое время его запах поплыл по дому, быстро став очень насыщенным.

Сяо Тэн, почувствовав запах, зашел на кухню и увидел банки с настоями, на столе лежали мешки Руо-гань. Он подумал, что все это было похоже на фильм ужасов. Он действительно не мог больше оставаться на кухне, поэтому быстро вышел.

Когда приготовленное лекарство было доставлено наверх, Сяо Тэн впервые в своей жизни почувствовал сочувствие к Жун Лю. Поэтому, когда Жун Лю постепенно пил кошмарную черную смесь, он придвинул тарелку с сахарными кубиками и предложил: «Заешь сахаром».

Жун Лю был просто польщен: «Ах, спасибо ...»

"Они работают?"

"Что?"

«Эти лекарства».

«О», - Жун Лю понял его слишком краткий вопрос и с улыбкой сказал: «Все в порядке, я давно к этому привык».

«Завтра надо будет принимать другое».

«Ну, я знаю».

"Ты сможешь?"

Жун Лю наклонил глаза: «Конечно».

Сяо Тэн оставил блюдце с сахаром на тумбочке и ушел с холодным лицом.

Его не волновала красота и способности Жун Лю, но он был шокирован этим удивительным талантом, он мог принимать все виды ужасных лекарств, не меняя выражения лица.

Перед сном Сяо Тэн снова посетил комнату больного, чтобы тот рассказал о своих проблемах. Ведь на этот раз ответственность лежит на нем, и у него есть обязательства перед семьей Жун.

В комнате очень тихо. Обычно, пока там Жун Лю, всегда весело. Дети любят играть с ним, да и сам Жун Лю - это непрекращающийся искрящийся праздник радости. Теперь мир в доме заставил его понять, что Жун Лю действительно болен.

Движение открывшейся двери заставило человека на кровать слегка двинуться с места. Сяо Тэн остался стоять у двери, держась на расстоянии: “Как ты себя чувствуешь?”

Жун Лю открыл глаза и ответил на его приветствие «ммм», уголки его глаз и рта приподнялись, но он продолжал бессильно лежать под одеялом, его лицо все еще выглядело смущенным.

Сяо Тэн слегка колебался. На этот раз он первым ошибся в суждении и настаивал на собственном мнении. Если бы из-за самодовольства Жун Лю ему самому пришлось бы принять так много лекарств, он бы забил Жун Лю заживо. А Жун Лю даже не пожаловался ему, когда позиции поменялись местами.

«Хорошо отдохни, - Сяо Тэн посмотрел в его слезящиеся глаза и не мог не отвернуться. - Если у тебя есть какие-то потребности, просто позвони слугам».

Это был конец, он повернулся и собирался закрыть дверь за собой, когда услышал, как Жун Лю прошептал за его спиной: «Я хочу пить. Дай пожалуйста воды ...»

Сяо Тэн остановился, затем повернулся назад, увидел, что губы молодого человека потрескались. Он налил немного теплой воды в стакан и подождал, пока он медленно ее выпьет.

Естественно, он не стал помогать Жун Лю, а только подал стакан с водой. Жун Лю спокойно принял его безразличие, он сам приподнялся и послушно стал пить воду из стакана.

Жун Лю подавился после того, как выпил половину, его лицо покраснело от сильного кашля, но он не мог остановиться, и постепенно начал задыхаться и ничего не мог с собой поделать. Его тело свело судорогой. Его вырвало всеми лекарствами, которые он принял.

Сначала Сяо Тэн едва дважды похлопал его по спине. Он не ожидал, что от кашля ему станет так плохо, и у него даже не было времени удивиться. Он поспешно взял плевательницу, чтобы парня вырвало не на кровать. Затем он поддержал его одной рукой, а потом прижал его к груди, чтобы он мог облегчить дыхание.

Ожидая, пока Жун Лю восстановит дыхание, Сяо Тэн чувствовал только его спину, он вынул носовой платок и вытер ему уголки рта и нос. Чувствуя, что лицо и пальцы парня стали холодными, он напрягся.

"Надо снова вызвать врача?"

Жун Лю слегка покачал головой, показывая, что это не понадобится. Сяо Тэн видел, как его грудь резко поднимается и опускается, а глаза от кашля стали красными, как у маленького кролика, он выглядел немного жалким.

"Ты в порядке?"

"……Не совсем……"

На этот раз Жун Лю не только не воспользовался своими наглыми руками, он даже не хотел, чтобы Сяо Тэн держал его в объятиях, ему не терпелось лечь и свернуться клубком. Сяо Тэн помог ему лечь, казалось, ему было очень не по себе, поэтому он помог снова натянуть на него одеяло.

Этот кашель по-настоящему потряс Сяо Тэна. Жун Лю был слишком здоров и бодр последние дни, и после того, как он заболел, такая простая вещь, как кашель, могла вызвать смертельную угрозу. Этот контраст заставлял его чувствовать себя немного потерянным.

Он внезапно осознал, что каким бы раздражающим не был Жун Лю, он всего лишь молодой человек на десять лет моложе его, примерно того же возраста, что и Сяо Сюань. В этом возрасте Сяо Сюань все еще время от времени вел себя, как младенец, приходя в ярость, как ребенок. А Жун Лю был еще более избалован, а его умонастроение было более наивным.

После того, как он сравнил Жун Лю и младшего брата, Сяо Тэн почувствовал, что старший учитель стал его меньше раздражать. (Старший учитель- партнер Сяо Сюаня).

У Сяо Сюаня были недосттки, такие же, как у Жун Лю, а у Жун Лю, похоже, были некоторые милые привычки Сяо Сюаня.

Думая о своей любви к младшему брату, он также должен был признать, что Жун Лю действительно не был ему ненавистен.

Все таки молодой мастер Жун Лю привык жить в доме, где множество людей, готовы были служить ему весь день. Но когда он приехал сюда, чтобы не доставлять хлопот семье хозяина, он никого не взял с собой.

Теперь, когда человек находится на чужбине, никого не волнует его физическая слабость. Сейчас, когда он заболел, рядом с ним нет даже надежного человека. Глядя в его лицо, кажется, что он очень одинокий.

Конечно, это все равно не заставит Сяо Тэна посочувствовать

Сразу после того, как он подумал об этом, он сказал: «Иди спать. Я ухожу».

"Гм."

Жун Лю молчал, но его лицо прямо кричало: «Не уходи, не оставляй меня одного.»

Перед уходом Сяо Тэну пришлось снова спросить: «Если тебе нужно что-то еще, скажи мне прямо».

"..."

«Я иду спать, если все в порядке. Завтра утром у меня встреча».

Жун Лю колебался мгновение, затем что-то прошептал.

Сяо Тэн впился в него взглядом: «Что?»

«Я хочу послушать сказку ...»

Сяо Тэн не ожидал, что заболев молодой мастер Жун, не только сильно ослабнет, но и станет сильно незрелым. Он вернулся в детский сад, даже на младенческий уровень. Он боится темноты и одиночества, и хочет послушать сказки.

Если он попросит кого-нибудь сделать это за него, семье Жун будет слишком неловко, если об этом узнают. Сяо Тэн стиснул зубы и взял на себя тяжелую ответственность.

К счастью, дома все еще есть книжки с картинками. Сяо Тэн нашел одну и пролистал ее. Это была история о рыцаре, который убил дракона и спас принцессу, поэтому он начал читать ее с самого начала.

Содержание рассказа идиотское и старомодное, он читал очень скучным и холодным голосом, декламируя напряженную сцену битвы рыцаря и дракона.

Оригинальная и красивая сказка стала похожа на кровавую легенду, и Жун Лю теперь дрожал под одеялом, только его голова была видна.

«Милый, милый ... можешь почитать что-нибудь повеселее ...»

В любом случае, услышав эту историю, Жун Лю наконец заснул довольным сном.

Сяо Тэн услышал ровное дыхание, поэтому закрыл скучную книжку с картинками и повернул голову, чтобы взглянуть на лицо молодого человека.

Очень молодой, расслабленный, красивый, беззаботный, бесстрашный.

И это все, чего у него нет.

Сяо Тэн несколько мгновений смотрел на него, наконец, встал, молча выключил свет, а затем оставил темноту и спокойствие комнаты молодому человеку.

На следующий день, Сяо Тэн читал газету за обеденным столом во время завтрака, когда неожиданно услышал слабый, но счастливый голос, говорящий: «Доброе утро».

Сяо Тэн перевернул одну страницу в газете: «Ага».

Жун Лю был аккуратно одет, он сел неподалеку и взял сок, налитый горничной. Он взял стакан обеими руками, поднял голову и слегка улыбнулся: «Спасибо».

Он изначально был красив, а из-за того, что был болен, у него была более очаровательная осанка, и эта улыбка заставляла невольно, даже пожилую горничную, покраснеть.

Слова приветствия сразу же вылетели из головы Сяо Тэна.

«Потому что страна и люди»

Проще говоря, этот парень - бич.

Блюда, специально приготовленные для одного больного, казались слишком жидкие. Жун Лю какое-то время молча пил кашу, потом мягко сказал: «Можешь передать мне соль?»

Сяо Тэн, не говоря ни слова, толкнул солонку.

Молодой человек воспользовался ей, не посмеявшись над ним, был очень вежлив: «Спасибо».

Жун Лю напряженно ел и пил, его волосы мягко свисали со лба, а его длинные ресницы нежно прикрывали глаза. Сбоку видна белая шея, выступающая над воротником рубашки. Маленький белый кролик заболел.

Сяо Тэн подумал про себя: “Это действительно ад”.

Этот завтрак был на удивление тихим, и не было другого шума, кроме легкого столкновения чашек и тарелок. Жун Лю, похоже, стал более сдержанным в своей болезни, не разжимал зубов и не просил ничего, как обычно.

После завтрака Сяо Тэн, закрыл газету.

«Пойдешь в компанию или сделаешь перерыв?»

Глядя на его одежду, понятно, что этот парень готов к работе, но явно слаб. Хотя капиталист должен максимально использовать наемных работников, он все же не хочет быть слишком суровым.

Поэтому, прежде чем Жун Лю ответил, Сяо Тэн снова нахмурился: «Забудь об этом, просто оставайся дома и избавь меня от неприятностей».

"Неприятностей..."

«Посмотри на себя, что ты такое, если не одна большая неприятность».

На этот раз Жун Лю прикусил язык, он не хотел ничего говорить, в конце концов он только улыбнулся, на самом деле немного застенчиво.

Сяо Тэн вытер уголки рта салфеткой, отодвинул стул и встал: «Отдохни. В компании много дел. Не болей».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Да». Больше нечего было сказать.

Казалось, ему было стыдно за свою слабость.

Сяо Тэн подумал про себя: «В этом нет ничего удивительного. В таком возрасте ему все еще нужно слушать сказки, чтобы заснуть. Независимо от того, кто он, ему все равно будет стыдно видеть меня на следующий день».

Жун Лю редко исчезал из компании. Сяо Тэн не мог не чувствовать, что начало дня такое расслабленное и счастливое. Исцеление от смерти.

Однако утром Сяо Тэн услышал от бесчисленного множества людей вопросы:

"Где Жун Лю?"

"Почему не пришел Жун Лю?"

"Куда делся Жун Лю?"

"Жун Лю ..."

"..."

Сможет ли этот парень сохранить жизнь своей души?

"Ха, а где Жун Лю?"

"..."

Сяо Тэн мрачно посмотрел на человека перед собой, а Шэн И все также спокойно сидел перед его столом.

Встретившись с ним глазами, Шэн И повторил вопрос, который заставил Сяо Тэна сегодня мечтать о берушах: «Странно, почему я не видел Жун Лю сегодня? Куда он пошел?»

Сяо Тэн сказал: «Ты меня спрашиваешь?»

"Конечно."

Сяо Тэн холодно: «При чем здесь я?»

Что за смельчак, разве ты не видишь, что столько людей снаружи хотят задать этот вопрос, но никто не осмеливается войти сюда и попробовать? !

«Это имеет значения, ваши отношения такие необычные, вы так близки и неразлучны».

Сяо Тэн снова поднял глаза и медленно посмотрел на него: «Зачем ты пришел?»

Шэн И тут же закрыл рот и послушно протянул документы, что держал в руке: «Жун Лю здесь нет, пожалуйста, проверьте это сами».

"Гм."

Помолчав какое-то время, Шэн И не хотел остановиться на достигнутом и сказал: «Мне очень интересно ваше мнение о Жун Лю».

Сяо Тэн спокойно пролистал контракт в своих руках: «Что с тобой?».

Шэн И усмехнулся: «Ахаха, да, да, я неприятный. Однако мне любопытно. Жун Лю симпатичный, но у вашего отношения к нему должна быть причина».

"..."

"Что вы думаете о нем?"

«У него есть мнения обо всем».

«... Тогда давайте поговорим более конкретно».

«Такое больное семя, что тут сказать».

"..."

Шен И спросил: «Жун Лю болен?»

"Правильно."

«Тогда он в порядке? Это серьезно?»

Сяо Тэнци сказал: «Почему бы тебе самому не спросить его?»

"О ... тогда я могу навестить его?"

"Когда захочешь."

Отпустив господина Шэня, Сяо Тэн продолжил изучать сегодняшнюю работу.

Он просто считает, что не нужно серьезно обсуждать какие-то темы с незнакомыми людьми. Что касается оценки Жун Лю, то она на самом деле не так уж и плоха.

Если бы не неприятный опыт в его руках, такой человек, как Жун Лю, очень устроил бы его в качестве работника.

Высокие IQ и EQ, умеет вычислять, понимать общие черты, стремится к успеху и вовремя отступает, хорошо разбираться в бизнесе. У него довольно много талантов.

Но Жун Лю всегда смело его обижал. Хотя случай довольно особенный, по сути он не сильно отличается от противников, которые пытаются бросить вызов его авторитету и победить его на рынке.

Он чувствовал, что Жун Лю, словно говорит на незнакомом языке и не знаешь, что ожидать. Вроде, как ласковая собака, которая неожиданно может укусить, застав врасплох.

В этот день, без него, его дух был очень расслаблен, но Сяо Тэн также чувствует огромное рабочее давление.

Во время встречи он обнаружил, что другие люди были такими глупыми, тупыми, невнимательными, не могли делать какие-то мелочи должным образом и не могли понять его мысли по выражению лица (что значит, у него нет выражения?). Только Жун Лю мог сразу сказать о чем он думает, как любимая наложница.

«Посмотрите на Жун Лю! Его отругали так кроваво, но он все еще может улыбаться, как цветок!»

Он хотел сказать это несколько раз, когда, тот был с ним в компании, но сдерживался.

«Трудно получить шанс», - с горечью подумал Сяо Тэн в глубине души.

Сяо Тэн сегодня работал сверхурочно

Он ушел из компании очень поздно, в таком подавленном состоянии, в каком не был долгое время. В те дни, когда он еще был толерантным.

Жун Лю казался несерьезным, он выглядел как ваза, но его работа была правдой. С ним и без него все было по-другому.

Когда Сяо Тэн вернулся домой, и вошел в ворота, он почувствовал себя очень странно.

Дом на самом деле очень живой и сияющий, как никогда раньше.

Сяо Тэн нахмурился и проследив за звуками, он увидел, что на траве в саду было много людей, цветущих и смеющихся, он даже увидел мангал для барбекю. Жареные рулеты из бекона и овощей все еще шипели. Шум разговоров, музыка, в общем вечеринка на открытом воздухе.

"..."

"Что здесь происходит?"

Как только он заговорил, это было похоже на нажатие кнопки отключения звука и паузы, все замерли, и замолчали.

Через несколько секунд статуи начали таять.

"Мы вас оставляем."

"Поговорим с тобой в следующий раз!"

"Выздоравливайте!"

"Увидимся!"

Спустя какое-то время все разбежались и стало чисто. Если бы не гриль, можно было бы подумать, что волнение было всего лишь иллюзией.

Оставшиеся люди притихли, и Сяо Цзы робко сказала первой: «Я слышала, что дядя Жун Лю был болен, так много людей пришло навестить дядю Жун Лю. Дядя Жун Лю был в хорошем настроении, поэтому он устроил вечеринку ... . "

Жун Лю посмотрел на него: «Извини, я не согласовал с тобой заранее и без разрешения угощал гостей в твоем доме ...»

Сяо Тэн легкомысленно сказал: «В этом нет необходимости».

Казалось, все дрожали от страха обидеть его, но на самом деле он не был скупердяем в этом отношении.

Собираться вместе в его саду - не большое событие. Сад - не то место, куда он вообще любит ходить, и он не принадлежит его частной территории, где «останавливаются праздные люди». Что до того, играли ли там дети, или находились названные гости, ему было все равно.

Он раздражен, но ему все равно.

Когда он повернулся, собираясь уйти, он услышал, как Сяо Пу сказала: «Эй, папа недоволен? Разве он не завидует, что дядя Жун Лю слишком популярен?»

Сяо Инь сказал: «Ты снова говоришь правду».

"..."

Вены на голове Сяо Тэна снова лопнули.

Какое невежественное мнение ребенка.

Он также привык видеть кучу людей, приходящих в гости, когда он был болен. Чему завидовать?.

Даже если они здесь, чтобы льстить Жун Лю, изображая заботу, какая разница?

Это также возможность позволить людям приходить к вам в гости, ненавидя вас.

Верно.

Он всегда был ориентирован только на результат. Мотивация и процесс совершенно не важны.

Он в одиночестве вернулся в гостиную, ожидая, пока матушка Хуани подаст ужин, но Жун Лю последовал за ним.

Сяо Тэн подумал о беспорядке на работе, из-за которого не хватало помощников, поэтому он спросил его: «Как дела сегодня?»

Молодой человек улыбнулся, расцветшим под солнцем цветком, и сказал: «Сегодня мне намного лучше».

Сяо Тэн выдохнул.

«Завтра я пойду с тобой в компанию».

Сяо Тэн собирался согласиться, посмотрел на его все еще бледное лицо и сказал: «Ты сможешь это сделать?»

Жун Лю улыбнулся: «Я почти в порядке».

Сяо Тэн беззастенчиво нахмурился и сказал: «Не создавай проблем, на работе нет никого, кто будет заботиться о больном».

«Я не буду создавать проблемы».

«Останься дома еще на несколько дней».

Придется вернуться к этому вопросу, когда он будет полностью здоров, чтобы его хозяин не казался слишком злым. В конце концов, семья Жун отправила этого молодого мастера «отдыхать», а не работать на него.

«…… Гм».

Сяо Тэн также заметил, что когда Жун Лю был болен, он сильно отличался от себя обычного. Спокойный, послушный и не слишком счастливый “смайлик.”

Ночью, листая ежедневник, Сяо Тэн увидел напоминание календаря.

«Воскресенье - праздник середины осени».

Он очень любил своего покойного отца и восхищался им. Поэтому он всегда соблюдал традиции и устраивал семейный обед так, как делал его отец.

Хотя он от все души ненавидел это, так называемое воссоединение семьи, на Фестиваль середины осени.

Он позвонил своему младшему брату. Сяо Сюань, естественно, помнил об этой традиции, так же ясно, как и он. Поэтому он согласился прийти на обед и поклониться предкам в этот день.

В конце разговора Сяо Сюань неожиданно сказал: «Старший брат, еще кое что ...»

"Что?"

Юноше было трудно подобрать слова: «Ну, я ужинаю у тебя в воскресенье вечером, могу я привести с собой Учителя Оуяна?»

Мышцы Сяо Тэна на мгновение напряглись, но он сказал: «… что угодно».

Сяо Сюань на другом конце телефона был явно очень счастлив: «Спасибо, брат!»

Повесив трубку, Сяо Тэн понял, что очень зол, и ему пришлось несколько раз сжать и разжать кулаки, пока он немного не успокоился.

Если подумать, он только что одобрительно кивнул их отношениям. Независимо от того, что он думал, насколько зол, он знал своего младшего брата Сяо Сюаня. В любом случае Оуян Сивэнь будет рассматриваться, как член семьи Сяо (а не наоборот).

Что еще он мог с этим поделать, ведь он за столько лет не использовал ни одного метода, чтобы решить этот вопрос.

Он знал, что Сяо Сюань много работал, чтобы поддерживать хрупкое равновесие между своим старшим братом и Оуян Сивэнем. Как бы трудно ему ни было продолжать, если вопрос встал бы ребром, результат сложно предсказать.

Сяо Сюань выбрал бы его, вместо Оуяна?

«Не обязательно» - это уже самое оптимистичное и вежливое предположение.

Какое зло он совершил?

Можно только сказать, что это судьба.

В воскресенье Сяо Тэн устроил дневное поклонение предкам. Он попросил Сяо Сюаня подняться на гору. Кто-то пришел первым.

Зубы Сяо Тэна зачесались. Излишне говорить, что он прекрасно знает, кто пришел сюда раньше них. Это действительно ужасный праздник.

Вместе с Сяо Сюанем он разложил принесенные ими букеты. Сяо Тэн спросил своего брата: «Как дела?»

Сяо Сюань сказал: «Очень хорошо».

"Гм."

Сяо Сюань действительно вырос, высокий, статный, красив, как нефрит. В его лице почти исчезла юношеская незрелость, а в уголках его глаз, кажется появился намек на первые морщины.

Он любит этого младшего брата, который уже слишком взрослый. Ему иногда кажется, что он не старший брат, а отец.

Когда Сяо Сюань родился, ему было уже десять лет, и когда он держал мягкого ребенка на руках, “от хрупкого и всепоглощающего прикосновения” его сердце впервые задрожало.

Только……

Теперь он почти ни во что меня не ставит.

Когда он был ребенком, Сяо Сюань рассказывал ему обо всем, независимо от деталей. Этот младший брат - самый близкий ему человек во всей семье и тот, кто больше всего от него зависел.

Сяо Сюань улыбнулся и сказал: «А, это потому, что я сейчас хорошо провожу время».

Сяо Тэн подумал: «Это правда?».

Он знал, что на самом деле это произошло потому, что его младшему брату было с кем поговорить.

Сяо Сюань полностью вырос, и он ему больше не нужен.

Вечер воссоединения был организован на корабле, который плыл по реке. Корабль медленно двигался по воде в ночи. В небе яркая луна, а вода, как зеркало. Это действительно элегантно и волшебно.

Но Сяо Тэн очень хотел столкнуть всех лишних людей с корабля в воду.

. Сяо Сюань действительно привел этого Оуян Сивэня. Из-за этого слабого ученого брат чуть не отвернулся от него. Сяо Тэн, естественно, повел себя тогда не лучшим образом.

Это не все.

Незаконнорожденный сын его отца, Сяо Мэн выглядел нелепо. Лучше бы он его вообще не видел. Его нужно было пригласить на этот праздничный ужин, и он был вынужден выносить его присутствие, его и его парня, которого звали Линь Цзяянь.

Кто это, вообще?

За столом были аккуратно рассажены десять человек, кроме его собственных дочерей, все остальные были мужчинами.

Сяо Тэн почувствовал, что его вот-вот стошнит кровью, поэтому ему приходилось снова и снова тереть грудь, чтобы успокоить сердце.

Какое зло совершила семья Сяо? На что это похоже!

Сяо Тэн больше не мог есть эту еду, он закрыл глаза, желая не видеть этого безобразия. К счастью, здесь нашлось место еще для одного человека.

Жун Лю несколько дней вилял хвостом и заглядывал ему в лицо, он очень хотел пойти с ним на эту трапезу. Сначала Сяо Тэна это очень раздражало, но, учитывая, что у этого парня “длинные рукава и он хороший танцор”, господин Жун может помочь, и он согласился с этим.

Жун Лю действительно выполнил свою функцию.

Он родился с лицом посла мира, и он мог быстро завоевать расположение любого лагеря противника. Он также умен и красноречив. Он не боится холодного отношения, даже если он сталкивается с камнем, он может говорить о цветах.

В результате званый обед, который в любой момент мог разразиться драмой, стал более приятным, гармоничным и дружелюбным, чем в предыдущие годы.

«Это блюдо, я помню, оно очень интересно, но я знаю о нем совсем немного, и я не знаю точно, как его готовят. Кто-нибудь из вас знает, что-нибудь о нем?»

Тогда Оуян Сивэнь, который сидел очень тихо, сказал: "Я знаю ..."

Почему мы должны говорить на такие непопулярные темы? Сяо Тэн просто не мог понять.

И это противное лицо Сяо Мэна прямо перед глазами, они привыкли относиться друг к другу так, как будто другого не существует. Их взгляды проходили через противника, словно, тот был прозрачным. На этот раз Сяо Мэн и Жун Лю не раз смотрели на него. Потом они посмотрели друг на друга, их взгляды почти искрились.

Это совсем нехорошо.

После того, как еда была почти готова, Сяо Сюань повел Сяо Цзы собрать фонарь в виде кроликом. Этот скучный поступок привлек других людей, к которым присоединился даже Линь Цзяянь.

«Два больших круга и крест образуют тело и закрепляют это бумажной лентой. Хорошо ... Два маленьких круга скручены, чтобы служить поясом. Да, они все еще закреплены. Затем два маленьких круга. Это для лица, эм, морды... это Два маленьких кружочка в виде ушей ... Хвост тоже два маленьких кружочка ... Ладно, скелет привязан, берем светопроницаемую бумагу, да, вот она, кожа ... Тогда вырезать и закрыть края ... "

В склеенном простом фонарике “ кролик” была свеча, и чувствовалось, что она не сможет стоять прямо. Но почему-то все вокруг были очень счастливы.

«Я должен это сделать, и я тоже должен это сделать!»

Дети радовались, в конце концов, Сяо Сюань был слишком молод, поэтому веселился вместе с ними.

"Учитель, я сделаю тебе один!"

"Сяо Мэн, смотри, я проткнул фонарик белого кролика!"

Сяо Мэн даже улыбнулся этому человеку с фонариком в виде инопланетного кролика в руках.

Действительно ад. Какая жуткая эстетика у этих людей.

Сяо Тэн потерял дар речи, по отношению к этим глупым смертным, как будто он был единственным нормальным человеком, оставшимся на этом корабле, которого не завербовали потусторонние силы.

Жун Лю подготовил много материалов, и они на самом деле без устали делали фонарики-кролики и даже фонарики в виде лотоса. Кроме того, здесь были и “летающие фонарики”

Выглядит просто.

Первый слегка поднялся в воздух, потом все выше и выше, теплый свет отражался в воде, как звезда, и молодые люди внизу ликовали.

"..."

Сяо Тэн продолжал играть свою роль чернолицего патриарха с чувством, что все вокруг пьяны, а я один трезв. Жун Лю был хорошим помощником, он улыбаясь ходил среди гостей.

Сяо Тэн потерял дар речи по поводу всего происходящего, но был благодарен Жун Лю, который помог ему провести довольно успешный семейный банкет.

По крайней мере, его дети были счастливы, и Сяо Сюань тоже.

Сяо Тэн посмотрел на своего брата, который ярко улыбался.

Стиль Сяо Сюаня похож на Жун Лю, он улыбается и любит быть в центре внимания. Но, если сравнивать глубже, то Сяо Сюань, в конце концов, еще ребенок, неспособный быть таким сложным и тщательным, как Жун Лю. Не говоря уже о том, что Сяо Сюаня сознательно не хочет участвовать в делах компании.

Через два года Сяо Сюань оставит все это позади и станет свободным писателем.

В любом случае его брат наконец-то может остаться с человеком, которого любит, и делать то, что он хочет.

А он себе этого позволить не мог. Он старший молодой мастер в семье Сяо, и любые своенравные эмоции, предназначены для избалованных младших детей.

Как старший сын, он в первую очередь несет ответственность. После того, как его отец в преклонном возрасте отрекся от престола, он стал главой семьи и возглавил огромный семейный бизнес. Он женился на подходящей жене, имел достаточно детей, которым в будущем сможет передать дела.

Он тот, кто не может отступить, и не может избежать ответственности.

"Дорогой."

Несмотря на то, что он привык к этой “нецелевой мантре”, Сяо Тэн на публике сделал вид, что к нему это не относится.

"Хочешь зажечь фонарик?"

"..."

«Ты можешь загадать желание и отпустить его».

Сяо Цзы также сказала: «Да, папа, давай зажжем один и загадаем желание».

Сяо Тэн холодно сказал: «Мне нечего желать».

Если только вы действительно пообещаете, что этот парень Жун Лю исчезнет с его глаз?

Неправильно.

Здесь были люди, которые раздражали его гораздо больше, чем Жун Лю.

Интересно, что произойдет, если он столкнет незаконнорожденного сына отца по имени Сяо Мэн в воду.

Распределение наследства было четко объявлено в завещании после смерти отца.

Компания и не вызывающая споров недвижимость, остались ему и Сяо Сюаню. Но личные коллекции его отца, частные винодельни, фермы и все, что было глубоко запечатлено его отцом, было оставлено Сяо Мэну.

Он не скупердяй, его совершенно не волнует денежная ценность этих вещей, это просто...

Слишком очевидно, кого больше всего любил мой отец.

Его всегда меньше всех любили.

Хотя он самый способный, его отец меньше всего ценил его. Его характер, его личность, его мышление, он похож на медведя, который живет один и не может быть понят другими.

Его не любил даже самый важный для него человек, его отец.

Он должен был быть любимым старшим сыном, а теперь он должен быть любимым родителем, но он никогда им не был.

Конечно, это ему совершенно не нужно.

ОТ ПЕРВОДЧИКА:

О присутствующих:

1. О младшем брате Сяо Сюане и Оуян Сивэнь, есть новелла "Идти против ветра", при желание ее можно найти на английском языке, на русском перевода, вроде, еще нет.

(Сяо Сюань, золотой мальчик на спор с друзьями решает соблазнить своего учителя, потом, тот об этом узнает.)

2. О незаконном сыне Сяо Мэне и Лин Цзяяне, есть новелла "Неудержимое желание", только на китайском. Возможно я за нее возьмусь, но она уже третья в очереди.

Теперь хронология, переводимых новелл по отношению к Жун Лю:

1. Иллюзия - Жун Лю в ней упоминается, как друг Жэнь Нинъюаня, ему по смыслу 15-16 лет, так, что события происходят лет 10 назад.

2. Не продается или только за дополнительную плату - Жун Лю присутствует, как полноправный второстепенный персонаж, также вместе с Жэнь Нинъюанем. Ему в новелле 20 лет.

3. Непредвиденное обстоятельство или несчастный случай.

Следующая новелла "Джентельменская дружба" история любви Жэнь Нинъюаня. Сяо Тэн и Жун Лю, там тоже появляются.

У партнера дочка 14 лет и она подружится со второй дочерью Сяо Тэна.

"Джентельменская дружба" у меня вторая на очереди, наверно начну ее, после окончания перевода "Иллюзии".

В конце ужина Сяо Тэн почувствовал себя немного более уставшим, и вернулся домой.

Сегодня он поднялся на гору, обдуваемы ветрами со всех сторон, потом температура установленная на кондиционере была слишком низкой. Ночью на корабле также было свежо, при возвращение домой у него разболелась голова.

Он сидел в кресле в кабинете, думая о работе, потом пришли воспоминания.

Когда его отец умер, он не прослезился.

Сцена похорон была полна траура, правдивого или фальшивого, и среди друзей и родственников, чьи глаза были красными от слез, он был единственным, у кого на лице не было выражения печали.

Все указывали на его безжалостность.

На самом деле, когда людям действительно грустно, они скучны. Кроме того, он никогда не умел раскрываться перед незнакомцами.

Это уже все давно прошло, а вот вдруг неожиданно приснилось.

Ему снилось, что его отец был в кабинете, с раскрытой книгой на коленях, с добрым лицом, манящим его подойти.

Он почти в растерянности, шел к старику, который редко проявлял к нему нежность. Однако, он не успел, призрак на кресле медленно исчезал.

У него было только время позвать «Папа!», Прежде чем его отец полностью исчез.

Проснувшись, он понял, что у него мокрые глаза. Сяо Тэн поспешно поднял руку, чтобы вытереться, только тогда он заметил, что накрыт одеялом.

"Проснулся?"

Сяо Тэн был ошеломлен и с облегчением увидел, что это Жун Лю сидит рядом с ним и смотрит на него.

Глаза юноши казались особенно яркими в тусклом свете, нежными и глубокими.

Сяо Тэн даже был немного смущен, но также готов разгневаться. Он хотел спросить, когда вошел Жун Лю, и заметил ли он его слезы во сне, но это указало бы на его слабость.

"Что ты собирался делать в моем кабинете?"

Жун Лю сказал: «Я хотел поговорить с тобой о чем-то, но ты заснул».

"..."

«Ты очень устал сегодня, хочешь поскорее вернуться в свою комнату, чтобы отдохнуть?»

Сяо Тэн был немного удивлен. Сегодня Жун Лю нес глупости, которые нельзя было остановить, и у него не было на лице радостной улыбки.

Это просто смена природы.

Не понятно, сколько продлится спектакль,

Поэтому он не медлил ни на минуту и решительно встал: «Хорошо».

Жун Лю посмотрел на него: "Ну, тогда, спокойной ночи. "

***

Избежав преследований, Сяо Тэн этой ночью спал довольно хорошо.

Это похвально.

Только когда он встал утром, он почувствовал, что с его телом что-то не так. У него болела голова, потом он заметил, что его горло болит. Сяо Тэн слегка откашлялся, его голос был хриплым. Конечно, он простудился.

Но это просто обычное дело, и на его график на сегодняшний день это никак не влияет.

Сяо Тэн прибыл в компанию вовремя, как обычно, и Жун Лю, у которого закончился отпуск по болезни, появился вместе с ним.

Итак, Сяо Тэн снова услышал этот уже забытый им шум.

По дороге в кабинет все, кого он встречал, избегали его, но за его спиной раздавалось: «Жун Лю, ты болел в это время?»

"Давно не виделись."

"Ты в порядке?"

"Это не слишком опасно?"

Жун Лю всю дорогу изящно улыбался и говорил: «Спасибо за заботу, все в порядке».

"..."

Даже уборщица, когда она пришла в кабинет, чтобы сменить мешок для мусора, выразила сердечные соболезнования Жун Лю: «Тебе все еще немного неудобно? Ты сегодня поменьше разговаривай».

"..."

Этот парень слишком смешон, и, когда он иногда затыкается, тогда все остальные стремятся тепло приветствовать его.

Сяо Тэн молча пролистал документы.

Никто не нашел его больным!

Так страдает сильный и молчаливый!

Хотя ему все равно.

После нескольких часов работы Сяо Тэн внезапно увидел перед собой чашку миндального чая и коробку леденцов для горла.

Жун Лютин вежливо сказал: «Не забывай про них».

"..."

"Ты простужен."

"..."

Как только Сяо Тэн нахмурился, молодой человек сказал: «Головная боль? Я сейчас сделаю тебе массаж головы».

Сяо Тэн собирался открыть рот, чтобы предложить ему катиться подальше, но нужного количества силы организму не хватило, что заставило его поколебаться.

Из-за этого колебания, “лодка поплыла по реке”, поэтому он все же нахмурился, но закрыл глаза и принял помощь.

Как бы то ни было, если бы Жун Лю осмелился сделать что-нибудь, выходящее за рамки правил, он сразу же ударил бы его, размазав по стене.

Молодой человек умело надавил на макушку, лоб, виски и затылок с нужной силой. В этом нет ничего плохого.

Под сложным нажатием и растиранием первоначальное болезненное чувство исчезло, и его разум стал яснее. Сяо Тэн немедленно сказал: «Хорошо, иди и сделай что-нибудь».

Жун Лю убрал руки, когда услышал эти слова, а затем сказал: «Я закончил ...»

«...» Эффективность не такая высокая, как обычно, «Тогда оставайся».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Хорошо».

Исцелившись от своей незначительной болезни, молодой человек вернулся к своей манере постоянно улыбаться.

Сяо Тэн сидел за столом и работал, а парень глядел на него, склонив голову набок.

Лицо Сяо Тэна почти застыло, когда он это увидел.

Этот парень может быть красив в глазах окружающих, но ему кажется, что необъяснимая опьяняющая улыбка на его лице очень привлекает внимание.

Сяо Тэн, наконец, ничего не мог с собой поделать и холодно сказал: «На что ты смотришь?»

Молодой человек действительно был очень откровенен: «Посмотри на себя».

"Что я могу увидеть?"

«Я думаю, ты хорошо выглядишь».

«...» Он потерял дар речи.

Забудьте об этом, Жун Лю осмелился спросить: «Никто еще не говорил тебе этого раньше?»

Сяо Тэну нечего было сказать: «… Никто не такой скучный, как ты».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Это не скучно».

"..."

Сяо Тэн почти пошел дальше: «Что еще?»

Остановился вовремя, а потом сказал тихим голосом: «Не смотри».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Почему?»

"..."

«Просто позволь мне посмотреть на тебя и не потерять кусок мяса (ты меня не покусаешь за это). Как насчет того, чтобы я сел подальше и смотрел оттуда, чтобы ты не знал, что я смотрю, хорошо?»

«...» Сяо Тэн сказал: «Уходи».

В нем совершенно отсутствует чувство застенчивости или страха перед сценой.

Просто ощущение того, что наедине вам уделяют такое серьезное внимание, слишком тонкое. Другими словами, это слишком странно.

В этот день он пошел рассказать о большом проекте при сотрудничестве с правительством. Но этот кусок пирога был съеден другими на полпути к нему в рот.

Межличностные отношения идут не очень хорошо, но на рынке индустрии он всегда гордился собой. Поражение подобно сломанному бамбуку, оно лишает людей сил сопротивляться.

Он должен пойти вечером на официальный прием. Сяо Тэн спешил и не имел терпения, поэтому он оставил остальных позади, только Жун Лю шел рядом с ним.

Когда Сяо Тэн поднялся на лифте на подземную стоянку и собирался сесть в машину, он внезапно почувствовал себя немного странно.

Решив, что его интуиция верна, он повернул голову и увидел, что к ним мчится машина с явно плохими намерениями.

Прежде чем он успел среагировать, юноша рядом быстро обнял его и ушел от удара. Они быстро спрятались за колонну, но их задело, они пошатнулись, но смогли устоять.

После этого, машина притормозила, дверь открылась, и оттуда агрессивно вывалились несколько человек один за другим, со стальными трубами в руках.

В мозгу Сяо Тэна все застыло, и он инстинктивно отступил на шаг, пытаясь увести за собой “больную рассаду риса”.

Неожиданно Жун Лю выступил вперед. Прежде чем сильный человек, идущий впереди, вытащил стальную трубу, он очень быстро и точно ударил противника по носу, а затем развернулся и с силой ударил ногой по туловищу.

"..."

Он двигался быстро, и не казался слабым. С кровью на лице, мужчина отпрянул и упал на землю, и некоторое время был не в силах подняться.

Сяо Тэн на мгновение замер, и несколько человек, идущие позади упавшего, успели приблизиться. На этот раз он больше не тратил время, быстро поднял стальную трубу, которая теперь валялась на земле, и шагнул вперед.

Ощущение, как стальные трубы ударяются друг о друга, заставило его руки немного онеметь, а сердце на какое-то время запуталось в ударах.

Эти люди кровожадны и имеют четкую цель. В конце концов, они отличаются от таких деловых людей, как он, и не знают ничего, кроме крови.

Сяо Тэн сохранял спокойствие и не паниковал перед этими наглецами. Он изо всех сил старался не дать себя побить, но не мог не думать: «Жун Лю хочет разобраться с этими ... , может ли это сработать?»

Противостоявший ему здоровяк попытался приветствовать его смертоносной аурой, но внезапно его ударили в спину и он беззвучно упал лицом вниз.

Стоя сзади, Жун Лю наступил человеку на спину одной ногой, прежде чем отбросить стальную трубу, выбитую из его руки, и сказал: «Вперед!»

Эти люди получили разные по силе тяжести ранения, и активно пытались окружить их. Сяо Тэн не стал слишком много думать, он полностью доверился мнению Жун Лю и немедленно бросился к своей машине.

Жун Лю первым сел в машину, втащил его, затем закрыл дверь и завел мотор. Жун Лю сжал руль и без колебаний нажал на педаль газа.

Свирепое выражение на лице юноши удивило Сяо Тэна, и он дотронулся до его руки: «Жун Лю!»

Не сумев их остановить, эти люди разбегались перед его машиной. Жун Лю выругался, больше не похожий влюбленного идиота, развернулся и быстро выгнал машину из гаража.

Машина минут пять ехала по дороге, и они оба все еще тяжело дышали, неизвестно, было ли это из-за быстрого побега или они были напуганы.

Мастерство в этой битве, как короткий и изнурительный взрыв всех сил, лицо Жун Лю выглядело слишком бледным, а его дыхание было коротким и прерывистым.

Сяо Тэн увидел большой синяк на его руке и порез на штанах, шла кровь.

Жун Лю заметил его взгляд, посмотрел на свою ногу и сказал: «О, мой дорогой, у меня кровь».

Сердцебиение Сяо Тэна участилось, но лицо его по-прежнему было угрюмо: «Что за царапина, достойно ли из-за нее волноваться?»

«Нет, мне нелегко остановить кровотечение. Если я умру из-за потери крови в твоей машине, это доставит тебе неприятности».

Сяо Тэн раздраженно спросил: «Почему ты такой ...»

Жун Лю улыбнулся и ответил: «Бесполезный, не так ли?»

Услышав это, Сяо Тэн на мгновение онемел.

«Так что сначала пойдем в больницу».

Об этом нужно говорить?

Сяо Тэн мог только сказать: «В любом случае, будь осторожен, не умри здесь».

Жун Лю: «Нет сейчас нельзя, я должен защищать тебя».

"..."

Двое поспешили в больницу, чтобы обработать рану. По дороге Сяо Тэн уже позвонил и попросил кого-нибудь прояснить ситуацию. Нападение будет расследовано, а на вечерннм приеме за них извинились.

Когда они, наконец, вернулись домой, их приветствовала вся семья, вокруг поднялись волнение и суета.

Сяо Тэн притормозил окружающих. С ним все было в порядке, Жун Лю был немного ранен, но он ведь из кожи и плоти, и он почти прикрыл его своим телом. С другой стороны, эти люди находятся сейчас в более неблагоприятном положении.

Он немного нервничал, вспоминая об этом, на этот раз он слишком беспечен.

Если бы не случилось так, что рядом с ним оказался Жун Лю, то результат было трудно предсказать. Что произошло бы с ним, полностью зависело от цели этой группы.

Может, он был бы уже мертвым.

Так что в какой-то степени Жун Лю - его ...

"Дорогой……"

Сяо Тэн оторвался от газеты и тупо посмотрел на молодого человека, который слабо полулежал на диване в его комнате.

"Ты можешь принести мне стакан воды?"

Сяо Тэн налил ему воды, а затем сказал: «Есть чувствуешь себя не хорошо, с чем еще не разобрались, не забудь сказать».

В конце концов, семья Жун доверила ему этот “маленький одинокий саженец” и его здоровье, а его вместе с ним чуть не забили до смерти.

Даже если Сяо Тэн такой же стальной, как и его сердце, он слегка виноват в том, что парень получил травму из-за него.

Юноша вдруг сказал: «Болят пальцы на ногах ...»

"……как?"

«Удар был слишком сильным, кажется, он немного повредил мой большой палец ноги».

"..."

Жун Лю положил ногу на ногу и невинно посмотрел на него: «Можешь ли ты помассировать мой раненый пальчик?»

Сяо Тэн посмотрел на подошвы его ног, которые на самом деле были довольно светлыми и чистыми, и сказал: «Может мне тебе еще и педикюр сделать?»

Жун Люг побледнел: «Не надо, дорогой, пожалуйста, не руби мне большой палец на ноге!»

Слушая, как он так легко умоляет о пощаде, сердце Сяо Тэна ощутило беспрецедентное удовольствие.

Жун Лю с сожалением сказал: «В противном случае я не смогу носить шлепанцы в будущем».

"..."

Сяо Тэн просто хотел убить его хрустальной вазой.

«Кстати, ты выяснил, кто это сделал?»

Сяо Дэн пролистал газету: «Еще нет, но скоро».

"Разве тебе не любопытно, кто хочет с тобой поквитаться?"

Брови Сяо Тэна слегка нахмурились: «Что я могу сделать? Любопытно? Так много людей, которые скучают по мне мертвому. "

"Почему?"

«... Они меня ненавидят».

Жун Лю снова спросил: «О? Правда? Почему?»

«... Потому что я злодей».

«А…» - Жун Лю лег на бок, положив голову на подушку, - «Как удивительно, ты очень самосознательный».

"..."

Сяо Тэн был спокоен, даже бровью не двинул.

«Я думал, ты скажешь о них плохо. Похоже, ты не только правильно понимаешь себя, но и осмеливаешься признать это. Мой дорогой, я восхищаюсь тобой еще больше».

Сяо Тэн фыркнул и продолжал равнодушно читать газету.

Прочитав газету до и после, молодой человек не собирался уходить. Сяо Тэн сказал: «Иди спать, если тебе нечего делать».

Жун Лю вздохнул, встал и медленно пошел к двери.

Он не только шел медленно, но и намеренно хромал и выглядел жалко, отчего Сяо Тэн очень хотел сломать ему ногу.

Сяо Тэн холодно сказал: «Тебе так нравится быть хромым? Ты хочешь, чтобы я тебя усовершенствовал?»

Жун Лю испуганно сказал: «Господин, мой дорогой, ты такой жестокий по отношению к людям, которые хорошо относятся к тебе? Неудивительно, что никто не смеет быть с тобой».

Сказав это, он хлопнул себя в грудь и снова улыбнулся: «Но я не боюсь, я хочу этого».

"...Ты уберешься?"

Но он, казалось, о что-то споткнулся и упал на кровать Сяо Тэна ярко и естественно «случайно».

"Ой ……"

"..."

«Я так устал, позволь мне отдохнуть здесь».

Сяо Тэн подошел со спокойным лицом и схватил его за воротник.

«Возвращайся в свою комнату».

Жун Лю катался взад и вперед, прося ласки, словно большая кошка: «Не ...»

Сяо Тэн стиснул зубы и обняв его, пытался приподнять.

Если не выбросить его сейчас, он будет терзать его всю ночь.

"Нет нет нет..."

"Выходи."

Жун Лю сказал: «Мой дорогой, мне так больно, не могу ли я получить нежное обращение с твоей стороны?»

Сяо Тэн был неумолим, наклонился и схватил молодого человека за плечи обеими руками, безжалостно пытаясь выбросить этого парня за дверь.

Как только он применил силу, Жун Лю внезапно схватил его за руку, а затем перевернулся и прижал к себе.

Сяо Тэн был шокирован, не подумав, он быстро отреагировал, упершись локтем в грудь молодого человека.

Эти двое были достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание друг друга. В этом тесном противостоянии, которое свело Сяо Тэна с ума, Жун Лю, казалось, улыбнулся и вздохнул: «Мой дорогой, ты такой, я собираюсь умереть».

Сяо Тэн собирался прийти в ярость, и это было нехорошо, он толкнул сильнее, а затем услышал, как Жун Лю сказал: «Я действительно умру».

Юноша все еще улыбался, а лицо его посинело.

Сяо Тэн внезапно вспомнил, что сказал старый доктор Су: «Это правда, что у Жун Лю слабое здоровье».

Он насторожился, но на его лице не было волнения, и он только спокойно спросил: «Что с тобой?».

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Мое сердце не в лучшем состоянии. Так что на меня может повлиять слишком большая внешняя сила ...»

"..."

Блин.

Сяо Тэн немедленно отказался от конфронтации, отпустил и встал: «Хочешь позвонить старому доктору Су?»

Проклятие принадлежит проклятию, если этот парень умрет в его доме, беда не такая уж большая.

«Нет необходимости ...» Жун Лю лежал на спине с закрытыми глазами, тяжело дыша, «Дай мне сначала сделать перерыв».

Сяо Тэн просто чувствовал, что ему нечего сказать и нечего делать.

Это буквально.

Что можно сделать с парнем полном слабости.

Выкинуть, не причинив ему вреда?

Иногда отважный и непобедимый, иногда уязвимый. Что такое этот парень? Молот или нефрит?

Молодой человек неподвижно лежал на его темной простыне, его кожа стала бледнее, приобрела болезненную и хрупкую красоту.

Сяо Тэн наблюдал, задаваясь вопросом, станет ли он бессмертным когда-нибудь.

Через минуту молодой человек медленно открыл глаза, затем посмотрел на него, улыбнулся и сказал: «Моя дорогой, позволь мне поспать здесь сегодня вечером».

Сяо Тэн категорически сказал: «Убирайся».

«Может на полу?»

"..."

«Я просто хочу быть ближе к тебе».

"..."

"Слишком тяжело оставаться одному, правда?"

"..."

"Почему бы мне не остаться и не ..."

Сяо Тэн сказал: «Хорошо, просто спи на этом диване».

Сообщив семье Жун, что Жун Лю был ранен, он наверное, напросился на неприятности. Хотя ему приходилось сталкиваться с кем угодно, и в них не было ничего ужасного, но, очевидно, это был неразумный способ вызвать ненужные подозрения у сильного союзника.

Итак, Жун Лю лежал на диване, завернутый в одеяло, и спал.

На мгновение Сяо Тэн почувствовал себя слишком безжалостным.

Но сразу отбросил возникшие сомнения.

“Я хочу бороться и страдать. Я не хочу спать в удобном месте, но хочу остаться на твоем диване”. Разве это не то, что сам Жун Лю просил?

Кто виноват.

Правильно.

Рано утром следующего дня биологические часы разбудили его на шаг раньше, будильника. Сяо Тэн встал и оделся, а затем сказал плотно обернутому шелкопряду на диване: «Пора вставать».

Через несколько секунд из-под одеяла показалась голова юноши с растрепанными волосами и он тускло улыбнулся: «Доброе утро».

"Ты пойдешь сегодня на работу или сделаешь перерыв?"

Жун Лю сразу же сказал: «Я в порядке. Я пойду с тобой в компанию».

Не говоря о некоторых аспектах, он очень ценит таких помощников, как Жун Лю.

«Забудь об этом, ты можешь взять выходной и остаться дома».

Жун Лю был ранен, ему все равно надо хотя бы символически отдохнуть, чтобы группа людей не подняла шум, увидев синяк на руке этого парня.

Он не слишком злой, он просто привык использовать людей полностью, но это, в конце концов, Жун Лю.

Что касается самого себя, то он, естественно, слишком нетерпелив, чтобы не идти на работу.

Перед тем как выйти из дома, Сяо Тэн остановился и сказал: «Спасибо за то, что произошло вчера».

Жун Лю улыбнулся и ответил: «Не за что».

«Я в долгу перед тобой».

Молодой человек посмотрел на него: «А?»

Сяо Тэн добавил: «Ты можеь обратиться с просьбой. Я рассмотрю ситуацию». Затем он сразу же предупредил: «Не переусердствуй».

Жун Лю расширил глаза и сказал: «Я подумаю об этом ...»

«Я собираюсь позавтракать, ты думаешь слишком медленно».

Прежде чем выйти из комнаты, он услышал, как Жун Лю воскликнул: «Я придумал то, чего хочу!»

"..."

Сяо Тэн бесстрастно обернулся: «Что?»

Он был готов, что Жун Лю осмелится сказать что-то неудобное, и тогда он тут же наградит его кулаком.

Жун Лю сказал: «Могу я вместе с тобой посмотреть фильм вечером?»

Сяо Тэн нахмурился и переспросил: «Что?»

"Посмотреть фильм."

"..."

«Это означает, что мы вдвоем пойдем в кинотеатр, смотреть фильм».

"..."

Он совсем не ожидал такого запроса.

Сяо Тэн минут пять смотрел на серьезного молодого человека и сказал: «Как хочешь».

Молодой человек улыбнулся, это было похоже на распустившийся цветок.

"Тогда есть ли у тебя какие-нибудь предпочтения, может есть особенный фильм, который ты хочешь посмотреть?"

"Это не имеет значения. Мне все равно, что смотреть".

Жун Лю улыбнулся и сказал: «Хорошо, тогда я собираюсь забронировать билет».

"……что бы ни."

«Я скажу тебе время сеанса, когда все сделаю. Увидимся у входа в кинотеатр, хорошо?»

"……Нет разницы."

Молодой человек казался очень взволнованным, и он был так счастлив, что чуть ли не бегал по кругу.

Блин. Он действительно не понимал этих молодых людей.

В тот день, во время полудня, ему внезапно позвонили.

Сяо Тэн нахмурился, глядя на номер телефона, а затем ответил: «В чем дело?»

«Мистер Сяо, есть новости о Лин Мэй».

Сяо Тэн застыл.

Несколько секунд в его ушах гудело.

Это имя пронзило его, как гром, вызвав слабую боль в барабанных перепонках.

Когда шум утих, он услышал, как мужчина снова сказал: «Она сейчас в Т-Сити».

Он нанял частного детектива, чтобы отследить местонахождение Лин Мэй. Большую часть времени он чувствовал, что кто-то другой доплачивает ему, за не выполнение работы. Теперь голос на другом конце телефона звучал так ясно и праведно.

"У меня есть ее адрес и контактная информация. Мистер Сяо, вы планируете ее увидеть?"

Сяо Тэн стоял у входа в кофейню в костюме и кожаных туфлях. Прежде чем открыть дверь, он невольно сделал что-то очень недостойное его, очень наивное, поправил галстук.

Он никогда так не нервничал.

Он даже подумал, что больше не будет нервничать в своей жизни.

Однако он был таким напряженным и потерянным, что походил на маленького мальчика.

Толкнув дверь, он вошел медленно, очень осторожно, как будто боялся, что это сон, и он может сам себя разбудить.

Женщина у окна по-прежнему такая изящная, стройная и скромная. У нее все еще были завиты волосы, она носила чонсам, который ей всегда нравился, он открывал половину ее белой шеи от воротника. Для него этот вид заключал в себе всю красоту этого мира.

Он почувствовал, как немного вяжет горло.

Он позвал ее: «Лин ...»

Женщина повернула голову.

Это было также, как сотни раз, когда она оглядывалась назад во сне.

Нежное лицо, ямочка на одной стороне улыбки.

Она уже немолодая, но по-прежнему выглядит красивой в его глазах. Лишь слабые следы, оставленны временем на ее теле, она была такой же элегантной, обаятельной и очаровательной, какой он ее помнил.

Она сказала: "Сяо Тэн?"

"Эм ……"

Лин Мэй улыбнулась и сказала: «Ты стал выше».

"..."

Ему уже за тридцать, а перед ней, в ее сердце, он все еще тот мальчик.

Он сел напротив нее, и она снова сказала: «Я слышала, ты меня ищешь?»

"Эм ……"

"Зачем я тебе нужна?"

Сяо Тэн спросил: "... Как дела?"

Лин Мэй слегка улыбнулась: «У меня, как всегда хорошо. Как насчет тебя».

"У меня тоже хорошо."

После минутного молчания, он опрометчиво сказал: «Я женился позже ... У меня есть дети».

«О ...» - улыбнулась Лин Мэй, - «Это хорошо».

«Я развелся».

Он ждал ее ответа, но Лин Мэй просто молчала и не стала расспрашивать, только сказала: «Какая жалость».

"..."

Сяо Тэн какое-то время не знал, что сказать.

Кажется, что все слова неподходящие, некоторые слишком легкомысленные, некоторые слишком скучные, некоторые бессмысленные, а некоторые слишком тяжелые.

Лин Мэй слегка опустила голову.

Помешав кофе в чашке, она сказала: «Право, я не знаю, зачем ты пришел ко мне».

"..."

Она говорила очень тихо, ее голос был мягким, но в нем было какое-то отчуждение и холодность.

Сяо Тэн сказал: «Я никогда не мог забыть тебя».

Лин Мэй посмотрела на него, все еще с такой неглубокой, не правильной и красивой улыбкой.

«В то время мы были разделены, потому что не могли быть хозяевами своей судьбы».

"..."

«Теперь все по-другому».

Да, в какой-то степени он свободен, и он достаточно богат. Возможно, ему удастся вернуть то, от чего он не смог отказаться.

Лин Мэй неожиданно равнодушно сказала: «На самом деле, нет никакой разницы».

"..."

Она повернула сверкающее кольцо на своем безымянном пальце: «Если ты хочешь знать, то я не разведена».

Сяо Тэн отвернулся, пряча глаза: «Это не проблема».

Лин Мэй почти неслышно вздохнула: «Бедный».

"Что?"

"Почему ты такой тупой."

"..."

«Как ты думаешь, в то время я действительно любила тебя?»

"..."

"Не глупи."

"..."

«Все было просто из-за денег».

"..."

«Я знала, что твоя семья захочет заставить меня уйти от тебя любой ценой. Семья Сяо всегда была щедрой».

"..."

«Я просто не думала, что ты будешь помнить меня столько лет».

Она посмотрела на него с легкой жалостью в глазах: «Все кончено, больше не думай об этом».

Сяо Тэн не мог вспомнить, как он вышел из ресторана. Когда он стоял на улице, уже шел сильный дождь.

Не раскрыв зонтик, он шел прямо под проливным дождем. Равнодушный и бесстрашный, он шагал к машине, припаркованной на обочине дороги.

Он ошибся.

Оказалось, что на самом деле его никто не любил.

Он мог слышать звук дождя, звук собственного сердцебиения, и все звуки становились необоснованно ясными.

Он такой же высокий и сильный, как всегда, и ничто не может его поколебать.

Он приоткрыл дверцу машины и сел в нее. Когда он ничего не сказал, водитель был поражен. Он растерялся и поспешно спросил: «Мистер Сяо, куда вы сейчас собираетесь?»

Через некоторое время Сяо Тэн ответил: «Неважно».

"..."

Недобросовестный водитель не осмелился просить большего и поехал по дороге под дождем.

Машина бесцельно ехала, Сяо Тэн сидел с прямой спиной, его лицо ничего не выражало.

Он смотрел в окно машины, на дома и деревья, теряющиеся в дожде, на пешеходов, проходящих, как муравьи, на всевозможные мелкие и причудливые предметы, скучную рекламу световых коробов, огромные плакаты кинотеатров...

Он внезапно вспомнил, что Жун Лю сказал, что будет ждать его.

И он давно забыл.

Придя в себя, он сказал водителю: «Едем в JS».

Страница книги Непредвиденное обстоятельство в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

О книге