Annotation

Собрание сочинений в пяти томах, том 3

Из послесловия:

...А.Софронов любит слово, он не балуется, не «шалит» со словом, не ёрничает, не жонглирует современными словечками, не заостряет язык... он любовно и остроумно, бережно и осторожно вводит диалектизмы, создавая определенную интонационную окраску речи, которая чувствуется уже при чтении и слышится при исполнении пьесы актерами. Прекрасным примером подобного словесного богатства может служить язык пьес «Стряпуха», «Стряпуха замужем», «Павлина»...

Вл.Пименов

- Анатолий Софронов

- Действие первое

- Действие второе

- Действие третье

Анатолий Софронов

Стряпуха

Комедия в трех действиях

Действующие лица

Павлина Хуторная —

кухарка полеводческой бригады.

Степан Казанец —

комбайнер.

Трофим Григорьевич Соломка —

председатель колхоза.

Галина Сахно —

бригадир полеводческой бригады.

Дарья Архиповна —

ее мать.

Серафим Чайка —

бригадир комбайнеров.

Сабит Адалбергенов —

механик казахского совхоза.

Андрей Пчелка —

комбайнер.

Тимофей Слива —

сторож.

Таисья, Наталья —

колхозницы из бригады Сахно.

Пробийголова —

завхоз колхоза.

Колхозники.

Колхозницы.

Подросток.

Действие первое

Полевой стан бригады Галины Сахно. Деревянный стол и скамейки. Кирпичная, побеленная печь, на ней большие кастрюли. Возле печи — стол с деревянным щитом над ним. На столе — горками — тарелки, ложки, вилки, ножи. На щите висят ковши, сито, прочая кухонная утварь. На одном из кленов — рукомойник. За кленами широкая кубанская степь. Предвечерье. Павлина развешивает постиранные полотенца. Входят Чайка и Пчелка с песней «Ивушка».

Чайка и Пчелка (поют).

Склонилась ивушка до самой реченьки,

Ей тоже хочется на быстрину;

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну. } 2 раза

Склонилась тонкая, как небо, чистая,

Но одиночества не провозмочь!

Ах, ива-ивушка, краса пушистая,

Как мне, красавица, тебе помочь. } 2 раза

Павлина режет хлеб. Накладывает его в миску, подходит к столу, пробует пальцем — пыльно; берет тряпку, вытирает клеенку, ставит хлеб на стол.

Пчелка. Селям алейкум, красавица.

Павлина. Чего тебе?

Пчелка. Здравствуй, говорю.

Павлина. Здравствуй!

Чайка. Добрый вечер, Павлина.

Павлина. Виделись, как будто...

Пчелка. С вами, красавица, и десять раз приятно поздороваться. Это говорю вам я, Андрей Пчелка.

Павлина. Смотри, Пчелка, чтоб жало кто кипятком не ошпарил.

Чайка. Что ты, Павлина, такая неласковая?

Павлина. А вы зачем сюда пожаловали?

Чайка. Ну как — зачем? Повечерять, отдохнуть после смены.

Павлина. На вас завхоз продукты не выписал.

Пчелка. Это почему же?

Павлина. Решил, може, Пчелка цветочным медом питается.

Пчелка. Ишь ты какая...

Павлина. Завхоз такой.

Чайка. А может, покормишь трошки?

Павлина. Трошки? Ну, трошки, може, и покормлю.

Пчелка. Вот и добре! Интересуюсь, какое меню?

Павлина. А тебе какое нужно?

Пчелка. Борщ кубанский, бифштекс испанский.

Чайка (улыбнувшись). Вот чудак! (Уходит в вагончик.)

Павлина. Больше ничего?

Пчелка. Я на это меню — хоть кого заманю.

Павлина. Борщ кубанский, угадал... А еще каша.

Пчелка (подходя к Павлине, беря ее за локоть), А сало в ней есть?

Павлина (вырывая руку). Нет сала, одни мослы.

Пчелка. Сало не сало, а вообще подходяща.

Павлина. Для тебя неподходящая.

Пчелка. В каком смысле?

Павлина. В самом прямом.

Пчелка. Учти, я же холостой.

Павлина. Заметно.

Пчелка. Я не в том смысле.

Павлина. А я в том. (Вызывающе.) И прошу учесть... эта самая... Пчелка... у меня рука тяжелая...

Пчелка. Знавал я одну кобылку...

Павлина. Я хоть и не кованая, но подвернешься — зубы придется по одному с земли собирать.

Появляется Чайка.

Пчелка. Что, опыт есть?

Павлина. Проверено на практике.

Пчелка (вдруг запел на мотив какого-то старого романса).

Вопросов нет и, может быть, не будет,

Все ясно мне весеннею порой...

Я удалюсь, пусть память все забудет

И скроет все таинственной чадрой.

(Подошел к вагончику, встречается с Чайкой.)

Чайка. Пчелка! А ужинать?

Пчелка. Не могу садиться за стол раньше бригадира. (Скрывается в вагончике.)

Чайка (присаживаясь). Что ты, Павлина, такая сурьезная?

Павлина. Забыла, как смеяться.

Чайка (подходит к ней). Мы все к тебе... по-хорошему, по-душевному...

Павлина. Только за душу норовите руками ухватиться.

Чайка. А где у тебя душа?

Павлина. За пазухой.

Чайка. Ну язык у тебя!

Павлина. А вас которые без языка больше устраивают?

Чайка. Ты вот неделю у нас, а все дикая...

Павлина. Кошку дрессировали, она глаза всем и выцарапала.

Чайка. Тебя что, обидел кто-нибудь?

Павлина. Он еще в проекте значится.

Чайка (подходя к рукомойнику, усмехаясь). Да ну? Достанешься ты кому...

Павлина. Я бы досталась — на руках носил!

Чайка. Поносил бы, да и выбросил.

Павлина. Перинку б подстелил, чтоб обоим лечь.

Чайка (воды в рукомойнике нет). Непорядок у тебя. Воды нет.

Павлина. Мое дело за плитой глядеть.

Появляется Пчелка с аккордеоном через плечо.

Чайка. Оно, конечно, может быть, и так... У нас тоже руки не отвалятся воды принести. (Берет пустое ведро.)

Павлина (ухватившись за дужку). Пусти! Не твое это дело. Пусти!

Чайка. Ну, дай, дай, принесу с пруда.

Павлина (не отпуская ведро). Смотри, попадет...

Чайка. Ну, это, знаешь...

Павлина. Знаю... видела.

Чайка (озлившись, дернул к себе ведро). Пусти, говорю!

Павлина (не отпуская ведро). Разрешение спроси.

Чайка. Не у тебя ли?

Павлина. У Галины Дмитриевны.

Входит Соломка.

Чайка (отпуская дужку). Ну и личность же ты все-таки!

Соломка. Товарищ Чайка, что ты стряпуху забижаешь?

Павлина (уходя). Проходу не дают! Юбочники!

Чайка (вслед, разъяренно). Ну ты, слушай! (Соломке.) Откуда вы ее, такую, выкопали?

Пчелка, стоя на лестнице, играет туш.

Соломка. Как она тебя назвала?

Чайка. Что я, каждую клевету запоминать обязан?!

Пчелка. Извиняюсь, юбочником... (Играет туш.)

Соломка. Убираете-то как?

Чайка. Раздельным способом.

Соломка. Вижу, что раздельным. Вся бригада в поле, а бригадир возле кухни отирается...

Чайка. Вы что, Трофим Григорьевич, сурьезно ее брехне поверили?

Соломка. Поверил, не поверил, а за одну дужку держались.

Пчелка. Теперь не иначе придется алименты платить.

Чайка (Пчелке). Ну, ты что? Ты что? Я кто тебе?

Соломка (присаживаясь к столу). Вот что, хлопцы, я вам скажу... Вы Павлину не забижайте... Ухажерьте где на стороне. (Чайке.) А тебе особо надо блюсти себя, предупреждаю. Вот.

Чайка. Что вы, Трофим Григорьевич? Я и так себя соблюдаю.

Соломка. Во, во... Галину не тревожь. Она у нас передовой бригадир, у нее показатели могут упасть.

Чайка. Вот это вы напрасно, Трофим Григорьевич, я Галину Дмитриевну искренне ценю и уважаю...

Соломка. Насчет уважения — знаю... Знаю, что за левадой встречались...

Чайка. Так то же случайно!

Соломка. Имею более объективную информацию.

Пчелка играет туш.

Чайка (Пчелке). Будя! (Соломке.) Какую такую информацию?

Соломка. Интересуешься? Спроси у деда Сливы.

Чайка (отмахнулся). Старый брехун! С перепою померещилось!

Соломка. В каком он был состоянии — мне неведомо.

Чайка. Нам, нам ведомо, в каком он бывает состоянии!

Соломка. Но факт, что вы его не заметили, а он вас — наоборот... То, что ты, Серафим Иванович, бригадир, — это ценно, но и полеводческий бригадир Галина Дмитриевна Сахно — не менее ценный для колхоза человек. Плюс к тому женщина. Имеешь сурьезные намерения — сватайся, а играться в любовь не рекомендую. А уж Павлину совсем не трожь.

Пчелка. А что она, фарфоровая?

Соломка. Фарфоровая... Вы ее характера не знаете. Она ж могет вам членовредительство устроить. Во-от! (Чайке.) Ты думаешь, почему у нас объявилась? Из Каневского района переехала. Она там одного тракториста аполовником в состояние инвалидности привела.

Пчелка. Красота!

Чайка. С чего же?

Соломка. Вот именно, с чего? Тоже, наверно... к ведру потянулся. Ко мне той председатель звонил — просил: возьми Павлину Хуторную к себе... И рассказал... Невозможно ей оставаться было — самого красивого парня изувечила... Девки ей байкот объявили. А она человек одинокий... Вдова.

Пчелка. Вдова?!

Чайка (ошеломленно). Вдова?!

Соломка (вздохнув). Вот, вдова...

Чайка. Она же молодая.

Соломка (серьезно). Эх вы, орлы... Двадцать четыре года девке... А хлебнула горюшка... Во время войны — матерь фашисты расстреляли, отец в Кубанском корпусе, гвардейском, под Одессой погиб в апреле сорок четвертого. Сиротой осталась... В детдом определили... А потом доброго хлопца встретила, агронома. Полюбились друг другу. Свадьбу сыграли... А два года назад утонул он в Кубани. Судорога, что ли, ногу свела, одним словом — погиб парнишка... Речка быстрая, с водоворотами...

Чайка. Она и жизня с водоворотами.

Соломка. Любила она его, видно... В Каневский район перебралась... И вот случилось происшествие.

Чайка (с раздумьем). Вот так не знаешь человека...

Соломка. Ото ж и я говорю... Повнимательней к ней. А с Галиной — смотри!

Чайка. Трофим Григорьевич!

Соломка. Вот так, хлопцы!

Музыка.

Пчелка (растянув аккордеон, тихо поет).

Склонилась ивушка до самой реченьки,

Ей тоже хочется на быстрину;

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну.

Выходит с полным ведром Павлина. Наливает воду в рукомойник, достает из ящика чистое полотенце, подает Чайке.

Павлина. Мойтесь.

Чайка (подходя к Павлине, смущенно). Вот спасибо... Павлина... Мы ведь и отчества вашего не знаем.

Павлина. Отчество мое вам ни к чему! (Идет к печке, заглядывает в кастрюли, стучит крышками. Соломке.) Борща отведаете, Трофим Григорьевич?

Соломка. Какой казак от борща откажется?

Павлина наливает, ставит тарелку перед Соломкой. Чайка и Пчелка сидят молча с ложками «наперевес».

Павлина. Пожалуйста, кушайте на здоровьичко.

Соломка (попробовав). Добрый борщ! А перец?

Павлина. Имеется.

Пчелка. Перцу у ней на всех хватит!

Павлина (ставя на стол блюдечко). Имеется, Трофим Григорьевич.

Соломка (опустошая тарелку). А чего ж ты хлопцам не наливаешь?

Павлина (играя). Не просют... (Пчелке.) Налить, что ли?

Пчелка. Самую малость.

Павлина (Чайке). А вам, Серафим Иванович?

Чайка. С удовольствием, Павлина.

Павлина. Пожалуйста, кушайте на здоровьичко.

Пчелка. Небось бригадиру так с мясом...

Павлина. В начальство выйдешь и тебе с мясом будет!

Пчелка. Неравноправие!

Павлина (подавая кусок мяса). Ладно уж, ешь!

Пчелка. Спасибо!

Соломка (протягивая тарелку Павлине). Давай добавку, стряпуха.

Павлина. Угодила, значит. Вот спасибо.

Соломка (принимая тарелку). Угодила. Они тебя тут не забижают?

Пчелка. Разве мы позволим, Трофим Григорьевич?

Павлина (Пчелке). Если б вам позволили — и вы б позволили. Не обижают, Трофим Григорьевич. Пошутила я давеча.

Соломка (отодвигая тарелку, поднимаясь). Спасибо, хозяюшка!

Павлина. Може, еще? Или второго положить?

Соломка (остановившись). А что второе?

Павлина. Пшенная каша...

Пчелка. Кондер то есть...

Соломка (выходя из-за стола). От каши полнеют. Талию берегу...

Павлина. Оно конечно... (Пчелке.) А тебе?

Пчелка. Талию берегу. (Поднимается от стола.)

Павлина (Чайке). Вам, Серафим Иванович?

Чайка. А я с удовольствием. Люблю пшенку, да когда еще с дымком!

Павлина. Кушайте на здоровьичко.

Соломка (Павлине). Стемнеет, мы здесь пятиминутку с бригадой Сахно проведем.

Павлина. Ну что ж! Пожалуйста.

Соломка (Пчелке). Проводи-ка меня малость.

Пчелка. Слушаю, Трофим Григорьевич. (Чайке.) Приятного вам аппетита. (Музыка. Уходит с Соломкой.)

Павлина убирает тарелки. Чайка молча ест, изредка поглядывая на Павлину.

Чайка. Спасибо, Павлина... (Поднимаясь.) Благодарствую... Ты что? Обиделась на меня? Ведь я ничего такого.

Павлина. Да и я ничего; извините, Серафим Иваныч, сказала... Сама не знаю зачем... назвала вас юбочником. От пруда шла, ругала себя за ваш конфуз...

Чайка (потеплев). Да, конфуз... Это ладно, конфуз... Не в ём дело. Есть, конечно, люди, которые не понимают женскую душу... А должны... Ты это не думай, что я чего-нибудь там... Я ничего... Я ведь только в чистом смысле...

Павлина. И я ничего, Серафим Иваныч... Вы, я знаю, конечно, симпатизируете Галине Дмитриевне... Ну конечно, и она вам тоже...

Чайка. Вот это ты уж не надо... Тут уж другой разговор. Тут подкладка другого цвета.

Павлина. Чего же подкладка... Было бы к чему пришить...

Чайка. Видишь... В швейном деле разбираешься... Портниха, что ли?

Павлина (улыбаясь). Да уж какая я портниха? Стряпуха я.

Чайка (тоже улыбаясь). Одним словом, не обижайся.

Павлина. А что обижаться?

Чайка. А ежели кто чепляться будет, ты мне одно слово скажи — я враз... И все! Будем дружить?

Павлина. Да вы знаете, мужская дружба с бабьей — тяжелое дело...

Чайка (протягивая руку). Ну!

Павлина доверчиво протягивает руку. Входит Сахно.

Сахно (наблюдая некоторое время). Это на сладкое, что ли?

Павлина. Горить! (Побежала к плите.)

Чайка (выпустив руку Павлины, растерянно). А-а... Галя... А мы тут разговаривали... Объяснились малость.

Сахно (вполоборота к Павлине, отошедшей к печке). На объяснение тоже место надо находить. Об плиту обжечься можно. (Принюхиваясь.) А когда каша горит — объяснение с дымком получается.

Павлина (отодвигая кастрюлю с огня). Ваша правда, Галина Дмитриевна, подгорела... Огонь сильный.

Сахно. Меньше дров клади.

Павлина. Соломой топлю.

Сахно (глядя на Чайку). Солома горит жарко, да сгорает быстро... Бывает так у некоторых.

Чайка. Солома, конечно, не антрацит...

Сахно. Об этом и говорю. (Павлине.) Чем кормишь?

Павлина. Что утвердили... Вот, пожалуйста. Кушайте на здоровьичко.

Сахно (проводит пальцем по клеенке). Грязищу-то развела.

Павлина. Только вытирала... Степь, пылюга летит... (Ставит перед Сахно тарелку с борщом. Вытирает стол.)

Сахно (взяв кусок хлеба). А хлеб-то черствый! В холодке подержать не могла?

Павлина (сдержанно). Холодильников не имеется!

Сахно. Поговори мне.

Чайка (тихо). Галя, неудобно.

Сахно (блеснув на Чайку глазами). А соли сколько в борщ набухала?

Павлина. Соли нормально, Галина Дмитриевна...

Сахно. Я, что ли, ненормальная?

Павлина. Вот это-то мне неизвестно. (Уходит.)

Чайка (укоризненно). Борщ хороший... Первого класса борщ, председатель две тарелки съел.

Сахно. В председателево пузо котел влей — все мало! А тебе хоть булыжник в тарелку натолчет — и то хвалить будешь.

Чайка (неожиданно). Некрасивый ты разговор повела, Галина. Женщина только первую неделю в бригаде...

Сахно (отодвинув тарелку). А тебе откуда известно, что она женщина?

Чайка (возмущен). Галя?!

Сахно (поднявшись). И что ты здесь, возле кухни, околачиваешься?

Чайка (овладев собой). Загадочный ты все-таки человек, Галина! И как это в тебе помещается все?

Сахно. Что это — все?

Чайка. Ну, это... Одним словом, коварство и любовь!

Сахно. Ой, смотри, как разволновался!

Чайка. Еще раз заявляю... Я к тебе всей душой... А теперь даже не знаю, как... это... реагировать... Обидела меня, Павлину. И совсем ни за что! Очень некрасиво для передового бригадира. Я ухожу, очень опечаленный происшедшим. (Уходит.)

Сахно (указывая на входящую Павлину). Есть кому развеселить!

Проходят Пчелка, Наталья и Таисья с песней:

«Шаль с каймою голубой,

Аленькая блузка, —

Все хожу я за тобой

По тропинке узкой.

Ты направо повернешь —

За тобой сверну я,

Мимо тополя пройдешь —

К тополю ревную». } 2 раза

Сахно. Ты что тут наработала?

Павлина. Мне трудно вам перечить... Я младше вас...

Сахно. Ты своими годами не хвались! Годы, они, как дождь, идут-идут, да и проходят.

Павлина. Вот и я об этом... Жалковать будете, если даром пройдут!

Сахно. А ты обо мне не печалься... У меня еще запас имеется!

Павлина. А вы нафталинчиком запас свой пересыпьте, а то залежится!

Сахно (не ожидала). Ты что?! Ты что?! Ты кому?

Павлина (спокойно). Вам говорю... Что людям на завтрак готовить?

Сахно (потеряв самообладание). Ты вот что! Ты Чайку из головы выбрось!

Павлина. У вас, что ли, квитанция на его имеется?

Сахно. Имеется! У меня все для него имеется!

Павлина. Так что ж вы со мной договариваетесь? Вы с ним договор заключайте. А мое дело — борщ варить.

Сахно (стараясь говорить сдержанно). А что он тебе тут говорил?

Павлина (отворачиваясь). А ничего не говорил.

Сахно (резко поворачивая Павлину к себе). Ты брось глаза прятать.

Павлина. Да нечего говорить-то.

Сахно. Брешешь!

Павлина (искоса). Ну, сказал, что любит...

Сахно. Кого?

Павлина. Да меня. А больше ничего существенного.

Сахно (потрясена). Ничего существенного?!

Павлина. Ага... Что готовить на завтрак? Може, рагу? Картошки нехай привезут. Прикажите завхозу. Пусть на трактористов продукт выпишет.

Сахно. Откуда ты взялась?

Павлина. Из Каневского района.

Сахно. Да кто ты такая?!

Павлина. Так вы ж сами стряпуху просили...

Сахно. Так то ж стряпуху! А ты кто?

Павлина (гордо). Я и есть стряпуха!

Сахно. Сказала б я тебе, кто ты есть! (Идет.)

Павлина (вслед). Прикажите завхозу, нехай картошки пришлет.

Сахно (останавливается, обернувшись, смотрит на Павлину). Не пойму, ты в самом деле дурочка чи прикидываешься! (Уходит.)

Павлина снимает с куста полотенце. С чемоданчиком в руках появляется Казанец.

Казанец (Павлине). Извиняюсь, гражданочка, бригада Чайки здесь располагается?

Павлина (обернувшись). Здесь... (Отшатнувшись.) Ты? Казанец!

Казанец. Я. Смотри!.. А ты как?!

Павлина (грозно). Ты что, за мной путешествуешь?

Казанец. Нужна ты мне!

Павлина. Тебе что, там не хватило? Сюда явился?

Казанец (отступив). Хватило, поверх головы. Неделю в хате сидел — синяки сводил, ждал, пока пластырь с башки снимут. Ничего себе баба — за один поцелуй такое смертоубийство сотворила... Аполовник об голову переломила!

Павлина. Ты ладно, ладно... Ты зубы не заговаривай. Зачем явился?

Казанец. Ты думаешь, мне жизня была после побоища? Девки смеются — со вдовой не справился! Хлопцы Степаном Аполовниковичем называют. Ребятишки игру изобрели в «казанца».

Павлина (не смогла удержать улыбку). Это как же — в «казанца»?

Казанец. Завязывают глаза — и все лупят прутом одного, а тот должен узнать, кто ударил. Кого лупят — тот Казанец. Сотворила ты мне известность на весь район. Популярная личность теперь.

Павлина. Мало тебе! Руки б надо перебить!

Казанец. Такая шкода дорого б обошлась, пришлось бы в иждивенцы брать.

Павлина. В самый раз! Нужны мне иждивенцы безрукие!

Казанец. Тебе с руками плохо и без рук нехорошо?!

Павлина. Не нужен ты никакой! Был человек, а вы все, как репьи в поле, кто поближе — к тому и чепляетесь.

Казанец (тихо). Как говорится, дело прошлое, но, промежду прочим, я любил тебя, Павушка.

Павлина. Ты это ладно, штучки свои...

Казанец. Не штучки, а чистая правда... Сказать я тебе не успел, оглавушила медью. Звон в голове пошел. Все слова заглушило.

Павлина. А ты б сначала слова сказал, а потом руками бы тянулся. Я б, може, и подумала...

Казанец (с надеждой, сделав шаг к Павлине). Подумала б?

Павлина (отступив к доске). Остынь, Степан.

Казанец (смотря на деревянный щит). Ты смотри! Весь набор инструментов прихватила?

Павлина. Колхозная собственность... Прочная. Ты чего появился?

Казанец. Комбайнером нанялся... Чайку, случаем, не Серафим зовут?

Павлина (не спеша). Серафим.

Казанец. Служил я с одним в Германии. Он лейтенант?

Павлина. Я в мужских званьях плохо разбираюсь.

Казанец. Ну а как он человек?

Павлина. Ничего, приятный человек, обходительный, культурный... (Снова зло.) Ты вот что, Степан, ты меня забудь... Окончательно забудь...

Казанец (отводя глаза). Павушка, об том и я хотел просить... Судьба свела, судьба — игрушка... Если кто узнает, что ты на моем черепке ширпотреб проверяла, меня же смехом изведут отсюда... Уборочная в разгаре. Заработать надо! Любовь все одно прошла...

Павлина. Прошла?

Казанец. Окончательно. Можешь на сомневаться! Так что не беспокойся.

Чайка (входя). Хотел я сказать, Павлина...

Павлина. До вас люди пришли, Серафим Иваныч.

Чайка. О! Казанец!

Казанец (в стойке «смирно»). Он самый, товарищ лейтенант.

Чайка (протянув руку). Ох ты, смотри, понимаешь, какой бравый! Из Германии прямо?

Казанец. Год назад передал машину хлопцу с Украины... Добрый вояка будет...

Садятся.

Чайка. Подумай... Бежит время.

Казанец. Та и не говори!

Чайка. Два года, как я попрощался, а кажется, вчера...

Казанец. Точно. Небось и симпатию свою забыли?

Чайка (испуганно оглядываясь). Ты брось, брось, какую такую симпатию?!

Казанец. В ресторане официанткой служила. Матильдой звали!

Чайка. Ну, это так... дружба народов... «Гутен морген», «данке зеер».

Казанец. Их либен!

Чайка. Это что?

Казанец. Я люблю вас.

Чайка. Таких слов не было... Я больше по дружественной линии: геноссе, камрад...

Казанец. Так вот, геноссе камрад Чайка, явился к вам.

Чайка. Ко мне?

Казанец. Комбайнер вам нужен?

Чайка. Да.

Казанец. Так вот он — я...

Чайка. Ну что ж, давай, брат. Ты что все кривишься?

Казанец. Сквозняком прохватило!

Чайка. Зачисляй Казанца на довольствие, Павлина!

Входит Сахно.

Галя! Галина Дмитриевна, пополнение прибыло. Гвардии старшина, служили вместе в Германии, Степан Казанец...

Сахно (осматривая Казанца). Комбайнер, значит?

Казанец (подобравшись). Так точно.

Сахно (протягивая руку). Будем знакомы. Галина Сахно.

Казанец. Очень приятно. (Потирает шею.)

Сахно. Что это с вами?

Казанец. Сквознячком прохватило.

Чайка. Бригадир полеводческой бригады... Очень... такая, хорошая женщина...

Сахно. В рекомендациях не нуждаемся.

Казанец (щелкнув каблуками). Зеер гут. (Объясняя.) Очень хорошо — по-немецкому. Приятно, одним словом, товарищ Сахно.

Сахно. Ферштеен.

Чайка. Вот, брат!

Казанец. Обучил уже!

Сахно (улыбаясь). Можно просто Галина... (Павлине.) Что ж ты товарища не угостишь?

Павлина. Еще девчата не обедали...

Сахно (подходя к кухне, Павлине). Не отощают! (Наливает борщ.) У нас на первом месте гостеприимство. Кушайте, товарищ Казанец.

Казанец. Благодарствуйте. (Держит ложку в руке.) Товарищ... товарищ... Галина... хлеба бы чуток...

Сахно. Вот забыла. (Забирает из рук Павлины миску с хлебом, ставит перед Казанцом.)

Казанец. Спасибочка, Галиночка...

Чайка. Смотри, какой обходительный стал?!

Казанец. Культура, Серафим Иванович!

Чайка (неодобрительно). За наличные или в долг давали?

Казанец (хлебая борщ). За наличные, товарищ лейтенант. (Проглотив последнюю ложку.) Хорош! Жалобная книга не требуется.

Сахно. Можно еще?

Казанец. Не откажусь.

Сахно (берет тарелку, идет к печке). Очень даже рады будем.

Павлина (выхватывая из рук Сахно тарелку). Будя! У нас тут еще едоки имеются.

Сахно. Ты что, сказилась?

Чайка. Павлина, всем хватит...

Павлина. Сама знаю — кому чего хватит! (Чайке.) У вас тут каждый день люди поступать будут! Загодя предупреждать надо! (Подходит к Казанцу с половником.) Вам что, добавки треба?

Казанец (поднимаясь). Та нет... Сытый я уже. (Сахно.) Ошибся в расчетах. Сытый, а думал, еще возьму. Обман вкусового аппетита.

Чайка (Казанцу). Пойдем, что ли, Степа, вещички бросишь в вагончик...

Казанец. Есть, товарищ лейтенант. (Берет чемоданчик; Сахно.) Спасибо за угощение.

Сахно. Извините, если что... (Уходит.)

Чайка (Казанцу). Ты хоть бы Павлину поблагодарил.

Казанец (Павлине). Благодарствую.

Павлина. Пообедали и ладно. (Уходит.)

Казанец. Во, брат, тигра какая!

Уходят. Входят Павлина и колхозницы. Девушки садятся за стол. Павлина ставит тарелки с борщом.

Девушки. Здорово, Павлина!

Павлина. Здравствуйте! Садитесь, кушайте.

Выходит еще колхозник, садится за стол. Павлина ставит ему тарелку с борщом.

Колхозник. Здравствуй, Павлина!

Павлина. Здравствуй!

Издалека слышна песня. Поют Пчелка, Таисья и Наталья. Пчелка идет в центре, девушки — по бокам.

Пчелка (играя на баяне).

Что за чувства в сердце бродят?

Где слова взять лестные?

Две подружки с Пчелкой ходят,

Обе интересные.

Таисья и Наталья.

Две девчушки — две подружки,

Обе-две красавицы,

Обе-две поют частушки,

Выбирай, кто нравится!

Пчелка.

У одной глаза сверкают,

И другая — чудная!

Вот она, любовь какая,

Дело многотрудное.

Таисья и Наталья.

Не печалься, не кручинься,

Кровь у нас не рыбья, —

Лет до ста мы сохранимся,

К тому времю выберешь!

Пчелка играет, девушки поют. К столу собираются колхозники. Павлина кормит их. Входит Соломка.

Соломка. Здорово, бабоньки! (Пчелке.) Кончай, кончай концерт.

Голоса. Здрасте, Трофим Григорьевич...

— Добрый вечер!

Соломка. Как на вашем фронте?

Голос. Полный порядок, Трофим Григорьевич.

Сахно (подходя к Соломке). Бригада собралась, Трофим Григорьевич... Не держите... Дети в станице не кормлены.

Соломка. А чего вас держать? Пять минут все дело.

Сахно (ко всем). Граждане, сидайте... Ну, дивчата, кончайте, кончайте. Будя на борщ нажимать.

Таисья. Худых замуж не берут.

Пчелка. Это верно...

Соломка. Тихо! Тихо!

Пчелка. Надо, чтоб невеста в аккурате была, гладкая.

Голос. А шаршавых ты не любишь?

Входят Чайка и Казанец. На них обращают внимание. Говорок.

Сахно. Граждане, мы же сами себя задерживаем.

Голос. Товарищ председатель! Объясните, что за новый хлопец?!

Соломка (Чайке). Чайка! Скажи людям... До утра спрашивать будут.

Чайка. То, дивчата, наш новый комбайнер.

Голоса. Как зовут?

— Звать-то как?

Чайка (смеясь, Казанцу). Отвечай сам.

Казанец. Степан Казанец.

Соломка. Ясно?

Все. Ясно!

Девичий голос. Женатый?

Смех.

Сахно. Что вы разыгрались?

Девичий голос. Женатый?

Казанец. Не успел еще...

Тот же голос. Товарищ председатель, этого хлопца за мной забронируйте.

Соломка. А за кем же другим? Тихо! Начинаем, граждане!

Слива (входя). Звиняйте, граждане. Трофим Григорьевич, которые опоздавшие — могут присутствовать?

Соломка. Да садись ты, дед, што ли!

Слива. А ну, дивчата, раздайся в стороны!

Мужской голос. Тимофей Петрович, чи вы не из кооперации идете?

Слива. А шо такое?

Мужской голос. Дюже горилкой потянуло.

Слива. Точно... Лихорадка меня колотит... Так я принял порцию для прохвилактики...

Соломка. Ну, тихо, дед!

Сахно. Говорите, Трофим Григорьевич.

Соломка. Так вот, граждане колхозники. В данное время наступил момент... Каждое звено чтоб на высоте было... Галина, кто у тебя впереди?

Сахно. В данный момент Натальино звено.

Соломка. А кто сдерживает движение?

Сахно. Таких не имеется.

Соломка. А не брешешь?

Сахно. Та шо вы, Трофим Григорьевич... У нас же каждодневный учет!

Слива. Есть которые сдерживают.

Соломка. Это кто же?

Слива. Андрей Пчелка... Он одновременно двум девкам, Таиське и Наташке, мозги крутит...

Пчелка. Трофим Григорьевич! Прошу привлечь деда Сливу к строгой ответственности за клевету в мою пользу.

Слива. Трофим Григорьевич! Он им музыкой трудолюбию уничтожает...

Сахно. Вы, дед, не знаете — помолчите...

Пчелка. У меня комсомольское поручение по музыкальной самодеятельности.

Соломка (Сливе). Будя тебе, дед, людей баламутить.

Слива поднимает руку.

Ну чего тебе, дед?

Слива. Я извиняюсь! Какие нервные все стали!

Соломка. Ну, тихо! (Наталье.) Вот ты мне ответь, звеньевая, сколько ты возьмешь кукурузы с гектара в зерне и силосной массе?

Наталья (отчеканивая каждое слово, звонко). Не меньше семидесяти в зерне и семисот в силосной массе.

Соломка. Чем обеспечите выполнение обязательств?

Наталья (как на экзамене). Механизацией, высокосортными гибридными семенами и комсомольским энтузиазмом!

Слива. Подумать надо, что с людьми средняя образования делает!

Соломка (доволен, Сахно). Решающий момент, Галина, наступает!

Сахно (уверенно). Проверяйте, Трофим Григорьевич, кукурузка одна в другую тянется!

Соломка. Бабоньки, ясна суть разговора?

Голоса. Ясна!

— Вполне!

Слива. А вот наша Галина Сахно в своем объеме, считай, по мясу и молоку уже перегнала Америку...

Все смеются.

Сахно. Дед! Ну что это такое?! Трофим Григорьевич! Посмотрите, все юбки валятся.

Соломка. Дед, я тебя сыму с работы...

Слива. За что? Я не при исполнении. Голосуй.

Соломка. А за что голосовать-то? Разговор для прохвилактики...

Слива поднимает руку.

Ты что, дед?

Слива. Нутренние вопросы кончились?

Соломка. Кончились.

Все садятся.

Слива. Имею международный вопрос.

Соломка. Ну, говори.

Слива, То правда на базаре балакают, что Америка кабалистическую ракету изобрела?

Смех

Соломка. Баллистическую.

Слива. Ото и дело, что кабалистическую... как пустит, чтоб уси страны в кабалу взять той ракетой... Разумей... (По складам.) Кабеле... Кабыли... Кабалистическая. Чуешь?

Соломка. Опоздала, дед, Америка.

Слива. Не иначе как махры у ее не хватило.

Соломка. Може, ко мне есть вопросы?

Таисья. Есть.

Соломка. Говори.

Таисья. Товарищ председатель, почему в сельпо губной помады нет?

Соломка. На данный вопрос не могу ответить.

Сахно. И без помады обойдешься!

Таисья. Ну, вам она, Галина Дмитриевна, возможно, и ни к чему, а нам не хватает, стирается. Не в город же ездить.

Соломка. Попроси Пчелку, он тебе два кило помады доставит.

Пчелка. А я считаю, помада — пережиток. Только платки пачкаются...

Соломка. Если вопросов нет — закончим?

Слива. У меня вопрос.

Соломка. Ну, давай.

Слива. Товарищ председатель, Трофим Григорьевич! Будьте ласковы, скажите, снижение цен на горилку будет?

Соломка. Сомневаюсь, бо горилка — предмет роскоши.

Слива. Да какая ж роскошь, когда вона мине предмет первой необходимости?!

Соломка. Все, граждане!

Музыка. Пчелка, Наталья и Таисья идут с песней.

Пчелка.

Что за чувства в сердце бродят?

Где слова взять лестные?

Две подружки со мной ходят,

Обе интересные.

Таисья и Наталья.

Две девчушки — две подружки,

Обе-две красавицы.

Обе-две поют частушки,

Выбирай, кто нравится.

Колхозники постепенно уходят.

Сахно (Соломке). Трофим Григорьевич, новая стряпуха не справляется...

Соломка. Справится... Ты отнесись к ней по-матерински.

Сахно (упрямо). Не управляется она... Готовка невкусная... Неряха, пыль на столах... Хлеб черствый...

Соломка. Ты, Галина, сама не будь черствой... Пригрей ее... Поддержи... Добро не забывается... Ну, можно и до хаты.

Чайка. До свидания, Трофим Григорьевич.

Соломка прощается с Чайкой и Сахно, уходит. Пчелка уходит с Таисьей и Натальей.

Сахно (Казанцу). Вы в станице остановились?

Казанец. Нет, сюда явился.

Чайка. Ты, Степа, в вагончике устроишься.

Сахно. Негоже... Человек без приюта останется...

Казанец. Оно б, конечно, неплохо найти старушку какую-нибудь....

Сахно. Есть старушка... Моя мама... У нас горница свободная... Поживете, а там как хотите. Мама за вами присмотрит...

Казанец. А шо ж? Це добре. (Чайке.) Мне когда заступать?

Чайка (растерянно). С утра.

Сахно (Казанцу). Мама разбудит на зорьке... Машина сюда пойдет. (Чайке.) Не беспокойтесь, товарищ бригадир.

Чайка (недовольно). Та я не беспокоюсь... Но вроде неудобно Казанцу к вам постояльцем идти.

Казанец (Сахно). А може, и в самом деле?

Сахно. Чего ж неудобно, горница свободная... И опять же мама... Мама у меня...

Казанец (нерешительно). Ну что ж... Я согласный... Благодарю. (Сахно.) Момент, чемоданчик возьму, (Забегает в вагончик, берет чемоданчик, Чайке.) Спасибо, товарищ лейтенант, за ласку.

Сахно (Казанцу). Пошли, товарищ Казанец. (Чайке.) Счастливо оставаться, Серафим Иваныч. (Уходит с Казанцом.)

Чайка. Да-а-а... Оце сослуживец. (Скрывается в вагончике.)

Входит Пчелка, садится возле стола. Павлина слушает его.

Пчелка.

Думы, думы целый день,

От тоски немею,

За тобой брожу, как тень,

Только тень длиннее.

Но ответа нет и нет,

Где-то затерялся...

От меня один скелет

С пиджаком остался... } 2 раза

Вот так обстоят дела, Павлина!

Павлина. Пчелка, а ты сурьезным можешь быть?

Пчелка. Не часто, но могу.

Павлина. Ты как ко мне относишься?

Пчелка. С глубоким уважением.

Павлина. На меня какие виды имеешь?

Пчелка. Нема видов на тебя. У меня свои противоречия.

Павлина. Какие у тебя противоречия?.

Пчелка. Люблю одну дивчину.

Павлина. А мне сдается, двух...

Пчелка. Одну.

Павлина. Наташку?

Пчелка. Наоборот.

Павлина. Таисью?

Пчелка. Ага, ее.

Павлина. А что ж ты все с двумя ходишь?

Пчелка. А я виноват, что они как связанные? Та их никак не отобьешь друг от дружки!

Павлина. А что ж ты, и одной и другой красивые слова говоришь?

Пчелка. Чтоб одна не обижалась, а другая не зазнавалась.

Павлина. А верить тебе можно?

Пчелка. А чего ж нет... Таиська и Наташка верят.

Павлина. А я могу?

Пчелка. Как самой себе.

Павлина. Могу душу открыть?

Пчелка. Душа не тело — открывай.

Павлина (раздумывая). Все-таки несурьезный ты хлопец.

Пчелка. Суть дела не ясна!

Павлина (садится). У меня был муж...

Пчелка. Вот мужа я тебе вернуть не могу! С этим светом у меня отношения нормально-деловые, а на том свете никаких знакомств.

Павлина (разочарованно). Не созрел для откровенного разговора. Несурьезный ты хлопец!

Пчелка. Это у меня единственный недостаток, и я его храню. Вам всем нежность подавай.

Павлина. Душу, Пчелка, душу!

Пчелка. Оно, конечно, без души некрасиво. Ну ладно, чем могу тебе помочь?

Павлина. Нет, когда дозреешь — скажу!

Чайка (входя, Пчелке). Пчелка! Ты это, вот что... Новому этому, Казанцу, сообщи, завтра пусть в ночную смену выходит.

Пчелка. Там же полный комплект!

Чайка. Переменим... До свиданья, Павлина!

Павлина (решительно). Серафим Иваныч, просьба имеется.

Чайка. Что хочешь?

Павлина. Проводите до станицы... Только не прямо, а через протоку... Там дюже красиво...

Чайка. Да там же мостка нет!

Павлина. По камням перейдем...

Чайка (растерян). Ну что ж... Ежели вы желаете... Мы с Пчелкой...

Павлина. Нет, Пчелка прямо пойдет...

Пчелка. Вот спасибо... А то ноги... аж гудут...

Чайка. Ну что ж... (Павлине.) Ежели все — пошли.

Павлина (беря под руку Чайку). Я готова.

Пчелка. Серафим Иванович, так Казанцу сурьезно передавать, что ему в ночную смену?

Чайка (решительно). Сурьезно! (Уходит с Павлиной.)

Пчелка. Оце камуфлет! (Развернув аккордеон, поет.)

Шаль с каймою голубой,

Аленькая блузка, —

Все хожу я за тобой

По тропинке узкой.

Ты направо повернешь —

За тобой сверну я,

Мимо тополя пройдешь —

К тополю ревную.

Занавес

Действие второе

Подворье Галины Сахно. Беленая, под черепичной крышей, хата. Цветы под окнами. Вдоль плетня тополя. В стороне от хаты, под широкой шелковицей, стол, покрытый пестрой клеенкой; несколько табуреток вокруг стола. Раннее утро. За хатой виднеется станица, пронизанная лучами солнца. Дарья Архиповна около самовара чистит картошку. Музыка. Из репродуктора голос: «Вдох! Выдох! Вдох! Выдох! Вдох! Выдох!» Сахно открывает ставни и смотрит из окна.

Сахно. Закипел?

Дарья Архиповна. А! Чтоб он сгорел!

Сахно выходит на крыльцо в коротком халатике, в тапочках на босу ногу, начинает заниматься гимнастикой.

Голос из репродуктора. Делаем приседание на счет три. Раз! Два! Три!

Сахно. Чай, говорят, силы придает... (Потягивается.)

Голос из репродуктора. Отводим руки прямо и в стороны!

Дарья Архиповна. Для постояльца стараешься!

Сахно. А чем он вам, мама, не подошел?

Дарья Архиповна. Да постыдилась бы! Двадцать восемь лет, не махонькая.

Голос из репродуктора. Делаем вращение корпуса!

Сахно (вращая корпусом). На Кубани женщины долго в форме сохраняются...

Дарья Архиповна. Говорят, на Кубани консервных заводов много строят... В банке еще дольше сохраниться можно.

Сахно. Воздух у нас, мама, подходящий для женщин. (Потягивается.)

Дарья Архиповна. Жируешь?

Сахно. Какие глупости говорите!

Голос из репродуктора. Начнем прыжки на одной ноге.

Сахно. Слушай, мама! Прыжки на одной ноге. (Приплясывает в такт музыке.)

Дарья Архиповна. Чего с голыми коленками ходишь? Поди оденься...

К калитке подходят Пчелка и Казанец. Сахно исчезает в хате.

Казанец. С добрым утром, Дарья Архиповна! Поднялись уже?

Дарья Архиповна. Полежишь тут, с самоваром!

Пчелка. Обжечься можно. А дочка-то небось на перине прохлаждается?

Дарья Архиповна. На то и перина, чтобы на ней лежать долго.

Пчелка. Для кого день начинается, а для нас с Казанцом заслуженный отдых после трудового подвига.

Дарья Архиповна. Постоял ночь за баранкой, уже и подвигом похваляешься...

Пчелка. Не понять вам этого, тетя Даша... В ваши годы механизмы разве что на ходиках с гирьками стучали да в граммофоне пели.

Казанец (дает кружку воды). Пей, Пчелка!

Пчелка. Вот спасибо. (Прощается.) Привет, Степа.

Казанец. Привет!

Дарья Архиповна. Пчелка, може, чаю выпьешь?

Пчелка. Пчелки чаю не едят, дайте сахар, говорят... Мне еще двух барышень на трудовой подвиг с музыкой проводить надо. (Уходя, поет.)

Шаль с каймою голубой,

Аленькая блузка, —

Все хожу я за тобой

По тропинке узкой.

Ты направо повернешь —

За тобой сверну я,

Мимо тополя пройдешь —

К тополю ревную.

(Уходит.)

Дарья Архиповна скрывается в хате. Казанец направляется за ней, но на пороге показывается с полотенцем и мылом в руках Сахно.

Сахно. С добрым утром, Степа.

Казанец. С добрым, Галина Дмитриевна.

Сахно. Опять меня по отчеству называете?

Казанец. Да не привыкну...

Сахно. Устали за ночь небось?

Казанец. Ничего... в степи ночью вольготно.

Сахно. Жары дневной нет...

Казанец. Ага.

Сахно. Угодил вам товарищ Чайка.

Казанец. Со второго дня в ночь назначил... Не иначе как ревнует к вам!

Сахно. Что вы? Основания какие?

Казанец. Смотрит на меня, как суслик из норы.

Сахно. Характер у него... Умываться будете?

Казанец. А как же... Сон сбросить... Освежиться.

Сахно. Давайте солью.

Казанец. Да что вы, затрудняться...

Сахно. Ничего. Вода из колодца ледяная!

Казанец. Извиняюсь! (Сбрасывает гимнастерку, остается в майке.)

Сахно льет ему в ладони воду.

(Намыливает лицо, фыркает, смывает мыло.) Второй раз родиться можно!..

Сахно. Еще за ушами мыло... Дайте смою.

Казанец. Да что вы?! Ой, ласкотно.

Сахно. Ничего, ничего. (Рукой смывает мыло.)

Во двор входит Чайка, останавливается, затем поворачивается и выходит со двора, хлопнув калиткой.

Казанец (вытираясь полотенцем). Серафим Иваныч! Куда вы?

Сахно (очень довольна). Куда ж вы уходите, товарищ Чайка?

Чайка (остановившись). Так... Одним словом. Хотел узнать...

Казанец. Ото ж я так и думал... Оправдываем доверие... Зеер гут... Мы с Пчелкой по сто восемьдесят процентов за смену — будь здоров!

Чайка (все-таки доволен). Молодцы, герои, одним словом... (Хлопнув по спине Казанца.) А я тут шестеренки, запчасти...

Сахно. Какие же у вас части износились, товарищ Чайка?

Чайка. Шестеренки преимущественно.

Казанец. Один комбайн всю ночь простоял. Я сей момент. (Уходит в хату.)

Чайка (Сахно). Вот собрался ехать... шестеренки, значит, захвачу в степь... Вас хотел захватить также, Галина Дмитриевна. (Смущенно.) Вы совсем это... забыли про меня думать... Галина Дмитриевна, целую неделю не разговаривали.

Сахно. А чего ж разговаривать? Вы забыли — я забыла.

Чайка. Вы-то забыли, да я не забыл. День и ночь об вас думаю... Где б ни ходил... Одним словом, вы и вы...

Сахно. А може, вы эти слова еще кому говорите?

Чайка. Зачем же так, Галя, не ветреный какой мальчик.

Сахно. Стряпухе, к примеру...

Казанец. Павлине? Да что вы! Вы ж знаете... Болеет она.

Сахно. Полечили бы...

Чайка. Меня бы кто вылечил.

Сахно. От чего же лечить вас?

Чайка (горько). За ушами мыло смываете.

Сахно (засмеявшись). А что ж ему, намыленным ходить?

Чайка. У самого конечности имеются.

Сахно. Он же ваш друг...

Чайка (возмущенно). Дру-уг? Я б того друга в Кубани утопил! (Почти, умоляя.) Поедемте в поле вместе... Не отказывайтесь...

Сахно (с некоторым кокетством). Чего же отказываться, на машине быстрей, чем на бричке.

Входит Соломка.

Чайка. Ох, Галю, Галю!

Соломка. Серафим Иваныч! Дело есть. Знал, где найти тебя!

Чайка. Да вот шел... Запчасти, шестеренки получать...

Дарья Архиповна (входя). Трофиму Григорьевичу... Голове нашему!

Соломка. Дарье Архиповне нижайшее...

Дарья Архиповна. Серафиму Ивановичу!.

Чайка. Дарье Архиповне!

Дарья Архиповна. Сидайте, чайку попьете...

Соломка. Спасибо.

Дарья Архиповна. Время раннее, успеете. Галина, подавай чашки.

Сахно накрывает, Дарья Архиповна ставит самовар на стол и уходит.

Чайка. Что за дело, Трофим Григорьевич?

Соломка. На целину поедешь... В Казахстан... Получено указание. Здесь уберешь — и в Казахстан, подсоблять товарищам... Как передовой бригадир.

Чайка (тревожно). На какой срок?

Соломка. До трех месяцев...

Казанец (выходя из хаты). День добрый, товарищ председатель.

Соломка. Молодец Казанец!.. Слыхал про твои подвиги...

Чайка (печально). Что же я, Трофим Григорьевич, один должен ехать?

Сахно. Нельзя же всех мужчин из колхоза забирать?

Чайка. Неужели ж один должен?

Соломка. Да зачем один? Вся бригада...

Чайка (настойчиво). И Казанец?

Казанец. Что — Казанец?

Соломка. Ежели Казанец поимеет желание...

Казанец. Какое желание?

Чайка. В Казахстан, с бригадой... на уборку, поддержать честь кубанских хлеборобов. Как ты на это дело посмотришь?

Казанец. Этот вопрос продумать надо...

Чайка. Что тут думать, что тут думать! (С пристрастием.) Ишь ты, какой раздумчивый стал! Чего здесь делать будешь?

Казанец. На хорошие руки всегда спрос большой.

Сахно (напоминая). Серафим Иваныч, може, мне в бричке поехать?

Чайка. А, да, да... Галю, я разом. (Соломке.) Запчасти получать... Сейчас, разом! (Уходит.)

Входит Дарья Архиповна. Ставит на стол пироги.

Дарья Архиповна. Кушайте, кушайте на здоровьичко.

Соломка. Спасибо.

Сахно (потягиваясь). Може, и мне в Казахстан податься? Женщина я одинокая...

Соломка. Не пойму что-то я тебя, Галина....

Дарья Архиповна. По старому времени отец бы ее арапником отходил.

Сахно. Вы, мама, оставьте свои претензии. На арапники кожу сейчас жалеют...

Дарья Архиповна. На каблучки к туфелькам не хватает?

Соломка (Сахно). Арапники — дело старое, сознание — дело новое... И ты бы, Галина... того... по сознанию больше шла...

Сахно. Темновато говорите, Трофим Григорьевич... Об чем вы?

Соломка. Об личной жизни...

Сахно. Вот что, Трофим Григорьевич, товарищ председатель. (Оглядываясь на Казанца.) Ежели вы что по производству — пожалуйста! Выслушаю с благодарностью. Об урожае беспокоитесь? Не беспокойтесь. Первенства не отдадим. А личного моего — не касайтесь, я сама грамотная.

Дарья Архиповна. Грамота твоя — замуж надо! (Соломке.) Ходил за ней человек, добрый, хороший...

Сахно (резко). Будя, мама!

Соломка. Ладно, ладно вам... (Увидев проходящую мимо Павлину, идет к забору.)

Слива (появляясь у калитки). Честной компании! С солнышком вас! О, и самоварчик! Тетка Дарья, ты по старой дружбе налила б мне чайку рюмочку!

Дарья Архиповна. Заходи, дед.

Соломка. Павлина? Куда ты?

Павлина. В больницу, к доктору... Лихорадка замучила.

Соломка. Где это ты ее подобрала?

Павлина. Не знаю, Трофим Григорьевич. Ой!

Дарья Архиповна (Павлине). Заходи, что ли, девушка... Чайку выпьешь... Пропотеешь... Може, полегчает...

Павлина. Нет уж, спасибо... Доктор назначил. (Уходит.)

Слива. Чевой-то Павлину к доктору потянуло?

Дарья Архиповна. Простыла, видать...

Соломка (Сахно). Ты бы, Галина, поласковей с ней была... Слово бы теплое сказала. Стряпуха все же у тебя...

Сахно. Стряпуха? Яду готова мне подсыпать!

Казанец (с повышенным интересом). Чего все же, Галина Дмитриевна, вы свою стряпуху не любите?

Сахно (с некоторым ехидством). Вас интересует?

Казанец. Не то чтобы, но, промежду прочим, любопытно.

Сахно. Когда к нам появилась? А уже подолом метет...

Казанец. Это в каком же смысле?

Сахно. В том самом...

Дарья Архиповна. Креста на тебе нет, Галина!

Сахно. Чего нет — того нет!

Дарья Архиповна. Зачем на молодую женщину напраслину возводишь?

Сахно. На нее возведешь!

Соломка. Нет в тебе объективности, Галина... Зачем по-бабски рассуждаешь?

Сахно. А что ж я, по-мужски должна рассуждать?

Соломка. У нее муж два года назад утоп...

Сахно. Не иначе с горя в реку кинулся!

Казанец (стараясь говорить рассудительно). Она жила с мужем хорошо, любила его...

Сахно (Казанцу). А вам откуда известно?

Казанец. Слышал... Человек она порядочный.

Сахно. Я б сказала, да воздержусь!

Слива. И напрасно... Вот когда я воздерживаюсь, у меня настроение такое печальное, печальное... А между прочим, должна быть у Павлины лихорадка.

Казанец (не удержавшись). Почему это должна?

Слива. А как же? Ты б, Дарьюшка, налила мне чего-нибудь горяченького. А то от чая меня в холодную дрожь бросает.

Дарья Архиповна. Пей, пей, водкой по праздникам угощаем.

Слива. Так сегодня ж праздник!

Соломка. Какой?

Слива. В календарь не заглядывал, но носом чую, что праздник.

Казанец (Сливе, настойчиво). Вы сказали, у Павлины почему-то должна быть лихорадка?

Слива. А чего ж нет? Должна.

Казанец (еще настойчивей). Я спрашиваю, почему?

Сахно (Казанцу). Вы, случайно, не собираетесь на фельдшера учиться?

Слива (не обращая внимания на Казанца). Вот у меня была однажды лихорадка... Это когда-сь еще сторожевал в кооперации. Тулуп у меня был, кожух, значит... овчинный... Как влитой на мне сидел, шикарный кожух...

Казанец (нетерпеливо). А простуда при чем?

Слива (Казанцу). Простуда! Сам ты простуда! Послушай... Опыт пригодится!

Соломка. Старые байки рассказываешь, дед.

Дарья Архиповна (нетерпеливо). Та дайте ему сказать! Бо если он через кожух не переступит — другого слова от Сливы не добьетесь.

Слива. Да. Вот именно... Так вот... Стою я на дежурстве, в кожухе теплынь, аж пар идет... Но в тую пору одна вдовушка мне приглянулась, ну, как говорится, мой покой смутила... А хата моя наискосок от кооперации метров на сто стояла... Жинка моя глянет в окошко — Тимошка ее, то есть я, на посту, под лампочкой стоит — государственное добро охраняет. Только вдовушка очень сильно в душу вошла. Но душа душой, а следующий момент — свиданье. Но как? Сказал я ей — приду! Но как? У полночь. Придумал я одну штуковину... Дрючок с крестовиной врыл в землю сбоку лампочки, и как полночь — кожух на крестовину, шапку сверху и айда к Нюрке... (Спохватившись.) Чего? Э-э, нет, имени я не произносил. Побыл, значит, выхожу — висит кожух... А наутро мне жинка вареников горку кладет — поешь, Тимоша, погрейся, — четвертинку ставит, замерз, мабуть. Я, говорит, смотрю в окошко, ты всю ночь стоишь, не шевелишься. Я молчу-помалкиваю, рот, конечно, варениками занят... Одним словом, одна ночь — кожух висит, другая ночь — кожух висит, на третью выхожу — кожуха нема! Туды-сюды, нема, и все! А между прочим, зима — мороз, декабрь... Кожух — казенный! Ходю ищу час-другой. Ну замерз, як той цуцик... Как дал стометровку до дому! Стучу!.. Жинка не открывает. Двери зачинила — не открывает! Часа два колотился об дверь! Ну, наконец сжалилась, открыла да качалкой как даст по башке, как даст!.. Кожух, конешно, она подобрала. Вот с тех пор я и слег от простуды! Вот до чего тайная любовь доводит!

Соломка (смеется). Оно конечно, раньше были другие вариации, но в основном правда. Происшествие такое состоялось.

Казанец (зло). Но Павлина тут при чем?

Слива. При чем? Третьего дня сторожую возле амбара, где рис хранится... Вдруг слышу, шорох, шум, смех, плеск у протоки... Приподнимаюсь, гляжу — двое! Одна, видать по голосу, — Павлина, а другой — голос не подает, но по хвигуре видать — Чайка!

Сахно (не ожидала). Чайка?

Слива. По хвигуре... Оно конечно, луна вперемежку с облаками... но вроде Чайка.

Казанец (напряженно). И что они там?

Слива. Они там... (хохочет) вроде купались... А вода леденющая с гор идет...

Сахно. Чи вам не пригрезилось, дед?

Казанец (в тон Сахно). В самом деле?

Слива. Так к доктору пошла — вещественное доказательство. За тайную любовь наказание должно быть! Из практики знаю...

Соломка (поднимаясь). Брешешь, дед... Там и перехода нема. Чего их к протоке понесет?

Слива (поднявшись). Це мне неведомо. Спасибо, Дарьюшка, за чай, за сахар! Оно конечно, можно бы и покрепче...

Дарья Архиповна. Другим разом.

Соломка (всем). Бувайте!

Слива (уходя вместе с Соломкой). Слушай, председатель, а чего в уборку горилку в кооперации не продают?

Дарья Архиповна убирает самовар, чашки.

Казанец (возмущенно). Хорош лейтенант! Зеер гут!

Сахно. Та вы не беспокойтесь об нем, Степа! Хай ему грец. Но эта выдра?! Они все такие, смирные!

Казанец (вдруг). А чего вы ее все ругаете?!

Сахно (не ожидала). Та как же ее не ругать? Людей совращает!

Казанец. Ну, это еще неизвестно, кто кого совращает! (Уходит в хату, едва не столкнувшись с Дарьей Архиповной).

Дарья Архиповна. Сбесился, чи шо?!

Сахно. Сбесишься тут!

Дарья Архиповна. Ты, Галина, при твоих переборах, не иначе в старых девах останешься.

Сахно, Опоздали, мама!

Дарья Архиповна. Нашла чем похваляться!

Сахно. Я свободная! Независимая!

Дарья Архиповна. Голову тебе закружили: бригадир передовой, равняйтесь... Одно дело — кукуруза, а другое — личная жизнь. В бригаде хорошо перевыполнение, а в личной жизни не рекомендуется.

Сахно. Не хочу под мужиками ходить!

Дарья Архиповна. Тебе уж и равноправия мало?

Сахно. У них равноправие до загса.

Дарья Архиповна. Двух уже спровадила... Не сгодились?

Сахно. У меня культурные запросы выше!

Дарья Архиповна. Э-э... доченька... У нас все запросы одним кончаются.

Сахно. Не понимаете вы, мама, моих стремлениев.

Дарья Архиповна. Вижу я твои стремления — на постояльца облизываешься.

Сахно. Так это, мама, тактический шаг.

Дарья Архиповна. Чайка плох тебе оказался?

Сахно. Вы мне, мама, об Чайке не говорите! Едва стряпуха появилась — куда там, сам в котел готов влезть! Опять же купания ночные? Чай слышали?

Дарья Архиповна. Э-э, дочка, этот старый пустобрех чего хочет придумает. Чего и не увидит — придумает! Всю жизню по вдовам бегал — пока сам не овдовел. Ну, чисто ястреб! Как, не дай бог, вдова... Срок даст слезам обсохнуть, а опосля камнем — и вся тут. Он и на меня нацеливался!

Сахно. И что же вы?

Дарья Архиповна. Тьфу, прости господи! Я ему такую отставку вручила, что он, почитай, недели две загривок чесал!

Сахно. А чего ж у меня покорности ищете? Не прощу я Чайке... (Передразнивая.) «Шестеренки»! «Запчасти»!

Дарья Архиповна. Ох! (Уходит.)

Слышится песня. К калитке подходят Пчелка, Наталья и Таисья.

Пчелка (поет и играет).

Приезжала к нам в станицу

Городская барышня;

У нее в угле ресницы,

Губы, как боярышник.

Таисья и Наталья.

Мне теперь других не надо,

Никакого цветика!

Ах, помада ты, помада,

Столичная косметика!

Пчелка. Галина Дмитриевна! Имею честь вручить вам звеньевых, вполне готовых для трудового подвига.

Из хаты выходит Казанец.

Таисья. Мы за вами, Галина Дмитриевна.

Наталья. Бричка ожидает.

Пчелка. Дожили девчата, кроме брички, никто не ожидает.

Таисья. Неужели никто?

Пчелка. Если не считать меня и (взглянув на Казанца)... моего старшего друга Степана Казанца!

Наталья. Это правда?

Казанец (безразлично). А чего ж нет?

Наталья. Нам его Галина не отдаст.

Сахно. Чего это не отдаст? У него свои ноги — куда хочет, туда и пойдет.

Таисья. Ноги-то свои, голова чужая.

Казанец. Как это — чужая?

Таисья. Поверх нас смотрит... Уж если такую красоту, как мы с Наташкой, не замечают, ясное дело, для нас лично ваша голова плюс сердце — чужие.

Казанец. Ах, в этом смысле!

Таисья. Именно в этом.

Сахно. Поехали, девочки...

Казанец (Сахно). Вы же обещали с товарищем Чайкой поехать?

Сахно. Скажите вашей Чайке, чтобы она другие водоемы искала!

Таисья. До вечера, Андрюша!

Наталья. Новую песню сочини!

Пчелка (проводив девушек, возвращается к Казанцу). Вот насчет водоема я не понял.

Казанец. Это в смысле водохранилища.

Пчелка. Ага! Ясно! Но не понял! (Сев к столу, непроизвольно развернул гармонь, звучит «Ивушка».)

Казанец (поет).

Склонилась ивушка до самой реченьки,

Ей тоже хочется на быстрину;

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну. } 2 раза.

(С интересом разглядывая Пчелку.) Давно этим делом занимаешься?

Пчелка (продолжая играть, рассеянно). Каким?

Казанец. Ну, этим... Музыкой, что ли?

Пчелка. С войны...

Каганец. С войны? Ты ж мальцом был?!

Пчелка. Батька перед смертью велел...

Казанец. Как это — перед смертью?

Пчелка (играя). Батька танком командовал... Под Берлином ранило... У него этот аккордеон был. Батька песни любил... Трофиму Григорьевичу, председателю нашему, — воевали они вместе — сказал: «Передай аккордеон Андрюшке, пусть учится». И умер... Вот и научился.

Казанец. Играть?

Пчелка. Ну да...

Казанец. А сочинять?

Пчелка. Учитель пения нотам научил.

Казанец. Ты смотри! А я думал, ты... Остришь все... С девчатами крутишься... А сочиняешь? Как это ты?

Пчелка. А кто его знает! Аккордеон в руках — песня сама идет... Бывает, стоишь у штурвала... Степь перед тобой... Такую бы песню запел... Да не песню, чего-то больше...

Казанец. И все песни, что поешь, — твои?

Пчелка. Я чужие плохо запоминаю, приходится свои сочинять.

Казанец. И слова тоже свои?

Пчелка. Не-ет! Слова людские... Слышу, как люди говорят. Если б Таиська попросила — быстрей бы сочинил.

Казанец. Задаешь ты мне задачи...

Пчелка. И мне задача.

Казанец. Не выберешь никак?

Пчелка. Выбрал... Слышь, Степан... Чего ты за старой девкой ухлестываешь?

Казанец. За кем?

Пчелка. За Галиной Сахно.

Казанец. Ни за кем я не ухлестываю.

Пчелка. Я тебе сурьезно говорю... Вот Наташка! Вот девка! Образование среднее, звеньевая, Героя по показателям как пить дать получит. Танцует, поет... Голос! Если бы в Большом театре услышали — дирижером сделали б!

Казанец. Мешает она тебе?

Пчелка. Оч-чень, Степан, во как мешает! Слыхал, что Наталья про тебя говорила?

Казанец. Забыл.

Пчелка. Что тебе стоит влюбиться!

Казанец. Нет, Андрюха, опоздал...

Пчелка. Опоздал? Что ж мне, так с двумя и дальше ходить? Я тебе скажу. Пора бы этот треугольник разрешить в мою пользу. (Вдруг, растянув аккордеон.) А ну, слушай несню! (Играет и поет.)

Шумит пшеница золотая..

Шумит, как море-океан;

А я недвижно у штурвала

Стою, как старый капитан.

Вперед, комбайнеры,

Вперед, трактористы!

Железные витязи, в бой!

Пусть во поле чистом

Сердца как моторы,

А в небе — простор голубой.

Казанец. Вроде красиво... но вот витязи только какие-то железные...

Пчелка. Это ты не говори... Поэты так некоторые пишут. Не очень понятно, но красиво... А мы должны у них учиться...

Казанец. Но это же не твоя?

Пчелка. Нет.

Казанец. Андрюха, давай споем твою.

Пчелка. «Ивушку»?

Казанец. Да.

Пчелка и Казанец (поют).

Склонилась ивушка до самой реченьки,

Ей тоже хочется на быстрину;

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну.

Входит Чайка.

Чайка (Казанцу). Получил запчасти...

Казанец. Поздравляю, лейтенант.

Пчелка (поднимаясь). Послушай песню, бригадир. (Играет.)

Чайка (отмахиваясь от Пчелки). Какие могут быть песни, Андрей! (Идет к хате.)

Казанец. Напрасно торопитесь, бригадир.

Чайка (останавливается). Это почему же — напрасно?

Казанец. Товарищ Сахно изволили отбыть на бричке.

Чайка (смущенно). Кладовщик, понимаешь... Задержался.

Пчелка (играет). Да послушай песню, бригадир...

Чайка (вскипел). Ты что? Ты чего? Я кто тебе?

Пчелка. Ну вот, тоже... скучные вы люди! (Уходит с песней «Комбайнеры».)

Казанец (вслед Пчелке). Учиться бы пареньку.

Чайка (раздраженно). Ученый ты стал, Казанец... И бессовестный вместе. К незамужней женщине в постояльцы определился.

Казанец. Так это не имеет значения... Все одно ты меня в ночную смену загнал.

Чайка. Интересы производства требуют...

Казанец. Интересы? А твои интересы тоже горят в этой хате.

Чайка. Это как же понять?

Казанец. Приказано передать Чайке, чтобы искала другие водоемы.

Чайка (встав). Какие водоемы? Ты что?

Казанец (с нажимом). Да ты, кажется, нашел их? В протоке по ночам купаешься!

Чайка (обозлившись). Ты брось!

Казанец (настойчиво). Ну, откажись?!

Чайка. Ты что? Ты на Павлину намекаешь?!

Казанец (настойчиво). Ну, откажись?!

Чайка (рассудительно). Ты пойми... Председатель наш, очень уважаемый человек, сурьезно просил, чтобы мы оберегали Павлину... Она вдова, понимаешь, вдова?!

Казанец. И что?

Чайка. Переживает.

Казанец. А ты тут при чем?

Чайка (смутившись). А я при ей, то есть не при ей, а около... Она попросила оказать уважение, пройтись, прогуляться то есть, в станицу... Через протоку... А там камни... Склизкие... Упала... Спасал, конешно...

Казанец (возмущенно). Да там по пояс!

Чайка. Течение сильное... с ног сбило...

Казанец. А смеялись почему?

Чайка. Щекотки боится... (Озлившись.) Да ты через чего, собственно, меня допрашиваешь? Я тебе кто?

Казанец. Бригадир, к сожалению... (Зло.) Дать бы тебе раз, чтоб не приставал, к кому не надо!

Чайка. Это тебе надо! И в самую первую очередь. Живут люди, нет, лезут!.. С чего! Почему? Явился... Стервец... За границей ничего, а здесь распоясался... (Кричит.) Ты вот что, сержант... Ты съезжай с этого двора...

Казанец. Ты, что ли, в хозяева метишь?

Чайка. Не твое это дело... Ты пришел и ушел... А тут постоянные люди живут...

Казанец. На два фронта играешь?

Чайка. Это я-то? (Идет на Казанца.)

Казанец (выпятив грудь). Ну, давай, давай!

Чайка (опустив руки). И-эх, кого ж я к себе в бригаду взял! (Потрясенный уходит.)

Казанец (вслед Чайке). Шестеренки не растеряй! (Оторопело стоит среди двора.)

С мокрой гимнастеркой и нижней рубашкой Казанца из хаты выходит Дарья Архиповна. Вешает белье на плетень.

Это зачем, мамаша?

Дарья Архиповна. Пропылилась да пропотела гимнастерка...

Казанец. Вроде неудобно. Я бы и сам бы...

Дарья Архиповна. По старой солдатской привычке?

Казанец. Не то чтобы... Приспособлен я...

Дарья Архиповна. На постое стоишь, ухаживать за тобой обязаны.

Казанец. Вы, мамаша, не беспокойтесь, я заплачу.

Дарья Архиповна. Э-э, милый, что деньги-то... Я, може, через твою гимнастерку мужика своего вспомнила...

Казанец. Воевал, что ли, он?

Дарья Архиповна. Еще б не воевал! Всю жизнь в поле... И в гражданскую с Кочубеем ходил, и на границе стоял... И в Великую Отечественную у Плиева в корпусе... Ну а помер-то уж конюхом...

Казанец. Да? Теперь механизация... Больше шестеренки.

Дарья Архиповна. Може, и семейная жизня посчастливее будет.

Казанец. А я так думаю, что семейная жизнь от механизмов не зависит... Любовь регулировке не поддается...

Дарья Архиповна. А ты откуда знаешь?

Казанец (уклончиво). Товарищи говорили...

Дарья Архиповна (с любопытством). А сам-то опыта не имеешь?

Казанец. Имею некоторый...

Дарья Архиповна. Разведенный, што ли?

Казанец. Неженатый еще.

Дарья Архиповна. Собираешься?

Казанец. Дело недолгое, осмотреться надо...

Дарья Архиповна. Не к нам ли осматриваться остановился?

Казанец. Если можно, разъясните ваши слова.

Дарья Архиповна. Непонятливым разъяснить невозможно.

Казанец. Галина Дмитриевна у вас женщина видная...

Дарья Архиповна. Понял, значит...

Казанец. Догадался...

Дарья Архиповна. Передовая из передовых... Но запросы у нее, можно сказать, невозможные... При ее двадцати восьми годах...

Казанец. Двадцати восьми?

Дарья Архиповна. Около... Сверху около... Хотела я тебе сказать, ежели ты серьезных намерений не имеешь, не давай ее имени в трату... Ее один человек до безумства любит...

Казанец. Чайка, што ли?

Дарья Архиповна. Выходит, что он...

Казанец. Любит-то любит, а за другой ухлестывает...

Дарья Архиповна. Казак... чего ж не погулять...

Казанец. Я и сам хотел, мамаша, съехать с вашей квартиры. Да боюсь, Галина Дмитриевна рассерчает.

Дарья Архиповна. Бабий гнев — на одну ночь.

Казанец. Ночь тоже угадать надо.

Дарья Архиповна. Галине замуж пора, нельзя в девках сидеть беспредельно... Вас тут много ходит привлекательных, а ей один нужен — постоянный...

Казанец. Я могу поговорить с Чайкой.

Дарья Архиповна. В таких делах посредникам не доверяют.

Казанец. Тогда лучше мне съехать побыстрей.

Дарья Архиповна. Съезжай и приходи к нам в гости чай пить.

Казанец. Добре, мамаша, спасибо.

Дарья Архиповна. Договор — обиду не уноси.

Казанец. Благодарствую, мамаша, ясность внесли в запутанное дело. (Уходит в хату.)

Дарья Архиповна. Ну и дай бог! (Подходит к плетню, поправляет гимнастерку.)

Мимо идет Павлина, остановилась, ухватилась рукой за плетень.

Павлина. Ой, мамаша, водички бы...

Дарья Архиповна. Что с тобой, девушка? (Открывает калитку, выходит.) Ты зайди, зайди.

Павлина. Не стоит, мамаша... Водицы бы...

Дарья Архиповна. Так как же не стоит? Лоб холодный... Вся в поту... Трошки посиди. (Уходит.)

Павлина сидит, прислонившись к стволу дерева. На крыльце с чемоданчиком появляется Казанец.

Казанец (крайне удивлен). Павлина? Ты?

Павлина (открывая глаза). Я.

Казанец. Что с тобой? (Бросив чемодан, подбегает к Павлине.)

С ковшом появляется Дарья Архиповна.

Дарья Архиповна. Ишь ведь, прихватило... (Подает ковш Павлине.) Ну, испей, испей...

Павлина (пьет воду). Спасибо вам... Два дня в жару была. Голова закружилась...

Дарья Архиповна. Може, тебе лекарства какого? Или в хате приляжешь?

Павлина. Пойду я. (Хочет подняться.)

Дарья Архиповна (мягко, сажая Павлину). Посиди, посиди... Я тебе и лекаря оставлю... Може, понадобится. (Казанцу.) Посмотри за дивчиной, хлопец... Чи ты не знаешь, как с ними обращаться? (Павлине.) Отдохни, красавица... Ох ты, батюшки! Мне же в кооперацию нужно! (Уходит.)

Казанец (присаживаясь рядом). Как же ты, Павушка?

Павлина (поднимаясь). Пойду я...

Казанец (усаживая Павлину). Нет... Приказано. Отдохни, наберись сил.

Павлина. Послушный ты в этой хате стал.

Казанец. Хата ко мне отношения не имеет.

Павлина. Ты к ней имеешь...

Казанец. И у больной у тебя — язык...

Павлина. У меня не язык болит.

Казанец. Простуда?

Павлина. Простыла...

Казанец. Известно...

Павлина. Чего тебе известно?

Казанец, Где ты простуду получила.

Павлина. В воду упала горную.

Казанец. Упала?

Павлина. Прыгнула.

Казанец. Поскользнулась?

Павлина. Камни сырые...

Казанец. От людей подальше.

Павлина. Со мной человек был.

Казанец. И это известно.

Павлина. Именно, человек!

Казанец. Чайка?

Павлина. Фамилия птичья, а сердце человечье, не то что у некоторых.

Казанец. Когда свадьба?

Павлина. Хучь и Казанец ты, а дубина.

Казанец. Спасибо, отметила!

Павлина. За стирку-то наличными платишь или натурой рассчитываешься?

Казанец. Старушка стирала, постыдись!

Павлина. Извиняюсь, ошиблась.

Казанец. Всегда ошибаешься.

Павлина. Изредка разрешается... (Замолчала.) Ну, принеси-ка еще водицы... Уважь больную.

Казанец (недоверчиво). А не уйдешь?

Павлина. Испугался...

Казанец. Испугался.

Павлина. Чего так?

Казанец. Поговорить хочу, може, в последний раз!

Павлина. Ой, как страшно!

Казанец. В Казахстан уезжаю.

Павлина. А я подумала — на другую планету... Надолго?

Казанец. Може, и насовсем. Посиди, Павлина...

Павлина. Ладно уж... Иди.

Казанец уходит. Павлина поднимается, идет к калитке, но возвращается, прячется за ствол дерева. С ковшом воды входит Казанец.

Казанец. Павлина! (Бежит к калитке, выскакивает на улицу, оглядывается.) Павлина! (Возвращается во двор, что есть силы ударяет ковшом об стол.) Змея! Как человека просил! Один раз в жизни! Как с Чайкой — можно и гулять и купаться?!

Павлина (появляясь). Ну вот, спасибо!

Казанец. Ты?.. Зачем ты...

Павлина. Высказался наконец...

Казанец. Зачем ты?..

Павлина. Интересно.

Казанец. В театре давно не была — комедь ломаешь?

Павлина. Интересно!

Казанец. В последний раз говорю, Павлина! За тобой сюда пришел... Что там неправильно сделал... Но и ты!.. Ладно!.. Забыл. Синяки сошли — забыл. Говорю тебе, сурьезно говорю... Люблю тебя.

Павлина. Это как же понимать? Любишь, а Чайкой упрекаешь?

Казанец (отчаянно). Была же ты с ним? Была-а!

Павлина (передразнивает). «Была», «была»... Эх, ты!

Казанец. Поженимся, предлагаю.

Павлина (передразнивая). «Поженимся»?! Один раз пришел — давай хватай, все одно не то девка, не то вдова... Слова не спросил. Что я тебе?.. Медведь и тот ветку пробует, прежде чем сломать... А ты человек, брюки носишь, часы «Победа» с браслетом...

Казанец (смущенно). Сказал же, виноват...

Павлина (горячо). Да ты можешь — обнимай! Но ты узнай! Ты поговори, ты в душу загляни, что там плещется, берега какие... Небось с бригадиршей-то другое обхождение? А тут кухарка, стряпуха... Что тесто, что сама — давай лепи! Нет, Степан, не выдержал экзаменов. Кто-то сбрехал... А ты поверил! Да разве так любят? Разве так ценят любовь? Что такое любовь? Это... это же гордость! Я тебя всю люблю! Повернулась — люблю! В глаза посмотрела — люблю. Не вижу — люблю. Не слышу — люблю... Одна индийская поэтесса писала: «Я живу без тебя — я живу для тебя». Вот она, гордая любовь! А другой я не хочу!

Казанец. Так я же тебя так и люблю!

Павлина. Нет, не так! Не понял любовь!

Казанец. Тогда уеду!

Павлина. Поезжай!

Казанец. Последний раз говорю, Павушка!

Павлина (горько). Так ты мне воды и не дал...

Казанец. Я принесу! (Схватив ковш, бежит в хату.)

Павлина твердо выходит со двора и, не оглядываясь, уходит. Вбегает Казанец; бежит на улицу, безнадежно машет рукой, вылив из ковша воду, встает у плетня, поет:

«Склонилась ивушка до самой реченьки,

Ей тоже хочется на быстрину;

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну,

(Садится за стол.)

Она печалится с утра до вечера,

Все ждет, красавица, свою весну».

Занавес

Действие третье

Станичный парк. Тополевые аллеи. В центре — огромный дуб, вокруг которого — восьмигранником — скамейки. На одной из боковых аллей, на красном полотнище надпись: «Привет бригаде товарища Чайки, досрочно закончившей уборку хлеба!» Где-то слышна радиола, доносится невнятный гул разговора. На скамейке, под дубом, сидят Наталья, Пчелка и Таисья.

Пчелка (оглядев подруг, вздохнул и запел).

Прощайте, милые, прощайте, девочки,

Подружки верные, друзья мои;

Я оставляю вам свои припевочки,

Мотивы песенок, слова свои!

Таисья и Наталья (поют).

Ля, ля, ля! Ля, ля, ля! Ля, ля, ля!

Слова твои...

Пчелка.

Цветы осыпятся, а туфли сносятся,

Заботы прежние пройдут звеня...

Но если в сердце к вам печаль запросится,

Вы песню вспомните, а с ней меня.

Таисья и Наталья.

Ля, ля, ля! Ля, ля, ля! Ля, ля, ля!

А с ней меня.

Пчелка.

Колеса поезда начнут отстукивать,

Тоска-разлучница всегда горька;

Грущу сегодня я, грущу с подругами,

Прощайте, девочки, пока, пока...

Таисья и Наталья.

Ля, ля, ля! Ля, ля, ля! Ля, ля, ля!

Пока, пока...

Пчелка (свернув аккордеон). Вот таким путем, девочки. Остаются часы и минуты.

Таисья (притворно тоскливо). На кого ж вы нас покидаете, Андрей Федорович?

Пчелка (солидно). Ну, мы там быстро все обделаем... и возвернемся непременно.

Наталья. А може, какая казашка тебя обворожит?

Пчелка. Я человек сурьезный и в любви не переменчивый. (Неожиданно.) О Наташка!

Наталья (испуганно). Ты что?!

Пчелка. Забыл! Забыл совсем. Слова «Марша комбайнеров» надо отпечатать... Понадобятся непременно. Дуй в комсомольский комитет, там машинка.

Наталья. А печатать с чего?

Пчелка (гордо). С оригинала. На-ка!

Наталья (читая стихи). Ой, слушай! Витязи тут ни к чему... Они в железных латах были и на конях...

Пчелка. А у нас кони железные, и мы сами из прочного материала!

Таисья. Зазнаваться стал, Андрей.

Пчелка. Я уезжаю, а вы меня критикуете?

Наталья (поднявшись). Ну, ладно, перестучу и обратно.

Пчелка. Палец не сломай.

Наталья уходит.

Таисья (недовольно). Схватился в последний момент...

Пчелка. Маневр! Таиса, отъезд надвигается с космической быстротой, а мы еще с тобой не обговорили наши чувства.

Таисья. Какие чувства?

Пчелка. Наши... Когда поженимся, например... Вот только, понимаешь, с Наташкой не знаю, как поступить? Сурьезный удар для нее будет.

Таисья захохотала.

Вот плачет! Господи ты боже мой! Как же она меня любит!

Таисья. Не будет удара.

Пчелка. Какого удара? Кому?

Таисья. Наташке.

Пчелка. Как же так не будет?

Таисья. Она безразличная к тебе. (Смеется.)

Пчелка. Вот опять плачет... (Обижен.) То есть как это безразличная?

Таисья. Ей все одно — будешь ты свадьбу играть или не будешь.

Пчелка. Да ты-то откуда знаешь?

Таисья. Делимся мы с нею... Подруги...

Пчелка (решительно). От и добре! Положение упрощается.

Таисья. Нет, Андрюша, положение усложняется.

Пчелка. Шо ты мне перед отъездом кроссворды задаешь? В чем дело?

Таисья. Я не хочу замуж.

Пчелка (ошеломлен). Это как же понимать?

Таисья. А вот так — не хочу, и все!

Пчелка. Ты что, не любишь меня?

Таисья. Нет!

Пчелка (убитым голосом). А куда же отнести гулянья наши, танцы разные? Я играл, сочинял...

Таисья. Я уважаю тебя, Андрюша, уважаю.

Пчелка. Уважать можно и деда столетнего. Уважает она! Ты что ж, так никого и не любишь? (Свирепо.) Иль, може, любишь?

Таисья. Да нет... Почему... Очень люблю.

Пчелка (еще свирепее). Кого?

Таисья. Маменьку, батьку... Еще козу люблю... У нее такие пушистые козлятки...

Пчелка (передразнивал). «Пушистые»... «Козлятки»... К козе я не ревную. (Серьезно.) Как же все будет?

Таисья. Знаешь что, Андрюша?.. (Встает.) Поезжай в Казахстан! Ты хлопец добрый, може, невесту присмотришь, привози, здесь свадьбу справим. Говорят, девушки в Казахстане красивые! Ну, прощай, Андрюша! В последний раз сыграй мне на прощанье «Прощайте, девушки». Сыграй в последний раз. (Поцеловала и пошла. Поет.)

Колеса поезда начнут отстукивать,

Тоска-разлучница всегда горька;

Грущу сегодня я, грущу с подругами,

Прощайте, девочки, пока, пока...

Ля, ля, ля! Ля, ля, ля! Ля, ля, ля!

Пока, пока...

(Уходит.).

Пчелка (продолжает играть, поет).

Прощайте, милые, прощайте, девочки,

Подружки верные, друзья мои;

Я оставляю вам свои припевочки,

Мотивы песенок, слова свои.

Входит Павлина.

Павлина. Скажи, Пчелка, ты созрел как взрослый мужчина?

Пчелка. Уже перезрел.

Павлина. Когда вернуться намечаете?

Пчелка. Как весь хлеб уберем.

Павлина. Все вернетесь?

Пчелка. Все.

Павлина. И Казанец?

Пчелка. Окромя Казанца... Тот с Кубанью желает все связи оборвать.

Павлина (садится). Что это он так сурово?

Пчелка (вспылив). Чего тебе Казанец дался? Тут своя струна оборвалась!

Павлина. Какая струна?

Пчелка. Самая тонкая... Любовь моя разбилась, вот что!

Павлина. Обо что ж она разбилась?

Пчелка. Об женский егоизм.

Павлина. Не ответила тебе?

Пчелка. Ага. Не ответила.

Павлина. Таиська?

Пчелка. Ага, Таиська. (Всхлипывает.)

Павлина (с упреком). За двумя ходил...

Пчелка. А я виноват, что они как связанные?

Павлина. Переживаешь?

Пчелка. А то нет! Вместо одного брака — другой может случиться, работать буду плохо, на печальную лирику тянет.

Павлина. Батюшки! Да ты, кажется, действительно созрел.

Пчелка. Что это ты — созрел, не созрел! Что я — дыня? (Поднимаясь.) Пойду в народ.

Павлина (удерживая Пчелку). Погоди... Понимаешь теперь, что такое любовь?

Пчелка. А ну ее! (Плюет.)

Павлина. Если есть — не выбросишь.

Пчелка. Выброшу.

Павлина. Если любишь — не выбросишь. Значит, не любовь.

Пчелка. Чего ты мне лекцию на моральную тему читаешь?

Павлина. Слушай, Пчелка! У меня просьба к тебе имеется...

Пчелка. Уезжаю. Когда исполнить успею?

Павлина. Пчелка!

Пчелка. Просьба-то какая?

Павлина. А ты скажи заранее, сделаешь?

Пчелка. А вдруг невозможная?

Павлина. Возможная, простая просьба.

Пчелка. Ну, говори.

Павлина. Ну, значит, так... Пойди к Казанцу...

Пчелка. Где я его искать буду?

Павлина (указывая рукой). Он там, возле товарища, что за вами из Казахстана приехал. Подай Казанцу мысль, нехай подойдет ко мне...

Пчелка. Чего это тебе Казанец дался?

Павлина. ...и скажет, что любит меня.

Пчелка (критически). С чего это он должен тебя любить?

Павлина. Ты скажи... Только так, что не от меня...

Пчелка (смеясь). Все вы, дивчата, с придурью!

Павлина. Скажешь?

Пчелка. От причепилась!

Павлина. Слушай, Пчелка. Да я для тебя что хочешь сделаю. Пока ездишь, я среди Таиськи массовую работу проведу.

Пчелка (серьезно). Нет, это не надо... Чувства, они сами... А так не чувства... Ладно, скажу!

Павлина. Спасибо. (Целует Пчелку. Уходит.)

Пчелка. Вот чудная! (Играет.)

Колеса поезда начнут отстукивать,

Тоска-разлучница всегда горька;

Грущу сегодня я, грущу с подругами,

Прощайте, девочки, пока, пока...

Входит Чайка.

Чайка. Что один-то?

Пчелка. Индивидуализмом заболел. А вы что такие мрачные?

Чайка. Веселиться не с чего.

Пчелка. Чего ж? Кругом песни поют... Плакаты прославляют... Все дела сделаны...

Чайка (мрачно). Да. Дела сделаны...

Пчелка. Ехать, что ли, не хотите?

Чайка. Это кто ж тебе сказал?

Пчелка. Выражение глаз печальное.

Чайка. Глаза тут, Андрей, не имеют отношения.

Пчелка. Уверяют — зеркало души.

Чайка (решительно). Слышь, Андрей... (Замолчал.)

Пчелка. Слушаю, товарищ бригадир.

Чайка. Вот слушаешь, а не понимаешь...

Пчелка. Так вы не говорите ничего.

Чайка. А что говорить-то? По глазам угадывай. Ты сам говоришь — зеркало...

Пчелка. Это когда в глазах мысля есть.

Чайка. А у меня, что ли, нет?

Пчелка. Не видно... Наверно, чувств больше.

Чайка. Вот именно, чувств... (Мрачно.) Поговорить надо.

Пчелка. Ясно! С кем?

Чайка. Начинаешь догадываться?

Пчелка. А чего ж не понять? «Догадываться»? Самая жизненная ситуация. С кем говорить?

Чайка (веселее). Способный ты все-таки парнишка, Андрей.

Пчелка. Под вашим руководством...

Чайка. Ты вот что... Ты сбегай мигом к Сахно...

Пчелка. А чего ж бегать, она тута, в парке ходит!

Чайка. Ты погоди... Не к Галине, а к Дарье Архиповне...

Пчелка (изумлен). А! К Дарье Архиповне?

Чайка. Да погоди ты рот разевать! У меня план разработан.

Пчелка (вздохнув). Слушаю.

Чайка. Скажешь Дарье Архиповне, чтоб она оказала содействие нашей встрече с Галиной Дмитриевной, срочно, у этого дуба. Ясное задание?

Пчелка. Неясное, товарищ бригадир. Лишняя инстанция имеется. Предлагаю сократить.

Чайка. А сам изложить сможешь?

Пчелка. В лучшем виде. Скажу, если не придет к дубу, то бригадир сам дуба даст.

Чайка. Садись! Никуда не пойдешь.

Пчелка. О, сюда все идут.

Входят Соломка, Сабит Адалбергенов, Слива, Галина Сахно, Казанец, Пробийголова, Таисья, Наталья, Павлина, колхозники и колхозницы.

Соломка. Жаль, что мало пришлось побывать, товарищ Сабит, у нас в гостях. Кубанское гостеприимство долгое.

Пробийголова (Сабиту). Будьте здоровы, дайте справочку, как насчет продуктов для наших хлопцев, на весь срок снабжать? Или как?

Соломка (Сабиту). Извиняйте, завхоз наш... Пробийголова...

Сабит. А-а...

Пробийголова. Пробийголова — это мое фамилие...

Соломка. ...рассчитывает, конечно, на то, чтобы продукту как можно меньше дать.

Пробийголова. Правильно! Продукт, он в дороге портится.

Сабит. Я не понимаю, какие продукты? Зачем продукты? Казахстан богатый земля. Молоко есть, масло есть, картофель есть, барашка есть, хлопок есть...

Пробийголова. Извиняюсь! Хлопок не едят...

Сабит. Спасибо, друг, за справку. Хлопок тоже хорошо! Виноград есть. А яблок? Какой яблок! Кто ел яблоки казахские? Никто не ел? Ай-ай-ай! (Комбайнерам.) Вы будете есть. Урожай на казахской земле зреет знаменитый. Немножко поможете хлеб убирать, план выполнять. Все будут рады, всем будет хорошо... Партия — хорошо, Кубань, Казахстан — хорошо. Товарищ Соломка — хорошо, мне — хорошо и товарищу завхозу — очень хорошо!

Пчелка. Завхозу завсегда плохо.

Сабит. Почему завхозу плохо?

Пчелка. Жадюга он.

Сабит. Завхоз должен быть жадный, иначе под суд пойдет.

Пробийголова. Это правильно говорите, товарищ... Адель... Адель...

Сабит. Адалбергенов! Фамилий трудный. Зови Сабит, братом будешь.

Соломка. Прошу, товарищ Сабит!

Садятся на скамейку.

Казанец (Сабиту, серьезно). А как с жильем у вас?

Сабит. Стены делаем, крышами накрываем, живут люди... Раньше пустыня была, теперь поселок, совхоз. Дома есть, вода есть, яблоки посадили.

Казанец. А вот если человек захочет там на все время остаться, то как?..

Сабит. Одинокий человек?

Казанец. Одинокий.

Сабит. Общежитие имеем... (Посмотрев на деда Сливу.) Одинокий человек?

Дед Слива качает головой и показывает на Павлину.

А-а-а! (Смеется.)

Слива. Она.

Сабит. Невесту найдешь — комната будет.

Пчелка. А если невеста из Казахстана, две комнаты не дают?

Слива показывает Сабиту на Таисью и Наталью.

Сабит (захохотав). А-а-а!

Слива. Они.

Сабит. Две комнаты не дадут. Равноправие у нас. (Казанцу.) Скажи, друг, пожалуйста, Казахстан хорошо знаешь?

Казанец. Кое-что знаю.

Сабит. Амангельды, казахский революционер, знаешь?

Казанец. Конечно.

Сабит. Абай, поэт, знаешь?

Казанец. Читал.

Сабит. Мухтар Ауэзов, лауреат Ленинской премии, знаешь?

Казанец. Ауэзова все знают.

Сабит. Казахскую Магнитку знаешь?

Казанец. Нет еще...

Сабит. Узнаешь, обязательно узнаешь. Бишбармак знаешь?

Казанец. А где это расположено?

Сабит (хохочет). Бишбармак — это еда наша. (Упираясь пальцем в живот Казанца.) Это здесь располагается. У вас вареники, у грузин шашлык, а у нас бишбармак. (Хохочет.) Обязательно узнаешь.

Слива. Товарищ Сабит, из чего ж его стряпают?

Сабит. Бишбармак из барашка стряпают.

Слива. Барашков много у вас?

Сабит. Положили начало на целине.

Слива. Научно?

Сабит. Стараемся научно.

Слива. Наука — дело опасное.

Сабит. Зачем опасное?

Слива. У нас с барашками опасный научный експеримент получился.

Соломка (недовольно). Шо ты, дед, в наши дела гостя втравливаешь?

Пробийголова (Сабиту). Характер у деда Сливы дюже вредный.

Сабит. Почему вредный? Хороший характер, добрый, я вижу.

Соломка (указывая дорогу гостю). Прошу, товарищ Сабит, еще клуб новый посмотрим.

Сабит. Я извиняюсь, если разрешите, эксперимент с барашками меня интересует.

Соломка (отмахиваясь). Это не эксперимент, а конфуз.

Слива. Шо ты темнишь, председатель? Мы же опыт должны передавать, и положительный и отрицательный.

Соломка. Отрицательный-то уж необязательно. (Раздраженно.) Ну, говори, что ли, только покороче.

Слива. Благодарствую за разрешение. (Сабиту.) Так вот, приехала до нас бригада научная... прохвессор, студенты, — по изучению влияния кормов на рост овечьей шерсти и прибавление веса. Каждому студенту по овце дали. Одну сеном питают, другую — силосом, третью — соломой, четвертой варево дают. Студенты каждый день сантиметриком шерсть измеряют — какой за ночь прирост на данном питании. Усе идет нормально. Прохвессор побыл яку недельку и уехал. Вертается через месяц. Нормально... Пришел в овчарню... А в то время за овцами експериментальными мне поручили присматривать. Прохвессор говорит: «Давай, товарищ Слива, взвесим барантву». Взвесили. И шо ж вы думаете? — По весу — одна в одну. Прохвессор ко мне с сомнениями: «Они же на разных кормах, у чем дело?» Мне жалко, конешно, прохвессора, все-таки научный человек... «Товарищ прохвессор, когда овца просыпается? У шесть утра. А когда наука просыпается? У девять, да еще потягивается... Шо ж овца голодная до девяти будет? Так я им каждой в шесть поровну дам, а у девять уже нехай студенты, какой сено, какой силос дают!» Прохвессора того чуть кондратий не хватил... Во какой експеримент получился!

Сабит (смеясь). Спасибо, дед... Передал опыт. Учтем. Приезжай к нам в Казахстан, кумыс будем пить. Мы тебе персональную кобылу прикрепим.

Слива. Кобылку можно. Кумыс доить будем? Говорят, он хмельной.

Подросток (вбегая, Соломке). Дядя Трофим, гости из района приехали!

Соломка (взволнованно, Сабиту). Прошу, дорогой друг, время мало до поезда остается, а еще ужин.

Сабит. Спасибо, спасибо.

Все трогаются. Пчелка мечется между Сахно и Казанцом.

Соломка (Сабиту). Наши передовые бригадиры. Идемте вместе, товарищи.

Пчелка (Сахно, тихо). Галина Дмитриевна, останьтесь, дело есть.

Сахно. Что тебе?

Пчелка. Дело есть.

Сахно. Не могу я сейчас. (Уходит.)

Пчелка (Казанцу, ухватив его за рукав). Стой, Степан!

Казанец (вырываясь). Пусти.

Пчелка. Разговор сурьезный есть.

Казанец. Некогда...

Пчелка. Иди сюда, тебе говорят! Садись!

Все уходят. Павлина отстает и прячется за дерево.

Казанец (мрачно). Что тебе?

Пчелка. Сон мне снился сегодня...

Казанец. Я не отгадчик.

Пчелка. Насчет тебя сон.

Казанец. За этим ты меня остановил?

Пчелка. Снилось, будто ты сильно полюбил Павлину.

Казанец. Кошмарный сон.

Пчелка (не сдаваясь). И что она полюбила тебя... Безумно!

Казанец (садится). В какое время снилось?

Пчелка. От четырех тридцати до пяти утра.

Казанец. В это время всякая глупость и снится. (Встает.)

Пчелка (опять его усаживает). Степа, я суеверный... Уважь мою просьбу...

Казанец. Какую?

Пчелка. Подойди до Павлины, скажи, что любишь ее.

Казанец. Ты шо, сказился?!

Пчелка. Доставь девушке приятное.

Казанец (беря Пчелку за ворот рубахи). Перестань из сурьезного дела комедию представлять!

Пчелка (освобождаясь от рук Казанца). Выходит, ты всурьез любишь?

Казанец. То — другой вопрос... Если уж хочешь знать — так я от нее физический и моральный урон понес! Было время, я к ней со всей душой приходил, с хорошими намерениями!

Павлина выглядывает из-за куста. Пчелка показывает жестом Павлине, что ничего не получается. Павлина показывает Пчелке кулак и опять прячется за куст.

Чего трясешься, как трясогузка?

Пчелка. Степан, послушай меня, что я тебе скажу... Читал я в одной старой книге предание, что там было о женщине сказано.

Казанец. Ну что?

Пчелка. Что с женщиной надо обходиться завсегда осторожно. Она, то есть женщина, создана из кривого ребра. (Переглядывается с Павлиной.)

Казанец. Кривого?

Пчелка. Кривого. Поэтому вся носит след кривого ребра.

Казанец. А-а-а!

Пчелка. Если ты хочешь ее выпрямить, она обязательно сломается. Так что пусть лучше остается такой же кривою, как прежде...

Казанец. Кривою... Ты еще молодой. Одна женщина меня чуть кривым не сделала. Не знаешь женского коварства.

Пчелка (вздыхает). Да узнал, Степа!

Казанец. Тем лучше. Сны — дело пустое.

Пчелка. А ты все же пойди к Павлине, чует мое сердце, ответит она тебе на любовь.

Казанец (горячо). Нет, нет и нет! Даже если будет в ногах валяться, за сапоги хватать — не отзовусь. Подумаешь, принцесса! У меня тоже своя гордая любовь!

Пчелка (увлекшись). И правильно!

Казанец (удивленно). Что правильно?

Пчелка. Нечего нам у них на поводу ходить!

Казанец. Ну вот... А то сны, суеверия! (Уходит.)

Пчелка (печально, с усмешкой). Выполнил поручение.

Павлина (появляясь из-за дерева, приподнято). Спасибо, Андрей!

Пчелка. Да отказался он... Что ты с ним сотворила?

Павлина. Все хорошо, Пчелка!

Пчелка (удивлен). Да отказался же он!

Павлина. Об этом я только и мечтала!

Пчелка. Чи я дурак, чи ты умная?!

Павлина. Ни то, ни другое.

Пчелка. А что же?

Павлина. Где-то посередке.

Пчелка. Так уезжает же он!

Павлина. Чем скорей — тем лучше.

Пчелка. Ты меня в такие катакомбы завела, аж до утра не выбраться.

Павлина. Зато я выберусь. (Идет.)

Пчелка (вслед Павлине). Кажись, тронулась!

Павлина (увидев Дарью Архиповну). Добрый вечер, Дарья Архиповна!

Дарья Архиповна. Веселишься?

Павлина. Все веселятся!

Дарья Архиповна. Кабы все... Лихорадка-то кончилась?

Павлина. Подчистую.

Дарья Архиповна. Да что ты веселая, будто кто тебе отрез на платье подарил?!

Павлина. Два отреза!

Пчелка. Видал?! А?..

Павлина уходит.

Дарья Архиповна. Сынок, Галину бачил?

Пчелка (тяжело вздохнув). Да, бачил.

Дарья Архиповна. Где ж вона?

Пчелка. По парку гуляют... С механиком казахским в клуб пошли.

Дарья Архиповна. Ах ты ж, господи! Уедут, уедут! Сынок, а Чайку бачил?

Пчелка. Всех бачил.

Дарья Архиповна. Слышь, сынок... Приведи ты их сюда.

Пчелка (испуганно). Что? Всех?

Дарья Архиповна. Да ни... Двух... Галину и Чайку...

Пчелка. Вы, мамаша, може, попросите спутник за хвост поймать?

Дарья Архиповна. Спутник по своей орбите ходит, а они досе на свою не выберутся.

Пчелка. Скажите, пожалуйста, убедили, мамаша! (Уходит.)

Дарья Архиповна присаживается на скамью. Мимо проходят Наталья и Таисья.

Таисья (Наталье). Он мне и говорит...

Наталья. А ты ему?

Таисья. А я смеюсь...

Наталья. А он тебе?

Таисья и Наталья (увидев Дарью Архиповну, вместе). Здрасте, бабушка!

Дарья Архиповна. Здравствуйте.

Таисья. А что вы тут, бабушка, делаете?

Дарья Архиповна. Да бригаду провожаю.

Таисья. А!..

Таисья и Наталья с говорком уходят. Входят: впереди — Сахно, за ней — Пчелка, дальше — Чайка.

Сахно (скороговоркой). Что вы, мама, другое время не нашли?! Ну, что вам?

Пчелка выталкивает Чайку.

Чайка (Пчелке). Ты что? Ты чего? Я кто тебе?

Дарья Архиповна (поднимаясь). Серафим Иваныч, вот Галочка вам пирожков в дорогу испекла с картошечкой и луком. (Подает узелок.)

Чайка. Да я...

Сахно (огорошена). Мама, вы не в себе!

Дарья Архиповна (Чайке). Вот видите, какая у меня стеснительная дочка! То да се за материнской спиной... А сама, между прочим, по ночам не спит... Постояльца выгнала.

Сахно (возмущенно). Мама, вы... же... его...

Дарья Архиповна. Мы вместе, вместе... Как же, думаем, дорога длинная... Одинокий человек поедет... Вот и пирожочки, Серафим Иваныч!

Чайка (берет узелок). Спасибо вам, Дарья Архиповна.

Сахно. Мама, я...

Дарья Архиповна (с угрозой). Ты мне посмей!

Пчелка. Вот талант открылся!

Дарья Архиповна (огрызаясь). Без таланту, сынок, и детей не сделаешь! (Посмотрев на дочь и на Чайку, заплакала.) Да что же я такая, богом проклятая, что у меня и внуков не будет.

Сахно и Чайка садятся и начинают успокаивать Дарью Архиповну.

Чайка. Успокойтесь, Дарья Архиповна, неудобно.

Сахно. Мама, нашли где плакать!

Чайка (Сахно). Матерь слушай! Она тебе мать или нет? До чего довела!

Дарья Архиповна. Целуйтесь вы, ироды!

Сахно (сдаваясь). Мама, я должна...

Дарья Архиповна. Кому должна, с тем и целуйся!

Чайка (выжидательно). Может, вы, Галина Дмитриевна, возражаете?

Сахно. Да мне все равно, что с вами, что с дедом Сливой целоваться.

Чайка. Вот, слыхали, слыхали, Дарья Архиповна?

Сахно (вздохнув). Да ладно уж, бригадир... Чайка... Раз матерь просит... Целуй, что ли! Целуй!

Чайка подходит, бережно обнимает Галину, крепко целует.

Дарья Архиповна. Эх, жаль, выходной нынче, загс не работает!

Сахно. Мама!

Пчелка. Вы, мамаша, ну чистый ТУ-104! Момент — и в зените!

Чайка. Галина, Галиночка! Мечта моя!

Пчелка. Тетя Даша, а что вы думаете про мировой капитализм?

Дарья Архиповна. Да чтоб он сгорел!

Пчелка. Правильно. Може, мы с вами побеседуем где на эту тему? (Глазами указывая на Сахно и Чайку.) Пройдемся...

Дарья Архиповна. Пройдемся, сынок. Я дюже мечтала с тобой об этом побалакать.

Пчелка и Дарья Архиповна медленно, с песней, уходят.

Пчелка и Дарья Архиповна (вместе).

Шаль с каймою голубой.

Аленькая блузка, —

Все хожу я за тобой

По тропинке узкой.

Чайка. Измучила ты меня, Галя!

Сахно. Та не, ничего... С лица не сдал.

Чайка. Что лицо, сердце колотиться стало!

Сахно. Так, должно, в водоемах перекупался!

Чайка. Чтоб они высохли, эти водоемы все! Я с тобой последний характер потерял. Эх, Галя! А все-таки счастливый же я!

Сахно (беря его под руку). Дурень же ты, Серафим. Идем к людям.

Чайка (прислушиваясь). Они сами сюда идут.

Издалека доносится девичья песня. Соломка, Сабит, Слива, Таисья, Наталья, гости и все остальные выходят на сцену.

Таисья и Наталья (поют).

Ах, подружка, ах, подружка,

Остаюся я с тобой,

Улетает ясный сокол

Во далекий край земной.

Все.

Буду помнить, буду помнить,

Как встречались на лугу;

Если б даже захотела —

Позабыть я не могу.

Соломка (останавливаясь, смотрит на часы). Товарищи, время-то под самый ужин подъехало. Хлопцам два часа до поезда. Товарищ Сабит, прошу отведать кубанского борща.

Сабит (вытирая пот). Спасибо.

Все медленно уходят с песней. Павлина все время держалась возле Казанца. Казанец тоже собирается уходить, но Павлина властно ухватила его за руку.

Казанец. В чем дело?

Павлина. Задержись.

Казанец. Не имею времени. (Порывается идти.)

Павлина. Потому и задержись.

Казанец (отрывая руку). Пусти! (Собирается уходить.)

Павлина. Стой, говорю!

Казанец (обернувшись). Что тебе надо?

Павлина. Разрешаю тебе поговорить со мной.

Казанец (усмехнувшись). Ну и нахальные ж бабы пошли!

Павлина. У мужчин учимся.

Казанец. Нам до вас далеко.

Павлина. Разрешаю тебе подойти ближе.

Казанец (подходя на полшага). Уже подошел.

Павлина. Говори.

Казанец. Что тебе говорить?

Павлина. Что хочешь.

Казанец. Смотри, наговорю — отмываться придется!

Павлина. Стиральным мылом запаслась.

Казанец. Румянец две недели со щек не сойдет!

Павлина. Сметаной подмажу. Говори!

Казанец. Грубые слова скажу.

Павлина. Нежных ты не знаешь.

Казанец. Я не лебедь какая...

Павлина. А ты не защищайся...

Казанец. Нападал уже, чуть мозги не отбили.

Павлина. А ты покажи, что не отбили.

Казанец. Покажу, дак ты не заметишь.

Павлина. А замечу — другим не скажу.

Казанец. Пора, люди за стол садятся.

Павлина. Проголодался, что ли?

Казанец. Сыт от твоего разговора. Вот что, разговор пустой. Ни к чему.

Павлина. Спрошу тебя?

Казанец. Не об чем.

Павлина. Про любовь спрошу.

Казанец. А я такого названия не знаю.

Павлина. Ко мне руками тянулся?

Казанец. Спьяну, должно... Спьяну хучь на какую гадость потянет.

Павлина (все-таки обиделась). Это я, что ли, гадость?

Казанец (смутившись). Вообще говорю...

Павлина. А ты трезвый был тогда.

Казанец. Давно было, не упомнил.

Павлина. Ты ж вроде непьющий.

Казанец. Соблюдаю себя, организм берегу.

Павлина. Для кого ж ты организм бережешь?

Казанец. Може, где встретится бабенка подходящая, женюсь. Детишки пойдут... А от алкоголиков, говорят, поколение с придурью...

Павлина. Ты что ж...

Казанец. А что?

Павлина (в упор). Ты что ж, не любишь меня?

Казанец (запальчиво). Нет!

Павлина. Разлюбил?

Казанец. Полюбить недолго было.

Павлина. Брешешь!

Казанец. Може, ты слова понежнее знаешь?

Павлина. Врешь!

Казанец. Це боле подходяще.

Павлина. Да знаю же я, что любишь меня!

Казанец. Знаешь, так не спрашивай!

Павлина. Уезжаешь же ты!

Казанец. Да. Билет с плацкартом.

Павлина. Ты что, хочешь, чтоб я за тобой в Казахстан поехала?

Казанец. Прошу тебя, не делай таких глупостев.

Павлина (проникновенно). Степа, я люблю тебя.

Казанец. Здравствуйте — приехали!

Павлина. Не веришь?

Казанец. Верю... Чего ж такого доброго хлопца не полюбить?!

Павлина. Я тебе сама говорю об этом! Степа, слышишь?!

Казанец. Слышу, слышу, не глухой...

Павлина. А что ты скажешь?

Казанец (с запалом). Я? Я скажу! Я могу сказать! Оно, конечно, реки тоже меняют течения... Бывает... Но бывает так, что без надобности. Ты измучила, иссушила меня. Раздумывала... А полюбил тебя кто? Истукан? Чучело огородное? Человек полюбил, с руками, с ногами...

Павлина. От именно, с руками...

Казанец. Не перебивай, когда старшие говорят! Как мог, тебе говорил! Курсов на этот предмет нету, курсов не проходил. Обиделась, что про Чайку сказал? А ты что хочешь, купанья... ваши...

Павлина. Не было того!

Казанец. Цыц! Было — не было... А ревность была! У меня ревность! А ты что хочешь? Чтоб не было ревности? Она, може, и при коммунизме будет! А я же нормальный человек, простой комбайнер! А ты говоришь, нельзя?! Отелло командир был, армией командовал! Ему можно! А комбайнеру нельзя?

Павлина (любуясь Казанцом). Ты любишь?

Казанец. Опять свое! Я тоже гордый человек! Я уеду, и я излечусь! Я пережил... У меня седые волосы на висках.

Павлина (обнимает Казанца). Серебринки мои!

Казанец (отстраняя руки). Не трожь! Все кончено!

Павлина (страстно). Не-ет! Не кончено! Только начинается! Стань на колени!

Казанец. Ты что?!

Павлина. Стань, говорю! И я стану! (Встает на колени.) Ну!

Казанец встает на колени.

Ты виноватый, я виноватая, но любовь наша не виновата. Любовь наша прошла все испытания! И мы будем вместе! Целуй!

Казанец. Ах, Павушка!

Долгий поцелуй. Медленно поднимаются.

Пчелка (вбегая). Степан! (Увидев целующихся.) Степан!

Казанец. Не мешай!

Снова долгий поцелуй.

Занавес

1957-1958

«СТРЯПУХА»

Комедия «Стряпуха» напечатана впервые в журнале «Театр» в 1959 году, № 7.

Премьера спектакля состоялась в Москве в Театре имени Евг. Вахтангова 18 июля 1959 года. Постановщик Р. Симонов, режиссер — Е. Алексеева, художник — М. Виноградов, композитор — Б. Мокроусов.

Главные роли исполняли: Павлина — Ю. Борисова, Галина — Л. Пашкова, Казанец — Н. Гриценко, Пчелка — Ю. Яковлев, Серафим Чайка — М. Ульянов, дед Слива — Н. Плотников, Соломка — М. Дадыко.

«Стряпуха» была поставлена в ряде театров страны: в Алма-Ате, Днепропетровске, Ленинграде, Магнитогорске, Майкопе, Нижнем Тагиле, Новосибирске, Оше, Петрозаводске, Саранске, Ставрополе, Ташкенте, Томске, Харькове, Ярославле и др.

«Стряпуха» была переведена на болгарский, румынский и японский языки. Поставлена в Бухаресте и Токио.

Table of Contents

Анатолий Софронов Стряпуха Комедия в трех действиях

Действие первое

Действие второе

Действие третье