Свет заката растянулся вдаль. В нескольких милях от этого места был виден лишь один постоялый двор. Держа в руках книгу с желтоватой обложкой, Сун Цы на мгновение остановился перед этим заведением. Убедившись, что он не ошибся местом, он поднял ногу, чтобы войти в постоялый двор. Перед стойкой трое людей беседовали в кругу, щёлкая семечки между зубами. Они бросили взгляд на элегантного джентльмена с розовыми губами и ослепительно белыми зубами, который только что вошёл; его серо-дымчатая даосская мантия была вышита изысканными облачными узорами, длинные волосы были собраны, а рукава развевались, когда он шагал.

Один из них — старик, худой, словно обезьяна, — среагировал мгновенно. Он тут же отложил семечки и, почтительно склонившись, спросил:

«Молодой господин собирается остаться на ночлег?» Сун Цы не ответил, а поднял голову, чтобы осмотреть постоялый двор. Зал был окрашен в темно красный цвет. Теперь, когда наступил сумрак, неосвещённый зал излучал зловещую атмосферу. Старик оказался весьма проницательным. Он обернулся к двум молодым и подал им знак рукой; они быстро сняли фонарь и зажгли свечу в нем. Весь зал наполнился светом, что успокоило Сун Цы.

Он откашлялся и спросил: «Есть ли свободные комнаты?»

«Да, да, да, их всё ещё много!» — с улыбкой ответил старик.

Он повернулся, чтобы пройти за прилавок, и открыл толстую книгу:

«Молодому господину, должно быть, было нелегко после целого дня путешествий. Я найду для вас спокойную комнату, чтобы ваш отдых не беспокоили другие.»

Услышав это, Сун Цы поспешно возразил: «Это не обязательно. Мне нравится находиться среди людей.»

Старик на мгновение отвлёкся: «Тогда, Молодой господин, вы пришли как раз вовремя. Группа молодых господ и учёных, которые сдают императорский экзамен, только что прибыла сегодня, и они все остановились в Южном дворе. Осталась лишь одна свободная комната.»

Договорив, он сразу воодушевился и поспешно продолжил: «Я возьму эту комнату.» «На сколько дней останется Молодой господин?»

Сун Цы мысленно подсчитал и сказал: «Три дня.»

Юный официант рядом с ним достал счёты и начал считать: «Сорок монет за один день, двадцать монет за одну ночь, с сегодняшней ночи до полудня через три дня...»

«Одна лян и шестьдесят монет.»

Услышав это, Сун Цы коснулся лян серебра в своём рукаве и подумал с испуганным сердцем: «Почему это так дорого? Я окажусь совершенно без денег.»

«Наше заведение предлагает три приёма пищи в день» - Старик, заметив, что Сун Цы оказался в щекотливом положении, с доброй улыбкой добавил: «По крайней мере, он не останется голодным». Он задумался о своей цели здесь, затем стиснул зубы и положил последние деньги на прилавок:

«Простите за беспокойство».

«Молодой господин слишком добр». Старик даже не стал пересчитывать серебро и просто положил все в деревянный ящик. Затем он обратился к официанту: «Поторопись и отведи Молодого господина в его комнату».

«Молодой господин, пожалуйста, следуйте за мной», — произнес официант, подняв тканевую ширму и направившись с Сун Цы во двор гостиницы. Двор был удивительно просторным и заполнен неопознанными деревьями. В начале весны почки распустились в ярко-жёлтом цвете, а на каменной дорожке появились ростки травы, создавая ощущение, что весна уже витает в воздухе. Пройдя немного, каменная дорожка разветвилась на два направления — на север и на юг. Официант, остановившись перед ним, произнес: « Господин, сюда».

Сун Цы задумался на мгновение и спросил: «Это те, кто в Южном дворе, учёные, пришедшие на имперский экзамен?»

«Не совсем», — ответил официант. «Люди приходят и уходят постоянно. Здесь всякие люди. Сегодня у нас четыре гости, которые прибыли на имперский экзамен. Есть ещё один с широкими плечами и крепким телосложением, который выглядит как бродячий мечник».

«Эй!» Внезапно раздался громкий крик перед ними. Сун Цы  поднял голову и увидел, как к ним неторопливо приближается человек. Его лицо было покрыто бородой, а брови были густыми и кустистыми. Он выглядел крайне свирепо. Должно быть, это тот мечник, о котором говорил официант ранее.

«Я как раз собирался тебя искать. Дай мне что-нибудь поесть. Я умираю с голоду», — закричал человек, шагая, его голос был грубым и неотёсанным, как и его внешний облик.

«Боже мой, благородный герой, ты же питался всего час назад, почему ты снова голоден?» — спросил официант с озабоченным выражением лица.

«Откуда мне знать?» — недовольно нахмурился он, «Если я голоден, значит, голоден. Ты все ещё ожидаешь, что я это вынесу? Иди и принеси мне что-нибудь поесть!»

С этими словами он обернулся и заметил Сун Цы. Его выражение лица мгновенно изменилось. Сначала он был в шоке, затем его рот расплылся в улыбке. «Мы когда-нибудь встречались ранее?»

Он подошел к Сун Цы и протянул руку, пытаясь обнять его за шею, «Откуда этот маленький приятель?» Сун Цы ловко отступил назад и увернулся от его руки. Он улыбнулся и ответил: «Из Западного Ляна».

«О—— Западный Лян». Большая борода немного задумался, «Должно быть, это где-то далеко».

«Мы находимся в Дун (Восточный) Ван, очевидно, мы находимся на расстоянии десятков тысяч миль», пробормотал официант.

«Какое это имеет значение для тебя? Иди и принеси мне рис!» — произнёс Большая Борода с гневным выражением, однако его лицо сияло улыбкой, когда он обращался к Сун Цы:

«Ты остановился в Южном Дворе, верно? Я провожу тебя туда».

Сун Цы ощущал замешательство, но продолжал оставаться на чеку. Он поблагодарил Большую Бороду и последовал за ним через арку в Южный Двор.

В Южном Дворе располагалось шесть комнат, небрежно организованных в просторный круг. Каждая комната была покрыта зелёной плиткой и имела красные стены, создавая визуальный хаос с первого взгляда. Учёный в простой одежде стоял во дворе, держа в руках книгу и погружаясь в чтение, покачивая головой. Увидев их, он слегка кивнул в знак приветствия и снова вернулся к своей книге.

Другие комнаты были плотно закрыты; в некоторых из них окна были открыты, но поблизости никого не наблюдалось. Самым большим страхом Сунь Ци было именно это; с первого взгляда ничего не казалось неуместным. Если бы он мог определить, что именно кажется странным, одним лишь взглядом, он мог бы сосредоточиться на защите от этого. Но поскольку он не в состоянии был понять, что именно не так, ему оставалось лишь защищаться от всех и оставаться наготове постоянно.

Говоря об этом, он вовсе не был обычным человеком. Если бы он попытался объяснить причину своего присутствия здесь, это было бы действительно длинное повествование. Год назад он пересёк границы в Дун Ван и начал расспрашивать, пытаясь разобраться, где расположен вход в Демонский мир, но не добился успеха. Демоны, с которыми он сталкивался, все стремились отнять у него жизнь, и поэтому Сун Цы был вынужден скрываться, пока вёл поиски. Ему потребовалось много усилий, прежде чем он наконец нашёл некоторые подсказки.

Слухи гласили, что в Демонском мире имеются двенадцать демонских столиц. Пятнадцатого числа каждого месяца одна из демонских столиц открывала свои ворота, чтобы соединиться с миром людей. Люди могли входить, а демоны выходить. Однако утверждалось, что демонские ворота строго охраняются. Правило, установленное Королём Демонов, заключалось в том, что люди и демоны, которые входили и выходили, могли лишь вести дела друг с другом; восстание было строго запрещено.

Тем не менее, для человека было чрезвычайно рискованно вступить в демонскую столицу, и поэтому лишь немногие осмеливались пересечь её порог с целью ведения дел. Сун Цы посетил множество мест, прежде чем узнал, что в городе под именем Лэ Ю проживает представитель клана Ху, который в молодости бывал в демонской столице для осуществления торговли. Он был переполнен счастьем и поспешил туда, наконец обнаружив его в углу. Однако прежде чем он успел задать хоть один вопрос, тот пал на колени, обнял ногу Сун Цы и завыл, как потерянный дух. Только после настойчивых допросов он узнал, что этот город недавно стал жертвой демонов. Лэ Ю находился в изолированной местности и не был поистине процветающим или успешным. На протяжении десятилетий здесь царила относительная тишина и спокойствие; это был первый случай, когда город столкнулся с демоническим злом. Честно говоря, Сун Цы сам испытывал страх перед демонами, и поэтому даже не задумывался о том, чтобы оказать помощь этому человеку. Но кто мог бы предположить, что этот юноша по имени Ху на самом деле использовал демонические врата, чтобы шантажировать Сун Цы и заставить его совершить эту поездку. В нескольких милях к востоку от Лэ Ю располагался безымянный трактир.

За последние два месяца из города на свадебных носилках было увезено пять девушек. С тех пор о них не было ни слуху ни духу — все исчезли при загадочных обстоятельствах.

Девушка из клана Ху стала шестой. По её словам, нефритовый амулет на её шее внезапно раскололся, и звук упавшего на землю нефрита разбудил её. Воспользовавшись этим мгновением, она вырвалась из паланкина и сумела спастись.

Она также рассказала, что носильщиками свадебного паланкина были несколько демонов — без лиц и без кожи. Заметив её побег, они не стали преследовать её и вскоре бесследно исчезли.

После исчезновения девушек Ямень отправил три группы людей, чтобы войти и обыскать гостиницу, однако никто не вышел после того, как вошёл. Некоторые предлагали поджечь гостиницу, но она никогда не горела, даже когда её поливали маслом или складывали дрова. Более того, все из Лэ Ю, кто входил в гостиницу, пропали без вести. Когда все осознали, что демон проник в их город, они собрали свои вещи, чтобы покинуть его, но почему-то только кружили вокруг, даже после долгих дней и ночей. Казалось, на них наложили заклинание. Со слов Сун Цы, перед ним находились трое даосских священников, которые принялись за это дело. Все они исчезли внутри гостиницы; он стал четвёртым, кто пришёл в Лэ Ю. С тех пор, как он покинул дом и потратил все свои средства, Сун Цы притворялся даосским монахом, который бродил и обманывал людей, чтобы свести концы с концами, но он никогда не предполагал, что это притворство приведёт его к столь ужасным последствиям. Он мог бы развернуться и уйти, но если бы он сдался так легко, то было бы неясно, когда он сможет получить дальнейшие сведения о демонических вратах. Он не осмеливался рисковать, и поэтому собрал всю свою решимость и пришёл сюда.

В гостинице находились трое официантов и четверо учёных, готовившихся к императорскому экзамену. Если не считать Большой Бороды, выглядевшего несколько странно, все остальные казались самыми обычными людьми.

Однако именно эта обыденность делала происходящее ещё более нелепым. Чем меньше изъянов удавалось обнаружить, тем активнее ощущалось присутствие демона.

В глубине души Сун Цы с самого начала не оставлял мысли об отступлении, и теперь это желание становилось всё явственнее.

"Пойдем, пойдём. Твоя комната здесь." Большая борода указал на крошечное помещение, ближайшее к двери, и с воодушевлением произнёс:

"Я совсем рядом с тобой. Мы так близки друг к другу, так что если что-то случится, просто позови меня."

"Что может случиться?" — спросил Сун Цы на автомате.

Большая борода вздрогнул и почесал голову: "Я не могу точно сказать... Боже мой, почему этот официант так долго приносит мне еду, я пойду посмотрю..." Казалось, он испытывал угрызения совести, когда пробормотал это и развернулся, чтобы уйти. Сун Цы осторожно наблюдал за его удаляющейся спиной, затем прижал книгу к себе и вошёл в комнату, всё ещё погруженный в свои раздумья. Свет заката постепенно угасал, великолепные цвета исчезали в ночи. Луна поднялась в небеса, и ночь настала. Сун Цы зажёг свечу и сел у окна, тщательно протирая свой чёрный железный кинжал. Полированная рукоятка мерцала при свете свечи.

После того как по роковой ошибке он выпил демоническую кровь, Сун Цы покинул родные края и, сменив имя, отправился странствовать по землям Дун Вана, упорно разыскивая путь в демоническое царство.

За четыре года скитаний, пройдя через бесчисленные испытания, он научился управлять силой, таившейся внутри него, и тем самым смог приспособиться к повседневной жизни. Пусть он и не умел повелевать ветрами или вызывать дождь, зато был в состоянии подавлять явные демонические признаки, благодаря чему выглядел лишь как заурядный человек.

И всё же за эти тысячу дней и ночей он ни на миг не оставлял своего стремления — вновь стать человеком. Он твёрдо верил, что однажды сможет вернуться к своей прежней жизни. После недолгих раздумий он открыл книгу, которую всегда носил с собой — «Теория отсутствия демонов».

Эта книга содержала разнообразные повествования, доказывающие, что демоны не существуют в мире. Хотя Сун Цы остро осознавал существование демонов и призраков, он всё равно находил аргументы книги весьма разумными каждый раз, когда завершал чтение. Кроме того, чтение было наилучшим способом убить время.

Прежний Сун Цы всё глубже погружался в мир чтения, где каждая книга была классическим произведением, созданным добродетельными мужами и учёными. Лишь столкнувшись с подобными народными преданиями, он осознал, сколько радости упустил за более чем двадцать лет своей жизни.

Он читал до самой глубокой ночи, и как только закончил последнее предложение, вдалеке прозвучал громкий гонг с жужжащим отголоском, нарушивший тишину ночи. Звук труб и суона вскоре подхватили мелодию, радостная музыка резко прервала спокойствие ночи. Практически одновременно с этим Сун Цы погасил свечу рядом с собой и провёл рукой за спиной, чтобы нащупать свою саблю.

Когда зрение стало туманным, слух обострился. Сун Цы крепко сжимал ятаган, ощущая неловкость и осторожно поднимаясь. Он прижал уши к окну и сосредоточенно прислушался. Звуки гонгов и барабанов были оглушительными и резкими. Даже на расстоянии они всё ещё причиняли дискомфорт. Казалось, он уловил нежный женский смех среди общего шума. Услышав приближающееся праздничное звучание, Сун Цы тихо отворил дверь и выскользнул из комнаты.

Густые облака скрыли луну, и во дворе почти не было света, но это не повлияло на зрение Сун Цы. Он заметил ещё одну комнату с включённым светом. Ему было неведомо, какой учёный всё ещё читает при тусклом свете, но в данный момент это его мало волновало. Всё его внимание было сосредоточено на приближающейся свадебной процессии. За стеной звуки труб и суоны становились всё более чёткими. Однако странным было то, что весь Южный двор оставался в полном спокойствии, словно только он слышал эти звуки.

В паланкине должна была находиться девушка из Ле Ю. Если он позволит свадебному паланкину двигаться к гостинице, то, возможно, произойдёт ещё одно исчезновение. Сун Цы не мог быть полностью уверенным, поэтому не осмеливался рисковать. Он крепко сжал ятаган и приготовился перепрыгнуть через стену, чтобы спасти девушку.

Как только он встал на цыпочки, сзади раздался внезапный, резкий стук. Звуки труб, суоны и шум в этот самый момент прекратились. Этот неожиданный звук испугал Сун Цы, и он резко повернул голову, неосознанно подняв ятаган в руке. Он был так сосредоточен на происходящем снаружи, что не заметил, что нечто находилось позади него!

В тусклом лунном свете перед дверью комнаты Сун Цы, стояла женщина в алом платье. Её плечи были наполовину обнажены, а бледная кожа особенно выделялась в ночи. Длинные волосы ниспадали, словно водопад. Один лишь взгляд на её спину создавал впечатление о невероятной красоте. Она слегка подняла руку и дважды постучала в дверь.

Сун Цы не смел пошевелиться. Он молча наблюдал за внезапно появившейся женщиной, которая тихо стучала в его дверь. Холодный пот выступил у него на спине. Мысли метались, обдумывая возможные действия.

Когда женщина, постучав несколько раз, не получила ответа, она внезапно напряглась и замерла в неподвижности. Постояв немного, она медленно повернула голову, словно ощутив приближение Сун Цы.

У него сердце замерло в груди. Он крепко сжал рукоять своей сабли, готовый в любой момент нанести удар. Он наблюдал, как женщина медленно вновь поворачивает голову.

Десяти шагов было бы достаточно, чтобы он успел среагировать на внезапную атаку.

«Эй». Внезапно его оглушил голос, и одновременно чья-то рука хлопнула его по плечу; Сун Цы чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он вздрогнул и резко отступил на несколько шагов. Но прежде чем он успел размахнуться ятаганом, он увидел того самого Большую Бороду.

Он, наверно не давно проснулся, его волосы были неопрятно растрёпаны. На плечах безразлично висело пальто. Он все ещё находился в полусне, и глаза с трудом оставались открытыми. Он не замечал настороженности Сун Цы и в полубессознательном состоянии спросил: «Что ты делаешь здесь посреди ночи вместо того, чтобы спать?»

Сун Цы затаил дыхание и был наготове; он был готов в любой момент вступить в бой. Спрятав ятаган в рукаве, он ответил: «Я не мог уснуть и решил прогуляться. А ты что здесь делаешь?»

«Справляю нужду», — безразлично произнёс Большая Борода. «Я больше не мог сдерживаться. Знал, что не стоило пить столько воды…»

«Тогда поторопись». Сун Цы воспользовался моментом, чтобы подтолкнуть его.

Большая Борода кивнул и, полусонный, прошагал мимо Сун Цы к туалету.

Сун Цы снова оглянулся. Женщина, стучавшая в его дверь, исчезла. Он тихо вздохнул с облегчением. Только тогда он заметил тонкий слой пота на лбу.

«Ты слишком робкий», — мысленно усмехнулся он.

Снова воцарилась тревожная тишина. С другой стороны стены не было никакого движения от свадебного паланкина.

Сун Цы немного начал беспокоиться о девушке в свадебном паланкине. Он повернул голову к туалету. Убедившись, что Большая Борода вошёл внутрь, он сделал несколько шагов к стене и прижался к ней.

Опустив взгляд, он увидел под окнами ярко-алый свадебный паланкин. Рядом столпились пятеро или шестеро музыкантов с трубами и суоной — все были облачены в красное. Четверо носильщиков стояли по обе стороны паланкина, неподвижные и молчаливые.

В тёмной ночи группа стояла неподвижно, словно деревянные бруски, создавая жуткую и странную атмосферу.

Сун Цы был лёгким и ловким, и, не издав ни звука, приземлился на ноги. Почувствовался сильный запах крови, и Сун Цы был потрясён, когда присмотрелся. Лица этих людей представляли собой безкожную, окровавленную массу гнилого мяса.

Оба глаза были мутными, почти без белков. Они совсем не казались живыми.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что все эти люди были женщинами.

Сун Цы осмотрел каждую из них и понял, что все они выглядят почти одинаково; кожа на их лицах была как будто содрана, что делало их одновременно жуткими и отвратительными.

Оказалось, что они и впрямь были без кожи и без лиц — в точности так, как описывала Вторая госпожа клана Ху.

Эти люди никак не отреагировали на появление Сун Цы. Словно деревянные марионетки под контролем, они просто стояли неподвижно и смотрели прямо перед собой.

Это придало Сун Цы смелости, и он дважды попытался их осмотреть. Убедившись, что эти безкожие и безликие люди не обладают сознанием, он поднял ширму свадебного паланкина.

Как и ожидалось, внутри сидела вторая госпожа клана Ху в ярко-красном одеянии. Ее глаза были закрыты, словно она была в коме.

Сун Цы шагнул вперёд и вытащил её. Подняв её на плечо, он сделал несколько шагов в сторону и прислонил к стволу дерева.

«Госпожа Ху, проснись», — Сун Цы легонько похлопал её по щеке.

Ответа не последовало. Ее лицо было ужасно бледным, дыхание слабым.

Сун Цы окликнул её ещё несколько раз, но, так и не дождавшись ответа, был вынужден сдаться. Подумав, он решил, что оставлять её в гостинице небезопасно — куда лучше оставить снаружи.

Он извиняясь начал снимать со второй госпожи красную верхнюю одежду, а затем накинул на неё свою даосскую мантию.

К счастью, красная мантия была свободной. За исключением немного коротких рукавов, никакого дискомфорта не было.

Он сжал кулак, и ятаган исчез в тумане. Он поправил одежду и сел в свадебный паланкин.

Атмосфера внутри паланкина была зловещей, а запах крови — ещё более резким. Но Сун Цы был терпелив и просто молча ждал.

Примерно через тридцать минут внезапно раздался приглушённый бой барабана, и музыка зазвучала снова. С такого близкого расстояния она не казалась радостной. Напротив, она была резкой и неприятной для слуха.

После того, как Сун Цы превратился в демона, его чувства стали гораздо более чувствительными. Он не мог вынести такого шума и, нахмурившись, закрыл уши.

В этот момент свадебный паланкин поднялся и неуверенно двинулся вперёд.

Не зная, куда его увозят, Сун Цы невольно почувствовал беспокойство.

Это был не первый раз, когда он сталкивался с демоном, но сердце демона непредсказуемо, а демоны, причиняющие вред людям, жестоки и бесчеловечны. У них были всевозможные способы пытать и убивать, и Сун Цы уже не раз сталкивался с этим.

Даже когда он был человеком, это не было так уж утомительно.

Самые приятные дни он проводил за чтением, верховой ездой или изредка сплетничал о своём кузене. Когда он думал о своём старом друге, Вэнь Чане, уголки его губ изгибались в улыбке.

Его мысли блуждали, когда луч света проник сквозь занавеску и осветил его ноги. Он опустил голову, чтобы посмотреть, и с удивлением обнаружил, что на нём пара алых расшитых туфель.

Встревоженный, он поднял ноги, чтобы рассмотреть их. Вместо этого он обнаружил, что его ноги стали намного меньше и изящнее, а руки тоже стали тоньше.

Он опустил глаза и увидел, что его изначально плоская грудь теперь выпирает. Тогда его осенило: в тот самый момент, когда появился свет, он превратился в невесту.

Снаружи доносились ликующие возгласы и смех, смешиваясь с суетой улицы. Даже чопорная мелодия суоны оживилась, словно всё это превратилось в настоящую свадебную процессию.

Сун Цы украдкой приподнял занавеску и выглянул наружу. Он уже не был рядом с гостиницей, а находился на улицах города Лэ Ю. Был полдень, и улица бурлила жизнью: простые люди стояли вокруг и сплетничали о свадебном шествии.

Странно было то, что выражения лиц этих людей были необычными. Он не знал, не играет ли его воображение с ним, но почему-то ему казалось, что их улыбки дикие.

Он не успел оглядеться, как сопровождавшая его сваха втолкнула его обратно в паланкин: «Невесте не следует показывать голову, это к несчастью».

Сун Цы откинулся назад и поднял кривую заколку на голове. Он подумал: «Хотел бы посмотреть, какое лекарство продают в этой демонической тыкве».

Всю дорогу били в барабаны и гонги, пока не послышался звук петард. Среди шума он услышал голос свахи «Невеста прибыла!»

Затем ширма паланкина распахнулась, и сваха сказала: «Не могли бы выпустить невесту? Жених не выйдет, поэтому этот слуга введёт вас вместо него».

Какой жених не показывается в день свадьбы?

Сун Цы выпалил что-то, желая спросить, но не услышал ни звука. Он мог только слушать матрону и сошёл с паланкина. Как только его ноги коснулись земли, он услышал вокруг себя злобный смех. Среди обрывков разговоров он услышал имя: «Сунь Юньнян».

Он не мог толком разобрать, о чём идёт речь. Когда они приблизились к главному входу, он поднял голову и увидел на вывеске два слова — «Резиденция Ху».

«Поторопитесь», — нетерпеливо сказала матрона перед ним. Сун Цы почувствовал, что всё это становится всё более подозрительным, но последовал за ней. Выйдя за дверь, он пересёк двор и оказался в главном зале.

Впереди него сидела пожилая женщина, с доброй улыбкой на лице глядя на него. Она помахала ему рукой: «Юньнян, подойдите».

Ярко-красные ленты украшали колонны зала, а на стене висело украшение «двойное счастье». Но жениха нигде не было видно, и гостей тоже. В зале было холодно и безрадостно.

Сун Цы подошёл к пожилой женщине, которая, как только он остановился, взяла его за руку. «Юньнян, Ци-эр сегодня немного занят. Когда он вернётся, я проучу его. Не сердись на него».

«Мама, я знаю, что мой муж очень занят. Пожалуйста, не вини его», — услышал Сун Цы свой собственный голос. Голос был словно ватный — лёгкий и мягкий.

Внезапно подул порыв ветра, и Сун Цы был застигнут врасплох и упал на землю. Его зрение потемнело, а когда он снова смог видеть, то уже вернулся в гостиницу.

«Что с вами, ребята?! Что это за шум посреди ночи?» Возмущённый голос Большой Бороды пронзил ночь.

Сун Цы вскочил с земли и увидел Большую Бороду, стоящего перед двумя мужчинами в экстравагантных нарядах.

Оба были одеты в синее, на головах у них были нефритовые короны. Белые пояса на их талиях были расшиты изысканными узорами. В руках у обоих были длинные мечи.

Сун Ци уже видел подобные наряды в Дун Ване.

Главное отличие Дун Вана от Си Ляна заключалось в том, что в Си Ляне не поклонялись божествам, поэтому там не было сект бессмертных. Но в Дун Ване таких сект было предостаточно. Самой известной была секта Мо Яо, ученики которой все были одеты в синее и носили нефритовые короны.

Легенды гласили, что кто-то из секты Мо Яо когда-то вознёсся и стал бессмертным.

Сун Цы не понимал, зачем эти два ученика Мо Яо пришли в это место. У него разболелась голова, просто глядя на них. Он пошевелил пальцем, и в его руке появилась сабля.

«Здесь злой дух. Мы с моим Шисюном здесь, чтобы искоренить зло. Простите, если мы причинили вам какие-либо неудобства», — объяснил Большой Борода тёплым мужским голосом.

«Где злой дух? Я думаю, вы и есть зло!» — сердито воскликнул Большой Борода. — «Я так крепко спал! Но вы всё испортили, и теперь я совсем проснулся!»

Мужчина с холодным выражением лица поднял руку, и в воздухе взмыл светящийся меч. Он сказал: «Шиди, перестань говорить с ним глупости. Сначала уничтожь демона».

Его взгляд скользнул по гостинице и остановился на Сун Цы.

Сун Цы напрягся.

В следующее мгновение он взмахнул двумя пальцами, и меч внезапно полетел в сторону Сун Цы. Он затаил дыхание и приготовился заблокировать удар ятаганом.

Как только два клинка чуть не столкнулись, Сун Цы отбросило в сторону за плечо, и летящий меч едва не задел его.

Реакция Большой Бороды была настолько быстрой, что никто не видел, как он оказался рядом с Сун Цы. Его брови нахмурились, а лицо стало ещё более свирепым: «Нападать без причины? Ты здесь для добра или зла?»

«Без причины?» — холодно спросил тот человек. — «Трудно сказать, человек он или нет».

Большая Борода обрушился на них с гневной тирадой: «Фу! Неужели все правила вашей секты Мо Яо пролетели мимо ушей? Демоны умеют отличать добро от зла. Если вы не можете отличить чёрное от белого, то какая разница между вами и этими злыми духами?»

Сун Ци удивлённо посмотрел на Большую Бороду. Он не ожидал, что этот человек знает правила секты Мо Яо. Может быть, он тоже из одной из сект?

«Ты!» Лицо мужчины покраснело, он в ярости схватил меч и закричал: «Человек он или демон, скоро узнаем!»

«Шисюн! Пожалуйста, не будь опрометчив!» — попытался отговорить его мужчина рядом.

Но Большая Борода всё ещё поднимал шум: «Давай! Думаешь, я тебя боюсь?!»

Как раз когда все пришли в ярость, раздался хриплый крик, прервавший фарс.

Сун Цы вздрогнул, и его веки дёрнулись. Прежде чем его мозг успел среагировать, он уже бежал в направлении крика

Страница книги Практическое руководство по совершенствованию для демона-лиса в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

О книге