Глава 1

Автобус со скрежетом остановился у старой автобусной остановки. Я встрепенулся от внезапного пробуждения и огляделся вокруг. Я сердито очнулся от дремоты и недоуменно огляделся по сторонам. Насколько хватало глаз, вокруг были то зеленые горы, то рисовые поля.

Водитель автобуса поймал мой взгляд в салонное зеркало и предупредил.

- Студент, конечная.

Я выскочил из автобуса со своими немногочисленными вещами. Я стоял на остановке и смотрел вслед удаляющемуся автобусу, как потерянный человек. Медленно движущаяся масса хлама вскоре превратилась в точку и исчезла из виду. Я, пошатываясь, подошел к развалившемуся креслу, бросил сумку и опустился на него.

Место, где людей мало, а машин проезжает еще меньше. Бип, бип. Единственный звук — это стрекотание кузнечиков. Это была сельская местность.

- ...Уф.

Я сомневался в невероятно высокой зарплате, но все равно приехал в это место, потому что мне больше некуда было идти. Может стоит вернуться? Если меня здесь похитит банда торговцев органами, это будет пиздец. Обхватив голову руками, я снова оказался перед выбором.

♩♪♬

Я услышал звуки музыки.

Издали приближалась элегантная машина, мчавшаяся прямо на меня. Она стремительно неслась, как орел и с визгом остановилась возле меня. Передняя дверь со скрипом открылась, и оттуда вышел молодой человек. Стройный и высокий, он непроизвольно привлекал внимание. Опустив солнцезащитные очки до кончика носа, покрывающие половину его лица, он улыбнулся и помахал мне рукой.

- Господин Со Су Вон!

Я вскочил на ноги, ошеломленный. Крепко сжал в руках свою хлипкую сумку и подошел к мужчине.

- Вы приехали раньше, чем я думал?

- ...Да, немного.

Пока я смотрела вдаль, он хлопнул ладонью по крыше машины.

- Поехали.

Я еще раз поправил сумку и забрался на пассажирское сиденье. Мужчина удовлетворенно улыбнулся и сел на водительское место вслед за мной. Машина плавно покатилась по грунтовой дороге. Мужчина слегка покачивался в такт непонятной ему попсовой песенке.

- .......

- ....…

Я оглядел машину, стараясь не бросаться в глаза. В салоне иномарки было так же чисто, как и снаружи. Во рту у меня все пересохло. Мужчине, похоже, было все равно, смотрю я на его машину или нет, просто он то и дело поглядывал на резюме в своей руке, потом снова на мое лицо.

- Почему вы разместили именно эту фотографию?

Это была очень неуклюжая фотография, сделанная поспешно в местном фотосалоне. На нем была рубашка, взятая у сына фотографа, а на его лице были явные следы усталости из-за нескольких бессонных ночей. Он скомкал резюме и выбросил его в окно, а затем усмехнулся, показав свои белые зубы.

- В жизни вы выглядите гораздо лучше.

Его блестящие волосы развевались на ветру, врывавшемся через открытое окно. Сквозь развевающиеся волосы сверкнули мягкие глаза.

- Я — Джин Сок, Ли Джин Сок.

Мужчина весело рассмеялся и прибавил громкость. Громкое пение пронзило мои уши, и среди неразборчивых нот зазвучал мой голос.

- Спасибо, что забрали меня.

Может быть, он меня не услышал, подумала я. Мужчина не отрывал глаз от дороги, его брови один раз приподнялись, потом опустились обратно. Я немного неловко добавил.

- ...Босс.

- ...Мм?

Мужчина выглядел озадаченным.

- О чем вы говорите, я не босс.

Он выглядел слегка шокированным, затем повернулся ко мне.

- Я выгляжу настолько старым?

- Нет, это не то... .

- Я такой же рабочий, как и вы.

...Это было еще одно потрясение. Мужчина был кэдди, как и я? Я не мог поверить, что кэдди мог ездить на такой роскошной машине в середине дня. Но вспомнив зарплату, указанную в объявлении, я убедился, что с такой зарплатой иномарка была вполне разумной. В объявлении было сказано, что если хорошо работать, то можно получить больше поощрений. Мужчина хмыкнул и сильнее надавил на газ. Машина быстро понеслась по извилистой дороге.

- Вы впервые делаете что-то подобное? - спросил он.

- Да.

Хотя не существует вида спорта, в котором бы я не попробовал себя, но гольф был мне незнаком. Гольф полон вещей, которые стоят денег, включая оборудование и дополнительные сборы. Я даже не знал, чем занимается кэдди, ведь это игра для богатых.

- Это такой же бизнес, как и любой другой гостиничный бизнес. Отличие от других гольф-полей в том, что у кэдди здесь немного больше обязанностей?

- ...О, хорошо.

После долгой паузы мужчина продолжил.

- Эта работа только для приглашенных, и обычно у нас более свободный график. Вероятно, у вас будет больше свободных дней, чем дней с расписанием.

Ритмично постукивая рукой по рулю, мужчина изменил угол зеркала, и посмотрел на меня.

- Это просто рутинная работа. Если мы наймем для этого обычных людей, затраты на рабочую силу обязательно снизятся.

Он пристально посмотрел на меня. Повернув голову, чтобы встретить его взгляд, мужчина продолжил, словно ожидая.

- Начальник внимательно следит за внешностью своих сотрудников.

Я медленно закрыл глаза, а затем открыл их снова.

- В любом случае, с работой у тебя не возникнет особых проблем. Зарплата хорошая, и даже в дни, когда погода подводит, вы все равно получаете свою зарплату. За исключением того, что клиенты немного придирчивы, потому что они VIP-персоны из всех VIP-персон.

Мужчина улыбнулся, поднимая уголки губ вверх.

Мы ехали уже два часа, а дорога все еще простиралась передо мной. В голове мелькали вопросы. Действительно ли в этой части света есть поле для гольфа, действительно ли этот красавчик - мужчина, который охотится за моими органами, действительно ли это дорога к моей смерти и начало ли это конца для моих уже зародившихся сомнений?

Вдалеке показалось огромное здание.

Чем ближе я подъезжал к нему, тем больше меня поражал его огромный размер и благоухающий внешний вид. Машина остановилась на парковке, размером со здание. Передо мной открылся въезд на прекрасно обустроенное поле для гольфа.

- Теперь можно выходить.

Проговорил Ли Джин Сок, и его слова вернули меня в реальность, когда я смотрел по сторонам с открытым ртом. Я последовал его примеру и вышел из машины.

Дзинь, дзинь, дзинь. В куртке Ли Джин Сока, шедшего впереди, послышался звук вибрации. Он достал мобильный телефон и ответил на звонок.

- ...Да, господин. Я только что приехал.

Я прошел внутрь и серьезно оглядел поле для гольфа. Здесь, насколько хватало глаз, пахло деньгами. Как и здание, так и случайные прохожие.

Пока мои глаза были заняты разглядыванием людей и здания, Джин Сок, только что положивший трубку, заговорил.

- Ко мне пришел клиент, я только поприветствую его и сразу вернусь.

- ...О, хорошо.

Джин Сок бодро зашагал по лестнице наверх. Я продолжал осматривать фонтан в центре здания. Фонтан извергал из себя разноцветные струи воды, а в центре его стояли изящные статуи. Залюбовавшись фонтаном, я заметил, что потолок тоже украшен индивидуальным узором.

Отклонив шею назад до упора и следуя за картиной, я двинулся вперед. Однако внезапно я столкнулся с кем-то, кто проходил мимо. Это была явная моя ошибка, и я быстро извинился.

- ...Что.

Молодая девушка, со слезами на глазах, прошла мимо меня, цокая каблуками. На ее белой униформе было написано следующее.

'Royal Golf' (Королевский гольф)

Ли Джин Сок объяснил мне все по дороге. На поле для гольфа, входящем в тройку лидеров по величине в Корее, работает более 30 человек. Годовой абонемент стоит миллиард вон, а все клиенты - VIP-персоны, которые знают друг друга по именам.

Быстро осмотрев интерьер здания, я замер, прижавшись спиной к стене, как вкопанный. Мое внимание привлекли случайные сотрудники, проходившие по коридору. Большинство из них были так же хороши собой и подтянуты, как и Ли Джин Сок, и были одеты в облегающую униформу, демонстрируя свою привлекательность.

- Господин Су Вон.

Ли Джин Сок, закончив свои дела, с извиняющимся видом спустился по ступенькам.

- Вы долго ждали, не так ли? Пойдемте со мной наверх, я провожу вас в кабинет босса.

Вместе они поднялись по лестнице и вошли в сверкающий лифт. Джин Сок нажал кнопку последнего, пятого этажа. Пока я смотрела на медленно поднимающийся номер этажа, Ли Джин Сок прошептал низким голосом, словно рассказывая мне секрет.

- Генеральный директор может показаться немного строгим - добавил он с улыбкой.

- Не переживай, не дай ему сбить тебя с толку.

- Ах - не зная, что ответить, я выдавил из себя какой-то невнятный звук.

- Он в принципе неплохой человек.

- Все в порядке - кивнул я.

Дзинь. Лифт остановился на пятом этаже. Я прошел по длинному коридору и остановился перед дверью с надписью "Генеральный директор". Джин Сок дважды постучал в дверь. "Босс, господин Су Вон здесь". Изнутри послышался резкий голос мужчины средних лет:

- Да, входите.

Джин Сок открыл передо мной дверь и отошел в сторону.

- Входите первым.

Я сделал шаг в кабинет президента. Одна стена в кабинете была полностью стеклянной, и из него открывался панорамный вид на бескрайнее голубое поле. Президент сидел в большом кресле к открывающейся панораме, спиной ко мне, и сжимал в руке мобильный телефон. Часы на его толстом запястье сверкали и сияли.

- ...Ну, типа того.

Голос, охрипший от сигарет, захихикал. Возможно по привычке он прибавил громкость настолько, что я мог его слышать.

- Эти разодетые парни, они элита. Встретишь их в баре, подкинешь им немного денег, и они молча сделают всю работу, не оставив никаких следов. Очень компетентные. Хочется им аплодировать.

Пока продолжался разговор, я бросил быстрый взгляд на Джин Сока, он с бесстрастным выражением лица улыбнулся. Это было лицо, которое просило меня подождать еще немного.

- ... О, извините. У нас только что появился новый сотрудник. Я позвоню позже.

Наконец, разговор был завершен. Генеральный директор убрал телефон и медленно повернулся ко мне. Я быстро поклонился.

- Здравствуйте.

- Эй, детка, иди сюда.

Босс был хорошо сложенным, широколицым мужчиной. У него был румянец, похожий на признаки употребления алкоголя, и толстые ноздри. В целом, кто бы ни взглянул, почувствовал бы, что этот человек, возможно, неизвестный, но он занимает какое-то важное место. Я приблизился к нему на шаг. Босс просканировал меня с ног до головы. Его глаза, скрытые под толстыми веками, холодно сияли. Он оценивающе смотрел на меня и думал, пригоден ли я для его бизнеса. Босс болтал, касаясь своего носа:

- В жизни ты выглядишь выше. Какой у тебя рост?

- 181 см.

- Что ж, неплохо.

Босс лениво кивнул, выглядя довольным.

- Спасибо - машинально ответил я.

Босс авторитетно приказал Ли.

- Покажи ему, где спать, и возвращайся в мою комнату.

- Хорошо, босс.

Ли быстро открыл дверь и жестом пригласил меня пройти в коридор. Поклонившись напоследок боссу, я вышел из кабинета. Войдя в лифт, я сжал и разжал руки. От напряжения ладони были влажными от пота. Вслед за мной вошел Ли Джин Сок и нажал кнопку, чтобы спуститься в вестибюль.

- Похоже ты ему понравился.

Я вздохнул с облегчением. К счастью, оценка была не такой уж плохой.

- С завтрашнего дня у нас начнется обучение. Оно не будет слишком трудным, и менеджер по обучению - хороший парень, так что если ты будешь усердно работать, то все получится.

- Хорошо.

- Что ж, вы познакомились с боссом. Теперь мне нужно только проводить вас до места проживания.

- Да, хорошо.

Помещение в котором я остановился, располагалось немного в стороне от холла. Мы остановились перед дверью с надписью "304", и Ли отпер дверь. Потребовалась всего секунда, чтобы осмотреть комнату. Это была небольшая комната, похожая на капсулу, с кроватью внутри. Сообщив мне временный пароль от комнаты, Ли Джин Сок сказал напоследок следующее.

- Вы можете воспользоваться общей ванной комнатой, которая находится в центре. Питаться можно в столовой для персонала или в магазине на территории.

- Хорошо.

- Остальные детали вы узнаете постепенно. Сегодня отдыхайте.

- Спасибо. Пожалуйста, проходите.

Ли вышел из комнаты, и на мгновение воцарилась тишина.

Оставшись один в комнате, я с громким стуком поставил сумку на полку. В крошечной комнатке было тихо, как в мышиной норке. Из-за отсутствия окон мне было немного душно, но в то же время я почувствовала облегчение от того, что могу хоть немного вытянуть ноги в удобном месте.

Я лежал на кровати и медленно закрывал и открывал глаза. Вся накопившаяся усталость навалилась на меня разом. Веки становились все тяжелее и тяжелее. Я снова закрыл глаза, открыл их и краем глаза увидел пару ног, обтянутых темными брюками. Я вздрогнул от неожиданного появления двух ног. Я протер глаза рукавом, а когда снова посмотрел, видение исчезло так же быстро, как и появилось. ...Не могу поверить, что эта тварь последовала за мной сюда.

"...Фух".

Тяжело вздохнув, я перевернулся на бок и так провел первую ночь на поле для гольфа: то засыпая, то проваливаясь в сон.

Глава 2

На следующий день я приступил к обучению. Человек, представившийся менеджером по обучению, научил меня всему. Будучи спортивным, я смог понять общие правила игры в гольф и то, как выигрывать, но на тренинге по обслуживанию меня постоянно критиковали.

- У вас слишком натянутая улыбка.

- У вас слишком напряженные плечи.

- Ну, я же не хотел, чтобы вы так выпячивали грудь.

Когда я пошел на курсы, чтобы научиться говорить мягко, у меня разболелась голова. Менеджер улыбнулся, раздвинув губы, чтобы показать зубы.

- А теперь посмотрите в зеркало и улыбнитесь. Ким-чи.

Я посмотрел на себя в зеркало в одной из сторон офиса и улыбнулся. Ким-чи. Бледный мужчина повернулся ко мне лицом, ухмыляясь, как Пьеро.

- И повторяйте за мной: "Здравствуйте".

- Здравствуйте.

Со своей неловкой улыбкой и ленивой манерой говорить я чувствовал себя странным роботом.

- Нет, уголки рта должны быть более естественно приподняты, а брови опущены.

Я сделал то, что мне было сказано, и зафиксировал мышцы лица. Уголки рта подергивались, как будто они были неисправны.

- Теперь еще раз. Губы и глаза, расслабьтесь.

Он каждый раз подстраивал мою мимику, даже не хмурясь. Со временем моя первоначально неловкая мимика стала меняться. После двух занятий в классе, я уже мог улыбаться естественно и говорить добрые слова, пусть и машинально.

Итак, быстрая тренировка кэдди на этой неделе подошла к концу. В офисе персонала меня измерили и вскоре вручили униформу и толстую папку с документами. В ней содержалась краткая информация о членах клуба для кэдди. Я прижал папку к боку, как награду и вернулся в свой номер. Я чувствовал, что сделал шаг вперед.

А потом наступил мой первый рабочий день. Когда я впервые примерил форму, я запаниковал, потому что она была очень тесной. Форма облегала мои бедра и грудь, как будто была сделана специально для меня, и это было очень странно. Когда я неловко выходил из раздевалки для кэдди, то столкнулся с Ли Джин Соком. На нем была такая же форма.

- Униформа тебе очень идет.

Я взглянул на свою одежду после его слов. Сколько бы я не думал об этом, одежда была слишком тесной и тонкой на моей груди. Она так тесно прилегала к соскам, что они почти были видны. Хотелось бы, чтобы у меня хоть что-то было под ней. Если бы я надел что- то под низ, то это бы не подошло.

И Ли Джин Сок, как будто бормоча сам с собой, сказал:

- Может быть, это из-за твоей бледной кожи? И спросил:

- Вы заботитесь о коже как-то особенно?

- Нет, просто солнцезащитный крем…

Моя кожа была очень чувствительна к солнцу. Я не мог находиться под солнцем без солнцезащитного крема. Если только я не хочу превратиться в красный сладкий картофель, с которого можно будет снять кожицу.

- Ухаживайте за ней, и она будет красивой.

...Красивой? Я озадаченно посмотрела на Ли Джин Сока.

Но Ли был занят тем, что улыбался и приветствовал кого-то, приближающегося с другой стороны. Он сверкнув служебной улыбкой, которую менеджер так старался подчеркнуть, и похлопал меня по плечу.

- Нуним, вы пришли раньше времени.

Это была женщина, на вид лет тридцати с небольшим. Согласно информации, которую я получил перед выходом на работу, она была Пак Джин Гён, молодой женой председателя совета директоров компании "К", крупного корейского конгломерата. Когда ее взгляд остановился на мне, я быстро поклонился и поздоровался.

- Здравствуйте.

Женщина, с элегантной прической и в дорогой одежде от которой исходил запах денег, улыбнулась ярко-красными губами.

- Я его раньше не видела.

- Он здесь недавно.

- Мило, он выглядит моложе тебя.

И Ли Джин Сок нахмурил свои красивые брови, проявляя некоторую кокетливость.

- Нуним.

- О боже, милый.

Женщина мило улыбнулась. Затем, прикоснувшись к щеке Ли Джин Сока, она поцеловала его в губы. Раздался недвусмысленный звук. Но обоим было все равно, и они начали тереться и посасывать языки друг друга.

- ....…

Я подумал, не любовники ли они? Я отвел взгляд и притворился равнодушным. Сотрудник, шедший эти путем, прошел мимо, делая вид, что не видит этих двух людей, как будто они были людьми - невидимками. Даже несмотря на то, что они издают неловкие звуки и делают неловкие вещи у меня на глазах. Это было действительно странно.

Задыхающимся голосом женщина спросила Ли шепотом.

- Детка, твой член твердый. Хочешь, чтобы твоя нуна отсосала тебе?

И Джин Сок по-прежнему улыбаясь ответил:

- Нуним, новичок стесняется и не знает, как вести себя.

Внезапно они вспомнили о моем присутствии:

- … Я, я пойду и принесу сумку для гольфа.

Я быстро развернулся и направился к стойке регистрации, и тут до моих ушей донеслось женское хихиканье. Я покраснел и ускорил шаг. Подойдя к стойке регистрации, я обратился к администратору.

- Я ищу сумку для гольфа, Ким Ми Ран.

- Да, ваше имя.

- Со Су Вон.

- Позвольте мне проверить вашу карточку.

Я передал карту на стойку регистрации, которая доступна только для сотрудников. Сотрудник взял карту, провёл ею по считывающему устройству и подтвердил мою личность.

- Да, вы идентифицированы.

Сотрудник вернул мне карту и вручил ключ. Я взял в раздевалке сумку для гольфа, перекинул ее через плечо и отправился на поле, чтобы встретиться со своим первым клиентом.

Джин Сок и женщина сидели под устроенным в стороне зонтом. Они были так близко друг к другу, что я снова смутился. Ко входу подошла женщина в больших солнцезащитных очках. Она была первой, с кем мне предстояло иметь дело. Ее звали Ким Ми Ран, и она была владелицей известной компании по производству одежды для гольфа. Возраст ее был неизвестен, но на вид ей было около сорока лет. Я поставил сумку для гольфа, подошел к ней и представился.

- Здравствуйте, меня зовут Со Су Вон, и я буду сопровождать Вас с сегодняшнего дня.

- О, я вас раньше не видела.

Сказала Ким Ми Ран, ставя свою роскошную сумку на столик под зонтиком.

- У вас красивое лицо, вы хорошо ухаживаете за собой. Вы раньше занимались спортом?

- Да, это моя специальность.

Я достал из сумки для гольфа пару белых тонких перчаток и протянул их Ким. Она надела перчатки и оглядела меня с ног до головы.

- Так, а сколько лет новому красавчику?

- Двадцать три.

- Двадцать три?

Глаза женщины округлились от удивления.

- Это абсолютное преступление, настоящее преступление - сказала она.

В её голосе присутствовала радость. Я думал, что это не такое уж и преступление, когда вдруг она обратилась к Пак Джи Гён, которая все еще целовалась с Джин Соком.

- Джи Гён, перестань ерзать и вставай. Его член сейчас взорвется.

Пак Джи Гён засмеялась и убрала руку, сжимавшую штаны Джин Сока.

На площадке Ким Ми Ран передала мне драйвер и приняла позу. Это была простая, чистая поза. От удара мяч Ким полетел по воздуху по округлой траектории. Хлоп, хлоп, хлоп. Мяч покатился по фервею и приземлился в довольно удачном месте.

- Отличный удар, похвалил Джин Сок с легким капризом, а я просто поаплодировал.

Ким Ми Ран была женщиной с хорошим спортивным чутьем. Даже без тренерской помощи, она могла точно направить мяч туда, куда ей было нужно, просто оценивая траекторию глазом.

Пак Джи Гён была следующей в очереди, и готовилась к удару. Джин Сок обхватил ее сзади и поправил ее позу.

- Нуним, Вам нужно ударить сильнее, почему бы не поставить мяч немного дальше?

- Да, спасибо, Джин Сок.

Джин Сок быстро отступил назад, а Пак Джи Гён изо всех сил замахнулась клюшкой. Она нахмурила брови и зарычала, как будто ее не удовлетворил удар.

- Возможно, это из-за того, что я замужем за стариком, и мое физическое состояние оставляет желать лучшего.

Взяв из пачки сигарету и поднеся ее к губам, Пак Джи Гён спросила у Джин Сока.

- Разве ты не сказал, что завтра приедет господин Чан?

Джин Сок, собиравший клюшки для гольфа, быстро достал из кармана зажигалку и прикурил конец сигареты Пак.

- Да, девушки кэдди были так взволнованы.

- Да, я бы на их месте тоже возбудилась. Он холостой, сексуальный, и у него много денег.

Пак не остановилась на этом и добавила:

- И большой член.

Ким Ми Ран, садившаяся в электромобиль, спросила Пак Джи Гён.

- Ты говоришь так, как будто сама лично его видела.

- Посмотри на толщину бицепсов и бедер Чана, сестренка.

Пак Джи Гён обеими руками измерила бедра Чана. Расстояние между двумя раскрытыми ладонями почти равно обхвату талии Пак Джи Гён, поэтому у меня не было уверенности. Ким Ми Ран сразу же отреагировала на это цинично.

- Никто не знает, какой у мужчины член, пока он не встанет.

- Неужели с такой фигурой у директора Чана зубочистка? - сказала Пак Джи Гён, жестикулируя руками.

- Какое это гармоничное сочетание.

Пару рукоплесканий, словно Пак Джи Гён изображала ужасные фантазии. Ким Ми Ран лишь недоуменно пожала плечами.

- И с такими бедрами такое возможно - предположила она легкомысленно.

- Это просто смешно. А что насчет всех тех слухов?

- Ничего такого, за что нельзя было бы заплатить.

Женщины не стеснялись перед слушателями. Сплетни продолжались час без остановки. У меня заложило уши, и я молча двигался за ними. Я повторял про себя то, что стояло во главе списка правил для кэдди: "Правило номер один: уважай частную жизнь своих клиентов".

- Но поскольку это зубочистка генерального директора Чана, я хочу ковырять им в зубах.

- Это безумие.

Ким Ми Ран вышла из машины и закончила разговор ругательством. После грязных разговоров она сделала короткий путч. Это было слишком далеко, чтобы попасть в лунку одним ударом. Женщина измерила расстояние и покачала головой.

- Блин, как все неоднозначно.

Я встал рядом с ней и сказал.

- Если Вы поместите мяч слева от своей стойки и быстро ударите по нему с небольшой силой, он вероятно, попадет в цель.

- Как ты думаешь, красавчик, я смогу это сделать?

- Да, я уверен, что сможете.

Ким Ми Ран несколько раз подкорректировала свою позицию и сделала все, как я ей сказал. Мяч, слегка изогнувшись, полетел к лунке и застрял. Ким наклонила голову, чтобы проследить за мячом.

- Нет, нет, нет, нет.

Катящийся по дорожке мяч попал точно в цель. Бах, бах. Мяч эхом пронесся по тесному пространству, а Джин Сок засмеялся и зааплодировал.

- Отлично.

Я подошел к Ким Ми Ран, взял ее гольф-клюшку и сказал:

- Это был непростой удар, но Вы справились отлично.

Я приподнял уголки губ и слегка улыбнулся. Ким Ми Ран моргнула сквозь черные накладные ресницы.

- Посмотри на эту ухмылку. Тетя, ты так рада, что красавчик сделал тебе комплимент, что просто таешь.

Пак Джи Гён добавила.

- Что такое тетя, сестра?

Ким Ми Ран выругалась, втайне довольная собой.

- Боже мой, какая же ты сумасшедшая сука.

Эти двое, которые всегда были близки, препирались и спорили. Джин Сок, стоявший в стороне, лукаво улыбнулся мне, выглядя вполне довольным.

В тот день победу одержала Ким Ми Ран. Неудивительно, ведь Пак Джи Гён была занята массажем тела Джин Сока.

На следующий день я играл с парой средних лет, которым было интереснее целоваться, чем играть. Они стояли по другую сторону от меня под зонтиком и целовались. Они казались мне милой парой. Мужчина средних лет, ласкающий задницу женщины с короткой стрижкой, с обнаженным декольте, поманил меня к себе. На его зов я быстро нырнул под зонтик.

- Два стакана виски.

- Да, господин.

Быстрым движением я протянул мужчине и женщине по стакану виски. Они громко звякнули стаканами и утолили жажду прохладным виски. Позже в тот же день я получил чек на 100 000 вон в качестве чаевых.

На следующий день, уже на третий день работы, я также имел дело с парой средних лет. Эти двое, которые не стеснялись целоваться у меня на глазах, явно были женатой парой, так как у них было одно и то же кольцо. Мужчина средних лет, на этот раз обнимая длинноволосую женщину, сказал мне.

- Стакан виски.

Я взял виски из принесенного с собой кулера и налил в стакан. Зачерпнув несколько кубиков льда, я протянул его мужчине, который в качестве чаевых вручил мне два чека на 100 000 вон. Вчерашний мужчина подмигнул мне, незаметно от жены. Это был негласный знак молчать. Я посмотрел на два чека в своей руке, быстро сложил их и сунул в карман. Затем я отвернулся и принялся деловито чистить клюшки для гольфа. Мои руки покалывало, как у ребенка, который сделал что-то плохое.

Глава 3

Сегодняшний день был официально свободным в моем расписании, но я все равно проснулся рано, чтобы заняться делами.

Приняв душ в общей душевой, я встал перед зеркалом и неловко поправил волосы. Опрятная одежда и ухоженность были вторым пунктом в списке правил для кэдди. В одиннадцать часов - время отъезда - я получил на ресепшене запасной ключ.

Моя задача - собрать белье и отнести его в прачечную. Я обошел все десять этажей, где находились номера.

Наконец, остался только последний этаж. Пентхаус, где останавливались только VIP-персоны. VIP-персоны из VIP-персон, и я должен был быть очень осторожен, потому что именно здесь клиенты тратили астрономические суммы на Royal Golf. Теперь мне оставалось только зайти в комнату 1104, самую дальнюю в пентхаусе, и моя миссия на сегодня была бы выполнена. Я подошел к двери с надписью "1104", постучал в дверь, и стал ждать ответа.

- Я пришел забрать белье.

Прошло несколько секунд, но ответа изнутри так и не последовало. Я снова постучал в дверь. Тук-тук. И снова никакого ответа.

- Если никого нет, то я сам открою.

Как раз в тот момент, когда я собирался отпереть номер 1104 запасным ключом, взятым в холле, дверь распахнулась изнутри. Я отпрыгнул назад от удивления.

- ...Ах!

Навстречу мне, пошатываясь, вышла женщина. Зажав в одной руке туфли на шпильках, она прошла мимо меня в комнатных тапочках. Ее шатало, походка была очень нетвердой. Я завороженно наблюдал за ней, как она выглядит, словно может в любой момент упасть, и только после того, как она скрылась из виду, вновь обрел самообладание.

Что делать. Может быть, сказать ему, что я приду после обеда? Пока я колебался, дверь в номер снова открылась. Из нее вышел мужчина в халате.

Он был намного выше меня, примерно на пол головы. Сквозь распахнутый халат проглядывали смуглые грудные мышцы. На первый взгляд, он тверд, как цементная стена. Несмотря на свою громаду, которая могла создать грубое впечатление, я понял, что он ловок благодаря своим отличным пропорциям. Пока я стоял, ошеломленный и застывший, как гипсовая статуя, тишину нарушил мягкий голос.

- Кажется, я слышал стук в дверь.

Я быстро пришел в себя и склонил голову в знак приветствия.

- Простите, господин. Позвольте мне привести все в порядок и я сразу уйду.

Пожав плечами, мужчина открыл передо мной дверь. Он медленно прошел и сел на диван в центре комнаты.

В комнате царил настоящий беспорядок. Простыни были смяты и скомканы, на полу валялись бутылки из-под спиртного и бокалы из-под вина. Повсюду валялись презервативы.

Кроме того, в комнате была еще одна женщина, закинув ноги в чулках на диван. Я отступил к стене и быстро отвел взгляд. Она потирала от боли внутреннюю часть бедер, и пробормотав "блядь", резко откинув волосы назад вышла из комнаты. Звук удаляющихся каблуков эхом разнесся по коридору.

Я начал быстро собирать весь мусор на поднос. В голове крутилась мысль о том, что нужно поскорее покинуть помещение. Я заметил серебряное кольцо на длинном безымянном пальце. Он что, тоже женат? На короткое мгновение в голове промелькнула вчерашняя пара, и я почувствовал очередную волну тошноты. Мужчина, прикуривавший сигарету от зажигалки Zippo, задал мне вопрос:

- Ты новенький?

- Да.

Уф, глаза, которые ненадолго исчезли из-за выдыхаемого им дыма, а затем появились вновь, сканировали мою руку. Они были черными, как маслины, почти без различия между радужкой и зрачком, и я почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок. Кондиционер в комнате, похоже, был настроен на очень низкую температуру. Закуривая одну сигарету за другой, мужчина порылся в своем кожаном бумажнике, достал горсть белых чеков и положил их перед собой. Он даже не удосужился протянуть мне руку.

- Это чаевые.

На первый взгляд, чек выглядел солидным. Я тяжело сглотнул, стараясь не показать этого.

- Спасибо.

Я вежливо поклонился, а затем наклонился к мужчине. Взяв чек, я быстро выпрямил спину. На мгновение я почувствовал, как взгляд мужчины скользнул по мне и по моему затылку, и позвоночнику пробежал холодок. Мужчина заговорил тихим голосом.

- Будет ли наш господин Су Вон здесь завтра?

Взгляд мужчины остановился на моей груди. Я проследил за его сузившимися глазами. На фоне моей белой униформы выделялись два небольших бугорка. Тонкая униформа просвечивала мои слегка окрашенные ареолы. Волоски на затылке встали дыбом. Я списал это на физиологическую реакцию на прохладу в комнате, но почувствовал себя неловко.

Заикаясь, я произнес:

- Да, я завтра работаю.

Мужчина удовлетворенно хмыкнул. По моему позвоночнику пробежал еще один густой холодок.

- Правда?

- Да.

- Тогда до встречи.

- Хорошо, спасибо.

Крепко сжав чек я выбежал из комнаты. Как только я оказался за дверью, тут же резко выдохнул. Я потер руки покрытые мурашками. Быстро поставил поднос и пошел прочь, думая о человеке, от которого исходила неприятная аура.

На следующее утро, еще до рассвета, я выскользнул из своей комнаты и зашагал по мокрой тропинке. Влажный утренний воздух прилипал к лицу, как паутина. Чувствуя беспокойство, я оглядел окрестности мокрыми глазами и вошел в телефонную будку возле круглосуточного магазина.

Опустив в щель несколько монет, я набрал номер. Телефон пиликнул. Было еще рано, но я был уверен, что на звонок ответят.

Как и следовало ожидать, гудки были недолгими. На долю секунды мне показалось, что дыхание прервалось. Я тяжело выдохнул и с трудом выдавил из себя первый слог.

- ...Это я.

Из трубки, как из ржавого железа, доносился голос.

- Почему ты не отвечал на звонки?

- Были причины.

Мужчина захихикал.

- Причины?

- ....…

- Ты сейчас будешь жаловаться на свои проблемы?

Я сжал руку, державшую трубку и стиснул зубы. Мои колени периодически подгибались от физиологического отвращения.

- Я был занят поиском работы. Но через две недели я смогу заплатить.

- Две недели? - мужчина хохотнул.

- Почему я должен ждать и верить тебе? Такого парня, как ты, который может в любой момент сбежать в другую страну? Но, наверное, я подниму цену до 3 миллионов вон.

От удивления я округлил глаза, услышав, как сумма увеличилась вдвое. Дрожащей рукой я облокотился о стену будки.

- Три...Три миллиона?

Я побледнел, и мне некуда было деваться.

- Дядя, дядя. Ты не можешь так поступить.

Человек, который огрызался, как сборщик долгов, на самом деле был моим дядей по материнской линии.

- Нет? Тогда не надо. Мне нечего терять.

- .......

- Не пропускай сроки. Потому что я не знаю, когда выйду неожиданно.

Угрозы, пропитанные агрессией, отзывались долгим эхом, после чего трубку повесили. Я ошарашено стоял на том же месте, сжимая в руках телефон, оставшийся без ответа. В голове вновь зазвучал голос дяди, угрожавшего мне деньгами, которые я ему должен. Сердце учащенно забилось, перед глазами всё помутилось. Я потерял равновесие и опёрся на будку.

Я медленно дышал, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли. Туманное зрение начало проясняться, и я смог мыслить более рационально. ...Если посмотреть на это хладнокровно, то использовать эти деньги, который оказались в его руках, было выгодным бизнесом. Возможно, наступит день, когда я стану ему бесполезен и он захочет от меня избавиться, но этот день наступит не скоро. Пока же я был для него надежной дойной коровой. Так что он будет молчать, так как он хорош в расчетах.

Я отпустил трубку и, шатаясь, вышел из будки. Три миллиона вон. Нужно с этим смириться и продолжать жить дальше, не зная, когда придется исчезнуть. Сколько времени мне удастся продержаться?

На мгновение мир словно потемнел.

Глава 4

Дождь не прекращался с самого рассвета, и расписание было отменено. Из-за неожиданно начавшегося дождя Ким Ми Ран и Пак Джи Гён были вынуждены коротать время в номере 420. На улице было непривычно темно, что придавало номеру мрачную атмосферу. На столе было расстелено грубое одеяло, и они играли в покер с сигаретами во рту. Единственной заменой фишкам были рекламные спички в номере.

Джин Сок массировал плечи Пак Джи Гён, на которой поверх нижнего белья был только халат, а я разносил напитки и выполнял поручения. В комнате стоял густой сигаретный дым от сигарет двух клиентов. У меня щипало глаза и нос, но я стиснул зубы и терпел этот отвратительный запах, потому что получал хорошие чаевые за свои поручения.

- Я слышала, что генеральный директор Чан на днях заключил контракт с KO.

Голос Пак Джи Гён был невнятным, когда он делала новую затяжку. Дым, который она выдыхала, был настолько густым, что я прикрыл нос кулаком и закашлялся.

Ким Ми Ран, казалось, нашла милой мое беспокойство и ущипнула меня за щеку, словно я маленький ребенок. Благодаря этому дым сигареты, который раньше кружился вокруг женского безымянного пальца, направился к моим глазам.

- Они уже несколько месяцев говорят о покупке земли на юге. Генеральный директор Чан, видимо, узнал об этом и начал работать над этим раньше. Благодаря ему у господина Кима, президента компании "Чхунчхон Мульсан", совсем глаза на лоб полезли.

Пак Джи Гён, ухмыляясь, продолжала свистеть и шутить.

- Тем не менее, вы должны знать, что у господина Чана хороший нюх на деньги.

Потягивая из бокала бренди, Ким Ми Ран со звоном открыла серебряный портсигар и достала сигарету.

- А, черт. Это последняя.

Она сделала длинную затяжку и, казалось, выдохлась. Она достала из сумочки пятьдесят тысяч вон и подозвала меня.

- Малыш, принеси сигарет.

Я быстро подошел и взял деньги обеими руками.

- Да, хорошо.

- Да, сдачу оставь себе, красавчик.

Выйдя из комнаты, напоминавшей логово енота, и добрался до первого этажа на лифте. Распахнув входную дверь, я почувствовал, как сырость дождя бьет по лицу и телу.

Я дошел до магазина, который был оборудован для удобства покупателей. Я не помнил, чтобы мне говорили, сколько пачек купить, поэтому взял три и вошел в лифт. Я прошел по тускло освещенному коридору и постучал в дверь комнаты. Мне сказали, что я могу войти. С помощью ключа-карты я отпер дверь и вошел внутрь.

Я замер на месте, когда понял, что в комнате находится новый человек. Грозные плечи незнакомца были обращены ко мне спиной. Мои шаги замерли, как будто прилипли к липкой субстанции. Мужчина оказался тем самым таинственным гостем из вчерашнего номера 1104.

Я встал перед столом и поклонился мужчине.

- Добрый вечер.

Длинные раскосые глаза мужчины обратились ко мне. Он смотрел на меня своими змеиными глазами, не произнося ни слова, и мой взгляд, естественно, опустился вниз. По какой-то причине я не мог смотреть ему в глаза. Ким Ми Ран, которой Джин Сок подал руку, обратилась ко мне, когда я стоял перед столом.

- Вы никогда не встречались с господином Чаном, верно?

Интересно, это о нем говорили девушки?

- Я видел его вчера, когда убирал комнату.

Не отрывая от меня взгляда, он поднял хрустальный бокал с бренди и осушил его. Я быстро взял щипцами кубик льда, положил его в пустой бокал и налил нужное количество желтой жидкости. Господин Чан, наблюдавший за мной некоторое время, повернулся к Ким Ми Ран.

- Я слышал, ты здесь новенький. Ты был личным кэдди нуны?

- Да, он симпатичный, не так ли? У него красивое лицо и задница довольно упругая.

Посмотрев на свою руку, Пак перевернула ее и сдалась.

- С меня хватит этой игры.

Джин Сок, который был рядом с ней, сказал, что она сделала мудрый выбор, и успокоил ее коньяком. Чан бросил все спички, лежавшие перед ним, в центр стола.

- Все?

Ким Ми Ран в задумчивости нахмурила брови, потом мельком взглянула на свою руку и спросила, что мне делать. Три из пяти карт были тройками с цифрой "8". Неплохая рука. Я взглянул на лицо господина Чана, чтобы оценить его настроение. Рука у него была плохая, но на губах лениво висела подозрительная улыбка. Это была зловещая улыбка мошенника. Но Ким Ми Ран, в отличие от меня, расценила ее как неторопливую улыбку победителя. Она перевернула свою руку.

- Я сдаюсь.

Директор Чан раскрыл свои карты. Карты с различными числами лежали лицом вверх. Это была не пара. Ким Ми Ран, истерически смеясь, щелкнула пальцами, как бы подзывая щенка.

- Милый, ты можешь подойти и засунуть сигарету в рот своей тете?

Несмотря на то, что низ моих штанов был насквозь мокрым, я извлек пачку сигарет так, что на нее не попало ни капли воды. Я положил сигарету между ее красных губ, быстро достал из кармана зажигалку и прикурил. Ким Ми Ран втянула сигарету в рот и невнятно произнесла.

- А? Ты купил три пачки. У тебя что-нибудь осталось?

Осталось немного. Всего несколько тысяч вон. Это было связано с тем, что Ким Ми Ран курила импортные сигареты с тонким вкусом.

- Давай посмотрим.

Ким Ми Ран порылась в своей роскошной сумочке, стоящей на одном конце стола, и протянула мне купюру. Это был чек на 100 000 вон. Жаль, что я не получил его наличными. В моих руках это была всего лишь бумажка, но я вежливо взял ее обеими руками и склонил голову в знак благодарности. Ким улыбнулась своими сильно накрашенными губами и похлопала меня по попе.

- Ну что ж. Продолжай в том же духе.

Сжимая в руке деньги и ощущая прикосновение Ким Ми Ран, я вдруг почувствовал на себе пугающий взгляд. В эпицентре был генеральный директор Чан. На поверхность вырвалось чувство, о котором я уже давно забыл, когда приехал сюда. Стыд. Взгляд третьего лица вновь пробудил во мне эмоции, о которых я забыл, потому что был чувствителен к этому месту, где деньги - это власть и класс. Мочки ушей горели.

- Похоже, на этот раз все деньги достались господину Чану.

Спички закончились и игра была окончена. Одну за другой я собирал спички, бессистемно разбросанные по столу, и складывал их обратно в коробку. Я мысленно пересчитал их, их было пятьдесят две. Деревянные щепки, на головке которых был только комочек красной серы, продавались богатым людям по миллиону вон за штуку.

Он закрыл спичечный коробок с золотым тиснением и надписью 'Royal Golf', а затем посмотрел на них с умильной улыбкой. Я выглядел как спичка от известного бренда 'Royal Golf'. Люди, живущие, как и я, на самом дне, не могли позволить себе даже мечтать о таком."

- Соблазнительно?

Так спросил господин Чан, в руках которого всего за несколько минут оказалось 52 миллиона вон. Я быстро покачал головой, как будто меня подслушали. Неожиданно. Я извинился сказав, что никогда даже и не мечтал о такой большой сумме денег. Чан язвительно улыбнулся.

- Каждый человек скрывает в себе немного жадности, и я сам жадный человек, так что не стоит извиняться.

- ...Спасибо.

Он понимает чувства такого простолюдина, как я. Хорошо, что он не швырнул в меня пепельницу или не замахнулся клюшкой для гольфа, как те магнаты, которых я видел в новостях, спрашивая, как он посмел покуситься на мои деньги.

Господин Чан одним движением осушил бокал с бренди, который я ему налил. Сделав большой глоток крепкого напитка, он поднял бутылку и, не меняя выражения лица, перелил его содержимое в свой стакан. Желтая жидкость стекала со дна бутылки в стакан.

Господин Чан передал мне стакан. Я взял стакан обеими руками и удивленно посмотрел на господина Чана.

- За каждый стакан ты получишь спичку.

Я опустил глаза и уставился в бокал. В хрустальном бокале плескалась янтарная жидкость. Она была неразбавленной, без единого кубика льда. Она обожгла бы мне пищевод, если бы я проглотил ее всю сразу, но за бокал давали миллион вон. Не было причин не выпить его.

Я поднял бокал и оглядел стол. Все присутствующие с любопытством смотрели на меня. Я чувствовал себя цирковым артистом. С таким же успехом я мог бы быть обезьяной в зоопарке. Меня утешало то, что ко мне относились чуть лучше, чем к ним.

- .......

- ....…

Я прижался губами к чашке, запрокинул шею и наполнил рот алкоголем. Сглотнув жидкость, я почувствовал жгучую боль в пищеводе и горле. Я с силой втянул оставшуюся жидкость в сокращающееся горло. Я издал звук и схватился за горло.

Господин Чан весело рассмеялся и налил мне еще один стакан. Не раздумывая, я согласился и осушил еще один стакан.

Кульминация наступила со следующим стаканом. Когда жидкость по горячей траектории пронеслась по пищеводу, мое ядро взревело, как огненный столб. Перед глазами закружилась гигантская волна. Я схватился руками за стол, чтобы удержать свое шатающееся тело. Я оттолкнул стакан от руки господина Чана, понимая, что должен прекратить пить.

И снова Чан сделал сладкое предложение.

- Я дам вам пять за этот.

Мои руки задрожали на столе, и я протянул руку к господину Чану. Его бокал выскользнул из моей руки. Когда бокал упал на ковровое покрытие пола, я отвлекся от своих мыслей. Я услышал голос, шипящий, отдающийся эхом в моем ухе.

- Вы ведь уже совершеннолетний, не так ли?

Глава 5

Затылок болел от головной боли. Я застонал от боли, когда мне показалось, что голова раскалывается на две части, а затем, не в силах побороть тошноту, поднимающуюся в желудке, поднял верхнюю часть тела, и меня начало рвать. Фу, Фу.

Я проглотил последние остатки желудочного сока и вцепился в матрас, чтобы перевести дух. Сквозь мутное зрение я увидел темный ковер, залитый рвотой. Роскошному ковру не место в моей обшарпанной комнате. Я прищурился. Где я?

- Ты закончил?

Низкий голос ударил по ушам, и я испуганно вскочил на ноги.

Огромная, устрашающая фигура глубоко зарылась в кожаный диван. Это был необычайно крупный мужчина - господин Чан. Темная рубашка и облегающий жилет не могли скрыть его устрашающей фигуры. Он наблюдал за мной, держа между губами длинную сигарету. Только тогда я понял, что проснулся в его комнате.

Я вскочил со своего места и встал рядом с кроватью, сцепив руки перед собой, извиняясь. Слизистая рвота измазала мои ноги, но сейчас это было не главное.

- ...Я... я не знаю, как я здесь оказался.

Чан издал звук, похожий на то, как будто что-то перекатилось. Его большой палец медленно вращал зубчики зажигалки Zippo.

- Со Су Вон упал в обморок, и то место было в беспорядке, так что мне пришлось перенести Вас сюда.

- Извините. Я слишком много выпил.

- Все в порядке. Мы все совершаем ошибки.

Чан зажег конец сигареты зажигалкой, которую держал в правой руке. Нахмурив брови, он затянулся. Его лицо на мгновение скрылось в белом дыму, а затем появилось вновь.

- Вы курите?

- ...Я еще не научился этому.

Господин Чан затянулся сигаретой, но мне не предложил: хрустальная пепельница перед ним уже была заполнена бесчисленными окурками.

Я подумал, не наблюдал ли он за мной все то время, пока курил все эти сигареты? Я не сводил с него глаз, не в силах избавиться от напряжения. Во рту пересохло, кончики пальцев дрожали. В хрустальную пепельницу была добавлена только что зажженная сигарета мужчины. Красный огонек был раздавлен его безжалостным прикосновением. Генеральный директор Чан, насладившись сигаретой, внезапно задал вопрос.

- Все отпечатки пальцев были искажены.

- ...отпечатки пальцев.

Я поперхнулся. Я репетировал одну и ту же фразу тысячи раз, зная, что именно я скажу, если кто-то спросит меня об отпечатках пальцев, но теперь, когда меня об этом спросили, мое сердце начало биться. Я тяжело сглотнул и постарался сохранять максимальное спокойствие.

- Я некоторое время работал курьером, прежде чем попасть сюда.

Господин Чан издал какой-то звук и наклонил голову. Его двусмысленная манера поведения заставила меня нервничать.

- Искаженные отпечатки пальцев - обычное явление для курьеров.

Только выплюнув слова, я понял, что немного поторопился, и втайне корил себя за ошибку. Господин Чан медленно протянул руку через стол и что-то взял. Это был мой дешевый бумажник, слишком блестящий и неровно сшитый. Я нахмурился в недоумении. Почему эта вещь, лежащая в моем заднем кармане, оказалась в его руке?

- .......

- .......

Чан пощупал мой бумажник. Затем он внезапно достал мое удостоверение личности и начал медленно сканировать, то с одной, то с другой стороны. Мои пальцы, обхватившие хлопчатобумажные брюки, медленно сгибались от волнения. На брюках остались морщины, как будто по ним прошлись граблями. Спустя, казалось, целую вечность, губы господина Чана дернулись в уголках.

- Неужели вы думаете, что босс купился на такое хлипкое удостоверение?

- ...Я не понимаю, о чем вы говорите.

Я вздрогнул и уже собирался сказать, что не знаю. Чан прервал меня на полуслове.

- Это не просто ID.

- .......

- Ваше имя, номер социального страхования, домашний адрес и даже школа. Ни одна вещь в вашем резюме не соответствует действительности.

Воздух вокруг нас с Чаном быстро стал прохладным. В сердце закралось жуткое чувство. Откуда он узнал, как давно заметил, как много знает? Чан поднял верхнюю часть тела и переплел пальцы. Это был очень непринужденный жест.

- Наверное, господин Чой закрыл глаза, думая о том, что где-то должно быть тебе применение. Ты действительно хитрый человек, не так ли?

Директор Чан от души рассмеялся. Его острая челюсть дернулась. Взгляд, устремленный куда-то через плечо, постепенно опустился вниз.

Я встал на носочки. Я видела свои ноги, белые и костлявые, как будто они никогда не видели солнечного света. Кончики пальцев ног были покрыты склизкой оранжевой грязью. Мне показалось, что это был срез моего нынешнего положения в грязи.

- ...Я не понимаю, о чем Вы говорите.

- Ну, а как насчет такого.

Господин Чан намеренно сбавил темп, чтобы создать напряжение. Он был тем еще манипулятором.

- Как насчет того, чтобы я связался со знакомым детективом и попросил его проверить Вас на предмет кражи моего бумажника.

Перед глазами потемнело. Мне показалось, что круглый ковер, на который я ступил, вот-вот исчезнет под землей.

- Почему? - снова спросил мужчина.

- Почему?

- Ты хочешь поиметь меня?

Я должен был ответить "нет". Я должен был использовать любой предлог, чтобы выкрутиться из этой ситуации и бежать от этого человека без оглядки, но единственная дверь в эту комнату была заблокирована Чаном, который стоял на страже, как начальник шлюза. Я представил себе, как разбиваю окно и выпрыгиваю из этой комнаты. Комната господина Чана находится на 11-м этаже. Я бы разбил себе голову и умер.

- Не переживай. Я не намерен отдавать тебя в руки этих ублюдков.

Я не был настолько наивен, чтобы поверить ему на слово. У него не было причин не сдавать меня. Если уж на то пошло, то он получит от этого хоть какое-то развлечение, пусть и очень мимолетное.

- Только если вы примете мое предложение - сказал он, вставляя в рот вторую сигарету.

...Предложение? На мой вопросительный взгляд он продолжил.

- Сделка проста. Если Вы спасете меня от скуки, то я найду способ, как Вам сбежать.

Чан прикурил сигарету и лениво выдохнул. Выдыхаемый им дым вырвался наружу, заполняя все пространство.

- Я заплачу тебе достаточно денег, чтобы ты мог развлекаться и есть до конца своих дней.

Много денег и возможность сбежать. Он говорил мечтательным тоном, не слишком реалистично. Я не знаю, кто он, не знаю даже первых трех букв его имени, но знаю, что его благосклонности добивались жена предпринимателя высокого полета и глава известной компании по производству одежды. Какие еще доказательства мне нужны?

Если бы я был одним из них, тем, кому есть что предложить Чану, я бы, не задумываясь, принял его предложение. Я же - крыса, загнанная в угол, и чтобы выжить мне нужно ухватиться за гнилую веревку.

- У меня ничего нет.

- У тебя есть рот.

- ....…

- Должно быть отверстие, через которое ты периодически испражняешься.

...Отверстие? Я сузил глаза, пытаясь оценить его намерения. То, что он собирался сказать, легко могло показаться сексуальным. Во время своей кратковременной работы в баре я подслушал, что так занимаются любовью люди одного пола. Когда я замешкался, Чан сказал более прямо.

- Я заплачу за тебя выкуп, а ты взамен дашь мне свое тело.

Господин Чан пояснил свой смысл, но я все еще не был убежден. Может быть, я неправильно понимаю, что он имеет в виду, говоря "отдайте мне свои органы". Может быть, он более убедителен? Мужчина с сомнением улыбнулся и спросил.

- Я подозрителен?

Я молчал. Приняв это за подтверждение, господин Чан продолжил говорить, давая понять, что он все понял.

- Я знаю, нелегко поверить, что человек с таким достатком, как у меня, пойдет на такие трудности только для того, чтобы заполучить сексуального партнера.

Чан точно подметил мои сомнения по поводу противоречий в предложении, которые он объяснил тоном, не терпящим поражение.

- Здесь часто совершаются противозаконные поступки, но никто из них не способен раскаяться в том, что делает.

Покаяние. Чан выглядел досадно неловким от мысли об использовании слова, которое было ему совершенно не свойственно.

- Юридическая сеть для них свободна, как потрепанный и изношенный капюшон, закон всепрощающий, как мать Тереза, а адвокаты послушны, как собаки, потому что они так называемые - имущие, и я один из них.

- ....…

- Я совершал все виды незаконных действий, которые только можно совершить в этом упадническом месте, столько раз, что не могу придумать ничего другого, что могло бы спровоцировать меня на это.

Между паузами раздавался нудный повторяющийся шум дождя.

- Можно сказать, что сейчас у меня очень мало стимулов. Это действительно очень несчастная жизнь.

Ведь он именно это и говорил. Он предлагал мне стать его игрушкой, потому что жизнь скучна. Господин Чан делал слишком большую ставку на неизвестную игру. Я не был уверен, что я того стою, и не был уверен, что секс со мной его удовлетворит.

У меня не было не только таланта доставлять удовольствие другим, но и опыта физических отношений с мужчинами или женщинами. Что он мог бы получить от меня, ничем не отличающегося от дерева и камня?

- ...Мне кажется, Вы слишком снисходительны.

- Нет, это взаимовыгодное соглашение.

- Ты выглядишь смущенным, - пробормотал господин Чан, его рука с ярко-синими венами лениво коснулась брюк. Очертания его эрекции были отчетливо видны. На первый взгляд, он был довольно большим и толстым. При виде его предплечья я тяжело сглотнул. Я был потрясен.

- Твой трах со мной будет порочным, безжалостным и извращенным, и он не закончится до того момента, пока я не скажу "стоп".

Чан не переставал теребить свой член, пока говорил. В комнате повисла густая тишина. Стук, стук, стук. Только стук капель дождя по окну заполнял слуховую пустоту, а его член тем временем становился все тверже и тверже. Взрослый мужчина трогает свой член на глазах у других. Это выглядело бы смешно, но это делал не кто иной, как директор Чан, поэтому это выглядело только угрожающе. От него исходила свирепая аура, а твердость тела придавала ему устрашающий вид.

- Если ты примешь мое предложение, я буду платить тебе по пять миллионов вон за каждый раз, когда ты будешь заниматься со мной сексом. Срок - до зимы, когда я покину это место.

Пять миллионов вон за ночь - это двадцать миллионов вон за четыре раза. Я все еще пытаюсь осмыслить эту, казалось бы, нереальную сумму, когда холодные глаза мужчины переходят на тумбочку рядом с кроватью, его голос еще больше понижается от волнения, и он заговорщицким тоном произносит.

- Это чаевые, которые я тебе обещал. Даю тебе три дня, а пока можешь забирать деньги и бежать.

Чан перестал теребить свои брюки, схватил с дивана куртку и встал. Брюки он ловко прикрыл курткой, которую перекинул через руку.

- Сегодня ты можешь спать в моей постели.

- .......

- Я буду жить в комнате в конце коридора, так что если захочешь, просто постучи в дверь.

- ...Хорошо.

- Тогда спокойной ночи.

Не раздумывая, господин Чан вышел из комнаты. Тук, тук, тук. Стук его каблуков эхом разнесся по тихому коридору, и вскоре в нескольких шагах от меня открылась дверь, а затем послышался звук ее закрытия. Я торопливо выдохнул воздух. Моя грудь вздымалась, а затем медленно опускалась. Нахождение в одной комнате с ним заставляло меня сдерживать дыхание. Запугивания Чана было достаточно, чтобы задушить человека.

Затаив дыхание, я опустил взгляд и рассмотрел лежащее на столе удостоверение личности. Его лицо было черным от обугливания. Господин Чан обжег его сигаретой. Медленно протянув руку, он взял в руки карточку регистрации резидента. Как и говорил Чан, ни одна информация на ней не соответствовала действительности: имя, номер социального страхования, домашний адрес и даже дата выдачи. Кончиком большого пальца я надавил на обожженное место. Я попытался оживить его, но безуспешно. Он уже прогорел насквозь. Я не думал, что это когда-нибудь исчезнет. Как и моя нынешняя сущность.

Я положил удостоверение обратно на стол и схватил пачку денег.

Я хотел сбежать отсюда с этими деньгами прямо сейчас. Если он вдруг передумает и вызовет полицию, мне удастся уйти. ....

- ...А.

С пачкой денег в руках он залез под кровать, которая на первый взгляд выглядела уютной. Он спрятал пачку денег под кроватью, поглубже, а затем сел на край кровати, как бы защищаясь. Он закутался в темноту, как в одеяло, и свернулся калачиком еще больше.

Сокрушительный раскат грома ударил его в висок. Голова болела так, что казалось, она вот-вот расколется. Я медленно закрыл глаза, поддаваясь мучительной головной боли. Клубок смятения и страха окутал меня в предрассветный сон.

- Прошу прощения, - вывел меня из дремоты звук за дверью. Я вскочил с кровати, как пружина, и смахнул купюры на простыни. Сотрудник за дверью еще раз спросил, можно ли его извинить.

- Могу я войти?

- ...Хорошо, одну минутку.

Я взял сверток с деньгами, и вышел из комнаты. Сотрудник, вызванный господином Чаном, вошел в комнату, делая вид, что не замечает меня. Все было прописано в инструкции. Если у тебя утром VIP-клиент, сделай вид, что не видишь его. Он поднял ковер, на котором еще оставались следы моей рвоты. Я некоторое время смотрела ему в спину, потом выскользнул и пошел по коридору.

- ...Хватит!

Я сейчас умру! Женский крик эхом прокатился по коридору. Я остановился на месте и уставился темными глазами на пентхаус 1104. Крики раздавались с рассвета и не прекращались до самого утра, и, похоже, это были не один и не два голоса. В голове промелькнула сцена, как господин Чан надевает всем на шеи ошейники и таскает их за собой, как домашних животных. Я тяжело сглотнул. Судя по всему, это был великий человек, который будет жить долго.

Я повернулся и продолжил свой путь. Мой темп увеличивался по мере того, как я шагал по коридору. Я вышагивал, ожидая лифт, который застрял на первом этаже. Не в силах больше смотреть, как он медленно поднимается, я побежал вниз по лестнице. Винтовая лестница словно засасывала меня в водоворот, и вот я уже за пределами отеля.

Глава 6

Комната 420. Там собрались женщины, игравшие в маджонг за квадратным столом в центре. Я поклонился и шагнул в комнату, которая была густа от сигаретного дыма. Увидев меня, Ким Ми Ран закатила глаза, а Пак Джи Гён уставилась на мой промежность.

- Ты в порядке?

Я остался безучастным к их откровенным взглядам. И отвечал на их взгляды с официальным, но безэмоциональным лицом. Серьезно, прошел всего день. Пак Джи Гён, одетая в платье, сказала, поправляя переднюю юбку.

- Давненько я не видела, чтобы генеральный директор Чан трахал кого-то всю ночь, как животное в течке, вот я и подумала, что это ты.

Ким Ми Ран молча согласилась с Пак Джи Гён.

- Я думала, это ты громко стонал во время секса, а это отличалось от твоего внешнего вида.

Пак Джи Гён закончила, и на этот раз Ким Ми Ран, бросив кости добавила.

- Конечно, это же предпочтение председателя Чана. Лицо бледное, как у луны, и всегда скромное.

Пак закатила глаза, затем хлопнула в ладоши, как будто что-то вспомнила.

- У вас есть венерические заболевания?

- Нет. Среди сотрудников гольф-поля нет заболеваний.

Пак наклонила голову и сделала озадаченное лицо.

- Странно.

Сплетни быстро утихли. Пак Джи Гён, потеряв интерес, продолжала, как обычно, ласкать бедра Джин Сока, а Ким Ми Ран сосредоточенно пыхтела сигаретой. На лицах обеих женщин было одинаковое выражение. Прикосновения Пак Джи Гён больше не выглядели похотливыми, а лицо Ким Ми Ран, выпускавшей дым в воздух, было лишено эмоций. Они словно тонули в болоте, состоящем из эмоций, называемых скукой.

- Малыш - Ким Ми Ран окликнула меня бесцветным голосом.

- Можешь налить мне выпить?

- Да.

Я подошел к прилавку, взял щипцами один за другим кубики льда и положил их в стакан. Лед со звоном ударился о стекло. Повторяя последовательность действий, я постепенно терял связь с реальностью. Окружающие звуки стихли, и пустоту заполнил голос Чана, его хрипловатый голос отдавался в моей голове, как раскаты грома.

«Можно с уверенностью сказать, что сейчас у меня очень мало стимулов. Это действительно несчастливая жизнь».

Это был слабый голос, но в нем было достаточно силы, чтобы схватить вас и встряхнуть. Я уверен, что стою обеими ногами на земле, но мое тело потеряло равновесие и немного шаталось.

...никаких стимулов. Я тяжело сглотнул. Нет, этого не может быть, я слышал эти стоны, раздававшиеся по коридору всю ночь. Я уверен, что у Чана было много других развлечений, кроме меня. Я был уверен в этом. Не сомневаюсь, что по всему дому было множество дорогих пустышек, но почему именно я? Из размышлений меня вывел голос Ким Ми Ран.

- Малыш.

- ...О, да, простите.

Словно облитый холодной водой, я пришел в себя. Я быстро налил алкоголь в пустой стакан и поставил его перед ней.

- Ты не мог бы принести нам сигарет?

- Конечно.

Ким Ми Ран протянула мне несколько купюр из-под бедра, словно это были деньги Пак Джи Гён. Я взял деньги и спустился в холл.

Теперь продавщица магазина знала, какие сигареты и в каком количестве я покупаю, просто взглянув на мое лицо. С двумя пачками сигарет в руках я быстро пошел прочь.

Я остановился перед комнатой отдыха для клиентов. Положив руку на ручку двери, я быстро посмотрел по сторонам. Похоже, никого не было.

Я шагнул внутрь комнаты отдыха. Я тихо прикрыл за собой дверь, не забыв ее запереть. У одной из стен стоял компьютер. Я включил его и сел перед ним. Мои глаза быстро просканировали слова на экране. Любое укромное место было хорошим, если бы я только мог спрятаться.

***

Расписание было составлено. Я вернулся в свою комнату, пропустил ужин и лег на кровать. Вскоре за окном наступила темнота. Шум коридоров затих, и здание, словно синхронно, погрузилось в тишину.

Прошло много времени. Наконец я слез с кровати и залез под нее. Там лежала пачка денег, которую Ким Ми Ран дала мне днем в качестве чаевых. Спрятав их в руках, я обшарил коридор, прежде чем выскользнуть из общежития. Я повернулся и оглянулся на гостиницу. В комнате горел скудный свет, занавеска была поспешно задернута. Бросив на нее быстрый взгляд, я зашаркал по заброшенной тропинке в своих поношенных кроссовках.

Мои шаги продолжались в темноте. Я шел в сторону гор.

Наступила ночь. Было так темно, что я не мог понять, где нахожусь - в лесу, в пещере или в пасти кита. После долгого подъема в гору при свете единственного фонаря я нашел место назначения.

Поскольку гора была очень труднопроходимой, мое место было отмечено камнем. Прежде чем направиться к месту, я повернулся спиной и огляделся.

Острые голубые глаза смотрели в темноту так, словно не упускали ни малейшей детали. Странный лес пел жуткую песню.

Я смахнул руками сорняки, разгреб камни и начал копать. Влажная земля перевернулась от моего прикосновения.

Я опустил в землю то, что было у меня в руках. При каждом удобном случае я закапывал деньги в горах. Банковская книжка была опасна. Под кроватью в общежитии, где сотрудники приходили и уходили по коридорам, можно было хранить только временно. В земле было самое безопасное место. Оно не оставляло следов своего появления и ухода, и вероятность быть обнаруженным была наименьшей.

Все, что имело жизнь, можно было закопать и прорастить. Но в деньгах не было жизни; они лишь сокращали мою жизнь.

Он прижал ногу к земле, которая поднялась как курган, и положил на нее камень.

Я пробрался через лес и направился обратно к общежитию.

- .......

Я не отказался от мысли убежать, в голове на мгновение промелькнула его угроза.

«Я сейчас свяжусь со знакомым детективом, и он тщательно проверит тебя на предмет кражи моего бумажника».

Когда он произнес эти слова, у меня волосы на голове встали дыбом. Я вытер влажные потные ладони о пояс.

Он сказал мне, что не намерен обращаться в полицию, но не было никакой гарантии, что он не рассмотрит эту идею после того, как я откажусь от его предложения. Как только господин Чан узнал, что моя личность поддельная, я уже не был в безопасности.

Чан дал мне три дня на то, чтобы уехать. На рассвете последнего дня я решил уехать на автомобиле "bongo", предоставленном гольф-полем. За транспорт я уже заплатил. А до тех пор я буду пытаться выжать из него побольше денег. Еще немного, еще чуть-чуть, и я уеду отсюда. Затем я собирался отправиться на лодке на остров. В любом месте, где меньше людей, хорошо, и это казалось лучшим планом на данный момент.

Но я упустил из виду несколько моментов. Приходила ли ко мне возможность, когда я хотел, как я хотел и в той форме, в которой я хотел? Возвращалась ли ко мне возможность после того, как я ее упустил?

...Нет. Приходила ли ко мне когда-нибудь возможность?

На следующий день. Я вышел из своей комнаты с ухоженным лицом и телом, чтобы ознакомиться со своим расписанием. Спускаясь по лестнице, я увидел группу сотрудников, поднимавшихся с другой стороны. Они о чем-то шептались, но, увидев меня, замолчали. Я остановился на мгновение, наблюдая за их спинами, когда они разбегались в разные стороны, а затем уставился на перила.

Один из них был тем самым сотрудником, который приходил убирать комнату господина Чана. Распространился ли слух, и если да, то как? Сколько он знает? Подозрение разрослось на миллион веточек.

- ...Ха.

Я энергично потер лоб. Я был излишне впечатлительным. Обычно они были сплоченной группой, и скорее всего, как обычно, сплетничали о личной жизни VIP-персон, а потом замолчали, когда заметили третью сторону. Это было бесполезное подозрение. Человек, которому нужно было многое скрывать, был так осторожен во всем. Я направился в гостиную, с трудом сглатывая неприятные ощущения, подкатившие к горлу.

Глава 7

Произошло нечто неожиданное. В офисе, куда я заранее обратился для уточнения расписания членов клуба, мне сказали, что сегодняшнее расписание отменяется и я могу взять выходной. Мне сказали, что основную зарплату я все равно получу, но я не мог не улыбнуться. Я был разочарован. Отсутствие клиентов означало отсутствие денег сегодня.

- Ох...

Я повернулся, чтобы уйти, но тут вспомнил кое-что и вернулся в офис. Менеджер по обслуживанию спросил меня, что я хочу. Директор Чан сказал, что он не получил информацию об участниках. Он улыбнулся и протянул мне папку с краткой информацией о членах клуба.

- .......

Медленно пролистывая файл, я заметил на странице с информацией о членстве господина Чана нечто странное: даже в справочнике членов он значился как "господин Чан", а не как его настоящее имя. И большинство других личных данных также были пустыми. Что за чертовщина? Проведя кончиками пальцев по папке, он встретился взглядом с менеджером, который стоял в стороне и смотрел на него с выражением "пожалуйста, уйдите", поэтому я положил папку и повернулся, чтобы уйти, пытаясь прогнать свои мысли. В дверях я столкнулся с Ли Джин Соком, который входил в офис. После минутного молчания я уже собирался пройти мимо него.

- Господин Су Вон.

Ли окликнул меня сзади. По глупости я почти не обернулся на это имя, которое было мне еще незнакомо.

Ли Джин Сок улыбнулся белоснежной улыбкой, когда я ответил: «Да?»

- Не хотите ли пройти со мной в комнату 420?

- ...Что? - спросил я, и он объяснил.

- Там проходит VIP-встреча.

- .......

- Это как эксклюзивный клуб.

...Если вы VIP. Он тяжело сглотнул. На мгновение в голове промелькнуло лицо Чана, и я подумал, не был ли он там тоже, и у меня возникло сильное ощущение, что, скорее всего, был. Ли Джин Сок пожал плечами, заметив мою нерешительность.

- Если хочешь, можешь отказаться.

Его тон был непринужденным. Его взгляд колебался. В моей голове зазвучали тревожные сигналы. Я не мог сказать, о чем они предупреждал меня, просто каждый нерв в моем теле говорил мне, что я не должен туда идти. Но мой рот решил по своему.

- ...Нет, я пойду.

Губы Ли скривились в восклицании: "О". Его глаза, которые были шире, чем обычно, казалось, говорили о том, что он удивлен.

- Не будьте слишком глупым, они чувствительны, вы же знаете?.

Я сильно прикусил нижнюю губу и прожевал свои слова.

- Да, я буду иметь это в виду.

Мы получили на кухне отеля поднос с блюдами для обслуживания номеров. Мы с Ли Джин Соком подтолкнули тяжелый поднос и направились к лифту. Оказавшись внутри, Ли встал в дверном проеме с открытым ртом и окликнул меня.

- Я скоро последую за тобой, почему бы тебе не подняться наверх первым?

- Хорошо.

- Берегите себя.

Дверь захлопнулась перед его улыбающимся лицом. 1, 2, 3.... Мой взгляд, приклеенный к приборной панели, на которой медленно складывались цифры, переместился на крышку с едой на подносе. Гул, звонок прозвенел сам собой. Я не знал, но догадывался, что, то, что находится внизу, не является едой.

Лифт медленно поднимался. Мое дыхание становилось все более коротким, как будто я поднимался в гору. Чан был похож на призрака, и даже Ли Джин Сок, который мог видеть это место насквозь, ничего о нем не знал. Личность Чана была неясна. Даже Ким Ми Ран и Пак Джи Гён не смогли с ним справиться. Мы уже знаем, что он грозный противник. Не могу поверить, что они поставили себя на его место. У меня было ощущение, что я ступаю перед крокодилом с его зияющей пастью.

Я усмехнулся про себя. Моя жизнь и так была в полном дерьме, что может быть хуже?

Лифт открылся. Я вытолкнул поднос, встал перед номером 420 и постучал в дверь. Она открылась, охранник, стоявший в дверях, проверил мой бейджик и форму, быстро кивнул. Это был сигнал к тому, чтобы я вошел. Пройдя через зал, я увидел толпу голых людей, некоторые из которых были видными представителями делового мира.

Сквозь толпу, пошатываясь, ко мне подошла Пак. Видимо, чем-то опьяненная, она отпихнула меня с дороги, схватила поднос и протиснулась вглубь комнаты. Казалось, она даже не узнала, кто я такой. Продолжая покачиваться, она напоминала воздушный шар на празднике. Она поставила большую тарелку на стол в центре комнаты и подняла крышку с едой. Внутри оказались кексы. Пак схватила кекс голыми руками и сунула его в рот. Ее руки были нехарактерно грубыми, когда она запихивала их в рот, не желая пропустить ни крошки.

Ли Джин Сок, шедший следом, обхватил ее за талию.

- Нуна, ты струсила?

Пак Джи Гён ответила заплетающимся языком.

- Я должна съесть несколько закусок перед основной игрой.

Ли Джин Сок рассыпал белый порошок на принесенном им подносе. Пак Джи Гён закрыла одну ноздрю и втянула в другую. Мгновенно спина Пак выгнулась дугой, и ее глазные яблоки начали вращаться. Язык Ли просунулся между ее ног. Ее глаза закатились, и она издала высокий стон. Их губы встретились, языки сплелись, и они рухнули на стол. Женщина, задравшая свою юбку, оказалась сверху.

- ...Вахаха.

Вспыхнувшие в экстазе два половых органа заставили окружающих истошно вопить. Ха-ха-ха. Смех был пронзительным, как вороний крик. Бокалы, поднятые в волнении, вибрировали в соответствии с колебаниями бурной страсти. В животе заурчало, как будто меня сейчас вырвет.

Лекарство расходилось на ура, как горячие пирожки. Один из клиентов осматривал опустевший поднос, толкнул меня в спину и торопливо попросил принести ещё. С глазами, красными как спелая слива, он открыл свой кошелек, взял несчитанные купюры и бесцеремонно сунул их мне в в нагрудный карман. Углы бумажных денег поцарапали мою голую кожу. С облегчением я поднялся, чтобы уйти, но в этот момент другой клиент упал и перевернул поднос. Смех разнесся по комнате. Мне удалось быстро выйти из комнаты, словно я был мышкой, убегающий от кошки.

С грохотом прижавшись спиной к закрытой двери, я перевел дыхание. Шум, доносившийся изнутри двери, звенел в ушах.

- ...Ха, а...

Как и для любого преступника, для меня это был первый случай, когда я видел, как кто-то принимает наркотики на моих глазах. По телу пробежал холодок.

- .......

Я полез в нагрудный карман и развернул купюры. Грубо сложив их, я засунул их в карман брюк и крепко ухватился за ручку лотка. Если я зашел так далеко, то пути назад уже не было.

Возбуждение становилось все сильнее и сильнее. Люди тянулись к своим лоткам и вдыхали наркотик в слизистую носа и рта, сладкие, пьянящие выдохи разносились по залу.

Вечеринка продолжалась без остановки полдня, и только с наступлением сумерек темп утих. Посетители, полностью поглощенные наркотиком, корчились, как зомби, прижавшись друг к другу. Их расфокусированные зрачки казались неорганическими, а пропитанные алкоголем губы выплевывали непонятные слова, не в силах закончить предложение.

Я оставался почти до самого конца, чтобы понаблюдать за подачей, а потом выскользнул из беспорядочной компании, некоторые из них были под действием наркотиков, некоторые тянулись ко мне. Они ощупывали мои бедра и пытались прикоснуться к моей груди. В отеле было так много народу, что никто не заметил моего побега. Здесь было шумно и грязно. Грязнее, чем на задворках района Даль-дон, где я провел всю свою взрослую жизнь.

Бум, бум. Я сбежал по лестнице, держа в руках купюры. Магнатам было не до расходов. Я закатил глаза и запихнул деньги в карманы и рубашку. Этого достаточно. Хватит. Как только я заберу деньги из комнаты, я уйду отсюда. Мои ноги искали деньги быстрее, чем разум.

- Ха, ха...!

Его шаги продолжались в темноте. Он направлялся в горы. После долгого пути, освещенного лишь светом фонаря, он нашел свою цель.

Его взгляд зацепился за места, где он закопал деньги. По мере приближения к ним шаги становились все медленнее и медленнее. Я почувствовал странное ощущение, а затем мои глаза расширились в недоумении.

- Что за черт?

Я стоял в замешательстве. Все ямы были вырыты и перевернуты вверх дном. Ноги не слушались, тело подгибалось. Я прислонился спиной к дереву и сполз вниз по склону. От досады я рухнул на землю.

...Какой. Кто, черт возьми, забрал их? - ошарашенно подумал я, пересматривая скудный, разорванный фильм. Я собирал осколки воспоминаний, кусочек за кусочком, и рассматривал их для себя. Вдруг я узнал лицо сотрудника, чей взгляд я мельком видел в тот день. Он пришел убирать комнату после того, как его позвал Чан.

...и тут я вспомнил. Руки судорожно стали рыться в одежде. Все карманы были пусты. Да, карточка. Я забыл ее. Порывшись в памяти, я понял, что встретившиеся на мгновение глаза с явным подозрением смотрели на сумку, которую я держал в руках.

Пиная землю потёртыми кроссовками, я вскочил на ноги и с деньгами в одежде побежал обратно в общежитие. Подойдя к его комнате, я постучал в дверь.

- Выходи, выходи! .…

Вскоре он открыл дверь и вышел.

- Что за черт?

Я оттолкнул его в сторону и вошел внутрь. Сначала мой взгляд привлек стеллаж с обувью. Я взглянул на подошву его белых кроссовок и увидел на них грязь. Я подумал, что за чертовщина происходит, стряхнул его руку со своего плеча и поднял ботинок. Мутная грязь комками упала на пол. На этом поле для гольфа было только одно место, где можно было набрать столько грязи. ...задняя девятка!

- Какого хрена ты делаешь, мужик?

- Ты ведь взял их, не так ли?

На мой прямой вопрос он ответил, чтобы я убирался к черту и не хватал его. Нормальный человек спросил бы, о чем он говорит. Вчера, когда я пошел закапывать деньги, в освещенной комнате явно трепетали занавески. Я не понял, в чем дело, но списал это на свое настроение, но в итоге это стало проблемой . Я оставил его и стал обыскивать его комнату. Я опрокинул кровать и открыл бачок унитаза. Я искал все возможные места, где можно спрятать деньги.

- Какого хрена ты делаешь?

Он ударил меня по лицу, когда я обыскивал его комнату. Я не отступал и вцепился в него, пытаясь сбить с ног и поискать под кроватью, но он схватил меня сзади и стал душить. Мы упали и покатилась по комнате. В комнате раздался бах, бах, бах.

Потасовка продолжалась до тех пор, пока не пришел менеджер, с которым мы общались, со своей охраной и не разнял нас. Удар, удар. Его лицо превращалось в кровавое месиво от моих ударов. Один за другим сотрудники на том же этаже открывали свои двери и наблюдали за происходящим. Я бил его по лицу, как по тесту.

Вскоре даже менеджер прибежал, чтобы остановить меня, и менеджер, который настаивал на том, чтобы я продолжал улыбаться, спросил меня с ничего не выражающим лицом.

- Господин Со Су Вон, что вы делаете?

- .......

Мое дыхание было неровным и неконтролируемым. Я смотрел на человека, которого избил, налитыми кровью глазами, задаваясь вопросом, что, черт возьми, он думал, когда брал их?

- Возвращайтесь в свою комнату.

Охранники схватили меня за руки и потащили прочь. Я корчился в своей камере, как заключенный. Все, что у меня осталось, - это деньги, которые я держал в руках. Я не мог даже проронить слезу. В этот момент исчезновение денег стало смертным приговором для надежды.

Глава 8

Два дня я просидел в своей комнате, не в силах пошевелиться.

Моя жизнь всегда была дерьмовой. Дом, в котором я жил до того, как ушел из него, разваливался, ветхое строение, построенное на крутом склоне, стало началом всех моих несчастий. Стены вокруг дома были покрыты облупившейся краской и пахли мочой. И в доме всегда пахло кровью.

Как обычно бывает в несчастных домах, когда отец напивался, он хватал нас с матерью за горло и бил об пол, отчего у нас горели носы. В этой вонючей лачуге не было никакой надежды. Все сводилось к деньгам, и я постоянно жаждал их.

...Я мирился со всем на поле для гольфа по одной причине: деньги. Я делал вид, что не замечаю этих дел за несколько чаевых, я закрывал глаза на вечеринки с наркотиками, которые устраивали представители высших слоев общества, я плотно закрывал глаза, и все это ради денег. Я терпел все это с единственной целью - получить деньги и выбраться из этого дерьмового места.

Как будто месяц тяжелой работы был недостаточно плох, все мои деньги исчезли. Я прижал колени к груди и прикусил нижнюю губу. Срок отправки денег дяде истекал на следующей неделе, а речь шла о трех миллионах вон, начиная с этого месяца. Я не мог пойти против воли дяди; если бы я передумал, то все равно оказался бы в трясине. Я сильно прикусил нижнюю губу.

Что теперь?

В голове и в груди, было совершенно пусто. Я оставался в скрюченном положении, не шевелясь, как человек, жизнь которого оборвалась. Как нить, поток мыслей оборвался. Голос господина Чана эхом отозвался в моей внезапно опустевшей голове.

"Я дам тебе достаточно денег, чтобы ты мог развлекаться и есть до конца своих дней".

Я сжимал и разжимал кулаки, недоумевая, почему я вспомнил слова этого человека именно сейчас.

...Да, после всего, что мне пришлось пережить, неужели это такая большая проблема - прийти и отдать ему свое тело? Оно же не износится после нескольких использований? Заставив себя направить мысли в другое русло, я зажмурил глаза и застонал навзрыд.

Затем, подпрыгнув, я поднял себя с пола и направился в ванную. Я умыл лицо и вытерся. Особенно тщательно я вытер спину. Тело покалывало от предыдущей драки. К счастью, лицо выглядело нормально.

Вместо формы я взял рубашку и пару хлопчатобумажных брюк, надел их и вышел из комнаты. Я вернулся в гостиницу, прихрамывая, как больной со сломанной ногой. Я был опустошен.

И вот я перед номером 420. Прошло уже два дня, а из номера все еще доносились стоны, похожие на собачий скулёж. Я сжал руки в кулаки, которые лежали на бедрах. Затем, словно решившись на что-то, постучал в дверь. Тук, тук.

Внутри все еще было слишком громко, и мой стук показался абсурдно тихим по сравнению с этим. Я сомневался, что его вообще услышат. Я попытался постучать еще раз. Раздался скрип, и дверь начала открываться внутрь.

По ту сторону двери стоял господин Чан в халате. Он стоял, подняв руки вверх, и смотрела на меня. Веревка, обвязанная вокруг его талии, была настолько свободна, что если бы она ослабла еще больше, то обнажилась бы промежность генерального директора Чана.

- Входи, - приказал господин Чан, глаза которого были наполнены похотью.

Его голос был немного ниже, чем обычно. Я последовал за ним в комнату, почувствовав, как мое тело вздрогнуло. В комнате было много людей. Все они наблюдали за мной, не надевая халатов.

Нависая над их головами, Чан подошел к дивану и воткнул в рот сигарету. Мужчина с серыми глазами пополз на четвереньках по ковру, чтобы добраться до него. Чан надавил ногой на лицо мужчины. Мужчина начал пускать слюни и чистить языком подошву тапочек Чана.

Чан даже не взглянул на него, повернулся ко мне, погрузившись в раздумья.

- В чем дело?

Цель, цель. Мой взгляд потерянно блуждал по комнате. Все смотрели на меня. Мое зрение превратилось в головокружительную мешанину. Время и пространство начали выходить из-под контроля. Ха-ха-ха.

- ...Цель.

Я проделал весь этот путь ради какой-то цели. Не для того я шел на своих ногах, чтобы выставить себя таким глупцом. Глаза устремились к цели. Все они были голыми, поэтому выглядели как единая масса. Среди всех незнакомых лиц я увидел женщину, которую узнал. Ким Ми Ран. Ее глаза были открыты, и она улыбалась мне. Она выглядела так, будто была под наркотиками. Я опустился перед ней на колени. Я слышал, что она была молодой женой председателя совета директоров K Group. Кто бы ни была эта женщина, она мне нравилась. Если бы только она могла вытащить меня из этой передряги.

- .......

- .......

Она схватила меня за волосы и опустила между своих ног. Я зажмурил глаза и попытался приблизить лицо. Затылок приподнялся, и мое тело взлетело в воздух. Боль пронзила мой бок, и я свернулся, как креветка. Когда я пришел в себя, мое тело свисало с ножки стула.

Чан поднял тыльную сторону ладони и ударил меня по лицу. Из носа распространилось горячее ощущение. Это было похоже на носовое кровотечение. Мужчина, который бил меня, с невинным лицом спросил.

- ...Ты плакал?

Я смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он согнул колени и сел передо мной.

- Почему?

- ...Деньги.

Обе брови мужчины взлетели вверх, он терпеливо ждал, пока я закончу.

- Все деньги пропали.

Ммм, - мужчина с хриплым голосом потер между своими пальцами сигарету, которую он докурил до самого фильтра. Из его руки поднялся серый дым. Лицо мужчины стерлось в дыму, а затем так же быстро появилось вновь. Чан прочистил горло, и тихо ответил.

- Ведь у тебя был такой взгляд, как будто ты умрешь, если эти деньги исчезнут.

- ......

- Почему ты не умер и вернулся?

Я медленно закатил глаза и встретил взгляд господина Чана. Змеиные глаза наблюдали за мной. Наблюдали за моими страданиями. Мужчина опустил руку, ударившую меня по лицу, и стал лениво поглаживать щеку. Он даже вытер мне нос, из которого капала кровь.

- У Вас уже просрочка?

- ....…

- Неужели все так просто?

- .......

- А? Господин Со Су Вон?

Человек, которого Чан пнул ногой, вернулся к нему. Как человек с расплавленным гипофизом, он всхлипывал и терся щекой о бедро Чана.

- ...Аах.

Чан тихонько застонал. Поднявшись с согнутых колен, он взял мужчину за бедра и подошел к окну. Потянул вниз рычаг стеклоподъемника и наклонил его тело к открытому окну. Чан сделал строгое лицо и сделал вид, что собирается вытолкнуть мужчину прямо в окно. Одурманенный мужчина продолжал цепляться за шею Чана. Он даже не понимал, что держится сейчас за гнилую веревку. Господин Чан спросил:

- Ты знаешь, что этот парень делает?

Его голова все еще была повернута к окну, но я знал, что вопрос был обращен ко мне, но не мог найти слов, чтобы ответить, поэтому дернул ртом.

- Я не знаю.

Господин Чан повернулся и пристально посмотрел на меня.

- Так было со вчерашнего вечера, после того как он принял свиной эстроген.

Мужчина, которого держал Чан, зарылся лицом в его шею. Чан вытолкнул его в окно, и за окном раздался громкий крик. На этот жуткий крик, разорвавший прохладный воздух, одурманенные наркотиками люди разразились безудержным хохотом. Ха-ха-ха.

У меня потемнело в глазах. Это четвертый этаж, куда упал мужчина? ...Он мертв? Я быстро выглянул в окно. Тело мужчины все еще висело на дереве внизу. Он висел почти вверх ногами, одна рука и одна нога зацепились за довольно толстую ветку.

- Из-за денег даже не замечаю, как разрываю себя на части.

Отмахнувшись от человека, директор Чан скривил губы и рассмеялся. Мне вдруг показалось, что он жутко смеется. Господин Чан медленно подошел ко мне. Я медленно отступил назад, чтобы выдержать дистанцию до него, споткнувшись о ноги стоящего за мной человека.

Когда я лежал лицом вниз, как перевернутая миска с рисом, он опустил тыльную сторону ладони. Это была та самая рука, которая ударила меня по щеке, как хлыстом. Не зная, что делать, я посмотрел ему в лицо и медленно зарылся щекой в тыльную сторону его безжалостной руки. Рука была горячей и шершавой по краям. Не моргая, я потерся щекой, и по тыльной стороне ладони побежала тонкая струйка крови. Горячая кровь, которая еще не успела остыть. Чан слизнул ее языком.

- .......

- .......

Чан широко раздвинул ноги. Я увидел большую выпуклость посередине. Я побелел и на мгновение замешкался, а затем отполз назад на четвереньках. На самом деле его член был размером с детское предплечье. Он был еще только наполовину эрегированным, но огромным и толстым, с грибовидной головкой и колонной отвратительных вен. Я не мог представить, как эта штука войдет в мою дырку.

Положив руки на бедра, которые были так плотно сжаты, что даже игла не могла их проткнуть, я широко открыл рот и взял в рот головку члена Чана. Затем, неловко щелкнув языком, стал сосать его член. Лицо мужчины оставалось бесстрастным, а выражение лица - нетерпеливым. Я взял член Чана глубоко в горло. Изо рта вырвался булькающий звук, а глаза наполнились физиологическими слезами.

- ...Ммм...

Чан кивнул, прочистил горло и схватил меня за нос, как за прищепку. У меня перехватило дыхание. Рука, державшая бедро мужчины, самопроизвольно сжалась.

- ...Кхх, кхх.

Президент Чан схватил меня за затылок и засунул свой член в мой рот. Член, казалось, собирался пронзить мой затылок. Мягкие ткани внутри моего рта были беспощадно раздавлены кроваво-красным столбом.

- Я, я не могу дышать…

Только тогда он отпустил меня. Изо рта, который невозможно было закрыть, текла слюна. То тут, то там вытекали отвратительные телесные жидкости. Пах мужчины, который всего несколько минут назад разрывал мое горло, тоже блестел от телесных жидкостей.

- Кто сказал тебе пускать слюни?

Я вздрогнул от раздавшегося сверху голоса.

- Оближи его.

- .......

- Начисто.

Я высунул язык и прикоснулся им к кончику лобковых волос господина Чана. Волосы на лобке зашевелились от прикосновения моего чувствительного языка. Он схватил меня за волосы и стал тереть уголки глаз, прижимая мою голову к своему члену.

- Я не могу дышать.

Чан присосался к сигаретному фильтру, как к закуске, и счастливо засмеялся. Затем он низко зарычал.

- Интересно.

- .......

- ...Очень забавно.

Я ждал, пока он докурит сигарету, с сердцем ребенка, подвергающегося телесному наказанию, принимая каждую затяжку дыма, которую он выдыхал мне в лицо. Мои глаза и нос щипало, но я не смел хмуриться.

Когда он наконец докурил сигарету, то приказал мне лечь на кровать. Кровать уже была окружена клубочком людей, занимавшихся тем же самым. Я забрался на тело женщины и пристроился рядом с пыхтящим и отдувающимся парнем.

Сначала я снял штаны и раздвинул ноги, прикоснувшись пальцем, смазанный гелем, к своему входу. Господин Чан с любопытством смотрел на меня. Вскоре один палец проник внутрь. Внутренняя стенка сжимала его, казалось, готовая отсечь фалангу. Глубоко внутри слышался шлепающий звук. Чан сухо проглотил и облизнул нижнюю губу.

Мужчина, который лежал на матрасе, поморгал и стал скользить глазами по моей груди. Чан опустил руку вниз, схватил парня за шею и вдавил его в матрас. Парень, задыхаясь, стал бить Чана по рукам.

Чан кивнул охранникам. Охранники, стоявшие у двери, отреагировали на его жест.

- Всех вывести.

Охранники действовали безупречно . Один за другим выводили людей, заполнивших комнату. Парня, который с грохотом упал на пол, тоже вытащили.

Чан тем временем развязал шнурки, стягивающие его талию, и сбросил халат, его тело засияло в ярком белом свете, как черная статуя, в экспозиции. Мой взгляд сразу же привлек член, скрытый под лобковыми волосами. Даже когда он был одет в халат, взгляд притягивался к его середине. Даже когда он был скрыт, это не могло скрыть его тяжелой ауры.

Тело Чана заслонило мне обзор. Я плотно закрыл глаза. Это было начало ужасной ночи.

Прошло совсем немного времени, и Чан вошел в меня. Засунув свой член в мою дырочку, он зарычал как животное.

- ...Блядь.

Его живот вздымался. Он дико двигал бедрами, проникая в мое едва открытое отверстие. Я даже не успел открыть рот от шока, как он вошел в меня. Казалось, что его член вот-вот проткнет мне пупок. Его член извивался и дергался во мне, как червяк.

Незнакомая боль заставила отверстие сжаться, предотвращая беспощадный вход и выход злоумышленника. Директор Чан вздрогнул. Он схватил меня за волосы и рывком откинул назад. Затем он прошептал мне на ухо.

- Ты чертов ублюдок, ты такой тугой.

- ...Ах, ах, ах!

Чан снова вжал мою голову в простыню. Затем он быстро и сильно вогнал свой член в мою дырку. Простыня провисла у меня во рту, и пропиталась слюной, когда я задыхался. Перед моими глазами сверкнула молния.

- И давно ты тут кувыркаешься, а?

- ...Первый раз, первый раз.....

Его резкие ругательства впились в мочку моего уха, когда он потянулся вниз, чтобы почесать мои соски. Они сразу набухли, когда их почесали его аккуратно наманикюренные ногти.

- У тебя не только лицо белое, у тебя здесь много красного.

- ...Мммммм...

Чан высунул язык и лизнул мой сосок. Моя спина выгнулась дугой от прикосновения его твердого языка к моему чувствительному месту.

- Едва ли эта шлюха представляет, что происходит между моими бедрами, да?

Член Чана сжимался в нем, словно пронзая копчик, и его тело металось, как рыба на гарпуне.

- Это следы от связывания и порки, не так ли?

- Ах!!!!

Чан надавил на мой бок с пугающей силой. Бок, все еще покрытый синяками от прижатия к ножке кровати, был безжалостно сдавлен его прикосновением. Но это не шло ни в какое сравнение с болью в заднице, от которой у меня пересохло во рту и затряслись бедра.

- Ты хотел попробовать деньги на вкус, даже если был готов к тому, что тебя будут иметь?

- ...извини.

Я мог только повторять одни и те же слова, как сломанная машина.

- ...Мне жаль.

Головка члена господина Чана взбиралась вверх по моему позвоночнику и, казалось, собиралась проткнуть живот.

- Сколько тебе, черт возьми, надо?

Сила в руке Чана, которой он держал меня за волосы, усилилась еще больше. Казалось, что кожу с головы сдерут вместе с волосами. Он потянул мой сосок одной из своих свободных рук и кончил, рыча, как животное. Горячая волна прошла по телу.

Глава 9

Моя рука беспомощно упала на кровать. Казалось, из меня высосали всю энергию. Из моего тела продолжала вытекать жидкость. То, что сочилось из отверстия на бедра, высохло и перестало быть липким.

С трудом раскрыв глаза, я увидел подтянутую, мускулистую задницу господина Чана. Он открыл дверцу холодильника, который был в углу, чтобы выпить воды. Затем он подошел ко мне, опустил свой член, все еще покрытый телесными жидкостями, в мой рот.

- Соси.

Чтобы заглотить его до основания, мне надо было напрячь свое тело и шею, но он забрался на мое лицо и поместил свой член в мой рот.

- Соси мой член.

Чан свернул мое тело вдвое и вставил свой палец в уже наполненное отверстие. Он начал двигать им внутри. Он вводил и выводил палец, и дырочка протестующе кричала от его бесцеремонного проникновения.

- Уф.

Я изо всех сил старался удержать его член во рту. Мой сфинктер сам собой сжался от боли. Чан отстранился.

- Почему?

Я беззвучно всхлипнул, из глаз больше не текли слезы. Это был рефлекторный всхлип. Господин Чан угрюмо спросил.

- Тебе не нравится?

- Нет, нет.

Я быстро погладил ртом его член.

- Хочешь, чтобы я остановился?

Чан выглядел недовольным. Он попытался вытащить свой член из моего рта. Я быстро обхватил его бедра и втянул член еще глубже в рот. Он глубоко вошел в мою глотку. Мое горло сжалось, и из него вырвался булькающий звук.

- Ничего не могу с собой поделать, мой дорогой господин Со Су Вон.

Господин Чан произнес мое "имя" с надрывом. Его глаза превратились в длинные щели.

- Ты же хочешь, чтобы тебя так трахали в рот.

Господин Чан ускорил темп своих толчков в мой рот. Вместе с этим его рука, которая проникала в меня, тоже ускорилась. Из моей дырочки послышался влажный хлюпающий звук. Его сперма брызнула во все стороны.

Чан застонал и кончил мне в рот. Он приподнял мой подбородок и, заставил меня проглотить все. Пошла рвота. Фу, я попытался вырвать, но он заткнул мне рот, не давая этого сделать. Он перевернул бутылку с водой и вылил ее мне на лицо. Я широко открыл рот и набрал воды.

- Ты же говорил, что тебе никогда не вставляли в задницу. Как ты смеешь мне врать? - пробормотал Чан, больно произнося слова своим обессилевшим голосом.

- Нет, действительно нет.

- Так это Вы когда-то были с женщиной?

- Нет, нет.

Я качал головой, затем извинился. Извините, извините. По какой-то причине уголки его рта изогнулись в довольной улыбке.

- Будь хорошим «охранником». Или я порву твою дырку.

С этим предупреждением он вытер свой член о мое лицо, чтобы избавиться от остатков спермы. Затем он натянул халат, нащупал бумажник, из которого достал купюры, схватил меня одной рукой за бедра и широко раздвинул мою дырку.

- ...Ааах...

Не менее болезненный стон вырвался у меня. Еще немного, и мое тело перестанет функционировать и будет уничтожено. И Чан, похоже, знал это. Оставшаяся сперма вытекла из зияющего отверстия. Чан хмыкнул.

- Ты так сильно сокращаешься, как будто кончаешь дыркой.

Он просунул купюры в отверстие. Острый край купюр пронзил его изнутри. Я поморщился, но господина Чана, казалось, это не волновало, он схватил халат и вышел из комнаты.

Я остался в комнате и смотрел в потолок в тишине, которую оставил после себя господин Чан, его сперма плавала в слюне, оставшаяся у меня во рту. Когда мои мысли зашли так далеко, я не смог больше сдерживать отвращение, и меня вырвало. Я выблевал все до последней капли желудочного сока.

Уставившись в пустоту, со щеками, измазанными спермой господина Чана, и уголком рта, покрытым рвотными массами, я потянулся назад и достал банкноты. Там были десять чеков номиналом в миллион вон каждая. Кончики купюр были испачканы засохшей спермой и кровью.

Это была насыщенная событиями жизнь. Как только я подумал, что все кончено, меня изнасиловали. Потом меня купили. Я громко рассмеялся, когда понял, что выкуп составил 10 миллионов вон, в обмен за мою дырку и минет. Ха-ха, я разразился хохотом.

- ...Ахаха.

Не могу поверить, что что-то настолько простое оказалось таким трудным. Моя грудь вздымалась. Мои глаза постепенно начали слезиться, поэтому я прикрыл их запястьем. Мне было стыдно за то, что мое лицо и тело были выставлены под светом ламп накаливания. Слезы катились по щекам и застилали уши. Я плакал и смеялся как сумасшедший.

***

Токсичные отношения с Чаном имели ужасные последствия. И я провел день, катаясь по кровати, сжимая живот и постанывая, а потом принял ванную и прошел через ад.

Через два дня в комнату пришел врач с господином Чаном и заставил меня лечь на кровать, чтобы осмотреть мою дырочку. Я должен был лежать как труп, подогнув колени, и показывая ему свою задницу. Врач сообщил господину Чану, что отверстие уже зарубцевалось и некоторое время не сможет открыться вновь. Господин Чан недовольно фыркнул. Мой рот распух до такой степени, что я едва мог жевать рис, но он все равно вставил свой член и трахал меня, как будто единственное желание, которое у него оставалось, - это не кончить в задницу.

***

Я потянулся, изнемогая от ночных страданий. За моей спиной, смятой, как консервная банка, господин Чан разговаривал с кем-то по телефону. Слабый дымок от его сигареты пронесся мимо моего носа. Судя по расстоянию, он сидел на диване в центре комнаты.

- Господин Со Су Вон.

Внезапно прозвучавшее имя заставило меня очнуться. Резкий голос прозвучал в трубке мобильного телефона, который он держал в руке. Это был голос, который я сам слышал несколько раз.

- А, это я. Нет ничего радостнее, чем знать, что мои сотрудники предоставляют хороший сервис.

Усмехающийся голос принадлежал господину Чхве, владельцу поля для гольфа.

- Поскольку генеральный директор Чан лично просит об этом, я оставлю весь график вне расписания малыша, чтобы вы могли использовать его, когда вам будет удобно.

Перед глазами промелькнуло лицо босса, прыщи которого стали привычными. Его тон был по-прежнему надменным, но в нем чувствовался намек на гнев, как будто он не мог справиться со своим противником.

- Хорошо, тогда я вешаю трубку.

Я слышал, как мужчина, разговаривающий по телефону, возвращается в постель. Я притворился спящим и плотно закрыл глаза.

Вечером мне позвонил сам босс и сообщил, что будет ежемесячно выплачивать мне базовую зарплату и что мне больше не нужно будет ходить на приемы. Он также предупредил, чтобы я не совершал ошибок, так как это был важный клиент. Низкий голос глубоко врезался в мои барабанные перепонки.

Меня перевели в комнату рядом с комнатой господина Чана. Я оказался в ловушке в роскошном гостиничном номере, который я никогда не видел в своей жизни, даже во сне. Я лежал на кровати и тупо смотрел в пространство.

Раздраженные тугие мышцы, моей дырочки, которую мне пришлось раскрывать всю ночь, постоянно подергивались. Лекарство, которое ввел врач, с бульканьем вытекало из нее. Область вокруг бедер становилась все более влажной. С отвращением я потянулся вниз и потер бедро.

Тонкий слой жидкости прилип к кончикам пальцев. Она была похожа на сперму и казалась грязной. Было ощущение, что я кончаю дыркой, как и говорил Чан. Я позволил своим конечностям безвольно повиснуть. ...Аааа. Я уставился в пустой потолок и тихо застонал. Когда солнечный свет упал в окно, превращая его в пыль, чувство самоуничтожения, которое я почувствовал, стало еще сильнее. Стыд пришел, как приливная волна.

Господин Чан большую часть времени проводил, развлекая клиентов. Через его двери прошло бесчисленное множество людей. Я все еще не мог понять, что он делает, но у меня было ощущение, что он что-то продает. И в очень больших масштабах.

Внезапно дверь в номер отеля распахнулась. Единственным человеком, который мог открыть и войти в эту комнату, был господин Чан. Когда я резко поднялся на постели, в глаза бросился господин Чан, входящий в комнату в обуви. Дорогой ковёр был безжалостно растоптан его ногами. Он сидел на диване, сплетая длинные ноги, и смеялся над моим видом.

- Вы в отличной форме.

- ......

- Платить и не получать услуги... Мне кажется, я оказался в невыгодном положении?

Как сказал господин Чан, он не мог войти в меня два дня. Смущённый, я опустил глаза, но тут же прилетело предупреждение.

- Я предупреждаю, глядите на меня, когда я говорю. Я терпеть не могу невежливых людей.

Он перевел свой неподвижный взгляд на Чана. Тот держал во рту сигарету и прикуривал ее, кольцо на четвертом пальце сверкало в электрическом свете. Я смотрел на него как завороженный. Последовала команда.

- Покажи дырку.

- ...Что?

Чан вытер гладкий лоб; он ненавидел повторять одно и то же дважды.

- Покажи дырку.

Он упрямо сжал челюсти, как бы говоря, что больше не собирается повторять. Я с усилием поднялся со своего места и медленно спустил перед ним брюки и трусы. Его темные глаза скользнули по моему паху.

- Повернись.

Я повернулся, как он приказал. Я чувствовал его свирепый взгляд на своей заднице и бедрах.

- Ложись на кровать и открой свою дырку.

Я вжался головой в кровать и выпятил зад. Пока я стоял, не зная, что делать дальше, голос Чана проник в мой затылок.

- Ты что, не слышал?

Его голос был низким и четким.

- Открой свою дырку.

Я завел руки за спину, схватился за ягодицы и раздвинул их. Дырочка была обнажена. Кровь прилила к голове. Но румянец на щеках был исключительно от стыда.

Господин Чан, спокойно прикуривавший сигарету, встал с дивана и подошел ко мне сзади, его ягодицы коснулись моего паха, и я рефлекторно сжала сфинктер от страха.

К счастью, вместо члена в дырочку вошел палец. Палец то входил, то выходил, особенно когда в дырочке застряло кольцо, и я непроизвольно сжал мышцы бедер. Палец медленно поглаживал внутреннюю стенку, проверяя состояние дырочки.

- Заживает хорошо.

Моя дырочка дернулась.

- Не могу поверить, но ты ведешь себя как шлюха своим задом.

- .......

- Ты сам напрашиваешься, чтобы я тебя трахнул.

- А? - сказал Чан и приподнял бедра. Его паховая область прижалась к бедрам. Моя нежная кожа терлась о кожаный ремень. Она покраснела и горела огнем, сосредоточившись на месте от удара, директор Чан смотрел на следы, бормоча себе под нос.

- Чем более гладкая кожа, тем легче оставлять следы.

Его руки обхватили мои бедра с такой силой, что я подумал, что они могут лопнуть.

- ...Блядь, эта кожа.

Господин Чан расстегнул ремень и вытащил его из петель. Он сложил его пополам и ударил меня по заднице. Звук шлепка пронзительно разрезал воздух.

- … Ах, а-а-ах!

С треском он снова шлепнул меня, как будто ему было наплевать на мои мольбы. Боль от удара заставила мое тело снова подпрыгнуть. Место от удара онемело. Я был уверен, что там образовался синяк. Я не решался сесть. Чан взял мои запястья в одну руку и быстро связал их ремнем.

Он удовлетворенно хмыкнул, обхватил мои бедра и вскоре потянул молнию вниз. Я зажмурил глаза, услышав звуки сзади. Прошло совсем немного времени, и член господина Чана стал входить в меня, проталкиваясь внутрь.

- … А-а-агх!

Лекарство, которое ввел доктор, действовали как смазка, помогая ему войти, но внутри было очень тесно. Когда в отверстие вошел член размером с мое предплечье, господин Чан тяжело дышал. Я посмотрел на свой живот, мне показалось, что он как-то странно вздулся. Конечно, он был выпуклым.

- Ох!

Чан начал двигать бедрами, и мой живот поднимался и опускался в такт его движениям. Странное ощущение охватило меня.

- ...Ха.

Почувствовав тесноту в моей дырочке, он выгнул шею и застонал, а бедра сами собой согнулись. Генеральный директор Чан хлопнул меня по заднице и тихо пробормотал.

- Открой свою дырку как следует.

Из-за связанных рук было невозможно раскрыть промежность. Господин Чан шипел, он просунул мои руки между ног и заставил меня раздвинуть зад. Одной связанной рукой я раскрыл одну сторону моей задницы и представил ему дырку. Я был в той позе, в которой собака мочится на телефонный столб.

Я был растерзан этим мужчиной. Господин Чан безжалостно и быстро вбивался в меня, словно разгоряченный бульдозер.

- ...Ах, ах, ух.

- ...Ух-ух.

- …Ах, ух.

Мои ноги начали неконтролируемо дрожать. Стало пробуждаться новое, непривычное ощущение, которое я никогда раньше не испытывал. Это было не так, как во время моего первого сексуального опыта. Я сжал простыню в руке. В моем горле что-то застряло, словно собираясь вырваться наружу.

Было, конечно, больно. Но внутри дырочки было щекотно, как будто разводишь огонь, но не трогаешь самое горячее. Тем временем Чан снова шлепнул меня по заднице своей широкой ладонью. Дырочка сжалась.

- Ха!

Из моего рта вырвался голос, который, похоже, принадлежал не мне. Глаза господина Чана сузились. Он снова ударил меня, сильнее, в то же место.

- Ух!

Отверстие дернулось, быстро сжимаясь и расслабляясь. По позвоночнику пробежал холодок. Я вздрогнул от неприятных ощущений. Бедра Чана тоже дернулись. Его мускулистые бедра дрожали.

- ...Ух-ух!

- ...Ах!

- А-ах, ух!

Он засунул свой большой кулак в мой рот. Я с трудом выдавил глухие стоны, чувствуя, что рот забит его кулаком, который становился все более влажным от моей слюны.

- ...Мммм.

Чан кончил, его тело сотрясалось, как будто он мочился. Огромное количество спермы вылилось в отверстие. По ощущениям вылилось почти столько же, сколько и мочи.

Я мельком взглянул на лицо господина Чана, он явно был в экстазе. Я закрыл глаза, испытывая отвращение ко всему. Не могу поверить, что я возбудился и кончил, трахаясь с этим мужчиной. Это могли сделать только монстры.

Чан осторожно вытащил свой член из моей дырки. В животе у меня заурчало от изнеможения. Отстранившись от меня, он достал из внутреннего кармана пиджака бумажник. Он сунул его мне в рот, а затем снова мне вставил.

- Если не выронишь бумажник, то я отдам тебе все, что там внутри.

Я сжал зубы на кожаном бумажнике. К счастью, странное ощущение, которое я испытывал, когда он проникал в меня сзади, больше не посещало меня. Последовала только боль.

- ...Ах, ах, ах!

Хоть я и стонал от острой боли, пронзившей позвоночник, я каким-то образом почувствовал облегчение.

Глава 10

Утром, после целой ночи траха, Чан умылся и со свежим лицом вышел из номера. Только после его ухода мне удалось немного поспать. Но даже за это короткое время мне приснился кошмар. Мне снилось, что он мочится мне на лицо.

Я медленно открыл глаза. Ресницы были слипшимися от спермы, пришлось приложить усилия, чтобы они расклеились. Солнце было уже высоко в небе. Я осторожно встал с кровати.

Ополоснулся в душе и открыл гардеробную. Я взял случайную футболку и натянул ее, затем взял с тумбочки бумажник господина Чана. Я положил в него все купюры, какие только мог найти, и опустил взгляд на свой переполненный бумажник. Все-таки он был дорогой. С моих губ сорвался смешок. На нем были следы моих зубов, но он не порвался.

Я засунул бумажник поглубже в карман и вышел из вестибюля.

Внутри магазина я подошел к банкомату, расположенному вдоль одной из стен, достал записку с номером счета и медленно ввел одну цифру за другой.

- Это он?

Услышал я за спиной ехидный голос.

- Ублюдок, который в последнее время спит с господином Чаном.

- Эх. Он выглядит немного потрепанным.

- Наверное, дырка тесная.

Я посмотрел на них через край шляпы. Это были сотрудники Royal.

- Вы видели лицо господина Чана, когда он его трахал? Он трахал его так жестко, но при этом его лицо не выражало никаких эмоций.

...Безэмоциональный? Кончики моих пальцев слегка дрожали, когда я набирал цифры. Этого не может быть. Я точно помню темные глаза Чана наполненные страстью, и я видел, как на мгновение вспыхнули змеиные глаза!

- Но, онни, его член потрясающий на вкус.

Одна из них положила свою руку на другую и подняла ее вверх. Казалось, она показывала размер члена господина Чана. Они весело засмеялись и ушли.

В следующее мгновение на экране замигал красный текст. Я вспомнил, что у меня закончился таймер и нужно ввести номер еще раз, и дрожащими кончиками пальцев набрал его снова. Я проверял его снова и снова, потому что не мог ошибиться.

Общая сумма, которую я хотел отправить, составляла 5 млн. вон, но через банкомат можно было отправить только 3 млн. вон. Я порылся в бумажнике, который был в пятнах крови, и отправил деньги двумя отдельными переводами.

Я вышел из магазина и подошел к стоящему рядом таксофону. Порывшись в кармане брюк, я нашел несколько монет, вставил их в гнездо и нажал на кнопку. Раздался короткий гудок.

- Да.

- ...Это я.

Я зарылся лицом в ладони и вздохнул.

- Я только что положил на счет 5 миллионов вон, как и обещал. Возьмите 3 миллиона для себя, но, пожалуйста, используйте 1 миллион на медицинские счета моей мамы и 1 миллион на отцовские долги.

Я несколько раз настоятельно просил его об этом.

- Да, я понял.

В его голос вернулась живость, и он звучал совсем иначе, чем в прошлый раз. Он сказал мне, что использует деньги по назначению, и когда он уже собирался повесить трубку, я остановил его.

- ...Ээ, дядя? - сказал я, стараясь быть вежливым.

- С мамой все в порядке, да?

- Ты не возвращался назад и последний раз бежал оттуда, но теперь ты интересуешься, все ли в порядке?

Его слова больно ужалили.

- Твоя мать еще не в гробу и усердно тратит деньги на больничную койку. Поэтому, пожалуйста, присылай их вовремя, в последний день каждого месяца.

Затем он повесил трубку. Я беспомощно прислонился спиной к телефонной будке. Усталость навалилась на меня, и я прижал тыльную сторону ладони к глазам.

***

Лифт в отеле был полностью из зеркал. В отражении на меня смотрел человек с бледным, как мука, лицом и фиолетовыми глазами под глазницами, впавшими от многодневного недоедания. За исключением губ, которые были красными, как будто их съела крыса, он был совершенно бледен и выглядел как гипсовый слепок.

Я открыл глаза. Свет в лифте то гас, то загорался. Я откинул шею назад и посмотрел на свет, затем снова на зеркало.

- ...Фуух.

Я вдохнул и сделал шаг назад. Мое лицо было залито густой пунцовой жидкостью. Я обернулся, чтобы посмотреть в зеркало, стоящее у меня за спиной, и подумал, не ошибся ли я. Все лицо было залито кровью. Оно напоминало лицо мясника, только что зарезавшего животное.

Я вынул трясущиеся руки из карманов и посмотрел на них. Они были покрыты липкой, вязкой, горячей жидкостью. Нет, с них капало. Кровь, кровь.

Я судорожно вытер руки об одежду. Бедра моих джинсов были мокрыми. Но не от крови, а от пота. Я снова перевернул руки и посмотрел вниз. Крови нигде не было, только холодный пот. Лифт, который скрипел, как при отключении электричества, вернулся в нормальное состояние, как будто так и было всегда.

Дзинь.

Двери лифта открылись. Я подумал, не галлюцинации ли это, и нахлынувший страх вскоре сменился чувством пустоты. Пошатываясь, я вышел из тесного помещения.

Спотыкаясь, я прошел по коридору и вернулся в свою комнату. Я залез под кровать и спрятал бумажник, который держал в руках, а затем сел на край кровати, чтобы охранять его.

- .......

Президент Чан не искал меня весь день. Похоже, что слова Ким Ми Ран были верны - зверь в течке. Постоянно трахаясь, он наконец то истощился. Но все могло быть иначе. Он мог разбивать сердца других людей, протыкая их своим членом. Я закутался покрывалом, обхватив свое тело. Как бы то ни было, для меня это было к лучшему.

***

Утро выдалось солнечным. Раздался стук в дверь, затем женский голос произнес.

- Обслуживание номера.

Я встал с кровати и подошел к двери. Сотрудница протянула мне ручку подноса. Держа ее, я некоторое время стоял у двери, провожая взглядом исчезающую в коридоре фигуру.

В этом гольф-клубе было много людей, обладающих привлекательной внешностью, как она. Я не мог понять, почему президент Чан среди всех этих людей, выбрал меня. Мое лицо простое и обычное, разве что белое и немного маленькое, с каменным выражением.

Я поставил еду на стол, бессмысленно уставившись на нее, затем повернулся лицом к окну. Прибытие службы уборки номеров означало, что господин Чан скоро будет здесь.

Как по заказу, по коридору раздался стук каблуков. Он услышал, как женский голос поздоровался, приветствуя его.

Дзинь. Из-за двери послышался звук вводимой в терминал карты. Его взгляд метнулся к изножью кровати. Хотелось броситься туда и спрятаться.

Но я не шевельнулся ни единым мускулом, приветствуя его.

- Здравствуйте.

Господин Чан был одет, как обычно, в темный костюм. Рубашка такого же цвета, галстук того же оттенка. Он был крупным мужчиной, ростом около 190 см, но его стройное телосложение придавало ему в целом элегантный вид. Чан сначала снял пиджак, потом потянул за узел галстука, чтобы ослабить его. В одно мгновение он вернулся к своему первозданному виду и шагнул в душ. Последние слова прозвучали в моих ушах.

- Я почти готов.

Я слышал шум воды в душевой. Под словом "готов" Чан подразумевал, что он ждет меня без одежды. Я медленно снял одежду и отложил ее в сторону, после чего встал перед окном, как каторжник.

Бессмысленно уставившись на баночку с гелем на тумбочке, я услышал звук открывающейся двери, и зажмурил глаза в предвкушении того, что сейчас произойдет.

Вышел Чан, его массивное тело было закутано в темный халат, он сел за стол, держа в каждой руке по вилке и ножу. Обжора эпических размеров, господин Чан вонзил вилку в кусок стейка и раздвинул передо мной ноги.

- Заходи.

Я пополз на четвереньках и зарылся между его ног. Под столом, где сидел господин Чан, я сосал его член. Я взяла его член, большой, как багет, в рот и неуклюже провел по нему языком. Свежевымытые, жесткие волосы на лобке зачесали кончик моего носа.

Сколько я ни дразнил языком, я не мог вызвать в нем особого интереса. Господин Чан с безразличным лицом ел свой стейк, из которого капала кровь, со своим обычным бесстрастным выражением лица.

Быстро расправившись со стейком, Чан выронил вилку из рук. Он поднял салфетку и с сарказмом промокнул уголки рта.

- Не могу поверить, что ты держишь здесь это дерьмо.

Он дотянулся до тумбочки. Взял пачку презервативов и тюбик геля. Мое горло непроизвольно сжалось. Чан редко пользовался презервативами, предпочитая кончать в дырочку. Конечно, вычищать ее потом, было мучительно.

Я подавил самокритичный смешок, размышляя, стоит ли радоваться тому, что мыться будет легче. Чан оторвал полоску пластика и стал надевать презерватив не на свой член, а на сосиску, лежавшую на тарелке. Колбаса была толстая и довольно длинная.

Плотно завязав его, Чан поднес ее к моему лицу.

- Открой рот.

Прежде чем я успел открыть рот по собственной воле, он сжал ладонями обе мои щеки. Сила его хватки заставила меня проглотить звук, застрявший в горле. В мой открытый рот с силой впихнули сосиску ручной работы.

Он вдавил сосиску в каждый сантиметр моего рта, затем стал вставлять и вытаскивать ее. Мои щеки то надувались, то снова сжимались.

- Ну как?

- ...А.

Слово прозвучало невнятно из-за сосиски во рту.

- Вкусно?

- ...Да.

Несмотря на то, что из-за того, что презерватив касался кончика языка, я чувствовал во рту только вкус резины, я сказала «да», чтобы доставить удовольствие мужчине. По сравнению с членом генерального директора Чана такая колбаса — ничто. Его голова была наклонена.

- Вкусно?

- ...Да, очень вкусно.

Чан хмыкнул.

- Тогда забирайся на стол и открой свою дырку.

Я поднялся со своего места и отодвинул поднос, затем залез на стол и раздвинул ноги в форме буквы М. Солнечный свет струился через большое окно и падал на мое тело. Я почувствовал себя виноватым за то, что этим солнечным утром, выставил на показ свою промежность, перед этим мужчиной. Лоб горел от стыда, как будто по нему ударили ладонью.

- Вставь сосиску в свою дырку.

Господин Чан протянул мне сосиску. Я взял ее и посмотрел ему в лицо. Он смотрел на меня холодным взглядом. Ну да ладно.

Все, что я мог сейчас сделать, это смириться и делать то, что он сказал. Медленно открутив колпачок геля, я обильно намазал им презерватив.

Затем я медленно протянул руку вниз и начал ее вводить. Сосиска прижалась к дырочке, и она, естественно, отказала нарушителю. Сфинктер напрягся сам собой. Отверстие упрямо выталкивало обратно то, что протиснулось внутрь. Чан нахмурил брови и велел расслабиться.

- Тебя не собираются резать, так что расслабься.

- .......

Я сознательно расслабил бедра. Дырочка дернулась и стала заглатывать колбасу в себя. Господин Чан наблюдал за этим с бесстрастным лицом.

- Когда закончишь, сожми ее.

Я взял конец сосиски и продолжил вставлять. Взгляд господина Чана был неприятен, и вызывал странное чувство дискомфорта. Чан негромко задал вопрос.

- Как тебе это?

- ...Ммм, хорошо.

Конечно, это не могло быть хорошо. Колбаса давила на отверстие. Вареная колбаса была странной температуры, и, прижимая ее к отверстию, я не мог не испытывать ничего, кроме стыда. А я, конечно, чувствовал.

-...Уф...

В какой-то момент моя нижняя часть тела слегка дрогнула, и ноги сами собой соскользнули вниз. Мои колени сомкнулись, и Чан нахмурился. Я быстро раздвинул ноги достаточно широко, чтобы он мог все видеть.

Внутри дырочки послышался звук. Пальцы моих ног подергивались от странного ощущения, проникающего в копчик.

- ...Хмф...

Чан уставился мне прямо в лицо, его змеиные глаза медленно изучали мое лицо и отверстие. Уголки моих глаз нагрелись. Наверное, докрасна.

- ...Ууф.

Дырочка неконтролируемо дернулась, и мне пришлось заставить себя расслабиться, как будто я мог силой заставить ее это сделать.

- Ну как, хорошо? - спросил господин Чан хриплым голосом.

- .......

Это не могло быть хорошо, я расслабил отверстие, чтобы легче было вводить, но, в отличие от влагалища, это не орган для введения предметов. Но чтобы доставить ему удовольствие, я должен был повторять слова, как попугай.

- ...Да, хорошо.

Мистер Чан поднял на меня взгляд, который говорил: "Посмотри на себя".

- Твоя дырка трепещет?

- ...Да, да.

Услышав мой ответ, генеральный директор Чан приоткрыл уголки рта и рассмеялся. В настроении мужчины, казалось, не было существенных перепадов. Однако, каким бы тонким ни было изменение, я смог его очень четко уловить.

Глава 11

К этому моменту господин Чан уже явно улыбался, но мне было не по себе. Он встал со стула, вмиг превратившись из наблюдателя в нарушителя.

Чан схватил конец сосиски, торчащий из моей дырочки, и стал безжалостно вколачивать ее внутрь. Я закричал от боли, пронзившей мои внутренние стенки.

- ...Аааа, ох.

Затем Чан вытащил сосиску, задрал халат и вогнал свой член в мою дырочку. Это был чуть более стремительный жест, чем обычно. Его член растянул мою дырочку вширь с непреодолимой силой, которая не шла ни в какое сравнение с тонкой толщиной сосиски.

- ...Хмф...

Моя рука ударилась о поднос, и тарелки зазвенели по полу. Я слышал, как они разбиваются, но сейчас мне было все равно. Мой живот сжался в шар вокруг члена Чана, и казалось, что он лопнет в любой момент.

- Ха, ха, да.

- ...Уф.

- ...Хмф, да.

Запыхавшимся голосом господин Чан спросил:

- Тебе нравится?

Он погладил мою щеку своей шершавой ладонью.

- Я тебя спрашиваю, тебе это нравится?

Я судорожно кивнул, не понимая, что он говорит. Мое тело ощущалось странно. Перед глазами взрывались петарды, а мой сфинктер сжимался вокруг его члена, словно радуясь его проникновению.

Краем глаза я увидел, что мой член дико болтается в воздухе. То, что обычно дребезжало между ног, теперь было наполовину эрегированным.

Господин Чан плавно двигал бедрами, проникая в мою дырку, как пловец, выполняющий заплыв баттерфляем, его подвздошный гребень поднимался и опускался при каждом взмахе.

От этого зрелища я беспричинно вздрогнул. Мои бедра сами собой стали сжиматься вокруг талии господина Чана.

Чан возмущенно выругался. Пошел ты. Он поднял одну мою ногу, положил ее себе на плечо и стал входить в меня короткими, жесткими толчками.

- Откуда ты, блядь, взялся.

Опустив верхнюю часть тела, Чан обхватил мою шею и стал покусывать. Укус словно разрывал мою плоть, но боль в дырке была сильнее. Нет, это была не боль, а новое ощущение, которое плавило мою голову и тело, как зажженная свеча.

Все мои чувства слились воедино, как огарки свечи. Из моего горла вырвался голос, который, казалось, не принадлежал мне: ...хммм, хммм, хммм.

Что-то холодное коснулось моей пылающей дырки, и я почувствовал, что с одной стороны она зияет. Я в ужасе посмотрел вниз.

- ...Уф...

Господин Чан ввел четвертый палец в отверстие, уже занятое его членом. Кольцо холодно упиралось во внутреннюю стенку. Отверстие, и без того растянутое до предела, пульсировало и подрагивало. Чан подсунул к отверстию сосиску.

- Что ты хочешь, чтобы я и это туда засунул?

- ...Ууф, хмф...

Я не мог больше ничего сказать и издал приглушенный звук. Мне казалось, что моя задняя часть в любой момент разорвется. Господин Чан быстро двигал бедрами, накрывая рукой мою дырочку. Ножки стола издавали неприятный звук под его весом.

Я с трудом освободил руку от хватки за край стола. Затем схватил Чана за предплечье, покрытое толстым слоем мышц. Я подавил стон и взглянул на него.

- Уф... ди…директор.

Стол загрохотал, дырка съежилась и выплюнула Чана, и его глаза обратились к моему лицу. Почему, спросил он.

- ...Мне кажется, она сейчас порвется.

Как две черные маслины, глаза господина Чана потемнели от волнения. Но слова, вырвавшиеся из его уст, были холодны.

- Почему, если ты порвешься, то это плохо?

- ...Уф.

Он добавил:

- ...Потому что ты должен пить, есть, хм, жить, так что ли?

- ... Хаа, хуу, хаа.

В этот момент неожиданно зазвонил мобильный телефон, который находился в его куртке, висевшей на вешалке. Господин Чан, не обращая внимания, продолжал давить на меня.

- ...Господин Со Су Вон, ха, конечно, Вам было лучше с сосиской в дырке, ха.

Мужчина явно выражался уважительно, но я все равно не мог избавиться от ощущения, что он меня оскорбляет.

Его мобильный телефон продолжал вибрировать, но в данный момент его не могли волновать такие мелочи.

- ...Нет, хм, нет, нет.

- ...То есть ты хочешь сказать, что солгал мне?

От резких движений Чана его халат распахнулся. На солнце обнажились толстая шея и грозно широкие плечи. Он выглядел еще более устрашающе, его присутствие было таким подавляющим. Я отвел глаза от его взгляда, почувствовав прилив страха.

- ...Ах, ха!

Чан больно схватил меня за лодыжки и переломил мою поясницу почти пополам. Затем он глубоко вошел в меня. Его член заполнил меня настолько, что казалось, как будто он стал частью моего организма, лежащей параллельно спине.

В этом состоянии он торопился к эякуляции, чтобы удовлетворить свою похоть. Он закрыл свои глаза и был поглощен своими действиями. Его мошонка с громким звуком ударилась о ягодицы.

- ...Ааа, ааа...

Почувствовав, как напряглись мои внутренние стенки, Чан застонал сквозь стиснутые зубы. Область вокруг его скул покраснела.

- ...Ух...

Ощущения были ошеломляющими. Мое тело тряслось и дрожало, даже когда мои лодыжки были крепко сжаты в его руках. Что-то неразрешенное продолжало терзать мое тело. Ощущение, похожее на мочеиспускание. Оно было неприемлемо неприятным, терзало не только тело, но и разум. В конце концов, не в силах больше сдерживаться, я позволил словам сорваться с губ.

- ...Ах, больно, больно, господин президент, хм-м-м.

Да, это должна быть боль. Я дал название ощущению с непонятным названием: боль. И я пообещал себе, что впредь буду называть это болью.

- ...Больно?

Угрюмый тон его голоса заставил меня вздрогнуть, и я медленно открыл закрытые глаза, чтобы не обидеть его. Глядя на меня сверху вниз, господин Чан улыбался, обнажая белые зубы.

- Хе-хе, конечно, ты заслуживаешь телесного наказания, не так ли, за то, что посмел солгать мне.

Чан ударил меня сильнее, чем раньше, как будто его возбуждало слово "боль". Он быстро отступил назад, почувствовав жгучую боль, а затем снова безжалостно атаковал.

- ...Хмф, хмф!

- ...Ха!

Даже не имея возможности закрыть рот, я сглотнул и схватил тело генерального директора Чана. Мой полустоячий член снова обмяк от боли, и он беспомощно скользил взад-вперед между ног, как маятник.

- ...Уф.

Он застонал, впиваясь зубами в мою шею и неистово содрогаясь. В моей дырочке расцвело горячее ощущение. Чан сжал ладонью мою грудь и продолжил трахать. Я чувствовал, как его член слегка сжимается в моей дырочке.

Генеральный директор Чан, пережевавший всю оставшуюся эякуляцию, ухватился за корень своего члена и быстро вытащил его из моей дырочки. Пальцы моих ног естественным образом сжались в этом затянувшемся ощущении.

Господин Чан уперся своим почерневшим стволом, измазанным спермой, мне в лицо.

- Соси.

Я оттолкнулся от стола локтями, с трудом удерживая верхнюю часть тела в вертикальном положении. Я взял член Чана в рот и тщательно облизал его. Он приподнял свой ствол и жестом показал, чтобы я сосал под ним. Я сделал то, что мне было велено, и стал сосать до самого основания его ствола.

Холодно, очень холодно. Влажный звук эхом разнесся по большой комнате. Чан удовлетворенно прочистил горло. Только слизав все до последней капли, я отстранился от него. Он стащил с себя халат, потом достал новый костюм и начал его надевать. Встав перед зеркалом, он натянул рубашку, брюки и часы, которые, на первый взгляд, могли стоить как иномарка.

Серебряные часы сверкали вместе с кольцом на удлиненном четвертом пальце. Я уставился в конец стола, наблюдая за тем, как он принимает все более отстраненный вид.

Его мобильный телефон снова начал жужжать. Господин Чан наморщил гладкий лоб, достал из пиджака телефон и ответил на звонок.

- Да.

Гм, - прочистил он горло.

- Мне звонят.

Под столом на полу в беспорядке валялась еда. Дорогие ингредиенты, приготовленные поварами со всей страны. Вещи, которых я даже не видел, когда жил в хижине, и которые так легко испортить.

Пока я размышлял об этом, меня вдруг охватило жуткое чувство, и я медленно повернулся в сторону, мои плечи слегка вздрогнули, когда я что-то увидел. Он смотрел на меня в зеркало. Его темные глаза не моргали. Господин Чан пробормотал в трубку.

- ...Хорошо, я пойду.

Он положил трубку и повернулся ко мне лицом.

- Я хочу узнать, что случилось?

- .......

- Почему твоя грудь не двигается?

Чан в мгновение ока оказался рядом, его лицо было прижато к моему, губы медленно кривились.

- Ты сейчас задерживаешь дыхание?

Я затаил дыхание. В горле встал тошнотворный комок. Я ждал, когда он уйдет. Сперма во рту отделилась от слюны и задержалась на кончике языка, вызывая рвотные позывы. Я собирался выплюнуть ее, как только он выйдет из комнаты.

Господин Чан, безупречно одетый в свой костюм, нагнулся и поднял с пола сосиску. Он развязал узел презерватива, намотанный на сосиску, и вытащил ее. Встав перед мной, он протянул ее мне.

Я откинул шею назад, чтобы посмотреть на него. ...Для чего это?

- Ешь.

В отличие от него, выглядевшего так идеально, я выглядел растрепанно. Я тихонько открыл рот и сделал то, что он просил, положив сосиску на язык. Он медленно потер щеку, и я почувствовал страшную боль во рту.

Я не мог больше жевать. Когда я поднял глаза на Чана с наполовину проглоченной сосиской во рту, он обхватил мой подбородок одной рукой и рывком откинул шею назад.

- Глотай.

- ...Уф.

- Проглоти все.

В итоге я все проглотил. Когда прозвенел звонок, Чан сжал мои щеки, заставив открыть рот. Затем он осмотрел мой рот изнутри. Он осмотрел нёбо и под языком. Это было похоже на то, как стоматолог проверяет наличие кариеса.

Только когда он убедился, что рот чист, он отпустил мою челюсть.

- Не делай ничего лишнего, потому что если тебя вырвет, я заставлю тебя есть снова.

Моя челюсть пульсировала от последствий его захвата. Я вдруг понял, что, возможно, сломал челюсть. Мужчина снова стал возиться с узлом галстука.

- Завтра будет прием, так что приходи.

Мне стало интересно, о каком развлечении он говорит: гольф или выпивка? Я подумал, не должен ли я, как хозяин, сесть рядом с незнакомцем и налить ему выпить, но воздержался от вопроса. Мужчина не любил лишних вопросов.

- ...Все в порядке.

Чан полез в куртку и достал бумажник. Он был той же марки и того же дизайна, что и прежний. Он вытащил несколько чеков и положил их на стол. Затем он отряхнул плечи своего костюма и направился к двери.

Я сидел сзади и смотрел на купюры опущенными глазами. Меня разбудил голос Чана.

- И...

Господин Чан остановился и посмотрел на меня сверху вниз.

- Я все время слышу, что ты не ешь.

Я опустил взгляд. Какая разница, ем я или нет, у него наверняка есть что-то еще в рукаве. Я на волоске от смерти. Генеральный директор Чан продолжил говорить неторопливо.

- Мне плевать, если ты не ешь, Со Су Вон. Это твой выбор.

...Вы не против?

- Но когда твои бедра и грудь станут тоньше, тебе придется есть через заднюю дырку.

Дверь с грохотом захлопнулась за ним. Я медленно поднял взгляд и посмотрел на дверь, через которую он вышел. Вот засранец.

Я оттолкнулся от стола и, пошатываясь, спустился вниз. Липкая жидкость, заполнившая дырку, стекала по моим бедрам. Я подошел к тумбочке, схватил все деньги, лежавшие на ней, и залез под кровать. Приподняв ковер, я увидел спрятанный бумажник. Бумажник, принадлежавший господину Чану, со всеми следами моих зубов. Я запихнул в него все купюры и вернулся к столу.

Я присел под столом, с бумажником в руке, и потянулся к еде на полу.

Подхватил ее голыми руками, сунул в рот и стал сосредоточенно жевать. Вкус был такой, что во рту хрустело. Как будто съел горсть песка.

- .......

Нёбо у меня было все в царапинах. Это было следствием грубых ласк Чана. Я засунул еду в рот и стал яростно жевать. Внезапно меня охватил позыв к рвоте, и меня вырвало на пол. ...Ууф..фух.

Колбаса, которую господин Чан насильно запихивал в рот, вывалилась на пол в измельченном виде. Поскольку я ничего не ел, меня продолжало тошнить. Постояв немного, я вытер рот тыльной стороной ладони. Из моего рта вырвалось восклицание.

- ...Блядь.

В кои-то веки я был зол.

- …Пошел ты, чертов ублюдок.

Чан не был человеческим детенышем, он был человеческим жеребцом, развратным и похотливым конем. Он глотнул воды и прополоскал рот, затем залез под кровать, чтобы спрятать бумажник.

Обычно я сворачивался клубком, заблокировав вход, но сейчас я был слишком уставшим для этого. Так что, забравшись верхней половиной тела под кровать, а нижней высунувшись наружу, я на некоторое время заснул. В конце концов в гостиничном номере наступило извращенное умиротворение.

Глава 12

Мне сказали, что будет прием, но время не уточнили, поэтому я встал с рассветом, принял душ, оделся и был готов к работе.

Этот график был запланирован впервые за долгое время. Однако, когда я готовился выйти на поле, мое тело так хорошо справлялось с этим, как будто оно уже привыкло к этой жизни.

Тири-ри, тири-ри, тири-ри.

Когда солнце уже било в окно, в моем мрачном гостиничном номере зазвонил телефон. Я встал со своего места у окна и ответил на звонок. Это был офис, где составляется график работы кэдди, и мне сказали, чтобы я спустился и приготовился к встрече.

- Сегодня Вас будет сопровождать стажер. Я несколько раз сказал ему сохранять дистанцию, чтобы не мешать нашим клиентам, но на всякий случай хорошо бы Вам держать его под контролем.

- Хорошо, я понял.

Я положил трубку и вышел из отеля, направляясь прямо к полю для гольфа. Я остановился у стойки регистрации, чтобы получить ключ от раздевалки для господина Чана.

- Ключ для господина Чана пожалуйста, забронирован на час дня.

- Конечно, сейчас я проверю вашу карточку.

Я протянул ему свою карточку сотрудника, и вскоре он передал мне ключ вместе с карточкой. Я вошел в раздевалку и взял свою сумку для гольфа, когда услышал женский голос.

- Привет.

Здесь со мной мало кто разговаривал. Максимум - мужчина Ли Джин Сок, поэтому я решил, что они разговаривают между собой, и продолжил заниматься своими делами. Когда я перевесил сумку для гольфа через плечо и закрыл дверь шкафчика, я заметил, что с другой стороны двери на меня смотрит женщина. Выглядела она довольно мило. Вдруг она наклонилась ко мне.

- Мы с вами раньше не встречались, я Ли Хе Вон.

Она предложил мне выпить. Я поднял ладонь и отказался.

- Нет, спасибо.

Она закатила глаза и вернула напиток обратно, затем засунула бутылку в карман и пошла за мной с сумкой для гольфа размером со свое тело.

За столиком в одной из гостиных гольф-поля их ждал мужчина, от одного вида которого у меня перехватывало дыхание, мужчина, которого я никогда раньше не видел, и кэдди, которого я видел всего несколько раз.

- Здравствуйте, мы с вами раньше не встречались, я ученица Ли Хе Вон.

Женщина, которая пришла со мной, первой поклонилась и поздоровалась. Это был очень красивый поклон. Мой голос, казавшийся по сравнению с ее бесчувственным, последовал за ней.

- Здравствуйте.

Мужчина, которого я никогда раньше не видел, поприветствовал нас с женщиной, слегка подняв и опустив одну руку.

- Э-э, да. Здравствуйте.

Судя по карточке с перечнем VIP-гостей, это был президент Ким. Как и господин Чан, я не смог узнать его точное имя. Господин Чан щелчком отправил в пепельницу длинную сигарету, которую он курил. Он выпустил белый дым из носа и рта и уставился на меня. Взгляд его, как всегда, был пронзительным.

Мы быстро собрали все необходимое и заняли свои места. Ноги Чана твердо стояли на зеленой траве, а в руках он держал драйвер. Он был особенно силен в ударах с площадки - ти, где очень важна сила спины и бедер, а когда он взял в руки драйвер, ему уже не требовалось никакой помощи.

Мне не нужно было многого делать на поле - просто следовать за ним и играть вспомогательную роль.

- Семь.

Стоя на втором ударе, Чан потянулся к своему 7-му айрону. Я быстро достал ее из своей сумки для гольфа и протянул ему. Чан стоял с клюшкой в руке, его хлопчатобумажные брюки были натянуты, демонстрируя подтянутые бедра.

Бах, мяч Чана полетел по крутой траектории, резко приземлившись в нужном месте. Неплохо, - раздался хриплый голос.

- Господин Чан сегодня в хорошей форме.

Господин Ким оказался следующим на грине и обратился к своему кэдди.

- Итак, что, по-вашему, я должен здесь делать?

- Рельеф здесь покатый.....

- Какой уклон? Я не уверен.

Кэдди протянул руку и объяснил. Вместо того чтобы смотреть в направлении протянутой руки, Ким просканировал тело кэдди. У него было странное выражение глаз. Он посмотрел сквозь узкие очки на ключевые участки, потом сделал вид, что не заметил, и положил руку на талию кэдди.

- Теперь, если вы посмотрите на это с этого угла.…

- Значит, так и должно быть, верно? Но у вас очень тонкая талия.

Кэдди продолжал бесстрастно инструктировать, как будто это уже не раз случалось. Зато стажер был в замешательстве. Ученик отступил назад, посмотрел мне в глаза, а затем удивленно опустил их.

- Хе Вон, можно мне взять твою клюшку?.

Ли Хе Вон, воспрянув духом, быстро выбрала из своей сумки для гольфа клюшку и протянула ее господину Киму обеими руками. Нет, "предложила" - это правильное слово.

- Держите.

- Да, спасибо.

Господин Ким похлопал стажера по плечу. Стажер напрягся.

- Ой, это неприятно? Простите.

Господин Ким протянул обе ладони, как человек, сдающийся в плен.

- Я просто..., ты для меня как мой ребенок.

Какой мужчина, мог лапать тело другого мужчины, называя его своим ребенком? Она замерла открыв рот.

- Ли Хе Вон.

Ли Хе Вон повернулась ко мне с напряженным лицом. Я сказал спокойным голосом.

- Не могли бы Вы приготовить напитки для клиентов?

- ...О, да, конечно!

Ученик быстро ушел. Господин Ким проследил взглядом за спиной ученицы, восхищаясь ею.

- Ты могла бы участвовать в конкурсе красоты Мисс Корея. У меня ощущение предвкушения, ощущение предвкушения.

Я был в недоумении. Тыльная сторона моих рук покрылась мурашками. Это было не так жутко, как змеиные глаза Чана. Если глаза Чана вызывали брезгливость, то глаза этого мужчины приводили в ужас. Мне казалось, что под моей одеждой ползают двадцать с лишним слизней.

В сумке для гольфа зажужжал мобильный телефон. Он принадлежал господину Чану. Я тихонько обратился к нему.

- Господин Чан.

Господин Чан оглянулся на меня. Я протянул ему телефон.

- У вас входящий вызов.

Его длинные, тонкие глаза уставились на экран мобильного телефона. На телефоне было выведено имя "О Сан Чхоль".

- Передайте ему, чтобы он перезвонил мне позже.

Прочитав на экране определитель номера, господин Чан протянул мне руку.

- Нет, я сам.

Господин Чан взял трубку и сказал господину Киму.

- Господин Ким, я оставлю Вас на минутку?

- Конечно, как скажете.

Господин Ким, похоже, не возражал и протянул руку. Господин Чан снял перчатки для гольфа, провел большим пальцем по экрану телефона и пересел в кресло, расположенное на небольшом расстоянии от того места, где он стоял.

- Расскажи мне.

Наступила пауза, и я воспользовался ею, чтобы по очереди доставать клюшки из сумки для гольфа, протирать их и перекладывать. Липкие взгляды то и дело возвращались к моему лицу. Я сознательно старался не обращать на это внимания, но не мог отделаться от чувства неловкости. Господин Ким посмотрел на меня и пробормотал.

- Господин Чан, я не знал, что у него тоже есть хобби - содомия.

Ким захихикал, обнажив свои золотые зубы.

- Ну, у Вас, конечно, красивая задница.

- .......

- А твоя кожа выглядит восхитительно нежной.

Ким тяжело сглотнул. Как раз в тот момент, когда я делал вид, что ничего не слышал, появился господин Чан.

Не обращая внимания, я продолжил полировать клюшки и перевесил сумку для гольфа через плечо.

Матч закончился односторонней победой Чана. Президент Ким пригласил его выпить с ним по случаю праздника. Чан отказался, сославшись на то, что у него есть неотложные дела. Ким щелкнул языком и сказал:

- Что ж, видимо, сегодня мне придется пить одному, - и обнял своего кэдди за талию. На четвертом пальце у него было кольцо, как и у Чана, что означало, что у него есть семья, как и у других клиентов.

***

Я убрал сумку для гольфа в раздевалку и вышел. Человек, стоявший у стойки регистрации, приказал мне.

- Следуй за мной.

Не говоря ни слова, я последовал за господином Чаном. Шаги мужчины привели меня ко входу в отель. Думая, что направляюсь в пентхаус, мы пришли в ресторан на первом этаже отеля. Узнав его лицо, работники ресторана спросили сколько людей.

- Два человека.

Персонал показал на наши места. Чан занял одно место и сел, а я встал перед ним как камень. Пока я стоял, Чан жестом указал на место передо мной.

- Почему ты не садишься?

Я заикался, пытаясь оправдаться.

- ...Вы же сказали, что у вас назначена встреча.

- Хочешь поиграть в невинность, не смотря на то, чем ты занимаешься?

Он это сказал, не обращая внимания на то, что его слышат окружающие. Тихо отодвинув стул я сел перед ним. Точнее сказать "рухнул".

Тут же на стол поставили еду. Перед глазами развернулось изобилие всяких вкусностей, но странно, что рука так и не потянулась к ним. Ему было безразлично, ем я или нет, он просто продолжал есть.

- Господин Чан!

Громкий голос окликнул Чана. Он принадлежал Пак Джи Гён. Женщина подошла к нему с довольным выражением лица цокая каблуками.

- Вы обедаете вдвоем?

Директор Чан спросил своим обычным спокойным голосом.

- Как Вам новое блюдо?

- Просто восхитительно.

Взгляд Пак Джи Гён прошелся по моему телу. Затем она потянулась к моей шее. Я отпрянул назад, но рука Пак двигалась быстрее. Она провела тыльной стороной ладони по моей шее и заговорщически улыбнулась, как будто что-то заметила. С ее ярко накрашенных губ сорвалось слово, похожее на вздох.

- Ваша шея.

Женская рука скользнула за моё ухо. Она нежно его потрогала, а затем, весело засмеялась. Взгляд директора Чана упал на моё ухо и шею, куда прикоснулась женская рука. Казалось, его это раздражало, взгляд был тихим и спокойным. Женщина тихо прошептала.

- Директор Чан, многие на нас смотрят.

Я быстро поднял руку, чтобы прикрыть свою шею. От шеи до ушей отчетливо были видны следы укусов господина Чана.

Чан сделал вид, что не услышал, поднял бокал с вином, и выпил его. Он прочистил горло. Смущенная женщина пожала плечами и отвернулась.

- Приятного аппетита, я пойду.

И с этими словами она ушла. Я бессмысленно смотрел на тарелки на столе. Я чувствовал себя голым, как будто с меня содрали всю плоть. Мне казалось, что все в ресторане смотрят на меня и говорят обо мне.

И тут я услышала голос Чана у себя над ухом.

- Ты ведешь себя как шлюха, потому что хочешь заняться сексом с нами тремя?

Я медленно поднял голову. На меня смотрел господин Чан с отсутствующим выражением лица. Я вел себя как шлюха? Когда? Все, что я делал, это испытывал дискомфорт. Даже если она трогала мою шею и уши, даже если она лапала меня за промежность, я ничего не мог сделать. Она была молодой женой группы "К", и, как я слышал, она также была деловым партнером господина Чана. Мужчина продолжил сухим тоном.

- Я слышал, что у нее особенные вкусы.

- .......

Особенные вкусы? Перед глазами внезапно промелькнуло лицо Ли Джин Сока. Я встретился с отстраненным взглядом Чана, затем опустил глаза.

- Ты знаешь, что это значит?

- .......

- Я спросил тебя, знаешь ли ты, что это значит?

- ...Нет, я не знаю.

Господин Чан цокнул языком и пнул меня. Он резко отругал меня за мою глупость. Поднял мой подбородок своим ножом, заставляя меня смотреть ему в глаза, и прорычал.

- Это два члена в твоей дырке.

Клиенты за соседним столиком уставились на него. Господин Чан предупредил меня в довольно жесткой манере, используя довольно элегантную манеру речи.

- В будущем, не скрывай свои следы так глупо и неловко.

- .......

- Скрывая их, ты не будешь выглядеть менее поношенным и потрепанным. Чем больше я об этом думаю, тем более отвратительно это выглядит, - добавил господин Чан.

Только тогда я понял, что почувствовал себя некомфортно, когда Пак Джи Гён трогала мою шею и уши. Я низко поклонился.

- ...Извините.

Господин Чан, казалось, не слышал моих извинений. Он продолжал есть прямо передо мной, у которого совершенно пропал аппетит. Он держал ребро в окольцованной руке и ел его. С грохотом господин Чан уронил реберную кость на свою тарелку. Он вытер рот и руки салфеткой.

Мой взгляд упал на его тарелку. Толстое мясо, прилипшее к кости, давно исчезло. При виде искореженных костей я сухо сглотнул. Я подумал, вот что значит не иметь возможности собрать даже кости. Как и моя губа, следы от укусов и жевания Чана оказались неожиданно горькими. Я вдруг подумал, а не закончится ли моя жизнь так же, как жизнь недожаренного мяса, разжеванного и съеденного господином Чаном.

- .......

- .......

Господин Чан поднял мой бокал вина вместо своего уже опустошенного. Элегантно держа бокал своей рукой, он заполнил горло жидкостью. Его глотательный мускул снова активировался. Глоток за глотком.

Музыка, негромко игравшая в ресторане, стихла. Звук горла Чана заполнил пустоту. Глоток за глотком. Я сжал руки на бедрах. Мои уши испытывали мучение, я хотел поднять руки и закрыть их.

Он медленно поставил бокал с вином на стол. Затем он задал мне вопрос.

- Ты закончил?

Я не закончил. Я даже не притронулся к ложке, лежащей на столе, и господин Чан знал это. Он прямо спросил меня. Готов ли я?

Я сидел неподвижно, как могильный камень, а потом открыл рот. Слова посыпались с моих губ, как каменная крошка.

- ...Да.

Не раздумывая, Чан поднялся со своего места и встал. Он подошел к стойке регистрации и заплатил. Я медленно поднялся со своего места и последовал за ним.

Глава 13

Кроме нас с Чаном в лифте находилось еще несколько человек, поэтому в просторном лифте было тесновато. Я был вынужден стоять вплотную к нему, прижавшись левым плечом к зеркалу, а правым - к его руке, застывший как лед. Я был как мышь в мышеловке.

Присутствие господина Чана было уникально, даже среди других людей. Его фигура была на удивление мощной.

- .......

- .......

Внезапно мне захотелось, чтобы место, на котором стояли его ноги, рухнуло в глубокую пропасть. В реальности всё передо мной казалось темным. Как будто земля под ногами действительно провалилась. Я отступил в сторону, чтобы отдалиться от него, хоть на миллиметр.

Я почувствовал, как Чан посмотрел в мою сторону. Как по команде, я снова напряг спину.

Дзинь. Двери лифта открылись, несколько человек вышли из него. Двери открылись, люди вышли, цикл повторился еще несколько раз, и вскоре свободного места стало больше. Но Чан и не подумал отойти в сторону.

Теперь в лифте оставалось всего четыре человека.

Я почувствовал, как что-то горячее и твердое упирается мне в поясницу. Я слегка отклонил шею назад, чтобы посмотреть на господина Чана, который смотрел на меня с обычным выражением лица. Я медленно опустил взгляд. Его выпуклый член терся о мое тело.

Мой встревоженный взгляд переместился на других пассажиров. Молодые мужчина и женщина, по-видимому, пара, были слишком заняты разговором между собой, чтобы обращать на них внимание. И тут в тишину двух счастливых голосов ворвался голос Чана.

- У вас тонкая талия.

Его тихий голос вызвал небольшой резонанс в лифте, и пара, погруженная в свой собственный мир, переглянулась. В глубине души закралось тревожное чувство.

Голос господина Чана был настолько естественным, что если бы вы не смотрели на него обоими глазами, то не смогли бы уловить никаких сексуальных намерений. К тому же его пах был спрятан за моим телом под таким углом, что не был виден паре, но я не мог не почувствовать, что мои нервы натянуты. Я закатил глаза и посмотрел на кнопки лифта. Они горели красным цветом, обозначая 10-й и 14-й этажи.

- Какой у вас обхват талии?

...Обхват талии? Почувствовав неладное, пассажир оглянулся. Точнее, он посмотрел на мою талию, которая прижалась к телу господина Чана.

Я прошептал невнятным, приглушенным голосом.

- ...Я не уверен.

Я зажмурил глаза, желая, чтобы он прекратил это делать.

Дзинь. Двери открылись на десятом этаже, и пара вышла из лифта, покачивая головой. Если бы я мог, я бы выпрыгнул из этого тесного лифта вслед за ними.

Но, к моему ужасу, он не позволил мне этого сделать. Не успела закрыться дверь, как Чан схватил меня за грудь, словно ждал этого, а затем, словно оценивая меня, провел по ней ладонью. Мое тело напряглось, как камень. Господин Чан угрюмо спросил.

- Почему?

- .......

- Тебе не нравится?

Я медленно покачал головой.

- Нет.

Господин Чан поднял наманикюренный кончик пальца, чтобы покрутить и ущипнуть мой сосок, и стон вырвался из моего рта от ощущения его прикосновения через тонкую ткань. Господин Чан пробормотал.

- Раньше это была вмятина.

- .......

- А сейчас почему ты стоишь вот так, как шлюха?

Сосок был сдавлен в руке Чана. Крошечный бугорок плоти беспорядочно царапали и терли, что было ужасно больно.

Чан изменил угол наклона своего лица и зарылся носом в мою шею. Он гладил мою шею и за ушами, не обращая внимания на то, что она вся в косметике.

Утром, размышляя, что делать со следами на шее и ушах, я пошел в магазин и купил косметику. Я выбрал самый светлый тон и намазал им всю шею и уши, чего раньше никогда не делал. Пахло дешевыми цветами, от одного запаха которых кружилась голова, но я был доволен тем, что следов его погрызов нигде не было видно. Конечно, я никогда бы не стал пользоваться косметикой, если бы знал, что Пак Джи Гён будет надо мной смеяться.

Господин Чан обгладывал мое ухо, как будто искал новые куски. Он кусал так сильно, что казалось, будто он сейчас вырвет его с корнем.

- ...Ммм…

Дзинь. Лифт остановился. Я поравнялся с господином Чаном и направился в пентхаус. Господин Чан привел меня в свой пентхаус, а не в соседнюю комнату, где он всегда меня трахал.

Бах. Дверь захлопнулась за спиной мужчины. Как только мы оказались в его пространстве, он стал толкать меня все сильнее и сильнее. Он сорвал с меня форму и зарылся носом в мою подмышку. Он зажал мой маленький, но острый сосок между пальцами и нежно покрутил его, нюхая мое тело до такой степени, что мне показалось это непристойным.

- ...Г, господин.

У меня мало волос на теле, поэтому от меня редко пахнет потом, но это смущало. В отличие от господина Чана, который только что вышел из душа, я не успел принять душ, так как приводил в порядок сумку для гольфа этого человека. Он не обращал на меня внимание и высунул язык, чтобы лизнуть мою подмышку. От этого жуткого ощущения у меня задрожали бедра. Между ног пробежало ощущение, что мне хочется в туалет.

- ...Господин.

Еще раз обращаясь к нему, я слегка откинулся назад, и он с удивительной легкостью отстранился. Я говорил так, словно был преступником, совершившим преступление.

- ...Я умоюсь, помоюсь и выйду, если вы подождете немного....

Холодный голос господина Чана пронзил мои уши.

- Кто такой господин Со Су Вон, указывающий мне, что делать?

- .......

- Ты уверен, что не забыл, где находишься?

Его холодный взгляд пронизывал меня насквозь, он медленно осматривал мое лицо и тело. Я дрожал от страха, оказавшись под его взглядом, как кусок мяса на сортировке. Я не знал, как он меня оценит. Взгляд Чана быстро опустился с моего тела, и он, развернувшись на пятках, направился к двери. Я смотрел ему в спину, пока он уходил, а потом, задыхаясь, последовал за ним. Затем я поспешно схватил его за руку.

- Господин.

Он обернулся ко мне лицом, и я посмотрел на свою руку. Я вздрогнул, словно ошпаренный, и быстро отдернул руку от его тела.

- ...Вы куда.

Господин Чан отмахнулся рукой, как будто вытирал пыль, на его лице появилось выражение недовольства.

- Мне очень жаль.

- .......

- Я был самонадеян.

Господин Чан пристально посмотрел на меня, на его лице не было ни малейшего намека на эмоции.

- Так и есть. Я старался быть привлекательным.

Он наклонился и пристально посмотрел на меня.

- Почему ты так безрассудно действуешь?

- ...Извините.

- Извиняешься?

Господин Чан задал вопрос бесстрастным голосом. Я кивал головой и бормотал словно сломанная кукла. Извините, извините.

- Но что теперь делать?

Он выпрямился.

- Я уже потерял аппетит.

...Вы потеряли аппетит? Мой разум на мгновение помутился.

Этот человек мог выйти отсюда и пригласить кого-нибудь в номер одним взмахом руки. Все, что ему нужно было сделать, это снять трусы, вставить член в любую дырку и трахать. Этот парень был засранцем, которому было все равно, кто его партнер. Но я.... Я не был таким. Я все еще нуждался в нем, отчаянно нуждался в его деньгах. Я скользнул вниз по его телу, обхватил руками его бедра, обтянутые брюками, и прижался щекой к внутренней стороне его паха. Его член, и без того неаппетитный, был все еще чудовищно эрегирован.

Его голос прозвучал над головой.

- Какого черта ты делаешь?

- Только один раз.

Я откинул шею назад, чтобы посмотреть на него, стоя спиной к свету.

- Еще один шанс.

Он наклонился ко мне и дьявольски пробормотал.

- Тогда попробуй.

Господин Чан сидел спиной к изголовью кровати. Я медленно начал раздеваться. Расстегнув брюки, я спустил их вместе с трусами. Взгляд господина Чана прошелся по моим бедрам, по жизненно важным зонам, по соскам на обеих сторонах груди.

Выдавив на ладонь обильное количество геля, я просунул внутрь один палец. Внутренние стенки прилипли к пальцу, не давая ему пошевелиться. Я прикусил нижнюю губу и просунул палец внутрь.

- ...Ммм...

Господин Чан проглотил слюну. С темным выражением в глазах, он наблюдал за моими действиями. Затем я потянулся к нему. Мои руки дрожали, когда я расстегивал его кожаный ремень.

Звук металлического ремня, лязгающего и расстегивающегося, эхом отдавался в тишине гостиничного номера. В следующее мгновение я потянул молнию за язычок, и раздался скрип.

Из расстегнутых брюк показались черные трусы. Его выпуклость была плотно прижата к передней части рубашки. Спустив трусы, я увидел волосы на лобке, которые столько раз терлись о мою щеку. Затем его член выскочил наружу.

Я ахнул. Его размер и длина заставляли меня поражаться каждый раз, когда я его видел. Я взял рукой длинный и толстый член, похожий на тело генерального директора Чана, и приложил его к отверстию. Он никак не мог войти.

Головка члена врезалась в отверстие. Оно распахнулось, немного проглотив кончик члена.

- ...Ммм…

Из ствола члена Чана проросли сухожилия, и его эрекция стала еще больше. Чтобы перейти на новый уровень, я одновременно напряг бедра и таз. Затем я уселся на его член, по-прежнему не подавая признаков проникновения.

На моей руке, держащей его член, выступил холодный пот. Господин Чан холодным голосом крикнул на меня, когда я заерзал.

- Что ты делаешь, на моем животе?

- Извините.

Мужчина нахмурился, явно раздраженный. В этот момент его резкие черты лица стали еще более суровыми.

- Расширь дырку.

Я сделал так, как он сказал, раздвинул отверстие руками как можно шире и сел на него сверху. Из его горла вырвался мучительный стон.

- ...Ух!

Я попробовал еще раз, но на этот раз безуспешно. Мужчина хрипловато спросил.

- Твоя дырка мокрая?

- Да.

- Тогда в чем проблема?

Гладкий лоб Чана сморщился в тонкую линию; видимо, ему тоже больно. Он не только не мог вставить свой член, даже несмотря на его возбуждение, но даже когда он расслабился, плотное отверстие было слишком тугим для его проникновения. Он ввел только головку члена, а чувствовалось, что он уже заполнен. Обильно потея, я тихонько скулил.

- ...слишком большой.

- .......

- Он слишком большой.

Густые брови мужчины на мгновение слегка дернулись. Но это было лишь мгновение. Чан быстро вернул себе вежливое выражение лица и разразился потоком слов.

- Этого не может быть.

В человеческом теле не было ни одного отверстия, в которое могло бы поместиться что-то такое большое, как бутылка с водой, но Чан не изменил своего выражения, как будто он не мог ошибаться.

- Со Су Вон, это же просто прокол, не так ли?

- .......

- Ты должен хотя бы попробовать сделать всё возможное, даже если придется вставить кулак.

Я обдумал его слова. Засунь туда кулак и постарайся.

Я посмотрел вниз на член господина Чана. Мне пришло в голову, что быстрее будет засунуть туда кулак, чем вот это, наверняка. Я положил руку на его член, который переваливался в моей руке, и обхватил его ладонью, поднеся его к своей дырочке.

В одно мгновение мое тело перевернулось на пол-оборота. В следующее мгновение я уже лежал на спине на простыне, прижатый к нему. Господин Чан смотрел на меня сверху вниз, его лицо было напряжено. Почему-то он выглядел очень злым и выплевывал слова сквозь стиснутые зубы.

- Что за черт, ты с ума сошел?

Длинная темная тень Чана упала на мое тело. В голове раздалось "бип-бип-бип", и я непроизвольно начал метаться по кровати взад-вперед. Конечно, я не успел далеко уйти, как господин Чан схватил меня за лодыжку.

Его рука мягко потянула мою лодыжку к себе. Мое тело беспомощно понеслось к нему. Он обхватил мои ноги по очереди, а затем широко раздвинул их и вогнал свой член в мою дырочку.

- А-а-а-а!

Чан стал погружать, погружать, погружать свой член в мою дырочку. Двигая бедрами, он был похож на машину для забивания свай.

Отверстие наполнилось болью. Толстый, твердый член упирался в ее внутренние стенки, входя и выходя одним плавным движением. Я крепко схватил простыню руками и напряг нижнюю часть тела, дрожащую от ощущения, когда твое тело трясется, как рыба, разрезанная на две части.

- ...Ха, - Чан издал стон, похожий на вздох. Горячее дыхание обдало мою грудь.

- …Почему ты, как идиот, не можешь его вставить?

- ...Хмф, хмф, хмф.

Изнутри отверстия раздался булькающий звук, когда Чан протиснулся вперед. От этого неловкого звука я покраснел, и пробормотал оправдание мужчине.

- ...Фу, хм, это мой гель!

У господина Чана на гладких висках проступили вены, и его лицо выражало презрение ко мне, пока я с клоунским видом и покрасневшими щеками бормотал свои оправдания.

- Хочешь, чтобы тебя трахнули, корчишься задом наперед, а винишь гель?

Теперь это точно было мое тело, и все же я не мог его контролировать. Я смотрел на его руки, крепко сжимающие мои бедра. Большие и достаточно широкие, чтобы легко охватить мои бедра, тыльные стороны его рук были покрыты багровыми венами, которые увеличивались с каждым толчком, внутри меня.

Я с нетерпением смотрел на него, затем выгнул спину.

- ...Уф!

На мгновение мое зрение потемнело. Мой сфинктер плотно сжался. Чан прочистил горло и издал звук.

Постепенно мое зрение вернулось в фокус, и вот он уже смотрит на меня, тяжело дыша. Точнее, на кончик моего члена. Он терся о живот его рубашки. Из него вытекала сперма.

Хрипловатый голос господина Чана прорезал наполненный влагой воздух.

- Что это, черт возьми, такое?

Уже находясь в шоковом состоянии, я на мгновение потерял дар речи и остолбенел, не в силах поверить в то, что я испытал удовольствие в его присутствии. Чан злобно схватил меня за руку, когда мы все еще были соединены у основания, и положил меня на свой живот. Наши позиции снова поменялись местами. Смотреть на него сверху вниз было непривычно. Я встретил его неохотный взгляд, затем ловко отвел глаза и уставился на его плечо.

- Это все, что тебе нужно знать.

После нескольких мгновений извивания на его твердом животе господин Чан сжал мои бедра. Я посмотрел на свои ягодицы, которые давно не видел. Они были все красные от постоянных ударов о его мошонку.

Он спросил.

- Ты припудрил все тело?

- ...Нет.

Я медленно покачал головой. Чан слегка сжал губы и закусил нижнюю губу, затем он обхватил мои бедра своими окольцованными руками, сжав их так сильно, что казалось, они могут лопнуть.

- Учитывая такую кожу, если бы я ударил тебя, ты бы ужасно пострадал.

- .......

- Сколько тебе заплатили?

- ...Уф.

Боль была невыносимой, из моих уст периодически вырывался стон, но Чан, казалось, ничуть не возражал.

- Я думал, что не нужно было игнорировать всё с самого начала.

Мужчина прищелкнул языком, а затем бросил на меня неодобрительный взгляд.

- Что ты делаешь, почему не трясешь задницей?

Я согнул колени. Положение было довольно неудобным. Было бы неплохо ухватиться за что-нибудь руками, но, похоже, ухватиться было не за что. Тогда я неуклюже ухватился за изголовье кровати и приподнял бедра вверх, потом вниз.

Постепенно я увеличивал скорость движений бедер. Опустив глаза, я бешено вилял бедрами, держа его член в своей дырочке.

Господин Чан схватил меня за затылок. Я сглотнул боль и открыл глаза. Первое, что я увидел, был господин Чан. Он смотрел на меня, не моргая. Казалось, он пожирает меня взглядом.

- Хмф, ха!

- Ха, ха, ха....

- Аххх, хххх, хххх, хххх, хххх!

Вдруг я почувствовал странное ощущение и посмотрел вниз.

Я увидел свой член, жалко висящий в воздухе, и свой живот, который то вздувался, то расправлялся. Что-то было не так в моем животе. Я протянул руку вниз и положил ее на низ живота, где был виден член господина Чана.

- ...Ха-ха.

Мои глаза остекленели, а кончик носа сморщился.

- ...Живот, живот.

- Что с животом?

Он спросил голосом, который звучал так, как будто ему место в пещере.

- Как ты думаешь, ты можешь забеременеть?

Чан, казалось, был возбужден тем, что я только что сказал. Он схватил меня за ягодицы и начал энергично двигать бедрами.

- ...Ха.

На этом он не остановился: он взял мой член своей окольцованной рукой и начал подрачивать его вверх-вниз. Это был грубый жест, но мое тело ответило ему тем же. Я вилял бедрами, как человек, которого трахают рукой: передняя часть моего тела была насажена на его руку, задняя - на его член.

- ...Хмм, хмм, хмм, ха!

- Ммм...

- ...Господин, господин, хм, пожалуйста, не торопитесь.

Я хотел убежать от него, но он держал меня за талию, что делало это невозможным. Член Чана плотно прижимался к моему нутру. Он сжимал мои ребра.

- Мой живот, мой живот...!

Я сжимал свой живот. Казалось, что член Чана в любой момент может прорвать кожу моего живота. Я в страхе прижался к нему.

Господин Чан спросил с новым сдавленным стоном: - Почему?

- Ты думаешь, что мой член пройдет через твой живот?

- ...Хмф, да, да, немного, немного, медленней, пожалуйста....

Мои щеки горели. Мое зрение было размытым. Я крепко зажмурил глаза, и слезы покатились по моим щекам на пресс господина Чана. Чан выплевывал слова холодным голосом, делая паузы между вдохами.

- Здравый смысл подсказывает, что кожа на животе не должна быть такой тонкой.

- Хмф...!

Мое тело чувствовало себя странно. Оно вздрагивало от малейшего раздражителя. Я всхлипнул, как будто вот-вот кончу.

- Забавно, что ты думаешь, будто можешь возбудить меня только этими словами.

- Хм...!

- А?

- Хмф...!

- Ты заставляешь меня хотеть этого, так сильно.

Чтобы успокоиться, мне пришлось положить руки на грудные клетки господина Чана. Я чувствовал, как его тело обжигающе горячо прижимается к моей ладони. Его тело было в тонусе. Оно было твердым и подтянутым.

- Хммм, ха...!

Странные ощущения продолжали проникать в центр моего тела. Вдруг я понял, что хочу в туалет. Как только я это осознал, желание помочиться нахлынуло волной.

Я попытался скрестить бедра, чтобы сдержать позыв, но господин Чан продолжал трахать меня, неистово раздвигая мои ноги. Я бешено задрожал и с новым стоном окликнул его.

- Большой...!

- ...ух.

- Господин директор!

Расстроенный голос прорвался наружу. Господин Чан на мгновение остановил свои действия. Он, открыл глаза. Они были налиты кровью. Это безумное поведение, похоже, сбило с толку не только меня, но и его. Он всегда был спокоен, независимо от того, что происходило вокруг.

Схватив рубашку у груди, я сказал.

- ...Сс-сейчас, кажется, я ...мочусь.

- Что?

- М-мочу...

Из глаз потекли слезы. Они испачкали темную рубашку Чана. Наступила минута молчания. Еще одна капля, и это стало катализатором.

- Блядь, - прошипел Чан, схватил меня за бедра и вошел в меня. Я слышал, как мои бедра ударяются о его бедра.

- ...Хмф, ха, да!

- Вау, ха!

...Я чувствовал, что сейчас умру. Это пробуждало совершенно новые ощущения. С таким же успехом я мог бы проткнуть его кулаком. Мои ноги дернулись, и через мгновение они были раздвинуты, как ноги гимнастки. В этот момент мое зрение стало расплывчатым, и я почувствовал, как что-то внутри меня лопнуло.

Все выглядело как черно-белый фильм. Либо белое, либо черное. Самый темный из черных - это глаза Чана. Тело содрогалось от остатков наслаждения.

Когда его член все еще был во мне, я вздрогнул и кончил. Отверстие сжималось и разжималось снова и снова. Я медленно открыл крепко зажмуренные глаза. Господин Чан смотрел на меня сверху вниз, крепко сжав челюсти.

- Кто сказал тебе кончать раньше меня?

- .......

- Ты должен кончать сзади. Разве это не так? спросил господин Чан.

Его дорогая рубашка была полностью пропитана спермой, и ее концентрация была очень густой. Разум, находившийся глубоко погруженным в этой концентрированной жидкости, всплыл на поверхность.

- ...Мне жаль.

- .......

- ...Я постираю.

Я медленно опустил дрожащие руки, чтобы расстегнуть одну пуговицу за другой.

- Что ты делаешь?

Должно быть, господин Чан сейчас чувствует себя грязным, хотя выражение его лица не изменилось при ближайшем рассмотрении, его пропитанная спермой рубашка прилипла к его коже, и все, что я хотел сделать, это снять ее с его тела.

Чан не понял моего прикосновения.

- Ты хочешь еще раз?

- .......

- Хочешь кончить спереди, пока твое тело дрожит при мысли о проникновении сзади?

Он снова начал двигаться. Чан прижался бедрами к моему телу, еще не остывшему от семяизвержения, и тихо произнес.

- ...Хе-хе, я тоже хочу писать прямо сейчас, можно я сделаю это в тебе?

- ...Хмф.

Генеральный директор Чан погладил меня по уху.

- Я спрашиваю, могу ли я помочиться на твои кишки?

Слезы катились из уголков глаз по щекам. Я хотел вырваться, убежать от него из комнаты, боясь, что он действительно может помочиться в меня, но он схватил меня за талию и снова притянул к своему члену.

- ...Хмф...

После того как я выплюнул всю порцию спермы, мой член снова стал медленно вставать. Господин Чан взял в рот мое ухо, пожевал его, как будто это была еда, затем выплюнул его и начал допрашивать меня.

- Тебе страшно?

- ...Да, да, хмф.

На этот раз я кивнул, по позвоночнику пробежала дрожь. Господин Чан спросил меня еще раз.

- Ты действительно думаешь, что я собираюсь ссать внутри тебя?

Я уперся руками в его грудную клетку, а затем рухнул на него сверху, обхватив руками мою талию и сдвинув бедра, предлагая мне другие варианты. Или само мое существование?

Я не знал, что ответить. Я просто покачивался, куда он меня вел, а потом тихо сказал.

- ...Мне страшно.

Глава 14

Шшшш, я проснулся от короткого сна под шум воды. Я слегка приоткрыл глаза.

Через открытое окно в комнату проникало немного утреннего света. После того как я потерял сознание, Чан вошел в меня два или три раза, и сперма, которую он оставил в моей дырочке, плясала у меня в животе. Последствия будут ужасными.

Тук. Шум воды прекратился, и вдруг я услышал, как открылась дверь ванной. Я рефлекторно зажмурил глаза. Если он узнает, что я не сплю, то может вернуться за добавкой.

Рядом послышалась суета. Он собирался уходить. Я все еще не знал, чем он зарабатывает на жизнь, но знал, что это не обычный рабочий день.

Послышался щелчок, и вскоре я почувствовал запах его знакомого одеколона. Это был тонкий, но глубокий аромат, а затем наступила тишина. Я не мог понять, было ли это мое воображение, но я чувствовал его взгляд на своем лице и теле. Мне хотелось открыть глаза, но я не мог найти в себе смелости сделать это.

Вскоре я услышал звук тапочек по полу.

Это придало мне смелости открыть глаза. Я увидел угрожающе широкую спину Чана. Он направлялся в свою комнату, держа в руках свою испачканную спермой рубашку. Я быстро окликнул его.

- ...Господин Чан.

Ужасный голос, пронзивший мое горло, заставил его медленно обернуться ко мне. Он переоделся в новую рубашку, и на его лице появилось странное выражение. Он выглядел немного удивленным от неожиданности.

- Что такое?

- ...Сегодня.

Моя рука схватила уже порванные простыни. Его холодные, запавшие глаза смотрели, как я колеблюсь.

- Сегодняшняя доля.

Я запнулся, но мужчина понял меня. Один уголок его рта дернулся.

- Ты испортил такую рубашку и говоришь о деньгах?

Он протянул мне свою рубашку. Это черная рубашка с белым пятном на ней. Я потерял дар речи, но я не собирался отступать от него в том, что касается денег.

- Виляешь задницей, как кошка в течке.

Когда я не мог найти слов, шевелились только губы. Он сказал.

- Я тебе позвоню, а ты пока подожди.

Прожевав слова, как слюну, он открыл дверь отеля и захлопнул ее. Когда я уже собирался выскользнуть, он вскинул бровь, как будто что-то вспомнил, и предупредил.

- Я же просил Вас не выглядеть поношенным и оборванным, господин Со, и вам лучше быть прилично одетым.

Дверь с грохотом захлопнулась за его спиной. Я некоторое время тупо смотрел на закрытую дверь, затем встал, натянул на себя всю одежду, которую смог найти, и направился в комнату генерального директора.

Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, я сидел на кровати.

Тири-ри, тири-ри.

Вдруг в комнате зазвонил телефон. Я с опаской поднял трубку. Из трубки раздался незнакомый мужской голос. Он представился подчиненным господина Чана и спросил. Могу я сейчас войти?

- Да, пожалуйста.

Динь-дон, - раздался звонок в дверь. Я открыл дверь, превозмогая жуткую боль, отдающуюся в нижней части тела. Передо мной стоял мужчина в таком же темном костюме, как у Чана, и что-то держал в руке.

- Здравствуйте.

Я настороженно посмотрел на него.

- Я работаю на господина Чана.

Он посмотрел на то, что нес, и спросил.

- Вы не возражаете, если я пронесу это в номер?

Я уставился на него. В голове раздался голос господина Чана. "Я позвоню тебе, подожди пока".

Я кивнул, прошел в комнату с незнакомцем и сел на кровать, закрыв ногами изножье кровати.

Человек, поставивший в угол предмет, который он нес, молча поклонился мне, а затем быстро вышел из комнаты.

Я уставился на закрытую дверь, затем повернулся и посмотрел на предмет, который мужчина положил рядом с тумбочкой. Медленными шагами я подошел к нему. Когда медленно поднял руку, чтобы взять его, то почувствовал холодный металл на кончиках пальцев. Это был сейф с замком и семизначным номером ключа, который оставил в номере сотрудник компании.

Я некоторое время смотрел на сейф, размышляя. Зачем господин Чан прислал мне такую вещь?

...Не может быть.

Промелькнула мысль, и я на мгновение вздрогнул. Если это был господин Чан. Он был тем человеком, который держал бы меня взаперти в этом тесном помещении, пока не был бы удовлетворен. Хранилище было настолько громоздким, что в него мог протиснуться маленький ребенок.

Я настороженно подергал за ручку двери. Со скрипом дверь распахнулась. Внутри просторного сейфа лежала пачка банкнот. Я осторожно поднял купюры и пересчитал их.

Сердце запело в груди. Никогда в жизни я не держал в руках столько денег. Мне захотелось выпрыгнуть с ними в окно и убраться отсюда подальше, но я сумел успокоить себя. Я достал деньги из-под кровати и сложил их в сейф.

- .......

Я молча смотрел на деньги. Они выглядели так надежно, совсем не так, как те, что я закопал в землю или спрятал под кроватью. Я захлопнул дверцу сейфа. Подозрение поднималось из глубины моей груди. Почему этот человек дал мне это?

***

Дни проходили легко, как по нотам. Не успел я оглянуться, как конец был уже близок.

Я, пошатываясь, встал с кровати. Как новорожденный оленёнок, я не мог удержать равновесие, и мои колени дрожали. По обнаженной нижней части тела стекала сперма.

Всхлипывая, как зомби, я подошел к окну и распахнул его настежь. Я распахнул его, чтобы выпустить наружу знойную жару и кислый запах спермы, заполнивший комнату.

Я беспомощно сел у окна. Моя кровать в беспорядке, а тело еще больше. Все это были следы, которые генеральный директор Чан оставил на рассвете. Проблема заключалась в том, что я потерял бдительность и заснул, потому что уже несколько дней ничего не слышал о нем. Я был поглощен сном, который обрушился на меня, как волна.

Кто-то шептал мне на ухо.

- ...раздвинь ноги.

Сначала я подумал, что это просто кошмар.  Хоть я и принял это за сон, я широко раздвинул ноги, как будто мной что-то руководило. Сзади меня Чан, нетерпеливый, широко раздвигает мою дырочку и погружается внутрь.

- Ух!

Мои глаза расширились от боли. Человек, позади меня, окутанный темнотой, лежал, прижавшись ко мне, как собака, и дышал на меня.

- Ах.

Раскрывшаяся дырочка кричала в агонии.

- ...Хмф, ах, больно, больно, больно, господин.

- Тебе достаточно двух пальцев, чтобы расслабиться, но как ты смеешь говорить, что это больно? - сказал директор Чан и, задрав футболку, схватил меня за грудь. Несмотря на ее отсутствие, Чан взял ее в рот и стал жевать.

Когда я беспомощно сидел у окна, вспоминая тот страшный рассвет, мой взгляд мелькнул над сейфом. Вот оно. Я потянулся вниз и пересчитал купюры, затем отпер дверь сейфа, пароль от которого знал только я, и положил их внутрь.

Затем я направился в душ. Перед сном футболка ещё казалась в порядке, но теперь её ворот уже настолько растянулся, что были видны ключицы. Это было из-за того, что господин Чан вцепился в нее зубами, растягивая её с ужасающей силой.

Я скрестил руки в форме буквы "X" и снял футболку. По всему телу виднелись синяки - следствие грубой силы, оставленной мужчиной. Моё тело было в таких синяках, что едва ли можно было узнать первоначальный цвет кожи. Особенно настойчивые следы, оставленные господином Чаном, напоминали о его жестокости. Меня передернуло от холодного воздуха, который прилип к коже.

Я открыл воду и одной рукой ухватился за холодную стену. Зажмурив глаза, я попытался собраться с силами. Потом вставил пальцы в отверстие и начал чистить внутри.

- Ух!

Жжение было сильным, и сперма выплеснулась на кафель с хлюпаньем. В позвоночнике слегка покалывало от усталости. Я вытерся и вышел в комнату. Вздох вырвался из моих губ при мысли о том, что придется убирать за собой.

- ...Ха.

Я подошел к кровати и вытер засохшие следы на полу. Уборка номера была базовой услугой, которая предоставлялась всем постояльцам. Но в мою комнату персонал не заходил убирать, а только приносил еду на порог.

Я собрал все салфетки с пола и выбросил их в мусорное ведро. Я смиренно посмотрел на кучу салфеток, и должен быть благодарен, что никто этого не видит.

На этот раз я подошел к кровати и сдернул простыни. Белые простыни были заляпаны засохшей спермой. Почему-то я почувствовал на простынях запах тела Чана. Слабый, смешанный с запахом сигарет, едва уловимый, но с долгим послевкусием.

- .......

Я содрал простыню с матраса и выбросил ее вместе с одеялом в окно. Белые простыни с громким треском упали на землю, и я оцепенело уставился на них. На меня нахлынуло странное чувство дежавю.

Человек, которого Чан выбросил из окна, был доставлен в больницу. Я поинтересовался, почему он ничего не сказал об этом, и мне ответили, что Чан выплатил ему достаточную компенсацию, чтобы он почувствовал себя лучше.

- Сукин сын....

Выругался я себе под нос, затем снова открыл сейф, положил в бумажник некоторое количество купюр и натянул капюшон. Он был слишком толстым, чтобы носить его сейчас, но у меня не было другого выбора, кроме как прикрыть следы возле ушей. На обоих ушах были следы зубов, как будто их прошили швейной машинкой. Я спрятал бумажник вглубь толстовки и вышел из отеля в магазин.

***

Я толкнул дверь круглосуточного магазина плечом, и колокольчик над дверью издал тихий звук.

- Добро пожаловать.

Я направился к стоящему в углу банкомату.

Лимит, который я мог отправить за день, был ограничен, поэтому пришлось разделить перевод на два дня. Я достал из бумажника сегодняшние деньги и опустил их в купюроприемник.

В поле для ввода имени отправителя я набрал "Со Су Вон", затем номер социального страхования, который я запомнил, и вскоре на экране появилось сообщение о том, что перевод завершен.

Я кружил по проходам, сканируя продукты бессмысленным взглядом. Я собирался купить что-нибудь, чтобы заполнить желудок. Честно говоря, в последнее время я даже не пил воды, но все равно продолжал есть. В ушах звенели слова Чана.

"Когда твои бедра и грудь станут тощими, тебе придется есть через заднюю дырку".

К сожалению или к счастью, но в данный момент ему это нравилось. Конечно, его вкусы могли измениться в любой момент, поэтому приходилось заботиться о себе, чтобы все получалось.

В конце концов, он потянулся за хлебом и пакетом молока. Я направился к кассе, чтобы расплатиться. Напротив студента-заочника стояла очередь из желающих заплатить.

Его внимание привлекла женщина в первом ряду. Она показалась ему знакомой и в то же время незнакомой. Это была Ли Хе Вон, представившаяся ученицей.

- ...О, а где он?

Она продолжала рыться в своей сумке и карманах, а за ней уже собралась очередь. Было очевидно, что она либо потеряла кошелек, либо не может его найти.

На лицах людей промелькнуло раздражение. Мой взгляд переместился на прилавок. На нем стояла только чашка лапши быстрого приготовления самого маленького размера.

- ...Пожалуйста, посчитайте вместе.

Женщина обернулась назад при звуке моего тихого голоса. Я отвел взгляд и положил хлеб и молоко на прилавок. Студентка-заочница, которая пробивала товар, попросила у меня определенную сумму. Я протянул купюру в 10 000 вон, и мне выдали сдачу. Я взял с прилавка свои продукты и вышел из магазина. Отставшая от меня Ли Хе Вон быстро догнала меня и прошептала.

- ...Спасибо.

Похоже, она решила, что я оказал ей услугу. Пока мы шли к общежитию, между нами повисло неловкое молчание.

- Ты живешь в корпусе Б?

- .......

Все мужчины, работавшие на поле для гольфа, жили в корпусе Б. Ли Хе Вон должна была это знать поэтому наверное, она спросила это от досады за неловкое молчание, если только это не был вопрос, который она задала, чтобы доставить мне неприятности.

Я не смог ответить Ли Хе Вон. Если бы я ответил, что остановился в отеле, было очевидно, что женщина спросит, 'почему?' Так что у меня не было другого выбора, кроме как пойти в здание Б. У входа в переулок, разделяющий здания А и Б, Ли Хе Вон улыбнулась мне.

- ...До свидания.

Я посмотрел ей в ответ ничего не выражающими глазами и пошел обратно в отель, сжимая в руке бумажник, который стал таким же мелким, как и моя гордость. Вдруг я остановился на месте и посмотрел во все стороны. Кажется, я почувствовал на себе чей-то взгляд. Вокруг меня было пусто.

Внезапно подул сильный ветер. Казалось, что ветер проникает внутрь через места, которые генеральный директор Чан жестко оставил зубами. Чтобы капюшон не сдуло, я плотно обхватил голову руками и поспешно зашагал дальше, убеждая себя, что чувство взгляда на спине - всего лишь плод моего воображения.

Глава 15

Тири-ри, тири-ри, тири-ри.

Пока я был в магазине, в пустой комнате раздался звонок. Не снимая обуви, я бросился к телефону и поднял трубку. В этой комнате было всего несколько звонков. Большинство из них были от самого Чана.

- Комната 420.

Как сейчас?

- Да, господин.

Я сказал: "Сейчас буду", и повесил трубку. Я скинул туфли, подошел к шкафу и переоделся в свою форму. Я поспешил собраться, потому что знал, что он не любит ждать. У меня было хорошее предчувствие, и всякий раз, когда я оказывался на улице, он, как призрак, звонил мне, вызывая.

Я спустился на лифте вниз и остановился на четвертом этаже. Двери лифта открылись, и в них показались сотрудники холла, ожидающие с подносом. Я рефлекторно поднял руки, чтобы закрыть шею и уши. Мне протянули поднос.

- Думаю, Вы можете взять это с собой.

- Спасибо.

Я почувствовал, как сотрудник, проходя мимо, взглянул на мою шею. Я прикрыл ее рукой, но это была не та метка, которую можно было бы скрыть. Хотя мне и не нужно было прилагать особых усилий, чтобы меня заметили, это все равно смущало. Ну, может быть, смущение было бы более подходящим словом.

Я прошел по коридору, неся поднос с бутылкой спиртного и едой, и постучал в дверь номера 420.

- Обслуживание номеров.

- Обслуживание номеров, - услышал я изнутри голос Пак Джи Гён.

- Да, входите. Я тяжело вздохнул, открыл дверь ключом-картой и вошел внутрь. В комнате три человека сидели за столом, курили сигареты и играли в маджонг. Маленькие кости судорожно передавали друг другу. Ким Ми Ран, сидевшая слева, махнула рукой и поздоровалась.

- Привет, дорогой.

- Дорогой, давно не виделись.

Пак Джи Гён добавила, выкрикивая «чи1»:

- Твоя шея с каждым разом становится все хуже.

- ....…

Я опустил голову, как преступник. А другой человек взял кость, которую выбросила Ким Ми Ран, и закурил сигарету.

- ...Рон 2.

Это был Чан, тот самый человек, который насиловал меня всю ночь. Он затянулся и выдохнул в воздух. Дым собрался в облако, а затем быстро рассеялся, как туман. Звероподобный человек вяло произнес.

- Что ты стоишь?

- ...Что? - спросил я, ошарашенный.

Господин Чан длинными, прищуренными глазами уставился на стакан в своей руке.

- Не разливаешь алкоголь?

Я покрутил языком во рту. …Высокомерный засранец. Я прикусил язык во рту, чтобы сдержать нарастающий гнев. Должно быть, из него сочилась кровь, и на кончике языка чувствовался металлический привкус. Мужчина, неторопливо облокотившись на стул, слегка потряс стаканом, словно колокольчик.

- Поторопись.

Я двумя руками взял бутылку. Густая жидкость янтарного цвета зашипела в ней. Я с треском открутил пробку и наклонил ее к стакану мужчины. Янтарная жидкость с легкостью заполнила его хрустальный бокал.

Когда я налил нужное количество, мужчина поднял бокал и утолил жажду. Когда я уже собирался взять бутылку в руки и, спотыкаясь, отступить назад, раздался холодный приказ.

- Садись.

Я застыл на месте, не в силах сделать ни шагу от его голоса. Сесть? Перед столом стояло всего три стула. Садиться было некуда.

- Я принесу стул.

- Зачем?

Чан провел рукой по одной стороне стола. С грохотом на столе посыпались кости для маджонга. Господин Чан посмотрел на свою теперь уже чистую правую сторону. Я медленно подошел и сел на стол, как он велел. Глядя на него сверху вниз, я чувствовал себя его домашней собачкой.

Мужчина предложил ему выпить.

- Не хочешь выпить?

- Нет, спасибо.

Игра продолжалась, хотя нескольких костей не хватало. Казалось, что они больше заинтересованы в том, чтобы придумать, как убить свободное время, чем в соревновании. Пак перевернула свою руку и спросил Чана.

- А не приходил ли на прошлой неделе президент Central Mulsan, господин Ким?

- .......

- Этот парень, должно быть, заработал немного денег. Ходили слухи, что он был расточителем.

На этот вопрос господин Чан молча подтвердил. Он продолжал молча наслаждаться сигаретой. Вдруг я почувствовал прикосновение к задней поверхности икры и слегка вздрогнул. Его рука, скрытая под белой скатертью стола, нащупала мою икру. Его длинные пальцы поднялись вверх, как змея, и коснулись нижней части моего тела. Мужчина, горький, как виски, посмотрел на меня и улыбнулся.

- .......

Мое дыхание становилось все более затрудненным. По позвоночнику пробежал холодок. Внутренняя поверхность бедер зудела. Мне захотелось спустить брюки и почесать их изнутри. Чан, словно заметив эту едва заметную перемену во мне, насмешливо дернул уголком рта.

Я посмотрел в сторону женщин, чувствуя неловкость. К счастью, эти две женщины, похоже, были больше заинтересованы в своем разговоре, чем во мне. Я все еще опасался господина Чана, так как он был крупным мужчиной и мог повалить меня прямо у них на глазах.

Ким Ми Ран изогнула брови и спросила.

- ...Этот негодяй?

- Ой, у него такой распутный вид. Говорят, он тусуется с пятью или шестью людьми за ночь.

Ким Ми Ран присвистнула. Она не знала, насколько хорош президент Ким, поскольку не сталкивалась с этим на собственном опыте, но это не могло сравниться с грубым и непристойным генеральным директором Чаном, который вставит в рот грязную тряпку, и будет жестко трахать.

- В любом случае. Единственный, кому весело, это генеральный директор Чан, верно?

И снова мужчине, оказавшемуся в центре внимания, казалось, было все равно, что обсуждают две посетительницы. Он протянул мне свой пустой бокал. Я поднял его и налил. Он не сводил с меня глаз, откинув шею, и пригубил напиток. Одна из его рук все еще лежала на моем бедре.

Его рука скользила по моему бедру, углубляясь в пах. Кончиками пальцев он возился с пуговицей моих брюк. Мне казалось, что он в любой момент расстегнет их и стянет вниз.

- .......

- .......

Между мной и мужчиной возникла небольшая суматоха, о которой не подозревали две женщины. Я умолял его, пожалуйста, не надо, и схватил его за запястье. С крошечной силой. Я взглянул на его лицо, гадая, не действует ли ему на нервы этот маленький акт неповиновения. К счастью, выражение его лица не изменилось. Его лицо было таким же невозмутимым, как и всегда.

Вдруг взгляд Пак Джи Гён упал на запястье мужчины, которое я держал, и она скривила губы, словно заметила что-то интересное.

- Господин Чан, дети были расстроены.

- Неужели?

- Они спрашивают меня, почему ты их не вызываешь?

Господин Чан насмешливо хмыкнул. Это был его обычный вялый ответ. Как будто этого было недостаточно, Пак Джи Гён на этот раз направила свой взор на меня.

- Дорогой мой, господин Чан, в последнее время вы доставляете много хлопот.

...Неприятности?

Я с любопытством посмотрел на господина Чана, но он был как всегда бесстрастен, так что это было бесполезно. Сзади меня заговорила Пак Джи Гён.

- Чтобы получить внимание, нужно хорошо постараться.

Чан ответил, пригубив свой напиток.

- Глядя на то, как мне наливают выпивку, кажется, что я зря потратил деньги.

Мужчина одним движением осушил свой бокал, затем поднялся со стула и встал.

- Я ухожу.

Как его трофей, я был вынужден тоже встать.

***

Идя за ним в гостиницу, я погрузился в раздумья. Как я ни старался, я не мог понять, о чем говорит Пак Джи Гён. Проблемы просто витали вокруг меня как воздух.

Господин Чан, стоявший посреди лифта, посмотрел вниз на мое лицо и пробормотал.

- Это ты его избил с таким лицом?

- ...Что? - спросил я, и брови мужчины дрогнули. Он потер большим пальцем лоб, а затем повторил свои слова, как будто собирался быть милосердным только в этот раз.

- Я спросил тебя, бил ли ты когда-нибудь человека с таким невинным лицом.

Я не могу разобрать его слова, и он быстро добавляет.

- Перед тем, как подать в суд на господина Со Су Вона, он требовал, чтобы ты взял на себя ответственность. Поэтому я дал ему жесткий отпор, чтобы он заткнулся.

- ......!

Слова мужчины вызвали у меня воспоминания, о которых я на мгновение забыл. Деньги, которые я закопал в горах, пропали, и я выследил и наказал того, кто их украл. Он странно притих, но с тех пор я его не видел, так что воспоминания улетучились.

- Почему ты его ударил? Я заплатил за это, разве я не должен знать, почему?

- Он украл мои деньги.

Взгляд Чана скользнул по мне. Он прочистил горло, как будто услышал что-то неожиданное, и спросил.

- Ты в этом уверен?

- Каждый раз, когда я отправлялся в горы, я на всякий случай проверял жилье. Когда я пошел закапывать деньги, мне показалось, что за мной наблюдают, я оглянулся и увидел тень в окне его комнаты. Тень скрылась за колышущимися занавесками и на мгновение мелькнула перед глазами.

Чан пристально смотрел на меня темными глазами, и я продолжил.

- В тот день, когда они исчезли, на его ботинках была влажная земля. За два-три дня до этого шел дождь, и я решил, что это должна была быть горная почва, она не успела высохнуть к этому времени.

Мужчина согласился беззвучным голосом.

- Ну, тогда я уверен.

Дзинь. Двери лифта открылись. Чан вышел в коридор и вошел в комнату, в которой я жил. Я последовал за ним внутрь, но перед обувным шкафом меня остановила спина того же мужчины.

Глаза мужчины были устремлены на меня, а из черного пакета посыпались на пол хлеб и молоко. Поспешив уйти по его зову, я не успел все доесть. Мое лицо запылало, по спине пробежал холодок, и я поспешил убрать это.

Господин Чан подошел и стал топтать хлеб, растирая его подошвой, как будто тушил сигарету. Сладкий хлеб превратился в кашу под его ногами.

- Почему ты ешь эту гадость?

Господин Чан оглянулся на меня, его лицо не изменилось.

- Кажется, я даю тебе достаточно денег.

- .......

- На что ты их копишь, чтобы потом всё потратить?

Затем он издал восклицание, как будто что-то понял.

- У тебя есть тайный любовник?

- .......

- Ну ты и засранец.

Его безжалостные пинки пришлись и по пакету молока, который после удара разорвался и расплылся лужицей.

- Мой любовник выпивает с каким-то придурком.

Чан достал из внутреннего кармана пиджака сигаретную пачку, стукнул ее по обратной стороне и сунул сигарету в рот.

- Этот сукин сын Со Су Вон сам растянет свою дырку.

Он повернул колесико зажигалки, прикурил конец сигареты и пробормотал.

- Пока я курю сигарету.

Господин Чан выпустил струйку дыма. Он поставил мне ультиматум.

- Снимай все и сядь ко мне на колени.

Голый, я подошел к господину Чану, который все еще сидел в своем кресле и выглядел безупречно. Взявшись за ручку кресла, я облокотился на его бедра. Я почувствовал, как его атлетические мышцы бедер упираются в мои ягодицы.

Он выдохнул сигаретный дым мне в лицо. Я встал на одно колено и просунул палец в смазанную гелем дырочку. Влажная дырочка сжалась, втягивая мой палец внутрь, и выталкивая его наружу.

- ...Aх!

Издав низкий горловой звук, господин Чан обхватил мои соски обеими руками. Когда он поцарапал ногтями мои соски, они тут же напряглись. Словно умоляя о большем, он дал о себе знать.

- Если я пососу эту красноватую штучку, ты дашь мне немного молока?

Как будто мужчина дал мне пощечину, мои щеки вспыхнули. Все мое тело было лишено пигмента. Как и кожа, мои соски были слегка пигментированы, и, в отличие от большинства взрослых мужчин, они были розовыми.

- Соски, тебе их кто-нибудь когда-нибудь сосал?

- Нет.

- Ты когда-нибудь сосал их сам?

- ...Нет.

- Тогда пососи их сейчас.

...Неважно. Вместо объяснений господин Чан взял меня за загривок и сжал, и я увидел, что мои лобковые волосы свободно свисают на его бедра, обтянутые брюками. Мои волосы на лобке были светлые, поэтому они немного не сочетались с темным цветом брюк его костюма. Господин Чан провел руками по моим лобковым волосам. Это отличалось от того, как он держал мои волосы. Он покрутил и поиграл своей рукой, затем снова сказал.

- Соси.

...Блядь. Ругаясь под нос, я высунул язык, как он просил. Но сколько бы я ни высовывал его, он не мог дотянуться до моей груди.

В ответ генеральный директор Чан сунул ладонь мне под грудь. Я сузил глаза, увидев то, что было передо мной. Затем, как он мне сказал, я приложил кончик языка к соску. Я не мог дотянуться даже до середины, и на кончике языка была только мягкая ареола. Когда я посмотрел на область ареолы, которая была влажной и блестящей от слюны, все мое лицо стало горячим. Я поспешно проглотил скопившуюся во рту слюну.

- У меня уже болит спина.

Мои пальцы начали двигаться, я лизал языком свою грудь и прощупывал пальцами свою дырочку, и все это на глазах у господина Чана. Я старался не думать об этом, но не мог не думать об этом каждую секунду. Жар его взгляда на моем теле был слишком сильным.

- ...Аах.

- .......

- Хмф, хмф, хмф.

- .......

- ...Ах, как больно.

Господин Чан мрачно пробормотал.

- Как чувствует себя твоя дырка. Она узкая и мокрая?

- Да, да, - кивнул я, чувствуя, что мое тело горит. В моей дырочке было щекотно, как будто там было место, которое нужно почесать, но я не мог понять, где оно находится.

Я почувствовал боль в голове. Шея дернулась назад, и я с воплем открыл глаза.

- Не наглей и не закрывай глаза.

Я пробормотал, открытыми глазами.

- Ха, ха, туго, туго, туго.

Послышался звук расстегивающейся молнии. Господин Чан, расстегнув только брюки, взял в руку свой член и стал быстро его подрачивать. Это был очень быстрый и дикий жест. Я не сразу понял, что схватил его за член и стал его дрочить, и что это был не более чем жест рукой. Его скулы покраснели и он выдохнул.

- Ха.

Моя спина выгнулась, когда я нажал на какую-то точку в дырочке.

- ...Хмф!

Пальцы ног подвернулись внутрь, а ягодицы напряглись. Я потерся ягодицами о его бедра и запустил пальцы в отверстие. Но эякуляция все равно не давалась мне легко. Агония продолжалась. Заглушая мои стоны, Чан приказал.

- ...Блядь, слезай.

Я соскочил с него и направился к кровати, но не успел дойти до места назначения, как Чан схватил меня за загривок и повалил на пол. Пришлось отдать ему свою дырку.

- ...Ха, ха, ха, ха!

- Хмф...хмф...

- ...аххххххх, да, да!

- Ха!

Лицом вниз на ковре, задницей к вверху, меня трахал мужчина.

На тыльную сторону ладони капнула холодная жидкость, и я открыл глаза, которые были плотно закрыты до этого. На тыльной стороне ладони было несколько капель прозрачной жидкости. Это были капельки пота со лба господина Чана.

Сквозь головокружительное зрение я разглядел тыльную сторону руки Чана с толстыми венами.  Кольцо на четвертом пальце. Должна быть женщина. Я скривил лицо от вины перед кем-то, кого даже не знал, и в конце концов мне пришлось закрыть глаза и снова застонать.

Глава 16

Я слышал, как в душе текла вода. Я сидел на корточках на кровати, обхватив себя руками, и ждал, когда он выйдет. Он вышел из душа, как обычно, одетый в костюм, и, когда он потянулся за бумажником, я заикаясь сказал.

- Вы не должны мне сегодня платить.

В хриплом голосе слышалась неловкость. Господин Чан остановился и оглянулся на меня с озадаченным выражением лица. Я опустил взгляд и продолжил.

- ...Они сказали, что вы решили эту проблему за меня.

Глаза господина Чана становились все холоднее и холоднее. Я вздрогнул, подумав, не совершил ли я ошибку. Я подумал, что ему это может не понравиться, но, по крайней мере, он не будет против, если узнает, что ему не придется платить. Он отреагировал противоположным образом. Он зашипел низким, мрачным голосом.

- Так то, чем ты сегодня занимался, было шуткой?

- ...Нет, это не так.

Я отвечал господину Чану. Это было несправедливо. Я махнул рукой и попытался оправдаться, но господин Чан уже подтвердил свои подозрения.

- ...Ты был таким послушным. Мне было интересно, сколько ты захочешь получить взамен?.

Он поднял руку и свел свои темные брови вместе.

- ...Как ты можешь обращаться со мной как с проституткой?

С леденящим душу низким голосом Чан швырнул бумажник, который держал в руках, в сейф. Я быстро пригнулся. Бумажник ударился о сейф и отскочил на пол.

- Я вставляю свой член в твою дырку и трахаю ее, и ты думаешь, что находишься на одном уровне со мной?

Он бросил в меня слова, острые, как стрелы.

- Не будь самоуверенным.

С грохотом господин Чан вышел из комнаты.

Вслед за ним наступила холодная тишина. ...Может быть... Да, может быть, Чан был прав, и я был благосклонен к его словам, и хотел отплатить ему. Нет, конечно, именно поэтому я молча выполнял просьбы этого человека.

Я ничего не мог ему дать: он был человеком, у которого было все, а я - без гроша в кармане. Поэтому лучшее, что я мог сделать, - это перевернуться на спину.

- .......

Почему он воспринял это как то, что я протягиваю ему подачку, я не знаю. Он, похоже, сошел с ума, раз вцепился в такого обычного человека, как я. Что ж, он заслужил быть таким эгоистом. Личность - продукт генетики и среды, а он, видимо, с ранних лет рос в обеспеченной семье, поэтому привык, что его поддерживают другие.

Босиком я подошел к тому месту, где лежал бумажник. Подошвы моих ног шлепали по мрамору.

Бумажник беспорядочно валялся на полу, широко открытый. Я наклонился и поднял его с пола. Он был плотно набитый несколькими карточками и купюрами, и имел довольно тяжёлый вес.

Я проглотил всю слюну, скопившуюся во рту.

Я бы соврал, если бы сказал, что не почувствовал жадности при виде всех этих денег. Мне захотелось вытащить все купюры и засунуть их в задний карман прямо сейчас, а потом убраться отсюда к чертовой матери. Поскольку мужчина ушел, сейчас самое время привести свой план в действие.

Я крепко сжал бумажник. Я сжал его так сильно, что рука судорожно сжалась. Внутри лежали его удостоверение личности, карты и чеки. Он никогда не давал мне денег, не требуя ничего взамен. Я не мог отделаться от мысли, что он меня проверяет.

- ...Ха.

С тихим вздохом все силы покинули мое тело. Я подошел к сейфу, ввел комбинацию и положил бумажник внутрь. Я захлопнул стальную дверцу тыльной стороной ладони, и она с лязгом закрылась.

Я присел, прижавшись спиной к сейфу. Тишина окутала меня. В моей голове работал калькулятор. Даже если бы я собрал все деньги в хранилище, их все равно не хватило бы, чтобы расплатиться с долгами. Даже когда передо мной лежали купюры, к которым я не прикасался ни разу в жизни, чувство беспомощности только усиливалось.

Мысль о том, что они не принадлежат мне, вызывала чувство опустошенности.

***

Всю ночь я ворочался на кровати, его холодное лицо преследовало меня, и я не мог вздохнуть. Он был человеком, который мучил меня во многих отношениях, как видимых, так и невидимых.

Я оделся, чтобы пойти в магазин. Перед тем как покинуть отель, я зашел в гостевую комнату в холле и немного посидел в интернете. В строке поиска замигал курсор мыши, и я набрал слова "деревня Волджунг ". Мои глаза просканировали результаты поиска.

- ....…

Часто фотографии были сделаны в знакомых местах. Это была моя родная деревня, вырезанная в высокой горе и образовавшая холмистую местность, с хижинами, поставленными друг на друга. Вся деревня находилась в центре луны, поэтому в качестве географического названия она называлась Wolzhong (Лунная).

К счастью, ни одна из статей не выделялась. Я почувствовал некоторое облегчение. Я закрыл браузер, накинул капюшон и направился в магазин.

Обеденное меню в столовой для сотрудников сегодня было не очень, да и людей было немного. Потратив последние деньги, я купил себе еды и сел за единственный свободный столик. Я уже собирался есть, как вдруг понял, что если господин Чан увидит меня, то снова начнет на меня кричать. Я оторвал обертку от треугольного кимбапа.

Раздался звон колокольчика. Мой взгляд метнулся к двери. Вошедшая Ли Хе Вон заметила меня и обрадовалась встрече.

- Привет!

Я нехотя улыбнулся ей. Я откусил еще кусочек, избегая взгляда женщины, и быстро проглотил, чтобы встать. Я старался не думать об этом, но чувствовал, как ее глаза смотрят в мою сторону.

- Почему он в магазине, если он так хорош?

Кто-то хихикнул.

- Это не план Чана, верно? Этот парень обычно нигде не задерживается.

- Мне сказали, что он просил вместо денег воду, я думал, это серьезно.

- Тут что-то не так, какой-то необычный поворот.

Я уставился в конец стола и откусил еще кусочек. Я не злился, что они сплетничают обо мне. Неудивительно, что в их глазах я выглядел шлюхой. Это просто смешно, думал я. Что я дал свою задницу одному и тому же мужчине и взял его деньги. Я размышлял про себя. Мой взгляд упал на напиток.

- Вот, пожалуйста.

Я перевел взгляд на лицо женщины. Это снова была Ли Хе Вон.

- Нет, спасибо.

Несмотря на мои протесты, она откупорила крышку и поставила ее передо мной. Затем она села напротив меня.

- Места нет, поэтому я сяду с тобой.

Злая улыбка зародилась в уголках ее губ и расползлась по всему лицу. От ее взгляда стало как-то не по себе, чем от сплетничающих вокруг меня людей, несмотря на их невинные лица. Я почувствовал комок в горле. Я собрал свою еду и встал.

Рот Ли Хе Вон был слегка приоткрыт, и она выглядела смущенной.

- ...А.

- Я все равно собирался уходить, я уже закончил есть.

Я почувствовал взгляд Ли Хе Вон на своей спине. Мне стало горько внутри без всякой причины. Лучше бы она ругала меня за спиной, как все остальные. Глядя на меня без злобы в этом сумасшедшем месте, я вспомнил то, о чем давно забыл. Стыд и унижение за то, что я человек.

Я выбросил остатки еды в мусорное ведро и вытер руки, как бы стряхивая с себя неприятные ощущения. Я вышел из магазина и зашел в телефонную будку. Я набрал номер, и собеседник взял трубку, как будто ждал. Я пробормотал как автомат.

- Дядя, я отправил деньги.

Голос у него был такой, словно он прикуривал сигарету, затянулся и выдохнул.

- Ты это серьезно. Я думаю, тебе стоит послать больше денег.

Его голос был очень бесстрастным. Я молча закрыл глаза от этих слов, произнесенных голосом, лишенным всякого намека на чувство вины, затем снова открыл их. ...Что ты только что сказал?

- Пару дней назад к нам приходили сборщики долгов.

Коллекторы приходили к вам? Я сжал руку, державшую трубку. Слово за словом, буква за буквой я заставлял себя говорить.

- Разве Вы не заплатили проценты?

Ответа не последовало. Прислонившись лбом к стене телефонной будки, я умоляюще произнес.

- Вы обещали вернуть часть процентов.

- Стоп. Я попросил перерыв до следующей недели.

- ...Вы же не собираетесь снова играть в азартные игры?

Тьфу. На этот раз вместо ответа я услышал, как он отхаркивает мокроту. Я уставился в пространство пустыми глазами, и тихонько сказал.

- Если да...

- .......

- Если Вы сделаете это, я не смогу выслать Вам деньги.

Дядя предсказуемо впал в ярость.

- Ты сейчас прикидываешься дурачком, а если я открою рот, то испорчу тебе жизнь, жизнь твоей маме, ты что, не знаешь, тупой урод?

- .......

- До следующей недели. Пришли мне деньги к тому времени.

И на этом звонок прервался. Я выронил трубку из рук. Качаясь, как маятник, на телефонном проводе, она издавала звук "бип, бип, бип". Она словно посылала мне предупреждение. Пока я не забрался на колени к господину Чану, я думал, что выберусь отсюда, как только расплачусь с долгами.

По слухам, генеральный директор Чан был транжирой. Сумма денег, которую я до сих пор держал в руках, уже составила несколько тысяч. Если бы не это место, на мое спасение потребовалось бы несколько лет упорной работы. У меня в руках много денег, но почему будущее выглядит таким мрачным?

- .......

Я снова поднял трубку и набрал номер. На этот раз вызов длился дольше. Наверное, он не отвечает на звонки с незнакомых номеров, подумал я и уже собирался положить трубку. Раздался щелчок, соединение, а затем очень низкий голос на другом конце линии.

- Да.

Хриплый, с трещинками голос принадлежал господину Чану. Я зажмурил глаза, вслушиваясь в его хрипловатый, гортанный голос. Кто это, - спросил он. Я пытался подобрать слова и едва смог их вымолвить.

- ...господин директор.

Затем наступила тишина. Из трубки послышался приказ мужчины. Поднимайся ко мне в комнату.

Я положил трубку на место, повернулся и направился к господину Чану, подумав про себя: Что за дерьмовая жизнь. Этот сукин сын - единственный, к кому я могу обратиться.

Глава 17

Господин Чан разлегся на большом кожаном диване, уставившись в телевизор, установленный на стене перед ним. Он, видимо, знал о моем присутствии, но некоторое время молчал, уставившись в телевизор пронзительным взглядом.

Я не видел экрана телевизора, но и не слышал его. Я молча стоял в стороне, ожидая его команды. Наконец он взял пульт и выключил экран. Я услышал электронный звук.

- Зачем ты снова приполз?

Он встал с грязного дивана и схватил свои клюшки для гольфа. Я вздрогнул от его вида. Вместо того чтобы подойти ко мне, он встал на зеленый коврик для гольфа с клюшкой в руках и принял позу.

- Ты что, собираешься меня поиметь?

Мяч Чана с грохотом покатился по коврику в лунку, он повернулся и посмотрел на меня.

- Ты из тех, кто возбуждается и нуждается в том, чтобы его отшлепали углом сейфа?

Он мог говорить самые оскорбительные вещи, не поднимая бровей. Когда я остался под воздействием словесных оскорблений, господин Чан жестом указал на лунку. Я быстро подошел к нему и поднял мяч для гольфа в лунке. Ловко избегая его взгляда, я спросил.

- ...Куда вы хотите, чтобы я его поставил?

Темные глаза господина Чана молча смотрели на меня. Они были настолько глубокого цвета, что трудно было различить радужку и зрачок, но в них мелькнул интерес.

- У меня есть идея.

Глаза Чана расширились, и по позвоночнику пробежал холодок.

- Я хочу, чтобы ты снял с себя все и сел на диван, раздвинув ноги.

Я тяжело сглотнул, в горле встал комок. Я дал себе обещание, поэтому процесс раздевания не был слишком болезненным. Я начал расстегивать свои пуговицы, начиная с верхней. Одежда одна за другой с громким стуком падали на пол. Под воздействием воздуха по коже побежали мурашки.

Затем я сел на диван господина Чана, согнул колени и раздвинул ноги. Черная кожаная кушетка скрипела и прижималась к моим ягодицам и бедрам.

Изнутри выключенного телевизора на меня смотрела другая версия меня, голая. Сомнение в себе нахлынуло на меня волной, и я зажмурил глаза. Мне казалось, что те чувства, которые я начал испытывать к нему, наконец-то немного угасли.

Медленно открыв глаза, я поднял на него взгляд. Он протянул передо мной три мяча для гольфа.

- Возьми их.

Я нерешительно взял их. Это были обычные мячи для гольфа, только гораздо более совершенные. Когда я бросил на него вопросительный взгляд, Чан заговорил своим фирменным хрипловатым голосом.

- Попробуй их вставить.

...Что? Я в шоке взял протянутый им мяч для гольфа.

- ...Я не думаю, что он войдет.

Вставить мяч для гольфа в дырку? Это был извращенный акт, о котором я никогда не слышал и не представлял, и все же он здесь, просит меня сделать это. Чан пробормотал глухим голосом, с неким изяществом.

- Конечно, нет.

Чан повернулся на свое место, достал из заднего кармана носовой платок и стал протирать клюшки для гольфа.

- Это хорошая дырка для моего члена.

Он был так невозмутим, заставляя меня делать это. Я посмотрел вниз на три мяча для гольфа в своих руках. Я корил себя за то, что не взял на себя больше обязательств, когда забрался сюда. Затем я слегка сжал их.

Да, один раз. Только один раз.

Я поднес руку к отверстию, просунул туда палец и вытащил его. Можно было подумать, что он уже привык к этому, но упругая дырочка все еще заглатывала его палец с неохотой. Я слегка нахмурился, сосредоточившись на своем пальце.

Вопрос Чана внезапно обрушился на голову.

- Где ты был последние полчаса?

- ...Как.

Ошеломленный, я спросил его, мой голос вырывался изо рта, как будто я пытался говорить, в то время как что-то сдавливало мое тело. Голос Чана вырвался изо рта, как будто из него что-то выдавили.

- Ты думаешь, я чего-то не знаю об этом месте?

Он уставился на меня холодным взглядом.

- Ты сосал чужие члены?

- ...Нет.

Я слабо заикался и снова принялся царапать ногтями свои внутренние стенки. Господин Чан больше не задавал вопросов; он, должно быть, знал, что этого не было; он просто хотел предупредить меня. Куда бы ты ни пошел, здесь ты просто как на ладони.

- ...Ха.

Дырочка немного растянулась. Я решил, что этого достаточно, и вытащил из отверстия два пальца. Внутренние стенки, прилегающие к пальцам, были покрыты липким гелем, который они выплюнули обратно. Я посмотрел на мяч для гольфа в своей руке. Настало время вставлять его. Я плотно прикусил нижнюю губу. Честно говоря, я не был уверен. Я все время сомневался, пройдет ли он в дырку. Чан постучал клюшкой для гольфа по коврику.

- С этого момента я буду забрасывать в эту лунку в общей сложности три мяча.

Из корзины выпал мяч для гольфа и покатился по коврику. Чан выхватил его из воздуха клюшкой для гольфа.

- Если к тому времени, как я закончу, ты не сможешь засунуть в свое тело три мяча...

Пробормотал он, слегка опустив бедра и приняв стойку для удара.

- Ты должен быть готов.

Чан взмахнул рукой и со звоном ударил по мячу для гольфа. Мяч плавно скользнул по коврику и попал в лунку. Он посмотрел в мою сторону, уголок его рта дернулся в насмешке. Это была усмешка, как будто он поздравлял себя с успехом.

Это вызвало во мне нетерпение. Словно решив что-то предпринять, я зафиксировал мячи для гольфа в руке и сжал их. Затем я начал проталкивать по одному шарику в дырку. Постепенно отверстие увеличилось в размерах и стало заглатывать шарик. Вскоре в отверстие засосало белый шарик для гольфа.

- Вау... хах....

Мой смущенный стон эхом разнесся по комнате.

Чан крепко сжал клюшку для гольфа. Он так крепко сжимал клюшку, что я видел толстые вены и белые костяшки пальцев на тыльной стороне его руки. Это была ненужная сила для удара. У Чана была хорошая сила бедра, но он также невероятно хорошо умел контролировать свою силу на расстоянии. Я уверен, что он знал это. ....

Клюшка снова надавила на край коврика. Когда мяч покатился к нему, Чан без колебаний нанес по нему удар. Я завороженно наблюдал за тем, как он прилагает нехарактерную для него чрезмерную силу, и только успел опомниться, как второй мяч попал в лунку. Сильно прикусив внутреннюю сторону щеки, я затолкал в дырку еще один из двух оставшихся шаров.

- А-а-а-а!

Два шарика было гораздо больнее, чем один. Холодный мяч с зазубринами протиснулся внутрь, раздвинув внутреннюю стенку. Отверстие выплюнуло мяч обратно, и я с трудом затолкал его обратно. Пока я бормотал, дырка продолжала открываться. Я откинулся назад и сжал сфинктер, чтобы удержаться.

- Ха, ха, ха....

Я увидел себя на экране телевизора напротив, мое лицо раскраснелось, а бедра тряслись. Из слегка зияющей дыры выглядывал белый мячик для гольфа, и казалось, что я откладываю яйцо. Это было жалко и отвратительно.

Господин Чан тоже наблюдал за мной. Рот Чана, неторопливо вырисовывавший дугу, постепенно превратился в жесткую линию. Его глаза были темны, как бездна, и я не мог даже предположить, о чем он думает. Не знаю, но уверен, что ему было противно видеть меня в таком виде. Мысль о том, что взрослый мужчина дрожит от холода с мячом для гольфа, засунутым ему в задний проход, заставила меня почувствовать себя немного виноватым.

Чан предупредил меня серией низких рыков.

- Ты хорошо кусаешься.

- ...Хмф.

- Если ты уронишь хоть один, я засуну тебе его в рот.

Маленькое отверстие дергалось и дергалось. Внутренние стенки сжались, затем снова стали расширяться.

- ...Хмф!

- Хмф, - простонал господин Чан, почесывая шею.

Он вытащил еще один мяч для гольфа и уставился на меня, на мгновение приостановив все действия. Теперь это последний мяч. Если ты не загонишь мяч в дырку, ты будешь..... Я сглотнул и прочистил горло. Господин Чан ясно сказал мне, чтобы я держал себя в руках. Он был человеком, который задушил бы меня ради собственного удовольствия. Я поспешно засунул второй мяч. Слизистые шарики для гольфа запутались между собой и меня захлестнуло.

- Ммм, хмм...

Это был настоящий предел. Когда шарик попытался выскочить из отверстия, я быстро прикрыл зияющую дыру ладонью. Я был в отчаянии. Господин Чан проинструктировал меня голосом влажным и зловещим, как болото.

- Руки прочь.

- ...Уф.

При этих словах я отдернул руку от входа и крепко вцепился в диван. Я выгнул спину дугой, как обкуренная лягушка, нижняя часть моего тела вздрогнула. Мои ягодичные мышцы дрожали, когда я давил на дырку.

Казалось, что при малейшей провокации она выплюнет шарик. Кроме того, внутренняя поверхность дырки безумно чесалась. Мячи для гольфа плотно набились у входа, запутались друг в друге, но до глубины не доставали. Все взгляды внезапно обратились к танцу в брюках Чана, пенис психопата-извращенца был выпуклым и эрегированным.

- ...Ммм!

Затем, мяч для гольфа пролез в отверстие и выскочил наружу.

- ...О, нет....

Я попытался закрыть дырку, но было уже поздно. На самом деле, от усилия мяч вылетел быстрее. Мяч для гольфа, мокрый от смазки, катился и катился к коврику, на котором стоял Чан. Чан подхватил его своей клюшкой для гольфа и отправил в лунку.

- Я же просил тебя не проронить его.

По иронии судьбы, третий мяч из моего тела стал его третьим мячом. Сделав последний удар, Чан подхватил мяч, только что вышедший из моего тела, и подошел ко мне. Поглаживая мяч в руке, он холодно и ехидно сказал.

- Он еще мокрый.

Я сполз с дивана на задницу, пока он сокращал расстояние. Вскоре я уперся спиной в изголовье дивана. Все ближе и ближе Чан прижимал головку клюшки для гольфа к моему внутреннему бедру. Пока я боролся и извивался с двумя мячами для гольфа внутри себя, он, не колеблясь, схватил меня за лодыжки.

Когда он сжал впадину возле моего паха, из нее выскочил еще один шарик, и он тоже покатился, с грохотом упав у его ног. Он поднял только что упавший и низко фыркнул при этом.

- Посмотри-ка на это.

- .......

- ...Я же говорил.

С этими словами господин Чан положил руку мне на подбородок и приказал.

- Открой рот.

Я широко открыл рот. Как он и предсказывал, он засунул мне в рот два шарика, которые я выплюнул из дырки. Два липких шарика скатились на мой язык, на кончике языка был ужасный вкус. Склизкая жидкость с искусственным запахом розы был во рту.

Обе щеки вздулись. Чан крепко прижал пальцы к моим щекам.

- Это даже не белка.

При этом он просунул средний палец в дырку, где оставался один мяч для гольфа. Пальцы были очень длинными, и когда он просунул их до конца, они проникли очень глубоко. Пальцы Чана тыкались по всей дырке. Он как будто что-то искал. Мяч для гольфа ускользал из его рук, метался туда-сюда и в конце концов был пойман им. Рот мужчины искривился в улыбке удовольствия.

- Вот он.

Кончиками пальцев он покрутил мяч для гольфа внутри моего тела. Мяч катался и катался, катался и катался во мне. Я застонал, вывернув спину.

- ...А-а-а, а-а-а!

Я был, как в припадке. Фыркнув и щелкнув языком, господин Чан плотно прижал мои бедра к своему колену.

За одним пальцем быстро последовал другой. Когда в дырочке оказалось два пальца, Чан стал ими шевелить.

- ...Ха, ха, ха, хммм, ха!

Я вцепился в его запястье обеими руками и бешено затряс бедрами. Оставшийся в дырке шарик для гольфа подпрыгивал от его прикосновений, играя во внутренних стенках. Он услышал хлюпающий, влажный звук.

- ...Хмф, хмф, господин ди...

Чан выпрямился, просунул пальцы между моих бедер и снова закатал рукав рубашки. Он как будто разминался перед тем, как нырнуть с головой во что-то. Он пытался войти в меня еще раз. Я обхватил ногами его крепкие бедра, чтобы остановить его, но он без колебаний ввел в меня еще один палец.

- Тебе нравится, когда я копаюсь в твоей дырке, не так ли?

Чувствуя, что могу рухнуть в любой момент, я крепко обхватил ногами его бедра. Я чувствовал, как он горячий и твердый прижимается к моим внутренним бедрам. Я только торопливо обхватил их, но, похоже, в таком положении член господина Чана был на месте. Он опустил верхнюю часть тела, чтобы погладить меня по уху, и снова спросил.

- Интересно, сойдешь ли ты с ума?

- ...Да, да, хмммм...

Угрожающе спросил он, и мне пришлось судорожно кивнуть. Внутри меня бушевала огненная лава. Мне казалось, что в любой момент что-то взорвется.

- Где? - угрюмо спросил Чан, его глаза метались туда-сюда, затем он сжал рукой какую-то точку.

- Здесь?

- .......

- Если подолбить тебя здесь, то ты сойдешь с ума.

Я тряхнул головой, как птица, получившая стрелу в крыло, затем судорожно кивнул. Я не мог мыслить здраво. Перед глазами мерцал и гас свет. Уголки глаз и кончик носа горели. Я снова и снова бормотал одни и те же слова.

- Господин директор, господин директор...

- .......

- Я думаю, я пойду....

Мне казалось, что мой позвоночник сейчас расплавится. Моя уретра продолжала напрягаться. Мне хотелось оттолкнуть его с дороги, побежать в ванную и помочиться в унитаз.

В глазах у меня затуманилось, и по моим щекам текли горячие слезы. Слезы не были пролиты, потому что мое сердце колотилось. Это был просто физиологический выброс жидкости из глаз, подобно тому, как изо рта, который невозможно было закрыть, текла слюна.

- Ты опять хочешь испачкать мою рубашку, как в прошлый раз?

- Нет, нет, нет.

Чтобы не кончить, мне пришлось поймать свой член, который болтался в воздухе. Я крепко сжал член в руке и большим пальцем закрыл отверстие уретры. Господин Чан посмотрел на меня сверху вниз и увеличил количество пальцев в моей дырочке.

Три пальца и мяч для гольфа давили и кололи мои внутренние стенки. Мне казалось, что мяч для гольфа все глубже впивается в мое тело, толкаемый беспощадными руками генерального директора Чана.

- ...Аааа!

Я изо всех сил старался не эякулировать, но у меня не было сил удержать оргазм, поднимающийся из-под ягодиц. Я кончил, крепко сжимая его ноги своими бедрами, которые были чрезвычайно тонкими по сравнению с бедрами генерального директора Чана. Мое тело дрожало, как осиновое дерево от оргазма, а перед глазами все поплыло.

Бедра господина Чана были насквозь пропитаны моей спермой. Глядя на его черные брюки, я крепко зажмурил глаза, потом открыл их. Капельки слез с моих ресниц стекали по затылку на черный диван.

- ...Нет, я не собирался.

Рыдания становились все громче и громче. Если бы только господин Чан разделся перед актом. Нет, если бы он не довел меня до этого, мне не пришлось бы мочить его брюки, ублюдок.

- ...дин, мне очень жаль...

Чан некоторое время молча смотрел на меня. Он возился с молнией, а потом потерся членом, пропитанным спермой, о мое мокрое от слез лицо.

- Господин Су Вон.

Обратился он ко мне, его голос был немного более спокойным, чем обычно.

- Почему ты плачешь, как сучка?

- ...Простите.

- Я даже не трогал тебя спереди, а ты ноешь.

- .......

Его толстая, темного цвета головка промелькнула под моим носом. Густой мужской запах его тела ворвался в мои ноздри, сдавливая легкие.

- Разве я не должен быть на стороне получателя?

Ему следовало бы обидеться, но, на удивление, он не выглядел слишком плохо. Более того, он выглядел немного довольным. Господин Чан терся о мои глаза, щеки и соски своим членом, его член мял мои маленькие, округлые соски.

- Я не собираюсь брать с тебя деньги за свои брюки, поэтому собери свои сиськи вместе.

Я стянул руками свою грудь, которая была обычной, если не считать небольшого объема от недавней тренировки. Чан прижался бедрами к моим слегка собранным грудным мышцам и плавно покачивал бедрами, его головка скользила по бугру, заставляя мою кожу трепетать.

Стоя на коленях под ним, я посмотрел вниз на его член, трущийся о мою грудь, затем медленно поднял подбородок. Ха, ха, ха, я видел, как он тяжело дышит.

- Хмф, хаах.…

Я вздрогнул. Он смотрел на меня, не моргая, его темный взгляд был прикован ко мне, густой от удовольствия. Почувствовав себя неловко, я быстро опустил взгляд на пол. Господин Чан схватил меня за волосы и повернул к себе лицом.

- Ах...!

Его щека дернулась под острым углом, а между красивых губ пролегла серебряная нить. Я был беззащитен, и его плевок попал мне в лицо.

Господин Чан плюнул еще раз. Тук, на этот раз прямое попадание в глаз. Его глаза расширились, и он нахмурился, глядя на белую, липкую слюну, мешающую мне видеть.

С трудом открыв глаза, я услышал слабый смех господина Чана. ...Что? Я прищурился.

Он низко и громко смеялся над чем-то забавным. Длинные уголки его глаз сложились, а уголки рта, которые всегда были жестко зафиксированы или лишь местами искривлялись на одну сторону, плавно изогнулись.

- .......

От неожиданности волосы на затылке встали дыбом. Я думал, он может быть только эгоистичным. Было жутко осознавать, что он - человек, который может громко смеяться, когда ему весело.

...Сумасшедший ублюдок. Я внутренне проклинал его: извращенец, чудак, парафилик, психопат, который находит удовольствие в том, чтобы мучить других.

Мои глаза зажмурились, закрылись и открылись. Капельки слюны, свисавшие с кончиков моих ресниц, на этот раз переместились на подбородок. Темные глаза господина Чана молча прослеживали траекторию его собственной слюны. Вскоре слюна потекла по моим голым ногам.

Тук, я упал. Когда я уставился на свои блестящие бедра тонкими, как бумага, глазами, господин Чан поднял руку к моему подбородку. Он поднял на меня взгляд и спросил.

- Почему ты такой грязный?

На моем лице сейчас только сперма и слюна господина Чана. Если бы я умер в этой комнате с ножом в животе, первым подозреваемым был бы Чан, который оставил на мне свой след. Это был привлекательный сценарий, подумал я.

- Единственное, на что стоит смотреть, — это твое лицо.

Я выдернул подбородок из его рук и поджал губы.

- ...Я пойду вымою его.

Чан почему-то отпустил мой подбородок, и я поднялся с колен перед ним, мои лодыжки пульсировали и покалывали от долгого сидения в одной позе. Используя покалывающую правую ногу в качестве костыля, я ковылял в душ с четырьмя стенами и матовым стеклом.

Глава 18

Стоя на холодной плитке, я включил кран, и из верхнего душа хлынула струя воды. Вода была немного прохладнее, чем обычно, возможно, потому, что температура тела Чана была немного выше, чем у большинства людей. Я вытирал лицо руками, пока вода попадала на мое тело.

Вдруг я услышал щелчок, щелчок, щелчок. Это было похоже на звук задергиваемой занавески. Я открыл глаза и огляделся. Непрозрачное стекло душевой комнаты стало прозрачным.

В нескольких метрах от меня стоял господин Чан, который медленно отложил пульт дистанционного управления в сторону. Пульт, который был доступен только в VIP-отелях, мог управлять всем в комнате. Казалось, что с его помощью он сделал стены прозрачными.

- .......

Господин Чан зарылся поглубже в диван и наблюдал за мной. На первый взгляд, он казался единым целым с черным кожаным диваном. На фоне большого дивана Чан выглядел расслабленным и неторопливым, как зритель, смотрящий фильм или художественное произведение.

Я шевелил губами под углом, который он не мог видеть, и пытался произнести слова. Мой язык перекатывался в пересохшем рту. Вуайерист. Как только я осознал, что на меня смотрят, я стал ощущать его глаза на каждом сантиметре своего тела до боли. Его неотрывный взгляд задержался на моих запястьях, лодыжках и везде между ними. Если бы я отвернулся от него, то мои ягодицы оказались бы открыты для него, а если бы я стоял к нему лицом, то мой пах стал бы проблемой.

В итоге я решил встать боком. Делая вид, что ничего не вижу, притворяясь, что не чувствую его взгляда, я старательно двигал руками.

Я выключил кран и потянулась к полке. Она была заполнена бутылочками с чем-то, что я не мог разобрать, так как обычно принимал душ только с мылом. Я взял одну, выдавил щедрую порцию на ладонь и натер себя.

Область вокруг солнечного сплетения и груди, где генеральный директор Чан тер свой член, болела. Мои соски, которые обычно лежали ровно, были приручены им и набухали при малейшей стимуляции. Мое отверстие было не лучше. Отверстие, в которое я так неосторожно ткнул, запоздало начало болеть.

- .......

По мраморному полу протянулась большая тень Чана. Он поднялся с дивана. Я рефлекторно вздрогнул. При росте 190 см он мог легко привлечь к себе внимание малейшим движением.

Он открыл дверь в душ, вошел, взял оставленные мной трусы, обернул их вокруг своего члена и начал мастурбировать, наблюдая за мной в душе. Он закурил сигарету, а другой рукой стал дрочить свой член. Его бедра, казалось, напряглись.

Я принимал душ так медленно, как только мог. Я ненавидел тот факт, что мне придется выйти отсюда и встретиться с ним лицом к лицу. Мне казалось, что эта душевая кабина была щитом, защищающим меня от него.

Чан медленно вытащил еще одну ногу из своего нижнего белья. Сумасшедший, сумасшедший, сумасшедший, - он провел рукой по моей одежде, а затем стряхнул ее на пол, как тряпку.

Выходи, - приказал он ртом, его лицо раскраснелось от жара. Одна его бровь изогнулась, когда он говорил. Казалось, он вот-вот выйдет из себя. Он не был человеком с большим терпением.

- .......

Я натянул халат для душа, висевший на одной из кафельных стен. Возможно, он был подобран по размеру Чана, но мне он был велик. Руки у него тоже были длинные. Это выгодно отличало меня от той одежды, которую я купил чуть короче и которая оставляла открытыми запястья и лодыжки. Я неловко подошел к дивану.

Он уже закончил мастурбировать и прикуривал новую сигарету. Я уставился на губы господина Чана, когда он выпустил струю белого дыма, как паровоз, и почувствовал, как медленно наступает эякуляция. Мужчина выпустил длинную затяжку и спросил.

- Хочешь покурить?

- ...Я никогда раньше не курил.

Чан поднял верхнюю часть тела и обхватил руками спинку дивана. Мышцы от шеи до плеч расслабились, и он усмехнулся.

- Сейчас я дам тебе попробовать и хочу, чтобы ты сел мне на колени.

Давай, - добавил он, жестом указывая на свое бедро. ...Естественно, я хотел отказаться, я же не домашняя собачка, сидящая на коленях у хозяина и жаждущая ласки. Я вцепился в халат, но господин Чан уставился на мое лицо так, словно мог пронзить его гарпуном. "Давай", - повторил он, его голос стал резче.

- Подойди сюда.

Это был приказ, явно замаскированный под приглашение. Чан был человеком, который мог выплюнуть уважительное слово как оскорбление. Внутри я разочарованно вздохнул. Если бы я еще немного колебался, он схватил бы меня за запястье и заключил в свои объятия.

Я сел, и его бедро уперлось в мое бедро. Широкие руки мужчины обхватили меня, его массивная фигура заставила меня почувствовать себя игрушкой в его руках при росте 180.

Неподвижно сидя на нем, я уставился на неосвещенный экран телевизора. На меня смотрел бледный, невыразительный, как кукла, мужчина, сидящий на коленях другого мужчины.

- Вот.

Господин Чан выпустил струйку дыма и поднес сигарету к моим губам. Я неловко прикусил фильтр. Соси, - сказал он. Я напрягся, стараясь не показать этого. Мне не нравилось, как он произносит это слово, от него у меня по коже бегали мурашки.

Я глубоко вдохнул. Едкий дым от сигареты поднялся в нос, словно срыгивание острой пищи. Кек, кек. Я схватился за горло и заставил себя выдохнуть. Мужчина сделал жалкое лицо и прищелкнул языком.

- Не можешь сосать член, не можешь сосать сигарету.

Как раз в тот момент, когда кашель, который я выплевывал, словно человек в припадке, начал стихать, Чан сунул мне в губы новую сигарету.

- Ты думай об этом, как о задержке дыхания в легких.

Я на мгновение замешкался, затем сделал еще одну затяжку. Мне удалось присосаться к фильтру, но я не выдержал горечи и быстро выпустил дым в воздух.

Я почувствовал горький привкус на кончике языка, и хотя я вздрогнул, все оказалось не так плохо, как я ожидал. Чан щелкнул колесиком зажигалки и прикоснулся к моей шее: синяки, оставленные им, только начали набухать, и я чувствовал боль там, где касались кончики его пальцев.

Он нажимал, нажимал и нажимал, а я чувствовал синяки, и они были весьма болезненными. Увы, когда я застонал от боли и вывернул шею, вырез в халате слегка расширился. Чан прищурился. Его взгляд упал на мои набухшие соски, и он тихо выругался.

- ...Блядь.

Его горячие руки проникли в мой халат, и он безрассудно гладил мое тело, отвоевывая свою территорию на моем теле. Я полностью отдался ему, как будто он мог претендовать на мое тело, раз уж он за него заплатил.

Я сделал еще одну затяжку. Терпкий дым закружился у меня во рту, а затем с новой порцией вырвался из моих маленьких губ. Мистер Чан уткнулся носом в мою шею. От его резкого дыхания у меня по позвоночнику побежали мурашки.

Он хотел, чтобы я помылся, и вот оно.

Я лежал под его прикосновениями, как мелко нарезанный ингредиент, приготовленный на скорую руку. Он вставил свой член в освободившееся отверстие и задвигал бедрами - грубый акт, который, как обычно, был смешан с намерением удовлетворить только свою похоть. Моя нижняя часть тела волочилась то в одну, то в другую сторону, куда бы он ни вел, а мои груди извивались в его руках, как сладострастные курганы.

- ...Господин.

Похотливые глаза Чана обратились ко мне.

- ...Нежнее, хммм, пожалуйста, нежнее, это больно.

Чан быстро задвигал бедрами, словно скаковая лошадь, подгоняемая моими словами. Потолок закружился. Случайные мысли, наполнявшие мою голову, быстро улетучились. Здесь со мной было только удовольствие и боль.

Я поднес дрожащую руку ко рту и присосался к сигарете. Дым от моей неумелой руки поплыл, затуманивая зрение, а затем медленно рассеялся.

Глава 19

Внезапно мои глаза распахнулись. Я встал с кровати, скрючившись, как креветка. Солнечный свет, рассеиваемый шторами, светил мне в лицо.

Сегодня, помимо купюр, на прикроватной тумбочке лежали три сигареты и зажигалка Zippo, которые оставил господин Чан. Обернув простыню вокруг обнаженной верхней части тела, я сел и потянулся за ними.

Сначала я удивился, почему люди так отчаянно курят эти штуки, и попробовал их, чтобы выяснить это, но после последней сигареты я начал наслаждаться горьким вкусом.

Выкурив сигарету, я оделся и спустился в круглосуточный магазин. Я встал перед банкоматом и положил деньги на счет, который прислал мне дядя.

У меня не было аппетита. Я заметил ряд сигарет за спиной работника магазина, которого я никогда раньше не видел. Прошелся глазами по полкам, гадая, что курит мистер Чан. Потом я заметил его любимую марку сигарет, она была дорогой.

Вместо этого он назвал продавцу название сигарет, которое уже несколько раз слышал, и протянул купюру в 5 000 вон.

- Один "Мобиус", пожалуйста.

Продавец заглянул мне в лицо, которое было скрыто капюшоном на молнии. Я отводил взгляд из стороны в сторону, как будто он мог заметить следы, которые Чан оставил на каждом сантиметре моего тела.

Студент, работающий на полставки, который, похоже, был новичком и не знал особенностей этого места, попросил у меня удостоверение личности, что выглядело, мягко говоря, подозрительно.

- Простите, - сказал он, - но могу я проверить ваше удостоверение?

Никаких документов у меня не было. Поддельное удостоверение было испорчено сигаретами Чана, а оригинальное мое..... Не чувствуя необходимости покупать их, я попытался вернуть деньги у продавца. В этот момент сзади меня прервала женщина.

- Мне, пожалуйста, Мобиус и Мальборо.

Ли Хе Вон шагнула ко мне, взяла у продавца купюру и протянула ему свою карточку. Расплатившись за обе пачки сигарет, Ли неожиданно предложила мне сигареты с названием Mobius, написанным по-английски.

- Мне не нравятся эти, потому что у них вяжущее послевкусие, - сказала она, открывая дверь в комнату для курения.

Сидя со скрещенными ногами на стуле в курительной комнате, она пощупала себя руками, а затем спросила.

- У тебя есть зажигалка?

- ......

Я достал из кармана зажигалку Zippo Чана и протянул ее Ли Хе Вон. Она неуклюже потрогала зажигалку. Это была первая зажигалка такого рода, которую она когда-либо держала в руках.

Я забрал у нее зажигалку и откинул крышку, как это делал Чан. Огонь взревел и разгорелся с новой силой.

Я содрал обертку и сунул сигарету в рот. Когда я прикурил сигарету и присосался к фильтру, Ли Хе Вон неожиданно задала мне вопрос.

- Ты ведь не куришь? - спросила она.

- ......

- ...Пришел сюда и научился.

Ли Хе Вон рассмеялась, стряхивая пепел. Ухмылка на ее лице, когда она курила, выглядела немного горькой. Я молча продолжил курить.

***

Я допоздна проворочался на кровати. Затем свернулся в углу кровати, как куча домашней пыли, когда вдруг вспомнил кислый вкус сигарет. Я схватил зажигалку Zippo, которую подарил мне Чан, и зажег ее, бессмысленно царапая ногтями по шикарному колесику.

Голод пропал. Больше, чем еды, я хотел наполнить свой пустой желудок кислым сигаретным дымом.

Я схватил горсть купюр и направился к магазину, где на смену продавцу пришел незнакомый мне мужчина. Я протянул ему свое служебное удостоверение.

- ...На этом нет вашей фотографии, и на нем нет вашего номера социального страхования.

На этот раз мне отказали из-за отсутствия фотографии.

- .......

Я вернул свою карточку сотрудника, купил хлеб и сел за столик, а в это время в магазин зашла Ли Хе Вон.

Я часто сталкивался с Ли Хе Вон подобным образом. Я ходил туда-сюда между отелем и магазином, а она часто заходила и выходила из одного из них. Мне отчаянно хотелось пойти в другой, но, увы, это был единственный магазин на всем поле для гольфа.

Всякий раз, когда она замечала меня, она с радостью подбегала и начинала болтать. Она рассказала мне, что до поездки в Сеул жила в провинции. Она не могла себе позволить поступить в университет и приехала сюда. Несмотря на то что у нее был длинный день, Ли Хе Вон говорила так, будто весь день ни с кем не разговаривала.

И сегодня, как всегда, Ли Хе Вон продолжала делать вид, что все обо мне знает. Она держала в руках хлеб той же марки и помахала им.

- Я впервые попробовала его сегодня, он сладкий, это вкусно.

-...Да.

Я ответил безразличным тоном и прикусил губу. Я всем своим видом показываю, что мне неинтересен этот разговор, но, к сожалению, она не обращает на это внимания.

- В последнее время меня часто берут на работу в офис, так что я почти каждый день бываю в холле.

Она издала звук "ах", как будто что-то вспомнила, а затем понизила голос.

- Вчера я играла раунд с человеком, которого часто видела в новостях.

Это было обычным явлением на этом поле для гольфа. Только несколько лучших профессионалов Южной Кореи могли быть включены в список его членов, что делало его центром пересечения для знаменитостей в политике, бизнесе, отношениях и культуре.

Она прикрыла рот рукой и тихонько засмеялась.

- У него был чертовски крутой размах.

Я просто молча ел хлеб. Сегодняшний хлеб на вкус напоминал жеваную бумагу.

- Так почему тебя нет в расписании в эти дни?

- .......

- Я подумала, что ты запланирован только для господина Чана.

Кончики моих пальцев дернулись при слове "Чан", вырвавшемся из уст женщины. Женщина пробормотала с полным ртом хлеба во рту. Я прищурился, глядя на нее. Я излишне нервничал, не зная, что она скажет дальше.

- Не правда ли, он немного страшный?

Немного страшный? Ли Хе Вон не знала, какой господин Чан был на самом деле. Если кто-то его обижал, он хватал его за шиворот и выбрасывал в окно, не моргнув глазом.

Ли Хе Вон огляделась по сторонам. Убедившись, что рядом никого нет, она тихо произнесла.

- Я зашла прибраться в комнате господина Кима, а там был господин Чан, так что я впервые увидела его вблизи.

Я положил хлеб, который ел, на стол, и перестал жевать. Слушать разговор о господине Чане, когда у меня что-то было во рту, было ужасно. Я почувствовал тошноту.

- Неужели они называют эти глаза "три сотни глаз"? - пробормотала Ли про себя. - Что-то в них есть такое, от чего у меня мурашки по коже...

- .......

- Мне так же не нравится взгляд мистера Кима.

Ли Хе Вон быстро закатила глаза. Она продолжала смотреть в центр комнаты, на середину. Мне хотелось схватить кого-нибудь и рассказать. Я хотел рассказать ей, какой страшный человек Чан, что он делал со мной по ночам, что он пытался сделать со мной, и я хотел, чтобы кто-нибудь знал.

- Глаза у него, как у курицы... Конечно, он не сказал, что смотрит в мою сторону, но все же...

- Прошу прощения.

- .......

- Прости, мне неприятно.

- O...

Ли Хе Вон издала небольшой вздох. Затем она быстро извинилась.

- Прости.

Я собрал со стола хлебные крошки и пластик, выбросил их в мусорное ведро и ушел. Я чувствовал, как женщина за моей спиной смотрит мне в спину.

Персонал этого поля для гольфа уже сформировал свои собственные группы. Люди здесь, как правило, замкнутые, и они не так легко принимают новичков, так что она, должно быть, следила за мной, потому что я был один. Одинокие люди быстро узнают тех, кто похож на них.

Я надеялся, что скоро начнется школьный сезон и она переедет туда, где жила.

Об этом месте ни слова.

Глава 20

Я спросил у сотрудницы на ресепшене, могу ли я получить карточку сотрудника с моей фотографией. Она ответила, что мне придется спросить в офисе.

Я поднялся по лестнице в офис, взялся за ручку двери и начал тянуть, но дверь распахнулась. Из двери вышел Ли Джин Сок. Я давно его не видел, и он был рад меня видеть.

- Я волновался, когда господин Пак сказал, что у тебя шрам на лице. Я рад, что тебе лучше.

Он улыбнулся и задал мне легкомысленный вопрос.

- Что ты здесь делаешь?

От неожиданности, что я столкнулся с ним, у меня задрожали ноги. Я невнятно произнес.

- Ну, я кое-что забираю.

- Кое-что?

Мне не хотелось говорить ему, что это, но попытка скрыть это выглядела бы подозрительно. Я ответил, ловко избегая его взгляда.

- Мое удостоверение пропало.

- Удостоверение? - глухим голосом повторил Джин Сок.

- Я спросил на ресепшене, могу ли я получить карточку сотрудника с фото, но мне сказали, что нужно идти в офис, чтобы получить ее.

- Зачем?

Он рассмеялся, с непонимающим лицом.

- Тебе нужно поговорить с господином Чаном.

- ...Что?

Опять этот проклятый господин Чан. Я удивился, почему сегодня так часто слышу эти два слова. Как раз, когда я собирался сказать "нет", Ли Джин Сок заговорил.

- Я могу помочь тебе с этим вопросом.

- ...Что?

Я уставился на него, мое лицо было белым, как простыня. Ли усмехнулся.

- Господин Со Су Вон, любой человек понял бы, когда увидел бы его, что это подделка, верно?

Его тон был легким, но голос был полон убежденности. Я не мог сказать "нет", ведь если бы он проверил, все было бы очевидно.

С того момента, как я увидел его выходящим из кабинета, я понял, что что-то не так. Я старался вести себя как можно непринужденнее, скрывая свое волнение, но было ясно, что скрыть нервозность мне не удастся.

Я надеялся, что он отойдет в сторону от двери. А может, мне просто стоит уйти?

- .......

...Я заплатил на двадцать тысяч вон больше рыночной цены, потому что тот ублюдок заявлял, что он профессионал. Я от злости пожевал внутреннюю сторону щеки.

- Если тебе трудно попросить, позволь мне взять это на себя?

- ...О.

- У меня есть друг, который этим занимается.

Я заикался, не в силах ответить. Мне казалось, что я проваливаюсь под землю, на которой стоял.

Это была правда, что мне нужна идентификационная карта. Я был уверен, что она мне где-нибудь понадобится. Но когда меня спросили, почему я использую поддельное удостоверение личности, у меня не нашлось оправдания.

Остроглазый Ли Джин Сок точно знал, о чем я думаю.

- Ты боишься, что я спрошу тебя, почему ты подделал свое удостоверение?

Плечи Ли Джин Сока затряслись.

- Здесь редко встретишь человека, который действительно использует настоящее имя.

Я настороженно посмотрел на него, но Ли заговорил на своем фирменном жаргоне.

- Ты не единственный, кто беспокоится о том, что тебя могут опознать.

Затем он понизил голос, задерживаясь на каждом слоге, и добавил: "Подумай об этом".

- Подумай, ты когда-нибудь видел, чтобы в борделе кто-то использовал свое настоящее имя?

Я уставился на него. Ли снова улыбнулся, мышцы его лица расслабились. Он был похож на лису с девятью хвостами. Я тихо обдумывал его слова.

- ...Ну, тогда...

- ... Что ж.

- Тогда, пожалуйста.

Глаза Ли Джин Сока слегка расширились, как бы удивленные моими словами, но затем он пару раз похлопал меня по плечу.

- Хорошо. Я скину тебе номер.

Ли Джин Сок подтолкнул меня и отошел в сторону. Я смотрел на его спину, и длинные ноги.

Формально я ему не доверял. Я вообще никому здесь не доверял, просто его слова показались мне убедительными.

Я повторял его слова, пытаясь произнести их еще раз. Бордель. Да, это уродливое, распутное место было борделем.

Через два дня я связался с парнем, с которым меня познакомил Ли. Я позвонил по номеру, который он дал мне в сообщении, и сообщил ему свое имя и адрес, чтобы он вписал его в мое удостоверение личности.

- Имя Со Су Вон, возраст - .....

Он повторял за мной. Из трубки в ухе доносился звук шариковой ручки. Похоже, он что-то записывал и вскоре сообщил мне, что это займет около двух дней. Я спросил, сколько мне нужно перечислить, и он ответил, что Ли Джин Сок уже заплатил. Затем он сказал, что передаст Ли удостоверение личности, как только все будет готово. Я повесил трубку.

Я слегка нахмурился и задумался.

- .......

Ли Джин Сок заплатил за меня? С какой стати? Но вместо того чтобы раздражаться, я решил, что будет правильно отдать ему должное.

Я собрал свою одежду и направился в комнату отдыха, прихватив деньги, которые собирался отдать Ли Джин Соку.

Ли стоял в одном конце зала, болтая с группой клиентов, пришедших к нему, и с дружелюбным лицом поддерживал беседу. Неудивительно, что его называли местным оратором, ведь он умел говорить так, что люди замирали на месте.

Я в недоумении уставился на Ли Джин Сока, но опомнился только тогда, когда он отделился от группы и направился в противоположную сторону. Я поспешил за ним, немного ускорив шаг. Я знал, что должен остановить его, но не знал, как его позвать. Я нерешительно окликнул его.

- ...Эй, вон там!

Ли Джин Сок, похоже, не понял, что его кто-то зовет. Я немного поколебался, а потом позвал его громче, чем прежде.

- Прошу прощения.

Ли Джин Сок наконец-то посмотрел в мою сторону.

- Су Вон?

От удивления глаза Ли Джин Сока слегка расширились. Он выглядел немного испуганным моим внезапным появлением из-за спины, и я начал оправдываться.

- Прости, я не знал, как тебя позвать.

- Ты можешь называть меня просто хёном, как и все остальные мои друзья.

Я с облегчением рассмеялся и мы продолжили разговор.

- Ты пробовал ему звонить?

- ...О, да. Спасибо.

Я провел ладонью по затылку в расстройстве, а затем, заикаясь, произнес.

- Я слышал, что ты заплатил за меня.

- Да.

Джин Сок пожал плечами, как будто в этом нет ничего особенного.

- И сколько же?

- Я думаю, что это справедливая цена.

Я вытащил из кармана конверт. Ли Джин Сок взглянул на него и едва заметно улыбнулся: должно быть, для него это копейки. Он может принять их или нет, но это будет моя благодарность.

- Это очень мило.

При этих словах он наморщил лоб. Его взгляд задержался на мне, затем переместился на потолок над моей головой. На короткое мгновение на его лице вспыхнул странный свет, когда он уставился на что-то.

Ли улыбнулся своей вежливой улыбкой, и, наклонившись, прошептал мне на ухо.

- Со мной действительно все в порядке.

Он похлопал меня по плечу, а затем отвернулся и быстро пошел своей дорогой. Провожая взглядом его стройную спину, я вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и обернулся, проследив за тем, куда смотрел Ли Джин Сок.

Заметив кое кого, я неосознанно попятился назад. Я поспешно, но незаметно, спрятал руку с конвертом за спину.

Генеральный директор Чан сидел под зонтом в кафетерии и наблюдал за мной. Ким Ми Ран, сидящая напротив него и поджавшая губы, выглядела озадаченной, а затем прослеживая за взглядом господина Чана повернулась в мою сторону. Увидев меня, она легонько махнула рукой. Я быстро поклонился и помахал ей в ответ, а затем повернулся, чтобы уйти.

***

Я отсчитывал дни по пальцам, ожидая, когда же мне в руки попадет удостоверение личности. Меня вызвал к себе господин Чан, который вел себя со мной так, будто я его домашний кэдди, и я должен был быть в его расписании на все случаи жизни.

Быстро приняв душ и переодевшись в форму, я направился к открытой тренировочной площадке, где должен был находиться Чан. Найти его было несложно, даже в просторном помещении с более чем 30 клетками для бейсбола.

Он был очень заметен. Его вытянутое тело, плечи, шириной с дверь и бицепсы, которые становились толще с каждым толчком, внушали страх.

Я встал позади Чана, который стоял на 12-м номере и терпеливо ждал своего часа. Он со всей силы ударил по мячу для гольфа, и белый мяч полетел по заданной траектории, ударившись о зеленую сетку.

Немного подумав, он бросил взгляд на корзину с мячами для гольфа, стоящую на некотором расстоянии от него.

- Отполируй его так, чтобы мне захотелось к нему прикоснуться.

Почему такое простое высказывание показалось мне оскорбительным? Сегодня я снова тихо ругал его за его озабоченное поведение.

- ...Если вы имеете в виду мячи для гольфа, то есть машины, которые чистят их автоматически.

В этот момент Чан небрежно поднял их и насмешливо произнес.

- Три - это слишком мало, не так ли?

При его словах дырка дернулась. Затылок покраснел от промелькнувшей перед глазами сцены. Я зажал нижнюю губу верхними зубами, а Чан язвительно произнес громким голосом.

- Ты выглядишь дерьмово.

Я опустил взгляд и принял на себя весь удар его изящной словесной остроты.

- И после всего этого ты не улыбаешься?

Как ты смеешь? Этот тон, был настолько властный, что мог раздавить слушателя. Одна его бровь взметнулась вверх. Его упрямый рот был сжат. Похоже, сейчас он был не в лучшем настроении.

Не говоря ни слова, я подошел к корзине с мячами для гольфа, стоявшей в углу. В ней лежали грязные мячи. Я протянул руку и взял один из них. Заворачивая каждый из них в чистое полотенце, я плотно прикусил нижнюю губу. Внезапно я понял, почему господин Чан попросил меня об этом. Ощущение холода на кончиках пальцев. Крошечные бугорки. Воспоминания о том дне нахлынули на меня.

Крошечные мячи проникали в отверстие, прижимались к стенкам и перекатывались внутри. Незнакомое ощущение сначала было неприятным, а потом стало новым видом удовольствия. Я сжимал и разжимал кулак.

Все мое тело пылало, и мне казалось, что я вот-вот взорвусь. При воспоминании об этом у меня кровь стыла в жилах.

- .......

Чан засунул клюшку в сумку для гольфа, снял перчатки и вернулся на диван. Он поднял что-то со столика рядом с диваном и посмотрел на это. В руке он держал желтоватую карту. Я прищурился и посмотрел на мяч в своей руке.

Наклонившись, он слегка ударил меня уголком карты по бедру. После минутной паузы он задал мне вопрос.

- Для чего ты собирался использовать свое удостоверение?

Его неожиданные слова ошеломили меня, и мой рот слегка приоткрылся.

- Как оно у вас оказалось?

- Ли Джин Сок сам принес его мне.

Человек, который поставил меня в тупик, еще глубже зарылся в свое кресло. Он скрестил свои длинные ноги, брови то поднимались, то опускались. Затем он потребовал ответа.

- Где ты вообще собирался его использовать? - спросил он.

- ...Я собирался купить пиво.

Чан взял пачку сигарет и поднес сигарету к губам, и как только я увидел тонкую белую сигарету, воспоминания о горьком вкусе тут же овладели моими чувствами, заставив меня неожиданно сглотнуть.

Два слова "Не курить", написанные жирными буквами на стене, должно быть, были хорошо видны ему, но он бесстрастно выпустил дым, как будто ему было все равно.

- Почему бы тебе не заказать обслуживание номеров на мое имя?

- .......

- Ты не можешь быть таким тугим.

Это так расстраивает. После того как меня назвали шлюхой, я стал пустой консервной банкой. Глядя на сигарету, которая уменьшалась в размерах в его руке, я тихо сказал.

- ...Я просто хотел курить.

Чан издал звук "хм?" и приподнял одну из своих изящно изогнутых бровей. Затем он щелкнул пальцами, подняв ладонь вверх. Он использовал такой жест, которым подзывают собаку.

Я бросил мяч для гольфа в корзину и подошел к нему. Он затянулся и выдохнул дым мне в лицо, пока я стоял перед ним. Его широкая рука скользнула между моих ног. Я слегка дернулся назад, нервничая от такого внимания, и он одним быстрым движением схватил меня за задницу.

- Это определенно вкусно, - пробормотал он.

- Правда?

Я не знаю, что он имеет в виду, поэтому не ответил, а просто посмотрел ему в глаза. Он улыбнулся, а я расстроился. Как и ожидалось, это был двойной смысл.

- Более чем....

- .......

- Ты не можешь купить сигареты без документов?

Он прижал конец сигареты к удостоверению, на которое даже не взглянул как следует. Еще одна сигарета вспыхнула на моем лице. Я посмотрел на свое обугленное лицо и сильно прикусил нижнюю губу.

...Ублюдок.

Господин Чан внимательно посмотрел на меня, а потом воскликнул.

- У тебя ямочка только с одной стороны.

Он сильно надавил большим пальцем на середину моей щеки, и мне показалось, что под его прикосновением мой коренной зуб выпадет из десны с корнем.

- Хочешь сделать новое удостоверение личности?

- .......

Он крепче сжал меня, заставляя ответить. Я пытался ответить, дрожа и содрогаясь.

- ...Да.

Хватка Чана ослабла, и он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, прошептав.

- Тогда тебе следует вежливо попросить об одолжении.

- ...Пожалуйста.

Человек, который уничтожил два моих удостоверения личности, бесстрастно и беззастенчиво пробормотал.

- Конечно. Куда же тебе еще обращаться за помощью, как не ко мне?

- ....…

- Разве не так?

- ...Верно.

Он прижал большой палец к моим губам.

- Как тебя зовут?

Вместо сигареты, которую я так хотел, я ответил невнятным голосом, его палец все еще был между моих зубов.

- Со Су Вон.

- Твой возраст?

- Двадцать три в этом году...

- Какой у тебя адрес?

- Город XX, район XX, Кёнгидо.

Он легонько обхватил меня за талию и притянул к себе. Я нервно закатил глаза и быстро осмотрел окрестности. Было уже довольно поздно, и на тренировочной площадке было не так много людей.

Мужчина, стоявший в некотором отдалении, посмотрел в нашу сторону. Это был Ким, и он медленно отпивал из стоящего рядом бокала.

Пока я отвлекся, Чан нажал на дырку в моих штанах, как бы отчитывая меня.

- Чем мне заполнить эту дырку?

Я прижался к нему, подпрыгивая на месте, как мячик.

- Он смотрит, господин.

- Кто?

Генеральный директор Чан посмотрел на президента Кима.

- Этот ублюдок?

Чан и Ким играли вместе не далее как вчера, и их диалог был довольно сложным, слова часто использовались вне контекста, создавая впечатление, что они используют сленговый язык, непонятный для обычного человека. Судя по всему, господин Ким был клиентом господина Чана. Тем не менее господин Чан, чья человечность хуже, чем у соседской собаки, без колебаний использовал в отношении своего клиента кличку "ублюдок".

- Хочешь, я покажу этому ублюдку, как господин Со Су Вон раздвигает ноги на моих коленях и трахает свою дырку?

Я молча покачал головой. В глазах Чана мелькнуло удовлетворение. Он пробормотал хриплым голосом.

- Если ты так сильно хотел сигарету, то должен был сказать об этом.

- ....…

- Я вставлю тебе в рот одну, когда мы вернемся в отель.

Господин Чан стукнул меня по ягодицам своей широкой ладонью.

- И еще одну сзади.

Мой взгляд застыл на его словах. До этого момента я не понимал, что означает фраза "одну сзади".

Глаза господина Чана сузились, как будто он хотел навалиться на меня сверху и привести слова в действие. Прежде чем он успел осуществить свои желания, я поспешил взять сумку для гольфа и вернуться обратно в отель.

Я потянулся за сумкой, которая стояла на стуле, но мое тело само собой дернулось назад. Господин Чан схватил меня за запястье и с силой потянул назад. У меня не было другого выбора, кроме как последовать за ним.

Крепко держа меня за запястье, мистер Чан, не оглядываясь, побежал вверх по лестнице. Он оставил позади свою до ужаса дорогую сумку для гольфа.

Его длинные ноги, обтянутые черными брюками, остановились перед дверью в комнату управления. Чан взялся за дверную ручку, толкнул ее, и дверь со скрипом открылась. Сквозь щель он заглянул в тусклый интерьер комнаты. Сверху донеслась команда Чана.

- Входи.

Я посмотрел на него, побелев от страха.

- ...Сюда?

Глава 21

Вы уверены, что хотите сделать это здесь?

Нетерпеливый человек и извращенец, он нахмурил свои брови, показывая свое недовольство. Он схватил меня за руку и толкнул меня внутрь комнаты.

Я потерял равновесие и еле удержался, уцепившись за спинку стула.

Сквозь окна высотой по грудь я видел лужайку тренировочного поля и клиентов, занимающих места для удара.

Бум, белый мяч для гольфа выстрелил, как пушечное ядро, и полетел по округлой траектории, ударившись о зеленую сетку. Пока я с благоговением смотрел на эту сцену, за спиной послышался звук закрывающейся двери.

Я зажмурил глаза, предвидя то, что должно произойти. Топ, топ, его шаги становились все ближе и ближе. Генеральный директор Чан прижался ко мне сзади, схватил меня за грудь одной рукой и уткнулся носом и губами в мою шею.

Он втянул уже ушибленное место в рот, как присоска.

- ...Ааа!

Из моего рта вырвался сладостный стон. Мое тело уже привыкло к болезненному удовольствию, которое он мне доставлял, и я быстро возбудился.

Одной рукой господин Чан поглаживал мое бедро. Его большой член упирался в мои ягодицы, демонстрируя свою мощь.

Он схватил меня за затылок и прижал мое лицо к своему паху. Я вцепился в его бедра и расстегнул ремень. В тишине раздался металлический звук.

Я взял его член в рот. Он курил сигарету, пока я сосал его член. Я сосал его до тех пор, пока мои щеки не впали. Его лобковые волосы задевали мой подбородок, но мне было все равно.

Красноватый ствол пульсировал во рту, прорастая сухожилиями, и когда я провел по нему языком, Чан застонал.

- ...Ха.

Он опустился передо мной на колени и просунул пальцы между ягодицами, прощупывая рукой мою дырочку, словно проверяя что-то. Сухая, внутренняя стенка сопротивлялась его прикосновению с силой.

Я на мгновение застонал, когда его пальцы проткнули мои внутренние стенки, а затем пососал его головку, которая выглядела как шляпа. Он обхватил мои ягодицы и обеими руками и раздвинул их. Я оглянулся.

Чан поднес сигарету, которую держал во рту, к дырочке. Я удивился, увидев горящий красный огонек во тьме, и вздрогнул. Я почти полностью согнулся в талии, чтобы посмотреть на него.

- Господин.

- Не двигайся, ты поранишься.

- …Зажженная сигарета может упасть.

Я крепко схватил его руку, которой он безразлично пытался засунуть сигарету в отверстие. Он остановился и спросил меня: "Почему?"

- Ты думаешь, я буду тушить о тебя сигарету, Со Су Вон?

Я молча кивнул. Он уже дважды обжог мое лицо до черноты, так что я не мог этого вынести. Господин Чан истерически рассмеялся, увидев выражение страха на моем лице. Он выглядел весьма забавным. Казалось, ему нравится эта дерьмовая ситуация.

Мне захотелось плюнуть в его улыбающееся лицо, но, конечно, пришлось сдержать свой гнев. Потому что все, что я мог сделать, - это смириться.

- Этого не случится, если ты будешь вести себя хорошо, Со Су Вон, просто заткнись и продолжай сосать.

Господин Чан взял меня за затылок и надавил. Его член до основания погрузился в мое горло, и я почувствовал, как его рука обхватила мои бедра и раздвинула их, пока его член заполнял мое горло.

Вскоре в отверстие вошло нечто короче и тоньше пальца Чана, из него повалил белый дым и коснулся моей нежной кожи.

Отверстие шипело, пропуская воздух через фильтр. Директор Чан низко застонал:

- Насколько же ты был голоден?

Из-за того, что я не мог видеть за собой, мне стало не по себе. Дрожащей рукой я схватил его за руку.

- ...Директор.

Холодный голос Чана пронзил мои уши.

- Ты выглядишь таким развратным.

Он на мгновение заглянул мне между бедер, затем вытащил сигарету из моего отверстия и показал ее мне.

- Ты видишь этот изжеванный фильтр?

Как он и говорил, фильтр был помят. Мое лицо горело. Я тяжело сглотнул и тихо ответил.

- ...Да.

Щелкнув языком, мистер Чан поднял мое тело. Он посадил меня на мраморный подоконник с выражением беззаботности, несмотря на то что на руках у него был взрослый мужчина.

Он стряхнул пепел с сигареты кончиками пальцев, и сигарета стала заметно короче. Он сунул ее в мое отверстие. Я в ужасе уставился на нее, зажатую между ягодицами.

Когда я раздвинул бедра, моя дырочка распахнулась. Медленно улыбающееся лицо господина Чана то исчезало в дыму, поднимавшемся из отверстия, то появлялось вновь.

Его лицо было погружено в темноту. Я опустил глаза на его зловещее лицо и прижался щекой к стеклу. Холодная поверхность стекла охладила мои щеки.

- .......

Внезапно я почувствовал странное ощущение и открыл глаза. Внизу стоял президент Ким и смотрел вверх.

Окно находилось высоко, поэтому с его точки зрения он мог видеть только мое лицо и шею. Я был застигнут врасплох, потому что верхняя часть моего тела все еще была одета, в отличие от обнаженной нижней части.

Глядя на меня, Ким улыбнулся со своей фирменной усмешкой. Его белые зубы сверкали в темноте.

Мои плечи опустились. Я попытался отойти от окна, но господин Чан прижал ладонь к моей груди, и я снова оказался прижат спиной к холодному окну.

- Что ты дал ему за это?

- ...Что?

- Сколько ты ему заплатил?

Я изо всех сил пытался отвести его руку от своей груди.

- Ничего.

Но тело Чана было неподвижно, как камень.

- Ты отдался тому кэдди? - тихо пробормотал Чан, и добавил:

- Даже если вы будете вместе, то все равно будешь лежать под ним.

- ...на самом деле нет.

Нет, нет, - повторял я как заведенный. Мне не терпелось отойти от окна, а когда я понял, что за мной наблюдает кто-то еще, я больше не мог этого выносить.

- ...Господин директор, я бы хотел переместиться.

- Почему?

Если бы я сказал господину Чану правду, то смог бы легко от него отделаться, но то, что он сказал ранее, меня беспокоило.

«Хочешь, я покажу этому ублюдку, как господин Со Су Вон раздвигает ноги и трахает свою дырку, сидя на моих коленях?»

Он был засранцем, который действительно выполнит это. Недолго думая, я придумал неубедительное оправдание.

- У окна слишком холодно.

Его глаза слегка расширились от удивления.

- ...Ты серьезно?

Я медленно опустил взгляд. Он был не из тех, кто прекращает свои занятия только потому, что мне холодно. Он затушил догоревшую сигарету до фильтра о белую цементную стену.

Затушив сигарету, Чан вдруг резко отпрянул от меня, и большая тень, отбрасываемая его телом, исчезла. Отвернувшись от меня, он подошел к железному стулу, стоявшему поодаль, и сел.

Я слез с подоконника и подошел к нему. Его взгляд упал на мою обнаженную нижнюю часть тела. Я больше не чувствовал стыда.

Чан потянулся к моему паху, нащупывая рукой волосы на лобке.

- Есть ли здесь кто-нибудь взрослый? - спросил он.

Он погладил кончиками пальцев волосы на моем лобке, как бы ощупывая их текстуру.

- Вот почему ты не мог купить сигареты в круглосуточном магазине.

- .......

- Ты пропах.

Я бесшумно придвинулся ближе и сел к нему на колени. Чан обхватил меня сзади и прижал к себе.

- Ты чувствуешь запах?

Я уставился на него в недоумении, гадая, о чем он спрашивает. В темноте его глаза сверкнули, как у большой кошки.

- Он уткнулся носом в твой член?

- Нет, нет.

- Кто еще трогал тебя здесь?

Его допрос был неумолим. Сколько раз я должен был сказать ему, что это не так? Наконец я выплюнул слова с разочарованием.

- Никто не трогал.

Он прочистил горло, затем схватил меня за бедра и приподнял, прижимая мое тело к своему.

- ...Хмф!

Я застонал, когда его член вошел в мою дырочку, и вздрогнул, как в припадке. Он схватил меня за бедра, чтобы еще глубже войти в меня, и я раздвинул ноги пошире, чтобы дать ему то, что он хотел. Я обнял его за плечи и задвигал бедрами.

- Двигай бедрами.

Я обнял его за плечи и задвигал бедрами вверх-вниз. Толстый член то погружался в мою дырочку, то снова выходил. "Ммм", - хрипло сказал он.

- Хмф, хмф, хмф!

- ...Ух, как тебе это.

- Аааа, аааа!

- Как ты думаешь, моя головка достает до твоего кишечника?

Пенис господина Чана вошел по самый корень. Мое дыхание перехватило в горле. Оно сжалось в шар, а в животе появилось ощущение, что он в любой момент лопнет. Чан медленно зашевелился, пытаясь расширить отверстие, а затем погрузился внутрь.

Я рефлекторно поморщился, когда из меня начала вытекать эякуляция, но господину Чану было наплевать на мое семяизвержение. Он продолжал входить в меня, а когда заметил, что я скрестил ноги, схватил мой член и прижал большой палец к уретре.

- ...Хмф, ты собираешься кончить по своему желанию или нет?

- Мммм, хммм, хммм!

- Ты хочешь кончить, хочешь?

- Хочу, ...да.

- Хочешь, тогда держись.

Повиснув на его плечах, я раскачивался, стимулируемый членом, долбящим меня в одну точку, рот мой был открыт, и из него текли дурацкие слюни.

Закрытая дверь в комнату управления появилась в моем зыбком видении.

Я почувствовал неописуемый холод. Вскоре на свет, проникающий через закрытую дверь, легли тени.

...Бум!

Казалось, кто-то стоит за дверью. Я вздрогнул и вытащил член господина Чана наполовину из своего тела, чтобы убежать.

Господин Чан был очень проницательным и быстро понял, что я отвлекся. Он издал сердитый рык, затем прижал меня к стальному стулу и вошел в меня. Скрип, скрип, скрип, скрип - кресло скрипело под его весом.

- ...Ммф, мф, мф, мф, мф, мф!

Раздался новый звук. Его член мгновенно выскользнул из отверстия, а затем с ужасающей скоростью вошел обратно.

- … Господи, мне кажется, я умру...

Мой член, который до этого стоял прямо и пульсировал, наконец дрогнул и извергся. Струйка спермы стекала на пол.

Дергающееся отверстие то сжималось, то расслаблялось. Почувствовав, как липкие стенки прилипли к его члену, он выругался и сплюнул. Заставляя меня эякулировать, Чан поднимал мои бедра все выше и выше.

Вскоре я почувствовал горячее ощущение в своей дырочке. Я прислонился щекой о спинку стула. В порыве эякуляции Чан излил всю сперму в мою дырочку.

Он схватил член за корень и вытащил его. Отверстие содрогнулось, когда он его вытащил.

Чан вытер сперму о брюки, затем провел ладонью по волосам, приводя в порядок упавшие на лоб пряди. С лязгом он застегнул ремень.

- Директор…, - произнес я, опустив глаза.

- Что?

Слова сорвались с моих губ, когда я протянул ему руку.

- Сигареты...

Вы еще не отдали их мне. Я проглотил последнюю часть. Он недоверчиво выдохнул.

- Ты действительно думаешь, что это все?

- .......

- Я как раз собирался вернуться в свою комнату за очередной порцией.

Чан порылся во внутренних карманах, достал пачку сигарет и зажигалку и бросил их мне. Я поднялся на ноги и сел на стальной стул, его сперма вытекала из меня густыми, толстыми потоками.

В отчаянии я пожевал нижнюю губу, а затем взял сигарету, которую он мне протянул. Я снова уставился на дверь. Тени, отбрасываемой светом, нигде не было видно. Я перевел взгляд на господина Чана.

Глава 22

Мои глаза встретились с глазами господина Чана, который пристально смотрел на меня, пока я курил. После долгой паузы он вдруг опустил верхнюю часть тела и прижал язык к моей щеке.

Проведя языком по щеке, он наконец нашел место, где находилась моя ямочка. Он смотрел на меня змеиными глазами, а его змееподобный язык вылизывал ямочку на щеке.

...Как и то, что он трахал мою дырочку.

Чан был не из тех, кто тратит слова попусту. Он сказал, что сделает еще один раунд, когда вернется в свою комнату, но когда я пришел в его комнату, то он сделал два раунда подряд без остановки.

Он разбушевался, как жеребец в период эструса. Он всю ночь напролет вбивал свой член в мою дырку, и сперма выплескивалась наружу. В его лобной доле, казалось, было всего две команды.

Вставить и кончить.

Изнутри моего пульсирующего отверстия раздался влажный хлюпающий звук. Чан, который до этого с легкостью входил и выходил из него благодаря растянутому отверстию, вдруг схватил его руками и раскрыл в стороны. Из отверстия хлынул поток спермы, намочив простыни.

Его хорошо уложенные волосы были взъерошены, когда он дико вбивался нижней частью тела, несколько прядей упали на лоб. Его глаза, частично скрытые челкой, смотрели на меня в темноте.

- ...Почему ты такой нервный?

Затем мужчина закатил глаза и улыбнулся. В темноте были видны его зубы.

- Тебе захотелось в туалет?

Чан засунул руку в мое отверстие и поскреб внутри. В его прикосновениях не было ничего заботливого. Я застонал, когда его ногти беззаботно заскребли по внутренним стенкам, и меня скрутило от жара.

Сперма, скопившаяся внутри, хлынула наружу, стекая по его пальцам. Чан с удовольствием ухмылялся, глядя, как сперма капает на простыню.

- Дырка должна быть тесной, чтобы лучше чувствовать. Не так ли, Со Су Вон, ха-ха?

- … Ах, черт!

Господин Чан снова вошел в меня. Без смазки спермой мои внутренние стенки приняли его еще плотнее. Должно быть, ему тоже было очень больно, потому что он нахмурил брови.

- ... Ух ты, ух...

- Хмф, хмф!

А затем, не раздумывая, со всей силы вогнал его внутрь.

Он был действительно ужасным человеком. Я лежал на кровати, держа в руках подушку, чтобы можно было легко двигать поясницей. Рука генерального директора Чана внезапно появилась и швырнула куда-то подушку. Я схватил горсть простыней вместо подушки.

- Ммм, уф, черт!

Чан выхватил у меня простыню. Грубое прикосновение мужчины отбросило простыни к изножью кровати.

На пустой кровати мне не на что было опереться. Я подпрыгнул от толчка и непроизвольно схватился за его плечи. Форма мышц от декольте до плеч была пугающей, но прекрасной.

Я уже понял, что мне было не так больно, если я помогал ему поясницей. Я покачал бедрами в ответ. Конечно, это меркло по сравнению с мощными бедрами Чана.

Я впился своими короткими ногтями в его спину, мгновенно осознав, что оргазм находится совсем рядом.

- Хмф!

- ...Ха!

Мы с Чаном одновременно рухнули на кровать. Наши тела тряслись и дрожали. Мой эрегированный член несколько раз дернулся в воздухе, а затем обмяк. На этот раз я даже не эякулировал, возможно, потому, что выплеснул всю порцию спермы.

Разве можно испытать оргазм без эякуляции?

В отличие от меня, сперма господина Чана бурлила в моей дырочке. Он несколько раз коснулся моего вялого члена. Он рассмеялся, почувствовав запах спермы на моем члене, и сжал его в своей руке. Он играл с ним, как с игрушкой, и постепенно его прикосновения замедлялись.

Вскоре я почувствовал его расслабленное дыхание на своем ухе.

Неужели он заснул... - подумал я. По телу побежали мурашки. Даже больше, чем когда он вбивал в меня свой член и издавал приглушенный стон в мое ухо. Я вздрогнул, почувствовав, как его грудь прижалась к моей спине, медленно поднимаясь и опускаясь.

- .......

Тишина окутала наши тела. Невысказанные ощущения, которые я так старался игнорировать, усилились. Молча я поднял глаза.

Кто-то стоял в темноте и смотрел на меня с залитым кровью лицом. Это был мужчина средних лет с хмурым взглядом. С тех пор как случилось "то самое", он периодически появлялся мне, когда я находился в состоянии сильной усталости. Когда я увидел его в первый раз, это испугало меня, но сейчас я совсем оцепенел. Я уже понял, что его больше не существует в этом мире.

Но к тому, что его глаза смотрели на меня с обидой, я никак не мог привыкнуть.

Я слегка отпрянул назад. Господин Чан прижал ладонь к моему лицу. Я попытался отстраниться, но его большая рука обвилась вокруг моей шеи. Это было похоже на хищника, схватившего свою жертву.

Я думал, что уснул, но, похоже, я только что проснулся. Подумав, что на самом деле не было другого зверя, носящего такую человеческую маску, я крепко закрыл глаза, когда его прикосновение сдавило мою шею.

Даже после того, как я закрыл глаза, человек, весь в крови, оставался остаточным изображением и не покидал моего сознания.

***

Дзинь, дзинь, дзинь, - нарушил тишину звонок. Вместо того чтобы стянуть с кровати простыни, я бросил взгляд на душевую кабинку. Изнутри стеклянной стенки все еще доносился шум воды. Единственный человек, который когда-либо звонил мне, мистер Чан, мылся там.

Дзинь, дзинь, дзинь, - снова раздался звонок. Я нерешительно подошел и поднял трубку, думая, что звонящий, возможно, ищет господина Чана, а не меня.

Я осторожно произнес.

- ...Алло?

- Алло.

Другой человек прочистил горло. Резкий звук окончания был каким-то образом знаком моим ушам.

- Возможно Вы не узнаете меня по голосу, я президент Ким.

- ...Здравствуйте.

- Господин Чан на месте? Он не такой, чтобы опоздать на встречу, не сказав ни слова. Все уже здесь.

- ...Да, он здесь.

...господин Чан сейчас моется, - пробормотал я в ответ. Только гений мог знать, что значит находиться в комнате с господином Чаном в такое время. Более того, сказать, что он моется в этой комнате, означало почти открыто заявить, что у нас с ним отношения.

- Он сейчас занят делами. Я передам ему, чтобы позвонил Вам, когда закончит.....

Что мне ему передать? Я как раз собирался спросить.

- Делами?

Человек на другом конце линии засмеялся. В ушах зазвенел неприятный звон.

- Генеральному директору Чану есть чем там заняться?

- .......

Он выплюнул восклицание, как будто что-то понял. В его голосе было что-то неестественное.

- Он что, занят тем, что сосет дырку Су Вона?

Я сжал руку, державшую трубку. В трубке на мгновение воцарилась тишина, а затем послышался звук тяжелого глотания.

Почти одновременно с этим я услышал, как в душевой кабине выключили воду. Вскоре господин Чан открыл дверь и вышел. Одетый в халат, его взгляд остановился на мне, держащего трубку.

- Чей это звонок?

- Это господин Ким, он хотел поговорить с Вами.

Я сказал в трубку: "Я вас соединяю, господин", - и передал трубку Чану. Господин Чан взял трубку, не сводя с меня глаз. Он тихо говорил в трубку.

- ...Мы еще не уехали.

Выражение лица господина Чана стало мрачным. Он провел ладонью по своему красивому лбу и пробормотал.

- Почему я должен вам об этом сообщать?

С этими словами господин Чан, не раздумывая, положил трубку. Он назвал мое имя, и я, как заключенный, встал в стойку.

- Господин Со Су Вон.

- Я слушаю.

Он развязал узел на халате и прошел в гардеробную, расположенную сбоку. Гардеробная, занимавшая одну стену, была заполнена наполовину его одеждой, наполовину моей. Открывая шкаф и доставая изнутри костюм, он сказал:

- Я собираюсь уехать из города на несколько дней.

- ...Хорошо.

- Я не знаю, когда вернусь, возможно, уже сегодня вечером, так что веди себя как можно лучше.

- Да, господин, - ответил я, и он с удовлетворением наблюдал за моим лицом, а затем бросив взгляд на сейф, он спросил.

- Ты им пользуешься?

- ...Да, - я кивнул.

- Хм, - ответил он низким голосом.

Глава 23

Чан исчез на несколько дней. Должно быть, он уехал за город, и никаких следов его пребывания здесь не было. Я все время говорил про себя и надеялся, что он просто придурок, и что у него где-нибудь возникнут проблемы.

Пока его не было, я почти все время смотрел телевизор. Как одержимый, я переходил с канала на канал в поисках новостей, надеясь увидеть хоть что-то, что могло бы привлечь мое внимание.

Когда я, как обычно, перелистывал каналы, раздался неожиданный звонок с ресепшена.

Меня вызывали из номера 420. Я положил трубку и приготовился уходить. Я тихо вздыхал, медленно двигая руками. Почему меня вдруг зовут вот так, когда я так раздражен? Даже когда я был один в своем номере, я не мог спокойно отдохнуть.

Как только я вышел из лифта, с другой стороны открылась дверь, и из нее вышла Ли Хе Вон. В прошлом она была бы рада его видеть, но однажды ей уже пришлось смутиться, поэтому она быстро кивнула, задвинула поднос и направилась в номер 420.

Когда она выходила из коридора, колесики подноса зацепились за стену на повороте. Ли Хе Вон застонала и изо всех сил старалась вытащить колесо, застрявшее в стене. Я молча наблюдал за этой сценой сзади, а затем тут же потянулся к ручке подноса.

- Я подтолкну.

На лице Хе Вон отразилась паника.

- Нет, я сама это сделаю.

- Ничего страшного.

Рука, державшая ручку, сильно дернула, и колесо выехало из стены, а Хе Вон, отступившая назад, отвесила небольшой поклон в знак благодарности.

- Могу я просто взять это и пойти внутрь?

- ...О, да.

Ли Хе Вон была еще новичком, поэтому я не позволил ей войти в номер. Я сказал: "Я отнесу это", - и подтолкнул поднос с бутылками спиртного ко входу в номер 420.

- Обслуживание номеров.

Я постучал в дверь и подождал ответа изнутри. Почувствовав на себе взгляд, я бросил взгляд в сторону коридора. Ли Хе Вон, которая все это время наблюдала за мной, удивленно отпрянула назад.

Дверь открылась изнутри. Я отвернулся от Ли Хе Вон, толкнул поднос и шагнул внутрь. В номере 420 группа мужчин примерно возраста Чана играла в покер за несколькими столами.

- Добрый вечер.

Я оглядел номер в поисках господина Чана. Но его нигде не было видно. Я был немного смущен, но президент Ким сделал вид, что все понял.

- Привет, красавчик.

Я неловко поклонился ему.

- ...Здравствуйте.

Господин Ким предложил мне выпить из бокала, который держал в руке. Я вежливо отказался, чтобы он не обиделся. Он отпил из бокала, его глаза сканировали между моих ног. Поставив стакан на поднос проходящего мимо сотрудника, он пробормотал:

- По крайней мере, ты можешь ходить.

- .......

- Когда я услышал в тот день стоны, я подумал, что генеральный директор Чан вырвал одну из твоих красивых конечностей.

Глаза незнакомого мужчины слегка расширились, и он повторил: "Директор Чан? Генеральный директор Чан?

- До меня дошли слухи, что господин Чан в последнее время спит с мужчинами.

- Это он? - услышал я его вопрос. Оборвав ответ громкой подозрительной усмешкой, президент Ким поднял свой пустой бокал и сказал мне.

- Подойди сюда и налей мне выпить.

- .......

Все взгляды были устремлены на меня. Он схватил меня за запястье, когда я стоял на месте, и сильно дернул. Меня беспомощно потащили к нему. Я не мог сопротивляться его прикосновениям. Я мог бы стряхнуть его со всех сил, но испугался силы его денег.

Он провел рукой по захламленному столу. Стаканы разбились вдребезги. Господин Ким заставил меня сесть на пустой стол.

Не задумываясь, я поднял бутылку и налил алкоголь в его пустой стакан. Его стакан наполнился желтоватой жидкостью. Ким поднял его, запрокинул голову и выпил одним глотком.

- ...Уф.

Он выдохнул отвратительный запах. Ехидно улыбнувшись, проговорил, что вкус алкоголя стал еще лучше, когда ему налил красавчик. На этом он не остановился, просунул руку под белую ткань и нащупал мой пах. Он делал то же самое, что и господин Чан.

Я уставился пустыми глазами в отвратительное лицо господина Кима. Мне захотелось поднять свой бокал длиной с указательный палец и засунуть его ему в глотку.

Гребаный флирт Кима продолжался несколько дней. Он звал меня на свидания каждый день в течение почти недели. Места были разными - от лаунжа до клуба и затененной зоны, но вещи, которые он делал со мной, были практически одинаковыми.

Он ощупывал мои части тела, такие как пах, грудь и предплечья, делал сексуальные намеки в мой адрес и просил меня делать неразумные вещи. Например, петь, танцевать, улыбаться, сидеть, расставив ноги.

Я сидел как статуя, прикусив нижнюю губу, а зал грохотал от смеха.

Вчера Ким вызвал меня в зону отдыха под названием "Дом в тени". Я провел ночь в обычном ресторане, много пил и плохо себя вел. На глазах у двадцати с лишним пар глаз Ким стягивал с себя штаны, засовывал бутылку виски себе в пах, как член, и тряс бутылкой, словно мочился.

Струйка ликера, вытекающая через горлышко бутылки, покачивалась и извивалась, обливая мое лицо и тело. Ахахахахахаха, вокруг меня раздавался сумасшедший смех. Некоторые катались по полу, держась за животы от смеха, другие хлопали руками по столу, и все они были грязными.

- .......

От меня исходил запах алкоголя, словно кто-то только что пропитал им все мое тело. Алкоголь свисал с моих ресниц, и капал на пол. Я ковырял и царапал своими короткими ногтями лужицу алкогольных капель.

Я покрутил языком во рту. ...Чертов ублюдок. Воистину, он был придурком. Но этот ублюдок отличался от господина Чана.

Если Чан вызывал у меня чувство гнева и разочарования, то Ким заставлял меня испытывать физиологическое отвращение. Он заставлял меня чувствовать себя так, будто я по горло в ведре с дерьмом. Глядя в его маслянистые глаза, я чувствовал тошноту.

Как только я вернулся в отель, я в бешенстве вымылся, чтобы избавиться от следов отвратительного жирного тела Кима, словно от чумы.

Это был долгий, долгий день. Только когда я почувствовал, что могу перевести дух, то откуда-то появилась окровавленная фигура и молча наблюдала за мной в темноте. Два налитых кровью глаза повернулись ко мне. Я присел на корточки, прислонившись спиной к изголовью кровати, и тихо наблюдал за ним, затем спрятал лицо в руках.

Я дремал в неудобной позе, пока тьма не нахлынула на меня ленивой волной, опрокинув на простыни.

Глава 24

В середине дня снова зазвонил чертов телефон. Пока я дремал, меня разбудил звон в ушах, и я затряс головой, как человек, страдающий неврозом. Я потряс головой, чтобы удалить нечистоты, и пришел в себя только после того, как звонок прекратился.

Я сполз с кровати на четвереньках и вцепился в тумбочку. Я прижался к молчащему телефону, гадая, что будет, если он не позвонит снова. К моему облегчению и ужасу, телефон зазвонил снова. Я быстро поднял трубку и поднес ее к уху.

- ...Алло?

В трубке раздался голос.

- Хорошо ли спалось?

...Ебать. Насмешливый голос принадлежал президенту Киму. Когда я не ответил, мужчина засмеялся и перешел к делу.

- ...Эй, это номер 420, заходи и оживи обстановку. Здесь просто куча парней с членами, и это довольно скучно и уныло.

Слова "Ах ты, сукин сын" прозвучали на моих губах, когда я услышал его вкрадчивый, самодовольный голос. Я даже приоткрыл губы, чтобы выплюнуть это ругательство, которое скопилось у меня в горле, как комок мокроты.

- ...Ты!

Затем слова генерального директора Чана, призывающего меня быть осторожным в своих действиях, эхом прозвучали в моей голове. Я прислонился верхней частью тела к тумбочке и схватился за голову. Затем я осуществил контроль над разумом. Президент Ким - клиент генерального директора Чана. Президент Ким - клиент генерального директора Чана.

Не мое дело, является ли господин Ким клиентом господина Чана или нет, но господин Чан - человек, который, даже не знаю, что со мной сделает. Если он узнает, что я оскорбил его клиента своим сарказмом, он может наказать меня.

Я тихонько вздохнул и сказал в трубку.

- ...Я сейчас буду.

Я повесил трубку. Даже принимая душ и переодеваясь в новую форму, я повторял про себя.

Президент Ким - клиент генерального директора Чана, президент Ким - клиент генерального директора Чана.

Он сжимал и разжимал кулак, не решаясь постучать, и тут дверь распахнулась. За широко распахнутой дверью стоял Ли Джин Сок, его гладкое лицо улыбалось, а низкий голос проговорил.

- Простите, господин Су Вон. Он сказал, чтобы я немедленно привел Вас.

Он легонько обхватил мое плечо ладонью и втащил в номер. Номер оказался нагромождением людей и бутылок с алкоголем. Ким, сидящий на стуле в центре и пыхтящий изо всех сил, махнул мне рукой.

- Эй, ты здесь, проходи и садись.

Джин Сок легонько подтолкнул меня в спину. Я делаю шаг вперед, а Ким хватает меня за запястье и тянет к себе. Он усаживает меня на ручку широкого кресла, как будто он выставляет свои трофеи в стеклянной витрине или что-то в этом роде.

- Давай посмотрим. У меня нет для тебя бокала, красавчик.

Отыскав стакан, он поднял его с заваленного мусором стола. Это была отвратительная смесь неопознанных жидкостей, и Ким, закинув голову, выпил ее одним глотком. Он звякнул стаканом, и протянул мне.

- Вот, выпей.

- ...Нет, спасибо.

Сколько раз я уже говорил ему, что пить и курить во время обслуживания запрещено, но память у него была не очень хорошая. Я молча пробормотал грязное слово, которое использовал господин Чан: "тугой".

Пока он пил, он ощупывал все мое тело. Сначала он лапал исподтишка, делая вид, что ощупывает карман на левой груди моей униформы, но теперь он обхватил рукой мою грудь и сжал ее. Я прикусил плоть на внутренней стороне щеки.

Мужчины в номере носили на запястьях вычурно дорогие часы и, перебрасываясь шутками, время от времени сверкали дорогими фирменными ремнями.

Обычно Ким произносил какую-нибудь нелепую фразу, а остальные отвечали ему репликой или смеялись. Несмотря на то что они находились в одном помещении, казалось, что в этом номере существует невидимая иерархия.

И я, конечно же, оказался в самом низу. Ким грохнул по мне своим бокалом.

- Мой бокал пуст.

Я поднял бутылку и налил немного в его стакан. Выпив, он начал копаться в бумажнике, вытащил пачку купюр и сунул их в карман на моем нагруднике. Острые края купюр резанули по груди.

- Чаевые моему красавчику.

Даже после того, как купюра была засунута внутрь, его прикосновение не желало покидать мою грудь и забиралось в карман. Кончики его пальцев, болезненно ощупывали мои ареолы. Когда мои соски набухли от физиологической реакции, господин Ким улыбнулся мне - тонкой, неестественной улыбкой. Сегодня это было странно чрезмерное прикосновение. Когда мне стало не по себе, один из парней сказал что-то лестное.

- Эй, у Кима классный находчивый план! Может, сегодня вечером поработаем по-настоящему?

Ким обхватил меня за плечи и пожал плечами.

- Какой смысл лезть к парню в задницу, чувак? Это грязно, а мысль о том, чтобы засунуть свой член в тот же проход, в который входил и выходил член директора Чана, заставляет меня содрогнуться, чувак.

Они снова разразились хохотом, что тут смешного? Я сидел перед ними, опустошенный, как необитаемый остров. Я уставился на край стола, погрузившись в мрачные размышления.

Что я здесь делаю, я всего лишь кэдди, меня не брали в помощники по обслуживанию? Говорил ли господин Чан, что я проститутка, или следы, оставленные им, написаны на моем лице, как алые буквы?

В области солнечного сплетения внезапно появилось ощущение покалывания, как будто меня порезали ножом. В углу купюры, казалось, была красная царапина.

Ким рассмеялся, когда стол перевернулся, и он просунул руку между моих бедер. Испугавшись, я неосознанно отмахнулся от его руки тыльной стороной ладони, когда она двинулась к моему паху.

Шлеп! Звук эхом разнесся по комнате. В одно мгновение в номере воцарилась тишина, как будто на него вылили ушат холодной воды. Тыльная сторона руки господина Кима покраснела от моего удара.

- Сволочь!

Оскорбленный и разъяренный, Ким вскочил на ноги и вскинул руки вверх. Он выглядел как человек, готовый разразиться бранью, если цифры окажутся неверными. Я беспомощно зажмурил глаза перед лицом насилия, и тут удар с треском обрушился на мою щеку.

Внутренняя часть моей щеки, покалывала. Несмотря на то, что он бил изо всех сил, его удар был немного слабее, чем легкий удар генерального директора Чана. Президент Ким тяжело дышал и схватил меня за воротник. Дышать было немного трудно, потому что воротник поднялся до уровня носа.

- Мне стало жаль тебя, и я постарался сделать тебя немного красивее.

Ли Джин Сок обхватил его за талию, пытаясь разрядить обстановку.

- Господин Ким, просто Су Вон еще не знает, что делает.

Ким потребовал объяснить, к кому он прикасается, и ударил Ли Джин Сока по щеке. Получив такую пощечину, что его голова откинулась назад, Джин Сок даже не поднял бровь и сказал, что ему очень жаль и что он найдет другого сотрудника.

Джин Сок улыбнулся и пригласил меня выпить, что совершенно не свойственно для данной ситуации.

- Господин Су Вон, не могли бы Вы сходить и принести нам еще немного алкоголя?

Я стоял на месте с горящими щеками и кусал нижнюю губу, даже не шевелясь. В любом случае, это я устроил всю эту суматоху, и мне не хотелось уходить отсюда, как будто я сбегал.

Джин Сок переставляет ноги и подходит ко мне ближе, шепча на ухо.

- Давай, не создавай больше проблем.

Его голос был очень холодным, когда он говорил это. Отойдя от меня, он снова прижался к боку Кима, улыбаясь в своей обычной оживленной манере. Мне стало интересно, тот ли это человек, который только что шепнул мне.

Я лениво прихватил бутылку из винного погреба и направился обратно к 420-му. Шатаясь, я стоял перед номером.

Дверь была слегка приоткрыта. Перед ней стоял гид, и доступ был строго ограничен. Даже в номере было жутко тихо, в отличие от суеты предыдущего дня. Я открыл дверь и осторожно шагнул внутрь.

Я сделал один медленный шаг, затем другой. До меня доносились необъяснимые хлюпающие звуки.

Людей, заполнявших комнату, нигде не было видно, и только Ким стоял в центре номера спиной ко мне. Его брюки и нижнее белье свисали вниз в районе таза, обнажая отвратительные тазобедренные кости.

Почувствовав мое присутствие, господин Ким протянул мне руку. Я подошел к нему и протянул руку, державшую бутылку.

Странные звуки повторялись. Теперь я увидел, что кто-то стоит перед ним на коленях.

Голый Ли Джин Сок прижимался к нему и сосал его сморщенную мошонку. Он сосал с такой силой, что Ким бился в конвульсиях, как помочившаяся собака.

- Хмф.

Выплюнув стон отвращения, Ким одним движением стянул трусы, закрывающие его таз. Когда Ли Джин Сок уткнулся лицом в ковер и поднял зад, на свет показалась его дырочка.

Президент Ким несколько раз провел рукой по своему члену, который изгибался, как кран, а затем вонзил свой член в отверстие Джин Сока.

Тошнота подкралась к моему пищеводу. Я зажал рот рукой, выбежал из комнаты, прижался к стене и меня вырвало. Я почти ничего не ел, поэтому сползал по стене, прижимаясь к ней головой и заглатывая желудочные соки.

Я стоял, не в силах сдвинуться, и слушал все это.

Я простоял так, прижавшись лицом к стене, казалось, целую вечность, паникуя, а потом побежал по коридору. Мои ноги продолжали отказывать. Я бежал по коридору, волоча за собой ноги, которые пытались удержать меня на месте.

Я бежал неистово, не оглядываясь, чтобы посмотреть, гонится ли за мной президент Ким со спущенными штанами. Я тяжело дышал и задыхался. Мое сердцебиение продолжало отклоняться от нормального ритма и становилось сильнее.

Единственное место, куда я добрался после побега, — это отель. Место, куда генеральный директор Чан может открыть дверь и войти в любое время.

Глава 25

На следующий день он зазвонил снова. Я уставился в потолок, как глухой, а потом уткнулся лицом в простыни.

На этот раз я действительно не хотел никуда выходить. Мало того, что мне пришлось иметь дело с этим тупым, дерьмовым генеральным директором Чаном, так неужели мне придется сделать это с кем-то еще..... Я подумал, что было бы лучше окунуть нос в посуду с водой и утонуть.

Я повернулся наполовину и посмотрел на потолок. Почувствовав покалывание в груди, я медленно поднял руку и потянулся в карман. Купюры, которые Ким засунул туда вчера, все еще были там. Я бросил их на простыни.

Господин Ким ясно сказал, что не получает удовольствия от мужского полового акта. Услышав его слова, я подсознательно немного ослабил бдительность. Сколько бы он ни щупал мои ноги и грудь, деньги, которые я держал в руке, продолжали заставлять меня идти на компромисс.

- .......

Да, подумал я про себя, по крайней мере, этот парень не занимается тем же самым, что и Чан, так что, может быть, это и к лучшему.

Оглядываясь назад, можно сказать, что это была очень самодовольная и глупая мысль. Он такой же ублюдок, как и господин Чан, оба - ублюдки, оба - извращенцы, которые знают, как засовывать свои члены в чужие задницы.

И вот уже неделю господин Чан не показывается на глаза. Я подумал, не сбылось ли мое желание. Может, сбылось то, на что я надеялся?

...Но теперь я должен достать деньги. Я сжал руку, и купюры на ладони зашуршали и захрустели.

Звук звонка, который на некоторое время прервался, снова начал звучать. Я убрал простыню и медленно встал. Я опустил ногу на пол, но не смог сделать и шагу, снова сел на кровать, сдавшись.

Да, они оба одинаковые ублюдки. Давать генеральному директору Чану, или этому ублюдку? В чем разница? Кроме того, я не могу перестать думать о лице Ли Джин Сока под президентом Кимом. Если бы не я, ему бы не пришлось страдать от этого дерьма. Я не хотел причинять ему еще больший вред.

Я как призрак поднялся со своего места и подошел к тумбочке. Сняв трубку громко звонившего телефона, я ответил, сказав, что сейчас буду. Я снял форму, в которой проходил всю ночь, и переоделся в свою обычную одежду.

Когда я шел по коридору к номеру 420, с другой стороны шли мужчины, которые тусовались с Кимом. Я прижался спиной к стене и опустил голову. Я подождал немного, чтобы дать им возможность пройти по коридору первыми.

Один из мужчин прижал тыльную сторону ладони к своей распухшей щеке.

- Мне не нравится, что делает этот ублюдок. Бросить мне в лицо выпивку ради маленькой шутки?

Он говорил сдавленным голосом, как будто был раздражен, а потом сплюнул. Слюна с примесью крови разлетелась по коридору.

- Ты заработал деньги и решил разбушеваться? Веди себя прилично, мы получаем бесплатную выпивку и бесплатную игру в гольф.

- Говорят, что когда нет тигра, королем становится лиса, и именно это здесь и произошло. Ты трусишь перед господином Чаном, ублюдок?

Двое мужчин прошли мимо меня, как будто я был невидимкой. Оба они были теми, кто польстил господину Киму. Я замер, прислушиваясь к отдаленному стуку каблуков, повернулся и подошел к номеру.

Я постучал, подождал, и вскоре дверь открылась. Я узнал лицо человека, открывшего дверь, - того, кто не должен был здесь находиться. Понизив голос до минимума, я спросил.

- ...Ли Хе Вон.

Это была Ли Хе Вон.

- Почему ты здесь?

Удивившись моему застывшему лицу, Ли Хе Вон прошептала таким же низким голосом.

- Джин Сок оппа попросил меня подменить его.

...Джин Сок попросил его подменить? Я видел перед собой лицо Джин Сока, который сидел перед господином Кимом и всасывал в рот его мошонку. Я крепко зажмурил глаза. Я до сих пор не мог придти в себя.

- Что ты там делаешь и почему не заходишь?

Из глубины номера послышались крики. Я поспешно шагнул внутрь. Здесь царил беспорядок. Повсюду валялись бутылки с алкоголем, а пол был усеян осколками стекла. Хе Вон, вошедшая следом за мной, опустилась на колени и трясущимися руками собирала осколки.

- Иди сюда и выпей со мной.

Я подошел и принял напиток. Ким усадил меня на ручку одного из кресел и потянул Ли Хе Вон за запястье.

- Ты тоже иди сюда.

Когда запястье Хе Вон внезапно дернули, на ее лице промелькнуло смущение, но оно быстро исчезло.

- Все в порядке, нам запрещено пить во время работы.

Ли Хе Вон слабо улыбнулась и отказалась. Уголок ее рта, который она поджимала, слегка дрогнул. "Пить во время работы запрещено", - гласили инструкции для кэдди, и именно это она должна была говорить, когда клиенты обращались к ней с грубыми просьбами.

Президент Ким схватил ее за запястье и дернул. Пока ее удерживали за запястье, она смотрела по сторонам, оценивая реакцию сотрудников. Сотрудники, которые уже сидели, один за другим избегали ее взгляда.

Хе Вон ударилась бедром о стол, когда ее тащили, ее лицо, которое без макияжа выглядело бы гораздо моложе, исказилось от боли и стыда. Я глотнул и осушил бокал, который держал в руке.

Алкоголь обжег мой пищевод, пройдя по прямой линии внутри моего тела. Я вытер угол рта тыльной стороной ладони и тихо позвал господина Кима.

- Президент.

Президент Ким, который тянул руку к сотруднику, повернулся в мою сторону. Я протянул ему свой пустой стакан.

- Пожалуйста, налейте мне еще выпить.

Его глаза сузились, и я подумал, не разгадал ли он мои намерения, но он тяжело сглотнул. Выглядя слегка удивленным, его глаза расширились, и он схватил меня за талию.

- Ты говорил нет, нет, нет, а теперь показываешь свое истинное лицо?

Он счастливо улыбнулся, а затем с блеском в глазах налил напиток в мой бокал. Я прижался губами к бокалу, поднял голову и жестом указал на дверь застывшей на месте Хе Вон. Постояв на месте, она несколько раз оглянулась на меня, прежде чем покинуть номер.

Я продолжал пить, стараясь соответствовать настроению Кима. Я пил столько, сколько мог, пока алкоголь в моем желудке не стал словно танцевать с моими внутренними органами. Изредка вырывавшиеся из наших уст фразы путались, языки заплетались. Мое зрение становилось все более нечетким, и вскоре перед моими глазами закружился огромный водоворот.

****

Внезапно я почувствовал стеснение в желудке. Пьяный и с головной болью, я замахал руками и ногами, с трудом удерживая глаза открытыми, но безрезультатно. Мне казалось, что на меня навалилось что-то очень тяжелое.

У меня было ощущение, что по моему телу ползают жуки. Было ощущение, что кто-то находится на мне. Господин Чан, подумал я про себя. Дальнейшее беспокойство только истощит мою энергию, поэтому я расслабил нижнюю часть тела и лег, как мертвец.

И тут я почувствовал сильный удар в грудь. Я открыл глаза от боли.

- ...Ах!

Первое, с чем я столкнулся, была темнота, а затем слабое свечение в темноте. Я прищурился, чтобы настроить зрение. Голова закружилась, как будто меня ударили электрошокером, и я увидел несколько тел.

- ...Кто Вы, кто Вы?

Затем мое тело сжалось от напряжения. Это был не генеральный директор Чан. Хотя он был довольно крупным, его тело было меньше, чем у Чана. Кто-то неизвестный кричал на меня с невнятным произношением и от него несло алкоголем.

- Ты так яростно сопротивляешься.

...Надо мной был не господин Чан, а президент Ким. Мои мысли забегали. Я попытался приподнять верхнюю часть тела, но Ким слишком легко прижал мои запястья к кровати.

Кончиками пальцев я нащупал тумбочку. Я взял лампу и ударил его по голове. Он вскрикнул и схватился за голову.

- ...Ты ублюдок!

Я думал все будет в порядке, но нет… Если бы не эта гребаная ситуация, если бы меня не поймал такой ублюдок, как генеральный директор Чан, если бы этот сотрудник ублюдок не украл мои деньги, если бы я не сделал то, что заставило меня сбежать из дома, где я жил.

Слезы навернулись мне на глаза, но даже если я сожалел, было уже слишком поздно. Аааааа, - неистово закричал я. Нет, ублюдок, нет! Я не проститутка!

Президент Ким закрыл мое кричащее лицо подушкой.

- ...Уф, уф!

Его руки нащупали мои бедра, и в одно мгновение с меня сорвали нижнее белье. Пальцы толще, чем у Чана, но короче по длине, пролезли в отверстие. От прикосновений, к которым у меня не было иммунитета, по всему телу появлялись мурашки. Я сопротивлялся, как сумасшедший.

- ...Уф, хмф, аххх!

В висках пульсировала кровь. Я старался изо всех сил размахивать руками и ногами, но я был слишком далеко позади. Как бы я ни старался, я не мог ничего сделать, пока был зажат под ним.

Он обхватил мои внутренние стороны бедер и зашипел.

- Я думал, что это будет нежным и сочным, но твоя кожа прилипает к рукам. У господина Чана хороший вкус.

- ...Уф, хммм!

- Тогда ты так сильно старался умереть, не так ли?

Говоря это, президент Ким имел в виду ту ночь, когда мы с генеральным директором Чаном выясняли отношения в комнате управления. Я был прав: он тайно подслушивал за нами из-за двери.

В порыве ярости я вытянул руку так далеко, как только мог, чтобы задушить его. Но этого было недостаточно. Кончики моих пальцев болтались в воздухе, не в силах дотянуться до него, пока рука господина Кима не потянула меня обратно на простыни. Он связал мои руки вместе и прижал их, а другой рукой схватил мою талию.

В темноте послышался металлический лязг, он скривился, а затем быстро стянул брюки, и его член, странно изогнутый на кончике, вывалился наружу.

- Думаю, генеральный директор Чан хорошо поработал над этим.

- …Ах, ну, генеральный директор...

В качестве последнего средства я обратился к генеральному директору Чану, которого там не было. В этот момент глаза президента Кима приобрели странный цвет.

- Ты наглый маленький ублюдок!

- ...Ах, хмф!

- Мой член гораздо лучше в плане техники, чем у того, которому нет дела до всего на свете, тупой маленький ублюдок.

Я бьюсь как сумасшедший. Мой кулак врезался в лицо этого шутника. Раздался хлопок, и моя щека дернулась в другую сторону. Мои глаза вспыхнули от жгучего удара, как от удара молнии.

- Какого хрена, ты улыбался и пил у меня на коленях, а теперь ведешь себя так, а?

Ким издал громкий рвотный звук и снова натянул одеяло на мою верхнюю часть тела. Я быстро обшарил глазами темноту. На тумбочке, в пределах досягаемости, тускло светилась лампа. Я протянул к ней свою руку. До нее было не дотянуться, поэтому я стиснул зубы и снова напряг кончики пальцев. Я быстро подхватил лампу и обрушил ее на голову Кима.

- Ах!

Сверху послышался звук ломающейся кости. Ким схватился за голову, и его грузное тело рухнуло на край кровати. Я отпрыгнул в сторону. Мои ноги подкосились, и я чуть не упал, но мне удалось подняться и открыть дверь номера. Даже краткий миг открытия дверного замка показался мне вечностью.

Тиририк.

Дверь наконец-то была отперта. Как только я повернул ручку и толкнул дверь, в глаза ворвался свет из коридора, а за ним и человек, стоящий снаружи. ...Это был генеральный директор Чан!

Глава 26

- Ах, генеральный директор…!

Мои глаза расширились, и я протянул руку, но сзади появилась рука и схватила меня за волосы.

- Ты сукин сын...!

Злость поднялась до предела, Ким схватил меня за волосы и со всей силы врезал кулаком по лицу. Открывшаяся дверь снова захлопнулась, и меня потащили обратно на кровать.

- Ты, гребаная шлюха, говоришь, что будешь вежлив с генеральным директором Чаном, а сам собираешься его поиметь?

Бицепсы господина Кима вздулись и надавили на мое лицо. Его толстая ладонь, похожая на медвежью лапу, сдавила мне нос и рот, затрудняя дыхание. Его короткие ногти впились в мое лицо, царапая его от давления.

Он легко придавил верхнюю часть моего тела, надавив на колено, и выпрямил его. Я почувствовал что-то твердое и толстое между бедер. Очевидно, это был его член, более горячий, чем все остальное его тело.

- ...Нет, пожалуйста, нет! - всхлипывая, я взывал к господину Чану, словно хватаясь за последнюю соломинку.

- Хмф, генеральный директор..., генеральный директор.…!

...Пошел ты, пошел ты, пошел ты! Палец Кима нащупал вход в мою дырочку, а затем устроился между моих ног. Я сопротивлялся, а он то входил, то выходил.

- Ты заставляешь меня хотеть большего.

Пока я отчаянно сопротивлялся из последних сил, Ким щелкнул языком и прижал ладони к моим бедрам. Он ухмыльнулся и засунул свой набухший член мне под ягодицы.

- .......

Мои руки с глухим звуком упали на простыни. Я зажмурил глаза, и слезы, которые висели в уголках моих глаз, упали на простыни. Все, что я мог сделать, - это смириться. Все, о чем я мог думать, - это почему я не умер раньше.

Я стиснул зубы и приготовился к предстоящей боли.

Вдруг я услышал звук чего-то твердого, разбившегося над моим лицом. Испугавшись звука, я быстро открыл глаза.

Огромное тело президента Кима падало на меня, как бревно, у которого отрезали основание. Бам, его массивное тело рухнуло на меня. За телом Кима я увидел лицо Чана с бутылкой в руке.

Я собрал все оставшиеся силы и оттолкнул тело Кима ладонями. Его толстое тело перевернулось и приземлилось на край матраса. Господин Ким издал гортанный стон. Кровь начала медленно вытекать из его головы.

- .......

Лунный свет, проникающий через окно, отбрасывал глубокие тени на лицо Чана. Его рука метнула карточку-ключ от номера в лицо Кима. В своем бешенстве он, казалось, не слышал, как открылась дверь.

Господин Чан потянулся к столу. Стол выглядел так, будто его снесло гигантской приливной волной, он был завален закусками, бутылками со спиртным и картами.

Оставшись в номере, он обхватил рукой горлышко бутылки виски, стоявшей на столе, и поднял ее. Со щелчком открутив пробку, он бросил ее на пол, прижался губами к горлышку и выпил жидкость.

Глоток за глотком, и адамово яблоко в центре его толстой шеи подпрыгивало с каждым глотком. Лицо генерального директора Чана, становилось все более размытым, и вскоре по моим щекам потекли слезы.

- ...Ах, генеральный директор…, - сказал я прерывающимся голосом.

Я бросил умоляющий взгляд на господина Чана. Сквозь затуманенное зрение на меня смотрело его холодное лицо. Я споткнулся, приложил все свои силы, чтобы удержать равновесие, и мне удалось приблизиться к генеральному директору Чану. Моё тело неудержимо дрожало. Каждый раз, когда я слышал стоны президента Кима позади себя, мое тело тряслось. Мое сердце колотилось так, будто вот-вот разорвется.

Наконец, я подошел к господину Чану.

- ...Хмф, черт.

Осколки стекла, беспорядочно разбросанные по полу, задели мое колено. Кровь текла из моего колена по кругу, и, по иронии судьбы, я почувствовал облегчение. Слезы продолжали падать, капая на горячую кровь.

- ...Хмф, хмф.

Заметив мое колено, Чан щелкнул языком и взял со стола яблоко. Он схватил нож и принялся с остервенением чистить яблоко. Кожица свернулась спиралью.

...Сумасшедший ублюдок. Как будто сейчас хороший повод нарезать яблоко и съесть его в качестве закуски.

- Господин Чан.

Чан быстро содрал с яблока всю кожуру. Он пробормотал про себя что-то вроде: "Вкусно", - а затем небрежно бросил яблоко на пол. Яблоко с нетронутой сердцевиной покатилось в сторону.

Чан опустил верхнюю часть тела, все еще сжимая в руке нож.

- Почему ты плачешь?

...Почему ты плачешь? Мужчина спросил так, словно не мог понять, что только что произошло, хотя наблюдал за всем этим, не моргнув и глазом.

- Это все равно не имеет значения.

- .......

- Су Вон, разве ты не просто получаешь деньги в обмен на свое тело?

- ...Нет, нет, нет.

Он приподнял губы и ухмыльнулся. Сухая улыбка на мгновение задержалась в уголках его рта, а затем быстро исчезла.

- Каждый раз, когда я прошу тебя не делать чего-то, ты это делаешь.

- .......

- Ты тянешь это в свою дырку, трясешь им, и тебе это нравится.

Господин Чан схватил меня за волосы и откинул мою голову назад. Я был вынужден поднять лицо и смотреть ему в глаза. Боль была такая, будто с меня сдирают кожу. Господин Чан замолчал, не делая ни единого вдоха. Очень тихо и угрюмо он произнес.

- Я же просил тебя, вести себя прилично.

- .......

- Ты больше не мог терпеть и начал искать мужчину? - сказал он своим бесчувственным голосом.

- Кто-то попросил меня налить выпить.

Кончик точеного подбородка господина Чана указал на господина Кима.

- ...Этот ублюдок?

Я проследил за ним взглядом и молча уставился на Кима, затем опустил взгляд. Моя кожа головы пульсировала, когда он дергал за волосы. Зубы господина Чана издали скрежещущий звук.

- Ты не собираешься мне отвечать? - спросил угрюмо господин Чан.

Он потянулся под руку господина Кима, пошарил в кармане и достал пачку сигарет. Он сунул сигарету в рот и провел рукой по своим волосам.

- Я спрашиваю, кто велел тебе наливать выпивку, как бармену?

- ...Ох, этот ублюдок.

- Хм, этот ублюдок?

Тихо чертыхаясь, господин Чан отпихнул меня в другой конец комнаты. Я потерял ориентацию и упал, покатившись по полу. Господин Чан взял нож, которым чистил яблоко и подошел к кровати, на которой лежал господин Ким.

Я уставился на его спину. ...Что, черт возьми, он пытается сейчас сделать?

Острый кончик ножа Чана был направлен на распростертое тело Кима. Чан опустил нож и медленно провел им по бедру Кима. Острие ножа устрашающе сверкнуло одновременно с кольцом на пальце Чана.

Голос Чана прорезал тишину.

- Господин Су Вон.

- Да.

- ...Как бы не были хороши деньги, разве может человек быть таким неверным?

Мои веки дрогнули. Кончик ножа все еще лениво блуждал по телу господина Кима. Генеральный директор Чан осматривал бессознательное тело глазами, как будто искал подходящее место.

- Знаешь, почему этот ублюдок прикоснулся к Су Вону?

- ...Я не знаю.

- Думаю, в последнее время он неплохо зарабатывает и тайно точит топор за моей спиной, топор, чтобы отрубить мне ноги.

Чан прижал рукоятку ножа к артерии Кима. Я уставился на него, белый как полотно. За очень короткий промежуток времени я несколько раз задал себе вопрос.

Я вспомнил тот день, когда ползал на четвереньках, чтобы подняться на ноги. День, когда он вытолкнул человека в окно, не меняя выражения лица. Особой причины для его возмутительного поведения не было. ...только раздражение. Посидев и посмотрев на него, я уперся ладонями в пол и пополз к нему на четвереньках, как собака.

- Генеральный директор...

- Почему ты продолжаешь меня звать?

- ...это была моя вина.

Кровь струйками стекала с моих коленей, в которые попали осколки стекла. Я, спотыкаясь, направился к нему, истекая кровью, как улитка, прокладывающая себе путь в слизи. Я остановился перед ним и обхватил руками его бедра.

- ...Не надо, - сказал я тихим голосом.

Его острый взгляд лениво окинул тело господина Кима, а затем переключился на меня.

- Почему? Со Су Вон ведь тоже хотел смерти этого ублюдка?

Я также подумал, что было бы неплохо, если бы и генеральный директор Чан умер. Каждый раз мне хотелось, чтобы он умер. Чтобы попал под машину, погиб под оползнем во время вождения автомобиля или случайно упал в канализацию. Точно так же я хотел бы, чтобы и президент Ким тоже умер. Но не таким образом.

Я потянулся к его бедру, обтянутому черными брюками. Дрожащими руками я обхватил его сильные, толстые бедра и уткнулся в них лицом.

- Ох, генеральный директор, нет.

Господин Чан смотрел на меня сверху вниз, его лицо было лишено выражения. Лицо, по которому невозможно было прочесть намерения. От прямого взгляда на него у меня по позвоночнику побежали мурашки, и я зажмурился.

Подняв на него глаза, я неуклюжим жестом расстегнул ремень господина Чана. Судорожными пальцами я снова и снова пытался расстегнуть крючки на поясе. Господин Чан смотрел на мои отчаянные попытки и тихо засмеялся.

Глубокая улыбка расплылась по его лицу.

- Я не хочу, чтобы Вы это делали, не делайте этого.

- .......

- Почему ты тянешься к моему члену?

Он провел рукой по моей щеке. Это было холодное, дерзкое прикосновение, но я зарылся в него щекой, как будто это была верёвка, ниспосланная с неба. Чан притянул мое лицо к своему. Его жутко низкий голос пронзил мои уши.

- В конце концов, ты просто притворялся, не так ли? Ты не хотел выглядеть как шлюха?

- ...Да, да.

- Ты шлюха, которой нужен только мой член, верно?

- ...Да, именно так.

Он кивнул, его глаза были опустошены.

В это время сильно набухший член Чана прижался к скулам и в кончик носа ударил знакомый запах, который мог исходить только от него. Знакомый. Это было ощущение, которое проникло в глубины моей кожи еще до того, как я его заметил.

…Это было настоящее отчаяние.

Внезапно тяжелое тело президента Кима вскочило с матраса. Я уставился на кровать испуганными глазами. Он застонал, начал бороться и, наконец, перевернулся. Матрас сильно покачнулся, как цунами, от удара обрушившегося огромного тела.

Ким схватился за голову и издал странный стон.

Я был поражен, и рука, обхватившая бедро господина Чана, напряглась. Ким тяжело дышал, судорожно извиваясь, а затем с грохотом рухнул на пол.

В номере стоял запах крови. Эпицентр находился не на моих коленях, а на кровати, где из головы Кима сочилось огромное количество крови, пропитывая простыни.

Он скорчился, его голова была вся в крови. Я вздрогнул от видения, которое пронеслось у меня в голове. Я схватил господина Чана за плечо и тихим голосом сказал.

- ...Думаю, нам стоит отвезти его в больницу.

Господин Чан рассмеялся.

- Ты сумасшедший?

- ...Он умрет.

Я на мгновение сжал губы, не давая словам сорваться с губ, а затем продолжил.

- Может уже умер.

Умер. Я замер, мое тело содрогнулось при этом слове. По позвоночнику пробежал холодок, и я обхватил себя руками. Холодный голос мужчины упал мне на затылок.

- Он просто потерял сознание.

Я медленно повернул голову и столкнулся с тенью на лице генерального директора Чана. Его совершенно не беспокоил вид окровавленного человека перед ним. Казалось, ему было все равно, умрет президент Ким или нет.

Я вдруг испугался его. Я даже немного отступил от него. Разумеется, господин Чан не стал препятствовать этому и снова притянул меня к себе за запястье.

Я не мог поверить, что убежал от директора Кима, который пытался меня изнасиловать, только чтобы оказаться под защитой подозрительного господина Чана. Прошло почти два месяца с тех пор, как мы были вместе, а я все еще ничего не знала о нем. Я понятия не имел, кто он такой. Конечно, я уже догадался, что он опаснее, чем господин Ким.

- .......

Сейчас я думаю о том, что репертуар был похож на тот день, когда я впервые приполз к нему, только обстоятельства были другими. В тот день господин Чан легко поймал меня в углу. Он просто ждал подходящего момента, затаив дыхание, как паук, а я попался в его паутину, как добыча, гонимая ветром.

Внезапно я почувствовал неприятный озноб. На тыльной стороне ладоней появились мурашки и я поскреб их короткими ногтями.

Генеральный директор Чан обхватил мою щеку своими длинными пальцами, похожими на паучьи лапки, и потер мое лицо о нижнюю часть тела. Я прекратил свои действия и позволил своему лицу упасть в его руки. Рука, царапавшая тыльную сторону ладони, упала на пол.

Горячий пах мужчины согрел мои щеки, холодные от слез.

- Ты будешь плакать?

Острые уголки глаз генерального директора Чана, сузились. Кажется, ему очень понравилось, мое забавное лицо, когда он потер его о нижнюю часть своего тела. Он грубо потер мою щеку большим пальцем. Это было настолько сильно, что казалось, будто он полностью сотрет ямочки.

- Если ты так переживаешь, просто заставь меня быстро кончить.

- .......

- Если у тебя получится, я вызову врача, чтобы он его вылечил.

Глава 27

Этот человек был засранцем, но он никогда в жизни не нарушал обещаний. Я широко раскрыл рот и взял член Чана. Проведя языком по его головке, я услышал, как он сглотнул и зашевелился.

- И это все, на что ты способен?

Я задохнулся от этих слов и проглотил его член до самого корня. Его головка плотно прижалась к язычку. Мое лицо покраснело. Я пытался сдерживаться, но не мог сдержать нахлынувшие эмоции.

Пха! Я выплюнул член мужчины изо рта и схватил себя за горло. Сухой кашель появлялся один за другим. Мужчина посмотрел сверху вниз, как будто ему было меня жалко.

- Почему так мало прогресса?

- ....…

- Су Вон сказал, что он шлюха, которой нужен только мой член. Ну я не знаю.

Господин Чан сузил глаза и посмотрел на него с жалостью.

- Со Су Вон. Я бизнесмен, и если так будет каждый раз, то я понесу убытки.

- ...Я смогу сделать это хорошо.

Я тут же приник к нижней части тела мужчины. Вынув язык, я провел по толстому столбу от головки вниз. Мужчина длинно выдохнул через нос. Триста глаз на мгновение скрылись под лениво закрывающимися веками, а затем снова открылись.

- Ты сказал, что у тебя все получится. Это все, на что ты способен? - снисходительно сказал мужчина.

Глаза, смотревшие на меня, явно принадлежали человеку, купающемуся в удовольствии, но он вел себя как засранец.

Жадно посасывая член Чана, я вдруг вспомнил, как Ли Джин Сок сосал мошонку президента Кима. Я взял в рот мошонку мужчины у подножия столба. Лицо мужчины, которое никогда не выражало особых эмоций, на мгновение исказилось.

Мошонка этого мужчины тоже была больше, чем у других, и я не мог поместить ее всю в рот. Я взял мошонку мужчины в рот и жадно провел по ней языком. Она раздулась до такой степени, что обе щеки стали выпуклыми.

Черные туфли Чана скрипели. Потеряв контроль над собой, господин Чан потер мой нос членом. На этом он не остановился: он ткнул своим членом в мои ямочки.

- ...Ммм...

Господин Чан был невозмутим, по поводу того, что его член сосут, а Ким лежит и истекает кровью.

- Мне было интересно, как ты собираешься провести эту неделю.

Я посмотрел на генерального директора Чана, не отвечая. Мое зрение было расплывчатым.

- Думаю, ты все это время сосал яички этого ублюдка, да?

Он одним движением поднял меня с пола и усадил на стол. Кровь хлестала из моих коленей, разорванных осколками стекла. Безжалостный господин Чан увидел, что это меня беспокоит, и крепко прижал ладонь к ране. Кровь хлынула фонтаном. Прищелкнув языком, господин Чан потянул за галстук и положил его мне на колено.

Пока он завязывал галстук вокруг моего колена, я смотрел через плечо господина Чана на господина Кима, который до этого вздрагивал, а сейчас даже не двигался.

Вскоре толстые пальцы Чана впились в отверстие. Я вскрикнул и запрокинул голову.

- Он и сюда заходил?

Я заикался, потрясенный жестом мужчины.

- ...О, нет.

- Но почему ты такая вялый?

Чан точно знал, где нужно прикоснуться ко мне, чтобы заставить меня извиваться. Я выгнул поясницу именно в тот момент, когда мужчина дотронулся до нужного места.

- ...Ух!

- И как я должен в это поверить?

Мужчина некоторое время изучал меня, затем его глаза загорелись.

- У меня есть забавная идея.

От волнения я сжался, удерживая его руку в отверстии. Я чувствовал, как внутренние стенки сужаются и сжимаются вокруг его пальцев. Широко улыбнувшись, господин Чан произнес нечто невероятное.

- Я собираюсь поместить свои яйца в твою дырку.

- Ну, я не думаю, что это возможно.

- Ну что ты, Су Вон, ты же проститутка, которую уже трахали мячами для гольфа.

- Три штуки, - добавил мужчина.

- А у меня только два, не больше.

Господин Чан обхватил свою мошонку и сравнил ее с моей дырочкой.

- Знаешь, а ведь она может порваться.

Он прочистил горло, а затем нехарактерно великодушным тоном спросил.

- Ты беспокоишься об этом?

- Да.

Я относился к нему с подозрением, но все равно цеплялся за него, как будто хватался за последнюю соломинку.

- Если будут слезы, я засуну их тебе в рот.

...Пошел ты.

Мой взгляд снова метнулся к президенту Киму. Даже с первого взгляда все выглядело очень серьезно. Ему нужно было срочно ехать в больницу.

У меня не было другого выбора, кроме как закрыть глаза и раздвинуть перед ним ноги. Генеральный директор Чан совместил свою мошонку со входом и в конце концов постепенно вошел внутрь. Ощущение было такое, словно я запихивал сумку, полную содержимого, в очень узкий контейнер.

- ...Хмф!

Узкая и глубокая внутренняя стенка не имела подходящей формы для введения мошонки. Я не мог прийти в себя, так как его мошонка пыталась расширить дыру в стороны, поэтому генеральный директор Чан схватил меня и начал размахивать ногами в воздухе.

Чан страдальчески наморщил лоб. Этот человек всегда умел плавно двигать телом и как-то глубоко проникать в меня, но в этот раз у него ничего не получилось.

- Ах, ах... Ха!

Он быстро изменил свой план. Он решил, что больше не может делать все сразу, поэтому ввел сначала одну сторону мошонки, потом другую.

Мошонка господина Чана вывалилась из отверстия. Это было похоже на появление нового органа в теле, причем очень болезненного. Вскоре Чан приловчился к этому и начал двигать бедрами.

- Ха, ха.

- Хмф, хмф, хмф!

Господин Чан тыкался мошонкой в мою дырочку, а его рука быстро пробегала по члену. Было такое ощущение, что он мастурбирует на меня как на гарнир.

Мое отверстие, грозившее в любой момент разорваться, вскоре было расширенно мошонкой, и приняло ее внутрь. Если его член как будто вонзался в мои внутренности, то мошонка как будто проталкивалась через весь кишечник.

Его толстая головка упиралась в углубления моих бедер. Темно-красный член мужчины, словно никогда не видевший дневного света, выделялся на фоне моего бедра.

Из него вырвалась густая струя спермы. Господин Чан эякулировал на мое бедро, поглаживая свой собственный член.

- ...Ха!

Я закричал, когда он кончил, и запах спермы проник в мои ноздри, парализованные от запаха крови.

- ...Ха, блядь.

Выплеснув свою сперму мне на бедра, господин Чан от души рассмеялся. Похоже, он наслаждался новой игрой. Я прикрыл глаза запястьями и с трудом сглотнул отчаяние.

Мужчина быстро отстранился от меня, схватив мобильный телефон, я услышал, как он что-то пробормотал в трубку.

- Номер 420. Зайдите и разберитесь с этим.

Мой взгляд упал на сперму, которую Чан оставил на моем бедре. Длинные белые линии липкой жидкости были жуткими и напоминали паутину. По моему позвоночнику пробежала дрожь.

***

Прошло несколько дней.

Я был один в своей комнате, и телефон продолжал звонить, нервируя меня до предела. Я слышал его так много раз, что хватал трубку, когда он даже не звонил.

Я поднял трубку, надеясь, что на этот раз это галлюцинация. Вместо этого мне в ухо прозвучал мужской голос.

- Приготовься.

Мужчина сказал только одно слово и повесил трубку. Послышался звук занятого телефона, и я, не задумываясь, начал материться.

- ...Сукин сын. Чтоб ты сдох!

После всех этих ругательств мне стало немного легче, и я умылся. Я намылил волосы мылом и провел им по телу.

Я услышал, как за душевой кабинкой открылась и закрылась дверь. Пришел господин Чан. Я поспешно удалил мыло с тела, надел халат и вышел. Мужчина ненавидел, когда его заставляли ждать.

Господин Чан сидел на диване, и курил сигарету. Как обычно, сегодня он топтал дорогой ковер, своими не менее дорогими туфлями. Уверен, он и понятия не имеет, сколько пота приходится выжимать его сотрудникам, чтобы почистить эти вещи. Да и не нужно ему это знать.

- ...Вы здесь.

Я подошел к мужчине. Его скучающий взгляд остановился на моих ногах. Подол моего халата расходился с каждым шагом, и он разглядывал мои ноги сквозь него. Скучающие глаза быстро вспыхнули интересом. Ты грязный ублюдок. Интересно, насколько хорошее у этого мужчины тело?

Мужчина на диване сидел прямо. Если он сидел с раздвинутыми ногами, то это подразумевало вход снизу, а если сидел прямо, то мне нужно сесть сверху.

Я распахнул подол халата и забрался на него сверху. Под белым халатом обнажились такие же белые бедра. Его рука ласкала мое забинтованное колено. А я не мог избавиться от ощущения, что меня насилуют.

- Господин Чан.

Он схватил меня за ягодицы. Я вздохнул и спросил господина Чана.

- Что случилось с господином Кимом?

В тот день Кима вытащили люди, которых вызвал Чан. Я стоял там, заслоняясь телом господина Чана, и смотрел на него через плечо, но после этого ничего о нем не слышал.

Господин Чан нахмурил брови. Выражение недовольства на его лице заставило меня в ужасе отпрянуть назад. Затем, словно в ответ на удовольствие, он издал медленный стон.

- Говорят, он пришел в себя.

- ...Как Вы думаете, президент Ким примет ответные меры?

Словно услышав неожиданный вопрос, Чан слегка наклонил голову и спросил.

- А почему ты спрашиваешь?

- Потому что я не думаю, что он будет сидеть на месте.

И на этот раз мужчина сказал нечто неожиданное.

- Думаешь, они меня убьют?

Слово "убьют" Чан произнес совсем не так, как большинство людей. Я очень тяжело вздохнул, как будто знал, какой вес имеет это слово.

- ...Нет.

Господин Чан посмотрел на мое лицо и ухмыльнулся. Затем он сказал что-то, чего я не мог понять.

- Каждый раз, ты хочешь, чтобы я умер.

Я уставился на него непонимающими глазами. Конечно, я желал ему смерти много-много раз, но я проглатывал это или говорил про себя, и, конечно, я никогда не говорил этого при нем, даже случайно. Я бы не смог этого сделать, не сойдя с ума.

Мужчина уставился на меня. Я понял, что он не шутил, что это было всерьез. В этот момент в моей голове пронеслась сцена.

« ...Сукин сын. Чтоб ты сдох!»

Я подскочил. Словно неисправный робот, я медленно поднял взгляд от пола. Это была нелепая гипотеза. ...Такая нелепая. Откуда этот человек мог это знать. Мужчина усмехнулся. Казалось, он не мог поверить, насколько я глуп.

- Что же ты тогда подумал?

Чан указал на что-то позади меня, сейф в конце его взгляда. ...Сейф? Что это за сейф? Мое сердце начало биться все быстрее и быстрее, когда я понял, что что-то случилось. Он тихо засмеялся над моим замешательством.

- Неужели ты правда думал, что я вручаю тебе награду?

Его слова эхом отдавались в моей голове.

- Мне было интересно, как ты собираешься провести эту неделю.

Именно так он и сказал тогда. Как будто он рассказывал мне то, что видел собственными глазами. Кончики моих пальцев дрожали, когда я сжимал его плечо. Мне казалось, что вся кровь, циркулирующая в моем теле, остыла.

Прижавшись к моему зажатому уху, он жутко прошептал.

- Куда ты дел деньги, которые дал тебе господин Ким?

…Глупый, я только сейчас это понял. Паутина, в которую я попал, оказалась куда более порочной, куда более чудовищной, чем я мог себе представить.

- ...господин Су Вон.

Тирири. Внезапно в номере начал звонить звонок. От пронзительного звука, тронувшего мои нервы, у меня на предплечьях побежали мурашки. Сквозь звон в мои уши прокрался мужской голос.

- Я спросил, где они?

Жутко низкий мужской голос пробудил все чувства в моем теле. И дело было не только в его голосе. Взгляд, запах и присутствие мужчины оказывали на меня пугающую власть. Я был полностью подавлен всем, что касалось его. Я не мог вырваться, как человек, все тело которого крепко связано веревкой.

Глаза мужчины искали деньги. Черные зрачки мерцали. Вот сверкнул белый.

- Ты не спрятал их под кроватью, как обычно это делал?

Под кроватью. Его глаза сузились от новых слов, прозвучавших на губах мужчины. Я определенно положил их достаточно глубоко, чтобы их не было видно. Он видел, как я прячу деньги под кровать?

- .......

Я вспомнил прошлое. В то утро, когда я сказал ему, что не приму никаких денег, господин Чан ушел и некоторое время после этого не приходил ко мне.

Затем я снова нашел его после звонка дяди, попросившего меня внести еще денег на счет. Он, очевидно, сидел на диване и смотрел телевизор. С моей стороны комнаты экран телевизора был плохо виден, поэтому я не стал спрашивать, что он смотрит.

И, конечно, позже в тот же день он спросил меня: "Где ты был последние 30 минут?"

Я не двигал головой, но закатил глаза и уставился на него. ...Интересно, наблюдал ли он за мной и тогда?

Колокольчик звякнул, как предупреждение. Мужчина уставился на меня, даже не взглянув на свой телефон, словно не услышал звонка. Он заговорил ледяным голосом.

- Может, обыщем комнату, как в поисках сокровищ? Пока мы будем трахаться.

- .......

- Мне очень плохо, когда я говорю об этом.

Звонок и мужской голос. Все эти звуки слились в какофонию, от которой у меня в голове зазвенело, как у собаки.

Мужчина, который говорил, холодно схватил меня за таз и раскачивал взад-вперед. Член мужчины, заполнявший дырку, был горячим и на сто восемьдесят градусов отличался от выражения лица и тона его голоса.

С бледным лицом я спросил.

- Какого черта?

Мой взгляд уперся в холодный кусок металла.

- Какого черта ты это делаешь?

...Может быть, это было мое настроение, но мне показалось, что я вижу что-то мерцающее возле ручки. Я напряг плечи. От мысли, что объектив запечатлеет мое лицо, мое кричащее лицо, поверх лица мистера Чана, у меня по спине побежали мурашки.

Я хотел убежать, но мужская рука, лежащая на моих ягодицах, сделала это невозможным.

Господин Чан взял меня за зад. Было похоже, что он обращается с животным, а не с человеком.

Он перевернул мою руку, лежавшую на диване. Он осмотрел мою руку глазами животного. Его змеиные глаза сузились, когда он изучал мои пальцы, которые были настолько гладкими, что казались странными.

- Ни одного отпечатка.

Темные зрачки его глаз сверкнули, как спелые оливки. Такие, которые хочется проткнуть шпажкой с острым концом и скормить свиньям.

Я прикусил нижнюю губу зубами и уставился на мужчину. Его темные глаза сузились. Выражение лица Чана быстро изменилось, и он заговорил.

- Если ты убежишь, я никак не смогу тебя поймать, верно?

Я взглянул через плечо мужчины и заметил телефон на тумбочке. Кнопка вызова светилась красным, когда он звонил, но сейчас она не горела.

Другими словами, он вообще не звонил.

Тирири.

Но телефон продолжал звонить у меня в голове.

Глава 28

Тук, тук.

Я приподнял веки, услышав этот звук. Первое, что бросилось в глаза, - пара длинных пальцев, а затем желтоватая прямоугольная карта в его руке. Чан постукивал концом карты по столу. Сегодня мне снова бросилось в глаза кольцо на его пальце. Оно простое, но для человека, который не носит много украшений, оно привлекло мое внимание.

Вскоре рука господина Чана бросила карту на тумбочку. Когда мужчина встал с кровати, одна сторона матраса, которая была сплющена, снова вздулась. Мужчина вышел из комнаты, оставив после себя деньги и прямоугольную карту.

Я открыл глаза только после того, как убедился, что дверь закрылась.

В обычной ситуации я бы сразу засунул деньги в сейф, но в моем нынешнем состоянии мне не хотелось даже смотреть на них. Я взял простыню, которая сбилась в кучу на одной стороне кровати и плотно завернул ею сейф.

- ....…

Я медленно потянулся к тумбочке и взял карточку. Это было удостоверение личности. Когда я получал карту в первый раз, я был немного больше взволнован слотом для фотографии, чем остальным, но эта была гладкой, как шелк. Если ее поднести к настоящему удостоверению личности, то сложно будет определить, какая из них настоящая.

В конце концов, деньги - это хорошо? Я выдохнул, затем перевернул карту. В нижнем квадрате виднелся отпечаток пальца. Очевидно, он не мог принадлежать мне.

Я схватил карточку и встал с кровати. Я не хотел больше оставаться здесь. Не может быть, чтобы это была единственная камера видеонаблюдения в комнате.

Я схватил одежду, которую смог найти, и вышел из отеля на прохладный воздух.

Я положил на прилавок кусок хлеба и бутылку воды и попросил у работника магазина сигареты. Он попросил предъявить удостоверение личности, и я протянул ему его.

Он посмотрел на меня с подозрением, но на этот раз уступил и протянул мне пачку сигарет.

Я беспомощно сидел у окна и ел хлеб. Не знаю, то ли он всегда был мягким, то ли у меня необычайно пересохло во рту, но хлеб плохо жевался.

Наконец я отложил его и посмотрел в окно. День был необычайно солнечным. Солнце было таким ярким, что слепило глаза. Мои веки подергивались от недосыпания. Мне хотелось спать, но я не хотел возвращаться в эту ужасную комнату. Она была не лучше тюрьмы без решеток.

- ....…

Прошлая ночь. Я смог выбраться из-под него только после того, как я вернул все купюры, которые спрятал в глубине своего шкафа. Воистину, он был злобным и настойчивым человеком.

В магазине раздался звон колокольчика, и вошла Ли Хе Вон. Она была шокирована, когда увидела меня, но затем сделала вид, что не заметила, и зашла в магазин.

Расплатившись, Ли Хе Вон подошла к окну и села на стул в нескольких футах от меня. Она развернула обертку кимбапа и принялась за еду. В том, как она отрывала обертку, чувствовалось нетерпение. Как будто она была полна решимости закончить это и убраться отсюда.

Кхе, кхе.

Ли Хе Вон, евшая кимбап, вдруг закашлялась. Кхе, кхе, продолжая кашлять, она отвинтила крышку своей бутылки с водой и поставила ее перед собой. Женщина стукнула себя по груди, взяла бутылку, отклонила шею назад и глотнула воды.

Кашель постепенно утих. Когда он немного успокоился, то она заговорила со мной очень тоненьким голоском.

- ...Спасибо.

- ...Да.

И снова тишина. У женщины пропал аппетит, поэтому она свернула кимбап и выбросила все в мусорное ведро.

- Прошу прощения...

- Что...?

Ли Хе Вон удивленно повернулась ко мне. Ее глаза были слегка расширены. Я впервые заговорил с ней, поэтому она выглядела удивленной.

- Джин, Джин Сок…

Я запнулся, не зная, как его назвать. Ли Хе Вон, как ни странно, быстро уловила мои намерения и быстро ответила.

- О, Джин Сок оппа?

- ...Да, он.

- Он сказал, что чувствует себя намного лучше. Я беспокоилась о его цвете лица, он был бледный.

- ...А.

- Я сама несколько раз корректировала свой график. У меня есть время для этого.

К моей радости, лицо женщины засветилось. Она даже улыбнулась мне так, что я улыбнулся ей в ответ. Я глупо вздохнул, затем повернулся и снова уставился в окно.

Я чувствовал, как она смотрит на меня. Казалось, она хочет что-то сказать. Она продолжала шевелить губами, а затем осторожно произнесла.

- Вы студент университета?

- ...О.

После небольшой паузы она спросила.

- Разве Вы не собираетесь вернуться на занятия?

В разговоре наступила пауза. Неужели это произошло....? Пока я размышлял над этим, она добавила:

- Ну, просто парень, с которым я поздоровалась, сказал, что скоро уезжает, ему нужно идти в колледж.

В ее голосе прозвучала нотка горечи. Похоже, Ли Хе Вон тоже говорила, что уедет отсюда, как только заработает на обучение, и я подумал, не собирается ли она уезжать. Подняв голову, я тихо спросил.

- ...Ты не собираешься возвращаться?

Ли Хе Вон оглянулась на меня. Она прикрыла глаза и ответила.

- Нет.

Я прочистил горло и произнес тихим голосом.

- Я тоже.

...Не то чтобы я не хотел вернуться, я просто не мог. За окном мимо проходила группа людей, смеясь и болтая. Улыбки на их лицах свидетельствовали о том, что они прекрасно проводят время.

Интересно, почему это поле для гольфа, которое является для них спасением, кажется мне могилой?

***

Была уже глубокая ночь. В отеле было так тихо, что даже часы звучали громко. Я намеренно оставил телевизор включенным в номере. Мне даже не хотелось его смотреть, но это было единственное, что издавало хоть какой-то звук.

Я откинулся на диване, тупо уставившись в телевизор. Мое внимание привлек звук из коридора. Это был звук шагов. Он был лишь слабым эхом на полу, но становился все громче и громче.

Шаги остановились перед комнатой, в которой я находился. На всякий случай я встал с дивана и уставился на дверь.

Дзинь. Раздался писк замка, и без предупреждения в комнату вошел господин Чан.

- ....…

Он вошел в комнату, сорвал с себя пиджак и швырнул его в мою сторону. Я протянул руку и схватил его.

Он прошел в душ и расстегнул свою рубашку, одну пуговицу за другой. Его жесты были простыми, но выразительными. Он был человеком, чей яростный нрав проявлялся в каждом жесте. Стянув рубашку с тела, он прочистил горло и тихо пробормотал.

- Я думал, ты собираешься его выбросить.

Его взгляд был устремлен за мою спину. Мне даже не пришлось проверять, на что он там смотрит, чтобы понять, о чем он говорит. Это было очевидно.

- ...Я думаю, что это прикреплено не только к сейфу.

Чан удивленно поднял брови, затем снова опустил их.

- Рад видеть, что ты не так глуп, как я думал.

Я в недоумении уставился на свои ноги. Его взгляд на мгновение покинул меня, а затем остановился на экране телевизора, который я смотрел минуту назад.

Он висел на стене, показывая эстрадное шоу со знаменитостями, которые смеялись и разговаривали между собой. Господин Чан выдохнул и сказал.

- Это хорошо.

Голос, произносящий эти слова, звучал устало, словно слова протягивались как узкие нити. Взглянув на его измученное лицо, мне стало понятно, что усталость словно тень облегала его складки. Я крепче сжал пиджак и уставился в пол.

…Генеральный директор Чан устал?

Иногда, когда он проявлял человеческую сторону, это казалось абсурдным. Любой демон попятился бы, прочитав его стенограмму. Единственным гуманным генеральным директором был покойный генеральный директор Чан.

Пока я ругался про себя, Чан отстегнул часы на запястье и сказал.

- Мне нужно кое-куда сходить, так что собирайся.

С этими словами он бросил часы на одежду и шагнул в душ.

Тик-так. Часы, которые он оставил, показывали почти полночь. Где, черт возьми, он должен был быть в такой час?

Я посмотрел на пиджак в своей руке и бросил его в корзину для белья. Я подошел к своему шкафу, толкнул дверцу и замешкался. Мои руки бесцельно шарили по одежде.

- ...…

Что мне следовало надеть? Я понятия не имел. Это был первый раз, когда Чан выводит меня на улицу. Обычно в это время суток было всего несколько мест, куда можно было пойти. В лучшем случае это был бордель или какое-нибудь декадентское заведение. Я подумал, не собираемся ли мы пойти в бар - место, которое не имело ничего общего со мной, но имело все, что связано с ним. Место, где полно выпивки и развлечений.

Я не мог понять, зачем он ведет меня в такое место, но раз уж он попросил меня пойти, я должен был хотя бы сделать вид, что хочу пойти.

Я натянул рубашку в обтяжку и хлопчатобумажные брюки. Возможно, это был не самый подходящий наряд для того места, куда меня вел господин Чан, но, похоже, он был самым подходящим для того места, куда мы направлялись.

Я как раз закрывал дверь шкафа и застегивал пуговицы, когда господин Чан вышел из душа в халате.

- ...…

Он осмотрел мой наряд с нечитаемым выражением лица, а затем повернулся к шкафу. Я увидел, как он развязывает пояс халата на своей талии, и в ужасе отвернулся.

Одетый в светлую рубашку и темные брюки, они с Чаном вышли из отеля. Мужчина ждал в холле, прислонившись к незапертой машине. Это был тот самый ублюдок, который поставил сейф в моем номере.

Он подошел, поклонился и быстрым жестом открыл заднюю дверь. Казалось, что быть на службе у других было у него врожденным.

- Генеральный директор, едем в Ехянгван?

Чан промолчал. Его подчиненный вел машину молча, как будто привык к этому. Я не сводил глаз с окна. Я не знал, где это находится, но даже его название отдавало намеком на бордель.

В машине царила полная тишина. Она мчалась по тихой горной дороге. Я слышал, что это настолько отдаленное место, что людей здесь не встретишь, разве что в центре города. Все это я слышал от Ли Хе Вон. Зачарованно глядя в окно, я внезапно пришел в себя, когда услышал голос, нарушивший тишину.

- Мы прибыли.

Я ожидал оказаться в декадентском квартале с неоновыми вывесками и, скорее всего, красными фонарями, но вместо этого попал в место, которое оказалось неожиданно хорошо освещенным даже посреди ночи. Вывеска была написана на японском языке, поэтому я не смог ее прочитать, но, вероятно, там было написано «Ехянгван».

Пока я смотрел в окно на здание, водитель открыл мне дверь. Когда я вышел из машины, он слегка поклонился.

- Приятного аппетита.

Мужчина прошел вперед меня в здание. Там было пусто, если не считать нескольких человек, разносящих напитки, так то, что я принял за декадентское заведение, на самом деле оказалось высококлассным японским рестораном. С одной стороны, я почувствовал облегчение, но с другой - был в замешательстве. Какого черта он притащил меня сюда?

- О-о, генеральный директор Чан.

Мужчина, который, судя по всему, был боссом, вышел вперед, чтобы поприветствовать Чана. Мужчина притворился, что рад его видеть, но затем бросил на меня взгляд и спросил, кто его друг. Чан уклонился от ответа, просто вежливо улыбнувшись.

К счастью, босс не стал больше задавать вопросов, просто улыбнулся и дал указания сотрудникам, расставлявшим подносы.

- Проводите генерального директора внутрь.

- Да, господин, я провожу Вас внутрь.

Администратор провел нас в комнату.

Он обеими руками открыл дверь и вошел внутрь. Внутри было просторно и там стоял довольно большой стол, который был намного больше и шире, чем другие столы, вероятно, потому, что это были VIP-места.

Персонал поставил посуду на стол, накрытый белой скатертью. Генеральный директор Чан сел первым, а затем посмотрел на меня.

- Садись.

Я медленно подошел и занял место рядом. Судя по всему, он заказал столик заранее, так как сотрудник не принял наш заказ, и ушел со словами : "Ваша еда будет подана в ближайшее время."

Чан пробурчал.

- Я голоден.

- ....…

- Я весь день работал, чтобы заработать деньги для Су Вона.

Рот мужчины причудливо изогнулся, и он широко улыбнулся.

Мгновение спустя дверь со скрипом открылась. Служащий с подносом вошел с извинениями. Чан на мгновение замолчал, а я сжал руки в кулаки.

Если бы сотрудники зашли чуть ранее, они бы это услышали.

Динь, динь, динь. Одна за другой тарелки ставились на белый стол, на который я смотрел. На каждой тарелке было множество красочных сашими. Здесь был не один вид сашими, а несколько. Среди них был и вид рыбы, которого я никогда раньше не видел. Дорогие сашими, которые я никогда в жизни не стал бы есть, если бы не сегодняшний день.

В обычной ситуации это привлекло бы мое внимание.

Когда персонал ушел, мужчина взял палочки в свои изящные пальцы и попробовал кусочек сашими.

- Я не очень люблю сыроедение, но в этом заведении это готовят довольно хорошо.

Почему он продолжает болтать о ненужных вещах? Почему он думает, что я могу смотреть ему в лицо и действительно положить что-то в рот, в то время как я смотрю на лицо человека, который установил систему видеонаблюдения в номере, чтобы следить за мной?

Я ответил, сохраняя как можно более официальный тон.

- Я уже поел.

- Что ты ел? - спросил мужчина обычным тоном.

- Ты съел еще один кусок хлеба?

Мужчина внимательно наблюдал за мной, лениво двигая челюстью, пока я не знал, что ответить. Он отложил палочки, прополоскал рот водой, а затем безмятежным голосом позвал меня.

- Господин Су Вон.

Если подумать, то хлеб я съел не сегодня, а вчера, когда встретил Ли Хе Вон, а значит, сегодня я был голоден. Я ответил, уставившись на край своей тарелки.

- ...Да.

- Ты даже не смотришь на меня?

Чан поставил чашку с водой и наклонился ко мне. Я слегка отпрянул назад. Он прошептал.

- Кто-то может подумать, что ты не Су Вон, верно?

- ...…

- Ты думаешь, надо так явно это выдавать?

Господин Чан снова откинулся на спинку стула и налил в маленькую рюмку высококачественное сакэ, которое прилагалось к блюду. Потягивая прозрачную жидкость, он задал неожиданный вопрос.

- Ты обиделся?

Я был ошеломлен его вопросом и поднял свой неуверенный взгляд, чтобы встретиться с его глазами. У человека, который, как я думал, будет недоволен, на самом деле было приятное выражение лица. На самом деле он выглядел еще более уставшим, чем когда входил в дверь.

- Нет.

Я обиделся.

Но это было не то, что я сейчас чувствовал. Как можно было так легко обозначить эту неприятную эмоцию, это сырое чувство - "обидой". Мужчина хмыкнул и наклонил подбородок.

- Даже люди, у которых есть собаки.

А затем, ни с того ни с сего, он сказал: "Люди с собаками". Я ошеломленно молчал.

- Люди беспокоятся, что их собаки остаются дома одни, поэтому устанавливают камеры.

- ....…

- Но собака никогда не жалуется.

Это все равно, что сказать, что так делают чужие собаки. Тон голоса был упреком, как будто он спрашивал: «Почему ты это делаешь?»

- Владельцы собак делают это, а я нет. Разве это не потеря для меня?

Я отшатнулся от человека, который высказывал в мой адрес безумные вещи. Мои веки подергивались отчасти потому, что я не ел несколько дней - а может, дело было не в этом.

Мужчина засмеялся и позвал персонал внутрь, оставив меня не в силах ни смеяться, ни плакать. Генеральный директор Чан заказал виски у сотрудника, который спросил, нужно ли ему что-нибудь.

Виски вскоре принесли. Мужчина открутил пробку и вылил жидкость в стакан, длиннее, чем бокал для саке.

- С таким лицом.

Чан с громким звоном опустил стакан. Желтоватая жидкость брызнула во все стороны.  Кажется, она была и на тыльной стороне моих рук, и на щеках. Мужчина держался за обе стороны стола и широко раскинул верхнюю часть тела веером.

- Неужели не хочешь побить кого-нибудь?

Во рту было сухо. Воздух в комнате был невыносимо сухим.

- Такое выражение лица.

- ....…

- Ты сидишь, ругаешься, проклинаешь меня и желаешь мне смерти.

- ....…

- Меня тошнит от запаха кислого молока, но я не показываю своего недовольства.

Мужчина смотрел на меня с минуту, не зная, что еще сказать. Вены на моем теле пульсировали от напряжения, и я чувствовал себя как свежепойманная рыба. Я даже не мог нормально открыть рот. Я боялся, что мое бешено колотящееся сердце выпрыгнет из открытого рта.

Наконец Чан поджал губы.

- Откуда, черт возьми, ты взялся, и твое прошлое настолько туманно, что это заставляет меня задуматься о тебе.

Глаза мужчины заинтересованно блеснули. Я сжал пальцы, которые лежали на бедрах. Я попытался схватить брюки, но хлопок плотно прилип к коже. Пальцы, потерявшие цель, на мгновение повисли в воздухе. Я потянулся вниз и поцарапал голый стул. Вскоре я понял, что мне не за что ухватиться, и сжал руки. Ногти глубоко вонзились в ладонь.

- …Как сказал генеральный директор.

Господин Чан наклонил бутылку виски и посмотрел на меня. После паузы он слегка наклонил подбородок, язык его тела был расслаблен, как обычно, жест руки, наклонившей бутылку, был таким же расслабленным, как обычно, но взгляд был холодным и свирепым.

- Генеральный директор дает мне награду.

Чан тихо попытался произнести слово, которое я выплюнул.

- Награду?

Его темные брови взметнулись вверх. Слово, которое я произнес, похоже, привлекло его внимание. Вылив содержимое бутылки до дна, господин Чан с громким звоном поставил стакан на стол. Затем, сверкнув глазами, он спросил.

- И что же ты скажешь после этого? - проговорил он, сухо сглотнув.

- Как я могу сказать, что я недоволен?

Чан рассмеялся, издав сдавленный звук, а затем тихо пробормотал.

- Итак, это было неприятно?

В его темных глазах мелькнул отблеск веселья. В уголках его рта заиграла улыбка, которую, если не знать его достаточно хорошо, можно было бы принять за приятную.

Приятный мужчина? Моя бровь дернулась. Этот мужчина более неприятен, чем вонь из сточной канавы.

- ....…

Я не стал изо всех сил отрицать это. Как ты смеешь говорить мне, что это было неприятно? Генеральный директор Чан, ожидавший такого возмущения, был на удивление спокоен.

- Верно.

По какой-то причине мужчина согласился со мной и поднял бутылку с саке. Он налил немного сакэ в мой стакан.

- Не лучше ли тебе сотрудничать со мной? Если ты не набьешь здесь свой желудок, то проиграешь только ты.

- ....…

- Как ты думаешь, почему собаки ложатся перед своими хозяевами и лижут им руки?

Когда я не ответил, мужчина ткнул пальцем в мое плечо.

- Наверное, потому что им есть что терять.

Очевидно, в словаре этого человека не было такого понятия, как безоговорочная привязанность.

- Хотел бы я, чтобы ты был умнее, чем собака.

Генеральный директор Чан не обращал внимания на обращение ко мне, как к собаке. Он спокойно улыбнулся и добавил:

- Кто знает? Если ты будешь вести себя хорошо, я дам тебе больше.

Чан налил полный стакан и поставил его передо мной. Я на мгновение уставился на пузырящуюся прозрачную жидкость. Я представил, как выплескиваю ее в лицо мужчине и ухожу. К сожалению, моя фантазия длилась недолго. Я испугался последствий. Я не шелохнулся, а потом тихо произнес.

- Я буду виски.

Глаза Чана заблестели от удовольствия. И, поскольку я был единственным, кто проиграл бы, умерев с голоду в этой комнате, я решил подыграть ему, и последовать словам этого человека, что он даст мне больше, если я буду хорошо себя вести.

Глава 29

Поездка на машине обратно в отель также прошла в тишине. Мужчина все так же уверенно вел машину, а Чан, вливший в себя огромное количество алкоголя, внешне мало чем отличался от себя обычного, разве что слегка покрасневшим клоунским лицом.

- ....…

Я смотрел в окно на темную, пустынную местность. У меня пересохло во рту. Сердце колотилось быстрее, чем скорость машины. Я выпил напиток, и горький вкус спиртного овладел мной. Сердце колотилось, и я не мог его успокоить, тем более когда было так очевидно, что должно произойти дальше.

Я сильно прикусил губу, чтобы успокоить нервы - да, это то, что я должен сделать в любом случае, - и решил принять свои отношения с этим мужчиной, как глоток алкоголя.

Как только Чан вошел в комнату, он включил в ней свет, подошел к сейфу и снял с него простыню. Ухмыльнувшись уголками рта, господин Чан сел на широкий диван, вынул изо рта сигарету и приказал мне.

- Сначала разденься.

- Сначала я приму душ.

Щелкнув колесиком зажигалки, Чан зажег кончик сигареты и выпустил струйку дыма.

- Надеюсь, я понятно выразился?

Я прикусил нижнюю губу от его слов и встал спиной к широкому окну. Я медленно поднял руку и поднес ее к верхней пуговице рубашки.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Взгляд Чана пронзил меня насквозь, как стрела, расколов тишину надвое, со звуком выдыхаемого воздуха. Не отводя взгляда, я расстегнул на рубашке одну пуговицу за другой. Я сосредоточил всю свою силу на кончиках пальцев, надеясь, что мои движения не будут слишком шаткими.

Как только рубашка была снята, настало время нижнего белья. Я расстегнул ремень, который был вынужден носить, потому что моя талия стала слишком тонкой. Я расстегнул молнию на брюках, которые были тщательно подогнаны, и стянул их до колен. Мой кончик языка почувствовал горечь от того, как я проделываю все эти действия. Я даже почувствовал вкус унижения, когда вытаскивал ноги из брюк.

Вернувшись в совершенно обнаженное состояние, я опустился на кожаный диван, как он велел.

- Раздвинь ноги.

Я сделал, как он просил, и раздвинул ноги. Глядя на мои бедра, он выдохнул затяжку сигаретного дыма и выразил свое недовольство.

- Я не могу ничего разглядеть.

Я сделал паузу, чтобы посмотреть на мужчину. Тот незамедлительно отдал мне новый приказ.

- Положи одну ногу на подлокотник.

Я некоторое время смотрел на него, а затем начал двигаться. Когда я поднял одну ногу, кожаный диван, который прилип к моему бедру, как клей, с громким шумом отклеился. Он был неудобным и прилипал к моей коже, как и взгляд господина Чана.

Я перекинул бедро через один из подлокотников, обнажив перед господином Чаном внутреннюю часть бедра. Я естественно представил, как бы я выглядел, если бы моя вторая нога, лежала на другом подлокотнике.

...Это было ужасно. Я на мгновение замешкался, затем просунул обе руки под бедра и положил одну на другую.

Когда мои ноги раздвинулись, дырка распахнулась сама собой. От прикосновения холодного воздуха к моей коже на внутренней стороне бедер зашевелились волоски.

- Теперь сделай свою дырку мокрой.

Хорошо очерченные губы Чана скривились в улыбке. Это была улыбка человека, которого он хорошо знал.

- Чтобы можно было легко вставить и долбить.

Я вставил указательный палец в отверстие, но этого было недостаточно. Лишенные смазки внутренние стенки упорно не желали впускать меня.

- ...Я принесу гель.

- Ты можешь просто засосать палец в рот.

Гель был всего в трех шагах, но он не позволил мне его взять. Нехотя я засунул в рот средний палец, которого не было в дырочке, и провел по нему языком, чтобы протолкнуть его в дырку.

Скользким пальцем я проник внутрь. Я чувствовал, как складки дырочки растягиваются в ответ на мои прикосновения.

Чан подошел ко мне и встал между моих ног, сильно шлепнув меня по ягодицам. Я проглотил стон, когда мой палец погрузился глубоко внутрь меня.

Мужчина затушил сигарету о кожаный диван над моим плечом и пробормотал тихим голосом.

- Может быть, это потому, что я так пьян, но мне сегодня немного не хватает самоконтроля.

Он говорил так, как будто обычно, он вел себя как джентльмен. Генеральный директор Чан быстро расстегнул рубашку, затем он расстегнул молнию и погрузился в меня широко расставив ноги.

- ...Ха.

Чан быстро ввел в меня свой член до самого корня. Я едва мог просунуть один палец в свою дырочку, но его член был тугим и забивал ее. Словно штопор, член Чана начал проникать внутрь.

- Хмф, ха!

- ...Ха, ха.

Его слова о потере самоконтроля не были ложью, и он затряс бедрами еще яростнее, чем обычно. Меня швыряло туда-сюда от ритмичных, безжалостных толчков.

- ...Хмф, ха, черт!

- Ха, ха...!

Чан обхватил мою задницу, как грудь, а затем сильно хлопнул ладонью. Резкий звонкий звук эхом разнесся по комнате.

- ...Хмф!

- ...Хмф, хмф. Шевели задницей.

Обхватив его плечи руками, я изо всех сил двигал бедрами, но с моими ногами, расставленными под странным углом, это было нелегко. Чану не терпелось, и он еще раз шлепнул меня по тому месту, где я был отшлепан.

- Тряси еще, еще! - кричал Чан, двигая бедрами все быстрее и быстрее, его лобковая кость вбивалась в меня, как лопата, с каждым толчком.

Я сжал внутренние стороны икр и бешено задвигал бедрами. Моя дырочка быстро сжималась и расслаблялась в такт его члену, который вонзался в нее, как электродрель.

Господин Чан сказал восхищенным тоном.

- Почему дырка мокрая, но такая тугая?

- ...Мммм, хммм!

- Когда я подумал о том, чтобы трахнуть дырку Со Су Вона, перед клиентом, я чуть не потерял контроль. Черт, я чуть не вставил тебе в рот, но едва сдержался.

Чан сказал, что это шутка, но из его уст она прозвучала дерьмово. Он негромко засмеялся, его дыхание стало быстрым, рваным, и он задыхался, заставляя себя говорить.

- Посмотри на себя, ты выглядишь как гребаная шлюха.

Я выгнул шею назад и издал сдавленный звук. Мои глаза буквально закатились. Он вцепился зубами в мою шею.

- Почему Су Вон, ты же знаешь. Этот господин Ким.

Я не мог расслышать, что именно он говорит. Мои чувства устремились к центру мозга. Из-за алкоголя я почувствовал, что мне нужно помочиться. Я быстро схватил свой член, а другой рукой надавил на грудь господина Чана.

- Хмф, ди..., ди..., остановись.

Но его каменное тело никогда не делало ни шагу назад. Генеральный директор Чан ухмыльнулся, глубоко вздохнул и так легко схватил мою руку, которая отталкивала его тело.

- Стоп, мне правда хочется в туалет.

Мой член дергался руке, как водопроводный шланг, засорившийся от перекручивания в середине. Я боролся с его хваткой и умолял.

- Генеральный директор, пожалуйста остановись, на минутку, уф, ух!

Он продолжал вбиваться в меня, как гребаный маньяк. Его хорошо развитые мышцы живота неоднократно напрягались и расслаблялись, как будто дышали вместе с ним. Он ударил в глубокое место, как молоток.

В этот момент то, что кипело во мне, как лава, вырвалось через уретру. Оно хлынуло непрерывным потоком, намочив не только мою нижнюю часть тела, но и брюки господина Чана.

Струя жидкости, которую я принял за мочу, была бесцветной и не имела запаха. Пока я в недоумении смотрел на это, мое тело продолжало трястись и дрожать, и со мной случился припадок. Яростный кайф оставил неизгладимое впечатление.

- ...Уф, хммм…

Мне было так стыдно, что я почувствовал, как кровь прилила к моему лицу. Я думал, что уже видел все, но это действительно зашло слишком далеко.

Чан, который даже не притворялся, что слушает мои мольбы, перестал двигать бедрами. Он остановился и потянулся вниз, провел рукой по моей нижней части тела, а затем посмотрел на нее: с его руки капала жидкость. Она пропитала кожаный диван.

- ...Ты псих!

Я тихо вздохнул. Я не мог забыть то, что сказал. Мои глаза горели от стыда. Мысленно я проклинал этого человека.

- ...Ты, кобель, сукин сын!

Я явно пытался выплеснуть это. Проклятие, которое только что вылетело из моего рта, заставило меня вздрогнуть и перекатиться. Поскольку моя голова и тело были очень горячими, я поздно опьянел и не мог контролировать свои действия.

Когда я пришел в себя, я поджал губы.

- ...Мне жаль, простите... уф.

Моя челюсть болезненно сжалась. Губы скрутило и зажало. Чан прижался своими губами к моим, его язык дико проникал внутрь моего рта и скользил по нёбу.

Меня просили делать все с моим телом, но он впервые коснулся моих губ. Мне было так неловко, что я опустил руки, но потом мне стало трудно дышать.

Я извивался то в одну, то в другую сторону, избегая его губ. Но Чан не давал мне легко отделаться. Он захватил мои губы и нос одновременно, и грубо провел по ним языком. Это было больше похоже на домогательство, чем на поцелуй.

Глава 30

Рука скользила по моему телу, как змея. Кончики пальцев были достаточно горячими, чтобы обжечь кожу, но там, где они проходили, оставалось только ощущение холода.

Странное, подозрительное прикосновение было очень медленным. Как большая кошка, замедляющая свои движения, когда перед ней находится добыча.

Я проснулся от глубокого сна и, очнувшись, обнаружил себя в таком состоянии. Мистер Чан был прямо за моей спиной и ласкал мое тело. Я с трудом притворялся, что не замечаю его прикосновений, сжимая глаза.

Я уже был изнурен бессонной ночью. Если он продолжит такое поведение, мне придется провести в постели как минимум три дня.

Уф, знакомый запах смешался с дыханием генерального директора Чана на моей шее. Его стоячий член, проникал между моих бедер и лениво терся о внутреннюю часть.

Рука лениво погладила меня по позвоночнику. Плоть поднималась по траектории движения кончиков пальцев. Это было так эротично, что у меня по коже побежали мурашки. В конце концов пальцы забрались между моих ягодиц и вошли в дырочку. Послышался хлюпающий звук, проникая сквозь сперму, которая была во мне всю ночь.

Податливая дырочка упруго сжималась и разжималась вокруг пальцев Чана. Мужчина издал негромкий вздох «ммм», недовольный тем, как сжимается дыра.

Затем Чан рывком ввел палец в отверстие.

- ......!

Я пожевал внутреннюю сторону щеки, чтобы подавить стон. Он входил так глубоко. В уголках моих глаз образовались слезы, когда я почувствовал, что на мои органы сильно давят.

Даже с плотно закрытыми глазами было видно, что сейчас середина дня, но даже в палящий зной господину Чану очень хотелось сделать что-нибудь непотребное, поэтому он двигался изо всех сил. Невинная кровать заскрипела и застонала в знак протеста против распутного поведения Чана.

- ...Уф.

Я плотно закусил нижнюю губу, чтобы подавить стон, который грозил вырваться из моего горла. По правде говоря, господину Чану все равно, проснулся я или нет.

Держа меня за талию, Чан вскоре понял, что положение неудобное, перевернул меня на живот и забрался сверху. Потянув мои ягодицы в разные стороны, он нашел отверстие, несколько раз потер головку и ткнул внутрь.

- ...Ух!

Это был удар, который разрушил мою решимость.

- А-а-а-а!

- ...Ууф!

Оставшаяся сперма, с хлюпающим звуком ударилась о головку Чана.

- ...Мммм, черт! Хмф!

- ...Ха, ха!

Я полз на коленях, чтобы отстраниться от него. Мои колени терлись о простыни и болели, от этого мои движения замедлялись, и вскоре я ударился головой об изголовье кровати. Бежать было больше некуда. Чан схватил меня за лодыжку одной рукой и притянул к себе. Я даже не успел воспользоваться руками.

- Почему ты не понимаешь, что, убегая таким образом, ты только провоцируешь своего противника?

Оружие снова вонзилось в меня. О нет, нет. Я боролся своими конечностями, издавая такой звук, словно вот-вот потеряю сознание. Сквозь головокружительное зрение я мог видеть его предплечья, стоящие как колонны, поддерживающие огромное тело генерального директора Чана. Я крепко держал его за руку, словно это была веревка.

- Хмф, хмф!

- ...Уф.

В головокружительном нагромождении предметов мое внимание привлекло кольцо Чана, а затем что-то на корне его среднего пальца. Там была незнакомая молния. Это была отметина, которая выглядела так, как будто она была сделана ниткой или чем-то еще. Это было похоже на шрам, который появился давным-давно и зажил, и был едва заметен, если не присматриваться.

У генерального директора Чана было что-то в руке?

- ...Хмф, хмф, хмф, хмф!

Широкое предплечье мужчины трепетало в моей руке, как живая рыба, и мне казалось, что в любой момент я сойду с ума. Я обхватил его руку так крепко, как только мог.

Он просунул руку мне под живот, и вскоре член, которым я терся о простыню, оказался в его руке. Он стал дрочить его так сильно, как только мог.

- Ха, ха, ха!

- ...Кончи еще раз, давай, кончи еще раз.

Мое лицо покраснело. Этот человек все утро приставал ко мне, называя меня этим проклятым фонтаном. То он вставлял свой член в дырочку и таранил ее, как зверь во время течки, то брал мой член в руку и тряс его, лениво потирая внутреннюю часть бедер.

- Попробуй сделать фонтан еще раз.

Рука мужчины безжалостно терла мой член. Поверхность покрылась корочкой, и от каждого грубого трения о его руку нестерпимо жгло.

Мой член, уже сжатый до предела, кивнул и упал вниз, словно ему больше нечего было дать. Мое тело содрогалось, словно я собирался эякулировать, но выброса не происходило.

Чан поднял на меня бровь, как будто ему не понравилось то, что он увидел, а затем шлепнул меня по заднице.

- Откройся.

Чан прижался к моей спине и стал подрачивать свой член рукой. Вскоре его член изверг густую струю спермы. Вся сперма Чана вылилась в мою дырочку.

- Не выплевывай мою сперму, закрой свою дырку.

Я напрягся, но этого было недостаточно, чтобы остановить вытекающую сперму.

- Напряги свою задницу.

Чан снова шлепнул меня по заднице. Отверстие быстро сокращалось. Мое тело рухнуло на простыни, обессилев.

Все тело затекло, и я не мог даже пальцем пошевелить, лежал как труп. Чан был рядом со мной и играл с моими бедрами, которые, должно быть, были раскалены докрасна.

Внезапно я почувствовал сдавливающую боль внизу живота, которая быстро исчезла. Я понял, что не вычистил из себя сперму, которую Чан оставил накануне. Если я оставлю все как есть, у меня будет болеть живот.

Я ухватился руками за простыню и поднялся. Господин Чан, лежавший позади меня, спросил:

- Куда ты идешь?

- ...Я иду умываться.

- У тебя, наверное, ноги подкашиваются, - тихо пробормотал он.

- У тебя не болит поясница?

Если бы я сказал, что да, он бы взбесился, но если бы я сказал, что нет, он бы пошел еще на один раунд. После долгой паузы Чан заговорил.

- Иди умывайся.

Я оттолкнулся задницей от кровати и встал, поставив обе ноги на пол. Я сделал шаг вперед, и резкая боль пронзила мой позвоночник.

Позади меня послышался треск и звонкий звук. Видя мое жалкое состояние, Чан потянулся к тумбочке. Он снял трубку и сказал в нее.

- Обслуживание номеров, пожалуйста.

Я сделал один медленный шаг, потом другой и едва дошел до душевой кабинки.

Вода ударила в грудь и потекла по телу. Мыльная вода смыла следы ночи с моей кожи. Я в последний раз натер каждый сантиметр своего тела, а затем выключил кран.

Хлюп-хлюп. На мокрых ногах я добрался до раковины. Душевая кабина была наполнена паром. Я использовал полотенце, висевшее на одной стене, чтобы удалить влагу.

Я заметил, что из повязки на колене сочится ярко-красная кровь. Повернув голову, я заметил капли крови на полу. Колено почему-то пульсировало. Рана, разорванная осколком стекла, снова открылась.

- ....…

Я вздохнул и взял с полки бинт. Я сел на унитаз с закрытой крышкой, наложил повязку на колено и грубо его замотал.

Неуклюжими руками я завязал его в тугой узел. Завязав небрежный узел на колене, я быстро принял душ. Сильная струя воды смыла ярко-красные капли.

Я открыл дверь душа и вышел.

Несмотря на то что я вышел из душного помещения, мое зрение по-прежнему было затуманено. Едкий пар щипал глаза.

Комната напоминала логово енота. Виновником этого был господин Чан, который, прислонившись к изголовью кровати, курил сигарету. Он был обнажен и выдыхал в воздух клубы дыма.

Нижняя часть его тела, к счастью, была прикрыта простыней, но даже в этом случае простыня лишь немного доходила до его таза, поэтому это выглядело довольно опасно.

Его лицо, курившее сигарету, то исчезало в серой дымке, то появлялось вновь. Когда он изучал мое тело вдоль и поперек, его лицо было залито томным удовольствием. Его взгляд задержался на моих ногах под халатом, и он затушил сигарету в пепельницу.

- Дыра, о которой говорят, что она разорвана, на самом деле не разорвана.

Я взглянул на простыню под ним. На ней было четкое пятно крови. Должно быть, он обнаружил его после того, как я зашел в душ.

Директор Чан вновь разбередил рану, которая начала заживать. Он повернулся ко мне, делая вид, словно все это произошло из-за моей невнимательности. Он действительно был жестоким человеком.

Я отвернулся от него и взглянул на диван. Кожа на нем была покрыта пятнами. Я догадывался, что это за следы, и на моем лице вспыхнул румянец.

Чан внезапно рассмеялся. Его голос звучал насмешливо, словно он находился во власти раздвоения личности.

- Ты даже туалет не можешь нормально прикрыть. - мужчина прищелкнул языком.

- Разве тебя не учили правильно ходить в туалет?

- ....…

- Разве я не говорил тебе?

Генеральный директор Чан перевернул тыльную сторону руки и ударил кольцом по изголовью кровати. В отличие от вчерашнего дня, когда он был уставшим, сегодня он, похоже, был в хорошем настроении. При этом мое настроение снова упало.

Я намочил полотенце, вышел и сел, сложив колени перед диваном. Рана, должно быть, еще немного открылась, и было так больно, но я не должен издать ни звука. Я терпел боль, крепко сжимая полотенце и тер следы на кожаном диване. Я изо всех сил старался их стереть, но, возможно, вода уже впиталась, и белые следы не исчезали.

Материал дивана, который был приятен на ощупь, подсказывал мне, что он обойдется в кругленькую сумму. Мои глаза остекленели, когда я понял, что все труды из-за этой ночи окажутся напрасными.

Я чувствовал взгляд мистера Чана на своем лице. Мне было интересно, о чем он думает, глядя на меня. Но я не хотел этого знать.

Дзынь, дзынь. Внезапно раздался звонок и в дверь громко постучали. Когда я быстро попытался встать со своего места, я внезапно почувствовал острую боль в колене, и я споткнулся, держась за диван. Генеральный директор Чан холодно раскритиковал меня за глупость.

- Ты никуда не пойдешь в таком виде.

Он направился в душ и вышел оттуда, его халат свободно болтался на длинном теле. Его волосы были слегка взъерошены и спадали на лоб, пронзительные глаза были томными, и в комнате стоял странный запах.

На нем были все признаки того, что он только что занимался сексом. Но он выглядел лучше, чем я. Беспорядочно завязав пояс на талии, Чан открыл дверь.

Дверь была слегка приоткрыта, и вряд ли сотрудники смогут меня увидеть. Тем не менее я намеренно сидел, повернувшись спиной, и делал вид, что старательно чищу диван.

- Доброе утро, генеральный директор, ваш заказ здесь.

Позади меня послышался шорох. Похоже, расставляли еду. Как раз, когда все закончилось, Чан остановил работника, который уже собирался уходить.

- Чаевые.

...Чан собирался дать ему чаевые. "Да пошел ты", - выругался я под нос. Он явно пытался поставить меня в неловкое положение.

Мне было странно неловко в этой ситуации.

Мне все время казалось, что кто-то наблюдает за мной сзади. Сначала я подумал, что это может быть господин Чан, но он явно отвернулся от меня, а это означало, что за мной сейчас наблюдает сотрудник.

Допустим, что он просто подглядывает, чтобы узнать, кто его спутник на ночь, но я не мог не почувствовать, что в его взгляде есть что-то нервирующее. Я выпустил полотенце из рук и медленно обернулся.

Господин Чан стоял ко мне спиной, а я посмотрел в глаза тому, кто стоял за его плечом.

В этот момент враждебность вспыхнула как огонь. Сотрудник, который обслуживал номер и пристально на меня смотрел, был тем ублюдком.

Тот самый ублюдок, который украл мои деньги.

Я знал, что когда-нибудь мы снова встретимся, но сейчас было слишком рано.

Я лениво поднялся со своего места, не сводя с него глаз. Рваная рана пульсировала, но сейчас это было неважно. Все, что меня сейчас волновало, - это смотреть на него так, словно я собирался разорвать его в клочья.

Наши взгляды встретились лишь на мгновение, но даже за это время его глаза успели рассмотреть и халат, накинутый на мое тело, и беспорядочную картину в номере.

Его взгляд переместился с меня на господина Чана, и он произнес тоном, вызывающим отвращение.

- Спасибо, господин. Если вам понадобятся дополнительные услуги, пожалуйста, не стесняйтесь, звоните мне, и чувствуйте себя как дома.

Мой взгляд задержался на горсти купюр в его руке. Как только генеральный директор Чан повернулся ко мне, улыбка с лица этого ублюдка исчезла. Как будто он только что сменил маску, выражение его лица изменилось на 180 градусов, и он пробормотал: «Это грязно».

Дверь медленно захлопнулась перед моим носом, и вскоре я услышал шаги в коридоре, которые становились все слабее и слабее, пока не исчезли совсем. А я все стоял, не моргая, и смотрел на закрытую дверь. Мои глаза горели, словно налившись кровью. Господин Чан с подносом в руках направился ко мне, подол его халата развевался. Я стоял, уставившись на дверь и не двигался. Он негромко сказал.

- Что случилось?

Господин Чан поставил поднос на диванный столик. Затем, совершенно непринужденно, он опустился на кожаный диван. Я подумал, не собирается ли он на нем есть, но он открыл крышку, накрывающую еду, и отодвинул ее.

Отвратительный запах еды ворвался в мои ноздри.

- Ты похож на призрака, - пробормотал он.

- А может, так было всегда?

Раздался резкий стук металлической посуды. Чан взял с подноса нож и вилку, нарезая стейк из лосося. Я бессмысленно уставился на его руки, ловко орудующие ножом.

- Этот сотрудник просто…

Чан сделал паузу и обдумал мои слова.

- Сотрудник.

Чан сунул в рот кусок тонко нарезанного лосося. Его челюсти двигались и измельчали еду на мелкие кусочки.

- Это человек, который украл мои деньги.

Он отправил в рот еще один кусок лосося. Удовлетворившись вкусом, он приподнял одну бровь и негромко сказал: "Ммм". Я был немного ошарашен такой вялой реакцией. Я ожидал если не гнева, то хотя бы недовольства.

Он утолил жажду водой из бокала, а затем сказал то, что разрушило мои ожидания.

- Я это знаю.

...Ты это знаешь?

Я уставился на Чана, который невозмутимо продолжал есть с непринужденным выражением лица. Он знал об этом и все равно дал этому ублюдку чаевые?

"Он требовал, чтобы Су Вон взял на себя ответственность, прежде чем угрожать судебным иском. Благодаря этому мне пришлось заткнуть ему рот, чтобы избежать проблем."

Я уверен, что именно это он тогда и сказал. Он протянул мне чек, но я не заметил ни малейшего намека на дискомфорт в его поведении. Удивленный его безразличием, я замер, когда господин Чан положил нож и вилку на пустую тарелку. Затем он поднялся с дивана.

- Я собираюсь уйти.

Он развязал пояс от халата и направился к шкафу, где висела его одежда.

- Я надеюсь, что так и будет, Су Вон.

Одетый только в рубашку и брюки, он перекинул пиджак через одну руку, и его мобильный телефон тихонько завибрировал внутри.

Дзинь, дзинь.

Он провел большим пальцем по экрану мобильного телефона, который вибрировал с регулярной периодичностью. В трубке раздался мужской голос. Он был такой громкий, как у медведя.

- Господин, это то, о чем вы просили узнать вчера.

- Подождите минутку.

Направившись к двери, господин Чан остановился и оглянулся на меня, сжимая в одной руке мобильный телефон.

- В ближайшие дни я буду занят новым продуктом, так что пока отдохни.

С этими последними словами он исчез за открытой дверью. Грохот захлопнувшейся двери всколыхнул комнату. Я тяжело вздохнул, когда увидел перед собой тарелки, которые мужчина опустошил.

- ...…

Я почувствовал на своей спине пристальный взгляд. Эпицентром была камера, прикрепленная к сейфу. Как ты посмел разместить эту штуку в моей комнате, а потом ты просишь меня расслабиться, бессовестный ублюдок? Я потирал лицо сухими руками. Тонкая кожа мучительно скользила под моими пальцами, и руки обессиленно опустились вниз.

Это физически и эмоционально истощало - чувствовать на себе чужие взгляды, даже в пустой комнате. Я чувствовал себя запертым в гробу размером с мое тело, в котором не было свободного места. Кроме того, у меня есть окно, через которое можно выглядывать наружу, но я не знал, кто и когда наблюдает за мной с противоположной стороны.

...Душно. Такое ощущение, что кто-то держит мою шею и крутит ее, как шею курицы. Я стянул часть халата, прикрывающую шею. Интересно, почувствую ли я себя лучше, если подышу воздухом? Но я слишком хорошо понимал, что, выйдя из этой комнаты, никогда не избавлюсь от посторонних глаз. Я устал от людей, которые смотрели мне в лицо и шептались за спиной.

- ...…

Я тяжелыми шагами направился к окну, чтобы подышать воздухом. Я прошел мимо дивана, мимо кровати и прижался к окну. Я решил, что это будет слепая зона для камеры.

Сквозь прозрачное стекло на меня смотрело бледное лицо мужчины, который с минуту смотрел на меня расфокусированными глазами. Я отвел взгляд, потянулся к рычагу и распахнул окно.

- ...…

Сквозь щель подул прохладный ветерок. Я, всегда носивший короткие рукава, обнял себя руками. Затем мои глаза слегка расширились, когда я заметил нечто, во что не мог поверить.

Когда-то зеленая лужайка поля для гольфа, была покрыта редкой коричневой травой.

Это было уже начало осени. Холодный ветер и красная трава не позволили никому отрицать этот факт.

Внезапно мое сердце заколотилось.

Ход времени, за которым я только что наблюдал глазами, как сторонний наблюдатель, вдруг яростно устремился на меня.

Когда время прошло так быстро? Я определенно не собирался оставаться здесь так долго. Это был длинный сезон, и я собирался уйти, как только заработаю достаточно денег, чтобы покрыть расходы на операцию.

А теперь мне предстояло начать второй новый сезон. Теперь мне казалось, что мне действительно нужно уехать, туда, где меня никто не найдет.

Кап, кап, кап. На окне образовались капельки воды, а затем пошел не по сезону холодный дождь.

Глава 31

Время шло, а я стоял в стороне. Многие люди приходили и уходили с поля для гольфа, а сотрудники приходили и уходили по своему усмотрению.

Генеральный директор Чан, который сказал, что будет занят запуском нового продукта, пришел ко мне на рассвете и взял мое тело. Он по-прежнему использовал язык высокого давления, наслаждался своим извращенным поведением и после акта заплатил мне обещанные деньги. Это было обычным делом.

Ничего особенного. Но мои нервы были странно напряжены.

Даже если я проводил время в своей комнате, я часто оглядывался назад из-за внезапного холода. Линза с одной стороны сейфа стала досаждать.

Я понял, почему господин Чан взял на себя труд рассказать мне о линзе на сейфе. «Я слежу за тобой, так что не пытайся делать глупости». Если этой фразой он хотел запудрить мне мозги, то, конечно, выбрал самый очевидный способ.

При мысли о том, что он может следить за мной таким способом, я не мог дышать спокойно. Каждая клеточка моего тела реагировала на него. Даже после того дня, когда он сказал это, симптомы усилились.

«Мне очень любопытно, Со Су Вон. Где, черт возьми, ты был и что ты делал, перед тем, как попал ко мне в руки?»

Когда нервы натянуты, их трудно отпустить. Каждый день был похож на хождение по тонкому льду.

Генеральный директор Чан, вероятно, просто наслаждается этим как развлечением. Поскольку я совершил преступление, у меня не было другого выбора, кроме как сделать быстрый шаг назад, как будто мою кожу порезало лезвие. Прошло много времени с тех пор, как еда, которую я запихивал в рот, не имела вкуса, и я едва мог спокойно спать. Я боюсь, что если я закрою глаза и открою их, он будет стоять перед моим лицом.

И все это время окровавленный мужчина средних лет появлялся через определенные промежутки времени, вышагивая вокруг меня.

Все должны уже спать. Я откинул одеяло, выскользнул из кровати и направился на первый этаж, где находилась общая комната.

Кап, кап, кап.

Капли дождя, все гуще и гуще, изредка попадали в маленькое окно. Дождь шел уже несколько дней, как будто его целью было лишить деревья всех их разноцветных листьев.

Я сидел один в комнате отдыха для VIP-персон, перед экраном компьютера, единственным источником света и щелкал мышкой.

Остров, который я предварительно просмотрел, расползался по экрану. Он находился у побережья Южных морей. Он был настолько удален, что добраться туда можно было только на одном корабле, который отходил только два раза в день.

- ...…

Я убрал руку, державшую мышь, и положил ее на бедро.

Мало того, что билет на лодку был не таким уж дорогим, но и ежемесячная арендная плата в таком месте была значительно ниже. Пока я ищу работу, не лучше ли каждый месяц выделять деньги, которые у меня есть, и отправлять их моему дяде? С собой брать нечего, поэтому остается только собрать все деньги из сейфа и сразу уйти. Была одна вещь, которая меня беспокоила.

Это был генеральный директор Чан.

Первоначальная сделка с ним должна была продлиться до зимы, когда он покинет поле для гольфа, и тогда он должен был отпустить меня и заплатить достаточно денег, чтобы я мог развлекаться и есть до конца жизни. Конечно, у господина Чана, было достаточно для этого средств.

Но если бы он отпустил меня, это означало бы, что в конце концов он узнал бы, куда я направляюсь, а это было нежелательно. Это было слишком опасно. Я человек, который заслуживает того, чтобы скрыться там, где меня никто не знает, и спокойно закончить свою жизнь.

Я выключил компьютер, встал и направился в свою комнату.

- ......!

Я шел по коридору, когда услышал шум. Я не обратил на это внимания и продолжал идти вперед.

Я не сразу понял, что эпицентром звука была комната, в которой я остановился. Я постепенно замедлил шаг. Некоторое время я стоял перед дверью, не решаясь ее открыть.

- Хмф, ха!

- ...Стоп, стоп.

Изнутри доносились стоны, как будто принадлежащие двум людям. Я сглотнул и прочистил горло.

...Похоже, он занимался любовью с кем-то еще в моей комнате. Если это так, то должна быть причина, по которой он пробирается в мою комнату и делает это.

Например, чтобы показать мне?

Если так, то я собираюсь дать ему то, что он хочет. Я медленно постучал картой в руке по терминалу и услышал щелчок, когда дверной замок разблокировался.

Я взялся за дверную ручку, обхватил ее ладонью и потянул. Сквозь слегка приоткрытую дверь доносились все более громкие стоны. Когда я зашел внутрь, стоны становились все громче и громче.

- Хмф, ха!

- ...Ух.

- ...Ха, ха, ха!

- ...Уф, ха.

Приглушенные стоны мужчины, которые казались сдавленными, иногда переплетались с низкими и грубыми стонами. Первые были незнакомы, но вторые безошибочно принадлежали Чану.

Я никак не хотел привыкать к этому, но мои нервы реагировали сами по себе. Теперь, за углом, я мог увидеть, как господин Чан занимается сексом с другим мужчиной. Конечно, это будет грязно, но я испытывал странное чувство предвкушения. Я увлажнил языком пересохшие губы.

У господина Чана не было ни с кем отношений с тех пор, как он занимался со мной этим дерьмом, и это заставляло меня чувствовать себя очень странно. Я не мог понять, почему он цеплялся за меня, как кобель в течку.

Независимо от причины, я подумал, что если господин Чан сейчас спит с кем-то, кроме меня, то, возможно, он сможет поделиться частью своей энергии с другими. С этой надеждой я обогнул одну из стен, ожидая, что он находится в самом разгаре отношений.

Вопреки моим ожиданиям, господин Чан откинулся на спинку дивана с сигаретой между зубами, смотрел на экран перед собой, спустив брюки, и дрочил свой член. Это выглядело так грубо и вульгарно, что я чуть не охнул. Я замер, белый как полотно, и медленно перевел взгляд на экран, на который он смотрел.

- ....…

Ярко освещенная комната отражалась на экране телевизора: господин Чан, привалившись к дивану, обнажив широкую спину, яростно двигал бедрами.

- ...Хмф!

- ...Хмф, хмф. Двигай задницей.

Мои длинные ноги безвольно свисали по бокам бедер, а колено посередине было забинтовано. Увидев это, я молча опустил глаза.

...Чего, черт возьми, я ожидал?

Мои надежды быстро развеялись, когда Чан схватил меня за руку и усадил на свое бедро.

Он уткнулся губами в мою шею и промурлыкал.

- Ты хорошо спал?

- Да.

- Ты ел?

- Я поел.

Взгляд господина Чана скользнул вниз, и он пробормотал: "Хорошая работа". Уголок его рта приподнялся, когда он посмотрел на меня, и он стал быстрее поглаживать свой член. По его отвратительному стволу потекла струйка спермы, он слегка прикрыл глаза и медленно вздохнул.

В отличие от своего обычного состояния, когда он стоял наготове, как отточенный клинок, сейчас он, казалось, ослабил бдительность. Мой взгляд скользнул к столу и окинул его взглядом. На нем стояла бутылка виски, наполовину наполненная янтарной жидкостью, и пустой стакан.

Вокруг было рассыпано что-то похожее на белый порошок. Я сразу же понял, что это такое, потому что видел это раньше.

Это были наркотики.

Я перевел взгляд обратно на господина Чана. Он был странно расфокусирован, его губы были сухими и растянутыми, а нижнюю губу он облизывал языком. Он выглядел так, будто был под наркотиками.

Он был под кайфом, проигрывал видео с нашем сексом и дрочил. Сумасшедший, извращенец, псих.

- ...Генеральный директор.

Генеральный директор Чан усмехнулся и рассмеялся.

- Это новый продукт, но он работает хорошо.

Генеральный директор Чан изогнул подбородок и одним движением втянул мои губы. Два комочка плоти под моим носом были раздавлены его языком. Он прижался ко мне, не давая ни малейшего пространства, словно забыл, что я человек, которому нужно периодически дышать, чтобы оставаться в живых.

Я легонько оттолкнул его ладонью. Господин Чан отступил легче, чем я ожидал. Я стянул перед ним брюки и забрался на него сверху, его член выпирал из брюк.

Предэякулят генерального директора Чана, был размазан у входа, и я выгнул спину, чтобы вставить член. Чан с нетерпением приподнял талию и вставил его внутрь.

Член Чана заполнил все внутри.

- Хм, ах!

- ...Ха, ха, ха.

- ...Хмф, хмф!

- ...Хмф.

Стоны, доносившиеся из телевизора, громко звучали в моих ушах. Я подавил желание немедленно выключить экран и мимоходом спросил генерального директора Чана.

- Господин Чан, вы принимаете наркотики?

- Ровно столько, чтобы не впадать в зависимость.

Господин Чан схватил меня за ягодицы с обеих сторон, словно собирался разорвать их. Он не мог контролировать свою силу из-за наркотиков. По сравнению с теми, кто принимал наркотики, Чан выглядел нормальным и спросил:

- А что, ты хочешь попробовать?

Я слабо покачал головой, держа в руках рубашку, прикрывающую его грудь.

- ...Ха, в следующий раз.

Господин Чан задрал мою футболку и быстро нашел мои соски, его ладони грубо поглаживали их. Чувствительность сосков увеличивалась от его прикосновений и они набухли до размера чуть меньше ногтя.

- Как и ожидалось, видео далеко от реальности…

Его слова прервал ужасный звук, раздавшийся изнутри видео.

- Стоп, я действительно хочу в туалет.

При звуке моего дезориентированного стона у меня заслезились глаза. Я стонал, выдыхая горячее влажное дыхание, а затем услышал перед собой голос.

- Ты сможешь повторить это сегодня?

Я посмотрел на пьяного мужчину передо мной и бессвязно пробормотал.

- …Если бы только генеральный директор сделал то же самое.

Генеральный директор Чан посмотрел на меня и ухмыльнулся.

- Вот это поворот.

Продолжая двигать бедрами, я снова уставился на бокал на столе. Точнее, на белый порошок, рассыпанный возле него.

Глава 32

Господин Чан крепко спал со своим членом внутри моей дырочки. Чтобы вытащить его, я перекатился на бок, выкручивая талию то в одну, то в другую сторону, и раскачивая бедрами из стороны в сторону. Моя дырочка сжималась и выплевывала сперму. Дюйм за дюймом, член как штопор выскользнул из нее.

Моя дырочка, которая была открыта всю ночь, запульсировала в ответ. Я сполз с кровати, отряхивая затекшие ноги и тяжело дыша. Простыня, прикрывавшая мою талию, сползла вниз.

Сквозь простыню был виден член господина Чана, который был полуэрегированным даже, когда он спал. Он был такого размера и толщины, что заставил бы любого человека возбудиться.

Я осторожно поднял руку и помахал ладонью перед лицом господина Чана.

- ....…

Я повторил это действие несколько раз, чтобы убедиться, что он спит. Убедившись, что он еще спит, я тихо оделся.

Оставив его одного в комнате с его медленным, ровным дыханием, я тихонько выскользнул из номера.

Отверстие, которое всю ночь оставалось открытым и до сих пор не закрылось, казалось, с каждым шагом выплевывало содержимое.

Войдя в общую комнату, я включил компьютер и стал искать информацию в Интернете, щурясь на экран и грызя кончики ногтей.

Найдя информацию о транспорте до паромного терминала, я столкнулся с неожиданными трудностями.

...В тот день я впервые попал на поле для гольфа.

Я вышел из городского автобуса и сел в машину Ли Джин Сока, но мне все равно пришлось довольно далеко ехать до места. Мне казалось, что расстояние от автобусной остановки совсем небольшое, но когда я погуглил, оказалось, что это пять часов ходьбы.

На всякий случай я поискал другие остановки, но тщетно. Все остановки в округе были заняты автобусами, отправляющимися за город.

В этой местности ничего подобного нет. Выбраться отсюда без машины практически невозможно, поэтому Ли Джин Сок лично приехал за мной в тот день.

- ....…

В этом районе было всего три компании такси. Я записал в блокнот номера всех такси по очереди.

Сжимая в руке номера, я направился к телефонной будке. Я вошел в пустую будку, просмотрел номера и набрал цифры на циферблате.

Последовала длинная серия гудков. Дождавшись, пока собеседник возьмет трубку, я прислонился спиной к прозрачной стене будки и выглянул наружу. Порыв холодного ветра превратился в вихрь, проносящий опавшие листья. Я уставился на листья, погрузившись в раздумья.

Сотрудник ответил на звонок.

- Здравствуйте, это Happy Calltaxi, обеспечивающий комфорт. Чем я могу вам помочь?

Мои мысли забегали, и я быстро выпрямился.

- Здравствуйте... Я хочу заказать поездку.

- Ваше имя.

- ...Со Су Вон.

- Откуда Вы хотите уехать?

- Королевское поле для гольфа.

- Да, подождите минутку.

В трубке раздался треск. Клавиатура потрескивала.

- Сожалею, господин, но запрашиваемый Вами район находится слишком далеко, чтобы мы могли его обслужить.

- ...Хорошо, я понял.

Я положил трубку. Мысленно зачеркнув первый номер, я набрал второй. Нажал на кнопку вызова, услышал соединение, и вскоре трубку поднял сотрудник.

- Да, пожалуйста, говорите.

- Это Королевское поле для гольфа. Я пытаюсь забронировать машину.

- Я сейчас проверю.

Прошла тревожная минута. Я держал сигарету во рту и жевал фильтр. Потом я услышал, как он снова поднял трубку и дал ответ, похожий на тот, что был в первом такси. По его словам, расстояние слишком велико, и они не обслуживает такие расстояния.

Я даже предложил добавить еще денег к стоимости проезда, но он сказал, что по их правилам этого делать нельзя, и повесил трубку.

Осталась последняя компания. Мужчина взял трубку.

- Слушаю Вас.

- Я нахожусь на Королевском поле для гольфа, у вас есть машина?

- Мы туда не ездим.

После этой фразы мужчина бросил трубку. Я прикусил нижнюю губу, потрясенный тем, как закончился звонок. Я вышел из телефонной будки, не имея никакого результата. Я докурил сигарету и вернулся в свою комнату.

На всякий случай я уничтожил записку и бросил ее в мусоросжигательную печь за отелем вместе с окурком.

Я открыл дверь в комнату и осторожно шагнул внутрь. Господин Чан спал на большой кровати, спиной ко мне. Я уставился на него, затаив дыхание.

Тишина окутывала комнату, как туман, и звук его дыхания эхом разносился по комнате. Он спал очень глубоким сном, как будто принял наркотики, чтобы заснуть.

Хуу, хуу.

Его лопатки поднимались и опускались с каждым вдохом и выдохом. Мышцы его позвоночника вздрагивали, как волны. Его загорелая спина была испещрена мелкими и крупными царапинами, а на плечах все еще виднелись следы от ногтей, которые я вонзил в них от удовольствия, и они выглядели довольно глубокими.

В остальном его тело было покрыто следами прошлого. Я не знал, чем он занимался, но по тому, как он себя вел, как разговаривал с другими, я решил, что он не был легальным работником, платящим налоги.

Он был производителем наркотиков.

Я встал рядом с ним и поднял телефонную трубку. Я нажал кнопку вызова, и меня тут же перевели на стойку регистрации.

- Здравствуйте, чем я могу вам помочь?

- Здравствуйте.

Я перевел взгляд назад. Я оглянулся, чтобы убедиться, что господин Чан не проснулся. Вопреки моим опасениям, он действительно глубоко спал, как убитый, ни разу не шелохнувшись.

- Я собираюсь заказать еду в номер.

- Хорошо, сегодняшнее меню -.…

Персонал зачитал меню. Среди списка непривлекательных блюд нашлось одно, которое показалось привлекательным.

Это был сет "С". Паста с морепродуктами в сливочном соусе и хлеб.

Нет ничего хуже, чем есть жирную, склизкую пасту с похмелья, и от одной мысли об этом у меня свело живот.

- Принесите, пожалуйста, сет "С".

- Что вам принести выпить?

- Только воду, пожалуйста.

- Хорошо, в какое время доставить еду?

Я посмотрел на господина Чана, который все еще не собирался вставать.

- Пожалуйста, зайдите через час.

- Погруженный в сон, он начал двигать своим телом, издавая тихие звуки.

Я смочил полотенце водой и протер каждый сантиметр и без того чистой от пыли комнаты. Я осторожно протер белое пятно на диване, надеясь удалить следы, но это не помогло.

Чан даже не шелохнулся, пока я стирал его одежду в стиральной машине, и только через час, когда я услышала стук в дверь, он дернулся. Я пошел к двери.

- Обслуживание номеров.

Затем я остановился, как вкопанный при звуке голоса, доносившегося из-за двери. Это был обычный мужской голос, такой, какой, вероятно, имеет восемь из десяти мужчин. Ничего особенного, но он как-то действовал мне на нервы.

Медленно потянувшись к дверной ручке, я слегка приоткрыл ее, открыв лицо ублюдка, стоящего по ту сторону двери.

Его взгляд переместился с меня на господина Чана, который приподнялся на кровати, а затем обратно на меня. Он молча протянул мне поднос.

Я захлопнул дверь перед его носом и вернулся в комнату.

Чан, только что проснувшийся, обвел комнату взглядом, словно пытаясь оценить ситуацию, и, заметив меня, стоящего как камень, пролепетал.

- ...Какого черта.

Потом я пробормотал про себя. Разве это не сон? Я подошел к столу и обеими руками поставил принесенный поднос.

- Генеральный директор. Я заказал обслуживание в номер.

Я взял халат с вешалки на стене и протянул его обнаженному господину Чану обеими руками. Генеральный директор Чан уставился на меня на мгновение и моргнул. Его глаза касались каждого сантиметра моего лица.

Чан быстро стянул простыню с талии и поднялся с кровати. Тонкая простыня соскользнула с его нижней части тела.

Взору открылся его толстый член, покрытый темными волосами на лобке. Если бы я сказал, что у него нет эрекции, в девяти случаях из десяти мне бы сказали, чтобы я перестал врать, а в остальных случаях меня бы отымели.

Чан медленно и бесстрастно накинул халат, не заботясь о том, что обнажает свой член на публике. Мне было неловко.

- Почему у тебя затылок покраснел?

Вопрос Чана, естественно, вызвал воспоминания о прошлой ночи. Я на мгновение вздрогнул от внезапно проснувшихся ощущений, пронзивших мое тело.

Высморкавшись, он босиком подошел к столу. Его спокойный взгляд медленно скользнул по еде.

- Присаживайтесь.

Я тихонько сел напротив него и взял вилку. Чан подцепил вилкой макароны, положил их в рот и задвигал челюстями, движения его челюстей замедлились. Несколько мелких морщинок пролегли на его самодовольном лбу, и он прополоскал рот водой.

Предсказуемо, он выглядел отвратительно. Я тихонько напевал счастливую мелодию. Я свернул лапшу вилкой, отправил ее в рот и проглотил. Это было немного странно, так как я не питался такой едой, но все было не так уж плохо.

Чан посмотрел на меня, пока я ел макароны цвета слоновой кости, и спросил.

- Вкусно?

- Да, очень вкусно.

Он слегка приподнял брови, как бы удивляясь. Мужчина, наблюдавший за тем, как я ем, пробормотал про себя с довольной улыбкой на лице.

- Ты не так уж много ешь, так что можешь есть, когда захочешь.

Возможно, потому, что у него уже пропал аппетит, генеральный директор Чан вытер уголки рта салфеткой. Затем он положил палец на край бокала, наполненного водой, и повернул его.

- В конце концов, любое существо слушается, только если морить его голодом.

Я не обратил особого внимания на его слова, просто положил в рот маринованный огурец и стал жевать. Я знал, что, попав на остров, я не смогу попробовать эти вещи, даже если захочу. Поэтому план состоял в том, чтобы запихнуть в рот, как можно больше, чтобы заполнить желудок.

- Я прав?

- Да, Вы правы.

Мужчина был рад, что оказался прав. Уголок его рта дернулся вверх, обнажая белые зубы.

Я набрал полную ложку пасты с морепродуктами и повернулся лицом к господину Чану.

Я посмотрел на самодовольное лицо Чана и его изящный кожаный кошелек.

В уголках моего рта заиграла слабая улыбка. В ответ лицо господина Чана слегка нахмурилось.

Он немного застрял, но мы найдем выход. Если бы только я мог заполучить эти проклятые деньги.

- ...Генеральный директор.

Господин Чан посмотрел на меня, его лицо было таким же твердым, как и его эрегированный член.

- Что?

- У меня к Вам есть одна просьба.

- ...Просьба?

Брови мужчины круто изогнулись, как будто он услышал неожиданное слово. Его нахмуренные темные брови придавали ему еще более зловещий вид. Заметив его свирепое выражение, я впился короткими ногтями в бедра.

Я почесал голову. Я колебался, не в силах подобрать нужные слова и думая, не обидел ли я его, сказав что-то не то. Господин Чан подтолкнул меня к действию.

- Что Со Су Вон хочет попросить меня сделать для него?

По его настоянию я указал указательным пальцем на диван в центре комнаты. Зажмурив глаза, я с трудом выговорил.

- ...Этот диван грязный. Уверен, отель попросит его почистить.

- Правильно.

- Я хотел попросить Вас заменить его на новый.

Кожаный диван высочайшего качества. Он должен был стоить несколько тысяч, если не больше. Мужчина, которого попросили об этой возмутительной услуге, лениво потер подбородок тыльной стороной ладони. Я взглянул на него, не зная, что сказать. Я сказал что-то не то?

Даже мне показалось абсурдным, просить его купить что-то настолько дорогое. Более того, характер этого парня был плох, как у гнилой доски. Мне повезло, что меня не ударили по лицу.

- ....…

- ....…

Я снова потянулся за вилкой. Мужчина прижал тыльную сторону ладони к виску, его взгляд был устремлен на меня. Я чувствовал себя как домашняя собака, которую кормит хозяин, но послушно отправлял еду в рот и жевал, намереваясь поглотить как можно больше дорогой пищи.

Я ожидал, что он посмеется надо мной или рассердится, но он никак не отреагировал, и я, естественно, решил, что он проигнорировал мою просьбу.

Наступил следующий день. По какой-то причине господин Чан, часто покидавший комнату по своим делам, накануне провел в ней весь день, и я, вынужденный находиться в полной боевой готовности, наконец-то смог побыть наедине без него.

Я приоткрыл дверь и осмотрел коридор. Обнаружив, что коридор пуст, я спустился в холл, внимательно следя за окружающей обстановкой. Я вошел в комнату отдыха, тихонько закрыл за собой дверь и сел за компьютер.

Мои руки старательно возились с мышкой и клавиатурой, пока я искал свой следующий рейс. Но никаких удовлетворительных результатов я не получил. Насколько я мог судить, кроме трех компаний, с которыми я уже связался, больше не было колл-такси.

Так ничего и не добившись, я с тяжелым сердцем вернулся в свою комнату.

- ....…

Войдя в комнату, я изо всех сил пытался что-то придумать. Засунув большой палец в рот, я грыз ногти, расхаживая по комнате.

Большинство сотрудников здесь ездили на собственных машинах или пользовались автопарком поля для гольфа. У меня не было машины, и я не мог взять машину клуба, поэтому мне пришлось придумать что-то другое. Я должен был что-то сделать.

То чувство, когда вы обвиняете свой мозг в том, что он не выдает умных идей.

Умно.

Мое одиночество было прервано стуком в дверь моей комнаты. Вместо того чтобы сразу открыть дверь, я на мгновение уставился на нее. У меня не было ни одного хорошего воспоминания о том, как кто-то стучал в эту дверь, поэтому мои нервы напряглись при звуке стука, как у собаки Павлова, реагирующей на звонок.

- Кто там?

Голос, который я слышал несколько раз, доносился из коридора.

- Я с поручением от генерального директора Чана.

Я нахмурился. Поручение? Я с нетерпением жду возможности увидеть, какие камеры наблюдения они прикрепят на этот раз, - с сарказмом подумал я и открыл дверь.

В дверях стоял прихвостень господина Чана, и не только он: за ним стояли еще двое таких же здоровяков, как он. Тот, что стоял передо мной, поприветствовал меня свирепо вздернутой бровью.

- Давно не виделись.

- ...Да.

- Босс попросил меня кое-что перевезти. Не возражаете, если я войду?

Я на мгновение замешкался: у этих троих была похожая аура. Он огромный, как медведь, но в то же время проворный. На нем был черный костюм, как будто у него была назначена встреча. Я сильно беспокоился о своей безопасности, но не мог же я сказать "нет", поэтому отступил.

Тот, что стоял передо мной, подмигнул двум, стоящим позади, а те сняли обувь и шагнули внутрь. Они широко распахнули дверь, задвинули засов и прошли мимо меня в центр комнаты, делая вид, что не замечают меня, и на мгновение я почувствовал себя невидимым.

Недоумевая, что, черт возьми, они собираются делать, они потянулись к дивану.

Они подняли тот большой диван. После долгих стирок белые пятна были удалены, но вместо этого в руках вынесли диван с отслоившейся кожей. Я просто смотрел на них растерянным взглядом, пока они поднимали огромный диван.

Прихвостень господина Чана, который стоял в стороне и наблюдал за ними, пробормотал.

- Мы всего лишь обычные офисные работники.

Интересно, понимает ли он, что, говоря это, выглядит еще более подозрительно? Я кивнул и ответил.

- Да.

Должно быть, он почувствовал мое недоверие, затем засунул медвежью лапу в свою куртку и порылся там. Найдя что-то, он вытащил руку, и я сделал непроизвольный шаг назад.

В руке, которая, судя по его ауре, должна была держать нож или молоток, он держал бумажник. Он быстро порылся в нем, достал визитную карточку и протянул ее мне. Его спина была слегка согнута, а другая рука прикрывала воротник. Он был очень вежлив, что я почувствовал себя не в своей тарелке и взял визитку.

Я опустил взгляд и из вежливости посмотрел на нее. Визитка была простой и незамысловатой, как раз по вкусу господина Чана. Я оторвал взгляд от визитки и посмотрел ему в глаза.

- Это солидное место.

Но я уже знаю, что это не так. За парнем, который улыбался и притворялся милым человеком, прошли двое мужчин с диваном. Они уверенно поставили новый диван на мрамор без обычного грохота. Я смотрел на это с ошеломленным недоверием, пока меня не привел в чувство голос подчиненного генерального директора Чана, раздавшийся у меня за спиной.

- Тогда, - он удивленно улыбнулся.

- Нам, наверное, пора возвращаться.

- ...Хорошо. Спасибо.

- Я просто делал то, что мне сказали. Всего хорошего.

Он молча склонил голову. Я рефлекторно поклонился в ответ, недоумевая, почему он так вежлив со мной. Выйдя через дверь в коридор, он быстро ожесточился и отдал приказ парням, находившимся в комнате.

- Пойдемте.

В унисон они последовали за ним из комнаты. Я вздрогнул от последней ледяной нотки в его голосе, затем закрыл за собой дверь и вернулся в комнату.

Новый диван выглядел хорошо, как будто его смазали маслом. Я провел по нему кончиками пальцев, а затем сел на него задницей.

Я сидел в оцепенении, потирая ладонями диван, словно в трансе.

...Не могу поверить, что ты действительно это купил. Похоже, что у господина Чана было денег больше, чем я думал. Я молча размышлял над тем, что сказал мне господин Чан.

Он тогда определенно сказал мне, что если я буду хорошо себя вести, он даст мне больше. Он доказал свою правоту, отправив мне это.

В результате действия, которое генеральный директор Чан назвал «красивым поступком», в мои руки попал диван стоимостью десятки миллионов вон. Но я не собирался долго оставаться в этой дерьмовой грязи. Я не мог находиться в плену у господина Чана или кого-то вроде него до конца своих дней, поэтому я собирался воткнуть в него соломинку и сосать, сколько смогу.

Я знал, что не получу от него столько денег, чтобы хватило на всю жизнь, но я был полон решимости получить как можно больше.

Как будто принимая решение, рука, медленно поглаживающая диван, сжималась все сильнее и сильнее.

Глава 33

Я принял душ, открыл шкаф и достал чистую одежду. Встав перед зеркалом, я убедился, что мое лицо и тело ухожены. Это была подготовка, которую я проводил перед выходом на поле в качестве кэдди.

Я надел кроссовки и вышел из комнаты. Медленными шагами я добрался до пентхауса, где остановился Чан. Когда я собирался постучать, сжав кулак, дверь открылась. Смущенный, я тихо заговорил через открытую дверь.

- ...Генеральный директор.

Человек по ту сторону двери неловко улыбнулся мне. По другую сторону стоял не господин Чан, а его подчиненный. Я заглянул через его широкое плечо и увидел лицо господина Чана. Он стоял позади своего человека и смотрел на меня. Затем он спросил меня:

- Что случилось, почему без предупреждения?

Господин Чан и его помощник, оба в пиджаках. Судя по всему, они собирались выходить.

- ...А.

Их взгляды упали на меня. Я почувствовал, что краснею так сильно, что мои глаза вот-вот выскочат из глазниц.

Не отрывая от меня взгляда, господин Чан проинструктировал своего помощника.

- Мы скоро поедем, так что оставьте машину заведенной.

- Да, господин.

Камердинер господина Чана сделал реверанс, а затем быстрым, сдержанным движением покинул комнату. На мгновение в комнате воцарилась тишина. Господин Чан облокотился на подлокотник дивана и молча смотрел на меня, сцепив пальцы.

Я не отрывал взгляда от пола и плотно закусил нижнюю губу, решив содрать с себя все слои, но я снова оказался не в состоянии установить зрительный контакт.

- Раз уж ты пришел сюда первым, полагаю, у тебя была какая-то цель?

Чан лениво скрестил руки, мой взгляд задержался на серебряных часах на запястье. Они роскошно сверкали и переливались. Я тяжело сглотнул и сухо спросил.

- Генеральный директор.

- Да, Су Вон.

- Часы.…

Господин Чан приподнял бровь, как бы призывая меня продолжать.

- Эти часы дорогие?

Мужчина на мгновение растерялся, наклонил голову и сузил глаза.

- Ты хочешь сказать, что хотел бы иметь такие часы, не так ли?

Холодные глаза господина Чана и губы, с которых слетают только ледяные слова. Как я могу сказать ему, что мне до смерти хочется иметь эти часы?

- Для чего тебе такие часы, Су Вон?

- Просто. Просто приятно иметь.

- ...Просто так?

Я говорил так, как будто, если мои расчеты верны, он действительно мог бы подарить мне эти часы. А все, что я могу ему предложить, это мое несчастное тело. Я посмотрел ему в глаза и тихо сказал, отрывисто произнося каждое слово.

- Мне нечего Вам предложить.

На мгновение воцарилась тишина, пока он медленно изучал мое лицо, словно пытаясь оценить мои намерения. Возможно, прошло всего тридцать секунд, но мне показалось, что это длилось миллиард лет.

Дзинь, дзинь. Тишину нарушил звонок мобильного телефона господина Чана. Господин Чан не сводил с меня глаз и медленно протянул длинные пальцы к телефону. Он поднял трубку.

- Говори.

В трубке раздался голос подчиненного.

- Генеральный директор.

Слова прозвучали тихо. Будучи верным подчиненным генерального директора Чана, он, должно быть, сделал все, что мог. Однако Чан проигнорировал его призыв.

- Глуши двигатель. Потому что я думаю, что опоздаю.

С этими последними словами Чан отпустил телефон и быстрым движением схватил меня за подбородок. Его темный пещерный рот внезапно поглотил мои губы, проглотив их целиком.

Голос подчиненного, отчаянно зовущего генерального директора Чана, постоянно был слышен из катящегося по полу сотового телефона.

- ...О, генеральный директор?

Длинный гладкий язык продолжал лизать нёбо моего рта. Язык его был жестоким и даже упрямым. Если какая-то часть ему нравилась, он просто продолжал углубляться в нее. Как будто он собирался проделать дыру несмотря ни на что. Это был такой же язык и поцелуй, как и сам генеральный директор Чан.

Поцелуй, который забрал мою душу, заставил покалывать все мое тело. Мои ноги так дрожали, что я не удивился бы, если бы пошатнулся на своем месте. Я неловко обхватил его за плечи и заерзал, а он схватил меня за шею.

Затем он просунул свое крепкое бедро между моих ног. Его тело и мое слились в единую массу. Это была нелепая поза, но гораздо более удобная, чем та, в которой я находился раньше.

Чан начал давить бедрами, словно собираясь разорвать мои яйца. Я издал стон сквозь сомкнутые губы. Трудно было понять, был ли это стон возбуждения или боли.

- Ха, ха, ха…

У меня перехватило дыхание. Почувствовав острую необходимость, я в знак протеста сильнее обхватил руками шею господина Чана. Я попытался брыкаться ногами, но безуспешно. В конце концов я ударил его кулаком грудь.

Его гладкий лоб недовольно сморщился, а затем он наконец отпустил мои губы. Вырвавшийся вздох заполнил вновь мои легкие.

- ...Ха, ха!

Я задыхался. Моя грудь вздымалась и опускалась, когда я пытался восполнить кислород. Я то надувался, как воздушный шар, набрав побольше воздуха, то сдувался.

Голова пульсировала, как будто в рот положили холодный лед. Казалось, я сейчас умру. Если бы только Чан был чуть более упрямым, то это действительно произошло бы.

- ...Ха, ха, ха.

Господин Чан спокойно смотрел на меня, его лицо покраснело, а глаза беззвучно смеялись. Его зрачки излучали слабое свечение. При этом он казался искренне возбужденным. Мне хотелось сказать этому человеку, чье либидо доминировало над его левым и правым мозгом, что он только что, чуть не получил труп.

Его отличный костюм, попавший в мою жестокую хватку, был помят в нескольких местах, особенно на шее. Я молча уставился на его темный пиджак.

Дзинь, дзинь.

Его мобильный телефон нетерпеливо зазвонил. Дзинь, дзинь, дзинь. Сегодня он звучал необычайно меланхолично, словно отражая страдания в сердцах подчиненных господина Чана. Господин Чан нагнулся, чтобы поднять с пола свой мобильный телефон, и быстрой походкой направился ко мне.

Я отступил назад, соответствуя его шагу, и опустился на стол.

- Почему ты отступаешь? Я думал, ты пришел сюда, чтобы что-то сделать?

Мне хотелось поднести к его лицу зеркало и сказать: "Посмотри на свое лицо, если ты подойдешь с таким выражением лица, я уверен, что любой побежит в сторону холмов."

Мужчина рассмеялся, его губы блестели.

- Ты не видишь, что мои сотрудники находятся в напряжении? Я только что потерял крупный контракт и все из-за Су Вона.

Если бы я знал, что у него важная встреча, я бы не пришел сюда так безрассудно. Я хотел сказать ему, чтобы он пошел к подчиненному, который его ждал, но если бы я сказал что-то подобное неосторожно, моя жизнь была бы в опасности. Генеральный директор Чан был человеком, который сразу мог задушить меня.

Я медленно расстегнул рубашку. Сняв ее, я расстегнул брюки и стянул их. Я быстро оказался в одних трусах. Чан притянул меня к себе и обхватил мои ягодицы - гель вытекал из дырочки, которую я предварительно заполнил в комнате.

- Теперь ты можешь кончать сзади?

- ...Гель, гель.

- Аах, - прохрипел он низким голосом.

- Ты пришел раздвинуть ноги средь бела дня?

- ...Да.

- Что с тобой не так? Ты смотрел порно или что-то в этом роде?

- Нет, нет.

Он провел рукой по моей внутренней стороне бедра, а затем заставил обхватить одной ногой его талию. Опираясь на одну ногу, чтобы поддержать свое тело, я на мгновение споткнулся, но мне удалось восстановить равновесие благодаря тому, что его руки плотно обхватили мою талию.

- Тебе не рано еще на это смотреть, Су Вон?

- ...Я не так уж и молод.

- Не так уж и молод?

Господин Чан повторил мои слова, а затем холодно усмехнулся. Он расстегивал свой ремень, чтобы засунуть член в того, кто выглядит молодо в его глазах. Вот бессовестный ублюдок. Он расстегнул молнию на брюках и вытащил свой эрегированный член. Когда я посмотрел на него, держащего голову вертикально, как и его владелец, я рефлекторно сглотнул.

Он наклонил голову, демонстрируя точеную линию челюсти, поцеловал меня и начал тереться членом о мою задницу.

- ...Уух, ух.

- Хмф, ха!

Он прижал член к тому месту, где должна была быть дырка, как будто собирался проткнуть тонкую ткань. Дырочка растягивалась от его движений. Липкая жидкость, которая вытекала из нее и пропитывала мое нижнее белье, разлилась по всей моей заднице.

Его головка дразняще терлась о мой вход. Внутри меня так чесалось, что пальцы ног подворачивались. Я предпочел бы, чтобы мужской член прорвался через мое нижнее белье и почесал мне все внутри. Я неуклюже начал двигать бедрами, чтобы помочь ему.

Генеральный директор Чан широко раздвинул мои ягодицы обеими руками и прижал между ними головку.

- Внутри так чешется, что ты сходишь с ума, да?

- …Ха, ха.

Затем, когда мое тело было настолько чувствительным, что стало одной эрогенной зоной, он прошептал в мое ухо.

- Давай, попроси меня трахнуть тебя, и я буду делать это до тех пор, пока вся плоть внутри твоей дырочки не вывалится наружу.

Я зажмурил глаза и пробормотал слова, которые так много раз повторял перед тем, как прийти сюда.

- ...О, пожалуйста, трахни меня.

Глаза господина Чана загорелись. Торопливым движением он отдернул трусы в сторону и просунул свой член в отверстие.

- ...Аааа!

Я издал новый крик, повернувшись к нему лицом. Впервые в жизни меня трахали стоя. Когда он проникал в меня в этой непривычной позе, его головка достигла места, до которого он раньше не мог добраться.

Из-за того, что мы стояли лицом к лицу, его напряженный член казалось готов вот-вот выскочить через мою спину. Я крепко схватился за живот. Живот будто вобрал в себя его член, а потом снова расслабился.

Тусклый галстук господина Чана мелькал перед моими глазами.

Должно быть, он заметил мой взгляд, потому что потянулся к галстуку, вытащил зажим и зажал им мой сосок. Я покачал головой от боли, которую почувствовал в груди.

- Больно?

- Уф, ха, да!

- Ты уверен, что это больно, ха, ха, Со Су Вон, ты так говоришь, как будто сейчас умрешь.

Каждый раз, когда генеральный директор Чан проникал в меня, нижняя часть его тела сталкивалась с моей, издавая хлопающий звук. В перерывах между звуками господин Чан тихонько спрашивал меня. Где больнее - вверху или внизу? Пока я был в оцепенении, я ответил на его вопрос таким же образом.

- ...Да, господин, мне кажется, что я сейчас упаду.

Щелкнув языком, господин Чан одним движением сорвал с меня трусы, и мой член, с трудом удерживавшийся в нем, выскочил наружу. Он издевательски усмехнулся, крепко обхватил меня руками за бедра и поднял с пола. Он даже не вздрогнул, когда поднимал меня, неся на руках взрослого мужчину ростом за 180. Его выносливость просто поражает, с сарказмом подумал я и сжал его пиджак. Пиджак смялся в моих руках.

Чан нежно погладил мой сосок сквозь зажим от галстука, а затем хлопнул ладонью по моей груди. Не только ареола, но и вся грудь отдавала жжением.

Господин Чан бешено вбивался, глубоко погружая в меня свой член. Когда его головка вбивалась в определенную точку, я испытывал чувство удовольствия, как будто через мое тело протекал электрический ток. Я уткнулся носом в его шею и застонал, едва не кончив от легкого прикосновения.

- ...Ааа, вот так.

Он резко выдохнул и с усмешкой спросил.

- Здесь?

- …Ух, да, да! Хмф!

- Хух, здесь, если здесь пощекотать, хорошо, да?

Кажется, господин Чан уже знал, что я чувствую, когда он вбивается в ту область. Я не мог дать ответа из-за путаницы в голове, и он начал вбиваться в совершенно другое место. Я стал качать головой, отвечая на вопросы: нет, нет. В этом месте я испытывал боль. И, без сомнения, генеральный директор Чан знал это не меньше меня.

- Если ты не скажешь вслух, то я не пойму.

Мои бедра заходили ходуном. Я хотел дотронуться до члена рукой, чтобы помочь себе эякулировать, но, поскольку обе мои руки обвивали шею господина Чана, это было непросто.

- Аах, ах, вот здесь.

- Это настоящий беспредел, а не просто возбужденный щенок.

Руки Чана сжались на моих бедрах, а затем он начал вбиваться туда, куда надо. Я извивался, как живая рыба на шампуре.

- Аххххххххххххххххххххх!

- ...Ха, ха, хммм, хммм.

- Ааах, ах, да.

Я не был уверен, стоит ли мне попросить его остановиться или подтолкнуть его дальше. Независимо от моих суждений, этот человек был засранцем, который делал все, что хотел, и вместо того, чтобы отступить, он использовал всю силу своей спины и бедер, чтобы вбиваться дальше.

Я кончил довольно легко. Сперма брызнула на мой точеный пресс и стекала по центру.

Господин Чан не переставал долбить меня, когда я эякулировал. После эякуляции я двигал бедрами, как гребаный маньяк, растягивая свою дырочку, которая быстро сжималась и разжималась.

Один из карманов внутри меня постоянно грозил лопнуть от неустанной стимуляции. Я почувствовал, что вот-вот что-то вырвется, и поспешно зажал уретру, чтобы остановить это, но было уже слишком поздно.

- А-а-а-а!

Из моей уретры вырвался поток светлой жидкости. Господин Чан, чей живот и член уже были насквозь пропитаны моей спермой, опустил меня на пол. Затем он схватил свой член и вытащил его из моей дырочки.

В отличие от первого раза, который был коротким, но густым, на этот раз струя была тонкой, но вытекала довольно долго, как моча. Я попытался подогнуть ноги внутрь, как в позе эмбриона, чтобы остановить струйку, но это было бесполезно.

Господин Чан, который наблюдал за мной, наклонился ко мне и подставил свой член под мой, туда, где капала жидкость. Прозрачная жидкость стекала на его член.

Вид его блестящего члена испугал меня, и я попытался убежать, но не смог, потому что прямо за моей спиной стоял диван. Генеральный директор Чан потряс своим членом, когда на него попала жидкость, вышедшая из моего тела. Вскоре он тоже эякулировал с громким стоном.

Последние капли упали на тыльную сторону его руки и на его член. Я лежал с красным от смущения лицом и телом, уставившись в пол, а белая жидкость, взорвавшаяся внутри меня, пропитала мои бедра и область вокруг ступней.

- Хмф!

Я рухнул на диван, подталкиваемый господином Чаном. Он снова сильно сдавил мою челюсть и начал жестко целовать. Это был всё тот же грубый и беспардонный поцелуй. Мне было известно, что он садист, но на этот раз я ощущал, что он теряет контроль над своим возбуждением и начинает необузданно манипулировать моим телом.

- ...Ммм, хммм…

-...Ух.

Я издал стон, неуклюже оторвав свои губы от его губ. По привычке я попытался прикусить нижнюю губу, чтобы не застонать, но в итоге прокусил зубами его нижнюю губу, оставив небольшой порез. Вкус железа во рту заставил мой язык облизать кровоточащую нижнюю губу.

Когда я агрессивно приник к его губам, как бы вторгаясь в них, он вдруг отпрянул. Он провел тыльной стороной ладони по уголку рта и посмотрел на меня сверху вниз.

Это была дразнилка языком, о которой я даже не подумал. Если бы я знал, что он так меня возненавидит, я бы не стал бездумно прикасаться языком к его губам. Пока он смотрел на меня так, словно собирался испепелить мое лицо, я пробормотал сквозь неровное дыхание.

- ...Генеральный директор.

- ....…

- Пожалуйста дайте мне отдышаться.

Генеральный директор Чан взял мой подбородок в руку и поднял его к себе. Он повертел мое лицо туда-сюда, а потом сказал что-то странное.

- Неужели Су Вон изначально выглядел так?

- ...Что?

Господин Чан смотрел на меня с таким выражением, будто действительно разглядывал что-то странное. Выражение его лица менялось каждую минуту, когда он поочередно проводил пальцем по моим глазам, носу и рту. Странный свет появился на его искривленном лице.

- Я не знаю, почему это так неприятно.

Слова, сорвавшиеся с его губ, были больше похожи на тихое бормотание. С необычным выражением лица, как будто он был чем-то обижен, господин Чан потянулся другой рукой между моих ног, его небрежные пальцы провели по влажным внутренним поверхностям бедер, а затем смахнули влагу с тыльной стороны ладони на мой живот. Кап, кап, кап, вода капала с руки Чана, которая была такой же влажной, как если бы он только что вышел из душа.

Увидев капли жидкости на моем животе, Чан издал долгий и низкий вздох. Он провел рукой по волосам, упавшим на блестящий лоб, затем достал из куртки пачку сигарет и сунул сигарету в рот.

- Мне бы не помешало покурить.

Он поднес сигарету к зажигалке и с треском прикурил. Закрыв глаза, он вдохнул и выдохнул восхитительную порцию дыма, а затем шлепнул меня тыльной стороной ладони по заднице, чтобы пробудить от отстраненного взгляда. Я был бессилен отреагировать на его жест, который был настолько же грубым, как и он сам. Господин Чан отругал меня.

- Почему не переворачиваешься?

Я был ошеломлен тем, что мужчина считает, что похлопывание по заднице может заставить человека перевернуться, но я послушно перевернулся и уперся ладонями в диван. Я максимально опустил талию и максимально высоко поднял бедра. Это была поза максимального унижения, но ничто не могло облегчить его проникновение.

Словно ему не понравилось то, что он увидел, Чан прижал меня к дивану ладонью. Одним властным прикосновением он легко переломил мое тело, как травинку. Я рухнул на диван, прижавшись к нему грудью и коленями.

- Ты можешь поднять задницу, где захочешь?

Чан шлепал меня по заднице своими широкими ладонями, трахая без устали. Я подпрыгивал, как волна во время сильного тайфуна, испытывая что-то вроде укачивания, и хотя я послушно собирал самородки удовольствия, которые он доставлял, я также чувствовал презрение к себе за то, что получаю удовольствие от этих отношений.

Он доводил меня до экстаза, каждый раз попадая в точку. С другой стороны, когда он уходил, оставляя меня в пустоте, я чувствовал себя неуютно.

Я хотел, чтобы он был более резким, манипулируя моим контуром удовольствия. Я хотел полностью разрушить свою схему мышления.

Я отдернул руку и потянулся к его бедру. Я обхватил бедра мужчины, прижавшись к его талии. Его хорошо развитые бедра, с каждой мышцей на месте, демонстрировали свою упругость, мягко плавая при каждом толчке его бедер.

Я обхватил его бедра ладонями и притянула ближе к себе.

- ...Ммммм!

- Хмф, ха.…

- Мммм, хммм, хммм.

Член мужчины заполнил дырку. Я не мог протолкнуть его полностью, поэтому казалось, что он был согнут внутри. Член генерального директора Чана, казалось, был свёрнут в спираль, как свернувшаяся змея.

Он обхватил широкими ладонями мое лицо и сжал. Мои глаза, нос и рот были одновременно заблокированы. Мужчина держал мое лицо, как ручку, и входил в меня все сильнее. Я уже давно потерял чувствительность в бедрах под его нижней частью тела. Вероятно, я почувствую сильную мышечную боль и мне вдруг стало жаль их.

Один из средних пальцев мужчины оказался у моих губ. Длинный палец господина Чана нащупал слизистую оболочку моего рта. Он то входил внутрь, то снова выходил, и это было похоже на траханье.

Я посмотрел в сторону господина Чана: пепельный дым от сигареты в его руке клубился по его красивому лицу, а потом исчезал. Уголки его покрасневших глаз все еще были обращены ко мне. Белизна его кожи светилась красным, когда он смотрел мне прямо в лицо, вставляя и вынимая палец.

Я переместил свой язык, чтобы облизать его пальцы. Я провел кончиком языка по тем местам, где могли остаться отпечатки его пальцев, затем наклонил голову набок и долго и тщательно вылизывал у основания. Его пальцы скользили внутрь и наружу, почти достигая моего горла. Мой язык следовал за его пальцами.

Чан уставился на мой язык, который я высунул изо рта, потом он вставил сигарету между онемевшими пальцами.

Затем, не отпуская меня, он прижался своим носом к моему. Его губы снова поглотили мои, и от него пахло сигаретами. Это был странный запах. Сначала он показался мне резким, но, привыкнув к нему, я обнаружил, что он завораживает, и мне не терпелось снова взять их в рот.

Облизав мои губы, господин Чан наконец-то отстранился. Он улыбнулся своими красивыми губами и сказал.

- Ух, Со Су Вон. Ха-ха, тебе надо дышать.

Он выхватил сигарету и затушил ее ногой.

Мы занимались сексом в течение пяти часов, приводя свои органы в рабочее состояние. Время от времени Чан открывал бутылку с водой, чтобы утолить жажду, а оставшейся водой мыл член, чтобы смыть сперму.

После этого он снова вставлял его внутрь.

Глава 34

После того как Чан провел ночь, растрачивая на меня свою энергию, на рассвете его поднял с постели стук в дверь. Я плотно закрыл глаза и притворился спящим, несмотря на жгучий взгляд, прожигающий мое лицо.

Вскоре матрас рядом со мной, сплющенный весом Чана, снова вздулся. Я услышал звук тапочек, а затем и звук воды. Быстро приняв душ, он оделся и направился к двери. Из-за приоткрытой двери донесся голос Су Хи.

- Генеральный директор, я ждал Вас.

Голос Су Хи был спокойным, но усталым. Генеральный директор Чан говорил с ним бесцветным голосом.

- Ты уже должен был отправиться домой.

Дверь захлопнулась за бесстыжим ублюдком и я открыл глаза. Отверстие пылало от беспорядка, который он устроил. Возможно, изнутри даже выпирала плоть.

Последствия были немного хуже, чем в тот день. Я даже не мог лежать прямо, поэтому лежал на боку, как креветка. В тишине было слишком легко погрузиться в собственные мысли.

Мне некуда обратиться за помощью, чтобы выбраться отсюда. У меня не было здесь никаких личных связей - ни с клиентами, ни с персоналом.

Единственным человеком, о котором я мог думать, был Ли Джин Сок. Я махнул рукой и быстро выкинул его из головы. Как только я попросил у него удостоверение, он отправился к господину Чану. К тому же я не хотел его больше беспокоить. Мне было жаль Ли Джин Сока.

Так как же, черт побери, я должен..... Я поднял бледную руку и провел ею по волосам. В моей голове запутался клубок мыслей. Я не мог поверить, что не могу выбраться отсюда, потому что не могу найти попутку. Мне казалось, что между мной и остальным миром стоит огромный барьер.

Мои ладони стали липкими, а по позвоночнику пробежал холодок, меня охватило жуткое чувство тревоги. Когда я чувствую себя особенно слабым душой и телом, этот человек всегда приходит ко мне в гости. Почувствовав слабость, я медленно оглянулся назад и, конечно же, увидел еще одно видение. Мужчина, весь в крови, раскачивался взад и вперед, а его руки безвольно свисали. Я вздохнул и схватил одеяло. У меня возникло искушение включить свет, но это только сделало бы форму существа более очевидной.

Вместо этого я крепко закрыл глаза.

Как можно смотреть на это и не сойти с ума?

Чан, который все утро где-то отсутствовал, позвал меня в номер 420, где он сидел на диване, скрестив ноги, в своем новом костюме. На столе перед ним виднелись следы присутствия других людей. Два сотрудника в униформе усердно убирали со стола.

Господин Чан, увидев, что я вошел в комнату, поманил меня, словно подзывая собаку.

- Иди сюда.

Я придвинулся к нему поближе, изо всех сил стараясь не показать своего дискомфорта. Мужчина, который следил за каждым моим шагом, подперев подбородок тыльной стороной ладони. Я молча повертел языком во рту. Этот дьявол тоже высунул язык.

Чан щелкнул пальцами, издав звук "щелк, щелк, щелк", и позвал проходящего мимо сотрудника. Один из сотрудников, который усердно работал, держа спину прямо, напрягся и подошел к нему на его знак.

Чан жестом указал на поднос, стоящий в некотором отдалении.

- Поставь его передо мной.

Натренированным жестом сотрудник подхватил поднос и поставил его на стол.

- Вот, пожалуйста.

Знакомый взгляд на мгновение задержался на мне, а затем быстро опустился. Я сделал вид, что не заметил его, и оцепенело уставился на поднос. На подносе стояла тарелка, накрытая крышкой из нержавеющей стали. Я понятия не имел, что там внутри, и меня это ничуть не интересовало.

- Почему бы тебе не открыть ее?

С этими словами я потянулся к крышке и снял ее с тарелки.

Я ожидал увидеть отвратительную пасту, но внутри оказался футляр для часов с роскошной печатью. Я медленно потянулся к нему и надавил на футляр большим пальцем. Корпус открылся, явив часы во всей красе. Даже на первый взгляд было понятно, что они стоят целое состояние. Я не решился прикоснуться к ним, поэтому снова закрыл футляр и положил его на стол.

Господин Чан тихо проворчал.

- Ты не выглядишь слишком довольным.

Он смотрел на меня с еще меньшим весельем, чем когда увидел мою походку, напоминавшую походку только что обрезанного ублюдка.

- Я подумал, что ты наконец-то почувствовал вкус к деньгам.

Господин Чан щелкнул языком, ленивым жестом раскрыл пачку сигарет и сунул сигарету в рот. Вместо того чтобы прикурить, он прикусил фильтр и уставился на меня. Я сглотнул, не в силах прочесть его странный взгляд.

Сам того не осознавая, я слегка дернулся назад и столкнулся с сотрудником, шедшим позади меня.

Бутылки на подносе с грохотом рассыпались по полу. Сотрудница со знакомыми глазами, Ли Хе Вон, запаниковала, не в силах скрыть смущение.

Униформа с юбкой была тесной и короткой, из-за чего невозможно было присесть на корточки. Одетая в неудобный и непрактичный наряд, Ли Хе Вон наклонилась и потянулась за куском стекла.

Я быстро протянул руку и легонько оттолкнул ее.

- Простите за это. Я все уберу.

- ...О, нет.

- Все в порядке, но не могли бы вы принести швабру?

Хе Вон на мгновение замешкалась, а потом поспешно вышла из комнаты. Я сел на колени и подобрал с пола большой кусок стекла. Над головой раздался резкий голос.

- Ползай на коленях где угодно и когда угодно.

Я сильно прикусил нижнюю губу и медленно разогнул согнутые колени. Воздух над головой был прохладным.

- Су Вон, оставь это и подойди сюда.

Я низко поклонился и встал перед ним, как провинившийся. Господин Чан внезапно рассмеялся.

- Хочешь, чтобы я и на Су Вона надел юбку?

Господин Чан пощупал мои бедра и тихо пробормотал: «Мне бы хотелось, чтобы она была примерно вот такой длины». Затем он спросил вкрадчивым голосом.

- Я так понимаю, вы хорошо знаете друг друга?

Он даже пробормотал: "Она симпатичная". Похоже, он говорил о Ли Хе Вон. Я опустил взгляд и тихо ответил.

- ...Нет.

Я чувствовал, что не должен отвечать, даже если это была ложь, потому что мы хорошо знали друг друга.

- Если ты так говоришь, это обидно.

Господин Чан преувеличенно выразительно поднял брови. Казалось, я жалел себя за то, что был таким бесчувственным.

- Я думал, она была твоей ученицей, и вы часто бывали вместе.

Я закрыл глаза от его слов.

- Ты должен позаботиться о ней. Верно? - спросил он.

- Да, - заикаясь, ответила я.

Рука Чана, которая скользила по моему бедру, сделала полуоборот и приземлилась на мою задницу. Он пробормотал "Хорошая мальчик" и пару раз похлопал меня по заднице.

Вздрогнув, господин Чан бросил взгляд на открытую дверь. Он приподнял губы и улыбнулся Ли Хе Вон. Это была великолепная улыбка, но такая, от которой по позвоночнику бегут мурашки.

Мягкий голос сорвался с расслабленных губ генерального директора Чана.

- Мой спутник…

Произнеся эти слова, он сжал мое запястье, а затем отпустил его, оставив на месте его прикосновения пульсирующую тупую боль. Другой рукой я держался за оставленные им следы. Если судить по тому, что в прошлом мужчина держал меня за запястья и лодыжки, на этом запястье будут синяки.

- Немного занят.

Сила, которая была нанесена на запястье в тот момент, была угрожающей, но голос мужчины был лишен высокомерия, которое обычно присуще ему. Генеральный директор Чан любезно свернул свой трехдюймовый язык, как будто он был добропорядочный гражданин.

- Можешь помочь убрать это?

Но гадюка есть гадюка, как бы безобидно она себя ни вела. И Ли Хе Вон, словно только что получившая яд в своё тело, побледнела. Дрожа от страха, она с трудом удерживала своё тело и ответила:

- Да.

Мужчина схватил меня за запястье и с непреодолимой силой дернул в сторону. Мое обмякшее тело закружилось по комнате. Я быстро схватил часы и заставил себя последовать за ним. Генеральный директор Чан без колебаний наступил на осколки стекла.

Невинные осколки, разлетелись на более мелкие, под его черными кожаными туфлями. Я последовал за ним, наступив на стекло, тонкой подошвой своих кроссовок.

Пристальные взгляды сотрудников впивались мне в затылок. Я чувствовал, как крошечные осколки стекла резко впиваются мне в кожу. Мне казалось, что в меня вонзаются иголки.

Генеральный директор Чан толкнул меня в лифт. Я потерял равновесие и споткнулся, едва успел схватиться за ручку, чтобы не упасть.

Господин Чан вошел следом за мной, нажал на номер этажа пентхауса и неторопливо скрестил руки. Его прищуренные глаза изучали мое выражение лица. Черные глаза выделялись особенно сильно на фоне белых белков, делая их еще более темными.

- Что с тобой не так?

Высокий мужской голос вибрировал от стен лифта. Моментально во мне возникло физиологическое отвращение, и мурашки побежали по спине. На моих руках даже появилась гусиная кожа.

Мне не нравилось, как звучит его голос в таком замкнутом пространстве: в нем был характерный низкий гул, который давил не только на мою плоть, но и на слои дермы под ней. Прикрыв запястье другой рукой, я сделал еще один шаг назад, и вскоре моя спина коснулась холодной стены.

- Я думал о тебе, Су Вон, и купил тебе подарок.

- ....…

- Кстати…

Острые глаза господина Чана лениво скользнули по мне. Его взгляд прошелся от ног до талии и груди. Хорошо очерченные губы мужчины сложились в ядовитую усмешку. Мужчина поджал свои ядовитые губы и произнес.

- Я также заплатил за всю одежду, которая на тебе надета.

Глаза мужчины сузились. Я сжал губы при мысли о том, что выгляжу неблагодарным после того, как он потратил столько денег.

- По крайней мере, обертка красивая, так что будет приятно ее раскрывать.

Он относился ко мне, как к шоколадке в красивой обертке. Как к фаст-фуду, который можно в любой момент распаковать и за один укус уничтожить. Или просто развлекался.

Я решил больше не поддаваться на его слова. Я слегка склонил голову, надеясь, что сарказм в моем голосе не проявится.

- ...Да, спасибо.

- Я думал, ты идиот. Ты умеешь красиво говорить?

...Ты несешь чушь. Если бы я мог просто вывернуть твои карманы и убежать, чтобы больше никогда не дышать с тобой одним воздухом. Позже, когда я получу известие о твоей смерти, я вернусь с пачкой сигарет и зажигалкой, и сожгу твою могилу дотла.

Я надеюсь, что такой эгоист по меньшей мере не уйдет с миром.

Господин Чан рассмеялся, уголки его губ приподнялись. Я засмеялся вслед за ним.

Улыбка быстро исчезла с лица ублюдка. Этот парень всякий раз начинал болтать ерунду, когда я улыбался, как будто видел что-то отвратительное.

- ....…

С холодным выражением лица, он толкнул меня к стене лифта. Я ударился спиной о стену, и отскочил, едва удерживаясь, пока мужчина не схватил меня за затылок. Открыв рот, как зверь, он стал страстно меня "пожирать". Он кусал мои пересохшие губы и жёстко кусал выпирающую гортань, как будто хотел перехватить дыхание. Слабый аромат парфюма на груди Чана проникал в мои ноздри.

...Мы были вместе до самого утра. Его отношение к клиентам было безупречным. Пока генеральный директор Чан выполнял свою работу, я отдыхал. Как только он возвращался, он снимал рубашку, принимал душ, а затем прижимался ко мне своим твердым телом. И брал меня либо сверху либо снизу.

Глава 35

Даже в дни, которые, казалось, длились вечность, обязательно наступало утро.

Я положил часы в сейф и взял определенную сумму наличных.

Внутри магазина было пусто. "Добро пожаловать," - равнодушно проговорил продавец. Я отмахнулся от его голоса и зашагал вглубь.

Вместо того чтобы сразу направиться к банкомату - моему первоначальному пункту назначения, - я немного побродил вокруг. В магазине было пустынно, а те немногие люди, что были в нем, были заняты разговорами между собой.

Я взглянул на зеркало слепой зоны, висевшее прямо над моей головой. Продавец за прилавком поднял глаза от своего телефона и зевнул. Он выглядел до смерти скучающим. В нем не было ничего не обычного.

Никто, похоже, не обращал на меня внимания, и, поняв это, я быстро достал купюры и вставил их в банкомат.

Я действовал очень осторожно и скрытно, не желая, чтобы кто-нибудь меня увидел. Банкомат всосал деньги, как присоска, и выдал сообщение: "Перевод завершен. Спасибо за использование". Некоторое время я молча смотрел на него.

- .......

Ощущение опустошения. Я так легко потерял ощущение объема в своей руке. Пачка денег выскользнула из моей руки, как горсть песка.

Деньги никуда не делись, и они в какой-то мере уменьшили бы долг Эбби, но я не мог скрыть своего отчаяния. Мне казалось, что прохладный ветерок дует в мою грудь, где я нес пачку денег.

После нескольких мгновений экран быстро переключился на начальный. Я так и стоял, как будто был сломан и не в силах уйти, пока голос из-за спины не привел меня в чувство.

- Извините.

Я быстро отошел в сторону. Женщина, стоящая позади меня, странно посмотрела и наклонила голову.

Я перешел на бег и направился в курилку. Опустившись на стул я вытирал лицо обеими руками. Солнечный свет струился через окно и падал на мой затылок и шею. Все тело словно онемело. Мой разум онемел, а в теле не было энергии. Я нащупал сигарету и сунул ее в рот.

Я сделал затяжку, пытаясь заполнить пустое пространство. Шум вокруг меня был настолько громким, что у меня звенело в ушах. Я ничего не слышал, и тут мне в ухо донесся звонкий голос.

- Привет.

Сначала я подумал, обращаются не ко мне. Я почти не знаю никого из персонала, и единственная, кто со мной разговаривает, - это Ли Хе Вон, которую я видел вчера...

- Ты редко бываешь здесь в последнее время.

В этот раз звонкий голос донесся до меня довольно отчетливо, и это был определенно знакомый голос.

Я медленно поднял голову. Сколько времени прошло? Ли Хе Вон сидела рядом со мной, наслаждаясь теплой атмосферой этого дня. Выражение ее лица ни чем не отличалось. Она ярко улыбалась, а ее каштановые волосы блестели на солнце.

Я на мгновение был потрясен, потеряв дар речи и уставился на девушку. Судя по тому, что окурок перед ней был едва потушен, казалось, что она пришла раньше меня. Я был настолько ошеломлен, что не заметил ее.

...Я просто предположил, что она будет избегать меня. Но девушка повернулась ко мне, не меняя выражения лица, как бы спрашивая, что случилось.

- Я думала, ты никогда не вернешься.

Мой вид, с которым я нечаянно столкнулся в зеркале лифта, был жалким. Ночь, когда я даже не мог заснуть, оставила на мне след, бледный цвет лица и темные круги под глазами. Я буквально был похож на живой труп. Если бы кто-то, кому нечего было делать, просто засыпал меня землей, это и была бы моя могила, и это не вызвало бы у меня никакого дискомфорта.

Когда она увидела перед собой такое лицо, то сделала вид, будто ничего не замечает. И не меняя выражения лица, она заговорила о вчерашнем дне.

- Спасибо за вчерашнее.

Ли Хе Вон снова улыбнулась мне, когда я уставился на нее. Она прикрыла свои губы ладонью и тихонько проговорила.

- На самом деле, это было очень сложно.

- ....…

- В лучшем случае я просто сталкиваюсь с ним несколько раз, проходя мимо. Я не знаю, почему я так нервничаю.

Хе Вон была по-прежнему болтлива и невозмутима. Все было как обычно. Но я не узнавал ее. Должно быть, она слышала за дверью, что говорил господин Чан.

«Хочешь, чтобы я и на Су Вона надел юбку?»

Лицо Чана, которое было таким четким на моих глазах, постепенно расплывалось. Его кожа и волосы посветлели примерно на три тона, и передо мной появилась Ли Хе Вон.

Я прищурился, ослепленный. Я едва мог разобрать ее лицо. Было слишком светло.

- Он действительно пугающий человек. Но щедро оставляет чаевые.

- ...…

- Не кажется ли тебе, что когда приходит генеральный директор Чан, все сотрудники так встревожены, что даже не знают, куда деться?

Глаза женщины на мгновение переместились на мое запястье. Я рефлекторно потянул рукав еще ниже, прикрывая тыльную сторону руки. Под рукавом было спрятано мое покрытое синяками и ссадинами запястье, на котором, как часы, красовались синяки.

Во всем виноват этот ублюдок. Он всю ночь мучил мое правое запястье, которое сильно держал рукой. Его зубы, похожие на зубы зверя, всю ночь грызли мое запястье. Затем он сказал: «Почему бы тебе не попытаться это чем-нибудь скрыть? У тебя нет другого выбора, как носить часы».

Когда я пришел в себя, я обнаружил, что сигарета уже была выкурена до фильтра. Я потушил окурок в пепельнице. От тлеющего конца сигареты послышался шипящий звук. Красный огонек появлялся и исчезал, пока я смотрел на кончик сигареты.

Девушка тихо произнесла.

- ...Прошу прощения.

- ....…

- Знаешь, часы, которые тебе подарили вчера.

Запястье, которое было схвачено генеральным директором Чаном, пульсировало, и белые кости, скрытые под тонкой кожей, казалось, кричали от боли.

Хе Вон слегка приоткрыла губы, от которых исходил нежный блеск.

- Это действительно дорогая вещь, не так ли?

Я не сразу смог истолковать ее слова.

- Почти цена небольшого автомобиля.

Она наклонилась ко мне. Когда она попала в тень, в ее глаза вернулся цвет, который был почти вытеснен светом.

В одно мгновение она оказалась рядом со мной, но я так и застыл. Чувство, будто я получил удар по затылку тупым предметом, пронзило голову.

Девушка беззлобно улыбалась, а ее глаза немного потемнели. В ее взгляде, который скользил по моей одежде, в которую были вложены деньги генерального директора Чана, не было никакой злой мысли. Это был всего лишь мимолетный проблеск жадности, которую питают все люди.

Я был, мягко говоря, шокирован. То, что прозвучало из ее уст и глаз, было неожиданным и удивительным. У меня пересохла нижняя губа. Хотя это и должно было быть очевидно, но тот факт, что я до сих пор не знаю основ работы этого места, несмотря на то, что я здесь давно, кажется еще более нелепым.

...Возможно, я надеялся, что этого и не узнаю.

Щелк, щелк. Угли, которые отчаянно пытались выжить, издавали звук угасания. Шшш.

Глава 36

Генеральный директор Чан, казалось, хотел играть со мной в куклы. Несколько раз в день он присылал курьеров с одеждой. Он наполнил мой гардероб роскошными вещами, к которым я никогда в жизни не прикасался, не говоря уже о том, чтобы примерить.

Выбрав одну из них, я натянул ее с головы до самого пояса. Ухватив за конец, потянул вниз, и ткань точно облегла мою талию и грудь. Одежда, которую он присылал, всегда сидела на мне идеально. Его зоркий глаз определил количество жира, ушедшего с моего тела за короткое время. Это была невероятная точность, вызывающая у меня дрожь.

Когда я полностью оделся и собрался уходить, мое внимание привлекли часы на тумбочке. Если я не возьму их, он снова будет надо мной издеваться, поэтому я надел их на запястье. Часы, сверкающие и демонстрирующие свою ценность, не произвели на меня никакого впечатления. На запястье они смотрелись неловко и странно, как будто я одолжил их у кого-то другого. Они были холодными, тяжелыми и ощущались на моем запястье как чужеродный предмет. Не думаю, что в кандалах все будет намного иначе.

- Сегодня я хочу, чтобы ты пришел в подобающей одежде, а не в форме, потому что ты будешь моим гостем.

Генеральный директор Чан находился в клубе вместе с Ким Ми Ран. Я совсем не ожидал ее увидеть и был немного озадачен тем, что заставил ее долго ждать, но нетрудно было догадаться, что они говорили о делах. Лицо Ким Ми Ран выглядело необычайно серьезным.

Я шел как можно медленнее, чтобы они почувствовали мое присутствие. Ким Ми Ран заметила меня первой, ее глаза сканировали меня вдоль и поперек. Она заговорщически сузила глаза.

- От этого ребенка прямо веет запахом денег.

Ким Ми Ран распрямила скрещенные ноги и встала.

- Прямо какой-то новоприбывший богач.

Господин Чан повернулся ко мне, после слов Ким Ми Ран. В его глазах, коснувшихся моего запястья, на мгновение вспыхнул блеск, как от его черного кожаного кошелька. Он выглядел весьма довольным. Новый богач. Мужчине, похоже, понравилось это слово.

Вместе мы направились в зал ожидания. Кэдди был готов и ждал, чтобы поприветствовать нас. Натренированный в обслуживании, он низко поклонился VIP-персонам, стоящим бок о бок.

Я уставился на улыбающегося кэдди и напрягся. Это был он, ублюдок, укравший мои деньги.

Солнце сегодня было необычайно жарким, оно било мне в лоб и щеки. Голая, открытая солнцу трава била в глаза отражающим светом.

Это ослепляло. Я попытался закрыть глаза руками, но тело почему-то не слушалось. Мое зрение расплывалось, разум ускользал. Все, что я мог сделать, - это несколько раз пошевелить пальцами.

- ...Вон.

Безмолвная борьба с вышедшим из-под контроля телом. Резкий голос вывел меня из глубин сознания.

- ...Со Су Вон.

Я раздраженно повернулся в ту сторону, откуда доносился голос. Высокий мужчина стоял спиной к палящему солнцу и наблюдал за мной.

- Что ты там делаешь?

- ...Прошу прощения.

Чан цокнул языком, снимая хлопчатобумажные перчатки. Его крупная фигура развернулась на месте, передала клюшки своему кэдди и забралась в гольф-карт. Я быстро последовал за ним, гадая, не зазвучит ли его холодный голос снова. Ким Ми Ран, сидевшая в первом ряду, оглянулась на меня и улыбнулась.

- Посмотри, какие у тебя красные щеки. Вот почему я сказала тебе оставаться под зонтиком.

Голос Чана пронзил сухой воздух.

- Безмозглый.

Ловко собрав свою сумку для гольфа, сотрудник последним сел в гольф-карт. Автомобиль плавно поехал по зеленой лужайке.

- ....…

Я слегка ерзал на своем сиденье. Это было место, где обычно могли бы комфортно поместиться три человека. Однако из-за того, что у генерального директора Чана плечи были в полтора раза шире, чем у обычного человека, он занимал все пространство, мне казалось, что при малейшем движении я врежусь в его плечо.

Гольф-карт, который ехал по газону в определенном направлении, начал наклоняться вправо. Естественно, мое тело тоже переместилось вправо. Я сжал ладони, стараясь не столкнуться с мужчиной.

Господин Чан быстро заметил молчаливую войну, которую я вел сам с собой. Он вздохнул и сказал.

- Успокойся.

Он говорил так, будто ругал щенка, который не может усидеть на месте. Конечно, его взгляд был не таким добрым, как слова.

Я убрал руки с сиденья и положил их на бедра. Я стал ковырять под ногтями.

Мне казалось, что где-то здесь впилась крошечная заноза, невидимая невооруженным глазом, или что в ботинке лежит камень размером с ноготь, который задевает меня каждый раз при ходьбе.

...Это все из-за того парня, которого привела Ким Ми Ран. Того, кто украл мои деньги.

Он был довольно симпатичным, и Ким Ми Ран нравилась его внешность. Господин Чан не изменился в лице, когда увидел его, так что проблема была только у меня.

Автомобиль покатился по лужайке и остановился возле отмеченного места. Ублюдок, который раздражал так же, как омертвевшая кожа на моих губах, которая продолжает возвращаться, даже когда я ее отшелушиваю, осторожно поднял сумку для гольфа Ким Ми Ран. На его лице играла необычайно довольная улыбка. У меня скрутило живот при мысли, что мои деньги могли поспособствовать этой улыбке.

Я все еще сжимал руки, словно сжимал колючки, которые кололись под кожей. Затем положил мяч на место, отмеченное сотрудником, и взял в руки клюшку. Я встал в стойку, напряг нижнюю часть тела и приготовился к удару. Дорогая ткань плотно облегала мою нижнюю часть тела.

Зловещий взгляд Чана лениво скользнул по моей нижней части тела, обтянутой тканью. Я покатал языком во рту.

…Какой извращенный ублюдок.

Мяч пролетел так далеко, как только я смог по нему ударить, и приземлился на поле. Когда я стоял с клюшкой в руках и ошарашенно смотрел на отскочивший мяч, этот надоедливый ублюдок подошел ко мне и протянул руки.

- Можешь отдать ее мне.

Неподвижный, как доска, я механически протянул клюшку для гольфа. Он взял ее обеими руками и одарил меня услужливой улыбкой, но такой натянутой, что я больше не мог смотреть ему в глаза и перевел взгляд в другое место.

Я опустил руку на бедро. Мои чертовски дорогие часы соскользнули вниз и ударились о тыльную сторону ладони.

Между ним и мной продолжалась тонкая война нервов. Я так волновался из-за него, что не мог сосредоточиться на игре.

Я стоял на грине и измерял расстояние. Для прямого удара в лунку было слишком далеко. Господин Чан сказал мне, что даст мне чаевые, если я попаду в лунку, поэтому я постарался сделать все возможное.

Как и было обещано, чек из кошелька господина Чана перекочевал в мою руку.

- ...Вау, - воскликнул парень, стоявший в стороне, а затем, противно ухмыльнувшись, разразился похвалой.

- Ты потрясающий.

Я нахмурился, глядя на парня, которого не мог понять.

- Я всегда знал, что ты хорош в своем деле.

- ....…

- Я никогда не видел, чтобы сотруднику-мужчине давали столько чаевых.

Слова катились с его языка, как мед, и это определенно не было комплиментом - перефразирую, я никогда не видел такой шлюхи, как ты. Уголки рта Чана изогнулись вверх. Он забавно посмотрел на меня, а затем затянулся сигаретой. Я крепче сжал клюшку для гольфа.

Это было не единственное, что вывело меня из себя.

Затем он пролил липкий алкоголь на мою одежду. Когда Ким Ми Ран сказала, что хочет пить, и попросила что-нибудь выпить, он приготовил виски, чтобы утолить ее жажду. Он налил одну порцию Ким Ми Ран, одну - господину Чану, и одну - мне. Я вроде бы не возражал против выпивки, но меня охватила паника. Мне хотелось выбросить его, так как подумал, что он отравлен, но я чувствовал, что атмосфера будет странной, если я не приму его, поэтому я протянул руку.

- ...Ух!

Он отпустил бокал прежде, чем я успел до него дотянуться, и в итоге я испачкал руки, одежду и обувь. Он низко поклонился в знак преувеличенного извинения.

- Мне очень жаль.

Взгляды Чана и Ким Ми Ран были прикованы ко мне. Я пожевал мякоть на внутренней стороне щеки. Меня раздражало, что он сделал это нарочно, но сейчас было не место для проявления эмоций. Я пробормотал что-то невнятное тому, кто не мог видеть моего выражения лица.

- ...Все в порядке.

Я отряхнул промокшую одежду руками и направился к раковине. Я вымыл свои липкие руки с мылом и тщательно застирал одежду. Желтое пятно на моей белой рубашке не отстиралось, а только размазалось, как краска. Мне стало интересно, сколько стоит эта одежда. Понятия не имею, но, должно быть, в районе миллиона вон. Я оттирал одежду, злясь на этого ублюдка за его отвратительные извинения.

Я почувствовал что-то странное позади себя. Быстро обернувшись, я увидел его позади себя. Он злобно улыбнулся мне, а затем ушел. Я посмотрел ему в спину и натянул свою одежду, чтобы проверить. Там была липкая мокрота.

- ...Ха.

Бля, я не мог не ругнуться.

***

Швы по бокам и в паховой области были липкими. Я зашел в душевую, предназначенную только для клиентов, и смыл липкую жидкость прохладной водой. Теперь мне хотелось только одного - забраться в постель, но, к сожалению, два бизнесмена не собирались меня отпускать.

Они сидели вместе в номере 420 и играли в азартные игры под предлогом бизнеса. Не ставя ничего на кон, я сидел и играл роль дилера.

Ким Ми Ран удовлетворенно изучала свои карты, а лицо Чана было таким же нечитаемым, как всегда.

Теперь настала моя очередь вытянуть свою часть карт и перевернуть их. И снова рука была ужасной. Ни одной пары, и все числа низкие. Даже в таком месте, как это, мне не везло.

- ....…

- ....…

Я перевернул карты и крикнул: «пас». Тихие звуки ставок и коллов раздавались за столом. Ким Ми Ран отодвигалась все дальше и дальше из-за оборонительной позиции генерального директора Чана. Она подкурила сигарету и прищурилась.

- Дорогой, ты ведь не собираешься снова со мной шутить?

- Конечно, нет.

Женщина задумчиво покусывала нижнюю губу и наконец сказала "пас". Чан улыбнулся улыбкой победителя и вскинул руку, а Ким Ми Ран, которая только что увидела карты мужчины, разразилась истерическим смехом.

- Что это?

Нечестно. Наибольшее число было 5. Даже если бы приложил мои карты, всё равно была бы проигрышная комбинация. И женщина, обманутая хитростью мужчины, только фыркнула.

На этот раз была очередь Чана быть дилером. Он ловко засучил рукава рубашки и перетасовал карты. Сдача. В его руках карты казались невероятно маленькими, и они издавали щелкающий звук при раздаче.

Ким Ми Ран скрестила ноги и постучала тыльной стороной сигаретной пачки по бедру.

- Дорогой, этот новый продукт хорош.

Рот господина Чана расплылся в длинной ухмылке, и, в отличие от Ким Ми Ран, которая была впечатлена его нарисованной улыбкой, я подумал про себя. Это деловая улыбка? Это то, что сотрудники носят на лицах, как маску?

Мужчина раздавал карты, острые как лезвие от их новизны. Его запястья напряглись, когда он положил их. Его мускулы на руках, туго натянутые под рубашкой, выглядели угрожающе, дергаясь как волнующиеся змеи.

- Непосредственный процесс на месте делает вкус более чистым.

- Теперь, если я буду принимать что-нибудь другое, у меня разболится голова.

Он обращался со мной так, словно я был невидимкой, и я подумал, что он забыл обо мне. Чан не забыл и протянул мне карты. Я снова проверил руку. Поражение было очевидным, но после того, что произошло ранее, я решил войти в игру.

- Колл.

- У тебя, должно быть, хорошая рука.

Ким Ми Ран слегка ущипнула меня за щеку и отпустила, как будто ей это показалось милым. Генеральный директор Чан тупо посмотрел мне в лицо и затушил сигарету, потерев ее о скатерть. Я на мгновение почувствовал холод и взглянул на окно. Окно было закрыто плотнее, чем ожидалось.

Господин Чан взял новую сигарету и прикурил. Он бросил зажигалку Zippo на стол и спросил.

- Ты не голоден?

- ...Да.

Чан выдохнул дым и улыбнулся, прищурив глаза. Это была жуткая улыбка, как будто он не наелся.

- Пришло время поесть.

Мужчина спросил, что я хочу съесть. Даже сухая слюна, которую я периодически сглатывал, была горькой на вкус. Я ни за что не хотел ничего класть в рот. Это было пыткой для самого себя.

Мужчина, который заинтересован только в своих собственных делах, пренебрежительно относится к моим чувствам и интересам. И он спрашивает, что я хочу съесть?

- ...Только перекусить.

Мужчина, который даже не слушал меня, сказал, что мясо будет уместно.

- Думаю, бокал вина был бы кстати.

- ...Конечно.

Я встал и подошел к телефону. Я заказал на ресепшене мясо и вино. Женщина воспользовалась паузой в игре, чтобы закурить сигарету, а господин Чан получил немного свободного времени, и положил подбородок на тыльную сторону ладони.

Я вернулся на свое место и снова взял карты. По мере того как чередовались ходы, на одном из столов скопилась груда бесполезных спичечных палочек.

- ...Ммм…

Ким Ми Ран нахмурилась. Она внимательно изучила выражение моего лица, словно пытаясь понять мои намерения, а затем воскликнула: "пас". Ход перешел к господину Чану. Он положил карты и сдался. Как только я увидел перед собой его карты, я почувствовал, что что-то не так, и быстро перевернул карты снова.

Мой рот открылся в неверии, когда я увидел перед собой руку. Королевский стрит-флеш. Это определенно была не моя рука. Ким Ми Ран погладила мою раскрасневшуюся щеку, с сигаретой в руке.

- Боже мой, у тебя была веская причина быть таким агрессивным.

Я взглянул на господина Чана, его лицо было как всегда бесстрастным, а затем провел кончиками пальцев по доске.

Было очевидно, что он подменил мои карты, пока я разговаривал по телефону, а Ким Ми Ран подкуривала сигарету.

Наступило молчание, которое нарушила Ким Ми Ран. Взяв в рот последнюю сигарету, она по привычке протянула мне купюру.

- Су Вон, купи мне, пожалуйста, пачку сигарет.

Я тоже по привычке вскочил со своего места. Я сделал шаг, не раздумывая, но вдруг остановился. Глаза генерального директора Чана были прикованы к купюрам в моей руке. Острый подбородок генерального директора Чана дернулся. Похоже, он хотел посмотреть, как я выйду из этой ситуации.

В дверь постучали.

- Обслуживание номеров.

Я все равно открыл дверь. Вороватый ублюдок стоял снаружи. Он вошел в комнату, притворившись, что не видит меня, и поставил еду на стол. Я судорожно сжимал в руке купюры, пока он старательно возился с тарелками.

Господин Чан нахмурил брови, его взгляд стал пристальным. Рот мужчины сжался в плотную линию. Это было то самое лицо, которое я видел в тот день, когда ползал по полу на коленях, чтобы подобрать разбитое стекло. Он точно так же смотрел и он явно был недоволен.

Почувствовав это, я тихонько сказал.

- ...Вот.

В моем голосе не было силы, но быстро соображающий мужчина остановился и оглянулся на меня. Я медленно подошел к нему и протянул купюру. Он посмотрел на купюру, затем снова на меня.

- Да, Вы меня звали?

Уголок его губ едва заметно приподнялся, а затем опустился на место.

- Мне, пожалуйста, пачку сигарет.

При моих словах на его лице появилась трещина, а затем снова исчезла. Эмоция, которая промелькнула в этой трещине, явно была стыдом.

- ...Да, хорошо.

Сказав это очень низким голосом, он взял у меня банкноту обеими руками и вышел из комнаты. Это был безобидный жест, но я заметил, как дрожали его губы, когда он брал у меня купюру.

Я вернулся на свое место и сел. Господин Чан похлопал меня по затылку и сунул мне в руку вилку.

- Давай, попробуй это.

Господин Чан удовлетворенно улыбнулся. Он находил удовлетворение в самых странных вещах. Что это за вид сексуальных пристрастий? Хотелось бы мне, чтобы ученый, изучающий секс, забрал его на эксперимент с живым организмом. Размышляя об этом, я воткнул вилку в стейк и отправил его в рот.

Пережевывая пищу, я задумался о том, что только что произошло.

Генеральный директор Чан, действительно заменил мне карты на лучшие, но...

...но ведь именно он изначально дал карты самого низкого качества.

Глава 37

Погода была крайне непредсказуемой. Вчера весь день было жарко, а сегодня снова было странно белесым. Ветер, дувший под мои короткие рукава, был особенно холодным, поэтому я постоянно прятал шею в воротнике, как черепаха. Я потер ладонью затылок, где уже проросла куриная кожа.

Капля воды упала мне на переносицу.

О, я приоткрыл рот и посмотрел на небо. Капли дождя, тонкие, как шипы, падали на лужайку.

Вскоре дождь усилился.

Шум дождя щекотал мне уши. Нам предстоит еще долгий путь, но начался дождь. Чан, стоявший на поле, уставился в небо, а затем подтолкнул стоявшего рядом с ним человека в мою сторону. Сообразительный парень даже сумел понять команду мужчины.

- Да, понял.

Проворным движением он подхватил зонтик и встал рядом со мной. Я прикусил нижнюю губу и уставился на носок своего ботинка.

Мое зрение быстро померкло, вокруг ботинка образовалась круглая тень, и я поднял глаза. Он держал в руке зонтик и пристально смотрел на меня. Его тонкие губы подергивались, как будто он собирался выплюнуть какое-нибудь ругательство.

- ....…

- ....…

Я молча вернул ему враждебный взгляд. Он не представлял для меня никакой угрозы - вор, который выражал свое недовольство только тогда, когда оказывался вне поля зрения господина Чана.

Меня беспокоила только одна вещь.

В офисе, где работают кэдди, знают толк в том, чтобы клиенты были довольны. Мне казалось бессмысленным, что они назначают кэдди на полдня, у которого были проблемы с клиентом.

В голове промелькнула мысль: ...господин Чан, неужели он собственноручно выбрал этого засранца? Как только эта мысль пришла мне в голову, генеральный директор Чан открыл рот.

- Тебе комфортно?

Как только он услышал голос Чана, быстро изменил выражение лица и поднял зонтик чуть выше. Под зонтом появилось лицо Чана. ...Удобно? Знаешь ли ты, что мой желудок весь день выворачивало наизнанку? А ты просто расслабляешься.

Я был так потрясен, что не мог ничего ответить. Господин Чан поднял одну бровь. Ему что-то не понравилось.

- В конце концов, нет идеального способа уклониться.

Чан преувеличенно сильно покачал головой, словно не в силах сдержаться. Он погладил деформированную траву клюшкой для гольфа, чтобы выровнять ее, а затем занял почти идеальную позицию для удара. Когда мужчина напряг руки, рубашка вокруг его предплечий натянулась.

Он замахнулся со всей силы. Белый шар резко взлетел, разрезав солнечный свет пополам.

Глаза господина Чана следили за траекторией полета мяча. Я смотрел не на мяч, а на темное, искаженное лицо мужчины.

- ....…

Чан не был глупым человеком. Напротив, он был очень проницательным. Того, кто стоял перед ним, он видел насквозь. Он мог проникать вглубь души собеседника и таинственно рассматривать его внутренний мир.

Невозможно было, чтобы такой человек не заметил этот странный поток, протекающий между этим парнем и мной. Даже если бы я попытался использовать свою храбрость, это было бы бесполезно.

Оторвав взгляд от шара, Чан посмотрел в мою сторону и широко улыбнулся. Он выглядел довольным результатом. Конечно, это был хороший удар, но он сделал бесчисленное множество ударов, которые были даже лучше, чем этот, и никогда раньше так не улыбался.

Я застонал, как увядающий лист, на который наступила нога человека.

...Сумасшедший ублюдок. Интересно, неужели ему так забавно наблюдать за моими страданиями?

Дождь продолжал лить, все сильнее и сильнее. Решив, что дальнейшее продвижение невозможно, я отступил с поля. Я забрался под навес, чтобы спастись от неожиданного ливня.

Сквозь шум дождя донесся голос Чана.

- Сегодня прекрасный день.

Я на мгновение опешил от такого нехарактерного комментария мужчины. Нынешнее поле для гольфа казалось слишком мрачным, чтобы найти в нем очарование, но я быстро согласился с ним. Чтобы соответствовать нраву человека, чей нрав был таким же переменчивым, как погода.

- ...Да.

Внезапно я почувствовал пристальный взгляд со стороны. Я медленно повернул голову и встретился взглядом с господином Чаном. Он смотрел на меня, а не на залитое дождем поле для гольфа.

Мне вдруг стало не по себе. Его брови поднялись в ответ. Он был свирепым мужчиной с суровым лицом. Сейчас он выглядел просто устрашающе. Я тяжело сглотнул, увидев выражение его лица. Мне следовало бы извиниться за то, что я смотрел на него своими ничтожными глазками, но это был всего лишь сарказм.

Не сумев скрыть своего недовольства, господин Чан сел поглубже в кресло и повернулся к парню, стоявшему поодаль.

- Дай мне бутылку виски.

- Да, пожалуйста, подождите минутку.

Он достал из принесенного с собой холодильника бутылку виски и корзину со льдом. Поставив бутылку и пустые стаканы на стол, он отступил назад.

Генеральный директор Чан проглотил крепкий алкоголь; он любил наслаждаться крепкими напитками без всякой закуски. Я смотрел на его четко очерченное горло, пульсирующее от движения, и незаметно проглотил слюну, которая скопилась во рту. Одного взгляда было достаточно, чтобы почувствовать отвращение.

Теперь Чан не заставлял меня пить так много, как раньше, но если бы я стоял перед ним и перебирал пальцами, это был бы мой проигрыш. Мне нечего было сказать, а спиртное выглядело дорогим. Взяв перевернутый стакан и поставив его передо собой, мужчина удивленно посмотрел на меня.

- Без проблем.

Я сделал глоток, задержал его во рту, а затем отчаянно проглотил. Глаза мгновенно обожгло. Было так горько, что на них выступили физиологические слезы. Я вытер уголок рта тыльной стороной ладони, а господин Чан наклонил голову и посмотрел на меня с усмешкой. Не взглянув на человека, наполнявшего лоток для кубиков льда, Чан произнес.

- Ты можешь идти.

Парень кивнул, и сделал последние приготовления. Он перекинул сумку для гольфа через плечо и поклонился господину Чану. Генеральный директор Чан, как обычно, достал бумажник, чтобы дать чаевые, затем остановился и снова повернулся ко мне.

- Кстати, сегодня ты позаботился о Су Воне.

Господин Чан вскользь упомянул мое имя. Я на мгновение закрыл глаза. ...Почему я?

- Ты ведь держал зонт для него, не так ли?

Под навесом стояла жуткая тишина. Мы оба окруженные тишиной, просто обменивались взглядами. Я сильно прикусил нижнюю губу.

...О чем, черт возьми, думает Чан? Он не был скупым человеком. Он был не из тех, кто считает каждый цент чаевых.

- ....…

Чтобы быстро положить конец этой ситуации, мне пришлось сделать так, как сказал мне генеральный директор Чан, но я не хотел давать ему в руки ни цента. Глаза мужчины были ленивыми и расслабленными, как будто он говорил что-то приятное.

Медленно я опустил руку в карман брюк и вытащил из кармана старый бумажник Чана. Я носил его с собой с тех пор, как он его выбросил. У меня не было особой причины для этого, просто я решил, что это лучше, чем носить в кармане пачку купюр.

В бумажнике, со следами зубов, четко вытравленными на коже, лежала одна купюра в 50 000 вон и несколько купюр в 1 000 вон, оставшихся от сигарет. Я не хотел отдавать ему одну, но выбора у меня не было.

- ....…

Мои щеки запылали и я сильно прикусил внутренний уголок своего рта. Оскорбление промелькнуло на его лице, видимое только мне под таким углом, а потом исчезло.

Как будто он не мог смириться с мыслью, что стоит передо мной и ждет, когда я отдам деньги. Я вдруг понял, о чем он думает. Как только я это осознал, моя рука невольно потянулась к потрепанным купюрам. Я вытащил купюру в 50 000 вон и протянул ему.

- ...Спасибо.

Он взял деньги обеими руками. На тыльной стороне руки, державшей купюру, появилась тонкие жилки, которые затем исчезли. Он поклонился мне и ушел.

Я смотрел на его исчезающую спину, и мои глаза медленно сужались.

- ...Могут ли люди быть настолько плохими?

- ....…

Мужчина пожал плечами, как будто ничего страшного не произошло, и налил последнее содержимое из бутылки в мой бокал. Я крепко сжал стакан и вылил его в рот, крепкое виски покрыло кончик моего языка. Необычно для такого ужасного напитка, который должен был сжечь мой пищевод, на вкус он был слегка сладковатым.

- Ты хорошо пьешь.

- ...Думаю, я скоро напьюсь.

Господин Чан, похоже, не возражал.

- Это не так уж и плохо.

- Я просто сказал, что если буду пить много, то могу совершить ошибку.

Мужчина говорил безразличным голосом, не соответствующим дню.

- О чем ты так много думаешь, с такой маленькой головой, когда пьешь?

Не совсем подходящие слова для человека, который своей головой опустил настроение человека на самое дно. Бесстыдник рассмеялся сквозь пропитанные алкоголем губы.

- Это проблема, которую я решу, когда напьюсь.

Мужчина потянулся к бумажнику и достал небольшой пузырек. Он был длиной не более безымянного пальца.

Я рассматривал его в большой руке мужчины скорее с подозрением, чем с любопытством.

Господин Чан был загадочным человеком, и его бизнес был столь же скрытным. У меня не было желания знать, откуда берутся его деньги, это было не мое дело.

Но мне казалось, что я должен знать об этом маленьком пузырьке, что он может мне как-то пригодиться.

- Ты хочешь знать, что это такое?

- ...Да.

- Дай мне свою ладонь.

Я осторожно протянул ладонь, как и просил господин Чан. Мужчина открутил крышку и схватил меня за запястье. Повернув пузырек вверх дном на моей ладони, он провел по ней линию. Из отверстия посыпался белый порошок.

В свете фонаря порошок беспорядочно искрился. На первый взгляд он напоминал осколки разбитого стекла. Очарованный видом пыли, Чан спросил:

- Как тебе цвет?

- Очень красивый.

Мужчина улыбнулся в ответ.

- Я думал, ты глупый, но ты умеешь говорить красиво, - сказал он.

Его выражение лица было таким же, как то, что было на нем в тот момент, когда он сказал эти слова впервые.

- Ощущение?

Я нерешительно потянулся за порошком. Крупицы были меньше, чем в сахаре, а текстура грубее, чем у соли, и перекатывалась под кончиками пальцев.

- ...Он мягкий.

- Он дорогой детка.

Мужчина опустил лицо в мою ладонь. Я рефлекторно попыталась убрать ладонь, но это было бесполезно: он крепко сжал ее и глубоко уткнулся своим носом. Он нюхал наркотик, глубоко вдыхал и снова выдыхал. Его грудь вздымалась и опускалась в ответ.

- Ммм…

Мужчина закрыл глаза, и почувствовал, как по телу распространяется целебная энергия. С его губ сорвался тихий стон. Тонкие морщинки прочертили его брови. Уголки глаз покраснели, а щеки порозовели. Это было поразительно похоже на то выражение лица, которое он принимал перед кульминацией.

- Мило, - сказал он с медленным удовлетворением.

По какой-то причине я почувствовал зуд между ногами, поэтому несколько раз скрещивал и разжимал их. В моем организме происходила непонятная реакция.

Я пьян?

Что бы ни было причиной, я хотел выбраться из этой ситуации. Я хотел попасть в пространство, где его не было, и выдохнуть. Я заметил, что в бутылке осталось совсем немного алкоголя, и осторожно позвал господина Чана.

- Генеральный директор.

Вместо того, чтобы опрокинуть стакан, он посмотрел на меня.

- Позвольте мне принести еще немного алкоголя, - сказал я.

Поднявшись со своего места и направившись в здание, мужчина проглотил напиток и добавил.

- Потому что сейчас я чувствую себя чертовски хорошо.

Я отлично понимал все без лишних пояснений. Мужчина наслаждался этой ситуацией, алкоголем и моим непониманием, окутанным неизвестным чувством.

Он предупредил меня с блеском в глазах.

- Не делай ничего, что могло бы испортить это ощущение.

Он говорил так, будто знал, что я хочу убежать или что-то в этом роде. Я медленно и уверенно кивнул. Затем я повернулся и пошел прочь, за пределы его поля зрения.

Глава 38

Тихий дождь эхом разносился по коридору, ведущему в гостиную. Я остановился, заметив что-то, что заставило мои ноги медленно ступать. В конце коридора, прислонившись к окну, кто-то курил. Рядом с ним лежала знакомая сумка для гольфа. Темно-черная сумка принадлежала господину Чану.

- Эй! - обратился он ко мне, затягиваясь сигаретой. Я молча уставился на него. Кровь стыла в моих руках.

Он швырнул что-то скомканное в мое лицо. Я мог увернуться, но вместо этого принял удар. Плюх. Кусок бумаги, который ударил меня в лицо, упал на пол. Это была купюра в 50 000 вон, та, которую я дал ему. Парень ругнулся на меня.

- Я не возьму твои грязные деньги, ублюдок!

Он сплюнул мне под ноги. Затем, словно увидев что-то грязное, он засунул руки в карманы и отвернулся.

В обычной ситуации я бы оставил все как есть, но я был в муках позднего ночного похмелья, и возбуждение витало в воздухе. Мои губы неконтролируемо дергались. Не успел я опомниться, как из моего рта полились слова.

- Это все, что я получил за это грязное дерьмо?

Мой голос эхом разнесся по коридору. Он, должно быть, услышал меня, но притворился, что не замечает, и продолжил свой путь, остановившись на месте при моих следующих словах.

- Деньги, которые ты украл, ублюдок.

Его лицо сморщилось, как кусок туалетной бумаги, и он направился ко мне, его шаги гулко отдавались в коридоре.

- ...Только не это, черт.

Я встретился с ним взглядом.

- Ты шпионил за мной.

Он уставился на меня, затем провел языком по внутренней стороне своей щеки. Уф, он выдохнул и проговорил сквозь зубы.

- ...Да, блядь, да, говорю тебе, я видел, как ты, ублюдок пошел в горы со своими деньгами!

И язвительно добавил:

- То, что ты трахаешься с генеральным директором Чаном, известно всем. Каждая крыса здесь знает, что твоя дырка грязная!

- ....…

- Зачем этот ублюдок, каждую ночь таскается в горы? Кто, не будет этим интересоваться? Еще и удостоверение личности, некачественно поддельное где-то достал?

Я выслушал его тираду, не моргнув и глазом. Я чуть не содрогнулся от отвращения.

- Я думал, что получу от этого удовольствие, и пошел, но, черт возьми!

Он сделал паузу, а затем понизил голос.

- Я осмотрел всю эту гребаную гору вдоль и поперек и не нашел ни цента.

Он сделал еще один шаг, и его лицо оказалось прямо напротив моего. Места едва хватило, чтобы просунуть палец, и он закричал.

- Ты понял, ублюдок?!

- ....…

- Это не я!

Его резкое дыхание обдало мое лицо. Вонь от его сигареты заставила меня сжать кулаки. Мне хотелось схватить его за шиворот и заставить истекать кровью, как в тот день.

- Хочешь верь, хочешь нет, делай что хочешь, но если ты еще раз попадешься мне на глаза, то я точно надеру тебе задницу!

- ....…

- Ты грязный ублюдок!

Он втянул в себя каждую унцию грязи. Его щеки дернулись, когда он слепил из нее нечто, а затем с силой выплюнул на пол. Его слюна вылетела, как пчелиное жало, оставив четкие следы на мраморном полу. Он бросил на меня презрительный взгляд и ушел.

Топ, топ, топ. Оставшись один, я просто смотрел, как он удаляется, и его фигура становится все меньше и меньше. Раздражающий голос парня отзывался в моей голове, как раскат грома: «Это не я!»

- ....…

Я пожевал внутреннюю сторону щеки.

Думаешь, я в это поверю? Не знаю, сколько воров признаются в своих преступлениях. Если бы они были достаточно хороши, то не стали бы воровать с самого начала.

Датчик света полностью выключил свет. Но я все еще стоял в темноте, глядя в коридор, где он уже исчез.

Хлоп. В конце коридора загорелась лампочка. Затем я услышал шаги. Топ, топ, топ. Шаги были равномерными, без спешки, не ускоряясь и не замедляясь.

Топ, топ, топ. Сенсорные лампы в коридоре следовали за шагами мужчины. Теперь настала очередь датчика над моей головой.

Топ, топ, топ. Звуки шагов приблизились, и свет включился над моей головой. Появилась огромная тень и в мгновение ока съела тень у моих ног. Я почувствовал страх и медленно, начал поворачиваться...

За моей спиной стоял господин Чан.

- ....…

Взгляд Чана остановился на следе, оставленном этим ублюдком. Мужчина прищурился и словно допрашивая меня, спросил.

- Что ты здесь делал?

Его взгляд остановился на мне, как на мишени. Чем больше он концентрировался на этом действии, тем больше искривлялся угол его точеного подбородка.

Прошло несколько мгновений. Наконец мужчина разомкнул губы. Он диагностировал мое состояние одним словом.

- Ты выглядишь растерянным.

Это был уверенный тон. Я больше не мог смотреть ему в глаза и опустил взгляд. Мои ноги продолжали дрожать и я напрягся. Бессознательно я оказался охвачен чувством. Чувством, будто надо открыть дверь под названием «Мужчины», и бросится бежать.

- Кто так сильно потряс тебя?

Господин Чан сделал шаг вперед, и я рефлекторно отступил на шаг. Конечно же, этот вспыльчивый человек не стал терпеть этого.

Он ловко схватил меня за предплечья. Я даже не успел вскрикнуть в знак протеста, как он потащил меня прочь. Слова кричали в моей голове. БОЛЬНО!

- Я тебя спрашиваю.

Глаза господина Чана требовали ответа. Кто потряс меня? Я не мог ответить на его вопрос. Даже когда волосы встали дыбом, я не мог понять, откуда взялось это чувство страха.

От ледяного взгляда мужчины, по позвоночнику пробежал холодок, а нижняя губа задрожала.

- Как ни посмотри, ты выглядишь испуганным.

На этот раз мужчина задал вопрос самому себе.

- Почему Су Вон так испугался?

Его скользкий язык крутился и вертелся. На мгновение показалось, что кончик языка мужчины вырезан в форме треугольника, как у змеи. Я покачал головой и посмотрел еще раз: язык мужчины снова вернулся в исходное состояние. Гладкий и скользкий, как хвост ящерицы... Мужчина заговорил своим нелепым трехдюймовым языком.

- Ты боишься меня?

- ...О, нет.

Я инстинктивно отрицал то, что сказал этот человек. Я пожал плечами и отчаянно избегал зрительного контакта. Как будто это была лучшая защита, на которую я был способен. Мужчина приоткрыл губы и улыбнулся. Конечно, в его глазах все еще была та жуткая аура. Глаза были такими темными, что невозможно было определить их глубину, и в них не было ни малейшего намека на смех. Все мое тело онемело от его жуткого взгляда.

- Еще одна ложь.

Господин Чан ответил на вопрос, на который даже я не знал ответ.

- Ты всегда боялся.

...Кто так сильно потряс тебя? В ответ на свой собственный вопрос, мужчина указал на себя.

- Я знаю о Со Су Воне, гораздо больше, чем он думает.

Я держал рот на замке, как человек, разучившийся говорить и уставился на мужчину. Мое тело застыло, как лед. Генеральный директор Чан провел языком по нижней губе. Казалось, он снова пробует пищу.

Он резко повернул голову и опустился лицом вниз. Чан впился зубами в мочку моего уха, обгладывая мякоть, которая была меньше, чем его язык. Перед моими глазами промелькнула сцена, где мужчина ест ребрышки. Мужчина очистил кости, не оставив плоти и бросил их на свою тарелку. Наверное, именно это он имеет в виду, когда говорит, что "не останется даже костей".

- ...Ммм, хммм…

Губы мужчины провели за ухом и по декольте. Они продолжали расширять свою территорию. Я прижался к стене, как мышь, и смотрел через его плечо в темноту.

Я закрыл глаза. Голос парня, блуждающий в моей голове, эхом отдавался в ушах. «Это не я!»

- ...Уф.

Чан вдавил пальцы в обе мои щеки. Я вскрикнул и он просунул пальцы в мой рот. Его длинные пальцы скользили внутри моего рта. Кончики пальцев прошлись по моим деснам, затем по языку.

- Ты даже не отвечаешь на вопросы, которые я задаю.

- ....…

- Зачем тебе этот кусок плоти?

Мужчина устрашающе пробормотал.

- Просто отрежь его.

Его пальцы сжались и потянули. Казалось, он собирается вырвать мне язык.

- ...Ух!

Я почувствовал острую боль в корне языка и посмотрел на него со слезами на глазах. Его лицо было искажено, из-за слез. Слезы, которые собирались на кончиках моих ресниц, наконец-то вырвались на свободу, превратившись в капли. Кап, холодная капля жидкости скатилась по щеке.

Теперь я отчетливо видел мужчину. Его глаза были полны безумия, и казалось, что он одурманен и теряет контроль над собой быстрее, чем обычно.

Как только он встретился с моими глазами, он схватил меня за подбородок и проглотил мой язык. Его язык глубоко проник в мой рот, словно душил меня. Он был настолько твердым, что мне показалось, что он проткнет мою щеку. Мой язык, который он пытался вытащить руками, обвился вокруг его скользкой плоти. Я даже не успел закрыть глаза.

- ...Уф!

Генеральный директор Чан развернул меня. Его широкая грубая ладонь прижала мою щеку к стеклу. Капли дождя с глухим стуком ударились о холодное окно. Я так ярко ощущаю это на своих щеках.

Внезапно, я почувствовал холод снизу. Мужчина стянул с меня брюки и нижнее белье до колен.

- …Генеральный директор, нас могут увидеть.

Мужчина холодно рассмеялся над моими словами.

- Поэтому я и хочу сделать это здесь.

Он ухмыльнулся и начал расстегивать свои брюки. Он расстегнул ремень, расстегнул ширинку и вытащил свой член. Его головка была набухшей, а ствол сильно пульсировал.

- ....…

Мужчина сжал свой член в руке - такой член, который можно было использовать как орудие гнусного преступления. Его щеки подергивались. Он слегка раздвинул губы и выпустил свежую струю слюны. Серебряная нить стекала по его члену, и он проводил рукой по головке и стволу. Вместо геля он, использовал слюну.

Чан потянулся ко мне сзади: его рука обхватила одну ягодицу и раздвинула ее. Отверстие распахнулось издав влажный звук. Это был момент абсолютного унижения.

Мужчина вздохнул.

- Это действительно.…

Он сильно хлопнул меня по ягодицам, как бы проверяя мою сопротивляемость, а затем прощупал мою дырочку средним пальцем.

- Ты кричишь, чтобы тебя трахнули.

Мужчина произнес это длинное предложение на одном дыхании, не сделав ни единого вдоха.

- Ты сбежал, потому что боялся, что тебе придется умолять меня трахнуть тебя?

- Хмпф.…

Он вставлял и вынимал палец в мою дырку, как будто трахал ее, затем повернул мое лицо к себе.

- А?

Он взмахнул своим членом, как хлыстом, и ударил меня по заднице. Шлеп, шлеп. Звук эхом разнесся по пустому коридору.

- Если ты так сильно хочешь, конечно, я дам тебе это, я же добрый человек.

Он неистово закричал, словно окончательно потерял рассудок, а затем резко вогнал свой член в наполовину раскрывшееся отверстие. Он прижался ко мне сзади, закрыв глаза и я почувствовал, как он томно напрягся, тихонько застонав, словно в глубоком сне.

- ...Это так чертовски туго.

Вспышка, раскат грома за окном. Он сжал мою челюсть и шею одновременно. Это был катализатор, сигнализировавший о начале отношений. Он начал входить в меня, как животное. Его бедра раскачивались вперед-назад, он уткнулся носом в мою шею и вздохнул.

- Ммм, ха!

- ...Ммм.

- ...Хмф, хмф, ха!

Мой нос и губы терлись об оконное стекло, которое стало мутным из-за разницы температур внутри и снаружи. Уф, ух! Когда я выдохнул, оно стало туманным, а затем на нем снова отпечаталась форма моего лица.

- ...Хмф, хах, хах, черт!

- ...Ха, ха, ха!

- Хмф, хмф!

Чан обычно любил менять свое положение два или три раза. Я едва успевал перевести дух, когда он менял позу, настолько он был интенсивен. Он ставил меня перед окном, словно экспонат, а потом без перерыва вбивался в меня. Он был неумолим, словно собирался съесть меня, пока я не превращусь в груду костей.

Я едва удерживался на его члене, как будто внутренние стенки вот-вот порвутся. Может быть, дело в отсутствии смазки, но сегодня член мужчины казался более ярким, и я мысленно представлял форму его головки. Темно-красный и толстый, от одной мысли о том, как эта мерзкая штуковина двигается внутри, мне захотелось перевернуться.

- Поза. Поменяй ее.

Он просунул руки под мои бедра и положил их на подоконник. Я принял ее, приподнявшись на коленях. Положив ладони на окно, я покачивал бедрами, прижимаясь к его талии. Я напряг бедра и помог ему проникнуть в меня.

Я двигал бедрами, теряясь в мыслях, как сумасшедший. В этом месте не было подавляющего чувства реальности. Это было пространство, которое существовало исключительно для секса.

Мужчина взял мой член в руку и потер его об окно. Я вздрогнул от холодного ощущения, а на запотевшем стекле образовался прозрачный круг. Стекло было заляпано прозрачной жидкостью, которая вытекала из моей уретры.

Мужчина прошептал, покусывая ухо:

- …Уф, попроси меня кончить внутрь, ух, попробуй.

- ...Хмф, хмф, ха!

- Хм, я разорву тебя на куски, если будешь медлить.

Губы, которые до этого могли издавать лишь сладостные стоны, зашевелились сами собой.

- …Ха, ха, пожалуйста, кончи внутрь, внутрь, кончи внутрь.

Хватка мужчины на моих бедрах усилилась. По мере приближения к эякуляции его стоны становились все более прерывистыми.

- ...Уф, ха!

- Мммм, хммм, хммм, хммм!

Он яростно вбивался в мою нижнюю часть тела. Мне казалось, что еще немного и я умру. Наконец, горячее ощущение разлилось по моей дырочке. Мужчина, испытавший оргазм, смотрел на меня сверху вниз, его тело сотрясалось.

Вспышка, раскат грома. Внезапно стало светло, как в полдень. Нижняя часть тела была обнажена под мужчиной. От интенсивности ощущений меня трясло. Я продолжал содрогаться еще некоторое время, словно пораженный молнией.

…Мое тело чувствовало себя странно. Нет, это была не просто физическая проблема. Должно быть, что-то случилось с моей головой. Как будто этот человек сломал меня.

Не только я чувствовал себя странно. На лице мужчины было выражение порочности. Странный свет, который я не видел раньше, появился на нем. Глядя на мое лицо, из которого до этого издавались тяжелые стоны, он произнес:

- ...Я даже толком ничего не распробовал.

Рука мужчины соскользнула с моего подбородка. Он снял меня с подоконника, а его член все еще находился в моей дырочке. Он поставил меня на холодный, вымощенный мрамором пол. Стоя на четвереньках, я поднял бедра, чтобы принять его. Моя задница врезалась в пах мужчины, и он продолжил вбиваться в меня.

- Ух!

Мое и без того чувствительное тело не выдержало глубокого проникновения, и я сделал шаг.

- ...Потряси задницей.

Я покачивал бедрами в состоянии крайней чувствительности. Положение на коленях сильно напрягало мое тело, так как его член был введен слишком глубоко, но он продолжал двигать бедрами, как будто хотел войти еще глубже.

Он обхватил мои бедра.

- Такая гладкая кожа и красные синяки, ух.

- Хм, ха, ха!

- Какому парню это не понравится, ха.

Словно внутренняя стенка разочаровалась, она прижалась к опоре члена, выходящего из дырочки, и вылезла наружу. Мужчина потер внутреннюю стенку кончиками пальцев. Я сжал свою дырочку и застонал. Из моего горла вырвался голос, не похожий на мой.

- ...А-а-а-а!

Не имея никаких других мыслей в голове, я стремился к одному и только к одному. К оргазму, от которого у меня волосы встанут дыбом.

- Ааа, хах, ха!

- Уф.

Мужчина за моей спиной стонал, как животное. Грохот. Снова прогремел гром. На фоне широкого окна, за завесой из дождевых струй, наши тела продолжали сталкиваться.

Я надеюсь, что шум дождя и грома скроет похотливые стоны, которые я издаю, находясь во власти сексуального желания.

Глава 39

Когда начался дождь, остановить его было невозможно. Он колотил по земле, как наказание, и становился все сильнее и сильнее.

Прохладный воздух в коридоре заставил меня вздрогнуть. Мужчина прижался ко мне сзади, обхватив за шею и прижавшись лбом к моей щеке. Его дыхание было неровным. Казалось, что силы покидали его.

Он слегка пошатнулся, потеряв равновесие и я бросился к нему на помощь. Было трудно поддерживать всем телом человека, который был выше меня примерно на 10 см. Не сводя с него глаз, я осторожно окликнул его.

- ...Генеральный директор.

Господин Чан не ответил, он был совершенно не в себе. Я перекинул его руку через плечо и вышел из коридора. Когда я шел под навес, дождь хлестал меня по телу. Пока мы ехали по полю на гольф-карте, мужчина прислонился головой к моему плечу и тихо дышал.

Когда я нес его, то испытывал боль в пояснице, и мне пришлось несколько раз бороться с желанием столкнуть его с автомобиля. Ведь если бы я бросил его в такой день, то на следующий день его нашли бы утонувшим, поэтому я проявил милосердие.

С большим трудом я донес его до комнаты, и когда я опустил его на кровать, его грузное тело с грохотом упало на матрас.

Я вытер пот с подбородка тыльной стороной ладони. Все мое тело было мокрым от дождя и пота. Убедившись, что мужчина спит, я встал с кровати и начал уходить, но сзади меня что-то схватило за запястье.

Меня повалили на кровать и зажали рукой. Я был слишком ошеломлен, чтобы закричать, поэтому просто молчал и затаил дыхание.

...Неужели он только что очнулся?

Прогремел гром. Мое зрение внезапно прояснилось, и я увидел мужское лицо. Он крепко спал, глубоким, глубоким сном.

- ....…

Я извивался, пытаясь выбраться из-под него. Я изо всех сил старался производить как можно меньше шума, но это было бесполезно. Из-за значительной разницы в телосложении было очень сложно убрать с моего тела генерального директора Чана. Дело осложнялось тем, что я промок от дождя, а проходы, которые он просверлил в моем теле, продолжали вопить.

К тому времени, когда над лицом этого человека забрезжили первые лучи рассвета, я вытащил все свое тело из-под него. Если я продолжу ворочаться, то он проснется. Я не смог побороть охватившее меня чувство сонливости и погрузился в глубокий сон.

Но и это длилось недолго. Меня словно молнией ударило, когда я проснулся от его притворной ласки, которую я редко испытываю, если только не нахожусь на грани.

- Поднимайся уже. Не делай вид, что спишь.

Пока он говорил, я крепко сжимал в руках простыню с закрытыми глазами. Я был в таком отчаянии, что уголки моих глаз дрожали и трепетали, но взгляд с затылка не покидал меня. Господин Чан даже не собирался смотреть на меня.

Я неохотно и медленно приподнял верхнюю часть тела. Простыня соскользнула с моего тела, и тут я понял, что обнажен, и вздрогнул. Я не помню, чтобы сам раздевался, так что ответ был только один. Я прищурился, глядя на мужчину, стоявшего позади меня.

Генеральный директор Чан, тот самый человек, который раздел меня, стоял перед окном. Как обычно, он выбрал черную рубашку и застегивал ее сверху. Качественная, тонкая рубашка облегала его толстую шею, затем крепкие грудные мышцы и плотный пресс. Я тихо прочистил горло. Он был пугающим, как всегда.

Мужчина ухмыльнулся и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

- Куда смотришь? Не отводи глаза.

Его бессердечный жест вывел меня из равновесия, и я упал на бок. Простыня, обмотанная вокруг бедер, соскользнула с моего тела, обнажив перед ним внутреннюю поверхность бедер. Мужчина, не сводя глаз с интимной части тела, цокнул языком.

- У тебя будет синяк.

- Все нормально.

- Ты уверен?

Мужчина необычно улыбнулся глазами, и я потряс головой от мгновенного холодка в затылке. Он без колебаний продвинулся сквозь простыни и потянулся к внутренней стороне моего бедра. Не меняя выражения лица, он крепко схватил нежную кожу и снова отпустил.

Мое сердце заколотилось. От места его прикосновения исходило живое тепло. Со стопроцентной вероятностью теперь здесь будет синяк. Он посмотрел на покрасневший синяк и удовлетворенно улыбнулся. Я выплюнул проклятие. Сумасшедший парень.

Генеральный директор Чан обыскал мою одежду. Порывшись, как расхититель могил, он вытащил из моих брюк бумажник. Взяв в руки потертый кожаный бумажник, он провел кончиками пальцев по следам от зубов.

- По крайней мере, зубы остались.

Тон мужчины, произносящего эти слова, был двусмысленный. Казалось, что он либо гордится, либо издевается. Разумеется, судя по обычному поведению мужчины, вероятность того, что он гордится, была равна нулю.

Мужчина открыл бумажник, положил купюры и закрыл его. А затем он нахмурил брови, как будто что-то было не так. Мужчина снова открыл бумажник и достал визитную карточку, которую я засунул внутрь. Нахмурившись, он спросил.

- От кого ты это получил?

Я ответил дрожащим голосом.

- ...От одного из Ваших сотрудников.

Брови мужчины резко поднялись.

- Мой подчиненный пришёл и начал с тобой разговаривать?

В его тоне прозвучал оттенок "Как ты смеешь?". Его брови нахмурились, рот сложился в строгую линию. Он выглядел недовольным, и я был не настолько глуп, чтобы не заметить этого. Я разгладил край простыни. Мне было интересно, что я могу сказать, чтобы он почувствовал себя лучше?

- ...Он сказал, что это честная компания.

Мужчина щелчком сложил бумажник и бросил его на тумбочку.

- Я человек, умеющий выживать и без закона.

Мужчина саркастично фыркнул, словно уличный хулиган, демонстрируя некое подобие юмора. Я с трудом и безо всякого желания скривил улыбку в ответ. Мне совсем не хотелось представлять его жизнь в стране без законов. Это, должно быть, ад, хуже ада.

Мужчина в черной одежде провел ладонью по гладкому лбу и застегнул пиджак. Как всегда, он был безупречно одет, вплоть до булавки на галстуке.

Если я сейчас уйду, как скоро он вернется? Должен ли он вернуться? Спрашивать, когда он вернется, было слишком очевидным вопросом. Я задал осторожный вопрос, пытаясь угадать время его возвращения.

- ...Куда Вы идете?

Мужчина, поправлявший свою одежду, повернулся ко мне лицом в зеркале. Я опустил глаза и ждал его ответа, как приговора.

- Ты спрашиваешь, куда я иду?

- ....…

- Или ты спрашиваешь, выберусь ли я наконец отсюда?

Мужчина изогнул красивую бровь. Мне показалось, что он задушит меня, если я скажу последнее. Я заикался, пряча свое обнаженное тело глубоко в одеяло.

- Я спросил, куда Вы идете.

Я сказал это, сделав ударение на последнем слове. Мужчина застегнул запонки на рукавах, а потом холодно посмотрел на меня. Его тон был таким же ледяным, как и взгляд.

- Мне обязательно сообщать об этом Со Су Вону?

С этими ледяными словами мужчина вышел из комнаты. Скрип, удар. Дверь захлопнулась со страшным звуком.

Его шаги гулко отдавались в коридоре. Я тупо смотрел на край кровати, медленно переводя взгляд на дверь.

Мужчина ушел. Я поморщился. Глаза, которые были слегка опущены, напряглись, а губы, слегка раздвинутые, чтобы придать мне глупый вид, плотно сжались.

Шатаясь, шаг за шагом, я направился через комнату к сейфу.

Ловко орудуя пальцами, я отпер сейф. Вытащил пачку денег, зажатую в темном квадрате, и спрятал ее в своих руках. Я сел спиной к камере и пересчитал купюры. Новые купюры были уже испачканы грязью моих рук и свисали на пальцах, как кимчи.

- ....…

Сумма оказалась такой же, как я уже подсчитал в уме. Если прибавить к ней деньги, которые мужчина дал мне сегодня, то у меня получится примерно..…

Побег был не за горами.

Побег. От одного этого слова сердце заколотилось в груди. Я почувствовал, что мне нужно в туалет. Я не пил воды со вчерашнего вечера, и мне хотелось ухватиться за сиденье унитаза и вырвать. После того как я выплюнул желудочные соки, мне показалось, что я парю над водой в унитазе, а сердце колотится в груди.

Что такого тревожного? Почему я так нервничаю? Я сел и схватился за голову. Я представил себе мужчину за холодной стальной дверью, его длинную спину, скрытую черным костюмом.

Какое лицо у него было, когда он выходил из комнаты?

Оно было таким же жутким, как его темные глаза, таким же темным, как его костюм, который он всегда носил, таким же темным, как его личность, таким же темным, как его обман.

В моей голове раздался еще один крик: «Это не я!»

В моем сознании все перепуталось.

***

Я огляделся и вошел в пустую телефонную будку. Я продолжал чувствовать, что кто-то наблюдает за мной. Я резко повернул голову, чтобы убедиться, что вокруг никого нет.

Проделав это несколько раз, я вставил несколько монет и поднял телефон. Большим пальцем я нажимал цифры одну за другой. Мой палец на некоторое время завис над последней цифрой. Поколебавшись некоторое время, я смиренно нажал номер.

Туруру , - раздался сигнал. Секунды тикали, как часы. Я тяжело сглотнул, ожидая, когда собеседник возьмет трубку.

Дзинь. Звон в моей голове, похожий на сирену, прервался. Голос дяди атаковал мои барабанные перепонки.

- Почему ты не выходишь на связь!

Дядя выразил своё недовольство.

- ...Прости. Послушай, дядя, мне нужно тебе кое-что сказать…

- Хорошо, что ты позвонил. Слушай меня.

Мой дядя громко откашлялся и начал говорить чепуху. Я открыл рот, чтобы сказать «Ах», намереваясь покончить с этим делом, но затем снова закрыл рот. Мне пришлось несколько раз подтверждать свою решимость, прежде чем я ему позвонил. В трубке раздался голос дяди, сразу нейтрализовав всю мою решимость.

- В последнее время появился один подозрительный тип. Я не знаю, что он делает, но этот парень разбрасывается деньгами, как богатый человек. И всё время подлизывается, говоря "хённим, хённим"...

Сейчас не то время, чтобы тратить время на эту ерунду. Я ковырял сухую омертвевшую кожу на нижней губе, а одна моя нога дрожала от нервозности.

Каждый прохожий бросал взгляд в мою сторону. Им казалось, что я выгляжу подозрительно, стоя в полуразрушенной телефонной будке с закрытым лицом.

- Кхм, я. Несколько напитков и пара набитых карманов, и все.

Я засунул лицо поглубже в толстовку. Затем носком ботинка зашаркал по земле. Невинная грязь разлетелась по обломкам. Я поскреб землю, словно копал яму для гроба, затем сильно вдавил подошву ботинка в кучу грязи с другой стороны, чтобы снова разровнять ее. Пока я сосредоточивался на своем разочаровании, зов дяди вернул меня к действительности.

- ...Вон-а.

Мое настоящее имя, впервые за целую вечность. Я застыл, словно сломленный. Этот человек называл меня по имени только в двух случаях. Либо он хотел попросить об одолжении, либо.... Гадая, назовет ли он мое имя еще раз, я с трепетом ответил.

- ...Да, говори.

- Для того, чтобы выйти на рынок, мне нужны деньги и меня скоро позовут на корабль, так что присылай.

- Дядя.

...Ты чертов ублюдок.

- Деньги.

Я закричал, ударившись лбом о стеклянную стену. Новое слово вырвалось из моих губ, как вздох.

- Ты знаешь, что это за деньги?

- Ну, я на пути к победе!

Какую грязную работу я делаю? Он не может знать, - подумал я. А если бы и знал, то и бровью бы не повел.

- Если у меня все будет хорошо, то твоя мама сможет жить, ни о чем не беспокоясь.

Рука, сжимающая телефон, дрогнула. От злости по позвоночнику пробежал холодок, а от мельтешения перед глазами закружилась голова.

- Не говори глупостей, просто отправь деньги. Без меня ничего не будет работать, прямо сейчас все срывается, это ужасно, ужасно.

И с этими словами телефон отключился. Я ударился лбом о стекло телефонной будки. Звонок прервался прежде, чем я успел сказать то, что хотел.

- ...Псина.

Ублюдок.

Ты знаешь, что это за деньги, и ты играешь на них в азартные игры…? Я устал от азартных игр. Я ненавидел их до дрожи. Мои глаза горели от гнева.

Я быстро вдыхал и выдыхал, пытаясь сдержать гнев. Моя грудь неконтролируемо вздымалась. Я не хотел снова отдавать деньги в его руки, но у меня не было выбора.

Снова взяв трубку, чтобы набрать номер дяди, я замер на месте, услышав голос этого ублюдка: «Это не я!»

Он словно наложил на меня заклятие.

Я с повесил трубку и зашел в магазин. Я выбрал свой обычный маршрут и встал перед банкоматом. Я взял купюры и положил их в купюроприемник, а машина быстро пересчитала их.

Я могу вписать только шесть символов, поэтому намеренно внес деньги тремя частями.

В первой я написал предложение с просьбой о помощи.

Во второй я написал название региона.

В третьей я заполнил пробелы комбинацией цифр и букв.

На экране появилось окно. Перевод прошел успешно. Я вышел, крепко сжимая в руке пустой кошелек.

Я снова посмотрел по сторонам.

Только теперь я по-другому воспринимал окружающую обстановку. Разношерстная толпа, казалось, не интересовалась моим направлением. Той сцены, когда их глаза и уши выросли до размеров тела и, казалось, были направлены прямо на меня, нигде не было видно. Это была всего лишь паранойя, созданная человеком, которому есть что скрывать.

- ....…

Я шел к отелю. Сердце сильно билось в груди. Это необъяснимое беспокойство.

Я просто надеялся, что все будет в порядке.

Глава 40

Я откинулся на кровать, подтянул колени к груди и обнял их. Время проходило в оцепенении. Каждый раз, когда я закрывал глаза, в моем поле зрения появлялся и исчезал мужчина, весь в крови. Забавно, что он знает, когда я наиболее слаб.

За окном стремительно сгущались облака пепельного цвета. Я на мгновение погрузился в раздумья, а когда очнулся, небо уже приобрело тусклый отблеск дождевых туч, и снова наступила ночь.

Лязг. Раздался механический звук, и дверь распахнулась. Увидев, что я лежу на кровати, он прошел к дивану и сел, скрестив ноги. "Что случилось?" - спросил он без единого слова.

- Ты плакал?

Я взглянул через его плечо и краем глаза заметил, что там стоит тело, залитое кровью. Конечно, мгновение назад оно там было, и смотрело на меня, но так же быстро, как появилось, оно исчезло. Я опустил взгляд. Мои щеки были слишком сухими, чтобы отрицать его слова. Голос мужчины был тихим и вопросительным.

- Почему?

- ...Нет.

Я тихо покачал головой. Мужчина больше ничего не спрашивал. Он просто смотрел на меня пристальным взглядом, словно пытаясь понять, почему я плачу. Затем он потянулся под кровать. Мужчина схватил мой тонкий бумажник, подбросил его в воздух и снова легко поймал его.

- Похоже, твой возлюбленный тратит много денег.

Похоже, он имел в виду местонахождение банкнот, которые как будто провалились сквозь землю. Он все еще был занят выдумыванием воображаемого любовника, не имеющего реального существования. Чан поднял руку ладонью вверх, указательный палец был направлен вверх. Его длинные пальцы изящно скользили по воздуху, приглашая меня присоединиться к нему. Иди сюда.

Я откинул простыню и встал с кровати, подойдя к нему так же медленно, как призрак выходит из тела. Он обхватил меня за талию рукой и стал мерить, как портной.

- Мой дорогой Су Вон, с каждым днем твоя талия становится все более тонкой.

Он обхватил мою щеку и медленно погладил ее. Его руки пахли дешевым никотином.

Несмотря на то что он делал своими руками, он пах чистотой. Обычно от него исходил слабый аромат парфюма, но сейчас его костюм был пропитан незнакомым запахом. Запах алкоголя смешивался с запахом сигарет, но это не указывало на то, что он сам их курил. Все это пахло слишком дешево, на вкус мужчины.

- Какой человек может быть таким бессердечным?

Он сунул руку в пиджак и вытащил пачку сигарет. Это были не его обычные любимые, а дешевого отечественного производства. Мужчина подержал сигарету между губами, как бы знакомясь с ней, и прикурил от дорогой зажигалки.

- Каким трудом были заработаны эти деньги? Я бы взглянул на этого парня и рассказал ему, какое лицо у Су Вона, когда он сосет мой член.

Мужчина выпустил дым.

- У него такое ужасное выражение лица, как будто у него во рту член какой-то собаки, и он даже не знает, что я чувствую, наблюдая за ним.

- ....…

- Этого достаточно, чтобы я захотел вырыть на своем участке яму размером с его тело.

Мужчина произнес слова, которые показались мне жуткими, когда я попытался расшифровать их смысл.

- Часть меня хочет вырвать все волосы с твоей головы, пока не будет содран твой скальп и засунуть их тебе в глотку.

Сигарета, зажатая губами, создавала впечатление, будто на его губах нарисована линия. С этих губ, вместе с легкой дымкой, просочились тихие слова.

- Разве ты не хотел его убить?

Разве ты не хотел его убить? Я медленно поднял взгляд. Человек, который подверг меня испытанию, улыбался. Я признался ему, притянутый к нему какой-то неведомой силой, похожей на гравитацию.

- Ежеминутно.

- ...Ежеминутно.

Мужчина поцокал языком.

- Каждое мгновение, когда делаю вдох и выдох.

Я хотел убить его, хотел умереть, каждое мгновение своей жизни, с тех пор как я начал думать своей головой, полной мыслей. Чан выразил глубокое сожаление.

- Черт.

Его грубые ладони с нехарактерной нежностью коснулись моих глаз и щек.

- Разве ты не хочешь чувствовать себя комфортно?

- Не думаю, что это возможно.

- Снова сдался?

Мужчина встал со своего места. Поправив брюки, он согнул колени и встретился с моим взглядом, на его лице застыла улыбка. На мгновение мне показалось, что он улыбается как бизнесмен. Он улыбался обольстительно, словно пытался успокоить требовательного покупателя.

- Со Су Вон просто…

- ....…

- Ты просто еще не нашел способ.

Как. Я перепробовала все: родственников, школу, полицию.

Но ни от кого из них я не мог найти защиты. Моя единственная родственница была слишком занята уходом за своим больным единственным ребенком, а сельская школа, в которой я учился, была местом, где меня учили преклоняться перед милостью родителей.

Даже полицейские, приехавшие на вызов соседей, не выдержав криков, оказались одноклассниками Эбби. Люди в форме не обратили внимания на синяки на мамином и моем лице. Они сказал нам какую-то чушь о том, что нельзя относиться к главе семьи с неуважением, и вернулись в полицейский участок.

Конечно, как только я немного подрос, я смог свободно выходить из дома, но проблема была в моей маме, которая осталась одна. Я несколько раз просил ее уйти, но она настаивала на том, чтобы остаться с ним, говорила, что ей жаль его, и в конце концов..…

Улыбка на лице мужчины, померкла. Он взялся за узел своего галстука и потянул его вниз. Он даже расстегнул несколько верхних пуговиц. Теперь мужчина в черной рубашке и без галстука был полностью самим собой.

- Должно быть, так трудно выдавать свои секреты.

- ....…

- Ну что ж, Су Вон. Позволь мне сначала рассказать тебе один из моих секретов.

Господин Чан выпрямил спину. Я вздрогнул от мускулов на его руках, которые угрожающе извивались, как змеи.

Кольцо, которое мужчина никогда не снимал, даже в душе, соскользнуло с его пальца. На месте кольца остался красный след.

И там был шрам, который выглядел так, будто его насильно выдернули ниткой или чем-то еще. Палец окружал толстый слой уже пигментированной кожи. Я перевел взгляд с пальца на мужчину.

- Швы в полном беспорядке.

- ....…

- Единственный врач в городе был фальшивкой, и от его дыхания воняло перегаром.

Мужчина потянул вниз галстук на шее. От его прикосновения галстук упал на землю и смотался в клубок.

- Раньше я был перевозчиком, так называемым носильщиком. Делал то, что велело начальство, пока однажды мне на глаза не попался сверкающий порошок, я пригляделся, и по мере того, как я это делал, моя жадность росла.

- ....…

- Потому что у меня не было возможности увидеть что-то подобное в приюте.

Голос человека, сказавшего это, был настолько сухим, что если бы кто-нибудь еще услышал это, то подумал, что он читает страницу газеты.

- Вскоре после этого у меня появилась возможность, когда один из мужчин, с которым я передвигался, сказал, что собирается покурить. Как ты думаешь, что я сделал, оставшись один в грузовике?

Его губы выдохнули еще одно серое облачко. Мужчина держал глаза закрытыми, смакуя дешевый едкий дым, хотя он пах куда более грубо, чем то, что он обычно курил. На его лице не читалось недовольства, когда он делал затяжку; на нем просто было выражение человека, который принимает привычное.

- Я увидел возможность и схватил сумку обеими руками. Я быстро спрятал ее на руках и убежал, боясь, что кто-нибудь это увидит. Конечно, меня недолго ловили - всего три дня, столько может продержаться шестнадцатилетний подросток без гроша в кармане. Они связали меня, сказав, что собираются наказать меня и отпилили пилой два пальца.

Мужчина по-прежнему смотрел на меня. Внезапно я почувствовал острую боль в пальцах. Я вздрогнул и сжал пальцы, чтобы спрятать их, а затем произнес, чтобы показать, что я слушал каждое слово его блевотины.

- ...Это жестоко.

- Это телесное наказание.

Я с трудом выдержал его взгляд, а затем опустил глаза в пол. Я не хотел больше ничего слышать, но мужчина, похоже, не желал останавливаться.

- Человеческие кости тверже, чем ты думаешь, поэтому им пришлось несколько раз разрезать их острой пилой. Мне отрезали средний и безымянный пальцы вместе. Доктор-шарлатан оперировал сначала средний, а потом безымянный палец. Это было так долго, а анестезия была настолько слабой, что мне пришлось почти полностью держать безымянный палец в сознании.

Он с бесстрастным лицом посмотрел на глубокий шрам на безымянном пальце.

- У меня закатились глаза и пошла пена изо рта, а потом они запихнули мне в рот таблетки.

Меня затошнило. ...Пожалуйста, не надо больше.

Мужчина крепче сжал мой подбородок, когда я попытался отвести взгляд. Выражение его лица поменялось. Теперь у мужчины было совершенно ничего не выражающее лицо и он шептал мне на ухо. Он шептал очень тихо, словно передавал секрет, который никто не должен был услышать.

- Даже несмотря на боль, крупинки, оставшиеся на кончике моего языка, были странно сладкими. Именно тогда я понял, насколько я был глуп.

- Уф.…

- Я думал, они отрезали мне пальцы, потому что разозлились, что я их украл.

- ...Ууууф.

- Оказалось, что нет.

Мужчина усилил давление на руку, держащую меня за подбородок. Жар прилил к моему лицу. Мужчина процедил слова сквозь стиснутые зубы.

- Те таблетки были сахарной пудрой.

- ...Ах.

- Те ублюдки, предупреждали меня, чтобы я даже не держал в голове слова "побег".

- Побег?

Мужчина повторял это слово снова и снова, как заезженная пластинка. Это из-за моего настроения? По какой-то причине слово "побег" казалось более сильным.

- ...Уф.

Мужчина сделал паузу.

- В то время я просто думал, что это отстой, но теперь, когда я думаю об этом, на самом деле это не так. Послушай, даже несмотря на то, что я пережил все это грязное дерьмо, я все еще стою на вершине.

- …Ух, ух.

- Теперь, когда я раскрыл свои секреты, настала твоя очередь говорить, и это твой последний шанс, так что используй свой мозг.

Господин Чан отрезал каждый слог и снова спросил.

- Почему ты плакал?

Глаза мужчины успокоились. По его взгляду я понял, что шансов больше не будет.

Перед моим лицом промелькнуло воспоминание о том, как он впервые предложил мне спонсорство. Уже тогда мужчина оставил меня стоять на краю обрыва. А теперь он требовал правды и пытался столкнуть меня со скалы.

Мне было интересно, что находится по ту сторону обрыва, но я был уверен, что это просто болото, которому не видно конца.

Я слегка раздвинул губы, и он сфокусировал взгляд на нижней части моего живота.

Я заглотил его безымянный палец в свой открытый рот. Это была неожиданная реакция, и его глаза открылись чуть шире, чем обычно. Я сосал его палец со всей пылкостью и интенсивностью, на которую был способен. Я облизал языком шершавую, уродливую плоть, затем провел по углублению, в которое упиралось кольцо.

Кап. Капля жидкости упала на мою руку и на пол. Источник - уголок моего глаза.

Необъяснимым образом на пол капнули слезы.

Господин Чан наблюдал за тем, как я посасываю палец. Он испустил долгий вздох, а затем тихо простонал.

- ...Ааа…

С губ мужчины сорвался новый вздох.

- ...Что, черт возьми, ты делаешь?

Тыльная сторона большой руки оттолкнула мое лицо назад. Мне было интересно, почувствовал ли он себя оскорбленным? Лицо мужчины поднялось и приобрело еще более странное сияние. Его щеки были немного белее обычного, а глаза были полны смущения.

Невероятно, но казалось, что он потерял самообладание. Хладнокровный человек, чью кожу нельзя проткнуть даже иглой, был смущен.

По крайней мере, озадаченность - это не неприятно, решил я и, не отступая, последовал за его рукой.

Посмотрев на него сверху, я снова высунул язык изо рта и долго облизывал его палец. Холодный, влажный звук эхом разнесся в тишине.

- ....…

На его гладком лбу пролегла тонкая морщинка, а на висках выступили ярко-синие вены.

Выпуклость в его брюках была размером с кулак взрослого мужчины. Потянувшись к ремню из блестящей полированной кожи, я неуклюжими пальцами расстегнул его. Я расстегнул молнию, обнажив черные трусы.

Я проглотил стон разочарования. Какими бы толстыми ни были его бицепсы, толщина члена была необыкновенной, и от одной мысли об этом, у меня пересохло во рту, а еще не зажившая естественным путем дырка раскалилась от возбуждения.

Я широко открыл рот и заглотил член мужчины. Он был толстым и длинным. Я изо всех сил старался проглотить его до самого корня, но это было слишком много.

Я сжал щеки, зажмурился и втянул воздух. Огромный член мгновенно скользнул в мой рот, и я вскрикнул.

- Ук, ук!

Кончик моего носа дернулся, и зрение затуманилось. В уголках глаз образовались слезы.

- ...Уф.

Излишне раздраженный мужчина издал низкий стон. Он схватил горсть моих волос большой рукой, которая, казалось, могла раздавить мою голову, как тофу, и дернул ее назад.

- Что, блядь, ты себе позволяешь?

Я посмотрел на него с высоко поднятой головой. Он выплюнул слова.

- Это не ответ на мой вопрос.

- ...Просто.

Уголки моих глаз опустились, насколько это было возможно, а мышцы в уголках рта напряглись. Но вынужденная улыбка не сработала. Лицо мужчины ожесточилось еще больше.

Внезапно я вспомнил, как мой менеджер по обслуживанию учил меня улыбаться естественно. В зеркале я выглядел как клоун со странной улыбкой.

Мужчина уставился на меня дикими глазами. Белки его глаз светились под черными зрачками. От этого жуткого взгляда у меня по позвоночнику пробежал холодный пот.

- ...Ничего страшного.

С какой стати этот человек делает это? Как будто ему было недостаточно моего позора, он теперь просит меня перевернуть еще одну карту, которая принадлежит мне?

Почему? Зачем он это делает? Я хочу, чтобы он просто делал то, что должен делать, - входил в меня членом толщиной с мое предплечье, вбивался им, сколько хочет, а потом стряхивал с него все, как стряхнул бы сперму или мочу.

Такая ненужная нервная борьба только отбирала время.

- ...Я просто чувствую себя немного опустошенным после того, как меня ограбил этот ублюдок.

Мужчина упрямо сомкнул слегка приоткрытые губы. Его челюсть дернулась, как будто он крепко стиснул зубы.

- Он был болен, и я не видел его с тех пор, как приехал сюда.

Холодный воздух оседал над прямоугольным пространством.

Ха, ха. Хриплое дыхание Чана ударилось о холодный мраморный пол. Рубашка вокруг его широких грудных мышц поднималась и опускалась чуть быстрее, чем обычно. Его легкие быстро расширялись и сжимались, чтобы сдержать возбуждение.

И тут я почувствовал, что выскальзываю из его плотного захвата. Мой скальп, который, казалось, вот-вот будет сорван, освободился. Над головой раздался жутковатый низкий голос.

- Неужели?

- ...Да.

Я кивнул, прижимаясь щекой к бедру мужчины.

На лице мужчины внезапно появилось его фирменное суровое выражение. Нет, это было его обычное лицо, но огонь в его глазах был безошибочен. С яростью в глазах он произнес.

- Тогда отсоси хорошенько.

- ....…

- Если ты будешь продолжать в том же духе, я заставлю тебя плакать, пока ты не кончишь.

Я взял его член в рот и стал сосать. Слюна капала на пол, пока я заполнял горло членом. Я напряг горло и сосал его член, а его ноги начали дрожать.

- ...Уф.

Он схватил меня за подбородок и притянул к себе. Я ухмылялся, мой рот был до предела растянут его членом. Мужчина поднял бровь и бросил на меня злобный взгляд. Я подумал, что он собирается плюнуть мне в лицо, но вместо слюны он выплюнул ругательство. Пошел ты. Затем он приказал, как тиран.

- На живот.

Я развязал пояс на талии. Прежде чем я успел стянуть халат, он перевернул меня и погрузил свой эрегированный член прямо в мою дырочку.

- ...Ухххх!

Мои ноги ударились о пол, когда боль пронзила мои внутренности. Я проглотил стон, который, должно быть, был не менее болезненным. Затем он продолжил рыть яму, как лопата.

Казалось, он намеревался похоронить меня, и я был вынужден смотреть на пол, пока он дважды эякулировал. Обе мои руки оказались у меня за спиной. Мне казалось, что меня сковывают наручниками или чем-то вроде того.

- …Ух, ааа, ааа!

- ...Уф, ха!

Мужчина, который обычно делал это по меньшей мере три или четыре раза, оторвался от меня всего после двух раундов. После эякуляции он как ни в чем не бывало вытащил свой член из моей дырочки. Мое тело содрогнулось, когда туго набитый член выскользнул наружу.

- Ух!

Чан провел рукой по длине своего члена, и стряхнул мне на спину всю сперму до последней капли, а затем вытер член о подол моего халата. Он надел брюки и снова застегнул ремень.

Он, как обычно, взял со стола бумажник. Бессердечная рука вытащила горсть купюр и засунула их мне в рот. Я лежал на полу, прижавшись щекой к ковру.

Высоко надо мной, мужчина снова надел кольцо на пустой палец. Топ, топ, топ. Мужчина направился к двери. Звук закрывающейся двери эхом разнесся по пустой комнате.

Я лежал один на мраморном полу и выплевывал купюры, которые были у меня во рту. Вместе с купюрами на пол вылилось много желудочного сока.

Ха, ха. Я сделал глубокий вдох.

Этот человек только что обращался со мной как с туалетом. Поначалу он часто так делал, засовывая купюры в мое тело. Но после того, как он установил сейф, я начал класть их в сейф или кошелек.

...Мне следовало сделать это раньше. Так было гораздо проще, и с мужчиной было бы то же самое.

Хм. Из моей дырочки сочилась безжалостная мужская сперма. Это была жидкость, пахнущая чем-то первобытным, горьким и кислым, такая же горячая, как и его тело.

Мне вдруг стало не по себе.

Глава 41

Я встал на четвереньки и пошел в ванную. Включил воду и засунул палец внутрь, сперма, которую я собрал внутри, сочилась по пальцу. Жгло безумно, но это была знакомая боль.

Я стоял у окна, чтобы скоротать время, и вышел из комнаты только с наступлением темноты. В коридоре было несколько окон, и я потянул вниз рычаг на самом дальнем из них и надавил на стекло ладонью.

Я высунул голову, чтобы посмотреть, что происходит снаружи.

Уже стемнело, только-только наступила ночь. Только уличные фонари освещали дорожку, ведущую к вестибюлю поля для гольфа. Я был единственным ярким свечением в темноте.

- ....…

Чтобы избежать взглядов людей, мне пришлось найти другой маршрут. Дорога к горе позади была определенно отдаленной, но была вероятность, что ее заметит персонал гостиницы.

...Как в прошлый раз.

Я вставил большой палец между зубов и прикусил. Верхние зубы по привычке втянули его в рот. Я скучал по вкусу никотина. Не хватало резкого аромата, который обволакивал мой рот и горло.

Я мысленно представил себе сигарету.

Двое служащих в форме вышли на улицу, волоча за собой большой синий контейнер на колесиках. Судя по всему, они выполняли дневную работу.

Вскоре они тоже исчезли в темноте.

Улица снова опустела. Но я все равно не мог оторваться от окна и долго смотрел в него. Пока сенсорная лампочка прямо над моей головой не выключилась.

- ....…

Я повернулся и направился к лифту. В магазине я купил пачку сигарет - как раз достаточно никотина, чтобы развеять мысли.

Я медленно и неуверенно зашагал. Мои шаги гулко отдавались по пустому коридору.

Вскоре я услышал позади себя еще одни шаги. Шарк, шарк. Шаги образовали скрипучую какофонию.

У меня вдруг возникло ощущение, что что-то не так. Может, я услышал, как открывается дверь? Сколько я ни пытался думать об этом, в голове ничего не укладывалось.

Я нажал на кнопку вызова лифта. Дзинь. Шаги становились все ближе и ближе. Я быстро шагнул в подъехавший лифт и нажал кнопку закрытия.

За мгновение до этого открытые с обеих сторон двери снова стали единым целым. В полузакрытый дверной проем просунулась рука. Я вздрогнул и сделал небольшой шаг назад.

Датчик обнаружил движение и снова открыл дверь. Лязг. В дверном проеме стоял человек, которого я не узнал. У него была раздроблена вся рука, и ему, должно быть, было очень больно, но он, не меняя выражения лица, вошел в лифт и встал примерно в двух шагах от меня.

Лифт начал спускаться в вестибюль.

- ....…

Мой взгляд автоматически притянулся к мужчине. Я изучал его краем глаза. Он был определенно незнакомцем, но его одежда была мне знакома. Черный костюм, блестящий со всех сторон, который заставил бы обычного человека заподозрить его профессию.

Дзинь. Мое наблюдение закончилось, когда лифт остановился в вестибюле. Я следил за движениями мужчины и ждал, когда он выйдет первым. Он помедлил, затем вышел.

Когда он скрылся из виду, я замедлил ход и направился обратно в холл. Снаружи наступила темнота, и на коридор, ведущий к дверному проему, легла длинная тень. Тень долгое время оставалась неподвижной. Словно ожидая, что кто-то выйдет изнутри.

Но никто так и не вышел.

Что это может быть?

Я тихо вернулся в комнату по лестнице. Не включая свет, я подошел к окну. Я встал за закрытой шторой и посмотрел вниз на вход. Человек все еще стоял на том же месте.

Неподвижный, как камень, он достал мобильный телефон и поднес его к уху. Его крепкие плечи время от времени вздрагивали. Казалось, он с кем-то разговаривает по телефону.

Мое внимание привлек телефон на тумбочке. Я поднял трубку и решительно нажал на кнопки. Никаких гудков, только женский голос. « Абонент занят. Пожалуйста, перезвоните позднее».

Рука, державшая трубку, медленно опустилась. Закончив разговор, мужчина в черном костюме отвел мобильный телефон от уха. Звонок эхом разнесся по комнате. Звонившим был господин Чан. Меня резануло как ножом, и я начал собирать головоломку.

Генеральный директор Чан явно видел все, что со мной происходило. А еще у меня появилось ощущение, что кто-то наблюдает за мной, и это дерьмовое чувство не покидало меня даже тогда, когда никто вокруг не обращал на меня внимания. Бывали моменты, когда я списывал это на воображение. Чувство есть, но оно не осязаемо.

А потом я наконец увидел его своими глазами. Этот ублюдок. Этот ублюдок был глазами и ушами господина Чана.

Тирири. Тирири.

Телефон вспыхнул красным и вдруг перестал светиться. Человек в черном костюме снова проверил телефон. Наклонившись, он что-то прочитал на белом светящемся экране, затем рывком повернулся и пошел обратно в отель. Оторвав взгляд от окна, я зашагал по темной комнате.

Человек, который все это время следил за мной, не издавая ни звука, почему он вдруг появился сегодня?

Все сводилось к одному: это должно было быть какое-то предупреждение. Предупреждение с очень сильным посланием: "Я слежу за тобой".

Я не слышал, как открывалась или закрывалась дверь, так что звук не мог исходить из номера отеля, только с пожарной лестницы. Как только я вышел из номера, он последовал за мной, как будто ждал меня. Он что, следит за мной круглые сутки?

Я замер на месте. Неужели такое возможно?

...Обмануть господина Чана и скрыться от слежки. Как бы я ни думал об этом, играть в одиночку было невозможно. Я должен что-то с этим сделать..…

Чем больше я думал об этом, тем сильнее разгорался фитиль в моем сознании. Я нервничал, словно стоял на одной ноге на остром подсвечнике.

Уууу.

За окном послышался шум ветра. Ветер медленно раскачивал все поле для гольфа. Деревья, окружавшие поле, словно живая изгородь, судорожно роняли свои черные листья, а трава, покрывавшая большую территорию, была темнее обычного.

Я поднял глаза и посмотрел на горы. Пепельные тучи плотно прижались к вершинам гор. Казалось, что снова пойдет дождь.

Пустое лицо в окне было задумчивым, словно погруженным в размышления. Я крепко сжал кулаки, погрузившись в бездонную яму мыслей.

Да, завтра...

***

До завтрака в отеле оставалось еще два или три часа. Мои ноги дрожали и я сидел на краю кровати, и отдирал омертвевшую кожу на губах.

Ярко забрезжил рассвет, и вскоре жаркий солнечный свет озарил мои бедра.

Семь часов. Наконец ожидание закончилось. Я снял трубку и позвонил на ресепшен. После нескольких гудков я услышал звонкий голос сотрудницы.

- Доброе утро!

- Мне, пожалуйста, сет "А".

- Да, а что бы Вы хотели выпить?

- Только воду.

- Желаете, чтобы Вам принесли кашу или суп?

Я тихо вздохнул и потер лоб ладонью.

- Все, что угодно, и, пожалуйста, официант Ли Хе Вон.

- Одну минуту, пожалуйста, и я помогу Вам с вашим запросом.

Я услышал, как она на мгновение положила трубку. Тап, тап, тап. Сотрудница постукивала по клавиатуре. В такой день, как сегодня, когда погода испортилась, велика вероятность, что и в расписании Ли Хе Вон будет пусто.

Она сообщила, что доставка в номер будет произведена примерно через 20 минут. Я положил трубку, взял ручку, предоставленную отелем, и сел за стол.

Я достал пять купюр по 10 000 вон и крепко прижал к ним кончик ручки. Я записал заранее составленные предложения, записывая их в голове.

Я подумал, не положить ли мне купюры на стол, но потом вспомнил, что Чан, Ким Ми Ран и Пак Джи Гён всегда доставали деньги из своих бумажников, и достал бумажник. Глубокие следы от укусов обесценили его, но он все равно был предметом роскоши, пусть и неуклюжим.

Я перебирал купюры, ожидая, когда Ли Хе Вон поднимется наверх. Проходили тревожные минуты.

Немного раньше назначенного времени Ли Хе Вон постучала в дверь комнаты. Я вскочил и быстро открыл дверь. Ли Хе Вон, принесшая еду, лучезарно улыбалась.

- Привет.

На ее улыбающемся лице, как обычно, не было и тени. Девушка, чья излишняя яркость придавала ей мрачности, спросила.

- Могу я войти?

Я отступил назад, чтобы дать ей возможность войти. Ли Хе Вон втолкнула поднос в комнату. Девушка оглядела комнату, не скрывая своего любопытства.

Я оторвал от нее взгляд и выглянул через приоткрытую щель. В конце коридора, ведущего к лифту я увидел тень, зависшую на том же месте возле пожарной лестницы.

Дверь с грохотом захлопнулась, и я снова оказался в комнате. Тренированной рукой Хе Вон расставляла тарелки на столе одну за другой. Я стоял неподвижно в стороне, следя глазами за ее спиной.

Налив нужное количество воды в бокалы для вина, она низко, почти благоговейно поклонилась.

- Приятного аппетита.

Я посмотрел на макушку ее головы.

Мы уже ели вместе в магазине, хотя между нами и была разница. Треугольный кимбап, пушистый хлеб с консервантами и дешевые сигареты, которые стоили не дороже пачки сигарет "Парк" вместе взятых.

Я сильно прикусил нижнюю губу верхними зубами, губы снова стали сухими, а кончик языка - чужим. Я сильно надавил языком на нижнюю губу, но ничего не вышло.

Возможно, дело было в моем настроении. Девушка, закончившая свою работу, держала руку на ручке подноса. Я быстро окликнул ее.

- Подожди.

- ...Да?

Я покрутил бумажником, который крепко сжимал в руке. Вдруг липкий взгляд исподтишка скользнул по моей руке, пока я в нем рылся. Я сделал вид, что ничего не заметил, и вытащил то, что было внутри.

- Вот, чаевые.

- Спасибо…

На лице Ли Хе Вон промелькнуло недоумение, когда она заметила что-то написанное на купюре.

«У меня к тебе просьба».

Прочитав слова глазами, она посмотрела на меня. Что это?

- ...Что это?

- Я положил пять купюр. Не могли бы вы пересчитать их, чтобы убедиться, что это нужная сумма?

Она взяла купюры. На следующей купюре было написано.

«В комнате установлены камеры поэтому, пожалуйста, отвечай только при зрительном контакте. Это рискованное предложение, поэтому ты можешь отказаться».

Еще одна купюра перевернулась.

«Но если ты мне поможешь, я заплачу».

Глаза девушки опустились вниз. Они оставались там довольно долго. Там была написана сумма. Она прочитала слова на последней странице.

«Через два дня, на рассвете. Подгони машину к полю для гольфа».

Я опустил руки на бедра. Тяжелые часы, которые обхватывали мое запястье, как наручники, звякнули о тыльную сторону ладони. Я часто надевал их, чтобы показать господину Чану, но они все равно казались мне такими же чужими, как и все остальное. К этому весу я никогда не привыкну.

Взгляд девушки упал на часы, на источник звука, затем вернулся к моему лицу.

- Пять — правильно.

Она быстро закатила глаза. Вместо того чтобы кивнуть в знак одобрения или отказа, она спросила с улыбкой, играющей на ее белых щеках.

- Вам еще что-нибудь нужно?

И больше ничего. Я молча прокрутил слова во рту, тщательно отбивая каждый слог. Ли Хе Вон не теряла времени даром, слушая меня. Она внимательно вслушивалась в мои слова.

- Я бы хотел попросить Вас убраться в моей комнате.

Всем гостям этого отеля предоставляются услуги по уборке, но только мой номер персонал почти не трогал.

Господин Чан, должно быть, позаботился об этом. Я догадывался, почему. Мне казалось, что я лучше узнаю человека, который был таким туманным во всем. Должно быть, он считал меня своей собственностью, поэтому не позволил никому взять меня.

- В какое время Вы хотите, чтобы я это сделала?

- Вам будет некомфортно, если я буду рядом. Думаю, через два дня во время ужина.

- Я посмотрю свое расписание и свяжусь с Вами, чтобы уточнить детали.

С этими словами она отодвинула свой поднос и вышла из комнаты.

Ответ не заставил себя долго ждать. На следующий день Ли Хе Вон постучала в дверь.

- Обслуживание номеров.

Я сидел и кусал заусенец рядом с большим пальцем, от стука в дверь я подпрыгнул, как пружина. Я подошел к двери и потянул за ручку.

В дверном проеме стояла Ли Хе Вон с подносом наготове.

- Да.

Я забрал поднос у Ли Хе Вон.

- Приятного времяпрепровождения.

Подняв тарелку с едой с подноса, я увидел под ней записку.

"Это сложнее, чем я предполагала. Я хочу получить двойную оплату за риск".

...Двойную? Я сжал зубы. Я уже дал слишком много. Если это вдвое больше, то сумма слишком велика.

Я на мгновение замешкался, а затем потянулся к телефону. Раздался гудок, и в трубке послышался голос администратора.

- Здравствуйте, чем я могу Вам помочь?

- Я хотел попросить об уборке номера.

- Да, пожалуйста.

- Пожалуйста, передайте, чтобы сделали так, как договаривались.

Я положил трубку на место и снял футболку. Я разделся до трусов и прикрыл штанами объектив сейфа.

Я подошел к сейфу и ввел комбинацию. Вытащил из сейфа все купюры, завернул их в простыню и положил сверток обратно в сейф.

Глава 42

К сожалению или к счастью, после того дня он меня больше не искал. А потом наступил день моей встречи с Ли Хе Вон.

Я сидел, свернувшись калачиком, на диване и грыз ногти, а потом, словно привлеченный чем-то, подошел к окну. Я прижал ладонь к стеклу и посмотрел вниз. Я увидел, как на парковку отеля въезжает черный седан.

Вскоре по коридору раздались шаги. Топ, топ, топ. Шаг за шагом врезались в холодный мраморный пол, тихим эхом отдаваясь в моих обостренных чувствах.

Это был он.

Пять чувств, включившись на полную мощность, определили противника. К шагам не прилагалось никакого имени, только ощущение, дрожь, пробежавшая по позвоночнику, подсказывала, что это он. Это он.

Он подходил все ближе и ближе. В обычной ситуации он бы открыл дверь и вошел. Но он прошел мимо двери и скрылся в соседней комнате.

- ....…

Я повернулся и уставился на сейф. Почему-то мне казалось, что я смотрю ему в глаза. Может, это было просто ощущение, а может, он действительно наблюдал за мной через эти линзы размером с ноготь.

Я позвонил на ресепшен и попросил их доставить алкоголь и еду. Я попросил принести их в мой номер, так как я буду доставлять их непосредственно генеральному директору Чану. Сотрудники снова сказали, что это займет около 20 минут.

Затем я помылся. Чтобы успокоить нервы, я немного постоял под ледяной водой. С того момента, как я положил трубку, у меня дрожали кончики пальцев, а в ушах стоял слабый звон.

Этот день действительно настал. Чем больше я думал о реальности, тем сильнее колотилось мое сердце. Оно колотилось так сильно, что грозило вырваться из ребер. Этот орган размером с кулак терзал мой разум и тело.

Медленно подняв руку, я выключил душ.

- ...Ха.

Мое тело дрожало после столь короткого пребывания под холодной водой. Я вышел из комнаты и достал из шкафа свою форму. На ощупь форма оказалась не слишком плохой, просто грубой и некачественной по сравнению с той одеждой, которой мужчина набил мой гардероб.

Я повернулся лицом к зеркалу перед шкафом. Из квадратного зеркала на меня смотрел бледный мужчина. Я скривил губы, и оказалось, что моя кожа и правда хороша, как говорил Ли Джин Сок. В конце концов, для этой формы я подходил лучше, чем для дорогих роскошных нарядов.

Выйдя из комнаты, я увидел в коридоре заказанный поднос. Я отодвинул поднос и направился к двери в комнату господина Чана. Сжав кулак, я собирался постучать, но потом остановился. Мой сжатый кулак опускался все ниже и ниже.

- ....…

Признаюсь честно, я скептически относился к тому, что господин Чан пойдет навстречу моим пожеланиям. Он был настолько непредсказуем, что я понятия не имел, откуда возьмется эта аномалия.

Было очевидно, что господин Чан очень заботится обо мне.

Именно поэтому он спросил меня, почему я плачу. ...Раскрывая то, что ему не нужно было раскрывать о своем прошлом. Я тяжело вздохнул, мысленно воспроизводя шрамы на его пальцах, скрытые под кольцом.

Затем я сжал кулак и постучал в дверь.

- Обслуживание номеров.

Дверь распахнулась. Мужчина еще даже не снял пиджак. Его темные глаза смотрели на меня. В них не было и следа удивления, как будто он знал, что я приду.

Не говоря ни слова, мужчина повернулся и вошел обратно в комнату. Я в последний раз взглянул в сторону пожарной лестницы. Я проверил тени, витающие возле нее, а затем последовал за ним внутрь.

Я расставил на столе закуски, а затем бутылки с его любимым напитком. Жидкость внутри переливалась, издавая глухой звук.

Он сунул руку в пиджак, достал бумажник и положил его на стол. Я быстро подошел и забрал у него пиджак. Вместо того чтобы убрать его в шкаф, я повесил его на деревянную вешалку.

- ....…

Люстра, прикрепленная к потолку, излучала бледный свет над столом. Тарелки и стаканы, ловившие этот свет, блеснули бледным свечением.

Генеральный директор Чан сел перед светящимся столом. Он выглядел как всегда: аккуратная прическа, строгий костюм, свободно обволакивающий шею галстук. Он словно поглощал свет, не принимая его всерьез, спокойно выбирая напиток. Черные зрачки, почти неразличимые на фоне темных волос, непрерывно скользили по поверхности подноса.

- Текила.

Я быстро открыл бутылку и налил ему в бокал. Он выпил ее одним глотком, не удостоив меня ни единым взглядом. Он пил, а я продолжал наливать ему в бокал. Хлюп, хлюп, хлюп. Только звук жидкости заполнял пустоту диалога.

- Генеральный директор.

Его пронзительный взгляд остановился на мне. Я был ошеломлен безэмоциональностью его глаз, затем быстро произнес.

- Я бы тоже хотел выпить.

Он прочистил горло и наклонил голову.

- Конечно.

Он достал из бумажника немного денег и сунул их мне в униформу. Я сел напротив него, засунув купюры в нагрудный карман.

Мой взгляд остановился на бумажнике, беспорядочно лежащем на столе. Нет, точнее, мой взгляд привлек маленький пузырек, застегнутый на пряжку.

Я сглотнул, прочистил горло и осторожно потянулся к бумажнику мужчины.

- Это тот самый порошок, который я видел на днях?

Мужчина смотрел на меня своими обычными холодными глазами. К счастью, я не смог прочесть на его лице никакого недовольства, поэтому расстегнул бумажник и достал пузырек. Маленький пузырек, едва ли тоньше моего мизинца. Он был холодный.

- Я принимаю наркотики не чаще двух раз в неделю.

Белые крупинки в прозрачной баночке шелестели и понемногу осыпались вниз. Это было похоже на песочные часы. Они подталкивали меня к действию, ежесекундно сообщая, сколько времени у меня осталось.

- Какое ощущение вызывает это порошок?

- В голове начинается небольшая суматоха.

Для наглядности, мужчина ударил ногтем по стеклу, вместо своей головы. Золотая волна слабо поднялась внутри стекла, которое было сдвинуто жестом руки. Волны разбивались о стеклянную стену.

- В одну минуту в висках звенит, в другую - глаза отказывают, и ты даже не видишь, что перед тобой. Оба уха закладывает одно за другим, а тело плывет, как надутый воздушный шар.

- ...Да.

- Когда ты достигаешь этой стадии, разум становится помехой. Ты отбрасываешь его в сторону и полностью полагаешься на инстинкт.

- ....…

- А затем, через определенное время, ты, как мертвец, погружаешься в сон.

Я взял флакон и медленно открутил крышку. Когда я держал флакон в одной руке, а крышку, отделявшую его от бутылки, в другой, мужчина зарычал.

- Ты пытаешься сделать меня наркоманом?

- Я знаю, что Вы не станете наркоманом.

Черные глаза резко сверкнули в мою сторону.

- Он вызывает зависимость.

- ....…

- Я приказал изготовить его таким образом, что он будет продаваться так, как будто у него есть крылья.

Его черные глаза на мгновение сверкнули на меня.

- И ты хочешь, чтобы я его принял?

Чан скривил губы и с сомнением улыбнулся. Это была улыбка человека, который не знает, почему он должен подчиняться моей воле. Мужчина глубже вжался в спинку кресла, словно демонстрируя свою легкость, и скрестил руки, его толстые, перекрывающие друг друга бицепсы внушали страх.

- Вы предлагали сделать это вместе.

Из его твердых, застывших губ прозвучали холодные слова.

- Да, так оно и было.

- .......

- Но сейчас я не в настроении.

Конечно, я предполагал, что он примет наркотик с алкоголем, но я так нелепо ошибался. Мои руки вспотели от нервозности. Я вытер пот со своих бедер. Мое дыхание стало неровным и неконтролируемым.

Я не должен этого делать. Я снова попался на его удочку. Этот человек был хорош в подобных играх разума. Он всегда выигрывал в карточной игре не только благодаря везению. Это происходило исключительно потому, что он обходил своего противника в битве умов.

Мой взгляд упал на палец мужчины. Как обычно, корень пальца опоясывало серебряное кольцо. Всего два дня назад я заглянул в самое нутро человека, который всегда оставался загадкой. Слова, которые слетали с его губ, были не слишком реальными. Если бы не шрам на его среднем пальце, я бы принял это за сон.

Этот человек не был лишен слабостей; богатство, которое он сколотил, было шатким замком, построенным на песке. Правда, я находился в гораздо более невыгодном положении.

Кроме того, мне нечего было терять. Я изо всех сил притворялся спокойным. Уголки моего рта приподнялись, и я предложил улыбающемуся мужчине.

- Не хотите ли сыграть со мной в игру?

Я поднял маленький бочонок и опустил его прямо в стакан. Бочонок нырнул в стакан. Порошок просочился сквозь трещину в открытой крышке и растворился в золотистой жидкости.

Затем я улыбнулся, как уже много раз практиковался. Мои глаза смягчились, а губы расслабились, образуя дугу на щеках. Мужчина посмотрел на меня, не моргнув, а затем приоткрыл губы.

- Что?

- Карточная игра, как насчет того, чтобы заставить проигравшего выпить?

Мужчина постучал указательным пальцем по брови.

- Начать с этого? У тебя поднимется температура, а если не повезет, ты можешь потерять какой-нибудь орган.

Уже приняв решение, я не стал отступать.

- Все в порядке.

Он сузил глаза.

- Почему ты хочешь, чтобы я играл в эту игру?

- Потому что если я проиграю, Вы увидите кое-что забавное.

...Забавное? Глаза мужчины на мгновение загорелись.

- ...В игре.

Я поднялся со своего места и направился в гостиную. Я открыл шкаф с бутылками спиртного и достал колоду карт.

Наблюдая за ним, я перетасовал карты. Кончики пальцев подергивались от нервозности. У меня не было уверенности в себе, чтобы показывать перед ним причудливые трюки, поэтому я просто переворачивал карты и надеялся, что карты будут в мою пользу.

Для карточной игры с двумя игроками блэкджек казался подходящим вариантом. Правила были просты. Побеждает тот, кто первым из двух игроков наберет сумму 21 или выше.

Карты раздавались в тишине. Сначала игра казалась равной, но со временем накал становился все больше и больше. По позвоночнику пробежал холодок, когда я попытался предсказать его или свою победу.

- ....…

- ....…

И наконец все закончилось.

В комнате воцарилась ледяная тишина. Даже гром затаил дыхание. Тик-так, тик-так. На запястье мужчины двигалась секундная стрелка часов.

Чан опустил руку перед собой и большим пальцем сдвинул кольцо с безымянного пальца. Не раздумывая, мужчина опустил кольцо в мой напиток. Шлеп. Маленький металлический предмет опустился на дно бокала бледно-янтарного цвета. Я уставился на оседающее кольцо, чтобы избежать настойчивого взгляда мужчины.

- Почему не пьешь?

Больше нельзя было медлить.

Я обхватил стакан рукой. Кончики пальцев покалывали и дрожали. Я никогда не пробовал наркотики. Даже, когда дети в моем районе собирались на заднем дворе и нюхали салфетки, смоченные в клее или лаке. После чего они закатывали глаза и говорили странные вещи.

Я сглотнул сухую слюну. Выплеснул всю жидкость в рот и оставил кольцо в стакане. Во рту было горько. Я постарался не проглотить это, а просто задержал во рту. Я быстро обхватил руками шею мужчины, понимая, что если останусь в таком состоянии, то буду одурманен. Глаза мужчины открылись чуть шире, чем обычно, от моего резкого движения. Повернувшись под углом, я поцеловал его в губы, проводя языком по его слегка приоткрытым губам.

- ...Ммм…

Затем он прохрипел. Глоток, глоток. Жидкость просочилась через губы и струилась по подбородку, и мужчина тут же облизал его языком.

- Хаа, ах…

Я приоткрыл губы, так как мое дыхание становилось все более затрудненным. Мужчина, который не собирался сдаваться, схватил меня за челюсть, словно собирался раздавить ее, и притянул мое лицо к своему.

- ...Хмф!

Он с силой притянул меня к себе, обхватив мои бедра. Я чувствовал, как его толстый эрегированный член упирается мне в задницу. Я потер наши гениталии друг о друга, переплетая наши языки. Он застонал, как животное, уткнувшись лицом в мою шею. Я обвил руками его шею и посмотрел через его угрожающе широкие плечи на окно.

За окном медленно сгущалась темнота.

Чан втянул мои губы в свой рот. Он жевал кусок плоти во рту, как будто действительно собирался его съесть.

И тут я почувствовал на кончике языка вкус крови. Он прижал язык к ране и стал уверенно высасывать кровь. Я в недоумении откинул голову назад. Похоже, он намеревался выкачать из меня жизненные силы, иначе не был бы таким безумным и настойчивым.

- ...Ху, хаа.…

Он обхватил меня своими сильными руками за талию и потянул вверх со стула. Я рефлекторно обхватил его за шею, чтобы не упасть.

Неизбежно область вокруг моих ключиц прижалась к его груди. Большой кислородный баллон мужчины, обтянутый черной рубашкой, громко вздымался, и я чувствовал его пульс на своей ладони, у основания шеи. Учащенное сердцебиение. Немного быстрее, чем обычно. Похоже, целебная энергия распространялась по телу мужчины, и это было приятно слышать.

- ....…

- ....…

Мужчина сделал шаг и посмотрел на меня сверху вниз. Его глаза были необычайно красными. Как будто их вымачивали в вине и выдерживали несколько дней.

Остановившись перед диваном, он перекинул меня через подлокотник. Моя нижняя часть тела была расположена перед ним, а голова лежала на диване. Когда мои руки обхватили диван в этой непривычной позе, я услышал низкий голос мужчины.

- Почему не раздеваешься?

Я расстегнул пояс на талии и потянул штаны вниз. Когда штаны оказались на уровне середины бедра, я снова услышал его голос.

- Не снимай их полностью, только до лодыжек.

Я сделал, как он сказал, и спустил трусы. Я посмотрел на свое нижнее белье, сбившееся в кучу, и брюки на лодыжках, и почувствовал себя униженным. Я заставил себя отвести от него взгляд.

Я оставил свою обнаженную нижнюю часть тела открытой для него и по лицу разлился жаркий румянец. Было ли это следствием того положения, в котором я находился, или просто кровь прилила к голове? Я не могу сказать.

Мужчина начал вводить свой член, уже эрегированный до предела. Я встал на цыпочки и вздрогнул, издав хрип. Ощущение, когда эта невежественная штука проталкивается внутрь, всегда было слишком сильным.

- Как тебе? Нравится?

Генеральный директор Чан напряг мускулистые бедра и его толстый член запульсировал внутри.

- Выглядит, будто ты получаешь удовольствие больше, чем я. Хмм, может, тебе и в самом деле хорошо? По-моему, тебе хорошо до безумия.

- Уф... Ах, ух…

- Хм…

Он начал яростно вбиваться, используя силу своих тренированных мышц живота. Кровь ударила в голову. От центра лба по всей черепной коробке раздавался гулкий звук.

- Ха, ха, ха.…

- Хмф, хмф, хмф!

Я рухнул на диван. Все, что я мог делать, - это царапать диван ногтями. Ладонь моей руки, которая поддерживала мое скорчившееся тело, медленно скручивалась внутрь.

- Ах, ах, ах...!

Он схватил меня за горло и извергся. Он вонзился мне в низ живота, и мои внутренние стенки сжались на его члене с ужасающей силой. Мое тело, уже привыкшее к жестокому наслаждению, которое он мне доставлял, приняло его с готовностью.

- ...Нет, господин...! Остановитесь!

Мое тело билось в конвульсиях. Шлеп, шлеп. Я чувствовал, что внутри меня сейчас что-то лопнет. В нетерпении я поднял одну трясущуюся ногу на подлокотник дивана. Согнув колено, я попытался оттолкнуться от него и проползти вперед.

Прежде чем мой мозг понял это, мое тело инстинктивно попыталось убежать от опасности.

Словно уловив мои движения, мужчина перестал вбиваться и заговорил низким, глубоким голосом.

- ...Опять это.

Я повернул голову назад, гадая, что он собирается делать. Я с тревогой поднял на него глаза, и он уставился на меня такими холодными, почти пугающими глазами.

Тыльная сторона его руки с набухшими венами, словно от злости, схватила узел галстука на шее и дико встряхнула его. Как только узел был ослаблен, он стянул галстук со своей шеи.

Он сжал в руках галстук и расправил его, щелк, щелк, щелк. Мягкий шелк галстука выглядел в его руках как хлыст.

Мужчина обернул галстук вокруг моей шеи. Он крепко сжал оба конца галстука одной рукой. Я посмотрела на него, чувствуя себя собакой на поводке.

Чан скривил губы.

- Почему ты смотришь на меня с таким выражением лица?

- ....…

- Как будто я грязный…

... Казалось, он собирался произнести мое имя. Но мужчина на мгновение замолчал. Он смотрел на меня прямо и продолжал резко говорить, как обычно.

- Я хотел бы наступить на твое лицо или затушить сигарету о него.

Мужчина начал движения тазом, вводя мне два пальца в рот. Толстые пальцы жестоко надавливали на язык. Он, кажется, собирался вставить их до горла, но достал до корня языка и стал двигать ими вперед и назад.

Другая рука мужчины крепко сжимала галстук. Моя шея откинулась назад, а верхняя часть тела изогнулась, как сильно натянутая тетива. Тонкий шелк резко впился в горло, причиняя боль.

- Это единственное, что причиняет боль?

- Хмф! Хмф!

Он погладил мою щеку кончиком большого пальца, как любящий любовник. Он провел по моим векам, как по тонкой бумаге, а затем лениво погладил переносицу. Мне казалось, что он касается каждого сантиметра моего лица. От неожиданной мысли по позвоночнику пробежал холодок.

Тем временем палец мужчины скользнул по моему лбу к губам, и он наклонился и прижался губами к моей щеке. Ожидая, что я отвечу, он слегка приоткрыл губы и позволил новым словам вырваться наружу.

- Даже сейчас.

Чан сделал намеренную паузу. Я сглотнул пересохшую от напряжения слюну в горле. В это же время за окном сверкнула молния и прогремел гром. Громкий удар, жуткий раскат грома разорвал тишину.

Мужчина поймал мою руку в свою огромную хватку. Когда он сжал ладонь, моя рука естественным образом сжалась в кулак.

- По сей день, - сказал он, - я чувствую боль от операции. Прошли десятилетия, но в моей памяти все еще свежо, как будто это случилось только вчера.

Он медленно начал надавливать на руку. Раздалась вспышка, затем еще один раскат грома.

Затем, как выстрел, начался дождь.

- Когда острый кончик ножа вонзается в тонкий слой кожи. Ты не представляешь, как это больно. Если бы я мог сейчас вернуться назад, я бы не сделал тот глупый выбор.

Его голос был слишком низким, но каждое слово, сорвавшееся с его губ, каждая буква пронзительно впивались в мои уши.

Глаза мужчины вспыхнули; он был охвачен безумием, доводя меня до разрушительного наслаждения. Я, до смерти задушенный галстуком, устремился к нему.

Хаа, ха.…

Вновь полыхнула молния, как вспышка.

Глава 43

Мой взгляд дрогнул. С трудом взяв себя в руки, я обхватил мужчину за шею и заглянул через плечо, чтобы проверить часы на своем запястье.

Прошло почти два часа с тех пор, как мужчина принял наркотики. Он должен был отключиться и уснуть, но по какой-то причине его глаза все еще были широко открыты, и он вбивался в меня.

- Аах, ха, хм!

Он сбрасывает мои руки со своих плеч, а рукой, похожей на медвежью лапу, прижимает мою грудь и начинает трахать меня.

- Ха! Ха...!

Дыхание обдало мое лицо. Мужчина, который стоял надо мной, опираясь ладонью, яростно вбивался в меня. Вдруг его локоть резко согнулся. Затем грузное тело Чана дернулось, и он схватился за свой висок, издав в горле хриплый звук.

- Уф…

- Мммм, хммм, ха, ха!

Мужчина продолжал вставлять и вытаскивать свой член из моей дырки. Постепенно темп замедлился, и он наконец рухнул на меня сверху.

Грудь мужчины, прижатая к моей груди, медленно вздымалась. Затем он затих. Я тихо позвал его.

- ...Генеральный директор.

Он молчал, и я помахал ладонью перед его лицом. Мужчина, чьи обостренные чувства были острыми, как хорошо заточенный клинок, остался неподвижен.

Широкая, похожая на веер рука мужчины с грохотом упала обратно на кровать.

Наконец-то он заснул...!

Я прижал ладонь к его груди и перевернул тело на пол-оборота. Пружины заскрипели, когда их безжалостно смяли.

Я осторожно поднялся с кровати, мои ноги подкашивались, но держали меня. Я делал медленные, пошатывающиеся шаги, как ребенок, который только учится ходить. Зрение было нечетким. Я не проглотил наркотик, но так как я держал его во рту, небольшое его количество просочилось в слизистую оболочку.

- ....…

Мне пришлось собрать свои разрозненные мысли воедино. Я почесал ногтями внутреннюю сторону запястья. Каждый раз, когда ногти вонзались в кожу, меня пронзала боль, но она же и обостряла мой затуманенный разум. Мои глаза, ставшие еще более ясными, быстро осмотрели комнату. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я едва успел поймать его, когда оно попыталось выпрыгнуть из груди. Я старался сохранять спокойствие, дыхание было неровным и нестабильным.

Сначала, как я и планировал, нужно было найти его интимное видео.

Здесь не было много мебели. И было всего несколько мест, к которым он прикасался. Я начал с комода, где стоял телевизор. Я открыл все ящики один за другим и даже посмотрел нижнюю часть каждого, чтобы проверить. Похоже, его там не было.

Следующим был сервант. Я ощупал руками все бутылки и даже поднял их со своих мест.

Здесь тоже ничего.

А теперь письменный стол. Я подошел к письменному столу, на котором было несколько формальных украшений, и открыл все ящики. Первый ящик, второй ящик, третий ящик - все они открылись без проблем. Все они были пусты.

- ....…

Настало время открыть последний ящик. Я быстро протянул руку. Все ящики были открыты, только последний был заперт. Мои пальцы напряглись. Вот он. Мой взгляд остановился на пазе для ключа в правом верхнем углу. Мне нужен ключ, чтобы открыть его.

Где ключ?

На видео был виден не только я, но и генеральный директор Чан. Я нервно постучал по ящику кончиками пальцев. Он подозрительный человек поэтому, скорее всего, будет носить ключ при себе и не оставит в комнате, куда персонал приходит и уходит для уборки.

Мужчина носил его при себе каждый день..…

Бумажник мужчины на столе привлек мое внимание. Я подошел к нему, взял в руки и вытряхнул. Сначала высыпались визитки с именем мужчины, затем пластиковые карты. Я потянул сильнее и потряс, и что-то с грохотом выпало.

Это был ключ размером примерно с мой мизинец.

Я быстро схватил его и открыл ящик. Кончики пальцев дрожали, и кончик ключа не попадал в паз. Крепко держа ящик в руке, я снова вставил ключ в паз и повернул его.

Щелк, ящик открылся. Первое, что я увидел, была пачка денег. Я просунул руку и стал шарить внутри.

Что-то привлекло мое внимание, и я быстро вытащил это. Это был USB-накопитель в форме автомобильного ключа. Я завизжал от восторга.

Вот оно!

Я встал с согнутых коленей и направился к телевизору.

Что-то привлекло мое внимание, и я, спотыкаясь, вернулся к ящику и увидел пачку купюр по 50000 вон.

В комнате явно был сейф. Я задался вопросом, почему он хранит деньги здесь, а не в сейфе? Возможно, это чисто мужской вкус, но сейчас у меня не было на это времени.

Мне нужно было как можно скорее убраться отсюда. Я был так напуган, что не мог пошевелиться. Я смотрел, не в силах оторвать взгляд от купюр. Что-то привлекло мое внимание, и я медленно протянул руку.

- ....…

Я взял скомканную купюру и посмотрел на нее. Кончики моих пальцев коснулись купюры, и на ней оказалось что-то шершавое.

На пол посыпались коричневые песчинки. Коричневые, крошечные песчинки.

- ...Грязь.

Да, это было похоже на грязь. В моей голове раздался душераздирающий крик. "Это не я!" Я сжимал купюру в руке и почувствовал, как кровь во всем моем теле остывает. Я перевел взгляд на кровать, где лежал мужчина.

Перед моими глазами пронесся образ человека, проявлявшего нехарактерно снисходительное отношение к мелкому воришке. Меня озадачил тот факт, что я оставил ему чаевые после того, как у меня отобрали деньги.

Теперь загадка была раскрыта. Должно быть, это было смешнее, чем я думал, потому что он вводил меня в заблуждение. Он привел его в качестве кэдди и посадил рядом со мной для собственного развлечения. Интересно, о чем он думал, когда увидел, как я выплескиваю на него свою враждебность у него на глазах?

Я обрушил на него молчаливую, холодную ярость.

- ...Пошел ты на хуй, ублюдок!

Я не был шокирован или опустошен. Возможно, в глубине души я уже ожидал, что он так поступит.

Только сейчас, я собственными глазами увидел то, что так старался выкинуть из головы.

Скомкав купюру, как кусок туалетной бумаги, я подошел к телевизору и подключила USB к проектору. Я выбрал самый последний из фильмов без названия и включил его.

Джи-ик, джи-ик. Экран на мгновение задрожал, затем на нем появились мы с Чаном. Из динамиков донеслись стоны, которые можно услышать только в порнофильмах. Я щелкнул кнопкой громкости по часовой стрелке, чтобы увеличить звук.

- Хмф, ха!

- ...Ах!

- ...Ха, ха, ха!

- ...Уф, ха!

Я оглянулся, чтобы проверить, не разбудил ли его звук видео. Мужчина все еще спал, не шевелясь. Я на мгновение взглянул на него, затем, не задумываясь, повернулся и вышел на террасу.

Кап, кап, кап. Я распахнул окно. Дождь лил с бешеной силой, он хлестал меня по лицу и телу.

Я встал у окна, посмотрел вниз под террасу и, увидев, что она пуста, встал на перила. Перемещая центр тяжести с перил на бок, я внезапно поскользнулся на мокром полу.

- ......!

Дождь шумел, сотрясая деревья. Подвешенный в воздухе, я раскачивался вместе с деревьями, и запрыгнул на соседнюю террасу.

Через окно я видел, как Ли Хе Вон нервно вышагивает внутри. Я стукнул кулаком по окну, и она в панике открыла его.

Я бросился к сейфу, схватил лежащие в нем свертки и бросился к подносу, который Ли Хе Вон втащила в комнату. Она встала на моем пути. Затаив дыхание, она посмотрела на простыню в моих руках и сказала.

- Пожалуйста, отдай деньги, которые ты обещал, прямо сейчас.

Ее глаза потемнели от жадности.

- Нет, пока я не сяду в машину.

Ли Хе Вон прикусила губу. Их взгляды застыли в воздухе.

Затем тишину нарушил стук в дверь. Мы одновременно подскочили. Мы не могли больше медлить. Ли Хе Вон, видимо, тоже это почувствовала, потому что быстро схватилась за ручку подноса.

Сжимая в своих объятиях пачку денег, я забрался в один из мусорных контейнеров на подносе. Отвратительный запах бил в ноздри. Мой желудок уже был расстроен из-за алкоголя, и рвотный рефлекс срабатывал от мерзкого запаха, так что я сжал область подреберья, пытаясь сдержать его.

Затем мне накрыли голову крышкой, и меня окутало темнотой.

Я оказался заперт в очень маленьком и темном пространстве, и меня везла Ли Хе Вон. Я услышал, как открылась дверь, как загремел и задвигался поднос. Казалось, она только что вышла за дверь.

Сквозь тонкий пластик донесся ее голос.

- Здравствуйте.

За ним последовал грубый, как наждачная бумага, голос.

- ...Что ты делаешь в пустой комнате?

Я инстинктивно узнал в нем наблюдателя, который следил за мной. Я был так напуган, что перестал дышать. Я закрыл нос и рот ладонями, чтобы не дать дыханию вырваться наружу.

Ли Хе Вон ответила, слегка дрожащим голосом.

- Я убиралась в номере.

Напряжение, витавшее в воздухе, передалось и мне.

- С чьего разрешения?

- Это было запрошено непосредственно клиентом.

Их разговор прервал стон, донесшийся из соседней комнаты.

- Ха, ха, ха!

- ...Ха, ха, ха.

- ...Хмф, хмф!

- ...Хмпф.

Мужчина почесал шею, не в силах скрыть смущение. Не теряя ни секунды, Ли Хе Вон сказала.

- У меня плотное расписание, так что, думаю, мне придется уйти.

- ....…

На мгновение воцарилась тишина, и я сжал дрожащие руки в кулаки, не понимая, что происходит снаружи. Было так тихо, что я слышал, как громко тикает секундная стрелка часов, которые я все еще носил на запястье. Тик, тик, тик. Я быстро схватил часы другой рукой, на случай если звук просочится наружу.

Доля секунды показалась мне миллиардом лет.

К счастью, колеса начали катиться со звуком вращения. Снова и снова Ли Хе Вон быстро передвигала ноги. Поднос повернул за угол, дернулся, и колеса поднялись.

Казалось, они наконец-то заехали в лифт. Вскоре двери захлопнулись. Сверху послышался вздох Ли Хе Вон, и я тоже собирался вздохнуть, размышляя о том, преодолели ли мы критический момент.

- ...Ааа!

Ли Хе Вон испуганно вскрикнула, а затем я услышал, как двери лифта снова открылись.

- Прошу прощения.

Это был тот самый голос. Ли Хе Вон в панике спросила.

- ...Что случилось?

Мужчина ответил, прочищая горло.

- Могу я проверить?

- Хмф, хмф, хмф...!

Стоны все еще разносились эхом по коридору. В лифте стояла неловкая тишина, прямоугольное пространство было полной противоположностью внешнему.

Я мысленно воспроизвел сцену: мужчина в черном костюме глубоко проталкивает свою руку в закрывающиеся двери лифта, как и несколько дней назад. Мужчина блокирует лифт и уговаривает Ли Хе Вон открыть крышку. Похоже, он что-то интуитивно почувствовал, хотя пока не совсем ясно. В ответ Ли Хе Вон закатывает глаза, пытаясь потянуть время.

- ....…

Секунду спустя, она четко спросила, делая ударение на каждом слоге.

- Зачем Вы это делаете?

- ...Я хочу кое-что проверить.

...Ха. Девушка издала тихий вздох. Мне показалось, что она делает это неохотно. Это был небольшой вздох, но мужчина наверняка его услышал. Затем с грохотом подняла крышку мусорного бака.

- Это просто контейнер для мусора.

Снова воцарилась холодная тишина.

- ...Ммм…

Мужчина издал низкий стон. Я услышал звук, похожий на скрежет чего-то о кусок грубой наждачной бумаги. В замешательстве мужчина, похоже, начал чесать свои короткие волосы.

- Давайте попробуем открыть и тот, что рядом.

...Блядь. Я зажмурил глаза. Мужчина был большим, не таким большим, как господин Чан, но достаточно большим. Потребуется мгновенный прилив сил, чтобы пробить его каменное тело.

На всякий случай я прокрутил в голове симуляцию.

В тот момент, когда она поднимает крышку, я выпрыгиваю, как пружина, и со всей силы толкаю его. Он отскакивает назад, не в силах удержать равновесие, и я, воспользовавшись случаем, бросаюсь к пожарной лестнице. Скрежеща зубами и изо всех сил бегу, я наконец достигаю выхода. Я вздыхаю с облегчением и выхожу наружу. У выхода меня встречает еще один человек в черном костюме. ...Или два, а может, и несколько.

По моему телу, промокшему от дождевой воды, пробегает холодок. Разочарованный, я зажал голову между руками. Бежать было некуда.

Над головой я услышал голос Ли Хе Вон.

- Мне жаль.

- ....…

- Мне жаль, но это не сработает.

Мужчина недоверчиво прочистил горло. Женщина нетерпеливо поджала губы, пытаясь обосновать свой отказ.

- Не знаю, зачем вам это нужно, но это всего лишь контейнер с бельем, в котором лежит одежда.

- Если это просто контейнер с одеждой, то вы не против показать его мне, не так ли?

Мужчина не сдавался, и похоже, он почуял что-то неладное.

...Уф. Ли Хе Вон снова вздохнула. Этот вздох был чуть более откровенным, чем предыдущий. Она больше не хотела скрывать, что он мешает ей работать.

- Не думаю, что Вы сможете его проверить, ведь в нем также находится женское белье.

Шло молчаливое противостояние двух человек. Вдалеке послышались шаги третьего участника. Мне вдруг стало не по себе, и мой взгляд метнулся в сторону источника.

Кто бы это мог быть?

В голове быстро пронеслись несколько вариантов ответа. Сотрудник, гость, проживающий на том же этаже, или другой мужчина в костюме. Если это не они, то только один ответ.

...Этот мужчина.

Я задрожал от ужаса. Внезапно я почувствовал острую боль в шее. Я все еще чувствовал, как галстук мужчины впивается мне в горло.

Топ, топ, топ. Чем ближе становились шаги, тем мучительнее становилась боль в горле.

Топ, топ, топ. Осталось всего два шага. Я свернулся калачиком еще сильнее. Часы, которые я крепко сжимал в руке, тикали. Каждая секунда мучительно тикала в моей руке. Мгновение, которое, я так отчаянно надеялся, пройдет без происшествий.

- Здравствуйте, - раздался вежливый голос Ли Хе Вон, и я сразу же понял, что это не господин Чан.

Тогда кто же это мог быть?

- Вы спускаетесь?

Это был женский голос, которого я никогда раньше не слышал. Судя по тону, она была гостьей, проживающей на том же этаже. Я прижал ладонь к своей вздымающейся груди.

Ли Хе Вон вбила последний клин.

- Если у Вас пропали какие-либо ценности или вещи, пожалуйста, обратитесь к нашим сотрудникам на стойке регистрации. Они с радостью помогут Вам их найти.

Как ни убедительны были слова Ли Хе Вон, из комнаты Чана доносились стоны. Звучало это даже более драматично, чем раньше, как будто они приближались к кульминации. И все это вместе с ожидающим VIP-клиентом.

- .......

Послышался звук удаляющихся шагов. Мужчина все-таки решил отступить. Неопознанный член клуба тихо пробормотал.

- Ну и чудак.

Вздох. Наконец холодная стальная дверь захлопнулась с металлическим лязгом. Ура. Лифт опускал меня в вестибюль.

Цок, цок, цок. Резкий стук каблуков туфель эхом разносился по пустому двору. Ли Хе Вон, не теряя времени, продолжала идти. Возможно, она встретила прохожего, так как они обменялись парой обыденных фраз.

- Хе Вон, Вы еще не ушли с работы?

Голос показался знакомым, а по тому, как он говорил, все стало ясно. Это точно был Ли Джин Сок. Ли Хе Вон не выказала ни малейших признаков смущения.

- Да, я просто хочу убрать за собой, прежде чем отправиться внутрь.

- Хорошо, отличная работа.

Поднос, двигавшийся по относительно ровной траектории, проскочил через дверной проем, на этот раз проскочив по ухабистой дороге.

Прочувствовав каждый неровный поворот, поднос остановился. Как раз в тот момент, когда сверху просочился лунный свет, Ли Хе Вон откинула крышку.

- Мы в мертвой зоне камеры видеонаблюдения. Можешь выходить.

В темноте, не видя своих рук, я вытянул свое скрюченное тело. Порыв ветра остудил пот на моем затылке.

Моя форма была в беспорядке, пропитанная потом и дождем. Она была мокрой, что, наверное, хорошо в данной ситуации, но проблема заключалась в названии компании, написанном большими буквами на спине.

Я снял верхнюю одежду и надел то, что было в контейнере. Когда я быстрыми движениями застегивал рубашку, девушка произнесла.

- Если ты пойдешь по этой дороге, то увидишь черную машину.

Я кивнул и вытащил из-под одежды завернутый в простыню сверток. Я протянул ей сэкономленные деньги. Она пересчитала купюры, чтобы убедиться, что это нужная сумма, а я, не сводя глаз с приближающихся людей, снял часы с запястья.

- Извини. Ты не мог бы отдать мне эти часы?

- ...Нет, это невозможно.

Женщина застонала и схватилась за ручку подноса. Казалось, вопрос был задан легкомысленно. Наконец, щелчок - крючок часов расстегнулся. Я схватил часы, словно за прядь волос. На мгновение взгляд женщины задержался на часах.

- ....…

- ....…

Мы с ней одновременно и без раздумий отвернулись друг от друга. Звук ее каблуков и моих шагов, стучащих по земле, создавали какофонию, и вскоре ее шаги уже были за пределами слышимости.

Топ, топ, топ. Я бежал на полной скорости. Хах, хах. Я бежал к своей цели.

- ...Хах, хах.

Размер поля для гольфа позади меня был ошеломляющим. Я бежал, но оно оставалось прямо за спиной. Оно нависало над моей головой, отягощая меня.

Я бежал от него так, как будто меня преследовали. Я был в отчаянии.

Только когда я наконец добрался до дороги, я остановился. Я тяжело вздохнул и перевел дыхание. Я смотрел, как издалека приближается машина, ее белые фары мерцали с интенсивностью пациента, только что сбежавшего из психиатрической больницы.

Совсем близко, показались фары машины. В такой поздний час, в таком пустынном месте. Это должна была быть та самая машина, которую подготовила Ли Хе Вон. Она была черной. Это было настолько зловеще, что можно содрогнуться, просто взглянув на нее.

- ....…

Сначала я попросил помощи у Ли Хе Вон, но она все-таки работала на Роял. Я планировал оставить машину как есть, на случай, если она пойдет к господину Чану и расскажет ему о моем плане.

Я ослабил хватку. Часы с грохотом упали на обочину. Я только что выбросил кусок капитала стоимостью в десятки миллионов вон, но не испытывал никакого сожаления. Напротив, я чувствовал восторг. Я держал это дерьмо в сейфе. Я не сказал бы, что это часы.

Я мчался по дороге, зарываясь в глушь, где темнота делала меня похожим на гигантского зверя.

- ...Хах,...ха.

Какими бы плохими ни казались мне горы, ночью, без единого огонька, все было совсем по-другому. Влажная, пропитанная дождем трава цеплялась за подошвы моих ботинок, а всевозможные ветки преграждали мне путь. Я выжимал из себя все силы до последней унции.

Я неистово бежал, глядя прямо перед собой.

Наконец сквозь густые ветви я увидел дорогу. Я помчался вниз по горе, неистово радуясь, пока не споткнулся об обнажившийся корень дерева, который размыло дождем и упал.

- ...Ааа!!!

Боль прошла так же быстро, как я ее почувствовал. Я быстро поднялся на ноги и выбежал на дорогу.

Я стоял посреди дороги, когда увидел вдалеке вспышку белого света. На мгновение меня ослепило, как в полдень, и я прикрыл глаза рукой, а затем снова опустил ее.

Прямо передо мной стоял старый, ветхий грузовик, который, казалось, вот-вот завалится набок. Я быстро открыл пассажирскую дверь и нырнул внутрь.

Грузовик помчался по дороге.

В ноздри ударил знакомый, и неприятный запах, и я вздрогнул, даже сильнее, чем от запаха из мусорного контейнера. Голова раскалывалась, легкие были плотно сжаты.

Глаза моего дяди скользнули вверх и вниз по моему телу, когда я снова встретился с ним через несколько сезонов. Мои волосы встали дыбом и я чувствовал, как под кожей ползают десятки многоножек.

Жабоподобная рука мужчины отпустила руль и потянулась ко мне. Похожие на мочалку волоски на тыльной стороне его руки задевали мои щеки и скулы. Его голос донесся до моего уха, такой же неприятный, как и запах, наполнявший машину.

- Ты все еще неплохо выглядишь.

Я застыл на месте и медленно перевел глаза на дядю. Его глаза жутко блестели под жирными складками бровей. Дядя шевельнул толстыми губами и произнес мое имя.

Ё Вон. Со Ё Вон.

Глаза дяди добрались до моей шеи. Его глаза загорелись, когда он заметил сверток в моих руках. Я невольно пригнулся, чтобы защитить его.

Изо рта дяди вырвался странный звук восхищения: "Хо, хо".

Я вдруг осознал, что у меня в горле стоит комок. Я быстро повернул шею, но было уже поздно. Мой дядя, который уже примерно разобрался в ситуации, шипяще рассмеялся. Скрип, свист. До моих ушей донесся звук, похожий на звук несмазанной железной двери.

По позвоночнику, как черви, поползли мурашки - то ли от сырости, то ли от физиологического отвращения.

- Даже в детстве ты был похож на свою мать.

Отвратительная рука дяди на этом не остановилась. Он обхватил мое лицо рукой, а большим пальцем, похожим на наждачную бумагу, поглаживал мочку моего уха.

Я крепко сжал руками бедра, и волосы на затылке встали дыбом. Я опустил взгляд вниз. Тыльные стороны моих сцепленных рук были покрыты куриной кожей, проросшей, как ростки.

- ....…

Моя кровь закипела. Но только в голове я представлял, как нарезаю его на тонкие полоски и выбрасываю в окно. Я не мог оказать никакого сопротивления, мой позвоночник выпрямился и застыл, как гипсовая статуя, все еще подвергаясь ужасным прикосновениям. Дядя крепко ущипнул меня за щеку, после чего отклонился назад.

- Я думаю, куда бы ты ни пошел, ты сможешь заработать на жизнь.

- ....…

- И куда ты теперь пойдешь?

Я зажал рот, затем перевел взгляд с него на небольшое отделение для хранения вещей между водительским и пассажирским сиденьями. Три клочка бумаги, похожие на квитанции, лежали беспорядочно, но слова на одном из них рядом с именем вкладчика привлекли мое внимание.

Пожалуйста, помоги мне.

На другой квитанции был указан адрес поля для гольфа. Я тупо уставился на нее, затем отвернулся от дяди и устремил взгляд в окно. За окном по-прежнему бушевал дождь. Мне стало интересно, искренне ли он любопытствует, но я промолчал.

Я услышал, как он пошарил в кармане, достал из нагрудного кармана сигарету и сунул ее в рот. В ноздри ударил запах дешевого табака.

Уууф. Только звук его неровного выдоха, сопровождаемый едким дымом, заполнял тишину.

- ....…

Глядя в окно, я вдруг подумал о господине Чане. ...Он, наверное, уже проснулся и ищет меня. От одной мысли об этом на сердце стало тяжело, как будто в желудке осел комок свинца.

- ...Черт возьми.

Когда дядя резко выругался, к моим ногам упала раздавленная пачка сигарет. Это была пустая пачка. Только через мгновение я понял, что сигареты кончились. Мое внимание привлекло название компании, написанное грубым шрифтом на пачке сигарет.

- ....…

Я удивился, почему мои мысли вернулись к Чану, ведь горький запах табака в дыхании дяди был таким же, как сигарета, которую Чан курил, когда вернулся рано утром.

...Больной ублюдок. Как бы я ни старался выкинуть его из головы, это нелегко. Мысли о нем уже глубоко впечатались в мою подкорку, прилипли к ней, как жевательная резинка к подошве ботинка. Я покачал головой и попытался стереть мысли об этом человеке.

Проходили минуты, часы, а грузовик продолжал катиться по темной дороге, но сцена перед моими глазами оставалась прежней. Снаружи была кромешная тьма. Холодный дождь хлестал сметая капли воды, прилипшие к стеклу, словно метла.

Возможно, я нахожусь под каким-то проклятием и продолжаю кружить по одному и тому же месту. По какой-то причине меня охватило ощущение, что я навсегда останусь в ловушке этого маленького пространства.

***

Через некоторое время свет выглянул из темных, непроглядных туч, застилавших небо.

Капли дождя на стекле тоже стали светлее.

Грузовик проехал через арочный въезд в пассажирский паромный терминал со стариковским ворчанием. Грузовик вздохнул и фыркнул, остановившись в нужном месте.

Я засунул сверток в куртку и вылез с пассажирского сиденья, держась за выпуклый живот.

Холодный предрассветный ветер окутал мое тело. Я поднял голову и почувствовал, как ветер ударил мне в лицо. Гавань скрылась в тумане. Сердце заколотилось. Вены на моих запястьях бешено пульсировали. Наконец-то я насладился своим побегом. Я сделал шаг вперед, моя грудь слегка вздымалась от радости.

- Ё Вон.

При звуке голоса за спиной я передернул плечами и обернулся. Дядя, назвавший мое имя так же незнакомо, как и школьная форма, которую я давно не надевал, стоял перед разваливающимся грузовиком.

- Больше никогда.

- ...Да.

- Никогда не возвращайся.

Я не собирался возвращаться, да и не мог. Я повернулся и, не моргнув глазом, предупредил дядю.

- Пока ты обещаешь вовремя оплачивать больничные счета и проценты, но если будешь продолжать спускать деньги за игорными столами, то ты больше ничего от меня не получишь.

Он цокнул языком, от которого исходил резкий запах.

- Не беспокойся об этом.

Затем он снова ухмыльнулся, на этот раз своими желтыми зубами. Я оставил это отвратительное лицо позади себя и быстро двинулся вперед. В конце концов я услышал сзади снова звук трогающегося грузовика, но не обернулся.

Сначала я зашел в ближайший магазин на углу, где отгоняли мух резиновыми перчатками, наполненными водой. Там я купил прочный полиэтиленовый пакет. Затем я нырнул в вонючую туалетную кабинку, приподнял майку, достал заначку, засунул ее в пакет и завязал отверстие.

Крепко обняв его, я поплелся к билетной кассе. Кассир сообщил мне радостную новость: судно, которое, как я думал, отменят из-за плохой погоды, отплывает. Я попросил билет и заплатил за него.

Я сел в одно из кресел и скоротал время. Небо было ясным, как будто дождя не было уже несколько дней, а море выглядело спокойным, если не считать небольшой ряби.

- Паром на остров XX скоро отправится, пассажирам рекомендуется садиться заранее…

Услышав объявление, я встал со стула и влился в толпу, направляющуюся к парому.

Пассажиров было немного, а сам паром был не очень большим, но для меня это не имело значения. Вместо того чтобы вернуться в свое кресло, я вышел на улицу и встал перед перилами.

Бум, судно отчалило.

Корабль рванулся вперед, увлекая за собой море. Я уставился на далекую землю, затем повернулся и уставился на горизонт. Красноватый рассвет разливал свои лучи по ряби моря.

Ежесекундно. Слово, которое я никак не мог отпустить, накатывало на меня, как приливная волна.

Свобода.

От переизбытка чувств я опустил голову. По щекам побежали горячие струйки воды.

Глава 44

Кажется, только вчера я сошел с лодки на причале, а уже декабрь. Так холодно и ветер - как нож, что режет кончики пальцев.

Сегодня в мастерской полным ходом шла работа. Рабочие, покрытые пылью, старательно двигали руками. Наверняка в утренних новостях сказали, что сегодня несколько градусов ниже нуля, но на их лбах и шеях выступили бисеринки пота.

Смешавшись с ними, я был точно так же покрыт грязью. Глаза горели, в носу щипало. Голова раскалывалась от грохота, который раздавался всякий раз, когда я останавливался.

- ....…

Я хотел бы отдохнуть, но сегодня мне нужно выполнить план. Я глубоко вздохнул и натянул повязку на шею и нос. Я вылез через окно и перешёл на другую сторону.

Раздался громкий грохот, и временно установленные леса опасно затряслись. Головокружительная 4-этажная высота. Я стоял на них и смотрел вниз. Мне было видно глубокое синее море, окружающее остров. Горизонт словно подернулся рябью, и на мгновение мое зрение затуманилось. Я быстро встряхнул головой, чтобы прояснить головокружительное зрение.

Я положил руку на холодную стену и сделал шаг, затем еще один. Я ясно видел пустоту внизу. Один неверный шаг, и я окажусь в пропасти. Меня охватил ужас, но медлить больше было нельзя. Я стиснул зубы и двинулся вперед.

- ....…

Я благополучно миновал распиленную арматуру и спустился обратно на первый этаж. Когда я старательно продвигался к груде арматуры, то услышал резкий голос из-под каски, которая была надвинута на уровень глаз.

- Хён, положи эту штуку сюда!

Затем послышался громкий голос.

- Нет, не туда!

Резкий металлический звук пронзил воздух прямо за моей спиной. Я вздрогнул и быстро обернулся. В то же время пыль, разбросанная по земле, мгновенно создала песчаную бурю. Я быстро прикрыл нос рукой от внезапного бедствия.

Изо рта вырвался сухой кашель.

- Что ты делаешь, блядь?!

Голоса, охрипшие от алкоголя и табака, эхом отражались от строительных досок, требуя ответа за свои ошибки, заполняя песчаное пространство. Ты в своем уме? Надо было послать правильный знак!

Я на мгновение застыл, но быстро пришел в себя. Я пошевелил плечами, чтобы расслабиться и натянул перчатки, полностью закрывая запястья. Вокруг меня все еще продолжалась перебранка, но я сделал вид, что не слышу ее, и снова пошевелил плечами. Мне казалось, что они сейчас отвалятся.

Наконец наступил обед, и у меня появилась возможность перевести дух. Я отряхнул пыль со всех уголков своего тела, а затем присоединился к толпе людей, бредущих в столовую.

Чаще всего я ем, уткнувшись носом в свою тарелку и не издавая ни звука, но время от времени кто-то проявляет ко мне интерес. В данном случае это была хозяйка ресторана.

Я сидел, максимально прижавшись к стене, не привлекая к себе внимания, и ел. Аджума поставила передо мной на стол тарелку с закусками и спросила.

- Почему, такой молодой человек как ты, протирает здесь задницу, вместо того, чтобы отправится на материк?

- ...…

- И лицо у тебя такое красивое.

Я смущенно отвел глаза. Когда я не ответил, все взгляды обратились ко мне. Я оказался между молотом и наковальней. Я поджал губы и ответил.

- ...Я просто люблю тишину.

Это был сухой ответ. Она похлопала меня по плечу, сказала "Ешь" и отвернулась. Взгляды, устремленные на меня, один за другим исчезали. Я тайком вытер пот с ладоней о бедра.

Я доел и вернулся к работе.

Пока я работаю, ни о чем не думая, время проходит быстро.

В назначенное время бригадир появился из ниоткуда и раздал белые конверты. Дневная зарплата составляла 170 000 вон, что было довольно щедро. Это было далеко не то, что мне платили всего несколько месяцев назад, но я был доволен.

Рабочие выходили из мастерской в одежде, которая выглядела так, будто была соткана из пыли. Каждый из них с нетерпением ждал следующего. Болтовня о мясе и напитках затихала вдали.

Я повернулся к ним спиной и ушел.

Влажный, соленый морской бриз хлестал меня по спине. Пот на моей спине смешивался с влагой, и я сжимался от холода. Я не мог этого выносить.

Не могу дождаться, когда окажусь в горячей воде.

С этим намерением я передвигал ногами. С каждым шагом на землю падала пыль.

Наконец я добрался до входа в деревню. Я стоял и смотрел на деревню, высеченную в горе.

- ....…

Старые дома располагались тут и там на горе спиралевидной формой. Стены, разделявшие дома, давно были частично разрушены и загрязнены экскрементами соседских собак. Или людьми, которые по пьяни тайно мочатся на чужие стены, а потом обвиняют собаку.

Снова подул морской бриз. До моих ноздрей донесся еще более неприятный запах. Я скривился.

Когда я топал по ступенькам, серые птицы, сидевшие на проводах, закричали и улетели. Их перья в тревоге разлетелись по асфальту. Я шагал, наступая на темные перья.

Провода над головой были опутаны замысловатой паутиной. Уличные фонари вдоль лестниц скрипели и стонали, словно им предстояло закончить свою жизнь.

На первый взгляд может показаться, что остров не получает никаких государственных пособий. А может быть, дело в море, от которого исходила мрачная атмосфера?

Но все было знакомо. Я давно вырос в этом месте, и это было просто частью жизни.

Ни больше, ни меньше.

***

Я зашел в супермаркет напротив своего дома. Купил немного еды, чтобы утолить голод, и пачку сигарет. Я вышел, держа в руках легкий черный пакет, и зашел в телефонную будку. Набрал номер и уставился в пустоту. В ответ раздался длинный гудок.

«Извините, но номер, который вы набираете, временно недоступен...»

Вызов не достиг собеседника и был прерван. Я попробовал еще два раза, но безуспешно. Повесив трубку, я вышел из телефонной будки и, пошатываясь, пошел прочь. Уже прошла неделя.

Дядя не отвечал на мои звонки.

Он всегда был довольно эгоистичным человеком. Я мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз за год он приезжал домой. Когда я думал, что он действительно куда-то уехал, то он тут же появлялся со своим поганым лицом.

В этом не было ничего необычного, но почему меня это так беспокоит?

- ....…

Что-то не так. Беспорядочные мысли постоянно разрастались. Весь путь до дома я был погружен в них, и только когда достиг входа, я сильно потряс головой.

Такова его природа, подумал я, все напрасно. Когда ему понадобятся деньги, он снова попросит их со своим фирменным бесстыдством.

Я отодвинул мысли о дяде на задворки сознания и медленно направился в ветхое жилище. Я поднялся по лестнице, которая во многих местах была сломана. Встал напротив железной двери и попытался открыть ее ключом.

Снизу на лестнице раздались шаги. Я быстро обернулся. Мои глаза расширились от удивления, и первое, что я увидел, была черная одежда. Моя душа ушла в пятки. Волосы встали дыбом, и я уставился на своего противника, словно увидел привидение. Его губы изогнулись вверх.

- Что?

Его голос привел меня в чувство. Я поднял глаза и увидел, что это был мужчина средних лет с верхнего этажа. Он бросил на меня недоуменный взгляд, а затем направился вверх по лестнице.

Топ, топ, топ. С верхнего этажа раздавался звук шагов мужчины. Бам, входная дверь захлопнулась. Убедившись, что все в порядке, я быстро открыл дверь и шагнул внутрь.

Я вошел в старый дом, обои которого были покрыты плесенью и небрежно снял обувь. Я поспешил к платяному шкафу. На двери, которая почти сгнила от старости, было три замка. Я сам лично их устанавливал.

Достав из кармана куртки ключи, я открыл их все. Щелк, щелк, щелк.

- ....…

Я открыл дверцу шкафа и просунул руку сквозь свернутое одеяло. Засунув руку поглубже, до локтя, я вытащил сверток из простыни. Я стал медленно его разворачивать и спрятанные купюры показались на свет.

Купюры шелестели в моих руках, и я одержимо пересчитал их. Я почувствовал облегчение, когда понял, что сумма совпадает с той, что я насчитал вчера. Но сердце все еще колотилось в груди. Худой мужчина средних лет ничем не напоминал человека в черном костюме, за исключением черного джемпера, который был на нем.

Черный цвет. От одного только его представления, по позвоночнику пробежала холодная дрожь. Я снова завернул купюры в простыню и убрал их в шкаф.

Прежде чем отправиться в ванную, я закрыл все замки.

Требовалось время, чтобы пошла горячая вода, поэтому я сделал слабый напор и стал раздеваться. Оставшись в одних трусах, я обнял себя за плечи от холода. Пронизывающий сквозняк словно впивался в мои кости.

Струя воды смыла остатки пыли. Я также пытался смыть водой и свои негативные мысли.

...Не знаю, удалось ли мне это.

После того как помылся, я постирал одежду вручную. Это была рабочая одежда, нижнее белье, носки и полотенце на каждый день. Запускать стиральную машину для такого небольшого количества белья было бы неэффективно, поэтому я стирал принимая душ.

Смывая песок, я напрягся всем телом. Я чувствовал покалывающую боль, словно иголки пронзали каждый дюйм моего тела.

- ...Ах.

От такого физического труда я очень уставал. После работы, я возвращался домой, полностью измотанным.

Единственное, что хорошо, - это то, что сейчас зима, дни короткие, а солнце слабое. Осенью, когда солнце стояло над головой, кожу постоянно пекло.

Конечно, стоять на поле во время раундов было мучительно. Однако в перерывах между раундами есть много времени для передвижения, так что даже в середине лета солнцезащитного крема было достаточно.

Но на стройке мне приходилось находиться на солнце по полдня. Я принес свою необычайно нежную кожу в жертву солнцу. Осенью, когда утреннее зарево пылало бальзамическим светом, это было почти пыткой. Задняя часть шеи, которую я не прикрывал, обгорала, и через несколько дней я сбрасывал кожу, как змея.

У меня не было другого выбора, кроме как прикрыть лицо, шею, руки и все открытые части тела. Это решение я принял в течение недели после начала работы.

- ....…

Этот остров, с небольшим притоком населения, с которого ежегодно наблюдается отток людей из-за образования и трудоустройства. Двадцатилетний незнакомец, попавший на остров по своей воле, где рабочие смотрели на меня как на инопланетянина.

«Ты белый, как мука, и так плотно все обматываешь. Ты не свалишься?»

Они считают, что на работу лучше ходить в простой одежде, поэтому им, ничего не знающим обо мне, должно было показаться, что я выгляжу экстравагантно.

Их пытливые взгляды пронзали меня, как стрелы, следили за каждым моим движением, пытаясь уловить малейшую ошибку.

Я стиснул зубы и стал работать еще усерднее. На острове трудно найти работу вне таких проектов, как этот, поэтому я не хотел лишний раз выделяться и быть замеченным.

К счастью, у меня не было особых проблем с обучением. Мои крепкие кости, наточенные на тяжелый труд на стройке, благополучно обеспечили мне заработок на учебу в университете.

В течение следующих нескольких дней настороженные взгляды утихли. Когда им не удавалось застать меня за сплетнями, они теряли интерес. На этом их интерес к незнакомцу закончился.

- ....…

Я отжал вещи и вынес их в комнату, которую стыдно было назвать гостиной. Я стряхнул с них влагу, и повесил на сушилку.

Теперь, когда я закончил, мне захотелось есть. Я порылся в черном пакете с названием продуктового магазина, разогрел еду и сел за обеденный стол с облупившейся краской.

Ненавидя тишину, я включил телевизор. На экране заиграли вертикальные волны, словно капли дождя, и воздух наполнился звуками разговоров людей. Тишина в доме внезапно нарушилась.

Я насильно запихнул еду в рот. Старательно очистив дно одноразовой миски, я вытер столовые приборы и опустился на матрас.

Пока я несколько раз ворочался, пытаясь найти наиболее удобное положение, звук телевизора затих в моих ушах.

Мои веки сомкнулись. Сила в кончиках моих пальцев ослабла, а конечности безвольно обмякли на потертой ткани.

После нескольких дней тяжелого труда, я ничего не мог сделать, чтобы побороть подкрадывающуюся ко мне дремоту. Усталость нахлынула на меня, как приливная волна. Я был увлечен в бессознательный мир, похожий на глубокий океан.

Глава 45

Размытое сознание вернулось на поверхность. Первое ощущение было.

...Душно.

Да, ощущение тяжести. Мое тело было тяжелым, словно на груди лежал камень.

Я подумал, не нахожусь ли я все еще посреди строительной площадки. Мне казалось, что упавшая днем ранее арматура придавила мое тело и все еще давит на грудь.

Мне пришлось открыть глаза, чтобы увидеть реальность. С трудом я поднял тяжелые веки, чтобы встретиться с темнотой. Задыхаясь, я втянул воздух.

В адской тьме глаза животного светились голубым светом. Я задохнулся в безмолвном ужасе.

...Генеральный директор Чан, это он!

Я сопротивлялся изо всех сил. Он схватил меня за запястья, когда я пытался оттолкнуть его, и прижал к кровати. Его каменно-твердые бедра сжали мои ноги вместе, подавляя всякое сопротивление. Это казалось так просто, как если бы вы надавили большим пальцем на муравья, чтобы убить его.

Из моего рта вырвался новый крик.

«...Ах!»

Генеральный директор Чан поднял правую руку с ничего не выражающим лицом. В его руке была пила с ужасающими зубьями. Мужчина выкрикнул несколько слов, не сделав ни единого вдоха.

«Человеческие кости тверже, чем ты думаешь, - говорил он, - и даже самой острой пилой пришлось сделать несколько надрезов, а потом мне отрезали средний и безымянный пальцы.»

«Врач-шарлатан оперировал сначала средний, а потом безымянный палец, и это было так долго, а анестезия была такой слабой, что мне пришлось держать безымянный палец почти в сознании.»

Тревога была непреодолимой. Я начал неистово трясти головой и телом, но как бы я ни старался сопротивляться, я не мог. Я не мог сбежать, как птица, слетевшая с телефонного столба, размахивая крыльями. Все, что я мог делать, - это биться крыльями, как птица, пойманная за шею сторожевым псом.

«...Спа-спасите меня!»

Помогите мне! Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! - кричал я. Мои крики лишь отражались от пустоты, так как не было никого, кто бы услышал.

Он все крепче сжимал пилу. Шрамы на среднем и безымянном пальцах стали красными.

«...Эти ублюдки, они предупреждали меня, чтобы я не держал в голове слово "побег".»

«...Уф, ааах!!!»

Я явно вел себя как придурок, а пространство было жутко маленьким. Я вдруг осознал, что мой голос не выходит, клубок ужаса застрял прямо в горле, не в силах вырваться наружу.

Пила на большой скорости опустилась на мою руку. Я дергался и извивался.

Я напряг горло и отчаянно закричал.

***

- ...Ах, нет!

Я вскочил с матраса.

- ...Хах, ха.…

В моем размытом зрении появился радужный экран настройки. Бип, бип, резкие механические звуки пронзили мои уши.

Я свернулся калачиком и уткнулся лицом в ладони.

...Это был сон.

Наступил момент облегчения. Я почувствовал покалывание в нижней части тела и откинул одеяло. Моя паховая область была влажной, и хлопковое одеяло так же было влажным.

Вся нижняя часть моего тела была пропитана липкой жидкостью. Как только я это осознал, по позвоночнику пробежал холодок. Это было очень знакомое ощущение. Такое уже случалось со мной однажды в подростковом возрасте: рано утром, когда я случайно заглянул в журнал, который рассматривали мои сверстники. Это был мой первый раз, когда я испытал это.

...Этот чертов сон.

- ....…

Я засунул пододеяльник, и нижнее белье в стиральную машину. Крышка не закрывалась из-за количества белья, и я сильно надавил ладонями, чтобы они вошли.

Затем я быстро намылился. Я сжимал мыло в ладонях и натирал себя, как будто стирал одежду. Тонкая кожа была жестоко раздавлена под моими руками.

Я сидел в своей комнате, со следами на теле, уставившись в пустоту. Чувство вины за то, что я намочил штаны, и последствия кошмара пронеслись сквозь меня.

Этот ненужный половой орган разбухал не только от сексуального возбуждения, но и от крайнего чувства тревоги и напряжения.

Я думал, что уже избавился от этого. Однако даже сейчас я оставался пленником бессознательного мира.

Устало обхватив себя, я погрузился в свои мысли. Моя правая рука все еще дрожала.

***

Я снова не мог уснуть.

Маленький домик наполнился рассветным светом. Я поднялся как призрак, зная, что мне нужно поторопиться, если я хочу вовремя добраться.

С куском хлеба во рту я толкнул дверь.

Мой взгляд привлек почтовый ящик на стене. В нем было невероятное количество почтовых конвертов, воткнутых до отказа. Ящик явно уже не мог вместить их всех и теперь они торчали наружу.

Мой прежний хозяин до сих пор не сменил адрес, поэтому они продолжали приходить сюда.

Я ежемесячно платил хозяину определенную сумму наличными за коммунальные услуги, так что никаких счетов мне не приходило.

Я даже не притрагивался к ним, потому что они доставляли мне неудобства, но если бы я оставил их и дальше, то они бы непременно вывалились из ящика. Мне ничего не оставалось, как доставать конверты один за другим. Я проверил адресатов и положил их в порядке очереди на почтовый ящик. Конверты аккуратно лежали друг на друге. Как и ожидалось, все они были адресованы предыдущему владельцу.

- ...А?

И тут я заметил странный конверт. Это был один из тех конвертов, которые можно увидеть повсюду, но на нем не было написано ни адреса, ни отправителя.

Я перевернул его, но опять ничего не было написано.

Мне стало интересно, что же это такое. Единственное, что я мог сказать, не открывая его, - это то, что он был громоздким и весил довольно много. Это было немного неприятно, но я отмахнулся от этого, положив его последним на стопку конвертов, которые уже лежали там.

Он сам найдет дорогу, подумал я и, повернувшись, выскользнул за дверь.

Прошла еще одна неделя.

Каждый день был однообразным, без особых ярких моментов. На рассвете я просыпаюсь, стягиваю с себя влажное одеяло и собираюсь в дорогу. Я провожу почти весь день на стройке, а после заката возвращаюсь домой. Оставляю телевизор включенным, ложусь на матрас и засыпаю.

Единственное, что отмечает здесь течение времени, - это мои отросшие волосы. Прошло три месяца с моего последнего визита к парикмахеру, и теперь мои волосы почти закрывают глаза.

Я посмотрел на себя в зеркало и прищелкнул языком от беспорядка в волосах. Я провел руками по волосам и надел кепку.

В отличие от других рабочих с техническими навыками, я обычно занимался переносом материалов и тяжелой физической работой для других рабочих. Сегодня я думал, что опять придется переносить материалы.

Бригадир небрежно протянул мне несколько досок и наждачную бумагу.

- Вот, возьми.

Смутившись, я взял их в руки. Поднял взгляд и посмотрел на бригадира, но в ответ получил упрек.

- Чего ты ждешь? Почему не работаешь?

Бригадир не был терпеливым человеком. Я повернулся к нему спиной и сел в углу. Зажав деревяшку между ног, я стал шлифовать ее наждачной бумагой. Неровные, недоделанные части отшлифовывались, как опилки от пилы. Мне вдруг стало не по себе. Руки покалывало, когда я просто смотрел на это.

Шлифовка - жемчужина мастерской, но я никогда раньше не делал этого таким образом. В крайнем случае, это был завершающий штрих. Шшш. Этот звук, который вызывал мурашки и раздражал мой слух, независимо от того, сколько раз я его слышал.

- ....…

Я чувствовал себя так, будто меня обрабатывают наждачной бумагой и сдирают кожу изнутри. Чувство дискомфорта поселилось глубоко в груди.

Наконец работа была закончена. Бригадир раздал рабочим конверты.

- Завтра работы не будет, так что давайте хорошенько отдохнем и возобновим работу.

Рабочие бросали на землю свои повязки, которые висели у них на шее. Они болтали между собой пустые разговоры о том, как они будут пить до посинения в свой редкий выходной. Пропахшие потом они направились в ближайший бар.

Холодная тишина на пустыре окутала меня. Я посмотрел на свои ноги. Там лежал клочок наждачной бумаги, оставшийся после шлифовки деревянной доски. Я посмотрел по сторонам. Вокруг никого не было. Я быстро поднял наждачную бумагу и сжал кулак, чтобы никто не увидел. Затем я засунул ее в карман куртки.

Я развернулся и пошел домой. Забежав в супермаркет напротив дома, купил пачку сигарет и перекусить, я направился к таксофону.

Сняв трубку, я машинально набрал номер дяди. Последние две недели я звонил ему каждый день, так что это уже вошло в привычку. Знакомый голос донесся до моего уха.

«Телефон выключен....»

Его телефон был выключен последние несколько дней. Я медленными шагами вышел из светло-голубой телефонной будки.

Бывало ли такое, чтобы не было вестей так долго?

Чем глубже размышляешь, тем больше беспокойств, поэтому вначале я старался не обращать на это внимание. Но взгляд непроизвольно падал на календарь, висевший на стене. Хоть я и повторял себе, что это не так уж и важно, в голове все время крутилось, сколько дней длится отсутствие дяди.

Так прошел целый месяц. Конечно, по сравнению с прошлым, когда я возвращался домой пять или шесть раз в год, это было не так уж и много. Однако причина, по которой я тогда не приходил, заключалась в том, что дома нечего было есть. Это была бедная жизнь, где шиферную крышу поддерживали тонкие, как палочки для еды, столбы, поэтому я уходил на улицу.

- ....…

...Мне нужно оплатить счет за больницу, который должен быть оплачен в последний день месяца, то есть завтра. Конечно, я мог бы отправить деньги на предъявителя, но это оставило бы след, что они пришли отсюда.

Я не хочу делать ничего, что могло бы усугубить ситуацию, по этому оставил все на этого человека.

Я бросил окурок на землю и потушил его. Потом я сказал себе: «Ладно, один день. Подождем еще один день. Хоть он и кажется чем-то, что не жалко оставить на свалке, но ведь не до такой же степени, чтобы бросить свою родственную кровь. В конце концов, всегда есть шанс, что он вспомнит дату погашения долга и ответит на звонок.»

Я направился домой на трясущихся ногах.

Я вышел из душа и набрал воды в кастрюлю. Когда вода закипела, я заварил лапшу, от которой повалил белый пар.

Резкий запах ударил мне в нос. Я перемешал содержимое деревянными палочками. Уже несколько дней подряд я питался лапшой, и теперь запах этого блюда вызывал отвращение. Он совсем не казался мне привлекательным. Это было похоже на резину.

В конце концов я накрыл крышкой лапшу, пока вода не остыла, и отодвинул в сторону.

Я лег на пол без одеяла и свернулся в клубок. Я лег, скрестив руки на груди, и смотрел в пространство.

Из старого окна доносился шум. В него бился ветер. Но в комнате размером с конуру не было ни звука. Вместо одеяла меня окутывала суровая тишина, и мои веки трепетали, когда я укутывался в ее прохладную пустоту.

Я включил телевизор, что казалось бессмысленным. Теперь все звуки и все эмоции, доносящиеся из прямоугольного экрана, казались мне ненастоящими.

Вот оно, освобождение, которого я так жаждал. Фух, ветер снова подул. Я задумался, почему я до сих пор не могу общаться с другими людьми и выпивать. Когда моя мысль дошла до этой точки, я громко рассмеялся.

- ...Ха.

Я смеялся над собой за то, что сделал нечто столь ужасающее своими собственными руками. Мне показалось забавным, что я эгоистично хотел роскоши.

Окно задребезжало от ветра.

Мои глаза закрывались и открывались все медленнее и медленнее. Веки продолжали закрываться, словно что-то упрямо тянуло их вниз. Я еще глубже уткнулся лицом в руки, сжимаясь от холодного воздуха. Мои пальцы медленно расслаблялись и подергивались.

Сон настигал меня.

...Я просто молю, чтобы эта ночь прошла спокойно. Эти мысли были последними, пока я погружался в непредсказуемые глубины сна.

***

Мне не по себе. Что-то давит на меня сверху. Такое ощущение, что меня раздавливает масса арматуры.

...Арматура? Если подумать, то несколько дней назад мне снился похожий сон.

...А! Озадаченный, я вдруг кое-что вспомнил. Вернее, сцены промелькнули у меня перед глазами, как вспышка света.

Я понимал, что сплю, но все равно ощутил прилив страха. Это была ситуация, которую я никогда не хотел бы пережить снова, даже во сне. Это было ужасно, жестоко и слишком реально, и даже после того, как я проснулся, я все еще был полностью подавлен сном и несколько дней страдал от его последствий.

Я отчаянно пытался не открывать глаза. Однако во сне я был не я, и не мог контролировать свои действия.

Мои глаза медленно открылись. Как и ожидалось, надо мной возвышался генеральный директор Чан. Он крепко сжимал мое запястье, старательно изучая мою руку. Щелк-щелк. По позвоночнику пробежал холодок. Я перевел свой тревожный взгляд туда, куда был устремлен взгляд мужчины.

«...Уф...ааааааа...!»

Господин Чан медленно отрезал мне пальцы, но боли не было. Только страх полностью овладел мной. Я судорожно размахивал руками и ногами, впадая в безумие.

Вопреки ужасному описанию мужчины, пальцы были отрезаны относительно аккуратно.

Пять сосисок лежали на полу.

Кровь била фонтаном из отрезанных частей. Она журчала, как водопад. Мужчина удовлетворенно рассмеялся, глядя, как растекается красная горячая жидкость.

Фонтан, который я увидел на поле для гольфа, был прекрасен и сиял разными цветами, но эта липкая кровь заставляла меня чувствовать себя грязным и вульгарным. Кровь переливалась через край, образовывая лужицу.

Внезапно я кое-что заметил. Такое большое количество крови вышло не только из моих рук. Я проследил глазами за другим эпицентром этого фонтана крови. Извилистая, окровавленная река. В конце...

Я вскочил на ноги и пополз на четвереньках, не обращая внимания на то, что господин Чан, который удерживал меня, исчез. Мои ладони и колени были в крови, но мне было все равно.

На каталке лежал мужчина средних лет с разбитой головой. Он задыхался, как рыба, вынырнувшая из воды..…

«...Ах.»

Это был мой отец. Медленно подойдя к нему, я обхватил его голову левой рукой, приподнял и прижал к щеке правую руку, пальцы которой были отрезаны.

«...Отец.»

Я почувствовал холод в ладони правой руки. Это же сон, как может быть это ощущение? Но именно это я почувствовал, когда коснулся холодного тела отца.

Глаза отца, остекленевшие, как у безумца, были прикрыты веками. Моя рука, готовая в любой момент поддержать его, безвольно повисла вниз.

По моей щеке потекла струйка. Я подумал, что это кровь, но это была прозрачная жидкость, стекавшая с моего подбородка. Я воскликнул охрипшим голосом.

«...Эй, эй, эй, кто-нибудь, помогите мне!»

Больница, мне нужно немедленно позвонить в больницу. Я бросился на поиски телефона и посмотрел направо от кровати отца. Я понял, что туда что-то бросили. Это был красный кирпич.

Там спутались волосы и пятна крови моего отца. Да все верно. Моего отца ударили кирпичом, и он упал с лестницы. Его голова раскололась, словно арбуз, и он умер.

Помогите, помогите мне! Я взывал о помощи, слезы текли по моему лицу. Никто не слышал, и они отдавались в моих ушах пустым эхом. Я испачкал ладони кровью отца и бормотал одни и те же слова, пока не очнулся от сна.

...Помогите.

Глава 46

Мои глаза были опухшими и сухими, а ресницы слиплись и не хотели разъединяться. Некоторое время я тупо смотрел в потолок, с затуманенным зрением, а затем медленно поднялся с места. Краем глаза я почувствовал жуткий взгляд, и вот она, исхудавшая фигура, смотрит на меня пустыми глазницами. Это ощущение возвращалось снова и снова.

Я потянулся к своей куртке на вешалке и достал кусок наждачной бумаги.

Я оторвал лист календаря, положил его на пол и уселся на него сложив ноги под себя. Наждачная бумага была новой, края были острыми. Будет больно.

Но я не стал медлить и начал интенсивно тереть наждачной бумагой отпечаток пальца. Я очистил голову от мыслей и погрузился в процесс, как во время работы.

Постепенно кончики моих пальцев стало покалывать. Я почувствовал, как что-то потекло по запястью, и только тогда я пришел в себя. Это была струйка багровой крови, стекавшая по моей коже.

Некоторое время я как загипнотизированный смотрел на это зрелище. Горячая жидкость стекала из кончиков пальцев.

...Я не очень-то верил, что отпечатки исчезнут.

«Ё Вон, я не нашел его.»

Меня трясло от страха, когда дядя подошел ко мне и сказал, что не смог ничего найти. Я уже потерял способность думать, что значит, "я не нашел"? Что это была за штука, которая намочила мою руку? Что случилось с моим отцом? - думал я, но в итоге не смог ни о чем спросить.

Дядя обшарил все окрестности и принес какие-то неизвестные препараты. Я ничего не видел, ничего не слышал и с пустым взглядом делал все, что он просил. Он посмотрел на внутреннюю сторону моей руки, которую уже десятки раз окунали и вынимали из химикатов, и выругался.

«Черт, это бесполезно.»

С этими словами он вышел из дома и вернулся с черной сумкой. Пока я смотрел на него, дядя взял мою руку в свою и начал стирать отпечатки пальцев, которые слегка расплывались от грубой наждачной бумаги на поверхности.

- ....…

Я открыл плотно закрытые глаза и опустил взгляд на свою руку. Я сжал кулак, затем разжал его.

Казалось, что теперь в ней есть что-то вроде гемостаза. Я вернулся к работе. Крепче сжал наждачную бумагу и стал тереть ею нежную плоть. Не то чтобы я думал, что это заставит забыть все, что я сделал.

Я просто хотел забыть это ощущение. Я хотел забыть его, пожалуйста, это ужасное ощущение живого, дышащего существа, горячей крови моего отца на моих руках.

Выходной день от единственной запланированной работы, я провел лежа на матрасе.

У меня не было сил даже пошевелить пальцем, и я не мог вспомнить, когда в последний раз ел что-то похожее на еду. Внутри было пусто. И все же я думал о горьком дыме, а не о горячем рисе. Мне захотелось заполнить эту пустоту горьким сигаретным дымом. Две сигареты меня точно удовлетворят.

Лежа на спине, я вытянул руку в сторону и нащупал пол. Под рукой оказалась бумажная пачка. Я поднял крышку и обнаружил, что она пуста.

У меня закончились сигареты.

Я пролежал весь день и казалось, что на моем боку уже выросли грибы. Я встал с матраса, чтобы пойти и купить сигарет. Взял куртку и поморщился от покалывания в кончиках пальцев.

- ...Ах!

Я перевернул руку и посмотрел. Там, где должен был быть отпечаток пальца, на его месте была черная корка крови. Все десять пальцев были изуродованы настолько, что я даже не могу открыть глаза и посмотреть на них.

Это был незнакомец, с унылой прической, закрывавшей глаза, и с изуродованными кончиками пальцев. Я понял, что у меня нет даже обычных перчаток, и на мгновение растерялся. Как же мне это скрыть?

Потом я вспомнил о своих рабочих перчатках. Я взял из шкафа пару пыльных перчаток, и стряхнул с них пыль. После я начал медленно вставлять руку в отверстие. Я старался быть осторожным, но не смог избежать того, что кончики пальцев зацепились за шершавую поверхность. Я до боли закусил нижнюю губу.

- ...Уфф.

Все мои чувства, казалось, сосредоточились на кончиках пальцев. Было чертовски больно. Единственное, что было хорошо, так это то, что мои рабочие перчатки были красными, так что если бы у меня пошла кровь, это было бы не так заметно. Если подумать, это было не так уж и плохо.

Я надел куртку и кепку. Засунул руки в перчатках в карманы, решив, что этого достаточно.

Я открыл дверь и вышел. За моей спиной со скрипом закрылась железная дверь.

Я уже собирался шагнуть через парадный выход, как вдруг что-то привлекло мое внимание. Я обернулся. На вершине почтового ящика, в поле зрения попали конверты, все еще сваленные в кучу.

- ...Что?

Словно завороженный чем-то, я подошел к почтовому ящику и посмотрел на конверты.

Одного конверта не было. Все остальные лежали там же, куда я положил их несколько дней назад. Как будто кто-то специально выбрал его и забрал.

Я подумал, не вернул ли его владелец, и тут возник новый вопрос. Как кто-то мог узнать, что конверт принадлежит ему, и забрать его, если на нем не было имени получателя?

- ....…

Когда я сосредоточенно нахмурил брови, в голову постучался более фундаментальный вопрос. Зачем я вообще этим занимаюсь, если не хватает только одного конверта? Отправитель мог доставить мне его лично. Также возможно, что отправитель просто перепутал дом с моим, что вполне логично, или же человек, передавший конверт, по какой-то причине забрал его обратно.

Я сбитый с толку, создавал различные ситуации, чтобы избавиться от смутных мыслей, которые боролись в моей голове. Даже когда я повернулся и направился к выходу из здания, вся моя нервная система была сконцентрирована на почтовом ящике.

Если бы все это действительно было неважно, я бы не боролся с сомнениями и доводами, которые так упорно рождались внутри меня.

Что это за необъяснимая тревога?

Старая дверь со скрипом отворилась, и внутрь ворвался резкий порыв ветра. Холод, который, казалось, отнимал жизнь, яростно впился в мое тело.

***

В тесном супермаркете было не так уж много вещей. Я купил чашку рамена быстрого приготовления, поставил ее на прилавок, где сидел хозяин, и попросил сигарет.

- 6500 вон.

Я порылся в кармане и положил купюры на прилавок. Хозяин медленно пересчитал купюры, не обращая внимания на мою руку, и протянул мне пачку сигарет и монету в 500 вон.

Я вышел из магазина и направился к телефонной будке. Я сунул сигарету в рот и вставил полученную монету в щель для монет. Телефон-автомат с лязгом проглотил монету.

Я решительно набрал номер и поднес трубку к уху. Но гудка не было. Раздался только знакомый женский голос.

«Абонент недоступен.....»

Вздохнув, я положил трубку. Сейчас я ничего не мог с этим поделать. Ожидание ничего не решало, поэтому пришлось звонить в больницу напрямую.

Я набрал сначала код города, потом номер больницы, медленно перебирая в памяти. Раздался гудок. Сердце бешено заколотилось, хотя я звонил, чтобы навести справки. Пока я нервно прикуривал сигарету, ответил высокий голос.

- Да, это Первый Главный госпиталь.

- ...Ах.

Я сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить.

- Я пытаюсь оплатить больничный счет пациента Лим Сон Хва. Могу ли я узнать сумму задолженности и номер счета, на который нужно перевести деньги?

- Дата рождения?

Когда я ответил на вопрос о дате рождения моей мамы, медсестра сказала подождать секунду. Тап, тап, тап. Я слышал, как она стучит по клавиатуре, а так же, как она перелистывает страницы журнала. Медсестра снова подняла трубку.

- Я проверила.

- Да.

- Похоже, Вы оплатили все неоплаченные больничные счета, когда проходили процедуру перевода пациента Лим Сон Хва.

- ...Да?

Я как идиот отреагировал на неожиданные слова медсестры. Перевод?

- Они сказали, что вы отправляетесь в более крупную больницу, значит, вы уже прошли процедуру перевода.

- Тогда, я могу узнать, где это?

- Извините, но я не могу ответить на этот вопрос.

- ...А, почему?

Почему? Пробормотал я, даже не осознавая, что выплюнул эти слова.

- Вы даже не знаете, куда переехала Ваша семья?

В тот момент, когда я выплюнул эти слова, я понял, что слово «семья» изначально полностью относилось к группе людей, находящихся в родственных отношениях. Медсестра, которая не думала, что это имеет большое значение, ответила деловым тоном.

- Обычно я с радостью помогла бы Вам, но в данном случае ваш опекун попросил о конфиденциальности поэтому боюсь, Вам придется связаться с ним.

Рука, лежавшая на телефонной трубке, сжалась. Под опекуном я подразумеваю дядю и понятия не имею, зачем он это сделал.

- Я давно не выходил на связь, не могли бы вы мне помочь? Пожалуйста?

- Мне жаль, но я ничем не могу помочь.

Слова были благозвучными, но намерения медсестры были твердыми. Некоторое время единственным звуком в трубке было мое дыхание.

- Если у Вас больше нет вопросов, я вас оставлю.

Я быстро остановил медсестру.

- ...Эй, эй, эй. Как давно был этот перевод?

- Месяц назад, - подтвердила она.

...Месяц назад?

Вместо сигареты я сунул большой палец, затянутый перчаткой в рот и стал сосредоточенно жевать. Как, черт возьми, это произошло? В голове у меня было множество запутанных нитей, и я не знал, с чего начать их распутывать.

- Надеюсь, Вам удастся связаться со своим опекуном, и я вас оставляю.

С этими словами телефон отключился. Я еще раз набрал номер дяди. Набрав номер, начинающийся с 011, я поднес трубку к уху. Нервно ковыряя омертвевшую кожу на нижней губе, я ждал сигнала передачи, но на этот раз женский голос оператора сообщил мне, что телефон собеседника отключен.

- ....…

Телефон выскользнул из руки. Холодный пластик на конце длинного провода отскочил от стен телефонной будки. Бах, бах. Громкий взрыв эхом отозвался в маленьком пространстве, а затем угас, оставив после себя слабый отзвук.

Ее перевели около месяца назад...?

Месяц назад - это как раз то время, когда я начал терять связь с дядей. Я постучал указательным пальцем в перчатке по пластиковой стене.

В отличие от современных мобильных телефонов, старомодный телефон-раскладушка моего дяди мог держать заряд несколько дней, если его не использовать, так что... я имею в виду... если его телефон не использовался "вообще" примерно с месяц назад..…

Я опустил взгляд и уставился на трубку. Она все еще болталась в воздухе и выглядела так, словно кто-то повесился на верёвке.

***

Когда я вернулся домой, я не мог усидеть на одном месте и продолжал вышагивать по комнате. Я смотрел во все четыре угла и жевал большой палец.

Мой дядя был единственным человеком, которого я знал. Он был эгоистичным и бессердечным. Ни один человек из плоти и крови не стал бы заниматься транспортировкой того, кто едва может двигаться, не говоря уже о сознании.

...Так он сбежал? От чего?

Из-за долга? Очевидно, это был долг моего отца.

Если бы он хотел вымогать у меня еще денег, чтобы расплатиться, он бы так и сделал. Он бы не сбежал.

- ....…

Тогда какого черта.

Сердце, размером с кулак, ходило взад-вперед под моими ребрами. Оно давило на каждый орган, напрягало каждый нерв. Мысли разбегались, как будто я не мог сосредоточиться на чем-то одном.

Я все время видел бледное лицо мамы, которая продолжала вдыхать жизнь в свое тело.

Я гадал, куда мой дядя отправился с мамой, которая была такой слабой, не оставил ли он ее дома, сказав, что перевезет ее в более крупную больницу, потому что не может потрудиться позаботиться о ней..... Мама, я надеюсь, с тобой все в порядке...? Тревожные мысли в моей голове продолжали множиться, как плесень.

Теперь, когда телефон, мой единственный источник связи, отключен, есть только один способ узнать, где находится моя мама. Вернуться домой самому.

Вернуться туда. Это означало бы шагнуть в прошлое, которое я оставил позади, но другого выхода не было. Я закрыл глаза и сжал кулаки.

Ладно, пойдем. Только ненадолго, и так, чтобы никто меня не увидел, а послезавтра я вернусь на работу. Я чувствовал тепло маминой руки, тонкой и бледной, как фарфор, в своем сжатом кулаке.

***

Света не было, но даже с закрытыми глазами я понял, что уже раннее утро. Я посмотрел на настенные часы сухими и застывшими глазами. Большая стрелка была очень близка к цифре "5".

Сегодня я тоже не сомкнул глаз.

- ...Уф.

Я приподнял верхнюю часть тела и уткнулся лицом в ладони. Примерно через две минуты зазвенел будильник. Пять часов. Я потянулся, нажал на кнопку сверху и встал с матраса.

Я направился к шкафу. Открыв замки один за другим, я достал сверток из шкафа и положил в сумку.

Я надвинул кепку до самого носа и поспешно натянул перчатки, чтобы скрыть шрамы на руках. Посмотрев на себя в зеркало на стене, я понял, что выгляжу как... нечто грязное.

Земля была еще жесткой от холода, когда я вышел из дома. Пройдя через ворота, я ощутил резкий утренний ветер, такой яростный, что грозил отрезать мне уши.

- ....…

Мои шаги вперед были тяжелыми. Ветер дул мне в спину и толкал вперед, но я шел медленно, как человек, терпящий встречный ветер.

Спустя почти год я возвращаюсь домой. Лачуга, построенная на склоне и разваливающаяся на части. У меня болело сердце, когда я только представлял ее перед глазами. Было такое ощущение, что кто-то стучит в мою грудь, как в большой барабан, и я не понимал, откуда это беспокойство.

Я втянул шею и сжал кулаки. Я старался не оглядываться на деревню, которую покидал. Она никогда не была мои домом, да и не было для меня места, но это было то место, где я смог спрятаться.

Я бормотал про себя, как заклинание. Я просто должен вернуться. Я просто узнаю, где моя мама, и вернусь. Не тревожься. Ничто так не портит жизнь, как излишнее беспокойство.

Я шел по дороге, ведущей к набережной. Вдалеке виднелся горизонт, а небо было еще темным. До восхода солнца оставалось еще некоторое время. Я решительно направился к морю.

Шаг за шагом, ломая землю под ногами, я двигался вперёд.

Глава 47

Купив билет в кассе, я вошел в арочный вход терминала. Когда я прошел по длинному коридору, меня встретило раннее утреннее море.

На причале не было суеты. На воде плавали айсберги и несколько старых кораблей. Несколько человек бродили вокруг, на лицах которых была написана усталость. Ничего, кроме тишины.

Я поплелся вперед. Я шел, ища лодку, на которую можно было бы сесть. Долго искать не пришлось - вокруг плавало меньше дюжины лодок, но я не мог легко забраться на борт, поэтому стоял перед ней и наблюдал. Мужчина, свободно покачивающийся на подпрыгивающем судне, спросил.

- Вы заходите?

Я поднял голову и узнал этого человека. Капитан, который привез меня на этот остров. Я протянул ему билет, который крепко сжимал в руке.

- ...Да.

Он взял билет и быстро просканировал информацию на нем. Затем он вернул его мне.

- Садитесь, мы скоро отплываем.

Я взял билет и поднялся на борт, пригнувшись, чтобы войти в салон и занять свое место. Пассажиров было очень мало. Только я и один пассажир, который выглядел так, будто отправлялся на поиски работы.

Лодка издала свистящий звук и начала отходить от причала. Чтобы добраться до суши, потребуется не менее пяти-шести часов. Хотелось бы хоть на мгновение закрыть глаза, но я этого не сделал.

Только когда мы удалились от острова на значительное расстояние, я снова взглянул на него через окно. Он уже начинал казаться размером с мой кулак. С такого расстояния месяцы, проведенные там, казались сном.

Глядя на остров, ставший точкой, я снова задал себе вопрос.

Вернусь ли я когда-нибудь?

Внутри меня что-то всколыхнулось. Уголки моих глаз нагрелись, кончик носа подергивался.

Я вернусь,- сказал я себе с холодной головой.

- ....…

Я оторвал тоскливый взгляд от острова и посмотрел на далекий горизонт. Солнце вот-вот должно было взойти, и красноватый оттенок медленно окрашивал небо.

...Прошло, около, шести часов.

Когда солнце было в самой высокой точке дня. Когда желудок сводит так сильно, что кажется, будто ты сейчас умрешь. Лодка достигла суши.

Перед тем как выйти из каюты, я плотнее натянул кепку на глаза, чтобы ни с кем не встречаться взглядом.

Я купил пару коричневых хлопчатобумажных перчаток в ближайшем ветхом магазине одежды и пошел к автобусному терминалу. До дома оставался еще несколько часов пути на автобусе. Мне нужно было вернуться не позднее завтрашнего вечера, чтобы на следующий день в целости и сохранности отправиться на работу. Я должен был торопиться.

Перед тем как сесть в автобус. Я увидел название родного города, написанное на лобовом стекле как пункт назначения, и это поразило меня как удар кирпичом. Место, где я родился и вырос. И теперь мне предстоит туда вернуться. Тяжелыми шагами, словно под тяжестью гирь, я вошел в автобус.

Я сел в кресло и задернул шторы на окне, чтобы заслонить солнце. Когда я выходил из дома, был рассвет, но сейчас уже был полдень.

Водитель автобуса быстро пересчитал пассажиров, а затем вернулся на место водителя.

- ...Итак, мы отправляемся, пожалуйста, пристегните ремни.

Автобус вздрогнул и начал отъезжать. Я испустил огромный вздох, который копился в моей груди с прошлой ночи. Мое зрение затуманилось, и уткнувшись затылком в подголовник кресла, я закрыл глаза.

- ....…

Я так нервничал, что дремал в автобусе, то и дело проваливаясь в сон. Думаю, мое напряженное тело запустило собственные защитные механизмы, но проблема заключалась в том, что я не мог спокойно заснуть и продолжал дремать.

Женский голос прервал мою дремоту.

- Леди и джентльмены, мы скоро остановимся в пункте назначения, пожалуйста, проверьте, не забыли ли вы что-нибудь…

Сон пропал в мгновение ока. Открыв глаза, я откинул шторы и выглянул в окно. Старый мрачный терминал с маленькими магазинчиками, сгрудившимися вокруг него.

- ...Ах.

Это был дом. Я вышел из автобуса и некоторое время стоял, оглядываясь по сторонам.

Вместо соленого запаха ветра в мои ноздри ворвался аромат фитонцидов и заполнил легкие.

Я стоял, завороженный, пока не заметил проезжающее мимо такси и не помахал рукой, чтобы вызвать его.

Такси проехало немного мимо меня и остановилось. Я забрался на заднее сиденье, а водитель посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Я засунул руки поглубже в карманы. Затем, притворившись, что смотрю в окно, я отвернулся, подальше от его взгляда. Это была слепая зона в зеркале.

- Первая больница.

Таксист тронулся.

Медсестра сказала, что маму уже перевели, но я подумал, не произошло ли ошибки, и решил проверить все своими глазами.

За окном мелькали пейзажи. Они накладывались на образы прошлого, которые уже были выгравированы на внутренней стороне моей сетчатки.

Такси за тридцать минут довезло меня до городской больницы. Расплатившись, я вышел из машины и посмотрела на больницу перед собой.

Она была выкрашена в белый цвет с серыми пятнами. Это самая большая больница в городе, и ее возраст был заметен по многочисленным трещинам. Я еще раз поправил кепку и вошел.

- ....…

Белые стены, пол пепельного цвета. В воздухе витал слабый запах дезинфицирующего средства. Все было таким, как раньше.

Было бы неприятно, если бы меня увидел тот, кто меня знает. Я быстро прошел через стойку регистрации, не отрывая взгляда от земли, и направился к своей палате. Я входил и выходил из нее каждый день в течение примерно двух месяцев, поэтому знал нахождение палаты без лишних вопросов.

Мама пробыла в реанимации около месяца, прежде чем ее перевели в обычную палату. Я думал, что ее перевели, потому что у нее была ремиссия, но оказалось, что у всех так. Мама продолжала лежать с респиратором размером с кулак, закрывающим половину ее лица.

- ....…

Не отрывая глаз от пола, я быстро шел по длинному коридору, который казался жутко пустым. Дверь в палату, где лежала мама, становилась все ближе и ближе.

Наконец я оказался перед палатой. Я стоял перед знакомой дверью и просматривал имена, написанные на табличке.

Ничего. Маминого имени нет. Там, где было написано мамино имя, стояли три имени других людей. И тут дверь в палату открылась. Я испуганно отпрыгнул назад. Пока я стоял на месте, вышедший человек подозрительно посмотрел на меня и ушел.

Я замешкался, затем быстро заглянул внутрь через открытый дверной проем. На ее месте лежал незнакомый мне мужчина.

Теперь, когда я подумал об этом, мне показалось, что моя память ошибается.

Я проверил таблички с именами напротив всех палат в коридоре. Затем спустился вниз, по лестнице, еще ниже и наконец остановился, когда проверил все палаты в больнице.

Ничего. Медсестра была права. Мамы здесь нет.

Оставалось проверить только одно место.

...Лачуга.

Перед больницей я поймал такси.

Я сказал водителю, куда ехать, и выглянул в окно. Мое головокружительное сердцебиение медленно приходило в норму. Решение противостоять, а не избегать успокоило меня. Со спокойным взглядом я любовался видом за окном.

Примерно через час я увидел вдалеке знакомую серую лестницу.

- Остановитесь перед ней.

Я заплатил и выбрался с заднего сиденья. Такси поехало дальше. Когда оно скрылось из виду, я лучше разглядел серую лестницу, ведущую в микрорайон.

Под почерневшим небом, лестница была такой высокой, что конца не было видно, словно это был отвесный обрыв.

Я начал подниматься по лестнице, которая была уже и круче размера моей обуви. Тело постепенно плыло вверх.

На полпути показались знакомые дома. Потрескавшиеся крыши. Грязные стены. Бельевая веревка, сделанная путем соединения электрических проводов. Каждая ветхая деталь была так знакома, как будто я видел их вчера.

Квартал полуразрушенных домов теснился вдоль склона холма. Его называли "Лунным городом", потому что из него была видна луна. Я долгое время жил в этом заброшенном месте. Темные краски моего прошлого проступали в каждом уголке.

Я часто думал об этом, поднимаясь по этой лестнице. Кажется, что эта лестница падает вниз, даже когда я поднимаюсь по ней.

Теперь осталась только последняя ступенька.

- ...Ха, ха, ха.

Затаив дыхание, я уставился на последний дом в ряду домов. Лачуга все еще выглядела так, словно могла развалиться от удара молотком.

Ветхие стены были испещрены дырами и имели белоснежный цвет плесени. Коричневую крышу давно не ремонтировали, и казалось, что она слетит при малейшем дуновении ветра.

Медленными шагами я приблизился к дому. Я взглянул на почтовый ящик рядом с дверью. Его давно не трогали, и он был забит письмами.

- ....…

Дрожащей рукой я надавил на железную дверь, краска на которой облупилась, обнажив коричневую сердцевину. Скрип. Железная дверь со скрипом открылась. Я перешагнул через слегка приподнятый порог и вошел внутрь.

Дом давно пустовал, и воздух был прохладным. Все было холодным, без малейшего намека на тепло.

Я обвел глазами дом.

Посреди маленького двора стоял полуразрушенный стол, а сушилка, на которой когда-то сушили белье, завалилась. Тесный двор выглядел так, словно его снесло ураганом.

А у подножия лестницы на второй этаж, который использовался под склад, еще оставались следы событий того дня. Там было черное пятно, похожее на обожженное.

- ....…

...Именно на это место упал мой отец, истекая кровью. Красная жидкость, похоже, со временем приобрела такой цвет. Застывшая кровь каким-то образом приняла форму тела моего отца.

Я больше не мог смотреть на эти следы. Точнее, на то, что произошло в тот день. Я опустил глаза, пытаясь отвести взгляд.

Но это не помогло. Ужасные сцены стали еще более яркими в темноте.

Я пытался похоронить их, но они всплывали и кололи меня, как шило. Они вспыхивали сквозь закрытые веки, как фонари.

- ....…

Я снова медленно открыл глаза. Короткие воспоминания оставили долгое впечатление. Уголки глаз были горячими, по щекам текли слезы. Я грубо потер лицо тыльной стороной ладони и с трудом сделал шаг.

Я поднялся на крыльцо в обуви.

Пол был испещрен бесчисленными отпечатками старых следов. Все ящики комода в гостиной, в котором стоял телевизор, были открыты. Их содержимое было разбросано по комнате.

Я заглянул в спальню и заметил, что мамин туалетный столик тоже опрокинут. Я подошел посмотреть, что пропало. Мамины немногочисленные ценности исчезли.

Это выглядело, как будто в дом проник вор. Но было что-то неестественное в этой обычной краже.

В этом жалком районе дом был настолько ветхим, чтобы бросаться в глаза. Единственное, что было целым в этом доме, был воздух, слегка разбавленный ложью. Грабитель мог зайти и обчистить карманы, но зачем ему жить в таком доме?

Пока я искал в своем прошлом местонахождение маминой банковской книжки, в голове промелькнуло лицо.

- ...дядя.

Его голос эхом отдавался в моих ушах.

«Никогда не возвращайся.»

Я бегал как сумасшедший по всему дому. Я думал, что смогу найти где-нибудь зацепку, чтобы проследить местонахождение моего дяди.

Но в доме я ничего не нашел. Я выбежал из дома как одержимый.

Тени удлинились, и взошла луна, круглая, как человеческое лицо. В этом месте, где небо встречается с крышей, ночь наступает быстрее, чем в любом другом месте на земле.

Пока я смотрел на необычно большую луну, мой взгляд привлек почтовый ящик. Как это часто бывает в домах, где долгое время никого не было, почта была свалена в кучу. Я вынул все письма и отнес их во двор. Я разложил их на земле и просмотрел одно за другим.

- ....…

Но все они были бесполезны. Такие как счета и уведомления об отключении электричества..... Я порылся в почте, потом бросил ее и решил вернуться в дом.

Я замер на месте, мое сердце заколотилось. Я медленно обернулся, как будто увидел привидение. Словно одержимый, я вернулся назад.

Я посмотрел вниз на почту, и мой взгляд привлекло что-то, лежащее между ними. Ранее, в своем безумном стремлении что-то найти, я это не заметил.

Я определенно видел это раньше. Если только у меня не было проблем с головой и я не перепутал. ...Это определенно был остров.

Конверты выглядели одинаково, но было одно отличие. В отличие от того конверта, на котором не было ни отправителя, ни получателя, на этом было мое имя.

Со Ё Вон.

Я постарался избавиться от беспокойства, хоть в этом и было что-то подозрительное. Такой конверт можно было найти практически везде, и я потянулся к нему холодными пальцами, отмахнувшись от случайностей. Вздох. При виде этого конверта я тяжело сглотнул.

- ....…

Я поднял конверт. Он оказался тяжелее, чем мне хотелось бы признать. Тыльная сторона ладони покрылась мурашками. Я пытался отрицать это, но это был тот же самый вес, который я чувствовал раньше.

Я потянулся к верхней части конверта. Конверт был разорван один раз и склеен обратно, и его можно было открыть без особых усилий. Я закрыл глаза и перевернул конверт вверх дном.

Что-то тяжелое с грохотом упало мне на ногу, а затем еще что-то с шелестом рассыпалось по земле.

Сжавшись, я медленно открыл глаза. Первым, что попало в поле зрения, была фотография, лежащая под моей ладонью. Она была перевернута, поэтому я не мог понять, что на ней изображено. Я медленно перевернул ее.

- ...Это.

Недостроенное здание было заключено в тонкий прямоугольный лист бумаги. Я протянул руку и взял еще одну фотографию, на этот раз чуть подальше.

На этот раз она была сделана с небольшого расстояния. На вершине арматурной конструкции был снят человек, несущий арматуру. Он был очень маленьким, но я узнал человека, как только увидел его.

Это был я.

После минутной паники, слегка приоткрыв рот, я собрал все разбросанные фотографии и просмотрел их.

Я заходил в магазин, стоял в телефонной будке, разговаривал по телефону, стоял перед ней, курил сигарету. Там были десятки фотографий, на всех я.

И на одном из фото на моих руках были перчатки. Это значит, что фото сделано вчера.

- ...Какого черта…

Что за черт? Мои дрожащие руки отпустили фотографии. Я медленно передвинулся и уставился на тяжелый предмет, который ударил меня по ноге.

В конце моего неустойчивого, дрожащего взгляда лежала серебристая штуковина с одним витком посередине.

Я был полностью парализован. Все мое тело дрожало, и я слышал, как стучат мои зубы. На самом деле я мог бы догадаться, что это такое, ведь я уже прикасался к ним. Просто я игнорировал это.

В моей голове прозвенел тревожный звонок. Мне нужно бежать. Я должен бежать прямо сейчас. Я поднялся с земли, придав силы своим ногам, в которых совсем не было сил.

Скрип. Железная дверь позади меня издала резкий стон.

Глава 48

Внезапно я ощутил на себе взгляд. Почувствовав это, волосы на голове встали дыбом.

Неужели...?

Я не мог даже повернуть голову. Только краем глаза я видел, что происходит позади меня.

Кепка закрывала мне обзор, и я смог разглядеть только пару туфель. У человека, стоявшего позади меня, были очень большие ступни. Они были по крайней мере на 20 мм больше, чем ступни человека среднего роста. Его ноги, похожие на каменные монолиты, были обуты в пару туфель ручной работы без всякого украшения и стояли на земле, как будто захватывая ее.

Мой взгляд привлекла длинная тень на конце туфель.

Мужчина был непомерно велик, причем не только ногами, но и всем телом. Его грудь и плечи были громадными и поистине угрожающими.

...Я знаю человека с таким силуэтом. Насколько я знаю, есть только один человек с таким уникальным типом тела.

Адреналин хлынул из моего нутра, как фонтан. Рука, которая держалась за землю, подогнулась. Вена в запястье пульсировала, подобно сердцу, вызывая мягкие волны. Тук-тук. Этот пульс прошел по кровеносным сосудам, поднимаясь все выше и выше, и вскоре охватил всё тело.

Я не осмеливался поднять глаза, мой взгляд по-прежнему был прикован к тени мужчины.

Мне казалось, что если я моргну, то это будет спусковым крючком, который приведет мужчину в действие. Мы с ним стояли так, словно могли накрыть своими огромными тенями весь маленький двор.

- ....…

- ....…

Странное, леденящее душу молчание между нами продолжалось еще некоторое время. Тяжелое чувство пустоты и угнетения охватило меня.

Лишь ветер наполнял звуковую пустоту. Шшш! Конверты рассыпались по земле, а фотографии разлетелись в стороны, как опавшие листья.

Моя плотно прижатая кепка несколько раз дернулась, прежде чем окончательно перевернуться и упасть на землю. Мои слишком длинные волосы, закрывавшие обзор, были взъерошены. Теперь я мог отчетливо разглядеть в темноте лицо, которое раньше видел лишь мельком сквозь волосы.

Генеральный директор Чан поджал губы.

- Давно не виделись.

- ....…

Кажется, никогда в жизни я не испытывал такого ужаса.

Мой мозг понимает, что я должен бежать, но ноги слабы, и я застыл на месте.

Генеральный директор Чан сделал первый шаг. Затем он сделал большой шаг и в мгновение ока сократил расстояние. Я вскочил с места, как пружина. Я выпятил грудь вперед, словно натянутый лук, и бросился бежать.

Грубый голос раздался сзади.

- Поймайте его!

Я перепрыгнул через порог и оглянулся. В дверной проем входили двое мужчин в черных костюмах.

Я вбежал в спальню и открыл окно — это единственный выход. Когда я перелезал через подоконник, меня догнали. Они схватили меня за шею и повалили на пол.

Мужчины схватили меня за руки, по одной с каждой стороны, и потащили по полу. Затем они схватили меня за затылок, как ловят птицу, сильно придавили и уложили на пол. Я лежал на животе на полу и боролся изо всех сил. А-а-а-а! - закричал я, размахивая руками и ногами. Я был похож на добычу, попавшую в паутину.

Слюна вытекала из раскрытого рта и стекала вниз по подбородку.

- Не сопротивляйся!

Я боролся изо всех сил. Я ударил локтем в лицо того, кто был слева от меня, широко раскрыл рот и укусил его за запястье. Он застонал, отдернул руку, отпустив меня.

Выругавшись, он подошел и наступил ногой на мое лицо.

- Уф...!

Я зажмурился, когда моя щека ударилась о холодный пол, а мое лицо было придавлено. Я видел, как исказилось лицо господина Чана, который стоял в нескольких метрах от меня и протягивал руку к подчиненному. Суха быстро протянул ему что-то обеими руками. Когда генеральный директор Чан взмахнул им в воздухе, послышался звук и появилось острое как бритва лезвие.

Его туфли скрипели, когда он приближался.

Он поднял нож и слегка взмахнул им. Раздался свистящий звук, и я плотно закрыл глаза. Когда я приготовился к предстоящей боли, нога, которая стояла на моем лице, оторвалась.

Человек, который придавил меня ногой, схватил себя за икру и отступил в сторону. Из щелей его пальцев полилась струйка густой жидкости.

- ...Не переступай черту.

Мужчина отступил на шаг после слов генерального директора Чана. Господин Чан, который ножом разрезал своему подчиненному икру, даже не изменив выражение лица, наклонился и поднял что-то с земли. Затем он бросил это передо мной. Прямо возле моего лица послышался лязг. Даже не глядя, по тяжелому звуку я понял, что это часы. Те же часы, которые он надел мне на запястье.

- Не могу поверить, что ты развязал поводок и сбежал.

Господин Чан подошел и сел рядом со мной, скрестив ноги.

- Конечно, я ожидал, что это случится рано или поздно. Я уже был подготовлен. Хоть и получил удар в спину, но это было красиво.

Он слегка расстегнул рубашку.

- Должно быть, у тебя болела голова, когда ты пытался использовать свой маленький мозг.

Он достал портсигар из пиджака и сунул сигарету между губами, от которой поднялось облачко дыма.

- Благодаря тебе, мои невинные сотрудники получили по ебалу.

Он выдохнул дым мне в лицо. Глаза заслезились, в нос ударил едкий дым.

- Ты когда-нибудь думал, что тебе переплачивают за твои услуги?

Он взмахнул рукой, и человек, державший меня, отступил назад. Господин Чан схватил меня за спину, как крышку от кастрюли. Это невероятная сила. В другой руке нож. Желание бежать усилилось.

- У каждого бизнеса есть инвестиционные затраты. Даже если сейчас это не имеет смысла, нужно вкладывать капитал в будущее.

- ....…

- Однако, прежде чем вернуть первоначальный капитал, контрагент, или даже бизнес, буквально взял и ушел.

Он выплюнул это сквозь искривленные губы. Его тон был спокойным, но мне не нужно было приглядываться, чтобы распознать сильный гнев, который скрывался за каждой фразой.

- Как ты посмел?

Раздался скрежещущий звук зубов, и кончик его темной левой брови дернулся вверх. Он медленно завис на одном и том же месте, щелкая кончиками пальцев. Казалось, он пытается подавить вспыхнувший гнев.

Он провел тыльной стороной ладони по моему подбородку. На мгновение мне показалось, что я прикусил нижнюю губу.

- У тебя закончились деньги? Если твоей целью не было вывести меня из себя, ты мог бы попросить меня поднять ставки.

- ....…

- Я приручал тебя с величайшей осторожностью. Но ты сбежал, и мои потери были немалыми.

Он наклонил голову в мою сторону. Выговаривая каждый слог по отдельности, он произнёс мрачным голосом.

- Ты знаешь, сколько дней я страдал из-за тебя?

Рука, державшая мой подбородок, как хорошо созревшее яблоко, напряглась. Линии верхней и нижней челюсти искривились, и я издал скрежещущий звук. Еще немного силы, и я был бы раздавлен. К счастью, мужчина контролировал силу и все еще пытался понять, что со мной делать.

- Всю дорогу сюда, господин Со Су Вон, я постоянно задавался вопросом. Как я могу разорвать тебя на части в соответствии со своими интересами?

Он сделал паузу и сказал.

- Нет. Должен ли я теперь называть тебя Со Ё Вон?

От трех слогов моего настоящего имени, сорвавшихся с его губ, у меня по телу побежали мурашки.

- Все это время я думал только о тебе.

Если смотреть только на содержание, это казалось сладким признанием, которое можно было сделать только возлюбленному. Однако последующие предложения были настолько жестокими, что у меня возникло ощущение, что от них становилось горячо в штанах.

- Из всех возможных вариантов.

- ....…

- Разрезать эту щеку и положить ее на тарелку для сашими показалось лучшим вариантом. Она такая мягкая и сочная и будет вкуснее, чем сашими самого высшего качества. Но это испортило бы твое милое личико. Так что я пока отложу это дело. Я же вложил в это деньги и должен получить их обратно, верно?

Медленно, но верно он собирался наказать меня. Я не мог понять, серьезно ли он это говорит или просто пытается запугать меня. Бледный лунный свет лился сзади, отбрасывая тени на лицо господина Чана, поэтому я не мог разглядеть его выражения. Я решил, что это хорошо.

Докурив сигарету, он бросил окурок на пол и раздавил его ногой. Держа нож между указательным и средним пальцами, он произнес.

- Сначала я отрежу тебе палец в качестве предупреждения.

Сцена из моего сна разыгралась перед глазами. Мужчина на мне, заносящий пилу вверх. Я был зажат под ним, боролся и в конце концов лишился пальца.

- ...Извините, я ошибся.

- Да ладно, это довольно острый нож. Это не займет много времени.

Я быстро схватил его за запястье, которое было прижато к моей спине. Я неистово тряс его. Вместо того чтобы кричать о помощи, как во сне, я молил его о прощении.

- Генеральный директор, я был неправ.

Да, я был неправ. Я умолял его о прощении, дрожа от страха. Мой пах продолжал сжиматься. Такими темпами я намочу штаны. Реальность была хуже, чем сон. Даже отпечатки пальцев сейчас выглядели искаженно. Если мужчина увидит это.…

- Ты всегда был такой Со Ё Вон.

- ....…

- Ты собираешься притвориться послушным и сделать немного хороших вещей, но потом снова сбежишь, когда увидишь возможность?

Тц, мужчина цокнул языком. Он обхватил мой кулак своей большой ладонью и сжал его изо всей силы, а затем снова отпустил. Ух. Я застонал от боли, но отчаянно держался.

- Ты пришел ко мне, смотрел мне в глаза, просил меня принять наркотик. Единственная причина, по которой ты был таким — это желание выиграть время для побега.

Ха, вздох, вырвавшийся из его рта, смешался с прохладным воздухом и образовал облако белого пара. Он еще раз крепко сжал мою руку в кулак и отпустил ее. Это была сила, которая не шла ни в какое сравнение с той, когда он схватил меня за подбородок.

- ...Ох!

- Я всегда считал, что если видишь проблему в зародыше, то нужно пресекать ее сразу, а в случае с Со Ё Воном я был склонен подождать и посмотреть. Но потом я получил по затылку, и теперь я очень зол.

- ....…

- Я очень, очень зол.

Он скривил уголки рта. При этом его глаза оставались безучастными, и именно эта разница между ними вызывала у меня мурашки.

- Не раздражай меня. Я сдержал порыв убить тебя сразу, как только увидел твой затылок, и тебе повезло, что я не дал волю этому импульсу, вместо этого терплю тебя Со Ё Вон.

Уф, ...уф. Я разжал пальцы, сжатые в кулак, до такой степени, что рука дрожала от напряжения. Я еще пару раз пытался сопротивляться, но, увидев, как блеснуло острие ножа в руке мужчины, я мгновенно ослаб.

Кулаки, сжатые так сильно, что на них выступили ярко-синие вены, медленно разжались. Я плотно закрыл глаза, и слезы начали капать с моих ресниц.

- ...Ммф, хмф.

Корки крови, покрывавшие отпечатки, лежали неподвижно перед его взглядом. Некоторое время стояла тишина. Только всхлипы, которые бурлили внутри меня, а затем вырвались из моих губ, заполняя пустоту тишины.

На меня обрушился холодный вопрос.

- Кто это сделал?

Я был в состоянии полной паники, не слыша, что он говорит. Я напряг руку, чтобы снова сжать кулак, но, поскольку его рука держала мои пальцы, я едва мог пошевелить кончиками.

- Я спрашиваю.

- ....…

- Какой урод прикоснулся к твоему телу?

Он сжал мое лицо, требуя ответа. Сила его хватки не шла ни в какое сравнение с той, что была на моей челюсти ранее. Казалось, он собирался смять мое лицо.

Затем он издал небольшой вздох, как будто что-то понял.

- ...Ах.

- ....…

- Неужели сам?

Ах, ах. Из-за того, что он держал моё лицо, слова не могли сформироваться и выходили скомканными.

Мужчина отпустил руку, которой держал моё лицо, и спросил.

- Почему?

- Хмф..., уф.

- Зачем ты снова пытал свои отпечатки пальцев?

Я всхлипнул сквозь стиснутые зубы. Сначала это был физиологический всплеск от невозможности нормально дышать, но потом что-то, что сжалось в моем животе, взорвалось, и слезы хлынули наружу, как прорвавшаяся плотина.

Сквозь зрение я видела лицо Чана. Он смотрел на меня, пока я всхлипывал, задыхаясь. Его глаза были прищурены, и он немигающим взглядом смотрел на меня. На его лице застыло нечитаемое выражение. Его хватка на ноже потеряла свою силу.

...Он выглядел запаниковавшим, хотя это было маловероятно. Я притянул эту мысль к себе и стер ее. Это человек, который пытался сломать меня. Это не тот человек, которого можно растрогать слезами.

Воспользовавшись уязвимостью Чана, я потянулся к поясу его брюк. Он нахмурился, повернулся и схватил меня за запястья. Оба моих запястья оказались в его руках. Мне ничего не оставалось, как потереть свою мокрую щеку о его пах.

Центр его черных брюк потемнел и стремительно набирал объем. Похоже, это была правда, что у него давно не было секса.

- Ну вот, опять.

- ....…

- На этот раз я не позволю тебе уйти, и я получу ответ, чего бы мне это ни стоило.

Он встал, бросил нож на пол и грубым движением расстегнул ремень. Железный лязг, холодный металлический звук эхом разнесся по дому. Его подчиненные отвернулись.

Мужчина расстегнул молнию, и его эрегированный член выскочил наружу. Он засунул его мне в рот, затем задвигал бедрами.

- ...Аааа, ...ххх.

- ...Хуу.

Господин Чан закрыл глаза и застонал, почувствовав, как сжалось мое горло. Не в силах проглотить всю плоть, он плотно прижал большие пальцы к моим выпуклым щекам, и с быстрым толчком его член выскочил у меня изо рта.

Его широкая рука схватила член, как биту, и с силой ударил по моей щеке. Мое зрение потемнело, а сознание помутилось. Когда я пришел в себя, то почувствовал боль, похожую на удар тяжелой железной трубой по щеке.

- ...Уф!

- ...Ха, ха, ха…

Затем он вставил свой эрегированный член между моей шеей и ключицей и начал тереться о них. Поверхность была гладкой, но его член, жестко двигаясь, безжалостно терзал тонкую кожу.

Волосы на его лобке грубо терлись о мои щеки. Это было похоже на звук наждачной бумаги, трущейся о гладкий мраморный пол.

Мой взгляд привлекло что-то серебристое, лежащее у ног мужчины. Я вгляделся в него сквозь мокрые ресницы. Это были часы. Когда они были застегнуты, невозможно было определить, где они начинаются и заканчиваются. В середине они случайно перекрутились, и я вдруг понял, что они похожи на ленту Мёбиуса.

Я подумал, что все связи были разорваны в тот момент, когда я сбежал, но понял, что это всего лишь иллюзия.

Генеральный директор Чан ткнул меня в губы своим членом, как будто стучал в дверь. Я слегка приоткрыл рот и высунул язык, а он, словно ожидая этого, стал тереться темно-красной головкой о мой язык. Член был весь мокрый, возможно, потому, что он потер им мое заплаканное лицо. Я нахмурился, осознав, как странно, что слезы из моих глаз впитываются обратно в тело через язык.

Мужчина зажал мою голову между своих ног. Его член с яростной силой ворвался в мое горло. Низкий голос над моей головой прохрипел.

- ...Ааа.

Мужчина был доволен, хотя у меня не было никакой техники, я просто использовал язык.

Я открыл глаза и посмотрел вверх на мужчину, наслаждающегося моим ртом. В момент, когда я увидел на его мрачном лице чувственный взрыв, мне захотелось откусить этот жирный кусок плоти своими зубами.

В это время мужчина широко открыл глаза. Уголок его рта провел длинную линию по тонким щекам. Ядовитый блеск появился на его холодном лице. Это было своего рода предупреждение не заниматься ерундой.

Я повернул лицо под углом в знак неповиновения и лизнул место чуть ниже головки. Ствол дернулся и мой рот наполнился преякулятом.

- Уф…

Липкая жидкость плескалась во рту, не смешиваясь со слюной. Мой нос уловил неприятный запах. Я упал на колени, опираясь на пол. Пытаясь удержать рвотный позыв, я выплюнул содержимое.

- ...Уф.

Слюна капала из моего открытого рта. Я поднял голову и уставился прямо перед собой.

Между ног мужчины были видны спины сотрудников. Всего было три человека, они были одеты в одинаковую черную одежду и имели схожую атмосферу, поэтому было трудно сказать, кто есть кто. Хотя этот хлюпающий звук был отчетливо слышен, все находились в неподвижном состоянии. Место охранялось, как баррикада, возведенная на месте происшествия.

Когда Чан согнул колени, мой взгляд оказался заблокирован. Его мрачное лицо заняло всю область перед моими глазами.

- На что ты смотришь между ног, пока сосешь мой член? - спросил он.

Его тон был таким, что можно было сказать: "Как ты смеешь?"

- Да ты с ума сошел, парень.

Мужчина внезапно схватил меня за заднюю часть моей рубашки и с силой потянул внутрь дома. Я сопротивлялся, пытаясь уцепиться за дверной косяк, но это было бесполезно. В конце концов, у меня не было достаточной силы, чтобы сопротивляться.

Повернувшись спиной, служащие один за другим переступили порог и вышли из дома. Железная дверь захлопнулась с лязгом, когда последний из них, хромая от ножевой раны на икре, исчез из виду.

Его рука бросила меня, как мешок с мусором в угол гостиной. Похоже, я упал на одеяло, которое лежало на полу вместо ковра, поскольку я почувствовал мягкую ткань под ладонью.

Шаг за шагом. Мужчина подошел со звуком каблуков его туфель. Он снял пиджак, освободив плечи, которые были более широкими, чем у обычных людей.

- Снимай.

- ....…

Я расстегнул ремень, стягивающий талию, и сразу же спустил нижнюю одежду. Брюки и нижнее белье свисали с моих лодыжек. Когда я наклонился, чтобы снять их, джемпер, который был на мне, немного прикрыл нижнюю часть тела.

Мужчина навалился сверху, и я почувствовал сильный запах сигарет в его дыхании. Он только что покурил, и запах был достаточно сильным, чтобы перебить парфюм, которым он всегда пользовался, принимая гостей. Неприятно признавать, но этот запах засел у меня в голове и легких.

Мужчина схватил меня за шею. Он открыл рот, чтобы укусить меня, как он делал это раньше, но остановился совсем рядом, посмотрел мне в глаза и ухмыльнулся.

- ...Приятный запах.

В его глазах была холодная насмешка, когда он прижал свое лицо к моему, кончик его носа почти касался моего, что свидетельствовало о его резком нраве.

- Дело не только в этом, я чувствую твой запах по всему дому.

Я молча встретил его взгляд.

- Я едва сдержался, чтобы не сжечь весь дом дотла.

- ....…

- У Со Ё Вона должно было остаться место, куда он смог бы вернуться.

Чан напомнил мне змею, которая проглотила все яйца и ползает по гнезду в ожидании птицы.

- ...Почему?

Почему этот человек так со мной поступает? Он мог бы соблазнить девушку на одну ночь, не потратив ни цента. Но почему он так поступает со мной? Вопросы в моей голове были быстро заглушены болью, которая пришла без предупреждения.

- ...Ухххх! Ахххх!

Мужской член ворвался в мою плоть, складки, которые уже довольно давно выполнявшие свою первоначальную функцию растянулись, чтобы освободить место для вставшего члена. Внутренняя часть моей дырки раздулась, как воздушный шар.

Мужчина надавил на мои бедра.

- Расслабься.

Я упрямо сжал ягодицы. Он соединил средний и указательный пальцы и ввел их мне в рот. Его пальцы скользили туда-сюда, ему было все равно, заденут они мой язычок или нет.

Это выглядело так, как будто он давал мне в рот.

Мое горло забилось, и стало трудно дышать естественным образом. Я закашлялся, брызгая слюной, а мужчина настаивал.

- Если хочешь дышать, расслабься.

Мне ничего не оставалось, как подчиниться его настойчивому приказу. Голова начала болеть от нехватки дыхания, а конечности затекли. Мужчина воспользовался возможностью и надавил на мою талию. Но отверстие не позволило ему войти больше чем наполовину. Оно было безумно узким и тесным.

- ...Хмф, ух!

Из отверстия не вытекала смазка, так как оно не предназначалось для проникновения. Грубый директор Чан с раздражением снова задвигал бедрами.

- ...Хмф, хмф, ...ха!

Вместо этого мое тело сжалось, и отверстие сжалось еще больше. С маминого туалетного столика, о который я ударился спиной, что-то упало. По полу покатился флакон, задел мою руку, лежавшую на полу. Краем глаза я увидел, что это был флакон маминого лосьона.

Мужчина потянулся вниз, поднял его и открутил крышку.

- Это действительно непросто.

Он сильно надавил коленом на одно из моих бедер, другой рукой схватил меня за лодыжку и широко раздвинул мои ноги. Зияющая дыра стала еще шире, и меня охватило странное ощущение.

Чан отвинтил крышку и обильно вылил содержимое. Я вздрогнул, когда холодная жидкость попала на мое чувствительное место. Тут же послышался издевательский смех.

- ...Ха.

Набухший член, который выглядел так, будто вот-вот взорвется, прошел через лосьон и расположился внутри отверстия. Член мужчины заполнил все внутри. Внутри было тесно. Было такое ощущение, будто толстая змея забралась внутрь и устраивается там.

Мужчина, казалось, терпел долгое время, но как только он занял свое место, он тут же начал двигать своими бедрами.

- Ха, ха, ха.…

- Мммм, хммм, хммм, хммм, хммм.…

Отверстие, которое с трудом пыталось выплюнуть его член обратно, вскоре вернула себе прежние воспоминания.

- Мммм, хммм!

Не чувствуя стыда, я с радостью принял его в себя. Изнутри раздавались чавкающие, вязкие звуки.

- Нравится, блять?

- ...Мммм, ммммм, ммммм!

Мои пальцы на ногах подгибались с каждым толчком внутрь.

- Ты же умираешь от удовольствия, когда я трахаю тебя. Так почему ты так раздражающе себя ведешь?

Несмотря на постыдные слова, я застонал. Долгожданное пробуждение чувств сводило меня с ума.

- Как ты с этим справлялся?

- ...Хмф, хмф!

- Со Ё Вон, я спрашиваю тебя, ха, ха, как ты справлялся с этим?

Он прошептал мне на ухо.

- Ты предлагал строителям, постирать их одежду, если они тебя оттрахают?

Я крепко вцепился в его плечи и затрепетал. Я не мог понять, киваю ли я в ответ на покалывающее внутри меня удовольствие или отвечаю на его вопрос. Зрение кружилось. Нижняя часть моего тела плавилась, а взгляд стал размытым. Казалось, что глаза скоро вывернутся наизнанку.

- Или ты просил парня сверху, чтобы он почесал твою зудящую дырку?

Если он говорит о парне сверху..... Я имел в виду мужчину средних лет, которого я с удивлением увидел. Он был одет во все черное, что меня это шокировало..... Мне стало интересно, как много Чан знает?

- Или, может быть, ты положил пару газет под себя и затолкал их пальцами? Нет, это было бы слишком грубо. Со Ё Вону нужно немного воды.

Хлюпающие звуки продолжались. Его член пульсировал, а под пупком, казалось, пробегал электрический ток. У меня помутилось в голове. Такими темпами я умру.

- Глядя на то, как ты дрожишь, я думаю, что ты скоро кончишь.

Я изо всех сил пытался освободить свою лодыжку из его хватки. Он раздраженно нахмурил брови, а затем перекинул мою лодыжку через плечо. Моя нижняя часть тела естественным образом приподнялась, заставляя его член войти в меня еще глубже.

Его нападение продолжалось. Он глубоко и жёстко трахал меня. В суровой тишине распространялся стон двух объединённых голосов.

- ...Аххх, да!

В конце концов, я забился в конвульсиях и достиг оргазма под руководством генерального директора Чана. Мои глаза распахнулись, а тело на мгновение превратилось в камень.

Мне казалось, что я сейчас рассыплюсь от наслаждения. Цепляясь за его плечи изо всех сил, я обхватил его толстые бицепсы и задрожал.

- Ты закончил?

Он продолжал трахать мою быстро сжимающуюся и расслабляющуюся дырочку. Внутри все быстро и сильно пульсировало. Только что эякулировав, я все еще был очень чувствителен и опустился на пол.

- Ах, остановись... уф, остановись.

Конечно, господин Чан был не из тех, кто прислушается к такой просьбе. Он продолжал входить и выходить из меня, как хотел, но потом остановился. Мужчина застонал и в то же время я почувствовала жар внутри своей дырочки.

- Мммм, ...хммм!

Из уретры мужчины вырвалась струя спермы, пропитав отверстие. Чувствительная дырочка с удовольствием реагировала на стимуляцию, и, когда он раскачивал бедрами, чтобы выпустить все до последней капли спермы, через меня прорвался еще один оргазм.

- Ахххх... аххххх!

- Хаах, хххх…

Меня полностью поглотило пьянящее удовольствие. Мое тело дрожало, а кончики моих пальцев подрагивали от затянувшегося ощущения.

Когда я открыл глаза, то увидел лицо генерального директора Чана, его глаза тоже затуманились от удовольствия.

- ...Черт, это было быстро.

Чан пару раз выгнул спину, и эрекция мужчины, ослабленная эякуляцией, снова стала твердой.

- Я собираюсь отвезти тебя к себе домой.

- ...Хмф, хмф.

- Там ты будешь есть ту еду, которую я тебе дам, носить ту одежду, в которую я тебя одену, раздвигать свою дырку, чтобы я трахал тебя и получать за это деньги.

- Хмф, хмф!

В помещении раздавался звук, похожий на удар мокрой тряпки о пол. Было ощущение, будто я постоянно попеременно топчу ногами мокрую землю.

- Если у тебя есть какие-то другие мысли, то я позволю себе сделать тебе так, что ты будешь мочиться как собака и не сможешь выдержать ни минуты.

- Ах, хах, ...уууф!

Я ещё раз сошелся близко с директором Чаном. Задыхаясь, я прильнул к нему, как собака. Мужчина схватил меня руками за бедра.

- ...Хмф, хмф.

- ...Уф, ...ха.

На заднице чувствовалось неприятное трение от брюк. Тело человека изначально спланировано для того, чтобы испытывать лишь одну боль за раз, поэтому в данной ситуации, когда мужчина был внутри меня, все остальное казалось в порядке.

Уже дважды эякулировав, до третьего раза дойти было нелегко. С трудом выдохнув, я задвигал бедрами, чтобы быстрее кончить.

- Ахххх...!

- ...Хмпф, хах, ха…

Мои ягодицы, соприкасаясь с пахом мужчины, издавали глухой звук. Мое тело задрожало. Третий оргазм был мягким и долгим, в отличие от резких, мощных, которые были до этого.

Я рухнул на пол, мой член дергался в воздухе, выплескивая последние капли спермы на мужскую рубашку. Огромное тело Чана, тяжелое, как арматура, навалилось на меня сверху.

Через его плечо я разглядел что-то висящее на стене, чего не заметил в темноте. Это была фотография со свадьбы моих родителей, сделанная с тщательно подобранной композицией.

Я соединился с мужчиной под пристальным взглядом четырех глаз, которые создали мое тело. Воздух был странно горячим, а запах мужского достоинства, исходящий от него, был нервирующе унизительным.

Бесстыдник ухмыльнулся, а затем произнес чуть хрипловатым голосом.

- Твоя мать прекрасна.

...Сумасшедший ублюдок.

Генеральный директор Чан вытащил свой член, который все еще находился внутри меня, и встал. Он подошел к тумбочке и взял рулон туалетной бумаги.

Он грубо вытер мою сперму со своей одежды, а затем протянул руку между моих ног, которые я, естественно, попытался закрыть. Он сказал мне, чтобы я не выебывался, своим характерным возвышенным тоном. Он заставил меня раздвинуть ноги и вытер свою сперму на моих бедрах.

Рука, задержавшаяся на моем бедре, скользнула вниз по моим ягодицам и проникла в мою дырочку. От его беспечного прикосновения моя чувствительная дырочка неудержимо запульсировала. Из моего рта вырвался неконтролируемый стон.

- ...Ах.

Мужчина сжал челюсти и угрюмо произнес.

- Заткнись, если не хочешь, чтобы тебя снова трахнули.

Я сильно прикусил нижнюю губу и подавил стон. Мужчина стал очень чувствительным и промокнул салфеткой набухшее место, затем просунул внутрь свой палец и пощупал.

- ...Мммммм…

Глубоко возбужденное отверстие сжалось вокруг пальца Чана, и сперма, находящаяся внутри, потекла по его пальцу. Мужчина, вынул пальцы, нервно скомкал испачканную спермой бумагу и бросил ее на пол.

- Блять!

Мужчина выругался, потом повернулся и сказал, что будет долбить ее, пока она не порвется.

Затем уставился на меня острым, разрывающим взглядом.

- Как долго это будет продолжаться? - спросил он.

- ....…

- Мне нужно тебя одеть?

До этого я лежал, свесив конечности, и мои плечи внезапно задрожали от слов этого человека. С трясущимися ногами я едва надел штаны и встал перед мужчиной. Я раскачивался так, словно в любой момент мог рухнуть. Он оскалился, щелкнул языком и потянулся к моему телу.

- Ты барахтаешься, как новорожденный олененок.

В мгновение ока мое тело оторвалось от пола. Мужчина поднял меня. Мужчина, который только что приложил столько сил, медленно шел со мной на руках, не прилагая ни малейших усилий. Он пронес меня по дому, через двор, к выходу из дома, потом перевернул и понес вниз по лестнице. Поскольку ситуация становилась слишком нереальной, я уставился на лестницу, оглядываясь через плечо мужчины.

У подножия лестницы был припаркован элегантный черный седан. Рядом с ним стоял один из сотрудников.

Заметив генерального директора Чана, он выпрямился и открыл заднюю дверь. Мужчина зашагал к машине.

Меня несли, как мертвый груз. Если бы это видели соседи, они могли бы предположить, что какой-то сомнительный человек несет на рассвете труп. Если бы мужчина положил меня в багажник, то вызвали бы полицию.

Но Чан посадил меня на заднее сиденье. Человек, который затолкал меня внутрь, сел, а затем дверь захлопнулась.

Машина завелась, и плавно поехала за город.

Над городом висела луна, отбрасывая бледное сияние. Я оцепенело смотрел на нее, потом расслабился и медленно опустился на сиденье. Я устал. Слишком устал, чтобы пошевелить даже пальцем.

Мои веки были тяжелыми. Несколько раз я боролся с желанием открыть глаза, потом признал свое поражение и позволил векам опуститься.

Вскоре мой слабый дух улетел в черноту.

***

Будучи в полудреме, я почувствовал прикосновение руки к своему телу. Я замахал руками, пытаясь стряхнуть ее, но рука, холодная и широкая, схватила мою руку, словно лассо, и настойчиво скользила по каждому уголку моего тела.

Я предпринял еще несколько тщетных попыток борьбы, и меня вернули в мир сновидений.

Глава 49

Медленно открыв глаза, я первым делом увидел черный потолок. ...Где я? В голове все еще туманно после сна. Я попытался собрать воедино кусочки своей памяти.

- ...Ах!

Я резко поднялся. Встряхнув головой, я огляделся в поисках чего-нибудь. Комната была просторной, и только несколько предметов мебели, таких как кровать и шкаф, не соответствовали ее размерам. Планировка напоминала пентхаус на поле для гольфа, но декор и обстановка сильно отличались. Медленно осматривая комнату, я вскоре понял, что именно здесь он жил раньше. Мой взгляд упал на сейф у одной из стен. Не может быть, это он! Я быстро встал и подошел к сейфу.

Я ввел комбинацию, которую запомнил, и дверца сейфа открылась. Это был мой сейф в отеле, который я быстро открыл и заглянул внутрь. Внутри был только черный кожаный бумажник. Я медленно протянул руку и взял его. Кожаный бумажник со следами от зубов...

Я достал банкноты и пересчитал сумму. Она точно соответствовала той, что была у меня.

- ....…

Должно быть, он узнал пароль от камеры видеонаблюдения на сейфе. Он был мерзким человеком во всех отношениях.

Вдруг что-то тяжелое упало на тыльную сторону моей руки, и я опустил взгляд на чужеродное ощущение. Сквозь размытое зрение я увидел, как на моем запястье блеснуло что-то серебристое. Затем последовал ряд бинтов, плотно обмотанных вокруг кончиков моих пальцев. Все было очень аккуратным, как будто их делал специалист.

Я также был одет в новую одежду. Как будто меня помыли, поскольку я больше не чувствовал ни соленого привкуса его спермы, ни неприятной консистенции лосьона, заменявшего смазку.

Даже когда он прикасался к моему телу, я крепко спал, ни разу не проснувшись. Я в своем уме...? От стыда я закрыл лицо руками.

- ...Ха.

Сколько времени прошло? Я уставился в окно на противоположной стене. Небо снаружи было темным, с синим оттенком. Оно было похоже на то, которое я видел перед тем, как закрыл глаза.

Не думаю, что я спал больше нескольких часов. Мне казалось, что я проспал весь день. Сочетание бессонницы и крайнего физического истощения привело меня в полное изнеможение. Я едва мог передвигаться. Поэтому, как только я устроился на мягких роскошных сиденьях автомобиля, я заснул, словно меня засосало в водоворот.

...Может быть, я смирился с тем, что господин Чан все равно все узнает, поэтому я отпустил ситуацию, которая до предела натягивала мои нервы, и закрыл веки, надеясь хотя бы на мгновение отгородиться от происходящего. Ха, я разразился смехом. Я жил на грани, не зная, когда меня поймают, и теперь, когда это произошло, я, как ни странно, не чувствую беспокойства.

- ....…

Я уже практически перестал думать о побеге, и моей первоочередной задачей было найти маму. Мой взгляд упал на телефон, стоящий рядом с кроватью. Взяв трубку, я поднес ее к уху и забинтованным кончиком пальца дважды набрал цифру "1". Теперь ему оставалось только нажать цифру "2", но его пальцы так и не дошли до места назначения, зависнув в воздухе.

...Люди в форме. Смогут ли эти глупые ублюдки найти мою маму? Я так отчаянно хотел спасти ее, что решил позвонить по этому номеру. Они появились только после пьяного разгула отца, и когда увидели следы насилия на мамином и моем лице, просто ушли. Когда отец протрезвел, он снова избил нас с мамой. Я звал на помощь, но ничего не изменилось.

Я снова положил трубку. Глупо было доверять им. Если мне не повезет, я могу оказаться единственным, кого поймают. Если я исчезну, мама никогда не сможет меня найти. В таком случае остается только один вариант.

- ....…

Я перевел взгляд на закрытую дверь, догадываясь, что снаружи так же тихо, как и внутри, я ступил на гладкий мраморный пол.

Я толкнул дверь и вышел в коридор. В дальнем конце коридора на мраморный пол упала тень. Чан был там. Мне это подсказывало шестое чувство.

Я закрыл дверь, подавшись спиной. Щелчок двери вызвал дрожь в тени на полу. Он почувствовал мое присутствие и медленно повернулся.

Человек в конце коридора, знал обо мне абсолютно все. Он упорно искал место, куда я сбежал, он знал мое настоящее имя и адрес дома, в котором я когда-то жил. Он вел себя так, словно я был его собственностью.

...Я устал от этого.

Я испытывал очень сильное чувство отторжения по отношению к директору Чану, который считал мою короткую, жалкую жизнь легкой комедией. Это было очень инстинктивное чувство. Это было так же естественно, как страх птицы, осторожно наблюдающей за змеей, которая угрожает ее жизни.

Я не был уверен, даже когда направлялся к нему, шаг за шагом. Это как идти сквозь туман. Я не мог предугадать, как он отреагирует. Но сейчас, стоя на краю обрыва, моя единственная возможность - это дальше двигаться к нему.

Человек, который знал обо мне все, как никто другой, который выжал из меня жизнь, искал и нашел меня. ...Мама.

Когда я обогнул последнюю стену, я увидел огромную спину мужчины, и он заговорил, не глядя в мою сторону.

- Ты здесь раньше, чем я думал.

Судя по его тону, он знал, что я проснулся, но не беспокоил меня, чтобы я подумал об этом. Он был уверен, что я буду мучиться над этим, мучиться и в конце концов подчиню свое тело его воле.

Я подошел к мужчине. Мужчина сидел в центре комнаты со стаканом в одной руке и сигаретой в другой.

Я встал перед ним, его холодный взгляд прошелся по моему лицу, пробежался по шее, обогнул талию, а затем остановился на бедрах. Рубашка была достаточно длинной, чтобы прикрыть мои бедра, а брюки волочились по полу.

Его глаза по-прежнему были холодны как лед. Должно быть, его гнев дошел до предела, потому что птица, которую он должен был держать на своей ладони, топнула лапкой и улетела.

Просить его об этом было почти авантюрой.

Я долго возился с кончиками пальцев, а затем сдался.

- ...Генеральный директор.

Его красивые брови взметнулись вверх, затем снова опустились. Как будто говоря: «Продолжай.»

- У меня к Вам просьба.

Генеральный директор Чан тихо усмехнулся и слегка поднял голову. Он взял меня за подбородок и заговорил.

- Просьба? Ты такой бесстыжий, Со Ё Вон.

- ....…

- Ты отпустил поводок и убежал, доставив много неприятностей, а теперь просишь меня об одолжении?

Он усмехнулся, наклоняя бутылку и наливая жидкость в стакан. Ироничный тон ударил меня по лицу.

- Ты слишком самоуверен, впечатляет. Что ты собираешься сделать на этот раз? Разве недостаточно просто протянуть руку к моим брюкам?

- ...Помогите мне.

С моих пересохших губ сорвался новый невнятный голос. Он был разорван на куски и разбросан в воздухе, но мужчина, отчетливо услышал его. Он поставил бутылку, которую держал в руках, и откинулся в кресле.

- Почему я должен помогать неблагодарному Со Ё Вону?

Я произнес чуть более отчетливо, чем прежде.

- Я больше никогда не сбегу.

- Я не верю тебе, Со Ё Вон.

- ...Мне больше некуда бежать.

- Ты пришел ко мне, потому что тебе больше некуда бежать?

Пронзительные глаза мужчины слегка расширились. Казалось, его забавляло что-то, чего я не мог разобрать. Атмосфера была токсичной, и напряжение вокруг меня только усиливалось.

Белые кончики пальцев ухватились за подол рубашки. Я видел, как на тыльной стороне ладони выпирают белые косточки, и чувствовал его взгляд, устремленный на меня. В его взгляде все еще был гнев, но я набрался храбрости от того, что его глаза были устремлены на мои руки.

- ...Мои отпечатки, генеральный директор, Вам интересно, что с ними случилось?

В его глазах появился блеск.

- Если я расскажу Вам это..... Вы поможете мне?

Тап, тап, тап. Он постукивал кончиками пальцев по столу. Прошла целая вечность. Мне было противно думать, что даже то время, которое он провел со мной, было в его расчетах. После паузы он произнес хриплым голосом.

- Давай послушаем, а потом решим.

- ...Для меня это слишком большой риск. Я никогда никому раньше не рассказывал, тем более такому человеку, как Вы.

Он посмотрел на меня так, словно видел меня насквозь, а потом спросил: «Почему?»

- Потому что все, что я знаю о Вас, - это три буквы Вашего имени.

Я бы не узнал об этом, если бы подчиненный Чана не протянул мне визитную карточку. Обычно кэдди, которые берут клиентов, получают немного информации, но даже в каталоге членов клуба он значился как "Генеральный директор Чан". Другие личные данные отсутствовали. Даже такие VIP-персоны, как Ким Ми Ран, не упоминали его настоящего имени. Сначала я не понимал, почему, но позже все стало очевидно.

Поле для гольфа, символ власти, превратилось в очаг преступности. VIP-персоны, использовавшие его в качестве поставщика, намеренно держали его в тени, чтобы впоследствии не попасться. Именно поэтому офис, управляющий членством, не ведет на него подробных записей.

В результате я почти ничего о нем не знаю. Только три буквы.…

- ...И.

Я взглянул на кольцо на пальце Чана. За исключением прошлого этого человека, которое было запутано в этом кольце. Мужчина выдержал мой взгляд, прекрасно понимая, что я собираюсь сказать. Он поднес свою руку ко мне и провел тыльной стороной ладони по моему подбородку. От соприкосновения холодного металла с моей кожей по шее пробежал холодок.

- Очень хорошо, но…

Из-за того, что он нарушил темп, я на мгновение перестал дышать.

- Если я пойму, что ты лжешь или что-то скрываешь, то ничего этого не будет.

- Я понимаю.

Я решительно кивнул, а затем спросил в последний раз.

- Прошу... Это может быть что угодно?

- Конечно, нет.

Ага, его губы изогнулись в улыбке. Его массивная грудь вздымалась, но его глаза совсем не улыбались. Он плавно произнес.

- Я не могу воскресить кого-то из мертвых, не так ли?

Он наклонил свой бокал, изображая доброго взрослого, объясняющего непонятное наивному ребенку, который ничего не знает. Его хорошо очерченные губы сделали полный глоток. К тому времени как мужчина поставил бокал обратно на стол, фальшивая улыбка на его лице давно исчезла. Он добавил, голос его стал глубже от алкоголя.

- Если только не наоборот.

Если бы это прозвучало от кого-нибудь другого, я бы воспринял это как шутку, но сейчас это был именно этот человек, и никто другой. Я позволял каждой фразе, которую он произносил, проникать в мой мозг. Теперь я был твердо уверен, что Чан найдет мою маму.

Я несколько раз открыл рот, как рыба, а потом с трудом заговорил.

- ...Это. То есть это, я сам сделал это, потому что был вынужден.

Я тихим голосом повторил свои слова. Вынужден.

- Что заставило тебя сделать это?

- .......?

Мужчина спросил. Несмотря на то, что я уже начал разговор, у меня не было уверенности, что могу высказать это вслух. Мужчина ждал, глядя на меня своими погруженным взглядом.

Наконец я заговорил.

- ...Я сделал то, что невозможно исправить.

То, что я похоронил так глубоко внутри себя, что не просто похоронил, а засыпал землей и сделал очень прочную могилу. Я начал рассказывать перед ним историю, которая так тяготила меня, что иногда мне хотелось подхватить это лопатой и выбросить перед мужчиной.

Глава 50

- В хижине, куда Вы пришли, жили четыре человека. Отец, мать, дядя... и я.

Веки Чана медленно опускались и поднимались. Его глаза, такие черные, что я не мог уловить их глубину, смотрели на меня. Мое лицо покраснело под его пристальным взглядом и я опустил глаза.

- Мой отец и дядя - они оба помешаны на выпивке и азартных играх, поэтому они пренебрегали домом, хотя для дяди это было выгоднее, потому что он приезжал домой всего несколько раз в год.

Я произносил слова медленно, по буквам, и мой взгляд остановился на полуприкрытых веках мужчины. Мои глаза жгло, как будто их рассматривали на солнце через увеличительное стекло. Они слегка подрагивали, скрытые ресницами.

- Мой отец... он часто приходил в дом, и отнимал у мамы все до копейки. Она едва сводила концы с концами, зарабатывая на жизнь. Если мама сопротивлялась, он безжалостно избивал ее. Когда отец возвращался домой, жители деревни называли это день «день забоя курицы».

Мои глаза бесцельно блуждали по воздуху, не в силах избежать пристального взгляда, а затем остановились на стене над плечом господина Чана.

- Говорили, что крик мамы похож на крик резанной курицы.

Его тень вырисовывалась на стене. Мой взгляд привлек его нос, который возвышался, как горный хребет. Кончик длинной сигареты упирался в его губы, а затем отстранился. Выдох, исходящий из его уст, осторожно проник в мои уши.

- Но после того, как мои волосы стали гуще, насилие постепенно стало сходить на нет.

- ...С каких это пор твои волосы стали гуще?

Его тень снова выпустила дым из губ. Тень дыма раздулась, как воздушный шар, а затем исчезла.

- С тех пор, как я учился в старшей школе. Я был достаточно маленьким, и все время сидел в первом ряду, а потом я быстро вырос.

Чан тихо пробормотал, его голос заглушала сигарета.

- Это был настоящий маленький монстр.

- ...Но с возрастом отец стал медленнее. Его некогда громкий голос прерывался от кашля, а с убыванием силы естественным образом снизилась и частота насилия. Мы жили вместе, потому что моя мать говорила, что семья должна оставаться вместе, до самого конца. ...Это какой-то бред.

Такая жизнь действительно была бредом.

Мой отец, которого из-за старости выгнали с поденной работы, все свободное время проводил за азартными играми и выпивкой. Дом был его домом и местом работы. Пьяный старый ублюдок, путешествующий из одного игорного дома в другой, был идеальной мишенью для банды мошенников.

Поначалу они специально проиграли игру. Так отец, ослепленный деньгами, сделал ставку, радуясь, что оказался прав, а банда терпеливо ждала его поражения. Он стал судорожно пытаться возместить убытки, и уже через неделю у него был долг почти три миллиона вон.

Один миллион вон в месяц в виде процентов. Сборщики долгов были ужасны. Они взыскивали проценты в обещанный срок. Мы с мамой, выплачивающие за отца его долги, были для них как страховка.

- ...Потом случилось нечто. Я был на работе, занимался погрузкой и разгрузкой, когда мне позвонили из больницы и сказали, что с мамой произошел несчастный случай и мне нужно приехать в больницу.

Это был прохладный день, как и сегодня.

Как обычно, я работал неполный рабочий день, чтобы помочь оплатить игорные долги отца и заплатить за обучение на следующий учебный год.

Я поднимал тяжелые коробки с жужжащей конвейерной ленты и грузил их в грузовик, когда в кармане зазвонил мобильный телефон.

Дзинь, дзинь, дзинь.

Обычно я не отвечал на звонки, потому что у меня было много работы, и я не мог ответить, но он звонил без остановки.

Я проверил телефон только после перерыва. Было много пропущенных звонков. Я отмахнулся от незнакомых номеров, сочтя их коллекторами, потом нахмурился и набрал самый последний - моего дяди.

Возможно, он собирается попросить о чем-нибудь. Было соблазнительно проигнорировать его, но если я так поступлю, то уверен, он будет злиться.

- Алло.

В трубке раздался шум, а затем хриплый голос моего дяди.

- Где ты?

Я вздохнул и ответил.

- ...На подработке.

- Поспеши в первую больницу.

Я нахмурился. Почему вдруг больница? Наверное, он потерял сознание от выпитого, - в сердцах выругался я, но дядя неожиданно произнес.

- Твоя мать сейчас в больнице.

Его произношение было невнятным. Я не сразу понял, что он имеет в виду, а потом глупо спросил.

- ...Что?

- У твоей мамы разбита голова, и она в больнице. Хватит болтать, иди сюда!

Дядя закричал во всю мощь своих легких, и я повесил трубку. После этого, придя в себя, я обнаружил, что брожу в отделении скорой помощи, тяжело дыша и спотыкаясь от головокружения. Я бежал как сумасшедший сквозь кричащих людей, пока наконец не заметил красное лицо дяди, стоящего возле кровати. Остановившись на мгновение, я бросился к нему.

По мере того как я приближался к кровати, лицо лежащего на ней человека постепенно проявлялось. Как я ни пытался отрицать, это была моя мама с бледным лицом. Она лежала с закрытыми глазами, словно была мертва.

- Я помчался в больницу и обнаружил маму лежащей в постели с разбитой головой. Мне сказали, что она упала с лестницы и ударилась головой об пол.

Краем глаза я увидел, как Чан протянул ко мне руку, взял за подбородок и повернул к себе.

Этим жестом он дал мне понять, что больше не потерпит, чтобы я смотрел куда-то еще, кроме него. Казалось, терпение мужчины иссякло. Всего после одной сигареты.

Пока я стоял дрожа, в полубессознательном состоянии, из-за моей спины появился врач в белом халате. Я вытер глаза рукавом, вскочил на ноги и спросил, как дела у моей мамы.

- Как себя чувствует моя мама?

Вместо ответа доктор сказал, что должен мне кое-что сказать, и по тому, как он это произнес, мое лицо онемело, как у гипсовой статуи, я понял, что ситуация довольно серьезная.

Тяжелый якорь упал на мое сердце.

Доктор сел напротив меня в смотровой комнате и показал мне компьютерную томографию.

Он обвел ручкой участок мозга и сказал: "Вот здесь кровотечение". Он сказал мне, что она, должно быть, ударилась головой о что-то твердое и что даже после операции прогноз, скорее всего, будет плохим. Я сжал кулаки и сказал, что все равно пойду на операцию. Доктор сказал, что сделает все возможное.

...Затем в больнице мне сообщили стоимость операции, которая составила около 10 миллионов вон. Я собирался сделать операцию, сколько бы она ни стоила.

Проблема была в том, что у меня не было таких денег.

- ....…

Я срочно взял академический отпуск и вернул деньги за обучение. Я заглянул на свой банковский счет, но этого все равно было недостаточно. Дядя пробормотал что-то о том, что дело гиблое, и велел мне прощаться, но, увидев мой взгляд, нехотя достал из кармана небольшую сумму денег и протянул мне. 56000 вон - это все, что у него было.

Я обратился за помощью к своим родственникам, которые практически ничем не отличались от остальных, но те лишь сочувственно посмотрели на меня, спрашивая, что случалось, но помощи по сути не предложили.

При этом отца нигде не было видно. В течение трех дней, когда я боролся с трудностями, даже его тени не было видно.

- ...Мне нужно было около 20 миллионов вон на оплату больничных счетов и госпитализацию, а он даже не показал своего носа.

Господин Чан пробормотал низким голосом.

- Двадцать миллионов вон.

- ...Я занимал деньги в разных местах, но их все равно не хватало, и я задумался о том, чтобы взять кредит. …Но особенность долга в том, что как только вы закроете глаза, он в одно мгновение вырастет, как гора. Я старался, насколько это возможно, решить эту проблему самостоятельно. В конце концов мне удалось получить у родственника необходимую сумму и сделать операцию…

Дата операции становилась все ближе и ближе. Я каждый день ходил по домам родственников и стучался в их двери. Я даже навещал двоюродных братьев своих родственников. В ответ мои родственники кидали в меня деньгами, сказав, чтобы я больше к ним не приезжал.

Объяснение было растянуто без необходимости. Мое дыхание сбивалось. Мужчина, должно быть, тоже это почувствовал, когда наклонил подбородок.

- Мама перенесла операцию хорошо, но прогноз был неблагоприятным, и с тех пор я находился в больнице. ...Сидел у ее постели и ухаживал за ней.

Внезапно я почувствовал боль в кончиках пальцев, похожую на ожог. Я плотно прикусил нижнюю губу, чтобы подавить стон. По привычке я протянул руку к отпечаткам пальцев.

Пальцы царапали бинты, из-за чего мужчина нахмурился, глядя, как я одержимо начал скрести узелки.

- ...Занимался уходом.

Мужчина сжал оба моих запястья. Я заикался, мои руки все еще были в его хватке, как у заключенного, у которого оба запястья скованы цепями.

- ...Однажды я вернулся домой, и из дома, который я считал пустым, доносились голоса.

Я мгновенно перенесся в тот день.

Голос изнутри заставил меня переступить через порог. Голос отца эхом разносился по двору. Злость на него за то, что он так и не пришел в больницу, составляла сложную смесь эмоций, смешанную с чувством тревоги. Я медленно поднялся по лестнице. По мере того как голос отца приближался, необъяснимая тревога росла.

- Это был мой отец. Он разговаривал по телефону с коллектором.

Ночью я оставался рядом с мамой, а на рассвете уходил на работу. В отделении интенсивной терапии накапливался долг в размере 400 000 вон в день. Когда мне нужно было отойти, Кён Хи присматривала за мамой. Она была настоящим ангелом.

Однажды, как обычно, я пришел в больницу после работы, и она сказала.

- Дитя.

- ....…

- Почему бы тебе сегодня не отправиться домой? Я останусь на ночь в больнице.

Я посмотрел на маму, лежащую на кровати, мои конечности затекли, а глаза опухли от того, что я не спал несколько дней.

- ...Спасибо.

Я низко поклонился ей и повернулся, чтобы уйти домой. Каждый шаг казался мне тяжелым. Я уже был измотан. Мне нужно было выспаться, чтобы завтра снова бежать.

Тогда я впервые за два месяца зашел домой. Я попытался открыть дверь своими слабыми руками и обнаружил, что она уже наполовину открыта. Минутная паника сменилась недоумением, когда внутри дома раздался голос: "...Нет, к черту. Подожди немного!" Это был отец.

Я задохнулся от удивления, но затем мое лицо ожесточилось. ...Сукин сын. Я почувствовал прилив гнева к человеку, который давно не появлялся. Я не мог поверить, что он избегал моих звонков, а теперь наконец-то он здесь и я был зол. Я переступил порог и вошел в дом. Железная дверь на второй этаж была открыта, и я слышал, как отец кричал изнутри.

- Ах, представляешь! Кто-то смылся с деньгами!

Я разобрал голос в телефонной трубке. Скорее всего, это был сборщик долгов, а сборщики долгов - это очень плохо. Большинство долгов моего отца возникло из-за азартных игр, но позже я узнал, что изначально они были бандой азартных игроков, которые устраивали игры и держали людей в долгах.

- Черт, я же сказал, что все верну!

Он ударил телефон о стену. Вслед за грохотом я услышал сердитый голос отца.

- ...Она должна быть где-то здесь, блять.

Он перевернул кладовку вверх дном, словно ища там что-то. Раздался звук вещей, беспорядочно рухнувших на пол.

Через открытую дверь я услышал, как он снова начал ругаться. Каждое слово, выходившее из его рта, было наполнено холодной убийственностью.

На таком расстоянии я не мог разобрать, что именно он говорит. Не знаю почему, но мне казалось, что я должен заглушить звук шагов. Как можно тише, я медленно поднялся по лестнице.

Голос, который был приглушен, стал отчетливее.

- Эта сука такая упрямая даже на грани жизни и смерти!

И тут я понял, что что-то не так. Обычно моя семья не поднималась по лестнице на второй этаж. У мамы были слабые ноги, и она не могла по ним подняться.

Конечно, я несколько раз видел, как она поднимается. Когда я был еще ребенком. Мама тихонько вставала, брала что-то с туалетного столика и бежала вверх по лестнице. Эбби нигде не было, поэтому я остался один в комнате и, испугавшись темноты, последовал за ней на улицу.

Я сонно потер глаза и спросил маму, что это было, когда она спускалась по лестнице. Она потрепала меня по щеке и сказала.

- Ё Вон не должен жить, как его мама.

- Как моя мама...?

Что значит жить как мама? Мама только улыбнулась и крепко обняла меня, а потом настояла на том, что я должен держать это в секрете от папы. Ее выражение лица было таким серьезным, что даже будучи ребенком, я внимательно слушал. Так что после этого я никогда не говорил об этом.

Крики отца снова донеслись до моих ушей.

- ...Ты сука безжизненная!

Мой отец вышел из кладовки. Он что-то засунул в нагрудный карман и, увидев меня, стоящего на лестнице, как истукан, удивленно отпрянул назад.

- ...Ё Вон.

Я молча посмотрел на отца.

- Отец.

Слова прозвучали холодно для моих ушей. В обычной ситуации Эбби отвесил бы мне подзатыльник за такие слова. Но, как ни странно, он избегал моего взгляда, когда я смотрел на него так, словно поймал его на краже.

- ...Что ты здесь делаешь, где ты был все это время?

Я сделал шаг к нему. Он сделал еще один шаг в сторону. Я сделал еще один шаг за ним и уставился на его руки.

- Что это было?

Лицо отца сморщилось, а губы искривились в усмешке.

- Это банковская книжка, которую мама спрятала.

Я закрыл рот. Он снова выпрямился и прошел мимо меня.

- Чертова сука, если бы у меня были такие деньги, я бы их сразу отдал. Вместо того, чтобы тайком от мужа заниматься таким делом, как какая-то грязная крыса и быть пойманной!

Я шевельнул уголками рта, когда он начал спускаться по лестнице.

- ...Папа, маме плохо, она в больнице.

Отец остановился на месте, и я почувствовал краткий миг облегчения. Я почувствовал облегчение от того, что эта новость встряхнула его.

- Она ударилась головой обо что-то твердое, - сказал я, - и у нее было наружное и внутреннее кровотечение.

Мой отец потерял дар речи. Со своей стороны я мог видеть только его затылок. Я продолжил, не видя его выражения лица. Пожалуйста. Пожалуйста, только не говори мне, что эта неприятная гипотеза, о которой я думаю, - правда.

- Но есть еще тетушка Кён Хи. В тот день, когда моя мама упала в обморок и была срочно доставлена в больницу, она сказала, что слышала, как папа и мама ссорились, а когда услышала мамин крик, пришла, боясь, что кто-то умер.

- ....…

- Она сказала, что мама лежала у подножия лестницы, истекая кровью, а папа уже ушел.

Мой слабый голос прорезал тяжелый воздух.

- Тетушка Кён Хи дошла до этого момента и больше не могла говорить.

- …….

- То, как мама смотрела на нее, было похоже на…

О, Боже, мне так жаль ее. Его мама лежала там с разбитой головой, а Эбби -.... Эбби. Я снова позвал отца.

- Отец.

Скажи что-нибудь, - добавил я, потянув его за руку. Сквозь затуманенное зрение я увидел лицо отца, и он стоял там, его лицо было непоколебимым, а глаза холодными и неумолимыми.

- Эта сука изначально была не очень умна.

- ...…

- Из-за того, что ни жена, ни сын не знают толк в управлении, весь дом пришёл в такое ужасное состояние.

Затем он с грохотом втянул в горло мокроту, собрал ее и выплюнул на пол. Казалось, он пытается вывести из своего тела что-то нечистое.

Я моргнул один раз, и висящие капельки жидкости упали с ресниц. Мой отец предупредил ужасно низким голосом.

- В любом случае, она скоро умрет, так что не теряй времени зря и попрощайся уже.

Затем он побежал вниз по лестнице. Я обернулся и уставился на его бессердечную спину, мое лицо было мокрым от слез.

Вновь перед глазами пронеслось выражение тетушки Кён Хи. Ой, что же делать, как жаль этого ребенка. Мать лежит с разбитой головой, а отец… отец – убийца, который убил мать.

Я опустил голову. Сквозь затуманенное зрение я увидел кирпич, который удерживал дверь кладовки. Поднять его с земли было импульсом, а сбежать по лестнице и со всей силы врезать ему по затылку - актом мести.

...Треск!

Глаза отца расширились после удара по голове. Его грузное тело потеряло равновесие на лестнице и упало. Он кувырком слетел с лестницы, врезался головой в стену напротив и рухнул навзничь.

Из его разбитой головы хлынула кровь, как из спины кита. Его толстые пальцы, с помощью которых он без разбора расправлялся со мной и мамой, подергивались на земле.

Мои слова, описывающие тот день, становились все тише и тише. Даже когда слова затихли, мужчина молчал и слушал.

- Поэтому я подался в бега.

Наконец я закончил. Я испустил глубокий вздох облегчения. Мои ладони были влажными от пота. Я хотел вытереть их, но из-за хватки мужчины на обеих моих руках я мог пошевелить только кончиками пальцев. Забинтованные кончики пальцев болтались в воздухе, как щупальца медузы.

- Они были стерты наждачной бумагой, которой мой дядя удалял отпечатки пальцев. Я подумал, что это все равно плоть, и что она может регенерировать, так что…

Пронзительный взгляд устремился на меня.

- Значит, ты стер свои отпечатки пальцев куском наждачной бумаги, которую украл со стройки?

Мне пришлось проглотить горький комок в горле от следующего вопроса мужчины. Я несколько раз оглянулся по сторонам, прежде чем засунуть наждачную бумагу в карман - на случай, если меня заметят. Даже в тот момент я все еще находился в поле его зрения. Пока я беззвучно сетовал, мужчина передо мной недоверчиво прищурил глаза.

- Это не значит, что они исчезнут. Даже если дядя Со Ё Вон так считает, Со Ё Вон не мог же не знать об этом? Он же не настолько глуп, не так ли?

- ...Да.

Белые пальцы скрутились внутрь.

- Это шрамы, которые остались на моих руках от мучений, когда я вспоминаю то время.

- ...Хм.

Мужчина, державший мои запястья в своей руке, прочистил горло. Я опустил взгляд со стены на пол. Пальцы на ногах подогнулись внутрь. Мне хотелось провалиться под землю или, если это не сработает, залезть под стол.

- И что?

На его вопрос, я ответил встречным вопросом.

- Что?

- Продолжай говорить.

- Расскажи мне еще, - последовал ответ.

Мои глаза расширились в замешательстве, а затем я произнес.

- ...Это конец.

Генеральный директор Чан нахмурился, понимая, что история наконец-то подошла к концу.

- Нет.

Он затушил сигарету в пепельнице. Нет, это не так.

- Ты упускаешь что-то важное.

Я спросил, немного озадаченный.

- ...Что.

- Ты должен рассказать мне, как ты выглядел, что чувствовал, о чем думал, когда расправлялся с отцом.

- ....…

- Если ты упустишь важную вещь, у меня не будет причин слушать эту историю Со Ё Вон.

От такой прямоты мужчины я окунулся в свои воспоминания.

- ...Я не сразу понял, что произошло. Внизу лестницы лежал мой отец, его голова была разбита, он лежал, извергая кровь, и я понятия не имел, что делать. Я был чертовски напуган, и тогда…

- Ты тогда плакал?

Я сглотнул.

- ...Да.

- О.

Несмотря на новый всхлип на моих губах, его глаза блестели от интереса.

- Расскажи мне больше.

Плотно закрыв глаза, я сглотнул, как будто собирался вырвать то, что было внутри.

- ...Я чувствовал, что между ребер мне всадили нож, как будто мое сердце разделилось на две части от жуткого ощущения.

Я надеялся, что он не станет спрашивать больше. Пожалуйста, остановитесь. Но он не остановился.

- А что случилось потом?

- ...В моем телефоне несколько дней не было заряда, телефон моего дяди сломался после падения с лестницы, а соседка была в больнице и ухаживала за моей мамой…

Он бросил на меня взгляд. Это был его сигнал продолжать.

- В итоге я поднял отца. Моя спина была пропитана папиной кровью, а под ногами была лужа жидкости. Я в страхе выбежал из дома и столкнулся с дядей, который как раз входил в дом.

Брови Чана приподнялись и слегка опустились при виде нового прибывшего. Когда я стоял в дверях и переводил дыхание, что-то выпало из руки отца. Дядя поднял это с земли и стал перелистывать страницы. Уже поглощенный эмоциями страха, я едва успел понять, что это, прежде чем сказал дяде поторопиться и помочь мне.

- Я сказал, что мне нужно в больницу. Дядя сильно ударил меня по щеке, приводя меня в чувство.

- Он сказал: "Ты, сумасшедший ублюдок, иди в больницу. Твоя мать лежит там, и если ты попадешь в ситуацию, кто о ней позаботится?" Пока я все еще дрожал, дядя сходил в дом за одеялом и веревкой. Он велел мне положить безвольное тело отца во дворе, завернул его в одеяло и крепко связал веревкой.

Дядя держал нижнюю часть тела отца, а я - верхнюю. Несмотря на то что тело было завернуто в одеяло, я понимал, что это тело моего отца. Мы положили его обмякшее тело в кузов грузовика и накрыли тканью. Грузовик дяди с моим отцом в кузове уехал в сторону гор. Когда я смотрел на удаляющийся грузовик, я опустил взгляд на свои руки. Они дрожали и были в крови моего отца.

В этот момент я сделал паузу.

Чан молчал, словно погрузившись в собственные мысли. Его хватка на моих запястьях становилась все крепче и крепче. Новый стон боли вырвался из моих губ, и его погруженный в себя разум вернулся. Он заговорил хриплым тоном.

- Значит, тебе некому было помочь.

...Кто-то, кто мог бы помочь. Я не думал, что это подходящее слово для описания моего дяди.

Я не мог посылать деньги маме на больничные счета или напрямую оплачивать долги отца, опасаясь, что об этом узнают. Все приходилось делать через дядю. Сейчас, вспоминая об этом, я думаю, не хотел ли он этого, ведь он хотел, чтобы я был несчастным, который ничего не может сделать без него, чтобы он мог контролировать меня.

Поэтому называть его помощником было неуместно, но мне не хотелось вырываться и пытаться опровергнуть слова мужчины. Я слегка кивнул, и внутренняя часть моей щеки впала. Было похоже, что я жевал внутреннюю часть щеки своими коренными зубами. Я понял, что мужчина чем-то недоволен, поэтому просто сканировал обстановку. Генеральный директор Чан призвал меня продолжать.

- Но я уже несколько месяцев не получал вестей от дяди.

- ...А.

С губ Чана сорвался беззвучный вздох. Это было сухое восклицание.

- Он исчез вместе с мамой, и в больнице не знают, куда они отправились.

- ...Что ж…

Он прочистил горло. Неразборчивая улыбка промелькнула на лице мужчины, но я отмахнулся от нее и слабо сказал.

- Пожалуйста, найдите мою маму.

Я почувствовал, как кончики пальцев господина Чана постукивали по тыльной стороне моей руки, словно по клавишам пианино. Он наклонил голову и спросил.

- И это все?

Я спросил, не понимая вопроса.

- ...Что?

- Ты уверен, что тебе этого будет достаточно?

В ответ на вопрос, "Не желаешь ли чего-то большего?", я сказал, что нет, мне ничего больше не нужно. Сейчас для меня нет ничего важнее этого. Я посмотрел на генерального директора Чана, называющего это "всего лишь простым делом". Как всегда, я не мог понять мысли мужчины. Разве для него не лучше, если у меня нет желаний? Я осторожно кивнул головой.

- ...Да.

Наши глаза встретились, и прошло несколько мгновений. Затем хватка Чана на моем запястье ослабла, и мужчина схватил свой мобильный телефон. Он дождался ответа на другом конце линии и заговорил обычным тоном.

- Мне нужно, чтобы ты нашел кое-кого.

Из трубки донесся приглушенный голос. Чан на мгновение прислушался, а затем его губы снова разошлись.

- Мать Со Ё Вона, госпожа Лим Сон Хва.

Имя моей матери, которое я никогда раньше не произносил даже случайно, сорвалось с его губ. Я уставился на него изумленными глазами, чувствуя, как земля уходит из под ног. Он посмотрел на меня сбоку с широкой улыбкой. Казалось, он упомянул имя моей матери, приказывая мне слушать. Говоря этим, что знает все мои тайны.

Чан повесил трубку и бросил мобильный телефон на стол.

- Со мной скоро свяжутся.

Я уставился на телефон, недоумевая, как быстро он закончил разговор. Словно прочитав мои мысли, мужчина добавил.

- Он очень способный сотрудник.

- ...О.

Я опустил взгляд, имея в виду, что больше не буду показывать свое нутро, так как мои намерения легко раскрываются.

- А теперь возвращайся в комнату и отдохни, если не хочешь забраться ко мне на бедра.

Приказ был принят.

Тем не менее я все еще чувствовал последствия сексуального контакта в хижине, а боль в заднем проходе словно разрывала меня на две части. Если Чан потянет меня в свои объятия, я знал, что не протяну и секунды.

Я слегка склонил голову в знак благодарности. Мужчина сделал вид, что не заметил и налил алкоголь из бутылки в стакан.

Я повернулся и вышел в коридор. Мои шаги гулко отдавались по длинному узкому коридору.

Пока я шел, погрузившись с головой в собственные мысли, я оглянулся.

Впервые за долгое время он посмотрел на меня. Он смотрел на меня, и я позвал его.

- Господин Чан.

Почему? - спросил я одними губами.

- Это часть той инвестиции, о которой Вы говорили?

Мужчина замолчал на мгновение, его глаза все еще были устремлены на меня, когда я повернулся к нему спиной.

- Ах.

Наступила странная тишина. Это была тишина, которая казалась жуткой. К счастью, генеральный директор Чан нарушил ее первым.

- Разумеется, это было бы логично, не так ли? Если бы это было не так, то мне нет никакой причины беспокоиться о таких раздражающих вещах настолько сильно.

По его словам, ему не следовало заниматься этим вот так во всех подробностях. Мужчина просил меня делать неприятные вещи только из-за своего интереса. Хоть это и было сложно принять, все же это для меня было удачей. Все еще радует, что я могу привлечь его интерес.

Я молча наблюдал за господином Чаном, потом снова отвернулся. Я почувствовал взгляд мужчины на своем затылке, но не повернулся. Я чувствовал, будто меня тянет обратно.

- ....…

Я вернулся в комнату и закрыл за собой дверь. Подошел к кровати и лег, глядя в потолок. Мягкий матрас нежно обхватил меня от плеч до талии.

Через окно я видел луну на фоне темного неба. Она была такой же формы и размера, как и луна в хижине, возможно, из-за схожей высоты. Почему он всегда предпочитает пентхаусы? Я медленно закрыл глаза, думая об этом человеке, который так одержим местоположением.

Когда я повернулся, чтобы лечь, я внезапно почувствовал пульсирующую боль, исходящую от внутренних стенок, которые мужчина разорвал. Я терпел боль и сжимал кулаки, прикрывая тыльную сторону рук длинными рукавами рубашки. Рубашка мужчины скользнула в мою хватку.

Прошла еще одна долгая ночь.

Глава 51

Тишина наполняла комнату. Тик-так, тик-так – только звук секундной стрелки наручных часов нарушал эту тишину. Время шло, а я все лежал, то погружаясь в сон, то просыпаясь.

Как только я проснулся от тонкого, как бумага, сна, мои веки снова отяжелели. Размытым зрением я увидел, как черная завеса, закрывающая мир, медленно поднимается. Казалось, вот-вот наступит рассвет. Я смотрел на тусклый свет, а затем медленно закрыл глаза.

Но потом атмосфера снаружи стала странно суетливой, и я снова открыл глаза. В первую очередь в глаза бросилось окно, где уже показалась слабая заря, украшающая небо. Взгляд мой упал на дверь. Может быть, господин Чан встал и готовится уйти?

- ....…

Я обул тапочки, стоявшие под кроватью и встал. С каждым шагом моя задница терлась о брюки. Не говоря уже о ее внутренней стороне, которая болела так, словно я натер ее наждачной бумагой.

Я приоткрыл дверь и выглянул наружу. До меня доносился непринужденный разговор двух голосов разного тона. Сначала заговорила женщина средних лет, а затем уникальный низкий голос Чана.

- Что насчет еды?

- Я в порядке, просто оставьте его там, пока он не выйдет сам. Мне нужно, чтобы ты приготовила ужин.

- Хорошо, поняла.

Из разговора стало понятно, что собеседник Чана, вероятно, была домработница. Я вышел из комнаты и осторожно прошел по коридору. В конце коридора, в кухне, соединенной с гостиной, женщина, готовившая завтрак, почувствовала мое присутствие и испугалась.

- О! Вы проснулись?

- Да, доброе утро.

- Хорошо. Приведите себя в порядок и выходите.

- ...Да.

Дверь в комнату во внутренней части дома была слегка приоткрыта. Генеральный директор Чан, похоже, находился там. Когда я подошел к комнате и собирался постучать в дверь, мои глаза встретились с глазами мужчины, через дверную щель. Мужчина, накинув на широкие плечи рубашку пепельного цвета и застегивая ее сверху, раздраженно произнес.

- Тебя не научили манерам?

Тон мужчины был тот же самый, который когда-то звучал так достойно, рифмуясь с грязным словом "тугой". Единственное отличие заключалось в выражении его лица: если тогда он язвительно поджимал губы, то сегодня мышцы в уголках его рта были слегка расслабленны.

- Входи и закрой дверь.

Похоже, он заметил, что я намеренно не переступаю порог. У него было чертовски хорошее чутье. Я осторожно шагнул в комнату, быстро окинув взглядом интерьер.

Это была настолько огромная комната, что я был в ужасе. Если растянуть мою комнату в полтора раза, то она выглядела бы точно так же. Единственное отличие заключалось в том, что в комнате Чана было больше мебели. Темный кожаный диван рядом с кроватью, почти такой же большой, как и его хозяин, и деревянный письменный стол перед книжным шкафом, который занимал целую стену. Размеры комнаты, создававшие пугающее ощущение, выдавали личность хозяина.

Господин Чан возился с узлом на галстуке и смотрел на меня сверху вниз, пока я ковылял к нему. Длинной рукой он потянулся к письменному столу, стоявшему позади него, и достал из пенала перьевую ручку. Он снял колпачок кончиком рта и начал что-то писать в блокноте, лежавшем на столе. Раздался легкий скрип. Мужчина оторвал листок и протянул его мне между средним и указательным пальцами.

- Адрес.

...Уже? Прошло всего несколько часов? Внутренне удивившись, я быстро потянулся за запиской, но мужская рука выхватила ее обратно. Я озадаченно поднял глаза на мужчину.

- После того как ты поешь, мой персонал позаботится о том, чтобы доставить тебя на машине.

- Ничего страшного, я могу доехать сам…

Я уже собирался сказать, что могу добраться туда сам, но он прервал меня.

- Просто делай, что тебе говорят, пожалуйста.

Его взгляд был суровым, и я не мог понять, где еще я его разозлил, поэтому продолжал поджимать губы снова и снова. Мужчина разъяснил этот вопрос.

- А что? По-твоему, это возможность?

- Нет, это не так. Я знаю, что Вы заняты, и не хочу беспокоить Вас без необходимости…

Я быстро махнул рукой, чтобы прояснить недоразумение, но подозрение в пронзительных глазах мужчины не исчезло, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.

- Хорошо я поеду.

Генеральный директор Чан протянул мне записку. Как только я взял ее, то прочитал слова, написанные его характерным лаконичным и незамысловатым почерком.

- Это больница Сочходон. Больницу оплатила благотворительная организация.

Благотворительная организация...? Я с недоверием смотрел на записку. Я был ошарашен.

Пока я искал местонахождение мамы, в голове крутились самые ужасные сценарии. Я содрогался от тревожных мыслей, которые постоянно овладевали моей головой, как бы я ни старался отогнать их прочь..... Поэтому, обрадовавшись неожиданной новости, я в то же время нервничал, как будто положил в рот кучу кубиков льда и разжевал их. Пока я в недоумении несколько раз просматривал записку, мужчина добавил.

- Мне сказали, что за ней присматривает профессиональная сиделка. У нее будет часовой перерыв на обед, так что воспользуйся этим временем.

- ...Хорошо, спасибо.

Крепко сжав записку в руке, я смотрел, как он надевает на свое запястье часы, которые были лишь немного больше тех, что были на моем. Я почувствовал, как у меня пересохло во рту, глядя на мужчину, чья внешность становилась все ближе и ближе к совершенству. Мне не терпелось выйти из комнаты, чтобы он не притянул мое тело к себе.

Только после того, как генеральный директор Чан закрепил булавку на своем галстуке, он повернул ко мне верхнюю часть тела.

- Что-нибудь еще?

- ...О, нет.

Я быстро покачал головой.

- Нет.

К счастью, никаких немедленных требований к действию, не последовало. Я почувствовал некоторое облегчение. Я направился к входной двери, на шаг опережая мужчину, который уже был готов уйти, но у меня возник один наболевший вопрос, и я осторожно спросил.

- Но если это благотворительная организация, Вы случайно не знаете, где она находится?

У двери его плечи слегка приподнялись и опустились. Его грудные мышцы, обтянутые хорошо сидящей рубашкой, слегка приподнялись, а затем опустились на место. Это было едва заметное, но привлекающее внимание движение.

- В больнице говорят, что раскрывать это запрещено их внутренними правилами.

- ...Верно.

Женщина вышла из кухни, вытирая влажные руки о фартук.

- Вы уходите?

Чан легкомысленно ответил кивком и взглядом. Женщина пожелала ему счастливого пути и скрылась на кухне, чтобы вернуться к своей работе. Мужчина остался стоять в дверях, глядя на меня, и понизил голос.

- Это женщина, которая приходит раз в неделю, чтобы присмотреть за домом.

- ...Да.

- Что ты собираешься сказать?

Он спросил меня, как я собираюсь представиться? Я опустил глаза и осторожно произнес свое заключение.

- ...Брат знакомого.

Уголок рта Чана дернулся.

- Какой идиот возьмет к себе домой брата знакомого?

- ...Или дальнего родственника…

Я начал было говорить что-то о дальних родственниках, но остановился. Когда я понял, что не должен был говорить этого при Чане, было уже слишком поздно. Я напрягся, когда на моем лбу появился пронзительный взгляд, но слова мужчины оказались неожиданно емкими.

- Может, мы и дальние родственники, но все же кровные, не так ли? Я не заинтересован в контакте с кем-то, с кем у меня общая кровь.

- ...Да.

- В любом случае, это твое дело.

Если Вы собирались так холодно отреагировать, лучше бы вообще не спрашивали. Я несколько раз пошевелил пальцами, а затем поклонился мужчине, надеясь, что он остановится. Мужчина издал насмешливый звук и вышел из дома. Я посмотрел на закрытую дверь пустыми глазами и повернул голову, когда услышал голос, доносившийся из кухни.

- Студент, быстро собирайся и выходи.

- Да.

Я тихо ответил и вошел в свою комнату. У меня не было одежды, чтобы переодеться, поэтому я на всякий случай открыл шкаф, примыкающий к комнате. ....Там была вся одежда Чана. Так как меня схватили, я даже не взял с собой нижнее белье. Допустим, одежду я могу оставить, но как быть с нижним бельем?

- ....…

Я порылся в гардеробе и нашел несколько штук нераспечатанного нижнего белья. Они больше по размеру, чем мои, и, возможно, не подойдут, но у меня нет выбора.

В доме, состоявшем из трех комнат и гостиной, было два туалета. Один находился рядом с гостиной, а другой - в комнате главы семьи. Я пошел в тот, что примыкал к гостиной, и принял душ.

Выдавив на ладонь гель для душа и натирая тело, я вдруг понял, что запах, доносящийся до моего носа, мне знаком. ...Тяжелый, изысканный аромат. Я внезапно осознал, что это запах, исходящий от мужчины. Затем я вымылся с мылом, которое лежало на раковине.

- ....…

Насухо вытеревшись полотенцем, я надел нижнее белье мужчины. Оно должно было быть облегающим, но в талии и в центре тяжести, оказалось странно широким.

Одевшись, я медленно прошел на кухню. Стол на шесть персон был обильно накрыт едой. Женщина поставила на стол кастрюлю и сказала.

- Проходи и ешь, пока горячее.

Я подошел ближе и сел в конце стола. На большом столе, заставленном корейской едой, мое внимание привлекло одно странное блюдо. С одной стороны стояли спагетти со сливочным соусом. Дама, которая ошибочно поняла мой взгляд, подняла тарелку и поставила ее передо мной.

- Молодежь любит такое, - сказала она.

- ...Спасибо.

Дама некоторое время не отходила от стола и смотрела на меня. Как будто хотела, чтобы я сделал глоток. Я держал руки на коленях, не зная, что делать. Если она увидит повязки на кончиках пальцев, она, вероятно, подумает, что это странно.

- Все в этой семье с характером.

- ...Что?

Я удивленно воскликнул, услышав неожиданный комментарий. Увидев мое ошарашенное выражение лица, женщина слегка улыбнулась и ответила.

- Племянник. Я уже слышала.

- ...Да.

Он сказал, что не вступает в отношения с теми, с кем у него общая кровь, то что же с племянником? На самом деле, это мужчина, которого трудно понять.

- Устраивайтесь поудобнее.

- ...Да.

С этими словами она слабо улыбнулась и отвернулась от меня. Когда ее спина полностью скрылась за террасой, и она занялась своими делами, я посмотрел вниз. Мои руки, сжатые в плотный кулак, медленно раскрылись. В моих руках оказалась скомканная записка.

...Если я пойду туда, то найду свою маму.

Я еще раз крепко зажмурился. Затем я взял палочки правой рукой. Из-за бинтов на кончиках пальцев, я неуклюже пользовался палочками для еды, но я старался изо всех сил.

Еда была достаточно вкусной, но я не мог ею насладиться. Из-за постоянной сухости во рту, я все чаще ощущал дискомфорт.

- ....…

После того, как я доел и убрал за собой, я спросил женщину, где можно найти утюг, чтобы погладить одежду. Поправив волосы, я поехал на лифте в холл.

Я мельком взглянул на себя в зеркало в лифте. Я не замечал, но мои длинные волосы уже достигли такого состояния, что почти закрывали глаза. Это был беспорядок.

Я пожалел, что не успел подстричься до встречи с мамой. Не знаю, разрешит ли господин Чан, но...

Лифт остановился в холле. Когда я вышел, мужчина, охранявший машину, заметил меня и открыл передо мной дверь.

- Давно не виделись.

Подчиненный генерального директора Чана улыбнулся и показал зубы, притворяясь спокойным. Прошло несколько дней с тех пор, как меня заперли в хижине с мужчиной. Глядя на отношение к этому человеку и других сотрудников, кажется очевидным, что он занимает более высокую должность, чем остальные. Хотя мне казалось нелепым, что такой человек будет ходить за мной по пятам, вместо того чтобы выполнять свою работу. Я снова не мог понять генерального директора Чана.

Я вежливо поклонился, не отрывая взгляда от пола, и забрался на заднее сиденье.

Машина плавно отъехала от Тауэрского дворца. Когда мы выехали с территории охраняемого жилого комплекса, за окнами машины открылась суета центра города.

- ....…

Между лесом небоскребов люди и машины беспорядочно пересекали улицу. Бип, бип. Я слышал, как люди ругаются из-за ревущих гудков. Несмотря на бешеные сцены, которые менялись с каждой секундой, мои мысли были заняты другим.

...С моей мамой все будет в порядке? - задавался я вопросом, переполняя свою грудь смесью эмоций. В окне появился ее последний образ, глубоко врезавшийся в мою сетчатку. Если бы я только знал, что вижу ее в последний раз, я бы не оставил ее на попечение и не бросил бы вот так.

Я выпрямился на заднем сиденье и нащупал свои часы. Быстро сообразив, для чего они изначально были на моем запястье, я проверил время. Одиннадцать часов сорок восемь минут. До обеда в час дня еще оставалось время.

- ...Вы не против, если мы немного походим по окрестным магазинам?

Помощник господина Чана на водительском сиденье посмотрел на меня в зеркало.

- Куда Вы направляетесь?

Судя по мгновенному взгляду и интонации, мне показалось, что его это сильно удивило. Я немного помешкал и ответил.

- ... Я хочу немного постричься.

- Я Вас отвезу.

Мужчина согласился, на удивление охотно. Ловко повернув руль, он проехал через переулок и заехал на парковку близлежащего салона.

Я хотел пойти один, но мужчина последовал за мной, не сбавляя темпа и держась рядом. Он проследовал за мной в салон. Сел рядом и открыл журнал. Сотрудник оглядел медведеподобного мужчину в темном костюме и спросил.

- Как Вас подстричь?

- Подстригите так, чтобы не закрывало шею.

Ножницы отрезали волосы, закрывавшие затылок, затем волосы, щекотавшие мочки ушей. Наконец, челка, которая почти закрывала глаза, упала на пол. Волосы стали гораздо легче, но длина оказалась чуть короче, чем я рассчитывал, и это выглядело немного неуклюже.

Она провела щеткой по моему лицу и шее, а затем сняла с меня накидку. Когда я встал с кресла и направился к стойке регистрации, чтобы расплатиться, мужчина позади меня достал из бумажника карточку и протянул ее. Я в замешательстве оглянулся на мужчину, который пояснил, что карточка принадлежит господину Чану.

Я промолчал в ответ. Заехав в ближайший супермаркет, чтобы купить любимые мамины персики и два комплекта нижнего белья для себя, я вернулся в машину. Машина снова начала движение.

Машина остановилась на больничной парковке. Больница Сочходон была огромной по сравнению с той, в которой раньше лежала моя мама. Она была огромной, и в то же время великолепной. Солнечный свет проникал сквозь большие окна, ослепляя мои глаза.

Я растерянно оглядел здание, а затем поспешил внутрь. Я прошел по коридору, определяя палаты.

Палата 1208, палата 1208, палата 1208.

...Вот и все.

Я остановился перед одной из палат. Мой взгляд остановился на табличке у двери. Имя моей мамы было написано тремя буквами.

Я подошел к двери и осторожно постучал. Как и говорил мужчина, там никого не было, и я не услышал никакого движения изнутри. Я повернул ручку и тихонько открыл дверь.

Дверь медленно распахнулась, и взору предстало внутреннее убранство больничной палаты.

На железной кровати лежала фигура, безжизненная, как восковая кукла. Прозрачный респиратор наполовину закрывал ее крошечное личико. Длинный шланг, подсоединенный к респиратору, был подключен к неизвестному аппарату.

Ее грудь слегка поднималась и опускалась, чтобы поддерживать тонкое дыхание. Я медленно подошел к кровати.

Наступил момент тишины. Я пристально посмотрела на маму, а затем тихо прошептал.

- ...Мама.

Это слово вырвалось у меня изо рта, и стена внутри меня рухнула. Эмоции, которые копились и гноились внутри меня, переполняли и выходили из-под контроля. Уголки моих глаз горели, а по щекам катились слезы. Я даже не подумал поднять руку, чтобы вытереть их, просто позволил им упасть.

Всхлипывая, я протянул забинтованную руку к маме. Но не успел дотянуться, как моя рука сорвалась в воздухе и упала.

Всю дорогу мой разум был в смятении. Я так беспокоился о состоянии мамы, но в то же время был в ужасе. Она еще не знала, что я сделал с отцом. Она не может ни слышать, ни видеть этого сейчас.

- ....…

Когда я видел ее в последний раз, цвет ее кожи был немного лучше, возможно, потому что она находилась в лучшей обстановке, но она все равно выглядела как человек, погрузившийся в вечный сон.

Мне хотелось взять ее за руку. Но я никак не мог объяснить ей, что на кончиках моих пальцев намотаны бинты, и спрятанные под ними размытые отпечатки пальцев. Я сжал руку в крепкий кулак.

...Волна темного сожаления захлестнула меня. Столько всего произошло за год. Если бы я был менее глуп, возможно, все прошло бы более гладко... Не знаю. Прошлое в ретроспективе было покрыто грязью, а будущее было размыто, словно в тумане.

- ....…

Прошло меньше часа. Слишком мало времени, чтобы заполнить пробел прошлого года. Я сверился с часами на стене и с трудом встал с кресла. Я знал, что мне уже пора выходить, чтобы избежать ненужной встречи с сиделкой.

На глаза попался черный пакет, лежащий на кресле. Я поднял его, совершенно забыв о нем и открыл маленький холодильник. Внутри не было ни одной бутылки с напитком, что свидетельствовало о том, что никто не приходил и не уходил. Я схватил черную сумку, не в силах положить ее внутрь, и вышел из больничной палаты.

Над кроватью висела табличка. В графе для имени опекуна было написано знакомое имя из трех букв. Помня об этом, я закрыл дверь, пообещав в душе, что приду сюда завтра.

Глава 52

Я вернулся домой и неподвижно сидел на диване.

В дом ненадолго заглянул техник, чтобы установить систему видеонаблюдения на потолке. Он подвесил камеры к потолку по всему дому, но было одно место, которое он не посетил. Спальня мужчины. Как и в отеле, в его комнате не было системы видеонаблюдения.

Неудивительно. Я чувствовал на себе его взгляд с потолка одной из стен. Как же все продумано: специально оставленное так, чтобы мое лицо, смотрящее на экран телевизора, было четко запечатлено на видеонаблюдении.

Из телевизора доносились звуки. Актеры, которых я узнавал по лицам, произносили свои реплики, но я слышал только гул. Мысли были плотно набиты в моей голове, спутаны, как электрические провода в деревне, без всякого порядка, так что звуку не было места для проникновения.

...Никто не приходил в больницу навестить маму. Даже родственники. Что случилось с моим дядей? Я поднес руку ко рту и прикусил ее. Бинт, который десятки раз побывал в воде, касался предметов, за которыми я тянулся, истерзанный моими зубами, был разорван в клочья.

Вытащить меня из раздумий помог электронный сигнал прибытия лифта. Я быстро сверился с настенными часами. Пять часов вечера. Довольно рано для возвращения господина Чана, но он был единственным, кто мог прийти.

Это забавная ситуация, потому что трудно сидеть на месте, но и трудно здороваться, как воспитанный щенок. В конце концов, стоя в неловкой позе посреди гостиной, я поприветствовал мужчину.

- Вы пришли.

Направляясь в свою комнату и снимая пиджак, я тихо подошёл, чтобы принять его. Аккуратно повесил на вешалку, чтобы не помять, и повесил на стойку для одежды из натурального дерева, находящуюся в одной стороне комнаты.

Генеральный директор Чан встал в дверях ванной, примыкающей к комнате и начал снимать с себя остальную одежду. Он распутал узел на галстуке и расправил его, а затем ловко расстегнул пуговицу одной рукой. Глаза мужчины по-прежнему были прикованы к моей шее, и я потер ладонями впадинку на шее, испытывая странное ощущение от интенсивности его взгляда. Не было кустистых волос, закрывавших мои уши и шею.

Я потер затылок, испытывая неловкость от своего отражения, а парикмахер сказал мне, что в наше время все так стригутся.

- Ты подстригся.

- ...Да.

- Очень хорошо видно шею.

Чан наклонил голову и расстегнул ремень на талии. Моя шея? Должен ли я быть благодарен, что он ничего больше не сказал? Джи-ик, - послышался звук расстегиваемой молнии, и я быстро отвел взгляд. В районе скул распространилось жаркое тепло.

Мужчина вернулся к своему первобытному состоянию и пошел в ванную. Послышался шум льющейся воды. Я подхватил с пола одежду и сложил ту, что нужно было постирать, в корзину для белья, а ту, что нужно было отправить в химчистку, отложил в сторону.

Я немного постоял в полуоткрытой ванной, затем медленно прошел на кухню и включил вок из нержавеющей стали на индукционной плите. Был еще ранний вечер, и я решил, что мужчина, скорее всего, еще не ел, а у меня будет что-нибудь наготове.

- ....…

Я механически двигал руками и готовил с тем же настроем, что и во время работы на поле для гольфа.

Я достал из аккуратно устроенного холодильника контейнеры с гарниром и расставил тарелки. Еда, которую тетушка кропотливо готовила для него, была идеальной по запаху, цвету и подаче.

Чтобы суп не забрызгал дорогую одежду господина Чана, я натянул фартук, и завязал вокруг талии завязки. Немного длинные рукава мешали, поэтому я закатал их концы. Мне пришлось быть очень осторожным, так как однажды я столкнулся с тем, что намочил одежду.

- ....…

Я был так увлечен этим занятием, что почти не замечал окружающего. И тут, почувствовав на себе чей-то взгляд, я поднял голову и посмотрел на маленькое окно, расположенное над раковиной. Там, стоя позади меня, стояла темная фигура. Я испуганно обернулся. Он стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за мной.

Мужчина подошел ко мне, затягивая пояс своего свободного халата.

- Кто приказал тебе это делать?

- ...Тетушка сказала мне, что Вы любите мясо, и она приготовила его утром.

- И на тебе моя одежда.

В одно мгновение крепкие руки мужчины оказались на моей талии. Он крепко обхватил меня и притянул к себе. Я прижался спиной к его твердой, как стена, груди, и он уткнулся носом в мой затылок. Дыхание мужчины коснулось моей шеи. Я почувствовал запах геля для душа, который я использовал утром.

- Это потому, что у меня нет сменной одежды…

- Тебе придется оставить ее на себе.

Рука генерального директора Чана легко проскользнула в мои штаны. Из-за свободного пояса они легко поддались мужчине.

- Что ты носишь в качестве нижнего белья?

Мужчина не остановился на этом и приспустил штаны. Внизу все быстро пошло наперекосяк. Он держал мои ягодицы в своих руках и беспринципным взглядом смотрел на мое дешевое нижнее белье, прикрывающее нижнюю часть тела.

- Почему бы тебе не взять мои и не надеть их?

Я знал, что если мне придется жить в одной комнате с Чаном, то мне обязательно придется показать ему свое нижнее белье. Поэтому я переоделся в белье, которое купил сразу после прихода домой, а его выбросил в мусорное ведро в ванной.

Чан взял в руку мой член, сжал его и пробормотал про себя.

- Ах, не тот размер.

Рука, обхватившая мою талию, скользнула под фартук и принялась возиться с пуговицами рубашки. Я вздрогнул от ощущения его горячей руки на своей голой коже.

- Разве ты не вернулся после встречи с матерью?

- ...Да, спасибо.

- Тогда почему у тебя такое бледное лицо, ты опять плакал?

Я захлопал ресницами, не зная, что ответить. Мужчина спросил, стараясь говорить дружелюбно.

- Что опять случилось? - спросил он.

Я пробормотал, пытаясь перевести дыхание.

- ...Генеральный директор, возможно.

Я прикусил нижнюю губу, чтобы остановить стон, который грозил вырваться из моего рта, и выпустил его. Мужчина прочистил горло. Возможно ли это?

- ...Ах, а случаем, не говорили ли в больнице, мужчина среднего возраста не приходил?

Его холодные глаза, похожие на глаза змеи, на мгновение задумались, прежде чем он произнес, поглаживая мою шею.

- Ну, я, кажется, ничего не слышал о мужчине средних лет. Под мужчиной средних лет, ты имеешь в виду дядю, который исчез?

- Я слышал, что дядя заказал транспортировку в больницу, и я думал, что увижу его там, но не увидел.

- Понятно.

Рука, скользнувшая внутрь одежды, лениво блуждала по моей груди. Большой палец Чана надавил на мой сосок, как на кнопку, и чувствительный сосок мгновенно набух. Я услышал выдох, словно насмехаясь над моим состоянием.

- Ты поэтому расстроился?

- Нет, я просто найду его, ...ох.

Он использовал свои пальцы как щипцы, сжимая нежную плоть и вращая их по часовой стрелке. Я слегка отпрянул назад, почувствовав колючее ощущение в районе груди.

- Я просто искал кое-что.

- И что же ты искал?

- ...Сберегательную книжку.

Он щелкнул меня по соску, повторяя мои слова. Я вскрикнул и схватил его за запястье. В то же время что-то твердое коснулось моей талии.

- Сберегательную книжку?

- ...Да, у мамы была сберегательная книжка…

- О, книжка твоей мамы.

- ...Да, ха-ха.

Губы Чана поймали мое прерывистое дыхание. Мы жадно ласкали друг друга языками, а от его быстрых прикосновений мои ноги подкосились.

Он раздел меня до трусов и отнес в гостиную. Он сел на диван, широко расставив ноги, а я опустился на ковер прямо перед ним, виляя бедрами, как собака.

- ...Ах, ах, ах!

Слабо завязанные завязки фартука давно уже развязались. Только лямки висели на шее, хлопая в воздухе.

Член мужчины входил и выходил из меня снова и снова. Когда он достигал самого основания и прижимался к моим внутренним стенкам, тело наполнялось трепетом. Мужчина задрал рубашку, прикрывающую нижнюю часть моего тела, и обхватил мою задницу так, словно намереваясь порвать ее. Я издал стон удовлетворения, когда он обхватил и сжал упругую кожу в своей руке.

- Хмммм, хаах.…

Сквозь опухшие веки я увидел лицо Чана. Он тоже смотрел на меня, поглощенный чувством удовольствия. Мужчина наклонился ко мне, и его губы слились с моими. Я откликнулся на его призыв, неловко двигая языком навстречу. Я лизнул внутреннюю сторону его рта, и он прикусил мой язык зубами. Я напрягся от резкой боли, а мужчина нахмурился и застонал.

- Уф.…

- ...Хмф, ха!

Хмф, хмф. Звуки животного дыхания эхом разносились по гостиной.

Я судорожно засуетился, меняя позу. Из-за отсутствия подушек на полу, поясница начала болеть, и я схватился за нее, согнувшись вперед. Господин Чан цокнул языком и взял меня на руки, как ребенка.

С каждым шагом суставы скрипели, отчего у меня горел затылок, но он, казалось, не обращал внимания. Чан опустил меня на свою кровать и последний акт был совершен сверху.

Со лба Чана капельки пота капали на мою щеку. Его глаза, такие же красные, как и мои, смотрели на меня сверху вниз. У меня пересохло во рту от стонов, которые то и дело срывались с моих губ.

- Ммммм…

- Ха, ммммм, хаааа!

Мужчина эякулировал внутри меня. Горячее ощущение, распространяющееся внутри, заставило меня снова эякулировать, и я не мог сопротивляться этому желанию. Мускулистое тело мужчины навалилось на мое. Некоторое время мы лежали грудью друг к другу, переводя дыхание.

Я чувствовал, как мое быстро бьющееся сердце постепенно восстанавливает свой ритм. То же самое происходило и с сердцем мужчины. Все мое тело было липким от пота и спермы, но именно в эту ночь я легко заснул, ощущая энергию страсти и удовлетворения.

Глава 53

Внезапно я почувствовал тяжесть в конечностях. Казалось, будто кто-то стоит над моей головой, наступая на нее ногой, а иногда даже прыгал. Было ощущение головной боли, как будто кто-то сильно сжимал затылочную часть моего мозга и отпускал.

Сознание вернулось, но тело не подчинялось, казалось, что меня придавило к кровати. Во мне совсем не было сил. Терпя боль, я с силой прикусил нижнюю губу и в итоге смог открыть глаза.

- ...…

Снова наступил рассвет.

Такой рассвет, когда можно спрятаться в темном углу и никто ничего не заметит. Когда я об этом подумал, по спине пробежал холодок.

Мои чувства были в состоянии повышенной готовности, и каждый волосок на затылке вставал дыбом, когда я осматривал комнату. Воображение усилило мои страхи: вешалка с одеждой приобрела форму женщины с распущенными волосами, а щель в полузакрытой дверце шкафа показалась входом в темную пещеру.

Сон, не говоря уже о голоде, делает человека уязвимым ранним утром, в одиночестве и бодрствовании. Рассвет все еще прятался за горизонтом, скрывая себя. Мне придется пролежать так еще несколько часов, прежде чем наступит утро..…

Внезапно я осознал, что в комнате раздается еще одно дыхание, не похожее на мое собственное.

...Стоп, стоп, стоп. Оно было чуть тяжелее моего и чуть более прерывистое. Я свернулся в клубок, насторожившись, но вскоре понял, что это Чан.

Тишина стала чуть менее пугающей, когда я понял, что в комнате, кроме меня, есть еще одно дышащее существо. Мое дыхание постепенно становилось спокойнее. Я тихонько посмотрела на Чана сбоку, а потом медленно повернулся к нему спиной, надеясь, что он не заметит.

- ....…

Я нервничал, просить господина Чана обнять меня. Хотя я сделал все возможное, чтобы засунуть его член в мою дырочку, но я слишком боялся попросить его дать мне хотя бы одну из его рук.

Я не понимаю, почему в этот момент я нахожу утешение в присутствии мужчины. Скорее всего, это было нечто, чего я не могу принять.

Я провел утро, повернувшись к нему спиной. Регулярные вдохи и выдохи мужчины позади меня, заполнили всю комнату.

Когда рассвело, генеральный директор Чан собрался и вышел за дверь. Я прищурился, чтобы разглядеть его широкую спину, когда он выходил из комнаты, а потом еще глубже уткнулся лицом в подушку.

Внизу было пусто и это было так странно. Мое нижнее белье и брюки были разбросаны по кухне. Еда со вчерашнего ужина все еще была здесь. Наверное, ее поверхность уже затвердела, словно слепок.

...Мне нужно все убрать.

Мое тело обмякло, как ивовый лист. Спина, колени, все тело покалывало и болело. Из-за того, что я лежал на мраморном полу, и мое тело поглощало удары, наносимые мужчиной.

Мое тело молило о сне, я чувствовал усталость..... Ранним утром я долго ворочался, но мои глаза закрылись только после восхода солнца. Казалось, что невидимая рука осторожно трогает мои веки. Я поддался нежному прикосновению и на мгновение закрыл глаза.

А затем погрузился в сон.

- ....…

Из гостиной послышалось шарканье. Дверца холодильника открывалась и закрывалась, изредка слышался плеск воды. В этом звуке не было ничего необычного. Скорее всего, это был генеральный директор Чан.

Мужчина вернулся в свою комнату. Он зашел в ванную и вышел оттуда с полотенцем на талии. Он принял душ, и вода капала с его мокрых волос, намочив плечи.

Я все еще лежал, уткнувшись лицом в подушку. Я приподнял веки, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, и встретился с ним глазами, который смотрел на меня сверху вниз. Я быстро поднял верхнюю часть тела и сел спиной к изголовью.

Генеральный директор Чан оглянулся на меня, застегивая рубашку. Его взгляд остановился на одной из моих щек. Она была красной и опухшей от того, что ее придавило подушкой. Он прошелся взглядом по моей шее, возясь с каждой пуговицей рубашки, а потом перешел на одеяло, прикрывающее нижнюю часть тела. Я быстро сжал одеяло в руках, боясь, что он отнимет его у меня.

Господин Чан вдруг радостно засмеялся.

- У тебя там болит?

- ...Да.

- Очень плохо.

Губы мужчины поджались, но глаза явно улыбались, когда он разглаживал узел на галстуке перед зеркалом.

- Я задержусь сегодня допоздна, потому что у меня развлекательная программа, так что после похода в больницу оставайся спокойно дома.

Я уставился в пространство и молча кивнул головой. Вскоре мужчина вышел из комнаты, и как только я услышал тихий звук закрывающейся входной двери, я вышел в гостиную.

Мои брюки и нижнее белье лежали возле стола, как я и оставил их вчера. Я быстро натянул их на голое тело и убрал тарелки со стола.

Я остановил руку, когда почувствовал что-то странное. Тарелка, которая должна была быть холодной, была еще теплой. А там, где поверхность должна была быть твердой, как камень, блестела. Очевидно, блюдо было только что приготовлено кем-то другим.

На мгновение я порылся в памяти, гадая, был ли в этом доме кто-то еще, кроме Чана. Я искал, но так и не смог вспомнить. Если так, то это, должно быть, приготовил он..…

Я тихо поставил его обратно на стол.

Не раздумывая, я повернулся спиной и пошел обратно в свою комнату. Маленькая линза в сейфе смотрела на меня. Я полностью отвернулся и сел под таким углом, чтобы скрыть лицо от объектива.

***

Сегодня в больницу меня отвез другой сотрудник. В ближайшем магазине я купил кепку и надвинул ее на глаза - на случай, если кто-то меня узнает. Я тихо вошел в палату и сел на стул рядом с мамой.

В больничной палате, рассчитанной на одного человека, раздавались только электронные звуки. Обстановка и врачи были намного лучше, чем в старой больничной палате, но здесь было слишком тихо. Если я уйду, маме придется иногда вести здесь одинокую борьбу. Я плотно закусил нижнюю губу, заполняя голову этими мыслями. Тук. В дверь постучали. Я подпрыгнул от неожиданности и пригнулся.

Мгновение спустя дверь открылась. В открытую дверь вошла медсестра в белой униформе. Увидев меня, сидящего перед мамой, она слегка поклонилась.

- Здравствуйте.

К счастью, медсестра просто проверяла маму. Похоже, ей было все равно, родственник я или нет. Она посмотрела на цифры на аппарате, записала их в принесенную с собой папку, еще раз поклонилась мне и вышла из палаты.

Снова наступила тишина. Я снова посмотрела на маму. Минутная стрелка на моих наручных часах стремительно приближалась к цифре "9". Пришло время возвращаться.

Я вернулся в пентхаус господина Чана. Даже не притронувшись к еде, я выбросил все в мусорку. Я вымыл тарелки, поставил их над раковиной и вытер остатки влаги с рук.

Теперь в большом доме снова воцарилась тишина.

Мне нужно было чем-то занять время. Размышляя, чем бы заняться, я вспомнил о книжной полке, которую видел в комнате мужчины, и отправился в его комнату. Мои глаза медленно пробежались по книгам. Большинство из них были по бизнесу и экономике.

Я выбрал ту, в которой было больше всего узнаваемых терминов, и вернулся в свою комнату.

Сначала я недоумевал, о чем, черт возьми, идет речь, но по мере того как я продолжал читать, я обнаружил, что читаю по привычке.

Внезапно осознав, что могу задохнуться в тишине, я поднял книгу и вышел в гостиную.

Я включил телевизор. Подойдет любая программа. Я что-то пролистал и с пустым взглядом снова начала читать.

На мгновение я закрыл книгу, положив ее на бедро и прислонился щекой к дивану. Звук, издаваемый экраном, становился все слабее и слабее. Моя хватка на книжном переплете ослабла. Я услышал, как книга захлопнулась.

- .......

Резкий звук пронзил мой неглубокий сон, заставив проснуться. Я услышал еще три звука: бип, бип, бип, и дверь открылась. Я быстро прижался щекой к дивану и снова закрыл глаза.

Не знаю, о чем я думал, просто импульсивно притворился спящим, потому что знал, что должен избежать этого любой ценой.

Чан остановился на пороге гостиной, и я почувствовал его взгляд на своем лице. Он стоял поодаль и, казалось, смотрел на меня сверху вниз.

Когда он не двинулся с места, сенсорные лампы в коридоре выключились.

Я услышала звук движущейся ко мне фигуры. Мгновение спустя боковина дивана опустилась. Сначала до моего обоняния донесся запах от куртки, затем знакомый запах тела, смешанный с сильным запахом алкоголя.

Тяжесть книги на моих бедрах исчезла, а рядом послышался звук перелистываемой книги. Мне показалось, что я смотрю на книгу, которую читаю. Затем раздался стук, как будто книгу бросили на пол.

Сбоку раздался треск и искры. Затем мужчина выдохнул. Резкий, ароматный дым нежно окутал мое лицо.

- ....…

- ....…

А потом тишина.

Внезапно я почувствовал прикосновение к адамову яблоку. Мурашки пробежали по телу, и я чуть не дрогнул. Чтобы убедительнее притвориться спящим, я еще крепче сжал зубы. Кончики пальцев прошлись по ключицам, затем лениво опустились к бедрам и икрам. Прикосновение было легким, как перышко, но оставляло после себя что-то липкое, как слизь, которую оставляет улитка.

Он затушил сигарету, глядя на мое спящее лицо. Мне хотелось вскрыть его мозг и спросить, о чем, черт возьми, он думал? Я бы отреагировал на него, если бы он пытался снять с меня одежду, но он просто стоит и лапает меня, и я не знаю, как реагировать. В груди появилось странное чувство, которому я не мог дать название.

- ....…

- ....…

Сильная рука подняла меня с дивана, а другая обхватила мои колени и подхватила меня. Мое тело было поднято в воздух.

Шаги Чана направились в сторону моей комнаты, затем замерли на месте, а потом снова повернулись. В этом направлении находилась комната мужчины. Я пожевал внутреннюю сторону щеки. Грудь мужчины, ударившаяся о мою грудную клетку, заставила меня вздохнуть, и я издал протяжный вздох.

- ...Я ждал, и теперь я знаю.

Густой тембр голоса коснулся моей щеки. Слишком чёткий для простого бормотания, и слишком тихий, чтобы быть адресованным кому-то другому. Сердце замерло от страха быть пойманным, но тут господин Чан пробормотал с презрением.

- Тебе нужно дышать, чтобы притворяться спящим, если только ты не пытаешься притвориться мертвым.

Я так испугался, что на мгновение забыл дышать, и вскоре мое тело опустилось на мягкую кровать. Я прищурил глаза и уставился в темноту. Через некоторое время мои глаза привыкли к темноте. Мужчина потянулся в пиджак и достал сигареты и бумажник, затем снял его, отбросив на одну сторону кровати.

- Со Ё Вон, это просто отвратительно.

Я уставился в пространство. В гардеробной включился сенсорный свет, отбрасывая глубокие тени на лицо мужчины. Он повернулся ко мне лицом, на его лице была усталость.

- Ты видел свою мать?

- Да.

- Ты видел подъездную дорожку?

...Ты видел дорожку?

Я на мгновение озадачился и чуть не спросил, почему ты меня об этом спрашиваешь. Почему бы тебе просто не стянуть с меня брюки и не подвигать бедрами, пока не удовлетворишься?

Когда он ничего не ответил, я вопросительно поднял одну бровь. Тогда он взял с кровати пачку сигарет и вытащил одну. Он взял ее в рот, а я потянулся за зажигалкой Zippo.

- Какого хрена?

Я медленно встал с кровати и подошел к нему. Остановившись на расстоянии кулака, я щелкнул колесиком зажигалки по концу сигареты, которую он зажал между губами. Чан сделал глубокую затяжку, и оранжевое пламя вспыхнуло и расцвело, озарив комнату светом.

Господин Чан пристально посмотрел на меня, затем взял за подбородок, наклонился и присосался к моим губам вместо фильтра.

Его пальцы скользнули по моим волосам, беспорядочно перебирая их. Задыхаясь, я прижался к губам господина Чана в единственной комнате, где нет камер видеонаблюдения, этот человек наблюдал за мной.

В комнате, где только что бушевала страсть, стояла тишина, но оставшаяся липкая атмосфера была все такой же. В воздухе витал странный запах.

Измученный, я ненадолго уснул, но вскоре проснулся, обильно вспотев, резко повернул голову в другую сторону. В течение этих десяти коротких минут, пока я дремал, меня мучили кошмары.

- ....…

Я открыл глаза. Мне было холодно, а по телу пробежал озноб. Я обхватил себя руками, и дрожащими кончиками пальцев потянулся к теплу, надеясь найти его. Мужчина, который спал чутко, застонал, как приведение и зашевелился от этого маленького жеста.

- ...Ммм…

Мой взгляд привлек черный кожаный бумажник, лежащий на тумбочке. Взглянув на него, я почувствовал за спиной руку Чана, который что-то искал. Он пошарил по матрасу, и в конце концов кончики его пальцев нащупали мое тело.

Я застыл как гипсовая статуя, гадая, не проснулся ли он, но тут звук дыхания Чана утих. К счастью, это было во сне. Как во сне, когда ты неосознанно натягиваешь подушку на голову.

Я наблюдал за движениями мужчины, затем повернул голову назад. В поле моего зрения попал его бумажник. Точнее, бутылочка, находящаяся внутри, лежала у меня перед глазами. Содержимое этой маленькой бутылочки было достаточно, чтобы через некоторое время усыпить даже этого чувствительного человека.…

- ....…

- ....…

Импульсивно я протянул правую руку к тумбочке. Едва кончики пальцев коснулись бумажника, как господин Чан потянул меня назад. Я стиснул зубы и протянул руку еще немного, кончики пальцев уже едва касались бумажника.

Я приложил силу и потянул его к себе. Раскрыв бумажник, наклонился как можно ниже и стал возиться с застежкой, чтобы достать бутылочку.

Бутылочка, длиной едва ли с мизинец, лежала в моей руке. Я немного повозился с ней, затем посмотрел на мужчину. Под выступающими надбровными дугами, его глаза были неподвижны и закрыты.

Осторожно оттолкнувшись, я сел, опустив одну за другой ноги на пол и уже собирался подняться с кровати.

- ...Ух!

Появившаяся из ниоткуда рука, схватила меня за предплечье. Веки мужчины, плотно сомкнутые, медленно открылись от удивления. Слегка расфокусированные глаза сканировали окружающее пространство, словно пытаясь оценить ситуацию, пока не стали проясняться все больше и больше. Мужчина заговорил хриплым голосом.

- ...Куда ты собрался, как крыса.

- ...Мне нужно в туалет.

Несмотря на мои попытки, я не мог освободиться от хватки Чана. Глаза мужчины подозрительно сузились.

- Разденься.

- ...Что?

Он повторил грубым голосом, в котором еще сохранялась ночная страсть.

- Раздевайся и иди.

Повинуясь леденящему душу приказу, я поднялся с матраса и стянул с себя рубашку. Рубашка плавно соскользнула с моего тела и упала на пол.

Глаза мужчины скользнули по моему телу. Его взгляд пробежался по каждому сантиметру. По позвоночнику пробежал холодок, когда я понял, что меня держат в плену. Я крепче сжал кулаки.

Слова согласия вырвались наружу.

- ...Я вернусь.

Я повернулся и направился в ванную. Мои босые ноги издавали тихий звук по мраморному полу. Я включил свет в смежной ванной, вошел внутрь и включил воду в раковине. Густая струя воды полилась на белый фарфор.

Я опустил крышку унитаза и сел на него. Медленно разжав кулак, я посмотрел на маленькую бутылочку, которую так крепко держал в руке весь этот путь. Я слегка наклонил ее, и белые гранулы с шелестящим звуком пересыпались на другую сторону.

Я не чувствовал себя достаточно храбрым, чтобы принять его прямо сейчас. Я открыл шкаф и завернул бутылочку в полотенце. Вышел из ванной и вернулся к кровати.

Я свернулся калачиком на краю кровати, балансируя на грани падения. Внезапно мне пришла в голову мысль, что это подходящая для меня поза.

***

Стоя перед зеркалом в гардеробной и завязывая галстук, господин Чан внезапно выплюнул ругательство.

- ...Блять.

Он закончил завязывать узел и прижал руки к вискам. Запах вчерашней выпивки был сильнее, чем обычно, и, похоже, он страдал от похмелья. Должно быть, он наконец решил избавиться от галстука, поэтому обернул его вокруг руки, как свернутую туалетную бумагу, и бросил его в коробку. Это был несколько нервный жест.

Я страдал от последствий прошлой ночи не меньше, чем он. Я лежал на кровати, как труп, не в силах поднять руку. При этом запах, витавший в воздухе, постоянно проникал в мои ноздри. Это был запах пота, смешанного со спермой. В висках покалывало от вибраций и я не мог удержаться от ругательств.

...Часть меня хотела уползти из этой комнаты прямо сейчас, но я прищурился и проследил взглядом за спиной мужчины.

- ....…

- ....…

Мужчина откинул голову. Он всегда настаивал на том, чтобы его волосы были зачесаны назад, и это придавало ему еще более мрачную ауру. Казалось, даже если в его бок вонзить нож, то не будет ни капли крови.

Отдельная прядь темных волос вырвалась из строя и рассыпалась по лбу. Господин Чан нахмурился и провел рукой по лбу, поднимая волосы. Даже этого небрежного жеста было достаточно, чтобы напряженные мышцы плеч выдали его беспокойство под тканью рубашки.

Широкая трапеция и плотно вплетенные друг в друга мышцы спины казались менее угрожающими, когда что-то надето поверх, хотя и это не давало чувства полной безопасности.

Вдруг господин Чан резко повернулся. Я быстро закрыл глаза от ужаса при виде перекошенного лица мужчины.

- ....…

- ....…

Во мраке мелькала тень Чана. Его ленивый шорох достигал моих ушей. Я услышал шорох ткани о ткань. Он звучал все ближе и ближе, словно приближаясь ко мне.

Сквозь закрытые веки я почувствовал, как ко мне тянется рука. Она остановилась рядом со мной, где находилась тумбочка, на которой лежал бумажник.

Наступила короткая тишина. Я услышал тиканье часов - его или моих.

Я почувствовал жгучий взгляд на своей щеке и ухе. Вероятно, он смотрел на меня, распростертого на кровати, своими щелевидными глазами. На меня смотрел мужчина, похожий на робота с беспорядочно собранными на туловище руками и ногами.

...Мое сердце начало болезненно биться. Интересно, он уже понял, что я украл его наркотик?

- ....…

- ....…

Хлопнула входная дверь, и эхо разнеслось по пустому коридору. Я открыл глаза и с трудом поднялся на ноги. Неуверенно ступая, я вошел в ванную комнату. Открыл шкаф и заглянул внутрь. Все полотенца были на месте, кроме самого верхнего, которое Чан вытащил и использовал.

Я потянулся к стопке полотенец, свернутых в рулон и вытащил самое верхнее. Когда я развернул его, то обнаружил маленькую бутылочку, незаметно спрятанную внутри. Она выглядела точно так же, как я оставил ее на рассвете.

- ...Ах.

Я вздохнул, садясь на сиденье унитаза. О чем, черт возьми, я только думал?

Я приехал в больницу и провел остаток дня, жалея себя. Пока я мыл тело матери, я то и дело тихо вздыхал.

Я натворил слишком много глупостей.

Бескровный, лишенный жалости человек непременно накажет меня, если узнает, что я украл наркотик. С тревогой я сунул большой палец в рот. Он покалывал. На кончике языка ощущался вяжущий вкус, который напоминал старые бинты.

Кошмары всегда доводили меня до предела. Словно остро заточенные ножницы, они прорезали тонкие оболочки моего мозга, нарезая кубиками мои мыслительные цепи.

Особенно разрушительными были кошмары с проломленным черепом Эбби.

На следующее утро, проснувшись после такого сна, я был похож на каштан, с которого ножом срезали твердую кожуру. Внутреннюю часть, едва защищенную хрупкой оболочкой, которая мало чем отличалась от потерянного ребенка.

- ....…

На острове я всегда был один. Сколько бы раз я ни пытался позвать на помощь, меня встречала удушающая тишина, когда я просыпался от кошмаров, в которых мои пустые крики оставались глухими. В неудачные ночи я просыпался и встречался взглядом с холодной душой, лежащей на полу. Это был мой отец, дух без тела, блуждающий по земле. В такие моменты я сворачивался калачиком и молился, чтобы этот рассвет как можно скорее покинул меня. Эта маленькая комната площадью пять квадратных метров была предназначена только для меня.

...В этот раз все было по-другому. Генеральный директор Чан лежал рядом со мной.

Но я знал, что, потянувшись к нему, получу лишь холодную усмешку, и не мог смириться с мыслью, что протягиваю ему руку в таком трусливом состоянии.

Поэтому вместо его тела схватил вот это. Этого было достаточно, чтобы усыпить даже самого чувствительного мужчину.

Этот импульсивный выбор привел к тому, что в моей руке оказался нож. Единственная проблема заключалась в том, что этот нож вот-вот перережет мне горло.

- ...Ха.

Я издал долгий, низкий вздох и уткнулся лицом в матрас больничной койки.

Глава 54

Полдня я провел с ощущением, что стою перед гильотиной. Вернувшись домой, я расхаживал по комнате, не в силах скрыть беспокойство, пока в дверь не позвонили, и я замер на месте.

...Кто бы это мог быть?

Я сверился с настенными часами. Четыре часа дня. Господин Чан вернулся домой слишком рано. До этого в доме не было никого, кроме тетушки. Она бывает здесь не чаще раза в неделю, так что это не может быть она...…

Когда я сделал паузу, в дверь снова позвонили.

- Господин генеральный директор, я здесь по поручению.

...Поручение? Я открыл дверь, не теряя бдительности.

Сквозь щель я мог видеть лица по ту сторону двери. Я плотно прикусил нижнюю губу. Их было двое, те самые подчиненные из лачуги.

Один из них широко распахнул дверь, поставил задвижку и на мгновение исчез. Я стоял, застыв на месте, и вертел в руках большой палец, не в силах догадаться, зачем эти люди здесь?

Через несколько мгновений двое служащих вошли в дом, таща за собой что-то огромное. Я стоял ошеломленный и быстро отступил назад. Они затащили это в комнату господина Чана, периодически вздыхая от тяжести.

Сделав свое дело, оба работника вытерли руки и вышли через парадную дверь, оставив меня стоять в коридоре. У меня было стойкое ощущение, что они делали только то, что велел им господин Чан.

Я стоял в оцепенении, а потом медленно прошел в комнату господина Чана. В комнате появился новый предмет мебели, слишком скудный и безвкусный.

Это была книжный шкаф.

- ....…

Книжный шкаф был уставлен книгами. В отличие от предыдущих, которые были посвящены бизнесу и экономике, здесь книги были разделены на отсеки и расставлены по разным направлениям. Это было похоже на полку с бестселлерами в книжном магазине.

Среди мебели темного цвета, один яркий белый шкаф выглядел как-то странно одиноко. Кроме того, это был единственный книжный шкаф в комнате, который, как ни странно, был ниже остальных, одинаковых по высоте.

Он оказался на одной высоте с моим взглядом, и в тот момент, когда я заметил это, по моему телу пробежало неприятное ощущение. Возможно, это было совпадение, но ощущение было неприятным, словно мокрота застряла в горле.

Через три часа позвонил господин Чан и сообщил, что скоро будет дома. Я заметно нервничал, так как все это время раздумывал, что делать с порошком. Теперь мне действительно нужно было принять решение...!

Я взял сахарницу с полки под индукционной плитой и отправился в комнату мужчины. Я отвинтил крышку сахарницы и высыпал часть сахара в раковину, затем взял свежее полотенце и высыпал на него оставшийся сахар.

- ....…

Я достал полотенце, в котором спрятал порошок, и высыпал его в пустую сахарницу. С шуршанием белые гранулы посыпались в крошечную емкость, и я пересыпал сахарную пудру в пузырек. Баночку с сахаром я положил в карман, а пузырек с порошком - в руку, и пошел на кухню, чтобы вернуть сахарницу на место.

Тиририк.

На звук ключа, отпирающего дверь, я вздрогнул и замер, склонившись немного вперед. Повернув голову назад, чтобы встретить взгляд, который падал на меня сзади, я встретил сверкающие глаза мужчины, который наблюдал за мной.

Только когда взгляд господина Чана упал на мою руку, держащую сахарницу, я отшатнулся. Я быстро поставил ее обратно на полку и поднял верхнюю часть тела.

Незаметно для него я провел рукой по груди. Если бы он успел вовремя, то увидел бы нечто ужасное. Я вытер руки об одежду и поприветствовал его слабым голосом.

- ...Вы вернулись.

Мужчина замолчал, услышав мои вынужденные слова. Хотел бы я, чтобы он сказал что-нибудь этими губами..... Мужчина молчал, а его глаза сканировали только мои движения. Я нервно проследил за его настроением, но, как обычно, выражение его лица было нечитаемым.

На меня навалилась всепоглощающая тишина. Прошло мгновение, похожее на вечность.

- ....…

- ....…

Лицо господина Чана скривилось, а в его глазах появился блеск, который мне не понравился. Почувствовав в нем что-то такое, я плотно прикусил нижнюю губу и приготовился к тому, что должно было произойти.

С губ мужчины сорвался обвинительный тон.

- ...На кого ты похож?

Его слова заставили меня пригнуться и посмотреть на свою одежду, чего я никак не ожидал.

Приняв душ, я постирал рубашку, которая была на мне, вручную. ...Я не сильно потею, так что не то чтобы мне было неприятно только потому, что я носил ее несколько дней, но это было довольно неприятно, потому что я не снимал ее, даже когда мы занимались сексом.

Когда я ее постирал, мне нечего было надеть, поэтому я надел ту одежду, в которой пришел сюда.

На острове я всегда так одевался, но сейчас перед мужчиной выглядел еще более потасканным. Трикотаж растянулся на шее, рукава были неопрятными, а бока рубашки терлись о руки, отчего они задирались вверх. Джинсы были выцветшими на коленях. Я не стал прикрывать их фартуком, опасаясь загрязнения. Фартук стоил дороже, чем моя одежда.

Я снова поднял голову. Между расстегнутыми пуговицами рубашки просматривались длинная и крепкая шея мужчины и ровно простирающаяся ключица. Когда он заговорил, его гортань зашевелилась.

- Внутри, должно быть, много одежды, во что можно было переодеться.

...Это все твоя одежда. Слова задержались лишь на кончике моего языка. Одежда мужчины не подходила мне по плечам, была слишком длинной в руках, ногах и подоле. Качество было слишком хорошим. Во многих отношениях она мне не подходила.

Чан снял куртку с одного плеча. Я убавил температуру на индукционной плите, подошел к нему и взял куртку. Мужчина протянул мне куртку и посмотрел на меня сверху вниз, словно ждал. Я посмотрел ему в глаза и негромко сказал.

- ...Приходите, как примите душ.

Чан расстегнул пуговицы на своей рубашке.

- У тебя мокрые волосы. В какой ванной ты мылся?

- ...В комнате.

Мужчина приподнял одну бровь и направился в свою комнату. Я последовал за ним. Снимая один предмет одежды за другим, мужчина вернулся к своему первозданному виду и вошел в ванную. Мгновение спустя я услышал звук льющейся воды.

Я сжал в руке пиджак мужчины, и мой взгляд упал на стену, где был размещен белый книжный шкаф.

Мужчина даже не взглянул на него, когда заходил в ванную. Я повернул голову обратно и посмотрел на дверь ванной. Я все еще слышал шум воды.

- ....…

Я сунул руку в карман пиджака и вытащил бумажник, а затем пузырек, который держал в кармане брюк. Я быстро сунул его в застежку бумажника, пока мужчина не вышел.

Повесил пиджак на вешалку и убедился, что он хорошо висит, затем механически разгладил плечи пиджака и собрал одежду перед ванной.

Я закрыл дверь, вышел и вернулся на кухню. Усердно орудуя руками, я продолжил готовить еду для Чана.

***

Я заметил, что что-то не так.

Мне казалось, что в господине Чане есть что-то странное. Точнее, мне показалось, что отношение этого человека ко мне странно отличается от прежнего.

Первое, что я заметил, - это изменение его тона голоса. Он больше не использовал вульгарные слова, описывая меня такими слова, как "шлюха", "хуесос" и тому подобное. Но это не значит, что нож на кончике его языка, который, кажется, был с ним с начала времен, никуда не делся. Его острие определенно как-то странно притупилось.

Осознав это, я заметил, что его взгляд стал менее ядовитым, чем раньше. Он все еще был пугающим, но то, что он смотрел на меня так, словно я был меньше букашки, в какой-то момент прекратилось.

...Что, черт возьми, он делает? Я постоянно задаю себе эти вопросы. Он делал то, чего никогда раньше не делал, что еще больше усиливало замешательство. Внезапно в дом принесли книжный шкаф, и это было через несколько дней после того, как я заснул, читая книгу.

- ....…

...Не может быть? Конечно, он принес это не ради меня. Я позволил себе на мгновение усомниться, а затем быстро махнул рукой, чтобы отбросить эту мысль. Это был ритуал экзорцизма. Человек с сердцем, похожим на сердце демона, никогда не будет человеком, который допустит, чтобы подобные вещи происходили с другими.

Подозрение, которое я так старательно пытался отогнать, снова надулось, как воздушный шарик.

Белый книжный шкаф и по сей день оставался нетронутым господином Чаном. Он не получил даже нескольких его ледяных взглядов, не говоря уже об отпечатках пальцев. Мужчина вел себя так, будто ему нет никакого дела до этой деревяшки.

На самом деле он был слишком занят, чтобы читать книги. В будни и выходные он уходил рано утром и возвращался только к вечеру. Иногда он задерживался, потому что развлекался, и я не мог не задаться вопросом, почему он не заглядывает в книжный шкаф.

...Наверное, он все-таки подарил его мне.

Я не хотел признавать этого, даже если бы был мертв, но теперь пришлось. Этот человек стал добрее, чем прежде. Дрожь пробежала по позвоночнику, когда мысль зашла так далеко.

- ....…

Комната достаточно большая, чтобы в ней могли жить четверо или пятеро взрослых, но я не знаю, почему один книжный шкаф вызывает у меня чувство удушения.

Это был элитный книжный шкаф, который выглядел так, будто стоил целое состояние, и я мог бы купить несколько таких по цене часов на моем запястье.

Это был едва ли не первый случай, когда я получил от мужчины что-то, о чем не просил. ...В большинстве случаев мне приходилось просить о чем-то.

...Кроме того, я не думал, что это продлится долго. Вопреки моим ожиданиям, о наркотиках пока не было ни слова. Мне казалось, что я держу в руках бомбу замедленного действия, которая может взорваться в любой момент.

***

Я уже выходил из больницы. Солнце сильно светило в лицо. Я прикрыл глаза тыльной стороной ладони и направился к обочине, где была припаркована машина. Я притормозил, когда что-то заметил.

Перед машиной была припаркована еще одна такого же цвета. Заднее стекло тонированного седана было опущено. Я перевел взгляд на фигуру, которая сидела внутри. Глаза господина Чана поймали мой взгляд. Его красивые губы приказали мне. Садись.

Черт, я облизал губы и потащился к машине мужчины. Каждый шаг казался тяжелым, как будто к ногам был прикреплен какой-то груз.

Машина со мной на заднем сиденье направлялась к универмагу. Я стоял перед входом, одетый в драную одежду, и заикался, как идиот.

- ....…

- ....…

Господин Чан прогуливался по универмагу, передвигая длинными ногами, обтянутыми черными брюками, и сканировал взглядом витрины отделов. Его шаги были бодрыми, и он остановился перед манекеном. Он снял с манекена всю одежду и велел мне переодеться в нее.

Не раздумывая, я сделал то, что мне было велено. Когда я вышел из примерочной, завернутый в пять миллионов вон, мужчина оглядел меня с ног до головы и внезапно ухмыльнулся. Я сглотнул. У меня пересохло во рту при виде этого человека.

В этой одежде мы вышли из магазина и направились в элитный японский ресторан.

Официантка, которая сразу узнала лицо мужчины, проводила нас к столику в глубине зала.

Он сделал заказ, и стол был уставлен тарелками, причем свободных мест не было.

Каждое блюдо блестело, как будто его только что приготовили. В центре стола лежал аппетитно выглядящий кусок сашими из ярко-розового тунца. Мякоть выглядела такой нежной, что, казалось, растает на языке.

- Алкоголь?

...Алкоголь? Я заколебался, а Чан смеялся, не скрывая своего веселья. Он застыл на месте, притворяясь забавным.

- У меня есть обязательства на сегодняшний вечер, так что я не планирую напиваться.

После долгой паузы он подозвал официанта и заказал виски. Вскоре официант снова вошел в комнату, передал ему бутылку, два стакана и удалился, одним лаконичным движением закрыв за собой дверь.

Генеральный директор Чан налил в свой бокал жидкость. Золотистая жидкость с восторженным сиянием наполнила оба бокала. Один направился ко мне, другой остался перед господином Чаном.

Мужчина опустошил свой стакан первым, и я последовал его примеру, поднял стакан и вылил жидкость в рот. Крепкий алкоголь обжег мне пищевод. На глаза навернулись слезы, затуманивая зрение. Мужчина наблюдал за всем этим с забавным выражением лица. Я вернул взгляд мужчине со слезами на глазах.

Внезапно господин Чан задал мне вопрос.

- Ты думаешь о том, чтобы залезть ко мне на колени и выпить?

...Мне захотелось, чтобы он заткнулся. Я медленно опустил глаза, моя нижняя губа подергивалась. Я был в непреодолимом положении, и мне хотелось рассыпаться в прах. Я не мог сделать этого, а он грубо смеялся надо мной.

- Если ты не собираешься этого делать, почему ты так смотришь на меня?

Не знаю, на что, черт возьми, я смотрел. Если бы он схватил меня за руку, мне пришлось бы сесть к нему на колени. К счастью, он оставил меня напротив себя. Похоже, он был настроен на выжидательную позицию.

Трапеза продолжалась в тишине. Разыгрывалась молчаливая война. Чан нарушил тишину, задав странный вопрос.

- Чем ты занимался сегодня?

Я был ошарашен неожиданным вопросом, а затем заикаясь произнес.

- Просто.... Завтракал с мамой и смотрел телевизор.

В центре стола, как и в прошлый раз, стояла паста со сливочным соусом. Когда я молча смотрел на нее, официантка улыбнулась и сказала: «Босс сказал, что студентам это нравится». Но я не хотел это слышать.

- Ты хорошо провел время в больнице?

- ...Да.

Мужчина сделал безразличное лицо и достал бумажник. Мой взгляд автоматически привлек зажим на его внутренней стороне.

Там, как обычно, был прикреплен пузырек. Я не мог понять, тот ли это пузырек, который я туда положил.

Мужчина достал из бумажника карточку. Он постучал концом пластиковой карточки по столу и спросил.

- Твоя мать.

Медленно подняв глаза, я уставился на человека, чей голос был сухим, как дрова. Как обычно, лицо мужчины было лишено выражения.

- Я слышал, что некоторым людям везет, если они просыпаются после столь долгого сна.

Он как будто услышал это от кого-то. Он спросил об этом в больнице? Зачем проходить через все эти неприятности? Это человек, с которым у меня вообще нет никаких отношений.

- ...Моя мама.

К моему счастью, стук по столу немного замедлился.

- Почему Вы спрашиваете?

Карта в руке мужчины упала на стол. Мужчина наклонил голову и спросил.

- Есть ли причина, по которой я не должен быть любопытным?

- ...Вам не о чем беспокоиться.

Я бы предпочел, чтобы со мной обращались как с проституткой, а не как с мужчиной, к которому проявляют ненужное внимание и нежелательную доброту. Я действительно не хотел покупать его симпатию.

- Это мое личное дело.…

За неясными словами последовал мужской голос.

- Личное дело?

Воздух в комнате внезапно похолодел, как будто на вопрос плеснули холодной воды. Я почувствовал, что что-то не так. Я быстро заговорил, надеясь разрядить ледяную атмосферу.

- Я знаю, что Вы заняты, поэтому не стоит уделять мне лишнего внимания.…

Но было уже слишком поздно. Мужчина заговорил низким голосом.

- Так вот оно что. Это личное, Вас это не волнует, и ты собираешься вернуться в свою дыру?

Тон был совсем другим, но он сказал именно это. Я был в растерянности.

- Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать?

...Кто я такой?

- Ты так хорошо говорил, а теперь молчишь?

- ....…

- Кто ты?

Кто я? Не знаю. В лучшем случае я похож на манекен, который мужчина наряжает в красивую одежду, и я нутром чую, что, если я скажу об этом, пути назад уже не будет, поэтому держу рот на замке.

Господин Чан возился с узлом на галстуке. Его брови были нахмурены, а щеки периодически подергивались. Я покусывал мякоть на внутренней стороне щеки, потому что он не скрывал своего недовольства.

- Неужели ты думаешь, что я был добр к тебе без причины?

- ....…

- Ты же не думаешь, что я не знаю о том, что в твоей маленькой головке нет ничего, кроме желания убежать?

Каждый раз, когда господин Чан произносил предложение за предложением, его губы сильно пересыхали.

- Я думал, что если буду баловать тебя, то ты станешь немного добрее, но теперь ты снова принялся за старое. Что, черт возьми, мне делать?

Голос, звучащий слишком уверенно и угрюмо, зазвенел в моих ушах.

- Я должен быть милым и вернуть тебя на поле для гольфа?

Губы мужчины скривились в ухмылке. Его глаза были лишены смеха, отчего он выглядел еще страшнее.

В одно мгновение атмосфера остыла, и в комнате воцарилась леденящая тишина.

Несколько теней промелькнуло в оконном стекле за спиной Чана. В голове мелькнула мысль, что это рой темных облаков.

Щеки мужчины дернулись. Его красивые брови нахмурились, и он прижал длинный палец к виску. Он выглядел так, будто подавляет свой гнев. Это было совсем другое лицо, не то, которое было, когда он просил сесть к нему на колени и выпить.

Я подумал, не разозлил ли я его настолько, чтобы сказать, чтобы он не лез не в свое дело и шел заниматься своими любимыми делами? Черт возьми, даже моя собственная собака высунула бы язык перед этим человеком. Я забиваю свой мозг такими мыслями, и просто держу язык за зубами.

Внезапно низкая, долгая вибрация прорезала тяжелые потоки воздуха. Я вздрогнул от неожиданности, как ребенок, пойманный на месте преступления.

Мужчина выхватил телефон и уставился на меня, в его змеиных глазах плескалась насмешка. От этого взгляда у меня по позвоночнику пробежал холодок.

- ...Э-э…

Раздался голос на другом конце телефона. Громкий голос объявил о следующей встрече. Мужчина проверил свои наручные часы, взял пиджак и встал. Я остался сидеть на месте и боковым зрением следил за его спиной, пока он выходил, не оглядываясь назад. Закрытая дверь открылась.

- ....…

- ...Я уже выхожу.

Голос мужчины становился все более отдаленным. Я уставился на стол. Лосось все еще сохранял свою первоначальную форму. Рядом с ним лежала карта, потерявшая своего владельца.

Мгновение спустя открытая дверь бросила тень на пол комнаты. Я повернулся и увидел стоящего там подчиненного этого человека. Казалось, он пришел за мной. С призрачной жутью я поднялся со своего места, снял с вешалки пальто и надел его. Я уже выходил из комнаты, но остановился и оглянулся.

- ....…

Вещи, оставленные позади, сдерживали меня. Я скривился от ненужной досады, затем повернулся и вышел из комнаты. Что ж, это не мое дело.

Снаружи ветер дул в лицо, но мне было все так же тепло, как в пуховом одеяле. Спасибо шерстяному пальто, которое купил мне мужчина. Оно было гораздо тоньше, чем мой шерстяной джемпер, который умер через два дня, но в пальто мне было во много раз теплее. Язык покалывало от вкуса денег.

Я сел на заднее сиденье. Владельца автомобиля увидеть не удалось, поскольку он, возможно, уехал на другой машине.

Машина, которая везла меня, мчалась по темной улице, ее фары стреляли желтым огнем. Я подумал, не направляется ли она к полю для гольфа? К счастью, она везла меня домой. Похоже, это было продолжением щедрости дьявольского человека.

- ....…

Дом, где я был один. Лёжа на кровати, я тщательно накрыл тело холодным и лишённым тепла одеялом. Вдруг мужчина всё-таки вернётся поздно? Войдёт и начнёт трогать моё тело, подняв одеяло. Всю ночь я был на взводе.

К счастью, мужчина не вернулся домой. Это было поистине большим облегчением.

Глава 55

Следующий день. Переодевая брюки для похода в больницу, я заметил, что снова похудел, а талия стала еще тоньше. Я приготовил полуфабрикат, чтобы утолить голод. Аппетита не было, но я заставлял себя есть, надеясь, что если мама проснется, то я буду цел и невредим.

- ....…

В больничной палате мама все еще лежала в постели без движения. Ее кожа была настолько сухой, лишенной влаги, что напоминала сухую кору.

Я пробормотал пересохшими губами.

- ...Вчера я ел сашими из тунца.

- ....…

- Это было дорого, но очень вкусно.

Я пригласил ее присоединиться ко мне позже. Как обычно, ответа не последовало, только молчание. Ее веки были закрыты, и пальто, которое я надел, чтобы показать ей, что у меня все в порядке, не помогало.

Скоро должна была вернуться сиделка, и я выскользнул из палаты. Я постоял перед телефонной будкой в конце коридора, затем вошел внутрь и снял трубку.

- Телефон отключен..…

Вызов моему дяде прервался, оставив сообщение, что его мобильный телефон отключен. Я не был слишком удивлен, так как ожидал этого. Положив телефон на место, я увидел, как через прозрачную стену в мамину палату вошла незнакомая мне женщина.

Я подумал, не сиделка ли она, ведь я впервые видел ее лицо? ...Я бы представился родственником, но, к счастью, так и не столкнулся с ней. Хотя это было обеденное время, она могла зайти по любому поводу.

Я отвернулся и ушел.

Вернувшись домой, я навел порядок в доме. День выдался теплый, поэтому я помыл посуду и разложил выстиранное вручную белье на сушилке. В такую погоду белье затвердело бы как палка, если бы его вывесили на веранде, поэтому я затащил сушилку в дом. В углу дома, также стоял ящик для сбора одежды.

Телевизор был включен и показывал вымышленные истории о знаменитостях.

- ....…

Я суетился вокруг, ища, чем бы заняться. На мгновение я прислонил швабру к окну, затем сложил ладони вместе и посмотрел вниз.

Это была тюрьма без решеток. Я чувствовал себя заключенным в очень большой одиночной камере. Она не была заперта, но даже когда я выходил в магазин напротив дома, за мной следили.

- ....…

Миллион мыслей проносились в моей голове, пока я сидел в тишине этого дома.

Как сильно я просрочил выплату долга? А проценты по оставшейся части основного долга постоянно били меня головой о стену. ...Все осложнится, если в больнице появятся сборщики долгов.

Я тяжело вздохнул. Интересно, где сейчас мой дядя и не вернется ли он насовсем? Мысли роились в голове. Тишина превратилась в когтистое чудовище, пробивающее себе дорогу в моей голове.

- ....…

Сегодня мужчина сказал, что снова опоздает, но так и не пришел, но я не возражал. Потому что изначально он был человеком, который жил на поле для гольфа. Я подумал, что он, возможно, снова сидит там.

Я подумал, что он вернется, когда будет нуждаться. Он из тех мужчин, которые уходят, если не успевают вовремя реализовать свое либидо, поэтому я решил, что рано или поздно он вернется.

Но и в тот день мужчина не вернулся. То же самое было и на следующий день, и через день. Так прошло две недели.

***

Бывали дни, когда где-то раздавался скрипящий, неустойчивый звук.

Я выползал из своей комнаты с первыми лучами солнца и пробирался в гостиную, где по привычке включал телевизор, рылся в шкафах, открывал банки и надувал свой сплюснутый живот.

За дверью послышался треск. Мой взгляд инстинктивно потянулся к двери, как собака Павлова к звонку. Раздался свистящий сквозняк. Он не был искусственным, просто дул ветер.

Прошло две недели с тех пор, как я покинул японский ресторан. От мужчины, который приходил в любое время дня и ночи, по-прежнему не было никаких вестей. Он больше не приходил домой. В те дни, когда он должен был прийти домой, его сотрудники просто передавали мне еду и уходили.

- ....…

Я достал еду из микроволновки и погрузил в нее вилку. Она была теплой, но я жевал ее, не обращая внимания. Мои глаза были прикованы к экрану телевизора. Женщина за столом перечисляла текущие события. Все они казались такими далекими, словно происходили в другом времени и месте.

- ...Прогноз погоды на сегодня.

Экран переключился, и метеоролог объявил, что к вечеру начнется дождь.

...Дождь?

Я отложил вилку и подошел к окну. Я уставился на небо. Небо было темным, как будто на него вылили серую краску. Я положил ладонь на окно и посмотрел вниз. Неподвижность внешнего мира была ощутимой. Холодный вихрь пронесся по пустой стоянке.

Окно теперь было покрыто отпечатками рук. Все следы были сделаны мной, когда я смотрел вниз. Когда я смотрел на белые ладони, мне в голову пришла неожиданная мысль. Мысль о том, что на этот раз он может не вернуться. Это было обоснованное подозрение. Непонятное, неприятное ощущение прошло через область вокруг солнечного сплетения. Пальцы сами собой сжались. Я в замешательстве прижал кулак к окну.

...И что теперь со мной будет?

***

Возможно, потому, что день был темный, все люди, гулявшие сегодня в инвалидных колясках, толпились возле входа в больницу. Коридор, ведущий к палате пациента, был окрашен в пепельный цвет. Белое здание было наполнено жуткой атмосферой.

Я вошел в мамину палату, расправил подол пальто и сел в кресло.

Ее лицо было безжизненным, и я быстро проверил дыхательную систему. Ее дыхание было слабым, а затем снова четким. Она дышала, слабо, но отчетливо. Я наблюдал, как хрупкие вдохи белым пятном ложатся на пластиковую маску.

Дождевые тучи стремительно надвигались на окна, которые специально оставили широко открытыми, чтобы пациенты с ограниченной подвижностью могли видеть улицу.

- Сегодня вечером ожидается дождь.

- ....…

- ...И гром.

Как только я закончил говорить, в окно ударил град.

Пробыв положенное время, я тихонько выскользнул из больничной палаты. По привычке я дошел до телефонной будки и снял трубку. Мои руки зависли над кнопками с цифрами, и я прислонился спиной к стене телефонной будки.

Дзинь, дзинь, дзинь. Я слышал, как таксофон заглатывает монеты, и вскоре передатчик подал звуковой сигнал.

- ...А?

Я ожидал услышать сообщение о том, что телефон отключен, но неожиданность ситуации застала меня врасплох, и я быстро выпрямил спину и встал, держась за телефонный провод. Секунды шли как минуты, а потом…

Щелк. Сигнал исчез.

- ...Дядя?

Ответа не последовало, но, увидев проблеск надежды, я быстро добавил.

- ...Дядя.

- ....…

- Я подумал, что что-то случилось.

Или, точнее, я подумал, что ты исчез. Я услышал дыхание. Это было его дыхание, резкое. Как будто он прикуривал сигарету.

- Я сейчас в Сеуле. Мне сказали, что мой дядя перевез маму в другую больницу…

Имя опекуна написано тремя буквами имени моего дяди. Почему он до сих пор не объявился и расплачивался ли он с долгами моего отца деньгами, которые я ему посылал? Я хотел задать ему вопросы, но пришлось подождать, пока я не встречусь с ним. Сначала я должен был узнать, где он находится.

- ...Дядя, где ты?

Я ждал ответа, но ответа не последовало. Я слышал лишь слабое дыхание. Затем с грохотом что-то упало на пол, после чего раздался скрип. Я услышал, как он раздавил ногой окурок.

- Пожалуйста, скажи что-нибудь, - взмолился я, но наступила тишина. Я попытался снова, на этот раз еще с большим усилием.

- ...Пожалуйста.

- ....…

Я уже собирался позвать снова, когда понял, что сейчас меня бросят.

- Три.…

- Аааааааа!

На другом конце трубки раздался ужасающий крик, последняя нота разорвалась на миллион кусочков. Кто-то кричал во всю мощь своих легких, голосом, характерным для тех, кто выкурил слишком много сигарет.

Пронзительная, визгливая нота ударила по моему уху, словно топор, а затем внезапно, резко оборвалась. Просто так, словно кто-то отрезал ее ножницами посередине.

За этим последовал стук. Звук вырывался наружу. Я стоял в оцепенении, сжимая отключенный телефон, словно меня ударили молотком по затылку. Я даже не мог закрыть рот.

...Что это было? Голос был похож на голос моего дяди. Нет, я не мог ошибиться. Это определенно был крик моего дяди. Дрожащими руками я быстро набрал номер еще раз.

Я нетерпеливо грыз ногти, ожидая, что дядя возьмет трубку. Но ответа не было, только гудки. Сколько бы раз я ни пытался дозвониться, результат был один и тот же. Мурашки покрыли все мое тело. По позвоночнику пробежала холодная дрожь тревоги.

Я был настолько ошеломлен внезапностью происходящего, что мой разум помутился. Я потерял всякое ощущение реальности. Я стоял в небольшом помещении с пластиковыми стенами.

Взгляды прохожих следовали за мной один за другим. Они смотрели на меня как на сумасшедшего, а потом медленно уходили. В медленном течении времени я стоял неподвижно, как натюрморт.

Затем внезапно мои глаза беспорядочно задвигались. Мой взгляд устремился в конец коридора, ведущего на лестничную площадку, где, словно черный призрак, стояла фигура. Силуэт шевельнулся, почувствовав мой взгляд. Мужчина, идущий по коридору и болтающий со своим знакомым, нечаянно столкнулся с ним.

- Ох, извините…

- ....…

Обернувшись, он встретился взглядом с черным лицом фигуры и испуганно отскочил, как от огня. Лица окружающих людей были бледными.

Черная фигура приближалась ко мне все ближе и ближе. Его тело было огромным и твердым, как каменная глыба. Толстое, как деревянный брус. Шрам через всю щеку. Аура, которую он излучал, безошибочно принадлежала человеку его рода.

Сотрудник генерального директора Чана стоял передо мной на соответствующем расстоянии. Казалось, что он пришел меня искать, поскольку я не вернулся вовремя.

- Пора идти.

Он взглянул на часы. Похоже, он хотел дать мне понять, что занят. Каждый день в обед этот сотрудник привозит меня сюда и отвозит обратно домой. Хоть он и не мог сказать этого вслух, было ясно, что он раздражен.

Я повесил трубку на место, вырывая ее из крепкого захвата. Вышел из телефонной будки. Следуя за господином Чаном, я ничем не отличался от преступника, разве что у меня не было веревки.

Тук-тук. Негромкий стук щекотал мне слух. Несколько капель прозрачной жидкости постучали по окнам в коридоре. Звук становился все громче и быстрее, и я услышал крики людей, укрывавшихся от дождя под окнами.

Машина затормозила перед зданием на скользком тротуаре. Я выскользнул с заднего сиденья под дождь и проскользнул в подъезд. Это был всего метр или около того, но я быстро превратился в крысу, упавшую в воду.

Мне было очень холодно. Я не мог дождаться, когда согреюсь и переоденусь в свежую одежду. Как только я добрался до дома, я снял с себя одежду и принял теплую ванну. Мой ледяной нос и щеки оттаили.

Надев халат, я бросил свою промокшую одежду в корзину для белья. Мое тело, теперь уже сильно разгоряченное, отправилось на поиски сменной одежды. На сушилке висела рубашка мужчины, а также мои брюки и нижнее белье.

- ....…

Большую часть одежды, которую он мне купил, я еще не носил. Они висели в шкафу в том виде, в каком их принесли. Даже бирки были на месте так, что я мог бы вернуть их обратно и потребовать возврата денег. Конечно, прошло уже две недели, и сделать это было невозможно.

Я снял рубашку с сушилки и развязал пояс халата. Собираясь снять халат, я со вздохом повернул голову назад. Мое внимание привлек красный свет от камеры, прикрепленной к потолку, ведущей из гостиной на кухню.

...Сейчас он не смотрит.

Я легко снял халат. Ненавидя холодок на коже, я быстро оделся.

- ....…

Приятная на ощупь одежда облегала тело. Без разницы, насколько высококачественным был материал, после того как я надел и провел в этой одежде какое-то время, ткань стала немного мягче.

Я сел, глубоко уткнувшись телом в диван. Мое тело расслабилось, и я почувствовал сонливость. Я прижался щекой к влажной коже теплой, словно пуховое одеяло.

Я посмотрел в дождливое окно. Ночь в январе наступала рано, и было темнее, чем обычно, из-за темных туч, которые, словно свора собак, завладели небом.

Черт, дождь идет. Нет, льет. Весь дом словно находился в глубинах бурлящего океана. Даже шум телевизора слегка заглушался шумом дождя за окном. Словно огромная прозрачная стена отделяла меня от внешнего мира.

- ....…

Оказавшись в ловушке одиночества, я медленно проигрываю в памяти телефонный разговор с дядей. Я кусаю большой палец, и старая повязка отрывается, как яблочная кожура, и падает на бедро.

...Значит... значит, дело не в том, что он не ответил на звонок, а в том, что он просто не может?

Через трубку доносилось холодное дыхание. ...Чье оно могло быть?

Перед глазами промелькнули лица сборщиков долгов. Интересно, это они? Я резко сглотнул. Нет, это не они. Их конечная цель - деньги. Они не стали бы так бросать трубку, если бы собирались использовать моего дядю, чтобы вымогать у меня деньги.

Порывшись в памяти, я вспомнил не одного человека. У него было много врагов. Я бы не удивился, если бы его зарезали на дороге и нашли мертвым на следующий день.

- ....…

Очевидно, с ним случилось что-то плохое. Но я не испытываю к нему ни капли жалости, пусть это лишь небольшое утешение, но это роскошь, которую он заслужил. Он заслужил смерть.

В висках пульсировало. Мысли неслись вскачь. Мысли заполонили голову, пытаясь заполнить ее. Словно кто-то засунул руку в мою голову и постоянно растягивал и сжимал складки моего мозга.

Потерявшись в мыслях, я поднялся с дивана и, как зачарованный, направился на кухню. Взяв с нижней полки банку с сахаром, я вернулся на диван. С тихим шелестом из опрокинутой банки высыпался порошок.

Я крепко сжал банку в руке и медленно опустил веки. Мне не хотелось слишком много думать об этом, поэтому я заставил себя заснуть. Я долго ворочался, пока наконец не погрузился в сон.

Лениво накрывшая меня пелена унесла меня в мир прошлого. За окном все еще сильно стучал дождь.

***

Я снова опустил веки, затем поднял их. Не успел я оглянуться, как уже рассвело. Я вскочил со своего места и стянул с себя одеяло.

Из комнаты доносился мамин голос.

- ...Ё Вон!

Я увидел спину мамы, стоящей перед камином. Словно почувствовав мое присутствие, она оглянулась и посмотрела на меня. Она зачерпнула половником горячий суп из бобовых ростков и поставил его на стол.

Она улыбнулась мне.

- Твой отец пришел домой пьяным, и я приготовила суп из бобовых ростков.

- ...Да.

Ответил я приглушенным голосом. Мама подняла руку и погладила меня по щеке. Кончики ее пальцев пахли едой. Белое мамино лицо раскраснелось до цвета спелого персика. Она выглядела так же, как всегда, но почему-то у меня перехватило дыхание. Как будто я съел острый перец, и у меня щипало в носу.

- Он говорит, что у него болит голова, как будто она сейчас расколется!

Из-за кухни послышался крик недовольства. Мама сказала мне съесть это быстро и шлепнула меня по ягодицам.

Семья собралась за столом, а мой дядя почесывал затылок.

- Тьфу, черт.

Сидя за столом, отец со злым лицом продолжал извергать ругательства. Черт побери, черт побери. Из-за похмелья он постоянно потирал лоб. Это заставляло меня сжиматься. Если бы я хоть что-то произнес, то сразу бы получил по ушам, поэтому я усердно пользовался палочками для еды.

Казалось, он всю ночь просидел за игорным столом и приполз только на рассвете. Как только он вошел, он, должно быть, снова повел себя плохо, попросив мать подать ему суп со спиртным, когда она утром пришла с работы.

Я все время украдкой поглядывал на отца, боясь, что в любой момент меня могут избить.

...Не было ли все это сном? Это казалось таким нереальным, долгим кошмаром, с которым я никогда не хотел бы столкнуться снова.

Он продолжал смотреть в пространство, ругаясь хриплым голосом.

- ...Какого черта!

- Дорогой, хочешь, я схожу за выпивкой?

Но он просто смотрел вдаль во дворе и продолжал ругаться. Мама заметила меня.

- Ё Вон, скажи ему что-нибудь. Он может снова начать ругаться.

- Да пошел ты!

Резкое ругательство ударило меня по уху.

- Ты сука, сукин сын!

С его губ полилась череда нечленораздельных проклятий.

- ...А, отец.

Словно не слыша, он по-прежнему смотрел во двор. Его лицо было странно невыразительным. Я перевел взгляд в ту сторону, куда он смотрел. Я понял, что его глаза были устремлены влево, возможно, он смотрел вниз по лестнице.

Как только я это осознал, по позвоночнику пробежал холодок.

Я быстро обернулся и посмотрел на отца. Он смотрел на меня в ответ. Его глаза были огромными, как блюдца, и я в ужасе вцепился в мамин рукав. Сжав плечи, я спросил невнятным голосом.

- ...Ты в порядке?

Наступила тяжелая тишина. Я еще крепче сжал мамин рукав. Мой отец медленно открыл рот. Его рот был темным, как пещера. Он закричал.

- Это все из-за тебя!

Вдруг из его макушки раздался хлопок, и кровь хлынула фонтаном. Горячий поток жидкости хлынул в его пустые глаза и ноздри.

- Аааа!!

Я закричал, схватив мать за рукав. Она внезапно повернула голову в мою сторону. Но это была не моя мать, а отец с впалыми глазницами.

Глава 56

- ...Ах!

Я рывком проснулся, конвульсивно дергаясь, как человек, пораженный молнией. Какое-то время я еще отходил от шока, вызванного бессознательным пространством, но потом услышал гром снаружи.

Гром потряс мой мозг и разбудил меня. Мои ладони были влажными от пота. Я понял, что все это было сном. По моему телу пробежал холодок. Я обнял себя руками и посмотрел на настенные часы.

- ....…

Два часа ночи. Я все еще был один в большом доме.

Снова раздался раскат грома. Экран телевизора потрескивал, а из динамиков доносились причудливые звуки. Я уставился на телевизор, охваченный тревогой.

Если эта штука когда-нибудь выключится..…

Словно посмеиваясь над моими опасениями, телевизор с треском выключился.

Единственный шум в доме исчез. Жуткая тишина нахлынула на меня, как волна. Когда звон в ушах прекратился, пробудилось шестое чувство.

Я почувствовал на себе чей-то взгляд. Не знаю откуда, но мне показалось, что он стоит в конце коридора и смотрит на меня. На мгновение я подумал, не господин Чан ли это, но потом отмахнулся от этой мысли. Я не слышал, как открывалась дверь.

Я медленно повернулся. Там стояло холодное тело, залитое кровью. В моей голове сработал предохранитель.

Я дрожа всем телом, сжимая в руке пузырек, побежал так быстро, как только могли нести меня ноги. Я вбежал в ванную и быстро захлопнул дверь, закрыл крышку и сел на сиденье унитаза. Я посмотрел на свои липкие, дрожащие руки, и на пузырек, крепко зажатый в моей руке.

- ....…

Я потянулся за ним в порыве, но не положил обратно, потому что был уверен в себе.

Невысказанная уверенность в том, что если он узнает, что порошок у меня, то, по крайней мере, не отрежет мне палец.

Это тот самый человек, который угрожал отрезать мне палец, если я убегу. Но что сделал Чан, когда увидел шрамы на моих отпечатках пальцев? Он отбросил нож, и даже залечил их.

Не может быть, чтобы он не знал, что я взял этот пузырек. Он оставил меня одного. Может быть, он думает, что я у него на ладони?

Это было смешно. Ублюдок. Я хотел, чтобы он был несчастен. Я каждый раз проклинал его про себя.

- ....…

Небеса с грохотом обрушились на землю.

...Человек, которого он так ненавидел, господин Чан, он не придет на рассвете. Ни завтра, ни послезавтра, ни на следующий день. Внезапно по моему телу пробежал холодок, словно призрак, вошел в мое тело. Я вздрогнул.

Что это за леденящее чувство, от которого руки и ноги словно режут ножами? Я снова опустил взгляд и поднес пузырек к глазам. Я схватил полотенце и высыпал в него порошок. В одно мгновение он рассыпался, как осколки разбитого стекла, отчего у меня закружилась голова. Я уткнулся носом в полотенце, как одержимый. Мягкий порошок щекотал кончик моего носа.

- ....…

Я прокрутил в голове сцену, как Чан уткнулся носом в мои ладони, вдыхая наркотик, словно сигаретный дым. Когда он вдыхал, порошок всасывался в его нос.

Пузырек упал и разбился с громким звоном. Рука, державшая полотенце, упала на колени, и зрение закружилось.

Мое тело потеряло равновесие, и я упал вперед на плитку. Я пополз на четвереньках, упираясь ладонями в холодный пол ванной. Я с трудом добрался до ванны, сел облокотившись спиной, подтянул ноги к телу и обхватил их руками. В голове зазвучала высокая длинная нота, и мои губы сжались в плотную линию. Плитка зазвенела, и все превратилось в беспорядочное месиво.

Я слышал его за дверью. Не пришел ли ко мне бесплотный дух моего отца из конца коридора? Его холодное тело проследовало через комнату господина Чана и взялось за ручку двери в ванную. Он на мгновение остановился, чтобы убедиться, что дверь заперта.

Затем он судорожно схватился за ручку и начал трясти дверь. Грохот, грохот, грохот, грохот, грохот, грохот. Деревянная дверь тряслась так, будто в любой момент могла треснуть.

- ...Уф…

Откуда-то послышался всхлип. Это был мой собственный. От ужаса я закрыл лицо руками.

Пожалуйста, скажите мне, что это сон.

Грохот, грохот, грохот! Прямоугольная комната сотрясается. Словно гигант ухватился обеими руками за стенки унитаза и дико тряс его.

В любой момент трещина в полу ванной в форме молнии может разверзнуться. Волосы на моем затылке встали дыбом, когда я представил, как одна сторона унитаза поддается.

Дверь, дрожащая, как тонкий лист стекла, наконец открылась с громким стуком. Гулкий звук разнесся по холодному помещению.

Фигура, стоящая в проходе, притягивала мой взгляд. Трудно было разобрать лицо, скрытое в темноте. Страх наложил на безликую фигуру прежнего монстра.

- О, нет…

Лицо его отца наложилось на лицо фигуры, отбрасывая длинную тень на холодный кафель, приближаясь все ближе и ближе.

- Нет…

Я крепко зажмурил глаза и попытался стряхнуть его с себя, но это было бесполезно. Он настиг меня в мгновение ока. Я уткнулся лицом в свои руки, полностью охваченный отчаянием.

- ....…

- ....…

Даже просто стоя рядом, его присутствие было подавляющим. Я дрожал, напрягая ноги и прижимался к ванне. Как будто я рассыпался на порошок и был готов впитаться в ванну, словно новый ингредиент.

Наступило мгновение тишины. Я хотел закричать и убежать, но выход был заблокирован. Рядом со мной стояло холодное тело. Я даже не мог увидеть его своими глазами, но одна мысль об этом вызывала волну паники в моем мозгу.

- ...Ну, я ошибся.…

Всхлипывающий голос пробился сквозь холодный воздух.

- Я совершил ошибку…

Мои органы словно сжимали с огромной силой, пищевод горел. Казалось, будто кто-то зажег сигарету. Произношение заедало, а мозг продолжал мучить.

- Мне жаль…

Пожалуйста, помогите мне. Голос, который мне не принадлежал, прозвучал у меня над головой.

- Я думал, ты опять пытаешься проделать какой-то трюк.

Наркотики, должно быть, завладели моим мозгом, потому что я не мог расшифровать ни одной фразы, прозвучавшей в моих ушах. Все, что я слышал, - это звон... Как будто моему мозгу нужно было время, чтобы настроить экран. Ошеломленный, я пробормотал несколько фраз, словно сломанный диктофон.

Ошибся, ошибся, ошибся....

Мое зрение затуманилось. Что-то вытекало из моих глазниц. Оно стекало по моему подбородку, капало на плитку и издавало непонятный звук. В то же время в руке появилась боль. Пальцы казалось, сами собой начали беспорядочно ковырять рану.

Я почувствовал, что меня что-то схватило за запястье, но тут отец схватил меня за подбородок. Он сжал мою челюсть с силой, достаточной, чтобы раздавить ее, а затем повернул лицом к себе.

- ...Ох!

- ...Что, черт возьми, ты делаешь?

Я крутился и вертелся, пытаясь освободить челюсть, но безрезультатно. Рука, державшая мою челюсть, держала мою голову так же крепко, как гвоздь, вбитый в стену молотком.

- Я ошибся, пожалуйста, помогите мне…

Последнее слово, выдавленное из себя, рассеялось в воздухе, после чего раздался грохочущий голос.

- Открой глаза, Со Ё Вон.

Голос, неясный, словно в тумане, обрел более правильные очертания.

- Открой глаза!

По-прежнему не открывая глаз, я закивал головой. Рука, закрывающая половину моего лица, дернула меня за подбородок, демонстрируя силу.

- ...Уф.

Я стиснул зубы и держался, в конце концов издал стон боли и поднял веки. К счастью или к несчастью, слезы ослепили меня, заслонив лицо стоящего передо мной монстра. Сдерживаемое дыхание обрушилось на мои закрытые веки.

- Всегда с таким невинным лицом устраиваешь беды, это действительно сводит с ума.

Я вздрогнул от неожиданности. Сквозь затуманенное зрение я разглядел белые глазные яблоки, заполнившие глазницы.

Это был человек? ...Да, это был человек. Я быстро протянул руку и схватил того, кто вывернул мне подбородок. Толстая рука попала в мои руки. Я медленно двигал языком, как будто он пытался скрутиться и укатиться в глотку, словно скрученное одеяло.

- В доме живет чудовище…

- ....…

- Там мертвец с проломленной головой, он скоро будет здесь.

Несмотря на мои протесты, что я должен бежать, стоявший передо мной господин Чан был непреклонен. Его глаза, которые я не мог расшифровать в своем нынешнем состоянии, коснулись моего лица.

Неожиданный холод охватил все мое тело. Конечности задрожали от холода, и вскоре мои зубы издали щелкающий звук. Я чувствовал себя так, словно погрузился с головой в ледяную воду.

- Холодно, холодно…

По моему лицу пронесся долгий, низкий вздох. Чан встал и потянулся к моему телу.

- ...Ха.

Мое тело поднялось над холодной плиткой. Мужчина поднял меня, а мои забинтованные пальцы дрожали на его плечах. Мне казалось, что я парю в невесомом пространстве, но, как ни странно, мое тело было тяжелым, словно намокшее ватное одеяло.

Мужчина усадил меня на кровать и грубым движением открыл сейф. Щелк, треск! Сейф открылся с нервным звуком. Мужчина залез внутрь по самые локти, пошарил там и что-то достал. Сквозь зыбкое зрение удалось разглядеть, что он держит в руке: маленький пузырек и длинный тонкий стержень.

...Холодно. Я вжался лицом в холодную простыню. Руки и ноги тряслись, словно сломанные крылья у раненой птицы.

- ...Холодно.

Я потянулся к теплу. Сквозь размытое зрение я увидел, что перед кроватью стоит господин Чан. Он воткнул иглу в маленький флакон и потянул за задний конец шприца. Жидкость из флакона всосалась в шприц. Мужчина подошел ко мне, держа его в руке.

Что это была за штука в его руке, я не мог сказать, но длинная острая игла на стержне напомнила мне о "чем-то", и я в ужасе отпрянул назад.

- ...Черт, нет.

- Заткнись.

Мою рука схватили, не позволив мне отступить дальше. Мое тело казалось странным. Оно явно было моим, но не поддавалось моему контролю. Мужчина схватил меня за лодыжку и притянул к себе. Он прижал мою верхнюю часть тела, которая так легко подалась к нему, своим коленом и ударил указательным пальцем по шприцу.

Меня удерживало тяжелое тело, и я тяжело дышал. Все в комнате было не на своих местах, беспорядочное нагромождение предметов. У меня кружилась голова, как будто я катался на американских горках и мне хотелось блевать.

В комнате было темно, потому что я не включил свет. Вдруг краем глаза я заметил что-то. Я наклонился к свету из ванной, чтобы посмотреть, что это.

Я замахал руками и ногами, как в припадке. В углу явно что-то шевелилось.

- ...там, там.

- ....…

- Там что-то есть.

С его губ сорвалось резкое ругательство.

- Это все галлюцинации.

- ...Мне страшно.

Пока я лежал и дрожал, глаза господина Чана переместились туда, где был мой взгляд. Мужчина вздохнул.

- Это вешалка. Посмотри внимательно.

- ...Мне страшно.

- Там что-то есть. Мертвец с треснувшей головой. На самом деле это мой отец, он, наверное, ищет меня.

Мужчина нахмурился и спросил.

- ...Что?

В темноте, в углу, что-то зашевелилось. Я задохнулся, схватил мужчину за рубашку, притянул к себе и спрятался в его объятиях. Мужчина потерял равновесие и упал на меня.

Я услышал, как что-то с грохотом упало на пол, но это не имело значения. Слезы, остановившиеся на мгновение, снова навернулись мне на глаза.

- Мне страшно…

Я почувствовал плоть и кости чужого тела под кончиками пальцев и отчаянно прижался к его шее, не желая терять тепло его тела в своих руках. Я потерся щекой, чувствуя, что тепло его тела невыносимо успокаивает. До кончика моего носа, зарытого глубоко в ключицу, доносился знакомый запах.

Я услышал гневное ругательство.

- Ты ублюдок...!

Чан с сердитым видом схватил меня за оба запястья и повалил на кровать. Владелец руки снова заговорил тихим голосом.

- Открой глаза.

- ....…

- Открой глаза как следует и посмотри, кого ты обнимаешь.

Я приподнял веки. Передо мной возникло чужое лицо. Опухшие от слез глаза и щеки, и мне было так жарко. Одурманенный наркотиками и лихорадкой, я был не в своем уме, но даже с закрытыми глазами мог узнать человека, стоящего передо мной. Мои губы двигались сами собой.

- ...Генеральный директор.

Челюсть мужчины упрямо сжалась, а хватка на запястьях слегка ослабла. Было что-то странное в темных глазах, которые смотрели на меня. Он говорил с незнакомым лицом, цепляясь за каждый слог.

- Ты молился, чтобы я умер, а сейчас упал в мои объятия?

Он был прав, я горячо молился. Я молился, чтобы он умер.

...Это существо, притаившееся в углу, часто посещало меня, когда я оставался один на острове. Страх, ужас, предчувствие. Каждый раз, когда я просыпался от кошмара с клубком несчастных эмоций, я тянулся к теплу другого человека, но всегда находил лишь тишину. Только беспомощность и одиночество оставались со мной.

...Но сейчас.

Господин Чан пошевелил губами.

- Скажи мне мое имя.

Я уставился в его мутные глаза, затем медленно раздвинул губы, чтобы произнести имя мужчины.

- ...Чан.

- ....…

- ...Чан Ки Джу.

Он на мгновение приостановился, в отличие от меня, который тяжело дышал. Его глаза были чуть шире, чем обычно, как будто он не знал, действительно ли я произнесу его имя. Я дернул запястьем в одну и другую сторону, пытаясь освободиться от его хватки. Неожиданно и послушно мужчина отпустил их.

Я поднял верхнюю часть тела и обнял за шею господина Чана. Отчаянно, словно цепляясь за спасательный круг, я прижался горячим лбом к его прохладному телу и коротко вдохнул, ощущая тепло его дыхания на своей коже.

Он обхватил мое лицо и прижался губами к моим. Как обычно, он заглотил все мои губы в свой рот и приник к нежной плоти. Он словно метил территорию, словно утверждал, что она принадлежит ему. Я продолжал дрожать в его объятиях, прячась от монстра.

Я прошептал ему на ухо сквозь теплое дыхание.

- ...Я хочу, я хочу, чтобы ты был несчастен.

Язык мужчины грубо трется о нежную слизистую оболочку рта, крепкие бедра мужчины, упирающиеся в мои бедра, злобный эрегированный член, грозящий вонзиться в меня, горячие руки мужчины на моем затылке и талии...

Все это было возбуждающе, теперь, когда я был под кайфом от наркотика. Губы мужчины, которые упорно не отрывались от моих губ, как бы я ни старался их оттолкнуть, потому что запыхался, наконец отстранились.

- ...Ха.

Когда я, запыхавшись, посмотрел на генерального директора Чана, мужчина поднес к моим губам средний и безымянный пальцы. Я раскрыл губы и засунул в рот оба пальца.

Я сосал пальцы мужчины так же, как сосал его член. Я обсасывал их до самых корней. Густой запах его тела смешивался с горьковато-металлическим запахом кольца, раздражая мой язык. Это из-за препарата? Внезапно у меня закружилась голова.

Он коснулся моего тела своими игривыми руками. Поднял рубашку и массировал мое тело, как ему хотелось.

- ...Ах...Хмф.

Каждый раз с моих губ срывался слабый стон. Пальцы подергивались, спина выгибалась. Рубашка задевала мои соски, когда она поднималась и опускалась в такт его жестам. Было больно. Кончики его пальцев лишь кружили вокруг моих сосков, не прикасаясь к ним. Я умолял его прекратить эти движения, потому что это больно, но он продолжал прикасаться ко мне, пока не достиг моей плоти.

Видимо, он знал, чего я хочу и как отчаянно желал его прикосновений. Должно быть, что-то действительно не так с моей головой.

Холодно.

Я широко открыл рот и откинул голову назад. С кончиков пальцев Чана свисала тонкая серебряная нить, капая на простыню. Длинные пальцы мужчины были мокрыми до блеска. По какой-то причине у меня пересохло во рту.

- ....…

- ....…

Его блестящие пальцы, пропитанные слюной, переместились к моему соску. Он ущипнул маленькие красные бугорки и стал играть с ними. Я выгнул шею и застонал от жгучего ощущения, когда нежная плоть была раздавлена.

- …Хм...

Покрасневшими кончиками пальцев я обмотал подол рубашки вокруг бедер. Затем я встал на четвереньки, повернувшись к нему спиной.

Чан был недоволен моим ракурсом, поэтому раздвинул мои колени чуть шире. Мое тело упало еще ниже. Кровь прилила к голове, и мне стало не хватать воздуха. Сердце колотилось в груди, сильно и быстро, но я не мог понять, было ли это в предвкушении того, что последует дальше, или просто от наркотика.

- ...Ха, ух!

Пальцы мужчины скользнули между моих естественно раздвинутых ягодиц. Он раздвинул складочки и протолкнулся глубоко внутрь, угрожая добраться до внутренних органов. Я тихонько застонал, мои бедра задрожали от жуткого ощущения. Пальцы мужчины задвигались сильнее, подстегиваемые моими стонами.

Даже когда в меня входил только его палец, удовольствие было огромным. Моя спина и таз дико извивались. Мои ягодицы подрагивали и выгибались сжимаясь и разжимаясь вокруг его пальцев. Но все равно чего-то не хватало, чего-то более возбуждающего, чего-то, что могло бы утолить эту жажду..... Я повернул голову назад, его бедра все еще прижимались ко мне.

Через расплывчатое зрение я увидел центральную часть мужчины, которая широко раздвигала молнию. Я схватил его за руку, которая яростно двигалась внизу, но он не останавливался, посылая боль, пронизывающую меня насквозь. Я всхлипывал, почти умоляя его.

- ...Ах, ах, ах, прекратите.

Его глаза, светящиеся от вожделения, уставились на меня. Мои плечи затряслись от похоти в его глазах. Он пробормотал сдержанным голосом.

- Хочешь, чтобы я вставил вот так? Она порвется.

Его губы изогнулись вверх, когда он говорил.

- ...Ничего, ха, ха, все в порядке.

- ....…

Улыбку Чана смыло с лица, как приливной волной. На мгновение он потерял самообладание, но затем расслабился.

- Тогда попробуй сделать это сам.

Его пальцы выскользнули из тела. Отверстие дернулось от напряжения. Мужчина стянул с себя рубашку, как будто она ему мешала, и лег обратно на кровать.

С обнаженной верхней частью тела он выглядел еще более грозно. Я подполз на коленях к широким плечам мужчины. Раздался его густой горловой стон, когда я расстегнул кожаный ремень на его талии. Он застонал. Эта короткая сцена возбудила меня, и я почувствовал щекотку между ног.

Я расстегнул молнию на брюках и сразу же стянул их вниз. Мужской член выскочил наружу, как будто только этого и ждал. Я вздохнул от того, какой он большой, и дрожащей рукой погладил его. Он был горячим и твердым. Несколько движений вверх-вниз, и его вены ожили, становясь все толще и толще.

- ...Ах.

Чан закрыл глаза и нахмурился. Черт, я смотрю, как мужчина ругается на меня. Внезапно в животе у меня защекотало.

Его член был эрегирован до предела без особых усилий. Я взял его в руку, прижал ладонь к его животу и забралась сверху. Я потер набухшую головку мужчины о вход. Поскольку он был менее влажный, ощущение трения головки о складки был более ярким. У меня закружилась голова.

- ...Ммм…

Из-за того, что отверстие было слабо растянуто, вводить было трудно. В нетерпении я покачивал бедрами, вставляя только головку. Несмотря на безумие своего поступка, я не чувствовал стыда. Разум уже взмахнул крыльями и улетел. В голове остался только первобытный инстинкт, и он подгонял мое тело.

Мои бедра задвигались, втягивая шест все глубже и глубже. Он прилипал к мягкой плоти. Рядом раздался звук тяжёлого дыхания.

- ...Хммм...!

Очевидно, что смазки не было, и прелюдия была короткой..... Я был в невыносимом экстазе от ощущения мужского члена внутри. Даже без ритма, просто вонзаясь в меня сзади, я не испытывал боль, меня наполняло только удовольствие. Скоро тепло распространилось по моим бедрам.

- ...Хмф!

Мое тело содрогалось от ощущения эякуляции. Чан потянул бедра вниз и стал вводить и выводить член из моей дырочки, а затем одним махом вогнал его до конца. Перед глазами взорвался фейерверк.

- …Ах ах ах! Ах!

- ...Ха, уф.

Господин Чан просунул руку сквозь мою рубашку и нащупал небольшой участок плоти. Я вздрогнул, когда его сухие кончики пальцев коснулись чувствительного места.

- Я тебя даже не трогал, ха, ха, а ты так возбудился…

Он потянул мою рубашку в сторону. Пуговицы оторвались со звонким звуком. Он стянул рубашку до локтей и сжал мои соски. Он дергал и выкручивал их слишком сильно, и мое тело чутко реагировало на его безжалостные прикосновения.

- ...Аааа, аааа!

Головка, перекрывавшая вход в отверстие, набухла внутри, извергая горячую жидкость, а затем вышла, издавая влажный звук.

- Ха..., ух!

Руки Чана обхватили мои бедра и раздвинули их. Сперма мужчины, заполнявшая отверстие, вытекала наружу, как молоко, пропитывая его пресс и пах. Мое лицо горело от жара.

На этот раз он перевернул меня на живот. Его вялый член быстро встал после нескольких ударов сзади и вошел в мою дырочку. Мое зрение расплывалось. Слезы текли по моему лицу. Я трясся, не в силах их вытереть, а потом посмотрел мужчине в глаза. Он опустил голову и присосался к уголку моего глаза.

- Уф, ах, ах, ах!

- Ха..., хух, ха.…

Я задыхался, зажатый под его телом, и хватался за запястье господина Чана, как будто был на грани смерти.

- Прекратите, ах, ах!

- Прекратить?

Рывки мужчины мгновенно прекратились. Столб подался назад. Член мужчины внезапно вырвался. Я даже почувствовал беспокойство. Мне казалось, что я нахожусь высоко в воздухе и лечу вниз без парашюта. Не зная, что делать, я потер уголок глаза о внутреннюю сторону его руки.

- Ты сказал, прекратить?

Тяжело дыша, я потерся пахом о простыни и застонал от только что произнесенных холодных слов.

- Уф.…

Мужчина все еще смотрел на меня сверху вниз, его черты стали расплывчатыми, и когда я зажмурился и снова открыл глаза, слезы, которые висели на моих ресницах, упали и капнули на простыни.

Я провел тыльной стороной ладони по глазам, чтобы вытереть их.

- ...Э-э-э, ну давай же.

Я рывком поднял свои бедра навстречу его. Затем потерся ягодицами о твердые бедра Чана. Сперма мужчины сочилась из моей дырки и растекалась по брюкам.

- ...Блять.

Он схватил меня одной рукой за талию и стянул брюки до середины бедра. Я всхлипнул, слезы потекли по моим щекам, но не было возможности их вытереть.

Мужчина поспешно схватил меня за ягодицы и раздвинул их в стороны. Затем он принялся помогать мне с моей судорожной поясницей. Складки терлись о его смуглые голые бедра, на которых пульсировали тугие мышцы. Я уткнулся щекой в его руку и застонал.

- Хмф..., хмф.…

- Ты можешь держать глаза открытыми... а?

- ...Да, генеральный директор, хмф.

Генеральный директор Чан, который стоял перед моими расфокусированными глазами, внезапно схватил меня за талию и начал двигаться. Как будто ему было наплевать на мое положение, он вбивался изо всех сил, как бегущий локомотив. Шлеп, шлеп, шлеп, его набухшая мошонка врезалась в мою задницу. Моя дырочка грозила разорваться под его резкими толчками, но я держался, крепко сжимая его член.

Он сразу же выскользнул наружу, а затем одним стремительным толчком вошел внутрь.

- Ах, ах, ах... Уф!

Под ним было жарко, и я чувствовал запах крови. Ощущение было такое, будто меня разорвали. Мужчина еще больше возбудился от того, что моя дырочка разорвана, и пришел в неистовство. Несмотря на безжалостность толчков, мое тело с удовольствием впитывало каждое действие. Казалось, все мое тело плавится, начиная от основания, где оно было связано с ним.

Наслаждение струилось сквозь меня. Я эякулировал несколько раз. Он не переставал двигать бедрами в узком отверстии, проталкиваясь внутрь меня. Я цеплялся за него, как будто болтался на краю обрыва.

- ...Ха, ух, хах... А, нет!

Я царапал руку господина Чана своими короткими ногтями.

- ...Нет?

Слезы, повисшие в уголках моих глаз, скатились на простыни, когда мужчина снова замедлил свои толчки. Я хотел вцепиться в него, чтобы он сделал мне еще больнее, чем было. Его лицо вдруг стало свирепым. Его губы, казалось, неконтролируемо двигались, когда он говорил.

- ...Ох!

Мужчина прижался ко мне со всей силой. Я даже не мог держать рот закрытым, пока он входил в меня. Из моего открытого рта текла слюна.

Затем что-то выплеснулось из уретры наружу. Это была белая жидкость. На ощупь она отличалась от липкой спермы: бесцветная и без запаха, она сочилась при каждом толчке. Я всхлипывал, пока она сочилась из меня. Мужчина провел рукой под моим задом и, обнаружив, что простыня сильно промокла, фыркнул.

- Сверху плачет, а снизу кончает…

Сказал мужчина, вытирая рукой слезы из уголков моих глаз. Я уставился на него широко раскрытыми глазами, а потом рухнул обратно на простыни.

Чан схватил свой член и вытащил его из моей дырочки. Его головка появилась в моем затуманенном зрении. Она была темно-красной и измазана ярко-красной жидкостью. Должно быть, это кровь из моей дырки. Мужчина схватил меня за подбородок и ввел свой член мне в рот. Кончик моего языка ощутил вкус железа на головке.

В следующее мгновение я уже держал его член почти по самое горло и сосал его. Мужчина снова подложил меня под себя. На этот раз он был сверху. Его член, мокрый и блестящий от слюны, снова вошел в мою дырочку, уже измазанную спермой и кровью.

Я приложил силу к рукам, которыми обнимал его за спину, и притянул мужчину к себе. Я уткнулся еще сильнее в его крепкие грудные мышцы.

- ...Ты еще здесь?

Я дышал с трудом и кивнул головой. Даже такое слабое движение головы заставило меня почувствовать головокружение. На мои слова директор Чан бросил взгляд в угол, а затем взял меня в свои объятия. Он всё ещё демонстрировал своё чувство собственности.

- ...Ммм, ммм…

Я сдвинул свои трясущиеся ноги и обвил их вокруг его талии, притянув ближе, свернувшись в клубок и спрятавшись в его объятиях, как будто я прятался в большой пещере.

Моя щека легла ему на плечо, и я двинул бедрами навстречу, мое тело плавно слилось с его телом, наши тела слились в единую массу, плоть к плоти, я стремился к оргазму, неизвестно какой по счету.

Я заглатывал огненный шар целиком, жар был неослабевающим и становился все интенсивнее с каждой секундой. От моего тела, казалось, поднимался белый пар.

Холодный пот струйками стекал по лбу. Я услышал рядом с собой шорох и, вздрогнув, открыл глаза. Кончики пальцев мужчины коснулись корпуса шприца, который я видел раньше, и он погрузил кончик иглы в мою руку, которая была надежно перевязанная галстуком.

- ...Ох.

Мои конечности обмякли. Чья-то рука закрыла мои полуопущенные веки. Я думал, это была тьма, но это был Чан. Я беспомощно последовал его прикосновению и закрыл веки.

Вскоре тьма накрыла меня.

***

В темном пространстве появился генеральный директор Чан. Он сказал, что собирается наказать меня за то, что я у него украл. Он даже не шевелил ртом, но я его слышал. Это было так странно, что я сразу понял, что сплю.

Он прижимал меня к себе, а мой рот был широко открыт. Он просил вернуть ему наркотик, но я проглотил свой страх, потому что это был сон. Он сказал, что засунет руку в моё горло и извлечет весь наркотик.

Он без колебаний взял мои пальцы, положил их в свой рот и начал жевать. Хруст-хруст, его крепкая челюсть раздавила мои пальцы. Моя паховая область, которая лежала под его бедром, стала горячей. Его член тоже был в состоянии эрекции.

В этот момент я не мог понять, режет он или ест. Я не мог сказать, была ли жадность, которую он проявлял в данный момент, сексуальным желанием или аппетитом.

Я закричал, отчаянно ища кого-то.

- ...Господин, директор, ...директор!

Потом я понял, кого зову на помощь, и вздрогнул. Ирония в том, что я оказался прижат к человеку, который пытался проглотить меня целиком, и взывал к нему, была очень глубокой.

Я протянул руки и обхватил его за шею. Я прижался щекой к его шее, когда его руки обхватили меня. Прильнув губами к уху мужчины, который злорадно улыбался словно дьявол, я проклял его, пожелав несчастья. Лицо мужчины исказилось, как кусок мокрой бумаги.

Затем меня охватило странное чувство покоя. В одно мгновение изображение перед моими глазами стало чисто-белым.

Глава 57

- ...Ох.

С моих пересохших губ сорвался стон. Кто-то просунул руку под мою шею и потянул верхнюю часть тела вверх. Струя теплой воды потекла в мои открытые губы. Я глотнул ее, радуясь тому, что она смочила мой рот. Глоток, глоток. Вода скользила по пищеводу и успокаивала мое бешено колотящееся сердце.

Сделав небольшой глоток, я открыл глаза. Первое, что я увидел, - лицо Чана, опустившего чашку, которую он держал в руках, на тумбочку.

Мое зрение было размытым. Комната была залита туманным, голубоватым рассветным светом. Все мое тело было влажным от пота. Моя нижняя часть тела была особенно мокрой. Не совершил ли я ошибку этой ночью?

Я взглянул на бедра мужчины. На нем была пара удобных длинных брюк, которые он носил дома, и его бедра были такими же мокрыми.

- .......

- .......

Я быстро закрыл глаза. Влага на его брюках, должно быть, исходила от моего тела, потому что простыня подомной пропиталась насквозь. Должно быть, он намок, пока держал меня в объятиях.

От стыда я крепко вцепился в простыню и сильно прикусил губу, пока плоть внутри моего рта не стала рваться.

Мужчина просунул руку мне между ног. Я пытался сопротивляться его прикосновениям, крепко сжимая ноги, но он был слишком решителен, чтобы отпустить меня. Его рука проникла глубже, прижимаясь к влажной плоти. Липкая, вязкая жидкость с шипением стекала с кончиков его пальцев, когда он размазывал ее по бедрам.

- Ты звал меня во сне.

Его слова напомнили имя, которое я кричал во сне. "Генеральный директор." Его глаза внезапно смягчились. Черные глаза, обращенные ко мне, излучали странное тепло. Я бормотал оправдание с растерянным голосом.

- ...Мне приснился кошмар, кошмарный сон.

- .......

Когда мужчина, который ласкал мои бедра и ягодицы, как дорогую керамику, внезапно перестал, я испытал странное ощущение. В моих снах ты сделал меня несчастным. Когда я признался в этом, мужчина на какое-то время замер, словно забыв, как говорить.

- Это было ужасно.

Его брови взлетели вверх. Они необъяснимо изогнулись, как будто он сделал неверный мазок кистью. Между бровями появились мелкие морщинки.

- Лучше уж умереть, чем пережить такое.

Его сжатая челюсть слегка дрогнула. Мужчина, который ласкал мои бедра, постепенно начал прилагать больше усилий. Глаза мужчины сверкали голубоватым светом рассвета. Я думал, что он вспыхнет от гнева, но мужчина ласково коснулся моей щеки и шеи. Там, где коснулись его пальцы, кожа покрылась мурашками.

- На сколько это было пугающе? Наверное, волосы дыбом встали на всем теле.

Чан лизнул языком мою щеку. Он лизал каждый пушистый волосок, укладывая его на место. Он вылизывал меня языком, как кошка своего котенка. Он теребил мои ушные раковины и покусывал мочки ушей. Большая рука мужчины погладила мою поникшую мошонку.

- Здесь волоски все мокрые.

Мой член слегка напрягся от его интимного прикосновения. Это была физиологическая реакция, которую я не мог контролировать, но, тем не менее, я не мог не чувствовать себя расстроенным. Я повернул подбородок, чтобы отвести взгляд от господина Чана, и тот наполовину отстранился.

Он встал и обхватил меня за шею. Я вздрогнул, пораженный жаром тела Чана. Другая его рука скользнула под мои бедра и проникла внутрь.

Она терлась о мой распухший от разрывов вход. Мужчина нежно погладил внутреннюю поверхность.

- Похоже, там торчит немного плоти.

- Она опухла.

- .......

Мужчина с наслаждением гладил мою опухшую плоть так, словно не имело значения, правда это или нет. Глаза, направленные на промежность, блеснули.

Я вздохнул от восторга, когда оцепенение немного спало. Я повернул подбородок и попытался отвести глаза в сторону. Мой взгляд привлекли его бедра. Они были пропитаны моей жидкостью. Я вспомнил лицо мужчины из своего сна. Я не мог понять, что это - аппетит или похоть?

Я боялся, что он снова попытается вставить член. К счастью, он только ввел палец внутрь и пошевелил им.

- ...Хмф!

Мое тело, которое уже было возбуждено, быстро достигло оргазма. Живот мужчины был покрыт спермой, которую я выплеснул. Одну за другой он стянул с себя одежду. В темноте открылось его смуглое тело.

- .......

- .......

Мужчина, вернувшись к своему первобытному состоянию, потянулся ко мне. Он снял с меня рубашку и поднял меня с кровати. Боясь упасть, я крепко обхватил его за шею, так что мои эрегированные соски терлись о его твердую грудь.

Чан немного посидел со мной на каркасе ванны, а затем наполнил ее водой. Как только она наполнилась, он опустил меня в ванну, не выпуская из рук. Мое уставшее тело погрузилось в горячую воду. Я закрыл глаза, пока вода мягко обволакивала мое перегретое тело.

Мужчина вытер меня полотенцем и отнес в постель. Я лежал и медленно моргал. Мои веки, медленно открывались и закрывались. Они были горячими, как пылающий уголь. Смутным взором я увидел лицо мужчины. Он, как обычно, с равнодушным лицом, играл с моими пальцами. Вновь мое зрение стало размытым и вскоре исчезло из моей головы.

***

Когда я снова открыл глаза, солнце уже зашло за горизонт. Дождь прекратился, и в комнате было тихо, только теплое сияние заходящего солнца наполняло помещение.

В голове у меня было пусто, а в горле саднило. Симптомы были похожи на те, которые наблюдались в конце простуды. Единственное, что отличалось, это боль, которую я чувствовал в нижней части тела. Боль была действительно ужасной, как будто нож вонзили в спину.

Мои сонные глаза блуждали по комнате, ища кого-то.

Господин Чан был удобно одет и сидел на одноместном диване рядом со своим кабинетом. Он смотрел в книгу, которую держал своими большими руками, скрестив длинные ноги.

- .......

- .......

Скомканные салфетки лежали вокруг кровати, как будто он специально оставил их там, чтобы я увидел. Воспоминания о раннем утре вспыхнули в моей голове, как вспышка. Мои бедра прижимались к его бедрам, мои эрегированные соски терлись о его твердую грудь. По лицу снова разлился жар. Я сгреб простыни кончиками занемевших пальцев и сжал их в кулаки. Мне хотелось умереть от смущения.

Потом я понял, что мои пальцы обмотаны свежим бинтом, как коконом. ...Неужели это сделал мужчина? Я пошевелил пальцами.

Я с трудом выдавил слова из сдавленного горла.

- Больше не надо.

- .…

- Я думал, что Вы больше не придете.

Это была не обида, а лишь простое изложение того, что, как я знал, должно было произойти. Мужчина закрыл книгу, его голос дрогнул.

- Три месяца я возился с поимкой сбежавшей крысы, а прошло только две недели.

- Это я сбежал, но на этот раз.... я тот, кто был брошен.

Мне показалось, что он был доволен тем, что впустил меня в свой дом, потому что обращался со мной как с трофеем. "Брошен", - Чан произнес это слово и рассмеялся, как будто ему понравилось, как оно прозвучало.

- Ты думал, что тебя бросили? И все это время ты жил этой бесполезной надеждой?

Он положил книгу и приблизился к кровати. Звук шлепающих тапочек раздавался по полу.

- У меня были дела, нужно было взыскать долги, поэтому я был немного занят.

Он присел на край кровати. Матрас прогнулся под его весом. Я почувствовал укол сочувствия к безликому человеку.

- Знаешь, сколько раз я менял постельное белье за два дня?

- .......

- Став взрослым, ты только и делаешь, что мечтаешь во сне.

- Это был кошмар.

Щеки Чана на мгновение впали от такой дерзкой поправки, и это мгновение едва не нарушило безучастное выражение его лица.

Мужчина насмешливо хмыкнул.

- Главное, что тебя трахнули.

- .......

- Ты когда-нибудь мечтал об этом, даже когда убегал из моих объятий?

Я зажал рот, не желая давать ему ответ, который он искал, но проницательный господин Чан ловко выудил ответ из моего молчания.

- Значит, на самом деле ты не убегал.

Я опустил взгляд. Я хотел ответить на его слова, но мои губы не шевельнулись. Между мной и мужчиной воцарилась тишина.

Улыбка стерлась с его лица. Генеральный директор Чан со своим обычным бесстрастным лицом спросил тихим голосом.

- А что насчет монстра?

Мой взгляд неудержимо потянулся в угол комнаты. Там вместо чудовища, которое весь рассвет смотрело на меня своими запавшими глазами, стояла деревянная вешалка. Руки существа, угрожающе раскинутые в стороны, были рукавами черного пиджака. Я почувствовал, как меня захлестывает чувство беспомощности. ...Это было то существо, которое преследовало меня всю ночь.

- ...Просто иногда.

Я начал заикаться и ухватился за край подушки, гадая, как далеко этот мужчина заведет меня, чтобы удовлетворить свой интерес.

- Должно быть, это наложило на тебя отпечаток - видеть лишнее, находясь под действием наркотиков.

- .......

- Что было такого страшного? Ты боишься, что тебя поймают?

Он был прав, я ужасно боялся, что меня обнаружат, настолько, что если кто-то обращал на меня внимание больше, чем просто мимолетный взгляд, я убегал, как атакованная улитка, и прятался где-нибудь. Это была одна из немногих причин, по которой я сбежал от господина Чана. Внимание мужчины ко мне, было все больше и больше.

Но я не просто дрожал от страха, что меня обнаружат: слишком много вещей было упущено, чтобы так просто описать эту сложную эмоцию. Я медленно прочистил горло.

- ...Нет.

- Тогда?

На мгновение воцарилась тишина. Пространство между мной и мужчиной разрушилось. Господин Чан еще раз спросил меня, не является ли это критичным.

- Что плохого сделал Со Ё Вон, чтобы заслужить все эти неприятности?

...Что?

Судя по выражению лица и тону голоса мужчины, казалось, что мы обсуждаем сорняк, который я случайно вытоптал на дороге. Я почувствовал, как внутри меня что-то заурчало и взорвалось. Все мое тело похолодело до костей.

Смерть отца, от которой мужчина отмахнулся как от пустяка, отняла у меня жизнь.

- ...Всего лишь мелочь?

Чан медленно закрыл и открыл глаза. Намерения мужчины казались неизменными. Что плохого в том, чтобы отнять жизнь у сорняка?

- ...Я все еще чувствую, как кровь моего отца течет по моим рукам.

Я уставился на свои руки и застонал. Белые бинты прилипли к кончикам моих пальцев, как наперстки, а кровь, красная, как томатный сок, и липкая, как краска, была размазана по ним. Меня затошнило.

- Я не знал, что человеческая кровь такая горячая, и моя кожа на ее фоне была холодной, но кровь, которая только что хлынула из его тела, как фонтан, была невероятно горячей, и если подумать, что она течет по моим пальцам, то она должна течь по моему телу тоже....

Я поджал губы, не в силах вымолвить ни слова. Комок в груди громко пульсировал. Мне стало не по себе. Мне захотелось оттолкнуть его и выплеснуть все, что было в моем желудке, но он не собирался отступать. С выражением непонимания на лице он спросил.

- Разве ты не сказал, что он ублюдок?

Чан сузил глаза.

- Да, он был сукиным сыном.

По словам мужчины, его отец был сволочью. Субъективно и объективно он заслуживал смерти. Я знал это, но не мог избавиться от липкого, неприятного чувства внутри.

...Это было маленькое чувство вины. Вина за то, что я своими руками оборвал жизнь существа из плоти и костей.

Чан коснулся ресниц, и прозрачная жидкость на их кончиках капнула, словно ягоды. Сам того не осознавая, я снова жалобно заплакал. Всхлипываний не было, просто слезы, которые остались незамеченными. Я быстро протер глаза тыльной стороной ладони.

Мужчина убрал руку от моего лица и сунул в рот сигарету. Он тихо окликнул меня.

- Ё Вон.

- ...Да.

- Как, ты думаешь, я смог подняться?

При этих словах мужчины я закрыл рот, как будто мои губы были зашиты швейной машинкой.

- Как, по-твоему, мне удалось занять свое место, не обладая какими-то особыми навыками?

- ...Я не знаю.

- Не знаешь?

Губы Чана скривились в ухмылке, как у человека, только что нюхнувшего наркотик. По моему позвоночнику пробежала дрожь. Его глаза - без эмоций, сами по себе, создавали зловещее ощущение. В них было что-то скрытое и подозрительное.

- Так что случилось с теми, кто отрезал мне пальцы?

Вопрос был задан небрежно, но, как ни странно, прозвучал гулко. Я тяжело вздохнул.

- Эти парни были настоящими ублюдками, после того случая они продолжали искать повод, чтобы избить меня каждый раз, как представится шанс. Был день, когда они заставили меня опустить голову на пол, а потом жестоко наступили на мою руку, которая ещё не успела восстановиться после травмы. Сказали, что им не нравится мой взгляд.

Даже будучи ребенком, я не мог представить себе сцену, где Чан лежал на полу под другими. Всю свою жизнь он был на высоте.

- Когда я очнулся, вокруг было тихо, и все они смотрели на меня с испуганными лицами, а я посмотрел вниз и увидел, что один из них потерял сознание с опухшим лицом. Конечно, это было из-за насилия, а не из-за секса.

Мужчина, который бесстрастным тоном рассказывал о своем прошлом, рассмеялся, как будто только что рассказал смешную шутку.

- С того дня они избегали меня с величайшим страхом в глазах. Так что несколько дней я вел себя спокойно. В конце месяца мне заплатили, и это была приличная сумма, лучше, чем обычно.

- .......

- Когда партнеры платили деньги боссу, он отрывал определенную сумму и распределял её по очереди с верховной особы. Это была атмосфера, где важна была иерархия внутри группы, а не старшие по званию. Таким образом, его доля оставалась у меня. Хоть это позволяло мне купить еще пару пачек сигарет, но...

Мужчина затушил окурок и сунул в рот новую сигарету.

- Так или иначе, именно тогда я впервые почувствовал вкус плода, который ты собираешь, наступая на других.

Его раскосые глаза вспыхнули интересом. Это были глаза змеи, пристально разглядывающие каждый уголок человеческой души сквозь ее кожу. Интересно те, кто появлялся в прошлом директора Чана, могли испытывать страх перед этим змеиным взглядом?

В эти глаза было трудно смотреть, поэтому я ловко отвел взгляд. Тень мужчины на стене, попала в поле моего зрения.

- Тогда я начал наращивать свою силу. Чем больше я продвигался по карьерной лестнице, тем привлекательнее становилась работа. В конце концов, слухи дошли до высших чинов, и я стал получать работу лично. Я брался за любую работу, потому что платили очень хорошо.

- ....…

- Как Со Ё Вон, я без колебаний совершал такие грязные поступки, которые были немыслимы. И даже сейчас я не чувствую никакой вины.

Тень господина Чана выдохнула в воздух черный дым. Я ошеломленно смотрел на нее, внезапно осознав, что у дыма есть тень.

- У тебя есть я, так зачем Со Ё Вону мучиться из-за таких мелких и грубых эмоций?

Откуда-то доносился зловонный запах. Это был запах, исходивший из его прошлого, которое не видело света.

- Ты просто наказываешь ублюдка вместо того, чтобы наказывать бога, причем очень мягким способом.

Его тень протянулась и коснулась моей щеки. Кончики его пальцев пахли сигаретами, от которых у меня заложило нос. Запах его парфюма исчез, остался лишь слабый аромат геля для душа из ванной.

- Разве не слишком милосердно было разбить его голову кирпичом и сразу же убить?

- .......

- Конечно, это было противозаконно.

На этот раз ладони мужчины коснулись уголков моих глаз.

- Буква закона - это не то, с чем я согласен, так что ты не сделал ничего плохого, Со Ё Вон.

Его руки оставили меня, успокаивая, словно маленькое животное. Я почувствовал укол сожаления, когда мой взгляд проследил за рукой мужчины, и моя голова естественным образом повернулась к нему.

В глазах мужчины было только мое отражение.

Слова мужчины говорили мне, что, пока я следую закону и собственным желаниям, все в порядке. Это было предложение, которое я никогда не смог бы придумать или понять с помощью здравого смысла. Это был абсурд, и человек, выплюнувший его, был так же резок и искренен, как и его взгляд, устремленный на меня.

- .......

- .......

На мгновение воцарилось молчание.

Мужчина сглотнул. В то же время по мышцам от его шеи до плеч пробежали волны. Если бы я засунул кончик носа в углубление посередине, то почувствовал бы, как пульс мужчины бьется о тонкую плоть.

- .......

- .......

Это был краткий миг, но почему-то казалось, что он длился очень долго, возможно, из-за туманной атмосферы в комнате.

Я взглянул на стоящего передо мной человека и увидел молодого мужчину, намного выше своих сверстников, с сиянием в глазах. Суровый взгляд и поджатые губы выдавали его возраст, но это не мешало ему сохранять некую молодость.

Я медленно закрыл и открыл глаза, а мужчина снова стал прежним.

Внезапно мне захотелось обхватить руками его шею, но это было только в моем воображении, а не в реальности. Мы с мужчиной обменялись пристальным взглядом.

По какой-то причине он первым отвел взгляд и, нарушив странную тишину, воцарившуюся в комнате, воскликнул.

- ...Ах.

Это был голос, который казался неловким из-за избытка низких тональностей. Он потушил последнюю сигарету и начал говорить.

- Мужчина средних лет, о котором ты спрашивал, видел ли я его в больничной палате?

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать внезапность этих слов, но затем я узнал имя.

-Ты сказал дядя. Лим Сон Чоль.

- ...Да, Лим Сон Чоль.

Лим Сон Чоль - так звали моего дядю. Внезапно в голове промелькнул и исчез ужасающий крик, который я слышал по телефону. Я бросил на него вопросительный взгляд, и он постучал указательным пальцем по лбу.

- Я нашел его в довольно случайном месте.

- В случайном месте?

Вместо ответа мужчина загадочно улыбнулся. Судя по ауре, исходившей от него прямо сейчас, это не могло быть совпадением.

Глава 58

На следующий день я последовал за генеральным директором Чаном.

Съехав с автострады, машина въехала в сельскую местность. Она подпрыгивала и тряслась на ухабистой грунтовой дороге. Каждый камешек под колесами живо отдавался в теле.

Куда, черт возьми, мы едем? - поинтересовался я, бросив вопросительный взгляд на мужчину. В ответ я получил лишь неопределенную улыбку.

- Узнаешь, когда приедем.

Наконец машина остановилась. Мы подъехали к горе. Дорога была пустынна и нигде не было никаких указателей.

Сотрудник, сидевший за рулем, быстро подошел и открыл заднюю дверь. Я вышел вслед за мужчиной и взглянул на гору.

- .......

- .......

Дождь только что закончился и гора излучала несколько мрачную атмосферу. Я смотрел на черные деревья, охраняющие вход, как стражи, а затем поспешил догнать генерального директора Чана.

Прежде чем я успел это заметить, мужчина со своими длинными ногами оказался далеко впереди. Его ноги, похожие на задние лапы черной пантеры, были переплетены плотными мышцами, и он удалялся от меня все дальше и дальше. Ускорив шаг, я быстро догнал его.

Темный лес был похож на большую пещеру с пышной травой и колючими деревьями. Было душно и тяжело, а в воздухе витал запах грязи. Я старательно карабкался наверх, притаптывая размокшую от дождя грязь.

- .......

- .......

Ветка с громким треском разломилась надвое, когда господин Чан на нее наступил. Горная птица, сидевшая на ветке, улетела прочь, гневно крича. Она разделила солнечный луч пополам над головой и исчезла.

Мужчина поднял руку, чтобы оттолкнуть длинное дерево с ветвями и внезапно показалась, скрытая в кустах, теплица.

Такая большая теплица в подобном месте казалась совершенно чужой. Стоявший у входа подчиненный, прикуривая сигарету, заметил мужчину, быстро затушил ее. Он наклонился под точным углом, как хорошо заточенный нож.

- Добрый вечер, генеральный директор.

Его плечи были толстыми, как бревна, а шея напряжена. Это был один из тех моментов, которые заставили меня еще раз усомниться в профессии генерального директора Чана.

Генеральный директор Чан, который относился к своим сотрудникам как к людям-невидимкам, открыл дверь в теплицу. Перед тем, как войти, он спросил меня.

- Должно быть, там полный беспорядок, потому что мы не были готовы принимать гостей. Ты все равно хочешь зайти и посмотреть?

Я слегка кивнул, и он первым шагнул внутрь. Я быстро последовал за ним.

Внутри вместо зеленого поля, которое я ожидал увидеть, был желтый пол. Покрывала цвета травы головокружительно смешивались с красными карточными колодами, повсюду были разбросаны бутылки со спиртным и испорченные продукты. Легко было понять, что когда-то это был игорный притон.

Этот, казалось бы, обычный пластиковый дом когда-то был нелегальным игорным притоном, называемым домом. Я последовал за мужчиной, ожидая найти своего дядю, но его нигде не было видно. Кроме двух служащих, стоявших в дальнем конце и что-то охранявших.

- .......

- .......

За ними виднелось что-то похожее на клетку. Это было похоже на загон, где держат скот. Может ли это быть источником неприятного запаха, как только мы вошли сюда?

Когда генеральный директор Чан приблизился, двое мужчин, охранявших вход, отошли в сторону. А показавшееся лицо, застыло, как лед, и не могло издать ни единого звука.

- ......!

Внутри был человек. Нет, если быть точным, внутри был дядя. Его лицо было пастообразным, как будто его избили до полусмерти молотком для мяса. Он был похож на тесто в человеческом обличье. Он был одет в футболку и плавки, которые были покрыты грязью.

Дядя выглядел так, будто похудел на 20 кг с тех пор, как я видел его в последний раз. Он был почти неузнаваем, сморщенный, как выжатая тряпка, но раскосые глаза и жабоподобные руки под отросшими волосами безошибочно выдавали его.

Перед ним стояла грязная миска с какой-то собачьей едой. Они, похоже, даже не позволяли ему свободно справлять нужду. Под подстилкой все еще лежала засохшая, скрученная грязь. Там же была и моча, которая еще не успела высохнуть. Запах был тошнотворным и мое лицо непроизвольно исказилось.

- Если ты так напуган, может, тебе стоит закрыть глаза руками?

Сзади раздался рокочущий голос генерального директора Чана.

- Почему ты не погасил свой игровой долг?

Я едва сдержался, чтобы не закричать от испуга, когда господин Чан подтащил стальной стул и поставил рядом с моим дядей.

Мужчина улыбнулся, взял сигарету в рот, а сотрудник быстро подошел, сложил руки и поджег ее. Я вспомнил его тяжелое дыхание во время телефонного разговора. В голове промелькнули слова дяди.

«В последнее время сюда зачастил один маленький ублюдок, не знаю, чем он занимается, но он разбрасывается деньгами, как магнат. И всё время следует за мной, называя меня 'хённимом'...»

Мобильный телефон лежал у ног моего дяди. Звук, услышанный по телефону, должно быть, принадлежал этому человеку. Я побелел как простыня. Господин Чан притворился добрым человеком, прижавшись губами к моей холодной щеке.

- Я повторю еще раз, это просто совпадение.

Мурашки поползли по позвоночнику, от его прикосновения, а от блеска его глаз было не по себе.

Без галстука и с расстегнутой парой пуговиц на рубашке Чан выглядел необычайно непринужденно. Он имел дело с VIP-клиентами, и его костюм и парфюм позволяли ему излучать вульгарность, которую он скрывал. Теперь он был похож на тюремного надзирателя или трехголового пса, охраняющего врата ада. Мужчина высокомерно затянулся сигаретой и указал на моего дядю, словно прося об одолжении.

- .......

- .......

Я медленно повернул голову обратно к дяде. Даже взглянув на него во второй раз, это было действительно ужасное зрелище.

- Эй, - сказал он, а из его открытого рта продолжала течь слюна. Это было шокирующее зрелище, к которому я думаю, никогда не привыкну.

Я напряженно смотрел на дядю. Этот человек использовал своего племянника как источник денег. Я не мог не заметить в нем эту жадность, но все равно я хотел на него положиться. В текущей ситуации, когда мама была прикована к постели, он был единственным, на кого можно было надеяться.

Я хотел спросить человека, который предал мое последнее доверие. Чем ты, черт возьми, занимался все это время?

- ...Дядя.

Тело, похожее на труп, даже не пошевелилось. Дядя, я попробовал еще раз, с большей силой, но результат был тот же. Докурив сигарету, Чан выкинул окурок и приказал.

- Давайте разбудим его.

Один из сотрудников бросился к двери и открыл ее. Дверная ручка, которую давно не смазывали, издала жуткий звук. Служащий схватил дядю за волосы и выдернул его наружу.

Тело моего дяди вытащили из клетки. На его теле все еще были видны следы от железных прутьев и он был похож на жареное мясо на гриле.

Сотрудник бросил его перед коричневым резиновым тазом. Они подняли голову моего дяди и погрузили ее в воду, она забурлила и наполнилась воздухом. Его руки, раскинутые, как у трупа, начали медленно трепетать. Истошно вопя от боли, дядины ноги бешено загребали землю.

- … Кеууук!

Из-под воды донесся страшный звук. Лицо дяди вынырнуло из-под воды.

Сотрудники бросили тело дяди на землю. Он приземлился на четвереньки, как лягушка, издавая звук "пух-пух-пух" и выплевывая воду, как кит.

Изо рта дяди хлынула струя слюны, обильно разлетаясь по полу.

- ....Кух, ух.

Он издал ужасный звук и пополз обратно к генеральному директору Чану. Его зрение было расфокусированным. Казалось, он даже не заметил моего присутствия.

- ...Прошу Вас, господин Чан. Спасите меня.

- Босс, сумма составляет тридцать миллионов вон. Срок уплаты уже прошел два месяца назад.

- ...Я верну Вам долг, я сказал, что верну его несмотря ни на что!

Дядя схватил Чана за ногу, словно это был спасательный круг. Тот сузил глаза и рассмеялся, а затем оттолкнул ногой лицо дяди.

Я выплюнул слова, как тонкий вздох.

- ...Дядя.

Плечи дяди опустились и вздрогнули. Затем его гнилые медные глаза обратились ко мне. Его глаза расширились.

- ...Ё, Ё Вон!

Голос, похожий на скрежет ногтей по старой железной двери, донесся до моих ушей. Когда дядя попытался подползти ко мне, на висках Чана проступили ярко-синие вены, и он, не говоря ни слова, безжалостно ударил дядю ногой в спину. Тело, приближавшееся ко мне, рухнуло, как обрушившийся дымоход.

- Генеральный директор.

Мужчина наклонил голову.

- ...Мне нужно поговорить с ним наедине.

Глаза мужчины, устремленные на меня, сделали полуоборот и обратились к моему дяде. Его холодные глаза сузились от беспокойства.

- Я закончил.

Мужчина поднялся на ноги и железный стул скрипнул под его весом.

- Вы не виделись сезон, так что вам наверняка есть о чем поговорить.

Сотрудник принес цепь, похожую на собачий ошейник. Он застегнул ее на шее моего дяди, а другой конец повесил на крючок, несколько раз дернув, проверяя на прочность. По комнате разнесся металлический лязг.

Когда мужчина, вышел из комнаты, двое других сотрудников исчезли. Дядя, не в силах сопротивляться, понизил голос до мольбы, словно ждал. Каждый выдох, который он делал рядом со мной, ужасно пах.

- ...Пожалуйста, вызови полицию.

Это невозможно. Я тоже заключен в тюрьму, хотя и совсем по-другому.

- ...Ну же, ну же!

Дядя в бешенстве протянул ко мне руку. Кончики его пальцев срывались, когда я делал шаг назад. Каждый раз, когда он пытался сделать выпад вперед, цепи тянули его назад, и чем сильнее он пытался сделать выпад вперед, тем громче дергалось его тело.

- ...Почему ты не позвонил мне после того, как отвез маму в больницу?

- Да, я не позвонил, я все сделал неправильно, Ё Вон, пожалуйста, просто вытащи меня отсюда....

Дядя сжал руки в кулаки и взмолился.

- Где мамина книжка?

Дядя в ярости махал руками, что-то настойчиво бормоча.

- Я уже много раз говорил тебе, я не знаю. У меня нет на это времени, этот зверь в человеческой маске действительно не оставит меня в покое, ты думаешь, это только я, ты тоже в опасности!

...Я делал вид, что не понимаю. Мой дядя отчаянно тянул руки, пытаясь освободить поводок. Он попытался отстегнуть крючок на двери, но цепь оказалась настолько прочной, что бесполезно. Он продолжал ходить кругами, таща за собой поводок. Он носился, как бешеная собака, и искал выход.

Я заставил себя заговорить.

- Если ты расскажешь мне, я помогу тебе выбраться.

- Я, я правда не знаю. Я уже десятки, сотни, тысячи раз говорил этому ублюдку, что не знаю...!

Внезапно дядя захрипел и провел рукой по макушке головы. ...Что за черт? Я не терял бдительности и думал, что он снова разыгрывает меня.

Внезапно между пальцами дяди просочилась струйка крови. Пока я изумленно смотрел на него, он задрал свою футболку. Вид плоти снаружи был ужасающим.

- Я потерял сознание от алкоголя, который он мне дал, а когда очнулся, оказался на операционном столе в больнице, и эти ублюдки резали мне живот....

Через всю грудь тянулся грубо зашитый шрам. Из зияющей раны сочилась кровь, как соус. Если я оставлю его в таком состоянии, он долго не протянет.

- Ты сам виноват, дядя.

- Ааа!! - послышался бешеный крик.

- ...Ты, ты, ты....

Неприятный металлический звук продолжал раздражать нервы.

- ...Ты сукин сын!

Мой дядя в порыве безумия бросился на меня. Его руки потянулись к моей шее, желая задушить меня в одно мгновение. Цепь натянулась, и тело дяди отбросило назад. Если бы не цепь, я бы уже был раздавлен под ним.

Плита начала медленно подниматься. Я удивленно отпрыгнул назад. Такими темпами дверь будет вырвана из пола.....

Как только эта мысль пришла мне в голову, она стала реальностью.

Как только дюбель выскочил, дверь рванулась вперед.

- ......!

Дядя бросился на меня. Я не смог защититься и оказался под ним. Он зажал цепь на моем горле. Я боролся и выкручивал конечности, но безрезультатно. Позиция была уже абсолютно невыгодной.

- Я знал, что что-то тут не так...

- ...Хмф, хмф.

Не в силах совладать с его безумной силой, я царапнул тыльную сторону его руки своими короткими ногтями. Наполненный ядом, он душил меня, намереваясь убить.

- ...Ух!

Крикну, и люди снаружи прибегут, но издать звук было не так-то просто. Горло сжалось настолько, что даже дышать стало невозможно.

- Ты отдал ему свою дырку?

Из открытого рта дяди капала слюна. Длинные нити слизи стекали в уголки моих глаз. Она прилипла к моим ресницам, мешая открыть глаза. Сквозь затуманенное зрение я услышал звук возле входа.

- Ты ублюдок, тебе надо было уже давно надрать задницу!

Когда я увидел приближающуюся ко мне большую черную фигуру, тело моего дяди отбросило в сторону. Давление на шею исчезло. Я упал на четвереньки и схватился за горло. Я задыхался, глотая кислород, которого мне не хватало. Прямо над головой я услышал хриплый голос генерального директора Чана.

- Сука, от тебя надо было избавиться блять, давным-давно!

Господин Чан ударил ногой по телу дяди. Дядя издал громкий звук и откинулся на спину.

- Ты даже не узнаешь собственного племянника и используешь такие слова, как "ублюдок"?! Мне все равно, насколько ты не в себе, ты должен узнать его!

Грудь господина Чана вздымалась и опускалась. Глаза мужчины приклеились к моей шее. Я вздрогнул под его пристальным взглядом и обхватив шею руками, медленно отступая назад.

Мужчина провел рукой по волосам, которые упали ему на лоб. Затем он достал из кармана сигарету и прикурил ее. Ужасные слова полились с его губ, когда поднялся дым.

- Ты пьяная, обкуренная развалина, даже если из тебя удастся вытащить все внутренности, то можно будет получить восемь миллионов вон.

Не опасаясь, что кто-то услышит, генеральный директор Чан без колебаний изливал поток слов.

- Мы отрежем нижнюю часть тела и выбросим на склон горы. Пусть ее либо трахают, либо разрывают разъяренные кабаны.

- ...Господин.

Я заикался, мой голос почти срывался. Возможно дыхательное пути были повреждены, и мое дыхание вырывалось из груди с резкими вздохами.

- ...Не говорите так.

Как только я произнес эти слова, моя голова закружилась. Из-за удушья воздух не поступал в мозг. Пока я корчился на месте, Чан бросил недокуренную сигарету на пол, схватил моего дядю за загривок и швырнул в конуру. Он еще раз пнул дядю ногой в живот, а тот кашлял, держась за живот руками.

- ...Ох.

Он закрыл за ним дверь и бросился ко мне. Когда он приблизился, я почувствовал насыщенный запах крови. Моя физиологическая реакция на незнакомый запах заключалась в том, чтобы отступить, но он схватил меня за запястье окровавленной рукой и потянул к выходу.

Снаружи словно занавес, опустилась ночь.

Глава 59

Между мной и мужчиной проходили обычные дни, похожие на все остальные.

Господин Чан по-прежнему уходил на работу, когда ему вздумается, и возвращался домой в любое время. Это могло быть как раннее утро, так и ночь, когда засыпает луна. Тем временем я снял повязки с рук. Теперь белая ткань переместилась с моих рук в другое место.

Сегодня мужчина вернулся домой вечером. Усталость отразилась на его острых чертах лица, словно тень. Развязывая галстук, он направился прямо в ванную.

Я забрал у него пиджак и повесил его в шкаф. Деревянной вешалки в комнате больше не было. Мужчина решил, что одного раза было достаточно, поэтому он схватил ее и бросил в чулан, пристроенный к террасе.

Пока он был в душе, я разогревал еду на кухне. Тушеное мясо закипело, и я быстро выключил плиту.

Через несколько минут к столу подошел мужчина в домашней одежде. Я поставил на стол тушеное мясо, снял с рук кухонные рукавицы и сел напротив него.

- .......

- .......

Трапеза проходила в тишине. Даже шороха почти не было слышно.

Я тихо ел палочками, как вдруг почувствовал пристальный взгляд на своей шее. Я поднял глаза. Господин Чан смотрел в мою сторону, а его глаза были холодными, как обычно.

Я рефлекторно схватился за шею и почувствовал шершавость повязки на кончиках пальцев. Сомкнутые губы мужчины открылись.

- Повязку трудно разглядеть на твоей белой коже, откинь назад голову.

- .......

Приказ вырвался изо рта мужчины, как кувалда. Я никак не мог отказаться. Я встал с кресла и подошел к генеральному директору Чану.

Его мощные бедра, которые никакая другая сила не смогла бы раздвинуть, распахнулись передо мной. Я послушно проскользнул между ними и встал напротив мужчины.

Его рука обхватила мой затылок. Я откинул голову назад, полностью обнажив перед ним шею. Оранжевый свет электрической лампы залил мне глаза.

Ослепительно....

Бинты выскользнули из рук мужчины. Шрам полностью обнажился под его взглядом. Он осторожно повернул мою шею то в одну, то в другую сторону, словно обращаясь с бутылкой дорогого ликера.

- ...Ммм...

- .......

Его прикосновения были нехарактерно нежными, но я не мог ослабить бдительность, потому что при малейшем давлении ключицы затрещали бы, как грифель карандаша. Затем его большая рука соскользнула с моего затылка. Он впился пальцами в мой топ.

- Подними футболку.

Я медленно задрал футболку до груди. Взгляд Чана прошелся по каждому сантиметру моего тела. Красные, желтые и синие синяки усеивали мое тело, как плесень.

- Я думал, что если кожа белая и гладкая, то синяки будут выглядеть хорошо на ней.

Он сказал это сухо, но содержание было неприятным. Говорить так небрежно о том, что оставит синяк на теле, было ужасно. Рука мужчины, грубо прошлась по моей коже.

- ...Ах.

Рука, блуждавшая по моей талии, сжала синяк. ...Ах! Я до боли округлил плечи, и он отпустил меня.

- Ну, не я тебе их оставил.

Цок, цок. Он постучал кончиками пальцев по столу. Это жест недовольства. Я поставил чай, встал перед ним и стал наблюдать. Я скривил губы при виде плотно сжатой челюсти Чана. Мне казалось, что меня наказывают, хотя я не сделал ничего плохого.

- ....…

- .......

После визита к дяде мы с генеральным директором Чаном больше не говорили об этом. Мы с ним сидели за одним столом, разговаривали, ели, но никогда не упоминали об этом. Думаю, он чувствовал, что я намеренно избегаю этой темы.

Синяки и шрамы заживут со временем.... Мне хотелось сохранить этот тихий покой, пусть даже на полпенни, поэтому я дрогнул при виде господина Чана, который часто корчил страшные лица, глядя на мою шею и обнаженное тело, но изо всех сил старался не обращать на него внимания.

Казалось, что гнев, который он сдерживал в себе, наконец вырвался наружу. Что мне делать в этой ситуации?

Думаю, мне нужно выпустить его гнев, но я не знаю, как. Поразмыслив, я принял решение.....

Я протянул руку к его шее и обнял. Внезапно пальцы Чана перестали постукивать по столу, и я придвинулся ближе к мужчине, усевшись на его бедра. Бедра мужчины, туго переплетенные тонкими мышцами, плотно прижались к моему телу. Мне показалось, что я сижу на статуе.

На какое-то мгновение Чан застыл, как будто его ударили электрошокером. Сузившиеся глаза мужчины смотрели на меня.

- ...Что за?

Между изящными бровями Чана внезапно появился налет агрессии. Я стоял, держа его за шею, не зная, что делать. Это была глупая затея. В памяти всплыл момент, когда мужчина, предлагал выпить, сидя у него на коленях. Однако реакция была такой же холодной, как лед. Мои пальцы, коснувшиеся кожи мужчины, стали холодными от неловкости.

Он жестом указал мне на место.

- Сядь.

Покраснев, я медленно разжал руки и встал с его ног, волоски на затылке встали дыбом от смущения. Я быстро повернулся и направился на свое место.

Сзади быстро протянулась рука и схватила меня за предплечье. Мое тело мгновенно дернулось назад.

- ...Ах!

Директор Чан схватил меня за подбородок и яростно поцеловал. Его язык грубо проникал в мой рот, чтобы удовлетворить свои потребности. Он сильно всасывал язык, как будто собирался вырвать его с корнем, быстро проникая в глотку и обратно, заставляя меня краснеть от возбуждения.

Руки мужчины задрали мою футболку, грубо, как будто хотели сорвать ее. Его нетерпеливые руки обхватили мою грудь и талию, как будто они были его собственными. Я потянулся к его молнии и спустил брюки. Я взял его член в руку и помассировал. Он быстро увеличился до предела и изверг предэякулят.

Я сидел на стуле, оставив за спиной накрытый стол с едой. Мой мозг начал таять от пылающего жара, который пронзал меня словно пламя. Чтобы не превратиться в пепел, мне пришлось плотно прижаться к телу мужчины.

Стул дребезжал и трясся. Чан вгрызался в мою покрытую синяками кожу, облизывая ее. Он сурово посмотрел на меня и начал лизать мою шею, вызывая мурашки. Он вонзился в меня, как сумасшедший.

Это было совсем другое ощущение, чем когда он растягивал отверстие пальцем. Член был несравненно толще и настолько длинный, что даже вставляя его только наполовину, мои внутренности переворачивались.

- …Д-директор...

Я обхватил ногами широкую талию Чана, и его член вошел в меня полностью. Я с шипением вскочил.

- ...Хмф, хмф, не злись, ух!

Жестким прикосновением мужчины ягодицы раздвинулись в стороны, и член резко вошел между ними. Он яростно вбивался в меня и я уткнулся лицом в шею мужчины, зажмурив глаза. Вскоре мое зрение рассыпалось на белые пятна.

Глава 60

Всего прошли две волны страсти.

Я лежал неподвижно на кровати генерального директора Чана, прижавшись к его груди. Я чувствовал, как грудь мужчины, гладкая, словно мрамор, медленно поднималась и опускалась за моей спиной. Мои глаза начали закрываться под воздействием его тепла.

Ярко-красное свечение мобильного телефона Чана на прикроватной тумбочке разбудило его. Из-за спины протянулась рука мужчины, и он поднял телефон.

- ...Слушаю.

Низкий, хриплый мужской голос коснулся моего уха. За трубкой послышался звук диалога. Внезапно взгляд мужчины остановился на моем лице, нехарактерно для него, словно он наблюдал за мной.

Матрас скрипнул, когда Чан приподнял верхнюю часть тела. Сузив глаза, я увидел спину мужчины, когда он затягивал пояс халата и вышел за дверь.

Я вскочил с кровати и посмотрел на дверь, через которую вышел мужчина. Что это было, черт возьми? Такое ощущение, что он намеренно избегает меня. По затылку пробежал холодок.

- .......

Я встал с кровати. Внизу чертовски жгло, но я поспешно схватил халат, натянул его и вышел из комнаты.

Генеральный директор Чан стоял на террасе, легкий ветерок проникал внутрь через слегка приоткрытую дверь. Я только что проснулся и дрожал от холода. Обхватив себя руками, я стоял и смотрел на спину мужчины.

От его спины исходила жуткая аура, а сигаретный дым, поднимался в воздух черной паутиной. Сердце сжалось от тревожного предчувствия.

Внезапно мужчина оторвал мобильный телефон от уха и обернулся, его глаза проницательно посмотрели на меня, стоящего в темноте. Я вздрогнул от неожиданности.

- ....…

Рука Чана с щелчком захлопнула дверь на террасу. Даже голос, прозвучавший непринужденно, был заблокирован стеклянным окном. Что за разговор происходит? Я продолжал чувствовать беспокойство за человека, стоящего под темными облаками.

Притворный покой вот-вот будет разрушен. Он что-то замышлял за моей спиной, и мне было страшно и тревожно за него.

Вскоре после этого Чан покинул террасу.

- Почему ты здесь?

Тихим голосом он спросил, не приснился ли мне очередной кошмар. Когда я покачал головой, глаза мужчины подозрительно сузились. Его рука скользнула между моих бедер. Его бессовестная рука ощупала мой пах, словно проверяя.

Он погладил мой член, еще слегка влажный от эякуляции, и помассировал машонку.

Мое лицо покраснело. Перестань меня трогать, - прохрипел я. Мужчина раздвинул мои ягодицы и ввел средний палец в мою дырочку. Его пальцы зашевелились внутри, и густая струя спермы выплеснулась наружу.

- Нагадил.

Господин Чан проворчал тихим голосом и вытер пальцы о мой халат. Тон, как будто он ругает домашнюю собачку, которая справила нужду где попало, заставил меня внутренне вскипеть.

- …Это было раньше.

Ты же сам это сделал. Остальные слова я так и не смог выговорить вслух, только проглотил их. Мужчина насмешливо фыркнул.

Я подумал, что он собирается вернуться в постель, но мужчина вернулся в комнату и начал готовиться к выходу. Я сел на кровать и смотрел ему в спину.

- .......

- .......

Я не думаю, что у него встреча с клиентом или он собирается на работу. Чан всегда зачесывал волосы назад, но сейчас его волосы чернильного цвета закрывали лоб. Он сделал минимум приготовлений и направился к входной двери.

Я не знаю его пункт назначения, но почему-то сейчас мне кажется, что я непременно должен спросить.

- ...Куда Вы идете?

Мужчина, обычно многословный, на этот раз молчал. Его глаза на мгновение застыли на мне, а затем он отвернулся не сказав ни слова. Вооруженный до зубов секретами, он вышел из дома.

Интересно, куда он направляется?

Оставшись один, я пересек гостиную и прильнул к окну. Возле входа стоял черный седан. Через мгновение вышел мужчина, садясь в машину, он почувствовал мой взгляд и посмотрел на меня, стоящего на 50-м этаже. Его длинное тело скользнуло на заднее сиденье автомобиля.

Затем машина с мужчиной скрылась из виду.

Я сел на диван и стал ждать возвращения господина Чана. Дни проходили тревожно.

Сглотнув сухую слюну, я засунул большой палец в рот и сосредоточенно жевал его. С каждым днем мои нервы распадались на куски.

Через несколько дней мужчина, которого я ждал, снова вернулся домой, и, услышав его голос за дверью, я вскочил с дивана и направился к входной двери.

От куртки мужчины веяло прохладой. Его руки, видневшиеся под курткой, были закрыты черными кожаными перчатками. Я окликнул мужчину, мой голос звучал невнятно.

- ...Генеральный директор.

Из рук Чана выпала черная сумка и приземлилась передо мной. Тяжелый звук эхом разнесся по полу. Я посмотрел на черную сумку и спросил.

- ...Что это?

Господин Чан безмолвно указал на нее жестом. Казалось, он хотел, чтобы я сам увидел. Я опустился на колени и потянулся к сумке. Медленными, цепкими пальцами я впился в отверстие, словно протягивая руку к свирепому зверю с ужасными зубами.

- ......!

Первое, что я увидел, был красновато-коричневый кирпич. Я так испугался, что быстро вытащил руку из сумки, как будто обжегся.

Кирпич был весь в черных пятнах. По трещине я понял, что он, должно быть, ударился обо что-то очень сильно. Более того... По краям было несколько спутанных прядей волос. В этот момент мои подозрения переросли в уверенность.

Я медленно поднял взгляд и посмотрел на мужчину.

- ...Где Вы это взяли?

Человек сверху опустился передо мной на колени.

- Мне позвонил сотрудник. Он сказал, что нашел грузовик, припаркованный у дома на горе, так что я отправился туда.

- .......

- Он просто лежал в багажнике грузовика.

- ...Вы раньше говорили, что не могли его найти.

Я ощутил горечь на кончике языка. Кирпич, обычно используемый для защиты двери, в тот день он был направлен в голову моего отца.

Я ясно помню, что он упал рядом с телом отца, но каким-то образом исчез, как утверждал дядя. Он никак не мог исчезнуть, если только не сбежал сам, если только кто-то намеренно не убрал его с места преступления. Дядя, полностью контролировавший ситуацию, так и сказал, и я просто с этим смирился.

- Наверное, он специально спрятал его, чтобы усилить твою тревогу. Чтобы ты послушно следовал его указаниям.

- .......

- Когда ценность Со Ё Вон исчезнет, было бы неплохо намеренно сделать это видимым для соседей.

После долгого ошеломленного молчания слова мужчины вернули меня к реальности.

- Там есть еще кое-что.

Я больше не хотел лезть в черную сумку. Генеральный директор Чан, должно быть, заметил это, поэтому он потянулся рукой в перчатке, что-то достал и протянул мне.

Это была банковская книжка.

Я взял ее у него и начал перелистывать страницы одну за другой, все они были порваны и измазаны грязью.

На большинстве вкладов было чуть больше 20 000 вон. Большинство из них не превышали 50 000 вон. Все следы денег, которые мама откладывала с чаевых и заработков, были здесь, бережно сохраненные без ведома отца. Перед глазами промелькнуло мамино лицо, счастливое от того, что деньги накапливаются. Я почувствовал тошноту и горечь, как будто наглотался горькой воды.

Последняя страница. Там была сумма, не превышающая десять миллионов вон. Пальцы задрожали и книжка упала на пол. ...Ублюдки. Едва ли из-за этого…

- Как так вышло, что у тебя был всего один человек, на которого можно было положиться?

- .......

- На что же ты опирался до сих пор, живя такой жизнью?

Я потерял дар речи. Я просто уставился на то, что лежало передо мной, с несчастным сердцем. Мужчина легонько цокнул языком и встал. Генеральный директор Чан стянул с рук перчатки и выбросил их в мусорное ведро. Затем он подошел к шкафу и достал новую пару перчаток.

- ...Генеральный директор.

Сколько времени прошло с тех пор, как ты вернулся? Я остановил мужчину, когда он снова начал выходить из дома.

- Куда Вы собрались?

Господин Чан повернулся ко мне. Его лицо было сильно затенено.

- Вы только что вернулись домой.

Его губы изогнулись в улыбку, и по моей груди пробежала дрожь беспокойства.

- Мне еще нужно поработать.

Работа? Сейчас два часа ночи, и все уже спят. Что этот человек думает делать на улице в такой час, в эту темную, тихую, жуткую ночь?

- ...Почему бы Вам не остаться?

Господин Чан прищурил глаза, как будто услышал что-то неожиданное. "Не уходи" - это то, что я хотел сказать, но не мог. Я нерешительно произнес.

- Уже поздно.

Я крепко обхватил одну из его рук, прижимаясь к нему всем телом, а его глаза опустились и застыли на моей руке. Его взгляд был таким горячим, что обжигал мне руку.

- Почему, ты держишь меня?

- ...Не надо.

Хотя я опустил дополнение, мужчина не спросил, что именно ему не следует делать, я лишь пробормотал.

- ...Господин Чан, пожалуйста, скажите мне, что Вы этого не сделаете.

Глаза Чана посмотрели на меня, и по его лицу пробежала странная улыбка.

- Однажды ты сказал, что хочешь убить его.

Мои подозрения подтвердились. ...Не может быть. Я открыл рот и беззвучно задышал. Дрожа от страха, пронизывающего мое тело, я начал умолять его, стараясь говорить как можно тише.

- Генеральный директор, пожалуйста, скажите мне, что Вы этого не сделаете.

Я обхватил шею мужчины руками.

- В любом случае, все это в прошлом.

Я единственный, кому нужно двигаться дальше. Я должен просто скомкать все это, как кусок туалетной бумаги, и выбросить в мусорное ведро.

- ...А если что-то пойдет не так, цена, которую Вы заплатите, будет слишком высока.

Чан резко поднял одну бровь. Он понятия не имел, почему я говорю эти слова.

Мы с ним совершенно разные два человека, столкнувшиеся с совершенно разными проблемами. Я в отчаянии, а он развратно улыбается, как будто его это забавляет. Я не мог понять, почему этот безумец улыбается. Все, что меня волновало в данный момент, - это как остановить его.

- Это цена, которую я все равно заплачу, так почему Со Ё Вон переживает об этом?

Мужчина потянул за конец перчатки, его длинные пальцы натянули кожу до предела.

- Ты хорошо умеешь притворяться тем, кем не являешься.

- .......

Сколько бы раз я ни умолял его не делать этого, он лишь делал вид, что не слышит меня. Я был напуган до безумия.

Пока я задумался, мужчина закончил все приготовления. Я быстро подошел к нему, когда он направился к двери, схватил его за куртку и притянул к себе.

- ...Что это?

Как только его вопросительное лицо повернулось ко мне, я обхватил его за талию и уткнулся головой в его плечо. Когда я вдохнул, густой аромат мужского тела проник в мой нос и осел в легких.

- Господин Чан Ки Джу.

При звуке его имени тело мужчины, твердое как камень, напряглось, как цементная стена. Взгляд мужчины упал на меня, он прочистил горло и его змеиные глаза изогнулись изящной дугой.

- Я недостаточно хорош для тебя.

- .......

- Ты даже не должен называть меня по имени.

Чан попытался оторвать мою руку от своей талии. Я быстро обхватил его тело и приподнялся на носочках, чтобы поймать его губы в жуткой ухмылке. Это было неуклюжее прикосновение, которое вряд ли можно было назвать поцелуем, но он застонал и схватил меня за лицо.

- ...Хммм...

Кусочки плоти терлись друг о друга с влажным звуком. Сильные предплечья Чана обхватили мою талию, притягивая меня ближе к своему телу. Наши языки еще долго переплетались, а тела были прижаты друг к другу. Я попытался дотянуться до молнии его брюк, но он схватил мою руку прежде, чем я успел дотянуться до нее.

Чан пробормотал сквозь слегка припухшие губы.

- Это не займет много времени.

Даже несмотря на волнение, холодное намерение в его глазах казалось непоколебимым. Мое зрение померкло. По коже поползли мурашки от осознания того, что, что бы я ни сделал, мне не удастся его остановить.

Я задохнулся и позволил словам сорваться с моих губ.

- ...Генеральный директор, тогда, пожалуйста, возьмите меня с собой.

- Что?

- ......Если Вам нужно идти, я пойду с Вами.

Он поднял бровь, как будто услышал что-то странное. Я тоже удивился собственной реакции, осознав, что только что сказал.

- Что?

Мои губы задрожали. Мое зрение грозило расплыться, поэтому я зажмурил глаза. Мне казалось, что он может уйти в любой момент, поэтому я быстро обхватил его за талию.

- У тебя даже ресницы трясутся от страха. Что ты делаешь?

Как он и говорил, я зажмурился от неподдельного страха, по позвоночнику пробежала дрожь. Он собирался сделать что-то ужасающее, и если я его не остановлю, это случится.

Если бы я мог, я бы хотел собрать все слова и проглотить их обратно, но..... Неважно, что я делал, причина, по которой он все это делал, заключалась во мне, это было очевидно, и я не мог просто сидеть сложа руки и позволить ему уйти. Я сильно прикусил нижнюю губу, чтобы сдержать слезы, наворачивающиеся на глаза, и повторил.

- ...Я пойду.

Повторив слова еще раз, я почувствовал себя немного лучше.

Да, лучше пойти с ним, чем оставаться одному и нервно ждать его. Успокоив себя, я снова заговорил, уже более четким голосом.

- Я пойду с Вами.

Глава 61

Всю дорогу до горы меня одолевала тревога. Даже когда я смотрел на безмолвную темную дорогу, мое сердце бешено колотилось, болезненно отдаваясь в солнечном сплетении. Я прикусил нижнюю губу и потер холодные ладони.

Тем временем машина остановилась перед горой, на которой я уже однажды бывал. Водитель шел впереди с фонарем, и только благодаря его свету, я следовал за генеральным директором Чаном вверх.

Прежде чем войти в дом я замешкался, нетвердо стоя на ногах, и едва успел протянуть руку и схватить мужчину за рукав.

- Ты боишься?

Тихий голос Чана прорезал густые кроны деревьев.

- ...Нет.

Мне казалось, что если я отвечу правдиво, он скажет мне оставаться снаружи. Его глаза на мгновение забеспокоились, когда он посмотрел на мои дрожащие губы, но затем они прояснились.

- Хорошо.

Генеральный директор Чан скрылся в доме, а я резко выдохнув, последовал за ним. Внутри запах был еще более мерзким, чем раньше. Я видел дядю в дальнем конце дома, запертого в конуре, и мои шаги к нему были тяжелыми, как будто я надел мешки с песком. Мне хотелось выбежать за дверь, но я взял себя в руки.

- ....…

Вблизи мой дядя буквально был воплощением безумия. В уголках его рта была пена, или какая-то белая жидкость. Господин Чан подтянул брюки и опустился на корточки, а стоявший рядом с ним сотрудник несколько раз ударил дядю ногой. Дядя вздрогнул, затем открыл глаза.

- Господин Лим.

- Кхххх....

Дядя вцепился в клетку грязными, с отросшими ногтями руками и неистово гремел клеткой. Гадая, не выпадет ли она снова, я взволновано посмотрел на то место, где было закреплено основание. Гвоздь, который когда-то выпал, теперь был прикреплен на место.

- Я дам тебе последний шанс.

Глаза моего дяди расширились, как блюдца. От резкости его слов я бросил взгляд на спину мужчины, но не увидел его выражения, что еще больше усложняло понимание того, что он имел в виду. Дядя быстро вскарабкался на колени и ухватился за клетку.

- ...Ага.

Давненько дядя не говорил по-человечески. Он издал громкий, ужасный звук.

- ...Это правда?

- Что было бы лучше?

Чан наклонил голову, делая вид, что размышляет. В его мозгу, должно быть, уже все сложилось, но дядя, потерявший весь свой запал, умолял его. Из его жутко распахнутых глаз капали слезы, похожие на куриный помет, и стекали по его впалым щекам.

- ...Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, дайте мне шанс, хоть что-нибудь, хоть что-нибудь.

На глазах у умоляющего дяди Чан подкурил сигарету. По мере того как сигарета догорала, эмоции дяди разгорались все жарче и жарче. Выкурив две сигареты подряд, мужчина издал тихое восклицание, как будто что-то вспомнил.

- Ах, но ты всю свою жизнь, только играл в азартные игры.

Мужчина ухмыльнулся.

- Азартные игры - звучит неплохо.

- ...Азартные игры?

Кровь отхлынула от лица дяди, которое всегда было красным от алкоголя. Тон мужчины был очень мягким, когда он спросил его.

- А что, разве Вы не хотите?

- Нет, нет, нет, я сделаю это, я сделаю это, я допустил ошибку.

Дядя быстро отказался от своих слов, опасаясь, что Чан отклонит свое предложение. Мужчина пристально посмотрел на служащего. Затем сотрудник достал из пиджака листок и ручку.

- Вот, пожалуйста, господин Лим.

Сотрудник положил на пол чистый лист бумаги и ручку.

- Пишите здесь.

Дядя опустился на колени с ручкой в руке и поднял глаза на служащего.

- Хреново жить день за днем с игорными долгами.

Предложение мужчины оставить его в живых, если он выиграет партию, дядя убрал руку и посмотрел на него. Его руки, которые давно ничего не держали, не могли контролировать силу, и он продолжал прокалывать и рвать бумагу. Каждый раз работник пинал его по телу и протягивал ему новый лист бумаги. После нескольких попыток дяде, катавшемуся по полу, удалось закончить фразу. "Жить изо дня в день с игорными долгами - отстой", - закончил сотрудник.

- Я пойду первым.

В то же время я глубоко вдохнул.

- О, нет!

Мой дядя дико замахал руками, затем вцепился в ногу и прижался к ней. Сотрудник выплюнул ругательство.

- Ох, блять! Старый ублюдок, ты сейчас получишь!

Работник со злостью ударил моего дядю ногой в живот, тот упал на пол, схватившись за него.

- Господин Лим, срок уже давно истек, и наш босс настолько великодушен, что готов дать Вам еще один шанс, но неужели Вы думаете, что Вам не следует сотрудничать в таком положении?

Дядя не выдержал насилия и, наконец, взял ручку. Когда служащий наступил на его лодыжку, приказывая написать последнее предложение, он наконец сдался. Только после того как он поставил точку в последней строке, он освободил ногу.

- Принесите стол.

Сотрудники принесли круглый стол. Генеральный директор Чан сел первым посередине, а служащие усадили моего дядю на стул слева. Я стоял и смотрел на стол, все еще не понимая смысла слов мужчины. Мужчина жестом указал на пустой стул.

- Присаживайтесь.

- .......

- Поскольку Лим Сон Чоль задолжал Со Ё Вону, то у него должна быть возможность отомстить.

Карточная игра. Я играл всего несколько раз, и очень редко с хорошими результатами. Только один раз. Я выиграл только тогда, когда господин Чан поменялся со мной картами. Не знаю, смогу ли я сыграть в эту игру и выиграть, но..... Я не мог позволить себе больше проигрывать. Я медленно подошел и сел на свободный стул.

- С Вами будет играть Со Ё Вон.

При этих словах глаза дяди сосредоточились на моих, с едва заметным оттенком злобы. Он словно решил, что со мной будет гораздо легче справиться, чем с генеральным директором Чаном, и так оно и было.

Дядя бросил на меня решительный взгляд. Его глаза были явно направлены на меня, но они были настолько расфокусированы, полностью потерявшие рассудок. Они были больше похожи на звериные, чем на человеческие, и без слов умоляли меня.

«Пожалуйста, верни своего дядю к жизни, Ё Вон.»

Следы на моей шее еще не успели зажить. Я сделал вид, что не заметил, опустив взгляд на стол. В горле запершило, как будто я насыпал в рот горсть песка.

Глаза мужчины метнулись в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве фишек, затем он перевернул две пачки сигарет. Он постучал пальцем по задней стенке, и сигареты высыпались на стол.

- Я заменю фишки на это и перетасую карты.

На лице моего дяди появилось недоумение, когда его служащий передал мужчине колоду карт.

- Мы так не договаривались.

Мужчина с сомнением улыбнулся, ловко тасуя карты.

- А что, по-Вашему, я ничего не умею.

- ...Ну, не совсем.

- Через десять минут будет ровно пять часов, так что если Вы к тому времени не выиграете, господин Лим, то Вы проиграли.

По правилам, побеждал тот, кто первым забирал все фишки соперника из сорока сигарет. Карты раздавали по две, и сначала мужчина передал одну моему дяде. Дядя протащил карту перед собой и незаметно проверил ее. Он огляделся по сторонам и быстро опустил руку.

Я подождал, пока обе карты окажутся передо мной, и перевернул их. Это были цифры "7" и "К" соответственно. Это были вполне стандартные карты.

- Сall (ответить, уровнять ставку).

Колл пришел со стороны моего дяди в количестве пяти штук. Я нервничал, мое лицо вспотело, а шея совсем затекла. Видимо, рука, которую я держал, была не очень хорошей.

Теперь была моя очередь. Четыре пары глаз были прикованы ко мне. Господин Чан и мой дядя. У каждого из них глаза были разного цвета, они ждали, когда я сделаю выбор.

- Еще две.

Это была первая раздача. Мы обменялись несколькими ставками, и на стол легли три карты. Это были "пятерка", "тройка" и, наконец, "К". Пара с "К" была бы неплохой ставкой.

- ...Fold (пасовать, сбросить карты).

Я сдался. Уголки дядиного рта, странно перекошенные от напряжения, изогнулись вверх. Похоже, все шло так, как я и ожидал. Рука с грязными ногтями потянула к себе сигареты.

По мере того как игра продолжалась, ставки росли. Игра в подавляющем большинстве случаев складывалась в пользу моего дяди. Это происходило потому, что каждый раз, когда мне выпадала хорошая рука, я немного повышал ставки, а затем сдавался.

Я вытянул новую карту и проверил ее еще раз: "10" и "Q", соответственно, и карты легли на стол. A, K, J. Оставалось еще две карты, но моя рука уже была полной. Держа в руках карту, которую я никогда раньше не видел, даже когда Чан и девочки играли, я повернулся и уставился на него. Он подозрительно улыбнулся, как будто знал, что мне сдали.

- .......

Я медленно перевел взгляд на дядю. Уголки его глаз были намеренно опущены. В его глазах читалась тоска. Нетрудно было понять, что он притворяется. К тому же у дяди, похоже, была достаточно хорошая рука.

- .......

Я бросил две сигареты на середину стола. На лице дяди появилось странное выражение из-за абсурдно низкого размера ставки. Он поднял ставку, полагая, что у меня низкая рука.

- ...Итак.

Он положил на стол пять сигарет. Я сложил руки на бедрах. Ладони вспотели. Напряжение бежало по моим венам. У меня возникло внезапное чувство, что это будет моя последняя игра.

Я сжал в руке шесть сигарет и бросил их через стол.

- .......

Еще несколько ставок, еще одна карта была раскрыта, а затем мой дядя сделал свой ход. Он смахнул сигареты и протянул их мне. Все в игре. У него была хорошая рука, и он, похоже, ожидал, что я сделаю то, что делал все это время, сдамся. На лице дяди выступили бисеринки пота, как будто от этого зависела его жизнь.

- Сall.

Как раз в тот момент, когда я собирался снова сдаться, Чан издал преувеличенный вздох.

- ...Ааа.

От этого протяжного вздоха меня передернуло. Я даже не смог вымолвить "фолд" и застыл на месте.

- Почему так скучно?

Тело Чана прижалось к столу. Мужчина кивнул мне на карты.

- Посмотри.

- ....…

Я повернулся в сторону и встретился взглядом с господином Чаном. Взгляд его глаз был безошибочным. Какой бы выбор я ни сделал, он все равно причинит вред моему дяде по любой причине. Он просто давал мне выбор.

...Мстить или нет.

Если я сыграю так, как есть, то с большой долей вероятности выиграю эту партию. Карты, которые мне подсунул Чан, и поспешное решение дяди привели к тому, что игра пошла против моей воли.

Я опустил дрожащий взгляд на стол, все это время играя с желанием, чтобы дядя выиграл эту партию. Мое зрение затуманилось. Что мне делать, что мне делать с этим?

- Не будешь смотреть?

- .......

Когда я ничего не сказал, он щелкнул языком, тик-так-тик-так. Я слышал, как тикает секундная стрелка на часах на моем запястье. Дрожащими глазами я проверил время. Было почти пять часов, время, которое отмерил мужчина.

- ......Fold, - вскричал я в разочаровании и Чан разразился хохотом.

Его длинная рука протянулась через стол, и смахнула в центр стола оставшиеся сигареты.

- На все.

Как раз в тот момент, когда я задавался вопросом, какого черта он делает, Чан перевернул руку своего дяди. Двойка и тройка, стрит-флеш.

Затем он перевернул мою руку. На лице моего дяди промелькнуло изумление, а с тыльной стороны его смуглой ладони струился пот. Королевский стрит-флеш. Самая высокая рука в семейном древе.

- Господин Лим, Вы проиграли.

Господин Чан проговорил это, не глядя на карты. Он словно знал, какая рука выпала его дяде, еще до того, как он ее получил. Дядя прочистил горло в полном раздумье.

- ...Он сдался!

Он даже не поднял ставки, то есть полностью нарушил правила, но Чан был непреклонен.

- Ты все равно моя марионетка, так что последний ход остается за мной.

Я зажмурил глаза и закусил нижнюю губу. Работник тут же надавил на шею моего дяди.

- Ааааа!

Стол перевернулся, когда дядя начал бороться. Он на четвереньках подполз к генеральному директору Чану и вцепился в него.

- Господин Чан, пожалуйста, пожалуйста..... Я расплачусь с Вами, несмотря ни на что.

Дядя начал вылизывать туфли мужчины. Ему было все равно, валяются ли вокруг окурки или нет, он просто вылизывал пол. Мужчина смотрел на меня, не обращая внимания на то, что там делает дядя. Я тоже стоял лицом к мужчине.

- Ребенок делал все это дерьмо, чтобы заработать пару баксов. Все из-за того, что ты потерял рассудок и играл в азартные игры.

Из ниоткуда появилась ножовка. Двое сотрудников схватили дядю за конечности, и Чан попытался отрезать пальцы дяди страшным острием пилы. А-а-а-а! Прозвучал ужасающий крик дяди.

- ...Ух, ух...

Пока я содрогался от ужаса, сковавшего все мое тело, кончики пальцев дяди вытянулись и потянулись ко мне.

- Помоги мне, помоги мне...!

На лице дяди отразился ужас, его рот скривился в рыдающем, брызжущем слюной всхлипе.

- Ублюдок, убивший Эбби, собирается убить и своего единственного дядю?!

Убийца Эбби. Ужасные воспоминания о прошлом пронеслись в моей голове в одно мгновение. Я стоял на месте с белым лицом, но меня вернуло к реальности острое лезвие пилы, взметнувшееся вверх.

- ...Ох!

Я подошел и прижался к генеральному директору Чану, обхватив его широкую талию и уткнувшись лицом в его широкую спину. Я стал умолять его.

- Генеральный директор...! Не делайте этого.

Я почти рыдал.

- Он этого не стоит.

Мой дядя обманул мою маму менее чем на 10 миллионов вон. Все мои чувства к дяде сменились новым гневом, так как накопившаяся злость достигла предела. Даже когда я спал, то вспоминал его отвратительное лицо и скрежетал зубами.

Но потерять жизнь из-за игорных долгов - это просто неправильно. Этого не должно было случиться. Господин Чан, который изначально не имел к этому делу никакого отношения, делает это только из-за меня. Он был не из тех, кто возьмется за такое хлопотное дело, как 30 миллионов вон.

В голове промелькнула мысль, что я не должен позволить Чану сделать то, что он хочет. Наказать моего дядю за то, что он прикоснулся к тому, что должно было принадлежать мне. Эта мысль привела меня сюда.

- Пожалуйста, прекратите.

Я заикался, и глаза господина Чана остановились на мне.

- ...Если это 30 миллионов вон, я верну их.

Его глаза были наполнены неизвестными эмоциями. Они бурлили, как водоворот, и я напрягся, чтобы не выпустить руку, вцепившуюся в его пиджак. Я поморщился от отвращения глядя на дядины брюки, которые он обмочил от страха.

- ...Мне страшно.

Дрожащими руками я обхватил руку господина Чана, которая держала пилу. Пока я цеплялся за его руку, одежда мужчины помялась. Я услышал грохот, когда острая пила выпала из его руки и шмякнулась на пол.

- ...Кхак, кхук.

Кровь хлынула из груди моего дяди, как из вулкана. Меня затошнило при виде этого.

- ...Уф, ...уф.

У меня подкосились ноги, и я не смог устоять. Господин Чан перекинул меня через плечо, как багаж и понес вниз по горной тропе. Мои конечности болтались в воздухе. В тусклом зрении я видел далекий горный перевал. Кар, кар, кар. Горные птицы кружили в ночном небе, издавая жуткие звуки, а потом улетели. Мое зрение расплылось и я потерял сознание.

***

Вокруг меня витал дурной запах. Сквозь размытое зрение я увидел стол с колодой карт, а человек, сидевший напротив меня, смотрел, умоляя о жизни.

Я в ужасе очнулся.

- Ха!

Резко вскочив с кровати и прерывисто дыша. Хах, хах, хах. Я втянул в себя весь кислород, какой только мог, и поспешно наполнил легкие.

Я поднял трепещущие ресницы. Мой взгляд упал на господина Чана, который сидел у моей кровати. Он протянул длинную руку к тумбочке и включил светильник. Вскоре оранжевое свечение рассеяло темноту в комнате. Красные огоньки осветили лицо мужчины. Он уставился на меня, с мрачными тенями на лице.

Как я спустился с горы, сколько времени прошло, как долго этот человек сидел здесь и наблюдал за мной? В голове крутились вопросы. Но ничего не было ясно.

Я обратился к нему низким голосом.

- ...Генеральный директор?

Мой дрожащий голос прорезал тишину.

- Как я сюда попал?

- Я принес тебя.

Господин Чан пожал плечами и легко ответил.

- Сколько времени прошло?

- Ты проспал весь день, не просыпаясь.

- ...И как давно Вы здесь?

- С тех пор, как помылся и вышел.

В голове промелькнула сцена, которую я видел перед тем, как потерял сознание. Сцена, как господин Чан бьет моего дядю в черных перчатках.

- ...А мой дядя?

- Остался на горе.

Я долго сжимал губы, а потом выплюнул слова, как выплескивают горькую воду.

- ...С ним все в порядке, да?

- Ты же просил не трогать его.

Силы покидали мое тело. Последняя сцена, так четко отобразившаяся на сетчатке глаз, снова и снова прокручивалась в моей голове. Мой дядя, истекающий кровью из зияющей хирургической раны. Он умрет, если его оставят в горах в такую прохладную ночь.

- ...Генеральный директор, не могли бы Вы отвезти моего дядю в больницу?

- .......

Лицо Чана заметно помрачнело. Его толстая шея напряглась, а рот жестоко искривился.

- С какой стати?

Я вздрогнул от мрачного выражения его лица, но продолжил.

- ...Он умрет, если оставить его так.

У лишения жизни было так много последствий. Последствия приходили во снах и в слабости. Я не знал, как это может вернуться и преследовать меня в каждый момент, а жизнь, которую я отнял, ощущалась как лезвие у моего горла.

- Я боюсь наказания.

Я услышал свой низкий голос, чуть более хриплый, чем обычно.

- Наказания?

- Я говорю о боге, который приводит наказание в исполнение.

Я не совсем понимал, что говорю. Я навязчиво лепетал, выхватывая случайные слова.

- Он накажет меня.

- ....…

Я заглянул в угол, желая посмотреть, где была вешалка, чтобы убедиться, что там действительно ничего нет. Но не успел я как следует рассмотреть, как мой взгляд заслонила большая, широкая, как веер, ладонь. Я повернулся и посмотрел на мужчину.

- Со Ё Вон.

Его губы четко произнесли мое имя. Словно поднимая меня из последствий этого кошмара.

- ...Да.

- Не может быть, чтобы на самом деле существовала такая вещь....

Я уставился в лицо господина Чана, надеясь услышать его следующие слова. По какой-то причине человек передо мной постепенно расплывался. Я закрыл глаза и снова открыл их. Зрение немного прояснилось.

Кап. Капли жидкости стекали на простыню. Я думал, что это пот, но это были слезы.

- ...Уф.

Хмф. Я снова плакал перед ним. Из-за своего страха я был полностью подвергнут стыду и рыдал, как ребенок.

Вдруг я почувствовал чужую руку на своей щеке. ...Эммм? Я растерялся и со слезами на глазах поднял подбородок. Мужчина снова провел тыльной стороной ладони по моим глазам.

- Я тоже кое-что натворил, так что тебя все равно не накажут в одиночку.

- .......

- Ты все еще боишься?

Спросил сухим тоном господин Чан и снова погладил меня по щеке. Неуклюжее прикосновение. Это был незнакомый жест как для мужчины, так и для меня. Я убрал руку, затем стянул простыню с талии и пополз по кровати на коленях, медленно подползая к нему.

Я обнял его за шею и прижался щекой к его твердой груди. Он обхватил меня за талию и прижал к себе. Словно в награду за то, что я наконец-то пришел к нему.

- .......

- .......

Как растущая луна, в объятиях Чана, мое тело опустилось на кровать.

Я слушал, как бьется мое сердце, зажатое в мужских объятиях. Стук, стук. Мое сердце, которое до этого стучало негромко, постепенно набирало темп. Его руки гладили мой затылок и щеки. Мои глаза постепенно закрывались. Я поджал губы, опьяненный сном.

- ...Нет.

Мои губы были сжаты, произношение было нечетким, но он прочистил горло, как будто услышал.

- Ммм...

И когда сознание почти полностью ушло, я почувствовал вибрацию, исходящую от теплой кожи на моей щеке.

- Если ты не можешь этого вынести, давай просто забудем об этом.

Я поднял тяжелые веки, чтобы посмотреть мужчине в лицо. Его глаза, темные, как бездна, смотрели на меня. Он заговорил с силой в голосе.

- Но это ощущение, когда ты в моих объятиях, ты должен запомнить любой ценой.

Казалось, он старался запечатлеть в моей памяти каждый слог. И это произвело на меня определенный эффект. Я был окутан неизвестной атмосферой и ответил на его зов, как одержимый.

- ...Да.

Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня и улыбнулся. Иногда он так улыбался без всякой причины. Когда-то мне казалось, что у этого человека дьявольская улыбка. И до сих пор так думаю.

Я опустил лицо в его змеиные объятия и полностью погрузился в себя.

Наконец наступила тихая ночь.

Глава 62

Наступил конец января. В прессе говорили о наступлении холодов, но я не думал, что может быть холоднее, чем сейчас. Лютый холод ворвался и пробирался вглубь города.

Тук, тук, тук. Ветер стучал в окно машины и я протер запотевшее окно ладонью.

Я уставился в окно расфокусированным зрением и мельком взглянул на обдуваемый ветром пейзаж за окном. Ветер завывал все сильнее и сильнее. Воздух стал еще холоднее, и ветер, скребущий по земле, был ужасающим. Немногочисленные люди, которых я мог видеть, были закутаны по самые носы в толстые пальто и проходили мимо быстрым шагом, а с их губ свисали клубки пара.

Сцены, слишком обыденные, чтобы быть реальными, мелькали одна за другой. Из-за тонкого стекла в центре мне казалось, что я нахожусь в другом мире.

- .......

Прошло две недели с тех пор, как я вышел из той теплицы, и столько всего произошло. Я все время просил господина Чана больше не причинять вреда моему дяде. Я твердил ему, что верну 30 миллионов, даже если это произойдет не сразу. Я умолял и просил при каждом удобном случае. Голос мужчины был нервным, когда он сказал мне, что сделал это, и я последовал за его сотрудниками в больницу, чтобы убедиться в этом лично.

Я посмотрел на своего дядю, лежащего без движения на кровати.

- .......

И после этого что-то изменилось для меня. Мне перестали сниться кошмары о господине Чане. Да и кошмары, связанные с отцом или дядей, снились мне гораздо реже.

«Если ты не можешь с этим справиться, забудь.»

Может быть, именно эти его слова имели реальную силу. Он сказал мне помнить ощущение, когда он держит меня в объятиях..... Когда я вспоминал его голос, на моих щеках разливался жар.

Теперь я больше не оставался один в темноте, даже если мне снились кошмары. Мужчина, спавший рядом со мной, обнимал меня. Он легонько гладил мою щеку своей рукой и притягивал меня в свои объятия.

Я плотно закусил нижнюю губу, настолько непривычным было раскрасневшееся отражение в окне.

Моя рука рассеянно потянулась к наручным часам. Секундная стрелка тикала, тикала, тикала в такт моему сердцу, которое билось чуть быстрее, чем обычно.

Я мрачно посмотрел на замерзшую землю за окном и понял, что мне предстоит пройти еще несколько ухабов, прежде чем это похолодание закончится.

Проехав еще один переулок, машина наконец остановилась. Я еще раз проверил шарф на шее, прежде чем выйти из машины. Сотрудник Чана быстро окликнул меня.

- Извините.

- ...Что?

- Можете взять это.

Он выгрузил корзину с фруктами с пассажирского сиденья. Она была огромной. Она была наполнена крупными, твердыми фруктами, с персиком посередине. Я уставился на него, а потом взял обеими руками.

- ...Спасибо.

- Я буду ждать Вас здесь и есть суп "Дэсун". Я собираюсь воспользоваться случаем, чтобы потратить свою зарплату.

Работник улыбнулся такой же широкой улыбкой, как и его тело. Когда я обернулся, он помахал мне рукой с сигаретой. Я поклонился и поспешил в больницу.

В палате было так же пусто, как и прежде.

Я стоял в дверях и смотрел на бледное лицо мамы, держа в руках вещь, которую принес с собой. Я подошел и сел рядом с кроватью.

- ...Мама.

Я поставил корзину с фруктами в угол. Затем положил на кровать сберегательную книжку, которую на мгновение задержал в руках. Теперь, когда я нашел то, что потерял, я надеялся, что мама благополучно вернется сюда, где бы она ни была.

В час дня дверь в ее комнату открылась, и кто-то вошел, в ком я узнал сиделку. Она удивилась, увидев меня, и я быстро поклонился.

- Здравствуйте. Я племянник Лим Сун Хва.

- ...О, да!

Сиделка, внимательно изучавшая мое лицо, хлопнула в ладоши.

- Я узнала Вас по лицу.

Я на мгновение замер, подумав, что когда-нибудь столкнусь с ней, но не ожидал, что это произойдет сегодня. Сиделка быстро подошла, похлопала меня по плечу, сказала, чтобы я устроился поудобнее, и принесла еще одно кресло, чтобы я сел в него. Она жестом указала на корзину с фруктами рядом со мной.

- Это для пациента? - спросила она.

- О, да.

- Дайте это мне.

Она спросила меня, где я взял такую драгоценную вещь, затем разрезала грушу и дала мне.

- Спасибо, что присматривали за ней все это время.

- Ну, я трудоголик. Поначалу было одиноко в этой одноместной палате, так что приятно иметь компанию.

- Это.......

- Приходи почаще.

Он медленно опустил вилку с застрявшей в ней мякотью.

- Тетушка.

Я негромко позвал ее, и она остановилась и посмотрела на меня. Я нервно теребил рукав и продолжил.

- Я слышал, что Вас спонсирует благотворительная организация. Вы случайно не знаете, где она находится?

- ...Благотворительная организация?

Женщина наклонила голову, как будто никогда раньше не слышала об этом.

- Я просто хотел сказать им спасибо.

У меня ничего не было, поэтому я не мог ответить взаимностью, но я хотел хотя бы позвонить и поблагодарить. На ее лице мелькнуло сожаление.

- Не знаю, - сказала она, - я просто выполняю для них работу. Я не знаю подробностей.

- ...О, хорошо.

Она обвела взглядом комнату.

- Я вообще-то думала, что, возможно, Ваша семья слишком занята, чтобы навещать пациента, поэтому Вы просто оплачиваете больничные счета и уход.

Никто не приходил. Внезапно я почувствовал тяжелую пощечину. Я уже догадывался и знал об этом, но, услышав это из чужих уст, все стало более реальным.

- Это было спонсировано благотворительной организацией, - пробормотал я про себя.

В глазах сиделки на мгновение мелькнуло подозрение, но отмахнулась от него, подумав, что все будет хорошо, и доброжелательно улыбнулась.

- Люди, которые спонсируют одноместные палаты в таких больших больницах, должно быть, очень благодарны.

Я не могу не согласиться. На эту сумму хватило бы прокормить еще троих человек. Не знаю, почему благотворительная организация выбрала качество, а не количество, но я уверен, что они были благодарны.

Женщина выдвинула в больничной палате еще один стул, села и принялась с чрезмерной энергией нарезать яблоки.

- Подойдите сюда и попробуйте фрукты.

Я замешкался, протянул руки и взял вилку. Отпечатки стерлись почти полностью. Внутри одежды еще были следы крови, но по сравнению с началом все цвета значительно утратили яркость. Скоро, возможно, они исчезнут. Я осторожно потрогал пальцами сберегательную книжку, которую спрятал внутри одежды до прихода сиделки.

***

Домой я вернулся только к вечеру. Я сидел на диване, складывая белье, когда зазвонил телефон, эхом прокатившись по тихому дому. Как только я услышал звонок, я бросился к тумбочке, как хорошо выдрессированная собака. Перед тем как поднять трубку, моя рука замерла.

Я замешкался, и тут телефон зазвонил снова, а потом замолчал. Но потом он зазвонил снова, и так продолжалось долгое время. Он собирался звонить до тех пор, пока я не отвечу. Если это было так навязчиво, значит, звонил господин Чан.

- Отныне отвечай на звонок.

- Хорошо.

- Я скоро буду.

Я снял одежду и принял душ. Некоторое время я молча стоял под струей воды, но когда у меня начала кружиться голова, я пришел в себя и быстро выключил воду.

Я вышел из душа и потянулся за халатом. Мои глаза встретились с отражением в зеркале напротив. Щеки были раскрасневшееся от жара.

Белое лицо, как мука, пухлые губы, а кожа напоминала кожу человека, на которого напал рой пчел, когда он дотронулся не до того улья. Моя шея, грудь и руки были усеяны маленькими укусами господина Чана, словно он разделывал кусок мяса. Он отпустил меня только после того, как оставил свои следы по всему телу. Я надел халат и затянул пояс на талии.

- .......

Теплая вода разморила меня. За дверью было по-прежнему тихо, господин Чан еще не пришел. За маленьким окном слышался ветер. На улице по-прежнему было холодно. Мужчина возвращался в этот дом по холоду. Он замерзнет. Думая о человеке с такой прочной кожей, что ее и иголкой не проткнешь, я направился к ванне, влекомый невидимой силой. Я присел на корточки возле ванны и начал наполнять ее водой. Опустив руку в воду, я проверил температуру - она была теплой и приятной.

Я погрузил одну руку в воду и сидел, завороженный, пока вода продолжала наполнять ванну, уставившись на нее пустым взглядом.

Звук дверного замка снаружи вывел меня из задумчивости. Я пораженный вскочил на ноги. Вода быстро поднималась и заливала комнату. Я быстро поднял пробку, но вода уже залила туалет и пол в комнате мужчины.

Когда генеральный директор Чан вернулся домой, он столкнулся с катастрофой в своей комнате.

Мужчина наморщил лоб. Он снял пиджак, чуть не швырнув его в гардеробную, и шагнул в ванную. Он перекрыл вентиль, схватил меня за запястье и поднял с места.

- Какого черта ты делаешь?

- .......

- Ты собираешься утопиться?

Я посмотрел на мокрый ковер и свои не менее мокрые конечности. Я стоял там, наполовину промокший, молча покусывая нижнюю губу. Я вжал голову в плечи от стыда, как черепаха. Не знаю, было ли это из-за ошибки, которую я совершил, или пара в ванной, но я почувствовал, как жар поднимается по щекам.

- Я спросил, что ты делаешь?

Почему так сложно сказать, что я набрал ему ванну из-за холода. Слова просто не могли слететь с моих губ.

- Приди в себя.

Я замер на месте, как несмышленый ребенок, а потом быстро потянулся за полотенцем. Я уже собирался вытереть им переливающуюся воду, когда он толкнул меня обратно, прижав к груди.

- Оставь, оно все равно высохнет.

Я беспомощно отступил назад. Он устало подошел к ванне и разделся. Его движения были грубыми, когда он стягивал с себя рубашку и расстегивал ремень. Одежда упала на пол, насквозь промокнув.

Когда он шагнул в ванну, вода хлынула через край. Он погрузился в воду по грудь и провел мокрой рукой по волосам. Волосы мужчины, крепко скрепленные воском, рассыпались.

- .......

- .......

Я стоял перед обнаженным господином Чаном, не в силах хоть что-то сделать. Я не знал, куда деть глаза. Я повернулся, чтобы выйти из ванной, но мужчина схватил меня за запястье.

- Со Ё Вон, я весь день усердно работал, чтобы заработать на жизнь. Ты не желаешь мне помочь? - сказал он уверенным тоном.

Его властная рука заставила меня сесть на край ванны.

Я выдавил в руку немного геля для тела и стал растирать его по коже, думая про себя: "Мне это с рук не сойдет". Я наблюдал за тем, как поднимается пена, а затем положил руку на грудь господина Чана. Чан приподнял верхнюю часть тела, чтобы помочь мне помыться. Изящно вылепленное тело мужчины, похожее на гипсовую статую, было покрыто всевозможными шрамами. Я бросил быстрый взгляд на следы на плечах и теле мужчины. Все они вроде бы были сделаны давно, но остались следы, которые не зажили должным образом из-за несвоевременного лечения.

Наступила долгая тишина. Только шум ветра, стучащего в окна, и журчание воды заполняли пустоту. Против воли мой взгляд устремился вниз. Я напряг глаза и отчаянно пытался не смотреть на толстый, длинный член, который лежал эрегированным над его бритым лобком.

Я провел руками по его груди, плечам и рукам. Взгляд генерального директора Чана был прикован к моему лбу. Мужчина, сидевший, обхватив руками каркас ванны, заговорил.

- Почему бы тебе не почистить дно?

Он часто говорит неприятные вещи, даже не меняя выражения лица.

Глаза господина Чана остановились на моих ногах. Я быстро опустил взгляд. Чтобы удержаться в неудобной позе, мне ничего не оставалось, как раздвинуть ноги более чем на определенное расстояние. Сквозь халат все равно была видна моя промежность, которая выглядела совсем не так, как у него.

Губы Чана скривились в улыбке. Я почувствовал себя немного безнадежно при виде того, как он смеется надо мной.

- У тебя есть борода?

- ...Нет.

Мужчина засмеялся, на этот раз вслух, как будто знал, что я так скажу. Он вложил мне в руку бритву и жестом попросил побрить подбородок.

- А у меня есть.

Само бритье, в общем-то, не представляло собой ничего особенного, просто тот факт, что мне пришлось приложить руки прямо к лицу мужчины, немного смущал. Пока мужчина, который не любит, когда ему повторяют дважды, смотрел на меня, не отвечая, я заставил себя выдавить немного пены для бритья. Я выдавил ее на ладонь, растерев, и намазал на подбородок мужчины. Затем я взял его в руку и это было очень странно. Мне казалось, что я нарушаю какое-то неписаное правило.

- .......

- .......

Я поднес лезвие к подбородку Чана и осторожно провел по нему. Это была элитная бритва, поэтому порезы были крайне редки, и я старался, чтобы острое лезвие не порезало его кожу. Я принял все меры предосторожности. Я едва ли не впервые наблюдал за мужчиной так близко, с открытыми глазами. Темные брови и доминирующий нос придавали ему надменный вид, а плотно сжатые губы делали его упрямым. Впечатление было не из лучших, но нельзя было отрицать, что он красив.

...Вот как выглядит господин Чан, понял я, и это пришло из ниоткуда. Я был так занят изучением его черт, что не заметил, что он немигающе смотрит на меня. В тот момент, когда мои глаза встретились с его глазами, я был вне себя от ужаса и вынужден был остановиться. Бритва глубоко вонзилась в подбородок мужчины.

- ......!

Из пореза потекла багровая кровь. Она капала в воду в ванной, разлетаясь, как брызги краски. Он с недоверием провел тыльной стороной ладони по своему подбородку.

- Ты ничего не можешь сделать правильно, - сказал он.

Он уставился на кровь на тыльной стороне ладони и истерически рассмеялся. Я ошеломленный застыл на месте.

- Почему у тебя такое красное лицо?

Как сказал Чан, мое лицо излучало жар, словно собиралось взорваться. Сердце билось так быстро, что было больно. Я подумал, не случилось ли чего и не слышит ли этот человек мои мысли, и забеспокоился. Не сводя с него глаз, я пробормотал несколько оправданий.

- ...Я боюсь, что меня отругают.

- Тогда подойди и вылижи ее, пока я этого не сделал.

- ....…

Чан протянул ко мне тыльную сторону руки. По ней текла багровая кровь, цветом похожая на кору зимнего дерева. Я медленно подошел и взял руку мужчины в свою. Слегка раздвинув губы, я высунул язык, и губы мужчины слегка разошлись при виде красной плоти. Он с наслаждением облизал языком нижнюю губу. Я присосался к его руке, почти как к мороженому. По вкусу напоминало железо. Это было странно, я впервые вот так лизал кожу мужчины, за исключением его члена.

Я облизал тыльную сторону руки, затем поднял глаза. Господин Чан все еще смотрел на меня. Пар, мужское тело, томно раскинувшееся в теплой воде, мужская кожа, которую я теребил языком. Мысли путались. Мое тело, стоящее на коленях, покачивалось, как будто могло упасть назад.

- Подбородок.

- .......

На этот раз я потянулся к щеке мужчины. Закрыв глаза, я притянул его лицо к своему.

Я лизнул его подбородок, сильно и быстро. Кончик моего чувствительного языка коснулся шрама. Я покусывал и облизывал гладкую, свежевыбритую кожу. Затем я медленно открыл глаза.

Атмосфера была странной, а воздух, в котором я парил, - слишком влажным. Я сомкнул губы.

Чан потянул меня за запястья и усадил на свои бедра. Одну мою лодыжку он держал в руке, а другую ногу положил на край ванны. На мне ничего не было, поэтому моя промежность была открыта для него.

Его толстый палец погрузился в отверстие.

- А-а-а!

Движение его пальца становилось все грубее и грубее, но вместо того, чтобы подавить боль, из моего рта вырвался стон. Я чувствовал дразнящий вкус, когда его палец проникал внутрь.

Я тяжело сглотнул, когда увидел его член, чуть выше мышц пресса, и потянулся к нему. Я трогал его, не спрашивая разрешения и вздрогнул от его жара и размера, прикоснувшись к нему кончиками пальцев. Чем больше я смотрел на него, тем больше не понимал, как он помещался в этом узком месте.

Вены выступили, член набух еще сильнее, он пульсировал так, будто в любой момент мог лопнуть, а и из треугольной, похожей на шляпу головки стал сочиться предэякулят. Белая жидкость растянулась липкой струйкой.

Голос Чана был хриплым.

- Что? Моих пальцев недостаточно?

- ...Хмф, да.

Мужчина схватил меня за таз и приподнял. Он поднял меня, как ребенка, а затем опустил одним движением. Вода послужила смазкой, поэтому член легко проскользнул в отверстие. Его член плотно заблокировал отверстие.

- ...Ха, ...хаа!

Плотно сжав ягодицы, он со всей силы вошел в меня. Член пронзил меня, как змея, зашел глубоко и сильно ужалил, а затем резко вышел. Потом он снова быстро вошел в меня и сильно ударил внутри. Я застонал, теряя контроль над собой.

- ...О, генеральный директор.

Шлеп, шлеп, шлеп. С каждым толчком вода в ванне всасывалась вместе с ним.

О, я в восторге. Я умирал от экстаза. Мужчина, нахмурив брови и выгнув спину, спросил.

- ...Ха, что?

- ...Глубже, еще глубже.

Я обнял господина Чана за шею и попросил его войти еще глубже. Мужчина с радостью согласился, сложив мое тело почти пополам.

Вскоре я понял, что произнес не те слова, потому что он не отпускал меня, даже когда я царапал его спину, чтобы сказать, что так больнее. Я изо всех сил цеплялся за мужчину, который тяжело дышал и держал меня как животное, пока я плакал.

Мы занимались сексом, прижавшись друг к другу так, что между нами не было свободного пространства. Звуки дыхания и стонов двух людей отражались от кафельной стены, создавая объемный звук.

Глава 63

На следующий день, я последовал за господином Чаном в вестибюль, на подкашивающихся ногах. Я натянул капюшон, чтобы скрыть лицо, обул кроссовки и вошел в лифт вместе с ним.

Под ярким светом на подбородке мужчины все еще виднелся шрам. По какой-то причине кончик моего языка горел, и я спросил его, не в силах больше смотреть ему в лицо.

- Генеральный директор.

- Что?

- Вы не возражаете, если я поеду в больницу пораньше?

Господин Чан ответил утвердительно. Когда они подошли ко входу, подъехала машина, и сотрудник, ожидавший человека перед ней, взглянув на лицо Чана удивленно спросил.

- Генеральный директор, Ваш подбородок...?

Генеральный директор Чан, который не слушает, что говорят другие, если только речь не идет о деньгах, сразу же сел на заднее сиденье. Сотрудник поспешно последовал за ним и сел на водительское сиденье.

Мужчина на заднем сиденье посмотрел на меня через окно машины, затем, словно снисходительно, провел по моему подбородку тыльной стороной ладони. Я молча смотрел, пока машина не уехала, а потом вернулся обратно домой.

Я извинился перед сотрудником, которого вызвал раньше, но ничего не мог сделать, потому что мне нужно было поменяться с сиделкой, которая была одна в палате. Я даже не мог входить и выходить из больницы без разрешения господина Чана.

Сегодня тоже, преодолев мороз, я прибыл в больницу. Купив лепешки и напитки для сиделки, я постучал в дверь.

- О, я здесь.

Она поприветствовала меня с усталым выражением лица. Я сказал ей, что теперь я буду за главного и что она может передохнуть в комнате отдыха. Несколько раз женщина отказывалась, но в конце концов неохотно согласилась и вышла из комнаты.

Я пододвинул стул и сел рядом с кроватью. Мама выглядела умиротворенной. На экране аппарата неуверенно плясали три тонкие линии, словно свечи на ветру. Они слабые, но определенно показывали движение и порхали, как маленькая птичка. Находясь рядом с мамой, я всегда возлагал надежды на это крошечное движение.

В больничной палате было тихо, и я уснул после нескольких дней плохого сна. Я задремал на некоторое время, нахохлившись, как цыпленок.

Затем я почувствовал, как что-то коснулось тыльной стороны моей руки, и вернулся к реальности. Я поднял голову и посмотрел на свою руку. Мамина рука касалась моей.

Я быстро нажал кнопку вызова медсестры. Когда медсестра ответила на звонок, я быстро заговорил и сказал: "Мне кажется, она очнулась, пожалуйста, придите". Вскоре в палату вошли врач и медсестра. Врач осмотрел мамино тело вдоль и поперек. Он посветил лазером в мамины глаза, слегка приоткрыл ей челюсть, чтобы заглянуть в горло, а так же надавил стетоскопом на ее грудь. Я сжимал дрожащие руки и надеялся, что он что-нибудь скажет.

Наконец доктор снял очки и повернулся ко мне, слова, сорвавшиеся с его губ, были безнадежны.

- Извините, опекун, но особых изменений со стороны пациента нет.

- Я спал и проснулся оттого, что почувствовал, как что-то коснулось моей руки.

- Спал?

Глаза врача расширились. Это было лицо врача, столкнувшегося с таким опекуном, с которым ему приходится иметь дело десятки раз в день.

- Она в коме из-за кровоизлияния в мозг. Это очень плохо, и Вам повезло, что она продержалась так долго. Если она очнется, то едва ли сможет держать глаза открытыми.

- .......

Я стоял, как пугало, не в силах вымолвить ни слова. Я почувствовал руку доктора на своем плече. Легкое касание, мимолетное прикосновение, и я упал как подкошенный. Женщина, которая уже вернулась в палату, притянула меня к себе и стала утешать.

- О, Боже мой!

- .......

- Госпожа Лим, скоро очнется, студент так долго ждет.

Женщина утешала меня, но ни одно из ее слов не было услышано. Это безнадежно. Я слышал это много раз, но каждый раз, когда я это слышу, в моем сердце образуется огромная дыра. Жизненная деятельность мамы небольшая, но четко имеющая место. Почему все говорят, что надежды нет?

***

Я пришел домой в оцепенении и сел на диван.

Я все еще приходил в себя после пережитого потрясения. В голове все время звучали слова доктора. Большинство врачей информируют родственников своих пациентов о худшем сценарии, чтобы те были готовы к любому развитию событий. Я знал об этом слишком хорошо, так как несколько раз искал информацию в интернете.

- .......

Нередко по телевизору показывают людей, которым сказали, что им осталось жить несколько месяцев, а спустя годы они вновь обретают удивительно крепкое здоровье. Моей маме сказали, что ей осталось жить всего несколько месяцев, но уже прошел год, так что это вселяет надежду.

- ...Ха.

Я пытался переключить свои мысли на хорошее, но в голову лезло только худшее.

Тишина. Тик-так-тик-так. Я покрутил в руках свои наручные часы, и услышал, как движется секундная стрелка. Я опустил взгляд, чтобы проверить время. Четыре часа. Слишком рано уходить с работы.

Интересно, во сколько он сегодня вернется? Он всегда приходил в разное время так, что трудно было угадать.

...Может, позвонить ему?

Дрожащими руками я снял трубку и набрал номер мобильного телефона мужчины. Я слушал мелодию звонка и вдруг задумался, что я делаю? Он должно быть сейчас работает. Я уже собирался положить трубку, как вдруг услышал.

- Эммм.

Господин Чан взял трубку и я поджал губы.

- Простите.

Я трусливо извинился и резко повесил трубку.

Конечно, мой телефон тут же начал звонить. Я сидел у телефона, боясь ответить и не зная, что сказать. Телефон звонил долго, несколько раз, а потом вдруг остановился. Я вздрогнул от неожиданности и вздохнул при мысли о человеке, который скоро вернется.

Господин Чан вернулся домой раньше обычного. Я ожидал, что он накричит на меня за то, что я не отвечаю на звонки, но он просто посмотрел мне в лицо, нахмурив брови, и спросил.

- Что у тебя за выражение лица?

Я не знаю, что ответить, когда кто-то спрашивает меня, что не так с моим лицом. Мне казалось, что я должен извиниться, но я просто неловко улыбнулся и хмыкнул. Мужчина долго смотрел на меня, потом снял куртку и протянул ее мне.

Затем, как обычно, он направился в душ, чтобы привести себя в порядок. С его курткой в одной руке, я подошел к нему сзади, и обхватил его за талию, положив голову ему на плечо. Он остановился и оглянулся на меня.

- .......

- .......

Что, черт возьми, я хотел сделать, я не могу сказать. Я просто уткнулся лицом в его спину.

Этот дом был слишком большим, чтобы оставаться одному. Дом с его минимальной обстановкой был слишком безжизненным, и я уже устал от того, что был здесь совсем один. Я стоял так некоторое время, впитывая тепло мужского тела.

Его спокойный взгляд понял мои намерения. Он снял с меня одежду, а затем повел меня в душ, где мы вместе приняли его. Горячие губы касались моего подбородка, лизали шею, покусывали и посасывали грудь, а жгучая боль в сосках смывала все беспорядочные мысли в моей голове наслаждением.

- Ах, хмм...! - выдохнул я, уткнувшись лицом в разгоряченное тело Чана. Я крепко обхватил его шею и прильнул в его объятия, которые всегда сжимали меня, когда я просыпался от кошмаров. Мое зрение расплывалось и я застонал.

- ......Хаа!

Всхлипывающий стон эхом отразился от кафельных стен, глаза и нос щипало. Я не мог понять, были ли это слезы или вода, стекающая по щекам. Я крепко прикусил нижнюю губу, радуясь, что нахожусь в душе.

- .......

- Что, черт возьми, ты делаешь?

Господин Чан внезапно схватил меня за щеки, и я попытался отвернуться, не желая показывать свое лицо. Но он не дал мне этого сделать. Его рука крепко держала мой подбородок, заставляя смотреть на него. Я попытался стряхнуть его руку, но его хватка на моей челюсти была достаточно крепкой.

- Что такое? - спросила он.

- ...Больно.

Я заикался и потирал подбородок тыльной стороной ладони. Господин Чан мог видеть, как из моих глаз катятся слезы. Я смущенно изогнул губы.

- ...Паршивец, - вырвалось из уст мужчины, когда он кусал мои губы и тело.

Затем его губы снова оказались на моих. Стон, похожий на всхлип, смешался с шумом воды.

После секса я лежал на кровати и смотрел в большое окно комнаты. Снег сыпал, словно порошок. На фоне этой мечтательной картины я пробормотал, как человек, потерявший контроль над реальностью.

- Сегодня....

Я попытался назвать ее мамой, как обычно, но на мгновение остановился и выбрал другое слово.

- Кончики пальцев матери слегка дернулись.

- .......

- Я встревожился и вызвал врача, который осмотрел ее и сказал, что, скорее всего, это просто скованность.

- Он так хорошо умеет говорить о собственной некомпетентности.

Низкий голос господина Чана отразился от стены, он неумолимо критиковал врача, который просто сообщал факты.

Я разразился смехом. Резкость его слов вызвала у меня странный смех. Я сжимал в груди свое ноющее сердце, словно оно раскололось на две части, и теперь мне стало легче.

Внезапно его обнаженная рука обвилась вокруг моей талии. Мужчина, не знающий меры, сжал меня со всей силой, которую я хотел. Это было больше похоже на узы, чем на объятия. Мне стало не по себе, но я не мог пожаловаться и промолчал.

Может быть, дело в том, что я был в его объятиях, но дом, казавшийся мне таким просторным и пустым, теперь казался более полным, когда он был здесь.

Тишина накрыла нас с ним, как одеяло, когда мы оба закрыли глаза.

Глава 64

На следующий день, придя в больницу, я узнал, что у мамы сменился лечащий врач. Это было неожиданно. Вместо врача, который говорил, что надежды нет, маму осматривал новый человек. Он поднял ей веки и посветил в глаза фонариком.

- Хм, пульс хороший, дыхание и температура в норме. Жизненные показатели в порядке.

- Думаю, Вам не о чем беспокоиться.

Я стоял рядом и ждал его вердикта, и только теперь смог расслабиться. Я глубоко вздохнул и поспешно поклонился врачу.

- Спасибо.

- Не за что.

Он похлопал меня по плечу и ушел. Я остался в палате с сиделкой. Ближе к вечеру пришел какой-то мужчина.

- Это палата Лим Сон Хва?

Я настороженно спросил, кто он такой.

- Я курьер. Кто-то прислал подарок для Лим Сон Хва.

- Подарок?

На лице сиделки появилась улыбка. Она радостно подтвердила, что это та самая палата, и в комнату хлынул поток горшечных растений и фруктовых корзин.

- Откуда все это?

Сиделка с сияющим лицом разворачивала подарки один за другим.

Пустая до этого палата наполнилась цветами и фруктами. Вместо холодной атмосферы ее теперь наполняла жизненная энергия.

- ...

Я стоял посреди комнаты, ошеломленный, а затем подошел к одному из горшков. Он был почти до моего бедра и выглядел очень дорогим. Я кончиками пальцев коснулся длинных, сильных листьев. Хотя подарки пришли без имени отправителя, их происхождение было очевидным. Конечно же, это он. Я убрал руку, и лист, словно смутившись, слегка отпрянул.

Я вышел из больницы и сел на заднее сиденье машины, которая ждала меня. К моему удивлению, там уже сидел господин Чан. Я сел рядом с ним и начал теребить пальцами подол своего пальто. Я украдкой поглядывал на него. Заметив это, он нахмурился, словно ему это не понравилось, и я поспешно заговорил.

- За подарки в палате...

Я пошевелил пальцами ног в туфлях, чувствуя странное щекотание в животе, и добавил.

- ...спасибо.

Господин Чан, который смотрел на меня, приподнял бровь, но промолчал, словно это было неважно.

***

Наши отношения с господином Чаном стали довольно странными.

Называть их просто спонсорством было бы не совсем точно, потому что мы стали слишком близки. Мы просыпались в одной постели, завтракали вместе, занимались любовью и снова засыпали в одной постели. Когда мне снились кошмары, господин Чан будил меня. Я стал такой слабый и беззащитный, что почти не мог нормально спать, если его не было рядом. Мне даже приходила в голову мысль, что, возможно, именно поэтому я хотел прибегнуть к помощи наркотиков.

Хоть это и должно было ему надоесть, но... Господин Чан молча притягивал меня к себе. Он вел себя совсем не так, как раньше, когда относился ко мне как к собаке.

Я стоял в палате и протирал сухой тряпкой горшки, которые он прислал, когда вдруг почувствовал резкую боль в груди.

...Опять.

Странное волнение охватило меня. Мне казалось, что кто-то вдохнул жизнь в мою грудь, которая раньше была твердой, как будто ее можно было проткнуть вилкой и услышать хруст. Нежный ветерок ласкал меня изнутри, вызывая рябь. Это было похоже на то, что я чувствовал тогда... когда держал лицо господина Чана, пока брил его...

Вспомнив его, я сжал тряпку в руке.

...Господин Чан. Наглый, эгоистичный ублюдок, но мое единственное убежище. Как бы я ни пытался это отрицать, это была очевидная истина.

Я думал, что, возможно, эти отношения не так уж и плохи, как могли бы быть. Нет, определенно не так уж и плохи. Я думал, что мы сможем поддерживать эту странную связь до тех пор, пока он не потеряет ко мне интерес.

Но, вопреки моим ожиданиям, этот мир продлился недолго.

***

- До свидания.

Я провожал господина Чана, даже не успев толком одеться. Этот мужчина был настолько неутомим, что доводил меня до изнеможения, а потом, когда сам собирался уходить, обязательно ставил меня у входной двери. Я стоял, еле держась на подкашивающихся ногах, и смотрел на него снизу вверх.

- ...

- ...

Господин Чан вышел из дома, так ничего и не ответив. Опираясь на стены, я добрался до его комнаты. Это было единственное место в доме, где не было камер наблюдения.

- ...

Он наверняка не ожидал, что я буду проводить в этой комнате больше времени, чем он сам. Но в сложившейся ситуации это было неизбежно.

У меня не было даже телефона, поэтому все, что я мог делать, - это заниматься домашними делами, смотреть в окно или смотреть телевизор. Раньше у меня была обычная жизнь, как у всех: я учился в университете и подрабатывал, чтобы оплатить учебу. Но теперь все это было мне недоступно. Все это стало туманным воспоминанием.

Кроме домработницы, сиделки и иногда сотрудников господина Чана, я почти ни с кем не общался. Вернувшись из больницы, я целыми днями ждал его дома. Как собака, которую он приручил.

Ирония заключалась в том, что в этой ситуации я чувствовал себя относительно спокойно. Возможно, потому, что мысли, которые раньше беспорядочно роились в моей голове, были смыты бурей, которая пронеслась надо мной. Я стал спокойнее, чем раньше.

Все вокруг было под контролем, и царила тишина.

Я рассеянно смотрел в окно, а затем, словно под действием невидимой силы, подошел к книжной полке. После долгих колебаний я вытащил одну книгу и оглянулся. Хотя я знал, что никого нет, у меня было такое чувство, будто я совершаю кражу.

Я сел на кровать и начал читать. Вскоре я полностью погрузился в текст.

Когда господин Чан уходил из дома, я вздыхал с облегчением и тянулся к книжной полке. Одна книга в день - это было идеально. К его возвращению я убирал книгу на место, не оставляя никаких следов. Услышав шаги снаружи, я поспешил вернуть книгу на полку, но ударился бедром о стол господина Чана. Я повернулся слишком резко, и на бедре остался большой синяк.

Господин Чан, хотя и прекрасно знал мой распорядок дня, всегда спрашивал, что я делал, когда возвращался домой. Я отвечал ему как робот.

- Я был в больнице, потом вернулся домой и немного убрался. А еще...

- А еще?

Его рука бесцеремонно скользнула по моему телу. Большая ладонь опустилась по моей талии и остановилась на бедре. Увидев синяк, он усмехнулся.

- Ты что, ребенок? Как можно так удариться о стол?

- Я инстинктивно вздрогнул.

- У тебя такая нежная кожа, - пробормотал он, словно разговаривая сам с собой, и начал массировать мое бедро. Я, как обычно, безвольно поддался его прикосновениям, но вдруг почувствовал что-то странное и нахмурился. Внезапно меня осенило подозрение.

- ...А как Вы узнали?

Ведь это произошло в комнате господина Чана. На мой вопрос он, что было на него не похоже, промолчал. Его скулы слегка напряглись. Я пристально посмотрел на него. Он пожал плечами и сказал.

- Я заметил, что ты избегаешь мест, где есть камеры, поэтому поставил ее там.

- ...Значит, Вы поставили этот книжный шкаф...

Он не ответил, и его молчание подтвердило мои подозрения. Он принес домой книжный шкаф с камерой сразу же после того, как понял, что я читал его книгу и заснул. Я сжал губы.

- Но раз уж я сказал, ты снова будешь ее избегать?

Господин Чан беззаботно улыбнулся. Я издал короткий смешок.

- ...Ха.

От моей саркастической усмешки улыбка исчезла с его лица.

- Что такое?

- ...

Его глаза, в которых не было ни капли раскаяния, смотрели на меня. Он совершил то, что нормальному человеку даже в голову не придет, и, будучи пойманным, оставался совершенно спокойным.

- Что не так?

Конечно же. Я молча покачал головой в ответ на его вопрос. Я лучше всех знал, что он такой человек, но все равно чувствовал странную боль в груди. Я пытался скрыть свои эмоции, но уголки моих глаз и губ сами собой опустились вниз.

***

На следующий день, войдя в палату, я сел на стул с задумчивым видом. Затем я медленно повернул голову и осмотрел подарки, которые он прислал.

...Неужели.

Я подошел к фруктовой корзине и потрогал ее. Я вынул все фрукты и ощупал корзину изнутри. Я тщательно проверил все щели и только потом с облегчением выдохнул. К счастью, ничего не было.

- ...Хаа.

Я потер лицо рукой, думая, что зря себя накручиваю, но тут мой взгляд упал на что-то еще. Оставались горшки с цветами. Словно загипнотизированный, я подошел к ним и дотронулся до одного из них. Я провел пальцами по шершавой поверхности. Вдруг что-то гладкое попалось мне под руку. Я наклонился, чтобы рассмотреть. Внутри что-то блестело.

- ...

Там была маленькая линза. Моя рука упала. Внутри меня что-то рухнуло. Нижняя губа задрожала. Кровь в моих жилах похолодела и застыла.

Я так наделся, что здесь этого не будет. Я вспомнил, как он прислал в номер сейф с камерой. Почему я решил, что он изменился? Он всегда был таким.

Я поднялся с колен. Я вынес все горшки из палаты и отнес их в мусоросжигатель. Затем я нашел где-то камень и разбил каждый горшок.

Вернувшись в палату, я выбросил все фруктовые корзины в мусорное ведро. Сиделка, вернувшись после обеда, начала ругать меня за то, что я выбрасываю хорошие вещи. Но я не остановился. Я не хотел, чтобы здесь осталась даже пылинка от того, что он прислал.

***

В тот же вечер я оттолкнул господина Чана, который пытался обнять меня за плечи. На его лице, обычно непроницаемом, появилась трещина.

- Что, черт возьми, ты себе позволяешь?

Его голос был ледяным. Я молчал, только тяжело дышал, и он цокнул языком.

- Ты же и раньше знал, что за тобой следят.

Холодные слова сорвались с его губ. Он наверняка видел через камеру, как я разбивал линзы. Я выдавил из себя.

- ...По крайней мере, Вы не должны были делать это в больничной палате моей мамы.

Я пристально посмотрел на него. Ладно, камеры в доме, ладно, камеры в книжной полке, но не там. Осматривая корзины и горшки, я все время надеялся, что это был просто жест доброй воли.

Его глаза, которые безжалостно растоптали мои надежды, смотрели на меня. Его черные, как оникс, безжизненные глаза были такими же, как всегда. В них читалась лишь скука и пресыщенность. Он был раздражен моим неповиновением. Его взгляд проник в мою пустоту, как едкая кислота. От этого жестокого взгляда внутри меня вспыхнула жгучая боль.

- ...Господин Чан, я...

Я сжал руки в кулаки.

- ...не Ваша собака и не Ваша кошка.

Господин Чан нахмурился.

- Нет, Со Ё Вон, ты мой.

Его слова были странно нелогичными.

- Потому что я взял тебя.

Он произнес это так уверенно, словно говорил о том, что Земля круглая, а небо голубое.

- ...

- ...

Он протянул ко мне руку. Я попытался отстраниться, но он был непреклонен. Он притянул меня к себе и бесцеремонно распахнул мой халат. Моя грудь обнажилась под светом лампы. Он осмотрел мое тело и холодно усмехнулся.

- И ты говоришь, что не мой, когда все твое тело покрыто этими метками?

Моя шея и руки были покрыты укусами. Все это сделал господин Чан. Я был потрясен тем, что он заявлял свои права на мое тело из-за этих следов.

- ...Я не Ваша вещь.

- Тогда что ты?

Он снова спросил, напрягая остатки своего терпения.

- Кто ты такой, Со Ё Вон?

- ...Шлюха.

- ...Что?

Между его красивыми бровями залегла морщина. Воздух мгновенно похолодел.

- Шлюха, тупица, тряпка.

С каждым словом, слетавшим с моих губ, выражение его лица становилось все более свирепым.

- ...Ты не заткнешься?

Он схватил меня за подбородок. Его рука была настолько большой, что закрыла половину моего лица, оставив открытыми только глаза.

- Шлюха для траха.

Из-за того, что он сжимал мои губы, произношение было нечетким, но смысл был передан ясно. Его губы плотно сжались, не оставляя ни малейшей щели. Я услышал скрежет зубов. Казалось, он стискивал зубы, не в силах сдержать гнев. Я продолжил безразличным тоном:

- Разве не так Вы меня называли?

Я не понимал, почему он так разозлился. Ведь это он первый начал меня так называть.

Наши взгляды встретились в напряженном противостоянии.

После долгих раздумий в моем сердце зародилась робкая надежда. Что, возможно, среди всех тех чувств, которые господин Чан изливал на меня, есть хотя бы капля симпатии.

Я думал, что наши отношения могли хоть немного измениться.

Мое сердце постепенно наполнялось надеждой. Меня охватывало чувство подъема, как будто я поднимался в гору. Но внезапно я почувствовал, будто оступился и полетел вниз.

Потому что я взял тебя.

Его бесстрастное выражение лица и слова, словно я был всего лишь вещью. Это мгновенно вырвало меня из мира грез.

...Какая еще симпатия?

Он просто хотел держать меня под удобным контролем. Это было всего лишь продолжение того, как он раньше обращался со мной, как с собакой. На что я вообще надеялся? Чего я от него ожидал? Ведь господин Чан всегда был таким.

Я двинулся в сторону своей комнаты. Обычно он хватал меня за запястье, но сейчас он этого не сделал. Я видел, как его спина напряглась и расслабилась. Он пытался сдержать свой гнев.

- ...

- ...

Я вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Прислонившись к ней спиной, я медленно сполз вниз и обхватил себя руками.

У меня было ощущение пустоты внутри. Возможно, это из-за несбывшихся надежд. Я чувствовал еще большую потерю, чем раньше. Все то время, что я провел в мучительных раздумьях, казалось теперь таким бессмысленным.

С того момента между нами возникла странная напряженность. Мы по-прежнему ели вместе и занимались сексом, но и без того редкие разговоры практически исчезли. Когда господина Чана не было дома, я проводил время в своей комнате. Я просто лежал, ничего не делая. Я сцепил зубы и боролся с кошмарами и галлюцинациями в одиночку. Хотя он был всего в нескольких шагах, я больше не хотел возвращаться в его объятия. Я пытался постоянно напоминать себе о том, как я его ненавидел в прошлом.

Глава 65

Проведя некоторое время у постели матери вместе с тетушкой, я сообщил, что ненадолго отлучусь, и вышел из палаты.

- Я отойду на минутку, чтобы сделать звонок.

Зайдя в телефонную будку, я набрал номер. Мои пальцы двигались по кнопкам без малейшего промедления. 13 цифр уже давно отпечатались на моей сетчатке. Телефонный номер, с которого меня постоянно донимали, я выучил его наизусть помимо своей воли.

- Алло, это «Мунлайт Капитал». Говорите.

Голос того, кто не давал покоя мне и моей матери, донесся из трубки. Острое чувство отвращения к нему поднялось из глубины души, но я сдержал эмоции и продолжил разговор.

- ...Это Со Ё Вон.

Собеседник тут же узнал его.

- А, Со Ё Вон.

- ......

- Давно не виделись, щенок. Говорил, что сейчас учишься в Сеуле, да?

Я ожидал гнева из-за своего внезапного исчезновения, но, вопреки ожиданиям, кредитор притворился, будто рад меня слышать. Завязался бессмысленный разговор. ...Он говорил, что сеульцам нельзя доверять, что деревенщину вроде меня могут обмануть в мгновение ока, поэтому нужно быть предельно осторожным. Мошенник, повесивший на меня игорный долг, разглагольствовал с поразительной наглостью. Со Ё Вон следил за утекающими секундами разговора и, решив, что так больше продолжаться не может, сразу перешел к делу.

- Я хотел бы погасить хотя бы часть долга. Куда мне отправить деньги...

- Эээ?

В трубке раздался странный возглас.

- Парень, ты что, уже всё забыл? Ты же полностью расплатился.

После странного возгласа последовало еще более странное заявление. Я не мог осмыслить услышанное и ошарашенно переспросил. Я был уверен, что ослышался.

- Что?

- Когда вы всей семьей бесследно исчезли, я, конечно же, подумал, что вы сбежали. Нашел дом вашего единственного родственника, стал требовать, чтобы он сказал, где вы находитесь, а он уверял, что не знает, сукин сын, блять я чуть с ума не сошел.

Раздался звук смачного плевка.

- А потом он как-то позвонил и спросил, сколько там основного долга и процентов набежало на твоё имя. Я ему как заору, как разозлюсь, мол, давай быстро всё возвращай, а он возьми и трубку брось. А потом сразу же всю сумму перевёл, я аж обалдел.

Звонил? Я точно знал, что такого быть не может, но на всякий случай спросил.

- ...Это был мой дядя?

- Да ты что, Со Ё Вон. Я бы голос твоего дяди сразу узнал.

- ......

- Я ещё подумал, может, этому засранцу повезло в лотерею выиграть, или может, в караоке-бар устроился, деньжищи заколачивать. Ты, мелкий, если в такое место пойдёшь работать, то через меня устраивайся...

Что ещё за новости? Я стукнулся лбом о стенку телефонной будки. Хотелось бы притвориться, что ничего не знаю, и на этом закончить разговор, но я не мог не спросить.

- ...Когда это было?

- Давно уже, блин. Погоди-ка, раз, два, три, четы... Точно, уже пять месяцев прошло.

Я загибал пальцы, отсчитывая пять месяцев назад. Когда все пальцы оказались сжаты в кулак, я выронил телефон из рук. В голове эхом прозвучал голос генерального директора Чана.

«Щенок, молокосос, хоть и чувствуешь отвращение, но не смеешь его показывать.»

Мужчина делает паузу, растягивая слова.

«Очень любопытно, откуда ты вообще взялся с таким туманным прошлым?»

***

Вернувшись домой, я сел на диван, словно окаменев, и стал ждать директора Чана. Войдя в гостиную, мужчина мельком взглянул на меня и направился в свою комнату. Я заговорил ему в спину.

- Сегодня я разговаривал с кредитором.

Мужчина резко остановился. Я поднял глаза и посмотрел на него.

- Он сказал, что долг был полностью погашен пять месяцев назад.

- ......

- Это Вы его погасили?

Взгляд директора Чана, устремленный на меня, был холоден и безразличен. Пять месяцев назад – именно тогда дядя взял у меня деньги, пообещав расплатиться с долгами. Всё это время меня использовал дядя. А директор Чан меня обманывал. Он уже знал моё настоящее имя и адрес, где я жил. Мне стало до омерзения противно от самого себя, от того, как я трусливо сбежал, боясь, что меня разоблачат. Всё это было напрасно.

- Зачем Вы это сделали?

- Основной долг – четыре тысячи, с процентами почти сто миллионов. Как бы ты, Со Ё Вон, смог это выплатить?

Я отступил назад. Мужчина с суровым выражением лица мгновенно сократил расстояние между нами.

- ...Это не то, чего я хотел.

На мгновение я испытал радость от того, что тяжкий груз долга исчез за одну ночь. Но это чувство быстро сменилось сожалением, захлестнувшим меня, словно волна.

Я подошел к директору Чану и опустился перед ним на колени. Взяв зубами бегунок молнии, я медленно потянул его вниз. Между разошедшимися зубцами показались черные боксеры мужчины.

Я принялся нежно ласкать языком ткань его белья. После того как я достаточно увлажнил ее своим прикосновением, его возбуждение стало заметным. Стянув боксеры вниз, я увидел чудовищный член, скрытый зарослями темных волос.

Я зажал его основание между подбородком и шеей, поглаживая чувствительную кожу горячим стволом. Подняв взгляд на мужчину, я улыбнулся уголками губ. На его лице отразилось легкое недоумение. Казалось, он пытается понять мои намерения.

- ......

- ......

Не отводя от него взгляда, я широко раскрыл рот и заглотил его член.

Я двигал головой вперед-назад, ублажая его. Мои щеки надувались и сдувались, словно воздушные шары. Обхватив его ствол рукой, я принялся посасывать головку, которая прилипала к моему языку, скользя по его поверхности. Я дразнил кончиком языка отверстие уретры, предназначенное для выведения мочи и спермы. Сжимаемый моей рукой член мужчины набухал и пульсировал.

- ...Ах.

Директор Чан провел языком по нижней губе. Влажные от слюны губы слегка приоткрылись. В отличие от пылающего жаром члена, взгляд мужчины, направленный на меня сверху вниз, оставался холодным.

- Что это ещё за выходки?

Он резко дернул бедрами, ударив меня пахом по лицу. Его толстая головка с силой вдавилась мне в затылок, словно гвоздь. Ох, ух! От удара у меня на мгновение потемнело в глазах. Сверху донесся сухой голос.

- Я спросил, что это за выходки?

Видя, что я молчу, мужчина засунул палец мне в рот. Грубо раздвинув мои губы, он стал насильно растягивать их в стороны. Уаах, его член с трудом выскользнул из широко раскрытого рта. Я получил удар по лицу.

Мои щеки и веки пылали от прилившей к ним крови. С покрасневшим лицом я произнес.

- ...Ведь теперь я должен вернуть Вам эти деньги.

- ......

На лице мужчины отразилось недовольство. Вены на его шее вздулись, как и на стволе его члена. Воздух вокруг мгновенно похолодел.

- ......

- И ты хочешь расплатиться своим телом?

Я кивнул.

Директор Чан, словно сдерживая гнев, крепко зажмурил глаза и стиснул зубы. Мышцы, тянувшиеся от челюсти к мощной шее, угрожающе напряглись. Я, находясь под ним, не понимал причину его злости. Я всего лишь хотел отплатить свой долг, который он списал. Почему его опять переклинило?

Успокоив дыхание, мужчина снял с шеи галстук и произнес леденящим душу голосом.

- Думаешь, этого достаточно?

Мои руки оказались связаны галстуком. В одних трусах я был прижат к углу и прислонен к мужчине. В выключенном экране телевизора отражалась его спина. Я видел, как он стягивает брюки до бедер и двигает ягодицами.

Его тело полностью закрывало меня. Видны были лишь мои руки, сжимавшие его плечи, и ноги, обвившие его талию.

- ...Скажи, что ты мой.

Я стиснул зубы. Чтобы не издать ни единого стона, я крепко сжал губы. Мужчина продолжал настойчиво требовать, вколачиваясь в меня.

- Открой рот.

Я так сильно тряс головой, что казалось, мой нос вот-вот оторвется.

- Ты даже к матери не можешь пойти без моего разрешения. Теперь тебе не на кого больше положиться, вот и нашел себе утешение в наркотиках. Ты же не настолько глуп, чтобы подсесть на них.

Мужчина тяжело дышал, хрипя. Его движения стали резче и быстрее. Вскоре в меня излилась горячая сперма. Несмотря на то что он уже кончил, мужчина продолжал свои толчки. Изнутри доносились хлюпающие звуки, смешиваясь с его спермой.

- Я хотел посмотреть, что ты задумал, забрав порошок. Если бы ты ещё раз подсыпал их мне, я бы сломал тебе ноги. Но ты решил принять его сам. И пришел ко мне в объятия, опьяненный.

От потока его слов у меня закружилась голова. Я чувствовал себя так, будто обнажил перед ним свою душу.

- Я, я был пьян...

Я попытался оправдаться, но в ответ услышал лишь презрительный смешок.

- Нет ничего честнее, чем человека под кайфом.

Сквозь стиснутые зубы я прорычал.

- Нет, это не так... Если бы кто-нибудь другой был рядом…

Директор Чан схватил меня за шею и прижал к стене. Я отчаянно пытался вырваться из его хватки, молотя руками по воздуху.

- Заткнись и делай, что я говорю.

Я обмяк, опустив руки, и отвел взгляд. Мужчина грубо схватил меня за подбородок, заставляя поднять голову. Я беспомощно заерзал плечами, пытаясь унять боль. Но его голос, словно сверло, впивался мне в уши, не умолкая ни на секунду. "Скажи, что ты мой, скажи, что ты мой". Я так и не ответил на его зов за всё это время.

***

Я проснулся, разложенный на диване, словно одежда. Брюки всё ещё висели на моих бёдрах. У меня не было сил даже пошевелить пальцем, и я просто лежал, моргая глазами. Опустив руку с дивана, я увидел, как часы соскользнули вниз. Из-за потери веса они стали слишком велики и вот-вот готовы были упасть с моего запястья.

На прикроватной тумбочке лежала пачка денег. Я живо представил себе директора Чана, который, не справившись с гневом, вытащил их из бумажника.

С тех пор каждый раз, когда мы занимались сексом, он платил мне. В этот раз он дал мне деньги, но в отличие от того времени на поле для гольфа, когда мне платили в основном купюрами, теперь это были предметы роскоши.

Дорогая одежда от известных брендов, часы, которые стоили больше тех, что были на моём запястье, и какие-то непонятные украшения...

Конечно, я не обращал на них никакого внимания. От одной мысли, что мне придётся за всё это расплачиваться, меня охватывало уныние. Директор Чан, должно быть, знал, что я не притронулся ни к одной из этих вещей. И всё же он продолжал присылать мне дорогие подарки, от которых захватывало дух. Вещи, которые я не смог бы оплатить, даже продав все свои органы, дождём сыпались на меня каждую неделю.

Вчера он дошёл до того, что прислал мне ключи от машины с логотипом иностранного бренда. Я сел за стол и позвал директора Чана.

- Господин Чан.

Это были почти первые слова, которые я произнес за две недели. Мужчина посмотрел на меня. Я хотел сказать ему, чтобы он прекратил присылать мне всё это, потому что я всё равно не буду этим пользоваться. Но я промолчал, боясь вызвать его гнев. Закрыв рот, словно рыба, я опустил глаза, и мужчина тут же отвернулся.

И вот сегодня, пока я был один в палате, мне снова что-то прислали. Это был цветочный горшок. Я был настолько ошеломлен, что выбросил его в мусоросжигатель по дороге из больницы.

- ......

Вечером директор Чан вернулся домой. Он вытащил меня из комнаты и усадил за стол. На нём стояла еда, которую экономка приготовила утром. Я даже не пытался её убрать. Он и так знал по камерам видеонаблюдения, что я к ней не притронулся.

Над остывшей едой раздался его приказ.

- Ешь.

Я поднял ложку и сделал вид, что ем остывший суп. Затем принялся жевать слегка затвердевшие сверху рисовые зерна. Несколько бессонных ночей дали о себе знать - на кончике языка вскочил прыщик, и во рту всё саднило. Больше не лезло. Я украдкой наблюдал за мужчиной, и в этот момент его леденящий взгляд устремился на меня.

- Съешь всё до конца.

На его лице читалась непреклонность. Почему он так зациклен на еде? ...Ах да, он же говорил, что не оставит меня в покое, если моя талия и бедра уменьшатся. Если я исхудаю, то перестану соответствовать его вкусам, вот он и пытается насильно меня накормить. Неужели он настолько помешан на сексе? Саркастически усмехнувшись про себя, я затолкал в горло пресный рис. Медленно, словно скот, ведомый на бойню, я опустошил свою тарелку. Это было отвратительно. Наверное, моё отвращение отразилось на лице, потому что директор Чан нахмурился.

- Улыбнись.

По его команде я растянул уголки губ в улыбке. Глаза при этом остались неподвижными, и в результате получилось какое-то непонятное выражение лица, не то улыбка, не то плач. Лицо мужчины исказилось от недовольства.

- Улыбайся глазами.

- ......

На этот раз я поднял уголки глаз. Но и это его не устроило - он дёрнул мышцами челюсти. Я уже сделал всё, что он просил. Я не понимал, почему он так недоволен.

Между нами повисло странное напряжение. Его пристальный взгляд переместился с моей шеи на грудь, а затем скользнул вниз по руке до запястья. Я вздрогнул и прикрыл пустое запястье другой рукой.

С тех пор как я переехал в этот дом, мужчина приходил в ярость, если я снимал часы хотя бы на минуту. Поэтому я носил их даже во сне. Но сегодня я снял их, потому что они мне мешали, да и вид их мне опротивел, и это стало причиной его гнева.

- Принеси часы.

По приказу директора Чана я встал со стула и направился в свою комнату. Достав часы из ящика прикроватной тумбочки, я вышел к нему, и он скомандовал.

- Иди в спальню, надень часы и разденься.

- ......

- ......

Я вошел в его комнату. Механически раздевшись, я надел часы и лёг на кровать лицом вниз. Директор Чан уже успел принять душ и вернулся ко мне голым. Обернув бёдра полотенцем, он пристроился сзади.

Он схватил меня за ягодицы и широко раздвинул их, всматриваясь в отверстие. Я почувствовал на себе его горячий взгляд. Раздраженная плоть распухла, и любое прикосновение причиняло мне боль. Но если он захочет войти в меня, мне придётся раздвинуть ноги. Я расслабил тело, смирившись с неизбежным, но...

Директор Чан порылся в ящике прикроватной тумбочки и достал оттуда аптечку. Выдавив мазь на палец, он ввел его в меня и принялся растирать её внутри. Его палец толкался внутрь, двигаясь по спирали. Прикосновения были безжалостными. Я вцепился в простыню, сдерживая боль, которая медленно поглощала меня.

- ...Ух!

Я вздрогнул от боли и выгнулся, и пальцы мужчины замерли. Я почувствовал на своих ушах и шее его холодный взгляд. Он ненадолго остановился, а затем возобновил свои движения. Его прикосновения по-прежнему оставались грубыми, но определенно стали мягче, чем раньше. Он круговыми движениями растирал мазь, и она проникала между складками моих внутренних стенок.

Когда он проник глубоко внутрь, между моими ногами возникло странное ощущение. Словно муравьи ползали по моей коже. Нет, скорее, мне просто захотелось в туалет. Я сжал бедра, пытаясь подавить это странное чувство.

- Как сучка в течке.

В отверстие ворвался ещё один толстый палец, грубо впиваясь в набухшую, чувствительную плоть. От пронзившего позвоночник удовольствия моя спина невольно прогнулась. Мужчина крепко обхватил меня за талию, фиксируя. Его пальцы быстро входили и выходили, вынося с собой мазь. Мне казалось, что она течет из меня ручьем. Над головой раздалась грубая ругань.

- Блять, смотри, как сжимается.

От этих вульгарных слов моё отверстие вздрогнуло и жадно впилось в его пальцы.

- Со Ё Вон, теперь ты не можешь кончить без того, чтобы я не трахнул тебя сзади?

Директор Чан требовал ответа. Мои бедра задрожали, а пальцы ног подогнулись.

Так мой член несколько раз жалко дёрнулся и изверг мутную жидкость. Бледная, водянистая жидкость, лишенная запаха. Мужчина посмотрел на неё и презрительно усмехнулся. Его взгляд, словно говорящий: "Ну конечно" или "Чего ещё от тебя ожидать", скользнул по моему телу.

Он кое-как вытер сперму с моих бедер простыней. Я лежал на боку, словно побитая собака. Я кончил от того, что он просто потыкал пальцами в мою задницу. От этого факта мне стало невыносимо стыдно. Мои глаза жгло, словно от огня.

- ......

- ......

Мужчина ещё несколько раз потыкал пальцами в моё отверстие. Он даже облизнулся. Ожидая, что он сейчас войдет в меня, я почувствовал, как он уперся головкой члена мне в пупок и кончил.

Затем он лёг, прижавшись своим крепким животом к моей спине. Его острый нос уткнулся мне в затылок. Я чувствовал его горячее дыхание на своей шее. С каждым вдохом меня охватывал зуд в области поясницы. Мои пальцы ног подогнулись.

Он заснул? Я попытался встать, чтобы уйти в другую комнату, но рука мужчины метнулась из-за спины и схватила меня за запястье. Я вздрогнул и напряг плечи, но моё тело снова опустилось на кровать. Рука мужчины обвила мою талию. Я попытался высвободиться, но разница в силе была слишком велика, и мои попытки оказались тщетными. В конце концов я расслабился. Обмякнув, словно мокрая тряпка, я попросил его. Мой голос был ужасно хриплым.

- ...Отпустите меня.

Мужчина, не открывая глаз, прошептал.

- Трахаться в постели можно, а спать вместе — нет?

Его голос, обычно лишенный интонаций, звучал ниже из-за возбуждения. Низкие ноты, пронзающие барабанные перепонки и щекочущие ухо, невольно заставили меня содрогнуться. Я крепко сжал простыню, желая, чтобы он поскорее отпустил меня.

- Раньше Вы так себя не вели.

На мои тихие слова он резко притянул меня к себе. Его толстая шея, нависшая надо мной, напряглась. Внезапно он открыл глаза. В темноте они сверкнули, словно вспышка фотоаппарата.

- Я же поставил в комнате горшок с цветами без камеры, как ты и хотел. Чего ты ещё хочешь?

- ......

Его лицо выражало непонимание, а голос был лишен эмоций. Глядя на него, я не мог выдавить из себя ни слова о своем разочаровании. Я резко отвернулся, словно пытаясь спрятаться.

Он уткнулся носом в часы на моем запястье, вдыхая их запах.

- Ты каждый день давишься, когда сосёшь мой член.

Я закрыл глаза, не в силах вырвать свою руку из его хватки.

- И ты всё ещё говоришь, что не принадлежишь мне, хотя лежишь подо мной?

Молчание в этой ситуации означало бы согласие. Поэтому я слегка покачал головой. Он прижал мое запястье к кровати и холодно выругался.

- Чушь собачья.

Я запинаясь продолжил.

- Вы заплатили только за мои кости и кожу. Так что не пытайтесь распоряжаться чем-то ещё.

Рядом послышался скрежет зубов. Директор Чан посмотрел на меня с гневом.

- Тогда что я должен делать?

- ......

Что он имеет в виду? Не понимая его слов, я медленно повернул голову к нему. В его глазах бушевал огонь. От его взгляда, полного необузданной похоти, у меня пересохло во рту. Я облизнул нижнюю губу. Сгорбившись и задержав дыхание, я втянул живот. По моему телу пробежала леденящая дрожь.

- Что ещё я должен сделать, чтобы распоряжаться тобой полностью?

- ...Ах.

Я вздрогнул и сжался, словно держа в руках что-то обжигающе горячее. Тяжелый камень упал мне на грудь. Его слова о том, что он хочет обладать не только моим телом, но и моими чувствами, повергли меня в неописуемый шок. Он хотел не просто привязать меня к себе, но и держать мои эмоции в своих руках, играя ими по своему усмотрению. Я еле выдавил из себя слова, мои губы дрожали.

- ... Наверное, у Вас не получится.

Это не то, чем можно распоряжаться по своей воле, и не то, что можно получить с помощью каких-либо средств.

Как только я закончил говорить, лицо мужчины исказилось от ярости, словно у демона. Он не скрывал своего гнева. Мне хотелось сбежать от него. Это незнакомое чувство, эта внезапная ситуация повергли меня в смятение.

Мужчина, казалось, был охвачен не меньшим хаосом эмоций, чем я. Между нами закружился вихрь непонятных чувств. Мне казалось, что он вот-вот поглотит меня, и я изо всех сил хотел убежать. Поэтому я отступил назад. Но, конечно же, он не позволил мне этого сделать.

Он навалился на меня, яростно прижимая к кровати. Он кусал мои плечи, словно пытаясь выместить свою злость.

Стоило мне попытаться отвернуться, как он сжимал мою челюсть, заставляя смотреть на себя, а если я закрывал глаза, он кусал мои щеки и губы, пока я снова не открывал их. Мои щеки и губы горели, словно их объели, и я был вынужден смотреть в его глаза, в которых читалась мольба. С этим безумным взглядом он кусал, целовал и облизывал мое тело. Словно он не мог съесть меня, как кусок сырого мяса, и поэтому просто грыз меня, чтобы хоть как-то утолить свою жажду. Но он ничего больше не мог от меня получить. Например... мое сердце.

- ...Ух, ха!

Внезапно в моей голове эхом прозвучали его слова о том, чтобы я сказал, что принадлежу ему. Я закрыл рот рукой, сдерживая стон и слова, рвущиеся наружу.

На следующий день, после того как директор Чан ушел из дома, я еще долго лежал в его постели. Почему-то я не мог сделать ни шагу за ее пределы. ...Может быть, из-за этого? Я посмотрел на часы на своем запястье и быстро снял их. С глухим стуком металлический предмет упал на пол.

Я все еще не мог пошевелиться, словно был скован цепями. Перед глазами мелькнуло лицо мужчины, словно остаточное изображение. И снова это непонятное чувство застучало в моей груди, как барабан. Мне было так плохо, что я зажмурился и вцепился в простыню.

Но даже с закрытыми глазами его взгляд, полный настойчивости и желания, глубоко врезался в мою сетчатку и не отпускал меня. Он сковывал мои запястья и лодыжки. В ушах всё ещё звучал его голос:

"Ты должен запомнить это чувство, когда ты в моих объятиях".

Я ответил, что запомню, лёжа в его объятиях. Он улыбнулся, обнажив зубы. Я свернулся калачиком и задрожал. Что же он со мной сделал?

Между нами пролегла ледяная волна, которой раньше никогда не было. Это была холодная война. И всё же он заставлял меня спать рядом с ним. Но мы не разговаривали. Мы не смотрели друг на друга, кроме тех моментов, когда занимались сексом.

Так прошло несколько дней, сухих и безжизненных, как песок.

Я ненадолго задремал, а проснувшись и обнаружив, что рядом никого нет, вышел из комнаты. На балконе стоял мужчина, спиной ко мне. В одной руке он держал телефон, разговаривая с кем-то. У его ног валялась гора окурков. Он зажал сигарету между пальцами и постукивал по перилам - его жесты выдавали непривычную для него нервозность. Над его головой висел тонкий, как ноготь, серп луны. Острый и зловещий. Что-то было не так.

Глава 66

Дни тянулись в тревожном ожидании. Я был на взводе и настороженно относился к окружающему.

Выйдя из кабинета врача после короткой консультации, я направился обратно в палату. Мое внимание привлекла группа людей, собравшихся в холле. Их взгляды были прикованы к телевизионному экрану, висевшему под потолком. По большому экрану транслировались новости.

В новостях сообщалось об обнаружении двух тел в горах. Место находки находилось недалеко от того дома, куда я ездил с господином Чаном. Тела были настолько изуродованы дикими животными, что опознать их по внешнему виду было невозможно.

- Что там опять случилось?

- Вот оно, последнее время! В наше время страшно жить.

Взгляды людей, словно мотыльки на свет, слетелись к телевизору, привлеченные сенсационными новостями, а затем снова рассеялись. Оставшись среди тех, кто уже потерял интерес к происходящему, я смотрел на экран, где уже сменилась картинка. Затем, словно подгоняемый кем-то, я поспешил обратно в палату.

...Дядя умер? Что, черт возьми, происходит?

Спеша в палату, я заметил вдалеке двух мужчин, слонявшихся возле палаты моей матери. Я замер на месте. Сиделка что-то им отвечала, удерживаемая ими. Оба мужчины были необычайно крупного телосложения, но, несмотря на это, я отчетливо чувствовал исходящую от них скрытую ловкость. Я сразу понял, что они принадлежат к "тем самым" кругам.

Когда взгляд сиделки упал на меня, двое мужчин тоже повернулись в мою сторону. По спине пробежал холодок.

- Вы господин Со Ё Вон?

Их тон, похожий на допрос, напугал меня, но я постарался сохранять спокойствие. Мужчина показал мне свое полицейское удостоверение и представился, назвав свое имя и участок.

...Так и есть. Хотя я уже догадался, я тяжело сглотнул.

- Да, это я.

Мужчина убрал удостоверение обратно в карман и проговорил.

- Давайте поговорим.

Я почувствовал на себе взгляды людей, бросавших любопытные взгляды в нашу сторону. Сиделка вмешалась, спрашивая, в чем дело.

- Все в порядке.

Я выдавил из себя улыбку. Затем я последовал за детективами. Мы направились к пожарной лестнице, чтобы избежать любопытных глаз и ушей собравшихся людей. Остановившись на пустой лестнице, один из детективов пролистал свой блокнот и сразу же задал вопрос.

- Тела вашего отца, Со Бён Джина, и вашего дяди, Лим Сон Чоля, были недавно обнаружены.

Слова сыпались сухим, деловым тоном. Отец, а теперь и дядя мертвы...? Я был потрясен этой новостью, которую услышал впервые, и почувствовал на себе пристальные, острые, словно лезвия, взгляды. Ладони стали влажными от пота. Мне хотелось бежать, но я понимал, что это будет равносильно признанию вины.

Я старался сохранять спокойствие, вспоминая слова того мужчины. Он говорил, что если такое случится, не стоит пытаться врать, а нужно говорить только правду. Я кивнул, следуя его совету.

- ...Да.

- Мы опросили соседей, и они сказали, что Вас почти не видели больше полутора лет. Где Вы были и чем занимались?

- ...Я жил и работал в Роял Гольф Клуб. С отцом и дядей я давно разорвал отношения. Об их смерти я узнал из новостей и мог только догадываться.

- Хм, - промычал детектив и задал следующий вопрос.

- Что Вы делали 25 января 20XX года?

В тот день я практически не выходил из больничной палаты.

- Я весь день был в больнице. Моя мама болеет.

Один из мужчин спросил.

- Кто-то может подтвердить Ваши слова?

- Я почти весь день был с сиделкой, так что она может быть свидетелем.

- Хм, - детектив пролистал свой блокнот, тянув время. Скорее всего, он уже все выяснил у сиделки. Тем не менее, мое сердце бешено колотилось. Я боялся, что они услышат стук моего сердца, и мои ноги дрожали. Он перенес вес тела на другую ногу и спросил.

- Был ли кто-то, кто мог желать смерти Вашему отцу и дяде?

- Их было так много, что я не знаю.

Детективы обменялись взглядами, а затем закрыли свои блокноты. Они выразили соболезнования по поводу смерти моих родственников и поблагодарили меня за сотрудничество со следствием. Они дали мне свою визитку и попросили звонить, если я что-нибудь вспомню, а затем ушли. Я не смел даже дышать, пока не пришел в себя.

Мысль о том, что нужно срочно вернуться домой, овладела мной. Я увидел в окно коридора, как детективы выходят из больницы, и тут же вышел сам. Машина, припаркованная у входа, словно ждала меня, и тронулась с места. Я отошел немного от больницы и сел в машину.

Всю дорогу домой мое сердце бешено колотилось. У меня было такое чувство, словно меня преследуют, и я постоянно оглядывался.

***

Такого еще никогда не было. Дверь в дом почему-то была распахнута настежь. В этот момент один из сотрудников выносил мой сейф. Я поспешно отступил назад, наблюдая за его спиной, и, не успев снять обувь, влетел в дом. Господин Чан стоял посреди гостиной, повернувшись ко мне спиной. Его тень вытянулась в длинную полосу, соответствуя наклонному солнцу. Его спина, выпускающая клубы сигаретного дыма, выглядела как-то иначе, чем обычно, и от нее веяло недобрым предчувствием.

Я подбежал к нему и обхватил его за талию. Затем, боясь, что кто-то услышит, я прошептал.

- Генеральный директор, сегодня в больницу приходили детективы.

- .......

- Они сказали, что дядя умер.

Произнеся это вслух, я наконец осознал эту новость. Дядя умер. Эта фраза была настолько ужасной, что у меня застучали зубы. Боль пронзила мои ноги, вплоть до подколенных сухожилий. Однако сейчас было важнее понять, связана ли смерть дяди с этим человеком.

- Вы же говорили, что больше ничего мне не сделаете. Вы обещали, что больше ничего не сделаете.

- Он сбежал из больницы, скитался по игорным домам, а потом умер, не сумев расплатиться с долгами, - ответил он.

Это была смерть, достойная моего дяди. Я дрожал от страха, что мужчина скажет: "Это сделал я", и поспешно спросил.

- Значит, Вы не имеете к этому никакого отношения?

Наступила короткая пауза. Я не выдержал и снова спросил.

- Вы же не имеете к этому никакого отношения?

Это было похоже на мольбу. Пожалуйста, скажите, что это не так.

- Он, наверное, сдох, потому что был слаб, - сказал он.

Потому что я распорол ему живот. Добавил мужчина. Я не мог вымолвить ни слова, лишь открывал и закрывал рот, глядя на мужчину, который произносил такие ужасные вещи, даже не моргнув глазом. У меня потемнело в глазах. Господин Чан, видя, что я не знаю, что делать, тяжело вздохнул. Он повернулся ко мне и заговорил о другом.

- Я сниму тебе дом недалеко от больницы, и ты сможешь там жить.

- ...Что?

Мужчина курил и говорил странные вещи. Затем, не дожидаясь ответа, он достал из кошелька несколько чеков и положил их передо мной. Я даже не взглянул на них и сказал.

- Как я могу не обращать на это внимания? Это же мое дело.

Это случилось из-за меня.

- Нет, это мое дело. Господин Лим Сон Чоль не вернул долг, и я просто забрал его жизнь в качестве платы.

...И снова этот звук! Внезапно возникшая ситуация, неожиданные слова мужчины. Его глаза, в отличие от происходящего, были спокойны и холодны. Он вел себя так, словно знал, что все так и будет. Мне вспомнилась спина мужчины, который несколько дней назад стоял на террасе и курил одну сигарету за другой.

Неужели он знал об этом уже тогда?

Ошеломленный и встревоженный, я не мог вымолвить ни слова, и господин Чан, неправильно истолковав мое молчание, сказал странную вещь.

- В любом случае, у господина Со Ё Вона есть алиби, так что Вы быстро снимите с себя подозрения. Вам не нужно об этом беспокоиться.

Это он заставил меня показаться людям в больнице. Неужели он предвидел, что все подозрения падут на него? У меня потемнело в глазах. ...Зачем, черт возьми?

- Генеральный директор, Вы же не из тех, кто терпит убытки из-за других.

Мужчина ничего не ответил. Он просто курил одну сигарету за другой. Пока мы стояли друг напротив друга, я услышал позади себя чьи-то шаги. За спиной раздался чей-то голос.

- Машина готова.

Мужчина кивнул в мою сторону человеку, стоявшему позади меня.

- ...Я не хочу идти.

- Если ты будешь вмешиваться в мои дела, все станет еще сложнее.

- ......

Его змеиные глаза уставились на меня. Уголки его губ изогнулись в улыбке, словно он вспомнил что-то забавное. С выражением удовольствия на лице, совершенно не соответствующим ситуации, он проговорил.

- Разве не лучше, если все пойдет не так, как надо, господин Со Ё Вон? Вы же хотели, чтобы я был несчастен.

- ......

- Ваше желание исполнилось. В чем проблема?

В моей голове промелькнули слова, которые я ему сказал. Я бы хотел, чтобы ты был несчастен. Мое сердце упало. В отличие от мужчины, который улыбался, словно только что пошутил, я был в шоке. У меня было такое чувство, словно земля уходит из-под ног.

Я не желал ему зла всерьез. Просто так, только так я мог не ненавидеть себя за то, что оказался в его объятиях, и поэтому я проклинал его. Я ненавижу его, ненавижу. Я просто внушал себе это. Я вовсе не хотел, чтобы он валялся в грязи.

- ...Я не хочу.

Я продолжал качать головой и повторять, что не хочу идти. Господин Чан кивнул сотруднику, стоявшему позади меня. Сотрудник схватил меня. Его большая рука сразу же обхватила мою руку.

- Отпусти меня.

Я пытался вырваться из его хватки, но сила человека, чьей профессией было применение силы, была несоизмеримо больше моей. Я бросил взгляд на мужчину, прося его освободить меня, но его взгляд был равнодушным. Мысль о том, что меня могут увести, подтолкнула меня к краю пропасти. ...Что тогда будет с мужчиной? Я вдруг испугался и уткнулся лицом в руку господина Чана, словно хватаясь за спасательный круг. Я уткнулся носом в его кожу, которую, казалось, не могла пробить даже игла.

- ...Я не хочу идти. Я хочу остаться здесь.

Всего несколько дней назад я отказывался спать с господином Чаном, а теперь я умолял его остаться здесь с ним. Его узкие, словно у дикой кошки, глаза смотрели на меня сверху вниз, постепенно наполняясь чем-то. В них плескались сложные эмоции, которые невозможно было описать словами. В его обычно сухих глазах появилась какая-то липкая влага. Впервые мужчина проявил волнение и схватил меня за запястье. Затем он надел мне на руку что-то, что держал в руке. Это были часы, которые я снял, когда уходил в больницу.

Мужчина сказал твердым голосом, словно напоминая мне.

- Что бы ни случилось, я приду за тобой, так что не расслабляйся.

Затем он отпустил мое запястье и приказал сотруднику.

- Забирай его.

Словно до этого все было шуткой, двое сотрудников применили силу. Они крепко схватили меня за плечи и потащили из дома.

- Отпустите меня!

Господин Чан стоял, повернувшись ко мне спиной. Из-за его спины вырвался новый клуб дыма. Сигаретный дым, похожий на грозовую тучу, поднялся вверх и заполнил потолок. Это был последний раз, когда я видел его.

Глава 67

Я оказался заперт в своем собственном доме. Я все еще не мог свободно выходить на улицу. Но если раньше мое заточение было самоцелью, то теперь оно было необходимо, чтобы избежать наблюдения других.

Аппетит, сон - я потерял все свои желания, словно превратился в пустую оболочку. Я не ел и не спал. Я просто смотрел в пустоту пустыми глазами. Мне казалось, что ветер гуляет между моими ребрами.

Я ходил в больницу и обратно, постоянно оглядываясь по сторонам. Но нигде не мог найти того, кого искал.

На следующий день, и на следующий. Отсутствие мужчины затянулось дольше, чем я ожидал.

За это время детективы несколько раз приходили в палату. Каждый раз они задавали одни и те же вопросы и уходили ни с чем. Как и говорил господин Чан, мое алиби было настолько надежным, что я очень легко снял с себя подозрения.

На этот раз, когда детектив закрыл свой блокнот и собрался уходить, мне захотелось спросить его: "Где сейчас Чан Ки Джу?" Но я не мог этого сделать, боясь, что одно неосторожное слово может все испортить. В конце концов, я, словно рыба, лишь открывал и закрывал рот, а затем возвращался в свой пустой дом.

В новом доме, лишенном какого-либо уюта в отличие от дома господина Чана, изредка появлялись только сотрудники. Один из них, казалось, занимал самую высокую должность, приходил ко мне каждый день и заботился о моем питании. Я узнал его имя совсем недавно. Ким Чжун Док, он был на восемь лет старше меня. Когда мы ехали в больницу и обратно, я сидел на заднем сиденье машины, погруженный в свои мысли, и чувствовал, как он поглядывает на меня в зеркало заднего вида. Я медленно повернул голову вперед, и он, кашлянув, начал рассказывать мне всякую всячину. Словно пытаясь хоть ненадолго отвлечь мое внимание.

Ким Чжун Док вошел на кухню, обнаружил нетронутую еду и тяжело вздохнул.

- Вы опять ничего не ели.

- Ох, - простонал он, почесывая свою короткую затылочную часть.

- Что же мне сегодня доложить?

Я долго кусал губы, стоя за спиной погруженного в раздумья Ким Чжун Дока, и наконец спросил.

- ...Что насчет генерального директора?

- С генеральным директором, конечно, все в порядке, - ответил он с тем же лицом, с которым вручал мне визитку господина Чана, представляя его компанию как надежную.

- Он много пьет, много курит, в общем, все как обычно.

Мне не составило труда догадаться, что он лжет. Я, набравшись смелости, пробормотал.

- Тогда может быть, хотя бы позвонить...

- Ах, позвонить, - повторил он мои слова, словно читал учебник.

- Боюсь, это будет немного сложно.

- ......

Было абсурдно, что человек, с которым все в порядке, не может даже позвонить. Я потерял дар речи и опустил глаза, и голос Ким Чжун Дока донесся до меня.

- Знаете, есть такая поговорка: "Отсутствие новостей - хорошие новости".

- ......

- Так что давайте поедим.

Он уговаривал меня своим голосом и телосложением, которые больше подходили для того, чтобы отдавать приказы. Мне было стыдно, что этот человек, у которого наверняка много дел, приходит сюда только для того, чтобы накормить меня. Я сложил руки и склонил голову.

- ...Спасибо.

Затем я без сил повернулся и пошел обратно в свою комнату. Большую часть времени я проводил, растянувшись на кровати, словно тряпичная кукла. Каждый раз, когда сотрудник приносил мне еду в комнату, словно в тюрьму, я делал вид, что не замечаю этого, и не притрагивался к ней. С каждым днем, проходившим без вестей от господина Чана, я чувствовал, что схожу с ума.

...И, возможно, из-за смерти дяди.

Кошмары, которые раньше приходили ко мне все реже, в этом доме стали еще более мучительными. Я проснулся от кошмара, тяжело дыша. И увидел в темноте видение. На этот раз это были два окровавленных тела. От ужаса я отпрянул на кровати, упираясь спиной в изголовье. Откинувшись назад, я несколько раз судорожно вздохнул.

- ...Ха... ...Ха... ...Ха...

Почувствовав, как что-то стучит по моему запястью, я инстинктивно схватился за часы. Секундная стрелка двигалась как обычно. С тех пор, как мужчина ушел, часовая стрелка уже почти сто раз обошла циферблат. Я ощущал каждую секунду, каждую минуту, каждый час.

Тик-так. Время неумолимо шло. В другое время господин Чан с бесстрастным лицом гладил бы меня по щеке. Его взгляд и слова были резкими, но, как ни странно, его объятия были теплыми.

- ......

Тик-так. С каждой секундой отсутствие мужчины становилось все более ощутимым, до боли в груди. Я проснулся от кошмара, но еще более жуткая тишина давила на меня. Я был заперт в густой тьме и бесконечно погружался в нее.

***

Дни, когда я не ел и не спал, тянулись один за другим. Ким Чжун Док, который заботился о моем питании, уже умолял меня. Он просил меня поесть, говоря, что его накажут, если я не буду есть. Но я ничего не слышал. Я просто сидел на корточках, обхватив колени руками.

- ......

Я долго смотрел в пустоту. Раздался звук открывающейся двери. Я резко повернул голову и встал. Увидев, кто это, я сильно разочаровался. Это был снова Ким Чжун Док. Этот огромный, словно дом, человек попросил меня подержать входную дверь. Я подошел к нему и взялся за ручку. Ким Чжун Док вошел в дом, неся что-то в руках.

- Я тайком вынес это ночью.

...Это был тот самый чертов книжный шкаф.

Ким Чжун Док поставил книжный шкаф рядом с моей кроватью и вышел из дома с тяжелым вздохом. Почему из всего он выбрал именно книжный шкаф?

...Может быть, мужчина сказал ему, что я коротал время за чтением книг? Я наконец взглянул на то, на что раньше не хотел даже смотреть. Я дотронулся до одной из книг, заполнявших книжный шкаф, и осторожно провел по ней пальцем.

- ......

На книжном шкафу, у которого не было хозяина, уже успела скопиться пыль. Я провел рукой по книгам, и мои пальцы покрылись пылью. Я долго не мог отойти от него. Закатное солнце, проникавшее сквозь окно, бросало солнечные блики на книжный шкаф.

Дни проходили один за другим, словно страницы книги. Продолжались сухие, словно высохшие листы бумаги, будни. Детективы больше не приходили ко мне.

И я все еще ничего не знал о мужчине. Это сводило меня с ума. Я был так встревожен, что готов был сорваться. Я каждый день читал новости. Но нигде больше не упоминались два тела, найденные в горах. В нашем обществе, где каждый день происходит множество ужасных событий, такие происшествия очень быстро стираются из памяти людей.

Я сидел в своей комнате, перебирая книги на полке.

- Господин Со Ё Вон, - донесся из-за двери голос Ким Чжун Дока. Опять время обеда? С этой мыслью я хотел проигнорировать его, но он сообщил мне совершенно неожиданную новость.

- Ваша мама пришла в себя.

Я тут же отправился в больницу. ...Мама очнулась? Я не мог поверить, пока не увидел это своими глазами, и поспешил в больницу, даже не одевшись как следует. Дверь в палату была открыта. Я увидел врачей и медсестер, собравшихся вокруг кровати. Врач, который говорил мне, что не стоит надеяться на лучшее, улыбался.

Я протиснулся между ними и подошел к кровати.

- ...Мама.

Мама, все еще подключенная к аппарату искусственной вентиляции легких, лежала на кровати и, словно во сне, приоткрыла глаза. Мои глаза постепенно наполнялись слезами, глядя на ее взгляд, хоть и расплывчатый, но определенно направленный на меня. Мои веки тоже покраснели. Я хотел взять ее за руку, но не решался протянуть руку. Мама первой с трудом подняла руку и протянула ее ко мне. Я взял ее руку своей, на которой уже не осталось и следа от шрамов.

- ...Мама.

Я долго смотрел на ее руку, молча роняя слезы. Ее сухая, словно ветка дерева, рука гладила меня по глазам и щекам.

***

Мама очень медленно поправлялась. Она проводила 18 часов в сутки в постели, лишь изредка вставая, чтобы поесть или подышать свежим воздухом. Ей все еще было трудно двигаться, и она могла сделать всего несколько шагов, прежде чем снова сесть в инвалидное кресло. После обеда я посадил маму в инвалидное кресло и вывез ее на улицу.

На смену зиме пришла весна. Я был так поглощен своими переживаниями, что не замечал теплого солнца, которое уже вовсю светило. Но ветер все еще был немного прохладным, и я застегнул маме пальто на все пуговицы, прежде чем покатить ее кресло.

Мы медленно прогуливались по территории больницы. Было много пациентов и просто людей, которые вышли на прогулку, чтобы насладиться мягким весенним воздухом. Мама протянула руку к стоявшему позади нее мне и прохрипела охрипшим голосом.

- Ты хорошо учишься?

Весна. Мама, зная, что в это время года начинается новый семестр, спросила меня об этом. Я на мгновение замер, глядя на ее хрупкую фигуру. Затем я отпустил ручку инвалидного кресла и опустился на колени, чтобы встретиться с ней взглядом.

- Да.

Щеки мамы, которые я видел перед собой, впали, словно жизнь покинула их на время ее болезни. Ее тонкие губы были покрыты белой коркой. Но улыбка, с которой она смотрела на меня, была такой же лучезарной, как и прежде. Я тоже улыбнулся и кивнул.

- Скоро ты закончишь учебу.

Мама протянула руку к моей щеке и нежно погладила меня по лицу.

- Мне нужно скорее поправиться. Лечение будет стоить дорого.

- Не волнуйся об этом. Нам помогли хорошие люди.

- Слава богу, - сказал я, поглаживая ее по руке. Мы снова медленно двинулись вперед. Мы гуляли по саду, ощущая ласковое прикосновение ветра. Мы говорили о погоде и о цветах, которые распустились.

Мы не говорили ни о чем печальном. Я думал, как объяснить маме все это, когда она очнется. Я боялся, что она возненавидит меня, что она будет шокирована. Но мама не спрашивала ни об отце, ни о дяде, которые не приходили к ней в палату.

Мы говорили только о хорошем. Словно у нас не было времени ни на что другое.

***

После того, как мама очнулась, я проводил большую часть времени в больнице, но по ночам я возвращался домой, сменяясь с сиделкой. В этом доме, лишенном какого-либо тепла, не было места, где можно было бы укрыться... Но я усердно возвращался сюда, надеясь, что господин Чан может вернуться.

Я не спал уже четыре дня. Мое тело больше не могло этого выносить, и я задремал, просто сидя на диване.

И снова меня настиг кошмар. Я застонал от боли и, сам того не осознавая, скрючил пальцы, словно когти, и начал царапать место рядом с собой. Мои руки шарили вокруг, ища что-то. Но везде было холодно и пусто.

Затем я проснулся, весь в холодном поту.

- ...Ха!

Я открыл глаза, и в них ворвалась кромешная тьма. Эта бесконечная тьма была царством одиночества. Я, брошенный в нее один, беззащитный, начал разрушаться.

...Здесь нет никого, кроме меня.

Столкнувшись с этой холодной и жестокой реальностью, я свернулся калачиком, обнимая себя. Но как бы сильно я ни прижимал руки к груди, у меня было такое чувство, словно у меня пустота внутри. Этого было недостаточно. Мое тело уже привыкло к объятиям мужчины, и этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его.

Я снова схватился за часы. Было уже три часа ночи. Мужчина и сегодня не собирался приходить.

- ......

...Мужчины, который обнимал меня, больше нет рядом.

- ...Ах.

Я вдруг понял, словно гром среди ясного неба, словно зажглась лампочка, которая никогда не горела. Я понял, что все эти кошмары приходили ко мне не просто потому, что я переехал в другой дом. ...А потому, что мужчины не было рядом.

- ......Хн.

Сквозь мои сухие, покрытые коркой губы вырвался всхлип. Я волновался, потому что его не было рядом. И я наконец признался себе.

Я скучаю по нему.

- ......

Как только я это осознал, все то время, что я отрицал свои чувства к нему, навалилось на меня с новой силой. Словно лавина, оно обрушилось на меня и придавило к земле. Эмоции, которые я сдерживал, вырвались наружу и хлынули из моей груди.

У меня было время. Время сказать ему, что мои слова о том, что я желаю ему несчастья, были неправдой. Я плакал от запоздалого раскаяния. У меня кололо под ребрами, и я сжал их руками.

Перед моими закрытыми глазами возникло смущенное лицо мужчины, который изливал мне свои чувства. Даже он сам не понимал, почему он так себя ведет, почему он нападает на меня. Он просто яростно требовал от меня, чтобы я тоже высказал свои чувства.

Я был растерян из-за своих чувств, которые не мог выразить словами, а мужчина был в отчаянии из-за меня, которого не мог понять. И мы расстались в таком неполном состоянии. Теперь, оставшись один, все, что я мог делать, - это скрипеть, словно старая дверь.

- ......

Я сходил с ума от беспокойства за ушедшего мужчину. ...Как ни странно, я скучал по нему, по тому, кто требовал от меня проявления чувств.

Я плакал в одиночестве в темноте, где не видел даже своих сжатых кулаков. Книжный шкаф, стоявший в углу, смотрел на меня сверху вниз.

***

Сегодня мне нужно было снова идти в больницу. Но мои глаза распухли от слез, которые я всю ночь вытирал тыльной стороной ладони. Чтобы скрыть свои покрасневшие и опухшие веки, я с самого утра умывался холодной водой. Только после того, как я несколько раз протер лицо ледяной водой, я последовал за Ким Чжун Доком. Я специально отвел взгляд, и Ким Чжун Док, сделав вид, что ничего не заметил, сел за руль.

- Какие большие и сочные фрукты, - сказала мама, глядя на корзину с фруктами, которую мне принес Ким Чжун Док. Мы с мамой сидели рядом на кровати и ели нарезанные персики. Я очистил персик от кожуры и нарезал его на кусочки меньше, чем обычно. Один из них я поднес ко рту мамы.

- Когда я была беременна тобой, мне так хотелось этих персиков, - сказала мама, гладя меня по щеке. Ее голос, вспоминавший прошлое, становился все медленнее.

- А когда ты родился, ты был такой беленький, только щечки были розовые.

Глаза мамы увлажнились.

- Ты был таким маленьким, когда лежал у меня на руках, а теперь так вырос.

Мама была такой худой, что больничная рубашка висела на ней мешком. Я прижался к ней и показал ей сберегательную книжку, которую все это время бережно хранил. Мама тихонько ахнула, увидев книжку в моей руке.

- Ах. Ты нашел ее.

Мама медленно перелистывала страницы книжки, погрузившись в воспоминания. Я сидел рядом с ней и разделял ее чувства. Мама гладила меня по голове, воспоминания о прошлом оживали в ее глазах.

В больнице еду приносили по расписанию. Мама наотрез отказывалась есть, пока я не начну. Мне ничего не оставалось, как кормить ее кашей по ложечке, пока я сам не съел немного.

Маме было трудно глотать даже мягкую кашу, и она часто ее проливала. Я аккуратно вытирал ей губы салфеткой. Только после того, как мы все съели, мы вышли на прогулку, чтобы немного размяться.

Мы тихо разговаривали и наслаждались прогулкой, а затем решили вернуться в палату.

- ......!

В конце моего взгляда появился кто-то. Мужчина, намного выше других, одетый в темную одежду. Я, медленно кативший инвалидное кресло, вдруг замер на месте.

- ...Ё Вон?

Я сказал маме, которая с удивлением смотрела на меня, чтобы она подождала немного, и быстро пошел вперед.

- Э, мама. Подожди минутку. Я скоро вернусь.

Я побежал за мужчиной. Он был довольно далеко, и я изо всех сил старался не упустить его из виду. Ха, ха... Я протиснулся сквозь толпу людей, переходивших дорогу. Благодаря его высокому росту, мне было нетрудно его найти. Я протянул руку и схватил мужчину за руку. Он резко повернул голову в мою сторону.

- ...А.

Это был совсем не тот человек, которого я ожидал увидеть. Я быстро отпустил его руку и извинился, склонив голову. Мужчина посмотрел на меня, словно на сумасшедшего, и пошел дальше. Я стоял, ошеломленно глядя на его удаляющуюся спину. Рука, которой я схватил его за руку, медленно опустилась.

Я поплелся обратно в больницу, волоча ноги. Я натянуто улыбнулся маме, которая с беспокойством спросила меня у входа, все ли в порядке.

- ...Ах, извини.

- Что-то случилось?

- Нет, ничего, - ответил я, качая головой. Но чтобы успокоить маму, которая все еще выглядела встревоженной, я добавил.

- Просто я увидел человека, похожего на моего знакомого.

Затем я взял ручку инвалидного кресла и вернулся в палату. Кресло, которое я катил, было очень легким, но почему-то мои ноги были такими тяжелыми.

...Мужчина то и дело всплывал в моей памяти, независимо от места и времени. Это происходило, когда я ждал его дома в одиночестве, когда ехал в машине из дома в больницу, и, как сейчас, когда я был с мамой.

- ......

Меня захлестнули самые разные эмоции, смешавшиеся в один клубок. Я чувствовал себя виноватым за то, что господин Чан оказался втянут в эту сложную ситуацию из-за меня, и в то же время беспомощным, потому что ничего не мог сделать.

Из всех этих противоречивых чувств сильнее всего было беспокойство. Меня мучили мысли о том, хочет ли господин Чан быть со мной, и эти мысли преследовали меня десятки раз в день. Он наверняка оказался в затруднительном положении из-за меня. Он, который никогда не делал ничего себе в убыток, делал исключение только для меня. Но на этот раз все было серьезно.

- ......

Раньше я боялся мужчины, который хотел привязать меня к себе, а теперь я боялся, что он больше не будет меня искать.

Я скучал по нему. Как только я признался себе в этом, я уже не мог отделаться от этой мысли.

***

В доме все было холодным и безжизненным. За исключением одной вещи. Как всегда, я не решался дотронуться до книжного шкафа и просто смотрел на него. Вдруг мой взгляд упал на одну книгу. Все книги стояли ровно, и только эта была перевернута.

- ......

Название книги показалось мне знакомым. Это была та самая книга, которую я читал, чтобы скоротать время, пока господин Чан не пришел домой. Увидев, что я ее читаю, мужчина на следующий день принес мне целый книжный шкаф. Значит, эта книга изначально стояла на полке. До сих пор я только смотрел на книги, не решаясь их открыть, но теперь, словно завороженный, я протянул руку к этой книге.

Я поднял книгу указательным пальцем и взял ее в руку. Мне показалось, что она стала тяжелее, чем раньше. Я осторожно начал перелистывать страницы. Шурх, шурх. Страницы мягко переворачивались под моими пальцами.

- ......

И тут, когда я перевернул страницу, что-то, лежавшее внутри, словно закладка, с шелестом упало на пол.

Я вздрогнул от неожиданности и отшатнулся. На пол с тихим шелестом упали фотографии.

...Что это?

Я моргнул, не понимая, что происходит, а затем протянул руку к фотографиям и внимательно посмотрел на них. На фотографиях был я: светлые волосы, бледное лицо, взгляд, устремленный куда-то вниз. На каждой фотографии, в каждой прямоугольной рамке, был я.

- ......

Я провел кончиками пальцев по каждой фотографии. На всех фотографиях был только я, независимо от времени, места и обстоятельств.

...Я, садящийся в машину у входа в дом, я, едущий в больницу, я, гуляющий с мамой, я, свернувшийся калачиком в одиночестве в доме.

Я перевернул все фотографии. На последней фотографии был я, с легкой улыбкой на лице. Хоть на фотографии и не было никого, кроме меня, было легко догадаться, что я улыбаюсь маме.

- ......Ха.

У меня вырвался смешок. Этот сумасшедший мужчина таким образом дал мне знать, что он наблюдает за мной. Это было так на него похоже, что у меня на мгновение перехватило дыхание.

Объектив камеры был неумолимо направлен на меня, словно окружающие люди не имели никакого значения. Это было очень односторонне и пугающе навязчиво.

Фотографии, на которых был только я. На этих фотографиях я чувствовал взгляд мужчины, который тайком приходил ко мне. Пока я страдал от его отсутствия, он тоже чувствовал мое отсутствие. И это почему-то меня успокаивало. Это утешало меня, когда я чувствовал, что увядаю, словно цветок. Я долго сидел перед фотографиями, перебирая их в руках.

***

Оставшись наедине с мамой, я часто смотрел в окно палаты. Я смотрел на голубое небо с белыми облаками, словно ангельские кольца, а затем переводил взгляд вниз. На деревьях, которые всегда казались такими холодными со своими голыми ветвями, появились новые побеги. Казалось, что скоро наступит весна.

Я смотрел на это и чувствовал, как ветер ласкает мои щеки. Ветер все еще был немного прохладным, но я не чувствовал холода, глядя в окно.

- Ё Вон.

Я был так погружен в свои мысли, что даже не заметил, как мама позвала меня сзади.

- Малыш, - сказала мама более отчетливым голосом, и я тут же повернул голову.

- ...Да.

- Ты кого-то ждешь?

Кого-то ждешь. Мамина рука погладила меня по голове, затем по щеке.

- Ты так отрешенно смотрел в окно.

Я помолчал немного, а затем указал на молодые побеги, появившиеся на дереве. Они были похожи на плотно сжатые бутоны, и казалось, что когда они распустятся, то будут очень красивыми.

- ...Кажется, скоро наступит весна.

- Ты смотрел не на побеги, а на лица прохожих.

Я не смог сразу ответить маме "нет" и просто открыл рот, а затем снова закрыл его.

- Я боялся остаться один.

- ......

- Но у тебя есть тот, кто с тобой?

Тот, кто с тобой. При этих словах мамы перед моими глазами мелькнул чей-то силуэт. Я не стал ни подтверждать, ни отрицать ее слова, а просто улыбнулся, приподняв уголки губ. Улыбка получилась такой натянутой, что мое лицо странно скривилось. На лице мамы появилась легкая, естественная улыбка.

- Слава богу.

Мама произнесла эти слова шепотом. Мы смотрели в окно. Мы сидели рядом, сложив руки на коленях, и теплые весенние лучи солнца ласкали наши лица. Мама сказала, что хочет увидеть бескрайнее море, потому что ей надоело сидеть в больнице. Я сказал, что мы обязательно это сделаем, когда она поправится.

И несколько месяцев спустя...

Я стоял один у этого окна и смотрел наружу. Ветви деревьев, на которых когда-то были только молодые побеги, теперь покрылись густой зеленой листвой. Я смотрел пустыми глазами на зеленые листья, которые махали мне рукой. В приоткрытое окно вместе с ветром влетал аромат цветов.

Мягкий ветер скользнул по комнате и коснулся кровати, стоявшей позади меня. Он пощекотал холодную простыню.

На мне была черная одежда, которую обычно носил господин Чан, а я смотрел на пустую кровать.

***

Маму развеяли над морем весной. Она скончалась с умиротворенной улыбкой на лице и сложенными на груди руками. Ее хрупкое тело, которое боролось в одиночку во тьме из-за беспокойства за сына, оставшегося одного, нашло покой ночью, когда все спали. Она боролась почти два года, чтобы прожить еще два месяца.

Похоронный зал был расположен в здании позади больницы, где лежала мама. Я был одет в черный костюм и встречал немногочисленных гостей, пришедших на похороны. Я стоял, словно лишенный души, и не мог поверить в эту ужасную реальность. На алтаре, перед которым гости кланялись дважды, стояло три фотографии мамы.

- Ох, Ё Вон.

Я услышал знакомый голос и медленно повернул голову. В зал вошла тетя Кён Хи с осунувшимся лицом. В одной руке она держала мокрый носовой платок и, увидев меня, расплакалась.

Тетя гладила меня по лицу и голове. Она плакала за меня, потому что я разучился плакать.

- Я все собиралась навестить ее, но была так занята, чтобы прокормить себя.

- ......

- Мне так жаль.

- Нет, тетя. Это мне жаль...

Тетя Кён Хи тоже еле сводила концы с концами. Я оставил маму на ее попечение и уехал на курорт, словно убегая от всего. Я был в неоплатном долгу перед этой женщиной, которая, хоть и не была мне родной, присматривала за моей мамой.

- Какой-то мужчина пришел и сказал, что он из организации, которая хочет проводить Лим Сон Хва в последний путь.

- Ах, - выдохнул я и спросил.

- Вы не знаете, что это за организация?

- Э-э, подожди-ка!

Тетя порылась в своей старой сумке и вытащила визитку из потрепанного чехла для смартфона. Я взял визитку, которую она мне протянула, и прочитал текст на маленькой карточке.

- Он был такой огромный, словно гора, и я сначала подумала, что он бандит, но он сказал, что они не такие, и что у них солидная компания, и дал мне и моему мужу по визитке.

Тетя Кён Хи еще немного погладила меня по лицу и рукам, а затем, извинившись, сказала, что ей нужно идти на работу в ресторан. Я смотрел пустыми глазами на ее маленькую фигурку, удаляющуюся от меня, а затем медленно опустил взгляд на визитку. Я сжал ее в руке и долго стоял неподвижно среди людей, сновавших туда-сюда.

Родственники, которые теперь считали меня сиротой, смотрели на меня с жалостью.

- Ё Вон, тебе есть куда пойти?

Куда пойти... Даже не знаю. Тетя, увидев, что я молчу, спросила с тревогой.

- Пойдешь ко мне?

Я слегка покачал головой. На ее лице промелькнуло облегчение.

- Тогда береги себя. И звони, если что-то понадобится.

Тетя, словно сбросив с себя бремя вины этими словами, покинула похоронный зал. Когда я нуждался в помощи, ее не было рядом. А теперь, когда я мог сам о себе позаботиться, они вдруг решили, что могут мне помочь. Их истинные намерения были слишком очевидны.

К ночи все разошлись. В прихожей, кроме моей, не было ни одной пары обуви. В открытую дверь был виден коридор. Люди в черной одежде выходили из комнат по обе стороны коридора и проходили мимо меня, словно стая темных туч. Я сидел, свернувшись калачиком, и смотрел на них.

Черный костюм. Он напоминал мне о ком-то.

Господин Чан, который обещал скоро приехать, все еще не появлялся. Я обнял колени и уткнулся в них лицом. Мои колени стали мокрыми от слез. Визитка, которую я все это время сжимал в руке, скомкалась, а затем упала на пол. Рядом с должностью генерального директора было написано имя Чан Ки Джу.

***

На второй день поток гостей полностью иссяк. Я сидел на своем месте из вежливости, а затем, захотев покурить, вышел в курилку в холле и выкурил две сигареты. Когда я вернулся, я почувствовал что-то странное. Я уловил какой-то запах. Это был не запах сигарет. Он был немного сильнее... Мои глаза устремились в сторону, откуда он доносился.

...Что?

От благовоний, которые я почти не использовал, и уж тем более не зажигал сегодня, шел тонкий белый дым. Я снял обувь, подошел к алтарю и потрогал благовония. Они были еще теплыми. На мгновение я замер на месте, словно сломанный механизм, а затем быстро надел обувь и вышел наружу.

Я пересек коридор и спустился по лестнице, расположенной на противоположной стороне от той, по которой поднимался.

В этот поздний час в конце безлюдного коридора шел высокий мужчина. Я молча смотрел на его спину, а затем тихо произнес.

- Генеральный директор.

Мой голос был очень тихим. Он был таким слабым, что его мог заглушить даже стрекот сверчков, доносившийся с улицы, или легкий южный ветер. Но высокий мужчина, отбрасывавший длинную тень на стену коридора, остановился. Он медленно повернулся ко мне. Лунный свет отбрасывал глубокие тени на его лицо с резкими чертами.

- ...Генеральный директор.

Я сделал шаг вперед. Сначала очень медленно, а затем ускорился и побежал к мужчине, остановившись перед ним. Я обнял его за талию и посмотрел на него снизу вверх. Его лицо, которое я так бережно хранил в глубине своей памяти, сейчас было передо мной.

- ...Я думал, Вы не придете.

Уголки губ господина Чана приподнялись в легкой улыбке, когда он услышал мой слабый голос. Он, видимо, собирался покурить, потому что между его губ была зажата сигарета.

- Я же сказал тебе не расслабляться.

После короткого молчания сигарета выпала изо рта господина Чана. Он притянул меня за затылок и начал жадно целовать, словно хотел меня поглотить.

- Хм, хм...

Через пересохшие губы вырвалось неудержимое желание, которое так долго копилось во мне. Я обнял господина Чана за шею, словно он хотел забрать у меня все дыхание, и с трудом ответил на его поцелуй. Я открыл рот как можно шире, и в него хлынули его неистовые эмоции. Мужчина крепко прижал меня к себе. Я беспомощно прильнул к нему. Я обнял его обеими руками за талию и полностью утонул в его объятиях.

Наши губы, на мгновение разомкнулись, чтобы отдышаться и снова слились в поцелуе. Его тело, более горячее, чем мое, полностью окутало меня. Я чувствовал, как меня обволакивает то самое ощущение, о котором он просил меня помнить.

Мы скользили языками по пересохшим губам друг друга, наслаждаясь этим моментом.

Глава 68

На третий день похорон тело, лежавшее в гробу, вернулось в землю. В гроб положили только фотографию мамы и опустили его в могилу. Когда похороны закончились, перед зданием остановилась машина. Я, подумав, что это машина за мной, скользнул на заднее сиденье. В руках у меня была только тонкая сумка. В этой легкой сумке, которая казалась почти пустой, лежала только банковская книжка, оставленная мамой, и несколько чеков, которые дал мне господин Чан. Суммы на чеках были такими же, как и тогда. Я не потратил ни копейки из этих денег.

Я поправил сумку, и мои часы на запястье качнулись. Раньше они казались мне такими тяжелыми. Но теперь они больше не казались такими. Они стали частью меня, словно всегда были со мной.

За окном машины я видел пейзажи, окрашенные в весенние цвета. Я думал, что новый сезон еще далеко, но, придя в себя, обнаружил, что он уже наступил. Кстати, я впервые встретил его тоже весной.

- ......

Тогда я бесцельно ушел из дома, чтобы убежать от всего, но теперь у меня была цель. Я хотел пойти к этому мужчине, который довел меня до предела, пытаясь удовлетворить свое безумное желание.

Мужчина, который не был способен на любовь и привязанность, естественно, не знал, как их проявлять. Поэтому он просто выплеснул на меня все свои эмоции. Он не мог контролировать свои чувства, которые били из него фонтаном, и изливал их на меня в извращенной форме.

Я тоже был растерян из-за его внезапных чувств.

Однажды это чувство неожиданно вошло в меня, прежде чем я успел понять, что это такое. Это была любовь, смешанная с множеством примесей. Из-за того, что я так долго отрицал это чувство, в нем осталось много отвращения, и мне потребовалось много времени, чтобы его распознать.

Я иду к нему.

У меня, чье тело уже было опутано этим змееподобным мужчиной, не было другого выбора. Мое сердце начало биться чаще, когда я подумал о том, что снова увижу его холодный взгляд.

Это произошло, пока я не осознавал. Когда я пришел в себя, я обнаружил, что между мной и этим мужчиной, в той пустоте, которая нас разделяла, хлынула грязная, вязкая, словно сточные воды, эмоция. Эта грязь застыла, словно цемент, и крепко связала нас воедино. Если бы мы попытались разорвать эту связь, мы бы оба разбились вдребезги. Такими были наши ужасные, грязные отношения.

<Конец основной истории. Продолжение в дополнительных главах>

Глава 69

Вопреки моим ожиданиям, дом был пуст. Я искал господина Чана, открывая все двери, но его нигде не было. В доме, куда я вернулся после долгого отсутствия, не было никаких признаков жизни, словно здесь никто не жил уже несколько лет.

...Неужели он уехал? Мое сердце упало. Страх сдавил мне горло. Я обыскал весь дом и снова направился к прихожей. Я натягивал кроссовки, когда дверь распахнулась.

И вошел господин Чан.

- ......

- ......

Мужчина стоял в дверях, словно стена, спиной к солнцу. Его лицо было плохо видно из-за глубоких теней, отбрасываемых его фигурой. Его крупное телосложение не оставляло сомнений в том, что это он. Но, чтобы убедиться в этом своими глазами, я босиком подошел к нему. Чем ближе я подходил, тем отчетливее становилось его лицо. Его низкий голос эхом разнесся по маленькой комнате.

- Это был твой последний шанс.

- ......

- Почему тебе снова не снять часы и убежать?

Я вернулся в этот дом по своей воле. На мгновение мне вспомнился след, который оставили часы на полу лачуги, образуя ленту Мёбиуса. Тогда это казалось мне таким ужасным. Но я вернулся к нему по своей воле, своими ногами.

Мужчина, стоявший передо мной, окинул взглядом мое лицо, от лба до глаз, носа и подбородка. Он сделал шаг ко мне. Его лицо и тело вышли из тени на солнце. В его черных глазах, освещенных солнцем, бушевали неконтролируемые эмоции.

- Почему Вы так долго не приходили?

- Твои слова звучат так, словно ты меня ждал.

- ......

На лице господина Чана появилась улыбка, полная уверенности, что это не так. Я подошел к мужчине с холодной улыбкой и схватил его за черный пиджак. Я сжал в руках ткань и его тело, снова убеждаясь в его реальности.

Прошло всего лишь день с тех пор, как мы встретились на похоронах. Мужчина дал мне всего один день, чтобы я вернулся к нему полностью. Даже за это короткое время я постоянно беспокоился, не была ли наша встреча сном?

Я излил свои чувства, словно извергая их из себя.

- ...Я ждал.

- Почему?

Мои губы несколько раз размыкались и смыкались в нерешительности. Слова вырвались из моего открытого рта, словно вздох.

- ...Я волновался.

Я волновался до безумия. Что, если с ним случилось что-то плохое? Сотрудник сказал, что с господином Чаном все будет в порядке, но я не мог успокоиться, пока не увижу его. Я хотел увидеть своими глазами этого мужчину с его равнодушным лицом и жестокими словами, чтобы успокоиться. Я снова и снова думал о нем, охваченный неизвестными мне чувствами.

- Ты сказал, что хотел бы, чтобы я умер. Почему ты волнуешься обо мне?

На лице мужчины было искреннее недоумение.

- Ты сказал, что хотел бы, чтобы я был несчастлив?

Я ударился лбом о его грудь. "Я хочу, чтобы ты был несчастлив", - я повторял эти слова снова и снова, испытывая сожаление.

- Я не имел этого в виду.

Мужчина молча ждал, что я скажу дальше.

- Я сказал это, потому что хотел хоть немного меньше себя ненавидеть...

Мне было очень трудно принять тот факт, что я прижимаюсь к нему. Я не мог этого понять. Почему я хочу быть рядом именно с этим мужчиной?

Я ненавидел его грубые слова и жестокие поступки. Если бы не его нездоровая одержимость мной, все бы не зашло так далеко. Чем больше я об этом думал, тем больше меня тошнило. Поэтому я решил, что буду его ненавидеть.

Я уже заключил свое сердце в эту твердую оболочку. Мне было трудно вынести то, что мои твердые убеждения начали меняться. Каждый раз, когда его неожиданно нежные прикосновения касались меня, я должен был снова и снова укреплять свою решимость. Но как бы я ни отрицал это, это было бесполезно.

- Я ждал.

Я прильнул к нему, словно вода, которая в мгновение ока переполнила ванну. Я скучал по этому вспыльчивому, эгоистичному, самовлюбленному и извращенному человеку.

Плотно сжатые губы мужчины слегка приоткрылись, а затем поглотили мои. Он обхватил мою талию руками, словно собираясь сломать мне позвоночник, и прильнул ко мне, словно желая поглотить все мое дыхание. Мы терлись носами, впиваясь друг в друга губами.

- А, хн...

Я расстегнул ремень и опустил молнию мужчины. Я схватил его большой, твердый член. Я коснулся его горячего, набухшего члена, который, казалось, вот-вот взорвется. Я обхватил его одной рукой и начал энергично двигать ею вверх-вниз. Я никогда не мастурбировал раньше, и мои движения были неумелыми, но мужчина задрожал и застонал. Он хрипло прошептал.

- Сжимай сильнее и двигай быстрее.

- ...Так?

Мужчина накрыл своей рукой мою руку, обхватившую его толстый член. Он начал яростно двигать ею. Он двигал ею грубо, словно мои движения были детской игрой.

- Сними штаны.

Я снял штаны и опустил их до колен. Его член начал тереться о внутреннюю сторону моих бедер. Мое тело извивалось, извергая смазку на его тонкую кожу. Я дрожал от ощущения его нижней части тела и прикусил губу.

- А, хаа, хах...

Моя спина ударилась о зеркало. Мелкие украшения, стоявшие на полке, с грохотом упали на пол и разбились с резким звуком.

Мужчина схватил свой член и прижался ко мне снизу. Его напряженная головка скользнула по моему входу. Прошло слишком много времени с тех пор, как я занимался сексом в последний раз, и к тому же у нас не было смазки, поэтому проникнуть было трудно.

Мы терлись друг о друга гениталиями, тяжело дыша, словно собаки, и вращали бедрами. Каждый раз, когда он двигался, его головка задевала мой вход, и каждый раз меня пробирала дрожь. Мне казалось, что мой мозг сейчас расплавится от возбуждения. В конце концов он кончил. Мои ягодицы, прижатые к зеркалу, оторвались с влажным звуком, и он сильно сжал их. Я вскрикнул и повис на нем. Боль была такой сильной, что у меня зашевелились волосы на затылке, но в то же время я испытывал невероятное удовлетворение. Я дрожал от того, что он был внутри меня.

Я слышал, как он скрежещет зубами, ему, несомненно, было так же больно, как и мне. Когда он попытался отстраниться, я быстро схватил его, не желая терять это ощущение наполненности.

Я напряг ягодицы, и мое отверстие сжалось. Его член был наполовину зажат в моем отверстии. Он выругался: "А, черт", - и сжал мои ягодицы, словно собираясь их разорвать.

- ...Не вынимай, не вынимай.

Он прорычал сдавленным голосом.

- Кто сказал, что я собираюсь вынимать?

Затем он одним движением вошел в меня до конца. Я дрожал всем телом, словно рыба, насаженная на раскаленный вертел, когда он вонзился в мои чувствительные стенки.

- Я хотел тебя трахнуть.

Я не мог стоять на ногах и повис на нем. Я почти потерял сознание и прилип к нему, словно плющ.

- А, ааа, ааа... А!

Он начал яростно вбиваться в меня. Я опустил руки с его талии и притянул его ягодицы к себе. Когда он отстранился, я быстро потянулся за ним, не желая его отпускать.

- А, быстрее... Хн.

Он неистово целовал и посасывал мои мочки ушей, щеки и губы.

- Я, я не хочу, чтобы ты уходил...

Я быстро последовал за ним. Его член снова вошел в меня. Он поднял меня с пола, оказавшись на 10 см ниже меня. В узком пространстве раздавались влажные шлепки наших тел. Я обхватил его талию ногами, которые болтались в воздухе.

- Я должен был убить тебя давным-давно.

Я обнял его за шею и уткнулся носом в его ухо.

- Аа, а... Господин Чан...

***

Мы жадно занимались сексом прямо у входной двери, даже не раздевшись. Кончив дважды в разных позах, мы разделись и вместе забрались в ванну. Мы лежали в теплой воде, обнимаясь, окруженные разбросанной одеждой. Я сидел на его бедрах, прижавшись щекой к его подбородку.

Нас окутало безмолвие.

Я заметил его руку, лежащую на краю ванны, и коснулся ее кончиками пальцев. Затем я медленно провел по его влажной коже. Его пальцы были толстыми и длинными, на полпальца длиннее моих. Особенно длинным был его безымянный палец с кольцом, который был намного длиннее указательного. Я медленно снял кольцо с его безымянного пальца.

Оно соскользнуло с небольшим усилием из-за воды. Я осторожно держал кольцо, боясь, что оно выскользнет из моих мокрых рук, и вертел его перед лампой. Оно было очень простым, но, освещенное светом, казалось довольно красивым.

- Когда Вы его купили?

- Как только стал совершеннолетним.

Я повернул голову и посмотрел на него, и он заполнил все мое поле зрения.

- Один из моих клиентов, который использовал меня как курьера, захотел со мной встретиться, и я в спешке купил это дешевое кольцо. Я специально купил его побольше, на случай, если мои пальцы станут толще.

Теперь оно было немного мало для него, оставляя глубокие следы на пальце. Я осторожно коснулся кончиком пальца шрама, скрытого под этим маленьким кольцом. Я осторожно провел по зажившему шраму. Больно ли ему до сих пор? На всякий случай я посмотрел на его лицо. Но он никак не отреагировал. Он просто лежал, оперевшись затылком о кафельную стену, и наблюдал за моими действиями. По-видимому, шрам был слишком старым, и он больше не чувствовал боли.

Мужчина протянул свою длинную руку, открыл окно и достал из кармана брюк, валявшихся возле ванны, пачку сигарет. Он взял одну сигарету, положил ее в рот и закурил. За окном, сквозь которое дул резкий ветер, витал свежий летний аромат.

- Вам было больно?

Он приподнял одну бровь, словно вспоминая прошлое.

- Было.

Страдающий мужчина. Это как-то не вязалось с его образом. Он словно прочитал мои мысли и продолжил.

- Каждую ночь я сжимал кулак и стискивал зубы, терпя боль.

- ......

- Нас было около десяти человек в одной комнате. Если бы я застонал от боли, я бы сразу стал мишенью для тех ублюдков, которые и так меня ненавидели.

Он небрежно стряхнул пепел с сигареты за пределы ванны. Его лицо, выпускавшее пепел прошлого из своих губ, было таким же безразличным.

- Мне трудно представить, что с Вами такое происходило, господин Чан.

- Сейчас у меня полно денег, так что тебе этого не понять. Несчастное прошлое можно замазать деньгами.

- ......

Мужчина, похваставшийся своим богатством, затянулся сигаретой и посмотрел на меня. Как только я почувствовал, что атмосфера становится странной, его лицо приблизилось к моему. Он поцеловал меня совершенно неожиданно. Он сжал мои щеки, словно собираясь их разорвать, и начал целовать мои губы и нос. Он отпустил меня, только укусив за кончик носа. Кончик носа, на котором, вероятно, остался след от его зубов, горел, и мое лицо покраснело. Я хотел полностью погрузиться в воду, но мой взгляд упал на кольцо, которое я вертел в руках. И я импульсивно надел его на палец. Кольцо, которое плотно облегало его безымянный палец, идеально подошло на мой указательный. Я бессмысленно сжимал и разжимал кулак.

- ...Господин Чан.

Он спросил, почему я его зову. Я показал ему кольцо на своем указательном пальце.

- Можно мне его оставить?

В его глазах, по которым прокатилась волна возбуждения, остались лишь томные отголоски удовольствия, подобно черным волнам.

- Кто тебя научил просить то, чего хочешь, с таким взглядом?

Я посмотрел на мужчину, который смотрел на меня сверху вниз, а затем отвел взгляд и прижался щекой к его груди. Я почувствовал его тяжелое, низкое дыхание.

- Попроси, меня купить тебе новое кольцо с бриллиантом.

- Мне и это подойдет.

Я почувствовал, как он смотрит на мою макушку. Внезапно он рассмеялся, словно не веря своим ушам. Вибрация, щекотавшая мою щеку, стала еще сильнее.

Над моей головой раздался влажный голос, похожий на заросшее мхом болото.

- Было бы умнее снять часы и сбежать.

- Тогда бы Вы меня отпустили?

- Тогда бы я отрезал тебе ноги.

У меня перехватило дыхание от слов мужчины, который говорил о человеческих ногах, словно о стволе дерева.

- ......

- И вставил бы в них GPS.

Он больше не смеялся. Он произносил эти жестокие слова с сухими, как пустыня, глазами, и я закрыл ему рот рукой.

- Не говорите так.

На мгновение мне стало страшно, но я решил не обращать внимания на его слова. Ведь даже когда он угрожал отрезать мне пальцы, если я сбегу, он в конце концов так и не коснулся меня.

- Господин Чан.

Его грубая рука коснулась моего лба. Я подумал, что он собирается сделать, и он убрал с моего лба мокрые волосы. Он убрал все оставшиеся пряди своими грубыми пальцами. Он гладил мой лоб и ласкал мои уши той же рукой, которой грубо хватал меня за волосы, заставляя сосать его член. Его прикосновения были слишком нежными для такого крупного мужчины с такими большими руками.

- Господин Чан.

Я пошевелился, чтобы принять более удобное положение, и вода в ванне заколыхалась мелкими волнами. Перелившаяся вода с плеском вылилась на кафель. Я сменил позу и глубоко уткнулся носом в его шею. От него пахло по-разному. Резкий запах табака, слабый запах парфюма, запах его тела.

Мы так много занимались сексом, что я уже не мог отличить его запах от своего. Опьяненный отголосками оргазма, я со стоном произнес его имя.

- Господин Чан Ки Джу.

- Почему ты смотришь на меня такими глазами? Тебе всего двадцать три.

Я покачал головой и кончиками пальцев провел по его подбородку, на котором когда-то оставил след. Я провел пальцем по его острой линии челюсти, а затем прильнул к нему губами. Короткий поцелуй, словно воробей клюет зернышко. Само действие было таким незначительным, но из-за того, что мои губы были влажными, раздался особенно влажный звук. Чмок.

- Я ждал Вас.

Господин Чан нахмурился, словно не мог поверить в то, что только что произошло. На мгновение мое сердце сжалось, словно высохшая картофелина, но я сделал вид, что не замечаю этого. В этот момент мне не хотелось знать, что он недоволен.

***

Господин Чан стоял на террасе в одних брюках, разговаривая по телефону и куря сигарету. Я вышел из комнаты вслед за ним и медленно осмотрел дом. В доме, где он жил один, не было никаких следов его жизни.

Я выбил пыль из ковра и тщательно протер пыль на шкафу тряпкой. Пока я пылесосил, я вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд и посмотрел на террасу. Мужчина смотрел на меня, прижав телефон к уху. Его губы все еще двигались, так что, по-видимому, он все еще разговаривал.

На его спине остались следы от моих ногтей. Словно какая-то дикая кошка поцарапала его когтями. Он постучал по окну средним пальцем. Стук становился все быстрее и грубее. У меня загорелись щеки от этих жестов, напоминающих половой акт. Я отвел взгляд от мужчины и направился на кухню с пылесосом.

Краем глаза я заметил, как его лицо исказилось в гримасе. Внезапно я услышал скрипящий звук и снова посмотрел на террасу. Он давил окурок сигареты об окно. На несчастном окне осталось черное пятно от табака. Я выругался про себя на мужчину, который срывал злость на чем попало только потому, что я отвел взгляд. ...Псих.

Поскольку домработница не приходила, продукты, которые я видел в день отъезда, все еще лежали в холодильнике. Я выбросил все содержимое холодильника в мусорное ведро.

Я почувствовал, как мужчина, вернувшийся с террасы, прижался ко мне сзади. Его большая тень накрыла меня. Меня охватило тяжелое чувство давления, но я незаметно сглотнул и спросил.

- Домработница не приходила все это время?

От мужчины, стоявшего рядом со мной, пахло смесью горького табака и его тяжелого запаха. В отличие от обычного, запаха парфюма почти не чувствовалось, я ощущал только его собственный запах.

- Я сказал ей не приходить какое-то время. Мне не нравилось, что кто-то другой трогает мои вещи. Мне было так противно, что я не мог этого выносить.

Конечно. Он свирепо посмотрел на меня, когда Пак Джи Гён коснулась меня. Он не постеснялся выразить свое недовольство, хотя я был его клиентом. Тогда я не понимал, почему он так себя ведет, но теперь, оглядываясь назад, причина очевидна. У него была необычайно сильная собственническая натура. Казалось, он так сильно цепляется за все, что имеет, потому что всего добился сам, начав с нуля.

Он уткнулся носом в мою шею. И вдохнул, словно хотел вдохнуть мою душу. Мне показалось, что он поглощает меня. Мои колени слегка задрожали от его горячего дыхания на моей шее.

- Ни один шампунь в доме так не пахнет.

- ......

- Что ты скрываешь под своей кожей?

Он начал покусывать мою кожу. Он вел себя так, словно был полон решимости разорвать ее своими клыками и посмотреть, что внутри.

- Господин Чан, я умею готовить только суп из соевых ростков.

Я специально заговорил о другом, чтобы сменить тему, но он был поглощен ласками моего тела. Он играл с моей грудью и сжимал мои ягодицы, словно собираясь их разорвать. Он ухмылялся, приподняв уголки губ, и выглядел как настоящий извращенец.

- Нам, кажется, пора пообедать...

- Конечно, пора пообедать.

Он пробормотал это, уткнувшись лицом в мой затылок. Он несколько раз провел большим пальцем по экрану телефона и протянул его мне.

- Скажи, что тебе нужно.

Я машинально взял телефон и поднес его к уху.

- Я бы хотел соевые ростки и мясо.

- Да, хорошо.

Через тридцать минут Ким Чжун Док вошел в дом с полными руками пакетов.

- Здравствуйте.

Он широко раскрыл глаза, показывая большие, раздутые пакеты, а затем поставил их на пол. Его ухмыляющееся лицо пугало меня не меньше, чем лицо господина Чана. Я начал распаковывать пакеты один за другим. Соевые ростки... один, два, три... всего семнадцать упаковок. Затем я открыл другой пакет. В нем было полно красноватого мяса. Говядина, свинина, даже сырая курица. В общей сложности 11 кг. А в другом пакете были всевозможные алкогольные напитки, пять коробок презервативов и чулки разных видов. Я достал из пакета последний предмет и с недоумением спросил.

- Зачем это?

- Он что, с ума сошел?

Мужчина смахнул рукой все, что лежало на столе, и равнодушно выругался, пнув ногой чулки, лежавшие на полу.

- Зачем он это дал?

- Я не знаю, и не думаю, что тебе стоит спрашивать.

Господин Чан прищурил свои раскосые глаза. Я сделал вид, что не замечаю его странной улыбки, и открыл бутылку вина. Затем я налил немного вина на сковороду и выложил кусок мраморного мяса. Шшш. Это было мясо высшего сорта, поэтому из него сразу же начал выделяться сок без каких-либо особых усилий.

Мужчина, сидевший за столом, нарезал мясо крупными кусками. Острый нож глубоко вонзился в мясо и разрезал его на несколько частей. Он положил один из кусков в рот и начал жевать. У меня возникло странное чувство, словно я принес еду хищнику.

- Не знал, что ты умеешь готовить.

Это была почти первая похвала, которую я услышал после того, как меня постоянно ругали за то, что я ничего не умею. Глядя на то, как он ест, у меня впервые за долгое время разыгрался аппетит. Я зачерпнул ложкой немного только что приготовленного супа из соевых ростков. Я просто сделал его так, как несколько раз видел у мамы. Вкус был довольно неплохим. Пока я усердно орудовал ложкой, мужчина упрекнул меня.

- И это после того, как ты игнорировал все эти дорогие блюда, которые я тебе предлагал.

Действительно, мы давно не сидели так вместе и не ели нормальную еду. Теперь мне было довольно комфортно, в отличие от тех времен, когда я чувствовал себя так, словно жевал теплый песок. Мне больше не было неловко есть с ним лицом к лицу.

Осталось еще несколько бутылок вина, которые принес сотрудник. Мужчина взял одну из них, глубоко вонзил штопор в пробку и открыл ее. Он налил красное вино в бокалы. Я услышал, как его кадык дернулся, когда он глотал. Наконец он поставил пустой бокал на стол и вытер влажные губы салфеткой.

Над столом повисла тишина. Пришло время поговорить о том, что осталось.

- Они провели расследование в теплице, где мы были с Лим Сон Чолем.

Я нахмурился, услышав от него эти незнакомые слова.

- Люди, которые были там с нами, сказали, что Лим Сон Чоль задолжал мне крупную сумму денег в азартных играх. Это немного раздражало.

Чем дольше он говорил, тем сильнее сжимались мои пальцы, лежавшие на бедрах.

- ...И что?

Когда я спросил, как он снял с себя подозрения, из его губ донесся беззаботный голос.

Я был ошеломлен, услышав эту историю впервые. Он с безразличным видом положил в рот еще один кусок мяса и начал жевать. Только после того, как он сделал глоток вина, он продолжил.

- Довольно много.

- ......

- По всей видимости, Лим Сон Чоль, страдая от финансовых трудностей, убил своего шурина с целью вымогательства десяти миллионов вон, а затем, потратив все деньги, покончил с собой. Хотя я действительно оказывал на него психологическое давление, доведя его до смерти, это было лишь косвенное влияние. Поскольку не было прямой связи, меня отпустили.

На лице мужчины не отразилось никаких эмоций, так что любой, кто не знал бы его, мог бы подумать, что он говорит о деле какого-то третьего лица.

- В любом случае, мне нужно было быть осторожным, поэтому я отправил Со Ё Вона.

- ......

- Благодаря этому Со Ё Вон, должно быть, был счастлив все это время.

Господин Чан непринужденно рассмеялся. По его растянутым в улыбке губам я без труда догадался, что многое осталось недосказанным. Очевидно, это был довольно утомительный процесс, но он не стал говорить больше. Я тоже молчал. В конце концов, важно было то, что он вернулся ко мне. Я решил, что этого достаточно.

Глава 70

Господин Чан, который практически жил на работе, взял короткий отпуск. На самом деле, это было скорее временное укрытие, чем отпуск, но в любом случае...

Даже дома господин Чан не отдыхал, а в основном работал в своем кабинете. Он просматривал документы, которые приносил ему сотрудник, и время от времени звонил или отвечал на звонки. Он уговаривал, иногда угрожал и часто давил на собеседника своим низким голосом. Пока из его уст лились непонятные слова, я проводил время, листая книгу на диване в углу. Я переворачивал прочитанные книги одну за другой, и вскоре все они были перевернуты, кроме последней.

Наши с ним жизни, которые не имели ничего общего, постепенно сливались воедино. По мере того как мы проводили больше времени вместе, я естественным образом узнавал о нем больше, чем раньше.

Как и говорила домработница, господин Чан предпочитал мясо и ходил плавать по ночам или рано утром. Я думал, что для поддержания его огромного и стройного тела необходима диета и регулярные физические упражнения. Будучи большим едоком, он занимался спортом столько же, сколько ел. Он как сумасшедший сжигал жир и наращивал мышцы по всему телу. Фитнес-центр, предназначенный для жителей этого здания, был воплощением капитала. Бассейн в нем был намного лучше, чем в большинстве других мест, с точки зрения оборудования и чистоты.

Он рассекал прозрачную воду, широко размахивая своими плечами, под куполообразной крышей бассейна. Я ошеломленно смотрел на большие волны, которые он создавал. Я так и сидел на шезлонге, ошеломленно ожидая, пока он закончит тренировку. Он любил плавать по ночам. И когда он плавал, он всегда заставлял меня сидеть в сторонке.

Я гадал, почему он предпочитает это мрачное время суток. Он не любил места, переполненные людьми. Поскольку его работа требовала постоянного общения с клиентами, он, по-видимому, пресытился человеческим обществом.

Господин Чан, мгновенно проплывший по дорожке, вышел из воды, опираясь на твердые, как камень, руки. Я протянул полотенце мужчине, который шел ко мне, с его гладкого тела стекала вода. Вытирая лицо полотенцем, он пробормотал.

- Ты мог бы сходить на детскую площадку.

- ......

- Дети не захотели с тобой играть?

Я изобразил улыбку, которая, казалось, говорила о том, что мне больно. Будут ли дети играть со мной или нет... Стоило мне только взглянуть в сторону входа, как они начали бы вести себя как сумасшедшие.

Я снова был практически лишен возможности выходить на улицу. Без разрешения господина Чана я не мог никуда пойти. Теперь я даже не ходил в больницу, так что у меня не было никаких оправданий.

Я был ничем не лучше домашних животных, которые не могут выйти из дома без разрешения хозяина и поводка. Мое положение, когда я не мог выйти из дома без разрешения мужчины и его охранников, казалось еще более жалким.

Несмотря на то, что мы уже однажды ссорились, намерение господина Чана держать меня дома и заботиться обо мне, похоже, не изменилось. Он все еще следил за мной. Его взгляд преследовал меня повсюду.

Еда, одежда, жилье и даже сон - все зависело от него. Мне не нужно было зарабатывать деньги или что-то еще, потому что он обеспечивал меня всем необходимым.

Разница с прошлым заключалась в моем отношении к его действиям. Раньше я думал, что он просто пытается мной манипулировать, но теперь, когда я понимаю, что это его способ проявления любви, я решил просто терпеть.

После того как я слишком глубоко осознал, что мне хуже, когда его нет рядом, я принял решение, что так будет лучше, даже если мне придется задохнуться.

Однако я не мог вечно довольствоваться этим положением. Если я буду продолжать паразитировать на нем, то наверняка не смогу выбраться из этих отношений. Чтобы разорвать наши отношения спонсорства, мне нужно было стать самостоятельным.

Для начала мне нужно было найти с ним компромисс.

Я наблюдал за ним, пытаясь найти подходящий момент, чтобы заговорить. Обычно он не проявлял особых эмоций, но если его хоть немного задеть, он начинал беситься. Поскольку он хотел держать меня рядом с собой, ему это наверняка не понравится.

Я складывал белье, смотря телевизор. Поскольку вся одежда сдавалась в химчистку, то в основном это были полотенца. Я складывал полотенца одно за другим, от которых исходил приятный запах свежести. Взгляд мужчины, который с расслабленным лицом сидел на диване и просматривал документы, упал на меня. Сначала я попытался сделать вид, что не замечаю, но его взгляд был настолько откровенным, что мне пришлось спросить.

- Что такое?

Мужчина скривил губы и пробормотал.

- Ты что, собираешься завести семью?

Я вспыхнул, как зажженная спичка. Мои щеки и шея мгновенно покраснели. Я сжал в руке аккуратно сложенное полотенце и покачал головой. Его тон был явно насмешливым, но уголки его губ были приподняты. С какой целью он спрашивает?

- Нет.

- Что значит нет?

Мужчина схватил меня за руку и потянул к себе. Под его сильной хваткой мое тело, словно магнит, притянулось к его телу.

- Сейчас ты выглядишь так, словно собираешься завести семью.

- Нет...

Мужчина саркастически усмехнулся.

- Думаешь, если будешь притворяться, то все будет хорошо? В таком случае, я бы сказал, что твоя цель в жизни - стать любовницей.

Он выхватил у меня из рук полотенце и бросил его туда, где лежало аккуратно сложенное белье. Башня из полотенец, которую я так старательно строил, рухнула. Я почувствовал, как что-то рушится и внутри меня. Я сложил руки на бедрах и сгорбил плечи. Мужчина нежно погладил мой живот.

- ......

- Раз уж так получилось, роди мне ребенка.

- Я не могу родить, потому что я мужчина.

Я пробормотал это без всякого выражения, как будто читал учебник. Мужчина промычал, словно не мог легко согласиться, и погладил мои ребра, как будто ощупывая их форму. Его теплая рука скользнула вверх по моей талии и коснулась моей груди. Я вскрикнул и попытался отстраниться, когда он внезапно схватил мой сосок, но было уже поздно.

- Тогда почему твои соски так набухли?

Его глаза сузились. Он засунул руку мне под одежду и коснулся моего соска. Сосок, который был опухшим от его ласк до самого рассвета, быстро затвердел. Даже легкое прикосновение или щелчок причиняли мне боль. Его изогнутые глаза выглядели так, словно он нашел что-то забавное, и я почувствовал странное волнение.

- Похоже, ты уже беременный.

- ......

- Я знаю. У собак соски набухают только тогда, когда они беременны.

- Видишь? - мужчина рассмеялся, растягивая губы в улыбке, и щелкнул по моему распухшему соску.

- Это потому, что Вы трогали его, генеральный директор.

- Ах, это я трогал.

Он снова начал нести чушь.

- Значит, это я тебя оплодотворил.

Он сжал мой странно набухший сосок. В отличие от его коричневого соска, мой был лишь слегка покрасневшим, как будто в него по ошибке добавили слишком много красного пигмента. Когда он сильно сжал его и размял, я почувствовал странное удовольствие.

- Мне нужно было быть осторожнее.

Что за чушь.

- Поплачь немного.

- ......

- Я просто не могу поверить, что мой ребенок здесь.

Теплая рука господина Чана нежно погладила мой живот. Я положил руку на живот и посмотрел на него. Он перевернул меня, сказав, что сам проверит. Я лежал, перевернутый, как миска с рисом, полностью обнажив перед ним свое тело.

Его большая рука скользнула под мои ягодицы и схватила мой член.

- Подвигай бедрами.

Я не мог ослушаться его приказа. Я подвигал бедрами, прижимаясь к его теплой руке. Его большая рука безжалостно сжала мой член.

- Ааа, хах...!

Кровь прилила к кончику моего члена. Чувство оргазма взметнулось вверх, как фонтан. Я начал бешено двигать бедрами, как собака в течке. Все это время он прижимался ко мне сзади и кусал меня за ухо. Он сложил мое ухо пополам своим языком, проглотил его целиком и начал жевать, как ему вздумается.

- ...Ммм!

Вскоре я излил белую сперму ему на руку. Он растер сперму по своему члену и тут же прижался ко мне сзади. Мое тело все еще дрожало от остаточного возбуждения, когда он, не в силах больше терпеть, задыхаясь, вонзил в меня свой член.

- Хннн, ха, ха!

- ...Ха.

Он на мгновение задержал дыхание, засунув свой член до самого основания. Вскоре его большая, распухшая головка члена начала бить по моим внутренностям. Мои внутренние органы сбились в кучу и поднялись вверх. Его большая рука ощупала мой живот, и стоны позади меня стали еще более интенсивными.

- Ты так раздут.

- Хааа, ха...

- Ты не беременный?

Когда он отвел бедра назад, мои внутренности снова перевернулись. Его пальцы сжали мои соски, словно пытаясь раздавить их. В месте их соединения, раздавались влажные хлюпающие звуки. Я забеспокоился, не сотрётся ли у меня кожа от такого трения.

- Похоже, скоро у тебя появится молоко.

Мои соски были странно распухшими и покрасневшими от его прикосновений.

- Плюнь.

Я небрежно сплюнул, как он велел. Тощая струя слюны лениво скользнула изо рта. Вязкая жидкость тянулась и упала на мою грудь. Когда мужчина размазал это по моей груди, раздался характерный звук. Внезапно он снова начал медленное движение вниз и вверх.

***

Каким бы грязным ни был господин Чан, по крайней мере, после секса он был более сговорчив. Он нежно обнял меня после того, как я издал признак боли. Хотя слов об утешении не было, его толстые пальцы начали исследовать мою дырку. Когда пальцы мужчины проникали между ягодиц, я тихо всхлипнул, призывая его.

- Генеральный директор.

Мужчина приподнял брови, как бы сказав: "Говори".

- Я хочу вернуться в школу.

Его лоб нахмурился. Мой взгляд упал на его искаженное выражение, как будто крыша была сорвана тайфуном. Я свернулся в клубок.

- Почему?

- ...Потому что продолжать находиться в таких отношениях кажется неестественным.

- В таких отношениях?

Подозрительный взгляд мужчины вонзился в мое лицо. Я, прищурившись, шлепнул его по щеке кончиком носа.

- Я наслаждался этим, но...

Поддакивать ему было, как назло, далеко не по уму.

- Для меня это просто работа, от которой я не чувствую уверенности.

- Если это проблема, могу включить тебя в список клиентов.

- …

- Мисс Чан?

Губы господина Чана дрогнули, и он ухмыльнулся. Сумасшедший ублюдок. Мужчина зажмурил глаза, вынимая еще одну сигарету. Сигарета так заманчиво смотрелась между его идеально очерченных губ, что я попросил её у него, но он лишь предложил закурить новую.

- ...Эта выглядит аппетитнее, - сказал я.

То, как он смотрел на меня, было похоже на взгляд хитрого зверя.

- ...Дайте мне.

- ...Этот мальчишка совсем обнаглел.

Он поднес сигарету к моим слегка приоткрытым губам. Я затянулся, выпуская дым, и прижался лицом к его руке. Потершись щекой о его руку, я устроился поудобнее и закрыл глаза. На этом я остановился. Пока что я решил считать это удачей.

***

Мы с ним поужинали вне дома. Я было подумал, что после ресторана мы вернёмся домой, но ошибся.

За окном его машины, которой он управлял в непривычно повседневной одежде, проносились огни города. Я много раз ездил с ним в машине, но видел его за рулём впервые. Город, который мы пересекали вместе, казался пропитанным особым чувственным настроением.

Мы прибыли к театру.

Выйдя из машины, мы вошли внутрь. Множество люстр изливали свой приглушённый свет на ночные улицы. В театре, за исключением нескольких сотрудников, почти никого не было, и царила тишина. У входа висел постер спектакля с тем же названием, что и книга, которую я сейчас читал. Мы прошли внутрь и заняли места в самом центре первого ряда.

Странно, но в зале не было ни души. Неужели он выкупил все билеты? Такая расточительность могла бы растрогать даже владельца роскошного поля для гольфа.

Багровый занавес величественно поднялся, и начался спектакль. Актёры на сцене играли с полной отдачей. Я мгновенно погрузился в действие незнакомой пьесы.

Внезапно я почувствовал на себе чей-то взгляд и повернулся. Он смотрел на меня с выражением смертельной скуки на лице.

- Вы обычно увлекаетесь подобными культурными мероприятиями?

Поначалу мне казалось странным и непривычным, что этот мужчина, выглядевший так, будто он погружён исключительно в мир порока, способен ценить высокое искусство. На деле же он оказался неожиданно эрудированным и образованным. Знания, которые он когда-то впитывал, чтобы соответствовать обществу утончённых людей, теперь наполняли его самого.

- Вряд ли, - ответил он, откидываясь на спинку кресла и делая вид, что ему хочется закурить. - Конечно, как я и думал, - пронеслось у меня в голове. Очевидно, он потратился на билеты и привёз меня сюда по какой-то своей причине. Мои губы пересохли. Несмотря на блестящую игру актёров, мне было трудно сосредоточиться из-за его присутствия рядом. Дело было не в тесноте – просто он был настолько крупным, что наши плечи почти соприкасались.

Его длинная рука обвилась вокруг спинки моего кресла. Он медленно вздохнул и подпёр подбородок тыльной стороной ладони. В его глазах всё ещё плескалась скука. От этого утомлённого взгляда я словно окаменел. Его дыхание было так близко, что я не знал, как себя вести.

- Со Ё Вон, - произнёс он.

- ...Да, - ответил я.

- У тебя сейчас мурашки по коже побежали?

Кончики его пальцев мягко погладили мою шею сзади. Дрожь пробежала по всему телу, и я инстинктивно втянул голову, как черепаха. Пальцы ног сжались в туфлях. Он усмехнулся, словно забавляясь, и обнял меня за плечи. Его собственнический жест казался таким естественным. Он был так близко, что я чувствовал его дыхание на своей коже, и мне стало трудно дышать.

Его рука скользнула под мою одежду и коснулась соска. Высокая спинка кресла скрывала нас от посторонних глаз, но всё же я чувствовал тревогу, находясь в такой ситуации на людях.

Он взял мою руку и поднёс к своей паховой области, заставляя сжать возбуждённый член. От прикосновения к горячей плоти у меня невольно вырвался вздох. Под его руководством я несколько раз провёл рукой по его стволу, и он ещё больше набух.

Тихо щёлкнула молния. На сцене актёры всё ещё продолжали играть, не обращая на нас никакого внимания. Так же, как и мы на них.

Я провёл пальцами по головке и начал ритмично двигать рукой вверх-вниз. Член был настолько твёрдым, что казалось, ещё немного – и он лопнет, как туго надутый воздушный шар.

- Опустись вниз и отсоси, - приказал он.

Я сполз под кресло и обхватил его член губами. Головка была слишком большой, чтобы полностью поместиться во рту. Его член извивался, словно змея, и изливал предэякулят. Слюна тянулась длинной нитью. От мысли о том, что он входил в меня сзади этим же самым членом, меня охватил страх, смешанный со странным возбуждением.

Он, всё это время демонстрировавший скучающий вид, наконец поправил рубашку и сделал вид, что следит за спектаклем.

- Определённо, лицо Со Ё Вона куда приятнее лицезреть, чем главного героя, - сказал он, надавливая на мой затылок. Я глубоко заглотил его член и застонал.

- Сильнее.

- ...Агх, - прозвучали наши приглушённые голоса.

- Втяни щёки, как будто хочешь вдохнуть воздух, - велел он.

Я послушался и сжал губы вокруг его члена, и он, подобно удаву, проник в моё горло.

- Оставь его там, - сказал он.

Моё горло было плотно заполнено его членом.

- Ну как?

- Мне нечем дышать, - пробормотал я с трудом, не в силах пошевелить языком. Деньги, потраченные на билеты, оказались выброшены на ветер – содержание пьесы совершенно вылетело у меня из головы. Вряд ли я теперь смогу смотреть на обложку книги с тем же названием. От воспоминаний о непристойной сцене в театре моё лицо, несомненно, вспыхнет краской стыда.

Глава 71

После короткой передышки, он снова окунулся в круговорот дел. Весна и осень – самые горячие сезоны для гольф-клубов, и, совпав с этим периодом, его жизнь превратилась в бесконечную череду встреч и переговоров. Он всё чаще задерживался допоздна, а иногда и вовсе не возвращался домой по несколько дней.

Я то и дело поглядывал на часы. В этом огромном доме мне оставалось лишь одно – ждать его возвращения, не имея ни малейшего представления, когда это произойдёт. Он никогда не предупреждал о своих задержках, да и не обязан был это делать. Наша связь была настолько слабой, что я чувствовал себя собакой, преданно ждущей хозяина у порога, не зная, когда он вернётся.

Близилось пять утра. Я уже почти смирился с мыслью, что он снова не придёт, и задремал на диване, когда входная дверь отворилась. Вздрогнув, я проснулся и столкнулся взглядом с ним, входящим в дом. Он отсутствовал почти два дня.

С усталым видом он стянул с шеи галстук и провёл рукой по лицу. Его эмоции, как всегда, были скрыты за непроницаемой маской. На первый взгляд, он выглядел как обычно. Но я, научившийся за время нашего знакомства читать малейшие изменения в его выражении, заметил едва уловимые признаки раздражения: слегка покрасневшую кожу, нахмуренные брови, плотно сжатые губы. Всё это говорило о том, что он измотан до предела.

Я тут же поднялся с дивана и пошёл за ним, чтобы убрать его пиджак в шкаф.

- ...А, - простонал он, войдя в ванную. Видимо, у него сильно болела голова, потому что, снимая рубашку, он оперся рукой о раковину.

- Иди сюда, - позвал он.

- Я только..., - начал было я, пытаясь повесить пиджак на вешалку, но он нетерпеливо схватил меня за руку и притянул к себе. От него исходил характерный запах, свойственный ему после деловых встреч: смесь алкоголя, табака и разных парфюмов.

- Расстегни, - приказал он.

Я продолжил расстёгивать пуговицы на его рубашке, под которой проглядывало сильное тело. Когда я потянул рубашку вверх, он прижал меня к себе.

Он уткнулся лицом в мою шею и глубоко втянул воздух. От его горячего дыхания по моей коже пробежали мурашки.

- ...Ммм, запах твоего тела, - пробормотал он.

Я попытался отстраниться, мягко подталкивая его в сторону ванной. Но он, словно каменная глыба, не сдвинулся с места. Я чувствовал жар его тела через ладони, и от этого по моим пальцам пробегали электрические разряды.

- Иди, прими душ, - сказал я.

- Сначала я собираюсь сделать кое-что другое, - ответил он.

- ...Хаа, - вздохнул я, заметив, что его пах заметно выпирает.

- ...

- ...

- Я не думаю, что ты сможешь это вставить.

Я расстегнул его кожаный ремень и молнию на брюках. Он же, в свою очередь, стянул с меня штаны. Резинка поддалась сразу, и они сползли вниз. Моя кожа, и без того бледная из-за постоянного пребывания дома, казалась теперь почти прозрачной, с просвечивающими сквозь неё голубыми прожилками. Он прижался головкой члена к моему бедру и начал двигаться, используя меня как инструмент для удовлетворения своего желания.

Вскоре он кончил, изливая мутную жидкость на мою кожу и втирая её остатки в бедро. Затем он ушёл в душ, а я промокнул испачканное место салфеткой и принялся собирать его одежду, разбросанную возле ванной. Как обычно, я машинально сортировал вещи для химчистки, когда моё внимание привлекло что-то на его рубашке.

На плече, ближе к рукаву, виднелось красное пятно, похожее на след от мелка. Учитывая места, которые он посещал, более вероятно, что это был след от губной помады. Я поднёс рубашку к носу и вдохнул. Сквозь смесь разных парфюмов пробивался едва уловимый аромат розы.

- ...

Чтобы оставить такой след, нужно было быть к нему очень близко. С горечью я посмотрел на пятно, но тут же взял себя в руки.

Закатав рукава, я присел на корточки у балкона. Взяв кусок круглого мыла из мыльницы, я принялся тереть им испачканное место. Дорогая рубашка, которую он, как всегда, выбирал из своей коллекции брендовых вещей, безжалостно мялась под моими руками. Закончив, я бросил её в корзину для белья.

Вернувшись в комнату, я ожидал увидеть его спящим, но он протянул ко мне руку с кровати. Я лёг рядом, отвернувшись от него. Сзади раздался его тихий, расслабленный после разрядки голос.

- Повесели меня немного, я устал.

Я проигнорировал его слова.

- ...Лучше бы ты завел себе настоящую собаку, - пробормотал я.

- Она уже здесь, - ответил он, прижимаясь ко мне ещё ближе. Я почувствовал его дыхание на своей шее. С каждым его вдохом моё сердце замирало, а с выдохом снова начинало биться.

В моей голове всплыли образы двух девушек, которых я встретил в его номере в тот день, когда мы познакомились, а также разговор Ким Ми Ран и Пак Джи Гён о нём.

"Если бы это была я, то постаралась бы его захомутать. Неженатый, сексуальный, да ещё и щедрый", - сказала тогда Пак Джи Гён своим звонким голосом.

"И член у него большой", - добавила Ким Ми Ран.

Я свернулся калачиком в его объятиях. Моё настроение упало ниже плинтуса. Было такое чувство, будто он поднял меня высоко в небо, а затем сбросил вниз. Раньше я хотел, чтобы он трахался с другими, но теперь это вызывало во мне лишь отвращение.

***

Мужчина так и не вернулся на следующий день.

День был обычным, но что-то сегодня заставляло меня беспокоиться и постоянно смотреть на часы. И вот, уже за полночь, я набрал номер на своем мобильном телефоне. Раздался длинный гудок, сегодня звук казался особенно длинным. Мужчина всегда держал телефон включенным, чтобы быть доступным для клиентов. Но сегодня, из-за того что мужчина не отвечал на звонки так легко, как обычно, я ходил по дому взад и вперед, ожидая, пока гудок затихнет.

- Алло? – наконец ответила женщина. Отодвинув мобильный телефон от уха, я посмотрел на экран. Три последние цифры номера, на которые я смотрел, принадлежали без сомнения господину Чану. Прежде чем я успел что-то сказать, незнакомый голос с той стороны начал разговор.

- Господин Чан сейчас принимает душ. Как я могу помочь, если Вы позвонили...?

- Принимает душ?

Мужчина принимал душ, и вместо него разговаривал кто-то другой. Они явно находились в одном и том же пространстве, отделенные лишь дверью в ванную. Ситуацию можно было объяснить только одним способом. Перед глазами промелькнули образы плотских утех. Рука, сжимавшая телефон, напряглась.

- Алло? - раздался голос женщины, но я, словно задыхаясь, только бормотал тихим голосом.

- Нет, по-моему, я ошибся номером.

- Хорошо, ладно.

После этих слов разговор оборвался. Я потерянно посмотрел на телефон. Наконец, с трепетом опустил руку вниз. В то раннее утро, я долго не мог уснуть. Подобное беспокойство, сопровождаемое предчувствием кошмара, тяжело давило на мое тело. И как назло, сразу же после того, как я заснул, на меня нашел кошмар.

Я резко вскочил от яркого света ламп, вдыхая воздух, наполненный запахами. Холод охватил меня, как будто я был погружен в ледяную воду. Мое тело было холодным, как лед. Я дрожал, содрогаясь. Последствия оказались гораздо сильнее обычного. Казалось, иммунитет к кошмарам исчез. Моя постель была настолько чиста и уютна, пока был мужчина. Свернувшись калачиком, я с нетерпением ждал утра, мучительно переживая каждую секунду. Солнце сегодня поднималось как никогда медленно.

***

Мужчина вернулся домой только днем. Вошел прямо в комнату и сразу же начал искать меня. Я встретил его, лежа, словно тряпичная кукла. Его сдавленное дыхание обрушилось на мое лицо. Он явно был возбужден. Я лишь глубоко вздохнул.

Я потянулся к его ногам, расстегивая ремень на его талии. Молния на брюках расстегнулась, открывая вид на его боксеры.

- ...

- ...

Я уже собирался дотронуться до его внушительно вздыбившихся боксеров, но вдруг что-то заметил и остановился. Его нижняя часть тела была обтянута темно-синими боксерами, но ведь когда он уходил, на нем были другие. Конечно, этот педант мог принять душ в пентхаусе, но почему меня вдруг так зацепила эта деталь?

Он же принимал душ, всего пять часов назад. Почему же от него так противно разит алкоголем и парфюмом? Меня тошнило от этого запаха, но я все же опустился, чтобы лизнуть его пах.

Он, наслаждаясь, запрокинул голову и отдался моим ласкам, а затем, схватив меня за волосы, пригнулся. Когда он попытался поцеловать меня, я резко отвернулся. Секс - это одно, но я не хотел целовать его. Его лицо исказилось от гнева. Такого отпора он еще не встречал, и это явно его задело.

- Что за цирк? - прорычал он тоном, который ясно давал понять, что он не потерпит отказа.

- ...От тебя пахнет выпивкой, - пробормотал я, словно оправдываясь.

- А когда не пахло?

Действительно, от него почти всегда пахло алкоголем.

- Сосать можно, а целоваться нет?

Разозлившись, он впился зубами в мою нижнюю губу. Было больно, и я почувствовал привкус крови. Я невольно открыл рот, и он тут же ворвался внутрь своим языком, заполняя собой все пространство. Он жадно исследовал мое небо, а я изо всех сил старался не отвечать. Я игнорировал его язык, который пытался найти мой. Но он не сдавался и продолжал настаивать.

Господин Чан уснул, оставив свой член внутри меня. Я вытащил его, двигая бедрами. Потекла кровь, смешанная со спермой. Я смочил полотенце водой и сначала вытер себя, а затем, прополоскав его, вытер спящее тело мужчины. Я снял с него рубашку и тщательно протер его всего.

***

Он снова вернулся, пропахший парфюмом. От него исходил цветочный аромат. Что это за запах, черт возьми? Я оттолкнул его, не желая, чтобы он прикасался ко мне в таком виде, и сказал.

- Твой парфюм слишком резкий.

Его брови нахмурились, а челюсти напряглись.

- Запах парфюма?

- ...Да, пахнет розами.

- Я не пользуюсь парфюмом с цветочным ароматом.

- ...

Мое настроение упало еще ниже. Я и сам прекрасно знал, что он не пользуется такими ароматами. Он посмотрел на меня своими змеиными глазами и тихо добавил.

- Кстати, кажется, от новой кэдди тоже пахло чем-то подобным.

Неужели та женщина, которая ответила на звонок, была кэдди? Я сжал губы, и он, словно что-то поняв, усмехнулся. Тревога холодной змеей скользнула в мою грудь.

- Так вот почему ты тогда так дулся.

Его лицо светилось торжеством, как у завоевателя, водрузившего знамя на вершину покоренной горы. Он провел кончиком носа по моей шее. Я содрогнулся от отвращения, словно по мне ползло насекомое.

- Ты же сам говорил, что хочешь быть любовницей, так к чему эта ревность, как у законной жены?

Он поцеловал меня в уголок глаза. Я покраснел до кончиков ушей, моментально разоблаченный, и поспешил оправдаться.

- Это недоразумение. Мне все равно, с кем и чем ты занимаешься, это не мое дело...

Его взгляд заметно похолодел. Интуиция подсказывала, что лучше замолчать.

- С кем и чем я занимаюсь?

Я молчал, и он повторил вопрос.

- Трахаюсь?

- ...

Он постучал пальцем по своему лбу и сказал.

- Трахаться весело. А с двумя девушками и одним парнем было бы еще веселее.

- Ты же никогда не был с мужчинами.

Именно это сказал тот мерзкий Ким Са Джанг. Он удивился, узнав, что у генерального директора Чана есть влечение к мужчинам.

- Верно. Меня никогда не интересовали те, у кого то же самое, что и у меня.

- Но кто знает…, - добавил он, заставив меня насторожиться.

Что он имеет в виду? Я сглотнул.

- У тебя такое белое лицо. Может, найдется тот, кто с таким же лицом ангелочка будет проклинать меня и желать мне смерти, кто знает…

Мужчина, сидя на туалетном столике, прижался лицом к моей ключице. Я оттолкнул его грудь. Он легко отстранился, что было для него необычно, и посмотрел в зеркало, поправляя волосы. Он явно пытался показать, насколько он спокоен в этой ситуации. В отличие от него, меня трясло от каждого его слова и жеста.

- Знаешь, я сейчас так занят зарабатыванием денег на твою жизнь, что у меня нет времени даже на секс.

- ...На твоей рубашке была помада.

Я должен был сказать, что мне все равно, правда это или нет. Но в пылу гнева я выпалил это. Его челюсть дернулась, а затем он сказал, как будто что-то вспомнил.

- Мы столкнулись в коридоре, наверное, тогда и испачкалась.

Я прищурился, не зная, верить ему или нет. Говорит ли он правду? Но почему тогда эта кэдди ответила на звонок, когда он принимал душ?

- Кэдди ответила на телефон...

- Да? - он с интересом посмотрел на меня.

- Она сказала, что Вы перезвоните позже, потому что принимаете душ.

Он рассмеялся, словно это было что-то невероятно забавное.

- Эта кэдди случайно опрокинула бутылку с алкоголем, и мои брюки промокли насквозь. В тот момент в комнате было еще пять или шесть человек, включая Ким Ми Ран и Пак Джи Гён.

Я был в замешательстве. Я сжал руки в кулаки, и тут услышал, как он зовет меня: "Со Ё Вон". Его голос был мягким, словно он уговаривал ребенка.

- Прежде чем ты действительно пойдешь и сделаешь это, скажи мне честно...

- ...

- Что ты будешь делать, если я буду трахаться с кем-то еще?

Я посмотрел на угол туалетного столика. Он был острым и резким, как и сам мужчина. Я крепко сжал его.

- Ты хочешь, чтобы я спал с другими, целовал их и все такое?

- ...Нет, - я слегка покачал головой.

- Почему?

Я замялся, не зная, что ответить на этот вопрос.

- ...Потому что мне это не нравится.

- Почему не нравится?

Неужели для неприязни нужна причина? Просто неприятно. От одной мысли о том, что он может быть с кем-то другим, мне становилось тяжело дышать. Эти образы мучили меня, и я хотел, чтобы они скорее исчезли из моей головы.

В то же время я понимал, насколько абсурдны мои чувства. Я ревновал к человеку, которого даже не знал. Более того, он даже не изменял мне. Ведь мы не были парой, как другие.

- А я думал, ты еще ребенок, а ты уже научился ревновать, - усмехнулся он.

- ...

Я не ответил и отвернулся, когда он попытался поцеловать меня. Он тихо засмеялся и лизнул мою щеку.

- Со Ё Вон.

- ...Да.

- Скажи, что ты мой.

- ...

Я сжал губы, пытаясь сдержать рвущееся наружу дыхание. Его взгляд стал жестким. Он начал давить на меня, как на своих клиентов.

- Что ты будешь делать, если я снова исчезну без следа?

Кровь отхлынула от моего лица. Что я буду делать, если он снова исчезнет? ...Я даже не хотел думать об этом.

- Не говорите так, - прошептал я, обмякнув в его объятиях. Моя спина, которая еще недавно была прямой, согнулась, словно проволока.

- Генеральный директор..., - мой голос дрожал.

Его рука, обнимавшая меня за затылок, сжалась сильнее.

- Расскажи мне, каким беспомощным ты был без меня.

Этой ночью я был не просто беспомощным, а скорее похожим на неодушевленный предмет. Я существовал, но во мне не было ни жизни, ни энергии.

- Я почти не ел и не спал.

- И тебя мучили кошмары?

Я кивнул, и он театрально вздохнул. Его губы изображали сочувствие, но глаза смеялись. Словно он все знал. И конечно же, он знал. Все мои действия и мысли доходили до него. Он наслаждался тем, что его отсутствие принесло мне столько страданий, и спросил снова.

- Что ты делал, когда тебе было страшно?

- Я ждал, пока наступит утро.

Я обнимал подушку, дрожа от страха. Прислушивался к каждому шороху, боясь, что он вернется. На самом деле, я ждал не столько утра, сколько его. Это было горькое осознание. Глядя на его торжествующую улыбку, я решил, что никогда не признаюсь ему в этом. Я должен быть тверд.

- И это в свои двадцать три? Ведешь себя как ребенок, который описался во сне.

- ...

- Ты же без меня ничего не можешь.

Он ласкал мои уши, как влюбленный мужчина шепчет нежности своей возлюбленной. Его большой палец нежно поглаживал мочку уха, а голос был мягким и вкрадчивым.

- Ты не можешь нормально ни есть, ни спать, ни трахаться.

Его слова были оскорбительны, но, к сожалению, правдивы. Без него я был ни на что не способен. Просто живой труп. Я медленно повернул голову и встретился с ним взглядом. И признался.

- ...Я твой.

- Правда? - он улыбнулся, задействовав все мышцы лица, выражая свое удовольствие.

Я слабо кивнул. Он погладил меня по щеке, словно умного щенка, которого нужно поощрить. Его губы плотно прижались к моему лбу.

- Тогда тебе и ревновать положено.

Он рассмеялся, довольный собой. Я тихонько вздохнул, опустив лицо в его руки. Неужели это была всего лишь глупая ревность? Куда он клонит? Это ужасно. Я погрузился в уныние, словно в темную вуаль, и сжал губы.

***

Обычно генеральный директор Чан был особенно невыносим по утрам, когда ему нужно было идти на работу, но сегодня он был в приподнятом настроении. Конечно, это не было написано у него на лбу. Просто я научился читать его эмоции по мельчайшим изменениям в выражении его лица, даже по форме бровей.

Его руки, завязывающие галстук перед зеркалом, двигались с большей уверенностью, чем обычно, а волосы он поправлял с особой тщательностью.

Мое уныние усилилось. От воспоминаний о вчерашнем вечере меня бросало в жар, и я старался не смотреть на него. Но если я притворюсь спящим, как раньше, кто знает, куда он потянется в следующий раз. К моим ушам? Или между моих ног...?

- ...

- ....!

Я сидел на кровати, прикрывшись простыней, прижавшись к изголовью. Вдруг мой взгляд встретился с его отражением в зеркале.

Не желая делить с ним этот взгляд, я резко отвернулся. Он тихо рассмеялся, насмехаясь надо мной. От этого издевательского смеха мои уши, которые он только что ласкал, вспыхнули жаром. По спине побежали мурашки, а позвоночник пронзила дрожь. Мне хотелось провалиться сквозь землю, и я накрылся одеялом с головой.

Я услышал, как он вышел из комнаты, а затем хлопнула входная дверь. Только тогда я смог вздохнуть свободно. Я ударился лбом об изголовье кровати.

Этот незнакомый цветочный аромат, помада на его рубашке, другие боксеры - все это сбивало меня с толку. Меня преследовали мрачные мысли. И чем дольше я оставался один, тем сильнее они становились.

...Генеральный директор Чан, предлагающий спонсорство кому-то другому. Его большое тело, нависающее над раздвинутыми ногами другой женщины. Его пугающее лицо, требующее большего разврата...

Чем дольше я думал об этом, тем сильнее становились мои отвратительные чувства.

И все это оказалось просто моим недоразумением.

Мало того, что я испытывал эти ужасные эмоции к человеку, которого даже не знал, из-за господина Чана, так он еще и узнал об этом. Мне было так стыдно, что я сжал простыню в кулаке и скрутил ее. Я просто хотел умереть.

***

Когда он вернулся с работы, то за ужином протянул мне что-то. Это была маленькая белая коробочка. Внутри лежал новенький телефон. Что это? Он ответил на мой вопросительный взгляд.

- Чтобы ты был на связи, а то неудобно.

Я подумал, что мне не с кем общаться, ведь я сижу дома, но просто кивнул. Я достал из коробки телефон последней модели, который казался мне незнакомым, ведь я так давно не держал в руках ничего подобного, и обнаружил внутри еще кое-что. Пластиковую карточку. Я уже видел такую в ресторане.

- Что это?

Его губы произнесли неожиданные слова.

- Ты же хотел вернуться в университет.

- ...Да.

Я удивленно заморгал, а он спокойно продолжил.

- На занятия и с занятий будешь ездить только на моей машине.

- ...

- Расписанием будет заниматься мой сотрудник, так что будь в курсе.

Сначала я не мог осознать смысл его слов, но потом, медленно обдумывая их, понял. Он позволит мне вернуться в университет? Почему вдруг...? Несколько дней назад он был непреклонен, и я не мог понять, что заставило его так резко изменить свое решение. Он всегда был своевольным, но это означало, что он давал мне некоторую свободу. Что же его подтолкнуло к этому выбору? Я не знал ответа, но в любом случае, это была отличная новость.

- На всякий случай предупреждаю...

- ...

Я долго вертел карточку в руках. Может быть, он хотел отдать ее мне в тот день, когда я попросил его не вмешиваться в мои дела? В моей голове промелькнула мысль о том, насколько плохо мы понимаем друг друга.

- Если ты будешь вести себя как сучка в течке, то пожалеешь, что вообще заикнулся об учебе. Так что будь умницей.

Чан Ки Джу. Я провел пальцем по его имени, выгравированному на карточке, а затем перевернул ее. На серебряной полосе красовалась его подпись - лаконичная и сильная. Пока я рассматривал карточку, он отдал приказ.

- Отвечай.

Я поднял голову. Его взгляд, как всегда, был острым. Я растянул губы в улыбке, выражая свою благодарность.

- ...Спасибо.

Вилка и нож в его большой руке медленно опустились на тарелку.

Он смотрел на меня странным взглядом. Он словно облизывал мои полуприкрытые от улыбки глаза, мои, вероятно, слегка приподнятые скулы и мои растянутые в улыбке губы. Его взгляд был влажным и горячим.

- ...Что такое?

Я хотел, чтобы он перестал на меня так смотреть. Особенно таким взглядом. Он ничего не ответил на мой вопрос. Он просто провел языком по нижней губе, словно хотел пить, а затем отложил вилку и нож и потянулся к бокалу с водой.

Глоток, еще глоток.

Я прикусил нижнюю губу, наблюдая, как он утоляет жажду. Мои глаза, скулы и губы, которые он так жадно разглядывал, горели. Я покраснел, словно меня отхлестали по щекам, и еще долго оставался под его пристальным, настойчивым взглядом.

***

На следующий день я подал заявление о восстановлении в университете. Спустя почти два года он почти не изменился. Все лица, мелькавшие вокруг, были мне незнакомы, и я ощущал странное сочетание привычного и чужого.

На пути домой после завершения деловых вопросов. Остановив взгляд на зданиях за окном, я заметил универмаг и попросил водителя сделать остановку. Служащий встретил меня через зеркало.

- Я буду ждать вас впереди.

- Хорошо.

Я вошел в роскошный магазин, ослепленный блеском украшений. Подойдя к стенду с кольцами, меня остановил продавец.

- Что Вы хотите найти?

- Я смотрю кольца.

Я оглядел кольца на полке. Среди слишком ярких драгоценностей я выбрал более сдержанное дизайн. Обратив внимание на одно из них, я спросил у продавца цену.

- Это 1 карат, и цена хорошая. Четыреста восемьдесят.

- Ого, – только и смог вымолвить я, пораженный стоимостью. Мысленно я представил это кольцо на сильном, длинном пальце мужчины. Картина получилась гармоничной, но… я вспомнил, что на его руке уже красуется другое кольцо, изысканное и дорогое. Нужно ли еще одно?

Долго я стоял перед витриной, размышляя. В итоге, покинул магазин с небольшим пакетом в руке.

На следующий день, застав директора Чана у выхода, я сообщил, что у меня для него подарок. Он удивленно приподнял брови. Я протянул ему пакет, который заботливо упаковала сотрудница универмага. Он задумчиво осмотрел его, затем неспешно развернул бумагу.

Внутри лежал зажим для галстука, размером с мизинец.

- С чего вдруг такая щедрость, господин Со Ё Вон?

- Это за счет компании, – уклончиво ответил я.

Он, казалось, остался доволен.

- Позвольте, я помогу, – предложил я, извлекая зажим из футляра и приближаясь к его галстуку. Я старался закрепить его ровно, но получилось немного неловко. Взгляд директора был прикован ко мне. Мне не хотелось показаться неумехой, но попытки исправить ситуацию оказались тщетны. Слегка смущенный, я отступил.

- Первый раз делаю такое, поэтому получилось не очень.

Впрочем, судя по его реакции, подарок пришелся ему по вкусу. Я позволил себе легкую улыбку.

- Это в ответ на кольцо.

- Неплохо.

Произнеся это, мужчина вновь замолчал, его взгляд устремился куда-то поверх моего плеча. Я проследил за направлением его глаз, но ничего особенного не обнаружил. Повернувшись обратно, я встретил пристальный взгляд, в котором читалась непонятная мне эмоция.

- ...

- ...Хорошего Вам дня.

Слова вырвались неловким шепотом. Я смотрел на свои ноги, переминаясь с пятки на носок, как вдруг сильные руки притянули меня к широкой груди. Я оказался в ловушке, словно маленький зверек, застигнутый врасплох.

- А кто-то, между прочим, едет в "Роял", чтобы заработать на жизнь господину Со Ё Вону.

- ...

- И ты собираешься вот так безмятежно стоять здесь?

Что я мог поделать, если не безмятежно стоять? В поисках ответа я поднял глаза на мужчину, и он, растянув губы в усмешке, произнес.

- Ведь без меня ты все равно будешь просто смотреть на дверь.

Он говорил так, словно знал все наперед. Эта странная уверенность заставила меня всмотреться в его лицо, на котором играла насмешливая улыбка. Внезапно в памяти всплыло изображение с камеры видеонаблюдения, установленной в моей комнате. Тот день, когда я ждал его возвращения. Он ворвался утром, возбужденный и нетерпеливый, словно одержимый…

Значит, он все это время знал… Отчаяние заставило меня зажмуриться.

- Не пойдешь со мной?

Этот вопрос, брошенный мне в лицо, заставил открыть глаза. Все мое поле зрения занимало его лицо. Если он направлялся в тот самый гольф-клуб… место, где я пережил столько унижений… Воспоминания о прошлом заставили меня колебаться, но в итоге я согласился. Потому что хотел быть рядом с ним.

***

Дорога к гольф-клубу казалась знакомой и чужой одновременно. Услышав голос за спиной, я повернулся к генеральному директору Чану.

- Думал, ты ненавидишь "Роял".

Я моргнул, затем неуверенно произнес.

- ...Я ненавидел гольф-клуб из-за Вас.

Его губы заметно сжались. Я украдкой наблюдал за его реакцией, затем мой взгляд упал на зеркало заднего вида. Там я увидел лицо водителя, того самого, что когда-то передал мне визитку директора Чана. Он смотрел на меня с нескрываемым ужасом, словно не мог поверить, что я способен на такие слова.

Я вновь устремил взгляд в окно, на бесконечную серую ленту дороги, в конце которой виднелось здание, которое, как я думал, больше никогда не увижу. Затем я перевел взгляд на мужчину. Его брови все еще были нахмурены.

Украдкой, чтобы не заметил водитель, я положил свою руку поверх его руки. Хотя кольцо было только на моем пальце, из-за шрама казалось, что мы оба носим обручальные кольца. Осознав это, я тихо рассмеялся, и мужчина, не понимая причины, спросил, почему я смеюсь.

<Конец первой части. Во второй части нас ждет повествование от лица генерального директора Чана.>

Глава 72

Пролог

Соприкасающиеся тела пульсировали в едином ритме.

… Снова начинается.

Мужчина поднялся с постели и зажег лампу. Когда мрак рассеялся, он, опираясь на локоть, посмотрел на лежащего рядом.

- ...

На белой щеке, обрамленной пушистыми волосками, мерцали оранжевые отблески. Длинные ресницы отбрасывали тени на кожу под глазами, а на переносице залегла едва заметная морщинка. Слегка приоткрытые губы испускали прерывистые вздохи.

- Ха... ах... а...

Белые руки, сжимавшие простыню, были напряжены, и на их тыльной стороне проступили тонкие голубые вены.

Мужчина откинул простыню, которой был укрыт Ё Вон. Взгляд приковали к себе длинные белые ноги. Мужчина просунул руку между плотно сжатыми бедрами. Внутри было влажно, волосы на лобке были такими же мягкими. От медленных ласкающих движений тянулись липкие нити.

Двадцать три. Возраст, когда юношеские сны уже должны были уступить место реальности.

Пальцы мужчины скользнули глубже, и…

- А… ах…

Из приоткрытых губ Ё Вона вырвался тихий стон. Его тело напряглось, и этот звук заставил мужчину сглотнуть.

Длинные пальцы Ё Вона, словно ища что-то, скребли простыню. Словно когти, они цеплялись за ткань. Он искал его. Глядя на это, глаза мужчины сверкнули холодным блеском. Черные, как бездна, они светились безумным восторгом.

Мужчина улыбался, глядя на Ё Вона, который корчился в муках кошмара. Сколько же усилий он потратил, чтобы заполучить его. И как же прекрасно, что он оправдывает все его ожидания.

В его памяти всплыли картины прошлого, связанные с тем, как он добивался Ё Вона.

***

Мужчину, которого все называли генеральным директором Чаном, на самом деле звали Чан Ки Джу. История его имени была столь же неприглядной, как и его происхождение.

Когда его, брошенного у ворот приюта, подобрала директриса, у него не было даже имени. Директриса не отличалась сентиментальностью и не стала утруждать себя поисками подходящего имени. Рядом валялась записка с надписью "Органы на продажу" (на корейском это так и произносится чан ки джу), и эти слова стали его именем.

В двенадцать лет он узнал правду о своем имени от мальчика, с которым делил комнату в приюте. Тот подсмотрел записи в журнале и разболтал всем.

Имя отражало его происхождение. Это было клеймо, но гордость не позволяла ему сменить его. Поэтому он предпочел, чтобы его называли "генеральный директор Чан". Фамилия напоминала о его прошлом, но титул он заработал сам.

Он сам построил свой замок и стал его хозяином.

***

Когда он сообщал о новом "товаре", жадные до удовольствий богачи слетались, как мухи на мед. Место, где царили разврат и беззаконие. Где те, у кого было слишком много денег и свободного времени, могли утолить свою скуку. Это место называлось "Роял".

- Если продукт высокого качества, он должен быть безупречен на вкус. А? Товар генерального директора Чана - это не какая-то дешевка, прикрытая красивой оберткой. Это совсем другой уровень.

В последнее время товар только с виду хорош, а на деле - пустышка.

- Генеральный директор Чан, слышал, ты недавно переманил клиентов из K.O? У тебя талант к этому делу.

Их интересовали только деньги и то, что он мог им предложить. Они всегда доводили его до полного изнеможения.

И этот день не был исключением. Покинув комнату 420, которую использовали для приема клиентов, мужчина смешал алкоголь с наркотиками, чтобы снять усталость.

- ...Хмм.

Он чувствовал, как наркотик распространяется по его венам, и выбрал себе подходящего партнера для удовлетворения своих потребностей. В этом акте не было никакой страсти. Просто взять и отпустить. Заплатить и забыть. И все. Его жизнь была похожа на бег белки в колесе.

Он думал, что и этот год пройдет так же скучно и однообразно, как и предыдущие, но…

- Я пришел забрать белье.

Раздался звонок в дверь. Накинув халат, мужчина вышел и увидел перед собой стройную фигуру. Он прищурился. Сначала ему показалось, что это галлюцинации от вчерашних наркотиков. На белом, как мел, лице кто-то словно тонкой кистью нарисовал изящные черты. Узкие глаза, прямой нос с легкой горбинкой, губы, будто налитые кровью. Из-под тонких волос виднелись уши с пушком на мочках.

Увидев этого работника, мужчина сразу понял, что это тот самый парень, о котором говорил Ли Джин Сок.

"Скоро к нам поступит новый сотрудник, подобранный специально под ваши вкусы. Я лично этим занимался."

Мужчина вновь оглядел новичка с головы до ног. Стройное тело, облаченное в униформу, казалось крепким и выносливым.

- Прошу прощения. Я сейчас все уберу и уйду.

…И еще… Соски, отчетливо выделяющиеся под тканью футболки, привлекли его внимание. Они были бледно-розового цвета, как ногти, и казались еще светлее на фоне бледной кожи. В его глазах загорелся непристойный интерес, а на губах заиграла ухмылка. Его возбуждала мысль о том, что под этой невинной внешностью скрывается опытный любовник. Интересно, насколько бледно-розовыми окажутся его соски… Мужчина облизнулся, как будто перед ним было аппетитное блюдо. Он давно не испытывал такого желания.

***

- За каждую выпитую рюмку - спичка.

Новичок с трудом проглатывал рюмку за рюмкой горькой жидкости. Его бледное лицо исказилось от боли. Он выглядел так, будто вот-вот умрет, но упорно продолжал пить, пока не потерял сознание. Он держался за стол, пытаясь удержать равновесие, но так и не допил бутылку до конца.

Длинное, стройное тело рухнуло на ковер.

Мужчина с удовольствием наблюдал за его мучениями, а затем, цокнув языком, поднял его на руки.

Он поднялся на лифте в свою комнату и уложил бесчувственное тело на кровать. Бледные щеки покраснели, словно от пощечины. Шея под ушами тоже была красной, как будто ее сдавливали. Он лежал так тихо, что можно было подумать, что он умер, но грудь равномерно поднималась и опускалась, свидетельствуя о том, что он дышит.

Мужчина снова цокнул языком и, оставив новичка на кровати, вызвал другого сотрудника и приказал ему найти его удостоверение личности.

- Вот оно.

Мужчина взял протянутое ему удостоверение и внимательно его изучил. Фотография и надпись с именем выглядели дешево и неаккуратно. Любой, кто хоть немного разбирается в таких вещах, сразу понял бы, что это подделка. Покрутив удостоверение в руках, мужчина позвонил Ким Чжун Доку.

- Да, генеральный директор. Я Вас слушаю.

- Проверь личность. Имя Со Су Вон, номер социального страхования…

Ему ответили, что сейчас проверят информацию и попросили подождать. Вскоре Ким Чжун Док перезвонил.

- Генеральный директор, я проверил номер социального страхования. Такой личности не существует.

Не существует? Но на удостоверении была фотография того парня, который без страха выпил весь предложенный им алкоголь и сейчас лежит без сознания на его кровати.

- Нужно что-то еще узнать?

Мужчина промычал что-то невнятное и ответил, что пока не нужно, затем повесил трубку. Бросив телефон на стол, он снова взглянул на удостоверение. Неестественное выражение лица, напряженная шея, одежда, которая сидела как-то странно, словно была чужой - все указывало на то, что фотографию сделали в спешке.

Мужчина поднялся с дивана, сжимая удостоверение в руке. Его тень, растянувшаяся на полу, внезапно увеличилась. Тяжелые, как у зверя, шаги медленно приближались к кровати.

Посреди кровати, белое, как простыня тело, лежало без движения. Взгляд мужчины скользнул по нему, от лица к груди. Он задержался на выступающих ключицах, упругой груди и бледно-розовых сосках, которые просвечивали сквозь тонкую ткань.

Мужчина провел острым краем удостоверения по щеке спящего. Медленно и настойчиво, с явным сексуальным подтекстом. Когда край карточки коснулся мочки уха…

- ...

- ...Ах...

Новичок слегка вздрогнул. Его губы приоткрылись в тихом стоне, и мужчине захотелось впиться в них своими губами. Но он сдержался. Если он сделает это сейчас, то потеряет интерес к основной игре. Так всегда бывало. Он так давно не видел такого привлекательного тела, что решил насладиться им в полной мере.

Мужчина сел на диван и закурил, ожидая, пока новичок проснется. За окном барабанил дождь. Глядя на капли, стекающие по стеклу, мужчина растянул губы в улыбке. Он подумал, что вид из окна довольно живописный, и достал новую сигарету.

- ...

- А... ах...

Когда он тушил окурок в пепельнице, с кровати раздался тихий стон, похожий на жалобный писк зверька. Мужчина сцепил пальцы и уставился на искаженное болью лицо. Он откинулся на спинку дивана, наслаждаясь ожиданием.

Комнату залил тусклый свет раннего утра. Новичок проснулся и с отсутствующим взглядом осмотрелся. Его затуманенный взгляд остановился на мужчине, и его глаза мгновенно расширились.

Новичок резко сел на кровати. Мужчина, который все это время сидел в стороне и курил, предложил ему сделку.

- Условия просты. Ты будешь развлекать меня, а я помогу тебе сбежать и заплачу тебе достаточно денег, чтобы ты мог играть и есть до конца своих дней.

Новичок смотрел на него с испуганным выражением лица, его ресницы дрожали. Если бы на месте мужчины был кто-то другой, то он подумал бы, что новичок просто напуган. Но мужчина отчетливо видел, как в его глазах блеснул огонек.

Он ощутил странное волнение. Сколько же ему лет? С таким лицом, словно только вчера снял школьную форму. В его наивном взгляде читалась лишь горечь вчерашнего выпитого алкоголя, но где-то в глубине светлых глаз тлела настороженность.

Вчерашний вечер внушал надежду, что новичок с легкостью примет его предложение. Однако, покидая сейчас комнату, мужчина передумал. Возможно, он ошибся в своих расчетах. И, как оказалось, новичок, скрывающийся под именем Со Су Вон, не спешил соглашаться.

Такой поворот событий лишь подогревал интерес мужчины. Притворно опущенные глаза, слегка поджатые губы, упругие соски, напрягающие ткань униформы - всё это, казалось, было намеренной игрой на его чувствах.

Мужчина ждал, когда новичок сам приползет к его ногам. А пока он не скучал, выбирая временные утешения. Закончив очередной акт, он вышел на террасу в одном халате и закурил. Несколько дней он утолял свою похоть, словно одержимый, но желание не утихало. Оно копилось внутри, превращаясь в жгучую, почти хищную потребность. Рядом на столе пепельница наполнялась окурками, дотлевающими до самого фильтра - свидетельство его одержимости.

Затянувшись сигаретой, он медленно выдохнул дым. Эта струйка белого дыма напомнила ему о бледном лице новичка. Мужчина прикрыл глаза, ощущая, как жар разливается по его телу. Перед внутренним взором вновь возникли настороженные глаза, скрывающиеся под опущенными ресницами.

Раскрыв глаза, он понял, что ему нужно. Его тело, словно накачанное афродизиаком, требовало одного - новичка.

Вернувшись в комнату, он схватил телефон и набрал номер Ким Чжун Дока.

***

Всё всегда шло по его плану, и этот раз не стал исключением.

Мужчина наблюдал, как новичок опускается между его бедер и обхватывает губами его возбужденный член. Он ожидал, что там будет тесно, но не настолько.

- ...Ммм...

Белое лицо новичка исказилось, когда он взял член в рот. Глаза покраснели, и по щекам потекли слезы, а из приоткрытых губ капала слюна. Это было даже интереснее, чем он ожидал. Мужчина, уставший от скуки и однообразия, наконец-то улыбнулся.

Его взгляд скользил по лицу новичка, изучая каждую черту. Какое странное впечатление производит это лицо, подумал он.

Глаза под длинными ресницами были мягкими и нежными, а изящный нос придавал ему утонченность. Ярко-красные губы, как бы широко они ни раскрывались, не могли вместить его целиком.

Обнаженное тело оказалось удивительно гармоничным. Вот что значит спортивная фигура. Тонкая талия, которую можно было обхватить одной рукой, и стройные, но мускулистые бедра и ягодицы. Он вызывал вожделение во всех отношениях.

Изначально неподатливое тело новичка после нескольких ласк стало податливым и мягким. Мужчина, полностью погрузившись в него, запрокинул голову и издал стон удовлетворения. Он ещё никогда не испытывал такой нежности и наслаждения.

Сжав его икры в своих руках и закинув их себе на плечи, он двигался глубже, проникая в самые потаённые глубины. Стройное тело новичка радовало не только тело, но и взор. А ещё от него исходил тонкий, сладковатый аромат, усиливающийся от пота. Он и раньше догадывался, что новичок будет вкусен, но реальность превзошла все ожидания.

Мужчине нравилось, уткнувшись носом в его шею и брать его сзади. Разводя белые ягодицы и входя в него, он чувствовал, как внутренние стенки сжимаются вокруг него, словно пытаясь удержать. Мужчина прижимал его лицо к простыне своей огромной ладонью, желая изуродовать это белое, как мука, лицо. Он тяжело дышал, слушая сдавленные стоны новичка. Он не помнил, когда в последний раз испытывал такое блаженство.

Даже той холодной зимой, когда он, продрогший до костей, впервые попробовал наркотики, чтобы согреться, он не ощущал ничего подобного.

Он наслаждался телом новичка. Сжимая его шею, он чувствовал, как под его пальцами бьётся жилка, напоминая о хрупкости жизни. Чем быстрее билось его сердце, тем сильнее становился его запах. Мужчина жадно вдыхал его, словно пытаясь насытиться.

***

В последнее время его мысли занимал лишь один вопрос: как приручить новичка, скрывающегося под именем Со Су Вон. Белое лицо улыбалось ему. Глаза превращались в полумесяцы, а на щеках появлялись ямочки. Красные, пухлые губы растягивались в улыбке.

Глядя на него, мужчина чувствовал, как пересыхает в горле. Его мучила необъяснимая жажда. Он облизывал сухие губы и осушал бокал за бокалом, но жажда не проходила, оставляя неприятное ощущение в горле.

Он вертел в руках часы, которые новичок просил подарить ему. Одно воспоминание о том, как он, склонив голову, просил об этом подарке, вызывало прилив крови к паху. Ему хотелось надеть эти часы ему на ногу, словно оковы, но пока он решил ограничиться запястьем, предварительно раздев его догола.

С этими мыслями он вызвал его к себе. Как же её звали... Ах да, Ли Хе Вон. Новичок столкнулся с ней в дверях, и поднос с бутылками полетел на пол, разлетаясь на осколки.

И тут всё пошло не по плану.

Новичок оттолкнул Ли Хе Вон и сам встал на четвереньки, собирая осколки. Мужчина наблюдал за ним, сжав челюсти. Какая дерзость! Ему хотелось схватить его за лодыжку и оттащить на кровать.

Он и так был не в духе. Он приготовил подарок в знак признательности, а новичок всё время ускользал от него.

- Кто тебе позволил ползать на коленях?

Новичок встал перед ним, словно провинившийся ребёнок. Глядя на его испуганное лицо, мужчина вдруг усмехнулся. У него такие длинные ноги и стройная фигура, что ему наверняка подошла бы юбка. Было бы забавно посмотреть, как он ползает на четвереньках в юбке.

- Похоже, вы хорошо знакомы?

- ...Нет.

Эта женщина часто появлялась рядом с ним последнее время, и он запомнил её имя. Но новичок, словно прочитав его мысли, покачал головой. Мужчина пристально смотрел на его дерзкое лицо, а затем протянул ему часы. Но даже получив желаемое, новичок не изменился в лице. Ни тени той дежурной улыбки, которая должна быть привычной для всех сотрудников. Он лишь скользнул по нему взглядом, словно оценивая ситуацию. Мужчина ощутил, как внутри него закипает злость, подобно свернувшейся кольцами змее.

Он платил ему, и новичок должен был пресмыкаться перед ним. Но в его взгляде иногда проскальзывало что-то другое. И это мужчине очень не нравилось. Что он скрывает под этой белой маской? С каждым днём сомнений становилось всё больше.

И тут один из сотрудников, наблюдавших за новичком, сообщил неожиданную новость.

- Генеральный директор.

Мужчина жестом приказал ему продолжать.

- Он ищет транспорт.

Мужчина не сразу понял, о чём речь. Транспорт? Так вот что он задумал... Из его губ вырвался холодный воздух. Чтобы выбраться из этого уединённого места, нужен транспорт.

- Позови Ли Хе Вон.

- Хорошо, генеральный директор.

Через несколько минут в дверь его комнаты постучали. Мужчина разрешил войти, и сотрудник открыл дверь. В комнату вошла Ли Хе Вон, стуча каблуками по полу.

- Здравствуйте, генеральный директор. Слышала, Вы меня звали.

Мужчина, глядя на её мягкую улыбку, закурил сигарету.

- Говорят, ты близка с Со Су Воном.

Ли Хе Вон без колебаний подтвердила его слова. Мужчина почувствовал странное раздражение. Он провел рукой по лбу, словно пытаясь отогнать это чувство, и спросил.

- Ну и как он? Хорошо к тебе относится?

- Да, очень хорошо.

Мужчина внимательно наблюдал за ней. Если Со Су Вон, или точнее Со Ё Вон, действительно задумал побег, то он скорее всего обратится к ней за помощью. Он уже наверняка понял, что обращаться к Ли Джин Соку с просьбой о помощи после истории с поддельным удостоверением опасно.

- У меня есть для тебя одно поручение.

- Какое поручение...?

Мужчина, затягиваясь сигаретой, продолжил говорить. Из его губ вместе с дымом вылетело имя - Со Су Вон. Со Су Вон… Красивое имя, но оно как-то не вязалось с его миловидным личиком. Впервые за долгое время мужчину, который до этого интересовался лишь его телом, посетила новая мысль: как же его зовут на самом деле?

Он вызвал другого сотрудника и поручил ему провести расследование.

Ровно через два дня он услышал от него не Со Су Вон, а три других слога. Мужчина произнёс их вслух. Со Ё Вон. Да, именно Со Ё Вон - это имя идеально подходило к его облику.

***

Его напряжённое лицо и нервные жесты заставляли мужчину всё больше сомневаться. Он чувствовал, что тот что-то скрывает, и эта наигранная улыбка лишь раздражала его.

Он одевал его в дорогие вещи, кормил изысканными блюдами, выполнял любую его прихоть. Мужчина понимал, что отдает гораздо больше, чем получает. Он, привыкший всё просчитывать, впервые столкнулся с такой ситуацией. Но он ничего не мог с собой поделать.

Желание овладевало им, заставляя снова и снова искать близости с Со Ё Воном. Но с каждым разом жажда только усиливалась. Он словно терял рассудок, утопая в пучине страсти. Его язык пересыхал, тело горело.

Он, человек железной воли, который даже наркотики употреблял с перерывами, чтобы не подсесть, терял контроль над собой. Он понимал, что эта игра не стоит свеч, но не мог остановиться.

И вот теперь он узнал, что всё это время его ангельское личико скрывало совсем другие мысли. Напряжение, которое он ощущал в его теле и взгляде, теперь обрело объяснение, и мужчина больше не мог сдерживать своё раздражение.

Он решил запугать его.

Сняв с пальца кольцо, которое он носил с тех пор, как открыл свой бизнес, он пригрозил ему. - Если ты сбежишь, я отрежу тебе палец. Это мой метод воспитания.

Но как повёл себя Со Ё Вон? Даже получив два шанса, он продолжал упрямиться, уткнувшись лицом ему в пах. Он предал его доверие, которое он впервые оказал кому-то.

И тут от Ли Хе Вон пришли новости.

- Он попросил меня сегодня принести ему еду в номер.

Она положила на стол перед мужчиной несколько купюр. Его прищуренные глаза пробежались по цифрам. В ушах эхом отдавался голос Со Ё Вона, просившего найти транспорт. Мужчина на мгновение закрыл глаза, пытаясь унять бурю эмоций. Его тело пылало, но разум оставался холодным. Он постукивал пальцами по виску, пытаясь придумать, как поступить.

- Ли Хе Вон, делай всё, что он попросит.

Ли Хе Вон покорно согласилась. Мужчина вручил ей деньги. Когда звук её каблуков стих, он остался один и сжал в руке оставленные ею купюры. Он намекнул, что отрежет ему палец, если тот сбежит. Со Су Вон, а точнее Со Ё Вон, был умён и должен был понять его. Но всё пошло не так. Мужчину охватила ярость, ему хотелось задушить этого красивого глупца. Только так он мог утолить свою жажду мести. Он представлял, как сжимает его шею и кончает ему в горло. Со Ё Вон выполнил свой долг, подарив ему несколько мгновений наслаждения.

Пока его разум терзали эти жестокие мысли, раздался стук в дверь. Со Ё Вон сам пришёл к нему. Он пытался изобразить улыбку, но его шея была напряжена, и мужчина внутренне усмехнулся. Глядя на него, предлагающего ему наркотики, мужчина хотел схватить его за горло и сломать ему шею.

Он решил дать ему последний шанс. Если после принятия наркотиков он проснётся рядом с ним, обмякший, как тряпичная кукла, он простит его.

С этой мыслью он принял из его рук наркотик и проглотил его. Всю ночь он провёл в его объятиях, а проснувшись на рассвете, обнаружил, что кровать пуста. Простыни уже остыли.

Он произнёс ледяным тоном.

- Найдите его.

Он думал, что поиски не займут много времени. Но всё пошло не по плану. Со Ё Вон, который, как он предполагал, воспользуется подготовленной Ли Хе Вон машиной, просто прошёл мимо неё. Неужели он не доверял даже ей?

Человек не может уйти далеко своими ногами. И всё же Со Ё Вон исчез, словно растворился в воздухе, как дым от сигареты.

Он не мог поверить, что этот маленький мозг смог всё так продумать.

- Блять!

Его охватила леденящая ярость. Он потерял того, кто всегда был у него под рукой, и несколько дней не мог прийти в себя.

Ему казалось, что отрезать ему несколько пальцев - слишком мягкое наказание. Всё, что было на Со Ё Воне, от волос до кончиков пальцев, было куплено им. Его белое, стройное тело было покрыто следами его зубов.

Он думал, как наказать этого неблагодарного предателя. Может, вырыть в саду яму, длинную и узкую, как его тело? Нет, такой красоты он больше нигде не найдёт, уничтожать её было бы глупо.

Он барабанил пальцами по подлокотнику дивана, а затем набрал номер. После нескольких гудков он услышал голос.

- Господин Лим, как поживаете?

Из трубки донесся голос Лим Сон Чоля. Скрип… скрип… Словно кто-то открывал старую железную дверь. Мужчина нахмурился. Голос Лим Сон Чоля был грубым и резким, совсем не таким, как у Со Ё Вона, который говорил спокойно, но с едва уловимой мягкостью.

- Я хотел бы зайти к Вам ненадолго.

- Сейчас?

Раздался сухой кашель.

- Мне нужно посмотреть свой график...

Его график состоял из посещений борделей и растраты денег, полученных от племянника. Мужчина стиснул зубы, слушая, как Лим Сон Чоль, изображая занятого человека, хвастается перед кем-то: "Да, я недавно познакомился с одним молодым бизнесменом..." Его длинный палец почесал бровь. Мужчина, не отличавшийся терпением, нахмурился ещё сильнее. Он всё глубже погружался в пучину раздражения, понимая, что вынужден общаться с этим типом из-за Со Ё Вона.

- Так получилось, что сегодня у меня как раз есть время. Заходите попозже.

- Хорошо, скоро буду.

Положив трубку, мужчина поднялся с дивана. Он быстро накинул пиджак и вышел из комнаты. Куда бы Со Ё Вон ни сбежал, он всё равно в его руках, и поиски не займут много времени.

Но он не собирался торопиться. Он хотел поймать его и медленно душить, наблюдая, как страх овладевает им. Чтобы он больше никогда не посмел думать о побеге.

- Ли Джин Сок, этот маленький ублюдок…, - прошипел он сквозь зубы. Что же он ему подсунул?

***

Когда он увидел Со Ё Вона, лежащего на его кровати, сдерживаемое желание вырвалось наружу, словно цунами. Сладкий аромат, исходивший от его тела, разжигал в нём огонь страсти. Ему хотелось схватить его за волосы, вонзиться в его белое тело и взять его здесь и сейчас. Впиться зубами в его шею, вдыхая его запах, и слушать его тихие стоны.

Он оставил его спать лишь потому, что помнил о тех днях, когда ему приходилось сдерживать свою похоть. Он хотел подождать, чтобы насладиться им сполна, когда тот проснётся. Ведь всё, что выдержано, становится вкуснее.

Мужчина вышел из комнаты и сел за стол, чтобы выпить. Прошло какое-то время, и из комнаты послышался шорох. Со Ё Вон, который всегда спал очень чутко, проснулся. Мужчина замер, поднося бокал к губам.

- ...Генеральный директор…

Со Ё Вон позвал его. Его голос звучал монотонно и чуть слышно, но почему-то от него у мужчины зазвенело в ушах. Это странное ощущение вызвало лёгкое покалывание в кончиках пальцев.

- У меня к Вам просьба.

Услышав эти слова, мужчина почувствовал, как внутри него всё холодеет. Он представил, как хватает его за шею и трясёт, словно тряпичную куклу.

Если бы не то, что Со Ё Вон сказал дальше, он, возможно, воплотил бы свою фантазию в жизнь.

- ...Генеральный директор, Вы спрашивали, что случилось с моими пальцами.

Глаза мужчины сверкнули.

- Если я расскажу Вам... Вы поможете мне?

Мужчина ощутил прилив любопытства. Он уже считал его своей собственностью, словно выигранный трофей, и поэтому снисходительно согласился выслушать его. Он наблюдал, как лицо Со Ё Вона искажается от боли, пока тот рассказывал свою историю.

Глава 73

Оставив спящего Со Ё Вона в постели, мужчина вышел на террасу и закурил сигарету. Пока он чиркал зажигалкой, из трубки донесся голос Ким Джун Дока.

- Мы нашли банковскую книжку Лим Сон Хва. Но, директор, есть кое-что поважнее. В багажнике...

Мужчина вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд и обернулся. За его спиной стояла высокая, стройная фигура. Она была такой белой, что светилась в темноте, словно лампа. Широко раскрытые глаза, сжатые губы. Глядя на его испуганное лицо, мужчина закрыл дверь, чтобы заглушить звук. Ему почему-то нравилось это ощущение взгляда, упирающегося ему в спину.

- ...Генеральный директор?

- Продолжай.

- В багажнике мы нашли кирпич. На нём кровь... Вам нужно приехать и посмотреть.

Кирпич... Мужчина вспомнил, как Со Ё Вон рассказывал ему о красном кирпиче. Докурив сигарету, он велел подготовить машину.

Когда он открыл дверь на террасу, Со Ё Вон подошёл к нему. Его светлые глаза смотрели на мужчину.

- ...Куда Вы?

Мужчина проигнорировал его осторожный вопрос. Он отвернулся от взгляда, приковавшего его к себе. Ему хотелось снова прижать к себе это тело, закутанное в белый халат, но ему нужно было ехать.

Он вышел из дома и сел в машину.

***

Машина, везущая его, мчалась по ночной дороге к подножию горы. У въезда на лесную тропу стоял старый грузовик. Рядом с ним его ждал Ким Джун Док, который поклонился ему в знак приветствия.

- Вы приехали.

Ким Джун Док протянул ему банковскую книжку, испачканную землей. Мужчина пролистал её большим пальцем, взглянув на сумму. Чуть меньше десяти миллионов вон. Его взгляд стал ледяным.

- Она лежала в бардачке. Кирпич, о котором я говорил, в багажнике.

Ким Джун Док пригласил его к багажнику, чтобы он сам всё увидел. Там лежал чёрный пакет. Внутри, смятый и ничем не примечательный, лежал кирпич. Так он и возил его с собой всё это время…

Глубокие следы крови свидетельствовали о том, что он даже не пытался их смыть. Если бы приехала полиция, Со Ё Вона сразу же признали бы виновным. Какая ирония. Он стёр его отпечатки пальцев наждачной бумагой, но оставил кирпич… Если бы он действительно хотел замести следы, то первым делом избавился бы от орудия убийства.

В итоге он только усилил чувство вины Со Ё Вона. Мужчина задумался. Неужели тот действительно думал, что наждачная бумага сотрёт отпечатки? Или он вообще не собирался заметать следы?

Ответ знал только Лим Сон Чоль.

- ...

Мужчина медленно повернулся спиной. Ему нужно было самому убрать все улики. Судя по тому, что он возил кирпич в багажнике, он наверняка оставил и другие следы.

***

Он снова отправился в приют, где находился Лим Сон Чоль. Мужчина в костюме присел на корточки, чтобы посмотреть ему в глаза, и спросил.

- Господин Лим.

Человек, лежавший внутри, с пеной у рта и закатившимися глазами, уставился на него. Его пустой взгляд не фокусировался на лице мужчины. Но, услышав его следующие слова, Лим Сон Чоль начал отчаянно вырываться.

- Вы помните, когда Со Бён Джину проломили голову?

- Я... я не знаю... Я ничего не знаю!

Мужчина склонил голову набок, глядя на это жалкое существо, которое бормотало что-то о потере памяти. В его глазах читалась скука.

- Я правда не знаю, я ничего не знаю!

Лим Сон Чоль отчаянно замотал головой. Мужчина нахмурился, и Ким Джун Док тут же пнул его в живот. Внезапный приступ насилия сломил его сопротивление. Лим Сон Чоль, ослабленный и измученный, не выдержал и, харкая кровью, назвал дату.

- В какое время это было?

- ...Кха! Около... около часа или двух ночи...

Мужчина приказал найти записи с камер видеонаблюдения за тот день.

Ким Джун Док вернулся меньше чем через полдня. Он принёс записи с камер наблюдения на шоссе, которые ему передал полицейский, прикрывавший их.

Мужчина отправился в свой пентхаус в Royal, чтобы просмотреть их. Он устроился на диване и уставился на экран. На записи был виден грузовик Лим Сон Чоля, выезжающий из деревни Вольджун и мчащийся по тёмному шоссе.

Через два часа грузовик был замечен на другой камере, на въезде на шоссе Тэнам.

- ...

Съехав с шоссе, грузовик направился к ближайшей горе. Мужчина приказал своим людям обыскать её. На то, чтобы найти тело Со Бён Джина, которое Лим Сон Чоль закопал там, ушло два дня.

Когда они начали копать в том месте, где земля была взрыхлена, в воздух поднялся запах гниения. Запах смерти.

Копая глубже, лопата с глухим стуком наткнулась на что-то твёрдое. Они расширили яму, и на свет показалось что-то, завёрнутое в ткань. Ким Джун Док в перчатках откинул ткань. От тела остался лишь скелет. На черепе, в области лба, виднелись многочисленные следы ударов. Кость была изранена чем-то острым.

- ...

Глядя на эти ужасные раны, мужчина ощутил странное чувство. Со Ё Вон говорил, что ударил его кирпичом только один раз. Почему же на черепе Со Бён Джина столько ран? Похоже, его били чем-то острым, и били много раз, с большой силой.

- Генеральный директор.

Один из сотрудников окликнул его, прервав его размышления.

- Мы нашли мобильный телефон Со Бён Джина.

- ...

Мужчина в чёрных перчатках взял старый телефон. Ким Джун Док кивнул на тело и спросил.

- Что будем делать?

- Запомните место и закопайте его обратно.

***

Мужчина вернулся в свой пентхаус в Royal. Приняв душ и надев халат, он включил мобильный телефон Со Бён Джина. Его сотрудник заранее нашёл зарядное устройство и оживил телефон. Экран загорелся, и на нём появилось изображение.

Мужчина вглядывался в треснувший, как разбитое стекло, дисплей, пытаясь найти улики. В списке вызовов он обнаружил что-то странное. Звонок на номер 112, который оборвался из-за плохого сигнала.

Время вызова - 2:03 ночи.

Мускулы на шее мужчины напряглись. В это время грузовик Лим Сон Чоля уже покинул деревню Вольджун и ехал по шоссе Донён. То есть, Со Бён Джин к тому моменту был уже мёртв. Как же тогда появился этот звонок?

Мужчина предположил, что Лим Сон Чоль мог сам позвонить с телефона Со Бён Джина. Но вскоре он отмёл эту мысль. Он сам перевозил тело, к тому же завёрнутое в ткань. Зачем ему было совершать такой опрометчивый поступок, который мог навлечь на него подозрения в соучастии в убийстве? Кроме того, Лим Сон Чоль получил возможность шантажировать Со Ё Вона, и он вряд ли стал бы отказываться от такого подарка судьбы.

Тогда кто же звонил? Глаза мужчины сверкнули.

Внезапно он вспомнил о ранах на голове Со Бён Джина. Со Ё Вон говорил, что ударил его кирпичом. Но эти раны не были похожи на те, что остаются от тупого предмета. Скорее, его били чем-то острым.

- ...

Мужчина, начавший расследование, чтобы замести следы, столкнулся с чем-то неожиданным. У него возникло странное, неприятное чувство. Как будто кто-то скреб ногтями по его солнечному сплетению.

Он снова включил запись с камер видеонаблюдения на шоссе. Изображение было тёмным, но из-за раннего часа машин было немного. Через тридцать минут он снова увидел грузовик Лим Сон Чоля.

В отличие от других машин, которые мчались на большой скорости, грузовик Лим Сон Чоля постепенно замедлялся. Затем он остановился на обочине.

...Что он делает? Мужчина прищурился.

Было слишком темно, и на записи ничего не было видно. Грузовик Лим Сон Чоля долго стоял в темноте. Примерно через полчаса он снова тронулся с места. Чёрная фигура поспешно забралась в кабину и уехала.

Мужчина просмотрел запись ещё раз. Он что-то заметил и включил её снова. После нескольких просмотров он остановил запись на одном кадре. Чёрная фигура подняла руки вверх, и из её рук что-то упало вниз.

***

На этот раз мужчина сам сел за руль. Он поехал на тот участок шоссе, где останавливался Лим Сон Чоль, и обнаружил кое-что странное.

Лим Сон Чолю понадобилось два часа, чтобы добраться от шоссе Донён до Тэнама. Но когда мужчина сам проехал этот путь, он потратил всего около тридцати минут. Где-то пропало много времени.

- ...

Мужчина остановил машину на обочине, как он видел на записи, и вышел из неё. Идя по следам грузовика, он заметил в стороне от дороги углубление в земле. Это был сточный канал. Мужчина спустился туда. Он протянул руку к зарослям кустарника и что-то вытащил оттуда.

...Это была лопата с треугольным металлическим наконечником и деревянной ручкой. Наконечник был покрыт старыми, потемневшими пятнами бурого цвета.

Да, раны на черепе Со Бён Джина не были похожи на те, что остаются от удара кирпичом. Его били чем-то острым. ...Например, лопатой.

Со Ё Вон ударил своего отца кирпичом в порыве гнева, но это было всё. Он не стал бы делать больше. Со Ё Вон не способен на убийство.

Мужчина постучал пальцем по виску, пытаясь собрать воедино всю информацию.

Пропавшие полтора часа между записями с камер наблюдения. Лопата, испачканная большим количеством крови, как будто её использовали не только для того, чтобы закопать тело. Звонок с телефона, который был сделан после того, как грузовик съехал с шоссе Донён. ...Что если Со Бён Джин к тому моменту был ещё жив?

***

Мужчина отправился к Лим Сон Чолю один, без Ким Джун Дока.

- Господин Лим Сон Чоль.

Он бросил лопату перед клеткой. Металл ударился о пол с громким лязгом.

- Мы нашли её в сточном канале возле горы, где было обнаружено тело Со Бён Джина. Вы знаете, что это?

Увидев, что лежит у его ног, Лим Сон Чоль широко раскрыл глаза и попятился назад. Мужчина понял, что он что-то знает.

- Я же сказал, я ничего не знаю... Я... я правда ничего не знаю.

Мужчина знал, как развязать язык таким людям. Угроза - вот ключ. Он направил лопату на грудь Лим Сон Чоля. Тот, уже перенёсший операцию на брюшной полости, завопил от страха. Оттеснённый к самой стенке клетки, он дрожал, глядя на бурые пятна на лопате, и наконец заговорил.

- ...Я... я просто остановился пописать...

Мужчина прищурился. Судя по всему, он имел в виду ту остановку на шоссе Донён.

- Просто остановился?

- Я думал, он мёртв...!

- …

- Он вдруг вскочил и напал на меня.

Лим Сон Чоль вцепился в прутья клетки и закричал.

- Он душил меня сзади и пытался убить! Он хотел забрать мои десять миллионов...!

После пронзительного крика, который эхом прокатился по теплице, наступила зловещая тишина. Между мужчиной и Лим Сон Чолем повисла ледяная пустота.

- Это не я.

Лим Сон Чоль, запертый в клетке, словно дикий зверь, стучал зубами и дрожал всем телом. Он повторял одну и ту же фразу, как будто в бреду, и ползал по клетке на четвереньках.

- Я... я должен был выжить...

- ...И поэтому ты ударил его лопатой по голове.

Наконец все кусочки головоломки встали на свои места. Картина стала ясной. ...Со Ё Вон не убивал Со Бён Джина.

Из-за Лим Сон Чоля, который скрывал правду, чтобы использовать своего племянника как источник денег, Со Ё Вон всё ещё жил в страхе. Иногда он плакал, прячась в темноте. Мужчина, который спал с ним в одной постели, не мог не знать о том, как он страдает, не в силах справиться с кошмарами. Он наблюдал за его мучениями, словно хищник, выслеживающий добычу, и ждал, когда он сам попадёт ему в пасть.

Но Со Ё Вон оказался не так прост. Он был хрупким и ранимым, но упрямым. Мужчина думал, что он вот-вот сломается, но тот протянул руку не к нему, а к наркотикам. Под их воздействием Со Ё Вон рыдал, уверяя, что видит монстров. Он прижимался к мужчине, дрожа всем телом.

Только тогда мужчина понял, что мучило Со Ё Вона. Это была не просто вина за смерть отца, а настоящий бред преследования. Это был страх в чистом виде.

Если бы он рассказал ему правду, это облегчило бы его страдания. Если бы Со Ё Вон не поверил ему, он мог бы показать ему доказательства.

Но, передав ему банковскую книжку и кирпич, мужчина так и не сказал ему правды. Он не мог.

- ...Генеральный директор Чан Ки Джу.

Мужчина, собиравшийся уходить, обернулся на голос Со Ё Вона. Тот обнял его за талию и смотрел на него снизу вверх влажными глазами. Мужчина замер, глядя на его лицо, готовое расплакаться. У него закружилась голова. Ему показалось, что у него остановилось сердце.

- …

Со Ё Вон, глядя ему в глаза, вдруг поцеловал его. Несмотря на неумелость, этот поцелуй возбудил мужчину. У него возникло желание разорвать эти алые губы. Он хотел вонзиться в его сладкий рот, грубо и властно. Ему доставляло бы удовольствие видеть, как он давится, плачет и смотрит на него снизу вверх.

- ...Хм.

Если он расскажет ему правду, Со Ё Вон вернётся к нормальной жизни. Он нашёл свою мать, он больше не чувствует вины за убийство, он может начать всё сначала. И, возможно, он снова сбежит, обретя полную свободу. От этой мысли кровь в жилах мужчины похолодела.

Со Ё Вон сбежал от него, но остался цел и невредим только благодаря своей травме. Со Ё Вон, чьи обе лодыжки были скованы этой травмой, не мог влиться в общество. Он не мог легко смотреть людям в глаза. Если кто-то пытался к нему приблизиться, он ощетинивался, как дикий зверь, а затем убегал.

А теперь он сам льнул к нему, как ребёнок. Он целовал его, умоляя о ласке. Его тело было здоровым, но его поведение напоминало хромого калеку. Он был неустойчивым и хрупким.

Именно поэтому мужчина оставил его у себя. Он знал, что Со Ё Вон не сможет сбежать от него, потому что его разум был искалечен.

- ...

Но теперь он может избавить его от этой травмы? Это значит, что Со Ё Вон вернётся к прежней жизни. Это значит, что он снова может задуматься о побеге. Это значит, что мужчине придётся снова сломать его, чтобы он никуда не делся.

Тогда он больше не будет смотреть на него с такой мольбой и тянуться к нему. Он будет видеть в нём только источник страха.

Мужчина не хотел этого. Ему доставляло огромное удовольствие видеть, как Со Ё Вон сам тянется к нему. Его взгляд вызывал у него приятное покалывание, а неумелые движения его языка были сладкими.

Он был бизнесменом до мозга костей, и он не мог позволить себе упустить такую возможность. Бизнесмен не заключает невыгодных сделок. Он не упускает удачу. Он получает то, что хочет.

- ...

И поэтому мужчина решил убить Лим Сон Чоля. Чтобы отомстить ему за то, что он сделал с Со Ё Воном, и чтобы навсегда похоронить его секрет. Этого было достаточно. Он надел перчатки, чтобы не оставить отпечатков пальцев, и собрался уходить.

Но тут Со Ё Вон сказал нечто неожиданное.

- ...Генеральный директор, позвольте мне пойти с Вами.

- Что?

- ...Если Вам нужно идти, я пойду с Вами.

Со Ё Вон, обладавший удивительной способностью улавливать чужие настроения, словно почувствовал что-то. Он вышел вслед за мужчиной с бледным лицом, и тот подумал, что он хочет сам отомстить.

Конечно, он не ожидал, что Со Ё Вон возьмёт пилу и распорет Лим Сон Чолю живот. Он дрожал от одного воспоминания об этом. Поэтому мужчина подготовил всё заранее. Вместо пилы он дал ему в руки карты. Но даже с хорошими картами Со Ё Вон продолжал проигрывать. Мужчина просто наблюдал за ним.

Какой бы выбор ни сделал Со Ё Вон, Лим Сон Чоль должен был умереть сегодня. Таков был план мужчины.

- Генеральный директор, не надо.

Со Ё Вон встал у него на пути, и это не входило в планы мужчины. Он не привык к тому, чтобы его планы рушились. Но на этот раз он отступил.

В его глазах, блестящих, как стекло, стояли слёзы. Мужчина увидел в них страх Со Ё Вона.

Если к его травме добавится ещё и это, он окончательно сломается. Мужчине это было не на руку. Он хотел, чтобы Со Ё Вон сохранил хоть немного рассудка. Чтобы он мог смотреть ему в глаза и произносить его имя.

Поэтому он отложил свой план. Со Ё Вон, придя в себя, попросил его отправить своего дядю в больницу.

- ...Я буду наказан.

Он свернулся калачиком и пробормотал эти слова так тихо, что их можно было не расслышать. Мужчина переспросил.

- Наказан?

- Бог, который приводит наказание в исполнение.

Со Ё Вон нервно косился в угол комнаты и бормотал.

- Он накажет и меня.

- ...

Он помнил, что говорил мужчина о боге, который карает грешников. Слёзы катились по его длинным ресницам. Мужчина смотрел на его большие, влажные глаза и сглотнул. Странное чувство охватило его при виде этого заплаканного лица.

- Я тоже натворил дел, так что я не буду наказан один.

- ...

- Тебе всё ещё страшно?

Бледное, мокрое от слёз лицо повернулось к нему. Большие глаза смотрели на него беззащитно, открыто демонстрируя свой страх. Он словно выворачивал наизнанку свою хрупкую душу.

...Ах, - мужчина тихо выругался про себя. Блять.

Его охватили противоречивые чувства. С одной стороны, ему хотелось грубо сжать руками шею Со Ё Вона и сломать её. С другой стороны, он хотел ласкать эту шею губами и слушать его стоны наслаждения.

Мужчина вытер слёзы с его щеки, и тот прижался к нему. Он обнял его и погрузился в непристойные фантазии. Ему хотелось прикусить зубами его язык, который сейчас издавал такие жалобные звуки. Он помнил, как Со Ё Вон вздрагивал, когда он покусывал его нежную кожу, боясь, что он вонзит в неё свои клыки, но одновременно испытывая наслаждение. Мужчине хотелось впиться зубами в его длинную, тонкую шею и грубо вонзиться в него пальцами.

- ...

Но он сдержал свой бушующий голод. Он смотрел на спящего Со Ё Вона, который ровно дышал, и тёрся своим членом о его бедро. Он представлял, как входит в него, как двигает своими бёдрами, как успокаивает его, когда тот плачет от боли, и кончает ему на бедро. Этого было достаточно.

Мужчина испытал сухой оргазм, перед глазами у него всё поплыло. Это было новое, ни с чем не сравнимое сексуальное удовольствие. Он знал, что если он войдёт в эту тесную, влажную, тёплую дырочку, то испытает ещё большее наслаждение, но... Сейчас ему хватало и этого, ментального оргазма.

Он провёл рукой между ног, и Со Ё Вон заворочался, хныкая, как маленький зверёк. Мужчина погладил его по спине рукой.

- ...

Вместо того чтобы взять его, он просто обнял его и остался рядом с ним. Этого было достаточно, чтобы он чувствовал себя удовлетворённым этой ночью.

На следующий день мужчина велел Ким Чжун Доку отправить Лим Сон Чоля, запертого в клетке, в больницу. Когда он рассказал об этом Со Ё Вону, тот сказал нечто ещё более удивительное.

- ...Пожалуйста, больше не трогайте моего дядю.

Мужчина прикусил язык.

- ...Он этого не заслуживает.

- ...

- Пожалуйста, обещайте...

Он впился зубами в его длинную, тонкую шею и грубо вонзился в него пальцами.

- Генеральный директор...

Он стонал от наслаждения, но не забывал умолять его.

- Хорошо.

Мужчина согласился. Со Ё Вон, уверенный, что тот послушается его, закрыл глаза. Он расслабился и полностью отдался наслаждению, которое дарил ему мужчина.

***

Так прошло несколько тихих недель, и до мужчины дошли слухи об Лим Сон Чоле. Он, видимо, пошёл на поправку и не выдержал, начал ходить по игорным домам.

Мужчина, поместивший его в больницу, словно в тюрьму, ждал подходящего момента. Он пообещал Со Ё Вону, умолявшему его не трогать дядю, что так и будет. Со Ё Вон, конечно, решил, что он выполнит его просьбу, но...

Слова "так и будет" имели для мужчины несколько иной смысл. Он по-прежнему собирался убить Лим Сон Чоля. Его решение было твёрдым и холодным, как лёд. Если он не мог сделать это сам, опасаясь последствий, то он найдёт того, кто сделает это за него. Он отомстит за Со Ё Вона, который из-за своей травмы не мог даже думать о том, чтобы причинить кому-то вред, и навсегда оставит его рядом с собой.

Мужчина велел сиделке, ухаживавшей за матерью Со Ё Вона, сделать вид, что она его знает. Он собирался действовать, когда они будут вместе. Так у Со Ё Вона будет надёжное алиби.

На месте, где будет найден труп, будут разбросаны улики, указывающие на то, что Лим Сон Чоль убил Со Бён Джина. Орудие убийства будет найдено поблизости, а отпечатки пальцев и кровь на нём будут принадлежать Лим Сон Чолю. Прокуратуре, которой нужно будет каким-то образом найти мотив убийства, будет достаточно того, что на счету Лим Сон Хва было десять миллионов вон, и они решат, что это было непредумышленное убийство, произошедшее в ходе драки.

Лим Сон Чоль пытался снять деньги со счёта, но не знал пин-кода, и его лицо было заснято камерой видеонаблюдения в банке, где стоял банкомат. Это был идеальный сценарий. Эти люди были одержимы азартными играми и алкоголем, так что придумать историю было ещё проще.

Лим Сон Чоль, завладевший счётом, будет жить в игорных домах, пока не проиграет всё и не повесится от долгов.

План был готов. Мужчина не сомневался в его успехе. Он велел Ким Чжун Доку привести Лим Сон Чоля.

***

Мужчина стоял на том месте, где был найден труп Со Бён Джина. Вскоре снизу послышался шум. Лим Сон Чоля, с чёрным пакетом на голове, тащили два сотрудника. Он брыкался, хотя его крепко держали, и один из сотрудников ударил его ногой в живот, чтобы он успокоился.

Ким Чжун Док снял с его головы чёрный пакет. Лим Сон Чоль ахнул. Затем он встретился взглядом с мужчиной и испустил пронзительный вопль.

- Ты обчистил своего племянника, а потом проиграл всё в карты.

Холодный голос прорезал завывающий ветер.

- ...Племянник умолял меня пощадить тебя.

Цокнув языком, мужчина с притворным сожалением медленно направился к Лим Сон Чолю. Шуршание листьев под его каблуками нарушало тишину. Лим Сон Чоль с ужасом на лице отступал назад. Взгляд мужчины остановился на его руке, спрятанной в кармане куртки.

- Почему ты до сих пор не образумился?

- Какого хуя ты ко мне пристал?!

Почему? Уголки губ мужчины изогнулись в зловещей улыбке.

- Вы, грязные ублюдки, сговорились с Со Ё Воном, верно?

Сговорились? Мужчина усмехнулся, услышав это двусмысленное выражение.

- Не только сговорились.

Он добавил, что до обеда следил за его племянником. Лим Сон Чоль споткнулся о камень и упал. Но он продолжал отползать от мужчины на четвереньках. Мужчина ускорил шаг. Он поднял ногу и с силой ударил Лим Сон Чоля по лодыжке каблуком. Тот отшатнулся назад, словно дерево, подрубленное топором. Мужчина наступил ему на грудь. Раздался хруст, как будто он наступил на сухие листья. Похоже, в куртке он прятал мелочь, которую выиграл в карты. Мужчина наклонился к нему.

- Как ты думаешь, Лим Сон Чоль, почему ты должен умереть?

Услышав слово "умереть", Лим Сон Чоль закричал, как безумный. Это было безлюдное место, так что его вряд ли кто-то услышал. А если и услышал, то подумал, что это кричит дикий зверь.

Мужчина тихо произнёс.

- В тот день, когда умер отец Со Ё Вона, Со Бён Джин.

Эти слова повисли в холодном воздухе. Со Бён Джин. Услышав это имя, Лим Сон Чоль застыл. В его маленьких глазках, окружённых жиром, читался страх.

- Ты сам отвёз Со Бён Джина в горы и закопал его, верно?

- ...

- Ты мог бы сделать это вместе с Со Ё Воном, но настоял на том, чтобы пойти одному.

Мужчина нарочно замедлил темп речи. Кадык Лим Сон Чоля дёрнулся.

- Это из-за книжки?

Мужчина закурил. Белый дым поднимался вверх и рассеивался на ветру, но грудь Лим Сон Чоля вздымалась и опускалась ещё быстрее. Мужчина быстро выпустил семь колечек дыма и достал ещё одну сигарету. Лим Сон Чоль инстинктивно понял, что как только эта сигарета погаснет, его жизнь тоже оборвётся.

- Генеральный директор Чан.

Он обхватил руками ногу мужчины, которая прижимала его к холодной земле.

- Простите меня, я правда возьмусь за ум и буду усердно работать. Я признаюсь Со Ё Вону, что это сделал я.

Что? Мужчина, который до этого не обращал внимания на его слова, прищурился.

- ...Что ты признаешь?

От его странно влажного и леденящего голоса по спине Лим Сон Чоля пробежали мурашки. Такой голос мог бы принадлежать человеку, находящемуся в глубине пещеры. Мужчина впервые выказал такое волнение. Лим Сон Чоль решил, что это его шанс, и ещё жалобнее взмолился.

- Я всё расскажу Со Ё Вону, понесу наказание. Так что, пожалуйста...

- ...Хм.

- Пожалуйста, пощадите меня.

Лим Сон Чоль начал лизать ботинки мужчины. Он не обращал внимания на окурки, валявшиеся вокруг, и лизал землю.

- Пожалуйста, пожалуйста, я умоляю Вас, пощадите меня.

Тот, кто до этого момента обращался к нему свысока, теперь умолял его, унижаясь. По лицу Лим Сон Чоля текли грязные слёзы.

- Господин Лим.

Мужчина опустился на колени, чтобы посмотреть ему в глаза. Лим Сон Чоль увидел в этом проблеск надежды. Но в его глазах, освещённых лунным светом, была лишь холодная пустота.

Мужчина смотрел на него сверху вниз, и по его лицу невозможно было ничего прочитать.

- Это невозможно.

Совершенно невозможно. Если он узнает об этом, Со Ё Вон снова попытается сбежать от него. Мужчина подавил желание распороть Лим Сон Чолю живот пилой и отступил назад. Ким Чжун Док подошёл к нему и накинул ему на шею верёвку.

- Генеральный директор, пожалуйста, проявите милосердие...

Верёвка туго затянулась на его шее. Вместо ошейника, который он носил несколько недель назад, у него на шее теперь была верёвка. Лим Сон Чоль брызгал грязными слезами и умолял пощадить его.

- Ааааа!

Ким Чжун Док поставил лестницу под деревом и бесстрастным голосом скомандовал.

- Залезай.

Лим Сон Чоль, не обращая внимания на его слова, продолжал отчаянно сопротивляться. Двое сотрудников невозмутимо привязали верёвку, накинутую на его шею, к дереву. Они потянули за верёвку, и тело Лим Сон Чоля поднялось в воздух. Он схватился за шею и захрипел, его лицо покраснело от недостатка кислорода. В его глазах читался ужас.

- Кха, кхааа!

Лим Сон Чоль, который до этого отчаянно сопротивлялся, в последней попытке сделать вдох встал на цыпочки на лестнице. Мужчина равнодушно наблюдал за тем, как он смешно тянется к нему руками, задыхаясь. Ким Чжун Док сунул ему в карман куртки предсмертную записку. Затем он пнул ногой лестницу, на которой стоял Лим Сон Чоль. Лестница с грохотом упала.

- ...Угх, кха...

Давление на его горло усилилось, и он больше не мог говорить.

Мужчина стоял неподвижно, словно дерево, наблюдая за тем, как Лим Сон Чоль корчится в предсмертных судорогах. Его взгляд был прикован к его телу, которое постепенно деревенело, начиная с ног.

Ледяной ветер пронёсся по земле с жутким воем. Вскоре голова, руки и ноги Лим Сон Чоля безвольно повисли. Его тело, безобразно болтающееся на дереве, медленно раскачивалось из стороны в сторону.

Лим Сон Чоль умер, повесившись на дереве, которое росло прямо над тем местом, где он закопал Со Бён Джина. Мужчина нарочно оставил рядом лопату, которой Лим Сон Чоль пользовался, чтобы закопать тело.

- ...

Уходя, мужчина чувствовал удовлетворение. Факт, что Со Ё Вон не убивал своего отца, был стерт с лица земли. Правда была похоронена навсегда.

Глава 74

Он вошёл в ближайший мотель с почасовой оплатой. Сняв перчатки и одежду, он тщательно вымылся. Оперевшись руками о раковину, мужчина глубоко вздохнул. Несмотря на острое ментальное наслаждение, он чувствовал себя измотанным. Ему хотелось обнять Со Ё Вона, уткнуться носом в его белую шею и уснуть. Он хотел вдыхать его сладкий запах, словно наркотик, и опьянеть им.

Мужчина переоделся в новую одежду, которую приготовил Ким Чжун Док. Старую одежду и перчатки он, разумеется, сжёг.

- ...Фух.

Только под утро он отправился домой. Машина ехала по дороге, освещённой первыми лучами солнца. Мужчина представлял себе белое тело, которое ждало его в конце пути, и думал о том, как отпразднует свою победу. Это будет сладко и волнующе.

Со Ё Вон не спал и ждал его. Мужчина, вернувшийся после того, как разобрался с неприятным делом, хотел обнять его, словно трофей. Но тот оттолкнул его. Мужчину охватило неприятное чувство, от которого у него закипела кровь.

Он не стал скрывать своего раздражения, и Со Ё Вон неожиданно произнёс.

- ...По крайней мере, Вам не следовало делать этого в палате моей мамы.

Он поднял глаза и посмотрел на мужчину с вызовом.

Это было совсем не то, чего ожидал мужчина. Всё шло не по плану. Его планы всегда рушил Со Ё Вон.

Мужчина не мог понять. Со Ё Вон знал, что за ним следят. Но он разозлился из-за того, что в горшке с цветами, который он послал его матери, была спрятана камера. Хотя он сам с таким удовольствием гладил его. Его мягкий взгляд, выступающие скулы, лёгкая улыбка, приоткрывавшая губы и маленькие зубы, - всё это было так прекрасно.

Но в течение нескольких дней мужчина видел только его холодный взгляд.

***

Мужчина был на взводе уже несколько дней. Его раздражал Со Ё Вон.

Со Ё Вон, превозмогая отвращение и тошноту, прижимался к мужчине, но как только мужчина притворялся спящим, он тут же отстранялся от него, словно забыв о том, как только что прижимался к нему. Конечно, мужчина ни на секунду не засыпал, когда Со Ё Вон был рядом, и наблюдал за ним в темноте.

Он думал, что как только всё закончится, Со Ё Вон полностью будет принадлежать ему, но это было не так. Он отворачивался от него, ясно давая понять, что отвергает его. Его взгляд, его лёгкая улыбка, его имя, произнесённое его губами, - всё это исчезло.

Он вёл себя как ребёнок, который не может заснуть без него. Мужчина с трудом сдерживал желание разорвать его на части.

А потом произошло то, чего он совсем не ожидал.

***

Тук-тук. Во время встречи с клиентом раздался стук в дверь. Мужчина разрешил войти, и Ким Чжун Док кратко объяснил, почему он прервал встречу.

- Генеральный директор, Вам звонят.

Между бровей мужчины появилась лёгкая морщинка. Обычно он сам решал такие вопросы, но раз Ким Чжун Док вошёл к нему, значит, что-то случилось. Мужчина извинился перед клиентом и поднялся с дивана. Они вышли из кабинета, и Ким Чжун Док, держа в руке телефон мужчины, тихо сказал.

- Это из прокуратуры.

Глаза мужчины сверкнули. Прокуратура? Он протянул руку и взял телефон.

- Я принял звонок.

В трубке раздался монотонный голос мужчины, который представился прокурором.

- Чан Ки Джу, это Вы?

- Да, это я.

Глаза мужчины сузились, когда он слушал бесстрастный голос прокурора. Тот попросил его явиться в прокуратуру, чтобы взять у него образцы ДНК. Он был уверен, что всё под контролем. Но он не ожидал, что на шее Лим Сон Чоля найдут окурок. Перед глазами мужчины возникло лицо Лим Сон Чоля, который лизал землю у его ног, умоляя о пощаде. Его челюсти сжались.

ДНК, обнаруженная на сигарете, извлечённой из горла Лим Сон Чоля, совпала с ДНК мужчины.

- Сигареты...

Мужчина, сидя напротив прокурора, нарочно замедлил речь. Он пристально посмотрел в глаза прокурору и продолжил.

- Когда игра не шла, я выходил покурить. Лим Сон Чоль курил такие же сигареты, как и я. Он несколько раз занимал их у меня. В округе негде было купить сигареты.

- ...Негде?

- Возможно, он курил мой окурок и случайно проглотил его.

Проглотил окурок? Это звучало довольно странно. Но не было более правдоподобного объяснения тому, как окурок оказался у него в горле. Глаза прокурора за тонкими линзами очков сузились. В окрестностях теплицы не было камер видеонаблюдения, так что никаких улик не было. Поэтому прокурору приходилось полагаться на показания мужчины.

Мужчина, сидя напротив прокурора, мысленно ругался. Всё шло не так, как он планировал. Но с другой стороны, он подумал, что, возможно, это к лучшему. Что было бы, если бы ДНК на сигарете не совпала с его?

Он всё думал, откуда прокурор узнал о нём. Оказалось, что посетители игорного дома рассказали, что Лим Сон Чоль был должен огромную сумму денег молодому бизнесмену.

- Они сказали, что он выглядел так, словно его преследуют, когда держал карты в руках.

Мужчина слегка приподнял брови.

- Он сильно потел, нервно тряс головой и вздрагивал от любого шороха.

Прокурор, который не смог найти никаких следов мужчины, неожиданно обнаружил улику в самом неожиданном месте.

Он показал мужчине фотографию. Мужчина посмотрел на неё. Бледное лицо с мягкими, раскосыми глазами.

- ...Вы знакомы с Со Ё Воном?

Прокурор показал ему фотографию Со Ё Вона и спросил, знает ли он его. Впервые кончики пальцев мужчины, который до этого был спокоен, похолодели. Он натянуто улыбнулся и промолчал. Прокурор показал ему видео с камеры видеонаблюдения. На экране ноутбука было видно, как Со Ё Вон входит в больницу, а за ним следует Ким Чжун Док. Мужчина облизнул пересохшие губы. Ситуация выходила из-под контроля. Прокурор протянул ему визитную карточку. На ней было имя мужчины.

- Это моя визитка.

- ...

- Её не так просто достать.

Он спросил, откуда она у него, и получил неожиданный ответ.

- Мне дала её соседка Со Ё Вона. Когда я спросил, где он, она сказала, что он в этой больнице и дала мне адрес.

Мужчина почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Если бы он не был мастером скрывать свои эмоции, прокурор с его проницательным взглядом уже бы заметил его реакцию.

- Больница в Сочходоне? Туда не так просто попасть обычному человеку. Судя по их дому в трущобах, они явно бедно живут. Я спросил, как они могут позволить себе такую хорошую больницу, да ещё и отдельную палату.

На мгновение повисла тишина.

- Соседка сказала, что им помогла какая-то благотворительная организация.

Взгляды мужчины и прокурора встретились. Между ними пробежала искра холодного напряжения.

- ...Хм.

Мужчина внезапно растянул губы в улыбке. Прокурор слегка нахмурился, увидев эту улыбку.

- Конечно, я знаю Со Ё Вона.

Конечно? Прокурор приподнял бровь. Мужчина догадался, что прокурору не удалось найти никакой связи между ним и Ё Воном. Мужчина медленно произнёс.

- Он мой сотрудник.

- ...Сотрудник? В каком смысле?

Мужчина на мгновение замолчал. Прокурор продолжил.

- Вы имеете в виду JKJ, которая зарегистрирована на Ваше имя?

Мужчина покачал головой.

- Нет. У меня есть небольшой побочный бизнес.

- ...

- ...Роял.

Рука прокурора, быстро стучавшая по клавиатуре ноутбука, замерла.

- Роял? Вы имеете в виду тот роскошный гольф-клуб?

Мужчина кивнул.

- Я думал, что им управляет Чхве Пён Тэк.

- Работа с VIP-клиентами связана с множеством хлопот.

Мужчина сцепил руки в замок и откинулся на спинку кресла, погрузившись в него своим крупным телом.

- Я уступил место Чхве Пён Тэку.

Чхве Пён Тэк изначально был тем, кто, стремясь расширить свой бизнес, занял у мужчины крупную сумму денег. По мере того как проценты росли, мужчина понял, что с него больше нечего взять. Поэтому он предложил ему стать директором "Рояла". Гольф-клуб был построен для того, чтобы собирать VIP-персон в одном месте, но он оказался слишком масштабным и создавал мужчине немало хлопот.

Чхве Пён Тэк уже однажды потерпел неудачу, но он был талантливым бизнесменом. Он был всего лишь номинальным директором, но его тщеславие было удовлетворено. Об этом знали только они вдвоём – стороны договора. Это означало, что мужчина впервые так открыто действовал.

- Этот 23-летний сотрудник был очень расторопным и сообразительным, так что он мне очень нравился. Я слышал, что его мать болеет. Поэтому я решил немного помочь ему.

Прокурор, перед которым лежала стопка папок, что-то печатал на ноутбуке. Раз за разом раздавался стук клавиш. Мужчина смотрел прямо в глаза прокурору.

- Он отказывался принимать деньги просто так, поэтому я сказал, что это от благотворительной организации.

Мужчина цокнул языком и склонил голову.

- Кто бы мог подумать, что он поверит в это.

Прокурор задал несколько вопросов о "Рояле". Мужчина без колебаний отвечал. Хотя за внешним лоском скрывались грязные дела, формально это был просто элитный гольф-клуб, и никаких проблем не было. VIP-клиенты были людьми с положением и умели заметать следы, поэтому не было никаких серьёзных улик. Несмотря на то, что они были высокомерными и требовательными, в этом плане иметь их в качестве клиентов было удобно.

- Спасибо за сотрудничество.

Мужчина вышел из прокуратуры. Улыбка, которая всё это время играла на его губах, исчезла. С холодным, бесстрастным лицом он сел в машину, и она быстро отъехала. Ким Чжун Док, сидевший за рулём, бросил взгляд в зеркало заднего вида.

- Что будем делать?

За ними следили из прокуратуры. Мужчина провёл рукой по глазам. Всё оказалось сложнее, чем он думал. Впервые в жизни он, никогда не сомневавшийся в своих решениях, пожалел.

Блять, надо было изрубить этого ублюдка на куски, чтобы никто не узнал.

***

После того как прокуратура узнала о его связи с Ё Воном, лучшим решением было отправить его подальше. Если бы Ё Вон оказался замешан в этом деле, всё стало бы вдвое сложнее, поэтому мужчина принял это трудное решение.

Он наблюдал за Ё Воном через камеры, установленные в доме, где тот временно жил. Тот, кто так отчаянно отталкивал его, с каждым днём терял жизненные силы. Его глаза были пустыми и безжизненными. Просыпаясь по ночам в ужасе, он обнимал себя и плакал.

Ё Вон явно искал его. Мужчина видел, как он медленно умирал, как физически, так и душевно.

Мужчина расстегнул ремень, наблюдая за тем, как он плачет. Его эрегированный член пробивался сквозь черные волосы на лобке, готовый вот-вот взорваться. Он взял член в руку, сжал и начал яростно двигать ею. Он закрыл глаза и представил, как вставляет свой член в его мягкий, влажный рот, покачивая бедрами. Его крошечная головка покачивается взад-вперед. Его мягкие волосы разлетаются во все стороны. Его глаза расширились от боли, когда он поймал их в свою хватку и схватил достаточно сильно, чтобы сорвать с него скальп. В уголках его длинных глаз появляются слезы. С таким выражением лица он призывает его взять в рот.

«Генеральный директор.»

- ...Хм, хах.

«Пожалуйста, возьми его в рот.»

Удары мужчины становились все быстрее и сильнее, когда он представлял себе белое тело, извивающееся между своих раздвинутых ног. Член мужчины извивался, как змея, а затем выплюнул сперму. Брызги попали на лицо Ё Вона.

***

Инцидент был исчерпан, когда врачи, лечившие Лим Сон Чоля, диагностировали шрам на его животе как следствие операции по удалению аппендикса.

И только тогда Ё Вон сам пришёл в объятия мужчины. Без страха и угроз. Мужчина принял его в свои объятия. Своей большой рукой он накрыл его маленькое лицо и коснулся его губ.

Так он, наконец, оказался в его руках. В одной руке - его месть, в другой - он сам. Ничто не могло доставить мужчине большего удовольствия.

На пути было несколько препятствий, но в конце концов, всё пошло по плану. Мужчина хотел максимально растянуть этот момент триумфа. Он медленно, глубоко вдыхал, впитывая запах Ё Вона. Он наслаждался тем, как аромат проникает в ноздри и наполняет его лёгкие.

***

Мужчина был опьянён чувством победы. Он знал, что теперь Ё Вон от него никуда не денется. Он видел, как тот сломался, и был уверен, что он уже не сможет вернуться к прежней жизни. Именно поэтому он позволил ему вернуться в университет, о чём тот так просил. Ё Вон, находясь под его полным контролем, ездил на учёбу, но не мог нормально влиться в коллектив.

Стоило кому-то подойти к нему слишком близко, он вздрагивал и отступал назад. Чем ближе пытались подойти, тем дальше он отстранялся. Именно поэтому мужчина считал своим исключительным правом то, что Ё Вон произносил его имя своими губами и послушно следовал за ним, стоило только протянуть руку. Даже без наркотиков одно это доставляло ему неимоверное удовольствие. Психическое наслаждение пронизывало всё его существо.

Поэтому недавняя новость его удивила. Оказалось, что у Ё Вона появилась близкая подруга, с которой они вместе работали над учебным проектом.

Закончив встречу раньше обычного, мужчина сам отправился в университет, где учился Ё Вон. Мимо проносились лица студентов его возраста. Они бросали взгляды на его чёрный седан, гадая, кто же сидит внутри, и перешёптывались между собой.

- …

Мужчина без труда отыскал Ё Вона в толпе. Его стройная фигура, облачённая в безупречную рубашку и хлопковые брюки, грациозно двигалась в его направлении.

Сзади к нему подбежала девушка с юным лицом и схватила его за лямку рюкзака. Ё Вон, вздрогнув, обернулся, но его лицо тут же смягчилось.

Губы обоих шевелились в беззвучном разговоре. Наблюдая за Ё Воном, стоящим рядом с девушкой, мужчина испытал странное чувство.

Когда они стоят рядом, разница в росте почти в ладонь. Светлое лицо девушки, смотрящей на Ё Вона снизу вверх, светилось свежестью юности. В её глазах не было и капли похоти, лишь чистое восхищение, а на улыбающихся губах играла радость. Для неё Ё Вон – всего лишь обычный студент. Привлекательный, с необычной аурой, притягивающий взгляд...

- ...

Внезапно Ё Вон улыбнулся. Длинные уголки его глаз изящно изогнулись, а алые губы приподнялись. Судя по тому, как вздымалась его тонкая грудь, он, вероятно, смеялся. Мужчина представил себе тихий, раскатистый смех Ё Вона. Картинка без звука – словно забавная немая кинолента.

Мужчина опустил стекло. Пальцы, украшенные кольцом, выбросили окурок наружу.

В этот момент Ё Вон почувствовал на себе чей-то взгляд. С нахмуренным лицом он быстро огляделся и заметил машину мужчины. Их глаза встретились, и глаза Ё Вона расширились, словно у испуганного кролика.

"Мне пора", – беззвучно прошептали его губы. Высокая фигура, оставив свою юную спутницу позади, быстро подошла к машине и села на пассажирское сиденье. Пристегивая ремень безопасности, он часто и неглубоко дышал, словно запыхавшись.

- Как Вы здесь оказались?

Большие глаза смотрели на мужчину. Мужчина, отметив про себя очаровательный румянец на его щеках, лишь молча улыбнулся. Ещё не время разрушать эту хрупкую иллюзию.

***

Машина мужчины остановилась у ресторана традиционной корейской кухни. Ё Вон предпочитал такую простую пищу острым блюдам.

Ё Вон слегка приоткрыл губы и положил в рот маленький кусочек еды. Ровные белые зубы измельчили пищу, а гладкий розовый язык направил её к горлу. Когда-то он отказывался от еды, становясь всё худее и худее. Но сейчас его щёки заметно округлились.

За два года его лицо почти не изменилось. Разве что взгляд стал немного глубже.

- ...

- ...

Ё Вон, и без того немногословный, молчал и во время еды. Он даже опускал палочки с особой осторожностью, чтобы не создавать лишнего шума. "Скорее, он просто старается вести себя прилично", – подумал мужчина. В любом случае, это был тот Ё Вон, которого он знал.

Перед глазами мужчины вновь всплыла сцена, которую он наблюдал ранее. Погруженный в свои мысли, он постукивал кончиками пальцев по столу. Ё Вон, заметив это, вопросительно посмотрел на него.

- ...Вы не будете есть?

Мужчина больше не хотел есть. Вытирая губы салфеткой, он вместо ответа задал свой вопрос.

- Тебе нравится учиться?

Услышав про учёбу, Ё Вон на мгновение сжал палочки. Его алые губы слегка напряглись, но затем снова расслабились.

- Да, благодаря Вам...

На этом разговор прервался. Ё Вон украдкой поглядывал на мужчину, пытаясь угадать его настроение. Мужчина дождался, когда Ё Вон отложит палочки, и они вместе вышли из ресторана.

Так вот почему он всё время косился на меня, нервируя…, – подумал мужчина. Как только они остались одни в машине, Ё Вон заговорил. Его голос нарушил тишину.

- На следующей неделе у меня экзамены.

Похоже, он хотел рассказать об этом. Мужчина бросил на него взгляд. Светлое лицо, чистые глаза... Он слышал, что Ё Вон учится на факультете физического воспитания. Мечтал стать учителем? Если бы он был в школьной форме, никто бы не усомнился, что это ученик, который скоро будет сдавать выпускные экзамены.

- Мне кажется, тебе больше подошла бы роль старшеклассника, чем учителя.

После этой фразы, произнесённой без особой интонации, снова воцарилось молчание.

- Я закончу университет, но, наверное, поищу что-то другое.

Зачем он это говорит? Разве это обязательно? Может быть, он считает, что должен отчитываться перед мужчиной, который оплачивает его обучение?

- Почему?

Ё Вон крепко сжал ремень безопасности своими длинными белыми пальцами. Не находя что ответить, он пробормотал какое-то нелепое оправдание.

- ...С точки зрения морали...

Фары проезжающей мимо машины осветили его лицо. В этом ярком свете каждый волосок на его щеках сиял, словно драгоценный камень. Мужчину передёрнуло. Как он может говорить о морали с таким лицом?

- С точки зрения морали? А разве у тебя, Ё Вон, есть какие-то проблемы с моралью?

- ...

- Мне кажется, раздвигать ноги перед другим мужчиной – это не тот случай, когда нужно рассуждать о морали.

Мужчина слегка приоткрыл окно и зажал сигарету губами. Чиркнув зажигалкой и вдохнув, он почувствовал, как едкий дым закружился в его горле.

- ...Дело не в этом.

- Не в этом?

Как раз загорелся красный свет. Мужчина повернул голову и посмотрел на пассажирское сиденье. Спустившаяся темнота уже наполовину скрыла белое лицо Ё Вона. В его глазах, словно тени, затаилась боль. Полускрытые ресницами глаза были влажными, а нижняя губа дрожала. Такое выражение лица обычно появлялось у него, когда он вспоминал "тот день".

Какое странное чувство он вызывает, – подумал мужчина. Ё Вон был похож на маленького зверька, с которого содрали шкуру, обнажив кровоточащую плоть, и бросили на растерзание толпе. Это зрелище завораживало.

Мужчина выбросил окурок в окно.

- И что ты будешь делать, если твои ученики спросят: "Учитель, что это у вас на шее? Вы случайно не тот, кто раздвигает ноги перед другими мужчинами?

Ё Вон задал этот вопрос губами, покрытыми засохшей кровью от укусов.

- ...Это так заметно?

На этот раз его большие зрачки расширились от страха. Лицо, вызывающее непреодолимое желание.

- Конечно, заметно.

Так же, как сейчас на твоём лице, чёрт возьми. Мужчина замолчал, и лицо Ё Вона побледнело, но уже по другой причине.

Внезапно зазвонил телефон.

- Да.

- Генеральный директор.

Мужчина переложил телефон из правой руки в левую и накрыл ладонью колено Ё Вона. Его большая рука, словно веер, полностью закрыла его колено. Мужчина крепко сжал коленную чашечку, и нога Ё Вона дёрнулась.

- ...

Из трубки доносился чей-то голос, но мужчина был занят тем, что гладил бедро Ё Вона. Его рука привычно сжимала мягкую и податливую кожу. Ё Вон попытался отстраниться от этих бесстыдных прикосновений.

- ...Ах!

Мужчина, раздражённый этими жалкими попытками, прижал его руку. Ё Вон замер.

Мужчина хотел продвинуться дальше, но его запястье перехватили. Он осекся на полуслове. Взгляд, направленный вперёд, снова обратился к Ё Вону. Тот, глубоко опустив голову, словно хотел спрятать лицо между ног, смотрел на мужчину снизу вверх.

Сквозь светлые пряди волос Со Ё Вона проглядывали кончики слегка заострённых ушей. Они были крошечными, не больше мизинца генерального директора Чана, и пылали ярким румянцем.

- ...

- ...

Взгляд Чана, прикованный к покрасневшему лицу, пылающему носику и приоткрытым, губам Ё Вона, медленно скользнул вниз. В ответ Ё Вон крепче сжал сумку, прижав её к ногам.

Чан, потеряв дар речи, отнял телефон от уха.

- Господин директор?

Голос Ким Джун Дока доносился из трубки, но...

- ...

- ...

...сейчас это было неважно.

- Убери сумку, - произнёс он.

- Что? Вы сейчас что сказали...?

Из-под пухлых губ Ё Вона показались передние зубы, впившиеся в нижнюю губу. Крошечные, словно ногти на мизинцах, они казались такими хрупкими, что, казалось, их можно было бы без труда выдернуть одним движением плоскогубцев.

Если бы я это сделал…, - садистская мысль пронзила разум Чана. Кадык на его крепкой шее дёрнулся. Если бы я это сделал, остались бы только нежные дёсны, готовые принять всё, что угодно. Я оставляю их лишь потому, что эти ровные зубки весьма милы.

- Я сказал, убери сумку.

На тыльной стороне руки Ё Вона, сжимавшей сумку, проступили тонкие голубые вены. Чан усмехнулся, глядя на это отчаянное сопротивление.

- ...

- ...А?

Несмотря на непривычно мягкий тон, которым он пытался его урезонить, Ё Вон съёжился.

- Лучше послушайся, пока я не опустил стекло, - пригрозил Чан.

Угроза подействовала – в глазах Ё Вона застыл страх. Он начал озираться по сторонам, словно боясь, что кто-то увидит. Чан сузил глаза, глядя на него. Он явно ошибся в объекте своего страха. Сейчас ему следовало бояться не прохожих, а того, кто сидит рядом.

- Сними штаны и разведи ноги.

Ё Вон медленно поднял ресницы, встречаясь взглядом с мужчиной. Его лицо было непроницаемым, не выдавая ни малейшего желания отступить. В конце концов, Ё Вон, не в силах сопротивляться напору Чана, стянул с себя брюки. Хлопковая ткань сползла вниз, обхватив лодыжки подобно кандалам, и он приподнял одно колено. В этой неудобной позе Ё Вон просунул палец под ягодицу. Отсутствие смазки затрудняло процесс, и его лоб слегка нахмурился.

- Ах…

Длинный белый палец погрузился в отверстие, раздвигая его стенки. Хлюпающие звуки, сопровождающие это движение, были возбуждающими. Лицо Ё Вона исказилось, как будто он готов был расплакаться, всего лишь от одного пальца. Обычно он не был столь эмоционален, но когда дело касалось секса, его реакции были очень яркими. Если немного надавить, он даже мог заплакать.

- Генеральный директор Чан?

Словно в кинофильме, настал кульминационный момент. Чан выключил свой телефон и безразлично отбросил его в сторону.

Он прижался к паху Ё Вона, покрытому нежным пушком. Мягкие волоски ласкали чувствительную кожу. Проникновение должно было произойти мгновенно. Внутреннее пространство было узким, и сжатие мышц сильным, поэтому Чану пришлось собрать всю свою силу и войти одним решительным движением. Лицо Ё Вона сначала побелело, а затем вспыхнуло румянцем. Между его белыми ягодицами скользнул член. Каждый толчок вызывал экстаз, настолько сильным было сжатие внутренних мышц.

- Ах... ммм... ах... ах…, - с каждым движением стоны Ё Вона становились все громче. Его розовые соски напряглись.

Его белое лицо, залитое слезами, выражало стыд.

Его мать, кажется, была победительницей местного конкурса красоты, - подумал Чан. Маленькое лицо, острые глаза, прямой нос - Ё Вон был очень похож на свою мать, настоящую красавицу. Его тело было идеально сложено, мышцы были рельефными и упругими, а фигура - стройной.

Его глаза, полные растерянности и желания, напоминали взгляд новорожденного зверька, только что выбравшегося из скорлупы. Было что-то завораживающее в том, как он двигал бедрами, стремясь достичь пика наслаждения.

- ...Хаа…, - Ё Вон, не осознавая этого, прикусил нижнюю губу. Его глаза покраснели и затуманились, лицо выражало опьянение удовольствием.

Чан провел большим пальцем по его верхним зубам. В нем вспыхнуло темное желание разрушить эту красоту. Он представил себе мягкие, влажные десны, лишенные белоснежных зубов. Ё Вон, не подозревая о мрачных мыслях Чана, высунул язык и начал посасывать его палец. Его разгоряченное лицо с ярким румянцем прижималось к грубой коже Чана. Мужчина наблюдал за этим с хищным блеском в глазах.

Ё Вон обхватил лицо Чана своими длинными белыми пальцами, оставляя на коже легкие прикосновения. "Хорошо, что я не отрезал ему пальцы", - подумал Чан, скользнув взглядом по бледным ногам Ё Вона с ярко-алыми пятнами на лодыжках. "Пусть все останется на своих местах", - решил он. "Со Ё Вон".

- Со Ё Вон.

Взгляд Ё Вона прилип к мужчине. Его лицо было покрыто красными пятнами, как будто от жара. Мужчина хотел сказать, чтобы он продолжал вести себя красиво, если не хочет лишиться ног, но сдержался и не произнес эти слова вслух. Ему нравилось, как Ё Вон, положив ладони на его грудь, двигал бедрами - это было чертовски сексуально.

- ...Господин Чан.

Мужчина с радостью принял объятия Ё Вона, когда тот обвил его шею руками с надетым на палец кольцом. Он понял, что такое любовь.

- Та студентка...

- Ах... это моя младшая подруга по факультету...

- Как ты меня ей представил?

Склонившись к щеке Ё Вона, мужчина произнес эти слова зловещим тоном.

- Как человека, который скоро будет вылизывать твою задницу?

Ё Вон замотал головой, пробормотав что-то невнятное сквозь слезы.

- ...Нет.

- Тогда?

- Наверное, как дядю?

Пронзая мягкое и теплое тело Ё Вона своим твердым членом, мужчина застонал. Длинные ноги Ё Вона обвились вокруг его талии. В такие моменты мужчина чувствовал, как внутри него все закипает. Схватив его за лодыжки, он вошел еще глубже.

Глава 75

Мужчина, вышедший из номера 420 отеля "Ройял", ослабил галстук на шее. Голова кружилась. С каждым выдохом чувствовался густой запах алкоголя. Потирая виски, он направился к выходу, где его ждала машина.

Он редко напивался, но сегодня опьянение накатывало волнами. Виной тому была большая доза наркотика, подмешанного в алкоголь. Мужчина сел на заднее сиденье, и мягкая черная кожаная обивка обволокла его тело.

Ким Чжун Док, сидевший за рулем, наблюдал за ним в зеркало заднего вида. Несколько раз он открывал рот, чтобы что-то сказать, но колебался. Наконец, с предельной вежливостью он произнес.

- Генеральный директор, может быть, вам стоит остаться в "Ройял" с учетом завтрашнего расписания...

От отеля до пентхауса мужчины в центре Сеула было больше двух часов езды, даже если гнать на полной скорости. Было бы разумнее отдохнуть в отеле, учитывая завтрашние дела. Мужчина, повернувшись к окну, ничего не ответил. Ким Чжун Док, бросив на него взгляд, завел машину. Он подумал, что ему еще лет десять нужно учиться понимать своего босса.

Прошло чуть меньше двух часов, и машина остановилась перед домом. За это время алкоголь полностью распространился по телу мужчины, словно ядовитый червь, проникая в его мозг.

Когда он открыл дверь, изнутри хлынул тусклый свет. Опираясь на стену, он снял обувь.

Послышался шорох, и из глубины квартиры вышел Ё Вон. Его движения были быстрыми и точными, словно он знал, что мужчина вот-вот вернется.

- Вы пришли.

Помогая ему раздеться, Ё Вон украдкой наблюдал за ним. Взгляд мужчины упал на то место, где он только что сидел. На журнальном столике перед диваном лежала стопка книг. Это были учебники Ё Вон, который скоро должен был окончить университет. Было видно, что он торопливо закрыл книгу, услышав звук открывающейся двери.

- ...С Вами все в порядке?

Мужчина повернул голову и посмотрел на Ё Вона. В его встревоженном взгляде читалось беспокойство. Опьяненный мужчина молча встретил его взгляд, и его глаза медленно сузились. Словно хищник, он пытался разгадать мысли Ё Вона, и в уголках его губ появилась кривая усмешка. Внезапно ему стало смешно от того, что этот человек перед ним искренне переживал за него.

Ё Вон, заметив его насмешливую улыбку, неуверенно продолжил.

- Мне позвонил Чжун Док, и я заранее приготовил Вам ванну.

Мужчина принялся расстегивать рубашку, словно желая разорвать ее на части. В его движениях, снимающих ремень, не чувствовалось ни капли опьянения. Но с каждым выдохом густой запах алкоголя окутывал его, и он сам это чувствовал.

Обнажившись, мужчина погрузился в ванну. Ё Вон сел рядом и начал массировать его спину. Его взгляд, казалось, пронзал мужчину насквозь, но он продолжал свои действия с усердием и осторожностью.

Взгляд мужчины упал на брови Ё Вона, которые из-за влажности казались еще гуще, чем обычно. Внезапно он схватил его за подбородок. Ё Вон испуганно распахнул глаза, как кролик, попавший в ловушку, и мужчина поцеловал его. Его острые зубы впились в нежные губы, словно желая откусить кусочек. Это было скорее похоже на укус, чем на поцелуй. Наконец, насытившись, он отпустил Ё Вона.

- ...Ха...

Грудь Ё Вона часто вздымалась. Его лицо и шея покрылись румянцем. Опустив взгляд, он покраснел так же, как когда мужчина кусал его за сосок. Глядя на его смущенное лицо, мужчина подумал, что хотел бы убить его.

- ...Что?

Ё Вон медленно поднял голову и посмотрел на него. В его взгляде читался страх. «Это была всего лишь мысль», — подумал мужчина. Неужели опьянение заставило его произнести это вслух? Он провел большим пальцем по губам Ё Вона, на которых остались следы его слюны. Маленькие и пухлые, они выглядели такими аппетитными, что хотелось их съесть.

- Чем ты сегодня занимался?

Мужчина, который только что хотел убить его, теперь спрашивал о его дне. Ё Вон, сбитый с толку, запинаясь, ответил.

- ...Я был в университете, а потом ходил за покупками с домработницей.

Его слова, произнесенные сквозь припухшие губы, были кратким отчетом о дне, который мужчина и так знал. Он понимал, что многое осталось несказанным.

Со Ё Вон пообедал с девушкой в университете, около двадцати минут выбирал учебники в книжном магазине и в итоге купил два, затем вернулся домой и делал задание. Ближе к вечеру он сходил в супермаркет и купил в основном мясо. Вернувшись домой, он приготовил ужин. К десяти часам мужчина так и не вернулся, и Ё Вон поужинал один. Он почти не притронулся к тушеным ребрышкам, которые готовил два часа. Ё Вон не любил мясо. Казалось, у него были проблемы с пищеварением.

Мужчина стянул с Ё Вона футболку. На его белой шее под светлым лицом виднелись красные пятна.

- Тот, с кем ты обедал, ничего не спрашивал? — поинтересовался мужчина.

Ё Вон непонимающе уставился на него.

- Например, почему ты всегда носишь футболки с высоким воротом?

- ...Я сказал, что легко простужаюсь, - ответил Ё Вон.

- ...Ха, - мужчина издал смешок. Его грудь, погруженная в воду, тяжело вздымалась. Неужели она поверила? Он представил себе, как Ё Вон, пытаясь скрыть следы их бурной ночи, торопливо придумывал оправдания. Наверняка его обычно бледные щеки и шея пылали румянцем, как сейчас, делая его таким аппетитным. Интересно, о чем думала та девушка, глядя на него?

Мужчина, погрузившись в мысли о самых грязных и пошлых словах, которые только можно представить, снова повторил.

- Я сказал, что хочу тебя убить.

- ...

В этот момент губы Ё Вона плотно сжались, словно створки раковины. Его глаза наполовину скрылись под длинными ресницами. Бледная нижняя губа слегка подрагивала, выдавая его волнение.

Мужчина притянул Ё Вона за затылок к своему возбужденному члену, который торчал из темных волос. Он был в таком состоянии с того самого момента, как сказал, что хочет убить Ё Вона. Нет, даже раньше — с тех пор, как увидел на видео это белое тело, сидящее за столом и ожидающее его дома.

Ё Вон не мог не заметить его возбуждения. Покорно склонившись, он уткнулся лицом между ног мужчины. Его белое лицо погрузилось в воду.

Наблюдая за тем, как розовый язык Ё Вона ласкает головку его члена, мужчина провел своим языком по нижней губе. Ему хотелось еще сильнее притянуть его за затылок и вонзиться глубоко в его горло. Ему хотелось шептать ему на ухо всякие непристойности и разрывать его изнутри.

Ё Вон обхватил руками торс мужчины и сел на него сверху. Его стройная талия прижалась к рукам мужчины. Закрыв глаза, Ё Вон тихо застонал.

- А, ах...

Его сдавленные стоны проникали в чуткий слух мужчины. С каждым движением его бледного тела на бедрах мужчины подрагивали его маленькие розовые соски. Мужчина просунул руку под бедро Ё Вона и развел его ноги еще шире. Его тесное отверстие раскрылось до предела и сжималось вокруг члена мужчины, доставляя ему невероятное удовольствие.

Мужчина представил, как сжимает руками шею Ё Вона. И тут же он действительно протянул руку к его шее. Его длинные пальцы обхватили тонкую шею, и он начал медленно сжимать ее. Опьяненный алкоголем, он не контролировал свою силу.

- ...Ге... неральный директор…, с трудом выговорил Ё Вон.

- ...Я задыхаюсь…

Мужчина сжал шею Ё Вона в своей руке, словно хрупкую куриную шейку. Ё Вон закашлялся, судорожно сжимая член мужчины. В глазах мужчины на мгновение потемнело. Это был опасный момент, который мог привести к преждевременной разрядке. Мужчина, опомнившись, жадно припал губами к оставленным на шее Ё Вона следам, целуя и облизывая.

- Я не могу убить тебя, – прошептал мужчина.

Ё Вон встретился с ним взглядом. Его губы приоткрылись, влажные и припухшие, и он произнес с придыханием.

- Из-за меня...

Мужчина невольно сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле. Жажда снова охватила его. Ему казалось, что он готов выпить всю воду из этой ванны, чтобы утолить жажду, которая сжигала его горло и разъедала мозг. Он не мог понять, что ему нужно больше – эта вода или Ё Вон.

- Вам больно? – спросил Ё Вон.

Мужчина нахмурился, ощутив укол оскорбленной гордости.

- ...Мне тоже было больно, – прошептал Ё Вон, словно понимая всю противоречивость чувств, которые терзали мужчину. Он прижался щекой к его груди. Мужчина опустил глаза и увидел макушку Ё Вона с его светло-каштановыми волосами. На губах мужчины мелькнула усмешка. Его забавляла эта наивная попытка Ё Вона проникнуть в его душу. Ё Вон не знал главного. Он не знал, какую тайну скрывал мужчина, притворяясь уставшим и равнодушным.

- Когда Вас не было рядом, мне тоже было больно, – признался Ё Вон, обхватив пальцами с кольцом шею мужчины. Мужчина, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции, напряг свои бедра и толкнулся вперед. Волосы Ё Вона взметнулись. Мужчина сжал в руке его затылок и, тяжело дыша, устремился к вершине наслаждения.

- А... хн! Ди... директор, ах! Хах, генеральный директор, – вырывались из его уст стоны, похожие на мольбы. Мужчина, неистово двигаясь, впивался губами в его губы, посасывал его мочку, лизал шею, ласкал языком напряженные соски. Он царапнул ногтем разбухший чувствительный сосок, и стоны Ё Вона стали еще громче, многократно отражаясь от кафельных стен и подстегивая возбуждение мужчины.

Растянув узкое отверстие, мужчина излился внутри Ё Вона. Их окутало сладкое послевкусие. Прижавшись друг к другу разгоряченными телами, они слились в поцелуе.

Оргазм отступил, но сердце, запертое в грудной клетке, все еще бешено колотилось.

Ё Вон, который все это время держал глаза закрытыми, медленно выровнял дыхание. Наконец, он открыл глаза, и его взгляд встретился со взглядом мужчины.

- Генеральный директор Чан Ки Джу... – произнес он, и в его глазах блестели слезы.

Когда Ё Вон впервые произнес его имя, мужчину пронзила дрожь. В тот момент он внезапно осознал, что с тех пор, как услышал свое имя из уст Ё Вона, ему стало мало просто обладать этим белым телом. Ему нужно было всё: его дыхание, его мысли, его сердце, всё, что находилось внутри Ё Вона.

Мужчина кончиком носа коснулся маленького носика Ё Вона. В этом жесте не было ничего сексуального, но щеки Ё Вона, и без того пылавшие от возбуждения, вспыхнули еще ярче.

Ё Вон обхватил руками лицо мужчины. Тот опустил его руки вниз и взглянул на кольцо, которое украшало палец Ё Вона. Затем он просунул руку под бедро Ё Вона, и их тела снова начали двигаться в унисон. Вода из ванны выплескивалась через край.

Мужчина хотел растянуть удовольствие, но чувствительное тело Ё Вона, возбужденное предыдущим оргазмом, сжималось вокруг него, не давая ему сдержаться. Ощущая тепло и мягкость внутри него, мужчина наслаждался Ё Воном, который, казалось, поглощал его целиком.

- ... Ах, блять, – выругался мужчина, проснувшись с сильным похмельем, которое пронзало его виски. Он сел на кровати, держась за голову. Одеяло соскользнуло с его бедер.

- Вот, – раздался голос Ё Вона.

Мужчина увидел перед собой стакан с водой, в которой была растворена желтая жидкость. Ё Вон, заметив хмурый взгляд мужчины, заикаясь, пояснил.

- ...Это медовая вода. Домработница принесла.

- ....

- Она сказала, что это хорошо помогает от похмелья.

Мужчина нахмурился, и Ё Вон поспешно убрал руку со стаканом. Он поставил его на прикроватную тумбочку.

- Я оставлю здесь, – сказал он и поспешно отвернулся, словно желая сбежать. Мужчина проводил взглядом его удаляющуюся фигуру. На шее под аккуратно подстриженными волосами виднелись красные пятна, как будто от чьих-то пальцев. Мужчина опустил взгляд, куда Ё Вон смотрел перед тем, как отвернуться.

На смятых простынях виднелись темные волосы. Мужчина усмехнулся и, протянув свою мускулистую руку, схватил Ё Вона за запястье и резко дернул на себя. Ё Вон оказался сидящим на его бедрах. Мужчина не спеша оглядел его. Ё Вон снизу всегда выглядел по-новому. Обычно он опускал глаза, и, если мужчина не заставлял его, он редко смотрел прямо. Но сейчас мужчина мог видеть его лицо, его глаза, нос, губы. Он закинул руки за голову и принялся неторопливо рассматривать черты лица Ё Вона, словно любовался картиной.

- ...Что Вы делаете? – смущенно спросил Ё Вон, отводя взгляд.

Голым был мужчина, но краснел почему-то Ё Вон. Мужчина с интересом разглядывал его покрасневшую шею, которая виднелась из-под футболки. "Как такое возможно?" – подумал он.

- Мы провели вместе всю ночь. В чем проблема?

Ё Вон отвел взгляд, не зная, куда его деть.

- Выпейте медовую воду, – попросил он.

Мужчина потянулся к тумбочке и, не отрывая взгляда от Ё Вона, поднес стакан к губам и залпом выпил его содержимое. Несмотря на то, что он не любил сладкое, он не поморщился. Опустив стакан, он встретился взглядом с Ё Воном, который тут же отвернулся, словно ребенок, которого застали за чем-то плохим.

- Я поставил суп на плиту, – сообщил он.

И действительно, из кухни доносился аппетитный запах. Ё Вон встал с бедер мужчины и поспешно вышел из комнаты. Мужчина потер лицо ладонью, вспоминая, что он сказал Ё Вону в состоянии опьянения. Кажется, он хотел его убить. Но Ё Вон вел себя так, будто уже забыл об этом. Мужчина встал с кровати и, накинув халат на голое тело, направился на кухню.

Там он увидел Ё Вона, который суетился у плиты, словно настоящая хозяйка. Взгляд мужчины упал на кольцо, которое украшало его безымянный палец.

Эпилог

Прошел год, и весна снова постучалась в окна. Время неумолимо бежало вперед, и вот уже наступила годовщина смерти матери Ё Вона. Ё Вон в черном пиджаке приехал в колумбарий. Он положил букет цветов рядом с фотографией матери, в которой угадывались его собственные черты, и склонил голову в молчаливой молитве. Мужчина, стоявший позади, молча наблюдал за его белой шеей, которая виднелась из-под черного воротника. Ё Вон также провел некоторое время у могил отца и дяди. Он не мог не сделать этого из уважения к родственникам, которые также пришли почтить память усопших. Мужчина, докурив сигарету, последовал за Ё Воном, который направлялся к выходу.

В машине по дороге домой Ё Вон смотрел в окно. В его глазах, как всегда, читалось спокойствие, губы были плотно сжаты. Мужчина любовался его профилем.

Ё Вон сказал, что хочет принять душ, и скрылся в ванной комнате. Мужчина, просматривая документы в кабинете, время от времени бросал взгляд в сторону ванной. Шум воды не прекращался уже несколько десятков минут, монотонный и равномерный. Мужчина встал из-за стола.

- Со Ё Вон, – позвал он.

Ответа не последовало.

- Открой дверь, – повторил мужчина более настойчиво.

- ....

- Ты же знаешь, что для меня не составит труда выломать эту дверь.

Мужчина уже собирался привести свою угрозу в исполнение, как вдруг замок щелкнул, и дверь приоткрылась. В щель показалось лицо Ё Вона. Он теребил край футболки, избегая смотреть на мужчину. Глаза его были красными. Мужчине вдруг захотелось рассмеяться при мысли о том, что Ё Вон, как маленький ребенок, плакал в ванной под шум воды.

- Почему ты плакал? – спросил мужчина, глядя на лицо Ё Вона, с которого, хоть и высохли слезы, все еще не сошла печаль. Ё Вон молчал. С его ресниц скатилась последняя слезинка. Он поспешно смахнул ее тыльной стороной ладони, но мужчина уже успел заметить. Шлюзы, сдерживающие слезы, снова открылись. Мужчина притянул Ё Вона к себе и ласково погладил его по уху, словно пытаясь утешить того, кто нес на своих плечах чужую вину.

- Ты боишься наказания?

Ё Вон едва заметно покачал головой. Его покрасневший кончик носа уткнулся в грудь мужчины.

- Нет.

- Тогда чего ты так боишься?

Мужчина провел языком по уху Ё Вона, словно желая успокоить его. Он ласкал его маленькое чувствительное ушко, затем спустился ниже, к шее, и взял в рот сосок. Он терзал его своим шершавым языком, покусывал его зубами.

Ё Вон, утомленный настойчивыми ласками мужчины, упал на кровать. Едва он успел задремать, как его настиг кошмар. Он давно не видел таких страшных снов. Возможно, это было связано с посещением колумбария днем.

Мужчина посмотрел на Ё Вона, затем встал с кровати. Над Ё Воном нависла большая темная тень. Мужчина сел на него сверху и раздвинул его ягодицы. Круглое отверстие, которое они скрывали, открылось его взгляду.

Мужчина стянул с себя одежду и взял в руку свой член. Затем он вошел в Ё Вона. Его отверстие, уже знакомое с этим ощущением и успевшее выпустить немного смазки, жадно обхватило его член. Мужчина начал двигаться, не обращая внимания на то, что Ё Вон спит и видит кошмар. Он накрыл своим телом его хрупкое тело и принялся быстро и ритмично двигаться.

- Аа! – Ё Вон открыл глаза. Он сонно посмотрел на мужчину. В его затуманенном взгляде постепенно проступало осознание происходящего. Вскоре он почувствовал влагу между своих ног. Его щеки и нос мгновенно покраснели.

- Как ребенок... – пробормотал мужчина.

- Я снова кончил? – спросил Ё Вон без обиняков.

Мужчина поморщился, услышав эту грубую фразу.

- ...Простите, – прошептал Ё Вон, смущенный тем, что не смог сдержаться. Его ресницы затрепетали, он закусил нижнюю губу. Его взгляд метался по комнате, словно он искал место, куда можно спрятаться от взгляда мужчины, но вскоре понял, что это бесполезно.

В конце концов, он сдался и протянул руки к мужчине. Его тело, прильнувшее к мужчине, было горячее, чем обычно. Влажная от пота кожа прилипла к коже мужчины. Мужчина убрал со лба Ё Вона влажные волосы, открыв его лоб с легким пушком.

Мужчина склонил голову и провел языком по шее Со Ё Вона, чувствуя, как мягкий пушок щекочет кончик его языка.

- ...Хм…, – простонал Ё Вон. Его тело, только что испытавшее оргазм, было настолько чувствительным, что отзывалось дрожью на каждое прикосновение языка. Мужчина с наслаждением ощущал каждый тонкий волосок, собирая с кожи капельки пота, которые на этом белоснежном теле пахли сладковатым ароматом.

- ...Ах! – внезапно вырвалось у Ё Вона. Его взгляд упал на одежду, разбросанную по кровати. Два черных пиджака, сброшенные в спешке, нелепо переплелись между собой.

- ...Простите, – пробормотал Ё Вон, чувствуя смущение. Не получив ответа, он встревоженно позвал:

- ...Генеральный директор?

Мужчина увидел на его лице тревогу и, словно желая запечатлеть каждое слово в его памяти, раздельно произнес.

- Кому... ты... принадлежишь?

- ...Вам... господин Чан Ки Джу, – прошептал Ё Вон, тяжело дыша. Мужчина улыбнулся, услышав свое имя. "Да, в таком возрасте вполне естественно грезить о ком-то", – подумал он. Он поднес ко рту руку Ё Вона, на которой было надето его кольцо. Кожа на пальцах, стертая грубой наждачной бумагой, была мягкой, как у младенца. И он один знал секрет, скрытый в узорах отпечатков пальцев. Эта мысль наполнила его восторгом.

Теперь, когда он полностью завладел этим человеком, мужчина ощутил глубокое удовлетворение, какого никогда прежде не испытывал.

- Наконец-то…, – прошептал он, чувствуя, как его переполняет тягучее наслаждение.

<Конец>

Глава 76

Королевское поле для гольфа.

Новобранец, который проработал всего две недели, полировал пол холла шваброй. Какая же это была расточительность, просто невероятная. Пол был выложен мрамором, и его приходилось полировать и натирать десятки раз в день, чтобы он сохранял свой блеск. А какой же он был огромный! Настолько огромный, что на нем можно было бы играть в футбол. Пока ты убирал и натирал его, полдня пролетало незаметно.

Скучая до невозможности, он лениво передвигался, когда столкнулся с входящим в дверь начальником. Новобранец выпрямил швабру и быстро поклонился.

- Здравствуйте.

- ...Привет.

Начальник, с лицом белым, как будто он никогда не видел солнечного света, быстро прошел мимо. На его фоне ярко выделялись слегка подрагивающие красные губы.

Новобранец быстро оглядел фигуру своего невероятно молодого начальника. ...Кажется, на нем сплошь одни брендовые вещи. Внутри закипала бессмысленная зависть.

С самой первой встречи он понял, что начальник не из простых. Как такой молодой человек, которому от силы лет двадцать пять, может управлять таким огромным полем для гольфа? Это было невозможно без серьезной поддержки, обычный человек не мог даже мечтать о таком. От этих мыслей у него пересохло во рту.

Похоже, не он один так думал. Несколько дней назад он услышал шепот в раздевалке. Сотрудники, разбирая сумки для гольфа клиентов, тихо переговаривались между собой.

"А почему наш начальник такой молодой?" - спросил один из новичков, пришедший примерно в то же время, что и он. Сотрудник, к которому был обращен вопрос, усмехнулся. И то, что он сказал потом, было просто возмутительно.

"Когда я пришел сюда, на его месте сидел толстый боров, который всем своим видом показывал, что он здесь главный."

"И что?"

Старожил вытянул шею и осмотрелся. Новобранец, подслушивавший разговор, почувствовал на себе взгляд и уткнулся в телефон, делая вид, что ничего не слышит. Только тогда старожил продолжил.

"Этот начальник тоже сначала пришел сюда как сотрудник. Хорошо устроился благодаря своему любовнику."

"...Что? Сюда?"

"Тсс, тише!" - послышался голос, призывающий к тишине, так как голоса стали громче. Было забавно, что они так делают, хотя и понимают, что их все равно слышат.

"Но он выглядит таким скромным?"

"Такой типаж сводит с ума некоторых людей."

Они продолжали шептаться до тех пор, пока не вышли из раздевалки. Когда дверь закрылась, лицо новобранца исказилось. После услышанного этот парень, который и раньше ему не нравился, стал еще более отвратительным.

Гладкое лицо, будто никогда не знавшее труда, стройное тело с идеальными пропорциями, обтянутое тонкими мышцами. Одни вкалывают день и ночь, чтобы свести концы с концами. Другие же, обладая приятной внешностью и удачно выбрав себе партнера, наслаждаются жизнью. Мир казался таким несправедливым.

Скучная жизнь, унылый день. В свободный от расписания день он коротал время, обслуживая гостей в отеле.

- Прошу прощения.

Он постучал в дверь номера 1104, расположенного в самом конце пентхауса, и ему открыл незнакомый гость.

- Входите.

Это был крупный мужчина очень высокого роста. Его глаза, такие же черные, как его волосы, производили сильное впечатление. Судя по файлам с информацией о клиентах, это был тот самый генеральный директор Чан, о котором ходили слухи. Молодой генеральный директор, который очень хорошо зарабатывал и очень хорошо тратил.

Он был привлекательным мужчиной, но теперь стало понятно, почему в слухах о нем редко упоминалась его внешность. Его аура была настолько сильной, что затмевала его внешние данные. Расставляя сервировку для обслуживания номеров на столе, новичок размышлял про себя.

Внезапно он заметил кольцо на безымянном пальце мужчины, когда тот поднимал бутылку вина. ...Женат? Кажется, в файле об этом не было информации. Новичок был немного озадачен. В то время как внешне он почти ничего не показывал, внутри он постоянно строил догадки об этом мужчине. Над его головой раздался низкий, гулкий голос.

- Не могли бы Вы позвать босса?

- Да, а Вы заранее с ним связывались?

Мужчина молча посмотрел на него. "Неужели я должен был заниматься этим сам?" - читалось в его взгляде. Новичок понял, что допустил оплошность, и поспешил исправить ситуацию.

- Я сейчас же свяжусь с ним.

Когда новичок поставил поднос, который он принес в комнату, и повернулся, чтобы выйти, взгляд мужчины переместился на дверь. Он глубоко погрузился в кожаный диван и тихо пробормотал.

- Вот он, идет.

Вскоре кто-то постучал в дверь.

- Да, кто там?

Новичок вышел и открыл дверь. Снаружи стоял директор. Новичок отступил на несколько шагов, и директор вошел и сел на диван напротив гостя.

Наступила короткая тишина. Гость сделал глоток вина. Его крупный кадык ритмично двигался вверх-вниз. Директор наблюдал за ним полуприкрытыми глазами. Гость поставил бокал с вином и произнес, облизывая влажные, блестящие губы.

- Выручка сильно упала.

- Ну, это же зима…

От тихого голоса директора, губы мужчины растянулись в усмешке, а челюсти напряглись.

- ...И все знают, что я всего лишь подставной директор, - произнес он с сарказмом.

Мужчина коротко рассмеялся, его грудь вздымалась от смеха. Он погладил босса по шее своей огромной рукой и тихо произнес.

- Ну же, повтори ещё раз.

- ...Все знают, что я лишь подставной директор, - голос босса был едва слышен.

- Ты стал совсем непослушным, - голос мужчины стал острым.

От этих слов босс плотно сжал губы. Даже когда гость требовал ответа, он продолжал молчать. Мужчина усмехнулся и коснулся мочки уха директора своими толстыми пальцами. От этого прикосновения новичок внутренне напрягся, не понимая происходящего. Он невольно засмотрелся на них, как вдруг почувствовал на себе взгляд. Босс искоса наблюдал за ним.

Новичок очнулся и поспешно положил на стол приборы.

- Можете идти, - произнес босс.

- Хорошо, приятного времяпрепровождения, - ответил новичок, поклонившись и выйдя из комнаты.

Выкатывая сервировочный столик, он нахмурился. Даже вернувшись в холл, он не мог отделаться от увиденной сцены. В ней было что-то странное и тревожное, что не давало ему покоя.

Момент, когда ноготь господина Чана слегка царапнул мочку уха босса...

Глава 77

Я молча разглядывал мужчину, который без предупреждения явился на поле для гольфа. Густые брови, слегка выступающие скулы, волевой подбородок. Мужчина тоже смотрел на меня в упор. Он окинул взглядом мое лицо, затем одежду и, усмехнувшись, произнес.

- Ну ты совсем как ребенок.

От его слов, от того, что он видел во мне лишь мальчишку, кривляющегося перед взрослым, шею опалило жаром. Я и сам прекрасно понимал, что этот костюм сидит нелепо. Но быть осмеянным вот так, в открытую, было невыносимо стыдно.

Жесткий белый воротник, душивший шею галстук цвета морской волны, пиджак, сидевший как влитой... Костюм был сшит по меркам, но почему-то создавалось ощущение, будто я надел чужую, взрослую одежду.

Когда я впервые увидел себя в зеркале в этом костюме, то застыл в неловкости. Не зная, что делать с галстуком, я неумело завязал его, потом переделывал несколько раз, но всё равно узел выглядел как-то косо. Я мучился перед зеркалом, когда...

- Что ты там копаешься? - взгляд мужчины, полный жалости, впился в меня.

Мне ничего не оставалось, как надеть этот странно перекошенный галстук и выйти из дома. Я сел на заднее сиденье машины, дверь которого открыл один из его подчиненных, и мы вместе с мужчиной отправились на поле для гольфа. Сидя рядом, он смотрел на меня сверху вниз с нескрываемым интересом. Я почти надеялся, что он сейчас начнет возмущаться, мол, куда это я собрался, но...

К несчастью, этого не произошло.

И вот к чему это привело.

- Мне не идет эта одежда... Да и с клиентами я общаться не умею, я не красноречив.

Мужчина заправил мои волосы за ухо. Этот жест сам по себе мог бы показаться нежным, но учитывая, что его совершил господин Чан, он выглядел просто безразличным.

Кончики его пальцев нарочито коснулись моей мочки. По спине пробежала волна мурашек, я невольно втянул голову в плечи.

- Ух... Я только подорву репутацию гольф-клуба.

- А с кем ты сейчас разговариваешь?

- ...

- Разве не с клиентом?

Мужчина медленно прикрыл глаза, а затем снова открыл. Его лицо словно говорило: "Ну, давай, продолжай, что еще хочешь сказать?" Мне казалось, что я разговариваю с каменной стеной. Я сжал губы, которые до этого были слегка приоткрыты. Что я мог сказать? Ведь виновником всей этой катастрофы был никто иной, как я сам.

Всё началось два сезона назад, прошлым летом.

Это случилось за месяц до окончания университета. Закончив занятия, я вышел из здания факультета и направился домой. В этот момент завибрировал телефон. На экране высветилось сообщение от администрации факультета.

[23 числа в 18:00 в китайском ресторане напротив университета состоится кураторский час. Неявка повлечет за собой отказ в выдаче диплома. - Администрация факультета физического воспитания]

Прочитав сообщение, я нахмурился. Добираться туда не меньше часа, да и сама мысль о том, что придется торчать среди незнакомых людей, вызывала у меня неприятные ощущения.

Я вышел через главные ворота и прошел довольно большое расстояние от университета. Взглянул на часы. К счастью, до назначенного времени оставалось еще пять минут. Из-за мужчины, который подозревал меня в каких-то махинациях, стоило мне задержаться хоть ненадолго, мне приходилось постоянно жить по строгому графику.

В стороне от оживленной улицы, где почти не было людей, стоял роскошный седан, приковывая к себе взгляды прохожих.

- Хаа…, - я тихо вздохнул, глядя в небо. Прикрыв лицо рукой, я быстро юркнул на заднее сиденье.

- О, Ё Вон, ты пришел? - Ким Чжун Док, сидевший за рулем и потягивавший американо, протянул мне стаканчик с кофе.

- ...Нет, спасибо.

Ким Чжун Док безразлично поставил кофе обратно в подстаканник и завел машину. Я осторожно окликнул его.

- Хён, в следующий раз давай встретимся где-нибудь подальше.

- Почему? - он притворился наивным, но у меня от этого почему-то побежали мурашки по коже.

- На нас все смотрят.

- Смотрят? Да быть такого не может, - Ким Чжун Док опустил стекло и высунул голову наружу. Люди, заинтригованные темной тонировкой и гадавшие, кто сидит внутри, шарахнулись в стороны, увидев лицо Ким Чжун Дока.

- Никто не смотрит, - заявил он.

Ребенок, который оказался прямо перед его лицом, заревел в голос, но Ким Чжун Док, словно ничего не произошло, положил руку на окно и, напевая себе под нос, продолжил движение. Его лапа, похожая на медвежью, легонько постукивала по двери. Татуировка на руке спускалась ниже рукава пиджака, и я чувствовал, как машины сзади увеличивают дистанцию. Ким Чжун Док был совершенно бесстыжим.

Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

- Куда прикажете доставить?

- ...А где генеральный директор?

На свирепом лице в зеркале заднего вида расцвела широкая улыбка. С чего бы это? Мне почему-то стало неловко, и я отвел взгляд к окну.

- Генеральный директор сейчас в офисе, разумеется. Он же глава преуспевающей, добропорядочной компании.

...И снова эта его заезженная пластинка про "добропорядочную компанию". Пропустив его слова мимо ушей, я набрал на телефоне тринадцать цифр номера мужчины. Несколько раз я подносил палец к кнопке вызова, но так и не решался нажать. У него всегда плотный график, особенно по вечерам. Ким Чжун Док, словно прочитав мои мысли, небрежно бросил.

- Скоро у него будет много работы из-за нового контракта.

Он и так вечно занят, а будет еще больше? Мне становилось не по себе от мысли, что он живет так, будто в сутках 42 часа. Ест, спит, занимается сексом, проводит время со мной - и всё остальное время работает. Решив все же узнать, свободен ли он сегодня вечером, я нажал на кнопку вызова.

После коротких гудков раздался его голос.

- Генеральный директор.

- Да, говори.

- Я хотел бы поужинать с Вами сегодня вечером, если у Вас нет никаких планов.

В трубке повисла пауза, а затем он ответил: "Хорошо."

Ким Чжун Док, который еще до звонка начал постепенно сбавлять скорость, ухмыльнулся и резко повернул руль, меняя направление.

- Надо будет найти какое-нибудь хорошее местечко.

Ресторан, который мы нашли по совету Ким Чжун Дока, оказался очень атмосферным. Из панорамных окон открывался великолепный вид на ночной город, а еда была изысканной. Мужчина выглядел довольным. Хотя его эмоции редко проявлялись на лице, я научился распознавать едва уловимые признаки его хорошего настроения.

- Сегодня у меня было три пары, а после обеда выдалось свободное время, поэтому я провел его в центральной библиотеке, - рассказывал я о своем дне, внимательно наблюдая за его реакцией, и решил, что сейчас самое время.

- Генеральный директор.

Мужчина перестал резать мясо. Я посмотрел на нож в его руке и тихо продолжил.

- В этот четверг у меня мероприятие на факультете. Мне нужно будет ненадолго отлучиться.

Я сделал особый акцент на слове "ненадолго". Мужчина слегка нахмурился.

- Если я не пойду, мне не выдадут диплом... Это всего на час, просто ужин, - быстро добавил я и с тревогой стал ждать его ответа.

Мужчина, на мгновение остановившийся, продолжил резать мясо. Раз не закатил скандал, значит, согласился. Уже хорошо, но на этом моя речь не заканчивалась.

- И еще...

Мужчина вскинул подбородок, словно спрашивая: "Что еще?"

- Я хотел бы попробовать поработать, хотя бы несколько часов в день.

Профессор предложил мне хорошее место. Думаю, если я стану финансово независимым, наши отношения станут немного здоровее. Подготовленные заранее слова застряли у меня в горле.

- ...Хм, - мужчина, произнеся это, одновременно отложил вилку и нож.

Лезвие ножа заскрежетало по тарелке, издавая неприятный звук. Я зажмурился, а затем снова открыл глаза.

Мужчина взял салфетку и вытер губы. Сложив вместе большие руки, он наклонился над столом. Его огромная тень накрыла меня.

- Со Ё Вон, - произнес он мое имя, растягивая губы в улыбке. Но глаза его оставались холодными и безразличными. Этот контраст между улыбкой и взглядом внушал необъяснимый страх.

- И это всё, что ты хотел мне сказать, когда так мило просил поужинать со мной?

- ...Нет.

Мужчина приподнял одну бровь, явно не веря мне. Я понял, что сейчас лучше промолчать.

- А ведь еще недавно всё было так хорошо, - между его густыми бровями залегла складка. Он был явно недоволен. Мое сердце бешено колотилось. Я сидел перед ним, смачивая пересохшие губы вином, чувствуя себя виноватым за то, что испортил ему вечер.

По дороге домой в машине повисла гнетущая тишина. Холодная атмосфера разделяла нас, и Ким Чжун Док украдкой поглядывал в зеркало заднего вида.

Его старания, потраченные на поиски хорошего ресторана по телефону, оказались напрасными. Мне стало жаль его, и я неловко улыбнулся. В этот момент чья-то рука больно схватила меня за предплечье.

- ...Ах!

Мужчина резко притянул меня к себе. Я упал, оперевшись руками о его бедра. Подняв голову, я увидел, что он смотрит прямо перед собой. Ким Чжун Док, встретившись с ним взглядом, неловко рассмеялся.

- ...Ха-ха.

Он двумя руками взял зеркало заднего вида и повернул его в сторону, чтобы ничего не видеть.

Я решил, что в ближайшее время больше не буду поднимать эту тему.

***

Эта странная атмосфера между нами сохранялась несколько дней. Честно говоря, когда я заговорил с ним о работе, я не особо рассчитывал на его согласие. Если он против, я не собирался идти ему наперекор. Я предполагал, что он будет недоволен, и не ошибся: он был чертовски недоволен. Однако, наученный горьким опытом, он больше не высказывал свое недовольство вслух.

Но даже если он молчал, я всё равно чувствовал его напряжение. Сжатые челюсти, напряженная шея, словно деревянная... Он вел себя так, будто хотел запереть меня в золотой клетке. ...Ааа, от этой мысли меня пробрала дрожь. От осознания того, что он действительно способен на такое, становилось жутко.

- ...Хаа.

С моих губ сорвался вздох. Как же мне отказаться от предложения профессора? Я ломал голову несколько дней, но не мог придумать подходящего предлога. Если бы это был обычный преподаватель, я бы просто пропустил его слова мимо ушей. Но это был мой научный руководитель, и я боялся, что отказ может отразиться на моих оценках.

Весь семинар я думал об этом, глядя на суровое лицо профессора, но так ничего и не придумал.

- На сегодня всё, - произнес профессор.

Послышался скрип отодвигаемых стульев. Я тоже встал и начал убирать учебники, когда...

- Со Ё Вон, задержись на минутку, - неожиданно окликнул меня профессор.

Мой одногруппник, сидевший рядом, спросил, в чем дело. Я чувствовал на себе любопытные взгляды нескольких человек, выходивших из аудитории.

Скрывая смущение, я сказал.

- Ты иди в столовую, я скоро подойду.

- Хорошо, не торопись, - ответила Ми Хён, моя единственная подруга на факультете, и вышла из аудитории.

Когда все студенты ушли, и мы остались одни, профессор спросил.

- Ты подумал над моим предложением?

- ...А, - промямлил я.

Профессор повторил свой вопрос.

- Не стесняйся, говори как есть.

- Я очень благодарен Вам за эту возможность, но…

Хотя профессор и сказал "не стесняйся", он явно ожидал, что я соглашусь на его предложение, и мой ответ застал его врасплох. Заметив, как его седые брови слегка нахмурились, я поспешил оправдаться.

- Я еще не думал о работе в этой области, так что, может быть, Вы дадите эту возможность кому-нибудь другому...

Даже мне самому это оправдание показалось жалким.

- А в какой области ты думал?

Я закрыл рот, который до этого был слегка приоткрыт. На самом деле, я хотел устроиться на обычную офисную работу, но не мог сказать об этом профессору, который преподавал мою специальность.

Его лицо выражало еще большее недоумение.

- Это же превосходная возможность, почему ты отказываешься?

И он был прав, объективно это была отличная возможность.

В отличие от тех немногих студентов, которые заранее договорились о месте работы благодаря близкому знакомству с профессором, большинство выпускников педагогического факультета в это время года были заняты подготовкой к экзаменам на государственную службу, которые должны были состояться в следующем семестре. Конкуренция была огромной, мест было мало.

Что касается меня, то, будучи человеком застенчивым, я не смог получить рекомендацию, да и вообще не собирался сдавать эти экзамены. Я решил, что такой человек, как я, не должен работать с детьми. Вместо этого я хотел устроиться на обычную офисную работу, не связанную с моей специальностью. Если бы мужчина позволил, я бы хотел отправить резюме даже в самую маленькую компанию. Мне казалось, что там могут принять такого необщительного человека, как я, с дипломом по такой необычной специальности.

Место в спортивной ассоциации, которое предлагал профессор, позволяло бы мне работать по специальности и получать зарплату немного выше, чем на обычной офисной работе.

Однако...

- ...Дело в том, что…, - начал я, но не смог придумать убедительного оправдания. Я не мог сказать, что мужчина, от которого я завишу, будет категорически против. Но и признаться, что он сказочно богат, и мне не нужно работать до конца жизни, я тоже не мог.

Профессор оказался довольно настойчивым.

- Я дам тебе еще немного времени подумать. Хорошо? Давай поговорим об этом на кураторском часе.

Я несколько раз открывал и закрывал рот, а затем согласился и вышел из аудитории. Ми Хён, которая стояла у двери и смотрела в телефон, удивленно спросила.

- Что случилось?

- Ничего, - я покачал головой.

По дороге в столовую я в уме подсчитывал, сколько дней осталось до кураторского часа.

***

Вернувшись домой, я открыл учебник и начал читать, но, взглянув на часы, с досадой понял, что уже поздно. Закрыв книгу, я встал и пошел в ванную, чтобы набрать воду. Глядя на льющийся поток, я опустил руку в ванну. Температура была подходящей.

Услышав щелчок дверного замка, я направился к входной двери. Мужчина, накинув пиджак на руку, вошел в дом. Пока он принимал ванну, я вместе с домработницей накрыл на стол.

Мужчина работал с документами в кабинете, а я сидел за журнальным столиком в гостиной и читал книгу. В какой-то момент я задремал, а когда очнулся, увидел, что мужчина сидит на диване и смотрит на меня. Карандаш, который я держал в руке, упал на пол.

Я посмотрел на часы. Стрелка уже перевалила за цифру "2". Похоже, он пришел разбудить меня, чтобы лечь спать, но обнаружил, что я уже сплю.

Я встал, закрыл книгу и пошел в спальню мужчины. Вскоре он тоже пришел. Судя по резкому запаху, перед этим он выкурил сигарету.

Его тело, обычно скрытое под рубашкой и галстуком, было покрыто коричневыми шрамами. Кроме того, на ключице, видневшейся из-под одежды, появился свежий красноватый след от укуса. Это я укусил его несколько дней назад. Должно быть, больно даже дотронуться, но мужчина вел себя как обычно, и это меня беспокоило.

Он заметил мой взгляд и тихо произнес.

- ...Хм.

Затем, словно нарочно, он положил свою большую руку на плечо и начал массировать его, нахмурившись. Меня возмутило его показное поведение. Он же не обращал на это внимания, пока я не посмотрел! И это при том, что он сам оставил на моем теле столько следов, что я не могу носить одежду с короткими рукавами даже весной и летом.

- Ты что, зубами скрипишь во сне?

Его бесстыдство просто выводило меня из себя. То, что для меня - романтика, для него - измена.

...Кстати, я вспомнил, как сотрудники гольф-клуба сплетничали о господине Чане. Я как раз убирал его сумку для гольфа в шкафчик, когда услышал их разговор.

"Господин Чан..." - при упоминании его имени я невольно навострил уши.

"Он женат?"

"Нет, насколько я знаю, он холост."

"Да, я тоже так думал, но сегодня увидел у него кольцо на безымянном пальце."

Я почувствовал, что на меня смотрят.

"Но господин Чан так поступает, хотя и женат," - раздался смех и болтовня. Я почувствовал, как мои щеки заливает краска. Что они себе возомнили, что мы с ним делаем?

Конечно, я согласен, что он выглядит так, будто способен на измену, не моргнув глазом. Его внешность действительно довольно распутная. Хотя на самом деле он не обращает внимания ни на кого, кроме меня.

- …

От этой мысли у меня внезапно загорелась шея. Мне стало стыдно, словно кто-то заглянул в мои мысли. Я потер шею и мужчина вопросительно посмотрел на меня. Я покачал головой, давая понять, что все в порядке.

...Как бы то ни было, важно то, что его репутация такая же грязная, как и его характер.

Хотя я и проклинал его про себя, меня беспокоило его показное поведение, и я решил немного подлизаться. Я медленно опустил голову и прижался щекой к его плечу.

- Завтра у меня кураторский час, - сказал я. Хотя он помнит все свои сложные дела, я решил еще раз напомнить ему о единственном событии в моем однообразном расписании.

- Веди себя хорошо, - сказал он.

Я провел пальцем по следам от укусов и тихо ответил.

- ...Да.

Когда я дотронулся до четвертого следа, он вдруг схватил меня за запястье. Я вздрогнул и посмотрел на него.

- Я сказал, веди себя хорошо, - повторил он.

Он что, злится, потому что я не смотрю на него? Я посмотрел ему прямо в глаза и отчетливо произнес.

- Да, я буду вести себя хорошо.

Его глаза хитро прищурились. И только тогда на его губах появилась довольная улыбка. Он наклонился и поцеловал меня в веко. Его гладкий язык скользнул по моему веку, и я невольно зажмурился. Когда я снова открыл глаза, он уже был сверху. Он смотрел на меня сверху вниз и мрачно улыбался.

Я наблюдал за тем, как мужчина собирается утром на работу. Он застегнул запонки и затянул черный кожаный ремень. Затем взял черный флакон с золотыми буквами, нанес немного духов на запястье и потер шею. Он повернулся, и я слегка прикрыл глаза. Я чувствовал, как он приближается.

Матрас прогнулся под его весом. Я ощутил на себе его пристальный взгляд, а затем прикосновение к щеке. Это был поцелуй с запахом его тела.

- ...

- ...

Через некоторое время на мое лицо и шею упали капли воды. В то же время в воздухе распространился его тяжелый аромат.

Оставив после себя свой запах, мужчина ушел. Я потянул за чулки, которые стягивали мои запястья. Но вместо того, чтобы развязаться, они еще сильнее затянулись. Мне пришлось перегрызть узел зубами.

Я посмотрел на свои ноги. Там тоже был кусок черной ткани, еле державшийся на бедрах. Хотя эти чулки были разорваны в клочья его грубыми руками, когда-то они были целыми.

- Тц, - я цокнул языком и встал с кровати, чтобы было удобнее раздеваться. Я зацепил пальцами за верхнюю часть чулок и скатал их вниз. Когда я вытаскивал ноги из скрученных чулок, меня охватило чувство унижения.

Внезапно я вспомнил о камере видеонаблюдения на книжной полке и посмотрел в ее сторону. Неужели он наблюдает за мной и сейчас? Этот извращенец, который заставляет меня носить чулки и получает удовольствие, глядя на мое смущение, вполне способен на такое...

Я в ужасе бросился в ванную.

От моего обнаженного тела все еще сильно пахло его парфюмом.

Даже после душа и переодевшись в чистую одежду запах продолжал преследовать меня. Я обнял сумку и направился к машине, припаркованной у дома, когда услышал голос Ким Чжун Дока, стоявшего в стороне и курившего сигарету. Судя по тому, что он держал в руке телефон, он с кем-то разговаривал.

- Детка, - он выпустил облако дыма.

- Ты получаешь зарплату вовремя, почему ты не можешь нормально работать?

С его внешностью его можно было принять только за бандита. Он стоял у входа, преграждая дорогу, и все взгляды были прикованы к нему.

Ким Чжун Дока это, казалось, совершенно не волновало.

- Простите? Ты собираешься так говорить и перед боссом? Тупая скотина...

Он, словно что-то почувствовав, внезапно замолчал. Опустив телефон, он резко повернулся и посмотрел на меня. Заметив, что я стою в отдалении и наблюдаю за ним, он спустил солнцезащитные очки на нос.

- Пришел? - он улыбнулся и помахал мне рукой, изображая дружелюбие. От того, как быстро он сменил выражение лица, меня пробрала дрожь.

Чувствуя на себе взгляды окружающих, я неохотно подошел к нему. Он прошипел сквозь зубы.

- Так, разберись с этим делом как следует и доложи боссу, пока он не узнал.

Его выражение лица было мягким, но тон голоса, предупреждающий.

- Не заставляй меня повторять дважды.

Когда я подошел к нему, Ким Чжун Док сложил телефон и сунул его в карман пиджака. Открывая заднюю дверь, он любезно спросил.

- Ты сегодня рано?

- ...Да, - тихо ответил я и сел на заднее сиденье.

Машина плавно тронулась с места. В тесном пространстве салона запах парфюма стал еще более заметным. Я втянул голову в плечи, словно черепаха, опасаясь, что Ким Чжун Док почувствует запах парфюма мужчины.

- Ё Вон, - услышав свое имя, я вздрогнул и посмотрел в зеркало заднего вида. Ким Чжун Док смотрел на меня.

- Я слышал, у тебя сегодня встреча.

- А, да.

- Я буду ждать тебя у ресторана, так что приходи, как освободишься.

После некоторого раздумья я сказал.

- Простите, что доставляю Вам столько хлопот.

- Хм? - Ким Чжун Док удивленно моргнул, услышав эти неожиданные слова. Он посмотрел в окно и протянул.

- А я вот так отлыниваю от работы.

Его телефон звонил без остановки, а он говорил, что отлынивает. В наступившей тишине вибрация казалась еще громче. Ким Чжун Док достал телефон, выключил его и бросил на пассажирское сиденье.

- Тебе не стоит беспокоиться о таких вещах, - сказал он и снова улыбнулся, стараясь казаться добродушным. Но после того, как я увидел его лицо, с которым он мог бы закопать человека лопатой, это не произвело на меня особого впечатления.

Перед кураторским часом у меня была еще одна лекция. Поскольку я никого не знал и не мог попросить занять мне место, мне пришлось сесть на оставшееся свободное место. Конечно же, это было самое неудобное для студентов место, то есть за столом преподавателей.

Таким образом, я оказался рядом с профессором, который предложил мне работу. Я не мог отказаться от рюмки, которую он протягивал мне вместе со своими советами, и мне пришлось выпить несколько подряд.

- Когда еще тебе выпадет такая возможность? Подумай еще раз, - я только кивал головой, слушая его заезженную пластинку. Как на иголках - лучше и не скажешь, как я себя чувствовал. Я украдкой взглянул на часы. Я хотел уйти сразу после проверки посещаемости, но из-за профессора я сильно опаздывал.

Я достал телефон и под столом быстро написал сообщение Ким Чжун Доку: "Профессор задержал, немного опоздаю. Извините ㅠㅠ". Как только я нажал кнопку "Отправить", профессор снова предложил мне выпить. Я быстро убрал телефон и поднял рюмку, чтобы принять алкоголь.

- Мне понравилось, что ты сосредоточен на учебе и не отвлекаешься на ерунду, - сказал профессор.

Как он и сказал, после восстановления в университете я стал учиться еще усерднее. Ведь за мое обучение платил мужчина из своего кармана. Хотя для него эта сумма была незначительной, как пыль в кошельке, это все равно были его деньги, и я не хотел тратить их впустую. Поэтому я старался изо всех сил, чтобы получить хоть какую-то стипендию. Поскольку мне больше не нужно было тратить время на подработку, как раньше, получать хорошие оценки стало еще проще.

Я всегда считал себя человеком, который хорошо переносит алкоголь. Но, видимо, из-за того, что я давно не пил, моя выносливость снизилась, и у меня быстро закружилась голова.

В глазах потемнело. Когда я пришел в себя, я держал в руке рюмку и запрокидывал голову, поддавшись общему настроению тоста.

Мой рот наполнился горькой жидкостью. Мое тело начало активно сопротивляться дальнейшему приему алкоголя. Однако я не был настолько гибким, чтобы тайком не пить, когда старший по положению предлагает выпить. Профессор, опьянев, повторял одно и то же снова и снова, как заезженная пластинка.

...Он твердил, что я отказываюсь от такой хорошей возможности, не имея четкого видения и цели. Он был не просто настойчив, а прямо-таки одержим мной, и мне было интересно, почему он так ко мне привязался.

Вскоре я узнал причину. Я, как больная курица, время от времени кивал головой, но слова, слетевшие с губ профессора, заставили меня вздрогнуть.

- Я слышал новость.

Какую новость? В нашем маленьком факультете физкультуры, где было всего около 20 студентов, слухи распространялись быстро. Когда я вернулся в университет, увешанный с ног до головы брендовыми вещами, обо мне ходило множество слухов.

Говорили, что земля, которую я купил в деревне, резко подорожала, что я удачно инвестировал в акции и тому подобное. Были даже слухи, что я выиграл в лотерею или встретил богатую женщину в хост-клубе. Поэтому я не мог понять, о чем именно он говорит.

В любом случае, я уже привык к слухам, которые ходили вокруг меня, и был уверен, что смогу спокойно выслушать его. Это все равно неправда, и мне достаточно просто отрицать это.

Однако слова, слетевшие с губ профессора, оказались совершенно неожиданными.

- Говорят, твои родители умерли в раннем возрасте.

В тот момент, когда профессор произнес эти слова, в баре внезапно стало тихо. Я почувствовал на себе взгляды, направленные на мое лицо. Мне показалось, что из моего тела уходит вся кровь. Я машинально опустил руку под стол и сжал кулак.

Звон в ушах заглушил все звуки. В одно мгновение я отделился от всего, что меня окружало. Осталось только мое тело и мои руки, одиноко висящие в воздухе. Я сжал кулак так сильно, что все пять моих коротких ногтей впились в ладонь, скрывая отпечатки пальцев. Я не чувствовал боли, и это делало происходящее еще более нереальным.

Шумный бар снова наполнился гулом голосов. Гулкий звук ворвался в мои уши.

- Ах, вот как? - профессор, погруженный в разговор со своими коллегами, повернулся ко мне. Он слегка нахмурился и посмотрел на меня с сочувствием. В его глазах читалась жалость. Хотя он видел меня всего несколько раз, он сочувствовал моей ситуации, узнав, что мои родители умерли.

Наверное, и его предложение о работе было вызвано той же дешевой жалостью.

Я почувствовал, что больше не могу оставаться здесь. Мне казалось, что если кто-нибудь слегка толкнет меня, я упаду, как скошенная трава. Я пробормотал и стал подниматься со своего места.

- ...Я... я ненадолго отойду в туалет.

Когда я встал, у меня еще сильнее закружилась голова. Я пошатнулся, и кто-то сзади схватил меня за руку. Я был готов упасть на пол, поэтому с благодарностью оперся на этого человека. Я был в таком состоянии, что ни на секунду не усомнился, что это господин Чан.

- Ты в порядке?

- ...У меня болит голова.

- Хочешь подышать свежим воздухом?

Подышать свежим воздухом? Я слышал его слова, но мой мозг работал медленно, и мне потребовалось время, чтобы понять смысл предложения. В итоге я не смог ни согласиться, ни отказаться. Когда я снова открыл глаза, я уже шел по улице.

Мы вышли из бара и сели на скамейку в ближайшем переулке. Придя в себя, я понял, что прислонился к кому-то. Рядом кто-то что-то бормотал, но из-за головной боли я ничего не слышал.

- Как профессор мог быть таким бесцеремонным?

Уф, к тому же, несмотря на лето, ночью было холодно. Я тихо застонал и задрожал. Я потерся щекой о шею человека, на которого опирался, и почувствовал, как его тело напряглось.

- Ты же говорил, что у тебя нет девушки.

Я почувствовал прикосновение к пальцу с кольцом. Мой собеседник крутил мое кольцо, как колесо, и оно вращалось вокруг пальца. Изначально я носил его на указательном пальце, который был мне по размеру, но потом из упрямства надел на безымянный. Боясь, что оно соскользнет, я согнул палец.

Если бы не следующий вопрос, я бы продолжал лежать, прижавшись лицом к его шее, ни о чем не подозревая.

- А что это за кольцо?

От этого вопроса у меня глаза на лоб полезли. Такой вопрос мужчина точно не мог задать. Я резко поднял голову и увидел, что передо мной Юн Ми Хён. Теперь я понял, почему плечо, на которое я опирался, было таким низким. Моя шея была почти вывихнута. Я был так пьян, что потерял рассудок. И только сейчас я пришел в себя. Я был так потрясен, что у меня язык отнялся, и я быстро спрятал руку за спину. Юн Ми Хён, которая играла с моим кольцом, испугалась моей бурной реакции и отпрянула.

Атмосфера стала холодной, как будто на нее вылили ушат ледяной воды. Хмель, который сдавливал мою голову, как будто испарился. Я забормотал извинения, пытаясь справиться с заплетающимся языком.

- ...Прости, я был так пьян, что принял тебя за другого человека.

Ми Хён смущенно улыбнулась. Мне показалось, или в ее улыбке была какая-то горечь? Я хотел извиниться еще раз, подумав, что слишком бурно отреагировал, но Ми Хён встала.

- Оппа, хочешь воды?

В обычной ситуации я бы отказался, но сейчас мне было нехорошо, и я попросил ее.

- Пожалуйста.

- Сейчас принесу, - сказала Юн Ми Хён и пошла прочь. Я бессмысленно смотрел ей вслед, а потом, когда в глазах снова потемнело, опустил голову. Так прошло какое-то время.

Вокруг стояла зловещая тишина.

Я услышал приближающиеся шаги. Опустив глаза, я увидел чью-то тень. Я ни на секунду не усомнился, что это Ми Хён, которая только что ушла за водой.

Я думал, что она подойдет и даст мне воды, но почему-то она остановилась рядом. Я не мог понять, кто это, но чувствовал на себе взгляд, направленный на мою макушку и шею.

Я уткнулся лицом в колени и тихо позвал Ми Хён. Мне было стыдно, но мне очень хотелось пить. У меня пересохло в горле, а голова раскалывалась.

- ...Ми Хён.

Мой голос эхом разнесся по узкому переулку. Не получив ответа, я позвал ее еще раз.

- Ми Хён...?

Ответа по-прежнему не было. Только тогда я почувствовал, что что-то не так, и осторожно поднял голову. Первое, что я увидел, - это большие туфли. Затем длинные ноги, одетые в темный костюм. У меня возникло странное чувство дежавю, и я почувствовал, как мое сердце бешено заколотилось.

Я запрокинул голову и увидел лицо мужчины.

- ...

Уличный фонарь, освещавший переулок, отбрасывал на его лицо густые тени. Его глубоко посаженные глаза были полностью черными, но я знал, что его взгляд был прикован ко мне.

Глава 78

Как только мрак опустился на мою голову, я почувствовал прилив адреналина. Я был так удивлен внезапным ощущением, словно что-то внутри меня расширилось, что быстро встал. И тут мир перевернулся. У меня закружилась голова, и я пошатнулся, но мужчина быстрыми шагами подошел ко мне и схватил за запястье.

- ......!

Было так больно, что я не мог даже закричать. У меня на глазах выступили слезы. Я попытался вырвать руку, но он потянул меня к себе с еще большей силой. Я беспомощно позволил ему отвести меня к машине. Мужчина с невероятной силой, не сравнимой с силой Юн Ми Хён, грубо затолкал меня на пассажирское сиденье.

Бам! Дверь машины захлопнулась.

Я чуть не ударился головой о стекло. Я кое-как удержал равновесие на сиденье и стал ждать, пока мужчина обойдет машину и сядет за руль. Он захлопнул дверь так сильно, что она чуть не разлетелась на куски. Раздался щелчок, и все двери в машине заблокировались.

В салоне повисла тишина. Я продолжал шевелить губами. Мне определенно было что сказать, но из-за опьянения я не мог собраться с мыслями. Я попытался собрать воедино обрывки фраз, но в конце концов сдался и тихо произнес.

- У меня болит голова от выпивки.

- Поэтому ты так на неё опирался?

Опирался? Что он имеет в виду? Я моргнул и понял, о чем он говорит. Он видел, как я только что практически висел на Юн Ми Хён? ...Так он видел? С каких пор он за мной наблюдает?

- Я давно не пил, а тут вдруг так много выпил, и вот... вот что получилось.

Мужчина посмотрел на меня с мрачным выражением лица. Мне нужно было как-то оправдаться, поэтому я забормотал первое, что пришло в голову.

- Я был пьян, я ничего не мог... ничего не мог поделать...

- ...Пьян, значит.

Блять. Грубое ругательство вонзилось в мои уши. Я вздрогнул, как будто меня ударили по щеке. Мужчина сжал мой подбородок рукой. Его большой палец проник между моими губами, разделяя их надвое, и медленно провел по моим зубам. Когда я открыл рот, он потер мой язык своим пальцем.

- Язык заплетается, ты даже говорить толком не можешь, - он поднял мой подбородок тыльной стороной ладони.

- И в глазах ни капли осмысленности, - я перевел свой бессмысленный взгляд в пустоту на его лицо. Мое поле зрения заполнило его лицо с четкими контурами.

- Кто заставил тебя так напиться?

- …

- Ты же обычно один, верно?

- А? - я услышал его необычно мягкий голос. В его убаюкивающем тоне было что-то жуткое. Даже в пьяном состоянии я чувствовал, что мне не стоит говорить, поэтому я закрыл рот, и мужчина стал нежно поглаживать мои губы большим пальцем.

- Я спрашиваю, кто это.

Я покачал головой, давая понять, что не знаю.

- Юн Ми Хён, с которой ты был?

...В моей затуманенной голове возник вопросительный знак. Откуда господин Чан знает имя Ми Хён? Но сейчас, когда я был не в своем уме от выпивки, это не имело значения. Я уклонился от ответа и схватился за его рубашку. Затем, избегая его взгляда, я уткнулся лицом в его грудь. Знакомый запах, который все это время подавлял все остальные ароматы, стал еще сильнее. Мне стало еще более сонно от этого привычного запаха.

...Кажется, я хотел что-то сказать, но это уже не важно. У меня так сильно болела голова, что я просто хотел уснуть. Я закрыл глаза и поудобнее устроился, и сознание постепенно покинуло меня.

Внезапно меня схватили за волосы. Моя голова резко откинулась назад, и мое поле зрения заполнило лицо мужчины.

- Я спрашиваю.

Он уткнулся носом в мою шею. Я вздрогнул от его горячего дыхания.

- От тебя сильно пахнет женскими духами.

Я крепко сжал губы, видя его недовольное лицо. Я целый день чувствовал только запах его парфюма. Женские духи? Это какой-то бред.

- Нет…, - я попытался оправдаться, но мои слова были проигнорированы.

- Я был к тебе снисходителен.

- Дело не в этом…, - я хотел объяснить, что принял его за другого мужчину, но он не дал мне этого сделать.

- Лучше заткнись, пока я добрый, я пытаюсь успокоиться.

Мужчина, держа руль одной рукой, опустил окно со стороны водителя и сунул в рот сигарету. Сероватый дым выходил из приоткрытого окна. В машине повисла холодная тишина.

- ......

- ......

Я не знал, что делать, и просто сидел на пассажирском сиденье, краснея. Когда я впервые увидел его, я был так рад. Я был очень уставшим, и мысль о том, что я могу вернуться домой с ним, придала мне сил. Мне казалось, что в моей сдавленной груди открылось второе дыхание. Как же так получилось?

Я тоже закурил сигарету, сидя рядом с ним. Я не понимал, чем от меня пахнет, но решил, что лучше уж пахнуть табаком, и выкурил одну сигарету.

Как только я вернулся домой, я сразу же пошел в душ. Горячий пар ударил мне в голову, и мне показалось, что я еще больше опьянел, поэтому я специально ополоснулся холодной водой. Я тщательно вымыл шею, от которой, как сказал мужчина, пахнет женскими духами. Я тер ее до тех пор, пока моя кожа, которая краснеет от малейшего солнечного луча, не стала полностью красной, и только потом вышел из ванной.

- Я помылся, - сказал я, расстегивая пояс и снимая халат. Он соскользнул с моего тела и с глухим стуком упал на пол. Мужчина змеиным взглядом осмотрел мою грудь и промежность. Я, шатаясь, подошел к нему и обнял его за шею.

- ...Я тщательно помылся, - мужчина некоторое время стоял неподвижно, никак не реагируя. Затем он спросил, чей я. Еще до того, как мой мозг успел сформулировать ответ, мои губы, словно загипнотизированные, зашевелились.

...Твой.

И только тогда мужчина отреагировал. Он крепко обхватил меня за талию. Мое тело притянулось к нему, словно магнит.

- Раньше я бы трахнул тебя прямо там, - в том переулке возле бара постоянно ходят люди, и он бы взял меня там...? У меня мурашки побежали по коже от его слов, и я замотал головой. Я уткнулся носом в его шею и стал умолять о прощении. От мужчины, стоявшего рядом, исходило тяжелое дыхание, словно он сдерживал гнев. Похоже, он все еще злился из-за того, что произошло.

Я оказался под ним. Последовал сокрушительный секс. Он грубо вошел в меня, словно вымещая на моем теле свой нерастраченный гнев. Я давно не испытывал такого напора, и мне было немного тяжело, но я старался подстроиться под него. Я не хотел, чтобы он меня отверг. Я целый день думал только о нем из-за запаха его парфюма. Было бы несправедливо, если бы он меня отверг. Я еще крепче вцепился в него, чтобы не отпускать.

***

Когда я проснулся на следующий день, кровать рядом со мной уже была пуста. Схватившись за голову, которая раскалывалась от похмелья, я стал искать следы мужчины по всему дому. Я заглянул в душевую, вышел на террасу и открыл дверь в свою бывшую комнату. Его нигде не было.

Время лекций приближалось, и мне пришлось прекратить поиски и начать собираться в университет. Мне не хотелось идти, потому что у меня была пара у того самого профессора, но я заставил себя выйти из дома, напомнив себе, что за мое обучение платит мужчина.

Профессор, которого я боялся, что он снова скажет что-нибудь лишнее, почему-то старался даже не смотреть в мою сторону на протяжении всей лекции. Мне показалось, что он понял свою ошибку.

После пары я переходил в другую аудиторию и столкнулся в коридоре с Юн Ми Хён. Она разговаривала со своим одногруппником, но, увидев меня, резко замолчала.

- ...Эй, - она хотела заговорить со мной. Я слегка кивнул и быстро ушел. Я чувствовал ее взгляд на своей спине, но решил, что нам лучше просто здороваться и не общаться.

Мне было очень жаль, что она могла неправильно понять меня, когда я в пьяном виде бездумно положил голову ей на плечо. Если бы я знал, что она испытывает ко мне такие чувства, я бы никогда не стал с ней общаться. В любом случае, я узнал об этом слишком поздно, и теперь мне нужно было отдалиться от нее. Так я отдалился от Юн Ми Хён, единственного человека в университете, с которым я разговаривал, и остался совершенно один.

Я почти ни с кем не разговаривал, и мне казалось, что у меня во рту скоро грибы вырастут. Я чувствовал себя так, словно принял обет молчания, но по сравнению с тем, что было раньше, это не было чем-то особенным, и меня это вполне устраивало.

По сравнению с тем, что происходит с мужчиной...

После того случая наши отношения стали очень холодными. Я слышал, что он занят, но он все еще приходил домой. Как и раньше, он иногда ужинал со мной, мы занимались сексом, а иногда принимали душ вместе. На первый взгляд, ничего особо не изменилось.

...Проблема была в том, что мы стали гораздо реже смотреть друг другу в глаза. Раньше мы и так не особо много разговаривали, но теперь между нами поселилась гнетущая тишина.

"Лучше заткнись, пока я добрый, я пытаюсь успокоиться," - хотя я услышал эти слова в пьяном угаре, его голос звучал так ясно, словно он выгравировал их в моей памяти. Неужели он все еще не успокоился? Если это так, то я не знал, что мне делать. Я боялся, что он снова оттолкнет меня, и поэтому все время съеживался.

И вот сегодня я снова сидел один на лекции, а потом отправился на обед. Выйдя из аудитории и пройдя по коридору, я понял, что что-то забыл. Тяжело вздохнув от собственной глупости, я вернулся в аудиторию. Дверная ручка была расшатана из-за старости, и дверь была немного приоткрыта. Из щели доносились голоса.

- Удивительно.

До этого момента мне и в голову не приходило, что речь идет обо мне. Но следующая фраза заставила меня замереть на месте, прежде чем я успел открыть дверь.

- Говорят, его родители умерли, но почему он носит только брендовую одежду?

В пустой аудитории вовсю обсуждали меня. Я тихо вздохнул. Мне это уже порядком надоело.

- Когда я только поступил, он был самым обычным парнем.

- Правда?

- Да. Он был красивым и привлекал внимание, но у него было всего несколько комплектов одежды на весь сезон. А после восстановления он стал ходить весь в брендах, и о нем ходило столько слухов.

Они легкомысленно сплетничали обо мне за моей спиной, как будто щелкали семечки. Это был не первый раз, когда я слышал, как люди обсуждают меня, поэтому я отнесся к этому равнодушно. Я решил проигнорировать их и просто забрать свой телефон, поэтому повернул дверную ручку…

Но следующий вопрос заставил меня тут же пожалеть об этом.

- Неужели он сорит деньгами, которые получил по страховке за смерть родителей?

Я разжал руку, державшую дверную ручку. Нет, она выскользнула из моей руки. Если бы я мог, я бы убежал отсюда со всех ног. Если бы в аудитории не было моего телефона. Если бы это был не телефон, который мне дал мужчина, я бы развернулся и ушел.

Скрип. Я повернул дверную ручку, и люди внутри замолчали. Они резко обернулись в мою сторону, и я, делая вид, что ничего не заметил, подошел к своему месту и взял телефон. Затем я сразу же покинул аудиторию.

Я вышел из университета один, смешавшись с шумной толпой студентов. Мое настроение было на нуле.

По сравнению с тем, что было раньше, мое состояние значительно улучшилось. Галлюцинации и проблемы со сном, которые мучили меня в прошлом, стали гораздо реже. Но прошлое оставило на мне свои шрамы. Иногда мне до сих пор казалось, что я отделяюсь от мира. Это чувство накатывало на меня внезапно, без каких-либо предупреждающих знаков. Мир погружался во тьму, словно в него залили черный цемент, и я оставался один.

Слова людей, которые они говорили обо мне, впивались в мой мозг, как черви. Они медленно разъедали меня изнутри.

"Неужели он сорит деньгами, которые получил по страховке за смерть родителей?" - голоса, которые легкомысленно судили и осуждали меня, смеялись надо мной. Они говорили обо мне такие вещи, но, отвернувшись, сразу же забывали, что только что несли.

"Говорят, его родители умерли, когда он был еще совсем юным," - дешевое сочувствие. Или, возможно, они использовали меня, наслаждаясь своей добродетелью, помогая несчастным. То, о чем я смутно догадывался, обрело форму, когда я услышал это вслух. Я почувствовал себя еще более жалким.

Я знал, что мне будет трудно жить среди людей. Но столкнувшись с этим в реальности... я так отчетливо ощутил стену, которая меня окружала. Я думал, что уже привык к этому.

Но это снова причинило мне боль.

В тишине машины, которая везла меня домой, я смотрел в окно. Конец мая, когда весна переходит в лето. На улице стояла прекрасная солнечная погода, и жизнь шла своим чередом.

Люди, ожидающие зеленого сигнала светофора, люди, зевающие от усталости, люди, идущие по улице. Обычная, однообразная жизнь, которая повторяется изо дня в день, для обычных людей. Она казалась мирной именно благодаря своей монотонности.

Я тихо спросил себя: ...Почему мне не позволено жить такой же обычной жизнью? Может быть, я хочу слишком многого?

- Я обещал забрать тебя в тот день, но один из моих подчиненных устроил аварию, и мне пришлось разбираться с этим.

- ......

- Господин Чан сказал, что сам тебя заберет.

Судя по тому, как он, запинаясь, бросил взгляд в зеркало заднего вида, ему было что спросить. Наверное, он почувствовал, что с мужчиной что-то не так с того самого дня. Обычно его настроение было на нуле, когда у нас с ним были плохие отношения.

- Где он сейчас?

- В "Рояле".

- ...Как он выглядит?

- Хм…, - Ким Чжун Док задумался, улыбнувшись. Он, чья преданность начальнику могла бы сдвинуть горы, тщательно подбирал слова, прежде чем ответить.

- Он немного раздражителен, потому что несколько дней работал без перерыва.

Немного раздражителен, значит, он, наверное, ведет себя как полный псих.

- Едем в "Рояль"?

- Да.

Машина долго ехала, и вскоре я увидел знакомую дорогу. В ее конце должно быть то самое место. ...Поле для гольфа "Рояль".

Машина остановилась на парковке, и я вышел с заднего сиденья и направился к вестибюлю отеля. Раньше один вид этого здания приводил меня в ужас. Но теперь оно не вызывало у меня никаких эмоций. Мое сердце оставалось спокойным.

Группа сотрудников, проходивших мимо, бросила на меня косые взгляды. В их глазах читалось любопытство, когда они смотрели на меня, одетого как типичный студент. "Кто это?" - похоже, здесь произошла смена персонала, потому что большинство из них я видел впервые. Когда я вернулся в "Рояль" с мужчиной, тот парень, с которым у нас были плохие отношения, и Ли Хе Вон уже ушли. Но никто в клубе не упоминал их имена. Они были как люди, которых здесь никогда и не было.

Это место все так же закрыто и развратно. Никто не скрывает своих низменных желаний. И все же здесь я чувствовал себя свободнее, чем в обществе. Как ни странно. У всех здесь есть свои скелеты в шкафу, так почему бы и мне не спрятаться здесь? В конце концов, плесень и другие грибки лучше растут в тени, чем на солнце.

Пока я размышлял об этом, мы с Ким Чжун Доком прошли по коридору и оказались перед номером 1104. Я осторожно нажал на кнопку звонка и стал ждать ответа. Но сколько бы я ни ждал, изнутри не доносилось ни звука.

- Наверное, он очень занят, - Ким Чжун Док с неловким выражением лица смущенно улыбнулся и попытался оправдать мужчину.

- Может, попробуете позвонить еще раз...?

Его предложение немного смутило меня, и я спросил.

- А он откроет?

- Конечно.

Ким Чжун Док широко улыбнулся, обнажив около двадцати зубов, в ответ на мой осторожный вопрос. Но его ответ не убедил меня. Может, мне не стоило приезжать? Ким Чжун Док заметил тень сожаления на моем лице и постучал в дверь. Его движения были сдержанными, но я чувствовал, что он немного торопится, словно боится, что я передумаю.

- Генеральный директор Чан, Со Ё Вон здесь.

В ответ на его слова последовала тишина. Я уже решил, что зря приехал, как вдруг тяжелая дверь со скрипом открылась внутрь. На пороге появился мужчина в расстегнутой на несколько пуговиц рубашке и посмотрел на меня сверху вниз. Его проницательные глаза сузились еще больше.

- Что ты здесь делаешь? - взгляд мужчины переместился с меня на Ким Чжун Дока. Ким Чжун Док, почувствовав на себе его холодный взгляд, тут же согнулся в поклоне, как креветка.

- Тогда я оставлю вас одних и пойду, - донесся щелчок закрывающейся двери. Мужчина с нахмуренными бровями перевел взгляд на меня. На столе стояло несколько бутылок водки, похоже, он пил во время работы. Рядом лежала стопка документов. Кипы бумаг, исписанные сложными терминами, которые я не мог понять. Похоже, Ким Чжун Док не врал, когда говорил, что он занят.

- ...Кажется, я помешал, - я подошел к нему. Мужчина не отрывал от меня взгляда, пока я приближался. Я посмотрел на бутылки на столе и тихо произнес.

- Я тоже хочу выпить.

Я попытался улыбнуться ему, напрягая уголки губ. Но мои мышцы тут же расслабились, и на моем лице появилось неопределенное выражение. Мужчина пристально посмотрел на меня, словно изучая. С его губ сорвался насмешливый вопрос.

- Ты приехал сюда, потому что вдруг захотел выпить?

На самом деле у меня не было особой причины приезжать. Я просто хотел увидеть его. Я покорно кивнул, и мужчина подошел к столу и протянул мне новый бокал. Я сел рядом с ним и взял бокал, который он мне предложил. Крепкий алкоголь, не разбавленный, обжег мое горло и желудок.

Так мы некоторое время молча пили.

- В тот день…, - начал я.

- Я думал, что это Вы.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, насколько это нелепо. Юн Ми Хён тоже довольно высокая, но по сравнению с господином Чаном она просто крошка. Как я мог перепутать их, когда разница в телосложении так очевидна? Я был слишком пьян, чтобы адекватно мыслить.

- Я ждал Вас, поэтому наверное, и ошибся.

Я был погружен в свои заблуждения, пока она не спросила про кольцо, и это отрезвило меня, словно ушат холодной воды. Меня больше удивило не то, что я опирался на Ми Хён, а то, что она трогала мое кольцо.

Я отреагировал очень остро. Я быстро отдернул руку, смутив Ми Хён. Она была поражена моей неожиданной реакцией, но больше всех был удивлен я сам. В своей жизни я редко испытывал такие сильные эмоции. Но я не мог гарантировать, что не отреагирую так же резко, если это повторится.

Тогда я почувствовал не просто раздражение. Прикосновение Юн Ми Хён вызвало у меня чувство тревоги. Потому что она трогала не мое тело, а кольцо мужчины.

У меня не было других причин. Мне просто не нравилось, что кто-то другой прикасается к тому, что принадлежит мужчине. Осознав, что это и есть чувство собственничества, которое испытывает мужчина, я смог немного понять его, когда он не просто остерегался, а даже ненавидел прикосновения других людей.

- Я ждал Вас, потому что скучал, - когда я сбежал с той вечеринки, потому что мне было тяжело там находиться, мне в голову пришла мысль, что было бы хорошо, если бы мужчина был рядом. Поэтому я еще больше потерял рассудок и прислонился к ней.

Внезапно мужчина наклонил голову к моему лицу. Я подумал, что он хочет меня поцеловать, и невольно приоткрыл губы, но его целью оказалась моя шея. Он уткнулся носом в мою шею и стал принюхиваться, словно проверяя, нет ли на мне запаха другого человека. От прикосновения его высокого носа к моей чувствительной коже у меня по спине пробежали мурашки. Мужчина расстегнул пуговицы моей рубашки. Он стянул ее с моих плеч и уткнулся лицом в мою ключицу.

- ...Хм, запах чистоты, - сказал мужчина, придя к какому-то выводу, и встал с дивана. Мой взгляд приковала его выпуклость в паху. Я посмотрел на мужчину. Он тоже смотрел на меня сверху вниз, его глаза были покрасневшими больше обычного. Я медленно протянул руку к его поясу и расстегнул ширинку. Я почувствовал под рукой обжигающую кожу.

В тишине раздался тихий звук сглатывания слюны.

- Достань его, - по его просьбе я достал из штанов его возбужденный член. Толстый ствол заполнил мою ладонь. Когда я провел рукой вверх-вниз, под моей ладонью запульсировала вздувшаяся вена.

Он поднял мою руку и просунул свой член мне под мышку. Что это? Я растерянно посмотрел на мужчину, и он хриплым голосом сказал.

- Сожми его посильнее.

Всю свою жизнь я слышал только просьбы расслабиться, и это было что-то новое для меня. Не понимая, что он собирается делать, я рефлекторно напряг мышцы руки. Мужчина, засунувший свой член в это самое интимное место, начал двигать бедрами.

Я прижал руку к боку и наблюдал, как его член то входил, то выходил у меня под мышкой. Его толстая головка терлась о мою кожу. Из-за своей длины он задевал мой сосок. Я смотрел на то, как моя плоть сминается, и странное чувство охватило меня.

Почему он возбуждается, трахая меня в такое место, от которого другие бы отвернулись?

- ...Ммм…, - стон мужчины прозвучал у меня над ухом. Мне показалось, что все мое тело намокло. Он наверняка знал, что это место не предназначено для чужих глаз. Хотя, если бы он не был таким извращенцем, другим бы и в голову не пришло интересоваться этим.

Я запрокинул голову и посмотрел на мужчину. Мне хотелось спросить его, лежит ли в основе его нездорового фетиша его собственничество. Его глаза, блестевшие от безумного возбуждения, смотрели прямо на меня. Этот взгляд словно отвечал мне: "Да". И безумие продолжилось.

Я наклонил шею к подмышке и взял в руку его член, зажатый в этом тесном месте, и медленно облизал головку языком. Мужчина снова начал двигаться, и его член, заполнивший мой рот, ударялся о мое нёбо. Я подавил рвотный рефлекс и продолжил двигать языком. Слюна потекла у меня по подбородку.

Я чувствовал, как моя голова кружится, а тело горит, пока я облизывал член мужчины, который тяжело дышал, засунув его в самое потаенное место моего тела. И мужчина, одержимый этим странным фетишем, и я, возбужденный его одержимостью, - мы оба были не в своем уме.

***

Время летело незаметно. У меня были выпускные экзамены, и мне нужно было подать заявку на получение диплома, поэтому я был очень занят. Я немного устал, но, к счастью, у меня не было времени думать о профессоре, с которым мне теперь было неловко встречаться взглядом, и о тех парнях, которые сплетничали обо мне за моей спиной.

Я сдал последний экзамен и вышел из здания университета. По дороге я увидел мусорный бак и выбросил свои учебники, и только тогда я осознал, что все закончилось. Я должен был получить диплом, и это должно было меня радовать, но я чувствовал себя на удивление равнодушным.

Я пинал носком кроссовка по земле, проходя через ворота университета.

- ...О, - у ворот стояла машина мужчины. Я подошел и открыл заднюю дверь, мужчина повернул голову и посмотрел на меня.

Машина с нами двумя остановилась перед рестораном. Это было то самое место, о котором мне рассказывал Ким Чжун Док. То место, где мужчина был недоволен тем, что я испортил ему ужин. Похоже, он забронировал весь ресторан, потому что все остальные столики были пусты.

Там мужчина сообщил мне неожиданную новость. Он сказал, что купил "Рояль". Сначала я молча смотрел на него, не понимая, зачем он мне это говорит. Мужчина только загадочно улыбнулся, ничего не объясняя. Я почувствовал что-то зловещее в его прищуренных глазах, но не придал этому значения.

И вот, расслабившись, я получил удар под дых. Господин Чан, который был так занят своим бизнесом, что у него не было времени даже подтереться, с радостью передал мне пост директора "Рояля". Вернее, он просто спихнул его на меня. Я, который рассчитывал на какую-нибудь офисную работу с небольшой зарплатой, схватился за голову, оказавшись на директорском кресле.

Костюм за несколько десятков миллионов вон, который он мне купил, давил на меня своим весом.

***

Мужчина, который выгравировал мою фамилию золотыми буквами на элегантной черной табличке и самовольно усадил меня в директорское кресло, сказал.

- Слухи будут отвратительными.

Он имел в виду новичка, который только что вышел из кабинета. Только тогда я понял, что мужчина специально трогал мое ухо на глазах у новичка.

- ...

Он и понятия не имел, насколько колкими были взгляды, которые прилипали к моему лицу и телу, когда я ходил по залу. Я мог только догадываться, что сотрудники шептались обо мне в раздевалке. Слухи уже распространились, и большинство из них, вероятно, знали, что моим спонсором был господин Чан.

- Мне все равно, потому что мне нечего терять, но господин Чан...

Мужчина, который гладил мою шею и нежно поглаживал мое ухо, вдруг схватил меня за волосы.

Он все сильнее сжимал их. В конце концов, моя голова резко откинулась назад. Я тихо застонал, глядя на мужчину. Зная, что этот извращенец получает удовольствие от вида моей слабости, я слегка нахмурился и не скрывал своей боли.

- ...Ах, - довольный мужчина улыбнулся, обнажив зубы. Его губы коснулись моей обнаженной шеи. Раздался влажный звук, и я почувствовал его вес на себе.

Даже просто глядя ему в глаза, я чувствовал странное удовлетворение где-то в глубине души.

С самого детства я мечтал об обычной жизни.

Когда отец, от которого воняло перегаром, бил меня по лицу, я прятался под одеяло и плакал, мечтая о том, чтобы жить как все остальные.

Обычная квартира без неприятных запахов, кухня, наполненная ароматом вкусной еды, любящие родители, которые любят своих детей просто так, без всякой причины, родители, которые обнимают своих детей и говорят им, что любят их... Я мечтал об этом.

Конечно, жизнь с мужчиной не была похожа на ту обычную жизнь, о которой я мечтал.

Может быть, я хотел не обычной жизни, а просто тепла другого человека, которое согрело бы мое одиночество. Сейчас я это понимаю.

И одного того, что я был с ним, мне было достаточно.

Глава 79

В номере 420 царила атмосфера азарта: за столом для маджонга разгорелась игра. Две женщины и мужчина с выражением скучающей отстраненности на лице перебирали костяшки. Пак Джи Гён обвела взглядом комнату в поисках чего-то интересного и как будто вспомнив что-то важное, хлопнула в ладоши.

- Ах, да, Со Су Вон ведь уже приехал? — произнесла она неожиданно.

Мужчина отреагировал на упоминание Со Ё Вона невнятным мычанием, оторвался от своих костяшек и потянулся к бокалу. Глаза Пак Джи Гён заблестели от предвкушения, и она схватила телефон, стоящий в комнате.

- Игра идёт как-то вяло, давайте позовём Со Су Вона сюда. Как Вы на это смотрите, генеральный директор?

Мужчина ничего не ответил, его челюсть напряглась. Однако его лицо было скрыто за бокалом, и Пак Джи Гён не заметила этой реакции. Видя, что он молча пьет, женщина сама взяла на себя инициативу и позвонила в офис.

Спустя некоторое время Со Ё Вон лично внес в комнату поднос с напитками. На его лице читалось явное неохотное повиновение. Похоже, он согласился прийти только потому, что его позвал VIP-клиент. Мужчина, глядя на Со Ё Вона в костюме, который он ему подарил, криво усмехнулся. Его место было не за директорским столом, а на страницах глянцевого журнала.

- Дорогой, давно не виделись.

Ким Ми Ран приветствовала Со Ё Вона с нескрываемой радостью.

- Здравствуйте, - Со Ё Вон слегка склонил голову в знак приветствия.

Улыбка, которая играла на губах мужчины, тут же исчезла. Со Ё Вон, не останавливаясь, подошел к столу и хотел сам расставить бокалы с подноса.

«...Старые привычки неискоренимы», — подумал мужчина с раздражением.

Ему претило видеть, как он, словно обычный официант, выполняет работу, которая была ниже его нынешнего положения. Мужчина резко схватил Со Ё Вона за запястье. Он вопросительно посмотрел на него.

- ...В чём дело?

Его взгляд был полон недоумения, но мужчина проигнорировал его. Он крепко держал его за руку и усадил рядом с собой. Только сейчас Со Ё Вон заметил, как напряжён он стал, и, протянув руку к телефону, тихо сказал.

- Номер 420. Пришлите, пожалуйста, официанта.

Положив трубку, он снова сел рядом. Мужчина обнял его за плечи и прижался губами к его виску. Со Ё Вон закрыл глаза, покорно отдавшись его воле. На его бледном лице застыло выражение покорности и смирения.

Мужчина обнимал Со Ё Вона и целовал его в щеку с непринуждённой естественностью, не обращая внимания на присутствующих. Для него это было само собой разумеющимся, и он не считал нужным учитывать чужое мнение.

Когда его губы оторвались от его кожи, женщины издали удивлённые возгласы, наблюдая за происходящим с нескрываемым интересом.

Через несколько минут прибыл официант. Словно опытный фокусник, он быстро расставил на столе напитки и закуски, завершив сервировку вежливой улыбкой и учтивым поклоном.

- Желаю вам приятного времяпрепровождения, — произнес он и удалился.

За круглым столом, где собрались четверо игроков, раздавалось мерное постукивание костяшек маджонга. Пак Джи Гён достала из ярко-красной пачки сигарету и поднесла её к губам, окрашенным алой помадой.

- После того, как Ким внезапно лишился своего поста…, — начала она, изящно выпустив изо рта струйку серого дыма.

- ...Теперь все дела, связанные с поставками для "Рояля", придётся решать с вами, генеральный директор.

Мужчина, к которому она обращалась, молча выпил глоток вина и сбросил одну из своих костяшек. Слова Пак Джи Гён были правдой: с тех пор, как Со Ё Вон занял это место, работы прибавилось вдвое.

Пак Джи Гён занималась тем, что тайно ввозила в страну товары из Китая и продавала их здесь. Этот бизнес приносил ей немалую прибыль, и, несмотря на своё и без того внушительное состояние, она наслаждалась этой игрой. Конечно же, она поставляла некоторые товары и в "Рояль" — например, элитные сигареты и алкоголь. Хотя эта часть её бизнеса была наименее прибыльной, взаимовыгодное сотрудничество с влиятельной китайской бизнес-леди имело свои преимущества.

- Похоже, он запал Вам в душу. Раз уж Вы даже пригласили его сюда, — заметила Пак Джи Гён, глядя на Со Ё Вона.

Он опустил глаза, не желая встречаться с её взглядом. Пак Джи Гён оценивающе изучала его лицо, словно рассматривала произведение искусства. Она внимательно оглядела его глаза, нос, губы, будто желая запечатлеть каждую деталь, и, удовлетворённо причмокнув, произнесла.

- Ах...

Внезапно её осенило, и она подняла указательный палец. Покопавшись в своей сумочке, она достала оттуда завёрнутый в полиэтилен свёрток.

- Я купила это во время своей последней поездки, хотела подарить своим мальчикам, — сказала она, снимая упаковку чёрными наманикюренными ногтями. Внутри оказался красный атласный костюм.

- Красивый, правда? Но, кажется, немного маловат в талии. Пусть твой мальчик примерит его, пока есть возможность.

Мужчина, не обращая внимания на костюм, пристально посмотрел на Со Ё Вона. Он прищурился, оценивая размер его талии, обтянутой белой рубашкой. "Довольно стройный, — подумал он. — Легко поместится в моих руках".

- У него кожа нежная, как у младенца, ему очень пойдёт, — добавила Пак Джи Гён.

- ...

- А если я захочу на это посмотреть...

Пак Джи Гён бросила осторожный взгляд на мужчину. Его лицо оставалось бесстрастным, только угловатая, упрямая челюсть слегка подёргивалась. Он мысленно выругался: " Блять!"

Заметив его реакцию, Пак Джи Гён поджала губы.

- Генеральному директору это явно не понравится, так что лучше мне держать язык за зубами. Правда, сестрёнка? Так будет лучше?

- Заткнись и дай мне тоже затянуться, — протянула руку Ким Ми Ран, и Пак Джи Гён вложила в неё свою дымящуюся сигарету.

Уставшие от однообразной жизни женщины, утолив жажду вином и никотином, отправились на поиски новых развлечений, покинув комнату.

Теперь здесь остались только двое. Комната выглядела так, словно по ней прошёлся ураган. Мужчина сидел за столом, всё ещё усыпанным костяшками маджонга, и закурил.

Ё Вон, взяв переполненную пепельницу, поднялся со своего места. Он смочил салфетку водой и положил её перед мужчиной, затем начал убирать со стола пустые бутылки, складывая их на поднос.

- ...

- ...

Мужчина наблюдал за ним сквозь прищуренные глаза. Его отношение к Ё Вону разительно отличалось от того, каким оно было в присутствии женщин. Прежнее чувство раздражения, которое заставляло его высокомерно отворачиваться, испарилось без следа, ведь теперь Ё Вон прислуживал ему. Ё Вон усердно убирал со стола, пока не наткнулся на свёрток, завёрнутый в полиэтилен.

- ...Ах…, - тихо выдохнул он, и его лицо слегка нахмурилось.

Именно в этот момент мужчина, до этого не обращавший никакого внимания на злосчастный костюм, внезапно заинтересовался им. Алая ткань выгодно оттеняла белизну кожи Ё Вона, а его явное отвращение к этой вещи лишь разжигало желание мужчины.

На столе всё ещё лежали костяшки, напоминавшие о недавней игре. Мужчина принялся перебирать их, небрежно бросив.

- Почему бы тебе не примерить его?

Ё Вон растерялся и переспросил.

- ...Что?

- Клиент должен быть доволен, — ответил мужчина.

Взгляд Ё Вона изменился, словно он смотрел на сумасшедшего.

- Пак Джи Гён... она тоже хотела посмотреть, как ты будешь в нём выглядеть, — добавил мужчина, оставив фразу незаконченной.

Ё Вон, прекрасно понимавший подобные намёки, сразу догадался, что он имел в виду. Ему следовало надеть костюм до того, как Пак Джи Гён вернётся в комнату.

- Выходи без нижнего белья.

Он хотел посмотреть, как Ё Вон будет переодеваться прямо здесь. Но Ё Вон, крепко сжав губы, взял костюм и скрылся в ванной комнате. Оставшись один, мужчина ослабил галстук и прислушался к доносившемуся из-за двери шороху.

Прошло какое-то время.

Раздался щелчок дверного замка. Взгляд мужчины устремился на дверь. Ё Вон выходил из ванной.

Алое платье ципао мерцало под светом ламп, плотно облегая фигуру Ё Вона и подчёркивая каждый изгиб его тела. Взгляд мужчины скользил по тонкой талии, длинным стройным ногам, открытым почти до самых бёдер. Высокий разрез на бедре, заманчиво приоткрывавший гладкую кожу, особенно привлёк его внимание.

- Похоже, это тебе идёт больше, чем костюм, — произнёс он с усмешкой.

Ё Вон заметно покраснел, вероятно, румянец уже достиг его шеи. Жаль, что высокий воротник платья скрывал её от взгляда. Мужчина перевёл взгляд на его обнажённые ноги, задержавшись на опасном разрезе, грозящем открыть ещё больше, и спросил.

- А что под платьем?

Ё Вон замялся, услышав его тихий, хриплый голос, и едва заметно покачал головой.

- Я же сказал тебе снять всё, — напомнил мужчина.

Ё Вон закусил губу, ставшую такой же алой, как и его платье. После долгого колебания он поднёс руку к бедру, но пальцы замерли, не решаясь проникнуть под ткань. Чтобы снять нижнее бельё, нужно было сначала приподнять подол платья, и это, видимо, смущало его.

Мужчина чувствовал, как его тело горит изнутри. Он сделал глоток вина, чтобы хоть немного унять жажду. Ему хотелось немедленно раскинуть ноги Ё Вона, обтянутые тонкой тканью, и взять его здесь и сейчас, но он решил проявить терпение. Всё, что достаётся после ожидания, имеет более сладкий вкус.

Ё Вон, осознав, что мужчина не отступит, принял обречённый вид. Он крепко зажмурился, глубоко вздохнул и приподнял подол платья. Мужчине на мгновение открылся вид на его мужское достоинство, но оно тут же исчезло, скрытое под тканью, которую Ё Вон поспешно опустил.

Ё Вон стянул вниз своё нижнее бельё. Тонкая ткань скользнула по гладким бёдрам, коленям и упала на пол. Он неуклюже высвободил ноги из скомканной ткани и встал рядом, опустив глаза и сложив руки перед собой, словно провинившийся ребёнок.

- ...Снял…, - пробормотал он.

- ...

Мужчина посмотрел на бельё Ё Вона, чтобы убедиться, что оно влажное. Как он и ожидал, на ткани виднелось небольшое мокрое пятно. Ё Вон возбудился от одной только мысли о том, что его возьмут силой, без каких-либо ласк.

Взгляд мужчины стал ещё темнее.

- Иди сюда, садись, — сказал он, указывая на свои колени. Его голос, предательски дрогнул от возбуждения.

Ё Вон нерешительно подошёл к нему и медленно опустился на его бёдра. Мужчина улыбнулся, чувствуя мягкость его ягодиц. Он обнял его за талию и принялся ласкать, скользя кончиками пальцев по гладкой ткани платья.

Его пальцы скользнули по позвоночнику Ё Вона и достигли бедра. Он просунул руку в глубокий разрез на платье. Ё Вон вздрогнул. Когда мужчина попытался продвинуть руку дальше, в область паха, Ё Вон отстранился. Мужчина нахмурился, ощутив, как нежная кожа выскальзывает из его ладони. Ё Вон, заметив его недовольство, поспешил оправдаться.

- Я... я без нижнего белья... — пробормотал он смущённо.

Эти слова вызвали у мужчины прилив удовольствия. Ему хотелось немедленно раздвинуть податливые ягодицы Ё Вона и вонзиться в его отверстие, но, с другой стороны, ему нравилось наблюдать за его беспомощностью.

Мужчина взял со стола пачку сигарет, оставленную Пак Джи Гён. Зажав сигарету зубами, он посмотрел на Ё Вона. Тот взял коробок спичек с надписью "Рояль" и чиркнул по коричневой полоске на коробке. Когда кончик спички вспыхнул, он поднёс его к сигарете мужчины.

Мужчина прищурился, втягивая дым, и Ё Вон легонько подул на огонёк, затушив его. Он продолжил игру в маджонг, начатую ещё с женщинами, и, не отводя взгляда от Ё Вона, сбросил одну из костяшек.

Сидеть так, с Ё Воном на коленях, было невероятно приятно: и сигарета курилась вкуснее, и костяшки ощущались по-другому.

Мужчина затянулся сигаретой и положил руку на грудь Ё Вона.

- ...Ах...

Ё Вон был бессилен сопротивляться его прикосновениям. Стон срывался с его полуоткрытых губ.

- ...Ах... ммм...

Сквозь тонкую ткань проступили два маленьких бугорка.

- Генеральный директор... — позвал Ё Вон, и мужчина начал расстёгивать пуговицы на его платье. Он расстегнул их все, от груди до подмышек. От его грубых ласк соски Ё Вона затвердели. Он чувствовал это, и от стыда его щёки пылали.

Мужчина поднял Ё Вона со своих колен и усадил на стол. Стеклянные костяшки маджонга упали на пол с мелодичным звоном, но мужчина не обратил на это внимания, просунув руку под платье Ё Вона. Тот пытался сопротивляться, но мужчина был полон решимости добраться до его промежности.

Он провёл рукой по мягким волоскам на лобке Ё Вона и обхватил его напрягшийся член. Мужчина удовлетворённо застонал. Он достал из ящика тумбочки лубрикант, смочил им пальцы и вошёл двумя пальцами в отверстие Ё Вона, начиная двигать ими внутри.

- А... ах... — простонал Ё Вон, уткнувшись лицом в шею мужчины.

Мужчина расстегнул ремень на своих брюках, расстегнул ширинку и прижался к отверстию Ё Вона своим членом. Его твёрдая, набухшая головка проникла внутрь.

- ...Ах!

Он ощутил, как стройные ноги Ё Вона крепко обвились вокруг его талии. Подготовленная дырочка легко приняло его, и, сделав несколько глубоких толчков, мужчина начал двигаться быстрее.

Хлюп, хлюп, хлюп! Влажные звуки раздавались в тесном пространстве, еще больше распаляя мужчину. Он жадно вбивался в мягкие стенки Ё Вона, сжимая его бедра так сильно, что казалось, еще немного - и они лопнут. Затем он отвесил звонкую пощечину по упругой плоти, от чего по телу Ё Вона пробежала волна.

- ...Ах, ах…, уф! - талия Ё Вона прогнулась, сжимая плоть мужчины в момент оргазма. Мужчина, увлеченный процессом, резко повернул голову в сторону. На его мощной шее начали выделяться вены. Между слегка раскрытыми губами раздался глухой стон.

- Ммм...

Было сложно описать это чувство, от упругости до влажности, все это придавало процессу еще большую привлекательность. Мужчина сжимал тонкий торс Ё Вона. Чувствуя, как нежные соски набухли в его грубых ладонях. Он сжал два покрасневших соска между своими пальцами. Несколько раз покрутив их, он заставил Ё Вона терять контроль над собой.

- ...Генеральный директор, чёрт, директор, директор!

Голос, который отчаянно призывал его, заставил мужчину почувствовать, что Ё Вон достигает кульминации. Вскоре тело Ё Вона сократилось, сжимая его сильно, достигая оргазма. Подхватив обмякшее тело, мужчина направился к кровати.

Раздвинув все еще подрагивающие ягодицы, он увидел, что отверстие Ё Вона все еще пульсирует.

- ...Нет, еще рано! - Ё Вон пытался отстраниться, но мужчина проигнорировал его протесты и снова вошел в него. С каждым толчком его бедра напрягались, а затем снова расслаблялись.

Ё Вон таял, словно воск, уткнувшись лицом в простыню.

- Генеральный директор…, - прошептал он, протягивая руку к мужчине. Его пальцы скользнули по рельефным мышцам живота и запутались в темных волосках, видневшихся из-под расстегнутой ширинки. Мужчина перехватил его руку и переплел их пальцы.

- Залезай на меня, - приказал он.

Ё Вон, весь дрожа, подчинился. Он приподнял подол испачканного платья и, опершись руками о грудь мужчины, взобрался на него сверху.

Мужчина, слегка прищурившись, жадно впитывал взглядом эту картину.

Со Ё Вон начал покачивать бедрами. Пуговицы расстегнулись, верхняя часть платья расползлась как волны. Ярко выделявшиеся соски полностью обнажились, в то время как Ё Вон неистово двигался над мужчиной. Красный оттенок одежды лишь добавлял изысканности моменту, делая его даже завораживающим. Мужчина поднял подол платья до самого живота, открыв Ё Вону полный вид на очертания члена, упирающегося в его стройный живот.

- Ах!

Со Ё Вон резко сжал ноги, словно стараясь удержать мочу. Его отверстие сжалось. Мужчина, испытывающий удовольствие, сжал талию Ё Вона и начал настойчиво двигаться. Тело Ё Вона подскочило вверх.

- Подожди минутку! Т-туалет...!

Даже на фоне нового восклицания мужчина не собирался останавливаться. Ё Вон вздрогнул, изнемогая от удовольствия, когда прозрачная жидкость, как струя мочи, вылилась из его члена на живот мужчины. Прозрачная жидкость стала медленно скапливаться вдоль мышц, глубоко пролегающих по животу мужчины.

Мужчина довел Ё Вона до предела, выжав из него все до последней капли. Ё Вон, дрожа от головы до ног, выпустил последнюю каплю прозрачной жидкости, прежде чем опуститься на тело мужчины с чувством полного изнеможения. Они сблизились, задыхаясь в объятиях друг друга.

- Генеральный директор.

Ё Вон тихо позвал мужчину, приоткрыв губы в приглашении к поцелую. Язык, мелькнувший в алом нутре рта, завладел вниманием мужчины. Тот без промедления поглотил губы Ё Вона. Язык скользнул между губ, заполняя собой небольшое пространство. Мужчина жадно исследовал влажную гладкость рта партнёра.

- Ха... ах...

Ё Вон, выражая свое удовольствие, обхватил ладонями лицо мужчины. Когда их губы, сплетенные в страстном поцелуе, наконец разъединились, мужчина поднес к своим губам руку, покрывавшую его щеку. Он начал поочередно облизывать каждый палец, скользя языком по нежной гладкой коже. Его движения были настойчивыми и методичными, словно он хотел изучить каждый миллиметр поверхности.

- ...Генеральный директор.

Глаза Ё Вона покраснели, наблюдая за этим странным действом.

Внутренняя сторона пальцев. Для других это место, возможно, не имело никакого значения, но для них оно было особенным. Более интимным и наполненным смыслом, чем любое другое.

Ё Вон снял кольцо с пальца мужчины и легонько прикусил его безымянный палец. Ощущение было похоже на ласку щенка. Мужчина полностью отдал свой палец в плен губ Ё Вона, резко подавшись вперёд.

- Ах! Хн!

Ё Вон едва не укусил палец мужчины сильнее. Даже если бы мужчина не обратил на это внимания, Ё Вон был крайне смущен.

- ...А, Вам больно?

Его глаза сощурились, как будто ему было больно. Мужчина приоткрыл глаза, вбирая Ё Вона в свое поле зрения.

- ...

- ...

Ё Вон, не получив ответа, начал нервно облизывать безымянный палец мужчины влажным языком. Словно желая залечить его раны, он ласкал языком шрам, оставленный почти двадцать лет назад.

В груди мужчины зародилось странное чувство. Оно, словно мощный наркотик, быстрее и сильнее всякого лекарства затуманило разум и обездвиживая тело. Невозможность контролировать собственное тело - отвратительное, непередаваемое словами ощущение. Мужчина, пытаясь его преодолеть, еще сильнее вжался в Ё Вона. "А... ах..." Ё Вон, оседлав его, издал протяжный стон. Прерывистое дыхание, опаляющее его палец, еще больше возбуждало мужчину. Странное чувство, окутавшее его, затягивало все глубже, но он был бессилен сопротивляться.

Словно животные, они совокуплялись, прижавшись пахами, облизывая языками шрамы друг друга.

- ...Воды.

Из-под простыни появилась рука, протянувшаяся к прикроватной тумбочке. Кажется, он искал стакан с водой. Каждый раз, почти достигнув цели, рука падала обратно. Мужчина, обнимавший Ё Вона, просто наблюдал за этим. Его собственной руки хватило бы с лихвой, чтобы достать стакан, но он и не думал помогать, о чем красноречиво говорило выражение его лица.

Ё Вон с трудом приподнялся и осушил стакан до дна. Затем с тихим стоном он снова лег на кровать. Не в силах сразу уснуть, он беспокойно ворочался.

- Там внизу... так...

- Что? Больно? - спросил мужчина, но Ё Вон лишь безвольно покачал головой.

- И это тоже, но... так мокро...

Он жаловался на влажность, хотя сам же и выпил всю воду из-за жажды.

- Конечно, ты же столько кончал, - произнес мужчина низким голосом.

Ё Вон, как улитка, прячущаяся в раковине, зарылся в простыни с головой. Мужчина притянул Ё Вона к себе и поцеловал его в висок.

Глава 80

Февраль уже вступил в свои права. Мужчина, ощущая на лице сухой ветер, вошёл в дом. Переступив порог, он едва заметно нахмурился. Обычно в это время его уже встречали. Уведомлений о том, что Ё Вон вышел, не было, значит, он в ванной.

Мужчина повесил пиджак на деревянную вешалку и направился к ванной комнате. Из-за двери доносился плеск воды. Не колеблясь, он открыл дверь.

Раздался удивлённый вздох.

- Когда Вы пришли?

Ё Вон, сидевший на корточках, вскочил от неожиданности. Взгляд мужчины скользнул по его телу. Живот был мокрым от воды, штаны закатаны до самых колен, обнажая округлые коленные чашечки. В тазу, где, видимо, только что полоскали белье, лежала белая ткань. Мужчина без труда узнал свою вчерашнюю рубашку.

Ё Вон торопливо опустил штаны до щиколоток и пробормотал, словно оправдываясь.

- В стиральной машине ткань портится...

Мужчина уже знал, что Ё Вон иногда стирает его рубашки вручную. Но видеть это своими глазами ему доводилось впервые. Он обеспечивал его всем необходимым, деньги буквально вываливались из карманов, но привычки не так легко изменить, и Ё Вон продолжал вести себя так, словно бедствовал. Прошлое, полное лишений, словно мох, покрывало его с головы до ног.

Оставив таз позади, Ё Вон вышел из ванной и спросил.

- Вы уже ужинали?

Он так усердствовал, что его бледные щеки слегка порозовели. Мужчина молча наблюдал за ним, и лицо Ё Вона вспыхнуло, как спичка. Он провел по щекам тыльной стороной мокрой руки.

- Пожалуйста, умойся и выходи. — сказал мужчина, закутываясь в халат и направляясь в гостиную.

Дом наполнил пряный аромат. Ё Вон помешал ложкой содержимое кастрюли и, зачерпнув немного, попробовал. Раздалось причмокивание. Затем, словно неуверенный во вкусе, он добавил немного соли и снова попробовал.

Мужчина вышел на террасу. Открыв стеклянную дверь, покрытую тёмными пятнами гари, он закурил.

Ужин они провели за бутылкой вина. Ё Вон, как обычно, скромно пережевывал пищу, изредка запивая вином. Затем он украдкой взглянул на мужчину.

- Мне нужно кое-что сказать.

На вопрос "что именно?" Ё Вон долго мялся, прежде чем произнести.

- Кажется, мне придётся уйти с работы на поле для гольфа.

Мужчина ожидал этого, поэтому не удивился. Видя его спокойную реакцию, Ё Вон начал оправдываться.

- ...Погода налаживается. Скоро начнётся новый сезон, появятся новые клиенты...

Мужчина, проявив великодушие, разрешил ему уйти.

- Простите, — тихо произнёс Ё Вон, и в его глазах читалось чувство вины. Он корил себя за то, что не справился с заданием, которое дал ему мужчина... Не понимая, насколько это задание было бессмысленным.

Мужчина, словно проверяя Ё Вона, спросил.

- И чем же ты теперь собираешься заниматься?

Ё Вон закусил нижнюю губу и слегка покачал головой. Затем, словно стыдясь своей беспомощности, опустил голову. Мужчина смотрел на макушку перед собой. Светло-каштановые волосы, такие же аккуратные, как и их хозяин, лежали на белой коже головы. Он наблюдал за ними и незаметно для Ё Вона растянул губы в усмешке.

Ему доложили, что Ё Вон отдалился от одноклассников. Более того, он перестал общаться с единственной девушкой, с которой был близок. В памяти мужчины всплыла сцена, которую он наблюдал в тот день, когда приехал забрать Ё Вона. От одного воспоминания об этом его скулы сводило от отвращения.

Он подъехал к бару и уже собирался выйти из машины, когда дверь заведения открылась. Увидев шатающегося Ё Вона, мужчина снова выпрямил спину. Его лицо мгновенно стало ледяным. Ё Вон, не подозревая об этом, с покрасневшим лицом и шеей, пошатываясь, вышел на улицу. Девушка, поддерживая его, повела куда-то. Мужчина, скрываясь в темноте, последовал за ними. Нога, давящая на педаль газа, дрожала. Ему приходилось сдерживать себя, чтобы не поддаться животному инстинкту.

Наконец девушка усадила Ё Вона, чье тело обмякло, как воск, на скамейку.

Голова Ё Вона безвольно моталась из стороны в сторону, словно травинка на ветру. И что же сделала девушка? Она прижала его голову к своему плечу. Из-за разницы в росте шея Ё Вона неестественно изогнулась, обнажив участок кожи, обычно скрытый воротником рубашки. Взгляд девушки упал на это место. Это было вполне естественно. Испытывать желание при виде чего-то аппетитного – в этом нет ничего противоестественного.

Однако... прикосновение девушки к шее Ё Вона – это уже совсем другое дело. Мужчине хотелось растерзать это беззащитное лицо, которое так беспечно выставляло напоказ то, что должно быть неприкосновенным для других.

- Похоже, мне ничего не остается, кроме как сидеть дома и заниматься хозяйством, — сказал Ё Вон.

- Наверное, на какое-то время, — ответил мужчина.

Ё Вон, немного помедлив, добавил.

- На какое-то время.

Мужчина вопросительно поднял брови.

- На какое-то время?

Он медленно выдохнул и протянул руку к Ё Вону. Тот послушно принял его прикосновение. В его глазах, слегка затуманенных алкоголем, не было фокуса. Мысль о том, что с таким же взглядом он позволил девушке прикоснуться к своей шее, вызывала у мужчины ощущение, будто внутри него извиваются огненные змеи.

- Разве тебе не нравится сидеть дома, готовить мне еду, стирать мои рубашки и следить за порядком?

Ё Вон облизнул пересохшие губы и спросил.

- Вы хотите, чтобы я всю жизнь этим занимался?

Вопрос прозвучал дерзко. Брови мужчины нахмурились еще сильнее.

- Тебе же так удобнее, — ответил он.

Ё Вон, который смотрел куда-то в область глаз или переносицы мужчины, опустил взгляд.

- Мне кажется, я не должен быть совсем уж неприспособленным к жизни.

- Почему? — спросил мужчина.

Ё Вон, казалось, немного колебался с ответом. После долгой паузы он осторожно начал.

- Директор...

Из-за выпитого алкоголя его речь была немного медленнее, чем обычно.

- ...Господин Чан Ки Джу...

Мужчина, убирая волосы, закрывающие глаза Ё Вона, ждал продолжения.

- ...Ведь Вы можете передумать в будущем.

Эти слова оказались неожиданными. Глаза мужчины слегка расширились. Обдумывая услышанное, он наполнился подозрением. Неужели Ё Вон ждет, что он передумает? Неужели он надеется, что в будущем его отпустят? Какая хитрая и абсурдная мысль закралась в эту голову?

К счастью или к несчастью, Ё Вон оказался гораздо глупее и наивнее, чем мужчина думал.

- И что же мне тогда делать?

Оказывается, он беспокоился о том, что его бросят. Со Ё Вон оказался неожиданно забавным. Мужчина грубой рукой погладил его по щеке.

Понимал ли Ё Вон, о чем он думал, когда увидел его стирающим рубашки? Даже зная, что это невозможно, мужчина представил, как Ё Вон носит его ребенка. Конечно, его не интересовал сам ребенок. Ему просто было любопытно, каким будет Ё Вон с его ребенком. Каким будет его лицо, когда он будет носить в себе его семя, день за днем взращивая новую жизнь? Если он будет жить в доме, который он ему предоставил, носить одежду, которую он ему купил, и с округлившимся из-за его ребенка животом ждать его дома, не имея возможности выйти... От одной мысли об этом по телу мужчины пробежала дрожь удовольствия. Испытывая почти безумное наслаждение, он скрыл свое низменное желание за маской безразличия. Спокойным голосом он сказал.

- Тогда я просто не должен бросать Со Ё Вона.

Ё Вон кивнул.

- Скажи, чтобы я тебя не бросал.

Ё Вон выглядел подавленным. Его глаза покраснели. Мужчина вспомнил тот день, когда Ё Вон, желая выпить, приехал к нему в "Роял". Он вспомнил его лицо в тот день. Дрожащие ресницы, влажные глаза, подрагивающие губы – он был похож на раненого зверька.

Он связался с Ким Чжун Доком, пока Ё Вон спал рядом. Ким Чжун Док сообщил, что Ё Вон выглядел подавленным с самого момента, как сел в машину. Он предположил, что в школе что-то произошло, и пообещал выяснить. На следующий день он доложил о результатах – и это было отвратительно. Мужчина догадывался, но слухи, окружавшие Ё Вона, оказались еще более мерзкими, чем он мог представить. Ё Вон, будучи довольно проницательным, наверняка тоже был в курсе.

- Пожалуйста, не бросайте меня, — пробормотал Ё Вон невнятным голосом и прижался к мужчине. Он уткнулся лицом в его грудь и, медленно моргая, поднял взгляд. Его глаза умоляли о ответе.

Наблюдая, как в глазах Ё Вона нарастает тревога, мужчина тихо застонал. Это был стон восторга. Ё Вон умолял его не бросать и прижимался к нему – это доставляло ему огромное удовольствие. Он чувствовал удовлетворение от того, что его выбор оказался правильным.

Выброс адреналина был настолько сильным, что, несмотря на то, что это было чисто психологическое возбуждение, он почувствовал тяжесть внизу живота.

Когда он увидел, как пьяный Ё Вон прислоняется к кому-то, он не поддался своему гневу, а всё тщательно проанализировал.

Конечно, ему пришлось проявить невероятную выдержку. До сих пор он по десятки раз в день представлял, как разрывает эту сцену на куски. Это вызывало у него отвратительное чувство, словно его грудь была заполнена сточными водами.

К счастью, он был бизнесменом до мозга костей и не хотел повторять прошлых ошибок.

Однако на этот раз он решил подождать, пока Ё Вон сам сделает шаг. Он хотел, чтобы Ё Вон изменился так же, как он сам сдерживал свой гнев ради него. Он ждал, что Ё Вон откажется от своей мечты об обычной жизни, от Юн Ми Хён и вернется к нему, такому далекому от всего этого.

И вот, когда его терпение, которого и так было немного, было на исходе...

Со Ё Вон выбрал его.

- Мы собирались поехать к морю, когда потеплеет, — тихо сказал Ё Вон. С влажными глазами он смотрел в пустоту, словно вспоминая что-то, и его взгляд был полон печали. Не нужно было спрашивать, с кем он собирался ехать к морю.

Мужчина прижался губами ко лбу Ё Вона и с готовностью согласился.

***

Мужчина проснулся после короткого сна. Ё Вон, который еще до того, как он заснул, лежал, прижавшись к его груди, исчез. Почувствовав, что тяжесть на его груди исчезла, мужчина нахмурился от недовольства.

Он прислушался к звукам и услышал шорох на кухне. Умывшись, он направился туда. В доме витал легкий аромат кофе. Ё Вон, который хлопотал на кухне, повернулся к нему.

- Вы проснулись? — спросил он.

Мужчина, накинув халат, молча вышел на террасу. Он курил, когда позади него открылась дверь. Ё Вон вошел с двумя чашками кофе. Они провели время, попивая дымящийся напиток.

Еще до рассвета они вышли из дома. Мужчина обычно плавал рано утром или поздно вечером, когда в бассейне было мало людей. Он проплыл полкруга и вынырнул. Ё Вон, который сидел у края бассейна и наблюдал за ним, уже успел зайти в воду по колено. Он смотрел на кольцо на своем пальце и вертел его. Мужчина снова нырнул. В прозрачной воде он видел, как ноги Ё Вона двигаются, словно он пытается взбить воду. Наблюдая за тем, как его белые, словно мука, ступни мелькают в воде, мужчина подплыл к Ё Вону и, оттолкнувшись от бортика, вышел из бассейна.

- С чего это ты решил зайти в воду? — спросил он.

- Я не мог зайти, потому что не мог снять верхнюю одежду, — ответил Ё Вон.

- А, ну да, — невозмутимо пробормотал мужчина, хотя прекрасно знал об этом.

На следующий день они пришли к бассейну еще раньше. Глаза Ё Вона, еще не до конца проснувшегося, были немного шире обычного. Дверь, которая обычно была открыта в это время, оказалась заперта.

- Что? — удивленно спросил Ё Вон, глядя на мужчину.

Мужчина подошел к двери, приложил карточку и ввел код. Дверь открылась. Ё Вон с любопытством посмотрел на него. Он не знал, что мужчина заблокировал вход для всех остальных с четырех до шести утра. Обычно в это время в бассейне почти никого не было, но он решил подстраховаться.

Войдя в бассейн, Ё Вон, как обычно, направился к шезлонгу. Мужчина сказал ему идти в воду.

Ё Вон, словно удивленный его словами, неуклюже встал и пошел к бассейну. Он немного неловко плескал на себя воду, все еще одетый в футболку, а затем зашел в бассейн. Он медленно плавал, словно привыкая к воде, а затем, как рыба в воде, начал рассекать ее вдоль дорожки.

Его техника плавания была почти идеальной. Выйдя из воды, мужчина вытерся полотенцем. Он спросил Ё Вона, учился ли он плавать профессионально.

- ...А, это был один из экзаменов при поступлении в школу, — ответил Ё Вон, отвлеченный чем-то. Он вертел в руках кольцо, которое мужчина оставил на столике, пока вытирался. Он делал это так естественно, словно это было его собственное кольцо.

- Из-за кольца люди думают, что Вы женаты, — заметил он.

- И что?

Ё Вон немного помедлил, а затем протянул руку к руке мужчины. Он медленно надел кольцо на его безымянный палец с зазубринами. Мужчина посмотрел на свою руку с кольцом и тихо спросил.

- Ты хочешь, чтобы я притворялся женатым?

Ё Вон, покраснев до самых кончиков ушей, отвел взгляд. Он спрятал лицо в полотенце, делая вид, что вытирается, чтобы избежать взгляда мужчины.

***

Мужчина, одетый немного свободнее, чем обычно, сидел за рулем. Ё Вон то и дело поглядывал на него, словно хотел что-то сказать, но не решался. Он был похож на собачку, которая хочет в туалет. Глядя на него, мужчина вспомнил вчерашний разговор с Ким Чжун Доком. Тот рассказал ему об обычном распорядке дня Ё Вона. Мужчина слушал с бесстрастным лицом, но в какой-то момент слегка нахмурился.

«Днем он заходил в торговый центр», — сказал Ким Чжун Док.

«Зачем?» — удивленно спросил мужчина.

«Он купил книгу "Основы корейской кухни" в книжном магазине на втором этаже», — ответил Ким Чжун Док.

Вчера вечером за ужином Ё Вон намекнул, что хотел бы научиться готовить. Мужчина посмотрел на него. Перед ним стояли блюда, которые Ё Вон, по его словам, впервые приготовил сам, без помощи домработницы. Ё Вон пристально смотрел на него, ожидая ответа, словно приговора. Его большие глаза, казалось, были наполнены влагой.

Мужчина отложил палочки и вместо этого обхватил руками края стола. Большой стол легко уместился в его ладонях. Он слегка пошевелил челюстью и спросил.

«Ты решил всерьез заняться домашним хозяйством?»

Ё Вон, смутившись, закусил нижнюю губу. Он все еще не понимал, что имел в виду мужчина, и выглядел немного встревоженным.

До этого момента мужчина оставлял место директора "Роял" вакантным и лишь изредка получал важные новости от Ли Джин Сока. Он сделал это, чтобы иметь возможность передать компанию Ё Вону в любой момент, когда тот этого захочет.

Мужчина с трудом сдерживал смех, глядя на этого глупца, который отказывался от поста директора, который так ценил Ким, и вместо этого хотел заниматься домашним хозяйством.

«Я попрошу Ким Чжун Дока, чтобы он нашел для тебя индивидуальные занятия два раза в неделю», — сказал он.

Ё Вон улыбнулся, прищурив глаза.

«Это я приготовил по рецепту из интернета», — сказал он и зачерпнул немного супа половником, протягивая его мужчине.

Мужчина посмотрел на стол. Над каждой тарелкой поднимался белый пар. Ё Вон всегда подавал еду теплой, специально подгадывая время к его приходу. Мужчина снова поднял взгляд на Ё Вона. Раньше он обычно прятал глаза за ресницами, а теперь смотрел на него с блеском в глазах. Он медленно моргал своими густыми, как пух, ресницами, заполняя собой все его поле зрения.

- ...Генеральный директор? — позвал его Ё Вон, и мужчина вышел из своих воспоминаний.

- ...И? — спросил мужчина.

- Я купил кольцо на свою зарплату из "Роял".

...Кольцо? Более того, он купил его не с карты мужчины, а на свою зарплату, что было еще более странным.

Мужчина пристально смотрел на Ё Вона, который сидел на пассажирском сиденье. Точнее, он смотрел на его палец. Кольцо, которое раньше принадлежало ему, теперь украшало палец Ё Вона.

Однако это было все. Нового кольца он не видел. Мужчина продолжал искать его взглядом. Он заметил, что один из карманов Ё Вона был немного оттопырен.

Ё Вон, который смотрел в лобовое стекло, тихо ахнул. Перед ними раскинулось бескрайнее море. Пока Ё Вон восхищался видом, взгляд мужчины был прикован к его бледному лицу. Почувствовав его взгляд, Ё Вон повернулся и осторожно позвал.

- Генеральный директор .

Наконец, собравшись с духом, он дрожащим голосом сказал.

- ...Я хочу Вам кое-что подарить.

Его светло-карие глаза были спокойны, а на губах играла застенчивая улыбка.

Черный автомобиль, в котором они ехали, продолжал мчаться по дороге. Казалось, что путь к месту назначения бесконечен.

Наконец они достигли своей цели. Мужчина с едва заметной улыбкой смотрел на самое прекрасное, что когда-либо было в его руках.

<Конец>

Ну что, пожелаем ребятам долгой и счастливой жизни. Лично мне их будет не хватать.

Друзья, спасибо Вам огромное, что читали со мной эту новеллу и оставляли комментарии.

До встречи в других проектах.

Страница книги Вульгарный ХХ в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79

Глава 80

О книге