Гул шагов громко разносился по подземному коридору. Люди быстро продвигались. Мужчина в черном костюме, выглядевший встревоженным, непрерывно говорил по телефону. С другого конца провода доносился испуганный голос:

— Мы достигли стадии "Буйство" 3-го уровня! Показатель — 89%!

Элайджа, директор Бюро особого контроля, отдал приказы и ускорил шаг. За ним неспешно следовал мужчина в сером костюме, с усмешкой поправляя свои седеющие волосы. Узкие двойные веки, длинные, тонкие, острые глаза с приподнятыми внешними уголками. Да, эти темно-серые глаза были наполнены странным спокойствием, и его поведение разительно отличалось от Элайджи. Несмотря на спешку директора, он казался совершенно невозмутимым, почти насмехаясь над ситуацией своей расслабленностью.

— Сейчас у нас настоящая чрезвычайная ситуация! Если этот бункер рухнет, мы все будем заживо погребены, и ничего нельзя будет сделать! — кричал Элайджа, явно взвинченный.

— Ну, я не думаю, что плохая погода — это наша вина, — беззаботно ответил Хексион, мужчина в сером костюме. Если самолет задержан из-за непогоды, это стихийное бедствие, а не то, что человек может контролировать.

Его взгляд остановился на массивной двери вдалеке, которая выглядела такой же неприступной, как банковское хранилище.

— Должен сказать, я удивлен, что государственные учреждения так легко позволяют посторонним бродить по своим объектам.

— Сейчас не время для таких разговоров! — голос Элайджи дрожал от напряжения, пока он спешил к огромной двери толщиной в метр. Его телефон снова завибрировал, и голос на другом конце звучал еще более отчаянно:

— Директор Элайджа, показатель — 94%!

— Теобальд! — позвал Элайджа.

— О, теперь ты обращаешься ко мне по имени?

Хексион Теобальд вошел в подземную лабораторию, его высокая фигура мгновенно привлекла внимание. Исследователи в белых халатах метались, как безумные, создавая хаотичное мельтешение. Хексион ловко увернулся от одного из них, едва не столкнувшегося с ним, и направился к центру зала. Исследователи отчаянно пытались успокоить человека, прикованного к столу.

— Транквилизаторы!

— У нас их больше нет!

Хексион бросил взгляд на груду пустых флаконов, разбросанных, как бутылки после вечеринки. Для обычного человека такая доза была бы смертельной.

Он подошел к прикованному мужчине, его шаги были твердыми и уверенными. Широкие плечи и узкая талия подчеркивались строгим черным кожаным ремнем с блестящей буквой "H", которая странно контрастировала с напряженной атмосферой.

Положив руку на плечо одного из паникующих исследователей, Хексион мягко, но твердо отстранил его и взглянул на человека на столе. Ученый рухнул на пол, беспомощно уставившись на экран с графиками и процентами.

— Стадия "Буйство", 98%.

— Нам конец! — раздался чей-то крик.

Хексион приподнял бровь, наблюдая за охватившим всех отчаянием. Герои, которые должны были спасти мир от катастрофы, сдались слишком быстро.

У прикованного мужчины были теплые каштановые волосы. Глаза скрыты, но его челюсти были сжаты так сильно, что сухожилия резко выделялись. Кровь и слюна капали изо рта — десны уже были разорваны. Он продолжал биться в оковах.

Шатен издавал мучительные стоны, его тело сотрясали судороги. Специальные оковы начали ломаться под давлением. Лабораторию затрясло, будто от землетрясения, и исследователи попадали на пол. Элайджа выкрикивал приказы, но Хексион стоял непоколебимо, вцепившись в край стола и глядя на мужчину сверху вниз.

— Вы должны взять его под контроль сейчас же! — голос Элайджи прорвался сквозь хаос.

— Действительно, — пробормотал Хексион, почти улыбаясь. — Целовать кого-то, даже не зная цвета его глаз, серьезно?

— Сейчас не время для шуток! Мир может рухнуть! Катастрофа неминуема! — завопил Элайджа.

Хексион медленно наклонился и прижался губами к окровавленным, искаженным мукой губам мужчины на столе. Вкус крови был резким, смешиваясь с отчаянием, витавшим в воздухе. Он провел языком по потрескавшимся губам, исследуя разорванную, кровоточащую плоть внутри. Коснулся углубления в середине языка, затем поднялся к нёбу и нащупал шероховатый участок — мужчина на столе глухо застонал. Хексион почувствовал, как язык мужчины начал двигаться, переплетаясь с его собственным.

О, серьезно? Ощущение было таким, будто они целовались по-настоящему. Обычно именно Хексиону приходилось "руководить", водя языком.

Тело мужчины постепенно начало успокаиваться.

Хексион засосал его язык, чувствуя, как кровь устремляется в рот и стекает по горлу.

— Снижение. Стадия "Буйство": 94%... 82%... 77%... — доложил один из исследователей.

Хексион поднял руку и медленно провел пальцами по щеке шатена. Кончики пальцев скользнули вдоль линии челюсти, затем ладонь полностью охватила его щеку, придерживая лицо. Процент падал стремительно. Взгляд Хексиона был прикован к скрытым глазам мужчины. Медленно шатен открыл их — и в прорези повязки мелькнул бледно-лавандовый оттенок, который не должен был принадлежать человеку.

— Стадия "Буйство" — 1%. Стабилизация достигнута! — крикнул исследователь.

Элайджа, пробормотав "Слава Богу", рухнул на колени, горячо молясь. Хексион вытер рот и насмешливо бросил:

— Я решаю проблему, а ты благодаришь Бога?

— Заткнитесь. Если бы вы не тратили время, мы стабилизировали бы его на секунду раньше.

— Если бы ты нашел кого-то еще более способного, у нас не было бы этой проблемы.

— Больше никого нет! Никого! — взорвался Элайджа.

Хексион проигнорировал его, сел на край стола и снял повязку с глаз мужчины. Ожидаемого цвета радужки не было — только сомкнутые веки.

— Значит, у нас с этим парнем "магическая совместимость"?

Элайджа прочистил горло:

— 82%. Самый высокий показатель из зарегистрированных.

— 82%? Сомнительно.

— У этого эспера с другими были только однозначные цифры. Разве это не высоко?

— Не рано ли называть это "рекордом"?

Хексион равнодушно бросил фразу, глядя на лежащего мужчину. Он слышал, как Элайджа что-то говорит, но не удостоил его вниманием.

Рассматривая шатена с его приятной внешностью, Хексион почувствовал любопытство: какого цвета его глаза?

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Элайджа...

— Не тебя.

— Только что проявившиеся эсперы не имеют имен, — раздраженно ответил Элайджа.

— Это немного бесчеловечно.

— Девятый. Ноль Девятый. Девятый обнаруженный эспер.

— Ноль Девятый... — Хексион откинул прядь каштановых волос. — Мне нравится.

Когда Хексион попытался убрать руку, мощная, покрытая венами ладонь схватила его за запястье. Он посмотрел на нее, затем — в теперь уже открытые глаза мужчины. Лавандовые глаза, затуманенные, но полные решимости, уставились на него.

— М-м...

Цвет, невозможный для человека, был прикован к Хексиону. Ноль Девятый крепко, но бережно сжимал запястье "проводника", словно это была спасительная веревка, и облизал губы.

— Я чувствую... неожиданную легкость, — пробормотал Ноль Девятый. Его глаза — один прищурен, другой широко открыт — встретились с серыми глазами Хексиона. Тот наклонил голову, усмехаясь.

Глаза Ноль Девятого слегка сузились — странная особенность, при которой один глаз почти закрывался, а второй оставался неизменным. Хексион, встретив этот необычный взгляд, наклонил голову и приподнял уголки губ.

— Поцелуй пробудил тебя.

Как принцессу из сказки. С любопытством Ноль Девятый спросил:

— … Мы целовались?

— Да. По кое-чьему приказу, — ответил Хексион.

— Потому что ты буйствовал.

Слова Элайджи оба проигнорировали.

— Значит, ты заставил меня чувствовать себя так хорошо всего одним поцелуем?

— Да.

Ноль Девятый моргнул с наивным выражением. Он сжал запястье Хексиона, прошептав:

— Тогда… ты поцелуешь меня ещё раз?

Его губы были разорваны и окровавлены, щёки впалые, а кончики ушей пылали, будто у него всё ещё была лихорадка, контрастируя с бледностью кожи. Хексион взглянул на разбитые, окровавленные губы.

— Открой рот.

Ноль Девятый повиновался. Хексион поцеловал его — долго, нежно, с намерением исцелить. "Руководство" — единственный известный метод стабилизации эсперов, внезапно появившихся в мире. Посреди хаоса в лаборатории двое мужчин слились в глубоком, исцеляющем поцелуе.

Один из исследователей, обрадованный спасением, начал аплодировать. Хексион усмехнулся про себя. Кто хлопает в такой ситуации? Но вскоре аплодисменты разрослись, к ним присоединились все. Элайджа облегчённо поднял руки, хлопая энергично. Хексион закатил глаза.

Он взглянул на экран. Уровень буйства — 0.51%. Ситуация разрешена. Убедившись в этом, Хексион отстранился от губ Ноль Девятого. Дальнейший физический контакт был излишним. С губ Ноль Девятого сорвался разочарованный звук.

— Полагаю, ты хотя бы захочешь узнать имя того, кто тебя поцеловал. Хексион Теобальд.

Ноль Девятый моргнул, его взгляд смягчился. Выражение, неподобающее эсперу уровня "катастрофа". Это странное лицо, будто улыбающееся и бесстрастное одновременно.

— Если захочешь ещё один поцелуй — просто попроси.

— Конечно, Ноль Девятый.

При этих словах губы эспера дрогнули в подобии улыбки. Она странно засела в голове Хексиона. В этот момент громко зазвонил телефон Элайджи. Он тихо ответил, но тут же поднял голову. Что-то было не так.

— Сначала проверьте Ноль Девятого. Хексион Теобальд, подойдите сюда.

— Зачем?

Элайджа усмехнулся, почти ухмыляясь:

— Из Германии пришёл приказ о вашем возвращении на военную службу.

Война Эсперов. После того конфликта, который некоторые называли Третьей мировой, Хексион ушёл в отставку в тридцать. Он криво улыбнулся:

— Ах, представляю, как эти чиновники снова всё испортят.

Его взгляд скользнул на Ноль Девятого, лежащего на столе, затем — на Элайджу, требуя объяснений.

Элайджа, все ещё улыбаясь, продолжил:

— Это запрос немецкого правительства. Вы нужны им как проводник для контроля над Ноль Девятым — эспером начальной стадии, классифицированным как угроза уровня "катастрофа". У вас есть долг защищать нацию…

Элайджа с энтузиазмом риелтора, демонстрирующего недвижимость, показал запрос о сотрудничестве на планшете. Хексион пренебрежительно ткнул в экран:

— Сотрудничество, чёрт возьми.

Его недовольство было очевидно, когда он увидел то, что по сути было приказом. Элайджа, выполнив свою срочную задачу, улыбнулся ещё шире, хоть и безразлично. Когда случится следующий случай безумия — они снова приползут.

— Ближе к делу.

Хексион скрестил руки на груди и приподнял бровь. Элайджа прочистил горло и продолжил:

— Дело в том, что Ноль Девятый принадлежит США, поэтому Хексион Теобальд будет переведён из Германии в Штаты в рамках командировки…

— Переходи к сути.

— Вы будете проживать с Ноль Девятым в назначенном правительством месте и являться по вызову в случае безумия. И почему вы всё время продолжаете говорить неформально…

— Продолжай.

— Чёрт… Вы назначены в Специальный отряд по управлению эсперами в звании особого офицера.

Хексион резко перебил:

— Капитан?

— Полковник.

— Неплохое повышение.

Сарказм Хексиона был очевиден. Элайджа же чувствовал удовлетворение — он выполнил свою работу. Сдержать только что проявившегося эспера Ноль Девятый, доставить запрос о сотрудничестве... Этот адский путь подходил к концу.

— Ноль Девятый должен стабилизироваться быстрее теперь, когда ему предоставили руководство. Как только транквилизаторы перестанут действовать, он придёт в себя.

— Ты вколол ему дозу, способную свалить слона.

— Эсперы от этого не умирают.

Эсперов не считали людьми. Хексион скривился, посчитав дальнейший спор бессмысленным. Их стали называть эсперами совсем недавно. До этого они были просто монстрами, модифицированными людьми. Без проводников они были ходячими бомбами замедленного действия.

Исследователи закончил проверку и сняли с Ноль Девятого оборудование. Тот, всё ещё сонный, наблюдал за ними.

— Когда он очнётся полностью?

Эсперы под сильными седативными препаратами и под руководством обычно послушны. Хексион задался вопросом, вспомнит ли Ноль Девятый их поцелуй.

Элайджа почесал голову.

— Действия транквилизаторов прекращаются не сразу. Ты же знаешь какие они.

— Ладно. Какой он в обычное время? Сейчас кажется совсем скромным, почти милым.

— Милый? Обычно он послушный и скромный. В основном это связано с тем, что его похитили и экспериментировали над ним в Аргусе с детства. Серьёзных проблем он никогда не создавал.

— Трудности были из-за отсутствия проводника с высокой совместимостью?

— Именно. Теперь это решено.

Элайджа удовлетворённо кивнул. Хексион похлопал его по плечу, давая понять, что разговор окончен. Но мысль о возвращении на военную службу заставила его задать ещё несколько вопросов.

— Что сейчас с Аргусом?

— После поражения в войне они притихли. Их крылья подрезаны — они мало что могут сделать.

Аргус — социалистическая республика в Центральной Азии, развязавшая Третью мировую войну — Войну Эсперов. Хексион криво усмехнулся, вспоминая. Девять лет кровопролития. Отдать этой бойне свои лучшие годы не было преувеличением.

— Аргус потерял всех своих эсперов в пользу Альянса. Любые новые эсперы, обнаруженные там, теперь будут под строжайшим наблюдением и не смогут действовать как раньше.

Именно в Аргусе впервые обнаружили эсперов. Они скрывали этот факт, тренируя эсперов как живое оружие и готовя их к войне. Аргус вел настоящую охоту по всему миру, похищая всех, кто мог потенциально оказаться эспером, и успешно промывая им мозги.

Страна годами использовала эсперов в бою и развязала войну, сделав их ударной силой.

Другие государства, не знавшие о существовании эсперов и их разрушительной силе, несли чудовищные потери. Тех, кого не брали обычные пули, сколько бы в них ни стреляли, простые люди прозвали монстрами.

— В начале мы страдали из-за отсутствия своих эсперов, но теперь всё иначе.

Элайджа говорил это, пока Хексион предавался воспоминаниям об Аргусе. В те годы Аргус применял самые бесчеловечные тактики, используя эсперов как расходный материал. Отсутствие проводников имело катастрофические последствия. Никто не знал, что эсперам нужны проводники — даже Аргус, превративший их в оружие.

В разгар войны несколько эсперов Аргуса пришли в неистовство и сравняли с землёй лагерь Альянса. По иронии судьбы, те самые эсперы, которых Аргус создал как оружие, обернулись против своих создателей. В те времена, когда о проводниках ещё не знали, можно лишь предполагать, через какие муки им пришлось пройти. Но по-настоящему чудовищными стали их абсолютно  бесчеловечные действия с теми, кто пережил эти страдания.

— Примерно на второй год войны они начали контролировать эсперов на грани безумия наркотиками и забрасывать их в лагеря сил Альянса.

— Ах да, точно.

Элайджа криво усмехнулся. Как бы эсперы ни отличались от людей, внешне они оставались людьми. Даже он не мог скрыть отвращения к "этой безумной тактике".

Аргус грузил накачанных эсперов в истребители и сбрасывал прямиком во вражеский лагерь. Когда наркотики переставали действовать, эсперы впадали в неистовство, мгновенно стирая лагерь Альянса.

— В ответ на извращённые методы Аргуса и было открыто понятие проводников.

— Вероятно, один из солдат, пытавшихся усмирить разъяренного  эспера, случайно оказался проводником.

— Хорошо, что Альянс обнаружил это первым.

Контакт, усмиривший эспера, стал первым случаем "руководства". Этот феномен быстро засекретили, а всех контактировавших тщательно проверили. Так нашли первого проводника.

— Они пахали как проклятые.

— Пожалуйста, не выражайтесь так.

Элайджа нахмурился. Факты оставались фактами: атакующих эсперов было много, а проводник — всего один. Хексион искренне радовался, что не был первым. Позже в рядах Альянса отчаянно искали других проводников — так через год обнаружили и его самого.

— Тогда таких, как я…

Их число было лишь каплей в море по сравнению с числом эсперов. Но война есть война — нельзя просто отказаться. На каждого эспера Аргуса бросали проводника. Изматывающая работа — усмирять и устанавливать контакт с теми, кто нападал как сумасшедший.

Пока Хексион предавался воспоминаниям, Элайджа пристально наблюдал за ним.

— Всё же вы своего рода “легенда”, не так ли?

— Ради всего святого, только не это.

— На войне вы заманили пятерых вражеских эсперов в пещеру, которая обрушилась. А через десять дней вернулись, усмирив их всех...

— Не вспоминай. Это был чёртов кошмар.

Хексион скривился. Он не был расстроен, но явно пытаясь закрыть тему. Элайджа замолчал, но тут зазвонил его телефон.

— Транквилизаторы перестали действовать? Где он? А-13? Понял. Это не должно быть слишком сложно. Серьёзно?

Элайджа повесил трубку и посмотрел на Хексиона.

Тот был рад закончить скучный разговор. Через очередную защищённую дверь они спустились в подземный коридор. Хексион шёл не спеша, пока Элайджа пояснял:

— Как я говорил, пока он сотрудничает.

— Ага...

Проходя по коридору Хексион мог оценить, как тщательно содержится этот бункер. У двери A-13 Элайджа остановился. Она ничем не отличалась от других — всё те же меры предосторожности, будто за ней бомба. Их отношение ничуть не изменилось.

— Пойдёте один. Поговорите по-человечески. Надеюсь, вы поладите.

— Даже если нет, нас всё равно запрут в одном месте.

— Всё же вежливость не помешает.

С улыбкой консьержа Элайджа открыл дверь ключ-картой, которая с жужжанием отъехала в сторону. За ней сидел тот самый человек.

Ноль Девятый. Также известный как девятая катастрофа. Его присутствие заполняло пустую комнату.

Тук-тук.

Дверь захлопнулась за Хексионом. Их взгляды встретились, но никто из них не заговорил перввм. Лавандовые глаза встретились с тёмно-серыми. Жёлтый свет лампы окутывал обоих.

— Кажется, меня укачало.

— Эсперов разве может укачать?

Без тени насмешки Хексион наблюдал, как Ноль Девятый слабо улыбнулся, сцепив руки на коленях.

— Значит, ты мой новый проводник?

— Верно. Без какого-либо выбора.

— У меня вообще редко в жизни есть выбор.

— Что ж, это к лучшему. Значит, и это переживёшь.

— Руководство... Это мой первый опыт.

Ноль Девятый всматривался в сузившиеся серые глаза. Хорошо, что он помнит их поцелуй. Было бы досадно, если бы только один из них помнил об этом. Хексион сделал несколько шагов вперёд.

— Не думал, что прикосновение может быть таким... интенсивным.

— Другие проводники не справлялись?

— Я просто чувствовал себя мерзко, вот и всё.

Резкость в голосе удивила. Элайджа говорил о его спокойствии, но, видимо, характер не соответствовал внешности. Опытный солдатский нюх подсказывал: этот парень — тёмная лошадка.

— Целоваться будем ведь не каждый день? Только перед тем, как я впаду в неистовство?

— Не обязательно целоваться. — Хексион наклонился, легонько приподняв подбородок Ноль Девятого. — Даже простого касания достаточно.

Его ногти медленно прошлись по линии челюсти, затем надавили на сустав. Большой палец скользнул к мочке уха, а средний нажал на впадину за ним. Ноль Девятый тихо ахнул.

— ...Если твоё руководство так улучшает настроение, я не против оказать тебе ответную услугу.

— Ого.

— Ты вёл других эсперов? — через мгновение добавил Ноль Девятый. — Сколько их было?

— Слишком много, чтобы сосчитать.

Хексион провёл пальцами по затылку Ноль Девятого, искусно перебирая пряди. Тот чувствовал себя котёнком, которого гладят.

— Но сейчас я твой единственный, да?

— Ты слышал?

— Подслушал.

Хексион вспомнил его хриплый голос всего несколько мгновений назад, во время его буйства. Притворяется спокойным? Забавно. Он привык, что эсперы пытаются втереться в доверие к проводникам.

— Ты мастер играть покорного котёнка.

Ноль Девятый на мгновение растерялся.

— ...Заметно?

— Ага.

Губы Ноль Девятого медленно растянулись в улыбке. Один глаз по-прежнему был прищурен. Хексион поймал себя на том, что зачарованно смотрит на него. А его резкие слова всё ещё звенели в ушах.

— Значит, покорные и милые — не твой тип?

Тень скользнула по лицу Ноль Девятого. Свет лампы не доставал до него, окутывая фигуру аурой обречённости — словно он уже давно ничего не ждал.

Хексион не считал этот вопрос провокацией. Пусть улыбка и тон звучали насмешливо, за ними не скрывалось никакого подтекста— лишь вопрос.

— Не сказал бы, что это плохо.

Улыбка Ноль Девятого сменилась. Теперь это была идеально отрепетированная, вежливая маска. Но Хексиону больше нравилась прежняя — озорная и настоящая.

— Тогда продолжу в том же духе.

Если тебе так нравится. Он явно привык подстраиваться. После диких эсперов такая покорность утомляла.

— Надолго тебя хватит?

— Пока ты рядом.

Хексион смутно понимал источник этой покорности. Ноль Девятый годами был собственностью государства — сначала Аргуса, теперь США. И сейчас всё было по-прежнему. Его не за что осуждать. Служба проводником-солдатом и так ад. Хексион не мог представить, насколько хуже пришлось ему.

— Думаешь, что справишься?

— Не уверен.

Ответ без веры в голосе. Более десяти лет в руках Аргуса, теперь — Америки. Его насильно отдали в руки проводника, которого он не хотел. Доверие было для него непозволительной роскошью. Хексион был в этом уверен.

— Понадобится время, чтобы сработало.

Ноль Девятый заколебался, его губы дрогнули, но ответа не последовало.

— Можешь просто продолжать трогать меня? Это приятно.

Он словно говорил: "Заткнись и делай то, что нравится." С теми, кто действовал на чистом инстинкте, было проще, но такие, как он, которые подавляли свои желания, — куда сложнее. Хексион тихо вздохнул и перевёл руку с волос на веко Ноль Девятого.

— Твой глаз всегда такой?

— Говорят, я родился с укороченным веком. Своего рода ошибка, да… — Говоря это, Ноль Девятый явно имел в виду себя.

"Ну... Не то чтобы неправда”, — подумал Хексион. Его существование и правда было словно ошибка природы — эспер, способный сеять катастрофы. Если Бог есть, то даже он ошибается.

Хексион аккуратно коснулся века. Его прикосновение было лишено эмоций — ни любопытства, ни сексуального напряжения, лишь бесстрастное безразличие.

Ноль Девятый молчал. В этом касании не было привычных чувств — ни жалости, ни интереса, ни близости. Отсутствие эмоций заставило его механически улыбнуться, а короткое веко сделало это похожим на подмигивание. Но Хексион заметил:

— Не заставляй себя улыбаться.

Он прижал лоб к его лбу, разглядывая вблизи глаза. Лавандовые зрачки, медленно моргая, оказались прямо напротив его серых. Ноль Девятый не ответил.

Но Хексион, будто и не ожидая ответа, приблизил губы. Ноль Девятый инстинктивно повернулся навстречу. Несмотря на отсутствие опыта, он быстро уловил механику. Кажется, он наконец-то начал обучаться.

Когда Хексион аккуратно прижался своими губами к губам эспера. Тот понял, что можно целоваться без всяких эмоций, как и то безразличное прикосновение мгновение назад — своего рода безэмоциональный, равнодушный контакт. Ноль Девятый осознал: это и есть "руководство".

Но даже безэмоциональный поцелуй не означал отсутствия удовольствия.

Хексион приоткрыл губы, захватывая нижнюю губу Ноль Девятого. Тот ответил стремительным движением языка, скользнув по его губе. Хексион позволил углубить поцелуй, сжимая пальцами его затылок. Их языки переплелись — и Хексион нахмурился.

Он учится слишком быстро.

Движения сейчас разительно отличались от тех, что были в состоянии неистовства.

Ноль Девятый пожалел, что на нём смирительная рубашка. Одни лишь прикосновения губ и языка уже были невероятно приятны. Каким же тогда будет ощущение от касаний к телу? Его руки дёрнулись в оковах, и Хексион, заметив это, резко отстранился.

— Ах... — разочарованный вздох.

— Способный ученик.

Дыхание Хексиона оставалось ровным — не как у человека после поцелуя. “Сколько раз он делал это раньше?” — подумал Ноль Девятый.

— Не похоже на комплимент.

— Сообразительный к тому же.

— Вот это уже лестно.

Хексион прищурился, услышав такие ответы Ноль Девятого. Заметив это, эспер мягко улыбнулся. Это была идеально отрепетированная улыбка. Глядя на неё, Хексион вновь осознал как непросто с ним будет. Какой же сложный этот эспер Ноль Девятый. Но что поделаешь? Взяв на себя ответственность, он мог бы сделать из него настоящего человека.

— Увидимся позже.

— ...Насколько позже?

Хексион опустил вгляд на часы. Серебряные часы блеснули под жёлтым светом. Не поднимая глаз, он ответил:

— Где-то через час.

Ноль Девятый моргнул. Час. Значит, как минимум, ему придётся ждать три. Исследования всегда затягивались. Никто никогда не сдерживал обещаний, данных ему. Так будет и в этот раз — тихо ждать в металлическом ящике три, а может даже и четыре часа.

— Это не займет много времени.

Хексион вынужден был признать: в этой странной смеси покорности и навязчивости, что исходила от Ноль Девятого, было нечто завораживающее. Хотя он ожидал лишь обузы, чудачества эспера будоражили. Был ли тот милым или нет — в нём имелся особый шарм.

“Может, это и не так уж плохо.”

Всё, что хоть сколько-то интересовало Хексиона, рано или поздно оказывалось в его руках. Даже если сейчас Ноль Девятый — собственность государства, это ненадолго. С этой мыслью он убрал руки.

— Не скучай.

— Кто...

— Моя катастрофа.

— ...

Губы Хексиона едва коснулись уха Ноль Девятого — настолько легко, что тот не сразу осознал сказанные слова. Хексион вышел, не удостоив его дальнейшим вниманием.

Оставшись один в комнате, которая больше была похожа на коробку, Ноль Девятый задумался. Прикосновения Хексиона действительно были приятны. Прежние проводники, якобы помогавшие ему, лишь дрожали и едва осмеливались дотронуться. Страх так и сквозил в каждом их движении. Эти робкие взгляды, неуверенные прикосновения кончиков пальцев были самым неприятным опытом.

“Пожалуй, так лучше.”

Если уж быть прикованным к кому-то, пусть хотя бы не с тем, кто его боится. Впрочем, его желания не имели значения — с этим человеком ему предстояло остаться. Даже если сам он... совсем этого не хотел.

Он откинулся на спинку стула, закрыв глаза. Впервые за долгое время перед ним не было ослепительно белого — никаких лабораторных халатов, только оттенки тёмно-серых костюмов и таких же тёмных волос. Он лизнул ещё влажную нижнюю губу.

“Ах, как это называется?”

Ноль Девятый размышлял. Чувство было настолько непривычным, что его название выскользнуло из памяти. После паузы он всё же вспомнил.

“Как раздражает.”

Эта его манера — думать, будто всё под контролем.

Ноль Девятый приготовился ждать в этой комнате-клетке часами. Он опоздает на три часа и даже не потрудится извиниться — будто оказывает одолжение.

— Ха-ха, — его смех звучал неприятно.

Однако прогнозы Ноль Девятого не оправдались. Ровно через час он уже стоял в лифте, поднимаясь на поверхность вместе с Элайджей. Чёрт возьми, это действительно происходит.

Дзинь!

Звонкий звук возвестил об открытии дверей. Хексион в безупречно сидящем пальто развернулся к ним. Увидев Ноль Девятого, его лицо озарила лукавая ухмылка. Их взгляды встретились, и Ноль Девятый не отвел глаз.

— Какой отвратительный наряд.

— ...

Ноль Девятый окинул себя взглядом, услышав эти резкие слова. Простая футболка и брюки вместо смирительной рубашки — куда лучше больничных роб. Элайджа поспешил вступиться:

— Выглядит нормально. Тебе что-то не нравится?

— Моя собака одевается лучше.

— У тебя вообще есть собака?

— Нет.

— ...

Насмешка Хексиона была исполнена безупречно. Ноль Девятый осознал, что его собственная попытка сарказма в сравнении — просто детский лепет. Этот идеально рассчитанный тон мог взбесить кого угодно, достойный аплодисментов от любого мастера провокаций. Его прежние колкости, должно быть, казались Хексиону жалким нытьём.

Шшш...

Порыв ветра пронёсся над пустынным пейзажем — лишь песок, скалы и обрывы. Идеальное место для содержания живой катастрофы. Хексион рассмеялся, его недовольство было очевидно, но Элайджа поспешно вмешался, не дав ему заговорить.

— Транспорт скоро прибудет.

— Тот же убогий фургон, что и раньше?

— Да, поэтому…

Не успел Элайджа договорить, как Хексион услышал рокот лопастей. Ветер взметнул его аккуратно зачесанные волосы. Элайджа и Ноль Девятый в недоумении уставились в небо. Над ними снижался...

— Ты что, вертолёт вызвал?!— глупо спросил Элайджа.

Тень машины накрыла их. Хексион криво усмехнулся.

Вертолёт кружился в воздухе, подыскивая место для посадки, затем опустился на ровную площадку позади Хексиона. Быстро вращающиеся лопасти постепенно остановились, а Элайджа потер лоб, словно пытаясь сдержать нарастающую мигрень.

— Я сказал — часа хватит.

Пришлось попотеть, чтобы найти свободный поблизости.

Ноль Девятый помассировал виски, услышав слова Хексиона. Он думал, что ему стоило хотя бы улыбнуться, но голова кружилась, совсем как у Элайджи.

— Мой проводник явно любит размах.

— Лучше привыкни к этому.

Хексион развернулся к вертолёту и протянул руку:

— Моя катастрофа.

Ноль Девятый фыркнул. Сначала он называл его по номеру — Ноль Девятый, теперь же в открытую — "катастрофа". Но почему-то это его не задевало. Почему? Он подошел к Хексиону и взял его протянутую руку. Его глаза были чуть ниже уровня Хексиона, но тот приподнял подбородок, глядя сверху вниз. В серых глазах читалось спокойствие. Ах, вот что... Ноль Девятый понял — в них не было страха.

— Ты... не боишься меня? — спросил он, почувствовав тёплое прикосновение.

— Почему я должен бояться тебя?

— Ты прекрасно знаешь, что причин — выше крыши.

Голос Ноль Девятого понизился. Лицо приняло то самое странное, пустое выражение, которое он часто показывал. Хексион наклонил голову, не отрывая взгляда от лавандовых глаз. Ответ последовал незамедлительно:

— Я мог бы справиться с полдюжиной таких, как ты.

Ноль Девятый недоверчиво рассмеялся. Хексион крепко сжал его руку и повёл к вертолёту. А эспер в это время обдумывал слова своего проводника.

Полдюжины таких, как ты... Судя по тону, он явно недооценивает его, но почему-то это не задело.

— Куда, чёрт возьми, мы вообще летим? — спросил Элайджа. И тут же получил неожиданный ответ:

—В американский филиал Теобальдов. Забудь про госучреждение — сначала заедем в универмаг.

Элайджа подумал, что ослышался:

— В универмаг?! Но у нас эспер, который может сорваться в любую…

— Не сейчас же.

Пока Ноль Девятый размышлял, напомнить ли о своём присутствии, Хексион перебил Элайджа, приподняв одну бровь:

— Сначала приведём этого оборванца в порядок.

Оборванца? Ноль Девятый смутился. Насколько же плохо он сейчас выглядел? Прожив жизнь в лаборатории, он этого не понимал.

Затолкав ошарашенного Элайджу в вертолёт, Хексион втянул внутрь и Ноль Девятого. Тот покорно последовал, не сводя с него глаз.

***

Безопасно приземлившись на крыше американского филиала Теобальдов, троица спустилась на лифте. 208-этажная башня славилась прекрасным оснащением, но все знали о неловкости сотрудников при виде членов семьи Теобальд. При виде Хексиона в лифте все заулыбались неестественно широко.

— Проходите, директор.

— Закрой дверь.

Элайджа нажал кнопку с кислой миной.

Первый этаж кишел сотрудниками и посетителями. Даже булочная в холле была забита под завязку. Ноль Девятый отвлёкся на толпу — он давно не видел столько людей. Хексион ловко увёл Ноль Девятого в сторону и направился к ожидающему лимузину, пока Элайджа плелся следом.

— Долго ещё собираешься следовать за нами? — спросил Хексион.

— ...Мне нужно убедиться, что вы добрались в указанное правительством место.

— Ты что, его нянька?

Хексион сел на сиденье рядом с Ноль Девятым, громко хлопнув дверью. Обиженный Элайджа поспешно влез через другую дверь.

У входа в крупнейший универмаг города их уже ждал персональный консультант, которую заранее оповестили о их прибытии. Хексион прошёл мимо неё не глядя, а она засеменила следом, соблюдая дистанцию в два шага.

— Мы подготовили новейшие коллекции мужской одежды от всех брендов. Если вам что-то конкретное требуется — подготовим за пять минут, — мягко, но профессионально пояснила она. Звон каблуков эхом разносился по залу.

Ноль Девятый, не отставая от Хексиона, с любопытством разглядывал глазеющих на них людей. Он так давно не видел обычной жизни… Повернув голову, он поймал взглядом аккуратно уложенные пепельные волосы Хексиона — и на миг почувствовал странное успокоение.

— Ты часто здесь бываешь?

— Теперь и ты будешь.

В VIP-зале люстра сверкала над ними. Ряды одежды — от строгих костюмов до повседневных вещей — выстроились в безупречные линии. Хексион, не колеблясь, выбрал приглушённый бежевый костюм и рубашку, которая, казалось, сядет по фигуре Ноль Девятому, и прижал её к груди.

— Переоденься. — Это прозвучало как приказ, а не просьба.

Ноль Девятый, не находя возражений, подчинился и направился в примерочную. Его мощный силуэт должен был пугать, но персональный консультант улыбнулась и распахнула дверь перед ним.

Хексион устроился на диване, скрестив ноги, и уткнулся в планшет, который вручила ему консультант. Наверное, просматривал новинки. Элайджа пытался заглянуть в планшет через плечо — мелькнули строчки, похожие на личное досье, но экран погас, едва он наклонился ближе. Хексион проигнорировал его любопытство, отложил устройство и устремил взгляд на дверь примерочной.

— Ценников нет, да? — Элайджа неловко пробормотал, чтобы заполнить тишину, и начал бесцельно перебирать рубашки.

— Они мне не нужны.

— Ну да...

— Перестань суетиться — сядь.

— Ладно.

Элайджа, глава Бюро особого контроля эсперов, на секунду задумался о своём жалованье. Очнувшись, он с удивлением осознал: прошло уже 15 минут, как Ноль Девятый скрылся в примерочной.

— Он что, не умеет сам одеваться? — спросил Хексион.

— Откуда мне знать? Я его не одевал.

Хексион потер лоб:

— Ты бесполезен. Зачем вообще здесь торчишь?

— Мне тоже не хочется смотреть, как ты швыряешь деньги.

Элайджа почесал затылок, мысленно признавая: он и сам не рад этой поездке. Но нужно было проверить маршрут. По кивку Хексиона консультант постучала в дверь примерочной.

Тук-тук.

— Сэр, разрешите на минуту открыть?

— Э-э... Да, — изнутри раздался голос.

Хексион поднялся с дивана и направился к примерочной. Консультант услужливо распахнула дверь, но он лишь скрестил руки на груди, оценивающе подняв бровь при виде “результата”.

Костюм был надет, но выглядел так, будто с ним воевали. Пуговицы рубашки перекошены, не попадая в петли, а подол торчал из-под ремня. Пиджак, безвольно висевший, лишь подчёркивал нелепость образа.

Значит, его нужно было научить правильно одеваться. Хексион быстро понял и, закрыв за собой дверь, шагнул внутрь.

Ноль Девятый встретил его потерянным взглядом.

Хексион щёлкнул языком, приблизившись. Его пальцы уверенно взялись за верхнюю пуговицу:

— Вот где ошибка. Неудивительно, что всё пошло наперекосяк.

— Горжусь твоей проницательностью.

— Ты меня игнорируешь?

— Как я уже сказал, ты очень наблюдателен.

— Даже не пытаешься это скрыть.

Тук-тук.

После небрежного расстёгивания пуговиц взгляд Ноль Девятого опустился. Его пальцы — длинные, но с чёткими суставами — легко справились с плохо застёгнутой рубашкой. В расходящемся треугольнике ткани обнажилось рельефное тело, выточенное годами лабораторных испытаний.

В лексиконе Хексиона не существовало понятия “украдкой взглянуть”. Он открыто отодвинул ткань в сторону, изучая мускулатуру:

— Быть эспером — сплошная несправедливость.

— Так и есть.

Оба понимали: каждый говорил о своей несправедливости, но никто не стал уточнять. Хексион протянул руку, провёл ладонью по рельефу мышц — и почувствовал, как тело Ноль Девятого напряглось. Нервничает? Он тут же отстранился и принялся застёгивать пуговицы заново.

— Подними подбородок.

Ещё один приказ, но Ноль Девятый послушался. Хексион застегнул всё, кроме верхней пуговицы, затем естественно перешёл к ширинке.

Пальцы Ноль Девятого рефлекторно сомкнулись на его запястье:

— …С этим я разберусь сам.

— Да ну?

Хексион почувствовал, как раздражение накатывает волной, пока он расстегивал брюки, не убирая руки Ноль Девятого.

— Точно, я же забыл, что тебе нужно нижнее бельё.

Ноль Девятый отвел взгляд в сторону и рассмеялся. В лаборатории никого не интересовало, что на нём под одеждой, но теперь даже его трусы будут под присмотром проводника.

— Стоит попросить нормальное бельё и повседневную одежду. Если ты будешь носить такое, я бы снял с тебя штаны и надел обратно. Будь я на твоём месте.

Лучше, чем армейские трусы, да? Ноль Девятый задумался, какое вообще бельё носят военные. Ему казалось, что его — самое обычное. Стоит ли вообще заморачиваться из-за таких мелочей? Хексион постоянно заставлял его сомневаться.

— Нет, не трогай там.

— Не дёргайся.

Ноль Девятый схватил Хексиона за руку, но проводник продолжил заправлять рубашку в брюки, застегивать молнию и пряжку. Впервые за все время Ноль Девятый почувствовал нечто похожее на смущение.

Хексион, словно понимая его состояние, коснулся губами кончика его подбородка, затем поправил свободно свисающий пиджак. Ноль Девытому пришло в голову, что возможно его возраст временно снизился до пятнадцати.

— Разве всегда такое близкое расстояние?

Похоже, нет.

— Проводник, только что получивший нового эспера, не стал бы вести себя так.

— …

Вот этого знать ему точно не хотелось. Любопытство Ноль Девятого касалось исключительно его собственных ощущений. Было ли это чувство собственничества из-за высокой степени совместимости с проводником или просто интерес к этому человеку? Он предпочел классифицировать свои эмоции как простое любопытство. Прошло всего несколько часов, как он впервые увидел его лицо. Стоило ли вообще задумываться о таких мелочах?

Ноль Девятый скользнул взглядом вниз — ростом Хексион был чуть ниже его. Эта уверенная манера держаться, спокойные движения, словно все происходящее находилось в его полном контроле…

Перед ним был человек, вызывающий странное, незнакомое чувство.

— Значит, теперь я твой единственный эспер?

— Именно так. А что?

Этот человек, обращающийся с ним как с вещью и ведущий себя так, будто между ними нет никаких границ, действительно бесил.

Как только Хексион закончил с одеждой, Ноль Девятый схватил его за талию. Идеально сидящий костюм. Его пальцы скользнули ниже, крепко обхватив упругие ягодицы проводника. Он хотел увидеть на его лице смущение.

— Я не собираюсь делить тебя с другими мужчинами.

— …

Он выпалил фразу, такую же искаженную, как и его собственные эмоции. Впервые Хексион замолчал. Ноль Девятый задался вопросом — какое выражение сейчас на его лице? Когда он медленно поднял взгляд, то увидел Хексиона с кривой ухмылкой. Довольно извращённое выражение, очень похожее на его собственное. И это почему-то нравилось Ноль Девятому.

— Тебе идёт такое выражение лица.

На самом деле это не было так уж неприятно.

Воцарилось короткое молчание. Ноль Девятый не собирался смягчать свою грубоватую реплику. Вместо этого он притянул Хексиона ближе и прижал губы к его аккуратному воротнику. Хексион, бросив взгляд на каштановые волосы эспера, вскоре искривил губы в лёгкую улыбку. Хотя это было не совсем похоже на улыбку.

Ноль Девятый ожидал хотя бы намёка на дискомфорт. Это было бы справедливо. "Но если он считает меня доступным, разве я не должен отвечать тем же?" — промелькнула мысль, полная бунтарства.

Тишина.

Спустя несколько секунд молчания Хексион пошевелился. Он что, собирается ударить его? Или пнуть? Ноль Девятый был готов принять что угодно. Но вместо этого...

— Ну что, начнём?

— ...Что?

Руки Хексиона обвились вокруг шеи Ноль Девятого. Ошеломлённый неожиданными действиями и словами, эспер издал короткий, пустой смешок и поднял взгляд. Их лица теперь разделяли считанные сантиметры.

— Ты прав — ни с кем другим ты меня не разделишь.

Хексион с лёгкой кривой ухмылкой прищурился, рассматривая Ноль Девятого, и слегка склонил голову набок.

— Никто не посмеет сказать ни слова, если мы прямо здесь разденемся или займёмся чем-то более... интимным.

Он прошептал это мягко. Ноль Девятый стиснул зубы от этого хрипловатого голоса. Это была намеренная провокация. Слова, выплюнутые словно неумелым актёром, пытающимся вызвать гнев. Будь на месте Хексиона кто-то другой, всё сложилось бы именно так, как предполагал Ноль Девятый.

— Ты ведёшь себя, будто тебе нечего терять, и вдруг я становлюсь “твоим проводником”?

Но перед ним был Хексион. Хексион Теобальд, имевший дело с бесчисленными эсперами за десять лет войны. Если Ноль Девятый был новичком, только что получившим свою роль, то Хексион —  опытным актёром, давно выступающим на сцене под шквал аплодисментов. Мужчина со спокойными серыми глазами, которые сейчас сузились. Ноль Девятый был настолько раздражён, что чувствовал — ещё чуть-чуть, и он сойдёт с ума.

— ...Тебе явно не хватает здравого смысла.

Тогда Хексион прошептал нежным голосом:

— Моя катастрофа. По сравнению с тобой здесь нет ничего необычного.

Сладкий голос. И явная провокация. Хексион ответил на вызов Ноль Девятого своим собственным вызовом. “Опять только я теряюсь от неожиданного поведения”, — с широкой ухмылкой подумал Ноль Девятый.

— Ты ведёшь себя, будто знаешь меня вдоль и поперёк, не так ли?

Он обхватил Хексиона и прижал к стене. Ладонь преградила пространство между стеной и спиной проводника. Раздался глухой удар, но Хексион не почувствовал боли — вместо этого в голове мелькнула мысль: “Хм, честно говоря, это не самое подходящее место для первого раза. Но зато будет волнующе.”

Ухмыляясь, Ноль Девятый сжал ягодицы Хексиона ещё сильнее. Его крупные ладони с проступающими венами впились в плоть. Улыбка эспера становилась всё мрачнее. Казалось бы, шире улыбаться уже невозможно, но нет — его лицо озарилось ещё более яркой улыбкой, как густой аромат духов.

— Что, тебе не нравится?

— Ты спрашиваешь, потому что сам не знаешь?

Широкая улыбка. Но слова вылетали, словно презрительная насмешка. Чувствовалась какая-то неестественность. И Хексион это заметил. Ах, он совершенно сумасшедший. Это будет проблемой.

Ноль Девятый открыл рот и впился зубами в губы Хексиона. Боль разлилась по нижней губе, и вскоре вкус крови появился на его языке. Грубый толчок языка в рот — и Хексион добровольно принял его. Их языки сплелись, окрашенные кровью.

Ноль Девятый сосал язык Хексиона, затем вонзил в него острые клыки. Боль пронзила проводника, когда язык скользнул вверх. Цк. Цк. Повернув голову, эспер сплюнул слюну с примесью крови, а Хексиону не оставалось ничего иного, кроме как проглатить её, переполнявшую его рот, и продолжить сосать язык Ноль Девятого.

Ах, как быстро он учится... И как хорошо. Честно говоря, это было довольно неожиданно. Хфф, даже несмотря на то, что это был далеко не его первый поцелуй, он перехватывал дыхание. Слюна, которую он не успел проглотить, стекала по подбородку. Хексион пристально разглядывал красивые раскосые глаза Ноль Девятого.

“Ты умеешь целоваться так пошло.”

Где он этому научился? У другого проводника до него? Ох, одна только мысль об этом вызывала лёгкую тошноту. Периодическая боль возникала, когда Ноль Девятый вновь и вновь кусал и сосал. При вдохе их губы смыкались так плотно, будто запрещали дышать. Горячее дыхание смешивалось.

Наконец, Ноль Девятый с силой впился зубами в нижнюю губу и отстранился. Хексион с окровавленными, блестящими от слюны губами криво усмехнулся.

— Тебе же это не противно, да? То есть... я тебе не противен?

— Ох, может, хватит уже пялиться на меня?

Ноль Девятый улыбался, будто вся ситуация уже порядком ему надоела. С самого начала эсперы неизбежно тянутся к проводникам с высочайшим процентом совместимости. Это так раздражает.

Зная это, Хексион схватил его за затылок, приблизив так, что их носы почти соприкоснулись. Ноль Девятый не отстранился. Вместо этого он встретил взгляд Хексиона в упор, не собираясь уступать ни на йоту. Ни единого шага назад.

Бам-бам!

Вдруг кто-то нетерпеливо начал колотить в дверь примерочной. И стук становился всё громче. Оба разом повернули головы к выходу.

— Хватит там возиться, вылезайте уже!

Это был голос Элайджи. Почти как призрак.

Ноль Девятый разжал хватку первым. Хексион досадливо цыкнул. Тогда эспер протянул руку и аккуратно разгладил помятую одежду проводника. Ах, как быстро он перенимает жесты — точь-в-точь как Хексион делал с ним ранее.

— Свали всё на меня.

Произнося это, Ноль Девятый сохранял свою безупречную улыбку — лицо, за которым невозможно было разглядеть истинные мысли.

И тут Хексион осознал, что он совершил ошибку.

— Это больше не повторится.

С этими словами Ноль Девятый вновь скрылся за тщательно выстроенной маской — лицом нежного любовника, безупречного, без намёка на проблемы. Хексион молча наблюдал за этим представлением, затем первым двинулся к двери и распахнул её.

Как только дверь открылась, Элайджа сердито окинул Хексиона взглядом, задержавшись на его рассечённой, кровоточащей губе, и тяжело вздохнул:

— Ну если вам так невтерпёж, может, уже приступите к делу?!

— Хм.

Хексион криво усмехнулся и вышел из примерочной, Ноль Девятый — по пятам за ним. Эспер бросил персональному консультанту виноватую улыбку:

— Мне жаль.

— Всё в порядке.

Несмотря на полное понимание того, чем они могли заниматься внутри, персональный консультант сохраняла профессиональное спокойствие. Ноль Девятый моргнул и внимательно рассмотрел безупречно ухоженную женщину. "Мне бы так уметь", — мелькнуло у него в голове, и он воспроизвел на своем лице такую же сдержанную улыбку. Наблюдая за этим, Хексион мысленно вновь цокнул языком: "Ах, он действительно быстро учится". Он жестом подозвал консультанта, которая тут же подошла.

— Вам что-то нужно?

— Подберите что-нибудь подходящее.

— Хорошо.

Персональный консультант направилась к Ноль Девятому, перебросилась с ним парой фраз и начала просматривать стойки с одеждой. Хексион, причмокнув губами и облизав рану, глубоко погрузился в диван.

— Пожалуйста, не провоцируйте Ноль Девятого слишком сильно. Мы привели его сюда, чтобы снизить уровень стресса, а не раззадорить, — сказал подошедший Элайджа.

— Разве сексуальное напряжение считается стрессом? Вопрос спорный.

— Ноль Девятый — человек сдержанный. Будь вы поспокойнее, и он бы не выходил из себя.

— Сдержанный, говоришь?

Взгляд Хексиона скользнул к Ноль Девятому, который стоял рядом с консультантом. Когда женщина тянулась за вешалкой, эспер опережая ее, прикладывал одежду к себе и кивал с мягкой улыбкой, слушая пояснения. Хексион какое-то время молча наблюдал за этой сценой.

— Эспер, который ни разу не пожаловался и не заныл.

— Именно поэтому он такой.

— Что вы имеете в виду?

— Если не понял — и не надо.

После того, как Ноль Девятый самостоятельно примерил несколько вещей, Хексион поднялся с дивана:

— Отправьте нам все, что мы сегодня посмотрели.

— А, да, я сразу же оформлю.

Ноль Девятый передал консультанту одежду, которую держал, и взглянул на Хексиона. Улыбка оставалась мягкой, но глаза были холодны. Хексион слишком поздно осознал: "Я начал это слишком рано". Чувствуя, как вокруг эспера снова смыкается непробиваемая броня, он едва заметно усмехнулся. Копаться в интересных вещах было для него второй натурой. А если Ноль Девятый, этот человек, был его полной противоположностью...

"Ах, дурная привычка снова дает о себе знать."

Хексион прикрыл рот ладонью. Подошедший Ноль Девятый спросил:

— Вам некомфортно?

— Нет, ничего такого.

Хексион легким взмахом руки дал понять Ноль Девятому, что разговор окончен, и тот остановился. Теперь проводник по-настоящему понимал, что значит “послушный”.

— Поехали.

— Мы наконец направляемся в нужное место? — Элайджа спросил с неожиданной живостью на уставшем лице. Ноль Девятый извинился перед ним с искренним выражением:

— Простите. Вы, должно быть, очень устали.

— Не стоит. Разве Ноль Девятый в чем-то виноват? Это целиком заслуга вот этого человека.

Хексион пожал плечами и вышел из универмага.

Когда трое разместились в лимузине, в салоне воцарилась тишина. Элайджа выглядел изможденным, Хексион погрузился в раздумья, а Ноль Девятый молча наблюдал за проводником. Каждый раз, когда Хексион поворачивался, чувствуя на себе этот взгляд, эспер тут же устремлял глаза вперед, будто и не смотрел вовсе.

— ...

Возможно, он решил вообще не разговаривать, понимая, что любой диалог обернется против него.

Так, без лишних слов, машина проехала по дороге к учреждению, о котором говорил Элайджа. Пунктом назначения оказался Государственное Бюро особого контроля за пробудившимися.

— Видите то белое здание впереди?

Элайджа, выйдя первым, указал на самое большое белое строение, больше напоминающее больницу, чем офисное здание.

— Здесь отныне вам предстоит жить.

— Что, вы ожидаете, что мы поселимся в двух больничных палатах? — Хексион недоверчиво осмотрел сравнительно небольшое здание.

— Зачем вам две? — ответил Элайджа, будто вопрос его удивил.

Ноль Девятый, почувствовав легкое беспокойство, переспросил:

— ...Там?

— Одна комната. Эспер и проводник — единое целое.

Ноль Девятый рассмеялся. Ах, он явно был не в восторге от этого.

— Ну что ж, в каком-то смысле мы и правда станем одним целым...

— Пожалуйста, воздержитесь от подобных замечаний в моём присутствии. Мне это знать не обязательно.

— Кто вообще устроил нам этот медовый месяц?

— Ладно! Проходите внутрь!

Элайджа бодро зашагал вперёд, намеренно игнорируя реплику Хексиона. Ноль Девятый и проводник переглянулись, затем неспешно последовали за ним.

Интерьер учреждения полностью соответствовал его внешнему виду — стерильная больничная обстановка с белоснежными полами, стенами и потолками. Первым делом взгляд падал на просторный холл с стойкой регистрации, скромно расположенной в стороне. Элайджа уверенно зашагал вперед. Внутри находилось множество людей в униформе: серую носили проводники, черную — эсперы.

— И снова эта надоедливая униформа...

— В немецкой и американской армиях дизайн формы различается.

— Я не об этом.

Когда Элайджа толкнул его локтем, Хексион ответил совершенно серьёзно. Если не об этом, то о чём? Элайджа пробормотал что-то про себе под нос, но замолчал, встретив взгляд проводника.

При появлении Ноль Девятого и Хексиона в холле сотрудники в белых халатах начали перешёптываться. Некоторые эсперы и проводники и вовсе остановились, чтобы рассмотреть новоприбывших.

— Так это тот самый эспер, который должен прибыть сегодня...

— Кто из них? Правый или левый?

Рядовые сотрудники не могли отличить Хексиона от Ноль Девятого. Что вполне закономерно. Однако проводники и эсперы идентифицировали их мгновенно. Эсперы разглядывали проводника Хексиона, в то время как проводники изучали эспера Ноль Девятого. Создавалось впечатление, что эсперов заинтересовал новый “стабилизатор”, способный обезопасить их тела. Под этими взглядами улыбка Хексиона скривилась.

В свою очередь, проводники, наблюдавшие за Нолем Девятым, проявляли откровенную усталость. Из-за нехватки кадров их загрузка была запредельной, а слухи о эспере класса “Катастрофа” уже распространились, вызывая скрытое раздражение. Ноль Девятый сохранял простую улыбку, делая вид, что не замечает этих взглядов, и следовал за Элайджей. Хексион цокнул языком. Если повышенная чувствительность проводников не была новостью, то столь откровенные реакции — определённо да.

Именно тогда Ноль Девятый нарушил молчание:

— Как хорошо, что вы купили мне костюм.

— Почему?

— Учитывая количество внимания, представьте реакцию, будь я в лохмотьях.

— Ха.

Был ли это его способ ухватиться за первоначальный посыл и высмеять его — или же он действительно испытывал благодарность? Хексион сухо усмехнулся.

Ноль Девятый, осознав, что его настроение осталось непонятым, слегка развернулся и продолжил:

— Я говорю “спасибо”.

Голос Ноль Девятого звучал мягко, но он заставил Хексиона слегка нахмурить брови. Проводник не стал отвечать банальным “не за что” — да эспер и не ожидал ответа, поэтому они просто продолжили смотреть вперед. Элайджа, пройдя через холл, нажал кнопку лифта и пояснил:

— Вы встретитесь с директором Центрального бюро по управлению пробудившимися.

— И?

— Просто... попробуйте вести себя хоть немного... цивилизованно. Хоть немного. Он старик, не обращайтесь с ним, как со мной.

Хексион скрестил руки на груди, давая понять, что хотя и улавливает суть слов Элайджи, они ему не по нраву. У того уже начинала болеть голова. Ноль Девятый хотя бы не проблема. Проблема — Хексион Теобальд, приемыш влиятельной корпорации, человек, который никогда ни перед кем не склонял голову.

“Как он вообще выжил в армии?”

— При необходимости я могу соблюдать субординацию.

— Что? Я это вслух сказал?

— У вас это на лбу написано, директор Бюро особого контроля.

Элайджа вздохнул и грубо почесал затылок:

— В общем, наш директор тоже долго служил, прежде чем занять пост. Так что не недооценивайте его — просто ведите себя адекватно.

— Один вопрос.

— Честно говоря, не хочу его слышать, но продолжайте.

Дзинь. Лифт прибыл как раз вовремя. Трое вошли, двери закрылись.

— Я что в таком положении, что должен перед ним заискивать?

— Ох, правда не хочу отвечать... Вы и сами знаете, зачем спрашиваете?

Хексион на мгновение усмехнулся. Сам вопрос подразумевал, что при необходимости он может встать на одну ступень с директором. В какой бы армии тот ни служил, он не был ни эспером, ни проводником — просто обычным человеком. Эсперов считали слишком опасными для руководящих постов, а проводников не хватало даже для базовых задач.

Вот и получалось, что такие должности неизбежно доставались обычным военным, хоть как-то знакомым с особенностями эсперов и проводников.

— Директор не может вам приказывать, но неужели нельзя просто... ладить?

— Это не в моей власти решать.

— Хотя бы сдерживайтесь?

Элайджа сдвинул брови, и Ноль Девятый мягко похлопал его по плечу. Хексион бросил взгляд на эспера — тот добродушно улыбался директору:

— Мистер Теобальд просто любит казаться жёстким, но всё будет в порядке.

— Хах... Вот если бы Ноль Девятый был проводником...

— Бессмысленное предположение.

— Верно. Будь ты эспером, Земля давно бы перестала существовать.

“Ах, как я устал” — кричало лицо Элайджи. Хексион скользнул взглядом по панели лифта, наблюдая, как тот преодолевает 30-й этаж. Спустя время лифт достиг последнего, 60-го этажа.

Когда двери открылись, первое, что бросилось в глаза — приемная секретаря. Секретарь приблизилась к лифту и поклонился:

— Директор Элайджа Бейкер, директор Джеймс Браун ожидает вас.

Вежливо проводив их к кабинету директора, секретарь отстранилась. Трое прошли по мягкому ковру. Дверь кабинета, выполненная из темного красного дерева с затейливой ручной резьбой, могла показаться элегантной, но Хексиону она просто напомнила пережиток прошлого. Старые вояки, что с них взять.

Скрип.

Секретарь открыла дверь, обнажив просторный кабинет с панорамным окном и массивным столом. За ним сидел мужчина лет пятидесяти с седыми волосами. Но больше всего бросалась в глаза черная повязка, скрывающая один глаз.

— Директор Джеймс Браун, давно не виделись.

— Директор Элайджа Бейкер. Мы встречались пару месяцев назад.

Два “директора” обменялись формальностями. Джеймс Браун встал, пожал руку Элайдже, затем перевел взгляд на Ноль Девятого и Хексиона. Точнее, его внимание привлек именно Ноль Девятый.

— Так это и есть эспер класса “Катастрофа”?

Хексион едва заметно дернул бровью. Джеймс Браун явно узнал Ноль Девятого по предыдущим отчетам. Эспер вежливо поздоровался, не проявляя ни капли раздражения:

— Здравствуйте, я...

— Хексион Теобальд. Вы, если не ошибаюсь, его проводник.

Джеймс Браун прервал его, обращаясь теперь к Хексиону. Ноль Девятый слегка приоткрыл рот, моргнул и снова сомкнул губы. “Ну что ж, такова жизнь” — казалось, говорило его выражение лица. Подобное обращение было ему давно знакомо.

Если бы он и мог в чем-то себя упрекнуть, так это в том, что временно забыл: для них он не человек, а объект из учреждения. Ноль Девятый покорно опустил взгляд. Элайджа бросил на него смущенный взгляд, но эспер оставался невозмутим.

Если бы ему пришлось назвать одну свою ошибку:

— Ах...

Хексион протянул руку для рукопожатия. Джеймс Браун естественно принял её, слегка потряс.

— Значит, вы бывший спецназовец? Очень обнадёживает.

— Ха-ха.

Браун даже не пытался скрыть, что хорошо осведомлён об их прошлом. В ответ Хексион улыбнулся деловой улыбкой — впервые Ноль Девятый видел на его лице такое выражение. Его внимание невольно привлекли изгибающиеся губы проводника, медленно формирующие новые слова. Погодите-ка...

— Назначать на высокие посты отслуживших своё вояк — сомнительная практика.

Да, если и была проблема в этой ситуации, то заключалась она именно в Хексионе Теобальде. Никто не ожидал, как он отреагирует на подобное отношение. С вызывающе невинной улыбкой Хексион оскорбил собеседника. Выражение его лица было настолько бесстыдным, что Джеймс Браун на мгновение усомнился, правильно ли расслышал. Но слова звучали отчётливо, и Хексион явно не собирался их отрицать.

— Они считают эсперов оружием, а проводников — обслуживающим персоналом. Вы, как бывший военный, лишь подтверждаете этот стереотип.

— Вы... что себе позволяете...?

— Похоже, со слухом у вас тоже проблемы. Директор Элайджа Бейкер, пожалуй, пора задуматься о смене руководства Бюро.

— Это... это...

Элайджа почувствовал, что у него вот-вот лопнет голова. Напряжение сдавило затылок, словно тисками. Лучше бы он прямо здесь потерял сознание! Но поскольку этого не произошло, оставалось лишь пытаться спасти ситуацию.

— Директор Джеймс Браун. Давайте я...

От гнева лицо Джеймса Брауна постепенно сменило оттенок от красного к синему. Хексион спокойно улыбался ему в ответ. Когда Элайджа попытался увести Брауна для урегулирования, Хексион жестом остановил его — твёрдым и не допускающим возражений.

— Нет. Раз нам предстоит регулярно взаимодействовать, лучше сразу расставить точки над i.

— Наглец...!

— Первым начали вы.

Без разрешения Хексион развалился на диване в центре кабинета, непринуждённо откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Он жестом подозвал Ноль Девятого и постучал по месту рядом: тук-тук — приглашая его присесть. Тот за улыбкой скрыл вздох и сел рядом.

— Присаживайтесь. Не люблю смотреть снизу вверх.

Хексион произнёс это в тот момент, когда Джеймс Браун, тряся указательным пальцем, уже собирался разразиться криком. Элайджа физически вмешался, не давая конфликту перерасти в открытую перепалку.

— Нет-нет, директор, успокойтесь. Умоляю, возьмите себя в руки! Да, молодой человек неправ, но... директор, вспомните его фамилию! Вспомните!

— ...

Указующий перст Джеймса Брауна замер после последних слов Элайджи. Он глубоко вдохнул, шумно выдохнул и тяжело опустился на диван. Фамилия “Теобальд” возымела мгновенный эффект. Почему?

— Теперь давайте обсудим всё цивилизованно.

Потому что “Теобальд” — это имя крупнейшего немецкого производителя оружия. Состояние, сколоченное во время Войны Эсперов, позволяло семье купить целую страну, если бы они того пожелали. Их финансовые интересы давно вышли за рамки немецкой политики, простираясь в международные сферы влияния. Особенно упрочились позиции после открытия американского филиала.

— Директор Джеймс Браун, как я понимаю, вы — ветеран армии США. Дослужились до звания полковника, верно?

— ...

Джеймс Браун потерял дар речи от реплики Хексиона. Намёк был прозрачен: проводник давал понять, что Браун — не единственный, кто владеет компрометирующей информацией. Лицо директора напряглось до предела, будто вот-вот лопнет по швам. Лишь Хексион сохранял в уголках губ тень усмешки.

— Директор и полковник, говорите? Видимо, штаб специально подобрал нам пару. Видимо, их не устраивает, как вы управляетесь с ситуацией, — язвительно заметил Хексион, и его слова были прописаны сарказмом.

Губы Джеймса Брауна исказились — слова попали в самое больное место. С момента его назначения случаи выход из под контроля эсперов участились, а процент успешных операций снизился. Всего на 5% и 8% соответственно, но статистику не обманешь.

— Надеюсь, вы не собираетесь ссориться со мной, директор Браун.

Никто не осмелился оспорить его слова.

В кабинете воцарилась тишина. Директор Браун бормотал что-то себе под нос, явно не в силах сдержать гнев, Элайджа беспокойно ёрзал в кресле. Ноль Девятый сидел смирно, словно ручное животное. Лишь Хексион и его эспер оставались невозмутимы — странная, но гармоничная пара. Элайджа мысленно выругался.

— ...Не ожидал от вас такой грубости, Хексион Теобальд.

— Может, начнём с исправления вашего ужасающего тона? Вы вообще знакомы со мной? — парировал Хексион с лукавой улыбкой.

Его расслабленная поза — скрещенные ноги, руки, небрежно лежащие на коленях — ясно давала понять: он не считает этих людей выше себя. Так оно и было. У директора Брауна дёрнулся уголок рта, обнажив стиснутые зубы. Ноль Девятый на мгновение почувствовал дискомфорт, но никто, казалось, этого не заметил.

— Директор Элайджа... — позвал Браун.

Не желая вмешиваться Элайджа посмотрел на Хексиона с немым укором, но получил в ответ лишь вызывающую усмешку. Он бросил на проводника взгляд, полный молчаливого упрёка, прежде чем тихо ответил:

— ...Да, директор Браун.

— Даже если он полковник, здесь главный я.

Хексион вмешался снова:

— Каждый эспер этого подразделения ниже вас по рангу, директор. Поэтому вы можете ими командовать, поскольку они ваши подчинённые.

— Но здесь командую я. Разве это не означает, что мои приказы обязательны к исполнению в этом подразделении?

Хексион рассмеялся, явно развлекаясь:

— Ха-ха. Приказы. Я никогда не отличался послушанием.

Элайджа побледнел ещё сильнее. Хексион небрежно откинулся на диване, положив голову на плечо Ноль Девятого, и начал рассматривать свои ногти.

— Должен же быть какой-то регламент на этот счёт, директор Элайджа.

— Неужели?

— ...Да, я как раз собирался объяснить, — сквозь зубы пробормотал Элайджа, всем видом показывая, что готов откусить себе язык.

Хексион наблюдал за ним с весёлым интересом, отчего того так и подмывало выколоть ему глаза. Не смотри на меня так. Бесит, что ты устроил этот цирк, а говорить приходится мне.

— Хексион Теобальд, как офицер специального полевого ранга, подпадает под действие специального распоряжения и приравнен к полковнику. Это означает равенство в статусе с директором. Оба — и Хексион Теобальд, и эспер особого класса Ноль Девятый — находятся под защитой подразделения, но сохраняют автономию.

Бам!

Директор Браун ударил кулаком по столу, прерывая Элайджу. Смысл был ясен: Браун обязан их защищать, но не может командовать. Элайджа поспешил добавить:

— Однако Ноль Девятый и Хексион обязаны участвовать в ликвидации аномалий по запросу подразделения. В отличие от обычных эсперов, работающих в командах, они действуют самостоятельно.

— ...Хах!

Директор вскочил и подошёл к окну, сцепив руки за спиной, будто пытаясь сдержать ярость. Хексион тихо усмехнулся и нежно прижался головой к плечу Ноль Девятого.

— Раз всё выяснили, может, пойдём?

Элайджа бросил на него убийственный взгляд. Устроили бурю и теперь собрались уйти? Хотя, возможно, это к лучшему — дальнейшее пребывание здесь могло окончательно вывести директора из себя.

Он поспешно поднялся, достал из портфеля документы и положил на стол:

— Пожалуйста, изучите документы для уточнения деталей. А мы пока удалимся.

Хексион лениво поднялся, Ноль Девятый последовал за ним, на мгновение задумавшись. Обычно ему было всё равно, кричат на него или игнорируют, но сейчас... Он положил руку на живот, ощущая странное беспокойство.

— Что? — Хексион остановился, давая ему догнать.

— Ничего, — Ноль Девятый покачал головой.

— Ладно.

Хексион на мгновение задержал на нём взгляд, затем продолжил путь. Ноль Девятый подстроился под его шаг, в то время как Элайджа уже рванул к лифту и яростно нажал кнопку закрытия, не дожидаясь, пока Хексион полностью войдёт.

С глухим стуком рука Ноль Девятого резко преградила путь смыкающимся дверям.

— Это было небезопасно, — произнёс эспер твёрдым тоном, сохраняя на лице лёгкую улыбку.

Элайджа, ошарашенный таким тоном, моргнул, затем в полном отчаянии обратился к Хексиону:

— Я просто не могу больше видеть его лицо!

— Вам больше не придётся, как только мы закончим, — парировал Ноль Девятый.

Теперь они окружали Элайджу с двух сторон, и тот скривился, ненавидя это положение. На третьем этаже, где располагался отдел регистрации, Элайджа поспешно заполнил документы:

— Всё готово. Просто зарегистрируйтесь, и на этом всё. Я... я пойду.

Не попрощавшись, он буквально сбежал. Хексион и Ноль Девятый наблюдали, как он удаляется. Хексион подумал, что возможно стоит договориться о ещё одной встрече? Его боевой настрой никуда не делся, да и зрелище было забавным.

Сотрудник за стойкой регистрации быстро завершил формальности:

— Регистрация завершена. И вот...

Он подошёл к белому устройству на уровне пояса и приложил палец — панель раздвинулась, открывая два чёрных браслета.

— Наденьте их на запястья и синхронизируйте пару.

Молча выполнив указания, они услышали дальнейшие инструкции:

— Зажмите левую кнопку для включения. Следите за зарядом. После активации появится запрос на синхронизацию — обменяйтесь кодами, указанными на внутренней стороне.

Обменявшись цифрами, они ввели их. Через мгновение на экране Хексиона появился график с показателями стресса и пульса.

— Браслет проводника отображает состояние эспера. При превышении пороговых значений появится предупреждение о возможном срыве. То же самое — при аномально низких показателях.

Хексион взглянул на данные Ноль Девятого: стресс — 51%, пульс — 102. Ничего критичного, хотя уровень стресса был заметно повышен. Обычно стабильный эспер держался в районе 30%.

— Браслет эспера отображает пульс проводника и динамику уровня совместимости. Эти показатели могут меняться в зависимости от состояния, настроения или... физического контакта.

Ноль Девятый скользнул взглядом по своему устройству: пульс 98, совместимость 82%. Он рассеянно провёл пальцем по экрану.

— Провожу вас в ваши апартаменты. Прошу следовать за мной.

Сотрудник сопроводил их на 62-й этаж, разъясняя некоторые особенности:

— Начиная с 60-го этажа доступ ограничен — требуются специальные браслеты. Ваши уже активированы, так что перемещайтесь свободно.

Как только они ступили на 62-й этаж, перед ними открылась огромная гостиная с панорамным остеклением. В обе стороны расходились коридоры, ведущие в другие помещения. Рядом с лифтом стоял массивный мраморный обеденный стол, напоминающий кухонную зону, хотя никакой утвари видно не было.

— Питание будет доставляться по расписанию. Если потребуется что-то дополнительное — нажмите кнопку вызова в любой комнате.

Белоснежные мраморные полы дополнял ковёр холодных оттенков. Напротив дивана угольного цвета на стене висел огромный монитор. Напоминало роскошный пентхаус.

Хексион, скрестив руки, осматривал пространство с лёгким недовольством. Ноль Девятый тем временем осторожно каснулся мраморной столешницы и попробовал на ощупь изящный стул с серебристыми ножками.

— Тебе нравится? — спросил Хексион.

— Не знаю...

Это разительно отличалось от того, где он жил раньше.

Сотрудник, наблюдавший за их реакцией, продолжил:

— Багаж можно оставить здесь. Если устали — завершим экскурсию завтра.

— Экскурсия подождёт.

Хексион достал телефон, отправляя распоряжение доставить купленные для Ноль Девятого вещи вместе с его. Сотрудник нервно взглянул на него, на что проводник лишь усмехнулся:

— Неужели наше прибытие сегодня стало для кого-то неожиданностью?

— Ну, формально нет, но...

Эспер класса “Катастрофа” и его проводник — силу этого статуса Хексион понимал лучше всех. Ноль Девятый, наивный в мирских делах, возможно, мог бы и не догадываться об этом.

— Мы сами освоимся. Можете идти.

— Если возникнут проблемы — дважды нажмите правую кнопку на браслете для связи с администрацией. Четыре нажатия — сигнал SOS. Будьте осторожны.

— Понял.

— Тогда я пойду.

Сотрудник скрылся в лифте. Ноль Девятый подошёл к панорамному окну, рассеянно наблюдая за пейзажем. Поскольку жилой комплекс находился в отдалении от шумного города, за окном простиралась широкая лесная тропа. Пока эспер безучастно разглядывал её, Хексион легко коснулся его спины.

— Тебе предстоит видеть этот вид ежедневно. Если будешь пялиться так — быстро пресытишься.

— Правда?

— По крайней мере, для меня это так.

Хексион задумался, как скоро они оба устанут от этого пентхауса. Впрочем, для Ноль Девятого, проведшего десять лет в однообразной лаборатории, это вряд ли станет проблемой. Проводник взял его руку, лежащую на стекле, и мягко притянул к себе. Эспер не сопротивлялся.

— Я хочу кое-что проверить. Составишь компанию?

— А... Да, пойдём.

Ноль Девятый ответил без колебаний, и Хексион едва заметно улыбнулся, нажимая кнопку лифта. Они спустились на 30-й этаж — в кабинет пост-боевой стабилизации. Здесь проводники помогали эсперам снижать уровень агрессии после сражений.

Когда двери лифта открылись с тихим звоном, перед ними предстал уставший мужчина с чёрными волосами.

— О...

Он издал лёгкое восклицание, увидев Хексиона и Ноль Девятого.

Судя по серой униформе, он был проводником. Мужчина замер, тупо уставившись на них. Ноль Девятый бросил на него беглый взгляд, Хексион же прошёл мимо, не проявив интереса. Чёрноволосый почесал затылок и нагнал их.

— Простите...

— Да?

Ноль Девятый остановился, вынудив Хексиона тоже замедлить шаг.

— Вы новые проводник и эспер?

— Верно. Что-то не так?

Мужчина озадаченно осмотрел Ноль Девятого, затем покачал головой.

— Просто хотел представиться. Думаю, мы будем часто пересекаться.

Он протянул руку. Ноль Девятый мягко улыбнулся и пожал её.

— Я Ноль Девятый.

— Ноль Девятый? Я Кан Ушин.

— А, понятно.

— А это...

— Хексион Теобальд.

— Рад знакомству. Теперь у нас хотя бы появился дополнительный проводник. Нас всегда не хватает по сравнению с эсперами — работа просто выматывает.

При этих словах Хексион слегка склонил голову, а на губах мелькнула мимолётная улыбка.

— Боюсь, я не оправдаю ваших ожиданий.

— Почему же?

Кан Ушин удивлённо моргнул. Хексикон медленно начал что-то говорить, но прежде чем он успел ответить, глаза Кан Ушина расширились, и с его губ сорвался громкий возглас:

— Джаспер!

Хексион повернулся на звук — и в тот же миг чья-то крупная ладонь грубо обхватила его подбородок сзади.

— Так вот он, новый “стабилизатор”? — раздался надтреснутый голос с нотками любопытства.

Ноль Девятый взглянул на незнакомца, неожиданно появившегося за спиной Хексиона. Внезапно раздражение охватило его, и в воздухе зажглись искры.

Человек по имени Джаспер удивленно воскликнул и отпрянул от Хексиона.

— Какого чёрта? Эспер? Ты чего вдруг…

Джаспер не успел закончить. Его тело с треском врезалось в стену, будто невидимая сила швырнула его назад.

— Аргх!..

Ноль Девятый даже пальцем не пошевелил. Однако шея Джаспера неестественно выгнулась, словно кто-то сжимал её в тисках.

Хексион потирал подбородок, в месте где его грубо коснулись, и бросил быстрый взгляд на Ноль Девятого. Уголки его губ дрогнули в полуулыбке, а глаза сузились. Правый глаз так и не закрылся полностью, открывая фиолетовую радужку, в которой на мгновение вспыхнули эмоции. Увы, Хексион тихо вздохнул — слишком быстро, чтобы разглядеть её как следует. Это была его единственная мысль.

— Какого чёрта?!

Джаспер впился ногтями в собственную шею, оставляя кровавые царапины на коже, но так и не смог освободиться от невидимых пут. Без раздумий он активировал свою способность — в мгновение ока его тело исчезло.

“Пространственный прыгун?” — мелькнуло у Хексиона, но размышления прервало новое появление Джаспера — теперь уже за спиной Ноль Девятого. Он казался разъяренным, дико замахнувшись на Ноль Девятого, но…

— Хаа...

Эспер вздохнул и снова обездвижил противника. Джаспер застыл в середине удара, словно вклеенный в воздух. Ноль Девятый аккуратно отвел его руку от себя и подошел к Хексиону:

— Ты в порядке?

— Не особенно.

— Э-это, пожалуйста, прекратите! — Кан Ушин вклинился между ними. Тело Джаспера напряглось от усилия, пытаясь вырваться из невидимого захвата.

Его вены вздулись, пока он боролся с силой, что сковывала его, а его кроваво-красные глаза бешено сверлили Ноль Девятого.

— Пространственный прыгун. Но с задержкой между прыжками.

— Д-да... Но не могли бы вы, пожалуйста, отпустить Джаспера?

— Я его не держу.

Хексион равнодушно пожал плечами. В этот момент Джаспер снова исчез.

“Похоже между прыжками интервал около 10 секунд”,— мысленно отметил проводник.

Ноль Девятый молниеносно прикрыл собой Хексиона, вытянув руку назад — ровно в момент нового появления Джаспера. Лазурные вены на ладони эспера вздулись, когда он сомкнул её на лице противника с легким раздражением.

— Хм.

— Поаккуратнее, — успокаивающе пробормотал Хексион, уткнувшись подбородком в плечо Ноль Девятого.

Эспер мельком взглянул на скорченное лицо Джаспера и отпустил его, слегка подтолкнув. Тело прыгуна грузно рухнуло на пол, когда невидимые путы рассеялись.

Он выглядел ужасно — что-то среднее между раздражением, обидой и детской капризностью.

— Какого... Чёрт. Меня только что наголову разгромили?

Пока Джаспер бормотал ругательства, Кан Ушин поспешно опустился рядом с ним и начал проверять показатели на его браслете. Несколько раз ткнув в экран, он нахмурился. Джаспер же продолжал сверлить Ноль Девятого взглядом, полным ярости.

— Это было достаточно аккуратно? — спросил эспер.

Он обращался исключительно к Хексиону.

— Да.

Ответ был кратким, как приговор.

Хексион отступил на шаг от Ноль Девятого и перевел взгляд на Джаспера и Кан Ушина, которые сидели сгорбившись на полу. Кан Ушин схватил руку Джаспера, словно пытаясь его успокоить. На экране браслета чётко высвечивался уровень стресса — 68%. Это был довольно высокий показатель раздражения. Хексион цокнул и лёгким пинком ткнул Джаспера в колено.

— Ты... ты пнул меня...

— Звание и имя.

— Чего?! Звание и имя?!

Джаспер вскочил, широко раскрыв глаза, и оказался на одном уровне с Хексионом. Он агрессивно наклонился вперёд, но в тот же миг чья-то рука из-за спины грубо прижала его лицо к себе.

— Ай!

Ярость Джаспера вырвалась наружу криком. Хексион, скрестив руки, криво усмехнулся. Как и ожидалось — полный бардак. Всего год прошёл с окончания войны, и если бы система была бы уже идеально отлаженной — это было бы странно. Но даже намёка на порядок здесь не было, что тоже было неправильно. Хексион цепляясь за последние остатки терпения, повторил строже:

— Повторяю: звание и имя.

Низкий голос Хексиона заставил Кан Ушина поспешить с ответом:

— С-сержант, сэр!

— Я не у тебя спрашивал.

— Простите, эспер Джаспер не привык к формальностям...

Хексион холодно окинул его взглядом:

— Ты не его постоянный проводник?

— Нет. Хотя наш процент совместимости высок, в жилом районе нет системы закреплённых пар...

То есть импровизировали по обстоятельствам. Хексион, не ожидая ничего другого, продолжил допрос:

— Твоё звание и имя.

— Лейтенант Кан Ушин!

Он вскочил и отдал честь, разрывая контакт с Джаспером, который ответил недовольным рычанием. Хексион едва сдержал смех, заметив это. Судя по званию, Джаспер был сержантом, а Кан Ушин — младший лейтенантом Сержант рычит на лейтенанта? Хотя агентство, управляющее эсперами и проводниками, позаимствовало военную структуру, царил здесь настоящий хаос. Он и предполагал нечто подобное — именно поэтому явился с инспекцией работы проводников.

Обычно проводники начинали службу с младших офицерских званий, а эсперы — с рядовых. Видимо, рассчитывали, что проводники смогут их контролировать. Наивная затея — думать, что, просто предотвращая их смерть, можно легко управлять существами, чья мощь превосходит все ожидания. Большинство эсперов не способны обуздать свою силу, теряя контроль независимо от характера. Хексион бросил взгляд на Ноль Девятого.

"Те, кто называл его ручным, не врали."

Его внимание вернулось к Джасперу, который теперь смотрел не на Кан Ушина, а на него. Ноль Девятый тихо рассмеялся и притянул Хексиона к себе, положив руки ему на плечи.

— Он — мой проводник.

— Когда речь идет о проводниках, не бывает "твоих" и "моих" проводников, — Джаспер оскалился в дикой ухмылке. — В любом случае, они — общественный ресурс.

Хексион наблюдал, гадая, как далеко тот зайдёт, и не видел, как меняется выражение лица Ноль Девятого позади него.

— Говорят, этот проводник прошёл всю войну. Тебе правда нужно что-то настолько потрёпанное?

Напряжение возросло. Хексион чувствовал себя так, будто слушал собачий лай, но Ноль Девятый воспринял это иначе. Обхватив Хексиона за талию, он прижался лбом к его плечу и спросил:

— Хексион, ты зол?

— Ноль Девятый, — проводник ответил спокойно, — это не я зол. Это ты расстроен.

— А...

Эспер крепче сжал руки на его талии и медленно поднял голову. Тень легла на его лицо, но лавандовые глаза странно светились.

— Значит, это я зол.

В мгновение ока Джаспер отпрянул. Его глаза расширились от внезапного давления. Как только их взгляды встретились, по телу Джаспера пробежала дрожь. Хексион взглянул на свою руку, бессознательно проводя ногтем по большому пальцу. Что ж, небольшой урок, возможно, не повредит. Хексион слегка приподнял подбородок.

Бум!

Тело Джаспера отбросило в дальний коридор. Трах! Он с грохотом ударялся о белые стены, оставляя после себя трещины и осыпающуюся штукатурку. Кан Ушин вскрикнул, когда датчики в зале взревели пронзительной тревогой. Издалека до их ушей донеслись стоны Джаспера:

— Угх... кх...

Ноль Девятый всё ещё цеплялся пальцами за талию Хексиона, сжимая её всё сильнее — словно пытался сдержать себя. Проводник поднял руку и мягко погладил его по голове.

— Успокойся. Серьёзно.

В этом жесте читалось именно это. Честно говоря, если никто не умрёт, всё можно будет списать на учебную тревогу.

— Успокоиться... надо успокоиться... — бормотал эспер.

Он всегда был аномалией. По иронии судьбы, он так и не принял участия в войне — именно из-за непредсказуемости своих способностей.

Когда страны впервые измеряли силу эсперов, Ноль Девятый превзошёл все пределы их шкал. Даже после восьми тестов ни один прибор не смог точно оценить его потенциал. В итоге его изолировали, так и не позволив раскрыть силу полностью. Но одно было ясно:

— Я ещё даже ничего не сделал.

Джаспер закатил глаза, судорожно хватая ртом воздух. Кан Ушин закричал Хексиону:

— Он умрёт!

— Не умрёт.

— Но...!

Хексион цыкнул и обратился к нему:

— Я разберусь.

Его рука легла на плечо Кан Ушина с лёгким шлепком, сопровождаемая мягкой улыбкой. От этой улыбки по спине проводника пробежал холодок.

— Всем построиться под моим началом.

— Простите... ваш ранг?

— Особый.

Глаза Кан Ушина задрожали.

— Полковник.

— О...

Он издал тихий звук, полный осознания.

"Ах, теперь мне действительно крышка."

Хексион легонько хлопнул ошеломлённого Кан Ушина по щеке — если понял, действуй. Тот вскочил и бросился к лифту, исчезнув из виду. Но Джаспер по-прежнему висел на стене.

— Всё ещё в плохом настроении, да?

— Не знаю.

— Достаточно.

— Я... ничего не сделал.

— Моя катастрофа. Помни, твою силу невозможно измерить.

— Понял.

Ноль Девятый уткнулся носом в изгиб шеи Хексиона, глубоко вдохнул его запах — и отпустил. С глухим стуком Джаспер рухнул на пол. Хексион неспешно подошёл к нему, насвистывая.

— Полагаю, сломанных костей довольно много?

Да, переломы по всему телу. Но это не проблема.

— Я справлюсь.

Он похлопал Ноль Девятого по плечу. Эспер казался пассивным, но знал — его проводник не станет лгать в таких вещах.

Едва Кан Ушин скрылся в лифте, как второй кабинка пришла в движение. Тревожный сигнал оповещал, что администрация спешит на место. Небрежным движением Хексион нажал кнопку последнего из трёх лифтов.

Кабинка со звоном остановилась на этаже центра сопровождения. Лёгким кивком Хексион дал знак Ноль Девятому.

— Иди домой.

— Домой?

— Да. Туда, что теперь станет нашим домом.

— Но если я уйду... Всё оставишь на себя?

— Да.

— Это я устроил беспорядок.

— Отчасти и я. Не беспокойся. Это мелочи.

— ...

Ноль Девятый с любопытством посмотрел на него. Хексион пристально изучил его выражение, затем подошёл ближе и мягко обхватил его лицо ладонями, притянув к себе так, что их лбы соприкоснулись.

— Ты пока ничего не имеешь и ничего не понимаешь, — прошептал он. — Не лезь не в своё дело и тихо иди домой.

Голос звучал спокойно, но с ядовитым оттенком. Лицо Ноль Девятого стало пустым, будто стёртым. Хексион, отметив эту перемену, легонько провёл пальцами по его щеке прежде чем заговорить снова:

— Тебя это задело?

— Мне не о чем беспокоиться.

— Верно, это факт.

— Нет. Я не обижаюсь, потому что ничего от тебя не жду. Ты просто ошибся в подходе.

— Я всегда был немного... ненормальным.

— Именно. Поэтому я просто послушно уйду, как ты и советуешь.

Ноль Девятый вошёл в лифт и поднялся наверх.

О прибытии второго лифта известил звон, и наконец появилась команда администрации. В белых униформах они ошеломлённо осмотрели бесчувственного Джаспера и разрушенный коридор.

— Что, чёрт возьми, здесь произошло?!

— Минуточку.

Хексион поднял руку — и странное давление в воздухе заставило их замолчать. Только когда цифры на табло лифта Ноль Девятого показали 62-й этаж, он опустил взгляд и усмехнулся, засунув руки в карманы пальто.

— Произошёл небольшой инцидент. Скоро всё уладим.

— Что значит "уладим"? Невозможно терпеть такие происшествия сразу после вашего прибытия!

— А что здесь невозможного?

— Почему вы так себя ведёте? Вы ведь должны понимать последствия!

— Давайте сначала разберёмся с этим.

Он кивнул в сторону Джаспера. Руководитель группы вздохнул и жестом распорядился унести пострадавшего. Пока те поднимали тело, Хексион приблизился к нему, поправил складку на его плече и внимательно изучил бейдж. На нём было написано "Лиам Миллер".

— Итак, руководитель Миллер, верно?

— ...Да, полковник.

— О? Значит, мне не нужно вмешиваться?

Лиам Миллер замер на мгновение. Он знал Хексиона Теобальда ещё с тех времен, когда служил на передовой, прежде чем перейти в отдел администрации станции. Как и Хексион, он был ветераном — хотя сомневался, что полковник об этом догадывался.

— Давно не виделись.

— О, кажется, вы меня узнали.

Они служили в одном подразделении. Пусть Лиам и не знал всех тайн Хексиона, но главное помнил отчётливо: его колючий нрав, ту тревожную усмешку, что заставляла людей нервничать, и ту фанатичную настойчивость, с которой он добивался своих целей.

— Тогда объяснения не потребуются.

— Я переведу эспера в палату рядом с жилым блоком. Но скрыть этот инцидент от директора не смогу.

— Хорошо. Я сам разберусь с ним.

— ...Понял.

Команда погрузила Джаспера в лифт и удалилась. Лиам остался, ощущая, как Хексион с лёгкостью нависает над ним, его серые глаза холодно скользят сверху вниз. Да, эти глаза он запомнил навсегда.

— Кажется, ты хочешь что-то сказать? — Хексион криво усмехнулся.

— ...У меня есть просьба.

— Говори.

— Нам не хватает проводников.

— Я в курсе.

— Я так понимаю, вы назначены личным проводником Ноль Девятого...

Хексион приподнял бровь.

— Не могли бы вы иногда помогать с другими эсперами?

— Зачем мне это?

— Ну...

“Потому что тогда вы смогли вернуться…” — слова застряли у Лиама в горле. Хексион, уловив намёк, сухо рассмеялся и положил руку ему на плечо, медленно опуская её к предплечью.

— Позволь перефразировать. Почему я должен это делать?

— Хотя бы подумайте об этом...

— Лиам Миллер.

Голос Хексиона прокатился низким громом, и дрожь пробежала по спине Лиама. Этот звук нельзя было назвать ни шёпотом, ни скрежетом — нечто неуловимое, но ясное в одном: Лиам разозлил Хексиона Теобальда.

— Не переходи черту.

— ...Понял.

Хексион выпрямился, снова надев маску безэмоционального бизнесмена. Он наклонил голову, нажал кнопку лифта и наблюдал, как цифры сменяют друг друга.

— Что на счёт отчёта директору?

— Вероятно, уже отправили.

— Быстро. Мне это нравится.

Не отрывая глаз от табло, он приказал:

— Весь персонал ниже моего ранга — собраться на первом этаже.

— Простите?

— Не вмешивайтесь. Администрации здесь не место.

— Но если директор...

— Я разберусь. Не усложняйте.

“Неужели я кажусь таким беспомощным?” — внутренне усмехнулся Хексион.

Двери лифта закрылись, скрыв его. В кабине он задумался. С его репутацией многие знали о его прошлом, но Лиам был очевидцем — это создавало особые неудобства.

“Раздражает…”

Он слегка прикусил ноготь и спрятал руки в кармане пальто.

Когда лифт достиг офиса директора, секретарь вскрикнула:

— Что вы...?

Прежде чем она успела закончить вопрос, Хексион прошел мимо нее прямо в кабинет директора. Игнорируя голос, доносившийся сзади, что это неприемлемо, он направился к дивану, где сидел ранее, скрестил ноги и стал ждать. Директор, сидевший за столом, уставился на него пронзительным взглядом.

— Полагаю, вы уже получили отчет?

— ...Что, черт возьми, ты себе позволяешь?

— Между нами не нужны формальности.

Хексион усмехнулся. Директор сверкнул глазами, но не встал. Хексион же, не обращая внимания на его жесткий взгляд, продолжил разговор спокойно и прямо:

— Давайте просто забудем об этом.

— Использование способностей в жилой зоне влечет за собой наказание по правилам.

— Именно. Поэтому я и пришел предложить закрыть на это глаза.

— Исключений не бывает. Так что...

— Я слышал, бюджет жилой зоны почти иссяк.

Директор резко замолчал.

— И что вы успели растратить пять миллиардов из него.

Лицо директора мгновенно окаменело.

— ...Сколько ты успел раскопать?

— Если я захочу, раскопаю всё, господин директор.

Поднявшись с дивана, Хексион неспешно подошел к его столу. С его аккуратно уложенными пепельными волосами, дорогими часами на запястье и идеально сидящим пальто он выглядел не столько проводником, сколько представителем корпорации — или, может, мафиози, пришедшим озвучить угрозу.

— Компенсации за ущерб от вспышек эсперов, задержки в устранении аномалий... Даже боевой корабль прикарманили. Похоже, вы не хотели, чтобы об этом узнали наверху. Не лучший ход.

— Ты не думаешь, что переходишь границы?

Директор зарычал, оскалив зубы, но в глазах Хексиона он выглядел как старый беззубый тигр. Спокойный, Хексион улыбнулся и нагло положил ладонь на его стол.

— Что такое пять миллиардов?

— Что?

— Я покрою их. Так что давайте договоримся: вы нас какое-то время не трогаете.

— …

Глаза директора расширились. Хексион усмехнулся. Чего так удивляться? Если проведёшь со мной время, тебя ждут куда большие потрясения. Он убрал руку со стола и с лёгкостью уселся на его край — наглый жест, от которого у директора отнялась речь. Или, возможно, он был ошеломлён суммой, которую Хексион так легко предложил покрыть.

— Система здесь невероятно разболтана.

Хексион слегка раздвинул пальцы, будто измеряя степень беспорядка.

— Я бы хотел её… подкрутить.

Директор не находил слов. Пять миллиардов. Сумма, неподъёмная для одного человека. И тем не менее, он предлагал вернуть её. Просто так. Теперь директор понимал, какими огромными богатствами обладали те, кто носил фамилию Теобальд. Осознание было не из приятных.

— И как ты собираешься её “подкручивать”?

— Просто внесу военный порядок. Чудо, что этот бардак продержался так долго.

— Эсперы никогда не согласятся. Проводники — тем более.

— Всё в порядке. Я разберусь. Просто не мешай мне.

Директор задумался. Вернее, сделал вид. Его мозг лихорадочно работал: такой шанс больше не представится, и торговаться тут было бессмысленно. Либо принять предложение, либо отказаться. Но по сути, выбора у него не оставалось. В конце концов, директор предпочёл молчание. А это означало согласие.

Хексион криво улыбнулся. Неужели он так удивлён? Если задержится рядом, таких сюрпризов будет ещё много.

— Твое лицо я видел слишком часто. Давай на время перестанем встречаться.

С этими словами Хексион вышел из кабинета директора. Оглядевшись, он заметил одинокий лифт, все еще находившийся на верхнем этаже, и решил спуститься на первый. Когда двери лифта с легким звоном разъехались, его встретил шумный холл, заполненный людьми.

— Уже почти на месте, — пробормотал он себе под нос, выходя с бесстрастным выражением лица. Собравшиеся явно не представляли всех пробудившихся, проживающих здесь — их было слишком мало. Хексион остановился перед ними в расслабленной позе, будто именно такого исхода и ожидал.

— Внимание! — Неспокойный Кан Ушин крикнул, привлекая все взгляды к себе и стоящему рядом Хексиону.

— Вам нужно усвоить лишь одно.

На губах Хексиона расплылась хищная улыбка, обнажая острые клыки. Даже те, кто видел его впервые, понимали — перед ними полковник. От него веяло необъяснимой угрозой, ощущением, что он запросто может воплотить самые мрачные предчувствия.

— Тех, кого здесь нет… — Его низкий голос едва сдерживал смешок. — Считайте мертвецами.

С момента окончания войны прошло чуть больше года. Большинство эсперов и проводников из Отдела Социального Обеспечения имели боевой опыт, за исключением недавно пробудившихся. Окинув взглядом неровный строй, Хексион понял — работы еще будет много. Даже элементарное построение казалось им непосильной задачей.

— Процент явки...

Кан Ушин поспешно сверился с часами и понизил голос, докладывая:

— Проводников — 82%. Эсперов... 12%.

Проводников в армии гоняли, как собак, а их и без того малочисленный состав постоянно использовали для черновой работы. Это объясняло, почему некоторые сохранили подобие рассудка даже после войны. Отсутствующие 18%, вероятно, были новичками.

— Кан Ушин.

— Лейтенант Кан Ушин.

— Для всех проводников, находящиеся здесь...

— Да.

— Начинайте оформлять им отпуска.

— Хорошо… Простите, что?

Глаза Кан Ушина округлились от недоверия. Но Хексион лишь посмотрел на него взглядом, полным немого вопроса: “Неужели нужно повторять?” Недоверие лейтенанта начало таять, когда до него наконец дошла суть приказа.

— То есть... всем отсутствующим проводникам?

— Верно. Эсперы, в силу своей природы, не могут покинуть жилой сектор, поэтому основные обязанности лягут на присутствующих. Отсутствующих переведут в низкоприоритетный список.

— Но если у них случится срыв...

— Что ж... — Хексион улыбнулся, и в его улыбке не было ни капли зла. — Они умрут.

— Это... неразумно. — Кан Ушин закусил губу. Хексион похлопал его по плечу, будто понимая его тревогу.

— Тебе тоже не помешает отпуск. Навестишь родных.

— Н-нет, мне ничего не нужно.

— Правда?

“Неужели ты действительно сможешь следить за мной, находясь рядом?” — именно это читалось в его взгляде. В голове Кан Ушина зазвучали тревожные звоночки — предостережения предков, твердивших, что, останься он здесь, ему придется стать свидетелем невыносимого. Приняв мгновенное решение, он резко кивнул.

— Я займусь оформлением отпусков.

— Хорошо.

Их разговор вызвал волну шепота. Проводники переглядывались в полном недоумении. Отпуск? Это слово не звучало здесь со дня их пробуждения. Пока они стояли в оцепенении, Хексион небрежно махнул рукой:

— Кто не подаст заявление на отпуск в течение десяти секунд — будет считаться добровольно оставшимся.

Шёпот моментально стих. Их мысли лихорадочно заработали.

1 секунда.

Это правда? Неужели можно просто согласиться?

2 секунды.

Они действительно дают нам передышку?

3 секунды.

Если я скажу «да», чем это обернётся?

4 секунды.

Но он вроде не лжет.

5 секунд.

Да будь что будет! Отдыхать надо в любом случае!

В тот же миг проводники бросились врассыпную. С таким они были рвением, что побежали к лестнице, даже не дожидаясь лифта. Хексион наблюдал за их бегством, легонько касаясь наручных часов. Он дважды нажал правую кнопку, экран мигнул надписью "Соединение", и вскоре раздался узнаваемый голос Лиама Миллера.

— Сейчас к тебе поднимутся проводники. Много.

— Что за чертовщину вы устроили?

— Просто выдал им заслуженный отпуск.

— ...Отпуск?

— Недовольные могут прийти ко мне.

— Погодите-ка минутку...

— Единый срок — семь дней.

— Но кто тогда будет заниматься руководством...!

Связь прервалась, не дав возможности для возражений. Засунув руки в карманы, Хексион углубился в свои мысли. Пока Кан Ушин мчался в управленческий отдел, холл опустел. Несколько сотрудников в белой форме тупо уставились на Хексиона. В ответ он одарил их бойкой ухмылкой и направился обратно к лифту. Его ждало еще одно дело.

Дзинь.

Лифт остановился на 62-м этаже, открывая панорамный вид на пентхаус, который он делил с Ноль Девятым. Тот сидел на диване в гостиной, отвернувшись. Хотя шаги Хексиона должны были быть слышны, но Ноль Девятый не подал виду, что заметил его. Слегка улыбнувшись, Хексион подошел сзади и нежно приподнял его подбородок. Лавандовые глаза встретились с его пепельно-серыми.

— Не хочешь спросить, вернулся ли я?

— Ты не говорил, что уходишь.

— Ох.

Притворившись, что вспомнил, Хексион наклонился ближе и прошептал:

— Я вернулся.

— ...

После короткой паузы Ноль Девятый поднял свою крупную ладонь, притягивая Хексиона ближе. Их губы встретились, и на мгновение Хексион отвел взгляд. Когда его рот приоткрылся, внутрь скользнул язык Ноль Девятого. Хексион принял его, слегка посасывая, украдкой поглядывая на часы. Уровень стресса: 61%. О, кажется, он слегка раздражен.

Почувствовав рассеянность партнера, Ноль Девятый обхватил его голову обеими руками, прижимая сильнее. Хексион ответил укусом и более глубоким движением языка, принимая тихий стон как подтверждение. Каждый раз, когда его язык сжимали губами, волна дрожи пробегала по телу Ноль Девятого, заставляя его сжимать пальцы крепче. Рука Хексиона скользнула вниз, от шеи к груди, и даже сквозь ткань одежды казалось, будто он касается голой кожи.

— Хах…

Они разомкнули губы, дыхание смешалось в узком пространстве между ними. Встретившись взглядом, Ноль Девятый спросил:

— …Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Ах, моя катастрофа такая проницательная.

— Ты бросил меня, когда я стал бесполезен, и вернулся, лишь когда понадобился.

— Разве не поэтому я сейчас здесь, очаровываю тебя?

Глаза Хексиона искрились насмешливым блеском. Ноль Девятый выдохнул что-то вроде вздоха, его только что поцелованные губы все еще блестели и были слегка припухшие. Взгляд скользнул к губам Хексиона, прежде чем он провокационно бросил:

— И это ты называешь “очарованием”?

Ах… Хексион оценил его взглядом. Ноль Девятый медленно моргнул. Перебравшись на колени, Хексион устроился на бедрах партнера, отчего его идеально сидящие брюки натянулись еще сильнее. Казалось, Ноль Девятый не осознавал, как его большие ладони сами собой легли на бедра проводника. Тот наклонился ниже, шепча в его волосы:

— Как мне очаровать мою катастрофу, чтобы сделать его счастливым?

— Ну… я не то чтобы сильно расстроен.

— Конечно нет.

Хексион рассмеялся, но Ноль Девятый нахмурился и резко притянул его к себе с неожиданной силой. Их тела столкнулись. Без тени смущения он поднял на него взгляд:

— Я не знаю. Я не разбираюсь в таких вещах.

— Делай, что хочешь.

Хексион не мог отделаться от мысли, что Ноль Девятый лишь внешне сохранял спокойствие. Внутри же он не был столь мягким. И, кажется, его догадка подтверждалась. Вглядываясь в лавандовые глаза, Хексион поднял руку и начал медленно расстегивать пуговицы своего костюма. Сначала пиджак — часть его безупречного тройного ансамбля — соскользнул за спину. Когда его длинные бледные пальцы освободились от жилета, осталась лишь полупрозрачная рубашка. Лицо Ноль Девятого постепенно теряло выражение. Хексион хорошо знал, что скрывалось за этой бесстрастной маской.

Тук. Тук.

Взгляд Ноль Девятого начал следить за пальцами Хексиона, расстегивающими рубашку. Время тянулось мучительно медленно. Каждое движение его пальцев было пыткой. Когда торс наконец обнажился, он оказался подтянутым и бледным. Ноль Девятый не мог оторвать глаз от расстегнутого ворота. Хотя его собственное тело тоже было крепким, оно разительно отличалось по форме и фактуре.

— Можно поцеловать не только губы? — спросил он.

— Если тебе этого хочется.

Ноль Девятый наклонился и провел языком по выступающей ключице Хексиона. Тот запустил пальцы в его волосы, а Ноль Девятый, почувствовав легкое покалывание у корней, впился зубами в плоть. Легкая дрожь пробежала по его губам.

— Ах...

Было ли это больно? Ноль Девятый поднял взгляд. На лице Хексиона не дрогнул ни один мускул. Как грубо я могу действовать? Сузив глаза, Ноль Девятый заострил зубы и вонзил их глубже, до крови. Хексион на мгновение стиснул челюсти, напряжение проступило в скулах. Ощущение разрывающейся кожи было явственным, за ним последовал вкус крови. Он сжал губами ранку, раздался влажный звук, и Ноль Девятый отпустил, проглотив смесь слюны и крови.

— Ты неплохо переносишь боль, не так ли?

— ...Полагаю, лучше тебя.

Хексион разжал зубы. Ноль Девятый разглядывал четкий след укуса на его ключице. Ах, не так уж это и плохо. Он признался себе, что этот момент ему нравится, хотя и не испытывал особого волнения.

— Так что мне делать?

— Ничего особенного.

Хексион легко обвил руками его шею.

— Просто проследи, чтобы ни один эспер здесь не посмел прикоснуться ко мне.

Ноль Девятый задумался. Единственный эспер, с которым он здесь пересекался — Джаспер, не казался серьезной угрозой. Кивнув в согласии, он почувствовал, как Хексион соскользнул с его бедер, подобрал с пола жилет и пиджак и выпрямился во весь рост.

— Остальное я беру на себя.

— Выглядишь немного пугающе.

— Ха-ха.

Хексион рассмеялся без тени злобы, и Ноль Девятый подумал, что никогда не видел более странной улыбки.

* * *

Тем временем, проводники, собранные по приказу Хексиона, заполняли заявления на отпуск и собирали вещи в своих комнатах. Стандартное размещение — по двое в номере. Пока Кан Ушин молча упаковывал свои вещи, его сосед Мэтью Гиллот усмехнулся:

— Я же говорил не ходить. Что, в командировку собрался? Ты ведь не единственный, кто едет, да?

— Нет.

Кан Ушин перекинул рюкзак через плечо и поднялся.

— Я в отпуске.

— ...Что ты сказал?

Мэтью переспросил, будто не расслышал. Кан Ушин сжал губы и вышел из комнаты без ответа. Мэтью поспешно сунул ноги в тапочки и бросился следом, приставая с вопросами:

— Отпуск? Это как вообще возможно? Когда это проводникам давали отпуска?

— Теперь дают.

— Да этот твой полковник не брешет?

— Заявление оформлено официально.

— Погоди-ка. Это же бред. А как же я?

Кан Ушин посмотрел ему прямо в глаза:

— Ты нарушил приказ.

— Да брось, эти звания ничего не значат...

— Отныне будут значить. Так что не заговаривай со мной. Продержись семь дней.

Мэтью ошарашенно наблюдал, как Кан Ушин уходит. Отпуск? Целых семь дней? Пока он стоял в коридоре общежития, в отчаянии хватая себя за волосы, другие проводники один за другим начали выходить из комнат с вещами.

— И вы тоже... в отпуск? — спросил Мэтью.

— Ну, так вышло.

Они поспешно удалялись, не желая ничего объяснять. Мэтью быстро сообразил, что медлить нельзя. Отпуск — слово, которое он никогда не слышал в отношении проводников. Но теперь это реальность? Конечно, ему тоже нужно его получить!

Однако...

— Сожалеем, но вы не соответствуете критериям для отпуска.

Ответ отдела администрации прозвучал равнодушно. Несмотря на крики и возмущение Мэтью, они даже не усмехнулись. Его настроение достигло дна. Казалось, хуже быть не может. Но настоящий ад начался, когда...

— Проводник! Срочно, руководство!

...эсперы начали возвращаться с дневного задания.

Их было больше сотни, а оставшихся проводников... явно не хватало для обработки такого потока. Мэтью, привыкший в это время отправляться в процедурную к возвращению эсперов, столкнулся с хаосом. Ах да. Кроме таких, как я, все в отпуске. Да, черт возьми, они ушли в отпуск!

Когда эсперы хлынули внутрь, он оглянулся на других оставшихся проводников и понял: они, как и он, проигнорировали приказ полковника о явке. Черт, надо было слушать. Надо было довериться умнику Кан Ушину. Сожаление пришло слишком поздно. Ровно в 21:00 эсперы начали вываливаться из переполненного лифта, а самые нетерпеливые, поднявшись пешком по лестнице на 30-й этаж, ворвались в комнату сопровождения.

Эсперы, искавшие "своих" проводников, заглядывали в пустые процедурные кабинеты с растущим недоумением.

— Где проводник? Здесь тоже никого?

Они были сбиты с толку. Возбуждение после боя и полученные травмы довели их уровень стресса почти до максимума. Отчаянно пытаясь сбить нарастающее напряжение, они бросились к оставшимся проводникам. Мэтью и другие проверяли часы, выбирая эсперов с наиболее критичными показателями.

— Что за чертовщина?

Но на вершине списка оказался эспер, не участвовавший сегодня в задании — с уровнем стресса всего 32%.

Несмотря на бешеные нажатия на часы, показатели не менялись. Та же картина наблюдалась и у других проводников — они в отчаянии тыкали в экраны.

— Да что вы там копаетесь?!

Один из эсперов, доведенный до предела, взорвался от ярости. Проводники дружно вздрогнули. В комнате находились только эсперы с повышенным уровнем стресса. Их налитые кровью глаза метались по сторонам. За что шла эта немая борьба? Призом были оставшиеся проводники. Мэтью окинул взглядом переполненную эсперами процедурную и сглотнул. Ох, сейчас будет настоящий ад. Перед ним стояли эсперы с зашкаливающим уровнем стресса, и единственное, что он чувствовал — животный страх. Эти монстры запросто могли разорвать такого, как он.

— Ха.

Пока Мэтью цепенел от ужаса, их присутствие становилось все более подавляющим. Затем один из эсперов впереди протянул руку к его горлу, словно собираясь задушить.

— Гх...!

— Если взялся за работу — делай как следует.

Эспер агрессивно сжал шею Мэтью, требуя руководства тоном, в котором сложно было разобрать — шипение это или рык. Мэтью ухватился за его запястье, пытаясь вырваться, но другие эсперы тут же оттянули его руки. Мгновенно обездвиженный, Мэтью подумал: “Вот и все. Сегодня я умру.” Если бы не человек, появившийся в этот момент.

— Ну и бардак.

Вжик!

Эсперы, толпившиеся в комнате сопровождения, внезапно расступились по сторонам. Не по своей воле — будто их отбросила невидимая сила. Они замерли по обе стороны от двери, словно пригвожденные к стенам.

По образовавшемуся коридору неспешной походкой шел мужчина в сером костюме, с такими же пепельными волосами. Он ненадолго остановился в центре, руки небрежно засунуты в карманы, и оглядел помещение — будто ожидал увидеть именно эту картину.

— Кто... вы...

Когда хватка на его шее ослабла, Мэтью прокашлялся и с трудом выдавил вопрос. Хексион приподнял бровь, и на его губах появилась улыбка, полная странного веселья.

— Тебе стоит знать, кто я.

— ...Полковник?

Хексион на мгновение задержал на нем холодный взгляд, и Мэтью начал лихорадочно соображать, в чем провинился. Эти глаза давили тяжелее, чем хватка эсперов. Вдруг он вспомнил слова Кан Ушина.

— Сержант Мэтью Гиллот.

— Да-да!

Хексион посмотрел на него с выражением "нас ждет долгий путь".

— Так вот, сержант Гиллот.

— С-слушаюсь!

Мэтью резко вскочил по стойке "смирно". Красные отпечатки пальцев эспера все еще виднелись на его шее. Хексион цокнул языком и повернулся, заметив Ноль Девятого, который лениво следовал за ним, с любопытством разглядывая замерших эсперов.

— Это их обычное состояние?

— Моя катастрофа, не стоит намеренно создавать врагов.

— Я в курсе.

Ноль Девятый не до конца понимал ситуацию. Хексион попросил расчистить путь — он расчистил. Проще простого. Оглядев эсперов по обе стороны, он предположил, что кто-то может вырваться. Но никто не шелохнулся.

Глаза эсперов были налиты кровью. Некоторые находились на грани срыва. Ноль Девятый придвинулся ближе к Хексиону и прошептал что-то, но тот продолжал невозмутимо наблюдать за проводником.

— Как самочувствие?

— ...В норме.

Мэтью Гиллот мог быть глуп, но он не был лишен понимания: жаловаться сейчас — себе дороже. Уголки губ Хексиона вновь дрогнули в полуулыбке, когда он повернулся к эсперам. Ноль Девятый украдкой взглянул на его лицо. Опять эта улыбка — беззлобная, но почему-то вызывающая беспокойство.

— Возможно, некоторые уже в курсе, но с сегодняшнего дня я ваш новый полковник.

Взгляд Хексиона медленно скользнул по эсперам по обе стороны от прохода.

— Что означает — ваш начальник.

Несколько эсперов скривились — Хексион не упустил этого.

— Пока что все свободны.

По его жесту сдерживающая сила ослабла. Эсперы переглянулись. Даже если бы они объединились против двух проводников, мысль об эспере нового полковника сковывала их. Они понимали: даже всем вместе им не справиться. Некоторые осторожно ретировались. Другие проводники наверняка тоже в подобной ситуации — срочное руководство невозможно, но они верили, что их не оставят наедине с безумием.

Однако большинство эсперов не подчинилось. В опустевшей процедурной один из них сделал вызов, шагнув к Хексиону. Ноль Девятый приподнял бровь, но тот лишь жестом успокоил его.

— Ты с нами играешь?

— Звание.

— Думаешь, здесь это что-то значит?

Ядовитая насмешка сорвалась с его губ. Хексион рассмеялся снисходительно.

— Раньше — нет. С тех пор, как я приехал — да.

Эспер резко поднял руку. Но Ноль Девятый не дремал. С глухим стуком голова нарушителя врезалась в пол, оставив вмятину. Окружающие поморщились, а Хексион небрежно посмотрел на него сверху вниз, наступив ногой на распластанное тело, и бросил:

— Такие, как ты, везде как под копирку. Неужто вас на конвейере штампуют? Будто вылеплены из одной формы.

Пальцы эспера дёргались, но подняться он не мог — сила Ноль Девятого по-прежнему сковывала его. Хексион повернулся к сержанту:

— Выходи.

— С-слушаюсь... Куда?

— Выведи эсперов из коридора в процедурную. Эти — в конец очереди.

— Разве... так можно, сэр?

Хексион ответил кривой ухмылкой. Мэтью понял, что снова ошибся. Быстро вытянувшись по стойке "смирно", он выпалил:

— Так точно!

— Третьего шанса не будет.

— Так точно, сэр!

Мэтью поспешно вывел эсперов в свободную процедурную, как и приказал Хексион Теобальд. Тот убрал ногу с головы эспера, проверив часы. Уровень стресса Ноль Девятого: 53%. Нужно было оценить состояние остальных. Двойным нажатием кнопки Хексион связался с администрацией.

— Синхронизируйте данные всех эсперов.

— Принято.

В отличие от пробудившихся, администрация была вежлива и эффективна. На экране часов появилась статистика: 72%, 78%, 84%... 94%.

Хексион отметил, что уровень стресса эспера у его ног приближался к критическому, и это его забавляло. Легким жестом он дал знак Ноль Девятому ослабить хватку. Эспер, пошатываясь, поднялся, белки его глаз налились кровью.

— Ты... проклятый ублюдок!..

— И это всё, что ты можешь придумать? Такие слова в такой момент? Видно, тебя слишком берегли.

Хексион и не думал проводить сеанс руководства, хотя состояние эспера ухудшалось. Он сохранял ледяное спокойствие, ожидая пика стресса. Ведь это не убьёт их. Пройдя десятилетие войны, Хексион хорошо знал выносливость эсперов. Его улыбка обнажила острые клыки.

Эспер сдержал порыв схватить Хексиона за воротник. Но Ноль Девятый мгновенно заблокировал попытку своей силой. Хексион взглянул на часы: 98%. При 100% начнётся неконтролируемое буйство. Он наблюдал с почти научным интересом.

— Чёртова дворняга!..

99%

В глазах эспера мелькнул страх. При потере контроля тело разорвёт на части — он чувствовал это каждой клеткой. Хексион равнодушно следил за часами. И вот стресс достиг...

100%

Экран замигал красным: "Уайат Тейлор. "Буйство" стадия 1".

Из центра администрации тут же раздался тревожный голос:

— Уайат Тейлор вступил в первую стадию “Буйство”!

— Я в курсе.

— Что за чертовщина происходит?

— Разберусь. Отбой.

Щелчок связи.

Мышцы Уайата напряглись, дрожа от нарастающего напряжения. Ноль Девятый приготовился, гарантируя безопасность Хексиона.

Бух!

Эспер на полу забился в конвульсиях, издавая хриплый кашель. Наблюдая за этим, Хексион вспомнил свою первую встречу с Ноль Девятым — тогда он впервые столкнулся с ним, не зная даже цвета его глаз. Пока Хексион предавался воспоминаниям, Ноль Девятый с любопытством разглядывал корчащегося эспера. Присутствие Хексиона наполняло процедурную давящей тяжестью, сковывающей саму душу. Наблюдая за безумцем, остальные эсперы напряглись, осознав: задержавшиеся разделят его участь.

Уайат уставился на Хексиона с всепоглощающей ненавистью, вены на шее вздулись. Хексион сделал шаг вперед и слегка наклонил голову, рассматривая его сверху вниз.

— Умри в своем безумии. Либо прими реальность.

— Гхх... кхх...

Уайат не хотел умирать. Это было естественно. Откуда у этого проводника такая уверенность? Если он сорвется здесь, все вокруг будет разрушено. Но почему... почему? Лопнувшие капилляры окрасили его глаза в кровавый цвет, когда он смотрел на Хексиона.

И тогда он понял.

А, вот оно что. Хексиону было все равно, выживет он или нет. Он не боялся его буйства. Эти холодные пепельные глаза без тени эмоций говорили сами за себя. Преодолевая боль, Уайат протянул дрожащую руку.

И наконец схватил сапог Хексиона.

— П-пожалуйста... помогите...

— Помочь?

— Умоляю, сэр...

Уайат говорил сквозь стиснутые зубы, с отчаянием, застывшим на лице.

— Полковник...

Только тогда Хексион одарил его мягкой улыбкой. Уайат подумал, что кошмар окончен. Но Хексион вновь взглянул на часы и произнёс:

— Десять.

Уайат дёрнул головой, осознавая, что не ослышался. Неудержимая сила бушевала внутри, разрывая его на части. Он изо всех сил сдерживал крик, ощущая вкус крови во рту — будто разгрыз собственные дёсны.

— Девять.

Теперь он понял: этот седовласый полковник, возвышающийся над ними, был поистине дьявольским исчадием. Уайат знал — он должен выдержать обратный отсчёт, сохраняя рассудок до конца, иначе всё кончено.

— Восемь.

Уайат выдохнул, захлёбываясь, и выплюнул кровь. Кровавая слюна растеклась по полу, пока другие эсперы наблюдали за этим мучительным зрелищем в оцепенении. Уровень стресса зашкаливал — каждого терзал страх разделить его участь.

— Семь.

Уайат закашлялся и закатил глаза. Хексион же оставался невозмутим, лениво постукивая ногой в такт счёту, будто измеряя пределы их прочности. Их ужас заключался в осознании: этот демон действительно стоит над ними.

Шесть. Пять. Четыре. Три. Два. И наконец...

— Один.

Хексион наконец опустился на колени, легонько прижав ладонь к шее Уайата. Тот резко выдохнул, наблюдая, как полковник проверяет часы: совместимость их данных — 55%. “Неплохо”, — подумал Хексион, нежно проводя пальцами по напряжённой шее, скользя под воротником униформы. По мере его движений дыхание Уайата становилось ровнее.

Кроваво-красное предупреждение о буйстве на часах исчезло, сменившись цифрами, которые медленно снижались, пока не застыли на отметке 80%. Хексион убрал руку, и Уайат остался лежать на полу, ловя рваный воздух, будто только что вынырнул из пучины.

Попытка Хексиона разрядить обстановку улыбкой провалилась. Для остальных он так и остался настоящим демоном.

— Не забывайте: проводник держит ваши жизни в своих руках.

— Так точно! — хор голосов прозвучал с тревожной решимостью.

Удовлетворённый установленным порядком, Хексион засунул руки в карманы:

— Ослушавшиеся приказа будут понижены в звании.

— Так точно, сэр! — эсперы выкрикнули это, вкладывая всю силу лёгких.

— Ах да, ещё кое-что. — Хексион нанёс финальный удар. — Все нарушители будут разжалованы в рядовые. На этом всё.

В комнате повисла гробовая тишина. Большинство присутствующих имели звания от капрала до штаб-сержанта. Рядовой? “Всего на ступень выше новобранца?” — мелькнуло в их головах.

— Очевидно, чем ниже звание — тем чаще выезды на задания с монстрами. Привыкайте. — Хексион сказал это, и его шаг был непоколебим, когда он направлялся к выходу с Ноль Девятым. — С сегодняшнего дня держите ухо востро.

Взгляд на Уайата, едва способного дышать, стал лучшим аргументом. В головах новоиспечённых рядовых стучала одна мысль: "Да уж, спорить явно не стоит".

***

На 62-м этаже, в пентхаусе, Ноль Девятый пребывал не в самом радужном настроении. Не то чтобы он был явно расстроен — скорее, погружён в себя. Его проницательный проводник мгновенно заметил это состояние. В отличие от Ноль Девятого, наспех переодетого в пижаму, хранившуюся в комнате, Хексион облачился в удобный халат. Когда Ноль Девятый опустился на один диван, Хексион устроился напротив, закинув ногу на ногу. Движение приоткрыло полы одежды, обнажив бледную кожу бедра.

— ...И это что?

— Не заводись. В этот раз ненамеренно.

Хексион говорил с игривой усмешкой, заставляя Ноль Девятого прищуриться. Наблюдая за действиями Хексиона Теобальда, он сомневался, что в них вообще бывает что-то случайное. Мимолётная улыбка Ноль Девятого заставила Хексиона отметить его проницательность и способность схватывать на лету — качества полезные, но усложняющие управление.

— Ты хорошо справился сегодня с моей просьбой.

— "Просьба" звучит мягче, чем "приказ".

— Приказ? Разве стал бы я тогда стараться тебя очаровать?

— Ах...

Возразить было нечего. Ноль Девятый сдался перед его логикой, пока Хексион скользнул взглядом по часам, показывавшим повышенный уровень стресса партнёра.

Стресс обычно рос из-за психического напряжения или использования сил — чаще последнего. Хексион жестом указал на одноместный диван, где сидел. Ноль Девятый, секунду понаблюдав, поднялся.

— Если уровень так поднялся, нужно было сказать.

— Ты же сам довёл кого-то до сотни процентов без тени сомнений.

— Ты — другой.

— Почему?

Хексион избежал прямого ответа, чем всегда раздражал Ноль Девятого, но одновременно подтверждал: держать дистанцию было мудрым решением. Каждый раз при взгляде на этого человека в голове звучала тревога: “Не подходи ближе”.

И всё же, будто пытаясь снизить стресс, Ноль Девятый опустился на колени у кресла Хексиона, коснувшись губами его обнажённого колена. Хексион протянул руку, но Ноль Девятый перехватил её, заявив:

— Я хочу быть тем, кто прикасается.

— О, неужели?

Неважно, кто начал — проводник или эспер, процесс руководства неизбежен. Хексион, прикрыв тяжёлые веки, смотрел сверху вниз:

— Откуда и до куда?

Ноль Девятый встретил его пепельный взгляд, на мгновение замерев. По правде говоря, я ещё не так уж заинтересован в тебе. Серьёзно. Звучало как жалкая отговорка, но он действительно так считал. Хексион Теобальд был слишком опасен для доверия или привязанности.

— ...Везде.

— Как скажешь, моя катастрофа.

Медленно, нарочито неспешно, Хексион развязал пояс халата. Мягкая ткань соскользнула на пол, обнажая его тело перед Ноль Девятым. Тот заворожённо рассматривал бледную кожу, пока его рука не поползла вверх по бедру, едва касаясь упругих мышц, пока не достигла рельефного живота. Пальцы, запоминающие каждую выпуклость, двигались выше, ведомые странной жадностью.

Хексион лениво вздохнул, в то время как Ноль Девятый затаил дыхание.

Импульс заставил его повторить пройденный путь губами. Подчиняясь инстинкту, он раздвинул ноги Хексиона, встраиваясь между ними. Хексион удивлённо приподнял бровь, но Ноль Девятый лишь придвинулся ближе. Это зрелище вызвало у Хексиона сдержанный смешок.

— Какой ты жадный.

— Я закончу как тот эспер?

— Никогда.

Не меняя позы на диване, Хексион протянул руку. Ноль Девятый позволил ладони коснуться своей головы, прежде чем языком провести по старому шраму на груди. Затянувшаяся рана казалась украшением. Он поцеловал её, затем медленно опустился ниже. Губы скользили по грудной клетке, которая вздымалась в такт дыханию, пока не достигли рельефа живота. Каждая мышца была исследована, вызывая лёгкую дрожь. Комната наполнилась прерывистым дыханием.

Внезапно Ноль Девятый захотел увидеть его выражение лица. Отстранившись, он изучил лицо Хексиона: острые глаза сузились ещё сильнее. Двигаясь по бледным, упругим мышцам, его взгляд скользнул вдоль шеи, задерживаясь на тонких чертах.

Ноль Девятый отступил на шаг и опустился на низкий столик. Медленно скользя взглядом по обнажённому телу Хексиона, будто изучая произведение искусства, он задерживал взгляд на каждой детали. Хексион странным образом находил этот взгляд более щекотливым, чем прикосновения рук или губ. Когда он слегка поёжился, притворяясь неловким, взгляд Ноль Девятого опустился к едва заметным движениям тазобедренного сустава. Хексион почувствовал, как пересыхает во рту. Ах, он слишком быстро учится... Возможно, даже освоил искусство вызывать беспокойство.

Облокотившись на подлокотник дивана, Хексион лениво наклонил голову, встретив его взгляд с улыбкой. Пальцы ноги, обутой лишь в носки с подвязками, легко коснулись икры Ноль Девятого. Бледная кожа скользила вверх по голени, пока не достигла внутренней стороны колена.

В тот же момент Ноль Девятый резко поднялся, его лицо скрыла тень. Шаркая тапочками по полу, он поспешно ретировался в свою комнату. Глухой стук захлопнувшейся двери оставил Хексиона одного — обнажённым на диване в гостиной. Он лёгко помассировал виски.

Что ж, он ещё молод. Хексион предположил, что Ноль Девятому вряд ли понравилась бы такая мысль. Накинув халат на слегка дрожащее тело, он решил, что немного терпения — незначительная цена. Было забавно оставаться с такими мыслями наедине.

* * *

Следующим утром Хексион оказался занят с самого рассвета. Эсперы, явившиеся с жалобами, были теми, кто проигнорировал вчерашний приказ о явке. Те, кто вернулся со вчерашнего задания, казались подавленными его поведением, но остальные отказывались мириться с низшим рангом руководства.

Он сидел у окна на 62-м этаже, потягивая кофе, в то время как Ноль Девятый, всё ещё сонный, расположился рядом.

Дзинь! Лифт остановился. Громкий стук изнутри недвусмысленно указывал на эспера. Ах, который это уже по счету? Шестой. Хексион почувствовал усталость, и потому...

— Нет, почему мой ранг такой низкий...!

— Ноль Девятый.

— Запихнуть его обратно в лифт и отправить вниз?

— Нет, — Хексион отставил чашку после глотка. — Просто выбрось его в окно.

Ноль Девятый покинул лабораторию всего несколько дней назад. Часть подросткового возраста он провёл в обществе, но затем оказался заперт в лаборатории, не понимая даже основ. Поэтому без лишних вопросов он выполнил приказ и поднял эспера.

— Ч-что происходит?!

Эспер с грохотом врезался в стеклянные панели. Лязг! Окно мгновенно разлетелось вдребезги, и тело вылетело с 62-го этажа. Снизу донеслись отчаянные крики, но Хексион невозмутимо потягивал кофе. Ноль Девятый, слегка озадаченный, спросил:

— Это... нормально?

— Он не умрёт.

— Ну... наверное.

Ни один эспер не погибнет от падения с такой высоты. Увидев, как одних запихивают в лифты, истекающих кровью, а других напрямую швыряют вниз, оставшиеся эсперы решили проявлять покорность. После такого эффектного урока больше никто не являлся. И Хексион едва заметно улыбнулся.

— Тогда, может, за работу?

— Работу?

— Всё равно нужно время на ремонт окна.

Хексион поднял часы, чтобы уведомить администрацию о разбитом окне, затем проверил места сегодняшних появлений монстров. Было ещё раннее утро, но вспышки активности зафиксировали в трёх точках. Бип-бип. Два сигнала уже гасли — кто-то уже выдвинулся. Хексион выбрал последний оставшийся. Бип. Зона отметилась красным кругом, рядом появилось имя Ноль Девятого. Несколько нажатий — и информация раскрылась. Ах, вот почему он исчез в последний момент...

[Обнаружение гигантского монстра]

[213 м, предполагаемый 3 класс. Защитная зона «Лес».]

На лифте они спустились на пятый этаж. Благодаря эсперу с пространственным перемещением, дежурившему для таких случаев, не пришлось искать транспорт до зоны А. Но тут...

— ...Какого чёрта вы тут делаете?

— О.

Знакомое лицо. Да, это был Джаспер. Увидев Хексиона и Ноль Девятого, он скривился так, будто съел лимон.

Как эспер, он быстро оправился от прошлых повреждений. Взглянув на часы и заметив назначение Ноль Девятого на гигантского монстра, Джаспер нахмурился.

— Вы двое собираетесь в одиночку против гиганского монстра? Вы совсем рехнулись?

Хексион лишь пожал плечами, а Ноль Девятый, видевший только мелких лабораторных мутантов, не понимал, насколько это безумие. Неожиданно Джаспер, несмотря на прошлые стычки, проявил участие:

— Я выделю вам подкрепление из эсперов.

— Не утруждайся.

— Что? Хотя бы подумайте...

— Ах, погоди. — Хексиона осенила идея. Он схватил Джаспера за воротник. — Тебе же не сложно составить нам компанию?

— Компанию?! Ты слепой? У меня своя работа!

— Десять минут.

— ...Что?

— На уничтожение гигантского монстра. Десять минут максимум.

— Ты... ты реально больной? Или просто не понимаешь, как устроен мир? Ты же воевал, черт возьми!

— Это ты не понимаешь, как устроен мир.

Хексион протянул руку к Ноль Девятому, оставив Джаспера в немом недоумении, держа его воротник в кулаке. Но в этих пепельных глазах не было и тени сомнений. Джаспер сглотнул. Ему стало искренне любопытно. Первородный эспер. Какая сила скрывается за титулом «Катастрофа»?

Он знал, что его боевые способности не особо высоки, но по крайней мере средние среди других эсперов. Но перед Ноль Девятым, этой катастрофы, он оказался абсолютно беспомощным. В конце концов Джаспер усмехнулся, сжимая запястье, державшее его:

— Только потом не жалей.

Мгновение — и трое исчезли из комнаты, оказавшись в густом лесу, нетронутому благодаря своему статусу заповедной зоны. Появление гигантского монстра здесь было удачей — возникни он в центре города, финансовые и человеческие жертвы были бы катастрофическими.

Хексион осмотрел окрестности, убедившись, что способность Ноль Девятого никому не навредит. Он знал: когда тот использовал силу, его выражение лица оставалось абсолютно бесстрастным. Впрочем, даже 0.001% его мощи казались настолько ничтожными, что их можно было не заметить.

Ноль Девятый вдохнул свежий лесной воздух, с любопытством озираясь. Перед ним простирался чистый, нетронутый лес. Даже в детстве, вне лаборатории, он жил только в городе и никогда не видел таких просторов. Джаспер наклонился вперед, указывая:

— Вон оно.

Гигантский монстр высотой более 200 метров не мог остаться незамеченным. Хексион высвободил руку из кармана пальто, направив палец в сторону чудовища. Взгляд Ноль Девятого автоматически последовал за жестом.

Существо, напоминающее хамелеона, возвышалось над деревьями. Но вместо глаз у него были сотни человеческих глазных яблок, а из костистых выступов торчали тысячи человеческих рук с когтями. Его кроваво-красная плоть выглядела так, будто с нее содрали кожу, обнажив мышцы. Гной и кровь сочились из ран, пока оно медленно, но тяжело шагало вперед, будто не замечая их присутствия.

— Справишься?

Ноль Девятый не ответил. Уставившись на мутанта, он оценивал, насколько придется расширить свою силу. Существо оказалось мощнее любого эспера, с которым он сталкивался. Ох, возможно, оно окажет небольшое сопротивление. Как ребенок, наконец получивший возможность размяться после долгого сидения, он начал понемногу высвобождать энергию.

Джаспер почувствовал, как сила Ноль Девятого сгущается в воздухе. И все же огромный монстр продолжал свое медленное, тяжелое движение.

— ...Не может быть, чтобы он в одиночку справился с гигантским монстром.

— Тсс.

Хексион приложил палец к губам. Лавандовые глаза Ноль Девятого были устремлены в пустоту. Джаспер счел их обоих безрассудными. Он уже собирался запросить подкрепление, когда вдруг раздался отдалённый гул.

Джаспер поднял голову.

Ещё недавно ясное небо стремительно затягивали пепельные тучи. «Неужели дождь?» — мелькнуло у него в голове. Ноль Девятый поднял лицо к небу. Тёмно-серые облака сгущались, и вскоре хлынул ливень, будто кто-то выжал небеса досуха.

Шшшшш...

Огромное существо, словно состоящее из одних мышц, стояло под потоками воды, а его кровь смешивалась с дождём, стекая на землю. Сотни глаз беспорядочно вращались, осматривая окрестности. И затем...

— Нас... обнаружили!

Оно пристально уставилось на группу. Вопреки прежней медлительности, чудовище внезапно присело — и прыгнуло вперёд, сократив дистанцию мгновенно. Джаспер выругался про себя и поспешно отступил. Нужно срочно вернуться в штаб! Но Хексион и Ноль Девятый оставались на месте, будто ничего не произошло. Да они точно сумасшедшие...

Вжжжух!

В этот момент огромная лапа нависла над головой Джаспера. Чёрт! Что же ему делать? Он стиснул веки. И тогда...

Вспышка!

Ослепительный свет рассек небо.

Буум!

Оглушительный грохот ударил по барабанным перепонкам, чуть не разорвав их. Джаспер инстинктивно закрыл уши. И снова — молния ударила прямо в существо. Монстр взвыл, дико дёргаясь. Вторая молния заставила его корчиться в оглушительном рёве, а затем отступить. Но тут же — буум! — ещё один удар. Тело чудовища почернело, но буря не унималась.

Земля под ногами отступающего монстра начала стремительно проваливаться. С оглушительным треском он рухнул в образовавшуюся пропасть.

Это не было совпадением. Дождь, молнии, разверзающаяся земля — всё это не случайность. Огромные деревья наклонились, вонзаясь в обугленное тело. Наблюдая за этим, Джаспер всё понял.

Вот почему его называют Катастрофой. Стихийные бедствия не подвластны человеку — их можно лишь предвидеть. Джаспер стоял, промокший до нитки, с широко раскрытыми глазами уставившись на спину Ноль Девятого, на которой не было ни капли.

Глухой удар!

Существо, ещё недавно пульсирующее красными мышцами, теперь лежало поверженным. В воздухе витал запах гари. Сквозь обугленные дыры виднелись полностью выжженные внутренности. Хексион, так же остававшийся сухим, проверил часы:

— 9 минут 25 секунд.

— ……

— Это заняло чуть дольше, чем я ожидал.

Выражение лица Ноль Девятого было неоднозначным — будто он недоумевал, неужели всё уже закончилось. Хексион понял: тот испытывал пределы своей силы. Даже такой монстр рассыпался как карточный домик. По спине Хексиона пробежал холодок. Он предполагал масштабы этой мощи, но увидев воочию, осознал, за какого «монстра» невольно взял ответственность. Сердце бешено колотилось в груди, а мысли путались.

Не сдержавшись, Хексион резко шагнул вперёд — на часах уровень стресса Ноль Девятого показывал 56%.

В следующее мгновение он схватил Ноль Девятого за воротник и прижался губами к его губам. Они естественно разомкнулись, позволяя языкам переплестись. Кусая, лижа, ощущая вкус крови и проглатывая смесь слюны — всё это странным образом успокаивало. Ноль Девятый слегка прищурился, позволяя губам оставаться полуоткрытыми. Хексион же, напротив, блаженно сощурился. Невозмутимо наблюдая за ним, Ноль Девятый медленно отстранился:

— Сеанс руководства не был настолько срочным.

— Я знаю.

Хексион отпустил воротник, нежно разгладив складки. Наблюдая за этим, промокший до нитки Джаспер издал пустой смешок. Казалось, что они идеально подходят друг другу, эти чёртовы психи. Он поклялся себе никогда больше не вмешиваться. Стиснув зубы, он отправил с часов сообщение: «Гигантский монстр ликвидирован». Администрация тут же ответила:

— В докладе ошибка?

— Нет, монстр уничтожен. Нужно утилизировать тело.

— С момента появления не прошло и часа.

— Да, мне тоже это кажется нереальным. Где они таких находят?…

— …

После короткой паузы администрация подтвердила и завершила связь. Джаспер убедился, что сигнал о появлении монстра исчез с экрана часов. Окинув взглядом двоих перед собой — проводника, не знающего равных, и живое стихийное бедствие, — он протянул руку. Нехотя они пожали её и вернулись в штаб.

Промокший до нитки Джаспер направился в свою комнату, ворча под нос, но не переходя границ. Вероятно, потому что воочию увидел мощь Ноль Девятого. Тот тем временем пошевелил пальцами, будто проверяя их. Да, вот так просто. Легче, чем шевельнуть пальцем, он уничтожил гигантского монстра. Ноль Девятый определённо...

— Ноль Девятый.

— Да.

— Хочешь посмотреть тренировочный полигон?

— Полигон?

— Ага, он внизу.

Ноль Девятый ненадолго задумался, затем покорно кивнул. Они вышли из комнаты телепортации и на лифте спустились на 10-й подземный уровень. Стальные перекрытия говорили о солидной глубине, оправдывающей использование этого места как тренировочной зоны. Хотя вряд ли здесь можно было развернуться на полную мощь.

Дзинь.

Хексион и Ноль Девятый вышли в подземный зал, где находились проводники и рядовой персонал. Увидев Хексиона, проводники в серой форме, похожие на мокрых птиц, вытянулись по стойке «смирно»:

— Сержант Смит Уолтер!

— Капрал Дэвид Аллан!

— Рядовая Эллен Кастер!

Слухи распространялись быстро, особенно когда касались лично. Хексион скользнул по ним взглядом и приказал:

— Откройте тренировочную зону.

— Э-э, какую именно...

— Пятый уровень.

— А, пятый... Так точно!

Рядовой Эллен Кастер повела их к дальней стене. Стальная поверхность оказалась оснащённой сканером отпечатков. Когда Кастер приложила ладонь, стена со скрипом раздвинулась, открывая дверь толщиной почти 30 см. Хексион повернулся к Ноль Девятому с игривой ноткой в голосе:

— Хочешь составлю тебе компанию, если страшно одному?

Ноль Девятый фыркнул и шагнул внутрь один. В этот момент рядовая Кастер пояснила:

— Все действия внутри записываются. Данные используются для тренировок и оценки способностей эсперов.

— Хорошо.

Ноль Девятый тоже не возражал. Дверь закрылась за ним, а Кастер проводила Хексиона в центральный зал с мониторами. На главном экране отображался Ноль Девятый, стоящий в одиночестве посреди тренировочной зоны.

— Как проходит тренировка?

— У нас есть отдельные комнаты для ближнего, среднего, дальнего боя, а также по различным видам боя. А для пятого уровня...

— Все вместе?

— Именно.

Но простое наличие этих параметров не делало из этого зону пятого уровня. Хексион наблюдал за экраном. В пустом зале один за другим начали материализоваться механические противники. Вместо последовательного появления по зонам досягаемости, цели возникали хаотично и массово — ключевая особенность пятого уровня.

Роботы действовали по запрограммированным алгоритмам. Тренировочные дроны, блестящие как ртуть, были покрыты шипами, способными пронзить зазевавшегося эспера. С потолка опустились сотни сочленённых клешней, напоминающих человеческие руки. Пространство заполнилось врагами, устремившимися к Ноль Девятому в мгновение ока. Тот лишь единожды моргнул, оставаясь неподвижным.

— Он же может получить травмы... — начала было оператор, когда тренажёры атаковали эспера.

В этот миг все присутствующие, кроме Хексиона, округлили глаза. Хрусь! Каждый робот, прыгнувший на Ноль Девятого, смялся, будто врезался в невидимую стену. Клешни, целившиеся в шею, скрутились, словно раздавленные неведомой силой. Ноль Девятый стоял, подобно Хексиону, лениво переводя взгляд с одной точки на другую.

С каждым взглядом Ноль Девятого, направленным на тренировочных роботов, раздавался леденящий душу хруст. Они разлетались на осколки, словно стеклянные бутылки под прессом. Ноль Девятый поднял голову и, глядя прямо в камеру, заговорил. Хотя звук не доносился, движение губ было однозначным:

— И это всё?

— Хм.

Хексион почувствовал лёгкое раскаяние. Он второй раз подряд поручил Ноль Девятому скучное задание. Знаком сержанту он велел открыть двери тренировочной зоны пятого уровня. Ноль Девятый вышел неспешно, с выражением лёгкой скуки на лице.

— Даже для игры не годится?

— Не особо занимательно.

— Ох, значит, нужно придумать что-то посерьёзнее.

Притворно поправляя и без того безупречные волосы Ноль Девятого, Хексион пробормотал эти слова. Тот покорно позволил это, размышляя. В лаборатории он был не более чем куклой. Но теперь, снаружи, ничто не могло противостоять его силе. Он чувствовал себя блохой в банке. Ноль Девятый не знал собственных пределов. И всё же среди этих мыслей...

«Я правда не хочу никому вредить».

Он не озвучил это. Это было одно из тех предсказаний, которых Хексион пока не ожидал. По крайней мере, не сейчас. Хексион повёл Ноль Девятого обратно к лифту. За ними вновь раздались звуки приветствий. Хексион лениво махнул рукой перед тем, как войти в лифт. Лишь когда они скрылись из виду, трое проводников выдохнули задержанный воздух. Сержант Смит Уолтер тут же отдал приказ:

— Разошлите запись всем эсперам.

— Так точно!

— Чёрт возьми, да у нас тут монстр завёлся.

Смит грубо поскрёб затылок. Тем временем Хексион, просматривая смартфон, наткнулся на любопытную статью: «Аномалии погоды? Молнии бьют в одну точку!»

Короткая заметка о странных разрядах в Защитной зоне А. Комментарии выражали лишь любопытство, без особого ажиотажа. Однако Хексион углубился в поиск по ключевым словам. Три минуты назад было загружено новое видео: «Появление монстра в Защитной зоне А. Удар молнии».

Видео под невзрачным названием демонстрировало очертания незнакомого существа, снятого издалека — вероятно, кем-то из местных жителей. Небо стремительно потемнело, дождь обрушился на определённую зону, а следом ударило несколько молний. Всё это окутало ролик аурой таинственности. Люди жадно впивались в любую информацию о странных созданиях, и за 30 минут после публикации видео собрало три миллиона просмотров. Судя по всему, загрузивший его специализировался на контенте о подобных существах.

Хексион задумался. Стоит ли раскрывать публике появление Ноль Девятого — или лучше скрыть? Его ум работал яростно, быстро приходя к выводу: передавать это на растерзание толпе нет никакой выгоды. Ни малейшей.

Под видео уже сыпались комментарии:

[Неужели такое огромное существо падает так быстро?]

[Может, один эспер управлял дождём, а другой создавал молнии?]

[Сомнительно. Обычно на таких гигантских особей нужно минимум пять человек.]

[Эх, так далеко — ничего толком не разглядеть, кроме силуэта.]

[Если его уложили мгновенно, там их было человек десять.]

Версии множились, но никому не приходило в голову, что происшедшее — дело рук одного эспера. Впрочем, ни один чиновник не станет глупо заявлять здесь о том, что это дело рук одного человека, так что пусть тешатся своими догадками. Свидетелей вокруг не было, и вряд ли кто-то внезапно объявится с криком: «Я видел, как один человек справился с этим чудовищем!»

Хексион убрал смартфон в карман. Этим займётся администрация. Раскрывать личность эспера — себе дороже. Всё-таки это не игра в героев.

***

Тем временем администрация рвала на себе волосы. Гигантский монстр, конечно, не мог остаться незамеченным, но скорость его ликвидации стала горячей темой для обсуждений. Они спешно обзванивали редакции, требуя удалить статьи на основе видео:

— Я же сказал — нас было много! Ничего особенного, так что, пожалуйста, отзовите статью!

— Да сколько можно, мы ведь уже тысячу раз это обсуждали? Хватит публиковать статьи с догадками о личностях эсперов!

— Что? Хотите знать, сколько их было? СТО! Не морочьте мне голову — немедленно отзовите статью!

— Журналист, сколько раз мы договаривались не переходить черту? Вы снова меня разочаровываете. И вы правда думаете, что я просто так назову имя того, кто уничтожил это существо?

Профессия журналиста была не из тех, что можно недооценивать. Несмотря на все просьбы администрации удалить материалы, репортёры виртуозно избегали прямых вопросов, выуживая информацию исподволь. Это сводило администрацию с ума. Лиам Миллер, глава отдела, окинул взглядом коллег, погружённых в хаос.

— Предупреди их: если продолжат публиковать догадки — мы подадим в суд.

— Принято.

Личность эспера — вещь крайне деликатная. Конечно, некоторые из них блистали на публике, как знаменитости, но Ноль Девятый к ним не относился. Раскрывать его способности и само существование миру не привело бы ни к чему хорошему.

Миллер вызвал Хексиона через часы-коммуникатор. Тот ответил почти мгновенно.

— В чём проблема?

— Вы видели видео, связанное с Ноль Девятым?

— Видел.

— Журналисты что-то пронюхали. Копают: кто, как и сколько человек участвовали в ликвидации монстра.

— Хм.

Голос в динамике слегка повысился, но Миллер сразу понял — это не одобрение. После паузы Хексион ответил:

— Я сам с этим разберусь.

— Спасибо.

— Нет. Здесь ты должен извиняться. Я беру на себя твою работу.

— …Простите. Это больше не повторится.

Связь прервалась без лишних слов. Лиам вздохнул и провёл рукой по лбу. Если за дело взялся Хексион, журналисты быстро угомонятся. И точно:

— Командир, статьи исчезают!

Материалы, ещё недавно красовавшиеся на главных страницах, один за другим пропадали. Не прошло и часа с момента передачи дела Хексиону — а почти все порталы уже стёрли упоминания о существе из Заповедной Зоны А. Осталось лишь исходное видео.

— Чёрт.

Хексион, развалившись в кресле, раздражённо щёлкнул языком, листая ленту на смартфоне. Удалить оригинальное видео не составило бы труда — но проблема была в сотнях копий, уже разлетевшихся по сети. Закрыть эту лавину теперь было практически невозможно. Ролики длиной от десяти секунд до девяти минут множились на сотнях платформ. Если в Америке статьи ещё можно было заблокировать, то на глобальном уровне это превращалось в адскую рутину.

«Битва монстров? Тайна молний!»

Теперь в ходу были и вовсе бредовые теории — мол, противником существа было другое чудовище. Увидев это, Хексион понял: возможно, лучшей тактикой будет просто игнорировать шумиху.

Ноль Девятый, до этого рассеянно смотревший телевизор, наконец обратил внимание на то, как Хексион неотрывно пялится в экран.

— Что там такого интересного?

— Пустяки.

— Не похоже на пустяки.

«Проницательность у него поразительная», — мелькнуло у Хексиона. Он задержал взгляд на Ноль Девятом:

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Значит, дело во мне.

Ах, ну конечно. Догадался.

— Забудь, Ноль Девятый. Неординарное всегда привлекает внимание.

— Неординарное?

— Именно.

Хексион небрежно придвинулся ближе, положив голову ему на плечо, и снова достал смартфон, запуская запись с падением монстра. Ноль Девятый уставился на экран, не понимая, что в этом тревожного. Хексион тихо усмехнулся и выключил дисплей.

— Вот видишь? Я же говорил — ерунда.

— Это видео создаёт проблемы?

— Людям любопытно, кто смог так быстро с ним справиться. Хочешь, чтобы все узнали, насколько ты силён?

Ноль Девятый слегка смутился, его взгляд ясно говорил: «Лучше не надо». Хексион, будто ожидая такой реакции, небрежно положил смартфон экраном вниз на стол.

— Шумиха скоро утихнет. Не переживай.

Но Хексион упустил один момент — сегодняшнее видео было не единственным. Запись, где Ноль Девятый тренируется в зале пятого уровня, уже разошлась среди эсперов Бюро. Одним оно служило примером для подражания, другим — предостережением не переходить границы.

Но разве эсперы — не те, кто вечно балансирует на грани контроля?

Вместо того чтобы заказать ужин на 62-й этаж, они решили выйти наружу. Хексион оставил несколько машин в бюро, и в сопровождении проводника эспер мог ненадолго покинуть территорию. Спускаясь на первый этаж, они столкнулись с группой возбуждённых эсперов.

— А, они идут!

— Нам нельзя выше 60-го этажа… Чёрт!

Они уверенно двинулись к Ноль Девятому, но замедлили шаг, увидев Хексиона. Полковник, недавно прибывший проводник, который довёл эспера до грани потери контроля. Эсперы неловко отдали честь — жест, не стоивший даже насмешки. Хексион решил сегодня не обращать внимания: у него был ужин с Ноль Девятым.

— Разойдись.

— Полковник.

— В чём дело?

Один из эсперов спросил:

— Правда, что Ноль Девятый уничтожил пятый уровнь?

— Раз спрашиваешь — значит, уже видел что-то.

Хексион смотрел на него, как на назойливое насекомое.

— Зачем тебе моё подтверждение?

— …Я видел его тренировочное видео.

— И?

— Хочу на себе почувствовать, насколько велика разница.

Хексион пересмотрел своё решение. Ничтожество, возомнившее себя сильным после просмотра ролика.

— Зачем ввязываться в заведомо проигрышную схватку?

Хексион не понимал такой глупости, но эспер выпрямился и ответил с неподдельной серьёзностью:

— Мне интересно, насколько он может быть полезен для нас.

— …

Хексион оскалился в яростной ухмылке — это уже было нарушением всех границ.

— Я не любитель давать советы, но тут просто обязан тебя просветить.

Его улыбка искривилась, а голос стал ледяным, словно давящим горло:

— Не тешь себя иллюзиями, будто можешь проверить того, кто тебя на голову выше.

Тратить время на тех, кто не может предложить ничего взамен, не входило в принципы Хексиона. Он уже собирался пройти мимо, как Ноль Девятый вдруг схватил его за рукав. Хексион замер — он замечал каждое его движение.

Ноль Девятый смотрел на эспера.

— Контакт вряд ли принесёт нам убытки.

— Я хочу попробовать.

— Если ввяжется один, остальные последуют за ним.

— Именно. — Хексион приподнял бровь. — Тогда почему бы не атаковать всем скопом?

Ноль Девятый слабо улыбнулся — и эсперы восприняли это как вызов. «Ах, мой эспер определённо умен», — мелькнуло у Хексиона.

Он окинул взглядом собравшихся. Двадцать один человек. Много, но не критично, учитывая общее число эсперов в бюро. Обычно после таких видео желание меряться силами пропадает… но тут собрались самые отсталые.

Хексион взглянул на Ноль Девятого. О чём бы тот не думал, но он молча наблюдал за ними, а затем едва поднял руку. Одного этого жеста хватило, чтобы эсперы напряглись — их психическая энергия вспыхнула.

— Не используйте способности внутри Бюро! — закричал сотрудник, но было поздно — их кожа покраснела от перегрева, а глаза налились кровью и были полны решимости.

Эсперы инстинктивно рванулись вперёд… и застыли. Их тела отказались повиноваться. За долю секунды они осознали: их уже поймали. Вопреки ожиданиям, Ноль Девятый не просто остановил их — он поднял их в воздух, словно марионеток.

— Мы же не должны их ранить, верно?

— Со сломанными конечности они поправятся за день.

— Но это всё равно должно быть больно.

— Какая трогательная забота.

Ноль Девятый медленно моргнул в ответ на слова Хексиона — и в следующее мгновение швырнул эсперов в потолок. Они прилипли, словно светящиеся в темноте стикеры. И ведь действительно светились — ровно так же, как и их гордые амбиции.

Оценив результат, Ноль Девятый повернулся к Хексиону:

— Пойдём ужинать.

Хм. Хексион ещё раз взглянул на украшенный потолок, кивнул и вышел из здания вместе с ним. Только рядовые сотрудники остались тупо пялиться на приклеенных к потолку эсперов. Их гордость была не просто ранена — растоптана в пыль. Но пошевелиться они не могли даже пальцем. Всё, что им оставалось, — стиснуть зубы, пока машина Хексиона не скрылась из виду, словно звезды, сверкающие в ночном небе.

— Садись.

На парковке Хексион лично открыл дверь чёрного автомобиля. Ноль Девятый поймал себя на мысли, что машина чем-то напоминает самого Хексиона — хотя объяснить чем, он не мог.

Устроившись на пассажирском сиденье, он не успел пристегнуться — Хексион уже наклонился с водительского места, чтобы сделать это за него. «Неужто нельзя без этой театральности?» — промелькнуло у Ноль Девятого, но вслух он не проронил ни слова.

Машина скользила по дороге, окаймлённой лесом, направляясь в город. По привычкам Хексиона Ноль Девятый догадывался: ресторан будет не из дешёвых. Там наверняка окажутся десятки вилок и ножей, а выбор правильной может оказаться непростой задачей. До того, как его похитили, он никогда не изучал подобные правила этикета.

— О чём задумался?

— Размышляю, как правильно пользоваться столовыми приборами.

Хексион рассмеялся. Он вёл машину на удивление плавно — вопреки ожиданиям Ноль Девятого, который предполагал, что стиль вождения будет таким же агрессивным, как и характер.

Но, анализируя движения Хексиона, он вдруг осознал: в них не было ни капли грубости. Медленная походка, идеально прямая осанка и плечи, чёткие движения пальцев и суставов — словно перед ним что-то идеально созданное.

— Порой ты кажешься мне искусственно созданным человеком.

Хексион не отрывал глаз от дороги, но Ноль Девятый почувствовал: на этот раз тот намеренно избегает зрительного контакта.

— В этом мире есть место и таким, — наконец ответил Хексион с лёгкой улыбкой, будто речь шла о чём-то незначительном.

Загадочный ответ. Ноль Девятый почувствовал, что копать глубже — плохая идея. Между ними существовали границы: его и установленные Хексионом. Переступать их было нельзя, поэтому он тоже предпочёл молчание.

Но мысль не отпускала его всю дорогу до ресторана. Что за человек передо мной? Пока я томился в лаборатории… как жил ты? Любопытство клокотало, но Ноль Девятый быстро придушил его. Это уже было нарушением правил.

Скрип— щелчок.

Они прибыли в отель в центре города. Первый этаж занимали роскошные бутики и галерея, а просторный лобби блистал под светом хрустальных люстр. Сотрудник открыл дверь машины, принял ключи, и они вошли внутрь. Хексион шёл впереди, Ноль Девятый — следом, широко шагая.

Всё вокруг слепило. Замешкавшись на мгновение, Ноль Девятый вдруг почувствовал, как пальцы Хексиона смыкаются вокруг его. Инстинктивно он сжал их в ответ — жест, похожий на попытку найти опору в чужом мире.

Заметив косые взгляды гостей, Ноль Девятый осознал: двое мужчин, держащихся за руки в Америке… Он попытался высвободиться, но Хексион лишь сильнее сжал его пальцы.

— Чего ты боишься, Ноль Девятый? Я же с тобой.

Рядом с Хексионом, для которого не существовало слова «невозможно», Ноль Девятый начал задумываться, откуда в нём самом взялась эта странная уверенность. Они вошли в ресторан на верхнем этаже, лифт поднял их бесшумно и плавно. Будничное утро было тихим, и из-за отсутствия гостей персонал казался почти что идеально вежливыми андроидами.

Хексион не делал заказ — официанты уже начали расставлять приборы со знакомой точностью, что ясно говорило: он здесь частый гость. Ноль Девятый молча наблюдал, подсчитывая вилки и ножи, будто каждый предмет был открытием. В этот момент Хексион обратился к сотруднику:

— Уберите всё, кроме одного комплекта на каждого.

— Слушаюсь.

Ноль Девятый удивлённо моргнул. Хексион скрестил руки и усмехнулся — улыбка, которая вызывала странное беспокойство. Вскоре, словно по заранее составленному сценарию, началась подача блюд. Даже неискушённый вкус Ноль Девятого оценил изысканность кухни.

— После еды зайдём в универмаг.

— Зачем?

— Твой гардероб слишком скуден.

— Но разве в бюро я не обязан носить стандартную форму?

Для Ноль Девятого большее количество одежды казалось таким же бессмысленным, как аккуратная витрина. Хексион явно не одобрил его ответ, но атмосфера между ними оставалась спокойной и лёгкой. Возможно, это умиротворение продлилось бы ещё дольше, если бы они ушли чуть раньше… или если бы он появился чуть позже.

Кто-то приблизился к их столу, пока они были поглощены беседой. Рука в изысканном винно-красном пиджаке легла на край стола, и незнакомец наклонился. Первым на него поднял взгляд Ноль Девятый.

Перед ним был мужчина с сияющими золотыми волосами — словно вылитыми из густого мёда. Тёмная футболка под винным костюмом сидела на нём идеально. Но самое примечательное — шрам на его красивом лице: чёткая белая линия, пересекающая щеку по диагонали.

Тук-тук.

Ноль Девятый почувствовал смутное недоумение, когда незнакомец постучал по столу. Он не сразу понял, почему этот момент казался таким неестественным. Затем он взглянул на Хексиона — и осознал причину своего беспокойства.

— Хексион.

Блондин обратился к нему так, будто они были знакомы. Хексион отбросил мягкое выражение лица, которое сохранял рядом с Ноль Девятым, и теперь его взгляд стал ледяным, устремлённым прямо перед собой. Впервые Ноль Девятый видел на его лице такую эмоцию — даже когда тот имел дело с непокорными эсперами в бюро.

— Не хочешь ответить?

Голос незнакомца был мягким, но от него становилось тревожно. Мужчина не отрывал глаз от Хексиона, игнорировавшего его. Затем блондин улыбнулся ещё нежнее, подошёл к его стулу, опустился на колени и приложил щёку к колену Хексиона — словно непослушный щенок. Это наконец заставило Хексиона отложить приборы и произнести:

— Сядь как следует.

— Наконец-то ты заметил меня.

Незнакомец занял место рядом с Хексионом, наклонившись к нему. На мгновение Ноль Девятый почувствовал, будто его больше нет за этим столом — словно он стал невидимкой. Но ненадолго. Взгляд Хексиона вернулся к нему, возвращая в реальность.

— Ноль Девятый.

— Да.

— Спустись вниз ненадолго. Я скоро буду.

Выражение лица Хексиона говорило о раздражении. Ноль Девятый понимал, что от него ждут — подчиниться и ждать в лобби, как приказано. Простая задача. Но внутри всё снова сжималось.

— Нет.

Блондин наконец взглянул на Ноль Девятого. Его ярко-голубые глаза встретились с лавандовыми — и в тот же миг Ноль Девятый осознал: «Ах, он эспер». Хексион вытер губы салфеткой и произнёс с жёсткой авторитетностью:

— Опусти глаза.

Его серые глаза холодно повернулись к блондину:

— Дамиан.

Блондин по имени Дамиан смотрел на Хексиона широко раскрытыми глазами, ухмыляясь с озорным выражением, обнажая длинные клыки. Его некогда утончённая внешность теперь дышала звериной готовностью к прыжку, что вызывало у Ноль Девятого странное раздражение.

— Я слышал слухи, — Дамиан говорил свободно, игнорируя окружающее напряжение. — Тебя назначили его персональным проводником, да?

Он говорил о Ноль Девятом, не отрывая глаз от Хексиона, чьи зрачки сузились.

— Так ты для меня не раздвигал ноги, а для него — да?

Вульгарность его тона заставила Ноль Девятого сжать брови, но Хексион, казалось, был к этому привычен. Он поднялся. Дамиан с надеждой и жаждой следил за его движением. Хексион понимал его ожидание — и испытывал отвращение.

Шлепок!

Бледная рука Хексиона описала дугу и ударила Дамиана по шраму на щеке. Тот откинул голову с хитрой усмешкой, облизнул внутреннюю сторону щеки и вызывающе посмотрел на Хексиона снизу вверх.

— Значит, всё-таки раздвинул?

Хексион лениво взглянул на него и легко ответил:

— Планирую.

Ноль Девятый, в этот момент отхлёбывавший воду, дёрнулся и поперхнулся. Он уставился на Хексиона. Тот встретил его взгляд — совершенно иной, чем тот, что он обращал к Дамиану. Эта истина неприятно шевельнулась внутри Ноль Девятого. Хексион игриво добавил:

— Мы уже были близки к этому, но малыш струсил.

Ноль Девятый задумался, насколько открыто Хексион теперь обращался с ним как с ребёнком. Дамиан искажённо ухмыльнулся, уставившись на Ноль Девятого словно существо, оставившее мозг дома.

— О, так один умолял на коленях, а другой отказался?

Ноль Девятому не нравился его тон — он не был уверен, относится ли это неудовольствие к себе или к Хексиону. Он сжал зубами стакан перед собой и уже собирался разжевать его, когда Хексион мягко отнял стекло.

— Осторожнее.

— Ты же знаешь, что такое меня не порежет.

— Разве?

— Другой эспер упал с 62-го этажа, помнишь.

— Ты не похож на него.

— Чем я отличаюсь?

— Ну… хотя бы тем, что говоришь «нет» на мои ухаживания?

Ноль Девятый мгновенно подавил выражение лица. Повторение слов Дамиана вызывало у него отторжение.

— Не говори так.

Хексион замолчал, пристально наблюдая за ним, и на его губах появилась лёгкая асимметричная улыбка. Ноль Девятый начинал понимать: это выражение означало либо раздражение, либо интерес. В данный момент — и то, и другое.

— Хорошо, моя катастрофа.

Неожиданно мягкий тон заставил вздрогнуть даже Дамиана. Он слушал их диалог с недоверием, затем резко поднялся, отодвинув стул с противным скрежетом. Его рука потянулась к Хексиону, чтобы грубо схватить его, но замерла в воздухе — словно её удержала невидимая сила. Дамиан перевёл взгляд на Ноль Девятого. Ах, не ребёнок, а волк в овечьей шкуре. Хексион воспользовался паузой, чтобы прошептать Дамиану:

— Твоё намерение было забавным, — лёгкий, насмешливый голос щекотал ухо. — Но твоя глупость всё испортила.

Хексион выпрямился и с лёгкостью прошёл мимо него.

— Если хоть одна фотография, сделанная сегодня, попадёт в сеть, станет очень интересно.

При этих словах Дамиан вздрогнул, его тело напряглось. Ноль Девятый, возможно, не знал его хорошо, но Хексион был осведомлён. Белокурые волосы и голубые глаза, обожаемые американцами. Лицо, знакомое по публичным материалам об эсперах. Фактически, он был своего рода знаменитостью.

Хексион поправил пиджак и едва заметно кивнул Ноль Девятому. Тот бросил краткий взгляд на Дамиана — его глаза, несмотря на ледяной оттенок, излучали опасную притягательность. В отличие от собственных спокойных глаз, во взгляде Дамиана читалась явная амбициозность. Ноль Девятый почувствовал странное беспокойство.

Интересно, станет ли легче, если вырвать их?

Пока он размышлял об этом, Хексион снова позвал его:

— Ноль Девятый.

— А? Да.

Он вернулся в реальность, лишь теперь осознав свои эмоции. Внезапные импульсивные чувства грозили вернуть обратно съеденное. Люди причиняли ему вред, но он никогда не думал о мести. Однако сейчас — всё было иначе. Прикрыв рукой рот, он увидел, как Хексион подходит, берёт его лицо в ладони и поворачивает к себе.

— Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет, просто...

— Возможно, сегодняшний шопинг стоит отменить. Тебе нужен отдых.

Мягко, но настойчиво Хексион повёл Ноль Девятого к лифту. Только когда дверь закрылась, Дамиан смог пошевелиться. Он и раньше сражался, но это… Он судорожно выдохнул, ухватившись за край стола. Его глаза расширились, капилляры лопнули от ярости. Он стиснул зубы. Первородные эсперы, катастрофы — какая разница?

Дамиан вспомнил Хексиона. Безжалостную хватку, вдавившую его лицо в грязь. Те холодные серые глаза, что смотрели на него с презрением. С вздохом он рассмеялся — но уже по другой причине. К нему осторожно подошёл сотрудник:

— Сэр, вы в порядке?

Дамиан оторвал взгляд от пола и улыбнулся, будто ничего не произошло:

— Всё хорошо. Просто небольшое головокружение.

— Вам нужна помощь?

— Нет, спасибо. Но где здесь туалет?

— Пройдите вон туда и поверните направо.

Дамиан неспешно направился к уборной, но, оказавшись внутри, стремительно рванул в кабинку, срывая ремень. Чёрт! Он грубо сжал себя в руке. Сколько раз уже? У него был проводник, но он давно не обращал на него внимания. Дамиан не прибегал к этому годами — и всё из-за этого проклятого проводника.

— Ха-ха…

Двигая рукой, он вспомнил, как по пути привлек внимание папарацци. Всё так же бдительны, а? Но эти фотографии не попадут в сеть. Если Хексион разозлится, справиться будет нелегко. Хотя… ему не запрещали другие действия, верно? Он усмехнулся. Когда он вышел из туалета, прошло уже немало времени.

***

Довольно долго Хексион и Ноль Девятый наслаждались спокойными днями, не покидая жилые кварталы. Ноль Девятый уже привык иметь дело с эсперами, которые иногда прерывали их уединение. Даже без слов Хексиона он просто вышвыривал их в окно. Некоторые проводники, возможно, были недовольны, но жалобы доходили редко. Немногие могли похвастаться, что выжили после падения с 62-го этажа, да и времени на претензии в хаосе не находилось.

Постепенно проводники, ушедшие в семидневный отпуск, начали возвращаться. Кан Ушин с тоской смотрел на знакомые стены. Эх, ещё бы денёк отдохнуть… Неделя безделья явно его избаловала.

Таща багаж, он вошёл внутрь и почти сразу столкнулся с эсперами в чёрной форме. Встретить эсперов здесь было нормой — обычно руководство происходило в процедурных комнатах. Но то, что они сделали, увидев его, заставило его рот открыться от изумления.

— Лейтенант Кан Ушин, добро пожаловать назад!

Они отдали честь. Совсем с ума сошли? Да ещё используя почтительное обращение. Ошеломлённый, он огляделся. Неужели это те же жилые кварталы? Но не он один — другие проводники неловко топтались в изменившейся атмосфере, спешно удаляясь в свои комнаты.

Когда Кан Ушин вошёл в свою комнату, он обнаружил там Мэтью, растянувшегося на кровати. Тот мгновенно вскочил на ноги.

— Сержант Мэтью Гиллот, лейтенант! Вы вернулись!

— Ты что, под чем-то?

— Никак нет!

— Серьёзно, что тут происходит?

Крича, Кан Ушин отшвырнул чемодан. Даже после этого Мэтью стоял по стойке «смирно» с каменным лицом. Куда делся тот Мэтью Гиллот, что обычно болтал с ним на равных? Раздражённо Кан Ушин плюхнулся на кровать и жестом велел ему садиться.

— Объясни нормально. Что творится?

— Вы и так знаете.

— Что я должен знать?

— Полковник…

— Стой.

Кан Ушин поднял руку, останавливая его. Недавние изменения в поведении эсперов и Мэтью сбивали с толку. Он знал, что полковник Хексион Теобальд навёл дисциплину, но так? Неужели за неделю? Он провёл рукой по волосам, пытаясь прийти в себя.

— И все просто молча приняли?

— Нет, сначала эсперы сопротивлялись.

— И что случилось?

— Их понизили до рядовых и заставили выполнять адскую работу.

— …Это не совсем подходящие слова для обращения к старшего по званию, верно?

— Я исправлюсь!

— Неважно. Но разве они из тех, кто подчинится из-за пары поручений?

— Вообще-то…

Мэтью выглядел неуверенно.

— Полковник переместил бунтовщиков в конец списка на руководство. Несколько человек из-за этого дошли до стадии 1 Буйства.

— ЧТО?!

Кан Ушин чуть не опрокинулся назад. Стадия 1 Буйства? Они довели эсперов до такого? Мэтью, видя его шок, поспешил добавить:

— Те, кто доходит до Стадии 1, часто получают руководство лично от полковника.

— Он делает это сам?

— Ну…

Мэтью почесал щёку.

— С травмами или без — руководство есть руководство.

— Ладно, я понял.

Кан Ушин потёр виски, пытаясь прийти в себя. Пока другие проводники наслаждались отпуском, вся структура жилых кварталов изменилась. Смогу ли я к этому адаптироваться? Учитывая его звание лейтенанта, выше него были немногие. Среди эсперов — и вовсе никто.

— …Так теперь эсперы ведут себя соответственно званию?

— После нескольких отказов и своего личного ада они стали весьма послушными. Наблюдать за страданиями разжалованных рядовых было… поучительно.

Кан Ушин уставился на Мэтью. Тот смотрел с пониманием, будто читал его мысли. Кан Ушин поднялся с кровати. Так, сначала нужно разобраться в ситуации чётче.

— Где сейчас полковник?

— На 62-м этаже. Вам нужно будет пройти через административный отдел, чтобы связаться с ним.

— Понял.

Он выскочил из комнаты и направился к лифту. С каждым изменением цифры на табло внутри него нарастало странное напряжение. Когда двери открылись с лёгким звоном, перед ним предстал просторный пентхаус. Ах, пока мы ютились в тесных двухместных комнатах, полковник жил в таком месте… Кан Ушин горько усмехнулся, хватая себя за голову, и услышал шлёпанье тапочек. Подняв взгляд, он увидел:

— О, на этот раз проводник.

— Лейтенант Кан Ушин! Я здесь, чтобы кое о чём спросить!

— Хм… — Ноль Девятый задумался на мгновение, затем произнёс: — Проводников всё-таки нельзя выкидывать с 62-го этажа.

— …

— Хексион в душе. Не подождёте немного?

Это был вопрос, который следовало задать лично Хексиону. Ноль Девятый указал на диван. Кан Ушин, побледнев, закивал так усердно, что казалось, голова отвалится. Он с облегчением опустился на диван, чувствуя себя неловко.

Ноль Девятый сел на почтительном расстоянии от гостя и с неопределённой улыбкой включил телевизор. Звуки из динамиков должны были разрядить обстановку. Но ирония заключалась в том, что вскоре из экрана раздался знакомый голос.

[Правда ли, что вы видели одного из первородных эсперов?]

[Разве я когда-то лгал, Адам? Конечно, видел.]

[Каков он, этот первородный эспер?]

Мужчина с утончёнными чертами лица оскалился в ухмылке.

[Чудовище за гранью воображения.]

Как ни странно, это было ток-шоу с участием Дамиана, который безрассудно рассуждал о Ноль Девятом. Выражение лица Ноль Девятого окаменело, а глаза Кан Ушина расширились от изумления. Бесконечная болтовня Дамиана была наполнена ядовитым намёком.

[Такой, как я, не имел бы шансов. Его проводник, должно быть, живёт в кошмаре.]

[Несомненно, управление им требует целой команды!]

Зал взорвался смехом, комментарий прозвучал с непристойным подтекстом. Дамиан неспешно усмехнулся и выдал очередную взрывную реплику:

[Я слышал, у него персональный проводник. Помните?]

Он наклонился к ведущему с видом заговорщика, но микрофон уловил каждое слово — именно так, как он и планировал.

[Тот проводник, что вытащил меня и четырёх других эсперов в Америке во время войны.]

[Не может быть!]

[Да, это он. Мир тесен, не так ли?]

Ведущий реагировал с восторгом, а участники дискуссии и аудитория гудели от возбуждения. Дамиан завершил выступление, глядя прямо в камеру. В углу экрана алела надпись «LIVE». Ноль Девятый нахмурился, встревоженный провокационным нарративом и злым умыслом в голосе Дамиана.

— Немедленно прервите прямой эфир на восьмом канале, — раздался голос сзади.

Хексион вышел из душа, облачённый в халат. Его слова прозвучали тихо, но уголок рта был приподнят с насмешливым изгибом. Закончив звонок, он швырнул смартфон на диван и подошёл к Ноль Девятому, который смотрел на него снизу вверх.

— Не беспокойся.

— У вас плохие отношения с ним?

Казалось, что нет. Ноль Девятый произнёс это мягко. Ведь даже когда Дамиан стоял на коленях после пощёчины, на его лице не исчезала самоуверенная ухмылка. Не сумев прорваться через папарацци, он устроил бурю в прямом эфире.

— Я привык иметь дело с такими типами.

Хотя этот шаг был неожиданным, и ему было жаль Ноль Девятого. Но Хексион не беспокоился. Его извинения касались только Ноль Девятого. Тот не мог понять, откуда у Хексиона такая уверенность. Вскоре лицо ведущего застыло, и он с неловкой улыбкой обратился к камере:

[Мы вернёмся после короткой рекламы!]

Прошло всего три минуты с момента звонка Хексиона. Он провёл рукой по голове Ноль Девятого, бледные пальцы вплетались в каштановые пряди, растрепывая их. Кан Ушин наблюдал за ними с лёгким смущением. Только удовлетворив желание погладить волосы Ноль Девятого, Хексион повернулся к нему:

— Итак, в чём дело?

Кан Ушин, обычно проницательный, заметил: хотя манера поведения Хексиона была спокойной, в ней чувствовалась лёгкая раздражительность. Из-за недавнего эфира? Скорее всего. Кан Ушин чувствовал себя добычей — травоядным среди хищников, эсперов и проводников, переполненных силой. Неловко поднявшись, он отдал честь:

— Я-я вернулся к службе!

Доклад о возвращении был уместен. Хексион пренебрежительно цыкнул и жестом отпустил его. Зная, что не стоит задерживаться между ними, Кан Ушин поспешно ретировался, оставив множество вопросов. Хексион понимал, что тот пришёл не только за этим, но сейчас его это не интересовало.

— Хексион, твоя улыбка немного странная.

Хексион, развалившись рядом с Ноль Девятым, уткнулся в смартфон. Каждая вибрация сопровождалась ответным сообщением. Ноль Девятому было любопытно, но он сдерживался. Заметив это, Хексион протянул ему экран:

— Если интересно — спроси.

— …Я всё равно не пойму.

— Верно.

Ноль Девятый, размышляя, действительно ли он так мало знает о мире, взглянул на экран. Переписка была едва понятна. «Производственная компания» — это как развлекательное агенство? «Разобраться» с компанией? Силами компании? Затем «разорвать контракты»? Почему без подлежащего? К счастью, последнее сообщение было ясным:

[Засудить и ведущего тоже.]

[Понял.]

Ноль Девятый поднял взгляд.

— Кого ты засудишь?

— Дамиана, ведущего, продюсера эфира, вещательную компанию.

— Ты можешь подать в суд на всех, помимо Дамиана?

Хексион усмехнулся.

— Суть не в победе.

— Тогда?

— Цель — заставить их пожалеть о содеянном.

— …

Ноль Девятый подумал, что характер у Хексиона действительно ужасен. Тот заявил, что всё в порядке, поскольку это его личное дело, но Ноль Девятый проглотил возражение — вряд ли кто-либо считал его просто частным лицом. Даже он сам не знал, насколько могущественна семья или корпорация Хексиона, да и тот не стремился его просвещать.

— Я переоденусь.

— Куда ты?

— Ты тоже идёшь.

— Куда?

— Охотиться на монстров, —  ответил Хексион, как о чём-то само собой разумеющемся.

Ноль Девятый почувствовал в этих словах другой намёк. Дело было не просто в аномалиях.

— Один ублюдок расставил силки — значит, нам нужно вернуть контроль.

Хексион оскалился. Ноль Девятый узнал это выражение — взгляд Хексиона, строящего планы. Как только тот скрылся, чтобы переодеться, Ноль Девятый посмотрел на возобновившееся шоу. После рекламы Дамиана не было в кадре. На его месте сидел участник дискуссии, а ведущий сжимал в руках лист А4 — явно не сценарий. Кажется, произошли стремительные перемены.

Ноль Девятый размышлял, есть ли хоть что-то, что Хексион не может сделать. Как по сигналу, тот вернулся одетым. Трёхсоставный костюм, ни одной детали не упущено — привычный образ Хексиона. На Ноль Девятом был свободная футболка и лёгкие джинсы из какого-то, вероятно, роскошного магазина, похожий на наряд студента. Хексион окинул его взглядом, скрестил руки, покачал головой и нажал кнопку лифта.

— Кто-то может подумать, что я спонсор.

— Что это?

— Неважно.

Ах, снова обращается с ним как с ребёнком. Но у него не было желания выражать недовольство. Хексион настроил часы, пролистывая видимые позиции аномалий. Всего восемь мест — сегодня многовато. Он отметил все восемь для Ноль Девятого парой касаний. Вскоре связалась администрация:

— Это ошибка?

— Разве похоже? Просто вызовите Джаспера.

— Если браться за все восемь, это займёт время, увеличив ущерб.

— Даже если отправить другую команду, они не справятся так, как Ноль Девятый. Оценка: десять минут на аномалию.

— …Это выполнимо?

— Не оспаривайте выполнимость.

— Понял. Специалист Джаспер ожидает.

С этими словами дуэт в сопровождении Джаспера мгновенно переместился к месту аномалии. Тот ругался под нос, когда они достигли первого пункта. К несчастью, это был соседний город. Аномалия среднего класса бродила по дороге, раздавливая машины. К счастью, эвакуация прошла вовремя; и на улицах не было людей. Хотя их тени прятались за окнами зданий, наблюдая.

— Неплохо.

— Что? — спросил Джаспер, но Хексион лишь слегка усмехнулся.

Ноль Девятый мог частично угадать его мысли. После вынужденного раскрытия казалось, Хексион хотел не скрывать существование Ноль Девятого, а, напротив, демонстрировать его. Тот внимательно осмотрел гротескное существо.

Чудовище, напоминающее ящерицу, имело яйца, выпирающие из брюха, и глаза с беспорядочно вращающимися зрачками. Его конечности, похожие на гигантские человеческие руки, были с ободранными ногтями, сочащимися кровью. Кожа существа была красной и сырой, будто обнажая мышцы — их общая отвратительная черта.

Заметив троицу, существо подняло своё тело, высотой с трёхэтажное здание, и прыгнуло, приземлившись прямо рядом с ними. Из зданий донеслись крики.

— Что ж…

Все решили, что чудовище раздавило их. Но на деле оно зависло в воздухе благодаря силе Ноль Девятого, беспомощно барахтаясь. Тот глубоко задумался, как поступить. Хексион указал на брюхо твари:

— Кажется, у неё есть яйца. Следует разобраться и с этим.

— А.

Последовав совету, Ноль Девятый сложил существо пополам. Хруст позвоночника отозвался эхом. Затем ещё и ещё — звуки множились. Хруст, хруст — пока оно не сжалось в куб, малый и плотный, его красная поверхность напоминала человеческую плоть.

Джаспер с отвращением наблюдал, как Ноль Девятый протягивает ему этот куб.

— Что делать с этим?

— Выбрось. Оно всё равно мёртво.

Ноль Девятый сунул куб размером с палец в карман. Хексион, невозмутимо положив руку на его плечо, указал в определённом направлении:

— Посмотри туда.

Ноль Девятый поднял голову и увидел людей, рискованно свешивающихся из окон с телефонами. Опасно, подумал он, кто-то может упасть.

— Эти телефоны снимут что-то с такого расстояния?

— Видно, что ты провёл больше десяти лет взаперти. Ты удивился бы качеству зума на современных смартфонах.

Следуя взгляду Хексиона, Ноль Девятый увидел, как тот наклонился, чтобы оставить глубокий поцелуй на его щеке. Джаспер затрясся, пытаясь сдержать рвоту, — или, по крайней мере, делал вид. Ноль Девятый рассмеялся абсурдности ситуации. Половина его лица была сжата, вторая отказывалась подчиняться. Приведя себя в порядок, они потащили сопротивляющегося Джаспера уничтожать следующее существо.

— Вау, это настоящий монстр, — пробормотал Джаспер с истощённым выражением.

Менее чем за час Ноль Девятый уничтожил восемь существ. После того как руководство многократно ставила под вопрос точность отчётов, Хексион просто оборвал связь. Пока группа утилизации трудилась без отдыха, Ноль Девятому стало скучно, даже клонило в сон от монотонности охоты. Троица наконец вернулась на базу.

В тот же день появились сенсационные статьи:

[Монстр 2-го класса среднего размера побеждён за 5 минут первородным эспером! Кто он?!]

[12 малых монстров 1-го класса уничтожены за 8 минут!]

[3 монстра 3-го класса среднего и крупного размера сожжены странным ударом молнии!]

Отчёты были ожидаемы, особенно с учётом множества фото первого существа, сделанных прохожими. Находясь в центре города, они привлекли неизбежное любопытство. В покадровой съёмке существо уменьшалось по мере того, как Ноль Девятый складывал его. Реакции варьировались от жалости к чудовищу из-за жестокой смерти до восхищения эспером уровня катастрофы.

[Разве это не слишком жестоко, даже для монстра?]

[Отлично, теперь мы сочувствуем монстрам?]

[Как это вообще возможно? Это телекинез?]

[Удар молнии — тоже дело рук эспера, да? У него несколько способностей?]

[Эспер с множеством сил? Невозможно!]

[Такие существа могут свободно разгуливать? Разве все эсперы не монстры?]

[Тогда почему бы тебе самому не поохотиться на монстров?]

Комментарии к статьям затопили всё пространство под ними. Среди них одно фото вызвало особый ажиотаж:

[Но кто сделал этот последний снимок?]

На нём был изображён шатен, предположительно эспер, подмигивающий с ухмылкой, в то время как Теобальд целует его в щёку — сцена, словно из драмы или фотосессии. Зрители требовали их появления на ТВ, отчаянно умоляя вещательные компании: «Пригласите их в эфир! Немедленно!». Однако, без ведома общественности, компании были вынуждены молчать из-за иска от некого Хексиона Теобальда.

***

Дамиан с презрением просматривал статью. Полулежа на диване, он пролистал её вниз одним движением пальца, затем дико рассмеялся и отшвырнул смартфон. Звон разбившегося стекла эхом разнёсся по комнате. Он думал, что знает Хексиона достаточно хорошо. Конечно, всё это — лишь чтобы похвастаться перед ним. Теперь, когда кот вырвался из мешка, он берёт контроль? Дамиан стиснул зубы. Невыносимо. Непростительно.

Он был уверен: Хексион найдёт его. Он получил иск от Хексиона, да ещё и от компании — хотя деньги не были проблемой. Пусть не на уровне Хексиона Теобальда, но он заработал достаточно за время «геройской» карьеры на ТВ. Что касается исков от вещательных компаний — у них нет оснований. Они сами состряпали сценарии по его неосторожным словам.

— Этим всё не закончится…

Дамиан грыз ногти. Хексион не удовлетворится таким малым. Он несомненно явится лично — чтобы вынести предупреждение. И одно лишь ожидание его приезда заставляло живот сжиматься от нервного возбуждения. Как собака в течке — это бесило. Хотя, по правде, он всегда был одержим.

Подобрав осколки телефона, он извлёк SIM-карту и открыл ящик, чтобы достать другой. Как только чип был вставлен, хлынул поток уведомлений. Игнорируя их все, он замер на сообщении с незнакомого номера:

[Сегодня, 15:00. Ресторан отеля.]

Чёрт! Он прикрыл рот, чтобы не вырвалась ругань. Конечно, ты не удержишься от хода. Зная твой нрав. Дамиан представил ту тёмную пещеру. Её хрупкие стены грозили рухнуть под его силой, но внутри мерцали серые глаза Хексиона. Тогда, по нынешним меркам, эсперы вероятно были в стадии Буйство. Их страна не имела проводников — или, по крайней мере, не могла их обнаружить.

— Даже если эта пещера обрушится, вы не умрёте, верно?

Оказавшись в ловушке на вражеской территории с пятью эсперами, Хексион, насмешливо спокойный, допрашивал их.

— И куда вы направитесь после побега? Обратно в свою страну?

Его вопрос прозвучал мягко, но имел режущую кромку, заставив эсперов мгновенно зарычать. Однако он протянул руку, будто имея дело с юными, беззубыми зверями.

— Лучше взять мою руку, чем погибнуть как бомбы на родине.

Его глаза мерцали смехом в темноте.

— Я — проводник. С моей рукой выживание гарантировано, даже за пределами этого места.

Как заманчиво звучало это предложение. Несмотря на их яростное рычание, обещание жизни разжигало надежду. Но эсперы, обработанные пропагандой своей страны, не могли легко принять слова Хексиона — их разум был уже почти разрушен.

Дамиан вспомнил, как Хексион усмирил одного из них с помощью руководства, прекрасно зная результат такого разложения для эспера.

Но даже тогда он понимал — сладость руководства была почти неотразима, и его тело нагревалось при воспоминании. Познав её близко в те времена, он осознал: хорошо обученный проводник может подчинить даже могущественного эспера своей воле. Хексион сделал именно это; он использовал руководство лишь на одном. И последующий хаос не требовал объяснений.

И в тот момент, да, это я был избран. Хексион. Тогда это ты выбрал меня. Дамиан сжал смартфон так, что корпус затрещал, будто вот-вот рассыплется.

Нет. Это неправильно. Всё равно тот факт, что он сможет встретиться с ним один на один, означал, что его провокация удалась. Дамиан медленно ждал, тревожно следя за часами, словно встревоженная собака, ждущая хозяина.

И в ресторане, точно в срок:

— Я — Эд Малон, представитель господина Хексиона Теобальда.

Незнакомец протянул визитку. Дамиан горько усмехнулся про себя. Ах, чёрт. Он никогда не проигрывает.

***

— Он, вероятно, хочет, чтобы я приполз к нему на коленях.

— Хм, правда?

— Да.

Ноль Девятый спросил, глядя на мелькающий за окном лес:

— Поэтому мы сейчас переезжаем?

— Как будто я поведусь на такую примитивную провокацию. Я останусь в уединённом месте на время, чтобы избежать репортёров, осаждающих штаб.

— Куда мы направляемся?

— В домик в лесу, подальше от города.

— Домик, да? Я уже не удивляюсь. До похищения я был простым гражданином.

— Но теперь у тебя есть всё, — рассмеялся Хексион.

— Потому что я силён?

— Нет. — Сидя за рулём, он взглянул на Ноль Девятого и улыбнулся: — Потому что у тебя есть я — твой проводник.

— …А.

Хотя Ноль Девятый хотел возразить, по правде говоря, это не было ошибкой. Он предпочёл молчать. Часто испытывая любопытство ко многому в нём, Ноль Девятый воздерживался от вопросов. Это была грань, которую он знал, что должен уважать. Хексион тоже чётко обозначил границы. Ноль Девятый был уверен, что сможет их соблюдать. Тогда почему ты постоянно так опасно флиртуешь с этой гранью?

— А как насчёт монстров?

— Если появятся поблизости, придётся разобраться. Домика должно хватить. С проводником рядом тебе не стоит беспокоиться о травмах.

Оба замолчали. Ноль Девятый сознательно сохранил тишину, а мысли Хексиона остались нечитаемыми. После нескольких часов езды они прибыли к казалось бы новому особняку. Действительно уединённое место, в середине леса. Ноль Девятый вышел из машины, глядя на здание размером скорее с особняк, чем с домик.

— …Как это содержится?

— А ты как думаешь? У нас есть люди для этого. Все припасы внутри. Если что-то ещё понадобится — просто скажи. Разберёмся.

— А…

— Иди внутрь. Я припаркую машину и присоединюсь. Дверь открыта.

Ноль Девятый кивнул и направился к особняку. Пока он удалялся, Хексион достал смартфон, чтобы проверить что-то. На его губах появилась слегка искривлённая улыбка. Дамиан не полностью понимал Хексиона. Думать, что этого будет достаточно, — было ошибкой. Он подтвердил близкое расстояние между особняком и тем, где Дамиан остановился в Жилом Секторе А, и отправил сообщение:

[Доставьте монстра 2-го класса или выше.]

[Понял.]

В его приказах не было места отказу. Хексион погасил экран. Довольная, томная улыбка расползлась по его губам, тёмно отражаясь на стекле.

Ноль Девятый вошёл в незнакомый дом. Как и упоминал Хексион, дверь была не заперта, внутри — безупречно чисто, будто только что убрано.

Чувствовалось человеческое присутствие. А, возможно, кто-то управлял этим местом. Пока он шёл через холл первого этажа, кто-то спустился по лестнице. Женщина лет тридцати, в удобном чёрном платье, с пылесосом в руках.

— Здравствуйте.

Ноль Девятый первым мягко поздоровался. Женщина кивнула в ответ и быстро исчезла без единого слова. Чувствуя лёгкую неловкость, он решил подождать Хексиона. И вскоре тот вошёл в дом. Звук его обуви твёрдо отдавался от безупречного мраморного пола.

— Ну как?

— Не уверен. Он просто большой.

— Разве?

— А, кстати, здесь был кто-то.

— Она домработница. Не будет тебя беспокоить, так что не волнуйся.

— Хм, сомневаюсь, что стала бы.

Ноль Девятый промолчал, хотя хотел хотя бы обменяться приветствиями. Хексион приподнял бровь:

— Просто сделай это.

— Она не ответила.

— Работники в нашем доме немного застенчивы. В следующий раз, вероятно, ответит.

Это не было похоже на застенчивость. Ноль Девятый отфильтровал и понял точно, что имел в виду Хексион: «В следующий раз ей скажут отвечать мне». Он натянул неловкую улыбку. Хексион направился к лестнице:

— Выбери любую комнату.

— А… То есть отдельные комнаты?

Хексион замер на ступенях, обернувшись к нему. Всего три шага. Ноль Девятый стоял ниже.

— Почему, боишься остаться один?

— Ты знаешь, что не в этом дело.

— Я думал, тебе некомфортно делить комнату со мной.

Как он сказал, в пентхаусе жилого корпуса Бюро они жили в одной спальне. Изначально там была только одна спальня. Одна гостиная, одна спальня, две гардеробные, три ванные и пять пустых комнат даже без кроватей, а также огромная кухня, не использовавшаяся для готовки. Кровать большего размера была не слишком удобная для двух высоких мужчин.

Ноль Девятый обычно засыпал раньше Хексиона. Будто из-за привычки в лаборатории, он всегда спал и просыпался раньше. Он всегда лежал спиной к Хексиону. Тот думал, что Ноль Девятый всё ещё чувствует неловкость от общего спального пространства.

— Не некомфортно.

— Правда?

— Да.

— Значит ли это… — Хексион спустился на одну ступеньку, наклонился ближе к Ноль Девятому и прошептал: — Хочешь переспать со мной?

— …

Неужели он всегда должен использовать такие слова? Ноль Девятый облизнул пересохшие губы. Казалось, рот полыхал огнём. Хексион молча наблюдал за его выражением лица, затем поднялся выше. Ноль Девятый медленно последовал за ним, следя, как двигаются складки его идеально сидящего костюма.

Хексион поднялся на второй этаж и выбрал самую большую комнату. Естественно, это была главная спальня. Та самая, где останавливались главы семьи Теобальд. Он открыл дверь и замер на мгновение. Ноль Девятый встал у него за спиной.

— Что ты рассматриваешь?

— О, просто. Ностальгия.

С этой загадочной фразой он вошёл внутрь. Огромная кровать размера «king-size». Два дивана друг напротив друга. Письменный стол из красного дерева для документов и широкое балконное окно. Ноль Девятый понял, почему Хексион называл пентхаус маленьким — комната была просторнее гостиной в живлом корпусе Бюро.

— Твой родовой дом больше этого?

— Меньше быть не может.

Насколько же величествен должен быть главный дом Хексиона? Ноль Десятый на мгновение задумался, но, осознав, что шансов посетить его нет, отбросил мысль. Небо за террасным окном было облачным. Комната была загромождена, но странно пуста из-за своего простора. Он пробормотал:

— Комната слишком…

— Устарела.

Хексион добавил: «Правда?» Ноль Девятый осмотрелся. После стерильной белизны лаборатории глубокий красный ковёр и тёплые тона диванов были довольно приятны. Пока он изучал комнату, Хексион взял планшет и устроился на диване. Скрестив ноги, он лёгко постучал по экрану кончиком пальца.

Появилось окно сообщения от администрации:

[Территория перед жилым корпусом Бюро заполнена репортёрами.]

[Судите их за препятствие государственной работе.]

Америка — земля судебных исков. Не подавать в суд, когда есть возможность, — глупо. Хексион ещё несколько раз коснулся планшета, затем открыл документы, связанные с компанией. Предприятие Теобальдов, выросшее из оружейного бизнеса, имело множество дочерних подрядчиков. Более того…

«Самая младшая хочет освоить сферы за пределами производства оружия».

С тех пор как Хексион встретил Ноль Девятого, его насильно вернули в статус солдата, но он периодически просматривал документы компании. Обычно военным запрещено иметь вторые профессии, но это правило на Хексиона не распространялось. Пока он был поглощён чтением документов, Ноль Девятый стоял у окна террасы, глядя наружу.

Небо было бледно-серым, словно скоро дождь. Он рассеянно наблюдал за облаками, ожидая падения капель. Простояв так довольно долго, он почувствовал, как Хексион, отложив планшет, подошёл сзади. Тот нежно поцеловал его в затылок и обнял за талию.

— Что там так увлекло тебя?

— Похоже, будет дождь.

— Тогда будет.

— Что?

— Если ты хочешь этого — дождь пойдёт, — прошептал Хексион.

И как только шёпот затих, капли начали падать, мягко барабаня по стеклу. Ноль Девятый обернулся к Хексиону, тот отступил на шаг, пожимая плечами с видом безразличия. Когда Ноль Дясятый промолчал, Хексион мягко взял его за руку, подвёл к кровати, усадил и проверил часы.

[Уровень стресса: 51%]

— Ты знаешь, что твой базовый уровень стресса довольно высок?

— Я никогда не задумывался о стрессе.

— Возможно, ты просто не замечаешь.

Хексион провёл пальцами по уголкам его глаз. Такое минимальное прикосновение не снизило уровень стресса. Решив заняться необходимым, он продолжил:

— Постараемся опустить его ниже 40%.

С этими словами Хексион сбросил пиджак на пол. Затем скомандовал Ноль Девятому:

— Раздевайся.

— …

Глаза Ноль Девятого дрогнули, он выглядел не особо радостным. Развлекаясь, Хексион пояснил:

— Я не намерен идти до конца. Но постоянно иметь такой высокий стресс — довольно проблематично. Из-за этого легко выйти из-под контроля.

Даже говоря это, Хексион расстегнул жилет и тоже сбросил его. Блестящая пряжка ремня мягко звякнула, кожа слегка натянулась. Вскоре ремень был отстёгнут, а строгие брюки последовали за ним, отброшенные без церемоний. Ноль Девятый молча наблюдал, отмечая кожаные ремни на бёдрах Хексиона и зажимы, впивающиеся в край рубашки. Под подтяжками для рубашки он заметил тёмные носки и соответствующие подтяжки для них. Хексион поднял одно колено, уперев его рядом с бедром Ноль Девятого.

— Хочешь, я раздену тебя?

Ноль Девятый медленно снял футболку, обнажив тело, словно выточенное с тщательной заботой. Взгляд Хексиона с удовольствием задержался на нём, прежде чем он потянулся к подтяжкам. В этот момент Ноль Девятый произнёс:

— Можно я раздену тебя вместо этого?

Хексион приподнял бровь и рассмеялся:

— Давай.

Руки Ноль Девятого, прослеживая вены под кожей, выбрали крошечный зажим и слегка надавили, освобождая рубашку. Один за другим зажимы падали на пол. Затем он переместил руки на спину Хексиона, расстёгивая каждую застёжку. Хексион, наблюдая, нежно взъерошил его волосы, развлекаясь его сосредоточенностью.

Лавандовые глаза Ноль Девятого встретились с глазами Хексиона, изучая их пристально, прежде чем он снял подтяжки с его бёдер, оставив следы темнее кожи. Круглые линии опоясывали бёдра, и Ноль Девятый сглотнул, мягко растирая отметины. Хексион посмотрел на него сверху вниз, легонько держа его за щёку:

— Разве это не завораживающе?

В ответ Ноль Девятый посадил Хексиона себе на колени и прикусил пуговицу рубашки зубами, издав резкий звук, будто ругая непослушного щенка. Продолжая, он ловко высвободил пуговицы языком, а Хексион гадал, где тот научился такому трюку. Одна за другой пуговицы расстёгивались. Ноль Девятый снял рубашку, обнажив бледное, словно из мрамора, тело. Хексион прижался к Ноль Девятому, обвив руками его шею.

— Сосредоточься.

— …Я не знаю, на чём должен сосредоточиться.

Большая рука Ноль Девятого крепко сжала бедро Хексиона. Тот ответил усмешкой, обвив ногами его талию и плотно сжав. Смех Ноль Девятого прервался, хватка стала твёрдой. Хексион упёрся подбородком в его плечо, взглянув на часы.

[Уровень стресса 53%]

Хм, почему индекс стресса вырос ещё сильнее?

Приподняв бровь в раздумьях, Хексион заметил, как Ноль Девятый ощутил необычный жар в своём обычно сдержанном теле. Тепло между ними было обжигающим. Ноль Девятый размышлял об этих желаниях, спрашивая себя об их происхождении. Неужели лишь потому, что Хексион — проводник с такой высокой совместимостью? Неужели именно поэтому он реагирует так, без сознательной воли? Это казалось несправедливым.

— Нервничаешь? — игриво прошептал Хексион ему на ухо, оставив маленький поцелуй, от которого тот вздрогнул.

Он понял, что Ноль Девятый погружён в глубокие размышления. Хотя детали были неизвестны, эта маленькая, хорошенькая голова всегда занималась мыслями за пределами его понимания.

Продолжая целовать уши Ноль Девятого, Хексион переместился к щеке и закончил нежным покусыванием нижней губы. Губы Ноль Девятого естественно разомкнулись, принимая его внимание, не прерывая размышлений.

Глаза Хексиона смягчились, когда он заметил, как лавандовые глаза Ноль Девятого пристально смотрят на него, ощущая странный холод вдоль позвоночника. Он вложил язык в его рот, начав нежный танго, чтобы переплестись, задерживаясь, пока покалывающие губы не возвестили конец. Руки Ноль Девятого переместились от бёдер к талии, сжимая твёрдое тело Хексиона.

— Я не знаю никого, кроме тебя.

— Недостаточно примеров для сравнения?

— Да, поэтому я c растерян.

— Почему?

— Я не знаю, отреагировал ли бы я так же, без всякого намерения, с любым, у кого высокая совместимость.

Хексион и раньше задумывался, зависят ли предпочтения эспера от уровня совместимости. Особенно тогда, в пещере с теми пятью эсперами — когда его жизнь висела на волоске, его посещали такие мысли. Глядя на Ноль Девятого, он уверенно провёл по его слегка влажным губам.

— Сомневаюсь.

Уверенность Хексиона вызвала что-то странное внутри Ноль Девятого. Он почувствовал смесь желания оспорить эту уверенность и восхищения такой непоколебимостью. Пока глаза Ноль Девятого сузились в раздумьях, Хексион продолжил:

— Без меня будет нелегко.

Человек, который не сомневается в своей уникальности. Ноль Девятый вспомнил, как часто Хексион утверждал, что и он особенный. Но слова, которые Ноль Девятый слышал в лаборатории, сильно отличались — аномалия, чудовище, не пригоден даже как оружие. Порой то, как Хексион называл его особенным, звучало неловко. Сам термин казался чужим, словно пришедшим из другого мира.

Ноль Девятый хорошо знал, что Хексион был первым, кто сдержал обещание — первым, кто показал, как правильно носить хороший костюм. Он был первым, кто нежно убедил человека, привыкшего к покорности, пробудить желание бросать вызов. Ноль Девятый понимал, почему Хексион был «особенным». Но он часто задавался вопросом: мог ли и он быть особенным для Хексиона? Или это лишь потому, что он — необычайная аномалия?

Хексион прервал эти затянувшиеся размышления, легко коснувшись его носа своим, и прошептал, оставляя поцелуй на нём.

18+

— Моя катастрофа. Не заставляй меня насильно заглядывать в тебя.

— Ты и правда не добр.

— Ничего. Рядом со мной ты будешь казаться добрым.

«Честно, ты тоже не особо добр, верно?» — язвительно заметил Хексион. В лаборатории Ноль Девятый должен был быть покорным для всех. Если его поведение хоть чуть отклонялось от ожидаемого, его усыпляли. Мягко, по-доброму. У него не было выбора, кроме как стать насильно приветливым и нежным. Поэтому Ноль Девятый не считал себя особенным. В той среде его собственная идентичность стала неважной.

Хексион отлично это знал. Поэтому он настаивал на том, чтобы царапать, ощупывать, в конце концов заставляя себя заглянуть внутрь. Словно он желал, чтобы Ноль Девятый разозлился. Рука Ноль Девятого сжалась, вены выступили, лицо стало бесстрастным. Хексион снова взглянул на часы.

[Уровень стресса: 58%]

Совместимость могла слегка колебаться в зависимости от ситуации, действий или психологического состояния. Они знали друг друга всего несколько дней — слишком короткий срок для полного понимания.

Но они оценивали друг друга с острым восприятием. Царапая и получая царапины, проверяя друг друга, располагаясь прямо напротив. В итоге первым отступил Ноль Девятый. Возможно, снова стать покорным было проще. Однако, как только он отступил, Хексион без колебаний пересёк черту. Мне не нравится сближаться с тобой. Это неприятно. Не особенно радостно. Но тогда почему Хексион смотрел на него, будто не мог оторвать глаз, наблюдая так пристально? Он провёл губами по нахмуренному лбу Ноль Девятого.

— Моя катастрофа. Не переусердствуй с размышлениями. — Для того, кто провёл в лаборатории больше десяти лет, сказать «не думай» было равноценно «не дыши». — Просто сосредоточься на мне. Этого достаточно.

Тогда всё разрешится. Он говорил, словно накладывая заклинание. Ноль Девятый, услышав это, обвил руками талию Хексиона, развернул и положил его на кровать. Глядя сверху вниз, тени смягчили обычно пронзительные лавандовые глаза, превратив во что-то опасное и завораживающее.

— Ты так боишься? Подержать тебя за руку?

Ноль Девятый воспринял едкое замечание Хексиона буквально. Он крепко сжал его руку, переплел пальцы и вдавил в матрас. Жар сцепленных ладоней был интенсивным.

— Ты мне не нравишься. — Ноль Девятый изогнул глаза в улыбке. — Как далеко ты планируешь заглянуть в меня? Как долго будешь наблюдать?

Как сильно ты собираешься потрясти меня? На этот вопрос Хексион ответил:

— Тебе не следовало показывать мне трещины с самого начала.

Ноль Девятый почувствовал, как горло пересыхает. Тебе следовало игнорировать трещины, что я показал. Зачем вникать в них, наблюдать и узнавать меня?

— Зачем заставлять меня чего-то ожидать?

— Чего ты ожидал?

— Чего-то от тебя.

— Звучит как проблема с привязанностью.

Хексион цыкнул. Моя катастрофа, что я сделал, чтобы ты ожидал чего-то от меня? Он поднял свободную руку и погладил щёку Ноль Девятого. Тот стиснул зубы. Хексион похлопал по его твёрдой челюсти.

— Но ты хорошо выбрал себе пару.

Ноль Девятый, увидев, что волосы Хексиона слегка растрепались от того, что его положили, ненадолго задержал на них взгляд.

— Ожидай.

— …

— Ожидай всего, чего хочешь.

— …

— Мне тоже любопытно, как далеко ты сможешь зайти.

Уверенность в том, что катастрофа под моим контролем, довольно забавна, тебе не кажется? Слова Хексиона будто были обращены прямо к измученной душе Ноль Девятого. Тот грубо поцеловал его. Он ненавидел то, как Хексион преуменьшает все его тревоги. Ненавидел, что Хексион намерен увидеть даже самые тёмные, искривлённые части. Ненавидел, что его, жившего в полной покорности, теперь заставляют осознавать собственные желания. Он думал, что «он» не имеет значения. Но теперь у него была эта похоть к тебе, это желание тебя.

Они ненадолго разъединились, чтобы перевести дыхание после поцелуя, настолько страстного, что он почти чувствовал вкус слюны другого. Затем Ноль Девятый прошептал:

— …Прости.

Ноль Девятый рассмеялся легко. Увидев это, Хексион тоже лениво улыбнулся, словно спрашивая: «Ах, теперь всё улажено?»

Но, к сожалению, разум Ноль Девятого всё ещё был хаотичным. Этот хаос, что ты есть, сводит меня с ума.

— Это было многословно, не так ли? Продолжим с того места, где остановились?

Когда Ноль Девятый заговорил, Хексион обвил руками его шею и притянул ближе. Ноль Девятый прижал губы к безупречной линии подбородка Хексиона, сильно посасывая его. Непременно останется след. Он кусал и нежно лизал это место, словно щенок, грызущий свою первую игрушку. Хексион мягко взъерошил его волосы и провёл пальцами от затылка к лопаткам. Длинные пальцы Хексиона двигались по его спине, как пауки. Ноль Девятый вздрогнул, целуя ключицу Хексиона — щекотное ощущение раздражало его.

Хексион медленно моргнул, затем криво усмехнулся. Ноль Девятый ощутил предчувствие. Рука Хексиона схватила его за ягодицы и опустила бёдра, прижав к своей промежности. Даже такой лёгкий стимул воспламенил разгорячённую область Ноль Девятого, и он прикусил губу. Хексион лёгко подвинулся, чтобы прошептать ему на ухо, уткнувшись в плечо:

— Не бойся, сегодня мы не пойдём до конца.

Ноль Девятый, потерявший дар речи, тихо рассмеялся. Он сильно надавил бёдрами, приподняв бедро Хексиона. Спокойно он водил губами по рельефу твёрдых мышц. Везде, где проходили его губы, становилось тепло. Хексион, слегка приподняв бёдра, перекинул одну ногу через плечо Ноль Девятого. Тот тихо усмехнулся, затем открыл рот, чтобы оставить большой след на животе Хексиона. Кожа приняла его, влажная и тёплая. Губы Хексиона разомкнулись в тихом вздохе.

Ноль Девятый подумал, что этот человек, показывающий лицо хищника даже лёжа под ним, невероятно провокационен. Никто не планировал идти до конца — они просто хотели спутаться, кусать, сосать, пока бледная кожа не покроется синяками. Глубокие вздохи сменились тяжелым дыханием, смесь странной влаги и пота неуклонно росла. Когда Ноль Девятый глубоко поцеловал горло Хексиона, тот взглянул на часы.

[Уровень стресса: 43%]

Достаточно?

— Сосредоточься.

Ноль Девятый укусил его за грудь. Ах, он не планирует останавливаться. Короткий стон вырвался между ними. Руки Ноль Девятого грубо скользили по одежде Хексиона. Тот игриво надавил тыльной стороной ладони на его эрекцию через ткань. Ноль Девятый смотрел на него так, будто хотел поглотить. Хексион почувствовал трепетное ощущение от этого взгляда. Ах, ты знаешь, как заставить меня хотеть, не так ли? Пока Хексион лениво улыбался, Ноль Девятый сияюще улыбнулся в ответ.

Ах, опять это выражение лица.

Ноль Девятый стянул нижнее бельё, обнажая возбуждённый член Хексиона. Уже достигшее впечатляющего размера, он аккуратно поместилось в его крупной ладони. Эспер неловко потёр его. Хватка была слегка твёрдой. Хексион улыбнулся сквозь нахмуренный лоб и прошептал, целуя его рядом с глазом:

— Медленно… да, ослабь немного.

— Ты…

Ноль Девятый сжал возбуждение Хексиона, стиснув челюсть. Хексион ещё не прикасался к нему. Возможно, желая немного подразнить. Может, он хотел увидеть его лицо таким. Хексион нежно укусил его за подбородок, расстёгивая пояс Ноль Девятого. Даже не опуская молнию, он проник через прорезь, обхватив твёрдой рукой горячий член под тканью.

Ах, это довольно…

У Хексиона потекла слюна. Ощущение чего-то большего, чем его собственный член, казалось почти чужим. Он провёл руками по контурам. Ноль Девятый сдержанно улыбнулся. Хексион медленно поднял пальцы, молния поддалась под его натиском. Он обнажил возбуждение Ноль Девятого, соприкоснувшись им со своим и сложил их.

Ноль Девятый посмотрел на Хексиона. Отпустив возбуждённый член Хексиона, тот взял оба в свои руки. Обхватив, они плотно соприкоснулись. Проведя языком по собственным зубам, Хексион начал их гладить.

18+

— Мх… — Ноль Девятый издал непроизвольный стон.

— Двигай бёдрами, — мягко прошептал Хексион.

По его просьбе Ноль Девятый, уперев руки по бокам от головы Хексиона, начал осторожно толкать свой член в сомкнутые ладони. Для новичка он был удивительно проворен. Его сжатые кулаки двигались медленно, но верно, задевая то, что лежало под ними. Каждый раз, когда их переплетённые тела двигались, Хексион чувствовал напряжение внизу живота.

Трение оставило блеск влаги на кончике, и вскоре его руки стали липкими от жидкости, что сочилась вниз. Наблюдая за этим, Хексион смочил пересохшие губы. Движения Ноль Девятого всё ещё сохраняли оттенок нерешительности. Уговаривая его, Хексион усилил давление. Это заставило тело Ноль Девятого неконтролируемо содрогнуться.

— Сильнее, — подзадорил Хексион, его голос стал похож томным шёпотом.

Смущённый, Ноль Девятый подумал, что уши горят огнём.

— Это всё, на что ты способен?

Теперь собравшись, он посмотрел сверху с непостижимым взглядом. Его лавандовые глаза казались жутко напряжёнными. В мгновение ока он крепко схватил бёдра Хексиона и начал бешеный ритм. Их ритмичное взаимодействие ускорилось, раскачивая Хексиона. Трение теперь ощущалось ещё ярче, заставляя Ноль Девятого толкать жёстче. Довольная усмешка расползлась по лицу Хексиона, обнажая блестящие клыки. Тени в глазах Ноль Девятого следили за каждым его выражением.

— Ах, ха…

Комната наполнилась повторяющимися звуками трения кожи о кожу. Ноль Девятый раздвинул бёдра Хексиона, устроившись между ними. Интимность общего дыхания и кожи заставляла сомневаться, было ли это чем-то иным, кроме секса. В такт ритму Ноль Девятого руки Хексиона двигались в унисон, применяя давление, чтобы извлечь каждую унцию удовольствия. Чьё-то дыхание громко сорвалось посреди акта.

Источник звука было не отличить над мягким шлёпаньем влажной плоти. В конце концов, Ноль Девятый, переполненный ощущениями, впился губами в изгиб шеи Хексиона, полностью отдавшись моменту. Хексион почувствовал тёплое дыхание на своей коже — ощущение, что жгло горло.

«Как я снова получу это?»

Сам факт, что эта мысль пришла ему в голову, говорил: ему очень нравился член Ноль Девятого. Вены Хексиона выступили, когда он сжал ещё сильнее, его усилия отразились в чётком контуре мышц.

Общий ритм нарастал, пока оба тела не достигли пика, изливаясь в комнате в дымке смешанного напряжения. Ноль Девятый ловил воздух, а Хексион удовлетворённо выдохнул. Даже после акта Хексион не отпускал, методично вытягивая остатки каждым движением. Талия Ноль Девятого слегка дрожала, как и талия Хексиона в послевкусии. Липкие звуки заманчиво затянулись. «Это удовлетворение?» — подумал он, глядя на Ноль Девятого, всё ещё прижавшегося к нему. Но вдруг его руки оттолкнули и были заменены твёрдой хваткой Ноль Девятого.

«Хм, похоже, ещё не конец».

Ноль Девятый возобновил, решив повторить движения, которые Хексион демонстрировал ранее. Притянув его ближе, Хексион прошептал:

— Покажи мне.

Он не любил повторять уроки. Шёпот-вызов задел совесть Ноль Девятого. Тот оскалился, на что Хексион ответил дразнящим укусом за губу — готовый к большему.

***

Хексион проснулся всего несколько часов спустя, почувствовав на коже неприятную липкость. Приподнявшись, он бросил взгляд на широкую спину Ноль Девятого, всё ещё крепко спавшего. Казалось, тот даже слегка приблизился — маленькая победа. Хексион мельком провёл пальцами по взъерошенным волосам Ноль Девятого, прежде чем подняться и надеть халат. Его рука потянулась к телефону.

[Монстр среднего уровня, 2-й класс, подготовлен.]

Сообщение пришло минут десять назад. Хексион взглянул на Ноль Девятого. Он уже успел узнать, разделяя с ним пространство, что если Ноль Девятый засыпал, то не просыпался, пока не высыпался. В отличие от самого Хексиона, чей сон в новой обстановке часто бывал беспокойным. Он оценил эту особенность Ноль Девятого, пока шагал в душ, позволяя себе быстро ополоснуться.

Вытирая волосы полотенцем, Хексион заметил, что его обычно аккуратная причёска растрепалась, пряди падали на глаза. Приведя её в порядок, он надел трёхсоставный костюм из гардеробной, добавив лёгкий аромат духов. Всё это были мелочи, учитывая, что скоро он промокнет под дождём, но это было в его природе — сохранять непроницаемый фронт, сущность Хексиона Теобальда.

Спускаясь вниз, он набрал номер. После короткого гудка звонок соединился.

— Монстр?

— Расположен примерно в 30 километрах к западу от особняка.

— Понял.

Закончив разговор, Хексион убрал телефон в карман и направился в гараж. Садясь в машину, которую они использовали с Ноль Дясятым, он завёл двигатель. Он рассчитывал, что всё скоро встанет на свои места. С глубоким урчанием машина тронулась вперёд.

***

Короткий сигнал прозвучал от часов на запястье Дамиана. Живя в поселении подразделения А, немного в стороне от центра города и расположенном возле реки, это не было удивительно. Оповещение указывало, что аномалия 2-го класса замечена в парке в 86 километрах.

[52м, оценка средний монстр 2-й класса. Парк района К. Эстель.]

[Особое примечание: воздушный тип.]

Его настроение в последнее время было на дне. Возникли надоедливые судебные тяжбы, и у него не было шанса увидеть, как шевелится полы одежды Хексиона. Скривив губы, Дамиан вышел из комнаты, уверенно шагая по коридору. Проводники в коридоре замешкались при его приближении.

Шагая с выражением злобы, он протянул руку и схватил ближайшего проводника. Раздался быстрый вздох. Не обращая внимания, Дамиан продолжил путь, таща проводника к команде перемещения. Воздушные существа были хлопотными. Немногие эсперы в подразделении А могли умело охотиться на таких существ, и Дамиан был одним из них.

— Отпустите… Я не могу дышать.

Дамиан шёл вперёд, вцепившись в воротник проводника. Тот спотыкался, пытаясь поспевать, отчаянно хватая воздух. Казалось, грубое поведение Дамиана не было для них новостью, и они смогли синхронизировать шаг. Отпустив воротник, когда проводник стабилизировался, Дамиан коротко бросил:

— Не мешай.

— Да.

Проводник кивнул, бледное лицо было напряжено. «Чёрт. Мне просто не везёт», — подумал он, пытаясь скрыть недовольство. Вскоре они достигли центра перемещения, направившись к парку района К. Эстель.

Когда окружение слегка сместилось, Дамиан осмотрел местность по прибытии. Судя по описанию, монстр среднего размера должен был быть заметен, но его нигде не было видно. Он прищурился, всматриваясь дальше поваленных деревьев на краю парка. Казалось, существо переместилось внутрь. Аномалия была не снаружи, а скрыта глубже. Однако удивительно, что его немаленький размер ускользал от видимости.

Кап, кап.

К его раздражению добавился ещё  и дождь. Дамиан нахмурился, направляясь в лесную зону, за ним поспешали торопливые шаги проводника, пытающегося угнаться. Дамиан, невозмутимый, шёл вперёд, сосредоточенный на цели.

Кап, кап, шурш.

Затем хлынул ливень, хлеща по коже. Ненастье затуманило его зрение. Дамиан, всё более разъярённый, ускорил шаги. Проводник, отставая ещё больше, едва волновал его, так как фокус оставался на задаче. Дождевая вода попала в глаза, ещё больше затуманивая его и так уже размытое зрение.

— Это…?

Дамиан наткнулся на него — кокон, словно огромная паутина, запутавшаяся между гигантскими деревьями. Выглядело так, будто кто-то извлек все вены из человеческого тела. Этот кокон был значительно больше тех средних размеров, о которых сообщалось.

Дождевая вода стекала вниз, смешиваясь с кровью. Эспер нахмурился. Дело было плохо. Дождь ослаблял его силы, а кокон намекал, что существо среднего размера пыталось вырасти.

Резким движением он создал огненные стрелы в воздухе. Хотя их сверхъестественная природа сделала их неуязвимыми для воды, пламя заметно ослабло. Пока Дамиан материализовал десятки стрел, сзади подбежал запыхавшийся проводник. Дамиан знал: нужно уничтожить его до роста. Хотя он, опытный эспер, мог справиться со средним существом в одиночку, крупное было бы за пределами его возможностей. Он поднял руку и резко опустил.

БУМ, БАХ!

Десятки огненных стрел понеслись к гротескному, мускулистому кокону. Пламя ударило и взорвалось при столкновении, создав дым, маскирующий падающий дождь. Дамиан прищурился на кокон. Когда дым рассеялся, внутри можно было увидеть множество искривлённых конечностей. Похоже, атаки повредили часть, но не полностью.

— Это опасно…

ХРУСТ!

Как только он закончил, из кокона донёсся звук чего-то ломающегося. Лицо Дамиана исказилось. Сотни рук вырвались наружу, извиваясь и царапая, чтобы освободиться; словно ползающие личинки. Чувство опасности охватило его, и он крикнул проводнику:

— Вызови подкрепление!

— Что?! — переспросил проводник, пытающийся расслышать сквозь непрерывный дождь.

В этот момент раздался  громкий хруст, и кокон полностью раскололся. Выругавшись, Дамиан выпустил в воздух очередной сноп пламени, стрелы прорезали осколки кокона. Бум! Бах! Несколько взрывов последовали друг за другом, но обезумевшие конечности лишь обгорели, их гротескные поверхности плавились безостановочно.

ХРУСТ!

Существо предстало во всей красе. Круглая масса, украшенная бесчисленными глазами и руками, которые поддерживали массивное тело нижними отростками. Раздался тошнотворный скрип, когда оно потянулось, некогда плотная плоть начала вытягиваться как у сороконожки. Сотни рук удлинились, функционируя как ноги.

Каждое движение существа издавало скрежещущую симфонию — лязг костей и мышц, непрерывный, навязчивый звук.

Дамиан отступил на шаг, на него снизошло осознание. Тварь, несомненно, эволюционировала в более крупную форму. Увидев это, проводник завозился с часами, вероятно, пытаясь вызвать подмогу. Именно в этот момент...

ХРУСТ!

Суставы бесчисленных рук вытянулись и потянулись к ним. Дамиан цыкнул от досады и выпустил шквал огненных стрел, поспешно отступая. Естественно, в его поле зрения проводника уже не было.

Хотя проводник и пытался отчаянно бежать, его физические данные, сродни данным обычного человека, имели предел. В тот самый миг, когда лапа монстра коснулась края его одежды и волос...

ВРУУУМ...

Воздух наполнил оглушительный рёв, будто кто-то выжал педаль газа до предела.

БАМ!

Что-то врезалось в вытянутые конечности существа. Это была обтекаемая серая спортивная машина, полная решимости, несмотря на ужасно смятый перед. И всё же она продолжала движение, перемалывая конечности чудовища под колёсами. Рвотный хруст! Волокна кожи, плоти и мышц разрывались потоком, кровь, смешиваясь с дождевой водой, текла ручьями.

— Чт... что происходит?..

Проводник уставился на серую спортивную машину, который неожиданно вклинился между ним и монстром.

Было ли это гневом или просто возбуждением от боли, но огромная тварь обрушила удар на автомобиль. БА-БАХ! Крыша смялась от удара. Затем дверь распахнулась, и водитель небрежно вышел наружу, с досадой цокнув языком.

— Это не входило в план.

Хексион появился под проливным дождём, бросив взгляд на часы. Ошеломлённый проводник уставился на него снизу вверх. Этот неожиданно появившийся человек, с аурой делового человека, перевёл взгляд с часов на проводника и протянул руку.

— Если не хочешь умереть, так тут и валяясь, поднимайся.

— Д-да!

Хексион оттащил проводника подальше от досягаемости твари. Даже когда позади них разворачивалась трагическая гибель серого спорткара, сопровождаемая звуками крушения, спасти его, похоже, не представлялось ни возможным, ни необходимым. Это было лишь мгновение, за которое сгорела стоимость десятилетнего заработка других людей. Достаточно отдалившись от угрозы, Хексион поставил проводника за спину и произнёс:

— Доложи обстановку.

— А, эм-м… монстр, заявленный как среднего размера, похоже, эволюционировал в более крупную форму.

— Хм.

В то время о подобных эволюциях чудовищ было известно не так много. Они появлялись туманно, как и эсперы, первоначально обнаруженные в пределах их собственных границ. Одна из причин, по которой нация проиграла Третью мировую, войну Эсперов.

— Хексион?

Дамиан, отдалившийся от существа, широко раскрыл глаза. В тот миг в них мелькнул проблеск безумия.

— Ты пришёл повидать меня?

— Что-то вроде того.

Вне зависимости от обстановки, лицо Дамиана расплылось в безумной улыбке. Его неестественно широко раскрытые глаза и опасно растянутые губы выдавали нестабильное психическое состояние. Возможно, он переусердствовал с использованием своих сил.

Хексион указал пальцем на монстра:

— Иди и убей его.

— Ха-ха, аха-ха!

— Сражайся, как прежде, насмерть.

По этой команде Дамиан ринулся вперёд с невиданной скоростью. Взрывы возобновились с новой силой, неумолимые на фоне непрекращающегося ливня. Казалось, он был полон решимости испытать пределы своих возможностей.

Тем временем…

Ноль Девятый, спавший в особняке, открыл глаза. Его взгляд упал на пустое пространство рядом. А, его нет. Куда же он ушёл? Ноль Девятый поднялся, окутанный холодном.

Инстинктивно он понял, что его проводника нет поблизости.

Он уставился в окно. Проливной дождь хлестал по стеклу, скрывая вид. Однако Ноль Девятый вглядывался пристально, словно мог видеть сквозь него, а затем стал поспешно одеваться. Его проводник не исчез бы просто так, без слова. Если он ушёл, то, вероятно, указывая ему следовать за собой. Ноль Девятый быстро соображал, но он так и не мог до конца понять замыслов своего проводника.

— Что ты задумал, Хексион?

Вопрос повис в воздухе без ответа.

***

БА-БАХ!

Пламя Дамиана врезалось в тушу чудовища. Оно пронзительно завизжало, извиваясь своим червеобразным телом.

Тем не менее, огонь лишь опалил его поверхность, не в силах достичь внутренних органов.

Придерживая проводника из подразделения А под мышкой, Хексион наблюдал издали за тем, как Дамиан сражается.

Будь это второй класс, с ним бы уже покончили, но оно эволюционировало в третий. На мгновение Хексион подумал о том, чтобы отчитать своих помощников, но вспомнил, что никто не может предсказать подобные эволюции.

Он бросил взгляд на небо. Непрекращающийся дождь сковывал полную мощь Дамиана. Что ж, и этого достаточно. Жизнь редко соответствует ожиданиям.

— Эй, нам действительно стоит запросить подкрепление…

Проводник поднял часы, но Хексион накрыл их своей ладонью. Тот с широко раскрытыми глазами посмотрел на него снизу вверх. Хексион криво усмехнулся и произнёс:

— Не нужно.

— Не нужно? Но если всё так продолжится…

— Он придёт.

— Кто придёт?

Хексион не стал объяснять дальше. По правде говоря, проводник не мог понять, кем был этот внезапно появившийся мужчина с пепельными волосами. Однако он чувствовал, что они оба исполняют роль проводников. Но откуда именно?

Прищурившись, он мало что мог разглядеть; его безупречно уложенные волосы были прилипшими к лицу от дождя, а резкий аромат смешивался с влажным воздухом.

На мгновение уставившись на часы проводника, Хексион несколько раз по ним постучал, выводя на дисплей текущее состояние Дамиана.

[Уровень стресса 99%]

Он скоро достигнет первой стадии Буйства. И затем, со щелчком, цифра сменилась на 100. Напряжение сжало плоть Дамиана, а его глаза залились огненно-красным цветом.

Когда он вошёл в фазу Буйства, его огневая мощь возросла. Проводник из подразделения А аж задышал тяжелее. Он попытался шагнуть вперёд, чтобы немедленно провести руководство, но Хексион вытянул руку, преграждая ему путь.

— Он может больше.

— Но он уже в фазе буйства!

— И что?

— Что значит… «и что»?

Хексион пристально наблюдал за Дамианом. Он однажды уже доводил Дамиана до грани смерти. Он знал пределы Дамиана лучше, чем кто-либо, несмотря на то, насколько его существование раздражало Хексиона — возможно, даже лучше, чем сам Дамиан.

— Жди.

В твёрдости приказа Хексиона было что-то тревожное. Красный экран, указывающий на фазу Буйства, продолжал светиться. Огневая мощь усиливалась, и пламя извергалось так, словно могло поджечь даже дождь.

БУМ, БУУУМ!

Пламя взорвалось внутри гротескного существа, будто его поразила молния. Именно тогда в теле чудовища, издававшего жуткий визг, начали появляться изменения. Сотни рук, прикреплённых к его длинному телу, начали собираться у его спины, в конечном счёте формируя непостижимую форму, напоминающую вытащенные наружу человеческие внутренности. Раздавалась серия хрустящих звуков, когда суставы рук с силой изгибались, создавая гигантскую конструкцию.

— Похоже, даже у уродливых тварей есть зачатки интеллекта.

Появилось колоссальное крыло — сконструированное из человеческих рук. Оно со скрипом пошевелилось, а затем начало махать. От этого воздух и капли дождя отскакивали в стороны. Огромные крылья подняли вытянутое тело в воздух. Каждый взмах посылал ветер и отскакивающие капли дождя, которые больно хлестали по коже. Как только длинное тело полностью оторвалось от земли, Дамиан с глазами, покрасневшими так, будто все сосуды в них лопнули, простёр руки. Вены вздулись, делая его согнутые пальцы похожими на клыки зверя.

БАБААХ!

Кожа на сотнях рук, покрывавших тело существа, была сожжена и расплавлена пламенем, обнажая кости. Красный экран, указывающий на первую стадию Буйства, вскоре изменился. Цифра 1 исчезла, сменившись на 2: Буйство стадия 2. Увидев это, Хексион предупредил проводника:

— Отойди как можно дальше.

— Что? Что вы имеете в виду?

— Беги.

Хексион указал в направлении, противоположном тому, где был Дамиан. Проводник мельком взглянул на экран с надписью «Буйство стадия 2». Честно говоря, он не был уверен, что справится. Однако он считал, что такие проводники, как этот, привыкли к эсперам в фазе «Буйство». Неужели нельзя было поручить это кому-то другому? Пока он колебался, ТРРААХ! — громкий звук раздался поблизости. Хексион быстро обернулся.

Атака Дамиана обрушилась вниз, словно дождь из острых костей. К несчастью, проводник из подразделения А оказался прямо под ним. Ах, чёрт возьми. Хексион мысленно цокнул. Один из хаотично разбросанных больших шипов достиг непосредственной близости от проводника.

— Что…?

Внезапно бледная рука скользнула между проводником и шипом. Хексион схватил проводника и рванулся к земле, ощутив глухой удар; от столкновения с землей у него на мгновение зазвенело в голове. С глухим стуком шип вонзился в грунт больше чем наполовину. Проводник в объятиях Хексиона ахнул и затем, вскарабкавшись, бросился бежать. Честно говоря, он мог бы сделать это раньше, когда ему сказали. Хексион поднялся на ноги.

Он почувствовал что-то тёплое, сочащееся со лба. Проведя по нему рукой, он увидел, что это царапина, кровоточащая от удара о землю. Он позволил крови течь свободно, подняв голову. Вытянутое тело гротескного существа источало неизвестную красную жидкость, в то время как его гигантские руки продолжали хлопать по дождю. И затем…

— Ха…

Эспер, достигший второй стадии Буйства, начал искать что-то ещё, поскольку гротескное существо исчезло из виду. Эта мучительная сила, текущая по его венам, грозила разрушить его тело. Он искал что-то, чтобы утолить эту агонию. Возможно, проводника. Нет, не совсем. Даже достигнув второй стадии Буйства, его сознание зафиксировалось лишь на одном человеке.

Хексион. Хексион Теобальд. Этот безжалостный проводник. Глаза Дамиана скользнули в сторону, переводя взгляд с пустого созерцания неба. Его аккуратно зачёсанные волосы, промокшие под дождём, свисали на глаза. Хексион стоял со скрещёнными руками, наблюдая за Дамианом, его серые глаза сузились, сфокусировавшись на нём. Дамиан испытывал жажду.

Даже несмотря на то, что существо хлопало крыльями выше, лишь человек с пепельными волосами притягивал его взгляд. В ту же секунду он бросился на Хексиона. Увидев, что Дамиан мчится к нему, Хексион криво усмехнулся. Но эспер, лишённый рассудка, не находил в этом ничего странного.

Инстинктивно он оттолкнул схватившую его за плечо руку. Хексион упал на спину, испортив свой дорогой костюм о мокрую землю. Но ни Хексион, ни обезумевший Дамиан не обратили на это внимания. Дамиан, восседая сверху, впился пальцами, похожими на паутину из вздувшихся вен, в костюм Хексиона. Его разум заполнило навязчивое желание прикоснуться к его коже.

Он провёл своими шершавыми руками по промокшей рубашке, прилипшей к коже, и наклонился ниже. Его губы приблизились к губам Хексиона. Капля дождя скатилась с губ Дамиана и упала на губы Хексиона. Хексион прищурился.

Рвак! Промокшая рубашка, устойчивая к разрывам, с трудом поддалась, разорвалась, обнажив бледную, сероватую грудь и упругий живот. В тот момент Дамиан почувствовал, как его рассудок окончательно срывается с цепи, и он попытался поглотить эти тонкие губы…

ХРУСТ.

Лапы, ласкавшие Хексиона, неестественно вывернулись и сломались. Уже испытывая адскую боль от перенапряжённых сосудов, Дамиан на мгновение уставился на свои необъяснимо сломанные руки. Затем, БАМ! Его отбросило, и он врезался в далёкое дерево. Вместо того чтобы вставать, Хексион перевёл взгляд. Он услышал чьё-то приближение. А, в поле зрения попались светло-синие джинсы и белые кроссовки.

— …

Ноль Девятый молча смотрел на него сверху вниз. Его испачканный костюм, растрёпанная рубашка и окровавленный лоб. На лице Ноль Девятого появилось странное выражение. Хотя тень от опущенной головы скрывала его черты, Хексион знал.

Ах, на этот раз я действительно устроил переполох. Хексион приподнялся на локте, и на его губах заиграла лёгкая улыбка. Ноль Девятый смотрел на него с пустым выражением, а затем внезапно озарил пространство ослепительной улыбкой.

БУУУУМ-М-М!

Вспышка озарила пространство между серыми тучами, и молния ударила в существо с распростёртыми крыльями. Раздался чудовищный вопль. Молнии обрушивались на обугленную тварь снова и снова. Бесчисленные каскады ударов били по ней. Ледяной дождь проникал внутрь её тела. Наконец, чудовище начала снижаться. Однако оно внезапно замерло в воздухе.

КРЭЭЭЭК-К-К!

Длинное тело скрутилось и стало разваливаться на части. Хексион понял, кому принадлежала эта невероятная сила, разворачивающаяся перед его глазами. Ноль Девятый. Моя катастрофа. Ноль Девятый медленно повернул голову, сияя яркой улыбкой. Но смотрел он не на Хексиона. Его жуткий взгляд был прикован к Дамиану, который, уже поднявшись, с силой вправил себе кости.

Эспер на второй стадии Буйства должен выносить агонию, способную вывернуть глаза наизнанку. Возможно, он едва ощущал боль от ломающихся костей. Дамиан воспринимал Ноль Девятого как помеху. Катастрофа, что, что это вообще такое? Как он смеет претендовать на Хексиона?

Сознание Дамиана залилось багровой пеленой. И затем, щёлк, все мысли прекратились. В одно мгновение Дамиан оказался рядом с Ноль Девятым. Яростное пламя вырвалось из его хватки, способное поглотить человека целиком. Он обрушил это пламя на лицо Ноль Девятого. ХЛОПОК! Но огонь...

БУМ-М!

...бесполезно взорвался у него в руке, так и не достигнув лица Ноль Девятого. Дамиан закричал. Одна его рука обуглилась и почернела. Подавленный невыносимой болью, Дамиан рухнул вперёд, подогнув колени. Падая, он ощутил, как крупная ладонь Ноль Девятого сжимается вокруг его горла.

— Угх…!

Ноль Девятый сохранял свою сияющую улыбку, глядя на его искажённое лицо, и сжимал хватку всё туже. Сдавленный хрип вырывался из горла Дамиана. В последней отчаянной попытке он призвал свою силу. Но прежде чем она успела вспыхнуть пламенем, его рука бессильно обмякла. Глаза закатились, обнажив белки. И всё же Ноль Девятый не ослаблял хватку на его горле. Его рука с синими прожилками яростно дрожала.

— Остановись.

В тот момент заговорил Хексион. Ноль Девятый, словно послушный ребёнок, немедленно разжал хватку. С глухим стуком Дамиан без сознания рухнул на землю, и только они двое остались смотреть друг на друга.

— Насколько далеко ты продвинулся в своих планах? — спросил Ноль Девятый тоном, полным уверенности

— Не всё пошло так, как я предвидел, — ответил Хексион.

Он выглядел растрёпанным: кровь стекала по его лбу, а трёхсоставной костюм был испачкан в грязи, промок от дождя и выглядел совершенно испорченным.

— Судя по твоему состоянию, так и есть.

Хексион издал пустой смешок. Однако Ноль Девятый совершенно не выглядел весёлым. Несмотря на это, Ноль Девятый шагнул ближе и протянул руку, чтобы помочь Хексиону подняться. Когда Хексион поднялся с земли, вокруг него словно сформировался щит, отводящий от него дождь. Он остро ощущал, как температура его тела упала до опасно низкого уровня. И всё же он сохранял спокойствие.

Пристально глядя, он встретился взглядом с лавандовыми глазами Ноль Девятого, холодными, как дождь.

— Чего ты хотел?

— Просто хотел отвязаться от сталкера. Не усложняй, — легкомысленно ответил Хексион.

С этими словами Хексион направился к своей машине, хотя та вряд ли могла куда-то поехать, будучи полностью смятой.

В тот момент Ноль Девятый тихо ответил:

— …Нет, не в этом дело.

Хексион замер на полпути к машине. Он обернулся, выглядев совершенно равнодушным.

— Что не так?

— Если бы ты просто хотел покрасоваться перед тем эспером, чтобы он держался подальше, ты не стал бы организовывать такой сценарий.

Хексион замолчал, почти переваривая слова Ноль Девятого. Наблюдая за ним, Ноль Девятый нахмурился, хотя всё ещё улыбался.

— Какова была твоя истинная цель?

— Моя катастрофа.

— …Да, твоя катастрофа.

Ноль Девятый прищурился, но улыбался ослепительно.

— Ты никогда не действуешь, если это не касается меня.

Хексион шагнул к Ноль Девятому, подняв свои холодные руки, чтобы прикоснуться к его лицу. Когда ледяные пальцы коснулись кожи Ноль Девятого, по его телу пробежала судорога. Хексион, наблюдая за сияющей улыбкой партнёра, ответил:

— Ты слишком мягок.

— …

— Тебе не нравится причинять вред другим.

Губы Ноль Девятого застыли.

— Если бы я попросил тебя разобраться с ним, что бы ты сделал? Просто удержал его, возможно? Может, сломал руку? Оставил бы его обожжённым, как сейчас?

Ноль Девятый растерялся, на мгновение потеряв дар речи.

— Катастрофа должна оправдывать своё имя.

— …Ха, ха-ха.

Ноль Девятый бессильно рассмеялся, сжимая плечи Хексиона с такой силой, что, казалось, кости вот-вот треснут. Но Хексион, не моргнув глазом, продолжал смотреть на него, нежно проводя рукой, что только что ласкала его щёку, по его глазам.

— С той самой минуты, как я впервые увидел тебя…

Ноль Девятый не ответил.

— Тебе больше всего идёт такая улыбка.

При этих словах дыхание Ноль Девятый на мгновение прервалось.

— Эта… лучшая?

Его голос дрогнул. Хексион не знал точно, какую струну в душе Ноль Девятого он задел. Но, несомненно, это он переступил черту. Ноль Девятый издал сухой смешок.

— Из всех улыбок, ты считаешь эту лучшей? — Его голос был холоднее дождя. — Ты хотел увидеть мою ярость?

Ноль Девятый всегда улыбался, когда что-то разъедало его изнутри. Когда он чувствовал, что его используют и бросают другие, когда он осознавал, что никогда не сможет сбежать от этой жизни и обречён жить её бесконечно — он улыбался. В моменты боли, страданий и ярости он всегда ярко улыбался. И именно эту улыбку Хексион счёл лучшей. Ноль Девятый почувствовал странное чувство предательства, переворачивающее всё нутро. Поощряя его полагаться на Хексиона, только чтобы ощутить такое предательство.

Хексион, наблюдая, догодался об эмоциях Ноль Девятого. Эти пронзительные серые глаза были леденящими. Выражение лица Ноль Девятого полностью окоменело.

— Ты просто хочешь, чтобы я был катастрофой?

— Так это показалось?

Ноль Девятый почувствовал себя подопытным, его голова начала болеть. Если подумать — так было всегда. Стратегии, испытания, взвешивание его реакций. Наблюдение и зондирование без малейшего обнажения собственных уязвимостей.

Ноль Девятый сжал его плечи сильнее.

— Тебе интересен не я, а катастрофа. Вот почему…

И поэтому, неужели поэтому ты, казалось был готов на всё ради меня, вёл себя именно так? Ноль Девятый не мог заставить себя спросить. Боясь, что те спокойные глаза могут просто ответить: «Да». Ноль Девятый прикусил губу, в то время как Хексион хранил молчание. Даже лжи, чтобы отрицать это, не последовало. Живя без нужды во лжи, этот человек высокомерно держал рот на замке.

Ноль Девятый взглянул на небо. Серые тучи застыли, не показывая и намёка на прекращение дождя. Схватив его за руки, Ноль Девятый притянул его к себе с той самой, слишком знакомой, ослепительной улыбкой.

— Если ты намерен обращаться со мной так, то и я буду относиться к тебе не более чем к проводнику.

Хексион, оказавшийся в объятиях, мельком взглянул через плечо Ноль Девятого. Моя катастрофа, ты всё ещё слишком мягок. Когда я сказал, что ты можешь положиться на меня, это не было ложью. Но Ноль Девятый…

— Ты хотел, чтобы я был искренним?

Ха, Ноль Девятый прикусил губу. Предпосылка вопроса заключалась в том, что «я не был искренним». Как же это, должно быть, было легко. Привыкнуть и положиться на того, кто впервые вёл себя так, словно сдержит данные тебе обещания. Влюбиться в того, кем ты являешься. Хексион и вправду, кажется, перевернул всё с ног на голову.

— Ноль Девятый, — произнёс Хексион. — Нам не нужна искренность. Я нахожу тебя невероятно обаятельным, и ты можешь получить от меня всё что угодно.

— …

— Похоже, тебе не нравится, как это звучит.

Хексион использовал самый нежный голос, чтобы произнести самые жестокие слова.

— Как долго мы уже знакомы? Лучше бы ты закрыл на это глаза, моя катастрофа.

Голос, находивший глубокий отклик. Моя катастрофа. При этих словах Ноль Девятый на мгновение уставился в пустоту. Да, в конце концов, снова. Ноль Девятый обнял Хексиона крепче. Он закрыл глаза и ответил, уткнувшись лицом в шею Хексиона:

— Возможно, мне следовало так и сделать.

На мгновение Хексиону показалось, что зрение помутнело. Голова кружилась, и его пошатнувшееся тело поддержал Ноль Девятый. Он моргнул. В мгновение ока Хексион оказался не в лесистом парке, где лежали труп чудовища и Дамиан, а в спальне своего особняка. Это было неожиданно. Ясно, что он тоже раскрыл ему не всё. Ноль Девятый поцеловал ухо Хексиона и прошептал:

— Делай то, что должен.

Хексион мельком взглянул на свои часы.

[Уровень стресса 98%]

Пока Хексион кратко изучал часы, Ноль Девятый вцепился ему в шею и прижал к кровати. Угх, Хексион коротко простонал. Будь это Ноль Девятый до его «признания», он отпустил бы его при первом же стоне. Он не стал бы прижимать его так. Однако ситуация изменилась. Привязанность, которую он воспринимал как исходящую от Хексиона, оказалась лишь незначительным интересом, а ожидания Ноль Девятый получить искреннюю привязанность от кого-либо не оправдались.

— …Если это всё, что я для тебя значу, тогда тебе придётся сделать то, что нужно мне, — пробормотал Ноль Девятый, глядя в те серые глаза.

— О, это было слишком пространно, чтобы просто сказать «давай займёмся сексом»?

Кажется, человек, к которому обратился Хексион, был весьма готов. Если бы ты не протянул руку первым, я бы даже не подумал взять её. Ноль Девятый грубо сорвал с Хексиона и без того промокшую и порванную одежду. Его бледное тело, промокшее под дождём, обнажилось, и Ноль Девятый ослепительно рассмеялся, укоряя его:

— Теперь я понимаю, почему тот парень был так одержим тобой.

Он намеренно вёл себя вульгарно, почти как при их первой встрече. Не было настроения для снисходительного флирта. Ноль Девятый легко провёл пальцами, словно царапая, по телу Хексиона, наблюдая, как бледная талия изгибается. Хексион, шею, которого прижимали, смотрел на Ноль Девятый снизу вверх. Этот серый взгляд всё ещё, казалось, изучал его, что Ноль Девятый ненавидел. Поэтому он усилил давление. Хексион коротко ахнул, его дыхание перехватило. Хексион смотрел на него прищуренным взглядом, но в тех глазах не было и намёка на страх. Глаза, которые никогда не допускали, что Ноль Девятый может причинить ему вред, поэтому Ноль Девятый сжал руку на его шее сильнее.

18+

А затем он прижался губами к губам Хексиона. Тому, кто не мог глотать, он без колебаний отдавал свою слюну, сплетая свой язык с языком задыхающегося. Кусая, сплетаясь, нажимая, растирая; вскоре их рты наполнились их общей сущностью. Ноль Девятый делал это только потому, что даже слюна, которая исчезнет после глотка, была для него слишком драгоценной. Вскоре Ноль Девятый ввёл два пальца в губы Хексиона.

— Хексион… У тебя очень большое заблуждение, — обратился он к тому, кто не мог ответить. — Я могу причинить тебе такую же боль, понимаешь.

Прямо как ты причинил мне. Ноль Девятый вытащил влажные пальцы изо рта Хексиона, затем ослабил хватку на его шее.

— Гулп, кх…!

Он провёл пальцами, влажными от слюны, вверх по бедру Хексиона, облачённому в промокший, прилипший костюм.

— Держать за горло и говорить… В какой стране это принято?

Достигнув ремня на напряжённой мышце бедра, он щелчком расстегнул пряжку, грубо стягивая прилипшую одежду. Когда бледное, точеное тело Хексиона полностью обнажилось, Ноль Девятый ослепительно улыбнулся. Затем он раздвинул ноги Хексиона и ухватился за подтяжки, всё ещё закреплённые на его икрах. Мокрыми пальцами он начал исследовать пространство между раздвинутых ног. Никакой вежливости не будет. Это было неизбежно. В конце концов, дни притворной доброты закончились. Ноль Девятому было интересно. Когда же именно это спокойное, невозмутимое лицо начнёт искажаться? Как оно будет выглядеть в тот момент?

Ноль Девятый поднёс свои смоченные слюной пальцы к насильно раздвинутым ногам, коснувшись плотно сомкнутого отверстия. Сухой вход не казался готовым легко поддаться от одних лишь прикосновений. Но Ноль Девятый уже объявил о своих намерениях — не жди от меня нежности.

Хексион должен быть готов. Если нет, что ж, это его проблемы. Ноль Девятый начал вводить свои смоченные слюной пальцы в сухой вход. Естественно, тугое отверстие сжалось, словно пытаясь вытолкнуть вторженца. Ноль Девятый приподнял внутреннюю часть бедра Хексиона ещё выше, повернул запястье и погрузился глубже, словно желая проникнуть внутрь. Хексион стиснул зубы. Мышцы его бёдер напряглись, словно готовые лопнуть.

Он воздержался от типичных увещеваний расслабиться. Намеренно ли Хексион напрягался или нет — не имело значения, поскольку Ноль Девятый был полон решимости продолжать несмотря ни на что.

Когда он полностью ввёл первый палец, сверху донёсся лёгкий вздох. Ноль Девятый, не задумываясь, повернул и сильнее толкнул запястье. Хексион яростно закусил губу. Он взглянул вверх, наблюдая, как Хексион сопротивляется со сжатыми губами. Ах, его низ живота сжался. Его тело было влажным, а воздух казался удушающим. Ноль Девятый винил в дискомфорте при дыхании исключительно его.

Несмотря на то, что ранее это он сжимал его шею, именно такие мысли приходили ему в голову. Он грубо ввёл второй палец. На этот раз послышался слабый сдавленный вздох. Тугое отверстие с трудом принимало два пальца, растягиваясь до предела. Ноль Девятый цокнул языком.

Его большая ладонь с выступающими венами принялась раздвигать упрямые внутренности. Хотя внутренняя поверхность бёдер Хексиона дрожала от напряжения, Ноль Девятый не стал силой её подавлять. Ему хотелось увидеть необузданные рывки и сопротивление в своей хватке. Но этот человек вёл себя так, словно мог выдержать всё, что ему уготовили, без капли привязанности, лишь из любопытства. Ноль Девятый стиснул зубы, а затем резко выплюнул:

— Очевидно, что тебя никогда не трахали прежде.

Стиснув зубы, Хексион ответил, со скрытой, дразнящей тенью смеха:

— …Тогда... — Даже будучи скованным, с насильно раздвинутыми ногами, он произнёс такие слова: — Ты — первый.

«Так что делай, что хочешь. Раздвинь и основательно исследуй», — пока эти слова шептали, Ноль Девятый почувствовал, как его разум чернеет и сгорает. В самом деле, ему было любопытно увидеть, сколько сопротивления останется. Любопытно узнать, сможет ли он продолжать, когда всё, что он к нему чувствовал, будет излито.

Ноль Девятый изогнул пальцы, крепко сжатые в отверстии, царапая внутренности, затем насильно раздвинул и повернул запястье. Хексион внезапно выгнул спину и заёрзал. Ни единого звука не сорвалось — ни сквозь стиснутые зубы, ни сквозь губы. Лишь изредка тишину нарушал тяжёлый выдох. Ноль Девятый внезапно осознал то, что знал всё это время.

Этот человек был до безобразия упрям.

Возможно, это относилось и к нему самому. Возможно, тот, кто позволял другим помыкать собой, никогда не был настоящим.

Взгляни на меня сейчас. Я упрямлюсь с тобой. Ноль Девятый облизал пересохшие губы и затем втиснул ещё один палец в тугой вход. Вырвался тихий стон. Ноль Девятый посмотрел на его лицо. Он видел его упрямо сжатую челюсть. И…

— …Я же просил не смотреть на меня так.

Верно, эти прищуренные серые глаза. Словно изучали, наблюдая за ним. Это лицо. Это выражение. Ноль Девятый был ошеломлён, почти измождён этим. Даже в такой ситуации он хотел аплодировать ему за попытку проникнуть в его суть.

— Но, Хексион, — пробормотал Ноль Девятый, погружая третий палец глубоко внутрь. — Сейчас проникать внутрь должен не ты, а я.

Тем не менее, он увидел лишь искажённую улыбку. Как бы некомфортно это ни выглядело, со стиснутыми зубами, для Ноль Девятый это просто выглядело как лицо, всё ещё сохраняющее самообладание. Ах, значит, он мог зайти ещё дальше, и он принял это как должное. Ноль Девятый погрузил пальцы глубже, оказывая давление вверху и внизу.

Тугое, тянущее ощущение заставило Хексиона беззвучно упереться ногой в простыню. Его вытянутая икра и крепкая лодыжка слегка дрожали. Ноль Девятый схватил его за лодыжку. Он возобновил толчки ниже, не слишком медленные и не слишком быстрые, впиваясь зубами в лодыжку. Послышался звук кожи, пронзаемой и сминаемой зубами. Колено дёрнулось, но Ноль Девятый не отпустил лодыжку. Вместо этого он сжал сильнее, вгоняя зубы в уже покрывшуюся синяком кожу.

— Я… — Ноль Девятый оторвал губы от окровавленной лодыжки. — Где проникать — решать мне, разве нет?

На языке остался металлический привкус. Капельки крови на бледной коже казались чрезмерно яркими. Наблюдая за этим, Ноль Девятый безжалостно проникал в неподатливое отверстие.

Видя, как от напряжения на челюсти Хексиона выступили сухожилия, он почувствовал, как низ его живота сжался ещё сильнее. Его брюки уже плотно натянулись, напоминая о себе. Выпуская горячий выдох, он снова повернул запястье и произнёс, обращаясь к Хексиону:

— Если я продолжу вот так давить, тебе будет больно, ведь так?

Ответа не последовало. Он и не ожидал его, впрочем.

— Но что же мне делать? Я хочу, чтобы ты… — Этот голос, парадоксально, был пугающе нежным. — Я хочу, чтобы тебе было больно из-за меня.

Ноль Девятый извлёк свои пальцы, всё ещё сжимая их. Он ощущал упрямое молчание, гадая, понимает ли Хексион, что это лишь провоцирует его ещё сильнее. Затем, поймав определённый взгляд в его глазах, Ноль Девятый нашёл свой ответ. Нет, этот человек знал. Знал, что это провоцирует его ещё больше.

Что ж, тогда нет нужды сдерживаться, верно?

Он высвободил свой напряжённый член. Покрытая венами член медленно коснулся ног Хексиона, и его бёдра инстинктивно дёрнулись. Ноль Девятый повторил тот мягкий шипящий звук, что Хексион когда-то вырвал у него, и раздвинул бёдра ещё шире. Недоверчивый смешок, похожий на вздох вырвался наружу. Что ж, этому смеху всё равно оставалось недолго.

Ноль Девятый грубо пристроился к тугому входу, который лишь с огромным трудом смог принять три пальца. Тяжесть, давящая изнутри, заставила Хексиона вновь перебрать в памяти всё, что он обдумывал с момента первого прикосновения его руки.

Конечно, рано или поздно должна была появиться кровь.

Постепенно, медленно, член Ноль Девятого начала входить в сухой вход. Хексион стиснул зубы до дрожи в челюсти. Какой непреклонный! Выдерживать всё, явно испытывая боль — это было поразительно. Ноль Девятый, упорствуя, допуская даже мысль о том, чтобы отсечь собственную длину, продвигался дальше.

— Ах, ха…

Он на мгновение нахмурился. Находить удовольствие в чём-то, что сжималось так туго, словно пыталось разорвать, было непросто. И для того, кто громко выдыхал, — тем более.

— Угх, уфф…

18+

Низкий стон вырвался сквозь стиснутые зубы. Ноль Девятый молча наблюдал за нахмуренным лбом Хексиона, продвигая свои бёдра чуть вперёд. Возникло желание увидеть лицо, полностью разбитое эмоциями. Ноль Девятый прикоснулся губами к груди Хексиона, выбрав не нежные ласки, а укус за чувствительный, отвердевший сосок. Тело Хексиона дёрнулось.

Руки Ноль Девятого бродили по телу, лаская напряжённый живот Хексиона, прежде чем твёрдо сжать его ещё не до конца возбуждённый член. Реагируя на это прикосновение, Хексион закусил губу до крови, окрасившей его вкусовые рецепторы. Отсутствие прелюдии означало, что размер Ноль Девятого, больше среднего, с самого начала давил неприятно, заставляя тело Хексиона реагировать, испуская прозрачную жидкость.

Ноль Девятый настойчиво покусывал грудь Хексиона, позволяя своей руке опуститься ниже, чтобы сжать то, что ещё не стало твёрдым, прозрачная жидкость свидетельствовала о физическом напряжении. Наблюдая за реакцией Хексиона с почти небрежным видом, Ноль Девятый резко двинул бёдрами вверх ещё раз.

— Ах...

Неожиданное, сильное ощущение заставило губы Хексиона разомкнуться. Удивительная высота его голоса дала Ноль Девятый понять — это тот звук, который он так жаждал услышать. И всё же, будучи введённым менее чем наполовину, что-то казалось не давало ему проникнуть глубже.

Схватив его за бёдра, Ноль Девятый двигал бёдрами вперёд-назад, проникая глубже. Непроизвольные звуки, похожие на рвотные позывы, сопровождали резкое ощущение у Хексиона, и при осмотре точки соединения была видна тонкая полоска крови. Тем не менее, он не собирался останавливаться. Ноль Девятый отступил, затем вошёл снова, почти обрушившись, и произнёс:

— Если бы всё должно было быть так, почему ты просто не пошёл и не переспал сначала с кем-нибудь другим?

Даже при том, что тугое отверстие грозило разорвать его член, голос Ноль Девятый оставался сдержанным. Каждый раз, когда он выходил, давление вытягивало внутренние стенки Хексиона вместе с ним. Наблюдая, как Хексион дрожит, Ноль Девятый тихо рассмеялся.

— Как ты планируешь быть проводником, если не можешь принять всего меня?

Спокойный голос, казалось, скребся по уху Хексиона. Он встретил взгляд Ноль Девятого, его губы были в крови от укусов. Ноль Девятый протянул руку, накрыв его глаза большой ладонью. В тот момент рот Хексиона искривился в вызывающую усмешку.

— Ты и вправду безжалостен.

Опуская бёдра ещё ниже, твёрдый член проникал глубже. Бёдра Хексиона слегка извивались под давлением. Ноль Девятый бормотал ему, наслаждаясь каждым непроизвольным содроганием:

— Как будто это я подвергаюсь насилию, а не ты.

Снова выпрямившись, Ноль Девятый продолжил двигать бёдрами, осознавая, что, хотя вошёл менее чем наполовину, протолкнуть дальше будет трудно. Он поддел руки под колени Хексиона, приподнял их и проник глубже. Звук трения был резким и отчётливым.

Хексион боролся с тошнотой, поднимающейся изнутри, жар скапливался слишком интенсивно. Его чрезмерно большой член безжалостно давил на внутренние стенки, не способный должным образом возбудиться из-за боли. Жидкость выплескивалась помимо его воли, бледная влага смешиваясь с лёгким отблеском крови, капая на простыни.

Каждый вздох Ноль Девятого вызывал дрожь в нижней части живота Хексиона. Хотя всё, что он чувствовал, была боль, тяжёлое дыхание молодого зверя приносило странное удовлетворение. Подумать только, у него был такой вкус. Хексион почти с презрением ответил на провокацию Ноль Девятый:

— …Неужели…так. — Он мрачно рассмеялся. Даже тот, кто был увлечён в начале, теперь беспокоился об этом. — Может, мне сейчас уйти?

Что, если так будет лучше?

Ноль Девятый стиснул зубы, на его губах расцвела яркая улыбка при таком предложении. Помимо этого, слова пропали. Последовал внезапный толчок, пронзающий глубоко с влажным звуком.

— Унх…!

Он быстро закусил губу. Несмотря на то, что он был крупнее и тяжелее среднего мужчины, Ноль Девятый легко двигал его. Вид крови на губах Хексиона не остановил движение Ноль Девятый, вместо этого он погрузился глубже в тепло. Даже если у него было такое чувство, будто от него самого отрезали часть, давление было восхитительным.

С глубоким выдохом Ноль Девятый толкнулся снова, не в силах полностью войти в сжатое отверстие. Не разрывая простыней, руки Хексиона вцепились вместо этого в шею Ноль Девятый.

— Ха…

Его смех провоцировал рациональность Ноль Девятого. Ухоженные ногти впились в его кожу, жгучее ощущение усиливало его возбуждение, ускоряя его темп. Трение между ними стало бешеным, приглушённые стоны вырывались из покусанных губ Хексиона.

Ноль Девятый представлял, как его тонкая кожа поддается под ногтями Хексиона, как его же собственное творение клеймит его в ответ. Его контроль ослабевал ещё больше, когда он осознавал, что глаза Хексиона прикованы к нему. Эти проклятые глаза. Он сумел улыбнуться, входя с определённой целью, подавляя движения Хексиона своими руками.

— Неужели так больно? — Его губы были почти полностью искусаны, но он говорил так, словно утешал его. — Не бойся.

С сухим смешком Ноль Девятый притянул бёдра Хексиона плотнее к своим. Дыхание Ноль Девятого перехватило от тесного контакта с телом Хексиона. Он наблюдал с леденящей улыбкой, наслаждаясь страхом, который Хексион, казалось, вызывал в нём.

— Я в ужасе.

От тебя, Хексион.

Его решимость окрепла; он не дрогнет снова. Безмолвно, как хищник, прячущий свои мысли, он отодвинул бёдра, прежде чем грубый звук смены позиции наполнил воздух. Тело Хексиона задрожало, но Ноль Девятый твёрдо перевернул его на живот, занимая позицию сзади.

Широко раздвинув колени Хексиона, Ноль Девятый устроился между ними, войдя обратно и прижав шею Хексиона к постели. Уткнувшись лбом в подушку, Хексион подчёркнуто выдохнул. Нет ничего ужаснее, чем акт без любви, и всё же оба были перевозбуждены этой жестокой близостью.

Ноль Девятый толкнулся глубже, его энергия кипела. Каждое тугое ощущение сигнализировало о восхитительном головокружении, когда он намеренно отступал, чтобы затем войти глубже. Безжалостно вбивая в дрожащее тело Хексиона, он повторял процесс.

Эротичные шлепки и сжатие вокруг него были достаточно яркими, чтобы вызвать мурашки по позвоночнику. Это было невыносимой стимуляцией. Только когда он больше не видел лица Хексиона, дышать стало легче, но также как-то неудовлетворительно по-своему.

Чем глубже он входил в Хексиона, тем больше прозрачной жидкости, выжимаемой из него, сочилось на испачканные простыни. Его напряжённые лопатки стали видны от борьбы. Осознавая эффект, Ноль Девятый безжалостно продолжал, ускоряясь, пока Хексион не начал задыхаться от остаточного удовольствия.

Сдавленные стоны Хексиона заполнили пространство, когда он наконец сдался, заполнив странную пустоту Ноль Девятого. Не будучи полностью погружённым внутрь, Ноль Девятый стиснул челюсти и вошёл так глубоко, как только мог. Помечая внутренности своим высвобождением, он нежно погладил затылок, что так крепко держал.

— …Ах.

Даже после насильственной близости Ноль Девятый, впервые познавший интимную связь с кем-либо, обнаружил, что не хочет покидать тугую глубину, что всё ещё сжимала его угасшее желание. Так обычно ощущается секс? Головокружение, жар и чувство, будто на краю смерти.

— Подними бёдра выше.

Это ещё не конец.

***

Ноль Девятый медленно открыл глаза. Дождь прекратился, но тусклый свет, просачивающийся через окно на террасу, говорил о том, что погода не сильно улучшилась. Казалось, было раннее утро. Комната была окрашена в голубоватые тона.

Он приподнялся с того места, где лежал. В голове было пусто. Что-то коснулось его руки на кровати. Ноль Девятый повернул голову. На мгновение он плотно сжал губы.

Хексион спал, покрытый синяками. Тёмные отметины на его шее показывали, где его душили. Следы, похожие на грубые отпечатки ладоней, украшали его запястья, лодыжки и бёдра. На нём были неисчислимые отметины, оставленные самим Ноль Девятым. Красные корочки образовались там, где его зубы впивались в кожу. Ноль Девятый смотрел вниз на Хексиона, спящего неподвижно с растрёпанными волосами. О, каким же был прошлый вечер? Даже не пытаясь вспомнить, образ ударил его холодом.

Ощущение того, как он насильно входил, сжимая шею Хексиона, было всё ещё ярким. Хексион, этот человек не издал ни единого стона, несмотря на агонию. Естественно, взгляд Ноль Девятый переместился к губам Хексиона. Их избитое, разорванное состояние было свидетельством перенесённого насилия и боли. Ах, ха-ха-ха-ха. Ноль Девятый выдавил смешок. Нет, нет, вовсе нет… Ноль Девятый накрыл глаза сухой ладонью.

Он плотно сжал губы. Ноль Девятый почувствовал тошнотворное смятение внутри. Позывы к рвоте поднялись. Он поспешно встал и бросился в ванную комнату. Вцепившись в унитаз, его рвало, хотя ничего не выходило, так как он ничего не ел; лишь желчь поднималась снова и снова.

Угх, угх. Ноль Девятый подумал, что не понимает эмоции, которые испытывает сейчас. Предательство со стороны этого человека? Нет. Было ложью сказать, что он не знал. Он знал это слишком хорошо. Чувство, что он насильно взял Хексиона Теобальда, накатило на него от лодыжек, поднимаясь вверх. Он почувствовал ледяной холод. Ноль Девятого продолжало тошнить, пока не осталось ничего, и, в конце концов, он не рухнул, прерывисто дыша, бессмысленно уставившись в пустоту. Именно тогда раздался голос:

— Если что-то болит, скажи.

— …

Это был голос Хексиона, низкий и надтреснутый. Он говорил так, словно ничего не произошло, и, несмотря на разорванные губы от сдерживания стонов, он выражал обеспокоенность. Ноль Девятый снова ощутил, как внутри всё переворачивается, хотя извергать уже было нечего. Хексион приблизился к нему сзади, пока Ноль Девятый стоял на коленях, сгорбившись перед унитазом.

В какой-то момент Хексион накинул халат, мягкая ткань коснулась плеча Ноль Девятого. Твёрдая, бледная рука приподняла подбородок Ноль Девятого, встречая его взгляд. Глаза Хексиона были равнодушны, словно ничего и не случилось. Ноль Девятый почувствовал, как этот взгляд перевернул что-то внутри него. Он посмотрел на него. Светлые лавандовые глаза не хранили ни искорки.

— Почему такое лицо? — спросил Хексион.

Вопрос заставил Ноль Девятый ответить:

— Почему ты такой?

— В каком смысле?

— Почему ты ведёшь себя так, будто ничего не произошло?

— Потому что ничего и не изменилось.

— Ах……

Ноль Девятый выдохнул с изумлением. Неужели нет ничего, что могло бы вывести тебя из равновесия? Искалеченный, разорванный, и всё же ты говоришь, ничего особенного не случилось? Ноль Девятый оттолкнул Хексиона и поднялся. Подойдя к раковине, он прополоскал рот. Хексион стоял у двери, наблюдая. Тёмные синяки на его шее и запястьях отражались в зеркале. Он посмотрел на них и подумал, что они ему вполне по вкусу. Без сомнения, Ноль Девятый счел бы это отвратительным, если бы узнал.

Ноль Девятый закончил полоскание и умылся, капли воды стекали вниз, когда он повернулся. Хексион приблизился к нему с мягким полотенцем, взятым с вешалки, и вытер влагу. Ноль Девятый не сопротивлялся жесту, лишь смотрел на него похолодевшими глазами. Хексион встретил его взгляд спокойно и невозмутимо, что беспокоило Ноль Девятого. Закончив вытирать капли, Хексион произнёс, двигаясь к двери:

— Ноль Девятый.

— …Да.

— Поговорим.

— …О чём?

Сейчас? После того как всё вскрылось? Хексион задумчиво промычал, сосредоточившись на какой-то неизвестной точке в воздухе, затем небрежно положил полотенце на прикроватный столик.

— О том, как нам следует относиться друг к другу дальше.

— …Просто проводник и эспер. Разве есть что-то ещё?

— Есть.

— Что, чёрт возьми, это может означать?

— Ноль Девятый.

Хексион больше не называл его своим катастрофам. Странно, но это не устраивало Ноль Девятого. Возможно, потому что это звание казалось единственным, что поддерживало его, делая безразличным к тому, что оно представляло его как катастрофу, монстра. Хексион изучал выражение лица Ноль Девятого, пытаясь расшифровать его мысли. Ноль Девятый ответил кривой улыбкой, выдавая предупреждение.

— Не смотри на меня так.

— Что ж, я постараюсь.

Хексион сел на диван в углу комнаты. Скрестив ноги, он обнажил тёмные синяки и следы укусов на своих бёдрах. Должно быть, больно, но выражение лица Хексиона оставалось неизменным. Ноль Девятый намеренно сел напротив него, сложив руки на коленях. Хексион ждал, пока тот будет готов, замечая легкую дрожь рук. Да, такая мягкость сбивала Ноль Девятый с толку. До сих пор Хексион был резок со всеми, кроме него.

— Ты мне очень нравишься. Ты мне интересен.

— …Как мне это понимать?

— Так, как есть.

— Хексион.

— Ноль Девятый, это правда, что я отношусь к тебе как к чему-то особенному.

— Особенный? Какой особенный? Как катастрофа?

— Я должен обладать тем, что вызывает мой интерес.

— В конце концов, ты просто обращаешься со мной как с предметом?

— Обращаюсь с тобой как с предметом…

Хексион мягко улыбнулся, его разорванные губы дрогнули. Ноль Девятый сглотнул при виде этого. Зная теперь, как эти губы реагируют на силу вчерашней ночи.

— Это не совсем неверно. Ноль Девятый, безымянный Ноль Девятый. Это всё, что ты есть. Особая катастрофа. Единственный выживший среди ранних эсперов, павших под оружием нашей страны.

Ноль Девятый понял смысл его слов. Он вызвал его интерес, согласие стать его проводником было из-за уникальной катастрофы, единственного выжившего среди первых эсперов. Готовность сделать что угодно. В самом деле, он делал всё, что было в его силах, используя его как пешку на шахматной доске. Попытки изменить природу Ноль Девятого, чтобы он отвергал причинение вреда другим, находясь в этой позиции на доске…

Затем Хексион заговорил снова, словно видя его насквозь.

— Ноль Девятый, ты думаешь, что не можешь причинить вред другим?

— …Я никогда не хотел этого.

— Правда. Вчера вечером ты казался в порядке.

— …

— Эсперы по своей природе жестокие. Сила, текущая через них, диктует это.

— Нет.

— Не заставляй себя подавлять это, Ноль Девятый.

— Я никогда не думал об этом так.

— Тогда время в лаборатории, должно быть, было долгим.

«Все твои острые зубы были вырваны,» - прошептал Хексион. Ноль Девятый резко вдохнул. Что этот человек пытался спровоцировать? Моё настроение? Нет, не это. Он стремился спровоцировать первобытные желания, заложенные во мне — те, о которых Ноль Девятый даже не подозревал, которые подавлял и заставлял молчать.

— Но мы не можем просто выпустить это на волю. По крайней мере, если мы хотим жить среди людей.

— Что ты пытаешься сказать?

— Ноль Девятый. Как я уже сказал, нет проводника лучше меня в этом мире.

Хексион положил руку на свою грудь, и тогда Ноль Девятый осознал, что у Хексиона тоже были душевные раны. Готовый относиться даже к себе как к предмету ради того, чего он хочет. Ноль Девятый обнаружил, что это был его первый знак, взгляд в Хексиона. Ноль Девятый смочил свои пересохшие губы.

— Итак, у меня есть ты, и у тебя есть я. И что потом?

— Разве мы не должны стремиться к лучшей жизни вместе?

Ради лучшей жизни, Хексион сделал своеобразный комментарий. Что он мог иметь в виду, говоря, что никто не живёт жизнью столь же великолепной, как его собственная? Ноль Девятый поднял взгляд и встретил взгляд Хексиона, почувствовав странное любопытство. В глазах Хексиона не было тепла, но они устремились на Ноль Девятого с непоколебимой чёткостью, словно ничто не могло помешать ему, словно он не чувствовал стыда. В тот момент Ноль Девятый увидел уязвимость, трещину.

«Так же, как ты нашёл мои изъяны и разорвал их, я хочу сделать то же самое с твоими», — подумал Ноль Девятый, наконец заговорив.

— Почему в доме Теобальдов с тобой обращаются как с предметом?

Губы Хексиона на мгновение сжались, прежде чем появилась слабая улыбка.

— Ноль Девятый, ты и вправду умён.

И затем он откровенно признал это. Ноль Девятый был на мгновение поражён его готовностью раскрыть нечто столь личное. Он мог бы проигнорировать это, отмахнуться от колкого замечания с безразличием — но он не сделал этого. Не сегодня, не вчера. Под давлением он быстро признался. «Каково твоё отношение ко мне, Хексион? Как глубоко я проник в твоё сердце?» Ноль Девятый хотел спросить это, но остался безмолвен.

Хексион поднялся с дивана, легко переступив через низкий столик. Встав перед Ноль Девятый, он распахнул свой халат, обнажая отметины, оставленные по всей его голой коже. Увидев это, выражение лица Ноль Девятый ожесточилось.

— Ноль Девятый.

Хексион взобрался к нему на колени, уверенно встречая его взгляд. Потемневшая шея служила напоминанием, почему его надтреснутый голос не улучшился. Он нежно коснулся губами следа укуса, что оставил на плече Ноль Девятый, и прошептал:

— Ничто не изменится.

Хексион был уверен. Ноль Девятый задался вопросом, что делало его столь самонадеянным.

— Я продолжу относиться к тебе, как к кому-то особенному. Я буду твоим проводником.

— ...И продолжишь провоцировать меня, ведь так?

— Хватит вести себя как травоядное, когда ты явно хищник. Это совершенно неприлично.

— Ха...

Ноль Девятый резко притянул его за талию, лучезарно улыбаясь, пока он двигал рукой по нежному месту. Хексион вздрогнул; его тело, лишь единожды принявшее другого, напряглось от одного жеста. Ноль Девятый рассмеялся.

— Ладно, я тоже попробую вести себя как хищник.

Хексион криво улыбнулся, словно даже это соответствовало его собственным желаниям. Всякий раз, когда он был с Хексионом, Ноль Девятый чувствовал, как изнутри его что-то скребёт. Ему нужно было выразить этот дискомфорт тому, кто, по его словам, относиться к нему как к особенному. Улыбка Ноль Девятый стала шире, и Хексион, увидев его лицо, лизнул уголок его губ. «Этот человек, и вправду, ценитель извращённых вкусов», — подумал Ноль Девятый.

После этого, как и предсказывал Хексион, мало что изменилось. Оба вернулись к своим обычным обязанностям, как только репортёры, будучи оштрафованными, исчезли. С возвращением Хексиона прежде расслабленная атмосфера в бюро немедленно накалилась.

Кан Ушин, среди прочих, отметил необычную ауру, окружающую дуэт, когда они входили через центральные двери — походка и осанка слегка отличались от прежних. Не полностью порознь, но и не бок о бок. Заметив синяк, темнеющий под воротником рубашки Хексиона, Кан Ушин задался вопросом: «Что случилось?»

Для синяка в таком месте…

Его взгляд упал на Ноль Девятого, который казался слегка сонным и шёл на шаг позади Хексиона. Несмотря на приказы выбросить эсперов из окна, он никогда не проявлял насилия, что было удивительно. Но иметь дело с эсперами со специфическими наклонностями не было ново.

— Лейтенант Кан Ушин.

— Да.

Когда Кан Ушин отдал честь, Хексион кратко кивнул и направился к лифту. Двое мужчин вошли, и когда двери закрылись, Кан Ушин тихо вздохнул. Он был не единственным, кто ощущал странную атмосферу; другие тоже громко выдохнули.

Наблюдая, как цифры на лифте растут, Кан Ушин размышлял: «Неужели между ними что-то произошло?»

Эспер класса катастрофа и его проводник. Это было трудно игнорировать. Но зная, что это не его дело, он решил не вмешиваться. Однако…

— Обедаешь один?

— О, да.

Когда Ноль Девятый спустился один в общую столовую, Кан Ушин — тот, кто всегда суёт нос не в своё дело, не смог заставить себя проигнорировать это и сел напротив. Если ты достаточно особенный, чтобы жить на 62-м этаже, еду обычно доставляют наверх — зачем спускаться? Любопытство Кан Ушина возросло, и он спросил с любопытством:

— Не понравилось то, что прислали наверх?

— О нет, ничего подобного, — беззаботно ответил Ноль Девятый. — Просто обедать с некоторыми людьми некомфортно.

— …А, понятно.

Сожалея о вопросе, Кан Ушин проклял свою глупость, набивая рот салатом. Общая столовая бюро предлагала приличную еду, но не совсем того уровня, как частные обеды, что, возможно, намекало на серьёзную ссору с полковником.

Ссоры между эсперами и проводниками были нередки — они сражались вместе, заботились друг о друге после битвы, что вело к частым стычкам. Обычно верх брали эсперы. Проводники, не обладая достаточной смелостью, чтобы позволить им дойти до края, капитулировали. Когда Хексион только появился, это было чудом.

«Человек, ведущий себя так, словно может справиться даже с вышедшим из-под контроля эспером…»

Буйство эспера была буквально диким высвобождением силы. Если они теряли контроль и достигали Буйства стадии 5, они могли устроить хаос на расстоянии до 70 км. И именно поэтому все шёпотом называли Хексиона безумцем.

— Эм…

Ноль Девятый, внешне спокойный, тоже был не в лучшем расположении духа. Несмотря на то, что он не выглядел расстроенным, напряжённая атмосфера подтолкнула Кан Ушина искать способы разрядить обстановку. Его глаза нашли большой телевизор в столовой, показывающий новости об эсперах.

[Эспер Д в одиночку сражался с крупным монстром 3-го класса, преуспев в его убийстве, но сейчас тяжело ранен. Бюро по управлению эсперами обязуется обеспечить его восстановление…]

Если речь о Д, всё ясно. Имена Эсперов, достаточно известные, чтобы попасть в новости и начинающиеся с Д, указывали на одного: Дамиан. Грубоватый, один из пяти эсперов, переехавших из-за границы. Кан Ушин мягко начал разговор на эту тему:

— Должно быть, они имеют в виду Дамиана. Друг, руководивший в Округе A, говорит, что у него суровый нрав.

— Я знаю.

— О, ты знаешь… Значит, ты, должно быть, слышал о…

— Я слышал.

— А, ты слышал…

Начиная сожалеть, что сел напротив Ноль Девятый, Кан Ушин, тем не менее, продолжил есть. Если бы он не поел, у него не было бы сил во время руководства. Ноль Девятый едва прикоснулся к своей еде. Где он находит такие силы? Пока Кан Ушин тихо размышлял, Ноль Девятый оставил свою трапезу частично нетронутой, положив приборы.

— Уже закончил?

— А, да. Приятного аппетита.

Ноль Девятый извинился с лёгкой улыбкой. «Действительно, кажется хорошим парнем», — подумал Кан Ушин, с вилкой во рту, наблюдая, как тот уходит. Вспомнив глубокий синяк на шее Хексиона, он размышлял, что внешность действительно может быть обманчива. Кан Ушин опустил голову, возвращаясь к еде.

Ноль Девятый поднялся на лифте обратно на 62-й этаж. Не обнаружив Хексиона, предположительно находившегося в спальне, Ноль Девятый зашёл в гардеробную и выбрал униформу из одежды, что подарил Хексион. Медленно он переоделся, натягивая рубашку и брюки, разглядывая собственное отражение, которое выглядело довольно странно в зеркале во весь рост.

Он потянулся за курткой, но голос сзади прервал его:

— Тебе не очень идёт.

— Похоже, что так.

— Всё же, это не так уж и плохо.

Послышался звук приближающегося Хексиона. Ноль Девятый обернулся. Перед ним стоял Хексион, облачённый в халат. Хексион застегнул молнию на куртке Ноль Девятый и сказал:

— Постарайся не пострадать.

— Ты это мне говоришь?

— Ты же всё равно не намерен брать меня с собой.

— Быстро соображаешь. Это немного беспокоит.

— Что ж, считай это справедливым обменом.

Хексион плотно, но нежно прижался своими губами к покрытым корочками губам Ноль Девятого, а затем отступил. Ноль Девятый пристально посмотрел на него. Холодные лавандовые глаза встретились с глубокими серыми глазами Хексиона. Хексион с готовностью встретил взгляд и слабо улыбнулся.

— Что тебе сейчас не нравится?

— ...Просто оставайся здесь.

— Конечно.

Хексион небрежно постучал по груди Ноль Девятого, прежде чем отступить обратно в спальню, словно ему не было никакого дела. Каждый взгляд на отметины, что он оставил на Хексионе, выглядывающие из-под халата, заставлял сердце Ноль Девятого чувствовать, словно оно падает. Хексион вёл себя так, словно ничего вообще не произошло, что раздражало Ноль Девятого.

Но что можно было поделать? Просто потому, что это ему не нравилось, не означало, что поведение Хексиона изменится.

Ноль Девятый посмотрел на свои часы. Двенадцать точек появления монстров мигали. Ноль Девятый решил разобраться со всеми ними. Его имя, «Ноль Девятый», светилось рядом со всеми ими. С непреклонным намерением Ноль Девятый исчез из гардеробной.

***

Хексион лежал на кровати в спальне. Всё его тело дрожало. Даже для такого, как он, интенсивная близость прошлой ночи и вправду измотало его тело. «Не то чтобы сделать это во второй раз было невозможно», — подумал Хексион. Откинувшись на изголовье, он медленно развернул свой халат. По мере того как обнажалась кожа, стали видны яркие отметины от его бёдер и до шеи.

Можно было подумать, что с ним плохо обращались или что-то в этом роде. Он цокнул языком. Возможно, это была просто отсутствие контроля, или может, он даже не хотел контролировать это. Очевидная истина заключалась в том, что только Хексион мог выдержать это до такой степени. Он считал, что ему повезло, что он просто потерял сознание на полпути вчера.

Хексион проследил кончиками пальцев за следами укусов на своей груди, отмечая странное жгучее ощущение, которое последовало. Слегка наклонив голову, он исследовал кожу. Надавливание вызывало тупую боль, характерную для синяка. Он глубоко вздохнул. Не то чтобы у него был какой-то особый вкус к этому, но он рассмеялся над собой, опуская руку. Минуя солнечное сплетение, его рука двинулась вниз к нижней части живота и погладила бёдра. Более гладкая плоть несла на себе неровные следы укусов от Ноль Девятого. Хексион снова сильно надавил на них. Боль просочилась внутрь. Слабый смешок вырвался из его уст.

Он наслаждался тем, что спровоцировал гнев Ноль Девятого. Ноль Девятый ещё не понимал, что как и Ноль Девятый был искажён и подавлен, таким же был и Хексион, хоть и скрытый под слоями тщательной маскировки. Нежно массируя больное место, Хексион в конце концов поскрёб его.

Прикусив нижнюю губу, Хексион согнул колени. Отсутствие Ноль Девятый означало, что не было проводника, на которого можно было бы положиться, когда он использовал свои силы. Согласно часам, двенадцать появившихся монстров требовали руководства. Разобраться с ними в одиночку означало, что Ноль Девятый вернётся ещё более напряжённым и немедленно отправится на поиски Хексиона.

— Судя по прошлой ночи, это может сработать…

Разве вначале он не настаивал, что не прольёт ни капли крови? Геля поблизости тоже не было… Нет, погодите. Хексион проверил самый низ тумбочки, на всякий случай. Вот он, гель. Что ж, учитывая, что эспер и проводник могли сделать в одной кровати, им нужно было как-то подстроиться к физическим потребностям. Для эсперов и проводников физическая близость не была личной; это было частью их долга. Именно поэтому они даже давали это.

Несмотря на то, что он думал, что это по-настоящему абсурдно, Хексион достал гель и смочил руки. Прозрачные капли скатились с его ладони. Медленно его рука двинулась вниз к области, которую Ноль Девятый насильственно открыл накануне. Его колени слегка дёрнулись, дрожа. Казалось, это не было тем, к чему когда-либо действительно привыкнешь.

***

Ноль Девятый вернулся всего через час и тридцать минут. Двенадцать задач были выполнены всего за девяносто минут — казалось бы, это был невозможный подвиг. Ноль Девятый появился не из лифта, а через гардеробную. Его волосы были растрёпаны, куртка и рубашка влажные от пота. Он швырнул их в корзину у гардеробной.

Естественно, он искал Хексиона. С уровнем стресса, взлетевшим до 90%, Ноль Девятый уже решил потребовать от Хексиона «долг проводника». Он замер у входа в спальню, положив руку на дверную ручку.

Изнутри доносился странный, влажный звук.

Глаза Ноль Девятый сузились, когда он медленно открыл дверь. Там Хексион лежал с расстёгнутым халатом, жар исходил от его бледной кожи, когда он спросил:

— Как, чёрт возьми, тебе удалось втиснуть его сюда прошлой ночь?

— …Ты должно быть шутишь.

Ноль Девятый стиснул зубы. Хексион просто рассмеялся, словно отлично проводил время. Затем тело Ноль Девятого прижалось к нему — горячая кожа к горячей коже, сильная хватка на его руках… всё это было такое подавляющее, что он терял контроль.

Вжжж.

Зачарованные происходящим, ни Хексион, ни Ноль Девятый не заметили смартфон, вибрирующий на столе.

[Рага Теобальд]

Вжжж.

После настойчивых вибраций звонок прекратился.

***

С тех пор как образовалась эта связь с Ноль Девятым, Хексион обнаружил, что не может просыпаться рано утром. Было уже давно за 10 утра, когда он открыл глаза. Пространство рядом было пусто. Предположительно, на очередной охоте или бродит где-то — таким Ноль Девятый стал с того дня.

Освежившись в душе и приведя себя в порядок, Хексион облачился в приличную одежду из гардероба. Честно говоря, он ненавидел носить скучную серую униформу. А так как некому было его упрекнуть, он следовал своим привычкам с лёгкостью. Только ближе к 11 часам он проверил свой смартфон. Хмурясь на светящийся экран, Хексион заметил пропущенный звонок от Раги Теобальд, сопровождаемый сообщением.

[Навести дом с тем ребёнком.]

«Тот ребёнок» не мог относиться ни к кому иному, кроме Ноль Девятого. Конечно, она была осведомлена о нём. И всё же он не ожидал такого неприкрытого интереса. Раздражённо, Хексион решительно постучал по экрану, чтобы ответить.

[Я приеду один.]

Нехарактерно, но женщина ответила почти сразу.

[Я прекрасно знаю, что происходит, когда вы двое разделены.]

Хексион стиснул челюсти с улыбкой, обнажая намёк на острые зубы. Естественно, всё дошло до её ушей.

Тем не менее, Хексион знал, что упрямство ни к чему не приведёт. Но мысль о том, чтобы притащить Ноль Девятого в тот дом — он ненавидел её. Он из всех сил старался скрыть это, но никогда нельзя сказать, что может подметить проницательный Ноль Девятый.

Вжжж.

Пока Хексион размышлял, телефон зазвонил.

[Рага Теобальд]

Молча уставившись на экран в течение нескольких секунд, Хексион в конце концов принял звонок.

— Хексион на связи.

— Ты не отвечал.

— Я просто размышлял.

— О чём тебе думать?

Её тон был чрезвычайно мягким, таким, какого можно ожидать от зрелой женщины, и говорила она сдержанно и уверенно. В её голосе слышались мягкие, но властные нотки.

— С каких пор ты огрызаешься?

Самоуверенно. Хексион почувствовал скрытое предупреждение в её тоне. С тихим вздохом и рефлекторной улыбкой он ответил:

— Я назначу визит как можно скорее.

— Леона будет рада гостям после такого долгого отсутствия.

— Уверен, так и будет. На этой ноте я закончу, у меня есть дела.

— Конечно.

Щёлк.

С окончанием звонка Хексион резко уставился в пустое пространство с совершенно спокойным лицом. Поразмыслив мгновение в тишине, он вскоре вышел из спальни и набрал другой номер. Его звонок был оперативно принят, и он отдал быстрый приказ.

— Подготовьте самолёт на сегодня вечер.

— Вы летите один?

— Нет, нас будет двое.

— Понял.

— А, и ещё...

Даже когда он бродил по разным частям апартаментов во время звонка, Ноль Девятого нигде не было видно. Хотя он мог вызвать его с помощью часов, это не способствовало содержательному разговору.

— Захватите по пути новый смартфон. Последней модели.

— Понял.

Хексион сидел в гостиной, ожидая Ноль Девятого. Прошло около получаса, когда Ноль Девятый вернулся, от его тела исходил лёгкий запах травы, словно он только что гулял. Он попытался пройти мимо Хексиона, сидящего на диване, без единого слова.

— Присядь.

— Просто скажи.

— Это займёт некоторое время.

С того дня так и было между ними. В постели казалось, будто больше никого не существует в мире; но как только они выходили наружу, между ними возникала ледяная дистанция. Вернее, это Ноль Девятый становился холодным. Хексион вёл себя так, словно ничего не произошло, что бесконечно раздражало Ноль Девятого. Но он не показывал этого, сохраняя проведённую им черту. Посмотрев на Хексиона сверху вниз, Ноль Девятый подчинился и сел напротив него.

– У меня к тебе просьба, — просто сказал Хексион.

— Какая?

— Я хочу, чтобы ты поехал со мной в Германию.

— …Германию?

— Мне нужно навестить родной дом, — ответил Хексион довольно равнодушно, как если бы даже он сам не был особо доволен этой идеей.

Ноль Девятый наблюдал за безразличным выражением лица Хексиона и размышлял. Ему в тягость везти меня в свой родной дом? Или есть другая причина?

Для Ноль Девятого Хексион всегда был загадкой, которую нужно исследовать. Хексион встретил взгляд Ноль Девятого, его тёмно-серые глаза пристально наблюдали за ним. Ах, опять эти глаза. Ноль Девятый инстинктивно опустил взгляд.

— Если тебе нужно ехать, тогда, полагаю, и мне тоже придётся, — уступил Ноль Девятый, словно у него не было выбора. — Мы не в том положении, чтобы разделяться, ведь так?

Хексион молчал. Ноль Девятый был постоянно озадаченным этим человеком. Человек, который вёл себя так, будто всё ради него самого, но приближался так, словно его интересовала только катастрофа. Ноль Девятый не был уверен, как относиться к нему. После нескольких мгновений молчания Хексион дал ему загадочный совет:

— Лучше, если ты не будешь много говорить с другими членами семьи.

— Почему? — спросил Ноль Девятый с намёком на сарказм, задаваясь вопросом, находил ли Хексион мысль о его общении с семьёй неприятной.

И всё же в глазах Хексиона мелькнула странная эмоция. Ноль Девятый прищурился, пытаясь опознать её.

— Тебе не причинят вреда.

Удивительно, но то, что разглядел Ноль Девятый, было своего рода заботой. Принятие решений, казалось, тоже лежало там. На мгновение Ноль Девятый почувствовал замешательство. Забота обо мне, катастрофе? Неосознанно он вздохнул. Хексион, казалось, не беспокоился о сокрытии своей эмоции, поднялся. Ноль Девятый схватил его за руку.

— Ты не хочешь, чтобы я встречался с твоей семьёй, ведь так?

— Да.

— Почему?

— В этом нет никакой выгоды.

— …Для кого?

— Для тебя.

Хексион был беспощаден, но добр. Ноль Девятый чувствовал, что его постоянно толкают и тянут этой манерой поведения. «Посмотри на него», — подумал он, — «он ходит с таким лицом, чтобы не беспокоить меня». Он защищал не свою семью от катастрофы, а охранял катастрофу от своей семьи. Это двусмысленное выражение. Ноль Девятый сжал кулаки на коленях. Хексион долго смотрел на него, прежде чем отправить сообщение на своём смартфоне.

— Мы вылетаем в Германию в 7 вечера.

— А, мне нужно собраться?

— Нет.

Выражение лица Хексиона подразумевало: «Зачем утруждать себя такими утомительными задачами?»

— Мы можем купить необходимое там.

А, точно. Вот как. Ноль Девятый кивнул, думая об одежде, что Хексион уже купил ему — действительно её было слишком много. Проводник, который одевает и кормит катастрофу. Почесав голову, Ноль Девятый наблюдал, как Хексион нажимает кнопку лифта.

— Приходи, когда позовут.

— Куда ты направляешься?

— Мне нужно кое с чем разобраться.

Ноль Девятый поднялся с места и шагнул вперёд, обхватив талию Хексиона сзади у лифта. Хексион не обернулся. Ноль Девятый нежно прижал губы к затылку Хексиона и медленно прошептал:

— Где именно проведена черта, которую ты очертил?

Удивительно, но Хексион ответил:

— Где ты чувствуешь, что она есть.

Ноль Девятый слегка нахмурился, оставляя едва заметный след своих зубов на шее Хексиона. Хексион погладил руки Ноль Девятый вокруг своей талии, как ласкового щенка. Ноль Девятый отпустил, и Хексион спустился на лифту. Оставшись один, Ноль Девятый начал размышлять о смысле слов Хексиона.

У него всегда были границы, как и у меня. Но что он имел в виду? Что граница там, где я её ощущаю? Должен ли я рисовать эту черту, где мне угодно? Или он имеет в виду…

— Он никогда не проводил черту?

Я не думаю, что это так. Ноль Девятый бросил холодный взгляд на двери лифта, прежде чем направиться в свою комнату. Казалось, было разумно оставаться на месте до вызова. Хотя обычные оповещения о появлениях монстров появлялись на его часах, вокруг были другие эсперы. Пропустить день не будет проблемой, конечно. Пока Ноль Девятый бездействовал, разные команды начали разделять монстров, словно сокрушаясь на его отсутствие реакции. Он почти слышал голос Хексиона:

— Если ты их балуешь, то, в конце концов, это ты устаёшь.

Ноль Девятый, возможно, начал видеть некоторую истину в этой мысли.

***

Когда они прибыли в Германию на частном самолёте, был ранний вечер. Спустя несколько часов на машине они  достигли поместье семьи Теобальд, расположенное на некотором расстоянии от столицы. Это был настоящий особняк, достаточно огромный, что Ноль Девятый слегка нахмурился, выходя из машины.

— Это замок?

— Похоже по размеру.

Когда они вошли в парадный вход особняка, прислуга, стоящие по обе стороны, открыли для них двери. Ноль Девятый почувствовал, словно путешествует назад во времени, когда социальные иерархии были без изменений. Зал, открытый за ними, был достаточно огромен, что на мгновение он почувствовал себя потерянным, и украшен многочисленными деревянными скульптурами и произведениями искусства. Винтовая лестница величественно поднималась на второй этаж. Пока Ноль Девятый был на мгновение очарован видом, Хексион быстро двинулся вперёд и встал перед ним. Ноль Девятый посмотрел вперёд, озадаченный, и обнаружил там кого-то.

— Хексион, так давно не виделись.

— Добро пожаловать.

— Здравствуйте.

Женщина с выцветшими светлыми волосами и худощавым телосложением стояла там в лёгком платье. Рядом с ней был темноволосый мужчина, выглядевший лет на тридцать. И ниже, темноволосая девушка в позднем подростковом возрасте.

— Приятно познакомиться. Итак…

Женщина с выцветшими светлыми волосами. Это должно быть…

— Мама.

Мать Хексиона, Рага Теобальд. Хексион, казалось, хотел вмешаться в её слова, но Рага, естественно, прошла мимо Хексиона, чтобы встать перед Ноль Девятый.

— Вы — эспер?

— О… Да, приятно познакомиться.

Ноль Девятый спокойно принял её рукопожатие и взглянул на Хексиона. Его выражение казалось неизменным, но Ноль Девятый мог почувствовать лёгкое раздражение. «Вот тебе и минимум встреч с семьёй», — подумал он, учитывая, как быстро они оказались лицом к лицу.

Как оказалось, Хексион и вправду был встревожен Рагой. Его намерения ограничить семейное взаимодействие были очевидны для всех присутствующих. Тем не менее, Хексион сохранил самообладание и обратился к Раге:

— Он только что прибыл, так что, должно быть, устал.

— О, что за чушь, он должен поесть. Ужин готов.

— Вы ещё не ели?

— Конечно нет, мы ждали вас.

Была уже поздняя ночь. И всё же они ждали их, чтобы поужинать вместе. Было совершенно понятно, что от них ожидали. Хексион слегка скрипнул зубами, но улыбнулся. Рага, казалось, была довольна этим и жестом пригласила их следовать за ней.

— Пойдёмте сюда.

Её муж и юная дочь последовали за ней. Пока они шли впереди, Хексион резко изменил выражение лица, протянув руку назад к руке Ноль Девятого. Он прошептал тихо, чтобы другие не слышали, его кривая улыбка обнажила его клыки.

— Если они будут говорить глупости, просто можешь ударить их.

— …Я точно не могу сделать это.

— О, но полегче с Леоной. Она ещё молода.

— Леона, ты имеешь в виду девочку? Твоя сестра?

— Сестра, не по крови. Она, однако, большая проказница. Полегче с ней.

Ноль Девятый обнаружил любопытную черту Хексиона; несмотря на очевидную неприязнь к своей семье, он питал определённую мягкость к своей младшей сестре. Кивнув, Ноль Девятый взял протянутую руку Хексиона и направился к столовой. Величественный коридор привёл их в столовую, где пир, казалось, был приготовлен для королевской семьи. Длинный стол, украшенный мягкой, безупречной белой скатертью, был уставлен множеством блюд.

Во главе стола сидела Рага, с дочерью слева от неё и Хексионом справа. Муж Раги занял место рядом с их дочерью, Леоной, в то время как Ноль Девятый сел рядом с Хексионом. Рага подозвала одного из слуг, попросив вино. Когда персонал наполнял каждый бокал, возникла нерешительность.

— Надеюсь, оно придётся вам по вкусу.

— А, да. Я уверен, что да, — ответил Ноль Девятый, хотя он никогда раньше не пробовал вино. Для него это просто означало на отсутствие любой основы для сравнения, было ли вино изысканным или нет.

Ноль Девятый оставался безразличным к цене вина, мысль, которая тихо томилась, даже когда трапеза началась среди удивительно мягкой атмосфере. Хексион едва прикоснулся к своей еде, двигая приборы в почти полной тишине, в то время как Рага потягивала вино, чтобы смягчить горло. А Леона… она продолжала поглядывать на него.

«Как будто она давно украдкой бросала на меня взгляды».

В самом деле, Ноль Девятый несколько раз ловил украдкой брошенные взгляды Леоны. Тихое шуршание приборов было прервано, когда Рага начала разговор:

— Господин эспер, теперь, когда я подумала, у меня есть некоторые вопросы…

— Поговори со мной вместо этого, мама.

Взгляд Раги упал на Хексиона, глаза были достаточно свирепы, чтобы проглотить его целиком, но Хексион едва отреагировал. Вместо этого он проигнорировал блюдо перед ним, отложив приборы в сторону.

— В конце концов, я несу за него ответственность.

— Неужели?

— Да, вы можете поговорить со мной об этом отдельно.

— Если это то, чего ты желаешь, тогда, полагаю, я так и сделаю.

— Хорошо.

— Извините нас на минутку, пожалуйста, продолжайте вашу трапезу.

И Леона, и её муж кивнули, когда Хексион пренебрежительно похлопал по плечу Ноль Девятого, которое ощущалось неожиданно твёрдым. В тот момент Ноль Девятый осознал, что Хексион сильно расстроен. Хотя на его лице играла мягкая улыбка, Ноль Девятый почувствовал острое напряжёние — настороженность сильнее, чем ранее. Могло ли быть, что он знал это, потому что был его эспером? Казалось, что никто другой не мог видеть его насквозь. Или, возможно, им просто было всё равно.

Как только Рага и Хексион ушли, трапеза возобновилась. Ноль Девятый поел немного, прежде чем положить приборы. Именно тогда Леона заговорила, отдав приказ с неожиданной властностью:

— Папа, если ты закончил есть, уходи.

— А, да, Леона. Я как раз собирался.

— Хорошо.

Ноль Девятый заметил странность в разговоре между отцом и дочерью. Тем не менее, муж Раги, с молчаливой покорностью, просто извинился и вышел из комнаты. «Какая странная семья», — подумал Ноль Девятый. Теперь стало ясно, почему Хексион не хотел брать его с собой. Леона, продолжая свою трапезу, небрежно отрезала кусок стейка, отправляя его в рот. Ноль Девятый, наслаждаясь вином, на мгновение задумался, прежде чем задать вопрос:

— Тебе есть что сказать мне?

— Да, — ответила девочка. — Это первый раз, когда Хексион проявил интерес к кому-то, поэтому мне было любопытно.

— А, понятно. Хексион может быть немного сдержанным…

— Нет. — Леона проглотила ещё один кусок стейка и продолжила. — Хексион — это замена, выбранный ради меня.

Ноль Девятый замер, опуская бокал в тихом шоке.

— Он никогда не проявлял подобного интереса к кому-либо ещё.

Тёмные глаза Леоны пристально смотрели в глаза Ноль Девятого. С трудом сдерживая свои эмоции, Ноль Девятый изобразил безмятежную улыбку. Замена. Не самый лестный термин для описания человека.

— Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что сказала.

Ещё раз Леона отрезала кусок стейка, съев его с энергией, неподходящим для леди её положения, щёки раздулись от огромного куска. То ли она стремилась помучить Ноль Девятого или просто наслаждалась своей едой, было неясно, пока она неторопливо жевала и глотала.

— Хексион был усыновлён для моей защиты.

— ...Ты обычно так разговариваешь с Хексионом?

— А почему бы и нет?

Ноль Девятый начал понимать, почему эта семья казалась странной. И Рага, и Леона. Они ясно понимали своё главенство в семье, легко командуя даже своими родными, которые беспрекословно подчинялись. Это заставило Ноль Девятый вспомнить слова Хексиона: «Есть также люди, которых создали искусственно».

Или что-то подобное. Ноль Девятый сосредоточенно рассматривал Леону, ожидая её следующих слов. Утолив жажду апельсиновым соком, она положила приборы, по-видимому, удовлетворённая.

— Хексион был выбран, чтобы заполнить пробел, пока я не стану взрослой. Моя мать страдает от болезни сердца и, вероятно, у неё не так много времени осталось. Хотя до моего совершеннолетия ещё далеко.

Девочка переплела пальцы на столе, приняв задумчивую позу.

— Хексион должен тихо покинуть дом в день, когда я достигну совершеннолетия.

— …

Ноль Девятый на мгновение потерял дар речи. Жизнь, выброшенная после выполнения своей цели? Он никогда не считал, что у Хексиона — человека, такого уверенного и безупречного — настолько мрачное будущее. Однако Леона сообщила это как нечто неизбежное, как логичное следствие того, что место Хексиона исчезнет, когда он станет ненужным.

Невольно Ноль Девятый почувствовал нарастающее беспокойство — словно тепло, покалывание где-то под его кожей. Сосредоточив взгляд на столе, чтобы он не притягивался к Леоне, но от вибраций посуда загрохотала, издавая гулкий лязг. Испуганный персонал приблизился к Леоне, хотя она подняла руку — показывая спокойствие.

— Ты зол?

— …Я так выгляжу?

— Ага.

Внезапно Ноль Девятый уловил сходство в тоне Леоны, напоминающее Хексиона. Возможно, это была сенсорная перегрузка. С усилием Ноль Девятый подавил своё волнение. Как баланс восстановился, дребезжание утихло, и Леона обратилась к ожидающему персоналу.

— Оставьте нас.

Столовая быстро и послушно опустела. Ноль Девятый понял, что девочка жаждет более личного разговора. Но о чём? Они едва знали друг друга. С натянутой улыбкой Леона произнесла:

— Но я не хочу.

— Ты не хочешь?

— Я бы предпочла, чтобы Хексион не покидал эту семью.

— Это значит…

— Нет, позиция главы — моя.

Леона говорила решительно. Она не сомневалась в наследовании огромного состояния, она не предвидела предательства Хексиона. То ли рождённая из веры или высокомерия, Ноль Девятый не мог понять. Что стало ясно, так это безошибочное сходство Леоны Теобальд с Хексионом, несмотря на отсутствие какой-либо общей крови.

— Но я не хочу, чтобы Хексион ушёл, так что приезжай в Германию с ним.

— Это не совсем моё решение…

— Всё в порядке. Хексион разберётся. — Леона поднялась с места. — Кроме того…

— Есть что ещё сказать?

— Самая большая комната слева, пятый этаж.

Она указала по направлению к выходу из столовой.

— Иди туда. Быстро.

— …

Ноль Девятый не совсем понял слова девочки, но уловил скрытые ноты предостережения. Относительно чего? Хексион в опасном положении. Поднявшись с места, Ноль Девятый невольно устремился к выходу, невидимый Леоной, которая тяжело вздохнула, бросив взгляд вверх, словно рассматривая этаж выше.

— Не знаю, насколько мама взбесится.

Приборы, оставленные Ноль Девятый, с грохотом упали на пол.

***

Хексион и Рага не закончили свою трапезу, когда они поднялись в кабинет Раги. Как только Хексион вошёл вслед за ней и запер дверь, она, быстрая как хлыст, развернулась и подняла руку.

Шлёп!

Голова Хексиона наклонилась под ударом, хотя он оглянулся на неё, словно забавляясь. Её сила ослабла с возрастом; выдержать удар не составляло настоящей проблемы. Показав зубы, Рага Теобальд мрачно рассмеялась.

— Ты стал смелым, постоянно перебивая меня.

— Поскольку я не имею ни малейшего понятия, какую чушь ты выдашь, мне приходится быть готовым.

— Готовым? Ты? Контролировать меня?

— А-ха-ха-ха! — она громко рассмеялась, почти крича. Хексион счёл её смех вульгарным, но сохранил свои мысли при себе. В конце концов, люди редко меняются в её возрасте. Он слышал её смех, пока языком водил по внутренней стороне щеки. Несмотря на отсутствие силы, она не лопнула у него во рту.

— Я не буду вдаваться в подробности. Пока будешь оставаться в Германии какое-то время, я хочу использовать того эспера для разработки нового оружия.

Хексион усмехнулся при этой мысли: «Что и требовалось доказать».

— Нет, я не согласен.

Глаза Раги расширились. С недоверием она спросила:

— Ты только что отказал мне?

— Похоже, твой слух подводит с возрастом.

— Это как ты себя ведёшь после того, как я дала тебе пристанище, предоставив кров?

Вместо ответа Хексион пошёл сесть на диван, стоявший в углу библиотеки. Он скрестил ноги и сложил руки на груди, смотря прямо, словно приглашая её сесть. Рага издала неохотный смешок, садясь напротив.

— Когда ты стал таким смелым?

— Давно.

— Не думаешь, я могу всё у тебя отнять?

— Ты знаешь, что не можешь этого сделать.

Неужели она думала, я всё это время бездельничал в этом доме? Хексион оскалился, обнажая зубы в язвительной ухмылке. Рага стиснула свои, сверля его взглядом. Это и вправду были напряжённые времена с множеством обязанностей на плечах Хексиона. Прежде чем она осознала, он медленно расширил своё влияние. Рага думала, что это не имеет значения. Но теперь ситуация была сложнее, чем она ожидала.

И всё же, это было хорошо. Всё изменится, как только её дочь, Леона, займёт положение владельца. Возможно, не при её времени, но в конце концов.

— Отложи разработку нового оружия.

— С чего бы? У тебя есть хороший образец прямо рядом. Как ты думаешь, насколько сильна сила того эспера? Это могло бы дать выдающиеся результаты, если подвергнуть его испытаниям.

Внезапно Хексион пнул низкий стол между диванами. С громким скрипом стол сдвинулся, и хрустальная пепельница на нём закачалась. Хексион встал, поставив одну ногу на стол.

— Это могло бы стать очень забавным. Возможно, ты теперь слишком стара, чтобы понять, как меняется мир, матушка.

— Думаешь, я не могу скрыть или остановить это? Просто следуй моим приказам, как всегда, и всё будет хорошо, даже посреди этой войны!

Хексион рассмеялся, словно найдя её слова забавными.

— Это ты тут спятила, Рага Теобальд.

Лицо Раги Теобальд исказилось от гнева. Её рука быстро схватила хрустальную пепельницу. С громким шлепком звук отозвался в воздухе.

Кап, кап. Кровь начала капать с его лба на пол, где что-то порвалось, но глаза Хексиона остались неизменными, наполненными вызовом. Рага, тяжело дыша, снова подняла пепельницу, выглядя так, словно намеревалась убить его прямо там.

У Раги Теобальд был этот изъян: однажды взволнованная, она теряла весь рассудок. Это была замечательная черта в хаосе войны — её решимость довести до конца то, что она задумала. Хексион нежно взял её за запястье и медленно вырвал пепельницу, спокойно положив её обратно на стол.

— Ты кажешься другой. С тех пор, как я был моложе.

— Что?

Хексион не видел необходимости объяснять ничего, видя её озадаченное лицо. Он отпустил её запястье и сошёл с низкого стола, поправив слегка помятый пиджак, вернув свой отполированный вид.

— Тестирование Ноль Девятого не принесёт ничего полезного.

Рага Теобальд кипела от ярости. Её хрупкое, ломкое запястье могло пугать Хексиона, когда он был намного моложе, но теперь он знал слишком много, чтобы бояться, будучи ввергнутым в войну своей семьёй.

— Я благодарен, действительно.

— Что это ещё за вздор?

— За то, что толкнула меня в войну.

— …Ты всё ещё держишь обиду за это?

— Нет. Я искренне благодарен.

Если бы не это, я мог бы никогда не осознать, что я проводник. Не существует безошибочного метода определения пробуждённых проводников; устройство измерения пробуждения предназначено в основном для эсперов, а проводники просто считаются пробуждёнными, когда появляется их процент совместимости.

— Довольно забавно, как компания, торгующая оружием, ставившая своей целью построить корпоративный имидж, выгонит меня.

Хексион смотрел прямо на Рагу, не забывая про свою кривую улыбку. Губы Раги скривились, обнажая её клыки, но это был просто старый зверь, который не был способен бороться. Хексион протянул к ней руку, легко касаясь её плеча, словно давая совет.

— Заботься о своём здоровье. Леона ещё молода.

— …

Хексион хорошо знал, что Леона была её слабостью. Она никогда не скрывала этого. Леона была серьезной слабостью и для Хексиона тоже. И Рага тоже это знала. Между ними существовало молчаливое соглашение: «Не трогать Леону Теобальд».

— И обрати внимание на то, как ты её воспитываешь.

Она казалась немного грубой, разговаривая неформально с незнакомцами. Слишком дурно воспитана. Хексион цыкнул. Рага Теобальд фыркнула, находя всё это совершенно невероятным. Было ли ей всё равно или нет, Хексион освободил диван и медленно пошёл прочь.

— Способности Ноль Девятого не могут быть скопированы кем-либо.

— Откуда ты знаешь…?

— Разберись сама, матушка. Если бы это было возможно, это уже использовали бы во время войны.

— …

— Он просто уникален. Единственная выжившая катастрофа.

Где-то в словах Хексиона был намёк на гордость. Рага стиснула зубы от разочарования. Хексион стоял у двери её комнаты, готовый уйти. Не оглядываясь, он произнёс:

— Если ты что-то задумала, готовься к суду на национальном уровне.

Когда он открыл дверь и вышел, Рага тут же схватила хрустальную пепельницу. С глухим стуком пепельница врезалась в дверь, которую Хексион тихо закрыл за собой. Не обращая на это внимания, он тихо уходил по коридору, прищурив один глаз — кровь застилала обзор, вызывая жгучую боль.

Коридор был тусклым и тихим. Всплыли старые воспоминания, но шаги Хексиона ни разу не дрогнули. Он давно победил такие вещи. Его природа была точной, как меч. Он никогда не позволял старым, плохим воспоминаниям съедать его. Было ли потому, что коридор был так тих, что эти воспоминания всплыли на поверхность? Но затем шаги прозвучали с противоположного конца тихого зала. И появилась фигура…

***

Хексион был усыновлён в семью Теобальд, когда ему было десять. Он прекрасно понимал, почему его взяли. Никто не пытался это скрыть. Временная замена законному наследнику Теобальдов, который ещё не был рождён. Такова была роль Хексиона.

Хексион был проницательным и умным. Это снискало ему расположение Раги Теобальд. Её мужу было всего за двадцать тогда, а Раге было близко к сорока. Она жила без ограничений, подобно её родителям.

— Ты должен жить ради моего ребёнка.

Она часто повторяла эти слова, и Хексиону это надоедало. Думала ли она, что он тупица? Иногда она тихо гладила его по плечу, шепча за его спиной: «Даже твоё дыхание здесь — благодаря моему ребёнку, ещё не рождённому. Хорошая еда, которую ты ешь, прекрасная одежда, даже земля, на которой ты стоишь, — всё благодаря тому ребёнку, которому ещё предстоит появиться».

— Ты никогда не должен забывать.

Хексион думал, что полностью понимает её. Но это было не так. Вес взрослых дел был слишком тяжёл для ребёнка, чтобы понимать, а в семье Теобальд не было нежных взрослых, чтобы объяснить.

Затем, ровно пять лет спустя, родилась Леона Теобальд.

Хотя Хексион был усыновлён ради Леоны, он редко видел ребёнка после её рождения. Новорождённый ребёнок. Рага часто гуляла с ней в саду, и Хексион мог только наблюдать из окна со своим наставником. Однако, по мере того как она росла, он изредка видел её за едой.

Затем наступил тот день. День грандиозной вечеринки в особняке, когда Хексион осознал, что живёт исключительно ради Леоны. Он был вынужден осознать это весьма раздражающим образом.

Ребёнок только начал ходить, научившись ползать с поразительной скоростью. Няня постоянно следовала за ребёнком, но малыш в движении был непредсказуем.

— Госпожа председатель...! Мисс Леона пропала!

Няня, охваченная паникой, приблизилась к Раге. Хексион, который притворялся весёлым рядом с Рагой, наблюдал, как выражение её лица тут же ожесточилось.

— Немедленно найдите её!

Поместье было огромным, хотя казалось маловероятным, что Леона покинула его пределы. Взрослые, осознав, что ребёнок из семьи Теобальд пропал, сообща начали поиски Леоны. Для юного Хексиона это была не более чем грандиозная игра в прятки.

«Очевидно, куда она могла пойти...»

Игнорируя растерянных взрослых, Хексион направился в сад напротив. Там был большой пруд, от которого Леона часто не могла оторвать глаз во время прогулок с няней. Хексион быстро пошёл к нему, и, конечно же, там была малышка, заворожённая рыбой, наклонившаяся осторожно к воде.

Выглядело это немного опасно.

Хексион ускорил шаг. Как только он достиг место, тело ребёнка накренилось. Хексион поспешно вытянул руку и успел схватить ребёнка за руку. Глаза ребёнка расширились от шока, и затем…

— Ва-а-а-а!

Последовал громкий вопль. Плач ребёнка наконец привлёк внимание прислуги. Вскоре после этого поспешно прибыла Рага. А Хексион передал Леону обратно няне. Но ребёнок продолжал безутешно плакать.

Размышляя, почему она так много плачет, Хексион заметил, как Рага, только что узнавшая о состоянии ребёнка, приблизилась к нему с сильно сердитым выражением.

Шлёпок!

— Что, чёрт возьми, ты сделал, чтобы вывихнуть ей руку?!

— А.

Казалось, хрупкие суставы ребёнка не выдержали силы его тяги, и её рука вывихнулась. Ни трещины, ни перелома — лишь небольшое смещение сустава. Но Рага была разгневана, а Хексион был совсем молод. Получить пощёчину на глазах у всех было немного неловко для него. Поэтому он с вызовом встретил взгляд Раги и ответил:

— Я должен был позволить ей упасть в пруд вместо этого?

— Что ты сказал?

— Я оттянул её, потому что она почти упала.

Хексион начал защищаться. Однако лицо Раги не смягчилось, скорее оно потемнело. Рага свирепо смотрела на Хексиона, затем резко развернулась и унесла юную Леону. Перед исчезновением Рага что-то прошептала няне, но они были слишком далеко, чтобы Хексион услышал. Он всё ещё не понимал, в чём проблема. Пока он просто потирал свою жгучую щёку, находя утешение в том, что, возможно, пропустит скучную вечеринку.

Осознание настигло его следующим утром. Его обычный помощник отсутствовал. Когда он вышел из своей комнаты, чтобы позвать проходящего сотрудника, ответа не последовало.

Хексион шёл по коридору в своих домашних тапочках. Что-то явно было не так, но он не мог понять что именно. Его наставник, назначенный на утро, не пришёл, и неудивительно, что не было никого, чтобы приготовить его обед. К этому времени Хексион осознал: «Ах. Это наказание, которым Рага Теобальд одарила меня».

— Деймон.

Хексион приблизился к садовнику, с которым иногда разговаривал. Но Деймон продолжал подрезать деревья, как будто Хексиона не было. Хексион стоял, наблюдая за ним некоторое время, но садовник не встречал его глаз.

Хексион тихо потащил ноги обратно в особняк. На его этаже было абсолютно тихо. Всякий раз, когда он мельком замечал проходящего сотрудника и пытался заговорить, они отмахивались, притворяясь, что его нет.

«Ты существуешь благодаря Леоне».

Только тогда Хексион осознал тяжесть этих слов. Он был здесь ради Леоны и поэтому никогда не должен причинять ей вред. Причинив вред Леоне, он теперь был как невидимка в этом особняке. Хексион стал призраком с того дня.

Будь Хексион типичным подростком, он, наверное, умолял свою мачеху или цеплялся за кого-то, рыдая. Вместо этого Хексион спокойно размышлял о наказании, наложенное на него. «Довольно новаторское», — подумал он. — «И изобретательное». Он счёл это эффективным.

Голод привёл его на кухню, поскольку никто не обращал на его действия внимания. Он нагло прошёлся внутрь, взял немного хлеба и вышел. Естественно, персонал продолжил игнорировать его, как будто он был невидим.

Хексион вытерпел неделю таким образом.

Сначала он верил, что сможет справиться без проблем. Но наказание затянулось дольше, чем ожидалось. Проводить время за чтением книг в библиотеке не могло длиться вечно. Одно утро, поднявшись с запутанной постели, Хексион усомнился в своём собственном существовании.

Неделя превратилась в две. Без взаимодействия с кем-либо его чувства постепенно притуплялись. Но наказание Раги продолжалось.

Прошёл месяц. Действительно, целый месяц без того, чтобы услышать своё имя. Однажды, умывая лицо, Хексион поймал своё отражение в зеркале и произнёс вслух:

— Хексион.

Имя, которое не произносилось более месяца, казалось, тускнело в его сознании. Но оно не казалось чем-то особенно значимым.

Вытерев лицо, Хексион вышел из ванной. Честно говоря, это не показалось ему особым ударом. Но, несомненно, был нанесён психологический ущерб.

Осознавая своё дезориентированное сознание, Хексион остановился у окна, обдумывая ситуацию. Что могло разрешить это? Если бы он высказал простую мысль, это было бы: «Я чувствую, что просто хочу покончить со всем».

Хексион размышлял с безмятежным выражением лица. Разве известный актёр однажды не сказал, что человек с хорошими манерами, кажущийся идеальным во всём, может однажды потерять контроль и пойти вразнос? Хексион подходил такому описанию идеально.

Тем не менее, Хексион не имел намерения прибегать к насилию. Он, по сути, был не глуп. Носиться вокруг с безрассудными порывами только нарушать его собственную жизнь. После долгих размышлений Хексион наконец слегка улыбнулся и вышел из комнаты. Хотя ему было всего шестнадцать, это казалось самым необычным способом, с которым он мог бы справиться с ситуацией.

Намеренно прогуливаясь, он направился к главному зданию. Персонал продолжал игнорировать его. Они могли бы предположить, что он идёт извиняться перед Рагой Теобальд, своей мачехой. Однако Хексион направился на четвёртый этаж, где была комната Леоны Теобальд, а не на пятый, где проживала Рага. Вот тогда-то и началось волнение в особняке. Связанные противоречивыми приказами, сотрудники не могли обратиться к нему напрямую, но присутствие Хексиона в комнате Леоны было весьма пугающим.

— О, мисс. Пойдёмте на прогулку?

Няня поспешила забрать Леону из комнаты. Но Хексион был быстрее, протянув руки, чтобы взять Леону. Тело и выражение лица няни застыли.

Хексион держал юную Леону. Её ранее вывихнутая рука, должно быть, восстановилась давно. Несмотря на то, что Хексиона она не видела часто, Леона не плакала. Она лишь смотрела на своего брата, не связанного кровью, любопытными глазами.

— А, о, о-о-о.

Леона лепетала, указывая на лицо Хексиона. Приблизив её, она ткнула его в щёку. Говорят, дети больше всего интересуются лицами, и это казалось правдой. Хексион, как всегда, был прав. Глядя на неё, он подумал: «Ах, как давно я не получал ответа». Игнорируя няню, которая не могла оторвать от него глаз, Хексион вышел. «Просто продолжайте игнорировать меня, как делали».

Пока Хексион уводил Леону, никто не вмешивался. Возник конфликт приказов. Хексион не планировал ничего радикального с Леоной. Он лишь намеревался передать сообщение Раге Теобальд: пора положить конец этому скучному фарсу.

Хексион направился в свою комнату, неся Леону. Вес и тепло ребёнка были непривычными для него. Возможно, чувство новизны было ещё больше, потому что он редко контактировал с людьми.

— Увмо.

— Ты ищешь свою няню?

Леона крепко вцепилась в воротник Хексиона. Глядя на ребёнка, он заговорил без особой мысли.

— Хексион.

— …

Широко раскрытыми, чёрными глазами девочка с любопытством смотрела на него. Хексион повторил:

— Хексион. Это моё имя.

Губы ребёнка пошевелились, как будто она пыталась повторить звук. Леона, быстро начавшая ходить и говорить по сравнению с другими детьми, была гордостью семьи Раги, воплощающая в себе все их лучшие черты. Она расплылась в яркой улыбке.

— Хеш.

— Хм.

Хексион решил, что он удовлетворён этим. Не прошло и часа, с того момента как он пришёл с ребёнком, и Рага Теобальд ворвалась в комнату в сопровождении прислуги.

— Что, чёрт возьми, ты делаешь?

— А, я вижу, ты теперь разговариваешь со мной.

— Ты…!

— На мгновение я подумал, что проклят, как принцесса из сказки.

Хексион усмехнулся, с намёком на насмешку в его словах. Няня бросилась вперед, и Хексион охотно отдал ребёнка. Он никогда не собирался удерживать её. Тем не менее, он почувствовал лёгкое разочарование, когда тепло покинуло его руки. «Ах», — размышлял Хексион про себя, — «Леона была первым человеком, с которым я говорил за месяц,  если можно это назвать разговором». Он поначалу верил, что тепло и лепет ребёнка были приятные, и затем он осознал кое-что.

— Я хотел бы проводить больше времени с Леоной.

— …

— Со всей искренностью.

Только Леона Теобальд могла противостоять Раге Теобальд. Хотя сейчас была всего лишь ребёнком, был шанс, что она вырастет в грозную союзницу. Хексион решил излить свою привязанность на Леону. Чтобы однажды она могла предпочесть его собственной матери.

Справедливости ради, Рага была занята бизнесом и не совсем соответствовала образу идеальной матери. Не то чтобы Хексион винил её; она делала всё возможное для Леоны и справлялась превосходно. Он же, имея большое количество свободного времени, решил взять инициативу в свои руки. Тонкая улыбка мелькнула на его губах, что заставило Рагу Теобальд нахмуриться.

— Думаешь, можешь делать что угодно с нашей семьёй? От тебя просто полностью отвернутся.

— Учитывая моё воспитание, было бы довольно расточительно для тебя сделать это. Тебе будешь трудно найти такого способного ребёнка, как я.

Рага свирепо смотрела прямо на Хексиона, и он встретил её взгляд не дрогнув. Это Рага отвела взгляд первой после напряжённого обмена репликами.

— Если что-то подобное повторится, я не спущу это с рук.

— Пока ты не устраиваешь детских выходок, в этом не будет никакой необходимости.

Дверь захлопнулась с грохотом, когда Рага вышла из комнаты. Хексион смотрел на дверь некоторое время, прежде чем отвернуться. Возможно, эти детские стычки прекратятся теперь. Одно это было приятным событием для Хексиона. В последующие дни прислуга вновь стала приносить ему еду и наставники снова начали посещать.

Хексион не мог сдержать маленькую, понимающую улыбку. Хотя у него не было таланта к воспитанию, он взял руководство по уходу за детьми из библиотеки, прежде чем вернуться в свою комнату.

Всякий раз, когда он чувствовал приступ ярости и желание убивать на вечеринках или деловых встречах, куда его тащили Рага Теобальд или её муж, Хексион бросал взгляд на руководство по уходу за детьми.

— Так я должен общаться с тобой, приёмным ребёнком с другими корнями?

Сверстник, присоединившийся к нему на деловой встрече, смотрел прямо на Хексиона, бросая вызов. Хексион рассматривал его, как если бы он был просто насекомым. Возможно, этот взгляд раздражал другого мальчика, так как он устроил истерику, пока Хексион не положил ей конец быстрым ударом по голени. Рага, сама находила мальчика раздражающим, казалась не решалась вмешиваться. Кроме того, она была,  как правило, равнодушной мачехой для Хексиона, за исключением случаев, когда дело касалось Леоны.

Бывали дни, когда ему хотелось уничтожить и руководителя, и его сына. Так что однажды он вернулся в свою комнату с другим руководством по уходу за детьми, игнорируя работников, которые смотрели на него, как на аномалию.

Скрип.

— Хексион!

Леона, которая начала ходить и говорить самостоятельно, часто посещала его комнату. Это было отчасти из-за того, что Хексион не отказывал ей во встречах, а отчасти потому, что он регулярно навещал её сам. Её отец был занят, наслаждаясь состоянием Раги, а сама Рага была завалена деловыми обязанностями.

Хексион усадил Леону к себе на колени, играя с ней одной рукой, пока пролистывал руководство по уходу за детьми другой. «Я не думаю, что я вёл себя так в детстве», — размышлял он над проблемным поведением, перечисленным в книге. «Возможно, Леона была такой», — подумал он, закрывая книгу.

— Как прошёл день? — спросила Леона.

— О, — Хексион ответил откровенно: — Мне хотелось убить всех.

— Убить?

— Да.

Конечно, это не способствовало эмоциональному развитию ребёнка. Он чувствовал, как няня пристально смотрит на него. Хексион был хорошо осведомлен о своих внутренних склонностях к насилию и знал, как их контролировать. Леона недоумевала над его словами, склонив голову в замешательстве. Но у него не было намерения дальше объяснять ей это. По крайней мере, он надеялся, что она не унаследует эту черту от него. Забавно, ведь манера речи Леоны все больше походила на манеру речи Хексиона. Это раздражало Рагу, но она ничего не могла с этим поделать; Хексион проводил значительно больше времени с Леоной.

Ребёнок рос быстро. В отличие от Хексиона, Рага отправила Леону в школу. Он никогда не забудет, что аккуратно заплетенные волосы Леоны были в беспорядке, когда она вернулась домой после своего первого дня. Как говорится, «ккровь не водица». Леона, как и её мать, была весьма искусна в установлении иерархии.

Время шло, и Леона росла. В это время Хексион, едва ему исполнилось двадцать, ушёл на войну. Вернувшись, он обнаружил, что его позиция в компании ослабла. Кто знал, что замышляла Рага Теобальд? Конечно, ограничение его позиции не сломило бы Хексиона.

Тот год был особенно изнурительным. Эти воспоминания всё ещё заставляли его кровь кипеть. Хотя Рага не осмеливалась бросать ему вызов прямо сейчас, тогда было иначе. Несмотря на её обещания, что он будет заменой для Леоны, она начала видеть в нём угрозу. Во время каждой трапезы Хексион говорил:

— Не будь слишком настороженной.

— Что? Когда это я была? — огрызалась Рага, обороняясь.

— Кажется, ты действительно напугана.

— …Ты.

Хексион отмахнулся от своих комментариев, как от шуток, но и Рага, и её муж знали правду. Лишь Леона, балансирующая на грани подросткового возраста и погружённая в свои мысли, оставалась безразличной, склонив голову над тарелкой.

В разгар всего этого Хексион получил звонок. Американскому агентству требовалось руководство от некоего Хексиона Теобальда.

— Я Элайджа Бейкер, директор Бюро специального управления.

Элайджа выглядел заметно обеспокоенным. Сердце Хексиона забилось чаще, не от страха, а от другого рода трепета. Это чувство было чуждым, но опьяняющим.

Встреча с отчаявшимся американским директором в то время, когда должен был быть выходной Хексиона, была настоящим испытание. Ему было трудно искренне  сопереживать Элайджа, который, казалось, был на грани обморока. Хексион осознал, что не был бы удивлён, если бы мужчина упал замертво прямо здесь и сейчас. Но настойчивость Элайджа была заразительной.

— Стадия «Буйства» — 98%.

Когда Хексиона наконец привели к сдерживаемой катастрофой, его глаза расширились от интереса.

— Ну и ну.

Это было то, что он мог оценить по достоинству.

— Целовать кого-то, не зная цвета его глаз, серьёзно?

Катастрофа, способная танцевать только на его ладони. Ничто не было слаще для Хексиона. Как сделать эту силу природы его личным ураганом? Спутник, который однажды, возможно, взорвётся рядом с ним.

— Хексион?

В конце коридора появился Ноль Девятый. Как только Хексион увидел его, на его лице мелькнула мимолётная улыбка. Ах, какое идеальное время. Хексион почувствовал импульс, разрушительное позыв, тянущий его, желание задушить тех, кто направлял свою враждебность на него, желание, чтобы они все погибли.

— Ноль Девятый.

Голос Хексиона был мягким. Ноль Девятый остановился, слегка вздрогнув, пока Хексион приближался без колебания.

— Погоди, твой лоб…

— Не беспокойся об этом. Скоро остановится.

Хексион легкомысленно отмахнулся, чувствуя кровь, заливающую одну сторону его лица, пока он приближался к Ноль Девятому. Крепко сжимая его голову, он поцеловал его. Ноль Девятый издал слабый звук удивления, но Хексион, не смутившись, впился в его нижнюю губу и скользнул языком внутрь.

Хексион почувствовал, что ему сейчас нужно немного руководство. Несмотря на то, что он проводник, ему нужно было что-то, чтобы подавить этот нарастающее желание. И для Хексиона это был Ноль Девятый. Катастрофа. Сладкое слово. Возможно, он мог бы быть тем, кто не позволил бы Хексиону столкнуться с хаосом в одиночку, когда тот не в силах сопротивляться импульсу.

— Хексион, помедленнее…

Ноль Девятый слегка повернул голову, чтобы говорить, но Хексион настойчиво захватил его губы. Кровь смешалась со слюной, и в конце концов Ноль Девятый прижал Хексиона к стене, не забыв положить руку, чтобы смягчить удар между Хексионом и стеной. Ах, действительно своего рода катастрофа.

— Моя катастрофа.

Он произнёс то, что не говорил давно. Дыхание Ноль Девятого прервалось, затем его язык закружился в дикий танец с языком Хексиона. Хексион молча усмехнулся.

Рука Хексиона грубо потянула Ноль Девятый за шею. Язык скользнул глубоко, чувствительно облизывая нёбо. «Моя катастрофа, быстро учится», — подумал Хексион, делясь слюной, окрашенной кровью. Влажный звук сплетённых языков слабо отозвался в пустом коридоре. Тяжёлые вздохи вырывались между слегка разомкнутыми губами. Ноль Девятый кусал свои губы, пытаясь сохранить некоторое подобие самоконтроля, прежде чем слегка отстраниться. Губы были красными от предшествующего контакта. Подняв руку, Хексион нежно прижался к этим губам, отмеченным кровью.

— Твоя травма?

— Ты слишком много беспокоишься.

Слова застревали в горле у Ноль Девятого, но он не стал их произносить, сосредоточившись на том, чтобы стереть кровь с лица Хексиона. Алая капля скатилась с кончика его большого пальца. Хексион повернул голову и легонько прикусил покрасневший палец. Ноль Девятый слегка наморщил лоб.

Он пытался сдерживаться, а Хексион явно стремился его спровоцировать. И что хуже всего — у него это прекрасно получалось.

— Хексион, прошу…

— Ты прекрасно знаешь, как меня дразнить.

Зажатый между Ноль Девятым и стеной, Хексион коротко усмехнулся. Ткань его дорогого костюма скользнула, а его бедро проскользнуло между ног Ноль Девятого, вызывающе прижимаясь и двигаясь. Хексион не сдержал смешка.

— Для того, кто беспокоился…

Он уже был наполовину возбужден, и Хексион чувствовал его твёрдый член своим бедром. Ноль Девятый прикусил губу. Взгляд Хексиона вновь медленно скользнул по нему, и, не выдержав его интенсивности, Ноль Девятый схватил его за руку, развернул и буквально втянул в ближайшую комнату.

Щелк.

Ноль Девятый стоял спиной к двери, глядя на Хексиона. Кровь, казалось, остановилась — значит, рана была неглубокой, но засохшее кровавое пятно на его щеке все еще было видно. Он запер дверь.

Неясно было, для чего предназначалась эта комната, но ее спартанский и неухоженный вид выдавал в ней одну из многочисленных гостевых. Намеренно избегая встречи с глазами Хексиона, Ноль Девятый прошел в ванную, намочил полотенце. Вернувшись, он произнес, не глядя на него:

— Давай сначала уберем кровь.

Он подвел его, чтобы тот сел, намеренно минуя кровать и выбрав диван. Хексион прищурился, уселся и принялся молча наблюдать. Ноль Девятый упорно избегал его взгляда.

Прохладная ткань полотенца нежно скользнула по щеке Хексиона, приблизилась к ране, осторожно очищая кожу вокруг. Легкое нажатие на поврежденное место показало, что кожа слегка порвана. Ноль Девятый хмуро разглядывал неожиданно длинную царапину.

— …Это из-за меня?

— Это из-за меня.

— Не играй в слова.

— Ноль Девятый.

— …

Даже когда кровь стерли, лицо Хексиона оставалось бледным. Он улыбался, несмотря на глубокую рану на лбу. На его холодном, казалось бы, бесстрастном лице рана выделялась ярким алым пятном. Ноль Девятый не мог отвести взгляд. Вернее, было точнее сказать, что он не хотел его отводить.

Зная это, Хексион мягко забрал из рук Ноль Девятого запачканное красным полотенце и отшвырнул его на стол. Подавшись вперед, он вызывающе поймал его взгляд, всем телом прижимаясь к его бедру.

Торс Ноль Девятого отклонился назад, но Хексион мгновенно последовал за ним, нежно прикусив его подбородок. Пальцы Ноль Девятого сжались. Хексион говорил таким тоном, будто был снисходителен уже достаточно долго:

— Кажется, все, что меня беспокоило, решено.

— Подумай о своем состоянии.

— Я крепче, чем ты думаешь. Моя катастрофа.

Хексион легко толкнул Ноль Девятого на диван, заставив его лечь. Ноль Девятый прикусил губу. Он мог сопротивляться, если бы хотел. Конечно, он не был не в силах одолеть Хексиона. И все же…

Изящно, как хищник, Хексион взгромоздился на Ноль Девятого, который не мог его остановить. Он был полностью во власти Хексиона, и оба они отлично это понимали. Поэтому Хексион действовал так уверенно. Ноль Девятый нервно сглотнул, его узкие серые глаза наблюдали за напряженной фигурой над собой. Бледные пальцы скользнули вниз по груди Ноль Девятого, прикрытой рубашкой.

— То, что ты показываешь, — не то, что ты чувствуешь на самом деле.

Рука Хексиона остановилась у сердца, ощущая сильный, полный ожидания стук в напряженном теле. Он плотно уселся на него, тихо усмехаясь про себя. То, что было полувозбуждено ранее, теперь налилось кровью и давило на его нижнюю часть живота. Склонившись над Ноль Девятым, теперь целиком распростертым на диване, Хексион прошептал у самых его губ:

— Я никогда не говорил, что тебе нужно сдерживаться со мной.

Высокомерные слова, но подходящие ему как нельзя лучше. Ноль Девятый стиснул зубы. В одно мгновение его руки впились в талию Хексиона, притягивая его вниз, к своему собственному набухшему члену. Несмотря на насмешливую ухмылку, Хексион не выглядел расслабленным. Их возбужденные тела, разделенные лишь тканями классических брюк, терлись друг о друга.

Хексион горячо выдохнул, его дыхание участилось. В ответ Ноль Девятый впился зубами в нежную кожу на шее Хексиона.

Хексион коротко рассмеялся, наслаждаясь тем, как они  снова сплелись телами с Ноль Девятым. Эспер почувствовал странное ощущение поражения, осознав, что вновь поддался Хексиону.

***

Дыхание срывалось, вырывалось медленно. Шелест рубашек, трущихся друг о друга. Влажные, причмокивающие звуки языков, скользящих по сухой коже, мягко отдавались эхом между ними. Большие, мозолистые руки торопливо сбросили слабо державшиеся на плечах рубашки. Бледные, с проступающими венами пальцы крепко впились в талию Хексиона. Опираясь руками на плечи Ноль Девятого, Хексион придвинулся ближе. Одно лишь трение, интимное напряжение и движение — уже возбуждало.

Короткие, резкие вздохи вырывались у Ноль Девятого. Со змеиной улыбкой Хексион ощущал упоение от власти над тем, кого другие считали катастрофой, несущей конец света. Это было грязное желание, и оба они это знали.

Те сиреневые глаза, что теперь без стыда встречали его взгляд, прямо говорили об этом. Глаза, что когда-то избегали его, теперь пристально наблюдали, разбирали его на части мягким, но ненавидящим его убожество взглядом. Хексион провел языком по сухим губам.

Стройными пальцами он откинул рубашку Ноль Девятого, позволяя рукам неспешно блуждать вниз по его телу. Сухой шелест, сопровождавший движение его ладоней по коже, был тихим. Вслед за ним — щелчок, звук расстегиваемой пряжки, прозвучавший с особой напряженностью, заставил Хексиона безвольно улыбнуться:

— Не напрягайся.

С силой стаскивая брюки, он позволил пряжке ремня с грохотом упасть на пол. Одной рукой Хексион грубо расстегнул и стянул вниз его брюки и нижнее белье. Неопровержимое доказательство желания Хексиона высвободилось наружу, нетерпеливо прижимаясь к нижней части живота.

18+

Кто-то нервно сглотнул, и было невозможно разобрать, кто именно. Хексион кое-как стащил с себя нижнее белье и брюки, оставив их под диваном, прежде чем грубо усесться на Ноль Девятого, чье собственное белье обнажилось, когда поддалась пряжка.

На коже, где давили подтяжки, остались следы темно-красного цвета, когда одежду стащили вниз. Вместо того чтобы торопить его, Ноль Девятый просунул палец под подтяжку, нежно проводя указательным пальцем по лёгкой вмятине.

— Это что, твой фетиш?

— …

Ноль Девятый хранил молчание, что вызвало у Хексиона снисходительную усмешку. Затем он медленно надавил на белье Ноль Девятого, вырывая приглушенный стон. Хексион, чья бледная кожа начинала розоветь, не был уверен, был ли румянец на его щеках от крови или от жара ситуации. Ноль Девятый смотрел на него снизу вверх через прищуренные глаза.

— Сосредоточься, — скомандовал Хексион, двигая бедрами размеренными, обдуманными движениями над бельем Ноль Девятого. Ощущения были такие, чтобы пересохло во рту. Ноль Девятый сменил хватку на талии Хексиона, тонко направляя движение, пока тот не испустил короткий вздох.

— …И куда делась твоя былая сдержанность?

— Ты бы всё равно не позволил мне уйти.

— Что ж, это верно.

Если бы он убежал, он бы догнал его и притащил обратно, как и сказал Хексион, словно шутя. И все же Ноль Девятый понимал, что это не была просто шутка. Их общее дыхание, чей источник был не разобрать, наполняло пространство между ними. Поскольку трение превращалось во что-то более интимное, их одежда стала слегка влажной.

Хексион ощутил влагу на своих губах и слегка приподнял бедра. Тихий стон разочарования вырвался у Ноль Девятого.

— Ты обычно не так нетерпелив, — заметил Хексион, наблюдая за ним, пока стаскивал белье Ноль Девятого. Его член высвободился, коснувшись бедра Хексиона, на что тот отозвался довольным звуком, усаживаясь без смазки. Это заставило Ноль Девятого глубоко нахмуриться.

— Хексион.

Ответа не последовало. Было ясно, что Хексион намерен действовать так, как ему вздумается. Ноль Девятый был озадачен, возможно, даже раздражен. Почему Хексион вел себя так шаблонно? Даже акт, который они называли «руководство», оставался механическим ритуалом. На губах Ноль Девятого заплясала улыбка.

— Это потому, что ты раньше ни для кого не раздвигал ноги…?

С этим шёпотом Ноль Девятый двинулся. Хексион, застигнутый врасплох, откинулся назад. Ноль Девятый приподнял таз Хексиона и мягко усадил его, естественно беря на себя управление. Мягко улыбаясь, удобно расположившись между раздвинутых бёдер Хексиона, он заметил:

— Ты просто не умеешь получать удовольствие. И как же выходит, что ты притворяешься, будто не знаешь то, что понимаю даже я?

Хексион, всегда непостижимо спокойный, пробудил в Ноль Девятом нечто, что теперь отказывалось оставаться погребённым. С выражением удивительного спокойствия, несмотря на их позу, Ноль Девятый мягко прижал колено Хексиона, и его спина естественно выгнулась.

— Полагаю, у меня никогда не будет обычного секса, раз первое, чему я научился в этом мире, — было это.

С этими словами Ноль Девятый усилил нажим на бедро Хексиона, наклоняясь вперёд. Его дыхание коснулось разгорячённой кожи Хексиона, вызвав видимую дрожь. Влажный язык Ноль Девятого скользнул по входу Хексиона, и, когда язык встретился с нежной кожей, Хексион напрягся, резко вздохнув.

Хексион обдумывал то, что делал Ноль Девятый. Вопреки ожиданиям, он не получал столько удовольствия, сколько ожидал. Острая чувствительность заставляла его пальцы ног покалывать. Словно существо, вкушающее нечто новое, Ноль Девятый вылизывал внешние края, не проникая глубже. Его слюна пропитала область, и влажность усиливалась с каждым движением языка, заставляя Хексиона вздрагивать от каждого прикосновения.

Хексион давно считал, что переносить небольшую боль — часть доминирования над другим. Ничего нельзя достичь, не отдав что-то взамен. И в смешении тел некий дискомфорт был приемлем, если не желанен. Это было словно он доказывал свою неуязвимую природу перед любым вызовом.

Никто и никогда с лёгкостью не покорял крепость по имени Хексион — ни жестокие приёмные родители, ни враги на поле боя. И всё же Ноль Девятый, существо, не знакомое с обычаями этого мира, быстро обнаружил и использовал его уязвимости.

Язык, нежные ласкающий его, двигался с точностью. Где-то в области промежности зародилось иное ощущение. Хексион попытался отстраниться, но твёрдая хватка Ноль Девятого удержала его на месте. Хотя его никогда не побеждали грубой силой, каждый противник был разным. И никакая обычная сила не могла усмирить эту бурю в его руках.

— Будь благоразумным, осторожнее...

Голос Хексиона дрогнул. Услышав это, Ноль Девятый убедился, что он на верном пути.

— Нет, — прошептал он, прижавшись губами к коже Хексиона. Он почувствовал, как Хексион стиснул зубы и сильнее прижался к нему. Ноль Девятый ощутил странное облегчение. Почти радость от того, что если кто-то и увидит его столь беззащитным, то это Ноль Девятый.

Наблюдая за поведением Хексиона, Ноль Девятый чувствовал, как внутри него тоже поднимается странное желание.

Одержимо вылизывая и посасывая вход, Ноль Девятый погрузился в процесс. Его слюна размазалась по поверхности, почти затопляя ее.

— Хватит, я сказал…!

Хексион слегка заерзал, но это не имело значения. Ноль Девятый ввел скользкий палец в теперь чрезмерно увлажненный вход. Он наполовину скользнул внутрь, в тесное пространство. Пальцы Хексиона замерли у его рта, попытки сдержаться были очевидны.

С решительной медлительностью Ноль Девятый продвигался глубже, намеренно вылизывая открытые участки кожи. Время от времени ему удавалось мельком увидеть покрасневшую внутреннюю поверхность, что подстегивало его еще сильнее.

Ноль Девятый завороженно смотрел на это зрелище, вводя палец до тех пор, пока снаружи не остались лишь костяшки, наслаждаясь тесным теплом, обволакивающим его.

Из-под полуприкрытых век Ноль Девятый оценивал реакцию Хексиона на каждое движение. При малейшем толчке Хексион издавал пронзительный стон. Хотя его лицо было в основном скрыто руками, реакции Хексиона были ощутимы. Ноль Девятый, с любопытством и без колебаний, мягко и без всякого притворства спросил, двигая пальцем:

— Тебе приятно? Тебе станет легче, если ты ответишь.

Пробормотав это, Ноль Девятый ввел второй палец, и вход жадно принял его почти без заминки. Однако тесные стенки сжимались плотно. Твердыми раздвигающими движениями Ноль Девятый растянул область, чтобы всунуть внутрь язык, выманивая ответ — нежный и безжалостный одновременно.

— Ах, нгх…

В то время как Ноль Девятый проникал через слои своим скользящим языком, черты лица Хексиона исказились от сопротивления. Ненасытное наслаждение охватило его. Заметив легкое дрожание решимости Хексиона, он поднял взгляд, глаза стали холоднее прежнего, оценивая его состояние.

Но Ноль Девятый оторвал губы от кожи, растянувшись в улыбке, не предназначенной для угрозы уничтожения.

— Тебе это очень нравится, — промолвил он, слегка дразня.

Как только Хексион приоткрыл губы, чтобы парировать, Ноль Девятый с силой провел пальцами по определенным точкам внутри Хексиона.

— Ах…!

Мгновенно хватка Хексиона ослабла. Увидев его реакцию, Ноль Девятый всё понял. Хексион играл по своим правилам, и теперь Ноль Девятый решил поступить так же. Не ослабляя нажима, он продолжил давить именно туда, где Хексион только что отозвался, — не мучая и не дразня, но достаточно сильно, чтобы у того свело пальцы на ногах.

— Хм…!

Эти сладостные, хаотичные звуки. Ноль Девятый ненадолго замер, наблюдая за ним, на мгновение вынул пальцы, чтобы вытереть влажный рот, но его пальцы не прекращали своего соблазнительного исследования. Глухие, влажные звуки наполняли воздух ритмичной грацией.

— Кажется, тебе это очень нравится, — заметил Ноль Девятый, почти смущённо.

Уголки губ Хексиона дёрнулись, складываясь в новую улыбку, пока он шептал небрежный, отрывистый ответ, а Ноль Девятый повторял ласку. В этой симфонии доминирования и понимания Ноль Девятый оставался верен тому, чтобы направлять каждое ощущение — без страха и нетерпения, приглашая Хексиона в опыт, принадлежащий только им двоим.

18+

— А…!

Сдавленный стон вырвался, не успев быть проглоченным. Ноль Девятый не дал ему ни единого шанса снова сомкнуть губы. Твёрдой хваткой он надавил на точку, которую Хексион не мог вынести. Нога Хексиона задрожала, и Ноль Девятый, той самой рукой, что вытирала рот, схватил его за лодыжку.

— Хаа… ах…!

Прозрачная жидкость, а не семя, сочилась из члена Хексиона, туго прижатого к низу живота. Ноль Девятый счёл это зрелище приятным и нежно потеребил то место, которое только что так сильно давил. Тело Хексиона изящно содрогнулось. Ощущая эту дрожь через соединённые тела, он испытывал удовлетворение. Однако даже трёх пальцев было всё ещё недостаточно, чтобы вместить его собственный член. Он нежно провёл большим пальцем по лодыжке Хексиона, не отпуская её.

— Разве тебе не нравится удовольствие? — спросил Ноль Девятый, вводя до конца третий палец. — Я так думал и в прошлый раз.

Он, казалось, не благоволил к боли, и Ноль Девятый начал серьёзно размышлять о предпочтениях Хексиона. Хотя его и похитили в юности, лишив соответствующих знаний — даже если бы они и были, они давно стёрлись, чтобы служить путеводной звездой, — он всё же прилагал усилия. В ответ прозвучал тихий, полный боли стон. Было забавно видеть нечто столь неподготовленное, но насильственно расширенное.

— Если не хочешь отвечать — не надо.

Я просто буду делать то, что хочу.

Ноль Девятый продолжил двигать тремя пальцами, погружёнными до предела. Чувственные, влажные звуки и приглушённые стоны наполнили пространство над диваном.

* * *

— Хаа… ах…!

Хексион из последних сил пытался открыть затуманенные глаза, впиваясь пальцами в диван. Большая тень нависла над его телом, возвышаясь на диване. Ноль Девятый упорно работал пальцами во входе Хексиона, вместо того чтобы использовать себя. Хотя он медленно расслабился, он предпочёл растягивать и мучить, нежели проникать.

— Ах…!

Еще одна струйка белой жидкости скатилась по животу Хексиона на кожаную обивку дивана. Семя от предыдущих кульминаций уже скопилось рядом с диваном, а часть стекала по его краю. Стоя на одном колене на диване, одной ногой на полу, он непрерывно дрожал. Напряжение, необходимое для удержания позы, заставило синие вены выступить наружу.

Ноль Девятый смотрел на спину Хексиона, который терпел, уткнувшись лицом в диван, без единой мольбы или отвращения. Этот человек, казалось бы, гений этого мира, в такие моменты вел себя так глупо. Он не произносил мольбы о конце, но и не выражал надменности, без конца поглощая предлагаемый ему пыл, словно был способен вместить любое предложенное ему возбуждение. Как будто всепоглощение действительно было возможно.

Ноль Девятый мягко извлек свои пальцы, которые так долго двигались внутри, что слегка побелели от влаги. На них остались следы: слюна, смазка — кто знал? Напряжение Хексиона ослабло, когда он глубоко выдохнул, наконец-то расслабив скованные мышцы.

Хф, хф. Ноль Девятому было интересно, какое выражение лица было у него сейчас. Доведя его до кульминации трижды одними лишь пальцеми, даже Хексион должен был счесть это вызовом. Ноль Девятый склонился над ним, взяв его за подбородок рукой. Тихий смешок вырвался из его губ.

— ...Я не ожидал такого выражения.

Ноль Девятый внимательно изучил лицо Хексиона, прежде чем легонько поцеловать его в ухо. Его губы, казалось, были крепко прикушены, добавив немного цвета. Бледный цвет лица контрастировал с краснотой вокруг глаз. Слюна, которую он не успел проглотить, испачкала его подбородок, а серые глаза были как-то странно затуманены, словно он пытался вернуть самообладание. Выглядевший нежным, Ноль Девятый поцеловал его ухо, выпрямив осанку. Наконец, прижав свою болезненно возбужденную плоть ко входу, он усмехнулся нарастающему напряжению.

— Когда еще я смогу держать тебя в таком напряжении?

«Ты всегда заставляешь меня танцевать на твоей ладони», — прошептав это, Ноль Девятый резко двинул бедрами вперед.

— Нгх...!

— ...Фууууу.

Хотя и расслабленное пальцамь, предел расширения отверстия был вскоре превзойден, и неумолимое давление прекратилось. Когда ощущение усилилось, Ноль Девятый стиснул зубы, а Хексион резко вдохнул, прикусив губу. Вскоре от давления губа начала кровоточить. Наклонившись над спиной Хексиона, Ноль Девятый произнес:

— ...Все было бы хорошо, если бы ты мог просто расслабиться, но ты?..

Его руки ещё крепче сжали бедра Хексиона. Затем, едва войдя наполовину, он снова резко двинулся вперед. Резкое ощущение вызвало у Хексиона приступ тошноты.

— Ты просто предпочитаешь, когда тебя насильно раскрывают?

Да, точно так. В голосе звучала уверенность. Сознание Хексиона, хотя и затуманенное, цеплялось за мысли. Наблюдательный мелкий паршивец. Прикрыв рот рукой, он подавил рвотный позыв. Размер Ноль Девятого было трудно описать — слово «большой» казалось недостаточным. Ощущение вторжения было сродни выворачиванию внутренностей наизнанку. Но это было не совсем недостатком.

— Ах, ах...

Не в силах сдержаться, Хексион издал протяжный стон. Кончик его члена с трудом выдавал оставшиеся капли выделений. Каждый раз, когда испещренный венами член входил внутрь, вся внутренняя стенка сжималась под давлением, причиняя боль. Даже когда внутренности скоблили, трение пробуждало в нем дрожь. Тяжелое дыхание непроизвольно раздавалось эхом. Но Ноль Девятый не был удовлетворен; он неумолимо продвигался глубже, несмотря на сковывающую хватку.

— Ургх, нгх...!

Зрение помутнело, когда член Ноль Девятого глубоко вошел, достигая мест, которых не должен был касаться. С глубоким вздохом Ноль Девятый замер, погруженный в него, его вес придавил спину Хексиона. Под его ногтями обивочная ткань порвалась в тех местах, где впились пальцы.

— Ммм...

— Может, теперь мне перестать двигаться?

Ноль Девятый, проводя губами по спине Хексиона, поинтересовался. Без промедления Хексион ответил:

— Двигайся...

— Упрямец.

Глядя на тебя, ясно, что ты получаешь удовольствие, заставляя не только других, но и себя самого подходить к краю. Ноль Девятый не высказал этого вслух. Он безрассудно отступил, готовясь к новому толчку. По мере того как удовольствие растягивало внутреннюю стенку, Хексион скрежетал зубами, дрожа бедрами. Вопреки стремлению Хексиона, Ноль Девятый дал волю своему желанию и грубо вошел обратно.

— Аааа!

Не было и паузы, чтобы подавить крик. Мускулистый живот судорожно дернулся. Возможно, почувствовав сухость во рту, Ноль Девятый облизал губы, ненадолго отстранившись. Глухой шлепок, хлюпающий звук, глухой удар. Вместо того чтобы медленно выходить, Ноль Девятый безжалостно входил в него. Хексион чувствовал, как его зрение снова и снова меркнет, колеблясь между мутностью и ясностью. Каждый уход давал ему кратчайшие мгновения, чтобы прийти в себя; но неизбежный толчок возвращал его в туман.

— Ммгх, нгх…!

Непроглоченная слюна вытекала. Его тело было неспособно сохранить хоть какое-то последовательное ощущение среди комбинации выворачивающих чувств и экстаза, начинающегося у основания позвоночника. Искривленные ступни Хексиона яростно дрожали, а он пытался вдохнуть, в то время как Ноль Девятый беспрепятственно входил в него снова и снова.

— Нг-хх, ах! Гх, ух…!

Яростно подавляющие ощущения выжимали дрожащую влагу из члена Хексиона. Хотя до настоящей кульминации дело так и не доходило, постоянное давление на его простату заставляло белую жидкость снова и снова извергаться наружу.

Ноль Девятый тоже был удовлетворен, хотя и без полного наслаждения. Его член был крепко сжит, и это оставляло лишь впечатление, будто его покусывают, — впечатление, которое Ноль Девятый стремился усилить, ускоряя движения бедрами. По мере того как Хексион чувствовал границу своих пределов, каждый резкий толчок сильнее вдавливал его в диван.

«Я не хотел обращаться с тобой так грубо».

Их первый раз вышел неудачным, и ему не нужно было продолжать в том же духе. Но Хексион вел себя так, словно это было необходимо, подталкивая его именно к этому. Ноль Девятый часто чувствовал себя использованным, но сейчас, когда они были вместе вот так, это ощущение было еще острее.

Глухой удар!

Размышляя таким образом, Ноль Девятый вошел глубоко, чувствуя, как его головка плотно устроилась внутри. Ах, тихий вздох сорвался с его губ, когда он вжался еще сильнее, желая проникнуть глубже. Никакой мольбы не последовало — «давай помедленнее» было бы ожидаемой просьбой.

Вместо этого Хексион переносил это просто силой воли. И сейчас Ноль Девятый почувствовал внезапное озарение.

Ах, если бы ты запротестовал, я бы с готовностью согласился.

Ноль Девятый почувствовал, что понимает Хексиона чуть больше. В нем зашевелился импульс: он хотел вовлечь его еще глубже, заставить Хексиона содрогаться еще сильнее. Наблюдая за бледной спиной Хексиона, подергивающейся в спазмах, он медленно извлек свой член и прошептал совсем близко:

— Тебе так нравится боль? — Голос был тихим, словно зуд. — Или, может быть, тебе привлекает быть подавленным под тяжестью другого?

Хотя это было ближе к тому, что Хексион ненавидел, Ноль Девятый намеренно произнес это с усмешкой. Не дав ему возможности возразить, он резко двинул бедрами. Ощущение внутреннего давления, настойчивого проникновения, пока желанное проникновение наконец не вытянуло из него ожидаемое наслаждение. Ноль Девятый притянул бедра Хексиона ближе, вкладывая в движения еще больше силы. Смешавшиеся стоны и прерывистые вздохи, за которыми следовал звук царапающих и рвущих ткань ногтей, перегревали воздух вокруг них.

18+

Ноль Девятый чувствовал, как его дыхание становится все более прерывистым. Первобытное наслаждение. Такое, что его можно ощущать, независимо от партнера. Он криво усмехнулся, с силой подавая бедра вперед. Звуки сталкивающихся тел и влажные шумы от их соединения наполняли пространство. Каждый толчок приподнимал Хексиона, но Ноль Девятый снова и снова притягивал его обратно.

Хексион почувствовал резкий привкус крови на губах. Он не мог это скрыть. Он пытался, но не мог проглотить все. Он бесчисленное количество раз содрогался под подавляющим наслаждением, волнами накатывал жар.

— Угх…!

Внезапно от основания позвоночника Хексиона ударило пронзительное ощущение, заставившее его вздрогнуть. Еще один поток влаги, смешанной с потом, выплеснулся из него, ознаменовав истинную кульминацию. Однако Ноль Девятый еще не достиг своего пика.

— Ах, ох! Угх, угх…!

Наконец, когда глаза Хексиона закатились, а стоны лились из его приоткрытых губ, он приготовился встретить охватившее его наслаждение. Понимая, что тело не убежит — тело, которое терпело без единой жалобы, — Ноль Девятый излился глубоко внутри него, и это пронзительное блаженство разделилось поровну, несмотря на извращенную близость.

Когда Ноль Девятый прекратил движения, напряженная фигура Хексиона слегка расслабилась. Лениво выдохнув, Ноль Девятый посмотрел на влажную спину Хексиона и нежно провел пальцем вдоль его позвоночника.

— Ты же не собираешься заканчивать так скоро?

Ведь это ты начал.

* * *

К тому времени, как он открыл глаза, было уже давно за девять. Ноль Девять сел, ощущая сухие простыни под собой. Голова была в тумане, и он некоторое время сидел в оцепенении. Пробивавшийся сквозь окна свет казался влажным, словно собирался дождь.

Повернувшись направо, Ноль Девятый увидел Хексиона, лежащего неподвижно, словно мертвый. Синяки покрывали его обнаженное запястье и предплечье, напоминая о собственнической хватке, однако следов укусов на коже не было. Губы, разбитые от прошлой жестокости, были рассечены и покрылись корочкой. Понаблюдав за ним мгновение, Ноль Девятый встал, несмотря на очевидную усталость, стараясь не будить его без необходимости. Усилия, потраченные на то, чтобы вытереть его перед тем, как рухнуть в постель, того стоили — кожа осталась сухой, не липкой.

Ноль Девятый ненадолго задумался, а затем снова облачился в одежду, сброшенную прошлой ночью. Хотя в поместье было достаточно прислуги, готовой выполнить любую его просьбу, он предпочитал не обращаться за помощью.

— Пожалуй, прогуляюсь.

В комнате было слишком тихо, что побудило Ноль Девятого пробормотать это самому себе. Рубашка была помята, что вызывало у него легкое смущение, и он закатал рукава. Выйдя в холл в одних только брюках и рубашке, он обнаружил его пустым. Оглядевшись, он направился туда, где чувствовался легкий ветерок. Вскоре он нашел дверь, ведущую в сад.

Скри-и-ип.

Открыв дверь, он взглянул на пасмурное небо и вышел в сад. Тот казался огромным, почти как небольшой лес, с тропинками, тщательно проложенными, чтобы никто не мог заблудиться. Он прогуливался, вдыхая влажный воздух. Странно, но казалось, будто дорожка прилипает к его ботинкам. Таким было это унылое, душное утро, и у него было предчувствие, что эта прогулка не будет приятной.

Кап.

Капля упала рядом с его глазом, заставив его прищуриться.

Кап, кап, кап.

Капли дождя начали падать все чаще, пока через несколько секунды не хлынул ливень. Пройдя уже часть садовой тропинки, Ноль Девятый застыл, уставившись на небо.

Шу-у-ух.

Хотя дождь теперь хлестал как из ведра, и больше походил на ливень, Ноль Девятый оставался сухим. Он обладал силой, чтобы противостоять капризам природы. Подумав о том, чтобы продолжить прогулку, он все же решил against it, так как ему не нравилось, когда подошвы его ботинок намокали, и повернул обратно.

Именно тогда он услышал другой звук, пробивавшийся сквозь ритм дождя. Это был звук дождя, ударяющего по зонту.

— Привет?

Среди ливня он увидел ее — девушку с черными волосами, несущую зонт. Леона. «Настоящая» наследница Теобальдов.

Не зная, как к ней подойти, Ноль Девятый просто смотрел, пока она фамильярно не вздёрнула подбородок и не сказала:

— Иди за мной.

Прямо как Хексион.

Вместе они вернулись в дом и пошли по коридорам. Несмотря на то, что казалось, будто ее всегда должна окружать прислуга, Леона несла зонт сама. Она оставила его, как только они вошли в дом — бросила, словно безжизненное тело, мокрое и капающее на пол.

Щелк, клац.

На ней были изящные туфельки, что являлось строгим, но уместным выбором для помещений. Ноль Девятый какое-то время смотрел на ее спину, наблюдая, как девочка уверенно ведет его по залам. Ни слова не было произнесено. Леона смотрела вперед, а Ноль Девятый следовал за ней, словно тень. Без определенной цели Леона, казалось, бродила бесцельно. Лишь когда она заговорила, как раз когда он начал забывать о ее присутствии, тишина была нарушена.

— Как Хексион?

— Беспокоишься?

— Полагаю, да.

Он на мгновение представил Хексиона на ее месте, подражающего ребенку. Ноль Девятый разглядывал темные волосы Леоны, больше похожие на волосы Хексиона, чем Теобальдов, несмотря на их глубокий серый оттенок у него. Вдали пророкотал гром. Ноль Девятый взглянул в окно коридора. Его лавандовые глаза вглядывались в небо, отмечая отсутствие молний.

— Когда Хексион уехал в Америку, это удивило меня.

— Показалось нехарактерным для него?

— Возможно. Мы провели так много времени вместе, но Хексион остается загадкой.

Ее слова были по-детски просты, а брови слегка нахмурились. Щелк. Она остановилась и повернулась к Ноль Девятому. Их взгляды встретились — черные глаза девочки и его лавандовые. Ее взгляд впивался в него, словно оценивая. Он почувствовал необъяснимую странность под ее пристальным взглядом, узнавая в этом отражение того взгляда, каким Хексион смотрел на других.

— Теперь ты понимаешь его лучше?

— Что ж, учитывая, как долго мы знакомы…

Сам Хексион никогда не смотрел на него таким взглядом

И тут он осознал, что именно потому, что Леона копировала выражения лица Хексиона, он мог это признать. На мгновение его лицо стало холодным, как беспощадный дождь. Леона тихо впитала его реакцию и слегка улыбнулась. И все же ее улыбка не имела ничего общего с улыбкой Хексиона.

— Просто любопытно.

Леона пожала плечами. У нее была странная манера речи, никогда полностью не вникала в суть вопроса, словно проверяя реакции — прямо как Хексион. Ноль Девятый уловил следы Хексиона в манерах ребенка. И тогда внезапно его осенило: возможно, я знаю о нем больше, чем думал. Он не скрывал вещи намеренно, но и не разглашал их тоже. Был шанс, что спроси он об этом при их первой встрече. Хексион, возможно, ответил бы с готовностью.

— Зачем ты пришла?

— Ты думаешь, для этого есть причина?

— Я сомневался, что кто-то столь занятой, как Леона, оказался бы там один просто случайно.

— Ты проницателен.

— Ты говоришь прямо как Хексион.

— Неужели? — невинно поинтересовалась она. Однако то, как она подняла взгляд, создавало впечатление, будто она смотрит свысока, выдавая в ней девочку, привыкшую ставить все у своих ног. Ее любопытство было ощутимым, и Ноль Девятый ответил соответственно.

— Кажется, ты похожа на Хексиона больше, чем на свою мать.

Леона рассмеялась — это было единственное выражение, которого не было у Хексиона.

— Я рада, что это так.

Детская улыбка исчезла, сменившись твердой решимостью, которая не казалась странной благодаря ее стальному взгляду. Она снова спросила Ноль Девятого:

— Есть предположения, что вчера случилось?

— Кажется, возникло... разногласие с твоей матерью.

— Верно. И в нем...

Ноль Девятый мягко прервал:

— Мое имя упоминалось, не так ли?

Леона выразила восхищение.

— Ты очень наблюдателен.

Вместо ответа Ноль Девятый предпочел задать встречный вопрос.

— Это то, что привело тебя ко мне?

На мгновение ее глаза опустились, обдумывая слова, прежде чем она указала на него пальцем.

— Я не притворяюсь, что знаю каждую мысль моей матери. Но в одном я уверена. — Леона лучезарно улыбнулась. — Она очень заинтересована в тебе.

Несмотря на ее пронзительные слова, в ее тоне не было злобы.

— Так что, не сдерживай Хексиона.

И все же это было так же проницателен, как и невинно.

Аккуратно ухоженные кончики ногтей мягко поблёскивали. Между ними воцарился лишь звук дождя. Ноль Девятый медленно закрыл глаза, затем вновь открыл их. Он не отвечал. Палец Леоны по-прежнему был направлен на него, но вместо того, чтобы подобрать слова, Ноль Девятый взглянул в окно. И тогда…

Откуда-то донёсся тихий жужжащий звук. Ноль Девятый взглянул на свою левую руку. Наручные часы мигали красным.

[СБОР ПО ТРЕВОГЕ]

Горящие красные слова были адресованы именно ему и Хексиону. Леона мельком взглянула на него, затем развернулась и ушла, давая понять, что он может идти, если хочет. Ноль Девятый тоже повернулся к ней спиной и пошёл в противоположном направлении, к своей комнате. Пока эхо сигнала тревоги гудело в ушах, а его шаги отдавались в коридоре, Ноль Девятый с опозданием понял ответ на слова Леоны.

«Интересно... Неужели такая, как я, и впрямь мог бы тебя задержать?»

Это был вопрос, на который никто не собирался отвечать.

***

Хексион и Ноль Девятый вылетели в тот же день. Сообщение из центра касалось весьма затруднительной и опасной задачи. Хексион обратился к Ноль Девятому, сидевшему напротив в салоне частного самолёта:

— Подумать только — целые деревни могут быть поглощены монстром, и никто не заметит. Доверие к Соединённым Штатам тает на глазах.

Разбуженный звуком сигнала на часах, Хексион связался с региональным штабом, чтобы его проинформировали о ситуации.

И вот что произошло. Небольшая деревня на западе Южной Америки превратилась в логово монстров. Угроза была даже пятого класса. Если знать только это, это звучало как досадный случай, когда тихую деревню, забытую государством, атаковали монстры. Однако в картину событий вкралась аномалия.

— Ни один экспер или проводник не вернулся из деревни.

Региональный штаб отправлял туда группы трижды, но никто не вернулся. Хексион презрительно хмыкнул. Даже устаревшие детские страшилки не звучали так нелепо. Он полностью осознавал странность обстоятельств. Три группы. Как минимум шесть человек. Куда они могли исчезнуть? Была стопроцентная вероятность, что они пали жертвами монстров. Мысль о том, что может быть какая-то другая проблема, ему даже в голову не приходила. Но…

— Странно, что они даже не смогли передать сигнал бедствия.

Хексион говорил спокойно, и Ноль Девятый поднял на него голову.

— Значит, их застали врасплох?

Хексион слегка склонил голову набок, размышляя над этим. Ноль Девятый взглянул на него и добавил:

— Или, возможно…

Его взгляд устремился в иллюминатор самолёта.

— Всё было очень, очень медленно.

Вжжх.

Самолет плавно приземлился на взлетно-посадочной полосе международного аэропорта в Южной Америке.

Их встречал сержант Миллиум Элтон, сотрудник регионального штаба эсперов Южной Америки. У него были заметно вытянутые глаза, и он, казалось, излучал ауру безразличия. Хотя его форма была аккуратно надета, она почему-то смотрелась небрежно, а ботинки, хоть и чистые, были стоптаны на каблуках. Едва они сошли с трапа, Миллиум Элтон последовал за ними.

— Я вас ожидал.

— Докладывайте по пути.

— Так точно.

Учитывая серьезность ситуации, времени на раскачку не было. Хексион, Ноль Девятый и Миллиум Элтон быстро сели в машину, подготовленную прямо у самолета. После того как они разместились, автомобиль мягко тронулся, и Элтон начал доклад:

— Эспер-сержант Миллиум Элтон, к вашим услугам.

В его речи проскальзывал легкий акцент. Хексион протянул руку, и Элтон, словно ожидая этого, вручил ему планшет.

— Наш пункт назначения — Брайден, на западе Боливии.

Хексион включил карту на подготовленном планшете, чтобы проверить местоположение. Сидевший рядом Ноль Девятый наклонился, чтобы посмотреть на нее. Элтон продолжил объяснение:

— Когда первая группа была направлена к месту первоначального появления монстров, связь с ней прервалась через три часа. Следующие две группы потеряли связь через шесть часов. Понимая всю серьезность ситуации, мы отправили еще четыре группы, но...

— Даже они потеряли связь?

— Так точно.

— И нет никаких записей?

— Никаких.

Связь прерывалась всего через несколько часов. Не получив никакой информации, Хексион сузил глаза и постучал по планшету. Что-то было несомненно странным. Однако проблема заключалась в том, что среди существ, известных Хексиону, ни одно не обладало подобной силой. Никаких аномалий вне стандартных классов, от первого до пятого, ранее обнаружено не было.

— Есть ли вероятность, что это новый тип монстра, совершенно отличный от всего, что было прежде?

— Мы рассматриваем эту возможность.

— Текущая обстановка?

— Группа наблюдения ведет мониторинг с безопасного расстояния, но никаких особых аномалий не обнаружено.

Услышав это, Хексион слабо улыбнулся и отбросил планшет на сиденье напротив.

—Другими словами, вы ничего толком не подтвердили, но все равно мы должны разбираться с этим.

— ...Да, по сути, так и есть.

Миллиум Элтон ответил лаконично, без оправданий, и это действительно был единственно возможный ответ. Хексион откинулся на спинку сиденья и потер колено. Затем он повернулся к Ноль Девятому. Когда их взгляды встретились, Ноль Девятый медленно моргнул.

— Я не слишком обеспокоен.

Ноль Девятый замешкался, раздумывая, не стоит ли посоветовать быть осторожнее, но в конце концов сдался с безразличным выражением лица. В конце концов, он рассудил, что пока он здесь, серьезной угрозы не возникнет. Это можно было счесть высокомерием, но это было естественное и основанное на фактах предположение. Миллиум Элтон ненадолго взглянул на Ноль Девятого, затем отвел глаза.

— Вы, должно быть, устали после долгого перелета...

— Не утруждайте себя пустыми разговорами. Это только раздражает.

Хексион беспечно отмахнулся от замечания и положил голову на плечо Ноль Девятого. Ноль Девятый инстинктивно выпрямил осанку и посмотрел на Хексиона. Он видел его волосы. Поняв, что тот плохо спал в самолете, стало ясно, что он намерен закрыть глаза хотя бы на мгновение. Ноль Девятый без возражений предоставил свое плечо и уставился вперед. С Хексионом, погрузившимся в молчание, между Миллиумом Элтоном и Ноль Девятым воцарилась странная тишина. Первым ее мягко нарушил Ноль Девятый:

— Мы будем направлены на место без отдыха?

— Нет, не сразу. Я могу предоставить вам день отдыха в ближайшем к деревне городе.

Услышав «день», Ноль Девятый на мгновение принял озабоченное выражение лица. Он-то был не против, но Хексион наверняка устал. Конечно, Хексион был кадровым военным, прошедшим подготовку, так что он отличался от обычного человека, но для Ноль Девятого разница между обычным человеком и солдатом не казалась существенной.

Ноль Девятый посмотрел на густые и короткие ресницы Хексиона, затем закрыл свои глаза.

Машина плавно выехала из аэропорта и взяла курс на запад.

* * *

Назвать это городом было бы преувеличением. Улицы были пустынны, под каким бы предлогом ни эвакуировали население.

Стоя перед жильем, которое с трудом можно было назвать отелем, Хексион, к удивлению, не стал жаловаться.

В конце концов, он был солдатом, служившим в зоне боевых действий. Он не из тех, кто будет слишком привередничать насчет условий проживания.

Он открыл дверь и вошел внутрь. Пол скрипел под ногами. Левая стена была выкрашена в странный мятный цвет, а на шторах и ковре красовались загадочные узоры. Хексион, казалось, не был заинтересован в комментариях по поводу причудливого интерьера и, заходя, спросил:

— Комнаты?

— Комната слева на верхнем этаже.

— Другие постояльцы?

— Все эвакуированы.

— Хорошо.

Хексион поднялся по лестнице. В здании было всего в четыре этажа, и лифта не было.

— Я заеду за вами завтра в полдень.

Вместо Хексиона Ноль Девятый слегка кивнул и прошел мимо. Миллиум Элтон быстро покинул здание, казалось, ничуть не смутившись, и остался лишь скрип ступеней под ногами двух мужчин. Несмотря на простоту, перила на лестнице не были пыльными, что указывало на определенную заботу о содержании.

Скрип, скрип.

С каждым шагом дерево издавало скрипучий звук. Между мужчинами на мгновение воцарилось молчание.

Комната на верхнем этаже слева оказалась небольшой. Справа располагалась душевая, а прямо перед ними было окно. У окна стояла кровать вполне приличного размера, а напротив нее — диван, на котором, казалось, двоим предстояло тесниться вместе.

— Я собираюсь поспать.

— Ты очень устал?

— Я просто готовлюсь, на всякий случай.

— На случай чего?

Снимая пиджак и бросая его на диван, Хексион расстегнул пуговицы рубашки и посмотрел на Ноль Девятого.

— На случай, если ты не справишься с первого раза.

Ноль Девятый медленно моргнул, осмысливая концепцию, которую он никогда прежде не рассматривал.

— Аномалия, столкнувшаяся с другой аномалией, — это несколько интригующе, тебе не кажется?

— Я не какая-то игрушка.

— Я никогда не думал о тебе как об игрушке.

Ноль Девятый вздохнул. Утверждать, что не относишься к нему как к игрушке, при этом постоянно испытывая и зондируя его, было весьма ненадежным заявлением. Хексион сбросил с плеч рубашку и расстегнул ремень. Затем он потянулся за халатом, висевшим на спинке дивана, но цыкнул и отбросил его в сторону. Его грубая текстура не была тем, что он хотел бы на себя накинуть. Расстегнув ремень, он без лишних колебаний стянул брюки. Ноль Девятый на мгновение замер, наблюдая этот стриптиз, разворачивающийся перед его глазами.

На теле Хексиона все еще были видны следы от рук Ноль Девятого. Странноватые, с желтоватым оттенком синяки выглядели даже хуже, чем когда они только появились. Ноль Девятый внутренне смущенно усмехнулся, неловко почесывая затылок.

— Раз других постояльцев нет, я полагаю, ничего страшного, если я займу комнату напротив?

Хексион не просто усмехнулся или как-то иначе отреагировал на слова. Вместо этого он осмотрел простыни, которые ему не нравились, и подозвал: «Иди сюда.»

Его серые глаза сузились безмолвно, изучая Ноль Девятого, словно испытывая его. В этих испытаниях Ноль Девятый всегда должен был давать один и тот же ответ. Взобравшись на кровать в одной лишь рубашке и натянув простыню, Хексион лег на непривычно твердую подушку, повернувшись лицом к Ноль Девятому. Вместо того чтобы раздеться, Ноль Девятый лишь сбросил пиджак и улегся рядом, одетый в рубашку.

Хексион пристально наблюдал за искренностью в позе Ноль Девятого, мягко притягивая его ближе. Ощущая текстуру дорогой рубашки, которую он ему купил, Хексион медленно закрыл глаза. Ноль Девятый терпеливо ждал, пока его дыхание выровняется, и в конце концов услышал ритмичное дыхание уснувшего Хексиона.

Бледное лицо, твердый нос и узкие глаза без складки на веке. Наблюдая за его сном, Ноль Девятый на мгновение задался вопросом, сможет ли и он сам уснуть.

Ноль Девятый закрыл глаза. Глядя на спящую фигуру, он повернулся и увидел лицо, обращенное в его сторону. Почти бессознательно он поднял руку. Подвинув большой палец к тем густым ресницам, он нежно провел по ним.

Щекотно, щекотно.

Его пальцы скользнули по щеке, коснулись мочки уха, а затем погладили обнаженный затылок. Его ладонь скользнула вниз по шее, вдоль плеча и по предплечью. Ощущение голой кожи было поразительно ярким. И тут тихий, насмешливый голос прервал тишину:

— Не спится?

Ноль Девятый, уже понимая, что Хексион на самом деле не спал, ответил просто: «Нет. Спи.»

— Как банально.

Все еще с закрытыми глазами, Хексион пробормотал, но вскоре по-настоящему погрузился в сон. Эта хрупкая перетягивание каната, это напряжение в их отношениях вызывало у Ноль Девятого любопытство. Однако, вместо того чтобы углубляться в размышления, он предпочел остановиться и закрыл глаза. Однако глубокий сон продолжал ускользать от него.

***

После той затянувшейся ночи наступило утро. Оба мужчины позавтракали в столовой. Ноль Девятый с удивлением узнал, что Хексион умеет готовить. Его собственный опыт с едой едва выходил за рамки армейских пайков, поэтому умелое приготовление пищи стало неожиданностью. Еда была значительно лучше всего, что подавали в центре.

— У тебя есть план? — спросил Ноль Девятый после завтрака.

— Ты и есть план, — ответил Хексион.

— В такие моменты ты кажешься таким безрассудным.

— Зачем мне думать, когда ты здесь?

После обмена подобными незначительными репликами, они встретились с сержантом Элтоном, прибывшим их сопроводить.

— Группа наблюдения обнаружила нечто новое.

Трое мужчин сели в машину, и Хексион улыбнулся этой новости.

— Всего одно? Продолжайте же.

— Когда вы приближаетесь на определенное расстояние, оно исчезает.

Ноль Девятый, смотревший в окно, повернул голову.

— Оно исчезает?

— Да, оно исчезает в мгновение ока.

— Другими словами... — Ноль Девятый замешкался, и Хексион заметил почти насмешливо:

— Могла появиться пространственная аномалия?

«Перекладывают головную боль на другого, да?» — губы Хексиона слегка изогнулись, в то время как сержант Элтон молча опустил голову.

Поскольку добавить было больше нечего, Хексион задумчиво погладил подбородок. Они действительно ничего не знали. На этом все, смотреть было больше не на что. Хексион скомандовал:

— Остановитесь.

— Прошу прощения?

Оба мужчина посмотрели на Хексиона, который произнес беспечно:

— Я сказал, остановите машину.

Машина резко затормозила, едва он закончил говорить. Хексион вышел, за ним последовали Ноль Девятый и сержант Элтон. Без лишних слов Хексион открыл дверь водителя, обращаясь к шоферу:

— Вы тоже, выходите.

— Простите? А?

Хексион вытащил водителя из его сиденья и сам занял место за рулем. С вздохом Ноль Девятый естественным образом устроился на пассажирском сиденье. Сержант Элтон и шофер бросили на Хексиона вопросительные взгляды.

— Что вы делаете...?

— Проследите, чтобы все шло гладко.

— Прошу прощения?

Не дожидаясь ответа, Хексион нажал на газ. Машина рванула вперед, оставив Элтона и водителя в пыли. Порыв ветра пронесся мимо них, пока они стояли в недоумении, наблюдая за удаляющейся машиной, которая, похоже, не собиралась возвращаться.

Врум.

— Мы действительно бросаем их? — поинтересовался Ноль Девятый.

— Они справятся. К тому же, они больше ничего не знают, так что им незачем быть с нами.

— Иногда ты кажешься осторожным, а потом — совсем нет.

Размышляя, Ноль Девятый осознал, что Хексион никогда по-настоящему не сдерживался. Его действия говорили сами за себя и, как правило, раскрывали всю суть. Ноль Девятый понимал, что истинная природа Хексиона отличалась от его внешнего образа, что временами очаровывало даже его самого. Насколько же сильнее это должно было пленять других?

— Мы направляемся прямо к месту аномалии, — объявил Хексион, увеличивая скорость. На открытой равнине им ничто не мешало, и ничто не могло его остановить. Ухабистая дорога заставляла машину трястись, но не представляла реальной помехи.

После нескольких часов пути Хексион взглянул на удаленный временный лагерь группы наблюдения, изогнув губы в странной улыбке. Когда команда вышла им навстречу, Хексион ловко объехал их, ускоряясь еще сильнее. Снаружи донеслись возгласы удивления, но он не собирался останавливаться.

— Мы скоро будем на месте.

Группа наблюдения смотрела на удаляющуюся машину.

Швиш.

Черный автомобиль исчез в воздухе, пропав внезапно.

Кто-то прошептал: «С ними все будет в порядке?»

Ответов не последовало. Это было неизвестно — вернутся они или нет. У них не было выбора, кроме как довериться силам эспера, которого часто называли предвестником катастрофы.

***

Хексион внезапно оказался на окраине деревни, которая возникла из ниоткуда, словно мираж.

— Ноль Девятый, будь готов, — приказал он.

— Да.

Хексион направил машину к деревне и резко остановился с визгом шин прямо на ее границе. Ноль Девятый вышел, неясно, было ли его ощущение тошнотой от тряски или чем-то иным.

Глухой удар.

Они стояли посреди зловеще тихой деревни. Хотя информации о местонахождении жителей не было, было известно, что там проживало около пятидесяти семей. Множество эсперов и команд проводников уже вошли внутрь. И все же в деревне не было никаких признаков жизни. Хексион и Ноль Девятый без колебаний шагнули вперед, в деревню.

— Что будем делать сначала?

— Можешь просканировать территорию?

— Могу, примерно.

— Проверь, есть ли выжившие.

Ноль Девятый медленно манипулировал воздухом, пытаясь отыскать хоть какие-то души, оставшиеся в закоулках деревни. Но…

— Здесь нет ветра.

Он осознал, что не чувствует ни единого дуновения, словно все со всех сторон полностью перекрыто. Хексион выразил любопытство, найдя интригующим то, что Ноль Девятый, способный управлять силами природы, не чувствует ветра.

— Это подтверждает, что это место — не часть природы, — размышлял он.

— Неужели?

— Пока что нам стоит поискать напрямую. Обнаружение истины приведет к решениям.

Оба мужчины осмотрели строения деревни, предвидя потенциально утомительную задачу.

* * *

Тихая деревня была зловещей. Пока они обследовали здания в поисках выживших, никаких человеческих следов не появлялось. Пока они избегали заходить внутрь строений, они понимали, что, возможно, скоро им придется это сделать. Прогуливаясь по деревне, Хексион заметил, как и говорил Ноль Девятый, полное отсутствие ветра и посмотрел на небо, не чувствуя привычного покалывания солнечного света.

— Ноль Девятый.

— Да.

— Можешь вызвать дождь?

Ноль Девятый посмотрел на небо. Облака не подчинились его команде. Хотя он понимал, что все здесь ложно, он не мог постичь структуру этого места. Это было сродни тому, как впервые держать в руках клубок спутанных ниток, не зная, с какого конца начать распутывать. Ноль Девятый попытался призвать дождь, чувствуя уверенность, что что-то сдвинулось по его воле, но небо оставалось упрямо ясным.

— Не могу. Ощущение похожее на то, что с ветром, словно что-то блокирует.

— Тогда это и вправду может быть отдельным пространством.

— Я не уверен, но это кажется вероятным.

Тихая деревня, атмосфера без ветра, не обжигающее солнце и отсутствующие облака — все казалось ненастоящим. Ноль Девятый и Хексион продолжили расследование, проверяя и жилые дома, и магазины на предмет любых признаков жизни. Они не нашли ничего, кроме пустоты деревни.

При входе в пятое по счету здание нечто показалось им странным с самого начала. Все остальные постройки стояли настежь распахнутыми, будто брошенные, но эта дверь была наглухо закрыта.

— Хм.

— Отойди на мгновение.

В то время как Ноль Девятый собирался открыть ее сам, Хексион шагнул вперед и нанес сильный удар ногой по ручке и косяку двери.

Бам!

Дверь мгновенно распахнулась. Ноль Девятый удержался от комментария. В конце концов, это был тот тип мужчины, который прокладывает свой собственный путь. Войдя внутрь, они услышали шаги на втором этаже. Они звучали испуганно и поспешно. Хексион взглянул на узкую лестницу и кивнул в сторону Ноль Девятого.

— Я?

— Ну, ты выглядишь менее пугающим, чем я.

Ноль Девятый было собрался возразить, но взглянул на Хексиона в его черном костюме и вместо этого кивнул. Скрип старых ступеней отозвался эхом. Поднимаясь, Ноль Девятый посмотрел налево. Лишь одна дверь была плотно закрыта. Он на мгновение закрыл глаза, затем открыл их. Из-за двери доносилось поверхностное, напряженное дыхание.

Медленно он подошел к двери и постучал.

Тук, тук.

Он почувствовал как внутри него что-то вздрагнуло. Ноль Девятый спокойно заговорил обнадеживающим тоном:

— Мы — проводник и эспер из Центра Эсперов. Вы выживший?

Он подумал, что лучше позволить им открыть дверь самим, а не взламывать ее. Спустя мгновение изнутри послышался легкий звук шагов, и ранее запертая дверь медленно, со щелчком, открылась.

— …Вы сказали, из Центра?

Голос был молодым. Стоящий там мужчина казался чуть выше 170 см, вероятно, ему едва перевалило за двадцать. Ноль Девятый изо всех сил старался выглядеть как можно безобиднее. Независимо от того, увенчались ли его усилия успехом, на лице выжившего появилось странное облегчение. Хексион, наблюдавший сзади, спросил:

— Мы хотели бы услышать, что произошло.

— Ну, э-э…

— Хексион, — Ноль Девятый посмотрел на дрожащего выжившего, а затем окликнул Хексиона. — Дадим ему момент успокоиться.

— Тогда ладно.

Хексион ответил безучастно. Ноль Девятый мягко похлопав выжившего по плечу, направил его внутрь, позволяя ему перевести дыхание и прийти в себя. Чтобы встретиться взглядом с невысоким мужчиной, Ноль Девятый встал на одно колено и спросил:

— Как тебя зовут?

— Мэ… Мэгрик.

— Хорошо. Сколько тебе лет, Мэгрик?

— Мне двадцать два.

Так он и выглядел. Ноль Девятый слегка ободряюще улыбнулся и спросил его:

— Не мог бы ты рассказать нам, что здесь произошло?

Мэгрик кивнул, припоминая события.

***

Это был день, ничем не отличавшийся от других. Он встал, отработал свою смену в местном магазине и возвращался домой. Работа подходила такому человеку, как Мэгрик, временно вернувшемуся в родной город. С часа до пяти дня — всего четыре часа подработки. По пути домой Мэгрик заметил нечто странное.

— Солнце всегда было таким ярким в это время?

Он списал это на долгий день и пошел дальше. Уже почти доходя до дома, он заметил свою младшую сестру, Луну, стоящую у двери. Он весело помахал ей, и вдруг увидел…

— Что?

Небольшая тень, которая несомненно была там, исчезла в мгновение ока. Мэгрик моргнул, протер глаза, но не увидел и следа Луны.

— Показалось?

Странная дрожь пробежала по спине. Растущее чувство беспокойства заставило его поспешно войти в дом и искать Луну.

— Мама, папа! Луна вернулась?

— Мэгрик!

До него донеслись встревоженные голоса родителей. Им овладел страх, и он бросился в гостиную на их зов.

— Дорогой!

— Папа!

Он смотрел, как фигура его отца расплывается у него на глазах. Его мать попыталась ухватиться за него, но ее рука прошла сквозь его теперь уже полупрозрачную форму. Мать, Айлин, вскрикнула в ужасе. Мэгрик не мог ничего поделать. Пока его мать кричала, а отец исчезал, он стоял как вкопанный. Томсон, его отец, растаял, словно мираж. В тот момент он понял, что Луна исчезла точно так же.

***

Дрожа, Мэгрик крепко сжал руки, закончив свой рассказ.

— После этого люди в городе начали исчезать один за другим. Солнце не садилось; ночь так и не наступала. Люди заметили, что что-то не так, и попытались сбежать из города, но чем больше они пытались, тем быстрее исчезали.

— Сюда приходил кто-то еще?

— Д-да, приходили, но...

Мэгрик припомнил людей в форме, которых видел из окна.

— Но они тоже все исчезли.

И тогда Хексион спросил:

— Но ты-то все еще здесь?

— Это… — ответил Мэгрик нервно. — Те, кто пытается уйти, исчезают быстрее всех. Я... я ничего не делал, и поэтому остался последним.

Голос Мэгрика начал дрожать. Хексион, раздумывая, был ли этот двадцатилетний глупцом или мудрецом, скрестил руки. Он ненадолго задумался. Те, кто пытается уйти, быстро исчезают. Несомненно, кто-то наблюдал за этим и выносил суждение.

И этот кто-то, вероятно, знал, что представляет для них угрозу. Хексион прикрыл рот рукой и прошептал:

— Мы должны уйти отсюда.

Это не могло ускользнуть от внимания Ноль Девятого. Он резко повернул голову, в то время как Хексион тихо рассмеялся, его улыбка скрыта за ладонью.

— Ах, так вот в чем дело.

В тот момент, когда Хексион произнес эти слова, он со странным чувством взглянул на свою занывшую руку.

— Все довольно просто, когда понимаешь. Но есть кое-что беспокоящее...

Могло ли такое существо понимать человеческую речь?

— Сейчас не время для этого!

Ноль Девятый вскочил на ноги и стремительно приблизился к Хексиону. Тот спокойно ответил, глядя на свою теперь полупрозрачную руку.

— Ноль Девятый.

Ноль Девятый казался скорее разгневанным. Хексион искривил губы, прежде чем заговорить:

— Поскольку время, кажется, ограничено, я расскажу тебе план.

— Какой?

— Ты говорил о чем-то вроде стены, верно? Я считаю, что стена на самом деле существует, — объяснил Хексион сжато. — Какой бы прочной ни была стена, всегда найдётся тот, кто может её сломать. Думай о том, чтобы пробить всё насквозь.

Глаза Ноль Девятого расширились от слов Хексиона.

* * *

Вспышка, такая интенсивная, что мир побелел, за которой последовал оглушающий удар грома. Но даже эта молния исчезла в пустоте. Группа наблюдения затаила дыхание, уставившись в небо. Дождь лил так, словно в небе были дыры, а молнии били с яростью.

Ка-бум!

Бам!

Словно по собственной воле, молнии, казалось, разрывали небо. Это напоминало яростный рев зверя. Группа наблюдения застыла, глядя на небо, озаренное сиянием мириад молний, вскоре исчислявшихся десятками.

Муу.

Внезапно послышался звук, похожий на крик кита.

Бааам.

Молния ударила снова. Треск прокатился эхом, словно что-то ломалось где-то.

Муу.

И с другим китообразным криком ранее невидимая, массивная форма проявилась, когда кровь смешалась с дождем. Она лежала, похожая на большой купол или выброшенного на берег кита, теперь расколотого, обнажая деревню.

Группа наблюдения сглотнула, став свидетелем этой сцены. Красный дождь смешивался с кровью, а между трещинами виднелись волокна и плоть. Среди спутанных фрагментов мышц, разбросанных по земле, то, что казалось плавниками, двигалось, словно размахивая конечностями.

Увидев огромное тело, группа наблюдения парализовало. Они никогда раньше не сталкивались с монстром таких гигантских размеров — способным поглотить целую деревню. Пока над группой висела тишина, из земли, пропитанной багрянцем, выехала машина.

Виизг!

Машина вильнула и остановилась перед группой наблюдения, которая, пытаясь избежать столкновения, вытянула шеи, чтобы разглядеть тех, кто внутри.

Щелк, клац.

Из машины вышел Хексион. За ним последовал Ноль Девятый, прикрывая рот рукой. Казалось, тошнота его не отпускала. С заднего сиденья выбрался единственный выживший, выглядевший ошеломленным, пока осматривался вокруг.

— ...Разве такое возможно? — пробормотал он, и его взгляд в конце концов остановился на Ноль Девятом.

* * *

Мэгрик ушел, чтобы дать показания группе наблюд5. Тем временем Хексион и Ноль Девятый ждали в палатке команды. Оба были погружены в мысли, хотя каждый размышлял о своем.

Хексион раздумывал, могли ли эти существа читать человеческие намерения или понимать речь. Если бы они могли общаться, их бы не называли монстрами. И все же, одно существо, казалось, распознало намерение Хексиона, когда он заявил, что они должны уйти, и попыталось стереть его первым.

— Ноль Девятый. Поразмыслив, мне кажется… — начал Хексион, но внезапный вопрос прервал его слова.

— О чем ты тогда думал?

Это был обвинительный вопрос. Требующий тон Ноль Девятого заставил Хексиона поднять бровь. Он нахмурился, словно приглашая его продолжать.

— Это вопрос эффективности.

— Эффективности?

— Какой прок от перепуганного человека? Я могу сделать это быстрее.

— ...

Им не нужно было подробное обсуждение. Оба были чрезвычайно проницательны и понимали мотивы друг друга без объяснений. Однако Ноль Девятый был слегка зол, и Хексион понимал, почему. Возможно, это было «беспокойство»? Хексион не был тем, кто тратит время на лишние вещи.

— Да, признаю, я не обдумал это как следует.

— ...Тебе всё кажется легким, не так ли?

— Обычно так и есть.

Отсутствие сдержанности в высказывании правды было другой проблемой. Ноль Девятый с легким недоумением потер лицо. Хексион понял, что обсуждение вопросов, связанных с теми странными существами, ни к чему хорошему не приведет, поэтому он промолчал.

Ноль Девятый вспомнил. Когда он попытался удержать становившуюся все более прозрачную руку, его пальцы частично прошли сквозь тело. Все перекосилось в тот момент. Эта ситуация, Хексион, который ее вызвал, и те существа, пытающиеся ему помешать, — все это ему не нравилось. Поэтому он сломал это, как и предлагал Хексион. Ноль Девятый понимал, что его снова «использовали». Спорить уже не имело смысла, это стало обыденностью.

— Пожалуйста, просто предупреждай меня заранее.

— В этом нет необходимости.

Между нами, во всяком случае. Это безразличное замечание заставило Ноль Девятого смотреть на Хексиона с недоверием. Он не был неправ; Ноль Девятый был достаточно проницателен, чтобы понять, почему и о чем думает Хексион, даже без слов.

— Все же, ты мог бы дать мне время морально подготовиться, разве нет?

— Это твоя работа.

Не моя. Хексион холодно и пренебрежительно отмахнулся. Ноль Девятый молча смотрел на него, не находя слов, пока Хексион выходил из палатки, чтобы остыть. Оставшись один, Ноль Девятый проводил взглядом исчезающую фигуру Хексиона, прежде чем вздохнуть и устроиться на ближайшем стуле.

— Хаа…

Когда он жил в лаборатории, ничто не вызывало его интерес, но теперь, снаружи, он постоянно чувствовал беспокойство. Потирая сухую щеку, Ноль Девятый думал о Хексионе.

Как и сказал Хексион, если существовал немедленный способ спровоцировать реакцию тех существ, только Хексион мог это сделать. Мэгрик был слишком напуган, и убеждение его заняло бы время. Не было гарантии, что за это время не произошло бы что-то еще. Более того, те существа не могли пробить Ноль Девятого, лишь предлагая временную блокаду. Хотя они и считались нестандартными — эти существа находились вне классификации от 1 до 5, но они не могли одолеть Ноль Девятого.

— Смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к тебе?

Пока Ноль Девятый размышлял над этим, Хексион встречался с руководителем группы наблюдения. Руководитель пригласил Хексиона в свою палатку, веля подчиненному принести кофе. Однако, не заинтересованный, Хексион лениво отмахнулся от этого.

— Узнайте, есть ли какие-либо записи о том, что те существа понимают человеческую речь.

— Прошу прощения?

Руководитель группы нахмурился, озадаченный просьбой.

— Если есть записи о реакции тех существ на человеческую речь, доложите все.

— Сэр, я подчинюсь, раз это приказ, но чтобы те существа понимали человеческий язык?

Хексион резко парировал, слишком раздраженный, чтобы вдаваться в объяснения:

— Ты же прекрасно это знаешь. Это приказ, так что просто выполни его, без лишних разговоров.

Хексион говорил властно, заставив руководителя группы замолчать. В любой другой день Хексион не был бы столь суров.

Возможно, все более раздражительное поведение Ноль Девятого на него влияло. Хексион ненадолго склонил голову, засунув руки в карманы пальто.

— Вы знаете, где я остановился. Ах, какие планы у вас насчет того выжившего?

Руководитель группы замешкался.

— Вероятно, какая-то компенсация от правительства...

— На данный момент — деньги за молчание.

— Поскольку он взрослый, а не несовершеннолетний, правительство не будет нести ответственность.

— Как и ожидалось. Правительство редко благоволит отдельным лицам.

— Что ж, мне нечего сказать, если вы ставите вопрос так.

— Я ничего и не ожидал.

Хексион почувствовал желание закурить, но сигарет при себе не было, так как он воздерживался от курения, опасаясь, что запах смешается с его обычным ароматом одеколона. Он повозился с пустыми карманами пальто, сжимая и разжимая кулак.

— У тебя есть сигарета?

— Ах, да. Есть.

Руководитель группы достал пачку сигарет из внутреннего кармана униформы. Это была обычная красная пачка от компании М. Ничего особенного, просто знакомый выбор. Хексион отказался от всей пачки, взяв лишь одну сигарету. Ему тут же предложили зажигалку, которую он принял, и вышел из палатки.

Внутри чрева существа было светло, как летом, но снаружи уже спускались сумерки. Стоя у палатки, Хексион прикурил сигарету. При глубокой затяжке кончик на мгновение ярко разгорался. Выдыхая накопившийся дым, он выпускал его в воздух. Хотя и несравнимые с дешевыми сигаретами, доступными во время войны, они тоже не были особенно приятными, их дым безучастно рассеивался. Как раз в этот момент шорох у выхода из палатки возвестил о движении.

Хексион инстинктивно обернулся, встретившись с лавандовыми глазами, которые бесстрастно наблюдали за ним. Это стоял Ноль Девятый.

Хексион украдкой взглянул на свои наручные часы.

[Уровень стресса 68%]

С сигаретой во рту он снова затянулся.

Между ними не требовалось слов. Когда Хексион убрал сигарету с губ, Ноль Девятый безмолвно приблизился. Сомкнув их губы, Хексион разжал свои, и Ноль Девятый последовал его примеру, втягивая выдохнутый Хексионом дым, прежде чем выпустить его в небо. Дым рассеялся.

Когда Ноль Девятый отклонил голову назад, Хексион прижался губами к его горлу. Этот глубокий контакт, называемый руководством, иногда заставлял Ноль Девятого чувствовать себя подавленным, но помогал отвлечься от нынешних чувств. Ноль Девятый опустил голову, чувствуя губы Хексиона на своей шее.

Затем Ноль Девятый схватил Хексиона за лицо и снова поцеловал его. Едкий сигаретный аромат задержался между их губами. Пропитанный дымом язык проник в рот Хексиона, горький на конце. Сигарета в пальцах Хексиона догорала незамеченной.

Шлеп.

Прогоревший пепел упал на землю, и Хексион выпустил сигарету. Он притянул Ноль Девятого ближе. Руки Ноль Девятого обвили его талию, хватка была решительной. Противоречивая эмоция — сопротивляться и в то же время неосознанно держаться — была ли это инстинктом эспера или личным чувством Ноль Девятого? Для Хексиона это было в новинку. В прошлом такого не было.

Гулп, Чмок.

Их языки глубоко переплелись. Хексион вздрогнул, отвечая на дерзкий язык Ноль Девятого, проникая глубже, исследуя его нёбо. Ноль Девятый не проявлял намерения уступать контроль. Поняв настроение Ноль Девятого, Хексион ненадолго задумался, а затем подчинился. Он легко сглотнул стекающую слюну. Да, так лучше.

— ...Не будь противным.

Ноль Девятый проговорил в их сомкнутые губы. Хексион тихо рассмеялся в ответ.

— Почему? Тебе ведь это отчасти нравится, не так ли?

Я веду себя так сговорчиво. Ноль Девятому не нравилось соглашаться с этим утверждением, но его раздражало, что он не может его опровергнуть. Неужели он должен подчеркивать такие вещи? Это было типично для Хексиона, который никогда не проигрывал, но иногда позволял другим побеждать. Хексион в последний раз потянул за влажную нижнюю губу Ноль Девятого, прежде чем отступить. На земле лежала потухшая, брошенная сигарета.

— Она была у меня всего одна.

Хексион прокомментировал это с неторопливым сожалением, скользя мимо Ноль Девятого в их палатку. Ноль Девятый еще раз взглянул на небо, прежде чем последовать за удаляющимся силуэтом Хексиона за тканью палатки. Его часы, показывавшие снизившийся уровень стресса, слабо поблескивали.

Лишь выполнив требования группы наблюдения — предоставив показания и отчеты — они вернулись в центр. Поздней ночью, когда они наконец добрались до своих общих апартаментов, никто не спешил заговорить. Оба были утомлены и лишены тем для разговора. Внезапно Ноль Девятый кое о чем вспомнил и произнес:

— Мы заступаем на дежурство завтра?

— Нет, нам дали неделю отдыха.

— Целую неделю?

— Да, если только не случится чего-то чрезвычайного.

Поправив халат — куда лучше того унылого в том невзрачном жилье — Хексион улегся на кровать. Ноль Девятый приблизился, схватив Хексиона за запястье. Его синяки в основном зажили, остались лишь слабые следы.

— Говори, если будет больно.

— Я не замечаю боли, поэтому и не говорю.

Хексион усмехнулся, мягко потянув за руку Ноль Девятого.

— Давай спать. Ни о чем не беспокойся.

— ...Если бы это было возможно.

— Конечно.

Страница книги Связанный с эспером класса "Катастрофа" в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27 18+

1 - 28 18+

1 - 29

2 - 30

2 - 31

2 - 32 18+

2 - 33 18+

2 - 34

2 - 35

2 - 36

2 - 37

2 - 38

2 - 39

2 - 40

2 - 41

2 - 42

2 - 43 18+

2 - 44 18+

2 - 45 18+

2 - 46

2 - 47

2 - 48

2 - 49

О книге