Annotation

Комедия была поставлена на Великих Дионисиях 423 г. до н. э. и в состязании комических поэтов заняла третье место. Впоследствии Аристофан, огорченный неудачей комедии, которую он считал одним из своих лучших созданий, пытался ее переделать, но, видимо, не довел эту работу до конца, и неизвестно, были ли «Облака» когда-нибудь поставлены в новой редакции.

- Аристофан

- Действующие лица

- Пролог

- Парод

- Парабаса

- Эписодий первый

- Эписодий второй

- Эписодий третий

- Эписодий четвертый

- Агон первый

- Эписодий пятый

- Эписодий шестой

- Эписодий седьмой

- Эписодий восьмой

- Агон второй

- Эксод

- notes

- 1

- 2

- 3

- 4

- 5

- 6

- 7

- 8

- 9

- 10

- 11

- 12

- 13

- 14

- 15

- 16

- 17

- 18

- 19

- 20

- 21

- 22

- 23

- 24

- 25

- 26

- 27

- 28

- 29

- 30

- 31

- 32

- 33

- 34

- 35

- 36

- 37

- 38

- 39

- 40

- 41

- 42

- 43

- 44

- 45

- 46

- 47

- 48

- 49

- 50

- 51

- 52

- 53

- 54

- 55

- 56

- 57

- 58

- 59

- 60

- 61

- 62

- 63

- 64

- 65

- 66

- 67

- 68

- 69

- 70

- 71

- 72

Аристофан

Облака

Действующие лица

Стрепсиад старик

Фидиппид сын его

Ксанфий слуга

Сократ мудрец

Ученики Сократа:

Правда; Kpивдa – спорщики

Пасий; Аминий – заимодавцы Стрепсиада

Хор из двадцати четырех женщин облаков

Без речей:

Свидетель

Пролог

На сцене два дома: один – Стрепсиада, другой – Сократа. Стрепсиад дремлет на крыльце. Ворочается. Встает.

Стрепсиад

Ай, ай, ай, ай!

Владыка Зевс, какая ночь ужасная!

Конца ей нет! Когда же рассветет заря?

Давно уже слыхал я, как петух пропел.

Храпят рабы. Ах, прежде было иначе!

Война, чтоб ты пропала! Много зла в тебе!

Из-за тебя и слуг не смеем высечь мы.[1]

(Указывая на сына, спящего рядом.)

А этот вот молодчик, ладно скроенный,

Всю ночь без передышки спит, без просыпа,

Свистит, трещит, в двенадцать шуб закутавшись.

Ну, что ж, и я закутаюсь, и я вздремну.

(Ворочается.)

Беда мне: не могу уснуть! Грызут меня

Корма, овсы, расходы и долги мои.

Всему виною – сын мой. Закрутив вихор,

В седле гарцует, правит он четверкою,

Во сне конями бредит. Я же мру живьем,

И долг растет.

(Слуге.)

Эй, мальчик, огонек подай!

И книгу принеси мне! Перечесть хочу,

Кому и сколько должен, сосчитать лихву.

Слуга приносит светильню и книгу. Держит светильню над господином.

Кому ж я должен?

(Читает.)

«Пасии двенадцать мин».

Как, мин двенадцать? Пасии? За что это?

«За жеребца гнедого». Горе, горе мне!

Пусть сам бы сгнил я! Глаз бы вышиб жеребьем!

Фидиппид

(бормочет во сне)

Плутуешь, Филон! Не виляй! Прямей держи!

Стрепсиад

Вот, вот оно, несчастье! Вот в чем зло мое!

Сын и во сне мечтает о ристаниях.

Фидиппид

(так же)

На сколько едешь ты кругов на празднике?

Стрепсиад

Отца вконец заездил! Ощипал кругом!

Кому ж еще я должен кроме Пасии?

«Три мины, за хомут и хлыст, Аминии».[2]

Фидиппид

(во сне)

Проезди и в конюшню пригони коня!

Стрепсиад

Меня из дому скоро вовсе выгонишь!

И тяжбу проиграю, и лихва меня

Сживет со света.

Фидиппид

(просыпается)

Эй, родитель, что с тобой?

Чего ворчишь? Ворочаешься до утра?

Стрепсиад

Грызет меня из-под перины староста.

Фидиппид

Старик, оставь причуды, не мешай мне спать!

Стрепсиад

Спи, если хочешь! Только знай: долги мои

Когда-нибудь падут тебе на голову.

Ox, ox!

Пускай бы удавилась сваха подлая,

На матери твоей меня женившая.

Чудесной, тихой жил я жизнью сельскою,

В уюте, и в достатке, и в спокойствии

Средь пчел, вина, оливок и овечьих стад.

Тут в жены взял племянницу Мегаклову,[3]

Родню Кесиры, важную, надутую.

Женился, спать пошел с ней, от меня землей

Воняло, сеном, стойлом и достатками.

От барышни – помадой, поцелуями,

И Афродитой пахло, и расходами.

Но не была лентяйкой, ткала в две руки.

Свой рваный плащ тогда я ей показывал

И говорил: «Супруга, слишком тонко ткешь!»

Слуга

Нет масла в ночнике у нас ни капельки.

Стрепсиад

Проклятье, твой ночник – негодный пьяница!

Ступай и лопни!

Слуга

Для чего же лопаться?

Стрепсиад

Фитиль купил ты толстый и прожорливый.

Слуга уходит.

(Сам с собой.)

Позднее сын вот этот родился у нас,

Ох, у меня и у любезной женушки.

Тут начались раздоры из-за имени.

Жене хотелось конно-ипподромное

Придумать имя: Каллиппид, Харипп, Ксантипп.[4]

Я ж Фидонидом звать хотел, в честь дедушки.

Так спорили мы долго; согласясь потом,

Совместно Фидиппидом сына на́звали.[5]

Ласкала мать мальчишку и баюкала:

«Вот вырастешь, и на четверке, в пурпуре,

Поедешь в город, как Мегакл, твой дяденька».

Я ж говорил: «Вот вырастешь, и коз в горах

Пасти пойдешь, как твой отец, кожух надев».

Но слов моих сыночек не послушался,

В мой дом занес он лихорадку конскую.

Всю ночь я нынче думал, не смыкая глаз.

Одно придумал средство, но надежное.

Когда сынка уговорю, спасемся мы.

Но прежде разбудить его мне надобно.

Как разбудить поласковей, подумаю.

Мой Фидиппид, сыночек, Фидиппид!

Фидиппид

Чего?

Стрепсиад

Дай руку мне и поцелуй родителя!

Фидиппид

Ну вот! А что?

Стрепсиад

Скажи, меня ты любишь? Да?

Фидиппид

Да, Посейдоном-Конником клянусь тебе!

Стрепсиад

Ой, ой, ой, ой! Нет, нет, не надо Конника!

Всем огорченьям нашим этот бог виной.

Когда меня от сердца любишь, искренне,

Послушайся, мой мальчик!

Фидиппид

В чем же слушаться?

Стрепсиад

Переменись, привычки позабудь свои!

И поучись, сходи, куда скажу тебе!

Фидиппид

Чего ж ты хочешь?

Стрепсиад

А исполнишь?

Фидиппид

Выполню!

Мне Дионис свидетель!

Стрепсиад

Погляди сюда!

Калиточку ты видишь, домик маленький?

Фидиппид

Конечно, вижу, но, отец, зачем он нам?

Стрепсиад

Мыслильня это для умов возвышенных.

Здесь обитают мудрецы. Послушать их,

Так небо – это просто печь железная,[6]

А люди в этой печке – словно уголья.

Того, кто денег даст им, пред судом они

Обучат кривду делать речью правою.

Фидиппид

Но кто ж они?

Фидиппид

Не знаю точно имени, –

Мудрило-заводилы благородные.

Фидиппид

А, знаю, негодяи бледнорожие,

Бахвалы, плуты, нечисть босоногая,

Дурак Сократ и Херефонт помешанный.[7]

Стрепсиад

Цыц, цыц, молчи, не говори бессмыслицы!

Когда тебя заботит дом родительский,

Послушайся, от конной откажись езды!

Фидиппид

Мне Дионис свидетель, нет! Хотя бы ты

Фазанов подарил мне леогоровых![8]

Стрепсиад

Прошу тебя! Мой миленький, любименький,

Ступай и поучись!

Фидиппид

Чему ж учиться мне?

Стрепсиад

Рассказывают, там, у этих умников,

Две речи есть. Кривая речь и правая.

С кривою этой речью всяк, всегда, везде

Одержит верх, хотя бы был кругом не прав.

Так, если ты кривым речам научишься,

Из всех долгов, которым ты один виной,

Не заплачу я и полушки ломаной.

Фидиппид

Нет, не согласен! Как же показаться мне

Пред всадниками выцветшим и высохшим?

Стрепсиад

Клянусь Деметрой, знай же: ничего теперь

Не дам тебе, ни жеребцам, ни меринам!

К чертям, к воронам, вон из дома выгоню!

Фидиппид

Что ж, не потерпит дядя мой Мегакл, чтоб я

Без лошадей остался! Я к нему пойду.

(Уходит.)

Стрепсиад

Что ж, кто упал, тому подняться надобно.

Отправлюсь сам в мыслильню, помолясь богам,

И сам начну учиться. Горе, горе мне!

Как голове тупой, седой, забывчивой

В лапше словес тончайших разобраться, ох!

(Переходит к соседнему дому.)

Но все ж пойду! Чего мне копошиться здесь

И в дверь не постучаться? Эй, привратник, эй!

Стучит. Выходит ученик.

Ученик

Пошел к воронам! Кто здесь в двери ломится?

Стрепсиад

Я, из Кикинны Стрепсиад, сын Фидона.[9]

Ученик

Невежда, Зевс свидетель! Несознательно

Стучишься в дверь и выкидышем пагубным

Рождаемому угрожаешь замыслу?

Стрепсиад

Прости меня! Я – темный, из деревни я.

Так объясни, какой же это выкидыш?

Ученик

Ученикам лишь слушать дозволяется.

Стрепсиад

Не бойся, друг любезный, я пришел сюда

Как ученик. В мыслильню поступаю я.

Ученик

Так слушай и считай за тайну страшную!

Недавно Херефонта вопросил Сократ:

На сколько ног блошиных блохи прыгают?

Пред тем блоха куснула Херефонта в бровь

И ускользнула на главу Сократову.

Стрепсиад

И как же сосчитал он?

Ученик

Преискуснейше!

Воск растопивши, взял блоху и ножками

В топленый воск легонько окунул блоху.

Воск остудивши, получил блошиные

Сапожки, ими расстоянье вымерил.

Стрепсиад

Великий Зевс! Не ум, а бритва острая!

Ученик

Что ж скажешь ты о новом изобретенье Сократа?

Стрепсиад

О каком, скажи, прошу тебя?

Ученик

Мудрец сфетийский[10] Херефонт спросил его,

Как мыслит он о комарином пении:

Трубит комар гортанью или задницей?

Стрепсиад

И что ж сказал о комарах почтеннейший?

Ученик

Сказал он, что утроба комариная

Узка. Чрез эту узость воздух сдавленный

Стремится с силой к заднему отверстию.

Войдя за узким ходом в расширение,

Из задницы он вылетает с присвистом.

Стрепсиад

Тромбоном оказался комариный зад!

Мудрец кишечный, дважды, трижды счастлив ты!

Избавиться от тяжбы – дело плевое

Для вас, разъявших чрево комариное!

Ученик

На той неделе истина великая

Погибла из-за ящерицы.

Стрепсиад

Как же так?

Ученик

В полночный час, исследуя движение

И бег луны, стоял он, рот разинувши.

Тут с крыши в рот ему наклала ящерка.

Стрепсиад

Смешно, Сократу в рот наклала ящерка!

Ученик

Вчера ж у нас еды на ужин не было.

Стрепсиад

Ну! ну! И пропитанье как промыслил он?

Ученик

Зашел в палестру, стол слегка золой покрыл,

Взял в руки вертел, циркулем согнул его

И осторожно… из палестры плащ стянул.

Стрепсиад

К чему ж еще Фалета прославляем мы![11]

Открой, открой скорее мне в мыслильню дверь,

Сократа видеть я хочу великого!

К нему иду в науку. Дверь открой скорей!

Дверь открывается, показываются ученики.

Геракл великий, это что за чудища?

Ученик

Чему дивишься? За кого ты принял их?

Стрепсиад

За спартиатов тощих, взятых в Пилосе.

Но в землю почему они уставились?

Ученик

Разыскивают то, что под землей.

Стрепсиад

Ага,

Чеснок! Не надо, не трудитесь, милые,

Я знаю место, там растет отличнейший.

А те, что в кучу скучились, чем заняты?

Ученик

Они глубины Тартара исследуют.[12]

Стрепсиад

Зачем же в небо этот поднял задницу?

Ученик

Считает звезды собственными средствами!

(Мыслителям.)

Идите в дом, чтоб здесь он не застигнул вас.

Стрепсиад

Нет, нет, не надо! Пусть они останутся!

Поговорю я с ними о делах моих.

Ученик

Никак нельзя! Им строго запрещается

Дышать так долго чистым, свежим воздухом.

Стрепсиад

(оглядывается, рассматривает диковинные предметы в мыслильне)

Богами заклинаю, это что ж, скажи?

Ученик

Вот это – астрономия!

Стрепсиад

(с тою же игрой)

А это, здесь?

Ученик

А это – геометрия.

Стрепсиад

К чему она?

Ученик

Чтоб мерить землю.

Стрепсиад

Понял я. Надельную?

Ученик

Ничуть, всю землю.

Стрепсиад

Очень хорошо, дружок!

Народная наука и полезная.

Ученик

А здесь – изображенье всей Вселенной. Вот

Афины. Видишь?

Стрепсиад

Пустяки, не верю я:

Присяжных здесь не видно заседателей.

Ученик

А дальше, будь уверен, это – Аттика.

Стрепсиад

Кикинна где ж, село мое родимое?

Ученик

Там, позади. А вот – Евбея, видишь ты,[13]

Как вытянулась узкая и длинная.

Стрепсиад

Да, растянули мы с Периклом бедную.

Но где же Лакеде́мон?

Ученик

Где он? Вот он где!

Стрепсиад

Бок о бок с нами? Позаботьтесь, милые,

От наших мест убрать его подалее.

Ученик

Никак нельзя!

Стрепсиад

Час не ровен, поплатитесь!

(Замечает в вышине Сократа.)

А это кто же в гамаке качается?

Ученик

Он сам.

Стрепсиад

Что значит «сам»?

Ученик

Сократ.

Стрепсиад

Привет, Сократ!

Послушай, друг, погромче покричи ему.

Ученик

Нет, сам кричи, а у меня нет времени.

Стрепсиад

(кричит)

Сократ!

Сократушка!

Сократ

Чего ты хочешь, праха сын?

Стрепсиад

Скажи сначала, чем ты занимаешься?

Сократ

Паря в пространствах, мыслю о судьбе светил.

Стрепсиад

В гамак забравшись, о богах гадаешь ты.

Но почему ж не на земле?

Сократ

(важно и торжественно)

Бессильна мысль

Проникнуть в тайны мира запредельного,

В пространствах не повиснув и не будучи

Соединенной с однородным воздухом.

Нет, обретаясь в прахе, взоры ввысь вперив,

Я ничего б не узрел. Сила земная

Притягивает влагу размышления.

Не то же ли случается с капустою?

Стрепсиад

Ай, ай,

В капусту влагу тянет размышление!

Сойди же наземь, милый мой Сократ, сойди,

Тому, зачем пришел я, обучи меня!

Сократ

Зачем же ты явился?

Стрепсиад

Красноречию

Хочу я обучиться. Жмут долги меня.

Худею, чахну, сохну, изведусь вконец.

Сократ

Но как в долги попал ты так нечаянно?

Стрепсиад

Болезнь меня заела, язва конская.

Прошу тебя, той речи научи меня,

С которою долгов не платят. Я ж тебя,

Клянусь богами, награжу сторицею.

Сократ

Каких богов ты разумеешь? Боги здесь

Особого чекана.

Стрепсиад

Чем же клясться вам?

Железными грошами, как в Византии?

Сократ

Желал бы ты природу божества узнать

На деле?

Стрепсиад

Зевс свидетель, если есть он, Зевс!

Сократ

Вступить в беседу с облаками хочешь ты,

Которых почитаем за богов?

Стрепсиад

Ну да.

Сократ

На эти козлы сядь тогда священные.

Стрепсиад

(садится)

Вот видишь, сел.

Сократ

Прими теперь из рук моих

Венок.

Стрепсиад

Зачем венок мне? Ой, боюсь, Сократ!

Как Афаманта, вы меня зарежете![14]

Сократ

Нимало. То же с каждым посвящаемым

Мы делаем.

Стрепсиад

А что я получу за то?

Сократ

В речах мучнистым станешь, тертым, крупчатым.

Так смирно стой!

Обсыпает его мукой.

Стрепсиад

И правда, Зевс свидетель мне,

Обсыпанный, я стану тертым, крупчатым.

Сократ

Не кричи, замолчи, покорись, старичок, и внимай терпеливо молитве.

(Молится.)

Господин и владыка, о Воздух святой, обступивший, объемлющий Землю,

О сверкающий, ясный Эфир, Облака громоносные, матери молний!

Поднимитесь, взлетите, царицы, свой лик мудролюбцу седому явите!

Стрепсиад

Погоди, не спеши, дай закутаться мне, а не то до костей я промокну.

Ах, глупец, ах, несчастный! Сегодня как раз без накидки я из дому вышел!

Закутывается.

Сократ

Облака многочтимые! Слушайте зов, где б вы ни были, ныне явитесь!

На Олимпе ль, на снежной, священной горе залегли вы семьею лучистой,[15]

Или с нимфами в быстрый сплелись хоровод в темных кущах Отца-Океана,

Или в Нильских далеких верховьях дожди в золотые черпаете ведра,

Залетели ли в топь меотийских болот[16] иль на льдистые гребни Миманта,[17]

Нас услышьте, и жертву примите от нас, и порадуйтесь нашей молитве.

Парод

Издали доносится пение Облаков.

Строфа

Вечные Облака!

Встаньте, явитесь, росистые, мглистые, в легких одеждах!

Бездны Отца-Океана гудящие

Кинем, на горные выси подымемся,

Лесом покрытые,

С вышек дозорных на сторону дальнюю

Взглянем на пашни, на пышные пажити!

Взглянем на реки, бурливо журчащие,

Взглянем на море, седое, гремящее!

Око эфирное неутомимо сверкает.

Даль в ослепительном блеске.

Двинемся ж, сбросим туманы волнистые

С тел непорочных и взглядом всевидящим

Землю святую окинем!

Сократ

О священные жены, богини мои, Облака, вы молению вняли!

(Стрепсиаду.)

Ты ведь слышал их песни и пенью вослед грохотанье тяжелое грома?

Стрепсиад

Да, слыхал и молюсь вам, мои госпожи, и хотел бы на гром ваш ответить

Грохотаньем из брюха: так сильно дрожу, так жестоко я вас испугался!

Вот уже, вот оно, пусть прилично, пусть нет, не могу удержать! Осрамился!

Сократ

Эти шуточки брось и не смей подражать паяцам – гаерам балаганным!

Благочестья исполнись! Божественный рой продолжает священную песню.

Второе полухорие

Антистрофа

Девы, несущие дождь!

Город Кекропа богатый, блистательный,[18] землю Паллады,[19]

Родину храбрых хотим мы приветствовать.

Там – несказанные таинства правятся,

Там открываются

Пред посвященными двери святилища.

В честь небодержцев-богов приношения

Там возвышаются, храмы с кумирами.

Шествия движутся там богомольные.

Жертвы приносятся пышные, в зиму и лето –

Праздники, игры и пляски.

Вот наступила весна, и в честь Бромия[20]

Песни несутся, хоры состязаются,

Флейты призывно рокочут.

Стрепсиад

Объясни мне, Сократ, заклинаю тебя, это кто же поет так прекрасно,

Так торжественно, чинно и важно? Скажи, иль слетелись сюда героини?

Сократ

Да ничуть! Это – дети небес, Облака, а для нас, для мыслителей – боги

Величайшие, разум дающие нам, мысли острые, силу сужденья,

Красноречия жар, убеждения дар, говорливость и в речи сноровку.

Стрепсиад

Понимаю. Так вот почему, услыхав их напевы, душой я воспрянул

И к сплетениям слов потянуло меня и к сужденьям о дыме летучем,

Захотелось на слово ответить тремя и мыслишкою в споре ужалить!

Если можно, прошу, дай воочию мне, дай вблизи величавых увидеть!

Сократ

Погляди же сюда, на Парнеф! Началось! Вижу, вижу, спокойно и плавно

К нам нисходят они.

Стрепсиад

Где же, где? Покажи!

Сократ

Вот, подходят густыми рядами

По расщелинам горным, по склонам лесным.

Прямиком.

Стрепсиад

Удивительно, право!

Ничего я не вижу!

Сократ

У входа они.

Стрепсиад

Вот теперь различаю немножко.

Сократ

Хоть теперь-то ты видишь их, глупый старик, иль ты слеп, или бельма на веках?

Стрепсиад

Вижу, вижу! Почтенные! Зевс мне судья! Вся площадка полна облаками.

Сократ

Что ж, а раньше не знал ты, что боги они?

Как богов их не чтил и не славил?

Стрепсиад

Видит Зевс, и не думал. Считал их росой, и туманом, и слякотью мокрой.

Сократ

Видит Зевс, ошибался ты. Знай же теперь: это вот кто питает ученых,

И врачей, и гадателей, франтов в кудрях, с перстеньками на крашеных пальцах,

Голосистых искусников в круглых хорах, писателей высей надзвездных,

Вот кто кормит бездельников праздных, а те прославляют их в песнях надутых.

Стрепсиад

Вот зачем воспевают они облака, буревые, несущие грозы,

«Стоголового смерча летучую прядь»,[21] «завывание вихрей ревущих»,

И еще «кривокогтых кочующих птиц заблудившиеся караваны»,

И еще «облаков волокнистых росу», а за это питаются сами

Камбалою копченой, «прозрачной, как сон», и жарким «из дроздов сладкогласных».

Сократ

Незаслуженно разве?

Стрепсиад

Скажи мне теперь, умоляю тебя, если вправду

Облака – эти твари, зачем же тогда на земных они женщин похожи?

Ведь иначе совсем они выглядят.

Сократ

Как? Расскажи мне, как выглядят тучи.

Стрепсиад

Хорошенько сказать не могу. Например, как летящие шерсти волокна.

Но совсем не как женщины, Зевс мне судья!

А у этих носы, и большие.

Сократ

А теперь на вопросы мои отвечай!

Стрепсиад

Говори! Что угодно отвечу.

Сократ

Никогда ты не видел, скажи, в небесах облаков, на кентавра похожих,

На быка, на пантеру, на волка?

Стрепсиад

Видал, Зевс свидетель! Видал! Ну так что же?

Сократ

Как хотят, обернуться умеют они. Завитого увидят красавца,[22]

Вот из этих кудрявых, распутных гуляк, из породы козла-Ксенофанта,

И тотчас, издеваясь над бешенством их, превратятся в блудливых кентавров.

Стрепсиад

Если ж Симон, грабитель народной казны, попадется им, чем они станут?[23]

Сократ

Подражая разбойной природе его, уподобятся хищному волку.

Стрепсиад

Понимаю. Недавно толстяк Клеоним повстречался им, щит потерявший,

Увидали трусишку они и тотчас обратились в пугливых оленей.

Сократ

А теперь повстречали Клисфена они и на женщин похожими стали.

Хор – женщины-Облака – входит на орхестру.

Стрепсиад

(Облакам)

Ну так здравствуйте, слава вам, грозные! Речь обратите ко мне благосклонно!

Если голос ваш прежде слыхал кто-нибудь, пусть его я услышу, богини!

Предводительница хора облаков

Наш привет тебе, старец с седой головой, за наукой и правдой пришедший!

(Сократу.)

Ты ж, священнослужитель речей плутовских, объясни нам, чего ты желаешь.

Никого так охотно не слушаем мы из искусников, ныне живущих.

Одного разве Продика: мудрость его нас пленяет и гордые мысли.[24]

Ты же тем нам приятен, что бродишь босой, озираясь направо, налево,

Ходишь чванно и важно, в лохмотьях, дрожа, вскинув голову, нас обожая.

Стрепсиад

О Земля, что за голос! Торжественно как он звучит! Объявилось нам чудо!

Сократ

Так пойми же: богини они лишь одни, остальное – нелепые бредни!

Стрепсиад

Ну а Зевс? Объясни, заклинаю Землей, нам не бог разве Зевс Олимпийский?

Сократ

Что за Зевс? Перестань городить пустяки! Зевса нет!

Стрепсиад

Вот так так! Объясни мне,

Кто же дождь посылает нам? Это сперва расскажи мне подробно и ясно.

Сократ

(показывая на Облака)

Вот они. Кто ж еще? Целый ворох тебе приведу я сейчас доказательств.

Что, видал ты хоть раз, чтоб без помощи туч Зевс устраивал дождь? Отвечай мне!

А ведь мог бы он, кажется, хлынуть дождем из безоблачной, ясной лазури.

Стрепсиад

Аполлон мне свидетель, отличная речь! Ты меня убедил. Соглашаюсь.

А ведь раньше, и верно, я думал, что Зевс сквозь небесное мочится сито.

Но теперь объясни мне, кто ж делает гром? Я всегда замираю от грома.

Сократ

Вот они громыхают, вращаясь.

Стрепсиад

Но как? Объясни мне, скажи мне, кудесник!

Сократ

До краев, до отказа наполнясь водой и от тяжести книзу провиснув

И набухнув дождем, друг на друга они набегают и давят друг друга.

И взрываются с треском, как бычий пузырь, и гремят перекатами грома.

Стрепсиад

Кто ж навстречу друг другу их гонит, скажи?

Ну не Зевс ли, колеблющий тучи?

Сократ

Да нимало не Зевс. Это – Вихрь.

Стрепсиад

Ну и ну! Значит, Вихрь! И не знал я, деревня,

Что в отставке уж Зевс и на месте его нынче

Вихрь управляет Вселенной.

Только все ж ничего ты еще не сказал о грозе и громов грохотанье.

Сократ

Ты ведь слышал. Набухнув водой дождевой, облака друг на друга стремятся,

И, как сказано, лопнув, как полный пузырь, громыхают и гулко грохочут.

Стрепсиад

Как поверить тебе?

Сократ

Объясню тебе все на примере тебя самого же.

До отвала наевшись рубцов отварных на гулянии панафинейском,

Ты не чувствовал шума и гуда в кишках и бурчанья в стесненном желудке?

Стрепсиад

Аполлон мне свидетель, ужасный отвар! Все внутри баламутится сразу,

И гудит, словно гром, и ужасно урчит, и шумит, и свистит, и клокочет.

Для начала легонько, вот этак: бурр-бурр, а потом уж погромче: бурр-бурр-бурр.

Тут нельзя удержаться, до ветра бегу, а в утробе как гром: бурр-бурр-бурр-бурр.

Сократ

Ну, прикинь: если столько грозы и громов в животишке твоем, так подумай,

Как чудовищно воздух безмерно большой и бурчит, и гремит, и грохочет.

Стрепсиад

Все понятно теперь; так от ветра, от туч говорят у нас: ходим до ветра.

Ну а молнии ярко горящий огонь, объясни мне, откуда берется?

Попадет и живого до смерти спалит или кожу, одежду обуглит.

Ну, не ясно ль, что молнии мечет в нас Зевс в наказанье за лживые клятвы.

Сократ

Об одном бы подумал, глупец, стародум, стародедовским верящий басням!

Если мстит за присягу подложную Зевс, почему ж не сожжен еще Симон?

Почему не сожжен Клеоним и Феор? Ведь они ж – из лгунишек лгунишки!

Почему он сжигает свой собственный храм, и предгорье афинское – Суний,

И вершины высоких дубов? Для чего? Ведь лгунов средь дубов не бывает.

Стрепсиад

Что ответить, не знаю. Пожалуй, ты прав.

Расскажи же, в чем молнии тайна!

Сократ

Если воздух горячий, поднявшись с земли, залетает к заоблачным высям,

Изнутри он вздувает огромный пузырь, а затем, под давлением силы,

Разорвавши пузырь, клокоча и свистя, вылетает и в тренье сгорает,

От полета, от стрепета в пламенный столб обращаясь и в пыль разрушаясь.

Стрепсиад

Зевс свидетель мне, то же случилось со мной на

Диасиях нынешних.[25] Помню,

Колбасу кровяную я жарить взялся для родных, да забыл ее взрезать.

Тут надулась она, стала круглой, как шар, и внезапно возьми да и лопни!

Все глаза залепила начинкою мне и сожгла, словно молнией, щеки.

Сократ

(торжественно поднимается)

Человек! Пожелал ты достигнуть у нас озарения мудрости высшей.

О, как счастлив, как славен ты станешь тогда среди эллинов всех и афинян,

Если тщателен будешь, прилежен в труде, если есть в тебе сила терпенья,

И, не зная усталости, знанья в себя ты вбирать будешь, стоя и лежа,

Холодая, не будешь стонать и дрожать, голодая, еды не попросишь,

От пирушек уйдешь, от гимнасий сбежишь, не пойдешь по пути безрассудства;

И за высшее счастье одно будешь чтить, как и следует людям разумным:

Силой речи своей побеждать на судах, на собраньях, в советах и в спорах.

Стрепсиад

Что терпенья касается, твердой души и бессонных раздумий в постели,

Воздержанья во всем, в животе пустоты, на воде и на хлебе сиденья, –

Будь уверен во мне! Чтоб до цели дойти, на себя дам ковать я подковы.

Сократ

И не будешь иных ты богов почитать, кроме тех, кого сами мы славим?

Безграничного Воздуха ширь. Облака и Язык – вот священная троица!

Стрепсиад

И словечка другим я теперь не скажу, не признаю, на улице встретив.

Им молиться не буду, вина не пролью, фимиама ни крошки не кину.

Предводительница хора облаков

Говори же скорее, что надо от нас! Не робей, не получит отказа

Тот, кто нас почитает, и молится нам, и мыслителем сделаться хочет.

Стрепсиад

О почтенные женщины! Надо от вас мне немногое, чуточку, крошку!

Стадий на десять[26] всех, кто в Элладе живет, превзойти я хочу в разговоре.

Предводительница хора облаков

Мы исполнить согласны желанье твое. С этих пор на собраньях народных

Чаще всех ты сумеешь решенья свои проводить, побеждая речами.

Стрепсиад

Я решений больших проводить не хочу, и совсем мне не этого надо.

Я закон обвернуть вокруг пальца хочу, обмануть одолживших мне деньги.

Предводительница хора облаков

Исполненья дождешься стремлений своих. Старичок, ты немногого просишь.

Передай же себя, ничего не страшась, нашим верным, испытанным слугам.

Стрепсиад

Так и сделаю. Вам доверяюсь во всем. Не охота, нужда меня гонит;

Жеребцы вороные, кобылы с клеймом и женитьба меня разорили.

Как хотите, со мной поступайте теперь.

Я согласен на все.

Вам вверяю я тело и душу свою.

Колотите, дерите, держите без сна,

Рвите заживо, трите, морите меня!

Мне бы только словчить и долгов не платить.

А потом пусть народ называет меня

Негодяем, нахалом, шутом, наглецом,

Шарлатаном, буяном, судейским крючком,

Надувалой, громилой, бузилой, шпиком,

Срамником, скопидомом, сутягой, лгуном,

Забиякой, задирой, бахвалом, клещом,

Подлипалой, прожженным, паршой, подлецом,

Приживалом, плутом!

Пусть прохожие так окликают меня,

Как хотят, так пускай и поносят меня,

Пусть меня, если надо, Деметрой клянусь,

Изотрут в колбасу

И на ужин дадут мудролюбцам!

Сократ

Что решил, решил он крепко,

Не робея, пламенея. Твердо знай:

Нашу науку осилив, до неба прославлен

Меж людей ты будешь.

Стрепсиад

Что ж делать мне?

Сократ

Со мной проводи свои дни!

Завиднейшей жизнью

Жить начнешь отныне.

Стрепсиад

Будет успех?

Счастье, удачу увижу?

Сократ

Будут теперь тесниться у двери твоей

Пришельцев толпы.

Мудрость твою вопрошая, дружбы с тобой ожидая,

В путаных тяжбах своих, в делах опасных

Лишь от тебя добиваясь помощь добыть и совет.

Предводительница хора облаков

Так начни ж, как обычно: возьми старика в предварительное обученье,

Испытай его разум, сноровку узнай, остроумие, память изведай!

Сократ

Начнем же! Опиши мне самого себя,

Чтоб, нрав твой изучивши, мог надежнее

Уловками поближе приступить к тебе.

Стрепсиад

Ты на меня готовишь приступ! Зевс-отец!

Сократ

Ничуть! Порасспросить тебя мне хочется.

Ты памятлив, скажи?

Стрепсиад

С двойною памятью.

Когда должны мне, помню замечательно,

А должен я – разиня, забываю вмиг.

Сократ

Есть у тебя наклонность к красноречию?

Стрепсиад

К двуречию скорей, чем к красноречию.

Сократ

Как станешь ты учиться?

Стрепсиад

Ничего, сойдет!

Сократ

Теперь вопрос из области возвышенной

Тебе поставлю. На лету хватай его!

Стрепсиад

Хватать? Как пса, ты хочешь натаскать меня!

Сократ

Тяжелый случай! Глуп он и невежествен.

Боюсь, старик, понадобятся розги нам!

Чем на побои ты ответишь?

Стрепсиад

Дамся бить.

Немного жду, друзей зову в свидетели,

Еще немного – в суд тащу обидчика.

Сократ

Снимай накидку!

Стрепсиад

Разве провинился я?

Сократ

Нет. Голыми заведено входить сюда.

Стрепсиад

Но я же не для обыска в твой дом иду.

Сократ

Снимай! Болтать довольно!

Стрепсиад

Мне одно скажи:

Когда прилежен и усерден буду я,

Кому я уподоблюсь из учащихся?

Сократ

На Херефонта будешь ты во всем похож.

Стрепсиад

Беда, беда мне! Полутрупом сделаюсь!

Сократ

Не смей болтать! За мной иди и слушайся!

Сюда скорее!

Стрепсиад

В руки мне вложи сперва

Медовую коврижку. Замираю я.

Мой бог! В пещеру я схожу Трофония.[27]

Сократ

Входи, входи! Чего у двери ежишься?

Сократ и Стрепсиад входят в мыслильню.

Парабаса

Предводительница хора облаков

Так иди же на радость! Есть воля в тебе

И отважная мысль.

Будет пускай удача с ним!

Он, не глядя на старость,

Не побоясь плеши своей, тяжелый груз новых наук

Вздумал вместить в череп седой,

Хочет постигнуть мудрость.

Зрители, хочу говорить с вами откровенно я,

Искренне. Свидетелем мне – мой кормилец Дионис!

Так же как к победе стремлюсь, к славе и к удаче я,

Так же вас считаю, друзья, за людей понятливых

И игру вот эту мою лучшей среди всех других.

Вам уж я однажды ее предложил. Трудней всего

Мне она досталась, и что ж? Пред толпою грубою

Незаслуженный потерпел я провал. Виной тому

Вы, толковые, знатоки! Ради вас старался я!

Все ж предать я вас не хочу, люди с пониманием.

Ведь и прежде много похвал, зрители разумные,

«Добрый» мой и «ветреный брат» слышали из ваших уст.[28]

Был тогда как девушка я, не пристало мне рожать

И пришлось подкинуть дитя, увидать в чужих руках.[29]

Вы его вскормили тогда бережно и ласково.

С этих пор надежда на вас выросла в груди моей.

Как Электра, мчится сейчас к вам моя комедия,[30]

Ждет и ищет: зрителей тех нет ли здесь, понятливых?

Вмиг узнает – только б найти – брата кудри милые.

Как пристойны нравы ее, сами поглядите вы:[31]

Твердой кожи плотный кусок не подвешен спереди,

Сверху – красный, толстый, большой, детям на посмешище.

Шуток здесь над лысыми нет, плясок нету кордака,[32]

Здесь старик, стихи бормоча, палкой собеседника

Не колотит, чтоб прикрыть соль острот подмоченных.

Не кричат здесь: «Горе, беда!», с факелом не бегают.

Верит в силу песен своих и в себя комедия.

Вот и я, хоть славен везде, длинных не ращу волос.

За новинку выдав старье, надувать не стану вас.

Только с новым вымыслом к вам прихожу я каждый год.

Был когда-то грозен Клеон, я по брюху бил его.

Но когда упал он ничком, я не тронул павшего.

Эти ж, только раз сплоховать стоило Гиперболу,

Затолкали насмерть плута, да в придачу мать его.[33]

Первым Евполид забежал, «Мариканта» вывел он.

Подлый, подло он обокрал наших славных «Всадников»,

Пьяную старуху приплел, вот и все, для кордака.

А старуху Фриних давно на съедение рыбам дал.[34]

Тут к нему Гермипп подскочил, облевал Гипербола.

Подбежали прочие все, чтоб лягнуть Гипербола.

В мутных водах ловят они, словом говоря моим;

Тот, кто любит шуточки их, на мои не смотрит пусть!

Если ж я и речи мои вам теперь понравятся,

Прослывете вы навсегда судьями разумными.

Первое полухорие

Ода

В небе высоком грозного

Зевса, богов властителя,

В хор наш зовем мы первым.

С ним и тебя, трезубца царь,

Бог-великан,

Синего моря и земли

Яростный колебатель!

Славного кличем родителя нашего.

Вечный Эфир, тебя, жизнь сохраняющий в мире!

С ним и тебя, пламенный бог,

В белых лучах мчащий коней

Над простором земли! Велик

Меж богов ты и смертных.

Предводительница первого полухория

Эпиррема

Рассудительные люди, нас послушайте теперь!

На тяжелую обиду мы пожалуемся вам.

Всех богов опережая, мы лелеем город ваш,

Вы ж из всех богов бессмертных нам не молитесь одним,

Сторожам своим надежным. Если сдуру вы поход

Затеваете, грохочем мы и посылаем дождь.

Помните, когда Клеона-скорняка, врага богов,

Вы избрали полководцем, грозно брови мы свели,

Напугали вас, «из тучи с громом молнии неслись»,

И Селена путь привычный позабыла,[35] свой фонарь

Спрятал Гелиос,[36] исчезнув с небосклона и грозя,

Что светить не станет, если будет властвовать Клеон.

Все же вы его избрали: легкомыслие давно

В этом городе оседло; не впервые божествам

Вашу глупость и беспечность вам на пользу обращать.

А что это справедливо, мы докажем без труда.

Если вы Клеона-вора в лихоимстве, в грабеже

Обличите и в колодки закуете наглеца,

Все былое вам простится, позабудутся грехи,

Обернется все на благо, счастлив город будет вновь.

Второе полухорие

Антода

Феб-господин, приди и ты,

Делоса царь,[37] владыка круч

Высокогорных Кинфа![38]

Ты, что в Эфесе,[39] в золотом

Доме живешь,

Горняя, с нами будь! Тебе

Девы лидийцев служат.

С нами будь, наша родная, владычица,

Горододержица, с грозной Эгидой, Афина,[40]

Ты, что хранишь горный Парнас,[41]

В блеске пляши смольных костров,

О Дионис, веселый бог,

Вождь вакханок дельфийских!

Предводительница второго полухория

Антэпиррема

К вам идти мы собирались, да Селена на пути

Повстречалась нам и вот что вам велела передать.

И Афинам и друзьям их низкий шлет она поклон.

Сердится на вас богиня: вы обидели ее.

Хоть не на словах, на деле помогает вам она.

Мало ль драхм вам каждый месяц сберегает лунный свет?

Из дому идя под вечер, говорите вы не зря:

«Факелов не покупай мне! Светит месяц в вышине».

И других услуг немало вам оказывает. Вы ж

Дней ее ничуть не чтите, повернули все вверх дном.[42]

Боги злобно ей грозятся (жалуется нам она)

Всякий раз, когда вернутся, жертву прозевав, домой.

Счет они ведут привычный срокам праздников своих

Вы же в дни для жертв и песен занимаетесь судом.

А случается, что в сроки наших божеских постов,

В день кончины Сарпедона, в Мемнона печальный день[43]

Вы приносите нам жертвы и смеетесь. Вот за то

Гипербол, когда священным выбрали его послом,

Год назад, по воле божьей потерял венок. Теперь

Знать он будет, что по лунам надо году счет вести.

Эписодий первый

Выходит Сократ.

Сократ

Клянусь Хаосом, Испареньем, Воздухом,

Глупца такого я еще не видывал,

Такого простофилю, никудышника.

Зубря несчастных рассуждений несколько,

Все позабыл он, не успевши вызубрить.

Сейчас сюда за дверь его я вызову.

Эй, Стрепсиад, иди и выноси постель!

Стрепсиад

(показывается голый)

Ой, не могу! Клопы не отпускают. Ой!

Сократ

Неси скорей и будь прилежен.

Стрепсиад

(выходит)

Вот, принес.

Сократ

С чего же мы приступим к изучению

Тех тайн, которых раньше ты совсем не знал?

С размеров, с диалогов иль с ладов – скажи?

Стрепсиад

По мне, начнем с размеров. Вот недавно лишь

Надул меня торговец на две меры ржи.

Сократ

Не в этом дело: отвечай, какой размер,

Трехмерный иль четырехмерный, любишь ты.

Стрепсиад

Я – четверик. Четыре меры полные.

Сократ

Болтаешь вздор.

Стрепсиад

Уж в этом извини меня!

В четверике четыре меры. Кончено!

Сократ

Пошел к воронам, груб и не отесан ты!

Ладами мы займемся, их усвой сперва!

Стрепсиад

На хлеб насущный чем лады помогут мне?

Сократ

Ты ладным быть научишься в сношениях,

Лады сумеешь различать: военный лад,

И плясовой, и конный, и на пальчиках.

Стрепсиад

На пальчиках?

Сократ

Ну да.

Стрепсиад

Отлично знаю.

Сократ

Ну!

Стрепсиад

Вот – пальчик. Этот лад давно я выучил.

Забыл когда, еще мальчишкой маленьким.

Сократ

Мужик, невежда!

Стрепсиад

Бросим это, миленький!

Таким вещам учиться не хочу!

Сократ

Чему ж?

Стрепсиад

Скорее кривде, кривде научи меня!

Сократ

Сперва другому научиться должен ты.

Кто из животных мужеского пола? А?

Стрепсиад

Кто мужеского? Знаю, не сошел с ума.

Козел, кобель, жеребчик, хряк, баран, фазан.

Сократ

Вот видишь, вздор несешь ты. Ведь и самочку,

Как и самца, фазаном называешь ты?

Стрепсиад

Да. Посейдон свидетель, как же иначе?

Сократ

Зови «фазыней». А самца – «фазелезнем».[44]

Стрепсиад

«Фазыня»? Превосходно. Испареньями

Клянусь, за это лишь одно учение

Тебе мукой наполню я корзину.

Сократ

Стой!

Ты говоришь «корзина» – рода женского.

Не крепче ль по-мужски сказать: «корзан»?

Стрепсиад

Корзан?

Но почему ж «корзан»?

Сократ

Ну, как «фазан». А то,

Как «Клеоним».

Стрепсиад

Как Клеоним? При чем это?

Сократ

Фазан, корзан и Клеоним – все родственно.

Стрепсиад

Ну, нет, корзины мало для Клеонима.

В корыте, в бочке месит он жратву себе.

Но как же говорить теперь мне?

Сократ

Сказано.

Корзан – фазан. Корзина и фазыня. Вот!

Стрепсиад

Корзан – фазыня.

Сократ

Будет это правильно.

Стрепсиад

Корзина, Клеонима – рода женского.

Сократ

Теперь об именах закончим собственных.

Мужские имена пройдем и женские.

Стрепсиад

Да знаю я про женские.

Сократ

А ну, скажи.

Стрепсиад

Геро, Лизилла, Миррия, Деметрия.

Сократ

Теперь мужские назови мне.

Стрепсиад

Сотни их.

Ну, Филоксен, Милесия, Аминия.

Сократ

Да это ж не мужские имена совсем.[45]

Стрепсиад

Как не мужские? Вот ты как!

Сократ

Конечно, так.

Ну, как ты скажешь, чтоб пришел Аминия.

Стрепсиад

«Сюда, сюда», – я позову Аминию.

Сократ

Вот видишь, кличешь женщину – Аминию.

Стрепсиад

И верно: трус он, потому и женщина.

Тому, что всем известно, не учи меня.

Сократ

Так ляг сюда и растянись!

Стрепсиад

Зачем это?

Сократ

В природу погружайся самого себя.

Стрепсиад

Не здесь прошу, не на лежанке, миленький,

Уж на земле я лучше погружусь.

Сократ

Нет, нет!

Нельзя иначе!

Стрепсиад

Горе мне! Несчастный я!

Клопам сегодня уплачу я пошлину.

Сократ уходит в мыслильню. Стрепсиад ложится.

Первое полухорие

Строфа

Будь молодцом, будь остряком,

Вывернись весь наружу!

Грызи науку!

Когда же будет побеждать отчаяние,

Скачи отважно

К другим размышленьям; пусть глаз твоих

Сон-утешитель бежит!

Стрепсиад

Ай, ай, ай, ай, ай, ай-ай-ай!

Предводительница хора облаков

Чем болен, что мучит?

Стрепсиад

(катается, закутавшись в плащ)

Погиб, погиб я, бедный! Вот впились в меня

Из-под лежанки выползшие конники.

И бока раздирают, и гложут нутро,

И сосут мою душу, и пьют мою кровь,

И нежнейшие скрытые части грызут,

И по теплым потайным проходам ползут,

И живьем меня жрут.

Предводительница хора облаков

Не вопи через меру, без меры не вой!

Стрепсиад

Как же быть? Как же жить?

Где именье – ау! Где здоровье – ау!

Где покой мой – ау! Где подметки – ау!

В довершенье всего, в заключение бед

Погибаю без сна,

Скоро буду и сам я – аушки!

Эписодий второй

Сократ

(выходит из мыслильни)

Эй-эй, старик. Ты размышляешь?

Стрепсиад

Я? Ну да,

Свидетель Зевс!

Сократ

О чем же поразмыслил ты?

Стрепсиад

О том, спасу ли от клопов хоть что-нибудь.

Сократ

Чтоб ты пропал!

Стрепсиад

Голубчик, я уже пропал!

Сократ

Не унывай! Залезь в накидку по уши.

Прием измысли мне опровергающий

И опорочь улики.

Стрепсиад

(про себя)

Как измыслить мне

Из этих дыр порок опровергающий?

Пауза.

Сократ

Теперь посмотрим, что бедняга делает.

(Раскрывает плащ над Стрепсиадом.)

Эй, эй, ты спишь?

Стрепсиад

Свидетель Феб, не думаю.

Сократ

Ну, что, поймал?

Стрепсиад

Ах, нет еще!

Сократ

Как нет еще?

Стрепсиад

Поймал вот этот хвостик в руку правую!

Сократ

Закройся вновь, продолжи размышления!

Стрепсиад

О чем же размышлять мне, расскажи, Сократ?

Сократ

Чего желаешь, для начала сам скажи!

Стрепсиад

Чего хочу, ты слышал сотню тысяч раз.

Вся суть в долгах: платить долгов не хочется.

Сократ

Плащом закройся! Основную мысль найди,

Развей ее и расчлени по косточкам,

Определи и сопряги!

Стрепсиад

Несчастный я!

Сократ

Не шевелись. Когда же в рассуждениях

Заблудишься, оставь их, после вновь вернись,

Накинься, ухвати и осторожно взвесь!

Стрепсиад

Сократушка, голубчик!

Сократ

Что тебе, старик?

Стрепсиад

Нашел я мысль насчет долгов обманную!

Сократ

Развей ее!

Стрепсиад

Скажи, что, если…

Сократ

Если что?

Стрепсиад

Что, если я колдунью фессалиянку

Найму, и месяц в час ночной с небес сведу,

И в круглом сундуке запрячу накрепко,

Как зеркало, и буду сторожить его?

Сократ

А польза в чем от этого?

Стрепсиад

А польза в чем?

Пока всходить не будет месяц на небо,

Лихвы, долгов не стану я платить.

Сократ

Да ну?

Стрепсиад

Ну да. По месяцам растет лихва моя.

Сократ

Отлично! Вот другое предложу тебе:

Когда предъявят иск к тебе в талантов пять,

Его ты как сумеешь устранить, скажи?

Стрепсиад

Не знаю как! Не знаю! Поищу, найду!

(Размышляет.)

Сократ

Сжимать чрезмерно разум ты не должен свой,

Направь свободно мысль свою по воздуху,

Как стрекозу, привязанную за ногу.

Стрепсиад

Нашел, нашел, как хитро уничтожить иск!

Меня ты сам похвалишь!

Сократ

Что ж придумал ты?

Стрепсиад

У лекарей такой видал ты камешек,[46]

Красивый и прозрачный, добывают им

Огонь они.

Сократ

Ты говоришь о стеклышке?

Стрепсиад

Ну да! Что, если я добуду стеклышко

И, подождав, пока напишет иск писец,

В сторонке стану, солнечный поймаю луч

И растоплю в руках писца ходатайство?

Сократ

Харитами клянусь я, ловко!

Стрепсиад

Счастлив я,

Что в пять талантов уничтожил жалобу.

Сократ

Возьмись теперь проворней за другое!

Стрепсиад

Ну?

Сократ

Как от истца ты будешь защищать себя,

Ни права не имея, ни свидетелей?

Стрепсиад

Пустое, только плюнуть!

Сократ

Так скажи!

Стрепсиад

Скажу.

Когда до дела моего останется

Один лишь иск, пойду и удавлюсь.

Сократ

Дурак!

Стрепсиад

Клянусь богами всеми, так и сделаю!

К удавленнику кто ж предъявит жалобу?

Сократ

Все вздор! Иди! Тебя учить не стану я.

Стрепсиад

За что ж? Сократ! Ради богов, прости меня!

Сократ

Что выучил, сейчас же забываешь ты.

Ну вот, скажи, что первым проходили мы?

Стрепсиад

Что первым? Ах, припомнить! Что же первым?

Что?

Как звать ее, в чем хлеб пекут, ту самую…

Ой-ой! Ну как же звать ее?

Сократ

Пошел к чертям!

Глупейший старикашка и забывчивый!

Стрепсиад

Беда, беда мне! Что со мною станется?

Погиб я, не умею языком молоть!

Вы, Облака, богини, помогите мне!

Предводительница хора облаков

Старик, тебе мы вот что посоветуем:

Когда толковый, взрослый у тебя есть сын,

Взамен себя пошли его в учение.

Стрепсиад

Есть у меня сыночек, ладно скроенный,

Да не желает он учиться. Горе мне!

Предводительница хора облаков

И все ж ты терпишь?

Стрепсиад

Крепок и отважен он.

Но матери из рода легкомысленных.

Пойду за ним, а если не послушает,

Так выгоню из дома обязательно.

(Сократу.)

Зайди в свой дом и подожди немножечко!

(Уходит.)

Второе полухорие

(Сократу)

Антистрофа

Видишь теперь, сколько от нас блага тебе. Другие

Бессильны боги!

На все он согласен. Тебе во всем

Теперь послушен.

Свихнулся он, закружился он,

Разум теряет явственно.

Рви же его, крепче щипли, шкуру дери,

Не зевай! Спеши! В деле таком

Все изменяет случай.

Эписодий третий

Стрепсиад и Фидиппид выходят из дома.

Стрепсиад

Клянусь туманом, в доме не останешься!

Ступай! Столбы грызи Мегакла-дядюшки!

Фидиппид

Чудак! Отец! Каким шмелем ужален ты?

Ты не в себе. Свидетель – Олимпийский Зевс!

Стрепсиад

«Зевс Олимпийский»? Ой-ой-ой! Вот глупости!

Такой большой детина в бога верует!

Фидиппид

Чего же ты смеешься?

Стрепсиад

Над тобой смеюсь:

Младенчик ты, и веришь басням нянькиным.

Но подойди. Сейчас узнаешь важное;

Скажу тебе я что-то – сразу вырастешь.

Зато другим об этом ни гу-гу, ни-ни!

Фидиппид

Ну, говори! В чем дело?

Стрепсиад

Зевсом клялся ты?

Фидиппид

Да, клялся.

Стрепсиад

Видишь, как важно учение:

Нет никакого Зевса, мой сынок. Царит

Какой-то Вихрь. А Зевса он давно прогнал.

Фидиппид

Ай-ай! Вот вздор!

Стрепсиад

Поверь мне, это правильно.

Фидиппид

Да кто сказал?

Стрепсиад

Сократ, безбожник с Мелоса,[47]

И Херефонт, прыжок блохи исчисливший.

Фидиппид

Так далеко зашел ты в помешательстве,

Что веришь людям, бешеным от желчи?

Стрепсиад

Цыц!

Не смей бранить людей достойных, доблестных,

Умнейших. Из-за строгой бережливости

Никто из них не мажется, не бреется,[48]

Не ходит в баню мыться. Ты ж добро мое

Собрался смылить, словно б я в гробу лежал.

Иди ж туда и за меня урок возьми!

Фидиппид

Чему ж там можно научиться доброму?

Стрепсиад

Ах так! Всему, что называют мудростью.

Поймешь, как неучен, как неотесан ты!

Но погоди немного. Я тотчас вернусь.

(Входит в дом.)

Фидиппид

(один)

Что делать мне? Родитель мой с ума сошел.

Суду ли заявлю о слабоумии,

Гробовщику ль скажу, что уж готов старик?

Стрепсиад

(выходит из дома с птицами под мышкою)

Вот эту птицу как ты назовешь, скажи?

Фидиппид

Фазан.

Стрепсиад

Отлично. Ну, а эту птицу как?

Фидиппид

Фазан.

Стрепсиад

Смешно! Обеих одинаково?

Впредь говори иначе. Называй его

Фазаном. А ее зови фазынею.

Фидиппид

Фазынею? Так вот каким премудростям

У этих великанов обучался ты!

Стрепсиад

И многому другому. Но одна беда:

По дряхлости все забываю тотчас же.

Фидиппид

Вот почему и плащ свой там посеял ты?

Стрепсиад

Нет, не посеял – прогадал, промудрствовал.

Фидиппид

А туфли! Горемыка! Их куда ты дел?

Стрепсиад

Да как Перикл, «на надобности важные».[49]

Идем, спешим, скорее! После прихотям

Дашь волю, а сейчас отца послушайся!

(Уговаривает.)

Младенцем был ты, лет шести, лепечущим,

А я тебя послушался. За первый грош

Купил тебе тележку на Диасиях.

Фидиппид

(уступая)

Пускай! Но после тяжело раскаешься!

Стрепсиад

Спасибо, что послушался.

(Стучит в дверь мыслильни.)

Сюда, сюда!

Сократ! К нам выйди! Сына я веду к тебе,

Хотя и против воли.

Сократ

(выходит)

Он совсем дитя,

Он не вращался в областях возвышенных.

Фидиппид

Ты сам в петле возвышенной повертишься!

Стрепсиад

(сыну)

Пошел в болото! Проклинать наставника?..

Сократ

(поучительно)

Вот, вот, «петля». Как грубо произнес он: «тля» –

Язык прижат к гортани. Зубы стиснуты.

Как изучить ему опровержения,

Введенья, заключенья, обобщения?

(А впрочем, за сто мин Гипербол выучил!)

Стрепсиад

Смелей! Учи! Он у меня понятливый.

Ребеночком еще таким вот крохотным

Кораблики лепил он, клеил домики,

Из дерева вырезывал повозочки,

А из кожурок – лягушат. Что думаешь?

Смотри ж, речам обеим обучи его,

Правдивой, честной речи и кривым речам,

Которыми одолевают правые,

Ах нет, одной лишь кривде научи его!

Сократ

Пусть Правда с Кривдой сами объяснят ему,

А я пойду.

Стрепсиад

Так помни, знать обязан он,

Как побеждают кривдой правду всякую.

Хор поет и пляшет.

Эписодий четвертый

В корзинах, как боевых петухов, вносят Правду и Кривду.

Правда

Появись, покажись! На народ погляди!

Пусть увидят тебя, как ты дерзок и нагл!

Кривда

Я готов, выхожу. На глазах у людей

Вдвое легче тебя я в речах погублю.

Правда

Ты погубишь? Ты кто?

Кривда

Речь.

Правда

Кривая, прибавь.

Кривда

Но тебя разобью. Хоть и Правдой себя

Ты зовешь.

Правда

Разобьешь? Ухищреньем каким?

Кривда

Разыщу, изыщу новых мыслей поток.

Правда

Процветают теперь эти мысли у них,

У безумных людей.

Кривда

У разумных людей.

Правда

Уничтожу тебя!

Кривда

Это чем, объясни?

Правда

Слово правды скажу.

Кривда

Опровергну тебя.

Возражу, докажу, что по сути вещей

Правды нет никакой.

Правда

Правды нет, говоришь?

Кривда

Где ж она, расскажи!

Правда

У всевышних богов.

Кривда

Если правда не вздор, почему тогда Зевс

Не наказан? Ведь в цепи родного отца

Заковал он.[50]

Правда

Вот, вот, началась чепуха!

Распирает, тошнит! Дайте тазик скорей!

Кривда

Ах, дубина, чурбан, стародавний чудак!

Правда

Обнаглевший болван! Развращенный дурак!

Кривда

Сыплешь розы на грудь.

Правда

Площадной скоморох!

Кривда

Фимиам мне куришь.

Правда

Оскорбитель отца!

Кривда

Сам не зная, покрыл меня золотом ты.

Правда

Это золото прежде мы звали дерьмом.

Кривда

Я ж зову украшеньем, ценнейшим венцом.

Правда

Чтоб ты влип, медный лоб!

Кривда

Старый гриб, старый гроб!

Правда

Ты виною тому,

Что учиться подростки не ходят совсем.

Но узнают афиняне все же, чему

Наставляешь и учишь ты глупый народ.

Кривда

Как ты грязен и груб!

Правда

Ты ж – наряден, ты – люб!

А недавно еще побирался с сумой,

И мисийцем Телефом себя называл,

И уныло жевал

Панделетовой мудрости крохи.[51]

Кривда

О разумная речь!

Правда

О безумная речь!

Кривда

Ты припомнил о ней.

Правда

О твоей и о том,

Что народ тебя чтил,

Развратителя юношей, язву страны.

Кривда

(указывая на Фидиппида)

Ты, беззубый, вот этого хочешь учить?

Правда

Да, затем, чтоб спасти и от зла сохранить,

Чтоб в пустой болтовне не погряз он совсем.

Кривда

(Фидиппиду)

Подойди ко мне, мальчик, на вздорного плюнь!

Правда

Берегись! Руки дальше от юноши! Прочь!

Драка.

Предводительница хора облаков

Перестаньте браниться! Довольно кричать!

Покажи ему ты, как учил молодежь

В дни былые; ты ж прелести новых наук

Перед юным раскрой, чтоб, послушавши вас,

Он наставника выбрал по сердцу себе.

Правда

Я с охотой готов.

Кривда

Я не меньше готов.

Предводительница хора облаков

Хорошо! Кто же первым начнет говорить?

Кривда

Пусть начнет старичок!

Очень скоро запнется он в речи своей

И под градом новейших словечек и слов,

Рассуждений, сомнений без сил упадет.

Напоследок, едва заикнется бедняк,

Налетят на него и вопьются в лицо,

И в глаза, и во всё, словно рой шершеней,

Мои мысли и насмерть зажалят!

Агон первый

Первое полухорие

Ода

Теперь должны вы доказать

Ловких речей орудьем,

Игрой ума, мыслей дождем,

Блеском суждений острых,

Кто из двоих вправе прослыть

Красноречья мастером.

Мудрость, сейчас вовлечена

В яростный ты, в тягостный бой.

Из-за тебя друзья мои

На поединок вышли.

Предводительница хора облаков

(Правде)

Эпиррема

Ты, обычаи дедов и нравы отцов увенчавший блестящей хвалою,

Начинай, свой раскатистый голос возвысь, изъясни свои мысли и душу.

Правда

Расскажу вам о том, что когда-то у нас воспитаньем звалось молодежи,

В те года, когда я, справедливости страж, процветал, когда скромность царила.

Вот вам первое: плача и визга детей было в городе вовсе не слышно.

Нет! Учтивою кучкой по улице шли ребятишки села к кифаристу

В самых легких одеждах, хотя бы мукой с неба падали снежные хлопья.

Приходили, садились, колен не скрестив, а почтенный наставник учил их

Стародедовским песням: «Паллада в бою воевода»[52] иль «Меди бряцанье»,

Запевая размеренно, строго и в лад, как отцы и как деды певали.

Если б баловать кто-нибудь вздумал, дурить, выводить переливы и свисты,

Как теперь это любят, Фринида лады,[53] безобразные трели, коленца,

Запищал бы под палкою шут. Поделом! Не бесчести святого искусства!

А в гимнасии, сидя на солнце, в песке, чинно-важно вытягивать ноги

Полагалось ребятам, чтобы глазу зевак срамоты не открыть непристойно.

А вставали, и след свой тотчас же в песке заметали, чтоб взглядам влюбленных

Очертание прелестей юных своих на нечистый соблазн не оставить.

В дни минувшие маслом пониже пупа ни один себя мальчик не мазал,

И курчавилась шерстка меж бедер у них, словно первый пушок на гранате.

Не теснились к влюбленным мальчишки тогда, лепеча, сладострастно воркуя,

Отдавая себя и улыбкою губ и игрой похотливою взглядов.

За обедом без спроса не смели они положить себе редьки кусочек,

Сельдерея до старших стянуть со стола не решались, ни лука головку.

В кулачок не смеялись, не крали сластей, ногу за ногу накрест не клали…

Кривда

Стариковская чушь! Диполидова рвань![54] Золотые кузнечики дедов![55]

Завыванья Кикида,[56] Буфоний базар!

Правда

Да, конечно. Но это та сила,

Из которой растила наука моя поколенья бойцов марафонских.

Ты ж, негодник, теперешних учишь юнцов до ушей закрываться в хитоны.

Удавиться готов я, когда погляжу, как на празднике Панафинейском,

Щит на брюхе держа, выступают они, не краснея пред Тритогенией.[57]

А поэтому, сын мой, мужайся: меня избери себе в спутники, Правду!

Презирать ты научишься рыночный шум, ненавидеть цирюльни и бани,

Безобразных поступков стыдиться, краснеть, от насмешек – грозой загораться,

Перед старшими с места учтиво вставать, уступая сиденье и кресло.

И почтительным сыном родителю быть, не роптать, не ворчать и не вздорить.

Безрассудств избегать и стыдливости честь не пятнать, не позорить развратом.

Перед дверью танцовщицы зря не стоять, рот разинув, моля о вниманье,

Чтобы, яблока ласки добившись у ней, не лишиться почета и славы.

И отцу-ворчуну не перечить ни в чем, не ругать его рухлядью старой

И за долгие годы забот и трудов не платить ему черствою злостью.

Кривда

Дионисом клянусь, если вздорной его болтовне ты поверишь, дружок мой,

Поросят Гиппократа напомнишь собой.[58] Назовут тебя соней и мямлей.

Правда

Да нисколько! Цветущим, блистающим жизнь проводить ты в гимнасии будешь,

А не то чтоб на рынке, как нынче народ, кувыркаться в словах, и кривляться,

И мытариться зря, извиваясь крючком в пересудах грошовых и тяжбах.

Нет! В тени Академии, в мирной тиши, в тихо веющих рощах маслинных,[59]

С камышовою зеленью в смуглых кудрях ты гулять будешь с другом разумным.

Там цветет повилика, и манит досуг, и трепещет серебряный тополь,

Там услышишь, как ясень весенней порой перешептывается с платаном.

Если добрые примешь советы мои

И свой слух обратишь к наставленьям моим,

Будет, друг, у тебя –

Грудь сильна, как меха. Щеки – мака алей.

Три аршина в плечах, за зубами – язык.

Зад – могуч и велик. Перед – мал да удал.

Если ж будешь по новым обычаям жить,

Заведешь ты себе восковое лицо,

Плечи щуплые, щучьи, тщедушную грудь,

Язычок без костей, зад – цыплячий, больной,

Перед – вялый, большой; болтовню без конца.

Ты приучишь себя

Безобразно-постыдное – добрым считать,

А добро – пустяком.

В заключенье всех бед преисполнишься весь

Антимаховым грязным паскудством.

Второе полухорие

Антода

Привет тебе, мудрых речей,

Славных святынь хранитель!

В словах твоих сладким цветком скромность и честь сияют.

Счастливы, да, счастливы те, кто тебя знал и ведал.

(Кривде.)

Ты же теперь,

Сложенных ловко мастер слов,

Будь изощрен: противник твой

Спор свой провел на славу!

Предводительница хора облаков

Антэпиррема

Чудовищно искусным быть теперь в речах ты должен,

Чтоб переспорить старика, себя не обесчестить.

Кривда

Давно уж жжет меня в груди, я весь – как на иголках,

Все рассуждения врага я разом опрокину.

Средь образованных затем меня прозвали Кривдой,

Что прежде всех придумал я оспаривать законы,

И правду криво толковать, и побеждать неправдой.

А бочек с золотом литым не стоит это разве:

Кривой дорогой приводить к победе дело слабых?

(Фидиппиду.)

Смотри, как опровергну вмиг я все его советы!

Водой горячею тебе он запрещает мыться?

(Правде.)

В горячих банях что, скажи, запретного находишь?

Правда

Я говорю, что бани – зло и для мужчин – отрава.

Кривда

Остановись! Готов! Тебя уже держу я крепко.

Скажи: из Зевсовых детей кого считаешь лучшим,

Кто всех храбрей и всех сильней и больше всех трудился?

Правда

Славней героя, чем Геракл, нет никого на свете.

Кривда

Но ведь «Геракловой» зовем горячую мы воду![60]

А кто ж храбрее, чем Геракл?

Правда

Вот, вот они, увертки!

Вот то, что делает у нас подростков болтунами,

Гимнасий делает пустым и наполняет бани!

Кривда

На рынке говорящих речь хулишь ты, я хвалю их.

Когда бы рынки были злом, тогда б Гомер не вывел

Витией Нестора-царя и остальных героев.[61]

Перехожу теперь к речам. Велишь ты молодежи

Не упражняться в них совсем. Я ж говорю другое.

Велишь подростку скромным быть. Две грубые ошибки!

Где ж видано, чтоб кто-нибудь стал через скромность славен,

Силен, могуч? Ну докажи, ну научи иному!

Правда

И докажу. За скромный нрав Пелею меч достался.[62]

Кривда

Что? Меч? Великое добро бедняга заработал!

Не то Гипербол-ламповщик. Талантов сто и больше

Обманом, ложью он добыл. Меча ж не заработал.

Правда

За скромный нрав свой получил Пелей Фетиду в жены.

Кривда

Она ж и бросила его. Сбежала. Был он скромник.

Был увалень. И не умел играть с ней ночкой темной.

По сердцу женщине – наглец. А ты – беззубый мерин!

Смотри ж теперь, мой юный друг, к чему приводит скромность

И сколько радостей себя из-за нее лишишь ты:

Жаркого, мальчиков, сластей, вина, костяшек, женщин!

Без этих сладостей, скажи, зачем и жить на свете?

Пусть! Перейду теперь к тому, к чему влечет природа.

Влюблен ты, соблазнил жену, поспал, попался мужу –

Погиб ты насмерть, – говорить ведь не умеешь. Если ж

Со мной пойдешь – играй, целуй, блуди, природе следуй!

Спокоен будь! Найдут тебя в постели, ты ответишь,

Что ничего не согрешил. В пример возьмешь тут Зевса:

И тот ведь уступал любви и обаянью женщин.

Так как же, чадо праха, ты сильней быть можешь бога?

Правда

Когда ж ощиплют там его и сзади редьку вставят,

Питомец твой докажет чем, что он не из задастых?

Кривда

Когда б и был задастым, что плохого в том.

Правда

А я спрошу, что может быть постыднее?

Кривда

Что скажешь, если докажу обратное?

Правда

Что мне сказать? Все кончено!

Кривда

Ответь же мне,

В собранье судьи из каких?

Правда

Из толстозадых.

Кривда

Правильно!

Поэты в театре из каких?

Правда

Из толстозадых.

Кривда

Именно!

Народоправцы из каких?

Правда

Из толстозадых.

Кривда

Видишь ли,

Свою нелепость понял ты.

Теперь из зрителей сочти,

Кто – большинство?

(Показывает на зрителей в амфитеатре.)

Правда

Сейчас сочту.

Кривда

Что ж видишь ты?

Правда

Клянусь богами, понял все.

Из толстозадых большинство.

Того я знаю, и того,

И этого, вот там в кудрях.

Кривда

Что ж скажешь ты?

Правда

Я побежден, распутники!

Ради богов,

Примите плащ мой, я бегу,

Я к вам перебегаю.

Убегает.

Сократ

Ну, что ж, теперь обратно увести сынка

Желаешь иль в науку мне отдашь его?

Стрепсиад

Учи его, пори его! Старайся, друг,

Мальчишку навострить на обе челюсти,

Чтобы одною грыз он тяжбы мелкие,

Другую ж на большие наточил дела.

Сократ

Спокоен будь! Искусником вернется он.

Фидиппид

(в сторону)

Ах, нет! Несчастным, тощим, бледным, высохшим.

Сократ уводит юношу в дом.

Предводительница хора облаков

Ступай домой, но мнится мне,

После пожалеешь!

Судьи! Если по заслугам отличите вы наш хор,

Выгод тысячу найдете. Выслушайте нашу речь.

Первое: когда начнете вы поля свои пахать,

Первым вам мы дождь подарим, а соседям уж потом.

Будем сад ваш и зеленый виноградник охранять,

Чтобы зноем их не выжгло, градобоем не смело.

Тот же смертный, кто в безумье не уважит нас, богов,

Вот послушайте, узнайте, сколько бед претерпит он.

Пить вина уж он не будет, есть не будет овощей,

Чуть в саду его маслины зацветут и виноград,

Все завянет, тяжкой дробью из пращей собьем мы цвет.

Кирпичи сушить захочет, хлынем на землю дождем,

Все на кровле черепицы летним градом расшибем.

Если ж свадьбу он затеет, или родич, или друг,

До утра разверзнем хляби, так, что взмолится бедняк:

Лучше б мне в Египте дохнуть, чем судить кривым судом.

Эписодий пятый

Стрепсиад

(с мешком выходит из дома)

До новолунья пятый, и четвертый день,[63]

И третий, и второй, и тот, которого

Боюсь, и ненавижу, и пугаюсь я:

За ним последний – «молодой и старый день».[64]

Заимодавцы кляузу о взыскании

Пританам подадут, чтоб погубить меня.

Я ж буду их просить о снисхождении:

«Дружок, с должишком этим не тесни меня,

Тот – отложи, а тот – прости!» – «Ни в жизнь тогда

Не получу их», – скажут, заругаются,

Судом пугая, обзовут мошенником!

Судите, сколько влезет! Мне и дела нет!

Кривым речам, наверно, обучен мой сын.

Сейчас узнаю. Постучусь в мыслильню.

(Стучит.)

Эй!

Эй-эй, откройте!

Сократ

(появляется в дверях)

Стрепсиад, привет тебе!

Стрепсиад

(отдает ему мешок)

Тебе привет! Подарок от меня прими!

Уважить мы обязаны наставника.

Скажи мне, сына обучил ты речи той,

Которую недавно здесь показывал?

Сократ

Да, обучил.

Стрепсиад

Хвала тебе, мать Каверза!

Сократ

Теперь любую выиграешь тяжбу ты.

Стрепсиад

А если в долг просил я при свидетелях?

Сократ

Еще и лучше! Хоть при ста свидетелях!

Стрепсиад

(поет и пляшет)

Кричать, кричать буду я на радостях.

Го-го-го-го-го-го! Смерть, заимодавцы, вам,

Полушкам вашим, и лихве, и прибылям!

Теперь меня ничем вы не ужалите!

Такой в моем доме растет

Чудный сын, диковинный сын!

На два он языка остер!

Хранитель мой, отца оплот, врагов чума!

Дома спаситель он от бесконечных бед!

(Сократу.)

Так поспеши ж за ним и приведи сюда!

Дитя, сыночек!

Из дома выйди!

Здесь ждет родитель.

Фидиппид, высохший и бледный, выходит в сопровождении Сократа.

Сократ

Вот он, вот он, твой сын!

Стрепсиад

Мой дружок, голубок!

Сократ

Уведи его с собою.

Уходит.

Стрепсиад

А-я-я! Мой родной!

Ию! Ию!

Как рад я видеть эту кожу желтую.

Донос, крючок на ней так и написаны.

А на губах так и цветет родимое:

«Ты что сказал?» Обиженного горький вид,

Хоть сам обидчик, добродетель кляузы,

И взгляд при этом истинно аттический!

Спаси теперь, как прежде погубил меня!

Фидиппид

Пред чем же страх?

Стрепсиад

Пред «молодым и старым днем».

Фидиппид

А что такое «молодой и старый день»?

Стрепсиад

К суду меня потянут в этот самый день.

Фидиппид

Истцы отчалят с носом. Как же мыслимо,

Чтоб день один двумя бы днями сделался?

Стрепсиад

Немыслимо?

Фидиппид

Конечно. Разве может быть

Старуха разом молодой девчонкою?

Стрепсиад

Но так закон определил.

Фидиппид

Уверен я,

Закона дух остался скрыт.

Стрепсиад

А дух каков?

Фидиппид

Старик Солон любил народ поистине.[65]

Стрепсиад

Но здесь при чем же «молодой и старый день»?

Фидиппид

Определил для жалоб двое суток он;

День старый, а за ним день молодой, чтоб суд

На новолунье начал разбирательство.

Стрепсиад

А для чего ж тут старый день?

Фидиппид

Затем, чудак,

Чтоб накануне доброю охотою

Договориться мог истец с ответчиком.

А нет, так в суд подать на новолуние.

Стрепсиад

Так почему ж и в новолунье денежки

Берет притан, и в «молодой и старый день»?

Фидиппид

Как пробник поступает он, по-моему.[66]

Чтоб поскорее прикарманить денежки,

Он накануне их, как жертву, пробует.

Стрепсиад

Отлично.

(Зрителям.)

Вы, глупцы, чего уставились?

Добыча для ученых, стадо темное,

Толпа – не больше, камни, кружки битые!

За здравие мое и сына-умника

Сейчас спою я праздничную песенку.

(Поет.)

«Счастливец ты, Стрепсиад!

И сам хитро, ловко жил, –

Сыночка-хитреца родил», –

Так будут мне петь друзья,

Соседи петь,

Завидуя, что в тяжбах всех

Побеждает твой язык.

Войдем же в дом. Тебя я угостить хочу.

Входят в дом.

Эписодий шестой

Пасий-сосед

(входит со свидетелем)

Добро свое годится ли растрачивать?

Да ни за что! А, право, лучше было бы

Прогнать его тогда, чем в тяжбу впутаться.

А что теперь? Из-за своих же денежек

Тебя тащу свидетелем, к тому ж еще

Врагом соседу стану стародавнему.

И все-таки не посрамлю отечества,

Покуда жив.

(Кричит.)

Эй, Стрепсиада в суд зову.

Стрепсиад

(выходит навеселе)

Тебе чего?

Пасий

На «молодой и старый день».

Стрепсиад

(свидетелю)

Свидетель будь: два дня назвал он. Суд зачем?

Пасий

Двенадцать мин ты должен за саврасого

Коня.

Стрепсиад

Коня? Чудесно! Ясно слышали?

Ведь знают все, что коней ненавижу я.

Пасий

Долг возвратить клялся ты Зевса именем.

Стрепсиад

Свидетель Зевс, в то время ведь не знал еще

Сынок мой кривды, все опровергающей.

Пасий

Теперь от долга отпираться думаешь?

Стрепсиад

А для чего ж другого нам учение?

Пасий

А если в суд пойдем мы, отречешься ты,

Зовя богов в свидетели?

Стрепсиад

Каких богов?

Пасий

Гермеса, Зевса, Посейдона.

Стрепсиад

Видит Зевс,

И поклянусь и три гроша в придачу дам!

Пасий

Так пусть чума возьмет тебя, бесстыдного!

Стрепсиад

(разглядывая Пасия)

Посыпать солью, выйдет мех отличнейший.

Пасий

Смеешься надо мною?

Стрепсиад

(так же)

На шесть ведер мех!

Пасий

Великий Зевс и боги мне свидетели,

Так не уйдешь ты!

Стрепсиад

Презанятно! Зевсом ты

Клянешься и богами, знатокам насмех!

Пасий

За это все ответишь мне со временем.

Сейчас же говори, отдашь мне денежки

Иль мне судиться?

Стрепсиад

Подожди немножечко.

Сейчас тебе наверняка отвечу я.

Уходит в дом.

Пасий

(свидетелю)

Что сделает, как думаешь? Отдаст мне долг?

Стрепсиад

(возвращается с корзиной)

Где тот, кто денег требует с меня? Скажи!

Вот это что?

Пасий

Корзина, дело ясное.

Стрепсиад

Такой безмозглый дурень денег требует!

Не дам я ни полушки полоумному,

Корзан, мой бог, зовущему корзиною!

Пасий

Что? Не отдашь?

Стрепсиад

Нимало, как мне кажется!

А ты не затрудняйся, убирайся прочь

От двери!

Пасий

Ухожу. Но знай, к пританам я

Иду, подам к уплате, если буду жив.

Уходит.

Стрепсиад

(вслед уходящему Пасию)

Побольше потеряешь, чем двенадцать мин!

А я тебе, поверь мне, не желаю зла,

Хоть и назвал ты зря корзан – корзиною.

Эписодий седьмой

Аминий-сосед входит.

Аминий

Ай-ай-ай-ай!

Стрепсиад

Эге!

Кто здесь вопит так горько? Не божок ли то

Заголосил, отродье рака – Каркина?[67]

Аминий

Что я? Кто я? Узнать вам это хочется?

Я – несчастливец!

Стрепсиад

Так иди путем своим!

Аминий

О бог суровый! Рок оседробительный!

Моя упряжка!.. О Паллада! Горе мне![68]

Стрепсиад

«Но чем тебя обидел Тлеполем, скажи?»[69]

Аминий

Почтеннейший, не смейся! Прикажи, прошу,

Чтобы вернул мне деньги поскорей твой сын.

Давно я жду, к тому ж сейчас в несчастии.

Стрепсиад

Какие ж это деньги?

Аминий

Те, что должен он.

Стрепсиад

Дела твои прескверны, как мне кажется.

Аминий

Свидетель бог, свалился с колесницы я.

Стрепсиад

А мелешь вздор, как будто бы с осла упал.

Аминий

Как вздор? Хочу я деньги получить свои.

Стрепсиад

Ты не в своем рассудке. Это ясно.

Аминий

Что?

Стрепсиад

Всего вернее – мозга сотрясение.

Аминий

Всего верней – пойдешь ты в суд, свидетель Зевс,

Когда долгов не возвратишь!

Стрепсиад

Скажи мне, друг,

Как думаешь, для ливней воду свежую

Зевс достает иль силой солнца старая

Вода обратно на небо взбирается?

Аминий

Не знаю. И нисколько не желаю знать.

Стрепсиад

А правомочен разве деньги требовать

Невежда в философии и в физике?

Аминий

Раз денег мало, ты бы хоть лихву на долг

Отдал мне.

Стрепсиад

Что за зверь такой – лихва, скажи?

Аминий

А если с каждым месяцем и с каждым днем

Все больше возрастает – возрастает долг,

Пока проходит время.

Стрепсиад

Верно сказано.

Скажи, а море, что оно, по-твоему!

Растет или все то же?

Аминий

То же, думаю.

Ему расти не подобает.

Стрепсиад

Бедненький!

Да если море, с столькими притоками,

Не возрастает, как же ты надеешься,

Чтобы твои нежданно деньги выросли!

Ступай, катись! Подальше от дверей моих!

(Рабу.)

Стрекало дай мне!

Аминий

(зрителям)

Вас зову в свидетели!

Стрепсиад

Но-но! не стой! Но, трогай, торопись, саврас!

Аминий

Ну не бесстыдство ль это?

Стрепсиад

Торопись! Не то

Под хвост стрекалом, сивка, подбодрю тебя.

Бьет его, Аминий бежит.

Бежит! А я бы двинул, раскатал тебя

С колесами, осями и заклепками.

Входит в дом.

Первое полухорие

Строфа

Сутяжничать, сквалыжничать –

Большое зло!

Упрямый старичок

Решил зажать, не отдавать

Добра и денег, взятых в долг.

А все-таки сегодня же

Приключатся новости.

И кудесник наш, затеявший обман,

За плутни все, за все грехи

Расплатится жестоко.

Второе полухорие

Антистрофа

Боюсь я, то, чего искал,

Чего желал,

Сегодня он найдет.

Ужасен в споре сын его,

Опровергать, изобличать

Неправдою умеет он.

Всяких собеседников

Переспорит трижды лживой болтовней.

Но скоро, скоро взмолится

Старик, чтоб онемел он.

Эписодий восьмой

Стрепсиад

(выбегает из дома, преследуемый Фидиппидом)

Увы! Увы!

Соседи! Домочадцы и приятели!

Спасите! Бьют! Бегите, помогите мне!

О голова седая! Щеки старые!

Отца ты бьешь, негодник?

Фидиппид

Да, отца я бью.

Стрепсиад

(зрителям)

Он признает, что бил меня, вы видите!

Фидиппид

Ну да!

Стрепсиад

Злодей, отцеубийца, висельник!

Фидиппид

Еще, еще брани меня, хули меня!

Но знай, купаюсь я в твоих ругательствах!

Стрепсиад

Распутник!

Фидиппид

Сыпь мне розы, золоти меня!

Стрепсиад

Отца ты бьешь?

Фидиппид

Ну да, и докажу тебе,

Что бил по праву.

Стрепсиад

Вот как, пес негоднейший!

Да кто ж дал право сыну бить родителя?

Фидиппид

Послушай, что скажу я, убедишься сам.

Стрепсиад

Да что ты мне докажешь?

Фидиппид

Очень многое.

Какою речью говорить мне, выбери!

Стрепсиад

Какою речью?

Фидиппид

Да, кривой или правою!

Стрепсиад

На то ль тебя учил я, окаяннейший,

Опровергать законы, чтоб так каверзно

Ты доказал, что нравственно и правильно

Родному сыну избивать родителя?

Фидиппид

И докажу я все же правоту свою,

И ты со мною согласишься с радостью.

Стрепсиад

Ну, что ж сказать сумеешь ты, послушаю.

Агон второй

Первое полухорие

Ода

Подумай, позаботься, поспеши, старик,

Врага переспорить.

Когда б в себя не верил он, наверное,

Не бил так бесстыдно.

На что-то он надеялся, – в словах его

И дерзость и сила.

Предводительница хора облаков

Эпиррема

Из-за чего и почему у вас возникла тяжба,

Пред хороводом объясни. Начни, не заминаясь.

Стрепсиад

Из-за чего и почему мы начали ругаться,

Вам расскажу. Мы за столом сидели, как известно.

Тут в руку лиру взять его я попросил и песню

Поэта Симонида спеть:[70] «Барашек Крий попался».[71]

А он сказал, что песни петь за чашей, под кифару, –

Обычай устаревший, баб забота – мукомолок.

Фидиппид

Не прав ли был я, наскочив с руками и с ногами

На старика? Заставить петь! Кузнечики мы, что ли!

Стрепсиад

Вот те же самые повел и за столом он речи,

Сказал к тому ж, что Симонид – писатель очень скверный.

С трудом, но все-таки себя я удержал от злости,

И, ветку миртовую взяв, прочесть мне из Эсхила

Я попросил его. А он ответить не замедлил:

«Эсхила почитаю я первейшим из поэтов

По части шума, болтовни, нескладицы и вздора».

Вскипело сердце у меня, представите вы сами.

Но гнев я все же закусил, сказал: «Тогда, голубчик,

Из новых что-нибудь мне спой, из песен философских».

Из Еврипида говорить тут начал он,[72] о брате

С родной сестрой, избави бог, бесстыдно переспавшем.

Тут удержаться я не мог, накидываюсь в злости

С проклятьем, с криком на него. Потом, как и понятно,

На слово – слово, брань – на брань, он вскакивает с места

И ну душить, и ну давить, и мять меня и тискать!

Фидиппид

А не по праву, да? Признать готов ты Еврипида

Мудрейшим из поэтов всех?

Стрепсиад

Мудрейшим? Ах ты, горе!

Как обругать тебя? Опять меня побьешь?

Фидиппид

За дело!

Стрепсиад

За дело? Ах, бесстыдник! Я ж вспоил тебя, взлелеял,

Нескладный детский лепет твой отгадывать умел я.

Едва ты пролепечешь «и» – тебе даю напиться,

А скажешь «мама», уж бегу леплю из хлеба соску,

Кака захочешь – тут как тут, тебя несу я в сени,

Высаживаю там. А ты меня схватил за горло,

Хоть я кричал, хоть я пищал,

Хотел на двор, ты, негодяй,

Не пожалел, за дверь не снес,

Меня душил, и под себя,

Мой бог, кака я сделал.

Второе полухорие

Антода

У молодых стучится сердце, думаем.

Все ждут его речи.

Когда свои такие безобразия

В речах защитит он,

За шкуру стариков мы не дадим тогда

Пустого орешка.

Предводительница хора облаков

Антэпиррема

Выдумщик, слесарь новых слов, твоя теперь забота

Такие доводы найти, чтоб правым показаться.

Фидиппид

Наук новейших мастерством как радостно заняться

И научиться презирать закон, обычай старый!

Пока все помыслы мои ристаньям отдавал я,

Трех слов связать я не умел, неловко не запнувшись.

Теперь от скачек отучил меня вот этот самый,

Сложеньем изощренных слов и мыслей я занялся.

И доказать могу, что сын отца дубасить вправе.

Стрепсиад

Лошадничай, свидетель Зевс! Уж лучше заведу я

Тебе четверку лошадей, чем от побоев сдохну!

Фидиппид

Меня от речи ты отвлек, я к мысли возвращаюсь

И вот о чем тебя спрошу: меня дитятей бил ты?

Стрепсиад

Да, бил, но по любви, добра тебе желая.

Фидиппид

Что же,

А я добра тебе желать не вправе точно так же

И бить тебя, когда битье – любви чистейший признак?

И почему твоя спина побоям неповинна,

Моя же – да, ведь родились свободными мы оба?

Ревут ребята, а отец реветь не должен? Так ли?

Ты возразишь, что это все – обязанность малюток.

Тебе отвечу я: «Ну, что ж, старик – вдвойне ребенок».

Заслуживают старики двойного наказания,

Ведь непростительны совсем у пожилых ошибки.

Стрепсиад

Но не в обычае нигде, чтоб был сечен родитель.

Фидиппид

А кто обычай этот ввел – он не был человеком,

Как ты да я? Не убедил речами наших дедов?

Так почему же мне нельзя ввести обычай новый,

Чтоб дети возвращать могли родителям побои?

А порку, что досталась нам до нового закона,

Смахнем со счетов и простим за давностию срока.

Возьмите с петухов пример и тварей, им подобных,

Ведь бьют родителей у них, а чем они отличны

От нас? Одним, пожалуй, тем, что кляуз они не пишут.

Стрепсиад

Но если петухам во всем ты подражать желаешь,

Дерьма не щиплешь почему, на нашести не дремлешь?

Фидиппид

Ну, это, друг, совсем не то. Сократ со мной согласен.

Стрепсиад

И все-таки не бей! Потом винить себя же будешь.

Фидиппид

С чего же?

Стрепсиад

Как теперь меня, потом тебя обидит,

Когда родится, твой же сын.

Фидиппид

А если не родится?

Так, значит, бит я даром, ты ж в гробу смеяться будешь?

Стрепсиад

(зрителям)

Приятели, сдается мне, что говорит он дельно.

Должны мы в этом уступить, как видно, молодежи.

И поделом, кто был не прав, пусть на себя пеняет.

Фидиппид

Ты новый довод рассмотри!

Стрепсиад

Теперь меня угробишь!

Фидиппид

Быть может, с тем, что претерпел, сейчас ты примиришься?

Стрепсиад

Да как же? Научи меня. Ты чем меня утешишь?

Фидиппид

Я мать свою отколочу, как и тебя.

Стрепсиад

Что слышу?

Вот дерзость, прежних всех страшней!

Фидиппид

Что ж, если словом кривды

Тебя сумею убедить,

Что матерей законно бить?

Стрепсиад

Когда и это превзойдешь,

Тогда осталось мне одно:

С откоса вниз тебя столкнуть,

К чертям, Сократ!

К чертям и слово кривды!

Эксод

Стрепсиад

(обращаясь к хору)

Вы всем моим несчастьям, Облака, виной.

Вам, Облака, я вверил все дела мои!

Предводительница хора облаков

Нет, нет, в своих несчастьях виноват ты сам:

На ложный путь направил ты дела свои!

Стрепсиад

Но прежде так со мной не говорили вы?

Слепого дурня, старика морочили?

Предводительница хора облаков

Мы поступаем так же всякий раз, когда

Погрязшего встречаем в преступлениях.

Его в пучину бедствий повергаем мы,

Чтобы богов бояться научился он.

Стрепсиад

Жестоко, Облака мои, но правильно.

Я денег тех, что задолжал, не должен был

Зажиливать.

(Сыну.)

Теперь же, милый мальчик мой,

Пойдем Сократа с Херефонтом мерзостным

Побьем! Обоих нас они опутали.

Фидиппид

Но обижать как смею я наставников?

Стрепсиад

Смелей, смелее! Чти лишь Зевса прадедов!

Фидиппид

Сказал же старый филин: «Зевса прадедов»!

Да Зевса нет!

Стрепсиад

Да есть!

Фидиппид

Да нет же, нет! Царит

Какой-то Вихрь, а Зевса он давно изгнал.

Стрепсиад

Да не изгнал! Хотя и сам я думал так

И в Вихря верил. Слепота куриная!

Принять за бога призрак, остов глиняный!

Фидиппид

С собой самим безумствуй и неистовствуй!

Уходит.

Стрепсиад

Ах я, дурак! Ах сумасшедший, бешеный!

Богов прогнал я, на Сократа выменял.

(Обращаясь к статуе бога, стоящей на орхестре.)

Гермес, голубчик, не сердись, не гневайся,

Не погуби, прости по доброте своей!

От хитрословий этих помешался я.

Пошли совет разумный, в суд подать ли мне

На негодяев, отомстить ли иначе?

(Прислушивается.)

Так, так, совет прекрасный: не сутяжничать,

А поскорее подпалить безбожников

Лачугу.

(Слуге.)

Ксанфий, Ксанфий! Поспеши сюда!

Беги сюда, топор возьми и лестницу,

И на мыслильню поскорей вскарабкайся,

И крышу разбросай, любя хозяина,

И опрокинь стропила на мошенников!

А мне подайте факел пламенеющий!

Сегодня же заставлю расплатиться их

За все грехи: они не что как жулики!

(Лезет на крышу с факелом.)

Ученик

(лезет из окна)

Ай-ай-ай-ай!

Стрепсиад

(на крыше)

Пылай, мой факел! Жги горючим пламенем!

Ученик

Что делаешь? Несчастный!

Стрепсиад

Что? Беседую

Красноречиво с крышей дома вашего.

Херефонт

Ай-ай! Кто дом наш поджигает? Горе нам!

Стрепсиад

Тот самый, у кого накидку сперли вы!

Херефонт

Погубишь нас! Погубишь!

Стрепсиад

Погубить хочу!

Пусть не обманет лишь топор надежд моих

И сам не упаду я, шею вывихнув.

Сократ

(выбегает из мыслильни)

Голубчик, стой! На крыше что ты делаешь?

Стрепсиад

Парю в пространствах, мысля о судьбе светил.

Сократ

О, горе мне, беда мне! Задыхаюсь я!

Херефонт

(выбегает)

И мне несчастье! Жарюсь, как на вертеле!

Стрепсиад

Зачем восстали на богов кощунственно?

Следы Селены вы зачем пытаете?

(Слуге.)

Коли, руби, преследуй! Много есть причин,

А главное – они богов бесчестили!

Дом обваливается.

Предводительница хора облаков

Поспешайте, ступайте за мной! А игра

Удалась нам сегодня на славу.

Хор и актеры покидают орхестру.

notes

Примечания

1

…и слуг не смеем высечь мы. – В годы войны афинские хозяева боялись, как бы рабы не сбежали к противнику или не оклеветали их ложными доносами.

2

Мина – денежная единица в Афинах, насчитывающая 1200 драхм (свыше 24 р. серебром).

3

Мегакл – имя, часто повторяющееся в роду Алкмеонидов.

4

Каллиппид, Харипп, Ксантипп – вторая часть каждого имени содержит корень «иппос» («конь») – конный спорт был непременным занятием аристократической молодежи.

5

Имя Фидиппид происходит от глагола «фидо» – беречь.

6

…так небо – это просто печь железная… – Здесь и в дальнейшем Аристофан приписывает Сократу занятие множеством естественнонаучных проблем, геометрией, теориями языка и речи, которыми Сократ в действительности никогда не занимался. Точно так же Сократ не содержал платного училища и не обучал судебному красноречию.

7

Херефонт – один из ближайших и преданнейших учеников Сократа.

8

…фазанов подарил мне леогоровых! – Леогор – отец оратора Андокида. Фазаны и тогда были редкой и дорогой птицей.

9

Кикинна – один из демов Аттики.

10

Мудрец сфетейский… – Сфет – дем в Аттике.

11

Фалет (чаще Фалес) – древнегреческий философ-материалист VII в. до н. э.

12

Тартар – в греческой мифологии подземное царство.

13

Евбея – плодородный остров на востоке от Аттики, опустошенный одним из походов Перикла в первые годы Пелопоннесской войны.

14

Афамант. – Легендарный герой Афамант по наущению второй жены хотел погубить своих детей от первого брака и в наказание за это должен был принести себя в жертву Зевсу. Существо, обреченное на заклание богам, увенчивали венком.

15

Олимп – священная гора греков, расположенная на севере, в Фессалии.

16

…меотийских болот… – Меотида – нынешнее Азовское море.

17

Мимант – гора в Малой Азии.

18

Город Кекропа – Афины, основателем которых считался легендарный царь Кекроп.

19

Земля Паллады – Аттика.

20

Бромий – одно из культовых имен бога Диониса, которому были посвящены сценические игры и состязания.

21

«Стоголового смерча летучую прядь»… – Аристофан цитирует образцы вычурного стиля новейших дифирамбических и трагических поэтов.

22

Завитого увидят красавца… – речь идет о лирическом поэте Иерониме, сыне Ксенофанта.

23

Симон – как видно, нечистый на руку государственный деятель.

24

Продик – один из крупнейших софистов V в. до н. э.

25

Диасии – старинный праздник, посвященный Зевсу.

26

Стадий – единица длины; аттический стадий равнялся 178, 6 м.

27

Пещера Трофония – прорицалище в Беотии, о котором рассказывали всякие ужасы, так что название этой пещеры сделалось нарицательным для места, полного страхов.

28

…«Добрый» мой и «ветреный брат»… – речь идет о первой комедии Аристофана «Пирующие», где были выведены два брата, олицетворяющие две системы воспитания: патриархальную и модную.

29

…и пришлось подкинуть дитя… – Аристофан напоминает, что свои первые комедии он ставил под чужим именем.

30

Как Электра, мчится сейчас к вам моя комедия… – В трагедии Эсхила «Хоэфоры» Электра по пряди волос, лежащей на могиле отца, догадывается о возвращении своего брата Ореста.

31

Как пристойны нравы ее… – Аристофан насмешливо перечисляет основные приемы балаганной комедии.

32

Кордак – разнузданная пляска.

33

…затолкали насмерть плута… – в комедии Евполида «Марикант» Гипербол был изображен рабом-варваром, а его мать пьяной старухой.

34

Фриних и Гермипп – комические поэты, современники Аристофана.

35

Селена – богиня Луны.

36

Гелиос – бог Солнца.

37

Феб-господин… Делоса царь… – остров Делос был одним из центров культа Аполлона.

38

Кинф – гора на острове Делосе.

39

Эфес – центр культа Артемиды в Лидии.

40

Эгида – щит Афины.

41

Парнас – гора в Средней Греции.

42

…дней ее ничуть не чтите, повернули все вверх дном. – Намек на реформу календаря, проведенную в эти годы в Афинах, в результате чего дни ежегодных праздников оказались передвинутыми.

43

Сарпедон и Мемнон – легендарные герои, сыновья богов, погибшие под Троей.

44

Зови «фазыней». – В подлиннике каламбур касается «петуха» и «курицы», для которых греческий язык не знал отдельных слов.

45

Да это ж не мужские имена совсем. – Ряд мужских собственных имен в греческом языке склонялся по первому склонению, к которому принадлежали преимущественно имена женского рода.

46

У лекарей такой видал ты камешек… – Речь идет о зажигательном стекле.

47

…безбожник с Мелоса. – Родом с Мелоса был не Сократ, а философ Диагор, один из самых последовательных атеистов V в. до н. э.

48

…никто из них не мажется… – Умащение кожи было общераспространенным гигиеническим правилом в Греции.

49

…«на надобности важные». – По этой статье в народном собрании афинян несколько раз по предложению Перикла утверждались без расшифровки расходы на нужды государственной безопасности.

50

…в цепи родного отца заковал он. – Зевс, свергнув с престола своего отца Крона, заключил его в Тартар.

51

Панделет – по свидетельству схолиаста, кляузник и доносчик.

52

«Паллада в бою воевода»… – отрывок из гимна, автором которого считали Стесихора, лирического поэта середины VI в. до н. э.

53

Фринид из Митилены – кифарист времени греко-персидских войн.

54

Диполидова рвань! – Диполии – древний земледельческий праздник, называвшийся также Буфонии.

55

Золотые кузнечики дедов! – У афинян был старинный обычай носить длинные волосы, закалывая их золотой пряжкой в форме цикады – кузнечика.

56

Кикид – полумифический певец.

57

Тритогения – одно из культовых имен Афины-Паллады.

58

…поросят Гиппократа напомнишь собой. – Гиппократ – племянник Перикла; его сыновья отличались тупостью.

59

Академия – живописная роща в окрестностях Афин, названная по имени мифического героя Академа. Впоследствии Платон основал здесь свою школу.

60

…«Геракловой» зовем горячую мы воду! – Горячий источник в Фермопильском ущелье назывался «Геракловым»: согласно преданию, его сотворила Афина, чтобы дать отдых утомленному от трудов Гераклу.

61

Нестор – один из героев «Илиады», отличавшийся исключительным красноречием.

62

За скромный нрав Пелею меч достался. – Согласно мифам, боги дали в жены герою Пелею морскую богиню Фетиду в награду за то, что он отказался удовлетворить страсть жены своего друга. От этого брака родился славнейший из греческих героев Ахилл.

63

До новолунья пятый, и четвертый день… – Греки отсчитывали вторую половину месяца с конца.

64

…«молодой и старый день» – так назывался последний день месяца (по отношению к истекшему и наступающему месяцам).

65

Солон – афинский законодатель VI в. до н. э.

66

Пробник – член коллегии жрецов, предварительно пробовавшей мясо, предназначенное для жертвоприношений.

67

Каркин – современный Аристофану трагический поэт, отец нескольких сыновей – поэтов и актеров.

68

О бог суровый! – стихи из несохранившейся трагедии Ксенокла, сына Каркина.

69

Тлеполем – мифический герой, погибший в Троянской войне. Герой трагедии Ксенокла.

70

Симонид – древнегреческий лирический поэт VI–V в. до н. э.

71

Крий с Эгины – известный атлет, прославленный Симонидом; его имя по-гречески значит «баран».

72

Из Еврипида говорить тут начал он… – Речь идет о трагедии Еврипида «Эол», в которой поэт вывел влюбленными друг в друга брата и сестру.

Table of Contents

Аристофан Облака

Действующие лица

Пролог

Парод

Парабаса

Эписодий первый

Эписодий второй

Эписодий третий

Эписодий четвертый

Агон первый

Эписодий пятый

Эписодий шестой

Эписодий седьмой

Эписодий восьмой

Агон второй

Эксод

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72