Глава 1. Фрагменты золотого ядра (1)

Комната была наполнена ароматом трав, а на столе стояла позолоченная фарфоровая курильница с выгравированным на ней красными и белыми красками двуглавым пионом.

Проснувшись, Се Уянь услышал, как кто-то дважды тихо постучал в дверь.

«Младший брат?»

Снаружи раздался звук.

«Младший брат... Я вхожу».

Се Уянь не ответил.

Воспоминания первоначального владельца накатывают волна за волной.

Дверь со скрипом осторожно открылась, и резкий запах крови тут же наполнил его легкие.

Лицо Шэн Цзиньчжао потемнело. Не обращая внимания на разбросанные лекарственные травы, он быстро подошёл к постели Се Уяня, приподнял покрывало и обнаружил, что внутри никого нет.

На мгновение он остолбенел, а когда попытался повернуть голову, то понял, что к краю его шеи прижат небольшой нож с блестящим лезвием.

Се Уянь, весь в крови, стоял рядом с ним, держа в руке нож, и без всякого выражения смотрел на Шэн Цзиньчжао.

От этого совершенно незнакомого, бесстрастного взгляда у Се Уяня пробежал холодок по спине. Се Уянь обычно был человеком добродушным; как он мог смотреть так пронзительно и властно?

Но если задуматься о том, что с ним произошло, то это становится понятным.

Шэн Цзиньчжао почувствовал укол сожаления, подумав об этом. Когда пришло известие о серьёзной травме Се Уяня, он был на задании, и ему потребовалось немало времени, чтобы вернуться к Се Уяню.

Он достал флакон с лекарством и объяснил свою цель: «Младший брат, я здесь от имени молодого господина Хо, чтобы извиниться перед тобой... Примешь ты его или нет, пожалуйста, сохрани это лекарство».

Пока он говорил, Се Уянь даже не дрогнул. Он взял пузырёк с лекарством, но меч так и не вложил в ножны.

Тишина делала запах крови еще более резким.

Шэн Цзиньчжао невольно оглянулся: плоть и кровь на боку Се Уяня застыли вместе с тканью, а три ровные раны были глубоки, как овраги. Внутри ран мерцал слабый золотистый свет.

Хотя Шэн Цзиньчжао и услышал, что Се Уянь серьезно ранен, он все равно задохнулся и почувствовал острую боль в сердце.

К сожалению, это был «несчастный случай», и никто не сможет восстановить справедливость для Се Уянь.

Три дня назад Се Уянь и его старший брат Хо Яо были на задании в пустыне, когда на них напал странный зверь. Уровень совершенствования Се Уяня значительно упал, он был серьёзно ранен, а большая часть его золотого ядра была вырвана ногой зверя.

Шэн Цзиньчао был на стороне Се Уяня, но у него не было доказательств, и он не мог быть уверен, было ли это случайностью или злонамеренным поступком.

Поэтому, когда Се Уянь спокойно сказал: «Я предоставлю тебе доказательства», Шэн Цзиньчжао был ошеломлен.

Се Уянь быстро выхватил меч, его холодный свет сверкнул, когда он направил лезвие прямо на рану.

«Подожди!» — Шэн Цзиньчжао шагнул вперед, чтобы выхватить нож, но он все равно опоздал.

Острое лезвие пронзило плоть, и кровь хлынула мгновенно. Се Уянь слегка нахмурился, прижал лезвие к определённому месту и яростно ударил…

Шэн Цзиньчжао почувствовал, как по его спине пробежал холодок, его губы приоткрылись в хриплом голосе, он долго не мог произнести ни слова.

В мгновение ока нож взмыл и опустился, и Се Уянь протянул руку и что-то протянул. Кровь, продолжая растекаться, стекала между его пальцев и капала на землю.

Из раны на животе сочилось еще больше крови, которая стекала по контурам его длинных, стройных ног и впитывалась в уже красный ковер.

Когда Шэн Цзиньчжао взял «эту штуку», он попытался стряхнуть страх из своего разума, но когда он увидел истинное лицо «этой штуки», он все равно не смог не содрогнуться.

Это оставшаяся половина золотого ядра внутри тела Се Уяня.

Поверхность золотого эликсира разбилась, и крупные капли крови стали холодными, как чешуя ядовитой змеи; чем свирепее был эликсир, тем прекраснее он становился.

Се Уянь смахнул кровь с ножа и, не поднимая глаз, спросил: «Оставшаяся духовная энергия убийцы может считаться доказательством?»

Шэн Цзиньчжао не решался говорить, но повреждённая и сломанная половина золотого ядра действительно могла служить доказательством. Однако золотое ядро было связано с большим количеством плоти и нервов, и никто не осмеливался терпеть такую душераздирающую боль.

Перед Се Уянем Шэн Цзиньчжао обычно вёл себя как кроткий и мягкий старший брат, но сейчас его лицо было серьёзным и напряжённым. Он держал в руках улик, взятый из тела Се Уяня, и торжественно произнёс: «Я тщательно разберусь с этим делом, младший брат. Не волнуйся, пока просто сосредоточься на заживлении ран».

Се Уянь коротко ответил, выражение его лица практически не изменилось.

Шэн Цзиньчжао почувствовал легкое разочарование из-за равнодушной реакции Се Уяня, но в глубине души он понимал, что именно Се Уянь пострадал больше всех в этом происшествии, и ему не следовало просить большего.

После того как Шэн Цзиньчжао дал несколько указаний, дверь снова скрипнула, и в комнате воцарилась тишина.

Не колеблясь, Се Уянь разбил бутылочку с лекарством, и густая жидкость цвета меда хлынула в рану.

Потеря золотого ядра привела к быстрому истощению его духовной энергии, а от последствий мучительной боли Се Уянь покрылся потом. Но по сравнению с его безвременной смертью в будущем эта боль была ничто.

Поскольку он переселился в тело человека, которому завтра суждено было умереть, самым важным для Се Уяня было выжить.

Во всех пакетиках с лекарствами в комнате были рецепты, выписанные самим Шэн Цзиньчжао. Се Уянь нашёл рецепт для улучшения кровообращения, сварил лечебный суп и выпил его. Его затуманенное зрение значительно прояснилось.

Скорость снижения уровня его совершенствования значительно замедлилась, но его царство все еще не было консолидировано, колеблясь вокруг стадии Создания Основания.

Се Уянь планировал отправиться к духовному источнику семьи Се, чтобы ещё больше укрепить свою духовную силу и царство. Перед выходом он выбрал из стопки великолепных нарядов самый скромный шёлковый халат цвета малинового нефрита и надел его. Хотя халат также был отделан двухцветной золотой и серебряной нитью, он выглядел сдержанно, поскольку был однотонным и не имел вышитого на нём культового узора семьи Се с пионами.

Затем он надел черную шляпу с вуалью, покрывало которой спускалось вниз, полностью скрывая черты его лица.

Это место называется Механической Долиной Семьи Хо, расположенной в пустыне мира смертных, секты самосовершенствования, далёкой от мира бессмертных. Все ученики долины — это люди, покинувшие мир бессмертных по разным причинам и которым больше некуда идти.

Пустыня чрезвычайно сурова к людям, и здесь, даже если бы Се Уянь показал только глаза, это показалось бы слишком показным.

К счастью, сегодня в долине, похоже, что-то произошло. Вокруг почти никого не было, кроме группы учеников, собравшихся вдали. Они быстро разделились и принялись что-то торопливо искать.

После того как Се Уянь обошёл их, путешествие к Источнику Духов прошло довольно гладко.

На улице наступила весна, и пионы, пересаженные от семьи Се, были в полном цвету, проведя девять лет в этом пустынном оазисе. Когда появился Се Уянь, пионы затрепетали, и их цветы стали ещё ярче, чем когда только распустились.

Духовные камни на дне источника отражали разноцветный свет под солнечными лучами. Се Уянь снял вуаль, и слои покрывала, скрывавшие его лицо, постепенно исчезли.

Он осторожно шагнул в воду, и по воде источника пошла рябь.

Духовная энергия, словно тонкие ветки ивы, проникла прямо в его кости, вызывая одновременно жар и зуд.

Полное название Линцюаня — источник Бисюэ Даньсинь. Это единственное место, которое семья Се построила для Се Уяня после того, как его бросили в Механическую долину.

Вода источника круглый год остаётся чистой, а на дне находятся девятнадцать первоклассных духовных камней, постоянно излучающих мощную духовную энергию. Более того, благодаря сочетанию пионов семьи Се и духовной энергии, вода источника становится красной и ароматной, напоминающей лазурную кровь, и обладает превосходными целебными свойствами.

Согласно правилам, внутри должно было быть двадцать духовных камней, но к тому времени семья Сье уже начала приходить в упадок. Обнаружив недостачу одного духовного камня, мастер просто засыпал пустоту грязью и спокойно скрылся.

Первоначальным владельцем был добросердечный, но болезненный молодой господин. По какой-то причине семья бросила его в этой отдалённой пустыне. Почти все его сокровища были «взяты взаймы» старшим братом Хо Яо, оставив ему лишь этот нетронутый источник воды, который всё ещё принадлежал ему.

После того, как благовоние палочки подействовало, рана постепенно начала покрываться новой плотью. Се Уянь повернул голову и с облегчением вздохнул. Мягкий свет мягко падал на складки его бровей и век, отчего дымка в глазах казалась золотистой.

Он слегка прикрыл глаза, и как только выражение его лица смягчилось, он вдруг услышал громкие звуки преследования, доносившиеся неподалёку от духовного источника. Шаги были плотными, словно капли дождя, и приближались всё ближе и ближе. Се Уянь нахмурился, надел красно-нефритовое одеяние и вышел из источника, намереваясь немедленно уйти.

Его положение шаткое, ему приходится постоянно быть осторожным.

Се Уяню приходилось проявлять осторожность, отчасти потому, что первоначальный владелец был физически слаб, а отчасти из-за «него самого».

Се Уянь не помнит себя.

Воспоминания о прошлом первого владельца и будущем этого мира — единственное, что он помнит. Но Се Уянь до сих пор не имеет ни малейшего понятия, кем он был в прошлом.

Это может показаться не такой уж большой проблемой, но только что, когда Се Уянь направил свою энергию в свое тело в духовном источнике, он обнаружил, что его душа не может резонировать с телом.

В этом мире имена, похоже, чрезвычайно важны, даже связаны с душой. Если человек не помнит своего настоящего имени, душа не может полностью резонировать с телом — и однажды они будут рассеяны и уничтожены.

Что касается того, как восстановить свое имя и воспоминания, у Се Уяня было не так много подсказок, поэтому сейчас он мог действовать только шаг за шагом.

Звуки погони достигли окрестностей источника, но они не направлялись к Се Уянь. Судя по крикам, они, похоже, за кем-то гнались.

Се Уянь уже собирался собираться и уходить, когда сзади внезапно налетел пронизывающий порыв ветра. Он обернулся и увидел пару глаз, пристально глядящих прямо на него из глубины пионового поля.

Аура Се Уяня похолодела, и он потянулся за мечом. Но прежде чем он успел до него дотронуться, тёмная фигура прыгнула вперёд, словно голодный тигр, и её мощные конечности с тяжёлым стуком приземлились, повалив Се Уяня на землю.

Воспользовавшись моментом, мужчина схватил Се Уяня за шею и одной рукой легко прижал его к земле, лишив возможности двигаться.

Положение было невероятно неловким: мужчина был сверху на нем лицом к лицу так близко, что чувствовали дыхание друг друга. Се Уянь был крайне недоволен и попытался вырваться, но недавняя потеря крови оставила в нём лёгкую слабость.

Длинные волосы мужчины разметались по земле, надёжно запирая его в узком пятне тьмы. Се Уянь не видел его лица, но, судя по тому, что им пришлось прижаться друг к другу, он догадался, что тот ещё молод, всего лишь подросток.

Поза и сила мальчика были подобны зверю, он подавлял Се Уяня, заставляя его ползать, не причиняя ему ни вреда, ни смерти.

...Ое просто смотрел на него снова и снова.

Се Уянь не хотел разгадывать смысл его взгляда. Он огляделся по сторонам, высматривая, где находится нож. У него всё ещё оставался шанс сбежать.

"ты……"

В этот момент заговорил другой человек, и его хриплое дыхание несло легкое тепло, касаясь его уха.

Мальчик стоял спиной к источнику света, заслоняя лицо от света. Только его глаза, готовые вот-вот разорваться, словно хотели прожечь каждый сантиметр кожи Се Уяня.

Тьма окутала их двоих, и окружающий шум становился всё громче. С пионового поля, совсем рядом с ними, доносились громкие и отчётливые крики и звуки погони. Тени бегущих фигур отражались в лесу; они были уже в нескольких дюймах от них.

Се Уянь наконец коснулся ножа. Он прижал кончики пальцев к рукояти, оценивая расстояние между двумя мужчинами. Этого оказалось достаточно, чтобы перерезать шею юноши и убить его одним ударом.

Однако мальчик, казалось, заметил малейшее движение Се Уяня. Он молча улыбнулся, не выказав ни смущения, ни удивления, словно сверкающий клинок был всего лишь игрушкой для развлечения.

Он лежал лицом вниз, словно вдыхая запах своей добычи, словно молодой зверь, уже привыкший к охоте.

Внезапно он тихонько усмехнулся, чем неудивительно заслужил холодный взгляд Се Уяня.

Его улыбка стала шире, и он опустил голову, его волосы мягко коснулись шеи Се Уяня.

"……ты помнишь меня?"

Глава 2. Фрагменты золотого ядра (2)

Слова мальчика заставили Се Уяня замереть, сжимая нож.

Он потратил полсекунды, просматривая воспоминания первоначального владельца; однако, кроме старшего брата Шэна Цзиньчжао, у первоначального владельца не было друзей его возраста в Механической долине.

Он крепче сжал нож, и сверкающее лезвие сверкнуло, когда он направил его прямо в лоб мальчика.

Как и предсказывал Се Уянь, мальчик быстро пригнулся и сделал шаг назад, чтобы легко уклониться от атаки.

В мгновение ока Се Уянь схватил красно-нефритовое одеяние и надел его, наконец-то избавившись от неловкой ситуации, когда он был едва одет, а расстояние между ними сократилось до нескольких шагов.

Алые одежды Се Уяня ярко сияли на солнце, а юноша отступил в тень цветочного поля, и его черты лица скрылись еще глубже.

Это уединение мгновенно преобразило окрестные пионовые поля.

Пионы семьи Сье обладали силой духа и гордым нравом, однако аура молодого человека напугала их, заставив их зеленые листья скручиваться, а красные цветы дрожать от страха.

Когда мальчик увидел, что находится на Се Уяне, в его глазах мелькнуло удивление, которое тут же погасло. Он перестал улыбаться, его взгляд наполнился глубоким разочарованием.

«...Ты не он».

Едва прозвучали эти слова, как тишину нарушил гораздо более громкий крик, эхом разнесшийся издалека.

«Младший брат! Младший брат Сье! Ты внутри?»

За пределами ограничений Весны пионов Шэн Цзиньчжао кричал все громче и громче, тревожно колотя по невидимой стене в воздухе.

Мальчик взглянул в сторону, откуда доносился звук, затем легко отпрыгнул назад и бесследно исчез, словно чернильная капля, упавшая в долгую ночь.

Се Уянь слегка приподнял тыльную сторону ладони, и ограничения, окружавшие «Пионовый источник», тут же рассеялись, как дым.

Послышались быстрые и хаотичные шаги, указывающие на большое скопление людей. Вскоре в поле зрения Се Уяня появилась группа учеников во главе с Шэн Цзиньчао.

Лоб Шэн Цзиньчжао был покрыт мелкими каплями пота, и он чуть не бросился на него, с тревогой спрашивая: «Младший брат, как дела?»

— Я в порядке. — Се Уянь отряхнул пыль с края одежды. Он совсем недавно вышел из ванны, и его волосы были ещё влажными, на них блестели несколько капель воды.

Шэн Цзиньчжао на мгновение остолбенел, прежде чем смог увидеть, как он выглядит.

Позади него ученики забыли о своих делах. У некоторых глаза дрожали, а щеки других горели, и они не решались поднять на него взгляд, словно опасаясь ожогов от капель воды на теле Се Уяня.

Все они были закалены пустыней, их кожа была темной и румяной, и они никогда не видели никого с лицом, подобным лицу Се Уяня, которое было похоже одновременно на изгнанного бессмертного и демона.

Во-вторых, Се Уянь редко выходит из дома и большую часть времени проводит дома. Многие из них видят Се Уянь лично впервые и находят это очень необычным.

В Долине Механизмов гораздо больше людей слышали слухи о Се Уяне, чем видели его лично. Ходили слухи, что этот молодой мастер Се из Царства Бессмертных обладал поразительно красивой внешностью, даже превосходящей Хо Яо, сына Мастера Долины. Поэтому ученики предположили, что он тоже был андрогином.

Теперь оказывается, что это совсем не так.

Се Уянь не пользовался косметикой и, в отличие от Хо Яо, не слишком переживал о своей внешности. Однако он просто стоял, опустив руки по швам, со спокойным выражением лица, легко подавляя атмосферу. Он был подобен хорошему вину, достигшему определённой крепости, которое соблазняет, но заставляет не решаться сделать глоток. Даже самый маленький глоток был бы серьёзным проступком и опасным предприятием.

Даже Шэн Цзиньчао был несколько ошеломлён. Ведь Се Уянь всегда выглядел болезненным и говорил медленно, словно несколько слов могли исчерпать все его силы. Но теперь…

Шэн Цзиньчжао почувствовал смешанные чувства и больше не хотел об этом думать. Он шагнул вперёд и, используя своё высокое, стройное тело, заслонил взгляды учеников.

«Младший брат, мы преследовали мелкого воришку, который скрылся где-то здесь. Хотели бы узнать, есть ли у тебя какие-нибудь зацепки?»

Се Уянь кивнул и указал направление, куда скрылся мальчик. В любом случае, учитывая его способности, эти ничтожные ученики никак не могли его поймать.

Се Уянь, естественно, обошел толпу и хотел уйти, но был остановлен Шэн Цзиньчжао.

«Сегодня в долине неспокойно, младший брат, ты не должен выходить, а пойди ко мне в убежище».

«Нет необходимости, я сам о себе позабочусь», — ответил Се Уянь.

Шэн Цзиньчжао неловко улыбнулся и прошептал ему на ухо: «Младший брат, убийцу ещё не нашли. Если ты останешься один, то можешь натворить бед».

Затем Се Уянь остановился и медленно повернул голову.

«Проблема? Ты говоришь о Хо Яо?»

Шэн Цзиньчжао замер, несколько удивлённый прямотой Се Уяня. Он тихо вздохнул и не стал отрицать.

Причиной, по которой первоначальный владелец оказался в таком состоянии, отчасти была его собственная личность, но определенно не обошлось без издевательств, которым он подвергался со стороны своего старшего брата Хо Яо из года в год.

Поначалу они обменивались лишь несколькими колкими словами при встрече, но постепенно это переросло в издевательства, которые были видны всем, в постоянное «заимствование» сокровищ и магических артефактов и бесконечную клевету за спиной.

Будь он просто молодым проказником, Се Уянь не стал бы вмешиваться. Однако внезапно он наткнулся на нечто интересное в воспоминаниях прежнего владельца и тут же передумал.

«Старший брат, отведи меня к Хо Яо. Мне нужно ему кое-что сказать».

Прежде чем он успел договорить, Шэн Цзиньчао внезапно нахмурился: «Младший брат, если ты знаешь, что молодой господин Хо собирается причинить тебе вред, почему ты всё равно идёшь к нему? Если тебе есть что сказать, твой старший брат может сделать это за тебя».

Шэн Цзиньчжао был добросердечен, но спорить с Хо Яо было все равно что метать бисер перед свиньями: его усилия добиться справедливости для Се Уяня были тщетны.

«Чем больше я скрываюсь, тем больше у него возможностей оклеветать меня. Лучше нанести удар первым и обезопасить ситуацию с самого начала».

Се Уянь принял решение. Шэн Цзиньчжао долго колебался, прежде чем осознал, что в этом есть доля истины. Однако перед тем, как отправиться в путь, он дал Се Уяню множество советов, посоветовав ему быть более настойчивым при встрече с Хо Яо и не позволять себя обманывать.

Остальные ученики были отправлены в погоню за мелким воришкой, а Се Уянь и его спутник покинули источник и направились обратно.

После того как Се Уянь скрылся из виду, вид цветочного поля и чистого источника также замерцал и бесследно исчез.

Шэн Цзиньчжао не мог не задержаться ещё несколько секунд и воскликнул: «Как и ожидалось от семьи Се, даже источник защищён ограничением высшего уровня».

Се Уянь подумал: «Если бы он не защищал её так, кто знает, сколько людей завидовали бы ему и глазели бы на неё». Сейчас единственным человеком, которому он мог доверять и который привёл её сюда, был Шэн Цзиньчжао.

В конце концов, после того как «он» умерет завтра, именно Шэн Цзиньчжао пролил по нему слезы, позаботился об организации его похорон и вернул его невредимым в родной город — в Красное Небо, где семья Се жила поколениями на протяжении тысяч лет.

Теперь, когда он взял на себя управление жизнью первоначального владельца, он наверняка не повторит эту жалкую судьбу первоначальца.

Размышляя об этом, Се Уянь поднял глаза. Впереди виднелась резиденция важных персон Долины Механизмов – Башня Тысячи Машин. Рядом цвели лишь пустынные полевые цветы, а сама башня стояла на берегу чистого озера. Это было место, построенное на краю оазиса, место, где могли жить только такие люди, как Хо Яо.

Затем он повернулся и направился в противоположном направлении — к резиденции Се Уяня.

Шэн Цзиньчао последовал за ним и удивленно спросил: «Младший брат, ты... не собираешься увидеть молодого господина Хо?»

«Нет», — прямо ответил Се Уянь. «Я найду его».

По пути Се Уянь узнал от Шэн Цзиньчжао о преступлениях «мелкого воришки».

Другими словами, он в одиночку проник в тщательно охраняемую Башню Тысячи Машин и прямо под носом у многочисленных экспертов тщательно обыскал все девятьсот комнат внутри и снаружи.

Устроив хаос и беспорядок в Башне Тысячи Машин, вор исчез, и никто никогда не видел его фигуры или внешнего вида, даже его роста и веса.

Се Уянь все больше интересовался личностью мальчика, так как, по его воспоминаниям, его появление было совершенно неожиданным.

Он не только обладает воспоминаниями первоначального владельца, но и, по какой-то неизвестной причине... воспоминаниями о траектории развития мира после смерти первоначального владельца.

По сути, это банальная и душераздирающая история о Шэн Цзиньчжао, главном герое, который странствует по бессмертному миру и в конечном итоге терпит поражение от злодея.

Конечно, у Се Уяня были более срочные дела, чем выяснение личности мальчика.

Еще до того, как они прибыли на место, Се Уянь увидел внизу густую группу теней, кричащих что-то во все горло.

Перед его зданием собралось так много людей, что первоначальный владелец, вероятно, испугался бы настолько, что у него ослабли ноги.

По ряду сложных причин первоначальный владелец был отправлен в Долину Механизмов, а затем оставлен Хозяином Долины в отдаленном, темном и лишенном солнца двухэтажном здании в Долине Механизмов.

Окрестности были безжизненны и кишели ядовитыми тварями. Се Уянь прожил здесь девять лет. Кроме Шэн Цзиньчжао, который время от времени навещал его, больше никто сюда не приходил.

Зачем кому-то приходить в такое место?

Взгляд Се Уяня скользнул по шумной толпе и остановился на лице, которое он слишком хорошо знал.

Мужчина находился в самом центре. Он был гораздо светлее и изящнее остальных, с вишнёво-красным лицом и губами. Хотя его нельзя было назвать красавцем, он всё же считался симпатичным по сравнению с обычными людьми.

Однако, будучи мужчиной с женственными чертами лица, ему несколько не хватает темперамента и харизмы.

Когда Се Уянь взглянул на него, Хо Яо резко повернул голову, словно пораженный молнией.

Когда Хо Яо увидел, что Шэн Цзиньчжао прижимается к Се Уяню, выражение его лица мгновенно исказилось, и окружающие тут же отреагировали, все смотрели на Се Уяня в гробовом молчании.

Из уважения к Шэн Цзиньчжао Хо Яо выдавил улыбку: «Спасибо, что наконец-то приехал, младший брат. В долине сейчас такой хаос, хорошо, что ты жив и здоров».

Се Уянь быстро взглянул на него и ровным голосом сказал: «Спасибо за заботу, старший брат».

Хоть ответ и был простым, он уже превзошёл ожидания Хо Яо. Однако он не собирался менять свои планы и сразу же продолжил: «Младший брат Се, мне просто было скучно, и я одолжил у тебя маленькую чёрную птичку для компании. Если хочешь её вернуть, просто скажи. Зачем поднимать такой шум и нарушать покой жителей долины?»

Эти слова были не слишком умны и теперь кажутся не более чем беспочвенной клеветой. Однако первоначальный владелец этого тела был настолько беспечен, что сам накликал на себя смерть.

Однако на этот раз ситуация кардинально изменилась. Шэн Цзиньчжао взял инициативу в руки, встал и объяснил: «Молодой господин Хо шутит. Мой младший брат всё ещё восстанавливается после сегодняшних ранений и всё это время был рядом со мной. Все девятьсот комнат Башни Тысячи Машин и Сотни Оборотов были нарушены. Как это может быть кто-то больной?»

Шэн Цзиньчжао даже не заметил лёгкого запаха в воздухе. Видя, что Се Уянь молчит и явно недоволен, он быстро шагнул вперёд, чтобы защитить его.

Одно-единственное слово о помощи сделало выражение лица Хо Яо еще более неприятным.

Он почувствовал ком в горле и собирался снова заговорить, когда Шэн Цзиньчжао перебил его.

«Молодой мастер Хо, мы нашли зацепку, объясняющую, что произошло несколько дней назад», — сказал Шэн Цзиньчжао, доставая из своего одеяния пространственный мешочек. «Почему бы вам не пойти с нами к Мастеру Долины и не расследовать это дело подробнее?»

Выражение лица Хо Яо менялось от гнева к радости, но, видя, что Шэн Цзиньчжао собирается что-то ему передать, он не придал этому особого значения и протянул руку, чтобы взять это.

"ах!!"

Хо Яо вскрикнул от ужаса, дрожа всем телом, и отшатнулся назад, чуть не сбив с ног учеников позади себя. Остальные ученики, не в силах сдержать любопытство, вытянули шеи, чтобы посмотреть, но все без исключения замолчали и побледнели.

В руке Шэн Цзиньчжао держал небольшой пурпурно-золотой платок, способный предотвратить утечку духовной энергии. Он бережно обёртывал фрагменты золотого ядра Се Уяня, идеально сохраняя свежую кровь и плоть, уничтожая намерение и энергию крови.

Хо Яо, чьё лицо ещё секунду назад было смертельно бледным, вдруг широко раскрыл глаза и перестал притворяться. Он поднял руку и молниеносно замахнулся на фрагмент Золотого ядра.

Расстояние было слишком малым, чтобы Шэн Цзиньчжао смог увернуться. Се Уянь зажёг пламя на кончике пальца и направил его в руку Хо Яо.

Он не планировал использовать свой духовный корень, но теперь, когда он этого не сделал, тогда...

Хм?

Се Уянь взглянул в сторону и мельком увидел ледяной голубой свет в безлюдном углу. Сразу же после этого Хо Яо снова закричал, сжимая замёрзшие руки, и слёзы ручьём хлынули по его лицу.

«Ты, ты!» — выдавил он, сверля Се Уяня взглядом, но его ярость, которую он только что проявил, исчезла. В конце концов, все знали, что Се Уянь родился с огненным духовным корнем, а Хо Яо страдал от обморожения, что, естественно, не имело никакого отношения к Се Уяню.

В углу появилась вспышка синего света и бесследно исчезла.

Се Уянь ничего не сказал, взял осколок золотого ядра у Шэн Цзиньчжао, который все еще был в шоке, и, не говоря ни слова, уверенно вошел в здание впереди Хо Яо.

Позади них раздавались яростные и заикающиеся крики Хо Яо.

Даже если Шэн Цзиньчжао и не сразу это заметил, он всё равно заметил странное поведение Хо Яо. Хо Яо даже не сказал ему ни слова утешения. С мрачным лицом он последовал за Се Уянем в дом.

«Младший брат, ты должен пойти со мной и как можно скорее найти Хозяина Долины. Это дело огромной важности. Как бы Хозяин Долины ни любил Хо Яо, он не посмеет поступить с тобой несправедливо».

«Нет», — Се Уянь без колебаний отверг эту идею. «Я собираюсь использовать эти фрагменты для очищения духовной энергии».

Услышав, что он хочет уточнить важные улики, Шэн Цзиньчжао забеспокоился: «Это дело нельзя оставлять так».

«Конечно, нет». Се Уянь осторожно убрал фрагмент Золотого ядра, его глаза слегка потемнели. «Однако фрагменты Золотого ядра — отличный материал для совершенствования. Если они попадут в руки Хозяина Долины, они уже никогда не вернутся ко мне. Даже если мы узнаем, что зачинщиком был Хо Яо, что с того? Хо Яо — его драгоценный сын, рождённый поздно. Как его наказать? Месяц заключения?»

Шэн Цзиньчжао лишился дара речи, не в силах произнести ни единого возражения.

Се Уянь сел, откинувшись на спинку деревянного кресла, пахнущего орхидеей, слегка опустив глаза и выглядя несколько усталым: «Что касается Хо Яо, то ему достаточно того, что у меня есть доказательства. Я рассчитаюсь с ним позже. Каким бы смелым он ни был, он не посмеет рисковать своей репутацией».

Хо Яо, молодой заклинатель, был ещё слишком неопытен. Хотя Се Уянь не считал его источником проблем, его собственное тело действительно было в плохом состоянии. Из-за травмы и потери крови за день его и без того худое тело было совершенно бледным, а кончики пальцев похолодели и побледнели от холода.

Пряди егл длинных, гладких, темно-черных волос ниспадали на плечи Се Уяня, его одежду и огненно-красную нефритовую ткань, покрывавшую его грудь.

Шэн Цзиньчжао бегал вокруг, разнося чай и воду, пытаясь найти способ позаботиться о нём, но Се Уянь просто хотел тишины и покоя. Он потёр виски и сказал Шэн Цзиньчжао, что они могут просто выйти через заднюю дверь.

Услышав это, старший брат Шэн, который обычно был весьма мужественным, жалобно заморгал глазами, словно брошенный пес.

После ухода Шэн Цзиньчжао Се Уянь легонько взмахнул рукой, и по всему зданию раздался щелчок, и шторы послушно и быстро закрылись.

Ночь медленно опускалась, мягко окутывая все тело Се Уяня.

Се Уянь лениво свернулся калачиком в кресле, его веки устало опустились. В кромешной тьме ему показалось, что наступила ночь, и сонливость медленно подкралась к нему.

В темноте он вспомнил тот ледяной голубой свет, который был всего несколько мгновений назад.

В этом мире духовные корни в основном делятся на пять категорий: металл, дерево, вода, огонь и земля. Однако есть исключения — уникальные духовные корни, возглавляемые льдом, молнией и ветром, чрезвычайно сильны и редки.

Если ему не изменяет память, в этом мире есть только один довольно известный и проблемный человек, обладающий способностями небесного духовного корня ледяного типа.

Прежде чем Се Уянь успел продолжить свои размышления, он внезапно открыл глаза и обратился к темным стропилам:

«Спускайся сюда».

Глава 3 Молодой мастер Ли (1)

В комнате было темно и мертвецки тихо.

Се Уянь и «нечто» во тьме оказались в патовой ситуации, где ни одна из сторон не могла сдвинуться с места.

Се Уянь попытался направить свою энергию в ладонь, но внезапно почувствовал металлический привкус в горле. Он наклонил тело, и духовная энергия в его ладони мгновенно рассеялась.

...и в этот раз так уж вышло.

У Се Уяня даже не было сил кашлять. Наконец, он поднял руку и увидел на манжете рукава кровавое пятно, похожее на цветок, которое бросалось в глаза.

Не говоря ни слова, он взмахнул широкими рукавами, и в мгновение ока манжеты снова приобрели безупречный вид.

В этот самый момент Се Уянь внезапно услышал громкий удар сбоку, как будто кто-то ударил по земле.

Се Уянь посмотрел вперед и увидел, что «штука» упала прямо с балки крыши и приземлилась на землю.

Он быстро сунул нож в широкий рукав, осторожно взялся за рукоять и медленно подошел.

«Существо» имело форму клейкого рисового шарика, и, когда оно приблизилось, можно было смутно разглядеть его длинную шерсть на спине. Несмотря на падение с балки крыши, оно, казалось, не чувствовало никакой боли, легко переворачиваясь и поднимаясь.

Чёрный комок шерсти быстро метнулся в угол, оставляя кровавый след на полу. Он молниеносно откатился, спрятавшись за высокой книжной полкой, и на него настороженно посмотрели.

В воздухе стоял едкий запах крови.

Се Уянь оставался начеку. Только что он наконец увидел очертания спины другого человека – ребёнка, на вид не очень старого, в небрежно подобранном толстом грубом халате, из-за которого он выглядел очень неуклюжим, но его открытые конечности были такими тонкими, что напоминали кожу да кости.

Мальчик ухмыльнулся, глядя на него с опаской.

У Се Уяня на мгновение заболела голова.

В комнате было слишком темно, и он хотел зажечь лампу, но свет, вероятно, помешал бы мальчику. После долгих раздумий Се Уянь поднял руку и щёлкнул пальцами в сторону самой дальней настольной лампы.

Свет был далеко, поэтому он светил гораздо слабее.

«…Фу», — мальчик все еще неловко бормотал.

В тусклом свете огня Се Уянь ясно видел лицо мальчика. Это было красивое и нежное лицо, но его лицо и волосы были покрыты жёлтым песком и грязью, отчего он выглядел грязным и непохожим на обычного ребёнка.

"подойди."

Он протянул руку, чтобы подозвать мальчика, но тот так испугался, что юркнул за шкаф, как мышь.

У Се Уяня болела голова.

Несмотря на то, что этот мальчик совсем маленький, на вид ему не меньше десяти лет, он ведет себя как новорожденный дикий зверек.

Ему было лень спорить дальше, и он шагнул вперёд. Мальчик попытался увернуться, но прежде чем он успел двинуться с места, Се Уянь схватил его за шею, словно кролика, и потянул назад.

«Отпусти!» Мальчик наконец произнёс своё первое человеческое слово.

«Не двигайся», — Се Уянь сделал вид, что не слышит, и продолжил своё занятие.

«Ты! Куда ты тянешься?!» — в ужасе забился мальчик, не обращая внимания на то, что рана на ноге рвётся, и кровь хлещет во все стороны.

«...Я сказал, не двигайся». Се Уянь крепко схватился за икру, поднял глаза и холодно посмотрел на него, выражение его лица было крайне недружелюбным. «Однако, если хочешь остаться калекой, можешь двигаться как хочешь».

Мальчик испугался и послушно замолчал.

Се Уянь продолжал осматривать его раны. Хотя он выглядел совсем юным, ему было уже лет четырнадцать-пятнадцать. Он ощущал вокруг себя слабую духовную энергию, что было знаком того, что он недавно пробудил свой духовный корень.

А почему он выглядит таким молодым...

Се Уянь обхватил его тощие ноги, не находя в этом ничего странного. Как он мог вырасти таким худым, без какого-либо питания?

Прикладывая лекарство, Се Уянь, не поднимая глаз, спросил: «Как тебя зовут?»

Самый простой вопрос в мире ошеломил мальчика. Он жевал еду, не отвечая.

"скажи."

«Разве ты не слышал поговорку: „Лучше не лезь не в своё дело“?» — выражение лица мальчика было серьёзным, как у маленького взрослого. — «Однако я могу тебе рассказать, но ты не должен никому рассказывать, иначе…»

«Тогда перестань говорить», — перебил его Се Уянь, которому было лень слушать его бессвязную речь. «Мне это неинтересно».

Губы мальчика напряглись, он странно взглянул на него и больше ничего не сказал.

Движения Се Уяня, когда он наносил ему лекарство, были далеко не мягкими. Будь на его месте кто-то другой, он бы закричал от боли. Но преимущество заключалось в том, что процедура была быстрой и эффективной, и всё закончилось в мгновение ока.

Се Уянь задумчиво взглянул на него, затем вытер руки и сказал: «Ты сможешь уйти, как только твои раны заживут».

Его первоочередная задача — разобраться с Хо Яо и найти способ восстановить свое имя; у него нет времени заниматься детьми.

"Ходить сможешь?"

Мальчик выглядел удивлённым, не ожидая, что Се Уянь поднимет этот вопрос. Он хотел продолжить спор, но вдруг позади него раздался звук.

Они вдвоем посмотрели в сторону главного входа.

Кто-то стучится в дверь.

Се Уянь взглянул на мальчика, давая ему знак замолчать.

«Младший брат?» В дверь постучали ещё дважды. Шэн Цзиньчжао намеренно понизил голос и позвал: «Младший брат, ты здесь?»

"Я здесь."

Се Уянь шагнул вперед, поднял руку, и дверь медленно открылась.

За дверью Хо Яо и его группа уже разошлись. На пороге стоял только Шэн Цзиньчжао, держа в руках большой свёрток из промасленной бумаги. Его осторожный и дотошный вид выглядел несколько комичным.

Подумав, что внутри может кто-то прятаться, Се Уянь встал перед дверью и спросил: «Есть что-нибудь еще, старший брат?»

Шэн Цзиньчжао не обращал внимания ни на что другое, его взгляд был полностью прикован к Се Уяню, и, заметив, что его лицо стало менее бледным, он наконец почувствовал облегчение.

«У меня есть кое-что, что я хотел бы подарить своему младшему брату», — он протянул Се Уяню свёрток из промаслённой бумаги. «Это мне дал земледелец из долины. Это должно пригодиться тебе в твоём самосовершенствовании».

Се Уянь взял его и почувствовал тяжесть промасленной бумаги. Он уже собирался поблагодарить, как вдруг его прервали два громких удара из дома позади него. Прежде чем он успел что-либо сказать, послышался хруст падающих книг и приглушённые голоса, которые услышал Шэн Цзиньчжао.

Услышав странные звуки изнутри дома, Шэн Цзиньчжао занервничал и хотел войти внутрь, но его тут же остановил Се Уянь.

«Старший брат, это просто занавес движется».

«Но я все еще отчетливо слышу...»

«Последние несколько дней я себя плохо чувствовал и почти не убирался в доме. Вещи разбросаны повсюду. Только что некоторые вещи, сваленные в кучу, упали. Старший брат, пожалуйста, не заходи. Везде беспорядок, и это только расстроит тебя». Се Уянь мог только придумать оправдание.

Взгляд Шэн Цзиньчжао был хитрым, в нём явно читалось недоверие, и он настоял на том, чтобы войти в дом. Се Уяню ничего не оставалось, как продолжать его останавливать, что потребовало от него немалых усилий, и выражение его лица становилось всё мрачнее.

Видя решимость Се Уяня, Шэн Цзиньчжао наконец сдался и перестал настаивать. Теперь, когда важное дело было завершено, пришло время расстаться.

Как только Шэн Цзиньчао ушел, Се Уянь тут же повернулся и вернулся, чтобы позаботиться о детях.

Он не мог понять, почему за время, меньшее, чем нужно, чтобы выпить чашку чая, ребенок не может успокоиться, как только начинает говорить.

Се Уянь вернулся в дом, поднял мальчика из кучи книг, разбросанных по полу, и закатал рукава, готовый избить его.

Прежде чем пощечина достигла его ягодиц, половина лица мальчика покраснела, и он изо всех сил пытался вырваться из хватки Се Уяня.

«Ты, ты извращенец! Зачем ты спускаешь с меня штаны?!»

«Что ещё я могу сделать?» — буднично ответил Се Уянь. «Я тебя изобью».

«Ты!!» — разъярился мальчик, крепко сжимая штаны в качестве последней линии защиты своего достоинства.

Видя, что Се Уянь не собирается сдаваться, у него не осталось иного выбора, кроме как придумать быструю идею: «Давай, избей меня, если хочешь, но сначала мне нужно натянуть штаны».

Се Уянь молча посмотрел на него и почти сразу же дал ответ:

"Нет."

«...Ты и вправду извращенец, да?!» Лицо мальчика побледнело, и он с ужасом посмотрел на него.

«Нет, но я дам тебе шанс», — Се Уянь слегка наклонился ,чтобы встретиться с ним взглядом.

Мальчик насторожился и отступил назад.

«Я спрошу в последний раз: как тебя зовут? Откуда ты?»

Мальчик был ошеломлен, на его лице внезапно отразилось осознание, но он все еще не мог поверить в происходящее: «Это... это все?»

«Ладно, можешь ничего не говорить, но когда выйдешь, не проходи через главные ворота, чтобы тебя не увидел кто-нибудь суетливый», — без всякой вежливости сказал Се Уянь и указал ему на задний двор.

Узнав об этом, мальчик помрачнел. Но, увидев, как дёрнулось колено Се Уяня, он подумал, что его сейчас ударят ногой, поэтому поспешно схватил Се Уяня и выпалил: «Меня зовут Ли Чэнь, я из... из Царства Бессмертных, всё в порядке? Ты... ты отпусти!»

На этот раз настала очередь Се Уяня быть ошеломленным.

Видя, что Се Уянь не останавливается, мальчик поспешно продолжил объяснять, его лицо залилось краской: «Моя фамилия Ли, Ли Цзиньли Диншэна, а Чэнь... Чэнь «Сюй Цюй Шицзянь Чэня»».

Без дополнительных объяснений со стороны молодого человека Се Уянь точно знал, как написать каждую черту этого имени.

Внешний вид Ли Чэня объясняет, почему руки Хо Яофана были обморожены.

Самый известный в мире культиватор корня ледяного духа стоял прямо перед ним, еще молодой и не вставший на путь зла, и... с него сняли штаны.

Се Уянь свободной рукой попытался перевернуть Ли Чэня, чтобы увидеть его спину, но Ли Чэнь каким-то образом нашел в себе силы и изо всех сил пытался оттолкнуть руку Се Уяня.

Однако действий Ли Чэня было достаточно, чтобы доказать его личность, поскольку у него на спине была рана, которую он никогда не показывал и не показывал другим.

Спустя годы тех, кто нанёс эту рану, ждёт ужасная участь. Ли Чэнь расчленит их, обезглавит, высечёт плетью, сожжёт дотла, а их души будут развеяны.

Этих людей ждал гораздо более трагический конец, чем Се Уянь.

Но, порывшись в своих воспоминаниях, Се Уянь почувствовал, что время появления Ли Чэня не совсем совпадало.

«Разве ты не сказал, что отпустишь?» — раздался снизу осторожный голос мальчика.

Слова Ли Чэня прервали размышления Се Уяня. Достоинство молодого человека всё ещё находилось в его руках, поэтому он, естественно, очень нервничал и не осмеливался разговаривать с ним громко.

Се Уянь молча отпустил его руку, освобождая себя от складок его брюк.

Ли Чэнь быстро подтянул штаны и оправил свою нелепо большую одежду из грубой ткани, и выражение его лица немного смягчилось.

По-видимому, чувствуя себя очень подавленным, Ли Чэнь первым делом, натянув штаны, бросил на Се Уяня свирепый взгляд.

Се Уянь, не обращая на него внимания, встал и подошёл к шкафу. Он немного покопался в своей коллекции изысканной одежды, а затем достал добротный тёмный халат. Он отряхнул его и бросил в руку Ли Чэню.

«Возьми».

Халат был слегка потёрт, но, к счастью, тёмный цвет основы и качественный материал делали это менее заметным. Вероятно, именно эту одежду носил первый владелец, когда его впервые бросили в Механизированную долину. Он был гораздо меньше нынешнего размера Се Уяня, но должен был идеально подойти Ли Чэню.

Поддавшись полунасильному «подарку» Се Уяня, Ли Чэнь наконец принял одеяние. Он держал драгоценную ткань в руках с величайшей осторожностью, но пальцы его напряглись, так как он не знал, куда её девать.

Даже самый черствый человек будет тронут этой сценой.

Если говорить конкретнее, то предыстория Ли Чэня во многом схожа с историей Се Уяня — оба родились в знатных семьях, но не были приняты своими семьями и в конечном итоге были вынуждены скитаться по чужим землям.

По своему происхождению Ли Чэнь был на голову выше Се Уяня. Его биологический отец был главой секты Линлун, первой секты в Царстве Бессмертных, и сам он был исключительно талантлив. Он должен был прожить достойную жизнь и добиться многого.

Однако именно из-за этого «должна была» судьба абсурдна.

Оба пострадали от несправедливости, но Се Уянь рано умер. Однако, учитывая, что Ли Чэню пришлось пережить позже, Се Уянь, пожалуй, повезло больше.

Хотя Ли Чэнь едва выжил, за всю свою долгую жизнь он так и не встретил никого, кто бы по-настоящему о нём заботился. Он мог лишь день за днём погружаться в самосовершенствование. В конце концов, хоть он и отомстил, он уничтожил большую часть бессмертного мира и трагически погиб в огненном море, не обретя покоя.

Ли Чэнь не мог прочесть мысли, скрытые за спокойным выражением лица Се Уяня. Всё его внимание было приковано к великолепному платью в его руке, и он невольно протянул руку и ткнул в него пальцем. Мягкая парча тут же поглотила палец и утонула в нём.

...Юнь Джин.

Ли Чэнь узнал ткань, что удивило его еще больше: это была определенно не какая-то раритетная вещь, которую можно было просто так отдать.

Когда этот наряд был заказан, семья Се ещё была богата. Они специально наняли первоклассного ткача из небесного мира, чтобы тот соткал его для своего молодого господина на большом деревянном станке с узорами из облачной парчи. На изготовление ушло целых два года.

Учитывая потрясения, которые терзают мир людей уже много лет, качество этой парчи является первоклассным даже по стандартам всех Трех Царств.

Ли Чэнь слегка прикусил губу, словно хотел что-то сказать.

Се Уянь подумал, что обычно такой ребенок, как Ли Чэнь, который внезапно получил такой большой подарок, должен заплакать и сказать несколько слов благодарности.

Однако в реальности редко все идет по плану.

Выражение лица Ли Чэня было едва заметным. Он прижал к себе одежду и отошёл на некоторое расстояние, глядя на него с презрением.

«Ты дал мне это... ты ведь не пытаешься заставить меня использовать это как котел для печки, правда?»

Се Уянь: «...»

Глава 4 Молодой мастер Ли (2)

Ли Чэнь выглядел совершенно будничным, по-видимому, не веря в то, что его суждение было ошибочным.

Я давно слышал, что в бессмертном мире обитает множество зверей в человеческом облике. Вместо того чтобы усердно совершенствоваться, они проводят дни, предаваясь злым помыслам, пытаясь похитить людей, чтобы сделать их своими «печами», и используют техники парного совершенствования, чтобы улучшить своё совершенствование.

Это экономит время и силы, но крайне вредно.

Ещё тысячу лет назад существовали секты, которые для улучшения своих способностей полагались исключительно на культивационные печи. Даже сегодня практика использования культивационных печей остаётся распространённой среди некоторых культиваторов. Их методы похищения людей не отличаются особой изощрённостью: они заманивают жертву магическими артефактами, а как только жертва теряет бдительность, заключают её в тюрьму, налагая ограничения.

Ли Чэнь не желал становиться чьим-либо сосудом, поэтому он крепко закутался в свой парчовый халат, готовый в любой момент ускользнуть.

У него был хороший план, но кулак Се Уяня обрушился на него с ошеломляющей силой, полностью разрушив его планы.

Се Уянь не выкладывался на полную. Он знал, что Ли Чэнь физически слаб, поэтому не применял слишком много силы и намеренно избегал ударов по уязвимым местам. Другими словами, он бил, не оставляя следов, и, кроме боли, других последствий не было.

Но Ли Чэнь не издал ни слова боли от начала до конца. Он оберегал роскошную одежду в своих руках и даже нашёл в себе силы следить за направлением ударов Се Уяня. Постепенно ему удалось уклониться от двух-трёх из десяти ударов.

Осознав это, Се Уянь взмахнул широкими рукавами и прекратил свое занятие.

Мальчик осторожно приоткрыл один глаз, встретившись взглядом с опущенным вниз взглядом Се Уяня, в котором читалась безупречная строгость.

«С этого момента, когда ты останешься у меня, не говори таких вещей».

Ли Чэнь удивленно посмотрел на него: «В будущем?»

«Куда ещё ты можешь пойти?» — спросил Се Уянь в ответ. «Мне нужен помощник. Ты можешь остаться здесь. По крайней мере, я буду защищать тебя и обеспечивать твою безопасность».

У Ли Чэня не было возражений.

Видя его молчание, Се Уянь был на 70% уверен, что Ли Чэнь решит остаться. В конце концов, Ли Чэнь тоже был вынужден покинуть родной город и не мог вернуться домой. Вместо того чтобы скитаться, он предпочёл остаться рядом с Се Уянем – по крайней мере, ему не придётся терпеть солнце и дождь.

Ли Чэнь осторожно спросил: «Если я откажусь остаться, вы снова меня избьете?»

"Хорошая идея."

"...Я останусь!"

Ли Чэнь произнес эти два слова с непреклонной решимостью, но почти сразу же пожалел о них.

Потому что первое место, куда Се Уянь отвел его, на самом деле было духовным источником.

Этот духовный источник, несомненно, является сокровищницей для каждого, кто его видит: уже при приближении к нему можно ощутить обильный прилив духовной энергии. Пейзаж вокруг источника также весьма красив: поле ярко-красных пионов в полном цвету, пылающих до самого горизонта.

Се Уянь задумался и понял, что это единственное место, которое может очистить тело и помочь людям восстановить силы.

Он приказал: «Спустись и вымойся».

Однако Ли Чэнь остался невозмутим. Он некоторое время смотрел на источник, а затем неловко почесал щеку.

Он посмотрел на источник, затем на Се Уяня, словно его переполняла скорбь, которую он не мог выразить.

Се Уянь был озадачен и нахмурился, взглянув на Ли Чэня.

Что теперь с этим ребенком?

Ли Чэнь стоял у бассейна прямо и неподвижно, долгое время не двигаясь.

Се Уянь стоял рядом с ним, скрестив руки, и какое-то время ждал его с бесстрастным видом, а затем, наконец, проявил нетерпение: «Почему ты еще не спускаешься?»

Он не понимал, почему Ли Чэнь так неохотно соглашается. Он просто не мог видеть лицо Ли Чэня, покрытое грязью и песком, и хотел, чтобы тот умылся.

Видя, что он медлит, Ли Чэнь почувствовал противоречивые чувства. Поддавшись на уговоры Се Уяня, он глубоко вздохнул и заговорил:

<<Мне сначала раздеться?»

С "стуком".

Это был звук падения Ли Чэня в воду.

Вернувшись в здание, Се Уянь, неся фрагменты Золотого ядра и большой пакет промасленной бумаги, присланный Шэн Цзиньчжао, направился в самую глубокую и темную комнату в здании.

Насколько он помнил, это должна быть комната, специально предназначенная для медитации и совершенствования.

Еще до прибытия Се Уянь заметил, что в помещении необычно сыро, а в углу стены растущее большое пятно плесени.

Даже если первоначальный владелец годами был прикован к постели и не занимался культивированием, это огромная пустыня, в которой мало осадков; откуда могла взяться плесень?

К счастью, духовный корень Се Уяня принадлежит огню, который наиболее удобен для рассеивания сырости.

Сырость рассеялась, и окно открылось, впустив яркий белый свет и странно приятный запах, похожий на запах желтого песка, переносимого ветром.

Хотя в трещинах стены все еще есть некоторые пятна плесени, их можно быстро устранить, если обеспечить циркуляцию воздуха и поток духовной энергии.

В комнату вошел Се Уянь.

Комната была обставлена скудно, даже жалко — старая обветшалая алхимическая печь, квадратная подушка для медитации, и всё.

Хо Яо также был человеком здравого смысла. Если бы у первоначального владельца были какие-нибудь ценные сокровища, он бы давно их «взял взаймы». По-видимому, старая печь и футон перед ним – это всё, что первоначальному владельцу требовалось для возделывания.

К счастью, осмотрев печь, он обнаружил, что, хотя она и выглядела грубой, она была гораздо прочнее обычных алхимических печей, и ею было удобно и легко пользоваться. Он поместил фрагменты золотого эликсира во внутренний слой, а затем открыл промасленную бумагу Шэн Цзиньчжао и выложил внутрь травы и измельчённые лечебные камни.

Как только огонь разгорелся, вокруг печи быстро появился яркий красный свет. Если присмотреться, внутри красного света можно было разглядеть яркий золотой отблеск, тонкий, как золотистая кромка восходящего солнца.

Се Уянь сел прямо в медитации, успокоил дыхание и медленно впитал в свое тело огромное количество духовной силы, полученной из золотого ядра.

Как и ожидалось, после удаления этих фрагментов уровень его культивации резко упала. К счастью, Источник Нефритового Кровавого Сердца помог стабилизировать его культивацию, что в конечном итоге позволило ему оставаться на середине стадии Зарождения Основания.

Те, кто практикует Дао, должны сначала пройти два этапа: очищение ци и создание основы. Сначала они очищают ци в своих телах, а затем создают основу. Только после этого они могут создать Золотой Эликсир и очистить свой изначальный дух.

По мере того, как духовная энергия непрерывно вливалась в его духовные вены, Се Уянь ощутил слабый импульс, приближающий его к вершине совершенствования. Он успокоился и усмирил бурлящую духовную энергию.

После невидимой борьбы духовная энергия наконец вернулась, и уровень совершенствования сохранился на среднем этапе Заложения Основы.

В настоящее время, учитывая его болезненное состояние, создание прочного фундамента важнее, чем повышение уровня его совершенствования. Если фундамент ненадёжен, исправлять ситуацию будет поздно.

По истечении времени, необходимого для сгорания палочки благовония, золотые фрагменты ядра окончательно очистились, превратились в духовную энергию и полностью впитались в тело Се Уяня.

Когда печь открыли, фрагменты золотой пилюли бесследно исчезли, оставив лишь слой чёрного осадка от выгоревшего внешнего слоя. Се Уянь также заметил, что благодаря очистке фрагментов золотой пилюли внешний слой старой печи приобрел лёгкий золотистый оттенок, придавая ей нотку обновлённой красоты.

Травы, используемые в качестве дополнительных ингредиентов, обладают успокаивающим эффектом. Се Уянь только что закончил медитацию и чувствовал себя настолько уставшим и сонным, что едва мог напрягать силы.

Се Уянь хотел пойти к Духовному источнику, чтобы посмотреть, как дела у Ли Чэня, но не смог устоять перед невыносимой усталостью. Уже через несколько шагов он почувствовал неустойчивость, а зрение затуманилось, словно он вот-вот упадёт в обморок.

Неудивительно. Он уже на пределе возможностей этого тела, очищая фрагменты золотого ядра и принудительно поддерживая свой уровень совершенствования.

Я просто надеюсь, что Ли Чэнь знает, как тут устроиться.

Это была последняя мысль, оставшаяся в голове Се Уяня, когда он лежал без сознания в своей спальне.

Наступила ночь, и в тихой комнате воцарился покой.

Постельное бельё и подушки были белоснежными, очень простыми. На кровати плечи Се Уяня тихо озарял ледяной голубой лунный свет.

Он крепко спал, как вдруг услышал тихий шум, от которого он задремал, но не проснулся.

Стук, стук, стук.

Это был звук шагов, доносившийся из-за кровати, необычайно отчетливый.

И...оно шло к нему.

Се Уянь еще не совсем проснулся, но уже подсознательно нахмурился, и не только из-за шагов.

Ему стало жарко.

По какой-то причине ему казалось, что в его груди прячется огненный еж, который бурлит и сжигает плоть и кости внутри грудной клетки.

Боль заставила его прийти в себя, и ему просто хотелось протянуть руку и прикоснуться к этому месту, но тело не слушалось его, что бы он ни делал, словно его парализовало призраком: тело бодрствовало, но разум оставался прежним.

Его охватила эта боль, но он смутно осознал, что шаги исчезли.

...и это еще не все.

Кто-то стоял у его кровати и наблюдал за ним.

...

Се Уянь проснулся от кошмара.

Он покрылся холодным потом, чувствуя себя так, будто его вытащили из воды. Хотя он казался слабым, когда он пытался управлять ци и двигать конечностями, он чувствовал себя совершенно иначе.

За одну ночь его болезнь почти полностью прошла; укрепление его уровня совершенствования было действительно правильным решением.

Помимо этого, Се Уянь также время от времени вспоминал некоторые вещи, но, к сожалению, все они принадлежали первоначальному владельцу и не имели к нему никакого отношения.

Но была и выгода, причем весьма важная: из воспоминаний первоначального владельца он узнал о магическом артефакте под названием «Книга Жизни и Смерти».

Книга Жизни и Смерти — магический артефакт сверхъестественной силы, хранимый семьёй Се на протяжении поколений. Она состоит из двух томов: «Свитка Жизни» и «Свитка Смерти». Свиток Жизни содержит тайны всего сущего в мире, а также, возможно, его прошлое имя.

С каждым днём его душа становится менее полной, чем накануне. Если он не сможет восстановить память, он подведёт не только себя, но и первоначального владельца тела.

Основываясь на подсказках в своей памяти, Се Уянь предположил, что магический артефакт может находиться у Хо Яо, а вот по какой причине...

Два тихих стука прервали его размышления. Се Уянь взглянул на дверь и увидел перед собой детское, но раздражающее лицо.

Он поднял руку, чтобы потереть виски: «...Входи».

Как только он закончил говорить, дверь распахнулась с силой, которая не была ни слишком сильной, ни слишком слабой.

Се Уянь поднял голову, удивленный увиденным.

Перед ним действительно стоял Ли Чэнь. Однако, в отличие от вчерашнего растрепанного и жалкого вида, теперь Ли Чэнь был одет совершенно по-новому, идеально под стать своему статусу молодого господина из знатной семьи: волосы были аккуратно собраны, лицо светло, а простой парчовый халат делал его необыкновенно привлекательным с головы до ног.

Но в отличие от настоящих молодых мастеров, у Ли Чэня было худое, костлявое лицо и такие тонкие конечности, что их было невозможно удержать одной рукой, словно порыв ветра мог унести его душу. Он ходил, словно дикий ребёнок, очень быстро, без малейшего намёка на то, что можно назвать молодым мастером.

Однако, когда Ли Чэнь подбежал к Се Уяню, он вдруг серьёзно наклонился и заговорил детским голосом: «Вчера я был невежлив, прошу прощения, господин. Если... если вы согласитесь, боюсь, мне придётся ворчать на вас несколько дней».

Эти слова были ему явно незнакомы, и он запинался даже в коротких предложениях.

«Ладно, не надо называй меня «старшим», обращайся как хочешь». Се Уянь потёр лоб – редкий момент, когда ему захотелось рассмеяться, – но лицо его оставалось бесстрастным. Затем он открыл проницательные глаза и сменил тему: «Кстати, зачем ты вчера приходил ко мне в комнату?»

«Меня здесь не было», — Ли Чэнь склонил голову, его молодое лицо выражало замешательство. «Вчера я слишком устал. Заснул, купаясь в источнике Линцюань, и поспешил обратно, как только проснулся… Поскольку вас не было, я остался в гостевой комнате и просидел там до рассвета. К тебе я вообще не приходил».

Се Уянь ответил рассеянно; он просто проверял Ли Чэня вопросом.

Прошлой ночью, хотя он и не видел ясно, кто стоял у кровати, он чувствовал, что его мир непостижим. Вряд ли это был Ли Чэнь, ребёнок, но, скорее всего, тот, кто встретился с ним сегодня в духовном источнике.

Се Уянь вдруг что-то вспомнил, взглянул на Ли Чэня и спросил: «Сколько тебе лет? Ты проверял свои духовные корни?»

«В этом году мне пятнадцать…» Ли Чэнь опустил голову и тихонько загибал пальцы. «В этом году мне пятнадцать, и мой духовный корень… ещё не был испытан».

По сравнению с пятнадцатилетним Ли Чэнем, обладавшим физическими данными и умом десятилетнего ребенка, Се Уяня больше волновала вторая половина его предложения.

Как и ожидалось, текущая ситуация отличается от того, что он знал о событиях. В мире, который он знал, у Ли Чэня в секте Линлун обнаружился талант ледяного духа. Как раз когда он был вне себя от радости, произошла неожиданная перемена: его ошибочно осудили за убийство и изгнали из секты Линлун. Так он случайно оказался в Долине Механизмов.

Что касается подробностей несправедливого приговора, Се Уянь понятия не имел. Но, как бы то ни было, поскольку мир изменился, он не мог позволить Ли Чэню страдать вдали от дома и навлекать на себя собственную погибель.

Более того, если Ли Чэнь снова пойдет против праведного пути, это неизбежно повлияет на будущее Се Уяня.

Он задумался на мгновение, затем медленно взглянул на Ли Чэня и предложил: «Поскольку тебе больше некуда идти, почему бы тебе не остаться здесь на некоторое время?»

«Правда? Большое спасибо, сеньор!» — тут же согласился Ли Чэнь, словно опасаясь, что Се Уянь передумает. «Сеньор, мне нужно что-то сделать?»

Се Уянь собирался ответить, что в этом нет необходимости, но затем замялся и остановился.

Краем глаза он заметил, как Ли Чэнь обрадовался, его слезящиеся глаза сверкали. Он ухмыльнулся, отчего его прекрасное лицо стало выглядеть ещё более жалким и худым.

Се Уянь на мгновение замешкался, а затем наконец протянул руку и нежно погладил Ли Чэня по голове.

«Просто сосредоточься на том, чтобы быть собой; остальное — не твое дело, как ребенка».

Надеюсь, Ли Чэнь не повторит ту же ошибку на этот раз. Се Уянь также не хочет использовать Ли Чэня, обменивая свою нынешнюю защиту на будущий мир; он не настолько слаб, чтобы использовать ребёнка для достижения своих целей.

Под ладонью Се Уяня глаза мальчика слегка сузились, в его невинных зрачках мелькнул мимолетный темный блеск, но его ловко скрыли спутанные пряди волос на лбу.

Когда он снова поднял взгляд, на его губах заиграла легкая, юношеская улыбка.

Он был совершенно наивным и невинным ребенком, не знавшим о законах мира.

Глава 5 Молодой мастер Ли (3)

После того, как Ли Чэнь поселился в доме, первым заданием Се Уяня было проверить уровень его совершенствования.

Хотя Се Уянь был готов, он все равно не смог удержаться и закрыл лицо руками, когда узнал об этом факте, и ему даже было трудно поверить, что уровень совершенствования Ли Чэня находился лишь на ранней стадии очистки Ци.

Даже практикующие из мира смертных, те, у кого есть хоть какой-то талант, должны были достичь средней или поздней стадии очищения ци к пятнадцати годам. Что же касается ранней стадии очищения ци… мягко говоря, они только-только вступили на этот путь; грубо говоря, они ещё совершенно ничего не смыслят.

Видя неловкое и нерешительное выражение лица Ли Чэня, Се Уянь утешил его словами: «Твой духовный корень ещё даже не прошёл проверку, поэтому сложно определить направление твоего совершенствования. Нормально, что твой уровень совершенствования невысок».

Лицо Ли Чэня слегка смягчилось, но он всё же не удержался и добавил: «Хотя мой уровень совершенствования невысок, я с детства помогал старейшине секты. Я довольно хорош в таких вещах, как алхимия и сбор трав».

«Нас здесь всего двое, и не так уж много мелочей. Тебе всё равно нужно больше времени уделять совершенствованию», — торжественно сказал Се Уянь. «Отныне я буду твоим наставником, и мы будем как учитель и ученик. Не нужно быть таким формальным».

Ли Чэнь взглянул на него с некоторым удивлением, а затем быстро сложил руки в жесте уважения: «Тогда большое спасибо, Мастер».

«Мы поговорим об этом позже, не звони мне слишком рано», — Се Уянь сменил тему. «Сейчас есть дела поважнее. Собирай вещи и пойдём со мной».

На всякий случай ему пришлось взять Ли Чэня с собой, чтобы проверить его духовный корень, прежде чем он сможет направлять его в совершенствование. Однако для проверки духовных корней требовалось одно: инструмент для изображения духа.

Инструмент «Изображение Духа» — магический артефакт, специально используемый для проверки духовных корней практикующих. Независимо от того, смертный человек или практикующий, если он пройдёт испытание с помощью инструмента «Изображение Духа», уровень его таланта будет сразу же определён.

Этот Инструмент Духовного Образа, пусть и магический артефакт уровня сокровища, но ниже Книги Жизни и Смерти уровня Бога-Призрака, всё ещё остаётся редкостью в мире. Только престижные секты, такие как секта Линлун, могут позволить себе Инструмент Духовного Образа высшего уровня; более мелкие секты могут позволить себе только обычные. Не говоря уже о том, что Инструмент Духовного Образа имеет точную и сложную конструкцию, потребляя огромное количество высококачественных духовных камней при каждой активации. Только богатая и могущественная секта Линлун может позволить себе активировать его дважды в год; большинство сект могут делать это только раз в год или раз в несколько лет.

Из-за вопроса об Инструменте для Изображения Духа Се Уянь решил взять Ли Чэня с собой и совершить специальное путешествие к Шэн Цзиньчжао.

Шэн Цзиньчжао жил в здании «Цяньцзи Байчжуань», где вчера и произошёл инцидент. Он часто бывал в доме Се Уяня, и Се Уянь предполагал, что эти два здания находятся рядом. Однако, пройдя сегодня это расстояние сам, Се Уянь понял, что Шэн Цзиньчжао живёт не только далеко, но и в опасном месте.

Эта Башня Тысячи Механизмов и Сотни Изгибов построена на скале и получила своё название благодаря извилистым и запутанным проходам, соединяющим здания. Жить здесь разрешено только самым старшим ученикам, хорошо разбирающимся в механизмах долины; в противном случае малейшая неудача может привести к их падению в пропасть.

Ли Чэнь с любопытством выглянул и посмотрел вниз на скалу и глубокую долину, но конца ей не было видно из-за клубящихся облаков и тумана.

Край обрыва был опасным и крутым. Се Уянь уже собирался окликнуть его, когда кто-то бросился вперёд и схватил Ли Чэня за руку, прежде чем он успел это сделать.

«Кто идёт туда! Пойдёмте со мной немедленно!» — мужчина с суровым голосом оказался охранником, патрулирующим долину. Он не собирался допрашивать Ли Чэня и схватил его, чтобы уйти.

У Се Уяня не было иного выбора, кроме как поднять руку, чтобы остановить охранника, и произнести глубоким голосом: «Он мой человек».

Прежде чем Се Уянь успел что-либо сказать, охранник заметил Се Уяня, стоявшего в стороне в шляпе с вуалью. Он замер, широко раскрыв глаза, и пробормотал: «Ты...»

Одеяние Се Уяня оставалось прежним: шляпа с вуалью, спускающая длинные кисточки, скрывала черты лица. Однако его ярко-красное платье приковывало взгляды, словно пытаясь воспламенить серую пустыню, вызывая у мужчин и женщин неподдельный интерес к тому, что же скрывается за вуалью, которую приходилось прикрывать, чтобы никто не увидел.

Пока мужчина пребывал в раздумьях, Се Уянь уже притянул Ли Чэня к себе и кивнул ему: «Спасибо за беспокойство».

Стражник смутно догадался о личности Се Уяня, но, видя, что тот по-прежнему не собирается снимать вуаль, очень разозлился и грубо махнул рукой: «Посторонним вход в долину нежелателен. Я доложу о сегодняшних событиях Хозяину долины».

Се Уянь ответил и быстро повел Ли Чэня в Башню Тысячи Машин.

Планировка здания была сложной, и тем, кто не знаком с местностью, вероятно, придётся долго идти. Однако Се Уянь не сразу отправился в путь. Он повернулся к Ли Чэню и сказал: «Засучь рукава, дай мне взглянуть».

Ли Чэнь на мгновение замешкался, но все же послушно выполнил указание.

Широкие рукава закатаны, обнажая слишком худые руки мальчика. На его бескровной коже виднелись пять ярко-красных и толстых отпечатков пальцев, а также несколько ссадин. Хотя раны были незначительными, ученик не чувствовал себя скованно, и, должно быть, ему было очень больно.

«…Если что-то болит, говори сразу, не молчи всегда». Се Уянь вздохнул, достал маленькую, резную позолоченную аптечку в форме ракушки, и как только его пальцы коснулись светло-желтой мази, Ли Чэнь отдернул руку.

«Что теперь?» — нахмурился Се Уянь.

Ли Чэнь опустил голову и сказал: «Старший, запах этой мази... это из-за того, что в ней содержится золотая тигровая трава? Моя рана несерьёзная, но это лекарство слишком дорогое. Старший, тебе следует убрать его; оно того не стоит».

Он помедлил, а затем спрятал раненую руку в широкий рукав и театрально потряс ею, словно желая доказать, что она невредима.

«Какой бы ценной она ни была, это всего лишь игрушка. Нечего стесняться», — Се Уянь потянул руку и продолжил наносить лекарство. «Золотая тигровая трава — редкое растение, потому что она укрепляет организм. Если упорно применять её несколько месяцев, даже самое слабое телосложение можно улучшить».

Се Уянь быстро применил лекарство, застав Ли Чэня врасплох. Он выглядел несколько удивлённым и польщённым.

Его губы слегка дрогнули, когда он посмотрел на свою руку, с которой уже сошли покраснение и отек, и тихо сказал: «...Старший так хорошо относится к людям, я действительно завидую людям в этой долине».

«Я не ко всем так отношусь. Ты уже носишь «Юнь Цзинь», так что скажешь, если немного «Золотой тигровой травы»?» — небрежно ответил Се Уянь. Он убрал аптечку, не заметив мимолетного блеска в глазах Ли Чэня.

Они продолжили свое путешествие.

Путь до резиденции Шэн Цзиньчжао был долгим и трудным. Ли Чэнь, худой и слабый, ещё не успел отреагировать, но Се Уянь на полпути почувствовал головокружение и потерял из виду дорогу.

Ли Чэнь ничего не заметил, а Се Уянь промолчал. Он заставил себя открыть глаза и пошёл вперёд. К тому времени, как он достиг середины горы, он уже разгадал устройство Башни Тысячи Машин. Каждые десять шагов на дороге встречалась развилка, а каждые сто шагов – механизм. Пока он считал шаги, какое это имело значение, если он их не видел?

Однако Се Уянь переоценил свои физические возможности.

Он думал, что вчерашняя обработка фрагмента золотого ядра полностью вернула его к первоначальному состоянию, но тело первоначального владельца было крайне ослаблено; даже после восстановления его состояние значительно уступало состоянию других. Мало того, были ещё и эти ловушки…

«...Се Уянь?»

Голос показался знакомым, но он тут же прервал безмолвный счёт Се Уяня. Он резко остановился, инстинктивно подняв руку и уперевшись ею в каменную стену рядом с собой.

В одно мгновение из трещины в скале со свистом вырвался серебряный свет, а за спиной Се Уяня раздался хор восклицаний и топот ног.

Се Уянь уже успокоился. Под вуалью, скрывавшей его лицо, никто не заметил, что оно смертельно бледно и покрыто холодным потом.

Однако место, куда ударила серебряная игла, не было мирным.

Хо Яо, прислонившись к стене, поспешно поднялся. Хотя он и не выглядел растрепанным, он упал перед всеми, пытаясь увернуться от серебряных игл, и цвет его лица был совсем неважным.

Вокруг толпилось несколько человек, некоторые из которых случайно проходили мимо и не смогли удержаться, чтобы не остановиться, чтобы понаблюдать за зрелищем.

Хо Яо уставился на серебряную иглу, побледнев, и сердито спросил: «Се Уянь, ты сделал это нарочно?»

«...В Башне Тысячи Машин множество механизмов и ловушек. Я здесь новичок и не знаком с местностью. Прости меня, старший брат».

«Если ты нас не знаешь ,не прибегай сюда снова. Просто оставайтесь в своём маленьком мирке и восстанавливайся!» — яростно заявил Хо Яо. «Нам нужно совершенствоваться каждый день, мы не так свободны, как ты».

Се Уянь опустил поля шляпы, его голос стал немного угрюмым: «Тогда я больше не буду беспокоить молодого господина Хо, я сначала уйду».

"Стой!"

Се Уянь совсем не хотел замедляться, потому что, когда он оглядывался по сторонам, его затуманенное сознание мгновенно снова уплотнялось.

Ли Чэнь исчез.

Хо Яо продолжал болтать: «Я слышал, ты привёл незнакомца? Ты знаешь, что в наши дни посторонним вход в долину запрещён? Где ты спрятал этого человека?»

Выражение лица Се Уяня становилось всё мрачнее. Он быстро оглядел толпу, ещё раз убедившись, что Ли Чэня рядом нет.

...Это хлопотно.

Не теряя времени. Не обращая внимания на попытки Хо Яо остановить его, Се Уянь шёл прямо. Логично, что это был единственный путь, по которому Ли Чэнь мог пойти.

«Се Уянь, стой же!» — Хо Яо быстро догнал его, выражение его лица было в сто раз хуже прежнего. Игнорирование Се Уяня явно бесило Хо Яо сильнее, чем спор с ним.

Когда все уже было готово погрузиться в полный хаос, произошел неожиданный поворот событий.

Как только Се Уянь достиг угла, его плечо внезапно мягко надавили, преграждая ему путь.

Плотные шаги позади него внезапно стихли.

«...Старший брат! Что привело тебя сюда?» Агрессивное выражение лица Хо Яо мгновенно исчезло, и он изо всех сил попытался изобразить мягкую улыбку, но в ней неизбежно проглядывал намёк на неестественную вину.

Шэн Цзиньчжао ответил Хо Яо просто, но с Се Уянем всё было иначе. Шэн Цзиньчжао осторожно помог ему отойти в сторону и хотел протянуть руку, чтобы приподнять вуаль, но Се Уянь мягко поднял руку и отказался.

Хо Яо стиснул зубы, ненавидя болезненный вид Се Уяня, но ему пришлось сдержать гнев и вежливо объяснить: «Старший брат, я услышал от патрулирующих учеников, что пришёл Младший Брат Се, и мне показалось это странным, поэтому я пришёл его найти. Кто же знал, что Младший Брат Се так слаб здоровьем...»

«Здоровье младшего брата Се уже давно неважное, и всего несколько дней назад он был ранен, поэтому он не сможет долго оставаться с тобой, молодой мастер». Шэн Цзиньчжао тихо вздохнул и продолжил: «Молодой мастер Хо, я как раз собирался попросить у Мастера Долины древнее руководство по фехтованию, но он как раз был в отъезде. Я не хочу брать ключ к обучению без разрешения. Не мог бы ты принести его мне? Это руководство по фехтованию называется «Четырехшаговая техника меча». Оно не только мощное, но и красивые движения, которые часто используются в танцевальных выступлениях с мечами».

Услышав слова «искусство фехтования», глаза Хо Яо мгновенно загорелись.

Окружающие совершенно не заметили этой едва заметной перемены, и один из них вмешался: «Молодой господин, ты оставляешь эти незначительные вопросы мне...»

«Ты? Ты знаешь, о какой книге говорит Старший Брат? А вдруг мы ошибаемся?» — Хо Яо был зол, но в его взгляде сквозило скрытое удовольствие. «Старший Брат, пожалуйста, подождите меня минутку в павильоне Хаоцзинь. Я сейчас же приду к тебе».

Сказав это, он взглянул на Се Уяня, холодно фыркнул и обернулся. Ученики, которые до этого шли за Хо Яо шепотом, теперь тоже шли за ним. Однако, при таком количестве людей, многие перешёптывались и обсуждали только что произошедшее.

Как только Хо Яо ушел, Шэн Цзиньчжао быстро достал из кармана маленькую бутылочку, вынул две маленькие красные таблетки размером с камешек и, поддерживая его спину, помог Се Уяню принять их.

Таблетка скатилась ему в горло, оставив горький привкус. Се Уянь немного оправился, и его зрение наконец прояснилось.

«...Спасибо за помощь, старший брат».

«Не стоит меня благодарить. Если бы этот ребёнок не сказал мне, я бы и не знал, что ты встретился с молодым господином Хо».

Затем Се Уянь заметил, что Ли Чэнь съежился в углу.

Шэн Цзиньчжао поманила Ли Чэня к себе и, улыбаясь, протянул ему руку, чтобы подразнить: «Кстати, я никогда раньше не видел его в долине. Может быть, он тоже из семьи Се?»

Ли Чэнь ловко увернулся от него, а затем в мгновение ока побежал и спрятался за Се Уянем.

Се Уянь похлопал его, но Ли Чэнь все еще по-детски дергал его за одежду и отказывался выходить.

«Он не является членом семьи Се».

«Тем не менее, если кто-то спросит, он, должно быть, сын семьи Се». Шэн Цзиньчао торжественно наставил: «Хозяин Долины придаёт огромное значение инциденту с ограблением Башни Тысячи Машин Сотни Оборотов в прошлый раз и приказал заключить в тюрьму всех, кто не является учениками Долины. Но если он сын семьи Се, Хозяин Долины может сделать исключение».

Се Уянь кивнул, вежливо отклонив предложение Шэн Цзиньчжао помочь ему подняться, и осторожно приподнял вуаль своей шляпы тыльной стороной ладони: «Старший брат, я хотел бы кое-что с тобой обсудить».

«Хорошо», — Шэн Цзиньчжао сразу всё понял, положил руку ему на спину и нежно похлопал. «Тогда, младший брат, пойдём со мной. Пойдём в павильон Хаоцзинь, чтобы поговорить обстоятельно».

Казалось бы, интимный контакт длился всего мгновение. Шэн Цзиньчжао быстро убрал руку и, сделав всего пару шагов, внезапно замедлил шаг. Он нахмурился, недоумевая, почему по его спине пробежал холодок.

Краем глаза он взглянул в сторону и увидел лишь хрупкое и безобидное личико.

……иллюзия?

Глава 6 Молодой мастер Ли (4)

«Младший брат, подожди ещё немного, павильон Хаоцзин уже совсем рядом». Шэн Цзиньчжао вытер пот, указал вперёд и обернулся: «Там внутри ледяные талисманы, там будет гораздо прохладнее».

Долина, где расположена Башня Тысячи Машин и Сотни Поворотов, имеет необычный рельеф, что крайне затрудняет ремонт. Поэтому, ради удобства, дома здесь строят прочными и долговечными, но при этом сложно добиться как эстетики, так и практичности.

Павильон Хаоцзинь уникален не только тем, что он расположен в самой теплой части южной стороны, но и тем, что его дизайн весьма своеобразен.

Се Уянь и Ли Чэнь взглянули на прекрасный павильон и увидели, что здание сверкает золотом, словно стеклянный дом, расписанный белой нефритовой пудрой. Благодаря духовной энергии, окружающей его, вокруг не было ни единой пылинки.

Для любого другого обладание таким павильоном было бы предметом гордости, но владельцем этого павильона является не кто иной, как Шэн Цзиньчжао.

«Прошу прощения за грубость, младший брат», — Шэн Цзиньчжао беспомощно улыбнулся и виновато почесал затылок. «Павильон Хаоцзин — это резиденция, которую мне предоставил молодой господин Хо, когда я впервые приехал в Долину Механизмов. Я не мог отказаться. Иначе, живи я поближе к тебе, некоторые вещи... могли бы не случиться».

«Нет ничего плохого в том, что мой старший брат остаётся здесь. На самом деле, он мне помогает», — небрежно ответил Се Уянь. «Если ты будешь упорствовать и не примешь предложение, он может поднять такой шум, что мой дом рухнет».

«Он устроил беспорядки у тебя дома? Он сделал то же самое с тобой тогда…?» Выражение лица Шэн Цзиньчжао резко изменилось, в его глазах мелькнуло удивление. «Неудивительно, что ты так старался уговорить меня остаться здесь. Я не знаю… что именно он с тобой сделал потом? Много ли я чего не знаю?»

Се Уянь мягко избегал его взгляда: «Старший брат, все это в прошлом, я мало что помню».

Выражение лица Шэн Цзиньчжао было слегка торжественным.

«Старший брат, не нужно чувствовать себя виноватым. Всё в прошлом», — Се Уянь похлопал его по плечу. «Входи».

Шэн Цзиньчжао не умел скрывать свои мысли, и Се Уянь велел ему не чувствовать себя виноватым, но сам едва не высек вину в его глазах. Он взглянул на бледное лицо Се Уяня, тихо вздохнул и молча вошёл в павильон Хаоцзинь.

Се Уянь повел Ли Чена в дом.

Павильон Хаоцзинь великолепен снаружи и внутри. Стены инкрустированы большим количеством высококачественного порошка из алхимического камня, а также кристаллами, полученными из драгоценных камней, таких как лазурит и синий кварц. Каждая стена кристально чиста и сияет странным светом. Даже несмотря на то, что Башню Тысячи Машин и Сотни Оборотов часто окутывает густой туман долины, павильон Хаоцзинь по-прежнему ярко сияет, ничуть не омрачённый им.

Шэн Цзиньчжао не знал, как украсить это место. Помимо нескольких обычных столов и стульев, повсюду были разбросаны лишь обломки духовной руды и духовных камней – остатки материалов от ковки его мечей. Но даже это не умаляло великолепия павильона Хаоцзинь.

Как только Ли Чэнь вошёл, он пристально огляделся. Шэн Цзиньчжао, видя растерянное выражение лица ребёнка, невольно усмехнулся.

На круглом столе в зале стояло несколько тарелок с выпечкой. Шэн Цзиньчжао схватил горсть, улыбнулся и помахал Ли Чэню: «Малыш, хочешь вяленого мяса?»

Ли Чэнь тут же съежился за спиной Се Уяня, обнажив пару больших глаз, пристально глядящих прямо на него.

«До того, как я оказался в Долине Механизмов, я знал много детей его возраста». В глазах Шэн Цзиньчжао мелькнула ностальгия. Он улыбнулся, взял кусок вяленого мяса и повернулся к Се Уяню. «Откуда он? Сколько ему лет? Если тебе это неудобно, Младший Брат, я могу о нём позаботиться».

«Я спас этого ребёнка, когда на меня напали в прошлый раз», — придумал Се Уянь правдоподобную причину. «Ему некуда было идти, поэтому я взял его к себе. Старший брат, не волнуйся. Он может выглядеть молодым, но на самом деле ему в этом году пятнадцать».

«Пятнадцать?» — Шэн Цзиньчжао удивлённо повысил голос. Он опустил глаза и задумался: «Может быть, над ним издевались в прошлом, и его тело ещё не полностью восстановилось?»

«Возможно, но он не скажет почему». Се Уянь сохранял спокойствие, постепенно переводя разговор в нужное ему русло. «Старший брат, если мы отправим этого ребёнка обратно, он будет только продолжать страдать. Я верю, что между нами есть кармическая связь, и я хотел бы взять его в ученики. Не могли бы ты мне помочь?»

Взять ученика — эта идея пришла в голову Се Уяню не в первый раз. Как только духовный корень Ли Чэня будет проверен, и он официально вступит в стадию совершенствования, между ними появится связь наставника и ученика. Во-первых, эта связь облегчит их совершенствование, а во-вторых, став наставником Ли Чэня, он сможет немедленно остановить его и наказать, если тот затаит в себе злые мысли о причинении вреда другим.

Когда речь зашла о наборе учеников, Шэн Цзиньчжао вдруг понял, что он имел в виду: «Прежде чем заключать контракт, ты должен проверить его духовные корни. Ты пришёл спросить меня об Инструменте Духовного Образа, верно?»

Се Уянь кивнул.

Шэн Цзиньчжао непривычно помолчал мгновение, прежде чем сказать: «Младший брат, возможно, ты не знаешь, но секты обычно активируют Инструмент Духовного Образа в апреле, когда Пять Элементов достигают своего пика, а стоимость духовных камней самая низкая. Но сейчас уже июль, и Мастер Долины не соглашается снова активировать Инструмент Духовного Образа».

«Неужели вообще нет выхода?»

Шэн Цзиньчжао на мгновение задумался, размышляя, как ответить, когда крик снаружи прервал его мысли.

Се Уянь так устал сегодня слышать этот голос, что он ему просто надоел.

«Старший брат, я принёс книгу, которую ты просил». Хо Яо вошёл в дом лёгкими шагами, словно неторопливо прогуливаясь по собственному двору. Но как только он увидел Се Уяня, стоящего рядом со своим добрым старшим братом, его брови мгновенно нахмурились, а улыбка исчезла с лица.

«...Судя по внешнему виду младшего брата Се, он должен чувствовать себя лучше, верно?» Хо Яо направился прямо к Шэн Цзиньчжао, не теряя ни секунды, задев рукой Се Уяня.

Он не был быстр, и Се Уянь мог бы увернуться, но не сделал этого, не предприняв никакой попытки избежать Хо Яо, что позволило ему фактически столкнуться с ним.

Се Уянь, естественно, потерял равновесие и пошатнулся, а лицо Шэн Цзиньчжао значительно потемнело.

Шэн Цзиньчао всегда был человеком, который не скрывает своих эмоций. Этот мрачный взгляд напугал Хо Яо, который от волнения на мгновение потерял дар речи и поспешно, запинаясь, извинился перед Се Уянем.

«Я только что врезался в тебя, потому что шёл слишком быстро. Пожалуйста, не принимай это близко к сердцу». Видя, что Се Уянь никак не отреагировал, Хо Яо стиснул зубы и достал из сумки «Цянькунь» небольшую коробочку. «Младший брат, ты был так тяжело ранен несколько дней назад. Должно быть, ты ещё не совсем оправился, верно? Я много об этом думал. Я взял много мази «Золотая тигровая трава» со склада. Прими её, пожалуйста».

Услышав слова «золотая тигровая трава», Ли Чэнь не смог устоять перед любопытством и выглянул, чтобы посмотреть.

Обе шкатулки были небольшими, резными, но шкатулка для мази Хо Яо была ещё изысканнее, чем у Се Уяня. Внутри крошечного, размером с ракушку, пространства было вырезано изображение цветков груши и двух голубей – искусная работа и невероятно реалистичная сцена. Более того, даже сквозь шкатулку доносился характерный аромат золотистой тигровой травы, что говорило о том, что в этой шкатулке с мазью содержалось гораздо больше золотой тигровой травы, чем у Се Уяня.

Хо Яо не был глупцом; он не стал бы дарить Се Уяню такую ценную мазь. Напротив, именно из-за её ценности первоначальный владелец был бы переполнен благодарностью и не осмелился бы её принять. В конце концов, он просто вернул бы мазь Хо Яо в целости и сохранности.

Поэтому, когда Се Уянь протянул руку и почтительно принял коробку с лекарствами, Хо Яо так пристально посмотрел на него, что его глаза чуть не вылезли из орбит.

«Спасибо за заботу, старший брат. Я никогда не забуду твою доброту», — Се Уянь взял аптечку и поблагодарил Хо Яо.

Хо Яо не хотелось ничего, кроме как разорвать свой рот на части.

Расположенный в пустыне, вдали от бессмертного мира, Долина Механизмов была безмерно очарована этими сокровищами, которые можно найти только в бессмертном мире. Иначе он не стал бы так часто донимать Се Уяня, отнимая у него всё драгоценное имущество семьи Се.

Трава Золотого Тигра считается драгоценностью даже в Царстве Бессмертных, а для Хо Яо она ещё важнее. Если бы он не был ранен раньше, и отец не пожалел его, как бы он смог заполучить такое сокровище?

Видя, как его драгоценное дитя вот-вот упадёт в чьи-то чужие объятия, Хо Яо был крайне встревожен. Но когда он мельком увидел Шэн Цзиньчжао, молча наблюдавшего за происходящим со стороны, его сердце сжалось, и он понял, что ситуация совершенно безнадёжна.

Однако Се Уянь никак не отреагировал, когда он взял в руки аптечку, как будто его вообще не волновала ее ценность, и попросил Ли Чэня убрать ее.

Для него Свиток Жизни был сокровищем, которое он больше всего хотел отобрать у Хо Яо; остальные же не представляли особой важности.

Только тогда Хо Яо заметил присутствие Ли Чэня, и, словно узнав какую-то постыдную тайну, его голос тут же стал жестче, и он настойчиво спросил: «Он что, тот чужак?»

«Да», — Се Уянь незаметно преградил путь Ли Чэню и пристально посмотрел на Хо Яо. «Он всего лишь ребёнок в семье Се, ещё маленький. Старший брат, тебе не нужно о нём беспокоиться».

Хо Яо, словно волк, почуявший мясо, неумолимо продолжал: «Младший брат, зачем так лгать? Все знают, что случилось с семьёй Се за последние несколько лет... Давай не будем об этом. В любом случае, теперь в Хунся Исяньтяне остался только твой отец. Откуда же взялся этот ребёнок?»

Услышав упоминание о Узком Красном Небе, Шэн Цзиньчжао внезапно похолодел. «Молодой мастер Хо», — перебил он Хо Яо с выражением недовольства на лице и лишённым всякой доброты тоном. — «Спасибо, что помогли доставить книгу, но уже поздно. Мне ещё нужно присматривать за учениками сегодня днём, так что не позволяйте этому пустяку задержать дела в долине».

«Я...» Хо Яо была поражен его поведением и хотел объясниться, но, увидев глубокое разочарование в глазах Шэн Цзиньчжао, ему пришлось проглотить свои слова.

Шэн Цзиньчжао закрыл глаза, не желая на него смотреть. «Молодой господин Хо, пожалуйста, уйди»

Глава 7 Молодой мастер Ли (5)

Хо Яо неохотно замолчал. Он был несколько озадачен: он часто конфликтовал с Се Уянем, так почему же Шэн Цзиньчжао сегодня отреагировал так бурно?

Он стиснул зубы и под давлением сказал: «Я не уйду. Скоро приедет мой отец, и мне придётся подождать его здесь».

Шэн Цзиньчжао на мгновение опешил, а затем тут же посмотрел на него и спросил: «Что привело сюда Хозяина Долины?»

«Конечно, это из-за этого чужака», — буднично ответил Хо Яо, закатив глаза на Ли Чэня. «Когда в долину внезапно появился чужак, мой отец сразу же сказал, что хочет прийти и посмотреть. Я не разболтал эту новость; винить можно только младшего брата Се за то, что он не проявил должной осторожности и дал патрулирующим ученикам возможность что-то сделать».

Шэн Цзиньчжао внезапно напрягся и молча взглянул на Ли Чэня. Увидев это, Хо Яо невольно почувствовал лёгкое самодовольство и продолжил: «Старший брат, это серьёзное дело. Ты всё ещё собираешься отдавать предпочтение младшему брату Се? Долина Механизмов тщательно охраняется, а в Башне Тысячи Машин находятся самые сложные механизмы и секретные ходы в мире. Обычные убийцы не смогут даже найти вход, не говоря уже о том, чтобы что-либо украсть. Разве что внутри затаился вор».

Шэн Цзиньчжао остался холоден: «Этот ребенок еще мал, неужели молодой господин Хо слишком много думает?»

Предметом всеобщего обсуждения был Ли Чэнь, который выглянул из-за Се Уяня, моргая, словно понимая, но не до конца, и выглядя довольно невинно.

Хо Яо настаивал: «Ну и что, что он молод? Если он действительно из семьи Се, и в долине случайно есть люди из семьи Се, разве им не будет легко скоординировать атаку изнутри?»

«Молодой мастер Хо прав», — спокойно ответил Се Уянь. «Но, как ты видел сегодня, молодой мастер Хо, Башня Тысячи Машин имеет сложную структуру, которую я сам не могу понять. Как он может вступать в сговор с чужаками, тем более с ребёнком на стадии Очищения Ци? Молодой мастер Хо недооценивает стражей Долины Механизмов».

«Ты...!» — гнев Хо Яо вспыхнул, но тут же утих, превратившись в зловещую улыбку. «Младший брат Се, зачем ты пытаешься выиграть у меня спор? Когда приедет мой отец, если захочешь добиться справедливости, поговори с ним!»

Словно в ответ на слова Хо Яо, снаружи павильона Хаоцзинь внезапно послышался слабый, отдалённый шум. Глаза Хо Яо загорелись, и он невольно обрадовался: «Это отец!»

Се Уянь почувствовал, как его одежда опустилась. Он опустил взгляд и увидел, как Ли Чэнь робко съежился позади него, его пушистая головка дернулась, и он с тревогой посмотрел на него.

«Не бойся», — Се Уянь неловко протянул руку и взъерошил ему волосы.

"…Эм."

Его черные волосы были взъерошены, закрывая глаза Ли Чэня.

За пределами павильона Хаоцзинь шаги стали слышнее, и там было не один человек. Хо Яо не стал размышлять о глубинном смысле этих шагов; он уже ждал у двери, готовый встретить своего отца, Мастера Долины.

Шэн Цзиньчжао взглянул на дверь, затем на Се Уяня и Ли Чэня и с мрачным выражением лица подошёл. Новоприбывший оказался владельцем Механической долины, которому отец Се Уяня, Се Цзиньшэн, поручил принять его и Се Уяня. У него не оставалось другого выбора, кроме как отнестись к нему с уважением.

Услышав приближающиеся шаги, выражение лица Се Уяня не изменилось.

Возле павильона Хаоцзин по длинной, инкрустированной золотом лестнице с белыми зубцами тяжело и встревоженно поднимался мужчина.

Хо Яо нахмурился, но дверь внезапно распахнулась, не оставив ему времени на раздумья.

Все оглянулись одновременно.

«…Хозяин долины», — Шэн Цзиньчао слегка поклонился, выражая почтение высокому человеку перед собой.

Се Уянь также внимательно осмотрел Хо Цю, Мастера Механической Долины, который наконец-то появился.

Хо Цю твёрдо стоял в дверях, устремив взгляд на Се Уяня. От этого человека исходила тяжёлая аура: густые чёрные усы по обе стороны носа и выпученные, словно рыбьи, глаза. Он напоминал большого, мощного сома, который в любой момент мог сбросить кого-нибудь в канаву и затоптать насмерть в воде.

«Отец!» — взволнованно приблизился Хо Яо, но Хо Цю полностью проигнорировал его, устремив взгляд на Се Уяня. Хо Яо на мгновение замер, но затем на его лице появилась радость. Он торжествующе посмотрел на Се Уяня, уверенный, что победа уже близка.

Какой смысл Шэн Цзиньчао отдавать предпочтение Се Уяню? Это всё ещё территория Долины Механизмов. Пока сердце отца с ним, чем Се Уян может гордиться?

«Хозяин долины, вокруг сегодняшних событий возникло много недоразумений. Надеюсь, вы займётесь расследованием», — Шэн Цзиньчао был встревожен, но Хо Цю никак не отреагировал, словно был глухим, и даже не взглянул на него.

Внезапно к ним подошёл Хо Цю, его шаги быстро и тяжело стучали по золотистому мраморному полу. Хо Яо стоял в стороне, широко улыбаясь и не скрывая предвкушения в глазах.

Се Уянь стоял прямо, как палка, плотно прикрывая собой Ли Чэня, открывая только лицо мальчика, когда тот смотрел на гигантскую фигуру Хуоцю со смесью недоумения и страха.

Стоя спиной к Шэн Цзиньчжао и Хо Яо, Хо Цю опустил голову, его взгляд скользнул по Се Уяню, прежде чем наконец остановиться на лице Ли Чэня.

В одно мгновение улыбка Хо Яо полностью застыла на его лице.

Это произошло потому, что его отец, Хо Цю, глава самой престижной секты в человеческом мире и повелитель Механической долины, закрыл глаза, закатал рукава и низко поклонился мальчику, который был ниже его роста даже до талии.

«Молодой мастер Ли, секта Линлун... прислал кого-то за вами».

Услышав слова «Врата Линлун», Ли Чэнь испуганно подпрыгнул, его лицо побелело, словно он увидел привидение, и он крепко вцепился в одежду Се Уяня, отказываясь отпускать ее.

Хо Цю протянул руку, пытаясь оттащить Ли Чэня, но Ли Чэнь был маленьким, но сильным, и чтобы избежать Хо Цю, он без колебаний обнял Се Уяня.

Се Уянь: «...»

Ли Чэнь, словно маленькая змея, обвился вокруг его талии, плача и крича: «Я... я не хочу возвращаться!»

«Это...» У Хо Цю болела голова, и он осторожно спросил человека позади себя: «Бессмертный достопочтенный Юйвэнь, может быть, ты попытаешься убедить молодого господина Ли?»

Се Уянь собирался схватить Ли Чэня, но остановил все свои движения из-за слов Хо Цю: «Бессмертный достопочтенный Юйвэнь».

Он медленно поднял глаза и посмотрел на «Бессмертного достопочтенного Юйвэня».

Двери чердака были распахнуты настежь, и солнечный свет делал павильон Хаоцзинь еще ярче и ослепительнее, словно он находился под светом божества, не оставляя места для укрытия тьмы.

Бессмертный в белом одеянии, с развевающимися черными волосами и костяным веером в руке был не кто иной, как Юйвэнь Цзянсюэ.

Се Уянь знал его — этот человек был не только довольно известен в мире бессмертных, но и был одним из учеников Се Цзиньшэна, главы семьи Се, и однажды встречался с Се Уянем.

Однако, согласно его воспоминаниям о «будущем», Юйвэнь Цзянсюэ в тот момент не находился в Долине Механизмов. Только после смерти Се Уяня, когда Шэн Цзиньчжао вернулся на родину в Царство Бессмертия, он встретил Юйвэнь Цзянсюэ на собрании различных сект, собравшихся на поиски сокровищ.

Как и у Ли Чэня, время и место появления Юйвэнь Цзянсюэ также изменились.

Се Уянь наблюдал, как Юйвэнь Цзянсюэ неторопливо иду к нему, шаг за шагом, точно так же, как произошли изменения в этом мире после его переселения, молча проникая в каждый уголок.

Юйвэнь Цзянсюэ подошел к ним, и Хо Цю, проявив благоразумие, уступил ему место.

Взгляд Юйвэнь Цзянсюэ, как будто это было естественным, скользнул по комнате и остановился на Се Уянь.

Губы Юйвэнь Цзянсюэ изогнулись в улыбке, нежной, как весенний ветерок, способный растопить зимний снег.

Юйвэнь Цзянсюэ действительно был таким, как в воспоминаниях первоначального владельца: лучезарным и нежным.

Он должен быть старше Се Уяня более чем на десять лет, но внешность заклинателей никогда не была связана с возрастом. Юйвэнь Цзянсюэ был необычайно красив: лицо цвета нефрита, глаза сияли, а внешность была энергичной и энергичной.

Когда он шёл, его струящиеся белые одежды облегали его стройное тело, словно заснеженные сосны или аромат орхидей. Говорили, что многие в мире бессмертных, даже мужчины, были глубоко влюблены в Юйвэнь Цзянсюэ, надеясь удостоиться чести увидеть его улыбку в этой жизни.

Се Уянь закрыл глаза и подумал, что это не так уж и преувеличено.

Он отвернулись, и Юйвэнь Цзянсюэ, опустив взгляд, увидел худенького мальчика, цепляющегося за Се Уяня. Его детское лицо исказилось, и он сердито посмотрел на него, оскалив зубы.

Улыбка Юйвэнь Цзянсюэ не изменилась, когда он тихо спросил: «Молодой господин Ли, хотите ли вы узнать, как поживает ваш отец?»

«…Я не хочу», — Ли Чэнь крепко обнял Се Уяня, даже не взглянув на него. «Я не вернусь. Сдайся».

«Чепуха! Ты — будущий глава ордена Линлун, молодой мастер Царства Бессмертных. Как ты можешь снисходить до того, чтобы оставаться здесь?» Хо Цю дважды цокнул языком и повернулся к Юйвэнь Цзянсюэ, говоря: «Бессмертный достопочтенный, это всего лишь детские слова. Не стоит их слушать».

«Молодой мастер Ли — единственный сын главы ордена. Если он настаивает на том, чтобы остаться, я не смогу его остановить», — Юйвэнь Цзянсюэ выглядел обеспокоенным. «Однако глава ордена очень ценит молодого мастера Ли. Если он останется здесь, отношения между орденом Линлун и Механической долиной могут пострадать».

«Бессмертный достопочтенный, это... это совершенно неприемлемо!» Лицо Хо Цю потемнело, а два его чёрных уса сморщились в глубокую морщину. Хотя Долина Механиков находилась далеко от Царства Бессмертных и обладала огромной властью в Царстве Людей, если бы истинные заклинатели, особенно такие могущественные, как секта Линлун, захотели причинить им неприятности, они, скорее всего, оказались бы в их власти и не смогли бы даже оказать сопротивление.

Хо Яо был в полном замешательстве, но в мгновение ока он улыбнулся, потому что Се Уянь наконец-то попал в беду.

Хо Цю, кипящий от гнева, наконец нашёл выход, когда увидел, как Ли Чэнь неустанно преследует Се Уяня: «Се Уянь, какие у тебя отношения с молодым господином Ли? Отпусти его! Разве всё и так недостаточно хаоса?»

Однако Се Уянь, казалось, с удовольствием наблюдал за развитием событий и спокойно сказал: «Это он пристаёт ко мне, а не наоборот. Как я могу его отпустить?»

Глава 8 Молодой мастер Ли (6)

«Ты...!» — Хо Цю был ошеломлён, когда Се Уянь впервые опроверг его слова. Он был в ярости, но благодаря Юйвэнь Цзянсюэ не мог кричать и ругаться, как обычно.

Размышляя об этом, Хо Цю глубоко вздохнул от разочарования, и его лицо выразило беспокойство: «Се Уянь, хотя все эти годы я и не относился к тебе так же хорошо, как к Хо Яо, он всё же мой единственный сын. Ты должен понять меня, отца, поздно родившего сына. К тому же, я и к тебе не относился плохо. Механизированная Долина никогда не поддерживает бездельников. Я дал тебе хорошую еду и жильё только потому, что считал тебя высоким гостем из Царства Бессмертных, не так ли? Если ты меня винишь, я не буду возражать, но если ты будешь настаивать на своей ошибке, я не могу просто игнорировать её».

Обвинение Хо Цю прямо поставило Се Уяня в положение несправедливого и безнравственного человека.

Хо Яо, думая, что никто на него не обращает внимания, лучезарно улыбался, хотя и не смеялся вслух. Он повернул голову и вдруг увидел, что Шэн Цзиньчжао смотрит на него холодным взглядом; улыбка мгновенно исчезла.

Шэн Цзиньчжао был добрым человеком и никогда не показывал подобного выражения. Хо Яо терпел обиды и ещё больше злился на Се Уяня.

Отец и сын семьи Хо свирепо смотрели на Се Уяня. В прошлом первоначальный владелец этого тела был мягким и не любил конфликтов. Попав под перекрестный огонь, он бы растерялся и быстро отступил. Но теперь все изменилось, и у Се Уяня был свой собственный способ решения проблем…

«Не смей издеваться над моим хозяином!»

Внезапно из его пояса раздался детский рев.

Се Уянь поперхнулся. Отбросив вопрос, почему Ли Чэнь так его назвал, он оглядел всех — в их глазах читался страх или замешательство, все были шокированы обращением Ли Чэня «Учитель».

Глаза Хо Цю расширились, его рыбий взгляд стал ещё более свирепым. Он не мог поверить своим ушам. «Молодой господин Ли, как вы его только что назвали?»

Ли Чэнь отвернулась от Хо Цю и схватил Се Уяня за малиновое одеяние двумя маленькими ручками: «Он мой хозяин, ты не имеешь права издеваться над ним».

«Это...» Хо Цю растерялся и обратился за помощью к Юйвэнь Цзянсюэ.

Слово «Учитель» на мгновение удивило Юйвэня Цзянсюэ, но он сохранил спокойствие.

«Молодой мастер Ли, ваши духовные корни ещё не проверены, поэтому вы не можете установить с ним связь учителя и ученика», – голос Юйвэнь Цзянсюэ был мягким, а улыбка – доброй; он прекрасно умел уговаривать детей. «Если вам нравится этот молодой мастер, я поговорю с вашим отцом, и мы сможем вернуть его в секту Линлун».

Се Уянь усмехнулся про себя. Неужели они использовали его как игрушку, чтобы обмануть ребёнка?

Ли Чэнь повернул лицо, уткнувшееся в объятия Се Уяня, его взгляд был полон неповиновения и упрямства. Он чётко выговаривал каждое слово: «Ты меня не слышал? Я же сказал, я не вернусь».

Возможно, испытав на себе кулаки Се Уяня, Ли Чэнь был очень послушен перед ним. Однако, как только дело дошло до возвращения в секту Линлун, Ли Чэнь стал другим человеком, поднял шум и отказался подчиняться. Не будет преувеличением сказать, что он был похож на котёнка с оскаленными зубами и выпущенными когтями.

Бунтарское поведение Ли Чэня доводило Хо Цю до отчаяния, словно тот был его родным сыном. Однако Ли Чэнь игнорировал все его добрые слова и советы.

Се Уянь на мгновение задумался, прежде чем наконец заговорить: «Ли Чэнь настаивает на этом, и Бессмертный Достопочтенный Юйвэнь не может возражать, верно? В таком случае, я хочу попросить об одолжении Мастера Долины Хоцю».

Хо Цю бросил на него настороженный взгляд, и выражение его лица невольно стало свирепым.

Се Уянь нежно похлопал Ли Чэня по спине, стоя рядом с ним: «Раз Ли Чэнь хочет остаться, почему бы не позволить ему побыть некоторое время в Долине Механизмов? Он может уйти, когда потеряет интерес и устанет. Однако лучше сначала проверить его духовный корень, чтобы не задерживать совершенствование молодого мастера Ли».

Ли Чэнь кивнул в знак согласия и посмотрел на Хо Цю: «Я хотел бы, чтобы мой духовный корень проверили здесь, вы не против?»

«Это...» Хо Цю вытер пот и осторожно посмотрел в сторону. «Бессмертный достопочтенный Юйвэнь, если молодой мастер Ли не вернется, секта Линлун обвинит нас...»

«Я объясню главе ордена от вашего имени, так что, пожалуйста, будьте спокойны, Мастер Долины Хо». Юйвэнь Цзянсюэ поднял бровь, его лицо выражало смесь беспомощности и спокойствия. «Однако, на всякий случай, я хотел бы остаться в долине на несколько дней до возвращения молодого мастера Ли. Согласен ли Мастер Долины?»

Хо Цю обрадовался и охотно согласился, но старый лис быстро сообразил: «Есть только один вопрос, который я хотел бы снова обсудить с Бессмертным Достопочтенным».

"Ты говори."

«Молодой мастер Ли, должно быть, очень амбициозен, раз хочет стать учеником, но уровень совершенствования Се Уяня всё ещё низок, и он пренебрегает совершенствованием, поэтому он не является хорошим кандидатом».

Говоря это, Хо Цю бросил взгляд своим рыбьим взглядом, и Хо Яо сразу всё понял. Он быстро подошёл к Юйвэнь Цзянсюэ, поклонился и сказал: «Младший Хо Яо сейчас находится на средней стадии Золотого Ядра и готов помочь молодому мастеру Ли в его совершенствовании».

«Молодому господину Ли не хватает хорошего учителя, а не телохранителя. Не стоит быть таким осторожным», — Юйвэнь Цзянсюэ взмахнул веером и усмехнулся .«Однако хорошо, что молодой человек скромен и добродетелен».

Лицо Хо Яо смягчилось, но Хо Цю всё больше тревожился. Юйвэнь Цзянсюэ был прекрасен, как нефрит, а его речь была плавной и мелодичной, как нефрит. Хотя его слова были приятны для слуха, он никогда не говорил по существу, оставляя людей неспособными понять его мысли. Находиться рядом с таким непостижимым человеком было поистине напряжённо.

Отец и сын Хо обменялись взглядами, не смея произнести ни слова, которое могло бы разрушить их планы.

«Теперь выбор состоит в том, кто из нас возьмет Ли Чэня в ученики?»

Это был Се Уянь.

Хо Яо сжал кулаки и сердито посмотрел на него.

«Вот именно так и задумано», — Юйвэнь Цзянсюэ медленно повернулся в сторону. «Молодой господин Ли, что вы думаете об этом плане?»

В одно мгновение растерянное личико Ли Чэня стало центром всеобщего внимания.

Однако Ли Чэнь надул щеки, не изменив своего поведения: «...Хозяин есть Хозяин, мне не нужен этот человек!»

Хо Яо крепко сжал кулаки. Ли Чэнь смотрел на него свысока, но он смотрел свысока на Ли Чэня? Всего лишь ребёнок на этапе очищения Ци, даже считавшийся неподходящим учеником, а он осмелился выбрать именно его?

Но учитывая статус Ли Чэня... весьма вероятно, что он станет будущим лидером секты Линлун, и как учитель Ли Чэня, занимающий высокое положение с неограниченными ресурсами, разве не будет для него легко достичь божественного статуса?

Размышляя об этом, Хо Яо подавил свой гнев и терпеливо сказал: «Молодой мастер Ли, вы ещё молоды и не понимаете, что означает разница в уровне совершенствования. Если бы вы стали учеником Се Уяня, то, вероятно, вскоре ваше совершенствование превзошло бы его, и вы стали бы его учителем».

«Он прав», — губы Се Уяня слегка изогнулись, когда он похлопал ребёнка по плечу. «Что ты думаешь?»

«Нет, не подходи ближе!» Ли Чэнь выглядел испуганным, словно очень боялся Хо Яо. Он быстро спрятался за Се Уянь, а затем выглянул и сказал: «Ты такой урод, даже близко не стоишь с красотой Мастера...»

Хо Яо: «...»

( Ха-ха-ха, вот это  ржачь , представляю его морду в этот момент :D)

Глава 9. Поединок на мечах (1)

Лицо Хо Яо мгновенно потемнело.

Слово «уродливый» ударило его прямо в самое больное место. Он и представить себе не мог, что кто-то в этом мире назовёт его уродливым! Хотя его отец был суровым, его мать, Су Лин, была самой красивой женщиной в пустыне. Нежное и андрогинное лицо Хо Яо было очень похоже на очаровательную Су Лин.

Ли Чэнь сказал, что он не так красив, как Се Уянь, и Хо Яо так разозлился, что чуть не стер зубы в порошок. Больше всего его бесило то, что даже он сам втайне соглашался с этим. Когда другие хвалили его внешность, они в основном использовали мелочные словечки вроде «красивый и милый», но с Се Уянем всё было совершенно иначе.

Хо Цю тихо повернул голову и увидел, что глаза сына широко раскрыты, словно у мстительного призрака. Это было очень страшно. Хо Цю быстро дёрнул его за рукав, напоминая, что нужно быть внимательным к происходящему.

«Дети говорят, не думая». Юйвэнь Цзянсюэ не собирался продолжать спор и продолжил: «Молодой мастер Ли ещё молод и не понимает. Боюсь, вопрос о его поступлении в ученики придётся обсудить вам двоим».

«Вы двое» относится к Се Уяню и Хо Яо.

Се Уянь взглянул на Хо Яо, который колебался и молчал, и сказал: «Поскольку это касается нас двоих, давайте не будем усложнять ситуацию и определим победителя в бою на мечах».

Хо Яо в шоке оглянулся.

«Поединок на мечах — это действительно выход», — Юйвэнь Цзянсюэ слегка прикрыл глаза, задумчиво глядя на Се Уянь. «Однако это решение слишком несправедливо».

Шэн Цзиньчжао, молчавший с мрачным выражением лица, наконец заговорил: «Конечно, это несправедливо. Младший брат Се ранен, и его уровень совершенствования упал до середины стадии Заложения Основы, в то время как Молодой Мастер Хо уже достиг середины стадии Золотого Ядра. Между ними огромная разница в уровнях совершенствования. Разве это не издевательство?»

«Шэн Цзиньчжао, не пойми неправильно. Эта идея принадлежит твоему младшему брату Се, а не моему сыну», — Хо Цю предупреждающе посмотрел на него.

Шэн Цзиньчжао скрестил руки на груди и сказал: «Младший брат лишь высказал предположение. Если молодой господин Хо согласится, это будет настоящим издевательством».

Хо Цю нахмурился и с некоторым недоумением посмотрел на Шэн Цзиньчжао. Оба были чужаками из Царства Бессмертных и обычно держались в тени, относились к отцу и сыну с величайшим уважением и никогда не осмеливались пренебрегать ими. Почему они сегодня ведут себя так, будто приняли не то лекарство, и их рты полны враждебности?

Се Уянь сказал: «Это просто соревнование; нет вопроса, кто кого травит».

«Младший Брат, тебе стоит хорошенько подумать. Твои шансы на победу в этом поединке невелики», — Хо Яо вздернул подбородок. «Если Младший Брат Се настаивает на состязании со мной, я, естественно, не буду избегать битвы. Однако, если ты проиграешь мне, не отворачивайся от меня и не обвиняй меня в издевательствах».

Тон Се Уяня был равнодушным, с ноткой холодности: «Конечно, нет, но у меня есть еще одна просьба».

Хо Яо проявил великодушие и сказал: «Младший брат, пожалуйста, говори откровенно».

«За эти годы я „одолжил“ молодому господину Хо немало сокровищ; давайте сегодня же разберёмся со всеми». Холодный взгляд Се Уяня был пронзителен, но багровый блеск его одежд придавал ему леденящую красоту. «Проверять их по одному слишком хлопотно. А теперь давайте устроим состязание и используем все эти сокровища как ставки, чтобы оживить игру, как насчёт этого?»

Лицо Хо Яо застыло, он с недоверием смотрел на Се Уяня. Увидев решительный взгляд Се Уяня, Хо Яо ещё больше озадачился. Он никак не ожидал, что Се Уянь поднимет этот вопрос сейчас.

Эти слова услышали все присутствующие. Шэн Цзиньчао нахмурился и спросил Хо Яо: «Помимо этой чёрной птицы, сколько ещё вещей ты „одолжил“?»

Яйцо чёрной птицы Шэн Цзиньчао случайно раздобыл и специально подарил Се Уяню. В то время Се Уянь очень любил его и заботился о нём день и ночь, надеясь, что чёрная птица вылупится. Позже он узнал, что яйцо «позаимствовал» Хо Яо, чтобы полюбоваться им, и как раз в этот момент чёрная птица вылупилась, но птенец крепко прижался к Хо Яо и отказывался улетать.

В тот день лил проливной дождь. Се Уянь, несмотря на болезнь, отправился на поиски Хо Яо, надеясь вернуть маленькую чёрную птицу. В то время Шэн Цзиньчжао только что закончил задание, когда его внезапно вызвали в Долину Механизмов, и он был вынужден покинуть её. Вернувшись через несколько дней, он узнал лишь, что Се Уянь и Хо Яо крупно поссорились, и Се Уянь так разозлился, что у него поднялась высокая температура.

Хо Яо, ссылаясь на признание чёрной птицей своего хозяина и свою глубокую любовь к ней, слёзно умолял Шэн Цзиньчжао не забирать маленькую чёрную птицу. Однако Се Уянь с каждым днём всё больше унывал и больше не вспоминал о чёрной птице.

Позже это дело закрыли, и Се Уянь стал выходить из дома еще реже.

Оглядываясь назад, Шэн Цзиньчао задается сильным подозрением: то ли черная птица отказалась покидать Хо Яо, то ли Хо Яо не смог вынести разлуки с черной птицей?

Юйвэнь Цзянсюэ также многозначительно посмотрел на Хо Яо: «Значит, вещи, которые семья Се приготовила для Уяня, теперь у молодого господина Хо?»

Хо Яо быстро опустил голову и обиженно произнёс: «Бессмертный Достопочтенный, ты не знаешь, что Младший Брат Се говорил совсем другое. В прошлом у нас с Младшим Братом Се были хорошие отношения, и мы оба были знатными людьми. Эти сокровища были для нас всего лишь игрушками, и мы могли брать их по своему усмотрению. Но позже... между нами возникла размолвка, и наши отношения стали не такими хорошими, как прежде, поэтому многие сокровища остались у меня».

Хо Яо был находчив и всего в нескольких словах полностью искупил вину за всё зло, совершённое им за эти годы. Но как бы чисто он ни оправдывал себя и как бы возвышенно ни говорил, истина уже была ясна всем остальным.

Се Уянь был физически слаб и, неся с собой гору сокровищ, в одиночку покинул родной город и отправился в Долину Механизмов. Как он мог защитить свои сокровища, словно кролик, зашедший в волчье логово?

Шэн Цзиньчжао с отвращением отвернулся, ненавидя себя за то, что так глубоко обманывался на протяжении многих лет, думая, что Хо Яо просто высокомерен, а не плох по своей природе, и именно поэтому Се Уянь пострадал от такой несправедливости.

Он глубоко вздохнул и посоветовал Се Уяню: «Раз так, молодой господин Хо может просто вернуть тебе эти вещи. Зачем использовать их для азартных игр и подвергать себя ненужному риску?»

Хо Яо тоже не мог этого понять. Он уже всё продумал в голове. Если Се Уянь попросит его вернуть сокровище напрямую, у него появится возможность выиграть время. Он сможет отложить до завтра или до завтра, и через год или два вопрос останется нерешённым, как и прежде.

Было ли это совпадением или Се Уянь действительно понял его мысли, но Се Уянь не исполнил желание Хо Яо. Он спросил прямо перед всеми: «Молодой мастер Хо, скажите мне, будете ли вы соревноваться или нет?»

Хо Яо не мог отказаться, но и не мог сдержать свою жадность, поэтому придумал оправдание: «Другие сокровища прекрасны, но эту черную птицу я уже приручил...»

«Его просто приручили, а не признали хозяином. Чёрные птицы горды и нелегко признают хозяина, но, узнав, они обязательно будут кружить вокруг него и ждать его команды».

Се Уянь узнал об этой привычке Чёрной Птицы из «пророческих» воспоминаний его первоначального владельца. Согласно пророчеству, Шэн Цзиньчжао был убит горем из-за смерти Се Уяня, и, прежде чем покинуть Механизированную Долину, Хо Яо подарил ему свою любимую Чёрную Птицу, которая стала для Шэн Цзиньчжао ездовым животным и мощным партнёром. Позже она даже пробудила редкую и уникальную родословную Чёрного Феникса. Чёрные Птицы сами по себе драгоценны, не говоря уже о Чёрных Фениксах с их древней родословной. Пилюля из Хвоста Лунного Феникса, изготовленная из перьев Чёрного Феникса, чрезвычайно полезна для заклинателей.

Се Уянь покосился и медленно проговорил: «Я слышал, что чёрную птицу молодого господина Хо держат в золотой клетке и каждый день хорошо кормят. Если чёрная птица признает тебя своим хозяином, то эта клетка для тебя уже слишком».

Шэн Цзиньчжао удивился, но потом внезапно осознал, и его глаза расширились.

Лицо Хо Яо горело, как вареная креветка, и он мысленно цокнул языком.

Юйвэнь Цзянсюэ оглядел их обоих слева направо, лучезарно улыбаясь, словно совершенно не замечая тонкого настроя между ними. «Теперь, когда вы оба приняли решение, этот вопрос можно наконец решить».

Соревнование было назначено на полдень сегодня, так что у участников оставалось меньше часа на подготовку. Местом проведения был выбран берег озера Сулин — ровная и просторная площадка, где они могли выложиться по полной.

Хо Цю наблюдал за представлением с широкой улыбкой, его лицо сияло от восторга. Он и Хо Яо обменялись взглядами, их лица расслабились, и радость едва скрывалась.

Раньше Хо Яо искренне боялся бледного лица Се Уяня, но теперь, постепенно приходя в себя, он всё больше ощущал, что Се Уянь смирился со своей судьбой и полон решимости сражаться с ним насмерть, поэтому и предложил поединок. Многие люди, долгое время подвергавшиеся угнетению, заканчивают так: в один миг вспыхивают, чтобы потом исчезнуть навсегда. Сколько же людей действительно способны бросить вызов судьбе?

Хо Яо последовал за Хо Цю. Перед уходом он молча обернулся к Шэн Цзиньчжао, но неожиданно встретился взглядом с Се Уянем.

Се Уянь сердито смотрел, как Хо Яо отвернулся, словно его глаза были полны грязи, и быстро покинул павильон Хаоцзин.

Наконец все вокруг стихло.

Шэн Цзиньчжао взглянул на Се Уяня с выражением неясности на лице. Губы его шевелились, словно он хотел что-то сказать, но в итоге он промолчал. Перед уходом он сказал ему: «Отдохни немного и подготовься. Мне нужно кое-что сделать, и я вернусь за тобой до полудня».

Когда Шэн Цзиньчжао проходил мимо, Се Уянь внезапно почувствовал холод на тыльной стороне ладони; что-то грубое и холодное терлось о нее.

Он тут же понял, что происходит, слегка повернулся всем телом, чтобы загородить обзор Юйвэню Цзянсюэ, и быстро сжал пальцы, чтобы спрятать переданный ему предмет в своих широких рукавах.

Глава 10 Поединок на мечах (2)

После ухода Шэн Цзиньчжао Хаоцзинъэ, казалось, почувствовал, что его хозяин ушел, и золотистый свет в комнате слегка потускнел, став не таким ярким, как прежде.

Даже после ухода владельца павильона «Хаоцзин» Юйвэнь Цзянсюэ не собирался двигаться с места. Он медленно закрыл костяной веер и дружелюбно улыбнулся Се Уяню: «Уян, как давно мы не виделись».

Се Уянь спокойно спросил: «Видел ли меня раньше Бессмертный достопочтенный Юйвэнь?»

«Возможно, ты не помнишь, но мы встречались однажды в Хунся Исяньтянь, много лет назад». Юйвэнь Цзянсюэ слегка прикрыл глаза, словно вспоминая прошлое. «Я до сих пор помню, как пионы цвели по всем горам и садам. Ты стоял среди красных цветов, держась необыкновенно, и был очень похож на моего старого друга».

Се Уянь помолчал немного, затем опустил глаза и сказал: «...Меня много лет назад изгнали из семьи Се, и я мало что помню о прошлом».

«Уянь, ты должен знать, что, хотя тебе пришлось много страдать за эти годы, это также было и благословением, — в глазах Юйвэнь Цзянсюэ мелькнуло сочувствие. — Судя по нынешнему положению семьи Се, могла быть и более глубокая причина, по которой Бессмертный Се попросил тебя покинуть семью».

Ли Чэнь оглянулся на них, его личико было невинным и растерянным, словно он не мог понять, о чем они говорят.

Эта тема широко распространилась в мире культивирования растений, но на самом деле мало кто об этом знает.

Кто мог представить, что род Се падет до такого состояния? Род Се, чьи предки некогда породили верховное божество и были некогда славным кланом, теперь столкнулся с катастрофой уничтожения. Это поистине прискорбно и вызывает бесчисленные эмоции.

Семья Се изначально была небольшой, и в последние годы её члены гибли один за другим. Сейчас из всего клана остались только Се Уянь и его отец Се Цзиньшэн.

Если бы Се Уянь не прибыл, первоначальный владелец этого тела вскоре бы умер. Поэтому его прибытие изменило не только судьбу Се Уяня, но и, загадочным образом, судьбу всей семьи Се, став единственной надеждой выбраться из тупика.

Юйвэнь Цзянсюэ, казалось, принял его молчание за печаль и утешил его: «Уянь, вы с отцом молодого мастера Ли — мои старые знакомые. Если я смогу стать свидетелем того, как вы станете учителем и учеником, это будет своего рода судьбой. Когда молодой мастер Ли вырастет, семья Се сможет получить защиту ордена Линлун. Тогда всё обязательно наладится».

Юйвэнь Цзянсюэ говорил с абсолютной уверенностью, словно был абсолютно уверен в этом. Перед уходом он таинственно передал Се Уяню небольшой мешочек, завёрнутый в синий шёлк, наказав никому не показывать его содержимое до начала соревнований.

«Что внутри?» — с любопытством спросил Ли Чэнь, с большим интересом ощупывая тканевый мешок и изучая его содержимое.

«Деревянный талисман духа». Се Уянь взглянул на содержимое тканевой сумки и сразу всё понял.

Се Уянь обладает корнем стихии огня, но, к сожалению, у Хо Яо стихия воды, и поскольку пять стихий сталкиваются, его шансы на победу ещё меньше. Учитывая огромную разницу в силе, эти древесные талисманы духов — всего лишь капля в море.

Но он все равно победит.

Но больше всего его беспокоило отношение Юйвэнь Цзянсюэ: этот человек, казалось, был полон решимости расположить его к себе. Но почему?

Он не был настолько глуп, чтобы поверить, что Юйвэнь Цзянсюэ был так добр к Се Уяню лишь из благодарности за доброту семьи Се. Если Юйвэнь Цзянсюэ действительно верил, что семья Се оказала ему услугу, как он, заклинатель на стадии очищения пустоты, мог просто стоять и смотреть, как члены семьи Се гибнут один за другим, а потом спокойно утешать Се Уяня, заверяя его, что всё наладится?

Се Уянь остро осознавал, что в глазах окружающих он стал всего лишь бесполезным человеком с низким уровнем совершенствования, слабым и некомпетентным. Единственное, что могло заинтересовать других, – это его статус единственного сына в семье Се. Но, как и сказал Юйвэнь Цзянсюэ, семья Се находилась в отчаянном положении. Члены семьи Се разбегались повсюду, но никому не удалось избежать трагической гибели.

У Юйвэнь Цзянсюэ много подозрительных черт.

"старший?"

Снизу раздался тихий голос Ли Чэня. Он опустил взгляд и увидел, что тот робко смотрит на него. Се Уянь тут же понял, что тот нахмурился, а его взгляд был полон ярости.

Он смягчил выражение лица и спросил Ли Чэня перед мальчиком: «Как ты меня только что назвал?»

Ли Чэнь опешил, на мгновение замешкался, поджал губы и нерешительно спросил тихим голосом: «...Учитель?»

Се Уянь сказал: «Если я проиграю Хо Яо, ты должен будешь назвать его Мастером».

Ли Чэнь на мгновение застыл, глядя на него непонимающим взглядом, а затем опустил голову: «Но он мне не нравится».

Се Уянь не мог понять, о чём думает Ли Чэнь, но, по его мнению, он не оказал ему никакой пользы. Чем нынешний Ли Чэнь отличался от первоначального владельца тела? Они оба были зависимы от других, слабы и бессильны, неспособны даже контролировать свою собственную судьбу.

«Мне он тоже не нравится».

Се Уянь неловко похлопал его по голове, так что Ли Чэнь почти почувствовал костяшки его пальцев. Он попытался поднять взгляд, но мужчина мягко прижал его к земле.

«Поэтому я полон решимости выиграть эту битву».

Сверху раздался решительный голос Се Уяня.

Ли Чэнь был ошеломлен.

Он напрягся, чтобы поднять глаза и взглянуть на него сквозь просветы в волосах.

Внутри павильона Хаоцзинь слабо мерцал золотистый свет. Се Уянь опустил глаза, задумчиво глядя на дорогу впереди. Его яркие зрачки, казалось, вмещали в себя многое.

Се Уянь вдруг посмотрел на него и сменил тему: «Разве ты не хочешь вернуться в секту Линлун?»

«Ммм», — маленькая головка твердо кивнула.

Се Уянь ничуть не удивился и спокойно ответил: «Тогда ты не вернешься».

Секта Линлун – это всего лишь место, внешне кажущееся респектабельным, но прогнившее насквозь. Иначе как они могли бы не терпеть даже ребёнка? Ли Чэнь подвергался издевательствам в секте Линлун и сбежал за тысячу миль, но секта Линлун лицемерно послала кого-то, чтобы вернуть его. Что это, если не лицемерие?

Услышав слова Се Уяня, Ли Чэнь, похоже, не обрадовался. Вместо этого он опустил голову, надулся и тихо спросил: «Учитель, вас не волнует, кто я?»

«Ты Ли Чэнь, и что?» — Се Уянь искоса взглянул на него. «Ты что, ждёшь, что я буду относиться к тебе с уважением и прислуживать тебе как слуга?»

«Конечно, нет!» Ли Чэнь резко поднял голову, его глаза расширились, а голос повысился.

Се Уянь не стал развивать эту тему, но напомнил: «Этот Юйвэнь Цзянсюэ... держись от него подальше. Этот человек непрост, и он надолго задержится в Долине Механизмов. Он вполне может охотиться за тобой».

Ли Чэнь опешил, а затем смущенно улыбнулся: «Не волнуйтесь, Мастер, я знаю, кто по-настоящему добр ко мне».

Се Уянь погладил его по голове. Что бы Ли Чэнь ни делал потом, он, по крайней мере сейчас, не выказал Се Уяню злобы.

Он должен быть достаточно силен, чтобы защитить Ли Чэня и вырвать Свиток Жизни у Хо Яо, чтобы получить шанс узнать правду и выбраться из этого тупика.

Озеро Сулинг.

Красный треугольный флаг был воткнут глубоко в землю. Северный ветер завывал, принося сухой запах песка и пыли, заставляя флаг развеваться.

Неподалёку находится озеро Сулинг, превратившееся в огромное туманное болото. Пока не увидишь его своими глазами, никто не поверит, что в глубине бескрайней пустыни есть такое сырое и мрачное место, словно изолированное от всей пустыни.

«Молодой мастер Хо, Се Уянь действительно придёт?» — спросил крепкий ученик рядом с Хо Яо, оглядываясь по сторонам. — «Уже почти полдень, а его всё ещё нет. Может, он сбежал в последнюю минуту?»

«Раз он сам предложил дуэль, нам придётся привести его сюда, даже если придётся связать». Хо Яо стоял под флагом, с улыбкой на губах, равнодушно наблюдая за тем, как люди суетливо готовят арену для дуэли. Невольно злоба сковал его брови, и улыбка стала пугающей.

Чем дольше Се Уянь медлил, тем увереннее становился Хо Яо. Он был бы ещё счастлив, если бы Се Уянь сбежал без боя. Последние несколько дней Хо Яо был в ярости из-за Се Уяня, и теперь, в самый подходящий момент и при самых благоприятных обстоятельствах, он решил преподнести Се Уянь «великий подарок». Было бы ещё лучше, если бы он смог выдавить несколько слёз из этого прекрасного лица, которое так ненавидел.

Через мгновение появился младший ученик и сказал: «Молодой мастер Хо, прибыл Шэн Цзиньчжао».

Зловещее выражение лица Хо Яо мгновенно изменилось, и в его глазах появился детский огонек, когда он спросил: «Где он? Я сейчас буду».

Младший ученик спешно показывал дорогу Хо Яо, и Хо Яо, едва успев отправиться в путь, уже увидел вдалеке фигуру Шэн Цзиньчжао. Улыбка тронула его губы, но тут же погасла.

За Шэн Цзиньчжао следовала длинная вереница учеников, каждый из которых нес тяжелый, доверху наполненный сундук с сокровищами... ставки сегодняшнего пари.

Шэн Цзиньчжао и его команда продолжили путь пешком. Прибыв на арену для дуэлей, Шэн Цзиньчжао перечислил содержимое сундука с сокровищами, а затем приказал всем закрыть его и сложить сокровища в ярко-красное кольцо для хранения.

Многочисленные магические артефакты и сокровища, украденные Хо Яо у Се Уяня, были вынесены из его шатра и торжественно перевезены к берегам озера Сулин. По пути многие указывали на них и перешептывались, спрашивая, что случилось, и весть о предстоящей схватке Хо Яо и Се Уяня разнеслась по округе.

Цель Шэн Цзиньчжао была предельно проста: он хотел, чтобы все в Долине Механизмов увидели, сколько богатств Хо Яо накопил благодаря Се Уяню и сколько злодеяний он совершил за эти годы. Он также хотел показать, что ученики Долины Механизмов, и даже некоторые из младших лидеров, либо стали сообщниками, либо закрывали на это глаза, тем самым поощряя зло.

В глазах Шэн Цзиньчжао все они были одинаковы: все без исключения были виновны.

Новость распространилась далеко и широко, и в мгновение ока большинство учеников в Механической долине услышали о ней и поспешили сюда.

Сами соревнования не были особенно захватывающими. В обычные дни Хо Яо часто выводил нескольких своих менее любимых учеников и, пользуясь превосходством в силе, основательно унижал их на помосте. Все привыкли к таким состязаниям.

Однако, если бы противником Хо Яо на этот раз был Се Уянь, эффект был бы совершенно иным. Особенно ученики, вошедшие в долину после того, как Се Уянь перестал выходить, слышали лишь о том, что в Долине Механизмов скрывается прекрасный человек из небесного мира. Хотя он был человеком, он обладал лишь красотой, но не был силён, был болезненным и слабым и долгое время жил дома. Это вызвало у всех любопытство по поводу его внешнего вида и того, как он выступит в поединке с Хо Яо.

Когда на помосте всё было готово, серьёзное выражение лица Шэн Цзиньчжао слегка смягчилось, но он не задержался ни на секунду, словно направляясь куда-то в сторону. Проходя мимо Хо Яо, он лишь кивнул ему в знак приветствия.

После ухода Шэн Цзиньчжао Хо Яо еще долго продолжал тупо смотреть в направлении, куда тот исчез.

Ученики Хо Яо были менее сдержанны. Хотя они знали, что отношение Хо Яо к Шэн Цзиньчжао было необычным, они не могли больше сдерживаться и начали подстрекать: «Как смеет какой-то чужак так относиться к молодому господину Хо? Не слишком ли это высокомерно?»

Услышав это, другие ученики, разделявшие это мнение, подхватили: «Точно! Они приезжают в нашу Долину Механизмов, но продолжают вести себя высокомерно и могущественно, словно они из Небесного Царства. Кого они пытаются впечатлить?»

Хо Яо не ответил, а лишь с недовольным видом отвернулся, игнорируя их.

Обычно Хо Яо строго отчитал бы их, поэтому, обнаружив, что Хо Яо ничего не сказал, ученики возмутились. Молчание Хо Яо ещё больше разозлило их, и они ещё яростнее проклинали Шэн Цзиньчжао, этого чужака из Царства Бессмертных.

Хо Яо с отвращением нахмурился и в одиночестве направился к помосту. Небо было затянуто облаками, дул холодный северный ветер. Его фигура словно окутывала серый песок, всё больше затмевая свет.

Примечание автора:

----------------------

Вчера на нашу местность обрушился тайфун-фейерверк (дрожа).jpg

Мы с другом думаем сходить в супермаркет, чтобы купить побольше мяса и овощей и пополнить запасы, чтобы потом целую неделю не выходить из дома.

результат……

Перед выходом из дома: супермаркет находится всего в 50 метрах, можно быстро дойти пешком.

Выйдя из дома: А-а-а-а!!!! (Крик, вопль, отчаянный плач)

Мы успели сделать пару шагов, прежде чем зонт чуть не сломался. Чтобы он не сломался, нам ничего не оставалось, как сложить его и идти под проливным дождём...

С обеих сторон раздались крики: Бегите!!

Я побежал к основанию здания. Оглянувшись, я увидел Цзо Ю, шагающего сквозь тайфун мелкими, быстрыми шагами.

Я:?

Оказалось, что она вышла на улицу в сандалиях, которые наполнились водой, сделав обувь очень скользкой и мешая быстро идти. В результате она промокла насквозь, но выглядела очень изящно и грациозно, словно кошка, ступающая по тайфуну.

Женщина остаётся девушкой до самой смерти. Удивительно!

Глава 11. Поединок на мечах (3)

Рядом с озером Сузуки.

В самой высокой точке земля сильно задрожала, и желтый песок с видимой скоростью потек вниз, устремляясь во всех направлениях, как водопад, и вливаясь в огромное море песка.

Вдалеке можно было различить едва заметную песчаную бурю, а темные облака закрывали солнце.

Жара пустыни, как и эти зыбучие пески, быстро исчезла, сменившись бесконечным холодом.

"...Апчхи!"

Внутри скалы, свернувшись калачиком, сидел на песке, скрестив ноги, маленький ребенок и потирал руки, чтобы согреться.

Се Уянь стоял рядом с ним, молча наблюдая, как мальчик съеживается и дрожит. Он слегка нахмурился и сказал: «Раз тебе холодно, почему бы тебе не сказать об этом прямо?»

Шея Ли Чэня затекла от холода. Услышав его слова, он долго не мог остановиться, чтобы медленно поднять голову и посмотреть на него.

Се Уянь носил ту же самую шляпу с вуалью, что и прежде; длинная вуаль делала его внешность и голос особенно туманными, как будто он хотел слиться с песчаной бурей.

«...Мне не холодно». Глаза Ли Чэня были пусты, а голос звучал гораздо скованнее обычного. Мальчик опустил голову и молча смотрел на озеро Сулин под скалой, окутанное густым туманом, тёмное и мрачное.

С момента их прибытия состояние Ли Чэня немного ухудшилось, и, похоже, оно продолжает ухудшаться. Се Уянь не знает, что пошло не так.

Он слегка нахмурился, сел рядом с Ли Ченом и взял его покрасневшую ручку в свои объятия.

Ли Чэнь был слегка ошеломлен.

Руки мальчика были невероятно грубыми. Только взяв их в руки, можно было заметить, что на его ладонях было несколько толстых мозолей, стиравшихся красными и фиолетовыми пятнами. Се Уянь нахмурился и нежно прижал свои пальцы к пальцам мальчика.

Следуя за ладонями обоих, тёплая духовная энергия стихии огня медленно передавалась в них. Холодные маленькие ручки окутались теплом со всех сторон. Постепенно духовные меридианы по всему телу тоже нагрелись, и мутные зрачки Ли Чэня наконец-то прояснились.

Тихое молчание окутало их обоих, пока через мгновение, наконец, не появился человек, которого ждал Се Уянь.

По другую сторону обрыва Шэн Цзиньчжао шёл против ветра. Его одеяния развевались на ветру. Войдя в продуваемую ветром зону, он смог лишь поднять одну руку с толстой ладонью, чтобы защититься от мелкого песка и гравия, поднимаемых ветром.

Шэн Цзиньчао увидел Се Уяня ещё издалека, и на его лице тут же появилась улыбка. Перед ним всё ещё было несколько невысоких песчаных дюн, но он сделал несколько широких шагов и быстро подошёл к нему. «Младший брат, я заставил тебя ждать». Наконец он опустил голову и улыбнулся Ли Чэню, который прятался за ним: «Молодой господин Ли, ты тоже заставил тебя ждать».

Ли Чэнь схватил Се Уяня за халат и уставился на него, слегка кивнув.

Се Уянь перешел к делу, спросив: «Интересно, какое у тебя к тебе дело, старший брат, что ты попросил меня подождать здесь?»

Только что в павильоне Хаоцзин мимо него проходил Шэн Цзиньчжао и тайно передал ему записку, в которой просил Се Уяня подождать его на песчаном склоне скалы у озера Сулин после того, как он покинет павильон Хаоцзин.

«Разумеется, это ради соревнования». Аура Шэн Цзиньчжао постепенно усиливалась. Он протянул Се Уяню чёрное накопительное кольцо, и его взгляд, устремлённый на Се Уяня, был полон неописуемой тяжести.

Приближался полдень, и у Се Уянь оставалось совсем мало времени. Казалось, времени не хватало ни на что, но, в любом случае, цель была прежней: максимально увеличить и без того скромные шансы Се Уянь на победу за отведённое время.

Се Уянь взял кольцо-накопитель. На угольно-чёрном кольце были выгравированы странные узоры сюаньу. Этот тип колец-накопитель самый прочный. Если добавить несколько пространственных массивов, он может вместить даже целую духовную руду.

Он нежно коснулся глаз Сюаньу, и красные камни тут же загорелись, открывая предметы внутри кольцевого хранилища — мечи, много-много мечей.

Длинные мечи, короткие мечи, тяжёлые мечи, лёгкие мечи, мечи в форме змеи, гибкие мечи и даже малые мечи с более чем десятком скрытых механизмов. Кроме того, есть всевозможные ножи, копья и всё, что можно использовать в качестве оружия.

Огромное количество оружия было расставлено концентрическими кругами, плотно прижато друг к другу и отражало ослепительный свет.

Шэн Цзиньчжао сказал: «Это всё оружие, которое я сделал за эти годы. Младший брат, можешь взять то, что тебе понравится, и опробовать. Если оно тебе понравится и будет удобным, тогда возьми».

Количество этого оружия поистине поражало воображение. Се Уянь был полностью уверен в мастерстве Шэн Цзиньчжао и даже не предполагал, что Шэн представит ему на выбор всю свою коллекцию.

Для заклинателей с Золотым Духовным Корнем ковка и плавка не представляют собой ничего сложного. Однако в воспоминаниях Се Уяня о будущем, после того как Шэн Цзиньчжао прославился, его мечи также обрели известность. Любой из этих огромных мечей, изготовленных с использованием изысканных и уникальных технологий, мог легко стоить сотни высококачественных духовных камней.

Се Уянь смотрел на огромное море мечей, не в силах решить, какой из них выбрать для своего использования.

Шэн Цзиньчжао, похоже, подумал, что тот беспокоится о нехватке времени, поэтому добавил: «Я немного повозился с Инструментом Духовного Образа. Они не смогут решить эту проблему какое-то время и не смогут позаботиться о тебе прямо сейчас. Младший брат, ты можешь не торопиться с выбором. Спешить некуда».

«Инструмент духа?» — Се Уянь взглянул на него.

Шэн Цзиньчжао кивнул и объяснил: «Я подкупил нескольких человек из окружения Хо Яо. Они сказали ему, что это соревнование направлено на то, кто сможет взять молодого мастера Ли в ученики, поэтому сначала нужно правильно настроить инструмент для изображения духа, чтобы проверить духовные корни молодого мастера Ли».

«Спасибо за беспокойство, старший брат».

Се Уянь слегка кивнул, а Шэн Цзиньчжао смущенно почесал голову и несколько раз замахал руками, говоря, что это ничего не значит.

Ход Шэн Цзиньчжао был поистине хитрым. Как и большинство заклинателей с золотыми духовными корнями, он был честен и прям, обладал красивой и утончённой внешностью. Его ясный взгляд был открытым и честным, без каких-либо скрытых мотивов. Однако он слишком хорошо знал Хо Яо и понимал, что его заботит. С помощью небольшой хитрости он мог вовлечь Хо Яо в свои планы.

Быть учителем сына главы секты Линлун – звучит как нечто почетное, но если молодой глава секты Линлун – посредственный человек со смешанными духовными корнями, то вероятность унаследовать положение главы секты Линлун значительно снижается. Точно так же, естественно, нет никакой выгоды быть его учителем.

Это чувство тревоги, сродни неуверенности в азартной игре, всегда беспокоило Хо Яо. Если бы кто-то предложил сначала установить инструмент с изображением духа, чтобы проверить духовный корень Ли Чэня, Хо Яо, несомненно, с готовностью согласился бы. Ему нужно было доказать, что у Ли Чэня есть небесный духовный корень, или даже редкий, уникальный духовный корень, чтобы состязание стало более осмысленным.

Ли Чэнь тоже приблизился к нему, молча разглядывая море мечей в своём кольце. Се Уянь не сразу выбрал оружие; немного поразмыслив, он повернулся к Шэн Цзиньчао и спросил: «Старший брат, какое оружие, по-твоему, мне больше подходит?»

«У младшего брата корень стихии огня, поэтому тебе следует отдать предпочтение оружию из таких материалов, как панцири красно-золотых жуков и обожжённые камни». Шэн Цзиньчао на мгновение замялся, прежде чем сказать: «Однако у Хо Яо корень стихии воды. Согласно взаимному сдерживанию пяти стихий, он определённо сдержит тебя. Если ты выберешь оружие с сильным огнём, то можешь не победить его».

Се Уянь не обратил на это внимания: «Всё в порядке, у меня есть свой способ справиться с этим. Старший брат может просто выбрать для меня один».

Видя его утвердительный взгляд, Шэн Цзиньчжао кивнул, шагнул вперед, коснулся кольца-хранилища и вскоре достал больше дюжины мечей разных размеров и форм.

«Эти три — самого лучшего качества». Затем Шэн Цзиньчжао выбрал еще три и отложил их в сторону.

Се Уянь оглянулся и осмотрел три оружия, излучавших слабое красное свечение.

Два из них — мечи, а один — нож.

Ножи можно не учитывать, поскольку ни первоначальный владелец, ни он сам ничего о них не знали. Се Уянь наклонился и одновременно схватил оба меча за рукояти. Он взглянул на них, затем легонько взмахнул ими, используя инерцию, чтобы бросить. Два меча одновременно крутанулись и со свистом взмыли в воздух.

«Что…» Шэн Цзиньчжао вздрогнул от суматохи и инстинктивно потянулся, чтобы защитить его, но был заблокирован внезапно появившимся Ли Чэнем. Он не успел спасти его, как два меча уже стремительно падали…

Почти одновременно раздались два слабых приглушенных удара.

Острие меча было чрезвычайно острым и глубоко вонзилось в песок.

Се Уянь подошёл к одному из мечей, выхватил его, и одним взмахом руки песок и пыль мгновенно развеялись по ветру и исчезли. Остался лишь клинок, сияющий ослепительным серебряным светом, словно внутри меча была запечатана звезда, освещающая все стороны света.

Глаза Шэн Цзиньчжао слегка расширились. Если бы он уже не сформировал своё ядро и не превратился в зарождающуюся душу, он бы никогда не смог понять, почему Се Уянь выбрал именно этот меч. Просто промежуток времени между приземлением двух мечей был слишком коротким, из-за чего было сложно определить, какой из них быстрее, и, естественно, невозможно было определить, какой из них лучше.

Он, на стадии зарождения души, видел разницу, но и Се Уянь тоже её заметил, что было поистине неожиданно. Если его талант делал его настолько проницательным, то этот талант был ужасающим.

Под удивленным и полным сомнений взглядом Шэн Цзиньчжао Се Уянь схватился за рукоять меча, и, слегка повернув запястье, прямой длинный меч мгновенно проскользнул по воздуху, словно змея, оставляя за собой кроваво-красный след света.

Наблюдая за его позой с мечом, Шэн Цзиньчао слегка нахмурился, его рот раскрылся в недоумении: «...Четырехшаговая техника меча?»

Примечание автора:

----------------------

Ли Чэнь пока хорошо прячется (лёжа), но скоро ему придётся показать своё истинное лицо (шепотом спойлеры)

Пришло время для размышлений:

Последние несколько дней я смотрел Олимпиаду с друзьями, и могу сказать только, что я выпил три коробки таблеток нитроглицерина (шутка).

Я правда не могу смотреть прямую трансляцию! Даже на результаты смотреть не решаюсь. У меня просто ужасное настроение. QAQ. Спортсмены, которые там соревнуются, такие сильные!

Однако на Олимпиаде в Токио было слишком много сомнительных приемов, было больно смотреть... Спортсмены нашей страны действительно много работали, да и в Олимпийской деревне, похоже, было не очень комфортно, плюс были опасения заразиться COVID-19...

Глава 12 Поединок на мечах (4)

Ли Чэнь оглядел их, тупо моргая, явно не в силах понять задумчивый взгляд Шэн Цзиньчжао.

Как только Се Уянь опустил меч, Шэн Цзиньчжао задал вопрос: «Младший брат, где ты научился этой технике владения мечом? Почему я никогда не видел, чтобы ты её практиковал?»

«В самом деле, я никогда этим не занимался», — честно ответил Се Уянь. «Старший брат только что освоил эту технику владения мечом. Ты же прекрасно знаешь, где я её освоил».

«Но…» Глаза Шэн Цзиньчжао расширились от удивления.

В это время, чтобы убедиться, что принесенное Хо Яо руководство по фехтованию соответствует его потребностям, Шэн Цзиньчжао разложил страницы, проверил содержимое, а затем, не глядя, положил его на стол.

В то же время Се Уянь мог видеть технику меча, но Шэн Цзиньчжао был уверен, что не только он, но и все остальные присутствующие, за исключением Се Уяня, вероятно, не заметили его способности делать несколько дел одновременно.

Шэн Цзиньчжао внезапно очнулся от удивления. Он словно почувствовал проблеск надежды, и его глаза загорелись. Он тут же выхватил меч и сказал Се Уяню: «Младший брат, смотри внимательно».

Се Уянь кивнул и внимательно наблюдал за его движениями.

Шэн Цзиньчжао крепко сжал рукоять меча, толстые мозоли на кончиках пальцев крепко прилипли к ней. В одно мгновение его тело и меч словно слились воедино, скрутившись в жгут. Длинный меч на огромной скорости пронесся по воздуху, оставляя после себя серебристо-белый ореол.

Меч свободно танцевал в воздухе, кажущийся красивым и безобидным, но бессознательно песок вокруг него подвергся воздействию энергии меча, и песок распространился наружу, образовав темный барьер.

Эта техника владения мечом разделяет тело фехтовальщика на четыре части: глаза, руки, хвост и ноги. Опираясь исключительно на эти четыре части, можно победить сильного слабым, победить большинство малым и добиться неожиданных побед. Это экстремальное испытание физической подготовки.

Однако, учитывая физическое состояние Се Уяня, он, конечно, не мог добиться наилучших результатов за короткое время. Но Шэн Цзиньчао видел, что тот отлично имитировал технику четырёхшагового меча. Его движения были плавными и грациозными, и он даже хорошо контролировал дыхание, в котором новички чаще всего допускали ошибки. Таким образом, его физические недостатки были несколько компенсированы.

Закончив танец с мечом, Шэн Цзиньчжао тихо вздохнул и сказал Се Уяню: «Младший брат, ты понял? Твоя левая рука сейчас была немного слаба, и твоя осанка была неустойчивой, поэтому ты приложил больше усилий, размахивая мечом. Если состязание продлится дольше, ты не сможешь удержаться на ногах».

«Спасибо за наставления, старший брат». С этими словами Се Уянь тоже поднял руку и снова начал орудовать мечом. На этот раз он почти в точности повторил каждое движение Шэн Цзиньчжао. В конце, убирая меч в ножны, Ли Чэнь радостно хлопнул в ладоши и сказал: «Танец с мечом у Мастера тоже прекрасен».

Шэн Цзиньчжао, естественно, обрадовался и сказал: «Эта четырёхступенчатая техника владения мечом кажется простой, но её создал бог тысячу лет назад. Говорят, что, будучи ещё заклинателем, он создал эту технику в критический момент. Одним взмахом своего длинного меча он мог убить тысячи врагов. С твоими нынешними навыками, младший брат, ты, возможно, действительно сможешь сразиться с Хо Яо».

Се Уянь кивнул, но в глубине души понимал, что «способность Шэн Цзиньчжао сражаться с Хо Яо» была лишь квалификацией, позволяющей ему стоять рядом с ним на помосте. Хо Яо был на целый уровень выше, и победить противника более высокого уровня всё равно было бы довольно сложно.

Он посмотрел на солнце, и Ли Чэнь тоже посмотрел вверх. Песчаная буря почти прошла, и солнце теперь находилось в центре.

Уже поздно.

Шэн Цзиньчжао нерешительно взглянул на Се Уяня, словно хотел что-то сказать, но сдержался, а Се Уянь просто закрыл глаза, не выказав никаких эмоций.

Пойдем.

Пора положить этому конец.

Пронеслась песчаная буря, унося с собой темные тучи, закрывавшие солнце, и палящий солнечный свет вновь осветил землю, вернув пустыне ее прежнее спокойствие.

Вокруг арены для дуэлей собрались целые ряды учеников, полностью окружив её. За исключением нескольких важных фигур и места, где находился инструмент для изображения духа, остальная часть пространства была настолько запружена, что даже игла не смогла бы пролезть сквозь неё.

Инструмент Духовного Образа был открыт специально для маленького ребёнка, который оказался сыном главы секты Линлун, главной секты в Царстве Бессмертных. Такой ажиотаж привлёк ещё больше учеников, чтобы понаблюдать за происходящим, и даже Мастер Долины Хо Цю, мирно пребывавший в Башне Тысячи Машин, поспешил туда.

Хо Цю погладил бороду, глядя на высокоуровневые духовные камни, которые постоянно перемещались и бросались в инструмент для создания духовных образов. Он невольно дважды коснулся груди, пытаясь унять душевную боль.

Рядом с ним Хо Яо слегка нахмурился, изредка поглядывая то на Инструмент Духовного Образа, то на шумных учеников, нетерпеливо ожидая каждой секунды.

Он был явно не единственным, кому не хватало терпения. Через некоторое время наблюдавшие ученики стали довольно шумными. Хотя кто-то пытался успокоить всех, было очевидно, что атмосфера за пределами дуэльной арены стала гораздо более неспокойной.

Через мгновение вдали появилась фигура, искажённая палящим пустынным воздухом. Хо Яо внезапно встал, заставив всех обернуться. В мгновение ока толпа хлынула, словно приливная волна. Выглянув, они увидели человека, грациозно шагающего в одиночестве с веером в руке, совершенно неуместного в сухой жёлтой пустыне.

Пока все смотрели, как бессмертного в белом одеянии тепло принимает Мастер Долины Хо Цю, их чувства были весьма противоречивы.

«Кто этот человек? Он выглядит так, будто прибыл из небесного царства».

Выражения лиц всех мгновенно изменились. Ученики Механизированной Долины были особенно чувствительны к словам «Мир Бессмертных». Большинство учеников этой долины были изгнаны из сект Мира Бессмертных за совершение преступлений или были отвергнуты Миром Бессмертных из-за недостаточной квалификации. Не желая возвращаться в мир смертных, они пришли в Механизированную Долину в пустыне, чтобы совершенствоваться, в поисках компромисса. Однако из-за своего особого статуса и прошлых обид их чувства к Миру Бессмертных в конечном итоге свелись к ненависти.

«Этот старый ублюдок Хуоцю просто бесстыжий! Ну и что, что он из Бессмертного Царства? Нам, ученикам Механической долины, не нужна помощь из Бессмертного Царства!»

«Всё верно! Мы все из Бессмертного Царства, но кто из них хоть раз получал хоть какую-то помощь за все эти годы? Я правда не понимаю, что такого хорошего в этом проклятом месте. Мы все культивируем бессмертие, и у меня дела идут не хуже, чем в Механизированной долине. Почему те, кто из Бессмертного Царства, считаются более благородными?» — крикнул громким голосом крепкий мужчина, вызвав всеобщее одобрение.

Эти слова не были ни слишком легкими, ни слишком тяжелыми, а были как раз достаточными для того, чтобы Юйвэнь Цзянсюэ ясно их услышал.

На мгновение холодный пот пробежал по спине Хо Цю. Он украдкой взглянул на Юйвэнь Цзянсюэ и увидел, как бессмертный владыка в белом одеянии добродушно улыбается и выглядит совершенно спокойным. Хо Цю вздохнул с облегчением. Он подумал: кто в его возрасте, будучи достойным Мастером Механической Долины, станет проявлять такое почтение к младшему из Бессмертного Царства, если только его не загонят в угол?

Оставив в стороне отношения между Юйвэнь Цзянсюэ и семьей Се, его статус друга мастера секты Линлун сам по себе достаточен, чтобы доставить Хо Цю немало хлопот.

Юйвэнь Цзянсюэ следовал за Хо Цю до самого высокого склона, где находился Хо Яо. Местность здесь была хорошая, вдали от суеты толпы, и открывался панорамный вид на арену дуэли.

«Молодой господин Хо, похоже, хорошо подготовлен». Юйвэнь Цзянсюэ тепло поприветствовал Хо Яо. Хо Яо был раздражён и не хотел отвечать, но, почувствовав на себе пристальный взгляд Хо Цю, неохотно ответил: «Благодарю за заботу, Бессмертный Достопочтенный».

Юйвэнь Цзянсюэ слегка улыбнулся, приоткрыв губы, словно собираясь что-то сказать, как вдруг из толпы раздался громкий крик: «Се Уянь! Се Уянь здесь!»

Глаза Хо Яо мгновенно расширились, когда он оглянулся.

Глава 13 Поединок на мечах (5)

«Се Уянь прибыл!»

Громкий крик мгновенно разнесся по всем углам арены для дуэлей.

Те, кто только что жаловался на Юйвэнь Цзянсюэ, давно забыли, о чем говорили, и теперь все смотрели в сторону, откуда доносился голос, вытягивая шеи как можно сильнее, надеясь хоть мельком увидеть тень Се Уяня.

Хо Яо стоял, выпрямившись, как палка, и внимательно осматривался. Не дожидаясь дальнейшего осмотра, он вдруг заметил фигуру в красном одеянии.

Ослепительный багровый свет танцевал на ветру, его невозможно было не заметить. Кроме того, рядом стоял Шэн Цзиньчжао; хорошо тренированный мужчина с крепким телосложением создавал защитный барьер вокруг Се Уяня.

Сердце Хо Яо остыло, но ненависть его была ещё сильнее. Он ненавидел Се Уяня за то, что тот привлёк всеобщее внимание, даже не показав лица, и за то, что тот без всякой причины, несмотря на низкий уровень совершенствования и слабую силу, заслужил заботу Шэн Цзиньчжао.

К счастью, хорошие дни Се Уяня сочтены.

Губы Хо Яо дважды дрогнули, образовав странную, слабую улыбку.

Над желтым песком Се Уянь все еще носил длинную, тонкую шляпу с вуалью, вуаль висела словно туман, скрывая множество шумных взглядов, но не в силах остановить громкие обсуждения в толпе.

«Се Уянь действительно пришёл?» — спросил невысокий мужчина, стоявший позади, и совершенно не мог разглядеть фигуру Се Уяня. Он был так взволнован, что весь покрылся потом.

«Он действительно осмелился прийти! Он буквально накликал на себя смерть». Кто-то, немного знавший историю изнутри, усмехнулся и стал ждать шоу. «Защитническое стремление Шэн Цзиньчжао — это нечто особенное. Он боится, что Хо Яо не сможет убить этого ребёнка. Это будет интересно».

«Перестаньте говорить о жизни и смерти. Почему Се Уянь всё ещё носит эту рваную шляпу? Он же прекрасный человек, почему он такой высокомерный? Неужели люди не могут даже посмотреть на него?»

Какофония голосов смешалась, становясь всё более неуместной. Шэн Цзиньчжао холодно обвёл толпу взглядом, и она мгновенно заметно притихла. Учитывая уровень мастерства и силы Шэн Цзиньчжао, им не оставалось ничего иного, как признать его авторитет.

Ни один из этих шумных и хаотичных звуков не достиг ушей Се Уяня. Он приподнял часть занавески, открыв взгляду пару холодных и равнодушных глаз.

Ли Чэнь тоже выглянул из-за его спины, с любопытством разглядывая огромное множество на земле: «Учитель, что это?»

Се Уянь пристально посмотрел на пятицветный глаз, сверкающий внутри формации, и медленно ответил: «Инструмент духовного образа, скоро ты сможешь познать свой духовный корень».

Ли Чэнь моргнул, в его глазах мелькнуло предвкушение.

«Какой духовный корень тебе нужен?» — Се Уянь краем глаза молча наблюдал за выражением лица Ли Чэня.

Мальчик поджал губы, и смущение на его лице мгновенно исчезло. Словно он что-то задумал, уголки его губ невольно приподнялись, и на его худеньком, даже жалком личике появилась чистая улыбка.

«Я бы хотел иметь корень древесного элементаля».

Опустив голову, Се Уянь встретился взглядом с ясными глазами Ли Чэня. Мальчик улыбнулся и чётко произнес: «Если бы у меня был корень древесного духа, я бы смог защитить Учителя, если бы Хо Яо снова попытался его запугать».

Се Уянь на мгновение опешил, но его лицо быстро обрело обычное безразличие. Он слегка опустил глаза и сказал: «...Если ты можешь себя защитить, этого достаточно».

Вскоре массив вокруг инструмента Spirit Image был почти готов.

Се Уянь и Хо Яо стояли по разные стороны дуэльной платформы, молча наблюдая за формированием инструмента духовного образа.

Сам Инструмент Духовного Образа – это всего лишь крошечный, высокотехнологичный магический артефакт в форме белого нефрита Пиксиу, стоящего на пяти золотых бусинах стихий. Его можно разместить на земле и использовать вместе с массивом. Однако именно этот массив беспокоит все секты. Он потребляет огромное количество духовных камней; пять глаз массива требуют сотен, а то и тысяч высококачественных духовных камней. Для большинства небольших сект активация Инструмента Духовного Образа раз в год стала бы огромным бременем.

В Долине Механизмов множество повседневных дел, самым прибыльным из которых является защита человеческих караванов. Ведь даже заклинатели низшего уровня сильнее обычных бандитов. Хо Цю сколотил на этом состояние, постепенно основав Долину Механизмов. В этом смысле Долина Механизмов — относительно богатая секта. Тем не менее, Инструмент Духовного Образа всё ещё обходится Долине Механизмов в немалую сумму.

Хо Цю был убит горем; он был так расстроен, что едва мог стоять. Он попросил кого-то поставить стул и безучастно прислонился к нему, погрузившись в свои мысли. Хо Яо тоже не беспокоился об отце. Видя, что духовный инструмент готов, а ученики с нетерпением ждут результата, он тоже занервничал.

И тут же возник ещё один раздражающий вопрос: «Кто именно проверяет духовные корни? Неужели это кто-то из секты Линлун? Почему мы их до сих пор не видели?»

Вопросы возникали и исчезали, и всё больше людей приходили с сомнениями. Зачем был установлен инструмент для духовного образа во время соревнований Се Уянь и Хо Яо? Говорили, что он предназначен для проверки духовных корней членов секты Линлун, но теперь, когда инструмент был вынесен, почему их до сих пор нигде не было видно?

В тот момент, когда толпа начала волноваться, Юйвэнь Цзянсюэ улыбнулся и взглянул на беспокойное море людей, затем шагнул вперед, держа руки в карманах, мгновенно привлекая всеобщее внимание.

«Господа из Долины Механизмов, приятно познакомиться. Я Юйвэнь Цзянсюэ, ученик Однолинейного Красного Облака». Улыбка Юйвэнь Цзянсюэ была мягкой и смиренной, и шёпот внизу тут же стих. Однако они быстро перешли на другой тон, явно обеспокоенные личностью Юйвэнь Цзянсюэ.

Юйвэнь Цзянсюэ продолжил: «Как вы, возможно, не знаете, нынешний мастер секты Линлун, Ли Цзинь, всегда был хорошего мнения о Долине Механизмов. Мы с мастером секты близкие друзья, поэтому он поручил мне привести любимого единственного сына мастера секты в Долину Механизмов, надеясь выбрать там заклинателя, который возьмёт молодого мастера Ли в ученики».

Услышав это, толпа зловеще затихла; редкие шёпоты были едва слышны. Хо Цю быстро вышел вперёд, чтобы поддержать его слова, подтверждая, что слова Юйвэнь Цзянсюэ были правдой.

Се Уянь молча наблюдал, как толпа сменяется от шока к недоверию, а затем к возбуждению и экстазу. Он вынужден был признать, что Юйвэнь Цзянсюэ солгал очень хорошо.

Хотя ученики Долины Механизмов обычно считали Царство Бессмертных врагом и смотрели на него свысока, они не могли не чувствовать гордости и чести, когда слышали, что секта номер один в Царстве Бессмертных, секта Линлун, так высоко их ценит и даже отправила своего единственного сына в Долину Механизмов для обучения.

Юйвэнь Цзянсюэ улыбнулся, как и прежде, его взгляд легко скользнул по Се Уяню и Ли Чэню, словно молча напоминая им о чем-то.

Се Уянь взял Ли Чэня за руку, ладонь которого была необычайно холодной. Он остановился и, переплетя пальцы, ощутил дрожащее тело мальчика.

«Учитель, если у меня смешанные духовные корни...» Ли Чэнь быстро взглянул на него, затем снова опустил голову, тайно скрывая все свои эмоции и выражения лица: «Не могли бы вы... пожалуйста, не покидать меня?»

Он действовал вполне разумно, но когда пришло время, всё ещё не смог скрыть своих эмоций. Се Уянь не знал, как секта Линлун обучала Ли Чэня, но слова «смешанный духовный корень», казалось, вселили в этого ребёнка тревогу и страх до глубины души.

Сквозь завесу Се Уянь посмотрел прямо на него и произнёс глубоким голосом: «Ты и так слаб, так что с того, что твои духовные корни смешанные? Просто усердно учись и практикуй, поменьше думай о ерунде и старайся изо всех сил. К тому же, если у тебя есть и талант, и сила, зачем тебе становиться моим учеником?»

«…» Ли Чэнь не поднял глаз. Он тихо повернулся набок, вытер лицо, а затем медленно повернул голову назад, обнажив покрасневшие зрачки.

На этот раз он крепче сжал руку Се Уяня.

Се Уянь помог ему сделать первый шаг, не обращая внимания на все непонимание и насмешки вокруг, и направился прямо к Инструменту Духовного Образа.

По другую сторону инструмента для изображения духа Хо Яо скрестил руки, его взгляд метался между инструментом и Ли Чэнем, нетерпеливо ожидая ответа.

Глаза Массива Пяти Элементов уже давно были преобразованы в Ци и запечатаны в пять золотых бусин Инструмента Образа Духа, непрерывно излучая яркий, ослепительный свет. В центре, плотно окружённый пятью золотыми бусинами, находился гигантский, невероятно реалистичный белый нефрит Пиксиу.

Юйвэнь Цзянсюэ взял Ли Чэня из руки Се Уяня, но тот быстро отдернул руку. Он медленно, скованно двинулся к величественной белой нефритовой пиксиу. Остановившись, он осторожно протянул руку и коснулся её головы.

Се Уянь слегка прикрыл глаза. Он уже знал ответ, поэтому результаты теста на духовный корень его не особенно интересовали.

Пока он не услышал странный шум, исходящий из толпы.

Страница книги Прекрасный Мастер Разорвал Сценарий Пушечного Мяса в интернете

Table of Contents

Глава 1. Фрагменты золотого ядра (1)

2 　Глава 2. Фрагменты золотого ядра (2)

Глава 3 Молодой мастер Ли (1)

Глава 4 Молодой мастер Ли (2)

Глава 5 Молодой мастер Ли (3)

Глава 6 Молодой мастер Ли (4)

Глава 7 Молодой мастер Ли (5)

Глава 8 Молодой мастер Ли (6)

Глава 9. Поединок на мечах (1)

10 　Глава 10 Поединок на мечах (2)

Глава 11. Поединок на мечах (3)

12 　Глава 12 Поединок на мечах (4)

Глава 13 Поединок на мечах (5)

О книге