— Ха, ха…

Ли Бомин открыл глаза, чувствуя, как его тело дрожит. В ушах застрял уникальный звук взволнованного дыхания и трения влажной плоти друг о друга.

— Что…

Хотя он произнес только одно слово, его голос так скрипел, будто кто-то вырывал его голосовые связки. Он звучал настолько хрипло, что с трудом узнавал свой обычный тон.

— Проснулся. Ты внезапно потерял сознание, и мне стало действительно скучно.

Неизвестный мужчина, ответил на вопрос Бомина, но не прекратил того, что делал всего несколько минут назад.

Глаза Бомина открылись, и он увидел огромный кусок плоти, ударявшийся о его внутреннюю стену каждый раз, когда прерывался слог. Это было чувство, которое было трудно не узнать.

Несмотря на то, что он не использовал никаких специальных техник из-за того, что его пенис был большим, определенная точка на внутренней стенке была раздавлена.

Член Бомина уже капал и истекал прозрачной жидкостью каждый раз, когда мужчина вбивался в него, двигая талией.

Бомин оторвал взгляд от светло-розовой плоти и посмотрел на мужчину, энергично двигавшего своим телом. Это был человек, чьи плечи были настолько широкими, что разницу в его телосложении по сравнению с мужчиной можно было почувствовать, даже когда он лежал.

Он был одним из самых красивых мужчин, которых он когда-либо видел в своей жизни.

Густые брови Бомина слегка выгибались каждый раз, когда его внутренние стенки сжимались, и каждый раз, когда горячие глаза слегка хмурились, во рту Бомина образовывалась слюна.

Глаза с тонкими внутренними двойными веками казались несколько острыми. От прямой линии носа до мужественной линии подбородка — у него было красивое лицо без каких-либо недостатков.

Ему вдруг пришло в голову, что он должен отплатить этому человеку за энтузиазм.

Место, где он пришел в себя, было незнакомым, но для Бомина оно ничем не отличалось от повседневной жизни. Он особо не задумывался об этом, считая, что вчера он был пьян и поймал большую рыбку.

— Хах, хаа

Бомин поднял голову, держа мужчину за плечо, и взял в рот маленькие кусочки плоти, движущиеся перед его глазами.

— Ха, ты…

Движения мужчины впервые остановились и застыли, как будто стимуляция, касающаяся его груди, была незнакомой.

Бомин вытянул свои тонкие ноги и обвил ими талию мужчины, словно призывая его продолжать движение. Ощущение удара его яичек по ягодицам было ощутимым.

К широкой груди было приятно прикасаться. Толстая, раздутая грудная клетка мужчины, казалось, подвергалась давним тренировкам и вздымалась каждый раз, когда он делал вдох.

Бомин пошевелил кончиком языка и осторожно надавил на небольшой выступ. Мягкая текстура вскоре стала твердой.

Он сунул сосок в рот и сосал его, как ребенок, сосущий молоко. Каждый раз, когда он стимулировал небольшой комок плоти, мышцы под его ладонью пульсировали, как мощная рыба.

— Приятно?

Бомин взглянул на мужчину и закатил глаза, используя большую часть языка, чтобы касаться выступающий сосок. Он не был уродливым, но, когда Бомин так смеялся, мужчины сходили с ума.

— Ах…

Однако вскоре Бомин уступил инициативу человеку, который набросился на него так, будто потерял рассудок.

— Ха, цц, эй, подожди, хм, просто…

Этот человек был настолько силен, что его мускулы были не просто для показухи. Каждый раз, когда он отводил талию назад и трахал его, тело Бомина выдвигалось наружу, как бумажная кукла.

Его макушка даже ударилась о изголовье кровати. Когда он почувствовал боль в голове, Бомин похлопал его по плечу, словно пытаясь успокоить.

Вместо того, чтобы прекратить движения, мужчина обвил своими большими руками плечи Бомина и начал играть с его талией, как молотком, забивающим гвоздь.

— Ах, хм… скоро, сейчас кончу…

Бомин потер затылок о простыни, поскольку ощущение эякуляции быстро нарастало. Прошло очень много времени с тех пор, как его гениталии никто не трогал.

Обычно это было возможно только в том случае, если техника была исключительной, или если член был толстым и длинным, как у мужчины, который отчаянно трахался. Не имело значения, как человек двигался, потому что каждый раз, когда огромный член двигался вперед и назад, точка, которую чувствовал Бомин, постоянно стимулировалась.

— Ааа!

Новый голос сорвался с его губ. Секс с мужчиной был таким, что он не мог не кричать постоянно, до такой степени, что стало понятно, почему его голос охрип.

В этот момент Бомин почувствовал странное ощущение.

Ему казалось, что что-то внутри тела влилось в мужчину через внутреннюю стенку, окружающую член.

Должен ли я сказать, что моя энергия истощается? Ощущение, которое трудно было определить словом, разлилось по моему телу через самые потайные места.

— Отличная работа. Проводник Ли Бомин.

— Про-водник, что?

Когда тихий голос достиг его ушей, Бомин снова потерял сознание.

* * *

«Я одержим?»

Бомин моргнул и посмотрел в окно. Прошло много времени с тех пор, как он терял сознание во время секса.

Когда он только очнулся, его тело тряслось от того, что его трахал мужчина, и он совсем не понимал, что происходит. В конце он даже почувствовал, будто его съели пиявки, и он потерял сознание.

Когда Бомин снова пришел в себя, он растянулся на кровати, пахнущей спермой. Редко попадались партнеры, которые убирали за собой.

Тем не менее, хотя он и наслаждался этим, ему было стыдно за человека, который оставил его без сознания на кровати. Разве это не похоже на поедание выброшенной еды?

Разве это вечная истина, что если у тебя лучшее лицо, тело и член, твоя личность — мусор?

Но вскоре Бомин стряхнул с себя неприятные ощущения и встал. Зачем он почувствовал, как у него стрельнуло в пояснице, и он уткнулся лицом в простыню, покрытую телесными жидкостями.

Постанав некоторое время, он принял душ в ванной комнате, ощущая смутное чувство дежавю.

— Странно…

Вначале он подумал, что это мотель. Однако, как ни странно, предметы в ванной имели следы постоянного использования одним человеком. Хотя это было помещение, в котором было только самое необходимое, оно имело чистый и изысканный интерьер, больше напоминавший бизнес-отель, чем мотель.

Чувствуя себя неловко, Бомин поспешно умылся и вышел осмотреть комнату. Грязная кровать была достаточно большой, чтобы на ней могли лечь трое взрослых мужчин.

Его внимание привлекла тумбочка рядом с кроватью, сверху которой лежал роскошный полукошелек.

Встроенный шкаф был полуоткрыт и заполнен похожей одеждой, а также был виден стол с остатками остатков ланч-боксов.

Бомин вытер полотенцем все еще мокрое тело и открыл бумажник.

Глаза Бомина расширились, как будто он стал свидетелем невероятного зрелища.

Внутри бумажника было удостоверение личности. Лицо на фотографии, удостоверяющей личность, и имя, написанное под ней, были такими же, как у Бомина.

Однако фраза, написанная над именем, была незнакомой, но, как ни странно, она мягко пробуждала воспоминания, которые тонули под поверхностью.

[Корейская ассоциация способностей, Гид уровня B]

Он имел дизайн, похожий на удостоверение личности сотрудника. Бомин провел кончиками пальцев по удостоверению личности и сумел уловить туманные воспоминания, которые пытались всплывать в его голове.

Бомин читал роман, в котором встречалось такое же имя.

Да. Бомин был заядлым читателем веб-романов. Он читал все жанры, поэтому охватил самые популярные романы.

Пройдя через современное фэнтези, боевые искусства, романтическое фэнтези и современный роман, последнее, с чем я столкнулся, это BL.

Его интересовал новый мир, полный элементов фэнтези, отличающихся от реальности. Жизнь гея в Корее означает, что часто случаются душераздирающие вещи.

Если он правильно запомнил, то название было «Сердце Эспера».

Поскольку имя Бомина было редким, он погрузился в роман больше, чем при чтении других текстов.

Но проблема заключалась в том, что с Бомином произошло то, что появлялось только в романах.

Бомин понял, что не может вспомнить ничего из того, что произошло до того, как он проснулся здесь. Он думал, что потерял сознание во время секса, схватил какого-то красавца и поехал в мотель или что-то в этом роде.

Даже если бы он напился до потери сознания, это было впервые, когда у него был такой пробел в памяти.

Это была жизнь, прожитая очень бессистемно. Он ожидал, что проснется, когда солнце взойдет в небе, прочитает романы, накопленные в приложении для телефона, и пойдет в клуб, выглядя очень стильно. Он думал, что это определенно так, но обстоятельства оказались странными.

Брови Бомина нахмурилась.

"Сердце эспера" было драмой Чи Чжуна, в которой Ши Ю Хен, выступающий в роли гида S-класса, переплетался с несколькими эсперами.

Эсперы отчаянно нуждались в способностях проводника. Поскольку гид S-класса был более ценным, чем эспер S-класса, было естественно, что эсперов привлек Си Ю Хён.

Единственным, кто не смог вынести этого факта, был проводник, которым стал Бомин. Несмотря на то, что он принадлежит к B-классу, он обслуживает эсперов высокого уровня как аксессуар из-за своей естественной внешности и навыков в постели. И ему была ненавистна мысль, что его используют как игрушку.

В оригинале Ли Бомин был злодеем, который издевался над Ши Ю Хёном и в итоге погиб жестокой смертью от рук одного из эсперов класса S.

Он также вспомнил имя гонга. Первым человеком, которого встретил Бомин, был Хан Бисон.

Имена героев романа запомнились ему потому, что все они были настолько индивидуальны, что когда он сравнивал физические характеристики человека, который использовал Бомина как дырку, с персонажами романа, выходило только одно.

Эспер S-класса, свободно использующий способности пламени.

Бомин на какое-то время был ошеломлен внезапной ситуацией, с которой столкнулся, затем подошел к окну и посмотрел на ситуацию снаружи.

Собрав полученную к настоящему моменту информацию, он пришел к выводу, что переселился в роман, который читал.

Нормальный человек был бы разочарован, смущен или обвинил бы того, кто сделал их такими. Уголки рта Бомина поднялись максимально вверх.

«Сколько человек хочет поесть? Хан Би Сон, Сон Джэ Хо, Вон Сон О, Юн Би Сам и… Ши Ю Хён.

Просто взглянув на Хан Бисона, если бы он выглядел в реальном мире, развлекательные агентства поторопились бы его завербовать. Остальные парни в романе явно описаны как такие же хорошие, как Хан Бисон.

— Что ж, переселиться — это здорово, не так ли?

Бомин улыбнулся, предвкушая, что будет дальше. Послышался звук открывающейся двери.

— Ли Бомин

Появление человека, открывшего закрытую дверь так, словно это был его собственный дом, способствовало ещё большей улыбке на губах Бомина.

В его глазах читалось озорство.

У Хан Бисона были длинные волосы, за которыми он особо не ухаживал. У стоящего перед ним мужчины, напротив, волосы были в меру короткими, с мягкими волнами.

Его лицо было настолько идеальным, будто создавалось по закону золотого сечения. Слегка пухлые бледно-розовые губы мужчины искривились в холодной усмешке, когда его глаза встретились с Бомином.

— Мне нужно руководство.

Бомин сразу же узнал в нем Сон Джэ Хо, телекинетика из числа эсперов класса S. Его сердце заколотилось от волнения, когда он увидел, как оживает напечатанный на бумаге красавец.

Вокруг него лихорадочно летали мелкие предметы, доказывая, что слова о том, что он спешил не были ложью.

— Здесь кто-нибудь был? Что с кроватью?

Однако он остановился, раздраженный запахом спермы, наполнившим комнату.

— Хан Бисон.

— А, он заботится только о себе, не думая о других.

Сон Чжэ Хо взмахнул большой рукой в бессмысленном жесте, пытаясь очистить комнату от запаха. Другой рукой он зажал нос.

Его поведение было забавным. Учитывая, что в скором времени он кончить либо внутрь Бомина, либо на простыни.

Бомин, как это свойственно человеку, который любит аккуратность, посмотрел на него с отвращением и широко улыбнулся, несмотря на свои истинные чувства.

Сон Джэ Хо слегка покраснел, когда он увидел яркую, но странно сексуальную улыбку Бомина.

— Почему ты выглядишь таким счастливым? Буквально сегодня утром присылал мне сообщение с различными раздражительными…

Остальные слова Сон Чжэ Хо беззвучно провалились сквозь сжатые губы. Каждый разЮ когда Бомин делал ган, в нижней части тело возникала пульсирующая боль, но он просто проигнорировал её.

Он встретил нового парня и было бы большим упущением отпустить его, так и не попробовав на вкус. Было намного лучше устроить горячую ссору, а затем упасть на кровать и заняться кое-чем увлекательным.

— А, эй, с чего вдруг…

Имея значительную разницу в росте, Бомин со всей силы приподнялся на носочках. Он схватил лицо Сон Чжэ Хо и повернул его голову так, что острая переносица оказалась раздавленной.

Возможно смущенный внезапным вторжение в рот, его язык, который до этого пассивно следовал, постепенно отреагировал на движения Бомина.

Бомин неплохо умел не только сжимать заднюю дырку, но и умело орудовал ртом.

Даже потрепанный и висячий член стоял во рту Бомина как под наркотиком. Одним из любимых хобби Бомина было делать кроликов из людей, которые блефовали, что у них нет преждевременного семяизвержения.

— Хах, ты хорошо целуешься…

Сон Чжэ Хо не мог прийти в себя, поскольку кончик его языка странным образом осторожно царапнули. Они целовались не в первый раз, но дразнящие движения языка были настолько интенсивными, что предыдущие поцелуи растворились в памяти.

Когда Бомин пососал Сон Чжэ Хо, как будто он был конфетой, и издал хлюпающий звук, у него слегка ослабели ноги.

— Здесь играют пальцами.

Бомин потянул руку Сон Джэ Хо в пульсирующему входу, которое было слегка опухшем, но словно жаждало ощутить внутри что-то твердое.

Сон Джэ Хо был застигнут врасплох более активным поведением Бомина, чем обычно. Для Бомина было естественным вставить пальцы там, как он хотел.

Это был мягкий похожий на зефир вход, теплый на ощупь и присасывающийся к пальцу Сон Чжэ Хо, как будто его внутренние стенки были живыми.

— Ты можешь вставить сразу три. Хан Бисон хорошо меня растянул

— Сумасшествие, правда…

Бомин всегда был более открыт к сексу, чем другие гиды, но он не был таким развратным, как сейчас.

Когда он был неподвижен, то выглядел невинно. Только уголки его глаз покраснели, и он стал похож на проститутку, когда произносил непристойности. Тонкая нить разума Сон Чжэ Хо разорвалась.

Сон Чжэ Хо тут же вставил еще два пальца, безжалостно раздвигая тугие внутренние стенки.

Уголки глаз Бомина, слегка нахмуренных от боли, были невероятно эротичны. Сон Чжэ Хо приподнял тело Бомина и прижался губами к его глазам, будто одержимый.

Бомин обнял Сон Джэ Хо за шею и обвил ногами его талию.

Сон Джэ Хо взглянул на кровать, не было времени чтобы менять простыни, поэтому он подошел к стене и толкнул Бомина.

— Угх…

С громким стуком его лопатки ударились о стену. Сильная вибрация разнеслась по всему телу, которое еще не пережило боль от интенсивного секса. Звук новой боли сорвался с губ Бомина.

— А, извини. Но это твоя вина.

Сон Джэ Хо на мгновение остановился, когда Бомин вскрикнул от боли и кратко извинился. В руке, которая расстегнула пряжку и вытащила пенис, блестящий от предэкулята, чувствовалось нетерпение.

Массивный член слегка изогнулся вверх, обнажив свою отвратительную форму. Бомин посмотрел на него и облизнул губы, как человек, у которого потекли слюни.

Сон Чжэ Хо прижался к губам Бомин и, используя вес его тела, вогнал свой член на всю длину.

— Ах, да!

Бомин провел побелевшими кончиками пальцев по плечам Сон Чжэ Хо от боли, которая, казалось, пронзила его голову.

Если бы не член, который двигался и стимулировал его простату, от сильной боли он бы вырвал волосы Сон Джэ Хо. Это было дикое удовольствие.

— Нравится боль? Скулишь от удовольствия.

Сон Джэ Хо постучал указательным пальцем по головке Бомина, опустив глаза вниз. Бледно-розовый член не поник от боли, а ожил и заблестел прозрачной жидкостью.

Сон Джэ Хо приподнял за талию так, чтоб член Бомина оказался зажат между их животами и естественным образом стимулировался. Его толчки внутри Бомина были настолько сильными, что издавался хлопающий звук, при каждом движении.

— Ум, хм, ха, ах!

Хотя Бомин парил в воздухе, как воздушный шар, сила удерживающая его за тонкую талию и тянущая вниз, заставляла приземлиться, как кусок свинца.

В отличие от его игривой мальчишеской внешности, прикосновения Сон Чжэ Хо были грубыми. Его большие руки оставляли на талии Бомина неровные следы.

Кожа Бомина была похожа на чистое белое снежное поле, по которому никто никогда не ступал. На ней легко остаются следы, а красные отпечатки рук выделяются, как малиновая краска на белой чертежной бумаге.

— Ли Бомин, черт, ты такой тугой, это не шутка, ха.

Его тело неудержимо тряслось. Бомин приоткрыл рот, чтоб не прикусить язык. Сон Джэ Хо набросился на красный язык, высунувшийся изо рта, как измученный жаждой человек.

— Ха, ха, э…

Плоть вокруг отверстия сильно натянулась, до такой степени, что он боялся, что она может порваться. Как и рот внизу, ротовое отверстие Бомина было очень маленьким.

Сон Джэ Хо обхватил крошечное личико, которое, казалось, умещалось в одной руке, и засунул в него язык, как член, который то входит, то выходит.

Лицо Бомина уже было покрыто солью. По его щекам побежали слезы от ошеломляющего удовольствия.

Когда его тело опустилось до такой степени, что яйца коснулись ягодиц, он на мгновение почти забыл дышать. Его разум цепенел от глубокого проникновения.

— Не забывай дышать.

Было забавно видеть, как Бомин всхлипывает от удовольствия. Сон Чжэ Хо провел языком по уху Бомина и прошептал ему на ухо.

У Бомина также были чувствительные уши. Вообще, все его тело было покрыто эрогенными зонами, и он легко возбуждался от малейшего раздражителя.

Хан Бисон трахал мужчину словно полагаясь только на свой большой член. И уже одно это заставляло Бомина кончать так, что ломались его внутренние стенки. Однако Сон Джэ Хо довел Бомина ло предела больше, чем Хан Бисон.

Плечи Бомина вздрогнули от эротических ощущений в ушах. Острый язычок провел по нежной коже, по позвоночнику пробежал холодок, от которого волосы на затылке встали дыбом.

— Сейчас. Искусственное дыхание.

Поскольку дыхание Бомина продолжало останавливаться, Сон Джэ выдохнул ему в губы. Залитое слезами зрение Бомина затуманилось от сильного наслаждения.

Он втянул воздух, который ему дал Сон Джэ, будто это был сладкий мед.

— Ты сегодня, хуу, почему такой милый?

Сон Джэ Хо всем телом чувствовал, как странно изменился Бомин. Даже когда он стоял на месте, его внешность оставалась такой же привлекательной, но к ней добавилась странная аура.

Реакции его тела стала в два раза чувствительнее, чем раньше, и он думал, не принял ли тот какой-нибудь афродизиак.

— Трахни меня сильнее, да трахни меня…

Когда движения Сон Джэ Хо стали замедляться, Бомин подтянул ноги. Заниматься сексом подряд было так тяжело, что у меня дрожали ноги. И все же это было лучше, чем лишиться удовольствия.

— Быстрее.

Бомин оставил серию легких поцелуев на губах Сон Джэ Хо. Словно умоляя, он сжал дырочку, заполненную огромным членом.

— Ха, Блять…

Будто подали сигнал, который разрезал струну разума Сон Джэ Хо.

— Хмпх, угх, ах, да, ещё…

Бомин вскрикнул хриплым голосом, который эхом разнесся по комнате, его спина уже была прижата к стене от острой боли, но ему было все равно, лишь бы удовольствие длилось.

Для Бомина удовольствие было наркотиком, от которого он не мог оторваться.

Самый эффективный препарат для ухода от сложной реальности.

***

— Ох, сейчас сдохну…

Цена за то, что в него вонзался один гигантский член за другим, была высока. Бомин раскинулся на кровати, не утруждая себя снятием пахнущих затхлостью простыней.

Сон Чжэ Хо потряс его, и всё до последней капли направляющей магии в его теле было высосано.

Впервые он почувствовал это, когда из него высасывал магию Хан Бисон, и подумал: «Что это за дерьмовое ощущение?»

Пережив это во второй раз, он понял. Вот каково это, когда Эспер забирает магию Проводника.

— По ощущениям, будто на его члене сидела пиявка.

Это ужасная фраза, но для Бомина она была правдой. Это напомнило ему тот случай, когда он зашел на рисовое поле и пиявка высосала его кровь. Твердая плоть в его животе действительно высасывала магию Бомина, как пиявка.

— Я голоден…

Бомин вяло перевернулся, держась за урчащий живот. Его лицо было бледным и изможденным.

Ранее Сон Джэ Хо проклял Хан Бисона за то, что тот был эгоистом и даже не убрался за собой. Но сам он был не лучше, и покинул комнату, как только закончил.

Он сказал, что его срочно вызвали по телефону, извинившись и с яркой улыбкой исчез.

— Эти дети такие испорченные.

Когда читал роман, ему было жаль героя, которого в конце ждал печальный конец, и задавался вопросом, неужели он настолько пристрастился к их членам, что не мог найти себе кого-нибудь другого.

Но переселившись в Ли Бомина из книги, он понял.

Несмотря на то, что он познакомился всего с двумя людьми, они оба относились к Бомину как к живой кукле-онахоле.

Они не применялись насилие или матерные слова. Однако воспринимали Бомина на чем иным, как проводник, к которому они обращалась, когда им требовалось руководство.

Хотя у него было только две короткие встречи с ними.

— Ты тоже одинок?

Бомин поднял вялую руку и погладил собственные волосы. Он думал, что они похожи только по имени и внешность, но казалось, что они ничего не могли поделать с зияющей дырой в их сердце, что приводило к саморазрушению.

Сухой ветер дул в черные, как смоль глаза Бомина, когда ветер утих и исчез, он медленно моргнул.

— Давай поедим что-нибудь.

***

— С вас 37, 800 вон.

— Возьмите.

— Оплата картой. Вы копите поинты?

— Нет.

Бомин забрал карту, которую ему вернул продавец и положил обратно в кошелек. Теперь, когда Бомин вошел в это тело, стало ясно, что изначальная душа владельца куда-то исчезла.

Но Бомин отбросил сложные мысли в сторону, так как первоочередная задача была успокоить свой желудок, который будто кричал, что он голоден.

К счастью, удостоверение личности, которое Бомин нашел в своем бумажнике, также служило и кредитной картой. Если вы являетесь гидом В-класса, то скорее всего у вас не было бы проблем с зарабатыванием на жизнь. Он еще не проверял этого, но вероятно на счету достаточно денег, чтобы покрыть расходы Бомина на питание.

— Я оповещу вас о готовности блюда по виброзвонку.

— Да, спасибо.

Бомин взял устройство в виде небольшого плоского круга и подбросил его в воздух, высматривая свободное место. Чтоб утолить голос он направился в столовую, которая находилась на первом этаже общежития гидов.

Комната, в которой он оказывал руководство для двух эсперов подряд, оказалось жилищем Бомина. Хотя были те, кто имел возможность приобрести дом и жить отдельно, было также много таких, как Бомин – которые жили в общежитие, предоставленное ассоциацией.

Конечно, это было не бесплатно. Однако обходилось намного дешевле чем, если бы он платил за съемную квартиру.

Сидя за столиком у окна и лениво глядя в окно, зазвонил вибрирующий колокольчик. Бомин вернулся на свое место с подносом, полным еды.

На подносе было три гамбургера, которые выглядели больше, чем лицо Бомина, две порции картошки фри, кола и стакан молочного коктейля. Люди, сидевшие за соседним столиком, выглядели удивленными, поочередно глядя то на еду на подносе, то на Бомина.

Бомин сделал глоток коктейля, игнорируя взгляды людей, затем откусил большой кусок гамбургера.

— Теперь можно и пожить.

Легкий румянец появился на бледных щеках Бомина, после того, как он в одно мгновение съел один гамбургер. Оказывается, секс потребляет больше энергии, чем он думал.

Более того, даже магическая сила гида была полностью опустошена, так что ему требовалась высококалорийная еда для восполнения потерянной энергии.

Бомин потянулся за вторым гамбургером. Послышался звук скрипа ножек стула по полу и пустое место впереди стало занятым.

— Почему ты ешь один? Неужели эсперы наконец-то обнаружили твою истинную личность?

Бомин откусил второй кусок гамбургера и внимательно посмотрел на мужчину перед собой. Уголки его губ были приподняты в издевательской ухмылке. К сожалению, взгляд этого человека был настолько острым, что игра в гляделки казалась бесполезной.

Это был обычный мужчина с цветом волос и глаз, как у большинства корейцев. Однако у него были необычно большие глаза и чистая кожа, что придавало ему симпатичный вид.

— Кто?

— Что? Ты спрашиваешь меня, кто я?

Но Бомин не знал, кто этот человек. Единственными подробными описаниями внешности в романе были уделены гонги и шоу.

За исключением того, что он уже встретил двоих, он подумал о внешности оставшихся, но ни один из них не соответствовал мужчине напротив. Его внешности немного не хватало, чтоб называться главным героем.

— Угу. Так кто ты?

- спросил Бомин у мужчины, и громко сделал глоток колы. Большие глаза бесцельно раскачивались, как резной корабль, выброшенный на берег во время шторма.

Одна бровь приподнялась вверх, а глаза стали более влажными.

— Ты действительно…

Мужчина пытался сказать, но не находил слов от возмущения. Он был похож на пухлую белку, плачущую и поджимающую губы.

Не говоря ни слова, Бомин поднялся со стула и подошел к мужчине. Мужчина вздрогнул, словно испугавшись приближения Бомина, что странным образом пробудило в нем садистскую натуру.

— Э-э, ч..!

Бомин наклонился и обхватил его за плечи, а другая рука переместилась на нижнюю часть тела. Запах приближающегося Бомина заставил мужчину пригнуться, как от удара молнии.

— Ким Сохун?

Белая рука открыла черный бумажник и проверила находящееся в нем удостоверение личности.

Ким Сохун гид А-уровня.

Он был проводником на уровень выше Бомина. Поскольку количество гидов S-уровня было настолько небольшим, то гиды А-уровня очень ценились.

Но почему вы ведете себя так, как будто чувствуете себя неполноценным?

Бомин бросил бумажник обратно на грудь Ким Со Хуна, погрузившись в раздумья. Когда Бомин читал роман, он сосредоточился на сценах 18+. Поэтому он мало что знал о мире романа и других персонажах, кроме главных героев.

— Ты… что ты делаешь?

Ким Сохун скрестил руки, прикрыв грудь, как будто Бомин издевался над ним. Уголки рта Бомина плавно приподнялись, поскольку с ним обращались как с извращенцем, хотя он ничего не сделал.

—Вот что, я делаю.

Бомин присосался к нижней губе Ким Со Хуна со звуком, похожим на шипение. Ким Со Хун плотно закрыл глаза с того момента, как лицо Бомина оказалось рядом ним. Глаза Бомина изогнулись от удовольствия, когда он посмотрел на Ким Со Хуна.

— Пойдем в комнату?

Это была неожиданная рыба, но набив голодный желудок, он был в хорошем расположении духа и был не против сделать быстрый нырок. Учитывая его стройное тело, не казалось, что у него будет большой член, но вид его плачущего лица разжег аппетит Бомина.

— Ах…

— Он отключился.

Возможно это было слишком большим потрясением для Ким Сохуна, он упал назад безвольно растянувшись на стуле.

Бомин с сожалением вздохнул и вернулся на свое место, быстро доедая остатки еды. Когда на подносе остались только пустые обертки, он поднялся на ноги и вышел из столовой.

Даже не почувствовал, что кто-то странным взглядом проводил его удаляющуюся спину.

***

С полным желудком Бомин вернулся в свою комнату и первым делом снял грязные простыни.

Поскольку для первоначального владельца это было обычным явлением, во строенном шкафу нашлось несколько чистых простыней.

Когда он заменял грязную простынь, но пахнущую кондиционером и солнечным светом, откуда-то донесся звук вибрации.

Бомин нашел под кроватью мобильный телефон и открыл его большим пальцем. На обоях была фотография неба из неизвестного места.

[Отчет работы]

В небе появилось уведомление о том, что пришло несколько сообщений. Это был текст уведомления, отправленный из администрации ассоциации.

Все компетентные лица были обязаны отчитываться о работе, если только это не был праздничный день. Бомин пришел сюда и пропустил это, потому что был отвлечен.

На обоях было приложение, которое он использовал для отчета о работе. Бомин открыл приложение, чтобы отчитаться о руководстве Хан Бисона и Сон Джэхо, затем посмотрел на свой телефон.

— Немного уныло.

Там было несколько окон чата. Очевидно, что он постоянно общался со всеми, кроме Ши Юхён, с которой ему еще не довелось встретиться.

Бомин прокрутил окно чата в котором он общался с Хан Бисоном.

[Я: Хён, где ты?]

[Я: Погода действительно хорошая]

[Я: Сегодня нужно провести руководство]

[Хан Бисон: Перед дверью]

[Я: Хочешь сегодня пообедать вместе?]

[Хан Бисон: Я занят]

[Я: Мне скучно]

[Я: Мне сегодня нехорошо]

[Я: Хён, ты сегодня тоже занят?]

Хан Бисон был таким даже во время секса, не отвечая на сообщения, пока не говорил что-то необходимое.

На диалог с Сон Джэ Хо он, по крайней мере, отвечал, и они вдвоем спорили. Но даже это, по мнению Бо Мина, выглядело как односторонний спор.

Остальные были еще хуже: Хан Би Сон и Сон Чжэ Хо - единственные, кого можно назвать хорошими парнями. В романе их отношения с Ли Бо Мином были односторонними.

Бомин задумчиво постукивал по экрану телефона. Он не любил сложных вещей, но, как ни странно, чувствовал внутри себя какое-то волнение.

— Чего ты хочешь?

Он не знал, почему переселился в роман. Все остальное он помнил, но то, что произошло незадолго до пробуждения в другом мире, застряло в памяти, как будто на него вылили липкую смолу.

Дробящая боль пронзила голову, когда он пытался пробиться сквозь пучину воспоминаний.

— На данный момент… Я больше не позволю им плохо обращаться с тобой.

Бомин говорил спокойным голосом, как будто вокруг него была душа Ли Бомина из романа. Бомин, распростершийся на чистой простыне, беспомощно посмотрел в потолок и заморгал.

Мне нравится момент, когда я занимаюсь сексом, потому что все мое тело как будто разрывается от боли и удовольствия, и я не могу думать ни о чем другом. Просто время, когда я не занимаюсь сексом, проходит как в тумане.

Он бессмысленно взглянул на сетчатый узор на потолке. Было ощущение, будто его затягивает в пропасть, и сознание находилось где-то очень далеко.

— Даже если тот парень потерял сознание раньше, мне следовало взять его.

Несмотря на то, что у него нет хобби спать, он мог бы подождать, когда Ким Со Хун проснется, и сразу же съесть его. Поскольку он утолил голод, то поднялся в свою комнату, но сейчас его охватила скука.

— Хочу член…

Бомин валялся на высушенных солнцем вонючих простынях, не понимая, что говорит. Словно зная о чувствах Бомина, на его мобильном телефоне прозвучало уведомление.

— Вон Сон О просит экстренную помощь.

Вон Сон О был единственным из эсперов, кто в отношениях с Бомином не предпочитал секс-руководство, и в его истории чата было много случаев, когда Бомин связывался с ним в одностороннем порядке.

Если эспер не получает регулярного руководства, то магия в его теле сгущается. Как опасен тромб в крови, так и эспер подвергается ряду опасностей, если он передвигается со сгустками своей энергии.

Чем дольше энергия находится в сгустке и чем сильнее сгусток, тем серьезнее проблема. Энергия поглощает тело эспера, превращая его в живую биобомбу.

Это не только убивает эсперов, но и опустошает местность. Вон Сон О был эспером S-класса. Не будет преувеличением сказать, что в момент взрыва его тела по меньшей мере половина Сеула будет снесена.

Поэтому Ассоциация активно следила за тем, чтобы более продвинутые эсперы получали регулярное руководство. Существовал даже отдел, занимавшийся вживлением в тела эсперов биологических чипов, позволяющих отслеживать уровень их силы в режиме реального времени.

Звонок Бомину поступил из отдела управления контроля Эсперов.

Когда он зашел в приложение, оказалось, что Вон Сон О уже неделю не получал руководство от Бомина. Это далеко не так, как у других парней, которые получали секс под руководством Бомина каждые три дня или около того.

— Как выглядел член Вон Сон О...

Тусклые глаза Бомина медленно ожили. Бомин сглотнул и, вскочив с кровати, направился к месту, указанному ему администрацией.

Все они могут похвастаться чудовищными размерами полового члена, но Вон Сун О был охарактеризован как обладатель особенно большой и толстой головки.

Среди эсперов он обладал редкой способностью полностью превращаться в зверя.

— Я никогда раньше не работал с собаками. Я взволнован.

Способность Вон Сон О – превращаться в волка, когда он полностью трансформируется. Ему это не нравится, поэтому он остается в своей получеловеческой-полуволчьей форме, когда использует свои способности, но только в волчьей форме он может раскрыть свои истинные силы.

— Форма волчьего члена…

При одной только мысли об этом у Бомина начинало покалывать в заду. Он даже открыл окно Интернета и набрал в гугле форму волчьего пениса.

— Вау…

От увиденного у него отвисла челюсть.

— Если бы я знал, что так будет, я бы прочитал романы БЛ о волках-зверолюдях…

Уголки его рта опустились в разочаровании. Вскоре, однако, Бомин с волнением прибавил шагу.

Это произошло потому, что он вдруг понял, содержание книг может существовать только в воображении, а в этой реальности возможно встретить человека, который действительно может превратиться получеловека-полузверя или в полноценного волка.

***

Вон Сон О вздернул брови, увидев серьезные взгляд, упавший на его лицо. Он давно уже заметил, что к нему кто-то приближается. С его стороны было ошибкой думать, что он пройдет мимо.

Он был пунктом назначения. Он остановился перед Вон Сон О, и с этого момента горячий взгляд разлились по всему его телу.

Взгляд прибывшего на мгновение задержался на его лице, затем остановился на нижней части живота, не желая двигаться. Обостренный слух уловил звук слюны, скатывающейся по задней стенке горла.

В конце концов, Вон Сон О пришлось преодолеть полудрему и открыть глаза.

— О, проснулся.

— Ли Бо Мин?

— Угу. Привет.

Когда он понял, что это Бомин прервал его отдых, глаза Вон Сон О исказились в злобной гримасе.

Бомин был слишком занят любованием его лица, чтобы заметить убийственное намерение.

Вон Сон О лежал на скамейке в тени большого дерева. Солнечный свет проникал сквозь листву и падал на его скульптурное лицо.

Он был красивым мужчиной с более мягкими чертами лица, чем у Хан Би Сона, и более толстыми, чем у Сон Джэ Хо.

Глаза с толстыми двойными веками могли показаться обременительными, но они были выгравированы фантастических пропорций, идеально передавая глаза, сияющие свирепым светом под ними.

Самое главное, что полухриплый голос был очень сексуальным.

Этот голос странным образом царапал сердце. На мгновение Бомин представил, что было бы, если бы Вон Сон О издал глубокий стон ему в ухо, и тут же его нижняя часть тела подернулась жаром.

Ему хотелось засунуть руки в штаны прямо там и сейчас, но он сохранил рассудок, понимая, что они находились на улице, под открытым небом, и мимо ходят люди.

— Они говорят, что тебе нужно экстренное руководство. Ты получил сообщение, верно?

Несмотря на слова Бомина, Вон Сон О лишь холодно смотрел на него. Волосы на затылке Бомина встали дыбом, и у него пробежали мурашки.

Но Бомин был не из тех, кого легко запугать.

Бомин огляделся по сторонам и взобрался на Вон Сон О.

— Свали.

Низкий, хрипловатый голос сорвался с его красиво очерченных губ. Бомин пошевелил своей задницей, и понял, что Вон Сон О схватил его за руку.

— Вы уже неделю не получали руководство. Через несколько минут прибудут сотрудники отдела.

Вон Сон О на мгновение замолчал, как будто ему нечего было сказать. Бомин опустил взгляд на изгиб твердой плоти, который он ощутил под своей ладонью.

Бомин улыбнулся, и прижался настолько близко, что между ними едва мог поместиться лист бумаги.

Зрачки Вон Сон О, в которых не было ничего, кроме недовольства, на мгновение замерцали. Бо Мин не упустил момент и тут же опустился к чужим губам.

Вон Сон О, казалось, имел более высокую температуру тела, чем остальные. От одних его губ исходил слабый жар.

Бомин наклонил голову, закрыв глаза, но рот Сон О оставался плотно закрытым. Тогда Бомин провел кончиком языка по губам Вон Сон О, как будто стучался в дверь.

И все же, когда дверь не открылась, Бомин переместил руку, лежавшую на его грудной клетке, и надавил большим пальцем на область соска.

— Хм…

Плоть украдкой вонзилась в рефлекторно открывшуюся щель. Это был момент, когда он почесал небо кончиком языка и затем облизнул язык Сон О, как будто посасывал его.

— А… Это слишком…

Бомин поднял голову, прикрыв рот рукой, его глаза затуманились от слез.

Ли Бо Мин напрягся, когда рыбная жидкость заполнила его рот, даже не думая о том, чтобы проглотить ее. За все его многочисленные поцелуи это был первый раз, когда кто-то укусил Бомина за язык.

Поскольку Вон Сон О укусил его безжалостно, на его языке остались даже следы зубов. Он ощущал, как когда-то гладкая область стала изогнутой.

— Угх…

Вон Сон О прикусил язык и швырнул Бо Мина, который был на нем сверху, на скамейку, где он лежал.

Спина Бомина теперь представляла собой сплошное месиво из свежих синяков, образовавшихся после того, как Сон Джэ Хо ударил его о стену. Тупая боль поверх ран в конце концов окрасила его белое лицо прозрачными слезами.

Для быстрого исцеления можно было использовать лечебные зелья, но они были очень дорогими. Оригинальный Ли Бомин редко использовал зелья исцеления, поэтому в его комнате их и не было.

Одно дело - платить за еду, другое - покупать дорогие лечебные зелья. Бомин планировал дать ране затянуться естественным путем.

— Отвали, когда я говорю.

Несмотря на жалкий вид Бо Мина, Вон Сон О был свирепым, как дикое животное, на территорию которого вторглись.

— Ух ты, это действительно беспощадно. Сначала примени насилие, а затем скажи это словами.

Бомин грубо вытер физиологические слезы из глаз тыльной стороной ладони. Нежная плоть в уголках глаз тут же покраснела, но это было просто щекоткой по сравнению с болью, отдававшей в спину.

Когда у Бомина прояснилось зрение, он достал телефон и набрал номер отдела контроля Эсперов.

— Это гид Ли Бо Мин. Связываюсь по поводу обязательного руководства с эспером Вон Сон О.

Бомин взглянул на Вон Сон О, чьи брови нахмурились от его слов. Его влажные глаза заблестели, и он улыбнулся.

Бомин пустыми глазами смотрел на сотовый телефон, который еще мгновение назад был у него в руке, а теперь оказался у Вон Сон О. Он бы предпочел быть эспером.

Кроме способности направлять эсперов, гиды физически ничем не отличались от обычных людей. Точно так же, как человек с открытыми глазами и открытым носом, Бомин не отреагировал на то, что у него отобрали телефон.

— Следуй за мной.

— Хм…

Вон Сон О, который в одностороннем порядке повесил трубку, схватил Бо Мина за запястье и ушел.

Это был поступок, не выразивший никакого внимания к Бомину.

Бомин скрипел зубами от жгучей боли в запястье. Как бы он ни упирался, он не мог противостоять силе Вон Сон О.

Давненько он не был таким бессильным. На самом деле, когда он занимался сексом с Хан Бисоном и Сон Джэ Хо, они были грубы, но не прибегали к насилию по отношению к Бо Мину, поэтому он не мог по-настоящему почувствовать разницу в силе.

В глазах Бомина вспыхнул огонек неприятной беспомощности.

— Фух…

Место, куда Вон Сон О потащил Бо Мин, находилось в тихом месте за зданием. Судя по окуркам на полу, это было место, куда люди ходили курить.

Вон Сон О отпустил его запястье и прижал к стене, от чего Бо Мин болезненно застонал. Ему даже не нужно было зеркало, чтоб ясно представить, как сейчас выглядит его спина.

— Открой рот. Это же твой любимый член.

Услышав звук расстегивающейся пряжки, Бомин рассмеялся, увидев огромный кусок плоти, оказавшийся перед его глазами.

Это правда, что Бомин любит секс и очарован членами, но у него нет хобби к таким действиям, как изнасилование. Даже если это согласованное SM.

Как написано в романе, пенис Вон Сон О был толстым, начиная с головки. Возможно, потому, что он не превратился в волка, его гениталии по-прежнему имели ту же форму, что и у обычного человека.

От члена Вон Сон О исходил сильный мужской мускусный запах. Несмотря на неприятные ощущения, тело Бо Мин быстро разогревалось.

Трусики, которые были влажными после того, как он услышал низкий хриплый голос и представил его себе, прилипли к его пульсирующему члену.

Однако, в отличие от Бомина, его массивный член оставался вялым. Это свидетельствовало о том, что он не испытывает сексуального возбуждения, что странным образом уязвляло гордость Бомина.

Бомин обхватил руками тяжелую плоть и начал двигать вверх и вниз. Он высунул язык, который был краснее обычного от крови, и облизал от яичек до кончика.

Кончиком языка он осторожно потер круглую, похожую на колпачок щель между головкой полового члена и маленьким отверстием уретры, которое было единственной маленькой частью члена.

Плоть, которая становилась все более блестящей от смешанной с кровью слюны, быстро становилась твердой. Жесткость члена была исключительной, более чем достаточной, чтобы оправдать высокие ожидания Бомина.

— Тск…

Даже Вон Сон О был беспомощен, когда дело доходило до прямой стимуляции. Стон, которого ждал Бомин, раздался. Бомин взял в ладонь два куска мяса внизу и размял их, как игрушку.

В то же время он открыл рот до тех пор, пока не заболела челюсть, и сначала положил в рот самую толстую головку. Проглотить такой массивный член, который был необычно тяжелым даже при прикосновении к нему рукой, оказалось не так просто, как он думал.

Горькая, покалывающая боль распространилась по его рту, следуя за траекторией движения головки. Бомин прищурил покрасневшие глаза и попытался расслабить горло.

Кусок плоти, медленно вонзающийся внутрь, был похож не на член, а скорее на огромную змею. Это был не первый раз, когда он делал минет, но Бомин чувствовал себя ошеломленным.

Только после того, как его черные волосы увлажнились от холодного пота, Бомин полностью проглотил член Вон Сон О.

— Мгнх, угх…

Головка члена коснулась моего язычка и вошла в горло, заставив меня почувствовать физиологическую тошноту. Кожа вокруг рта была натянута до предела, словно могла порваться от малейшего прикосновения.

Его тонкая шея выпирала, придавая ему чудовищные очертания.

Неровная поверхность вен, выступавших из члена Вон Сон О, прижималась к нежной коже внутри щеки.

Глаза Вон Сон О остекленели, и он безмолвно смотрел на Бомина, у которого потекли слезы. Ситуация изменилась.

— Кхах…

Большая рука обхватила затылок Бомина и прижала его к бедру. Иссиня-чёрные волосы торчали между явно накаченными руками.

Бомин поперхнулся, схватил Вон Сон О за таз и оттолкнул его, но тот ударил его по спине после того, как крепко зафиксировал голову Бо Мина.

Углы его рта были ненормально широкими, а подбородок дрожал. Было такое ощущение, что у него отвалилась челюсть.

— Уф, хы, ах, упх…

Сила удара была настолько велика, что грубые лобковые волосы царапали лицо Бомина. Его худая спина дернулась, словно умоляя о спасении.

Уголок моего рта, не выдержав грубого движения, был разорван. Струйка свежей крови стекала по его покрасневшему подбородку.

Бомина так беспомощно трясло, что он даже не чувствовал острой боли, распространяющейся по обеим сторонам его губ. Он даже позабыл основы минета – не выставлять зубы.

Вон Сон О, должно быть, испытывал боль, но сила, давившая на его затылок, становилась только сильнее.

Ощущение, что горло сжимается от нехватки дыхания, было приятным. Сверху раздался стон, похожий на рычание животного.

Слезы, слюна и сперма смешались, оставив точечные следы на грязном полу. Хотя он едва дышал носом, лицо Бомина уже было покрыто телесными жидкостями.

У него текли слюни, он был похож скорее на животное, чем на человека. Бомин схватил Вон Сон О за талию, пока кончики его пальцев не побелели. Он чувствовал, что не сможет так долго продержаться и скоро потеряет сознание.

Бомин обводил языком нижнюю часть пениса, когда тот входил и выходил из его горла. Он нежно царапал вены на чувствительном кончике языка, прижимаясь к стволу не только языком, но и слизистыми оболочками.

Он судорожно двигал дрожащими руками и тонко стимулировал два куска плоти, которые не могли поместиться ему в рот.

— Кхах, ы…

Когда он сжал горло, член, заполнявший его рот, забулькал, и из него вылилась подозрительная жидкость. В то же время направляющая магия Бомина была поглощена Вон Сон О.

Это было ужасное ощущение, от которого хотелось поскрести ножом горло.

— Хаа, хах, хаа…

Закончив свое дело, Вон Сон О отпустил волосы Бо Мина и откинулся назад. Кожа головы, свободная от силы натяжения, стала болезненно пульсировать.

Вон Сон О отмахнулся от нескольких волосков, прилипших к его ладони, как от досадной помехи.

Худенькое тело беспомощно рухнуло на пол. Бомин, прислонившись спиной к стене, смотрел на Вон Сон О, который, в отличие от него, был цел и невредим.

Он уже застегивал пряжку и разглаживал мятую одежду.

Тело, облаченное в черную униформу, которую носят эсперы, было настолько стильным, что никаких складок не было заметно.

Сухой смех, как у человека, потерявшего рассудок, вырвался из уст Бомина. Глаза Вон Сон О слегка нахмурились, когда он посмотрел на Бо Мина.

Еще с момента, когда они были на скамейке, Вон Сон О ощущал странный дискомфорт при виде Ли Бо Мина. Тем временем Бомин только вздрогнул, когда Вон Сон О резко толкнул его.

На следующий день он посылал мне сообщение с приветствием, чтобы начать день как ни в чем не бывало, а потом... он заметил, что сегодня Бомин не написал ему ни одного сообщения.

— За руководство… спасибо. (Бомин)

Даже сейчас Бомин был так же опустошен, как и тогда, но, несмотря на физиологические слезы, выступившие в уголках глаз, на его лице не было страха.

Более того, он даже не избегал взгляда Вон Сун О, а мягко изогнул глаза.

Тем более слова о благодарности, которые он не говорил раньше. Хотя в этой ситуации, это Сон О должен говорить спасибо.

— Это был самый сильный минет в моей жизни.

Он говорил так непринужденно, как будто давал рецензию на фильм. Впервые Вон Сон О смог внимательно посмотреть в глаза Бо Мину.

Даже в полумраке глаза Бомина были особенно черными. Они словно всасывали в себя все тени мира и жадно пожирали их.

Вон Сон внезапно почувствовал, что в глазах Бо Мина дует пустынный ветер. Каждый раз, когда его веки медленно моргали, улыбку с лица Бомина уносило ветром.

— Хаха, я снова голоден........ Увидимся в следующий раз, Вон Сон О.

Бомин ушел первым. Он встал на трясущихся ногах и пошел нетвердой походкой.

Край его зрения почернел, как будто их собиралась поглотить тьма. Жар, распространявшийся из горящего желудка, нагревал его тело.

Бомин был одет только в одну рубашку без куртки.

Пропитанная кровью одежда уже была в таком состоянии, что ее едва ли можно было считать белой. Вон Сон О не мог оторвать глаз от маленькой спины Бо Мина, пока его тело не повернуло за угол и не исчезло.

***

— Давненько мне не приходилось так много работать...

Несмотря на хрупкую внешность, Бомин обладал здоровым телосложением. Даже в зимнее время, если не было особенно плохого самочувствия, он никогда не простужался, как все остальные.

Потом иногда он болел, и ему было так плохо, что он считал, будто расплачивается за своё здоровье, но это случалось так редко, что можно пересчитать по пальцам на одной руке.

Несмотря на то, что я занимался сексом каждый день, мне редко становилось плохо настолько, чтобы прилечь.

Но начиная с Хан Бисона, затем Сон Джэ Хо и Вон Сон О.

У всех троих были большие и толстые члены. Парень, который был раньше, нанес решающий удар по изгрызенному здоровью Бомина.

— Ох, я устал от этого…

Бомин думал, что идет нормально, но как только он двинулся с места, его шаги стали неуверенными, как будто он в любой момент мог упасть на землю.

— Хаа, хах…

Когда он покраснела, красные губы добавили жара к только что просочившемуся дыханию Стройное тело в конце концов рухнуло, не в силах преодолеть силу притяжения.

— К.. Кто…

Глаза Бомина были уже полузакрыты. В размытом видении я мог лишь мельком разглядеть черную униформу, которую носят эсперы.

Обхватив Бомина за талию, таинственный человек бесцеремонно перекинул его через плечо.

Его уже лихорадило, и когда кровь прилила к голове, Бомин почувствовал себя как груз белья в стиральной машине.

— Эй, у меня… кружится голова…

Он не хотел, чтоб его несли в позе «принцессы», но все же было бы неплохо, если его несли более бережно.

Мужчина шел, опираясь только на заднюю поверхность бедра Бомина. Трясущейся рукой Бомин обхватил его за талию. Он не мог определить, кто это, поэтому судорожно вцепился в него, надеясь на что-то.

— Ах…

Мужчина хлопнул ладонью по единственной мясистой части тела Бомина, как бы приказывая ему оставаться на месте. Удар был не сильный, но на его ягодицах были синяки темного цвета, поэтому он издал стонущий звук.

Словно хваля Бомина за то, что он стал спокойнее, мужчина нежно похлопал его по ягодицам, а затем сделал шаг вперед, остановившись на мгновение.

Лицо Бомина исказилось от раздражения.

Прежде чем он даже увидел его лицо, Бомин был брошен ему на плечо, как артиллерийский мешок.

Поскольку одежда была униформой, а не гражданской, было трудно уловить характеристики мужчины. Одно можно сказать точно: это эспер, причем высокий и массивный.

Было почти невозможно представить себе контур плеч, где была поднята талия Бомина, или руку, касающуюся его бедра.

Бомин пытался вспомнить тела встреченных им людей, но головокружение становилось все сильнее и сильнее, а сознание затуманивалось.

Когда Бомин снова открыл глаза, все, что он мог вспомнить, это запах мужского тела, почему-то знакомый и в то же время жутко одинокий.

***

— Больно…

Бомин ненавидел болеть.

Когда вы больны, вы становитесь необычайно чувствительными. Мелочи, которые в обычной жизни вы бы отбросили как незначительные, во время болезни становятся кинжалами, пронзающими ваше сердце.

Повиснув на плече мужчины, он потерял сознание, а когда очнулся и открыл глаза, то оказался в знакомом месте. Бомин открыл глаза на чистой простыне, которую сам и сменил днем.

— Лекарства нет… кушать нечего…

Есть небольшой холодильник, но он уже видел, что в нем нет даже бутылки воды. Ему пришлось выйти из комнаты, чтобы чем-нибудь перекусить, но у него не было сил даже поднять руку.

Его одежда была влажной от того, что он постоянно потел во время сна. Он хотел принять душ, но тело восставало против его воли, как бы наказывая его за такое поведение.

— Вон Сон О, этот ублюдок действительно…

Бомин злобно проскрежетал зубами.

Он почувствовал это, когда увидел окно чата, на самом деле Вон Сон О не относился к Бомину как к личности. Кожу его головы все еще покалывало.

Его голос был настолько хриплым, что трудно было вспомнить его первоначальный тембр. Не говоря уже об порванных уголках рта и жжении в горле.

Вот почему ему казалось, что он не сможет нормально питаться в течение некоторого времени. Если бы он ел что-то острое или горячее, то кричал бы от боли в поврежденном рте.

— Посмотрим…

Бомин, говоривший, как мелкий негодяй, с громким звуком уткнулся лицом в подушку.

В такие моменты у него даже возникала глупая мысль, что жизнь была бы менее одинокой, если бы кто-то знал, что Бомин болен, и приходил к нему в гости. В этот момент он решил, что ему нужно пошевелить своим телом. Если вы останетесь в своей комнате, депрессивные мысли могут проникнуть до самого основания земли.

— Угх…

Но решимость Бомина была разрушена, когда он сделал шаг с кровати и его тело рухнуло.

Он даже не успел почувствовать боль в колене, когда рухнул на пол. От боли, пронизывающей тело, Бомин прижался лбом к полу и тяжело задышал.

— У меня нет таких способностей, как телепортация...

Холодный пот на висках присоединился к струйкам воды в уголках глаз. Не в силах сдержать физиологически подступающие слезы, Бомин уперся в пол.

Чужой звук вторгся в комнату, наполненную лишь легким дыханием. Это был стук в дверь, раздававшийся через равные промежутки времени.

Бомин напряженно моргнул и повернул голову к двери. После стука не было слышно ни звука.

Еле ползая, он добрался до двери и подергал за ручку. Дверь со скрипом открылась, открыв пустой коридор.

— Что?

Бомин нахмурил брови, прикидывая, не вошла ли и сюда в моду такая низкопробная выходка, как стук в дверь и бегство.

Его внимание привлекла сумка, лежащая на полу перед дверью.

Когда он открыл сумку, в ней оказались лекарства от простуды, мазь от ушибов, бинты, каша быстрого приготовления и вода.

— Это же не домовой?

Белые пальцы возились с сумкой. Шелест доносил легкий весенний ветерок до бездонной дыры в сердце Бомина.

— Каша с говядиной и овощами...

Меню также пришлось по душе Бомину.

Это было странное чувство, словно яркий луч солнца в моей затуманенной голове. Бомин не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то так заботился о нем, когда он был болен.

— Я не знаю, кто вы... но спасибо.

Перед дверью уже не было никаких признаков присутствия, кроме сумки. Однако Бомин поблагодарил очень тихим голосом, как будто кто-то был рядом.

Он съел кашу из пакета, принял лекарство и почувствовал себя легче.

Выйдя из душа, Бомин выдавил целую банку мази и размазал ее по всему телу. От распухшей дыры до порезов на лице и по разноцветной коже.

Когда он нанес обильное количество мази на указательный палец и вложил ее в отверстие, послышался стонущий звук. Это произошло потому, что внутренняя стенка, которая изначально была узкой, оказалась слишком прочной даже для пальцев Бомина и постоянно сжималась, чтобы выплюнуть ее.

— Разве это не обычная мазь?

Бомин нанес мазь и постоял, пока она не высохла. Было неприятно снова менять простыни, если на них попала мазь.

Однако вскоре после нанесения мази он почувствовал раздражение во всем теле.

Любопытно, что из-за кровоподтеков кожа, которая не была видна в своем первоначальном цвете, побелела. Его рот, который покалывало каждый раз, когда он говорил, тоже вернулся в свое первоначальное состояние.

— Кто это?

Он хотел отплатить человеку, совершившему такой потрясающий поступок, но понятия не имел, кто это был. Это мог быть тот же человек, который помог вчера чуть не упавшему на пол Бомину, но была также вероятность, что это был другой человек.

Бомин достал телефон и подумал, не написать ли некоторым людям, чтобы узнать, не заходили ли они к нему в номер, но остановился.

— Ты такой бескорыстный.

Желудок Бомина кричал от голода, хотя он уже опустошил свою миску с кашей. Похлопав себя по животу, Бомин подошел к шкафу и достал из него одежду, которая была еще в хорошем состоянии.

Шкаф был полон только униформой гидов. В романе Бомин, похоже, не интересовался модой.

К сожалению, он не нашел никаких аксессуаров, таких как обувь или часы, но порылся и нашел две приличные туфли и пару кроссовок.

— Когда получу зарплату, сначала куплю одежду.

Он думал заплатить только за еду теми деньгами, которые у него были сейчас. Однако, поскольку Бомин проснулся здесь, деньги, которые он заработал от руководства, принадлежали Бомину, поэтому он планировал потратить их свободно.

Бомин оделся, взял бумажник и мобильный телефон и вышел из здания общежития. На первом этаже общежития находилась столовая, но почему-то ему было неспокойно, и он решил прогуляться по территории Ассоциации.

— Ааа! Уйдите с дороги!

— Что? В чем дело?

Но вскоре после выхода из здания общежития проводников темп Бомина замедлился. Это произошло из-за громких звуков, доносившихся поблизости. Ассоциация было настолько большая, что его можно было бы называть деревней.

Там, где располагались здания, находилось большое озеро и несколько небольших холмов, напоминающих сад.

Но теперь вода озера, занимавшего центр Ассоциации, взмыла в воздух, словно водяной дракон.

До слуха Бомина донеслись звуки разбегающихся и убегающих людей у озера.

— Что это такое?

Это был первый раз, когда он стал свидетелем того, как эсперы использовали свои способности, поэтому Бомин смотрел широко открытыми глазами.

Он не ожидал, что поток воды поднимется, как водяной дракон, и, превратившись в гигантский кнут, полетит на Бомина.

Когда происходит стихийное бедствие, есть люди, которые ловко бегут, чтобы избежать его, но большинство людей понимают, насколько беспомощны люди перед лицом подавляющей силы.

К сожалению, у Бомина не хватает духу увернуться от потока воды, который находится прямо перед ним. Разум подсказывает ему, что надо бежать, но тело, и без того застывшее, не двигалось с места.

Бомин крепко зажмурил глаза в страхе перед предстоящим потрясением. Не было времени поднять руку, чтобы заблокировать его. Вот как быстро водяной дракон напал на Бомина.

Однако вместо боли Бомин почувствовал свежий запах и был заключен в крепкие объятия. Глаза медленно открылись от странного ощущения, и холодный голос произнес ему в ухо.

— Хочешь умереть? Тогда можешь пойти в неизвестное место и перерезать себе вены.

— …

Водяной дракон, готовый наброситься на человека, был остановлен рукой эспера и замер. В парке появилась потрясающая ледяная скульптура, не имеющая аналогов в мире.

Но даже холод, исходивший от ледяного дракона, не шел ни в какое сравнение с выражением глаз человека, державшего Бомина.

Скульптурные линии на его белой коже, имевшей иную текстуру, чем у Бомина, вызывали только восхищение у тех, кто его видел.

Волосы и глаза кажутся черными, но имеют легкий голубой оттенок.

Он был так близко, что мог разглядеть его зрачок. Бомин понял, что он - последний из гонгов в этом романе.

Как только он его увидел, то подумал, что это невероятно красивый мужчина.

Люди, которых он встречал раньше, тоже обладали выдающейся внешностью, но у Юн БиСам были особенно отчетливые черты лица, как будто он вышел из мультфильма. Вплоть до того, что большинство людей, идущих рядом с ним, выглядят плоской, раздавленной фигурой.

Бомин, застывший с полуоткрытым ртом, почувствовал боль в одной из щек. Хотя Юн БиСам лишь слегка прикоснулся к нему, белые щеки Бо Мина быстро покраснели.

— Ах…

Бомин медленно застонал и поднял руку, чтобы помассировать пылающую щеку.

— Отвечай.

Бомин, который широко заморгал, не понимая, почему его ударили, вспомнил персонажа Юн Би-Сама, описанного в романе.

Ужасно помешанный на контроле.

Даже во время секса он контролировал ситуацию до момента семяизвержения. Несмотря на вредные привычки, он был настолько красив, умел и искусен ночью, что гиды сходили с ума.

Он также был парнем, который попался на это.

Включая Бомина в оригинале.

Сердце Бомина забилось быстрее. Этот момент взволновал его больше, чем только что пережитая смерть.

Хан Би Сон, Сон Джэ Хо, Вон Сон О, Юн Би Сам.

Ни один из них не был простым. Все воспринимали Ли Бомин как приспособление для секса, которым можно пользоваться при каждом удобном случае.

Глядя на глаза Юн Би-сама, похожие на ледяные осколки, Бомин впервые в жизни почувствовал сильное желание соревноваться.

Жизнь Бомина была простой.

Он не останавливал тех, кто приходил, и не удерживал, кто уходил.

Он была красив от природы, поэтому, если ему нравился парень, то он делала все, чтобы член того парня оказался у него в заднице.

Но теперь у него появилась зловещая решимость не просто удовлетворить свое либидо, а увидеть, как они беспокоятся о нем.

Мысли были недолгими, а действия быстрыми.

— Извини. Сегодня чувствую себя немного не очень.

Он поднял руку, ударившую его, и осторожно потер ею опухшую щеку. Низкая температура тела Юн Бисама ослабила жгучую боль.

— Спасибо, что спас меня.

В обычной ситуации он был бы в ярости на него за эту пощечину. Ли Бомин ненавидел, когда его бросали, и его гордость была сильна. Глаза Юн Бисама загорелись странным светом, когда он увидел, как Бо Мин извиняется и благодарит его.

Кончики пальцев Юн Бисама дрогнули, когда он прикоснулся к щеке Бомина, его глаза смягчились.

С глухим стуком, звуком легких шагов тело Бомина куда-то потащили.

— А?

Человеком, который забрал Бомина, был Хан Бисон, с которым он несколько минут назад поссорился из-за конфликта. Бомин выглядел особенно маленьким в руках Хан Бисона.

Ощущение мягкой кожи на ладони сегодня было особенно запоминающим.

В месте, где дул жесткий ветер, Бомин оказался прижатым к стене.

Не успел он ничего сделать с Юн Би Сам, как крепкая рука обхватила его за талию. И его зрение замерцало, как на аттракционе.

Есть цветы, которые цветут даже посреди пустыни. Даже аромат цветка, в лепестках которого было пламя, воспламенившее землю, был сильным.

Запах его тела донесся до него прежде, чем он увидел его лицо, и он повернул голову, чтобы перевести дыхание.

— Хм, ну, подожди минуту…

Каждый раз, когда его, опухшая от удара Юн Би Сама, щека прижимались к высокой переносице, он чувствовал боль. Высовывающийся язык согревал внутреннюю часть рта Бомина, словно змея, созданная из пламени.

Размеры их языков были столь же различны, как и размеры их тел. Несмотря на то, что язык просто плавал во рту, Бомин с трудом удерживал челюсти в сомкнутом состоянии и дрожал.

— Положи руки на стену и выставь задницу.

Язык, который так сильно дразнил Бомина, исчез, и ему потребовалось время, чтобы отдышаться.

Хан Бисон повернул тело Бо Мин. Как только Бомин смог опереться рукой о стену, большая рука легла на его тонкую талию, и нижняя часть его тела изогнулась.

Спустив брюки и трусы до середины бедра, Хан Бисон расстегнул пряжку и достал свой полуэрегированный член, покачивая его вверх-вниз.

Бледно-розовая дырочка, восстановленная мазью до первоначального состояния, подергивалась у входа, словно соблазняя.

Горячее прикосновение к нежной плоти под дырой ощущалось так, будто железо прижималось к коже. Бомин прикусил нижнюю губу и еще сильнее откинулся на спину.

Глаза Бомина потемнели.

Он ожидал почувствовать, как огромный член прижимается к его тесному отверстию. Но он почувствовал лишь шлепок по ягодицам.

Хан Би Сон неторопливо наблюдал острым взглядом, как милый член, выглядывающий из-под его ягодиц, дрожал каждый раз, когда он ударял его по ягодицам.

Не потребовалось много времени, чтобы жилистый, неровный член стал твердым. Размазав предэякулят на всю длину, Хан Би Сон вставил палец в сокращающуюся дырочку.

— Ха, хм…

— Приятно?

Толстая мясистая область располагалась глубоко внутри. Пальцы, впившиеся в сухие внутренние стенки, причиняли боль, но стон Бомина был уже влажным, в отличие от внутренних стенок.

— Смазки… хах, нет?

Когда член полностью входит в него, внутренние стенки сминаются, и боль сменяется удовольствием, но процесс этот далеко не приятный.

Бомин, который знал эту боль лучше, чем кто-либо другой, повернул голову и с тревогой посмотрел на Хан Бисона.

— Хм. Все равно ты к этому привык. Просто потерпи немного.

— Угу… Ах…

Не обращая внимания на Бомина, он начал силой открывать отверстие, в котором болталась головка. Внутренняя стена, которую можно было пошевелить только одним пальцем, вскрикнула от внезапного незваного гостя.

Брови Бомина исказились от боли, на белом лбу выступили капельки пота, но Хан Бисон нравилось, как напрягаются внутренние стенки, грозящие отрезать его член.

Его челюсть сжалась, затем разжалась, когда удовольствие разлилось по его телу.

Когда тело Бомина отказалось расслабиться, Хан Бисон схватил его за таз и со всей силы толкнул.

Глаза Бомина расширились, а рот остался полуоткрытым. Он не мог пошевелить горлом, и слюна, скопившаяся во рту, стекала по уголкам рта, как кровь.

Шлеп, шлеп, шлеп. Твердый таз, как плеть, обрушился на распухшие ягодицы. Сила удара была такова, что лицо Бомина исказилось от удара о стену.

Чтобы не повредить лицо, Бомин переместил руку так, чтобы лицо касалось тыльной стороны ладони, а не бетонной стены.

— Хаа, ах, подожди, ымгх, помедленнее…

Даже смазки, сочащейся из члена Хан Бисон, было недостаточно, чтобы размягчить внутренние стенки. Бомину казалось, что он умрет от кишок, которые вытягивались при каждом движении.

Хорошей новостью было то, что его член был настолько большим, что он стимулировал простату, когда входил и выходил до конца.

Чтобы усилить удовольствие, которое все еще было слабым, как свеча, Бомин сдвинул бедра и стал сильнее тереться о то место, где ощущался член ощущался сильнее.

Но вскоре Бомин был подброшен в воздух, как кукла.

Из-за разницы в росте Бомин едва держался на цыпочках. Разочарованный, Хан Бисон приподнял его с земли. Рука Боминя соскользнула со стены и упала на пол.

Его тело сложилось пополам, руки и ноги не могли коснуться пола, огромный член безостановочно входил и выходил из тела Бомина.

— Умгх… Уф… ы… Умру… кажется умру…

Кровь бросилась в лицо, как будто его тело до сих лежало на плече того неизвестного мужчины. Дырочка не была порванной, но внутренности болели от каждого возвратно-поступательного движения налитого кровью члена.

Слезы текли по его лицу, а боль ощущалась так, словно в тело вставили грубую наждачную бумагу и царапали.

— Угх, ы, хаа…

Беспощадный секс продолжался. Бомин смотрел на растущие серые точки на полу и держался изо всех сил.

Бомин мог только беспомощно стонать, пока член Хан Бисон не напрягся и не выплеснул в него горячую сперму. Его голос, обретя прежнюю интонацию, снова стал хриплым.

Используя сперму в качестве смазки, Хан Бисон медленно двигал талией. Острые глаза нахмурились, словно наслаждаясь магией, текущей сквозь внутренние стены, которые цеплялись друг за друга, как будто они слились воедино.

В отличие от него, Бомин лишь слегка встряхнул телом от жуткого ощущения.

— Хааа… Спасибо за вашу тяжелую работу сегодня, гид Ли Бомин.

Как только Хан Бисон получил руководство, он без всякого сожаления расслабил руки, удерживавшие Бо Мина. Бомин не ответил из-за шока, нанесенного ему падением на пол, но его худое тело задрожало.

У него даже не было времени одеться. Последние капли спермы смазали внутренности, но мягкие внутренние стенки уже были безжалостно потерты твердым членом.

Секс с ними не был сплошным удовольствием: каждый из них был уникальным по длине и толщине, и каждый из них был болезненным.

Более того, секс, который у него только что был с Хан Би Соном, был настолько болезненным, что вернул воспоминания о том времени, когда Бо Мин впервые открыл свое тело. Это был акт, который можно было бы считать изнасилованием, а не сексом.

— Вызов поступил. Еще увидимся.

В этот момент мокрые от слез ресницы Бомина затрепетали. Хан Бисон посмотрел на свое запястье, затем ступил на перила крыши и исчез.

— Ох, черт…

Капли прозрачной воды стекали по глазам Бомина, когда он осторожно закрыл их. Рука Бомина была скручена так, что торчали кости.

— Хватит…

— Ты говоришь мне остановиться прямо сейчас? Кто соблазнил меня первым?

Он сел рядом с Бомин, который пил в одиночестве, и улыбнулся ему, что было соблазном, если таковой вообще существовал.

Это был человек с опрятной внешностью и неплохими манерами. Бомин выпил с мужчиной, обменялся с ним несколькими словами, а затем перешел в другое место.

Как только они открыли дверь скромного мотеля, мужчина набросился на Бомина. Их языки бешено сплелись, и куски одежды, прикрывавшие их тела, одна за другой посыпались на пол.

— Хаха... почему, ты так торопишься?

Он не показал этого, но по неопытности Бомин отстранился, чтобы перевести дыхание. Прежде чем он осознал, на теле Бомина осталось только нижнее белье. В этот момент впечатление о мужчине как о хорошем парне изменилось.

— Черт возьми, я теряю интерес.

— Что ты? Угх…

Как только Бомин поднял глаза, чтобы протестовать против мужчины, который внезапно выругался, его зрение внезапно изменилось.

— Ах…

Не успел он опомниться, как голова Бомина оказалась на кровати в мотеле. В ноздри ударил запах дешевого диффузора мотеля.

Не давая Бомину возможности сопротивляться, мужчина расстегнул ремень на талии. Руки мужчины показались привычными, когда он связал запястья Бомина до крови.

— Ах, черт… Отвали от меня, ублюдок…

Бомин двинул ногой и ударил мужчину ногой в живот, тот, стоявший коленями на кровати, упал на пол.

Когда мужчина упал, Бомин встал с кровати. Двигаться было нелегко, потому что мужчина связал ему запястья, заложив руки за спину.

— Ты не понимаешь по-хорошему.

Было ли это потому, что ногам Бомина не хватило силы?

Быстро придя в себя, мужчина подошел к Бомину, его лицо исказилось, как у демона. Тело Бомина рухнуло обратно на кровать, не успев отойти от нее более чем на несколько шагов.

Голова Бомина поворачивалась взад и вперед до такой степени, что сгибалась.

На руках у мужчины было много мозолей, в отличие от лица, которое понятия не имело, что он делает.

Рука размером с лицо Бомина ударила его по лицу, в результате чего кровь хлынула из носа Бомина одним ударом. Во второй раз его щеки покраснели и опухли, а губы были порваны.

— Ахх…

В глазах Бомина вспыхнула чернота от впервые испытанного им насилия. Его тело само собой свернулось, как улитка, потерявшая раковину.

— Черт, здесь еще лучше.

Мужчина перевернул Бомина, находившегося без сознания, и, наконец, сдернул кусок ткани, закрывавший его тело. Кончик затвердевшего члена мужчины потерся о выпуклые ягодицы.

Не могло быть, чтобы Бомин не знал, что это значит. Это правда, что он решил пойти в бар, который посещают только мужчины, но Бомин не хотел, чтобы его первый раз был таким.

Бомин пожевал язык, чтобы прийти в себя. Среди тупой боли, пронзившей мои кости, острая боль пронзила меня, как игла.

Это было тогда, когда мужчина, который лапал его за ягодицы, пытался засунуть палец в дырку.

— А-а-а…!

Бух. Задействовав всю энергию своего тела, белая нога врезалась в лицо мужчины, и на этот раз удар был настолько сильным, что тот издал истошный вопль и откатился назад на кровать.

У него даже не было времени схватить одежду. Бомин вышел из номера мотеля на трясущихся ногах.

Но его руки были связаны за спиной, а дрожь в ногах усиливалась. Хотя он двигался так, словно ползал по коридору мотеля, скорость, с которой он удалялся от комнаты, была медленной.

Его белое лицо было мокрым от слез, он не знал, когда мужчина откроет дверь и снова появится.

— Сюда.

Закрытая дверь открылась, и кто-то втащил Бомина в комнату.

— Отстань от меня!

Из-за того, что только что произошло, Бомин оттолкнул руку, которая касалась его тела, как будто пытался начать драку.

— Теперь все в порядке.

С этими словами на Бомина накинули большое одеяло. От тепла, окутавшего его обнаженное тело, Бомин издал сдавленный всхлип.

— Ух, кхе, кто... кто ты…

Голос отличался от того мужчины от которого он убегал, и был гораздо ниже и тише. Не говоря ни слова, безымянный мужчина завернул тело Бомина в одеяло и положил его на кровать.

Одна сторона одеяла была поднята, и ремень, связывавший запястья Бомина, тоже был расстегнут. Бомин пошевелил дрожащими руками и снял одеяло, закрывавшее ему обзор.

Даже в комнате, освещенной лишь тусклым непрямым светом, в ее глазах отчетливо отражалось лицо человека, который ее спас. Нет, в этот момент он отпечатался в сердце Бомина.

— Это полный отстой…

Бомин выругался под нос, когда на него нахлынула череда воспоминаний. Воспоминания, которые он предпочел бы не вспоминать, если это возможно.

Однако Хан Бисон раскрыл воспоминания Бо Мина. На ветру выступил холодный пот, и он почувствовал озноб по всему телу.

Бомин не мог даже сомкнуть бедра, по которым текла сперма. Он лежал на полу, как мусор, и скрипел зубами, пытаясь отвлечься от нахлынувших эмоций.

Когда сперма на безупречной коже высохла до белого блеска, Бомин открыл закрытые глаза. Выглянувшие из-под ухоженных век черные зрачки были похожи на беспросветную тьму.

***

— Хён, ты видел Ли Бомина?

Хан Бисон, который делал жимы гантелей в тренировочном зале, прищурился на слова Сон Джэ Хо. Если подумать… Прошло несколько дней с тех пор, как он не видел Бомина внутри ассоциации.

Он не видел даже пряди волос Бомина с тех пор, как в последний раз получал руководство на крыши. Обычно он внимательно следит за территорией вокруг себя.

— Нет.

— Что? Хён тоже не видел? Куда он делся.

— Можешь просто позвонить ему.

— В это проблема, он не отвечает.

Сон Джэ Хо выглядел расстроенным и взъерошил волосы, которые утром тщательно выпрямил.

— Возьмите другого гида, он же не единственный, кого можно позвать.

— Да, но…

Как сказал Хан Бисон, в ассоциации было много гидов. Эсперов всегда больше, чем гидов, поэтому каждая страна страдает от нехватки гидов, но как только вы станете эспером S-класса, вы не почувствуете недостатка в гидах.

Это связано с тем, что ассоциация отдает им приоритет при выборе гидов.

Число гидов, которые получают рекомендации не только от Бомина, но и от Сон Чжэ Хо, будь то на постоянной или разовой основе, превышает количество пальцев на руке.

Однако, несмотря на то, что Сон Джэ Хо продолжал свою повседневную жизнь после получения руководства от Бомина несколько дней назад, он внезапно вспомнил то время.

Образ ее белого лица, растрепанного и выдыхающее сладкое дыхание при каждом подъеме талии, на мгновение задерживался в его сознании, а затем исчезал.

— Если ты не знаешь, то я пойду.

Сон Джэ Хо без каких-либо колебаний покинул тренировочную комнату, когда Хан Би Сон также не знал о местонахождении Бо Мина. ЯОн получил текстовое сообщение от отдела управления контроля Эсперов, в котором ему посоветовали получить руководство в течение сегодняшнего дня.

После двух дней зачистки подземелья класса А в Пусане его показатель потери контроля, который указывает на степень концентрации магической силы, значительно вырос.

— Куда же он делся…

Сон Джэ Хо пошел к следующему пункту назначения с исчезнувшей улыбкой, которая обычно появлялась на его лице. Насколько он помнил, спектр действий Бомина был несколько однообразным. Это определенно было так...

Потеряв столько времени, что он уже сбился со счета, Сон Чжэ Хо нервно закусил губу.

2. Изменение оригинала

Сегодня Ши Ю Хён пришлось сделать над собой сознательное усилие, чтобы не спускать глаз с одного и того же места. Бар, в котором она работает, расположен в районе, известном своими высокими ценами на землю даже в Сеуле.

Бар располагался в здании, которое на первый взгляд выглядело ветхим и не имело никаких вывесок. Однако стоит спуститься по лестнице и открыть дверь, как вы окажетесь в роскошном месте, где только картины на стенах стоят десятки миллионов долларов.

В пространстве, освещенном лишь мягким непрямым светом, только звуки разговоров и смеха людей гармонировали с классической музыкой.

Это было известное место, которое знали не только сильные мира сего, но и представители делового мира и знаменитости.

Было много причин, по которым он стал знаменитым. Первый – продавать качественный алкоголь, который нелегко найти на рынке. Второе – гармоничное сочетание открытых сидений за столом и самостоятельного пространства с перегородками и шторами.

— Дайте это.

— Да, сэр.

Наконец, третья причина заключалась в том, что в барах работали только люди с красивой внешностью, такие как Ши Ю Хён.

— Ты уверен, что не хочешь пойти этим путем?

— Спасибо за предложение, но меня устраивает моя жизнь.

Ши Ю Хён фамильярно вернул подаренную визитку ее владельцу. Бонусом была яркая улыбка, чтобы не расстраивать клиента.

На его визитной карточке значилась должность директора известного агентства. Здесь это было обычным явлением. От количества предложений о кастинге и спонсорстве, которые Ши Юхён получала на протяжении многих лет, у него голова шла кругом.

Именно поэтому среди сотрудников было много начинающих знаменитостей. У некоторых была лишь единственная цель – деньги, они переманивали пожилых спонсоров и жили в роскоши.

— Дайте мне знать, если передумаете. И налей мне, как обычно.

Несмотря на то, что Си Ю Хён мягко отказался, мужчина незаметно потер тыльную сторону руки Си Ю Хён большим пальцем и вложил ему в ладонь визитную карточку.

Его взгляд на мгновение задержался на животе, который грозил прорваться сквозь дорогой костюм, а затем Ши Юхён снова сверкнул блестящей улыбкой. Даже в темноте вида покрасневшего лица мужчины было достаточно, чтобы заставить пустой желудок заурчать после того, как он ничего не ел целый день.

— Подождите, пожалуйста, немного.

Ши положил визитку в карман и направился к стойке.

— Стол № 17. Бутылку А-17.

— Ты в порядке? Выглядишь неважно.

— Я привык к этому.

Человек за стойкой, был менеджером. У него были близкие отношения с владельцем бара, а также он был эспером C-уровня.

— Подойди к пустому столу и отдохни. Я слышал, что твой желудок еще не зажил.

Одной из причин, по которой Ши Юхён работал в баре, даже несмотря на все те дерьмовые вещи, которые с ним происходили, было то, что у него была работа. Хотя главная причина заключалась в том, что он получал более высокую зарплату, чем работая на трех или четырех работах.

— Тогда я сделаю 30-минутный перерыв.

— Угу. Отдыхай больше. Другие парни просто сидят за столом гостей и флиртуют, убивая время.

Что бы ни говорил менеджер, все знали, что он заботится о сотрудниках, работающих в баре.

Ши Ю Хён, который ответил легкой улыбкой, направился к столику с мужчиной, на который он смотрел ранее.

Он впервые видел этого мужчину в баре. И Ши Ю Хён была не единственным, кто сознательно или неосознанно не спускал глаз с стола, за которым находился мужчина.

Все притворялись, что это не так, но поглядывали на мужчину. От персонала, работающего в баре, до клиентов, посещающих бар.

Правильно, мужчина выглядел так же опасно, как цветок, распустившийся на краю обрыва. Бар был полон людей с выдающейся внешностью.

Причина, по которой люди сосредоточили свое внимание на этом человеке, заключалась в его странной ауре. Возникало чувство, что стоит отвести взгляд хотя бы на секунду, он исчезнет.

— Хаа…

Кончики пальцев Ши Ю-Хена сжались, когда влажный вздох донесся до его ушей. Черты лица, плотно спрятанные внутри маленького лица, погрузились в глубокую задумчивость.

Такому настроению способствовали и глаза, которые на первый взгляд казались светло-розовыми, будто слезящимися.

— Я вижу, что вы здесь один, не хотите ли выпить со мной?

Один из них взял на себя инициативу и подошел к мужчине, решив попробовать свои силы. Острый взгляд Ши Ю Хён осмотрел мужчину с головы до ног.

Это был Джин Мён Хун, внук председателя J Group, пятой бизнес-группы в Корее. Несмотря на его опрятный внешний вид, у него были плохие привычки, и он плохо себя контролировал, что несколько сотрудников, спонсируемых им, оказались в больнице.

Менеджер пытался сделать так, чтобы он больше не появлялся в баре, но это было нелегко. Хорошая новость заключается в том, что персонал теперь избегает его как чумы.

Поскольку слухи распространились здесь, а новую добычу найти не удалось, похоже, он решил схватить новичка.

— Все, все в порядке.

Мелкая дрожь в его голосе оставила у слушателя странное послевкусие. Его внешность холодна, но, как ни странно его дрожащий вид вызывает садистские чувства. Это была идеальная добыча для его необычных сексуальных вкусов. С непринужденной улыбкой на лице Джин Мён Хун нервно облизал губы языком.

Несмотря на отказ мужчины, он выдвинул стул рядом с ним и сел, закинув руку на тощие плечи.

— Не стоит отказывать. Сколько тебе лет? Выглядишь молодо.

Широко раскрытые глаза мужчины округлилсь, возможно он был ошеломлен, что Джин Мён Хун так нагло заговорил с ним.

Прикусив нижнюю губу, мужчина передернул плечами, чтобы отстраниться от Джин Мён Хуна, но его спина была полностью обхвачена, когда Джин Мён Хун обхватил его руками за плечи и притянул к себе в объятия.

— Мне… нужно идти…

Даже сдалеко было видно, как дрожит белая рука, которая пыталась оттолкнуть Мён Хуна. Джин Мён Хун был эспером С-класса, более того его хобби было смешанные единоборства.

Мужчина не был маленьким, но он был настолько худым, что, стоя рядом с Чжин Мён Хуном, разница в размерах была существенной.

— Приходить в такое место одному, значит, что ты одинок… Я позабочусь о тебе.

Джин Мён Хун прильнул губами к уху мужчины и прошептал. Мужчина приподнял плечо, пытаясь избежать эспера, и потер ухо, к тот которому прикасался.

Поскольку мужчине было трудно самостоятельно сбежать от Джин Мён Хуна, он огляделся вокруг, словно прося о помощи.

Однако все спокойно потягивали свои напитки, наблюдая за издевательствами над мужчиной. Это было связано с тем, что предыстория Джин Мён Хуна была не очень хорошей. Происходящее сейчас для них был лишь повод посмеяться и поглазеть на шоу.

Только руководитель с каменным лицом уставился на стол. Кончики его пальцев постукивали по столешнице, колеблясь вызывать или не вызывать охрану.

— Ах, отпусти…

В конце концов мужчина прослезился. Бледное лицо быстро покрылось слезами. Глаза Джин Мён Хуна светились зловещим желанием.

— Ах, ух…

— Эй, хватит отказываться, пойдем.

Рука Мёнхуна крепко сжала подбородок мужчины. Вынужденный смотреть в глаза Джин Мён Хуна, мужчина мог только беспомощно проливать слезы.

В этот момент менеджер наконец положил руку на кнопку вызова охраны. Ши Юхён сделал первый шаг. Зрачки мужчины дрогнули, когда он заметил его приближение.

Ши Юхён подумал, что его влажные черные глаза похожи на обсидиан. На мгновение оторвав от него взгляд, Юхён мягко улыбнулся Джин Мён Хуну.

Он также не забыл подобающим образом поклониться, чтобы не обидеть Джин Мёнхуна.

— Извините, сэр, но у этого джентльмена назначена встреча со мной.

— С тобой?

Джин Мёнхун уже несколько раз обращался к Ши Юхёну и получил отказ. Причина, по которой он не мог использовать другие методы с ним, заключалась в том, что было много таких, как он, которые положили глаз на красивого мужчину.

Он также был сотрудником, о котором особенно заботился менеджер, который фактически управлял баром.

Джин Мёнхун оглядел бар. Изменились выражения лиц не только менеджера за стойкой, но и тех, кто с интересом наблюдал за ситуацией.

Это вызвало шумиху и могло привести к ограничению доступа в бар. Он все еще находился под сильным давлением из-за того, что делал.

Его сила заключалась во влиянии его деда, но в этом месте были люди, намного могущественнее, чем он.

— Я запомню этот случай.

Его гордость была уязвлена тем, что он вынужден отступить и уйти. Джин Мён Хун оставил предупреждение Ши Юхёну.

— Очнитесь.

— С-спасибо.

— Сначала стоит уйти отсюда. Если ты продолжишь оставаться здесь, произойдет нечто худшее, чем то, что произошло сейчас.

Мужчина многократно склонил голову перед Ши Юхёном. Тонкие волосы мужчины струились по его белой шее, когда он двигался.

Ши Юхён прикусил губу от странного чувства. Мужчина встал, опершись руками о стол, нахмурил брови и упал.

— Сэр?

Ши Юхён рефлекторно подхватил мужчину на руки и окликнул его.

— Ха, мгнх…

Глаза мужчины были уже закрыты, а с губ сорвался приглушенный стон. Даже с расстояния ему показалось, что цвет лица у него бледный. Лицо мужчины было мокрым не только от слез, но и от холодного пота.

Более того, тело мужчины было настолько горячим, что он чувствовала это сквозь одежду. Мочки ушей Ши Юхён слегка покалывало от горячего дыхания на его груди.

— Юхён-а, на сегодня ты свободен.

— Менеджер.

Ши Юхён встал с мужчиной на руках. Когда белое лицо беспомощно прислонилось к его груди, возникло чувство, что в его живот залетела бабочка.

— Вы плохо себя чувствуете, и, глядя на этого клиента, я не думаю, что мы должны держать его здесь. Мне нужно, чтобы вы позаботились о нем, пока он не придет в себя.

— Да.

— Я достану тебе машину, так что езжай с ним.

— Спасибо за заботу.

Не знаю, как другие, но Ши Юхён был не из тех людей, которые могут сделать что-то неприятное со спящим человеком, поэтому менеджер назначил охранника, чтобы убедиться, что он благополучно вышел.

— Был небольшой инцидент, поэтому, чтобы разрядить обстановку, я раздам каждому столику по стакану А-7.

А-7 - это алкогольный напиток, который продавался в ограниченном количестве в день. Он имел разумную цену, но его было так трудно найти, что бары ограничивали количество продаваемого напитка.

Гости, опоздавшие и не успевшие опробовать А-7, негромко свистели и хлопали.

Ши Юхён помахал рукой менеджеру и вышел из бара вместе со своим охранником. Перед баром был припаркован черный седан. Насколько он помнил, это была машина, за рулем которой находился Джин Мёнхун.

Он сделал вид, что легко отступает... Если бы мужчина самостоятельно покинул бар, похоже, Мён Хун планировал подойти снова.

Ши Юхён вышел из помещения, за ним последовал охранник, и седан умчался. В голове промелькнула мысль, что, возможно, шеф ожидал чего-то подобного.

— Садитесь.

— Спасибо.

Через заднюю дверь, которую держал открытой охранник, Ши Юхён забрался в машину. Тело мужчины было слишком легким, хотя он чувствовал это с тех пор, как его подобрали.

Ши Юхён посмотрела на костлявые запястья, обнаженные под подолом рубашки, и тихо вздохнул.

— Куда вас отвезти?

Когда охранник спросил, он назвал адрес офисного отеля, где проживал. Офис находился недалеко от бара.

Даже когда за окном машины пролетал великолепный ночной вид, глаза Ши Юхён лишь скользили по лицу мужчины.

Жар дыхания, вырывающегося из красных губ, становился все более и более интенсивным.

— Прибыли.

— Спасибо.

— Давайте я открою вам дверь.

Машина мягко остановилась, охранник быстро вышел и открыл заднюю дверь. Ши Юхён отвесил ему быстрый поклон и поспешил в офисное здание.

Когда он вошел в лифт, лицо мужчины стало более заметным в ярком свете. Его бледная белая кожа местами покрывалась красными пятнами.

Среди них взгляд Ши Юхён надолго задержался на месте на ярком красном пятне.

Даже после того, как дверь лифта открылась, Ши Юхён не смог сразу пошевелиться. Когда дверь уже собиралась закрыться, он вставил ногу, снова открыл ее и направился домой.

Дверь открылась с монотонным щелчком кнопки. Взору предстал интерьер дома, все такой же, каким он оставил по дороге на работу. Юхён снял сначала ботинки мужчины, потом свои и отложил их в сторону.

— Хнг…

Мужчина свернулся в клубок, как избитый человек, даже когда его осторожно опустили на кровать. Рубашка, влажная от холодного пота, прилипла к его коже.

Выступающие на его спине позвонки были так же заметны, как и запястья мужчины.

— Эй.

Ши Ю Хён подумал, что ему следует сначала переодеть мужчину в удобную одежду. Даже когда он схватил мужчину за плечо и потряс, только длинные ресницы трепетали волнами, а глаза так и не открылись.

— У вас лихорадка.

Он прикоснулся тыльной стороной ладони ко лбу, и она мгновенно потеплела, как будто он прикоснулся к печке.

— Я делаю это без какого-либо умысла. Ты болеешь... Я пытаюсь помочь.

Несмотря на то, что мужчина не слышал его, Ши Юхён сбивчиво сказал, пытаясь оправдаться. Кончиками пальцев он расстегнул пуговицы на рубашке.

После некоторых проб и ошибок Юхёну удалось снять с мужчины рубашку.

В тихой комнате раздавался только звук мягкого движения шеи Ши Ю Хён, когда он смотрел на мужчину.

Его кожа была белоснежной, словно сделанная из нетронутого снега. Ключица была впалой, как будто она собиралась в лужу, когда на нее выливали воду. Ши Юхён зажмурил глаза, увидев бледно-розовый комочек, проступивший на груди под ней.

Он сам удивился, что так отреагировал на незнакомого человека.

Есть много людей, которые не контролируют свои желания. Но Ши Юхён был тем человеком, у которого был сильный контроль над своим телом. Он никогда в жизни не встречала никого, кто заставлял бы его сердце биться чаще.

Не то чтобы у него был какой-то особый идеал. Люди, с которыми он работал в баре, даже дразнили его за асексуальность.

Но сегодня Ши Юхён встретил человека, который кажется был его идеальным типом. Все началось еще в баре, когда он, не контролируя себя, даже не раздумывая о будущем, вмешался в конфликт, хотя менеджер позаботился об этом, до момента, когда мужчина оказался у него на руках

Все эти действия не соответствовали обычному поведению Юхёна.

— Не делай этого… пожалуйста…

Это было тогда, когда Ши Юхён дрожащими руками расстегнул последнюю пуговицу и попытался снять рубашку. Мужчина заплакал и оттолкнул его руку.

Горячие кончики пальцев коснулись тыльной стороны его руки, которая стала холодной от напряжения.

— Угкх… больно. Это моя… вина…

Реакция мужчины выглядела необычной для человека, которому просто приснился плохой сон из-за болезни. Ши Юхён не двигал рукой и ждал, пока мужчина успокоится.

Мужчина, который плакал, тряся своим тощим телом, выглядел слабым, как умирающее животное, попавшее в капкан. Ю Хён снимал одежду, чтобы помочь мужчине, но если его благосклонность станет для того кошмаром, он планировала прекратить это и просто накрыть его одеялом

Однако мужчина перевернулся, и кожа, скрытая под его рубашкой, обнажилась.

— Что это, черт возьми, такое…

Стройная талия мужчины была покрыта черными синяками, и выглядели так, будто его обхватили двумя руками. Ши Юхён сравнил следы на своих руках со следами на талии мужчины.

Синяки была размером с руку взрослого мужчины, как и его собственная. Кожа, на которой лежали кончики пальцев, была черной от силы хватки.

Ши Юхён быстро отступил от мужчины. Его охватила волна головокружения, как будто его сознание засасывало из пространства, в котором он находился.

Он держался руками за кровать, пока его тело не рухнуло на пол.

— Нет, это не то место...

Его голос звучал как свеча, которая может погаснуть в любой момент. Некоторое время единственным звуком в комнате было его неровное дыхание.

Ши Юхён закрыл глаза и подождал, пока утихнет головокружение. Он продолжал напоминать себе, что это другое место, и сосредоточился на сдерживаемых рыданиях мужчины.

Когда он снова открыл глаза, они были твердыми и непоколебимыми. В отличие от расстегнутой рубашки, Ши Юхён без колебаний расстегнул брюки мужчины.

Он скрипнул зубами, увидев следы насилия, хорошо заметные даже через нижнее белье. Он осторожно потянула последний клочок ткани вниз.

На данный момент в комнате горела только лампа рядом с кроватью. Даже в тускло освещенной комнате шрамы мужчины все равно интенсивно отпечатались на сетчатке глаза Ши Юхёна.

Раны были не только выше талии и таза. Ягодицы, задняя поверхность бедер и… Даже дырка настолько распухла, что было удивительно, что она не порвалась.

Покрасневшее место выглядело как бутон цветка из крови, как будто при прикосновении к нему будет сочиться кровь.

— Хы, угх… хватит…

Ши Юхён натянул одеяло и накрыл худое тело. Зрелище, которое он сейчас увидел, было жутким. Это могли быть следы того, что у мужчины был с кем-то интенсивный секс.

Однако реакция этого мужчины была настолько знакома Ши Юхён, что вызвала воспоминания, которые он держала под замком.

Не забывайте присоединяться к тг-каналу. Потому как некоторые главы будут открыты там на скрытой ссылке.

— Немного… подождите.

Ши Юхёна, пошатываясь, прошел в ванную, положил три или четыре полотенца в раковину и включил горячую воду. Он отжал воду, взял их в руку и направился в постель.

Мужчина, должно быть, так устал, что даже не мог больше нормально рыдать. Движения его были настолько легкими, что трудно было определить, что он находится под одеялом, если бы не периодическое дрожание одеяла.

Ши Юхён вытерла тело мужчины теплым влажным полотенцем, чтобы не напугать его, даже когда он был без сознания. Руки Юхёна дрожали, когда он проводила по ране, что контрастировало со стоическим выражением лица, которое он старалась сохранить.

Он принес мазь, но не смог нанести её на анус, поэтому обработал только те места, где были следы синяков.

Он достала трусы и футболку, которую никогда не надевал, и тщательно прикрыла обнаженное тело. Наконец, он снова натянул на мужчину одеяло. Выражение лица мужчины стало гораздо более расслабленным, как будто кошмар исчез.

Вытирая слезы, которые образовались, как роса, вокруг глаз, Ши Юхён тихо прошептал мужчине на ухо.

— Я не знаю вашего имени… Теперь вы в безопасности, не беспокойся.

Он не мог сохранить свои прошлые отношения. Ши Юхён чувствовал, что безымянный мужчина был ключом к избавлению от вины, которая тяготила его с тех пор.

***

На крыше, где дул лишь одинокий ветер, Бомин медленно приподнялся. Вытекшая из его дырочки сперма высохла, но стоило ему пошевелиться, как она вытекала вновь.

Бомин стиснул зубы и сунул палец в отверстие. Он использовал свой палец как крючок, чтобы вычистить из себя сперму.

— А-а, хм…

Каждый раз, когда палец касался опухшей внутренней стенки, раздавался стон. Только когда уже не за что было ухватиться, он выдернул пальцы. Он снял нижнее белье, которое было на нем, и грубо вытер свое тело. Натянув штаны, он выбросил трусы.

— Гид бесполезен…

Если не считать способности направлять эсперов, его физические способности мало чем отличались от таковых у обычных людей. Для гида было бы самоубийством спрыгнуть с крыши, как это сделал Хан Бисон всего несколько минут назад.

Эсперы обладают способностью к регенерации, когда ранены, но это не относится к гидам. Разница в силе была огромной. Если Хан Бисон захочет его использовать, все что он мог сделать это заплакать и просить этого не делать.

Бомин стиснул зубы и встал. Каждый раз, когда он делал шаг, ему казалось, что тело вот-вот упадет.

Открыв дверь на крыше и спустившись по лестнице, наполовину опершись на перила, он понял, что место, куда Хан Бисон привел его, было общежитием гидов.

Следует сказать, что эта новость даже обрадовала Бомина.

Он зашел в номер, смыл грязь и переоделся в гражданскую одежду, а не в форму гида. Это была белая рубашка и полуформальные брюки. Он надел туфли, схватил телефон и кошелек и вышел из комнаты, но у него резко закружилась голова. Постояв некоторое время, держась за дверной косяк, он отдышался.

— Я так болен, что у меня нет аппетита…

К этому моменту вам либо нужно подумать о том, что вы хотите съесть, либо вам придется запихнуть в рот что-нибудь калорийное. Он довольно долго был полуобнажён и подвергался прохладному ветру. Было похоже, что ему вот-вот станет физически плохо.

— Если болеешь, значит нужно этим воспользоваться.

Бомин подумал, что это к лучшему. Размышляя об этом, он открыл телефон и попросил в отделе гидов недельный отпуск.

В оригинале Бомин копил свои ежегодные и ежемесячные отпуска, не используя их. Это произошло из-за того, что он боялся, что эсперы S-класса найдут другого проводника.

Каждый раз, когда Бомин делал шаг, глаза людей следовали за ним, как тени. Его лицо окрасил слабый румянец, и он изредка издавал стоны.

— Ли Бомин, что с тобой?

Причина, по которой Бомин остановился, заключалась в том, что Ким Сохун преградил ему путь.

— Уйди с дороги.

Плечи Ким Сохуна задрожали от грубого голоса, который звучал так, будто его поцарапали наждачной бумагой. Бомин сделал шаг в сторону, когда увидел, что тот не сдвинулся с места.

Но чья-то рука остановила его на месте. Его глаза, покрасневшие от жара, резко поднялись.

— Ты болен? Я отведу тебя в лазарет.

Увидев Бомина издалека, Сохун подумал, что тот принял какие-то таблетки. Однако приблизившись, лицо Бомина выглядело, как у больного человека.

Губы, красноватые, как вкусный спелый фрукт, были настолько сухими, что, вероятно, это было из-за жары.

— Хуу… Сохун-а.

— А, э?

Щеки Ким Сохуна покраснели, когда он внезапно услышал голос, ласково зовущий его по имени.

— Я сейчас очень занят. Отпусти мою руку, и я поиграю с тобой, когда вернусь.

Это был умоляющий тон. Но когда Сохун встретился взглядом с Бомином, он почувствовал себя рабочей пчелой, получающей приказы от королевы.

Когда Бомин поднял руку, чтобы погладить его раскрасневшуюся щеку, Сохун крепко сжал челюсть, чувствуя, как будто икота вот-вот вырвется наружу.

Его руки ослабели, как будто он был зачарован. Ким Сохун тупо смотрел на хрупкую спину Бо Мина, пока тот не прошел мимо него и не исчез.

***

— Пожалуйста, поезжайте на станцию Ханнам.

Бомин поймал такси перед зданием ассоциации и сообщил ему пункт назначения. Он прошел от общежития экскурсоводов до входа в ассоциацию, и не мог пошевелить и пальцем.

Но сейчас он не должен упасть. Бомин крепко зажмурил глаза и попытался вспомнить содержание оригинальное истории.

Было ясно, что бар, в котором работал Ши Юхён, находился в Ханнамдоне.

Проблема заключалась в том, что он не знал точного местоположения. На нем не было вывески, и он не был указан в Интернете. Его трудно было найти, если только кто-то не сказал вам о нем.

Он не мог вспомнить название здания. Кажется, там была буква J, с двумя буквами …

Память у него неплохая, но было трудно запоминать то, что видел лишь мимоходом. После некоторых размышлений Бомин вспомнил название здания рядом с баром.

В романе здание описывается как имеющее необычный вид.

— Водитель, извините, но, пожалуйста, остановите перед зданием HH, а не на станции Ханнам.

— Вас понял.

В плавно движущейся машине Бомин несколько мгновений не открывал глаз, чтобы сохранить запас сил.

— Сэр, мы прибыли.

— Оплата картой, возьмите.

— Хорошо.

Бомин взял карточку, которую ему вернул таксист, и вышел из машины.

— Очень уникальный стиль.

Что делает внешний вид здания HH уникальным, так это статуя в форме дракона, которая обвивает здание и ревет с крыши. При этом была предпринята попытка воспроизвести его вплоть до чешуи. Несмотря на то, что дракон был статуей, казалось, он был готов в любой момент изогнуться и подняться на небеса.

— Мне идти налево или направо?

Он помнил, что бар должен находился рядом с этим зданием, но не помнил направления. Бомин прищурился и подвигал головой из стороны в сторону.

— Если заблудились, поверните налево.

Бомин ляпнул без всякого основания и сделал слабый шаг.

— Бинго!

Небеса сжалились над судьбой Бомина, и перед ним предстал внешний вид бара, как и было описано в романе. Солнце садилось за горизонт. Подходящее время, чтобы войти в бар.

Классическая музыка становилась все громче, когда они миновали вход и спустились по лестнице. Когда осталась только одна лестница, темнота исчезла из глаз Бомина.

Уголки его воспаленных глаз были влажными. Когда он толкнул дверь, взгляды сидящих у входа упали на Бомина.

Вытянув шею, как будто его взгляд был колючим, Бомин растерянно огляделся по сторонам, затем сел за пустой стол.

Он пытался притвориться, что с ним все в порядке, но ему казалось, что он вот-вот упадет в обморок.

Его истощенное энергией тело двигалось безостановочно, дыхание было горячим, когда оно вырывалось наружу. Тыльной стороной ладони я провел по лбу, и холодный пот покрыл его.

На мгновение он забеспокоился, что его тело будет пахнуть затхлостью, но даже в реальном мире Бомин хорошо пах, когда потел. Окружающие его люди так завидовали, что задавались вопросом, каких достижений он добился в своей прошлой жизни.

У них одинаковая внешность, имя и возраст. Было приятно думать, что даже эта часть будет такой же.

Бомин закрыл глаза и вздохнул, чтобы успокоить закружившуюся голову. Рука, которую он поднял, чтобы заказать безалкогольный коктейль, дрожала.

Когда он двигался, то притягивал взгляды окружающих людей.

Не один взгляд был устремлен на него, чтобы узнать, не заинтересован ли он. Бомин сгорбил плечи и попытался придумать что-нибудь грустное, чтобы не дать слезам, собравшимся в уголках глаз, высохнуть.

Среди гонгов в романе ни один не был нормальным.

Если хотя бы с одним парнем все было в порядке, Бомин не спешил бы сближаться с шоу в оригинале. Но после того, что с ним сделал Хан Бисон, он передумал.

Такими темпами ему казалось, что он пройдет тот же путь, что и Бомин в оригинальной истории.

Изначально он планировал есть гонов по очереди, пока Ши Юхён не присоединится к ассоциации. Однако, если он будет ждать, в тот момент, когда появится Ши Юхён, его ждет светлое будущее, в котором тело будет сломано и брошено.

Этот путь развивался бы в том случае, если бы гонги были с ним.

Поэтому ему сначала нужно было перетянуть Ши Юхён на свою сторону.

Именно по этой причине Бомин принес свое больное тело в бар, где работал Ши Юхён. Все гонги были со своими тараканами.

В отличие от этих гонгов, шоу, у которого была справедливая личность, слабая по отношению к слабым и сильная по отношению к сильным, была достаточной, чтобы стимулировать любопытство гонгов.

Бомин решил использовать Ши Юхён в качестве своего шита.

— Хаа…

Проблема заключалась в том, что ему нужно было увидеть, где находится Ши Юхён, что было не просто сделать. Сыграло свою роль и то, что внутри бара было темно. Бомин был настолько измучен, что непроизвольно стонал.

Пока не произошло ничего, что могло бы заставить Ши Юхёна прийти к Бомину; скорее всего, он еще даже не знает о его существовании.

Все просто смотрели и не приближались.

Как раз в тот момент, когда Бомин раздумывал, не подать ли им сигнал, к нему подошел крепкого телосложения мужчина. Он был одет в сшитый на заказ костюм, а часы на его левом запястье, на первый взгляд, выглядели дорого.

— Я вижу, что вы здесь один, не хотите ли выпить со мной?

Внешний вид, тело и голос были не так уж и плохи, но для Бомина, который повстречал гонгов, это было похоже на хорошо сушеного кальмара.

Причем, в отличие от вежливых слов, взгляд на Бомина, направленный вниз, был грязным.

— Всё, всё в порядке…

Бомин медленно начал действовать. Его жалобно дрожащий голос был хрупким, как трепетный цветок, даже для него.

Несмотря на его отказ, неприятный парень занял место рядом с Бомином.

Все вышло как он и планировал, но он не мог избавиться от чувства дискомфорта.

Рот Бомина дрожал от тяжести груза, легшего на его плечи. Это было потому, что ему хотелось выругаться. Но другим людям могло показаться, что он очень напуган.

— Не стоит отказывать. Сколько тебе лет? Выглядишь молодо.

На мгновение Бомину хотелось врезать мужчине по лицу. От банальности подката его чуть не стошнило. У него даже от отвращения побежали мурашки по спине.

Он прикусил губу и слегка сдвинулся, как бы пытаясь отстраниться от мужчины. Как и ожидал Бомин, вместо того, чтобы отпустить, мужчина притянул его к себе.

— Мне… нужно идти…

Бомин потянул мужчину за руку вниз и подождал, не приближается ли кто-нибудь еще. Это был расчетливый ход, ведь персонаж Ши Юхён, как и в оригинале, не смог бы проигнорировать такую сцену.

— Приходить в такое место одному, значит, что ты одинок… Я позабочусь о тебе.

Зловещий голос, доносившийся до его ушей, был ужасающим. Бомин сжал дергающийся кулак и огляделся.

Люди никогда не менялись, это было одинаково, что для книг, что для реальности. Все с любопытством наблюдали за издевательствами Бомина, возможно, потому, что это было не их дело. Было ощущение, что любовь к человечеству, которой раньше не было, исчезает.

Бомин сильно прикусил внутреннюю часть щеки. Слёзы, собравшиеся в уголках его глаз, потекли от мучительной боли.

— Ах, отпусти…

Вскоре после того, как он пролил слезы, Бомин про себя щелкнул языком от боли в челюсти. В этом романе даже безымянные статисты обладали плохими манерами.

— Ах, ух…

Похоже, на его подбородке остался синяк в форме пальца. Хоть он и не был таким сильным, как Эсперы S-класса, этот мужчина был достаточно силен, чтобы не считаться обычным человеком.

— Эй, хватит отказываться, пойдем.

Еще немного усилий, и он бы сломал ему челюсть. Бомин сжал кулак, намереваясь отступить.

Появился Ши Юхён, которого Бомин так ждал. Как только их глаза встретились, он понял, что это главный герой.

Даже внутри темного бара он притягивал свет так, словно был единственным, кто находился в центре внимания. Платиновые волосы и сапфировые глаза давали ощущение встречи с неземным существом.

Ши Юхён принадлежал к смешанной расе. Когда человек становится эспером, у него меняется цвет глаз и волос, именно поэтому внешность Юхёна, который был обычным человек, была поразительной.

Красивые глаза с двойным веком напряглись, когда он встретился взглядом с Бомином.

У него была самая великолепная внешность среди людей, которых Бомин когда-либо встречал. У Бомина тоже была светлая кожа, но кожа Ши Юхён была безупречно гладкой, как у человека, который никогда за всю свою жизнь не подвергался воздействию солнечного света.

Бомин на мгновение даже забыл, что ему нужно действовать. Он понял, почему эти напыщенные гонги были так очарованы им.

Будучи загипнотизированным внешностью Ши Юхён, он пришел в себя и оказался лицом к лицу с главным шоу. Он пошевелился, когда ему сказали встать, но упал.

— Сэр?

Но вместо холодного пола Бомин приземлился в крепкие, но теплые объятия.

— Ха, мгнх…

Удар по телу ошеломил его. Бомин чувствовал себя неважно с того момента, как оказался на крыше, но он был полон решимости увидеть Ши Юхён.

Когда он наконец добрался до места назначения, тело Бомина объявило забастовку. Даже теряя сознание, он отчетливо чувствовал взгляд на своем лице.

Это было самое ласковое прикосновение, которое он ощущал за последнее время. Ши Юхён осторожно взял на руки упавшего Бомина.

К тому времени, когда Бомина на руках внесли в комнату, он уже почти пришел в себя.

— Хнг…

Он почувствовал, как его тело коснулось чего-то мягкого и его уложили на кровать. Бомин свернулся калачиком от разочарования из-за потери тепла от тела мужчины.

Как только наступила лихорадка, она не спадала так легко. Когда он вышел из душа в общежитии, то уже был весь в холодном поту.

— Эй.

У Ши Юхён был тоже приятный голос. Мягкий, нежный голос заставил тонкие волоски на ушах встать дыбом. Хоть он и почувствовал, как его схватили за плечо и осторожно потрясли, Бомин держался, не открывая глаз.

— У вас лихорадка.

Прохладная кожа на его лбу была настолько приятной, что он чуть не замурлыкал.

— Я делаю это без какого-либо умысла. Ты болеешь... Я пытаюсь помочь.

Вы можете иметь больше интереса.

Бомин пробормотал себе под нос, но Ши Юхён не услышал, и его сердце колотилось в предвкушении того, что он сделает.

Спокойный звук дыхания, казалось, на мгновение прекратился, возможно, из-за смущения.

Некоторое время не было никакого движения, пока он ждал, что Юхён сделает дальше, а затем он почувствовал, как руки стягивают с него рубашку.

— Не делай этого… пожалуйста…

Бомин вскрикнул и оттолкнул руку Ши Юхён. Ши Юхён пережил травму. Его лучший друг был обманут мужчиной, в которого он был влюблен, и подвергся групповому изнасилованию безликих мужчин, и в конечном итоге покончил жизнь самоубийством из-за травмы.

Он чувствовал себя виноватым за то, что воспользовался мертвым, но Бомин насмехался над собой.

Если Бомин собирался жить нравственно, то ему следовало либо жить как прежний Бомин с того момента, как он очнулся в этом месте, либо спрятаться где-нибудь подальше от гонгов.

Идея использовать Ши Юхён для раскачивания гонгов заключалась в том, чтобы обмануть его. Если бы Бомин жил с чувством вины, он был бы жестоко убит одним из гонгов, как написано в оригинальной истории.

— Угкх… больно. Это моя… вина…

Загнав чувство вины глубоко в сердце, Бомин вздрогнул и издал сдавленный всхлип. Играть было легко.

Бомин вспоминал момент, когда Хан Бисон использовал его, и тело, естественно, напоминает о боли того времени.

Бомин вскрикнул и слегка изогнул свое тело. Ши Юхён находился в таком положении, что область талии, которая к этому моменту была бы великолепно окрашена следами насилия, была ясно видна ему.

— Что это, черт возьми, такое…

Как и ожидал Бомин, Ши Юхён был очень удивлен, увидев шрамы на теле Бомина. Он намеренно не стал наносить мазь.

Когда он ударился спиной, то даже не подумал о боли в пояснице ощущения в дырочке, которая пульсировала так, будто там всё было разорвано и разворочено. Маленькую боль поглотила большая боль. Но когда он посмотрел на свое тело в душе, то ужаснулся.

Он почувствовал, как трясется кровать.

— Нет, это не то место...

Раны Бомина, казалось, затронули память Ши Юхён. Бомин крепче вцепился в простыню. Он долго не мог отогнать от себя чувство вины, и ему стало жаль.

Бомин стиснул зубы, услышав прерывистое дыхание.

Через некоторое время Бомин почувствовал руку на своей талии и понял, что Ши Юхён успокоился.

С него сняли брюки, а затем трусы. От прохладного воздуха по коже пробежали мурашки.

Из-за лихорадки воздух в комнате казался особенно прохладным. Даже с закрытыми глазами он чувствовал внимательный взгляд на каждом сантиметре своего тела.

— Хы, угх… хватит…

Мягкое одеяло окутывало его. Это было всего лишь покрывало, но Бомин почувствовал себя утешенным этим маленьким поступком.

— Немного… подождите…

Некоторое время издалека был слышен шум льющейся воды. Когда холодный пот высох, теплая ткань коснулась его остывающего тела. Это было осторожное прикосновение, как движение перышка.

Он подумал, не нанести ли ему еще и мазь, кожа была раздражена. Изредка по коже пробегала мелкая вибрация. Дрожащими руками он одел Бомина.

Его тело свернулось в одеяло, как в кокон. Бомин прикусил губу, когда в уголке его глаза появилась рука.

— Я не знаю вашего имени… Теперь вы в безопасности, не беспокойся.

В этот момент Бомин понял, что Ши Юхён попался. Словно мотылек, прыгающий в огонь, не осознавая, что делает последний вздох.

***

Бомин поднял отяжелевшие веки, словно на него навалилась груда камней. Офистель, где было выключено вспомогательное освещение, был погружен во тьму.

— Ах…

Он открыла рот от жажды, и из него вырвался стон. Последнее, что он запомнил перед тем, как уснуть прерывистым сном, - это нежная рука в его волосах.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то гладил его по волосам. Странно, но от этого прикосновения на глаза навернулись настоящие слезы.

— Вы проснулись?

— Кто, кто…

Сбоку не было никакого тепла, но звук слов доносился из-под земли. Бомин повернул голову в том направлении, откуда донесся звук. Ши Юхён стоял перед кроватью.

На диване за его спиной лежало расстеленное одеяло. Предположительно, на диване спал хозяин квартиры, который предоставил Бомину кровать.

Не потому ли у гонгов мусорный характер, потому у что Ши Юхён слишком много индивидуальности.

— Г-где я?

Глаза Бомина жалобно дрожали, и он съежился, словно от страха. Ши Юхён при виде этого сделал шаг назад. Его руки были подняты, а улыбка была безобидной.

— Разве ты не помнишь вчерашний день? Ты вырубился в баре.

— Если вы говорите…

Глаза Бомина расширились, словно пришло озарение. Как будто он вспомнил, что именно он спас его от того странного человека.

— Спа-спасибо. Если бы вы не помогли мне вчера…

Он сглотнул, но его худые плечи судорожно задрожали, как будто он знал, что могло произойти. Затем цвет лица Бомина побледнел, когда он понял, что одежда на нем изменилась.

— Вы так вспотели, что мне пришлось переодеть в другую одежду, извините.

Ши Юхён говорил осторожно. Он сделал это ради Бомина, но не знал, как тот отреагирует, поэтому извинился.

— Можно мне мою одежду… пожалуйста.

Бомин натянул на себя одеяло, больно прикусив губу, словно боялся, что шрамы на его теле станут заметны.

— Я только постирал её, и она еще не высохла. Можете немного подождать?

Бомин в ответ слегка кивнул головой. Ши Юхён поспешно достал из стиральной машины одежду Бомина, положил ее в сушилку и нажал кнопку.

— Это займет около часа... Вы голодны?

— Все, все в порядке.

— Вчера вам было очень плохо, так что даже если нет аппетита, все равно полезно поесть.

Ши Юхён прошел на кухню и достал из холодильника необходимые ингредиенты. Квартира была не очень просторной, поэтому Бомин сидел на кровати и наблюдал за его передвижениями.

С первого взгляда было видно, что он хорошо готовит.

Бомин был ужасным поваром. Вообще, он плохо умел все делать руками. Но ласкать и сексуально возбуждать кого-то - это было для него естественно.

Несмотря на то, что он сказал Ши Юхён, что все в порядке, желудок Бомина в данный момент посылал сигналы, что ему нужно срочно перекусить.

Бомин затаил дыхание, в животе у него заурчало, и он покраснел. Ши Юхён посмотрел на Бомина и улыбнулся.

На ум автоматически пришло выражение «красиво».

Бомину говорили, что он хорош собой, но с Ши Юхён это не сравнить. Он, был настолько красив, что не было бы странным, если бы он поменял пол.

Однако его рост был более 180 см, а плечи у него были широкие, поэтому он обладал сильным андрогинным обаянием.

Рост Бомина был чуть меньше 180 см.

Все гонги были выше Ши Юхёна. Самый высокий Вон Сон О - более 190 см, так что Бомин тоже не был маленьким. Однако, поскольку у самого тела не было мускулов, существовала значительная разница в размерах по сравнению с оригинальным шоу, Ши Юхён.

Ши Юхён скоро проснется в качестве гида класса S. Это была жизнь, которая должна была быть наполнена деньгами. Не только его внешность, но и его способности поистине соответствовали протагонисту..

То, что Бомин почувствовал бы к Ши Юхёну, воплотилось в реальность, а не в текст.

Бомин относился к классу B. Это было лучше, чем C и D, но только имея ранг A к вам относились с уважением. Гиды уровня B могли быть заменены другим гидом в любое время.

Причина, по которой у него были регулярные руководящие отношения с эсперам S-класса, заключалась в том, что уровень совпадения между ними и Бомином был необычайно высок.

Кроме того, у Ши Юхёна был высокий показатель совместимости с гонгами.

Именно по этой причине даже высокомерные эсперы S-класса не смогли опомниться и влюбились в Ши Юхён. Поскольку у всех были одинаковые личности, Ши Юхён становилась все более морально истощенной шквалом любви гонгов.

В глазах Бомина, который всегда привык к грубому обращению со стороны гонгов, Ши Юхён казался счастливчиком, которому повезло получить то, чего он никогда не мог иметь.

— Дело не в том, что я умею готовить, но тебе нужно это съесть.

Бомин, погруженный в свои мысли, поднял глаза, когда ароматный запах коснулся кончика его носа. На подносе стояла миска с кашей с мелко нарезанными овощами и ложка. Рядом с ним стояла чашка с водой и лекарство.

— Это жаропонижающее средство. Сейчас температура значительно снизилась, но у тебя все еще небольшая температура, так что лучше поесть. Хочешь сначала выпить воды?

Бомин взял у Ши Юхёна чашку с водой и отпил глоток. Пересохшее от жара горло наполнилось влагой, и он почувствовал себя немного бодрее.

— Спасибо.

Ши Юхён, похоже, был доволен тем, что Бомин, несмотря на свой страх, не отказался от предложенной услуги.

Он принес прикроватный столик, чтобы Бомин мог спокойно поесть, поставил поднос и легко пошел обратно на кухню.

Вкус каши вызывал ностальгию.

Хотя ингредиенты аналогичны имеющимся в продаже кашам, каша, приготовленная Ши Юхён, была наполнена искренностью.

Проталкивая кашу в горло, Бомин понял, что, сам того не осознавая, скучал по каше, которую кто-то заботливо готовил для него всякий раз, когда он болел.

Проглотив вместе с кашей нахлынувшие эмоции, Бомин опорожнил миску до дна, разочарованный тем, что каша уменьшилась, хотя её было довольно много.

Он доел кашу и взял лежавшие рядом таблетки. На губах Ши Юхён появилась довольная улыбка, когда он наблюдал за Бомином.

— Извините.

По зову Бомина пришел Ши Юхён и убрал со стола. Бомин посмотрел на него и, похоже, хотел что-то сказать, поэтому Ши Юхён осторожно присел на край кровати.

Судя по его действиям, возникало чувство, что Бомин был хозяином этого дома, а он выглядел как временный гость.

— Поспите еще немного, я собираюсь уехать по делам на некоторое время, так что устраивайтесь поудобнее...

Слова, которые должны были последовать за этим, потерялись, когда их губы встретились. Золотые ресницы трепетали, как крылья бабочки.

Человек, который целовал его с плотно закрытыми глазами, облизывал языком щель между раскрытыми от удивления губами Ши Ю Хёна. Мочки его ушей сразу же покраснели от ощущения прикосновения к его верхней, а потом нижней губе.

— Что ты сейчас делаешь…

Он мог бы просто оттолкнуть его.

Но Ши Юхён не мог даже подумать об этом и начал говорить дрожащим голосом. Из-за ощущения, как губы соприкасаются друг с другом каждый раз, когда он говорил, его мысли беспорядочно текли.

Когда Бомин обхватил руками его шею, Ши Юхён схватил его за плечи и оттолкнул. Даже толчок был осторожным, и Бомину пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться.

— Не нравится?

Когда на рассвете он проверял лоб Бомина, его лихорадка явно прошла. И он не думал, что она снова вернется, сконцентрировавшись в широко расширенных глазах от жара. Ши Юхён, глядя в страстные глаза, тяжело сглотнул слюну в пересохшее горло.

— Я хочу… продолжить…

Расфокусированные глаза Бомина, казалось, не понимали, что он делает и говорит.

Если бы это был кто-то другой, он бы оттолкнул его еще до того, как их губы соприкоснулись. Однако Ши Юхён чувствовал, будто вокруг его тела движется невидимая нить, управляя, как марионеткой.

Рука, которая только что оттолкнула его, мягко обхватила шею Бомина сзади и потянула к себе. Как будто он оставил все позади, его черные ресницы опустились на белое лицо, как навес.

Ши Юхён в очередной раз закрыл глаза и повернул голову, их дыхание проходило над глубоко сомкнутыми губами друг друга.

— Ха, хаа…

Из них вырвался похотливый стон, когда их плоть сплелась в единое целое. Язык Ши Юхён был укушен Бомином, как конфета. Каждый раз, когда Бомин присасывался к нему до чмокающего звука, глаза Ши Юхён тонко хмурились.

Ши Юхён погладил мягкую кожу ладони, словно наслаждаясь ею, и вдыхал каждый глоток выходящего сладкого воздуха.

Из горла Ши Юхён вырвался мурлыкающий звук, когда Бомин поднял кончик языка и потер его о язык. Несмотря на симпатичную внешность, его голос был настолько низким, что волосы вставали дыбом.

Не успел он опомниться, как Бомин оказался на бедрах Ши Юхён, широко расставив ноги. На нем были только трусы и большая футболка.

От его стройных от природы ног до бледных бедер — все было открыто. Большая рука двинулась вверх от красивого изгиба икры до тазовой кости к ягодицам.

— Хаах…

Из-за сохранявшейся небольшой лихорадки от прикосновений Ши Юхён появились мурашки по коже. Бомин приоткрыл губы и откинул голову назад.

Губы, температура которых превышала температуру тела Бомина, коснулись небольшого выступа. Словно подбадривая, Бомин нежно потер промежность Ши Юхён, которая от возбуждения становилась твердой.

Тренировочные штаны, которые носил Ши Юхён, слегка натянулись, вырисовывая форму его члена. Бомин прикрыл глаза, пытаясь оценить размер члена.

Несмотря на его нежную внешность, навыки Ши Юхёна не отставали от других гонгов. В предвкушении он сглотнул.

Ши Юхён лизнул языком адамово яблоко, словно помечая. Ощущение в горле было странным, и Бомин больше не мог терпеть, опустив руку.

Он стянул нижнее белье и вставил палец между обнаженными ягодицами. Однако в отличие от влажного кончика его пениса, вход был сухим и жестким.

Прошло много времени с тех пор, как мазь, нанесенная Ши Юхёном, впиталась.

Ши Юхёна, который внимательно наблюдал за действиями Бомина, уткнулся губами в уголки нахмуренных красных глаз.

— Очень сексуально.

Когда он впервые открыл глаза, то выглядел невинным, как потерявшийся ребенок, но теперь его переполняла непристойность, как у человека, зарабатывающего на жизнь продажей своего тела.

— Положи свои руки сюда.

Ши Юхён поднял руку Бомин, которая все еще лежала на его бедре, и обвил её вокруг своей шеи. На щеку Бомин прилетел маленький поцелуй, как взмах крыльев бабочки.

Уткнувшись губами в шею Бомина и вдыхая сладкий аромат его тела, Ши Юхён протянул руку и взяла флакон с лосьоном.

Это было не так хорошо, как гель, но лучше, чем засовывать туда голый палец. Палец с нужным количеством лосьона осторожно просунулся в узкое отверстие.

— Хыа…

Руки Бомина крепко обхватили шею Ши Юхёна. Он погладил ладонью по истерзанной спине Бомина, как бы успокаивая его. Пальцы, зажатые между белыми ягодицами, перестали двигаться.

— Не знаю, возможно ли это, слишком узко.

— Ни-ничего страшного. Я много раз это делал… можно просто вставить.

Думал ли он, что Ши Юхён остановится?

Бомин дрожащим голосом прошептал Ши Юхён на ухо. Когда Ши Ю Хён услышал эти слова, на ум пришел вид искалеченного Бомина, и он стиснул зубы.

У него не было никакого опыта, но он знал, что когда дело касается мужчин, то нужно хорошо растянуть. Большинство людей, работавших в баре, были либо би либо геями.

Владелец и менеджер были мужчинами, и они также были любовниками. Естественно, что в качестве сотрудников были мужчины и клиенты тоже. Дело не в том, что среди сотрудников не было женщин, но в гендерном соотношении мужчин составляло девять из десяти.

Даже если вы будете слушать только половину разговоров своих коллег, вы узнаете о сексе больше, чем большинство людей.

— Я не собираюсь причинять боль.

Бомин сказал, что все в порядке, но его трясло, как испуганного ребенка. Ши Юхён прижал губы к влажным глазам и пошевелил пальцами. Он не стал вставлять сразу несколько, используя только один палец и повернул его круговыми движениями.

— Ха, ах…

Нагретые внутренние стенки обхватили пальцы Ши Юхёна, словно кусая. Как только Бомин приспособился к одному пальцы, Юхён добавил еще один.

Когда добавился второй, Бомин потерся лбом о плечо Юхёна, как будто у него было сильное ощущение инородного тела внутри. Ши Юхён нежно помассировал спину с выступающими позвонками и двумя пальцами аккуратно подвигал внутри.

Когда он вошел в него в первый раз, он был очень жестким, но по мере продвижения внутренние стенки стали сжиматься вокруг его пальцев, как будто просили чего-то более толстого, чем пальцы.

— Я вставлю.

Ши Юхён погладил свой стоящий член, который теперь был настолько эрегирован, что опирался на нижнюю часть живота, и приставил головку к узкому входу.

Рот Бомина медленно открылся при виде большого члена, понимая огромную разницу с пальцами. Ши Юхён приподнял голову Бомина и глубоко поцеловал его.

Бомин задыхался, но до последнего вбирал в себя дыхание Ши Юхён. Стон вырвался из его губ, когда член проник в разработанную дырочку.

— Ха… Ах, ух…

Наконец, его толстый и длинный член, яички которого касались ягодиц, полностью вошел в Бомина. На коже обоих выступил холодный пот, Ши Юхён вводил свой член так медленно, как только мог, чтоб не причинить боль Бомину.

— Хаа… В порядке?

Его дырочка крепко сжала член, словно собиралась его сломать. Ши Юхён сжал кулаки, чтобы не поддаться желанию пошевелить бедрами. На цвет лица Бомина было приятно смотреть.

Лицо Бомина уже покраснело. Радость кипела в его полуоткрытых глазах.

Губы, которые невозможно было сомкнуть, потрескались и блестели от слюны Ши Юхён.

— Хо-хорошо…

Ши Юхён осторожно обхватил обеими руками лицо Бомин, его член был внутри. Он не знал имени человека. Ни возраста, ни профессии, ни чего-либо еще.

И все же в этот момент Ши Юхён показалось, что он знает Бомина лучше, чем кто-либо другой в мире.

Движение напряженных внутренних стенок было интенсивным. Низ живота, слабо обрисовывающий форму его члена, слегка вздрагивал.

— Меня зовут Ши Юхён, а тебя?

Его член оставался на месте, не двигаясь. Глаза Бомина сузились, тело тряслось от нетерпения. В расфокусированные зрачки медленно проникал свет.

Его вопрошающие глаза выглядели растерянными, как будто Ши Юхёна, спросивший его имя, был таким странным.

— Что-то вроде этого… нет никого, кому это интересно…

Какую жизнь вы вели до сих пор?

Не то чтобы его действия были особенно ласковыми, но Бомин краснел от малейшего жеста, как будто у него не было иммунитета к ласке.

Это была обычная вежливость - спрашивать имена у незнакомых людей. Кроме того, сейчас они настолько близки и соединены в одном месте.

— Мне интересно. Ты не можешь мне сказать?

Глаза Ши Юхёна смягчились, и он затолкал свои бушующие мысли глубоко внутрь. Румянец на щеках Бомин стал еще сильнее.

— Бомин… Ли Бомин.

Ли Бомин.

Ши Юхён несколько раз произнес имя Бомина. Имя слетало с его языка так же сладко, как губы Бомина.

— Бомин, пожалуйста, скажи мне, если будет больно. Хорошо?

Ши Юхён, не вынимая члена, толкнул Бомин на кровать. Бомин издал болезненный звук, когда член заскрежетал по его внутренним стенкам при смене положения.

Взяв его за плечи, Ши Юхён прижал тело Бомина к себе и медленно двинул бедрами назад. Когда его налившийся член выскользнул наружу, красная плоть обвилась вокруг головки и оттянулась.

— Ух, ах, ах…

Ши Юхён толкался все быстрее и быстрее. Толстый, больше диаметра запястья Бомина, член выскользнул ровно настолько, чтобы кончик замер у входа дырочки, а затем вонзился глубоко в то место, куда не следовало входить.

Слезы полились, как родниковая вода, из уголков глаз Бомина. Ши Юхён продолжал мощно двигать талией, оставляя нежные поцелуи на лице Бомина.

Каждый раз, когда толстый член врезался в тонкие внутренние стенки, у Бомина подгибались пальцы.

Из кожи, прижатой друг к другу, вырвался хлюпающий звук, наполнивший комнату. Бомин посмотрел на член, двигающийся между его ног.

Член Ши Юхёна был бледно-розовым, как бы давая понять Бомину, что это его первый раз. Он был лишь немного темнее, чем у Бомина, но красивого цвета, а на вкус напоминал клубнику, если лизнуть его языком.

— Хаа, ах… хыпх…

По мере того, как визуальное удовольствие увеличилось, половой акт становился более интенсивным. Член Бомина уже был в возбужденном состоянии и дрожал каждый раз, когда Ши Юхён касался его талии.

Из кончика его члена сочилась тонкая жидкость, капая на сухой живот.

Это отличалось от того секса, который был у него раньше. Движения Ши Юхёна были мощными и в то же время нежными. Больно было только в самом начале, когда он вводил свой член.

Бомин качал головой всякий раз, когда давил на выпуклую точку на конце твердого пениса. Отношение, которые приносили только удовольствия, было достаточно, чтобы лишить Бомина рассудка.

— Аххх, хммм… хаа… горячо!

Звук был слишком непристойным даже для его ушей, и он прикусил губу, чтобы скрыть стон. Ши Юхён переместил руку и осторожно потер его губы.

— Не нужно сдерживать голос.

Бомин с тревогой вглядывался в лицо Ши Юхён, когда оно появилось в его затуманенном зрении. Секс с Ши Юхён был по-другому ошеломляющим.

Когда-то яркое, но аккуратное лицо теперь было окрашено волнением. Его кожа была белой, а область вокруг глаз, где особенно концентрировалось тепло, выглядела эротичной.

Не выдержав, Бомин обхватил лицо Ши Юхён и притянул к себе. Он даже не закрыл глаза, его язык бешено двигался, когда Ши Юхён отражался в его зрачках.

— Ух, вау!

На подтянутых ягодицах Ши Юхён появилась ямочка. Ши Юхён приподнял Бомина за талию и вогнал в него свой член почти под прямым углом. От пронзительных ощущений Бомин кончил.

Ши Юхён эякулировал внутрь Бомина, издавая тихий стон, когда внутренние стенки сжались вокруг его члена, как живое существо.

Даже из кончика пениса Бомина из уретры вытекала белая жидкость.

— Хаа, ха…

— Можно еще раз?

Конечности Бомина были вялыми от усталости, вызванной тем, что он эякулировал три или четыре раза подряд. Лицо Ши Юхён, напротив, было полным жизни.

Ши Юхён подумал, что тело Бомина было настолько чувствительным и дрожащим, что это было мило, поэтому он слегка посасывал и потягивал губы Бомина, пока тот не издал хныкающий звук.

Бомин слегка кивнул головой, и Ши Юхён мягко задвигался вверх-вниз по заполненной спермой дырочке. Со временем его действия становились все более агрессивными, так как сперма служила смазкой, позволяя ему двигаться более свободно.

Возможно, ощущение, что вы видите звезды, не являлось иллюзией.

К тому времени, когда семенной мешок опустел и вытекло много жидкости, Бомин также почувствовал, что его выносливость исчерпана, а глаза заволокло темнотой.

Разум Бомина погрузился в далекую тьму, когда его в последний раз нежно обняли в крепких объятиях.

***

— Бомин.

Ши Юхён пощупал место рядом с собой, потому что у него было плохое предчувствие. Начисто вымыв тело Бомина, он заснул, крепко держа его в объятиях.

Он несколько раз заставил мужчину, который еще полностью не выздоровел, несколько раз эякулировать. Когда Бомин заснул, как будто потеряв сознание, у него замерло сердце, потому что он знал, что был не прав.

Только подтвердив, что Бомин заснул глубоким сном, он смог спокойно вздохнуть.

Когда он отнес тело Бомина в ванную и достал сперму из его дырочки, его охватило сожаление. Несмотря на раскаяние, его член оставался эрегированным, не в силах забыть вкус плоти Бомина.

Каждый раз, когда в ванной раздавался хлюпающий звук, откуда вытекала белая густая жидкость. Ши Юхён прижимался губами к виску Бомина, извиняясь перед опухшей дырочкой.

Его тело, слабо пахнущее ароматом привычного средства для мытья тела, избавляло даже от самой сильной бессонницы.

Ши Юхён погладил лицо спящего Бомина и в какой-то момент погрузился в глубокий сон. Впервые с того дня.

Однако… Кажется, его тело уже давно мечтало о сне больше, чем он предполагал.

Когда он открыл глаза, он был один в постели, как будто вся предыдущая ночь была сном. Ши Юхён зарылся головой в простыни и глубоко вздохнул.

Судя по стойкому аромату тела Бомина, это не сон...

Ши Юхён вскочил с кровати и проверил, остались ли какие-нибудь следы. Он открыл сушилку, но она уже была пуста. Он как сумасшедший обыскал квартиру в поисках записки, но ничего не нашел.

— Я знаю только имя.

Все, что он знал, это имя и то, что его тело чувствительно. И судя по оставленным на нем следам и его реакциям, похоже, он живет не обычной жизнью.

— Если суждено... давай встретимся еще раз.

Ши Юхён лег на кровать, на которой остался запах Бомина. Он закрыл глаза и мысленно воспроизвел образ Бомина, который реагировал на его руки и жесты.

Он исчез, не оставив никаких контактных данных. Но почему-то Ши Юхён чувствовал, что между ним и Бомином существует прочная связь, которая никогда не прервется.

Именно по этой причине на его лице появилась улыбка, хотя сердце болело от чувства потери.

***

— Давно я так свободно не гулял.

Бомин поднял солнцезащитные очки, которые был на нем и огляделся. Его походка была неустойчивой, поэтому ему приходилось отдыхать, придерживая талию рукой.

— Это было потрясающе.

Бомин покачал головой, вспоминая недавние события. Несмотря на то, что его дырка распухла, она пульсировала, как будто чего-то жаждала. Это дырочка была очень похожа на своего хозяина.

— Где бы найти нормальную одежду?

Магазинов было так много, что трудно было выбрать только один. В отличие от привычного Бомину мира, он был полон незнакомых брендов.

Вместо того, чтобы сразу вернуться в ассоциацию после отъезда из дома Ши Юхён, Бомин забронировал номер в гостинице и наслаждался свободным временем.

До отпуска еще оставалось немного, но большая часть одежды в его шкафу состояла из рабочей формы. Сама униформа была чистой и стильной, но однообразие нарядов разочаровывало Бомина, который всегда интересовался модой.

Ассоциация оплатила отпускные, когда Бомин подал заявление на отпуск. Именно такие деньги вы получаете, когда пишете заявление на отпуск. Поскольку Бомин в оригинальном романе ни разу не брал отпуск, сумма, которую он получил, была достаточно большой.

На мгновение он колебался, не оставить ли деньги на черный день. Но через некоторое время, он скоро должен получить зарплату. Если бы вы бродили по незнакомому миру без гроша в кармане, у вас, скорее всего, были неприятности.

Он думал, что не составит труда заработать столько, сколько он потратит.

Завершив этап размышлений, Бомин выбрал магазин одежды и вошел внутрь. Это был комплексный торговый центр, поэтому в нем не было отдельных дверей, что облегчало вход и выход.

— Добро пожаловать.

— Я осмотрюсь сам.

— Конечно. Просто позовите, если я вам понадоблюсь.

Продавец вышел поздороваться, но Бомин вежливо отказался и быстро просмотрел одежду на вешалке.

Аккуратно уложенная одежда висела в упорядоченном виде.

Материал тоже был не плохим. Бомин выбрал несколько рубашек и пару брюк и положил их на кассу. Он достал карточку, провел по ней и продолжил осматривать другие магазины.

По мере того как они входил и выходил из одного магазина за другим, количество пакетов с покупками в руках Бомина росло. Казалось, что не он несет сумки, а сумки несут его. Когда запястья затекли от тяжести пакетов, Бомин нашел место в кафе.

— Чем сейчас все заняты?

Выйдя из дома Ши Юхёна, Бомин на мгновение замешкался. Он подумал, не оставить ли записку с номером своего телефона, но это продолжалось недолго.

Если память Бомина не изменяет ему, Ши Юхён скоро станет гидом класса S и вступит в Ассоциацию. Ради драматической встречи лучше было исчезнуть, не оставив следов.

Поэтому он покинул офистель, лишь быстро поцеловав в щеку Ши Юхён, который ласково обнимал его.

— Сон Джэ Хо, должно быть, бьется, как ребенок, у которого отобрали конфету.

Из всех гонгов он был самым честным в своих эмоциях и воплощал свои мысли в жизнь. Улыбка появилась на его лице, когда он представил, как игривое лицо искажается и прыгает вверх и вниз, как жеребенок с горящим хвостом.

— Нужно исчезнуть, чтобы почувствовать чье-то присутствие.

В оригинальном произведении Бомин всегда подходил к гонгам. Даже когда его отталкивали, он упрямо оставался рядом.

Несмотря на то, что гонги находили Бомина раздражающим, им нравилось тело Бомина и его руководство.

Вот почему отдел Эспера по управлению контроля запрашивает у Бомина экстренное руководство всякий раз, когда уровень риска контроля Вон Сон О повышается. Потому что среди множества гидов он был единственным, кто получал руководство от Бомина.

Бомин размешал стакан, в котором, казалось, было больше льда, чем напитка, затем сунул соломинку в рот и всосал напиток. Хватка была слабой, но всасывание было хорошим.

Вскоре больше половины напитка исчезло в желудке Бомина. Горьковато-сладкий, пикантный вкус кофе был приятен.

— Вкусно.

Перед Бомином стояли американо со льдом, свежевыжатый клубничный сок и несколько нарезанных пирожных. Он заказал по одному пирожному из всех предложенных в кафе.

Лицо Бомина просветлело, когда он откусил вилкой кусок баскского чизкейка с подгоревшей верхушкой.

Открыв глаза, он проснулся в романе с членом Хан Бисона внутри. После этого его пытают Сон Джэхо и Вон Сон О, а Юн Бисам даже дал ему пощечину.

Даже Бомин, который был безразличен ко всему, кроме секса, пережил ряд вещей, которые его разозлили.

Когда он отправился к Ши Юхёну, чтобы выступить, даже заставив своё тело проделать большую работу, его выносливость была истощена. Он был измотан физически, но, наверное, правильнее будет сказать, что измотан психически.

Свободное время, проведенное в одиночестве, стало для него глотком свежего воздуха среди неумолимого натиска.

— Хочу познакомиться с другим парнем и провести одну ночь.

Бомин быстро доел свой кусок пирога и нетерпеливо оглядел кафе, пока его взгляд не остановился на мужчине, который пристально смотрел на него. Глаза Бомина сузились.

Когда мужчина понял, что Бомин узнал его, он поднялся со своего места и подошел к нему. У него были длинные ноги, поэтому это не заняло много времени.

— Я думал, куда ты делся, а ты здесь.

— Почему ты здесь?

— Кажется ты забыл о уважении.

Можно было подумать, что между ним и Бомином разница в возрасте не менее пяти лет. Но это был всего лишь год.

— Хочешь, чтобы я называл тебя хёном?

— Нет. У меня есть любимое название, и ты его знаешь.

Бомин знал, какое. Хотя в оригинальном произведении Бомин вскоре умер, но так и не обратился к нему.

— Если ты здесь для того, чтобы получить руководство, возвращайся. Я в отпуске.

Юн Бисам откинулся на спинку кресла и скрестил свои длинные ноги. Одетый в полукостюм, а не в униформу эспера, он выглядел необыкновенно сияющим.

Все присутствующие в кафе, а не только Бомин, смотрели на него. С угрюмым выражением лица он просто барабанил кончиками пальцев по столу, услышав слова Бомина.

Это выглядело как легкое постукивание, но каждый раз, когда он это делал, торты на столе тряслись.

Когда красиво украшенные пирожные постепенно разваливались, уголки глаз Бомина поднялись. В голове он осознавал, что должен уступить и послушаться. Однако, когда внезапно вторглись в время, которое он проводил в одиночестве, он почувствовал отвращение.

Более того, Юн Бисам не просто хотел, чтобы другой человек был послушным. Еще ему нравилось ловить непокорных людей вроде Бомина и подчинять их на кровати.

— Я ищу секс на одну ночь.

— Что?

— Не нужно руководство, я говорю о сексе на одну ночь. Ты и я.

— Еда есть везде. Почему я ушел в отпуск, если мог встретиться с тобой в Ассоциации?

Когда Бомин закончил, уголок рта Юн Бисама дернулся, как будто он услышал забавную историю.

— Будет непросто найти кого-то, кто соответствует твоему придирчивому вкусу.

Он попал в точку. Помимо имени, внешности и возраста, было кое-что еще общее между ним и оригинальным Бомином.

Причина, по которой Бомин был одержим гонгами, заключалась не в том, что они были эсперам S-класса. Скорее, это произошло из-за их выдающейся внешности и размера их членов, намного превышающих средний размер.

В отличие от Гонгов, которым нужно было только его тело, чем больше Бомин общался с ними, тем больше он хотел, и произошла трагедия.

— Неплохо время от времени побаловать себя, даже изысканные блюда через некоторое время надоедают.

Бомин, спрятав дрожащие глаза за веками, отклонил предложение Юн Бисама. Он хотел наслаждаться свободой до конца отпуска.

Более того, секс с Юн Бисамом неизбежно ускорил бы его направляющую силу. Юн Бисам сказал, что хотел бы иметь секс на одну ночь, а не получить руководство, но Бомин не был настолько наивен, чтобы поверить ему.

Одна только мысль об этом ужасала и заставляло тело дрожать.

— Что происходит? Ты стал будто другим человеком.

Юн Бисам сегодня был настойчив. Его гордость говорила ему, что Бомин оттолкнул его, и он ожидал, что, когда Бомин будет вести его позже, он не забудет о пережитом сегодня унижении и отплатит ему тем же.

В его темных глазах появился странный блеск, как у человека, открывшего для себя что-то интересное.

— Все, что вы знаете обо мне, — это отрывочные сведения и мое тело.

Их не интересовали ни чувства Бомина, ни его прошлое. Их волновали только две вещи: тело Бомина и его направляющая магия.

У каждого из них была своя индивидуальность, и это было единственное, что совпадало.

Юн Бисама, казалось, забавляла перемена в Бомине. Он не скрывал своего скромного любопытства, как кошка, играющая с загнанной в угол мышью.

— В договорных отношениях нет места личным чувствам.

— Ты не испытываешь никакого дискомфорта от того, что сейчас делаешь?

— Да. Вот почему это так интересно сейчас.

Сукин сын.

Бомин усиленно жевал соломинку. Если возможно, он хотел взять член Юн Бисама в рот и кусать его, пока на нем не останутся следы зубов. Если бы он мог видеть это элегантное лицо, искаженное болью, это немного облегчило бы его разочарование.

— Неважно. Как вы и сказали, мы связаны контрактом.

Юн Бисам странным образом раскрывал первоначальную личность Бомина. Он не напирает агрессивно, как Сон Джэхо, и не отталкивает, как Вон Сон О.

Он был человеком, который всегда поддерживал отношения с Бомином, сохраняя при этом соответствующую дистанцию. Он оказался странно близок к Бомину.

Даже сейчас он не злился на действия Бомина, а лишь приподнял уголки рта.

— Ах…

В то же время, когда раздался звук волочащегося стула, Бомина схватили за подбородок. Юн Би-Сам кончиком языка лизнул область вокруг глаз, которые морщились от боли.

— Наслаждайтесь едой. Не подбирайте ничего испорченного.

Прежде чем Бомин успел отбросить руку Юн Бисама, он исчез. Бомин погладил подбородок, который все еще болел, подхватил вилкой остатки торта и положил в рот.

Он был полон решимости найти достойного парня.

В голове крутились мысли о том, стоит ли искать партнера на одну ночь. Даже если он не был таким красивым, как Юн Бисам, то можно легко найти кого-нибудь симпатичного.

***

Опустошив тарелку со сладостями, Бомин отнес покупки в гостиницу. Переодевшись в приличный наряд, он сбрызнула шею и запястья духами, купленными по рекомендации продавца.

Он специально взял такси, чтобы поехать подальше от бара, где работал Ши Юхён, потому что не хотел с ним столкнуться.

Охранник на входе оглядел Бомина с ног до головы и, не говоря ни слова, пропустил его внутрь.

Он не искал намеренно, но ему показалось, что это клуб, который в основном обслуживает мужчин. Не то чтобы женщин не было, но они были редкостью.

Наряд Бомина выглядел обычным, но все остальные были одеты экстравагантно, как павлин-самец в период течки.

Даже в мире, где изначально жил Бомин, не только знаменитости, но и простые люди красили волосы в различные цвета, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность.

Здесь было нечто большее. Пробуждаясь, как эспер, некоторые из них меняли цвет волос и глаз из-за природы своей магии.

То же самое касалось и гонгов. У Хан Бисона были рыжие волосы и глаза, а у Вон Сон О были серебристо-серые волосы и глаза, как у волка. Юн Бисам, который оставил неоднозначные эмоции в сердце Бомина, имел холодно леденистый цвет. Только Сон Джэ Хо имел нормальный светло-коричневый цвет.

Музыка была настолько громкой, что звук вибрировал по всему телу. Цветные огни падали на широкую центральную сцену.

Бомин прошел через переполненный вход и направился к бармену. Это было место без стульев.

Стоя, оперевшись руками на стол, он заказал бокал фирменного коктейля клуба.

Бармен улыбнулся Бомину и грациозным движением взболтал виски, ярко-красный фруктовый сок и лед в шейкере.

В отличие от посетителей, бармен выглядел вполне неплохо.

Он был недостаточно красив, чтобы выделяться, но в сочетании со своим нарядом выглядел опрятно. Однако внешний вид людей, разгуливавших по клубу, были хуже, чем у бармена.

Несмотря на разный цвет волос, глаз и одежду, пропорции их черт лица были странно причудливыми. Если вы думали, что глаза выглядят хорошо, вид снизу был странным, а если вы смотрели в профиль и думали, что он выглядит хорошо, вид спереди был нехорошим.

– Коктейль ”Ред Хоул", который вы заказывали, готов.

— Спасибо.

Как следует из названия, перед Бомином поставили коктейльный бокал с красными завитками. Бомин взял бокал, жаждая выпить, и сделал глоток коктейля.

Пряная жидкость с тонким ягодным ароматом мягко спустилась в горло.

Бомин не был любителем крепких напитков, все же ему хватало пары бутылок пива, чтобы быть в состоянии умеренного опьянения. С коктейлем он не успел сделать и глотка, как почувствовал жар, поднимающийся от горла.

— Ты пришел один?

Пришло время отодвинуть бокал для коктейля, в котором был сделан всего один глоток. Он почувствовал чье-то приближение. Бомин взглянул на подошедшего к нему человека. В глазах Бомина появилось странное выражение.

У него было такое чувство, словно нашел жемчужину, спрятанную в грязи. Мужчина выглядел намного лучше, чем бармен, которого он считал вполне ничего.

Он был одет так, чтобы продемонстрировать свои черты и тип фигуры. Когда мужчина приблизился к Бомину, сильный запах духов наполнил его нос. Он слегка поморщился.

Искусственный запах был настолько сильным, что он даже заскучал по нежному аромату гонгов. Бомин прищурил свои слегка нахмуренные глаза и перевел взгляд на мужчину.

— Я бы хотел выпить в тихом месте, не хочешь пойти в комнату? Она находится наверху.

При спуске было довольно много ступенек. Несмотря на то, что оно находилось под землей, казалось, что оно имело еще отдельные этажи. Бомин на мгновение задумался.

Но вскоре он кивнул головой и проглотил остатки коктейля одним глотком. Он подумал, что ему нужно настоящее опьянение.

Хотя мужчина находился рядом с Бомином, но не вступал в ненужный контакт и вежливо предложил подняться наверх.

Прежде всего, даже если осмотреть клуб, будет сложно найти кого-то лучше, чем этот парень.

— Пройдемте.

Когда Бомин согласился, мужчина ярко улыбнулся, как будто был счастлив, и направился к лестнице, слегка держа Бомина за руку. Перед лестницей, как и у входа, стоял охранник.

Охранник отошел от входа, когда мужчина показал свое запястье с флуоресцентным браслетом.

— Я никогда раньше тебя не видел. Ты впервые здесь?

— Да.

Тоже самое было с парнем, которого он встретил в баре, где работал Ши Юхён. Он не знал, почему Бомина ловят люди, которые так отмечают посещаемость в клубе, что даже запоминают лица всех, кого встречают.

— Не против, что внутри мои друзья?

— Друзья?

— Да. Но у них у всех есть партнеры. Только я один, поэтому и спустился на поиск.

Прежде чем открыть дверь в комнату с надписью «4», мужчина спросил Бомина, как бы прося его понимания. Иметь друзей – это не так уж и плохо. Когда Бомин кивнул, как будто все в порядке, мужчина широко открыл дверь. Губы Бомина издали беззвучное восклицание.

Было понятно, почему у этого мужчины было смущенное выражение лица. Комната, где стоял диван в форме буквы «П», уже была наполнена громкими звуками.

— Ким Хёнджун. Ушел один без спроса?

Имя человека, который его привел, кажется, было Ким Хёнджун. По словам человека, сидевшего во главе стола, мужчина, который был меньше него, сел ему на бедра и приподнял талию.

— О, Джунсо. Мне было немного неловко оставаться одному.

Уголки глаз Бомина внезапно поднялись. Ким Хёнджун уделял слишком много внимания человеку по имени Джунсо. Его плечи были слегка согнуты, что чистое лицо выглядело потрепанным.

— Эй, вытащи это на минутку. Посмотри на лицо парня, которого привел с собой Хёнджун.

— Нгх, ымг, не вынимай…

Ли Джунсо толкнул тело мужчины, который забрался на него сверху. Мужчина обвил руками шею Джунсо, словно суетясь, что пенис выскользнул, когда его тело было на пике.

Кровавый звук удара плоти о плоть эхом разносился по пространству, где свирепствовали мужчины. В комнате не только Ли Джунсо, но и двое мужчин занимались сексом со своими партнершами.

Их движения внезапно прекратились из-за грохота.

Наступила гробовая тишина. Только мужчина, который упал на пол после того, как Ли Джунсо ударил его по лицу, издал стон.

— Не понимаешь, когда тебе говорят вытащить.

Ли Джунсо, нахмурившись, встал. В ледяной атмосфере другие могли лишь наблюдать за его движениями дрожащими глазами.

— Вблизи он выглядит лучше, не правда? Хёнджун, как ты привел сюда такого ребенка?

Бомин приходил в ужас каждый раз, когда пристальный взгляд Ли Джунсо касался его лица и тела. Скорее, это было похоже не на страх, а на отвращение, испытываемое, когда мерзкий червяк прильнул к его телу.

Каждый раз, когда он дышал рядом с ним, из его рта исходил запах сигарет. Его лицо было в три раза больше, чем у Бомина, и в довершение всего в середине лица торчало что-то размером с детский кулачок.

Он был настолько уродлив, что хотелось отвести взгляд, просто взглянув на него, у него так же была плохая привычка бить других.

Взгляд Бомина прошел мимо Ли Джунсо и остановился на дрожащем мужчине, поправляющем одежду. Это было лицо, которое выглядело молодым. Его внешний вид был настолько хорош, что заставляло задуматься, почему он пришел сюда и тусовался с Ли Джунсо.

Бомину стало жаль его: одна щека лопнула, из уголка рта потекла струйка крови, веки опухли. Он смотрел на Ли Джунсо со страхом в глазах, подавляя плач.

Тьма окутала глаза Бомина.

— Как тебя зовут? Заходи, давай выпьем.

Ли Джунсо схватил Бомина за запястье и потянул его внутрь. Когда Бомин не пошел и не сдвинулся с места, Ким Хёнджун, наблюдавший за ситуацией, толкнул Бомина в спину.

— Освободите место.

Отодвинув тех, кто находился с внешней стороны дивана, Ли Джунсо сел на диван и притянул к себе Бомина.

Бомин посмотрел на запястье, которого касалась рука Ли Джунсо. Отвращение, поднимавшееся по коже, соприкасавшейся друг с другом, становилось настолько сильным, что казалось, будто оно в любой момент лишит его рассудка.

Тот факт, что гонги не восставали против принудительного обращения с ними и Бомином, даже когда оно было облачено в форму секса, объясняется их связью с Бомином в оригинальном романе, поскольку его работа заключалась в том, чтобы направлять их.

Но это не относилось к мужчине рядом. Он хотел беззаботно провести время, но этот свиноподобный ублюдок всё испортил.

— Почему молчишь? Какой алкоголь любишь? Если здесь нет, того, что тебе нравится, ты можешь заказать.

Ли Джунсо кажется очень понравился Бомин. Хотя тот и сидел с напряженным выражением лица, Джунсо активно продолжал говорить.

Рука, обхватившая его запястье, погладила тонкие пальцы, затем медленно перешла на внутреннюю поверхность бедра.

— Убери от меня свою отвратительную рожу. И забери свои грязные руки с собой.

Бомин оттолкнул руку Ли Джунсо. Но вместо этого руки Бомина покраснели. Кожа была твердой, не такой, как у обычного человека.

— Видимо я был слишком вежлив с тобой.

— Угкх…

Ли Джунсо крепко схватил Бомина за подбородок. Когда Юн Бисам схватил Бомина, на нем остался синяк.

Бомин убедился, что Ли Джунсо не обычный человек, по силе его хватке. Хотя эсперы и могли распознать людей со способностями, гидам было нелегко отличить эсперов от обычных людей, если только они не были уровня А или выше. Как и сейчас, Бомину приходилось судить, основываясь исключительно на своё восприятие.

— Ты… гид? (Джунсо)

Рот Ли Джунсо скривился. Его и без того впечатляющее лицо еще больше осунулось.

— Ты не выглядишь знакомым, поэтому я думаю, что ты из другого отдела. Предполагаю, что ты рангом ниже A, так как я знаю почти всех, кто выше этого ранга. Верно?

Ли Джунсо довольно убедительно установил личность Бомина.

— Не боишься получить дисциплинарное взыскание?

Применение сил Эспера против простых людей строго наказывалось. Тоже самое касается и гида. Если только это не был акт по обоюдному согласию во время работы гида.

— Думаешь меня накажут за что-то подобное? Я никого не убивал и не калечил.

Бомин схватил толстое запястье Ли Джунсо, чтобы убрать его руку, но разница в силе была слишком велика. Похоже его уверенность в том, что он сможет избежать наказания была не простым бахвальством.

Большинство Эсперов S-класса связаны со штаб-квартирой в Сеуле. Для эспера B-класса, даже если бы у него был опыт, ему было нелегко вести себя настолько равнодушно. Была высокая вероятность того, что Джунсо был эспером класса А.

— Вы, ребята, идите в другую комнату, а мне надо с ним разобраться.

— Но…

В отличие от остальных, вскочивших на ноги, Ким Хёнджун замешкался. У него был мрачный цвет лица, как будто он чувствовал какую-то ответственность за Бомина, которого он привел с собой.

— Хёнджун-а, давай поменяемся партнерами. Парень, с которым я трахался, неплох, и дырочка у него тугая.

Руки молодого человека, который был одет в брюки и застегивал рубашку, замедлили ход. Капельки крови, словно лепестки, образовались на его распухших губах от того, что он сильно прикусил их.

— Хорошо…

Ким Хёнджун вышел из комнаты со смиренной улыбкой, несмотря на свой крупный размер. Когда он остался наедине с Бомином в комнате, скулы Ли Джунсо неприглядно поднялись.

— Мне не нравится заставлять людей. Раз уж вы пришли в такое место, не потому ли, что во время отпуска вам стало плохо? Гидов легко понять. Если вы ничего не вводите в свое тело, вы чувствуете себя опустошенным.

Бомину захотелось включить воду и промыть уши от некачественной грязной болтовни. Ли Джунсо все еще держал Бомина за подбородок и осторожно прижимал его одним бедром, чтобы Бомин не смог подняться.

Это была плотная масса плоти и мышц, превышающая по размерам два бедра Бомина вместе взятых.

— Я не ем всё подряд, даже когда голоден. У меня высокие стандарты. (Бомин)

Даже не глядя в зеркало, ясно, что лицо Бомина побледнело, кроме тех мест, которых касалась рука Ли Джунсо. Постоянная боль в челюсти становилась все сильнее.

До такой степени, что было чувство, будто у него отвалится челюсть. Однако Бомин не испугался Ли Джунсо, его взгляд стал острым.

В частности, вокруг было много мусора. Поэтому иногда Бомин издевался над собой и думал, что он тоже мусор, поэтому вокруг него часто крутится подобный сброд.

Он может не обращать внимания на большую часть такого мусора, но было кое-что, чего он терпеть не мог. Уродство и непринужденное применение насилия по отношению к тем, кто слабее тебя.

Он терпел гонгов только благодаря их лицам, размеру члена и технике. Удовольствие было сильным, если не считать ужасного ощущения, во время руководства, и незаслуженной жестокости в сексе.

У Ли Джунсо было паршивое не только лицо, но и член. Он был даже меньше, чем у Бомина. Было ощущение, что он рассыпается после нескольких затягиваний отверстия.

— Угкх…

Не сдержавшись, Бомин сказал Ли Джунсо то, что задело того за живое, и упал лицом вниз на диван. Когда он закрыл челюсть, которая была с силой открыта, кости издали треск. Было похоже, что он сломал челюсть.

— Сегодня я покажу тебе, что происходит, если ввести себя так высокомерно.

Ли Джунсо лишь приподнял задницу Бомина. Его руки быстро двинулись, чтобы расстегнуть пряжку и одновременно стянуть штаны и нижнее белье.

Бомин пошевелил дрожащими руками, когда нижняя часть его тела внезапно обнажилась.

С тех пор как я встретил Юн Бисама, я стал свирепым. Если бы он стоял на месте, за ним последовал бы тот, кто был никем.

Судя по размеру его члена, это не должно было быть больно, но ощущения были грязными. Когда Бомин пошел на встречу с Ши Юхён, он пообещал позаботиться о себе, и что сколько бы гонгов не было, он больше не позволит им обращаться с ним, как с куклой.

Если бы его изнасиловал статист, которым не был гонгом, чьё имя даже не упоминалось в романе, он не смог бы смотреть в глаза оригинальному Бомину.

Кончики пальцев Бомина схватили холодную стеклянную бутылку. Бомин со всей силы взмахнул рукой и ударил Ли Джунсо по голове.

— Если ты не можешь заблокировать такую атаку, тебя не следует называть эспером. Не так ли?

Гребаная разница в способностях.

В реальном мире, несмотря на разницу в размерах, он бы либо проломил ему череп, либо откусил бы ему член.

Бомин был беспомощен перед силой Эспера.

— Хуу…

По сравнению с членом, у Ли Джунсо были толстые пальцы. С самого начала он засунул не один палец, а два.

Бомин сжал сиденье дивана из-за покалывающей боли и ощущения инородного тела. Когда боль в челюсти усилилась, его зрение стало размытым.

— Хорошо сжимаешь… Не терпится получить член?

Когда Бомин вернется в центр на этот раз ему придется использовать свою зарплату для покупки оружия. В оригинале радиус действия Бомина ограничивался Ассоциацией.

Потому что у того Бомина не было необходимости в оружии, он постоянно следовал за гонгами, и больше ни на что не тратил время. Но он не тот Бомин. Он ходил бы в такие места всякий раз, когда у него накапливался стресс.

Оружие, предназначенное только для гида, стоило недешево, но для того, чтобы быть готовым к чему-то подобному, он должен был поставить свою безопасность выше денег.

Когда Ли Джунсо сунул пальцы в дырку, это было не проявление заботы о партнере. Он просто сравнивал, что случится и какой она станет, после того, как он трахнет его.

Бомин зажмурил глаза, когда головка члена прижалась к его входу. В голове Бомина пронеслись воспоминания, которые приходили на ум всякий раз, когда он оказывался в беспомощной ситуации.

Это было тогда, когда слезы, упавшие из уголков его глаз, потемнели на сиденье дивана.

— Ли Бомин.

Дверь комнаты резко открылась, и над головой послышался знакомый голос. Бомин даже не успел открыть закрытые глаза. Ли Джунсо, придавивший Бомина своим весом, вылетел и врезался в стену.

— Угх, почему ты здесь…

Голос Ли Джунсо неприглядно дрожал, когда он говорил. Он выглядел совсем другим человеком, как будто потерял всё своё достоинство.

— Кто ты такой?

— Кха… не могу дышать…

Прежде чем Ли Джунсо успел подняться, человек, который сбил его с ног, подошел и поднял его за шею одной рукой.

Тело Ли Джунсо выгнулось, когда его стали душить. Он поднял руки, которые увеличились почти вдвое, и заставил свои мышцы напрячься. Он отчаянно боролся, задыхаясь, но рука, обхватившая его горло, не разжималась.

— А, агрх…

Треск, треск, треск. Каждый раз, когда раздавался звук скручивания костей, рот Ли Джунсо беспомощно открывался. Его зрачки уже закатились, белые поглощали чёрные.

Задыхаясь и отчаянно дрыгая конечностями, он был так же уродлив, как раздавленные под ногами черви.

Только когда из уголка его рта потекла розовая пена, мужчина разжал хватку и снова швырнул его в стену. Одна сторона стены вмялась в форму туловища Ли Джунсо.

— Ты подал заявление на отпуск, чтобы сбежать сюда?

— Давно не виделись.

Бомин беспомощно улыбнулся и поднял руку. Ли ДжунСо был избит прежде, чем он смог что-либо сделать, но проблема заключалась в том, что разум Бомина всё еще не оправился и находился во власти воспоминаний прошлого.

Все тело Бомина было без сил, и он растянулся на диване, как моллюск.

— Ты хоть представляешь, как долго я искал?

Сон Джэ Хо стиснул зубы при виде Бомина, от души смеющегося над тем, что всего несколько минут назад его чуть не изнасиловали. Однако он не забыл задрать нижнее белье Бомина и брюки, которые обнажали нижнюю часть его тела.

Улыбка на лице Бомина стала шире, когда он увидел это.

— Где твой телефон? Почему ты не отвечаешь?

— Я не знаю… куда он делся.

На самом деле он был у него в кармане, но Бомин моргнул, как теленок, как будто и вправду не знал где он.

— Вот он. Ты это делаешь специально, да?

Острый взгляд Сон Джэхо упал на карман брюк Бомина. Мобильный телефон, лежащий в кармане Бомина, сам собой вытащился и оказался в руке эспера.

Он открыл телефон, чтобы посмотреть на чат, и замер.

— Пароль, раньше вы его не блокировали.

— Я делал?

Брови Сон Джэхо нахмурились, но Бомин только рассмеялся. Эспер глубоко вздохнул, как бы сдерживая свой гнев. Широкая грудная клетка, обтянутая рубашкой, угрожающе вздымалась и опускалась.

— Что с тобой случилось?

Голос Сон Джэхо звучал нехарактерно серьезно, и Бомин приподнялся, откинувшись на спинку дивана.

— Вот как.

— Почему ты делаешь то, чего раньше не делал? Ты никогда не выходил на улицу, как будто у тебя внутри ассоциации спрятано какое-то сокровище.

— Мне тоже нужен отдых. Я работаю в компании уже больше года, и я единственный гид, который не брал отпуск.

Взгляд Сон Джэхо, изучавшего Бомина, был настойчивым. Его светло-карие глаза, обычно искрящиеся озорством, сейчас были неподвижны, как перед восходом солнца.

Бомин был прав. Бомин же не заключил с ним эксклюзивный договор о том, что он будет его личным проводником.

Их связывают лишь взаимовыгодные отношения, он был одним из проводников, к которому вы обращаетесь, когда они вам нужны.

Но почему… Сон Джэхо был в шоке: эмоции, которые он испытал во время поисков Бомина за последние несколько дней, хлынули в его голову водопадом.

Обычно он получал ответ сразу же, как только связывался с ним. Как будто гид постоянно ждал его. Но увидев, что спустя несколько часов Бомин так и не прочитал его сообщение, он почувствовал необъяснимое разочарование.

И даже, когда он позвонил ответа не было. Хоть он и обыскал всю ассоциацию, но не смог увидеть даже кончика его волос.

Только посетив офис гидов, он узнал, что Бомин подал заявление на отпуск и покинул ассоциацию.

Человек, который до мелочей рассказывал о своей повседневной, исчез, не сказав ни слова. Трудно объяснить, что он чувствовал в тот момент.

Это похоже на то, как в обычный день вы не ощущаете присутствия кислорода, но, когда становится нечем дышать, вы вдруг осознаете, насколько он важен.

Он был полон гнева из-за неизвестной эмоции. Когда он преследовал Бомина, как охотничья собака, то наткнулся на него в баре, которого насилует уродливый мужчина.

В этот момент Сон Джэхо потерял рассудок. Давненько он не использовал свою силу против человека, а не против монстра, не беспокоясь о сложившихся обстоятельствах.

— Сначала вернись в ассоциацию.

— Почему я? У меня ещё отпуск.

Однако вместо того, чтобы как следует вглядеться в бездну незнакомых эмоций, Сон Джэхо вжал их глубоко в свое сердце. Когда он снова встретил Бомина, его сердце успокоилось, как будто до этого находилось в бушующем море.

— Могу я запросить экстренное руководство?

— Ты можешь просто пойти к другому гиду и получить его, у тебя это всегда хорошо получалось.

— Все заняты.

Даже когда он говорил, то понимал, что это бессмысленно, и уголки глаз Сон Джэхо опустились.

— Сон Джэхо.

— Что?

Надутые губы делали его похожим на пятилетнего ребенка. Бомин встал с дивана и подошел ближе к эсперу.

Сон Джэхо избегал зрительного контакта, поэтому Бомин прижался к нему ближе, пока их нижние части тел не переплелись.

Бомин был в обычной одежде, как и Сон Джэхо. Его свободолюбие проявилось лучше, чем когда он был одет в костюм эспера.

— Скажи мне честно.

— Что?

Это не была игра в тысячу вопросов.

Сон Джэхо отвел бессмысленный взгляд от стены и сосредоточил его на черных как смоль глазах. Сердце колотилось при виде этих безупречных, ясных глаз, в которых он отражался.

— Ты хотел получить руководство именно от меня, а не от другого гида, поэтому искал меня.

Говоря это, Бомин поднял ладонь и нежно погладил его твердую грудную клетку. Несмотря на его незрелое лицо, его тело было таким же сильным, как и у других гонгов.

Это было прекрасное тело, далеко не похожее на то, которое давило на Бомина всего несколько минут назад.

— … Нет, это не так?

Сон Джэ Хо, казалось, был поражен словами Бомина. Но, похоже, он решил держаться до конца, в конце его голос нервно повысился.

— Я буду честен.

— Что?

— Спасибо, что спас меня, Сон Джэхо.

Бомин обвил руками шею Сон Джэхо, поднялся на носочки и слегка закусил нижнюю губу. Губы отодвинулись, прежде чем он смог должным образом почувствовать мягкость, заставив Сон Джэхо поджать губы, как будто он чувствовал разочарование.

— Потому что, если бы не ты... у меня был бы ужасный опыт.

Бомин, которого знал Сон Джэхо, обладал сильной гордостью. Даже если он сделал что-то не так, он никогда не извинялся. Несмотря на то, что он жаждал любви, все, что он мог видеть, это одержимость, которая утомляла людей.

Бомин теперь говорил "спасибо" с более искренним выражением лица, чем кто-либо другой.

Дыхание Бомина на его лице было похоже на какой-то сладкий эликсир. Он чувствовал себя так, словно погрузился в бесконечный колодец.

Ощущение, будто тебя куда-то тянут против воли.

— Я остановился в гостинице "Централ Сити", номер 1608.

— Почему… внезапно отель…

— Я сонный…

Бомин бросил огромный валун в сознание Сон Джэхо и закрыл глаза. Удивившись тому, что тело Бомина обмякло, Сон Джэхо с помощью телекинеза приподнял тело Бомина.

Бомин, который парил, как перышко, даже не коснувшись пола, приземлился на руки Джэхо.

Он чувствовал себя удовлетворенным, словно держал в руках изготовленную на заказ куклу. Чувство, которое еще недавно колотилось в его груди, стало сильнее, когда чужое красочное дыхание коснулось его.

— Ты… стал очень странным.

Сон Джэхо прошептал это как признание на ухо Бомин, который уже спал. Его голос был полон неподдельной страсти, как у юноши-подростка в пылу его первой любви.

— Хыгх…

Невидимая сила обрушилась на тело Ли Джунсо, пытавшегося прийти в себя, и ударила, как молот.

— Агх… Хы… Спаси меня…

Не будь Ли Джунсо эспером А-класса, то давно бы уже отправился к праотцам.

— Угх…

Лицо эспера, раздавленное ногой Сон Джэхо, упало на пол. Ли Джунсо боролся, ударившись об пол обеими руками из-за боли в раздавленном носу.

— Если, я еще раз увижу тебя рядом с ним…

— А, я не буду!

Ли Джунсо срочно заговорил. Он произносил слова неточно, так как его лицо было прижато, но в голосе было достаточно отчаяния, чтобы передать желание спастись.

— Тогда ты исчезнешь.

В лицо Джунсо впились белые осколки зубов, смешанные с кровью. Он был так напуган, что даже не заметил, что потерял несколько зубов. Хотя Сон Джэхо, который придавил его силой, уже вышел из комнаты, он еще долго не решался встать.

***

— Умгх…

Бомин медленно приходил в себя. Он понял, что его тело было скованно. Каждый раз, когда он моргал, всё что он мог видеть, было размытым остаточным изображением.

Ткань, нависшая над ресницами, казалась мягкой, но колючей. Он поднял руку и попытался снять то, что закрывало ему глаза. Тогда Бомин понял, что оба его запястья связаны.

— Это что?

Несмотря на то, что он сильно тянул руками, ремни, связывавшие запястья, не ослабли. Та часть, которая касалась запястья, была мягкой и не болела, но грубое движение заставило нежную кожу постепенно опухнуть.

Поскольку он не мог видеть, его слух был, естественно, обострен. Он почувствовал, как кто-то забрался на кровать, где лежал Бомин.

— Это ты, Сон Джэхо?

— …

Именно Сон Джэхо был рядом с Бомином до того, как тот потерял сознание.

Но вместо того, чтобы ответить на вопрос Бомина, незнакомец нежно провел кончиками пальцев по уголку глаза, закрытого повязкой.

Бомин нервно сглотнул. Он пока не смог однозначно завоевать сердце Сон Джэхо. В отношениях, где только одна сторона проявляла инициативу, он впервые оттолкнул, что должно было возбудить любопытство.

Судя по его ощущениям, он был на кровати, но не мог с уверенностью сказать, что это место было отелем, где он остановился.

— Если это шутка… Это не смешно.

Не то чтобы ему не нравились подобные игры. Но только тогда, когда всё согласовано. Невозможность нормально двигаться и ограниченный обзор сказывались на чувствах Бомина.

— А…

Теплая рука погладила лицо Бомина, затем нежно провела по нижней губе. Пальцы пощекотали язык, который слегка высунулся, а затем скользнули вниз, к нервно трепещущему бугорку.

Бомин был раздет. Несмотря на то, что внутри было не холодно, волосы на его теле встали дыбом от напряжения. Рука, поглаживавшая сухую ключицу, переместилась на грудь.

От трения двух бугорков плоти между пальцами по коже поползли мурашки. Ноги не были прикованы, и он попытался оттолкнуться ногами, но это было бесполезно. Вес, давивший на бедра, прижимал его к кровати.

— Хм, умнг…

Было неизвестно, кто был другим человеком. Но его чувствительное к удовольствию тело медленно разогревалось от нежных ласк.

Горячее дыхание обдало его стоящие соски. Человек, похлопавший Бомина по дрожащей груди, взял сосок в рот, всасывая чувствительную плоть во влажную слизистую оболочку.

— Ах… остановись…

Если так пойдет дальше, то Бомин будет вынужден раздвинуть ноги неизвестно кому. Несмотря на мольбы Бомина, он продолжал водить языком по плоти. Он не отпускал его до тех пор, пока соски не набухли от слюны.

Кровь быстро циркулировала по телу Бомина.

Сжимать, сжимать. В уголках закрытых глаз Бомина образовалась влага, когда незнакомец жадно всасывал ртом набухший сосок. Другой бугорок плоти, не попавший в рот, он дразнил рукой.

— Ух, ах…!

Когда стон смешался с потоком воды, он прикусил сосок зубами. Жгучая боль в районе груди заставила Бомина извиваться, пытаясь освободить связанные руки.

Реакция Бомина становилась все более и более бурной. Мужчина отпустил грудь, которую дразнил и двинулся туда, где выделялись контуры ребер.

Легкие поцелуи лепестками красных цветов упали на кожу, похожую на чистое белое снежное поле.

Губы без колебаний коснулись прямого живота. Ощущение того, что его кожу куда-то засасывало, а затем отпускало, было слишком резким.

— Хаа, ху… Кто ты?

Если бы он услышал голос незнакомца, то смог бы понять, знаком ли он, но мужчина молчал, и узнать было невозможно.

Он мог точно сказать, что у него большие руки. Однако у всех, когда встречал Бомин, после переселения, были большие руки. Кроме парня, которого он встретил в клубе.

— Хы…ааа…

Член Бомина оказался втянут во влажную пещеру. Он аккуратно потер кончик головки, из которой вытекла прозрачная жидкость, большой площадью языка.

Он сосал мягкую плоть, как сладкую конфету. Прошло совсем немного времени, и полустоячий член Бомина полностью затвердел в пещере.

Не то, чтобы он никогда не получал от партнеров минет. Было видно, что незнакомый мужчина очень хорошо знал, как доставить удовольствие. Вжимая кончик члена в горло, он нежно потер основание губами

— Угх, черт…

Вырвался сдержанный стон. Белые бедра Бомина задрожали, удовольствие в самом чувствительном месте заставило Бомина эякулировать быстрее, чем обычно.

Ему казалось, что телом манипулируют, чтобы он испытывал только удовольствие. Мягкие простыни сминались в беспорядке между пальцами ног.

По мере того как тот двигал головой вперед-назад, движения, стимулирующие кожу его члена, усиливались. Возвратно-поступательные движения были плавными поскольку смазаны смесью слюны и спермы.

Талия Бомина выгнулась в воздухе, когда его член вонзился в горло.

Красная жидкость на его члене, натертая губами, со временем становилась все темнее. Его головка была сжата в узкое место и сдавлена до предела. Бомин не выдержал и выстрелил своей струей в чей-то рот.

— Хаа, хаа…

Из его покрасневших губ сквозь зубы вырывалось измученное дыхание. Ощущение разрядки после достижения оргазма без отдыха было таким же внезапным, как у воздушного шарика, который вот-вот лопнет.

Со временем его любопытство к партнеру росло.

Сон Джэхо был наиболее вероятным подозреваемым, но он не был уверен; он уже ел его член раньше и сможет определить, только когда тот окажется внутри Бомина.

Его тело, получившее разрядку, обмякло на простынях, но вскоре сознание помутилось от ощущения губ на внутренней стороне бедер и пальцев, проникающих в его тугую дырочку.

— Хыы, больно…

Несмотря на то, что светло-розовый член блестел от большого количества жидкости, внутри дырка все еще оставалась сухой. Когда пальцы вонзились внутрь, внутренние стены естественным образом отодвинулись, затем пришли в себя и прижались к незваному гостю.

На этот раз он услышал звук сжимаемой трубки. Пальцы, высунувшиеся наружу, снова погрузились в отверстие, покрытое слизкой жидкостью.

Смазанные пальцы легко проникли внутрь. Палец круговыми движениями потер внутреннюю стенку.

— Угх, да…

Еще было сильное ощущение инородного тела, но это был только один палец. Бомин очень хорошо знает, как приятно испытывать вещи, с которыми трудно сравнивать.

Боль длилась лишь мгновение. Ощущение взрыва фейерверка в его голове каждый раз, когда твердый член прижимался к опухшей области, было похоже на сильный наркотик, от которого он никогда не мог отказаться, как только испытал его.

— Быстрее... войди…

Бомин, чей разум был поглощен удовольствиями, поддался своим инстинктам. Его уже не интересовала личность человека, который играл с его телом, как с игрушкой.

Ему просто нужен был член, чтобы закончить этот волнующий акт и почувствовать его внутри себя. Иррациональная мысль о том, что он хочет, чтобы он издевался над ним, становилась все сильнее.

Но безымянному мужчине, похоже, было не до этого. Вместо члена он добавил пальцы, один за другим старательно раздвигая внутренние стенки Бомина.

Это был такой милый жест, что на мгновение он подумал, что это может быть Ши Юхён. Хотя то, что ему связали руки и завязали глаза, было отнюдь не по-джентльменски.

— Мнгх, да… хорошо…

Вход открылся, словно собираясь разорваться, втягивая горячую плоть глубоко в его тело. Медленного проникновения было достаточно, чтобы стимулировать простату.

— Ты… Сон Джэ Хо… хах… это правда…

Однажды попробовав его, вы никогда не сможете забыть.

Все они были значительно больше среднего размера, но небольшие различия все же были. Было легко определить, кто это был, если не считать Юн Бисам, которого он еще не пробовал.

Сон Джэхо, казалось, был рад, что Бомин догадался о его личности. Он снял повязку с глаз и слегка поцеловал его в ухо.

— Как узнал?

— Хаа… Твой член единственный в мире... я не знаю, как…

— Удивительно.

Должен ли он дать Бомину время приспособиться к своему размеру? Сон Джэхо просто осторожно двинулся талию, полностью вставив член.

Уже от этого внутренние стенки, расшатавшиеся, цеплялись за член и сопротивлялись.

Ткань, закрывающая ему обзор, наконец исчезла. И он увидел озорное лицо с игриво поднятыми вверх уголками рта.

— Испугался?

— Угу.

— спросил Сон Джэ Хо, облизывая языком полные слез глаза. Когда Бомин ответил откровенно, он повернул голову, улыбаясь так, что его нос наморщился. Губы, коснувшиеся губ Бомина, были горячими.

— Ум... хм… ым…

Ему показалось это странным с того момента, как Джэхо старательно разрабатывал его. Язык Сон Джэхо нехарактерно мягко проник в рот Бомина. То, как он поглаживал ровные зубы и двигал языком туда-сюда, было непривычно. Бомин переместил свои связанные руки, чтобы обхватить шею Сон Джэхо.

Страстный поцелуй продолжался, носы друг друга щекотали до такой степени, что они деформировались.

Внутренние стенки Бомина дернулись, как будто хотели схватить член Сон Джэхо. Из-за невыносимой стимуляции тот перестал смотреть и начал серьезно двигать талией.

Шлеп, шлеп, шлеп. Если закрыть глаза и прислушаться, то трудно было поверить, что этот звук издает плоть, соприкасающаяся с плотью. Его язык был по-прежнему нежен, но нижняя часть тела дико двигалась, словно хотела пронзить.

— Хаа, хы, ааа… слишком быстро…

В конце концов Бомин отвернулся от губ Сон Джэхо. Он потерся лицом о простыню, пытаясь отдышаться, но прилив удовольствия убивал его.

Повязка с глаз была снята, но руки оставались связанными. Бомин пошевелил руками, чтобы освободить связанные руки.

Сон Джэхо продолжал толкать Бомина, и, прежде чем он успел это осознать, голова Бомина оказалась прижатой к изголовью кровати. Расстояние, на которое он смог переместить руки, увеличилось.

Хватка, удерживавшая волосы Сон Джэхо, усилилась. Тот сосал соски Бомина, а не его губы, как полусумасшедший.

Как человек, попробовавший воду после трехдневного голодания, он прижался к груди Бомина и не мог прийти в себя.

— Ах, да…!

Сила ускользала из рук Бомина. Все рациональные мысли, остававшиеся в его сознании, стали миражом в нарастающем потоке нирваны.

Белое тело, местами лихорадочно цветущее, трепыхалось, как рыба, пронзенная гигантским гарпуном. Связанные руки беспомощно болтались на спине, где отчетливо выделялись мускулы.

Бомин даже не почувствовал боли от удара макушки о изголовье кровати и лишь издал гнусавый звук. Сон Джэхо обвил руками спину Бомина и крепко удержал его тощее тело на месте.

Он чувствовал, как пульсируют их сердца. Сердце не только Бомина, но и Сон Джэхо билось быстро. Их сердца бились синхронно и без пауз.

— Ли Бомин. Как меня зовут?

— Ха, Сон… Джэхо…

Сон Джэ Хо нежно укусил Бомина за мочку уха. Тело, на котором красочно цвели засосы, было настолько эротичным, что ошеломляло даже в комнате, где был включено неяркое освещение.

Звук его имени, произнесенного надтреснутым голосом, был сладок, как мед. Сон Джэ Хо облизнул покрасневшее ухо кончиком языка.

— Моё имя, хух, назови. Продолжай.

— Не хочу…

— Тогда я не буду двигаться.

Бомин повернул голову, чтобы избежать его горячего дыхания, и когда он отказался, Сон Джэхо действительно перестал двигать бедрами. Бомин, который был на грани эякуляции, обвил ногами талию Сон Джэхо и притянул к себе с чувством, что его терзают.

Тем не менее, Сон Джэхо оставался внутри Бомина и не двигался.

— Почемуу…

Бомин поднял заплаканный взгляд и посмотрел на Сон Джэхо. Его белое лицо было наполнено печалью, как у ребенка, у которого отобрали вкусную конфету.

— Назови моё имя, и я продолжу.

Как зовут этого парня?

Глаза Бомина остекленели, так как Сон Джэхо продолжал совершать странные поступки.

В его сердце начало расти лягушачье чувство нежелания подчиняться, потому что кто-то принуждал его к этому. Однако, когда Бомин увидел, что с его пульсирующего члена капает прозрачная жидкость, ему стало жаль себя.

— Сон Джэ Хо… Двигайся… Джэхо…

В конце концов, Бомин забыл о гордости ради удовольствия. Он ласково позвал его по имени и пососал нижнюю губу Сон Джэхо, как конфету.

В черных, как смоль, водянистых глазах отражался Сон Джэхо, как будто никого нет на свете.

— Блять…

— Ух, хаах... Хорошо. Еще, хыакх, сильнее...

Белые ягодицы были раздавлены, как рисовая лепешка, а затем снова раздавлены, прежде чем они смогли принять правильную форму.

Его мускулистые бедра, словно плеть, ударяли по единственной мясистой части худого тела. Красные следы, которые со временем наверняка превратятся в синяки, тянулись вдоль мест трения, как мазки краски.

— Почему ты такой, такой милый, ты умеешь сводить людей с ума.

Крошечные поцелуи осыпали лицо Бомина, когда он лежал, оцепенев от блаженства.

Веревки, связывающие руки Бомина, развязались сами собой. Свободными руками Бомин вцепился в спину Сон Джэхо. Ногти у него были короткие, поэтому вместо того, чтобы содрать кожу, они прочертили красные линии.

— Хымг, ах, хынгх!

Каждый раз, когда головка раздвигала внутреннюю стенку и выскальзывала наружу, нежная кожа натиралась в беспорядке. Даже когда твердый член пронзал его тело, Бомин использовал удовольствие от этого момента как наркотик.

Ему нравилось ощущение, что не нужно было ни о чем не думать. Он хотел остаться навсегда в этот состоянии, наполненном блаженством.

Искусственное ощущение дефекации настолько раздражало, что на спине Джэхо появились красные пятна, а пальцы ног скрючились до судорог.

Хотя дыра расширилась до предела, как будто могла разорваться в любой момент, Бомин не оттолкнул Сон Джэхо. Скорее он потянул его с силой, вталкивая в своё тело.

Бомин был возбужден Сон Джэ Хо, и каждый раз, когда его стоячие соски терлись о твердую грудь и выступающие выступы на ее вершине, Бомин возбуждался.

— Ха, ха, ещё, сильнее…!

Этого почти крика было достаточно, чтобы спровоцировать Сон Джэхо. Сон Джэхо сложил тело Бомина пополам, обхватив его худые плечи.

Словно молоток, забивающий гвоздь, Сон Джэхо бесцеремонно двигал талией.

Член Бомина, направленный ему в лицо, не удержался и изверг белую сперму. Сжавшиеся со всех сторон внутренние стенки, Сон Джэхо почти одновременно извергся в тело Бомин.

Белая сперма покрыла его живот, грудь и залитые слезами щеки. Но за удовольствием от семяизвержения последовала боль.

— Ху, ай… больно…

— Подожди немного. Хм?

Его внутренние стенки с силой обхватили огромный член, как никогда раньше. Направляющая сила засасывала его внутрь против воли, и слезы, не сдерживаясь, текли по щекам.

Несмотря на то, что Сон Джэхо уткнулся губами в его разгоряченное лицо, плач Бомина не прекращался.

В отличие от боли Бомина, лицо Сон Джэхо было пропитано величайшим удовольствием. Магия Бомина сегодня казалась слаще.

Он думал, это было больше потому, что то, как Бомин стонал, с его членом в животе, выглядело так красиво, что вызывало желание остаться внутри.

— Ли Бомин?

Но состояние Бомина было странное.

Пока он держался за живот, его плачущие глаза закрылись, а голова упала набок. Слезы, стекшие из уголков его глаз, образовали на простыне небольшое мокрое пятно.

— Эй, что с тобой?

Сон Джэхо был удивлен и поднял Бомина на руки. Его шея была слабой, как у новорожденного ребенка, и она постоянно падала назад.

Даже когда он похлопал Бомина по щеке, его длинные, мокрые от слез ресницы даже не дрогнули. Он все еще дышал, но даже звук его дыхания был тихим, как свеча на ветру, до такой степени, что он боялся больше не услышать его.

Сон Джэхо, выругался, завернул тело Бомина в простыню. Его нервозность была очевидна в его шагах, когда он передвигался в одежде и держа Бомина на руках.

Он завел мотоцикл, припаркованный на парковке отеля, и надежно прикрепил тело Бомина к себе с помощью телекинеза.

Шины мотоцикла с яростным визгом пронеслись по земле. Выехав на дорогу для людей с ограниченными возможностями, он нажал на полный газ.

В крупных городах Южной Кореи, куда часто отправлялись на срочные задания, были проложены специальные дороги для людей. Мотоцикл Сон Джэхо достаточно быстро вилял по дороге, чтобы стать причиной серьезной аварии.

Сон Джэхо грубо ездил на мотоцикле, но время от времени поглядывал на цвет лица Бомина. За исключением небольшого покраснения вокруг глаз, на маленьком лице было трудно разглядеть какой-либо цвет.

Сон Джэхо стиснул зубы, его губы приобрели синий оттенок.

— Зачем ты вообще это делаешь…

Он сосредоточил свою магию и прислушался к дыханию и сердцебиению Бомина. Сердце билось так медленно, что казалось, оно вот-вот остановится.

Сон Джэхо с визгом остановил свой мотоцикл перед лечебным центром Ассоциации. Он даже не успел воспользоваться своей силой. Дорогой мотоцикл рухнул на землю. Сон Джэхо распахнул дверь и крикнул медперсоналу.

— Здесь чрезвычайная ситуация, быстрее окажите помощь!

Отчаянный голос Сон Джэхо привлек внимание медицинского персонала, прогуливавшегося по лечебному центру. Затем к нему поспешно подошли люди, узнавшие Сон Джэхо.

— Эспер Сон Джэхо. Давно не виделись.

— Оставим приветствия на потом, сначала осмотрите его.

Сан Ён, целитель-эспер класса "В", из отделения неотложной помощи лечебного центра, улыбнулся прямоте Сон Джэхо и сразу же принялся к выполнению дела.

Он поднял плотно закрытые веки, осветил зрачки, проверил жизненно важные органы и повел Сон ДжэХо к койке отделения неотложной помощи. Это потому, что тот держал Бомина.

— Его жизненные показатели необычно замедлены, зрачки слабо реагируют, и я думаю, что лучше вызвать специалиста-эспера, чтобы он осмотрел его, а не я.

— Тогда звони скорее.

В ответ на мысли Сон Джэхо воздух вокруг него зловеще потрескивал. Сан Дэён, видимо, понял, что он опаснее, чем состояние Бомина, потому что немедленно вызвал эсперов более высокого ранга.

Поскольку сообщением был отправлен экстренный вызов, Эспер в белом халате появился в отделении неотложной помощи менее чем через минуту.

— Где экстренный пациент?

— Вот здесь.

Эспер А-класса Джин Гюгон выслушал то, что сказал Сан Дэён, и более внимательно осмотрел Бомина. Он не забыл взять с собой мобильный тестер, расположенный сбоку, и проверить волну направляющей магической силы Бомина.

— Это магический шок.

— Почему вдруг…Раньше такого не было.

Магический шок - симптом, наблюдаемый у гидов. Обычно он возникает, когда гид плотно ведет эсперов с большой разницей в рейтинге или низким процентом совпадений.

Иногда это было временным явлением, но в тяжелых случаях это было опасно, так как энергетические волны могли сбиться с пути и привести к проблемам с сердцем. Это симптом, которого следует остерегаться, если вы являетесь проводником.

— Это гид Ли Бомин, и, насколько я помню, у него 90% совпадений со всеми эсперами класса S, включая Сон Джэхо.

Это была известная история внутри ассоциации. Хотя Бомин был гидом B-класса, он также был движущей силой, регулярно сопровождавшей четырех эсперов S-класса.

— Может быть, стоит еще раз провести проверку коэффициента совпадения. Я думаю, что коэффициент совпадения снизился.

Проницательные глаза за стеклами очков в полуопущенной оправе потрясенно посмотрели на Сон Джэхо. Из-за характера его работы большинство пациентов-проводников были привлечены, когда Эспера слишком много руководили.

Между тем, Бомин был пациентом, которого никогда не привлекали к чему-то подобному. Он был стабильным даже во время периодических медицинских осмотров и тестов магической волны.

Было ясно, что что-то произошло.

От них двоих исходил слабый аромат каштана. Не нужно было приглядываться, чтобы понять, что они занимались сексом.

Более того, Бомин был обнажен, и его тело было обернуто лишь простыней. Сон Джэхо был одет хорошо, но одежда его была настолько в беспорядке, что на рубашке была застегнута лишь пара пуговиц.

— Пожалуйста, переведите пациента в палату проводника.

Первым делом он переместил Бомина в безопасное место. По сравнению с эсперами проводник был ребенком.

Разница была в физических способностях, а не в умственных, поэтому многие гиды, приходящие в лечебные центры, несут на себе следы нападения эсперов.

В процессе получения руководства было много людей, которые не могли совладать со своим волнением и пытались что-то сделать, а также были случаи, когда их первоначальные наклонности носили садистский характер.

Конечно, такие люди были наказаны ассоциацией. Когда накопились предупреждения, их заставляли использовать направляющие машины вместо гидов.

Сон Джэхо повернулся, чтобы последовать за Бомином, когда его выносили с кровати, но Джин Кюгон остановил его. Воздух вокруг них тяжело завибрировал.

— Прочь с дороги.

— Пациент в настоящее время нуждается в абсолютной стабильности. Я свяжусь с Эспером Сон Джэхо, как только замечу улучшение, поэтому, пожалуйста, уходите сейчас.

Хотя Сон Джэхо пристально смотрел на Джин Кюгона и оказывал на него давление, это было бесполезно. Вместо того, чтобы отступить, Джин Кюгона подал знак рукой охранникам лечебного центра.

Вскоре вокруг двоих мужчин собрались охранники в черной форме - все эсперы класса А.

Хотя они знали, что человеком, которого им нужно было остановить, был Сон Джэхо эспер S-класса, они увеличили свой импульс. Кулак Сон Джэхо был сжат так сильно, что выступили синие вены.

Нейтрализовать тех, кто блокирует, легко, но тогда кем бы вы ни были, вы будете наказаны.

Одним из мест внутри ассоциации, где никогда не следует применять силу, был лечебный центр. Это было место, где только охранникам разрешалось использовать свои способности.

— Даже если не будет улучшения, свяжитесь со мной пожалуйста. По возможности каждые два часа.

Джин Кюгон мысленно покачал головой: даже он не хотел переступать границы дозволенного с эсперами класса S.

— Хорошо. Я не буду тебя провожать.

Это была мольба о том, чтобы он ушел и уступил его требованиям. Сон Джэхо взглянул на Джин Кюгона холодными глазами, затем повернулся и покинул лечебный центр.

Даже не осознавая этого, кончики его пальцев слегка дрожали. Было подтверждено, что жизни Бомина ничего не угрожает.

Однако шея, упавшая, как цветок со сломанным стеблем, все еще остается отчетливым остаточным изображением. Его тревожные чувства не прошли легко.

— Почему коэффициент совпадения падает?

Он провел руками по волосам, не в силах понять, почему это происходит. Процент совпадения между эсперами и проводниками не был неизменным числом.

Он мог колебаться вверх или вниз. Однако если было магический шок, значит он резко снизился, а это случалось очень редко.

Сон Джэхо какое-то время не мог оторвать глаз от больничной палаты, предназначенной только для гидов, куда должен был госпитализировать Бомин. Пока луна, висевшая в ночном небе, не исчезла.

***

— Хочу… пить…

Бомин схватился за горло и открыл глаза. Он явно целовался с Сон Джэхо, но вдруг его сознание отрезали, как ножницами.

— Где… это…

Горло болело так, что казалось, оно разорвется от каждого слова. Он огляделся по сторонам, глаза его медленно приходили в фокус, но все, что он видел, было незнакомым.

От строгих белых потолков и стен до медленно капающей капельницы.

— Какая больница…

Это было место, похожее на больницу, которую знал Бомин. У него не было сил в конечностях, поэтому он застонал и поднял руку от дискомфорта. Бомин мог видеть капельницу, подключенную к тыльной стороне его руки.

— Сон Джэхо, куда он пошел...

Возможно, он был слишком жаден, желая, чтобы Джэхо остался с ним, думая, что он будет заботиться, потому что между ними была физическая близость.

— О? Пациент очнулся?

Больничная палата, где лежал Бомин, была настолько маленькой, что казалось, будто в ней всего одна койка. Открылась раздвижная дверь, и вошла женщина, одетая как медсестра.

— Вы знаете, что это за место?

— Нет…

— Это лечебный центр при ассоциации. Гид Ли Бомин бывал только в смотровом и процедурном кабинете, так что это ваш первый визит в больничную палату.

Она проверила капельницу и сняла трубку с тыльной стороны руки Бомина. Она аккуратно обработала место, куда крепилась трубка для капельницы и наклеила пластырь телесного цвета. Словно поняв Бомина, который выглядел смущенным, она улыбнулась и представилась.

— Я - Джин Харин, эспер класса D в отделении гидов. Присматриваю за гидом Ли Бомин.

— Но почему меня госпитализировали сюда?

— Хочешь пить. Подожди минутку.

Джин Харин достала из кармана небольшой напиток и протянула его Бомин. Бомину очень хотелось пить, поэтому он поклонился и взял напиток.

Но проблема была в том, что у него не было сил даже открыть крышку бутылки с напитком.

— Я открою его для тебя.

Когда щеки Бомина покраснели, Джин Харин взяла напиток, открыла крышку и любезно вложила его обратно в руку Бомина.

— Спасибо.

— Я оставлю вас. Я попрошу Джина Кюгон прийти и подробно объяснить симптомы гида Ли Бомин, но он сейчас на обходе, так что, вероятно, вернется через 30 минут.

Бомин утолил жажду напитком и поискал в своих мыслях человека по имени Джин Кюгон. Это было смутно, как туман, как будто он почти ничего не мог вспомнить.

— Тогда вам нужно отдохнуть. Прошло три дня с тех пор, как ты пришел в сознание, так что у тебя мало сил, верно? Напиток, который я вам дала, на вкус немного безвкусный, но в нем много питательных веществ. После того, как выпьете его, вы почувствуете себя немного лучше.

Вот оно что. Теперь стало понятно, почему у него такой странный вкус.

Джин Харин добродушно улыбнулась, когда Бомин кивнул в знак понимания, и вышла из палаты.

В одинокой больничной палате снова воцарилась тишина. Бомин поставил допитую бутылку на тумбочку и лег на кровать. Его охватило неописуемое чувство тревоги.

Пришло.

— Я чувствую себя странно облажавшимся.

3. Жизнь, которая идет не по плану.

Хоть он и пытался вспомнить время, когда потерял память, но оно было смутным, как туман. Какое-то мгновение он боролся с удовольствием от секса, помнил, как стонал от направляющей магии, которую поглощал Сон Джэхо.

К причине, которая превратилась в беспорядок, добавилась и тяжёлая боль. Бомина одолел страх, что он действительно может умереть.

Боль была сильнее, чем, когда он раньше руководил Сон Джэхо. Когда он начаа сомневаться, его память потухла, как перегоревший предохранитель.

Бомин пришел в себя не в гостинице, а в процедурном кабинете ассоциации.

— Нужно дождаться эспера Джин Кюгона…

Это было то, чего не произошло в романе. В оригинале Бомина ни разу не водили в процедурный кабинет, хотя ему было тяжело руководить с гонгами.

— Это впервые, когда я потерял сознание на три дня.

Помимо простуды во время смены времен года, он мог пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз серьезно болел. Это было странное чувство - очнуться в больнице после долгого перерыва.

Уникальный больничный запах дезинфицирующего средства, казалось, уколол его виски, как игла.

— Телефон…

Бомин медленно поднялся с кровати и стал искать свой телефон. Ему повезло, и он оказался в первом ящике тумбочки. Уровень заряда батареи на экране, к счастью, был достаточным.

— Что случилось с Сон Джэ Хо?

Бомин думал, что тот бросил его, когда он потерял сознание. Но похоже, именно Джэхо отнес его в больницу. В пустом окне чата только Сон Джэхо спрашивал Бомина о самочувствии.

[Сон Джэхо: Позвони мне, когда проснешься.]

Проводя большим пальцем по экрану, на котором отображалось последнее сообщение, Бомин испытывал беспокойство.

— Позвонить сразу же…

Бомин казался весьма шокированным, потому что внезапно потерял сознание во время секса. Для Сон Джэхо было нехарактерно проявлять заботу о нем через текстовое сообщение.

Все было хорошо, когда он спас его в клубе. А вот то, что произошло дальше, - это уже проблема. Его действие состояло в том, чтобы закрыть глаза и связать руки Бомину, который заснул, словно оглушенный.

Глядя на это, Бомин подумал, что с истинной натурой Сон Джэхо ничего не поделаешь.

Но вид его таким обеспокоенным заставил Бомина колебаться. Казалось, он открыл свое сердце Бомину больше, чем он думал.

— Настало ли время тянуть, или пришло время толкать? Это не просто.

Изначально он даже не задумывался об этом. Подобно поденщице, он жил в соответствии с настроением дня. Но это был не тот мир, в котором жил Бомин.

Это был действительно жестокий мир, где тебя могли убить в любой момент, если твои отношения с гонгами испортятся.

— Гид Ли Бомин.

Беспокойства Бомина прервал посетитель.

Это был высокий мужчина. Похоже, что это был Джин Гюгон. Скорее всего, это был именно он, так как Джин Харин сказала, что тот скоро навестит его и расскажет о состоянии Бомина.

Его внешний вид выдавал возраст. На вид и по ощущениям ему было около двадцати лет, а очки в полуободковой оправе в сочетании с пронзительными глазами придавали ему интеллигентный вид.

Именно тогда Бомин забыл о текущей ситуации и посмотрел на него. Большая рука мягко накрыла лоб Бомина и быстро исчезла.

— Температура спала. Когда вы смотрите на меня, кажется, что фокус правильный. Есть ли что-то конкретное, что Вас беспокоит?

Вместо ответа Бомин покачал головой и потер еще теплый лоб. Обычно для измерения температуры используют термометр. А вот измерение температуры непосредственно рукой на лбу оставило странное неизгладимое ощущение.

— Я не могу долго говорить, потому что у меня обход. Перейду сразу к делу. Вы знаете, про магический шок, не так ли? Каждый гид должен знать об этом важном симптоме.

На самом деле, он не знал.

Знания Бомина о мире были фрагментарными. Но в самом слове чувствовались нюансы.

— Я знаю.

В голосе, который бесстыдно ответил, не было никакого колебания.

— Особого беспокойства нет. Это один из симптомов, которого большинство гидов боятся больше всего.

Но если бы он сейчас притворился испуганным, это было бы очевидно. Вместо этого Бомин медленно опустил взгляд с лица Джин Кюгон.

Указательным пальцем он поцарапал край ногтя большого пальца о рукоятку телефона, приложив достаточное усилие, так что вскоре по боковой поверхности ногтя проступила линия красной крови.

— Я оговорился.

Джин Кюгон был таким же холодным человеком, как и Юн Бисам. В ответ на поведение Бомин он стал выглядеть совсем другим человеком.

— Приложите, пока не остановиться кровь.

Он опустился на одно колено, достал из кармана носовой платок и приложил к кровоточащему месту.

Джин Кюгон сосредоточил свой взгляд на глазах Бомина, не вставая. Он больше не смотрел на него с высокомерием.

Волосы у него были темно-каштановые, как у обычного человека, поэтому Бомин подумал, что глаза у него такие же. Когда он присмотрелся, то увидел, что глаза имели нежно-бирюзовый цвет.

Возникло чувство, что он смотрит на очень глубокое изумрудное море близко к поверхности.

— Гид Ли Бомин проявил симптомы магического шока. Во время оказания руководство эсперу Сон Джэхо. Пока вы были без сознания, я провел тест… Процент совпадения с эспером, которому вы оказывали руководство упал примерно на 20-30%.

Почему его зловещее предчувствие оправдалось?

Он думал, что облажался, но всё оказалось ещё хуже, чем предполагалось. Причина, по которой Бомин мог направлять гонгов, заключалась в высоком коэффициенте совпадения. Падение на 20-30%, означала, что теперь он составляет 60-70%.

Это было не очень низко, но Бомин, гид класса В, отличался от них на две ступени.

Руководство было болезненным, даже когда оно было в диапазоне 90%. Если бы ему пришлось давать руководство в нынешнем состоянии, была высокая вероятность того, что он упадет в обморок, как это произошло, с Сон Джэхо.

— Вы впервые испытали магический шок, и Эспер Сон Джэхо вовремя доставил вас в лечебный центр, поэтому с вами все в порядке. Однако, если шок повторится несколько раз, то ваше сердце не выдержит. Всё настолько плохо, что даже не помогут зелья восстановления.

Думал ли он, что Бомин продолжит оказывать руководство Эсперам S-класса даже после того, как процент совместимости упал? Голос Джин Кюгон был тяжелым, словно предупреждая Бомина.

— Как можно снова увеличить коэффициент совместимости?

Он точно этого не помнил, но определенно была часть романа, которая была связана с этим.

— Не существует научно доказанного способа.

— Скажите, пожалуйста.

Информация, предоставленная Джин Кюгон, была бы гораздо более точной, чем отслеживание неопределенных воспоминаний. Бомин схватил Джин Кюгона за рукав, даже не осознавая этого. Его бирюзовые глаза погрузились в воду, как глубокое море, когда он посмотрел на руку, которая так сильно напряглась, что побелели костяшки пальцев.

— Должна быть эмоциональная связь. Если Гид Ли Бомин и Эспер откроют друг другу свои сердца, вероятность совпадения, вероятно, увеличится. Изначально он не был низким, но по неизвестным причинам упал. В неофициальном эксперименте, проведенном Всемирной ассоциацией талантливых людей, были люди, у которых наблюдалась ремиссия.

Было очевидно, что слова и действия Бомина, когда он вошел в книгу, что-то изменили. В оригинальной истории скорость совпадения Бомина с гонгами не менялась до тех пор, пока его не убили.

Возможно, это был не Сон Джэхо, но существовала высокая вероятность того, что другие парни бросят Бомина, чей уровень соответствия упал, как бесполезную охотничью собаку.

Вдруг он почувствовал головокружение, как будто находится на краю обрыва, отступать нельзя, но передо ним стоят препятствия, которые он не может легко преодолеть.

— А пока отдохните. Выписываться ещё рано.

Рука Джин Кюгона коснулась мягкий волос Бомина. Его шаги, когда он уходил были тихими, словно боясь побеспокоить глубоко задумавшегося гида.

Дверь закрылась, и Бомин поднял склоненную голову. Его черные глаза были расфокусированы и смотрели в пространство. Неподвижный и безмолвный, Бомин был похож не на человека, а скорее на куклу. Только редкие беспомощные моргания доказывали миру, что он жив.

— Я не думал, что это будет легко... но уровень сложности просто адский.

Однако разочарование было недолгим. Если позади вас только скала, у вас нет другого выбора, кроме как двигаться вперед, убирая препятствия перед собой одно за другим.

Если бы Бомин собирался быстро сдаться, когда возникли трудности, он бы выпрыгнул из окна в тот момент, когда понял, что попал в роман.

— Хоть я и не могу проводить секс-руководство с эсперами, я всё еще могу заниматься сексом с другими парнями.

Фактически, он мог заниматься сексом с эсперами. Бомин не мог предотвратить истощение направляющей энергии. Вместо этого, если бы эсперы, удерживающие Бомина, сознательно контролировали его, секс был бы возможен без каких-либо направляющих действий.

— Во-первых, давайте начнем с Сон Джэхо.

Бомин открыл телефон и нажал кнопку вызова. После принятия решения лицо Бомина внезапно озарилось улыбкой, полной предвкушения.

Прежде чем несколько раз прозвучал сигнал соединения, он услышал голос Сон Джэхо.

— Ли Бомин?

— Ум. Это я.

— Ты проснулся? С тобой сейчас все в порядке?

— Я ощущаю небольшую слабость, но… скоро мне станет лучше.

— Подожди. Я сейчас приду.

Тук. Выражение лица Бомина было пустым, когда он посмотрел на свой отключенный сотовый телефон.

— Он и вправду изменился?

Он почувствовал это, когда читал сообщение, но изменение в голосе было заметнее, чем сам текст.

— Интересно, не изменится ли ситуация, после того, как он узнает, что процент совместимости снизился?

С того дня Бомин никогда никому полностью не доверял. Вера может быть односторонней эмоциональной иллюзией.

Эмоции сами по себе не реальны. Люди дают имена смутным иллюзиям и строят собственные предположения о том, что они собой представляют. Они живут в иллюзии, обманывая себя и других. Бомин действительно верил в это.

Хотя он думал, что ему нужно завоевать сердца гонгов, Бомин парадоксальным образом считал, что это всего лишь временная игра. Таким образом, можно было быстро преодолеть шок, даже услышав, что заданный уровень совместимости был снижен.

Сегодня Бомин построил стену вокруг своего сердца, чтобы защитить себя, если случится худшее.

— Я голоден…

Бомин коснулся своего живота, который издавал вибрирующий звук. Когда он проснулся, все, что у него было, это напиток, содержащий сбалансированное количество питательных веществ.

— Ли Бомин, ты голоден?

Это была раздвижная дверь, поэтому звук открывающейся двери был приглушен. И гонги едва слышно ступали. Вряд ли Бомин мог уловить его слухом.

— Ты пришел так быстро?

Прошло не так много времени, как эспер прервал телефонный звонок. На этом уровне это можно было бы назвать полетом.

Сон Джэхо казалось, не мог поверить, что Бомин проснулся. Начиная с того, как он подошел и посмотрел на него издалека, и заканчивая тем, как осторожно он коснулся его рук и ног.

— Кто-то может подумать, что я воскрес из мертвых.

Это было потрясающе. Видеть таким Сон Джэхо, который всегда имел расслабленный вид.

Хотя он познакомился с ним не так давно. Однако кое-что он узнал, смешав воспоминания Бомина и его личность с персонажем, описанного в романе.

— Ты действительно…

Красивое лицо Бомина было сморщено, как клочок бумаги, который держал в руке ребенок, когда он смеялся и шутил.

— Ты сильно волновался?

Бомин встал с кровати и обвил руками шею Сон Джэхо. Находясь в помещении, глаза Сон Джэхо казались особенно темными. Возможно, из-за затянувшихся эмоций грудь Сон Джэхо слегка вздымалась.

Бомин слегка поцеловал сомкнутые губы Сон Джэхо. Его большие глаза превратились в полумесяцы. Улыбка промелькнула на его лице, когда он увидел, как медленно расслабляются напряженные мышцы.

— Кхм, да…

Это был быстрый переход от легкости к глубине. Сон Джэхо бросился на Бомина с такой силой, что спина Бомина выгнулась дугой.

Руки, которые устойчиво поддерживали слабое, безвольное тело, были сильными. Сон Джэхо впитал все это в свои губы, не давая ускользнуть тяжелому дыханию.

— Подо, хах… жди…

Прошло много времени с тех пор, как он преодолел тот момент, когда не мог дышать во время поцелуев. Бомин запыхался, поэтому отвел взгляд и понемногу вдыхал воздух. Дыхание усиливалось на фоне преследующих его губ, словно он не позволял ему отстраниться ни на секунду.

Когда Бомину слишком устал, Сон Джэхо бросил его на кровать, рама которой скрипела так, будто собиралась сломаться. Положив Бомина на себя, он обхватил его затылок и повернул голову, звук трущейся друг о друга влажной плоти заполнил маленькую больничную палату.

— Ха, ха…

Сон Джэхо отстранился от губ только после того, как по уголку покрасневшего глаза скатилась слеза.

Лишившись сил, Бомин уткнулся лицом в широкую грудь и тяжело задышал.

Во время бега на 100 метров в школьные годы Бомин бежал изо всех сил, выкладываясь на полную. Ему не нравилась даже сама идея физических упражнений, но он был опьянен свободой и отдался моменту всем телом.

Поцелуй, который он только что пережил, был таким же изнурительным, как бег на стометровку друг за другом.

— Ты внезапно потерял сознание.

— …

Если Бомин не ошибся, рука, гладившая его волосы, слегка дрожала. Дыхание Бомина замедлилось, но он не двигался. Потому что ему нравилось слышать стук сердцебиения, проникающий в его уши.

— Ты дышал… но дыхание становилось слабее, и не было никакой реакции, как бы я не звал тебя…

Он также был тем, кто отвез Бомина в процедурный кабинет. На самом деле, даже если бы он оставили его без сознания в номере отеля, Бомин бы подумал, что оно того стоило, потому что это был Сон Джэхо.

Однако голос Сон Джэхо был полон вины, как будто он исповедовался перед Богом.

— Я рад, правда.

Голос был настолько тихим, что приходилось внимательно прислушиваться, чтобы услышать последние слова. Но Бомину казалось, что он слышит слова Сон Джэхо своим сердцем, а не ушами.

Когда он встретил Ши Юхён и прикоснулся к его травме, в уголке сердца Бомина образовалась рана.

Даже сейчас Бомин чувствовал себя так, будто плывет на маленькой лодке по шумному, бурному морю. Он чувствовал себя растерянным, словно плыл по открытому морю без весла.

Бомин кусал губы, распухшие от затянувшегося поцелуя, не понимая, почему он чувствует себя виноватым перед кем-то, кто так искренне откровенен.

Он думал, что ему нужно завоевать сердце Сон Джэхо, но, когда тот действительно показал свою искренность, стало не по себе.

— Что с тобой? Где-то болит?

Было странно, что Бомин просто молча слушал. Сон Джэхо осторожно обхватил лицо Бомина и поднял его. Он встал, глядя в глаза, из которых молча катились слезы.

Рука, вытиравшая слезы, была неуклюжей, но в этом чувствовалось искренность. Бомин впился клыками в его уже изрядно помятые губы.

— Эй, у тебя кровь.

Сон Джэхо засунул большой палец в рот Бомину, чьи острые клыки вонзились в его палец.

— Я больше не могу тебя направлять.

— О чем ты говоришь?

Бомин потерял сознание во время руководства с ним. Сон Джэхо подумал, что именно поэтому Бомин отказался вести его. Рука, обхватившая его маленькое лицо, напряглась.

— Коэффициент совместимости снизился. Думаю, тебе ещё не сообщили.

Интересно, приложил ли к этому руку Джин Кюгон?

Возможно, ассоциация посчитала, что у нее достаточно гидов, способных заменить Бомина, и не стала торопиться с объявлением. Процент совпадений Бомина с эсперами уровня S только уменьшился. По-прежнему были эсперы, у которых процент совпадений составлял более 80%.

Были эсперы более низкого класса, но он не направлял их.

— Коэффициент совместимости не может внезапно снизиться.

Сон Джэхо не мог поверить в то, что говорил Бомин. Коэффициент соответствия был числом, которое не увеличивалось и не уменьшалось. Даже если менялись магические волны и значения эсперов и гидов, скорость совпадения в большинстве случаев не менялась.

Вот почему он не обратил на это особого внимания, когда Джин Кюгон говорил о тесте на степень совпадения.

— Это моё наказание?

Ему вдруг пришло в голову, что это могло произойти из-за обмана Ши Юхёна, главного героя оригинала. Травма Ши Юхён раскрывается только в середине романа.

После того, как гонги узнали о ране Ши Юхена, эмоциональная линия изменилась. Один за другим они использовали травму как возможность неуклюже, но искренне подойти к Ши Юхён.

Однако ещё до того, как гонги и Ши Юхён встретились, Бомин подошел к нему и обманом заставить вскрыться глубоко спрятанной ране.

Существует ли Бог в романе? Возможно, сущность, пославшая Бомина в этот роман, предупреждала его.

Не изменяйте оригинальную историю. Сыграйте свою оригинальную роль, приревнуйте к Ши Юхёну, поиздевайтесь над ним и будьте жестоко убиты гонгами.

— За что тебя наказывают? Ты же ничего плохого не сделал.

Сон Джэхо пошевелил большим пальцем, чтобы смахнуть капельку слезы с уголка глаза. Глаза Бомина были пустыми, когда он смотрел в непосредственной близости, не занимаясь сексом. И он не мог понять, сердится он, грустит или смеется.

Черные как смоль глаза были настолько черными, что даже границы зрачка не было ясно видно, словно дыра во вселенной.

Во рту у него пересохло. Бомин, конечно, стоял перед ним, и он чувствовал тепло его руки, его легкий вес, но возникло ощущение того, что стоит ему моргнуть, как Бомин исчезнет, подобно миражу.

— Даже если я не могу руководить... я тебе нужен?

Его губы, которые еще минуту назад так хорошо двигались, сомкнулись, как моллюски. Сон Джэхо не знал, как ответить на вопрос Бомина, и решил промолчать. Это был худший из возможных вариантов.

Вода, поднявшаяся до предела, преодолела барьер и обрушилась вниз.

В отличие от предыдущего случая, Сон Джэхо не смог остановить слезы.

— Забавно, задавать такие вопросы между нами, да?

Бомин спрятал свой пустой взгляд в прищуренных глазах. Его лицо было насквозь пропитано солью, но смех, который вырвался у него, был ослепительным.

— Но ты и я… внутренняя совместимость была хорошей.

Красный язычок мелькнул по безмолвным губам. Губы двинулись вдоль острой линии челюсти к уху.

Чтобы стимулировать Сон Джэхо, который напряжен, словно статуя, он ласкал его уши, как будто это были его гениталии. Он чувствовал жар под своим тонким больничным халатом. Несмотря на то, что огромный член был завернут в ткань, сразу же было понятно, что он находится в вертикальном положении.

Бомин двинул рукой, не отрывая губ от мочки уха. Эсперская униформа Сон Джэ Хо постепенно расстегивалась сверху.

— Остановись.

— Почему?

Бомин разжал губы от схватившей его руки так, что он не мог пошевелиться. Из ясных, как безупречное стекло, глаз по щекам катились бессмысленные слезы.

— Мне нравится секс. Тебе нравится делать это со мной. И я хочу сделать это прямо сейчас. Все, что вам нужно сделать, это заняться сексом, не думая. Как всегда.

Когда в голове все крутилось и мысли путались, ему нужен был наркотик - секс. Бомин больше не хотел чувствовать боль от скованности в груди.

— Если ты хочешь, получить руководство, мы можем это сделать. Даже если получишь магический шок, моё тело не сломается за один или два раза...

Поток слов был прерван тем, что Сон Джэхо телекинетическим способом вырвал Бомин из своих объятий и завернул его в одеяло.

— Что ты сейчас делаешь?

— Как бы сильно я ни любил секс, я не пойду на то, чтобы разрушать твое тело. Ты сейчас в больничной палате. Ты потерял сознание и только недавно пришел в себя. Всё еще хочешь трахаться?

— Угу.

Если кто-то спрашивал Бомина, о чем ты думаешь, он был готов ответить, что в его голове вместо мозгов - сперма. Для Бомина жизнь без секса была жизнью без смысла.

Губы Бомина все еще улыбались. Сон Джэхо взъерошил волосы, а черные как смоль глаза, по-прежнему смотрели на него с невинностью.

Он думал, что на нем правильная одежда, но вдруг почувствовал, что застегнулся не на ту пуговицу. А когда попытался расстегнуть ее, его руки не двигались. Он чувствовал себя так, словно его бросили перед группой людей, не дав времени на подготовку.

Бомин встал со своего места, глядя на Сон Джэхо. Его ноги ослабли, и он шатающимся шагом направился к двери. Не успел он открыть дверь, как Сон Джэхо схватил его за руку, заставив остановиться.

— Куда ты идешь?

— Ты не собираешься заниматься со мной сексом, не так ли?

Сколько он ни дергал за руку, она не поддавалась. Бомин посмотрел на Сон Джэхо и улыбнулся. Бомин продолжал смеяться, что вызвало у Сон Джэхо ощущение холода в животе.

— Ты уверен, что собираешься сейчас найти кого-нибудь еще?

— Ага.

— Ты действительно без ума от секса? Ты сошел с ума?

Этот парень очень забавный.

Бомину едва удалось сдержать смех, грозивший сорваться с его губ. Другой рукой он вырвал руку Сон Джэхо из своей хватки. На этот раз тот не сопротивлялся.

— Вы понимаете теперь? В противном случае, почему я продолжал направлять вас и других эсперов S-класса? Все относятся ко мне так, будто я продаю свое тело.

Хоть он и говорил о себе что-то пренебрежительное, глаза Бомина были пусты. Он был первым, кто раскрылся. Если хоть на миг казалось, что из бездны может что-то появиться, он принимал самое простое и самое разрушительное решение.

Вот так он прожил свою жизнь, и она не изменилась бы, даже если он вошел в роман. Нет, наоборот, поскольку на карту поставлена жизнь, его можно даже простить за действия.

— Когда я так с тобой обращался…

Бомин сделал шаг ближе к Сон Джэхо и прижался к нему нижней частью тела. Он нежно погладил ладонью выпуклый контур на штанах и внимательно заглянул в карие глаза.

— Это нормально - относиться к этому так. Я сделал это, потому что сам хотел.

Он неловко взял руку, висевшую у него за спиной, и сунул ее под больничную рубашку. Поскольку штаны были эластичными, было легко залезть в них руками.

— Вставь это, прямо сейчас.

Он приложил кончики пальцев на край плотно закрытого отверстия. Бомин надавил на палец Сон Джэхо и втолкнул его и свой палец в дырочку.

Хотя пробивать дырку в сухом месте было довольно больно, на губах Бомина появилась яркая улыбка. В отличие от Сон Джэхо, выражение лица которого было искажено в гримасе.

— Хорошо. Если ты так жаждешь члена, я тебе его дам. Положи руки на стену и выставь задницу.

Сон Джэхо, который не мог совладать со своим гневом, отдавал приказы тихим голосом. Бомин послушно выполнил сказанное. Он снял брюки и трусы, отложил их в сторону и, оставшись одной майке, подошел к стене и положил на нее руки.

Холодок пробежал по его ладони и проник в глубину сердца.

В отличие от затвердевшего члена Сон Джэхо, Бомин ничуть не возбудился. Осмотрев свой член незаинтересованным взглядом, Бомин согнул талию почти до перпендикулярного угла.

— Я не думаю, что ты действительно знаешь, что значит быть дешевым.

— Ыгкх…

Без предупреждения в дырочку были погружены три пальца. Смазки не было. Сон Джэхо несколько раз провел пальцами по отверстию, и головокружительная боль пронзила спину Бомина.

Кончики пальцев на стенах были белыми. Палец исчез сразу же, как и появился, когда вошел внутрь. Отверстие закрылось, как будто пальцы ничего не сделали. Тупая головка стала с силой раздвигать узкой вход.

Бомин прикусил нижнюю губу до крови. Боль от разорванной губы не шла ни в какое сравнение с мучениями внизу.

Независимо от того, какого он размера, будет больно, если проникать без прелюдии. Член Сон Джэхо был больше похож на дубину, чем на пенис.

Поскольку маленькое отверстие не могло вместить его, нежная кожа головки была безжалостно растянута. Кожа, не выдержав напряжения, разорвалась. Ярко-красная кровь текла по дрожащим бедрам Бомина, словно слезы.

Сон Джэхо на мгновение заколебался, глядя на свою головку, блестящую от крови. Это произошло потому, что он не мог контролировать свой характер, и его беспокоило изнасилование Бомина.

— Не… останавливайся…

Бомин дрожащей рукой обхватил ствол неподвижного члена и потянул. Стиснув зубы, Сон Джэхо выпрямил спину. Разорванная дыра открылась и сначала поглотила толстую головку.

Часть лица и груди Бомина была прижата к стене. Толстый член вошел полностью, оставив только яички и грубые лобковые волосы, касающиеся ягодиц Бомина.

— Держись крепче.

Сон Джэхо помог упавшему Бомину восстановить позу. Бомин поджал и без того искалеченные губы и уперся руками в стену. Поскольку он с такой силой царапал стену, на кончиках его пальцев выступила кровь.

После этого все произошло на инстинктах. Лицо Сон Джэхо было как всегда искажено, и он сосредоточился только на том, чтобы погрузить свой член в тело Бомина, до самого основания.

Бомин держался за свое здравомыслие, которое, казалось, могло оборваться в любой момент. Он прятал свое разбитое сердце за слезами, которые текли по его лицу.

— Хмпф, угх, угх, ах, хмпх…

Никакие ухищрения не могли полностью скрыть стон, вырвавшийся из его уст, когда плоть ягодиц была смята. Вместо того, чтобы колебаться, Сон Джэхо быстрее встряхнул талией. Он схватился за спину, на которой уже были красные отпечатки ладоней, так сильно, что стало больно.

Кровь действовала как смазка. Кровь еще больше выделяла красную плоть его члена. И все же бледно-розовый ствол беспомощно трепыхался в воздухе при повторении болезненного действия.

Уплотнение было замечательным. Бугристые внутренние стенки сжимали массивный член до такой степени, что невозможно было понять, приветствует он нарушителя или отталкивает его.

Когда веки Бомина беспомощно закрылись, Сон Джэхо изверг горячую сперму в тело Бомина. Он выдавливал из себя все до последней капли и растирал ее по набухшей дырочке, словно Бомин был унитазом.

— Хаа... теперь ты счастлив?

Сон Джэхо убрал руку с его талии, и Бомин упал на пол. Прикосновение голой кожи к холодному твердому полу было подобно удару молота по всему телу.

Бомин поднял тяжелые веки и посмотрел на Сон Джэхо. Уголки его рта дернулись вверх, и он почувствовал тупую боль в губах.

Тем не менее, на лице Бомина сияла яркая улыбка.

— Да. Спасибо. За вашу заботу.

Суровый голос был маленьким, как хрупкий росток. Но в глазах, устремленных на Сон Джэхо, пылало разрушительное пламя, способное поглотить его.

Как только он столкнулся лицом к лицу с Бомином, Сон Джэхо инстинктивно почувствовал, что что-то не так. Бомин хотел именно секса.

Как всегда, единственным самоконтролем, который у него был, было подавление инстинкта поглощения направляющей магии.

Бомин улыбается и говорит спасибо, но почему...

— Ли Бомин, ты…

— Пожалуйста, уходите сейчас. Дай мне умыться и отдохнуть.

Сон Джэхо открыл рот, чтобы дать ответ, которого он не мог дать раньше. Но в итоге слова, сошедшие с его уст, были вслед за приказом Бомина оставить его.

— Отдыхай… Я вернусь позже.

— Хорошо.

Сон Джэхо решил, что не стоит торопиться. И Бомин, который был в шоке, и он сам, который был сбит с толку этой историей. Пришло время впервые серьезно задуматься о своих отношениях.

Как только за ним закрылась дверь, Бомин упал на пол, покрытый жидкостью. Его кости пульсировали при каждом движении. Хуже всего было то, что он почувствовал страшную боль в анусе.

— Так больно…

Боль есть боль, и Сон Джэхо не может игнорировать Бомина, даже если он не может направлять его из-за того, что произошло сегодня. Если бы он действительно был негодяем, он бы убежал, но то, что он позже вернулся, было тому достаточным доказательством.

Бомин почувствовал острую боль в районе сердца. Он не знал, почему от боли в груди у него на глаза навернулись слезы, когда боль в нижней части тела была гораздо сильнее.

Бомин застонал и встал со своего места, стараясь не дать мыслям сбиться. Он вытер продолжавшие течь слезы тыльной стороной ладони.

Когда он поискал свой телефон и проверил статус своей ситуации, на нем было написано «отпуск по болезни». Бомин отправил сообщение о том, что с сегодняшнего дня выйдет на работу, и грубо вытер телесные жидкости, вытекающие из дыры, лежавшей на полу одеждой.

К счастью, одежда, которая была на Бомине, находилась в шкафу больничной палаты. Как и многочисленные сумки с универмага.

— Как мне это нести?

Он был очень счастлив, когда жил там. Но теперь это казалось бременем, не имеющим никакого решения. В конце концов Бомин достал новый комплект одежды, переоделся в него и нажал кнопку вызова.

— Гид Ли Бомин, где вам больн…

Джин Харин замолчала, войдя в больничную палату по вызову Бомина. Она не могла не заметить запах, исходящий из палаты. Это была больничная палата для гидов, и многих из них привезли со спермой на теле.

Взгляд, который быстро осмотрел внутреннюю часть больничной палаты, был острым. Её голос дрогнул при виде капель крови на полу.

— Это действительно эспер Сон Джэхо?

Он был единственным человеком, посетившим больничную палату Бомина. Джин Харин скрипнула зубами, глядя на бледный цвет лица Бомина.

Именно он доставил потерявшего сознание Бомина в лечебный центр. Поскольку в тот момент выражение его лица было таким отчаянным, она не сказала охранникам, охранявшим центр, заблокировать ему вход.

Если бы она знала, что он нанесет такой удар в спину, то бы внесла бы его в черный список, чтобы он никогда не появлялся в центре.

Бомин слабо улыбнулся Джин Харин, лицо которой исказилось от чувства вины.

— Я в порядке. Я сам этого захотел.

— Я так не думаю.

Джин Харин не очень хорошо знала Бомина, но слухи были ей известны. Человек, который был гидом B-класса, но регулярно руководил четырьмя эсперами S-класса.

Не секрет, что наиболее частыми посетителями Бомина были чванливые эсперы S-класса, что создавало ему плохую репутацию среди гидов.

За руководство эсперами S-класса полагается другая шкала оплаты, а их необычный внешний вид означает, что многие гиды стремятся руководить ими.

Это означало, что многие завидовали Бомину, который держал в руках не одного, а четырех человек.

Она не знала, что с ним обращаются так небрежно, и ничего не заподозрила, потому что он поступил в больницу из-за магического шока, а не из-за физической травмы.

— Я позову эспера Джин Кюгона.

— Я в порядке.

Сухая рука схватила ее за руку, когда она попыталась пошевелиться. Дрожь, пробежавшая по их сцепленным рукам, еще больше омрачила выражение лица Джин Харин.

— Я бы предпочел, чтобы меня выписали прямо сейчас.

— В таком состоянии? Ни за что.

Хотя большая часть последствий магического шока исчезла, Бомин получил новые травмы. Джин Харин перевела взгляд с его бескровного лица на кончики пальцев.

Она не могла хорошо рассмотреть его нижнюю часть тела, так как он был одет в брюки. Но по крови на полу и по тому, как Бомин сидел, было видно, что он серьезно ранен.

— У меня есть работа, и я слишком долго отсутствовал.

— Гид Ли Бомин, ни в коем случае... Планируете ли вы и дальше направлять эсперов S-класса?

— Нет.

Бомин ответил «нет», но последовавшее за этим короткое молчание обеспокоило Джин Харин.

— Пожалуйста, выпишите меня. Потому что сейчас я действительно в порядке.

Она должна сказать: абсолютно ни в коем случае.

Джин Харин в отчаянии кивнула головой, когда Бомин посмотрел на нее. Чем выше уровень совпадения, тем более гиды и эсперы склонны становиться одержимыми друг другом, даже не осознавая этого.

Бомин увидел, что его коэффициент совпадений упал в одночасье, и трудно представить, как он переживал.

— Я запишу вас в консультационный центр и выпишу с условием, что вы будете приходить туда раз в неделю.

Консультативный центр представлял собой небольшое здание, пристроенное к лечебному центру. В то время как лечебный центр лечил тела людей со способностями, консультационный центр был местом лечения разума.

Это раздражало, но Бомин кивнул головой, решив не идти ни на какие уступки.

После этого процесс выписки прошел без осложнений. Багаж Бомина был также благополучно доставлен к месту проживания с помощью охранников лечебного центра.

— Здесь чувствуешь себя как дома...

Хотя нет в мире места, которое он мог бы назвать домом, оно было гораздо уютнее других мест, возможно, потому, что именно там он впервые открыл глаза.

Только тогда Бомин смог как следует закрыть глаза вернувшись обратно в комнату, где он находился перед отъездом в отпуск. Разум, который пребывал в смятении, после того, как был трахнут Сон Джэхо, наконец погрузился в блаженную тьму.

4. Всё было не так с самого начала.

— Чон Хотэ, куда ты идешь?

— У меня встреча.

— А мне нельзя пойти с тобой?

— Ум. Нельзя.

Бомин обиженно надул губы. Когда он увидел, что тот проснулся утром и деловито собирается, он следовал за ним, как утенок, неспособный заснуть.

— Сиди тихо дома. Я скоро вернусь.

— Если ты собираешься это сделать, можешь взять меня с собой. Я буду тих, как мышка.

Бомин сделал движение, застегивая губы. Угрюмое лицо расплылось в короткой улыбке от выходки Бомина. Бомин не мог оторвать глаз от изящного изгиба губ, и в итоге приоткрыл рот.

— Ух, пусти…

Чон Хотэ двумя пальцами раздавил опухшие губы, будто пельмешки.

— Я куплю тебе что-нибудь вкусненькое, когда вернусь, поэтому отдыхай дома. Хорошо?

Чон Хотэ так крепко вцепился в его губы, что Бомин в конце концов кивнул головой в знак капитуляции. Он потер освободившиеся губы и посмотрел на Чон Хотэ.

Однако вместо того, чтобы утешить Бомина, Чон Хотэ схватил ключи от машины и бросился бежать.

Входная дверь с грохотом захлопнулась. Уголок рта Бомина игриво изогнулся, и он на мгновение уставился на дверь.

— Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты меня оставил.

Бомин вошел в комнату Чон Хотэ с улыбкой на лице, не в силах скрыть своего волнения. В отличие от его собственной комнаты, она была заставлена темной деревянной мебелью, и в ней царила тяжелая атмосфера.

Запах его тела еще долго витал в комнате, и Бомин закрыл глаза и вдохнул, позволяя грудной клетке вздуться.

— Обожаю его запах…

Бомин, дыша, как дикий зверек посреди леса, бросился на кровать. От этого дикого движения кровать, достаточно большая, чтобы вместить тело Бомина, затряслась.

Как домашнее животное, соскучившееся по хозяину, Бомин положил голову на плед и осторожно стянул пижамные штаны, что были на нем.

Поскольку на нем не было нижнего белья, его бледные ягодицы были обнажены.

Бомин двинулся, уткнувшись носом в простыню, потянув одну из аккуратно лежащих на голове подушек и поместив ее себе под живот.

Закрыв глаза, он вдыхал горько-сладкий, ностальгический аромат и представлял себе аккуратное лицо. Он ещё даже не прикоснулся к себе, а его член был уже скользким от прозрачной жидкости.

— Ммм, да… Хотхэ…

Одна только мысль о Чон Хотэ заставила Бомина выгнуть бедра и погрузиться в ощущение эякуляции. Плеск, плеск, густая жидкость вытекала из покрасневшей щели на головке.

Новый запах смешался с постельным бельем, где остался запах тела Чон Хотэ. Было такое ощущение, будто он метит Чон Хотэ, как животное, и на губах Бомина появилась удовлетворенная улыбка.

— Я надеюсь, быстро вернешься.

Хотя ему было скучно, во время ожидания Чон Хотэ в его доме, он был вполне счастлив. Это все равно, что съесть большой пушистый кусок сладкой ваты, постепенно облизывая его языком.

Хотэ был человеком, который показал ему, что ожидание кого-то тоже может приносить счастье, поэтому одна мысль о нем заставляла Бомина чувствовать удовлетворение своей жизнью.

— Может быть, мне приготовить ужин?

Кулинарные способности Бомина были просто катастрофическими. Несмотря на то, что Чон Хотэ приносил вкусную еду, ему вдруг захотелось что-то сделать для него, ведь с тех пор, как они познакомились, Бомин всегда был принимающей стороной.

Бомин пошел постирать свои штаны, испачканные спермой. В комнате Бомина есть ванная, но он пошел в ванную комнату Чон Хотэ.

— Количество вещей, которые я не мог видеть, увеличилось.

Сегодня он был раздражен тем, что Чон Хотэ оставил его одного, поэтому вторгся в его комнату. Обычно Бомин стучал. И он даже не соизволил бы войти в комнату Хотхэ без его разрешения. Не говоря уже о ванной комнате.

Бомин взял бутылку, которая выглядела так, как будто ею уже пользовались, и распылил ее в воздух.

— Это одеколон для душа?

Освежающий аромат мыла мягко разлился в ванной. Цвет лица Бомина потемнел, когда он почувствовал запах. Это потому, что он понял, что это не тот аромат, которым пользуется Чон Хотэ.

Один из партнеров Чон Хотэ, которого он однажды видел, обладал таким запахом.

— Он даже позволил им оставить свои вещи».

Рука Бомина напряглась. Он хотел его разбить, чтобы ничего не осталось от прозрачного флакончика.

Бомин на мгновение подумал о том, чтобы выбросить бутылку, а затем поставил ее на место. Это было потому, что он знал, что, если и мастурбацию на чужом постельном белье можно было стерпеть, но он бы обиделся, если бы прикоснулся к вещам его партнера.

— Это раздражает, правда.

Бомин вышел из ванной комнаты, в воздухе витал незнакомый запах. В ванной комнате, примыкающей к его комнате, он грубо вымылся и сел на диван в гостиной, надев только халат для душа, устремив взгляд на тикающую секундную стрелку часов и погрузившись в уныние.

Счастливые времена уже давно омрачены мрачными темными тучами. Ему даже не хотелось идти на кухню. Он только что вспомнил, как корова, жующая корм, что сегодня мне каким-то образом придется вести переговоры с Чон ХоТэ.

Бомин проводил время в гостиной с включенным только непрямым светом, игнорируя сигналы своего тела о том, что он голоден. Он даже не позвонил по мобильному телефону и не спросил, почему он пришел так поздно. Лицо Бомина было безжизненным, он просто тихо сидел, как кукла, ожидая Чон ХоТэ.

Он слушал в направлении входной двери. Тихий звук открывающейся двери внезапно привлек его внимание. Бомин вскочил со своего места и направился к длинному коридору, ведущему к входной двери.

— Чон ХоТэ, почему ты пришел так поздно…

— О, привет. Мы уже как-то виделись, ты меня помнишь?

Чон Хо Тэ, которого он ждал весь день, пришел с незнакомым мужчиной. Он выпил так много, что запах алкоголя ощущался в коридоре, хотя он находился на расстоянии более 10 шагов.

Глаза Бомина расширились при виде рыдающего Чон ХоТэ, который, прислонившись к мужчине, не мог контролировать свое слабое тело.

Хотя он называл его незнакомцем, но именно этот мужчина преследовал Бомина, как тень, всякий раз, когда он думал о Чон Хотэ сегодня.

Слабый запах мыла пробивался сквозь вонь алкоголя. Бомин скрипнул зубами и направился к ним.

— Почему ты так много пил? Ты сказал, что придешь домой рано, и не сдержал обещания.

— Думаю, произошло что-то такое, что расстроило Хо-Тэ. Он сказал, что не хочет идти домой, поэтому мы встретились в баре...

— Пойдем в спальню. Я помогу тебе.

Бомин вел себя так, словно мужчина был невидим. Одна рука находилась на плече мужчины, который держал его, Бомин подошел к другой свободной руке.

Из-за огромной разницы в размерах его шатало, но он, стиснув зубы, удержался

Только тогда мужчина понял, что Бомин его откровенно игнорирует, его глаза расширились, и он тут же улыбнулся, как будто это было весело.

— В одиночку это сделать невозможно.

— …

Все было так, как сказал мужчина. Бомин не поддерживал Чон ХоТэ, а вместо этого был раздавлен его огромным телом. Прямо сейчас мужчина придерживал Чон ХоТэ, чтобы его тело не рухнуло.

Если бы он отпустил руку Чон Хо Тэ, обнимавшую его за плечо, было очевидно, что Бомин не сможет сделать ни шагу и в конечном итоге ляжет на пол в коридоре вместе с Чон ХоТэ.

— Тогда только до спальни.

Это был настолько тихий голос, что нужно было внимательно прислушиваться, чтобы его услышать. Мужчина отнес Чон ХоТэ в спальню с БоМином, не сводя глаз с БоМина, щеки которого покраснели, возможно, от стыда.

— Фух

К тому времени, когда он повалил его на кровать, на лбу Бомина выступили капельки пота. Грубо вытерев пот тыльной стороной ладони, Бомин принялся снимать с Чон Хотэ носки и отстегивать неудобный на вид ремень.

— Что?

Он обхватил его за талию с намерением, чтобы полностью раздеть, но мужчина заблокировал его руку.

— Ты не знаешь о привычке Хотэ, когда он напьётся, не так ли? Если ты снимешь с него штаны, он набросится на тебя».

Он ненавидел его так сильно, что с трудом выдерживал, потому что он говорил так, как будто знал о Чон Хо Тэ больше, чем Бомин. И это была именно та ситуация, на которую он рассчитывал.

— Ну и прекрасно, если это его привычка. Вы уходите отсюда.

— Меня зовут Ким Минхён. Не Вы.

— Нет надобности знать ваше имя, поскольку я не собираюсь ни обращаться с вами ни встречаться.

Несмотря на грубое поведение Бомина, Ким Минхён продолжал улыбаться, как будто тот был милым. Глаза Бомина стали острее. Вместо того чтобы отойти, Ким Минхён крепче сжал запястье Бомина.

— Если ты переспишь с Хо-тэ, вы больше не будете друзьями. Тебя это устраивает? Ты же не хочешь быть таким же партнером, как я.

— …

Эти слова попали прямо в точку.

У Чон ХоТхэ может быть несколько партнеров, но никогда - любовников. В отличие от некоторых людей, у которых есть и партнеры, и друзья, он держит их строго раздельно.

А БоМин занимал позицию друга Чон ХоТэ.

Как сказал Ким Минхён, после сна с Чон ХоТэ он, возможно, больше не будет единственным другом, а станет партнером, которого можно заменить в любой момент.

— Значит, не мне надо уходить, а господину Бомину.

Ярко-красные капли крови образовались на нижней губе Бомина, словно тычинка цветка. Спящее лицо Чон ХоТэ выглядело умиротворенным, вот только его щеки были краснее обычного из-за алкоголя.

— Не имеет значения.

— Ты серьезно?

— Да. Поэтому, пожалуйста, покиньте этот дом.

Бомин решил поставить все на карту в неопределенной ситуации. Он решил, что сегодня так или иначе придет к выводу о своих отношениях с Чон ХоТхэ, которые не были ни дружескими, ни любовными.

Если он снова струсит и отступит, Бомин навсегда зависнет рядом с Чон ХоТхэ.

— Угх... что ты делаешь......!

Ким Минхён, который до этого держал Бомина за запястье, оставил на его запястье красный синяк. Когда Бомин оттолкнул его руку, он послушно отступил назад, закрыв один глаз от Бомина.

— Я могу быть не только снизу, но и сверху, если моим партнёром будет господин Бомин. Когда Чон Хотэ бросит тебя, ты можешь позвонить мне в любое время.

Ким Минхён оставил только эти слова и послушно покинул дом Чон ХоТэ. Бомин потер внутреннюю часть запястья, где остались следы, и пристально посмотрел на Чон Хотэ.

— Из-за тебя я веду себя так. Если бы ты пришел раньше, если бы ты не пришел с этим человеком… я бы продержался дольше.

Бомин забрался на Чон Хо Тэ и сел. Он развязал узел на поясе халата, которое сползло по плечу. Тощие плечи, выставленные на обозрение в темной комнате, тряслись.

— Ты можешь наброситься на меня, так что не называй чужое имя.

Кончики его пальцев дрожали, когда он расстегивал пуговицы на рубашке Чон Хотэ сверху вниз. Ему потребовалось некоторое время, чтобы расстегнуть все пуговицы.

Бомин уже оголялся перед ним, но Чон Тохэ был настолько заботливым, что даже принимая душ, выходил только полностью одетым.

Тело, которое он увидел впервые, имело четкие изгибы в отличие от нежного лица. Бомин сглотнул сухой ком в горле, и медленно склонил голову, словно принимая окончательное решение.

Прозрачные слезы потекли из уголков его глаз по покрасневшим щекам.

***

— Хммм, угх…

Вода продолжала литься, не останавливаясь, на уже промокшую от слез подушку. Большая рука, сжимавшая полотенце, приблизилась к его белому хныкающему лицу, и он застонал, не открывая глаз.

Рука, нежно поглаживавшая покрытый холодным потом лоб и область вокруг покрасневших глаз, была полна нежности к лежащему человеку.

— Почему ты последовал за мной сюда?

Его глаза погрузились в печаль, когда он взглянул на Бомина. Его кормили восстанавливающими зельями, поили лекарствами, но он не открывал глаз, как потерявшийся в кошмаре человек.

Взгляд мужчины, не отрываясь от Бомина, переместился на закрытую дверь. К комнате Бомина приближалась фигура.

На тыльной стороне руки мужчины, державшего мокрое полотенце, появились синие вены.

Когда шаги остановились возле двери. В палате был только Бомин, свернувшись калачиком на кровати, как будто никого до этого и не было.

***

Стук в дверь был нехарактерно осторожным, и когда не последовало никаких признаков движения, он остался стоять на месте и прислушался.

По ощущениям внутри присутствовал один человек.

Его слух уловил тихий стон боли. Недолго думая, мужчина заморозил плотно закрытую дверную ручку и сломал её.

Юн Бисам сел на кровать и смахнул с лица мокрые от пота волосы. Из уголков глаз потекли слезы, но Бомин мог только трепетать ресницами, не в силах открыть глаза.

Он оглядел комнату, затем встал с Бомин на руках и, не колеблясь, покинул палату.

Внимание людей, прогуливающихся по общежитию гида, сосредоточилось на этих двух людях.

— Ли Бомин, что с тобой опять не так?

Среди них был Ким Сохун, который слонялся по общежитию Бомина. Бомин, который, похоже, не знал слова «отпуск», подал заявление, что вызвало переполох в ассоциации.

Тем временем Ким Сохун несколько раз видел Бомина во сне, просыпаясь с влажным нижним бельем.

— Думаю, он действительно одаренный. Имеет ли смысл, что люди S-класса приходят к вам лично за советом, даже если вы об этом не просите? Разве он не испускает феромоны или что-то в этом роде? Иначе эсперы ни за что не стали бы приходить к нему за руководством, а он ведь не высокого ранга.

Ким Сохун прислушивался к тому, что говорил рядом с ним его близкий коллега. Его взгляд был устремлен на Бомина, которого заслонял Юн Бисам.

— Или он так хорош в сексе, как об этом говорят слухи?

— Неприятно видеть, как коллеги говорят о том или ином за спиной друг друга.

Когда сплетни его коллеги, казалось, стали накаляться, Ким Сохун прервал его.

— Ты забавный. Разве ты не помнишь, что это ты говорил за спиной Ли Бомина? Я всё это узнал от тебя.

— Это прошлое.

— Это то, что мы называем Нэронамбул.

Примечание Нэронамбул – Аббревиатура от "내가 하면 로맨스, 남이 하면 불륜" (Если это делаю я, это романтика, если это делает кто-то другой, это аморально) Это саркастический термин, обозначающий супружескую измену, в которой у женатого человека возникают неуместные отношения с кем-то, кто не является его или ее супругом. Другими словами, они снисходительны к себе или своим близким, но навязывают двойные стандарты , критикуя этически и рационально, когда конкретный человек или группа, с которыми они не в хороших отношениях, совершают такое же поведение. Для меня это нормально, но для других это недопустимо.

Ким Сохун вздохнул, подумав о двух людях, которые сейчас пересекли конец коридора и полностью исчезли. Эсперу и проводнику оставалось только одно, когда они встретились.

Причем Бомин в основном занимался секс-гидом. У него в голове была ясная картина того, что они собираются делать сейчас. Именно Бомин в эти дни каждый день появлялся во сне Ким Сохун. Бомин собирался заняться сексом с Юн Бисам, как не раз он делал это во сне с Сохуном.

— Пойдем что-нибудь перекусим.

— Я слышал, что есть новый ресторан, где продаются индийские блюда. Вы хотите туда?

Коллега, который любит поесть, быстро потерял интерес к Бомину, услышав слова Ким Сохуна. Его губы постоянно болтали, пока он размышлял, какую еду съесть.

Было ясно, что только Ким Сохун помнил об обещании, которое дал Бомин, что он придет поиграть с ним, когда вернется.

Ким Сохун, как семилетний ребенок, жаловался на то, что Бомин не выполняет своих обещаний. Только сейчас он понял, что слова Бомина ничего не значили, и почувствовал себя жалким.

На его лице отразилось позднеосеннее одиночество, когда он тряхнул головой, чтобы прогнать рассуждения, которые имели смысл только для него.

***

— Уммн…

Журчание воды напоминало музыкальную ноту. Бомин не сразу понял, что он не только слышит звук, но и его тело находится под водой.

Ресницы, пропитанные водой, были тяжелыми. Его внимание привлекла ванна, достаточно большая, чтобы вместить троих или четырёх человек вроде Бомина.

В комнате Бомина была ванная, но там можно было только принять душ стоя. Умеренно теплая вода еще больше утомляла его слабый организм.

И тут он понял, что за его спиной находится что-то твердое. Он слегка повернулся и почувствовал это под своей задницей, а затем небольшой комок плоти упирался ему в спину.

— Юн Бисам?

— Теперь ты проснулся.

Когда Бомин повернул голову, в поле зрения оказался Юн Бисам. Его волосы, обычно аккуратно зачесанные назад, намокли от воды и естественным образом упали на лоб.

Из-под волос, закрывавших веки, на Бомина пристально смотрели безмятежные темно-голубые глаза.

— Почему я здесь? Я должен быть...

Он вышел из больницы и отправился в свою комнату. Это было единственное место, где он чувствовал себя комфортно в чужом мире, поэтому Бомин спрятался, как улитка в своей раковине.

— Я забрал тебя. Это мой номер.

Номер?

Это было роскошное пространство, настолько роскошное, что можно было почти поверить, что это ванная комната в номере пятизвездочного отеля.

Из чтения романов он знал, что общежития для одаренных людей S-класса не идут ни в какое сравнение с обычными общежитиями, где жил Бомин. Но когда он действительно увидел это, разница стала более очевидной.

— Я не могу сейчас руководить.

На мгновение его внимание отвлек великолепный интерьер ванной комнаты.

Бомин взглянул на Юн Бисама, увидев под бедром предмет, похожий на дубинку. Он не хотел снова испытывать боль от магического шока.

Сердце заколотилось при воспоминании о том времени. Бомин потер грудь и посмотрел на выражение лица Юн Бисама.

— Знаю.

В отличие от беспокойства Бомина, выражение лица Юн Бисама было спокойным.

— Тогда зачем ты меня сюда привёл?

Если он не нуждался в руководстве, он не мог понять, почему эспер привел к себе домой. Потому что Юн Бисам не приглашал гидов в свое общежитие, если только для того, чтобы не заняться секс-руководством.

— Я просто хочу заняться с тобой сексом. Не хочешь?

Юн Бисам пошевелил мокрыми руками. Он погладила ладонью все еще мягкие бледно-розовые соски, нежно сжимая их.

— Хмн…

Его губы посасывали мочку уха Бомина, которая медленно краснела. Ласка от движения языка и поглаживания ушных раковин была настойчивой. В ванной комнате тихий звук содержал влагу и дико разносился по пространству.

— Прекрати…

Если бы Бомин продолжил в том же духе, он почувствовал, что сначала попросит Юн Бисама потереть ему спину, поэтому встал. Однако слабое сопротивление Бомина было быстро нейтрализовано руками, обхватившими его плоский живот.

— Я продолжал думать о тебе, пока занимался сексом с другими.

Юн Б-Сам поместил затвердевший кусок плоти размером с горошину между указательным и большим пальцами и энергично потер его. Не в силах совладать с покалыванием в трясущемся теле, Бомин потерлся затылком о широкое плечо.

— Хынг, ах, ынгх… прекрати…

— Твое тело более чувствительно, чем раньше. У тебя встал, стоило лишь коснуться твоих сосков.

Огромная рука обхватила его полуэрегированный член. Бомин боролся со свободными руками из-за давления на его уретру

Ванна была настолько широка, что, даже вытянув руки, он не мог коснуться ее поручней и издавал только звук плещущейся воды.

Гениталии стимулировались вверх и вниз, в то время как мочеиспускательный канал был закупорен. Худые бедра задрожали от прикосновения к члену с умеренным нажимом.

Его тело было слабым, потому что Бомин долгое время не питался должным образом. Даже малейшее удовольствие горело ярко, как угли, падающие на сухую рисовую солому.

— Ха, да… Я хочу кончить. Дай мне кончить…

Его эякуляция наступила гораздо раньше обычного, и он вцепился в руки Юн Бисама, умоляя о большем. Разум и логика были бессильны против удовольствия, сокрушающего его мозг.

— Ты не можешь кончить сейчас. Жди.

В его ухе прозвучал суровый голос, словно приучающий щенка к горшку. Хоть Бомин и смотрел на Юн Бисама обиженными глазами, его глаза были холодными, в них было лишь легкое возбуждение.

Юн Бисам лизнул языком тонкий затылок и тут же прижал кончик своего эрегированного пениса к отверстию Бомина. Поскольку он двигался в воде, большая головка начала растягивать узкое отверстие так, чтобы оно поместилось в тело без какой-либо специальной смазки.

— Ах, мнг, ха…

Бомин крепко зажмурился и терпел боль от расширяющейся до предела дыры. Это было чувство, к которому он никогда не мог привыкнуть, независимо от того, сколько раз это испытывал.

Было бы не так больно, если бы он мог делать это во время эякуляции. Рука, державшая его член, была твердой. Даже когда Бомин царапал тыльную сторону руки, прикрывавшей его пенис, Юн Бисам сосредоточенно вводил свой огромный член в тело Бомина.

Вода, наполнявшая ванну, вытекала из нее струйками. Спина Бомина выгнулась дугой вперед до упора. Губы Юн Бисама опустились на его позвоночник.

— Ха, он такой большой…

Казалось, Юн Бисам залечил раны, нанесенные Сон Джэ Хо. Хотя рана не была болезненной, дышать было трудно из-за давления на внутренние органы.

Сыграло свою роль и то, что ванная комната была наполнена мутным паром и делала воздух тяжелее обычного.

— Это, ха, отпусти…

Бомин умолял освободить его пенис. Интенсивность половых органов, и без того блестевших от боли, ослабла. Чтобы забыть боль, ему пришлось дать себе новую стимуляцию. Его раздутый живот переполнялся, когда он держал член Юн Бисама.

— Ещё нет.

Но Юн Бисам холодно отверг мольбы Бомина и начал слегка двигать бедрами. Бомин вывернул свое тело так, что прижался к его члену всем телом, где только мог его почувствовать.

Как и у других гонгов, у Юн Бисама был большой член, так что его простата, естественно, была бы раздавлена, если бы ты просто трахнул ее честно. Однако Юн Бисам ловко сменил направление и лишь стимулировал другие области.

Даже если плоть, в которой таится точка раздражения, цеплялась за нее, умоляя его надавить на нее, он лишь с трезвым, самоуверенным видом поворачивал не в ту сторону.

— Почему…Хм, нажмите здесь...

Несмотря на то, что талия Бомина слегка шевельнулась, Юн Бисам не послушался того, что хотел Бомин. Кончик головки полового члена все еще был заблокирован и только мучил, а в уголках глаз Бомина навернулись несправедливые слезы.

Бомин был раздражен тем, что его привели к Юн Бисам, когда он спал. Также он возмущался, что тот стимулировал его тело так, как хотел, но не уступал тому, чего хотел Бомин.

Он даже не мог сказать ему, чтобы он вынул член сейчас. В состоянии, когда огонь удовольствия уже был зажжен, инстинкт освобождался только тогда, когда удовольствие было пережито достаточно, чтобы сжечь тело.

— Хозяин, сделай это.

Этот парень действительно...

Несмотря на то, что Бомин нахмурился, выражение лица Юн Бисама оставалось холодным. Просто глядя на их лица, кажется, что место, в котором они находятся, — не ванная, где они валяются обнаженными, а место встреч.

— Разве ты не хочешь кончить?

Острые глаза Юн Бисама сузились, и он прижался губами к мелко подрагивающему плечу. Уретральный шарик был все еще плотно закрыт, а другой рукой он продолжал стимулировать его пухлые яйца и затвердевшие соски.

Его поясница подергивалась от жара. Даже если пенис, находящийся внутри тела, касался разных мест, желаемая область была направлена неправильно, как если бы это был один и тот же полюс магнита.

— Ой, уф, кажется, я сейчас потеряю сознание...

— Знаю.

Бомин покачал головой и зарыдал, но прикосновения Юн Бисама не прекратились. Его тело было настолько плотным, что он не мог вырваться, и Бомину казалось, что его конечности связаны.

Удовольствие, которое не могло быть выражено, постепенно накапливалось снова. Бледно-розовый цвет его члена стал насыщенно красным по мере того, как его продолжали мучить.

Постоянные поцелуи в шею и плечи также разжигали угли удовольствия. Когда наполненное конфликтами дыхание эхом разнеслось во влажном пространстве, фокус черных глаз стал размытым.

— Хозяин... пожалуйста, хммм, коснись меня здесь... пожалуйста...

Стыд от того, что поддался Юн Бисаму и сказал ему то, что он хотел услышать, был кратковременным. Он рассыпался так же быстро, как песочный замок, унесенный приливом от члена, который тыкал его куда хотел.

— Ах, хнгх! Хм, хорошо! Ах, аа!

Его член не был свободен, но толчки туда, куда он хотел, заставили его почувствовать, как будто была прочищена преграда. От бурного натиска удовольствия на его чувствительные органы он потерял сознание.

Каждый раз, когда Юн Бисам толкал спину, его тощее тело беспомощно тряслось, как шарнирная кукла. Единственное, что можно было схватить, — это рука Юн Бисама. Кончик его носа едва касался поверхности воды, словно лицо Бомина вот-вот упадет в ванну.

Вода в ванне выплескивалась каждый раз, когда два тела сходились вместе, превращая пол ванной в море воды.

Пальцы его ног поджимались, а расфокусированные глаза просто пропускали трясущееся зрелище, даже не будучи в состоянии его уловить.

— Хочу кончить…

Дрожащая рука Бомина едва двигалась, когда член снова и снова вонзался в одно и то же место, словно компенсируя время, которое он потратил на то, чтобы избежать этого. Он с трудом оторвал пальцы от уретральной пробки. Юн Бисам сосредоточился на том, чтобы войти в Бомина.

— Поверни голову.

Бомин послушно придвинул голову к Юн Бисаму, рот его дрожал, губы блестели от слюны, и Юн Бисам высунул язык, чтобы коснуться их.

Он мягко вращал бедрами, стимулируя его, а он хрюкал и высовывал язык. На этот раз Юн Бисам выполнил просьбу Бомина. Он притянул его маленький язычок к своим губам и стала сосать его, как конфетку.

— Хнгх, да…

Ресницы, мокрые от слез, дрожали, отбрасывая тень на молчаливое лицо. Его лицо, пылающее здесь и там, было более похотливым, чем когда-либо.

Юн Бисам резко выпрямился, не сводя глаз с Бомина. Его губы естественно опустились, и длинная серебряная нить порвалась, отчего его распухшие губы стали блестящими.

— Ынг, мнг! А, аха, Умнг, бы, ьыстрее!

Больше половины воды, наполнившей ванну, вылилось. Два тела слились в одно. Головка, которая выступала до самого края входа, используя воду в качестве смазки, впилась до невероятной точки.

Наконец, из освобожденного пениса хлынула прозрачная жидкость почти без вязкости. Бомин рыдал, его сердце колотилось, когда поток воды вытекал наружу, пытаясь пополнить истощающуюся воду в ванне.

— Аххх!

Ему казалось, что он сейчас умрет от переполнявшего его удовольствия. Сил в теле не было, а огромный член все равно пронзал тело Бомина, как гарпун.

Его сознание помутилось, как будто он в любой момент мог потерять сознание. В этот момент с громким треском Юн Бисам укусил Бомина за шею.

Глаза Бомина, наполовину закатившиеся от пронзительной боли и других острых ощущений внизу, медленно обрели фокус.

— Ты должен быть наказан. Я вижу, что ты сначала кончишь, а потом потеряешь сознание.

— Я так, хм, устал........

— Здесь так приятно, что у тебя снова встал.

Как и говорил Юн Бисам, член Бомина снова начал подниматься. Выбора не было, поскольку он продолжал стимулировать опухшую точку его члена.

— Нет…

Бомин хныкал, как ребенок. Вместо того чтобы отпустить, Юн Бисам приподнял Бомина и широкой стороной языка провёл по окровавленной ране.

Конечности Бомина трепыхались, а поверхность под ним оставалась нетронутой. Бережно неся Бомина, Юн Бисам выскользнул из ванны и переместился к умывальнику.

— Держись здесь и стой

— Хыыы…

Ноги Бомина дрожали, как у новорожденного олененка. Юн Бисам обнял его за талию и прижал висящую руку Бомина к раковине.

Это был момент, когда Бомин едва мог держать ноги и стоять. Кусок плоти, который выбрасывал капельки спермы прежде, чем он смог полностью встать, дрожал каждый раз, когда в него жестко входили.

— Ы, ааа!

Его ноги неуверенно шатались, он ухватился за раковину до побелевших костяшек, но вместо того, чтобы рухнуть на пол, его тело осталось висеть в воздухе, а пальцы ног поднялись вверх.

Влажный звук раздался, когда влажная и скользкая жидкость смешалась и потерлась о плоть. Устье дырочки, расширившееся до предела, как будто вот-вот порвется, сжимало входящий и выходящий член.

— Хаа…… Как узко.

Юн Бисам медленно вздохнул, схватил лицо Бомина, которое задыхалось с открытым ртом, и поднес его к зеркалу. Потные волосы покрывали белоснежный лоб.

Открытое лицо уже давно было разрушено и расплавлено жарой. Юн Бисам прижался губами к уху Бомина, пристально глядя на лицо в зеркале.

— Ты действительно развратный.

— Хы, ыыы…

Бомин не мог даже нормально стонать, поскольку низкий тон проникал в его уши, а тело конвульсивно тряслось. Хотя в зеркало было трудно ясно разглядеть, жилистый член все еще старательно двигался между холмиками.

Взмахнув рукой, Юн Бисам надежно поймал его лицо, упавшее на раковину, и сосредоточился на растерзании нежной плоти.

Холодный пот покрывал каждый сантиметр его персиково-белого тела. Как только его руки потеряли силу, у него не осталось сил вообще, поэтому Бомин полностью доверил свое тело Бисаму.

— Хыааа!

Каждый раз, когда талия Юн Бисама отводилась назад, гнусавые звуки раздавались безостановочно, а его внутренняя плоть растягивалась. Внутренняя плоть, прилипшая к члену и выступившая из отверстия, вскоре впилась внутрь, как резиновая лента, которая растягивалась и сжималась при толчке.

Бомин не смог продержаться долго и был вынужден снова кончить на пол, куда упала сперма.

Каждый раз, когда раздавался звук сталкивающейся плоти, Бомин полузакрывал глаза и издавал глубокий стон.

— Ыа, аа… хватит…

— Ха…

Он собрал оставшуюся силу воедино и сжал внутреннюю стенку в тот момент, когда он протолкнул член настолько глубоко, насколько это возможно. Зарывшись губами в ухо Бомина, Юн Бисам выплеснул в него горячую жидкость.

Это было так много, что он на мгновение подумал, что стал туалетом. Жидкость, которую Бомин не мог проглотить, вытекала через плотно прилегающую плоть.

— Ты не можешь выплюнуть то, что тебе дали съесть.

Юн Бисам прижался к телу Боминя, ущипнув его за выступающий член, словно в наказание. Бледно-розовый цвет потемнел от давления. Бомин от неустанных дразнилок потерся затылком о твердые грудные мышцы и вскрикнул.

— Я не могу... Я действительно не могу...

— Твое лицо говорит о другом.

Как и говорил Юн Бисам, лицо Бомина в зеркале выглядело так, будто он сошел с ума от удовольствия. Слабое покачивание грудей создавало впечатление, что он прижимается к руке Юн Бисама.

В этот момент Бомин решил, что ему лучше потерять сознание и избавиться от зыбкой хватки здравомыслия.

— Ещё один раз.

Юн Бисам, казалось, не хотел отпускать Бомина. Его член, который еще не вырвался наружу, тоже был сжат, как будто он эякулировал.

У него не было сил даже поднять веки. Бомин просто закрыл глаза от дергающихся конечностей и отдал свое тело Юн Бисаму до полного удовлетворения.

— Что ты сказал…

Он даже не знал, когда заснул. В какой-то момент он потерял сознание, думая, что больше не сможет держаться.

При звуке чего-то взрывающегося Бомин застонал и поднял голову с подушки. Текстура постельного белья отличалась от той, которую он обычно использовал. Бомин понял, что это все еще квартира Юн Бисама, по запаху, который слегка пропитался постельным бельем.

Его веки, которые лили слезы все время, пока его трахали, были тяжелыми, как будто на них были камни. Едва он открыл глаза, как увидел только летающую мебель и замерзшие стены.

— Сон Джэхо?

Сон Джэ Хо с искаженным лицом и Юн БиСам с холодным выражением лица использовали свои способности, чтобы навести беспорядок внутри общежития.

Его виски пульсировали, когда все вокруг разворачивалось, как будто его бросили в середину фильма-катастрофы.

— Ах…

Бомин потер больную щеку тыльной стороной ладони, белые костяшки пальцев быстро стали красными, когда он поцарапался о кусок разлетевшейся древесины.

— Ты ранен?

Сон Джэ Хо, стоявший далеко, уже смотрел в лицо Бомина. Тот повернул голову, чтобы разобраться в ситуации.

— Почему ты здесь?

— Почему ты здесь… Я же сказал тебе, что возвращаюсь в процедурный кабинет. Почему ты так рано покинул больницу?

Сон Джэ Хо натянул одеяло на Бомина, останавливая кровотечение из его все еще кровоточащей щеки. Как будто он был защитником.

— Это мое решение. Последствия шока прошли, так что же я могу делать один в больничной палате? Слишком скучно.

— Ты говоришь это сейчас…!

— ...не кричи на меня, потому что у меня звенит в голове.

Его тело было слабым, как будто он страдал от ужасного похмелья. Мягко надавив на пульсирующий висок, Сон Джэ Хо послушно закрыл рот и мягко коснулся головы Бомина.

— Пойдемте. Нам нужно позаботиться о ране.

Это было до того, как Бомин сказал, почему он последовал за ним. Острые наконечники стрел приблизились к затылку Сон Джэ Хо.

Наконечники стрел, сделанные изо льда, казалось, были готовы впиться в шею Сон Джэ Хо в любой момент. Бомин тоже чувствовал холод.

— Хватит грубить. Убирайся отсюда, если не хочешь получить дырку в шее.

— Этот ублюдок…!

Сон Джэ Хо стиснул зубы и пристально посмотрел на Юн Би-сама. Одежда, которая была на Сон Джэ Хо, уже была порезана в нескольких местах. Видя, как проступает кровь, это выглядело как рана, нанесенная ледяными наконечниками стрел, парящими в воздухе.

— Вы двое просто продолжайте сражаться здесь. Я пошел.

Бомин встал с кровати. Но вскоре колющая боль заставила его уткнуться лицом в покрывало в нелепой позе с торчащей задницей.

— Пфех.

— Ты только что смеялся?

Когда Бомин в смущении встал, опустив голову, звук смеха достиг его ушей. Он поднял голову с чувством сомнения и увидел, как Сон Джэ Хо прикрывает рот.

Он сурового лица, которое он показывал Юн Бисаму всего минуту назад, не осталось и следа. Сон Джэхо отчаянно пытался сдержать смех, отчего лицо Бо Мина напряглось.

— Продолжайте улыбаться.

Бомин ярко улыбнулся Сон Джэ Хо. В отличие от его улыбающегося рта, его черные как смоль глаза были полны раздражения.

Он хотел бы иметь власть, чтобы уничтожить его уродливое лицо, но все, что он могу сделать, это словесно угрожать ему.

— Давай сделаем вид, будто никогда не знали друг друга.

— Извини, извини. Давайте я тебе помогу.

Сон Джэхо поднял руки в знак капитуляции. Он использовал свою силу, чтобы обернуть одеяло вокруг обнаженного тела Бомина.

Бо Мин, который на мгновение пошевелил рукой, мягко доверился Сон Джэхо. Он просто пытался проснуться и посмотреть, что произошло. Казалось, что все мышцы конечностей исчезли.

— Вы двое стали лучше ладить.

Юн Бисам, наблюдавший за ними со скрещенными руками, заговорил. Они были одного возраста, поэтому казались ближе, чем другие.

Однако, хотя Юн Би Сам и не знал Бомина, он прекрасно знал, что Сон Джэ Хо относился к Бомину как к своей любимой игрушке.

— Ладить – это полная чушь. (Бомин)

В отличие от ворчащего Бомина, Сон Джэ Хо приподнял уголки рта и ухмыльнулся. Это потому, что ему нравилось, насколько дружелюбными они с Бомином были в видении Юн Би-сама. Он уже забыл о схватке не на жизнь, а на смерть, которая произошла с Юн Би Самом.

—Бомин, я забираю тебя домой, и в следующий раз не спи в комнате хёна и не веди себя как раньше.

Сон Джэ Хо, который был в расслабленном настроении, как обычно, вежливо обратился к Юн Би Саму. Он притянул Бомина, завернутого в одеяло, как ребенка, на руки и обнял его.

— Это заставляет меня думать, что с этого момента он должен спать в моей комнате.

Шаги Сон Джэ Хо остановились от холодного голоса. Улыбка с моего лица быстро исчезла. Перепады настроения были как на вершине Эвереста. Бомин испустил сдерживаемый вздох.

— Эй, я голоден. Если вы двое собираетесь снова поссориться, оставьте это. Я пойду в ресторна, даже если мне придется ползти.

У него были отдаленные воспоминания о жевании еды. Звук, доносившийся из желудка Бомина, был также уловлен слухом Сон Джэ Хо.

— Ли Бо Мин, увидимся в следующий раз. Тогда ночи станут длиннее.

Бомин, который сопротивлялся желанию назвать его сумасшедшим, закрыл глаза в объятиях Сон Джэ Хо. Сейчас ему просто хотелось съесть что-нибудь действительно вкусное и хорошо отдохнуть.

Похоже, он уснул. Когда он поднял тяжелые веки, то увидел ресторан, полный людей.

— ...Дайте мне поесть.

— Что ты хочешь съесть?

— Все. Мне все равно что, просто закажи побольше.

У него даже не было сил заглянуть в меню. Сон Джэхо, который по просьбе Бомина подозвал официанта, выбрал лучшие блюда и заказал их. В ресторане большая текучесть кадров, поэтому вскоре на круглом столе уже громоздились дымящиеся блюда.

— Отпусти меня. Я пересяду и поем.

Бомин все еще был в объятиях Сон Джэ Хо. Когда Бомин изо всех сил пытался высвободить руку, Сон Джэ Хо поправил его и обнял.

— Просто оставайся в моих объятиях. Похоже, у тебя сейчас нет сил поднять вилку.

— Ты собираешься меня кормить?

— Ум.

Сон Джэхо с помощью телекинетической силы перемещал вилку и нож. Вслед за движениями пяти приборов еда на тарелке разрезалась на кусочки.

— Просто открой рот, и я буду кормить тебя, пока твой живот не лопнет.

Бомин спокойно, как птенец, открыл рот. Когда горячий пирог, пропитанный кленовым сиропом, таял у него во рту, его бледное лицо стало более ярким.

— Сильно болит?

— Хм. Не совсем.

Сон Джэхо осторожно помассировал место вокруг раны. При каждом движении щека покалывала.

— Это не так больно, как было, когда меня трахали в больничной палате. Так что не волнуйся.

Бомин посмотрел на Сон Джэ Хо и широко улыбнулся. Когда он увидел, как потемнело выражение лица Сон Джэ Хо, то почувствовал, будто сладкий сироп влили ему в сердце.

Когда Бомин понял, что Сон Джэхо ослабел для него, как призрак, он стал менее резок в своих высказываниях.

Бомин, еще раз подтвердивший свою мусорную человечность, открыл рот, не сводя глаз с Сон Джэ Хо. Несмотря на то, что один горячий пирог уже исчез, ему еще предстояло пройти долгий путь, чтобы наполнить свой голодный желудок.

После этого Сон Джэ Хо молча кормил Бомина, пока вся еда в миске не закончилась.

— Теперь я сыт.

— Тогда пойдем.

Сон Джэхо, используя свои способности, донес пустую миску до стола, а затем встал, увлекая за собой Бомина.

— Куда ты идешь? Отнеси меня в мою комнату.

— Тебя нужно вылечить.

Он был непредсказуемым парнем. В больничной палате он был так зол, что травмировал нижнюю часть тела до крови. Забавно, что сейчас его так беспокоила царапина на щеке.

— Почему тебя беспокоит эта рана? У меня даже нет с тобой отношений.

Бомину было комфортнее с Сон Джэхо, чем с другими гонгами. Его необдуманные слова были тому доказательством. Как сейчас.

— Или тебе нравится секс со мной, как Юн Би Сам? Хоть я и не очень хорош в руководстве, мне нравится ощущение, как нижняя дырка кусает член...

— Прекрати.

Сон Джэ Хо натянул одеяло, прикрывающее Бомина, и прикрыл его кричащий рот. Все время, пока он был вдали от Бомина, то пытался осознать ответ, который не смог дать в прошлый раз.

Но ему казалось, что он не найдет ответа, если подумает об этом в одиночку. Он вернулся в больничную палату, чтобы поговорить с Бомином лицом к лицу.

Однако, когда он вошел в больничную палату, то увидел аккуратно заправленную кровать и Джин ХаРин, яростно глядела на него. Даже когда он спросил Джин ХаРин, куда делся Бо-Мин, она не ответила и попросила его покинуть лечебный центр.

— Давай пойдем куда-нибудь в тихое место и поговорим.

Сон Джэ Хо сосредоточил свою магию на пальцах ног и увеличил скорость ходьбы. Виды, проносившиеся мимо, кружили голову. Бомин с усталым лицом спрятал голову в объятиях Сон Джэ Хо.

Придя в свои покои, Сон Джэхо закрыл за собой дверь и подвел Бомина к дивану, где достал из аптечки восстанавливающее зелье и нанес его на щеку, отчего глаза Бомина слегка нахмурились.

— Восстанавливающие зелья хороши.

В романах со сверх способностями было много странных вещей, и одной из них было восстанавливающее зелье. Они были дорогими, и Бомин никогда не покупал их на свои деньги.

Сон Джэ Хо был эспером S-класса. Цена, которая может быть обременительной для Бомина, может быть для него ценой одного обеда.

— Если в будущем вы пострадаете, примените это. Когда израсходуешь его, я дам тебе новый.

Бомин не мог оторвать глаз от зелья восстановления, парящего в воздухе. Сон Джэ Хо вручил Бомину бутылку, на которой почти не было следов использования.

— Почему ты так добр ко мне?

Бомин повертел в руках холодную бутылку и поднял глаза на Сон Джэхо. Одеяло, которым было обернуто тело Бомина, ослабло, но все еще держало его. Цвет его глаз казался темнее, чем обычно, когда он смотрел на него, стоя спиной к свету.

— Я тоже не знаю.

— Что?

— Я думал об этом, и я не знаю, почему ты продолжаешь беспокоить меня, и почему я хочу встретиться с тобой, даже если это не для руководства.

Выражение лица Бомина стало странным. Сердце Бомина уже давно закрылось. Тем не менее, он не почувствовал себя плохо, когда увидел, как Сон Джэ Хо с растерянным лицом показывает свои искренние чувства.

— Даже если я не могу руководить, я тебе нужен?

Это был аналогичный вопрос, что и в прошлый раз. Расширенные зрачки посмотрели в лицо Бомина. Глаза, которые встретились вблизи, дрожали, как будто дул сильный ветер.

В отличие от прошлого раза, Бомин дал Сон Джэ Хо время ответить. Он спросил его, в каком направлении он пойдет в отношениях, в основе которых лежит только секс.

Если бы он закончил ответ молчанием, как в прошлый раз, Бомин планировал обращаться с Сон Джэ Хо как с живым фаллоимитатором, точно так же, как тот обращался с ним как с онахолом.

— Да. Нужен.

Он не знал сколько времени прошло. Единственное, что он мог сказать, это то, что у него затекла задняя часть шеи, потому что он не двигался, глядя друг другу в глаза.

— Хорошо. Этого достаточно.

Бомин нежно погладил волосы Сон Джэ Хо, словно хваля его. После полноценного приема пищи его тело стало более энергичным, чем когда он проснулся на кровати Юн Би-сама.

Он был незнаком с Сон Джэ Хо, который был спокоен, как охотничья собака на поводке, ожидающая прикосновения своего хозяина. Это было в некоторой степени захватывающее время.

***

— Направляющая магия…

— пробормотал Бомин, положив щеку на столик на открытом воздухе, под легким дуновением весеннего ветерка. Впервые у него было время поделиться с Сон Джэ Хо своим сердцем, а не телом.

По пути Бомин зашел в отдел гидов и проверил соотношение между Сон Джэ Хо и его силой гида.

Джин Кюгон ясно сообщил ему, что если эмоциональное взаимодействие с Эспером усилится, то упавший уровень совпадений может увеличиться.

Хотя у него были сомнения относительно того, говорил ли Сон Джэ Хо только то, что сказал, в его глазах появилось юношеское волнение, когда он посмотрел на него.

Сон Джэ Хо был влюблен в Бомина. Это был неоспоримый факт.

— Но почему…И как мне теперь зарабатывать деньги...

Хоть Сон Джэ Хо и Юн Би Сам не могли больше получить руководство, они не потеряли интерес к Бомину, так что было с кем заняться сексом. Он до сих пор не знает, как поведут себя Хан Би Сон и Вон Сон О, но все было в порядке, поскольку их было двое.

Более того, Ши Ю Хён собирался пробуиться в качестве гида S-класса и присоединиться к ассоциации. В романе он прочитал, что он точно появится в конце весны. Это было максимум два месяца.

Проблема заключалась в том, что, поскольку Бомин был гидом, принадлежащим ассоциации, ему пришлось руководить Эспера. Он пошел в отдел гидов и отобрал тех, у кого высокий уровень совпадения среди эсперов классов А и Б.

— Никто мне не нравится…

Не было ни одного человека, который мог бы удовлетворить эстетическое чувство Бомина. Ничего страшного, если бы у них был соответствующий член, но проверить размер члена не было возможности.

Он не мог подойти к ним по одному и снять штаны. Он подумал было последовать за ними в ванную, но это показалось ему настолько ненужным действием, что он отказался от этой затеи.

— Эсперы S-класса идеальны…

У всех были странные личности, но Бомин тоже не был простым. Прежде всего, их лица и члены были достаточно выдающимися, чтобы скрыть их личные недостатки.

Понемногу деньги оригинального Бомина становилось меньше. Стоимость еды была довольно высокой, и все деньги, которые были у него в отпуске, он тратил на покупки.

В силу своего характера Бомин не может жить в долгах. Он был рад написать это с намерением пополнить его, но застрял.

Хотя существует базовая надбавка, гидам обычно выплачиваются бонусы за производительность в зависимости от уровня и количества раз, когда они направляют Эсперов. Уровень риска побега Эсперов также необходимо было контролировать, чтобы он не превышал определенного уровня.

Хотя Эсперы S-класса получали руководство не только от Бомина, их зависимость от него была достаточно высокой. Прежде всего, у Вон Сон О не было другого проводника, кроме Бо Мина.

— Если это произойдет, Ши Ю Хён неизбежно заберет всех гонгов…

Бомин вздохнул и сел прямо. Он опустил голову, массируя прижатую щеку обеими руками. И поднес соломинку заказанного напитка к губам.

Когда сладкий прохладный напиток опустился в горло, он почувствовал небольшое облегчение от стеснения в желудке.

— Нет никакого способа. Кроме как столкнуться с этим напрямую.

Он пил свой напиток, пока не увидел дно, и встал, чтобы уйти. Возможно, потому, что погода была хорошая, розовые потоки воздуха поднимались со всего кафе.

Чаще всего эсперы и гиды состояли в отношениях, а изредка люди с одинаковыми способностями становились парами.

Глаза Бомина, смотрящего на счастливых влюбленных, были холодными, неподходящими для погоды.

— Это как шахматная доска.

Неизвестно, кто это придумал, но форма эспера была черной, а форма гида — белой. Дизайн был тот же, только цвета были разные.

— Мне это больше всего не нравится.

Бомин потер значок с надписью «Б» на левой груди, как будто собирался его сорвать. Ему было плохо, потому что он чувствовал себя так, словно стал домашним скотом с присвоенным ему ярлыком.

Пока он жаловался, что ему не нравится цвет, он услышал громкий рев, доносившийся с небольшого расстояния. Звук был настолько громким, что оглушил его уши.

Бомин удивился, потрогал уши и повернул голову в ту сторону, откуда доносился звук. Человек, которого он уже не думал встретить сегодня, прижался к стене здания кафе, полуголый.

— Это Вон Сон О и Хан Би Сон.

Лицо Вон Сон О выглядело иначе, чем обычно, как будто он частично трансформировался. Он не смог их хорошо рассмотреть, так как они оба двигались слишком быстро, чтобы за ними мог уследить человеческий глаз.

— Что? Зачем сюда пришли?

Глаза Бомина расширились, когда он наблюдал за поединком этих двоих, скрестив руки, как и все остальные.

Прежде чем он успел испугаться и отступить назад, у него перехватило дыхание от убийственных глаз, с которыми он встретился прямо напротив себя. Глаза Вон Сон О сияли дикостью, как глаза животного.

— Гррр… Где ты был все это время?

— Ты спрашиваешь меня сейчас?

Трудно сказать о других, но Вон Сон О подумал, что Бо Мин не будет представлять особого интереса, даже если исчезнет на месяц. Правильно, он был тем, кто ненавидел руководство самим собой и ненавидел существование Бомина больше всего.

Послышался звук чего-то взрывающегося, и тело Вон Сон О, преграждавшего путь Бо Мину, врезалось в стену кафе, которая все еще стояла целой. Это была сплошная стена, которая рухнула, когда человек ударился о нее.

— Ли Бомин, давно не виделись.

Человеком, который сбил Вон Сон О, был Хан Би Сон, чей кулак был охвачен пламенем. Бо Мин поднял правую руку в знак приветствия.

Возможно, потому, что он был первым человеком, который общался со ним после того, как пришел в этот мир, он был немного рад его видеть.

— Но почему вы двое сражаетесь…?

Это даже не пинг-понг.

На этот раз Хан Бисон сломал дерево и упал на землю. Седые волосы, почти серебристые, выросли на верхней части тела Вон Сон О. Шея Хан Бисона была схвачена рукой с высунутыми когтями.

На территории объединения немало мест, где сохранились следы боев. Это произошло потому, что энергичные эсперы сражались изо дня в день. Кажется, он с первого взгляда услышал, что ремонтными работами занимается отдельная бригада.

Сцена боя эсперов прямо перед тобой, словно в кино, была зрелищной, но столь же опасной. Выражение лица Бомина стало шокированным, когда он увидел ветку дерева, пролетевшую мимо его уха.

Если обломки застрянут где-нибудь в теле, это будет как минимум серьезная травма.

Он собирался встретиться с Вон Сон О, но время было неподходящее, и он решил перенести её на другое время.

— Гид Ли Бомин!

Если бы один из сотрудников не подбежал и не схватил Бомина за руку, он бы ушел. Сотрудник, тяжело дышавший, серьезно посмотрел на Бомина.

— Я знаю, что процент совпадения с Эспером Вон Сон О сейчас низок…Эспер Вон Сон О сказал, что никогда не руководствуется другими гидами...

— Как вас зовут? А то я в последнее время много пережил, и память у меня немного нечеткая.

— А! Я Ли Чан из отдела по управлению эсперами-беглецами. Я также отвечаю за эспера Вон-Сон-О. Почему бы нам пока не присесть вон там?

Кусок тротуара пролетел над головой Ли Чана. Он быстро опустил голову, чтобы избежать этого, схватил Бомина за руку и повел его в заднюю часть кафе.

Звуки яростной борьбы Вон Сон О и Хан Би Сона все еще были слышны поблизости. К счастью, здание кафе не рухнуло полностью, поэтому оно сыграло роль в блокировании обломков.

— У меня низкий уровень соответствия. Смогу ли я правильно руководить?

— Нас это тоже беспокоит…Как знает гид Ли Бо Мин, упрямство Вон Сон О в отношении Эспера ненормально. Он настаивал на том, что не будет использовать направляющую машину, поэтому мой отдел попросил Эспера Хан Бисона об одолжении.

— Каком?

— Нам нужно, чтобы кто-нибудь оглушил Эспера Вон Сон О...

— Это потому, что вы сможете использовать направляющую машину, когда он оглушен?

— Да. Глядя на ситуацию, кажется, что это не сработает...

Темные круги под глазами Ли Чана были почти черными. Настолько, что Бомин засомневался, если он прикоснется к ним, то испачкаются ли его пальцы графитом.

— Похоже, что риск срыва Эспера Вон Сон О значительно возрос.

— Это очень серьезно, так что... Я знаю, что не должен спрашивать об этом, но…Вон Сон О, не мог бы ты помочь ему как эсперу?

Уровень совпадения между двумя людьми упал. Попросить Бомина, гида B-класса, помочь Вон Сон О, эсперу S-класса, ничем не отличалось от того, чтобы попросить его пережить магический шок.

Поскольку он знал это, голос Ли Чана был тихим, как у умирающего человека. Рука, вытиравшая висок, с которого капал холодный пот, тоже дрожала, так что он мог сказать, что говорить это было нелегко.

— Конечно, мы планируем предоставить щедрые надбавки за риск. Хотя деньги это еще не все... Единственный гид, которого я могу попросить, это Ли Бомин...

— Эспер Вонсон О сказал, чтобы его направлял именно я?

— Не совсем... Но он был не против этого? Не думаю, что Эспер Вон Сон О хочет сорваться и умиреть.

Ли Чан выглядел неуверенным. Как и ожидалось, если бы это был обычный эспер, он бы заранее позаботился о руководстве, чтобы не допустить повышения уровня риска побега. Как будто Вон Сон О пренебрегал собой до тех пор, пока не стал опасным.

— Пожалуйста, также предоставьте в качестве награды зелья восстановления. Отдельно от выплаты за работу в опасных условиях. Только на этом уровне я могу пойти на риск.

— Усовершенствованное зелье восстановления... хорошо, я доложу об этом руководителю группы и добьюсь, чтобы это как-то оплатили.

Ли Чан держал Бомина за руку и несколько раз опускал голову, как будто был благодарен за то, что Бомин прислушался к его просьбе.

— Но разве нам не следует сначала остановить бой? Если так будет продолжаться, я думаю, все кафе будет разрушено. Трудно даже сказать, возможно ли будет в такой ситуации руководить.

— Остальные эсперы уже должны быть здесь... О, вот и они.

Это были Сон Джэ Хо и Юн Би Сам.

Когда обе стороны объединили свои силы, ситуация быстро разрешилась. Вон Сон О мог справиться только с одним человеком, но казалось, что с тремя людьми одновременно справиться будет сложно.

Когда эспера заключили, огромная грудная клетка продолжала вздыматься каждый раз, когда он резко выдыхал. Глаза, смотрящие на Сон Джэ Хо, были свирепыми, возможно, потому, что он был связан с телекинетическими способностями эспера. Одного взгляда в его глазах было достаточно, чтобы убить.

— Вон Сон О, я буду направлять тебя сегодня?

Бомин, прятавшийся за стеной кафе, подошел к Вон Сон О и сел перед ним. Глаза Бомина были полны жизни.

Бомин улыбнулся ему в глаза, которые были намного мягче, чем когда он смотрел на Сон Джэ Хо.

— Ли Бо Мин, ты с ума сошёл? Кто кем руководит?

Сон Джэ Хо с трудом поднял Бомина на ноги и хмуро посмотрел на него. Шок от того, что Бомин рухнул в его объятиях, еще не прошел. Его цвет лица стал белым.

— Разве не было бы нормально сделать это один раз? Я ничего не могу сделать, потому что Вон Сон О сказал, что не примет руководства ни от кого, кроме меня.

— Что ты сказал!

Ухоженные волосы Сон Джэ Хо были сильно растрепаны. Он слишком легкомысленно думал об опасности магического шока. Бомин говорил так, словно собирался прогуляться по окрестностям, а его переполняла неразрешимая злость.

— Я тоже против руководства. Зачем тебе рисковать, если можно просто нокаутировать его и бросить в направляющую машину?

Юн Би Сам, наблюдавший за ситуацией со скрещенными руками, также вмешался, чтобы помочь. В его руке кружился вихрь, похожий на сжатую метель. Его темно-голубые глаза были холодными, как будто он собирался в любой момент довести Вон Сон О до обморока.

«Что-то изменилось в каждом».

Только Хан Бисон казался расслабленным, как будто смотрел спектакль. Он сделал шаг назад и наблюдал за противостоянием заинтересованными глазами.

— Вон Сон О, ты собираешься сегодня получить руководство?

Бомин задал Вон Сон О еще один вопрос. Поскольку Сон Джэ Хо связывал свое тело телекинезом, Вон Сон О смотрел только на Бо Мина.

— Мгн.

Вот что вы чувствуете, когда видите волка, запертого в клетке?

Он был ошеломлен, увидев, как Вон Сон О послушно отвечает. Это парень, который откусил ему язык после поцелуя.

Не было ясно, случилось ли это из-за повышенного риска побега, но в том, как люди смотрели на Бомина, было немалое волнение.

— Сон Джэхо, отпусти его.

— Ли Бомин!

— Быстрее.

Для Бомина важность гонгов была одинаковой. Сон Джэ Хо был немного удобнее, потому что он был того же возраста, но его намерение заняться сексом со всеми не изменилось.

Более того, Вон Сон О был человеком, которого он ещё не попробовал. Щеки Бомина покраснели, когда он вспомнил фотографию волчьего члена.

Человеко-зверь-эспер занимался сексом только с человеком, которого любил, в полностью зверочеловеческой форме.

Бомин был готов притвориться любовником Вон Сон О, пока он мог ощутить вкус волчьего члена. Бомин, тело которого вспыхнуло от одной лишь мысли об этом, один за другим призывал Сон Джэ Хо.

— Если ты не отпустишь, я некоторое время не буду заниматься с тобой сексом.

— …

Голубой свет загорелся в глазах Сон Джэ Хо, когда он пристально посмотрел на Бомина, но Бомин не отвел от него взгляда.

— Сон Джэхо.

Только после того, как он еще раз произнес его имя, рука, державшая руку Бомина, потеряла свою силу. В то же время сила, связывавшая Вон Сон О, исчезла. Бомин повернул затекшую руку и протянул руку Вон Сон О.

— Идем, чтобы руководить.

Вон Сон О, который смотрел на маленькую руку, протянутую перед ним, встал и положил Бо Мина на одно плечо.

— Что ты делаешь!

В одно мгновение его видение изменилось. Бомин удивился и начал бить Вон Сон О по ягодицам и задней части бедер кулаками, но его руки уже болели из-за мышц, которые были похожи на камни.

Звук рушащегося здания и Хан Би Сон, выкрикивающий имя Сон Джэ Хо, быстро отдалились.

Дверь в общежитие Вон Сон О резко открылась, угрожая сломаться. Прежде чем даже осмотреть помещение, Бомину пришлось почувствовать спиной твердость кровати, на которой сидел Вон Сон О.

— Почему кровать такая жесткая…

Обычно кровать была оборудована мягким матрасом, но здесь такого не было. На кровати, сделанной наполовину из камня, была только одна подушка, которая выглядела такой же жесткой.

— Что, у тебя теперь 3-й уровень риска побега?

Бо Мин, поглаживавший свою болезненную спину, увидел свет, исходящий от браслета на запястье Вон Сон О.

Существует пять уровней риска побега.

Цвет, расположенный посередине черных браслетов, указывал на уровень концентрации магии в теле эсперов.

Цвет на браслете Вэна - желтый. Это означает, что уровень риска побега повышается, и когда он перейдет на следующий этап, его закроют в изоляторе, похожем на камеру.

Большинству Эсперов удалось сохранить уровень риска побега на уровнях 1 и 2. Состояние Вон Сон О было поистине опасным.

Он смог понять, почему парень, ненавидевший Бомина, искал его. Поскольку он человек, который абсолютно ненавидит, когда его где-то привязывают, он бы еще больше ненавидел ходить в учреждение, похожее на тюрьму.

— Подожди секунду.

Это казалось весьма срочным. Серия шагов от снятия штанов до укладывания Бомина на кровать продолжалась плавно.

Бомин прижался к груди Вон Сон О, по которой вверх-вниз скользил его толстый член. От тепла тела, прижатого к его ладони, кончики пальцев покалывало.

— Почему. Как ты и сказал, я сейчас очень спешу.

Глаза Вон Сон О остекленели от жары, и по мере того, как риск бегства возрастает, эсперы чувствуют боль.

У Вон Сон О даже был побочный эффект: его тело стало горячим. Бомин принял бы Вон Сон О сразу, если бы не проблема магического шока, но угроза его жизни была велика.

— Ты же знаешь, что процент совпадений снизился, верно? Если вы вставите его и будете направлять, то через некоторое время я могу потерять сознание. Если у меня остановится сердце, вы должны безоговорочно оказать первую помощь и отвезти меня в лечебный центр, чтобы не опоздать. Ты можешь обещать?

Для Бомина это имело значение. Идея рисковать жизнью ради секса была захватывающей, но меньше всего ему хотелось умереть во время этого процесса.

— Хорошо, раздвинь ноги.

Помимо того, что он был распутным, он был похож на Вон Сон О, который не уступал другим парням.

Что было лучше, так это то, что он не пытался силой вскрыть тело Бомина. Хоть он и хмурился от боли, он просто играл своим членом и ждал, пока Бомин сделает первый шаг.

Бомин снял с себя одежду одну за другой. Горячий взгляд проследил за снимаемой одеждой.

— Есть гель? Он слишком большой, чтобы ты мог просто войти.

Член Юн Бисама входил и выходил до рассвета, так что если он немного растянет себя, то сможет просунуть его внутрь, без риска увидеть кровь.

— Нет.

— Тогда попробуем. По крайней мере, положи туда сперму.

Вон Сон О медленно вздохнул, начал осматривать Бо Мина с ног до головы и сжал свой член. Если бы Бомин держал его обеими руками, с ним было бы трудно справиться, поэтому он использовал свою руку, пока кожа не стала краснеть.

Пытаясь помочь эякулировать, Бомин нанес слюну на палец и потер сосок, который начал реагировать. Другой рукой он осторожно коснулся своего все еще мягкого пениса.

У всех остальных парней были хорошие тела, но тело Вон Сон О вызывало сильное ощущение дикости. Его грудная клетка также была самой мощной, поэтому, если он сильно сжимал грудь, казалось, что плоть выпирает между его пальцами.

Тело Бомина нагрелось быстрее, чем тело Вон Сон О. Бомин отчаянно тряс затвердевшим пенисом и щипал соски до тех пор, пока они не заболели.

— Ах!

Он прикусил нижнюю губу и исследовал тело Вон Сон О глазами. В спальне с непрямым освещением его серебристо-серые волосы и глаза были тусклее, чем когда они находились под солнечным светом.

Не сводя взгляда с горящих глаз, Бомин прижал большой палец к уретре. Подошвы его ног автоматически обрели силу, а талия поднялась в воздух.

Отверстие Боминя, которое больше походило на дыру спереди, чем сзади, пульсировало, словно глядя на Вон Сон О. Место, которое было светло-розовым, стало ярко-красным после издевательств Юн Би-сама.

При виде цветочного бутона, движущегося, как будто в полном расцвете, на шее Вон Сон О появились голубые вены.

— Угх…

Белая сперма потекла по руке Вон Сон О. Вон Сон О вставил в отверстие два пальца, обмазанные спермой.

Глаза Бомина нахмурились от ощущения инородного тела. Ему всегда приходилось переживать неприятные ощущения до тех пор, пока точка, которую он чувствовала внутри, не была раздавлена.

Пальцы Вон Сон О были толстыми и соответствовали его размеру. Несмотря на то, что вошли только двое, когда он широко развел пальцы внутри отверстия, вход Бомина изменил форму, нарисовав горизонтальную или вертикальную линию в соответствии с жестами руки Вон Сон О.

— Кажется уже достаточно.

Вон Сон О, наблюдавший за изменением дырки, как ребенок, играющий с глиной, убрал палец в ответ на слова Бо Мина.

Огненная головка коснулась входа. Талия Бомина дрожала каждый раз, когда он слегка тыкал в дырку, словно пробуя ее на вкус, а затем тер нежную плоть внизу.

Это было похоже на вкус члена, завернутого в горячий компресс. Его тело нагрелось так быстро, что он испугался, что может обжечься изнутри.

— ыстрее…

Бомин вытянул ноги и обвил ими талию Вон Сон О. Бомину повезло, что у него была выносливость благодаря тому, что Сон Джэ Хо его много кормил.

Как пазл, головка прижалась к входу. Двух пальцев едва хватило, чтобы подготовить его. Бомин застонал от боли когда тугое отверстие стало расширяться.

— Угм…

Он упал назад и вместо мягкой подушки, его затылок ударился о твердую кровать. Слезы, образовавшиеся в уголках его плотно закрытых глаз, потекли ручьем.

— Расслабься.

— Подож, ха, жди…

Вон Сон О также страдал от ощущения, что его гениталии сжимались, как будто их собирались отрезать. Хриплый голос понизился, как рычание животного.

Однако потеря силы не была чем-то, что Бомин сделал по своей воле. Бомин дрожащими руками разгладил вялый комок плоти. У него не было другого выбора, кроме как утешить себя, когда он принял мужчину, который даже не умел ласкать.

Не упустив момент, когда тело Бомина потеряло силу, Вон Сон О медленно прорубил узкую внутреннюю стену и впился в нее.

Внутренняя стенка, вытянувшаяся в форме члена Вон Сон О, сначала закричала от боли, но вскоре обернулась вокруг бугристого эпидермиса.

— Ха…

Горячее дыхание рассеялось над головой Бомина. Он открыл закрытые глаза и посмотрел на Вон Сон О. Тот не двигался, как бы давая Бомину время привыкнуть, но было видно, как с каждым вдохом поднимается и опускается его грудная клетка.

Бомин поднял обе руки и нежно потер его толстую грудь. Текстура, которую он представлял, прошла сквозь его ладонь.

Его член был таким же горячим, как и тело, а живот словно согрелся. Ему пришла в голову глупая мысль, что с этим членом он мог бы провести ночь голым посреди зимы.

— Теперь ты можешь двигаться.

Бомин сжал соски Вон Сон О между пальцами, чтобы стимулировать их, и нежно поцеловал линию подбородка эспера. В серых глазах горел яркий желтый свет. Тело Бомина подняли и усадили.

— У, хыг…

Когда он сел, член проник еще глубже в его тело. Бомин потер свой холодный, мокрый от пота лоб о широкое плечо, в то время как его пенис продолжал проникать бесконечно, как будто он экспериментировал, чтобы увидеть, как далеко он сможет зайти.

— Слишком глубоко, хмг. Унгх…

Вон Сон О поднял свисающие руки Бо Мина и обвил ими свою шею, а затем приподнял его за талию. Тощее тело поднялось в воздух и упало под действием силы тяжести.

От жары расплавилась вся внутренняя стена. Две большие руки схватили единственную мясистую часть тела Бомина и стали мять ее так, словно раздавливали клейкие рисовые лепешки.

Используя только силу своей талии, Вон Сон О поднял Бо Мина и удержал его, высунув язык и облизывая влажную кожу.

Было такое ощущение, будто собака лижет своего хозяина. Каждый раз, когда Вон Сон О ласкал его кожу языком, Бо Мин не мог прийти в себя. Это произошло потому, что язык был горячим, а стимуляция, передаваемая через кожу, была сильной.

Вон Сон О взял в рот сосок Бомина и стал сосать его, стараясь растянуть плоть. Бомин схватил его за серебристо-седые волосы, но потерял силы и опустил их.

— Хыгх, да….

Несмотря на то, что грудное молоко не вытекало, он отчетливо слышал в ушах восхитительный звук сосания. Его зрение тряслось как сумасшедшее.

Даже с открытыми глазами его зрение было расплывчатым и мутным от слез, поэтому было трудно сказать, было ли зрелище, которое он видел, реальностью или сном.

Было больно, когда его соски терлись о зубы, но даже боль превратилась в странное удовольствие. Когда его тело упало всем своим весом на гонга, он не успел прийти в себя, потому что огромный член вдавливался в те места, куда он не должен был входить.

— Уххх, да, умг, аъ, хыа

Даже слюна текла из уголка рта, который он не мог закрыть. Сперма капала с его пениса, когда они терлись друг о друга, смачивая животы.

Когда его член натерли спермой, которую он кончил в качестве смазки, он быстро стал твердым, как будто это была ложь, что он был мягким.

Когда Бомин эякулировал, его внутренние стенки сжались. Вон Сон О тоже испустил горячий вздох и наполнил желудок Бо Мина спермой.

Каждый раз, когда тело Бомина поднималось и опускалось, кожа, о которую оно ударялось, раздавала влажный звук. Удовольствие распространялось по периферийным нервам, заставляя покалывать все тело.

— Начну руководство.

Вон Сон О погладил Боминя по спине и предупредил его, в голосе прозвучала слабая нотка вины, так как он знал, что такое магический шок.

— Ха, ух, мне страшно…

Бо Мин обвил руками шею Вон Сон О и потерся лбом о его потную шею. Чувство руководства было ужасным, и когда он вспомнил ситуацию, когда у него чуть не остановилось сердце, то начал ныть, как ребенок.

— Не забывай дышать.

Поколебавшись мгновение, Вон Сон О начал постепенно поглощать направляющую магию, текущую через внутреннюю стену, окружающую член.

— Ы,а…

Разве не было бы менее больно, если бы он воткнул себе в живот нож и выковырял внутренности?

Маленькое тельце, прижавшееся к телу Вон Сон О, задрожало, словно от удара молнии. Глаза под плотно закрытыми веками бесцельно дрожали от боли и страха.

— Ха…

Вон Сон О смог выйти из транса благодаря направляющей магии, передаваемой через их соединенную кожу. Он придерживался своего тонкого чувства разума и как можно медленнее впитывал направляющую магию Бомина.

Желтое свечение браслета медленно переходило в голубое. Это объясняется тем, что он находился на грани, хотя и на третьем уровне, опасности бегства.

— Ли Бомин.

— …

Поток направляющей энергии, исходящий от Бомина, истончился до нити. Потушив огонь, Вон Сон О погладил Бомина по волосам и позвал его по имени.

Когда тот поднял голову с плеча, ему открылось заплаканное лицо. Он сосредоточился на тихом, но ровном звуке дыхания, а также прислушался к звуку биения сердца.

Только убедившись, что его дыхание и пульс в пределах нормы, Вон Сон О, который задержал дыхание, облегченно выдохнул. Когда его грудная клетка слегка приподнялась, тело Бо Мина, которое все еще держало член Вон Сон О, тоже задрожало.

— Спасибо.

Бомин уже погрузился в глубокий сон и не слышал, но Вон Сон О от всего сердца поблагодарил его.

Это было то, чего он не мог сказать прямо в лицо Бомину.

***

“На мне живого места не осталось…….”

Бо Мин проснулся в общежитии. Он помнил, как его неистово трахал Вон Сон О, и чувствовал боль от того, что его направляющая магия утекает.

Точно так же, как когда он занимался сексом с Сон Джэ Хо, его разум внезапно отключился. Отличие того времени было в том, что он не проснулся в процедурном кабинете, а пришел в себя в своей палате.

— Они дали мне много денег.

Когда он открыл свой телефон и вошел в приложение, то увидел фразу «Аварийное сопровождение завершено» рядом с именем Вон Сон О. Сотрудник сказал, что без колебаний отдаст ему деньги, и это было правдой.

— Как нам на самом деле увеличить коэффициент совместимости?

В результате эксперимента с Сон Джэ Хо процент совпадений не изменился. Он задавался вопросом, сможет ли он продолжать использовать тот же метод сейчас.

— Но, Вон Сон-о, ублюдок, у тебя есть совесть.

Он, как и Сон Джэ Хо, был готов к тому, чтобы его отправили в лечебный центр. Когда он занимался минетом, то жадно впитывал направляющую энергию. В этот раз он старался как можно бережнее воздействовать на тело Бомина.

Пока он катался по кровати и прокручивал в голове свой секс с Вон Сон О, кто-то постучал в его дверь.

— Кто там?

— Ким Сохун.

Кто такой Сохун Ким? Он точно знал имена гонгов, но имена остальных были расплывчаты.

— Гид уровня А?

Имя парня, который начал ссору, когда они встретились в ресторане, было Ким Со Хун. Бомин встал с кровати и неловко подошел к входной двери.

В желудке не было спермы, вероятно, потому, что Вон Сон О его очистил, но дырка все еще была опухшей.

Бомин нахмурился от покалывающей боли и едва открыл дверь.

— Что случилось?

Ким Со Хун, который стоял перед дверью и нервно кусал губу, открыл глаза и посмотрел на Бо Мина. Глядя на выражение его лица, казалось, что он никогда не думал, что Бомин откроет дверь.

— Ты... ты забыл свое обещание, данное мне, не так ли?

— Обещание?

Какое обещание он дал этому парню...

Его память была не очень хорошей, потому что недавно это была серия секса, обмороков и секса. Это произошло потому, что на него повлияли продолжительные последствия секса, как на человека, который без остановки вдыхал сильные наркотики.

— Ко-когда ты вернешься из отпуска... ты поиграешь со мной...

Когда они впервые встретились, то кажется, тот смотрел на него с явной враждебностью. Теперь, с влажной пленкой на глазах, он был похож на щенка, попавшего в аварию и смотрящего на своего хозяина.

— Ты пришел сюда, потому что хотел поиграть со мной?

— …

Бомин смеялся над маленькими кивками, которые оставались без ответа; каждый гонг был выше и больше Бомина, и он считал его симпатичным из-за схожих размеров.

— Тогда входи.

Бомин взял Ким Со Хуна за руку и повёл его. Ким СоХун посмотрел на свою руку, которую держали, и не знал, что делать. Это была невинная реакция, как у новичка, впервые влюбившегося.

Дрожащие глаза оглядели всю комнату, где остановился Бомин. Проживание в общежитии предоставляется по-разному в зависимости от уровня эсперов и гидов.

Условия проживания в Эсперах S-класса были настолько превосходны, что их можно было считать номерами пятизвездочного отеля. Было ясно, что жилье гида класса А будет лучше, чем комната Бомина.

— Сядьте на кровать или стул. Я умоюсь и выйду.

— Д-да…

Ким Со Хун не мог оторвать глаз от спины Бомина, когда тот исчез в ванной. Вид того, как он заикается, как идиот, был настолько жалок, что он не мог этого вынести.

Увидев, как Бомин исчезает в руках Юн Би-сама, он несколько раз бродил перед дверью Бомина. Это была серия вещей, когда он даже не мог постучать и просто долго смотрел на плотно закрытую дверь, прежде чем отправиться обратно.

Сохун чувствовал себя некомфортно из-за такого сталкерского поведения. Бомин постоянно занимал его мысли и не уходил, делая повседневную жизнь невозможной.

В конце концов, сегодня он снова стоял перед комнатой Бомина. Он глубоко вздохнул и подумал об этом бесчисленное количество раз, прежде чем постучать в дверь.

Хоть он и постучал, но не ожидал, что Бомин выйдет. С того момента, как дверь открылась и Сохун увидел перед собой Бомина, он почувствовал себя ошеломленным, как будто ему это снилось.

— Мягкий.

Ощущение кожи Бомина, который всего минуту назад держал его за руку, было ярким. Его кожа была мягкой и гладкой, как у ребенка, и его щеки стали ярко-красными.

Когда он увидел, что в ванной комнате течет вода, температура его тела повысилась. Он схватил верхнюю часть куртки своей формы и стал ее обмахивать, но температура не снижалась.

— Можешь дать мне полотенце?

— Ээ?

— В корзине для белья перед дверью будут полотенца. Просто дай мне это.

Пока Ким Со Хун не смог ответить, дверь ванной открылась. Лицо Бомина, с которого капала вода, появилось в щели в двери.

Его угольно-черные волосы были мокрыми от воды и блестели. Лицо говорящего было выглядело белее обычного.

— Почему ты такой ошеломленный? Я попросил полотенце.

Бомин прошел мимо Ким Со Хуна, который застыл с полуоткрытым ртом, и двинулся к двери. Каждый раз, когда Бомин делал шаг, на полу оставались следы воды.

Лицо Ким Со Хуна стало красным, как спелый помидор, когда он столкнулся с ягодицами, возвышавшимися над его гладкими, стройными икрами.

Его белая плоть, усеянная красной и синей водой, была манящей, как персик, а розовый член покачивался при каждом движении, когда он вытирался полотенцем.

5. Чем больше, тем лучше.

Бомин, грубо вытерший влагу, подошел к Ким Со Хуну, даже не подумав о том, чтобы прикрыться. Ким Со Хун не мог найти, на чем сосредоточиться, поэтому опустил взгляд вниз.

Персиковая косточка, которая, казалось, была сладкой на вкус, когда ее облизывали, приближалась все ближе и ближе. Когда он был очарован персиковым цветом, над его головой послышался хриплый голос.

— У меня никогда не было секса с гидом.

Даже в романе Бомин никогда не занимался сексом ни с кем, кроме эсперов S-класса, так что это было правдой.

Ким Со Хун чувствовал, что его сердце вот-вот выпрыгнет изо рта. Когда он медленно поднял голову, ему стало трудно дышать, поскольку чужое обнаженное тело пронзило сетчатку.

Влажная кожа заполнилась красными отметинами. Кое-где была даже голубая вода, так что казалось, что на чистую белую бумагу для рисования посыпали разноцветные краски.

Когда его взгляд остановился на набухших сосках, у него во рту естественным образом образовалась слюна. Он подумал, что, как из персика, если он положит сосок в рот и пососет его, из него может выйти сладкий сок.

— Вы когда-нибудь было с гидом?

— Н-нет…

Бомин раздвинул ноги и уселся на бедра Ким Сохуна. Он провел рукой по лицу, которое покраснело так, будто могло лопнуть от укола иглой, и почувствовал обжигающий жар.

— Тогда ты хочешь попробовать это со мной?

Яркие глаза затуманились радостью. Ким Со Хун неосознанно кивнул головой, как будто он был очарован этими элегантно изогнутыми глазами.

— Унг…

Он закрыл глаза один раз и открыл их. Не успел он опомниться, как почувствовал на своей спине мягкий матрас. Запах тела Бомина, тот самый, который он ощущал, когда был рядом с ним, задерживался на постельном белье и витал в воздухе.

Лицо было особенно маленьким, с угольно-черными ресницами, свисавшими, как зонтик от солнца. Когда Ким Со Хун от удивления закрыл рот, язык Бомина нежно щелкнул, попеременно облизывая кончиком языка верхнюю и нижнюю губу, как будто постучал в дверь. Ощущение зуда распространилось по его животу.

— Ты целуешься... в первый раз?

Бомин приоткрыл губы, открыл глаза и коснулся щеки полуошеломленного Ким Со Хуна.

Движение языком в сторону было чересчур неуклюжим. Когда он посмотрела поближе, пушок на его лице был мягким.

— Сколько тебе лет?

— Д-двадцать.

Он был на год моложе Бомина. Бомин был слишком опытен для своего возраста. У обычного двадцатилетнего человека не было бы никакого опыта.

— Разве ты не целовался, когда направлял?

— Угу. Просто возьмитесь за руки или просто обнимите...

Поскольку он был гидом уровня А, он, похоже, избегал более близкого руководства. Бомин опустил руку и коснулся твердой промежности, возвышавшейся над тканью.

— Это место никогда не использовалось?

«Стыдно ли мне признаться, что я новичок в сексе?»

Сохун Ким на мгновение заколебался и слегка кивнул головой. Уголки рта Бомина плавно поднялись вверх.

— Я у тебя первый. Поцелуи и секс.

Он похож на белку и имеет большой сексуальный опыт. Бомин отошел от тела Ким Со Хуна и сел на кровать, скрестив ноги.

Ким Со Хун тоже слегка приподнял грудь. Бомин, сидевший напротив Ким Со Хуна, слегка постучал по его пушистому лицу указательным пальцем.

— Это твой первый раз, можешь сделать это со мной? Как ты знаешь, мое тело изношено от катания с другими парнями.

Ши Ю Хён был тем человеком, которого ему обязательно нужно было привлечь на свою сторону.

Однако Ким Со Хун был настолько второстепенным персонажем, что он даже не мог вспомнить, появлялся ли он в романе. Он не знал, было ли это просто легким физическим взаимодействием, но знакомство с ним в первый раз дало ему совесть, которой у Бомина не было раньше, и это начало беспокоить.

— Почему... ты так говоришь...

— Что?

— Изношенный...

— Я говорю правду.

Он мог бы чуть не расплакаться, если бы перечислил все ругательства, которые ему довелось услышать за свою жизнь. Изношенность - это очень мягкое слово.

— но... если ты так говоришь, это ранит твое сердце......

Почему он потерял дар речи от этих слов?

Черные как смоль глаза, наполненные смехом, застыли, как будто время остановилось. Однако вскоре глаза снова сфокусировались и уставились на Ким Со Хуна.

— Я люблю секс, и иногда я занимаюсь им с несколькими людьми в течение одного дня, и я сплю с ними одновременно.

Даже если это была сексуальная зависимость, это была жизнь, о которой нечего было сказать. Чтобы забыть чувство утраты, Бомин предложил свое тело как жертву.

— Разве это не считается, что я изношенный, не так ли?

Ким Со Хун подумал, что Бо Мин плачет, хотя на его лице была улыбка. Вот почему он положил свою руку поверх руки Бомина, прикрывающей мою щеку.

— Нет. Это не так.

Голос, который все время дрожал, впервые стал твердым. Бомин посмотрел на Ким Со Хуна с неизвестным выражением лица, затем снова закрыл глаза и глубоко поцеловал его.

В отличие от первого раза, Ким Со Хун сразу же открыл рот и обхватил языком вторгшийся язык, словно сражаясь.

Кончики его пальцев дрожали, когда он небрежно поглаживал его затылок и небольшую часть спины. Плоть в его ладони была гладкой.

— Хм, мм…

Отличие от предыдущего было в том, что на этот раз на кровати спиной лежал Бомин, а не Ким Сохун. Бомин снял одежду с Ким Со Хуна, который сидел на нем сверху и отчаянно поворачивал голову, чтобы поцеловать его.

Верх униформы гида сорвался и упал на пол. Даже белая футболка с короткими рукавами, надетая под ним, была навалена сверху.

Брови Бомина приподнялись.

Гиды часто не занимались физической подготовкой. Некоторые люди тренируются ради физической силы, но большинство занимаются спортом в качестве хобби.

Хотя его лицо было молодым, тело Ким Со Хуна имело более широкие плечи и четкие прямые мышцы живота, чем ожидалось. Каждый раз, когда он касался руками здоровой кожи пшеничного цвета, его тело дергалось, как будто оно заряжало статическим электричеством, отчего ему хотелось есть.

— Хаа, по-подожди…

— Почему? Ты плохо себя чувствуешь?

— Это не так…

Бомин схватил два маленьких комочка плоти, к которым никогда не прикасались чужие руки, и разгладил их между большим и указательным пальцами. Лицо Ким Со Хуна мгновенно отошло от Бомина. Серебряная нить, проходящая через губы друг друга, внезапно порвалась, окрасив губы в блестящий цвет.

— Это странно.

Ким Со Хун обхватил плечи Бомина и беспомощно покачал головой. В уголках его глаз, покрасневших от волнения, собрались слезы от непривычных ощущений.

— Хы…

Бомин высунул язык и провел по стоящему соску. При каждом движении языка Бомина грудь Ким вздымалась, но он не отстранялся, чтобы избежать его.

— Чувствуешь себя хорошо?

— Угу…

Он сосал, слегка тянул губами и легко поцеловал их.

Бомин по очереди ласкал языком оба соска. Потирая языком одну сторону, он помещал другую сторону между пальцами и продолжал стимулировать ее, потирая.

— Хаа, угх… очень нравится…

Хотя Ким Со Хун был застенчивым, он честно выразил свои чувства.

Звук расстегивающейся ширинки проник между ними. Бомин стянул нижнее белье и брюки, которые были одеты на Сохуна. Пенис Ким Со Хуна уже был полувозбужден и блестел от преякулята.

— У тебя большой член. С таким большим членом... не тяжело?

Бомин считал, что его пенис среднего размера. Он считал, что у Гонга ненормально большой член, поэтому предположил, что у Ким Со Хуна такой же, как у него.

Однако между промежностью Ким Сохуна тряслось что-то гораздо более массивное, чем пенис Бомина.

— Н-нет…

Бомин трогал его гениталии. Ким Со Хун прикусил нижнюю губу, пока она не побелела от стимуляции, которая была более интенсивной, чем при прикосновении к его груди.

Стимуляция одной рукой была непродолжительная. По мере того как его член увеличивался, Бомин обеими руками стимулировал яйца гида. Твердеющий кончик его члена коснулся кончика члена Бомина и прошелся по рельефным очертаниям его худого живота и ребер.

Тело Ким Со Хуна задрожало, когда он вытянул руки по обе стороны от лица Бо Мина, как будто отжимался.

— Хы, а…

— Ты давно не кончал? Многовато спермы.

Ким Со Хун не смог долго продержаться и пролил сперму на руки и живот Бо Мина. Количество спермы было настолько большим, что она скопилась в прямой канавке его пупка.

Бомин поиграл покрытыми спермой пальцами, затем высунул язык и лизнул его, словно пробуя на вкус сперму.

— Ты сейчас… что делаешь?

— Я попробовал это, чтобы посмотреть, какое оно на вкус. Интересно, отличается ли сперма гида?

— Это грязно.

Ким Со Хун раздевал Бомина, кусал его, сосал и даже подталкивал его в своем воображении. Но реальность оказалась гораздо более стимулирующей, чем можно было себе представить. Когда он посмотрел на лицо, покрасневшее от волнения, его сердце колотилось как сумасшедшее.

Ким Со Хун опустил голову, потерся своим дрожащим телом о тело Бо Мина из-за затянувшегося эффекта эякуляции. Впервые он исследовал внутреннюю часть рта Бомина языком.

Несмотря на то, что на вкус оно напоминало рыбную сперму, оно не ощущалось неприятным благодаря примеси слюны Бомина. Вкус был настолько эротичным, что после эякуляции пенис быстро становился твердым.

Ким Со Хун долго целовал Бо Мин, пока вкус спермы не исчез. Мало-помалу он стал более искусным в использовании языка, как будто учился, наблюдая, как это делает Бомин.

— Теперь вставьте его в...

Бомин последовал за Ким Со Хуном, который откинул голову назад, поцеловал его, как птица, клюющую его клюв, и поиграл с его гениталиями.

Пока он тер сперму, толстый пенис скользил вверх и вниз в его руке. Большим пальцем он покрутил головку члена круговыми движениями. Ким Со Хун, нахмурившись, опустил руку и нашел вход в нору Бо Мина.

— ...это сюда входит?

Человек, которого ударили, - Бомин, но лицо Ким Со Хуна бледнеет. Ким Сохун нерешительно оттолкнулся от верхней части тела Бомина и двинулся вниз. Его глаза наполнились беспокойством, когда он посмотрел на отверстие, в котором находился один палец.

— Я не думаю, что оно войдет…

Как бы он ни смотрел на него, казалось, что едва помещает в него даже палец. Дело не в том, что он не умеет заниматься сексом. Однако дырка мужчины на обучающем видео не была такой светлой и не выглядела такой маленькой.

— Входи. Тебе не о чем беспокоиться.

Ким Со Хун с серьезным выражением лица был милым. Несоответствие между тяжелым подпрыгивающим членом и сухим лицом было также завораживающим. Бомин поднял руку и потеребил мочку его уха.

— Где гель?

Однако Ким Со Хун осмотрелся и нашел инструмент, позволяющий ослабить дырку Бо Мина. Он слышал, что гель необходим при игре с мужчинами.

Сперма есть, но если несколько раз войти и выйти, она быстро высохнет. Однако эякулировать сразу после введения было невозможно.

— Загляни в ящик тумбочки.

Бомин указал на тумбочку, чтобы Ким Со Хун получил предмет, необходимую для официального секса. Тот достал тюбик, выдавил его на ладонь и прикоснулся к холодному гелю, чтобы согреть его до температуры своего тела.

— Вы делаете то, чему вас учили?

Он был похож на генерала, находящегося на пороге отчаянной битвы. Бомин не мог не рассмеяться от новых впечатлений.

Лицо Ким Со Хуна раскраснелось, когда он услышал смех гида. Он хотел умело руководить Бомином, но, сколько ни думал об этом, чувствовал себя дураком.

— Милый, ты.

К его облегчению, Бомин, похоже, не был в плохом настроении. Бомин взял себя за лодыжки и широко развел их в стороны, чтобы Ким Со Хуну было удобнее просунуть руки.

Глаза Ким Со Хуна затуманились, когда он посмотрел на светло-розовый пенис и дырку под ним.

— Без волос. Так гладко.

— Хватит говорить глупости, лучше побыстрее вставь.

Безволосость Бомина была комплексом, даже если он этого не показывал. Бомин покачивал талией, словно подталкивая Ким Со Хуна. Его полустоячий член дернулся, показывая свое присутствие.

— Вставляю.

Сделав глубокий вдох, Ким Со Хун осторожно ввел в отверстие указательный палец, покрытый гелем. Внутренняя стенка не оказала сопротивления и втянула палец еще глубже.

— Тепло…

Как ребенок, играющий в тактильную игру, у Ким Со Хуна были красные щеки, и он размахивал пальцами, которые исчезали до самого конца сустава внутри горячей дырочки.

— Хаа… добавь еще один.

Один палец только раздразнил. Глаза Бомина широко распахнулись, когда он посмотрел на Ким Со Хуна.

— Так легко входит.

Несмотря на то, что он вошел до среднего пальца, самого длинного из пальцев, дырка приняла его без труда. От ощущения липкой внутренней стенки, обхватывающей его пальцы, по шее побежали мурашки.

От одних только пальцев он испытывал экстаз. Мысль о том, что его член будет находится в этом узком, влажном, теплом отверстии, заставляла его дергаться.

— Д-добавлю еще один.

Его голос дрожал от предвкушения. Ким Сохун просунул безымянный палец во влажную пещеру. Возможно три пальца вызывали дискомфорт, так как уголки глаз Бомина слегка нахмурились.

Даже зрелище было настолько эротичным, что у него пересохло во рту.

Звук столкновения плоти непристойным эхом разнесся по комнате. Промежность была смазана гелем, протекающим через место соединения.

Ким Со Хун не смог устоять перед желанием и опустил голову, чтобы лизнуть пухлую плоть.

— Ммм, да... щекотно...

Он погладил кончиком языка два круглых яйца. Спина Бомина напряглась.

— Не палец... быстро вставляй свой... хорошо?

Бомин моргнул заплаканными глазами и протянул руку к Ким Со Хуну. Сохун взял руку Бомина и поцеловал кончики пальцев, затем убрал пальцы и поместил кончик члена перед пульсирующей дыркой.

— Хымг…

Член исчез в теле Бомина, как будто его всасывали. Ким Со Хун не мог в это поверить и нежно коснулся живота Бо Мина.

Ощущение прикосновения к его члену через тонкую кожу было незнакомым. Бомин застонал и поднял верхнюю часть тела, когда его внутренняя стенка оказалась прижатой.

— Ах, ыа… не делай этого…

Сохун обхватил ноги Бомина своими руками и опустил верхнюю часть тела, чтобы запечатлеть вид его покрасневшего от удовольствия лица.

— Ты действительно… очень красивый…

Он не знал, почему потратил столько времени на зависть и ненависть к Бомину. Ему хотелось схватить себя из прошлого за воротник, задаваясь вопросом, как он мог ненавидеть такого красивого парня.

— Не стой на месте... двигайся.

Бомин обнял Ким Сохуна за шею и притянул к себе. Он расположил губы где-то между подбородком и шеей и прошептал.

Внутренние стенки извивались, словно приветствуя вход члена в тело. Зная, какое удовольствие вскоре придет, он прижался к его гениталиям, словно пытаясь слиться.

— Хм,.. да…

Сохун закрыл глаза и поцеловал Бомина, слегка двигая талией. Каждый раз, когда его член двигался вперед и назад, Бомин издавал громкий стон.

— Хммм... вот, продолжай давить...

Бомин передвинул ноги и обвил ими талию Ким Со Хуна, как бы говоря ему не покидать то место, где застряла его головка. Тогда Ким Со Хун послушно двигал талией, ему очень хотелось найти соблазнительно стимулирующую точку.

— Здесь?

— Да, хах… точно, хмм, там......

Как ученик, который хорошо слушает своего учителя, Ким Со Хун продолжал стимулировать желаемые области Бомина. Бомин кивнул головой и издал счастливый стон.

Сохун увеличивал скорость движения бедер до тех пор, пока они не запульсировали в суставах. Ноги Бомина потеряли силу и закружились в воздухе, толкая простыню подошвами ног.

Хотя рука, обнимавшая его за талию и шею, дрожала, движения талии были такими же сильными, как у нападающего носорога.

Тело Бомина вдавили в кровать с такой силой, что казалось, будто он вот-вот вкопается в кровать. Посасывая кожу на шее, Ким Со Хун раздавил ягодицы Бо Мина, как будто он раскалывал рисовую лепешку.

— Хорошо…

Секс с Ким Сохуном был прекрасен, потому что не было риска направлять, и ему нравилось его тонизированное тело и большой член.

Было неплохо попасть в точку, где Бомин чувствовал себя так, как ему хотелось, без особой техники.

Он медленно отпустил разум, чувствуя, как жар разъедает тело. Его переутомленные голосовые связки, неспособные отдохнуть, требовали немного отдыха, но Бомин издал стон, от которого в комнате разнеслось эхо.

— Внутри очень узко, но с каждым разом, когда я вхожу, оно становится шире. Это так потрясающе.

— Угх, мммм.

Ким Со Хун посмотрел в глаза Бо Мину, который был затуманен от удовольствия, и продолжил, как бы рассказывая о том, что он чувствует. Однако Бомин даже не ответил, так как по-прежнему не прекращал движения спиной.

— Дело не в том, что секс — это хорошо…Я думаю, это хорошо, потому что я делаю это с тобой...

Последние слова были произнесены достаточно тихо, чтобы их можно было расслышать. Даже если Бомин не знал, слышал ли он его признание, Ким Со Хун почувствовал некоторое освобождение в своем сердце.

— Ха, ух, сильнее.

Пока Бомин говорил, он убеждал Ким Со Хуна трахать его в медленном темпе. Удовольствие продолжалось так, словно стакан воды едва был полон. Все, о чем он мог думать, это надежда, что вода выльется.

Его член, тершийся об их спаривающиеся животы, пульсировал от желания кончить. Еще немного удовольствия, и он мог бы кончить в любую секунду.

— Хорошо.

Ким Сохун поцеловал уголок рта Бомина, издав при этом какой-то боковой звук. Одновременно он вогнал свой толстый член в его горячие внутренние стенки.

— Угу, ах, ах…!

Глаза Бомина закрылись от сильного удовольствия. Образовавшиеся слезы стекали по его белым щекам. Точно так же из уретры вытекала жидкая сперма.

Его яички были тусклого цвета от постоянного сдавливания спермой. В отличие от Бомина, Ким Со Хун выдавливал свою концентрированную сперму в туго набитую красную плоть.

Когда Бомин эякулировал, внутренние стенки прижимались к члену и сжимались, и он не мог этому сопротивляться. Сперма, хранившаяся в его яйцах, вылилась внутрь Бомина.

— Твой живот как будто выпирает.

— Ха, пре-кра, ха, ти….

В нем было так много пошлости, что создавалось впечатление, что живот Бомина, в котором на самом деле находился член, выпирает. Он осторожно надавил ладонью на нижнюю часть живота. Сперма, смешанная с гелем, сочилась из дырочки, в которую был вставлен член.

Бомин покачал головой, как будто у него закружилась голова. Ким Со Хун перестал давить на его живот и медленно вытащил свой член из тела Бомина. Из подергивающегося отверстия, как слезы, капала сперма.

Из-за трения светло-розовая область стала краснее, чем раньше. В его сердце зародилось чувство сожаления и гордости. Ким Со Хун обнял обвисшее тело и встал с кровати.

— Эй…

— Да?

— Я голоден…

Он потерял сознание во время секса с Вон Сон О, а вскоре после того, как открыл глаза, то также занялся сексом с Ким Со Хуном. Все, что он ел, это сперма.

Бомин не знал, ел ли он сперму с пищей, но он ел сперму, и кожа его живота прилипала к спине.

Ему было трудно даже поднять веки. В его теле не было столько энергии. Если он не ошибается, ему показалось, что он слышал урчание в животе.

— Извини. Я просто умоюсь, выйду и возьму что-нибудь поесть. Или ты хочешь пойти в ресторан и поесть?

— Нет…Купи мне это…

— Хорошо.

Бомин беспомощно закрыл глаза в объятиях Ким Со Хуна. Ким Со Хун поспешил в душ, включил горячую воду и встал под ней.

— Ванны нет…

Внутри Бомина было много спермы, поэтому ее пришлось удалить. Хоть он и думал о том, как максимально облегчить задачу Бомину, он не мог придумать подходящего способа.

— Положи меня… Я уберу это сам.

Убирать за собой — это то, к чему он привык. Бомин слегка похлопал Ким Сохуна по плечу. Ким Со Хун, который колебался, опустил его на пол, а Бо Мин стоял, опершись руками о стену.

Дрожащие ноги выглядели опасными. Сохун развернул Бомина и обнял его, поддерживая за талию. Гениталии друг друга естественным образом потерлись под струей воды.

— Я больше не могу этого делать.

Пенис Бомина все еще был мягким, но член Ким Сохуна стал эрегированным благодаря визуальной стимуляции.

— Извини.

— Не стоит извиняться.

Бомин погладил Ким Со Хуна по затылку, а другую руку положил между ягодиц. Два пальца скользнули и исчезли между холмиками.

— Хух…

Было больно надавливать на опухшую область. Боль была настолько сильной, что ноги ослабли. Он бы упал на пол, если бы Ким Со Хун не поддержал его своей рукой.

— Сильно больно?

Лицо Ким Со Хуна исказилось от слез. Следы, которые он оставил, были хорошо видны под лампами в ванной. На влажной коже, смоченной струей воды, кое-где оставались темные следы.

Некоторые из них, похоже, со временем станут фиолетовыми. Он хотел отнестись с уважением, поскольку это был его первый раз. Все места, где он держал Бомина, не осознавая этого, покраснели.

Особенно красными были следы, оставленные на шее и боках. Брови Ким Со Хуна опустились, словно их смыло потоком воды.

— Это не так уж и больно. Почему ты так расстроен?

Бомин пошевелил пальцами и поднял голову с плеча Ким Со Хуна. В его водянистых глазах появилась улыбка. Он сильно засосал нижнюю губу Ким Сохуна.

— Мне понравилось заниматься с тобой сексом, просто в последнее время я не очень правильно питался и был более вялым, обычно я не бываю таким неряшливым.

Поскольку они целовались под струей воды, звук ударов влажных губ друг о друга был отчетлив.

— Мне тоже понравилось. Настолько, что мое сердце продолжает колотиться…

Вскоре его слезливое выражение сменилось выражением стыда.

Бомину очень нравился Ким Со Хун. Его внешность была выше среднего, а член был настолько громоздким, что это казалось странным. Было неплохо видеть, как кто-то выглядит застенчивым или честно выражает свои чувства, как если бы он был влюблен.

— Тогда ты хочешь продолжать заниматься со мной сексом в будущем?

— Но могу ли я...?

Разве он не думал, что Бомин продолжит заниматься с нем сексом?

Смех вспыхнул в черных глазах Бомина.

Он все еще держал руку в своей дырочке, поэтому каждый раз, когда он смеялся, его пальцы скреблись о внутреннюю поверхность его живота, заставляя его естественным образом разогреваться. Полностью эрегированный пенис, выступающий в живот Бомина, также сыграл свою роль.

— Да. Хочешь еще разок прямо сейчас? У меня тоже встал.

Бомин указал на свои гениталии. Ким Со Хун переместил дрожащую руку и обхватил одной рукой два члена разных размеров и формы.

— Хынг…

Ощущение давления было приятным. Бомин опустил глаза и застонал в губы Ким Со Хуна. Каждый раз, когда языки друг друга соприкасались, струя воды исследовала их рты.

— Мне приятно делать это.

Он уже испытал, какого это оказаться внутри Бомина. На вопрос Бомина Ким Со Хун хотел немедленно прижать Бомина к стене и засунуть свой член в дырку.

Но он не хотел, причинять боль Бомину. Даже сейчас его стройные конечности дрожали.

— Хах…Мне тоже это нравится.

Бомин потерся лбом о плечо Ким Со Хуна и оперся на него. Теплые руки использовали воду в качестве смазки, чтобы сплести два гениталия в один.

У него довольно хорошо получалось сжимать уретру пальцами между ними, не то что при первом сексе.

Чтобы ускорить процесс, Бомин двигал пальцами взад-вперед по внутренним стенкам. Сперма, заполнявшая его живот, уже почти вышла.

Движение пальцев внутри дырочки, которые хотели только одного, было интенсивным.

— Я не могу достать…

Место, которое Бомин хотел стимулировать, было недоступно для его пальцев. Даже когда он пошевелил пальцами, чтобы издать громкий писк, то почувствовал только покалывание.

Наконец, пришло время Бомину убрать пальцы и поднять голову, чтобы сказать Ким Со Хуну, чтобы тот прямо сейчас засунул свой член в его дырку.

Сохун глубоко поцеловал Бомина, словно пытаясь заставить его замолчать. Он оставил руку, потирающую гениталии, а другой рукой начал стимулировать набухшие соски.

— Ха, да…

— Дырка уже сильно опухла…Трудно вставить.

Ким Со Хун приоткрыл губы и погладил Бо Мина по щеке, как бы утешая его. Каждый раз, когда мокрые ресницы трепетали, медленно открывались затуманенные жаром глаза.

— Хн…

Бомин кротко ответил, сжал плечи Кима и закрыл глаза, наслаждаясь удовольствием, которое пронеслось по его телу. Его сознание все больше оцепенело от нахлынувшей эякуляции.

Благодаря нежным ласкам и стимуляции Ким Со Хуна боли не было, а накапливалось только удовольствие.

— Угу, ах, ах…

Бомин эякулировал первым, и Ким Со Хун последовал его примеру, распыляя мутную сперму на живот Бомина.

— Прислонитесь.

Ким Со Хун взял на руки Бо Мина, который дрожал от затяжных последствий эякуляции, окунул его тело в гель для душа и вспенил. Бомин был в полусне и спокойно принял Ким Со Хуна, моющего свое тело.

На мгновение его зрение потемнело. Бомин застонал, опьяненный ощущением мягкой ткани, вытирающей его тело.

— Умн…

— Я скоро вернусь.

Бомина осторожно уложили на кровать, застеленную новыми простынями. Ким Со Хун вышел из комнаты в одной одежде.

Как только он услышал, как закрывается дверь, глаза Бомина, до этого закрытые, ярко открылись.

— Что ж. У меня такое ощущение, будто я поймал большой улов в неожиданном месте.

Он не ожидал ничего особенного, пока Ким Со Хун не снял с себя одежду. В оригинале он ненавидел Бо Мин, поэтому просто хотел побыстрее перепихнуться.

Но все оказалось лучше, чем он думал. Он не мог не чувствовать, что Сохун восхищается им, и это проявлялось в его глазах и прикосновениях.

Это была первая услуга, которую он получил после Ши Юхёна.

— Кто бы мог подумать, что у тебя будет милое личико и крепкий член.

Что ему больше всего понравилось, так это массивный пенис, заполнявший его дырочку. Бомин потерся лицом о чистую простыню и стал ждать прихода Ким Со Хуна.

Он всегда следил за тем, чтобы питаться два раза в день, несмотря ни на что, но с тех пор, как он переселился в роман, он мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз он ел.

— Я голоден. Белка, иди быстрее...

Когда он подумал о Ким Со Хуне, бегающем вокруг, как белка, хранящем еду в защечных карманах, на его лице автоматически появилась улыбка.

Бум!

Однако последовавший за этим громкий шум тут же стер улыбку с лица Бомина.

Это был не обычный звук. Если бы Бомин не был ослаблен, потрясение было настолько сильным, что сотрясло бы здание общежития для гидов.

—Что это?

Бомин встал со своего места и подошел к окну. Черный дым поднимался снизу, окрашивая наружную часть окна.

— Угх.

Раздалась серия громких звуков, и здание снова сильно затряслось. Бомин, у которого уже не было сил в теле, не выдержал удара и упал на пол.

— Было ли что-то подобное в романе?

Это было до того, как Ши Юхён пробудился, стал гидом S-класса и присоединился к ассоциации. Даже в романе не описано подробно, что произошло в этот период времени. Поскольку роман был рассказан от лица Ши Юхёна, было только описание места, где он находился.

— У меня плохое предчувствие по поводу этого...

Он обещал себе купить оружие для проводников, но был слишком занят сексом, чтобы обращать на это внимание. Ощущение было такое, словно лезвие, излучающее жуткую энергию, коснулось его шеи сзади. Это было тогда, когда Бомину воткнули в шею иглу.

6. Бомина похитили

Обрушилась стена общежития Бомина. Сквозь обнажившийся каркас он увидел человека, которого никогда раньше не видел. Нет, это было лицо, тело, завернутое в черную ткань, и единственное, что удалось разглядеть, - это глаза, в которых горел свет заходящего солнца.

— Бинго.

Мужчина бросил на пол железный шар размером с кулак. Серый дым поднимался от подозрительного объекта. Бомин инстинктивно прикрыл нос и рот.

— Ах.

Но, похоже, было уже слишком поздно. Он сделал только один вдох. Дым, впитавшийся в его тело, утащил разум Бомина в далекую тьму.

Неизвестный мужчина легко принял обнаженное, падающее тело Бомина.

— Цель достигнута. Все отступают к точке возврата.

―라저 댓. ( я хз что это)

Мужчина стянул простынь с кровати и обернул ею тело Бомина. В движениях мужчины не было никаких колебаний, когда он выходил из общежития гидов.

Здание гида чуть не рухнуло за спиной мужчины. Дым, поднимавшийся из здания, затемнил ранее голубое небо.

***

— Что это значит? Ли Бомин был похищен!

— Я прямо сейчас выясняю ситуацию.

Сон Джэ Хо открыл дверь оперативной комнаты и вошел с силой, расколовшей ее пополам. Он с нетерпением подошел к Хан Бисону, который смотрел на экран с серьезным выражением лица.

Корейская ассоциация одаренных и талантливых была разгромлена.

Все началось с грохота у входной двери. Никто и никогда не вторгался в штаб-квартиру Ассоциации, которая была напичкана лучшими эсперами Кореи.

Экран, на который смотрел Хан Бисон, показывал рухнувшее здание общежития для гидов с разных сторон. Маршрут, по которому злоумышленники проникли в объединение, также был отмечен красной линией.

— Как вы думаете, кто за этим стоит?

— Есть только одно место, достаточно большое и способное атаковать штаб-квартиру ассоциации.

Если есть государственный орган, есть и органы, которые ему противостоят. В настоящее время в Корее самой крупной группой, выступающей против Корейской ассоциации способностей, является группа «Нон-К».

Это была группа ребят, которые объединились с целью улучшения прав человека Эсперов. Они саботировали все, что делала Корейская ассоциация способностей.

В рамках Ассоциации эсперы занимались как монстрами, так и террористическими группами. В то время как другие группы были хорошо известны, "Нон-К" были настолько скрытны и могущественны, что личность их лидера была неизвестна.

Это была группа со значительным количеством талантов S-класса и A-класса.

— Почему эти ублюдки похищают Ли Бо Мина? Он не такой важный человек, как президент ассоциации или директор научно-исследовательского института.

Стул рядом с Сон Джэ Хо был смят, как фольга, в руках ребенка.

— У меня сейчас вопрос по этому поводу, так что заткнись.

Хан Бисон надавил на пульсирующие виски и вывел информацию о «Нон-К» на экран ситуационной комнаты.

Красновато-карие глаза читали всю информацию, появлявшуюся на экране. Хотя он уже видел эту информацию несколько раз, но он думал, не пропустил ли он что-нибудь.

Сначала в ассоциации подумали, что злоумышленники нацелены на конфиденциальные документы или, как сказал Сон Джэ Хо, на важных людей, таких как президент ассоциации и директор научно-исследовательского института.

Естественно, большинство эсперов стекались туда, где находились важные данные и люди.

Но в какой-то момент злоумышленники потекли как отлив. Они захватили несколько человек, но не успели их как следует допросить, как те превратились в идиотов.

Они сломали таблетку, застрявшую в коренном зубе, и проглотили яд.

Когда он собирал их тела и проверял повреждения, то узнал, что один человек, кроме раненых, исчез.

— Проводник Ли Бомин исчез.

Гид A-уровня Ким Со Хун пришел к Хан Бисону. Его лицо было залито слезами и потом, и он был в ужасе. Это был не страх перед злоумышленниками.

Страница книги Я перевоплотился в распутного злодея в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

О книге