Он ожидал, что всё получится. Личность информатора надёжна, а военной силы более, чем достаточно. Однако…

— Ты думал, это сработает? – Мужчина задавал вопрос, вовсе не ожидая получить ответ: его ботинок безжалостно давил на шею оппонента. На фоне чёрного неба ясно вырисовывались очертания лица этого человека, дыхание которого осталось неизменным даже после того, как он отсёк ногу и руку противнику. Того, чью смерть пытались организовать, но кто сам толкал других в объятия гибели. Из-под растрёпанных чёрных волос виднелись пронзительные светло-голубые глаза. – Ну конечно. – Лицо мужчины, который, смеясь, достал сигарету, было таким пугающе красивым, что казалось вовсе нечеловеческим.

Оскар фон Райнхарт. Окутанный густым сигаретным дымом, мужчина продолжал тихонько посмеиваться.

— Знали б, что ожидает такой исход, вряд ли бы сунулись сюда? Не так ли?

— Кха! Кхак!.. – Наблюдая за мучительными конвульсиями умирающего, Оскар продолжал спокойно курить. Позади него простирался пустырь, пропитанный запахом смерти, и группа мужчин уносила тела наёмных убийц, в то время как над ними яростно кружила хищная птица, учуявшая кровь.

— Мы захватили двух человек живыми и убедились, что остальные мертвы. – При этих словах Оскар поднял ногу с шеи мертвеца, вытерев кровь с подошвы ботинка о подол его одежды, и произнёс:

— Мёртвых закопать, а пленников допросить.

— Будет сделано. Что насчёт остальной части расписания?

Сместив центр тяжести на одну ногу и чуть накренившись, Оскар сделал несколько затяжек и небрежно бросил истлевшую сигарету на землю. Стянув чёрные перчатки, он обернулся к стоявшему рядом мужчине, чуть изогнув уголок рта в усмешке.

— Мы должны сдержать слово, Саймон. – Проговорил мужчина, сделав шаг вперёд. – Хотя и этот несчастный ублюдок хотел, чтобы я умер здесь. Когда он пересекал пустошь, усеянную трупами, к нему отовсюду приближались люди в чёрных костюмах. Они быстро выстроились вдоль дороги, ведущей к экипажу, и вежливо склонили головы, подстраиваясь под темп своего господина. Оскар, сев в карету, как ни в чём не бывало вытер руки и лицо мокрым полотенцем. Несколько капель крови окропили манжету, но переодеваться сейчас было чересчур хлопотно, да и не было особой необходимости. Мужчина швырнул окровавленную ткань в угол, и взглянул в окно. Видеть смерть вокруг надоело ему до тошноты. Освободиться от жалких и раздражающих вещей можно было лишь двумя способами: отрубить голову королю Леопольду, либо же умереть самому. Однако, намерений умирать у него не было, ровно как и нести потери: жертвовать конечностями ради головы являлось тем, в чём Оскар был совершенно не заинтересован. Мужчина снова достал сигарету и поспешно сунул её в рот. Дым, распространившийся повсюду после нескольких затяжек, казалось, рассеивал едкий запах крови. Пронзительные голубые глаза, похожие на срез ледника, чуть скрываемые за дымкой, по-прежнему излучали холодность и бесстрастность. Он хотел не просто победы. Требовался просто сокрушительный триумф. Совершенный и абсолютный, без единой пролитой капли крови.

***

В Фельпе не было никого, кто не знал бы о величественном каменном поместье, расположенном на берегу реки Дауб. Столетие назад право собственности на особняк, что король подарил своей фаворитке, которую лелеял, как бабочку на медовой розе, переходило от одного владельца к другому. Роскошный дом, служивший то театром, то летней виллой для знатных семей, смог вернуть себе первоначальное название ровно пятьдесят лет спустя после смерти фаворитки короля – своей исконной владелицы.

«Аман Роуз».

В то время как в Херодде была «Тубероза» , Фельпе гордился «Аман Роуз». Конечно же, самым популярным местом развлечений, где проституция была полностью легализована, был данный особняк: старинное место с чуткой атмосферой, отличной от дешёвых борделей, расположенных в глухих переулках. Поскольку большинство клиентов являлись членами королевской семьи или аристократами Норфолкского континента, одной ночи здесь было достаточно, чтобы покрыть двухмесячные расходы на проживание любого представителя среднего класса. Таким образом, в те дни, когда особняк посещали действительно важные персоны, ожидалось, что всего за одну ночь доходы «Аман Роуз» легко превысят месячный оборот всякого приличного предприятия. И сегодня был именно такой день.

— Они наконец-то здесь! – Обернувшись, крикнул привратник, наблюдающий за главными воротами, словно часовой. Катрин, нынешняя владелица особняка, поспешно затушила очередную сигарету слегка дрожащей рукой.

— Что делает Великий Герцог? – Слуга быстро подошёл к женщине и осторожно спросил, покачав головой.

— Уже творится полный беспорядок. Дверь заперта, а его личный помощник просит больше времени.

Прошли десятилетия с тех пор, как Катрин начала работать в этом бизнесе, от того она нутром чуяла, что что-то не так. Человек, который должен был сегодня посетить особняк, был настолько крупной фигурой, что никто в Восточном Норфолке не мог сказать, что не знает его; даже герцог Баденский, сводный брат короля Фельпе, а также президент банка Фельпе, тоже весьма знаменитая фигура, не шёл ни в какое сравнение с маркизом Райнхартом из королевства Люксен. Возникло странное тревожное чувство, когда Великий Герцог Баденский прибыл раньше запланированного времени и привёл с собой кучу незваных гостей. Он играл с ними в бильярд и беспечно распивал алкоголь стоимостью от пятидесяти до ста миллионов керте за бутылку, словно то была обычная вода. Более того, по мере приближения назначенного времени, вместо того, чтобы готовиться к встрече ожидаемого гостя, там лишь наслаждались праздным времяпрепровождением, повышая накал вечеринки. Несомненно, это было крайне неуважительно. А значит, для того, чтобы данный инцидент забылся и не расценивался как вопиющая грубость, был лишь один выход: маркиз Райнхарт, который здесь запланировал встречу с герцогом, не должен сюда явиться.

Однако, исходя из слов привратника, он уже был здесь.

Катрин нервно сглотнула и посмотрела на женщину, стоящую рядом с ней. Платье с глубоким вырезом, который обнажал грудь, выглядящую столь соблазнительно, что даже женщине захотелось бы прикоснуться. Неудивительно, что вокруг было полно тех, кто жаждал прильнуть к ней. Однако всё дело было не только в притягательном бюсте: красивое лицо, которым можно было любоваться без устали, по-детски наивная улыбка, не омрачённая заботами, и при этом полное отсутствие вульгарности – всё это благодаря глубокому бархатному голосу. Даже в глазах Катрин, которая уже так много времени проработала здесь, эта девушка была подобно драгоценному камню, и, если мужчина не являлся импотентом, не было никого, кто смог бы противостоять её очарованию. Особенно, если человек по какой-либо причине посещал эти места.

— Анна. – Услышав звук замедляющихся колёс кареты, Катрин аккуратно расправила свои одежды. Классическое платье с высоким воротником, доходящим до подбородка, делало её больше похожей на придворную даму, нежели на управляющую публичного дома. – Вот человек, который за одну ночь может потратить пятилетний бюджет Фельпе, – прошептала она Анне, неспешно идя с ней к широко распахнутым воротам. Глаза той, полные наивности, мгновенно сверкнули. Человек, который может позволить себе потратить такую огромную сумму… Эти слова отнюдь не были преувеличением. Мужчина являлся владельцем трансконтинентальной железной дороги и огромной сталелитейной компании, известной как «Доменная печь Норфолкского континента», а также главой маркизата Райнхарт. Примечательно, что он, достигший стольких высот, был ещё достаточно молод. – Если справишься, то будешь даже выше фаворитки короля, так что потяни время как можно дольше. По крайней мере, до тех пор, пока герцог не узнает о прибытии маркиза. – С этими словами остановилась и карета. Выражение лица Катрин, которое долгое время оставалось серьёзным, просияло, как будто всё, что было до этого – сплошная ложь. Пока она шла приветствовать маркиза в качестве человека, встречающего кровного родственника, которого не видела много лет, Анна осталась у двери, выжидая подходящего момента.

— Добро пожаловать, Ваша Светлость. Мы ждали Вас. – Несмотря на добродушное приветствие Катрин, ответа от маркиза не последовало. Всё, что ей довелось услышать – стук уверенных шагов мужчины. Анна, выжидающая момент у входа, слегка выглянула наружу. Девушка, что прикрывала грудь одной рукой со своим характерным кротким выражением лица, была словно смущена такой откровенной одеждой, и собиралась как бы невзначай преградить маркизу путь. Живя в «Аман Роуз», она встречала многих высокопоставленных особ, например, в прошлом месяце это место тайно посетил даже король, так что же особенного было в этом молодом маркизе, да ещё и чужестранце? Но, вопреки всему, Анна даже не решилась помешать мужчине, который буквально пронёсся мимо неё. Всё, что девушка смогла сделать – осторожно следить за его движениями.

Он был необычайно высок, с широкими плечами и хорошо выделяющейся талией. Черты его лица являлись лишь остаточным изображением, которые девушка не могла воспроизвести в собственной памяти. И всё же, она могла бы без колебаний поспорить на все имеющиеся у неё деньги, что среди всех прежде встречавшихся ей людей, не было никого столь же красивого, как этот мужчина. И именно в тот момент Катрин ткнула Анну локтем в бок, выводя ту из внезапного транса.

___________

1) От фонетического заимствования с французского «amant» – любовник. Поэтому переводиться название в контексте будет как «Возлюбленная Роза». Вместе они создают образ места, где интимность и удовольствие облечены в форму высокой эстетики и эксклюзивности. Название ну прям намекает на «тайный сад наслаждений» для избранных.

2) Это довольно многослойная метафора, но постараюсь покороче: Аромат туберозы исторически связан с соблазном, искушением и сексуальностью. В некоторых культурах молодым девушкам даже запрещали нюхать туберозу ночью, опасаясь, что её опьяняющий запах приведёт их к «неподобающим» мыслям или действиям. Тубероза расцветает ночью и издаёт свой самый сильный аромат именно в темноте, что символизирует скрытые, ночные удовольствия.

Когда Анна, медленно придя в себя, поспешила за мужчиной, тот уже огибал лестничную площадку и поднимался по ступеням. Девушка запрокинула голову, глядя на него снизу вверх. Слегка волнистые чёрные волосы выглядели то ли просто растрёпанными, то ли это была такая причёска. Под тёмными волосами виднелись глубоко посаженные светлые глаза и, в противовес им, прямой, резко очерченный нос. Каждое его движение – от небрежных широких шагов по лестнице, до кисти руки, полностью засунутой в карман – не оставляло ни малейшего намека на этикет.

— Ваша Светлость, – Катрин поспешно окликнула мужчину, однако маркиз, казалось, даже и не слышал её голоса, из-за чего никак не отреагировал, а Анна направилась за ним, почти взбегая по лестнице, но была не в силах угнаться ни за маркизом, ни хотя бы за теми четырьмя мужчинами, что шли следом. Их шаги казались такими широкими, темп быстрым, а движения  настолько бесцеремонными, что даже официант, сопровождавший делегацию, был вынужден просто бежать позади. Казалось, мужчинам было абсолютно всё равно и на Катрин, и на Анну, спешивших вслед за ними, придерживая подолы платьев. И, более того, как только они вошли в коридор, присутствие официанта стало излишним: помощник герцога уже стоял у двери, будучи в полном смятении.

Безудержный шаг маркиза остановился в нескольких шагах от двери. Четверо мужчин, следовавших за Оскаром, тоже остановились, словно по команде. Помощник герцога, увидев маркиза, побледнел как мел, и вид у него был такой, что ещё немного, и тот точно потеряет сознание. Однако, не только он один: когда все громкие шаги разом стихли, наступившая глухая тишина ощущалась почти что на физическом уровне, и сквозь неё начали просачиваться некие неловкие звуки.

— А-ах… Мн!..

— Приятно? Настолько хорошо, что ты вся течёшь?

— М-м-мн, да, да, Ваше Высочество…

— Ещё, ещё… Соси сильнее…

Казалось, сцена, происходящая за дверью, была видна как ладони. Маркиз усмехнулся, словно это его действительно крайне забавляло. Оскар какое-то время тихо посмеивался, а затем, проведя рукой по лицу, обратился к помощнику герцога.

— Поторопитесь и откройте дверь.

— В-ваша Светлость…

— Откройте дверь. – От внезапно ужесточившегося тона испуганный помощник уставился на Катрин, стоявшую поодаль, словно та пыталась ухватиться за последнюю соломинку. Тогда женщина поспешно толкнула Анну в спину: как говорится, лучше опасаться ближнего кулака, чем далёкого владыки. Это был Фельпе, и помощник герцога стоял явно ближе, чем молодой маркиз Люксена. Анна, которую так неловко вытолкнули вперёд, оказалась между четырьмя мужчинами, что следовали за лордом Оскаром. Маркиз, до этого смотревший только перед собой, обернулся и обратился к хозяйке «Аман Роуз», многолетней куртизанке.

— Есть ключ? – Катрин, да и сама Анна, стоявшая вблизи, лишь беззвучно шевелили губами, словно им перекрыли дыхание. Тогда мужчина вновь усмехнулся. Быть может, его свободно ниспадающие чёрные волосы были просто созданы для этой улыбки? Глубоко посаженные выразительные глаза были удивительного светло-голубого оттенка, а под изящно изогнутыми губами виднелась маленькая ямочка. Эта невинная лёгкая улыбка делала зрелого мужчину похожим на мальчишку, и на мгновение заставляла окружающих забыть обо всех опасностях, исходящих от него. Маркиз Райнахарт медленно кивнул, застав всех окружающих врасплох. – Хорошо. – Мужчина вновь сосредоточил взгляд прямо перед собой. Анна и все, кто собрался там, затаили дыхание, словно стояли на острие ножа.

— А-агх, ха, Ваше, Ваше Высочество-о-о!.. – Проблема заключалась в том, что те, кто находился по ту сторону двери и уже должны были почувствовать витающее в воздухе напряжение, были полностью опьянены наслаждением. Оскар неторопливо подошёл к дверям комнаты, из которой доносились отвратительные звуки. Мужчина уставился на неё, в последний раз обдумывая последствия своих действий и все возможные издержки. Размышления его, впрочем, были недолгими. Резко сунув руки в карманы, маркиз подал знак мужчинам, что стояли позади, и те, словно только и ждали этого момента, подошли к плотно закрытой двери и…

С характерным звуком та распахнулась с поразительной лёгкостью. За ней, при каждом движении округлых бёдер взад-вперёд, гнусавые стоны становились всё откровеннее. Мужчина сильно сжал грудь, словно желая её оторвать, а женщина сильнее прижалась к нему и активно тёрлась промежностью, обхватившей мужской член.

— Ха… Ещё, ещё… Двигайся ещё… – Повинуясь команде мужчины, движения лежащей под ним женщины стали куда более интенсивными.

— Да, хорошо, как приятно, Ваше Высочество! – Тем временем ещё одна женщина, сидевшая напротив герцога Баденского, приподнялась, вылив сгущённое молоко, приготовленное для клубники, себе на грудь. Вязкая кремовая жидкость стекала по пышному бюсту, образуя круглые капли на кончиках сосков: этот аппетитный вид отразился в глазах мужчины, которые уже помутнели от страсти. Он жадно рассматривал дарованное ему зрелище, в то время как сама женщина поднесла свою грудь к его губам.

— Ваше Высочество, это «Аман Роуз». – Показалась круглая белоснежная грудь, молочная жидкость, «рассыпанная» по розовым, как лепестки розы, ореолам. Герцог, словно забыв своё положение и занимаемую должность, высунул язык и принялся жадно лизать её. Не обращая внимания на сладость, что перепачкала его лицо, мужчина обхватил пышную женскую грудь обеими руками, неистово вылизывая её под сладострастные стоны.

— Ха-а… Аха… Как приятно. – Куртизанка осмелилась погладить Великого Герцога по голове и приказала: – Сосите же… – Словно тот только этого и ждал, герцог Баденский принялся безудержно сосать грудь так, что его щёки буквально вваливались. Тем временем, другая куртизанка, чьё лоно было прижато к его паху, принялась уже лизать грудь герцога.

— Ха-а, а, а-а… – Пока мужчина тяжело дышал, достигая пика наслаждения, рядом с ним разворачивалась другая оргия. Непристойные звуки соприкасающихся влажных тел и громкие похотливые стоны раскаляли воздух в помещении. Бархатные диваны, выглядящие как произведения искусства, давно были испачканы и пропитаны неясными телесными жидкостями. Одежды высокопоставленных господ, которые так старательно изображали из себя джентльменов, валялись на полу как тряпки, а дорогое вино, стоимостью в сотни керте за каплю, передавалось изо рта в рот и неминуемо проливалось. Сейчас, в этом номере, в котором утекали астрономические суммы, не было ни одного здравомыслящего человека. Именно поэтому, хотя дверь и распахнулась с таким грохотом, никто даже и не попытался оценить ситуацию.

Оскар фон Райнхарт со смешком наблюдал за теми, кто, наплевав на приличия, одежду и даже рассудок, совокуплялись, словно собаки. Отмахнувшись от пытавшихся последовать за ним, маркиз неторопливо вошёл в эту комнату разврата, а слуга поспешно закрыл дверь. Оскар уселся напротив герцога, который тяжело дышал, отдаваясь двум куртизанкам. Пока он прикуривал сигарету, помощник отчаянно пытался привести своего господина в чувство.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество! – Герцог, продолжавший свои фрикции на пике наслаждения, раздражённо дёрнулся от неожиданного прикосновения к спине.

— Что за чёрт?!

— Ваше Высочество, прошу Вас…

— Кто посмел войти без разрешения?! – Помощник, уже чуть не плача, указал вперёд, и в этот самый момент взгляд герцога, а также всех его гостей, последовал за его пальцем.

На одно мгновение в помещении все смолкли.

В том направлении, куда указал помощник, сидел мужчина, закинув ногу на ногу, и расслабленно курил сигарету. Оскар усмехнулся воцарившейся в комнате тишине и обратился к герцогу.

— Продолжайте. Я могу и подождать. – Едва низкий, полный насмешки голос умолк, и герцог поспешно вынул свой пенис из лона куртизанки. В тот же миг с кончика налитого кровью органа хлынула мутная струя спермы. Куртизанки, до этого предававшиеся всевозможным утехам, раздвинув ноги, поспешно поднялись, а гости, участвовавшие в оргии, впопыхах принялись собирать разбросанное нижнее бельё. Во всей этой суматохе стол был опрокинут, и бокалы, находящиеся на нём, разбились. – Я же сказал, не торопитесь. – Так, равнодушно выпущенный дым, шутливый тон и высокомерное выражение лица, определённо улыбающееся, но оттого лишь кажущееся ещё более холодным.

Движения герцога Баденского, что торопливо пытался надеть нижнее бельё, которое спешно подал ему помощник, резко прекратились. Словно что-то быстро сообразив, мужчина швырнул исподнее бельё на пол и выпрямился.

— Все вон. – Процедил сквозь зубы герцог, не отрывая взгляда от маркиза, который всё так же спокойно курил. По его приказу все гости и куртизанки, словно только этого и ждали, резко засуетились. Пока они толпой покидали комнату, едва прикрыв свою наготу, герцог лишь грубо схватил за руку женщину, которая до этого была под ним.

— В-ваше Высочество?

— Ты, сядь и давай наливай. – После этого он тяжело опустился на диван, где только что предавался страстным утехам, набросив на голое тело один лишь халат. Отклонившись назад, мужчина поманил пальцем своего помощника, и тот поспешно протянул ему сигарету. Пока герцог, принявший такую же небрежную позу, как и Оскар, сидевший напротив его, глубоко затягивался, помощник быстро прошептал своему господину на ухо то, что ещё не успел доложить.

Уголки губ Великого герцога, который молча слушал доклад слуги, изогнулись в кривой усмешке. Мужчина впился взглядом в незваного гостя, сидящего напротив.

— Занятно. Я всё понял, можешь идти.

— Да, Ваше Высочество. – Помощник почтительно склонил голову и удалился. В комнате остались лишь трое: Великий Герцог, куртизанка и… Оскар фон Райнхарт. Сигарета, зажатая в длинных, прямых пальцах маркиза неумолимо тлела, и он то и дело был окутан дымом, что просачивался сквозь его зубы. Через эту мутную пелену ярко выделялись лишь необычайные светло-голубые глаза. Мужчина являлся наследником благородной крови. Отец Оскара, великий генерал Люксена, был настолько почитаем, что его статуя стояла на площади перед королевским дворцом Люксена, даже спустя двадцать лет после смерти самого генерала, оставаясь объектом всеобщего восхищения. А мать, кажется, прослыла самой прекрасной женщиной в Восточном Норфолке. И, всё же, этот благородный мужчина ассоциировался с каменоломней, доверха заваленной камнями, с глубокой шахтой, куда не проникает ни единый луч света, с чёрной железной рудой и углём. Вместо роскошного дворца рядом с ним виделась мрачная крепость, выжженная дотла, над которой всегда кружили вороны. Суровый «Волк Люксена», с которым даже король Фельпе не желал иметь дела. Его владения были обширнее, чем территория города-государства Фельпе, а сам он был настолько занят, что даже другим дворянам Люксена было трудно только лишь увидеть мужчину. Когда этот занятой человек, которого редко мог лицезреть не только король Фельпе, но и сам король родного ему Люксена, лично навестил его, настроение Великого Герцога взлетело до небес, и причин для радости было предостаточно. Благодаря Оскару, герцог Баденский возглавил Банк Фельпе и получил место в Совете королевств Норфолка. Тогда-то и дворяне Фельпе, прежде относившиеся к нему с пренебрежением, наконец стали воспринимать мужчину как истинного герцога, и, казалось, что теперь весь мир был у его ног. Верно, что только казалось… Пока этот нелепый тип не стал вызывать оторопь.

— Маркиз Райнхарт. Что за вопиющая дерзость?

— Дерзость? – Холодные, как лёд, глаза, проглядывающие сквозь дым, выглядели зловещими. – Вы можете продолжать. Разве я не сказал, что подожду?

— Маркиз!

— Если Вы говорите о моём опоздании, приношу свои извинения. Я полагал, что наша встреча будет конфиденциальной, но кто-то проболтался, и вот нагрянули незваные гости. – Оскар, прикусив сигарету, произнёс это с некой усмешкой. Сердце Великого Герцога, который сам же и поспособствовал появлению этих гостей, пропустило ударом. Казалось, Оскар уже обо всём знал. – Кстати говоря… – Маркиз, слова которого затихли, лениво улыбнулся. – Мне любопытно, какие новости у Вас припасены? – Возможно, из-за спадающих на лоб волос, он удивительно гармонировал с этой атмосферой декаданса и разврата; от потомка древнего знатного рода прямо исходил дух завсегдатая злачных мест. И, в конце концов, именно такие противоречия всегда задевают что-то первобытное в человеке. Сексуальное удовлетворение, которое ещё мгновение назад распаляло Великого Герцога, угасло быстрее, чем пламя свечи. Пот мгновенно сошёл, накатил жгучий озноб, и даже мелкие волоски на теле встали дыбом. Инстинкты били тревогу: человек, находившийся перед ним, пребывал в ярости, и нужно было во что бы то ни стало усмирить его гнев. Глаза герцога быстро метались из стороны в сторону. Примерно три года назад, когда Оскар впервые явился к нему, он, пообещав сделать из герцога человека, достойного своего титула, потребовал всего две вещи: во-первых, взять с собой человека, которого он подберёт, когда тот войдёт в Совет королевств Норфолка. А во-вторых…

— Сейф, на который вы положили глаз. Какой же у него был номер… Четыре тысячи с чем-то? Нет… – Блуждающий взгляд герцога наткнулся на острый взгляд Оскара. В пронзительных голубых глазах маркиза не было ни тени улыбки. Герцог невольно сглотнул. Холодный, как глаза сидящего напротив мужчины, равнодушный голос наконец обрушился на герцога Баденского.

— Пять тысяч пятьсот пятьдесят пять. – Тайная ячейка Банка Фельпе, номер 5555. Тот самый сейф, который Оскар фон Райнхарт так хотел открыть. Герцог, пытаясь унять колотящееся сердце, облизнул пересохшие губы.

— Ключ от этого сейфа… Вы всё ещё не нашли?

***

Примерно два часа назад. В то время, когда Оскар и его «Волки» разбирались с незваными гостями, дверь в VIP-зал Фелпского банка тихонько приоткрылась, и в проёме легонько блеснули светло-карие глаза. Вокруг были красноватые, но солидные деревянные стены, так гармонирующие с ними позолоченные украшения, необычайно мягкий на вид ковёр внизу и сотрудник, неустанно дежуривший, несмотря на поздний час.

“Это здесь?” – Прежде чем войти, Соа быстро осмотрела внутреннее убранство через щель в двери. Ковёр оказался даже мягче, чем выглядел внешне, и полностью заглушал её и без того лёгкие шаги. Возможно, поэтому сотрудник, читавший газету, совершенно не заметил её появления. Казалось, он так и не обратил внимание на присутствие девушки, даже когда она подошла к столу и положила свою сумку на одиночный диван для посетителей. Мгновение поколебавшись, Соа осторожно постучала рукой по столу. Хотя девушка стучала тихо, звук показался ей необычайно громким, точно раскат грома. Затаив дыхание, она на мгновение сосредоточила все свои чувства на присутствии рядом другого человека. Однако в ответ послышался лишь шелест перелистываемых страниц. Соа медленно подняла взгляд. Сотрудник по-прежнему был невозмутимо погружён в чтение. Она глубоко вздохнула и снова постучала по столу.

— Эм… Здравствуйте. – Человек, что со скучающим видом просматривал вечернюю газету, наконец резко поднял глаза. Он инстинктивно вскочил со стула, а Соа рефлекторно опустила взгляд.

— Добро пожаловать. Прошу прохо… – Приветствие мужчины оборвалось, и повисла недолгая тишина. Лицо Соа пылало. Она изо всех сил старалась удержать голову, которая так и норовила снова опуститься. Подняв взгляд, она встретилась с ясными, как летнее небо, зелёными глазами. – Как Вы сюда попали? – Задал вопрос сотрудник, как только их взгляды пересеклись, тогда же девушка снова потупила свой взор. На мгновение Соа задумалась над вопросом, а затем указала пальцем назад.

— Я вошла через дверь… – Сотрудник моргнул, словно не находя больше слов, а затем задал ещё один уточняющий вопрос.

— Вы пришли одна? Без сопровождения? – Соа вновь обдумала его и задала встречный.

— Это невежливо?

— Нет, я не это имел в виду… – Мужчина явно был в замешательстве. Он даже огляделся вокруг, словно проверяя, не мерещится ли ему всё это наяву. Здесь была определённо VIP-гостиная банка Фелпе, но тогда кто же эта девушка? Этот банк не делал строгого различия между классами и, даже если клиент значился простолюдином, но обладал возможностью открыть счёт или Сейф, его принимали с большим уважением. Проблема заключалась в том, что размер обязательного депозита был весьма значительным, и даже многие дворяне не всегда могли выполнить это условие. Поэтому, порог банка Фелпе могли пересечь в основном лишь владельцы известных предприятий, крупные аристократы и члены королевской семьи. У парадного входа всегда дежурили не только охранники, но и сотрудники, готовые принять клиентов. Просто так, с улицы, сюда никто не заглядывал, а каждого пришедшего гостя по всем правилам должен был сопровождать персональный менеджер. Именно поэтому мужчина мог так беззаботно читать газету: о приходе любого посетителя его должны были уведомить заранее. Однако эта девушка, которая не только явилась сюда в одиночку, но и выглядела, мягко говоря, весьма подозрительно, вызывала массу вопросов. Хотя ранним утром и поздним вечером уже чувствовалось дыхание осени, на дворе всё ещё стояло лето, но на ней было длинное шерстяное пальто, которое носят только в лютые морозы. Более того, очевидно, что за одеждой явно долго не ухаживали – казалось, её достали из закромов сундука, где она пролежала целую вечность, и сидела на незнакомке так, будто была не с того плеча. Вдобавок, девушка не поднимала головы, словно чувствовала себя виноватой, и явно избегала зрительного контакта. Но, самое главное, в ней было что-то очень странное. Мужчина не мог точно определить, что именно его так настораживало.

— Я пришла, чтобы открыть сейф. Я ошиблась местом? – Совершенно внезапно заговорила Соа.

— Сейф?

— Да. – От этих слов работник слегка опешил.

— У Вас есть ключ? – На этот вопрос Соа облегченно вздохнула. Судя по всему, она пришла по адресу.

— Да, есть. – Сейф и ключ. Сотрудник, который в любой момент готов был вызвать охрану, вежливо указал на диван.

— Присаживайтесь. – Соа опустила свою дорожную сумку на пол и осторожно присела на краешек дивана. Мужчина, тем временем, убрал газету, сел напротив и подвинул к клиентке чёрный бархатный поднос. – Пожалуйста, предоставьте ключ.

Страница книги Жестокость искупления в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

О книге