Глава 1 - Беглый холоп, наёмник и маг

Одержимость, реинкарнация, исекай - несмотря на разные способы и причины попадания, общее в этих трех словах то, что все они даруют вторую жизнь с новой возможностью.

Однако Гарам никогда не желал ничего подобного.

И тут даже не было каких-либо особых причин. Ему просто не нравилась мысль о том, что какое-то сверхъестественное существо вмешается в его жизнь.

Но если б на то пойдет, то он мечтал бы лишь о том, чтобы использовать магию или сверхспособности.

Но даже так, из-за какого-то сверхъестественного существа, он бы все равно отказался от всего этого.

Как ранее упоминалось, мысль о том, что кто-то вмешивается в его жизнь, независимо от того, желает он этого или нет, ему не полностью нравилась.

Но, увы, как раз когда ситуация с COVID-19 разрядилась, он решил отправиться в соседнюю страну, и самолет потерпел крушение. И Гарам, как раз, оказался в этом самолете.

Он потерял сознание и неожиданно реинкарнировался. Кто бы мог подумать, что он возродится в фантастическом мире, похожем на Средневековье?

Более того, Гарам, ныне Карем, не родился с серебряной ложкой во рту, что обычно ассоциируется с подобной фэнтезийной реинкарнацией.

Вместо этого он родился крестьянином, холопом, в захолустной деревушке Мостон в королевстве Сеофон.

К его несчастью, у него не было ни магии, ни сверхспособности, ни системы.

Карем не испытывал особого разочарования.

Что касается последнего, то он считал, что все в порядке, потому что, как гласит клише, если человек не гений, ему обязательно нужен учитель, так что в дальнейшем у него еще будет возможность.

Но было и нечто более серьезное.

Он мог с неохотой смириться с тем, что родился холопом. Но, сравнивая своих родителей в этой жизни с родителями в предыдущей, он чувствовал себя виноватым, просто думая об этом.

По мнению Карема, его родители в этой жизни, «Родители Mk.2», даже не были людьми.

Его отец представлял собой катастрофическое трио маргинальства: из наркомана, игромана и домашнего насильника.

А его мать была главной соблазнительницей и воровкой в деревне, которая "цеплялась" к каждому мужчине независимо от возраста.

Единственным утешением было то, что они не были алкоголиками, но в этом уже безумном сочетании Карем не мог найти утешения.

Более того, они даже не назвали своего ребенка (меня)!!!

Имя Карем он дал себе сам, как вариацию своего прежнего имени Гарам.

Кроме всего прочего, было кое-что, с чем он не смог смириться, как бы ни принимал свою судьбу проклятого холопа.

«Проклятье, как же мне жить, питаясь этим?»

Работать более 12 часов в сутки и получать в качестве еды лишь миску каши с овощной смесью — это уже переходило все границы.

Поэтому Карем тщательно подготовился и воспользовался возможностью, вытерпел мучительные дни и сумел сбежать из родной деревни Мостон, когда на них напала группа монстров.

И то ли по счастливой случайности, то ли по несчастью, но через три дня он столкнулся с наемниками.

Нет, если быть точным, это были «когда-то» наемники.

Спрятавшись в кустах на опушке леса, Карем исподтишка наблюдал за суетливыми движениями двух единственных выживших среди трупов и обломков того, что когда-то было повозками.

«Эхх, черт возьми. И зачем нам сюда было возвращаться после разведки?»

«Посмотреть, остались ли здесь выжившие».

«Э-э, почтенный маг, выжившие?!? После такого-то хаоса?»

Старик, который постоянно ворчал, был одет в кожаный доспех, усиленный стальными пластинами, который выглядел дорого, а на поясе у него висело несколько кинжалов и длинный меч.

Для любого человека он выглядел как обеспеченный наемник.

С другой стороны, у человека в плаще был нежный голос, звучавший приятно. Плащ скрывал его внешность.

Но под потрепанным плащом виднелись роскошные кожаные штаны и жилет, сшитые из шелка. И длинные светлые волосы.

В сочетании с нежным голосом эта особа казалась молодой дворянкой или кем-то схожим по статусу.

На мгновение ему показалось, что девушка в плаще смотрит Карему в глаза, но это было лишь его воображение. Девушка тыкала деревянной палкой в лежащие на земле трупы.

Честно говоря, у Карема не было никакого конкретного плана. Да и мыслей тоже не было.

Запасы, которые он подготовил в деревне, почти закончились, и пока что ему везло передвигаться без происшествий. Но мир был не настолько безопасен, чтобы десятилетний беглый холоп мог вечно бродить в безопасности.

Неважно, погибнет ли он так или иначе, - он должен был сделать это либо умереть.

Подняв обе руки вверх, Карем резко встал и подошел к двум людям, наблюдавшим за местом нападения.

Естественно, как только Карем появился из кустов, старший наемник выхватил меч, но девушка протянула руку и остановила его.

«Боже мой, у меня чуть не случился сердечный приступ».

«Остановись. Он явно еще ребенок».

«Маг, ты еще пожалеешь об этом. Разве ты не знаешь, что нужно быть осторожнее с женщинами, детьми и стариками?»

«Я прекрасно знаю. Но как бы я ни смотрела на него, он выглядит совсем как обычный ребенок».

«Эй! Если вы не собираете убить меня прямо сейчас, может, сначала поговорим?»

Когда Карем, сохраняя некоторую дистанцию, крикнул, двое, собиравшиеся спорить, перевели взгляды.

Наемник, не выдержав взгляда девушки, убрал меч в ножны, но все равно настороженно взялся за рукоять.

«Ладно, парень. Скажи, что от нас тебе надо?»

«Хорошо. Я честно отвечу, но могу ли я сначала опустить руки?»

«Ладно. Ты можешь опустить руки, но не подходи ближе».

Карем быстро опустил руки, которые начали покалывать. Раз уж он получил разрешение, то не стал медлить.

Наемник с самого начала не ослаблял бдительности. Но когда Карем объяснил свою ситуацию, его настороженность, естественно, ослабла.

Ситуация Карема не соответствовала типичным действиям холопа его возраста. Какому холопу придет в голову покинуть безопасную деревню из-за плохого обращения и питания?

Подозрительность была обоснованна для других, но для наемника - другое дело. Ситуация Карема была похожа на ту, когда сам наемник, который когда-то был холопом, сбежал из своей деревни, только по другим причинам.

«Прошло около десяти дней, и у меня закончились запасы. Я подошел к вам, несмотря на опасность, и подумал, что вам может нужна какая-то помощь».

Выслушав краткий рассказ Карема о побеге из деревни и причинах, побудивших его подойти, наемник торжественно согласился с плотно сжатыми губами.

«Так уж и быть, парень. Имя и возраст —?»

«Черт, я тебя не понимаю».

«Почему?»

«Почему почемушкаешь, наемник?!»

«У него родители хуже гоблинов, проклятый староста деревни, который только и делает, что дискриминирует, и жадный священник. Хоть он еще молод, он уже думает о своем будущем. Очень похвально. Это как увидеть свое прошлое».

«Эй! Куда делась вся та настороженность, которая была раньше?!»

Закричала девушка, пнув Гордона по голени.

Куда делась настороженность по отношению к мальчику, и почему он так быстро ослабил бдительность? Даже женское сердце, которое часто сравнивают с тростником, колышущимся на ветру, не меняется так быстро.

Несмотря на то, что девушка ударила его ногой по голени, наемник в бригантине¹ искренне рассмеялся и окончательно ослабил бдительность. В его глазах появилась доброжелательность, когда он посмотрел на Карема.

«Но, почтенный маг...»

«Есть ли какие-то оправдание?»

«Почтенный маг, вы ведь уже поняли, что все его слова были правдой, не так ли?»

Конечно, девушка знала, что слова Карема - правда. Наемник тоже это знал. Они могли бы сказать и по-другому, и это правда, что они с опаской относились к мальчику.

Как бы то ни было, она выплеснула свое разочарование, пнув ещё по голени наемника. Девушка подправила голос.

«Хм, хорошо. Так ты хочешь помочь с работой?»

«Да, похоже, даже мои десятилетние слабенькие ручки тут вам пригодятся...»

Оглядевшись по сторонам, Карем сказал так, будто его помощь здесь понадобится. Наемник и девушка кивнули.

Ведь это была очевидная правда.

Судя по тому, что видел Карем, вокруг наемника и девушки лежали десятки трупов, четыре телеги были разрушены различными способами, а лошадей, тянувших телеги, нигде не было: от них остались только пропитанная кровью шерсть и внутренности.

Любого, кто увидел бы это впервые, стошнило бы уже на расстоянии, не говоря уже о том, чтобы подойти.

«Хм, хорошо. Итак, парень, ты Карем, верно?»

«Угу. Может, мне заняться переносом трупов?»

«Нет, этим займется старик».

«Как вы меня, почтенный маг, назвала? Стариком? Как ты можешь называть этого энергичного Гордона стариком? Настоящий старик - это...»

Старик? Может ли быть так, что этот маг старше престарелого Гордона?

И подозрение Карема переросло в уверенность при следующей реакции.

«Молчи!!!!»

Бах! Девушка дополнительно пнула наемника по голени.

«Ты, начинай собирать обломки повозки в этом месте. К счастью, нападавшие не сильно их разбили, так что это должно быть несложно».

«Кстати, а что именно на вас напало? Гоблины?»

«Грифоны».

«Что?..»

Ответ пришел с другой стороны. Гордон, который, казалось, в одно мгновение постарел на десятки лет, тяжело вздохнул.

«Нападение совершила семья грифонов».

«Все, хватит, давайте разберемся с трупами, пока они не превратились в нежить!»

«Ну, остальное я объясню позже. Десятки трупов... Эххх».

Вздох Гордона был понятен.

Обычный груз, пусть и тяжелый, было бы легче и проще перемещать. Но людей, пусть и отправившихся на тот свет, было нелегко перемещать, как предметы.

Тем более с десятками тел, разбросанных в крови, плоти и внутренностях, вздох был неизбежен.

«Хаа, давайте начнем вон с тех трупов».

«Ах, да, почтенный маг. Кстати, есть ли какая-нибудь магия, подходящая для этой ситуации?»

Под ворчание Гордона Карем приостановился, собирая осколки телеги, и поднял взгляд.

Честно говоря, было бы ложью сказать, что он не был взволнован. Он знал, что это фантастический мир, но он никогда не видел магии. Неужели он наконец-то увидит ее?

«Конечно, такая магия есть. “Телекинез” или “Манипуляция марионетками”».

«О, тогда почему вы не используете ее? Давай, используй».

Щелк!

Как ни в чем не бывало, девушка легонько щелкнула пальцами.

¹ - Бригантина – это доспех из пластин, наклепанных под суконную или стёганую льняную основу.

Типикал пример бригантины

Глава 2 - Пж, поверьте мне!

Наконец-то, после долгих упоминаний Гордона о маге, Карем наконец-то смог убедиться в магии девушки, Кэтрин Мэриголд Атанитас.

«Ребенок, возраст и имя».

«Меня зовут Карем. Мне 10 лет!»

«Кэтрин Мэриголд Атанитас. Не забывай о своих манерах, обращаясь ко мне».

И магия, которую впервые увидел мальчик Карем, была поистине поразительной.

Всего лишь одним простым щелчком ее пальцев все трупы, плоть и лужи крови вокруг них были заморожены.

И хотя Гордон беспрестанно ворчал, он старательно наводил порядок на месте хаоса. Конечно, Карем мог догадаться, почему Гордон так усердно трудится.

В его прошлой жизни было естественным, что после смерти человек разлагается и возвращается в землю по законам природы.

Но на континенте Европа (не старого света) даже заброшенный труп мог превратиться в очень опасное чудовище, соответствующее фэнтезийному окружению, - так называемого монстра-нежить. Люди, умершие несправедливо и оставленные лежать, рисковали превратиться в нежить.

Конечно, тут также проводят достойные похороны покинувшему. Но если это было невозможно, как, например, в лесу, то все сжигалось, чтобы не допустить превращения в нежить.

Поэтому Карем тоже приложил немало усилий, чтобы костер, который приготовили Гордон и Кэтрин, стал еще больше.

Конечно, сейчас нужно было сжечь десятки трупов, и, к счастью, рядом был лес и разбитые повозки, которые можно было использовать в качестве дров.

«Но сэр Гордон…»

«Хах, зови меня по имени! Мы оба бывшие холопы!»

«Значит, Гордон?»

Гордон кивнул и бросил замороженный труп в большой костер.

«Так-с, в любом случае, если у тебя остались вопросы, задавай их быстро. Есть еще повозка и маленькая тележка трупов, которые нужно сжечь».

«Здесь есть разбитые повозки и трупы наемники, но почему тут нету ни одной лошади?»

«Лошади, да?..»

Вопрос Карема был резонным. Конечно, не стали бы они заставлять рабочих или наемников тянуть груженую повозку?

Карем часто видел купцов, приезжающих в деревню раз в неделю на повозках, и ее всегда тянули лошади.

Конечно, иногда вместо лошадей их тянули двуногие птицы, известные как бегуны, которых часто можно увидеть в разных играх. Но на месте набега не было никаких признаков повозок, которые могли бы тянуть бегуны.

«Все потому, что грифоны все без ума от конины. Возможно, они устроили семейную трапезу!»

«Семейную?! Напали несколько грифонов, а не один?»

«Всего четыре. Наш тупой работодатель тайно перевозил яйца грифонов».

Гордон указал на повозку, которая выглядела как куча дров, досок и ткани.

В отличие от других повозок, эта была так сильно повреждена, что ее было почти не узнать.

Конечно же, Карем знал, что такое грифоны.

Фантастическое существо или монстр с верхней частью тела и крыльями орла и нижней частью тела льва, которая больше тела медведя. В прошлой жизни он видел их только на картинках, а в нынешней - только слышал о них.

Но яйца грифонов?

«Значит, вы попали под гнев грифонов, потерявших своих детей?»

«Ну да. Работа была провалена. Выжили только двое. Но есть, по крайней мере, одна хорошая новость есть».

Хорошая новость?! Какие могут быть хорошие новости, если работа наемника провалилась? Карем в замешательстве наклонил голову, а Гордон ярко улыбнулся, словно усталость исчезла.

«Мертвецы и все, что было в повозках, теперь наше».

«Что? Наше?»

«Конечно. Даже если бы мы с почтенным магом захотели забрать все, это слишком много для нас двоих».

Гордон схватил Карема за плечо и отвернул его от костра. Там были сложены груды оружия и кожаных мешочков.

«Когда ты успел все это собрать?»

«Когда я, как раз, переносил трупы. Но тебе повезло».

«Повезло?»

«В отличие от меня, который начинал с нуля, ты начнёшь все с капиталом».

Гордон легонько постучал тыльной стороной ладони по груди Карема, словно поздравляя его. Действительно, он был прав.

У десятилетнего беглого холопа без связей, имущества и даже прав было бы не так много возможностей, даже если бы он отправился в город.

Люди не будут смотреть на него доброжелательно, и ему будет трудно устроиться. Если не повезет, он может даже попасть в преступную организацию или стать рабом.

Хотя было тревожно думать, что еще несколько минут назад эти предметы лежали рядом с трупами.

«П-правда?..»

«Конечно!?..»

Ёптыш!

Гордон быстро пригнул голову, и ледяная глыба пронеслась мимо его головы, как птица. Это была Кэтрин.

Маг с неодобрением посмотрела на Гордона и заморозила лужицу крови.

«Хах, а ты учишь парня хорошим вещам...»

«О, почтенный маг, разве это ли не хорошая вещь? Вы ведь тоже получишь хорошую долю, не так ли?»

«Конечно».

Уверенно ответила Кэтрин, не отступая перед разгневанным Гордоном.

«Как люди едят хлеб, так и магия "ест" золото. Поэтому вполне естественно использовать любую возможность получить больше».

«Тогда почему?..»

«Пока ты тут сидишь и учишь мальца, трупы лежат и тают! Не заставляй меня работать за тебя!»

Кэтрин указала на замерзшие останки по другую сторону костра, которые отчаянно ждали, пока кто-нибудь их уберет.

В любом случае, она не ошиблась. Так что, ворча, Гордон снова принялся перекладывать трупы, а Карем возобновил сбор дров в окрестных повозках.

В общем, теперь ему оставалось только собрать дрова, чтобы сжечь трупы.

По крайней мере, это было проще, чем перемещать замороженные трупы и кровавый лед, как Гордон.

К тому времени, когда солнце перевалило за полдень, благодаря стараниям Гордона все трупы были убраны.

Конечно, это не означало, что работа оставшихся людей была полностью закончена.

Когда Гордон начал собирать вещи умерших, погруженные в повозки, Карем быстро присоединился к нему.

Остатки повозок были заполнены деревянными ящиками с различными деревянными обломками, камнями и ржавым металлоломом - по сути, мусором.

Пока Гордон в замешательстве открывал все ящики, Карем направился к последней оставшейся, к менее поврежденной повозке вместе с Катрин.

«А, эта повозка - повозка с едой».

«Еда?»

«Да. Вместо высокой платы они предоставили еду».

«Они украли яйца грифонов и не платили нормально, но кормили вас хорошо?..»

Действительно, как и сказала Кэтрин, повозка со сломанными колесами была наполнена едой. Карем вдруг подумал, что она похожа на тележку торговца из фэнтези.

Небольшой бочонок был наполовину заполнен яблоками, рядом лежали связки колбас, черствеющий ячменный хлеб, несколько упаковок вяленого мяса с сухариками.

Другие деревянные ящики были заполнены репой, морковью, сельдереем, капустой, луком и чесноком. Вокруг них лежала различная кухонная утварь - кастрюли и сковородки, а также валялись большие сыры разных цветов.

Открыв деревянный ящик размером с ювелирную шкатулку, спрятанный в углу повозки, они обнаружили несколько кусков масла, пересыпанных солью.

Глядя на них, Карем вдруг вспомнил, что не обедал.

«Хм, если подумать, то время обеда уже давно прошло».

«Ну, тут было что убрать. Хочешь яблоко?»

«Нет, сначала посмотрим, что у нас есть...»

В этот момент.

Ррррр.

Послышался тихий, но отчетливый милый звук.

Для сравнения, он был похож на звук воды, сливаемой из раковины. Точнее, звук голодного желудка, требующего еды.

Хоть Карем находился в фазе роста и работал, звук исходил не от него.

Значит, оставшийся человек был очевиден.

«....»

«Что? Что!?!»

«Леди Атанитас. Если вы голодны, не хотите ли вы яблоко?»

Карем повторил то, что сказала Кэтрин. Это была полушутка, но Кэтрин, которая на мгновение приостановилась и замешкалась, подняла руку и сжала кулак.

Затем она “отшлепала” наглого мальчишку.

«Ты маленький негодник!!!»

Шмак!

«Ай!»

Ощущение было такое, будто боль пронзила череп, но Карем не протестовал. В конце концов, ведь он ее и подразнил.

А вот то, что ее желудок мило урчал, было вполне объяснимо.

Они усердно работали до самого обеда, очищая остатки каравана, попавшего в спасательную операцию семьи грифонов. Карем уже давно чувствовал, как у него бурчит в животе.

То же самое можно сказать и о Кэтрин, чей желудок мило заявил о себе, и о Гордоне, который выполнил больше всех работы.

«Раз уж мы взялись за это, давайте пообедаем как следует, пусть и поздно».

Карем нагнулся и поднял кастрюлю и сковороду.

«Ах, это прохладное и тяжелое чувство. Давно не виделись».

«Ну, я не умею готовить, так что оставлю это Гордону...»

«Нет, готовить буду я».

И тут же Карем почувствовал на себе пристальный взгляд Кэтрин.

Когда он повернул голову, то ясно увидел в ее глазах вопрос: «Что говорит этот холоп?»

Карем мог сказать только одно.

«Леди Атанитас, здесь много ингредиентов. Просто поверьте мне и попробуйте».

В этой жизни Карем был холопом, но в прошлой жизни Гарам был человеком, который жарил мясо, которое ели другие. Руки Карема зачесались, как только он впервые за 10 лет увидел нормальную кухонную утварь.

Глава 3 - Сырные тосты с чесноком и овощное жаркое с колбасами

Как и в случае с маслом в маленькой коробке, Карем снова обыскал все вокруг на случай, если найдется что-то еще, но кроме мешочка с солью на полке больше ничего не было.

Неохотно удовлетворившись тем, что у него есть, Карем опустошил одну коробку и наполнил ее ингредиентами, кухонными инструментами и посудой.

Если бы у него было больше времени, он мог бы приготовить что-нибудь более сложное, но тело Карема и так требовало постоянного питания от тяжелой работы.

Поэтому он решил приготовить что-нибудь быстрое. Меню уже было составлено после проверки ингредиентов.

«Малыш. Ты сможешь все это унести?»

«Угу».

Одним из немногих преимуществ лет, проведенных Каремом в качестве холопа, было принудительное развитие его выносливости и силы.

Когда Карем поднял коробку и вышел из повозки, Кэтрин с неохотой последовала за ним.

Гордон, который уже выбросил мусор из коробки и осматривал вещи покойного, с той же неохотой посмотрел на Карема, услышав слова Кэтрин.

Холоп, вынужденный экономить даже на еде, не имел большого опыта работы с ингредиентами. Что же он может приготовить?

Карем не чувствовал себя особенно виноватым.

В конце концов, для них он был всего лишь десятилетним холопиком, и вполне естественно было сомневаться в том, что такой ребенок что-то вкусное сможет приготовить.

Не желая использовать большой костер, на котором горели трупы, Карем разжег отдельный маленький костерок.

«К счастью, неподалеку есть большой костер, который можно использовать для растопки. Но все равно это немного тревожно».

«Эй, а ты точно сможешь приготовить что-нибудь приличное поесть?»

«Прошу прощения, Гордон, но я, наверное, сделаю это лучше, чем ты».

«Хах, и это говорит десятилетний холоп?»

«В любом случае, просто смотри, как леди Атанитас».

Время обеда было уже позднее, и двум людям, измотанным тяжелым трудом, нужно было приготовить что-нибудь быстрое, жирное и высококалорийное.

Это не было сложным кулинарным шедевром , поэтому Карем быстро нарезал длинные колбаски на кусочки и обжарил их в масле.

Как только колбаски подрумянились, он добавил нарезанную кубиками морковь, нарезанную по диагонали капусту, сельдерей и лук в таком порядке, щепотку соли и обжарил, помешивая.

Когда овощи были добавлены, началась гонка со временем.

Карем быстро добавлял масло, пока овощи не завяли, энергично помешивал сковороду и, как только морковь стала золотисто-коричневой, подал колбасу с овощами.

Растопленный жир от порезанных сосисок смешался с насыщенным ароматом сливочного масла и свежим запахом жареной капусты.

Когда Карем снова добавил масло в сковороду, Кэтрин наклонила голову, гадая, не все ли это.

«Малыш, ты собираешься приготовить что-то еще?»

«Одного этого будет недостаточно».

Следующим блюдом были еще более простые сырные тосты. Когда Карем принялся изо всех сил резать твердый ячменный хлеб, Гордон, украдкой откусывавший от жареной колбасы, подошел к нему, шумно жуя.

«Ах, Гордон. Это еще не готово!»

«Просто дегустирую, просто дегустирую. Мне нарезать хлеб такой толщины?»

«О, ты поможешь?»

«Не пойми меня неправильно. Просто пока ты закончишь нарезать этот хлеб, солнце уже сядет».

Действительно, с возрастом и со стажем в наемничестве и, как видно из предыдущей работы, Гордон легко резал твердый ячменный хлеб, и борьба Карема выглядела бессмысленной.

Что ж, отказываться от помощи не стоило.

Оставив ячменный хлеб Гордону, Карем быстро нарезал три вида сыра и попробовал их, удивляясь знакомому вкусу.

«Знакомый вкус...»

«О, это сыр Сомерсет, а это, должно быть, сыр Пала. А это датский сыр».

«Они, что, импортные?..»

«Да. Сыр Пала известен в Южном королевстве, а сыр Дейн - в регионе Дейн в Исландии».

«В любом случае, они подойдут».

Карем не слышал о Южном королевстве, но знал о Исландию. Это был северный регион Королевства Сеофон.

Сейчас важно было то, что сыры Сомерсет, Пала и Дейн по вкусу напоминали сыры Чеддер, Проволоне и Хаварти соответственно.

Все три сыра были идеальными ингредиентами для жареного сыра или сырных тостов.

Когда Карем тут же измельчил кучу чеснока и намазал им ломтики хлеба, Кэтрин пришла в ужас.

«Зачем столько чеснока!?»

«Э, зачем так много!?»

«Уверяю вас, так гораздо вкуснее. Вы не сможете оторваться от еды».

В отличие от ужаса Кэтрин и Гордона, Карем был спокоен, потому что здешний чеснок был гораздо мягче, чем тот, который он знал.

Чтобы добиться нужного вкуса, ему пришлось разложить много чеснока несмотря на то, что эти двое были в ужасе от него.

Карем положил на сковороду ячменный хлеб чесночной стороной вниз в масло и сверху положил три вида сыра.

Чесночный запах, о котором беспокоились Кэтрин и Гордон, задержался лишь на мгновение, после чего его затмил сильный запах масла и сыров, уступив место сладкому аромату.

Гордон и Кэтрин вздрогнули.

«Боже мой, почтенный маг. Оба блюда пахнут потрясающе».

«На голодный желудок, с маслом и сыром, как это может быть не вкусно?»

«Оно почти готово, так что подождите еще немного».

Когда он укладывал ломтики хлеба с сырной начинкой, чеснок, обжаренный в масле, приобретал золотистую поверхность, а сыр сочился и шипел на сковороде.

Карем в последний раз намазал маслом обе стороны, поджарил их до готовности и подал чесночно-сырные тосты на большом блюде.

«Отлично! Все готово. Приятного аппетита.»

Гордон, который втихаря откусывал жареную сосиску, тут же схватил золотистый тост, словно ждал этих слов.

Хруст!

Честно говоря, Гордон не ожидал многого от умений Карема, но, несмотря на юный возраст Карема, его достойные навыки и запах его блюд постепенно повышали ожидания Гордона.

Конечно, сами тосты были для Гордона очень знакомым блюдом, ведь поджаривание - лучший способ сделать твердый хлеб съедобным.

Нанизывание тостов на шампур и обжаривание их на гриле с сыром было для наемников по всему континенту Европы, а не только в королевстве Сеофон, очень привычным способом, который применялся сразу после жарки вяленого мяса на костре.

Приготовить такое знакомое блюдо, намазав его большим количеством масла и посыпав сыром, а затем поджарить до хрустящей золотистой корочки?

Он колебался при мысли о том, что придется добавить много чеснока, но это было излишнее беспокойство.

Вопреки первоначальному ужасу Гордона, запах был превосходным, вкус - отличным, а хрустящий звук при каждом укусе - приятным.

И новый вкус. Неужели чеснок всегда был таким на вкус?

Чесночная паста, обжаренная до консистенции, близкой к чесночным хлопьям, - такого изыска Гордон еще не испытывал.

Колбасы с быстро обжаренными свежими и хрустящими овощами с каждым укусом убирали любой приторный вкус.

Будучи наемником, Гордон впервые за время работы ел пищу с такой богатой текстурой, звуком и вкусом.

А Карем с гордостью наблюдал за всем этим.

«Гордон, ну как? Не очень?»

«Карем».

«Да».

«Уверяю тебя, твоя стряпня - лучшая полевая еда, которую я когда-либо пробовал».

«У меня неплохой кулинарный талант».

«Судя по внешнему виду, можно подумать, что вы холоп, но ничего себе».

Карем продолжал наблюдать за Гордоном, который то и дело восклицал от удивления, поедая свой поздний обед, а затем повернул голову в сторону необычно тихой другой стороны.

«Леди Атанитас, уже поздно, но вам ведь тоже нужно поесть, верно?»

«Вздох, хорошо. Я предполагала, что нечто подобное произойдет после нападения грифонов».

«Простите?»

«Вот, возьми.»

«А? О...»

Кэтрин протянула Карему деревянную тарелку и столовые приборы. Смысл был очевиден без лишних слов.

Учтивый, но в основе своей высокомерный.

Профессия (про принадлежность к магам), эквивалентная или, по сути, равная дворянству.

С очень легкий тоном, из-за которого Гордон всегда использовал почетные обращения, когда говорил с Кэтрин.

Карем быстро наложил в деревянную миску колбасу, овощное жаркое и чесночные тосты с сыром и почтительно протянул их Кэтрин.

Выражение ее лица было безучастным, но Карем быстро заметил это. Ее бровь дернулась, как будто ее что-то не устраивало.

О боже, неужели я совершила какую-то ошибку?

Прочитав выражение лица Карема, Кэтрин вздохнула и махнула рукой.

«Не волнуйтесь. Проблема во мне».

«Эмм… Прошу прощения»

«Уф. Вздох...»

Кэтрин вздрогнула, как испуганная кошка, и Карем почувствовал что-то странное. Явно не желая говорить об этом, она глубоко вздохнула и закрыла лицо обеими руками.

Ее решимость была непоколебима.

По-прежнему надевая плащ, Кэтрин поправила подол, села и жестом пригласила Карема подойти ближе, что он быстро и сделал.

«Хорошо, я разрешаю тебе накормить меня».

«...Что, простите?..»

«Если бы не это проклятие...»

Ворча от досады, Кэтрин сняла капюшон, обнажив длинные светлые волосы, ниспадавшие каскадом, как занавес.

Карем наконец понял, почему она всегда носила плащ.

Ее золотистые волосы длиной до пояса, многообещающие черты лица и фарфорово-белая кожа, которая, казалось, никогда не видела солнечного света.

Явно красивая внешность, которая, несомненно, вызвала бы споры.

Она издала небольшой вздох и, приоткрыв маленький рот, произнесла,

«Накорми меня этой едой».

«Что!?»

Она произнесла что-то несуразное.

Карем переспросил, чтобы убедиться.

«Леди Атанитас».

«Да.»

«Я должен накормить вас?»

«Да».

«Как птица-родитель кормит детеныша птицы?»

Чтобы я? Разве это не смешно?

Когда чувства Карема проявились на его лице, маг от волнения прикусила губу.

Ее лицо яростно исказилось и покраснело, но Карем знал, что она не сердится, а смущается.

«Эй!»

«Чёрт возьми! Я не буду повторять это в третий раз!»

Ее взгляд, напоминающий взгляд золотистого крапивника¹, обнаружившего угрозу и угрожающе хлопающего крыльями, ясно говорил о том, что она по-настоящему рассердится, если это повторится.

Гордон не смог сдержать смех при виде этого зрелища.

«Пухахаха!!! Значит, ты всё это время пропускала приемы пищи потому, что рядом не было ребен...»

«Заткнись!»

Бах!

«Только не это!!»

Разъяренная маг не простила грубого наемника. Когда в него полетел кусок льда размером с кулак, Гордон едва увернулся от него и рухнул на землю, не расплескав чашу.

¹ - Крапивник - маленькая редкая вкусная птичка ☺

Крапивник (не золотистый)

️

Глава 4 - Не так уж и сложно кормить мага!

Глядя, как Гордона отчитывают на его глазах, Карем быстро разрезал тост по диагонали и вежливо предложил кусочек, затмевая внезапно пришедшую в голову мысль.

Ситуация и внешний вид были забавными, но ничего сложного в этом не было.

Он кормил младенцев детским питанием и помогал кормить пожилых людей в доме престарелых.

Просто раньше ему не доводилось кормить кого-то, кто мог и сам поесть.

Тем более такую красивую, что на нее трудно было смотреть прямо, и он сосредоточился на ее лбу.

Конечно, Карему было интересно, почему Кэтрин, которая была вполне способной, не поест сама, но он был уверен, что, спросив ее об этом сейчас, он может получить по голове ледяным осколком также, как и Гордон.

Так не лучше ли ему сначала хорошенько накормить ее, а потом спросить, когда она успокоится?

Когда смущенная Кэтрин приблизилась, Карем предложил ей кусочек тоста жестом, нехарактерным для холопа.

Хрусь! Катрин вздрогнула, откусив кусочек.

Когда тост отодвинулся от ее рта, расплавленный сыр потянулся от поверхности среза к ее рту, а затем сорвался.

Карем быстро отодвинул тост, чтобы обернуть сыр вокруг него.

«Тосты и сыр — это привычно, но такой способ их есть тоже неплох».

«Ну, крошки немного мешают».

Любой хлеб, будучи испеченным и затвердевшим с различными ингредиентами, неизбежно крошится.

А тосты, по сути, подгоревший хлеб, сильнее крошится.

Чем больше хлеб поджаривается, тем больше он, естественно, крошится.

Так не лучше ли просто наслаждаться им?

Чем хрустче тосты и жареная пища, тем больше они крошатся, и тем больше удовольствия от зубов к мозгу.

При мысли о жареной пище Карему вдруг захотелось курицы.

В прежней жизни он ел ее по меньшей мере раз в месяц, а то и каждые два дня. Будучи перерожденным холопом, он должен был быть благодарен даже за обычную еду, не говоря уже о жареной.

На самом деле, если только человек не родился дворянином или богатым купцом, невозможно было использовать столько масла, сколько требовалось для курицы.

Подавив внутренний конфликт по поводу еды, которую он любил, но о которой сейчас даже не мог и мечтать, Карем вовремя предложил сосиски и овощное жаркое Катрин, которая как раз закончила проглатывать тост.

Как только еда на вилке исчезла в ее маленьком ротике, Карем быстро наполнил пустую деревянную миску своей порцией и откусил от чесночного тоста с сыром.

Когда его верхние и нижние зубы раздробили хрустящий тост, полный масла и чесночного аромата, Карем почувствовал покалывание от икр до головы.

«Хоооо».

«Что это...»

«А, мне знакомо это чувство. Когда я впервые попробовал нормальную еду после выхода из крепостной зависимости, я не мог не удивиться ею».

Гордон был прав.

Десять лет.

Прошло целых десять лет.

Конечно, на праздниках в деревне Мостон иногда удавалось поесть нормальной еды, но его недостойные родители никогда не позволяли ему этого.

Их абсурдная причина заключалась в том, что хорошая еда в юном возрасте испортит его.

Все эти унижения и ужасная еда на протяжении многих лет. Карем гордился собой, что не переживал об этом.

Конечно, когда Карем жевал тост и следил за ртом Кэтрин, он быстро предложил ей еще тост с чесноком и сыром, пока она глотала.

«Гордон, твои родители запрещали тебе есть на праздниках, как это делали мои?»

«Что? Конечно, нет... Подожди, Карем. Только не говори мне...»

«Хм. Похоже, ты жил в лучших условиях, чем я?»

«Твои родители были гоблинскими навозными мешками».

«Тск».

Гордон презрительно щелкнул языком, не давая себе съесть колбасу при этих словах Карема.

Даже у холопов, питавшихся ужасной пищей, были праздники, на которых они могли поесть нормальной еды. И без глубоких размышлений было ясно, что родители, которые не кормят своих детей даже на таких праздниках, ужасны.

Проглотив тост, Кэтрин скрестила руки и постучала пальцами по руке.

«Староста деревни и священник тоже не были порядочными людьми».

«Угу. Староста домогался до своей невестки и дочери, а священник вечно пьянствовал, гоняясь за взрослыми крупными мужиками».

«Нет, я не думала, что они настолько отбросы?!»

Кэтрин была шокирована скрытыми секретами старосты деревни, хотя и ожидала этого от священника.

Несмотря на то, что континент Европа был средневековым, инцест, естественно, был табуирован.

«Ну, по сравнению со старостой священник... нет, он тоже... В любом случае, давайте закончим есть».

«Верно. Но как ты умудрился приготовить такое в такой ситуации...?»

«Я пытал все свое тело, пытаясь съесть все, что мог, в этой безумной обстановке».

Конечно, ради здоровья и будущего я ел все, что мог, включая насекомых и останки монстров.

Однако, хотя навыки приготовления пищи остались в его памяти из прошлой жизни, у Карема не хватало смелости сказать об этом прямо.

Попытка Карема ответить на вопрос другим ответом на удивление удалась.

Когда Гордон похлопал Карема по плечу, сказав, что ему, должно быть, пришлось нелегко, Кэтрин слегка кивнула в знак согласия.

«Люди часто открывают в себе скрытые таланты под угрозой. Малыш, у тебя определенно есть талант к кулинарии».

«Ну, это просто сосиски и овощное жаркое с сырными тостами».

«Сколько живу, а таких тостов не видел. А сосиски хорошо приправлены для такого простого блюда».

«Хм... это так?»

«Да. Интересно, что вы положили так много чеснока».

«Правда? Но ведь это все равно вкусно?»

«Да. Вкус и аромат чеснока очень сильные, но они уравновешивают насыщенность сыра и масла».

«Понятно.»

От такой подробной похвалы Карем почувствовал себя неловко, поэтому он просто предложил Кэтрин еще тостов.

Это было вполне объяснимо, учитывая, что Карем считал себя перевоплотившимся человеком, которому в прошлой жизни нравилось готовить в качестве хобби.

Разница заключалась лишь в том, что в кулинарию как хобби он погрузился со всей силой, почти так же, как в игры.

Несмотря на разнообразие кухонь разумных существ континента Европа, основным принципом любой кулинарии были приправы, что не сильно отличалось в прошлой и нынешней жизни Карема.

Кэтрин, не по своей воле прожившая сотни лет, съела столько еды, что хватило бы на горный хребет.

И хотя за свою долгую жизнь она не была привередливой в еде, за исключением крайне невкусной пищи, ее вкусовые рецепторы со временем стали более утонченными.

Поэтому сейчас Кэтрин была искренне восхищена кулинарными способностями Карема.

С другой стороны, Гордон оценил навыки Карема, основываясь на опыте.

«Эй, Карем. Я гарантирую, что есть много ресторанов и гостиниц, которые берут деньги, но не могут сделать даже этого».

«Ну, места, где продают еду, могут сильно отличаться друг от друга».

«Хаха. Для бывшего холопа ты многого не знаешь».

Даже в современных ресторанах можно найти всевозможные истории ужасов, а примеры, которые Гордон приводил из средневековья, и вовсе ужасали воображение.

Когда Гордон рассказал о своем ярком опыте обнаружения кошачьего черепа в «Вечном рагу», которое варилось более ста лет, Карем вздрогнул.

Конечно же, Кэтрин отреагировала на его рассказ, создав букет из острых сосулек.

«Я бы хотела хорошенько украсить твою голову за то, что ты испортил мне аппетит во время еды».

«О, я, как раз, просто хотел освежающего льда».

«Хмф, малыш. Давай закончим нашу трапезу».

Возникла небольшая пауза, но Карем быстро продолжил есть.

К счастью, к тому времени, как он доел свою тарелку, неловкость, которую Карем испытывал каждый раз, когда помогал Кэтрин есть, ничуть не уменьшилась.

Когда Кэтрин, наевшись, показалась сытой, она покраснела и остановила Карема.

Карем не мог не подумать: «Только сейчас?»

Это был резонный вопрос, ведь она съела три тарелки, столько же, сколько и Гордон, с ее стройной фигурой.

«Хм, хм. Ладно. С меня хватит. Давай прекратим есть».

«Кстати, Гордон. Ты будешь ещё?»

«Нет, это ты должен съесть больше. Помогать кому-то надо - ты уже ешь».

Не обращая внимания на окрик Кэтрин «Заткнись!», Карем начал как следует наслаждаться едой, которую он не смог получить из-за кого-то.

Хотя чесночные гренки с сыром и овощное жаркое с колбасой были холодными, они все равно были вкусными.

По сравнению с тем, что Карем ел до сих пор, это был великолепный пир.

Карем положил в рот целый тост, громко жуя, и посмотрел на Кэтрин, разворачивающую пергамент.

Кэтрин, похоже, была в хорошем настроении и сыта после трапезы.

Сейчас было самое время.

Доев оставшиеся сосиски с овощами, Карем откусил последнюю половину тоста и спросил.

«Леди Атанитас, у меня есть вопрос».

«Хм, какой именно, малыш?»

«Есть ли причина, по которой я должен был тебя кормить?»

Катрин неловко попятилась, услышав слова юного холопа.

Видя это, Гордон хитро подошел к Карему и прошептал.

«Ну, это была полушутка, но у нее действительно могут быть такие предпочтения».

«Что? Предпочтения?»

«ЗАТКНИСЬ!»

Треск!

Рот Гордона мгновенно покрылся льдом и замерзла.

Заморозившая его Кэтрин резко взглянула на поверженного Гордона, но затем смягчила взгляд и быстро задумалась.

В мире не менее трети, если не половина, проблем возникает из-за недопонимания, вызванного недостатком общения.

На самом деле, если бы она просто продолжала голодать, проблема была бы решена.

Она старательно морила себя голодом, пока не присоединялась к каравану, но желудок, освобожденный стряпней Карема, больше этого не позволял.

Кэтрин быстро согласилась.

Да, лучше объяснить все сейчас, чем снова вызвать недоразумение, которое заставит его сбежать ночью, как в прошлый раз.

«Итак, - вздохнула она, - хорошо. Так будет быстрее показать вам все напрямую. Вы оба, идите сюда».

Внезапно?

Карем и Гордон подошли, не имея на то причин.

«Малыш, дай мне этот тост».

«А? Ты все еще голодна? Как-то неловко отдавать тебе то, что я ел».

«Не в этом дело!!!»

«Хорошо...»

С неохотой Карем передал тост, и Кэтрин, не раздумывая, протянула руку.

И в этот момент.

Край тоста, к которому прикоснулся палец Катрин, начал чернеть и разлагаться, словно перемотанное в сотни или тысячи раз видео.

Глава 5 - Страх?

«Ах, какая жалость!»

Заявка на перевозку ящиков, в которых должен быть только мусор, с самого начала была прикрытием для незаконной перевозки яиц грифонов.

Несмотря на то, что все соратники и партнеры были мертвы, нужно было быстро двигаться дальше, но Гордон продолжал думать о куче мусора в деревянных ящиках.

Была ли это контрабанда или тайная просьба, неважно, но ему казалось, что он смог заработать больше денег.

«Гордон, как долго ты собираешься размышлять о том, что произошло несколько дней назад?»

«Послушай, парень. Сколько бы денег у тебя ни было, их никогда не хватит».

«Хм, это правда, если только ты не находишься в необычной ситуации».

Кэтрин глубоко сочувствовала Гордону, думая о том, что магия может высасывать деньги также быстро, как дворяне тратятся на украшениях.

Кроме того, профессия мага чревата недоразумениями, обидами и ложными обвинениями, из-за чего легко оказаться на улице. Поэтому иметь сбережения на случаи непредвиденных обстоятельств, переезда и обустройства было просто необходимо.

«Но мы ведь не ушли с пустыми руками…»

Карему трудно было сочувствовать им, ведь в своей нынешней жизни он никогда ничем не владел, не говоря уже и о наличных.

В своей потрепанной одежде из лохмотьев и кожи он выглядел как любой проезжий крестьянин или фермерский ребенок. К тому же его рюкзак был набит ингредиентами, серебряными и медными монетами и кухонной утварью.

По крайней мере, в своей нынешней жизни Карем никогда не был таким богатым.

С другой стороны, Гордон сожалел о вещах, оставленных в развалинах каравана.

«Все-таки жаль. Если подумать об оружии и доспехах, которые мы оставили для перевозки, то все это стоит немало».

Даже если все ящики, загруженные в караван, были мусором, они не были бесполезными.

Различные виды доспехов и оружия, оставленные наемниками, которые умерли, не использовав их должным образом, были ценными вещами.

Десятки видов оружия, включая мечи и копья, и десятки комплектов доспехов могли дать им как минимум мешочек золотых монет.

Конечно, существовали способы принести все это.

«Почтенный маг, есть ли у вас что-нибудь вроде расширяющегося пространственного мешочка?»

«Есть, но...»

Карем спросил на всякий случай, но Гордон отреагировал так, как и ожидалось.

Карем тоже посмотрел на Кэтрин с недоверием.

В конце концов, иметь окна статуса и инвентаря было мечтой.

«Тогда...»

«Сейчас его здесь нет. Он в куче багажа, который я отправила в пункт назначения».

Кэтрин разом оборвала их ожидания.

Они не могли не разочароваться, и даже Кэтрин пожалела об этом, ведь если бы она знала, что все будет именно так, она бы обязательно взяла его с собой.

«Вздох. Я должен был найти способ перенести больше вещей. Это все деньги...»

«Эй, наемник. Помнишь, нас трое, и один из них - ребенок, который еще даже не стал взрослым?»

«Почтенный маг, поэтому мы быстро сдались и взяли только деньги и ценности».

«Тогда почему вы теперь жалуетесь?»

«От этого сожаление не исчезнет. Ах, точно.»

Пока они говорили о деньгах, Гордону вдруг что-то пришло в голову, и он повернулся к Карему.

«Кстати, а шиллингов и пенсов будет тебе достаточно? Как ни посмотри, кажется, что этого недостаточно. Почему бы не взять короны или драгоценности?»

«Дядя-наемник, в моем возрасте обладать чем-то дороже, чем шиллинги, достаточно опасно».

«Это правда, но как ребенок может быть таким несговорчивым?»

«Нет, на самом деле это мудро».

Вмешалась Кэтрин.

Ожидать, что полиция примчится, как в современной развитой стране, сообщив о средневековом происшествии, было напрасной затеей, и практичнее было резать воду ножом.

Валюта королевства Сеофон была классифицирована по достоинству: большие золотые монеты - троны, золотые монеты - кроны, серебряные монеты - шиллинги и медные монеты - пенсы.

Трон был настолько ценен, что мало кто имел или использовал его, поэтому кроны, шиллинги и пенсы были практичными валютами.

Но если бы стало известно, что ребенок без связей, а еще хуже - беглый холоп, носит с собой кроны или другие ценности?

Вряд ли в мире есть вечные тайны.

Его могли ограбить, а если не повезет, то и стражники, пришедшие за донесением. Было очевидно, что произойдет.

Гордон тоже на мгновение забыл об этом, поэтому отказался от своего мнения.

«А, ну да. Без поддержки и связей ценные вещи немного опасны».

«Да даже эту кухонная утварь носить с собой немного рискованно, не так ли?»

«Хм, верно».

Карем постучал по котелку, висевшему в его сумке.

Возможно, кто-то недооценивает кухонную утварь, но кастрюля, сковорода и нож были металлическими. Единственными деревянными предметами были лопатка, половник и мешалка.

Хотя металлическая кухонная утварь стоила не так дорого, как оружие, в средневековые времена ею не пренебрегали.

Поэтому Карем разработал план.

«В этом смысле я с нетерпением жду возможности поработать с вами».

«А?»

«Что?»

Карем остановился, поклонился с наглой ухмылкой и поприветствовал их.

Гордон моргнул от неожиданности, а Кэтрин захихикала.

«Что? Ты наглый мальчишка. Хочешь сказать, что будешь следовать за нами, пока мы не найдем безопасное место?»

«К-как ты сразу догадался?!?»

Раз уж дело дошло до этого, Карем решил быть бесстыдным. Разве не говорят, что крайнее бесстыдство может создать несуществующие факты?

Это изречение не подходило к данной ситуации, но в любом случае Карем подавил растущее волнение и серьезно произнес.

«Отныне я беру на себя ответственность за питание Гордона и леди Атанитас».

«Пффф...»

«Ого, как ты можешь выглядеть так нелепо?»

Десятилетний ребенок, делающий такое серьезное лицо, был просто смешон.

«О, я действительно серьезен! В любом случае, я должен заплатить за защиту, так ведь!»

«Вздыхай, Карем. Наш холоп, нет, больше нет. В любом случае, парень, ты ведь знаешь, сколько стоит нанять наемника моего уровня?»

«Эм... не знаю?»

Гордон ухмыльнулся и назвал свою дневную зарплату, но глаза расширились не у Карема, а Кэтрин.

«Наемник, тебе платят столько же, сколько странствующему рыцарю?!»

«Нет, почтенный маг. Неужели это так удивительно?»

«Леди Атанитас, сколько именно денег?»

Тут Кэтрин поняла, что совершила ошибку.

Она нахмурилась, вспомнив слова Карема о его нынешней жизни.

«Леди Атанитас?»

«Нет, я просто подумала о подходящем сравнении. Да, если он будет работать двадцать дней, это будет годовой доход твоих родителей».

«.... Ого.»

Конечно, это было не так уж много по сравнению с тем, что Карем зарабатывал в прошлой жизни, хотя он и не родился с серебряной ложкой.

Но мысль о том, что кто-то меньше чем за месяц заработал то, что другие делают за год?

Карем посмотрел на него с новой благодарностью.

«Но если серьезно, наемник, я сомневаюсь, что ты стоишь столько же, сколько странствующий рыцарь. Ты наемник».

«Ты пропустил прилагательное перед этим».

Гордон наслаждался их разными реакциями и удовлетворенно улыбался. Он действительно был уверен в своих навыках.

«То есть «очень опытный» наемник».

«Хах».

Кэтрин вспомнила факт, который она упустила из виду из-за его легкомысленного и денежного отношения.

Наемник, который смог увернуться от ее магии, пусть и не в полную силу, не мог быть обычным наемником.

Он даже уклонился от ледяной магии, выпущенной из слепой зоны. Он явно уклонился от нее только благодаря звуку.

Кэтрин с недоверием вздохнула и кивнула, а Гордон, игриво улыбнувшись, сказал.

«В любом случае, это слишком дешево, чтобы покрыть ваши трудозатраты».

«Ну и ладно. Тогда я буду стирать ваше белье, разжигать костры, убирать...»

«Стирать? Правда? Ты? Стирать мою одежду?»

При этих словах Кэтрин Карем в замешательстве наклонил голову, а затем расширил глаза. Гордон тихонько присвистнул и озорно рассмеялся.

«Хахаха! Парень, а ты все успел спланировать!».

«НЕТ. СТОП, ПРЕКРАТИТЕ! ТОЛЬКО НЕ…»

«Он ещё и взрослый парень. К сведению.»

Кэтрин не была взрослой, которая стала бы ругать ребенка за подобное, хотя ее тело и не было полностью взрослым. В любом случае, она указала на свою одежду и плащ, перечисляя их стоимость.

Одежда может выглядеть одинаково, но сильно отличаться по цене в зависимости от материала или марки. Одежда, которую носил маг ее уровня, была бы возмутительно дорогой даже по меркам прошлой жизни Карема.

Пока Кэтрин объясняла цены на плащ, верхнюю одежду, брюки и обувь, Карем дрожал от страха, а Гордон, переполненный ужасом, пробормотал про себя.

«О боже... Это ж цена рыцарских полных доспехов...»

«Итак, малыш, твоих трудозатрат недостаточно, так что спокойно принимай добрую волю взрослых».

Сказав это, Кэтрин с чувством беспомощности посмотрела на двух мужчин, которых все еще переполняли страх и ужас.

Чтобы избежать недоразумений во время путешествия, она после глубокого раздумья показала свое проклятие. Проклятие засухи, от которого засыхало и разлагалось все живое, к чему она прямо или косвенно прикасалась.

Она пыталась нейтрализовать проклятие с помощью своей выдающейся магии и таланта, благодаря которой она за сотни лет обрела бессмертие. Но ее усилия увенчались успехом лишь наполовину: радиус действия проклятия ограничился едой.

Даже если она брала еду напрямую или использовала инструменты, проклятие оставалось.

Это вызывало множество недоразумений и неприятностей, но наемник и юный холоп перед ней больше боялись компенсации, которую они должны будут выплатить, если испачкают или повредят ее одежду, чем самого проклятия.

Наемник боялся долга больше, чем проклятия, чудовищ или магии!

Но неужели этот мальчишка совсем не боялся?

Не то чтобы она была этим недовольна. В конце концов, она была бессмертным магом, но ее ценности не были извращенными.

Просто ее озадачила реакция, с которой она никогда не сталкивалась у обычных людей. Она немедленно отреагировала на следующий возглас.

«О кстати, помню, что ты съела еду парн…!!!»

«...Эй!?! Это всё клевета! КЛЕВЕТА!»

Глава 6 - Охота

Карем удивился от озвученных цен.

Кэтрин сказала испуганному Гордону, что Карему не нужно стирать вещи, но вместо этого он будет готовить им трижды в день.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как Карем начал готовить для них, так что это стало привычным.

Гордон, будучи наемником, мог без колебаний есть любую невкусную еду.

А Кэтрин любила изысканные блюда, но она сама выбирала время и место, когда она решалась поесть. Так что не ожидала многого в их нынешней ситуации.

Но их заниженные ожидания уже давно были приятно превзойдены.

Карем старался использовать все имеющиеся у них ингредиенты, чтобы готовить разные блюда для каждого приема пищи.

На этот раз Карем приготовил на обед голубцы.

Он слегка отварил капусту на пару до мягкости, затем обжарил ее в масле, приправил солью, начинил овощами и колбасным фаршем и свернул как весенний рулет.

Затем он использовал мясные соки и масло, оставшиеся на сковороде, для приготовления подливы из масла и муки. Приправил ее и стушил в ней голубцы на медленном огне.

Рецепт значительно отличается от оригинала, но это была попытка Карема доказать свое мастерство и ценность.

И результат оказался успешным.

Как только он вынес голубцы, тушеные в густой подливе, Гордон и Кэтрин с нетерпением начали есть их.

Но во время приготовления голубцов Карем испытывал сожаление.

«Если бы только у меня были помидоры, блюдо получилось бы еще вкуснее».

При мысли о помидорах у Карема заныло во рту.

Помидоры, родом из Америки, распространились по всему миру менее чем за 500 лет и были известны как ключевой ингредиент в кулинарном мире.

Наличие помидоров значительно расширило бы спектр блюд, которые он мог приготовить, поскольку они были одним из основных продуктов западной кухни, но ни Гордон, ни Кэтрин ничего о них не знали.

Из-за чего Карему пришлось сдаться и искать заменители.

«Карем, почему ты вдруг перестал меня кормить?»

«Ой, прошу прощения. Вот, держите».

«Хм, подумать только, ты столько сил потратил на капусту. Это новый опыт».

Гордон согласился с замечанием Кэтрин.

«Никогда не думал, что буду есть такой распространенный овощ таким образом».

«Тогда как вы обычно ее едите?»

«Мы либо делаем из нее суп, либо тщательно отвариваем, либо едим сырой».

Как они могли приготовить капусту, которая входит в бесчисленные блюда, как лук, таким ужасным способом?

Кэтрин нахмурилась от поспешного обобщения Гордона.

«Эй, парень, не пойми меня неправильно. Просто так принято в королевстве Сеофон».

«Леди Атанитас, что вы имеете в виду?»

«Королевство Сеофон печально известно тем, что у него самая худшая еда на континенте Европа».

«Но в нашем королевстве так много вкусных блюд».

«Хм? А другие блюда, кроме завтрака?»

«Ну, наверное, есть меньше десяти блюд, о которых я не знаю».

Карем, который считал это место средневековой фантазией, похожей на Европу, наконец-то начал понимать, что к чему.

Значит, Европа в этой жизни — это Европа из прошлой жизни, а Королевство Сеофон - средневековая Англия?

Размышляя таким образом, многое из того, что интересовало Карема, стало обретать смысл.

Какими бы бедными они ни были, еда всегда была ужасной, за исключением праздников. Даже еда старосты и священника, которые считались самыми богатыми в деревне Мостон, была ужасной.

Для Карема слово «Англия» казалось почти волшебным.

«Сколько блюд останется, если исключить пироги?»

«Держу пари, что ни одного».

Гордон, который быстро свернул свой спор и начал критиковать свою родину, казалось, ничем не отличался от британца, который подшучивал над своей страной.

Несмотря на свое шутливое отношение, Гордон был совершенно серьезен.

Путешествуя по всей Европе в качестве наемника и пробуя различные кухни, это было вполне естественно.

«Леди Атанитас, неужели королевство Сеофон действительно так славится плохой едой?»

«Хм, только представь, как благородные семьи стараются пригласить иностранного повара».

«Что?! Прям до такой степени, чтобы приглашать поваров из других королевств?»

«Карем, если бы ты увидел, как повара сходят с кораблей в доке, ты бы подумал то же самое».

«А, это действительно было бы интересно увидеть».

«Более того, потом увидишь вживую, как все, кто хоть немного умеет готовить, покидают страну. Изысканная кухня не может здесь процветать».

Гордон быстро согласился с Кэтрин, вспомнив сцены, свидетелем которых он был несколько раз в прошлом. Честно говоря, это было забавное зрелище, которое никогда не устаревало.

Когда они неожиданно согласились с тем, насколько плоха еда в королевстве Сеофон, в кастрюле, наполненной капустными кочанами, на дне остались лишь остатки подливы.

Благодаря стараниям Карема, который каждый раз готовил для них троих разные блюда, он чувствовал, что его кулинарные навыки заметно улучшаются.

Он задумался, какое блюдо приготовить следующим. Пока они отдыхали, Карем вымыл кастрюлю и проверил свою сумку.

«О, нет. Это ж проблема…»

«Хм, кажется, я услышала предложение, которая я никогда не должна была слышать в своей лаборатории».

Услышав внезапный зловещий звук, Кэтрин встала и спросила.

«Карем, в чем проблема?»

«Будет лучше, если вы сами увидите».

Карем ожесточился и показал внутренности своей сумки.

Еще несколько дней назад полная сумка теперь выглядела сдувшейся и пустой под ярким солнечным светом.

Нет, она не была совсем пустой.

Место, которое когда-то занимала большая капуста, теперь было видно, под ним лежали другие овощи и ингредиенты.

Но было очевидно, что с тех пор, как они покинули место нападения грифона, их количество значительно уменьшилось.

«Полагаю, после десяти дней мы должны быть благодарны, что осталось так много».

«Если мы доедим и это, то придется нам возвращаться к вяленому мясу».

«Фу, вяленое мясо!»

Кэтрин сразу же почувствовала отвращение к словам Гордона.

Сколько бы она ни прожила, она так и не смогла привыкнуть к твердой, как камень, лапше и вяленому мясу, которое было чем-то средним между камнем и кожей.

«Леди Атанитас, может, нам вернуться и приехать еще раз? Ингредиенты, которые мы оставили в повозке...»

«Нет, к этому времени дикие звери или чудовища все съедят».

«Вздох, тогда нам придется вернуться к вяленому мясу».

Кэтрин всегда предпочитала поститься в дальних путешествиях, когда им приходилось полагаться на полевые пайки и запасные продукты.

Она твердо решила не портить свой вкус вяленым мясом и сухарями. Будучи бессмертным магом, пост был для нее пустяковым делом. Начав поститься, она без труда выдерживала посты до тех пор, пока снова не могла есть нормальную пищу.

Но если у них закончатся ингредиенты, она ничего не сможет сделать. Даже бессмертный маг не мог создать что-то из ничего.

«Если бы я знала, что так получится, я бы взяла с собой мешочек для расширения пространства!»

«Ах, почтенный маг, разве я не говорил это вам несколько дней назад? Наконец-то вы поняли, что я чувствую».

«Заткнись. Кто мог знать, что целая семья грифонов нападет ни с того ни с сего!»

Не обращая внимания на препирательства между магом и наемником, Карем проверил сумки на земле. Если он хорошо продумает меню, они смогут приготовить еду на ближайшие два дня.

«Если только нам не удастся как-нибудь поохотиться, следующие два дня...»

«Ах, вот оно что! Вот и решение!»

«Какое решение?»

«Вы только что сказали его. Охота!»

Кэтрин смело заявила об очевидном, похлопав Карема по плечу, когда он встал, чтобы разложить их вещи.

«Я слишком много думал. Да, нам просто нужно поохотиться».

«А ты можешь вот так сразу решить охотиться?»

Люди часто думают, что охота — это просто, но не зря же это профессиональная работа. Поиск и выслеживание добычи может занять несколько часов или даже дней.

«Гордон, ты умеешь охотиться?»

«Я знаю, как охотиться, но без лука и стрел как мы будем это делать? И сколько времени это займет, если мы начнем прямо сейчас?»

«Тогда ответ - леди Атанитас».

«В точку!»

Что они собираются сделать? Когда оба вопросительно посмотрели на нее, Кэтрин уверенно подняла одну руку.

Она сильно щелкнула пальцами, и раздался слабый звук, похожий на падение цепи или звон разбитого стекла.

«Хорошо, я сняла барьер, который скрывал наше присутствие во время лагеря».

«Что? Когда вы установили такое заклинание?»

«Конечно, с самого начала, когда мы двигались небольшой группой. Посреди леса запахи готовящейся пищи могли привлечь нежелательное внимание. Наемник, разожги огонь. Парень, вытащи оставшиеся сосиски».

Ее властный тон был подавляющим, но ее намерения быстро стали понятны.

Был конец лета. Скоро начнётся осень. Время, когда монстры и животные начинают активизироваться, готовясь к зиме.

Естественно, некоторые животные и монстры, более прилежные, чем другие, уже начали готовиться к зиме и не смогли бы устоять перед запахом жарящихся на огне сосисок.

«Но в лесу запах будет распространяться гораздо дальше. Неужели можно вот так объявлять о нашем местонахождении?»

«Ваши опасения велики. У нас здесь великий маг и наемник рыцарского уровня. Это не опасное место, просто лес в нескольких днях пути от деревни. Даже если нагрянет орда монстров, проблем не будет»

Несмотря на уверенные слова Кэтрин, Карем не мог избавиться от чувства тревоги.

Он знал, что она маг, но не видел ее всех умений воочию.

Размышляя, действительно ли все в порядке, Карем посмотрел на Гордона.

У Гордона было уверенное выражение лица, как будто он действительно считал себя рыцарем.

«Нет, почтенный маг. Даже я буду в опасности, если придет орда монстров».

«Заткнись. Или ты хочешь сказать, что это ложь, что ты наемник рыцарского уровня, который ежедневно зарабатывает большое количество корон?»

«Конечно, это правда, но не...»

«Если это правда, то проблем быть не должно. А теперь, Карем, поставь сосиски на огонь».

Под давлением слов Кэтрин Карему ничего не оставалось, как подчиниться.

«Эххх, я сдаюсь. В любом случае, колбаса пахнет замечательно».

Холопская жизнь Карема была более скоротечной, чем ивовый лист на ветру. Даже если он умрёт после этого или нет, но тонко нарезанные колбаски уже шипели на раскаленной сковороде над костром.

Запах умами и жир, плавящийся на раскаленном металле, стал распространяться по лесу под дуновением прохладного ветерка.

Когда солнце, начавшее подниматься с востока, поднялось выше в небо, и когда Карем в пятый раз перевернул колбаски на сковороде, наконец-то к ним пожаловали “гости”.

«Отклик был медленнее, чем ожидалось, но это успех».

Улыбаясь, Кэтрин щелкнула пальцами и восстановила барьер от незваных гостей, когда увидела, как сквозь большие кусты протискивается кабан, привлеченный запахом сосисок.

Клац!

Мох и грибы покрывали тело кабана, колыхаясь при каждом движении. Когда он принюхивался и двигал головой, его белые коренные зубы угрожающе сверкали в солнечном свете, пробивающемся сквозь листву.

Когда кабан с глазами, похожими на черные пуговицы, приблизился, Гордон восхищенно присвистнул.

«Ого, моховой кабан?»

«Гордон, этот кабан тоже чудовище?»

«Нет, несмотря на необычный вид, это точно животное. Они не выходят из леса. Возможно, его пригнали сюда из-за спора за территорию, ведь он так близко к Исландии».

Тук-тук

Кабан, привлеченный запахом колбасы, заметил Карема и группу, ощетинился шерстью и угрожающе ударил лапой по земле.

Глава 7 - Моховой кабан

Кабан, на теле которого растут мох и грибы.

Пока Карем восхищался уникальным видом кабана, Кэтрин спросила.

«И как нам стоит его убить?»

«Так эт ж просто моховой кабан, тебе даже не придется использовать магию».

«О тогда, старый, может, тогда ты на него поохотишься?»

«Да без б, только это, сделай мне копье с помощью своей удивительной магии».

Приняв просьбу, Кэтрин протянула руку в воздух и схватила его.

Как только это простое движение было завершено, из руки Кэтрин вырос лед, удлиняясь, как сосульки и сталагмиты, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки от Гордона.

Гордон взял ледяное копье, предложенное Кэтрин, повертел его в руках и проверил остроту и прочность наконечника.

Найдя его вполне приличным, он без колебаний побежал вперед.

Шмык!

Моховой кабан, который предупреждал группу держаться от него подальше, сразу же проявил враждебность, когда Гордон начал приближаться к нему.

Моховой кабан, который царапал землю, внезапно бросился на него, как спорткар

Туд-Туд-Туд-Туд-Туд!

«Леди Атанитас, хоть между ними и большое расстояние, но разве все будет хорошо?»

«Просто наблюдай».

«Но это выглядит опасно…».

«Сломанная конечность или дыра в животе – что хуже?

«Они оба!»

Беспокойство Карема оказалось беспочвенным.

Когда между ним и моховым кабаном оставалось всего несколько метров, Гордон опустился на землю.

Следующая сцена произошла слишком быстро, чтобы Карем успел ее осознать.

Последнее, что увидел Карем, - Гордона, горизонтально направляющий острое ледяное копье.

Когда Карем моргнул, Гордон уже появился рядом с моховым кабаном, нанося удар между его шеей и ногой.

Визг!

Пронзенный моховой кобин испустил испуганный крик и стал метаться, пытаясь спастись от внезапной боли и угрозы.

Но Гордона не поколебало буйство кабана.

Он твердо стоял на земле, как древнее дерево с глубокими корнями, и правой рукой поддерживал основание ледяного копья.

Ледяное копье было воткнуто так глубоко, что его острия уже не было видно.

«Эммм,  а обычно охота проходит так...?»

Хотя Карем никогда не видел охоту вживую, он знал о ней из книг.

Он знал, что на охоте обычно используют ружья или луки, а копье - больше для показухи.

Однако он впервые видел, как кто-то вступает в ближний бой с копьем против своей добычи.

«О, значит, разговоры о том, что он рыцарь, не были шуткой».

«Э-э, леди Атанитас. А все ли рыцари могут делать это так?»

«Если они не могут сделать хотя бы столько, то не могут называться рыцарями. Но такая ловкость... возможно, он преуменьшал свои навыки…»

К этому времени моховой кабан упал на спину и, похоже, умер.

Рядом с ним Гордон извлек ледяное копье, слегка взмахнул им, и оно вдруг превратилось в туман и исчезло.

«Ух, а ведь мне нравилось это оружие».

«Да, зрелище было то еще. В любом случае, парень».

«Что?»

«Ты ничего не забыл?»

Ой!

По жесту Кэтрин Карем быстро взглянул на костер.

Отвлекшись от наблюдения за охотой Гордона, он заметил черный дым, поднимающийся от сковороды.

Карем быстро снял сковороду с огня. К счастью, сгорели только сосиски, а сковорода была в порядке.

Когда Карем вздохнул с облегчением, Гордон тут же выхватил кинжал и принялся разделывать мохового кабана, срезая растущие на его теле грибы.

Вопреки ожиданиям Карема, Гордон оказался весьма искусным в мясницком деле и быстро расправился с моховым кабаном.

Одним кинжалом он эффективно разрезал кабана на части, складывая красное мясо и желтый жир в небольшие кучки на расстеленной шкуре.

Когда Карем уже собирался спросить, как поступить с останками кабана, Кэтрин шагнула вперед.

Поток холодного воздуха и кровь кабана мгновенно заморозили останки, и они стали похожи на мамонта, запечатанного в леднике. От застывшего красного льда исходил белый туман холодного воздуха.

Кэтрин кивнула на лед, а затем повернулась.

«Хорошо, он должен оставаться таким некоторое время. Как только он растает, животные или монстры в лесу позаботятся о нем».

«Эмм, а где грибы?»

Сколько Карем ни всматривался, он не мог найти грибов среди кучи разделанного мяса.

Когда Карем слегка приподнял шкуру, чтобы проверить, не прикрепились ли к ней грибы, Гордон махнул рукой.

«Грибы, растущие на этом кабане, к сожалению, все ядовиты. Мох съедобен, но он неприятен на вкус, поэтому его используют для других целей».

«Для других целей, например?..»

«Если завернуть мясо в мох кабана, оно сохранится надолго».

Гордон хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание.

«В любом случае, теперь, когда мы добыли мясо, давайте как следует пообедаем».

«Пообедать!? Мы только недавно ели голубцы».

Съев полкастрюли голубцов, Карем был ошеломлен тем, что говорит Гордон, но Гордон был очень серьезен.

«Я не похож на дворян, которые относятся к овощам как к еде для нищих или средству для пищеварения, но овощи действительно быстро перевариваются».

«Нет, но...»

«Кроме того, те голубцы были в основном из овощей с небольшим количеством мяса, да?»

Значит, он теперь голоден. Гордон кивнул, словно констатируя очевидное, и Кэтрин согласилась.

«Ну, для человека рыцарского уровня естественно легко проголодаться, просто передвигаясь».

«Правда?»

«Ловкость и сила, которые обычным людям трудно воспринять, не достаются даром».

Слушая Кэтрин, Карем, который сомневался, насколько он слабый по пищеварению, начал понемногу понимать.

Например, бодибилдеры и спортсмены строго придерживаются режима питания, чтобы восполнить запасы питательных веществ после интенсивных тренировок.

Естественно, что потребление пищи увеличивается пропорционально спортивному мастерству.

Это похоже на то, как чемпион по борьбе, решивший биться на ринге, съедает более 20 000 калорий, когда настроен решительно, или как борец сумо съедает 10 порций в качестве перекуса.

Но было странно, что Кэтрин поддерживала Гордона.

На подозрительный взгляд Карема, Кэтрин хитро повернула голову.

«Леди Атанитас, вы тоже хотите съесть блюдо со свежим мясо?»

«Хм. Я не привередлива, но овощи быстро перевариваются».

«...Хотя мне интересно, какой он на вкус».

Карему тоже был интересен вкус мохового кабана, поэтому он распаковал свое снаряжение и снова достал инструменты для приготовления пищи.

Гордон, который вытирал тряпкой кровь со своего кинжала, обрадовался этому.

«О, ты собираешься приготовить что-нибудь без колебаний?»

«Да. Как только я увидел все это мясо, мне пришла в голову идея».

На всякий случай Карем отрезал немного мяса, разложенного на шкуре, поджарил его на гриле и слегка посолил, прежде чем попробовать.

Честно говоря, Карем ожидал, что у кабана будет сильный запах дичи, но, к счастью, он оказался не настолько сильным, чтобы заставить его скривиться.

Легкий запах дичи присутствовал, но он был похож на запах низкокачественной свинины, и он даже заметил аромат свежей лесной листвы и травы.

«На вкус и запах немного напоминает траву, но из-за этого запах дичи не так заметен, а мясо довольно вкусное».

«Это из-за мха, растущего на его теле. Неудивительно, что он пахнет травой».

«А, понятно. Но этот мох тоже съедобен?»

«Он съедобен, но не очень приятен на вкус. А так как он относительно небольшой и не пахнет грибами, то, наверное, кабан только недавно достиг зрелости».

«Что? Он не был взрослым кабаном?!»

Шкура, расстеленная и обращенная внутренней стороной вверх, была достаточно большой, чтобы накрыть нескольких детей, таких как Карем, и еще осталось место.

Она была огромной, как гибрид домашней свиньи и кабана, истинный Хогзилла, но он только недавно достиг зрелого возраста.

«И это не монстр?..»

«Если бы это было монстром, оно бы сразу напало на нас, а не насторожилось».

К этому времени рядом с Каремом появилась Кэтрин.

«Моховые кабаны относительно послушны, если речь не идет об их территории или пище. Взрослые особи с грибным запахом очень вкусны».

«Грибной аромат? Не могу себе этого представить».

«Ну, вы узнаете, если попробуете. Кстати, ты ешь один?»

При этих словах Карем быстро отрезал еще один кусок мяса, поджарил его на гриле, посолил и отправил в рот Кэтрин.

Хотя это заняло некоторое время, Карем смог организовать рецепт в своей голове. Он быстро достал разделочную доску и нож, несколько раз тонко нарезал большой кусок мяса, а затем сделал из него фарш.

Лично Карем предпочитал говядину для фрикаделек, но сильный вкус и аромат мохового кабана показался ему подходящим.

«Нет, Карем. Есть ли какая-то особая причина, по которой вы взялись его измельчать?»

«Это мясо вкусное, но я не знаю, как его готовить».

«Ты говоришь, что не знаешь, но рубишь без колебаний».

«Эммм, потому что я уже решил, что приготовить?»

«Звучит странно».

«В любом случае, это будет очень вкусно».

Вопреки своим словам, Карем был очень уверен в себе.

Он добавил в фарш из мяса мохноногого кабана жир и продолжил фаршировать.

Добавил обжаренный лук, соль и порошок вместо муки, хорошо перемешал и сформовал из него шарики размером с кусочек.

Он обмазал большую кастрюлю жиром мохового кабана и начал жарить котлеты.

Карем быстро добавил в сковороду куски жира.

Когда масло зашипело, он быстро достал из рюкзака несколько яблок, мелко нарезал их и добавил в сковороду, посыпав солью и обжарив.

В оригинале шведские фрикадельки подаются с брусничным вареньем.

Карем никогда его не пробовал.

Раньше он ел их только с клубничным вареньем, но уже одно это было для него восхитительным событием.

Клубники или чего-то подобного не было, но Карема это не беспокоило.

Все яблоки, которые у них были, были довольно терпкими и сладкими.

Кэтрин, казалось, догадалась, что делает Карем, и слегка кивнула в знак одобрения.

«Вы добавляете яблоки в качестве соуса, чтобы фрикадельки не были слишком простыми?»

«Почтенный маг, вы называете это фрикадельками?»

«Да, это рецепт из павшей древней империи. В королевстве Сеофон он встречается редко».

«Это похоже на приготовление черного пудинга».

«Это не так.»

Павшая империя, да?

Эти слова вызвали у него любопытство, но Карем тряхнул головой, чтобы прогнать мысли.

Отвлекаться перед огнем было опасно.

Из-за сильного жара и соли яблоки стали быстро терять влагу и превратились в пасту. Карем помешивал их лопаткой, одновременно переворачивая фрикадельки в кастрюле, чтобы они готовились равномерно.

«Кажется, почти готово. Разве этого не достаточно?»

«Хм, да. Ты права.»

«Ха, теперь я действительно хочу пива».

Не обращая внимания на тоскливый голос Гордона, Карем вылил яблочное соте, уже близкое к пасте, в миску.

Карем снял с огня кастрюлю с хорошо прожаренными коричневыми фрикадельками и поставил ее на землю, положив рядом дымящееся желтое яблочное соте¹.

«Отлично, все готово. Приятного аппетита!»

¹ - Яблочное соте - довольно редкий гарнир для различных блюд, к которым относится свиные отбивные (здесь у нас свиные фрикадельки)

Типикал пример яблочного соте (Я такие картинки нашел)

Глава 8 - Моховокабаньи фрикадельки с яблочным соте

После обеда в лесу наступило самое время для полдника.

Хотя все трое еще не до конца переварили свой обед, они смотрели на кастрюлю и сковороду, наполненные едой.

Готовые фрикадельки, обжаренные почти до готовности, все еще шипели в кастрюле.

Соленые яблоки в сковороде рядом с кастрюлей карамелизовались в масле на сильном огне, приобретая густой коричневый цвет.

Несмотря на то что они только недавно пообедали, Гордон, как ранее упоминал, не стал медлить и сразу же принялся есть фрикадельки с яблочным соте.

«Ого, снаружи хрустящая корочка, а вот мясо внутри нежное».

«Мне фарш показался мне нежирным, из-за чего пришлось добавить еще жира».

Хотя он еще не пробовал его, Карем удовлетворенно кивнул, услышав ожидаемый ответ.

Чистое мясо мохового кабана, которое Карем попробовал перед приготовлением, было похоже на мясо кабана, которое он ел в прошлой жизни. У него была твердая текстура и мало жира, характерные для мяса животных с высокой активностью.

К счастью, моховой кабан, на которого охотился Гордон, начал готовиться к зиме раньше, накапливая желто-белый жир, несмотря на то что еще не наступила осень. В противном случае Карему пришлось бы соскабливать жир со шкуры ножом.

Как бы то ни было, Карем потерял интерес к Гордону, который ел, не нуждаясь в дальнейших объяснениях. Он больше не мог выдерживать голодный взгляд Кэтрин, пронзающий его лицо.

Из-за того, что Гордон без устали орудовал вилкой над фрикадельками с соте, Карем быстро подал порции для него и Кэтрин. Пусть они и наелись ранее, но должны были хотя бы попробовать.

Когда яблочное соте положили рядом со все еще дымящимися фрикадельками, острый взгляд Кэтрин смягчился от предвкушения.

«Благодарю за ожидание, леди Атанитас».

«Хах, малыш, если бы я знала, что ты приготовишь это, то пропустила бы обед».

«Если бы мы ранее поймали его, я тогда бы вкуснее сделал обед».

Из-за нехватки ингредиентов Карему пришлось использовать для голубцов соленую ветчину, которая была заменой и не оправдала его ожиданий.

«Сначала я бы хотела попробовать фрикадельки сами по себе».

«Хорошо».

Если он собирался ворчать по поводу заменителей, то должен был начать с отсутствия помидоров. Карем внутренне ворчал, предлагая фрикадельки Кэтрин.

Не в силах устоять, Кэтрин, хотя это и не соответствовало ее возрасту, наклонилась вперед, как кошка, хватающая добычу, и быстро откусила кусочек.

Как только она вгрызлась в хрустящую фрикадельку, Катрин на мгновение опешила. Пикантные соки вырвались наружу, обволакивая рот ароматом, присущим только этому мясу.

Жесткая текстура, характерная для диких животных, присутствовала, но, поскольку мясо было мелко нарублено, его было приятнее жевать, и с каждым укусом оно становилось все более ароматным.

Кэтрин, тщательно пережевывавшая каждый кусок, словно не желая упустить ни кусочка мяса, почувствовала нотку разочарования, но смиренно приняла конец.

Поскольку в миске, которую держал Карем, оставалось еще много фрикаделек, Кэтрин, сохраняя самообладание, тут же обратилась к нему с просьбой.

«А теперь с соте».

Без промедления Карем выполнил просьбу Кэтрин. Пока она наслаждалась новыми вкусами, распространяющимися во рту, он быстро распробовал их сам.

Честно говоря, Карем сомневался, достаточно ли будет просто обжаренного лука или стоило было добавить чеснок. Но его опасения оказались беспочвенными.

Ароматный запах, исходивший от фрикаделек из мохового кабана, уменьшился настолько, что превратился в уникальную особенность. Напротив, богатый лесной аромат мяса усилился, делая каждый укус все более приятным.

Несмотря на то, что он ел жирное мясо, во рту у него не было ощущения жира, и каждый кусочек был так же приятен, как и первый.

Карем бросил взгляд в сторону Кэтрин.

К счастью, она все еще наслаждалась вкусом, поэтому он быстро соединил фрикадельку с яблочным соте и откусил кусочек.

«Хм, хм-хм. О да...»

Говорят, что искренняя улыбка появляется сама собой, когда ешь что-то по-настоящему вкусное. Карем впервые за долгое время почувствовал правду в этом утверждении.

Кто-то может не согласиться с идеей есть мясо с фруктами, но на Востоке или на Западе люди всегда ели еду с фруктами в разных вариантах.

В западной кухне принято использовать фрукты в соусах, то же самое можно сказать и о восточной кухне. Грушу добавляют в маринад для пулькоги¹, яблоко - в карри, а фрукты в кимчи обогащают вкус, так что нет причин не использовать их.

Предрассудки — вот что самое страшное; стоит от них отказаться, и мир гурманов расширяется еще больше.

«Давненько я не ел фрикаделек, но эти вкуснее, чем те, что я ела раньше».

«Раз уж вы заговорили об этом, разве вы не говорили, что в павшей империи были фрикадельки?»

«Да, это было воссозданное блюдо из другой страны, приготовленное в ресторане несколько десятилетий назад».

«Блюдо родом из древней империи».

«Фрикадельки из белки с виноградным соусом тоже были довольно вкусными. Наверно, это блюдо довольно часто едят в знатных семьях».

Карем, который бесстрастно слушал, расширил глаза при виде ингредиента для фрикаделек.

Из белки? Неужели? Карем был на мгновение шокирован, но вскоре неохотно согласился.

Еще в Древнем Риме белка считалась деликатесом, а в средневековой и англо-европейской кухне встречались рецепты с белкой.

Конечно, Карем никогда не ел белок, поэтому не мог даже предположить. Гордон, который ел фрикадельки, тоже расширил глаза, как и Карем.

«Хм, значит, даже дворяне едят белок?»

Конечно, в другом контексте. Гордон почувствовал неожиданное родство с древними вельможами, которых он никогда не знал.

«Да, во времена Древней империи они не смотрели свысока на простые способы приготовления пищи или еду простолюдинов. Они ценили вкус, а не редкость».

«Хм, ну, белки довольно вкусные».

«Вкус белки... Это трудно даже представить».

«Карем, ты ж бывший холоп, но ты не ел белок? Разве поблизости не было леса?»

Гордон нахмурился, но не перестал есть, пока Карем отвечал. Ответ был прост.

«Единственное, что давали мне родители, — это каша, смешанная с подвяленными овощами».

Поэтому Карему приходилось тайком выбираться из деревни, чтобы пополнить запасы белка, ловя и поджаривая кузнечиков, саранчу и других подобных насекомых. Если ему везло, он ловил крысу.

Ему не особенно хотелось этого, но именно так Карем узнал, что крыса по вкусу похожа на кролика.

Гордон, застигнутый врасплох кратким взглядом на прошлую жизнь Карема, внезапно потерял аппетит и наконец отложил вилку.

Конечно, в кастрюле все равно оставалось не так уж много фрикаделек.

«Ладно. Я наелся. Можешь взять остальное».

«А? Ну, если ты наелся, я с удовольствием возьму».

Быстро скормив Кэтрин еще одну фрикадельку, Карем заглянул в кастрюлю, как только Гордон ушел.

«Малыш, сколько фрикаделек осталось внутри?»

«Хм, не так уж и много».

Карем поднес кастрюлю к Кэтрин, чтобы показать ей. Действительно, в кастрюле оставалось несколько хорошо прожаренных фрикаделек, размером примерно с треть мужского кулака.

«Думаю, этой миски мне будет достаточно».

«Я тоже уже наелся».

«Так ты оставляешь еду на потом?»

«Оставляешь еду на потом? Леди Атанитас, это неправильно».

Оставлять еду после приема пищи было дилетантством. Настоящий гурман добавит новые вкусы, чтобы продолжать наслаждаться едой.

Разложив фрикадельки по мискам, Карем поставил котелок обратно на огонь и достал из рюкзака ячменный хлеб. Нарезать зачерствевший хлеб ровными ломтиками было непросто, но пилящими движениями он справился.

Кэтрин, гадавшая, что он задумал, увидела два куска ячменного хлеба и поняла, о чем думает Карем.

«Мне было интересно, что ты делаешь, но ты собираешься засунуть фрикадельки между ними? В таком виде это слишком сложно есть».

«Именно поэтому я сделаю вот так».

Карем тут же положил ячменный хлеб в кастрюлю, все еще смазанную маслом. Хотя кастрюля была меньше, чем раньше, она быстро нагрелась, и воздух наполнился ароматом поджаривающихся в горячем масле зерен.

«Тосты! Вот оно. Я забыл. Поджаренные в масле и в соке фрикаделек...»

«Он будет вдвое более хрустящим и пикантным».

Сосредоточившись на сильном шипении со дна кастрюли, Карем снял ее с огня, как только услышал легкое изменение звука.

К счастью, ячменный хлеб впитал в себя уменьшившееся количество мясного сока и был идеально поджарен с узором, напоминающим пламя.

Непрямое тепло размягчило другую сторону. Карем сразу же положил на одну сторону соте из яблок, затем фрикадельку и немного датского сыра.

Под воздействием тепла с обеих сторон датский сыр начал плавиться. Карем быстро накрыл его вторым куском хлеба и надавил.

Под давлением сверху фрикаделька пустила сок, которому не давал выйти расплавленный сыр, и впиталась в плотный хлеб вместе с солеными яблоками.

«Вуаля. Сэндвич с фрикадельками».

«Ага, точно. Я был так сосредоточен на фрикадельках, что не подумал об этом».

«Конечно, мясо должно сочетаться с хлебом».

Кэтрин, которая до этого выглядела как довольная кошка, при виде бутерброда с фрикадельками Карема быстро превратилась в хищника, высматривающего добычу.

Даже если ее аппетит и разыгрался, это не означало, что её живот был пуст. Но поскольку он все равно не мог съесть все один, Карем разрезал сэндвич с по диагонали и предложил его Катрин.

Хруст

«Ммм, действительно. Почему я не знал такого простого и вкусного рецепта?»

«Ну, может быть, это изменение перспективы?»

Фрикаделька и яблочное соте, зажатые между хрустящими тостами, пропитанными мясными соками и маслом, создавали во рту гармоничный вкус, как и предполагалось.

«К счастью, в округе ничего такого нет... О, почему я об этом не подумал?»

«У нас еще остались фрикадельки и хлеб, так что поторопитесь».

«Ха, эта комбинация бесконечно аппетитна».

«Тц, наемник. Тебе следовало прийти чуть позже».

То, что казалось концом дегустации, было продлено сэндвичем. Группа привела себя в порядок и снова отправилась в путь, закончив второе утро, которое началось с дегустации.

¹ - Пулькоги - это блюдо корейской кухни, род барбекю. Обычно готовится из тонких маринованных ломтиков говядины или свинины. В домашней кухне его также часто жарят на сковороде.

Типикал пулькоги

Кста, на анлейте есть фото с фрикадельками в яблочном соте, вот так должно это выглядеть:

Выглядит, как фрикадельки в блевотине

Глава 9 - Средневековые города не для реинкарнаторов

После десяти лет жизни в деревне Мостон и больше месяца бегства Карем наконец полностью покинул ее и смог увидеть новую дерев.., нет, город - Бордерстер.

Укрепленный вольный город, расположенный на самой северной части царской территории королевства Сеофон, ближе всего к Исландии.

Здания с остроконечными крышами, окруженные высокими городскими стенами, и широкие фермерские угодья с золотистыми волнами зерна опоясывали город.

Даже один район этого большого города легко превосходил население деревни Мостон, где ранее жил Карем, и лица Гордона и Кэтрин загорелись при виде этого.

Привыкшие к походам, они, естественно, скучали по теплым и удобным кроватям цивилизованного мира.

Рядом с ними Карем потирал руки, покрытые шкурой кабана.

Хотя сырая шкура была неприятна на ощупь, это было лучше, чем замерзнуть до смерти.

«Блин! Ну, почему за несколько дней стало так холодно?»

«Ну потому, что наступила осень. Кроме того, мы находимся рядом с Исландией, так что до весны будет становиться только холоднее».

«Эм, а дальше будет еще холоднее?»

«Да. Исландия - самый холодный регион в Королевстве Сеофон».

«Хех, а нам не стоило беспокоиться о гниении кабаньего мяса».

Как сказал Гордон, моховой кабан хоть был и сравнительно небольшим, только что достигшего зрелости, он все равно весил сотни килограммов.

Даже у магов и наемников рыцарского уровня количество груза, которое они могли унести, было ограничено.

Карем беспокоился, ведь не было никакой гарантии, что мясо не испортится до того, как доберется до деревни. Еще больше он забеспокоился, услышав народный способ, согласно которому, если завернуть мясо в мох от мохового кабана, оно сохранится дольше. Из-за чего мясо стало весить ещё больше.

Поэтому они смогли взять с собой только малую часть мяса.

Но время шло, и наступила осень, температура естественным образом понизилась, создав условия для длительного хранения, и Карему не пришлось беспокоиться об этом.

«Ну ж, хоть всё обошлось без неприятностей».

Гордон похлопал по-своему теперь уже свободному рюкзаку, уже съев все запасы еды.

Как он и говорил, даже без учета того количества, которое им пришлось оставить, мясо мохового кабана, которое они несли с собой, было всё равно значительным. Однако по мере того, как трое стали есть его во время каждого приема пищи, его количество заметно уменьшилось по сравнению с первым днем, и к тому времени, когда они приблизились к деревне, оно уже закончилось.

Вчерашняя еда и сегодняшний утренний завтрак состояли из капусты, обжаренной в жире мохноногого кабана, сухариков, вяленого мяса и яблок.

Если бы они не добрались до деревни сейчас, то все, что у них осталось бы, — это твердое вяленое мясо.

«Если бы кто-то не ел так, будто у него в животе глисты, нам не пришлось бы волноваться об этом».

«И кто бы это мог быть?»

«Ты, старик. Я говорю о тебе, бесстыдник».

«Не может быть, почтенный маг. Вы тоже много съели, а обвиняете меня?»

«Даже если сложить то, что съели мы с мальцом, это не составит и половины того, что съел ты. Ты уверен, что ты человек, а не тролль?»

«Почтенный маг, это уже слишком. Что я могу поделать, когда еда такая вкусная?»

«Ну, эээ...»

Кэтрин не могла не отнестись с глубоким сочувствием к оправданиям Гордона, что с этим ничего не поделаешь.

Честно говоря, несмотря на то, что они путешествовали не со знатной свитой, она впервые с таким нетерпением ждала времени приема пищи в походе.

Не говоря уже о Гордоне, который, несмотря на свои навыки, скитался в качестве наемника.

Они не могли понять, какой трюк он использует, но всякий раз, когда Карем, бывший холоп, прикасался к ингредиентам, они превращались в блюда, более аппетитные, чем те, что готовили профессиональные повара знатных домов, включая некоторые блюда, которые даже Кэтрин, прожившая долгое время, никогда не видела.

Знакомые ингредиенты превращались в нечто иное. Изменение перспективы!

«В конце концов, во всем виноват Карем, который сделал еду слишком вкусной».

«Подождите, почему теперь я виноват?»

«Если подумать, это потому, что каждое твоё блюдо было слишком вкусным».

Словно в подтверждение своих слов, Гордон похлопал себя по животу.

Бригантина, которая идеально облегала тело Гордона, когда они впервые встретились, теперь заметно оттопыривалась, удерживаемая поясом, показывая, как сильно он наслаждался пирами.

«Посмотрите на мой живот. Некогда стройные мышцы превратились в жир».

«Тогда ответ прост».

«А?»

«Гордон будет поститься, пока его живот не станет прежним».

«Каво?»

«Ну, ты все еще можешь есть сухарики с вяленым мясом».

Сказав это, Кэтрин с откровенно самодовольным видом пошла в сторону города, а за ней последовал Карем. Гордон, который на мгновение замер, быстро последовал за ней, сказав Карему, что это была всего лишь шутка.

Чем ближе они подходили к Бордерстеру, тем оживленнее выглядел город.

Это было вполне естественно.

Как монстры и дикие животные готовились к зиме, так и люди должны были тщательно подготовиться, чтобы пережить зиму спокойно.

Кроме того, осень была сезоном сбора урожая.

Рабочие на фермах и ранчо за стенами Бордерстера, за исключением пахотных земель, трудились не покладая рук.

В это время и деревни, и города были заняты заготовками и сбором урожая.

Естественно, сюда стекались крупные и мелкие купцы и торговцы, чтобы успеть заработать побольше до наступления зимы.

Вскоре после подъезда к городу Карем глубоко вздохнул.

Он увидел бесконечную, длинную очередь из разных людей, телег и зверей, которые ждали, чтобы войти в городские стены.

«Ого, очередь действительно длинная».

«Эххх. Ну, ничего не поделаешь. Сейчас осень».

«Даже в большом и безопасном городе зимой мало что делают, верно?»

«За исключением региона Исландии, в Королевстве Сеофон никто не проявляет активности глубокой зимой».

Кэтрин скрестила руки и твердо ответила на вопрос Карема.

Зима с ее снегопадами была сурова как в городах, так и в деревнях или лесах.

Кроме того, зима приносила голодных чудовищ и диких животных, которые не успевали подготовиться и беспорядочно бродили по земле, морю и небу.

Ходить зимой по диким местам было опасно.

«Короче говоря, если вы хотите выбросить свою жизнь на ветер, отправляйтесь бродить зимой. Даже искатели приключений зимой отдыхают, если только это не срочно».

«Но вы только что сказали, что Исландия активна даже зимой, верно?»

«А, это исключение. На это есть веская причина».

«Исключение?»

«Они не могут заниматься сельским хозяйством, поэтому им приходится охотиться и разводить скот, иначе они умрут с голоду».

«Кроме того, это самая бесплодная земля и без того бесплодном королевстве Сеофон».

Гордон, поглаживая бороду, добавил к словам Кэтрин.

«Ну, это все же место, где живут люди, а значит, у них должен быть свой образ жизни. Пока очередь не стала еще длиннее...»

«Кхм, старик. Похоже, ты что-то забыл».

«Гордон, ты что-то забыл?»

Он что-то забыл в последнем лагере? Карем в замешательстве наклонил голову.

«Точно! нам не нужно стоять в очереди».

«А, из-за почтенного мага!»

«Да. Просто следуйте за мной».

Кэтрин окинула группу презрительным взглядом, вздохнула и прошла мимо длинной очереди.

Естественно, люди, стоявшие в очереди, не смотрели на них доброжелательно.

Конечно, это было вполне естественно. Ведь они, по сути, занимали очередь. Это было очень неудобно.

Десятки пронзительных взглядов людей в очереди заставили Карема плотнее натянуть на себя шкуру мохового кабана.

И, как и следовало ожидать, реакция стражников, которые весь день стояли у ворот, была предсказуемой.

«Позвольте мне сказать вам по-хорошему...»

«А прежде взгляните на это».

Кэтрин не дала стражникам и слова сказать, быстро доставая что-то из пальто.

Охранники тут же сдержали торговцев, которые собирались отреагировать.

Карем, стоявший рядом с Кэтрин, мог видеть, что она вытащила.

Роскошный пергаментный свиток, перевязанный шелковой лентой.

Он был запечатан красным сургучом с изображением головы ревущего дракона.

«Пе-Пелвинтер!»

«Купеческий отряд, к которому мы должны были присоединиться, задержался из-за нападения».

«Они - гости семьи Пелвинтер. Эй, отодвиньте телеги!»

«Поднимайте копья! Поднимайте копья! Ах, прошу, проходите внутрь!»

«А те, что позади вас...? Они с вами? Простите нас!»

Конечно, те, чья очередь была занята, запротестовали, но стражники высокомерно наставили на них копья.

Карем и наемник, ошеломленные неожиданно острой реакцией, уставились на Кэтрин.

Кэтрин, похоже, была вполне довольна такой реакцией, она усмехнулась и жестом указала на внутреннюю сторону ворот.

«Хорошо, путь свободен. Пойдемте внутрь».

«...Ну, думаю, все в порядке. Карем, пошли».

«Я-я... Я чувствую себя немного виноватым».

Когда Карем следовал за Катрин через ворота, охранники, как будто всегда были вежливыми, снова направили оружие на стоящих в очереди людей с безразличным видом.

Карем решил радоваться, как Гордон, который был рад, что им не придется платить за проезд и стоять в очереди, экономя деньги и время.

В конце концов, благодаря Кэтрин они действительно сэкономили много всего.

Карем медленно шел, следуя за Кэтрин и Гордоном, и осматривался.

Хотя Бордерстер, конечно, не был таким большим, как современный город с сотнями тысяч жителей, он превосходил деревушку Мостон по всем параметрам.

Размер и количество зданий, люди, передвигающиеся в различных нарядах и доспехах, мощеные дороги, густо уложенные на земле.

Но тут было одного большое “но”.

«Фу! В городах всегда так пахнет?»

«Конечно, ведь здесь живет так много людей. Посмотри туда».

«Куда?»

По жесту Гордона Карем повернул голову и беззвучно задохнулся.

В окне второго этажа трехэтажного деревянного дома показалась женщина.

Но важна была не женщина.

«Поберегитесь!»

Не раздумывая, женщина вылила деревянное ведро, которое держала в руках, на дорогу.

«Отойдите в сторону! Отойдите!»

«Не толкайтесь!»

Вонючее твердое коричневое вещество с желтой жидкостью.

Вещества, которые должно выделять любое живое существо, падали свободно.

Брызг!

Карем не мог больше смотреть на это и плотно закрыл глаза.

Из-за этого всего ему пришлось вспомнить молитвы из прошлой жизни

«О, боже…»

«Ха! Добро пожаловать в город, деревенский мужлан!»

Оригинальное название главы было "Средневековые города за гранью воображения", но я решил его изменить на нынешнее.

Глава 10 - Бесплатным скороходом

Впервые столкнувшись с реальностью средневекового города, Карем почувствовал отвращение к нынешней цивилизации, а Кэтрин схватилась за голову при виде этого, которого она не видела уже очень давно.

Конечно, не все города были такими, но именно из-за этого к ним адаптироваться было еще сложнее...

«Ах, это не значит, чтобы я видела это всего раз или два...»

«Почтенный маг, если вы видели это не раз и не два, то почему же вы ведете себя как деревенский паршивец, только что приехавший в город?»

«Знать об этом или привыкнуть к этому - совершенно разные вещи!»

«Интересно, как вам удалось продержаться в лагерной жизни все это время?»

Уверенность и внушительность, с которой Кэтрин вела себя со стражниками у ворот, исчезли, и она выглядела крайне уставшей. Она покачала головой, словно пытаясь понять.

«Фух, но это был простым домом простолюдина, который просто не был соединен с канализацией. Это ж ожидаемо…»

«О, здесь есть канализация?»

«Конеч... Всё хватит! Давайте прекратим говорить об этом!»

Явно не желая продолжать эту тему, Кэтрин прервала разговор и пошла вперед.

Карем, также не желая продолжать данный разговор, с улыбкой последовал за Кэтрин вместе с Гордоном.

А Гордон с голодным видом потирал живот, словно не обращая внимания на грязную и вонючую обстановку вокруг.

«Кстати, мы ж легко завтракали, а сейчас уже обед. Как насчет того, чтобы перекусить?»

«Может, тогда устроим прощальную вечеринку?»

«Прощальную вечеринку? Хорошая идея».

Гордон согласился, обрадованный предложением Карема.

Изначально путешествие группы было рассчитано только на этот ближайший город, но расставаться вот так было жаль. Кэтрин, хотя и делала вид, что не хочет есть, проявила интерес.

«Тогда нам стоит пойти туда, где есть хорошая едой и напитками».

«Ну, или просто узнать, куда ходят много людей».

«В этом нет необходимости. Давайте пойдем в место, которое я знаю».

«Почтенный маг, вы бывали здесь раньше?»

«Ну, это было очень давно. Очень давно. Я не уверена, что оно еще существует».

«Все равно пойдемте туда».

Когда Кэтрин пошла вперед, Карем и Гордон последовали за ней, не говоря ни слова.

«Кстати, леди Атанитас, как давно это было?»

«Лет десять? Думаю, наверно столько».

«...10 лет — это довольно большой срок; если нам не повезет, его может больше не быть».

«Если бы хозяины были людьми, то да».

«А?»

«Владельцы - пара дварфов. В те времена они славились своим пивом и едой».

Как только Кэтрин закончила говорить, перед ними прошла группа искателей приключений.

Эльф-мечник в цепных доспехах, дварф-воин с двуручным топором, человек-лучник и другие.

Город, и без того шумный, был переполнен гостями, приехавшими по разным причинам перед зимой, и занятыми горожанами.

Несколько раз Карем чуть не отделился от группы в потоке людей. Видя это, Гордон потянул Карема за собой.

Протиснувшись сквозь толпу вслед за Кэтрин, Карем увидел длинную очередь и высокие стены, которые он видел за Бордерстером. Это была внутренняя стена.

«Ого, здесь есть внутренняя стена. Эмм, а это богатые люди?»

Любопытство Карема было естественным, ведь люди и повозки, выстроившиеся у ворот внутренней стены, выглядели изысканно.

В отличие от стражников у внешней стены, на стражниках у ворот внутренней стены были доспехи с гораздо большим содержанием металла.

Как и у внешней стены, Кэтрин прошла прямо к воротам внутренней стены и покачала головой.

«Ну, обычно здесь могут жить только те, кто богаты или кого поддерживали влиятельные люди».

«Что, даже дворяне не могут жить во внутренней стене, если у них нет денег?»

«Ну, если ничего не изменилось, Бордерстер все еще является вольный город, а значит здесь дворяне не имеют власть».

Многие вольные города, не зависящие от феодальных договоров с дворянами, получали автономию от королевства.

Поэтому их называли влиятельными людьми, а не правителями города. К этому моменту Карем вспомнил предыдущий разговор.

«Но, леди Атанитас, это место кажется мне знакомым. Вы бывали здесь раньше?»

«Проще было бы пересчитать места, где я не была, на континенте Европа».

Тем временем, когда трое, проигнорировав очередь, двинулись вперед, произошло то же самое, что и у внешней стены.

«Эй, стража! Кто эти люди!?»

«Вы знаете, кто сейчас едет в этой карете!!!»

Точно так же Катрин, словно ей было все равно, передала свиток капитану стражи, который носил шлем, похожий на ведро, и держал в руках шестопёр ¹.

«Эй вы! Останови...»

«Ах, сначала посмотри на это».

«Нет, я не... А?»

Как только стражник подтвердил наличие сургучной печати на свитке, он склонил голову и снова уставился на него, словно собираясь засунуть его в отверстие шлема.

Это была печать с изображением крылатого дракона, кусающего себя за хвост.

«...Нет нужды смотреть дальше; печать подлинная. Хансен!»

«Да, капитан!»

«Впустите их».

Вот и все.

Повторилось то же самое, что и у внешней стены, но вооруженные до зубов стражники сразу же проигнорировали протесты.

Карем последовал за Кэтрин в сопровождении капитана стражи во внутреннюю стену.

«Ого, богатый район определенно отличается».

Разница в запахе стала заметна, как только они вошли во внутреннюю стену.

Он отличался от улиц внешней стены, где воняло нечистотами.

«Хм, это точно было там... Хватит мечтать, идите за мной».

«Ах, да!»

Как и ожидалось от внутренней стены, где жили только богатые люди, одежда гуляющих была очень опрятной, в отличие от внешней стены.

Здесь не было никаких шокирующих зрелищ, как во внешней стене.

Чувствуя на себе пристальные взгляды людей, Карем быстро снял с себя шкуру мохового кабана.

Он чувствовал осенний холод сквозь одежду, но пристальных взглядов явно стало меньше.

«Карем, ты должен был ранее догадаться снять шкуру, как только мы вошли во внутреннюю стену».

«О, но во внешней стене никому не было до этого дела, так что я думал, что все в порядке. Но на улицах можно увидеть людей в шкурах».

«Посмотрите еще раз. Посмотри, чем их шкуры отличаются от той, что на тебе».

Хм? Ну, конечно. Издалека казалось, что на них просто шкуры.

Но при ближайшем рассмотрении Карем увидел, что они больше похожи на плащи, украшенные так, чтобы подчеркнуть грозные черты кабанов, волков или чудовищ.

Даже грубо выделанные шкуры были явно обработаны и имели дикую эстетику.

Как сказал Гордон, это были явно дорогие вещи, несравнимые с сырыми шкурами, которые носил он.

«Как я и думал. К счастью, он все еще здесь».

Пока Карем болтал с Гордоном, Кэтрин остановилась у места их назначения - трактир.

Вывеска с ножом, воткнутым в пивную бочку.

Трактир, под которым красовалась большая вывеска «Нож в пивной бочке», представлял собой четырехэтажное здание, в полтора раза больше соседних.

На первом этаже, который, судя по всему, был рестораном, за столами, видневшимися сквозь широкие окна, сидели разные люди, все они были заставлены бокалами и блюдами.

Каждый раз, когда люди входили и выходили через двери трактира, запах еды, проникающий через окна, заставлял Карема неосознанно сглатывать слюну.

Карем мог понять, почему Кэтрин привела их сюда.

Он плохо разбирался в алкоголе, но разнообразные запахи, доносившиеся со второго этажа, стимулировали желудок Карема, и без того пустой от скудного завтрака.

Даже Гордон, который ел в несколько раз больше обычного человека, казался очарованным насыщенным запахом хмеля в пиве.

Почувствовав удовлетворение от того, что место, которое она давно не посещала, все еще существует, Кэтрин сразу же повела группу внутрь трактира.

«Ого, сколько народу! Леди Атанитас, похоже, здесь нет свободных мест».

«Прямо как 10 лет назад. Ну, сейчас конец обеденного перерыва. Если мы немного подождем...»

«Так-так, кто это у нас тут!»

Дварф с подносами еды в обеих руках перестал обслуживать клиентов, передал подносы служанке и быстро направился ко входу в трактир, проталкиваясь сквозь посетителей.

«Почтенный маг, вы знаете этого дварфа?»

«Конечно я знаю его. Он хозяин этого трактира. К счастью, он еще не умер».

Не обращая внимания на протестующий персонал и клиентов, дварф, который был примерно одного роста с Кэтрин, подошел к ней.

Как только он встал перед Кэтрин, он от души хлопнул ее по спине.

«Эй! Хаммерсон!»

«Леди Кэтрин! Наш благодетель наконец-то решил посетить наш трактир. Сколько лет прошло! 200 лет?»

«Не преувеличивайте. Прошло всего 10 лет».

«Ха, я думал, ты больше никогда не придешь! Моя жена с нетерпением готовилась угостить тебя!»

«Что еще важнее, есть ли места?»

«Ха, мы освободим место, если понадобится! Но, к счастью, только что освободился столик. Нам сюда!»

Как только Хаммерсон направился в сторону, Карем и группа немедленно последовали за ним.

Места оказались за столом на четыре персоны, расположенным неподалеку.

Как сказал Хаммерсон, стол был заставлен пустыми тарелками и стаканами, как будто клиенты только что ушли.

Когда Карем и Гордон попытались сесть, Хаммерсон быстро убрал со стола и ушел.

Не принимая заказов, Хаммерсон принес в одной руке три большие деревянные пивные кружки и поставил их перед сидящей группой.

«Вот, три кружки фирменного пива нашего трактира, пшеничного пива Айзенвальда! Наслаждайтесь холодненьким!»

С этими словами Карем заглянул в пивную кружку, которая была чуть меньше его головы.

В своей нынешней жизни Карем никогда не сталкивался с таким пивом, и в отличие от прозрачного пива из его прежней жизни, жидкость казалась слегка густой.

Холодная, насыщенно-золотистая жидкость в деревянной кружке пенилась.

В пене пива чувствовался аромат орехов, таких как грецкие или миндаль, отличных от горечи хмеля.

В прежней жизни Карем не очень любил алкоголь, тем более пиво.

Вид и запах пивка вызвали у него желание выпить его.

Карем, почти поднеся кружку к губам, быстро опустил ее и оттолкнул.

Гордон, пригубивший свое пиво и наслаждавшийся его ароматом и послевкусием, похлопал Карема по плечу.

«Боже мой. Сколько дней прошло с тех пор, как я последний раз пил? Хм? Карем, почему ты не пьешь?»

«Ну... как бы это сказать... Это мой первый раз, когда я пью алкоголь».

«Что? Тогда ты должен выпить еще больше!»

Хаммерсон, который еще не ушел, был потрясен.

«Нет, мне трудно определить возраст человека, но вам пять лет?»

«Нет, мне десять».

С этими словами Хаммерсон поставил кружку на место и воскликнул.

«Человек в десять лет уже полностью взрослый! Давай, глотай!»

Не в силах противостоять сверлящему взгляду гнома сквозь его густую бороду и брови, Карем неохотно поднял кружку.

Может, это немного неразумно - переносить сюда моральные нормы своей прежней жизни?

Неожиданно густое на ощупь светлое пиво показалось ему немного тревожным.

Хотя сам цвет был красивым.

В любом случае, запах был потрясающим, поэтому Карем закрыл глаза и глотнул пива.

«Мм, хм!?»

«О, да. Для новичка ты пьешь как человек, который воздерживался целый месяц».

Карем, который поначалу хотел просто попробовать, пил большими глотками, потрясенный богатым вкусом и освежающим ощущением, более сильным, чем аромат.

¹ - шестопёр - одна из разновидностей булавы. Особенность данной булавы в том, что к её головке приварено шесть "перьев" - металлических пластин.

Типикал шестопёр

Про название главы - Название с анлейта и ориг "бесплатный проезд/проход". Но, уээ, данное название слишком скучное, да и оно не раскрывает полностью прикол главы, в бесплатном и быстром проходе через врата стен. Из-за чего глава названа "Бесплатным скороходом". (Скороход - доп. тариф в Сочи Парке, позволяющий пропускать очереди на аттракционы.)

Глава 11 - Прощальный (бесплатный) ужин с Эйзенвальским пивком

На вкус оно отличалось от всех сортов пива, которые ему доводилось пробовать, и имело довольно густую консистенцию, придававшую ему своеобразное ощущение.

Глубоко отпив, Карем задумался о том, что это первое пиво, которое он пил за последние 10 лет, включая ещё и предыдущую жизнь.

Если подумать, он слышал, что старое¹ пиво не имело привычной белой пены и было более густым, почти как темное пиво, не имевшего освежающего привкуса

Раньше вообще пиво¹ пили через трубочку, чтобы не выпить случайно осадок.

Да и раньше выпивали пиво не ради удовольствия, а чтобы насытиться, хотя они все равно пьянели

Карем начал осознавать, почему в те времена пиво использовали в качестве замены еды.

Когда дно пивной кружки стало видно, Карем почувствовал тяжесть в желудке, словно он съел тяжелый хлеб, несмотря на то что только выпил пиво.

Аромат орехов поднимался по горлу, вызывая приятные ощущения.

Если бы не бурлящая в желудке жидкость, он мог бы подумать, что съел ореховый хлеб.

Когда Карем держал большую кружку обеими руками и пил из нее, откинув голову назад, Хаммерсон удовлетворенно улыбнулся.

«Первое пиво всегда незабываемо!»

«Теперь никогда не забудешь этот день.»

«Но, леди Кэтрин...»

Карем почувствовал легкую меланхолию в ее голосе, как будто она вспомнила плохое воспоминание.

Хаммерсон, собираясь спросить, почему она не пьет, как все остальные, с опозданием вспомнил проклятие Кэтрин.

Ах да. Он был слишком сосредоточен на пиве. Карем быстро допил остатки пива и схватил кружку, стоявшую перед Кэтрин.

Подойдя к кружке, Кэтрин быстро выпила ее, мгновенно опустошив и испустив глубокий вздох, как только Карем поставил ее на место.

«Пхаах! В любом случае, раз уж мы выпили, давайте поедим чего-нибудь».

«Кружки пусты. Господин, еще три!»

«Конечно, нужно больше!»

«А, давайте сейчас закажем чего-то, пока он пошел за добавкой».

Хаммерсон ушел с кружками, а Гордон с тоской облизал губы, глядя на пустой стол. Вместо Хаммерсона к столу подошла эльфийская официантка и поставила на стол тарелки с едой со своего подноса.

Мы даже ничего не заказывали, а они уже подают такую еду?

На рефлекторный вопрос Карема эльфийка ответила звонким красивым голосом, звучавшим очень по-деловому.

«Хозяин таверны Хаммерсон, взял на себя расходы на еду и напитки».

«Значит ли это, что все бесплатно?»

«Хо? Упрямый Хаммерсон делает что-то подобное? Это что-то новенькое».

«Достопочтенный маг, с чем вы помогли дварфам, чтобы они нас решили так побаловать бесплатно?..»

Гордон с растерянным видом задал вопрос человеку, ответственного за это всё.

Несмотря на то, что Карем застрял в маленьком мирке по имени деревня Мостон, он прекрасно знал, что из себя представляют дварфы.

Один подвыпивший священник сказал: «Задолжавшие дварфы всегда помнят его и будут пытаться любым способом его оплатить».

Карем вспомнил и другие слова священника.

Один город заплатил на 10 шиллингов меньше за строительство стены, и дварфы со злости продали информацию о слабое месте стены соперничающему городу, получив эти 10 шиллингов обратно.

Карем вспомнил еще несколько рассказов священника о дварфах, все они были ближе к городским легендам о том, как они голыми купаются в монетах.

Пока Карем отмахивался от пришедших на ум слов священника, стол покрылся паром, поднимавшимся от блюд.

В центре стола стояли маленькие пирожки, сложенные в виде пирамидок, которые можно было есть одной рукой, копченая селедка, фаршированная луком и луком-шалотом, шампуры с неизвестным мясом и тарелка с чуть белым ржаным хлебом с небольшим количеством муки.

«А где десерты?»

«Готовка десертов займет ещё некоторое время, поэтому, пожалуйста, подождите ещё немного».

«Ну если это так…»

Эльфийская официантка, ответив на вопрос Гордона, поставила перед троицей тарелки и миски с темно-коричневым рагу.

Густой, тяжелый запах мяса. Карем беспокоился, что из-за древнеегипетского пиво ему придется превратиться в шар, поедая всё это. Но его беспокойства быстро прошли.

Его желудок громко заурчал, требуя ещё еды, и Карем инстинктивно схватил ближайший пирог.

«Ух, он довольно твердый».

«Конечно, корочка пирога и должна быть твердой».

«А, ну да».

До того, как была изобретена современная выпечка в том виде, в котором мы ее знаем.

До того, как эпоха дошла до того, что даже простолюдины могли регулярно есть сливочное масло, корочка пирогов была невероятно твердой и использовалась в качестве заменителя блюд.

В руке Карема пирог казался твердым, как камень, и уж точно не был тем, что можно просто взять и откусить.

Несколько месяцев назад он, может, и погрыз бы его от отчаяния, но не сейчас.

Пока Карем изменял свою хватку на пироге, как у Гордона, Кэтрин незаметно придвинулась к нему поближе.

Привыкнув к жестам Кэтрин за время их путешествий, Карем сразу же все понял.

Поднеся ложку с пирогом ко рту Кэтрин, он почувствовал, как насыщенный аромат умами, запертый внутри корочки, поплыл вверх, возбуждая их носы. Начинка пирога, судя по всему, состояла в основном из лука, моркови и говядины, приготовленной до полной мягкости, смешанных с густым коричневым соусом.

Карем был уверен, что это подлива насыщена маслом и ароматом мяса.

Когда Карем поднес ложку ко рту Кэтрин, она взяла ее без колебаний, казалось, не обращая внимания на поднимающийся от нее пар.

«Эй, не нужно так торопиться! Надо же дать ей немного остыть. А то обожжешь рот».

«Только из-за этого? И вообще-то пищу лучше есть горячей».

Хоть слова Кэтрин были наполовину верны, но из-за стоявшей на столе еде он перестал ворчать.

Жареное мясо вкусно не пахнет, когда остывает. А холодный супец становится просто соленым и жирным, да и безвкусным

А поскольку большинство горячих блюд были именно такими, Карему ничего не оставалось, как молча продолжать кормить Кэтрин.

По дороге в Бордерстер Карем часто слышал, как Кэтрин и Гордон рассказывали страшные истории о еде в королевстве Сеофон.

Они были похожи на средневековые версии нынешних стереотипов, которыми люди высмеивают британскую кухню.

Они говорили, что бедняки вылавливают слизь из королевской канализации, варят ее и едят как желе.

Карему это было понятно. Городская беднота, как холопы, ела все, что могла найти.

Но есть мясо, добытое на охоте, не убрав крови, да и просто сварив его и добавив соли...

Кроме того, он слышал, что почти никто из дворян в королевстве Сеофон не нанимал иностранных поваров.

Карем всерьез начал задумываться, не является ли королевство, в котором он родился, всего лишь выдуманной версией средневековой Англии, которая просто по-другому названа.

Но сейчас перед ним была несколько иная сцена.

«Ха, этот маленький пирог удивительно богат на вкус».

«Разве вы не чувствуете, что он практически распадается еще до того, как к нему прикоснутся зубы, как будто его долго готовили?»

«А теперь давайте попробуем шампурчики... Ах, этот запах. Я не могу устоять».

«Это... снегуны²?»

Благодаря Карему они прекрасно питались на свежем воздухе, но есть цивилизованную пищу в помещении — это нечто особенное.

Гордон и Кэтрин сосредоточились на еде, в мгновение ока проглотив половину еды на столе.

Разумеется, Карем был занят тем, что не отставал от Кэтрин.

Он откладывал в сторону пустые пироги, намазанные соусом, резал копченую селедку на кусочки, кормил Кэтрин мясом с шампуров и разрывал для нее хлеб.

Поглощая еду, Кэтрин заметила, что Карем не ест, и приостановилась, когда Хаммерсон принес еще пива.

Почувствовав ее невысказанное внимание, Карем тут же схватил лежащий перед ним пирог. Он действительно был голоден.

«Ух ты, какой вкусный пирог».

Карем быстро доел первый пирог и тут же потянулся за вторым.

Насыщенная подлива внутри пирога была наполнена луком, что придавало ей глубокий, сладкий вкус, присущий только луку.

Долго готовившееся мясо и овощи рассыпались, едва он шевелил языком.

А главное, в подливе ощущался привкус, противостоящий жирности.

Сельдь, фаршированная луком и луком-шалот, хоть и была изначально соленой, но по мере пережевывания приобрела насыщенный ореховый вкус.

Он не знал, что представляет собой мясо снегуна на шампурах, но оно было постным, слегка суховатым и не имело привкуса дичи - похоже на сухую говядину?

В общем, вкусовые рецепторы Карема были очень довольны едой, которую впервые после его реинкарнации в этом мире приготовил кто-то другой.

«Хлеб... Ну, немного мягкий хлебушек...»

«А чего вы ожидали от ржаного хлеба, посыпанного мукой?»

«Нет, просто вы двое так много жаловались, что у меня возникло предубеждение против еды. То, что я видел в деревне, не сильно отличалось».

«Жалобы? Предрассудки? Значит, кухня Сеофона всё таки совсем ужасна?»

Карем тут же кивнул в знак согласия со словами Гордона.

«Пирог, копченая селедка, шампуры и рагу. О, я забыл про рагу».

Карем немедленно принялся за рагу. Все, включая Карема, забыли о нем, пока ели основные блюда. Но рагу было густым, полным кусков и очень ароматным.

«Я слышал, что в королевстве Сеофон вся еда плохая, но, несмотря на то что здесь немного холодно, это рагу очень вкусное».

«Конечно, оно вкусное».

«Что значит «конечно»?»

«Повар просто не из Сеофона, вот почему».

Кэтрин кивнула, подтверждая очевидный факт.

«Какой бы плохой ни была сеофонская еда, если шеф-повар не из Сеофона, еда получается вкусной. И если мне не изменяет память, шеф-поваром должна быть жена Хаммерсона».

«Его жена? Та самая, о которой Хаммерсон говорил, которая хотела угостить леди Атанитас?»

«Да, жена Хаммерсона, Вероника».

«Они из другой страны?»

спросил Карем, отрезая подгоревший плавник от копченой селедки.

«Хаммерсон и Вероника оба из одной стран. Вероника, как я помню, из Берсенгьето, известного своей приверженностью к еде».

«И-из Берсенгьето?»

Глаза Гордона расширились от удивления.

«Разве это возможно... Хотя это звучит многообещающе».

«Да. Пирог с заварным кремом, который я тогда ела, был лучшим из всех, что я когда-либо пробовала».

Услышав такие слова от Кэтрин, прожившая не одно столетие, Карем почувствовал, что предвкушает. Он не знал, где находится Берсенгьето, но если кто-то, проживший столько лет, сказал, что это лучшее место, то каким же хорошим оно может быть?

Но разве кто-то не говорил, что ожидания приводят к разочарованию?

«Кьяааа!!!»

«Вероника!»

«Не паникуй! Немедленно позовите повитуху!..»

В этот момент по таверне разнесся крик, нарушивший оживленную атмосферу.

¹ - Под старым пивом неожиданно оказалось древнеегипетское пиво. Довольно неожиданно получилось

² - тут проблема анлейта. Написано snowrunner и иди гадай, чё тут загадано: снежный человек или какая-то другая ебака, или вообще игра (А как игру вообще можно съесть? )

Как египтяне пили пивко

Глава 12 - Любовный побег

Когда крик прервал атмосферу веселья в таверну, шумные посетители таверны на втором этаже испуганно обернулись и посмотрели в ту сторону, откуда раздался крик.

Карем, Кэтрин и Гордон тоже посмотрели в ту же сторону.

«Что, черт возьми, происходит?»

«Если я правильно услышал, то кто-то звал повитуху¹».

«Да, кто-то определенно звал повитуху».

Внезапно дверь столовой распахнулась.

За эльфийской официанткой, которая, казалось, чуть не сломала дверь, появилась морщинистая дварф-повитуха в сопровождении человеческих женщин, источающих устрашающую ауру, способную отпугнуть даже монстров.

«Карем, старый. Похоже, нам нужно выйти наружу».

«Что? Но десерт еще не…»

«Похоже, мы не успеем им насладится. Пойдемте скорее».

Карем нахмурился в ответ на слова Кэтрин, но она всё равно заставляла их поторопиться.

С неохотой Карем схватил со стола оставшуюся копченую селедку и закинул ее в рот целиком, а Гордон взял пирог и встал.

Тем временем дварф-повитуха, не обращая внимания на пристальные взгляды окружающих, выкрикивала приказы дварфам, людям и эльфийкам, которые следовали за ней.

«Вы, заходите и помогайте Веронике. Остальным - освободить комнату и быстро убраться! И не забудьте разбрызгать Пьяный огонь²! Быстрее! Неважно, жрёте вы или отдыхаете здесь, все клиенты - вон!»

Дварф-повитуха, мускулы которой, несмотря на её возраст, все еще были крепкими, стукнула голой рукой по соседнему столу, привлекая внимание.

«У Вероники, жены трактирщика, начались роды, так что всем прочь!»

«Но я только что начал пить...»

На первый взгляд мнение протестующих клиентов было понятно. В конце концов, они заплатили деньги и только начали развлекаться, как их внезапно выгнали.

Но дварфу-повитухе было все равно.

«Ах ты, негодник!»

«Ч-чего?!»

«О нет. Бабушка Инга! Пожалуйста, только не!?..»

Хаммерсон запоздало среагировал, но было уже слишком поздно.

Словно медведь, вытаскивающий редиску, дварф-повитухе легко подняла протестующего клиента одной рукой и швырнула его, как ребенок бросает камешек.

Шмак! Треск!

Дверные петли сорвало, и клиента вместе с дверью выбросило на улицу.

Столкнувшись с таким проявлением силы и мольбами Хаммерсона, клиенты потихоньку начали покидать трактир один за другим.

Среди них был и Карем, которого торопили с выходом.

«Так что все, кроме одного, смогли спокойно выйти».

«А кто бы отказался выходить, если бы женщина собиралась рожать перед вами?»

«Но там разве надо было применять силу?»

«Это было неизбежно».

Гордон кивнул, сказав, что это было вполне естественно, без лишних раздумий.

«А вот за десерт, конечно, жаль».

«Да. Я с нетерпением ждал его, судя по тому, что сказала леди Атанитас».

«Я, хоть мы и расходимся, но у вас когда-нибудь появится шанс...»

В этот момент сквозь толпу людей, выходящих из трактира, протиснулся дварф.

«Эй, не толкайся!»

«Катрин и компания! Подождите! Эй, пропустите меня!»

«О, о! Я падаю!?»

Это был Хаммерсон, который ранее пытался остановить дварфа-повитуху.

Вытирая холодный пот, Хаммерсон подошел к Кэтрин и извиняюще опустил голову.

«Мы даже не закончили обслуживать наших уважаемых гостей, но все вышло именно так. Мне очень жаль».

«Ну, ничего не поделаешь. Кстати, Хаммерсон, я не знала, что Вероника беременна. Поздравляю.»

«Да, сразу после вашего ухода мы почувствовали облегчение, и она сразу же забеременела».

С яркой улыбкой Хаммерсон окинул взглядом трактир, а затем быстро порылся в карманах. С нервным выражением лица он порылся в карманах, затем хлопнул себя по лбу и тут же протянул ключ Кэтрин.

«Вот, Кэтрин. Возьми.»

«Ключ?»

«Да. Похоже, тебе ж пока негде остановиться?»

«Ха, а ты догадливый».

«Прошло всего 10 лет, но я уже 10 лет управляю этим трактиром в городе, так что я могу предсказывать такие случаи».

Хаммерсон похлопал Кэтрин по плечу, как тогда, когда они воссоединились.

«Подожди, эй! Больно!»

«Хорошо. Пока ты в этом городе, оставайся там со своими спутниками. Не стесняйтесь пользоваться всем, что находится внутри, если вы ничего не сломаете».

«Хм. Я не откажусь. Так что пойдемте осмотрим его?»

Кэтрин, рассматривая ключ, кивнула в сторону трактира.

«Хаммерсон! Хаммерсон! Где ты, черт возьми!!!»

Сразу же после этого Карем услышал крик старой дварфа-повитухи, от которого сотрясался весь трактир. Хаммерсон подскочил, как рыба из воды, и быстро вкатился на полпути обратно в трактир.

«Леди Атанитас, что за долг заставил дварфа дать вам еду и место для ночлега?»

«Ничего особенного».

Кэтрин подбросила ключ в воздух и поймала его, негромко сказав.

«Я просто помогла дочери знатного рода из Берсенгьето сбежать в королевство Сеофон с младшим сыном конкурирующего знатного рода».

«Ах да, вы же упоминали, что они из Берсенгьето. В это трудно поверить».

Гордон отреагировал так, словно ему сказали, что безголовая свинья встала и ходит на двух ногах.

Карем знал, что страна Берсенгито находится за морем, но это было все, что он знал.

«Знатный берсенгиец? В королевстве Сеофон? Я бы скорее поверил, что мертвец воскрес».

«Гордон, неужели в это так трудно поверить?»

«О, даже не упоминай об этом. Берсенгийские дворяне абсолютно не любят Королевство Сеофон. Нет, они надушу ненавидят его».

Гордон энергично покачал головой.

Карем не совсем понимал, но пытался собрать воедино услышанную информацию.

Вероника, выдающаяся дочь знатной семьи из Берсенгьето, влюбилась в Хаммерсона, младшего сына из конкурирующей семьи, и они попытались сбежать.

Чтобы спастись от преследования своих семей, они сбежали в королевство Сеофон. А побег оказался на удивление хорошо организованным.

«Значит, двое влюбленных дварфа оказались здесь, в Бордерстере? Но разве Королевство Сеофон далеко от Берсенгьето?»

Карем подумал, что иначе им не удалось бы избавиться от преследования своих семей.

Но Кэтрин лишь легкомысленно хмыкнула.

«Пфф, Берсенгьето хоть находится за морем, но трудно найти страну еще ближе к этой

«Насколько близко он?..»

«Даже в пасмурный день путь займет всего один день на обычном корабле. В ясный день это займет около половины дня».

«Что, так близко, а их даже не преследовали?»

Даже при грубых навигационных технологиях средневековой эпохи в хорошую погоду путь занимал всего полдня. Карему показалось странным, что они их не преследовали. В хороший день они могли бы выехать утром и прибыть к обеду.

Видя растущее рядом с ней замешательство, Кэтрин пренебрежительно махнула рукой.

«Берсенгийские дворяне, полные гордости и высокомерия, ненавидят эту страну до невообразимости».

«До такой степени, что они готовы бросить выдающуюся дочь своей семьи?»

«Да. Позже я узнала, что они просто сочли ее мертвой и скрыли это. Это слишком неприятно было вспоминать всю эту историю, так что давайте просто забудем об этом».

Кэтрин потрясла ключом перед глазами Карема.

«Ладно, давайте посмотрим, где мы остановимся в этом городе».

Несмотря на то, что Катрин побывала здесь 10 лет назад, она, казалось, хорошо знала планировку города, глядя на адрес, выбитый на ручке ключа.

«Кстати, если десерт готовила Вероника, то это должен быть пирог с творожным кремом. Очень жаль».

«Заварной крем? Вы имеете в виду заварной берсенгийский пирог?»

«Угу».

«Черт! какая жалость!»

С сожалением Гордон посмотрел назад, в сторону исчезнувшего из виду трактира.

Заварной пирог. По такому описанию трудно было представить, но обычно его называли яичным тартом (тарталетка крч).

От одного только описания Кэтрин у Карема перехватило дыхание.

Тарталетка. Любимым десертом Карема был, как раз, тарталетка, продававшийся в известной франшизе барбекю-ресторана.

Небольшой пирог с начинкой из заварного крема, смешанного с медом и сливками, запеченный и увенчанный терпкой малиной, медом и последней посыпкой из дорогой корицы. От одного только представления этого пирога у него пересохло во рту.

Пирог с корочкой, более мягкой, чем печенье, приготовленный из яиц и масла, в отличие от других пирогов.

Сладкий и гладкий заварной крем, который тает и заполняет рот, стоит только пошевелить языком.

Терпкая малина с семенами, которые лопаются при каждом укусе, окутанная насыщенной сладостью меда и ароматом корицы.

Кэтрин, которая своим описанием заставила Карема и Гордона снова проголодаться, с сожалением посмотрела на них, потрясенная собственным объяснением.

Карем тоже был разочарован тем, что ему не удалось съесть десерт.

«Тогда, наверное, мне придется приготовить что-нибудь, когда мы доберемся до дома».

Вот почему Карем сказала это рефлекторно.

Гордон спросил со скептическим видом.

«Хм? Ты, малыш?»

«Да, я».

«Десерт?»

Карем недоумевал, почему Гордон вдруг так себя ведет, но его скептицизм был понятен.

Даже если кулинарные способности Карема и заслуживали доверия, десерты были совсем другим делом.

Десерты должны быть сладкими, чтобы называться десертами.

На континенте Европа самыми распространенными сладкими продуктами были сахар, который почти невозможно попробовать холопу, и мед, который можно было есть только по счастливым или особым случаям.

Конечно, это был фантастический мир, поэтому существовали и другие подсластители, но они встречались так же редко или даже реже, чем сахар и мед.

И такие предметы, естественно, сначала попадали в руки состоятельных людей.

Например, дворянам, купцам и землевладельцам.

«О, Гордон. В любом случае, давай...»

«Ты хочешь, чтобы я тебе снова поверил? На этот раз...»

«Ну, если он так уверен в себе, то не мешало бы дать ему возможность снова показать свое мастерство».

«И что еще важнее, смотрите. Мы дошли».

С этими словами Кэтрин остановилась перед зданием.

¹- Повитуха (или повивальная бабка) - устаревший синоним к слову "акушерка". Так что, эээ без картинок.

²- Честно скажу, возможно, это магия. Но на анлейте и в первоисточнике о нём, пока что, ничего не сказано.

Глава 13 - Опоздавший прощальный десерт

Дом, в котором Хаммерсон дал им остановиться, был настолько чистым и роскошным, что Карем, который жил только в домах, похожих на свинарники, застыл в изумлении.

«Чем набита простынь?..»

Кровать Карема была такой большой и просторной, что даже взрослому человеку она показалась бы просторной, не говоря уже о мальчике.

Мягкая кровать, хотя и простая и без украшений, была прочной и не издавала ни звука, даже когда он подпрыгивал на ней. Может быть, постель набита гусиными перьями?

До того, как он сбежал из деревни, кровать Карема представляла собой полусгнившие деревянные доски с соломой, так что сравнивать эту кровать с прежней было почти стыдно.

Кроме кровати, стол, стулья, шкаф и гардероб в комнате были явно сделаны из высококачественного дерева.

Вздох. Остаться в таком доме с теми деньгами, что у меня есть... Карем думал об этом, но это было невозможно.

Будучи сиротой, он не смог бы даже попасть во внутренний город с теми деньгами, которые у него были, не говоря уже о покупке дома.

Даже если бы ему удалось собрать все свои деньги, это были важные для его выживания деньги, и он не мог потратить впустую ни копейки.

Вдруг ему пришла в голову мысль попросить у Кэтрин и Гордона немного золота, но мысль о том, что у юного сироты есть золото, наверняка вызовет слухи.

«Ах, забудьте об этом. Мысли об этом только усложняют ситуацию».

От мыслей о деньгах и неопределенном будущем Карему стало мрачно, и он спрыгнул с кровати.

Чтобы развеяться, он спустился на первый этаж и отправился на кухню. Готовка - лучший способ не думать о чем-то лишнем.

Поскольку он обещал приготовить десерт, Карем решил заняться этим.

Когда Карем спустился на первый этаж, он увидел Кэтрин на диване в гостиной, которая с серьезным видом читала пергаментный свиток.

Осторожно пройдя через гостиную, чтобы не потревожить ее, он вошел на кухню и был поражен.

Кухня была в прекрасном состоянии, как будто за ней тщательно ухаживали. Ее можно было принять за современную кухню, за исключением нескольких средневековых штрихов.

Кухня, отделанная роскошным деревом, была заполнена различными медными кухонными принадлежностями, посудой и изящными столовыми приборами с ярко выраженным чувством.

В одном из углов кухни, вместе с кучей дров, стояла печь. Отделка была настолько тщательной, что, когда он проводил рукой сверху вниз, не оставалось никаких шероховатостей.

Буфеты и шкафы были забиты различными окороками, колбасами, специями, сухофруктами и контейнерами с черствым хлебом. Здесь же стояли большие банки с медом и коробки с маслом.

А в углу П-образной (Или U-образной) полки, занимая больше места, чем банки с медом, стоял один особенно привлекательный предмет.

«Так, что это за яйцо...?»

Яйцо.

Порывшись на кухне в поисках других предметов, Карем обнаружил несколько яиц на одной стороне шкафа. Положенные в большую миску на столе, они отличались от обычных яиц только чисто белым цветом.

Однако они были размером с голову взрослого человека, что существенно отличало их от обычных.

«Страусиные? Возможно, но это точно страусиные?..»

Теперь стало понятно, почему среди кухонных инструментов был молоток, похожий на миниатюрный боевой молот. Если скорлупа у этих яиц такая прочная, как кажется, то для того, чтобы разбить их, понадобится молоток с острым концом.

С большим усилием Карему удалось расколоть скорлупу молотком. Когда яйцо покачнулось от удара, он быстро вылил его содержимое в большую медную миску.

Хлюп! Хлюп!

Как и ожидалось от страусоподобного яйца, из маленького отверстия начал вытекать белок. Когда белок заполнил миску, большой желток выскочил наружу со звуком, похожим на открывание винной бутылки.

«Ух ты, нескольких таких яиц хватило бы на деревенский пир».

Считалось, что одно страусиное яйцо равноценно целой лотке куриных яиц. Соотношение яичного белка и желтка в кастрюле было впечатляющим - примерно 6:4.

Итак, что же мне приготовить? - задался вопросом Карем, глядя на волны яичного белка и желтка в миске.

Основными ингредиентами для десерта были мука, масло, молоко и сахар. Чтобы сделать что-то сладкое и мягкое, сахар и молоко были ключевыми.

Но сахар стоил дорого, а молока на кухне не было. Он мог бы сходить за молоком, но Карем сразу же покачал головой.

В средневековые времена, когда не было современных холодильников, свежее молоко прямо с утренней дойки могло легко вызвать пищевое отравление.

Даже в наше время с развитой холодильной техникой пищевые отравления, связанные с молоком, были обычным делом. Несмотря на прохладную погоду, Карем не мог доверять здешнему молоку.

В этот момент Карема осенила мысль о том, что он может приготовить.

«А, кастеллу¹!»

Относительно простой пирог из яиц, муки, сахара и масла.

Сахар можно заменить медом. Пришлось бы потрудиться, чтобы подготовить ингредиенты, но было уже поздно.

Как только он подумал о пушистой кастелле, тело Карема пришло в движение само по себе.

Пока он разжигал огонь и топил печь, Карем достал медную миску и открыл нижний шкаф, чтобы проверить мешки с мукой.

Если мука была мелкой и не содержала посторонних примесей, ее сорт не имел значения. Хоть самое главное - яйца, но и хорошая мука также важна. К счастью, мука в шкафу была в хорошем состоянии.

Карем взял с полки банку меда и коробку масла, затем быстро взял мерный стакан и миску, чтобы отделить в ней яичные белки от желтков.

Самое важное в кастелле — это безе.

В отличие от обычных тортов, мягкость кастеллы обусловлена другой основой. Обычные пирожные основаны на дрожжевом брожении, при котором образуется бесчисленное множество крошечных яичных пузырьков, в то время как кастелла поднимается за счет того, что меренга² расширяется при выпечке.

«Проблема в венчике...»

Выбора не было. Если у вас его нет, придется довольствоваться тем, что есть. Это относилось и к готовке, и к инструментам. Карему пришлось поднять пучок тонких веток.

Карем не знал, но пучок веток использовался для равномерного перемешивания муки и других порошкообразных ингредиентов.

Взмах! Свуш! Свуш! Взмах!

При энергичном взбивании тонкими веточками начали образовываться пузырьки.

К тому времени, когда рука Карема начала сводить судороги, миска, некогда полная яичных пузырьков, была уже заполнена пушистой белой меренгой.

Поменяв руки, он взбивал до тех пор, пока судороги не свели теперь другую руку, превращая прозрачные яичные белки в пушистые белые облака.

Идеальное безе не падает из миски.

Осторожно опрокинув миску, Карем убедился, что безе получилось идеальным, и отложил часть.

В оставшееся безе он добавил растопленное масло и мед, перемешал, затем добавил желтки и сделал безе бледно-желтым.

Когда безе стало светло-оранжевым, Карем почувствовал, что все его тело покалывает.

Кухонная работа — это в принципе тяжелый труд. Естественно, что он устал.

«Но десерт того стоит...!»

Не отдыхая ни минуты, он понемногу всыпал муку и равномерно перемешал ее лопаткой.

Когда тесто было готово, Карем достал глубокую квадратную форму для выпечки, смазал ее маслом и слегка присыпал мукой. Это нужно для того, чтобы не пришлось выскребать кастеллу ложкой, если она прилипнет.

Духовка была хорошо разогрета как раз вовремя. Карем равномерно вылил тесто на подготовленную сковороду.

С учетом подъема он заполнил сковороду чуть меньше, чем полностью, после чего сразу же поставил ее в духовку.

«Хм, я пока почитаю».

Почувствовав скованность в шее и плечах, Кэтрин свернула свиток и непроизвольно озвучила свои мысли.

Мрачное небо за окном оставалось неизменным. Судя по поленьям в камине, прошло около часа или двух.

Несмотря на то, что за последние несколько столетий она прочитала столько книг, что хватило бы на небольшой замок, Кэтрин так и не смогла привыкнуть к долгому сидению, как другие ученые или волшебники.

Но это не значит, что Кэтрин не любила читать.

На самом деле она любила это занятие больше, чем большинство государственных служащих.

Особенно чтение старых документов перед камином, завернувшись в одеяло, как гусеница, было самым лучшим занятием.

Но, в отличие от разума, тело Кэтрин отвергало это занятие. Возможно, дело в ее настроения, а возможно, в том, что она достигла состояния бессмертия, когда была еще слишком молода, и поэтому ее молодое тело было полно жизненных сил.

Вытянувшись на диване, Кэтрин задумалась, глядя на камин.

Были проблемы, но благодаря уменьшению количества людей они добрались до Бордерстера быстрее, чем планировали.

Это был всего лишь день, но он позволил им так расслабиться. Если бы все было по первоначальному графику, Кэтрин пришлось бы отправиться в Исландию в течение двух дней сразу после выполнения задания, а не сидеть перед камином.

«Уф, хм?»

Сладкий запах? Внезапно?

Задумавшись, Кэтрин заметила, что в воздухе витает сладкий запах.

Подумать только, парень, присоединившийся к ним в путешествии, сказал, что приготовит десерт.

Кэтрин молча согласилась с предложением Гордона дать ему попробовать, но она не верила, что у него получится. Она просто считала это детской бравадой.

Еда, которую они ели во время путешествия, действительно была вкусной, но между едой и десертом была существенная разница. Однако Кэтрин и Гордон были явно приятно удивлены.

Иначе сладкий запах не пропитал бы всю гостиную, перебив аромат горящих поленьев.

«Что же он такое готовит, что так пахнет...»

Как бы хорошо Хаммерсон ни зарабатывал себе на жизнь во внутреннем городе, он не стал бы использовать сахар. Кэтрин была уверена, что этот запах - мед.

Может быть, он решил, что, раз она сладкая, значит, все в порядке, и просто залил ее медом?

Ни в коем случае, успокаивала себя Кэтрин, этого не может быть.

У бывшего холопа Карема были подозрительные черты. Ненормально зрелое для его возраста мышление и кулинарные способности, которые при наличии ингредиентов могли бы соперничать с дворянским поваром.

Если отбросить эти черты, то Карем, как подумала Кэтрин... Нет, это были самые важные черты. Во всяком случае, судя по тому, что она видела, он был не из тех, кто возится с едой.

Все-таки в этом мире не бывает абсолютной уверенности. Кэтрин, испытывая легкое беспокойство, направилась на кухню.

¹ - Кастелла - тот самый популярный японский бисквит.

² - Меренга - это яичные белки, взбитые с сахаром до состояния плотной, гладкой и глянцевой массы. Из нее готовят безе, добавляют в торты, пирожное и тесто, используют для украшения десертов. (Я даже не знал об этом слове, готовя самостоятельно безе)

Типикал кастелла

типикал готовый вариант меренги

Глава 14 - Кастелла с безе закатного цвета и снегун

К счастью, сомнения Кэтрин исчезли, как только она вошла в кухню.

Кухня была наполнена насыщенным ароматом сладкого меда. Горячий аромат бесчисленных полевых цветов и фруктов, распускающихся осенью, был просто ошеломляющим.

Источником запаха, несомненно, был Карем, который сидел перед пылающим огнем, держа в руках тонкий шампур и пристально глядя в печь.

Нахождение так близко к источнику запаха без малейшего намека на гарь означало, что Карем что-то успешно приготовил.

Кэтрин подошла к печи с лицом, полным интереса.

«Так это и есть тот десерт, о котором вы говорили?»

«ААА! Ах, это леди Атанитас!?»

«Значит, ты не просто налил просто меда, назвав это десертом?»

«Может, я бы где-то считер.. схитрил, но я прям так бы не поступил».

Карем быстро исправился. Кэтрин обратила внимание на незнакомое слово, которое проскользнуло, но сейчас это было неважно.

«Кроме молока и сахара, у нас были все ингредиенты, так что я сделал то, что мог».

«В это время года все молоко, вероятно, превращается в сыр, так что это вполне ожидаемо. Но ты сделал это без молока?»

«Да. Это называется кастелла».

«Кастела... Кастеллан, да?».

Кэтрин догадалась, что то, что было в духовке, — это было разновидностью пирога.

Но торт без молока? Как?

Несмотря ни на что, Карем еще раз решил проверить бисквит.

Почувствовав кончиками пальцев текстуру, он решил, что пора, и вынул шпажку, надев толстые рукавицы. Прежде чем тепло передалось его рукам, он быстро вынул из духовки все.

Карем несколько раз громко постучал сковородой по столу, а затем перевернул ее на разделочную доску.

Не было необходимости трясти их вверх-вниз.

Кастелла, отделенная от противня жиром масла, выскользнула под собственным весом и открылась взору.

Кэтрин инстинктивно зажмурила глаза от неожиданности. Но ее знаменитые аналитические способности уже запечатлели эту картину в ее сознании.

Поверхность, подвергшаяся прямому воздействию жара печи, была темно-коричневой, что делало ее еще более аппетитной. Сладкий запах стал еще сильнее, когда блюдо вынули из сковороды.

Не обращая внимания на реакцию Кэтрин, Карем взял нож и разрезал кастеллу на привычные ломтики шириной в палец. Он делал это очень осторожно, чтобы не раскрошить блюдо.

По прошествии времени, когда она вновь обрела внутреннее спокойствие, Кэтрин снова открыла глаза.

И, словно дожидаясь этого момента, сквозь хмурое небо пробился солнечный свет, осветив через окно поперечный срез кастеллы на деревянной дощечке.

Это было потрясением даже для Кэтрин, которая за долгие годы познакомилась с кухней бесчисленных стран и павших империй.

Глубокий желтый цвет, более насыщенный, чем у свежего утиного яйца, был обусловлен медом и яйцом снегуна. Это подтвердили скорлупа и содержимое яйца снегуна, а также пустая банка из-под меда на кухне.

Светло-оранжевое сечение на мгновение засверкало, как золото, когда на него упал солнечный свет.

Увидев первую кастеллу, когда-либо представленную на континенте Европа, Кэтрин была безмолвно поражена.

Она пыталась сохранить самообладание, но ее тело было честным. Ее руки бессознательно двигались, а пальцы подрагивали в предвкушении.

Женщина никогда не может отказаться от десерта.

«Уже поздновато для десерта к обеду, так что не хотите ли вы перекусить перед ужином?»

«Хм, да. Было бы невежливо отказываться. Дайте мне кусочек кастеллы».

Карем тут же положил на яркую деревянную тарелку ломтик кастеллы, разрезал его на маленькие кусочки и предложил Кэтрин.

Когда вилка приблизилась, глаза Катрин подробно рассмотрели маленький золотистый кусочек.

Естественно, что в пирогах и хлебе в процессе брожения появляются дырки. То же самое можно сказать и о дырках в сыре.

Но на кусочке кастеллы, приближавшемся к ее рту, были слои мелких дырочек, не похожие ни на один другой хлеб или пирог. Мелкие дырочки сгруппировались, как соты, плотно прилегая друг к другу, словно крепость.

Стараясь сохранять самообладание, несмотря на нетерпение, Кэтрин быстро позволила положить кусок кастеллы в рот.

Судя по тому, как он режется вилкой, она была уверена, что он будет невероятно мягким.

Но она не ожидала, что он окажется настолько мягким! По сравнению с другими десертами на основе заварного крема он был совсем не таким мягким.

Нет, возможно, это даже не заварной крем. Ощущение того, что мелкие дырочки со структурой, напоминающую стены какой-нибудь крепости, разрушаются и тают, обволакивая весь язык при жевании, было невероятным.

По мере того, как он терял свою форму, проявлялась глубокая медовая сладость, скрытая внутри кастеллы. Кэтрин поняла, почему это называют кастеллой.

Такого уровня деликатесы мог есть только знатный человек. Нет, это было нечто такое, за что дворяне, интересующиеся изысканными блюдами, могли бы бороться.

И тут в голову Кэтрин вдруг пришел вопрос.

«Если не принимать во внимание сладость, он невероятно мягкий».

«Да. Пришлось постараться, чтобы сделать его таким мягким».

«Как вам удалось сделать его таким мягким?»

Она прожила много веков и попробовала разные блюда, но даже с ее знаниями и опытом кастелла перед ней была поразительна.

На вкус она не напоминала сливки, но и не была похожа на заварной крем.

В ответ на ее вопрос Карем просто подал ей чашу с безе.

«Это... ты что облако поймал?..»

«Нет, это безе».

«Да я не про это».

Безе в миске было похоже на горстку светло-оранжевых облаков, плывущих по ясному небу на закате.

Светло-оранжевый оттенок был обусловлен медом, а форма облака - взбитыми яичными белками.

Но за всю свою долгую жизнь она никогда не видела такого облакоподобного безе.

«Малыш, я спрашиваю на всякий случай».

«Да?»

«Ты ведь не использовал магию?»

«...Если бы я использовал магию, я бы тут был?»

Точно. Кэтрин хлопнула себя по лбу. Если бы он использовал магию, обладал талантом или был скрытым волшебником, она бы заметила.

Нет, Гордон заметил бы и усомнился в личности Карема задолго до нее. Наемник его уровня понял бы это инстинктивно.

«Тогда что же это...»

«Я использовал вон то неизвестное яйцо...»

«Хм? А, это яйцо снегуна».

«Снегуна? А, то самое, с шампуров?»

Кэтрин была озадачена его тоном, но быстро согласилась. Естественно, что он не знал, ведь он всю жизнь прожил холопом в сельской деревне.

Кроме того, снегуны были родом из Исландии. У них были родственники - песчаные и лесные бегуны, но они обитали лишь в некоторых районах континента Европа.

«Да. На шампурах в трактире тоже было мясо снегуна. Представьте себе гигантскую птицу размером с лошадь с ногами вдвое выше вашего роста. Поскольку Исландия находится неподалеку, вы можете увидеть ее зимой».

«Такая птица водится в королевстве Сеофон?»

«Точнее, только в Исландии. А может, они мигрировали в другие страны».

Пока Карем кормил десертом, которого Катрин теперь называла кастелланом, он погрузился в размышления.

Двуногая птица размером с лошадь, откладывающая яйца размером с голову взрослого человека, которых хватает как минимум на 20 порций. По описанию похож на страуса.

«Кстати, вы сделали это оранжевое облако из яйца снегуна?»

«Ну, яйца твердеют, когда варятся, и пенятся, когда нагреваются, верно? Вот я и подумала, что если взбить пену и дать ей застыть, то все получится».

Честно говоря, если бы Кэтрин стала расспрашивать дальше, Карему было бы нечего сказать. Он только применял запомнившиеся рецепты, а не изучал науку о еде и ее применение.

Он был плох в науке!

К счастью для Карема, это объяснение показалось Кэтрин достаточным.

«Надо же, как можно приготовить такую пену из одних только ингредиентов. У вас потрясающее воображение».

«В любом случае, с молоком будет еще лучше».

«Хорошо. Я сейчас же пойду и...»

«А пока давайте попробуем вот так, чтобы сделать ее немного вкуснее».

Кэтрин уже собиралась вскочить при упоминании способа сделать его вкуснее, но Карем зачерпнул безе в половник.

«Нет, ты не можешь думать о том, чтобы кормить меня прям так...»

«Так я еще и не начинал».

Длинная медная лопатка держала облако безе цвета заката. Не раздумывая, Карем густо намазал безе на угол кастеллы.

Безе, как закатное солнце, осело на золотистой губчатой прямоугольной поверхности, покрыв ее, как снег на равнине.

Хотя оно было сделано из сырых яичных белков, Кэтрин не успела почувствовать беспокойство.

Ведь кто бы не был в восторге от удивительного преображения, разворачивающегося на его глазах?

На континенте Европа было столько же десертов, сколько и дворян.

Разумеется. Один из самых простых способов продемонстрировать престиж своей семьи, не прибегая к силе, - устроить праздник и преподнести изысканные блюда.

Но Кэтрин могла поклясться своей волшебной жизнью.

Это определенно будет вкусно.

Когда Кэтрин, собиравшаяся встать, расслабилась и села обратно, Карем тут же поднес к ее рту кастеллу с безе закатного цвета.

Оно уже было потрясающе мягким благодаря мелким дырочкам. Сладкое и гладкое безе просочилась в каждую крошечную дырочку, и многослойная сладость не была чрезмерной.

Нет, скорее, она была гармоничной, словно ожидая, что станет единым целым.

Когда она жевала кастеллу, безе плавно прилипала к раскрошенным кусочкам, размывая остатки текстуры по мере продвижения в горло.

Кэтрин могла с уверенностью сказать, что, достигнув нестареющего состояния, она наслаждалась всем, что было в пределах нормы.

От танцев у костров на сельских праздниках урожая до королевских приемов.

После стольких удовольствий остались только самые привычные вещи. Благодаря многочисленным впечатлениям она стала равнодушна к стимулам.

По правде говоря, у Кэтрин давно не было момента просветления.

Но впервые за долгое время Кэтрин захотелось обладать чем-то исключительно.

Поэтому Катрин всерьез предложила, нет, заявила Карему.

«Ты станешь моим личным поваром».

«...Каво?»

Карем, который ел кастеллу, как минимум на несколько секунд был ошеломлен внезапным предложением.

Глава 15 - Предложение, от которого нельзя отказаться

Говорят, что, когда случается невообразимый момент, мозг человека уходит на пятиминутный перерыв.

Карем сейчас находился именно в такой ситуации.

В середине трапезы кастеллы, которая была один в один, как из прошлой жизни, и вдруг ни с того ни с сего предложение на работу!?

Прежде всего, Карем не считал это предложение плохим.

Ведь мысль о том, что придется строить все с нуля и без фундамента, была головной болью.

С другой стороны, если бы он был кем-то нанят, ему не пришлось бы беспокоиться о том, что придется начинать с самого низа.

Более того, если этот кто-то был магом, это говорило само за себя.

«Ты можешь хотя бы сказать мне причину? Это так неожиданно, и я из-за этого в недоумении...»

«Хмм… Это правда произошло внезапно и без предупреждения. Но сначала давай попробуем еще один кастеллан с безе».

«Это не кастеллан… И сейчас подам пожал».

Карем перестал поправлять и поднес вилку прямо ко рту Кэтрин.

Кэтрин, съев кастеллу, весело постукивала пальцами по столу.

Это было, несомненно, самое довольное выражение лица, которое Карем до сих пор видел во время приготовления еды.

«Прежде всего, главная причина — это ты».

«Каво? Это я?..»

«Итак, на кухню приводят высококвалифицированного сироту без связей. Как вы думаете, понравится ли это людям?»

Нет никого, кто бы любил катящийся со всей скорости вниз валун больше, чем тихий, спокойный камень. Несмотря на то, что кухня - место, где многое зависит от навыков, мало кто благосклонно отнесется к сироте без связей.

Прямо скажем, это идеальное место для издевательств.

«Им бы это не понравилось».

«Верно. За исключением нескольких добродушных людей или священников, сирот любят только в захолустных деревнях».

«Что? В деревнях любят сирот?»

«Без всякой поддержки они идеально подходят для того, чтобы их можно было просто эксплуатировать, не так ли?»

«А, в этом плане…»

Он понял, что она имела в виду.

В таких деревнях всегда ощущалась нехватка рабочей силы.

Сироты, которых можно было обрабатывать, как скот, были бы очень желанны.

В деревне Мостон, где родился Карем, тоже были сироты, которых обрабатывали как скот.

Конечно, строго говоря, родители Карема жили в деревне, так что сиротой он не был.

Но, разорвав все связи и сбежав из деревни, он был не хуже сироты.

Они относились ко мне, как к корове, которая сама пришла на ранчо и говорит: «Где мне работать?».

«Вот вторая причина. Если бы тебя выгнали и поставили в убогое стойло под открытым небом, кому-нибудь это понравилось бы?»

«Думаю, нет, разве что страшным парням в подворотнях».

«Верно. Если ты работаешь на кухне, то ты работник, но если ты становишься независимым, то ты враг. Как ты думаешь, ты можешь вступить в гильдию?»

Гильдии есть в каждом городе.

Естественно, в Бордерстере тоже были различные гильдии, в том числе гильдия поваров, работавшая в трактирах и тавернах.

Принадлежность к такой гильдии в какой-то мере решила бы вышеупомянутые проблемы.

«Возможно, но даже если бы я хотел вступить в гильдию поваров, смог бы я?»

«У тебя в голове уже есть ответ. Какая выгода гильдии принимать сироту? Даже если ты вступишь в гильдию и будешь работать в таверне, на кухне трактира или в ресторане, все равно возникнут проблемы, о которых говорилось ранее. Торчащий гвоздь обязательно забьют».

Конечно, если б только кто-то не попытается причинить ему вред, и он бы начал огрызаться, как бешеная собака, заставляя их избегать его из отвращения. Но Карем не был талантлив в таких эмоциональных схватках до своего перерождения и не хотел быть таковым, да и сейчас это не изменилось.

«Итак, третья причина. Я люблю все новое. И особенно я люблю что-то сладкое».

«Угу, я это уже понял».

Карем посмотрел на пустую разделочную доску, за исключением кусочка на тарелке.

Кастелла, которую он нарезал на доске, исчезла, оставив лишь крошки.

Было очевидно, кто все это съел.

Каждый раз, когда она открывала рот, будь то без или с безе, она съедала весь кусок кастеллы сама.

«Разве это не в несколько раз больше, чем вы обычно едите, леди Атанитас?»

«Это пустяки. У женщины есть отдельный желудок для десертов».

«Эмм, мне кажется, что это не... Хотя я точно не знаю».

Кэтрин, казалось, готова была съесть еще.

Приготовленной кастеллы было много, так что это не имело значения.

Карем перевернул форму для выпечки и приготовил кастеллу того же размера, что и раньше.

«Хм, удивительно... Нет, послушай, малыш. Серьезно».

«Э-э, только дайте мне сначала их разрезать».

Хм, это определенно важно. В еде важен не только вкус, но и внешний вид.

Кэтрин тоже предпочитала, чтобы еда выглядела красивой, а не раздавленной.

«Все, я порезал».

«Хм, вот в чем проблема. Ты знаешь, что важно для долгоживущих разумных существ, будь то природа или воспитание?»

«Наверное, то, что не надоедает быстро?»

«О, ты правильно понял. Это неожиданно».

Конечно, Карем знал.

Это традиционное клише, что бессмертные драконы или вампиры в романах помешаны на развлечениях.

«Да, в отличие от других, для таких существ, как я, которые живут долго, даже если им дать все богатства, удовлетворение сиюминутных интересов и развлечения важнее».

«Хм, это похоже на то, что разделило бы мнения».

«Это не вопрос симпатий или антипатий. Это вопрос стимуляции».

«Стимуляции?»

«Можете ли вы хотя бы предположить, сколько кусков хлеба я съел с момента моего рождения?»

На это сложный вопрос, прозвучавшее вскользь, Карем быстро покачал головой.

Он даже не мог сосчитать миски зерновой каши, которую съел в своей нынешней жизни, не говоря уже о том, чтобы знать, сколько она слопала хлеба.

«Да, каким бы интересным ни было занятие, при постоянном повторении оно становится скучным, и ты ничего не чувствуешь потом. Поэтому для таких существ, как мы, новые стимулы важнее всего».

«Значит, сейчас вас интересует моя готовка?»

«Я люблю вкусные вещи, особенно сладкие десерты. Но ты! Ты показываешь мне десерты, которых я вообще раньше  никогда не видела».

Когда Кэтрин подбородком указала на тарелку, Карем тут же разрезал и подал кастеллу.

«Какая же это вкуснятина! Ещё ты быстро соображаешь. В любом случае, малыш, из тех блюд, что ты показал до сих пор, должны быть еще какие-то, которые ты еще не показал?»

«Ну...»

Конечно, их было много.

В случае с Каремом все было как обычно: он интересовался едой, а потом сам ее готовил.

Усевшись за стол, он мог часами смотреть документальные фильмы или передачи, связанные с кулинарией, и запоминал почти все. Его предпочтения склонялись скорее к иностранной, чем к отечественной кухне.

«По одной только вашей реакции видно, что вы знаете значительное количество рецептов десертов».

«Э-э, меня поймали».

«Да, именно поэтому я желаю получить ваши кулинарные навыки».

Кто-то мог бы насмешливо спросить, почему он не согласился сразу, и сердце Карема дрогнуло от искушения.

Но, с другой стороны, он чувствовал подозрительность, тягость и что-то... Просто какое-то необъяснимое чувство.

Не то чтобы он был против путешествия в морозную Исландию, куда направлялась Кэтрин.

А из-за этого разговора и того, как она пыталась выбить из него блюда

Поразмыслив с минуту, глядя на вилку, Карем закрыл глаза и произнес.

«А вы не можете просто приказать мне?»

«Что!?»

«Ну, я имею в виду, что, даже если мои кулинарные способности исключительны, тягостно думать, что вы пойдете на такое, чтобы нанять простого беглого холопа. Это ж невероятно. Из-за чего всё это мне кажется… чуждым.»

Затем Карем поднял голову, наблюдая за реакцией.

По лицу Кэтрин он понял: «О чем он говорит?»

«...Малыш. Теперь я понимаю, как ты меня воспринимаешь».

«Да!? Вы не так подумали!»

Катрин, которая с суровым выражением лица смотрела на Карема, вскоре разрядила обстановку, как будто это была шутка.

«Ну что ж, объяснять дальше не хочется, поэтому давайте сделаем так».

«Да?»

Кэтрин порылась в плаще, который не снимала даже в помещении, достала что-то и аккуратно положила на стол, как азартный игрок раскладывает фишки.

Слишком большая, чтобы ее можно было охватить большим пальцем.

Грубая, но в целом круглая золотая монета.

Самая крупная сумма денег, с которой Карем сталкивался за всю свою жизнь.

Маленькие коронные золотые монеты образовывали небольшую башню.

«Прежде всего, парень. Учитывая твой возраст, годовая зарплата составляет 6 крон».

«!»

«Также - отдельная комната с мебелью».

«!!»

«Два раза в год будет корректировка зарплаты с учетом инфляции».

«!!!»

«Повышение зарплаты в зависимости от стажа и результатов работы».

«!!!!»

«В ваши обязанности будет входить выполнение обязанностей личного повара, и личной прислуги».

«Я всегда хотел посетить Исландию. Леди Атанитас, вам что-нибудь нужно?»

«Хм, мне следовало сделать это с самого начала. На этот раз принесите еще один кусок с безе».

Впервые за всю свою жизнь, включая предыдущую, Карем был рад, что умер и возродился.

Пусть это было мрачное средневековье, но доход и бонусы к нему намного превосходили то, что он имел в прошлой жизни.

В тот самый момент, когда его крепко запертая ментальная защита уже готова была полностью ослабнуть, Карема охватило чувство осторожности.

Он не мог ослабить бдительность до тех пор, пока не будет подписан официальный контракт.

Даже если договор будет представлен позже, в нем могут оказаться ядовитые пункты, поэтому он должен был все тщательно проверить.

Но то, что он должен был сделать прямо сейчас, было очевидно.

«Как насчет того, чтобы щедро намазать его медом, а затем украсить безе?»

«О-о-о, хорошо. Но в нём уже есть мед…»

Официальный контракт еще не был заключен, но битва уже началась.

Чтобы получить наилучшие условия, он должен был заработать очки у своего будущего босса...!

Глава 16 - А куриный супчик полезен против похмелья!

«Угх...»

«Гордон. Сколько ты выпил, чтобы вот так выглядеть?»

Вопрос Карема был естественным.

В отличие от своей прежней жизни, где он не любил алкоголь, в нынешней жизни в деревне Мостон Карем часто, а точнее, очень часто, видел людей, страдающих от похмелья.

В основном его отец, единственный священник деревни и староста, но все же.

Но когда человек выглядит настолько изможденным, что его не отличить от трупа, возникают вопросы.

Какой алкоголь мог наполовину убить наемника-ветерана, способного спокойно сразить кабана наповал? Может, он, несмотря на свой вид, не переносит никакого алкоголя, кроме пива?

«Гррр. Уррр. Из-за… Пьяного... Огня...»

«Пьяного огня? Кажется, я где-то об этом слышал».

Причина похмелья. Пьяный огонь.

Карем наклонил голову. Кажется, он где-то об этом слышал. Нет, не просто говорил, а действительно.

Где я это слышал? Что это было?

Катрин, сидевшая во главе кухонного стола и сортировавшая свитки, ехидно хмыкнула, словно не могла в это поверить.

«А, Пьяный Огонь? Конечно, ты не остановился на одном напитке».

«Неужели это настолько крепкий напиток?»

«Малыш. Пьяный огонь — это спирт, который может загореться ярким огнём. Он настолько силен и чист, что его используют как алхимический катализатор или магический реагент».

«Он загорается...»

размышлял Карем.

Всем известно, что чем выше содержание спирта, тем легче он загорается.

Однако Карем знал, что легковоспламеняющиеся спиртные напитки — это, как правило, дистиллированные, такие как виски, водка или спирт. Но выпить целую бутылку?

«А он вообще человек...?»

Кэтрин прищелкнула языком и покачала головой.

«Разве это не очевидно? Это ж типичное поведение наемников».

«...Карем. Похоже, с тех пор как тебя нанял маг, ты стал смелее».

«Леди Атанитас».

«Наемник. Ты угрожаешь моему личному повару?»

Кэтрин пригрозила Гордону, словно говоря: «Не смей угрожать повару, которого я лично наняла».

Это не означало, что она внезапно произнесла заклинание или пнула его по голени.

Она просто очень легким движением ноги коснулась ножки табурета, на котором сидел Гордон.

Для Гордона, который практически приполз на кухню с похмелья, этого было достаточно.

«Уррр! Чего?! Как у меня голова и живот одновременно пульсируют!?»

«...Твоя реакция действительно странная. Теперь мне тоже любопытно. Сколько вы выпили, чтобы дойти до такого состояния? Десять стаканов?»

«Ц-целая бутыль...»

«...»

Кэтрин, которая упиралась запястьем в подбородок, была ошеломлена.

Настолько, что силы покинули ее вторую руку, и голова упала на стол.

Настолько сильное воздействие оказали слова Гордона.

Одной бутылки «Пьяного огня» было достаточно, чтобы вырубить огра и уложить спать дварфа.

Человеку же достаточно было опустошить стакан. Если слова Гордона были правдой, то это было просто чудо, что он остался жив.

«Эй, наемник».

«Уф. Чего?»

«Ты точно человек, а не дварф?»

Наоборот, это было настолько необычно, что любопытство Кэтрин начало расти, и она принялась заваливать Гордона, страдавшего от похмелья, вопросами.

Тем временем Карем открыл крышку кастрюли, которая кипела на плите уже несколько часов.

В кастрюле был куриный суп.

Подготовленная курица, которую Гордон выиграл в одной из ночных игр на выпивание, была один раз обжарена, а затем несколько часов тушилась с зеленым луком, редиской и чесноком.

Хотя это была старая жесткая курица, время, потраченное на тушение, раскрыло ее истинный вкус.

Поскольку в кладовке на заднем дворе было полно различных овощей, Карем щедро добавлял их.

Это было первое корейское блюдо, которое Карем приготовил после реинкарнации в этом мире. Попробовав его, Карем от волнения крепко зажмурил глаза.

Но за краткими эмоциями быстро последовало сожаление.

Если бы только у него был настоящий перец и миска риса! Но он ничего не мог поделать с тем, чего у него не было.

Карем наполнил миску бульоном и ингредиентами, хорошо посолил и протянул ее умирающему Гордону.

Бац!

«Вот, Гордон. Съешь это и возьми себя в руки».

«Урррр...»

Гордон не мог пошевелить даже пальцем.

Но насыщенный запах, доносящийся из миски рядом с его головой, заставил тело Гордона действовать инстинктивно.

Плюх.

Несмотря на то что поднять миску было непросто, как говорится, если начал, то уже на полпути. Гордон почувствовал, как насыщенный куриный бульон и жир просачиваются в его больной желудок, словно заполняя дыру и облегчая боль.

Наемники и алкоголь неразделимы.

И что-то столь же близкое, как алкоголь, было едой от похмелья.

Поэтому Гордон, путешествовавший по континенту Европа в качестве наемника, пробовал различные средства от похмелья, но ничто не было так эффективно, как этот горячий бульон.

«А-а-а! Я снова чувствую себя живым».

«...»

Когда зомби, страдающий от похмелья, возродился в Гордоне, Кэтрин быстро повернула голову и посмотрела на Карема.

Она ничего не сказала, но это было очевидно.

Карем, приготовивший куриный суп, тут же протянул ей ложку бульона с ингредиентами.

«Хм, кости и мясо отделяются просто ложкой. Давненько я не ела курицу, приготовленную так тщательно».

«Ну, у меня был только старая курица, поэтому я потратил немного времени, чтобы сделать ее нежной».

«Да, если бы вы готовили ее чуть дольше, даже кости бы рассыпались».

Как она и сказала.

Кости старого цыпленка, полностью очищенные от бульона и жира, легко распались бы без особых усилий.

Этому способствовало и сильное тепло от печи.

Куриное мясо, которое долго варилось, измельчалось вдоль, а затем распадалось.

Сладость зеленого лука и репчатого лука, который крошился от одного движения языка, в сочетании с куриным жиром, который долго тушился, нежно обволакивал и впитывался в рот Кэтрин.

Кэтрин похвалила себя за то, что вчера во время обеда наняла Карема на месте.

Она непроизвольно улыбнулась, но быстро исправила выражение лица, почувствовав на себе пристальный взгляд Карема.

Из-за своей гордости она не могла показать Карему и наемнику неловкую сторону.

«Фух, теперь я чувствую себя живой. Мои внутренности чувствуют полное облегчение».

«Ты так быстро съел. Вот тогда ещё одну миску...»

«Конечно, но, кстати, как долго ты готовил это блюдо, чтобы оно стало таким нежным и ароматным?»

«Я готовил его с самого рассвета и до сих пор».

Из-за этого количество дров, сложенных в углу кухни, заметно уменьшилось, но Карем решил, что это необходимая жертва ради насыщенного бульона.

Учитывая стремление Хаммерсона обеспечить Кэтрин всем необходимым, он мог бы даже сказать Карему, чтобы тот использовал больше.

Гордон, который в этот раз мгновенно опустошил порцию куриного супа, покачал головой, чтобы собраться с мыслями.

«Моя энергия постепенно возвращается. Мне нужно быстро взять себя в руки».

«Что-то срочное?»

«Ну вчера я хорошо отдохнул, так что сегодня мне нужно начинать принимать заявки».

Поскольку зимой выполнялись только опасные поручения, наемники тоже делали перерывы, если только они не были срочными или не сулили огромную награду. То же самое касалось и искателей приключений.

Поэтому весна и осень были пиковыми сезонами для заявок, но все же Карему было любопытно.

«Гордон, хоть ты и расстался (в плане работы) с леди Атанитас, но разве у тебя не много золотых монет?»

«Это правда. Но, Карем?»

«Да».

«Сколько бы денег у тебя ни было, их никогда не бывает достаточно. Ну тогда до встречи».

«Конечно. Я не буду тебя провожать».

«Хахаха! Конечно, почтенный маг! И, кстати, Карем, твоя еда была великолепна».

Гордон допил оставшийся в миске бульон и вышел из кухни, прежде чем Карем успел что-то сказать.

Он подумал, не стоит ли проводить его, но, когда Кэтрин тихонько постучала по столу, Карем спокойно занялся едой.

«Мяса и овощей достаточно, но теперь я хочу съесть немного хлеба».

«О, мне поджарить его для тебя?»

«Нет. Я хочу, чтобы его разорвали на маленькие кусочки и замочили в бульоне. Ты знаешь, как это делается?»

Да. Карем сразу понял, чего хочет Катрин, и взял в руки твердый хлеб.

Замачивание хлеба в бульоне вместо риса могло показаться странным способом питания. Это был даже не суп.

Но в регионах, где пшеница и хлеб были основными продуктами питания во всем мире, замачивание хлеба в бульоне было таким же естественным, как замачивание риса в супе.

Однако хлеб, доступный сейчас, было неудобно подавать, обмакивая его для Катрин.

Карем нарезал хлеб на кусочки и размочил их в бульоне.

Кэтрин удовлетворенно кивнула, как бы говоря: «Вот и все», и съела хлеб, смоченный в курином жире и бульоне, который предложил Карем.

Действительно, мясо нужно есть с хлебом. Он очень хорошо сочетается с насыщенным, жирным бульоном.

Истина гурманов о том, что углеводы нужно всегда употреблять вместе с белками, - Кэтрин, давно понявшая это на собственном опыте, с удовольствием закончила трапезу.

После того как Кэтрин закончила трапезу, настала очередь Карема. Мальчик сразу же взял себе порцию куриного супа.

Пока Кэтрин пылесосила суп, куриный суп еще больше уменьшился.

Ингредиенты стали еще нежнее, а умами бульона - глубже.

От густого вкуса и жара куриного супа, прилипшего ко рту, у Карема голова пошла кругом.

Но язык Карема дрожал от сожаления.

Рис! Белый рис! Хрустящие кубики редиски кимчи! Кимчи из зеленого лука!

Когда эти недостижимые желания, словно кроты, зарождались в его сердце, Карем безжалостно забивал крота по имени сожаление молотком разума.

Карем вел внутреннюю войну со своими желаниями рядом с Кэтрин, которая ждала, когда он закончит трапезу,

Тук-тук-тук! Тук-тук-тук!

«Простите за ранний визит, но я слышал, что леди Кэтрин Мэриголд Атанитас остановилась здесь!»

Прибыл гость.

Глава 17 - Человек, оставивший после себя имя

«Хм, похоже, они услышали новость о том, что я прибыла вчера».

«Вы, про гостя или?..»

«Да, веди их в дом».

Повинуясь жесту Кэтрин, Карем неохотно скормил ей последний кусок хлеба, размоченный в бульоне, и встал.

Расстояние от кухни до входной двери было совсем небольшим, но за это время предполагаемый гость продолжал настойчиво стучать в дверь.

Гость перестал стучать только тогда, когда Карем повернул ручку двери.

«Хм? А, вы, должно быть, слуга».

Как только Карем увидел гостя, вернее, гостя в сопровождении других гостей, из глубины его души естественным образом вырвался почтительный тон.

«Приветствую вас, господин. Я Карем, личный слуга и повар леди Атанитас».

«Повар? И ещё такой молодой?»

Первое, что бросилось ему в глаза, — это любопытные глаза, сияющие из-под шлема в форме медвежьей головы.

Под ним был толстый плащ из медвежьего меха, поверх доспехов из пластин и цепей, а у обоих бедер висели длинные мечи.

Позади рыцаря стояла группа солдат в доспехах из кожи.

Было ясно, что во главе солдат стоит рыцарь.

«Но это неважно. Я слышал, что леди Атанитас остановилась здесь. Она внутри?»

«Да, господин. Она велела мне привести гостя внутрь».

«Понятно. Вы все, ждите здесь».

Карем вежливо провел рыцаря в дом.

Честно говоря, дом был не настолько велик, чтобы требовать сопровождения, но гость есть гость.

Вооруженный до зубов рыцарь был довольно тяжелым, отчего пол скрипел при каждом шаге, но шел он уверенно, следуя за Карема.

К счастью, пол не провалился, пока они дошли до кухни.

Кэтрин, похоже, ожидавшая визита рыцаря, спокойно передала свиток, который она уже показывала при входе во внешний и внутренний замки. Рыцарь без колебаний раскрыл его, проверил содержимое и вернул Кэтрин.

«Мои извинения, леди Атанитас. Я - Хифон из Беарпонда. Кажется, я прервал вашу трапезу...»

«Нет нужды извиняться. Однако мой повар был в самом разгаре».

«Хм, прерывать трапезу недопустимо. В конце концов, человек должен всегда сытно завтракать».

Карем с новым любопытством взглянул на Хифона. С его телосложением он, конечно, выглядел так, будто мог съесть на завтрак целого жареного поросенка.

Но в королевстве Сеофон, где завтрак обычно был простым, это было необычным заявлением.

«Повар. Иди, доедай».

Хифон не шутил. Он приоткрыл козырек своего медвежьего шлема, его пронзительные глаза молчаливо говорили о том, что он настроен серьезно.

Сказав это, Карем тут же сел за стол и съел оставшийся куриный суп с хлебом, оставив только кости.

«Вам нужно время, чтобы собраться?»

Это был вполне резонный вопрос, поскольку они приехали рано утром.

Однако Кэтрин уже заранее отправила большую часть их вещей в пункт назначения.

Учитывая обстоятельства, у Карема был только мешочек с деньгами и рюкзак из кожи мохового кабана, наполненный различными кухонными принадлежностями.

Ему просто нужно было время, чтобы передать ключ Хаммерсону, владельцу дома.

Поняв ситуацию, Хифон проводил Кэтрин и Карема, как только они собрали свои немногочисленные вещи.

Бордерстер и его окрестности в это время были очень оживленными.

Даже в типично богатом внутреннем крепостном районе до рассвета кипела жизнь, люди оживленно двигались, готовясь к зиме.

Однако стоило группе солдат приблизиться к центру внутренней крепости, как толпа расступилась, словно овцы, избегающие пастушьей собаки.

Люди, которые уже собирались роптать, увидели впереди тяжеловооруженного рыцаря и отступили в сторону с новообретенной вежливостью.

Такую ситуацию нельзя было не заметить.

Но в отличие от Карема, рыцарь, Кэтрин и даже солдаты, следовавшие за рыцарем, шли сквозь толпу уверенно, как будто для них было естественным отойти в сторону.

«Итак, сэр Хифон».

Насладившись на мгновение реакцией людей, Кэтрин вскоре заскучала и обратилась к Хифону.

«И кто же позвал меня?»

«Герцог Исландии назначил старейшену Иона ответственным лицом. Именно он приказал вести вас сегодня утром».

Старейшина? Карем, у которого не было хороших воспоминаний о священниках, неосознанно нахмурился при этих словах, но быстро расслабил лицо.

К счастью, никто, казалось, не заметил невысокого мальчика.

Независимо от того, напрягся Карем или нет, Кэтрин, казалось, была немного удивлена и восхищенно прошептала.

«О, старейшину? Я думала, они просто пришлют слугу».

«Ха. Не подобает посылать просто слугу, чтобы вести Великого Духа Холода. Приказ герцога заставил старейшину передвинуть свое тяжелое тело».

Хотя Королевство Сеофон было политеистическим государством, к счастью, ранги священников были унифицированы: жрец, первосвященник, старейшина и протоиерей.

Естественно, чем выше человек поднимался от священника к протоиерею, тем выше был его ранг в церкви.

Учитывая, что протоиерей остался в штаб-квартире церкви, старейшина был фактически управляющим религиозными делами в регионе.

Поскольку он работал у мага, Карем предполагал, что когда-нибудь их посетит кто-то важный. Однако от неожиданной и внезапной встречи с кем-то столь высокопоставленным у него пересохло во рту.

Однако Кэтрин выглядела взволнованной.

«Великого… Великого Духа…»

«А? Леди Атанитас. Вас что-то беспокоит?»

«Ах, ничего-ничего».

Конечно, это не был пустяком.

Титул «Великий Дух Холода» был темной историей, которую она создала сама.

Каждый ребенок проходит через подростковый период по-своему.

Загвоздка заключалась в том, что ее бунтарская фаза наступила, когда она обрела бессмертие.

Опьяненная своей силой и талантом, Кэтрин провела годы в качестве искательницы приключений, называя себя в третьем лице Великим Духом Холода, странствуя по миру.

К счастью, ее бунтарский период был коротким по сравнению с ее долгой жизнью.

В конце концов Кэтрин, переросшая подростковый период, была вынуждена смириться с катастрофой, которую сама же и сотворила.

«Великий Дух Холода?»

«Хм, ты хочешь сказать, что не знал, кому служишь? Как может подчиненный не знать о достижениях своего босса?»

«Не могли бы вы просветить меня тогда?»

Однако после смерти человек оставляет после себя имя.

Хотя те, кто встречался с Великим Духом Холода, со временем умерли, записи о ней продолжали существовать, и всякий раз, когда она пыталась забыть, они напоминали ей о прошлых ранах.

«Вы, конечно, знаете, что она достигла бессмертия, будучи самой молодой, достигшей ранга Мудреца?»

«А, это я уже знаю, сэр. Но я никогда не слышал о ранге Мудреца».

«Радует, что ты знаешь хотя бы половину».

Спасение благородной процессии, на которую напали людоеды.

Победа над бандой рыцарей-изгоев, угрожающих городу.

Уничтожение троллей-мутантов, которые годами угрожали королевству.

Победа над морскими троллями-нежитью, известными как Кельповые Бороды, и многое другое.

Каждое из них было выдающимся достижением, о котором барды охотно поют.

Но для Кэтрин эти выдающиеся достижения, которыми стоило похвастаться, были лишь катализатором, напоминавшим ей о постыдном прошлом.

Как ты смеешь мучить слабых на глазах у Великого Духа Холода? Как тебе не стыдно быть рыцарем!

И это все? Монстр, которого боялись даже рыцари, как людоеда? Ха, мне хочется умереть от смеха’

Вот! Великий Холод спустился на землю!

С подавляющей силой! Бесконечной силой!

“Остановись! Ты проклятое отродье! Ты предаешь своего работодателя!”

Кэтрин едва не выдала свои истинные чувства, но, к счастью, они уже подъехали к таверне «Пивная бочка», и она передала ключ эльфийской официантке, прекратив разговор.

Хифон провел Кэтрин и Карема в большую, роскошную конюшню, пристроенную к трактиру, более величественному и высококлассному, чем окружающие здания.

В конюшне, такой же большой, как и постоялый двор, было полно народу, перекладывающего багаж с одной телеги на другую.

Десятки солдат в одинаковых доспехах и воинов, похожих на викингов, с различным вооружением свободно выстроились на открытой площадке у таверны.

Было б вполне естественно, если бы его внимание было приковано к таверне, но взгляд Карема был прикован к конюшне.

Карем не смотрел ни на солдат, ни на лошадей, ни на большой постоялый двор.

Гуо-! Гу-у-у!

Огромный клюв.

Тело размером с лошадь.

И пушистый мех, из-за которого она казалась еще больше.

Большая птица, которую часто можно увидеть в играх в качестве наездника, издавала неповторимые крики и принимала прикосновения всадников.

«Никогда не думал, что увижу здесь снегуна».

«Снегун? Это он?»

«Да, малыш. Это существо с шампуров, которые ты ел вчера».

Он слышал, что это птица, но выглядела она совсем не так, как представлял себе Карем.

Оглядываясь назад, можно сказать, что она была симпатичной, но в ней было явно больше агрессивных черт, чем в страусе.

Огромный клюв и когти длиной в целый пролет. Разве это не ближе к динозавру?

«Похоже, он может расправиться с любым приличным монстром и съесть его».

«Хоть они и большие и живут группами, но снегуны - пугливые существа. К тому же они травоядные».

«Травоядные. С такими когтями и клювом, да еще и пугливые?»

«Несмотря на внешний вид, снегун, несущий рыцаря, строго подчиняется командам всадника».

Карем наблюдал, как снегун трется головой о рыцаря, который, похоже, был его всадником. Он вдруг вспомнил, что боевые кони, несущие рыцарей, были известны своей агрессивностью и умом, чтобы отбиваться от хищников.

«А, гость, которого мы ждали, прибыл!»

Услышав пожилой тон, Карем повернул голову.

Из трактира как раз выходил толстый старик в одежде с широкими рукавами и подолами.

Когда он спускался по ступенькам, конец ожерелья из четок, едва заметный под жиром на его шее, раскачивался взад-вперед за бородой.

Несмотря на свое телосложение, он двигался проворно.

Казалось, что масса плоти, затянутая в белую ткань, наполовину скатывается вниз.

«Это...»

«Ах, Сэр Хифон, я сам займусь представлением. Я - Ион, старейшина церкви Троицы и управляющий семьи Фелвинтер».

«Кэтрин Мэриголд Атанитас. Работаю личным магом семьи Фелвинтер».

Ион сосредоточился на документе, который передала ему Кэтрин. Когда он кивнул, его толстый подбородок, не полностью скрытый бородой, дрогнул.

«Хм, действительно, письмо о назначении от вашего господина подлинное».

«Старейшина. Тогда мы отправимся немедленно?»

«Да. Как только мы будем готовы. Леди Атанитас, простите за внезапность, но прошу вас немедленно сесть в карету».

Не дав ей возможности ответить, Ион быстро подвел Кэтрин к самой большой и богато украшенной карете с четырьмя лошадьми в конюшне.

Кучер уже сидел на месте водителя, что свидетельствовало о завершении приготовлений.

Хотя статус Карема был всего лишь поваром, к счастью, упоминание Кэтрин о том, что он ее личный слуга, позволило ему сесть в карету.

Однако у Иона все еще оставались дела, и она временно оставил Кэтрин и Карема одних.

«Э-э, леди Атанитас, они, кажется, очень заняты».

«Ну, это понятно. Хоть мы и выиграли немного времени, прибыв раньше срока, но это не значит, что у нас осталось много свободного времени».

«Даже если мы прибыли раньше срока?»

«Лучше приехать как можно раньше, пока не наступила зима».

Когда Кэтрин села и поправила свой наряд, Карем интуитивно сел на место, которое она оставила для него.

«Эм, а снега выпадет очень много?..»

«Лучше увидеть самому, чем потом объяснять мне. К тому же за время вашего пребывания в Исландии вы увидите достаточно снега за год, чтобы он вам надоел».

Как только она закончила говорить, Ион вошёл в карету.

Вскоре карета покачнулась и начала двигаться.

Глава 18 - Дрейк-охотник

Даже сидя без дела в карете, Карему некогда было скучать.

Ион, казавшийся столь же добродушным, сколь и крупным, с удовольствием болтал о разных вещах, как пожилой человек, бесконечно объясняя, что есть в Исландии, что хорошо и что плохо, хотя Карем особо не спрашивал.

Для Карема, который провел более девяти десятых своей новой жизни в ловушке в деревне, это было даже хорошо. Кроме того, он не мог отказать тому, кто одновременно является управляющим герцогского дома и старейшиной какой-либо религии.

Хотя Кэтрин не говорила об этом напрямую, Карем догадывался об этом.

Через Иона он смог выяснить, что ее пригласили/наняли в качестве личного мага Альфреда Фелвинтера, герцога Исландии.

Собирать информацию из болтовни Иона, кормить Кэтрин и спать, когда придет время, - кроме этого, Карему больше нечем было заняться.

А если и было, то Карему запрещали этим заниматься.

Повара и слуги направляющей процессии не доверяли Карему, не подпуская его к огню, а тем более к кухонной утвари.

«Разве это не очевидно? Не только из-за твоего возраста, но и, если ты пострадаешь, высшее начальство будет в ярости».

Молодой личный слуга мага, нанятый через личное письмо самого герцога, получает травму во время путешествия? Отличная причина для обезглавливания».

Физически и политически.

Кэтрин потрясла свитком и запретила ему подходить к ним.

Карем быстро все понял.

Это все равно что секретарь, нанятый внешним консультантом, которого нанял генеральный директор, внезапно ворвался в столовую компании. Если секретарь пострадает, очевидно, кто будет в ярости.

Ради поваров и слуг Карем решил отказаться от готовки, пока они не прибудут на территорию Фелвинтера.

Ему не хватало ощущения работы с тяжелой кухонной утварью и огня, от которого чесались руки.

Сглатывая сожаление и слушая болтовню старейшины Иона, процессия проводников прошла через несколько деревень и наконец въехала в Исландию, где Карем смог по-настоящему ощутить, почему Исландию называют “страной морозов”.

Как только они покинули территории Бордерстера и въехали в Исландию, воздух сразу же изменился.

Холодный зимний аромат глубоко проник в его легкие, когда температура упала до однозначных цифр и даже ниже нуля.

Когда начали ощущать, как холодеют кости и живот от легкого дыхания, всем раздали толстые плащи, которые лежали в багажном отделении. Карему тоже достался один.

И это была, как раз таки, причиной, почему Карем завернулся в свою мохово-кабанью шкурку.

«О, теперь, когда мы вошли в Исландию, пришло время нанести немного масла».

«Масло?»

«Да. Зимой в Исландии бывает очень сухо».

«А, так вот почему?»

Карем быстро понял причину применения масла.

Попав в Исландию, он почувствовал, что, помимо холода, его кожа начала стягиваться.

Это был явный признак сухого воздуха.

Если в нынешней жизни Карем не был знаком с таким явлением, как сухой воздух и холодная зима, то в предыдущей жизни он испытал это на себе, причем до изнеможения.

«Малыш. Наноси его медленно, если не хочешь, чтобы твое лицо разошлось на холодном ветру».

«Ик.»

Карем смутно помнил, что в прошлом его кожа часто трескалась на холодном зимнем ветру. Одна эта мысль приводила его в ужас.

Естественно, что для предотвращения этого нужно было смазывать кожу маслом или обматывать шарфом.

В прошлой жизни он привык смазывать кожу лосьоном, который зимой становился сухим.

Однако нанесение чистого масла в таком виде было неловким и новым опытом.

Скрип-

Скрип!

Внезапно карета остановилась. Громкий звук, похожий на крик орла, раздался рядом с каретой.

Это был явно предупреждающий звук.

«Хм? Предупреждающий звук?»

«Нападение?»

«Похоже на то. Леди Атанитас, подождите минутку...»

Тук-тук-тук!

Прежде чем Ион успел подтвердить слова Катерины, кто-то постучал в дверь кареты, и окно резко распахнулось.

Вместе с холодным воздухом снаружи к ним обратился рыцарь, от которого был виден только козырек.

«Старейшина Ион. Это нападение».

«Чудовища? Разбойники? Кто на этот раз?»

«Группа дрейков-охотников приближается».

Дрейков? - Карем моргнул, не в силах поверить.

Он знал, что такое дрейк, но дрейк-охотник? Он повернулся и посмотрел на Кэтрин.

Почувствовав его вопросительный взгляд, Кэтрин подняла голову от свитка.

«Если говорить просто, то дрейк — это полудракон со слабой драконьей кровью, как вирмы, виверны или линдвормы. Среди них дрейки-охотники образуют стаи, похожие на волчьи».

Объяснение Кэтрин было очень кратким и простым для понимания, но любопытство его росло.

В конце концов, единственными монстрами, которых он видел в своей жизни, были гоблины и слизни, но вдруг дрейки? Естественно, что его дремлющее любопытство расцвело как мох.

«Они похожи на ящериц?»

«Считайте их гибридами волков и ящериц с чешуей, панцирем и перьями».

«У дрейков-охотников вместо чешуи несколько слоев толстых перьев».

Ион, закончив разговор с рыцарем, глубоко вздохнул и прервался.

Он ненадолго закрыл глаза и осенил крестным знамением ожерелье из четок, утопающее в жире на его шее, а затем повернулся к Кэтрин.

«Леди Атанитас, я знаю, что невежливо просить без официального просьбы, но могу ли я попросить вас о помощи?»

«Даже несмотря на то, что силы эскорта весьма элитны?»

«Я доверяю нашим солдатам, рыцарям и воинам. Но никогда не знаешь. Чем больше у нас силы, тем лучше».

«Ты не ошибся».

Кэтрин свернула раскрытый свиток и спрятала его в сундук, выражая свое согласие.

«Я чувствовала себя скованно, просто сидя в карете, так что это как раз то, что нужно. Малыш, пошли».

«Да».

Карем вышел вслед за Кэтрин на мороз. Он не испытывал никакого волнения, потому что любопытство к новым монстрам перевешивало угрозу его жизни.

Куда иголка, туда и нитка. Кроме того, как ее личный слуга, он не мог оставаться в стороне.

«Сэр Хифон?»

«Будьте осторожны! Монстры близко!»

Камыши, усыпанные белыми осенними цветами, начали неестественно колыхаться. Когда послышался шорох, сэр Хифон предупредил их.

Солдаты выстроили вокруг кареты щитовую стену, приготовив копья, а воины за их спинами охраняли все направления.

Всадники и рыцари сели на лошадей и на снегунов, полностью подготовленных, поправили оружие и поводья, готовые в любой момент броситься в атаку.

Грррр! Гвонг!

Сразу после того, как угрожающие звуки клыкоподобных животных закончились, раздался громкий взрыв, похожий на выстрел из пневматической пушки, и из камышей вырвалась стая волкоподобных монстров, набросившихся на строй.

Дрейки-охотники, драконоподобные существа с серыми перьями, размером с быка, отпрыгнули назад, едва не напоровшись на копья.

Они лаяли, словно готовые наброситься в любой момент, то и дело делая выпады вперед-назад.

Это было не отступление, а угроза.

Значит, они действительно охотятся стаями... Карем понял, что дрейки-охотники, окружившие строй, пытаются отвлечь добычу. Он часто видел такое в документальных фильмах о дикой природе. На этот раз добычей стала их направляющая процессия.

Грррр! Гвонг! Гав! Гав!

Однако он не мог не вздрагивать при каждом их лае. Это были драконоподобные существа, которые были больше быка!

Карем почувствовал некоторое облегчение, увидев, что несколько воинов и солдат реагируют так же.

Страх был неизбежен независимо от возраста.

«Хе-хе. Малыш, тебе страшно?»

«Ух, я всего лишь ребенок, который только держал в руках кинжал. Конечно, мне страшно».

Единственный раз, когда Карем видел хищника вблизи, был во время школьной экскурсии в зоопарк. Даже те два вида монстров он видел издалека.

А теперь к этому списку добавились еще и дрейки-охотники.

«Ну, ты все равно достоин восхищения».

Ион, поглаживая бороду рядом с Катериной, взъерошил волосы Карема.

«Некоторые люди, которые робеют или впервые сталкиваются с дрейками-охотниками, теряют все свои силы».

«Ну, ты не ошибаешься. Возможно, этот парень более развит, чем его сверстники».

«Он может стать хорошим воином. Карем, возможно...»

«Даже не думай брать моего личного повара и слугу».

«Хахаха! Просто шутка, просто шутка. С долей правды».

Тем временем атака продолжалась.

После их прощупывания появились и атаковали более крупные монстры, в полтора раза превосходящие по размерам окружавших их дрейков-охотников.

Воины из задней части строя метнули кинжалы, метательные топоры, копья и стрелы, чтобы отразить внезапную атаку.

Кэтрин, которая наблюдала за прощупыванием Иона, делая ставки на будущее Карема, наблюдала за происходящим воочию.

Она вышла наружу на случай, если что-то случится, но, похоже, вмешиваться ей не придется.

«Сейчас же!»

«Соберись!»

«В сторону!»

«Рыцари, вперед!»

Заблокированные сначала строем, а затем атаками воинов, дрейки-охотники начали умирать, после чего Хифон закричал.

По этому сигналу солдаты и воины разошлись в стороны, и Хифон, возглавив атаку, пронесся на напуганных дрейков-охотников вместе с рыцарями, всадниками на лошадях и снегунах.

Когда строй монстров в одно мгновение распался, воины начали окружать дрейков-охотников в обратном направлении.

Несколько солдат, воинов и рыцарей поддерживали строй на случай непредвиденных обстоятельств.

Гвун!

Низкий, но отчетливый крик раздался из-за тростника.

Карем почувствовал, как все волосы на его теле встали дыбом.

Однако оставшиеся дрейки-охотники, еще не окруженные, отступали без оглядки, словно и не нападали.

Даже те дрейки-охотники, которых окружили, начали бежать, получив ранения.

«Они внезапно отступили?»

«Дрейки-охотники образуют стаи, а в дикой или цивилизованной природе стая означает силу. Вероятно, эта атака не стоила затраченных усилий, поэтому они сдались».

«Так еще они уже потеряли часть своей стаи».

Карем указал за пределы формации.

Йелп! Гвонг!

«Осторожно, когти!»

«Не теряй бдительности! Если тебя укусят, ты потеряешь руку!»

«Щиты вперед!»

Три дрейка-охотника, полностью окруженные и не имевшие возможности отступить, оказывали яростное сопротивление.

Но каждая атака блокировалась щитами, и они были смяты десятками копий, издавая последние предсмертные крики, когда рыцари и воины наносили завершающие удары.

«Пока есть добыча, они могут восстановить свою стаю, а сейчас еще осень. Возможно, они будут искать более легкую добычу. Возможно, они направятся в Кингсленд, который находится недалеко».

«Но неужели мы просто оставим их так?»

«У нас нет времени».

Карем подумал, что они могли бы взять какую-нибудь добычу, но задача солдат и воинов заключалась в сопровождении повозки, а не в истреблении. Они торопились.

Солдаты и воины не могли скрыть своего сожаления, но, поскольку сэр Хифон и другие рыцари ругали их свирепыми взглядами, им ничего не оставалось, как бросить трупы чудовищ в камыши по обе стороны дороги и засыпать место происшествия грязью.

Пока запах крови не привлек новых непрошеных гостей, процессия быстро удалилась.

Всем привет, с вами я, Балл Матье, сегодня у нас будет программа "В мире драконов". Сегодня специально для неэрудированных чтецов мы познакомимся с видами драконов, представленные здесь.

Первым драконом, точнее полудраконом, будет, конечно, дрейк (drake (не путать с репером)). Дрейк - это четырёхногий бескрылый полудракон. По сути, их можно считать динозаврами, т.к. они ими и являются, просто в фентезийном мире. Но также дрейки описываются как четырехногим бескрылым драконособакообразным существом, что представлено в данном произведении. Являются довольно опасными хищниками, т.к. могут соединяться в стаи, а благодаря драконьей крови и днк обладают высокой силой, живучестью и защищенностью.

Разновидности дрейков.

Следующим драконом будет вирн. Если вы знаете слово "worm", то можете понять, каким будет этот дракон. Да, дамы и господа, вирн - это дракон-червь! Без лап и крыльев! Хотя по некоторым источникам у него есть всё таки лапы и крылья...

Возможный вариант вирма.

Ну, а сейчас поговорим про знакомого всем драконобразного сущетсва! Виверну! Бедное существо, появившееся на свет от дракона и птицы. А бедное потому, что оно мелкое, слабое и имеет только одну пару лапок. Эх, пропили птицы драконью кровь.

Типикал виверна

И последний чёрт - это линдвормы. По сути, такие же вирмы, но только со 100% вероятностью обладают передними лапками и могут плеваться ядовитой слюной. Но, в отличии от вирм, они англичане.

Типикал линдворм. (ЧЗХ, ОТКУДА КРЫЛЬЯ??!)

Глава 19 - Мамонт

Словно на зло после нападения дрейков-охотников, на пути к территории Фелвинтера произошло еще несколько нападений – их группа непреднамеренно встречалась с монстрами и животными, которые готовились к зиме.

Хотя Исландия бесплодна, ее населяют различные формы жизни. За исключением разумных существ, таких как разбойники и варвары (люди, дварфы, эльфы и т. д.), они редко встречались.

Среди них были и животные, о которых Карем даже не думал здесь увидеть.

Бву-у-у!

«...Это мамонт?»

«О, ты знаешь о мамонтах, да? А, ну они известны и в других регионах».

В его прошлой жизни они вымерли тысячи лет назад, и от гигантских травоядных хищников, создавших степи между Азией и Европой, остался только генетический код, сохранившийся в ледниках и окаменелостях, и их ближайший родственник – слон.

Массивный мамонт, высотой более 3-4 метров, был покрыт густым коричневым мехом.

Казалось, он весит несколько тонн. Его большие и толстые бивни, покрытые паутиной трещин, угрожающе сверкали в солнечном свете.

Все, от рыцарей до солдат, победивших бесчисленных врагов, были заметно напряжены. Ведь перед ними стоял один из могущественных тиранов, правящих дикими землями Исландии.

«Старейшина Ион, а разве мамонты приходят сюда осенью?»

«Кажется, в этом году осень наступила немного раньше».

«Стада поблизости нет, и размер его относительно невелик, так что это самец. Судя по состоянию меха и клыков, он, похоже, довольно старый...»

Кэтрин быстро оценила ситуацию с помощью своего опыта. Ее расчеты были быстрыми.

Вывод напрашивался сам собой: его можно сразить. Для этого и нужны были рыцари.

Но в отличие от предыдущих случаев, когда они отражали атаки с незначительными повреждениями, солдаты и воины явно понесут значительные потери.

Даже Ион, который всю дорогу был спокоен, пришел к тому же выводу, что и Кэтрин, и нервно вытер холодный пот.

«Леди Атанитас, думаю, на этот раз нам понадобится ваша сила».

«Ну, с вашими силами невозможно отразить его без потерь. Так что придется мне напрячься».

Кэтрин разжала руки и пошевелила пальцами. Карем, стоявший рядом с ней, почувствовал, как пронизывающий холодный ветер режет его кожу, несмотря на то что он намазался маслом.

Бвуууу!

Мамонт, который быстрыми шагами приближался к процессии, почувствовал что-то необычное.

Враждебный взгляд мамонта и угрожающий звук из хобота - для Карема это прозвучало как сигнал к нападению, и он оказался прав.

Бац, бац, бац, бац!

Скорость была вдвое меньше, чем у скачущей лошади. Но при своих огромных размерах мамонт, словно танк, несущийся на полной скорости, теперь казался по скорости, как катящийся арбуз (валун).

«Эм, леди Атанитас? Вы все еще готовитесь?»

«Хм? Я просто наблюдала. Почти готово».

Подождите... Всё, готово.

Кэтрин, набрав в обе руки холодного воздуха, взмахнула руками в крестообразном движении.

И после этого холодный воздух, исходящий от нее, исчез.

Вот так просто? На вопрос Карема последовал немедленный ответ.

Десятки ледяных цепей внезапно образовали на земле П-образную (U-образную) форму, зажав мамонта перед строем. Сосульки на концах цепей, каждая размером с туловище взрослого человека, были направлены в одну сторону.

Шррринг-клнг!

Пока мамонт пытался разобраться в ситуации, ледяные цепи начали сковывать его с яростным скрежетом, словно пушечный выстрел. Ион, увидев это, был удивлен.

Так быстро использовать магию без реагентов, катализаторов и заклинаний. Должно быть, именно поэтому его сеньор, герцог Исландии, терпел грубость и лично послал за ней.

Крэк-Кланг! Треск!

Пока Ион погрузился в раздумья, мамонт продолжал трубить со смесью шока и гнева, оказывая яростное сопротивление. Цепи ломались от напряжения, но еще больше ледяных цепей сковывали мамонта.

Мамонт, не в силах преодолеть ограничения, наконец остановился, и рыцари быстро бросились к нему. Таким образом, ситуация разрешилась без потерь. Пока Карем ошеломленно смотрел на происходящее, Кэтрин, опустившая руки, потрепала его по плечу.

«Эй, малыш. На что это ты уставился?»

«Какая потрясающая магия! Ух ты! Страшные цепи!»

Он не мог сказать правильно, его переполняло лишь восхищение, но Кэтрин, похоже, не возражала и слегка улыбнулась. Она поправила свой взъерошенный плащ и махнула рукой.

«Ну, это то, что могут сделать и другие мудрецы. Если они не могут этого сделать, им следует отказаться от звания мудреца, не говоря уже о бессмертии».

«Они все так умеют?»

«Ну, атрибуты могут отличаться. Это также зависит от окружающей среды и времени года».

«От окружающей среды? От сезона? Аааа…»

догадался Карем.

Всего два раза. Нет, три раза.

Это были все разы, когда Кэтрин показывала ему магию.

Формы были разными, но все они имели четкую общую суть.

Замораживать плоть и кровь, создавать ледяные копья, плести ледяные цепи. Все они были основаны на льде. Как и предполагал Карем, она прекрасно владела магией льда, и, естественно, в морозную зиму ее сила удваивалась.

Кроме того, Исландия была самым холодным регионом в Королевстве Сеофон. Люди из других регионов были бы шокированы, думая, что даже весной и осенью здесь зима.

Пока Кэтрин подтверждала догадку Карема, подошел сэр Хифон, возглавлявший процессию сопровождения.

«Старейшина Ион, мы очень спешим, поэтому у нас нет другого выбора, кроме как...»

«Хм, так ли это?»

«Да. Учитывая его размеры, разделка займет немало времени...»

«Хм. Очень жаль».

Ион шмыгнул губами, словно искренне сожалея о том, что рыцарь его уговорил.

Жаль. Действительно жалко.

Мамонты обитали только в северной части континента Европа, как Исландия в Королевстве Сеофон.

Кроме того, из-за их размеров и непомерной силы на них было трудно охотиться, но их удивительный вкус и польза заставляли многих людей платить много золота, чтобы съесть их.

В результате конкуренция была очень жесткой, а цены высокими, что сделало их одним из главных предметов экспорта Исландии. Даже Ион мог есть их всего несколько раз в год.

Конечно, это все равно было вдвое больше, чем у других дворян.

Как бы то ни было, старейшина Ион искренне сожалел об этом. Он хотел бы есть их почаще для пользы здоровья, если бы ему представилась такая возможность.

Карем был заинтригован его словами, переполненными аппетитом.

«Старейшина, неужели мясо мамонта действительно такое вкусное?»

«О, Карем. Хоть ты и молод, но, похоже, у тебя особое любопытство к ингредиентам, как и полагается повару».

Когда речь заходила об интересующей нас теме, старейшина Ион начинал говорить энергично, как будто никогда не был удручен, как человек, сидящий на жесткой диете, откусывающий большой кусок курицы.

Самой вкусной частью была вырезка, прикрепленная к ребрам, медленно обжаренная в масле при низкой температуре в течение долгого времени.

Он начал почти хвалебное объяснение вырезки, вкусы и аромат которой были сконцентрированы в десятки раз, как у коровы, откормленной и привязанной исключительно для еды.

Ион потерял счет времени, попеременно восхищаясь и сожалея, когда он описывал вкус мяса мамонта. Его великолепная способность к описанию была похожа на перевод порнографии на язык слов.

Карем потерялся в ярких описаниях, а когда Хифон принял озабоченный вид, Кэтрин, не в силах больше смотреть, вмешалась.

«Кхм, кхм! Старейшина Ион, простите меня за ваше сожаление, но...»

«О, леди Атанитас. Простите меня. Я был так опечален, что забыл о ситуации».

«Вы сказали, что зима, похоже, наступит немного раньше, так не пора ли нам поторопиться?»

«Хм, похоже, ситуация улажена. Давайте отправимся в путь».

Хотя и не так сильно, как старейшина Ион, члены процессии, за исключением Карема, не знавшего вкуса мамонтового мяса, не могли скрыть своего сожаления.

Другого выбора не было. Пришлось довольствоваться тем, что с него содрали немного меха.

Закончив приготовления, процессия двинулась мимо мертвого мамонта, скованного ледяными цепями и все еще истекающего кровью.

Хотя мамонт был уже стар, он все еще оставался доминирующим существом в Исландии.

То ли из-за запаха крови, то ли из-за его аромата, доносящегося до процессии, количество нападений монстров и хищников значительно сократилось по сравнению с прошлым.

Благодаря этому шествие было относительно более приятным, чем раньше.

После нескольких дней пополнения запасов в деревнях и у ворот на территориях других дворян, они наконец вошли на территорию Фелвинтера. Продолжая путь, сэр Хифон, как и прежде, постучал в окно кареты.

«Скоро мы прибудем в Колден».

«О, да. Тогда я оставлю остальное на вас».

Прибытие на территорию Фелвинтера не было концом.

«Леди Атанитас, вы сказали, что наш путь лежит в замок герцога, верно?»

Кэтрин, сосредоточившись на бесконечном свитке, появившемся из ее плаща, утвердительно кивнула.

«Хм, мы должны прибыть до захода солнца. А вот и он.»

Карем выглянул в окно.

В центре большого вытянутого замка, который, судя по всему, принадлежал герцогу, во внутреннем замке легко могли разместиться несколько Бордерстеров (в плане самого города, а не территорий). Внешний замок казался в несколько раз больше.

За стенами, окружающими внешний замок, как паутина, раскинулись большие деревни, которые были пустыми после сбора урожая сельскохозяйственных угодий.

Как он сказал, если Бордерстер, который Карем увидел впервые, считался городом, то город перед его глазами был достаточно огромен, чтобы считаться городом даже по современным стандартам.

Таким образом, приближался конец их холодного путешествия.

Карем прибыл в Колден, столицу Исландии и самый большой город на севере страны.

Да не вымерли эти ваши мамонты.

Нашёл во время перевода мем, держите:

Глава 20 - Колден, Винтерхэм

Естественно, что существа, которые объединяются в группы в дикой природе, имеют более высокий уровень выживаемости, и люди придерживаются того же принципа.

Вполне естественно, что жители деревень, разбросанных по всей территории, съезжаются в город, чтобы пережить суровую исландскую зиму. И хоть ожидалось, что в городе будет шумнее, но в Колдене и так всегда было многолюдно и шумно, независимо от времени года.

Внешний район Колдена, который по площади в несколько раз превосходил Бордерстер, был гораздо более шумным и многолюдным, чем Бордерстер.

У Иона, который прожил в городе много лет, было ностальгическое выражение лица, словно он наконец-то вернулся домой. С другой стороны, Кэтрин, пытавшаяся сосредоточиться на своем свитке, в конце концов бросила чтение из-за шума.

А Карем зажимал нос и дышал только через рот.

Это был довольно неловкий поступок перед старейшиной Троицкой церкви, управляющим герцогским домом и его работодателем, великим магом, но Карем был было всё равно.

Как говорится, первое впечатление — это половина успеха, и Карем уже однажды разочаровался в городах.

Он был заворожен грандиозным зрелищем, открывавшимся из окна кареты, но быстро опомнился, увидев, как люди автоматически расступаются перед городскими воротами.

Как правило, когда много людей, все увеличивается в разы.

Быстро вспомнив ужасные виды из внешнего района Бордерстера, которые могут понравиться только людям со своеобразным вкусом, Карем, словно слон, увидевший мышь, закрыл окно и начал дышать через рот.

Хотя карета была относительно герметичной, наружный воздух проникал внутрь при минимальной вентиляции, что затрудняло дыхание, но для Карема это был неизбежный выбор.

Ведь лучше задыхаться, чем чувствовать зловоние туалетной канализации.

«...Малыш. Что ты сейчас делаешь?»

И естественно, он бросил недоверчивый взгляд на слишком серьезный вид, не подходящий к ситуации.

«Культивирую.».

«Культивируешь?»

«Дышу через рот...»

«Я это и так прекрасно вижу. Но зачем?..»

Это был естественный вопрос для Кэтрин.

Ранее он выглядел как ребенок, получивший подарок на день рождения, но сейчас он жмурится и задыхается, как рыба, выпрыгнувшая на лёд.

«Я уже пережил это в Бордерстере. Я не хочу пройти через это снова. И буду так дышать до тех пор, пока мы не въедем во внутреннюю часть».

«Что, опыт? Ты про то…»

«Если это леди Атанитас, то вы должны понять, почему я это делаю, верно?»

«Но... А точно ты здесь впервые…»

Карем, отвечавший гнусаво, был очень серьезен, и Кэтрин подумала, что ничего не поделаешь. Как бы то ни было, видеть отходы, выброшенные с высотного здания, было слишком для деревенской деревенщины, впервые приехавшей в город.

«Леди Атанитас, о чем вы двое так забавно разговариваете?»

И это было вполне естественно для старейшины Иона.

Когда Карем объяснил ситуацию гнусавым голосом, старейшина Иона покачал головой.

«Действительно, большинство быстро развивающихся городов испытывают проблемы из-за неадекватного состояния канализационных систем. Этой проблемы не может избежать даже территория Фелвинтера, так что смеяться не над чем».

«Внутренний район Бордерстера был несколько лучше, но во внешнем районе воняло хуже, чем в обычном деревенском амбаре».

«Впрочем, беспокоиться не о чем».

«Да?»

«Я говорю, что в Колдене не стоит беспокоиться о таких запахах».

Старейшина Ион махнул рукой, как бы говоря, что не стоит беспокоиться. От уверенного тона и слов высокопоставленного лица Карем осторожно опустил нос.

«О, неужели никакого запаха?»

«Несмотря на то что Исландия бесплодна, ее история и традиции длиннее, чем у королевства. Разве не было бы проблемой отсутствие нормальной канализации?»

«Канализационная система для целого города такого масштаба?»

«Огромное количество денег и дварфы знают ответ».

А, дварфы. Дварфья раса, славящаяся металлообработкой и строительством. Плюс огромный бюджет.

«Малыш. Ура дварфам, которые без ума от денег и мастерства».

«Но разве вы не говорили, что Исландия бесплодна?»

«Да. Это одно из самых бесплодных мест в Королевстве Сеофон, нет, на континенте Европа».

«Тогда откуда у них деньги на строительство?»

Бесплодные земли означают низкие урожаи. Плохие урожаи означают меньшие налоговые поступления, но, судя по выражению лиц людей, видневшихся из окна кареты, в них не было и намека на измученную жизнь.

Отчаянных лиц, которые бесчисленное количество раз видели в деревне Мостон, нигде не было видно. Чувствовалась лишь позитивная энергия, рвущаяся к радостной жизни.

«И почему здесь тепло?..»

«Колден построен на месте горячих источников, поэтому здесь теплее, чем в других регионах Исландии. Вот почему».

«Так вот почему здесь тепло».

Хотя он так сказал, его дыхание все еще было заметно. Но по сравнению с режущим ветром за городом, который, казалось, мог разорвать кожу, здесь было тепло.

Как будто заходишь в дом после целого дня, проведенного на улице в середине зимы, и чувствуешь тепло, даже когда тебя обрызгивают холодной водой.

Тем временем процессия прошла через толпу, которая расступилась, увидев флаг кареты, и достигла внутренней части Винтерхэма, главного оплота семьи Фелвинтер.

Хотя Карем успел увидеть Винтерхэм только снаружи, с первого взгляда он понял, что замок отличается от других.

Когда он оценивал стены замка Колдена снаружи, первое, что приходило на ум, — это форма квадрата и прилагательное «прочный». Возможно, это связано с тем, что он был сделан дварфами и отражает их архитектурный стиль.

Но сейчас Винтерхэм перед глазами Карема выглядел совершенно противоположно тому виду. Высокие цилиндрические шпили и сложные стены, соединяющие шпили, выглядели трудноуловимыми с первого взгляда.

До сих пор он был похож на стереотип благородного замка из сказок.

Единственное отличие заключалось в том, что масштабы замка были нешуточными.

«Леди Атанитас, это Винтерхэм?..»

«Да. Он совсем не изменился с тех пор, как я видела его раньше».

«Похоже, здесь может поместиться целая большая деревня, нет, небольшой город».

Примерный масштаб, который можно было увидеть за стенами, окружающими Винтерхэм, был примерно таким.

Если сложить все шпили, здания и сооружения внутри, то, как сказал Карем, он действительно был достаточно велик, чтобы вместить целый небольшой город, и это не было преувеличением.

История Колдена была даже длиннее, чем история объединенных династий Королевства Сеофон. Более того, именно он первым заблокировал армию короля демонов, которая сожгла почти все цивилизации в древнем мире.

Благодаря этому герою удалось выиграть время, чтобы убить короля демонов, и этот факт признали все народы континента Европа.

«Вы про король демонов и его армия, которая сожгла всю Европу?»

«Да. Если быть точным, то «почти». От Великого герцогства Лекерус на севере до пустынного королевства Адобис на другом континенте на юге. Я слышал, что даже далекий восток был охвачен хаосом».

«На таком уровне, разве это место не является практически святой землей?»

«Да. Если вдуматься, то это и есть святая земля».

«Но разве вы не говорили, что это бесплодное место, куда люди не хотят приходить?»

Если это такое место, то почему оно считается захолустной деревней? Карем в замешательстве посмотрел на Кэтрин.

«Ну, в конце концов, все дело в восприятии людей. Даже если это бесплодное место, если бы погода была немного лучше, все могло бы быть иначе, но кто захочет жить в таком холодном месте, если только он не местный житель?»

Маг уровня мудреца, нанятый для поездки в такое холодное и бесплодное место?

Кэтрин устремила взгляд в окно и промолчала в ответ на молчаливое требование Карема ответить. Нет, но стоит ли ей открыто говорить о таких вещах, когда рядом с ней находится управляющий герцогский домом, правящего этими землями?

«Не о чем беспокоиться. Слова леди Атанитас очень точны».

Когда карета проезжала через главные ворота Винтерхэма, Ион открыл окно и успокоил Карема, получив приветствие стражника.

«Итак, леди Атанитас. Вы должны знать, в какой башне остановитесь. Я буду следовать за вами только до этого места».

«Старейшина Ион».

«Тогда давайте встретимся на вечернем банкете».

Когда Карем вышел вслед за Кэтрин, старейшина Ион возглавил отряд и ушел. Оставшись один посреди замка со своей нанимательницей, Карем сразу же обратился к Кэтрин.

«Леди Атанитас. Что вы имеете в виду под вечерним банкетом?»

«В семье Фелвинтер есть традиция каждый вечер собираться вместе за ужином. Просто из-за количества людей это выглядит как банкет».

«А поскольку Винтерхэм - главная крепость и главный дом, из-за чего ужин похож на банкет просто по масштабам».

Когда Карем посмотрел вверх, там были высокие башни и различные сооружения, выстроенные в ряд, как овцы перед великаном. Было ясно, что число работающих здесь людей легко перевалит за тысячи.

Поэтому, ожидая увидеть слово «банкет», Кэтрин лишь повернула голову, чтобы взглянуть на Карема.

«Ну, по масштабам это похоже на банкет, но это не то, чтобы здесь подавали всевозможные деликатесы, как на настоящем банкете. Это просто гораздо более масштабный ужин. Герцог, вернее, сам лорд довольно скромен».

«Хм, честно говоря, я с нетерпением ждал этого».

«Что ж, для благородного человека это много значит. По сравнению с банкетом, где пьют и веселятся, это, может, и не так, но там все равно будет много всего».

К тому же, пока одни ужинают, другим приходится работать, так что не факт, что все ужинают в одно время.

«Ну, блюда, подаваемые на ужин, очень вкусные, но уверяю тебя, малыш. Твои навыки не уступают их навыкам. Я гарантирую это».

«О, не нужно меня так хвалить».

«...Ну, ты поймешь, когда испытаешь это сам».

Не понимая уникальной склонности Карема отвергать похвалу из-за его прошлой жизни, Кэтрин сразу же начала идти. Естественно, Карем последовал за ней быстрым шагом.

Глава 21 - Моя старшая - это эльфийка-горничная, так ещё и брауни!

Карем - реинкарнировавший человек, который целых 10 лет жил в деревне в качестве холопа.

Однажды он неожиданно стал личным слугой и поваром мага, достигшей уровня мудреца, и начал работать и жить в Винтерхэме.

Естественно, мало кто воспринимал Карема, который не был ни низшим дворянином, ни незаконнорожденным ребенком дворянина, ни даже простолюдином, а всего лишь холопом! Из-за чего Карем ожидал стать объектом жестоких преследований!

Но подобным он вообще не встречался!

«Фух, что-то я беспокоился-беспокоился, но ничего особенного не произошло».

Карем и сам был настороже, ожидая жестокой дискриминации.

В конце концов, там, где живет много людей, ненужное политиканство неминуемо.

Из-за чего люди из одной социальной группе объединяются, собираясь в одном месте, и сражаются словесно с другими.

Но ожидаемой дискриминации здесь не было. Даже когда Карем приходтл в замок раз в несколько дней, люди не проявляли к нему никаких чувств.

Поразмыслив несколько дней, Карем понял несколько причин.

Первое - влияние Кэтрин оказалось сильнее, чем он думал.

Второе - политиканство, то есть соперничество, происходило часто и обычно между равными или более высокими по рангу людьми. А, Карем был единственным из холопов.

И самая главная причина - Кэтрин редко покидала свою башню, из-за чего также Карем меньше бывал в замке.

В результате единственной задачей Карема здесь стало приготовление трех блюд и закусок для своей нанимательницы.

А, освободившись от обязанностей личного слуги, Карем в свободное время наслаждался своими увлечениями, ведя полноценную жизнь, похожую на его прошлую жизнь. Даже сейчас он распространял на кухне восхитительный аромат.

Он готовил на завтрак похлебку из морепродуктов.

Это была версия хорошо известной похлебки из моллюсков с добавлением рыбьего мяса.

Он обжарил нарезанные кубиками сельдерей и лук в кастрюле с растопленным маслом до полупрозрачности, затем добавил нарезанные морковь и пастернак, приправляя их по мере приготовления.

На первом этапе он добавил специи, о которых раньше только мечтал, - перец и бульон, на втором - муку и сливки, и наконец - рыбье мясо, мясо моллюсков и много петрушки.

Он тушил до тех пор, пока белки не сварились, и все было готово.

«Ух ты, кажется, это даже вкуснее, чем то, что я ел в прошлой жизни».

Но просто есть это было бы скучновато, поэтому Карем быстро добавил несколько жареных яиц, тосты, беконную вырезку и сосиски, приготовив их с аппетитом.

Чувствовалось, что баланс перекошен в сторону белка, но это не имело значения, поскольку в блюде также присутствовали овощи.

Он положил еду, которой, похоже, было достаточно для трех человек, на поднос и направился в столовую.

Карем, который последовал за Кэтрин, остановился в Башне магов, где на протяжении многих поколений жили маги, нанятые герцогом Исландии.

Конечно, несмотря на то, что столовая была общей, в ней было всего три человека, включая Карема и Кэтрин.

Когда он толкнул носком сапога элегантную дверь столовой, Кэтрин, одетая в повседневное белье, тепло поприветствовала его с дивана.

«О, замечательно. Наконец-то завтрак».

А точнее она приветствовала поднос с едой, а не Карема.

«Ты медленный».

Пожаловалась женщина, сидевшая рядом с ней.

«Ничего не могу поделать. Хнк, у меня короткие ноги…»

«Тогда расти быстрее, чтобы твои конечности стали длиннее».

«Это невозможно».

«Цк, людишки…»

Карем, который за несколько дней привык к Мэри, нет, к Брауни, поставил поднос перед Кэтрин и сел напротив нее.

Брауни, накрывавшая на стол так, словно еда могла попросту рассыпаться, была одета в черное платье, едва прикрывавшее икры, белый фартук, закрывавший плечи и перед, и белый чепец.

Как только Мэри закончила накрывать стол, она тут же занялась Кэтрин, а Карем быстро взял ложку и окунул ее в похлебку.

Кэтрин удовлетворенно улыбнулась, наслаждаясь резиновыми моллюсками, нежным мясом рыбы, овощами, пропитанными сливками, и густым белым бульоном.

«Ха! Он густой, как рагу, но легкий, как суп».

«Вчера привезли моллюсков, и вот я и сделал. Вам нравится?»

«Да, не зря дворяне нанимают поваров за большие деньги».

И Мэри, увидев это, с завистью посмотрела на Карема.

Карем тоже поначалу был недоволен.

В конце концов, кому понравится, если только он не мазохист, внезапно подвергаться зависти, ревности и словесным оскорблениям без причины?

Но как только он узнал причину, его недовольство быстро исчезло.

Она была Брауни. И ещё эльфийкой-горничной.

Существо, которое не просто любило, а обожало работу по дому, и работа по дому была причиной ее существования.

Конечно, внешне это было незаметно, поэтому, пока Кэтрин не упомянула об этом, Карем думал, что она просто служанка.

«Цк, а я-то думала, что после 10 лет у меня наконец-то появился прожорливый подрядчик, о котором можно будет самостоятельно заботиться...»

«И кто же этот прожорливый подрядчик?»

«Не могу поверить, что, дождавшись этого, у меня появиться сильный конкурент в той же области...»

«Эй, ты игнорируешь слова своего хозяина?»

«И это маленький человечек, у которого еще даже не было церемонии совершеннолетия!»

Подумайте об этом с ее точки зрения.

Вы наслаждаетесь очень приятной работой/досугом, как вдруг из ниоткуда приземляется высшее начальство?

Даже если парашют хорошо справится со своей задачей, вы не будете смотреть на них доброжелательно.

«Младший Карем, надеюсь, ты не будешь снова убираться на кухне?»

«Я только готовил и оставил все как было, так что не беспокойтесь».

«А кастрюли и посуда все еще на своих местах?»

«Я оставила пятна от еды как есть, я ничего не убирала».

Сначала он не знал, что делать, и убирал, но смертельные взгляды, которые он получал, пугали его, и Карем решил довольствоваться тем, что делает свою работу.

В конце концов, все повара ненавидят только одно - уборку.

Если кто-то другой готов это сделать, никто не будет против.

По крайней мере, Карем отнесся к этому очень доброжелательно.

«Хмф, я уступила готовку, но не могу отказаться от уборки».

«Включая мытье посуды?»

«Конечно! Если бы только подрядчику так не нравилась твоя стряпня!»

«Ну, моя еда свежая и вкусная, а в чём проблема? Но если я буду намеренно готовить еду плохой...»

«Тогда я покажу вам, насколько я безупречна в стирке таких негодников!»

«Вот из-за этого я не могу плохо готовить».

«Тц. Роковая ошибка...»

Карем не ошибся, но Мэри видела, как он улыбается, словно говоря: «Если у тебя есть претензии, готовь лучше, чем я».

Конечно, все это было предрассудками Мэри, а Карему просто нравилась похлебка из морепродуктов, которую он приготовил.

«Хм, а знаете, что дополнит похлёбку? Крамбл¹ с беконом!»

«О, вы приготовите крамбл с беконом?»

Карем кивнул в ответ на слова Кэтрин.

На тарелке рядом с миской густой похлебки из морепродуктов лежали тосты, а также сосиски и бекон. Бекон был не длинным и прямоугольным, а овальной формы, размером с ладонь.

Он был известен как беконной вырезкой.

«Ну хоть это и вырезка, но из свиного брюха…»

«Вырезка из свиного брюха? Он вообще будет съедобным? Я не могу себе этого представить».

«Ну, вы сначала разрезаете его, оставляя немного мяса. Потом тонкий, жирный копченый бекон долго запекаете, пока он не станет крошиться, как печенье, а потом посыпаете его этим порошком. Разве это не будет намного вкуснее?»

Хрустящий бекон, растертый в порошок, был вкусным в любом блюде. Это очевидно, ведь в крупных продуктовых магазинах порошок бекона продается даже отдельно.

«Хм, кажется, я пробовал нечто подобное на континенте...»

«Госпожа, вы говорите о гуанчиале²?»

«Да, это был гуанчале. Это ж было в Королевства Сербанус?..»

Карем тоже знал, что такое гуанчале. Это вид копченого бекона из свиной щеки или головы.

Знаменитые повара всегда рекомендуют использовать гуанчале в карбонаре. Римляне были от него без ума. Хотя сам он никогда его не пробовал.

Но он не мог показать, что знает это. В конце концов, Кэтрин видела в нем лишь мальчика-гения в кулинарии, который уже 10 лет был холопом.

Хотя у нее уже начали появляться некоторые подозрения.

«Если жир и мясо прослоить, причем жира будет больше половины, разве это не будет похоже?»

«О, это было немного скучно, тогда была просто мягкая текстура, но, к счастью, есть тосты».

«Может, в следующий раз закажем у мясника?»

«Звучит неплохо».

Пока они продолжали беседу и трапезу, тарелки и миски, полные еды, опустели.

Закончив завтрак, Кэтрин, не оглядываясь, направилась в лабораторию, и когда Карем уже собирался убрать посуду, Мэри схватила ее, как хищная птица хватает пищу.

«Грр! Как ты смеешь. Это моя работа!»

«О, я буду благодарна, если ты перенесешь их для меня».

«Хмф, веди».

«Да.»

Как уже говорилось, Карем не жаловался. Зачем отказываться, если кто-то другой делает скучную и надоедливую работу?

Его инстинктивное желание навести порядок было именно таким. Хотя это было удобно, он еще не совсем привык к этому, поэтому чувствовал себя немного неловко.

Как только Карем открыл дверь на кухню, там все еще царила та же картина, что и в прошлый раз.

Мука, рассыпанная по полу и столу, неубранная овощная кожура и корни, испачканные сковородки и кастрюли, посуда и кухонная утварь.

Увидев эту сцену, Мэри, повеселевшая, быстро побежала наводить порядок на кухне, как будто никогда не была раздражена.

Конечно, Карем не стал бы просто наблюдать за этой сценой.

«Мэри».

«Эй, не мешай мне работать!»

«Давай сначала поедим, а потом ты сможешь продолжить».

«Передо мной есть работа, но еда...»

Не дослушав ответ Мэри, Карем достал с полки большую миску, зачерпнул из кастрюли щедрый половник теплой похлебки из морепродуктов и поставил на стол.

Хотя она и притворялась, тело Мэри было честным, и, несмотря на недостаточную силу Карема, ее не могло не потянуть сесть перед миской. Инстинкты честны.

«Цк, но... посуда и овощная кожура...»

«О. Это еще лучше на вкус и имеет более насыщенную консистенцию, потому что варилось дольше. Похлебка из морепродуктов».

«Она настолько густая!? Сколько сливок вы положили!?»

«Вот, возьми хлеб и свежее молоко».

Хобби Карема были кулинария и игры.

Как только он услышал ее имя, он кое-что вспомнил.

Эльфийка-горничная, так ещё и брауни, обожающая работу по дому.

Любая еда: сливки, выпечку и молоко.

К счастью, помня рецепты десертов из прошлой жизни, он смог удовлетворить Брауни её же любимыми блюдами.

«А-а-а. Насыщенные сливки, бульон из моллюсков и острый вкус перца...»

«Потрясающе, правда?»

«...»

Хлыст!

Когда Карем сказал это тоном, подразумевающим, что он хочет, чтобы она признала свое поражение, Мэри отвернулась.

Несмотря на это, отламывая хлеб, чтобы макать его в суп, и запивая молоком, она была похожа на надувшуюся кошку, которая хочет угощения.

¹ - Крамбл (Или крембл) - английский пирог: запеченные фрукты либо мясо, поверх которых насыпали крошкой от песочного теста

² - Гуанчале - это сыровяленые свиные щёчки, самая нежная и ароматная часть свиной туши.

P.S. - Брауни - это домашние духи в мифологии Шотландии и северной части Англии, в широком смысле в английском употребляется для обозначения духов-помощников.

Типикал сладкий крамбл

Типикал Гуанчале

Страница книги Личный шеф-повар мага, которая не может есть одна в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Беглый холоп, наёмник и маг

Глава 2 - Пж, поверьте мне!

Глава 3 - Сырные тосты с чесноком и овощное жаркое с колбасами

Глава 4 - Не так уж и сложно кормить мага!

Глава 5 - Страх?

Глава 6 - Охота

Глава 7 - Моховой кабан

Глава 8 - Моховокабаньи фрикадельки с яблочным соте

Глава 9 - Средневековые города не для реинкарнаторов

Глава 10 - Бесплатным скороходом

Глава 11 - Прощальный (бесплатный) ужин с Эйзенвальским пивком

Глава 12 - Любовный побег

Глава 13 - Опоздавший прощальный десерт

Глава 14 - Кастелла с безе закатного цвета и снегун

Глава 15 - Предложение, от которого нельзя отказаться

Глава 16 - А куриный супчик полезен против похмелья!

Глава 17 - Человек, оставивший после себя имя

Глава 18 - Дрейк-охотник

Глава 19 - Мамонт

Глава 20 - Колден, Винтерхэм

Глава 21 - Моя старшая - это эльфийка-горничная, так ещё и брауни!

О книге