Короткие истории к 1 тому ранобэ

Оазис жизни

Мужчина может лишь бесцельно бродить, исследовать просторы неизведанного. Путешествовать под жарким и палящим солнцем и при неудачном стечении обстоятельств постепенно увядать. Возможно, именно таким образом многие и расстались со своими жизнями. Однако и среди пустыни существует оазис, а в нём и сокрыто благо. Да, это действительно так, мужчина должен жить лишь для того, чтобы достичь священного счастья. И прямо сейчас я как раз и нахожусь в самом сердце оазиса. Невероятно нежного, того, который при малейшем движении меняет свою форму, при этом даруя ни с чем не сравнимое освежающее ощущение. А этот аромат… Это запах счастья. Вокруг меня возвышаются две горы, можно сказать, настоящие близняшки, а между ними расположилась долина, ведущая в рай. Я никогда не покину это место. Я буду жить здесь вечно.

Вот только я об этом подумал, как раздался голос свыше:

- Эй, Рудэус, ты что…

Этот голос нежен и обтекаем, словно река. Небеса даровали мне этот оазис. Они настолько щедры! Я восхваляю их всеми частичками моей души, я предан им всем телом и душой! Но внезапно…

- Ох, Лилия, не могла бы ты помочь мне?

Небеса желают отобрать у меня оазис! Это испытания! Как я могу смириться?! Я приложу все силы, чтобы остаться здесь! Этот оазис – цель моей жизни!

Нет… Это так жестоко! Моих слабых рук не хватило, чтобы удержать оазис! Меня отвергли! Столь долгий и мучительный путь, который я прошёл… Всё исчезло прямо у меня на глазах… Остались лишь шрамы на моём ноющем от боли сердце… Почему же небеса решили настолько сурово наказать меня? Я не вынесу! Это… Это конец… Я умру от жажды и засохну… Но даже в самой безвыходной ситуации мне улыбнулся лучик света!

- Хорошо, мадам.

Перед моими глазами вновь появился оазис! Небеса не покинули меня! Этот рай отличается от прежнего размером, формой, теплотой, упругостью… Да! В этот раз я останусь здесь навсегда!

- Эм… Мадам, кажется, Рудэус-сама…

- Что там, Лилия?

- Нет, ничего…

- Как странно… Лилия, ладно, иди сюда.

- Да, мадам.

И снова тест! Настоящий ураган! Мне вновь не хватило сил, и меня вырвали из оазиса! Бесконечная пустыня… Я чувствую себя не более, чем игрушкой в руках всемогущей судьбы… В этот раз мне не хватит сил, я не выдержу…

- Вот, Руди, это мама.

Мой оазис! Да! Кто бы мог подумать, что столь яростный ураган вернёт меня обратно! Да! Да! Да! Небеса всё еще на моей стороне!

- Нет, ну почему он всегда…

Еще раз почувствовать теплоту и нежность оазиса… Увы, но однажды мне придется с ним расстаться… Я знаю, в будущем мне придётся вернуться в пустыню. Но именно по этому я должен насытиться максимально!

- Эй, Лилия.

- Что случилось, мадам?

- Я всё хотела спросить… Малыши всегда ТАК обращаются с грудью?

-…Нет, я не думаю, что они обычно так делают.

- Конечно… Может, это наследственное?

Учусь читать

Я тридцатичетырехлетний безработный, бездомный, девственник, без образования, без опыта работы, толстый и некрасивый парень, жалеющий о своей жизни.

Это было мое прежнее «я». А теперь я переродился в мире меча и магии, и в этот раз я решил прожить жизнь без сожалений. Серьёзно, я действительно стараюсь изо всех сил. Правда, думаю, в прошлой жизни мне не хватало упорства. Стоило начать что-то делать — я сразу сдавался или терял интерес, сталкиваясь с малейшим препятствием. С таким отношением овладеть хоть чем-то было просто несбыточной мечтой. Поэтому сейчас я твёрдо решил сперва освоить письменный язык этого мира.

Письменность важна. Не преувеличение сказать, что это основа культуры. Большинство людей записывают свои знания письменно, и умение читать позволяет учиться у прошлого. Ну и ещё я хочу читать книги, написанные на этом языке, особенно романы для развлечения. Вот я и пытаюсь самостоятельно изучать письменность, но…

«Уф, я ничего не понимаю».

Ну да, у меня нет образования, чтобы с нуля расшифровывать чужой язык, так что это невероятно сложно.

В этом доме есть пять книг. По сути, это все сплошной текст без картинок. Читать такие будет очень трудно. Однако две из них похожи на книги с картинками. Там есть иллюстрации с сопроводительным текстом. Одна, похоже, описывает существ этого мира: рядом с изображениями животных написаны строки текста. Другая, кажется, путеводитель — с картинками городов и пейзажей, а также, видимо, их описаниями. Я бы хотел начать разбирать текст с этих книг, но…

«Я ничего не понимаю».

Каким бы мотивированным я ни был, от этого я вдруг не стану умнее. Ведь письмо тесно связано с языком. Сколько ни пялься на текст, без знания слов ничему не научишься.

«Руди…!»

И тут я услышал голос позади себя. Обернувшись, я увидел весёлого на вид белокожего мужчину. Это мой отец в этом мире. Его имени я пока не знаю… но, наверное, оно что-то вроде Пол. Мама и горничная зовут его именно так, и он выглядел очень довольным, когда я тоже так его назвал. Так что, скорее всего, это верно. А моё имя — что-то вроде Руди, Рэнди или что-то в этом роде.

«Руди…?»

Пол подошёл ко мне с улыбкой и взял у меня книгу. Что это? Сейчас будет насилие? Я заору и заплачу! Но, вопреки моим ожиданиям, Пол радостно сел, посадил меня к себе на колени и открыл ту самую знакомую книгу. Это была книга с картинками животных.

«Кхм. Фиттоа…»

Пол прочистил горло и, указывая на обложку, произнёс это слово. Видимо, это название. Так или иначе, я выучил слово «Фиттоа».

«Фиттоа…»

«О!»

Когда я небрежно повторил, Пол радостно воскликнул за моей спиной. Он тут же перевернул страницу, и на ней появилось первое животное. Пол указал на слово, которое, видимо, было именем животного, и произнёс его. Значит, это название зверя, да? Похоже, он собирается читать мне книгу вслух. Здорово, но… я же ещё младенец, не рановато ли?

Ну да ладно. Буду притворяться ребёнком и позволю отцу баловать меня — а сам воспользуюсь этим как ступенькой, чтобы изучить письменный язык. Так я начал учиться письменности в этом мире — под чтение моего отца.

Моя первая охота за сокровищами

Привет! Меня зовут Рудеус Грейрат. Я хороший парень, который когда-то был 34-летним безработным, бездомным, девственником, без образования. Почему «когда-то»? Потому что после того, как я пропустил похороны родителей ради одиночных утех, мои братья выгнали меня, назвав бесполезным необразованным, безработным затворником… Ах, вспоминать это немного грустно.

В общем, после того как меня выгнали, я оказался под колёсами грузовика, пытаясь спасти старшеклассников. Я умер и вдруг очутился перерождённым в сына любящей пары.

И угадай что? Это мир меча и магии. Моя радость была на пределе. Недавно я начал усердно тренироваться, читая найденную в доме книгу о магии. Это моё тайное обучение. В прошлой жизни я не был таким прилежным, но если что-то меня действительно интересует, то я очень мотивируюсь. И вот сегодня, как обычно, я повторял книгу по магии и практиковался в создании водяных пуль…

«Хм?»

Когда я открыл первую страницу учебника по магии, выпал клочок бумаги. Я подумал, что, может, страница отсутствует, но это было не так. Подняв бумагу, я увидел нечто похожее на планировку нашего дома. Это определённо наш дом. Постойте-ка, неужели у него есть какое-то отношение к этому магическому учебнику, изданному в университете магии? Конечно нет. Вчера этого точно не было.

Обернувшись, я заметил, что отец подглядывает через щёлку в двери. Кажется, его зовут Пол. Наверняка это его рук дело. Не могу понять, что у этого европейского красавца на уме… но, учитывая, что большинство его сказок на ночь — про приключения, возможно, он хочет, чтобы я испытал азарт охоты за сокровищами. Хотя, разве не рановато для моего возраста?

«Хмм…»

Я снова посмотрел на бумагу. Это был план нашего дома — первый и второй этажи. На одном месте была нарисована сокровищница. Похоже, в кухне. Значит, он хочет, чтобы я нашёл что-то спрятанное там. Для его возраста он, конечно, делает нелепые вещи...

«……»

Ну что ж, думаю, я подыграю. В конце концов, именно нежелание участвовать в таких мелочах в прошлой жизни и сделало меня чужим для семьи. На этот раз я хочу быть более внимательным. Я хочу сознательно исправить ошибки прошлой жизни.

Подумав так, я пошёл с картой в руке. Я услышал удаляющиеся шаги за дверью. Пол, должно быть, ушёл. Он такой очевидный. Внизу, на первом этаже, за столом сидел Пол, облокотившись на стол. Он насвистывал и смотрел в окно. Обычно он подходил бы и напевая «Руди~», поднимал меня на руки.

Я взглянул на него и направился на кухню. Там стояла старая печь, склянки с водой, банки с заготовками, а под потолком висели какие-то травы или фрукты, хотя я не мог разобрать, что это было. На карте не было указано точное место, где спрятано сокровище.

Всё же, это карта для малыша, который только начал ходить, поэтому он не может представить, что его можно спрятать в труднодоступном месте. Когда я взглянул на Пола, я увидел, что он слегка наклонился вперёд, наблюдая за мной. Ну, здесь есть склянки с водой и всё такое, так что он, вероятно, следит за мной на всякий случай. Всё же, прятать что-то в месте с такой потенциальной опасностью кажется немного безрассудным... Итак. Ну что ж, вот оно? Без труда я нашёл предмет за склянкой.

Это была палка… ну, звучит грубовато. На самом деле — деревянный меч, вероятно, вырезанный из полена. Около двадцати сантиметров длиной. Рукоять тонкая, взрослым держать было бы неудобно. Ясно, что он предназначен для ребёнка.

Неужели он специально сделал его? Какой же у него переизбыток свободного времени. Тем не менее, возможно потому, что он каждый день тренируется с мечом во дворе, держать и размахивать им было неожиданно удобно.

«О, Руди! Отличная находка! Где ты это взял?»

Пока я примерял меч, меня неожиданно подняли. А потом усадили на плечи.

«Хаха! Ты так легко справился с охотой за сокровищами в таком возрасте! Ты вырастешь отличным искателем приключений!».

В моей прошлой жизни «искатель приключений» — это вроде разнорабочего с дневным заработком. Стоит ли этим гордиться? Ну, может, здесь всё иначе.

«Когда подрастёшь, я тебя научу фехтованию!»

Пол решил, что я пока плохо говорю, и сам за меня всё решил. Если честно, мне бы больше хотелось изучать магию, чем мечи. Я до сих пор помню, как меня избивали ребята из секции кэндо в средней школе и насмехались: «Слабак». Хотя, наверное, с магией тоже может случиться подобное… Нет, не будем об этом. Одна из моих проблем — я бросал дело, как только видел кого-то чуть сильнее себя. В этой жизни я хочу сосредоточиться на поддержании своей мотивации.

«Твой папа владеет и стилем Бога Меча, и стилем Бога Воды, а ещё я могу показать стиль Бога Севера, но это уже…»

Пол тараторил без остановки. Он раскачивал меня на плечах, как маятник. Даже с моими невнятными кивками и отсутствием нормальных ответов он выглядел довольным. …Это знакомо. В детстве мой отец тоже так говорил со мной. И тогда я тоже редко отвечал.

«Так что жди с нетерпением!»

«Да, я жду с нетерпением».

Может, поэтому я так и сказал.

«О! Правда? Вот как! Ну тогда, когда вырастешь, я подарю тебе настоящий меч! Я в восторге от твоего будущего!»

Я не видел лица Пола с этой позиции, но по его возбуждённому тону понятно — он был счастлив. И от этого почему-то счастливым почувствовал себя и я.

Серый крысопаренёк

П.п.: Вроде в названии отсылка на "Нэдзумикодзо Дзирокити" Рюноскэ Акутагавы. Конкретно часть "Нэдзумикодзо".

Хе-хе, позвольте мне представиться, меня зовут Рудеус Грейрат. Я просто скучный воришка, проживающий в этой деревеньке уже пять лет. Я уже успел заработать себе какое-никакое имя и теперь на улицах меня зовут "Крысёнышем Буэны".

Крысёныш Грейратов. Даже если вы, ударившись головой, скажете как хорошо это звучит, Небесный Отче (Солнце) скорее всего просто посмеётся и простит вас. А я применю свои умения именно в тот момент, пока Отче катается по полу от смеха и ничего не видит.

Так, пришло время играть по-крупному, моя сегодняшняя цель вам не игрушка, это настоящий джекпот. Такого крупного дела у меня ещё не было, у меня даже конечности трясутся.

Ну всё, в моих руках и ногах покоится опыт пяти лет, я могу их контролировать. В репертуар входят скрытные шаги, шаги тихие, шаги незримые и много чего ещё, если тело меня послушает. Так, дрожь унялась, пора за работу.

Это дом Грейратов, тут живут обычного вида мужчина и прекрасная женщина. В их повседневную деятельность входит влюблённое воркование, а в повсеночную неустанное заделывание братика или сестрички их единственному сыну. Ну, не мне их критиковать, ведь именно поэтому я наложу руки на сие Сокровище.

Так, посмотрим. Хотя я и назвался вором, я не настолько хорош, как великий вор Дзирокити, чтобы проверять свои умения. Если я пойду напролом, то меня тут же скрутят. Но что нельзя украсть втупую, можно украсть по-умному.

Шаг первый... На сцену выходит горничная с корзиной белья. Когда речь заходит об утренней работе горничной, то это либо  стирка, либо готовка, либо поход за покупками. Сегодня Небесный Отче сияет ярко, погода хорошая, так что сегодня точно стирка.

Убедившись, что горничная скрылась со стиркой, я направляюсь на кухню. Никого. Теперь в спальню. Хозяйская парочка ушла на прогулку, а учитель их сына ушла по делам ещё рано утром. В доме остались только я и горничная, так что если держать ситуацию с горничной под контролем, дело у меня в кармане.

Хе-хе, а ведь эта горничная весьма добротная женщина, хоть и безэмоциональная. Сначала она кажется спокойной и холодной, не показывая ни намёка на желания, но рядом с хозяином дома похоть прямо сочится из её взгляда. Даже я начинаю трястись от ужаса, словно крысёныш, представляя в какого демона обратится хозяйка, когда её муж наложит руки на горничную. Хотя я и так крысёныш, хе-хе. Но она всё равно довольно надоедлива, каждый раз, когда я протягивал руку к Сокровищу, я тут же получал по ней. Но это в прошлом, сегодня я подхожу к делу с умом.

Я быстро подошёл в бочке с водой, держа в руках кружку, будто собираясь зачерпнуть водички. "Она же с меня размером! О нет, как сложно достать.", будто подумал я, схватив её за край и со всех сил потянув её на себя.

Бочка громко упала на пол. От грохота горничная расстроилась, оставила стирку и со всех ног полетела к его источнику. Наверняка это выглядела как жестокая шутка: вся кухня в воде и я, промокший до нитки и смотрящий на результат своих действий.

— А, Лилия-сан, прости. Я хотел достать воды и, эм-м, всё уронил...

Но даже с таким зрелищем она не испустила и вздоха, настоящая железная леди.

— Рудеус-сама, вы сами в порядке?

— А, да.

— Тогда, пожалуйста, идите к месту стирки, разденьтесь и положите одежду в грязное бельё, потом, прошу вас, вытритесь, полотенце где обычно, и наденьте чистую одежду. Вам нужна моя помощь?

— Нет. Эм, а что вы, Лилия-сан?

— Я сначала позабочусь об этом.

— Понятно. М-м, прости, что добавил работы.

— Не извольте беспокоиться об этом.

— Я потом обязательно помогу.

Вот так, разыгрывая эту очаровательную сценку, я почти паря пошёл к стирке и забрал Сокровище, пока никого рядом не было. Попавшее в мои руки Сокровище было всё ещё влажным. О-о, как же возбуждает одна мысль, что оно не сухое, хотя его чуть не постирали. Я могу взять его с собой, зарыться в него лицом и глубоко вдохнуть. Даже не могу описать как это прекрасно... Наверное про такое и говорят "Ни словом сказать, ни пером описать".

Так Рудеус Грейрат вдруг заполучил трусики Рокси.

Не зовите меня предателем

Предательство начинается с доверия, а доверие с понимания. Его невозможно достичь, не достигнув перед этим понимания в глубине души. Только вот иногда бывает крайне сложно заставить другого человека понять.

Приведу пример. Представьте высокую гору, круто вздымающийся вверх пик, такой крутой, что скорее всего вы с него упадёте. Гору, на которую обычный человек забраться просто не сможет.

Допустим, вы не заинтересованы в скалолазании. Что вы подумаете при виде человека, карабкающегося на эту гору? При виде падающих насмерть людей, которые в тщетных попытках стараются достигнуть вершины? Будете насмехаться? Назовёте глупцами? Будете издеваться, мол, чего они ещё ожидали? Или будете чесать затылок с вопросом зачем они подвергают себя опасности?

Большинство не сможет их понять. Обычные люди лишь смотрят на горы издали. Просто смотрят и иногда вдохновляются их величием. Они не могут понять, что только при самостоятельном достижении вершины можно получить “что-то”. И даже если вы сможете понять смысл этих слов, но смысл за ними вам останется неведом, он не достигнет вашей души.

Так уж вышло, что сейчас Пол лапает попку Лилии прямо у меня на глазах. От его похотливой рожи нельзя не удивиться каким же безобразным может быть человеческое лицо.

Занимается он этим, спрашивая что будет на обед, так, чтобы Зенит не заметила. Лилия, безумно раскрасневшись и потупившись, страстно смотрит на Пола. Её это раздражает не так сильно, как можно подумать.

Давайте сопоставим это с примером выше и проанализируем. Готовящая горничная, очень сочная попка. Можно сказать, что большинство мужчин захотят её потрогать.

Что подумают при виде такого зрелища? А что подумают о тех, чья жена увидела, как они трогают эту попку, вызвав тем самым у неё приступ ярости? Осмеют? Назовут глупцом? Станут издеваться, мол, чего он ожидал? Или будут чесать затылок, думая почему он тогда не потрогал попку своей жены. Большая часть не сможет понять. Обычные люди лишь смотрят на попки издали. Смотрят и вдохновляются их изгибами.

Однако я считаю, что я могу понять чувства того, кто хочет её потрогать. Желание потрогать попку другой женщины, когда у тебя уже есть жена. Понять это рвение, это желание. Думаю, я могу их понять.

Сейчас, в этот самый момент Пол точно получает то “что-то”. Зенит — женщина ревнивая, если Пол будет втайне ходить налево, то она точно поднимет его на вилы. Так что от такого тайного лапанья нервишки начинают соответствующе играть, поэтому удовольствия он получает больше обычного.

Я могу это понять.

— Ма-а-ам! А папа Лилию за попу трогает!

— ?! Ты, гад!

— А! Руди?! Предатель!

Но всё же я могу понять только смысл слов. Я, кто никогда в жизни женских попок не трогал, не может душой понять смысл за этими словами. А без понимания не может быть доверия, а без доверия не может быть и предательства. Так что не зовите меня предателем.

С такими мыслями я смотрел как Зенит рвёт Пола на части.

Посох новичка

Часть 1.

— «Грязевое болото». Земля перед посохом Рокси Мигурдии в одно мгновение превратилась в трясину. Увидев, как она превращается в нечто, похожее на бездонное болото, Рокси обернулась и сказала:

— «А теперь тяните». Услышав её слова, мужчины из деревни похлопали лошадей по бедру и сами стали тянуть за верёвку. Сеть, привязанная к тягловой лошади, натянулась с протяжным скрипом. Под дружное скандирование «Эй-раз, эй-раз» — такое, что Рудеус бы подумал: «Они что, спортивную пробежку устроили?» — объект, привязанный к верёвке, начал медленно вылезать из грязи.

Это был огромный пень. При ближайшем рассмотрении оказалось, что корни пня переплелись с большим камнем. Однако лошади и мужчинам удалось вытащить пень вместе с камнем и всем остальным из грязи и с глухим стуком уронить его на землю.

— Это всё?

— Да. Большое спасибо. Ты всегда нас выручаешь. Вот, твоя плата.

— О, как мило с вашей стороны. Ну, тогда я пойду.

— Да! Приходи нам ещё как-нибудь помочь!

Рокси была наставницей Рудеуса Грейрата в деревне Буэна. Но работала она не каждый день. У Рокси бывали и выходные. Однако даже в такие дни она не бездельничала — помогала жителям деревни и зарабатывала себе карманные деньги.

— Хм-хм — напевала она себе под нос.

Оплата каждой работы была не особенно велика. Тем не менее, из-за отсутствия авантюристов в деревне спрос на услуги мага был высоким, а сами деревенские, которые жили сравнительно неплохо, платили щедро. С кошельком, ставшим заметно тяжелее, Рокси возвращалась домой с довольным выражением лица.

— О, да это же Рокси — окликнул её кто-то.

— Да?

Обернувшись, она увидела двух лошадей. Одна — статная, с блестящей шерстью и мощными мышцами, очевидно, хорошо ухоженная. Это был Караваджо из семьи Грейрат. Другая лошадь была ей незнакома. Разумеется, говорили не лошади. Голоса принадлежали двум людям, сидевшим верхом.

— Привет, Рокси

— Опять сегодня помогаешь в деревне? Какая же ты трудолюбивая.

Это были её наниматели — Пол и Зенит Грейрат, главы семейства Грейрат.

— Но ведь ты всегда работаешь в деревне даже в свои выходные… Неужели наша плата для тебя недостаточна?

— Мне и так платят более чем достаточно. Это просто подработка, чтобы немного заработать на мелкие расходы. Денег ведь много не бывает. Кстати, куда вы направляетесь? — спросила Рокси.

В ответ Пол с воодушевлением хлопнул по мечу на поясе:

— Скоро же у Руди день рождения, пятый, да? Я заказал подарок у кузнеца в городе. Сейчас как раз едем его забирать.

— Понимаю. Кузнец... значит, меч? Разве не рановато?

— В стиле Бога Меча ученикам продвинутого уровня дарят настоящий меч, когда им исполняется пять лет. Мы следуем этой традиции. Может, это и немного рано, но он должен с детства понять и надёжность клинка, и страх перед ним.

— В этом есть смысл.

— Кстати говоря, разве у магов нет похожей традиции?

— А?

— Когда ученик осваивает магию начального уровня, учитель дарит ему посох, верно?

— О...

Рокси вспомнила. Действительно, такая традиция существовала. Когда ученик осваивал магию начального уровня, наставник вручал ему собственноручно сделанный посох начинающего. Для Рокси это был важный обычай. Ведь когда она сама получила свой первый посох от учителя, то была безмерно счастлива и впервые по-настоящему почувствовала себя магом.

— Д-да-да… верно! Такие традиции кое-где существуют… э-э… у нас в школе обычно дарят посох уже на среднем уровне… хотя, наверное, это немного поздновато… э-э…

Рокси растерялась. Она совершенно забыла об этом. Конечно, можно было бы оправдаться тем, что Рудеус с самого начала владел магией среднего уровня, но правда заключалась в том, что она действительно упустила из виду эту важную традицию. Зенит обратилась к ней:

— Эй, Рокси…

— Д-да! — Рокси вздрогнула. Она чувствовала себя совершенно неподходящей для роли учителя.

Зенит вполне могла бы рассердиться, обвинив её в халатности или даже в том, что она недолюбливает их ребёнка. Было бы неудивительно, если бы её отчитали. Рокси боялась, что может потерять свою работу. Но Зенит прекрасно понимала Рокси.

— Давай сходим вместе и купим материалы?

— Да… — только и смогла слабо кивнуть Рокси на добрые слова Зенит.

Часть 2

— М-м… ах!

Послышался треск — посох сломался прямо в руках у Рокси.

—Эх… ещё одна неудача… — вздохнула она.

Рокси сидела за рабочим столом в углу лавки инструментов, пытаясь изготовить посох новичка. На столе лежали магические камни, дерево и металлическая фурнитура. Все эти материалы были высокого качества, и Рокси пришлось обойти весь город, чтобы собрать их. Посох мага становится мощнее, если использовать более качественные магические камни и древесину. Кроме того, нанесение магического круга на металлическую фурнитуру, соединяющую магический камень и дерево, может ещё сильнее усилить его, хотя для посоха новичка это не обязательно.

Даже камень самого низкого ранга и любая древесина вполне подошли бы. Ведь посох новичка изначально задумывался как расходный предмет. Однако Рокси для себя решила: если у неё когда-нибудь появится ученик, она непременно использует материалы более высокого уровня. Рудеус был её первым учеником, а сама Рокси в своё время получила от своего наставника довольно неплохой посох. В академии магии её учили: чем лучше учитель, тем лучше посох, который он вручает. Поэтому Рокси с самого начала решила взять магический камень на один ранг выше самого низкого и использовать древесину молодого энта для изготовления посоха.

— Послушайте, барышня, я понимаю ваши чувства, но новичку невозможно работать с древесиной молодого энта. Возьмите лучше этот красный дуб.

— Нет! Только эта древесина!

Дерево молодого энта — лучшее среди доступных недорогих материалов. Разница в качестве по сравнению с использованием магии голыми руками очевидна. Некоторые маги уделяют внимание только камню, но для Рокси они были дилетантами. Качество посоха определяется древесиной. Для посоха крайне важно, чтобы древесина эффективно передавала ману к магическому камню с минимальными потерями. Именно дерево определяет, насколько хорошо будет течь мана и сколько силы сможет дойти до камня. Среди низкосортных пород древесины только молодое дерево энта, как говорят, обладает такими свойствами.

Так как магию можно использовать и голыми руками, любой магический камень считается лишь приятным бонусом. Поэтому качество посоха определяется именно древесиной. Рокси была в этом очень принципиальна. Но одного она не знала. Древесина молодого энта была хрупкой и трудной в обработке.

— Я куплю ещё одну заготовку!

— Извините, но у нас они закончились.

— Что!?

— В последнее время население города растёт, строятся новые дома, поэтому древесины стало не хватать…

— П-понятно.

— Но это не такая уж редкость, скоро должно появиться снова.

Как следует из названия, древесина молодого энта добывается путём вырубки этих самых деревьев. Так как юные энты обычно вянут и умирают прямо на месте, древесину нужно собирать, пока они ещё живы. И всё же добыть её не так уж сложно. Нередко это случается случайно — когда молодые энты оказываются срубленными во время боя. Поэтому, будь то ожидание новой поставки или заказ через гильдию авантюристов, получить её было не так уж трудно.

— Хм… — задумалась Рокси.

Однако день рождения Рудеуса уже приближался. Если ждать новой поставки, можно было не успеть к сроку. Использовать другую древесину, конечно, можно, но Рокси не хотела брать что-то хуже, чем дерево молодого энта.

С другой стороны, более дорогие породы были чересчур роскошны для посоха новичка — они больше подходили для посохов мага среднего или продвинутого уровня. Это было бы расточительством. Ведь это был первый посох для её первого ученика. Для самой Рокси это тоже было особенным событием, и она не хотела идти на компромисс.

— А, вот ты где. Наконец-то нашли тебя.

— Эй, я тебя обыскалась, — послышался голос у входа в лавку.

Это были голоса молодого мужчины и молодой женщины. Второй раз за день Рокси обернулась с кривоватой улыбкой.

— Ох, извините. «У меня тут возникли некоторые трудности», —сказала она.

Как и ожидалось, это были Пол и Зенит. У каждого в руках был аккуратно завернутый свёрток — очевидно, они уже закончили свои покупки.

— Если дело в цене, я могу помочь! — предложила Зенит. — Веришь или нет, но я кое-чему научилась у одного вора, когда-то знакомого.

—Нет, на самом деле нужный мне товар оказался в дефиците, — объяснила Рокси.

— Разве ты не можешь использовать что-то другое? — спросил Пол.

— Конечно же нет! Посох ведь очень важен для мага, правда, Рокси? — быстро вставила Зенит.

Рокси слегка улыбнулась от рвения Зенит её защитить.

— Ну, не то, чтобы я совсем не могла… но посох новичка — это особенный предмет, символизирующий первый шаг мага. Я не хочу идти на компромисс. И потом, это ведь для дня рождения Руди. Я слышала, что пятый день рождения у людей считается особенным событием.

Рокси испытывала смешанные чувства — и воодушевление, и вину. Ведь она едва не забыла подготовить подарок. Сделать это должным образом было для неё способом загладить вину. Использовать дешёвые материалы она просто не могла.

— Рокси… — Зенит прикрыла рот рукой, явно тронутая её словами.

Они с Полом уже начали воспринимать эту молодую волшебницу как часть своей семьи, и теперь та отвечала им взаимностью. Это делало Зенит по-настоящему счастливой.

— Так в чём проблема? — спросил Пол.

— Я хотела использовать древесину молодого энта, но она вся распродана, — ответила Рокси.

— Понятно! — воскликнул Пол и хлопнул ладонями. — Ну что ж, не будем терять времени! Пошли!

— Куда? — Рокси наклонила голову в недоумении.

Пол ответил уверенной улыбкой, похлопав по мечу на поясе:

— Конечно же, добудем её сами!

Рокси и Зенит переглянулись.

Часть 3

Мы ни одного не можем найти … — вздохнула Рокси.

Действительно. Давненько я не заходила в лес, но помню, что энты сразу нападали», — заметила Зенит.

Когда думаешь о лесах, сразу представляешь энтов. Обычно мы уже должны были встретить несколько... — согласилась Рокси.

Они находились в лесу неподалёку от города и искали младшего энта. Все трое когда-то были высокоранговыми авантюристами. Добыть материалы самим было куда быстрее, чем ждать, пока лавки пополнят запасы.

Это и было предложение Пола. Однако с тех пор, как они вошли в лес, прошёл уже целый час. Им встречались разные чудовища, но младшего энта они так и не нашли.

— Всё же у вас обоих впечатляющие навыки, — заметила Рокси.

— Ещё бы! Пусть я выгляжу так, но раньше я была авантюристкой ранга S! — с гордостью ответила Зенит.

— Ну… если честно, твой уровень ближе к A, ну или к верхушке B, — не удержался Пол.

— Что ты такое говоришь?! Это ведь ты сам протолкнул моё повышение, лишь бы я могла вступить в твою партию! Какая разница, соответствуют ли мои навыки — S-ранг остаётся S-рангом! — возмутилась Зенит.

— Пожалуйста, не ссорьтесь, — мягко вмешалась Рокси. — Зенит, ты справляешься очень хорошо. Многие целители по натуре робкие, но ты не из таких. Ты удерживаешь натиск врагов, пока Пол не подоспеет, и этим сильно облегчаешь работу боевому магу вроде меня.

Она похвалила Зенит, но в душе понимала: подобная уверенность у той во многом объяснялась тем, что рядом находился Пол. Целители, обладающие ограниченными боевыми возможностями, редко решаются в одиночку принять даже одного противника. Их логика проста: если целитель падёт, то вероятность гибели всей партии возрастает многократно.

В сущности, это рассуждение абсолютно верно. Для целителя забота о собственной безопасности всегда должна стоять превыше всего. Если он не способен её обеспечить, то и принимать врага один на один ему не стоит.

Однако это вовсе не значит, что он вправе все перекладывать на других — например, на боевых магов, которых в данный момент никто не атакует — монстров, бросившихся именно на него.

Боевым магам нужна свобода — они раскрывают свой потенциал лишь тогда, когда могут колдовать, не думая о защите. Целителям же надлежит продержаться до тех пор, пока к ним не подоспеет мечник или воин, либо пока маг не испепелит противника. Такой подход нельзя назвать универсальным, но в целом он верен и требует лишь гибкости в применении.

У Зенит это правило было усвоено глубоко и прочно. Окажись она в партии с другими авантюристами ранга S — и её вклад был бы неоспорим, без малейших помех для товарищей. В этом смысле утверждать, что она действительно соответствует рангу S, вовсе не было преувеличением. И всё же, думала Рокси, всё это верно лишь тогда, когда рядом Пол. Всё упиралось в доверие.

Зенит верила: даже если она останется один на один с врагом, Пол успеет прийти на помощь прежде, чем её сомнут. Именно это доверие придавало ей спокойствие и твёрдость.

«…»

С этой мыслью Рокси испытала лёгкую зависть. Какая идиллия — знать, что, если ты оступишься, любимый человек обязательно придёт на выручку. И что он любит тебя так же сильно, как ты его. Неудивительно, что в душе она грезила о том, чтобы однажды обрести подобного спутника и для себя.

— Эй! — голос Пола вырвал её из раздумий.

Инстинктивно Рокси прижалась к ближайшему дереву и обернулась в его сторону. Пол тоже укрылся за стволом, пристально наблюдая в определённом направлении. Её мгновенная реакция оказалась верной. По тёмному лесу медленно двигалась массивная фигура, сопровождаемая сухим шелестом.

Рокси выглянула из-за дерева, чтобы рассмотреть получше.

— Это…

Перед её глазами оказался младший энт. И пусть он носил приставку «младший», всё равно выглядел внушительно — не меньше двух метров ростом. Однако с этим энтом явно было что-то не так.

Обычно энты неподвижно затаивались в ожидании добычи, но этот бесцельно бродил по лесу, будто из последних сил. Его кора пересохла и растрескалась, а некогда густая крона увяла и покрылась бурым налётом. Он был на грани гибели.

— Энт-вампир?.. — пробормотала Рокси.

Причиной оказалась лоза, опутавшая его тело. Она вилась по стволу, высасывая соки и магическую силу. Именно из-за этого люди называли подобные случаи «энты-вампиры».

— Хорошо, что мы сюда пришли. Иначе, возможно, поставки так и не возобновились бы, — сказал Пол.

В лесах, где заводятся энты-вампиры, численность обычных энтов стремительно сокращается. Вероятно, именно это объясняло недавнюю редкость саженцев младших энтов.

— Верно, — кивнула Зенит.

Рокси крепче сжала свой посох.

Часть 4

— В итоге, это всё, что нам удалось достать… — пробормотала Рокси.

Младшего энта они так и не нашли. Зато в руках у неё оказался крепкий саженец. Да, это был саженец энта-вампира. Насколько такие заготовки годились для изготовления посохов, Рокси не знала. Но по ощущениям древесина была неплоха: легче и прочнее, чем у младшего энта, хоть и чуть хуже проводила ману. Иными словами — не идеальна. Энты-вампиры были редкими существами, но их материалы далеко не всегда считались лучшими.

— Интересно, как мастер «Кант» сделала мою палочку… — тихо произнесла Рокси.

Она встретила свою наставницу в родной деревне, у неё же обучалась магии и получила в подарок палочку. Но если подумать, в тех краях младшие энты вовсе не водились. Значит, мастер изготовила её из того, что можно было найти на Демоническом континенте. Не из лучших материалов, а из тех, что были доступны. Магический камень оказался самым обычным, а окантовка была вовсе не металлической, а каменной. Скорее всего, весь посох собрали из того, что имелось под рукой или находилось поблизости. И всё же это было добротное изделие, не раз спасавшее Рокси жизнь.

Она не знала, насколько саженцы энта-вампира подходят для изготовления палочки новичка, но…

— Попробую сделать из этого, — решила Рокси.

Достав нож, она принялась строгать саженец. В комнате воцарился мягкий шорох, ритмичный звук срезаемой древесины. Слушая его, Рокси невольно вспомнила всё то время, что прошло с её приезда в деревню Буэна.

Сначала она приняла её за самую обычную деревушку: маленькую, тихую, размеренную… но при этом гордую и настороженно относящуюся к чужакам. Особенно — к демонам вроде неё. Жители встречали её без особого радушия. На деле же взгляды, которые они бросали на Рокси, часто были слишком откровенны, чтобы их не заметить.

В Королевстве Асуры учение Миллиса, хоть и не столь всепроникающее, как в Священном королевстве Милис, всё же пустило глубокие корни. Многие там не любили демонов лишь за то, что те были демонами. И даже те, кто не питал откровенной вражды, предпочитали держаться подальше. Узнав, что хозяйка дома, где она нанялась на службу, Зенит, является последовательницей Миллиса, Рокси тогда подумала: «Жить здесь будет не слишком приятно…»

Однако всё оказалось иначе. Будь то черта характера, воспитание или жизненный опыт, но и Пол, и Зенит относились к ней по-доброму. Они приняли её как равную — как друга, как члена семьи — и ни разу не упомянули, что она демон. Возможно, именно благодаря их отношению постепенно изменилось и поведение остальных жителей деревни. Жители всё чаще стали улыбаться ей:

«Добрый день, учитель. Сегодня тоже выходите?»

«Учитель, мы только что собрали фрукты, не угоститься ли вам?»

«Учитель, спасибо за помощь в тот раз. Благодаря вам, и в этом году, похоже, будет хороший урожай».

Место и впрямь стало казаться ей уютным, почти родным. В то же время Рокси задумывалась — не переживала ли её наставница когда-то то же самое?

Когда-то она сама родилась в глухой, скучной деревушке. Тогда её мастер пришла туда, открыла перед ней широкий мир и дала шанс отправиться в собственное путешествие. Рокси плохо помнила, как встречали наставницу в самом начале: в ту пору она была всего лишь ребёнком. Но когда пришло время покидать деревню, жители относились к мастеру с уважением и признанием.

«Неужели и я смогла сделать то же самое, что и мастер «Кант»?»

Она вовсе не стремилась к этому специально, но если у неё и правда получилось — то это наполняло её сердце тихой радостью. Однажды её мастер покинула деревню. Тогда юная Рокси ощущала лёгкую обиду: ведь ей ещё столько хотелось узнать, провести вместе больше времени… и, если бы получилось, отправиться в странствия бок о бок. Но теперь она понимала: наставница просто сочла, что всё необходимое уже передано, что ученица сможет идти дальше сама. Что рядом больше нет нужды в её присутствии, и потому она отступила, чтобы вновь посвятить себя собственным исследованиям и обязанностям. И сейчас Рокси ощущала то же самое. Она подходила к концу того пути, где могла научить Рудеуса всему, что знала сама. И вместе с тем Рокси понимала: сама она ещё слишком многого не знает.

— …Пожалуй, пришло время отправиться в собственное путешествие, — произнесла она вслух.

Деревня была хорошей. Люди — добрыми. Здесь можно было бы остаться подольше. Но сердце подсказывало: пора двигаться дальше.

— Уйду, как только научу его этому последнему заклинанию, — решила Рокси.

Оставалось одно заклинание, которого она ещё не успела передать Рудеусу. Заклинание, с которым и сама когда-то мучилась, прежде чем овладеть им. Когда только приехала в деревню, она и подумать не могла о том, чтобы учить его такому. Магия наступательного плана уровня святого: «Кучево-дождевые облака».

— Хе-хе, но Руди наверняка справится с ним без труда, — улыбнулась она.

Рокси прикрепила металлические окантовки к заготовке из древесины и, в завершение, вставила магический камень. Он встал на место с лёгким щелчком. Саженец энта-вампира, быть может, благодаря своей природе, оказался удивительно гибким и приятно лёгким в руке. Держа готовую палочку, Рокси открыла окно и направила её в пустое пространство снаружи.

— Да соберутся обширные благословенные воды там, где пожелаю я, и да изольются в чистый поток! «Водяной шар»!

Сжатый водный снаряд сорвался с кончика палочки, мягко ударился и разлетелся с тихим хлопком. Поток маны был идеален. Посох был завершён. — Значит, это будет прощание…? — тихо прошептала Рокси. Как только Руди овладеет последним заклинанием, она уйдёт. Взглянув на только что завершённый посох, Рокси окончательно приняла решение.

Будущее подглядывающих детишек

Щеночки милые. Да и не только они, это относится к детёнышам любых млекопитающих: телятам, ягнятам, поросятам, а котят даже упоминать не надо, они все милашки. От вида щеночка девушки начинают кричать "Милашка!" и лезут гладить его пушистенькую головку. Таков естественный порядок вещей. Да, исключения есть, но обычно всё именно так. Дети вызывают у людей желание защищать, ну и взрослые в принципе любят баловать детёнышей.

Вот пример: представьте щеночка. Он сидит в коробочке и трясётся от дождя. Мимо идёт одинокая офисная работница, её душа истерзана после работы и требует исцеления. К счастью в её доме можно жить с питомцами и она по той или иной причине забирает его к себе домой. Там она вытирает его, сушит и даёт тёплого молочка. Попив, щенок спокойно ложится спать, а смотрящая за ним леди ощущает тепло и удовлетворение.

Как видите, сам щенок ничего не сделал, но одно лишь его милое поведение исцелило душу женщины, так что детям не нужно ничего делать, достаточно просто существовать. Таким образом всё в выигрыше.

Конечно, есть недостаток: детям не хватает знаний и опыта, так что взрослым приходится ругать их и объяснять, почему они не должны делать плохие вещи.

Так что взрослым не понять чувства детей, детский разум для них просто непостижим. Даже если ребёнок намеренно сделает что-то плохое, взрослые этого не поймут. А раз не поймут, то спустят с рук. Даже если кто-то под видом ребёнка будет вести себя жутковато, его простят, решив, что он просто проказничает.

Ну неважно. Важно, что купающаяся Рокси выглядит прекрасно. На фоне её, будто принадлежащих ученице средней школы, бледных рук её синие волосы  выделялись ещё сильнее. Да и тот факт, что из-за ракурса я не могу видеть самого важного, делает всё только лучше. Смотрите, её мокрые локоны прилипли к её спине и детским плечикам и именно потому что не видно самого важного, обычное сияет так ярко. Угм, её силуэт просто гипнотизирует меня. Такие пропорции у женщин её возраста не найти, воистину тайна господня. Божья работа, я бы сказал.

Ну, посмотрим, откуда она начнёт. О, под подмышками. М-м, ясно, понятно. Мхе-хе-хе, а что дальше? А, теперь локоть. Да, понимаю, у суставов всегда накапливается грязь. О-о, она поворачивается, хочет протереть сам локоть... Ещё немного и...

— А? Тут кто-то есть?

Вот блин.

... Чтож, детей хоть и прощают, но детям всё равно не хочется, чтобы на них злились. Да и вообще никому не хочется, хоть детям, хоть  взрослым, хоть старикам. Никто не хочется, чтобы на них ругались. При первой опасности стать объектом ругани и злости они стараются найти найти предлог, чтобы уйти. Таков естественный порядок вещей. Да, исключения есть, но обычно всё именно так. Таковы уж люди, не любят когда на них злятся, даже если делают что-то плохое намеренно.

С такой мыслью я отстранился от двери, за которой купалась Рокси.

Сильфи и Персиковый мальчик

Часть 1

Поведение хулиганов всегда остаётся загадкой.

«Смотрите, снова этот демонёнок и сын рыцаря играют вместе».

«Да он просто зазнался, раз уж он сын рыцаря».

«Проваливай отсюда!!»

Зачем они подходят только для того, чтобы сказать «проваливай», для меня непостижимо. Может быть, на самом деле они хотят подружиться с Сильфи? Возможно, их резкие слова — это искажённая форма симпатии. Однако травля не всегда является выражением перевёрнутых чувств.

— Сильфи, я ведь уже говорил: если ты не будешь хоть немного сопротивляться, они так и будут тебя дразнить.

Чаще всего травля рождается из желания нападать с безопасной позиции, чтобы подтвердить собственное превосходство.

«Этого можно ударить. У меня есть на это право. В конце концов, я лучше его, и должен постоянно напоминать ему о его месте».

Именно такое мышление и порождает травлю. Поэтому нужно давать отпор и показывать, что так обращаться с тобой нельзя. По крайней мере, они должны понимать: ударить тебя — значит получить болезненный ответ. Травля без риска невозможна.

Когда я рядом, максимум, на что они осмеливаются, — бросать гадкие слова издалека. Но стоит мне представить, что Сильфи может столкнуться с этими хулиганами без меня, у меня в животе всё сжимается. Для них я — всего лишь помеха. Так что, стоит мне отвернуться — и они непременно начнут. Жаль, что Сильфи пока не может справиться с ними сама, но…

— Я не могу…

Как обычно, Сильфи застенчива.

Она прячется за моей спиной, с испуганным взглядом.

…Ну что ж, ничего не поделаешь. Люди не меняются за одну ночь.

А травля — это вообще не то, что решается быстро. Нужно время, придётся работать над этим понемногу. Сегодня прогоню их сам.

— Эй!

«Пошёл дождь!»

Стоило мне это подумать — как и вправду начался ливень. Дождь хлынул довольно сильный, и хулиганы, визжа, бросились по домам.

— Пошли и мы домой.

— …Хорошо.

Дождливые дни предназначены для занятий дома. Соблюдая это негласное правило, мы вернулись в дом Грейратов.

Часть 2

Под тихий стук дождя по крыше я сидел с книгой в руках.

«Легенда о Перугиусе» — так называлось это фэнтезийное произведение, которое я читал.

В этой истории мир стоит на грани порабощения Богом Демонов Лапласом. Семеро героев отправляются его победить, преодолевают множество испытаний, находят разные артефакты, постигают магию и в конце концов сходятся с Богом Демонов в решающей битве.

Обычная сказка. Хотя сюжетная схема достаточно привычна, детали здесь уникальны для этого мира, и потому читать её приятно. Я уже перечитывал её не раз. Лично мне особенно нравится Перугиус — герой, который поначалу был в тени, всего лишь спутник Урупена и Кальмана. Но постепенно он овладевает и магией, и боевыми искусствами, в итоге становится мастером призыва.

В юности Перугиус сам всё время нуждался в помощи Урупена и Кальмана, но потом окреп настолько, что уже сам спасал их и в финале стал последним звеном, необходимым для победы над Лапласом. Это не просто история о безупречном героизме — это рассказ о взрослении Перугиуса. И он вдохновляет.

В самом начале книги упоминается, что Перугиус как будто появился в этом мире случайно, намекая на то, что он мог быть переселённым или перенесённым сюда из другого мира. Возможно, кроме меня, существовали и другие перерождённые — и Перугиус был одним из них. Хотя… парящий в небе замок из этой истории слишком уж сказочен. Так что, наверное, это всё-таки вымысел.

— Руди, что ты читаешь? — вдруг раздался рядом голос.

Я настолько ушёл в собственные мысли, что и не заметил, как Сильфи, закончив выполнять задание, которое я ей дал, стала заглядывать через плечо в мою книгу. Эй-эй, так близко подбираться — у меня начинает сердце колотиться. Нет, спокойно. Я же решил держаться хладнокровно. Ведём себя, как джентльмен.

— Это история под названием «Легенда о Перугиусе».

— Перу…гиуса?

— Ага. Разве ты не слышала?

— Нет, — Сильфи покачала головой.

Понятно. «Легенда о Перугисе» не из тех сказок, что знают все. Скорее, она больше подходит детям постарше — средним и старшим школьникам, а то и взрослым любителям. Читать её малышу — занятие на уровне какого-нибудь нерадивого рыцаря низшего ранга.

— Хочешь, я почитаю тебе?

— Правда? — лицо Сильфи озарилось улыбкой, словно распустившийся цветок.

Ради этой улыбки я бы и журнал для взрослых вслух прочитал. Хотя, конечно, в таком случае её улыбка мигом сменилась бы на хмурый взгляд, так что лучше не пробовать. Ну что ж…

— Давай начнём с самого начала. Пока Сильфи слушала с сияющими глазами, я открыл первую страницу.

— Давным-давно этот мир оказался на грани порабощения ужасным и зловещим Богом Демонов. Там, где он ступал, земля трескалась, воды иссякали, а всякая жизнь угасала, превращая богатые земли в безжалостную пустошь…

Часть 3

— Эй, Руди, а что значит «грациозный»?

— А? Ну… это значит величественный и изящный.

Как ни старался я продолжать чтение, нашу «лекцию» постоянно прерывали подобные вопросы. Сильфи, почти не сталкивавшаяся раньше с такими историями — да и стиль «Легенды о Перугиусе» был слегка старомодным, — то и дело недоумённо склоняла голову и спрашивала у меня значение разных слов. Ей также было трудно уловить саму суть повествования. Даже в тех сценах, где я сам восторженно ахал, Сильфи не понимала, что именно меня так поразило. И вот сейчас, пока я продолжал читать вслух, было очевидно: она слушала не потому, что ей интересно, а лишь потому, что «Руди читает».

— …И на этом заканчивается первая глава. Ну как, понравилось?

— Эм… ну… не очень… — Сильфи снова склонила голову.

Дело плохо. Я ведь читаю не ради себя — я хочу, чтобы Сильфи получала удовольствие.

— Пожалуй, для тебя эта история пока что слишком сложная.

— Может быть.

— Понятно.

Мне эта история кажется хорошей, но, видимо, вкусы у мальчиков и девочек разные. То, что увлекает меня, вовсе не обязательно понравится Сильфи. Она ещё совсем юная, в её возрасте обычно слушают более простые, детские сказки.

— Ладно тогда, давай вернёмся к тренировке магии.

— Угу! — Сильфи радостно кивнула, расплывшись в улыбке.

Да, так даже лучше. Гораздо веселее заниматься тем, что нравится нам обоим, тем, что мы можем делать вместе. Сильфи ведь только начала учиться магии, и сейчас для неё это, наверное, самое захватывающее время.

…И всё же мне хочется, чтобы она тоже научилась находить радость в историях. Придётся поискать другой способ. С этими мыслями я провёл следующие несколько дней, целиком погрузившись в магические тренировки с Сильфи.

Спустя несколько дней. Я ждал в нашем привычном месте — у большого дерева на холме. В руках у меня была стопка листов. Я подготовил их специально к сегодняшней встрече.

— Доброе утро, Руди… А что это у тебя?

«Я рад, что ты спросила, Сильфиетта. Ну, иди сюда и садись».

«А? Что такое...?»

Сильфи, немного насторожившись, сделала, как я просила, и села. Я не могу не волноваться. Она такая доверчивая, выполняет мои указания без всяких подозрений. Что, если я окажусь лоликон-педофилом, одержимым и охотящимся на молодых девушек? Ты не имеешь права жаловаться, если я пощупаю одну-две попки, а в будущем женюсь на тебе и построю счастливую семью. Ну, у тебя не две попки. И до брака ещё далеко. В любом случае, сегодняшняя цель — не сексуальные домогательства. Сегодня я хочу рассказать тебе интересную историю, Сильфи».

«Э... ладно...»

О, она выглядит явно разочарованной. Наверное, потому, что «Легенда о Перугиусе» показалась ей на днях скучной. Но история, которую я подготовил сегодня, отличается от других. Это моя собственная история, взятая из одной из самых известных сказок в мире, где я жил, которую знает каждый в Японии. Можно назвать её фанфиком.

«Кхм... „Перутаро“».

История, которую я собираюсь рассказать, запретная: она из тех, что могли бы доставить мне неприятности, если бы я опубликовал её в своём предыдущем мире.

«Жили-были в деревне старик и старуха. Однажды старик пошёл в лес за дровами, а старуха пошла стирать бельё у колодца».

«Ага...»

Скорее это не запретная история, а местная сказка из региона Чугоку. Наверное, около Окаямы. Хотя и вряд ли мне бы за неё что-то сделали — здесь нет авторских прав. Сильфи кивнула с интересом. Когда завязка знакома, проще представить героев и погрузиться в историю.

— Пока старушка стирала бельё у колодца, она услышала голос из близлежащего леса: «До-ла-До́ла… До-ла-До́ла».

«Что это такое?» — подумала она и пошла в лес, где обнаружила сияющий источник.

— !

Возле колодца в деревне Буэна действительно есть лес. Правда, источника там нет. Но источники — явление не редкое, и в воображении Сильфи, очевидно, появился знакомый ей сияющий родник.

— Когда старушка подошла к источнику, из него всплыло яйцо. Оно было большое, размером с человеческие руки. «Ох, это, должно быть, подарок с небес», — сказала старушка, подняла яйцо и поспешила домой.

Обычно есть яйцо, которое таинственно появилось из источника, не хочется: кто знает, что внутри, может быть испорченным. Но в сказках такие нелогичные детали часто упускаются. Подарки с небес обычно считаются благоприятными.

— Старушка решила приготовить большой омлет, чтобы угостить старика.

Однако старушка считала, что еду следует есть только горячей, поэтому с нетерпением ждала возвращения старика.

— Яйцо… звучит вкусно… — прошептала Сильфи.

Обычно такие детали не требуют особого внимания, но в сказках именно они создают атмосферу. Но Сильфи, слушая эту историю впервые, всё ещё думает, что яйцо предназначено для еды.Поэтому я немного растянул сюжет, готовя почву для неожиданного поворота.

— К вечеру старик вернулся. Увидев яйцо, он воскликнул: «Ну и сюрприз!» и они решили сразу разбить его. Поставили яйцо на разделочную доску и ударили ножом. А что произошло дальше?

И вот история делает резкий поворот.

— Из яйца появился младенец!

— Что!

Глаза Сильфи округлились от удивления. Начало истории произвело эффект.

— Пара была вне себя от изумления, но, поскольку долгое время оставалась бездетной, они приняли ребёнка как дар с небес. Его назвали Перутаро и решили растить с большой заботой.

Кстати, дети, не берите себе на воспитание случайных найденышей.

— Перутаро рос с невероятной скоростью. Он хорошо ел, хорошо спал, и уже через шесть месяцев помогал старикам по хозяйству. А через год он превратился в прекрасного юношу.

— Однажды Перутаро сказал:

«Этот мир полон демонов. Если мы не победим Бога Демонов, мир погибнет. Дедушка, бабушка, я отправляюсь в путешествие, чтобы победить Бога Демонов. Потому что я могу это сделать».

Старики переглянулись в изумлении, но согласились, что Перутаро рос быстрее и сильнее любого обычного ребёнка, а к магии он проявлял умение, хотя никто его этому не учил. Казалось, что он был послан в этот мир с какой-то целью. Поэтому старики решили отпустить Перутаро.

Старик сделал для него посох из дерева и магического камня, найденного в горах, а старушка сшила ему мантию из шкуры белого дракона, которого старик когда-то убил. Они также сделали много рисовых лепёшек, чтобы Перутаро не остался голодным в дороге.

Кстати, в самой «Легенде о Перугиусе» про рисовые лепёшки ничего не говорится. В истории есть множество описаний еды, но Перугиус лишь однажды упомянул, что что-то вкусное, и то вежливо. Его любимая еда остаётся тайной. Видимо, автор не считал нужным включать такие детали. …Тем не менее, описаний приготовления пищи было уж слишком много. Может быть, автор был гурманом?

— Перутаро взял посох, надел мантию из шкуры белого дракона, привязал к поясу множество рисовых лепёшек и отправился в путь, чтобы победить Бога Демонов.

Так вот, продолжаем. Это «Легенда о Перугиусе» в новой версии Рудеуса… история Перутаро. И так начинается великое приключение.

Той ночью Сильфиетта едва могла заснуть. Она была невероятно взволнована. История, которую рассказал ей Рудеус, оказалась такой увлекательной.

В дальнейшем Перутаро раздавал рисовые лепёшки шести встреченным на пути людям, и они стали его спутниками, вместе с ним исследуя разные уголки мира. Бескрайняя пустыня, одинокий гигант на далёком острове, руины, кишащие монстрами, приспешники Бога Демонов, подбирающиеся всё ближе… Перутаро и его шесть спутников преодолевали эти испытания, осваивали призывную магию и добывали магические артефакты, достойные называться сокровищами. В конце концов они достигли острова, где обитал Бог Демонов, победили бесчисленное количество врагов и завершили своё приключение поединком один на один между Перутаро и Богом Демонов. После жаркой битвы Бог Демонов был побеждён, и миру вернулась долгожданная тишина.

Сильфиетта никогда особенно не задумывалась о том, что находится за пределами деревни Буэна, но мысль о том, что за её границами скрываются такие удивительные места, заставила её сердце биться быстрее от восторга. Какие ещё миры могут существовать? Мечтая о невидимом мире, Сильфиетта, всё ещё ребёнок, постепенно начала зевать и погрузилась в сон. Той ночью Сильфи ей приснился сон.

— Сильфи, Сильфи, поделись немного рисовых лепёшек с пояса со мной.

— …Эм?

Оказавшись там, Сильфиетта увидела перед собой бескрайнюю равнину. Через это безграничное пространство тянулась дорога. Посреди дороги стоял мальчик с посохом, ярко улыбаясь и протягивая руку.

— О, конечно. Вот, держи.

На мгновение Сильфиетта задумалась, зачем она здесь, но тут вспомнила, что она — герой, отправившийся в путешествие, чтобы победить Бога Демонов. Мальчик перед ней, которому она собиралась дать лепёшки, был Рудеусом, который станет её спутником.

— Ох, как вкусно! Спасибо, и прощай!

— Эм? Погоди… разве ты не должен стать моим спутником?

— Спутником? О чём ты? Ладно, не важно. Я лучше научу тебя магии.

Хотя это и отличалось от самой сказки, для Сильфиетты было привычно, что Рудеус обучает её магии, поэтому она начала учиться у него. Однако магия, которую он показывал, сильно отличалась от обычной — из его ладони появлялись звёзды, изо рта выходили облака и другие странные заклинания.

Сильфиетте это казалось невероятно увлекательным, и вскоре она полностью забыла о своей первоначальной цели, погрузившись в тренировку магии.

Со временем вокруг начало темнеть. Прошёл вечер, наступила ночь.

— Пойдём домой.

Кивнув, Сильфиетта направилась обратно той дорогой, по которой пришла. Но в этот момент…

— Эй, стойте!

Вдруг откуда-то раздался голос. Обернувшись, она увидела людей, которых не любила: Бога Демонов Сомала и его спутников. Они шли к Сильфиетте с злобными ухмылками. Сильфиетта бросила взгляд на Рудеуса в поисках помощи. Но Рудеуса рядом уже не было. В какой-то момент он исчез, словно дым. В панике Сильфиетта снова обернулась к Сомалу и его банде. Они всё ещё приближались, издеваясь и ухмыляясь. Они наверняка собирались сделать с ней что-то ужасное.

— Нет!

Сильфиетта протянула руку вперёд. И к своему изумлению, из её ладони вылетели сверкающие звёзды, устремившиеся к Сомалу и его спутникам.

— Ай! Прекратите!

Попавшие в цель звёзды заставили Бога Демонов Сомала вздрогнуть от боли, и он отступил по дороге, откуда они пришли.

— Я не боюсь демонов!

Эти последние слова он выругался, пока уходил. Сильфиетта проснулась. В доме всё ещё было темно, рассвет ещё не наступил. Отец уже ушёл на охоту, а мать готовила завтрак на кухне. Сильфиетта положила руку на грудь. Её сердце бешено колотилось, словно она только что вела ожесточённую битву. Слушая собственный пульс, Сильфиетта невольно улыбнулась.

Часть 4

На следующий день после того, как я рассказал Сильфи свою собственную сказку, я, как обычно, направился к нашему привычному месту встречи. Я не подготовил ничего на сегодня, но раз Сильфи вчера понравилась моя история, я подумал, что, может быть, стоит придумать что-то новое, возможно, вдохновлённое «Золотым мальчиком».

— Проваливай, демон!

— Мы нашли это место первыми!

Пока я размышлял об этом, я снова услышал их голоса. Обернувшись, я увидел привычное трио, окружившее Сильфи.

— Сегодня сын рыцаря здесь нет?

— Без него ты никто, так что не зазнавайся!

Их злые слова в адрес Сильфи были просто отвратительны. Это плохо. Мне нужно срочно помочь ей. Травля — это абсолютно недопустимо.

— Я не зазнаюсь…

Когда я начал подходить, я услышал неожиданный голос. Это был голос самой Сильфи.

— Что с вами? Вы что, возражаете нам?

— Мы вас прикончим!

Хулиганы шагнули ближе к Сильфи, их голоса кипели от злобы. Увидев это, я сосредоточил магию в правой руке…

— Стойте!

Её голос заставил меня замереть на месте. В этот раз что-то было иначе… я это почувствовал. Конечно, было иначе. Так и должно было быть. Сильфи, которая обычно просто нервно стояла позади меня, закричала:

— Пусть обширные и благословенные воды сольются там, где ты желаешь, и выйдет из них единый чистый поток — «Водяной Шар!»

Это было произношение слов заклинания. Заклинание, которое она только начала изучать. Луч, вылетевший из её руки, был слишком слаб, чтобы причинить кому-либо вред, и полетел в неверном направлении.

— Эм…

— Магия!

— Ой нет, это опасно! Давайте убегаем!

Испытав мою магию не раз и усвоив урок, хулиганы бросились бежать сразу же, как только Сильфи произнесла заклинание. Сильфи осталась стоять, не веря своим глазам. Я подошёл к ней и положил руку ей на плечо.

— У тебя получилось.

Сильфи на мгновение отшатнулась. Но когда она поняла, что рядом стою я, улыбка постепенно расползлась по её лицу.

— Да… да!

Затем она энергично кивнула. Увидев это, я понял: теперь с ней всё будет в порядке. Возможно, она всё ещё боялась хулиганов, но даже если те будут приставать к ней, когда меня нет рядом, я верил, что теперь она сможет постоять за себя сама. Я не был уверен, что именно изменилось с вчерашнего дня. Возможно, она почерпнула немного смелости из сказки, которую я ей рассказал. Нет, это, наверное, слишком самонадеянно. В любом случае, она определённо сделала шаг вперёд от состояния жертвы травли.

— Но, всё же, не стоит направлять магию на людей, хорошо? Можно серьёзно кого-то ранить.

— Да, я понимаю, Руди.

Будет ли с ней всё в порядке?

Пока я об этом думал, я понял, что и хулиганы, наверное, кое-чему научились сегодня. Теперь они знали, что у Сильфи есть способ дать отпор, и что этот способ может быть обращён против них при необходимости. Если они всё же попробуют её трогать, зная это, то будет уже только их собственной ошибкой.

— Ладно, вернёмся к сегодняшней тренировке магии?

— Да!

Увидев сияющую улыбку Сильфи, я не смог удержаться и сам улыбнулся.

[Примечание: Рудеус использовал смешение японской детской сказки «Момотаро» (Персиковый мальчик) и легенды о Перугиусе, отсюда Peru+Taro. Затем он рассказывал о сказке «Кинтаро» (Золотой мальчик). Эти истории довольно известны в Японии, и вы можете найти их видео на YouTube, если захотите посмотреть.]

Высшее и окончательное

Прямо сейчас, передо мной, стоят два блюда. Сегодня я собираюсь сравнить их вкус. Мне предстоит решить, какое из них превосходит другое. Никто не может подсказать мне ответ — это я должен определить сам. Когда есть два предмета, человеку свойственно судить: одно лучше, другое хуже. Я преданный слуга этой человеческой природы.

Так с чего же начать? С какого блюда попробовать первым? Какой трудный выбор. Оба приготовлены безупречно. Одного только взгляда достаточно, чтобы вызвать аппетит. Блюдо справа кажется обладающим утончённостью и мимолётностью ванильного мороженого. Блюдо слева же хранит в себе смелость и насыщенность панна-котты.

[Примечание: Панна-котта — это итальянский десерт из подслащённых сливок, загущённых желатином и оформленных в виде небольшого пирожного. Сливки можно ароматизировать кофе, ванилью или другими вкусами.]

Оба блюда выглядят нежными и манящими по своей текстуре. И хотя их формы весьма схожи, их сущность — полная противоположность. С чего начать, чтобы суждение было справедливым? Сперва справа? Нет… может, слева? Бесполезно колебаться.

Я поднёс ко рту десерт справа — тот, что казался более лёгким по вкусу. И в тот миг чудесный аромат окутал мой нос. Он был свежим, сладким и с лёгкой горчинкой — как запах девичьих волос. Превосходно. Испытание пройдено. Пора подтвердить вкус …Нежная солоноватость, если я не ошибаюсь. Да, выбор оказался верным: начать именно с этого. Сквозь лёгкую солёность проступает едва уловимая сладость. Эта сладость, должно быть, естественный вкус самих ингредиентов.

Если бы я мог дать этому ощущению имя, оно было бы — «опущенный взор застенчивой девушки». Вкус, при котором хочется обнять её в тот же миг, как только губы соприкасаются с ним.

Затем я позволил языку исследовать текстуру. В целом, десерт чуть плотноват, но удивительно гладкий. Стоит прижать его губами, и он мягко меняет форму. Мне вовсе не хочется разжевывать его.

Это лакомство создано для языка и губ, словно фруктовый лёд. Даже если прибегнуть к зубам, лучше наслаждаться его мягкостью, легко прижимая его. После того как я до конца вкусил прелесть блюда, я позволил ему покинуть мои уста. Нельзя просто проглотить и насытиться. Ведь впереди ждёт ещё одно.

Блюдо справа было великолепно. Можно сказать, в нём воплотился истинно высший вкус. Но смогу ли я, попробовав теперь другое, сохранить беспристрастность? Нет, препятствий быть не должно. И это блюдо таит в себе такую же утончённость. Несомненно, я испытаю наслаждение не меньшей силы — а, быть может, и больше.

Ожидания мои высоки. Я кладу в рот десерт слева. И в тот миг мне почудилось, будто он вскрикнул. Это был удар по чувствам: десерт жив! И всё же он, похоже, не возражает против того, чтобы его съели.

В его вкусе слышалось нечто похожее на восторженно-смущённый вскрик прекрасной и нежной девушки, к которой внезапно прикоснулся тот, кто ей дорог. Превосходно. И это испытание он прошёл. Но каков же его вкус?

…Хм, вкус насыщенный. Сквозь плотную сладость пробивается лёгкая солоноватая нота. И здесь, как и прежде, раскрывается естественный вкус ингредиентов. Если бы я мог назвать это ощущение, оно звалось бы «смятение прекрасной девушки». Соблазнительный вкус, способный пленить мужчину в одно лишь мгновение. Попробуем и текстуру. Когда я провожу языком по поверхности, она кажется гладкой и отзывается едва ощутимой упругостью. Совсем не жёсткая — напротив, удивительно мягкая.

Прижимая десерт языком к зубам и лёгким движением губ соскребая его поверхность, я ощущаю сразу и нежность, и упругость. Это тоже великолепный вкус. Поистине — вкус окончательный, высший.

Хм… Сложно решить, что же лучше. Но разве вправе я, такой как я, судить об их превосходстве? Нет. Нужно учитывать не только вкус, но и то, каково будет ощущение сытости после.

— «Эй, ты же говорил, что совсем чуть-чуть. Сколько ты собираешься продолжать?»

Как раз в тот момент, когда я собирался взять ещё кусочек, меня прервал повар. Застенчивая девушка с зелёными волосами подняла на меня взгляд, её лицо горело румянцем. Она — Сильфи, та самая повар, что приготовила для меня это чудесное угощение.

— «Сильфи. Ещё чуть-чуть. Кажется, я вот-вот смогу постичь нечто важное. Прошу, только немного…»

— «Нет, хватит!»

Разумеется, я попытался настаивать, но Сильфи захлопнула крышки на блюдах, прикрыв их ладонями. Теперь уже ничего не поделаешь. Этот поединок заканчивается вничью.

— «Ну, пожалуй, так и быть. Спасибо тебе, Сильфи».

— «Уф… вся какая-то липкая…»

Поблагодарив её, я невольно задержал взгляд на тарелках, частично скрытых её маленькими руками. И только одна мысль прозвучала в моей голове: эльфийские ушки — это действительно совершенство.

Рудеус зарабатывает очки

Оригинальная короткая история 1 тому манги "Реинкарнация безработного: хоть это и ёнкома, но шуток здесь не будет"

Часть 1

В тот день, как обычно, я занимался магией вместе с Сильфи. Мы сидели под большим деревом: я тренировался сам и заодно следил за её успехами. Иногда мы обсуждали приёмы заклинаний, а иногда вели лёгкие разговоры — о том, чему меня учила Рокси, или о том, как Пол слишком уж заботится о своём коне. Вчера всё было так же, и позавчера тоже. Это стало нашей повседневной привычкой.

Иногда я чувствовал, что чего-то не хватает. Но Сильфи каждый день осваивала новое, ей это нравилось, и она выглядела счастливой. Так что, пожалуй, всё было в порядке. Честно говоря, когда я впервые понял, что Сильфи — девочка, я растерялся и не знал, как себя с ней вести. Но, похоже, пока всё идёт неплохо. Можно даже вздохнуть с облегчением.

— Хм?

Мы, как обычно, тренировались, пока мана почти не иссякла. А потом устроились в тени дерева, болтая о пустяках, и тут я заметил кое-что странное. Толпа людей. Вдали, у единственного трактира в деревне, собралось много народа.

— Что там случилось? — пробормотал я.

Деревня Буэна раскинулась на большой территории, но самих жителей было немного. Здесь редко собиралась толпа, если только не происходило что-то необычное. Обычно в таких случаях Пол сразу же мчится разбираться… но сейчас его и след простыл, и никто даже не собирался за ним идти. прочем, возможно, за ним уже послали, да только найти не смогли и теперь бегают по округе, не зная, что делать… Хотя, судя по оживлению толпы, похоже, это вовсе не что-то срочное.

«…»

Я скосил взгляд в сторону — Сильфи с большим интересом смотрела на скопление людей.

— Пойдём посмотрим? — предложил я.

В прошлой жизни я бы обошёл такую толпу стороной. Будучи хикикомори, я ни за что бы не стал участвовать в каком-то деревенском сборище. Но теперь я мог спокойно выходить из дома и не чувствовал в этом ничего страшного. Наоборот, даже думал, что стоит проявлять больше участия. Тем более рядом со мной сидела девочка, которой явно хотелось туда пойти.

— Э-э… — Сильфи взглянула на меня так, словно спрашивала: «Точно можно?»

— Конечно! — кивнул я.

Она тут же засияла и радостно согласилась.

Часть 2

Когда мы подошли ближе, я сразу понял, почему собралась толпа.

— Подходи, народ, смотри сюда! У нас редкие товары! — громогласно выкрикивал мужчина, раскладывая на разостланной на земле ткани всевозможные вещи и зазывая покупателей. Это был странствующий торговец. В деревню Буэна такие заезжали время от времени, но крайне редко кто-то разворачивал здесь торговую лавку. В конце концов, это была земледельческая деревня с небольшим населением и не особо состоятельными жителями. Открыть здесь прилавок — значит почти ничего не выручить.

Зачем же они приходили? Большинство приезжали закупать местные особые товары — например, пшеницу или цветы батируса. Другие могли сбиться с дороги, кто-то наведывался к знакомым, кто-то доставлял письма… а порой люди забирались и на такие окраины в поисках редкостей. По крайней мере, так рассказывала Рокси. Видимо, этот торговец тоже зашёл в Буэну и решил заодно немного подзаработать.

— О, юные покупатели, добро пожаловать! — усатый мужчина с чёрной бородой приветствовал нас с дружелюбной улыбкой.

Хотя было ясно, что мы всего лишь дети и на идеальных клиентов совсем не похожи, он встретил нас радушно. Впрочем, мой отец, Пол, был рыцарем низшего ранга, и одет я был получше других ребятишек деревни — возможно, торговец решил, что на нас можно неплохо заработать. Что ж, меня это устраивало. Куда лучше, чем если бы он встретил нас пренебрежительно.

— Ух ты…! —

Сильфи, никогда раньше не видевшая уличной лавки, смотрела на выставленные товары во все глаза, заворожённая и сияющая от восторга.

— Руди, смотри, сколько всего! — Сильфи возбуждённо дёрнула меня за рукав, её ушки чуть заметно подрагивали.

С точки зрения современного человека, привыкшего к интернет-магазинам, я бы не сказал, что выбор на этой уличной лавке был впечатляющим. Но и правда, здесь можно было встретить много такого, чего в нашей деревне попросту не сыщешь — редкие и необычные вещи. От украшений до предметов быта и запасов сушёной еды — всё это казалось для Буэны чем-то диковинным.

— Хм… —

Я и сам ничего особенного не хотел, но, глядя на сияющие глаза Сильфи, вдруг вспомнил слова Пола. То было сразу после того, как я узнал, что Сильфи — девочка, и как-то умудрился с ней помириться. Тогда он сказал: «Слушай, Руди. Если тебе нравится девочка, всегда помни: нужно зарабатывать очки. Чем больше у тебя очков, тем выше шанс, что она скажет «да», когда ты позовёшь её в постель».

Что вообще приходит ему в голову, учить таким вещам ребёнка, которому ещё нет и десяти лет? По словам Пола: «Хочешь ладить с девочкой — не забывай делать ей приятно и поднимать настроение».

Сильфи милая. Видно, что из неё вырастет настоящая красавица — такая, к которой и подойти-то будет страшновато. Не знаю, какими будут наши отношения в будущем, но пока что мне кажется, что у нас есть шанс. Смешно говорить о «шансах» с девочкой, которой даже десяти лет нет… но если мы и дальше будем вот так общаться, то к подростковому возрасту этот шанс должен зазвенеть барабанным боем.

В прошлой жизни я ничего так и не сделал со своей подругой детства — и в итоге упустил тот самый шанс. Об этом я действительно жалею. Я уверен: если и сейчас буду просто сидеть сложа руки, то рано или поздно рядом с Сильфи появится какой-нибудь красавчик, идеально подходящий к её внешности, и я окажусь забытым. В этот раз я не собираюсь повторять старую ошибку. Чтобы не упустить эту возможность, нужно начинать зарабатывать очки прямо сейчас.

Даже если её в конце концов уведёт другой, если мы будем в хороших отношениях, она может и познакомить меня с какой-нибудь подругой. А ведь говорят: у красивых девушек и подруги красивые. Ладно. Куплю-ка я Сильфи подарок и заработаю очки.

«……»

Точнее, я бы так и сделал… но вот беда: я сейчас на мели. Как жаль — приключение Рудеуса заканчивается прямо здесь… Продолжить? Вернуться в главное меню? Нет, я бы всё же хотел продолжить. Что же делать? Может, рвануть домой и выпросить у Пола немного карманных денег?.. Да, это вариант. После того, чему он меня учил, отказать он попросту не сможет.

— Хм?

Пока я размышлял, краем глаза заметил что-то чёрное. Из-за дерева, в тени за спиной торговца, на нас внимательно смотрела чёрная кошка.

Это была знакомая мне кошка. Если не ошибаюсь, бездомная, живущая где-то поблизости. Хотя и бродяжка, но деревенские её баловали — она ловила мышей. Да, эта кошка (самец или самка, я так и не знаю) жила тем, что охотилась на грызунов, а взамен получала от жителей еду и крышу над головой. Её целью стала серая меховая сумка, лежавшая рядом с торговцем…

— Ах! —

В одно мгновение чёрная кошка прыгнула, схватила меховую сумку зубами и рванула прочь. Торговец заметил.

— Эй! —

Это было ошибкой. Кошка на миг застыла, но тут же сорвалась с места и исчезла. Всё так же держа серую сумку в пасти.

— Э-эй, да ведь это все мои сбережения! — закричал торговец.

Но кошкам человеческие слова неведомы. Чёрная уже скрылась, а торговец лишь ошарашенно уставился туда, где она пропала. Если это и правда «все его сбережения», значит, в сумке лежали деньги. Вероятно, это был его кошелёк. Кошка, скорее всего, приняла меховой мешок за мышь. Я слышал, что эта плутовка частенько таскала невыделанные шкуры, путая их с грызунами.

Через какое-то время чёрная кошка, конечно, поймёт, что это вовсе не мышь. Но это не значит, что она подумает: «Ой, лучше вернуть хозяину». Скорее уж просто бросит сумку где-нибудь по дороге. Будь это всего лишь кусок меха — нашёл бы кто-нибудь из деревенских и, возможно, вернул бы владельцу. Но кошелёк… Даже самый честный крестьянин может соблазниться. Шансы вернуть содержимое практически равны нулю. Подобные вещи одинаковы в любом мире.

Пока я об этом размышлял, я почувствовал взгляд Сильфи. Я посмотрел на неё — и наши глаза встретились. В этом взгляде я уловил немую просьбу: «Пожалуйста, помоги ему». Ну да, и правда обидно. Проделать такой путь в глухую деревню — и тут же потерять свой кошелёк… Ладно, помогу. Я кивнул Сильфи и рванул в ту сторону, куда исчезла кошка.

Часть 3

— Эй, Руди, что мы будем делать? «Ты собираешься использовать магию?» —спросила Сильфи.

— Для начала посмотрим в тех местах, где она может быть, — ответил я.

Заклинаний, чтобы поймать убегающую кошку, я не знал. Тем не менее деревня маленькая, и речь идёт всего лишь об одной кошке, так что я примерно представлял, где её искать. В деревне было несколько солнечных, продуваемых мест, где ей нравилось спать. Чёрная кошка часто дремала именно там, поэтому я решил проверить эти уголки один за другим.

— О, вон она.

Но далеко идти нам и не пришлось. Стоило только тронуться, как мы заметили чёрную кошку — она притаилась в траве, настороженно наблюдая за нами. Она выглядела испуганной и напряжённой. И, как назло, кошелёк всё ещё торчал у неё в зубах.

Эту кошку деревенские обожали. Поймает мышь — её сразу начинают хвалить тем самым ласковым голоском, каким обычно уговаривают питомцев. Ругать её, наверное, никто и не думал, так что удивление было вполне понятно. В таком случае оставался лишь один выход.

— Кис-кис-кис… хорошая кошечка, иди сюда… ну верни, пожалуйста… —

Я присел на корточки и заговорил с ней самым нежным голосом, на какой только был способен. Так часто делала Зенит. Оставалось только подойти поближе и забрать у неё кошелёк…

— Ах, пропала.

Кошка дёрнулась, а затем молниеносно развернулась и умчалась прочь.

— Чёрт.

Вспомнилось: я и в прошлой жизни с животными никогда не ладил. И, похоже, даже после перерождения моих «талантов кошколова» недостаточно, чтобы пробить оборону этой чёрной бродяжки.

— Давай догоним, — сказал я Сильфи и снова бросился за ней.

Но кошка, будучи существом, привыкшим жить в дикой природе, могла делать только одно, если за ней пытались гнаться. Стоило нам пуститься в бег, как чёрная кошка рванула со всей скорости и в мгновение ока скрылась из виду. Я надеялся, что по пути она уронит кошелёк, но, похоже, кошка либо полюбила его, либо оказалась удивительно жадной — кошелёк она крепко держала в зубах.

Так началась наша игра в кошки-мышки. Смогли ли мы догнать её, или она уйдёт? Всё превратилось в настоящую битву на выносливость……или, по крайней мере, мне так казалось. В конце концов мы всё же догнали её. В какой-то момент мы полностью её потеряли, но чуть раньше я использовал заклинание грязи, чтобы замедлить кошку — и оно сработало.

Теперь чёрная кошка, покрытая грязью, оставляла следы на всём пути. Мы наконец настигли её у небольшого сарая на краю полей. В углу сарая, где хранился сельскохозяйственный инвентарь, лежала куча соломы. И там была чёрная кошка. Но она была не одна. Рядом лежала ещё одна кошка — пятнистая, расслабленно устроившаяся в соломе. Вокруг пятнистой кошки пять котят катались и тихо мяукали.

— Шшш! —

Когда чёрная кошка увидела нас, она пригнулась и зашипела. Похоже, эта чёрная кошка была замужем. Видимо, она пыталась заработать «очки» у своей жены — точнее, принесла ей еду, ведь она была ослаблена после родов. Однако, даже если кошке кошелёк напоминал мышь, кошелёк остаётся кошельком.

Внешний слой был выделанным и твёрдым, а внутри — металлическим. Это явно не было чем-то съедобным. Как только чёрная кошка поняла, что перед ней не еда, она бросила кошелёк на небольшом расстоянии. Я поднял его. Внутри лежали четыре серебряные монеты, ярко сверкающие.

Чёрная кошка никак не отреагировала — даже не попыталась вернуть кошелёк. Если уж на то пошло, она, похоже, хотела, чтобы мы как можно скорее ушли. Это действительно было похоже на то, как будто бросаешь кошке золотую монету.

[Примечание: В Библии, в Евангелии от Матфея 7:6 сказано: «Не давайте священного псам и не бросайте жемчуг ваш перед свиньями, чтобы не растоптали его ногами своими и, обернувшись, не растерзали вас». Речь идёт о том, что не стоит давать что-то ценное тем, кто не сможет это оценить. Эта строка, видимо, имеет похожий смысл.]

Часть 4

Когда мы вернулись к уличному торговцу, он сидел, опустив голову, полный отчаяния, а его товары всё ещё были разложены. Толпа уже разошлась. Если это были все его сбережения, можно было бы ожидать, что он будет сильно переживать. Но поскольку его товары остались на месте, наверное, это не был такой уж сильный удар — не всё же потерял. Когда мы подошли ближе, он медленно поднял голову.

— На что уставился, парень? Лавка закрыта.

Ух ты, его отношение совсем изменилось по сравнению с тем, что было раньше.  Ну, даже если он и не потерял всё, это всё равно удар. Должно быть, он расстроен. Но срываться на ребёнке — это уж совсем неправильно.

— Вот, я нашёл это.

— Что!? —

Когда я достал кошелёк, его глаза сразу же загорелись. Он выхватил кошелёк из моих рук и тут же проверил содержимое.

— Один, два, три…

— Всё на месте? — спросил я.

— Да! Да, всё в порядке, молодой человек! —

Когда торговец поднял лицо, оно преобразилось в сияющую улыбку, словно у Эбису, бога процветания.

— Спасибо, спасибо, молодой человек! Молодая леди! Вы спасли меня!

Пока он благодарил нас, мы с Сильфи обменялись улыбками.

— Отлично.

— Да!

Но солнце уже клонилось к закату. Пора было домой. Торговец скоро, наверное, свернёт лавку, и даже если бы я попросил у Пола немного денег, когда вернёмся, было бы уже поздно. Я так и не успел похвастаться или купить ей подарок. Похоже, мой план «заработать очки» у Сильфи провалился… Ну, по крайней мере, мы сделали хорошее дело, так что можно считать это победой. Да и если посмотреть с другой стороны — мы вместе создали воспоминание, так что, возможно, очки у меня всё же прибавились. Как раз в этот момент —

— Ладно, я же торговец! В благодарность за возвращённый кошелёк можете взять с прилавка один предмет бесплатно! — торговец широко раскинул руки, указывая на разложенные на ткани товары.

— Правда?! —

Наверное, это и есть то, что называют «подарком с полки».

— Да, но что выбрать… —

Это было важное решение. Если я возьму что-то, что понравится Сильфи, её расположение ко мне взлетит до небес. Нужно было достичь идеального результата. Кольцо, ожерелье, зонтик, а может, вот та лампа… Чёрт, мне нужна дополнительная информация. Постойте. Как бы я ни думал, я всё равно не знаю, что именно нравится Сильфи…

— Хм. Сильфи, а почему бы тебе самой не выбрать?

— А? —

— Мне особо ничего не нужно, так что выбирай что-то, что понравится тебе.

Вот оно. Смена стратегии. Я больше не выбираю подарок для Сильфи.

Вместо этого я отдаю Сильфи право выбора. Право взять то, что ей самой хочется. Так я увеличу её расположение ко мне и к тому же лучше узнаю её вкусы. В следующий раз, когда появится возможность подарить ей что-нибудь, я смогу ещё сильнее повысить её симпатию. Тогда приглашение к постели уже не будет просто возможностью — она придёт сама. Да, с этого самого момента я закладываю фундамент для следующей «точки очков»!

— Э-э… хорошо, тогда я возьму это… —

То, что выбрала Сильфи, оказалось неожиданным.

Часть 5

Через несколько минут мы с Сильфи шли домой, держа в руках деревянные корзинки. Внутри были пушистые жёлтые зёрна. Это были бобы, которые высушили и затем прогрели на высокой температуре. Они лопались и увеличивались в размере, превращаясь в пушистые кусочки. По сути, это был попкорн. Такое лакомство иногда готовили в деревне Буэна, и среди товаров оно стоило довольно дешево.  Пока мы шли домой, мы вместе лакомились этим перекусом.

— Ты точно это хотела? — спросил я.

Я намекнул, что есть и более интересные варианты, но Сильфи скромно улыбнулась.

— Да. Остальные вещи мы с тобой бы не поделили, Руди…

Сердце у меня ёкнуло. Симпатия Рудеуса к Сильфи увеличилась на десять очков. Хе-хе, это она меня перехитрила. Я собирался заработать очки, а в итоге — очки заработала она.

— Понимаю. Спасибо.

— Да.

Так я провёл ещё один приятный день с Сильфи.

Сильфи и этикет

П.п. Технически, это не короткая история, а доп. глава к специальному изданию первого тома по случаю аниме, так что я не уверен, что она должна быть здесь. Однако переводчики ранобе её не трогали и могут вообще о ней не знать, так что я её всё же перевёл и положил сюда, всё же в первом приближении она близка по идее к шортухам. Если переводчики ранобе захотят залить её на страницу ранобе, то они знают как со мной связаться, договоримся. А до тех пор пусть лежит здесь. Приятного чтения.

— Эм-м, Лилия-сан, можете научить меня этикету?

С этой просьбой к Лилии обратилась Сильфиэтта после разговора со своими родителями. Тема разговора была задана её вопросом. Смогут ли они с Рудеусом быть вместе, если он вернётся? В ответ родители с улыбками кивнули ей, но поняв насколько она серьёзна, сказали что это может быть трудновато.

Они сказали, что Рудеус — сын аристократа, хоть ныне и низкорангового рыцаря, и если Рудеус станет наследником Грейратов, то он должен будет вести себя как полноценный аристократ, и жена должна будет вести себя соответствующе. И если Сильфиэтта станет ей, ничего не зная об этикете, то он ударит в грязь лицом.

Так ей, ребёнку, сказали, без приукрас, но даже её отец Роулз не мог представить как Рудеус — юный потрясающий учитель внучки лорда Роа — может взять в жёны простую дочь охотника. Также Пол в первую очередь разлучил их, потому что они стали слишком зависимы друг от друга, так что если зависимость Сильфи от Рудеуса не исчезла, то как отец, он должен был этому поспособствовать.

Ну и раз чтобы Сильфи была с Рудеусом, ей  нужен этикет, то будет неплохо его выучить. В итоге раздумий кто с этим может помочь на ум пришла некая горничная, как раз собирающаяся обучать этикету свою дочь — Лилия.

— Этикету? — немного смутилась Лилия.

Она предполагала, что рано или поздно ей придётся серьёзно учить ему Норн и Аишу, но не то, что к ней попросится и Сильфи. Лилия считала, что этикет необходим, если ты хочешь работать с аристократами. Только вот он громоздок и сложен, поэтому просьба Сильфи ей показалась странной.

— Зачем?

— Папа сказал, что мне надо его выучить, чтобы быть с Руди.

— А, ясно.

Лилия задумалась. Рудеус когда-нибудь точно станет хорошим магом. Сейчас он работает личным учителем в Роа, но когда-нибудь он вернётся и тогда у него будут связи с аристократами Асуры. А если он пойдёт дальше и закончит Университет Магии как и хотел, то он вполне сможет стать придворным магом в Асуре или стражем королевской семьи.

В любом из этих двух случаев он в общем будет принадлежать королевству и откуда бы он не был родом, относиться к нему будут как к аристократу. Без этикета ему не обойтись. Ну и скорее всего он сам задумается над изучением этикета у Бореев или в Университете.

Вдобавок ко всему, если он станет придворным магом, то он станет общественной фигурой и ему придётся щепетильно следить как за своим внешним видом, так и за манерами. Может иногда ему даже придётся приходить на мероприятия с женой, так что этикет необходим и ей.

Роулз так далеко не думал, но будущая жена Рудеуса просто обязана знать этикет. Лилия могла научить Сильфи, но просить её сделать это просто так… Отец Лилии всё же хорошенько потратился на учителя, чтобы дочка могла работать аж в королевском дворце.

— Вот оно как...

Однако Лилия посвятила себя Рудеусу и пыталась натаскать свою дочь служить ему. Не только дочь, конечно, она и сама собиралась как можно лучше служить этой семье, если Сильфи выйдет замуж за Рудеуса, то она станет госпожой.

Лилия всё ещё колебалась принять просьбу Сильфи.

— Я тебя поняла. Тогда с завтрашнего дня я буду учить тебя.

Пока такой вариант развития событий оставался лишь вариантом, Лилия не не хотела вкладывать душу в исполнение этой просьбы, но и ничего против Сильфи она не имела. Да, они были совсем не знакомы, но Лилия знала как саму Сильфи, так и то, что Рудеус спас и её.

— Правда?! Спасибо вам огромное, Лилия-сан!

Так было решено, что Лилия будет учить Сильфи этикету.

***

— Да, так. Выпрями спину и напряги бёдра. Только изящно, никогда не выгляди раболепно.

— В... вот так?

— Спину прямее и не сгибай колени. Больше следи за ногами... Да, вот так.

— Но так стоять... больно...

— Красота требует жертв. Хорошо, теперь постарайся продержаться так тридцать секунд.

— У-ух...

При слове "этикет" кто-то, вроде Рудеуса, подумает о вежливости и манерах за столом, но на самом деле в это понятие входит как приветствовать, как ходить и даже как стоять. Весь этикет был в деталях, в нём играло роль твоё положение, сама ситуация и конечно же твой пол.

Запоминать нужно было много, и даже дети аристократов, которых этому специально обучают, могут учить его годами прежде чем они смогут как следует вести себя на людях.

Лилия знала этикет аристократов, но пользоваться им могли только сами аристократы и королевская семья. Но будучи горничной-телохранительницей в маловероятном случае попытки выдать себя за аристократа, она могла отличить таких притворщиков он настоящих.

Сейчас Сильфи тоже учила их этикет. Аристократы находились в иерархии между королевской семьёй и простолюдинами, так что они приветствовали, держа голову выше, в отличие от последних, которые должны были вставать на колено, но не выше королевской семьи, которые должны были стоять. В общем, где-то на уровне середины талии. Довольно сложно часто поддерживать стойку, так что это само по себе требует силы. Внезапно, этикет требовал хороших мышц от благородной леди.

— Аиша, смотри внимательно, ты тоже это учить будешь.

— Поняла-а! — ответила ещё крохотная Аиша.

Однако её удивлённый взгляд будто говорил, что она не понимает чем Сильфи занимается. Хотя нет, скорее она не понимала почему у неё не выходит, что тоже могло показаться ей удивительным.

Как бы то ни было, под её присмотром Сильфи, в туфлях на высоком каблуке, практиковалась приветствию, дрожа всем телом.

Но присматривала за ней не только Лилия с Аишей.

— Хм-м...

За дверью виднелись голубые глаза Зенит. Будь на её месте Рудеус, он бы бубнил: "Прям настоящая горничная".

— Вы разве не должны сегодня быть в больнице, госпожа? — поклонилась как раз-таки настоящая горничная Лилия.

— Я закончила пораньше и вернулась, не нашла тебя и мне стало интересно куда ты делась. — ответила Зенит, заходя в комнату. — Чем вы занимаетесь?

— Я учу Сильфиэтту-саму этикету. Он ей потребуется, когда она станет женой Рудеуса-самы.

— Ара? Хочешь стать женой нашего Руди, Сильфи-тян? — спросила Зенит с улыбкой до ушей.

В ответ Сильфи зарделась и сжала губы. От такого зрелища улыбка Зенит стала ещё шире, она явно была счастлива.

— Какая ты милашка, Сильфи-тян! Ладно, раз такое дело, то я тебе помогу. На самом деле перед тем, как стать авантюристкой, я была не последней благородной леди.

— Да, в Святой Стране Милис, так?

— Именно, я сбежала потому что там было слишком душно, но в школе у меня были хорошие оценки и меня называли примерной леди.

— С трудом могу представить.

— И как это понимать?!

"А тридцать секунд уже прошли?" — слушая их, подумала Сильфи с испариной на лбу.

— Так, сейчас я покажу пример, а ты повтори и запомни.

— Х... Хорошо!

Довольная ответом Сильфи, Зенит немного присела, согнула локти, её пальцы будто приподняли полы платья, правая нога немного отошла назад, а голова опустилась, будто её кто-то потянул за подбородок. Зенит сделала это так естественно и элегантно, будто делала это уже десятки лет.

— Вау... — издала Сильфи вздох восхищения.

Движения Зенит казались ей сложнее, чем у Лилии. Ей даже показалось, что перед ней предстала настоящая принцесса. Ей в голову закралась мысль, что лучше модели для подражания и не найти.

— Хе-хе, ну как тебе, Лилия? Много воды утекло, но я же всё ещё хороша?

— Эм-м... сложно сказать, госпожа.

А вот Лилия, судя по лицу, была не впечатлена.

— Разве вы не перепутали ноги?

— Э?..

Зенит с ужасом опустила взгляд на ноги. Они были скрещены: левая впереди, правая сзади.

— А? Нет, не перепутала.

— Нет, правая должна быть впереди.

— Не в этом случае. Мне говорили, что впереди должна быть левая.

— Впереди должна быть правая, в этикете так всегда.

— Э? Разве? Хм-м, я давно не практиковалась, может забыла.

— Но двигались вы красиво, госпожа. Я даже в королевском дворце подобного не видела.

— А то. Моя мама была скупа на похвалу, но за это она меня хвалила и позволяла делать, что хочу. — удовлетворённо кивнула немного удивлённая Зенит — Я немного ошиблась, но всё ещё могу быть примером для тебя, Сильфи-тян. Теперь повтори.

— А, да!

Ответив, Сильфи под её чутким руководством Зенит. начала повторять её движения

***

Затишье длилось недолго.

— ...Вы опять делаете не так, госпожа. Рука должна быть выше.

— Говорю же, она должна быть на уровне пупка.

— Нет, она должна быть под ложечкой (П.п. Это тот отросток под местом, где сходятся рёбра)

— Это бред!

Движения Зенит были прекрасны, но полны "ошибок". Все и каждая из них были банальны, обычно никто бы не обратил на них внимание, но тут шло обучение, а учить неправильному было нельзя. И Зенит, и Лилия считали, что знают правильно, так что в итоге всё вылилось в ссору.

— Я уже не аристократка, да и не хотела тебе об этом говорить, но ты неправильно следуешь этикету горничных!

— ...Не изволите привести пример?

— Когда ты подаёшь обед, например. Да, Пол должен быть первым, тут всё верно, но потом должен быть Руди, а не я, или и тут я ошибаюсь? Обычно старший сын идёт раньше матери.

— Нет, правильный порядок это господин, госпожа, гости и лишь потом дети!

— Глава семьи и старший сын должны быть раньше жены!

Глядя на их ссору, Сильфи тряслась от страха. Аиша тоже выглядела неуютно, не зная что делать, будто она и предположить не могла, что Зенит с Лилией могли разругаться по такой причине.

— М-м, простите... не ссорьтесь... — попыталась остановить их Сильфи.

Но от вида ругающихся взрослых слова застревали у неё в горле.

— У-у-у — тут же начала плакать Сильфи.

— Эй, что за шум, а драки нет? — сказал внезапно появившийся мужчина.

Рудеус на его месте бы сказал "Что-то совсем жарко стало, пора бежать". Но это был не Рудеус, это был Пол. Его позиция в семье в последнее время была шаткая, так что в ссору жён он встревать не хотел, считая, что станет лишь обузой, и просто подглядывал из-за двери. Но увидев слёзы Сильфи, он решил вмешаться.

— Вы уже вернулись, Пол-сама? Простите, что не вышла поприветствовать вас.

— Дорогой!..

Стоило Зенит увидеть мужа, как она сделала вид, будто это была лишь игра.

— Точно, дорогой, сейчас мы принесём извинения согласно этикету, а ты посмотри.

— Да, господин, прошу вас.

— Чего это вы вдруг?

— Не ной! Ты же бывший аристократ, ты должен знать как просят прощения.

— Ну, если только это.

— Прекрасно, смотри внимательно.

Хоть Пол и смутился, Лилия и Зенит встали перед ним и показали элемент из-за которого и начался спор — аристократическое извинение перед вышестоящим.

Зенит любой бы посчитал изящной и точно не поверил бы, что она просто жена какого-то рыцаря в глуши, скорее дочь аристократа, принадлежащего королевскому дворцу.

Лилия выглядела страннее, и хоть её движения Пол обычно бы не понял, они были идеальны. С первого взгляда было ясно, что она когда-то работала во дворце.

— Ну как?

— Что сказать... красиво. У вас обеих вышло прекрасно, я прямо видел, что ты, Зенит, была леди. Лилия, кажется, не привыкла к аристократическому извинению, но ты была горничной-телохранителем, так что можешь и это. — ответил Пол, выкатив грудь колесом.

Для бывшего плейбоя это был идеальный способ дать комплименты всем, кому можно. Только вот в этой ситуации он был далёк от идеала — жёны ждали другого.

— Мы не об этом! Какой способ правильный?

— Оба... оба же правильные, нет?

— Не неси чушь! Не может быть нескольких правильных способов извиниться!

— Это правда. Господин, как бы вы в своё своё время не отлынивали от изучения этикета, не нужно пытаться угодить нам обеим.

Пол и правда только немного изучал этикет. Но у него в семье к извинениям было особое отношение. Он много извинялся сам и много видел, как перед его отцом извиняются другие.

— Я не пытаюсь вам угодить.

— Тогда ты можешь сказать кто сделал неправильно, так?

И при этом Пол знал о многих местах. Можно сказать, он знал о способах попросить прощения всё.

— Говорю же, вы обе сделали правильно. Зенит по этикету Милиса, а Лилия по этикету Асуры. Можно подумать, что разные извинения в разных странах, это так странно.

Стоило ему это сказать как Зенит и Лилия замерли, смотря друг на друга. Через несколько секунд они поменяли стойки, словно придя к согласию, и изящно склонили головы.

— Прости, я наговорила гадостей из-за собственного недопонимания. Прости меня.

— Не извиняйтесь, госпожа. Вы говорили, что вы из Милиса, но я вас не слушала. Я заслужила наказание.

Через пару мгновений они, с трясущимися плечами, подняли головы.

— Хи-хи-хи...

— А-ха-ха... — рассмеялись они.

— И что это было?..

Пол почесал затылок и вдруг заметил девочку рядом с ним.

— Да уж, нелегко тебе будет у них обеих учиться, Сильфи-тян. Постарайся уж.

— Да.

С этого дня Сильфи стала учить этикеты и Милиса и Асуры.

Короткие истории ко 2 тому ранобэ

Собеседование с новым наставником

Оригинальная короткая история ко 2 тому ранобэ.

Часть 1

«Я хотел бы подать в отставку».

Услышав эти слова, я лишь подумал про себя: «Снова?»

«Как пожелаете».

Мой ответ был всё тем же, только на этот раз он сопровождался тяжёлым вздохом. Возможно, потому что я надеялся — в этот раз всё будет иначе.

«Тогда позвольте откланяться».

С этими словами мужчина покинул кабинет. Ушёл быстро, не оглядываясь. А на прощание одарил меня взглядом, полным жалости. Хотя именно он лишался работы, жалость испытывал ко мне.

«…Вздох».

Я облокотился на стол и снова тяжело вздохнул. Подняв глаза к потолку, я заметил паука, притаившегося у самой стены.

«Маленький паук?»

Говорят, основатель семьи Борей отличался чрезвычайно вспыльчивым нравом. В те времена, если в доме находили хоть одного насекомого, он вызывал ответственную за уборку горничную, приказывал высечь её, а иной раз и вовсе велел отрубить ей голову. Тогда среди знати ходил шёпот: «Никогда не отдавайте своих дочерей служить в этот дом».

Всё изменилось лишь позднее — благодаря одному из следующих глав семьи. Он набрал всех горничных исключительно из числа зверолюдей. Началось всё с одной горничной. Она была рабыней, вывезенной из Великого Леса. На рынке её приметил глава семьи, и так она стала служанкой. Особых умений у неё не было: она часто допускала мелкие ошибки, чем вызывала гнев хозяина. Однако, хотя он и ругал её, до плетей или казни дело никогда не доходило. Почему? Потому что всякий раз, когда он видел, как её звериные ушки дрожат от страха во время его выговоров, гнев его, казалось, таял сам собой.

Правда ли это или нет — неведомо. Но с его времени в летописях семьи Борей больше не встречается упоминаний о жестоких расправах над служанками. А значит, скорее всего, история достоверна. Я же человек незлобивый — редкость для рода Борей. Разумеется, зверолюдей я тоже люблю...

— Дорогой! —

— Филипп, Филипп!

Голос вернул меня с небес на землю. Я опустил взгляд от потолка — передо мной стояла моя дорогая жена, Хильда. Разумеется, она не зверолюдка. Среди знати Асуры, особенно в высших кругах, к которым принадлежим и мы, кровные узы строго оберегаются. Нам дозволено жениться лишь на чистокровных аcурийских дворянах. Но это не значит, что я не люблю её. Моя привязанность к зверолюдям и моя любовь к жене — вещи разные.

— Ах, Хильда, что случилось?

— Тот, кто только что ушёл... это, случайно, не он?..

— Это был наставник Эрис. Он имел неплохую славу в королевской столице, и я думал, что ему удастся справиться.

— Понимаю...

Лицо Хильды омрачилось. Я не вспыльчив. Однако наша дочь, Эрис, унаследовала нрав семьи Борей в полной мере. Она была крайне несдержанной, никого не желала слушать и обладала скверной памятью. Ходили даже позорные слухи, будто она — «рыжая обезьяна Борей». И хотя я уничтожил того дворянина, что первым пустил эти слухи в ход, пересуды всё равно не исчезли — ведь в них было зерно правды.

Учёба Эрис всегда давалась с трудом. Стоило отправить её в школу — и через несколько дней она выбила зубы всем своим одноклассникам. Стоило нанять частного наставника — и либо через несколько дней она выбивала зубы уже ему, либо, если это не удавалось, доводила его до бегства постоянными издёвками и бойкотом, а иной раз и нападала на него по ночам.

На самом деле Эрис нужен был взрослый, который сумел бы её укротить. Сначала и Хильда, и я пытались её отчитывать, полагая, что это необходимо. Но отец заступился за внучку.

«Асурийский дворянин высшего рода должен быть волевым и обладать подобным духом», — сказал он.

В его словах, конечно, была доля истины, и я не решился спорить. Потому и на мне лежит часть вины. Бывало, я думал: нужно было настаивать на строгом наказании Эрис, даже вопреки возражениям отца. Честно говоря, стоит мне задуматься о будущем Эрис — и меня охватывает одно лишь беспокойство.

— Дорогой, как ты думаешь, с Эрис всё будет в порядке? Ей ведь скоро исполнится шесть, а она до сих пор не умеет даже толком здороваться.

С такими тревогами Хильда обращалась ко мне нередко.

— …Хм, верно.

Если она продолжит расти в таком духе, то может превратиться в женщину, которую и дворянкой-то назвать будет нельзя. Неспособная появляться на приёмах, не умеющая исполнять официальные обязанности, невежественная, заносчивая — и вдобавок драчливая, готовая ударить любого, кто ей не по душе... Как родитель и как представитель семьи Борей, я хотел избежать этого любой ценой. Но что же нам делать?

— Господин, могу ли я отнять у вас минуту?

Я внезапно заметил ещё одну фигуру у дверей кабинета.

— Томас? Что такое?

— Ну... это касается...

Доклад дворецкого заставил меня нахмуриться.

Часть 2

Передо мной сидела женщина. Среди зверолюдей её смуглая, тёмно-коричневая кожа считалась довольно редкой. Несмотря на то, что она была женщиной, в её теле почти не оставалось жира — только сухая, жилистая фигура. Однако натренированные мышцы по-прежнему выдавали её силу, и стоило бы ей получать нормальное питание, как она быстро обрела бы крепкий и здоровый облик.

Один глаз её скрывала повязка. На поясе висел однолезвийный меч — оружие, свойственное последователям Стиля Бога Меча. Более того, куртка, в которую она была облачена, принадлежала Святому Меча из этого же стиля. Её серая шерсть выглядела неухоженной, без блеска. Она напоминала существо, которому остро необходимы баня и хотя бы день тщательного вычёсывания.

— Значит, тебя спасла Эрис, верно?

Передо мной сидела зверолюдка, которую Эрис притащила домой после прогулки к реке с моим отцом. Говорят, она уже была на грани голодной смерти, и Эрис поделилась с ней своим обедом, тем самым спасла ей жизнь.

— Да. В ответ я предложила обучать её фехтованию.

— Понятно.

Имя этой женщины было Гислейн. Согласно моим сведениям, она — авантюрист ранга S и выдающаяся мастер меча, носящая титул Королева Меча. Почему столь могущественная личность оказалась без сознания в регионе Фиттоа, оставалось неясным. Но её взгляд... он был пугающе хищным. Таким, словно в любой момент она готова откусить голову собеседнику. И уж точно это был не тот взгляд, которым полагается смотреть на дворянина.

— Я не могу позволить, чтобы наставником моей дочери стала опасная особа. Раз уж отец сказал, что одобряет, значит, всё должно быть в порядке, но мне нужно задать тебе несколько вопросов. Ты не возражаешь?

— …Хорошо.

Скажу ещё раз: я люблю зверолюдей. Особенно их хвосты. Они невероятно очаровательны. То, как хвост выдаёт их настроение, — это удивительная особенность, которой мы, люди, лишены. Я всегда обращал внимание на хвосты, с самого детства. И, наблюдая за ними каждый день, понял: движения хвоста меняются в зависимости от того, хвалят ли зверолюда, заметил ли он в саду надоедливое насекомое, ругают ли его или же он пребывает в периоде течки.

Сейчас я уже в общих чертах умею понимать эмоции зверолюдей по движениям их хвостов. Женщина по имени Гислейн выглядела слегка напряжённой. Её взгляд был грозным, но, возможно, в душе её тревожила мысль: примут ли её здесь? И это было довольно трогательно, несмотря на её суровую внешность.

Впрочем, подобная откровенность в движениях хвоста свойственна лишь тем, кто не проходил особой выучки. Поэтому я не мог полностью отбросить мысль, что передо мной, возможно, шпион, засланный другим домом.

— …Хорошо. Для начала, ты утверждаешь, что носишь титул Короля Меча. Это правда?

— Правда.

— Есть доказательства?

На мой вопрос она протянула свой меч.

— Это один из Семи Мечей Бога Меча — Хирамунэ, Мирное Сердце.

Известно, что нынешний Бог Меча — страстный коллекционер клинков. А ученикам, достигшим уровня Короля Меча и выше, он вручает особенно могущественные клинки, известные как Семь Мечей.

— Понятно. Но тогда странно выходит. Что делает воин уровня Короля Меча в таком положении — валяется без сил и умирает от голода в этой глуши?

— Это…

— Есть то, о чём ты не можешь мне рассказать?

— Нет… Я путешествовала, но деньги закончились. Работы поблизости не нашлось, и я решила охотиться на монстров, но их здесь вовсе не оказалось. Хотя бы воды добыть попыталась, но заработала только расстройство желудка, и, сама не заметив, как, оказалась не в силах двигаться.

Подобные истории у авантюристов случаются нередко. Особенно у тех, кто достиг высокого ранга — B и выше. В королевстве Асура им крайне трудно найти работу.

Здесь задачи, обычно поручаемые авантюристам, вроде истребления или усмирения монстров, выполняют рыцари или наёмные дружины местных лордов. У королевства достаточно сил, чтобы даже в глухой деревушке разместить рыцаря. В итоге число заказов для авантюристов — особенно ранга B и выше — резко сокращается. Для авантюристов S-ранга подходящей работы почти не существует. Потому большинство из них покидают эту страну, едва достигнув ранга D.

— Странно всё же… неужели авантюрист S-ранга может довести себя до такого — до голодной смерти?

— …Может, другие и смогли бы, но я ведь хороша только в обращении с мечом.

Опущенный безжизненно хвост говорил о том, что она говорит правду.

— Однако в таком случае ты весьма глупый Король Меча, если умудрилась едва не умереть от голода в столь богатом королевстве Асуры.

— ……

Она свирепо уставилась на меня. Судя по движениям хвоста, слова мои задели её за живое, но возразить ей было нечем. Вряд ли шпион стал бы прикрываться столь нелепым оправданием. Да, зверолюдей семья Борей обычно принимала охотно, но, если бы действительно захотели подослать лазутчика, существовали куда более естественные и менее подозрительные способы.

— Начнём с главного. Что привело тебя сюда? Ты говоришь, что странствуешь, но в этих краях нет ничего особенного.

— Я слышала, здесь живут мои друзья.

— Друзья? А как их зовут?

— Пол и Зенит.

— Пол… Значит, ты должна быть Гислейн из «Клыков Чёрного Волка»?

— Верно.

— Вот это неожиданность.

О «Клыках Чёрного Волка» я слышал от Пола. Так называлась партия, к которой он принадлежал, когда был авантюристом. Естественно, я слышал и о зверолюдке-воительнице, что состояла в их составе. Однако, насколько я знал, расстались они не очень хорошо, и потому её приход к нему был неожиданностью.

— Так тебе удалось встретиться с Полом?

— Нет, я заблудилась по дороге.

— Не возражаешь, если я попрошу Пола подтвердить твою личность?

— Вперёд.

Её хвост слегка заметался, словно с облегчением — видно было, что теперь она была уверена: её слова проверят и признают. Вот уж действительно, Поль умеет очаровывать. Даже зверолюдка к нему расположена — аж зависть берёт.

— Понимаю. Похоже, ты действительно Гислейн Дедолдия, Королева меча.

— Я с самого начала это говорила.

— Ты утверждаешь, что собираешься обучать мою дочь фехтованию, но как именно ты планируешь это делать? Ведь, как видишь, моя дочь не из тех, кто привык слушаться других.

— В обучении фехтованию нет ничего особенного. Я покажу ей самый эффективный способ двигаться, буду тренировать каждый день, пусть каждый день размахивает мечом, и будем повторять это, пока она не освоит.

— И ты думаешь, что она научится?

— Точно сказать не могу. Но я пообещала Эрис, что научу её владению мечом.

Фехтование… Теперь, когда я об этом думаю, мы никогда не рассматривали возможность обучать Эрис этому. Она уже сама по себе буйная; если научится фехтованию и станет ещё более неукротимой, это будет настоящая катастрофа.

— Фехтование, да… Хильда, что ты думаешь? —

Я обратился к Хильде, которая молча сидела рядом. Она наблюдала за мной. Девушка ревнивая и, наверное, опасалась, что я проявлю интерес к Гислейн.

— …Фехтование? Для дамы это ни к чему.

— Однако для дворян это не совсем лишнее.

Для аристократии королевства Асура боевые искусства — это своего рода статус. Но это касается в первую очередь мужчин; от дам обычно не ожидают занятий такими практиками. Тем не менее, бывают исключения.

Опытные женщины назначались рыцарями-наставниками при королевах и принцессах. Королевский рыцарь-наставник — почётная должность среди дворян, часто открывающая путь к роли близкого советника. Многие женщины в прошлом занимали такие позиции. Однако, так как должность связана с работой при королевской семье, безупречные манеры необходимы. А вот с этикетом у Эрис большие проблемы.

— А что если… —

Я глубоко задумался, и Хильда тихо пробормотала.

— Если эта девочка не сможет жить как дворянка и окажется выброшенной в мир, ей будет полезно уметь обращаться с мечом.

Эти слова помогли мне принять решение о найме Гислейн.

Часть 3

Нанять её — одно, но сможет ли Эрис вообще научиться фехтованию? С учётом мастерства Гислейн, одной её роли телохранителя для Эрис было бы достаточно. Но раз Гислейн сама сказала, что будет её учить, это вызывало беспокойство. Я сомневался: не отвергнет ли Эрис её, как предыдущих наставников, или не станет ли игнорировать Гислейн, каким бы искусным она ни была.

— Эрис, возьми этот меч и бей, как хочешь.

— Правда!? —

— Да, спереди или сзади, как тебе удобно.

Эрис радостно взяла деревянный меч и начала размахивать им. Услышав, что даже по кому-то можно ударить, её лицо озарилось широкой улыбкой. У меня закралось нехорошее предчувствие.

— Ладно, я иду! —

— Иди. —

На сдержанный ответ Гислейн Эрис без слов бросилась на неё и замахнулась мечом прямо в неё. Гислейн парировала удар Эрис, раздался лёгкий звон металла. Эрис, казалось, наслаждалась звуком и ощущением удара, её улыбка становилась всё шире. Но в следующий момент раздался более резкий звон — и Эрис отлетела в сторону. Она ударилась о землю, поднимая облако пыли, пока не остановилась. Потом подняла лицо, моргая от удивления.

— Что ты делаешь? Противник же может ответить ударом. Вставай немедленно! Нападай снова и снова!

— ! Поняла!

Эрис снова и снова бросалась на Гислейн, но каждый раз её сбрасывали на землю. Я чуть не вздохнул с сожалением. Эрис терпеть не могла ситуации, в которых она оказывалась побеждённой и лишённой контроля. С такими темпами завтра же она, вероятно, пропустит уроки фехтования.

Когда я с горькой улыбкой поворачивался, чтобы уйти, я посмотрел на лицо Эрис. Она снова поднималась после падения, вновь поднимая меч, лишь чтобы быть сброшенной ещё раз. Но на её лице не было ни капли разочарования или злости. Вместо этого она сияла от восторга.

— …Похоже, ей это действительно нравится, да?

Если окажется, что Эрис так и не сможет стать настоящей дамой, возможно, мне придётся позвать Пола и научить её основам авантюризма. С этой мыслью я отошёл от сцены.

— Томас, приготовь комнату для Гислейн.

— Понял.

Так нашему дому добавился новый преподаватель по фехтованию.

Сила мышц

- Сегодня мы тренируем пресс, - объявила Гислен мне и Эрис.

Сейчас мы находимся в зале, который используют для танцев. Обычно Гислен заставляла заниматься на улице, невзирая на дождь и град, но сегодня разразилась буря столетия, так что нам пришлось заниматься в помещении.

- Для этого упражнения нужна помощь. Рудэус, иди сюда. Эрис, внимательно наблюдай.

В этом мире парные упражнения тоже существуют. Гислен села напротив меня, согнув ноги в коленях, и приказала мне держать ее за ступни.

Для меня сейчас существовали только кубики коричневого пресса и пара шикарных близняшек. Эти стальные ноги — явно не то, с чем можно шутить. Крепкие, но гибкие, и в тоже время невероятно упругие. Это ноги настоящего хищника? Я не эксперт по хищникам, однако я практически уверен, что недалек от истины… Если я буду усердно тренироваться, у меня тоже будут такие?

- Нужно положить руки за голову и лечь, после чего подняться. Во-о-от так.

Гислен легла и выпрямилась. Её шесть кубиков отображались в моих сияющих глазах.

- Ты понял, Рудэус?

- Да… Это… Великолепно…

Наблюдать за тем, как Гислен поднимается и опускается, — это просто нечто. Её движения синхронны: плавно вниз, и с такой же изящностью вверх. Пресс напрягается равномерно, это не судорожные попытки новичка, это волшебство настоящего мастера! Как такое простое упражнение может быть настолько чарующим? Вот она, сила кубиков! Тон кожи Гислен идеально оттеняет её пресс, который схож с промышленным краном: могучий и твердый, когда тело поднимается, но кроткий и спокойный, когда она опускается.

Изумительный пресс.

Хоть эти две манящие груди прямо над прессом и колышутся в разные стороны при каждом движении, что само по себе то еще зрелище, но я был настолько очарован, что просто не обращал на них внимание!

Я хочу.

Хочу такой пресс.

Какой мужик бы не хотел? Эти священные кубики мышц, что находятся прямо перед моими глазами…

- Все поняли? Эрис, ты первая.

- Хорошо.

- Рудэус помоги ей. Теперь, даже если меня не будет рядом, вы сможете чередоваться и помогать друг другу тренировать ваш пресс, - закончив объяснение, Гислен встала.

Это прекрасно…

Если я буду усердно тренироваться, у меня тоже буде такой пресс? Получается, чтобы иметь такой пресс, я должен начать заниматься прямо сейчас…

- Смотри, держи меня крепко!

- Да-да.

Эрис села на место Гислен. Протягивая мне свои ноги, она умудрилась заехать мне в живот… Я взялся за её ножки, по сравнению Гислен, они просто миниатюрные, хотя и прекрасно натренированные для её возраста. Конечно, она не Гислен, но это же здорово. Было бы ужасно, если бы в мире были только Гислен… Не было бы никакого разнообразия…

- Я начинаю.

- Хорошо, давай.

Это был первый подход Эрис. Естественно, её движения как у настоящего новичка-любителя. Резко ложится на пол, а поднимается так, словно хочет врезать мне головой по лбу. А сможет ли она вообще натренировать пресс таким образом? Если она и дальше так будет продолжать, что из этого выйдет хорошего?

Но примерно через 50 раз я немного поменял своё мнение. Темп Эрис не замедлялся. Из-за того, что в прошлой жизни я был полненьким, я прекрасно знал, что без натренированных мышц можно сделать максимум 20 раз, а у Эрис даже дыхание не сбилось! Должно быть, это результат тренировок…

Интересно, у неё уже шесть кубиков?

Нет…

Даже если не шесть, то, по крайней мере, два или четыре…

-…

Во время тренировки Эрис надевала свободную одежду. Я не мог увидеть её животик, не мог понять, есть сколько у неё кубиков… Хм… Что же делать? Я могу как-то узнать, не используя глаза?

…Ну конечно же! Нужно только дотронуться и все станет понятно!

- Прошу прощения.

- АХ!

Я просунул руку под футболку Эрис, пытаясь нащупать её пресс. Из-за упражнений её кожа была горячей и нежной, тонюсенькая прослойка жира, я нащупал кубик… Один…Два…

- Где ты трогаешь!

В следующую секунду Эрис резко поднялась, просто на немыслимой скорости, и нанесла мне удар головой в голову. Боль была настолько сильной, что мне показалось, что моё лицо вогнулось внутрь.

ПОЧЕМУ ЕЁ УДАР ГОЛОВОЙ ТАКОЙ МОЩНЫЙ?

Точно! Сила мышц! Прямо как средневековая катапульта… Да уж, у Эрис тоже есть пресс… Можно было в этом и не сомневаться, теперь я это понимаю…, - это были мои последние мысли, перед тем как моё сознание ускользнуло от меня, после чего я погрузился во тьму…

День из жизни рыцаря-стража деревни Буэна

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 1 сезона аниме.

Часть 1

Я просыпаюсь ранним утром, ещё до восхода солнца. Осторожно, чтобы не разбудить Зенит, спящую рядом, выбираюсь из постели и потягиваюсь. Одеваюсь, беру меч, оставленный у изголовья, и тихо выхожу в коридор. На втором этаже царит тишина, но я ощущаю присутствие кого-то внизу. Спускаясь по лестнице, замечаю горничную.

— Доброе утро, Лилия.

— Доброе утро, господин.

Лилия всегда встаёт рано. Обычно она просыпается как минимум на час раньше Зенит, приносит воду и разжигает камин, готовясь к новому дню. Когда-то она не была такой прилежной служанкой. Хотя умения у неё всегда были, и вставала она раньше Зенит, но делала лишь то, что требовалось по обязанностям. Казалось, она воспринимала свою работу исключительно как ремесло.

Всё изменилось после того случая с изменой. С тех пор Лилия словно чувствует ответственность и проявляет особую преданность Зенит и Рудеусу. Лично я считаю, что вина лежит целиком на мне… но, пожалуй, у неё есть и свои причины.

Она поприветствовала меня и снова вернулась к своим делам. Повернувшись ко мне спиной, Лилия стала вытирать стол водой, которую только что принесла. Каждый раз, когда она тянулась рукой, её бёдра чуть приподнимались — в этом было что-то чувственное. Глядя на неё, я ощутил утренний порыв… но сдержался.

Выйдя на улицу, я вдохнул холодный предрассветный воздух, ласкавший щёки. В тусклом свете перед рассветом на садовых цветах мерцали капли воды — то ли от ночного дождя, то ли от росы. Земля была немного размокшей. Помня об этом, я вытащил меч из ножен.

— Ха!

Выдохнув коротко, я сделал взмах. Я повторял формы стиля Бога Меча, которым меня когда-то обучали, тщательно проверяя каждое движение.

По-настоящему заниматься я начал только после переезда в эту деревню. Будучи авантюристом, я всё время проводил в сражениях, и потому формальная тренировка казалась излишней. Иногда Гислейн вытаскивала меня на спарринги, но добровольно я никогда не тренировался.

Буэна — деревня мирная. Будучи частью королевства Асура, она почти не страдает от нашествий монстров, а если те и появляются, мне хватает сил разобраться с ними самому. Даже разбойники сюда заходят редко — если уж промышлять, то им выгоднее держаться ближе к городу.

Иногда вспыхивают ссоры между крестьянами, но это всего лишь бытовые перепалки. Как рыцарь, назначенный в эту деревню, я обязан такие дела улаживать. Но уж что-что, а разнимать драку между безоружными мужиками куда проще, чем останавливать авантюристов, решивших пустить друг другу кровь.

Здесь нет ничего, что могло бы угрожать мне. Место, где можно спать до полудня, лениться днём и обнимать любимую жену ночью. Такой образ жизни здесь вполне возможен. И потому мои навыки постепенно тупели.

Спустя какое-то время после того, как мы обосновались в деревне, меня навестила Гислейн. Тогда она сказала: «Твои умения изрядно проржавели». Гислейн — полная дурочка, которая не умеет пользоваться головой, но в фехтовании она непревзойдённая. Я уважаю её. И, услышав эти слова, я понял: дело серьёзное.

Конечно, даже без тренировок я мог бы жить в этой деревне. Мог бы исполнять свои обязанности рыцаря при Буэне. В бытность мою авантюристом я сражался и побеждал не одного могучего монстра. Этот опыт по-прежнему имел вес.

Но именно потому я и боялся потерять сноровку. Ведь всё, что у меня было, я обрёл благодаря мечу. Если лишусь умения, то рискую потерять и этот спокойный быт, и семью, что дороже всего. Вот почему я каждый день тренируюсь.

Странно. В юности, сколько бы мои наставники ни твердили: «Тренируйся, пока сам не устанешь это слышать», я не слушал. А теперь занимаюсь добровольно. Правда, столь усерден я стал лишь в последние годы. И всё это — благодаря моему сыну, Руди.

Сейчас он находится в крепости Роа, где обучается фехтованию у Гислейн. Он её ученик. Когда вернётся, может оказаться весьма искусным. И как отец я не могу позволить себе проиграть сыну в мастерстве меча. Когда-нибудь он непременно превзойдёт меня… но ещё не сейчас.

— Дорогой! Завтрак готов! — донёсся из дома голос.

— Иду! — откликнулся я.

Я и не заметил, как весь покрылся потом, а рубаха прилипла к телу. Раз Зенит уже встала и позвала к завтраку, значит, прошло не меньше двух часов. Видимо, я был слишком поглощён тренировкой. Если бы мои прежние наставники узнали, что я отрабатывал приёмы всерьёз целых два часа, они бы, пожалуй, глаза выпучили.

— Уф…

— Господин, прошу.

Зайдя в дом и стянув рубаху, я увидел Лилию, готовую с вёдром и полотенцем. Хотя никакого правила о том, что перед едой нужно обтираться, у нас нет, с тех пор как я стал заниматься по-настоящему, Лилия всегда ждёт, чтобы помочь мне привести себя в порядок.

Когда я жил в её додзё, я вовсе не заботился о поте и запахе, и сама она никогда на это внимания не обращала. Так что, вероятно, это Зенит сказала ей позаботиться об этом. С такими мыслями я вытерся, надел свежую рубаху и сел за стол. Но прежде…

— Доброе утро, Норн, Айша. Папа пришёл!

— Аа-а! А-а!

— Папа, доброе утро!

Я поднял на руки дочурок, которые недавно начали ползать по всему дому, и поприветствовал их. Мои любимые девочки сегодня, как всегда, безмерно очаровательны.

— Норн всё ещё не говорит? А вот Айша уже умеет…

— Сударыня, для её возраста это вполне нормально, — заметила Лилия.

— Но ведь Руди в таком возрасте уже различал «мама» и «папа», не так ли?

— Господин Рудеус исключителен. Дети так быстро развиваются крайне редко.

— Но всё же…

В последнее время мы стали замечать, что в сравнении с Рудеусом и Айшей развитие Норн идёт чуть медленнее. Зенит тревожилась из-за этого. Лилия же твёрдо утверждала, что всё в порядке, и я был с ней согласен. Рудеус… возможно, в своём возрасте он был не совсем нормален, но со временем, может, станет более обычным.

— Не волнуйся. В этом возрасте разница в развитии обычно выравнивается к десяти годам.

Даже если она окажется немного менее смышлёной — она всё равно моя дочь. В отличие от некоторых дворян, я не собираюсь выделять только одарённых детей. Я и сам в юности не отличался особенными талантами.

— Ладно, давайте есть. Выглядит аппетитно.

— Дорогой, сначала молитва.

— Знаю, знаю.

После трапезной молитвы по обычаю веры Миллиса я снова взглянул на сегодняшнее меню. Хлеб, бекон и суп из фасоли с картофелем. Только на моей тарелке лежала большая сосиска. В последнее время так стало происходить чаще. Бывало, передо мной ставили пустую тарелку, а Зенит холодным тоном произносила: «Разве не выглядит вкусно?» — но, похоже, теперь она меня простила. А мне и вправду нужно есть как следует — чтобы хватало сил, когда придёт время постоять за себя.

— Итак, чем займёшься сегодня?

— Сегодня поведу нескольких молодых деревенских ребят в лес. Поступило сообщение о монстрах.

— Понятно. Тогда могут быть раненые. Мне ждать в клинике?

— Думаю, обойдёмся, но, пожалуйста, будь наготове на всякий случай.

— Положись на меня. Лилия, присмотри за детьми.

— Как прикажете.

На этом разговор закончился, и я доел свой завтрак.

Часть 2

В королевстве Асура монстров немного, и в населённых местах они почти не появляются. Но это не значит, что их нет вовсе. Когда и появляются — то чаще всего в лесах. Земли Асуры обширны и в основном состоят из равнин, а леса расположены далеко от поселений. Однако деревня Буэна стоит сравнительно близко к лесу, и потому монстры здесь наведываются регулярно.

Истребление их — моя обязанность как рыцаря, назначенного Филиппом. Обычно я справляюсь один. Но если противников слишком много, прошу помочь Лоуса, охотника.

В последнее время кое-кто из молодых деревенских парней сам изъявил желание научиться защищаться от монстров, и я начал обучать их основам владения мечом, а изредка беру с собой и на охоту. Практика в настоящем бою — бесценна.

— Начинайте всегда с одного монстра. Работайте группами по трое, сосредоточьтесь на том, чтобы наблюдать за движениями врага, и прежде всего защищайтесь. Не думайте сразу о том, чтобы его убить. Привыкайте внимательно следить и отвечать на любое действие чудовища. Не волнуйтесь: у атакующих псов предсказуемый набор движений, так что торопиться не стоит.

Я повторил ребятам наставления, которые когда-то сам раз за разом слышал от воина из нашей старой авантюристской группы.

— Д-д-да! — ответ прозвучал не то утвердительно, не то просто для галочки.

Если бы это был мой сын Руди, я бы строго велел отвечать чётко и внятно. Но я не обязан учить этих юнцов манерам. Достаточно и того, что они вообще способны отозваться.

сего их девять человек, три группы по трое.

— Гррр… —

Перед нами стояло пять «Атакующих псов».

В правых руках они держат мечи — пусть и грубые, но надёжные. В левых — щиты из досок, обтянутых шкурой монстра. С несколько напряжёнными лицами они уставились на атакующих псов. Для фехтовальщика щит — вещь лишняя, но ведь я и не обучаю их настоящему искусству меча. Конечно, я показал им основы, как правильно наносить удары, но главной их целью было научиться защищаться. Поэтому упор я сделал именно на обороне, а не на технике боя. А самый быстрый и полезный инструмент для самозащиты — щит. В прошлом я, возможно, заставил бы их изучать только меч, тем самым лишь увеличив число смертей.

— Аргх!

— Чёрт, Иссю повалили!

Хотя жертв и нет, сам бой оказался довольно опасным. Стоит кому-то чуть-чуть получить укус — и они тут же начинают паниковать. Но тут уж ничего не поделаешь. Да, они привыкли к физическому труду на полях, но оружие никогда прежде в руках не держали.

— Спокойно! Если одного повалили, не геройствуйте! Двое оставшихся сразу же прикрывают пострадавшего!

Они, вероятно, никогда ещё не сталкивались с настоящим намерением убить. Как бы ни кричали в ссоре: «Я тебя убью!» или «Да чтоб ты сдох!», в глубине души всегда оставалось понимание: «Ну, на самом деле он этого не сделает». Существовала невидимая граница: «На этом всё заканчивается». У монстров нет таких сдерживающих рамок. В безвыходной ситуации мольбы о пощаде не помогут.

Бояться — это естественно. И сегодня именно это и входит в план. Сначала им нужно привыкнуть к самой атмосфере боя. Если сосредоточиться на обороне, поражение маловероятно, а обретённая уверенность станет первым шагом. Важно, чтобы они не недооценивали монстров… но найти баланс между страхом и смелостью непросто.

— Урааах!

Я отсёк голову «Атакующему Псу», что бросился на растерявшуюся группу. Двое оставшихся потеряли самообладание и уже не были способны сражаться.

— Иссю, ты в порядке?

— Я-я в норме!

— Ладно, тогда отойди.

— Н-нет, я ещё могу! Такая рана не сделает меня обузой…

— Дурак. Запомни: раненный — по определению обуза. И все остальные слушайте внимательно. Если кто-то получил рану и её нельзя сразу залечить, всегда отступайте. Подлечитесь, отдохните и готовьтесь к следующему разу. Ясно?

С «псами» это ещё допустимо, но вот с «Вепрями-уничтожителями» так не получится. Эти создания, несмотря на свою неповоротливость и глуповатый вид, весьма хитры. Они специально выбирают целью раненых, больных или тех, кто явно движется медленнее. Так что, если не можете победить — отступайте немедленно.

Я ещё научу их, как отступать… но позже. А пока — шаг за шагом. В конечном счёте я хочу подготовить их так, чтобы, даже не став мастерами меча, они хотя бы могли защитить своих жен и детей в случае опасности. Если эти ребята хоть немного научатся сражаться, мне станет легче, когда придёт настоящий критический момент.

Как рыцарь, назначенный в деревню, я обязан защищать жителей. Но сталкиваться с ордой монстров в одиночку — изматывающе. Это давит на нервы, и, если бой затянется, я могу потерять концентрацию. В таком случае есть риск травмы или даже смерти. Я не могу представить, что проиграю этим слабачкам, но видел достаточно людей, погибших от того, что недооценили противника. Самоуверенность опасна.

Если же эти ребята подрастут и смогут удержать несколько монстров, опасность существенно снизится. Лоус и я сможем сосредоточиться на атаке, а значит, быстрее уничтожать угрозы. Даже если они просто стоят и держат линию — это уже огромная помощь. Это я понял только после того, как некоторое время провёл в роли авантюриста. Воин из нашей группы был превосходной приманкой.

— Ладно, все в безопасности. После того как залечите раны в клинике, встречаемся в зале собраний, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Так я заявил после того, как мы разобрались с «Атакующими псами». Их гнездо или вожака мы пока не нашли. Вероятно, они ушли глубже в лес. Но на сегодня этого достаточно. Если переусердствовать и на следующий день не смочь пошевелиться, или — того хуже — кто-то погибнет из-за перенапряжения, весь смысл теряется. Эти ребята пришли охотиться на монстров, но в первую очередь они — крестьяне, работающие в полях. Люди, которых я должен защищать. С этим на уме я решил отвезти раненых обратно в деревню.

— Есть, сэр.

— Ладно.

Слыша их смешанную реакцию — усталость и одновременно облегчение — мы покинули лес.

Часть 3

Клиника в деревне Буэна управляется пожилым мужчиной, который является единственным целителем и врачом в деревне, и пожилой женщиной, единственной акушеркой. Они берут плату за свои услуги, но поскольку поддерживать здоровье жителей крайне важно, расценки очень низкие, да и оплату принимают товарами.

Побывав в разных странах и увидев множество городов и деревень в дни своих приключений, могу с уверенностью сказать: эта клиника — одна из самых ориентированных на сообщество.

Глава клиники — довольно старый человек, добрый по натуре. Не будет преувеличением сказать, что он наполовину слабоумный. Он получает некоторую финансовую поддержку от лорда, а его дети уже самостоятельны, так что денег ему особо и не нужно. В мирное время клиника обычно пустует. Раз или два в день приходят люди с мелкими травмами, а в худшем случае — с переломом.

Иногда, если в деревне случается какое-то небольшое событие, клиника может быть переполнена. Например, после праздника урожая может вспыхнуть драка, или какой-нибудь рыцарь может повести молодых деревенских парней в лес на охоту за монстрами… В такие моменты приходит моя Зенит, чтобы помочь. Старик и старушка не могут справляться с этим в одиночку.

— Разве не волнует, что твоя новобрачная жена идёт лечить других мужчин, пусть и пожилых?

Конечно, я волнуюсь, но права жаловаться у меня нет.

— Ладно, раненые, садитесь сюда.

— Эй, хочу, чтобы мисс Зенит меня лечила!

— Я тоже хочу, чтобы мисс Зенит меня лечила!

Я строго взглянул на них, и они отвели глаза.

— Давай-ка, лечитесь быстро! Время на шалости нет!

Зенит приходит и ругает их, и те начинают лечение, глупо улыбаются. Зенит популярна среди мужчин деревни. Она трудолюбивая красавица — и это естественно. Думать о такой женщине как о своей жене наполняет меня гордостью. Раньше, когда я говорил ей что-то подобное, Зенит краснела и отвечала: «Я тоже рада, что ты мой муж». Теперь же она может час таскать меня за язык, спрашивая: «Тогда почему ты изменил?» Для последователей веры Миллиса брак — это священный союз одного мужчины и одной женщины. Я искренне сожалею, что запятнал это.

Когда я извиняюсь, она злится, утверждая, что я не понимаю женские чувства. Женские сердца сложно постичь.

Лилия тайком рассказала мне, что Зенит хотела держать меня только для себя. Я понимаю это, но хотелось бы, чтобы она поняла и мужское сердце, когда его соблазняет красивая женщина в период воздержания. Нет, может, лучше, если она этого не поймёт. Да, лучше, если не поймёт.

— Почему такое серьёзное лицо, дорогой? Что-то случилось в лесу?

— Нет, я просто думал, что хочу, чтобы ты навсегда осталась моей чистой и верной женой.

— …Я тоже хочу, чтобы ты был более верным, знаешь?

— Л-ладно. Я постараюсь…

Конечно, я женился на Зенит, зная, что она последовательница веры Миллиса. Если она хочет держать меня только для себя, значит, с этого момента я решительно буду только её. Я буду повторять ей это сколько смогу: я принадлежу только ей. В будущем, даже если появится соблазнительная женщина в период воздержания, я не дрогну. Я не уверен в себе полностью, но… думаю, смогу.

С давних времён авантюрных дней я всегда любил наблюдать за Зенит. Она смеётся от души, напевает песни, танцует, готовя еду, жестикулирует с размахом, и её уникальная манера речи… всё это делает её для меня невероятно очаровательной.

После случая с Лилией Зенит стала холоднее, чем когда-либо, и сама она, похоже, погрузилась в депрессию. Она перестала улыбаться, напевать и танцевать, готовя еду. Я боялся, что больше никогда не увижу её радостной.

Это тревожило меня. Пугало. Только совсем недавно она снова начала показывать мне свою счастливую сторону, и я это заметил. Я влюблялся во многих женщин, спал с множеством женщин, и немало из них казались мне лучшими на тот момент. Но Зенит для меня особенная. Снова я понял, что мне недостаточно просто нравится — я её по-настоящему люблю.

— Что будешь делать теперь? Возвращаешься домой?

— Нет, собираюсь обсудить следующие шаги с Лоусом. В лесу слегка неспокойно… Домой вернусь чуть позже, но до заката.

— Понятно. Ладно… А если найдёшь ещё какую-то причину опоздать, я тебя не прощу.

Восстановить доверие в нашей любви, похоже, будет непросто.

Часть 4

— Ну что, как думаешь?

Отправив молодых деревенских домой, я снова обратился к Лоусу.

— Судя по масштабам и частоте атак, сомневаюсь, что это «Вепрь-Уничтожитель». Но сомнений нет: здесь явно есть лидер.

— Согласен.

Выйдя из клиники, я повёл Лоуса в зал собраний деревни. Там у нас находятся карты деревни и окрестностей. Мы вместе изучали карты и обсуждали дальнейшие действия.

— Думаю, лучше разобраться с ними как можно скорее. Когда хочешь действовать?

— Атакующие псы — отличная практика для молодых. В идеале, я бы хотел подождать, пока они станут чуть более подготовленными, но…

— Но?

— Если слишком затянем и деревне причинят вред, всё будет зря. Пойдём завтра, вдвоём.

— Понял.

Лоус — охотник, живущий на окраине деревни. Когда мы с Зенит только поселились здесь, он уже был на месте, и жители считали его немного странным. Сначала я тоже отнёсся к нему с осторожностью. Но это было примерно тогда, когда должен был родиться Руди.

Однажды Лоус выбежал в деревню, побледневший. Я встал у него на пути, чтобы защитить жителей, но, когда услышал его рассказ, был поражён. Его жена была беременна и только что начались роды.

Для Лоуса это был первый опыт столкновения с родами, и он не знал, что делать, поэтому прибежал за акушеркой. Поскольку Зенит тоже была беременна, я не мог считать это чужой проблемой. Я понёс акушерку на спине и вместе с несколькими женщинами из деревни побежал к дому Лоуса. Несмотря на трудности при родах, ребёнок родился здоровым. Истощённые, Лоус и я разговорились той ночью.

Когда мы разговаривали, я понял, что он — обычный человек. Он всю жизнь странствовал, но, найдя спутницу жизни в регионе Фиттоа и захотев обосноваться где-нибудь, услышал, что деревне Буэна нужен охотник. И решил остаться здесь.

Его история во многом была похожа на мою, и это вызвало во мне чувство родства. С тех пор я стал чаще просить его о помощи в работе, и постепенно Лоус был принят жителями. Лоус был способным человеком. Много лет странствуя, он накопил обширные знания о лесах и монстрах, к тому же был умел в деле. Он также чем-то напоминал воина, который когда-то был членом моей группы, и это создавало знакомое чувство.

Мы сблизились ещё и потому, что оба были родителями детей примерно одного возраста. Мы часто советовались друг с другом по вопросам воспитания.

Особенно по поводу дочери Лоуса, Сильфиетты, которую издевавшиеся деревенские хулиганы дразнили за зелёные волосы. Лоус часто советовался со мной по этому поводу.

Было бесполезно, если я или другие родители ругали детей. Они на время прекращали, но потом снова начинали, когда нас не было рядом. Так уж устроены хулиганы. Они думают, что непослушание взрослых или родителей — это круто. Поэтому их и называют хулиганами. Я сам такой был.

Что делать? Как поступить? Нельзя же просто избить других детей. И тогда появился Руди и помог Сильфиетте. Когда Лоус сказал мне: «Благодаря твоему сыну моя дочь теперь часто улыбается», я почувствовал гордость. Ну, это не значит, что я его так научил.

— Как там Сильфи в последнее время? — спросил я.

— Благодаря тебе, всё хорошо. Её манеры за столом сильно улучшились… Я и не ожидал, что она вообще освоит этикет… Ты точно не хочешь, чтобы мы заплатили?

— Всё в порядке. Сильфи и Руди когда-нибудь могут пожениться, так что женщины в моём доме рады помочь.

— Брак, да? Они же ещё так молоды… как родителю это немного сложно…

— Да, пока рановато, но в такой маленькой деревне, если мальчики и девочки одного возраста ладят друг с другом, со временем это, скорее всего, произойдёт.

Руди и Сильфи ещё малы, так что они, вероятно, не думали об этом серьёзно… но судя по поведению Руди, когда вырастут, всё может сложиться именно так. Ну, если только Руди не найдёт кого-то получше в укреплённом городе или не решит не возвращаться в эту деревню — кто знает, что будет.

— Ты с этим согласен? Моя семья без корней, а ваша — и мы все вместе?

— Хе, зачем всё усложнять? Это всего лишь двое людей, которые любят друг друга, живут вместе и создают семью, разве нет?

— Да, ты прав… Да, ты прав.

Лоус улыбнулся робко. Это была улыбка человека, который многое пережил. Я не буду расспрашивать, но, если он когда-нибудь захочет рассказать за бокалом, я выслушаю.

— Извините, папа. Я слышала, что вы здесь…

Пока мы разговаривали, за Лоусом пришли. Это была Сильфиетта. В последнее время она училась у Лилии в моём доме этикету, готовке и стирке. После уроков она забирает Лоуса, и они идут домой вместе. Иногда Лоус приходит за ней сам, но это случается редко. Обычно всё, наоборот. Но у каждой семьи свои правила.

— Извини, Пол. Увидимся завтра.

— Да.

Завтра мы собираемся исследовать лес глубже. Даже если это будет всего лишь «Атакующий пёс», руки уже чешутся ввязаться в бой.

Часть 5

Смотря на заходящее солнце, я направляюсь домой. Приятный ветер треплет волосы и щёки. С края дороги доносится аромат травы. Если взглянуть в противоположную от солнца сторону, золотые поля пшеницы колышутся на ветру, словно море, покрытое лёгкой рябью. Какой же это мирный пейзаж.

— ……

Я внезапно остановился. На мгновение вспомнились старые дни. Мои дни авантюриста. Возвращение с охоты на монстров по заказу или из лабиринтов и руин никогда не было таким спокойным. Если мне удавалось сделать хороший улов, из глубины души поднимались странное волнение и чувство выполненного долга. Если нет — я оказывался совершенно измотанным с неописуемым чувством нетерпения и бессмысленности.

Это были насыщенные дни, но без возможности передышки. Я постоянно решал какие-то проблемы, и каждый заказ был делом жизни и смерти, с постоянной возможностью умереть в любой момент. Это были дни, когда, если не выкладываться до предела, нельзя было ни шагнуть вперёд, ни отступить. И именно поэтому было чувство удовлетворения. Я верил, что это моё место и что это моё предназначение. Уверен, я не ошибался.

Но из-за отсутствия передышки я постоянно был на взводе. Я воспринимал других авантюристов, путешественников и наёмников как врагов, и мне казалось, что я всегда спорю с членами своей группы по пустякам. Теперь всё иначе. Теперь я в покое.

Когда происходили неприятности, я раньше быстро раздражался и срывался на людей, что приводило к ссорам. Конечно, я всё ещё могу закричать и разозлиться, но теперь хотя бы не теряю контроль над собой из-за пустяков.

Дома меня ждут две любимые женщины и две дочери. Я не могу сказать, что полностью не поддаюсь влиянию этих двух женщин, но всё равно быть с ними комфортно. Это совсем не то, что было в дни авантюр, но я чувствую себя удовлетворённым. Старый я никогда бы не смог себе это представить.

Тогда я считал, что быть под каблуком женщины — это слабо, и не мог терпеть, когда меня не признавали главным. Или, может быть, когда я тогда изменял ей, я дерзко пытался казаться крутым. Если бы это произошло, Зенит, наверное, ушла бы из дома.

Если спросить, есть ли у меня сейчас передышка, я кивну. Современный я имеет пространство для дыхания. Нет никаких проблем, которые нужно срочно решать, и нет необходимости рисковать жизнью. Я живу с запасом сил. Завтра я войду вглубь леса, но мне не нужно выкладываться полностью. Если не буду чрезмерно неосторожен, вряд ли погибну. Именно поэтому, в отличие от прошлого, я могу ценить настоящий момент.

— ……

Я вижу дом. Прошло примерно восемь лет с тех пор, как я начал жить в этом доме. Когда мы только поселились здесь, я даже испытывал некоторое чувство дискомфорта, называя его «наш дом». Столько времени я провёл в странствиях. Но теперь это чувство полностью исчезло.

Он гораздо меньше и грязнее, чем дом, в котором я родился, но он тёплый и уютный — мой дом.

— Я дома.

— О! Как раз вовремя! Дорогой, иди сюда скорее!

Тревожный тон Зенит заставил моё тело напрячься на мгновение, на всякий случай. Но я быстро расслабился. Хотя её голос был настойчивым, в нём звучала странная радость.

— О, что случилось?

Поняв, что она в хорошем настроении, я обнял Зенит сзади, пока она стояла в гостиной, заглядывая через плечо, чтобы увидеть, на что она смотрит. Там, держась за руку Зенит, стояла Норн с пустым взглядом, уставившись на меня.

— Ого, правда…?

Она стояла. Да, Норн стояла.

— Ты теперь стоишь! Это потрясающе, Норн!

Тогда я заметил, что плечи Зенит слегка дрожат. Я подумал, что она может плакать, но это было не так. Вспомнил наш разговор с утра. Зенит беспокоилась о медленном развитии Норн. Айша пока только ползала. Ползание Айши было примерно в два раза быстрее, чем у Норн, но всё же она ещё не стояла. А теперь Норн, хоть и держась за кого-то, стояла. Она стояла раньше Айши.

— Видишь, я же говорила. Не нужно волноваться.

— Да, ты говорила.

Зенит тихо пробормотала, беря мою руку за талию и сжимая её. В ответ я обнял её крепче, словно чтобы не дать ей уйти.

— …Я люблю тебя, Зенит.

На это Зенит на мгновение напряглась.

Наверное, она сомневалась, верить ли этим словам. Раньше она доверяла им без колебаний… И это моя вина. Но затем Зенит крепко сжала мою руку и сказала:

— Я тоже люблю тебя, дорогой.

Услышав это, я почувствовал, как тёплое ощущение разливается по груди. Мирные дни. С малозаметным волнением и часто считаемые скучными, проведённые с моей любимой женой, дочерями… и с моим сыном тоже. Я снова дал себе обещание беречь их всех.

Проказница Эрис

То был выходной. Послеобеденное солнце мягко грело прогуливающуюся по поместью после тренировки Эрис. Она слонялась и думала чем бы заняться вечером. Пойти в город с Гислен, хоть уже не утро? Или пойти к дедушке и дать ему себя побаловать? Отец с матерью наверняка заняты, но может можно иногда просить их поиграть с ней?

Пока Эрис перебирала варианты, ей на глаза попалась скамейка, на которой кто-то спал. У него на груди лежала книга, наверное решил почитать во дворе.

— Как некультурно, Рудеус. — сказала Эрис, подкрадываясь к нему.

Рудеус продолжал лежать с закрытыми глазами, ровно дыша.

— ...

В непонятно откуда взявшимся беспокойстве Эрис посмотрела на его спящее лицо. Рудеус редко показывал слабости, так что зрелище было не сказать что обыденное. Филипп говорил, что Рудеус старается быть сильным, так как он далеко от родного дома, но всё же...

— Му-ху-ху

Её дразнящее сердце забилось сильнее. Подумать только, у Рудеуса может быть такое выражение лица. Он часто мешал ей дрыхнуть после полудня: тряс, щипал за грудь или под мышками, а иногда даже задирал юбку и пытался снять трусики.

"Время мести!" — думала Эрис, подбираясь к Рудеусу с лыбой до ушей. Сам Рудеус мирно спал, явно наслаждаясь этим. И хоть сердце Эрис пропустило удар от его ангельского вида, она не планировала проявить хоть капельку милосердия.

Эрис быстро взялась за ремень, беззвучно расстегнула его и сняла штаны с крючка, после чего из-за них показались края белых трусов.

— ...Глоть

Почему-то от их вида Эрис тут же сглотнула. Её не покидало чувство, что она делает что-то неправильное. Хоть она и собиралась отомстить... Но она не собиралась отступать.

"Это всё его вина" — Подумала Эрис, взявшись за его штаны. Её сердце билось как колокол. Стараясь не разбудить его, она аккуратно стягивала их. Под ними показалась его нижняя половина: крайне накаченные бёдра и ягодицы в белых трусах. Но взгляд Эрис был прикован к середине, к приковывающему взгляд бугорку. Бугорку, которого, у неё не было.

— Глоть...

Медленно, о-о-очень медленно Эрис взялась за трусы и стала медленно тянуть их вниз. Но стоило ей начать, как она подняла взгляд и посмотрела в другие, сильно выпученные глаза. Они принадлежали поднявшему корпус Рудеусу.

— А... Э-э... чт...Бвау!

Кулак Эрис влетел в челюсть Рудеуса, не дав ему даже закончить предложения, тут же вырубив его. Его глаза вернулись в череп и он снова выглядел как обычно.

— ...Это было близко — Вытерла внезапный холодный пот со лба Эрис, после чего вернула трусы на место.

Натягивая штаны обратно она... вдруг остановилась и обвела взглядом округу. Убедившись, что они одни, она взялась за край трусов и быстро в них заглянула.

— ...Уф-ф-ф-ф!

Успокаивая бешеное дыхание, она вернула всё на место и застегнула штаны с ремнём и с краснющим лицом быстро удалилась.

После этого случая Эрис краснела как помидор при одном лишь виде Рудеуса, тут же угрожающе вскидывая кулак. Только вот Рудеус потерял сознание, не успев в него даже как следует прийти, поэтому об этом случае не помнил абсолютно ничего, так что мог только, ничего не понимая, чесать репу и убегать.

Проблема мэра города-крепости Роа региона Фиттоа

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 1 сезона аниме.

Часть 1

Я не человек, который просыпается рано. Когда я так говорю, все удивляются. Похоже, я произвожу впечатление того, кто бодрствует с рассвета. На деле же я не в состоянии ничего сделать в первый час после пробуждения. Голова в тумане, думать не получается, и даже если кто-то со мной говорит, его слова как будто не доходят. Если в таком состоянии кто-то пытается завести разговор, я могу разозлиться не по делу — как настоящий Борей.

Однажды утром отец внезапно ввалился в мою комнату и начал орать, и, по всей видимости, я его прогнал. Помню это смутно, но раз я очнулся уже в кровати, значит либо это был сон, либо он в ответ ударил меня и оглушил. Так что мой день начинается с того, что я отрешённо лежу в своей комнате. Когда я просыпаюсь и позвоню в колокольчик, горничные входят и начинают готовить всё ко дню.

Я наблюдаю это в оцепенении. Честно говоря, мне хочется снова уснуть, и в юности я так и делал. Но однажды, осознав, чего лишаюсь, проспав, я стал вставать всерьёз. Я смирился с собственной сонной ватностью. Горничные привыкли к тому, что их хозяин в таком состоянии, и ловко приводят в порядок одежду и документы, пока я сижу у кровати. Просто наблюдение за покачивающимися их хвостами придаёт мне сил на весь день. Почему же их хвосты так меня завораживают...? Ах, зверолюди чудесны. Мои предки из рода Бореев были правы, когда наняли зверолюдей в качестве горничных. Поистине, это было великое дело.

— Сударь, уже пора… — тихо напоминает одна из служанок.

К этому времени глаза мои уже полностью раскрываются. Одевшись и отправившись в столовую, я нахожу за длинным столом свою жену Хильду.

— Доброе утро, дорогой — Доброе утро, Хильда.

Обычно мы питаемся всей семьёй, но завтрак составляет исключение: я не встаю рано утром, и наши часы не совпадают. Хильда подстраивает свой распорядок под меня.

«......»

«......»

За столом воцаряется тишина. Как и подобает аристократам, в нашей семье существует правило: никаких лишних разговоров во время еды. Некоторые низкородные аристократы Асуры любят шумно болтать за трапезой, но для бесед должны существовать особые случаи. Для друзей — это праздник, для супругов — тихие минуты ночью. Разве стоит прерывать еду словами. Впрочем, Эрис, похоже, предпочитает болтать за едой, как и те люди.

Завершив трапезу, я удаляюсь в кабинет. Работа мэра однообразна. Если есть проблемы, я либо вызываю чиновника, либо даю прямые указания. Но в моем городе-крепости Роа служат проверенные люди, которых я сам собрал. Они настолько компетентны, что жаль видеть их работающими в такой глуши.

Впрочем, большинство из них — это люди, которых по тем или иным причинам вытеснили из столичных управлений. Личностных изъянов у них нет. Иногда способных людей перекупают или выгоняют. Поскольку именно этим чиновникам доверено всё, серьёзных проблем не возникает.

Правитель высшей пробы — это не тот, кто умеет блестяще решать трудности, а тот, кто не даёт трудностям вырасти. И всё же, в столице Арсе случались такие проблемы, что остановить их было невозможно.

У меня хватало сил решать и такие неуправляемые беды. Поэтому я и не жалею о том, что не стал во главе рода Борейев… Хотя, если взглянуть на нынешнюю ситуацию, выбор отца был верен.

Он назначил главой Джеймса, желая, чтобы семья Борейев продолжала процветать. У меня же не хватает смелости. Отсутствие крупных проблем — лишь следствие того, что я не берусь за трудные или новые дела, не вступаю в непредсказуемые области. С таким стремлением к стабильности ничего нового не рождается. Нет прогресса.

...Я понимаю. Моё место — управлять городом-крепостью Роа в регионе Фиттоа.

— ФИИИИИЛИИИИИП!

Пока я разбирал бумаги, раздался голос отца. Я не удосужился ответить. Мой нетерпеливый отец зовёт меня, как только ему что-то приходит в голову, а не тогда, когда он уже стоит у двери или входит в комнату. Двигаться он начинает только после того, как крикнет. И это не потому, что он торопится или сердится.

Как только я об этом подумал, дверь в кабинет распахнулась с громким грохотом. Разве нельзя открыть её потише? Мне уже бесчисленное количество раз приходилось чинить эту дверь...

Отец говорит, что распахивать двери силой — весело. И даже если я сделаю замечание, он не перестанет. Хотя, к счастью, на людях он так себя не ведёт.

— Отец, чем могу помочь?

— Это касается гильдии торговцев

— А.

Недавно внутри гильдии торговцев разгорелся спор. Один проезжий купец, не входящий в гильдию, торговал товарами, с которыми гильдия не имела дела, и те неожиданно хорошо продавались. Управляющие гильдии, контролирующие земли Фиттоа, попытались подчинить его себе, но он отказался. Из досады они начали оказывать на него давление.

Жалоба пришла от самой гильдии торговцев. Они прислали письмо, полное голословных обвинений, с требованием к моему отцу, как к лорду, заставить странствующего купца подчиниться. Отец перепоручил это дело мне.

— Отличная работа! — сказал он потом.

В итоге я урегулировал конфликт, убедив того купца вступить в гильдию торговцев. После того как отец поручил мне это дело, я связался с тем купцом. «Если бы я знал, что всё так обернётся, я бы и не отказывался», — пожаловался он. Я тайно устроил его вступление в гильдию торговцев. В гильдии можно повышать свой ранг, выплачивая подношения. Я через одного человека устроил ему заём, и благодаря этому купец стремительно поднялся в ранге.

Хотя формально он и стал подчинённым этого человека, зато приобрёл статус, открыл лавку регионе Донати и нанял работников. Используя свои уникальные торговые пути, он приносил крупные прибыли тому самому «человеку».

Этим человеком оказался один из руководителей торговой гильдии, контролировавший земли Донати. Однажды он понял, что его новый подчинённый прежде вёл дела с руководителями из региона Фиттоа. Но было уже поздно. Торговые пути и доходы купца сделались слишком ценными, чтобы от них отказаться.

Казалось, назревает серьёзный конфликт между двумя руководителями… но этого не произошло. Дело в том, что глава из региона Донати был обязан крупной услугой главе из региона Фиттоа. В итоге они урегулировали всё, зачтя эту услугу.

Так купец, теперь имея надёжных покровителей, спокойно зарабатывал деньги на своих торговых маршрутах. Руководитель из региона Донати получал свою долю, руководитель из региона Фиттоа вернул свой долг, и все участники остались в выигрыше. Это случилось совсем недавно.

— «Жаль, что ты не видел лицо старика из гильдии!»

— «В таком случае, я имел честь видеть ещё лучшее лицо буквально на днях».

Руководитель из региона Фиттоа, который прежде смотрел на меня свысока, считая неопытным выскочкой, онемел, когда я сумел успешно уладить дело. Это было действительно приятное зрелище. Хотя работа и оказалась хлопотной, одного лишь выражения его лица хватило как награды. Правда, слишком часто на себя такие дела брать не хочется.

— В любом случае, спасибо. Это всё? — Нет, есть ещё одно дело! В скором времени в землях Фиттоа назначены крупные военные учения рыцарского ордена... но у командира рыцарей и у первого министра напряжённые отношения. В таком положении велика вероятность, что на учениях произойдёт инцидент. У тебя нет хорошей идеи? Мне совершенно не хочется этим заниматься...

— То есть ты хочешь, чтобы я примирил командира рыцарей и первого министра?

Мой отец хоть и является лордом региона Фиттоа, но уже не глава рода Борейев. Он в отставке. Однако во времена своего руководства многие на него полагались. Поэтому даже после ухода его продолжают засыпать просьбами и советами — не только из региона Фиттоа, но и от чиновников и министров в столице, которым отец когда-то помогал. На вид он усердно берётся за все эти дела, но на деле большую часть хлопотных вопросов перекладывает на меня. Похоже, он считает меня просто удобным подчинённым.

— В идеале да, но оба они трудные люди! Хотя бы позаботься о том, чтобы учения прошли без происшествий!

— Понимаю. Так с чего, собственно, начался их конфликт?

— Ходят слухи, будто первый министр положил глаз на дочь командующего рыцарей.

— Склонность первого министра к юным девушкам сама по себе уже проблема.

Наш первый министр, Дариус, человек способный. Происходит он из семьи мелких дворян, но сумел перехитрить и обойти множество соперников, порой даже свергнуть их, чтобы подняться до своего нынешнего положения. Он рассудителен, ставит практическую выгоду выше эмоций и пользуется доверием короля. Однако его характер оставляет желать лучшего.

Им движет жадность, а больше всего — похоть. И направлена она преимущественно на молодых девушек. Поговаривают, будто он тайком похищает дочерей знатных родов и превращает их в своих наложниц. Среди асурских дворян хватает порочных наклонностей, но мало кто проявляет их столь открыто, как он. Будучи отцом дочери, я не могу закрывать на это глаза. Хотя, если учесть пристрастия рода Борейев к зверолюдям, нам, наверное, не стоит слишком уж критиковать.

— Значит, министр разозлился, потому что ему отказали? Не похоже это на него.

— Разберись сам.

— …С такими скудными сведениями будет сложно.

В тот же миг я получил удар. Лёжа на полу, я с горечью вздохнул: отец всегда такой. При малейшем раздражении он пускает в ход кулаки, особенно когда дело касается семьи. Впрочем, и с посторонними он не стесняется распускать руки, если его задеть или оскорбить.

Случай, когда он ударил первого министра Дариуса прямо перед королём, уже давно стал печально известным. Именно из-за этого его и выдворили из столицы, но он об этом ничуть не жалеет.

— Вот поэтому ты безнадёжен! Не думай, что сможешь решить всё, сидя в этой тесной комнате на этом маленьком стуле!

— …Да.

Верно, у меня действительно есть привычка пытаться управлять из-за кулис, не вмешиваясь лично. Отец хочет, чтобы я изменился и в этот раз занялся делом сам. Что за беда. Если начну спорить, он снова ударит, так что лучше просто кивнуть.

— Отлично!

С этими словами отец широким шагом покинул кабинет. Выждав, пока его шаги стихнут, я позвонил в колокольчик на столе. На звук колокольчика через несколько секунд в комнату вошёл человек. Это был Томас, дворецкий. Немного мрачный, с излишней тягой к деньгам, но при этом весьма компетентный.

— Томас, нужно отправиться в столицу и разузнать о взаимоотношениях первого министра Дариуса и командующих рыцарями. Это не секретное поручение, так что, если будут вопросы — можешь сказать, что род Борейев старается примирить стороны.

— Понял.

Отец, конечно, хотел, чтобы я действовал активнее, но, если я сам отправлюсь в столицу, Гордон может насторожиться и устроить неприятности. Так что послать другого — лучший выход. Когда Томас ушёл, я тяжело выдохнул.

Часть 2

Закончив одно дело и направляясь по коридору в сторону кухни, я услышал сухой стук дерева о дерево.

— Никогда не своди глаз с противника! Смотри на него, а не на кончик меча!

— Поняла!

Голоса звучали энергично. Оглядевшись, я заметил Эрис, отрабатывающую фехтование с Гислейн во дворе. Честно говоря, я думал, что Эрис забросит деревянный меч не позже, чем через десять дней. Но с тех пор прошло уже больше двух лет. Она всё так же продолжает. Эрис, конечно, любит фехтование, но в этом есть и заслуга самой Гислейн. Она преподаёт с тонким чувством меры — так, чтобы ребёнок вроде Эрис не терял интерес и не сдавался.

Однажды я спросил у неё, приходилось ли раньше учить кого-то вроде Эрис. Она лишь недоумённо посмотрела на меня и покачала головой. Видимо, Эрис стала её первой ученицей. Но раз уж она сумела так умело наставлять даже без опыта, это говорит о её врождённом таланте быть учителем. Пол как-то назвал её «тупицей, которая умеет только драться», но это полная неправда. У Пола совсем нет глаз на людей. Для меня же она стала неожиданной находкой. К тому же она ещё и из зверолюдей.

Просто наблюдать издалека как-то радует меня. Она великолепна. По сравнению с другими зверолюдскими горничными в нашем доме у неё всё тело в тонусе, а мех излучает некую утончённость. Когда я расспросил горничных о ней, выяснилось, что она действительно из племени Долдия — племени, которое среди зверолюдей считают родом королевским. Мечница королевского ранга из племени Долдия в доме Борейев. Одна лишь мысль об этом вызвала у меня улыбку.

«Похоже, у тебя хорошее настроение», — раздался рядом голос.

Я обернулся и увидел Хильду.

— О, Хильда. Я выгляжу счастливым? Почему ты так думаешь?

— Ты улыбался.

Я прикоснулся к губам, удивлённый. «Правда? Мне всегда говорили, что у меня железное, непробиваемое лицо».

— Если долго смотреть на человека, начинаешь замечать даже малейшие перемены в его выражении.

— Неужели? Значит, меня любят.

— Да, так что, пожалуйста, не пускай взглядов в сторону других женщин.

Хильда ревнива. Однако она не обвиняет меня всерьёз — это проявление нежности. Она прекрасно знает, что у меня нет никаких недозволенных чувств к зверолюдам. Так что эта реплика по сути — просьба, чтобы я сказал: «я люблю тебя».

— Тебе не о чём волноваться. Единственная, кого я люблю — это ты.

Когда я это сказал, Хильда улыбнулась, будто удовлетворённая, и мягко прижалась ко мне.

Вместе мы наблюдали за тренировкой Эрис.

— В последнее время Эрис выглядит очень энергичной, — заметила Хильда.

— Действительно.

С тех пор как появилась Гислейн, в Эрис произошло небольшое изменение. Раньше она была постоянно раздражительной и беспокойной со всеми, кроме отца, а теперь проявляет немного больше спокойствия. Она больше не кричит без разбору, не так часто выходит из себя и реже бьёт… Хотя, возможно, не так уж много изменилось. Внешне изменения едва заметны. Но благодаря тренировкам с Гислейн она, похоже, расходует почти всю свою энергию. Без лишнего запаса энергии в теле, она не так часто срывается на других.

Эрис, которая раньше ни во что не желала вникать, взялась за фехтование и обрела некоторую выдержку. Уже это делает её обучение мастерству меча стоящим усилий. Я думал, что в крайнем случае моим родительским долгом будет оставить ей путь к становлению авантюристом, как у Пола, отказавшись от её дворянского статуса. Но, к удивлению, обучение мастерству меча у Гислейн пошло ей на пользу.

И всё же, видя её прогресс, я начинаю жадничать. Возможно, она способна на большее. Учёба, этикет и другие навыки. Если она может освоить фехтование, может быть, она сможет освоить и многое другое.

— Аххх…

Вдруг тихий вздох Хильды вывел меня из мыслей. Я обернулся и увидел, что Эрис лежит лицом вниз на земле. Я не наблюдал за ней внимательно, но во время занятий фехтованием падения — явление обычное.

— Надеюсь, она не пострадала… — с тревогой произнесла Хильда, прикрывая рот рукой.

Несмотря на свой сильный вид, Хильда плохо переносит раны и кровь. Она очень чувствительна и эмоционально выражает свои переживания. Вероятно, ей уже кажется, что Эрис больно.

— Большинство ран можно залечить с помощью магии исцеления, — успокоил я её.

— Но если синяк не исчезнет…

Действительно, неприятно, если лицо молодой леди будет испорчено. Даже с родом Борейев будет трудно найти жениха девушке с изуродованным лицом. Лично я считаю, что сейчас есть проблемы более серьёзные, чем синяк.

— Не волнуйся, если до этого дойдёт, я подберу ей подходящего жениха. Мне многое должны дворяне в столице.

— Филип, дело не в этом. Да и до брака Эрис ещё слишком рано.

— Ах, прошу прощения. Кажется, я забежал вперёд.

Хильда имела в виду, что было бы большой проблемой, если бы лицо девушки было искалечено. …Лично я не понимаю, что в этом уж такого ужасного, кроме того, что будущего жениха это может отпугнуть.

— Но, похоже, сама Эрис ни о чём таком не переживает.

Эрис вскочила с земли и снова бросилась на Гислейн. Гислейн умело уклонялась от деревянного меча Эрис, иногда отводила его своим собственным, а порой и заранее наносила удары по её конечностям. Сколько бы раз Эрис ни получала удар, она с радостным выражением лица возвращалась в бой. Она выглядела как щенок, играющий с матерью.

— Хотелось бы, чтобы она была немного сдержаннее… — вздохнула Хильда.

— Это придёт со временем.

Недавно к нам приходил новый наставник, но ушёл, получив пощёчины деревянным мечом от Эрис. Но надежда есть. Нужно смотреть в долгую перспективу.

…Стоп, может, стоит нанять наставника со знанием фехтования? Нет, это будет тот же результат. Эрис не знает пощады, как и мой отец. Она безжалостна. Если она не примет наставника, как это произошло с Гислейн, она набросится при первом же признаке слабости.

Уровень мастерства в фехтовании у аристократов Асуры не сможет остановить Эрис. И их гордость будет легко растоптана. Это естественно — ведь их будет бить, унижать и смотреть свысока девочка, которой ещё нет и десяти. Возможно, наставник не обязательно должен быть дворянином. Наверное, нужен простой человек с несгибаемым характером, который сможет вынести удары Эрис и проявит терпение, чтобы её обучать… Хм, никто не приходит на ум.

— Ээ, сударь?

Вдруг к нам с поклоном подошёл один из слуг, Альфонс.

— Пол Грейрат пришёл к вам.

— …Пол?

Я задумался: не случилось ли что-то? По крайней мере, у него не было записи на приём.

— Судя по всему, записи у него нет… Отказать ему?

— Да ну, не смеши. Он один из моих немногих друзей. Отмени мои планы на день.

— Понял.

У меня много знакомых среди аристократов Асуры, но ни с кем я не могу общаться так прямо и свободно, как с Полом. Раз уж он специально пришёл, я хотя бы должен уделить ему время.

— ……

— Так вот, Хильда, я ненадолго встречусь с Полом.

— Я пас.

— Хаха, ты не любишь Пола, да?

— Даже если он твой друг, такой грубый человек, который с первого же взгляда таращится на мою грудь… это просто…

— Он не виноват. Хотя ушёл из столицы, кровь Нотос всё ещё даёт о себе знать.

В любом случае, раз Хильда не хочет его видеть, я попрощался с ней и направился в приёмную.

Часть 3

— Э-эй, Филипп, давно не виделись…

Когда я вошёл в приёмную, Пол сидел там с горьким выражением лица. Напротив него — глава нашего дома, мой отец, Саурос Борей Грейрат. Отец весьма симпатизирует Полу. Со стороны может показаться, что он его не любит, но на самом деле отец склонен благоволить смелым и дерзким личностям вроде Пола. Однако к тем, кто ему нравится, он необычайно строг. Особенно к людям вроде Пола, у которых есть явные слабости.

К тому же отец ненавидит младшего брата Пола, Филемона, нынешнего главы рода Нотос. Хотя он не говорит об этом прямо, отец желает, чтобы Пол занял место Филемона. Поэтому каждый раз, когда отец встречается с Полом, он старается спровоцировать его словами о том, что пора бы вернуться домой и что слабость — не стремиться стать главой рода. Пол, у которого нет таких намерений, должно быть, уже порядком устал.

— Ах, давно не виделись, Пол. Отец, спасибо, что уделили время Полу. С этого момента беру всё на себя.

— Очень хорошо.

Отец сказал это, встал и покинул приёмную. О, это было довольно кратко. Обычно, если кто-то явно пытался его прогнать, отец часто злился и кричал… А тут он выглядел удивительно в хорошем настроении. Если после встречи с Полом отец в хорошем настроении, значит, что-то происходит.

— Так что же привело тебя сюда сегодня? Редко когда ты заходишь в этот особняк.

— Ну, э-э, я сказал старому Сауросу… Лорду Сауросу раньше, но…

— Не нужно так формально. Здесь же только ты и я.

— Ах, на самом деле, я ищу работу.

Я слегка дернул бровью. Ищет работу. Когда Пол впервые появился передо мной вместе с Зенит, он говорил то же самое. Я назначил его постоянным рыцарем деревни Буэна и предоставил жильё.

Неужели он теперь собирается оставить эту должность…?

— Но я же уже дал тебе работу, — сказал я.

— Ой, извини. Это не для меня. Это для моего сына, Рудеуса.

Его сын. Теперь, когда он упомянул это, я вспомнил, что когда Пол приходил ко мне искать работу, Зенит была беременна… Это тот самый ребёнок? Нет, с тех пор ещё не прошло и десяти лет.

— Разве твоему ребёнку ещё нет десяти лет? Или ты кого-то усыновил?

— Нет, не это…

Пол начал рассказывать о Рудеусе. Он рассказал, что Рудеус мог использовать магию с двух лет, что к пяти годам он уже освоил магию уровня Святого благодаря нанятому наставнику, что он помогал обиженному ребёнку в деревне и щедро обучал его магии, что у него большие амбиции и он хочет поступить в Университет магии Раноа. В то же время он упомянул, что Рудеус ещё незрелый и, похоже, слишком привязан к ребёнку, которому помог, поэтому он хочет разлучить их, чтобы Рудеус заработал свои собственные деньги… Всё это Пол рассказывал с оттенком гордости.

— ……

Я слушал, с лёгкой улыбкой на лице. Я умею сохранять нейтральное выражение. Но, понимаете, трудно спокойно слушать такие хвастливые истории, когда моя собственная дочь настолько буйная, что именно она избивает обидчиков и вовсе не стремится помогать другим, отказывается учиться и очень тревожит меня своим будущим.

— Вот почему я пришёл искать работу для сына. Я ведь хороший отец, да?

— Ты, может, хороший отец, но вот друг из тебя не очень.

— Что ты имеешь в виду… У тебя что-то произошло?

Он спросил, и я на мгновение замялся. Несмотря ни на что, я люблю Эрис. Верно, она не занимается учёбой, и её будущее меня тревожит, но я всё равно дорожу ею как дочерью. Мне почти хотелось признаться в её нынешнем положении, словно это какой-то постыдный секрет.

Если бы это был любой другой аристократ Асуры, я бы просто отмахнулся и сменил тему. Но это был Пол. По части недостатков он нисколько не лучше Эрис — нет, хуже её я бы не сказал, но уж точно находится в той же категории. К тому же он друг, и у него есть ребёнок примерно того же возраста. Можно обсудить это спокойно.

— Моя дочь не так одарена, как твой сын.

— Хаха, значит, ревнуешь?

— Что-то вроде того.

— Дети растут в своём темпе. Некоторые, кого в детстве называли гениями, в итоге оказываются обычными взрослыми. Это не так уж стоит переживать. Ну а я уверен, что мой Рудеус будет исключительным и во взрослом возрасте.

— Так же как ты уверен в будущем сына, я переживаю за свою дочь.

— …Так уж плохо?

— Хуже, чем ты был в десять лет.

— Нет, я не был настолько плох… правда?

Пол говорит это, но тогда он был настоящим разгильдяем. Почти не учился, постоянно менял подружек, а насчёт манер? Даже дикие кони вели себя культурнее.

— Люди, которые не настолько ужасны, не выгоняются из дома, чтобы стать авантюристами.

— Я не был выгнан. Я ушёл сам.

— Разве это не одно и то же?

— Ну, да.

В итоге Пол оказался под холодным обращением отца и сбежал из дома. Эрис столь же свободолюбива, но по-своему. Отец оптимистично полагает, что она успокоится с возрастом или что она рано или поздно научится манерам. Но я живо представляю, как Эрис однажды сбегает из дома.

— ……

Похоже, Пол мог представить то же самое. Он замолчал, с серьёзным выражением лица.

Если задуматься, Пол изменился. Раньше ему было бы наплевать на то, что происходит с дочерью кого-то другого. Сейчас же, даже если его забота неискренняя, он хотя бы может принять серьёзное выражение лица, соответствующее ситуации.

— Дети в любом случае доставляют хлопоты, будь они одарёнными или нет.

— …Верно.

Я хотел возразить: «Ты хоть представляешь, что я чувствую?» — но он был прав.

Обладая исключительными способностями, ребёнок не становится менее проблемным.

В конце концов, вот Пол стоит передо мной и просит работу для своего сына.

— Эй, Филипп, у меня есть предложение.

— Какое?

— А что, если мой Рудеус будет учить твою дочь?

Я усомнился в его рассудке. Как бы талантлив ни был его сын, он всё ещё мал. Вероятно, на год или два моложе Эрис. Какой бы мастерство ни проявлял, я не видел, как он мог бы обучать кого-то ещё. Но, с другой стороны, разве Пол не говорил, что Рудеус уже обучает магии ребёнка из соседства? Да и всё же, Эрис — совсем другой случай. Он знает, сколько наставников уже сдались на ней? Лицо Пола было совершенно серьёзным. Ну да, это тот тип людей, который придумывает невероятные идеи и относится к ним со всей серьёзностью.

— Мой Рудеус сможет жить и работать здесь. Мне будет спокойно, твоя дочь сможет изучать магию и учёбу, а твои заботы уменьшатся. Это ведь беспроигрышный вариант, не так ли?

— Ты думаешь, это реально?

— Кто его знает? Но попробовать стоит, правда? Терять тебе нечего. Если не получится, мой сын просто вернётся домой немного расстроенным. Вот и всё.

— ……

— Хотя я не думаю, что так произойдёт.

Его лицо было раздражающе уверенным. Когда Пол уверен в чём-то, всё редко идёт не так. Странно, но так было всегда. Нет, может, я приукрашиваю. Иногда действительно всё шло не по плану. Но даже тогда он, кажется, легко это переносил и смеялся.

— ……Могу я немного подумать?

— Я бы предпочёл получить ответ скорее.

— Даже я не могу сразу принять решение по всему. Давай на сегодня всё.

На эти слова Пол выглядел так, словно хотел что-то сказать, но проглотил слова.

Часть 4

По пути наружу Пол перекинулся несколькими словами с Гислейн. Когда позже я спросил у неё, о чём они говорили, она сказала:

— Он хочет, чтобы я обучала его сына фехтованию, когда он скоро придёт сюда в качестве наставника.

Какое дерзкое требование. На что Гислейн ответила:

— Если он будет учить меня математике.

Я похвалил её за саркастичный ответ, но она только уставилась на меня, заявив, что говорит всерьёз.

— Отец! Слушай, я уже на среднем уровне в стиле Бога Меча!

— Так сказала Гислейн!

В тот день у меня состоялся короткий разговор с Эрис. В последнее время она чаще улыбалась, вероятно, из-за того, что училась фехтованию и делала заметные успехи.

— Эрис.

— Что такое, папа?

— Я думаю нанять ещё одного наставника. Какого, по-твоему, типа, лучше?

Лицо Эрис помрачнело.

— Мне не нужен! Пока я занимаюсь фехтованием, мне не нужно учиться!

— …Понимаю.

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 1 сезона аниме.

Часть 1

Я не человек, который просыпается рано. Когда я так говорю, все удивляются. Похоже, я произвожу впечатление того, кто бодрствует с рассвета. На деле же я не в состоянии ничего сделать в первый час после пробуждения. Голова в тумане, думать не получается, и даже если кто-то со мной говорит, его слова как будто не доходят. Если в таком состоянии кто-то пытается завести разговор, я могу разозлиться не по делу — как настоящий Борей.

Однажды утром отец внезапно ввалился в мою комнату и начал орать, и, по всей видимости, я его прогнал. Помню это смутно, но раз я очнулся уже в кровати, значит либо это был сон, либо он в ответ ударил меня и оглушил. Так что мой день начинается с того, что я отрешённо лежу в своей комнате. Когда я просыпаюсь и позвоню в колокольчик, горничные входят и начинают готовить всё ко дню.

Я наблюдаю это в оцепенении. Честно говоря, мне хочется снова уснуть, и в юности я так и делал. Но однажды, осознав, чего лишаюсь, проспав, я стал вставать всерьёз. Я смирился с собственной сонной ватностью. Горничные привыкли к тому, что их хозяин в таком состоянии, и ловко приводят в порядок одежду и документы, пока я сижу у кровати. Просто наблюдение за покачивающимися их хвостами придаёт мне сил на весь день. Почему же их хвосты так меня завораживают...? Ах, зверолюди чудесны. Мои предки из рода Бореев были правы, когда наняли зверолюдей в качестве горничных. Поистине, это было великое дело.

— Сударь, уже пора… — тихо напоминает одна из служанок.

К этому времени глаза мои уже полностью раскрываются. Одевшись и отправившись в столовую, я нахожу за длинным столом свою жену Хильду.

— Доброе утро, дорогой — Доброе утро, Хильда.

Обычно мы питаемся всей семьёй, но завтрак составляет исключение: я не встаю рано утром, и наши часы не совпадают. Хильда подстраивает свой распорядок под меня.

«......»

«......»

За столом воцаряется тишина. Как и подобает аристократам, в нашей семье существует правило: никаких лишних разговоров во время еды. Некоторые низкородные аристократы Асуры любят шумно болтать за трапезой, но для бесед должны существовать особые случаи. Для друзей — это праздник, для супругов — тихие минуты ночью. Разве стоит прерывать еду словами. Впрочем, Эрис, похоже, предпочитает болтать за едой, как и те люди.

Завершив трапезу, я удаляюсь в кабинет. Работа мэра однообразна. Если есть проблемы, я либо вызываю чиновника, либо даю прямые указания. Но в моем городе-крепости Роа служат проверенные люди, которых я сам собрал. Они настолько компетентны, что жаль видеть их работающими в такой глуши.

Впрочем, большинство из них — это люди, которых по тем или иным причинам вытеснили из столичных управлений. Личностных изъянов у них нет. Иногда способных людей перекупают или выгоняют. Поскольку именно этим чиновникам доверено всё, серьёзных проблем не возникает.

Правитель высшей пробы — это не тот, кто умеет блестяще решать трудности, а тот, кто не даёт трудностям вырасти. И всё же, в столице Арсе случались такие проблемы, что остановить их было невозможно.

У меня хватало сил решать и такие неуправляемые беды. Поэтому я и не жалею о том, что не стал во главе рода Борейев… Хотя, если взглянуть на нынешнюю ситуацию, выбор отца был верен.

Он назначил главой Джеймса, желая, чтобы семья Борейев продолжала процветать. У меня же не хватает смелости. Отсутствие крупных проблем — лишь следствие того, что я не берусь за трудные или новые дела, не вступаю в непредсказуемые области. С таким стремлением к стабильности ничего нового не рождается. Нет прогресса.

...Я понимаю. Моё место — управлять городом-крепостью Роа в регионе Фиттоа.

— ФИИИИИЛИИИИИП!

Пока я разбирал бумаги, раздался голос отца. Я не удосужился ответить. Мой нетерпеливый отец зовёт меня, как только ему что-то приходит в голову, а не тогда, когда он уже стоит у двери или входит в комнату. Двигаться он начинает только после того, как крикнет. И это не потому, что он торопится или сердится.

Как только я об этом подумал, дверь в кабинет распахнулась с громким грохотом. Разве нельзя открыть её потише? Мне уже бесчисленное количество раз приходилось чинить эту дверь...

Отец говорит, что распахивать двери силой — весело. И даже если я сделаю замечание, он не перестанет. Хотя, к счастью, на людях он так себя не ведёт.

— Отец, чем могу помочь?

— Это касается гильдии торговцев

— А.

Недавно внутри гильдии торговцев разгорелся спор. Один проезжий купец, не входящий в гильдию, торговал товарами, с которыми гильдия не имела дела, и те неожиданно хорошо продавались. Управляющие гильдии, контролирующие земли Фиттоа, попытались подчинить его себе, но он отказался. Из досады они начали оказывать на него давление.

Жалоба пришла от самой гильдии торговцев. Они прислали письмо, полное голословных обвинений, с требованием к моему отцу, как к лорду, заставить странствующего купца подчиниться. Отец перепоручил это дело мне.

— Отличная работа! — сказал он потом.

В итоге я урегулировал конфликт, убедив того купца вступить в гильдию торговцев. После того как отец поручил мне это дело, я связался с тем купцом. «Если бы я знал, что всё так обернётся, я бы и не отказывался», — пожаловался он. Я тайно устроил его вступление в гильдию торговцев. В гильдии можно повышать свой ранг, выплачивая подношения. Я через одного человека устроил ему заём, и благодаря этому купец стремительно поднялся в ранге.

Хотя формально он и стал подчинённым этого человека, зато приобрёл статус, открыл лавку регионе Донати и нанял работников. Используя свои уникальные торговые пути, он приносил крупные прибыли тому самому «человеку».

Этим человеком оказался один из руководителей торговой гильдии, контролировавший земли Донати. Однажды он понял, что его новый подчинённый прежде вёл дела с руководителями из региона Фиттоа. Но было уже поздно. Торговые пути и доходы купца сделались слишком ценными, чтобы от них отказаться.

Казалось, назревает серьёзный конфликт между двумя руководителями… но этого не произошло. Дело в том, что глава из региона Донати был обязан крупной услугой главе из региона Фиттоа. В итоге они урегулировали всё, зачтя эту услугу.

Так купец, теперь имея надёжных покровителей, спокойно зарабатывал деньги на своих торговых маршрутах. Руководитель из региона Донати получал свою долю, руководитель из региона Фиттоа вернул свой долг, и все участники остались в выигрыше. Это случилось совсем недавно.

— «Жаль, что ты не видел лицо старика из гильдии!»

— «В таком случае, я имел честь видеть ещё лучшее лицо буквально на днях».

Руководитель из региона Фиттоа, который прежде смотрел на меня свысока, считая неопытным выскочкой, онемел, когда я сумел успешно уладить дело. Это было действительно приятное зрелище. Хотя работа и оказалась хлопотной, одного лишь выражения его лица хватило как награды. Правда, слишком часто на себя такие дела брать не хочется.

— В любом случае, спасибо. Это всё? — Нет, есть ещё одно дело! В скором времени в землях Фиттоа назначены крупные военные учения рыцарского ордена... но у командира рыцарей и у первого министра напряжённые отношения. В таком положении велика вероятность, что на учениях произойдёт инцидент. У тебя нет хорошей идеи? Мне совершенно не хочется этим заниматься...

— То есть ты хочешь, чтобы я примирил командира рыцарей и первого министра?

Мой отец хоть и является лордом региона Фиттоа, но уже не глава рода Борейев. Он в отставке. Однако во времена своего руководства многие на него полагались. Поэтому даже после ухода его продолжают засыпать просьбами и советами — не только из региона Фиттоа, но и от чиновников и министров в столице, которым отец когда-то помогал. На вид он усердно берётся за все эти дела, но на деле большую часть хлопотных вопросов перекладывает на меня. Похоже, он считает меня просто удобным подчинённым.

— В идеале да, но оба они трудные люди! Хотя бы позаботься о том, чтобы учения прошли без происшествий!

— Понимаю. Так с чего, собственно, начался их конфликт?

— Ходят слухи, будто первый министр положил глаз на дочь командующего рыцарей.

— Склонность первого министра к юным девушкам сама по себе уже проблема.

Наш первый министр, Дариус, человек способный. Происходит он из семьи мелких дворян, но сумел перехитрить и обойти множество соперников, порой даже свергнуть их, чтобы подняться до своего нынешнего положения. Он рассудителен, ставит практическую выгоду выше эмоций и пользуется доверием короля. Однако его характер оставляет желать лучшего.

Им движет жадность, а больше всего — похоть. И направлена она преимущественно на молодых девушек. Поговаривают, будто он тайком похищает дочерей знатных родов и превращает их в своих наложниц. Среди асурских дворян хватает порочных наклонностей, но мало кто проявляет их столь открыто, как он. Будучи отцом дочери, я не могу закрывать на это глаза. Хотя, если учесть пристрастия рода Борейев к зверолюдям, нам, наверное, не стоит слишком уж критиковать.

— Значит, министр разозлился, потому что ему отказали? Не похоже это на него.

— Разберись сам.

— …С такими скудными сведениями будет сложно.

В тот же миг я получил удар. Лёжа на полу, я с горечью вздохнул: отец всегда такой. При малейшем раздражении он пускает в ход кулаки, особенно когда дело касается семьи. Впрочем, и с посторонними он не стесняется распускать руки, если его задеть или оскорбить.

Случай, когда он ударил первого министра Дариуса прямо перед королём, уже давно стал печально известным. Именно из-за этого его и выдворили из столицы, но он об этом ничуть не жалеет.

— Вот поэтому ты безнадёжен! Не думай, что сможешь решить всё, сидя в этой тесной комнате на этом маленьком стуле!

— …Да.

Верно, у меня действительно есть привычка пытаться управлять из-за кулис, не вмешиваясь лично. Отец хочет, чтобы я изменился и в этот раз занялся делом сам. Что за беда. Если начну спорить, он снова ударит, так что лучше просто кивнуть.

— Отлично!

С этими словами отец широким шагом покинул кабинет. Выждав, пока его шаги стихнут, я позвонил в колокольчик на столе. На звук колокольчика через несколько секунд в комнату вошёл человек. Это был Томас, дворецкий. Немного мрачный, с излишней тягой к деньгам, но при этом весьма компетентный.

— Томас, нужно отправиться в столицу и разузнать о взаимоотношениях первого министра Дариуса и командующих рыцарями. Это не секретное поручение, так что, если будут вопросы — можешь сказать, что род Борейев старается примирить стороны.

— Понял.

Отец, конечно, хотел, чтобы я действовал активнее, но, если я сам отправлюсь в столицу, Гордон может насторожиться и устроить неприятности. Так что послать другого — лучший выход. Когда Томас ушёл, я тяжело выдохнул.

Часть 2

Закончив одно дело и направляясь по коридору в сторону кухни, я услышал сухой стук дерева о дерево.

— Никогда не своди глаз с противника! Смотри на него, а не на кончик меча!

— Поняла!

Голоса звучали энергично. Оглядевшись, я заметил Эрис, отрабатывающую фехтование с Гислейн во дворе. Честно говоря, я думал, что Эрис забросит деревянный меч не позже, чем через десять дней. Но с тех пор прошло уже больше двух лет. Она всё так же продолжает. Эрис, конечно, любит фехтование, но в этом есть и заслуга самой Гислейн. Она преподаёт с тонким чувством меры — так, чтобы ребёнок вроде Эрис не терял интерес и не сдавался.

Однажды я спросил у неё, приходилось ли раньше учить кого-то вроде Эрис. Она лишь недоумённо посмотрела на меня и покачала головой. Видимо, Эрис стала её первой ученицей. Но раз уж она сумела так умело наставлять даже без опыта, это говорит о её врождённом таланте быть учителем. Пол как-то назвал её «тупицей, которая умеет только драться», но это полная неправда. У Пола совсем нет глаз на людей. Для меня же она стала неожиданной находкой. К тому же она ещё и из зверолюдей.

Просто наблюдать издалека как-то радует меня. Она великолепна. По сравнению с другими зверолюдскими горничными в нашем доме у неё всё тело в тонусе, а мех излучает некую утончённость. Когда я расспросил горничных о ней, выяснилось, что она действительно из племени Долдия — племени, которое среди зверолюдей считают родом королевским. Мечница королевского ранга из племени Долдия в доме Борейев. Одна лишь мысль об этом вызвала у меня улыбку.

«Похоже, у тебя хорошее настроение», — раздался рядом голос.

Я обернулся и увидел Хильду.

— О, Хильда. Я выгляжу счастливым? Почему ты так думаешь?

— Ты улыбался.

Я прикоснулся к губам, удивлённый. «Правда? Мне всегда говорили, что у меня железное, непробиваемое лицо».

— Если долго смотреть на человека, начинаешь замечать даже малейшие перемены в его выражении.

— Неужели? Значит, меня любят.

— Да, так что, пожалуйста, не пускай взглядов в сторону других женщин.

Хильда ревнива. Однако она не обвиняет меня всерьёз — это проявление нежности. Она прекрасно знает, что у меня нет никаких недозволенных чувств к зверолюдам. Так что эта реплика по сути — просьба, чтобы я сказал: «я люблю тебя».

— Тебе не о чём волноваться. Единственная, кого я люблю — это ты.

Когда я это сказал, Хильда улыбнулась, будто удовлетворённая, и мягко прижалась ко мне.

Вместе мы наблюдали за тренировкой Эрис.

— В последнее время Эрис выглядит очень энергичной, — заметила Хильда.

— Действительно.

С тех пор как появилась Гислейн, в Эрис произошло небольшое изменение. Раньше она была постоянно раздражительной и беспокойной со всеми, кроме отца, а теперь проявляет немного больше спокойствия. Она больше не кричит без разбору, не так часто выходит из себя и реже бьёт… Хотя, возможно, не так уж много изменилось. Внешне изменения едва заметны. Но благодаря тренировкам с Гислейн она, похоже, расходует почти всю свою энергию. Без лишнего запаса энергии в теле, она не так часто срывается на других.

Эрис, которая раньше ни во что не желала вникать, взялась за фехтование и обрела некоторую выдержку. Уже это делает её обучение мастерству меча стоящим усилий. Я думал, что в крайнем случае моим родительским долгом будет оставить ей путь к становлению авантюристом, как у Пола, отказавшись от её дворянского статуса. Но, к удивлению, обучение мастерству меча у Гислейн пошло ей на пользу.

И всё же, видя её прогресс, я начинаю жадничать. Возможно, она способна на большее. Учёба, этикет и другие навыки. Если она может освоить фехтование, может быть, она сможет освоить и многое другое.

— Аххх…

Вдруг тихий вздох Хильды вывел меня из мыслей. Я обернулся и увидел, что Эрис лежит лицом вниз на земле. Я не наблюдал за ней внимательно, но во время занятий фехтованием падения — явление обычное.

— Надеюсь, она не пострадала… — с тревогой произнесла Хильда, прикрывая рот рукой.

Несмотря на свой сильный вид, Хильда плохо переносит раны и кровь. Она очень чувствительна и эмоционально выражает свои переживания. Вероятно, ей уже кажется, что Эрис больно.

— Большинство ран можно залечить с помощью магии исцеления, — успокоил я её.

— Но если синяк не исчезнет…

Действительно, неприятно, если лицо молодой леди будет испорчено. Даже с родом Борейев будет трудно найти жениха девушке с изуродованным лицом. Лично я считаю, что сейчас есть проблемы более серьёзные, чем синяк.

— Не волнуйся, если до этого дойдёт, я подберу ей подходящего жениха. Мне многое должны дворяне в столице.

— Филип, дело не в этом. Да и до брака Эрис ещё слишком рано.

— Ах, прошу прощения. Кажется, я забежал вперёд.

Хильда имела в виду, что было бы большой проблемой, если бы лицо девушки было искалечено. …Лично я не понимаю, что в этом уж такого ужасного, кроме того, что будущего жениха это может отпугнуть.

— Но, похоже, сама Эрис ни о чём таком не переживает.

Эрис вскочила с земли и снова бросилась на Гислейн. Гислейн умело уклонялась от деревянного меча Эрис, иногда отводила его своим собственным, а порой и заранее наносила удары по её конечностям. Сколько бы раз Эрис ни получала удар, она с радостным выражением лица возвращалась в бой. Она выглядела как щенок, играющий с матерью.

— Хотелось бы, чтобы она была немного сдержаннее… — вздохнула Хильда.

— Это придёт со временем.

Недавно к нам приходил новый наставник, но ушёл, получив пощёчины деревянным мечом от Эрис. Но надежда есть. Нужно смотреть в долгую перспективу.

…Стоп, может, стоит нанять наставника со знанием фехтования? Нет, это будет тот же результат. Эрис не знает пощады, как и мой отец. Она безжалостна. Если она не примет наставника, как это произошло с Гислейн, она набросится при первом же признаке слабости.

Уровень мастерства в фехтовании у аристократов Асуры не сможет остановить Эрис. И их гордость будет легко растоптана. Это естественно — ведь их будет бить, унижать и смотреть свысока девочка, которой ещё нет и десяти. Возможно, наставник не обязательно должен быть дворянином. Наверное, нужен простой человек с несгибаемым характером, который сможет вынести удары Эрис и проявит терпение, чтобы её обучать… Хм, никто не приходит на ум.

— Ээ, сударь?

Вдруг к нам с поклоном подошёл один из слуг, Альфонс.

— Пол Грейрат пришёл к вам.

— …Пол?

Я задумался: не случилось ли что-то? По крайней мере, у него не было записи на приём.

— Судя по всему, записи у него нет… Отказать ему?

— Да ну, не смеши. Он один из моих немногих друзей. Отмени мои планы на день.

— Понял.

У меня много знакомых среди аристократов Асуры, но ни с кем я не могу общаться так прямо и свободно, как с Полом. Раз уж он специально пришёл, я хотя бы должен уделить ему время.

— ……

— Так вот, Хильда, я ненадолго встречусь с Полом.

— Я пас.

— Хаха, ты не любишь Пола, да?

— Даже если он твой друг, такой грубый человек, который с первого же взгляда таращится на мою грудь… это просто…

— Он не виноват. Хотя ушёл из столицы, кровь Нотос всё ещё даёт о себе знать.

В любом случае, раз Хильда не хочет его видеть, я попрощался с ней и направился в приёмную.

Часть 3

— Э-эй, Филипп, давно не виделись…

Когда я вошёл в приёмную, Пол сидел там с горьким выражением лица. Напротив него — глава нашего дома, мой отец, Саурос Борей Грейрат. Отец весьма симпатизирует Полу. Со стороны может показаться, что он его не любит, но на самом деле отец склонен благоволить смелым и дерзким личностям вроде Пола. Однако к тем, кто ему нравится, он необычайно строг. Особенно к людям вроде Пола, у которых есть явные слабости.

К тому же отец ненавидит младшего брата Пола, Филемона, нынешнего главы рода Нотос. Хотя он не говорит об этом прямо, отец желает, чтобы Пол занял место Филемона. Поэтому каждый раз, когда отец встречается с Полом, он старается спровоцировать его словами о том, что пора бы вернуться домой и что слабость — не стремиться стать главой рода. Пол, у которого нет таких намерений, должно быть, уже порядком устал.

— Ах, давно не виделись, Пол. Отец, спасибо, что уделили время Полу. С этого момента беру всё на себя.

— Очень хорошо.

Отец сказал это, встал и покинул приёмную. О, это было довольно кратко. Обычно, если кто-то явно пытался его прогнать, отец часто злился и кричал… А тут он выглядел удивительно в хорошем настроении. Если после встречи с Полом отец в хорошем настроении, значит, что-то происходит.

— Так что же привело тебя сюда сегодня? Редко когда ты заходишь в этот особняк.

— Ну, э-э, я сказал старому Сауросу… Лорду Сауросу раньше, но…

— Не нужно так формально. Здесь же только ты и я.

— Ах, на самом деле, я ищу работу.

Я слегка дернул бровью. Ищет работу. Когда Пол впервые появился передо мной вместе с Зенит, он говорил то же самое. Я назначил его постоянным рыцарем деревни Буэна и предоставил жильё.

Неужели он теперь собирается оставить эту должность…?

— Но я же уже дал тебе работу, — сказал я.

— Ой, извини. Это не для меня. Это для моего сына, Рудеуса.

Его сын. Теперь, когда он упомянул это, я вспомнил, что когда Пол приходил ко мне искать работу, Зенит была беременна… Это тот самый ребёнок? Нет, с тех пор ещё не прошло и десяти лет.

— Разве твоему ребёнку ещё нет десяти лет? Или ты кого-то усыновил?

— Нет, не это…

Пол начал рассказывать о Рудеусе. Он рассказал, что Рудеус мог использовать магию с двух лет, что к пяти годам он уже освоил магию уровня Святого благодаря нанятому наставнику, что он помогал обиженному ребёнку в деревне и щедро обучал его магии, что у него большие амбиции и он хочет поступить в Университет магии Раноа. В то же время он упомянул, что Рудеус ещё незрелый и, похоже, слишком привязан к ребёнку, которому помог, поэтому он хочет разлучить их, чтобы Рудеус заработал свои собственные деньги… Всё это Пол рассказывал с оттенком гордости.

— ……

Я слушал, с лёгкой улыбкой на лице. Я умею сохранять нейтральное выражение. Но, понимаете, трудно спокойно слушать такие хвастливые истории, когда моя собственная дочь настолько буйная, что именно она избивает обидчиков и вовсе не стремится помогать другим, отказывается учиться и очень тревожит меня своим будущим.

— Вот почему я пришёл искать работу для сына. Я ведь хороший отец, да?

— Ты, может, хороший отец, но вот друг из тебя не очень.

— Что ты имеешь в виду… У тебя что-то произошло?

Он спросил, и я на мгновение замялся. Несмотря ни на что, я люблю Эрис. Верно, она не занимается учёбой, и её будущее меня тревожит, но я всё равно дорожу ею как дочерью. Мне почти хотелось признаться в её нынешнем положении, словно это какой-то постыдный секрет.

Если бы это был любой другой аристократ Асуры, я бы просто отмахнулся и сменил тему. Но это был Пол. По части недостатков он нисколько не лучше Эрис — нет, хуже её я бы не сказал, но уж точно находится в той же категории. К тому же он друг, и у него есть ребёнок примерно того же возраста. Можно обсудить это спокойно.

— Моя дочь не так одарена, как твой сын.

— Хаха, значит, ревнуешь?

— Что-то вроде того.

— Дети растут в своём темпе. Некоторые, кого в детстве называли гениями, в итоге оказываются обычными взрослыми. Это не так уж стоит переживать. Ну а я уверен, что мой Рудеус будет исключительным и во взрослом возрасте.

— Так же как ты уверен в будущем сына, я переживаю за свою дочь.

— …Так уж плохо?

— Хуже, чем ты был в десять лет.

— Нет, я не был настолько плох… правда?

Пол говорит это, но тогда он был настоящим разгильдяем. Почти не учился, постоянно менял подружек, а насчёт манер? Даже дикие кони вели себя культурнее.

— Люди, которые не настолько ужасны, не выгоняются из дома, чтобы стать авантюристами.

— Я не был выгнан. Я ушёл сам.

— Разве это не одно и то же?

— Ну, да.

В итоге Пол оказался под холодным обращением отца и сбежал из дома. Эрис столь же свободолюбива, но по-своему. Отец оптимистично полагает, что она успокоится с возрастом или что она рано или поздно научится манерам. Но я живо представляю, как Эрис однажды сбегает из дома.

— ……

Похоже, Пол мог представить то же самое. Он замолчал, с серьёзным выражением лица.

Если задуматься, Пол изменился. Раньше ему было бы наплевать на то, что происходит с дочерью кого-то другого. Сейчас же, даже если его забота неискренняя, он хотя бы может принять серьёзное выражение лица, соответствующее ситуации.

— Дети в любом случае доставляют хлопоты, будь они одарёнными или нет.

— …Верно.

Я хотел возразить: «Ты хоть представляешь, что я чувствую?» — но он был прав.

Обладая исключительными способностями, ребёнок не становится менее проблемным.

В конце концов, вот Пол стоит передо мной и просит работу для своего сына.

— Эй, Филипп, у меня есть предложение.

— Какое?

— А что, если мой Рудеус будет учить твою дочь?

Я усомнился в его рассудке. Как бы талантлив ни был его сын, он всё ещё мал. Вероятно, на год или два моложе Эрис. Какой бы мастерство ни проявлял, я не видел, как он мог бы обучать кого-то ещё. Но, с другой стороны, разве Пол не говорил, что Рудеус уже обучает магии ребёнка из соседства? Да и всё же, Эрис — совсем другой случай. Он знает, сколько наставников уже сдались на ней? Лицо Пола было совершенно серьёзным. Ну да, это тот тип людей, который придумывает невероятные идеи и относится к ним со всей серьёзностью.

— Мой Рудеус сможет жить и работать здесь. Мне будет спокойно, твоя дочь сможет изучать магию и учёбу, а твои заботы уменьшатся. Это ведь беспроигрышный вариант, не так ли?

— Ты думаешь, это реально?

— Кто его знает? Но попробовать стоит, правда? Терять тебе нечего. Если не получится, мой сын просто вернётся домой немного расстроенным. Вот и всё.

— ……

— Хотя я не думаю, что так произойдёт.

Его лицо было раздражающе уверенным. Когда Пол уверен в чём-то, всё редко идёт не так. Странно, но так было всегда. Нет, может, я приукрашиваю. Иногда действительно всё шло не по плану. Но даже тогда он, кажется, легко это переносил и смеялся.

— ……Могу я немного подумать?

— Я бы предпочёл получить ответ скорее.

— Даже я не могу сразу принять решение по всему. Давай на сегодня всё.

На эти слова Пол выглядел так, словно хотел что-то сказать, но проглотил слова.

Часть 4

По пути наружу Пол перекинулся несколькими словами с Гислейн. Когда позже я спросил у неё, о чём они говорили, она сказала:

— Он хочет, чтобы я обучала его сына фехтованию, когда он скоро придёт сюда в качестве наставника.

Какое дерзкое требование. На что Гислейн ответила:

— Если он будет учить меня математике.

Я похвалил её за саркастичный ответ, но она только уставилась на меня, заявив, что говорит всерьёз.

— Отец! Слушай, я уже на среднем уровне в стиле Бога Меча!

— Так сказала Гислейн!

В тот день у меня состоялся короткий разговор с Эрис. В последнее время она чаще улыбалась, вероятно, из-за того, что училась фехтованию и делала заметные успехи.

— Эрис.

— Что такое, папа?

— Я думаю нанять ещё одного наставника. Какого, по-твоему, типа, лучше?

Лицо Эрис помрачнело.

— Мне не нужен! Пока я занимаюсь фехтованием, мне не нужно учиться!

— …Понимаю.

Слушая эти слова, я принял решение. Терять нечего, а чтобы слегка подразнить Пола, я дам его сыну шанс в роли наставника.

"Вы верите в Бога?" "Я за Ним подглядывал"

П.п. Вроде эта шортуха была не к ранобе, а к первому тому спин-оффа манги о Рокси. Равку не откопал, к сожалению, даже анлейт, с которого я переводил, был переведён с китайского. Я (мой знакомый) откопал только японское название и упоминание про то, откуда эта шортуха.

Дело было в выходной, я пошёл в город. Эрис шла впереди, а мы с Гислен её сопровождали.

— Эй, Рудеус, шире шаг!

Сначала вроде как Эрис пошла за мной, но в какой-то момент мы стали идти за ней. А я хотел продолжить исследовать рынок... Э-эх, ну Эрис всё равно на окраину города не пойдёт, так что одно другому не мешает. Пока она не начинает своенравничать, она ведёт себя как щенок: если регулярно её выгуливать и время от времени хвалить, то проблем не будет, так что я могу делать, что захочу, пока остаюсь в её поле зрения. Не будем пытаться чинить работающее.

— Как скажете, юная госпожа.

Сегодня мы пришли на рынок под открытым небом у городских ворот. Тут было много ларьков и продавцов, расставивших ослепляющие ряды товаров из столицы.

Но хоть разнообразие и было на высоте, большинство товаров вроде мечей, лечебных трав и свитков предназначались для путешественников и искателей приключений. Эрис это было по нутру, так что она часто сюда приходила. Вроде бы недавно она начала получать карманные деньги. Она даже иногда покупала всякие странные штуки, от которых у нас с Гислен были проблемы.

Не забывая следить за Эрис, я шёл вдоль прилавков. Буду честным, на этом рынке действительно хороших вещей было мало. Да, Роа — самый крупный город в округе, только вот сама округа была той ещё глушью. Торговцы просто не повезут сюда ничего сильно дорогого или редкого, так что за каких-то несколько месяцев я увидел почти всё, что вообще мог.

Давай, рынок, самое время меня удивить.

— Хм-м? —  остановилась перед прилавком  Эрис, заметив что-то.

— До... добрый день.

Торговец был какой-то вялый, из-за этого даже на его товар было смотреть скучно. Кажется, без хорошей улыбки с людьми всё-таки не пообщаешься.

— Новое лицо? — уверенно спросила Эрис.

Да не, не верю, что она уже всех местных торговцев в лицо запомнила. Скорее она просто хотела хоть раз сказать эту фразу.

— Да, обычно я в этой части города не бываю.

— Хм...

Эрис осмотрела товар, быстро теряя интерес. Неудивительно, тут были только фигурки из разных материалов: дерева, камня, металла и т.д. Я пока не особо обращал внимание на искусство в этом мире. Некоторые фигурки тут были довольно тонко сделаны.

— Не легче было бы их продать в центре города? — спросил я.

Тут, как правило, ходили искатели приключенй, охотники и фермеры из пригорода, подобный товар никого из них не заинтересует. Они могут купить фигурку в подарок... но шансов продать их ищущему забавы аристократу, как по мне, побольше.

— Да, ты прав... Только я не особо собираюсь их продавать. Я пришёл сюда пополнить запасы.

— Пополнить запасы? А поподробнее?

— Некоторых моих клиентов интересуют куклы, а за редкую они могут хорошо заплатить, так что я хожу по малоизвестным городам и ищу товар.

Вздох

То есть он устроил тут прилавок, чтобы купить кукол, а потом принести редких кукол от малоизвестного мастера, живущего чёрт знает где, своим клиентам. Слишком большой расчёт на удачу, как по мне, не похоже на стабильных доход. Хотя если повезёт, то можно сорвать куш.

— Все куклы на прилавке продаются?

— Ага, редкие я не выставил.

То есть сбывает товар, который не смог продать тем клиентам. В плане редкости тут были на редкость странные. Например, фигурка с огромными сиськами и задницей или с открытым ртом. Похоже, в этом мире искусство уже начало отходить от реализма. (П.п. Признаю, я не уверен, что имелось в виду в этом предложении. Оригинала я не нашёл, а анлейт использует термин, который я тоже не нашёл. По контексту предполоагаю, что имелись в виду течения искусства с нарушением пропорций (хотя "большие сиськи и большая задница" — норма первобытных фигурок)

— О?

А вот эта неплоха. Она деревянная, но линия перехода между талией и ягодицами такая гладкая. Настолько что по ней хочется провести пальцем. Судя по всему, это фигурка юной девушки, грудь довольно странная, лицо так себе, но зато какая талия! Талия просто прекрасная.

А? Какая-то знакомая талия... Где я её видел?..

— Рановато тебе такое рассматривать, парень. — насмешливо сказал продавец, заметив моё внимание к фигурке.

В смысле рановато? Я слишком маленький? Так стоп, а что, на созерцание искусства есть возрастное ограничение?

— А-ау!

Стоило мне приподняться, чтобы посмотреть поближе, как Эрис потянула меня за ухо.

— Ай-яй-яй! Больно, Эрис-сама! Перестань, а то оторвёшь и я стану Хоити! (П.п.Безухий Хоити — персонаж из японского фольклора)

— Ладно! Пошли! — потянула меня в сторону Эрис, по уши краснея.

— Чт... что такое?!

— Ха-ха, я продам тебе одну, когда подрастёшь.

С этими словами торговца до меня наконец дошло. Большие сиськи, большая задница. Некоторые части были преувеличены, и я со своими академическим интересом проглядел эротику... Выходит, такое и в этом мире есть.

— К слову...

Давным давно я тоже пытался этим заниматься. Может я был этим тронут.

По возвращении в комнату меня переполняло вдохновение, я хотел сделать что такое-же гладкое, как те ягодицы. Я мог сделать даже лучше: фигурку с не только красивой попкой, но и лицом

— Но почему у меня такое ощущение, что я этот переход уже видел?

Может это было в прошлой жизни... Конечно, я тогда не мог видеть настоящую... Будто у меня на то хоть малейший шанс был. Но может ли нарисованная оставить такое впечатление? Даже фото прекрасного пейзажа даже близко не даёт таких эмоций, как если увидеть его вживую.

То есть я видел её саму своими собственными глазами. Но в прошлой жизни я точно не мог видеть голую женщину, так что я видел её уже в этом мире. В этом мире голыми я видел только Сильфи и Рок...

— А!

Вдруг в моей душе появился Бог. Нет, он был там всегда.

В тот день моя сосредоточенность была просто безумной и на свет появилась моя первая работа. Я даже сомневался, что смогу сделать что-то лучше.

Фигурка Рокси 1 к 8(простите, не могу разобрать что тут написано, я даже не уверен, что это не китайский):

Зверь, покрытый пеплом

Часть 1

В тот день я находился в библиотеке, разыскивая материалы по языку Бога Демонов. Библиотека семьи Борей может похвастаться богатейшим собранием. Как высокопоставленные аристократы обширного королевства Асура, они собрали книги со всего света.

Однако, если спросить, могу ли я найти именно то, что ищу, — ответ будет отрицательным. Хотя книги на языке Бога демонов имеются, они слишком сложны для моего понимания. Ничего, написанного проще, в учебном стиле, я не нахожу. Я настроен учиться, но всё же невольно думаю: как хорошо было бы, окажись здесь Рокси.

— Рудеус!

Дверь библиотеки распахнулась от громкого крика. В библиотеке следовало бы вести себя тихо. Пока я так размышлял, послышались тяжёлые шаги — вовсе не старающиеся быть скрытными.

— Почему ты мне не отвечаешь?!

— Миледи, пожалуйста, тише в библиотеке.

— Почему?!

— Вы мешаете другим посетителям.

— Кроме нас здесь никого нет, так что всё в порядке!

— Ну, это правда.

Этой библиотекой пользуются только члены дома. Саурос и Хильда почти никогда сюда не заходят, обычно лишь Филип или Альфонс, если тому поручат найти что-то для Филиппа. Соблюдать тишину в библиотеке — это правило из моего прежнего мира. И всё же нарочно шуметь здесь тоже как-то неправильно.

— Так что случилось?

— Сегодня у Гислейн выходной!

— А…

У Гислейн каждый год бывает период, когда она запирается у себя в комнате. Филипп сказал мне, что это связано с её расой. Подробностей я не спрашивал, но в этом мире такие вещи встречаются. В такие дни Эрис велят тренироваться самостоятельно. Она должна отрабатывать махи мечом в одиночку, но это кажется ей скучным, и потому она пришла ко мне искать партнёра для спарринга. Иными словами, она хочет использовать меня как боксёрскую грушу. Пощадите.

— Но у меня свои занятия.

— Рудеус, ты слабак! Тебе нужно больше тренироваться!

В её словах есть доля истины. Я ведь сам решил развиваться и в фехтовании, и в магии в этом мире. Но с мечом у меня всё как-то не ладится. Не покидает чувство неуклюжести, и я застрял на месте. Это тяжело.

Неприятно, когда кто-то, куда более сильный, размахивает оружием, не сдерживаясь, и при этом широко ухмыляется. Да, для тренировки это, возможно, и прекрасно, но постоянные побои без передышки убивают всякую мотивацию. Бросать я, конечно, не собираюсь, но получать тумаки без присмотра Гислейн — удовольствие сомнительное.

— Ну же, пойдём!

— Ладно…

Выбора у меня немного: откажусь — получу ещё сильнее.

— Кстати, что ты там читал?

— Искал простые книги для изучения языка Бога демонов.

— Простые книги?

— Ну, вроде детских картинок или приключенческих романов… например, «Легенда о Перугиусе».

— Приключения! Это здорово! Какие там истории? Расскажи!

Моя госпожа, как всегда, и слушать не хочет объяснений. Но я был рад, что её внимание переключилось с фехтования на истории. Учиться мне сегодня всё равно не дадут… Ну и ладно, пускай будет так.

— Хорошо, как насчёт «Трое мечников и лабиринт»?

— «Трое мечников и лабиринт»? Я его знаю! Мама мне его рассказывала! Давай другой!

Ох уж эта требовательность… Впрочем, с тех пор как я поселился в доме Борей, я перечитал немало преданий и легенд. Мой запас историй заметно расширился.

— Ну ладно тогда… — я перечислил ещё несколько вариантов, но, похоже, Эрис знала их все.

Впрочем, неудивительно. Она ведь с рождения живёт в этом доме и наверняка слышала от взрослых большую часть приключенческих историй, что есть в библиотеке.

А я сам-то? Все книги, что я читал в этом мире, ограничиваются этой самой библиотекой, да ещё отцовским кабинетом. Так что, увы, тупик. И вот — бедный Рудеус повержен ударом Эрис. Совсем не счастливый конец, совсем наоборот.

— Ты не знаешь ни одной истории, которую я не слышала! Рудеус, тебе ещё расти и расти!

Ну, хоть за это по голове не получаю. Эрис ликует, купаясь в сиянии своей «победы». Для неё — счастливый финал. ...Хотя, признаться, немного задевает вот так сдаться. Мысль о том, что Эрис вообразит, будто знает больше историй, чем я, не даёт покоя. А ведь в прошлой жизни у меня было почти тысяча томов ранобэ… Правда, деталей я уже почти не помню. Слишком смутные воспоминания, чтобы пересказать как следует. Но погодите-ка. Кажется, есть одна история, которую я точно смогу рассказать.

— Ладно, тогда слушай. Этой истории ты точно не знаешь.

— И что за история? — глаза Эрис тут же загорелись

— Золушка.

Она наверняка о ней не знает.  Ну, разве что где-то бродит ещё один переродившийся и распространяет такие сказки… но вряд ли.

— Не знаю! Расскажи! — воскликнула Эрис.

— Разумеется, миледи.

С широкой улыбкой Эрис плюхнулась на один из стульев библиотеки. Я сел рядом.

— Ну, слушай… Жила-была одна очень красивая и добрая девушка. Но, к несчастью, её мать умерла, когда она была ещё совсем маленькой. Отец, жалея свою дочь, что осталась без материнской ласки, решил жениться снова. Так у девушки появилась новая мать и две сводные сестры. Однако эта мачеха и её дочери оказались очень жестокими…

Может быть, если Эрис послушает эту сказку, она хоть чуть-чуть станет обращаться со мной помягче.

Часть 2

— И вот, Золушка и принц зажили долго и счастливо. Конец.

Если подумать, трудно сказать, действительно ли Золушка обрела счастье, выйдя замуж за простоватого принца, который устроил бал лишь ради поиска жены. Но раз уж в сказке сказано, что они жили счастливо, значит, так оно и было. В конце концов, счастье у каждого своё.

— ……

Эрис надула губы и выглядела недовольной. Но злости в её лице не было — скорее наоборот: она внимательно слушала всю историю до конца.

— Ну, и как тебе? — спросил я.

— Скукотища! — выдала Эрис.

Ай, жесткая критика. Похоже, я выбрал не ту сказку. Эрис нравятся прямолинейные истории о том, как добро крушит зло, с яркими сражениями и победой над злодеем, вроде рассказа о Момотаро. Надо будет запомнить это на будущее.

— Но я такой истории ещё не слышала!

— Вот видишь?

— Если бы это была я, я бы врезала и мачехе, и сёстрам.

Ну, конечно. Мне жаль любого ребёнка, которому доведётся стать её братом или сестрой. Эрис, пожалуй, прибьёт его за малейшую провинность. А то и вовсе без повода. Если кулак сжат, и поблизости окажется голова — несдобровать.

— А сама идея — пойти на королевский бал, разве тебя не привлекла?

— Ни за что!

Как и ожидалось. Но вот если бы это был турнир по единоборствам, она бы точно захотела участвовать. Уверен, она могла бы взять чемпионство в юниорской категории.

— Ну, раз сказка закончилась, идём тренироваться с мечом!

— Что?

— …Нет, ничего.

В конце концов, Золушка — всего лишь сказка. Не очень длинная. Прошло каких-то полчаса. И, разумеется, следующим пунктом программы стала тренировка с мечом. Вздох. После этого Эрис меня, как обычно, отделала. Но всё же я сделал ещё один маленький шаг вперёд в своём фехтовании.  …Наверное.

Часть 3

В ту ночь Эрис Бореас Грейрат увидела сон.

— Эрис, это твоя новая мать, — сказал её отец, Филип Бореас Грейрат, представляя трёх женщин.

Все трое имели лица, которые казались ей знакомыми. Эрис не могла вспомнить, где видела их раньше, но одни только их лица вызывали у неё раздражение.

— Приятно познакомиться, Эрис, — сказала новая мать с заискивающей улыбкой.

— Хмф! — фыркнула Эрис и отвернулась, выражая своё недовольство.

Эрис не могла понять, зачем Филип снова женился. Для неё матерью всегда была и оставалась только Хильда.

Тем не менее наступил спокойный период. Мачеха и сёстры не особо досаждали Эрис. Хотя ей и было неприятно видеть этих раздражающих людей, расхаживающих по особняку, будто они здесь хозяйки, этого было недостаточно, чтобы открыто с ними конфликтовать.

Но однажды…

— Госпожа… лорд Филип… —

Её отец умер. После этого мачеха и сёстры стали вести себя в доме крайне нагло. Они плохо обращались с прислугой, перегружали работой дворецкого и растрачивали собранные налоги. Эрис мало что понимала в этих делах, да и смерть Филипа сильно её огорчила, поэтому она не обращала внимания. Но затем произошёл один случай.

— Эрис, убери это место, оно грязное, — приказала старшая сводная сестра.

Эрис бросила на неё злобный взгляд.

— Что за взгляд? Ты неудачница как леди, так что роль служанки тебе к лицу, — насмешливо сказала вторая сестра.

— Верно. Ты каждый день запираешься в своей комнате и ничего не делаешь. Можешь хотя бы прибрать, — добавила мачеха.

Эрис сжала кулаки от злости.

— ……

И тут она ударила всех троих. Она не проявила ни капли пощады. Кулак сначала попал в лицо старшей сестры, потом в живот, затем снова в лицо — повторяя удар за ударом. Когда вторая сестра попыталась вмешаться, она получила то же самое. Наконец, мачеха, ошарашенно наблюдавшая за избиением своих дочерей, тоже была атакована. Так Эрис стала хозяйкой дома. Всё было очень просто: мачеха и сёстры были слабы. С того дня они все подчинились. Они поняли, что оказались заперты с дикой зверюгой. Однажды в дом пришло сообщение:

— В королевском замке состоится бал, чтобы определить невесту принца. Все дамы, считающие себя достойными, должны присутствовать.

Эрис обернулась и заметила подозрительного мальчика в капюшоне. Но сразу же поняла — это был Рудеус. В конце концов, это был именно он.

— Разве ты не пойдёшь на бал? — спросил Рудеус.

Эрис покачала головой:

— Нет, я всё равно не умею танцевать.

— Нет, миледи, вы умеете танцевать. На вашем дне рождения вы же танцевали прекрасно, не так ли?

— Правда?

При воспоминании Эрис смутно вспомнила, как танцевала на своём дне рождения. Но это вовсе не означало, что она хотела танцевать сейчас…

— Тебе удобно, как есть? — спросил Рудеус.

— …Ничего не поделаешь. Нет ни кареты, ни платья.

— Именно поэтому я подготовил это, — сказал Рудеус, доставая из плаща тыкву и мышей и крутя свой посох.

И что вы думаете: тыква превратилась в золотую карету, мыши — в белых лошадей, а одежда Эрис — в алое платье.

— Потрясающе! Как и ожидалось от Рудеуса!

— Ну что, вперёд, Эрис. Но будь осторожна: это заклинание продержится только до полуночи. Убедись, что вернёшься к этому времени. Хотя, думаю, с тобой всё будет в порядке — ты обычно спишь к десяти.

— Поняла! — сказала Эрис, хотя на самом деле ни слова Рудеуса не слушала.

Она мгновенно прыгнула в карету, вытолкнула с места кучера сидевшего там человека и кнутом ударила по лошадям. Карета стремительно понеслась, и очень скоро они уже подъехали к замку. В сверкающем, ослепительно роскошном зале люди в блестящих нарядах крутились в танце, держась за руки. Эрис пронеслась сквозь толпу, словно буря. Слухи и восторженные вздохи окружавших не смутили её: мужчины отпускали своих партнёрш и протягивали руки Эрис с просьбой:

— Потанцуйте со мной, пожалуйста!

Разумеется, Эрис игнорировала всех. Она шла прямо к своей цели. Впереди, беседуя с привлекательным блондином, стояли её мачеха и сводные сёстры.

— Иии! — три женщины вздохнули в ужасе, увидев Эрис.

Эрис шла быстро и…

— Хмф! …врезала кулаком им прямо в лица.

Эрис, которой совершенно не хотелось танцевать, объяснять ничего не нужно было. Она была яростна из-за того, что они тайком пошли на бал без неё. Все трое рухнули на пол. Они были слабы. Больше они никогда не осмелятся противостоять ей.

Удовлетворённая после того, как наказала тех, кого хотела, Эрис повернулась на каблуках.

— О, какая прекрасная дама! — раздался чей-то голос.

Это был принц.

— Пожалуйста, можно пригласить вас на танец? — протянул он руку к Эрис. Эрис несколько секунд смотрела на его руку, затем протянула левую… и оттолкнула его. После этого она кулаком правой руки ударила его в лицо. Принц рухнул на пол, словно марионетка с порванными нитями. В наступившей гробовой тишине Эрис смело покинула замок. И жили они долго и счастливо.

— Ах!

Эрис проснулась и быстро села в постели. Она тут же вскочила и рванулась с места. Но вдруг резко остановилась. На мгновение она забыла, какой сон ей приснился и что именно она хотела сделать после него. Эрис подумала: «Это был хороший сон». Значит, она хотела рассказать о нём кому-то. И тут в голове мгновенно возникли два лица. Как только эти лица возникли в её сознании, Эрис снова рванулась вперёд.

Часть 4

В тот день был выходной. Как обычно, я направлялся в библиотеку, чтобы изучать язык Бога демонов. В прошлой жизни я ненавидел учёбу, но в этом мире всё оказалось иначе. Оказывается, огромная разница — когда тебя заставляют что-то делать и когда ты сам решаешь заниматься.

— И потом, по какой-то причине, моя мать умерла, и отец привёл домой новую мать! — рассказывала Эрис.

— Ха-ха, Эрис, даже если это всего лишь сон, не стоит рассказывать такую историю Хильде. Ей будет грустно.

По дороге я слышал разговор Эрис с Филиппом. Я взглянул в сторону и заметил, что дверь в кабинет Филиппа была открыта, а внутри Эрис баловали Филип. Момент отцовской привязанности к дочери. Я хотел пройти мимо тихо, чтобы не мешать. Но…

— Ах, Рудеус!

Не повезло. Лицо Эрис сразу же засияло, когда она увидела меня.

— Жди-ка тут!

И с этими словами Эрис рванула вперёд. У меня было нехорошее предчувствие, и я хотел уйти, но раз она велела мне ждать, уходить сейчас означало бы есть одни только каши, следующие несколько дней.

— Так можно мне тут немного подождать? — спросил я.

— Мне всё равно. Пока ты здесь, расскажи мне о твоих успехах, — ответила она.

Поэтому я решил остаться в кабинете Филиппа. Следуя просьбе Филиппа, я рассказывал о прогрессе Эрис в учёбе и о её недавних занятиях. Филип был доволен, что Эрис учится достаточно усердно. Он даже сказал:

— Благодаря тебе Эрис научилась танцевать. Если она продолжит в том же духе, возможно, мне придётся поднять твою зарплату.

Очень приятный комплимент. Вдруг послышались громкие шаги. Эрис возвращалась.

— Рудеус!

Дверь с грохотом распахнулась. Эрис держала в правой руке тыкву, а в левой — мышь. Увидев это, я невольно сказал:

— Невозможно.

— Но Рудеус, ты же можешь использовать заклинания, верно? Не только магию!

— Я не могу.

— Наложи заклинание на эту тыкву и мышь! Подожди!

— Я же сказал, что не могу!

Эрис не слушала, поэтому я убежал. В конце концов меня поймали, и мне каким-то образом удалось убедить её, что я не могу выполнять магические заклинания. Но до самого конца она всё время жаловалась: «Рудеус скупой». Приятно быть доверенным, но хотелось бы, чтобы она понимала: есть вещи, которые я просто не могу сделать.

В следующие несколько дней Эрис, казалось, уделяла Филипу и Хильде больше внимания, чем обычно, и даже стала немного добрее к слугам — но это уже другая история. Ко мне она так и не стала добрее, так что это точно отдельная история.

Ремесленник

"Создание идола" — Рудеус Грейрат

・Начало

Говорят, что один скульптор прежде тем как приступать к созданию идола читал сутры — поворачивался туда, где должен был быть Бог и молился. Повторите за ним, затем поверните камень, из которого будете высекать идола к солнцу, примите самую благочестивую позу и выразите благодарность от всего сердца.

Бог определённо не станет исполнять любое ваше желание, но Он укажет тебе путь в жизни. Нам не следует забывать наше уважение и признательность Богу.

Представьте Бога, высеките образ Его у себя в душе, а затем и из камня, и помните, ваша работа священна, выполняйте её с чистым сердцем.

・Подготовка

Разделите камень на несколько частей: голову, грудь, живот, талию, верхнюю часть рук, нижнюю, кисти, бёдра, голени и ступни. Мы создадим образ Её, аккуратно создав каждую часть по отдельности и соединим их воедино.

・Тело, живот и талия

Только любители начинают с лица, вы же начните с тела. Хочется начать с груди Её, держа образ Её в голове. Грудь Её скромна, но богата, и хоть она очаровательна, но не должны вы впадать в развратные мысли, что могут опорочить возвышенную природу Её.

Также не забудьте о родинках Её, они благородны и ценны. Добавьте каждую, не забыв ни одну.

Далее живот, он должен быть гладким и пологим. Крайне важная часть — пупок Её и складки вокруг него. Даже работая с камнем, можно показать мягкость, так что отёсывайте тщательно.

Приступая к талии нужно понимать, что секрет в бёдрах, а с ними есть и так называемое тайное место. Любой обнаживший его будет подвергнут божественной каре, так что прикройте его дражайшей реликвией.

・Ноги и руки

Затем приступите к отёсыванию рук и ног. Фигура Её не особо мускулиста, ноги и руки больше похожи на палки с намёком на детскость. Желательно сделать их близкими к реальным.

・Соединение частей

Когда все части будут готовы, соедините их магией. Если на этом этапе наполняют голову вашу порочные мысли, а нагое тело Её  подавляет своим очарованием, помните, что от такого вида, заблуждающегося вместо вознесения к Ней ждёт лишь порок, а сами задумайтесь, чего не хватает ей. Пусть размышления об этом полностью поглотят вас, вытеснив порок. Ответ к вам придёт быстро.

Ей не хватает суровости. Одна рука Её прикрывает грудь, а другая отведена в сторону, а показать суровость её можно, дав ей в руку что-то церемониальное, например посох, с ним образ Её будет завершён.

・Одеяние

Держать тело Её голым есмь признак нечестивости, Она должна быть одета. Вместо того, чтобы менять нынешний облик фигурки, лучше будет сделать мешковатую робу, она лучше покажет божественность Её. Прикрывающая грудь рука может помешать одеть Её, но её можно спрятать за счёт мешковатости робы.

Теперь присоединим ещё руку к одежде, так посох в руке будет выглядеть даже естественней, чем если бы она прятала одну руку под одеждой. Более того, сделав одеяние снимаемым, вы сможете показать обе стороны Её.

・Лицо

И наконец пришла очередь лица.

Но перед тем, как приступить к нему ещё раз взгляните на тело Её: в одежде она немного наклонена вперёд, держа в руках посох, и выглядит изящно, будто богиня войны Афина, я прав? А без одежды она будто немного склонилась в попытке прикрыть грудь, а выглядит Она очаровательно, будто юная дева, так?

С этим пониманием желательно сделать выражение лица подходящим для обоих вариантов, выражение столь же суровое, сколько и смущённое. Закрыв глаза и представив лик Её, вы наверняка сможете представить много таких выражений.

И так продолжайте переделывать, постепенно приближаясь к идеалу, пока оно вас не устроит.

・Завершение

И наконец после присоединения лица фигурка будет завершена.

Сделаем фигурку Рокси вместе!

Правда, стоящая за слухами

Говорят, что Филип Борис Грейрат срезает у девушек-зверолюдей, которых нанимает, уши и делает из них чучела. Когда я впервые услышал это, я подумал, что это просто слухи, и не придал значения. Но где дым, там и огонь.

В тот день я помогал Филипу с его делами. Следуя его указаниям и убирая ненужные документы обратно на полку, я заметил почерневший участок на краю полки. Казалось, это место было тронуто многократно, снова и снова.

— Что за…?

Когда я прикоснулся и слегка надавил, полка с треском сдвинулась. Она передвинулась всего на пять сантиметров, но казалось, что при желании её можно было бы сдвинуть дальше.

— Не может быть…

Увидев, что скрывается за щелью, я поспешно вернул полку на место. Внутри я увидел отрезанное ухо зверолюда. Холодный пот простудил мою спину. Я увидел то, чего не должен был видеть. Слухи оказались правдой. Что мне теперь делать…? Ответ на этот вопрос пришёл быстро. Мне оставалось только притвориться, что я ничего не видел. Я не видел чёрного пятна, полка не сдвигалась, и за ней ничего не было. Идеально, не правда ли?

— Фууу—

Когда я с облегчением глубоко вздохнул и повернулся, Филип стоял прямо передо мной.

— Ч-чёрт!

— Не стоит так пугаться, правда? — сказал он с лёгкой улыбкой.

Это было жутко. По-настоящему жутко. Неужели он видел, как я только что сдвинул полку? Если да… что со мной будет? Срежет ли он и мои уши? Филип наклонил голову, не переставая улыбаться.

— Тебе интересны уши зверолюдов?

Мой мозг мгновенно сделал вывод: правильный ответ — «Да». Чтобы угодить, я энергично кивнул.

— Уши зверолюдов замечательны, не правда ли? Эти заострённые треугольники, торчащие из их волос и подергивающиеся в такт эмоциям, такие очаровательные. Просто глядя на них, я чувствую радость.

— Да, именно так.

— Мягкие уши, покрытые пушистым мехом, так приятно ощущаются на ощупь, и можно целый день трогать их и не уставать, правда?

— Да, абсолютно, верно.

— Не так ли? Я ни разу не переставал благодарить богов за существование зверолюдов в этом мире.

— Действительно, боги проделали отличную работу.

— Моему отцу нравятся хвосты, поэтому мы часто спорим… А тебе что больше нравится?

— Конечно же, уши!

Услышав это, Филип выглядел крайне довольным. Мои ответы были идеальны. Я могу поставить себе сто баллов.

— Итак, среди девушек здесь, чьи уши тебе нравятся больше всего?

Конечно, мне нравятся уши зверолюдов. Но не настолько сильно, как у настоящих увлечённых этим людей в этом мире. Если я дам невнимательный ответ, они поймут, что я просто притворяюсь… Нет, я же ребёнок, так что сойдёт.

— Думаю, мне больше всего нравятся уши Гислен. Она всегда заботится обо мне.

— Гислен! Вау, ты даже в таком возрасте понимаешь! Уши племени Дольдия лучшие, правда! Они излучают величие короля зверолюдов. Когда отец и Эрис привезли её сюда, я был так рад, что мог бы танцевать от счастья!

Похоже, я дал правильный ответ. В следующий раз я поделюсь с Гислен частью моего ужина.

— Отлично! Думаю, тогда я могу показать тебе заднюю часть этой полки.

Сказав это, Филип положил руку на полку. Нет, это был неправильный ответ. Вопрос был проверкой на доверие. Чёрт, мне стоило просто назвать случайную служанку. Я не хочу знать тёмные секреты этого дома, а вот они — задняя часть книжной полки раскрывается прямо перед моими глазами.

— Смотрите, это моя коллекция!

Передо мной выстроились ряды «ушей» настолько длинные, что глаз не охватывал конца.  Пушистые зверолюдские уши, аккуратно уложенные, словно ободки для головы, один за другим.

Наконец-то я открыл правду о городе-крепости Роа и секрет мэра! Ох, что за вещь. Этот человек использует своё положение мэра, чтобы нанимать зверолюдов и срезать их уши ночь за ночью!

— Разве они не выглядят настоящими, словно живые?

Да, действительно, они выглядели так, словно настоящие. Как… как?

— А? Разве это не чучела?

— Хаха, ты тоже поверил этим слухам? Глупец. Если бы это были чучела, Гислен сразу бы это заметила.

Сказал Филип, весело смеясь. Хотя я почувствовал себя обманутым, я понял: в любом мире есть свои эксцентричные коллекционеры, и я вернулся к своей работе. Только через месяц я узнал, что коллекция Филипа была создана с помощью прямых «слепков» с горничных особняка.  Где нет огня, там нет и дыма.

"Ты веришь в Богиню? Я увидел её, подглядывая"

Часть 1

Это был выходной день. Мы направлялись в город. Впереди шла Эрис, а мы с Гислен следовали за ней, присматривая.

— Эй, Рудеус! Иди быстрее!

Сначала Эрис шла за мной. Но в какой-то момент она стала идти впереди, ведя нас за собой. Гислен и я просто следовали туда, куда хотела она. Для меня это было неудобно, ведь я собирался осматривать рынок… Вздох. Ну что ж, пока Эрис не собиралась покидать город, проблем не было. Эрис, которая не делала себе ни малейших капризов, была как щенок. Если выводить её на регулярные прогулки и хвалить при необходимости, всё шло гладко. Так что мне оставалось лишь действовать в рамках её интересов. Было бы глупо нарушать гармонию в одном, пытаясь усложнить другое.

— Ладно, ладно, как повелеваете, моя госпожа.

Сегодня мы пришли на рынок у въезда в город, где выстроились торговые лавки. Пришлые купцы из столицы открыли маленькие прилавки, демонстрируя разнообразные товары. Однако, несмотря на «разнообразный ассортимент», это был район у въезда в город. Товары в основном предназначались для искателей приключений и путешественников: мечи, травы, магические свитки.

Эрис обожала разглядывать такие вещи и в последнее время часто приходила сюда. У неё появилось немного карманных денег, и иногда она пыталась купить странные предметы, за что её ругали либо Гислен, либо я.

— Хмм?

Следя за Эрис, я продолжал своё исследование рынка. Но ничего нового не находил. Несмотря на то, что Укреплённый город Роа был крупнейшим в округе, это всё равно была сельская местность. Редкие товары сюда не привозили. После нескольких месяцев осмотра я уже знал общие ценовые категории большинства товаров и был готов к новым открытиям. Пока я об этом думал, Эрис вдруг заметила что-то и остановилась перед одной лавкой.

— …Добро пожаловать.

Продавец был мрачным человеком. Возможно, из-за этого его товары выглядели уныло. Улыбка — обязательный элемент обслуживания клиентов.

— Новый человек, да? — сказала Эрис высокомерно…

Но я сомневался, что она вообще запоминает лица всех лавочников в округе; вероятно, она просто хотела, так сказать.

— Что ж, я сюда нечасто захожу.

— Хммм.

Эрис огляделась по лавке, но быстро потеряла интерес. Это было ожидаемо, ведь продавались в основном куклы и поделки. Здесь было много кукол, особенно женских. Материалы были разными: резьба по дереву, камень, металл… Хмм. Я не часто видел искусство в этом мире, но некоторые изделия были довольно изысканными.

— Разве это не лучше продавалось бы, если бы вы устроились глубже в городе? — спросил я из любопытства.

Покупатели здесь — искатели приключений, охотники или фермеры из ближайших деревень, которые приходят закупаться. Они вряд ли интересуются такими вещами. Хотя, возможно, кто-то захотел бы купить амулет на удачу… Но ориентироваться на аристократов с тягою к коллекционированию было бы разумнее.

— Ну да… но моя основная цель здесь не продажа, а покупка.

— О? Покупка, говорите?

— У меня есть связи с людьми, страстно увлечёнными коллекционированием кукол. Они покупают редкие куклы по высокой цене. Поэтому в незнакомых мне городах я в основном сосредотачиваюсь на пополнении запасов.

— Понятно…

То есть причина, по которой он открыл лавку здесь, — покупка кукол, сделанных в окрестностях. Он скупает традиционные ремесленные изделия из отдалённых деревень или работы скрытых талантов из этих сельских районов и продаёт их знающим людям. Кажется, это бизнес, сильно зависящий от удачи, и не особенно надёжный… Однако если он этим занимается, значит, потенциал прибыли есть.

— Эти предметы здесь продаются?

— Да, те, что на витрине, не особенно редкие.

Иными словами, это остатки, которые не были оценены ценителями. Как и следовало ожидать из того, что он говорил о приоритете редкости, здесь действительно было много странно оформленных предметов. Были статуэтки женщин с чрезмерно большими грудями и ягодицами, а некоторые — с широко открытыми ртами… Кажется, культура деформирующего искусства существует и в этом мире.

— О!

Вот это интересно.

Это деревянная кукла, но изгиб от талии к ягодицам настолько плавный, что невольно хочется провести пальцем. Возможно, потому что это кукла-девица, грудь выглядит странно, а лицо уродливое, но талия… талия просто отличная. Область талии выполнена очень хорошо. Эй? Подождите… Эта линия талии кажется знакомой. Где я её уже видел…?

— Разве это не слишком «взросло» для тебя, малыш?

Сказал с улыбкой продавец, наблюдая за мной.

«Слишком взрослое» для меня? Что он имеет в виду? Он считает меня медленным? Или вообще есть понятие «слишком юный для кукол»?

— Ай!

Пока я держал её в руках, Эрис дернула меня за ухо.

— Ай! Эй, Эрис, это больно. Серьёзно больно. Прекрати, оно может оторваться. Я же окажусь как Хоичи!

[Примечание: Хоичи Безухий, слепой певец, игравший на бивах из японского фольклора]

— Хватит! Пойдём!

Эрис покраснела и потащила меня прочь.

— Что… Что происходит?

— Ха-ха, приходи, когда у тебя там появится волосы, и я тебе её продам.

С этими словами я наконец понял, что именно я держал в руках. Большая грудь, большая задница — дальше думать не нужно. Короче говоря, это была эротическая фигурка. Дизайн был настолько преувеличен, что совсем не выглядел эротичным, и я даже подумал, что в этом есть какой-то академический смысл… Ну что ж, в этом мире такие вещи тоже есть.

— Теперь, когда я об этом думаю…

Раньше я тоже делал такие штуки.

Часть 2

Можно сказать, что я вдохновился ими. К тому моменту, как я вернулся в особняк, творческое начало уже бурлило во мне. Я тоже хотел что-то создать. Я хотел воссоздать ту плавную кривую ягодиц. Я был уверен, что смогу сделать её ещё лучше — сохранить плавность линии, сделать лицо милым и в целом придать фигуре более практичный вид.

— Интересно, почему мне кажется, что я уже видел такие ягодицы где-то…

В прошлой жизни? Мне кажется, у меня было много возможностей увидеть подобное в прошлой жизни. Конечно, не вживую… Но может ли изображение оставить такое впечатление? Как любое красивое место на фотографии со временем забывается, настоящее чувство можно испытать только лично.

Это значит, что я должен был увидеть это вживую. Но в прошлой жизни у меня никогда не было возможности видеть нагие тела лично. Значит, это должно быть с тех пор, как я пришёл в этот мир. Единственные недавно виденные мной нагие тела — это Сильфи и Рокси…

— О.

Вдруг в моём сердце появился Бог. Нет, Бог всегда был в моём сердце с самого начала. В тот день я достиг невероятного уровня концентрации, и родился шедевр. Произведение настолько совершенное, что трудно поверить, что я делал это впервые. Я не был уверен, смогу ли когда-либо превзойти это в будущем.

Это была «Фигура Рокси 1/8.

Короткие истории к 3 тому ранобэ

Азартная игра Руйджерда

«Тсс! Чёрт! Кто следующий?»

Такой голос раздался в зале Гильдии искателей приключений. Пригнувшийся к столу авантюрист с крабовидным лицом закричал на стоявшего перед ним мужчину. Его лицо покраснело, словно его только что обварили кипятком.

— Женщина, — спокойно ответил мужчина по ту сторону стола — Руйджерд.

Все взгляды в зале мгновенно устремились к входу. Двери Гильдии открылись, и внутрь вошла женщина в доспехах, с мускулистыми руками.

— Чёрт! — завопил крабовидный авантюрист, в ярости хлопнув по столу и швырнув свои деньги в Руйджерда.

Руйджерд без усилий поймал монеты и аккуратно положил их на стол. Перед ним лежала гора денег — выигрыш с пари. Другой наблюдатель обратился к крабовидному авантюристу:

— Эй, может тебе стоит остановиться? Если продолжишь проигрывать так много, что будешь делать завтра?

— Замолчи! Этот парень определённо жульничает! Я не остановлюсь, пока не выясню, как он это делает!

Как всё дошло до такого?

Всё это произошло всего час назад. Рудеус и его группа побывали в Гильдии искателей приключений, но Рудеус забыл кое-что в гостинице и решил вернуться за этим. Однако он сказал Руйджерду и Эрис: «Я справлюсь сам, а вы двое идите вперёд и собирайте информацию». Эрис, как всегда, не слушала и последовала за Рудеусом, а Руйджерд начал собирать сведения в самой Гильдии.

Он прошёлся по залу и столкнулся с авантюристом с крабовидным лицом. Тот пригласил Руйджерда сыграть с ним в игру, говоря: «Если хочешь получить информацию, сыграй со мной». Руйджерд согласился. Правила были просты: нужно было угадать, кто войдёт в Гильдию следующим — мужчина или женщина.

Для Руйджерда, обладающего радароподобным органом чувств, это даже не была игра, и он выигрывал снова и снова. Из-за того, что его успехи были столь точными, авантюрист с крабовидным лицом обвинил его в жульничестве и заявил, что не остановится, пока не выяснит, как это возможно. Если бы Рудеус был рядом, он бы, вероятно, пробормотал: «Что это за манга?»

— Ладно, следующий. Запомни: если я поймаю тебя на мошенничестве, тебе не уйти. Я заставлю всех здесь присутствующих разобраться с тобой, — угрожал крабовидный авантюрист.

Руйджерд был достаточно силён, чтобы одним махом одолеть всех присутствующих, но авантюрист не мог этого знать. Он не собирался жалеть его. Но и остановиться никак не мог. В такой ситуации даже если бы он специально проиграл, соперник всё равно бы нашёл новую отговорку. Что же теперь делать?

— Хмм… следующий — один мужчина и одна женщина… — размышлял Руйджерд, когда почувствовал приближение спасительной силы. Рудеус и Эрис вернулись.

— Выбери только одного! — крикнула Эрис.

Однако авантюрист с крабовидным лицом уловил что-то в этой двусмысленной фразе и широко раскрыл глаза, словно пытался разоблачить магический трюк. Если бы Рудеус был рядом, он, вероятно, подумал бы, что этот человек похож на зрителя, который хочет понять, как обманывают фокусника.

— Ладно, пусть это будет последняя ставка! Если ошибёшься, все предыдущие ставки аннулируются. Если угадаешь — я отдам тебе всё своё имущество! — заявил он.

На эти слова присутствующие начали смеяться:

— Да что там у тебя осталось, кроме одежды?

Но Руйджерд кивнул:

— Хорошо.

— Чтó!?!? Ты серьёзно…?

Игнорируя шепот толпы, Руйджерд спокойно ответил

— Мужчина.

Руйджерда это немного тревожило. Он пришёл ради обещанной информации, но игра затянулась, а соперник слишком серьёзно воспринял ситуацию. Он не имел сопротивления к бою, где условия были явно в его пользу, например угадывание, кто войдёт следующим. Бой — это вопрос скрытия собственных способностей и изучения противника, чтобы использовать его слабости. Его оппонент этого не понимал и начал безрассудную схватку. Он решил, что раз Эрис уважает Рудеуса, то первым войдёт Рудеус.

«……»

Между ними повисла напряжённая тишина. Тот, кто открыл дверь и вошёл, был Эрис.

— ХА! Я победил! Даже уродливая девчонка всё ещё остаётся девушкой! Я выиграл! Идиот! — воскликнул человек с крабовидным лицом, вставая и собирая деньги со стола.

Руйджерд пожал плечами и тоже встал. Последний раунд был немного неопределённым, но он подумал, что всё кончено… однако человек с крабовидным лицом обратился к нему:

— Погоди! Твой трюк почти раскрыт. Ты, должно быть, использовал магию, и её эффект иссяк… С этого момента — честная игра. Я не дам тебе уйти!

Уверенный, что теперь сможет выиграть, он ещё больше увлёкся азартом, громко заявляя о своей удаче и потоке везения. В этот момент к игроку подошла рыжеволосая Эрис.

— Что с тобой, уродливая девчонка, убирайся—

— Кто тут уродливая девчонка?! — воскликнула Эрис, и её кулак вонзился в лицо человеку с крабовидным лицом, мгновенно его оглушив.

Это была расплата за его пустяковое оскорбление. Если человек с крабовидным лицом был азартным игроком, то Эрис была словно бандиткой. Позже, когда Руйджерд рассказал Рудеусу о случившемся с азартными играми, Рудеус сожалел:

— Какой пустяк…

Мой путь к богатой диете всё ещё далёк.

Воспоминания о Рокси

Оригинальная короткая история к 3 тому ранобэ

Ровин и Рокари опустились на пол, едва вернувшись домой. Это было сразу после того, как мальчик по имени Рудеус Грейрат покинул деревню.

— Она жива…

— Да…

Вчера они получили радостное известие. Их дочь, Рокси Мигурдия, жива.

— Сколько лет прошло?

— Лет тридцать, наверное…

С тех пор как Рокси покинула деревню, минуло более тридцати лет. В то время в сердцах Ровина и Рокари царили смешанные чувства. Рокси родилась без способности пользоваться телепатией. Она была единственной в племени Мигурдов, кто лишён был этого врождённого дара общения.

Как родители, они старались изо всех сил. Освоили устную речь, учили её всему необходимому словами, чтобы она могла жить в деревне. Но даже они понимали — их усилия не смогли по-настоящему спасти дочь. Она оставалась чужой среди своих. Сколько раз она рыдала, спрашивая:

«Почему все молчат? Это потому, что я плохая девочка, и никто не хочет со мной говорить?»

И Ровин с Рокари плакали вместе с ней.

— Эй, помнишь это?.. — тихо произнёс Ровин.

Рокари потянулась к ближайшей полке и с тоской опустила себе на колени небольшую пару башмачков. Это были первые туфельки Рокси. Первые, что они когда-то надели на её ножки.

— Да, — сказала Рокари с улыбкой, — она всегда тянулась наружу.

Теперь, оглядываясь назад, они понимали: Рокси всегда была подвижным ребёнком. Не то чтобы особенно смышлёной, но энергии в ней было хоть отбавляй. Она всегда действовала под влиянием импульса и никогда не отказывала себе в желаниях. Башмачки, лежавшие на коленях Рокари, были покрыты заплатками — свидетельство бесчисленных починок.

Рудеус рассказывал им, что Рокси всегда уходила из дому в свои выходные, общалась с жителями-людьми. И пусть она была демоном, внешность её легко могла вызвать ассоциацию с ненавистным племенем Супердов, но, как гордо говорил Рудеус, она сумела завести друзей в замкнутой деревушке, встречая людей с улыбкой.

Думая о Рокси в таком образе, родители поняли: там, где можно было говорить и быть услышанной, она, должно быть, чувствовала себя по-настоящему свободной. В деревне Мигурдов многие пользовались лишь телепатией и вовсе не умели говорить словами. Разговоры с Рокси часто превращались в её монологи. Но за пределами деревни, где каждый мог ответить на её слова, для неё это было, наверное, словно сбросить кандалы.

Когда-то человеческий маг, обучавший Рокси, сказал ей: «Если заговоришь — тебя поймут». И Рокси, вероятно, всем сердцем поверила этим словам и стала поступать в соответствии с ними.

Ровин медленно оглядел свой дом. Это был самый обыкновенный дом Мигурдов — не особенно просторный, и уже при двух-трёх жильцах казался тесным. И всё же повсюду здесь жили воспоминания о Рокси. Её башмачки, её одежда, её посуда — всё это хранилось нетронутым, будто выбросить значило бы стереть её существование.

— Учиться магии среди людей… даже представить себе трудно, — сказала Рокари.

— И что она выросла во взрослую, способную учить других? — откликнулся Ровин.

— Фуфу, не могу этого вообразить.

— Хехе, и я тоже.

Они знали Рокси лишь ребёнком. Подвижной, деятельной, всегда первой на любой шаг… но одинокой в деревне, чаще хмурой, чем улыбающейся. Такой образ и остался в их памяти. Они никак не могли представить себе Рокси, окружённую человеческими детьми, которые с восхищением говорили бы: «Учительница Рокси замечательная!»

И всё же был один человек, благодаря которому они поверили: возможно, Рокси действительно выросла в такого человека. То была человеческая волшебница, из-за которой Рокси и решилась бежать из дома. Когда-то её нашли без сознания за пределами деревни — именно Рокси тогда подняла её и выходила. Сначала Ровин и Рокари думали, что это случайная авантюристка, сбившаяся с пути во время задания. Но вскоре выяснилось: она пришла сюда нарочно.

Она отправилась в деревню Мигурдов не ради какой-то цели, а просто чтобы увидеть их собственными глазами. Ей хотелось узнать этот народ, его быт, его культуру. Настоящая чудачка. Подлинная энтузиастка. Она восхищалась всем подряд — домами, полями, каждой мелочью в деревне Мигурдов, и каждый раз восклицала с удивлением.

Ровин и остальные, никогда прежде не видевшие людей, тогда приняли это за обычное поведение. Но теперь, оглядываясь назад, они ясно понимали: та женщина была весьма странной. Однако дурным человеком она не была. Жила она в доме Рокси, то есть в доме Ровина, и относилась к их дочери с большой заботой. Она многому её учила.

Ровин и Рокари, как родители, старались дать Рокси всё, что могли. Но они оставались Мигурдами — народом, что почти не пользовался устной речью. Это было похоже на то, как если бы ты учил ребёнка, опираясь на иностранный язык, едва освоенный самим. Совершенно несовершенно.

А та странная странница владела множеством языков. Не только демоническим, но и человеческим, языком зверобога, и даже Бога битв. Раз уж она в одиночку добралась до глубин континента демонов, сомневаться не приходилось — перед ними была первоклассная авантюристка.

И именно такая женщина попросила Рокси быть её проводницей по деревне, одновременно обучая её языкам и магии. Она дала Рокси всё то, чего не смогли дать родители, и даже больше.

И потому Рокси ушла из деревни. Если бы она не знала, что существует мир за пределами их селения… если бы не получила в руки средства выжить там… даже её безрассудства не хватило бы, чтобы решиться на побег. Будет ложью сказать, что они не затаили обиды на ту авантюристку.

Если бы та женщина не появилась, Рокси осталась бы рядом с ними. Да, неуютно, да, со своей тоской… но осталась бы. Но вот принесло бы это счастье самой Рокси? На этот вопрос они не знали, что ответить.

«......»

И тут взгляд упал на корзинку. Около тридцати сантиметров в диаметре — её использовали для сбора урожая. Для взрослых она была слишком мала, но когда-то принадлежала Рокси.

В определённом возрасте Рокси начала помогать по деревне. Убиралась, помогала собирать урожай в полях — всё то, что делают дети в каждой семье. Но для Рокси это было особенно тяжело. Ведь далеко не все, кто учил её этим делам, владели устной речью. Лишь немногие — вроде старейшины — могли говорить свободно. Половина жителей языка и вовсе не знала, а те, кто знал, чаще всего едва-едва связывали слова в простые фразы.

Из-за этого Рокси долго осваивала даже самые простые задания, и даже когда казалось, что она наконец научилась, ошибки повторялись. Каждый раз Ровину и Рокари приходилось извиняться перед соседями, объяснять, что случилось, и снова терпеливо разбирать с дочерью, что пошло не так.

Благодаря их усилиям Рокси в конце концов научилась справляться с работой и постепенно была признана деревней. Но тревога за её будущее никогда не отпускала. Пусть она и умела говорить — но будет ли у неё место в этом мире?

Деревня мигурдов не была полностью самодостаточной. Для охоты требовались оружие и капканы, которые приходилось покупать в ближайших городах. И для этого нужен был кто-то, кто умел разговаривать. В будущем у Рокси могла быть такая роль.

Но одно дело — иметь работу, и совсем другое — уметь жить. Они всё время тревожились: что будет с дочерью, когда их самих не станет? Сможет ли она поладить с односельчанами? Если возникнет конфликт — выслушает ли кто-нибудь её? Или её просто прогонят?

Каждый день был пропитан этой бесконечной тревогой о будущем. Когда Рокси начала учиться магии и узнавать о внешнем мире у странствующей волшебницы, родители почувствовали: однажды она может покинуть деревню.

И всё же её исчезновение стало для них ударом. Она ушла, не сказав ни слова. Они боялись худшего — искали её, думая, что вдруг случилось несчастье, что она лежит где-то, не в силах пошевелиться, за границей чьего-то внимания.

Но в конце концов пришлось признать: «Она отправилась в путешествие». Почему так? Почему не сказала ничего? Этот вопрос не выходил у них из головы долгие дни. И постепенно пришла мысль: а может, так даже лучше.

Скажи она тогда о своём намерении — они наверняка попытались бы остановить её. Возможно, даже силой. Но и уверенности, что жизнь в деревне принесёт ей счастье, у них не было. А с другой стороны, уход — не обязательно зло. У мигурдов это редкость, но в других племенах обычное дело, когда дети покидают деревню, едва повзрослев. Кто-то уходит, вдохновившись историями о героях, кого-то гонит перенаселение. Причины у каждой деревни свои.

По меркам мигурдов Рокси всё ещё была ребёнком, но она уже умела говорить, считать, справляться с домашними делами и, пусть на базовом уровне, пользоваться магией. Иными словами, она ушла тогда, когда смогла делать самое необходимое, чтобы жить самостоятельно. Это было не похоже на другие деревни, где дети покидают родные дома лишь для того, чтобы уменьшить количество лишних ртов.

Так они начали убеждать себя: «Так будет лучше». Наверное, Рокси устроилась где-нибудь в Рикарису или странствует авантюристкой и как-то сводит концы с концами.

Они не отправились на её поиски и не собирали о ней вестей. Потому что, если бы вдруг узнали, что она погибла так просто, этого удара они бы не пережили. Но это не значит, что им было всё равно. Не проходило и дня, чтобы они не хотели знать, где их дочь, чем она живёт. Просто не хватало смелости спросить об этом у мира.

Прошли долгие годы в тишине. Они уже думали, что проживут до конца своих дней, так ничего и не узнав. Ведь вероятность того, что ребёнок, покинувший деревню, доживёт до взрослого возраста, ничтожно мала — независимо от племени. Большинство гибнут ещё по дороге до города. Даже если доберутся, не сумеют обустроить жизнь и тоже умирают. А если и сумеют — опасность всё равно всегда рядом. Сколько из них способны прожить хотя бы десять лет? И потому они думали: наверное, Рокси уже нет... Так они и верили.

Они никогда не говорили этого вслух и надеялись, что ошибаются, но мысль о самом худшем всегда жила где-то на краю сознания, как самая вероятная. Поэтому весть, принесённая Рудеусом, стала доброй новостью. Куда более ценной, чем он сам понимал.

— Нам остаётся лишь благодарить ту странствующую волшебницу и Рудеуса с его спутниками.

Странствующая магичка тогда сказала, что её родина — по ту сторону света. Что путь до деревни мигурдов занял у неё очень много времени. Рудеус и его товарищи говорили то же самое. Значит, человеческие королевства и впрямь находятся на невообразимо далёком расстоянии.

А Рокси смогла пройти весь этот путь. Наверняка она видела многое. Больше, чем могла рассказать та путешественница. Она познавала мир, трепетала перед открытиями, иногда горько разочаровывалась, всё это время оттачивая магию, набираясь всевозможных знаний и передавая их младшим — так же, как когда-то передали их ей.

Может быть, она даже встретила ту волшебницу снова. Хотелось бы верить, что наша дочь смогла поблагодарить её как следует. Эта мысль тревожила, но Рокси была вполне способна на такое, значит, наверняка поблагодарила.

А что было потом? Осталась ли она наставницей Рудеуса или отправилась в иные земли, за новыми приключениями? К тому времени она уже наверняка выросла во взрослую женщину, которая сама принимает решения и справляется с трудностями.

И, думая об этом, Ровин ощущал гордость. Было немного жаль, что она не стала точной копией ни его, ни его жены, но даже несмотря на это, он испытывал глубокую гордость, зная, что их дочь делает всё возможное в далёкой земле.

— Хотелось бы увидеть её хотя бы ещё раз, прежде чем я умру.

— Да… хотелось бы услышать о её путешествиях, о том, чем она занималась всё это время.

Сказав это, они сжали руки друг друга. В их воображении возник образ маленькой Рокси. Маленькая Рокси рассказывала им о своих путешествиях, а они слушали, порой с тревогой, порой с глубокой злостью, порой до слёз… Вот такую сцену они представляли себе.

Будет не страшно, если мы все будем сражаться на Каменном мосту

Часть 1

Эта история происходила, когда мы находились на Демоническом континенте, почти у Порта Ветра. Мы путешествовали на ящерах по бездорожью, когда наткнулись на огромное ущелье.

Ущелье было настолько глубоким, что дна не было видно. По словам Руйджерда, это был «ров», созданный одним из Королей демонов во Второй войне людей и демонов, чтобы остановить наступающую человеческую армию с юга.

Скалы были настолько массивными, что казалось невозможным, чтобы их создал один человек. Но, по словам старейшины племени супердов, изначально они не были такими огромными. Оно выросло до этих размеров после мощного взрыва в конце Второй войны людей и демонов, вызвавшего тектонический сдвиг.

Это было невероятно фантастическое зрелище, которое наполняло нас восторгом, но, к сожалению, ущелье было слишком глубоким, чтобы пересечь его напрямую. После короткого восхищения мы решили продолжить путь в поисках объезда.

Пройдя примерно день, вдалеке мы заметили что-то, похожее на мост. Мост был неестественно длинным, пересекал ущелье и, вероятно, был построен с помощью земной магии кем-то. Если есть такая огромная пропасть, естественно, что кто-то построил мост.

Когда мы подошли к мосту, в его основании показалось поселение. Это не было постоянное поселение; там было множество палаток, что говорило о том, что это либо лагерь кочевников, либо большой караван. Однако оно не выглядело временным лагерем на одну ночь.

—Что это такое? Может, фестиваль?» — воскликнула Эрис.

—Ну, что думаешь, Руйджерд?

—Нет… понятия не имею.

Даже Руйджерд не мог их опознать, что немного тревожило. Надеюсь, это не бандиты… Хотя мы и не сталкивались с бандитами во время путешествий по Демоническому континенту, особенно вдали от городов и деревень. Жители этого континента слишком заняты выживанием, чтобы прибегать к кражам у других. Тем не менее, это было возможно.

Продвигаясь осторожно, мы заметили, что люди лишь мельком взглянули на нас, а затем отвели глаза. Они не проявляли ни враждебности, ни дружелюбия — просто безразличие. Это был нейтральный взгляд с лёгким оттенком товарищества… Если можно так выразиться, словно ловишь взгляд человека в очереди на аттракцион.

Получив такие взгляды, мы направились к мосту. Там стояли двое, похожих на опытных приключенцев. Один — мужчина с повязкой на глазу, другой — с большим двуручным мечом.

—Вы тоже планируете пройти здесь?

—Сейчас проход закрыт.

Неужели это бандиты? Они собираются потребовать плату за проход?

—Можно узнать, почему?

Я спросил, чтобы убедиться. Мы никуда не спешили, но, если эти ребята занимают мост и требуют плату за проход, нам придётся с этим разобраться. В конце концов, «Дэд Энд» стоит на страже справедливости.

—Впереди стая «Ядовитых Чешуй». Сейчас их сезон миграции, они немного раздражены. Нас наняли, чтобы перекрыть этот путь и предотвратить любые происшествия, которые могут повредить ближайшие деревни.

—…Понятно.

«Ядовитые Чешуи», да? Я встречал их несколько раз. Это гигантские ящеры с пятнистыми чешуями, которые плюются ядом. Обычно они живут группами в ядовитых болотах глубоко в лесу. Их чешуя имеет некоторую ценность, а так как при выходе из леса они распространяют яд, их часто привлекают для истребления.

—Вы не собираетесь их истреблять?

—Разве ты не знаешь о миграции «Ядовитых Чешуй»? В этот сезон они накапливают яд по всему телу и мигрируют. При этом они выделяют яд на новом месте, чтобы построить гнезда. Понимаешь? Чем больше убиваешь, тем сильнее загрязняется местность.

—Так что истребление сделает этот путь непроходимым.

Возможно, Руйджерд смог бы пройти, но мы не настолько эгоистичны, чтобы делать путь непроходимым или разрушать деревню ради себя.

—Когда, по-вашему, путь станет безопасным?

—Кто знает? Это может произойти скоро, а может, через месяц. Или даже позже.

—Довольно расплывчато.

Я так сказал, бросив взгляд на Руйджерда. Он кивнул своим привычным строгим выражением лица.

—Когда «Ядовитые Чешуи» собираются в одном месте во время миграции, они задерживаются не дольше десяти дней.

—Хммм. Похоже, ты многое знаешь об этом. Так что, раз мы здесь уже три дня, они должны уйти в течение следующих семи.

—Кстати, что бы вы сделали, если бы мы попытались прорваться и одолеть вас?

—Раз уж, похоже, у вас нет таких намерений, скажу прямо: мы разрушили бы мост, пока вы переходите.

—…Как страшно.

Их работа заключается не только в том, чтобы остановить проходящих по мосту, но и в том, чтобы никто не тревожил «Ядовитых Чешуй». Наверняка у них есть спутники и с другой стороны группы.

—Так что будете проходить?

—Нет. Мы подождём терпеливо.

Так наше путешествие ненадолго приостановилось.

Часть 2

На следующий день.

Эрис и Руйжерд тренировались вместе, но я не мог за ними угнаться и ушёл раньше. Не желая просто бездельничать, я решил поднять репутацию «Руйжерда из «Дэд Энда», помогая по пути приключенцам и торговцам, остановившимся лагерем поблизости.

Когда я использовал целительную магию, чтобы вылечить одного из раненых в караване, они были очень благодарны, и вскоре ко мне посыпались просьбы о помощи со всех сторон.

Хотя я и не собирался брать плату за свои услуги, почти все оставляли деньги или еду — это показало, насколько востребованы целители. На Континенте Демонов мало кто умеет использовать магию лечения или детоксикации.

Так, с полным кошельком и с растущей репутацией «Руйджерда из «Дэд Энда», я собирался практиковать магию рядом с нашим лагерем, пока Эрис и Руйджерд продолжали тренировку с, казалось бы, неиссякаемой энергией, как вдруг это произошло.

— Что за…!?

— Эй, расчистите людей с задней части! Мы не можем так двигаться! Чёрт, кто поставил здесь палатки, ты дурак?!

— Это ты сказал, что нам нужно лагерь ставить близко к мосту, чтобы перейти быстрее!

Около моста стало шумно. Чувствуя, что может начаться неприятность, я подошёл, словно известный детектив.

— Что случилось?

Возле моста путешественников, которые сообщили нам о «Ядовитых Чешуях», начали задирать люди, и я обратился к одному из них.

— Ах… о, это вы. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Группа «Ядовитых Чешуй» почему-то начала двигаться к нам.

— Вы хотите сказать, что они собираются перейти мост?

— Нет, они спускаются в пропасть. Если они перейдут её и придут сюда, это будет катастрофа.

Приключенец посмотрел мимо меня, в сторону палаток, расставленных за спиной. Те, кто находился рядом с мостом и понял ситуацию, пребывали в состоянии значительного смятения. Если группа монстров прорвётся сюда, последствия будут катастрофическими. Они путешествуют по Континенту Демонов, так что сражаться могут, но ущерб будет серьёзным. По крайней мере, мост станет непроходимым.

— Что вы собираетесь делать?

— Мы отдали приказ на эвакуацию и планируем сдерживать их, но… мы имеем дело с «Ядовитыми Чешуями». Если только у нас нет кого-то, кто может использовать магию детоксикации…

— Какая удача. В таком случае, я помогу.

— Что? Ты целитель?

— Я больше мастер атакующей магии, но умею пользоваться и магией детоксикации.

— Спасение!

Я решил так без консультации с Руйджердом и остальными, но так как они часто привозят проблемы откуда ни возьмись, мы договорились действовать гибко. Так что проблем нет. Однако сможет ли у меня это получиться на самом деле — другой вопрос.

— Дайте мне обсудить это с моими спутниками. Если они будут против, извини, но, возможно, придётся отойти.

— Конечно.

С этими словами я вернулся в наш лагерь, чтобы обсудить с Руйджердом.

— Понятно, пока ты там, должно быть всё в порядке.

— Нам нужно лишь убить ящериц, которые забираются по утёсу, верно?

Руйджерд кивнул, не меняя выражения лица, а Эрис вскочила, полный энтузиазма. Несмотря на то, что они только что закончили тренировку, энергии у них было предостаточно.

— Думаешь, всё будет в порядке?

— Яд «Ядовитых Чешуи» смертелен, но не действует мгновенно. Если вовремя применять детоксикацию, серьёзного ущерба не будет.

С этой уверенностью я почувствовал, что могу спокойно действовать как целитель с тыла. Меня немного волновало, что Эрис будет сражаться на передовой, но при наличии защитника и учитывая её недавние успехи против монстров, всё должно пройти нормально.

— Только возвращайся сразу, если почувствуешь недомогание.

— Понятно!

Это «Понятно!» было, наверное, одним из тех случаев, когда она действительно понимала. Если после возвращения в Королевство Асура лицо Эрис украсили бы фиолетовые пятна, Филип мог бы сказать:

«Прекрасное лицо Эрис стало довольно испорченным, не правда ли? Конечно, это твоя ответственность. Что ты собираешься предпринять, чтобы ответить за это? Хм?» — и устроить мне допрос.

Ну, это при условии, что Филип благополучно вернётся. Тем временем временно собранные авантюристы и стражи караванов выстроились у подножия утёса. Если бы это был мир моей прошлой жизни, люди, вероятно, паниковали бы и в первую очередь пытались бежать. Но верные торговцам Континента Демонов, услышав:

«Мы будем сражаться. У нас есть кто-то, кто умеет использовать магию детоксикации», — большинство охотно согласились на бой.

Немногие покинули лагерь, но некоторые ушли. Особенно небольшие караваны и торговцы, которые сказали:

«Существует вероятность заражения на другой стороне моста, поэтому мы объедем стороной», — и быстро ушли.

Число людей, оставшихся на месте, было невелико, но более двадцати стояли в ряд у края утёса, устремив взгляд вниз. Это было зрелище, достойное внимания. Создавалось впечатление настоящего рейда.

Я переживал множество рейдов в онлайн-играх, которыми увлекался раньше, но это было впервые в этом мире. В рейдах роль целителя критически важна. Он должен следить за HP группы и не допустить падения кого-либо. Однако слишком частое использование лечебной магии привлекает внимание врага, и целителя начинают бить. Целитель должен находиться в такой позиции, чтобы эффективно исцелять, но при этом быть защищённым бойцами на передовой.

Но это в онлайн-играх. В этом мире нельзя видеть состояние союзников, а монстры не сосредоточиваются на целителях, использующих лечебную магию. У людей, возможно, всё иначе, но учитывая философию Стиля Бога Меча, фехтование здесь направлено на убийство одним ударом, поскольку большинство ран можно мгновенно залечить магией. Специально атаковать целителя нет необходимости.

Таким образом, бойцы на передовой должны действовать так, чтобы избежать мгновенной смерти, а необходимость в лечении определяется их собственным состоянием. Так что кто-то вроде меня, целителя, может спокойно оставаться в тылу. Ну а если станет опасно — запущу пушку-камень сзади.

«……»

Пока я размышлял, прошёл около часа. «Ядовитые Чешуи» всё ещё не появились. Передовые бойцы, хоть и сохраняли напряжение, начали выглядеть озадаченными. К этому времени было бы не удивительно, если бы один-два из них уже поднялись сюда.

В тот момент я заметил лысого мужчину — о, это Руйджерд — который обменялся парой слов с лидером авантюристов и затем прыгнул с утёса. Похоже, он собирался разведать местность. Авантюристы наблюдали, как Руйджерд спрыгнул вниз, словно воробей, а одна из них, Эрис, быстро вернулась ко мне.

— Руйджерд ушёл на разведку! — сообщила она.

Отлично, Эрис умеет докладывать. — Подтвердил я.

— Понял.

Эрис кивнула и вернулась на свою позицию. Через некоторое время Руйджерд вернулся. Авантюристы собрались вокруг него, обсуждая что-то. Вскоре они разошлись, оставив двух человек и разбрелись в разные стороны. Руйджерд и Эрис подошли ко мне.

— Что-то случилось?

— Да.

Если бы дело дошло до критической ситуации, я мог бы использовать магию, чтобы обрушить всё мощной бурей, но мост, вероятно, тоже пострадал бы.

— «Ядовитые Чешуи» начали устраивать гнёзда у подножия утёса.

— И что это значит?

— Миграция окончена. Они некоторое время не поднимутся с дна утёса.

— «Некоторое время»? Сколько это будет?

— До того момента, пока молодняк не вырастет и не начнется следующая миграция… примерно через пять лет.

Значит, теперь можно быть спокойными. Это немного разочаровывает, но иногда события развиваются именно так. Я не знаю, что произойдет через пять лет, но это уже не в моей власти. Люди, живущие в этих местах, разберутся сами.

— А остальные?

— Вероятно, они сообщают своим хозяевам, что путь свободен.

— Понятно. Ну что… пройдем, пока не стало слишком многолюдно?

Мы втроем с нашим ящером путешествуем налегке. Стоит пройти быстро, прежде чем появится толпа. как раз в этот момент один из авантюристов окликнул нас.

— Эй, вы там.

— Да?

— На этот раз ничего не произошло, но спасибо за готовность помочь. Если бы «Ядовитые Чешуи» поднялись, мы бы не справились сами.

— Не за что. Это взаимопомощь в трудные времена.

— Могу узнать ваши имена? Вы авантюристы? Как называется ваша группа?

Услышав это, Эрис и я невольно переглянулись. На такой вопрос есть только один ответ:

— Мы — Руйджерд из «Дэд Энда». Приятно познакомиться.

Его копье чуть короче

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 1 сезона аниме

Часть 1

Руйджерд Супердия.

Он родился в семье воинов племени супердов — упрямый и непреклонный мальчик. Но в бою он был исключительно силён.

С того момента, как отпал его хвост и до самого взросления, он ни разу не проиграл сверстникам. И причина была вовсе не в силе или ловкости. Среди детей встречались те, чьи тела были крепче и мощнее. Не в скорости реакции — и здесь находились те, кто действовал быстрее. Да, он и сам входил в число лучших в обоих качествах, но всё же…

Главное, что отличало его, — это умение оценивать обстановку и решительность. Он всегда мог без колебаний сделать верный выбор, ухватить миг, открывающий путь к победе, какой бы сильный противник ни стоял перед ним. К тому же он был трудолюбив. С самого детства не пропускал ежедневных тренировок и неизменно просил отца дать ему больше. У него был талант, предрасположенность и решимость действовать. С такими качествами успех был лишь вопросом времени.

После вступления во взрослую жизнь Руйджерд Супердия стремительно выдвинулся вперёд и всего за несколько десятилетий стал предводителем воинов. Такое возвышение считалось редчайшим событием за всю долгую историю племени супердов. Однако его успех объяснялся не только личными достоинствами. Причиной стала и война.

Со времён Второй Великой войны людей и демонов прошли тысячелетия. Континент демонов знал долгий век относительного мира — хотя на него и обрушивались притеснения со стороны иных рас, крупных войн более тысячи лет не происходило.

И вот в этой тишине разразилось смятение. На континенте появился человек по имени Лаплас. Один за другим он подчинял себе королей-демонов, правивших здешними землями. Кто-то принимал бой и падал, кто-то склонял голову без сопротивления. Лаплас не потерпел ни одного поражения и уже стоял на пороге объединения всего Демонического континента.

Его влияние вскоре достигло и региона Бабинос, где располагались многочисленные селения супердов. Как и прочим народам, племени пришлось сделать выбор: сопротивление или покорность. Тогда внутри супердов возник раскол. Старейшины выступили против подчинения. Они жили ещё во времена Великой Императрицы Демонов Киширики Киширису и участвовали во Второй Великой войне людей и демонов. Их верность Киширике оставалась непоколебимой, и они отказались склонить головы перед таинственным выскочкой.

Молодое же поколение, напротив, решило встать под знамёна Лапласа. Его мечта объединить Демонический континент и двинуться войной на земли иных рас, чтобы вернуть плодородные территории, казалась им притягательной. Обещание покончить с их нынешним положением — презираемых и порабощённых — находило отклик в сердцах юных супердов, которые не помнили ужасающего разгрома Второй Великой войны людей и демонов.

Обычно голос старейшин считался решающим. суперды, чей век долог, привыкли придавать огромное значение их словам. Но со времён Киширики Киширису прошло слишком много лет. Недовольных среди молодых оказалось слишком много, их порыв оказался непреодолим.

Сами старейшины также не смотрели на происходящее с оптимизмом — они уже понимали, что их время прошло. Влияние Киширики ослабло, и верности, оставшейся в сердцах, было слишком мало, чтобы переломить решение молодёжи.

Так, с вступлением племени супердов в войско Лапласа произошла смена поколений. Племя разделилось на тех, кто остался в деревне, и воинов, ушедших на войну. В ряды отправлялись лишь лучшие из лучших, а сильнейший становился командиром воинов.

Перед тем как присоединиться к армии Лапласа, был устроен праздник — большой турнир на выбывание, в котором участвовали все воины племени. Последним на ногах остался Руйджерд. Так он стал предводителем воинов и повёл супердов под знамёна Лапласа. Если бы не война, ему потребовались бы сотни лет, чтобы занять место предводителя воинов.

Часть 2

Когда Руйджерд был назначен предводителем воинов, он женился на женщине по имени Лувилия. Она была старше его и не принадлежала к числу воительниц. В отличие от большинства супердов, Лувилия не обладала боевыми навыками и больше занималась домашними делами и делами деревни.

Она была весёлой, открытой девушкой, относившейся ко всем одинаково доброжелательно, и потому пользовалась любовью молодых воинов. Руйджерд же уже тогда был упрямым человеком, мало разговаривал, и многие ровесники и даже старшие думали о нём так: «Не понимаю этого парня», или «Он всё время выглядит злым и пугающим».

Лувилия была одной из немногих, кто понимал его. С юных лет она опекала его, словно старшая сестра. Руйджерд был упрямым ребёнком, который редко слушался родителей, но слова Лувилии обычно принимал к сердцу. Вероятно, именно поэтому вождь племени решил сочетать их браком, надеясь, что она станет для Руйджерда своеобразной уздой.

Удалась ли эта задумка — сказать трудно. Однако у Руйджерда и Лувилии родился ребёнок, и со стороны они выглядели любящей парой.

— Добро пожаловать домой, дорогой. Как прошёл этот поход? — так встречала Лувилия мужа, когда после крупных сражений воины супердов возвращались в родные земли региона Бабинос.

Когда Руйджерд возвращался домой, Лувилия всегда с нетерпением заговаривала с ним:

— Это была великая победа. Королева демонов Атoфератoфе сдалась, а Великая Императрица Демонов Киширика Киширису пала. Но Король демонов Бадигади в ярости и объявил нам беспощадную войну.

— Бадигади? Тот самый, что был стратегом армии демонов в прошлой войне? Это не опасно?

— Ничего не изменилось. Как всегда, господин Лаплас возьмёт город Рикарис и сокрушит Бадигади.

К тому времени, как племя супердов присоединилось к нему, армия Лапласа уже представляла собой устрашающую силу. Многие воинственные короли-демоны и боевые народы встали под его знамёна. К тому же сам Лаплас, верховный командующий, отличался мудростью и никогда не вступал в бой, который нельзя было выиграть. Даже в сражениях, где победа была очевидна, он разрабатывал планы, чтобы свести потери к минимуму, и выполнял их безупречно. По крайней мере с тех пор, как суперды вошли в его войско, они не потерпели ни одного поражения.

— Ты в этом уверен? — с тревогой спросила Лувилия.

— Этот человек исключителен. Ему можно довериться и идти за ним, — твёрдо отвечал Руйджерд.

В огромной армии суперды пользовались особым уважением. Их поставили в связку с племенем мигурдов, способных передавать сообщения на большие расстояния посредством телепатии, и использовали в решающие моменты каждой битвы. Даже будучи новичками, они становились ключом к победе. Так суперды снискали себе славу в многочисленных боях, и их положение в армии Лапласа стремительно возросло.

Вскоре суперды стали ядром армии Лапласа и пользовались большим уважением. Лаплас возлагал на них огромные надежды — и племя супердов их оправдывало. В результате их преданность ему лишь крепла. Предводитель воинов, Руйджерд, тоже начал доверять Лапласу и всё сильнее ощущал свою принадлежность к его войску.

— Раз ты так говоришь, значит, всё будет хорошо.

— Да.

Их разговоры не были оживлёнными, но Лувилия улыбалась ярко и тепло. Только она умела видеть, что Руйджерд в хорошем настроении. Лишь ей было дано замечать, что после вступления в армию Лапласа он начал получать удовольствие от своей роли.

— …Кстати, во время твоего похода родился ребёнок. Может, дашь ему имя? — вдруг сказала Лувилия, скосив взгляд в угол комнаты. Там спал младенец. Лицо ребёнка напоминало Руйджерда, но глаза явно унаследовала Лувилия.

Руйджерд лишь бросил короткий взгляд на малыша и тут же отвёл глаза.

— Подойдёт любое. Назови его сама.

— Хорошо, — мягко ответила Лувилия и тихо засмеялась, не возразив.

Она знала, что Руйджерд растерян. Хотя его слова прозвучали пренебрежительно, для Лувилии они означали лишь одно: «Я не знаю, как назвать ребёнка, помоги мне».

— ……

Руйджерд встал перед колыбелью, глядя на лицо младенца. Как обычно, его выражение было мрачным.

— Ты любишь детей? — спросила Лувилия.

— Ненавижу.

— Почему?

— Потому что я их не понимаю.

С этими словами Руйджерд осторожно протянул палец к малышу. Тот улыбнулся и крепко ухватился за него.

— Ты сильнее, чем я ожидал, — пробормотал Руйджерд.

— А ты был ещё сильнее, — засмеялась Лувилия.

— Естественно.

Она рассмеялась, вспоминая, каким он был в его годы. В этот момент ребёнок вдруг заплакал.

— Почему… почему он плачет? — нахмурившись, спросил Руйджерд, глядя на сына и ничего не предпринимая.

Лувилия мягко улыбнулась, подняла малыша на руки и стала легко укачивать, нежно поглаживая по голове. С лаской, с любовью. И вскоре ребёнок успокоился.

— Эй, может, попробуешь подержать его тоже? Просто возьми вот так и погладь по голове, — предложила Лувилия.

— Нет… обойдусь, — ответил Руйджерд.

Перед его глазами тут же возник образ вражеского воина, которого он убил всего несколько дней назад. То был боец из племени Тока, известного своей крепкой кожей. Но копьё Руйджерда прорвало эту кожу, а его кулаки сокрушили кости.

Ребёнок перед ним казался бесконечно более хрупким, чем тот воин. Руйджерду казалось, что если он возьмёт младенца на руки, то ненароком раздавит его.

— Понимаю, — мягко произнесла Лувилия, продолжая улыбаться. Видимо, она так и не догадалась о том смятении, что терзало его изнутри.

Часть 3

Спустя некоторое время после поражения демон-короля Бадигади Лаплас стал известен как «Бог демонов Лаплас». Армия Лапласа также прозвалась армией Бога демонов, и вместе с этим выросла слава племени супердов.

О них говорили так: «Где армия Бога демонов, там и суперды.»

Однажды бард, увидевший их, воспел:

«С зелёными волосами и белой кожей, с алебастровыми копьями в руках, слуги Бога демонов неустанно преследуют свою добычу…»

Слыша это, суперды гордо застыли с копьями в руках, чувствуя гордость за своё племя.

— Мы племя супердов. Быстрые и неумолимые охотники, преследующие добычу до краёв света, — провозгласили они.

В армии Бога демонов каждый расступался перед супердами. Ну, почти каждый. Например, Королева демонов Атoфератoфе иногда преграждала им путь и вызывала на бой. Некоторые воины супердов падали жертвами таких стычек, но не держали зла. В конце концов, противником была печально известная Королева демонов Атoфе. Их собственная вина, что привлекли её внимание.

Пройдя через множество сражений и объединив Демонический континент, суперды были избраны личной охраной Лапласа. Их обязанности оставались прежними, но преданность Лапласу становилась только крепче. В конце концов Лаплас подчинил последних Королей демонов и стал бесспорным правителем Демонического континента. Следующим шагом должно было стать вторжение на Центральный континент и континент Милис.

— Завтра отправляемся завоёвывать Центральный континент и континент Милис. «Несколько лет меня не будет», —сказал Руйджерд.

Слыша это, Лувилия выглядела слегка одинокой, но не произнесла ни слова. Во время войны было обычным делом, что супруги не видели друг друга годами.

— Пусть удача сопутствует тебе в сражениях.

— Под командованием господина Лапласа удача на стороне войны, — твёрдо ответил Руйджерд.

Они никогда не были людьми многословными. Однако Руйджерд всегда возвращался домой между сражениями. Несмотря на высокий статус и многочисленные обязанности в армии Бога демонов, Руйджерд всегда находил путь домой. В доме, а точнее рядом с Лувилией, царило такое чувство покоя, которое трудно было описать словами.

— Получай!

В тени на него надвигался убийца. Притаившийся у потолка, он увидел, что Руйджерд полностью расслаблен, и посчитал это идеальным моментом для атаки.

— ……

— Ай!

Слышался лёгкий звук, когда убийца кувыркнулся и покатился по полу. Руйджерд обернулся и увидел маленького ребёнка. У него всё ещё был короткий хвостик, а в руках он держал игрушечное копьё. Малыш подпрыгнул, выпятил грудь и посмотрел на Руйджерда. Затем снова бросился на него, но и на этот раз был легко отбит.

— ……Что ты пытаешься сделать? — спросил Руйджерд.

— В последнее время он участвует в тренировках с учениками-воителями. Наверное, хочет показать тебе результаты своих занятий, — мягко пояснила Лувилия.

— ……Понимаю.

Во время войны воспитанием детей супердов занимались те, кто оставался в деревне. Отставные воины обучали детей владению копьём, а сами дети соревновались и тренировали друг друга, взрослея и превращаясь в воинов.

Идеально было бы, если бы родители учили детей пути копья сами. Однако из-за непрекращающейся войны это стало невозможным, и нынешняя система оказалась лучшим решением.

В действующей системе воспитания супердов для родителей практически не оставалось места. Тем не менее, дети всё равно хотели показать родителям, чему научились. Когда воины возвращались с походов, дети демонстрировали результаты тренировок, а родители исправляли ошибки и учили собственным приёмам.

— Разве ты не был таким в его возрасте?

— Нет. Я всему, что знаю о копье, учился непосредственно у отца.

— Так ведь… —

Руйджерд произнёс это, глядя на ребёнка, и мальчик снова выпятил грудь. Вспоминая уроки своего отца, Руйджерд начал давать наставления:

— Если собираешься внезапно атаковать, не издавай ни звука.

— ……

— Держи копьё ближе к телу доминирующей рукой, иначе не сможешь нормально использовать локоть.

Руйджерд по-прежнему был с суровым выражением лица, но эти слова были уроками, которые когда-то передал ему отец. Однако глаза ребёнка начали наполняться слезами.

— Вааа!

Он заплакал и бросился к задней части дома.

— …Почему он плачет? — спросил Руйджерд.

— В такие моменты нужно просто похвалить его. Он только начал, — мягко пояснила Лувилия.

— Тут нечего хвалить, — ответил Руйджерд.

— Возможно, ты так считаешь, но для него это первый раз, когда он показал тебе свои умения.

— Если его сразят с первого взгляда, он может потерять жизнь.

— …Наверное, ты прав, — редкое для неё вздохнула Лувилия.

Руйджерд был невероятно неуклюж в обращении с детьми, и её упрямый муж вряд ли сильно изменится. Она волновалась, что это может быть несправедливо по отношению к их ребёнку. Что же делать? Но даже если Руйджерд не менялся, их ребёнок рос и развивался.

— Ставь бедра ниже. Не опирайся на хвост для равновесия.

— Ставить бедра ниже! Не опираться на хвост для равновесия?

Вопреки ожиданиям, Руйджерд никогда не хвалил его, но ребёнок не обижался. В конце концов, у него был отец, которым можно было гордиться.

Сведения, приходящие из-за пределов деревни, почти всегда касались войны — и почти все они восхваляли Руйджерда. Руйджерд Супердия одержал победу в дуэли над знаменитым воином на севере Центрального континента. Он убил разбойного дракона, напавшего на их лагерь, и даже разгневал Королеву демонов Атoфе, но сумел выйти из схватки невредимым.

Каждая новость содержала хотя бы один эпизод, воспевавший подвиги Руйджерда. Ребёнок слушал с гордостью и клялся однажды стать таким же, как его отец. Так он обожал своего отца, даже если никогда не получал похвалы, просил новые тренировки, слушался наставлений и превращал их в свою силу. Руйджерд этого не знал, но невозможно было не любить ребёнка, который обожал его. Хотя проявления этой любви у него были весьма неловкими.

— Он ещё неопытен, но станет отличным воином, — говорил Руйджерд, никогда напрямую ребёнку, а всегда жене, Лувилии.

— В конце концов, он твой ребёнок.

— Да, это так…

В этот раз Руйджерд необычно расслабил суровое выражение лица и чуть приподнял уголок рта. Учитывая, что раньше он заявлял, что не любит детей, это было заметным изменением. Лувилия, в свою очередь, наблюдала за этой переменой с тёплой улыбкой.

— Кстати… как его зовут?

К тому времени, когда Руйджерд несколько раз вернулся в деревню, ребёнок уже привык к манерам отца. Вместо того чтобы искать косвенную похвалу, он продолжал напрямую просить тренировки и наставления, веря, что однажды это приведёт к похвале.

— Тренируйся, пока не упадёшь.

— Буду тренироваться, пока не упаду!

Этот вопрос на мгновение оставил её безмолвной. Кстати, сына назвали Руивилд.

Часть 4

Дети растут быстро. Когда армия Бога демонов начала постепенно расширять территории захваченные на Центральном континенте, хвост Руивилда уже начал окостеневать.

— Отец! Как прошла битва на этот раз?

— Победили, конечно. Но слышал, что на юге нам пришлось несладко.

— На юге? Это значит, против госпожи Атoфе?

— Да. Эта женщина слаба против хитростей.

— С ней всё будет в порядке?

— Не волнуйся. Благодаря красным драконам, которых выпустил господин Лаплас, они не могут хорошо координироваться. Даже если нам сейчас тяжело, это лишь вопрос времени.

Тогда ситуация ещё оставалась нестабильной. На юге Центрального континента могучие королевства объединялись, чтобы отразить наступление армии Бога демонов. На севере же сильные снегопады замедляли продвижение, мешая их планам.

Но это не означало, что они находились в невыгодном положении. Лаплас выпустил орду красных драконов в горы Центрального континента, разделив северный, южный и западный регионы. Кроме того, он применял отвлекающие манёвры, чтобы сосредоточить силы врага в одном месте, а затем использовал мобильность Морских народов для внезапной атаки, с другой стороны, захватывая прибрежное государство.

Армия Бога демонов намеревалась использовать этот плацдарм для продолжения вторжения. С точки зрения Руйджерда, раз они дошли до этого, оставалось лишь ждать времени. Люди умны, но слабы. В прямом столкновении с демонами им было не выиграть.

— В следующий раз, когда я вернусь, твой хвост может уже отпасть.

— Да!

В какой-то момент Руйджерд начал с нетерпением ждать взросления сына. Его навыки владения копьём и движения всё ещё оставляли желать лучшего, но казалось, что в сыне бурлит потенциал настоящего воина, заслужившего похвалу у воинов, охраняющих деревню.

— Как и ожидалось от твоего сына. Он отличный, — такие слова наполняли отца гордостью, даже если речь шла не о нём самом.

Однако его немного тревожило то, что как воин супердов его сын был слегка низкорослым и маленьким. Малое тело могло стать недостатком в бою. Например, у маленького человека короткий хвост. А короткий хвост означает короткое копьё, что создаёт опасения по поводу дистанции. Разница в досягаемости в бою могла стать вопросом жизни и смерти.

Конечно, сам Руйджерд не отличался особым ростом среди супердов и прекрасно знал, что у маленьких воинов свои приёмы, а ценность воина определяется не размерами. Хотя он понимал, что это мелочь, он всё же не мог не волноваться. Руйджерд сжал лицо сильнее обычного, поддавшись этой необъяснимой тревоге.

— Если твой хвост отпадёт, и ты будешь признан воином, ты отправишься на поле боя.

Как бы чтобы стряхнуть с себя это чувство, он произнёс эти слова, и сын посмотрел на него с серьёзным выражением лица, кивнув искренним взглядом.

— С нетерпением жду момента, когда буду сражаться вместе с тобой, отец!

— Тренируйся хорошо, чтобы не быть обузой.

— Да!

Представляя, как его сын будет сражаться под его командованием, суровое выражение Руйджерда слегка смягчилось.

— Эм, дорогой, ты уверен, что битва идёт хорошо? — осторожно спросила Лувилия.

— Без проблем.

— Но раньше ты никогда не возвращался в такое время.

— Ах… верно. Действительно, с этого момента всё станет серьёзно. Господин Лаплас хотел обсудить кое-что, и я хотел проконсультироваться с вождём.

— Это что-то, что ты не можешь нам рассказать?

— …Нет, ну…

В это время Руйджерд и другие воины супердов столкнулись с решением, предложенным Лапласом. Речь шла о их копьях. Лаплас предложил наделить всех воинов супердов определённым магическим копьём. Это было почётно. Однако для племени супердов копьё — это их душа. Суперды рождаются с хвостами, которые окостеневают и отпадают, когда они становятся взрослыми, превращаясь в копья.

Они живут, сражаются и умирают вместе со своим копьём — его можно считать их вторым «я». Именно такая жизнь считается наилучшей для супердов. Отказаться от своего копья и взять другое было немыслимо.

Но тот, кто предлагал эти копья, был никто иной, как Лаплас. Руйджерд и другие воины супердов доверяли Лапласу и клялись ему в верности. Разве они могли легко отказаться от копья, предложенного Лапласом?

Руйджерд пришёл к вождю и старейшинам за советом. Совет, да, но точнее — за поддержкой. Он хотел, чтобы они сказали: несмотря на то, что копьё — душа супердов, в этой войне верность Лапласу должна быть превыше всего. Однако старейшины не дали Руйджерду желаемого ответа. Копьё — душа супердов. Их гордость. Отказ от него — немыслим.

Такой ответ вовсе не учитывал их верность Лапласу, что было трудно принять Руйджерду, полностью преданному ему. Но это было лишь мнение Руйджерда, а не общее согласие всех воинов. Половина воинов тоже выступала против смены копья. Их беспокоило возможное падение боевой эффективности с новым оружием и смутный страх оставить традиции. Однако они заявили, что в конечном счёте последуют решению Руйджерда.

— Если Руйджерд берёт его, я тоже возьму. Решение было за Руйджердом.

Как предводитель воинов и самый доверенный боец среди супердов, выбор был именно за ним. Конечно, сам Руйджерд не считал хорошей идеей отказаться от своего копья. Если бы кто-то другой предложил это, он мгновенно отверг бы предложение.

Но магические копья предлагал никто иной, как Лаплас. Во время объединения Демонического континента Руйджерд не раз убеждался в мудрости Лапласа. Он переворачивал, казалось бы, безнадёжные ситуации, используя неожиданные тактики и стратегии, чтобы подчинять королей-демонов.

Когда мудрецы сомневались в победе, Лаплас всегда приводил их к триумфу. Установление плацдарма на Центральном континенте было во многом заслугой стратегии Лапласа. Рост статуса племени супердов был связан с особой благосклонностью Лапласа к ним.

И поэтому Руйджерд подумал: «Господин Лаплас, должно быть, что-то задумал.»

И так Руйджерд принял решение. Он ни на секунду не сомневался, что его выбор был верным.

Часть 5

С этого момента воспоминания Руйджерда начали быстро терять чёткость. Он ясно помнит лишь удивлённые лица воинов, когда те взяли в руки магические копья. Сила, исходящая от этих копий, была настолько поразительной, что даже закалённые воины супердов были ошеломлены. В тот момент никто не сомневался в Лапласе. Получение копий такой мощи означало, что Лаплас доверял племени супердов больше всех в армии Бога демонов и возлагал на них высокие ожидания. Поэтому каждый искренне верил: нужно сражаться изо всех сил, чтобы оправдать это доверие.

Не было ни малейшего сомнения, что магические копья обладают огромной силой. Сам Руйджерд никогда не забудет чувство всемогущества, которое охватило его при первом прикосновении к магическому копью.

С тех пор началось время беспощадных сражений. Не было времени возвращаться в деревню. Сражаться, отдыхать, снова сражаться, немного передохнуть, и снова в бой. Это был однообразный и жестокий цикл.

Он не помнит деталей. Лишь смутные образы: поиск врагов, нахождение и уничтожение их. Атаковать фланг врага и убивать, совершать ночные рейды и убивать, устраивать засады на преследующих и убивать, разорять лагеря врага и убивать, штурмовать вражеские укрепления и убивать, брать замки и убивать, разрушать города, уничтожать деревни.

Эмоции того времени были радость и ощущение превосходства. Суперды — сильнее. Люди не соперники. Смотри, этого одним ударом валим. Этого тоже. Этот кажется немного крепче, но максимум три-четыре удара. Ха-ха-ха, слабые. Смотри, всех уничтожили. Жалкие, человеческие воины! Двигаемся дальше. Для господина Лапласа, давайте раздавим врагов. Покажем гордость племени супердов. Но по мере того, как сражения продолжались, даже эти эмоции постепенно угасали.

Враг. Убить. Человек. Убить. Истребить. Следующий. Почему? Кого это волнует, убить врага. Слышал? На деревню супердов напали. Значит, нападавшие — враги. Они враги. Смотри, они дрожат. Утверждают, что союзники. Кричат, спрашивают «почему». Кого это волнует. Они люди. Убивать людей. Убивать всех. Просто убивать. Убивать, убивать, убивать. Убивать. И затем случилась трагедия.

После той трагедии Руйджерд Супердия отомстил Лапласу. Он вмешался в финальную битву между героями-человеками и Лапласом, приведя людей к победе. После этого он один раз вернулся на руины деревни супердов. Он сжёг тела, похоронил кости и затем ушёл прочь от опустошённой деревни. Пройдя некоторое время, он оглянулся и увидел землю, где родился и вырос. Родину, где не осталось ничего и никого.

— …Я…

Руйджерд невольно посмотрел на свою собственную руку. В его руке больше не было копья. Он потерял гордость и честь племени супердов. Это была рука глупца, который совершил необратимое. Рука того, кто был бы счастлив умереть. Ничего не осталось.

— Я… я был… вместе… с вами…

Но в другой руке было копьё. Копьё, которое олицетворяло гордость племени супердов, их саму душу. Владелец этого копья был героем. Героем, который остановил предводителя воинов племени супердов, Руйджерда, который был под контролем проклятого копья и вышел из себя, нападая на собственных союзников и даже на семью, положив конец трагедии.

Герой, у которого было всё то, что Руйджерд потерял. Он восхищался сильными воинами, никогда не пренебрегал собственной работой, продолжая оттачивать свои клыки, ожидая того дня, когда его позовут.

Имя героя — Руивилд Супердия. Это также имя сына Руйджерда, которого он ни разу не хвалил и не погладил по голове. Сын, который уважал своего глупого отца и стремился догнать его. Даже среди супердов он был невысокого роста, а копьё, выросшее из его короткого хвоста, было, как и следовало ожидать, немного короче. Но он отнюдь не был слабым воином, каким Руйджерд боялся его видеть.

Он остановил Руйджерда, который стал невероятно сильным под влиянием проклятого копья, и вернул его в сознание. Он так и не попал на поле боя, но если бы попал, то наверняка стал бы великим героем.

Руйджерд не был человеком, достойным уважения такого героя. У него не было ни чести, ни гордости. Он стал самодовольным с тех пор, как люди говорили: «В армии Лапласа есть племя супердов, а в племени супердов есть Руйджерд», — но он не был героем. Но его сын был другим. Он был настоящим героем племени супердов.

— ……

Именно поэтому Руйджерд поклялся копью. Он должен стать воином, которого уважал его сын. Он должен взять на себя ответственность за восстановление чести и гордости племени супердов, которую его сын наверняка бы восстановил, будь он жив.

Он не имел ни малейшего представления, что нужно сделать для этого. Но глядя на наконечник копья и вспоминая, как оно энергично колебалось в бою, он сжал рукоять и просто дал себе клятву: Сколько бы лет это ни заняло, он обязательно очистит запятнанное имя племени супердов.

Азартное перерождение Рудеуса

Великий лес. Тракт Святого Меча. В конце длинного тракта, на просторной площади, лицом к лицу стояли двое мужчин. Это были Рудеус и Гису. Между ними стояла импровизированная миска, и оба, сосредоточенно нахмурившись, не отрывали глаз от кубиков.

— На этот раз… давай, давай, давай!

— …Ладно. Один, три, три! Всего семь. Я выиграл.

— КукЕЕЕЕЕЕ!

Странный вопль, похожий на крик лесной птицы-монстра, разнёсся по Великому лесу. Рудеус, схватившись за голову, выпрямился, издал предсмертный вопль и рухнул наземь. Он умер. Рудеус погиб.

— Эй, эй, это уже слишком театрально.

— Почему? Почему? ПОЧЕМУ?!

Поднявшись, пошатываясь, словно зомби, Рудеус с залитыми слезами глазами уставился на кости в миске.

— С этим твои проигрыши уже составляют около двадцати золотых Асуры. Ну, конечно, мы ведь не на настоящие деньги играем… но всё равно, старшой, у тебя это совсем не получается…

— Грннннн.

Скрипя зубами, Рудеус поднял кости и начал внимательно разглядывать их грани, будто ища следы подделки.

— …Я ведь не жульничал, знаешь? Да и вообще, эти кости и эту миску ты сам сделал.

— Заткнись. Так все шулеры говорят.

Бросив колкость, Рудеус всё же вернул кости обратно в миску с раздражённым видом. Посмотрев на результат, его лицо тут же озарилось надеждой.

— Четыре, четыре, пять! Отлично, значит…

— Ой-ой, босс, может, хватит уже? Азарт явно не твоя стихия.

— Но в следующий раз… я ведь могу выиграть в следующий раз, да?

Если бы Рудеус наблюдал за самим собой со стороны, он бы сказал: «Все неудачники в азартных играх твердят одно и то же».

— Нет, ты никогда не выиграешь. Вся проблема в твоей стратегии. Ты ставишь крупно, даже когда сам не уверен в победе.

— Но вот в прошлый раз, когда почти выиграл и выкинул единицу — что я мог поделать?

— Ну да, такое бывает. Но если хочешь отыграться, нужно брать обратно понемногу. А пытаться вернуть всё разом… ты только глубже в яму залезешь.

Стратегия Гису была проста: всегда ожидать проигрыша, минимизировать убытки, а выигрывать в долгосрочной перспективе. Рудеус понимал это умом, но в азарте игры слова пролетали мимо ушей. Тем более, что они ведь играли не на настоящие деньги — и это лишь подливало масла в огонь его возбуждения.

«Хаа… ну, в конце концов, мы же не на деньги играем…»

— Ты что там вытворяешь?

На плечах Гису пожал, а позади раздался строгий голос.

— О, здоровяк. Как видишь, просто кости, — лениво ответил Гису.

Это были Руйджерд и Эрис: они как раз донесли охапку дров и теперь подошли ближе.

— Рудеус, разве ты не говорил, что не играешь в азартные игры? — нахмурился Руйджерд.

Рудеус замахал руками, будто оправдываясь:

— Э-это не азартные игры, потому что мы не ставим деньги!

— Вот как… но похоже, ты уже изрядно проиграл, — заметил Руйджерд, глядя на горку фишек перед ним и Гисом.

Затем он опустился на землю напротив импровизированной миски.

— Ладно. Я отомщу за тебя.

— Ого, здоровяк решил поиграть? — глаза Гису засияли.

— Да. Среди воинов я был лучшим в кости.

— Хе-хе, вот оно как? Ну смотри, я пощады не дам.

С довольным видом Гису протянул Руйджерду фишки, которые Рудеус предварительно сделал с помощью магии.

— Правила простые, — пояснил он. — Сначала «банкир» бросает кости, а игрок ставит фишки. Потом игрок бросает — если его результат выше, то он выигрывает. Затем роли меняются, и всё повторяется. Понял?

— Да.

По сути, это был вариант игры Чинчирорин.

[Примечание: Чинчирорин (チンチロリン) — простая, но увлекательная игра с тремя костями, часто связанная с азартом. Правила могут немного меняться в зависимости от региона или компании. В других культурах, например в США, её аналог известен как «Cee-lo», хотя правила там слегка отличаются.]

— Помни особое правило: если игрок выбрасывает три единицы, он получает в пять раз больше своей ставки. Но если выпадут три шестёрки — платит в пять раз больше, — объяснил Гису.

— Понимаю. Значит, стремление к максимальному результату сопряжено с риском, — кивнул Руйджерд.

Услышав слово «риск», Гису слегка склонил голову, но всё равно продолжил объяснять. Если Руйджерд не разберётся в правилах, он станет лёгкой добычей.

— Тогда начнём. Я буду сдающим. Ну же…

Гису бросил кости. Те загремели, закружились по миске и замерли. Выпало: три, пять и шесть — всего четырнадцать.

Учитывая, что максимум равен восемнадцати, это был довольно высокий результат. Руйджерд посмотрел на выпавшие кости и молча поставил все свои фишки.

— Эй, босс, ты уверен? «Выпало четырнадцать!» —настороженно сказал Гису.

— Да, Руджерд, может, лучше сыграть поосторожнее? — добавил Рудеус.

Но Руйджерд лишь покачал головой.

— Нет. Я сказал, что отомщу за него, разве нет?

С этими словами он поднял кости и, словно небрежно, бросил их. Кости закружились, громко тарахтя в миске, и наконец остановились.

— …!

Глаза Гису и Рудеуса широко раскрылись. Результат оказался невероятным — все единицы. Идеальный бросок.

— Три единицы… это же пять ставок, верно? — спокойно произнёс Руйджерд.

— Д-да… как и ожидалось от тебя, здоровяк. Тебе и вправду везёт, — пробормотал Гису, выдавливая из себя натянутую улыбку.

— Хех… если сводить всё лишь к везению, тебе ещё далеко, — с пугающей усмешкой ответил Руйджерд.

Гису ещё не понял, что кроется за этим странным смехом. Несколько минут спустя.

— КУКИИИИ! —

Схватившись за голову, Гис резко выпрямился, издал предсмертный вопль и рухнул наземь. Он был мёртв. Гису умер.

— Хех, ну это уже чересчур драматично, — заметил Руйджерд.

— Н-не может быть… такого просто не бывает… — пробормотал Гису, поднимаясь, шатаясь, словно зомби. Его взгляд с ненавистью упал на кости.

— Почему… почему, стоит бросить тебе — и выпадают только единицы?.. Ты что, мухлюешь?.. Нет… не может быть, здоровяк ведь не стал бы… Тогда, может, это босс?.. — Гису бормотал, глядя в пустоту.

Но ведь и Гису, и Руйджерд пользовались одними и теми же костями. Да и выражение искреннего удивления на лице Рудеуса говорило о том, что он тут точно ни при чём. Только Руйджерд произнёс ровным голосом, словно констатируя очевидное:

— Жульничаю? — Руйджерд слегка усмехнулся. — В былые времена мы играли в кости впятером. Так что это для меня — естественно.

— Но количество костей тут ни при чём, верно? — растерянно возразил Гису.

— Как это «ни при чём»? Разве не сложнее выбить совпадение на пяти, чем на трёх?

— …А?

И тут Гису осенило. Может быть, Руйджерд попросту неправильно понял эту игру. Возможно, для племени супердов кости — это не азартная забава, где всё решает случай, а состязание мастерства, где игрок сам должен выбить нужный результат. Однако весь его опыт азартного игрока подсказывал: такого просто не может быть. Никто в мире не способен на это.

— Нет, тут явно есть какой-то трюк. Я обязательно его раскрою! — пробормотал Гису сквозь зубы.

Он клялся себе, что победит. Что бы ни случилось. Это был вопрос чести. Он не мог позволить, чтобы простой воин, знающий лишь бой, обыграл его в кости. Кровь азартного игрока взыграла в жилах, и он был готов сразить врага, стоящего перед ним.

— Да сколько можно играть!?

В этот миг Эрис одним ударом ноги вышибла миску. Кости со звоном улетели в чащу леса вместе с ней.

— Я голодная! Давайте уже готовьте ужин!

Эти слова вернули Гису к реальности.

— …Верно… ведь мы всего лишь коротали время, пока вы с дровами не вернётесь…

— Ах да, точно… я немного увлёкся, — пробормотал Рудеус.

— Честное слово, вы все такие идиоты! — фыркнула Эрис.

С кривой улыбкой, услышав её слова, Гису и Рудеус поднялись на ноги. Веселье закончилось. Пришло время заняться ужином. Рудеус разжигал костёр, Гису занялся готовкой уже заготовленных продуктов, а Эрис размахивала деревянным мечом.

«……»

Лишь Руйджерд задумчиво смотрел в сторону, куда улетели кости.

Короткие истории к 5 тому ранобэ

Если бы Рудеус был так же исключителен, как утверждает Пол

[Краткое содержание предыдущего эпизода]

Меня зовут Рудеус Грейрат. Я гений с IQ около 600, красавчик-мальчик. В данный момент я захвачен злой организацией, но способности превращаться у меня пока нет.

Однако по стечению обстоятельств я оказался телепортирован на Демонский континент. Оказавшись в таком положении, я подготовил проект возвращения в королевство Асуры и представил его своему начальнику, который был телепортирован вместе со мной.

Мой начальник сказал: «Оставь это Рудеусу!» — и проект был запущен.

Дело пошло гладко. Но я допустил одну ошибку. Даже такой гений, как я, не учёл, что другие тоже могли оказаться телепортированы и теперь нуждаться в помощи. Эта оплошность постепенно становилась очевидной, пока мы не достигли Святого королевства Милис.

По прибытии я получил жалобу от низкорангового рыцаря королевства Асуры — Пола Грейрата, который тоже был телепортирован. По его словам, я должен был подумать и о спасении других пострадавших. И действительно, учитывая мой интеллект и способности, это было вполне возможно.

Однако в первоначальном проекте подобного «подпроекта» попросту не предусматривалось. Мне придётся объяснить этот момент жалобщику Полу Грейрату.

Итак, начинается презентация. (Никакого «предыдущего эпизода» на самом деле не было.)

Постоялый двор «Рассветный павильон у ворот». Рядом с ним — довольно большая таверна. Круглые деревянные столы, шум посетителей. А на том месте, где обычно выступают барды и танцовщицы, стоял всего один мальчик.

Рудеус Грейрат. Он поднял голос:

— Тема сегодняшнего доклада: «Почему я не смог спасти остальных пострадавших».

Пол смотрел на сына с раздражением. Его лицо прямо спрашивало: «Что этот парень творит? Забавляется, что ли?»

— Для начала, отец, я подготовил для вас материалы. Прошу ознакомиться.

Рудеус вручил Полу пачку бумаг, заранее аккуратно собранных. На титульном листе значилось: «План действий по пересечению Демонского континента». В правом нижнем углу красовался номер страницы.

— Итак, ранее я весело рассказывал, как мы прошли Демонский континент. Однако это было сделано по заранее выстроенной стратегии. В обычных условиях пересечь его чрезвычайно трудно. Пожалуйста, обратитесь к третьей странице материалов.

Пол молча перелистнул. Заголовок страницы гласил: «Анализ текущей ситуации». Там крупно было написано: «Пересечение Демонского континента — чрезвычайно трудная задача».

— Поэтому, — продолжил Рудеус, — нам невероятно повезло встретить человека по имени Руйджерд Супердия. SWOT-анализ этой встречи вы найдёте на следующей странице.

[Примечание: SWOT-анализ метод стратегического планирования, который помогает оценить положение компании, проекта или продукта на рынке.]

Пол, всё более раздражённый, переворачивал страницы одной за другой. На листах аккуратными буквами было напечатано:

Руйджерд

Цель: восстановить честь племени Супердов

Сильные стороны:

·         огромный боевой опыт;

·         «биологический радар» — умение находить врагов;

·         знает дорогу;

·         в действительности добрый человек.

Слабые стороны:

·         негибкий;

·         повсеместно ненавидим;

·         строго карает зло (даже слишком строго);

·         полное отсутствие денег.

Я (Рудеус)

Цель: вернуться в королевство Асура

Сильные стороны:

владею языком Бога демонов;

ребёнок — поэтому к мне относятся менее насторожено;

умею использовать магию.

Слабые стороны:

нет боевого опыта;

не знаю дороги;

полное отсутствие денег.

— Как видите, — с важным видом произнёс Рудеус, указывая на таблицу, — Руйджерд практически полностью перекрывает наши слабости. Вот почему мы заключили с ним сотрудничество. Благодаря его помощи нам удалось преодолеть трудности и стать искателями приключений, чтобы двигаться к нашей цели. Пол перевернул страницу.

Уточнение цели и направления деятельности группы искателей приключений «Дэд энд»

Сильные стороны (S):

- высокая боеспособность;

- на самом деле хорошие люди.

Слабые стороны (W):

- отсутствие средств;

- неопытные искатели приключений;

- Суперд.

Возможности (O):

- путешествия по разным регионам.

Угрозы (T):

- племя Супердов повсеместно ненавидят.

S + O: использовать боевую мощь, чтобы активно зарабатывать деньги и прославляться в разных местах.

W + O: при раскрытии переезжать в следующий город, используя сам факт постоянных странствий.

S + T: демонстрировать «доброго человека», чтобы сгладить отрицательный имидж «Дэд энда».

W + T: в случае разоблачения как Супердов — изгнание из города, невозможность ни заработать, ни прославиться.

— После того как мы определили наше направление, — уверенно заявил Рудеус, — мы замаскировали волосы Руйджерда, чтобы снизить риск его разоблачения, и взялись улучшать репутацию имени «Дэд энда», символа племени Супердов. Честно говоря, Пол не понял почти ничего из диаграмм.

— Так, и как всё это связано с тем, что ты не помог другим?

— Недостаток ресурсов, — сухо отрезал Рудеус.

— Чего?

— Проще говоря, у нас не хватало рук. Руйджерд и Эрис в бою надёжны, но вне боя абсолютно бесполезны. Поэтому все остальные задачи легли на меня. Если бы мы занялись поисками других перемещённых, вся работа тоже легла бы исключительно на мои плечи.

Рудеус медленно покачал головой и перевернул страницу. Там был подробно расписан список обязанностей, которые он выполнял во время путешествия. А-а, так это просто оправдание, — подумал Пол, тяжело вздохнув. Но Рудеус был не из тех, кто ограничивается оправданиями.

— Поэтому, отец, я хочу предложить новый план.

— …А?

— При финансовой поддержке и выделении персонала вы могли бы компенсировать нехватку ресурсов, и тогда мы смогли бы заняться поиском.

Пол не особо понял, что именно говорит сын. Но понял главное: Рудеус просит деньги и людей. Поняв это, он его ударил.

— Угх!

И тут сон оборвался.

— Сон… — пробормотал Рудеус, открывая глаза.

«Разве тебя не обманывают?».

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 1 сезона аниме

Часть 1

«Эй, народ, слушайте, у меня есть стоящая новость!»

Был разгар лета. Жара в Королевстве Короля Драконов (далее КДК) оказалась куда сильнее, чем мы представляли. Говорили, что всего несколько сотен лет назад это место было пустыней, и в такое верилось без труда. Честно говоря, в такую духоту мне не хотелось делать вообще ничего, пока она не спадёт.

И всё же, раз Зенит — наша младшая сестрёнка в команде «Клыки Чёрного Волка» — изо всех сил добыла для нас какую-то информацию, грех было не выслушать её.

«Отказ! Это наверняка какая-то ерунда. Что ты хочешь от нас в такую проклятую жару?»

«Да послушай хотя бы до конца!»

Ох, вырвалось… Жара выбила из меня все силы, и я невольно сказал то, что думал.

«Правда, Пол, перестань уже задирать Зенит».

«Вот уж и впрямь ребячество. Хоть раз дослушай её».

«…Раз Зенит говорит, что новость стоящая, значит, так и есть».

Элинализ, Талханд и Гислейн высказались каждый по-своему — прямо и без обиняков. Ладно, ладно, понял, виноват.

«Шучу я. Ну, выкладывай, что там у тебя за хорошая новость?»

«Я нашла работу, на которой мы сможем сорвать кучу денег!»

Стоило Зенит это произнести, как мы все дружно осели на стол. Работа, которая принесёт нам кучу денег. Ну да, мы ведь — группа искателей приключений. И не простых, а искателей класса S, специализирующихся на исследовании лабиринтов. Исследование лабиринтов — дело архисложное, под силу только самым умелым авантюристам. Зато и вознаграждение обещает быть огромным. Правда, и вложений требует немалых.

Конечно, если бы мы вот так, без всякой подготовки, случайно наткнулись на магический артефакт, это было бы всё равно что сорвать джекпот. Но мир устроен не так просто. Куда вероятнее — заблудиться в лабиринте, наткнуться на сильных чудовищ и погибнуть. И к тому же, совсем недавно нас постигла неудача. Нет, никто из нас не погиб. Просто нас обошла другая группа.

В лабиринтах всё устроено так: стоит повергнуть стража и извлечь магический кристалл из самой глубины — и весь лабиринт начинает медленно рушиться. Мы как раз почувствовали первые признаки обрушения и в спешке выбрались наружу. А у выхода — другая команда уже праздновала победу. Иными словами, они опередили нас, уложили стража и забрали кристалл.

В результате все наши приготовления и старания обратились в прах. Мы вложили немалые деньги, рассчитывая в этот раз добраться до стража. Но раз уж прибыли не было, то и с деньгами стало туго. В долги мы не влезли, но теперь перебивались случайными заказами, лишь бы свести концы с концами… Но…

— Да это точно полная чушь.

Впрочем, и так ясно: «денег не хватает» — проблема общая для всех авантюристов. Сладкая сделка для нас — сладкая сделка и для любого другого. А уж если что-то звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, значит, подвох там наверняка есть.

— Вот побежим мы сломя голову, а на месте окажется толпа таких же дураков, которых надули той же самой байкой. Пробьёмся сквозь «пещеру с сокровищами» — а там всего лишь берлога медведя. А если ещё и притон бандитов — то совсем худо.

— Почему ты так уверен, даже не проверив?

— Потому что я уже попадался. Еле выбрались тогда живыми, перебили всех, кое-как дотащились обратно, а там эти прохвосты, что и подсунули нам «информацию», сидят довольные, квест по «уничтожению бандитской шайки» закрывают. Вот уж смехота!

По лицам Элинализ и Талханда было видно, что они тоже вспомнили тот случай — выражения у обоих сразу стали мрачными. Одна лишь Гислейн выглядела безмятежной: судя по её взгляду, прикованному к кухне и к чудесным запахам, доносящимся оттуда, все её мысли вертелись только вокруг ужина. Она чуть ли не пускала слюну.

— Вот если бы это информация от Гису, тогда другое дело. А то, что ты нашла… да её сто раз уже перепродали другим. Настоящие золотые жилы держат в секрете, на поверхность они не всплывают.

— М-м-м… — Зенит надула щёки и с надеждой посмотрела на Элинализ и Талханда.

Обычно те её баловали, но в этот раз и у них лица оставались кислые.

— Ну, бывает, — вздохнула Элинализ. — Считай, урок на будущее.

— Не расстраивайся. Чтобы научиться отличать правду от лжи, нужно время.

— Верно, — согласно кивнула Гислейн.

Хотя, честно говоря, именно она в нашей компании чаще всего попадалась на липовую информацию. Вдвое чаще, чем сама Зенит. После Зенит — я шёл следующим. Обидно признавать, но Элинализ и Талханд почти никогда не позволяли себя обмануть.

— Это не всегда так.

Мы обернулись к знакомому голосу у входа. Гису. Этот обезьянолицый вор был в нашей группе тем самым человеком, которого уж точно невозможно провести. Как обычно, он вошёл с видом полной уверенности в себе.

— Уф, и жара же… — пробормотал он, залпом осушив кувшин воды со стола.

— Так что ты имеешь в виду под «не всегда»?

Вытирая пот со лба, Гису заговорил непринуждённо:

— Я тоже слышал об этом деле и решил проверить. Заказчиком оказался придворный учёный из КДК. Суть работы — сопроводить его во время исследования руин Джамунды. Похоже, его начальство его недолюбливает, и все заявки, что он подавал через Гильдию, отклоняли. Пришлось искать авантюристов самому, но выглядел он чересчур подозрительно — вот никто и не взялся. Просто Зенит случайно проходила мимо.

— То есть начальник придворного учёного приложил руку, чтобы завалить его заказ? Это задание вообще безопасное?

— Эй, разве в правилах Гильдии написано, что нельзя помогать тем, кто оказался в беде? Нет ведь, верно?

А ещё нет правила, запрещающего брать плату за помощь нуждающимся.

— Ну да. Так какая награда?

— Приготовьтесь… хотя нет, пусть остальное расскажет Зенит.

По словам Гису, Зенит тут же выпрямилась, выпятила грудь и с важным видом прокашлялась.

— Эй, слушайте все! У меня потрясающая новость. Хотите узнать?

С самодовольной улыбкой она произнесла свою речь. Мы переглянулись.

— Да ну, Зенит, серьёзно? Конечно, выкладывай!

— Вот это да, Зенит! С твоей способностью добывать сведения ты ничуть не уступаешь самому Гису. Впечатляет!

— Ну и что за новости? Я уже так завёлся, что опьянею без всякой выпивки!

— Верно, — кивнул Талханд.

Мы все дружно повернулись к Зенит, засыпая её похвалами. Ну… кроме Гислейн, которая в этот момент с явным интересом втягивала носом ароматы, доносящиеся из кухни.

Часть 2

«Руины Джамунды, как говорят, были возведены подземным Королем демонов Ларгоном-Харгоном во времена Первой войны людей и демонов. Взгляните на эти стены, покрытые мхом: от самой постройки почти ничего не осталось. Вероятнее всего, здесь некогда возвышался замок или крепость, но теперь всё до неузнаваемости истлело от времени. Однако взгляните на это величественное подземное укрепление! Несомненно, это творение самого Повелителя Подземья. Он основал здесь свою базу и прокладывал туннели к землям врагов, ведя наступление из-под земли!»

Сейчас мы находились в руинах Джамунды. Все эти восторженные объяснения звучали из уст учёного, что тащился позади нас. Ну что ж, это подземное укрепление и правда впечатляло. Даже спустя тысячи лет оно сохранило свою форму — пусть и в изрядно потрёпанном виде. Сразу было видно: когда-то здесь стояли полки воинов, сражавшихся против людей. Теперь же от былого величия осталась лишь тень — логово чудовищ.

— Элинализ!

— Знаю!

Нас окружила стая гигантских многоножек. Эти тварюги, длиной метра по два, собирались в целые рои в пещерах, и потому их прямо так и называли — Гигантские Многоножки.

— Сюда! — крикнула Элинализ, нарочно провоцируя их и отвлекая на себя внимание.

Гислейн и я использовали этот момент, чтобы нанести удар.

— Каменная пушка!

Многоножки, что бросились на нас, одна за другой лишались голов под заклинаниями Талханда и оседали без движения.

— Всё?

Быстро расправившись с роем, мы остались настороже, ожидая новой атаки. В сражении с чудовищами главная причина гибели — потеря бдительности. Особенно когда только что разделался с группой противников, расслабился, перевёл дух — и тут же получаешь удар в спину. Монстры на удивление хитры и изворотливы. Некоторые используют приманку, чтобы вызвать подмогу и сомкнуть вокруг тебя кольцо из десятка тварей.

В этой крепости многоножек оказалось на удивление много. При таком скоплении тварей одного вида для других чудовищ попросту не оставалось места.

— Чисто, — произнесла Гислейн, самая чуткая к их присутствию, с тонким чутьём.

Мы все облегчённо вздохнули.

— Печально видеть, что замок бывшего Короля демонов докатился до такого, — сказала Элинализ, слегка пнув носком сапога мёртвую многоножку.

Гигантские Многоножки — довольно обычные монстры в здешних лесах. Их относят максимум к рангу «D», но яд у них есть, да и передвигаются они обычно по двое-трое. Такое количество, как здесь, — настоящая редкость. Если бы эти руины находились ближе к человеческим поселениям, заказ на истребление точно бы поступил.

— Ещё бы! Хорошо, что это всего лишь многоножки. Но вот если бы здесь завелись Камнежоры — было бы и страшно, и обидно! Художественные и исторические памятники подземного Короля демонов Ларгона-Харгона оказались бы уничтожены!

— Ох, неужели мы с вами в чём-то согласны? Так что, учёный, после работы как насчёт посидеть в трактире… только вы и я?

— Отказываюсь! Я должен изумить их найденными здесь документами! Мне некогда на это!

— Ах, как же холодно с вашей стороны, — протянула Элинализ.

Мало кто из мужчин способен устоять перед её ухаживаниями. Похоже, у этого учёного свои проблемы — интриги, борьба за власть и всё такое. Если бы он не был так отчаянно прижат обстоятельствами, он бы не нанимал авантюристов через Гильдию. Ах, эти бесконечные интриги ради власти…

— Итак, где эти документы? Давайте найдём их и свалим отсюда.

— Постой, успокойся. Среди документов есть один эпохи Первой войны людей и демонов. В нём, по всей видимости, записи от лица демона-солдата. Текст написан языком Бога демонов, в очень величественном стиле, с множеством стихотворений, и на первый взгляд похож на обычный дневник. Но мои исследования показывают, что он…

— Извини, учёный, меня исторические открытия не интересуют. Говори по сути.

— Ну и нетерпеливый же мужчина. Теория, приводящая к выводу, тоже важна.

Бормоча себе под нос, учёный достал лист бумаги:

— «Вот живот солдата. Ищи жертвенные дары, что наполняют и питают его. Восстаёт из земли дыхание льда. Не открывай покои древнего злого божества. Не гневи злого бога. Если разгневаешь его — молись и умоляй о прощении».

— Чёрт, что это вообще значит?

— Раньше считалось, что этот фрагмент описывает солдата, обедающего в столовой, простужающего живот и молящегося в уборной. Люди, молясь, особенно усердны именно там.

— Ага, понимаю.

— Но мои исследования выявили кое-что… Этот текст написал демон, покрытый шерстью и невосприимчивый к холоду. Более того, у него был плохой аппетит, и даже после отравленной еды у него никогда не было диареи.

— И что с того?

— Он не страдал диареей в столовой. Он обнаружил здесь что-то, связанное со злым богом, и запечатал это, чтобы никто другой не нашёл.

— Разве это не слишком уж смелое предположение? Ведь можно интерпретировать по-разному, верно?

— Да. Именно поэтому мы здесь, чтобы проверить. Но Фармэнгус выступил против меня, потому что не хотел, чтобы моя теория была опровергнута…!

— Ладно, ладно. Так, где же покои этого злого божества?

— Это тоже ваша работа — найти их. А теперь — за дело.

— …Хорошо, хорошо.

С этими словами учёного мы принялись исследовать большое помещение, которое, как полагали, служило столовой.

Часть 3

Мы удивительно быстро нашли предполагаемое место. Это было то, что и глазом не заметишь, если не присмотреться: часть пола была выполнена из более прочного материала, чем остальная поверхность.

Хотя материал отличался, это всё равно был просто камень. Различие было только в цвете. Естественно, ни удар, ни пинок по нему не издавали никакого необычного звука. Под ним не чувствовалось пустоты. Не стал бы ты даже проверять такой участок, если бы не заподозрил что-то под ним.

Но когда Талханд использовал своё магическое умение земли, чтобы приподнять камень, мы увидели… чёрный, гладкий камень с едва заметными узорами на поверхности. Эти узоры, похожие на те, что встречаются при разборке магических инструментов, обычно называют магическими кругами. Их сложные рисунки тянулись сразу через несколько каменных плит пола.

— Это потрясающе! Печать! Она довольно старая, но найти что-то так хорошо сохранившееся — редкость.

— Значит, покои злого божества находятся прямо под этим? Давай откроем!

— Стоп! Не разрушайте сразу такой ценный артефакт! Сначала нужно всё задокументировать!

— ……

Я толком не понял, но магический круг явно был важен для учёного. Раз он был нашим заказчиком, я решил подчиниться.

— Похоже, придётся сделать перерыв, — сказал я.

— Ой, а я хочу наблюдать, как учёный работает! — взволнованно подняла руку Зенит.

— Ох ты, Зенит… Не ожидала, что ты подросла настолько, чтобы флиртовать с мужчиной, на которого я положила глаз.

— Да это совсем не про это! — Зенит, надутыми щеками, слегка шлёпнула Элинализ. Всё было в шутку, так что это было безобидной игрой.

— Я всегда восхищалась древними руинами вроде этих. Когда становишься авантюристом, такие места видишь редко, верно? Разве не захватывает мысль о древнем злом божестве?

Услышав это, я огляделся вокруг. Возможно, она была права. Когда-то и я восхищался искателями приключений. В детстве я мечтал исследовать такие руины, побеждать древних монстров, запечатывать древние злые духи и находить сокровища, которые никто никогда не видел.

Но после того, как я стал авантюристом, меня ждало столкновение с суровой реальностью. Не было никаких невиданных сокровищ, и большинство древних руин оказывались пустыми. Центральный Континент был исследован вдоль и поперёк.

Можно было подумать, что можно отправиться туда, где ещё никто не бывал, но как только я приобрёл навыки, позволяющие ходить куда угодно, я понял: «везде одинаково». Люди живут повсюду, монстры встречаются повсюду. Везде люди пытаются приспособиться к условиям, и везде возникают конфликты из-за денег и власти. В незнакомых землях можно найти что-то вроде новизны. Но суть оставалась той же самой.

Это не означало, что приключения теряли интерес. Группа авантюристов S-класса, специализирующаяся на исследовании лабиринтов, была именно тем, чему я восхищался. В нашей команде была прекрасная эльфийка, ворчливый гном, глупая зверолюдка и весёлый демон. С такой компанией приключения никогда не были скучными.

— Да… когда я был ребёнком, я всегда мечтал попасть в такие руины…

Теперь я знал, что в этих руинах ничего не осталось. Здесь нет ничего ценного. Если бы я похвалился исследованием этих руин в таверне, меня бы просто высмеяли. Но когда я на мгновение огляделся вокруг и обдумал нашу ситуацию, в груди слегка защекотало.

Подумайте только. Мы на пороге открытия покоев злого божества в давно исследованных руинах. И это не просто догадка — мы реально нашли что-то вроде печати под полом.

— Что это? Ты тоже заинтересовался, Пол?

Я не заметил, как оказался за спиной учёного, а Зенит посмотрела на меня с понимающей улыбкой.

— Да это не то… Я просто решил присматривать за тобой, чтобы ты не мешал заказчику.

— Жёстко. Если тебе интересно, скажи прямо. Учёный всё тебе объяснит.

— Ха, мне больше интересны новые лабиринты, чем эти старые руины.

— Да ладно тебе.

Я усмехнулся и двинулся по помещению, что когда-то служило столовой.

На входе Гислейн стояла на страже, скрестив руки на груди. Я не мог понять, о чём она думает. Единственное, что я знал наверняка — в брачный период она может проявлять неожиданную страсть.

— Гислейн, а ты когда-нибудь мечтала исследовать такие руины в детстве?

— Нет. В моей родине было много подобных мест. Я был изгоем в своей деревне, поэтому часто ночевал в таких местах. Никакой тоски по ним у меня нет.

— Понятно.

— Лабиринты мне нравятся больше, чем руины.

— Правда? Это необычно. Почему?

— Помнишь лабиринт, который мы исследовали однажды? Тот, что напоминал пляж?

— Лабиринт «Рябь Волн»?

Мы отправились в Лабиринт «Рябь Волн» вскоре после того, как стали авантюристами S-класса. Вход находился в пещере недалеко от побережья. Первый уровень представлял собой узкий лабиринт из выступающих скал, но второй уровень был совершенно иным.

На потолке словно появилось солнце, освещая под собой белоснежный песчаный пляж. Монстры были те, что обычно водятся у берега, так что на мгновение создалось впечатление, будто мы на самом деле оказались на улице. Ослепительное солнце, сверкающий белый песок и синее море — всё это захватывало дух. Мы все были поражены красотой лабиринта.

— Я слышал о таких местах, но видеть своими глазами — впервые. Сердце прям ёкнуло.

Тогда Гислейн плескалась на берегу, энергично виляла хвостом, хотя лицо у неё оставалось совершенно спокойным.

— А эти крабообразные монстры… они были вкусными.

Конечно, всё сводилось к еде. И да, они действительно были вкусными…

— Да, отличные. Выглядели ядовитыми, а на вкус оказались прекрасной закуской к алкоголю.

Обычно такие чудовища никто бы не стал есть — разве что в таких условиях. Пробовать с опаской, ожидая худшего, а потом неожиданно наслаждаться вкусом — это опыт, присущий только исследованию лабиринтов.

— Сегодняшний улов — полный провал.

— Многоножки — гадость на вкус.

Гислейн мягко усмехнулась, говоря это.

Часть 4

Когда расшифровка была закончена, мы перешли к этапу — приподняли запечатанный каменный пол. Хотя он был запечатан, магия уже рассеялась, так что сдвинуть плиту было относительно просто.

Относительно просто… но учёный запретил использовать магию, чтобы не повредить то, что находится внутри, поэтому нам приходилось ломать и убирать камень по кусочкам. Это была тяжёлая работа.

Я справлялся своей силой, но у Зенит, наверное, уже немели руки — на лице появилось выражение боли.

«Это не то, на что я подписывалась», — казалось, говорило её лицо.

Разумеется. Это не сказка, где волшебная фраза заставляет каменный пол светиться и рассыпаться. Так же, как и я, Зенит постепенно познаёт суровую реальность. Но, тем не менее — покои злого божества. Я бы соврал, если бы сказал, что мне это не интересно. Что же здесь нашёл солдат древнего демонического короля? И что же его так напугало, что он запечатал это место? Я видел немало суровой реальности, но порой она превосходила самые смелые фантазии.

— …И что теперь?

Под запечатанным каменным полом открывалось абсолютно тёмное пространство. Судя по эхам наших голосов, оно было примерно в полразмера столовой. Возможно, немного больше одной из комнат в той гостинице, где мы остановились. Для покоев злого божества оно было маленьким, но, возможно, это была лишь одна комната.

— Ладно, спускайтесь и осмотрите. И ни до чего не прикасайтесь. Даже пыль на стенах может иметь историческую ценность.

— Ладно, ладно.

Сказав это, я первым ухватился за верёвку. Обычно я был бы осторожнее, но любопытство взяло верх. С факелом в одной руке я спустился по верёвке. По какой-то причине ощущение держаться за неё казалось сильнее обычного.

— ……

Оказавшись внизу, я держал факел в одной руке и вынул меч, оставаясь настороже. Я осмотрел комнату, особенно за спиной, чтобы не попасть в засаду из темноты. Это была комната. Другого слова подобрать было нельзя. Полки, письменный стол, стулья и кровать. Ничего особенно примечательного. Полки, стол, стулья и кровать были простыми и незамысловатыми. Слишком скромно для того, чтобы назвать это покоями злого божества.

На столе и полках лежало несколько книг. Похоже, именно их и искал учёный. В глубине комнаты была дверь, но по первому впечатлению она слегка разочаровывала.

— Всё чисто. Монстров нет.

Услышав это, учёный первым спустился вниз, за ним — Элинализ, Зенит и Гису. Остальные остались наверху на страже. Мы не могли исключить появления других чудовищ.

— Ох, это… потрясающе! Невероятно…!

Учёный, взволнованный, начал осматривать полки и стол, аккуратно заворачивая книги в ткань и убирая их.

— Даже не открывая книги, видно, что они удивительные, да?

— Верно, — ответил учёный. — Даже мебель здесь впечатляет. Посмотри на материал этого стола. Это древесина, с которой я никогда раньше не сталкивался. Стены тоже из редких материалов, вероятно, датируются до Первой войны людей и демонов. Эти растения давно исчезли. А видишь магические круги в углах комнаты? Они втягивают окружающую магию, поддерживая пространство в полупостоянном состоянии. Эта комната существовала ещё до того, как Король Демонов Ларгон-Харгон построил крепость…

— Ага… понятно…

Учёный был в восторге, а я даже не понимал, о чём он говорит. Для меня это выглядело как обычная простая комната…

— Эй, посмотри сюда, Пол.

Зенит, которую я считал разочарованной, прижалась к стулу на корточках.

— Нога сломана, а потом отремонтирована. Злой бог, похоже, заботится о своих вещах.

— Даже злой бог не стал бы балансировать на трёхногом стуле.

Но что-то было… Что-то ощущалось странным.

— Что случилось, Элинализ?

— Хм? О, ничего. Я просто подумала, что это старая, но хорошая кровать.

Элинализ пристально смотрела на кровать. Пыльная кровать, но, учитывая её опыт, возможно, она замечала то, чего не видел я.

— Эй, Пол.

В этот момент Гису слегка приглушённо позвал меня по имени.

— И, учёный, вы, наверное, тоже это заметили…

Гису побледнел и продолжил:

— Следов нет, но слой пыли и отремонтированный стул показывают, что это место не так уж и древнее. Кто-то был здесь несколько десятков лет назад, а может, и всего несколько лет назад. И при этом провели лёгкую уборку.

— …То есть это значит…

Есть шанс, что кто-то может появиться за той дверью в любой момент. Кто-то использует эту запечатанную комнату в заброшенных подземельях.

— ……

Мурашки побежали по спине. Покои злого божества… Если кто-то из древней армии демонов называл это так, значит, либо сам злой бог, либо его последователи всё ещё живы.

Что же за той дверью?

— Эй, учёный.

— Да?

— Можно открыть её?

Я бы соврал, если бы сказал, что мне не любопытно. Честно говоря, предчувствие у меня было нехорошее. Какая-то часть меня подсказывала: хватит книг, пора уходить, не трогая эту дверь.

Конечно, возможно, я слишком много думаю. Может, этот так называемый злой бог когда-то существовал, а теперь дверь ведёт просто в какую-то пещеру или лабиринт, где какой-нибудь авантюрист использовал её как временное убежище.

Но что, если это не так…? Стану ли я трусливо говорить учёному: «Пойдём назад»? Зачем я стал авантюристом и пришёл в такое место? Что-то внутри меня кричало: я авантюрист. Я здесь, чтобы увидеть то, чего никогда не видел.

— ……

И, не дожидаясь ответа, я открыл дверь.

Часть 5

— Так что, в итоге, ничего не оказалось.

По ту сторону двери был завал из обломков. Для подземелья это не было неожиданностью — обрушение случалось часто, — но всё равно ощущения были разочаровывающими. Возможно, кто-то, кто использовал эту комнату, съехал и запечатал вход, но правда оставалась скрытой во тьме.

Сейчас мы уже вернулись в город и сидели в таверне. В КДК жара и влажность не утихали, и даже Гислейн, обычно не проявляющая эмоций, обмахивалась веером, приложенным к груди.

— Чёрт, какое разочарование! Ни твиста, ни ничего?

Гису ворчливо проглотил тягучий, похожий на грязь напиток.

— Если честно, я тоже думал, что после такого мы что-то найдём.

— Ты тоже, Гислейн?

— Да, у меня было предчувствие.

Мы расстались с учёным, как только добрались до города.

Получили оплату. Для такой работы сумма была более чем удовлетворительной, и должны были быть довольны…

— Исследовать древние руины, ломать очевидные печати и обнаруживать пустую комнату — никакой романтики в этом нет, — сказал Талханд, подытоживая наши чувства.

— А что вообще было написано в этих книгах? Гису, ты же подглядел, да?

— А? Я не смог ничего понять. Язык был мне неизвестен.

Может, этот учёный что-то знает.

— Спросим Элинализ завтра?

По дороге обратно Элинализ снова соблазнила учёного. Он, видимо, в приподнятом настроении после находки книг, исчез с ней в ночь. Возможно, она выведала какую-то информацию в постели.

— Информацию, которую она добывает в постели, обычно составляют лишь постельные выходки клиента, — сказал я.

— Да, она слушает, как мужчины хвастаются в постели, но почти ничего не запоминает. Всё, о чём она думает, — это доставить удовольствие мужчине.

— Ты думаешь только о том, как получить удовольствие себе.

— Ха, даже Гислейн теперь подключилась к шуткам.

Я тыкнул её в грудь, она отмахнулась рукой, но при этом улыбалась. Редко она участвует в таких непристойных шутках. Может, на этот раз у неё тоже были свои ожидания. Почему так? Мы ветераны; обычно нас не слишком расстраивает провал исследования лабиринта…

— Но это было действительно захватывающе, не так ли?

Зенит держала в руках кубок с мутным напитком и смотрела на своё отражение в его поверхности. Затем она подняла голову и, размахивая руками, заговорила:

— В конце концов, мы нашли ещё одну, даже более древнюю запечатанную комнату в глубинах древних руин! Я мало что понимаю в истории, но у меня прямо сердце ёкнуло! В мире ещё столько всего подобного!

На её слова мы обменялись взглядами. А потом каждый из нас слегка скривился в улыбке и по очереди погладил Зенит по голове.

— Эй, не трогайте мои волосы! Они все взъерошатся.

В итоге, это был ответ. Мы все были взволнованы и полны ожиданий, ведя себя не по годам.

— Да, вот что значит быть авантюристом! Ладно, завтра начнём готовиться к следующей экспедиции в лабиринт!

Все кивнули в ответ на мои слова. Пока мы могли ощущать это волнение от открытия неизвестного, мы могли продолжать быть авантюристами ещё очень долго.

Короткие истории к 6 тому ранобэ

Древняя гробница

Часть 1

Это происходило во время нашего путешествия из Королевства Широн в Королевство Асура. Как обычно, я сидел в повозке, терпя боль в заднице, пока вырезал фигурку Руйджерда.

Встреча с Занобой значительно вдохновила меня на творчество. В конце концов, создавать что-то становится намного приятнее, когда кто-то это ценит. Хотя делать фигурки демонов, вроде Руйджерда, в наши дни редко получает похвалу, комплименты от ценителя вроде Занобы заставляли всю проделанную работу казаться стоящей.

— Что у тебя за ухмылка? — спросила Эрис.

Эрис тренировалась с мечом прямо на трясущейся повозке, исполняя что-то вроде танца с оружием. Она сказала, что это тренировка — научиться сражаться, не теряя равновесия на нестабильной поверхности.

Сначала было рискованно: каждый рывок повозки делал замах меча опасно близким ко мне. Но недавно она стала довольно уверенной. Честно говоря, наблюдать за ней всё ещё тревожно, но я смирился с тем, что даже если она упадёт и получит травму, я всегда смогу вылечить её магией.

Руйджерд, должно быть, тоже следит за нами с места возницы. …Правда, он следит?

— Мне просто приятно, что меня ценят.

Как только я это сказал, Эрис остановила свои движения. Она скрестила руки и посмотрела на меня сверху вниз в своей привычной позе. Неужели она ждала комплимента?

Я думал, что довольно часто её хвалю… Но, впрочем, комплименты всегда кстати, сколько бы их ни получал человек. Ладно, наверное, стоит её похвалить. Что-то вроде: «Эрис, твоя грудь в последнее время растёт и выглядит великолепно». Ох, стоп, это может закончиться ударом. Это же сексуальные домогательства.

— Рудеус, ты потрясающий!

Прежде чем я успел что-либо сказать, она меня похвалила. О, Эрис, хвалить такого, как я? Даже когда первое, что пришло в голову, было связано с сексуальными домогательствами? Если это так, мне стоит ответить взаимностью. Эм… «Спасибо. И ты потрясающая, Эрис. Каждый день тренируешься усердно, не пропуская тренировок».

— Конечно!

Это должно быть достаточно безопасно. …И всё же не могу поверить, что Эрис уловила настроение и похвалила меня. С тех пор как мы покинули Демонический Континент, мы многое пережили, и Эрис тоже выросла…

— Хмм?

Пока мы разговаривали, повозка остановилась. Это была не резкая остановка, а плавная, в том же темпе, что и лошадь. Мы только что пообедали, и было ещё слишком рано, чтобы ставить лагерь.

— Может, пора вздремнуть.

— Да ладно, мы же не в детском саду.

— Что происходит?

Я высунул голову из повозки и посмотрел на Руйджерда. Он смотрел влево, вдаль. Следуя его взгляду, я увидел густой лес.

— Тут какой-то монстр?

— Нет, я подумал, что эта местность кажется знакомой, — ответил он.

Так что дело было не в монстре.

— Что именно кажется знакомым? — спросила Эрис, которая тренировалась всего несколько минут назад, тоже высунув голову. Она слегка вспотела. Но это было не главное. Она сильно облокотилась на меня, положив подбородок мне на голову. Я почувствовал что-то мягкое у себя на спине и хотел, чтобы она немного ослабила хватку.

— Я когда-то сражался здесь, — сказал Руйджерд.

— Это было во время Кампании Лапласа? Расскажи!

— Ладно. Это было до того, как мы заполучили проклятые копья.

Эрис ещё сильнее наклонилась вперёд, что заставило Руйджерда сузить глаза с ноткой ностальгии и начать свой рассказ. Странно, но обычно молчаливый Руйджерд становится довольно разговорчивым, когда вспоминает своё прошлое.

Исход войны не был для него приятным воспоминанием, но не всё было плохо. Похоже на старые военные истории дедушки. Возможно, когда я стану старше, тоже буду рассказывать такие истории.

— Когда мы почти завоевали Демонический Континент и собирались вторгнуться на территории людей, нам приказали разведать их оборону. Я возглавил команду из пяти элитных солдат и пересёк море, чтобы попасть сюда.

Перед вторжением на другие континенты Бог демонов Лаплас посылал разведывательные группы для сбора информации. Руйджерд и другие воины-суперды проникали на Центральный Континент, изучали политическую обстановку, потенциально стратегические точки и составляли карты.

Сначала у команды Руйджерда всё шло гладко. Но как группа демонов с копьями они в итоге вызвали подозрения в одной из стран и были вынуждены бежать. Если занимаешься картографией чужих государств, подозрения неизбежны. И не просто подозрения — они были настоящими шпионами. Сомневаюсь, что это королевство подозревало, что перед ними продвинутые войска, присланные Богом демонов для вторжения…

Несмотря на преследование, Руйджерд и его команда, закалённые в Войне объединения Демонического Континента, продолжали разведку, отражая нападения своих преследователей. Однако шум и внимание росли, и их вскоре объявили в розыск. Большинство охотников за головами, что шли за ними, были легко побеждены, но…

— Был один особенно сильный среди охотников за головами.

Он возглавлял группу опытных авантюристов и полностью превосходил Руйджерда и его команду. Используя не только мечи, но и боевое искусство, сочетающее удары кулаками и ногами — необычный стиль боя. Хотя они постоянно отступали и сумели достичь соседнего королевства, он настойчиво преследовал их. Создавалось впечатление, что у него есть личная неприязнь к ним, но, скорее всего, он просто крайне остерегался Руйджерда и его группы.

Некоторые демоны проводили явные стратегические манёвры. Кажется, смута на Демоническом Континенте завершились. Если это так, значит ли это, что они планируют вторжение на земли людей? Даже я могу представить такой сценарий.

Хотя если бы это касалось меня, я бы, вероятно, отмахнулся: «Да ну!» Большинство людей так поступает. С момента Второй войны людей и демонов до Войны Лапласа прошло несколько тысяч лет. За это время люди угнетали демонов, так что, вероятно, были самодовольны. Нет шансов, что эти слабые существа осмелятся вести войну против нас? Ха-ха, да вы шутите. Люди обычно не ставят под вопрос то, что всегда было. Ладно, продолжим.

Руйджерд и его команда, видя отсутствие шансов на победу, пытались убежать, но незнание местности привело их в ловушку. Руйджерд и его товарищи собрались с силами. Они могли устроить засаду в лесу и рискнуть победить этого человека или кто-то из них мог остаться позади, чтобы задержать преследователей, пока остальные спасались.

Они выбрали второй вариант. Бросили жребий, и один остался позади.

— Я спорил, что нам всем стоит сражаться вместе… — естественно, приоритетом было вернуть информацию.

Узнав это, Руйджерд оставил товарища и сумел уйти от преследователей. Тот, кто остался, нанес серьёзные раны врагу, вынудив их отступить. Руйджерд поклялся отомстить за своего товарища, когда они в конце концов вернутся на Демонический Континент и вторгнутся на Центральный Континент.

— Именно здесь мы его оставили, — сказал Руйджерд, его лицо отражало смесь ностальгии и печали.

Мне трудно поверить, что он может точно указать место лишь по форме леса и гор, но… Ну, если это оставило такой след в его памяти, значит, он прав. Эрис слушала внимательно, но, когда речь зашла о смерти товарища, потеряла интерес и ответила лишь «хмм». Не то чтобы ей было скучно; она просто проявляла заботу по-своему.

— Ну, давайте заедем и отдадим дань уважения. Может, соберём кости, если сможем.

— Сомневаюсь, что там что-то осталось, — сказал Руйджерд с горькой улыбкой.

Часть 2

Мы нашли это примерно в ста метрах от леса. Короче говоря, это было логово монстров. Оно служило домом для белых крыс с пятнами и монстров, похожих на белку-летягу, которые часто встречаются в этих краях, — Белые гигантские летяги.

Они были чуть более метра в длину. Хотя для монстров это маленький размер, их тактика — высокоскоростное планирование с верхушек деревьев и удары по шее авантюристов — делала их значительной угрозой. В этом регионе их считали монстрами D-ранга. К слову, D-ранг — это уровень, с которым новичкам-авантюристам не рекомендуется сталкиваться. Люди, как правило, с трудом справляются с движениями в трёх измерениях.

Естественно, с этими существами у нас проблем не возникло, а их стая стала одновременно и источником дохода, и ингредиентами для ужина. То, что они использовали как логово, было каменным ящиком, покрытым мхом. Он был довольно грязным, вероятно, потому что служил убежищем для монстров.

Однако он был необычно хорошо построен для сооружения, сделанного монстрами. Камни были аккуратно обработаны, а при более внимательном рассмотрении конструкция выглядела сложной и точной. Это напомнило мне каменные стены в Японии.

— Это могила?

— …Раньше ничего подобного здесь не было.

— Ты уверен, что это то самое место?

— Да…

Руйджерд, с бесстрастным выражением лица, посмотрел на каменный ящик и тихо сказал:

— Но выглядит это определённо как могила. Под этим, наверное, похоронены кости. Чьи именно — неизвестно.

Ну, если там действительно лежат кости, значит, это точно могила. Возможно, она не имеет никакого отношения к знакомому Руйджерда. Подумав так, я с помощью магии земли создал ведро и наполнил его водой.

— Рудеус, что ты делаешь?

— У нас принято чистить каменные могилы, как эта.

Инструментов для уборки у нас было немного, но мы хотя бы могли счистить мох. К счастью, у нас была щётка для чистки повозки.

— Держи.

Я передал ведро с водой Руйджерду, который молча начал чистить святыню.

Эрис пробурчала:

— Э? Убирать? Серьёзно?

Но нехотя последовала его примеру.

Часть 3

— …Ох.

После некоторого времени уборки мы обнаружили надписи, высеченные на части святого места.

— Что!?

— Они были скрыты мхом, но здесь написаны слова.

— Слова!? Может, это карта сокровищ!

Эрис, я понимаю, что тебе уже наскучила уборка, но надеяться на сокровища в старой могиле — это слишком. Скорее всего, мы найдём что-то разочаровывающее, вроде старых видеозаписей дедушки для взрослых, оставив всех членов семьи в унынии.

Даже если бы это была карта сокровищ, к этому времени всё, вероятно, уже исчезло.

— Ладно, давайте посмотрим, что тут написано… Посмотрим…

Когда я убрал грязь и мох, появились осмысленные слова:

«Здесь покоится храбрый Демон-Воин».

Типичная надпись. Читать её было немного трудно, но примерно так это и звучало. Трудность объяснялась тем, что надпись была высечена более пятисот лет назад. Грамматика отличалась от современной.

— Похоже, что преследователи того времени, уважая воина, который остался позади и сражался до конца, потрудились, чтобы построить для него могилу.

— Хмм, это типично! — сказала Эрис, и её лицо светилось от волнения.

Ей, к удивлению, нравятся такие истории.

— Ха-ха, ну, правда обычно скучна… Погоди, что?

Продолжая чистку, я заметил, что под надписью есть ещё символы. Нет, это были не символы. Неужели это герб? Он выглядел знакомо… Ага, вот оно! Я видел это на памятнике Семерых Великих Сил. Правда, не помню, чей именно герб это был.

— Руйджерд, ты знаешь этот герб?

— А… да.

Руйджерд, глядя на символ, казался поражённым, но ответил:

— Это герб Бога дракона, одного из Семерых Великих Сил…

— Второй ранг, если я правильно помню?

— В то время он не занимал такую высокую позицию. Должен был быть ниже.

Так что он всё равно был одним из Семерых Великих Сил.

— Значит, твой товарищ сдерживал кого-то, кто позже стал вторым по рангу из Семерых Великих Сил? Этот сильный преследователь был тем человеком?

— Невероятно! — Эрис была в восторге.

Ведь, будучи преследуемыми, они сумели ускользнуть от одного из семи сильнейших людей мира.

Однако Руйджерд покачал головой:

— Нет, тогда это был другой человек. Он победил Лапласа и поднялся на второе место.

Несмотря на сказанное, на лице Руйджерда появилась лёгкая улыбка:

— Но да, этот товарищ столкнулся с грозным врагом и пожертвовал жизнью, чтобы мы смогли уйти. Я горжусь им как воином расы Супердов.

На его гордом лице была тень, вероятно, потому что он знал, что случилось с супердами впоследствии. Он мог гордиться своим товарищем, но, возможно, не собой.

Часть 4

— Ладно, с этим покончено.

Через некоторое время мы закончили уборку. Каменная могила, которая показалась из-под мха, была треснувшей и обколотой, далеко не в идеальном состоянии, но я с помощью магии земли сделал небольшой быстрый ремонт.

— Рудеус.

— Что такое?

— Спасибо.

— Не за что, папа.

Обычно он ответил бы: «Я не твой папа», но на этот раз Руйджерд просто мягко улыбнулся. Возможно, Руйджерд действительно стал для меня чем-то вроде настоящего отца. Однако у меня уже есть отец по имени Пол. Я не могу просто игнорировать его и признать нового… Или, может, он просто привык к моим шуткам.

— Всё же после всего этого у меня пропало желание мстить.

— Верно.

— Возможно, Богу Драконов того времени так страшна была твоя месть, что он построил такую впечатляющую могилу.

— Это не так.

Руйджерд посмотрел на меня так, будто хотел сказать: «Ты сам лучше знаешь».

— Он проявил уважение к воину, который сражался храбро.

— Ты прав. Это было необдуманное замечание.

Возможно, я немного перегнул с моей лёгкой шуткой. Я только что думал, что лучше давать похвалу, а тут сам с этим не справился. Но всё же, если бы это было во время нашей первой встречи, Руйджерд, вероятно, схватил бы меня за воротник и уставился бы на меня, обнажив зубы. Учитывая это, выражение лица Руйджерда теперь было гораздо мягче. Оно показывало, что между нами возникла крепкая связь доверия…

— Рудеус, благодаря тебе мы нашли могилу. Я ценю это.

— Пожалуйста. А теперь отправляемся в Королевство Асура.

— Да.

С ощущением приятного товарищества мы вернулись в повозку. Наше путешествие в Королевство Асура продолжалось. Медленно, но, верно, мы двигались вперёд, собирая по пути небольшие впечатления и опыт.

Секрет Теневого Лунного Рыцаря

[Примечание. «Теневой Лунный рыцарь» — это прозвище, которое Рудеус придумал в 6 томе ранобэ, так как по совету Хитогами скрывал от Айши свое настоящее имя]

Секрет 1: Как Рудеус становится Теневым Лунным Рыцарем

Благодаря влиянию вещества «Мигурдер», исходящего от Великого Бога Ордена Рокси, Рудеус Грейрат получил сверхчеловеческие способности. При трансформации он использует специальный предмет, чтобы поглотить большое количество вещества Мигурдер, и превращается в «Теневого Лунного Рыцаря»!

Его кости, мышцы и кожа становятся в один раз твёрже, чем у обычного человека! Зрение усиливается в пять раз, что позволяет ему никогда не промахнуться мимо нижнего белья, а лицо становится в 5000 раз толще, чем у обычного человека!

Секрет 2: Тайна предмета трансформации

Теневой Лунный Рыцарь обычно остаётся в человеческой форме, чтобы экономить вещество Мигурдер. Однако во время боя он должен поглотить большое количество вещества, чтобы трансформироваться.

Предмет для трансформации — это «Священный Реликвия»! Вдыхая воздух через «Священную Реликвию», священную ткань, носимую Великим Богом Рокси, пользователь мгновенно поглощает 10 000 раз больше обычного количества вещества Мигурдер! Но будьте осторожны: если кто-то увидит трансформацию, вас могут назвать извращенцем, поэтому держите это в секрете!

Секрет 3: Введение в специальные приёмы Теневого Лунного Рыцаря

Хотя физические способности Рудеуса в форме Теневого Лунного Рыцаря не сильно отличаются от обычного человека, он может использовать различные специальные приёмы, используя своё обильное магическое могущество!

·                    «Каменная Пушка» (Stone Cannon): выпускает вращающийся с высокой скоростью камень. Способна разнести на куски C-ранговых монстров!

·                    «Грязевое Болото» (Quagmire): парализует противника липкой грязью — отличный защитный приём!

·                    «Земляное Копьё» (Earth Spear): Теневой Лунный Рыцарь использует плоское земляное копьё для сокрушительного прыжка. Высота: 50 метров! Но будьте осторожны — можно сломать ноги! И это ещё не всё — множество ярких специальных приёмов скрыто в арсенале!

Секрет 4: Тренируется ли Теневой Лунный Рыцарь?

Когда Теневой Лунный Рыцарь был маленьким, его обучал Теневой Лунный Отец. Чтобы превзойти отца и оправдать ожидания Великого Бога Рокси, он проходил непрерывные тренировки день и ночь:

·                    Утро: базовая физическая подготовка — бег, отжимания и так далее

·                    День: практическая тренировка с мечом вместе с отцом

·                    Ночь: непрерывное магическое обучение до полного истощения маны

Так родился непобедимый Теневой Лунный Рыцарь через неустанные усилия! Однако, поскольку у него не было таланта к мечу, он так и не использовал его всерьёз!

Секрет 5: В чём слабость Теневого Лунного Рыцаря?

Несмотря на подавляющую магическую силу и физическую мощь, Теневой Лунный Рыцарь зависит от вещества Мигурдер для энергии. Если оно закончится, он быстро становится слабым. Можно спросить: если его физическая и магическая сила не изменяется до трансформации, в чём тогда проявляется слабость? Когда вещество Мигурдер заканчивается и Рудеус возвращается в обычное состояние, он теряет ментальную поддержку, из-за чего в памяти всплывают воспоминания из прошлой жизни, а психическое состояние резко падает.

После того как он потерял предмет трансформации во время телепортации, Теневой Лунный Рыцарь был настолько эмоционально потрясён из-за мелкой ссоры с отцом, что почти потерял себя. Он бы проиграл, если бы не его товарищи!

Секрет 6: Сподвижники Теневого Лунного Рыцаря!

·                    Теневое Лунное Копье: Белое копьё в руках, надёжный старший брат Теневого Лунного Рыцаря. Обладает подавляющей силой в ближнем бою, но у него слабость к детям!

·                    Теневой Лунный Меч: Рыжеволосая, самая безрассудная из Лунных Рыцарей. Опытный мечник, бьёт голыми руками любого, кто ей не нравится!

·                    Теневая Лунная Обезьяна: Стратег Лунных Рыцарей. Не умеет сражаться, но всегда готов дать непрошеную помощь!

·                    Теневая Лунная Омега: Командир Лунных Рыцарей, окутана тайной! На самом деле её настоящая личность — Великий Бог Рокси!

Есть и многие другие товарищи! Кстати, Рудеус — единственный, кто трансформируется с помощью «Священной Реликвии», остальные не извращенцы!

Секрет 7: Где сейчас Лунные Рыцари…?

Лунные Рыцари охраняли мир в Королевстве Широн и вернулись на родину. Что с ними случилось потом — остаётся загадкой. Однако, когда вы окажетесь в беде, они обязательно придут вам на помощь. Как вам такое?

Зная всё это, вы смело можете назвать себя «Экспертом по Теневому Лунному Рыцарю» даже в школе. Но помните: секреты, раскрытые здесь, — лишь часть всех тайн Теневого Лунного Рыцаря. Остальные секреты вам предстоит открыть самостоятельно!

[Примечание: Под «Священной Реликвией» использовалось слово Go Shintai (ゴシンターイ), написанное катаканой. Это физический объект, почитаемый в синтоистских храмах как вместилище духов или богов. Shintai (神体) — «Тело Бога», а Go-Shintai (御神体) — «Священное Тело Бога».]

Прогулка на закате

Часть 1

«Хмм»

Перед доской объявлений в Гильдии искателей приключений стояла задумчивая юная девушка. У неё были короткие светлые волосы, аккуратные брови, а на ней был наряд, удобный для подвижности — типичный стиль авантюриста. На спине она несла лук.

Эту девушку звали Сара. Хотя она и была членом команды B-класса под названием «Противо-Стрела», сегодня она была одна. Остальные участники либо занимались личными делами, либо заболели, поэтому взяли выходной. Обычно в такие дни Сара тоже отдыхала, но сегодня ей было так скучно, что она пришла в Гильдию искателей приключений сама. Её план заключался в том, чтобы взять задание в одиночку, чтобы скоротать время и, может быть, немного заработать.

— Вздох… все задания такие муторные…

К сожалению, все опубликованные заказы были слишком сложными или требовали много времени, чтобы справиться в одиночку.

— Хмм?

В этот момент в Гильдию вошёл мальчик, привлёкший внимание Сары. Его мрачное лицо украшала раздражающая, но вежливая улыбка, а он, кланяясь всем в зале, направился к доске объявлений. Когда он заметил Сару, улыбка стала мягче.

— Доброе утро.

— Ах, доброе утро.

Увидев улыбку мальчика, щеки Сары слегка покраснели. С того зимнего дня, как Рудеус спас её, она невольно уделяла ему особое внимание. Возможно, именно поэтому…

— Эй, Рудеус. Сегодня я одна… может, возьмём задание вместе?

Прежде чем она осознала, что делает, Сара выпалила это предложение. Сначала Рудеус выглядел слегка удивлённым, но быстро кивнул:

— Конечно. Какое задание?

— Э… а, ну… как насчёт вот этого?

Пытаясь скрыть свои внутренние сомнения, Сара поспешно схватила листок с заданием и показала его Рудеусу.

— Хм? Это…?

Замечая, что Рудеус не слишком воодушевлён, Сара снова взглянула на листок в руках. На нём было написано: «Найти потерянного кота».

— Эх… извини, я взяла не то. Может, не стоит браться за это задание.

Сара, смущённая, попыталась положить лист обратно и поискать что-то другое. Однако…

— Нет, оставь это мне. У меня есть опыт, думаю, справлюсь, —ответил Рудеус с редкой для него уверенной, хоть и слегка одинокой интонацией.

— Обычно коты пропадают по одной из двух причин: либо случился несчастный случай, либо они забредают на территорию другого кота во время брачного сезона и проигрывают в драке. Так что начнём с расспросов: узнаем, не попадался ли кому кот под повозку или не слышали ли люди котов, дерущихся по ночам.

Сегодня Рудеус выглядел немного счастливее, чем обычно. Хотя казалось, что он предался приятным воспоминаниям, Саре это нисколько не мешало.

— Ого, ты хорошо разбираешься. Где всему этому научился?

— Раньше у меня был спутник, который много знал о диких животных. Но, честно говоря, я просто повторяю то, что усвоил у него.

— Понятно.

Увидев уверенный вид Рудеуса, Сара кивнула — логично.

— Ну что ж, похоже, мы скоро найдём его. Давай поторопимся и закончим это задание. С этими словами Сара сделала первый шаг в сборе информации.

Часть 2

Наступил вечер. Рудеус и Сара шли обратно в Гильдию искателей приключений, оба с угрюмыми лицами.

— …Мне так неловко из-за этого.

— Не переживай. Я тащила тебя с собой, так что извиняться должна я.

По их поведению было ясно: несмотря на то что Рудеус демонстрировал всевозможные навыки, кота им так и не удалось найти. Точнее, они наткнулись на множество бродячих котов, но ни один не соответствовал тому, которого они искали. Это было задание не «любой кот подойдёт».

Коты — существа непредсказуемые. Даже если их поведение можно отчасти предугадать, это не значит, что они будут действовать так, как ожидаешь. Не говоря уже о том, что навыки Рудеуса по отслеживанию были лишь чуть лучше новичка, и он даже не успел мельком увидеть хвост нужного кота.

— Может, этот кот уже погиб в несчастном случае. Тут ничего не поделаешь. В следующий раз я снова попрошу тебя помочь.

— Да…

— Мяу

Идя дальше, они заметили, что кто-то следует за ними с боку. Это был кот. Вероятно, один из тех бродячих котов, которых они поймали и отпустили ранее в тот день, был достаточно любопытен, чтобы проследовать за ними.

— Вздох… если бы это был кот с задания…

— Да…

Оба вздохнули и, рассеянно доставая листок с заданием, сравнивали описание с котом, идущим рядом.

— Белая шерсть с чёрными пятнами, глаза аквамаринового цвета, кончик уха немного отсутствует…

— Э… нет, это не он. Глаза и ухо совпадают, но у этого чёрная шерсть с белыми пятнами.

С этими словами Рудеус повернулся к Гильдии искателей приключений.

— А?

Чёрная шерсть с белыми пятнами или белая с чёрными — разве это не одно и то же? Только когда он осознал противоречие в своих словах, было уже слишком поздно. Возможно, заметив, что на него смотрят, кот вдруг рванул вперёд.

— Сара, это тот самый кот!

— Э? Ах! Подождите!

Они оба побежали за котом, но были слишком медленны. Кот рванул к женщине, стоящей у входа в Гильдию авантюристов, и прыгнул к ней на руки.

— А?

— Ой, шоколадка! С возвращением! Старшая сестра здесь нашла тебя для меня!

Ты всегда убегаешь, но надеюсь, что в этот раз ты понял урок и больше не будешь убегать.

— Мяу

После этих радостных слов женщина обратилась к ошарашенным Рудеусу и Саре:

— Это вы нашли Шоколадку, верно? Спасибо вам! Вот доказательство выполнения задания! Если он снова потеряется, я снова попрошу вашей помощи!

Она вручила им карточку о выполнении задания и, прижимая кота к щеке, ушла.

— Что только что произошло…?

— …Понятия не имею.

Коты непредсказуемы. Иногда, убегая из дома, они находят дорогу обратно сами. Оба, вымотанные непредсказуемым поведением кота, переглянулись.

— Ха…

— Хе-хе.

Они оба рассмеялись.

Короткие истории к 8 тому ранобэ

Весна всё ещё не пришла

Часть 1

С тех пор как Риния и Пурсена начали называть меня «Боссом», прошло уже некоторое время. Однажды, как обычно, я направлялся в библиотеку, идя по дорожке вдоль школьного здания, когда вдруг произошло нечто неожиданное.

— Простите!

Громкий голос донёсся откуда-то по диагонали сзади. Разумеется, я сделал вид, что не слышу, и продолжил идти. В Университете Магии крики были делом обыденным — наверняка это не имело ко мне никакого отношения. Из-за какой-нибудь ерунды я не мог заставить Уважаемого Фитца ждать меня.

— ...ПРОСТИТЕ!

Но тот же голос раздался вновь, и я невольно остановился. Обернувшись, чтобы понять, в чём дело, я увидел перед собой девушку.

— ...Вы ко мне обращаетесь? — осторожно спросил я, оглянувшись по сторонам.

В конце концов, вдруг где-то позади стоял какой-нибудь супер-красавец? В этой школе хватало красивых парней — взять хотя бы мистера Фитца или Люка. Но позади никого не оказалось. Здесь были только я и эта девушка.

— Да! — энергично подтвердила она.

Судя по её ответу, если только она не разговаривала с воображаемым собеседником, то звала именно меня.

— Эм... у меня к вам важное дело. Можно на минутку?

— А, ну... ладно... — немного замялся я.

Хотя Уважаемый Фитц и ждал меня, девушка явно хотела сказать что-то серьёзное, и отказать ей я не мог.

Часть 2

Так, шаг за шагом, мы добрались до задней части школьного здания. На прежней дорожке людей было немного, но здесь не оказалось ни души. Что она задумала, приведя меня в такое место? Хочет угрожать? Подобные мысли промелькнули в голове, пока девушка глубоко вздохнула, прижала руки к груди и произнесла:

— Рудеус, я... я люблю тебя! Пожалуйста, встречайся со мной!

— ...А?

Мозг отказался работать.

Что? Это шутка, да? Не может быть по-настоящему…  Она только что призналась мне? Серьёзно? О нет, сердце бешено колотится… Но ведь у меня теперь ЭД... Что же делать? Я совсем не хочу снова проходить через то унизительное и мучительное испытание.

Пока я в панике метался мыслями, взгляд сам собой задержался на девушке. Её глаза — узкие, хищные, но в них таилась особая прелесть. У губ поблёскивал крошечный клык, отчего выражение лица казалось слегка задорным. Из-под шляпы, которую она натянула пониже, выбивались пряди волос. Надо признать, черты у неё были очень милые.

Фигура тоже впечатляла: пышная грудь, округлые и подтянутые бёдра, которые казались обманчиво стройными. Талия плавно переходила в изгиб... и тут я заметил — из-под её юбки выглядывал хвост.

«......

Неужели эта девушка — из зверолюдей? Само это слово тут же напомнило мне о Ринии и Пурсене, которых я недавно проучил.

Хотя после того случая они и начали называть меня «Боссом», я не был уверен, что в глубине души они испытывали ко мне уважение. Вполне возможно, что они вынашивали план мести. А что, если всё это их уловка? Заставить одну из своих подчинённых признаться мне в любви, чтобы потом посмеяться, когда я поверю?

— Т-так... вы согласны?.. — девушка заметно нервничала.

Я не обратил внимания на её тревожный голос, а вместо этого огляделся по сторонам. ...Ага, вот оно. Хвост, торчащий из-за здания школы, словно страус, решивший, что его не видно.

— Эй, знаю, что кто-то там прячется! Вылезайте, я раскусил весь ваш план!

— Ааах!

Я крикнул в сторону плохо спрятанного хвоста. Он дёрнулся и, словно смирившись с неизбежным, медленно показался.

Но вместо знакомого пышногрудого дуэта Линии и Пурсены из-за угла вышел зверочеловек-мужчина ростом не меньше двух метров.

Что?

— Значит, всё понял... — прорычал он с угрожающим выражением и стал медленно приближаться.

Что это, ловушка, чтобы вымогать деньги?!Я на всякий случай вскинул руки, прикрывая лицо, н о зверолюд прошёл мимо меня и остановился прямо перед девушкой.

— Да, я… Ханна! Правда в том, что я всегда тебя любил!

— Г-Грейвс… Что ты говоришь в такой момент? Тебе же никогда не было до меня дела!

— Нет, всё это время мне мешало моё положение в деревне и то, что произошло в детстве. Но мысль о том, что ты станешь девушкой другого, разрывала меня изнутри… Пожалуйста, дай мне шанс. Я стану мужчиной, достойным тебя!

— ...Ты хоть знаешь, как долго я ждала этих слов?

— Я больше не заставлю тебя ждать, Ханна!

— Грейвс!

И вот они обнялись, страстно поцеловались, а затем, глядя друг другу в глаза, пошли рука об руку, нежно удаляясь от школьного здания.

«......»

Я остался стоять там один.

Фьююю

Прохладный ветерок, совсем не по сезону, пронёсся мимо, взъерошив мне волосы. Мне вдруг стало холодно.

Почему я должен был стать свидетелем этой слащавой, до зубовного скрежета приторной сцены признания двух идиотов? По сравнению с этим медовая ловушка или даже попытка вымогательства выглядели бы куда предпочтительнее. О нет, кажется, я сейчас расплачусь.

— ...Гррр.

Я выдавил улыбку, стараясь сохранить невозмутимое, «крутое» выражение лица. Ну и ладно. Похоже, я был всего лишь приманкой для их репетиции. Но всё-таки, будет хорошо, если у них всё сложится.

Будьте счастливы, Грейвс и Ханна. Я болею за вас. И хоть я изо всех сил пытался держаться, без всякой на то причины, холод внутри никуда не уходил. И буквально через пять секунд за моей спиной возникли Линия и Пурсена. Хлопая меня по плечу, они заливались смехом без остановки.

Появление бешенных собак

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 2 сезона аниме

Часть 1

Две женщины путешествовали вместе. Одна была зверолюдом, другая — рыжеволосой человеческой девушкой. Женщины, идущие одни, неизбежно привлекали внимание мужчин. Когда они прибыли в город, несколько парней засвистели им вслед и попытались окликнуть грубыми словами. Однако в тот же миг их резко схватили за плечи и велели прекратить.

Куртку, надетую на зверолюдке, узнали сразу. Это была куртка Святого Меча — символ великого воина, даруемый лишь тем, кто овладел «Мечом Света» в Святой Земле Меча.

А ведь здесь, недалеко от самой Святой Земли, люди хорошо знали нрав мечников стиля Бога-Меча. Стоит им чем-то остаться недовольными, и клинок выхватывается быстрее, чем вы успеете моргнуть. Когда осознаёшь, что меч уже обнажён, на земле, как правило, лежит чьё-то тело.

Все в этих краях прекрасно понимали, насколько опасны подобные люди. Хотя ученики ранга Святого и выше редко обнажали клинки по пустякам, встречались и те, кто был не столь сдержан.

Мужчины отвели взгляд от двух женщин, словно имея дело с чем-то, к чему лучше не прикасаться. Благодаря этому спутницы спокойно прошли по улице, даже не коснувшись рукоятей мечей, и вошли в таверну. Мужчины же лишь молились, чтобы они покинули город, не оставив после себя неприятностей.

Когда две женщины вошли в таверну, десятки взглядов уставились на них. Но вскоре эти взгляды поспешно отвели в сторону. Для местных головорезов давно стало здравым смыслом — не связываться со Святой Землёй Меча.

Даже если перед тобой Святой Меча, он всё же остаётся человеком. При достаточном количестве умелых бойцов его можно одолеть. Но наверняка будут жертвы, и, если слухи дойдут до Святой Земли Меча, сюда прибудут новые мастера — уже группами. Никто не знал, так ли это на самом деле, но так говорили. А если явятся десять Святых Меча, то после них останется не меньше сотни трупов.

Поэтому никто в зале не решился заговорить с незнакомками. И всё же любопытство не угасло окончательно. Шум и гомон слегка стихли, ведь все пытались расслышать, зачем прибыли эти двое.

— Гислейн, потренируйся со мной позже, — сказала рыжеволосая.

— Хорошо, — кивнула зверолюдка, Гислейн.

Стало ясно: рыжеволосая была ученицей, а Гислейн — её наставницей.

«Погоди-ка…» — пробормотал кто-то. В Святой Земле Меча ведь есть одна зверолюдка, Королева меча, известная под прозвищем «Бешеная Собака». Разве её не звали Гислейн?

Она уже давно не появлялась в Святой Земле, но, может быть, вернулась? Однако внимание публики в большей степени приковывала не она. От рыжеволосой женщины исходило особое напряжение, что-то неординарное, заставляющее всех держаться настороже.

Казалось, она была готова в любой момент вступить в смертельный поединок — в её взгляде горела яростная решимость. У каждого в таверне возникло ощущение, что сегодня кто-то может не уйти живым.

— Но, Эрис, — сказала Гислейн, — мы уже тренировались утром и днём. Ночью тебе нужно отдыхать.

— У меня нет времени на отдых, — упрямо возразила рыжеволосая.

— Отдыхают не потому, что свободны, — спокойно ответила Гислейн. — Отдыхают, чтобы восстановить силы и стать сильнее.

— Если Гислейн так говорит... — пробормотала Эрис.

Яростное напряжение, исходившее от неё, немного спало. Вскоре на стол подали еду, и, когда они начали есть, шум в таверне постепенно вернулся к привычному уровню. И тут это произошло. Двери таверны распахнулись с оглушительным грохотом.

— Кто-нибудь!

На пороге стоял мальчик — ещё слишком юный, чтобы назвать его мужчиной. Из головы струилась кровь, он в панике оглядывался по сторонам и закричал:

— Пожалуйста, помогите!

Его отчаянный крик разнёсся по всей таверне.

«......»

Но никто не откликнулся. Причина была очевидна: на щеке мальчика ярко выделялся след от ожога — клеймо раба.

В королевстве Асура такое не было в ходу, но в этих краях клеймение рабов было обычной практикой. Знак можно было бы убрать целительной магией, но для учёта детей без специальных навыков такого уровня отметки было достаточно. Проще говоря, он был товаром-рабом откуда-то.

А в таких захолустьях, торгующих рабами, было немного. Это должна была быть одна из двух доминирующих групп: наёмники «Орхидея» или наёмники «Калка». Раб из одной из этих банд, один в отдалённой таверне, умоляющий о помощи — запахло неприятностями. Никакой выгоды это не принесло бы, да ещё и можно было нарваться на гнев наёмников. В худшем случае — кому-то это стоило бы жизни. В такой обстановке кто-то откликнется на мольбы мальчика?

— Кто-нибудь, помогите... Если так пойдёт дальше, умрут мои младшие — брат и сестра...

Никто не ответил на его рыдающую мольбу.

— Эй, ты!

Мальчик вцепился в Эрис. Вокруг раздалось недовольное роптание. Разве он не ценит свою жизнь? Разве он не знает, кто опасен и с кем не следует связываться? Так думали они, но никто не стал давать советы этому глупому рабу-мальчику.

— Ты мешаешь. У меня нет времени на это.

Сказав это, Эрис пнула мальчика в сторону и встала. Гислейн, державшая кусок наполовину съеденного мяса, на миг замерла, затем сунула мясо в рот и последовала за Эрис. Обе покинули таверну. Снаружи уже стемнело, а с неба падал снег.

— Ночевать здесь на улице будет опасно. Нам стоит найти постоялый двор.

— Верно.

С этими словами они зашагали вперёд. Но, сделав всего несколько шагов, Эрис вдруг остановилась.

— Что такое? — спросила Гислейн.

— ...

Эрис сжала губы, скрестила руки на груди и принялась нетерпеливо отбивать ногой ритм по земле. Подумав немного, она резко развернулась и направилась обратно в таверну. Там, внутри, мальчик сидел один и плакал. Похоже, после того как его оттолкнули другие мужчины, на его грязном лице теперь отчётливо отпечатался след подошвы. Эрис остановилась перед ним.

— Ик...

Он думал, что она придёт его убивать. И не только мальчик — все в таверне думали так же. Вмешаться в трапезу, встать на пути или просто захотеть отрубить кому‑нибудь голову — любой из этих поводов был достаточен, чтобы мечник стиля Бога‑Меча выхватил клинок.

— Что случилось? — спросила Эрис.

Хотя на её лице по‑прежнему читалась готовность в любой момент нанести удар, вопрос явно прозвучал искренне.

— Т‑ты поможешь мне? — дрожащим голосом спросил мальчик.

— Помогу.

Шум в таверне усилился. Атмосфера словно подсказывала: лучше бы ей не вмешиваться. Но Эрис не была из тех, кого остановят такие вещички.

— Эм… я — раб наёмников «Орхидея». Меня зовут Лок.

— Я — Эрис. Что произошло?

— Эм… у нас конфликт с наёмниками «Калка». Наш начальник Биссал приказал убить некоего Гилу и сказал, что неважно, сколько из нас умрёт, — лишь бы вернуться хотя бы с одной отрезанной рукой. Мы сказали, что не сможем — все погибнут, — и тогда они… почти убили меня… Он велел нам скорее порешить этого Гилу…

— Понятно. Значит, мне нужно разобраться с этим Бисcалом?

— Э-э, нет, это не…

— Тогда я просто убью этого Гилу.

С этими словами Эрис вышла из таверны. За ней последовала мечница-зверолюдка Гислейн. Увидев её, мальчик испуганно вскрикнул, будто звук застрял у него в горле.

— Это нормально?

— Ничего страшного.

Эрис кивнула и спокойным тоном ответила на вопрос Гислейн.

— «Дед Энд» детей не бросает.

Гислейн мягко улыбнулась в ответ на эти слова.

— Но мы же не знаем, где прячется отряд наёмников, где этот Биссал или Гила.

На это Гислейн, что было необычно для неё, ответила: — Доверься мне.

— Похожий заказ уже был. Я знаю, как с этим разобраться. Надо лишь найти нескольких тёмных личностей.

— Ах да, верно — раньше и Рудеус так делал. Значит, тёмные переулки.

— Ага, именно.

Хотя они были разного возраста, обе, когда‑то были авантюристками. И обе неплохо разбирались, где искать шпану.

— Что вы делать будете, когда найдёте их? — спросила одна из них.

— Сначала — побьем одного. Если он что‑то знает, выдаст, где искать остальных, — сказала Гислейн.

— А если не признается? — поинтересовалась Эрис.

— Тогда бьем следующего. Оставь одного в живых — он позовет вдвое больше друзей. Побьем и их — придут ещё. В конце концов найдём того, кто знает.

— Просто, — произнесла Эрис.

Гислейн знала: грубые типы обычно передвигаются группами. Ударь одного — и, как домино, появятся остальные. Пол научил её этому приёму в дни приключений. Элинализа и Талханд тоже знали этот трюк. Только Гису бы морщился, но он никогда им не мешал, так что метод был верный.

Сама Гислейн особенно хорошо умела иметь дело с такими людьми. Даже злодеи, которые не выдавали ни слова под давлением Пола, раскололись бы после того, как Гислейн слегка с ними «поговорит».

— Я чую людей вот так, — говорила она.

Опираясь на её тонкое обоняние, двое отправились в переулки на поиски подозрительных типов. Нашли их быстро — хватило двух поворотов. Хотя Гислейн и не была самой чувствительной представительницей племени Долдия, она отлично чувствовала человеческое присутствие. Для неё это было пустяком. Трое молодчиков, похожих на шпану.

— Ах..

— Эй, посмотрите-ка. Как будто насекомые прилипли к стене, а ведь идёт снег.

— Ого, да это уже чересчур.

Они нарочно не смотрели в глаза Эрис и Гислейн. Как только те появились, парни повернулись к стене и уставились в неё или в землю. Обычно этого было бы достаточно, чтобы пройти мимо незамеченными, но у Эрис и Гислейн была своя цель. Сначала Гислейн врезала первому в колено — тот с хрипом согнулся. Потом Эрис схватила второго за ошейник, развернула лицом к себе и врезала ему в лицо прямо кулаком.

— АААААА!

Раздался крик.

— Ч-чего…?

Последний, ошеломлённый происходящим, рухнул на землю, рот у него открывался и закрывался, когда он смотрел на Эрис и Гислейн.

— Приведите нам человека по имени Биссал или Гила.

Голос Гислейн, полный властного приказа, не оставлял места для спора, и оставшийся невредимым парень побледнел. Он не знал ни Биссала, ни Гилы. Он не был частью отряда наёмников.

— Я-я не знаю, я их не знаю!

— Так ли?

Услышав, что он ничего не знает, женщины утратили к нему интерес. Это была лишь первая группа. Вокруг ещё было полно людей, так что они решили не останавливаться и углубились дальше в переулки.

Часть 2

Существует человек по имени Гила. Изначально он был Святым Меча стиля Бога-Меча, но после конфликта с мастером покинул школу. Он стал искателем приключений, но надолго этим не задержался. В конце концов он начал общаться с головорезами в городе, и это привело к тому, что его наняла наёмная группа «Калка». Он поднимался по служебной лестнице, полагаясь исключительно на силу. Типичный лидер бандитов, каких часто можно встретить. Если бы Пол свернул с пути, он мог бы оказаться на месте этого человека.

Группа наёмников «Калка» отделилась от «Орхидеи» из-за конфликта с начальником последней. С тех пор «Калка» и «Орхидея» находятся в давнем противостоянии. Ни одна из групп не выделялась особыми достоинствами, но «Калка» набирала людей из-за пределов королевства Асура и получала прибыль от торговли наркотиками и рабами, тогда как «Орхидея» придерживалась традиционных методов — рэкет и крышевание.

Недавно с появлением множества новых торговцев рабами «Калка» значительно усилилась. Не желая отставать, «Орхидея» тоже обратила внимание на торговлю рабами, что лишь усилило конфликт.

Совсем недавно «Калка» отдала приказ захватывать рабов «Орхидеи», а при необходимости — убивать их. Некоторых удалось похитить, после чего был отправлен гонец к Биссалу для переговоров.

— Кто-то охотится за нашими младшими членами?

Услышав такой доклад:

— Это ребята из «Орхидеи»?

Таков был вывод.

Это, должно быть, месть за действия «Калки». В последнее время ходили слухи, что «Орхидея» может предпринять шаги и что нужно быть начеку. Хотя всё происходящее не совсем совпадало с ожиданиями, казалось, что «Орхидея» начала действовать.

— Какие они?

— Пара женщин-мечниц. Требовали встречи с Гилой и говорили: «Приведите нам Гилу».

— А где они сейчас?

— Мы не знаем... Кажется, они перемещаются по городу, нацеливаясь на наших младших.

— Чёрт, похоже на их почерк.

Гила так сказал — и тут же усомнился. Неужели это действительно они? У наёмников «Орхидеи» длинная история. Как правило, они действовали точечно: похищали конкретного человека и держали его в заложниках, требуя, что‑то взамен... более изощрённый подход. Такая разовая, беспорядочная атака — не в их духе.

— Что‑то тут странно, но удобно, — пробормотал он.

— Что?

— Найдите местонахождение Биссала и соберите самых сильных людей, каких сможете. Тратьте на это деньги сколько потребуется. Мы их прикончим.

— ...Да!

Гила ощутил дурное предчувствие. Но не показал этого. Как лидер наёмников «Калка», он должен был сохранять достоинство.

Часть 3

Поздно ночью. Головорезы собрались перед складом.

— Давай, ублюдок!

— Думаешь, ты крутой, а?

Каждый с мечом в руках, они яростно кричали друг на друга. Самые грубые и опасные члены как наёмников «Орхидеи», так и «Калки» собрались здесь. Они собрали свои силы, ориентируясь на последние сведения о двух женщинах‑мечницах, и встретились у этого склада. Как и ожидалось, на месте уже была противоположная группа, что привело к обмену резкими угрозами.

— Биссал, ублюдок, устраиваешь этот цирк…

— Это моя фраза, Гила!

Среди них были Гила и Биссал. Как лидеры своих наёмных групп, оба понимали, что ситуация странная. Однако, встретившись лицом к лицу, они не могли отступить перед своими людьми, даже если что‑то казалось подозрительным. Почти тридцать головорезов, вооружённых и смотрящих друг на друга с ненавистью, медленно приближались, готовые взорваться в любую секунду. Напряжение было осязаемым.

— Заткнитесь уже.

Одно произнесённое шёпотом слово мгновенно заставило всех замолчать. У входа в склад стояла женщина. У неё были короткие волосы, и она даже не пыталась скрывать враждебную, неприязненную ауру. Меч уже был обнажён. Из-за её спины показалась высокая зверолюдка. Взгляд на неё заставил каждую клетку тела Гилы кричать: «Беги!»

— Это та женщина!

Часть 4

На следующее утро Лок проснулся в конюшне. Он не мог вернуться в наёмную группу «Орхидея», не имел смелости противостоять наёмникам «Калки», но и не был настолько черствым, чтобы бросить своих младших братьев и сестёр и сбежать из города. И вместе с тем он не был настолько наивным, чтобы верить, что две неизвестные женщины‑мечницы сделают что‑то для него.

В итоге у него не оставалось выхода, и он пробрался в конюшню в дальнем углу города, чтобы переждать холодную ночь. Когда он проснулся, ему стало ужасно. Сердце сжималось от жалости к себе и отчаяния. Он не знал, что делать, но, несмотря ни на что, ноги Лока двинулись вперёд.

Его целью была наёмная группа «Орхидея». Там его ждали младшие братья и сёстры, не родные, но купленные «Орхидеей». Он не хотел идти. Конечно, если он пойдёт, снова придётся страдать. Ему приказали убить Гилу, но он не смог. Он ничего не сделал. Биссал это возненавидел. Возможно, в качестве урока кто-то уже погиб, словно говоря: «Это случилось потому, что Лок сбежал».

Но Лок пошёл. Несмотря ни на что, его братья и сёстры, которые страдали вместе с ним, были для него важны. Он решил извиниться, даже если Биссал разозлится и накажет его, потому что другого выхода не было.

С этой мыслью Лок вернулся в жилище наёмников «Орхидея». Внутри стояла жуткая тишина. Во-первых, вокруг было мало людей. Это было общежитие примерно на двадцать человек. Обычно наёмники кричали, выражали недовольство, ругались или наказывали Лока и других. Но почти ни одного знакомого лица не было.

Оставшиеся — низшие члены, недавно принятые, или те, кто за заслуги был переведён из рабов в наёмники. Один из них, человек, как старший брат для Лока, случайно проходил мимо.

— А, Лок…

— Эм, что случилось…?

— Не знаю точно. Просто Биссала свалили.

— Что?

— Прошлой ночью была крупная стычка с группой «Калки», и, похоже, Биссал и Гила из «Калки» оба мертвы.

Образ двух женщин‑мечниц промелькнул в голове Лока. Это были они. Они сделали это…

— Главные силы, включая лидеров, были уничтожены. Не знаю, что будет делать начальник «Орхидеи», но, эээ… возможно, роспуск.

— А мои братья и сёстры?

— Дети? Конечно, дети не участвовали в бою. Но без приказов они растеряны.

Услышав это, Лок вздохнул с облегчением, но вспомнил слово «роспуск», и лицо его побледнело.

— Что же нам делать…

Старший брат Лока огляделся, чтобы убедиться, что рядом никого нет, и прошептал ему на ухо:

— Я собираюсь поехать в Нерис и стать искателем приключений. Пойдёшь со мной?

— Что? Ты имеешь в виду сбежать? Это нормально?

— Сейчас наш шанс. Нас не поймают.

Лок подумал над предложением. Оставаться здесь значило подчиняться приказам, получать удары по прихоти и, возможно, быть убитым.

— Пойду.

И так Лок и остальные покинули наёмную группу и стали искателями приключений. Никто не знает, что с ними стало, но выжить в тот день уже было удачей. А с падением двух наёмных групп негласное правило «не связывайся с мечниками Святой Земли Меча» ещё глубже укоренилось в сознании всех. Мало кто знал причину или подробности, но все говорили одно:

— «Бешеные собаки пришли».

Летняя экскурсия на природе

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 2 сезона аниме

Часть 1

«Дежурство на экскурсии?»

Однажды Заноба заговорил о чём-то необычном.

— Да. Летняя экскурсия. Когда студенты становятся второкурсниками, они отправляются в лес. Там собирают материалы для чернил магических кругов и тренируются в базовой атакующей магии на монстрах.

Конечно, «сражение с монстрами» не значит драки с драконами. Идут в лес примерно в полудневной дороге от города и пробуют магию на существах, эквивалентных F-рангу с точки зрения искателя приключений. Так они узнают, как трудно попасть в диких существ магией, как неожиданно живые существа могут сопротивляться и насколько страшны монстры.

Кстати, эта экскурсия необязательная, поэтому не все студенты участвуют. В Раноа Магическом Университете учатся не только дети. Есть студенты с опытом бывших искателей приключений или солдат из разных стран. Такие люди не нуждаются в уроках о страхе перед монстрами, поэтому освобождаются от этой практики. То есть, когда я стану второкурсником, мне не придётся участвовать.

Теперь главное. Хотя это и «занятие», оно проходит в лесу, а значит, таит в себе опасности. В лесах этого мира монстры появляются без исключения, и среди них иногда встречаются очень сильные. Поэтому принято нанимать группу искателей приключений в качестве охраны. Даже если появится сильный монстр, искатели приключений справятся. Есть также преподаватели, хорошо владеющие атакующей магией, так что безопасность студентов обеспечена. Правда, гарантировать её полностью невозможно.

Что касается самих групп охраны. Сотрудники Университета Раноа проверяют и выбирают группы с хорошим поведением и проверенными навыками. Однако если участвует представитель королевской семьи, необходима ещё и личная охрана для него. Более того, эти охранники должны предоставляться королевской семьёй. Обычно представители королевской семьи живут со своими телохранителями, а Заноба был один.

— Ты хочешь, чтобы этим занялся я?

— Да. Я, как ученик, ужасно извиняюсь перед своим мастером за такую просьбу…

— Разве нельзя обратиться в Гильдию искателей приключений?

— Сказать можно, но, если речь идёт о королевской семье, охрана должна выглядеть должным образом. Мне всё равно, но как член королевской семьи Широна, я обязан иметь соответствующих охранников, иначе преподаватели не одобрят.

— А, понятно.

Ну да, логично. Заноба может казаться передо мной фанатом фигурок, но в остальном он ведёт себя как настоящий представитель королевской семьи. Видимо, это вопрос гордости.

— Кстати, я и не знал, что в магическом университете есть занятия по сбору материалов и боевой магии.

— Я тоже особо не в курсе, но на третьем курсе начинаются полноценные уроки по магическим кругам. Создание чернил — часть программы, поэтому это необходимо.

— Почему бы просто не купить их?

— Некоторые студенты, у которых нет денег, сами идут в лес собирать материалы, и бывают случаи, когда они погибают.

— Похоже, они не понимают, насколько это опасно.

— Это было много лет назад. Одна студентка делала это, как будто это абсолютно естественно. Сначала её пытались повторить лишь немногие, и они погибли, но с каждым годом всё больше людей подражало, и количество жертв росло. Так и появились эти внеклассные занятия.

— Значит, были безрассудные студенты. А у них разве не было денег?

— У неё, похоже, почти все деньги ушли на плату за поступление, и жить в школе ей было очень тяжело.

— Ха‑ха, все деньги на вступительный взнос? Были и дураки, которые не думали наперёд.

В Магическом Университете Раноа учатся студенты разных категорий. Среди них неизбежно встречаются слабые.

— Эм, мастер…

— Хмм?

Когда я это сказал, Заноба немного колебался.

— Эм, эта студентка… её звали Рокси.

— Поступить в школу ради новых знаний, даже если придётся потратить все деньги, стремиться к развитию и инновациям в учёбе — какой замечательный человек. Действительно, если нужно что-то получить, следует добывать это самому. Поскольку занятия направлены на улучшение способностей, такой уровень усилий — естественен.

Как и следовало ожидать от Раноа. Качество студентов высоко. Студенты, которые сами собирали материалы, вероятно, пытались подражать выдающейся старшей Рокси, хотя бы немного не отставать. А включение достижений таких старших в учебный план так, чтобы не перегружать остальных студентов, — какая гибкая и понимающая школа. Они действительно понимают. Да, Бог прав. Хотя иногда и она ошибается.

— Ну, оставив содержание занятий в стороне, тебе нужна охрана, верно?

— Мне действительно неловко просить об этом моего мастера…

— Я благодарен тебе за помощь в школе. Проблем нет.

Мне любопытны материалы для чернил магического круга, и можно считать это подготовкой к занятиям следующего года, так что я согласен взять это задание.

— Правда! Большое спасибо!

Итак, я в итоге принял участие в летней экскурсии.

Часть 2

Через несколько дней мы уже были в лесу. Заноба надел мантию, которую купил специально для этой полевой вылазки. Я сопровождал его при покупке, но сам Заноба на мантию особо не смотрел, так что выбор доверил Джули. Джули, почувствовав серьёзность поручения, перебрала в магазине всё и заставила Занобу примерить кучу одежды, пока не нашла «ту самую». Возможно, именно поэтому сегодня Заноба выглядел особенно воодушевлённым. Джули тоже была довольна и будто гордилась собой. Я тоже испытал лёгкую гордость: Джули уже сама разбирается в одежде для Занобы.

— Раз уж участвуешь, не прогуливай занятия.

— Да, мастер!

Кроме нас, в походе участвовали ещё сорок студентов. Помимо привычной семёрки охранников, нанятой для сопровождения, почему‑то присутствовала и Элинализ.

— Зачем ты здесь? — спросил я её.

— Объяснять надо? — ответила она, глядя на группу молодых парней. Похоже, она их приметила.

Хотя Элинализ — искатель приключений ранга S, она вряд ли полезет на кого‑то сыро в лесу. Наверное, она собирается что‑то провернуть в лесу, а вечером уютно устроиться в трактире. Скорее мне придётся защищать студентов от этой женщины, чем от монстров. По крайней мере, Заноба ей неинтересен — он тот самый, кого мне полагается охранять.

Хотя кажется, восемь охранников на сорок студентов — многовато. С учётом куратора нас девять. Может показаться, что этого более чем достаточно, но если хотя бы один студент решит воспользоваться ослаблением надзора — «сбежать из‑под присмотра» — то пробелы могут возникнуть.

— Когда дело касается королевских особ, напряжение значительно возрастает.

— Правда?

— Если мы не защитим члена королевской семьи, нас могут наказать. В некоторых странах вплоть до отсечения головы.

— Ну, в этот раз можно не волноваться, расслабьтесь.

С современной точки зрения мы не обязаны выручать аристократов, но что поделать — они королевские. Видимо, это обычная забота о престиже.

— Что ж, я займусь своими делами, — сказала одна из сопровождающих.

— Понял.

С Занобой всё в порядке: на него физические атаки особо не действуют, и в этом лесу не было сведений о монстрах, использующих магию. Хуже всего — что он может потеряться, сорвавшись со склона. Потеряться — это проблема, так что за ним стоило приглядеть.

— Мастер, я видел раньше такое на рынке.

— О, та модель была репликой. Она воссоздана по насекомым из этих мест. Джули, лови. Нельзя понять настоящую ценность, не сравнив с оригиналом.

— Да, мастер.

— Эй, эй. Сегодня урок не про ловлю жуков.

Я остановил энергично тянущуюся за жучком Джули. Когда я взял её за руку, она вздрогнула и тихо пробормотала: «Да, великий мастер». Хотелось бы, чтобы она не была такой напуганной. Что я такого сделал?

Впрочем, пока Заноба в безопасности, надо присмотреть и за Джули. Заноба о ней заботится, но он не так быстр, чтобы вовремя спасти её при падении со скалы. Пусть Джули будет главным объектом нашей защиты.

— В общем, я сегодня ваш охранник. Пусть даже дракон появится — я защищу вас, так что расслабьтесь.

— Ха‑ха, даже я дракона не потяну! Давно у меня не было охраны, с детства!

Заноба явно радовался, словно на школьной экскурсии.

— Тогда пойдём собирать материалы для чернил!

— Да, мастер!

— Да, великий мастер!

Наша привычная тройка зашевелилась. Остальные студенты расформировались в восемь групп по охранникам и разошлись по лесу. Мы назначили время и место сбора: все должны были найти материалы и потом вернуться. Если по пути встретим монстров — каждый решает проблему согласно изученному; охранники помогают и наставляют. В общем, ничего особо сложного.

— Джули, при сборе растений выкапывай почву вокруг и доставай корни. Вот, пользуйся этой лопаткой… вот так. Попробуй.

— Да, великий мастер.

Я недолго помедлил: корни копать не обязательно — это же не заказ гильдии, и выкапывание испортит растения для тех, кто придёт в следующем году. Но решил не придираться.

— Мастер!

— Что такое, Заноба… ого.

Я обернулся и увидел, как Заноба держит монстра за лапу. Это был саблезубый кролик — монстр ростом до колена, с острыми как мечи передними зубами. Обычно они активны ночью и держатся группами; днём сидят в норах и редко нападают. Этот же укусил Занобу за палец — вернее, он сунул палец в норку, и зверёк прижал его пастью. При ближайшем рассмотрении оказалось, что челюсть у монстра вывихнута. Бедняга.

В общем…

— Чёрт, серьёзно? Извини, я ж не специально — просто не заметил. Ты в порядке? Кого укусил?

— Укусили… я сунул руку в дыру, и он просто вцепился.

Заноба показал на норку. Хоть он и из королевской семьи, сунуть туда руку без осторожности — дурной тон. Находясь в панике, кролик укусил его, но Заноба ухватил за челюсть и вытащил.

— Джули, не совать пальцы в норы. С Занобой всё в порядке — он же Заноба, — а вот у обычного человека палец могли бы откусить.

— Да, великий мастер…

— Кстати, раз мы добыли дичь, поедим?

Ах да — когда занимаешься скучной работой, вдруг к тебе приходит голод.

— Нет. У нас занятие — собирайте материалы.

— Но мастер... — Собирайте. Я приготовлю вам обед!

После моего приказа Заноба уселся рядом с Джули и стал помогать собирать материалы.

3 часть

Примерно через час. Сбор материалов у Занобы шёл гладко. Он уже собрал всё, что нужно, и теперь изящно уплетал зажаренного им же монстра. Он сидел за столом и на стульях, которые я создал с помощью магии земли, и нарезал мясо ножом и вилкой, созданными мной же. Настоящий аристократ. Что ж, он и вправду королевской крови. Его манеры, воспитание — всё это показывает, что он прошёл должное обучение. Когда он спросил: «У нас что, нет ножа и вилки?» — я ожидал, что он просто укусит мясо, как жареную курицу. В любом случае, мы закончили задания, немного пообедали и вернулись на место сбора раньше назначенного времени.

Однако оказалось, что две группы ещё не вернулись. Одна из них — группа Элинализ. Но я особо не переживал. Несмотря на её привычное поведение, Элинализ — опытная искательница приключений. Как S-ранг, она знает, как справляться с ответственностью. Она удивительно добросовестна, если учитывать её обычный характер. Но в её группе были только мальчики-студенты. Так что, возможно, малейшая искушённость со стороны суккуба… могла отвлечь их всех… Как раз когда я об этом думал, Элинализ с группой вернулась.

— Ох, кажется, мы немного задержались. Извините, нам пришлось поискать один из материалов.

Элинализ вернулась в полном порядке… Нет, она действительно собирала материалы. Вероятно, место, где они искали, оказалось неудачным. Однако мальчики-студенты выглядели несколько напряжёнными. Они обменивались взглядами, украдкой поглядывали на Элинализ. Иногда их взгляды скользили к её талии, и они глотали, словно соблазн действительно сработал. Возможно, это отвлекло их от сбора материалов…

— О, а есть ещё одна группа, которая не вернулась, — сказала Элинализ. — Да, похоже, так…

Учитель выглядел озадаченным. Что-то могло произойти, но… на самом деле мы не разбредались далеко друг от друга. Если бы была битва с монстром, мы бы заметили. Возможность того, что целую группу уничтожили в засаде, существует, но маловероятно, что одна группа полностью исчезла, а остальные не столкнулись с трудностями.

— Наверное, стоит пойти и проверить, где они, — сказал кто-то.

— Да, действительно. — Элинализ и я пойдём искать, а все остальные, пожалуйста, оставайтесь здесь, — добавил он.

— Мастер, я тоже пойду.

— Зачем? Я же должен охранять тебя…

— Если с вами что-то случится, мастер, это будет позором для вашего ученика!

«Позор для ученика?» Если что-то случится с вами, это будет позором для меня как для искателя приключений. Хотя мне на репутацию особо плевать.

— Ладно, хорошо. Но Джули, ты останься здесь.

Заноба — Благословенный ребёнок. Я не знаю, проходил ли он практическую подготовку во дворце, но по естественным способностям он должен быть значительно сильнее большинства искателей приключений. Таковы уж эти Благословенные дети.

— Да, великий мастер.

Джули кивнула серьёзно. Она действительно такой хороший, честный ребёнок.

Часть 4

Когда мы начали поиски, мы быстро наткнулись на следы. Если идти по ним, мы найдём ответы. Спасибо, Руйджерд — навыки, которые я у тебя перенял, очень пригодились! Или, по крайней мере, так я думал, но, похоже, следов слишком много разных типов. Я новичок в отслеживании, поэтому не могу утверждать точно, но похоже, что здесь не шесть человек. Кажется, что среди следов смешались пути, подходящие с другой стороны.

— Элинализ, как думаешь?

— Я не вор, знаешь ли. По следам могу лишь сказать, что здесь были ещё люди.

— Я тоже не знаю.

— Но выглядит это подозрительно. Похоже, их не просто атаковали монстры. Рудеус, будь осторожен.

В такие моменты именно люди представляют наибольшую опасность. Возможно, что шесть пропавших студентов уже мертвы. Тем не менее, наша работа как охранников — проверить их безопасность. Мы последовали за следами и продвигались глубже в лес.

— Чёрт, что же нам теперь делать!?

— Что значит «что»? Нам придётся убить их, раз они нас увидели.

— А остальные? Ещё больше тридцати!

— Нет, мы убиваем этих ребят и быстро уходим отсюда!

Когда мы их нашли, там были около десятка мужчин и женщин. Студенты нашей Университета были связаны, руки за спиной и с кляпами во рту, а вокруг них спорили пять мужчин.

— Мы не можем просто убежать. Если они заметят, что студенты пропали, они расследуют это и быстро поймут, что здесь мы замешаны!

— Почему вы всё ещё думаете о продолжении дел? Мы убиваем их, а потом — гонка со временем. Быстро покидаем город. Даже Гильдия магов не станет преследовать нас далеко за пределами города.

— Я не могу покинуть этот город!

— Так что же делать!?

Судя по всему, они проводили какой-то незаконный торговый бизнес здесь. Их поймали, поэтому связали студентов и теперь решали, что делать дальше. Не было слышно борьбы, значит, мужчины нашли студентов и атаковали внезапно. Искатель, который их охранял, вероятно, был подавлен, а остальные студенты быстро сдались. Впрочем, это не имеет большого значения.

— Ситуация ясна.

— Да, верно.

— Хм, Мастер, что будем делать? Я могу броситься и рассредоточить их.

Заноба звучал уверенно, но, если противники владеют магией, это будет опасно.

— Сначала, Заноба, тихо подойди сзади к заложникам. Элинализ, иди на противоположную сторону. Я буду использовать магию, чтобы по одному нейтрализовать их. Одновременно Элинализ ворвётся и вырубит их с помощью меча и щита.

— Хм… А что мне делать?

— Если Элинализ и я промахнёмся, они, вероятно, возьмут заложников, так что выходи из-за заложников и останови их сзади.

— Понял.

По моему сигналу оба разошлись.

Я не видел их со своей позиции, но чувствовал, что они заняли места. В нужный момент я встал и крикнул:

— Эй!

Все повернулись ко мне, и в этот момент я выпустил «Каменную пулю». Моей целью был ближайший к мне мужчина. Каменная пуля попал точно в цель, ударив по ноге и сломав её.

— Ааааа!

— Хааа!

В тот же момент Элинализ выскочила, ударив мечом по ноге мужчины сзади. С ловкостью она ударила щитом мужчину рядом с собой, повалив его на землю. Я выпустил вторую Каменную пулю по ноге четвёртого мужчины. Последний, осознав, что его атакуют, побежал к заложникам, но там был Заноба, появившийся из леса.

Мужчина выхватил меч и ударил Занобу, но Заноба поймал его одной рукой и сломал пополам. Стальной меч легко сломался в руках Занобы. Это было нереально. Мужчина, глаза широко раскрыты от шока, оглядывался, между нами, держа теперь уже меч без лезвия.

— Кто вы такие!?

— Мы всего лишь их охрана, — ответил я и выпустил Каменную пулю в челюсть последнего, оглушив его.

— Всё кончено?

— Как и следовало ожидать от вас, Мастер. Похоже, мне здесь не пришлось вмешиваться.

— Ты тоже был весьма полезен. Надеюсь, ты не обидишься, но я не думал, что королевская кровь будет столь полезна в подобных ситуациях.

— Как Благословенный ребёнок, я получал образование, исходя из того, что мне придётся выходить на поле боя.

— Понятно.

Это была невнимательность. Устранив основных врагов, мы наслаждались победой и болтали. Расслабленная атмосфера — ровно то, чего ждал наш скрытый противник. Спрятавшись в кустах, он выжидал момент. Как только почувствовал ослабление нашей бдительности, он прыгнул.

— Заноба, позади тебя!

Я заметил слишком поздно. Нападавший напоминал пуму с огромными клыками и острыми когтями, выжидающую, когда мы потеряем бдительность. Увидев шанс, он выскочил из кустов и набросился. Его клыки, острые как ножи, нацелились прямо на шею Занобы. В следующий момент хлынула кровь. Ах, какая трагедия… было уже слишком поздно сожалеть.

— Ах, Заноба… ты…

Заноба полностью изменился.

— Хм?

Сначала клыки монстра сломались у основания, вызвав сильное кровотечение из дёсен. Смущённый монстр врезался клыками и когтями в Занобу, мгновенно разорвав его одежду и обнажив стройное тело. Заноба схватил монстра за шею, раскрутил его как тряпичную куклу и с такой силой ударил о землю, что монстр разлетелся на куски, брызги крови разлетелись повсюду. В результате Заноба теперь выглядел как бездомный.

— Заноба, ты… теперь, когда ты такой… как я объясню это Джули?

Новая одежда была полностью испорчена, разорвана на клочки и пропитана кровью. Заноба сам был в крови, но это не имело значения. Всё можно было смыть.

— ……

Видя, как Заноба печально смотрит на себя, я не знал, что сказать.

Часть 5

После того как мы освободили студентов и связали виновников, мы обнаружили, что они сами изготавливали и продавали чернила для магических кругов. Они работали вне контроля Магической Гильдии на её территории.

Таким образом, они тайно собирали материалы в лесу и делали чернила. По совпадению, наши места сбора совпали с их. Нет, это было не просто совпадение. Этот лес содержал все необходимые материалы для чернил и был хорошо известен для таких действий. Любой, кто спрашивал вокруг, был направлен сюда.

Эти люди собирали материалы здесь. Рано или поздно это должно было произойти. В любом случае, мы передали нападавших в Гильдию магов и благополучно вернулись в школу. Единственной потерей оказалась разрушенная одежда Занобы.

— ……

Джули выглядела грустной, видя, как платье, которое она тщательно выбирала, превратилось в лохмотья. Я не брался за эту охрану ради того, чтобы видеть Джули такой расстроенной…

— Простите, Джули. Я должен был его защищать, а это произошло.

Когда я сказал это, Джули покачала головой:

— Я просто рада, что Мастер в безопасности.

О, что это? Глаза сами начинают блестеть…

— Тебе не нужно извиняться, Мастер. «Это моя неосторожность», —сказал Заноба, весело бегая вокруг (ну, не совсем бегая, но почти).

Но раз я взял на себя роль охранника, я должен был лучше защищать Занобу. Я недооценил ситуацию, считая, что Заноба будет в порядке. Никогда не ожидал, что его одежда окажется такой хрупкой… Тем не менее, Заноба, похоже, получил удовольствие. Хотя он любит свои куклы, выход на свежий воздух и смена обстановки, должно быть, были для него приятным развлечением. Так что, возможно, всё сложилось к лучшему. С этими мыслями я завершил своё дежурство по охране Занобы.

Короткие истории к 10 тому ранобэ

Дипломатический подход к Тишине семи звезд

Оригинальная короткая история к 18 тому манги

Часть 1

Прошло несколько дней с тех пор, как эксперимент Нанахоси увенчался успехом. В последнее время она пребывала в приподнятом настроении. Впрочем, неудивительно: когда дела идут хорошо, у людей всегда поднимается настроение.

Опыты продолжались, но складывалось впечатление, что она занята ещё чем-то — иногда выглядела рассеянной, словно готовилась к новому этапу. Даже сказала, что я могу пока не приходить. Вероятно, это и означало переход на следующую стадию.

Однако, учитывая её недавний обморок, я всё равно заглядывал в лабораторию каждые несколько дней. Да, она уже появилась в столовой, но всё же я волновался, питается ли она как следует. Человек должен есть. Что бы ни случилось, сначала нужно набить желудок. Как говорится: когда голоден — злишься, когда злишься — проголодаешься.

И вот сегодня, как обычно, я направился в лабораторию Нанахоси. Вроде, я постучался. Всё-таки входил в комнату девушки, которая в прошлой жизни была старшеклассницей, — постучать было делом естественным. Так что вряд ли я забыл. Наверное.

Ответа не последовало, и я осторожно приоткрыл дверь. Пусть это и выглядело немного невежливо, но, если бы она снова упала в обморок, беды не миновать. А ведь проверяю её только я один. И тут я увидел то, чего видеть был не должен. Нанахоси. Та самая Нанахоси.

— Кися-кися… иди сюда…

Стоя на четвереньках, она тянулась к сидевшему у окна коту.

— Мяу-мяу. Ня-ня.

Она даже говорила на кошачьем языке. Что за зрелище!.. Кот у окна, заметив протянутую руку, уже поднял лапу, чтобы ударить, но, увидев меня, замер на миг. Осознав, что шансов мало, он тут же сиганул в окно.

— Ах… — выдохнула Нанахоси, опустив руку, которой теперь некуда было тянуться. Она на секунду замерла, осознав, что именно я спугнул животное.А потом медленно повернулась ко мне.

— ……Что?

Её голос звучал ниже, чем я когда-либо слышал.

— Ничего.

— Зачем ты пришёл?

— Проверить, как ты.

— Понятно.

Она коротко ответила и тяжело опустилась на стул, подперев щёку рукой, избегая моего взгляда.

— Ты любишь кошек?

— …А кто их не любит?

— Верно. Большинство, наверное, действительно любят.

Разве что у кого-нибудь домашнюю птицу кот может загрызть, но в целом причин ненавидеть их нет. Я тоже не против кошек. Хотя я больше собачник… да и животные меня обычно не жалуют, так что особой симпатии они ко мне тоже не испытывают.

— Но всё же я рад, что у тебя теперь хватает сил тянуться к бродячим котам, Нанахоси. Я не мог вынести твоего состояния на днях.

— За это… я благодарна, — произнесла она чуть смущённо, и, кажется, её лицо слегка порозовело.

С тех пор, похоже, Нанахоси стала чуть-чуть более тепло ко мне относиться. Хотя я уже женат, так что, надеюсь, она воздержится от соблазна внезапно распахивать воротник и показывать грудь. Я к таким вещам слишком слаб. С такими мыслями мы вернулись к привычным экспериментам, но…

«……»

«……»

Разговор заглох. Молчание меня не тяготило, но раз уж она немного открылась, неплохо бы поддержать беседу. Хотя сомневаюсь, что с Нанахоси это возможно. Она ведь почти не выходит из комнаты и, скорее всего, мало знает о том, что творится снаружи. Тогда, может, попробовать разрядить обстановку шуткой?

— Нанахоси.

— Что?

— …Мяу-мяу. Ня-ня.

Меня выставили за дверь.

Часть 2

Прошло несколько дней. Как обычно, я отправился в столовую вместе с Занобой, предвкушая спокойный обед.

Сегодня, кажется, в меню был суп «керри». Выглядит он почти как карри, но вкус — какой-то расплывчатый, с перемешанными ароматами, от которых невольно морщишь лоб. Хотя, если не думать о нём как о карри, то вполне ничего, даже вкусно по-своему.

Напротив меня сидели Заноба и Джули. Я наполнял пустой желудок, наблюдая за умилительной картиной, которой не довелось увидеть в прошлой жизни: маленькая девочка с жадностью запивает еду алкоголем.

«Эй, девчонка, давай вместе чаю попьём, ня?»

«А я пойду мяса на прилавке куплю».

Пока я об этом думал, заметил, что какие-то хулиганки прицепились к одной из обычных студенток. Это были Риния и Пурсена. Или, как их называли вместе, РиниПур.

Эх… ну вот, опять они портят мне обед. Почему эти две вечно должны мешать мне спокойно поесть? Ненавижу наблюдать, как забияки пристают к простым студентам. Да и в столовой это особенно неприятно. Хотя, стоит признать, злыми в прямом смысле их не назовёшь. Деньги, например, они не вымогают. Если бы они доходили до такого, я бы не стал сидеть молча…

— Чай очень вкусный, ня, — уговаривала Риния. — Он так приятно щекочет язык, даёт лёгкое опьянение, ня! Тебе точно понравится, ня!

— Риния, дура. Только тебе это нравится. Мы идём к мясному прилавку. Я уже знаю, что Тишина любит сладкий картофель.

«……»

Постойте-ка. Они же к Нанахоси пристают! Что делать? Вмешаться? Или пусть сама разбирается? Хотя, честно говоря, Нанахоси и правда неплохо бы расширить круг знакомств. Но… Риния и Пурсена… сомнительная компания.

— Кто дура, ня?! — вспыхнула Риния. — Люди тоже туда ходят, ня! Это популярное место, ня!

— Люди не пьют тот чай, что тебе нравится.

— Тогда пусть пьют что-то другое, ня! И вообще, сладкий картофель на прилавке — совсем не тот, что мы ели в доме у босса, ня! Там он просто варёный и солёный, Тишина не оценит, ня! Ты же не знаешь, всё мясо да мясо жуёшь, ня!

Пока эти двое спорили, Нанахоси спокойно доела и молча покинула столовую. Настолько чистое и искусное игнорирование… я даже восхитился. Спор оборвался сразу, как только она вышла. Риния и Пурсена синхронно перевели взгляд на меня. Вот чёрт.

— Эй, босс!

— Раз уж наблюдал, мог бы и помочь.

И понеслось. Теперь уже они зацепились за меня. А я ведь только обедать хотел… Игнорировать их, как Нанахоси, у меня всё равно не получится. Придётся разруливать.

— Помочь с чем? С Нанахоси? Сказать ей: «Сударыня, оставьте этих девушек мне и бегите скорее»?

— Мы про себя, конечно!

— Тишина даже разговаривать с нами не хочет…

— Если она вас игнорирует, зачем вы всё время к ней лезете?

В ответ они гордо выпятили груди. Какие… слишком уж большие груди. Зачем демонстрировать их женатому мужчине? Я ведь слаб к соблазнам…

— Раз уж ты Фитца под своё крыло взял и сам стал на вершину, босс, мы тоже должны расширить территорию!

— Точно. У Тишины есть связи с торговцами. Если она поможет, мы сможем контролировать рынок. Даже мясо будет дешевле!

Хм. Классический «синдром нового вожака». Почему у зверолюдей всё обязательно сводится к территории и амбициям? Хотя, пожалуй, для них это нормально…

— Думаю, ей это неинтересно.

Если бы было, она давно занялась бы этим в больших масштабах. Ей и так хватает исследовательских средств, добытых за счёт читерских знаний из современного мира. Для её цели — возвращения домой — слава, деньги и статус не нужны.

— Но хотя бы подружиться с ней хочется, ня.

— Совсем уж в игноре — обидно… Всё-таки знакомые же. Хоть немного внимания, эх…

Пурсена даже жалобно засопела носом. И действительно… если подумать, можно ли их назвать знакомыми? Ну, пожалуй, только с большой натяжкой. Но, может, Нанахоси и вправду могла бы уделить им чуточку внимания. Хотя бы поздороваться. С другой стороны, она сама не стремится сближаться с людьми в этом мире… И тут мне в голову пришло.

— Думаю, использовать её у вас не выйдет. Но вот подружиться с ней… возможно.

Прежде чем я успел опомниться, слова уже сорвались с моих губ.

Часть 3

Через несколько дней. Я привёл Ринию и Пурсену в комнату Нанахоси. Её голос в тот день звучал ещё ниже, чем обычно — новый рекорд. Наверное, она с самого начала почуяла неладное, как только увидела, что я привёл с собой этих двух. Да, честно говоря, я и сам чувствовал себя так, будто сдаю подругу на растерзание хулиганкам. Но, по идее, это должно было быть выгодно обеим сторонам.

— Тишина, мы кое-что тебе покажем, ня.

— Мы готовы тебя «принять».

Будь это манга про хулиганов, в углу кадра уже мигал бы огромный знак вопроса.

«……»

Нанахоси тут же насторожилась. Она чуть отвернулась, сунула руку в карман и крепко сжала что-то внутри.

— Спокойно. Мы ничего плохого не сделаем.

«……»

— Подумай, Нанахоси. С того дня, как мы познакомились, я хоть раз сделал тебе что-то плохое?

Часть напряжения сошла с её плеч. Рука, впрочем, так и осталась в кармане.

— Ладно… но я просто следую за вами. Если это ловушка… я всё расскажу Фитцу.

— Без проблем. Как дойдём — делай, что хочешь.

Нанахоси чуть заметно кивнула. Из-под маски она метнула тяжёлый взгляд на Ринию и Пурсену. Она невероятно настороже. Неужели это действительно выглядит так, будто я её заманиваю? Я что, настолько ненадёжный?

Хотя… женщины ведь замечают, когда на них косо смотрят. Может, я и сам того не осознаю, но подсознательно слежу за любыми «опасными местами», где может нечаянно что-то оголиться.

— Так в чём дело? — спросила она.

— Ну, увидишь сама.

Расскажи я всё заранее — впечатление было бы не то. Подробности позже. Сначала нужно максимально ослабить её бдительность, а потом — бац! — и застать врасплох. Так мы и вышли к заднему двору столовой.

Там обычно сваливают всё подряд: ящики от поставщиков, сломанные инструменты, какой-то мусор. В моё время «за школой» было местом, где новички из разных районов выясняли, кто тут главный. Победитель шёл на крышу бросать вызов школьному «боссу».

Разница между «за школой» и «за столовой» не так уж велика — суть та же. Не знаю, какое значение это место имеет для поколения Нанахоси, но её-то позвали именно сюда… и позвали хулиганки. Внутри она наверняка дрожала от страха. Сжимала что-то в кармане, то и дело бросала на меня взгляды: «Всё нормально? Ты ведь меня не подставишь, правда?»

А ещё время от времени еле слышно шептала «Орстед» — и от этого робкого шёпота меня аж мороз продирал. Если вдруг Риния с Пурсеной решат навредить ей, мне придётся защищать её изо всех сил. Орстед — нет уж, избавьте.

— Так зачем вы меня сюда притащили? — попыталась спросить она уверенно.

Риния и Пурсена только зловеще ухмыльнулись.

— Хе-хе-хе… глупо было так легко за нами идти, ня!

— Верно. Тишина, ты уже в кольце.

И тут вокруг послышались голоса, запахло чужим присутствием. Это были их прихвостни, специально собранные ради этой сцены.

«!»

Нанахоси напряглась всем телом. И правильно сделала.

— Мяу.

Из тени показалась целая стая кошек. Хвосты задраны, глаза прищурены, и они без страха потёрлись о ноги Нанахоси.

— Это мои друзья из города, ня. Босс сказал, ты хочешь подружиться с кошками, вот мы и собрали их для тебя, ня.

— Желание утонуть в кошачьей стае — прямо как прихоть асурийского аристократа.

«……»

Нанахоси застыла. Будто парализованная. Странно. Я ожидал чего-то вроде «Котики, ура, какие милые!» и радостного броска в пушистое море. Ладно, вру. Она бы так никогда не сказала. Нанахоси явно не из тех, кто ведёт себя как героиня из манги времён Сёва. Но хоть какую-то радость я точно рассчитывал увидеть. Видимо, просчитался?

— Сопротивляться не надо, ня. Садись. Солнышко сейчас в самый раз для полуденного сна, ня.

Нанахоси нехотя опустилась на землю. Сразу же кошки полезли к ней на колени, переворачивались на спину, требуя почесать живот. Будто на автомате, словно вспомнив, что она — машина для поглаживаний, Нанахоси стала медленно и осторожно гладить их.

— Можно и посильнее, знаешь. Им под лапками больше нравится, ня. Да, вот там, ня. Ооо, муррр, ньяя…

— Просто заткнись.

— Да, ня.

Приглушив нелепый комментарий Ринии, Нанахоси молча продолжала гладить кошек. Кстати, ко мне они не подошли. Так и задумано было. Лицо у Нанахоси оставалось каменным, но вдруг она спросила:

— Кстати, зверолюди ведь могут разговаривать с животными, верно?

— Ну, не то, чтобы разговаривать. Они слов не понимают. Но мы как будто чувствуем друг друга, ня.

— Не только зверолюди. Люди тоже кое-как понимают животных, а они нас. Просто у нас это лучше получается.

Пурсена слегка поморщилась. Когда мы обсуждали план, она настаивала, что должны быть собаки, но её переубедили. Я тоже люблю собак, но ведь не факт, что Нанахоси их любит. Может, наоборот, собак боится, а кошек обожает.

— Ну, как тебе? Если станешь нашей подругой, сможешь в любое время так делать, ня.

— А в следующий раз можем собак привести.

Нанахоси гладила кошек, её глаза постепенно стекленели. Даже этого оказалось мало, чтобы пробить её холодную броню.

— Не только гладить, можно и щёчкой потереться, ня. Они чистые, без блох, ня. Давай, смелее, ня!

«……»

Она замерла. Хотела сопротивляться? Нет. Она медленно сняла маску. Потом наклонилась и зарылась лицом в кошачью шерсть, глубоко вдохнув. Наконец-то Нанахоси поддалась искушению — и утонула в кошачьем аромате.

— Вау, вот это смелость, ня…

— Ого… Босс, Нанахоси точно асурийская аристократка?

— Может быть.

Сказал я это буднично, а Пурсена кивнула, будто всё стало ясно.

— Ахх…

Насладившись запахом, Нанахоси подняла голову и глубоко вздохнула. Щёки у неё были чуть розовыми. Всё. Обратного пути нет. Бедная Нанахоси упала в бездну. Теперь все заработанные деньги будут уходить на кошек. Она снова зарылась лицом в их шерсть, снова вдохнула запах, и только потом подняла голову. Лицо оставалось пустым, без эмоций. Но взгляд… был удовлетворённый. Продолжая гладить кошку, она тихо пробормотала:

— …Так что вам нужно?

— Всего лишь познакомить нас с парой торговцев, ня. Нам нужно зацепиться в торговом квартале, ня.

— Мясо подешевле купить надо.

— Не волнуйся, плохого мы ничего не сделаем, ня.

Да уж, звучало всё так, будто сплошь плохое. Но зная этих двоих — серьёзных дел они не затеют. Максимум — выбьют скидку на мясо.

— Мне очень не хочется в это ввязываться.

— А ты уверена, ня?

С её «мяу» кошки вдруг разом отодвинулись от Нанахоси. Та снова напряглась: тепло с ладоней и колен мгновенно исчезло. О да, я понимаю тебя, Нанахоси. Почти как в тот день, когда Эрис внезапно ушла. Ну… может, не совсем так.

— …Хорошо.

— Рада, что поняла нас, ня.

Нехотя согласившись, Нанахоси снова утонула в кошачьей стае. Жестокая картина. Теперь она уже не сможет устоять.

— Но я ведь знаю мало торговцев в этом городе. Только одного, да и тот по одежде… с едой помочь вряд ли смогу.

— И этого достаточно. Остальное мы сами, ня!

— Договор заключён. Теперь можешь приходить сюда свободно и гладить кошек. Только лучше приноси мясо или рыбу. У них бывает настроение. И ещё — не всегда они чистые, так что лицом к ним лучше не лезь. А то в носу заведутся блохи.

Пока Пурсена бодро перечисляла «условия контракта», Нанахоси только кивала: «Да», «Да», «Поняла». А я молча наблюдал за всем этим.

Часть 4

Что произошло с Ринией и Пурсеной после того, как Нанахоси познакомила их с торговцами, я так и не узнал. Удалось ли им наладить отношения или же они в конце концов нажили себе запрет из-за какого-нибудь проступка — сказать трудно.

Единственное, в чём я уверен, — это то, что время от времени Нанахоси можно заметить с небольшим свёртком в руках, когда она крадучись направляется к задней стороне столовой. Несомненно, она всё так же хочет как можно скорее вернуться в свой прежний мир. Но, возможно… даже она понимает, что иногда важно позволить себе немного передышки. И именно так я подумал, наблюдая за ней издали.

Воспоминания о путешествии

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 2 сезона аниме

Часть 1

Для меня путешествие было невыносимо тяжёлым. Началось всё с того, что Рокси вернулась с Демонического континента. Она принесла весть о том, что моя мать находится на континенте Бегарит.

Узнав об этом, отец был безмерно счастлив. Он тут же заявил, что отправится её спасать. Поиски уже подошли к концу, нашлись люди, готовые взять его обязанности на себя. Более того, они сами убеждали его — иди. И потому отец решил покинуть Святое Королевство Милис и направиться на Бегарит. С нами собрались ехать моя сестра Айша, Лилия, Рокси — та, что принесла весть, и Талханд. А ещё Вьерра и Шиерра, которые во время поисков заботились обо мне.

Я ненавидела Святое Королевство Милис. Ненавидела семью матери. Ненавидела, что меня постоянно сравнивали с Айшей. Поэтому путешествие казалось мне лучшим выбором. Пока рядом был отец — этого было достаточно. Он сиял счастьем от того, что мать нашлась, и я тоже хотела её увидеть.

Но тут отец сказал странную вещь: «Бегарит слишком суров для детей». И потому заявил, что не может взять нас с Айшей с собой. Когда мы обсуждали, как быть, у него в руках было письмо от моего брата. Тот учился в королевстве Раноа и предлагал отправить нас туда. Для сопровождения нашлась женщина по имени Джинджер — она уже сопровождала Айшу и Лилию в Милис, и сама хотела попасть в Раноа. Удобное совпадение.

Я сказала, что не хочу. Я не хочу расставаться с отцом. Тогда отец сказал: «Значит, придётся оставить тебя в Милисе». Я расплакалась, спрашивая, почему всё должно быть именно так. Отец выглядел растерянным, а Айша лишь насмешливо заметила: «Ну вот, опять начались капризы Норн».

В конце концов моё мнение ничего не решило. Путешествие продолжилось. Мы добрались до Королевства Короля Драконов. И там, на месте, где мы должны были разделиться — одни в Раноа, другие на Бегарит, — я снова расплакалась и устроила скандал. Я изо всех сил пыталась не разлучаться с отцом. Я ненавидела мысль, что придётся идти к брату вместе с Айшей. Но мои желания не сбылись.

Теперь, оглядываясь назад, я понимаю: континент Бегарит был слишком опасен. Отец просто не был уверен, что сможет защитить меня. Он хотел, чтобы я оказалась в безопасном месте. Я выбежала из гостиницы. Не для того, чтобы создать кому-то проблемы. Это было лишь импульсивное решение, необдуманный порыв. Вот почему Айша потом издевалась надо мной…

Именно тогда я встретила Руйджерда. Он мягко увещевал меня. Сказал, что, если я боюсь, он пойдёт вместе со мной. Хотя я всё ещё не хотела уходить от отца и идти к брату, я решила, что если Руйджерд будет рядом, то, пожалуй, всё будет не так плохо. Мне это не нравилось, но я смирилась. Так началось наше путешествие — вчетвером: Айша, Джинджер, Руйджерд и я.

Часть 2

Наконец-то мы прибыли! Мы добрались до торгового города Хайрон — его можно назвать вратами в королевство Широн.

— Ура, наконец-то! — первой с радостным возгласом выпрыгнула из повозки моя сестра, Айша Грейрат.

Окинув взглядом окрестности, она, уперев руки в бока, повернулась к нам и с важным видом поторопила:

— Ну же, скорей! Нам нужно успеть на следующий обоз до конца сегодняшнего дня!

Айша с самого начала этого пути буквально светилась энергией. Настолько, что это начинало раздражать меня — ту, кто вовсе не горел желанием отправляться в дорогу. Впрочем, оно и понятно. В отличие от меня, она обожала нашего брата. Даже в Милисе всё твердила, что хочет скорее его увидеть.

— У нас ещё есть время, — предложила Джинджер, спускаясь из повозки. — Может, немного передохнём?

— Хорошая мысль. Айша держится бодро, но Норн, похоже, устала, — заметил Руйджерд, помогая мне сойти на землю.

— ......

И правда, я была вымотана. Никогда прежде я не проводила так много времени в дороге, а это бесконечное пересаживание с одной повозки на другую, без настоящего отдыха в городах, оказалось для меня невыносимым. Но стоило мне пожаловаться, Айша, ровесница и спутница по дороге, посмотрела бы на меня с презрением. Этого я терпеть не могла. Меня мутило, кружилась голова, всё внутри противилось...

— Ты опять срываешь наш график, Норн!

— ......!

Хотелось огрызнуться, но что-то в горле словно застряло, и слова не вышли. Оставалось лишь бросить на неё злобный взгляд, но Айша и бровью не повела.

— Айша, у Норн, похоже, укачивание. Давай дадим ей немного отдохнуть, — мягко примирила Джинджер, как всегда, когда мы ссорились.

Хотя она обычно была на моей стороне, её желание поскорее завершить путешествие заставляло её мириться с напором Айши.

— Тогда так: Руйджерд и Норн остаются отдыхать, а мы с тобой, Джинджер, пойдём переговорим, — сказала Айша.

— Хорошо.

— Поняла.

Руйджерд только кивнул, затем присел рядом и аккуратно погладил меня по спине. Его прикосновение напомнило мне отца. Когда я болела, он так же сидел у кровати, гладил меня по голове или держал за руку. Мысль о том, что я долго не увижу его, сжала горло и навела на слёзы.

— Интересно, дошло ли письмо, что мы отправили из прошлого города?

— Дорога безопасная, думаю, всё в порядке, — ответила Джинджер.

С этими словами они с Айшей ушли, а мы с Руйджердом сели на скамью неподалёку, дожидаясь, пока меня отпустит недомогание. Мы путешествовали особым способом. Изначально план был прост: идти медленно, под руководством Руйджерда, который уже бывал в королевстве Асура. Но Айша такой подход отвергла.

Она заявила, что нельзя терять время, и настаивала на том, чтобы как можно скорее добраться до брата. Сумела договориться с Торговой гильдией и достала карты маршрутов караванов и торговцев. Составила по ним план — точный, словно военный поход. Айша смеялась, называя их управление «разгильдяйством». А Джинджер похвалила её:

— Обычно Торговая гильдия такие сведения не раскрывает. Это всё благодаря вашему умению вести переговоры, мисс Айша.

Я же оказалась совершенно в стороне. Планы строились и воплощались прежде, чем я успевала хоть слово вставить. Так началось наше путешествие под предводительством Айши. Мы скакали, пересаживаясь с одной повозки на другую, словно брёвна в бурном потоке. Примыкали к караванам, иногда Руйджерд с Джинджер брались за охрану. Временами мы присоединялись к отрядам искателей приключений. И всё это — без остановки, без отдыха.

Даже в дороге Айша не сидела сложа руки — писала письма. Отправляла их вперёд, чтобы нас ждали, и, если могла, заранее бронировала места на следующей повозке. Так мы двигались стремительно... Я до сих пор не понимаю, как у неё это выходило. Эта была стратегия, подчинённая только эффективности. Айша в этом была сильна. Но у неё был и минус: она презирала тех, кто не мог угнаться. А я как раз была из числа таких.

Неудивительно, что вскоре заболела. Но, видимо, даже это Айша просчитала. Мы двигались ровно настолько быстро, чтобы я балансировала на грани болезни, но не падала окончательно. Как она так умудрялась — загадка. Но я ясно чувствовала: нахожусь у неё на ладони, как пешка, которой играют. И это было невыносимо.

— Руйджерд...

— Что?

— ...Ничего.

— Понимаю.

Его присутствие было единственным, что давало мне утешение.

Часть 3

Спустя некоторое время Айша и Джинджер вернулись. Одной только мысли о том, что снова придётся тащиться в повозке, было достаточно, чтобы у меня сникло настроение. Мне ведь незачем спешить. Более того — я вообще не хотела ехать к брату.

— Что? Повозка не поедет?

Похоже, не всё шло по плану Айши.

— Да. Возница сказал, что у него срочные дела, и сегодня он ехать не сможет.

Они ходили в Торговую гильдию, чтобы поговорить с купцом, с которым собирались ехать. Но оказалось, что у возницы непредвиденные обстоятельства. Когда спросили — что за дела и когда он сможет выехать, — в гильдии только развели руками. Обычно на этом всё бы и закончилось. Но Айша не из тех, кто сдаётся. Сразу узнала, где живёт возница, и отправилась разбираться.

— В доме был полный кавардак, — рассказывала она потом. — Уставшая женщина, встревоженные дети, а сам мужчина сидит, схватившись за голову... Я сразу поняла: это он, глава семьи и возница.

В её устах это звучало как похвальба.

— Здравствуйте! — представилась она. — Мы договаривались ехать с повозкой от Торговой компании Леонард.

— Ах, это вы... Извините. Мы выплатим штраф компании, так что...

— Да бросьте! Нам очень нужно добраться в соседний город, а из-за вас перевозка срывается. Пожалуйста, вернитесь к работе!

Айша наверняка сказала это своим привычным «милым» тоном, который использует, когда просит взрослых о чём-то. Хитрость, которой я всегда недолюбливала. Но на этот раз это не сработало.

— Разве вы не слышали? Сейчас не до того.

— А? Нет, подробностей не знаю.

— Пропала моя дочь! Утром ушла с поручением — и до сих пор не вернулась!

— Понятно... А куда она пошла?

— К деду, за город. Он охотник, вчера подстрелил крупную дичь и позвал её забрать мясо.

— Разве не опасно отправлять ребёнка одну?

— Я знаю! Но что мне оставалось? Работа, дела по дому... вся семья занята!

— Тогда чего же вы сидите, уткнувшись в руки?

— Я уже полдня искал её и даже подал запрос в Гильдию искателей приключений. Но...

— Это не оправдание. Ради семьи вам стоило бы вернуться к работе.

— Ты ещё ребёнок, тебе не понять. Когда не знаешь, в безопасности ли твоя дочь, невозможно думать о делах.

На этих словах лицо Айши исказилось в выражении «ну вот, опять». Она не понимала таких чувств. Я слишком хорошо знала этот её взгляд. Для неё слёзы — глупость, сидеть без дела — глупость, поступать «нерационально» — глупость. Она никогда не понимала того состояния, когда боль и отчаяние настолько сильны, что просто невозможно пошевелиться.

— И что ты сделала потом? — спросил Руйджерд.

— Ничего. Вернулась, — буднично ответила Айша.

— Я думала, что вы ещё попробуете с ним договориться, — заметила Джинджер.

— Э? С такими людьми бесполезно говорить! Дочка от этого не вернётся. А даже если бы он поехал работать, он всё равно думал бы только о дочери и всё делал кое-как.

Я нахмурилась от её холодных слов.

— Что теперь будешь делать? — снова спросил Руйджерд.

— У нас есть запасной маршрут. Поедем завтра. К тому же у Норн и у меня не так много сил, так что нам и отдохнуть полезно. Приглядевшись, я заметила, что и Айша устала. Конечно. Мы ведь ровесницы, телосложение у нас схожее — она не могла не утомиться.

— Так что на сегодня поездки не будет. Радуйся, Норн, — сказала она. — Сегодня спим в нормальной постели.

От её слов мне захотелось вскочить и закричать. Не потому, что я не хотела отдохнуть. А потому, что она сказала это так, будто нарочно издевалась. Но ответить «Как здорово, что всё пошло не по плану Айши!» я не могла. Оставалось только молча проглотить раздражение.

— Ладно, пошли искать постоялый двор, — подытожила Джинджер.

Она никогда не вмешивалась в наши мелкие перепалки. Скорее, даже с лёгким удовольствием на них смотрела.

— А что стало с той девочкой? — неожиданно спросил Руйджерд, когда мы пошли по улице.

Айша удивлённо наклонила голову.

— Что стало? Ну... если не вернулась, значит, её, наверное, похитили или убил монстр.

— ......

На лице Руйджерда появилось мрачное выражение. Он был добрым. Всегда помогал детям, оказавшимся в опасности. Даже ругал взрослых, если те пытались бросить ребёнка: «Разве можно оставить дитя?»

Наверное, и сейчас ему хотелось сказать то же самое Айше. Если бы сказал — я почувствовала бы себя преданной. Это означало бы, что он признаёт Айшу взрослой. Но он промолчал. Вместо этого обернулся к Джинджер:

— А вы просто стояли и смотрели?

— Что? — она, похоже, удивилась.

— Вы ведь рыцарь человеческой расы. И вы ничего не сделали, зная, что человеческий ребёнок в беде?

На лице Джинджер появилось раздражение, но потом она закрыла глаза, собралась с мыслями и ответила:

— Я не рыцарь человеческой расы. Я рыцарь королевства Широн. И сейчас моя обязанность — оберегать мисс Айшу и мисс Норн. Помогать другим у меня нет возможности.

— Но это же земли королевства Широн?

— Да. Я принесла присягу служить королю и королевству. Но я считаю, что рыцарь прежде всего должен исполнять свои прямые обязанности.

Я сразу подумала: начнётся ссора. Руйджерд и Джинджер будут спорить. Это плохо кончится.

— Э-э... Я... — невольно попыталась вмешаться я.

Но не знала, что сказать.

— Если кто-то в беде, наверное, лучше помочь... — вырвалось у меня.

Сразу почувствовала себя глупо. Джинджер говорила о важности присяги, а я выглядела так, будто обвиняю её.

— Эх... — вздохнула Айша. Она всегда так делала, когда я сболтну что-то лишнее.

— Норн, зачем предлагать то, чего сама не можешь сделать?

— Но...

— Никаких «но». Говорить о помощи имеет смысл только тогда, когда ты способна помочь своими руками.

И ведь правда. Я понимала это. Но всё равно слова уже сорвались с губ.

— ......

Вдруг Руйджерд тихо поднялся с места, словно приняв решение.

— Ах! Я тоже пойду! — выкрикнула я, будто сама себя подстегнула.

Одна я бы не справилась. Но если рядом Руйджерд... то, может, получится. Он удивлённо посмотрел на меня.

— Нет. Ты останешься здесь.

— Верно. Норн только обуза, — добавила Айша. — Сиди спокойно.

Грудь сжала обида, к глазам подступили слёзы.

— Всегда ревёшь. Слёзы ничего не решат, — безжалостно добила Айша.

Она была права. Даже если девочка жива, Руйджерд и один найдёт её. Если нападут монстры, он справится лучше без меня. Я же только помешаю.

— Почему бы не взять её? «Я присмотрю за мисс Айшей», —неожиданно сказала Джинджер.

— ......!

Я удивилась её словам и, собравшись с духом, произнесла:

— Пожалуйста, Руйджерд... я тоже хочу помочь.

— ...Хорошо. Пусть будет так, — кивнул он.

И мы отправились искать пропавшую девочку.

Часть 4

Первым делом мы направились в дом извозчика. Как и описывала Айша, в доме стояла гнетущая атмосфера скорби. Когда Руйджерд вошёл внутрь, жильцы тут же насторожились.

— Кто вы такие? Вы из той банды, что похитила мою дочь!?

— Нет. Я пришёл найти вашу дочь.

— Тогда вы авантюрист, откликнувшийся на наш запрос? Покажите форму!

— Нет… я…

— Тогда чего вам надо? Денег у нас нет!

— Простите! — выкрикнула я, сама не понимая зачем. Наверное, потому что Руйджерд выглядел озадаченным.

— Что такое, девочка?

— К вам же приходила девочка примерно моего возраста, да? Мы — её семья.

— Что? Вы пришли жаловаться, что мы не можем отправить карету?

Громкий голос мужчины заставил меня съёжиться. Я удивлялась, как Айша могла разговаривать с людьми вроде него. Но рядом со мной был Руйджерд: он крепко сжимал копьё, готовый защитить меня. И мне было не страшно.

— Нет. Руйджерд… он очень хорошо умеет находить людей. Мы подумали, что сможем помочь.

— …Хотите помочь найти её?

Несмотря на страх, мои слова дошли до него. Лицо извозчика смягчилось, появилось извиняющееся выражение.

— Простите. Я на взводе с тех пор, как дочь пропала…

— Всё в порядке. «На вашем месте я тоже бы кричал», —сказал Руйджерд с кривоватой улыбкой.

Дальше события развивались быстро. В доме извозчика Руйджерд отыскал зацепку и сразу отправился по следу. Сначала я изо всех сил старалась не отставать, но скоро сбилась с шага. На глаза навернулись слёзы. Тогда Руйджерд поднял меня и усадил себе на плечо. Он вышел за пределы города и, недалеко от тракта, нашёл ещё одну улику.

— Вот оно.

Я не заметила ничего особенного, но он был уверен. Нёс меня на плече всё дальше — к реке. И там я увидела явный знак: кусок ткани, зацепившийся за камень.

Руйджерд ускорился и пошёл вверх по течению. Вскоре мы заметили небольшое отверстие посреди русла, достаточно просторное, чтобы взрослый мог втиснуться внутрь. Он осторожно спустил меня на землю, взял копьё и заполз в темноту. Через некоторое время из глубины донёсся предсмертный визг и крик, похожий на девичий.

Наконец, Руйджерд выбрался обратно, держа на руках девочку примерно моего возраста. Вся в ранах, с крупными укушенными следами на руках и ногах, она обильно кровоточила, но, похоже, опасности для жизни не было. Её лицо, искажённое ужасом, просветлело, стоило ей увидеть меня. Поняв, что спасена, девочка зарыдала во весь голос.

Пока Руйджерд оказывал ей первую помощь, я гладила её по голове. Казалось, это было правильно. Благодаря этому, к тому моменту как он закончил перевязку, она уже успокоилась. Мы вернули девочку домой и отправились обратно. В итоге я так ничего и не сделала. Единственным утешением было то, что я хотя бы не стала обузой.

Когда спасение завершилось, мы перебрались в постоялый двор, который нашла для нас Джинджер. Обычно без указания адреса мы бы заблудились, но Руйджерд ни разу не ошибся дорогой. Если бы меня с ним не было, он, наверное, спас бы ту девочку ещё быстрее.

— Как всё прошло?

— Её схватил монстр. Похоже, она несла мясо, и тот затащил её в логово. К счастью, тварь отвлеклась на добычу — иначе всё могло закончиться куда хуже.

— Отличная работа.

— Да, хорошо, что нам удалось её спасти.

Я искренне радовалась, что мы успели. Ведь её затащили в логово, и она дрожала там, боясь даже пискнуть, лишь бы не разозлить чудовище. На её месте я бы только молилась, чтобы кто-то пришёл. Мысль, что помощь могла так и не прийти, заставила меня содрогнуться.

— Молодец, Норн. Я всё подготовила к завтрашнему дню. Поедем снова на карете, и много дней придётся спать не в постели, так что отдыхай сегодня как следует.

Айша улыбнулась, на этот раз искренне — даже без издёвки. Наверное, ей действительно хотелось, чтобы я выспалась перед дорогой. И она была права. Хоть я и сделала немногое, усталость навалилась сильная: мы ведь ходили за город. Я лишь мечтала упасть в кровать. Я уже шагнула к постели, когда дверь трактира резко распахнулась.

— Хм? — обернулся Руйджерд.

— А, вот вы где! — Это был тот самый извозчик. — Спасибо за спасение моей дочери. Карета готова, я пришёл сообщить. Спешите ведь? Дорога будет тяжёлой, но, если выехать прямо сейчас, успеем. Поедете?

— Э-э… — Я невольно посмотрела на Руйджерда. Больше всего мне хотелось отдохнуть.

Но Руйджерд обернулся к Айше. И не стоило ему этого делать. Её лицо озарилось радостью.

— Конечно, едем! — воскликнула она, а потом обернулась ко мне с сияющей улыбкой. Её взгляд словно говорил: «Мы же не можем отказать после всего, что он сделал, верно?»

И, чуть надавив, добавила:

— Я всё уже собрала, можем выезжать прямо сейчас. Норн, ты справишься?

— …Да.

Разумеется, у меня не было выбора. Мы покинули постоялый двор и направились к торговой гильдии. Я шла тяжёлой походкой. Тогда Руйджерд положил руку мне на голову.

— Норн, ты сегодня очень помогла.

— …Но я же ничего не сделала.

— Это неправда.

Он не объяснил больше, и я так и не поняла, чем была полезна. Но его тёплая ладонь дала мне почувствовать, что пойти с ним было правильным решением.

Короткие истории к 11 тому ранобэ

Хочешь ванну? Ужин? Или, может быть… меня?

Меня зовут Рудеус Грейрат. Я джентльмен, наслаждающийся своей второй жизнью после перерождения в ином мире. Я хозяин собственного замка, мои сестры живут вместе со мной, и моя жизнь сейчас на пике счастья.

Особенно счастливым меня делает флирт с моей прекрасной женой. Флирт с женой — это словно сладкий миг, наполненный медовой нежностью. Но, к сожалению, вкус этого счастья я могу ощущать лишь раз в три дня. Сильфи работает телохранителем принцессы Ариэль и возвращается домой только каждые три дня. Но сегодня как раз этот день. День мёда. День, когда моя сладкая Сильфи возвращается домой, и я смогу вкусить её снова. Ах, как же я жду тебя, моя Сильфиетт…!

— Брат, попробуй вот это.

Пока я нетерпеливо ждал возвращения жены, Айша вышла из кухни с небольшой тарелкой супа. Я сделал глоток и показал ей большой палец.

— Очень вкусно.

— Отлично, значит готово.

Айша улыбнулась во весь рот и с лёгкой грацией вернулась на кухню. Жизнь с моей женой сладка и полна радости, но большую часть быта — еду, стирку, уборку, даже постель — ведёт моя сестра. Я сам готовлю только ванну. Разумеется, это не значит, что я не умею. Когда её не было, справлялся я. Но в её исполнении всё выходит куда лучше. Жизнь наедине с Сильфи была чудесна, но и Айше я должен быть благодарен.

— Айша! — позвал я.

Она высунулась из кухни.

— Что?

— Спасибо тебе, моя дорогая сестрёнка!

— Пожалуйста!

Еда готова, ванна приготовлена, постель застелена. Осталось только одно — сделать ребёнка. Стоит мне подумать о времени, проведённом с Сильфи, как я начинаю нервничать. Как бы груб я ни был, Сильфи принимает меня без сопротивления… И от этого мне хочется её ещё сильнее. Но сегодня она задерживается. Солнце уже давно зашло. Обычно Сильфи возвращается до ужина, чтобы помочь Айше на кухне.

— Она опаздывает…

Может, что-то случилось? А вдруг на Ариэль напал убийца? Сильный, страшный убийца, высокий, с серебристыми волосами и бледной кожей, а рядом с ним — Нанахоси… Если бы такие встретили Ариэль на прогулке, он мог бы пронзить её грудь рукой. А Сильфи бы без раздумий бросилась сражаться… Только от мысли об этом у меня подгибались ноги. Нет, если рядом Нанахоси, Орстед не стал бы убивать Ариэль.

— Или, может, она просто ужинает где-то…

Да, возможно, они с Ариэль просто поужинали вместе. Ну что ж, это ведь работа. Не поделаешь. Жаль, конечно, что я не смогу накормить её сам, а потом, может, уронить крошку и спрятаться в её груди со словами «Ой, пролил», но… это ведь служебное.

— Хм…

И всё же я волнуюсь. Если с ней что-то произошло, мой долг — помочь.

— Айша!

— Что?

— Я волнуюсь за Сильфи, пойду её встречу.

— Если пойдёшь сейчас, можете разминуться… но ладно.

Решив, я сразу принялся за дело. Зашёл в комнату, надел своё снаряжение и направился к двери. Жди меня, моя сладость. Я иду тебя спасать! С этой мыслью я распахнул входную дверь.

— Ах, я дома.

И там, конечно же, стояла Сильфи. Ни царапинки.

…Где ты была?

Но спрашивать с неё — было бы грубо. Задержка на работе неизбежна. Моя обязанность как мужа — встречать её с заботой.

— Добро пожаловать домой, Сильфи. Хочешь ужин? Ванну? Или, может быть… меня?

Я изогнулся в позе и произнёс эту фразу. Наверное, выглядел нелепо. Сильфи замерла с пустым лицом. А потом покраснела и тихо прильнула ко мне:

— Т-тогда, тебя, Руди.

Она выбрала меня! Н-нет, подожди. Стоит подумать. Ужин, ванна, а потом уж только кровать — куда лучше. Но несмотря на мысли, сердце моё уже колотилось в предвкушении.

— Кхм.

Норн, стоявшая за спиной у Сильфи, негромко откашлялась. Сильфи тут же отстранилась и встала смирно.

— Э-э… Сегодня я задержалась, помогала Норн собраться.

Ах да, ведь сегодня ещё и день возвращения Норн. Я и не хотел забыть, но всё же… забыл.

— Брат, давай флирт потом, когда уже будем дома?

— …Хорошо.

Почесав затылок, я сдался. И мы вчетвером вернулись внутрь, чтобы поужинать вместе.

Купание Сидзуки-чан

Меня зовут Нанахоси Сидзука. Сейчас я нахожусь в доме семьи Грейрат. Дом был перестроен с расчётом на семейную жизнь, и он, красив во всех отношениях. Во время ремонта Рудеус Грейрат установил кое-что особенное. Ванну.

И не маленькую купель для одного-двух человек, а настоящую большую ванну, в которой спокойно поместилось бы четверо или даже пятеро, словно в общественной бане.

С тех пор как я попала в этот мир, мне ещё не доводилось нормально искупаться. В этом мире понятие «ванна» встречается редко: обычно это просто ведро с горячей водой, которой обливают тело. Но это не купание.

Не то чтобы я была без ума от ванн. Но когда долго их лишён, начинает тянуть к ним всё сильнее. Во время путешествия с Орстедом мне однажды удалось попасть в горячий источник, но находиться там вместе с мужчиной, да ещё и в месте, где могут появиться монстры, не располагало к спокойному купанию.

Так что ванна в доме Грейратов стала для меня настоящим даром судьбы. И всё же я не до конца доверяла Рудеусу. Когда я спросила о возможности воспользоваться ванной в день свадьбы, он в шутку сказал: «А вдруг Нобита-кун будет подглядывать?» Я понимала, что он не такой извращенец, как говорит, и всегда ведёт себя со мной по-джентльменски. Но сама мысль о том, чтобы купаться в доме мужчины-знакомого, вызывала у меня сопротивление.

Однако перед соблазном устоять я не смогла. Мечтая о той огромной ванне каждый день, я всё же пришла к Грейратам. Я собиралась сделать это только один раз. Когда я попросила разрешения, Рудеус без колебаний его дал. А на моё «Не подглядывай» он ответил, что не станет, и Сильфи заверила, что не позволит ему.

«......»

В раздевалке я сняла одежду и сложила её в корзину. Мысль о том, что за дверью всего в нескольких шагах сидят Рудеус и Сильфи, вызывала лёгкое напряжение. Но сквозь нервозность пробивалось волнение.

Я подошла к окутанной паром ванне. И заметила рядом с ней маленькое ведёрко. Как и следовало ожидать от Рудеуса, выросшего в Японии — он позаботился о таких деталях. Я зачерпнула воду и плеснула себе на плечи.

— Фух…

Горячая вода потекла по коже, и я невольно выдохнула. Хотя я знала, что по правилам сначала надо вымыться, устоять перед соблазном я не смогла. Положив полотенце на край, я медленно погрузилась в ванну. Сначала ноги, затем бёдра, талия, грудь… и наконец плечи скрылись в воде.

— Ахх…

Жизнь будто вернулась в меня. Вот оно — ощущение горячей воды, охватывающей всё тело, проникающей в кости. Этого никогда не добиться с ведром или даже с душем. Я откинула голову назад, распластавшись в воде, словно морская звезда…

«А?»

Но внезапно меня кольнуло дурное предчувствие. Я обхватила колени руками и настороженно огляделась. На стене я заметила маленькое окошко с решёткой — наверное, для вентиляции. Почему-то мне почудилось, будто кто-то может подглядывать через него.

«......»

Я злобно уставилась в ту сторону и вновь зачерпнула воду ведёрком. Я не владею ни магией, ни мечом, но, если кто-то сунется в это окно — я окочу его кипятком.

«......»

Несколько секунд я напряжённо сторожила окошко.

— Тук-тук.

— Ик!

Дверь внезапно постучали, и из моего горла вырвался странный звук.

— Нанахоси, ты ведь полотенце не принесла? Я оставлю здесь одно, воспользуйся.

— А… спасибо.

Это была Сильфи. Кажется, она действительно принесла мне полотенце. Теперь я вспомнила: у меня при себе была лишь маленькая тряпочка, но не большое полотенце.

— Не волнуйся насчёт Руди. Я не позволю ему подглядывать.

— Я-я знаю.

Да, я была осторожна… Но доверяла ли я ему полностью? Скорее, я не доверяла самому этому миру. Здесь мне было страшно оставаться нагой.

— Не то, чтобы я ему не доверяю… — пробормотала я и вытянулась в ванне, словно демонстрируя это самой себе.

Я расправила руки и ноги, уставившись в потолок. На нём поблёскивали капли конденсата. Свет фонаря, поставленного в углу, придавал каждой из них золотое сияние. Одна из капель сорвалась и упала рядом с моей головой, оставив прохладный след на щеке.

Размер ванны и температура воды были другими, но эти капли напомнили мне о купальне в моём родном доме, в прежнем мире. Долгое время я просто смотрела на них. Наблюдая, как капли падают, я погружалась в воспоминания.

«......»

Я ненавижу, когда подглядывают. И боюсь оставаться обнажённой в этом мире. Изначально я собиралась попросить ванну лишь однажды.

— Но… я, пожалуй, попрошу ещё раз.

С губ сорвался тихий шёпот. Разумеется, после этого я начала приходить к Грейратам купаться каждые несколько дней.

День из жизни юной сестры-горничной Айши Грейрат

Оригинальная короткая история к 19 тому манги

Часть 1

Магический город Шария. В одном из уголков этого города начала жить девочка. В костюме горничной, с корзиной для покупок в руках, она выглядела как служанка из какого-то особняка. Она — младшая сестра Рудеуса Грейрата и работает горничной в его доме. Её зовут Айша Грейрат! Шутка.

Прошёл почти месяц с тех пор, как мы с Норн прибыли в Магический город Шария. Норн всё ещё немного чуждается, а я уже вполне освоилась. Зимой тяжеловато из-за снега, но бытовые магические инструменты здесь дешёвые, так что жить удобнее, чем в Миллисе. Особенно с уборкой и готовкой.

«Фуууааах».

Мой день начинается рано, ещё до восхода солнца, в полумраке рассвета. Проснувшись, я разжигаю камины на кухне и в гостиной. Сначала я не умела пользоваться магическими каминами, но стоило приноровиться — и они оказались проще и удобнее обычных. Тепло распространяется быстро и равномерно. Пока огонь разгорается, вниз спускаются брат и Сильфи, моя невестка. Обычно Сильфи приходит раньше, но сегодня они спустились вместе.

— Айша, доброе утро.

— Доброе утро, Айша.

— Доброе утро!

Брат отправляется на утреннюю тренировку, а Сильфи берётся за завтрак. Хотя я могла бы полностью взять это на себя, для Сильфи готовка — заветная мечта с тех времён, как она в деревне Буэна грезила стать женой моего брата. Так что я не вмешиваюсь и лишь помогаю. Идеал — быть как мама или госпожа Зенит. Так что, может, и я когда-нибудь стану любовницей брата? Хм… не похоже. Ну, если придёт такой день, позволю ему меня баловать.

— Спасибо, Айша. Я пойду. Пожалуйста, позаботься о Руди.

— Поняла!

Сильфи часто завтракает рано и уходит в университет на работу. Иногда даже остаётся там ночевать.

— Я вернулся. А где Сильфи?

— Уже ушла.

— Понятно. А Норн?

— Всё ещё спит.

— …Разбудить её?

Брат опять проявляет излишнюю деликатность. Он хочет её поднять, но стесняется входить в комнату спящей девушки. Но ведь неправильно, что он и Сильфи с утра заняты делом, а Норн валяется. Впрочем, брат не согласится с моей логикой. Ладно, придётся действовать самой. Я набрала в лёгкие воздуха и крикнула изо всех сил:

— НОРН! ЕСЛИ НЕ ВСТАНЕШЬ, ОПОЗДАЕШЬ!

Если не проснётся, сама виновата. Вскоре сверху раздались торопливые шаги. Отлично.

— Должно хватить.

— Тогда давай завтракать вместе, Айша.

— Хорошо.

Мама сказала бы, что горничная не должна есть с хозяином, но ведь мы семья, да и её рядом нет. Так что я не одна.

— Эхехе.

— Что такое? Радостная?

— Просто приятно завтракать с тобой, брат.

— Вот как, моя ласковая девчонка.

Брат взъерошил мне волосы. Он никогда не называл меня незаконнорождённой, не держал дистанцию. Такой уж он человек. Благодаря этому я могу жить без напряжения.

— Я пошёл.

Поев, брат отправился в университет. Я думаю, он там ничему новому не учится, но, наверное, строит связи. В конце концов, именно там он вновь встретил Сильфи. Так что польза есть.

— О, наконец-то проснулась.

Норн встала с недовольной миной. Как всегда, раздражает.

— ……

— Ешь быстрее. Пока не поешь, я не могу убирать. Она злобно посмотрела на меня, но медленно принялась за еду. Потом ушла в школу — вернётся только дней через десять.

Не понимаю, зачем ей это общежитие. Наверное, надеялась найти там что-то новое, но бездумные перемены редко дают результат. Если хочешь чего-то добиться — нужны усилия, тренировка, учёба. А она только ждёт, что всё само придёт в рот.

— Спасибо за еду.

Пробормотала и ушла, даже не убрав за собой. Ну ладно. Если она не знает, чего хочет, то хотя бы школьная база не пропадёт даром. После её ухода я занялась стиркой. Погода солнечная, так что сушу на улице. В ненастье жду брата и прошу его высушить всё магией. Мама бы отругала за такое, но так быстрее и эффективнее, и брат не возражает.

Затем уборка: кухня, гостиная, столовая, коридоры, туалет, ванная, спальня брата — ежедневно. Остальные комнаты — раз в четыре дня. Даже пустые лучше держать в порядке: вдруг кто въедет — будет плюс к моей репутации.

После уборки — поход в лавки. Брат выделил денег на целый год, но я стараюсь экономить: деньги нужны на случай беды. Я составила список покупок, знаю все цены и характеры лавочников, умею торговаться. Заперев дом, беру кошелёк и корзину и отправляюсь в торговый квартал.

— Здравствуй, малышка Айша.

— Здравствуйте! Хороший денёк, да? Кстати, как там у вас с жуками?

— О, благодаря тебе пропали. Я и не знала, что достаточно просушить кухню! Я-то думала, раз выкидываю остатки, то всё в порядке.

— Насекомые тоже живые, без воды не могут. Но осторожнее с ванной и прочим.

— Спасибо, дорогая. Держи помидор в подарок.

— Большое спасибо!

Недавно я подсказала хозяйке способ избавиться от насекомых. Ей помогло, а мне бонус и доверие. Я понимаю: торговля должна быть взаимовыгодной.

— Айша, ты слышала?

— Что именно?

— Тут появились похитители детей. Так что будь осторожна.

— Поняла.

Проще говоря, я не стану жертвой похитителей. В этом торговом районе проживает множество экономически стабильных семей, и главы этих семей часто пользуются значительной организационной поддержкой. Например, этот зеленщик входит в Гильдию торговцев.

Гильдия торговцев управляет торговыми делами, и, если бы ребёнка члена гильдии похитили, они, несомненно, задействовали бы собственные силы, чтобы уничтожить похитителей.

У других семей могут быть связи со стражей Университета магии Раноа, Гильдией магов или городской стражей... Чем больше поддержка, тем выше риск похищения.

В моём случае моей поддержкой является мой брат. Он особый студент Университета магии Раноа и связан с принцессой Ариэль из Асуры, принцем Занобой из Широна, а также с Ринией и Пурсеной из Великого леса.

Хотя похитители, как правило, глупы, те, кто занимается этим уже год-два, избегают высокорискованных целей и вместо этого охотятся на тех, кто менее защищён, например, на сирот или искателей приключений.

Поэтому похитители чаще встречаются ближе к торговым районам или районам искателей приключений, чем здесь. Даже если они здесь, их быстро поймают. Поэтому я могу спокойно пройтись по магазинам в торговом районе, а потом отправиться домой. Однако это не значит, что их никогда нет, поэтому я иду домой по самым оживлённым улицам. И тут…

— Эй, девочка, ты симпатичная.

— Угх.

Двое мужчин махали мне из переулка. Похитители. И такие наглые, средь бела дня!

— У нас сладости есть. Хочешь с нами поесть?

— Н-нет, спасибо…

Неловкая попытка. Даже Норн не купилась бы. Но вдруг они не глупы? Если я просто убегу, могут проследить за мной до дома. А там я одна. Поэтому я представилась:

— Я Айша! Айша Грейрат. Младшая сестра Рудеуса Грейрата, особого студента университета! Его жена служит при принцессе Ариэль, а друзья — принц Заноба, Линия и Пурсена, дочери вождя зверолюдей!

Мужчины переглянулись, услышав знакомые имена.

— Ясно… интересная ты девочка.

— Да, мой брат и сам сильный маг. Он даже целую организацию похитителей когда-то уничтожил! Я специально упомянула это — чтобы напомнить им о риске.

— Понимаем. Извини, что задержали.

— Ничего, я пойду, ужин готовить.

Они не стали меня останавливать. По дороге домой я заодно сообщила о подозрительных людях стражникам. Дома занялась готовкой. Вернее, подготовкой — ведь готовить по-настоящему любит Сильфи. Я лишь замешала тесто, нарезала мясо, подготовила фрукты.

После этого пошла в сад. Снег растаял, и трава полезла как сумасшедшая. Я уже прополола часть, но работы впереди много. Моя цель — превратить сад в красоту. Пусть даже я ничего не знаю о садоводстве. Хочу грядку, цветы, может, фруктовые деревья. Это будет моё маленькое королевство. Правда, трава растёт подозрительно быстро… Может, есть хитрости? Надо будет у кого-то спросить. Пока же просто рву.

Два часа спустя, искупавшись, я надела свежую форму. Мамина работа, надо беречь. Теперь можно и чайку. Дешёвый чай, но в красивой чашке, под потрескивание камина. Без мамы я могу позволить себе такую роскошь.

— …Скучаю по ней.

Стало немного грустно. Чтобы развеяться, я плюхнулась на мягкий диван. Всегда хотела так сделать! Но обычно держу образ «идеальной горничной Айши». Репутация важна. Пока мама и госпожа Зенит не вернулись, я могу шалить.

— Хе-хе, какая же я непослушная.

Пью чай лёжа. То, чего никогда бы не позволила себе обычно.

— …Хааа.

Сон подкрадывается…

Часть 2

«Ох».

Не заметив, я обнаружила, что уже вечер. Вот это да — чуть не проспала. Даже если я всего лишь младшая сестра, горничной недопустимо дремать на диване, когда хозяин возвращается домой. Это было бы ужасно, если бы жить здесь стало некомфортно.

«…А?»

Поднявшись, я почувствовала, как с меня сползло одеяло. Одеяло? Я ведь не накрывалась…

«…Что?»

На столе я заметила: нет моей любимой чашки. Той самой, которую я купила в королевстве Асура. Кровь мгновенно отхлынула от лица. Сегодня Сильфи должна задержаться в университете. Норн в общежитии. Брат говорил, что зайдёт к господину Занобе, значит, вернуться так рано он не мог.

Значит… вор? Нет, нелепо. Какой вор станет накрывать спящую горничную одеялом? Может, тётя Элинализ заходила?..

Вдох–выдох. Спокойно. Всё в порядке. Я выполнила все дела по дому, так что ошибка после завершения работы не так страшна. В Миллисе мама тоже не сердилась, если я отдыхала после уборки в своей комнате. Но… это больше не семья Латрейя. Я больше не там. Уговаривая себя, я пошла на кухню, откуда доносились звуки. Там я увидела хозяина дома. Брат стоял и мыл посуду, оставленную мною после обеда и чая.

— Б-брат…

— О, доброе утро, Айша. Сад у нас стал красивым. Наверное, тяжело было, сильно зарос?

— Э-э? Ах, ну да…

— Заноба сегодня занят, так что Джинджер выставила меня.

Брат совершенно не злился. Ну да! Я же всё сделала! И если я немного задремала после работы, это не преступление.

— Брат, я сама помою посуду, пожалуйста, присядь!

— Правда? Какая разница, кто моет…

— Нет! Ты хозяин дома. Пусть этим занимается горничная, а ты отдыхай!

— Ладно, понял. Но не перенапрягайся, Айша. Если устала, отдыхай.

Он нехотя ушёл в гостиную. Правда, посуда уже была чиста. Тогда я решила заварить чай — не тот дешёвый, что днём, а хороший, любимый Сильфи. Он особенно ароматный, хотя вкус не так уж отличается.

— Прошу, господин, сегодняшний полдник.

— С-спасибо.

Брат медленно отпивал чай, работая руками над маленькой куклой. Если помню правильно, это подарок для принца Занобы. Детальнейшая работа, и крошечные частицы сами двигались, меняясь от его прикосновений. Тончайшее управление магией.

Мне самой это не нужно, но за всю жизнь я не встречала никого, кто бы владел магией так точно. Даже знатные Латрейя не могли сравниться с моим братом. Мой брат удивительный… Я присела рядом.

— Хм? Что такое?

— Брат, я сегодня в саду пропалывала траву. Но там, где недавно рвала, снова выросло. Что мне делать?

— Хм… Я не эксперт, но… Есть однолетние и многолетние сорняки. У многолетних корни остаются, и, если их не выкопать, они будут возвращаться каждый год. А ещё можно закрывать землю плотной тканью, чтобы перекрыть свет. Без солнца сорняки не растут.

— Правда?

Я думала, это будет лёгкая беседа, а он выдал целую лекцию.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Э? Ну, в университете есть учителя, которые изучают растения…

— Понятно…

Сколько же я ещё не знаю…

— Если хочешь учиться в школе, я могу устроить.

Но по моему опыту, далеко не всегда «идти учиться» значит «узнать что-то полезное». Чаще знания приходят от конкретных людей, у которых можно спросить. У брата, у Руйджерда… Нет, школа мне пока не нужна. Да и присматривать за Норн там снова я не хочу.

— Мне и так хорошо.

— Ну ладно.

Да. Жить здесь горничной — самое лучшее для меня. После этого я помогла вернувшейся Сильфи приготовить ужин, и мы втроём поели. Пока брат и Сильфи купались, я подготовила заготовки на завтрак и составила список покупок. Потом мы немного посидели в гостиной, и они ушли в спальню. Только тогда я вернулась в свою комнату.

— Фух.

При свете свечи я оглядела её простую обстановку. Брат выделил её только для меня. Здесь я могу ставить всё, что хочу, и украшать по своему вкусу.

— Может, поставить горшки с цветами? — пробормотала я и задула свечу.

Лёжа на кровати, я закрыла глаза, и сон тут же накрыл меня. Так прошёл ещё один мой день.

Первая строка

Норн Грейрат нахмурилась, держа перо над чистым листом бумаги.

— Эмм… — протянула она, нахмурив брови.

Она мучительно пыталась что-то придумать. После того как Рудеус сказал, что хочет написать книгу о Руйджерде, Норн сама вызвалась взяться за это, но теперь не знала, с чего начать. Она прекрасно понимала, о чём нужно писать. Норн десятки раз слышала историю Руйджерда во время их путешествия к Магическому городу Шария. Гордые воины племени супердов. Их доблестные битвы за объединение Демонического континента, предательство коварного Бога демонов, раскаяние и месть.

В её воображении история Руйджерда уже ожила — будто она сама прожила его жизнь. Но с какой фразы начать? Рудеус говорил, что книга должна показать миру: племя супердом — не злые демоны. Значит, стоило начать с последствий войны. Она должна написать о том, как сильно Руйджерд сожалел о том, что произошло во время войны, и как он помогал людям после этого.

— Нет, это не то… — покачала головой Норн.

Даже если она так напишет, общее впечатление о племени не изменится. Может, стоит начать с тех времён, когда они сражались в первых рядах армии Бога демонов Лапласа, наводя ужас на весь континент? Да, Лаплас был злодеем, но суперды служили ему с гордостью. Может, начать с их гордости и верности?

— Но это могут неправильно понять… — пробормотала она.

Ведь, несмотря на благородные мотивы, само упоминание о верной службе Лапласу могло показаться оправданием зла. Это бы исказило смысл книги, превратив её из оправдания — в хвалу демону.

— …

Тогда, может, начать с самого предательства? С того момента, когда им вручили проклятые копья и лишили рассудка? Стоит заявить, что именно копья стали причиной, по которой племя супердов стали называть злыми демонами!

— Да… так, пожалуй, подойдёт, — кивнула себе Норн.

Она решительно взяла перо и вывела первую строчку:

«Племя, известное как злые демоны — суперды, было однажды предано демоническим богом Лапласом.»

Норн перечитала написанное и нахмурилась.

— Хм-м…

Немного подумав, она недовольно поджала губы, смяла лист и бросила его в сторону. Нет, так не годится. С такой первой строкой получится, будто племя супердов было настолько злобным, что даже сам Лаплас их отверг.

— Угх… — простонала она и уткнулась лбом в руки.

— Что случилось, Норн? — донёсся до неё голос.

Она подняла голову. Перед ней стояла девушка-демон с пернатыми волосами. Её звали Мелисса. Соседка Норн по комнате.

— Учишься? Если что-то не понимаешь, могу помочь…

— Нет, не об этом.

— Тогда что? Ты выглядишь очень расстроенной.

Мелисса склонила голову набок, и после короткого колебания Норн решилась поделиться:

— Понимаешь… есть человек, которого все ужасно боятся.

Но, по-моему, он вовсе не страшный.

— Ага, — кивнула Мелисса, и перья на её голове чуть приподнялись.

— Ты про брата, Норн?

— Нет! Почему ты так решила?!

— Ну, ты ведь тоже раньше его боялась, помнишь?

— …Ах.

Слова Мелиссы словно ударили её током. Да, когда-то она действительно боялась Рудеуса. Но теперь — нет. Почему? Потому что она замкнулась в себе, потом осознала многое, посмотрела ему в глаза — и впервые по-настоящему поняла его. До этого она упрямо не хотела видеть, что он чувствует и почему поступает именно так. Иными словами — она боялась, потому что не знала его.

— Вот оно что… теперь ясно! Спасибо, Мелисса!

— Э? Ну… пожалуйста.

Озарённая новой мыслью, Норн повернулась к чистому листу. Ей нужно было не оправдывать супердов, а помочь людям понять, какими они были — и каким был Руйджерд. Она взяла перо и уверенно вывела первую строку:

«Жил-был человек по имени Руйджерд.»

«Он родился с хвостом. Все в его племени рождались с хвостом.»

Она начала описывать его племя и самого Руйджерда, не упоминая слово «Суперд». Стоило найти верное начало — и слова сами потекли из-под пера. Ведь всё, что нужно было написать, уже жило в её памяти.

— Я не совсем поняла, но… удачи тебе, — сказала Мелисса.

Наблюдая, как Норн с головой уходит в работу, она улыбнулась, тихо пожелала удачи и вышла из комнаты. Через несколько дней черновик книги о племени супердов был завершён.

Норн вступает в студенческий совет

Оригинальная короткая история, написанная к Blu-ray изданию 2 сезона аниме

Часть 1

Сильфи тревожилась. Она беспокоилась о Норн. С тех пор, как Рудеус отправился в путешествие, прошло несколько дней — и за это время выражение лица Норн заметно изменилось.

Не то чтобы её жизнь вышла из колеи: она по-прежнему ходила на занятия, как обычно, и каждые десять дней возвращалась домой, чтобы пообедать с семьёй. Но Сильфи замечала: Норн словно изо всех сил старалась держаться.

Прежде всего, она буквально поселилась в библиотеке. Стоило появиться минуте свободного времени — между занятиями, во время перерыва, на выходных — Норн неизменно направлялась туда. Сильфи не раз видела, как та, с сосредоточенным лицом, что-то быстро пишет в толстую тетрадь.

Она училась. После школы Норн шла на тренировочную площадку и принималась отрабатывать удары мечом. Раньше она ограничивалась своим обычным числом повторений, но теперь тренировалась, пока руки совсем не переставали слушаться.

Сильфи казалось, что Норн отчаянно старается компенсировать отсутствие Рудеуса, выкладываясь из последних сил. И это её тревожило. Ведь если так пойдёт дальше, Норн может просто упасть от переутомления. Она ведь и без того была не самой выносливой девушкой. Но Сильфи не была уверена, что Норн уже достаточно ей доверяет.

Если сказать ей напрямую: «Не перенапрягайся», — та, скорее всего, не послушает. Что же делать? Может, посоветоваться с кем-нибудь? Айша, возможно, подкинула бы какую-нибудь идею, но, скорее всего, отмахнулась бы: «А разве это плохо? Пусть хоть раз постарается». Айша давно раздражалась оттого, что Норн часто снисходительно прощают лень и ошибки.

С кем же тогда поговорить? Первой, кто пришёл на ум, была бабушка Элинализ. Её жизненный опыт и умение ладить с людьми, отточенное годами борьбы с проклятием, наверняка помогли бы Сильфи разобраться. Да и те «ночные советы», что Элинализ когда-то давала ей, оказались в браке с Рудеусом весьма полезны.

К несчастью, Элинализ тоже уехала вместе с Рудеусом. Выходило, что советоваться почти не с кем. Заноба, Клифф, Риния и Пурсена точно не подходили для подобных разговоров. Оставались Ариель, Люк… или, может быть, их слуги — Эллемой и Клинни.

— Как вы думаете, госпожа Ариель, что мне делать? — в конце концов обратилась Сильфи к Ариель.

Будучи её телохранительницей и ближайшей подругой, она инстинктивно выбрала именно её.

— Хм… дай подумать, — ответила Ариель.

Правда, в этом выборе таилась одна трудность. Ариель была женщиной с великими амбициями. Она действительно дорожила дружбой с Сильфи, но при этом стремилась стать королевой королевства Асура. И для достижения этой цели Рудеус Грейрат, могучий маг, представлял собой важный козырь.

Он имел связи с влиятельными людьми из университета магии Раноа — теми, кого Ариель пока не удавалось привлечь на свою сторону. Поэтому, хоть она искренне желала счастья Сильфи, она также хотела удержать Рудеуса ближе к себе — сделать его союзником. А значит, вовсе не удивительно, что ей хотелось наладить отношения и с его сестрой.

— В таком случае, — сказала Ариель после короткой паузы, — почему бы не предложить Норн помочь с делами в студсовете?

— Помочь с делами в студсовете? — переспросила Сильфи. — Но ведь я же говорила, что Норн слишком усердствует, и я боюсь, что она выдохнется. Если дать ей ещё работу, она точно свалится!

— Мы ведь прекрасно справляемся и без новых членов, — спокойно ответила Ариель. — После твоего ухода дел прибавилось, но не так уж много. Если поручить Норн лёгкие обязанности и дать возможность спокойно посидеть пару часов за чаем, это, наоборот, поможет ей расслабиться.

— А, вот как… — хлопнула ладонями Сильфи, наконец поняв. — Но не опасно ли это? Я ведь не уверена, что смогу защитить и вас, и её…

— Опасность? — Ариель усмехнулась. — За все эти годы в университете не случилось ни одной попытки покушения. Разве не самое спокойное место сейчас — здесь?

Обычно нахождение рядом с Ариель было делом рискованным. На пути из Асуры в университет на них не раз нападали. Тогда Сильфи и помыслить бы не могла привести к принцессе сестру Рудеуса.

Но времена изменились. Университет магии Раноа теперь жил мирно. С тех пор как Пурсена и Риния успокоились, а Рудеус одним ударом одолел самого Короля Демонов Бадигади, драки в школе практически прекратились.

Когда в одном месте собираются сильные люди, рано или поздно кто-то захочет доказать, что он главный. Но как только лидер определён, остальные подчиняются. После свадьбы Сильфи с Рудеусом фракция Ариель, некогда вторая по влиянию, фактически вошла в сферу влияния Рудеуса. А третья — та, что под руководством Ринии и Пурсены, — уже давно подчинялась ему. Теперь школа принадлежала Рудеусу. Это было его «царство».

Внешние убийцы, конечно, могли представлять угрозу, но университет магии Раноа считалась престижным учреждением, где учились даже члены королевских домов. Её безопасность обеспечивалась авторитетом трёх великих магических государств

За всё это время никто даже не пытался напасть на Ариель. Даже Асуре, со всей её мощью, было бы крайне сложно послать убийцу через границы. Можно сказать, сейчас Ариель жила в самом безопасном месте за всю свою жизнь. А значит, никто не возразит, если Норн будет проводить время рядом с ней.

— Думаю, это отличная идея, — сказала Ариель, улыбнувшись. — Позови её поскорее.

— Сегодня она, кажется, уже вернулась в общежитие, — ответила Сильфи. — Подождём до завтра.

Успокаивая нетерпеливую принцессу, Сильфи уже начала обдумывать, как завтра аккуратно пригласить Норн в комнату студенческого совета.

Часть 2

На следующий день Норн пришла в комнату студенческого совета. Она сидела на стуле, словно кошка, которую притащили за шкирку, — губы поджаты, взгляд устремлён в чашку с чаем. Сильфи позвала её «помочь разобрать документы», но, прежде чем Норн успела что-то понять, она оказалась лицом к лицу с самой принцессой Ариель.

— Эм… — тихо выдохнула она.

— Да? Что такое, Норн? — мягко спросила Ариtль.

Для Норн Ариель была кем-то настолько возвышенным, что само присутствие рядом с ней казалось неправдоподобным. Во время учёбы в Святом королевстве Милис Норн, как дочь уважаемого авантюриста, посещала школу для детей из знатных семей. Там она повидала всяких — и скромных дворян, и более влиятельных, и тех, кто кичился родом. Но ни с кем близкой дружбы у неё не завязалось: дети быстро теряли интерес, стоило узнать, что её отец — простой авантюрист.

Тем не менее, наблюдая со стороны, Норн успела понять одно: настоящая знать — это не напускное высокомерие, а врождённая осанка, спокойная уверенность, мягкая сила. И Ариель была именно такой. Настоящая принцесса — та, что даже среди аристократов выглядела недосягаемой.

И теперь Норн сидела рядом с ней. Одна. Пока она разбиралась с бумагами, Сильфи и Люк незаметно вышли из комнаты. Две другие девушки, присутствовавшие раньше, тоже куда-то исчезли.

Ариель, заметив замешательство гостьи, молча подошла и подала чай. Чай, заваренный собственноручно принцессой. Даже без особых познаний в этикете Норн понимала, насколько это неприлично — позволить особе столь высокого положения угощать тебя самой.

— Простите, что заставила вас готовить…

— О, что вы! — с лёгкой улыбкой ответила Ариель. — Сегодня, Норн, хоть вы и помогаете, но всё равно наш гость. Угощать гостя — естественно, не так ли? Так что не стесняйтесь, попробуйте.

— П-поняла…

От мелодичного голоса принцессы у Норн даже слегка закружилась голова. Она нерешительно пригубила чай. Впрочем, это был не первый раз, когда она пила чай рядом с Ариель. Недавно Риния и Пурсена уже приводили её в комнату принцессы. Тогда она чувствовала себя совершенно беспомощной, но всё же уловила — ни эти грозные зверолюдки, ни сама Ариель не желают ей зла. Они просто хотели о ней позаботиться.

Раньше Норн, возможно, подумала бы: «Им просто нужна сестра Рудеуса». Но теперь всё было иначе. Она крепко сжала кулаки. С братом они помирились. Рудеус доверил ей дом и попросил присматривать за всем в его отсутствие. Значит, надо вести себя достойно — так, как поступил бы он сам.

— Э-эм! — решительно начала она.

— Да? Что такое? — откликнулась Ариель.

— ...... — Норн открыла рот, но слова застряли.

О чём вообще говорить с принцессой? Ариель смотрела на неё с мягкой, идеальной улыбкой — той самой, которой умела располагать к себе людей. Эта улыбка будто говорила: «Не бойся, можешь говорить обо всём, о чём пожелаешь». Но для Норн такая доброжелательность казалась непостижимой — от неё веяло силой, властью, безупречностью. Девочка, ещё недавно замкнутая и застенчивая, не смогла выдержать этого давления.

— Н-нет… ничего…

— Вот как? — с лёгким смешком ответила Ариель. — Кстати, ты не любишь сладости?

Если бы на её месте был Рудеус, он, вероятно, шутливо поинтересовался бы, «что вы имеете в виду под сладостями», но Норн было не до шуток. Для неё эти слова прозвучали почти как упрёк: «Ты что, смеешь не есть угощение, которое я тебе подала?». От волнения она не решилась взять сладость и совсем застыла.

— ...... —

Ариель не ожидала такой реакции. На миг даже она растерялась, хотя её улыбка оставалась безупречной. В теории, у неё хватало опыта, чтобы вести разговор в любой обстановке. Но сейчас цель была другая — не просто разговор, а сближение.

Она хотела, чтобы они могли говорить по-дружески, легко, о пустяках. Однако, как бы искусно она ни владела словом, вытащить из этой застенчивой девочки хоть фразу оказалось задачей почти невозможной. Даже если бы она сумела разговорить её сейчас — это не означало бы, что между ними возникнет доверие.

Путь к цели оставался неясным. Ариель даже думала заранее разузнать, какие сладости или напитки любит Норн, чтобы угостить её любимым. Но даже этот первый шаг к сближению, казалось, провалился. Если бы перед ней был враг — она бы легко нашла способ склонить его на свою сторону. Но как растопить сердце тихой, скромной девочки, которую не прельщают ни звание, ни блеск?

— Не бойся так, — наконец сказала принцесса, улыбнувшись чуть шире. — Я ведь не съем тебя.

И, внезапно, тихо прорычала:

— Ррр!

Это было неожиданно — даже для неё самой. В последнее время она слишком часто играла роль идеальной принцессы, и сейчас позволила себе немного легкомыслия.

— Д-д-да, — пискнула Норн, натянуто улыбнувшись.

И так они просидели несколько минут — почти не обмолвившись ни словом, пока наконец не вернулась Сильфи.

Часть 3

— Что? Что ты сейчас сказала? — Вечером того же дня, вернувшись домой, Норн задала Сильфи вопрос, от которого та опешила:

— Как мне… лучше разговаривать с Её Величеством Ариель?

Сильфи растерялась. Ещё утром, когда она ненадолго выходила из комнаты студенческого совета, атмосфера там к моменту её возвращения успела остыть до ледникового периода.

Стоило ей войти — Норн посмотрела на неё со слезами на глазах, а принцесса, сохраняя безупречное выражение лица, взглянула с немой мольбой «спаси меня». Перед этим Ариель с полной уверенностью сказала: «Оставь нас наедине. Дай мне немного времени — я заставлю её улыбнуться». Говорила она это так спокойно, что Сильфи даже не сомневалась — всё пройдёт идеально. Но, увидев, что на деле получилось, Сильфи только подумала: «Похоже, приводить Норн в совет было ошибкой…» И уж никак не ожидала, что теперь Норн сама захочет научиться ладить с принцессой.

— Эм… — протянула Сильфи, не зная, что сказать.

Она задумалась: ведь у неё самой уже давно не было проблем в общении с Ариель. Они легко болтали обо всём — о мелочах, о занятиях, о жизни. Разговоры шли естественно, словно сами собой.

Но как объяснить, как этого достичь — Сильфи не знала. Потом она вспомнила, как всё было в начале. Тогда она и сама была такой же застенчивой, как Норн. Не могла вымолвить и слова перед принцессой. А потом появился Люк. Да, он был прямолинейным и порой резковатым, но именно он терпеливо объяснял ей всё, что она не понимала. Так, шаг за шагом, она привыкла к роли придворного мага — и постепенно разговоры с Ариель стали лёгкими.

Настоящим же поворотным моментом, когда она впервые почувствовала, что принцесса стала ей другом, было их первое нападение убийцы… Конечно, в случае Норн повторять такой «опыт сближения» было бы не лучшей идеей.

Просить Люка опекать Норн? Тоже сомнительно. Сильфи считала Люка хорошим человеком — но только потому, что сама не входила в его вкусовые предпочтения. А вот Норн… кто знает. К тому же Люк, хоть и джентльмен, имел склонность к флирту. И если вдруг Рудеус вернётся и узнает, что его младшая сестра попала под его чары… Сильфи даже страшно представить, что тогда будет.

Она задумалась о другом: может, просто рассказать Норн, на какие темы любит говорить Ариель? Но тут же покачала головой. С виду утончённая и скромная принцесса на деле обожала… пошлые шутки. Да, в её милом голосе порой звучали весьма недвусмысленные намёки. И Сильфи не хотела рушить тот светлый образ, который Норн хранила в сердце. Пусть узнает об этом лет через пять… или десять.

— Хм… — пробормотала она, задумчиво коснувшись пальцем губ.

Краем глаза она заметила, что за столом сидит Айша, спокойно ест, будто разговор её совершенно не касается.

— Айша, может, ты что-нибудь посоветуешь?

— Э? —

Айша отложила ложку, приняла серьёзный вид и ответила:

— Хм… Норн, тебе ведь на самом деле не так уж интересна Леди Ариель, верно? Если тебе безразличен человек, то как бы ты ни старалась, ничего не выйдет.

— Эй! — Норн нахмурилась. — Это неправда! Я ведь как раз потому и спрашиваю Сильфи — потому что хочу наладить отношения!

— Если бы действительно хотела, — парировала Айша, — ты бы уже нашла, о чём с ней поговорить. Просто задай ей вопрос.

— Вопрос?..

— Если не можешь придумать ни одного — значит, тебе и правда всё равно. Разве не так?

— Ну, Айша, — вмешалась Сильфи, стараясь их примирить, — не всё так просто.

Разговору нужен повод, а засыпать принцессу вопросами — это ведь тоже невежливо.

— Ладно, ладно, — вздохнула Айша. — Тогда вот тебе идея. Наверняка в твоём классе есть кто-то, кто интересуется Леди Ариель? Собери вопросы от них и задай ей. Так ты и с одноклассниками сблизишься, и принцессе будет приятно — два зайца одним выстрелом!

— Я не собираюсь использовать Леди Ариель, чтобы подружиться с одноклассниками! — возразила Норн. — И вообще, Сильфи только что сказала, что это грубо.

— А ты просто скажи честно: «Мои одноклассники просили спросить», — и всё. Тогда это уже не невежливо, правда, Сильфи?

В обычных обстоятельствах — конечно, невежливо. Но ведь сама Ариель хотела подружиться с Норн. Так что, даже если её засыпят вопросами, она не обидится.

— Наверное, ты права, — сказала Сильфи. — Ариель не будет против.

— Вот видишь! — победно улыбнулась Айша.

— Если ты так говоришь… — Норн всё ещё немного дулась, но вскоре кивнула. — Ладно. Завтра попробую.

Так началась операция «Спроси у Ариель».

Часть 4

На следующий день Норн вновь пришла в комнату студенческого совета. Лицо её было напряжено, а в руках она крепко сжимала клочок бумаги — записку с вопросами. Она собрала их среди одноклассников — «всё, что вы хотите узнать о принцессе Ариель». И, к собственному удивлению, вопросов оказалось слишком много. Лишь тогда Норн поняла, что имела в виду Айша, говоря: «Тебе просто неинтересна Леди Ариель.»

Да, если сравнивать, её действительно не волновали эти вещи так, как остальных. Большинство вопросов показались ей пустыми, глупыми, даже бестактными. Но потом она задумалась: а если бы кто-то спросил о Руйджерде то, что волнует других? Наверное, и сама бы обрадовалась.

Так или иначе, всех вопросов задать она не могла. Некоторые — совсем уж неприличные Один парень даже написал: «Была ли у неё… мужская близость?» Норн покраснела, едва прочитав. Нет уж, это точно нельзя.

— Э-эм! — начала она, собравшись с духом.

— Да? Что такое, Норн? — мягко ответила Ариель.

Сегодня принцесса снова была одна. Разумеется, не случайно — она специально распорядилась, чтобы в это время никого не было. Сильфи и Люк находились в соседней комнате, украдкой подслушивая разговор.

— Какое у вас любимое блюдо, Леди Ариель?

— Любимое? Наверное, пирожное с орехами, — ответила принцесса, протягивая Норн кусочек торта, приготовленного к чаю. Она заранее предугадала подобный вопрос. Всё было частью её тонкого плана — расположить к себе девочку.

— Спасибо, — вежливо поблагодарила Норн и попробовала десерт.

— Здесь, в Раноа, не так много сортов орехов, как в Асуре, но надеюсь, тебе понравится…

— Да, очень вкусно, — кивнула Норн, аккуратно положив вилку. Она не хотела говорить, пока жуёт. Но Ариель, заметив, как та отложила прибор, ошибочно решила, что ей не понравилось.

— Эм… Леди Ариель, у вас есть… кто-то, кому вы обручены? — В соседней комнате Люк нахмурился: «Хм…»

Для дворян такие вопросы — обычная светская болтовня. Но для принцессы, которая претендует на трон, это почти табу. Ведь в таких словах может скрываться намёк: «Вы ведь не станете править, вас просто выдадут замуж». Однако Ариель была слишком искусной собеседницей, чтобы обидеться. Она лишь с улыбкой перевела разговор:

— К сожалению, подходящего человека пока нет. А у тебя, Норн? Есть кто-то особенный?

— Н-нет, никого…

Но в голосе прозвучала лёгкая заминка, и острый слух Ариель сразу уловил её.

— Ах, значит, кто-то всё же есть?

— Н-нет! — вспыхнула Норн.

— Фуфу, уверена, он замечательный юноша, — хихикнула принцесса, с лёгкой ноткой дразнильства.

Она не была любительницей романтических разговоров, но видеть, как милая девочка краснеет от смущения, было по-своему забавно. Вот уж действительно — идеальная «жертва». Ариель собиралась закончить разговор зрелой, ободряющей фразой — чтобы оставить приятное впечатление. Но вдруг Норн произнесла тихо:

— Даже если бы кто-то и был… мне ведь всё равно не позволят.

Ариель на миг растерялась. Она ожидала смущённого лепета, но вместо этого услышала печальные слова.

— Возможно, ты права, — серьёзно ответила она. — Твоя семья хоть и боковая ветвь Грейратов, но всё же дворянская.

Дочери таких родов часто выдают замуж ради политических связей. Норн опустила взгляд.

— Если брат не вернётся… мне ведь придётся взять на себя дом Грейратов, правда?

— Ну… если ребёнок Сильфи подрастёт, он сможет стать наследником.

Разве что ты сама захочешь принять титул.

— Я не хочу… — пробормотала Норн.

Потом подняла глаза.

— Скажите… как мне стать такой, как мой брат?

— Как господин Рудеус? — переспросила Ариель.

— Да. Я пообещала ему, что пока он в пути, буду стараться изо всех сил.

Что стану человеком, способным заменить его… Но я не знаю, как это сделать. Ариель посмотрела на неё внимательно, потом кивнула.

— Норн, ты не сможешь заменить господина Рудеуса. У тебя нет таких способностей.

— Что?.. — глаза Норн дрогнули. Слёзы подступили, но она сдержалась — и только сжала кулаки.

— Тогда… что мне делать, чтобы всё не развалилось? — спросила она. Ариель хотела было сказать: «Ничего, просто будь здорова», но, встретившись с серьёзным взглядом девочки, изменила ответ.

— Не нужно спешить и пытаться объять всё сразу. Сейчас в Университете магии мир и покой. Так что самое лучшее, что ты можешь сделать, — медленно, шаг за шагом, укреплять себя.

Она говорила это с лёгкой улыбкой — но в её голосе звучала собственная усталость. Она ведь, и сама делала именно это — копила силы, ожидая будущего.

— Если слишком стараешься, можешь надорваться. Поэтому — по чуть-чуть.

Я слышала, что ты и без того усердно трудишься, ещё до отъезда брата. Попробуй сосредоточиться не на всём сразу, а на чём-то одном.

— На одном?..

— Например, помогай Сильфи по чуть-чуть каждый день, — Ариель подняла палец и подмигнула.

— Даже простая бумажная работа приносит пользу. Она указала на стопку документов перед Норн.

Та посмотрела на них и впервые задумалась: а ведь действительно… всё это нужно кому-то. Каждая бумага, каждая подпись имеет значение.

— Норн, — продолжила Ариель, — ты не сможешь стать своим братом. Но однажды, возможно, сделаешь то, чего не смог бы даже он. Норн слушала, затаив дыхание. Потом тихо кивнула — будто впервые услышала слова, которые искала всё это время.

Часть 5

— Леди Ариель, большое вам спасибо за ту встречу, — через несколько дней Сильфи низко склонила голову.

— Норн теперь выглядит гораздо спокойнее. Всё это — благодаря вам.

После того разговора Норн и правда изменилась. Она по-прежнему часами сидела в библиотеке и тренировалась с мечом, но прежнего отчаянного рвения, словно она гналась за собственной тенью, больше не было.

Сказать, что Норн и Ариель стали близки, было бы преувеличением. Норн теперь время от времени помогала со студенческим советом, но разговоры между ними всё ещё были редкостью. Тем не менее, в её взгляде появилось уважение — спокойное, искреннее, без страха и замкнутости. Для Ариель этого было достаточно. Она хотела дружбы, но и к простому взаимопониманию относилась как к победе.

— Понимаю. Я рада это слышать, — ответила она с улыбкой — не своей «безупречной принцессы», а лёгкой, чуть усталой.

— Леди Ариель, всё ли в порядке?

— Просто задумалась… — тихо сказала та. —

Смогла бы я сама когда-нибудь сказать такие слова, как сказала Норн?

— Леди Ариель, вы уже и так делаете больше, чем кто бы то ни было. Люк, Эллемой, Клинни и я — все можем это подтвердить.

— Спасибо, Сильфи.

Ариель кивнула, принимая благодарность, и в её взгляде мелькнула решимость — теплее и человечнее, чем прежде.

— Благодарю, Леди Ариель, — ответила Сильфи, улыбаясь.

Она вдруг подумала, что чайная встреча с Норн, которую задумали ради одной девушки, оказалась полезна и для самой принцессы. Может быть, обе они сделали шаг вперёд — каждая по-своему, с чашкой тёплого чая между ними.

Горничная всё видела

День Айши Грейрат начинался с домашних дел. Она подкладывала дрова в угасающий камин, выносила мусор и вместе с Сильфи готовила завтрак. После завтрака — стирка и уборка. Хотя Сильфи помогала, с тех пор как она забеременела, основная нагрузка легла на Айшу.

Но Айша ни разу не сочла это тяжёлым трудом. Это ведь куда лучше, чем сидеть в душной школе на скучных уроках. В школе ей было невыносимо. Учителя — бездарные, да ещё и злые. Если Айша находила решение лучше, чем то, что написано в учебнике, её всё равно наказывали — ведь она «ослушалась указаний». Иногда даже били розгой.

По сравнению с этим — дом, кухня, чистота — просто рай. Если приготовить вкусно, постирать аккуратно, вытереть пыль — никто не ругает. Основам её научила Лилия, но никогда не настаивала на «единственно верном способе». Айша быстро поняла: оптимальный метод зависит от всего — от продуктов, ткани, планировки дома, даже от влажности воздуха. Стирка и уборка — целая наука. Хотя, может, она просто чистюля.

«О, доблестный воин — твоё имя Урупен. О, мудрый маг — твоё имя Фрозенстар. Вместе они идут на битву»

В тот день Айша распевала нелепую песенку, одновременно быстро и ловко убираясь. Дом был слишком велик, чтобы чистить его целиком каждый день, поэтому Айша придумала систему: одни комнаты — ежедневно, другие — по очереди, раз в пять дней. Так весь дом оставался безупречно чистым, а сама уборка теперь занимала до обеда.

Айша гордо отметила, что стала быстрее и аккуратнее. Если так пойдёт и дальше, к возвращению старшего брата она сможет вычищать всё жильё всего за час. С этой мыслью она направилась в подвал.

Подвал не требовал частой уборки — «уровень пять» по её собственной шкале приоритетов. Там почти ничего не хранилось, достаточно было прибраться раз в месяц — но тогда уж как следует. Такие места быстро становятся раем для крыс.

«Я чиста и телом, и душой. Чистотой живу»

Айша тщательно смела пыль, смочила пол водой при помощи магии, прошлась жёсткой щёткой, а потом всё вытерла насухо. Она не пропустила ни пылинки — даже за ящиками.

— Хм? — вдруг заметила странность.

Под одним из ящиков — тем, где лежали ненужные вещи Рудеуса, — виднелись царапины, будто ящик часто двигали. Айша нахмурилась. Только этот ящик. Остальные стояли неподвижно уже давно. Почему? Она встала, окинула взглядом помещение.

Расположение предметов казалось слегка… нарочитым. Будто кто-то специально оставил между ними пространство. В подвале, где вещи обычно ставят как попало, это выглядело подозрительно. Любопытство взыграло.

— Хе-хе... Что же ты там прячешь, братик? — Айша с усмешкой сдвинула ящик и заглянула под него.

Пусто. Она осмотрела пол, стены — ничего. Но мысль не отпускала. Айша встала у входа и мысленно отметила траекторию царапин. Затем передвинула ящик точно по следам — и, сделав шаг вперёд, оказалась рядом со стеной.

— Значит, здесь, — прошептала она.

На уровне, куда мог дотянуться Рудеус, если бы стоял на этом месте, под пальцами почувствовалась едва заметная щель. Тайная дверь. Айша прижала ладонь, толкнула — и стена беззвучно отъехала в сторону.

— Ого... — За стеной скрывался небольшой алтарь. На нём лежал кусочек ткани. Айша моргнула.

— Вот ведь… Похоже, братик по-прежнему не изменил своим странным вкусам...

— Она вздохнула, но в уголках губ заиграла хитрая улыбка.

— Хе-хе, пригодится. Оставлю это на чёрный день.

И, конечно, закрыла дверь обратно, как ни в чём не бывало. Годы спустя Айша действительно воспользуется тайной брата, чтобы добиться своего. Но это — уже совсем другая история.

Норн и хулиганки

Оригинальная короткая история к к 20 тому манги

Часть 1

Прошло несколько дней с тех пор, как Норн помирилась с Рудеусом. В один из выходных она, как обычно, сидела в своей комнате и разбирала вчерашние уроки. Учёба всё ещё давалась тяжело. Если уж в первом году было так трудно, что же ждало дальше? Иногда ей казалось, что она просто не сможет угнаться за остальными. Но Рудеус сказал:

— Учёба — это не гонка. Если идти шаг за шагом, обязательно справишься.

Эти слова брата вселяли в неё уверенность. Хотя тревога всё равно не уходила, даже старшая соседка по комнате, Мелисса, повторяла то же самое. Значит, надо верить. Учить, обдумывать, усваивать — понемногу, но каждый день. К счастью, если Норн чего-то не понимала, ей всегда помогали — и Рудеус, и старшие ученицы.

— Вот здесь применяешь эту формулу…

— А! Теперь понятно!

Сегодня Мелисса снова помогала ей с учёбой. Раньше Норн думала: «Я должна справляться сама» и даже не задумывалась, что можно попросить о помощи. Теперь же поняла — если бы она сказала об этом раньше, её бы с радостью научили.

Учёба пошла на удивление легко. Ведь в Университете магии Раноа всё объясняли с самого начала, подробно и терпеливо. Если бы это была прежняя Норн, зажатая обидами и неуверенностью, всё было бы иначе. Но теперь, когда она обрела покой, не существовало ни одной формулы, с которой бы она не справилась — по крайней мере пока.

Раньше каждое непонятное слово вызывало у неё раздражение и усталость. Теперь же, наоборот, ей стало интересно. Вот почему даже в выходной она сидела за книгами — не из чувства долга, а просто потому, что хотела.

— Норн, может, пора пообедать? — предложила Мелисса.

— Да, пойдём в столовую?

— Конечно… хм?

Не успела она закончить, как дверь распахнулась с громким бац!

— Эй! Мы входим, ня!

— Простите за вторжение.

Норн обернулась — и оцепенела. На пороге стояли две зверолюдки. Риния и Пурсена.

— Учишься даже в выходной? Какая серьёзная, ня, — усмехнулась Риния.

— У тебя большое будущее, — добавила Пурсена с ленивой ухмылкой.

Эти двое были знамениты во всём университете. Принцессы-задиры — так их называли студенты. Лидеры хулиганов, гроза всех нарушителей порядка.

— Э-э… вам что-то нужно? — осторожно спросила Норн.

— Ты. Пошли с нами, ня, — сказала Риния, делая приглашающий жест.

Но Норн не двинулась с места. Она слышала о них многое — и не самое приятное. Да, говорили, что в последнее время они успокоились, но несколько лет назад они якобы жестоко издевались над другими учениками.

Она знала, что эти двое часто были рядом с Рудеусом. Говорили, что они преклоняются перед ним и следуют за ним, как подчинённые. Но ведь она — не Рудеус. Кто знает, вдруг их жестокость обернётся против неё?

— Э-э… я не знаю, что Норн сделала, но, пожалуйста, оставьте её, — сказала Мелисса, вставая.

Голос её заметно дрожал.

— Что ты, ня, — фыркнула Риния. — Мы не собираемся ничего плохого.

— Верно, — подтвердила Пурсена. — Это же сестра самого Рудеуса. Ты ведь понимаешь?

— Конечно, — кивнула Мелисса. — Поэтому я и…

— Тогда всё в порядке, ня, — перебила её Риния. — Сам босс велел заботиться о своей сестрёнке.

— Да-да, — добавила Пурсена. — Вот мы и решили устроить ей экскурсию. Большая ответственность, понимаешь?

После этого возразить было невозможно. В университете у Ринии и Пурсены всё ещё оставалось влияние, и ссориться с ними никто не хотел.

— Ну что ж… — сказала Риния, поворачиваясь к двери.

— Э-э… Мелисса… — жалобно прошептала Норн.

— Если что-то случится, расскажи брату, — только и смогла ответить та.

Оставленная без защиты, Норн, почти на грани слёз, покорно последовала за зверолюдками.

Часть 2

Сгорбившись и напряжённо глядя под ноги, Норн послушно шла за своими провожатыми. Hиния и Пурсена привели её в общую гостиную. Несмотря на выходной день, там было довольно людно — студенты сидели за столами, болтали, кто-то лениво потягивал чай. Видимо, как раз время обеда.

— Это гостиная, ня.

— А... да... — тихо ответила Норн.

Конечно, она и без того знала, где находится гостиная — ведь поступила не вчера. Просто раньше не пользовалась ей: не с кем было сидеть и разговаривать.

— О, вот она, — сказала Пурсена, втянув воздух носом, будто выслеживая добычу.

Следуя за её обонянием, они подошли к массивной девушке-зверолюдке, сидевшей в дальнем углу. Та заметила, как к ней направляются Риния и Пурсена, и тут же неловко поднялась.

— Эй, Гориада, подойди-ка на минутку, ня, — позвала Риния.

Лицо девушки перекосилось — явно не от радости. Но, несмотря на недовольство, она сразу послушно подошла. Гориада была крупной, почти вдвое выше Ринии и Пурсены. Но, что удивительно, вела себя так, будто боится их — плечи ссутулились, уши прижаты, хвост поджат. В её взгляде мелькнуло беспокойство. Но, заметив заплаканное лицо Норн, Гориада нахмурилась, собралась с духом и заговорила:

— Э-э… госпожа Риния, госпожа Пурсена, эта девочка ведь первокурсница? Я не знаю, что она сделала, но, может, вы… пощадите её?

— Почему вы все говорите одно и то же, ня?! — возмутилась Риния.

— Гориада, с чего это ты стала такая дерзкая? Думаешь, если мы немного осели, можно теперь на нас смотреть свысока? — добавила Пурсена, лениво зевая.

— Н-ничего подобного! — замахала руками Гориада. — Просто… я же отвечаю за порядок в общежитии...

Она тревожно взглянула на Норн. Норн знала, кто это такая. Когда она только заселялась в общежитие, старшие объяснили: «Если что-то случится — кража, ссора, что угодно — сначала иди к Гориаде. Она тут вроде старшей по дисциплине».

— Это вот Гориада, — сказала Пурсена, повернувшись к Норн. — Если кто в общежитии тебя обидит — говори нам или ей, нья.

— Эм... а зачем вы мне её представляете?.. — растерялась Норн.

Риния и Пурсена переглянулись и гордо заявили:

— Всё просто, нья.

— Потому что ты — сестра нашего босса! Поздоровайся как положено, ня.

Под их напором Норн нервно поклонилась. Все уроки этикета, что преподавали в школе Миллис, вдруг вылетели из головы, и она просто склонила голову.

— Я… я Норн Грейрат… приятно познакомиться…

Когда она подняла глаза, выражение на лице Гориады изменилось — тревога сменилась ужасом.

— Г-грейрат?..

— Именно, ня, — протянула Риния с довольной улыбкой. — Сестрёнка самого босса, которого ты когда-то обвинила в краже нижнего белья, ня.

— Босс был в ярости, — добавила Пурсена. — Говорил, что его честь опорочили. Если бы не мы, тебе бы, может, и головы не сносить, ня.

Неужели брат мог рассердиться из-за такой ерунды?.. — подумала Норн, но вслух, конечно, ничего не сказала. Ссориться с этими двумя ей совсем не хотелось.

— П-простите, мисс Норн… я не знала… — пролепетала Гориада, заметно бледнея. — Но если можно… пожалуйста, ведите себя спокойно в общежитии…

— Не волнуйся, ня, — снисходительно сказала Риния. — Норн куда тише нашего босса.

— Зато босс её обожает. Так что, если с ней что-то случится — всем несдобровать, — добавила Пурсена.

— Поняла… я прослежу, — поспешно ответила Гориада.

— Вот и хорошо, ня. Можешь идти.

Гориада тихо вернулась на своё место, стараясь даже не смотреть в их сторону. Норн чувствовала себя ужасно неловко — что вообще сейчас произошло? Пока она пыталась понять, Риния и Пурсена уже удовлетворённо кивнули и посмотрели на неё сверху вниз.

— Ну что, идём дальше, нья.

— Да, тут ещё кое-кто есть, кого надо увидеть.

Почему я вообще должна идти с ними? — растерянно подумала Норн, но всё же пошла следом.

Часть 3

После этого Риния и Пурсена повели Норн по этажам общежития, заставляя её знакомиться с жильцами один за другим. Перед каждой дверью Риния громко кричала:

— Эй, выходи, ня!

— Мы знаем, что ты там, ня!

Такой напор пугал Норн до дрожи — поначалу она даже вздрагивала каждый раз, когда кто-то открывал дверь. Но после третьего или четвёртого раза она начала привыкать. Она всё ещё не понимала, зачем это нужно, но, по крайней мере, поняла одно: вреда ей не желают.

— Ладно, идём сюда, ня.

— Придётся, — вздохнула Пурсена. — Почему важные люди всегда выбирают самые верхние этажи?

— Потому что дым и прочие неприятности поднимаются вверх, — фыркнула Риния.

— Ага, а ты сама на крышу чаще всех забираешься, ня.

И вот, последним пунктом их странного обхода оказался самый верхний этаж общежития. Когда Норн заселялась, ей объяснили: «Не приближайся туда без необходимости — там живёт одна очень знатная особа». Следуя за своими проводницами, которые уверенно поднимались по лестнице, Норн робко плелась сзади.

— Кто там? — раздался мужской голос.

Из боковой комнаты вышел мужчина — высокий, светловолосый, с изысканными манерами. Это был Люк Нотос Грейрат, единственный мужчина, которому позволено жить в этом женском общежитии. Норн, хоть и не испытывала к нему особого интереса, не могла не признать — он был ослепительно красив.

— Это мы, ня, — объявила Риния.

— Ах, прекрасные зверолюдки… Чем обязан вашему визиту? — вежливо улыбнулся Люк.

— Разве не ясно? — ухмыльнулась Пурсена.

Люк перевёл взгляд с их декольте — туда, где пряталась Норн, — и, немного подумав, понимающе кивнул.

— Я позову леди Ариель. Но впредь, пожалуйста, предупреждайте заранее.

— Почему ты так высокомерно говоришь, ня? — возмутилась Риния.

— Верно, — подхватила Пурсена. — Сейчас Ариель в этой школе под начальством босса. Так почему это босс должен предупреждать подчинённых? Люк всё так же улыбался, но глаза его оставались холодными.

— Передам Рудеусу, что вы так сказали, — мягко ответил он.

— Эй, ня, не ябедничай! — взвились обе, но Люк уже направился к массивной двери в конце коридора.

— Ваше Высочество, к вам гости, — сообщил он, входя.

За дверью раздалась лёгкая суета: звон чашек, приглушённые голоса — «Мисс Норн пришла!» и «Мы забыли подготовить угощение!» Через минуту дверь снова открылась.

— Простите за ожидание. Прошу, входите.

— Тьфу, держать нас за дверью — невежливо, ня, — буркнула Пурсена.

— Гостей нельзя заставлять ждать, ня, — поддакнула Риния.

— Эм… — растерянно пробормотала Норн, не решаясь переступить порог.

— Позвольте, мадемуазель, — произнёс Люк, протягивая ей руку. — Её Высочество ждёт вас.

Он мягко повёл её внутрь. От неожиданной галантности Норн вспыхнула и густо покраснела. Комната, куда они вошли, больше напоминала гостиную в замке, чем комнату общежития. Посреди стоял диван, к которому Люк вежливо усадил Норн. Сразу же с обеих сторон плюхнулись Риния и Пурсена, словно часовые, не оставив ей пути к отступлению. Похоже, сбежать не получится…

— Мисс Норн, мисс Риния, мисс Пурсена, — с тёплой улыбкой обратилась к ним принцесса Ариель, сидевшая напротив, — рада вашему визиту.

Вскоре перед всеми поставили чашки с чаем и тарелки с выпечкой.

— Всегда нужно держать под рукой что-нибудь к чаю, ня, — заметила Риния, тут же потянувшись за печеньем.

— Лучше бы мясо подали. Ваши человеческие сладости — слишком сладкие, — пробурчала Пурсена.

Норн немного смутилась, что явилась без предупреждения, но вспомнила, как бабушка однажды сказала служанке: «Жена дворянина должна быть готова к любым гостям — особенно к нежданным.» Так что поведение зверолюдок показалось ей не таким уж грубым.

— Не будьте так строги, — мягко ответила Ариель. — Мы не ожидали, что вы заглянете втроём.

Две её помощницы за спиной выглядели заметно напряжёнными.

— Когда мне сообщили, что пришла Норн, я думала, она с Сильфи, — сказала принцесса.

— Кстати, Фитц сегодня нет, ня? — спросила Риния. — Наверное, с боссом.

— Ха, да. Фитц теперь полностью девушка босса. Вот бы мне так, — хихикнула Пурсена.

Пока они непринуждённо болтали, Норн чувствовала себя совершенно не в своей тарелке. Не зная, как участвовать в разговоре, она просто взяла чашку и отпила чай. Вкус она даже не уловила — ни сладости, ни горечи. Всё казалось размытым. Но тёплый пар хоть немного успокаивал.

Так прошёл целый час. Ариель, Риния и Пурсена перебрасывались словами, то и дело втягивая Норн в разговор, но та только кивала или тихо отвечала «да…», «угу…», «ага…». Никто не смеялся над ней, никто не осуждал — и всё же Норн только мечтала, чтобы это скорее закончилось. Наконец Риния встала.

— Ну что, пора обратно, ня.

— Да, мы уже показались, этого достаточно.

— Спасибо, что пришли, — сказала Ариель с улыбкой. — Буду рада видеть вас снова.

— Ха, с чего бы нам тебя навещать, ня? — усмехнулась Пурсена.

— Верно. Это ты должна приходить к нам — ведь мы присоединились к боссу раньше тебя.

Ариель тихо рассмеялась:

— Фуфу, возможно, как-нибудь и загляну.

Было ли это обещанием или просто вежливостью — Норн не разобралась. Она лишь знала одно: за всё время этой странной встречи воздух был натянут, словно струна, и больше всего ей хотелось не попасть сюда снова.

— Мисс Норн, — обратилась к ней Ариель напоследок.

— Д-да?

— Мы скоро закончим учёбу и выпустимся, но пока мы живём в одном общежитии — давайте дружить.

Если будет желание, приходите в студенческий совет.

— Эм… х-хорошо, спасибо… — тихо ответила Норн, опустив голову.

Так завершилось это странное чаепитие — первое и, как надеялась Норн, последнее в компании хулиганок и принцессы.

Часть 4

Последним местом, куда её привели, оказалась площадка за школьным зданием. К этому времени солнце уже садилось, и его последние лучи медленно исчезали за горизонтом. Риния и Пурсена молчали, выходя из школы. В их взглядах читалось раздражение. Хотя внутри ещё должны были оставаться люди, вокруг царила странная, почти зловещая тишина. Сердце Норн билось всё быстрее. Она вспомнила, как недавно брат говорил:

— Если тебя зовут за школу, будь настороже.

Особенно если это делают какие-то хулиганы — значит, хотят «научить уму-разуму». Если вдруг такое случится, сразу скажи мне или Сильфи, поняла? И вот — именно такая ситуация. Шаги Норн замедлились, но зверолюдки не собирались останавливаться.

Оказавшись между ними, она не могла ни убежать, ни даже свернуть в сторону. Стоит ли сказать, что мой брат — Рудеус? — мелькнула тревожная мысль. Но ведь сегодня ничего плохого не произошло… Наверное, всё будет в порядке. Разрываясь между страхом и неуверенностью, Норн всё же последовала за ними. Если ударят, расскажу брату, — твёрдо решила она, поднимая взгляд. Но за школой их уже кто-то ждал. Женщина в белой маске сидела на корточках, держа на руках кошку, и, заметив их, замерла. От холодного взгляда из-под маски Норн невольно отвела глаза.

— Приветствия, ня! — звонко объявила Hиния.

— Это сестра босса, а та мрачная женщина — Тишина Семи Звёзд, — добавила Пурсена.

— Ах да, я знаю, — тихо ответила женщина.

Тишина Семи Звёзд, или Нанахоси Сидзука, время от времени приходила в дом Грейратов, чтобы принять ванну. Норн уже видела её несколько раз. Хоть и не разговаривала с ней, была уверена — та не из дурных людей. Впрочем, теперь, подумав, она поняла, что Нанахоси, вероятно, одна из тех, за кем приглядывает её брат.

— А эти кошки и собаки — вроде наших подчинённых, ня, — с гордостью пояснила Риния.

— Можешь погладить. Только не грубо — укусят, — предупредила Пурсена.

— И настроение у них бывает, ня. Если видишь, что недовольны — не трогай.

— Но даже если они сердиты, на тех, кто пахнет нами, не нападут, ня. Так что можешь не бояться.

Пока они говорили, одна из собак подошла, виляя хвостом, и перевернулась на спину прямо у ног Норн, подставив живот. К слову, это была самая крупная и грозная из всех. Норн нерешительно присела и осторожно коснулась мягкой шерсти.

— …Ого…

Тёплая, пушистая шкура будто растворила в её душе все тревоги. Сердце, сжатое весь день, медленно расслабилось.

— Эй, эй… — пробормотала она, когда остальные собаки окружили её, лижущие руки и лицо.

— Так что вам нужно? — прозвучал ровный голос.

Нанахоси, незаметно приблизившись, теперь стояла рядом с Норн.

— Что значит «что нужно», ня? — возмутилась Риния.

— Она ведь не собирается с вами дружить, верно? — спокойно уточнила Нанахоси, чуть разведя руки.

Похоже, она пыталась защитить Норн. Девочка почувствовала это — но, чтобы не усугубить обстановку, посмотрела на лица Ринии и Пурсены. Однако те не злились — наоборот, выглядели довольными и даже немного гордыми.

— Это босс нас попросил, — сказала Пурсена. — Сказал присмотреть за сестрой в общежитии.

— Вот мы и представили её всем важным людям, ня, — добавила Риния. — Теперь, если кто-то узнает её лицо и запах, и поймёт, что она сестра босса — никто не посмеет её обидеть, ня. Услышав это, Норн наконец поняла, зачем её таскали по общежитию весь день.

— Понятно… Вы, оказывается, добрые, — заметила Нанахоси, опуская руки.

— Конечно, ня. Когда на нас рассчитывают — мы не подводим, — с гордостью заявила Риния.

— Ну, я бы, наверное, так не смогла, — тихо ответила Нанахоси.

Норн встала и впервые взглянула на них прямо. До этого она боялась даже поднять глаза, а теперь увидела, что обе зверолюдки смотрят на неё мягко, с теплом. Не сверху вниз, не угрожающе — а как на младшую сестру. Да, именно так. В последнее время брат тоже смотрел на неё такими же глазами. И теперь — Риния и Пурсена. Осознав это, Норн почувствовала, как страх окончательно покидает её.

— Эм… мисс Риния, мисс Пурсена…

— Ня? — повернулись обе.

— Спасибо вам за сегодня.

Она низко поклонилась — в её словах слышались и благодарность, и извинение за прежнее недоверие.

— Пустяки, ня, — махнула лапкой Риния.

— Но хорошо, что умеешь благодарить как следует, — улыбнулась Пурсена и потрепала Норн по голове.

И в тот момент Норн подумала: «Даже те, кто кажется страшным, на самом деле не такие уж и плохие».

Позже, уже живя в общежитии, Норн действительно станет человеком, к которому начнут обращаться за советом даже те, кто прежде её избегал. Даже те, кто ничего о ней не знал, будут считать, что она может решить любую проблему. Но это — совсем другая история.

Короткие истории к 12 тому ранобэ

Лабиринт Телепортации

Короткая история из CD Drama

С точки зрения Рудеуса.

Рудеус:

— Это третий этаж Лабиринта Телепортации… Здесь, по идее, должна быть Рокси, верно?

Пол:

— Верно, Руди. Но дальше уже не будет так просто, как раньше. Здесь кишмя кишат новые монстры.

Рудеус:

— Грязевые черепа, да?

Пол:

— Ага. Существо вроде грязевых кукол. Их слабое место, эээ… Гису, ты не напомнишь?

Гису:

— Они «носят» на себе других монстров. Подбирают трупы тех, кто раньше пал на этом этаже — их тут полно. В прошлый раз мы просто били их по два раза — на всякий случай.

Пол:

— То есть всё просто: убиваем пауков, чистим их сети, добиваем монстров в том порядке, в каком они вылезают. А с этими Грязевыми черепами надо убедиться, что они действительно мертвы. Так… Талханд, ты у нас маг. Что скажешь?

Талханд:

— Хмм… С ними проще всего работать каменной магией. «Каменная пушка», «Земляная стена» — всё, что связано с элементом земли, подойдёт. Главное — снести их до того, как они подойдут слишком близко.

Пол:

— Понял, Руди?

Рудеус:

— Да. Всё ясно!

Элинализ:

— Пол, не строй из себя крутого отца, когда объясняешь сыну — главное, не забудь, что сам сказал, ладно?

Пол:

— Заткнись, Элинализ. Кто, по-твоему, забудет такую мелочь?

Элинализ (с усмешкой):

— А я вот даже лица всех мужчин, с кем спала, помню.

Пол:

— Да только имён — ни одного. Богатая память у тебя, ничего не скажешь.

(Я невольно усмехнулся. Монстры на прошлых этажах были довольно слабыми, но теперь придётся учитывать всех. Ошибка может стоить жизни.)

Рудеус:

— Как будем двигаться по этажу?

Гису:

— Эти Грязевые черепа могут «звать» союзников из соседних комнат, так что готовьтесь к худшему.

Талханд:

— Если они прорвутся сквозь твою магию земли, я прикрою.

Рудеус:

— Хорошо. Тогда с остальными справиться будет проще.

Пол:

— Ладно, все! Полная готовность!

Все:

— Да!

Гису:

— Иду первым. Двигаемся прямо, потом у третьей дыры налево. Не отставайте, ясно?

Талханд:

— Да кто бы сомневался.

Элинализ:

— Если нападут сзади — не паникуйте. Главное, чтобы никто не рванул вслепую, а то ещё телепортирует куда не надо.

Гису:

— Эй, эй! Меня пока ни разу не застали врасплох!

Пол:

— Ага, только пять раз, если не ошибаюсь.

Талханд:

— Я тоже насчитал пять.

Элинализ:

— А мне кажется, шесть. Вы что, один забыли?

Гис:

— КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, А!? …О, нашли.

(Послышалось рычание, приближающееся из темноты.)

Талханд:

— Сколько их?

Гису:

— Восемь пауков-тарантулов, три Железных ползуна и один Грязевой череп.

Элинализ:

— Ого, даже немного.

Рудеус:

— Двенадцать врагов — «немного»? Вот это у них понятие «немного»…

Талханд:

— В лабиринтах всегда так, парень.

Пол:

— Все по плану!

Рудеус:

— Есть!

Мы достали оружие.

Элинализ:

— В бой! Подстраховывайте меня сзади!

Пол:

— Ураа! Вперёд!

Элинализ:

— Хааа!

(С таким количеством врагов я хотел разобраться побыстрее. Но приоритет — Грязевой череп.)

«Каменная пушка!». Мой снаряд с грохотом пробил половину тела монстра.

— Есть!

Талханд:

— Не расслабляйся! Оно ещё живо! Магическая атака — укрытие!

Грязевой череп выпустил грязевой сгусток, но —

Талханд:

— «О духи земли, внемлите зову моему! Воздвигните стену прочную, как камень! — ЗЕМЛЯНАЯ СТЕНА!». Грязевой снаряд ударился в стену и рассыпался.

Талханд:

— Фух, похоже, нас спасло.

Рудеус:

— Спасибо! Значит, они двигаются даже без половины тела…

Талханд:

— Они ведь как куклы из грязи, парень. Бей по черепу — только тогда точно умрёт.

Рудеус:

— Принято! Каменная пушка! Используя «глаз предвидения», я точно вычислил траекторию и снёс череп одним ударом.

Талханд:

— Вот теперь мёртв. Поможешь мне с остальными.

Рудеус:

— Да!

Талханд (усмехаясь):

— Не перегори раньше времени. Как только черепов добьём, остальные — ерунда. И правда, Пол и Элинализ быстро добили оставшихся.

Пол:

— Так, уборка окончена. Гис, карту комнаты составь.

Гису:

— Есть, оставь на меня.

Рудеус:

— Может, и нам помочь с картой?

Пол:

— Это же Лабиринт Телепортации. Пропустим хоть одну ловушку — и конец. Гис тут лучший. Пусть делает сам.

Рудеус:

— Понимаю… Но стоять без дела трудно. Отец! Можно я хоть осмотрюсь немного?

Пол:

— Хм? Ну, ладно. Только будь осторожен. Если с тобой что случится — мне потом не до смеха.

Рудеус:

— Знаю.

Я отошёл и начал осматривать стены.

Элинализ:

— Рудеус, что-нибудь нашёл?

Рудеус:

— Ммм… нет.

Элинализ:

— Тогда отдохни хоть немного. Мы не знаем, сколько ещё придётся сражаться.

Рудеус:

— Хорошо.

(Если уж Гису ничего не заметил, вряд ли я увижу что-то новое…)

Рудеус:

— Хмм?..

Гису:

— Что там, босс? Нашёл что-нибудь?

Рудеус:

— На той статуе… следы, будто мечом рубанули. Как думаешь, откуда они?

Гису:

— Хмм? А-а-а… Это следы Железных Ползунов. Они тяжёлые, вот и оставляют такие отметины даже на камне.

Рудеус:

— Интересно, сколько их здесь…

Гису:

— Много, парень. Этот этаж ими просто кишит. Не удивляйся, если наткнёмся ещё.

Рудеус:

— Понятно… но всё равно что-то тут не так…

Гису:

— Если додумаешься — скажи мне. Он хлопнул меня по плечу и направился обратно к остальным.

Пол:

— Ну что, раз закончили, переходим в следующую комнату. Руди!

Рудеус:

— А? Да, иду!

И мы снова двинулись вперёд, вглубь лабиринта.

Дискомфорт

Короткая история из CD Drama

С точки зрения Рудеуса.

Пол:

— Чёрт… опять тупик?

Элинализ:

— Такое чувство, что весь этот этаж состоит из одних тупиков.

Талханд:

— И хуже всего, что за каждым из них, скорее всего, толпятся монстры… Долго в таком темпе не протянем.

Гису:

— Эх… надо скоро сделать привал. Мы тут нашумели, и на рев призовутся новые твари из соседних комнат.

Талханд:

— Ну, раз так — я и ману уже почти спалил. Отдохнём прямо здесь, эта комната вроде безопасна.

Пол:

— Хм… верно. Хорошо, отдыхаем здесь! Все с облегчением опустились на каменный пол, тяжело дыша.

Рудеус:

— Сегодня тоже — ничего нового, да?

Пол:

— Пока держимся, но кто знает, сколько ещё сможем так бродить.

Гису:

— Если будем вычищать каждую комнату, как сегодня, двигаясь по одной — уйдёт слишком много времени.

Талханд:

— Теперь, когда мы определились, как двигаться по лабиринту, надо следить и за провизией. Без нормального питания скоро рухнем.

Элинализ:

— Прежде всего — спокойствие. Не стоит торопиться.

Рудеус:

— В таком темпе я даже боюсь представить, сколько времени уйдёт, чтобы найти Рокси… и вернуться домой.

Гису:

— Эй, эй, босс, чего бормочешь?

Рудеус:

— Да вот… опять безрезультатный день.

Гис:у

— Ну не скажи. Мы ведь не стояли на месте! Смотри — карта-то продвинулась.

Рудеус:

— А, и правда! Если так посмотреть, сегодня мы неплохо прошли.

Гису:

— Кажется, будто топчемся на месте из-за постоянных остановок. Но нет, мы постепенно продвигаемся. Скоро что-нибудь найдём, увидишь.

Рудеус:

— Хммм…

Гису:

— А? Что?

Рудеус:

— Слушай, Гису… карта ведь странная, да?

Гису:

— Хмм? В каком смысле? Я что-то пропустил?

Рудеус:

— Не то, чтобы ошибка… просто чувство, будто что-то не сходится.

Элинализ:

— Что случилось?

Гису:

— Да ничего, босс говорит, карта ему какая-то странная.

Элинализ:

— Ну, если это твоя карта, Гису, то одна-две ошибки не удивят.

Гис (вскипает):

— Эй! Это не из-за моих навыков! В экстренных условиях я карты черчу просто БЛЕСТЯЩЕ!

Элинализ (усмехаясь):

— Шучу, шучу. Но всё же — странное чувство, да? Пол! Талханд! Смотрите сюда! Кажется, у него появилась идея.

Талханд:

— А? Дай взглянуть…

Рудеус:

— Даже не идея… просто предчувствие. Может, и ошибаюсь, никаких гарантий нет.

Пол:

— То есть, интуиция?

Рудеус:

— Да.

Пол:

— Иногда именно интуиция и ведёт к правильному ответу.

Талханд:

— Хмм… Я гляжу — и ничего странного не вижу. Всё как в той карте, что я держу в голове.

Элинализ:

— Если у Талханда то же самое — значит, карта верна.

Гису:

— Вот видите!

Пол:

— Дай-ка мне взглянуть.

Талханд:

— Вот, держи.

Пол:

— Слушай, Руди… В такие моменты нужно сосредоточиться, всем телом почувствовать место, и когда…

Гису:

— Да прекрати ты изображать крутого отца! За всё время, что мы вместе приключались, ты ни разу так не делал!

Талханд:

— А будет забавно, если после этих слов ты ничего не найдёшь.

Пол:

— Да заткнитесь вы оба! …Не могу сосредоточиться… Э? Подождите-ка… О?

Элинализ:

— Что, нашёл что-то?

Пол:

— Эй, посмотрите сюда. Это место — странное, не находите?

Гису:

— Эй, не начинай нести чушь.

Пол:

— Нет, серьёзно! Смотрите — здесь путь обрывается резко, но за стеной, похоже, есть помещение. Может, там скрытый проход или рычаг.

Гису:

— Хмм? Странно… я там ничего не заметил.

Талханд:

— Однако он прав, выглядит подозрительно. Если бы я сам что-то прятал, сделал бы как раз такую комнату, за стеной. Хотя… это ведь лабиринт. Здесь подобные вещи не редкость.

Пол:

— Да, тоже, верно.

Талханд:

— К тому же это Лабиринт Телепортации. Возможно, здесь работают магические круги, вот и кажется странным.

Пол:

— Только вот ни одного круга я пока не видел.

Гису:

— И что теперь? Вернёмся завтра и осмотрим то место?

Пол:

— Нет, мы уже потратили здесь достаточно времени. Лучше двинем дальше в неизведанные зоны. Там, может, найдём и магические круги.

Талханд:

— Верно говоришь.

Пол:

— Прости, Руди, что не последуем твоему чувству. Ты не против?

Рудеус:

— Конечно. Прости, что поднял шум из-за пустяка.

Пол:

— Ничего страшного. Лучше сказать вслух, чем промолчать.

Талханд:

— Всё, я спать. Мана кончилась напрочь.

Пол:

— И тебе, Руди, пора. Сколько бы маны ни было — тело тоже надо беречь. Отдыхай как следует, понял?

Рудеус:

— Понял.

Той ночью, лёжа рядом с остальными, я долго думал — что же это было за «чувство»? Но, странно, мысли уводили не туда. Я вспомнил то, чему меня когда-то учил Руйжерд, на Континенте Демонов: «Когда ищешь кого-то — не гонись только за следами. Смотри на всё вокруг».

Если рядом появляется большое существо — мелкие животные убегают. Если поблизости слабое или раненное — напротив, другие собираются. Если идти туда, где солнце садится, растения чуть гуще, а значит — там больше зверья. Вот так и ищут добычу — учитывая всё: следы, повадки, окружение.

Если применить этот принцип здесь… многое выглядит странно. Рокси должна быть на этом этаже. Но — ни следов, ни следов боя. Может, погибла внезапно? Но ведь вокруг видны следы схваток, из комнаты в комнату. Кроме нас, сейчас в лабиринте нет других авантюристов.

Мы встречали пауков, Грязевых черепов… и особенно — следы Железных Ползунов. Они были везде. На каждом этаже, в каждой комнате. Некоторые отпечатки — совсем свежие. Значит, здесь сражались буквально недавно. А ведь Грязевые черепа могут присваивать себе тела других монстров…

Тогда выходит, Рокси где-то вступила в бой, и, скорее всего, Железные Ползуны пришли на зов. Вот почему их следы по всему этажу. Значит… если понять, по какому пути двигались Ползуны, можно будет понять, где сейчас Рокси. Я думал об этом, пока не уснул, так и не найдя точного ответа.

Стена

Короткая история из CD Drama

С точки зрения Рудеуса.

Пол:

— Внимание! Один Железный Ползун прямо у тебя за спиной!

Элинализ:

— Их слишком много! Сделай хоть что-нибудь!

Рудеус:

— Понял… «Каменная пушка»!

Гису:

— Уф-ф! Едва увернулся! Мне некуда бежать, а?! Эй! Подмога сюда!

Пол:

— Гису, сколько их там!?

Гису:

— Эээ… остаются… черепов — нет, Ползунов — двадцать… два? Пауков… эээ… Аааа! Да чёрт их разберёт, их просто ТЬМА!

Талханд:

— Их слишком много. Мы не успеваем за подкреплением. Может, отступим?

Рудеус:

— Пока действуем по плану. «Ледяной взрыв»!

Гису:

— У-у! Пауки и Ползуны все замёрзли! Пол, за тобой! Добей того Грязевой Черепа!

Пол:

— Элинализ, прикрой! Рааааа!

Элинализ:

— Не учи меня, я и сама знаю!

Талханд:

— Отлично! Остались только Ползуны!

Рудеус:

— Тогда добьём их одной мощной атакой! Отойдите! «Снежная буря»! Взрыв холода обрушился на зал, воздух заскрипел от инея.

Пол (тяжело дышит):

— Ха… ха… Всё?

Элинализ:

— Хааа… Их было безумно много…

Гису:

— Да уж… Мы вчера целую кучу перебили, а их будто не убавилось!

Талханд:

— Лучше не думай, откуда они все берутся…

Пол:

— Руди всё магией смёл… Э? Опять тупик!?

Талханд:

— Если считать вчерашние, это уже какой раз? Ни переключателей, ни магических кругов.

Элинализ:

— Такое чувство… напоминает мне один случай. Эй, Талханд, было ведь уже что-то похожее?

Талханд:

— Хмм… Ах, да. Тогда это были грибы, вызывавшие галлюцинации. Мы бродили кругами по одним и тем же комнатам и не замечали.

Рудеус:

— И как вы в это влипли?

Гису:

— Когда кончилась еда — кто-то съел те грибы.

Рудеус:

— Кто именно?

Пол:

— Гислейн.

Элинализ (смеётся):

— Помню, как она билась головой о стену и кричала: «Здесь невидимая стена!»

Талханд:

— Однако… не из-за грибов ли мы опять застряли?

Гису:

— Не обязательно грибы. Может, трава, мох… или навоз Ползуна.

Пол:

— Или всё же иллюзия, скрывающая путь.

Элинализ:

— В любом случае, искать нужно как обычно. Что-то не так?

Талханд:

— Да, кажется, кое-что не так.

Пол:

— О, ты уже заметил? Как и ожидалось от старого охотника. Что именно?

Талханд:

— Вы с Элинализ не ссоритесь. Уже подозрительно.

Гису:

— Ага, и ты с ней не споришь. Странный день!

Пол:

— Ха! Даже Талханд шутит — должно за окном ливень идти.

Элинализ:

— Хех… действительно, времена меняются.

Талханд:

— Впрочем, давайте остановимся и отдохнём.

Пол:

— Согласен. Талханд, займись очагом.

Талханд:

— Понял, оставь мне.

Элинализ:

— Гис, готовь ужин, твоя очередь.

Гису:

— Да-да… Э? Что с тобой, босс?

Рудеус:

— Думаю… мне как-то нечем заняться.

Гису:

— Есть опыт разведки?

Рудеус:

— Немного.

Гису:

— Тогда давай вместе проверим комнату. Так спокойнее.

Пол:

— Идите. Мы оставим еду здесь.

Гис:

— Ну что, видишь что-то странное?

Рудеус:

— Следы боя. Даже если тут что-то было, скорее всего, уничтожено.

Гису:

— Не думай о плохом. Мы на полпути, нельзя сдаваться.

Рудеус:

— Верно. Осмотрим всё внимательно.

Гису:

— Подожди. Делается это так — подходишь к входу и идёшь по стене слева. Так легче искать.

Рудеус:

— Суеверие?

Гис:

— Эй! Это проверенный метод! Я столько раз находил спрятанные вещи!

Рудеус:

— Просто думаю… может, Рокси где-то дальше по следам Ползунов.

Гису:

— Осторожнее, можешь пойти по ложному следу.

Рудеус:

— Да… может, и правда пустое.

Гису:

— Не парься. Перекусим — и продолжим.

Рудеус:

— А, печка готова?

Талханд:

— Почти.

Элинализ:

— Тогда давайте есть.

Пол:

— Да, силы восстановим — и вперёд.

Талханд (бормочет заклинание):

— О духи земли, внемлите зову, воздвигните стену, твёрдую как камень! — «Земляная стена»!

Рудеус (вскидывается):

— «Земляная стена» … Подождите! Я понял!

Пол:

— Что такое, Руди?

Рудеус:

— Мне кое-что пришло в голову. Эй, новичок!

Гис:

— А?

Рудеус:

— Когда ты искал тайную дверь, как проверял?

Гису:

— Смотрел, где стена чуть иная, где щель видна. А что?

Рудеус:

— …Понюхал воздух. Да, точно! Я слишком сосредоточился на следах Ползунов. А ведь надо было смотреть на стены за ними. Цвет… немного другой. Он подошёл к стене — камень действительно отличался по оттенку.

Рудеус:

— Если создать стену магией земли, она чуть светлее природного камня. «Каменная пушка» тоже так работает. Значит, и земляные заклинания ГрязевыхЧерепов оставляют след. Он прицелился.

Пол:

— Что такое, Руди? Нашёл что-то?

Рудеус (серьёзно):

— Отец… я чувствую присутствие Бога!

Пол:

— Э!? Присутствие чего!?

Рудеус:

— «Каменная пушка»! Взрыв — и часть стены разлетелась в щепу.

Пол:

— Что за… О! Тут проход! Настоящий проход!

Гису:

— Да ну! Я не почувствовал ни малейшего намёка на дверь…

Талханд:

— Всё ясно. Это была «Земляная стена». Черепа перекрыли коридор искусственной стеной.

Гису:

— Первый раз вижу, чтобы монстры на такое были способны!

Рудеус:

— Рокси должна быть прямо впереди! Пошли!

Гису:

— Эй, подожди!

Пол:

— Ха! Как и ожидал от моего сына. Становится интересно!

Элинализ:

— Даже ты туда?! Эх, ладно, иду тоже!

Талханд (вздыхая):

— Ха-ха, ничуть не изменился, старый болван.

Пол:

— Чёрт возьми, что это!?

Элинализ:

— Вся земля кишит пауками и насекомыми!

Талханд:

— Настоящее царство чудовищ!

Гису:

— Их слишком много! Отступаем! Встречаемся в коридоре!

Рудеус:

— Нет! Смотрите туда — в углу кучи мёртвых монстров! Там был бой!

Пол:

— Что!?

Элинализ:

— Точно… следы сражения. Тогда… Рокси там, в глубине!?

Гису:

— Теперь, когда ты сказал, я слышу звуки боя! Кто-то там дерётся!

Рудеус:

— Я открою путь! Уоооаааах!

Он сосредоточил ману, ледяная энергия клубилась вокруг посоха.

Рудеус:

— «Ледяной взрыв»!

Волна холода пронеслась по залу. Монстры застыли во льду.

Пол:

— Невероятно! Он всех заморозил!

Гису:

— Уггг… ааагх…

Элинализ:

— Кьяаа! Гису! Гис тоже замёрз!

Талханд:

— Хммм… я ведь говорил, что кто-нибудь пострадает от его магии.

Рудеус:

— Прости, Гису!

Я бросился в конец зала, проверяя каждого замороженного монстра — и наконец увидел её. Среди трупов, окружённая чудовищами, с сияющими голубыми волосами — Рокси!

Рудеус:

— «Ледяной взрыв»!

Вторая волна холода добила оставшихся.

Рудеус:

— Всё… последние. Ах… вот ты где!

Рокси:

— Э!?

— Кьяааа!

Моя учительница. Та самая Рокси Мигурдия, которую я не видел столько лет! Я подскочил и обнял её.

Рудеус:

— Ахх, слава Богу…!

Рокси:

— Э? Эээ!?

Я уткнулся лицом в её шею. Этот запах… этот тёплый, родной запах… как я скучал.

Рокси:

— Уаах!?

Рудеус:

— Э!? Что?..

Она мягко, но резко оттолкнула меня.

Рокси (краснея):

— П-простите… просто… пахнет…

Рудеус:

— Э? Я… я воняю? Простите!

Рокси:

— Н-нет! Это я! Я месяц здесь торчу без душа…

Рудеус:

— А-а, вот оно что… Мне не мешает.

Рокси:

— Ну, мне мешает. Кхм. Всё же… спасибо, что спас.

Рудеус:

— Не стоит благодарности. Это было естественно.

Рокси (строго):

— Хм. Приятно познакомиться. Моё имя — Рокси Мигурдия. А как тебя зовут, юноша?

Рудеус:

— Э!? П-познакомиться!?

Рокси:

— Э? Мы встречались раньше? Прости, не припомню…

Рудеус (потрясённо):

— Ты… не помнишь?..

Учитель… мой Бог… не помнит меня.

— Моя… Ро… Ро… кси…

Рудеус:

— БЛЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!

И вот так — мы спасли Рокси.

Выиграй партию, проиграй игру

«Экстракт варвара». Это карточная игра для трёх–шести игроков. Колода из сорока карт равномерно раздаётся игрокам, после чего они по очереди тянут карту у соседа. Если у игрока собирается пара одинаковых карт — он сбрасывает её. Побеждает тот, кто первым избавится от всех своих карт. Однако не все пары можно составить, ведь одну карту убирают из колоды заранее. Игрок, у которого в конце остаётся «карта Варвара», становится проигравшим. Создатель игры — Тишина Семи звезд. …Да, это всего лишь вариант «Старой девы». «Старая дева» у нас стала чем-то вроде тайного увлечения.

[Примечание: «Старая дева» — карточная игра XIX века. В Европе известна как Black Peter, в Шотландии — Scabby Queen. В 2011 году появились новые правила. Рудеус и Нанахоси были перенесены в Шестигранный мир в 2012 году.]

«……»

«……»

Я стоял, глядя прямо в глаза Полу. У меня осталась одна карта, у Пола — две. И именно у него сейчас была «Старая дева».

— Хм, долго вы ещё будете так пялиться друг на друга?

— Да уж, заканчивайте скорее, хотим следующую партию!

Элинализ и Гису выкрикивали с дивана. Они уже выиграли, так что теперь остались только мы с Полом — один на один.

— Давай, Руди, тяни карту. А потом готовься рассказывать свой позорный секрет!

— Отец, готовься сам — ведь ты сейчас станешь посмешищем.

Пол осклабился, показав зубы:

— Ха!

Почему вообще мы играли в это? История началась примерно полчаса назад. После того как мы спасли Рокси и вернулись в постоялый двор, полдня мы ждали, когда она очнётся. Пока я беспокойно расхаживал возле её комнаты, Пол предложил:

— Эй, Руди. Раз уж скучаешь, сыграем партию?

— Я не скучаю. Разве не видно?

— Нет. Пошли.

— Эй!

И меня буквально утащили за стол. Игра — «Старая дева». Хотя я играл нехотя, матч быстро стал напряжённым, и я сам не заметил, как втянулся. Потом Пол заявил:

— Проигравший в следующем раунде рассказывает стыдную историю из прошлого.

Эти слова меня задели. Проиграть — значило уронить гордость. Позорные истории тут были уже неважны — проиграть в «Старую деву» я не мог. Я играл в неё сотни раз, и уж психологическую дуэль с таким прямолинейным человеком, как Пол, точно выиграю.

Так мы и пришли к этой финальной дуэли. «Может, вот эту?» Я пытался читать выражение лица Пола, тянувшись к карте.

«Старая дева» — это игра на чтение эмоций. Рот, глаза — лицо Пола было само по себе понятным. Стоит лишь уловить нужный сигнал — и ты выиграл. Это должно быть просто. Я не мог ошибиться. В прошлой жизни я ведь столько смотрел сериал «Менталист». Я справлюсь. Я смогу.

[Примечание: Сериал «Менталист» (The Mentalist) — это детективная драма, которая рассказывает историю Патрика Джейна, бывшего «экстрасенса», ставшего независимым консультантом в Калифорнийском бюро расследований (КБР). Его главная цель — поймать серийного убийцу, известного как Красный Джон, который жестоко убил его жену и дочь.]

«Или… вот эту?»

«……»

Уголок его глаза чуть дёрнулся. Вот она! Эта карта! Когда ты тянешь «Старую деву», человек старается сохранить покерфейс — не улыбается, не моргает. А когда ты тянешь обычную карту — наоборот, невольно улыбается. Так он пытается сбить тебя с толку. Значит, это она.

— Беру вот эту.

— Да? Уверен?

Уверенный, я ухватил карту — но… никакого сопротивления. Что-то не так. Если бы это была нужная карта, Пол инстинктивно бы сжал пальцы. Это бессмысленный рефлекс, но он всегда так делает. А тут — ничего. Значит, это не та карта?

— Что ты застыл, Руди? Быстрее уж.

Пока я колебался, Пол ухмыльнулся. Точно… Несмотря на его вид, это же человек, владевший тремя стилями меча на продвинутом уровне. Он умеет играть на психологии. Может, всё поведение до этого — была ловушка, чтобы сбить меня в последнем раунде. Но тогда… какая из двух карт верная?

— Эй, Руди. Даже если ошибёшься — не страшно. Сыграем ещё раз. Расслабься и выбирай.

И тут меня осенило. Если не выиграю сейчас — не выиграю вообще. Если я вытяну «Старую деву» прямо сейчас, Пол меня переиграет окончательно. Почему он так широко улыбается? Раньше ведь сдерживался. Ах… конечно! Он специально делает это, чтобы я засомневался и взял другую. Значит, это точно нужная карта. Я решился и вытянул её.

— …А!

Глаза Пола расширились.

Это «что за чёрт»-взгляд. Эта реакция подтвердила — я выиграл. Я уже собирался перевернуть карту, чтобы доказать победу…

— Всем внимание! Госпожа Рокси очнулась!

В комнату вошла Лилия с радостной новостью.

— Правда!?

Не раздумывая, я бросил карту и вскочил. Рокси очнулась — конечно, это главное!

— А…

Пол посмотрел на меня, удивлённо моргнул, а потом быстро пришёл в себя. Пока я искал, куда упала моя карта, он спокойно смешал свои карты с колодой.

— Эй!

— Ну, пойдём проверим Рокси.

— Подожди! Я же только что выиграл, да!?

— Нет, ты вытянул Джокера. Так что результат ещё не решён.

— Отец, не ври так нагло! Глаза бегают! Будь честным, покажи пример сыну! Делись своей позорной историей!

— А доказательства у тебя есть?

— Угх…

Он был прав. Карты теперь перемешаны, и никак не доказать, что я выиграл. Сам виноват — нечего было бросать карту до объявления победы.

— Ладно уж, Рокси же проснулась, верно?

— Грх… Хорошо.

И так… я проиграл Полу.

Покупка перекуса

Прошло несколько дней после того, как мы спасли Рокси. Мы собирались начать исследования лабиринта уже на следующий день. В тот день я шёл по рынку вместе с Полом. У нас не было какой-то особой цели для покупок. Ведь впереди нас ждало несколько дней погружений в лабиринт — без солнечного света, без свежего воздуха, почти целый месяц под землёй. Стресс от этого, конечно, будет накапливаться. Поэтому сейчас нужно было расслабиться насколько возможно. …Вот почему Пол и позвал меня пойти с ним — «прогуляться».

Честно говоря, я хотел провести день рядом с Рокси, пока она читает книги… Но, ну что поделаешь. Пол, наверное, хотел провести время со своим сыном, которого так долго не видел. Как послушный сын, я не мог отказать.

— Эй, глянь, Руди. Стальной меч из Лючано стоит всего пятьсот шинсо.

— О… эм, это дёшево?

— Если бы ты пытался купить его на Центральном континенте, цена была бы в десять раз выше.

— Он острый?

— Ну… я им не пользовался, так что не знаю…

Похоже, сталь Лючано здесь довольно распространена. Теперь, когда я вспомнил — те пустынные воины, что сопровождали нас до этого города, тоже пользовались оружием из той же стали. Хотя, честно говоря, я не умею судить о металлах на глаз — может, мне просто показалось.

— Хм?

Вдруг мои ноздри уловили приятный запах.

— Что такое?

— Ты не чувствуешь? Пахнет чем-то вкусным.

Пол быстро огляделся и заметил проходящую мимо женщину-авантюриста.

— А, Руди, если пахнет приятно от женщины — это, скорее всего, макияж.

— Не об этом речь.

Что он вообще несёт? И Рокси, и Сильфи приятно пахнут и без всяких духов. Хотя, может, Сильфи и пользуется чем-то… но всё же, сейчас запах был другой.

— Хмм? Ах! Да, пахнет вкусно.

— Вот именно.

Да, откуда-то веяло необыкновенно аппетитным ароматом.

— Интересно, что готовят…

— Пойдём посмотрим.

Мы с Полом, не торопясь, пошли на запах. Вскоре мы подошли к ларьку, не похожему ни на один из тех, что я видел раньше. Нет, хозяин не играл на флейте и не танцевал под запах жарящегося соевого соуса. Первое, что бросалось в глаза — огромная каменная плита. Или, может, «жаровня из камня» будет точнее.

В любом случае, это была огромная глыба, раскалённая под палящим солнцем. Продавец, весь в поту, что-то жарил прямо на ней. А жарил он — нечто, чего я никогда раньше не видел. Коричневатый комок, похожий на густое тесто, будто из муки или бобов, размолотых в пасту. Он смазывал его маслом, посыпал специями и обжаривал. На вид — ничего особенного. Но… аромат и шипение масла звучали до странного заманчиво.

— Эй, Руди. Хочешь попробовать?

Рядом с плитой висела табличка: «Порция — два шинсо». Цена не высокая. Но…

— Нет. Лилия и остальные готовят ужин к нашему возвращению.

Ведь завтра мы уходим в лабиринт, и она говорила, что «приготовит что-то особенное». Уверен, еды будет с избытком. К тому же, у этого уличного торговца порции явно большие — одной хватит на двоих. Это место для тех, кто ест на полный желудок. Если мы поедим здесь, вряд ли сможем потом доесть ужин, который Лилия с любовью готовила.

— Дурак ты, — сказал Пол, усмехнувшись. — Если упустишь момент — можешь никогда больше это не попробовать.

— Да, ты, наверное, прав.

Но блюдо, что стояло передо мной, — такое я никогда раньше не видел. А ведь я путешествовал от Демонического континента до Центрального. Похоже, это что-то, что готовят только в этих краях… Или, может, это вообще оригинальный рецепт самого торговца.

— Если поделим пополам, всё будет нормально, да?

— …Не думаю.

— Да будет всё в порядке! Если мы потом нормально поужинаем, никто и не заметит. Ты же мужчина — можешь съесть немного больше, правда?

Хм… В прошлой жизни я мог без труда слопать две-три порции подряд. Но сейчас я ведь стараюсь поддерживать форму, тренируюсь и всё такое…

— Ну, если не хочешь — не ешь… эх, жаль.

Наверняка ведь вкусно… Похоже, Пол на самом деле хотел попробовать. И я тоже. Этот запах, этот аппетитный звук жарящегося масла — всё говорило, что это вкусно до безумия. Но… однако…

— Ух…

── В конце концов, я не смог устоять перед аппетитом и любопытством.

И вот так мы с Полом, поддавшись соблазну, всё-таки купили по порции. …А на ужине нас потом ждала настоящая адская кара, но это — уже совсем другая история.

Гордость учителя

Причина, по которой Рокси Мигурдия решила попытаться выглядеть круто, была проста. Всё потому, что Рудеус — её ученик. Конечно, роль сыграло и то, что давно потерянный ученик вырос в мужчину, идеально соответствующего её типу… ну, даже больше, чем просто роль, — но всё же это было второстепенно. Главное — он оставался её учеником.

Рудеус, с которым она вновь встретилась, стал невероятным магом, пожалуй, он даже превзошёл саму Рокси. И всё же — несмотря на это — он всё ещё восхищался ею. Следовал за ней, как птенец за матерью, постоянно называя её «Учитель, учитель!». Рокси даже начала сомневаться, восхищался ли он ею настолько же в те времена, когда она действительно была его наставницей. И это чувство — быть объектом восхищения — вовсе не было неприятным. Тем более, если восхищается тобой твой идеальный мужчина.

Вот почему Рокси решила: она должна показать себя как достойного учителя. Если получится — пусть он заметит в ней и женщину… но для начала — достойного наставника.

— Враги! Нападение!

Она была готова отреагировать немедленно, показать выдержку и хладнокровие ветерана —

— «Руди, враги!»

— «Оставьте это мне! «Снежная буря»

— «Э?»

Опять превзойдена Рудеусом.

— «Хорошо, разобьём лагерь здесь».

Когда дело дошло до подготовки к стоянке, она решила действовать решительно и быстро.

— «Я схожу за водой и поставлю плитку…»

— «Учитель, я уже всё сделал! Вода, костёр и постели готовы!»

— «Э?»

Снова опередил.

Рудеус двигался так быстро, что к тому моменту, как Рокси пыталась что-то сделать, всё уже было готово.

Так она всё время упускала шанс показать себя «крутой».

(Вздох…)

Рокси посмотрела на маленький походный котелок и тяжело вздохнула про себя.

(Надо что-то делать.)

Если бы дело было лишь в том, что ей не удаётся блеснуть — полбеды. Но если так пойдёт дальше, Рудеус может подумать:

«А разве мой учитель всегда была такой бесполезной?» или даже «Кажется, от неё тут мало толку…»

А такого она не могла допустить ни за что.

— «Учитель! Пожалуйста, отдохните вот здесь! Я специально приготовил для вас постель!»

Понимал ли он её внутренние терзания или нет — Рудеус продолжал относиться к ней с искренней заботой, улыбаясь во весь рот. Пока что — всё было не так плохо.

— «Я в порядке, правда».

— «Нет, учитель, вам нужно восстановиться! Вы же ещё не полностью оправились после заточения! Ложитесь и восстановите ману!»

— «Ну… ладно. Руди, только ты сам тоже отдыхай, хорошо?»

— «Да, да. Сегодня я, пожалуй, немного перестарался. Пойду спать пораньше».

Рудеус положил рюкзак под голову и уснул буквально за секунды. Как и положено опытному авантюристу. Рокси, глядя на его спокойное лицо, вздохнула и закрыла глаза, концентрируясь на восстановлении маны.

(Ничего, всё хорошо. Мы в лабиринте — рано или поздно появится возможность… точнее, кризис. Вот тогда-то я и проявлю себя!)

Она приготовилась быть резервной силой, всегда настороже. В тот момент, когда она об этом подумала —

— «Засада! Стая монстров из отверстия сверху!»

Рокси мгновенно вскочила. Вот он, её шанс! Пока Рудеус спит — время показать себя!

— «Я задержу их! О, богиня лазурного неба, нисходящая с высот, даруй мне—»

И как только она начала произносить заклинание —

— «УООООО!»

Рудеус с ревом вылетел вперёд.

— «Каменная пушка! Каменная пушка! Каменная пушка! Снежная буря!»

Он обрушил яростный шквал заклинаний с такой скоростью, что монстры рассыпались в прах, прежде чем Рокси успела закончить фразу. Рокси стояла, ошеломлённая. Темп его атак был столь бешен, что её помощь попросту не требовалась. Конечно, она опомнилась и всё-таки успела кинуть пару заклинаний, но — откровенно говоря — в этой битве без неё прекрасно обошлись бы.

— «…»

Рокси бросила взгляд на Рудеуса, ожидая увидеть в его глазах разочарование.

— «!»

Но стоило им встретиться глазами, как Рудеус мгновенно подскочил к ней — почти летя.

— «Учитель Рокси! Вы видели!?»

— «А? Ч-что именно?»

Против ожиданий Рокси, он сиял от радости. Если бы у него был хвост, он бы сейчас вилял им со скоростью звука.

— «Я ведь неплохо справился, да? Даже после расставания я не прекращал тренировки ни на день! Я ещё неопытен в исследовании лабиринтов, но не хочу, чтобы учитель Рокси считала меня плохим учеником! Я постараюсь изо всех сил!»

— «Ах…»

И в этот момент Рокси поняла. Она-то думала, что только она старается не ударить в грязь лицом. А ведь Рудеус чувствовал то же самое.

(…Хех.)

Улыбка сама собой появилась на её лице.

— «Руди, энтузиазм — это хорошо, но в следующий раз оставь и мне немного, ладно?»

— «Э? А… да!»

С чувством лёгкости, Рокси это произнесла и, наконец, спокойно легла, чтобы восстановить ману.

Страж Лабиринта

С точки зрения Пола.

Пол:

— Темно-красный магический круг… И это ощущение… Ошибки быть не может. Прямо впереди… вход.

Гису:

— Что делаем, Пол? Времени ещё хватает — можем вернуться, если хочешь.

Пол:

— Нет. Идём вперёд. Проверим снаряжение.

Гису:

— Понял!

Пол:

— Талханд, посмотри, пожалуйста, ремни на моей броне. Кажется, немного ослабли.

Талханд:

— Хммм… да, и правда не так застегнуто, сейчас подправлю.

Пол:

— Сделай это. Было бы глупо умереть из-за того, что броню сорвало посреди боя.

А теперь посмотрим, как там Руди.

Рокси:

— Руди, хочешь, я отдам тебе часть своих свитков?

Рудеус:

— Да… тогда один — со свитком исцеления, пожалуйста.

Рокси:

— Хорошо, держи. Мы не знаем, что нас ждёт за дверью, но, думаю, огневой мощи нам хватит. Я постараюсь сделать всё, чтобы тебе не пришлось использовать этот свиток. Буду поддерживать тебя изо всех сил.

Рудеус:

— Рассчитываю на вас! Если что-то случится — я же трус, помогайте.

Рокси:

— Да, оставь спину мне.

Элинализ:

— Рудеус, Рокси, если мана закончится — используйте эти магические кристаллы.

Рудеус:

— Элинализ… ты уверена?

Элинализ:

— Просто займитесь ими. Не потратите — потом вернёте.

Рудеус:

— Понял.

Руди, похоже, не слишком волнуется… Ну что ж, как отец, я должен убедиться, что он понимает, во что мы ввязываемся. Дальше — мы, возможно, будем рисковать жизнями.

Пол:

— Ладно, все готовы?

Элинализ:

— Готова.

Талханд:

— Всё в порядке.

Гису:

— Можно идти.

Рокси:

— Я готова.

Рудеус:

— И я тоже.

Пол:

— Руди.

Рудеус:

— Что?

Пол:

— Не время говорить, но я хотел бы сказать—

Рудеус:

— Тогда не говори, пожалуйста.

…Вот же холодный мальчишка. Хотя, может, просто сосредоточен — лицо стало серьёзным, сосредоточенным. Ладно. Тогда я не буду болтать лишнего.

Пол:

— Хорошо. Все — в круг!

Все вошли в магический круг, и в следующее мгновение нас перенесло в другую комнату. И то, что мы увидели там…

Рудеус:

— Что это такое!?

Рокси:

— О-оно больше, чем Красный Дракон!

Элинализ:

— Всё тело покрыто изумрудной чешуёй… и… у него девять голов!?

Талханд:

— Читал о таких в книгах… но не думал, что увижу собственными глазами…

Гису:

— Гидра, а? Впервые вижу вживую.

Пол:

— Она… там…

Пока все были прикованы к чудовищу, я смотрел в другое место. За Гидрой стоял огромный магический кристалл. И внутри… была она.

Пол:

— ЗЕНИТ!!!

Гису:

— Ты, чёртов идиот! Не лезь туда!

Элинализ:

— Это как тогда, с суккубами!

Талханд:

— И что ты за вещи вспоминаешь… Ладно, я тоже иду! Элинализ!

Элинализ:

— Уже знаю!

Рокси:

— Я прикрою!

«Безмолвный кулак ледяного великана — «Ледяное сокрушение!» Рокси метнула огромное ледяное ядро в сторону Гидры. Но — Пииииинг! Раздался резкий звук, будто ногтем по стеклу.

Рокси:

— Что!?

Гидра осталась совершенно невредимой.

Рудеус:

— Не действует!? Тогда я попробую! Каменная пушка! Пииииинг!

Рудеус:

— Оно… отразилось!?

Талханд:

— Не знаю, насколько прочна её чешуя, но ясно одно — заклинания Рудеуса не пробивают.

Пол:

— ГРРРРРААААААХ!!!

Я бросился вперёд, уклоняясь от ударов Гидры, и добрался до её голов. Мне удалось отрубить две головы.

Элинализ:

— Пол! Слева идёт атака, я прикрою! Бери правый фланг!

Пол:

— Чёрт! В оборону не успеваю!

Рокси:

— Придётся рискнуть! «Бурные грязевые потоки, вперёд — Наводнение!»

Передо мной возник поток воды, который отбросил меня в сторону, спасая от удара.

Пол:

— Угх!..

Чёрт, если бы только мы могли одолеть эту тварь… я бы наконец увидел Зенит!

Гису:

— Так, временно отступаем к исходной позиции!

Элинализ:

— Что делать дальше!?

Пол:

— Что делать… да просто идти до конца!!!

Талханд:

— Раз не сработало спереди… тогда сверху!

«О духи земли, услышьте мой зов и низвергните кулак могущества — Каменная колона!»

Огромный валун возник над головой Гидры и рухнул вниз —Пииииинг! Снова этот звук. Камень рассыпался в пыль, даже не коснувшись цели.

Талханд:

— Что!? Хмм… даже если атаковать сверху, бесполезно. Сопротивление магии слишком высокое…

Рокси:

— Руди! Смотри — её головы отрастают обратно!

Гису:

— Да чтоб тебя…!

Рокси:

— Всем, отступаем!

Отступать!? После шести лет поисков, когда Зенит вот — прямо передо мной!? К чёрту это!

Пол:

— ОРАААААА!!!

Элинализ:

— ПОЛ! СТОЙ, СЛИШКОМ БЛИЗКО! КЯАААА!!!

Гидра ударила Элинализ, когда она пыталась прикрыть меня.

Гису:

— Чёрт, другого выхода нет!

Талханд:

— Гису!?

Гис рванул вперёд, проскользнул за спину Пола и метнул что-то в Гидру. БА-БА-БАХ! Раздался взрыв. Пространство окутал густой дым.

Пол:

— Ч-что за…!?

Гису:

— Дымовая завеса! Пол, пока есть шанс — отступай!

Пол:

— Что ты несёшь, идиот!? Зенит прямо передо мной!

Гису:

— Эй! Подожди! ЭЭЭЙ!!!

Элинализ:

— Послушай хоть секунду!

БОНК! Элинализ ударила меня щитом по голове.

Гису:

— Пол! При таких отражениях магии и твоих воплях мы не можем прикрывать тебя! Если так пойдёт дальше, нас всех перебьёт! Хочешь утянуть с собой собственного сына!?

…Я просто хочу спасти Зенит… Что они несут, про «убьёшь сына» Даже если бы я… Постой… Это ведь правда не вариант…

Пол:

— Угх… ладно. Понял.

Элинализ:

— Отлично! Всем — отходим! Прикрываемся!

Рудеус:

— Понял! «Глубокий туман»!

Рокси:

— Руди! Возвращаемся к кругу!

Рудеус:

— Да, учитель!

Талханд:

— Пол, быстро на круг! Мы с Элинализ прикроем отход!

Пол:

—Дерьмо! Чёрт возьми!!

Контрмеры против гидры

История из CD Drama

С точки зрения Пола.

Рудеус:

— Элинализ, ты в порядке?

Элинализ:

— Просто царапина.

Рудеус:

— Твое плечо сильно рассечено.

Элинализ:

— Эта чешуя… срезала броню, как лезвие. Похоже, её панцирь — сам по себе оружие.

Рудеус:

— Использую исцеление. «Да снизойдет сила божественная, наполнив плоть, утратившую силы, силою возрождения» — Исцеление!

Элинализ:

— Спасибо, Руди.

Ошибки быть не может… За той Гидрой — Зенит! Заключена внутри магического кристалла… Она жива? Что, если нет? Что я тогда…

Рудиус:

— Отец.

Пол:

— Это она. Без сомнений — Зенит.

Рудеус:

— Прошу, немного успокойтесь.

Пол:

— Да, виноват. Всё… я спокоен.

Рудеус:

— Интересно, мать… всё ещё жива там, внутри?

Пол:

— Что!? Какая разница — жива она или нет!?

Рудеус:

— Ты прав.

Гису:

— Эй, хватит препираться!

Пол:

— Руди! Твоя мать, Зенит, прямо перед нами! Как ты можешь быть таким спокойным!?

Рудеус:

— Хочешь, чтобы я запаниковал? И что это изменит?

Пол:

— Не об этом я говорю!

Рудеус:

— Сейчас не время для ссор. Нужно думать, как победить Гидру.

Пол:

— Что?..

Рудеус:

— Наши заклинания по ней не сработали. У неё чудовищная регенерация. Одним касанием она пробила броню Элинализ. К тому же, мать заключена в кристалл, и мы не знаем, жива ли она вообще.

Пол:

— Отвали! Всё это я и без тебя понимаю! Но как ты можешь говорить так спокойно, когда мать перед тобой!?

Гису:

— ХВАТИТ! Хотите ругаться — подерётесь, когда выберемся живыми!

Пол:

— Чёрт… не зли меня, Руди!

Что с ним? Как он может быть таким холодным, когда его мать — там!? Зенит, шесть лет… и вот она, перед глазами!

Элинализ:

— Всё, хватит. Давайте спокойно подумаем, что делать дальше.

Рокси:

— Руди, ты в порядке?

Рудеус:

— Да.

Рокси:

— Точно?..

(Если присмотреться — у Руди всё же дрожит лицо. Значит, он тоже нервничает… Просто прячет это.)

А я этого не заметил… Я спешил. Какой же я жалкий. Спокойно, Пол. Глубокий вдох… Бить сына точно не поможет. Мы дошли так далеко. Теперь нельзя сорваться.

Рокси:

— Эм… насчёт состояния Зенит в кристалле… думаю, её можно спасти.

Пол:

— Правда!?

Рокси:

— Да. Я читала о случаях, когда сильные магические артефакты оказывались запечатаны в магических кристаллах. После уничтожения хранителя кристалл теряет силу и распадается. По крайней мере, так говорится в записях.

Элинализ:

— Верно. Я знаю одного человека, кто оказался в похожей ситуации. И сейчас он жив-здоров.

Гису:

— Хмм… не особо верю в такие сказки, но, если есть хоть шанс, что Зенит жива — этого достаточно.

Значит… есть шанс! Даже в таком состоянии — она может быть жива! Да… надежда всё ещё есть!

Элинализ:

— Проблема — этот Страж.

Если честно, впервые вижу нечто подобное.

Гису:

— Согласен. Понятно, что это Гидра, но чешуя у неё зелёная — такое впервые.

Талханд:

— И ещё она восстанавливает головы… Что это вообще за чудовище?

Рокси:

— Думаю, это… Манатитовая Гидра.

Рудеус:

— Манатитовая?

Рокси:

— Да. Существа, о которых говорится в древних книгах. Адские драконы, чешуя которых состоит из магических камней. Они поглощают ману.

оявлялись во Второй Великой Войне Людей и Демонов. Считалось, что все они были уничтожены, когда континент раскололся. Я думала, это сказка… но, похоже, нет.

Рудеус:

— Значит, маги почти бессильны?

Рокси:

— Не совсем. Если ударить в упор, когда мана не успеет рассеяться — можно пробить защиту.

Рудеус:

— В упор… при таких размерах? Одно неверное движение — и я лишусь всех пальцев.

Талханд:

— И даже если повредим, она всё равно восстановится… Что делать-то?

Элинализ:

— Эта регенерация и правда проблема…

Пол:

— Как бы ни было, просто жаловаться на невозможность победить — бесполезно.

Тяжёлый противник. Магия не действует, а мои удары — бесполезны, ведь головы отрастают. Как же нам с ней справиться? Все задумались.

Рудеус:

— У меня есть идея.

Гису:

— Слушаем внимательно.

Рудеус:

— Я читал, что у Гидр можно остановить регенерацию, если обжечь рану после отсечения головы — маслом и огнём. Так поступил один герой древности.

Талханд:

— То есть прижечь шеи? Понимаю.

Элинализ:

— Факелов у нас нет, но можно использовать магию. Если цель — сама рана, чешуя не помешает.

Гису:

— Верно. Стоит попробовать.

Рокси:

— Согласна.

Гису:

— Тогда решено — действуем по этому плану.

Пока я метался, мучаясь мыслями о Зенит, Руди уже всё продумал. Как же это… унизительно. Он спокоен, рационален, не теряет голову — как настоящий лидер.

Гису:

— Эй, Пол! Пол, тебя все устраивает??

Пол:

— Э-э… да…

Гису:

— Ты понимаешь, что только ты можешь отсечь головы этой твари?

Отрубаю головы я. Руди поджигает раны. Талханд и Элинализ прикрывают нас. Рокси — исцеляет. Если ошибёмся — Руди может погибнуть… Нет. Я не позволю. Если спасём Зенит, но потеряем сына — всё это будет напрасно.

Пол:

— Элинализ, Талханд, Гис, Рокси… Вы все помогали мне всё это время. С момента Инцидента Телепортации прошли годы. Вы пересекли Демонический континент, искали Руди на Севере, прошли то, о чём я и мечтать не мог. Но теперь… это — конец нашего пути. Мы спасём Зенит. А если она не выжила… то, по крайней мере, моя семья будет вновь вместе. Это конец. Пожалуйста, помогите мне — в последний раз.

Элинализ:

— Хм… Слишком вежливо для тебя, Пол. Но я поняла. Выложусь полностью.

Талханд:

— Хе. Дойдя до этого места, здесь нет идиотов, которые бы отказались.

Гису:

— Ха-ха-ха! Вот теперь ты похож на того, кто повзрослел. Ну, я не особо полезен, но уж постараюсь.

Рокси:

— Мы победим.

И после этой победы — всё окупится. …Почему я вообще ссорился с ними? Они прошли со мной через ад — и никто не жаловался.

Пол:

— Руди.

Он посмотрел на меня — этот мой сын. Так вырос… Я, взрослый мужчина, стою рядом — и чувствую себя мелким. Он уже давно стал настоящим взрослым.

Пол:

— Ты… сын, на которого можно положиться.

Рудеус:

— Похвалите после победы над Гидрой.

Пол:

— Это не похвала. Я говорю серьёзно. Я не могу сохранять хладнокровие, как ты. Не умею так быстро думать. Я просто дурак, который привык ломиться напролом. Плохой отец, не подающий примера. Но даже так — хочу сказать это. Это не то, что должен говорить родитель… но… Слушай внимательно.

Рудеус:

— Да…

Он всегда видел дальше, чем я. Понимал больше, чем я мог. Он уже перерос меня. Но сейчас — я хочу, чтобы мы сражались вместе. С одним желанием. С одной целью.

Пол:

— Спаси свою мать… даже если это будет стоить тебе жизни!

Рудеус:

— Да!

Пол:

— Тогда… вперёд!!!

Смертельная битва с гидрой

С точки зрения Пола.

Пол: «Все за мной!»

Я бросился вперёд, как можно быстрее. Элинализа следовала за мной.

Пол: «Ураааааааа!»

Рудеус: «Одна голова отрублена! Мы справимся! ОГНЕННЫЙ ШАР!»

Пииииинг!

Рудеус: «Как и думал — с такого расстояния не работает. Придётся подойти вплотную!»

Рокси: «Как и планировали, Руди. Сможешь?»

Рудеус: «Я справлюсь. Отец я не только занимался магией!»

Пол: «Руди, держись прямо за мной!»

Рудеус: «Да!»

Гидра метнула в нас три головы.

Рокси: «Посмотрите! Она не может двигать больше четырьмя головами одновременно!»

Рудеус: «Наверное, у неё одно сознание — не хватает мощности на большее».

Элинализа: «А может, просто не хочет перепутать головы между собой».

Талханд: «Неважно почему — главное, что это нам на руку!»

Элинализа отбила одну голову, Талханд отразил вторую. А я отрубил третью — она с глухим шлепком упала на пол.

Пол: «Голова упала! Руди, давай!»

Рудеус: «Есть! ОГНЕННОЕ ДЫХАНИЕ!»

Из рук Руди вырвался поток пламени и обжёг шевелящуюся культю.

Рудеус: «Как тебе это?!»

Элинализа: «Осторожно!»

Новые головы рванули к нам. Я отбил одну, Элинализа — другую, но Талханд не успел.

Пол: «Будь осторожен!»

Рокси: «Да насытит божественная сила, исцеляя тело! ЛЕЧЕНИЕ!»

Рудеус: «Все прикрывают меня… Я должен сделать свою часть! Как там рана? Заживает?.. Нет… не восстанавливается! РАБОТАЕТ!»

Пол: «Вот так! Продолжаем! УРААА!»

Рудеус: «Есть! ОГНЕННОЕ ДЫХАНИЕ!»

Я срубил ещё одну голову, Руди прижег рану.

Рудеус: «Она оставила одну голову свободной, чтобы атаковать меня! Прикройте!»

Элинализа: «Оставь это мне!»

Она попыталась прикрыть Руди, но промахнулась по таймингу. Хотя голову отбила, сама получила ранение.

Элинализа: «Рокси! Лечение!»

Рокси: «Да насытит божественная сила, исцеляя тело! ЛЕЧЕНИЕ! Мы в порядке, Пол!»

Пол: «Руди! Вперёд!»

Рудеус: «Есть!»

В воздух взметнулся фонтан крови — ещё одна голова упала.

Пол: «Третья!»

Руди обжёг культю, а я уже шёл дальше.

Пол: «А вот и четвёртая! Жги!»

Мы сожгли четвёртую голову. Мы можем победить!

Элинализа: «Гидра… двигает сразу пятью головами!»

Гису: «Талханд, берегись!»

Талханд: «Гах!»

Он увернулся от первой, но не успел от второй. Упал, покатился по полу, броня разлетелась. Третью атаку отбил топором, но четвёртая укусила за ноги и подняла в воздух. Пятая замахнулась, чтобы разорвать его пополам.

Пол: «Не позволю! УРААА!»

Я срубил голову, прежде чем она успела сомкнуть пасть.

Талханд: «Спасибо, ты спас меня».

Рудеус: «Я сожгу! ОГНЕННОЕ ДЫХАНИЕ!»

Рокси: «Да насытит божественная сила, исцеляя тело! ЛЕЧЕНИЕ! Мы в порядке, Пол!»

Талханд: «Хафф… хфф… осталось только три головы».

Элинализа: «Ещё немного — и конец!»

Рудеус: «Гидра… отступает?»

Пол: «Мы сможем! Я пойду в атаку!»

Рудеус: «П-папа, стой! Мы не знаем, что она задумала—»

Пол: «Идиот! В такие моменты нужно идти вперёд!»

Рудеус: «Но…»

Все: «Что?!»

Пол: «Эта тварь… она откусила одну из обожжённых шей!»

Гису: «Она регенерирует! Понял — съедает обожжённую часть и восстанавливается! Не давайте ей времени!»

Элинализа: «Покрой лёд, смени теченье, дай нам стужу! ЛЕДЯНОЙ УДАР!»

Талханд: «С каких это пор Элинализа научилась колдовать?»

Пол: «Одного холода мало! Она снова регенерирует!»

Элинализа: «Рокси! На тебя надежда!»

Рокси: «Из искры возрождается пламя благословения! ОГНЕННОЕ ДЫХАНИЕ!»

Пол: «Хорошо! Следующую… Что!?»

Талханд: «Она подняла тело и оставшиеся три головы… Плохое предчувствие».

Пол: «Что-то готовит! Осторожно!»

Рудеус: «Она вдыхает воздух… Это дыхание! Дыхание дракона! Все ко мне!»

Все: «Поняли!»

Рудеус: «УВОАААААА! СТЕНА ВОДЫ!»

Из пастей Гидры вырвались три потока огня, обрушившись на водяной барьер Руди. Пар окутал весь зал.

Талханд: «Какая сила! Он держит дыхание дракона!»

Рокси: «Как и ожидалось от Руди! Но если защита дрогнет хоть на секунду — мы трупы!»

Рудеус: «Отец! Пока она дышит, не может двигаться! Атакуй!»

Пол: «Да! ПОШЛИ!!!»

Я ринулся вперёд и разрубил ещё одну шею.

Рудеус: «Огненное дыхание! Осталось две! Элинализа, Талханд — отвлеките большую! Отец, идём на тонкую!»

Пол: «Понял! Ураааа!»

Рудеус: «Есть! Огненное дыхание! Осталась последняя!»

Но расслабляться нельзя… раненый монстр, да ещё и Страж Лабиринта. Сейчас он выложит свой последний козырь. Гидра приготовилась к рывку. Хех… знал я. Наивная тварь. Мы все — ветераны подземелий. Никто не попадётся на старый трюк. Нужно лишь увернуться и нанести финальный удар—

Рудеус: «А?»

Руди… куда ты смотришь?!

Пол: «Чёртов идиот!»

Рудеус: «О нет… Она машет шеями, как кнутами!..»

Моё поле зрения остановилось. Всё застыло. Элинализа, застыла в прыжке, Талханд — на одной руке, удерживая тело, Рокси — оборачивается, проверяя, победили ли мы… Руди — упал на бок, ошеломлённый, после того как я оттолкнул его. И сверху — последняя голова Гидры, летящая прямо на него.

Пол: «Ещё не всё! РУДИИИИ!!!»

Я изо всех сил пнул Руди в сторону. Не думал, что будет потом. Почти одновременно — глухой удар.

Рудеус: «Что случилось? Гидра? С такого расстояния? УООО! КАМЕННАЯ ПУЛЯ!»

Голова Гидры взорвалась.

Рудеус: «Р-Рокси!»

Рокси: «Из искры возрождается пламя благословения! ОГНЕННОЕ ДЫХАНИЕ!»

Рудеус: «Она… не оживает… Мы сделали это… МЫ СДЕЛАЛИ! Уф, больно…»

Эй, эй… Я понимаю, радость, но оглянись. Мы кое-что потеряли.

Рудеус: «Моя рука… левая рука…»

Когда он запустил Каменную пулю — возможно, обломок чешуи срезал её. Поскорей бы он использовал лечение…

Рудеус: «Ангел чудес, ниспошли дыхание небес! Светом своим исцели рану! Сияющее лечение!»

А теперь — вылечи меня… Что? Почему я не могу говорить? Не могу двигаться?

Рудеус: «Фууу, спокойно… что изменится от потери руки? Гидра была сильной. Если цена — одна рука, то это дешёвая победа. Ты спас меня, отец».

Элинализа: «Не может быть…»

Талханд: «Что?..»

Рокси: «Нет…»

Гису: «Эй… не может же быть…»

Все — с тем же выражением. Лицо, которое я уже видел много раз… Лицо, когда кто-то умирает.

Рудеус: «…Отец? Э? Почему ты лежишь? Почему… у тебя нет нижней части тела?.. Э?»

А… понятно. Это я. Когда последняя голова упала на Руди, я оттолкнул его. И она раздавила меня. Мою нижнюю часть тела — просто смяло. Такое лечение не исцелит.

Рудеус: «…П-почему?»

Мир темнеет. Дышать тяжело. Говорить — невозможно. Я умираю? Хотел бы хотя бы убедиться… Жива ли Зенит… Хотел увидеть Норн и Айшу… Пошли ли в школу? Подросли ли? Лилию… какое лицо она сделает? Хотя я только и приносил ей проблемы… заплачет ли она? Чёрт… столько сожалений… Я не хочу умирать… Ещё столько всего… я хотел сделать…

Рудеус: «Отец…»

Но… Ладно. Так лучше. Чем если бы умер Руди. Береги себя, сын…

Сказка о фамильной мече

Часть 1

В Королевстве Раноа, на окраине волшебного города Шария, находилось кладбище. Люди сюда почти не захаживали, но сегодня у одной из свежевырытых могил собралась группа из более чем десятка человек. Все стояли с сомкнутыми руками, склоняя головы в едином молчаливом порыве.

— Помолимся, чтобы он обрёл покой. Помолимся, чтобы не сбился с пути мёртвых. «Помолимся…» —тихо произнёс священник.

— Да пребудет над ним благословение святого Миллиса, — добавил он, перекрестившись.

Окончив молитву, священник поклонился, сложил руки и, сделав шаг назад, обратился к молодому мужчине, стоявшему чуть поодаль. Это был Рудеус Грейрат.

— На этом обряд завершён, — произнёс священник мягким голосом. — Отныне душа усопшего не будет блуждать и вознесётся на небеса.

— Большое спасибо, святой отец, — ответил Рудеус.

— Если вам вновь понадобится молитва, не стесняйтесь обращаться. «Всё совершается по воле Господа Миллиса», —сказал священник и, поклонившись, направился прочь, растворяясь среди собравшихся.

У могилы стояли те, кто был тесно связан с событиями в Лабиринте Телепортации: Элинализа, Талханд, Гису, Рокси, Вера, Шерра… рядом с ними — семья Рудеуса: Зенит, Лилия, Норн, Айша и Сильфиетта.

Да, сегодня хоронили Пола. На окраине Шарии ему отвели место под надгробие, и все, кто когда-либо был к нему близок, пришли проститься.

— Спасибо всем, что пришли, — произнёс Рудеус торжественно. — Думаю… отец… нет, наш отец, Пол, был бы рад видеть вас здесь. Пусть теперь он наконец обретёт покой.

Талханд, Гису и Элинализа переглянулись. Затем, будто по молчаливому согласию, легонько толкнули Гису локтями, побуждая его что-то сказать.

— Эй, босс, — начал тот нерешительно, почесав затылок. — Слушай, это, конечно, неловко говорить, но…

— Что-то не так? — насторожился Рудеус. — Может, я ошибся? Ведь отец не был последователем Миллиса, возможно, не стоило проводить обряд по их обычаям? Или… могилу лучше было сделать ближе к деревне Буэна?..

Гису прокашлялся, бросил взгляд на товарищей и, вздохнув, сказал:

— Знаешь, Пол терпеть не мог все эти напыщенные церемонии. Серьёзно, если бы он увидел, как мы стоим у могилы, слушаем священника, а потом тихо расходимся — он бы в гробу перевернулся. Разве не так?

Элинализа и Талханд утвердительно кивнули. Лилия, Вера и Ширра лишь грустно улыбнулись, словно соглашаясь без слов.

Только Норн, кажется, хотела возразить: «Похороны должны проходить по обряду Миллиса, как положено». Но большинство считало иначе — Полу бы такое не понравилось. Рудеус тоже был в их числе.

— Я так и думал, что вы это скажете, — сказал он и вынул из-под плаща бутылку. Он поднял её над головой — будто со звуком «Бам!» — и объявил:

— Поэтому я заранее попросил всех принести то, что отец любил!

Вокруг зашуршали, заулыбались. Каждый достал что-то своё: кто-то — бутылку вина, кто-то — меч, кто-то — блюда, фрукты или книги с приключенческими историями.

— Раз уж священник ушёл, давайте отпразднуем в том духе, как бы хотел сам Пол, — предложил Рудеус. — Повеселимся, помянем его как следует!

— Вот это в стиле босса! — засмеялся Гису.

— Хе-хе, всё-таки я его сын, — с улыбкой ответил Рудеус.

Так, благодаря его словам, начался шумный поминальный пир — прямо у могилы. Атмосфера быстро потеплела. Взрослые открывали вино, дети пили свежевыжатый сок, закуски быстро закончились, и кто-то даже сбегал в город за добавкой. Постепенно начали вспоминать Пола.

— Я ведь почти не знала отца, — сказала Айша. — Но, когда мы жили в Миллисе, я как-то приготовила ему вот это блюдо. Он тогда так обрадовался! Сказал: «Айша в таком возрасте так готовит? Ей женихов не отбиться!»

— Эти фрукты… — заговорила Вера. — Это то, что мы ели впервые после того, как нас спасли от разбойников. Тогда все были голодные, еды не хватало, а Пол принёс немного фруктов с фермы и сказал: «Не свежие, но другого нет. Потерпите». Я тогда подумала — какой же он человек…

— А эту книгу, — поднял Талханд, — Пол читал, когда был ещё авантюристом. После прочтения сказал: «Главный герой — идиот. На его месте я бы справился лучше».

Смеялись, выпивали, вспоминали — вечер был тёплым и светлым, несмотря на грусть. Только Норн выглядела немного не в своей тарелке. Она долго думала, что же принести на похороны, и, не решаясь брать что-то несерьёзное, выбрала отцовский меч — тот самый, что Пол любил больше всего. Но вот незадача: она ничего не знала о нём, ни одной истории, связанной с этим мечом, не помнила.

И теперь, видя, как все делятся воспоминаниями, чувствовала себя лишней. В этот момент рядом присел Гису. Он посмотрел на меч у неё в руках, усмехнулся и спросил:

— Эй, это ведь меч Пола, да?

— Да, — ответила Норн. — Я знала, что он им дорожил… но не знаю, почему.

— Ха, ну конечно, не знаешь. «Мало кто знает», —сказал Гису, понизив голос. — Есть причина, почему Пол так его ценил.

— Правда? Какая?

— Потому что этот меч… — Гису наклонился ближе, почти шепча, — это потерянный святой меч.

— Потерянный святой меч?! — ахнула Норн, едва не выронив оружие.

Её возглас тут же привлёк внимание остальных. Люди повернулись, а Гису, довольно улыбаясь, окликнул Элинализу и Талханда:

— Эй, вы ведь помните историю о потерянном святом мече, да?

— ……Да, — ответила Элинализа, криво улыбнувшись.

— Эх, были времена, — протянул Талханд.

Их ответы только усилили интерес Норн — глаза девочки загорелись.

— Что? Что это значит? Расскажите!

— Хочешь услышать?

— Конечно хочу!

Вокруг мгновенно притихли, все придвинулись поближе. Даже Рудеус, не скрывая любопытства, сел рядом. Гису кашлянул, отхлебнул глоток вина и начал:

— Ну слушайте. Это было ещё до того, как появилась Зенит. Даже до того, как мы собрались в «Клык Чёрного Волка

И так началась история. История Пола и потерянного святого меча.

Часть 2

На юге Центрального континента, в северной части Королевства Короля Драконов (далее КДК), располагался город под названием Пампуа. Этот город, находящийся почти у северной границы страны, был довольно крупным по местным меркам и, как и большинство приграничных поселений, служил пристанищем для множества искателей приключений среднего уровня.

В одном из его уголков находилась таверна, где эти самые авантюристы обычно собирались. Заведение называлось «Постоялый двор Великой Птицы». На самом деле, хозяин хотел назвать его «Постоялым двором Великого Дракона», но художник, писавший вывеску, изобразил дракона так неудачно, что тот больше напоминал неуклюжую птицу.

С тех пор название прижилось — к огромному сожалению владельца. И теперь, каждый раз напиваясь, он начинал одно и то же ворчание о «бездарности того криворукого маляра». Именно в этой таверне сейчас происходила небольшая заварушка.

— Эй, ты!

— У-у-ух!!!

Юноша, которому на вид было не больше пятнадцати-шестнадцати лет — едва достигший поры взросления, — стоял посреди зала. У него были каштановые волосы, собранные в короткий хвост, слегка прищуренные глаза и насмешливая ухмылка, не сходившая с губ. Перед ним, распростершись на полу, лежал мужчина с окровавленным носом. Он, дрожа от злости и страха, поднял взгляд на юношу.

— Эй-эй, уже спать собрался? Что же ты, слабак, так быстро сдался?

— Па… Пол! Ты… ты у меня это запомни!

Мужчина вскочил и стремглав выскочил из таверны.

— Завтра всё равно забудешь, идиот! — крикнул ему вслед юноша, по имени Пол, и, довольно хмыкнув, направился к своему месту.

На пути ему встретилась застывшая от удивления девушка — официантка. Когда он проходил мимо, она, набравшись смелости, тихо произнесла:

— Эм… спасибо вам.

— Хм?

— Этот человек… он приставал ко мне каждый день…

Причиной драки действительно стало то, что тот самый мужчина грубо домогался официантки. Девушка отказала ему, но он не отставал и даже схватил её за руку. Пол, видевший это, не смог сдержаться и, проходя мимо, язвительно бросил:

— Ха, даже женщину нормально очаровать не можешь — жалкий неудачник.

Ссора вспыхнула мгновенно и закончилась тем, что Пол, сам того не планируя, стал героем и защитником.

— Пустяки, — с ленивой улыбкой ответил он девушке. — Настоящий мужчина обязан защищать прекрасных дам.

С этими словами Пол галантно взял её руку и легко поцеловал. Щёки девушки тут же вспыхнули алым.

— Когда заканчиваешь смену? — спросил он без тени смущения.

— Э-э? Что вы имеете в виду?..

— Да не пойми неправильно. Мне не то, чтобы ты прям сильно понравилась… Я просто не привередлив — подойдёт любая, кто не слишком ломается.

Конечно же, последние слова произнёс не Пол. А мужчина за соседним столом, хитро усмехнувшись. Это был ловкий на вид парень с немного обезьяньими чертами лица — вор по ремеслу и по духу.

— …Чёрт, Гису, не болтай лишнего, — с раздражением бросил Пол, но было уже поздно.

Девушка, услышав это, тут же отступила. В её памяти всплыли слухи о некоем авантюристе по имени Пол, известном своими распущенными выходками.

— Так когда же заканчиваешь? — попытался вернуть разговор Пол.

— Эх… сегодня не получится, — поспешно затараторила она. — Работы полно, вечером ещё верёвки крутить… Спасибо вам, до свидания!

Девушка поспешно скрылась. Пол, оставшись с вытянутой рукой, обречённо вздохнул и вернулся к столу, где сидел Гису.

— Идиот… зачем ты всё испортил? Я ведь почти… почти уговорил!

— Помнишь, как тебя чуть не прирезали за «почти уговорил» в прошлый раз? Может, стоило бы извлечь урок, а?

— Тьфу…

Пол недовольно осушил остатки своего эля, словно утоляя жажду после драки.

— Ладно, хватит о женщинах. Деньги важнее. Давай делить награду и разойдёмся.

На самом деле, они с Гису пришли сюда не просто праздновать успешное завершение задания, а чтобы обсудить, как именно разделить полученное вознаграждение. Хотя для авантюристов вопрос был серьёзный, Пол, как обычно, относился к нему без особого энтузиазма.

— Делим поровну, и не морочь голову. Так будет проще, — махнул он рукой.

— Ты… я, конечно, ценю твою щедрость, но ведь я всего лишь вьючный осёл, понимаешь? Не заслуживаю половины.

— Всё, кроме боя, держалось на тебе. Так что половина твоя по праву.

— Ха! Только ты способен сказать такое, Пол.

— А это остальные, значит, с головой не дружат.

Пол Грейрат был авантюристом ранга C. Такого уровня, где человек уже понимает, что значит ремесло авантюриста, но до вершин ещё далеко.

— Всё равно, это же всего лишь заказ уровня D. Много не жди.

— Эх, хочу уже сорвать крупный куш…

— Для этого надо повысить ранг.

— А чтобы повысить ранг… видимо, пора в партию вступать, — тяжело вздохнул Пол.

Он работал в одиночку — не потому, что был принципиален, и не из-за недостатка таланта. С его владением мечом он давно мог бы стать B-ранговым, а если по-честному — то и A, может, даже S.

— В этом районе просто нет никого, кто захотел бы взять тебя в команду.

— Тьфу…

Дело было в характере. Если уж говорить прямо — Пол был эгоистичным и безрассудным типом. Да ещё и бабником. Он игнорировал приказы, действовал сам по себе, рисковал жизнями товарищей, флиртовал с женщинами в отряде — в общем, создавал одни неприятности.

Когда-то его считали подающим надежды юным талантом и наперебой приглашали в команды. Теперь же — наоборот: никто не хотел иметь с ним дела. Пол Грейрат стал известен как ходячая головная боль, и к нему относились как к занозе, которой лучше держаться подальше.

Но это не значило, что он опустился на дно. Благодаря мастерству мечника он всё равно справлялся с поручениями — пусть и грубой силой — и добрался до C-ранга. Однако дальше без товарищей было не продвинуться: задания выше уровня C уже требовали полноценной партии из пяти–семи человек. Те, кто выполнял задания в одиночку просто не выдерживали таких испытаний.

Даже Гису, сидящий напротив, хоть и был толков, в бою был бесполезен. С ним Полу приходилось сражаться почти в одиночку — не удивительно, что даже C-ранговые заказы давались с трудом.

— Почему бы тебе не собрать таких же отбросов, как ты сам, и не создать собственную партию? — лениво предложил Гису.

— Отбросов? Да где их искать?

— Да полно! Вон, хоть вон там.

Гису указал на дальний стол.

— А-а, ты про неё… — пробормотал Пол.

За столом сидела женщина. Не просто женщина — вся её фигура источала силу. Короткая кожаная броня подчёркивала крепкое, мускулистое тело. Серебристо-серые волосы, звериные уши, легко покачивающийся хвост. На поясе — изогнутый меч. Чёрная Волчица Гислейн, также известная как Бешеная Собака.

Имя это знали все. Говорили, что её искусство владения мечом превосходит Пола — настолько, что она могла бы преподавать при дворце. Но стоило кому-то заговорить о ней, следовало одно предупреждение: «Она не понимает слов».

Импульсивная, вспыльчивая, могла полоснуть мечом и по врагу, и по союзнику. Шуток не понимает, приказы забывает, сдерживаться не умеет. Заметит врага — атакует, не раздумывая, хоть это и дракон. А порой и просто за взгляд может кинуться. Именно так её знали местные. Пол поймал её взгляд — и тут же отвёл глаза, когда рука женщины легла на рукоять меча.

— Эй, даже великий Пол боится Бешеную Псину? — хмыкнул Гису.

— А кто бы не боялся безумную дуру, не понимающую слов…

— Ха! Так ведь и про тебя говорят то же самое, знаешь ли.

— Хотя, как женщина… ничего так, — буркнул Пол, краем глаза оценивая внушительные формы Гислейн.

— Вот из-за этого ты и не в партии, — тяжело вздохнул Гису. — Всё смотришь на товарищей как на женщин, которых можно затащить в постель.

Он откинулся на спинку стула, глядя на друга с раздражением, но и с лёгкой жалостью.

— Впрочем, не обязательно быть в команде, чтобы подняться.

— Есть план, что ли?

— Ага. Смотри.

Пол вынул меч из ножен и положил его на стол.

— Отличный клинок. И что?

— Смотри внимательнее. Герои древности — у всех были волшебные или святые мечи. С их помощью они в одиночку кромсали демонов и чудищ.

— И ты к чему это ведёшь?

— К тому, что, если у меня будет меч, достойный меня, я смогу подняться и без команды!

— Ну… в этом есть доля логики.

Идея казалась детской, но Гису видел, что Пол говорит серьёзно. В истории действительно бывали случаи, когда авантюристы поднимались, случайно заполучив легендарный клинок. А раз уж у Пола есть умение — почему бы и нет? Главное — раздобыть нужное снаряжение.

— И где ты собрался его искать?

— Э-э… пока не придумал.

— Замечательно. Просто гений!

Пол только пожал плечами. Но судьба, похоже, решила посмеяться: удача улыбнулась ему раньше, чем он ожидал. Дверь таверны распахнулась с громким бах! и в зал вошёл мужчина в доспехах.

— Слушайте, народ! — закричал он. — Древние руины! Это оказался настоящий храм Святого Миллиса!

В одно мгновение зал загудел, словно улей. Учение Миллиса было старейшей верой людей, зародившейся ещё во времена Первой Войны Людей и Демонов. Храмы этой церкви стояли по всему миру, но многие исчезли во время «Исчезновения Континента» после Второй войны. С ними пропали и священные реликвии — книги, одежда, символы. И вот — одно из утраченных сокровищ найдено!

Священник, прибывший проверить слова авантюриста, действительно обнаружил под землёй древний храм. Церковь объявила награду за возвращение реликвий — баснословное вознаграждение. И теперь этот мужик кричал:

— Там, в глубине, за стражем — святой меч самого Миллиса!

Таверна притихла. Слух о Священном мече Миллиса, клинке, способном рассечь самого Короля Демонов, вмиг подогрел кровь каждому авантюристу. Найти его — значит стать богачом. Или легендой.

— Эй, Гису! Слышал?!

— Как не слышать!

— Это судьба! Этот меч ждёт меня!

Пол вскочил, готовый мчаться к руинам хоть сейчас. Но громкий голос оборвал шум:

— Заткнитесь, вы все!

Ко входу шагнул высокий мужчина с золотыми волосами и холодным взглядом. Вокруг — бойцы, настоящие ветераны, а на руке — ослепительная эльфийка.

— Торсман… — прошептал кто-то. — Предводитель «Владыки правосудия».

S-ранговая партия. Элита.

— Эй, Гаскет, — произнёс Торсман, подходя к возбудившему всех мужчине. — Что за чушь ты тут несёшь? Кто тебе разрешил болтать о важной информации?

— Прости, босс… привычка, я просто… уф!!

Удар кулаком — и Гаскет влетает в стену.

— Привычка, говоришь?! Сколько раз тебе повторять — держи язык за зубами, мусор!

Он пару раз пнул несчастного и, выпрямившись, бросил взгляд на зал:

— А ну все, забудьте, что услышали.

— Э-э, но… ведь руины-то не ваши…

— Думаешь, я потерплю, что кто-то, подслушавший разговор моей группы, сунется туда?!

Холод пробежал по спинам. Торсман был не из тех, кто шутит. И всё же один человек не опустил головы.

— Извини, но я всё равно пойду.

Пол. А Гису, между прочим, уже успел спрятаться под стол.

— Что ты сказал? — нахмурился Торсман. — Ты ведь тот, Пол, сопляк с C-ранга?

— Я сказал — я пойду за святым мечом.

Молчание. Потом — громкий смех.

— Ха-ха-ха! Пол, я о тебе слышал. Мол, мечом владеешь, а друзей найти не можешь. Одинокий пёс! Как ты, жалкий одиночка, собираешься пройти подземелье, победить стража и забрать реликвию?!

— Пока не попробуешь — не узнаешь!

— Ха! Да тебе циркачом работать надо! — Торсман рассмеялся, и вместе с ним вся его партия.

Пол покраснел, но не отвёл взгляда.

— Ладно, времени на идиотов нет. Уходим. Сегодня ночью — собрание. — Торсман махнул рукой, и его отряд направился к выходу.

Проходя мимо, эльфийка шепнула Полу:

— Смелые мужчины мне не противны. —

И, послав воздушный поцелуй, удалилась. Пол только стиснул зубы. Когда шум стих, Гису осторожно вылез из-под стола.

— Ну и что теперь? Они тебя запомнили. Встретишь — не жить.

— Плевать. Я с самого начала был серьёзен.

— Серьёзен — ладно, но план-то есть?

Пол помолчал, потом резко встал.

— Эй, народ! Вы что, стерпите такое?!

— Ну… ведь правда, это они добыли информацию…

— Какую «правду»?! Их человек сам прокричал это посреди таверны! И теперь нас обвиняют в подслушивании?!

Несколько голов поднялось. В глазах загорелось понимание.

— Я иду за мечом Святого Миллиса! — крикнул Пол. — Настоящим! Кто со мной?! Но большинство лишь переминалось. У всех были свои партии. Они уходили один за другим, чтобы обсудить услышанное со своими товарищами. В зале остались только одиночки — да парочка тех, кто решил не рисковать. Пол не сдавался. Он подошёл к каждому:

— Хотите подняться? Хотите, чтобы с вами считались, как с ними?!

— Тебе просто меч нужен, вот и всё, — буркнули ему.

— Да, нужен. Но если добудем его вместе, я помогу и вам. Новое снаряжение, деньги — всем хватит.

Но никто не клюнул. Слишком очевидно было, что временная партия распадётся сразу после победы. И всё же нашёлся один, кто ответил.

— Меня тоже бесит их наглость.

Невысокий, коренастый мужчина с оранжевыми волосами, короткой бородкой и тяжёлым посохом.

Представитель горного племени, славящегося кузнецами и воинами. Но этот — маг.

— Я не гонюсь за мечом, но, если получится насолить тем зазнавшимся ублюдкам — я с вами.

— Вот это по-нашему! Я — Пол.

— Зови меня Талханд с Высоких Пиков. Для друзей просто Талханд.

Так их стало трое: мечник, маг и вор. Им нужен был ещё один — хотя бы кто-то на передовой. И тут взгляд Пола упал на фигуру в углу. Она сидела там всё это время, не вмешиваясь.

— Гислейн, — произнёс он, подходя ближе. — Помоги мне достать святой меч.

Женщина подняла взгляд.

— Это ты ко мне обращаешься?

— А к кому же ещё?

Гислейн задумалась — впервые, кажется, по-настоящему напрягая голову.

— Условие одно.

— Какое?

— Предоплата.

Пол замер. Платить заранее — стандарт, конечно, но всё же…

— Хорошо. Но если меч не достанем — и денег не будет. Сейчас дам, сколько смогу. Сколько хочешь?

На лбу Гислейн выступил пот. Она напрягалась, словно решала сложную задачу.

— Э-э… одну большую медную монету.

Пол едва удержался, чтобы не рассмеяться. Для наёмного меча — копейки.

— Идёт.

Он кинул монету, Гислейн поймала её на лету и аккуратно положила в пустой кошель.

— Тогда — собираемся, — решительно сказал Пол.

Так образовалась временная партия: Пол, Гису, Талханд и Гислейн. Несколько часов спустя, под покровом ночи, они стояли у ворот города.

— Все готовы? — спросил Пол.

Они уже успели разойтись по постоялым дворам, взять снаряжение, закупить провиант у подозрительной лавки, что работала до поздней ночи, и даже немного вздремнуть.

— У-уф… — зевнул Гису. — Зачем так рано-то?

— Я же объяснял: эти «Владыки правосудия» собираются выдвигаться на рассвете. Если хотим их опередить — выходим сейчас.

— А-а, вот оно что, — кивнула Гислейн, не поняв ровным счётом ничего.

Для неё всё было просто: заплатили — значит, идти. Мысль о «тактике» и «стратегии» уже перегружала её голову.

— Главное, — спросил Талханд, — ты ведь знаешь, где эти руины? Мы-то сами ничего не узнавали.

— Не волнуйся, — вставил Гису. — Всё под контролем. Место знаю, маршрут знаю. Всё будет в ажуре.

— Отлично! Тогда — вперёд! Чем раньше начнём, тем больше шансов!

Так, среди дремоты и темноты, четверо авантюристов — Пол, Гису, Талханд и Гислейн — направились к руинам, где, возможно, их ждала священная легенда.

Часть 3

Пока он слушал рассказ, Рудеус невольно погрузился в воспоминания.

(Папа всегда был таким, да?)

Рудеус знал Пола только по нескольким периодам их жизни — когда они жили в деревне Буэна, когда вновь встретились в Миллисе и когда вместе спустились в лабиринт на континенте Бегарит.

В Буэне Пол был словно взрослый предводитель детворы — самоуверенный, безрассудный, упрямый. Но при этом он умел ладить с людьми: легко принимал любого как товарища, будь то сосед или случайный путник.

Кажется, это случилось, когда Рудеусу было лет пять или шесть. В деревню Буэна тогда переселилась одна семья. Они выглядели бедно, почти как бродяги, и потому жители встретили их настороженно.

Почти каждый день кто-нибудь из деревенских приходил к Полу — ведь он был местным рыцарем — и уговаривал выгнать пришельцев. Они говорили, что те «пугают детей», «ничего не делают» и «наверняка воруют».

Буэна — глухая деревня, и потому чужаков там не любили. Если не считать случая с Рокси, о котором Рудеус потом часто вспоминал, в целом это было замкнутое сообщество, где каждый знал каждого и новеньких сторонились. Пол же, выслушивая жалобы, сидел, задумчиво почесывал затылок и говорил:

— Ну что же с ними делать-то, а?

Иногда он даже шутливо спрашивал маленького Рудеуса:

— А ты как думаешь, сынок, что нам с ними делать?

Мальчик, не задумываясь, тогда ответил:

— Не надо их выгонять.

На что Пол, улыбнувшись, сказал:

— Верно говоришь. Ну что ж, смотри внимательно.

На следующий день он пригласил к себе домой и ту семью, и тех, кто требовал их изгнать. Все думали, что во время ужина Пол мягко, но решительно предложит пришельцам уйти. Но он и не собирался этого делать.

Вместо этого Пол расспрашивал их — почему они пришли, откуда, чем занимаются, умеют ли что-то полезное. Беседа постепенно смягчила атмосферу, и все стали смотреть на семью другими глазами. Выяснилось, что глава семейства разбирается в мельничном деле, а мельник, который до этого громче всех требовал их выгнать, сам жаловался, что ему не хватает рабочих рук.

— Так пусть попробует у меня, — сказал он, смутившись.

Когда гости разошлись, Пол подмигнул сыну:

— Видишь, стоит просто поговорить — и всё решается.

…Рудеус вспомнил, как тот день запомнился ему навсегда.

Даже спустя годы Пол оставался тем же человеком — прямым, немного грубоватым, но способным зажечь других. И в той истории, что рассказывал сейчас Гису, — о руинах и безрассудной вылазке, — Пол действовал точно так же.

Он говорил так, что тебе хотелось поверить: «Почему бы не попробовать?» или «Может, и правда получится?»

«…Так вот, мы отправились к тем самым руинам, — продолжал Гису, — но эта женщина, Гислейн, оказалась такой дурой, что…»

Рудеус, оторвавшись от воспоминаний, вновь обратил внимание на рассказчика, улыбаясь с лёгкой грустью.

Часть 4

Руины находились в трёх днях ходьбы от города, глубоко в лесу.

Этот лес, расположенный на границе между северным королевством Санакья и КДК, долгое время считался запретной территорией из-за споров о границах. Однако недавно земли официально признали частью владений КДК, и запрет был снят. С тех пор туда устремились авантюристы.

Именно тогда их и нашли. Пещеру. Сначала это выглядело как обычное отверстие в земле. Но, пройдя внутрь, исследователи обнаружили, что она уходит глубоко под землю.

«Может, это лабиринт?» — подумали они.

И вот тогда они наткнулись на руины — гигантское древнее строение, скрытое в огромной подземной пещере. Но руины кишели монстрами. Первая группа едва спаслась, потеряв нескольких человек. После этого многие партии отправлялись туда в надежде на сокровища — древние артефакты, за которые королевства платили огромные деньги. Чтобы признать находку «исторически ценной», требовались доказательства.

И вот недавно доказательство нашли. На самой дальней двери обнаружили символ веры Миллис. А когда дверь открыли — внутри оказался огромный монстр и… меч, источающий священное сияние. Не будучи готовы к бою, авантюристы отступили, но слух о находке быстро распространился.

Ведь если это и вправду тот меч, что покоился в Великом храме Святого Миллиса — тот самый, что принадлежал Святому Миллису и был утерян во Вторую Войну Людей и Демонов — то у него будет высокая цена.

— Чёрт! — выругался Пол.

Был уже третий день пути, а они всё ещё не добрались до руин. Сейчас они находились в лесу. Точнее — сражались в лесу. Перед Полом рычало нечто, похожее на пса. Но это были не собаки — хотя внешне и напоминали волков, каждый из них был размером с телёнка, а из пастей торчали серповидные клыки.

Это были Серповые Гончие — распространённые в КДК чудовища. Их клыки могли перерубить человеческое бедро одним ударом. Три таких зверя окружили Пола и его спутников, щёлкая зубами. Три — вроде немного. Но за спиной у Пола были Гису и Талханд, оба неспособные к ближнему бою. Если рвануть вперёд, то тыл останется без защиты. Держа меч наготове, Пол крикнул:

— Гислейн! Назад! Вернись сюда!

Но Гислейн не вернулась. Она погналась за другим зверем и углубилась в чащу.

— Чёрт… неужели её окружили?

Это был типичный приём Серповых Гончих: одна особь отвлекает, заманивает преследователя, а остальные окружают и добивают. Гислейн, похоже, попалась на этот трюк. Вокруг неё, должно быть, уже не меньше пяти тварей. Трое, стоявшие перед Полом, лишь тянули время — доказательство этого было очевидным.

— Вуф! Вуф! Гррр!

— Заткнись! — рявкнул Пол в ответ, размышляя, как же они докатились до такого.

До этого всё шло гладко. Монстров почти не встречали, к лесу подошли к рассвету третьего дня. А потом — всё пошло наперекосяк. Каждая схватка превращалась в мучение. Это, конечно, бывает: новой команде нужно время, чтобы привыкнуть к стилю друг друга. Но с этими двоими синхронизироваться было почти невозможно. Гислейн, вместо того чтобы прикрывать тыл, бросалась вперёд при виде враг Талханд, который должен был колдовать издалека, внезапно лез врукопашную.

— Ааах! — взревел он, обрушивая посох на монстра.

Пол не успевал подстраиваться под их хаотичные действия. Каждая битва затягивалась, силы таяли, а время уходило. Они изо всех сил старались не попасться «Владыки правосудия», но можно с уверенностью сказать, что большая часть их преимущества была утрачена.

И вдруг… Голова ближайшей Серповой Гончей взлетела в воздух. Остальные попытались отскочить, но их настигла быстрая тень — и чудовища были рассечены пополам.

— Фух… Гислейн, наконец-то вернулась! — выдохнул Пол. — Думал, уже попала в засаду.

— Хм? Нет, я всех перебила, — спокойно ответила она.

Пол взглянул — в её руке была отрубленная голова зверя, крупнее остальных.

— Это была Серпозубая Гончая, — пробормотал он. — Чудовище рангом выше…

— Ничего особенного, — пожала плечами Гислейн.

— Да если бы ты не кинулась за ними, мы бы и этих добили без проблем!

— Разве? — спокойно ответила она, будто всё делала правильно.

Путешествие было полно подобных эпизодов. Пол раньше часто входил в отряды, но впервые сам был их лидером. И он не ожидал, насколько трудно управлять теми, кто не слушает приказов. Ведь сам он — всю жизнь — был именно таким.

— Гислейн, — произнёс он устало, — твоя задача — следить за тылом и флангами, защищать Талханда.

Если мне нужна помощь — я подам сигнал. Мы же договорились? Поняла?

— Поняла, — ответила она тем же ровным голосом, будто всё выполняла идеально.

Но, конечно, она ни разу не осталась прикрывать мага. Стоило увидеть врага — и она уже скакала вперёд с мечом наголо.

— Чёрт… соберись, — пробормотал Пол, чувствуя недоброе предчувствие.

Он поднял меч и снова пошёл вперёд, ведя отряд глубже в лес.

Часть 5

Через десять минут.

— Чёрт! — выругался Пол, пробираясь сквозь чащу.

За ним гремела и тряслась земля — по пятам неслось множество тварей. Они напоминали кротов, но были размером с человеческого ребёнка, с огромными клыками, острыми, как сталь. Убийственные Кроты, распространённые монстры из гор КДК. Сверкая своими клыками и издавая противное клац- клац- клац, они гнались за Полом — не меньше тридцати штук.

Впереди бежали Талханд, Гису и Гислейн. Кроты были медлительны… но лишь по сравнению с Полом и Гислейн. Для неповоротливого Талханда они были почти на равных. В итоге гонка превратилась в отчаянное бегство — вот-вот догонят.

— Пол! По моему сигналу — направо! Направо! — выкрикнул Гису.

Пол вскинул голову — впереди был просвет, будто тропа обрывалась. Скала. Обрыв. Гису вытащил из кармана что-то круглое и метнул в центр перекрёстка. Раздался хлопок, и густое облако белого дыма мгновенно заволокло проход. Потеряв видимость, Пол и остальные резко оттолкнулись от земли и, свернув направо, нырнули в дымовую завесу.

— Хаа… хаа… похоже, сработало, — выдохнул Пол, выбегая из облака.

Оглянувшись, он увидел: кроты не преследуют. Судя по звукам, они рванули прямо вперёд — и свалились с обрыва.

— Фух… — Пол тяжело выдохнул и осел на землю.

Рядом Гису и Талханд тоже отдыхивались, а вот Гислейн, как обычно, стояла спокойно, будто прогулка удалась на славу.

— Гислейн! Сколько раз мне тебе повторять?!

— …Что?

— Твоя роль — прикрывать тыл и фланги, защищать Талханда!

Прошло всего десять минут с тех пор, как они расправились с Серповыми Гончими, когда отряд наткнулся на пещеру. «Неужели это и есть вход в руины?» — подумали они и вошли внутрь.

Сначала всё шло гладко — пока они не добрались до большой подземной залы, кишащей Убийственными Кротами. Пол хотел было предложить атаковать издалека — использовать магию, расчистить путь… Но Гислейн, не дожидаясь команды, рванула вперёд.

Пол бросился за ней, чтобы поддержать, — и в тот же миг из вертикальной дыры сверху повалили новые монстры, обрушившись прямо на Талханда и Гису, державших тыл. Порядок в бою мгновенно рухнул. Гису закричал о временном отступлении — и им пришлось отступать тем же путём, каким они пришли. Так они и оказались в нынешнем положении — в лесу, задыхаясь от усталости и злости.

— Прости.

— Сколько можно?! Я же тебе сто раз объяснял! Почему ты не понимаешь?! — Пол, кипя от ярости, шагнул вперёд и схватил Гислейн за ворот.

Та лишь молча встретила его взгляд — глаза сверкнули, как лезвия. Пол был на грани. Он снова и снова объяснял план, разбивал действия по ролям — и всё равно, как только начиналась схватка, она делала всё по-своему.

— …Вообще-то, я давно хотела сказать, — спокойно произнесла Гислейн.

— Что ещё?! — Пол почти сорвался. — Что, Торсман тебе велел всё мне испортить?!

— Нет. Просто… можешь давать мне только один приказ?

— Что? О чём ты вообще?

Пол нахмурился — подумал, что она издевается, но лицо Гислейн было предельно серьёзным.

Пол ощутил, как будто из него вышел весь воздух. Он и раньше знал, что Гислейн — настоящая тугодумка, но не представлял, насколько. Фраза «до неё слова не доходят» вдруг обрела для него совершенно новый, пугающе буквальный смысл.

— …Так что теперь делать? — с горечью пробормотал Пол, глядя в небо.

У входа в пещеру стояло не меньше десятка Убийственных Кротов. А раз они здесь гнездятся, внутри их будет куда больше. Сами по себе эти твари не особенно опасны. Поодиночке — лёгкая добыча. Но десяток сразу — уже другое дело. Число — это сила. Даже если Пол и Гислейн сильны, окружат со всех сторон — и конец.

Вот почему им нужна поддержка мага. Пара широкомасштабных заклинаний — и численное преимущество противника исчезнет. Но, чтобы произнести такое заклинание, нужно время. Всего несколько секунд — но это достаточно, чтобы враг, жаждущий крови, успел ударить. Значит, мага нужно прикрывать.

— Подожди-ка… — внезапно Пол остановился и почесал подбородок.

— Эй, что с тобой? — спросил Гису, похлопав его по плечу. — Ты в порядке, Пол?

Тот вдруг вскинул голову — будто его осенило.

— Поменяем построение, — сказал он.

Пол велел всем встать в линию: сначала он, за ним Гису, потом Талханд и Гислейн. Постояв так секунду, он нахмурился, а потом переставил их всех: вперёд вывел Гислейн, рядом с ней поставил Гису, за ним — Талханда, а сам замкнул строй. Теперь Пол прикрывал Талханда, следил за тылом и подстраховывал Гислейн при необходимости.

— Так… что мне делать? — спросила Гислейн с лёгким смущением.

Похоже, она и сама понимала, что не раз всё портила. Роль мечника в отряде не отличается большим разнообразием, но в маленьких группах, где людей не хватает, приходится выполнять всё подряд. Гислейн, хоть и была мастером меча, как авантюристка — новичок. А низкоуровневые партии — это всегда бедность, мало членов, значит, больше обязанностей на каждого. Так и вышло, что она путалась, не зная, за что хвататься. Пол решил проблему просто:

— Атакуй любого врага, которого видишь.

—! — глаза Гислейн загорелись.

Просто. Понятно. Прямо то, что она умела лучше всего. Пол сам отступил, сделав её роль максимально конкретной.

— Поняла. Вот с этим я справлюсь, — кивнула она, почти гордо.

— А мне что делать? — спросил Талханд, следом за воодушевлённой Гислейн.

— Судя по прошлым дням, — ответил Пол, — твоё тело и доспехи крепкие.

Один-два противника тебе не страшны. Я, конечно, подстрахую, но, если прижмёт — защищайся сам.

— Хм, то есть всё, как когда я работал в одиночку, — кивнул Талханд, тоже довольный.

С новым построением дело пошло куда живее. Им просто нужно было подстроиться под Гислейн. Раз уж она способна делать только одно, Пол и Талханд, как более гибкие бойцы, должны были адаптироваться.

Идея простая — но для Пола, привыкшего действовать только по собственному порыву, это оказалось настоящим открытием. Гислейн крушила всё перед собой, Талханд колдовал, Пол прикрывал и направлял. Талханд, к тому же, не зацикливался на магии — нередко добивал врагов мечом.

Действия не изменились, но исчезли жёсткие рамки — и бой стал в разы эффективнее. Так, шаг за шагом, они прочистили пещеру, забитую Убийственными Кротами, и наконец добрались до конца.

— Вот оно…? — выдохнул Пол.

Перед ними простиралось огромное каменное строение. Древнее — это было видно сразу. Камень, стиль кладки — всё отличалось от современной архитектуры. Верхняя часть была занесена землёй, но и без этого ясно: постройка была колоссальной.

— Когда-то великий храм Миллиса… — пробормотал кто-то.

Место, где покоился Святой Меч.

Часть 6

— «А!»

Рудеус невольно выдохнул, едва Гису закончил говорить, — и все тут же обернулись к нему.

— Что такое, босс? — прищурился Гису. — Будто озарение посетило.

— А? Да нет… ничего особенного, — поспешно ответил Рудеус.

— Эй, не шути так! — хмыкнул Гису. — Нельзя издавать такой значительный звук и потом делать вид, что ничего не случилось.

Давай уж, расскажи, пока я делаю паузу. К тому же пить захотелось.

— Эм… ну ладно, — кивнул Рудеус и прочистил горло.

— Это было, когда я был ребёнком. Учился фехтованию у отца и магии у Рокси.

Стоило ему начать, как вокруг воцарилась тишина — все слушали с интересом.

— Наверное, вы и так понимаете, глядя на меня сейчас, — я тогда был никудышным мечником.

Рудеус вспомнил, как занимался с Полом. Он старался, но прогресс шёл медленно. Пола это, однако, не раздражало — он терпеливо продолжал учить сына искусству меча. Рудеус понимал, почему у него не получалось: всему виной была врождённая застенчивость — проще говоря, он был трусоват. Однажды он даже спросил Пола:

— Мне надо быть более безрассудным, чтобы стать сильнее?

Стиль Бога Меча, которым владел Пол, всегда делал упор на наступление и прямой бой. Во время тренировок он нередко подбадривал сына криками вроде: «Эй! Слишком осторожничаешь! Иди вперёд, смелее!». Но тогда Пол неожиданно ответил не так, как ожидал Рудеус.

— Нет, не обязательно лезть в самую гущу. Если хочешь — сражайся, отступая.

— Но ведь на тренировках ты всегда говоришь мне наступать…

— Это потому, что мы тренируемся в фехтовании. А вот в настоящем бою важно не как ты побеждаешь, а что побеждаешь. Лучше использовать свои сильные стороны, чем пытаться делать то, что тебе не подходит. Ты ведь ещё и маг, так что пользуйся этим в бою. Тогда Пол сказал это буднично, словно что-то само собой разумеющееся.

— Вот я и подумал сейчас, — закончил Рудеус с лёгкой улыбкой, — может, основа этого взгляда у него появилась из той самой истории, что ты сейчас рассказывал.

Он довольно усмехнулся, явно довольный своей догадкой. Редкий случай: старший брат услышал историю, где отца хвалят — неудивительно, что на душе у него стало тепло.

— Да, Пол, по-своему, действительно передал сыну свой опыт, — произнёс Гису, кивая.

— И правда… — тихо согласилась Элинализ.

— М-м, — только пробормотал Талханд, задумчиво глядя в сторону.

— Ну что ж, — оживился Гису, — раз уж послушали душевную историю от моего босса, можно продолжать. Готовы?

— Прошу, продолжай, — улыбнулся Рудеус и приглашающим жестом показал ему говорить дальше.

Часть 7

— Внутреннее убранство Великого храма Миллис оказалось неожиданно нетронутым временем. Полы и стены, выложенные белым мрамором, сияли чистотой, а потолок излучал мягкое зеленоватое свечение. Двери и окна давно сгнили, но сама конструкция — несмотря на то, что храм пролежал под землёй тысячи лет — удивительно хорошо сохранилась. Однако путь был непрост: коридоры петляли, переплетались, и время от времени попадались ловушки. И, разумеется, ловушки были не единственной опасностью.

Внутри обитали Убийственные кроты. Их не было в избытке, но каждая более-менее просторная зала встречала путников пятью-шестью тварями. Тем не менее продвижение шло куда быстрее, чем раньше. Гислейн смело врывалась в бой, Талханд поддерживал магией, Пол прикрывал тыл и наносил точные удары, а Гису отвлекал врагов своими предметами или подавал сигнал к отступлению. Их четверка слаженно действовала, не оставляя монстрам ни единого шанса, и постепенно продвигалась вглубь храма. Но чем дальше они шли, тем чаще попадались ловушки и чудовища.

— Кажется, место начинает превращаться в лабиринт, — заметил Талханд, осматриваясь.

Лабиринтом называют естественное подземелье, рожденное самой землёй. Когда в пещере накапливается мана, она мутирует, создавая монстров и формируя кристалл в глубине — сердце лабиринта. Лабиринт растёт, поглощая мёртвых, — именно поэтому его порой считают живым существом. И древние руины, подобные Великому храму, особенно склонны к превращению в лабиринт. Если же внутри покоится предмет с мощной магической силой, например священный меч, этот процесс лишь ускоряется.

— Говорят, в глубине обитает сильнейшее чудовище, — тихо добавил Талханд. — Вероятность этого велика.

— Лабиринт, значит? — оживился Гису.

Пол огляделся с живым интересом. Для него это было впервые. Лабиринты — запутанные, кишащие монстрами — обычно исследуют большими партиями. Пол, привыкший действовать один, никогда не имел шанса попасть внутрь.

— Интересно. Если это и правда лабиринт, то заберём ещё и магический кристалл, — ухмыльнулся он. — Гису, вперёд! Надо успеть добраться до самого конца, пока другие не нагрянули!

— Да-да, понял, — проворчал тот.

После этого они продолжили пробиваться сквозь монстров и обезвреживать ловушки. Им попадались не только Убийственные кроты, но и их старшие разновидности — Ежи-убийцы и Кроты-копатели, однако те не представляли серьёзной угрозы.

Порой дорога раздваивалась, но, как ни странно, они не теряли путь. В начале Пол пытался спорить, куда идти, но вскоре заметил: направления, которые Гислейн выбирала наугад, оказывались верными. Он перестал вмешиваться и просто шёл за ней.

Сам храм оказался необычным лабиринтом. Обычно лабиринты тянутся вниз, словно корни, — там правило простое: вниз, чтобы продвинуться, вверх —чтобы вернуться. Но этот храм, наоборот, уходил вверх, хотя вход находился глубже.

Пола, не имевшего опыта, это не смущало. Гислейн упорно выбирала пути, ведущие вверх, и ни разу не ошиблась. Так, следуя чуть ли не по наитию, они достигли глубочайшей точки лабиринта куда быстрее, чем ожидалось. Перед ними возвышалась массивная металлическая дверь — огромная, тяжёлая, словно вечная.

— Вот она, — тихо произнесла Гислейн.

— Да… что-то большое за ней, — ответил Пол, чувствуя исходящую из-за двери жуткую, яростную ауру.

На самой двери красовался древний символ церкви Миллис — немного отличавшийся от современного, что подтверждало древность сооружения. Это и впрямь был Великий храм Миллис, погребённый под землёй тысячелетия назад. Если слухи верны, за этой дверью их ждало чудовище. И священный меч.

— Ладно, давайте покончим с этим быстро.

— Подожди, Пол! — остановил его Гису. — Мы не можем просто ворваться! Если другие видели этот меч, но не сумели победить стража и отступили, значит, там — нечто опасное.

— Ну и что? — фыркнул Пол. — Испугался?

— Н-нет! Просто говорю, стоит хотя бы проверить снаряжение перед решающей битвой!

Пол, не комментируя его дрожащий голос, кивнул:

— Верно. Отдохнём, поедим, осмотрим экипировку.

Он тяжело опустился на камень. С момента входа в храм они почти не делали передышек, голод уже давал о себе знать. К тому же проверка снаряжения перед боем — правило, написанное кровью. Нерастянутый ремень, расстёгнутая пряжка — и смерть не заставит себя ждать.

Они устроились на привал, проверили оружие, пересчитали зелья и обсудили тактику. План был прост: Гислейн атакует, Пол и Талханд поддерживают, Гису подаёт сигнал к отходу.

— Если враг атакует издалека — отходим назад. Если ближний бой — держимся вместе. Талханд, помогаешь Гислейн в передней линии.

— Понял.

— Гису, дымовая бомба — на тебе. Не пропусти сигнал.

— Есть.

— Отлично. Тогда — вперёд!

— Да!

Они встали и вместе толкнули железные створки. Те не были заперты, но двигались медленно, скрежеща от старости. За дверью открылось огромное помещение. Дюжины колонн поддерживали высокий потолок, из стен торчали корни деревьев, пробившиеся сквозь камень. По полу, выложенному плитами, тянулся изодранный ковёр — от входа к алтарю.

Там, в самом конце, стояла статуя женщины в белых одеждах — Возлюбленной, державшей в протянутых руках меч. Лезвие было заключено в ножны, украшенные синим и золотом. Без сомнения — это и был священный меч, утраченный во времена Второй Великой войны людей и демонов. Но вместе с мечом они увидели ещё кое-что. У подножия статуи что-то шевельнулось. Из тьмы поднялось огромное шестиногое существо, покрытое чёрной шерстью, с раздвоенным хвостом, на концах которого пылало пламя.

— Фенрир-волк… — выдохнул Гису.

Он знал этого зверя — чудовище ранга S, обитателя гор Демонического континента.

— Нет! Мы не справимся! — воскликнул он.

— Отступать поздно! — рявкнул Пол. — Вперёд, Гислейн! Талханд! Ближний бой!

Гислейн без колебаний ринулась вперёд. Пол последовал за ней. Талханд двинулся следом, готовя заклинание, а Гису, чертыхнувшись, побежал замыкать строй.

Грохот мечей и рык зверя заполнили зал. Первый удар Гислейн рассёк плечо чудовища, но не стал смертельным. В следующий миг хвост Фенрира ударил её сбоку, отбросив к стене. Пол подоспел и отбил когти, обрушившиеся на неё сверху, но давление чудовища было чудовищным.

— Чёрт… держу… не… долго! — выдохнул он, отступая под натиском.

Из-под ног зверя вдруг взметнулись каменные копья — магия Талханда. Фенрир отпрыгнул, чудом избегнув удара, и в следующую секунду рухнул на мага.

— Талханд! —

Тот рухнул под его тяжестью, доспех застонал под чудовищным давлением. Гислейн бросилась на помощь, ударила в голову зверя, но тот, будто предвидя, увернулся и одним прыжком переместился к новой цели. К Гису.

— Что…!? —

Тот не успел даже вскрикнуть — когти рассекли воздух, кровь брызнула дугой.

— ГИСУ!!! — заорал Пол.

Гислейн в ярости метнулась вперёд, но Фенрир вновь легко ушёл от удара, лишь оставив след крови на лапе. Следующее заклинание Талханда — «Каменная пушка!» — зверь избежал, крутанувшись в воздухе. Пол попытался контратаковать, но тот лишь рычал, затаившись низко. И тогда Пол понял — зверь смотрит на Гису, лежащего на земле. Если не вмешаться — он погибнет.

— Чёрт! — Пол бросился вперёд, подхватил израненного Гису на руки. — Гислейн! Талханд! Отступаем!

— Почему?! …Поняла!

— Принято! —

Талханд прикрывал их магией, Пол метнул дымовую бомбу. Дым был не обычный — острый, пряный, обжигающий глаза. Фенрир, почуяв опасность, инстинктивно отступил. Не дожидаясь, пока дым рассеется, Пол рванул к двери… но остановился. Дверь была закрыта. Лабиринт. Войдя в покои стража, они попались в ловушку. Отчаяние сжало сердце Пола.

— Пол… не туда… налево… — прошептал кто-то у него на плече.

Это был Гису — полумёртвый, но ещё живой. Он успел осмотреть зал и заметил трещину в стене.

— Налево!?

Пол посмотрел — и правда, в углу зияла узкая щель, куда едва можно было протиснуться.

— Гислейн! Талханд! За мной! — крикнул он и, не колеблясь, нырнул в пролом.

Часть 8

— Трещина вывела их в узкий, длинный коридор.

Пол шёл впереди, держа в правой руке факел, а в левой — окровавленного Гису. Позади осторожно следовали Гислейн и Талханд, прикрывая тыл. Что это был за проход? Куда он вёл. Не успел Пол об этом задуматься, как…

— Чёрт! — Он едва успел отклониться от клинка, полоснувшего воздух у его лица.

— Проклятье, тут тоже монстры…!?

— Что за…?

— Болван…!

Пол уже поднял меч, но вдруг застыл — перед ним стоял человек. Мужчина с золотыми, струящимися волосами и благородными чертами.

— Торсман… Лидер партии «Владыка Правосудия».

— Почему ты здесь?

— А ты… почему…

Оба осеклись почти одновременно, быстро поняв причину. Их спор в таверне обернулся пророческим — они оба пришли за одним и тем же. Пол, подняв факел выше, осветил коридор. Там, в полумраке, виднелись остальные из «Владыки Правосудия». Все были ранены — кто стонал, кто лежал неподвижно. Сам Торсман хромал. Картина говорила сама за себя.

— Хех… Так вот как — «Владыка Правосудия» отхватил по полной от Фенрира и приполз прятаться сюда? Забавное зрелище.

На виске Торсмана вздулась вена, но, заметив Гису, обмякшего на плече Пола, он презрительно усмехнулся:

— Ха! А ты-то чем лучше? На себя посмотри.

Пол не ответил. Поражение признавать не хотелось, но спорить смысла не было.

— Извини, но мы займём тут уголок.

— Думаешь, я тебе разрешу?

— Ой, прости. Точно — ведь это не твой дом, верно? Значит, разрешение мне и не нужно.

Пол прошёл мимо Торсмана и двинулся дальше по коридору. Тот вывел в крохотное помещение — скорее в полость, образовавшуюся после обвала. Похоже, этот проход был просто трещиной, случайно соединяющей две части подземелья.

Члены «Владыки Правосудия», прижатые сюда страхом и отчаянием, выглядели потерянными. Даже сам Торсман, обычно самоуверенный и надменный, был теперь лишь тенью прежнего себя. Пол аккуратно опустил Гиса на землю.

— Эй, Гису… держишься?

— Хе… извини, Пол. Налажал я…

Рана пришлась на бедро. Не смертельно, но глубоко — идти он не сможет. Пол достал его собственную мазь, обработал рану и туго перевязал тряпицей. Он мельком взглянул на «Владыку Правосудия». Все они были ранены. А тот, кто мог исцелять, лежал неподвижно в углу — с застывшим лицом. Целитель мёртв. Серьёзные ранения, враг у выхода — даже опытным воинам трудно не пасть духом.

— Положение дрянь, — пробормотал Пол.

— Зато хоть перевести дух можно, — устало ответил Талханд, опускаясь рядом.

Гислейн молча села рядом, держа меч на коленях.

— …

Торсман с раздражением бросил на них взгляд, затем повернулся к своей группе:

— Сидеть здесь бесполезно! Элинализ, Гаскет, Фетбулл — пошли!

Трое, что были менее изранены, переглянулись, не веря ушам.

— Если даже пойдём, с тем волком мы ничего не сделаем, — устало сказала длинноухая блондинка Элинализ, бросив взгляд на тела своих павших товарищей.

На земле лежали трое — маг, целитель и мечник. Остались четверо: сам Торсман, два воина и вор. Очевидно, Фенрир и их измотал теми же приёмами — бил по тылу, вырезая слабое звено.

— Я не собираюсь сражаться, — холодно произнёс Торсман. — Мы уходим. С теми, кто ещё может двигаться, доберёмся до выхода и приведём подкрепление.

— План-то неплохой, — заметила Элинализ, — но, если волк нападёт, пока мы открываем ту железную дверь, нам конец.

— Для этого и нужен отвлекающий манёвр.

Торсман обернулся. Его взгляд остановился на Гаскете.

— …А? Я?

— Торсман! Ты в своём уме?! Ты же видел, что этот волк делает! Даже если Гаскет ловок, он один не продержится! — закричала Элинализ.

Но Торсман не слушал. Он схватил Гаскета за ворот и рявкнул:

— Заткнись! Это из-за тебя мы здесь! Если бы не твои обрывочные слухи, не твой пьяный трёп в таверне, мы бы успели подготовиться! Это твоя вина!

— Н-но я…

— Вот и отвечай! Отвлеки его, пока мы откроем дверь. Понял?

Взгляд Торсмана был таким, что Гаскет понял — ослушайся, и умрёшь прямо сейчас.

— …Х-хорошо… — пробормотал он, побледнев и дрожа от страха.

— Это… это безумие! — вскрикнула Элинализ. — Тогда я пойду тоже! Вдвоём хотя бы немного продержимся!

Её голос дрожал, и тело тоже. Она прекрасно понимала — шансов нет.

— Делай что хочешь, — бросил Торсман и повернулся к выходу.

Пол следил за ними холодным взглядом. Даже партия ранга S сейчас выглядела ничем не лучше середняков. Может, он думал, что сам бы никогда не бросил товарищей… А может — думал совсем о другом. Торсман, чувствуя на себе этот взгляд, обернулся.

— Даже не думай следовать за нами. Если попробуешь воспользоваться дверью, что мы откроем, — убью на месте.

— Расслабься. Я не собираюсь опускаться до такого.

Тот помедлил, рука легла на рукоять меча… но так и не решился.

— Запомню твои слова, — бросил он и скрылся в трещине.

Остались лишь Пол, его трое спутников и умирающие из «Владыки Правосудия». Гису, стиснув зубы от боли, поднял голову:

— Что будем делать, Пол?..

Пол встал.

— У нас нет выбора. Прости, Гису.

Он посмотрел в угол — туда, где лежало безжизненное тело.

— Мы оставим тебя здесь.

Слова прозвучали холодно, почти безжизненно.

Часть 8

— «А-а-а…!»

— «Гаскет! Не стой! Сюда, ты, тварь! Эй! Почему ты смотришь не на меня?!»

Это был настоящий ад. Гаскет бежал, рыдая и захлёбываясь соплями, а за ним неумолимо гнался огромный волк. Элинализ атаковала с фланга, гремела щитом, пытаясь отвлечь чудовище, но Фенрир-волк не обращал на неё внимания.

Гаскет, весь в ссадинах, с рассечённым плечом и спиной, едва держался на ногах. Кровь текла по его телу, глаза стекленели, дыхание сбивалось. Когда силы окончательно покинут его — волк сожрёт его заживо. Он понимал это и бежал, охваченный отчаянием. Но исход был предрешён.

— «Фетбулл! Быстрее! Гаскет и Элинализ долго не протянут!»

— «О-о-о!»

Торсман и Фетбулл изо всех сил тянули за железную дверь. Но та не поддавалась. В некоторых подземельях двери в залы хранителей открываются только после их победы. И Торсман это знал. Но выбора не было: даже если они бросились бы в бой, их ждала смерть. Потому он не отходил от двери, не желая признать безысходность.

— «Чёрт…!»

Тем временем Гаскет всё слабел.

— «Хех… ха… уф… кха… ха…»

Лицо побледнело, пот перестал выделяться. Он думал, что ещё способен уворачиваться, но движения уже были медленными и рваными. Фенрир-волк не спешил. Он играл с добычей. Когда появились четыре «мыши», он насторожился. Но, увидев, что двое из них не дерутся, а бегут к двери, а двое других только пытаются убежать, решил не спешить с охотой.

Однако даже игре приходит конец. «Мышь» больше не прыгала, не пищала — лишь шаталась. Волк зевнул, обнажив клыки, и раскрыл пасть… И в этот момент —

— «Оооооооорааааааааа!»

Из-за спины раздался крик, и на волка обрушился кто-то с мечом. Фенрир рванул в сторону, едва увернувшись от удара. Он зарычал и увидел перед собой человека — того самого «грызуна», что ранее сбежал в трещину. Но прежде, чем волк успел напасть, сбоку вспыхнула огненная сфера.

— «Гррруааах!»

Монстр изогнулся в воздухе, избежав пламени, но потерял равновесие. Его чуткие инстинкты подсказали — он в окружении.

— «Гааа!»

Сзади, по диагонали, в атаку пошёл третий. Самый безрассудный, но и самый острый «зуб» среди них. Гислейн. Фенрир не успел увернуться.

— «Гхууух!» —

Удар пришёлся точно, но волк мгновенно ответил хвостом. Гислейн отбросило, она перекатилась по камням, но тут же вскочила. Рядом стоял Талханд, сжимая посох.

— «Вы…!» — Элинализ ахнула, увидев троих вошедших.

— «Пришли подменить твоего трусливого лидера!» — рявкнул Пол.

— «Почему…?»

— «Потому что я не могу спокойно смотреть, как кто-то бросает слабого, чтобы самому сбежать!»

Эти слова пронзили Элинализ до глубины души. Слёзы выступили на глазах — помощь, о которой она уже не мечтала, внезапно пришла.

— «Вы… вы действительно… поможете нам?» — выдохнула она.

Даже Гаскет, рухнувший на пол, ощутил тёплую волну облегчения.

— «Ладно, пошли!» — крикнул Пол.

И бой начался. Команда действовала слаженно, будто тренировалась вместе годами. Пол и Гислейн — два мечника — атаковали с противоположных сторон. Когда атаки обоих промахивались, а волк терял равновесие, Талханд обрушивал магию. Если зверь переключался на мага, Элинализ вставала перед ним, принимая удар щитом. А когда волк раскрывался в нападении — Пол и Гислейн наносили встречные удары.

Идеальное взаимодействие.

Гаскет уже скрылся в трещине, не мешая бою. Без слабых целей волку не удавалось навязать игру на выжидание. Он был вынужден сражаться всерьёз. Пол атаковал, Гислейн дублировала, Талханд поджимал магией, Элинализ блокировала ответные удары. Сражение стало равным. Но долго так продолжаться не могло. Даже без серьёзных ран, силы уходят.

— «Ха… ха… чёрт…» — первой начала задыхаться Элинализ.

Она билась дольше всех, защищая Гаскета, и усталость настигла её. Её движения замедлились — и вскоре удары врага начали попадать. Без целителя каждая царапина стоила дорого. Постепенно кровь и усталость ослабляли всех. И вот — роковой миг. Элинализ замешкалась, и пасть Фенрира сомкнулась прямо перед Полом.

— «Чёрт…!» — пронеслось в его голове.

Поражение. Смерть. Здесь, в этой глуши. Но боль не пришла. Перед Полом, заслоняя его собой, стоял человек в массивных доспехах, с огромным щитом.

— «Ты…»

— «Фетбулл», — прохрипел тот, отбивая клыки чудовища. — «Я не сбегу, оставив товарищей!»

С криком он толкнул щитом Фенрира, отбросив чудовище.

— «ГОООООООААААААХ!»

Волк взревел, разъярённый возвращением нового противника. Но теперь никто не дрогнул.

— «Мы ещё не закончили! Вперёд!» — крикнул Пол.

— «Да!» — ответили остальные.

Бой возобновился — и теперь преимущество было за ними. То, чего им не хватало раньше, теперь у них было — одного бойца. Одного движения. Пол атаковал, Талханд прикрывал, Гислейн добивала, Элинализ и Фетбулл держали оборону. Щиты звенели, мечи сверкали, посохи выстреливали вспышками света. Каждый удар оставлял на теле зверя новые порезы, из ран била кровь. И гигантский волк, некогда непобедимый, начал замедляться.

Финальный удар нанесла Элинализ.

— «ЯЯЯЯЯЯЯЯХ!» — её рапира вонзилась прямо в лоб Фенрира. Волк, собрав остатки сил, отбросил её, но это уже ничего не меняло. Пошатнувшись, он сделал два шага и рухнул с глухим грохотом. Тишина. Фенрир-волк лежал неподвижно. Прошло несколько секунд — и стало ясно: он мёртв.

— «Мы… победили?» — выдохнул Пол.

— «Победили!» — откликнулись Элинализ и Талханд.

Радость вспыхнула в каждом сердце.

— «УУООООООООООО!»

Все подняли оружие и закричали от восторга. Они победили врага, который казался невозможным. Потери были, раны болели — но они выжили. И выиграли.

— «А?» — вдруг заметил кто-то.

На алтаре, за телом чудовища, стояла статуя девы, держащей в руках священный меч. То самое, ради чего они прошли через всё это. Пол, осмотревшись, молча подошёл, взобрался на алтарь и протянул руку к мечу.

— «Стой!» — раздался голос сзади.

Пол медленно обернулся.

— «Торсман? Ты всё ещё здесь?»

— «Разумеется».

— «Дверь ведь уже открыта».

И правда: тяжёлая железная дверь в конце зала распахнулась. Очевидно, с гибелью хранителя сработал механизм.

— «Так что тебе нужно? Благодарности не жду. Мы и сами хотели выбраться отсюда».

— «Ха? Кто тебя благодарит?»

Пол нахмурился.

— «Тогда чего ты хочешь?»

— «Этот меч принадлежит нам. Не трогай его».

— «…Что?» — Пол моргнул, не веря ушам.

— «Ты прекрасно знаешь, Пол. Когда две партии сражаются с одним чудовищем, трофей достаётся тому, кто нанёс решающий удар. Таков неписаный закон авантюристов».

— «И какое это имеет к тебе отношение?»

— «Самое прямое! Я видел всё своими глазами. Последний удар нанесла Элинализ — а Элинализ из моей партии. Значит, право на меч принадлежит «Владыкам Правосудия!»

Элинализ и Фетбулл переглянулись, поражённые. Талханд лишь фыркнул, Гислейн непонимающе моргнула. Но Элинализ быстро пришла в ярость.

— «Торсман, ты не можешь говорить серьёзно?»

— «Ха!? Почему нет? Ты сама его добила! Элинализ Драгонроуд из «Владыки Правосудия»! Значит, по праву лидера я забираю меч!»

Он шагнул вперёд, но его остановил Фетбулл.

— «Отойди, Фетбулл…»

— «Нет. Когда ты приказал нам открыть дверь и уйти — это было разумно. Но сейчас ты ошибаешься. Пора знать, когда отступить».

— «Заткнись! Если станет известно, что я сбежал, мой авторитет кончится! Но если я вернусь со святым мечом — всё изменится! Мне нужно хоть что-то!»

Элинализ сорвалась:

— «Ах вот как! Тогда я ухожу из твоей партии! Я думала, ты резкий, но достойный человек. Ошиблась. Жалкий ты тип!»

— «…Я тоже ухожу», — добавил Фетбулл.

— «Предатели!» — взревел Торсман, выхватывая меч. — «Раз вы не отдадите, я сам возьму силой!»

Напряжение мгновенно повисло в воздухе. Пять на одного, но Пол и его отряд были измотаны и ранены. Торсман же, хоть и хромал, оставался почти в форме. Даже победа могла обернуться потерями. Пол быстро всё понял.

— «…Хорошо. Если тебе так важно — забирай».

— «Пол!» — вскрикнула Элинализ.

— «Если подумать, без информации Гаскета мы бы сюда не добрались. Без Элинализ и Фетбулла не победили бы Фенрира. Так что, пожалуй, не так уж это и несправедливо».

— «Хех, удивительно благоразумно», — усмехнулся Торсман.

— «Просто не хочу, чтобы кто-то погиб из-за твоего эго. Возьми меч. Мы заберём себе кристалл и трофеи с волка».

Он знал: магический кристалл стоит немало. Компромисс, но разумный.

— «Ха-ха. Как знаешь…» — Торсман прошёл мимо и поднялся к алтарю.

Протянул руки — и взял меч.

— «Хех… С этим я смогу начать всё заново. А может, даже попасть в Семёрку Великих Сил… а?»

Меч показался ему слишком лёгким. Он нахмурился и вытащил клинок из ножен. Звяк! — и по залу прокатился пустой звук. Внутри не было ничего. Один эфес. Одни пустые ножны.

— «Подделка…?» — пробормотал кто-то.

— «Похоже на то», — подтвердил Талханд. — «Похоже, изначально тут хранили лишь копию. Такое бывает: в церквях Миллис и сейчас выставляют реплики священных артефактов».

— «Н-не может быть… Какая глупость… Какая чушь!» — Торсман швырнул рукоять о пол и спустился, обессиленный.

Всё, на что он надеялся, рухнуло. Слава потеряна, меч — фальшивый, путь закрыт.

— «О-хо-хо! Так тебе и надо, предатель!»

— «Хех, так тебе и надо, шеф», — усмехнулись Элинализ и Фетбулл.

Торсман не ответил. С пустым взглядом он вышел из зала, будто душа покинула тело. Пол покачал головой:

— «Вот и всё… столько усилий ради крошечного кристалла».

Один погиб, многие ранены. Добыча — лишь магический кристалл и шкура с когтями Фенрира. Не убыток, но и не победа.

— «Жаль?» — спросил Талханд.

— «Да нет, всё нормально. Главное, я понял: лучше иметь надёжных товарищей, чем искать силу в оружии».

Он посмотрел на Талханда, Гислейн — и на Гаскета, державшего на плече раненого Гису.

— «Когда вернёмся… может, стоит и правда собрать собственную партию?»

— «Хех, и в ней я займусь воровством!» — усмехнулся Гис.

— «А магом буду я», — сказал Талханд.

— «Эм… а я кто? Мечник, да?» — спросила Гислейн.

— «Дура! Без вас троих команда неполная!»

Все рассмеялись.

— «Подумаем об этом по дороге домой», — сказал Пол.

— «Согласен».

Они занялись подготовкой к возвращению. Сняли шкуру, извлекли кристалл, сделали носилки для раненых. Даже Торсмана решили взять — пусть и негодяй, но бросить его тут было бы подло. Перед уходом Пол заметил у алтаря упавшую рукоять меча.

— «Пол, что ты собираешься с этим делать?» — спросил Гису.

Пол поднял её, задумался и улыбнулся:

— «Это будет… памятью. Чтобы мы не забыли, через что прошли».

Он рассмеялся, и вместе с ним засмеялись остальные.

Часть 9

— «И вот так, после того приключения, — закончил Гису, — Пол заменил рукоять своего меча на эфес от поддельного святого меча. И с тех пор этот меч стали звать Святым».

— «Ого, вот почему его называют потерянным святым мечом», — удивился Рудеус.

— «Но ведь если это подделка, то он вовсе не святой…» — надула губы Норн.

Она дослушала до конца, ожидая историю о настоящем священном артефакте — а оказалась лишь копия. Тем не менее приключения Пола её увлекли: щёки порозовели, на лице блуждала улыбка.

— «Нет, Норн, всё не так просто», — хитро прищурился Гису.

— «А?»

— «После этого мы с Гаскетом пошли продать магический кристалл и материалы Фенрира, и…» — он понизил голос, будто собирался раскрыть тайну. — «…ножны, они продались за огромную цену. Каждый из нас смог позволить себе крутое снаряжение, даже магические предметы».

— «То есть…»

— «Да. По крайней мере, ножны были настоящие».

Если ножны были подлинными, то, возможно, и эфес, покоившейся рядом с ними, тоже…

— «П-Правда?» — спросил Рудеус.

— «Разумеется, Босс. Я когда-нибудь тебе врал?»

— «Ну… бывало не раз», — хмыкнул Рудеус, глянув на Элинализ и Талханда.

— «В целом, история верная, — сказал Талханд. — Ножны и правда продали дороже всего».

— «Только не принимай всё за чистую монету, — добавила Элинализ. — Гислейн вообще не участвовала в том деле. Она присоединилась к нам позже».

— «Эй, нет! Она там точно была! Верно, Талханд?»

— «Хм… теперь, когда ты сказал, кажется, там был какой-то другой мечник…»

— «Что, серьёзно? Я думал, это была Гислейн… Может, путаю с другим заданием?» — почесал затылок Гису.

Достоверность рассказа таяла на глазах. Но, по большому счёту, основная суть совпадала, и Рудеус решил принять её за правду. Он повернулся к Норн:

— «Норн».

Та держала меч в руках, словно нечто бесценное. Не из-за того, что эфес мог оказаться святым — а потому, что теперь она знала, какой путь прошёл этот меч и кому он принадлежал.

Рудеус серьёзно сказал:

— «Береги этот меч».

Норн взглянула на могилу Пола и крепко прижала меч к груди.

— «……Да!»

Рудеус кивнул в ответ и, чтобы оживить пир ещё больше, поднял кубок.

— «Ну что ж, раз уж мы услышали такую занятную историю о Поле, давайте поднимем тост — за упокой его души и…»

— «ЭЙ!!!»

Резкий крик прервал его слова.

Из темноты донёсся голос хранителя кладбища:

— «Что за шум? Что вы тут устраиваете в святом месте?!»

После этого всех присутствующих ожидала долгая нотация от разгневанного смотрителя. И всё же, глядя друг на друга, они невольно улыбались: ведь Пол, наверное, сам бы рассмеялся, увидев такую сцену.

Гениальная горничная, которую похвалили

Похороны Пола. На поминальном обеде каждый принёс вещь, связанную с памятью о нём. То, что принесла Айша, было супом из картофеля и бобов.

— Я почти ничего не знаю о своём отце, но когда мы жили в Миллисе, он был так счастлив, когда я приготовила ему это блюдо… — тихо сказала Айша. И она начала рассказывать историю — о времени вскоре после того, как снова встретилась с Полом.

После происшествия в королевстве Широн Айша вместе с Лилией направилась в Святое королевство Миллис. Сопровождаемые рыцарями Широна, они благополучно добрались до Миллиса и там вновь встретились с Полом. Пол был вне себя от радости, увидев, что Лилия и Айша живы и в безопасности. После этого Пол, Лилия, Норн и Айша начали новую жизнь в Миллиссе. Пол продолжал поиски жителей Фиттоа, как и прежде, а Лилия помогала ему. Айша вместе с Норн пошла в школу.

Однако эта жизнь продлилась недолго… Для Айши то время не было особенно счастливым. Пол был постоянно занят, и у него не оставалось для неё времени. И всё же у неё сохранились тёплые воспоминания об отце.

Один самый обычный день, в полдень. В тот день Лилии и Норн не было дома. Лилия ушла на другой конец Миллисиона, чтобы доставить документы поисковому отряду. Норн осталась после уроков — отрабатывать плохие оценки. Айша, отличница, осталась дома. А Пол, что было редкостью, освободился пораньше и вернулся домой до полудня. Но тут возникла небольшая проблема.

— Хм… — пробормотал Пол.

Когда Айша закончила уборку и вышла из комнаты, она увидела, как Пол стоит на кухне, нахмурившись. Перед ним лежали картофель, бобы, мясо и овощи.

— Что случилось, господин? — спросила Айша.

— А, нет… Просто… Айша, разве не пора обедать?

— Да.

— Голодна?

— Да.

— Понятно…

Обычно Пол обедал в трактире, где собирался их поисковый отряд. Поэтому Лилия, уходя, ничего не готовила заранее. В итоге дома не оказалось ни еды, ни обеда — а Пол, на удивление, решил поесть именно дома. Норн, к слову, взяла с собой ланч.

— Не переживай, Айша. Сейчас я что-нибудь приготовлю.

— Хорошо… Сказав это, Пол засуетился.

— Так… сначала порезать ингредиенты? Или огонь развести?.. Где вообще котелок?

Действия Пола были неуверенными. Он бродил по кухне, сжимая нож, и недоумённо смотрел на продукты. Пол, конечно, когда-то странствовал один и мог готовить простую еду. Но готовить для дочери — это другое дело.

— Может, просто пойдём поедим где-нибудь? Эй, Айша, чего бы ты хотела—

— Господин, пожалуйста, отойдите на минутку.

— А? Эм… ну ладно.

Прежде чем Пол успел предложить поесть в трактире, Айша решительно отодвинула его и встала у плиты. Достала запасной нож, закатала рукава и принялась за дело.

— Эй, осторожнее с ножом! — забеспокоился Пол.

— Всё в порядке. Просто посмотрите.

— Посмотреть?.. Эм…

Но когда Айша начала двигаться, Пол замолчал. Он с удивлением наблюдал, как девочка уверенно достаёт котелок, наливает воду, разводит огонь, режет овощи и кидает их в кипяток. Параллельно она положила хлеб в корзинку, нарвала листья для салата и накрыла на стол. Через десять минут перед Полом стояли суп, салат и хлеб. Обед был ничуть не хуже того, что обычно готовила Лилия.

— Прошу, угощайтесь, господин.

Для Айши это был просто обед из того, что оказалось под рукой: суп из картофеля и бобов, салат из нарезанных овощей, хлеб. Ничего особенного.

— Знаешь, ты можешь звать меня «папой», а не «господином» ... но, вау…

— Пол выдохнул, восхищённо глядя на еду.

— Айша, ты и правда умеешь готовить в таком возрасте?

— А?

— Тогда тебе будет легко найти мужа в будущем.

Он сказал это с улыбкой и потрепал её по голове.

Для Пола увидеть, как Айша готовит, было неожиданным. Ведь его другая дочь, Норн, даже ножа в руках не держала, не говоря уже о готовке.

— Меня тогда просто поразило, что он похвалил меня… — тихо сказала Айша.

В то время её почти никто не хвалил. Лилия была строга, семья Зенит холодны к ней. Даже в школе, как дочери служанки, ей редко говорили добрые слова. Вот почему эти слова Пола так глубоко запомнились.

— У меня мало воспоминаний об отце, но это блюдо… особенное для меня.

Сказав это, Айша с нежностью посмотрела на миску с супом и завершила свой рассказ.

Расходы вора и мечника

Часть 1

Похороны Пола. На поминальном обеде каждый принес нечто, связанное с его памятью. То, что принес Гису, — несколько медалей.

— Он ведь одно время просто помешался на их коллекционировании, — усмехнулся Гису. И начал рассказывать историю — о временах, когда к отряду «Клыки Чёрного Волка» присоединилась целительница Зенит.

С тех пор дела у них пошли в гору. С новой участницей, способной лечить раны после сражений, они с лёгкостью покоряли лабиринты один за другим, а награды росли с каждым походом. И, видимо, на волне удачи у Пола появилось новое странное увлечение — собирать старинные медали.

Как оказалось, это были награды рыцарей из страны, давно исчезнувшей с лица земли, ещё до Кампании Лапласа. Почему такие вещи стоили дорого, Гису не понимал. Но поскольку его профессия часто сводила его с торговцами редкостями и контрабандистами, волей-неволей приходилось помогать Полу в его «медальных приключениях».

— Сто!

— Чёрт, сто двадцать!

— У нас ставка сто двадцать, кто даст больше? — раздался голос аукциониста.

В тот день Гису и Пол пришли на аукцион. В руках Пола была тяжёлая сумка — пятьдесят серебряных монет Милиса, сбережённые специально к этому случаю. По меркам простого авантюриста — огромные деньги.

— Эй, Пол, пора бы уже, — шепнул Гису.

— Ага… что-то я нервничаю, — ответил тот, вытирая ладони о штаны.

В этот день выставляли последний вид медали, которой не хватало в коллекции Пола. Они узнали об этом аукционе случайно и решили прийти, хотя раньше ни разу на подобных торгах не бывали. Пол чувствовал себя не в своей тарелке, и пот на его лбу предательски блестел.

— Итак, следующий лот — «Медаль командира рыцарей Королевства Анкор». Стартовая цена — десять серебряных монет!

— О! — оживился Пол.

Вот она — цель, ради которой он пришёл.

— Десять! — почти сразу выкрикнул он, поднимая табличку.

Эта медаль не пользовалась особой популярностью — ни среди простолюдинов, ни даже среди знати. Только заядлые коллекционеры могли проявить к ней интерес. Если повезёт, думал Гису, можно будет купить её всего за двадцать серебряных.

— Двадцать пять! — прозвучало из зала.

Цена быстро поползла вверх. Похоже, среди присутствующих оказалось немало таких же фанатиков, как Пол.

— Тридцать! — Тридцать пять! — почти одновременно прозвучали два голоса — Пола и другого участника.

— Сорок!

— Сорок пять! — отчётливо, с вызовом крикнул соперник, словно чувствуя неуверенность Пола.

Пол замолчал. Пятьдесят серебряных — это был его предел. По сути, все его сбережения. Он рассчитывал, что медаль обойдётся максимум в сорок. Пятьдесят он взял лишь на случай непредвиденного. Но если потратит всё — придётся сидеть голодным до следующего задания.

— Сорок пять! Есть ли ставка выше сорока пяти? — повторил ведущий. Пол скривился. Между желанием и здравым смыслом тянулась тонкая нить. Выбрать медаль… или еду.

Часть 2

— Ха-а-а… — тяжело вздохнул Пол.

Прошёл час. Он уныло брёл по улице, глядя себе под ноги.

В итоге медаль он так и не купил. Точнее, попытался — крикнул громко:

— Пятьдесят!

Но соперник тут же, не моргнув, перекрыл его:

— Пятьдесят пять! —

И на этом голос Пола оборвался.

— Если уж так расстроился, мог бы занять у меня, — заметил Гису, шагая рядом.

— Я бы одолжил тебе десяток серебряных.

Пол на мгновение задумался, но всё же покачал головой. Он не стал занимать и позволил аукциону закончиться без него.

— Да и что толку, — буркнул он. — Десяти всё равно бы не хватило.

— Пока не попробуешь — не узнаешь, — усмехнулся Гису.

— Знаю. Не хватило бы. Чую нутром, — отрезал Пол.

Слова звучали уверенно, но в его взгляде всё ещё таилась тень сожаления.

Помолчав немного, Гису спросил:

— Слушай, а зачем ты вообще собирал эти медали?

Он знал — мужчины нередко коллекционируют всякую чепуху без всякой причины. Но сейчас ему действительно стало интересно.

— Эм… ну, понимаешь… — Пол отвёл глаза, почесал затылок. Его уши слегка покраснели.

— Зенит как-то в антикварной лавке увидела одну из таких медалей и сказала, что она «выглядит круто». Вот я и… — пробормотал он.

Подарок для Зенит.

Услышав это, Гису только тяжело вздохнул.

— В итоге, по моему совету, — продолжил он, обращаясь уже к слушателям на поминках, — он купил красивую цепочку и сделал из одной из своих медалей кулон.  Скажу честно — тогда Пол сильно поднялся в глазах Зенит. Вот так всё и было.

Кулон, правда, потом пропал — вместе со многим другим, в том злополучном телепортационном инциденте. Но похожие медали до сих пор можно найти в лавках старины.

(Когда всё уляжется… может, и самому начать собирать медали?) — подумал тогда Гису.

Завершить коллекцию, которую Пол так и не смог довести до конца… Это было бы неплохим способом почтить его память. С этой мыслью Гису закончил свой рассказ.

Трезвый мечник, который пил лишь однажды

Похороны Пола. На поминальном обеде каждый принёс нечто, что напоминало ему о Поле. Рокси принесла бутылку импортного пива.

— Когда я обучала Руди, господин Пол почти не пил, — начала она, вспоминая времена, когда Руди был ещё совсем маленьким.

Это было на пятый день рождения Руди. Как известно, среди людей принято особенно отмечать дни рождения, кратные пяти. Праздник пятилетия не стал исключением: каждый из семьи подготовил подарок и от всей души поздравил мальчика. Рокси тоже подарила ему волшебную палочку — ту самую, что позже перешла к Сильфи. Она потом была сломана, починена… но это уже другая история.

В тот день в доме Грейратов устроили скромный, но тёплый праздник. Рокси, благодарная семье за то, что её приняли как родную, весело провела вечер. А потом, глубокой ночью, она вдруг проснулась. Бывшая авантюристка умела мгновенно просыпаться при малейшем шуме… Хотя — если быть честной, на этот раз просто случайно проснулась посреди сна. И тут же услышала тихий шорох — будто кто-то крался по первому этажу.

— Вор? — насторожилась она.

Деревня Буена славилась спокойствием — во многом благодаря самому Полу. Но зло может прийти куда угодно, даже туда, где его не ждут. А если воры и осмелились забраться в деревню, первым делом они выбрали бы дом самого состоятельного жителя — рыцаря Пола Грейрата.

— Ну что ж… — вздохнула Рокси, вставая с постели.

Она тихо взяла посох и на цыпочках направилась вниз. Она была обязана этой семье. Если и вправду пробрался вор — выкинуть его вон, не разбудив остальных, будет лучшей благодарностью. Звук доносился с кухни. Рокси осторожно выглянула из-за угла — и увидела, как некая фигура копается в шкафу, шаря в запасах провизии. Неужели вор? Но вор в чужом доме, да ещё и ищущий еду, а не деньги — это что-то новое. Рокси решила заговорить первой:

— Вы, наверное, голодны?

Фигура вздрогнула, потом медленно повернулась.

— О… Рокси? — послышался знакомый голос.

Это был Пол. Смущённый, застигнутый с поличным.

— Господин Пол? Что вы… делаете здесь ночью?

— Ну, понимаешь… — промямлил он, старательно отводя взгляд и пытаясь спрятать за спиной… бутылку. Рокси сразу всё поняла.

— Вы… пьёте? В одиночку? — прищурилась она.

— Э-э… ну, это… — Пол поспешно спрятал бутылку за спину.

Странно. Алкоголь в доме не был под запретом. Во время праздников Пол пил вполне умеренно. Зачем же теперь прятаться?

— Что случилось? — спросила Рокси.

— Знаешь… с тех пор, как родился Руди, я стараюсь не пить много. Не хочу, опьянев вести себя глупо — особенно перед сыном.

— Понимаю, — кивнула она.

— Но иногда, — продолжил он, с грустной улыбкой глядя на бутылку, — так хочется расслабиться. Просто напиться до упаду… хоть изредка. Руди ведь уже пять лет… хотя, кажется, будто он родился только вчера…

Рокси не любила алкоголь — слишком горький вкус, да и пьянеет она быстро. Но она понимала желание позволить себе слабость, когда долго сдерживаешься.

— Да, понимаю, — тихо ответила она.

Пол улыбнулся.

— Спасибо, что не осуждаешь. Только, прошу, никому ни слова. Если Зенит узнает, что я пил один, она меня прибьёт.

— Хорошо. Но тогда… при одном условии, — сказала Рокси.

Так, в обмен на обещание хранить тайну, она составила Полу компанию.

…

— Вы тогда просили меня никому не рассказывать, — сказала она теперь, на поминальном обеде, поднимая кружку.

— Но теперь, думаю, можно.

Она сделала последний глоток пива. Обычно горький и неприятный напиток на этот раз казался удивительно вкусным — с лёгким оттенком ностальгии.

Книжный червь и эльфийская воительница

Похороны Пола. На поминальном обеде каждый принес что-то, что напоминало ему о Поле. Элинализ принесла книгу.

— Знаете, Пол хоть и не выглядел так, но на самом деле он был большим любителем почитать, — начала она, улыбнувшись, и вернулась мыслями к давним временам — когда их отряд только-только образовался.

Однажды утром Элинализ зашла в трактир, где они жили, позавтракать. В зале за столом сидел молодой мужчина. Пол. Само его присутствие не удивило её — он снимал комнату на втором этаже. Удивило другое: перед ним лежала раскрытая книга. Среди авантюристов, особенно среди воинов и мечников, мало кто читает книги. Большинство — люди необразованные. Да и книги стоят дорого: обычному человеку не по карману. Читать могли лишь настолько, чтобы разобраться в контракте или заказе из гильдии.

— Как необычно, — с усмешкой сказала Элинализ, подходя ближе. — Думаешь, если разложишь книгу и сделаешь вид, что читаешь, девушки сами к тебе потянутся?  Она была уверена, что это поза — очередной способ Пола произвести впечатление.

— А? Да я не ради девушек читаю, — отозвался он, не отрывая взгляда от страниц.

Она прищурилась — но ошиблась. Пол и правда читал.

— Купил? — спросила она.

— Ты что, с ума сошла? Конечно нет. Взял напрокат.

В этом мире умели делать бумагу, но с переплётом и печатью всё было туго. Книги переписывались вручную, и стоили они как целое состояние. Для простых людей существовали лавки для проката книг — редкое, но популярное дело.

— Хо… И что читаешь?

— Да так, обычные приключенческие истории.

Книга, что лежала перед ним, была сборником рассказов об авантюристах — о подвигах, неудачах, обрывающихся историях без хэппи-энда. Такие книги были особенно любимы среди простолюдинов, далеких от опасных странствий. Когда Пол был юношей и жил в доме отца, он часто тайком выбирался в город и брал подобные книги в лавке.

— Удивительно, — заметила Элинализ, присаживаясь.

— Каждый день сам рискуешь шкурой, а потом ещё читаешь о чужих приключениях.

— Просто интересно.

Она заказала завтрак — суп и хлеб — и, пока ждала, с интересом наблюдала за Полом. Он был забавен.

— Хм… Ох, вот дурак… — пробормотал он, перелистывая страницу. Выражение его лица менялось каждую секунду: то он хмурился, то ухмылялся, то вздыхал. Элинализ не удержалась и хихикнула.

— Эй, чего смеёшься? — поднял он голову.

— Ой, прости, просто интересно, что ты там читаешь.

Пол нахмурился, но ответил спокойно:

— Да так, ерунда. История ужасная.

— Насколько ужасная?

— Ну, во-первых, все герои — идиоты…

Он начал пересказывать сюжет: шесть авантюристов спускаются в лабиринт, совершают одну ошибку за другой, теряют припасы и оказываются в безвыходном положении.  Только один из них, лекарь, проявив смекалку, спасает остальных.

— Типичный рассказ, — прокомментировала Элинализ.

— Угу. Но чертовски раздражает. Ведь видно же, где всё пойдёт наперекосяк! Почему они не понимают этого раньше? — вспылил Пол.

— Хех, понимаю, — улыбнулась она.

— Ах, я бы справился куда лучше! — воскликнул он в конце, яростно почесав голову и захлопнув книгу.

И тут Элинализ вдруг поняла, почему весь рассказ казался ей знакомым.

— Постой… эта история…

— А? — Это же тот самый случай — когда мы год назад лазили в Лабиринт Ёдзиматсу!

Пол моргнул, осознал — и тоже покраснел. Год назад. Только-только образовавшийся отряд, никакого опыта в исследовании лабиринтов. Они спустились туда без подготовки, потеряли половину припасов и еле выбрались живыми. Да, имена героев в книге были другими, профессии другие, но ошибки — те же самые.

— Я бы справился лучше, да? — поддела его Элинализ. Пол смущённо отвернулся.

— Ну… если бы я был таким, как сейчас…

— Пусть будет так, — рассмеялась она.

После того инцидента лабиринт вскоре покорила другая группа, и он исчез. Пол забыл о том происшествии, но Элинализ — нет. Она прекрасно помнила, как он, сидя у костра, вымученно улыбаясь, сказал:

— В следующий раз я справлюсь лучше.

И теперь, услышав почти те же слова, она невольно улыбнулась.

— Хех… — тихо выдохнула она, закрывая принесённую книгу.

Мечник и Дворф: Пьянка на спор

На поминках по Полу. На устроенном в его честь пиру каждый принёс что-то, что напоминало о нём. Маг Талханд принёс бутылку выпивки.

— Молодёжь… совсем не знает меры, — сказал он, и, улыбнувшись, начал рассказывать историю, случившуюся вскоре после того, как они с Полом впервые собрались в одну партию.

— Скажи-ка, правда ли, что дворфы из горных кланов — непревзойдённые пьяницы? — спросил тогда Пол, празднуя окончание какого-то задания в таверне. То ли из любопытства, то ли просто ради разговора.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Талханд.

— Ну, говорят, что горные дворфы могут пить без конца. А ты, Талханд, вроде бы не особо тянешься к кружке. Вот и странно мне стало.

Причина, по которой Талханд не пил часто, была проста — у него просто не было на это денег. Магов часто представляют с посохом в руках, но снаряжение мага на деле куда дороже. Им нужны свитки для заклинаний не их школы, магические кристаллы, запасные амулеты. А Талханд, к тому же, носил броню и топор — на случай ближнего боя. Так что на выпивку у него почти никогда не оставалось средств.

— Хмф. Потому что мне не на что пить, — буркнул он.

— Вот как? Или, может, ты просто не умеешь пить? — ухмыльнулся Пол.

Шутка Пола попала в самую точку. Хотя дворфы из горных кланов и любили алкоголь, сам Талханд никогда не был большим его почитателем. Да, если бы ему предложили выбор между водой и элем, он бы выбрал эль. Но чтобы не мог дня прожить без кружки — нет, это было не про него.

— Если хочешь проверить — давай, — сказал он, скорее по прихоти, чем всерьёз.

— О? — Пол оживился. — Что ж, мы только что получили награду за квест… Проверим-ка, насколько крепок ты на выпивку! Эй, трактирщик! Неси нам эля!

Трактирщик с грохотом поставил перед ними две пенные кружки.

— Пьянка на спор, значит? — облизнулся Пол.

Когда дело касалось соревнований, Пол раззадоривался мгновенно — не важно, есть ли шанс на победу или нет.

— А можно и мне? — вмешалась Элинализа.

— Вдвоём тебе его не осилить, Пол. Я помогу, — добавил Гису.

— Хмф, сколько бы вас ни было — всё равно выпью больше, — фыркнул Талханд и опрокинул первую кружку.

Он думал: «Выпью ровно столько, чтобы они упали под стол — и посмеюсь над этими юнцами». Через час.

— Эй, Талханд, ты ведь маг, да? Так какого лешего ты носишь железную броню вместо рясы? — орал Пол, шатаясь.

— Ха! А я ведь говорил, что ты просто наивный дворф! — подхватил Гису.

— Магическая ряса из железных пластин, ха-ха! Великолепно! — поддакнула Элинализа.

Все трое были пьяны в стельку. У людей, в отличие от дворфов, выносливости к спиртному не было вовсе — десяток кружек, и всё, готово. Талханд сидел с привычным угрюмым видом и пил молча, глядя, как они болтают.

— Ха-ха-ха! — вдруг заржал он, припоминая. — А ведь и правда! Тогда в лавке я просил рясу, а старый лавочник, видно, совсем с ума сошёл — выдал мне вот это железо! И ещё топор к нему прицепил! Лицо его покраснело, смех был громок и заразителен.

— Топор! — загоготал Пол. — Старикан просто по виду тебя определил!

— А я, хоть и взбесился, всё равно купил. И в итоге — не пожалел. С тех пор и ношу эту броню.

— Га-ха-ха! Значит, лавочник оказался прав, — хохотали они.

В тот день Талханд смеялся много. И пил много. Он пил, пока не рухнул, всё время шутя и придумывая небылицы, чтобы развеселить товарищей. Кто бы тогда вспомнил, что всё началось с пьянки на спор? То было первое в его жизни по-настоящему вкусное питьё.

— Тогда я не понимал, — тихо произнёс он теперь, держа бутылку над головой. — Почему же тот хмель был таким сладким? Почему я опьянел так приятно, хотя вино-то было дешёвое, почти вода?..

Он сделал глоток прямо из горлышка, словно из рога, и усмехнулся.

— А теперь знаю. Всё просто. Настоящее опьянение зависит не от самого вина — а от тех, с кем ты его пьёшь.

С лицом, раскрасневшимся от алкоголя и воспоминаний, Талханд окинул взглядом собравшихся и, хитро улыбнувшись, закончил свой рассказ.

Рыцарь горничной. Первое поручение

На похоронах Пола. На поминальном пиру каждый принёс что-то, что напоминало ему о Поле Лилия принесла торт с сухофруктами. Молча. Принесла именно то, что Пол терпеть не мог. Потому что история, связанная с этим тортом, была не для чужих ушей.

(«Ваш супруг ведь не любил этот торт, не так ли?») — так могли бы сказать, но Лилия лишь опустила взгляд.

Она вспомнила тот день, когда только поступила служанкой в дом Грейратов. Торт она испекла в день рождения Рудеуса. Праздновать официально собирались позже, но Лилия хотела хоть как-то отметить рождение ребёнка, поэтому и приготовила сладость заранее. Вечером Пол сидел за столом один.

— Хе-хе… сын… — всё повторял он, подливая себе вина.

— Странно, что почти не плачет, но всё равно — сын!

Он повторял это с улыбкой снова и снова. Он был безмерно счастлив.

Но когда взгляд его упал на торт, улыбка чуть померкла.

— Это что такое?

— Торт, господин. В честь рождения господина Рудеуса.

— А… ясно…

Он ткнул вилкой в кусочек, но есть не стал — сделал глоток вина вместо этого. Лилия замешкалась. Может, ей не стоило готовить? Может, он не любит такое? Пока она думала, Пол вдруг заговорил:

— Почему ты решила стать служанкой именно в нашем доме?

— Простите?

— Ну, я имею в виду — почему у нас? Ведь ты могла пойти куда угодно.

— Я ведь объясняла при найме, господин, — ответила она осторожно.

— Объясняла, да. Я понимаю твоё положение. Но ведь могла выбрать другое место, верно?

Лилия опустила взгляд. В то время её жизнь висела на волоске. Политические интриги в королевстве Асура могли стоить ей головы.  Ей нужно было найти место, где никто не станет задавать вопросов — и человека, способного защитить её. Таких людей было мало. Но Пол… Пол был ей должен. И Лилия знала — если даже убийцы настигнут её, он, скорее всего, не бросит. Понимал ли он тогда всё это или нет, неизвестно. Но принял её без колебаний.

— Честно говоря, я сама удивляюсь, почему вы согласились взять меня, — сказала она тогда.

— Ну, людей, желающих жить в такой глуши, немного, — усмехнулся он.

Он на мгновение замолчал, потом посмотрел на неё серьёзно.

— Хотя… когда увидел твоё имя, понял, что есть кое-что, что я должен тебе сказать. Только вот думал — может, ты не захочешь вспоминать прошлое…

От этих слов у Лилии кольнуло сердце. Прошлое… Во дворце королевства Асура она пережила многое. Ужасное. Боль, унижения. Так много, что воспоминания будто притупились. Но одно она забыть не могла.

— Сегодня… с рождением ребёнка… — продолжил Пол, — я решил, что должен всё-таки это сказать. Тогда я был неправ. Извини. Знаю, одних слов мало, но… пожалуйста, прими мои извинения.

Лилия онемела. Пол, которого она знала, был легкомысленным забиякой, самоуверенным до безрассудства. Он делал глупости с улыбкой и никогда не казался тем, кто способен на искреннее «прости».

Когда она устраивалась, Лилия и сама собиралась использовать их общее прошлое как рычаг. Подумала, если он женат, — будет бояться, что жена узнает. Она была готова к грязной игре против грязного игрока. Но теперь… Когда он вдруг попросил прощения, она растерялась. Прощать? Не прощать? Для неё это уже было делом давно минувших дней.

— Тогда, — вдруг вырвалось у неё, — съешьте весь этот торт.

Пол удивлённо моргнул, но кивнул. И начал есть. Он явно не любил его. Каждая ложка давалась с усилием: морщился, давился, кашлял. Но ел. До последней крошки. Даже когда глаза заслезились — не остановился. Позже Лилия не раз спрашивала себя, зачем сказала это. Почему именно так? Но одно она знала точно. В тот момент она простила его. И впервые по-настоящему полюбила.

Мысли Гису

В одном углу магического города Шарии стояла таверна для авантюристов. Внутри гулко звенели кружки, хохот и крики сливались в шумную песню — сильные, уверенные в себе искатели приключений отмечали конец дня, рассказывая друг другу о подвигах и удачных охотах.

И лишь в одном затемнённом углу, в стороне от всеобщего веселья, сидел человек с обезьяньими чертами лица — Гису. Он пил молча, с мрачным видом, отгородившись от всего мира. Сегодня от него исходило какое-то тяжёлое, тоскливое чувство, отталкивающее всех, кто обычно с лёгкостью шёл с ним на разговор.

— Охо-хо… неужели это Гису? — раздался знакомый женский голос.

Несмотря на его угрюмый вид, женщина подошла и села рядом, словно не замечая того, что отпугивало остальных.

— Вот ты где. А я уж подумала, что ты сбежал в какую-нибудь дыру, — сказала она, усмехнувшись.

Это была Элинализа.

— Ха, Элинализа… — буркнул Гису.

— Разве ты не собиралась сегодня проводить ночь в объятиях своего кавалера? Он не хотел говорить, но и прогонять её не стал.

— Ты ведь завтра уезжаешь, да? Пришла попрощаться.

— Зашла к вам на постоялый двор — только Талханд был. Сказал, ты ушёл пить и до сих пор не вернулся. Пришлось искать.

— Как ты настойчива, — усмехнулся Гису.

— Не похоже, чтобы это было последнее прощание.

— Это старый трюк, — ответила она с лукавой улыбкой.

— Притворяешься, будто случайно встретила мужчину в таверне, и ведёшь себя так, будто это судьба. Так многие и клюют.

— Вот как? Так ты и своего нынешнего ухватила?

— Нет, наоборот, — тихо засмеялась она.

— На этот раз меня саму поймали.  А ты чего тут сидишь один, будто мир рухнул?

— Даже мне иногда хочется побыть одному.

Гису поднял кружку и сделал глоток северного крепкого вина, жгущего горло и сердце одновременно.

— Правда? Ну что ж, давай тогда пить вместе, — ответила Элинализа и, не дожидаясь разрешения, заказала себе выпивку. Она облокотилась на стол, глядя прямо на Гису.

Он не стал прогонять её.  Он знал: если уж она решила остаться, её не остановишь.  Разве что если бы она была в режиме соблазнения — тогда могла бы и уступить.

— Давненько мы не пили вот так, вдвоём, — сказала она.

— Ты вечно сбегала с кем-то в постель, — ответил Гису.

— Тогда мне не были интересны мужчины, которые не звали меня к себе после выпивки.

— А теперь?

— Теперь я замужем. И было бы весьма неудобно, если кто-то пригласил бы меня, — усмехнулась она.

Гису скривился в подобие улыбки.

— Что ж, рассказывай. Чем занимался после того, как мы разошлись?

— Да как обычно… странствовал. Из города в город. Из гильдии в гильдию.

— И сколько авантюристских групп ты успел развалить за это время?

Гису нахмурился.

— После того, как распались Клыки Чёрного Волка, я старался держаться подальше от других. Больше всего работал один.

— Вот почему о тебе почти ничего не слышно. А я-то думала, что ты просто ушёл на покой.

— А ты? Что делала эти десять лет?

— Почти то же самое, — пожала плечами Элинализа. — Только найти партию было трудно. Не все хотели брать в команду женщину вроде меня.

Гису кивнул и жестом попросил бармена принести ещё выпивки.

— Знаешь, Гису, — сказала она, когда тот снова наполнил кружку, — я давно хотела тебя спросить.

— О чём?

— Как ты, не обладая ни малейшими боевыми навыками, вообще попал на континент Бегарит? Добраться хотя бы до Лапана — уже подвиг.

— Ха… — Гису попытался усмехнуться. Но уголки губ дрогнули и опустились.  Он посмотрел на кружку, где колыхалась янтарная жидкость. Молчание. Он опрокинул всё залпом.

В голове вспыхнуло: Пол — изломанное тело под лапами Гидры. Кровь, грязь, страх и то самое выражение лица в последнюю секунду. Гису повидал сотни смертей. Сотни друзей, знакомых, напарников. Но именно та смерть заставила его пить.

— Потому что… я «любил» Пола, — сказал он тихо.

Элинализа моргнула. Ответ был не тот, которого она ожидала. Но она поняла. Она ведь сама прошла через то же — шла по следу семьи Пола через весь континент Бегарит, только потому что… тоже «любила» его.

— Понимаю, — мягко ответила она. — Я тоже.

— Хе… не похоже это на нас, да?

— Нет, совсем не похоже, — улыбнулась она грустно.

Гис поднял пустую кружку.

— Ну что, Элинализа. Живи долго. Ладно?

— Не сомневайся, я переживу тебя, — ответила она с тихим смехом и чокнулась с ним деревянной кружкой.

Клыков Чёрного Волка больше не существовало. И двое из них пили до самого рассвета, молча провожая в прошлое всё, что когда-то было их жизнью.

Пир Клыков Чёрного Волка

Оригинальная короткая история к 21 тому манги

Часть 1

«Чёрт…»

Первое, что пришло в голову Полу Грейрату, когда он открыл глаза, — это то, что он вляпался по самые уши. Причина? Рядом с ним в постели лежала женщина. И не какая-нибудь, а ослепительная блондинка с длинными волосами, раскинувшимися по подушке.

Элинализа Драгонроуд. Совершенно обнажённая, она обвивала его руку и, лениво приподнявшись, посмотрела на него с лёгкой улыбкой — будто спрашивая: «Что случилось?».

— Тьфу ты… — процедил Пол, чувствуя, как холодный пот проступает на лбу. Он всё понял. Накатило воспоминание о прошлой ночи.

Накануне «Клыки Чёрного Волка» одолели хранителя лабиринта и вернулись в город победителями. Лабиринт был покорён. Их трофеями стали огромный магический кристалл и россыпь зачарованных предметов — настоящие сокровища.

Разумеется, вечером они устроили пир — огромный, шумный, щедрый.  Пол угощал всех подряд, и таверна гудела от восторга.  Пили, ели, смеялись, пели — праздновали до упаду.

Пол поднимал кружку, хвалил каждого из своих товарищей: Гису, Талханда, Гислейн, а Он говорил, что это их общая победа, без разделения на «лучших» и «худших». Мы сделали это. Мы победили. Это, наверное, был лучший праздник в его жизни. А потом — всё померкло. Осталась только ночь, наполненная вином, жаром тел и безумным дыханием. Он очнулся у Элинализы в постели. И помнил всё слишком ясно.

До этого дня Пол никогда не приближался к Элинализа.  Зная его слабость к женщинам, кто угодно бы удивился — как он вообще мог устоять перед такой красавицей? Но объяснение было простое: Элинализа просто не была в его вкусе. Пол любил женщин пышных, мягких.  А Элинализа — тонкая, хрупкая, почти плоская, словно эльфийская стрела.

Нет, привлекательности ей не занимать.  Мужчины, побывавшие с ней, только и твердили о её «таланте».  Пол и сам думал — разок бы попробовать.  Но всегда останавливался.

Он знал, кто она.  Элинализа любила мужчин, слишком любила — и не разбирала, с кем делит постель.  Из-за неё рушились партии, друзья становились врагами.  Один лидер, говорят, даже выгнал всех остальных, желая оставить её себе — и этим уничтожил собственную команду. Она была женщиной-бурей. Прекрасной, опасной, губительной.

Пол понимал: в их деле любовь — яд. Из-за неё рушатся дружбы, гибнут партии, и многие кланы, желая выжить, просто запрещали членам влюбляться друг в друга. Он решил для себя просто: «Лучше сохранить «Клыков Чёрного Волка», чем потерять их из-за одной женщины.

Тем более женщин вокруг хватало, и куда больше по его вкусу. Он не пытался ничего и с Гислейн — хоть у той и тело мечты.  Слишком велик был риск остаться без головы. Да и она, как и Элинализа, была его товарищем. Он любил свою партию. Любил «Клыков Чёрного Волка». До вчерашнего вечера.

— Что случилось, Пол? — спросила Элинализа, прижимаясь ближе.

Её кожа была горячей, мягкой.  Он вспоминал прошедшую ночь — и холодный рассудок смешивался с жаром внизу живота. Да, ночь была восхитительной.  Теперь он понял, почему мужчины теряли голову ради неё. Она была чертовски хороша И в бою, и в постели — безупречна.  В лабиринте она шла в первых рядах, отвлекая врагов, и рядом с ней сражение казалось легче, чем было на самом деле.

Может, так же чувствует и Гислейн, подумал Пол.

— Нет… — выдохнул он. Он боялся. Боялся, что привяжется. Что не сможет без неё.

— Жалеешь, что переспал со мной? — спросила она с лукавой улыбкой.

— Немного.

— Вот как грубо, — фыркнула Элинализа. — Я ведь никогда не оставляла мужчину неудовлетворённым. Даже ты, Пол, был…

— Именно поэтому, — оборвал он и поднялся.

Быстро накинул одежду, застегнул ремень, направился к двери.

— Ох, как холодно, — донеслось ему вслед с её постели.

Пол вышел в коридор, тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу.

Теперь она решит, что мы пара. Вот будет весело…

Он знал — Гису будет всё равно.  Но Талханд наверняка покосится неодобрительно, а Гислейн, простодушная как ребёнок, просто не поймёт. Если слухи пойдут… партия может треснуть.

Внизу, в зале трактира, где завтракали авантюристы, он увидел Гислейн — широкоплечую женщину с волчьими ушами.  Она яростно рвала зубами мясо и запивала густым супом.

— Не ешь? — буркнула она, заметив его.

— Сейчас, — ответил Пол, садясь напротив и начиная лениво ковырять ложкой кашу.

Гислейн кивнула и продолжила есть, не придавая значения его мрачному виду.

Он вспомнил, какой она была, когда они познакомились: дикая, агрессивная, как зверь. Стоило задеть — меч вылетал из ножен, и кто-то уже лежал на земле.  Она даже рычала, если кто-то приближался к её еде.

А теперь — спокойно ест напротив него. Даже делится завтраком.

— Доброе утро, — раздался знакомый голос.

— А, доброе утро, — буркнула Гислейн.

В зал вошла Элинализа.  Свежая, сияющая, как будто вовсе не провела ночь без сна.  Она села рядом, заказала себе выпить.

— Где Талханд и Гису? — спросила она.

— Пошли по магазинам. Гису, наверное, уже играет в азартные игры, — ответил Пол.

— А Талханд — за ним следить? Ха, бедный маг, — хмыкнула она.

Они оба замолчали. Пол нервно ел, Элинализа же выглядела совершенно спокойной. Когда Гислейн доела и встала, он облегчённо выдохнул.

— Я — тренироваться, — бросила она.

— После лабиринта-то? Может, отдохни?

— Если узнает мой учитель — убьёт, — ответила она и ушла.

Они остались вдвоём. Элинализа хихикнула:

— Грубо, знаешь ли. После ночи со мной — и вот так отмалчиваться. Я, между прочим, тоже чувствую себя задетой.

— Да нет, — сказал Пол, поднимая взгляд, — ты была великолепна.

— Естественно, — улыбнулась она самодовольно.

— Но… — продолжил он.

— Но что?

— Ты ведь понимаешь. Всё идёт хорошо. У нас отличная команда.  Если из-за нас начнутся сплетни, недомолвки… если кто-то уйдёт… будет плохо. Элинализа на секунду задумалась, потом рассмеялась.

— Первый раз вижу мужчину, который, переспав со мной, не хочет продолжения.

— Я серьёзен, — сказал Пол. — Я хочу, чтобы мы все — ты, я, Талханд, Гису, Гислейн — могли путешествовать вместе и через пять лет, и через десять.

— Звучит красиво, — кивнула она. — Я, признаться, тоже думала остаться в этой группе подольше.

— Вот и я о том же. А если начнём тянуть одеяло друг на друга — всё развалится.

Элинализа облокотилась на руку, задумчиво глядя в сторону. Эльфийский профиль, холодный свет из окна — она выглядела почти нереально красивой. Потом вздохнула, пожала плечами и сказала:

— Ладно, ты прав. Если мы поссоримся, «Клыкам Чёрного Волка» конец.

— Вот именно. Пусть всё останется как есть.

— Если ты так настаиваешь, Пол, у меня нет выбора. Хотя… ты, знаешь, был просто чудесен прошлой ночью, — добавила она с улыбкой и встала из-за стола.

Пол только почесал щёку. Он перебывал со многими женщинами, но, пожалуй, давно уже не слышал, чтобы его вот так — искренне — похвалили.

Часть 2

Элинализа вышла из гостиницы и направилась в сад. Там, под утренним солнцем, темнокожая зверолюдка отрабатывала удары мечом.  Это была Гислейн. Она двигалась медленно, словно растягивая каждое движение. Меч скользил из ножен, рассекал воздух и с мягким шорохом возвращался обратно. Вновь и вновь — одни и те же движения, как ритм дыхания.

Элинализа присела на камень неподалёку, наблюдая. Она знала: Гислейн могла двигаться куда быстрее. В бою её меч был молнией — удар, который невозможно заметить глазами. Но сейчас это было не упражнение, а словно медитация. Искусство.

Меч Света, — подумала Элинализа. Высшая техника Стиля Бога Меча.  Она видела её в деле — мгновенное движение, и враг падает.

— Усердно тренируешься, вижу, — сказала она.

— Да, — коротко ответила Гислейн, не прекращая движение.

Элинализа не стала мешать. Раньше она бы, возможно, предложила позаниматься вместе — ради веселья. Но теперь понимала, что с Гислейн это не «тренировка». Это — путь. Если бы они скрестили мечи, она не продержалась бы и секунды. Она лишь молча наблюдала. Но вскоре, не выдержав тишины, всё же заговорила:

— Гислейн, можно спросить?

— Спрашивай.

— Ты… не думала переспать с Полом?

Движения меча не дрогнули.  Гислейн продолжала ту же плавную серию ударов, словно вопрос не задел её вовсе.  Но закончив очередной взмах, она остановилась.  Хвост мягко качнулся из стороны в сторону.

— Что ты имеешь в виду?

— В прямом смысле, — улыбнулась Элинализа. — Не собираешься стать его самкой?

— Нет, — спокойно ответила Гислейн. — А разве ты сама… прошлой ночью не стала ею?

Она чуть повела носом. Зверолюди чувствовали запахи, и запах недавней близости скрыть было невозможно.

— Ах, ты заметила? — хихикнула Элинализа. —  Честно говоря, ожидала, что он будет грубее. Но, надо признать, он весьма умел.  Я побывала более чем с сотней мужчин, и, пожалуй, он входит в мою десятку лучших.

— Понятно, — спокойно сказала Гислейн.

— Но Пол, знаешь ли, отказался быть моим партнёром.  Говорит, хочет просто оставаться авантюристом.  Наглость, правда? Отвергнуть такую женщину, как я.

— Да, ты достойная женщина, — кивнула Гислейн без тени иронии.

— Вот-вот! Но Пол — тот ещё ловелас.  Уверена, рано или поздно он попытается соблазнить и тебя. Ты ведь замечала, как он иногда смотрит на твою грудь за ужином?

— …Думаешь, Полу я нравлюсь?

— Конечно. Ты сильная, красивая, надёжная. Его тип.

— Понимаю, — сказала Гислейн, и её хвост снова чуть качнулся.

— Ты, похоже, не особо против, — заметила Элинализа с лукавой улыбкой.

— Наверное, да. «Я не испытываю к нему отвращения», —спокойно произнесла та.

— Ох, опасно, опасно, — фыркнула Элинализа. — Зная Пола, он обязательно попытается.

— Значит, он хочет быть моим партнёром?

— Нет, — рассмеялась Элинализа. — Он просто затащит тебя в постель, проведёт с тобой жаркую ночь, а утром, почесав затылок, скажет: «Гислейн, ты мне не безразлична. Ты замечательная женщина. Но ты ведь понимаешь — если, между нами, что-то начнётся, в команде появится напряжение. А я хочу, чтобы мы все путешествовали вместе, лет пять… ну, может, десять…»

Гислейн слушала молча. Потом снова подняла меч.

— Мерзавец, — тихо сказала она.

— Абсолютно, — согласилась Элинализа и усмехнулась. — Хотя, если честно, он скорее дурак, чем подлец.

— Почему?

— Потому что он действительно хочет быть и авантюристом, и бабником. Редкое сочетание. Большинство мужчин идут в авантюристы ради денег или женщин. А как только получают и то, и другое — уходят.

— Я стала авантюристом, чтобы продолжать тренировки, — ответила Гислейн.

— У всех свои причины, — отмахнулась Элинализа. — Я и не осуждаю.

Она потянулась, зевнула и добавила:

— В общем, к делу. Если Пол к тебе подкатит — не принимай близко к сердцу. Он такой человек. Любит, но не привязывается. Хочет, чтобы всё оставалось, как есть. Но если тебе это не по душе — просто откажи.

— Поняла, — коротко ответила Гислейн.

— Вот и хорошо. Простая женщина, простые ответы. «Мне это нравится», —сказала Элинализа, вставая

Она махнула рукой и направилась обратно к гостинице. А Гислейн вновь вернулась к своим медленным, безупречным движениям. Солнце поднималось всё выше, и её меч мерцал в его свете, словно действительно был соткан из света.

Часть 3

Следующим, кого решила навестить Элинализа, был Талханд.  Она нашла его, как и ожидалось, в таверне. Не в той, что находилась при их гостинице, а в другой — потемнее, попроще, с запахом копчёного мяса и дешёвого эля. Талханд сидел один. Похоже, он пил с самого вечера — глаза были мутные, а щеки раскраснелись.

— А, это ты, — буркнул он, заметив её. — Пришла похвастаться?

— Наоборот, — улыбнулась Элинализа. — Меня… отвергли.

— Вот как? — бровь Талханда чуть приподнялась.

— Да. Когда Пол проснулся и увидел меня рядом, только вздохнул.

— Я бы тоже вздохнул, — фыркнул он, но в голосе не было злости.

— Ха, какой ты грубый. Но потом он сказал вот что: «Если между нами что-то начнётся, и из-за этого в команде станет неловко, если хоть кому-то будет не весело — это было бы отвратительно.»

Талханд на миг застыл с кружкой у рта.

— Хм. Значит, он прав. Наверное, именно я и почувствовал бы, что всё стало «не весело».

— Наверное, — кивнула Элинализа.

Он хмыкнул, но улыбнулся уголком губ.

— Вот поэтому я его и уважаю.

— А я — поэтому и люблю, — ответила Элинализа, подмигнув. — Хотя, зная Пола, уверена — рано или поздно он доберётся и до Гислейн.

— Ха-ха-ха! Без сомнений! — Талханд грохнул кружкой по столу и расхохотался.

Он поманил трактирщика: — Две такие же!

— С удовольствием, — сказала Элинализа, когда перед ними поставили новые кружки.

Она запрокинула голову и одним глотком выпила густой дворфийский ликёр, и с довольным выдохом поставила кружку.

— Он бабник, да. Но не такой, что теряет голову. Даже после ночи со мной он относится ко мне как к соратнице. Мало таких мужчин, Талханд.

— Верно говоришь, — пробормотал тот и кивнул.

Элинализа с улыбкой хлопнула его по плечу.

— Хочу продолжать путешествовать с вами, со всеми. Пока сможем держать меч и кружку в руках.

— Разойтись только смертью, — кивнул Талханд. — Вот это — лучшая дружба.

— Ха, а Гису бы наверняка сказал: «Нет уж, я умирать не хочу!»

— И всё равно остался бы рядом, — усмехнулся Талханд. — Он тоже по-своему верен Полу.

Они не чокались — просто пили, говорили, смеялись. Размышляли, какими будут их следующие странствия. Элинализа вдруг поймала себя на мысли: ей редко выпадало счастье иметь настоящих товарищей.

Из-за проклятия, что жгло её тело, ей приходилось искать мужчин — и почти каждая группа, куда она попадала, рано или поздно распадалась из-за этого. Не потому, что она того хотела — просто так получалось.  Сначала — веселье, праздник, флирт после удачного задания… А потом — ревность, ссоры, прощания.

Она боялась, что и на этот раз всё повторится. Что Пол, после той ночи, изменится в поведении. Что «Клыки Чёрного Волка» потеряют то хрупкое равновесие, что делало их семьёй.

Но всё вышло иначе. Пол остался прежним. И Талханд — прежним. И Гислейн, и Гису, и все они. И это делало их счастливыми.

Часть 4

В тот вечер двое пили до беспамятства — что случалось с ними нечасто.  Когда в трактире наконец настала ночь, их попросту выставили за дверь.  Так, валяющихся в переулке, их и нашёл Гису.

— Да чтоб вас, — проворчал он, уперев руки в бока. — Вы ведь не Пол. Хватит пить, будто жизнь кончилась.

Элинализа прищурилась, покачиваясь, с пьяной улыбкой.  — Гису, а может… ты тоже хочешь со мной переспать?

— От тебя разит выпивкой, — сухо ответил он. — Женщина ты красивая, но уж больно высокого полёта. Я, знаешь, больше по публичным домам.

— Ну, если хочешь, я могу прямо сейчас...

— Тогда попробуй, когда протрезвеешь, — сказал Гису и, вздохнув, подхватил её на спину.

Элинализа хихикала всю дорогу, пока он нёс её обратно в постоялый двор. Когда они вошли, Пол тоже сидел за столом с кружкой в руке — навеселе, с широкой ухмылкой.

— Эй-эй, Элинализа, — усмехнулся он, — ты теперь с Талхандом? После ночи со мной? Не будь уж такой бесстыдной, как я сам.

Сказано это было без злобы, по-дружески, словно шутка между теми, кто видел в жизни уже достаточно, чтобы не обижаться по пустякам.

Элинализа и Талханд расхохотались.

— Ох, ну не начинай, — выдохнула она сквозь смех.

— И чего вы все смеётесь? — вздохнул Гису, а Гислейн, как ни в чём не бывало, жевала своё мясо, глядя на них с лёгким недоумением.

Спустя некоторое время, когда хмель начал проходить, вся пятёрка разговорилась о будущем. Не о планах — просто болтали.  О том, куда бы пойти дальше, что хотелось бы увидеть, какие приключения их ещё ждут. Так они говорили всегда. Обычный вечер. Обычная сцена. Весёлый, тёплый, бесценный миг.

Миг, которому не суждено длиться вечно. И всё же в ту минуту все пятеро были уверены лишь в одном: что бы ни случилось, они будут идти дальше. Вместе. Как настоящие искатели приключений.

IF: «Если бы Пол выжил»

Краткое содержание предыдущей главы:

Во время битвы с Манатитовой Гидрой Пол был разрублен надвое… но каким-то чудом его удалось собрать обратно!

Часть 1

— В общем, с Зенит всё не так уж плохо, — говорил Пол, подливая себе вина. — Ей, конечно, тяжело, но до смерти далеко. И главное — все, кто участвовал в спасении, вернулись живыми. Возвращаясь с континента Бегаррит, Пол устроил попойку в Базаре — городе, через который они проезжали по пути домой.

Рудеус, разумеется, на празднике не присутствовал. Детям давно пора было спать… да и вообще, он всё своё время проводил рядом с матерью. С точки зрения Пола, это выглядело так: «До спасения холодный как лёд, а теперь — не отходит ни на шаг». Хотя на самом деле сын просто отчаянно искал способ исцелить Зенит.

— Ладно, перейдём к теме сегодняшнего вечера! — сказал Пол и с лёгким хлопком по спине обратился к сидевшей рядом Рокси.

— Кажется, мой сын довольно сурово тебя отшил.

— Оу… — протянули сидящие вокруг взрослые, кто-то даже с сожалением. Особенно Элинализ — она, конечно же, тут же принялась подзадоривать Рокси. Та сверкнула глазами в сторону Пола.

— Это была не «суровая отповедь». Он просто сказал, что уже женат, и поэтому это невозможно. Но добавил, что если бы не был женат, то с радостью был бы со мной. Мне этого достаточно. Что это вообще — собрание, чтобы посыпать мне рану солью?

— Ну, как она сказала, Руди явно не был равнодушен, — заметил Пол. — Но всё же… Элинализ, а ты как думаешь?

По имени призванная эльфийка кокетливо откинула волосы и, кивнув, принялась рассуждать — гораздо подробнее, чем кто-либо просил.

— Думаю, Рудеус всё равно когда-нибудь изменит. Так что, пока его не увела какая-нибудь подозрительная девица, лучше бы ему набраться опыта с Рокси. К счастью, ни Руди, ни Сильфи не последователи Миллиса, так что, если Рокси чуть-чуть поднажмёт, всё сложится.

С этими словами она показала неприличный жест — тот самый, которому научил её сам Рудеус. Рокси, уловив смысл, с раздражением отмахнула её руку.

— Да что ты о себе возомнила? Я не хочу участвовать в чьей-то измене! Я тоже хочу быть любима — одной-единственной. Не знаю, какая она, эта Сильфи, но я не хочу, чтобы она меня возненавидела…

Пол серьёзно кивнул.

— Верно. Когда живёшь с кем-то, и вдруг появляется другая женщина — тут кто угодно растеряется. Хотя… когда Лилия осталась жить с Зенит, вроде ничего страшного не случилось… — он замялся, вспоминая собственные грехи.

Пол понимал: он — не тот человек, кто может судить. Уже изменивший однажды, он не имел права рассуждать о верности.

— Ох уж эти мужчины, — хмыкнула Элинализ, не теряя невозмутимости. — Если хочешь, я сама поговорю с ней, постараюсь убедить. Сильфи, думаю, всё поймёт.

— Почему ты так стараешься выдать меня за Руди? — устало спросила Рокси.

Пол, который только что было поник, вновь оживился.

— Видишь ли, — начал он, — когда мы жили в деревне Буена… наверное, это было самое счастливое время в моей жизни.

При этих словах Гису и Талханд, тихо пившие до этого, переглянулись и усмехнулись. Для них счастливейшими были дни, проведённые в приключениях. Но счастье у каждого своё — и они не стали спорить.

«Ну и парень…» — только и подумали они, молча пожимая плечами.

— Зенит, Лилия, маленький Руди, Рокси… — продолжал Пол. — После того, как ты ушла, родились Норн и Айша, а Сильфи стала другом Руди и часто бывала у нас. Даже когда он отправился служить к семье Бореас, она всё равно приходила учиться этикету. Я хочу всё это вернуть. Пол повернулся к Рокси. Серьёзно посмотрев ей в глаза, он почти протянул руку, чтобы взять её за ладонь… но остановился и, смутившись, просто поклонился.

— Даже если ты не сможешь стать его женой, — сказал он, — может, поселишься где-нибудь рядом? Там, кажется, есть город Шария — в королевстве Раноа. Ты ведь его знаешь? Я помогу с работой, если надо.

— Хитрое предложение, — устало вздохнула Рокси.

И всё же воспоминания о Буене для неё были светлыми. Наверное, самым мирным и спокойным временем её жизни.

— Впрочем, я и сама думала завязать с приключениями, — добавила она. — Стать преподавателем. У меня остались не самые приятные воспоминания о университете магии Раноа… но, может, пора их отпустить. Так что да, пожалуй, перееду туда.

— Отлично, решено! — обрадовался Пол. — А вы, Гису, Талханд, что скажете?

— Не, я пас, — махнул рукой Гису. — Продам чешую той Гидры и поживу на широкую ногу в Асуре.

— И я тоже, — сказал Талханд. — Не собираюсь оседать.

— Понимаю, — кивнул Пол. — Ну, если надумаете, приезжайте в гости.

Услышав такие, почти зрелые слова от Пола, Гису и Талханд обменялись взглядами, подняли кружки и тихо выпили. Рокси и Элинализ сделали то же самое. Без лишних слов, но с улыбкой, они выпили вместе. Так Рокси и оказалась в магическом городе Шария.

Часть 2

А потом… благодаря вмешательству целой компании любопытных взрослых и Сильфи — которая, конечно же, всё поняла первой, — в действие был приведён великий План Измены Рудеуса. И в итоге Рокси и Рудеус всё-таки оказались вместе. Но это… уже совсем другая история.

IF: «Если бы Зенит была здорова — и телом, и разумом»

Оригинальная короткая история к 23 тому манги

[Примечание переводчика. Если вы не читали полностью ранобэ, а только смотрели аниме и/или читали мангу, то в этой истории получите спойлер к состоянию Зенит]

Часть 1

Когда я очнулась, первой новостью, что дошла до меня, стала по-настоящему страшная весть. Пола больше нет. Он погиб… отдав всё, что у него было, после стольких лет, потраченных на поиски меня.

Я услышала это от своего сына — от Руди. Он говорил усталым, спокойным голосом, с таким выражением лица, будто внутри уже всё перегорело. Мой мальчик вырос. Стал взрослым мужчиной — куда выше, сильнее, увереннее, чем я помнила. Даже женился. Когда я узнала, что его спутница — внучка Элинализы, я удивилась. А когда оказалось, что это Сильфи — я удивилась ещё больше. Но Руди и Сильфи с детства были неразлучны. Думаю, они прекрасно подходят друг другу.

Увидев его вновь после стольких лет, я даже растерялась — передо мной стоял уже не ребёнок, и звать его «Руди» казалось почти неприличным. И всё же я не удержалась и позвала его именно так. И тогда он расплакался… сказал, что рад, что мама жива. И мне стало так тепло на душе. Маленький Руди, каким я его помнила, всегда казался немного холодным, отстранённым… но, может быть, на самом деле он просто был очень одинок.

Рядом с ним стояли Элинализа и Лилия. Обе — всё такие же, какими я их знала. Я думала, Элинализа будет сердиться на нас, но она не сказала ни слова — только печально склонила голову, выражая сочувствие из-за смерти Пола. Лилия, как всегда, старалась держаться, но я видела, как ей больно. И всё же в её глазах читалось облегчение — ведь я всё-таки нашлась, жива. Обе они смотрели на меня так, словно я была сделана из стекла, готовая в любой миг разбиться. Да, мне тяжело из-за смерти Пола. Но я должна держаться.

— Понимаю… Пол ушёл. Но я рада, что ты жив, Руди. «А как Норн и Айша?» —спросила я.

— Э? Почему… а, да. Да, с Норн и Айшей всё в порядке. Они сейчас у меня дома, в Шарии.

— Вот как. Значит, Норн уже ходит в школу. Айша, наверное, как обычно — она всегда была смышлёной и своенравной. Думаю, нет нужды заставлять её учиться через силу.

— Э? А, да… — ответил он, ошарашенно моргнув.

Не только он — и Элинализа, и Лилия тоже переглянулись в удивлении …Я что-то сказала не так?

— Норн сначала тяжело привыкала, — пробормотал Руди, — но теперь у неё появились друзья. А насчёт отца… дело в том, что я…

— Всё в порядке, — перебила я его мягко. — Руди, я не стану тебя винить. Он сделал то, что сделал бы любой родитель.

Если бы я оказалась на его месте, я бы тоже защищала тебя. И ты сам, если когда-нибудь твой ребёнок окажется в опасности… поступишь точно так же. Так что не кори себя.

— …Да, — тихо ответил он.

Но всё равно — в его глазах я видела удивление. И не понимала, почему.

Часть 2

Завтра мы возвращаемся в магический город Шарию. Только теперь я начала по-настоящему понимать, что со мной произошло. Похоже, я… научилась читать чужие мысли. Первой это заметила Элинализа. Она велела мне закрыть уши — и даже тогда я всё равно «слышала» людей, даже тех, кто молчал. Это было не совсем как слова или голоса. Скорее, я улавливала чувства, обрывки намерений… и в уме сама превращала их в фразы.

— Похоже, ты стала «Проклятым ребёнком», — сказала Элинализа.

— И что же мне теперь делать? — спросила я.

— Многим людям неприятно знать, что их мысли могут быть прочитаны. Лучше пока никому не говорить… хотя близкие, скорее всего, всё равно догадаются.

— А ты… не против?

— Я и сама через нечто подобное проходила, — ответила она спокойно. — Полностью избавиться не смогла, но, если научишься с этим жить — это даже удобно.

Она рассказала мне свою историю: как после спасения из одного лабиринта подцепила особое проклятие. Не знаю, что из этого она произнесла вслух, а что я просто «услышала», но знала — она говорит правду.

«Мне это не удалось, но, может быть, у Зенит получится хоть немного взять под контроль…» — это уже, кажется, она не сказала. Можно ли действительно управлять таким даром? Ведь если закрыть глаза или уши просто, то как «закрыть» чужие мысли — я не знала.

В дверь постучали.

— Мама, можно войти? — послышался знакомый голос.

— Да, заходи, — ответила я, чувствуя лёгкое беспокойство.

Даже при Элинализе мне было неловко: ведь только что я узнала, что людям не нравится, когда их мысли читают. Руди, возможно, не станет возражать… А вот Пол — он бы наверняка возненавидел это.

— Мама, мы уезжаем завтра. «Как ты себя чувствуешь?» —спросил Руди, входя.

— Хорошо. Даже сама удивляюсь. Давно не путешествовала, так что, наверное, стану обузой.

— Я всё распланировал так, чтобы тебе было легко. Но если станет тяжело — сразу скажи, ладно?

В его мыслях я почувствовала чистую, искреннюю заботу. Он даже подумал, что, если понадобится, понесёт меня на руках.

— Не позволю сыну таскать меня! Если уж на то пошло — я понесу тебя, Руди, — ответила я с улыбкой.

Он посмотрел на меня странно. А я вдруг поняла — эту последнюю мысль он не произносил вслух.

— Мама… неужели ты теперь умеешь читать мысли? — подумал он ясно и отчётливо.

Я испуганно взглянула на Элинализу. Та медленно покачала головой.

— Рудеус, — сказала она вместо меня, — кажется, Зенит пробудила особую способность. Это не совсем чтение мыслей… но близко к тому.

— Понятно, — кивнул Руди спокойно.

— Тебе не страшно, Руди? — спросила я.

— Ну… конечно, есть вещи, о которых лучше не знать, — усмехнулся он. — Но, если я начну переживать, отец спустится из загробного мира и врежет мне.

Он засмеялся. Всё тот же добрый мальчик, которого я помнила. Хотя любопытство во мне взыграло — ведь любая мать хочет знать, о чём думает её сын, — я всё же решила не лезть в его тайны. И вдруг — что-то странное.

— А? — вырвалось у меня.

— Мама, что случилось?! — Руди сразу обернулся.

Он посмотрел на дверь — туда, откуда кто-то приближался. В его сердце я почувствовала радость, ожидание… и даже лёгкое трепетание. Он, кажется, узнал её по шагам.

— Руди, ты здесь? — прозвучал мягкий голос.

И в комнату вошла Рокси Мигурдия. В тот же миг внутри Руди словно взорвался фейерверк. Повсюду вспыхнули огненные шары, крошечные Руди с крыльями затрубили в фанфары, а сам он едва ли не вилял хвостом, подходя к ней. Казалось, ещё немного — и он начнёт целовать ей ботинки.

— Учитель, что-то случилось? — спросил он, сияя.

— Руди, насчёт припасов на завтра… кажется, мы просчитались, Гису в панике, — спокойно ответила она.

Но я сразу поняла — на самом деле она просто искала повод прийти. Это чувствовалось без всяких слов.

— Понял. Мама, я тогда пойду, посмотрю, что там у Гису. Учитель, где он?

— Здесь, рядом, — сказала она.

(Руди и Рокси, значит…)

Сколько же времени прошло с тех пор, как случился тот телепортационная катастрофа? А для меня Рокси всё ещё была той девушкой, что жила у нас в деревне Буена. Я тогда воспринимала её почти как младшую сестру. Мысль о том, что она и Руди теперь вместе, тронула меня до глубины души. Если бы они встречались… или даже поженились, — я бы, наверное, только порадовалась. Вот только… постойте. Разве Руди сам не говорил, что он уже женат?..

Часть 3

После этого началось наше путешествие в магический город Шарию. По дороге я постепенно научилась различать, когда человек говорит вслух, а когда — только в мыслях. Я могла различать… но не могла перестать слышать. Всё, что оставалось — сосредоточиться и стараться не выдавать, что я знаю больше, чем должна.

(Сколько же всего люди держат в себе…)

Гису и Талханд — те вообще полны вещей, о которых не решаются говорить. Виерра, Шиерра и даже Лилия — все как будто что-то сдерживают рядом со мной. Не знаю подробностей, но, похоже, всё опять связано с Полом. Он, что, снова изменял? Даже если так, я не собираюсь плохо говорить о людях, которые прошли такой путь, чтобы меня спасти. В конце концов, если кто и был виноват, то сам Пол.

(А больше всего, конечно, привлекают внимание Руди и Рокси…)

Рокси читать проще всего. Её чувства к Руди такие искренние и чистые, что смотреть на это даже неловко. Она понимает, что любви не будет, но всё равно хочет быть рядом, пока может. А вот Руди ведёт себя… странно. Стоит им поговорить, и в его мыслях поднимается такой шум — фанфары, барабаны, хор ангелов! Будто он поклоняется Рокси как богине. Неужели все мужчины такие? …Нет, уж точно не все. Как бы то ни было, даже я вижу — это чувство исходит из привязанности.

— Смотреть на это невозможно, — вздыхает Элинализа.

— Лично я тоже хочу, чтобы Рокси была счастлива. Но уж слишком редко отношения между мужчиной и женщиной складываются гладко.

— Это верно, — ответила я.

Элинализа выглядела задумчивой. Она ведь подруга Рокси… и одновременно бабушка Сильфи. А значит, мать Лоуса. Я была поражена, когда узнала это. Её мысли тоже были запутанными. Она желала счастья Сильфи — но и Рокси хотелось видеть счастливой.

— Рокси ведь всё ещё дева, — пробормотала она. — Боюсь, это чувство оставит у неё ещё один глубокий шрам. Лучше бы всё закончилось счастливо… Может, Рудеус примет и её тоже?

— Но… ведь он уже женат на Сильфи? — удивилась я.

Раньше я бы ответила твёрдо: «Нет. Сильфи вышла за него первой, а измена — это грех».

Но после того, как мы с Лилией жили под одной крышей в деревне Буена, после того тёплого, почти семейного уюта… и после того, как я почувствовала хрупкую, безответную любовь Рокси, я уже не была уверена, что смогу сказать это с прежней убеждённостью.

Знает ли вообще Рокси, что Руди женат. Если нет — когда узнает, наверняка будет убита горем. И тогда, чувствую, после этого путешествия она больше никогда не приблизится к нашей семье. Я ведь последовательница Милиса, и не стану говорить Руди: «Раз уж судьба свела вас, почему бы не взять Рокси тоже». Но ведь учение Милиса существует, чтобы вести людей к счастью.

— Хорошо, — сказала я себе. Я приняла решение.

Часть 4

— Эй, Рокси.

— Да? Что такое, Зенит?

В ту ночь, когда мы вернулись на Центральный континент через телепортирующий круг, я наконец решилась поговорить с Рокси. Она стояла у края лагеря, глядя на густые леса континента. В её сердце звучала тихая мысль: «Пора прощаться». Похоже, она уже знала, что Руди женат. Она считала себя разочарованной, но её печаль чувствовалась так ясно, что не нужны были никакие слова.

— Если тебе некуда пойти, почему бы не пожить со мной? — предложила я.

— Э-э… Нет, я очень тронута, правда, но… не могу же я навязываться молодой паре…

— Ты ведь призналась Руди, правда?

Она удивлённо распахнула глаза. Потом, тихо пробормотав:

— Так уж заметно? — кивнула.

— Да. Но он… вежливо дал понять, что это невозможно, ведь он женат. Хотя добавил, что если бы не был женат, то с радостью был бы со мной. Мне этого достаточно.

— Правда? — спросила я.

— …Да.

Но в её сердце звенела пустота. Она просто старалась держаться — чтобы не казаться навязчивой, чтобы не доставить боли ни Руди, ни нам. Видеть это было больно.

— Рокси, ведь ты хотела стать учителем, правда? Жить, обучая других?

— Э-э… Я такое говорила?

— Ты упомянула это как-то за выпивкой, — соврала я. Мне просто хотелось, чтобы она осталась.

— Тогда вот что! Я сниму ещё один дом! Мы будем жить там вместе!

— Ч-что!? Зачем? У вас же уже есть дом Руди!

— Родителям неудобно жить под одной крышей с молодожёнами, правда? Так что, пока что, поживу с тобой.

— Но Руди расстроится, — мягко возразила она.

— Ничего. Я не собираюсь далеко уходить. Кстати, я недавно слышала от Руди — Норн, его младшей сестре, тяжело учиться. Может, ты снова взялась бы её подучить?

— Э-э…

Рокси растерянно моргнула, но потом, как будто сдаваясь, подняла руки.

— Хорошо. Если ты так настаиваешь, останусь ненадолго. Но только с разрешения Руди и его жены, ладно?

— Обещаю! Я обязательно их уговорю!

На эти слова Рокси улыбнулась — едва заметно, с тенью надежды.

Часть 5

После этого Лилия тоже настояла, чтобы пойти с нами, и так мы втроём в итоге стали жить вместе в Шарии. Но это уже совсем другая история.

Короткие истории к 13 тому ранобэ

Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

С 13 тома начинаются спойлеры для тех, кто не читал ранобэ и только смотрел аниме, так как в аниме адаптированы пока только 12 томов ранобэ.

Смертоносный меч Норн

[Примечание переводчика. С 13 тома начинаются спойлеры для тех, кто не читал ранобэ и только смотрел аниме]

— Брат, научи меня особому приёму.

Это случилось однажды, во время нашей обычной тренировки по фехтованию.

— Особому приёму?.. — переспросил я, взглянув на Норн.

Я ведь всегда учил её, что путь меча — это скучные и изнуряющие тренировки. Именно так учился я сам, и считал, что иначе нельзя. Так почему же теперь она просит о каком-то особом приёме? Неужели ей наскучили наши однообразные занятия, и теперь ей хочется блестящих, эффектных движений, как в зрелищных поединках?

— Почему? — спросил я.

— Ну… это… — Норн потупилась, и её лицо омрачилось.

По этому выражению я понял — она уже пожалела, что вообще об этом заговорила. Постой-ка. Теперь вспомнил — недавно один из членов фан-клуба Норн рассказывал мне кое-что. На днях Норн тренировалась с деревянным мечом, и один парень из её класса стал дразнить её: «Что ты тут вообще делаешь, тренируясь в Университете Магии? Сколько бы ты ни размахивала этой палкой, толку ноль.»

Пришлось вмешаться, пока дело не переросло в коллективную драку… Понятно. Вот в чём дело. Норн просто разозлилась. И теперь хочет доказать тому мальчишке, чего она стоит.

— …Прости, брат. Забудь, что я сказала, — пробормотала она.

Фехтование — это вопрос жизни и смерти. Нельзя позволять себе колебаться из-за детской ссоры. Пусть с деревянным мечом это и безобидно, но стоит ей взяться за меч Пола — и это уже не просто драка.

И всё же, если я просто отмахнусь, в какой-то момент она может сорваться. Может, сейчас как раз то время, когда стоит укрепить её уверенность в себе… Показать, что не стоит обращать внимание на таких мелких людей.

— Нет, всё в порядке, — сказал я.

— А?..

— Но запомни: пользоваться этим нельзя.

То, что я тебе покажу, по-настоящему смертельно. Если применишь — противник точно умрёт. Норн сглотнула.

— Э-это… Меч Света?..

Меч Света — высшая техника стиля Меча Бога. Говорят, тот, кто ею овладел, достоин звания Святого Меча. Правда, я сам её не умею. А учить тому, чего не знаешь, невозможно.

— Нет.

— Тогда… может, Звуковой Клинок?

Звуковой Клинок — тоже техника стиля Меча Бога. Насколько я знаю, это неудачная версия Меча Света. По сути — серия ударов с такой скоростью, что их можно применять в бою. Разумеется, я и этого не умею.

— Тоже нет, — ответил я.

— Тогда что же?..

Не торопись. Я думал изо всех сил Нужен особый приём — такой, чтобы поднял Норн самооценку, чтобы она смогла его освоить и, в крайнем случае, защитить себя. Хм…

— Норн.

— Да?

— Укажи на меня пальцем.

— Э?.. Ладно…

— А теперь крикни: «Этот человек извращенец! Он пытался сделать со мной что-то неприличное!»

— Эт-этот человек… Брат! Перестань шутить! — Норн надула щёки.

Но я не улыбнулся.

— Я не шучу. Если противник — мужчина, то после этих слов победа почти гарантирована. Уже завтра его репутации в школе конец.

Честно говоря, у меня у самого сердце екнуло. Такой удар — и будь я взрослым работающим человеком, мне бы конец, социальный и моральный.

— П-правда?..

— Абсолютно. Если выкрикнешь это при людях, союзники появятся из ниоткуда и сотрут врага социально. Правда, действует это только в стенах школы.

(Если бы кто-то и вправду посмел сделать что-то непристойное с Норн… я бы стёр его с лица земли. Даже если бы это оказалось ложным обвинением.)

— Но… хм… — Норн всё ещё сомневалась.

Однако как брат — и, в какой-то степени, как отец — я должен был сказать:

— Норн, не используй меч, чтобы выяснять отношения.

— …Хорошо, — тихо ответила она.

Похоже, она всё поняла без лишних слов. Немного грустно опустила плечи, но больше о «особых приёмах» не заговаривала. Так в итоге Норн так и не освоила никакой особой техники.

Позже я узнал: хотя её и продолжали дразнить, она не сдавалась и продолжала тренироваться. А один из её друзей, не выдержав, публично поставил обидчика на место. Я пожалел, что не смог поддержать Норн лично… Но, узнав, что у неё есть друзья, готовые встать за неё, я лишь улыбнулся — от чистого сердца.

Рыбалка/Месть

Часть 1

После того инцидента на вечеринке по случаю дня рождения Норн стала всё чаще проводить время с Рокси. Чем они занимались? Конечно же — рыбачили. Нет, они не писали правдоподобную чушь на анонимных форумах ради внимания. Просто с того дня Норн будто подцепила «рыболовный вирус» — и теперь не могла остановиться.

Они ходили к реке, сидели рядом, опустив удочки в воду, и проводили время спокойно, не спеша. О чём они разговаривали, я не знал, но, видя, как они ладят, я и сам радовался. Я не часто ходил с ними. Было бы глупо мешать двум тихим людям наслаждаться их размеренной рыбалкой и негромкими разговорами. Так что же я делал, когда у меня не было дел?

— Эй, эй, братик, устроим сегодня соревнование? — звонко спросила Айша.

Да, я устраивал состязания с Айшей. После того «турнира по рыбалке» на дне рождения она, похоже, нашла в этом вкус. Когда я всё же присоединялся к Норн и Рокси, Айша неизменно приходила вместе с нами — и бросала мне вызов. Каждый раз, когда я проигрывал, приходилось покупать ей что-нибудь милое — вышитый мешочек, серёжки или браслет. Недавно Лилия даже мягко отчитала меня: мол, не стоит так уж баловать Айшу. Так что я уже подумывал прекратить эти поединки.

— …Хорошо, — сказал я, принимая вызов.

— Фуфуфу, братик, ты уверен? Так просто согласился? Неужели забыл своё позорное поражение в прошлый раз?

— Айша, есть такая поговорка: «Если три дня не видел мужчину — взгляни на него по-новому».

На этот раз у меня была стратегия.

— Хм, у тебя лицо, будто ты приготовил «секретное оружие», — заметила Айша, прищурившись.

— Именно, — подтвердил я.

Она усмехнулась — уверенно, с тем видом, будто нас ждёт действительно интересное сражение.

— Ну что ж, правила простые, — сказала Айша. — Кто поймает больше рыбы до конца времени — тот и победил!

— Принято.

— Время до заката. Проигравший исполняет одно желание победителя!

— Договорились.

— Тогда... начали!

По её сигналу я взмахнул удочкой.

Часть 2

«Ага — у меня уже четыре!»

Прошёл час. К этому моменту я поймал одну рыбку. Мелкую — в темпуру самое то. Айша — четыре. Все её уловы были крупнее моего. Особенно вторая — жирная, большая рыба; я уже представлял её на столе, поданную целиком.

«Ну что, братик, ещё есть время до захода солнца, но как насчёт того, чтобы закончить?»

Взгляд Айши говорил: «Те новые сапожки в лавке — мои».

«Нет, настоящее состязание начинается сейчас». С этими словами я вытащил из сумки… удочку.

Она была из тёмного гладкого материала, с катушкой — профессиональный инструмент. В нашем мире катушек не знали, так что Айша, наверное, не понимала, зачем она нужна.

— Я предвидел такой день и разработал эту удочку в сотрудничестве с Занобой.

— ……

— Штекер из ножек Жук-землевладельца, леска — из паутины Тарантула смертельной дороги. Катушка — дизайн Занобы, собрал я сам с помощью магии земли. Поплавок сделала Джули в форме небольшого гуся.

«Хм».

Айша слушала меня, уставившись на удочку. В её руках была простая деревянная удочка — как у Рокси и Норн. По сравнению с моей навороченной снастью её удочка казалась детской игрушкой. Может, это выглядело по-детски, но без такого «секретного оружия» я бы точно не выиграл — я слишком часто проигрывал.

— Выглядит тяжеловато… ты уверен, что с этим что-то поймаешь? — скептически спросила она.

Жук-землевладелец может поднять и швырнуть огромные валуны, а Тарантул смертельной дороги устоит даже против опытных авантюристов. Исходя из прочности этих материалов, теоретически на такой снасти можно вытянуть даже телегу.

— Ну, смотри и учись.

Я с важным видом поднял удочку, примотал наживку к крючку, дважды проверил изгиб — всё идеально. Затем, приложив усилие и использовав упругость удилища, запустил наживку как можно дальше.

— Ха! — «Ого!» — «…Вот это да!»

После удивлённых восклицаний Айши я услышал ещё один — и тут же увидел Норн, уставившуюся на меня широко раскрытыми глазами. Интересовалась ли она моей удочкой? Где Рокси? Наверное, в туалете.

— …Ага, кажется, уже клюёт.

Я почувствовал мощный рывок. Тяжёлый. Очень тяжёлый. Но удочка из Жука-землевладельца не дрогнула, а рука-протез Залифа придавала мне силу сотни мужчин.

— Это что-то серьёзное. Даже если вес не важен в этом конкурсе… мне попался, кажется, нечто вроде лорда реки.

Айша, заворожённая, закрыла рукой рот. Казалось, она даже не может произнести ни слова.

— Сейчас покажу… РЫБАААА! — выкрикнул я, используя упругость удилища и мощь протеза, и потянул.

Вода фонтаном взметнулась вверх — сильный всплеск, волны расходились по поверхности. На конце лески висел гигант. Настоящий монстр — такой, что трудно было поверить, будто это обычная рыба. Но он лежал вялый, мокрый, с водой, стекающей по телу, и смотрел на меня абсолютно равнодушным выражением.

— Руди, — произнёс тот.

Эта рыба… или, быть может, Рыбa-Рокси, посмотрела на меня и тихо заговорила.

— Да? — отозвался я.

— Можно я немного рассержусь?

Я тут же опустился на колено. Даже если у тебя крутая снасть, без навыка ничего не выйдет. В тот день я усвоил урок — и купил Айше те сапожки.

Короткие истории к 14 тому ранобэ

Рокси и мандариновое дерево

Прошло несколько дней с тех пор, как Рудеус отправился к Небесной крепости.

— Так, ну-ка-а… пора снимать бельё, высохло ли оно? — Как обычно, Айша напевала свою ужасную песенку, занимаясь хозяйственными делами.

— …Хм? —

Вдруг её взгляд привлёк знакомый силуэт. В саду стояла небольшая девушка с голубыми волосами — Рокси. Она смотрела в небо, задумчиво и немного грустно.

(Наверное, беспокоится о братике, который ушёл к парящему форту…)

Поскольку Рокси преподавала в Магическом университете, днём её редко можно было застать дома. И всё же, без Рудеуса дом, наверное, казался ей немного пустым.

(Может, составить ей компанию? …А?)

Айша уже собиралась подойти, но вдруг заметила, что делает Рокси, и нахмурилась. Та аккуратно разложила на земле ткань, проверила положение, снова посмотрела вверх — взглядом, полным ожидания.

(Что она… а, понятно.)

Секунду Айша недоумённо следила за её странными действиями, но, будучи умной девочкой, быстро всё поняла.

— Рокси.

— Э? О, Айша.

— Что ты делаешь? — Айша уже догадывалась, но всё равно не удержалась от вопроса — уж слишком нелепо это выглядело.

— Хе-хе, смотри вот туда, — сказала Рокси и указала на большой, налитый мандарин.

Под тяжестью плода ветка сгибалась всё ниже, и казалось, ещё немного — и тот упадёт.

— Он как раз созрел. Судя по всему, упадёт сегодня.

— Ага.

— Но если упадёт, может раздавиться. Так что я постелила ткань — пусть упадёт на неё, тогда его всё равно можно будет съесть.

— Логично… но, эм… почему бы просто не сорвать и не съесть? — удивилась Айша.

Рокси посмотрела на неё в полном недоумении.

— О, Айша, ты не знаешь? В Королевстве Раноа есть закон: «Нельзя срывать плоды с дерева для себя, но, если плод упал сам — его может съесть кто угодно».

Такой закон, кстати, есть во многих странах.

— Эм… да, я в курсе, — сказала Айша, стараясь не усмехнуться.

— Мандарины такие сладкие и кисленькие, от них во рту прямо счастье. Но в некоторых странах они настолько дорогие, что даже авантюристы не могут себе позволить.

Когда я была без гроша, я целыми днями стояла под деревьями и училась угадывать, какой плод упадёт сегодня, — так и ела мандарины. Айша даже на секунду растерялась. Это была неожиданная способность Рокси — предсказывать падение фруктов. Но всё же не это её смущало.

— Эм, Рокси… может, я ошибаюсь, но…

— Да?

— Это же наше дерево. Думаю, если ты просто сорвёшь мандарин, преступлением это не будет.

— Наше? То есть, принадлежит семье Грейратов?

— Ага.

Эти слова ошарашили Рокси. Она, никогда прежде не владевшая фруктовыми деревьями, стояла, словно громом поражённая.

— П-подожди, у нас их столько!? — изумилась она, глядя на полное плодами дерево.

Даже если бы она съела пару десятков, остальным бы хватило с лихвой.

— Урожай в этом году особенно хороший. Наверное, удобрение или почва удачные, — пояснила Айша.

— То есть… мы можем есть их сколько угодно?

— Ну… я ведь ухаживаю за деревом и использую плоды для готовки, так что не советую объедать всё в одиночку.

— Эээх…

Рокси посмотрела вверх с благоговением. Для неё дерево, увешанное спелыми мандаринами, выглядело как настоящее сокровище.

— Смотри! — сказала Айша, поднимая палку для белья.

— О?

Прямо перед Рокси она ловким движением сбила тот самый мандарин, на который та смотрела. Он уже почти собирался упасть, так что сорвался легко — и Рокси поймала его в ладони.

— Э… Айша?

— Прошу, госпожа, приятного аппетита, — с шутливой серьёзностью произнесла Айша.

Рокси, слегка смутившись, очистила мандарин — и откусила дольку.

— Мммм…! —её лицо мгновенно озарилось счастьем.

Видя это, Айша сбила ещё один плод и попробовала сама.

—Да. Неплохо — сказала она, чувствуя приятную кислинку с лёгкой сладостью.

Мандарин был в самом соку. Она собиралась подождать, пока упадёт ещё парочка, прежде чем собирать урожай, но теперь подумала, что, может, стоит начать немного раньше.

— Неплохо? Айша, у тебя талант к садоводству!

— П-правда?

— Даже не верится, что можно есть такие вкусные, сладкие мандарины хоть каждый день!

— Ну, не круглый год, конечно, — улыбнулась Айша, — у них ведь сезон.

Но похвала была ей приятна. Садоводством она занималась просто ради удовольствия — и, честно говоря, часто терпела неудачи. Поэтому услышать, что у неё «талант», было особенно приятно.

(Может, испечь мандариновый пирог в следующий раз…) — подумала Айша, наблюдая, как Рокси с довольным видом доедает мандарин.

Гурман Нанахоси: Великая Сага о Даси

— Что такое... даси? — спросила Сильварил, когда Нанахоси обедала прямо в кровати. [1]

Обед был, в общем-то, самым обычным: мелко рубленая говядина, смешанная с ароматными овощами и мукой, тщательно вымешанная и быстро обжаренная на сковороде.

Проще говоря — котлета по-японски, или, как называли её в Асурском королевстве, «хамбург». [2]

Блюдо, приготовленное Сильварил, было отменного качества, и Нанахоси осталась вполне довольна.

— А? — переспросила она, не сразу поняв.

— Я про даси, — спокойно пояснила Сильварил. — Вы как-то упоминали это слово, когда пробовали мою стряпню. Сказали: «В этом нет даси».

Нанахоси застыла, держа вилку на полпути ко рту. Она сразу вспомнила — тот день, когда Рудеус предложил ей мисо-суп. От первого глотка её накрыла волна ностальгии, а чтобы скрыть охватившее её волнение, она тогда и ляпнула что-то вроде «без даси».

— Э-э... Я не хотела этим вас обидеть, — замялась она. — Если вас это задело, я извинюсь…

— Всё в порядке, — покачала головой Сильварил. — Просто, насколько я понимаю, в супах вашей родины даси — это обязательный ингредиент, не так ли?

— Ну… да, можно и так сказать. А зачем спрашиваете?

— Лорд Перугиус заинтересовался блюдом под названием мисо-суп. Я хотела бы приготовить его безупречно.

Нанахоси только вздохнула. Ей было хорошо известно, насколько Сильварил предана своему господину. С виду она всегда невозмутима, но стоило заговорить о Перугиусе — и в голосе её проступала едва уловимая, почти детская воодушевлённость.

— Не могли бы вы меня научить? — вежливо спросила она.

— Эм… ну, попробую, — неуверенно ответила Нанахоси.

Хотя на самом деле она вовсе не была хорошей поварихой. Да, она когда-то с умным видом заявила, что в супе «нет даси», но сама толком не знала, как это самое даси готовится.

— Итак, — продолжила Сильварил, — что это за ингредиент?

— Даси... это, эм… комбу? [3]

— Комбу? Водоросли?

— Да, сушёные водоросли… или грибы, или сушёная рыба.

— Значит, всё сушёное?

— Ну, да… ещё, кажется, куриные кости… или креветки?..

Под маской Сильварил нахмурилась.

Список из несвязанных между собой ингредиентов совсем сбил её с толку.

— И… как это готовится?

— Эм… кажется, просто кипятят.

— Только кипятят? Это всё?

В этот момент в памяти Нанахоси всплыл эпизод из старой кулинарной манги.

— А, да! — вдруг воскликнула она. — Некоторые ингредиенты кладут в воду до закипания, а потом вынимают, когда она вот-вот начнёт кипеть.

— Хм? И зачем?

— Эм… — Нанахоси замялась. Она не знала. Совсем.

На деле всё, что она понимала, сводилось к одному: с даси еда получается вкуснее. Почему именно — она не имела ни малейшего понятия.

— Простите, я не знаю подробностей, — призналась она.

— Понимаю, — мягко ответила Сильварил.

— Прости, не стоило мне говорить о вещах, в которых не разбираюсь…

— Не нужно извиняться, госпожа Нанахоси. Вы ведь не повар. Это естественно. Да и любой на вашем месте отметил бы, если в блюде не хватает чего-то важного.

В словах Сильварил не было ни тени укора, но Нанахоси всё равно почувствовала себя неловко — будто ученица, получившая мягкое замечание от учителя.

Чтобы хоть как-то сменить тему, она отрезала кусочек котлеты и попробовала. Мясной сок мгновенно наполнил рот — насыщенный, ароматный, почти опьяняющий. А соус… соус был просто великолепен. Густой, гладкий, с идеальным балансом сладости и лёгкой горчинки — почти как демиглас. [4]

— А-а… — вдруг произнесла Нанахоси, озарённая мыслью. — Сильварил, а как вы сделали этот соус?

— Соус? Сначала я обжарила сухожилия лесного быка, потом долго варила их с ароматными овощами. Это и стало основой.

То, что описала Сильварил, было удивительно похоже на метод создания «фонд». [5]

Конечно, она не знала всех тонкостей его приготовления, но принцип казался похожим: выварить ингредиенты, чтобы извлечь из них насыщенный вкус и аромат.

— Наверное, даси делается примерно так же, — наконец сказала она. — Это тоже основа — то, что придаёт блюду глубину.

— Понимаю… значит, некий бульон, усиливающий аромат. Хотя ингредиенты у вас и впрямь необычные.

— Согласна… — с лёгкой улыбкой ответила Нанахоси.

Сильварил кивнула, её голос стал решительным:

— Чтобы подать это блюдо лорду Перугиусу, мне придётся провести обстоятельное исследование.

Так Сильварил впервые прикоснулась к тайне даси. А попробует ли Нанахоси когда-нибудь настоящий мисо-суп… этого пока не знает никто.

[Примечание переводчика:

1.   Даси — это основа японской кухни, разновидность бульона, придающего блюдам насыщенный вкус умами. На даси готовят мисо-суп, прозрачные супы, лапшу и множество тушёных блюд.

2. Японский хамбург отличается от привычного «гамбургера» — это просто сочная мясная котлета без булки.

3. Комбу — съедобные морские водоросли (ламинария), часто используемые в сушёном виде для приготовления даси.

4. Демиглас (от французского demi-glace, что означает «полу-глазурь») — концентрированный мясной соус французской кухни. Готовится путём длительного выпаривания бульона из говяжьих костей с добавлением вина и различных специй.

5. Коричневый мясной бульон (fond brun) из французской кухни]

Оценочный тур Занобы

Однажды Заноба неспешно прогуливался по парящему замку Перугиуса.

— О-о-о! Да это же... скульптура Дедала, не так ли?!

Последние несколько дней он буквально жил в раю. Парящий замок Перугиуса был настоящей сокровищницей искусства. Картины, статуи, резные панели — в бесконечных коридорах не было конца чудесам. Хотя Заноба больше всего любил кукол, даже он не мог остаться равнодушным к такой коллекции.

— Этот цвет... этот блеск, словно отполированный каштан… несомненно, — произнёс он, не скрывая восторга. — Это творение каменной птицы Дедала, которая, по легенде, вырезала подобные узоры, строя своё гнездо! А ведь считалось, что этот вид вымер ещё во времена Войны Лапласа!

Размеры замка поражали воображение: обойти всё за один день было невозможно. И куда бы ни шёл Заноба, повсюду его ждали новые чудеса. Он был знатоком. Всю жизнь провёл среди произведений искусства, особенно среди кукол, собранных со всего света. И всё же даже для него находки Перугиуса становились откровением — здесь было множество предметов, которых он никогда прежде не видел.

— Как и следовало ожидать от замка лорда Перугиуса, — с благоговением прошептал Заноба. — Здесь собрано то, чего не найти ни на одном рынке, ни на самом роскошном аукционе...

Он был счастлив, по-настоящему счастлив. Жить среди столь редких и прекрасных творений — что может быть большее счастье для ценителя?

— Вижу, вы вновь наслаждаетесь достопримечательностями замка лорда Перугиуса, — раздался позади спокойный голос.

Это была Сильварил — женщина в маске с чёрными крыльями, одна из двенадцати подчинённых Перугиуса.

— О, леди Сильварил! — Заноба расплылся в улыбке. — «Наслаждаюсь» — слишком слабое слово! Это же истинное сокровище! Такого собрания искусства нет и не будет больше нигде в мире! Этот замок — величайший из всех, когда-либо созданных!

— Разумеется, — ответила Сильварил ровным голосом. — Ведь всё здесь собрано самим лордом Перугиусом своими руками.

Под маской её губы изогнулись в довольной улыбке. Она словно лучилась гордостью — как пёс, радостно виляющий хвостом, когда хвалят его хозяина. Но в характере Сильварил таилась лёгкая игривость. Иногда ей нравилось испытывать собеседников — особенно если это могло ещё сильнее подчеркнуть величие Перугиуса.

— Кстати, Заноба, — сказала она с невинным тоном. — Эта скульптура Дедала покрыта особым маслом для сохранности... Интересно, знаете ли вы, каким именно?

— Хм... — Заноба задумчиво провёл рукой по подбородку.

— Лучшее масло для обработки скульптур, насколько мне известно, — это огненное масло Лазурного Дракона.

Это редчайшее вещество вырабатывается в теле Лазурного Дракона и используется им, когда он изрыгает пламя. В мире искусств оно считается непревзойдённым средством для придания камню глубины и блеска. Но достать его почти невозможно: Лазурных Драконов почти не осталось, а количество масла, добываемого из одного, ничтожно. И всё же Заноба был уверен: у Перугиуса оно непременно есть.

— Масло Лазурного Дракона, говорите? — переспросила Сильварил.

Однако это был неверный ответ. Перугиус владел ещё более редким веществом, куда лучше подходящим для сохранения скульптур Дедала.

— Впрочем... — начала было Сильварил, но Заноба вдруг перебил её.

— Нет, — произнёс он, прищурившись. — Слишком уж естественный блеск. При использовании огненного масла Лазурного Дракона поверхность получает характерный, чуть маслянистый отблеск. Но здесь этого нет.

Скульптура выглядит так, будто её только что вынули из гнезда самой птицы Дедала — мягкий, благородный матовый блеск... Есть лишь одно вещество, способное дать такой эффект. И он произнёс:

— Масло, извлечённое из сальных желёз каменной птицы Дедала. Верно?

Сильварил застыла.

— ......

Она была потрясена. Когда Перугиус поручил сохранить эту скульптуру, он лично запретил использовать огненное масло Лазурного Дракона, назвав его «чересчур вычурным», и распорядился применить именно это, легендарное. Но она никак не ожидала, что человек сможет догадаться до истины одним лишь взглядом.

— Ну что вы скажете? — спросил Заноба с лёгкой улыбкой.

Сильварил медлила. Она хотела поймать его на незнании — а он ответил безупречно. Признать поражение было мучительно.

— Это... верно, — наконец прозвучал голос.

Но ответ исходил не от неё. Когда оба обернулись, перед ними стоял сам Перугиус.

— Угадать, что огненное масло не использовалось, лишь по виду... и сразу назвать правильный ответ... — произнёс он. — Ты редкий человек, Заноба Широн. Различать такие тонкости — великое искусство.

— Для меня великая честь слышать это от вас, лорд Перугиус. Но рядом с вашим чутьём я — лишь тень. Вы не только собираете шедевры, но и храните их с наивысшим мастерством.

— Довольно лести, — отмахнулся Перугиус. — Будь у тебя те же богатства и годы, поступал бы так же.

Он бросил короткий взгляд на Сильварил:

— Сильварил. Учись у него. Тебе стоит не только расширять знания, но и оттачивать проницательность.

— ...Поняла, — тихо ответила она.

— А теперь иди за мной, Заноба, — произнёс Перугиус. — Я покажу тебе одну из моих самых драгоценных реликвий. Обычно я не открываю её даже гостям.

Так Заноба Широне впервые заслужил расположение Перугиуса... Но это уже совсем другая история.

Тренировки Клиффа идентификации

Глаз идентификации. Демонический глаз, наделённый особой силой. Стоит лишь взглянуть на предмет — и в воздухе перед глазами появляется поясняющий текст. Вот и всё, что умеет этот глаз, но пока не научишься им управлять, всё поле зрения превращается в сплошной поток слов, от чего даже шагу нельзя ступить без ошибок.

— Чёрт... — выругался Клифф. Он получил этот демонский глаз от самой Императрицы Демонов Киширики Киширису — и теперь изо всех сил пытался обуздать его.

Конечно, можно было бы просто завязать глаз повязкой и жить спокойно. Многие владельцы демонических глаз поступали именно так — и не мучились. Но гордость Клиффа не позволяла ему сдаться.

Он сам выбрал именно это око — значит, обязан научиться управлять им, хотя бы настолько, чтобы не стыдно было сказать: «Я умею его использовать. Именно чувство ответственности гнало его вперёд.

— Клифф, может, передохнёшь немного? — с заботой предложила Элинализ.

— Нет! Рудеус овладел Глазом Предвидения всего за неделю. Я хотя бы должен научиться ходить!

Как и в последние дни, Элинализ сопровождала его по коридорам парящего замка. Тренировка была проста: смотреть на разные предметы, читать появляющийся текст и запоминать информацию.

Когда мозг полностью усваивал сведения, глаз переставал выводить их на экран сознания. Продолжая это снова и снова, можно было достичь того, чтобы глаз показывал только то, что ты сам хочешь видеть. Клифф, называвший себя гением, всего за несколько дней догадался до этого метода. К счастью, летающая крепость была полна редчайших артефактов — идеальное место для таких тренировок. Но, разумеется, овладеть силой глаза было нелегко.

— Хм?

— О, мистер Клифф, на свидании, что ли? — раздался добродушный голос.

Перед Клиффом остановился Заноба.

— Нет, тренируюсь управлять своим глазом. А ты опять любуешься скульптурами?

— Именно.

— День за днём, и всё не надоест?

— Здесь столько искусства, что и за несколько дней всего не пересмотришь.

— Вот как...

С тех пор, как у него появился глаз идентификации, Клифф видел множество произведений искусства в этом замке. Особого интереса он к ним не испытывал, но, читая поясняющий текст каждый день, понемногу набирался знаний. Со временем он понял: сокровища, собранные здесь, действительно бесценны. Многие из них — артефакты, чьи способы создания давно забыты.

— Да, всё здесь редкое, — согласился он.

— Верно. Но ведь настоящая сила лорда Перугиуса не только в том, что он всё это собрал, — возразил Заноба, указывая на статую. — Он по-настоящему ценит мастерство и красоту.

Вот взгляни! Материал — зелёная золотая руда, редчайшая вещь. Но посмотри на эту плавную линию вдоль шеи! Как удалось вырезать такую утончённую форму из столь хрупкого камня? Ни один известный мастер не работал в подобном стиле... Может, это был ученик, отошедший от своей школы, или некий безымянный гений?

— Здесь написано, что это работа Эдмунда Оползня, вырезанная когтем Одноглазого Дракона, — небрежно произнёс Клифф.

Заноба замер. Потом медленно повернулся к нему, словно скрипучий механизм, и уставился горящими глазами.

— Хочешь сказать, что это творение Эдмунда? Того самого, что славился своим абстрактным стилем?!

— Ну... я не особо знаю, кто это, но так тут написано. Якобы, когда он был молод и путешествовал как авантюрист, нашёл в пещере зелёную руду и кости Одноглазого Дракона — и вырезал статую прямо на месте.

— Хм... Значит, твой глаз может сообщить и такие подробности.

Услышав это, Клифф ощутил лёгкое сожаление. Он понял, что, пожалуй, сказал лишнее. Даже он, не слишком тонкий человек, мог догадаться: неприятно, когда кто-то без труда хвастается знаниями, которые тебе самому пришлось бы добывать годами.

Если бы дело было просто в превосходстве, Клифф не задумывался бы — но ведь знания ему дарил не собственный ум, а магический глаз. А выдавать это за личные заслуги — противно его гордости.

— Извини, Заноба. Я не хотел...

— Мистер Клифф! Мистер Клифф! — вдруг загорелся Заноба, не дав договорить. — А вот эту статую! Что скажет твой глаз? Кто автор, из чего она сделана?

— Эм... Заноба...

— Ах, простите! Я, кажется, обращаюсь к вам как к инструменту. Обидел?

— Нет, не в этом дело. Просто... тебе не неприятно, что кто-то, не приложив усилий, выставляет знания напоказ?

— Ха-ха-ха! Что ты, не будь смешным. Я ведь тоже родился с благословением силы, не по своей воле. Разве стану презирать другого за врождённый дар? Если с его помощью можно узнать что-то новое — я только рад!

После этих слов Клифф, наконец, понял. Заноба не стремился к соревнованию. Он не пытался быть лучше в том, что любил. Он просто искал истину и красоту — и делал это с чистым сердцем. И именно поэтому, даже перешагнув за тридцать, он не ленился учиться магии земли и с уважением относился и к младшим, и к старшим.

— Да... ты прав, — тихо сказал Клифф. — Эта статуя — работа знаменитого мастера морского народа по имени Гарфиш. Он вырезал её из красного кораллового камня, который можно найти только на дне океана.

И так, с помощью своего демонического глаза, Клифф вновь сделал шаг вперёд — не только в искусстве опознания, но и в собственном росте как человека.

Короткие истории к 15 тому ранобэ

Спокойствие Короля

Парящий в небе замок — Разрушитель Хаос. В одном из его садов тихо стонала молодая девушка.

— Уф... — слабо выдохнула она.

Её звали Нанахоси Сидзука, обыкновенная старшеклассница, волею судьбы перенесённая в этот мир. Сейчас она сидела за столиком в саду, опершись локтями о поверхность и прижимая ладони к вискам.

Мысли её были заняты предстоящей битвой Рудеуса с Орстедом. Она и сама была в этом замешана — пусть и косвенно: лишь одолжила кольцо, способное вызвать Орстеда. Но даже такое участие не давало ей покоя.

— Что же мне делать... — пробормотала она рассеянно.

— О чём ты тревожишься? — раздался вдруг голос за спиной.

— ! — Нанахоси вздрогнула и резко обернулась.

Позади стоял Перугиус, владыка этого замка. Узнав его, девушка мгновенно побледнела и поспешно склонила голову.

— Э-э... нет... то есть... — запнулась она, не находя слов.

— Хм. Не можешь сказать? Тогда, пожалуй, речь идёт о Рудеусе и Орстеде.

Нанахоси вздрогнула, словно её застали с поличным.

— Все разговоры в стенах моего замка мне известны, — спокойно продолжил Перугиус. — Я, разумеется, знаю и о твоём плане — о заговоре с Рудеусом, о намерении предать Орстеда и устроить ему засаду.

— Мы не предаём его! — вскрикнула она.

— Ах, правда? — прищурился он. — А как тогда назвать то, что вы собираетесь сделать? Выманить Орстеда под предлогом помощи — и попытаться убить его?

Нанахоси опустила глаза, не находя оправдания.

— Впрочем, — продолжил Перугиус, — не думаю, что Рудеус сможет победить Орстеда. Его ловушка будет разрушена, а сам он в итоге уткнётся носом в землю.

Понимая смысл этих слов, Нанахоси побледнела. Может быть, стоило настоять, попытаться остановить Рудеуса? Но нет — когда он пришёл к ней, решение уже было принято. Слова бы не помогли.

— А может, разъярённый Орстед явится и сюда, в мой замок, — добавил Перугиус.

— А... — выдохнула Нанахоси, ошеломлённо подняв взгляд.

До этого она думала лишь о себе и о Рудеусе — и совсем не задумывалась, что может навлечь беду и на Перугиуса.

— Я... я даже не подумала об этом... Простите...

Она было поднялась, намереваясь уйти, но Перугиус поднял руку.

— Сядь, — коротко сказал он.

Тон не оставлял места возражениям. Нанахоси послушно опустилась обратно. Перед ней поставили чашку — ароматный пар тонкой струйкой поднимался от поверхности чая.

— Лорд Перугиус — человек великодушный, — послышался тихий голос за её спиной.

Обернувшись, Нанахоси увидела женщину в маске — Сильварил.

— Он не станет изгонять гостя из-за такой мелочи. К тому же, лорд Перугиус необычайно могуществен. Даже если Орстед нападёт, у него хватит силы, чтобы дать отпор. Сильварил говорила спокойно, но на лице Перугиуса мелькнула тень — лёгкая, но красноречивая. Этого было достаточно, чтобы понять, насколько грозным противником является Орстед.

— Хм. Впрочем, до этого не дойдёт. «Орстед относится к тебе с особым почтением», —сказал Перугиус.

— Вы действительно так думаете?

— Насколько мне известно, ты — единственная, к кому он проявлял такую привязанность. Он не станет убивать тебя из-за незначительного проступка.

Нанахоси замолчала. Она знала кое-что об Орстеде — знала его тайну. Она не могла рассказать о ней никому, но понимала, что за боль он несёт, чего ищет и чего боится. И потому сейчас она думала только об одном: «я совершила непростительное». Она предала человека, который защищал её с самого момента появления в этом мире. И в то же время — не смогла остановить того, кто помогал ей искать путь домой, отправив его, возможно, на смерть.

Двух людей, перед которыми она была в неоплатном долгу.

— Хлюп... — звук вырвался сам собой.

Глаза защипало, горло сжалось. Она подняла голову, пытаясь сдержать слёзы, но не успела — прозрачная капля упала на стол.

— Хм... плачешь, значит? — с усмешкой произнёс Перугиус.

Сильварил тоже посмотрела строго.

— Слёзы тебе не помогут, — сказал Перугиус, и в его голосе прозвучала не насмешка, а твёрдая констатация.

— Хлюп... Я знаю... это ничего не изменит... — тихо ответила она.

— Тогда думай лишь об одном. —

С этими словами Перугиус отпил последний глоток чая, поднялся и направился прочь, давая понять, что разговор окончен. Наблюдая, как его фигура исчезает в глубине сада, Нанахоси поняла, зачем он приходил.

— Спасибо вам... лорд Перугиус, — прошептала она едва слышно. Но Перугиус услышал.

Друзья

— Так, с ногами закончили. — Ух ты! Как и ожидалось от мистера Клиффа — вы работаете просто молниеносно!

В тот день Клифф и Заноба трудились бок о бок в небольшом сарае на окраине города магии Шарии. Перед ними стоял громоздкий металлический силуэт — почти завершённая магическая броня.

— На этом каркас готов, — удовлетворённо сказал Клифф, отряхивая руки. — Как только мастер вернётся, нужно сразу же испытать.

Заноба, глядя на лежавшую перед ним броню, вздохнул с искренним восхищением.

— Хм... Мастер давно вынашивал эту идею, но... где он вообще узнал такие техники? — в голосе Занобы звучало детское изумление.

Внешне это был огромный доспех, но внутри — сплетение магических кругов и сложнейших рун. По сути, конструкция была ближе к куклам, которыми Заноба занимался последние годы, чем к обычной броне.

Он и Рудеус давно работали над подвижными куклами, шаг за шагом приближаясь к мечте — создать «живое творение». Но он никогда не думал, что они так быстро дойдут до чего-то подобного — колоссальной магической машины. И теперь, когда до завершения оставалось совсем немного, Заноба чувствовал, как в груди бурлит восторг.

— Да, — коротко ответил Клифф, нахмурившись.

Он знал о магических кругах немало — особенно после того, как занялся изготовлением артефактов, связанных с проклятиями. И всё же создание этой брони оказалось невероятно трудным. Они не раз упирались в тупик.

Но Рудеус... будто играючи находил решения. Кто бы мог подумать, что стоит лишь заменить магический круг в корпусе — с ветровой системы на формулу Алистера, — и восемьдесят процентов проблем исчезнут? Эта система заклинаний уже давно вышла из употребления; большинство магов знали о ней только по учебникам истории. Клифф подумал, что для Рудеуса такие знания, наверное, само собой разумеются. Однако его беспокоило не это.

— Знаешь, — сказал он, — мне любопытнее другое. Почему он вообще решил создать такую вещь?

Сначала Клифф считал, что это просто хобби. Ну захотел Рудеус сделать себе большую магическую игрушку, которую можно носить и управлять ею — почему бы и нет? Но, глядя сейчас на массивные пластины брони, на резкие отклики механизмов, на заготовленные крепления под оружие и щит, он понял: это доспех для боя.

— Это ведь не просто забава, верно?

— Похоже на то.

— Тебе не кажется странным, что он нам ничего не объяснил?

— Хм... — протянул Заноба, скрестив руки и задумчиво взглянув в потолок. — Было бы ложью сказать, что мне не любопытно.

— Так почему он молчит? Неужели не доверяет нам?

— Нет, нет. Если бы не доверял, он бы вообще не вовлёк нас в проект.

— Тогда в чём дело?..

Заноба опустился на скамью рядом с бронёй, издав задумчивое «хмм».

— Мастер иногда бывает... скрытным.

— Скрытным?

— Думаю, он просто не хочет, чтобы мы волновались. Наверное, считает, что, если мы узнаем правду, это принесёт нам одни неприятности.

— Хм... вот уж действительно, скрытный, — вздохнул Клифф и тоже присел рядом.

Заноба посмотрел на него — на слегка надутые, недовольные губы Клиффа — и неожиданно спросил:

— Мистер Клифф, а вы... хотите быть ближе к Мастеру?

— Что? — Клифф поднял брови.

Заноба за стёклами очков выглядел спокойно, даже серьёзно. Он не был человеком, который задаёт вопросы ради шутки, и Клифф ответил прямо:

— Конечно хочу. Он ведь... даже при всей своей силе относится ко мне с уважением.

— Верно. — Заноба кивнул. — При всём своём могуществе Мастер никогда не смотрит на нас свысока.

Оба невольно вспомнили дни, когда Рудеус впервые появился в Университете Магии. Он с лёгкостью превосходил их во всём — но ни разу не заставил почувствовать себя ничтожными. Он уважал их труд, их знание, их упорство.

— И всё же, — тихо сказал Заноба, — иногда кажется, будто между нами есть невидимая стена.

— Да... Я тоже бы хотел поговорить с ним по-настоящему, без сдержанности.

— Угу.

Клифф почесал подбородок. У него никогда не было много друзей, и он не знал, как начать такой разговор. Но где-то внутри родилось упрямое чувство — надо сделать хоть что-нибудь.

— Знаешь что? — сказал он вдруг. — Когда всё это закончится, если он по-прежнему будет отмалчиваться — устроим вечер посиделок! За выпивкой!

— Ха! Отличная мысль. Попросим Джинджер подобрать место?

— Нет, — решительно покачал головой Клифф. — Только мы сами. Это должно быть... наше дело.

— Но я никогда ничего подобного не устраивал. Вдруг выберу совсем неподходящее место?

— У меня тоже первый раз. Но, если хотим поговорить по душам, важно, чтобы всё было по-честному.

— Ха-ха! Верно сказано!

Так Клифф и Заноба решили устроить вечеринку для троих — где, наконец, смогут говорить с Рудеусом без масок. Состоится ли она когда-нибудь — это уже совсем другая история.

Проводник из леса

Часть 1

— Лес какой-то глубокий, да?

— Ага, и правда.

В тот день Эрис и Гислейн безнадёжно заблудились. Они стояли посреди густого, сумрачного леса. Ветки смыкались над головами, сквозь листву едва пробивался свет, а стволы деревьев были такими толстыми, что десяти человек с вытянутыми руками не хватило бы, чтобы обхватить одно.

— Если просто пойдём прямо, то рано или поздно выйдем, верно? Ну же, пошли!

— Угу, пойдём.

Причина их бедствий была проста: они решили, что путь через лес — кратчайший к цели. Но, как это часто бывает, дорога «напрямик» обернулась петлёй. Поначалу обе шли уверенно. Опасности они не чувствовали — Эрис и Гислейн верили, что достаточно идти вперёд, и выход найдётся.  Осознание того, что они уже два часа ходят кругами, придёт позже.

— !?

Но прежде, чем они поняли, что сбились, случилось нечто другое. Кусты впереди зашевелились — и оттуда что-то выскочило. Обе моментально обнажили мечи, готовые сразить любое чудовище, но...

— Ой!

Эрис остановила удар и ловко подхватила то, что прыгнуло ей прямо в руки. Маленькое пушистое существо. Похожее на кролика — хотя в северных землях монстров, напоминающих кроликов, хоть пруд пруди. Но это было именно животное, не чудовище: мягкая шерстка, острые ушки, круглые глаза — такое милое, что сердце Эрис растаяло.

— Какое же ты хорошенькое!

Эрис всегда любила зверушек, но те, почуяв её энергию, обычно разбегались в ужасе. А этот сам прыгнул к ней в объятия! Девушка прижала зверька к груди — и тут же, не поворачивая головы, взмахнула мечом.

— Ха!

Одним движением она рассекла напополам волкоподобного монстра, бросившегося из-за деревьев.

— Гррр—аах!

Тот рухнул замертво. Похоже, кролика гнал этот зверь. Но радоваться было рано. Со всех сторон послышалось шуршание — и стало ясно: они окружены.

— Похоже, нас взяли в кольцо.

— Похоже на то.

Эрис прижала кролика к груди одной рукой, другой перехватила меч. Гислейн встала рядом.  Шорох стих... и на миг повисла тишина.

— Рааа! —

— Грааа! —

Крикнув в унисон, обе ринулись вперёд. Из-за деревьев выскочили десятки монстров. Рёв Эрис и Гислейн заставил часть стаи на мгновение замешкаться — и этого мгновения хватило. Сталь мелькнула, воздух засвистел.

— Кьяйн! —

— Гяаах! —

Шесть монстров пали от меча Эрис, пять — от клинка Гислейн. Ещё трое — от обратного взмаха. Всего за несколько ударов лес наполнился запахом крови и звоном падающих тел. Оставшиеся трое чудищ, осознав, что стая почти уничтожена, замерли, обменялись взглядами и, поджав хвосты, унеслись прочь. Преследовать их смысла не было — в лесах монстры встречались часто, и такие схватки давно перестали быть чем-то особенным.

— Похоже, забрели прямо в логово, — заметила Гислейн.

— Ага.

Что привело их сюда — сама ли стая, или кролик, или шум боя — оставалось загадкой. Эрис, сияя азартом, обняла дрожащего зверька крепче и выкрикнула:

— Ну что, идите сюда!

И снова бросилась в гущу противников.

Часть 2

— Фух... Кажется, всё.

Лес теперь больше напоминал поле битвы: кругом трупы, изломанные ветви, клочья шерсти.

— Эрис, ты не ранена?

— Ни царапины! — бодро ответила она.

Монстры закончились — или сбежали. Для Эрис и Гислейн такие схватки были скорее разминкой, чем угрозой.

— Вот только... мы теперь совсем потеряли направление.

— Ага. Где теперь «вперёд»?

Их положение стало ещё запутаннее, чем раньше. Эрис нахмурилась, оглядываясь, и тут...

— Ой!

Кролик, которого она всё это время держала, выскользнул из рук и запрыгал прочь. Эрис немного расстроилась, но быстро вздохнула: к животным она привыкла — убегают, и ладно.

— Ладно... будь осторожен, малыш.

Она уже хотела отвернуться, но зверёк вдруг остановился, обернулся к ней, подпрыгнул и ткнулся мордочкой в её ногу. А потом снова побежал — оглядываясь, словно приглашая: «Следуй за мной.»

Эрис и Гислейн переглянулись.

— Пошли!

— Правильно.

Часть 3

Следуя за кроликом, они не провалились в волшебную нору, не встретили безумного шляпника и не нашли сундук, полный золота.

Они просто... вышли из леса.

— Он вывел нас!

— Похоже на то.

Когда девушки обернулись, чтобы поблагодарить своего спасителя, кролика уже не было. Исчез — будто растворился в воздухе. Может, и вправду был всего лишь иллюзией? Но ни Эрис, ни Гислейн не из тех, кто будет ломать голову над пустяками.

— Ну что ж, вперёд! До Магического города Шарии рукой подать! —

— Вперёд, — кивнула Гислейн.

И, вскочив на лошадей, обе направились к свету — прочь из тени леса.

Инаугурационное приветствие

Это случилось через несколько дней после того, как Рудеус стал подчинённым Орстеда. В тот день Орстед находился в небольшой хижине на окраине Магического города Шария. Он сидел за столом и записывал на бумаге свои размышления о будущем — о тех событиях, что можно было предположить, опираясь на дневник из будущего, который принёс Рудеус.

— Хм?.. — вдруг поднял он голову.

Он почувствовал, что кто-то приближается к хижине. Прислушавшись к шагам, Орстед попытался определить, кто это. Шаги звучали спокойно, но, дойдя почти до двери, внезапно замедлились и стали осторожнее. Так ходил только один человек — Рудеус.

Шаги остановились прямо перед дверью, послышалось короткое покашливание, затем — глубокий вдох. Орстед безошибочно понял, что человек за дверью нервничает. После короткой паузы раздался стук.

— Войди, — сразу ответил Орстед, не желая тратить время на церемонии.

С другой стороны послышался голос Рудеуса:

— Простите за беспокойство.

Дверь открылась без малейшего скрипа, и Рудеус вошёл. Увидев Орстеда, он на мгновение вздрогнул, но быстро взял себя в руки, поклонился и подошёл ближе, остановившись прямо перед ним — напряжённый, собранный. Орстед не помнил, чтобы вызывал его сегодня. Подняв взгляд, он спросил:

— Что тебе нужно?

— Я пришёл извиниться за нападение в тот день и выразить благодарность за то, что вы приняли меня своим подчинённым, лорд Орстед.

— Разве ты уже не извинялся?

— То нельзя назвать извинением, — серьёзно ответил Рудеус.

Орстед мысленно хмыкнул: «Что он опять задумал?»

Не обращая внимания на его реакцию, Рудеус достал из сумки небольшой свёрток.

— В знак извинения примите, пожалуйста, этот скромный подарок.

— ...Хорошо, — с лёгким удивлением сказал Орстед, принимая свёрток.

— О, ты даже завернул коробку в бумагу? — заметил он.

В этом мире почти никто не заворачивал вещи в бумагу — обычай был чужд местным.

— Бумага лишь для красоты, можете просто разорвать, — пояснил Рудеус.

Орстед внимательно осмотрел упаковку, затем провёл пальцем по стыку — и в тот же миг аккуратно разъединил клеевой шов. Бумага расправилась в цельный лист. Он изучил складки, нахмурился, затем открыл деревянную коробку.

— Сладости? — произнёс он с ноткой удивления.

— Эм... Надеюсь, вам понравится, — неловко ответил Рудеус.

Внутри лежала галета — не редкость в этих краях. Орстед уже собирался задаться вопросом о смысле такого подношения, но заметил, что под ней есть двойное дно.

— Хм. Здесь что-то ещё...

— Хе-хе, это то самое жёлтое лакомство, которое вы так любите, лорд Орстед, — загадочно сказал Рудеус.

Его тон прозвучал странно, и Орстед, нахмурившись, открыл нижний отсек. То, что он увидел, было ему совершенно незнакомо. Ни о каком любимом лакомстве речи не шло.

Под галетой лежало что-то вроде большого жёлтого пирожка, похожего на блин. Внутри вместо сладкой пасты из бобов была начинка из орехов — нечто среднее между ояки и пирожком. В любом случае, оно действительно было жёлтым. [1] В любом случае, это была жёлтая сладость, а не кобан. [2]

— Цвет совпадает, но я такого не пробовал. Это точно не моё любимое. Объясни, что всё это значит?

— Э-э... — Рудеус на мгновение замер, словно только что проснулся.

Но быстро выпрямился, сделал глубокий поклон и произнёс:

— Это просто... знак добрых намерений! А что касается смысла "жёлтого сладкого", то... лучше спросите у Нанахоси. Да!

После этого, почти выкрикнув: «Прошу извинить!», Рудеус резко развернулся и стремительно покинул хижину. Орстед некоторое время недоумённо смотрел на дверь, потом перевёл взгляд на оставленное лакомство. Незнакомая форма, странная начинка. На яд не похоже. Да и даже если бы было — яд не подействует на него. Он взял кусочек и попробовал. Медленно прожевал, проглотил.

— ...Неплохо, — тихо произнёс Орстед.

Рудеус — человек странный. Его мысли невозможно предугадать, поступки часто выходят за пределы разумного, а внезапные действия иной раз сродни нападению. И всё же, где-то в глубине души Орстед чувствовал — этот парень не плохой. Так он и подумал, глядя на жёлтое сладкое, оставленное у него на столе.

[Примечание:

1.       Ояки — японские пирожки из теста на гречневой закваске с овощной или сладкой начинкой.

2.       Кобан — овальная золотая монета, использовавшаяся в Японии эпохи Эдо.]

Короткие истории к 16 тому ранобэ

Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

К 16 тому есть две короткие истории, события в которых происходят в Лабиринте Библиотеке Короля демонов. В лайт новелле для ответа на вопрос Перугиуса про лучшего короля, Ариель отправляется с Рудеусом, Сильфи, Люком и Гислейн в Лабиринт Библиотеку Короля демонов, чтобы найти дневник первого короля Асуры Ганиуса. Данную небольшую арку добавили в лайт новеллу, и ее не было в 17 томе веб новеллы. В связи этим, перед прочтением коротких историй к 16 тому рекомендую прочитать 6,7 главы 16 тома лайт новеллы.

Норн тоже хочет поиграть с Лео

Часть 1

В наш дом пришла большая собака. Реакция Норн, когда она её увидела, была довольно сдержанной «А, ещё один питомец? Понятно», — именно такое впечатление она произвела.

Но в глубине души всё было иначе. Круглые глаза Лео, дружелюбное выражение морды, белая, пушистая, будто облако, шерсть и тело — такое огромное, что, даже обняв его изо всех сил, всё равно останется, что обнимать.

Когда Норн училась в школе в Святом Королевстве Миллис, у одного ребёнка там была большая собака. Однажды тот ребёнок привёл её в школу. Тогда все друзья собрались вокруг, гладили пса, обнимали его, смеялись.

Норн не была подругой этого ребёнка. Она не смогла подойти и сказать: «Можно я тоже поглажу?» — и просто смотрела издалека.

И вот теперь всё повторилось. Когда призвали Лео, и все вокруг ахали, восхищались и тянулись его потрогать, Норн лишь наблюдала со стороны, а на следующий день вернулась в школьное общежитие. Но всё же теперь было не так, как тогда. В детстве тот пёс в школу больше не приходил. А теперь, вернувшись домой, она снова увидит Лео. Может быть, даже сможет обнять его.

Да, где-то в глубине души Норн была взволнована. Она подумала, что обязательно хочет подружиться с Лео. Она приезжала домой всего раз в десять дней, и, когда приезжала, хотела бы прижать его к себе, погладить, поиграть.

Она твёрдо решила, но… колебалась. Вернее даже, не знала, как подойти к этому. Откровенно говоря, Норн не умела ладить с животными. Даже кошки, которые иногда появлялись на территории школы, обходили её стороной. Хотя зверолюди обычно к ней относились хорошо, в отличие от Эрис, она не испытывала особого восторга от их ушей и хвостов.

Тогда Норн придумала: попросит совета у Эрис. Может, это было не самое верное решение, но со стороны именно Эрис казалась ближе всех к Лео. Они часто гуляли вместе, она постоянно обнимала его, терлась щекой о его шерсть. И вот, во время обычной тренировки с мечом, Норн решилась спросить: — Эм… Сестра Эрис, я хочу подружиться с Лео. Как мне это сделать?

— Подружиться с Лео?.. — Эрис перестала махать мечом и задумалась.

Как же подружиться с Лео? Сама она ведь тоже хотела бы быть к нему ближе. Подумав немного, она сказала:

— Лео не любит, когда его обнимают. Зато он обожает мясо. Особенно вяленое. Если дашь ему немного, он точно подружится с тобой.

На самом деле Лео не то, чтобы не любил объятия — просто Эрис обнимала его так крепко, что бедняге становилось трудно дышать. Но Норн этого не знала и просто кивнула: — Понятно. В тот же вечер она пошла в лавку и купила вяленого мяса — в подарок на день, когда снова вернётся домой.

Часть 2

И вот теперь Норн стояла, прижавшись спиной к стене, держа в одной руке кусочек вяленого мяса. Её взгляд был устремлён к двери — точнее, к щели между косяками. Через щель она видела Лео: тот лежал, свернувшись клубком у камина, и зевал. Норн наблюдала за ним напряжённо, выжидая подходящий момент.

Стоит ли предлагать угощение, если он сонный? А вдруг не голоден? Может, надо было купить мясо получше? Как к нему подойти? Что сказать — ведь он же не понимает слов... Пока мысли метались в голове, их взгляды неожиданно встретились. Лео замер. Норн тоже.

Пока она в панике решала, что делать, Лео вдруг повёл носом, будто почуял что-то вкусное, распахнул глаза, поднялся, подошёл и, толкнув дверь носом, оказался прямо перед ней. Вблизи он казался ещё больше. Его голова была чуть выше Норн. Но почему-то страха не было. Дружелюбные глаза смотрели прямо на неё — точнее, на кусочек мяса в руке. Взгляд был полон ожидания: «Дашь? Ну пожалуйста?»

— Гав!

В испуге Норн спрятала мясо за спину. Лео выглядел немного огорчённым и послушно сел.

— Кууу… — тихо заскулил он, словно говоря: «Ну дай же!»

Вот он, момент истины.

Норн подняла мясо к лицу и, покраснев, произнесла: — Я… я тебе дам, но… взамен п-позволь мне тебя обнять! Лео, конечно, не понял смысла — или понял по-своему. В любом случае, не дожидаясь, он вытянул шею к мясу.

— Ах!

Норн опрокинулась назад, но, чтобы не упасть, инстинктивно ухватилась за его шею. Мягкая, пушистая шерсть окутала её верхнюю часть тела.

— Ух ты… такая мягкая…

Наверное, Рудеус бы тут же сказал что-нибудь вроде: «Попробуй новый кондиционер для белья — мягкость, что не отпускает!». Вот настолько это было мягко и тепло. Лео с аппетитом доел мясо и, проглотив последний кусочек, чуть отстранился.

— Ох… — выдохнула Норн. — Уже всё?..

Но в следующий миг Лео весело тявкнул и лизнул её в щёку. Потом, виляя хвостом, стал тереться о неё, нырять под руку, кружить вокруг — словно говоря: «Давай дружить!»

— Эм… хочешь поиграть вместе?

— Гав!

Так Норн и Лео стали друзьями.

Чтение Эрис

[Рекомендация - перед прочтением данной короткой истории прочитать 6,7 главы 16 тома лайт новеллы про посещение Лабиринта Библиотеки короля демонов, чтобы понимать контекст]

Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, разыскивая материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и слегка раздражённый, я вернулся в лагерь — и увидел нечто совершенно невероятное.

Эрис. Та самая Эрис… сидела и читала книгу. Серьёзно читала. Редкое зрелище, надо сказать. С тех пор, как мы оказались в этом лабиринте, я пару раз видел, как она с досадой листает книги, не понимая написанного, потом надувает губы и возвращает том обратно на полку.

Но сейчас — нет. Она не морщила лоб, не скучала — просто читала, с сосредоточенным, даже серьёзным выражением лица. Если бы не одно «но», я мог бы подумать, что она просто задумчиво смотрит на страницы. Однако её глаза спокойно двигались по строчкам, а когда она переворачивала страницу, на губах появлялась лёгкая улыбка.

Она действительно читала — и, похоже, наслаждалась этим. Не к добру… Неужели звезда с неба упадёт? Подумав такую кощунственную вещь, я не удержался от любопытства.

Что же там написано? Ведь это Эрис читает книгу с таким рвением! Значит, там либо что-то невероятно увлекательное, либо крайне важное. А может, я смогу понять, что её вообще интересует. Вдруг пригодится, если придётся подбирать ей подарок. Так что я решил заглянуть из-за её спины. Не хотелось мешать — всё-таки редкий случай, когда она действительно увлечена чтением.

«......»

Сначала я подумал, что это книга с картинками. На странице почти всё место занимала огромная кошка. Но вскоре понял, что ошибся. Сверху крупно было написано: «Белая двухвостая кошка», от заголовка тянулись стрелочки к рисунку, а по бокам шёл плотный мелкий текст — очевидно, описание животного. На соседней странице — другая кошка, с похожими аннотациями. Эрис перевернула страницу — и там снова две новые кошки. Я заметил, как её черты лица смягчились.

Она внимательно следила взглядом за изображениями, но текст, похоже, почти не читала. Быстро перелистнула — и дальше. Оказалось, книга была не только про кошек, но и про собак. Видимо, что-то вроде энциклопедии домашних и диких животных. Неудивительно, что Эрис так погрузилась в чтение.

Она листала страницы с таким вниманием, какого я не видел даже во время наших поединков. Но вот дошла до одной страницы — и замерла.

«!»

Эрис подалась вперёд, почти уткнувшись носом в разворот. На странице была изображена кошка — но особенная. Настолько важная, что ей отвели целых две страницы. Грациозная, сильная, красивая. Хотя иллюстрация была чёрно-белой, казалось, шерсть у неё чёрно-фиолетовая. Два хвоста — длинные, острые на концах, словно лезвия.

В описании говорилось, что это существо использует хвосты, клыки, когти и мощный рык, чтобы побеждать хищников. Чуть меньше Лео по размеру. Местные жители называли таких кошек «Охотничьими котами бога» и держали их как священных помощников на охоте. Они сопровождали хозяев, помогая им выслеживать чудовищ в глубинах джунглей. Обитали эти создания в сердце континента Бегарит. На соседней странице был нарисован котёнок, и Эрис тихо выдохнула:

— Ох…

Необычно мягко, почти с нежностью. И даже попыталась прочитать подпись под рисунком:

— «Его два хвоста дви… двигаются, как кнуты, и могут разре… резать вра… врагов?»

— Разрубить их на куски, — подсказал я.

«!»

Эрис резко подняла голову. Наши взгляды встретились. Лицо её моментально напряглось.

— Ч-что, Рудеус! Ты здесь?!

— Ага, был.

Похоже, она вообще не замечала, что я стою рядом.

— П-понятно!

— Не обращай внимания, продолжай читать.

Эрис слегка покраснела, вернулась к книге — но теперь всё время поглядывала на меня. Явно не могла сосредоточиться. И вдруг, словно что-то придумав, сказала:

— Вот, Рудеус!

— Что такое?

— Давай заведём кошку!

— Нет.

— Почему нет?!

— У нас уже есть священный зверь, броненосец и трент. Мы физически не справимся с ещё одним питомцем.

Эрис нахмурилась и пробормотала: — Ну, ещё один — не велика беда…

Похоже, расстроилась. Но я-то знал, чем это закончится: она наверняка предложит отправиться на континент Бегарит, чтобы поймать ту самую «охотничью кошку». Нет уж, спасибо. Пока я размышлял, Эрис снова углубилась в чтение.

Впрочем, люди ведь лучше всего учатся в том, что им по-настоящему интересно.

— Эй, Рудеус, как читается вот это слово?

— «Точить когти».

Так я и просидел рядом, помогая с переводом и наблюдая, как Эрис читает — серьёзно, с увлечением и… с лёгкой улыбкой.

Чтение Сильфи

[Рекомендация - перед прочтением данной короткой истории прочитать 6,7 главы 16 тома лайт новеллы про посещение Лабиринта Библиотеки короля демонов, чтобы понимать контекст]

Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, ища материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и вымотанный, я вернулся в лагерь — и тогда увидел её.

Сильфи. Она сидела и читала книгу. Впрочем, ничего удивительного — ведь наше нынешнее задание заключалось именно в этом: искать сведения о Гаунисе, читать, анализировать. Сильфи всегда относилась к работе добросовестно, так что её за чтением я видел нередко.

Но в этот раз что-то было иначе. Уголки её губ были чуть приподняты. Не совсем улыбка, но выражение лица — явно довольное, даже счастливое. Неужели она нашла что-то забавное? Заинтригованный, я тихо подошёл ближе и заглянул ей через плечо.

«......»

На странице был рисунок. Изображённое существо походило на собаку — монстр под названием Штурмовой пёс.

Обычный представитель псовых монстров, живущих в королевстве Асура. На равнинах встречаются поодиночке, в лесах — стаями, а иногда сопровождают кабанов-терминаторов. Слабые места — шея и сердце, как у большинства тварей. Я знал это наизусть. Да и книга выглядела знакомо… Каждое слово словно отзывалось в памяти.

— …А, это ведь «Экология и слабые стороны монстров Фиттоа», верно? — произнёс я вслух.

— А-а! — Сильфи вздрогнула, подпрыгнув буквально на сантиметр.

— Руди… с каких это пор ты тут стоишь?

— Я всегда рядом с тобой. И всегда буду.

— Эм… я рада, конечно, но я не это имела в виду…

Я сострил, а она лишь покосилась на меня с лёгким упрёком.

— Эта книга… — сказал я, усмехнувшись. — Прямо ностальгия нахлынула.

— Да, — кивнула она. — Нашла её тут и не удержалась. Вспомнила прошлое, вот и начала читать.

Она опустила взгляд на страницы и тихо добавила:

— Руди, ведь именно по этой книге ты учил меня читать, да?

— Точно.

Когда мы жили в деревне Буэна, я учил Сильфи магии и грамоте. Тогда в доме Пола было всего пять книг — и эта входила в их число.

— Помню, я тогда боялась этих монстров, — тихо сказала она. — Придёшь домой, откроешь книгу… а ночью потом лежишь в кровати и дрожишь.

— Ты тогда вообще всего боялась, Сильфи. Такая трусиха была… — я улыбнулся. — Зато милая до невозможности.

— Хм. А сейчас уже не милая, да?

Вот так я и проговорился.

Хотя, если подумать, слово «милая» теперь имело совсем другое значение, чем тогда, в детстве.

— Сейчас ты… не милая. «Ты очаровательная», —сказал я, чуть мягче обычного.

— Эй, так нечестно говорить такие вещи, — прошептала она, отворачиваясь.

Не знаю, что именно тут было «нечестно», но я сел рядом и посмотрел в книгу. Экология и слабые стороны монстров Фиттои. Да, столько воспоминаний… В своё время я сам учился читать по ней. Сначала ничего не понимал, но книга помогала: одни и те же слова повторялись снова и снова, а рядом были картинки. Если видишь рисунок волка и рядом одинаковый набор букв — значит, это «волк». Иногда я даже спрашивал у Зенит, как читается то или иное слово.

— Я начала читать, просто вспомнив те времена, — тихо сказала Сильфи.

— Понимаю. Тем более, таких книг уже не осталось.

Возможно, где-то ещё и сохранились экземпляры, но те, что были у Пола, исчезли.  Я тоже думал, что больше никогда не увижу эту книгу.  Понимаю, как приятно вдруг снова наткнуться на неё и окунуться в прошлое.

— Может, мне тоже поискать что-нибудь такое, — сказал я.

— Если найдёшь — дай и мне почитать, — улыбнулась она.

— Конечно… но сначала давай закончим работу.

— Верно.

Я поднял взгляд — и увидел, как Люк возвращается с целой стопкой книг в руках. Бедняга, сколько же ему ещё перебирать… Надо будет помочь.

— Когда всё закончим, давай вернёмся сюда, — предложила Сильфи, вставая.

— Хорошая идея.

Я тоже поднялся. Библиотечное свидание с Сильфи… Когда-то мы уже устраивали такие, когда я звал её «мистер Фитц». Но, даже теперь, спустя годы, рядом с ней сердце всё равно билось быстрее.

Шалость Ариель

Часть 1

Прошло несколько дней с тех пор, как они заручились поддержкой Перугиуса. Теперь принцесса Ариель и её спутники готовились к путешествию в королевство Асура.

Сами приготовления не были особенно трудными, но дел было множество — визиты, прощальные аудиенции, слова благодарности и дипломатические «смягчения углов». Каждый день Ариель проводила в бесконечных встречах и разговорах. Со стороны её расписание казалось просто безумным. Но сама она не чувствовала усталости.

Ведь она наконец-то дошла до того, к чему так долго стремилась. Все подготовлено, впереди возвращение на родину — и борьба за неё. В груди у Ариель было ощущение выполненного долга и осознание: «Вот теперь всё по-настоящему начинается».

И вот однажды она заметила нечто необычное. У окна, в мягком свете, кто-то сидел в кресле, подперев щёку рукой и глядя наружу. Вернее — будто бы глядя. Глаза были закрыты, дыхание — ровное и тихое.

— Люк…?

Редкое зрелище. Чтобы он, её рыцарь, вот так задремал среди дня. Но, если подумать, в этом не было ничего странного. Последние дни Люк не меньше её носился туда-сюда — охрана, переговоры, организация выезда, забота обо всём. Работы хватало с избытком, и усталость, конечно, накапливалась.

— Фуфу… спасибо тебе, — прошептала Ариель, тихо улыбнувшись.

Она подошла ближе и осторожно накинула на его плечи лежавшее рядом покрывало.

Мой рыцарь всегда рядом, всегда готов защищать… пусть хоть немного отдохнёт, — подумала она.

Но, глядя на расслабленное лицо Люка, внезапно вспомнила одно давнее происшествие.

…

Это было в самом начале, когда Люк только-только стал её телохранителем. Тогда он был всё время напряжён, до невозможности серьёзен, словно каждый миг ждал покушения. И однажды уснул вот так же — сидя в кресле, прямо на посту.

А что сделала тогда Ариель? Взяла со стола кисть и — ради забавы — разрисовала его лицо. Когда Люк проснулся, ничего не подозревая, и прошёлся по дворцу, на него смотрели все служанки — и смеялись до слёз. Сейчас, оглядываясь назад, Ариель понимала: возможно, именно тогда между ними и зародилось то лёгкое, человеческое взаимопонимание, которое позже стало доверием.

— О? — вдруг произнесла она, заметив нечто знакомое.

На столе лежала кисть — та самая, которой она недавно писала письма тем, с кем не могла попрощаться лично.

…

И в этот день принцесса Ариель, олицетворение достоинства и сдержанности, впервые за долгое время позволила себе немного озорства. Она медленно подняла кисть и поднесла её к лицу Люка. Несколько минут спустя, если бы кто-то вошёл в комнату, перед ним предстала бы… печальная картина. Знаменитое по всей округе красивое лицо рыцаря было теперь неузнаваемо: украшено замысловатыми узорами и пятнами, словно ритуальной боевой раскраской.

— Если бы я не родилась принцессой, могла бы стать художницей, — удовлетворённо заметила Ариель, любуясь своим творением.

Затем она села за стол. На нём лежало письмо, видимо, написанное Люком и ожидавшее её подписи. Раз уж кисть всё равно в руках... — подумала она и аккуратно поставила подпись. Пока она заканчивала, Люк, наверное, как раз проснётся. Интересно будет посмотреть на его лицо, когда он увидит себя в зеркале… Тёплый солнечный свет мягко заливал комнату. Ариель, прикрыв глаза, зевнула. Да, она тоже устала — хотя и не считала себя «измождённой». Тело не лгало. Через несколько минут голова её опустилась — и принцесса задремала.

Часть 2

— Ха! — Ариель вздрогнула и проснулась.

Перед ней стоял Люк. Он смотрел на неё со спокойным выражением лица — на лице, украшенном целой коллекцией художественных узоров.

— Доброе утро, леди Ариель, — вежливо произнёс он и почтительно склонил голову.

Похоже, он даже не подозревал, как сейчас выглядит. Подавляя смех, Ариель ответила с непоколебимым достоинством:

— Доброе утро, Люк. Похоже, я ненадолго задремала. Что у нас дальше по расписанию?

— На сегодня всё завершено, миледи. Однако… на вашем лице, кажется, остались следы от сна. Думаю, стоит умыться.

— Поняла. И тебе не мешало бы — выглядишь слегка… неопрятно.

— Конечно, миледи. Я после вас.

Сдерживая улыбку, Ариель поднялась. В их покоях было большое зеркало — и там-то он наверняка всё увидит. С этими мыслями она направилась в умывальню… И, взглянув в зеркало, замерла.

Оттуда на неё смотрела женщина с лицом, испещрённым замысловатыми, почти симметричными узорами. Лицо, которое когда-то называли «ликом святой», теперь было не узнать.

— Л-Люк!..

Между Ариель и Люком давно установилось доверие. Но она и представить не могла, что их связь настолько крепка, что даже в отношениях госпожи и слуги он осмелится отомстить тем же самым способом. И в тот день их взаимное доверие стало ещё немного глубже.

Короткие истории к 17 тому ранобэ

Убежище Рудеуса

Часть 1

После всей той суматохи в королевстве Асура Ариель пожаловала мне особняк. Сказала, что я могу пользоваться им, когда буду вести дела в Асуре.

Но «домиком» это назвать было трудно. Особняк оказался вдвое больше моего прежнего дома — с садом, мраморными полами и мебелью, будто из дворца. А главное — с целым штатом прислуги.

Дворецкий, три горничные, повара… телохранителей, правда, не было, но, когда я впервые вошёл и меня выстроившимся рядом приветствовала дюжина людей, я растерялся. Я даже подумывал всех отпустить, но Эрис и Сильфи восприняли это как нечто само собой разумеющееся. Раз уж даже они не удивились, решил — придётся привыкать. «Так живут знатные люди Асуранского королевства», —сказал я себе. Но всё равно…

«……»

Я оглянулся. Комната размером добрых двадцать татами. Обстановка роскошная — резная мебель, ковры, хрусталь — я чувствовал себя здесь, мягко говоря, чужаком. Позади стояли три горничные и дворецкий, словно часть интерьера. Стоило нам встретиться взглядами, как они вежливо поклонились. Дворецкий шагнул вперёд:

— Господин, прикажете что-нибудь?

— Н-нет, ничего, — выдавил я.

Он молча поклонился и отошёл, но продолжал стоять в полупоклоне, будто ждал, когда я снова отвлекусь. Раньше, в доме семьи Грейратов, я сам был вроде бы «прислугой» — преподавателем, но всё же подчинённым. Теперь же всё наоборот: я — хозяин. Куда бы я ни пошёл, они следовали за мной. Стоило мне потянуться за чем-то — уже рядом рука с предложением помощи. Наверное, так и должно быть.

Но, по правде говоря, мне было не по себе. Да, удобно, конечно, но ощущение, что за тобой постоянно наблюдают, немного давило. И ведь не скажешь им прямо: «Отойдите, мне неловко». Ещё подумают: «Наш господин нас не любит?»

Ах, есть ли хоть кто-то, кто поймёт мои мучения? Эрис бы, конечно, фыркнула: «Так у нас заведено!» Сильфи бы мягко улыбнулась: «Да, когда я служила леди Ариэль, всё было так же» — и похвалила бы их исполнительность. Но всё равно… тяжело, когда за каждым твоим шагом наблюдают.

«……»

В конце концов я не выдержал и вскочил.

— Куда вы, господин? — спросил дворецкий.

— В уборную, — ответил я.

Они, разумеется, остались ждать. Раньше они даже пытались сопровождать меня туда, пока я строго не сказал: «С этим я справлюсь сам». И вот теперь, пользуясь этим оправданием, я тихо выскользнул и пошёл бродить по особняку.

— Может, где-то здесь найдётся место, где можно спокойно вздохнуть?.. — пробормотал я.

Мне нужна была святая территория покоя — место, где никто не потревожит и где можно в тишине воздать хвалу богам. Пробираясь мимо коридоров, стараясь не попасться на глаза служанкам, я наткнулся на неприметную дверь в самом конце коридора, в тени колонны. Открыл — и ахнул.

— О-о…

Маленькая комнатка, всего на четыре с половиной татами. Для этого дома — крошечная. Судя по всему, кладовка или комната для уборочного инвентаря. Пустая, пыльная, будто сюда годами никто не заходил.

Если никто не знает о ней, и никто не пользуется… значит, можно занять, верно? Я усмехнулся. В конце концов, я ведь хозяин этого дома. Решено. Это будет моё убежище.

Часть 2

Спустя несколько часов Сильфи искала Рудеуса. Дворецкие почти в панике прибежали к ней: «Господин Рудеус вышел в уборную и не вернулся! Может, на него напали?! Если с ним что-то случилось, как мы посмотрим в глаза леди Ариэль!»

Сильфи, выслушав это, сразу поняла, что дело, скорее всего, не в покушении. Следов борьбы нет, да и знала она своего мужа — с недавних пор его, мягко говоря, утомляло чрезмерное внимание слуг. Наверное, просто нашёл уголок, где можно спокойно подремать. С этой мыслью она обошла весь особняк и наконец заметила в дальнем коридоре неприметную дверь.

— Странно… здесь ведь не должно быть комнаты? — прошептала она и тихо приоткрыла дверь.

Внутри Сильфи на мгновение застыла. Не потому, что увидела что-то шокирующее. А потому, что комната… казалась знакомой. Небольшая кровать. Маленькая книжная полка. Стол с аккуратно разложенными бумагами. И маленький алтарь у стены. Эта комната напоминала ей место, где когда-то сердце начинало биться быстрее. Комнату в общежитии Магического университета, где она впервые побывала у Руди. Даже планировка — точь-в-точь, только добавился алтарь.

— Руди… — позвала она тихо.

Тот сидел на кровати, расслабленно читая книгу.

— Ч-что? — он поднял глаза, словно пытаясь оправдаться: «Я ничего плохого не делаю! Это же мой дом!»

Сильфи вздохнула с лёгкой улыбкой:

— Знаешь… ты всё больше напоминаешь Рокси.

Рудеус моргнул, озадаченно посмотрел на неё, потом, кажется, что-то понял и пробормотал:

— Интересно… а Рокси чувствовала то же самое, когда впервые пришла к нам домой?..

Сильфи не совсем поняла, что он имел в виду. Но глядя, как Руди с таким нежным выражением вспоминает Рокси, она вдруг ощутила лёгкое, почти детское чувство ревности.

Ученики Обера

В тот день я был на кладбище вместе с Эрис. Она вдруг сказала:

— Хочу навестить несколько могил.

Когда я спросил, чьи именно, она ответила — Рейды и Обера. Похоже, раз уж она хоть немного училась у них, то считала своим долгом прийти и отдать дань памяти.

То, что подобные слова исходили от Эрис, меня, признаться, удивило. Обычно я бы подумал: «Это точно Эрис? Может, у неё жар?» Но, несмотря на то что когда-то они стояли по разные стороны мечей, их связывали узы ученичества. Так что её желание выглядело вполне естественным.

Раз уж так, я решил пойти с ней. Хотя, если подумать… свидание на кладбище — звучит довольно мрачно. Сначала мы направились к могиле Рейды. Она оказалась роскошной, достойной знатного рода. Никого поблизости не было, но на надгробии лежали свежие цветы и множество подношений. Похоже, кто-то из её учеников или, возможно, Изольте приходили сюда раньше.

Для человека, который когда-то обнажил меч против знати и королевской семьи, почести были более чем щедрые. Видимо, без участия Ариель здесь не обошлось. Отдав молитву у её могилы, мы направились к Оберу. Его место покоя было куда скромнее. Обычное кладбище для простых горожан — маленькие, тесно стоящие надгробия, без излишеств.

Что ж, вполне ожидаемо. Ариель пока не собиралась налаживать связи с Северным стилем. В отличие от Рейды, Обер не представлял для неё никакой политической ценности. К тому же он когда-то пытался убить саму Ариель, служа под началом Дариуса. То, что ему вообще отвели могилу, — уже маленькое чудо.

Я задумался: кто же установил этот памятник? Ведь могилы сами по себе не появляются — кто-то должен был заказать её, иначе прах просто захоронили бы в земле. Разумеется, ни Эрис, ни Ариель этого не делали. Ответ я получил сразу, как только увидел троих стоящих у могилы. Двое мужчин и одна женщина. Стоило бросить на них взгляд — и всё стало ясно. Ученики Обера. Яркая одежда, пёстрые волосы, вызывающая осанка — да они просто кричали об этом.

— Кто вы такие? — спросила Эрис, не узнав их.

Её, наверное, можно похвалить за то, что не судит людей по внешности, но в данном случае как раз стоило бы.

— …? — троица с подозрением уставилась на неё. Однако быстро заметили меч у пояса, короткую куртку и алые волосы. Их глаза расширились.

— Королева меча Эрис!!!

Двое выхватили мечи в один миг, а третий замешкался — видно, новичок. Я похолодел. Вынуть клинок против Эрис — вернейший способ не дожить до вечера. Эрис пощады не знала — ей было всё равно, перед ней мастер или ученик.

— Эри… — хотел я остановить её.

— Я пришла просто помолиться, — спокойно сказала Эрис, даже не касаясь рукояти. — Но, если ищете мести — я приму бой.

Холод в её голосе пробирал до костей. В нём не было враждебности,

но чувствовалось — стоит им сделать хоть шаг вперёд, и меч вспыхнет без колебаний.

— Н-нет, мы… у нас нет таких намерений, — поспешно ответили они.

— Вот как, — коротко бросила Эрис и повернулась к могиле.

Могила была маленькая. Вероятно, в урне хранилась лишь горсть праха. На простом камне было выбито лишь одно: «Здесь покоится Обер Корветт.»

Эрис опустилась на одно колено, сложила ладони и безмолвно помолилась.  Я последовал её примеру. Трое учеников тоже склонились.

Не знаю, исповедовал ли Обер веру в Миллис, да и мы сами не были последователями этой церкви. Но в такие моменты форма важнее содержания — перед могилой молятся именно так. Спустя десяток секунд Эрис поднялась. Какие мысли рождались в её сердце — я не знал. Но, кажется, она простилась с ним по-своему.

— Э-э… госпожа Королева меча… — нерешительно начал один из учеников.

— Зови просто Эрис.

— Мастер Эрис… — поправился он. — Скажите… как умер наш учитель?

— Он был невероятно силён, — ответила она без колебаний. — Сражался против троих, защищая другого. Падал с честью, не утратив достоинства до самого конца.

— Вот как… Значит, и в смерти мастер остался верен себе…

На лице юноши появилось странное выражение — смесь скорби и гордости. Я понимал его: любой ученик хотел бы знать, как пал его наставник. Даже я, пожалуй, хотел бы когда-нибудь узнать, как сражалась Рокси…

— И что вы будете делать теперь? — спросил я сам не заметив как.

— Мы всё ещё учимся, — ответил один из них. — Планируем найти нового учителя.

— Уже решили, к кому?

— Да. Мы слышали, что на континенте демонов открыл тренировочный зал мастер Северного стиля. Хотим отправиться туда.

Погоди-погоди… не тот ли это тренировочный зал, где заправляет та самая безбашенная королева демонов? Ну да, Северный стиль, конечно… но я бы не советовал туда идти.

— Ну что ж, удачи, — сказала Эрис прежде, чем я успел вмешаться.

— Да, мэм! — ответили они в унисон и, бодро повернувшись, ушли.

Я смотрел им вслед и невольно подумал, какую величественную, уверенную осанку теперь обрела Эрис — настоящая Королева меча.

Меланхолия Тристины

Часть 1

Тристина Пёрплхорс пребывала в смятении. После того как она помогла Ариель и примкнула к её фракции, ей позволили вновь вернуться в ряды знати — из разбойницы она снова стала дворянкой. Однако годы, проведённые вдали от светского общества, не прошли даром.

Во время борьбы за трон Ариель ей удавалось изображать благородную даму — как временную маску. Но теперь, когда всё улеглось, Тристина не знала, как именно должна вести себя настоящая дворянка.

— И что же мне теперь делать?.. — пробормотала она, стараясь не бросаться в глаза на очередном приёме, где чувствовала себя лишней, словно тень у стены.

Она хотела бы спросить кого-нибудь о правилах поведения и манерах, но за годы отсутствия у неё не осталось ни друзей, ни знакомых в высшем обществе. Просить помощи у родителей, которые когда-то её продали, — ни за что. К Ариель обращаться тоже не хотелось — слишком уж стыдно.

Можно было нанять наставницу по этикету, но доверять случайным людям в её положении было опасно. Кто знает, вдруг окажется, что учитель связан с враждующей стороной? Нет, допустить подобного Трис не могла.

Она только-только вернула себе титул и получила важное поручение — «Посредник с бандитами Северного леса» от самой Ариель. Терять доверие сейчас было нельзя.

— Хм?.. — взгляд Трис зацепился за фигуру в углу зала.

Женщина с ярко-алыми волосами, аккуратно уложенными, и в синем платье, казалось, не принадлежала этому обществу. И тут Трис вспомнила: да ведь она тоже была долго вдали от дворянского круга! Но с какой уверенностью держится… Манеры её были просты, почти грубоваты, но в них ощущалось естественное достоинство — будто она выросла среди аристократов.

«Она явно не враг… Может, спросить совета у неё?»

Так Тристина сделала роковую ошибку.

Часть 2

На следующий день Тристина пригласила ту женщину к себе. Женщина прибыла в поместье Пёрплхорс, одетая не по-женски: чёрная куртка, кожаные штаны, на поясе — сразу три меча. И, разумеется, без свиты.

Хотя… это было и логично — Тристина специально просила, чтобы та пришла одна. Ей не хотелось, чтобы кто-то узнал, насколько она сама невежественна в манерах знати. Поэтому она буквально умоляла учителя женщины — «одолжите её на день, если можно, без сопровождающих».

Учитель, слегка встревоженный, но зная, что обе принадлежат к фракции Ариель, без лишних вопросов согласился. К слову, любая дворянка даже на подобную просьбу всё равно явилась бы с горничной или охраной — таков этикет. Но Тристина, со своим разбойничьим здравым смыслом, понимала слова буквально: «одна» — значит одна.

— Ну и чего ты хотела? — спросила гостья, скрестив руки на груди, едва переступив порог.

Тон её был настолько вызывающим, что Тристина непроизвольно сжалась. Всё-таки перед ней стояла Королева Меча Эрис Грейрат, одна из сильнейших воинов современности. Если она рассердится, от Тристины и половины не останется. Хоть Эрис и не рубила соратников без причины, прозвище «Берсерк» она носила не зря — рядом с ней всегда витало ощущение непредсказуемости.

— Эрис, я хочу попросить тебя об одолжении.

Если бы Рудеус тогда знал, с какой целью её пригласили, он бы сделал всё, чтобы это предотвратить. Он бы сказал: «Выбери кого-нибудь другого, ради всех богов!»

— Одолжении? — Эрис прищурилась и, распрямив руки, упёрла кулаки в бока.

— Ты ведь, как и я, долгое время жила вне дворянского общества, верно?

— Верно. А что?

— Но при этом держишься уверенно. Я хочу, чтобы ты научила меня… быть такой же.

Эрис на секунду застыла. В её голове бешено заработали шестерёнки — а с умственными расчётами у неё было туго. Она редко когда кого-то учила, но подобный опыт всё же имелся. Так что ответ она вычислила быстро — секунд за три.

— Поняла! Только предупреждаю, я не стану с тобой нянчиться!

— Кто ты думаешь перед тобой? — гордо вскинула подбородок Трис. — Я Тристина, от одного моего имени дети перестают реветь! Мне не страшно немного жёсткости!

Часть 3

Три часа спустя. После трёхсот взмахов деревянным мечом, десятикилометровой пробежки и урока по основам Стиля Бога-Меча Тристина пришла к простому выводу: (Я ошиблась.)

Это была не школа благородных манер. Эта женщина просто всё перепутала. Но Эрис уже вошла во вкус, а Тристина, к несчастью, не выглядела жалкой. После жизни в лесах у неё сохранилась отличная физическая форма, и она легко выдержала первые часы «урока». Теперь отступить было нельзя. Сказать «извини, я ошиблась» означало признать слабость. А гордость бывшей разбойницы этого не позволяла.

(Чёрт…)

Так Тристина и продолжала махать мечом, пока не село солнце — ровно до тех пор, пока за Эрис не пришёл Рудеус.

Часть 4

Позже, уже едва передвигаясь от усталости, Тристина обратилась к Эллемой — бывшей служанке Ариэль — с просьбой научить её настоящим дворянским манерам. Под её руководством она наконец стала леди, достойной уважения.

Кстати, Эллемой потом долго удивлялась: откуда у Тристины такая блестящая походка и отменное чувство равновесия? Трис лишь улыбалась. Ведь всё это она получила на своём «первом уроке этикета» — у Королевы меча Эрис Грейрат.

Что умеет Гислейн

Часть 1

Королевский телохранитель. С древних времён — почётная обязанность, которой удостаивались лишь знатные роды. Они стояли рядом с монархом, охраняя его от любых угроз — не только от клинков и стрел. Иногда долг телохранителя требовал не силы, а ума: подсказать нужное слово, поддержать в трудный момент. Порой именно их поведение определяло, как воспринимают достоинство их господина.

И вот, на пути к этому званию стояла одна женщина — мечница по имени Гислейн. Да-да, та самая Гислейн вот-вот должна была стать личным телохранителем королевы.

— Эх... — вздохнул один человек, наблюдая за этим.

Его звали Люк Грейрат. Он был назначен наставником Гислейн, чтобы обучить её манерам и обязанностям придворного стража. Люк имел все основания для уверенности: ведь именно он когда-то превратил простую деревенскую девушку в достойную королевскую телохранительницу. Теперь же, услышав, что Гислейн займёт аналогичное место, он сам вызвался наставлять её.

Но путь этот оказался... тернист. Почему? Мудрым читателям объяснять, пожалуй, и не нужно. Но всё же — объясним. Проблема была проста: Гислейн не усваивала ровным счётом ничего.

— Может, я плохо объясняю?.. Нет, не может быть… — бормотал Люк, чувствуя, как у него тает уверенность.

Он ведь был уверен в успехе! Гислейн — высокая, сильная, с телом, в котором мощь удивительно сочеталась с женственностью. Ему, человеку не из рода Борей, зверолюди были безразличны… но годы тренировок сделали её фигурой самой природы. Несмотря на возраст, она выглядела потрясающе. Да и сам Люк — человек, умевший ладить с женщинами, — не сомневался, что с ней справится.

— Гислейн, — сказал он спокойно, уже в третий раз повторяя, — когда кто-то приветствует леди Ариель на приёме, ты должна сделать шаг назад, скрестить руки на груди и поклониться.

— Поняла.

— Покажи.

— Так?

— Да, именно так. У тебя получается.

— Видишь, я же говорила — понимаю.

Нет, она не понимала. Если бы понимала, это не было бы третьим повторением. На сегодняшнем приёме, когда министр подошёл приветствовать Ариэль, Гислейн просто стояла, скрестив руки, и презрительно фыркнула сверху вниз. Министр, разумеется, обиделся. Пробормотал пару «тонких» замечаний вроде: «Похоже, Её Величество не слишком высокого мнения обо мне» — и, пожелав королеве успехов, удалился. Тот, кто знает Рудеуса, наверняка бы подумал: «Вот это провал коммуникации». Министр, к слову, контролировал южные торговые пути… а теперь фактически стал врагом.

— Послушай, Гислейн, — вздохнул Люк. — Победа леди Ариэль почти обеспечена, но мы должны думать на десять, двадцать лет вперёд. Любое недовольство может обернуться предательством.

— Пока я рядом, ни один убийца не подкрадётся, — ответила она уверенно.

— Я не об этом… — Люк едва сдержался, чтобы не потереть виски.

Он немного недооценил, что значит “трудно управляемая”, когда Рудеус предупреждал его:

— «Она немного... сложная.»

Тогда Люк лишь усмехнулся: «Я умею находить общий язык со сложными женщинами.»

Он действительно верил в это.

(Нет… я делаю это ради леди Ариэль. Назад дороги нет!)

Он вспоминал, как когда-то поднял меч против своего господина и был прощён. Теперь, ради её будущего, он поклялся превратить эту воительницу в достойного защитника.

— Гислейн, завтра ты проведёшь день со мной. Будешь наблюдать и учиться.

— А как же охрана?

— Я получу разрешение у леди Ариэль. Её временно прикроют другие.

— Понятно.

Если даже Сильфи, с её стеснительностью, смогла выучить этикет и стать примерным телохранителем — значит, и Гислейн сможет.

Обязана.

Люк сжал кулаки и приготовился к трудным дням.

Часть 2

На следующий день. Чудо свершилось. Люк сумел вбить в Гислейн одно-единственное правило: «Молчи и стой смирно, пока не появится угроза. Только тогда — обнажай меч.»

Это она усвоила мгновенно. В сущности, она и раньше делала именно это — просто теперь официально. Однако даже этот результат дался Люку тяжело. Он бессильно опустился на стул и устало пробормотал:

— Сегодня я окончательно понял… Ты безнадёжна во всём, кроме фехтования.

— Неправда, — возразила Гислейн, гордо выпрямившись. — Я и в другом хороша.

— Да? И в чём же? — приподнял бровь Люк.

Гислейн гордо выпятила грудь:

— В чтении, письме, арифметике… и немного в магии. Рудеус меня учил.

После этих слов уважение Люка к Рудеусу взлетело до небес. С того дня он относился к нему с куда большим почтением. Но это — уже совсем другая история.

Короткие истории к 18 тому ранобэ

Норн и дерзкая младшекурсница

Норн Грейрат. В этом году она стала студенткой пятого курса университета магии Раноа и была назначена президентом студенческого совета. Норн вовсе не баллотировалась — её рекомендовали.

Несколько последних лет Норн усердно трудилась в студсовете. Пусть она и отличалась от Ариель, которая в прошлом вдохновляла людей своей харизмой, Норн же работала вместе с товарищами, бралась за организацию множества мероприятий и, несмотря на ошибки и провалы, всё преодолевала и доводила до конца.

Благодаря её стараниям, ответственности и упорству многие студенты прониклись к ней симпатией и выдвинули её на должность президента. Однако первокурсники и второкурсники всех этих усилий не видели. И поэтому… некоторые вовсе не признавали Норн новой главой студсовета.

— Президент Норн!

В тот день перед Норн, погружённой в бумажную работу в помещении студсовета, появилась девушка с ярко-каштановыми волосами, собранными в два хвоста. Это была Шейла — третьекурсница и младшая подруга Норн. Она была очень способной и уже на втором курсе вступила в студсовет, быстро прославившись. Хотя… по возрасту она была ровесницей Норн. В университете магии старшие первокурсники и младшие четверокурсники встречались часто, но…

— …Что случилось? — спросила Норн.

— Вот, посмотрите! «Я заняла третье место на промежуточных экзаменах», —с самодовольной улыбкой сказала Шейла. — А какое место в третьем году занимали вы, президент Норн?

Шейла считала её своим соперником — пусть и в одностороннем порядке. Они одной возрастной категории. Но именно Норн уважали многие сильные старшекурсники. А вот учебные достижения у Норн, по правде говоря, были не слишком впечатляющими. И всё же именно она — президент студсовета! Да ещё и не из-за выборов, а по рекомендации! Было неудивительно, что Шейла считала это несправедливым.

— В третьем году?.. — Норн на миг растерялась от столь внезапного вопроса.

Шейле хотелось увидеть, как лицо Норн перекосится от досады. Доказать ей — «Я лучше тебя!» Уколоть эту самодовольную, как ей казалось, президентшу.

— Эм… кажется, около сорокового места… — спокойно ответила Норн.

Никакого раздражения, никакого смущения. Просто обычный, честный ответ.

— Х-ха! Понятно! Для президента студсовета — так себе результат, президент Норн! — с ударением на словах «президент студсовета» выпалила Шейла.

Она думала, что Норн обязательно уловит её явную провокацию.

— Да, я старалась, но… В любом случае, третье место — это потрясающе. Поздравляю, Шейла. Я горжусь тобой — как членом нашего студсовета.

— Ч-что?.. — Шейла оторопела.

Вместо ожидаемой реакции — её похвалили. Она замерла, хлопая глазами. Через мгновение её лицо вспыхнуло алым, губы поджались.

— …Ну и ладно!

Она резко развернулась, надувшись, и вышла из комнаты, громко топнув. Норн провожала её взглядом, недоумевая: «И что это сейчас было?»

— Норн… ты здорово изменилась, — раздался голос позади.

Она обернулась — это был её старший товарищ, студент на год выше, улыбавшийся слегка лукаво.

— Правда?

— Раньше ты бы вспыхнула и начала кричать: «Зачем она такое говорит?!» А тут будто даже слегка поддела её в ответ. Хе-хе.

— Я вовсе не собиралась её задевать…

В этот момент Норн наконец осознала, чего добивалась Шейла.

— «Для президента студсовета — не так уж и хороша»… значит…

Она и правда не чувствовала ни злости, ни обиды. Отчасти потому, что сама не лезла лидеры — и вовсе не считала себя самой подходящей. Но больше всего — она вспомнила своих невероятно одарённых брата и сестру. Если бы они заняли первое место, то даже не гордились бы этим — для них это само собой разумеющееся. Ну, разве что Айша немного бы похвасталась…

И когда Норн сравнивали с ними — ей всегда было больно. Но Шейла — другая. Она сравнивала себя с Норн. Она работала, стремилась превзойти именно её. Ставила цель. И старалась изо всех сил. И осознание этого каким-то странным образом грело сердце. Пусть Шейла и обогнала её едва ли не с первого года…

— Норн, ты выглядишь довольной.

— Хе-хе. Я же всё-таки президент студенческого совета.

Старший товарищ удивлённо склонил голову. А Норн лишь улыбнулась — искренне и чуть смущённо.

Прогулка Пурсены

Часть 1

Пурсена Адолдия совершила ужасную ошибку. Сильно проголодавшись, она украла и съела часть припасов, заготовленных на сезон дождей. А в деревне Долдия воровство еды — тяжкое преступление. Так Пурсена оказалась в тюрьме и в одно мгновение слетела с прямой дороги к элите, погрузившись в позор. И всё же ей дали второй шанс.

Ей поручили почётное дело — присматривать за священным зверем Лео. Если ей удастся выполнить эту задачу, проступок будет прощён, и путь к элите снова откроется. А при удачном раскладе и до поста вождя деревни рукой подать.

Впрочем, каких-то чётких сроков или критериев «успеха» никто не обозначал — но Пурсена решила не усложнять себе жизнь лишними размышлениями. К тому же это была не такая уж плохая работа. Если она завоюет доверие Лео, это станет огромным преимуществом на её пути наверх. Можно сказать — почти гарантированный билет в начальники.

— Пурсена! Пойдём на прогулку с Лео?

— Конечно!

Поэтому, когда Эрис позвала её на прогулку, Пурсена согласилась сразу же.

Для племени Долдия прогулка имела особое значение. Гулять в одиночку — хорошо, но гулять рядом с уважаемым человеком — честь и гордость. Патрулировать деревню рядом с вождём или главным воином — мечта любого бойца Долдия.

(Хехе, ещё один шаг вперёд от Ринии!) — самодовольно подумала Пурсена, собираясь. Она была уверена, что именно вчерашняя «ночь страданий» заслужила ей расположение Эрис. Но даже прогулка — это часть её службы. Она должна охранять Лео. А значит — быть начеку, ведь Эрис и священный зверь, расслабившись возле дома, могут потерять бдительность. С этими мыслями Пурсена облачилась в робу, взяла посох, полностью экипировалась — и вышла. Как и ожидалось, Эрис была в удобной лёгкой одежде, лишь меч висел на поясе. Рядом стоял Лео.

— Хе-хе, смотри-ка, как ты воодушевилась!

— Разумеется!

Пурсена гордо выпятила грудь: вот она — ответственность! Не какая-то обычная прогулка, а важная миссия.

— Ладно, вперёд!

И прогулка началась.

Часть 2

Через час Пурсена едва дышала.

— Хаа… Хаа…

Пот стекал ручьями, ноги подкашивались, мир плыл перед глазами. Снаряжение стало невообразимо тяжёлым, а земля под ногами превратилась в трясину. Она мечтала просто рухнуть в пыль, вдохнуть полной грудью и впиться зубами в огромный сочный кусок мяса, запивая ледяной водой… Первые полчаса всё было прекрасно: утро ясное, солнце тёплое, звери уступали дорогу Эрис и Лео — Пурсена гордо шагала за ними… Но вскоре её стало мучить подозрение. Темп был… чуточку быстрым. На самом деле — очень быстрым. И никто даже не собирался его снижать.

— Ты как? Давай даже чуть быстрее!

Эрис, странно дело, проявила беспокойство.

— Ха-а… Я-я в полном порядке! Полна сил! — выдавила Пурсена, цепляясь за остатки гордости.

Стоило ей попросить передышку — Эрис наверняка бы согласилась. Но Пурсена — Адолдия!  А Адолдия — самый выносливый род среди Долдии!

Просить отдых на прогулке? Позор несмываемый. А вдруг Лео потом в деревне скажет: «Она даже гулять не могла, вуф!» Этого Пурсена не могла допустить. Ни за что.

— Правда? Тогда ускоряемся!

С этого момента начался ад.

Часть 3

Ещё через полчаса они добрались до дома Грейратов. К финалу Пурсена превратилась в ходячий труп. Как только пересекла порог — рухнула на колени и тут же отключилась. Сильфи нашла её в таком состоянии, помыла, переодела и уложила на диван в гостиной. Пурсена лежала без движения — будто умерла. Нет, она умерла. Покойся с миром, Пурсена.

— Эх… ну и перестаралась же… — пробормотал Рудеус, глядя на неё.

Пурсена была одета в лёгкую одежду — обычно это бы вызвало у него кое-какие… мысли. Но сейчас она лежала с закатившимися глазами, высунутым языком и слюной на подушке. Какие уж тут мысли. Все испарились начисто.

— Ты уверена, что тебе такое под силу? — спросил он вполголоса.

— Ммм… больше… не могу есть… — пробормотала она во сне.

Рудеус лишь почесал затылок и тяжело вздохнул. Путь к титулу вождя деревни — длинный. Но, возможно… она всё же сумеет пройти его до конца. Так он и подумал.

Роль Ринии

— Сколько раз мне тебе повторять?! Громкий, злой голос эхом разнёсся по офису наёмников «Рудо».

— Решения по важным контрактам принимаю я! Не смей отвечать за всех!

— Н-но… советника же не было…

— Я уже говорила: если меня нет — ждите!

— Они сказали, что дело срочное…

— Если уж так не могут дождаться ответа, значит — отказывать! Я и это говорила!

— П-простите…

В углу офиса зверолюдка, пригибая уши, получала нагоняй. Ругавшая её была человеческая девочка — заметно меньше ростом — Айша. Зверолюдка только и могла, что извиняться. С каждым «простите» её уши опускались всё ниже. Все остальные сотрудников прекрасно видели, что происходит… но делали вид, что заняты. Они знали: попробуй кто вмешаться — Айша завалит их железной логикой так, что они сами извиняться начнут.

— Возьми себя в руки наконец!

— Да-а…

С этими словами Айша фыркнула, резко повернулась и зашагала наверх, всё ещё кипя от злости.

— …Эх.

Оставшаяся зверолюдка глухо вздохнула. Айша Грейрат — советник наёмников «Рудо» — была необычайно талантливой девочкой. Под её руководством отряд стремительно вырос в крупную организацию, с доходами, которые трудно было представить для такой «молодой» компании. И именно Айша была её двигателем:

• набирала способных людей разных рас

• обучала

• сплачивала

• вводила чёткие правила

• выстраивала надёжную систему доходов

Многие в отряде были ей обязаны. Та самая зверолюдка — тоже: Айша приютила её, когда та осталась без работы и почти без крыши над головой. Для неё Айша была благодетельницей и человеком, достойным восхищения.

Но у Айши был один недостаток — невероятная строгость к ошибкам. Хотя большинство понимало: это не капризы. Айша объясняла всё максимально ясно. Если ошибалась сама — признавалась и извинялась. Но если кто-то повторял ошибку…

Первый раз она лишь добродушно улыбалась: «Это было не совсем верно, постарайся в следующий раз!». Во второй — улыбалась, но молча. В третий — читала мягкую нотацию. В четвёртый — разносила в пух и прах. Как сейчас. И хотя вина была очевидной… быть отруганным на глазах у всех — крайне обидно. Это будто бы кричало всем вокруг: «Посмотрите, какая я бездарь!». Атмосфера в офисе сразу затягивалась тучами. Порой люди подумывали уйти. Но ни один так и не ушёл. Потому что всегда появлялась она.

— Ня-хаха! Опять нагоняй получила, да?

Звонкий смех моментально рассеял напряжение. Рядом с опустившейся зверолюдкой плюхнулась Риния Дедолдия.

— Риния…

Именно она — лидер наёмной группы «Рудо».

— Ну не кисни, ня! Все ошибаются, ня!

Риния хоть и была способной, но вечно рассеянной и легкомысленной.  Ошибок допускала — больше, чем достаточно. И Айша её ругала — чаще всего остальных. Те, кто видел это впервые, могли подумать: «А компетентна ли вообще эта кошка? Лидер называется…» Да, она из племени Долдия… но толку?.. И всё же никто её не ненавидел. Потому что именно Риния каждый раз:

• поднимала дух

• прикрывала других

• переводила всё в шутку

— Ну-ну, держись! Тогда я смогу лениться сколько угодно… Ня, шучу! Ня-ха-ха!

Несмотря на свой статус несмотря на то, что её отчитывали чаще всех — Риния лишь смеялась и говорила, что всё в порядке. И эти слова успокаивали. Заставляли людей чувствовать: ошибка — не конец. Завтра можно снова попробовать — и всё получится.

— Что это такое?! Риния! Это ведь ты напортачила! Ринияяя!

— Ой, я пролила чай на бумаги и не вытерла, ня…

И снова Риния получала нагоняй от Айши. Казалось бы — какой из неё лидер?.. Но если бы её не было… возможно, наёмная группа «Рудо» уже давно развалилась бы. И все в коллективе чувствовали это. Где-то глубоко, но очень отчётливо.

Короткие истории к 19 тому ранобэ

Трёхминутная кулинария Бога Смерти

— Я голодна.

Что должен сделать рыцарь, когда его госпожа говорит такое? Особенно если госпожа беременна, душевно истощена и уже несколько дней толком не ела.

Когда-то Рендольф, услышав подобное, просто бы ответил: «Ах, вот как. Проблемка.» — и на этом всё. Или же поспешил бы приготовить что-нибудь — но только потому, что он любил готовить, вовсе не из рыцарской преданности.

Рендольф был рыцарем Королевства Дракона Короля. Но осознания «истинного рыцаря» у него не было. Он получил титул вовсе не за верность — просто так ему было удобнее работать.

Теперь же всё иначе. Он нашёл своего короля. Король этот… не был ни выдающимся правителем, ни приятным человеком. Скорее наоборот — весьма неприятный тип. И всё же Рендольф ладил с ним. Для волка-одиночки, которого почти все либо не понимали, либо боялись, это был тот самый человек, с кем можно быть собой. А теперь этот человек мёртв.

Но последняя приказ короля осталась. И приказал он — защитить девушку перед ним. И новую жизнь в её чреве. Чтобы защитить их — надо кормить. И потому Рендольф мгновенно сделал вывод:

— …Пожалуйста, подождите немного.

Да, запасов с собой нет. Да, они — в диких пустошах. Да и преследователи из Широна уже на хвосте. Можно ли приготовить еду в таких условиях?

— Я сейчас же что-нибудь приготовлю.

Можно, потому что Рендольф Марианн — Пятый из Семи Великих мировых сил, Бог Смерти. Он родился в Королевстве Дракона Короля, но вырос на Демоническом континенте. А там пустоши куда суровее, чем на Центральном. Пища там — роскошь. По сравнению с этим местом — тут рай, ингредиенты буквально под ногами.

Рендольф сорвался с места. Скорость — всё. Беременной женщине достаточно секунды, чтобы передумать. Желания — эфемерная штука. Он уже заметил подходящую дичь ещё до того, как Бенедикта заговорила о голоде.

Через тридцать секунд бега он настиг зверя — и одним ударом снёс ему голову. Подбросил тело ногой — и разрезал одним взмахом меча. Пока туша крутилась в воздухе, внутренности посыпались вниз липкими хлопками.

Ещё пара движений — и лапы отделены. У этого зверя в задней части бедра был особый орган — изменённый участок мышцы, благодаря которому зверь прыгал выше прочих. Немногие знали, но этот орган можно есть сырым: питателен и сытен.

Рендольф достал чистую ткань, ловко вырезал нужную часть, уложил на ткань. Сорвал немного диких трав, посыпал. Добавил соли из кармана — эффектным рассыпом сверху. Готово. Возвратившись к Бенедикте с блюдом на ткани, он произнёс:

— Простите за ожидание.

На всё ушло три минуты. Бенедикта взяла кусочек пальцами и начала жевать. Лица её никак не менялось.

— Вкусно?

Бенедикта всегда хвалила готовку Рендольфа. Вот он и спросил — как обычно.

— …Не вкусно.

Ответ был ожидаем, но всё равно неприятен. Конечно — сырое мясо дикого зверя, сорванного на бегу? Съедобно — не значит вкусно. Но Бенедикта продолжала есть.

— Но… если я не буду… ребёнок… умрёт…

Она тоже несла волю Пакса. Она тоже решила исполнить долг выживших — без жалоб и нытья.

— В следующий раз… сделай что-нибудь повкуснее… пожалуйста…

— Разумеется. В следующий раз я приготовлю нечто куда лучше.

Увидев в ней собственную решимость, Рендольф ответил максимально серьёзно — от всего сердца.

Будущее Занобы

Заноба вернулся в магический город Шария, королевство Раноа. Его родители и братья были мертвы. Пакс, которого он пытался спасти до самого конца, тоже погиб. Заноба отбросил имя «Заноба Широн» — теперь он просто Заноба. После долгих размышлений он решил примкнуть к Бог Дракону Орстеду. Если Человек-Бог — источник всего зла, то Заноба будет тем, кто встанет против него. Но пустоту в сердце — пустоту от потери всего, что он любил — не так просто заглушить.

— Джули.

Заноба откинулся на спинку кресла и обратился к сидящей у него на коленях девушке. Джули сидела там уже довольно долго и не собиралась слезать. Раньше Заноба бы мягко пожурил её за непочтительность и попросил встать. Но теперь… хоть он всё ещё её господин — он больше не принц. Ему не мешало, что она сидит у него на коленях. Тем более, что как Благословлённый, он почти не чувствовал веса. И потому он позволил ей остаться.

— Как мне жить дальше?

— Господин…? — Джули тревожно наклонила голову.

Она и сама не знала, какой теперь должна быть её жизнь. Как же она могла ответить на такой вопрос?

— Я впервые живу не как член королевской семьи… Может, перестать использовать «Ё»? «Боку», «Орэ», «Васи»… Ни одно не звучит правильно. Я ведь всегда говорил «Ё» с самого рождения.

(Прим.: «余 / Ё» — очень формальное, старческо-королевское «я».)

— По-моему, вам не обязательно меняться.

— Возможно… Но мне точно придётся сменить образ жизни. И жилья. Выплаты из королевства прекратятся. И… на хобби придётся экономить, да…?

Под «хобби» Заноба имел в виду своё страстное увлечение: покупать всё больше кукол и любоваться ими. Мысль о сокращении расходов на кукол была болезненной. Но неизбежной. Хобби — вещь затратная.

— Я… я присмотрю за куклами!

— Да-да, рассчитываю на тебя. Мы ведь обещали быть вместе вечно, не так ли?

Услышав это, Джули покраснела и улыбнулась. Она боялась, что из-за потери его статуса её прогонят. Но он помнил её мечту. И это наполнило её сердце облегчением и счастьем.

— Но… я плохо понимаю, как живут простолюдины. Что мне делать? Раньше всем занималась Джинджер, а теперь мне самому придётся думать… Что скажешь, Джули?

Джули напряглась. До сих пор Заноба спрашивал её мнение только о куклах. Теперь всё изменится. Он будет спрашивать чаще. И она хотела быть полезной… Хотела поднять свою ценность… Хотела, чтобы он подумал:

«Как хорошо, что я оставил её рядом.»

— Может… спросить у Великого Мастера?

— Хмм, его образ жизни слишком далёк от простонародного. Боюсь, пользы будет мало.

— Тогда…

Первый вариант провалился. Джули задумалась. Её мозг был заполнен куклами — результат воспитания Рудеуса и Занобы — но сейчас она отчаянно искала другую мудрость. Щёки вспыхнули от напряжения мыслительного процесса, но она заставила себя думать — из последних сил.

— Лорд Клифф…?

Наконец она нашла второй вариант.

— Хмм, статус Лорда Клиффа всё же близок к дворянскому…

— Но… он служит священником, так что…

Джули осеклась. Она редко о нём думала. Но она помнила — Клифф искренне интересовался её благополучием. Говорил, что, если появятся проблемы или обиды — церковь всегда открыта. Она просто не сталкивалась с проблемами… До этого момента. А теперь — вспомнила. И хотя она всё ещё не понимала, как именно это поможет…

— Понимаю!

Заноба уже всё решил.

— Раз Лорд Клифф служит священником — значит, он близок к простому люду! Он должен хорошо знать, как они живут!

Заноба хлопнул в ладони и аккуратно положил руку на голову Джули. Его прикосновение было лёгким, почти невесомым. Он словно боялся причинить ей малейший дискомфорт.

— Да, я обязательно попрошу у него совета. Джули, я и дальше буду на тебя опираться.

— …Да, господин!

От лёгкого прикосновения ей стало щекотно. Но куда сильнее — радость. Она смогла помочь. И это сделало её по-настоящему счастливой.

Предпочтения Джинджер

Я больше не рыцарь. Мой младший брат и сестра уже выросли — им больше не требуется моя защита. А лорд Заноба больше не член королевской семьи. Следовательно, нет причин оставаться рыцарем.

Но я всё равно выбрала остаться рыцарем. Потому что великая леди Минерва сказала мне: «Позаботься о Занобе.» Пусть королевство исчезло, пусть я формально уже не рыцарь, а лорд Заноба — не принц, я дала обет выполнить эту просьбу до конца своих дней.

Я свято верю — это и есть мой путь рыцаря. Поэтому в тот день я умоляла лорда Занобу разрешить мне остаться рядом хотя бы просто как спутница. И он сказал: «Я не буду считать тебя рыцарем или служанкой… но я хочу, чтобы ты была рядом как тот, кто понимает меня.» От его слов я не смогла сдержать слёз. И вместе с ним я вернулась в магический город Шария.

Когда прошло несколько дней и всё более-менее успокоилось, я начала задумываться… Что он имел в виду? Тот, кто понимает его. Близкий, кто знает и понимает лорда Занобу. Но оглядываясь назад — я вовсе не понимала его так, как думала. Я хотела, чтобы он был достойным принцем и хорошим человеком… Но в итоге часто просто не понимала, что у него на уме.

Даже сейчас я считаю, что он должен оставаться хорошим человеком. И если он ошибётся — я хочу исправить его. Но… правильно ли и дальше обращаться с ним так же, как с принцем? Ответ, скорее всего, — нет. Значит, мне нужно научиться понимать его лучше. Чтобы направить его по правильному пути.

— …Я ничего не понимаю.

Я произнесла, глядя на две куклы, разложенные на столе. Куклы. Да — куклы. Я решила: раз он любит кукол… возможно, поняв кукол — я пойму и его. Но оказалось, это куда труднее, чем я думала. Из двух кукол одну лорд Заноба высоко хвалил, а другую — сурово критиковал. Я могла лишь догадываться, что «правильная» — та, что ему нравилась. Но если честно… мне больше нравилась та, что он раскритиковал.

— Джинджер.

— Ах!

Я вздрогнула — голос за спиной напугал меня. Я обернулась — и увидела лорда Занобу, очки блеснули отражённым светом.

— Какая редкость! Чтобы ты вот так рассматривала кукол!

Он выглядел довольным.

— Неужели… ты наконец-то ощутила их очарование?

— Э… — я почти опустилась на колено по привычке, но спохватилась, что мы больше не господин и служанка, и неловко замерла, отведя взгляд.

— Нет… я не понимаю.

— Хмм. Что именно вызывает затруднение? Имя мастера? Техника? Спрашивай, я знаю всё.

— Вы хвалили эту куклу, а эту — ругали. Но… по мне, та, что вам не понравилась… милее.

— О? И что в ней тебе нравится?

— Трудно объяснить… но она кажется уютнее. Если бы нужно было поставить одну рядом с кроватью, чтобы она согревала душу… я выбрала бы её.

— Вот как… Джинджер.

Я напряглась — ожидая упрёка. Но вместо этого…

— Это — первый шаг к тому, чтобы наслаждаться куклами.

Я подняла глаза — его голос звучал мягко.

— В куклах не бывает абсолютного «качества». Важно лишь, откликается она тебе или нет. Ты сказала, что я «критиковал» ту куклу… но нет. Она просто не соответствует моему вкусу. Как и с едой, у кукол тоже есть то, что нравится одним и не нравится другим. Это всё.

— Но…

— Джинджер, если ты хочешь понять больше — находи кукол, которые нравятся тебе. Со временем ты начнёшь видеть достоинства самых разных работ и ценить мастерство, вложенное в них.

А если нет — просто наслаждайся теми, что тебе близки. Этого более чем достаточно.

— Свои… предпочтения?

Предпочтения… Я никогда в жизни не выбирала что-то «по своему вкусу». Когда я только стала взрослой, отец и брат погибли, и мне пришлось пойти в солдаты. Потом леди Минерва сделала меня рыцарем — и всё моё внимание было посвящено только лорду Занобе. У меня… никогда не было собственных желаний.

— Да. Теперь мы не принц и не рыцарь. О деньгах ты, возможно, будешь беспокоиться… но дорогие куклы не всегда лучше. Есть мастера — например, мой учитель — что создают почти бесплатно.

— Но… как понять, какая подходит мне?

— Искать — и находить. В этом и удовольствие.

Эти слова что-то во мне зажгли.

— Понимаю… Тогда я постараюсь найти куклу, которая подойдёт именно мне.

— Ммм. Буду с интересом ждать.

К качеству кукол я всё ещё не пришла. И смысла в «собственных предпочтениях» не до конца понимала. Но я чувствовала — если найду куклу, которая мне по-настоящему понравится… я стану лучше понимать лорда Занобу. В этом я была уверена.

Спустя несколько лет комната Джинджер будет доверху забита плюшевыми медведями… Но это уже другая история.

Путь Рокси как учителя

Прошло несколько дней после инцидента в королевстве Широн. Рокси вернулась к своей преподавательской работе. События в Широне оставили в её душе глубокую рану. Рудеус, вероятно, сказал бы ей: «Тебе стоит отдохнуть ещё недельку-другую». Короткий отдых не исцелил бы сердце, но хотя бы дал бы время немного успокоиться.

Однако Рокси так не поступила. Она вернулась в академию, ещё не оправившись от пережитого, и сама попросила вернуть её к обязанностям. Более того — добровольно вызвалась вести один определённый класс. Рокси знала этот класс. И знала, что ни один преподаватель не хотел туда идти. Сама она никогда бы не взялась за него по своей воле. Если бы этот класс и вовсе отменили — она бы только вздохнула с облегчением. Но после истории с Паксом в её сердце что-то изменилось.

— Доброе утро, — сказала Рокси, входя в класс и становясь за кафедру.

Она оглядела редкие ряды учеников: кто-то свесил ноги на стол и ковырялся в носу, кто-то распластался на парте и дремал, другие бездумно глядели на неё, подперев щёку рукой… Лишь немногие открыли учебники и тетради — и то из редких исключений. В воздухе витало безразличие. Это и был класс для отстающих.

В Университете посещение дополнительных занятий не приносит достаточно баллов за посещаемость, чтобы избежать провала. Если они ходили на уроки и сдавали пересдачи — могли перейти дальше. Если нет — тут же оставались на второй год. А попадя на второй год, большинство застревало в этом же классе навсегда. Их ждало неизбежное отчисление. И порой дело было не в лени — просто у кого-то слишком мал запас маны, чтобы освоить магию следующего уровня. Некоторые уже смирились со своей «планкой» и опустили руки. Но всё же… Рокси думала иначе.

— Раз уж вы пришли на эти занятия… может быть, в глубине души вы всё ещё хотите чему-то научиться? — произнесла она.

Если они здесь, значит, им не всё равно. Где-то внутри ещё оставалось желание не провалиться окончательно.

— Как ваша учительница, я сделаю всё, что в моих силах. Помогу вам освоить то, что не получается. Понять то, что пока не поддаётся.

Некоторые ученики посмотрели на неё растерянно. Учительница, выглядящая младше многих из них. Хотя они и знали: демон — не значит ребёнок.

— Возможно, вам кажется, что всё бесполезно. Что вы всё равно ничего не сможете, ничего не поймёте, — продолжала Рокси, медленно переводя взгляд с одного на другого.

— Но, если приложите усилия… сможете добиться чего-то другого. Открыть что-то новое.

В её голосе не было назидательности. Не было попытки убедить красивыми словами. Только тихая уверенность.

— Это не пустой труд. Он обязательно к чему-то приведёт.

Кто-то распрямился. Кто-то опустил ноги со стола и раскрыл учебник — пусть и с растрёпанными волосами. Не все, конечно. Некоторые продолжили делать вид, что ничего не слышат. Рокси увидела это — и приняла. Она не ждала, что её слова сразу всех изменят. Она — не идеальный учитель. Она лишь может стараться изо всех сил.

— Ну что ж… давайте начнём занятие.

И Рокси начала урок. Она внимательно следила за теми, кому сложно, и терпеливо объясняла тем, кто всё ещё ничего не понимал… В последующие годы уровень отчислений в Магическом Университете стал медленно снижаться… Но это уже совсем другая история.

Короткие истории к 20 тому ранобэ

Норн и разговоры о любви

— А какой он, Рудеус?

Весенний день был тёплым и ленивым, таким, что прямо клонило ко сну.

— Э?.. — Норн растерянно моргнула, не ожидая такого вопроса.

— Президент Норн, вы же младшая сестра Рудеуса? Вот мы и подумали… какой он дома?

— Ну-у… — Норн отвела взгляд.

Честно говоря, подобного она ожидала. Младшие уже не первый день болтали о любви во время работы в студсовете. Дела несложные — можно и языком почесать. Норн и сама хотела бы поучаствовать, но — президенту всё-таки, вмешиваться в девичьи сплетни вроде как несолидно… хотя так хотелось. Пока она размышляла, её и втянули в разговор.

— Старшекурсница Ширли недавно же вышла замуж, верно?

— Да, так и есть.

Ширли была однокурсницей Норн, членом студсовета, хоть и без высокой должности — занималась общими делами. Месяц назад она вышла замуж. Её мужем стал никто иной, как Перси — седьмой принц королевства Раноа.

Ширли была дворянкой, одной из возможных невест принца. Но она частенько говорила: «Меня всё равно не выберут. Получу сертификат Гильдии магов, поработаю репетитором, а там отец найдёт мне жениха».

И вдруг — Перси на белом коне, с предложением руки и сердца. Школа взорвалась. Девушки визжали от восторга, парни, что тайно симпатизировали Ширли, — стонали от отчаяния. А некоторые начали мечтать о своём принце… или решили стараться изо всех сил, чтобы самим однажды эффектно сделать предложение. Словом — событие с последствиями. С тех пор любовные темы стали повсеместными.

— И вот мы обсуждали, какой жених был бы идеальным?

— Допустим.

— Ну… богатый, влиятельный, молодой и знаменитый! Разве не так?

— Мне кажется, деньги, власть и молодость — не так уж и важны…

— Мы сейчас не о ваших старомодных вкусах, Президент Норн!

— А-а… простите…

— Мы подумали: а есть ли тут кто-то похожий на идеал? И вспомнили Рудеуса. Он же был звездой, а мы поступили уже после его выпуска — ничего о нём толком не знаем. Но вы-то — сестра…

— Ну… да… — Норн поморщилась.

— Расскажите нам про Рудеуса!

Юные глаза загорелись нетерпением. Норн же мечтала участвовать в обсуждении «типов» и «симпатий», а не… своего брата. Она вздохнула:

— Если говорить прямо… он извращенец.

— Ну, он же молодой, сильное либидо — нормально! У него ведь три жены?

— Либидо у него действительно сильное, но… он хранит нижнее бельё своей жены как святыню у себя в кармане. Вы бы видели моё лицо, когда у него из мантии выпали… трусики.

— А? Ч-что?

— И это ещё не всё!

Увлёкшись, она понеслась: про его бестактность, про лень дома, про то, как жёны вертят им, про полное отсутствие самоограничения… Список рос, голос становился всё горячее. А у младших — напряжённые улыбки и нервный смех. Но вдруг Норн вспомнила…

— …Но, когда мы были в отчаянии, он всегда был рядом. Молча, но рядом. А после смерти отца он старался быть для нас опорой. Он очень добрый… к семье. В классе повисла тишина.

— Кьяаа!

Младшие разом взвизгнули. Норн вздрогнула.

— Не может быть… Президент Норн, вы влюблены в своего брата?!

— Я-Я НЕ ТАКАЯ! Он просто добрый! И вообще, у меня есть человек, который мне нравится! Я не смотрю на брата, как на мужчину!

— Значит, тогда я попробую?.. Вдруг стану его четвёртой женой!

В тот же миг лицо Норн стало холодным, будто каменным.

— Ты серьёзно?

— Э… н-ну, только если Президент Норн не против…

— Я-то не против, но у моего брата уже три жены: мастер стиля Бога Меча, учительница магии, и опытный телохранитель. Ты уверена, что сможешь с ними тягаться? Готова?

Слова Норн ударили прямым попаданием. Все прекрасно знали Рокси и Эрис — те частенько наведывались в Академию. И знали: над ними есть ещё кто-то пострашнее. К тому же младшая сестра Норн, Айша — советник наёмной группы Рудо. А сама Норн — президент, сильная и влиятельная.

Представив жизнь в таком семействе, девочки мгновенно поняли своё место. Обычные студентки. Без выдающихся талантов. Сразу представилось, как они плачут, затерявшись в тени этих титанов.

— Я… пас.

— Мудрое решение.

Разговор резко охладел. Норн осознала: переборщила. В такие моменты кто-нибудь из руководства должен поддержать беседу, но увы — никого из них рядом не было.

— Простите… Кажется, я испортила настроение. Продолжайте без меня.

Немного съёжившись, Норн вернулась к работе, мысленно ругая себя. Можно же было сказать мягче, да? Младшие переглянулись — и тоже притихли.

— Давайте просто закончим работу…

— Да…

Пока было весело говорить о любви, глубоко внутри каждая решила: в следующий раз — выбирать жениха реалистичнее.

Опасения Занобы

Это произошло примерно в то самое время, когда лавка Занобы уже открылась и её дела пошли в гору. В тот день я приехал с проверкой в филиал магазина Занобы в Королевстве Асура. Хотя я и называл это «проверкой», на деле всё сводилось к тому, что я слушал рассказы Занобы о продаже наших основных товаров — книг с картинками и кукол — а также его личные байки о фигурках, которые он покупал и, по прихоти, перепродавал. Проще говоря, мы просто неторопливо прогуливались по магазину и беседовали. Сотрудники, работавшие внутри, выглядели напряжёнными, обслуживая покупателей.

— Хм, сегодня все какие-то зажатые, — заметил я. — А как иначе? Всё-таки их работодатель и его начальник лично явились, — ответил Заноба.

Персонал то и дело бросал на нас настороженные взгляды, даже когда помогал покупателям.

— Всем не стоит так переживать. Я сказал «проверка», но на самом деле просто болтаю со своим наставником. Пока не случится серьёзного промаха — никто не будет уволен.

— Они напряжены именно потому, что не понимают, что для вас считается «серьёзным промахом». И вообще, обсуждать это здесь как-то не к месту. Перейдём в заведение напротив.

— Раз ты так говоришь, Мастер…

Чтобы не нервировать персонал ещё сильнее и не доводить до реальных ошибок, мы решили сменить обстановку. Прямо напротив филиала находилось типичное для этого мира заведение: днём — кафе, ночью — трактир. Мы сели за столик на террасе. Оттуда был виден магазин: не внутри, конечно — окон больших нет, — но фасад просматривался прекрасно.

Покупатели постоянно входили и выходили. Большинство — торговцы, закупающие партии книг с картинками. Но попадались и обычные жители королевства Асура. После коронации Ариель на вывеске магазина появился герб с короной — знак королевского покровительства. Люди охотно заглядывали внутрь.

Иногда даже знать королевства Асура наведывалась: и книги брали, и дорогие фигурки покупали. Особой популярностью пользовались фигурки Ариэль в коронационном наряде. Появилась даже услуга изготовления фигурок на заказ — за немалые деньги клиентам делали кукол, похожих на них самих или их родственников. В кругах знати это становилось модной заменой парадным портретам.

Словом, пока что можно было с уверенностью сказать: магазин процветает. Сотрудники натренированы, посетителей хватает, и даже большое число перекупщиков не мешало — торговля на то и направлена.

— Невероятное чувство, правда? — произнёс Заноба.

— Да? — я повернул к нему голову.

Он смотрел на магазин через узкие стекляшки очков, словно щурясь от яркого солнца.

— Я ведь с малых лет обожал кукол, — начал он.

Если правильно помню, причина была проста: в отличие от людей, куклу не убьёшь случайно, если не рассчитаешь силу.

— Толчок к этому увлечению был нерадостным… Но с тех пор куклы всегда были рядом. Они много раз спасали меня. Для меня куклы — это сама жизнь.

Он уже ушёл в философию.

— Был период, когда я считал кукол священными творениями какого-то бога… а их создателей — самыми настоящими богами.

— Да, при нашей первой встрече ты был… ну, очень одержим.

— И сейчас глубоко уважаю вас, Мастер. Создавать кукол в такой форме — никто больше не способен. Пройдёт, вероятно, тысяча лет, прежде чем появится кто-то, кто сможет повторить подобное.

Я не уверен. Если бы у Нанахоси была под рукой нужная технология, она могла бы сделать нечто похожее.

— Я всегда мечтал сам создавать кукол… но, как вы знаете, я Мико со сверхсилой. Хрупкие вещи мне были не по зубам… или я так думал.

Заноба снова взглянул на магазин.

— А теперь вот — не только делаю кукол, но и продаю.

Его глаза сияли — словно он смотрел на частичку мечты, ставшей реальностью. В Шарии у нас была мастерская, но это всё-таки больше склад и производственный участок. Не тот эффект.

— Можно сказать, что я исполнил свою мечту. — Стать мастером-кукольником было твоей мечтой?

— Нет, вовсе нет. Я никогда даже не представлял себе подобного будущего. Но сейчас, стоя здесь, глядя, как продаются куклы, к которым я приложил руку… И думая, что так может быть до самой моей смерти… я испытываю счастье.

— Доживёт ли эта мечта до конца твоих дней — никто не знает.

Заноба прожил большую часть жизни как орудие — Мико королевства Широн. У него были свои желания, но он никогда не смел им следовать. Теперь же перед ним впервые открылся его собственный путь. Его первый шаг на этом пути оказался удачным, подарив ему почву под ногами. Естественно, он счастлив. Человек испытывает счастье, когда сам выбирает, куда идти.

— Понимаю. Но я доволен. Спасибо вам, Учитель.

— Благодарить не за что. Это плоды твоего труда. И я тоже в выигрыше.

— Ха-ха-ха! Знал, что вы так скажете. Но поверьте: такова судьба. Во имя чести всех любителей кукол — я сделаю этот магазин лучшим в мире и отплачу вам!

Заноба заливисто рассмеялся… а затем обернулся ко мне.

Он улыбался — но в глазах улыбки не было.

— Учитель… у меня есть к вам просьба.

— Ты так внезапно посерьёзнел, что мне уже страшно.

— Помню об одном деле… оно не даёт мне покоя.

В этих глазах не было ни удивления, ни внезапного озарения. Так смотрит человек, который долго хранил слова в глубине сердца, ожидая подходящего момента.

— Наследник Пакса.

— …Ах.

Я слышал слухи: жена Пакса, Бенедикта, беременна. Сын короля, погибшего во время переворота… Такой ребёнок — нежеланно опасен для Королевства Короля Драконов.

— Меня это тревожит.

Да уж. Это не та тема, которую можно отмахнуться. И меня она тоже беспокоила — я ведь был там.

— Я понял. Если когда-нибудь отправимся в Королевство Короля Драконов, я возьму тебя с собой. Если она окажется в беде — поможем.

— Спасибо.

Это ещё нескоро, но когда-нибудь… И я решил запомнить этот разговор. И эту клятву — запечатал её в своём сердце.

Пробуждение меча

Часть 1

Нина Фарион была Королевой меча. Быстрая и решительная. Она действовала порывисто и никогда не ходила окольными путями. Во всём она воплощала суть Стиля Бога Меча. Поэтому, когда она увидела женщину по имени Эрис и подумала: «Хочу тоже выйти замуж», — она не колебалась ни секунды. Вернувшись в Святую Землю Меча, Нина тут же сделала предложение своему другу детства, Джино Бритцу, а уже тем же вечером затащила его к себе в спальню и занялась с ним добрачным сексом. История продолжается на следующее утро.

— Мм….

Нина проснулась. Обычно она всегда вставала рано, но в тот день пробуждение казалось особенно свежим. Неплохо. И это утро, и прошлая ночь. С такими мыслями она повернула голову к месту рядом с собой.

—…?

Но мужчины, который должен был бы там лежать, не было. Куда исчез Джино? Задумываясь об этом, Нина услышала резкий звук размахиваемого меча. Нина не зря годами тренировалась бок о бок с Джино в Святой Земле Меча. Она мгновенно узнала его тренировочные взмахи.

У Джино они звучали приятно. Хотя на тренировках или в боях он часто был рассеян, его разминочные взмахи всегда были безупречны. Среди всех в Святой Земле Меча именно его движения давали самый чистый звук. Чище даже, чем у отца Нины… самого Бога Меча Гала Фариона. Разумеется, одного умения хорошо размахивать мечом было мало, чтобы быть сильным — это, само собой разумеется.

И всё же Нина задумалась: «Всегда ли Джино был таким усердным, чтобы тренироваться с раннего утра?»

Поднявшись, она направилась на звук. Он стоял прямо за пределами спальни. На нём была чёрная куртка, которую позволено носить лишь мечникам ранга Святого Меча и выше. Это было необычно.

— Доброе утро, Нина, — сказал он, обернувшись. Увидев его, Нина подумала: «А? Что-то в нём изменилось. Совсем чуть-чуть. Он выглядел… внушительнее.»

Но Нине это не показалось странным. Даже Эрис изменилась после замужества (хотя она всегда была немного странной). Ничего удивительного, что мужчина может казаться привлекательнее, когда он уже твой мужчина.

—Пойдём, Нина.

Не дожидаясь ответа, Джино взял Нину за руку и повёл за собой. Это было что-то новое. Обычно Нина тянула Джино куда-нибудь, но никогда наоборот. Однако причин отказываться у неё не было. Подстроившись под его шаг, она пошла рядом — к неизвестной цели. Они пришли к Залу Потока. Внутри её отец, Гал Фарион, медитировал.

—Что вам нужно?

Отец Нины, сильнейший мечник и владыка Святой Земли Меча, высоко ценил время своей медитации. Все — даже Императоры Меча — уважали его уединение. И всё же Джино привёл Нину сюда.

— Учитель, я собираюсь жениться на Нине, — заявил Джино.

Гал Фарион взглянул на него с сомнением. Видно было, что он счёл это пустяком, но выражение лица чуть изменилось, когда он увидел, что Джино держит Нину за руку — а не наоборот. Он внимательно всмотрелся в лицо Джино. Что он разглядел — Нина понять не могла. Бога Меча тихо усмехнулся и сказал: «Нет».

Нина уже раскрыла рот, чтобы возразить, но Джино шагнул вперёд, твёрдо глядя на Гала Фариона. Но прежде, чем кто-то успел заговорить, Бога Меча продолжил: «Если хочешь жениться на ней — победи меня. Тогда позволю».

Рука Нины сама собой дёрнулась к поясу. Но меча у неё с собой не было — ведь она пришла прямо из постели. Вместо этого Джино ответил: «Понял». Его ответ был настолько решительным, что, следуя за ним, Нина ощутила непонятное беспокойство.

Часть 2

Гал Фарион был непревзойдённым мечником. Даже Нина и Эрис вместе не смогли бы сравниться с ним. Уж тем более Джино не мог победить такого противника. Нина смирилась с тем, что их с Джино брак фактически отклонён.

— Давай уйдём из Святой Земли Меча, — сказала она.

Она не была особенно привязана к этому месту и вовсе не считала обязательным получать благословение отца. Почему Джино сказал такое её отцу — было непонятно. Но слово Бога Меча — закон. Если он сказал: «Не позволю», — значит, жениться на этой земле они не смогут.

Однако Нина, женщина Стиля Меча Бога, не принадлежала к тем, кто легко сдаётся. Если нельзя пожениться здесь — поженятся где-нибудь ещё. С этой мыслью она уже была готова уйти, но Джино покачал головой.

«Не нужно. Теперь я всё понял».

Понял что? Он сдаётся? — подумала Нина и уже замахнулась, чтобы влепить ему пощёчину. Но её рука остановилась. Джино слегка улыбался. Такую улыбку она видела впервые. В ней не было его обычной мрачности или пассивности.

— Я одолею Учителя, а потом женюсь на тебе.

— П-правда?.

Нина ответила, чувствуя, как её щёки зарделись.

— Я подожду… но особо надеяться не стану.

Она говорила честно. Без украшений. В самом деле, она не ожидала многого. Если Джино снова начнёт бездельничать, она сама вытащит его за шкирку. Но если вдруг — пусть даже малейшим чудом — он станет лучше, чем есть сейчас… Тогда, возможно, подождать его будет не так уж плохо.

Часть 3

То, что произошло после этого в Святой Земле Меча, было невероятным. Но никто не мог это предсказать.

Короткие истории к 21 тому ранобэ

Следы Дэд Энда

Часть 1

В тот день я был на свидании с Эрис. Хотя «свидание» — громко сказано: мы просто гуляли. Обычно я занятой человек, но иногда позволяю себе передышку и прогуливаюсь по городу. Бывает, что Эрис идёт со мной.

Если бы это был я прежний… как бы я отнёсся к свиданию с Эрис? Наверное, нервничал бы. Или думал бы только о пошлостях. Тогда Эрис тоже была не такой сдержанной, как сейчас, — она бы просто потащила меня по разным местам. Но Эрис больше не носится вперёд, как раньше. Иногда она заглядывает в лавки или замечает что-то интересное, но уже не исчезает внезапно. Теперь она просто говорит: «Похоже, там что-то есть. Пойдём посмотрим».

Хотя, возможно, даже прежняя Эрис могла бы сказать так? Так или иначе, в последнее время Эрис стала намного спокойнее. В ней появилась некая благородная... или скорее уверенная, зрелая осанка. Глядя на её профиль — прохладный, сдержанный — я невольно смущался.

— Что такое?

— Ничего... Просто подумал, что идти рядом с тобой вот так — будто мы вернулись в старые времена.

Пытаясь скрыть неловкость, я сказал это, и Эрис тихонько усмехнулась.

— Ага. Только, в отличие от тех времён, теперь я иду рядом с тобой.

Ох… она что, мысли читает? В прошлом Эрис всегда шла впереди, будто хотела увидеть всё первой. А сейчас она идёт рядом, подстраиваясь под мой шаг. Без притворства, естественно… То ли она замедлилась ради меня, то ли я наконец-то стал поспевать за ней… Наверное, всё-таки первое.

— Эй, Рудеус

Пока я размышлял, Эрис неожиданно схватила меня за плечо. Крепко развернув, указала куда-то.

— Уаааа… ик… уааа… маааамочкааа…

Потерявшийся ребёнок. Маленькая девочка в слезах озиралась по сторонам.

— Похоже, родителей рядом нет, — сказала Эрис.

Я тоже огляделся, но не увидел никого, кто бы искал ребёнка. Людей вокруг было немного; возможно, мать ищет её на параллельной улице.

— Эй, Рудеус.

— Я понял.

Кивнув Эрис, я подошёл к девочке, присел, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

— Привет… что случилось?

— Ах!

Увидев меня, девочка вздрогнула и отступила на шаг.

— Плачем делу не поможешь. Расскажи, что произошло?

Я заметил, что Эрис тоже присела рядом и смотрит девочке прямо в глаза. Девочка нервно переводила взгляд, между нами.

— С-соп… я… я пришла с мамой… соп… за покупками. Но мама…

Сквозь всхлипы она постепенно смогла объяснить ситуацию. Понимать детей непросто, но мы с Эрис — родители троих — кое-как сложили общую картину. Оказалось, девочка пришла с мамой за покупками, но та увлеклась разговором с продавцом и сказала: «Подожди здесь». Девочка ждала, ждала… потом захотела в туалет. Вернувшись, она не увидела мать и решила, что мама бросила её за то, что она не дождалась. В общем, обычная история потерявшегося ребёнка.

— Мама меня больше не хочет?

Стоило ей озвучить это, как слёзы снова навернулись.

— Не-е-ет!

Эрис поднялась и легко усадила девочку себе на плечи.

— Ладно, Рудеус, пошли!

— Есть.

Я кивнул — дальше всё было ясно. Найти её маму.

Часть 2

В конце концов, мы нашли мать довольно быстро. Девочка после туалета повернула не туда и оказалась за магазином вместо того, чтобы выйти к входу. У входа же стояла взволнованная женщина, явно ищущая ребёнка.

— Спасибо вам большое! Правда, спасибо!

— Следите за ребёнком лучше. Они же могут убежать в мгновение ока —сказала Эрис, и в её словах чувствовалась опытная уверенность.

— Ну, раз нашли — мы пойдём.

— Погодите! Можно узнать ваши имена, чтобы я могла поблагодарить вас как следует?

Благодарности нам были ни к чему. Мы всего лишь проводили девочку от задней стены магазина обратно к входу. Обычный добрый поступок. Но, встретившись взглядом с Эрис, я вспомнил имя, которое стоит говорить в такие моменты.

— Мы — Руйджерд из Дед Энда.

Женщина на миг растерялась, но затем глубоко поклонилась: «Спасибо вам, Руйджерд!». Мы попрощались и продолжили прогулку. Через некоторое время обменялись взглядами и рассмеялись.

— У Руйджерда, наверное, всё хорошо, да?»

— Конечно!

С мыслями о нашем старом товарище, который всегда шёл позади нас, мы с Эрис направились домой.

Клифф и Благословлённый Ребёнок

Часть 1

Клифф Гримуар был обеспокоен. Перед ним сидел мужчина с мертвенно-бледным лицом, сложив руки так, будто молился Богу. Перед мужчиной стояла юная девочка, а вокруг — рыцари в синей броне и жутковатых шлемах.

— Простите меня… пожалуйста, простите…

Его дрожащий голос эхом отдавался в комнате. Клифф слушал его с мрачным выражением лица. Всего несколько дней назад Папа поручил ему задание. Это была инквизиция. Клифф должен был расследовать дело человека, подозреваемого в присвоении церковных средств, а если вина подтвердится — привести его к Благословлённому Ребёнку для особого допроса.

Клифф думал, что дело окажется трудным, однако всё сложилось удивительно быстро. Стоило ему выяснить мотив мужчины, он немедленно доставил того к Благословлённому Ребёнку, и инквизиция началась.

— Не мне решать, заслуживают ли ваши поступки прощения… Да святой Миллис смилостивится над вами.

Результат был очевиден. Благословлённый Ребёнок использовала свою силу, чтобы выявить грехи мужчины. Последним шагом для Клиффа было вынести приговор. Разумеется, это не означало казни — всего лишь назначить наказание и изгнать из церкви. Но Клифф кое-что знал. В ходе расследования он обнаружил правду. Мужчина присвоил деньги, чтобы оплатить лечение тяжело больной матери.

— Господин Клифф… умоляю, прошу…

Он падал перед ним на колени. Клифф посмотрел на него. Мужчина был старше Клиффа, но не настолько, чтобы казаться пожилым. К тому же достаточно способный — раз ему доверили управлять частью церковного бюджета.

Человек такого таланта, вероятно, сумеет выжить, даже будучи изгнанным. Но у него были больная мать, жена и двое детей. Один из детей родился совсем недавно. Если он лишится работы — его семья может не пережить этого. Учитывая всё это, Клифф не мог вынести однозначный приговор. Прежний Клифф осудил бы грех без колебаний: преступление остаётся преступлением, каковы бы ни были причины.

Но теперь перед глазами всплывали лица его собственной семьи — Элинализы и маленького Клайва. Матери у него не было, но что, если… например, если бы Элинализа тяжело заболела бы, и лечение стоило бы огромных денег? А у него не было бы этих денег, но он мог бы достать их… Смог бы он спокойно смотреть, как она умирает? И если бы он взял эти деньги — был бы это грех? По законам организации — да, несомненно. Но по учению Миллиса… действительно ли это было бы неправильным?

Эти мысли не давали ему покоя. Ему на мгновение захотелось спросить совета у Папы или начальства, но он тут же отказался от этой идеи. Это было его задание. Он сам должен был принять решение. Кроме того, если он расскажет кому-то, кто не знает всех обстоятельств, мужчину неизбежно накажут, не проявив малейшего сострадания. Клифф не хотел этого.

— Господин Клифф.

Погружённого в раздумья Клиффа окликнул голос. Повернувшись, он увидел Благословлённого Ребёнка в окружении рыцарей. Клифф невольно напрягся. Что бы он ни сказал — Благословлённый Ребёнок уже всё знала. По правилам она не могла передавать подобные сведения кому-либо, но это не отменяло факта: ей известны и грехи мужчины, и его обстоятельства. Она улыбнулась — мягко, но многозначительно — и сказала:

— Важно принять решение, которым ты сможешь гордиться.

Эти слова пронзили его. Перед мысленным взором Клиффа промелькнули лица всех, кого он знал и кому доверял: Элинализы, Клайва, Занобы, Нанахоси, Норн… и Рудеуса. Представив, как он будет рассказывать им о случившемся, Клифф принял своё решение.

Часть 2

— Вот как. Значит, он оказался невиновен…

Через несколько дней Клифф находился в покоях Папы.

— Да. После инквизиции Благословлённого Ребёнка было установлено, что он невиновен.

Это была ложь. Но Клифф не испытывал ни тени сожаления.

— Понятно. Хорошая работа. Остальным займёмся мы. Можешь идти.

— Да. Благодарю.

Клифф, всё ещё напряжённый, уже собирался выйти.

— Ах да, Клифф.

Папа внезапно окликнул его.

— Да, Ваше святейшество? — спросил он, оборачиваясь.

— Я рад видеть, что в Академии ты действительно усвоил нечто важное.

Клифф застыл. По спине пробежал холодный пот. Он понял, что Папе известно всё, что произошло. Но, подавив ужас, Клифф заставил себя улыбнуться.

— Да… я тоже горжусь собой.

Он развернулся и улыбнулся, а Папа кивнул ему с тёплым, почти отеческим выражением лица.

Из далекого прошлого

Часть 1

Дело было в Миллисе. Айша и я зашли в одно кафе. Святое Королевство Миллис известно тем, что если знаешь, где искать, то можно найти множество стильных и уютных кафе. Айша, похоже, прекрасно умела находить такие места — она взяла меня за руку и привела сюда.

Кафе действительно оказалось очень стильным. Ненавязчиво респектабельная атмосфера, вдали от городской суеты; чистые столы и стулья, обходительный и воспитанный персонал. Честно говоря, всё вокруг было настолько элегантно, что я чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Ну как тебе, братик? Место хорошее?

— Честно? Немного… некомфортно.

— Я так и думала. Хотела присмотреть место для деловых встреч, но если работать с торговцами, которые имеют дело с наёмниками, то сюда, наверное, лучше не вести.

Мы, разумеется, были здесь не на свидании. Мы выбирали подходящие места для деловых переговоров — теперь, когда мы создавали наёмничий отряд, это было необходимо. Айша часто брала меня с собой в разные места, проверяя, подойдут ли они, и спрашивала моё мнение. Мой взгляд, похоже, имел для неё большой вес: часто именно он влиял на принятие решения. Поэтому я всегда отвечал честно — бессмысленно говорить то, что она хочет услышать, если это ей не поможет. Хотя я до конца не был уверен, действительно ли мои замечания полезны… Но раз всё шло гладко — жаловаться было не на что.

— Айша, ты, когда жила в Миллисе, часто бывала в таких местах?

— Э? Когда я была в Миллисе?

— Ну, помнишь, после того как мы встретились в Широне, ты ведь какое-то время жила здесь.

— Да ты что, в такие места детей тогда и близко не пускали.

Что ж, логично.

— И какой ты была тогда?

— Правда спрашиваешь? Ну, я была твоей идеальной младшей сестрой — красивой, умной… сочетание таланта и красоты!

Это она сейчас серьёзно? Хотя, зная Айшу… наверное, недалеко от истины.

— О? Простите, вы случайно не Айша Грейрат?

Пока мы разговаривали, за спиной раздался женский голос. Я обернулся и увидел молодую девушку с аккуратными золотистыми кудрями. Настоящая утончённая леди — и совсем не такая, как Элинализа. Лицо Айши мгновенно перекосилось в гримасе: «Ох, только не она…»

— Нет, вы ошиблись…

— Ты — Айша! Я наконец-то тебя нашла!

Девушка эффектным движением отбросила локон назад и протянула руку к Айше.

— Ты должна служить мне!

Что? Вербовка?.. Так внезапно? Айша раздражённо выдохнула. Видимо, знакомая. И явно не из простых. Пожалуй, стоит вмешаться.

— Простите, мисс. Не кажется ли вам, что это немного… внезапно

— Тихо, слуга! Я пришла говорить с Айшей Грейрат!

Я не слуга. Эм… хотя, сидя рядом с девушкой-горничной, я действительно мог выглядеть так…

— Я её брат, Рудеус Грейрат. И формально — её работодатель.

— …Вы? Хмм… Понимаю. Прошу прощения.

— Так что вам нужно от моей сестры?

— Для человека её уровня работать у вас — просто пустая трата таланта! Я пришла переманить её!

— По-моему, её условия меня вполне устраивают… Кстати, кто вы?

На этот вопрос девушка гордо выпятила грудь и объявила:

— Раз уж вы спросили, отвечу! Я — Наташа из рода Хеймдалль! В детстве мы с Айшей учились вместе!

Правда? Я посмотрел на Айшу — та нехотя кивнула, скривившись ещё больше.

— Тогда Айша всегда ходила с угрюмым и скучающим видом! Даже несмотря на то, что была лучшей ученицей. Её хвалили — а она лишь слегка кивала… Я сразу поняла: её настоящий талант недооценён нынешними покровителями!

Нет, покровители были хорошими… просто тогда была Норн, и… всё было сложно.

— Я восхищалась Айшей! Такая грация и такой ум — и ни капли высокомерия! А её жизнь была настолько унылой… Я не могла этого вынести! Поэтому я поклялась, что, когда вырасту, обязательно создам для неё достойные условия! Но она исчезла до окончания обучения, и след потерялся…

Ну надо же. Такой поток комплиментов!

— И вот судьба свела нас снова! Я заберу Айшу к себе!

Провозгласив это, Наташа изящно села за наш столик.

Часть 2

Спустя час.

— И тогда Айша так чётко ответила, что учитель аж онемел.

— Хахаха. Учитель, наверное, хотел показать ей сложности жизни, но выбрал не того ученика.

Мы с Наташей прекрасно ладили. В конце концов, мы оба высоко ценили Айшу — неудивительно, что мы находили общий язык.

— Это было чудесно. Рудеус, ваши рассказы о достижениях Айши в королевстве Раноа просто великолепны.

— Спасибо. А я рад был услышать о том, какой Айша была в Миллисе.

— Я так боялась… что её жизнь сложилась несчастливо. Но, похоже, я зря беспокоилась.

— Да. Ей хорошо. Она — моя гордость.

— Фуфу. Хотела бы сказать, что я горжусь ею как своей служанкой, но это, увы, уже невозможно… Тогда я пойду. Если будет возможность — расскажите мне ещё о ней.

— Обязательно.

Наташа грациозно встала и так же стремительно исчезла, как и появилась.

— Интересная она девушка. Благодаря ей я многое узнал о прошлом Айши — приятный бонус.

— Ничего интересного… — буркнула Айша.

Похоже, ей вовсе не хотелось вспоминать те годы. Она надулась, недовольная тем, что без её разрешения раскрыли её прошлое. Хотя, учитывая, что это были одни лишь похвалы, — переживала она скорее из упрямства.

— Рад, что узнал о прежней Айше больше.

— Хмф. Скажу Сильфи, что ты мило ворковал с красивой, да ещё и младше тебя.

Айша хищно прищурилась и улыбнулась, блеснув клычком.

Короткие истории к 22 тому ранобэ

Заноба, кулинария и искусство

Заноба был членом королевской семьи. Из-за того, что он был Благословенным Ребёнком, к нему относились несколько иначе, чем к другим принцам. Тем не менее, он получил образование, соответствующее королевскому статусу.

Члены королевской семьи носят маску. Всегда уравновешенные, грациозные и благородные, независимо от обстоятельств. Именно так они и должны выглядеть, независимо от своей истинной природы.

Допустим, их выдали замуж или женили в незнакомой чужой стране, и там его принимают с почётом. Раз у страны другая культура — то и еда будет иной. Порой на стол подадут блюда, идущие вразрез со здравым смыслом. Но высокородный должен есть их так, будто ничего необычного в них нет. «Вкусно» или «невкусно» — это уж как повезёт, но есть нужно. Даже если это явно ядовито, они обязаны это попробовать, если их угощают. Это проверка на благонадёжность. Таков дипломатический этикет, которому учили Занобу.

— Услышав, что сегодня к нам присоединится господин Заноба, я изо всех сил постарался приготовить особое блюдо.

Перед Занобой стояла тарелка с дымящимся фиолетовым супом. Из него не просто валил пар — иногда всплывали пузырьки, лопались и выпускали облачка розового дыма, стелющегося по воздуху.

— Прошу, обмакните мясо в суп и попробуйте.

Рядом лежал кусок мяса. Заноба не мог определить, к какому существу оно принадлежало. Тонко нарезанное, снаружи обугленное, внутри — ярко-зеленое. Заноба не был знатоком кухни, но даже его это никак не располагало к трапезе. Если бы ему не сказали, что это еда, он бы и не догадался.

— Прошу, начинайте.

Заноба задумался. Что задумал этот Бог Смерти, зловеще ухмыляясь перед ним? Действительно ли его приветствовали? Или он чем-то оскорбил Бога Смерти?

В вихре мыслей Заноба посмотрел на женщину, сидящую напротив. Небольшая принцесса с голубыми волосами — Бенедикта. По крайней мере, она встречала его радушно. Она ведь с такой радостью приняла его подарок. Раз она здесь, Бог смерти не должен вести себя опрометчиво. Значит, вероятнее всего, яд исключён. Хотя… внешний вид блюда всё равно был шокирующим.

(…Неужели это ещё одно испытание?)

Заноба, как Благословлённый ребенок, был неуязвим к ядам и почти не знал болезней желудка.

(Хм.)

Собравшись с духом, он проткнул неизвестный кусок мяса вилкой, обмакнул в фиолетовый суп и отправил в рот.

— Хмм…

И — удивился. Стоило еде коснуться языка, как ноздри наполнил насыщенный аромат, а на нёбе разлился глубокий овощной вкус. Мясо оказалось мягким, но упругим, и высвободило в его рту неожиданно богатый букет. На удивление, это было вкусно.

— Да, весьма недурно. Похоже, слухи о мастерстве Бога смерти в кулинарии — не пустые слова».

Успокоившись, Заноба произнёс это вслух. Да, вид у блюда был жутковатый, но Заноба, обладающий острым художественным взглядом, понимал: не каждому дано чувство прекрасного.

— Рад, что вам понравилось».

Бог смерти усмехнулся так, будто у него припасена ещё одна ловушка. И затем произнёс слова, от которых Заноба застыл.

— В конце концов, кулинария — это разновидность искусства. На этот раз я постарался сделать акцент именно на художественной стороне.

Заноба застыл, улыбка застыла вместе с ним. Он знал, что некоторые называют кулинарию искусством. Он встречал таких людей. Один известный шеф, которого почитали как мастера, как-то раз весь вечер объяснял Занобе суть кулинарного искусства. Шеф сказал: «Смысл кулинарии в том, чтобы возбуждать аппетит». Заноба тогда был впечатлён и полностью согласился с этим. Он снова взглянул на блюдо перед собой. Фиолетовый суп, розовый дым, зелёное мясо — всё вместе оно было неаппетитно. Почти что ядовито.

— Это неправильно»

Слова сами сорвались с его губ.

— Господин Бог Смерти, прошу, присядьте.

Тон его был негрубым, но в нём звучала неоспоримая власть.

—Д-да…

Даже опытный Рэндольф не смог устоять. Подчиняясь указанию, Рэндольф сел. Очки Занобы блеснули.

— Слушайте внимательно. Искусство — это не попытка выдать странность за оригинальность».

И так началась лекция Занобы. Рэндольф небрежно упомянул слово «искусство» и тут же понял, что ступил на запретную территорию.

— В отличие от живописи, еду нужно есть. Её связь с аппетитом…

— Ах, понимаю, очень поучительно», — пробормотал Рэндольф, делая вид, что слушает, но мысленно поклявшись впредь быть осторожнее.

Лишь Бенедикта, не улавливавшая напряжения, смотрела на двоих, убеждённая, что ужин прошёл прекрасно. И в мыслях праздновала успех, счастливо вскинув кулачок.

[Примечание переводчика. В 22 томе веб новеллы Рудеус не взял Занобу и Джули с собой для переговоров с Богом смерти Рендольфом в Королевство короля драконов. В 22 томе лайт новелле это изменили - Рудеус взял Занобу и Джули в Королевство короля драконов. Как раз во время этих переговоров состоялся обед, рассказанный в данной короткой истории]

Пир Атофе — Третий раунд

Часть 1

Поединок начался с правого хука Эрис. Даже в мире, где не существует спорта вроде бокса, человек с талантом способен нанести идеальный удар сжатым кулаком. Локоть Эрис согнулся под идеальным прямым углом, а её кулак устремился прямо в подбородок Калины.

Раздался глухой удар. Брызнула кровь — из кулака Эрис. Кожа Калины была прочна, словно у ящерицы. Ударить по такой голой рукой — само собой означало разбить собственный кулак. Однако даже Калина пошатнулась и на миг застыла в удивлении.

Несмотря на то, что она вышла на арену без доспехов, её спина и руки были покрыты чешуёй. Но грудь и живот оставались открытыми — очевидные слабые места. И всё же Эрис ударила по самой защищённой точке, чем и застала соперницу врасплох. Тем не менее крепость кожи Калины была не обманчива: урон от удара был ничтожен по сравнению с тем, какой получила сама Эрис.

Но Эрис не остановилась. Её взгляд — холодный, не мигающий — впился в Калину. Кулаки сжаты. Она ринулась вперёд. Тени сомнения не было. В её глазах читался лишь звериный инстинкт: размозжить самоуверенную противницу перед собой. Но для Калины это было не впервые. Она знала — именно такова Эрис. С горящим взглядом Калина встретила удар, сжав кулаки.

Часть 2

Пир Атофе. Кулачные бои были его неотъемлемой частью. Оба участника облачались лишь в лёгкую одежду и сражались только кулаками. Победитель оставался на арене и принимал следующего вызов… а дальше — правила были туманны. Возможно, никто их толком не знал.

Рокси стояла у арены в качестве секунданта Эрис, исцеляя её синяки магией каждый раз, когда та возвращалась избитой. На удивление, Рокси казалась совершенно не против этого хаоса. Может, потому что сегодня она наконец позволила себе выпить — редкое зрелище.

— Эрис! Туда! Туда! Справа, справа! Ай, слева! Берегись— ой!

Держа бокал крепкого напитка, Рокси с азартом подбадривала Эрис. Но даже навеселе она оставалась собой — женщиной, которую некоторые почитали как Богиню. Наблюдая за боем Эрис и Калины, она заметила кое-что.

Когда Эрис оступилась неподалёку, Рокси выкрикнула: «Эрис! Живот! Её слабое место — живот! Бей по животу!». Услышав это, глаза Эрис расширились. Она посмотрела на соперницу. И правда — на груди и животе не было чешуи, кожа выглядела мягкой и уязвимой.

—Поняла!

С яростным кивком Эрис ринулась вперёд. С пониженной стойкой, чуть наклонившись вправо, она устремилась на Калину. Та приготовилась к удару.

— Граааа!

— Гу…!

И снова правый хук Эрис пришёлся Калине в челюсть. Калина пошатнулась, глаза распахнулись в шоке. Почему? Ей же сказали бить в живот — зачем она ударила по лицу? Ответ оставался тайной. Возможно, знала его только сама Эрис. А возможно… не знала даже она. Из кулака Эрис брызнула кровь, оставив в воздухе алую дугу. Калина, шатаясь, всё же упёрлась ногами и распахнула рот: «ГРРРРАААА!»

Первобытный рёв. Инстинкт. Калина понимала: либо она сопротивляется, либо погибнет. Эта женщина била туда, куда меньше всего ожидаешь, — в самые уязвимые точки. Если так продолжится, её воля сломается. Такова была Эрис.

Отбросив мысли, Калина бросила кулаки вперёд. Бешеные удары. Они обменивались ударами, один за другим. Носы ломались. Веки и щёки вздувались. Шум вокруг исчез. Боль растворилась. Зрение сузилось до точки, внутри всё обострилось. Калина увидела шанс — опухшее веко Эрис. Если вложить вес в правый, круговой удар — она упадёт.

— Ух…

Но в этот момент колено Эрис врезалось Калине в живот. Сознание Калины оборвалось, и она упала на спину. Толпа взревела. На миг придя в себя, Калина увидела над собой небо. Она поняла — поражение. А над нею стояла Эрис, её кулак окровавлен до того, что сквозь разорванную кожу почти виднелась кость. Тяжело дыша, не обращая внимания на разбитую руку, Эрис вскинула голову и выкрикнула:

— Бой окончен! Давай, Королева Демонов Атофе! Спускайся сюда!

(Невероятно…)

Калина, наблюдая за Эрис, которая уже стремилась к следующему, ещё более сильному противнику, искренне восхитилась.

[Примечание переводчика. Калина - Королева Севера и одна из Высшей Четвёрки Атофе: Калина Ветра. С ней Эрис сражалась в 7 главе 22 тома лайт новеллы]

Концерт Рокси

Это произошло во время пира в замке Атофе. Вино лилось рекой, выступления артистов подходили к концу, и пир достигал своего пика, когда вдруг Атофе заговорила: «Эй, ты! Сделай что-нибудь смешное!»

Для неё это, скорее всего, была обычная брошенная невзначай фраза. Когда застолье замирает, а заняться больше нечем, она, наверное, говорит такое своим подчинённым постоянно. Но в этот раз перед ней был не подчинённый. И не кто-то, привыкший воспринимать такие требования.

—…А? Я?

Это была Рокси. Рокси, неожиданно оказавшись в центре внимания, растерянно огляделась, будто не понимая, почему это обращаются именно к ней. На лице — чистейшее удивление. Похоже, её ещё ни разу в жизни не просили что-нибудь исполнить на пиру. Она нерешительно поднялась, словно пытаясь убедиться, что Атофе действительно имела в виду её, и посмотрела в её сторону.

— Да, ты.

Решимость Атофе была непоколебима. Хм… Хотя мне бы не помешало увидеть, как моя милая наставница смущённо пытается что-нибудь показать, я не хочу наблюдать, как она застынет, перекосится от мучений и в итоге сядет обратно, полностью разбитая. …Ладно, ничего не поделаешь. Похоже, придётся вмешаться. Выдать какой-нибудь танец живота или что-нибудь в этом духе и сгладить ситуацию. Нет у меня причин потакать трудовым издевательствам над моей супругой. Я уже собирался встать, как вдруг…

— Хорошо. Поняла. Тогда я спою!

Я сел обратно. Раз у Рокси есть что показать, незачем вмешиваться. Хотя… сколько мы живём вместе, а я ни разу не слышал, чтобы она пела. Если подумать, песни никогда особо не были частью нашей семейной жизни. Эрис, как и положено дворянке, считает, что песни нужно не исполнять, а слушать. Сильфи немного напевала в деревне Буэна, но став телохранителем Ариэль, перестала это делать. А Рокси родом из племени мигурдов, которые редко разговаривают — не то, что поют. Разве что Айша у нас что-то напевает, но, по правде говоря, у неё сплошные фальшивые мотивчики.

Но, с другой стороны, Рокси дольше была авантюристкой, чем жила в родной деревне. А среди авантюристов петь у костра, чтобы подбодрить компанию, — дело обычное. Если она была в группе, где пели, не странно было бы, что она выучила пару песен. Интересно, что она выберет? Пасторальную мелодию? Размашистую балладу? Геройскую песнь странствий? Да какая разница — если это песня Рокси, она в любом случае будет замечательной. Я приготовился аплодировать стоя.

Она прочистила горло. Положила руку на грудь — и звонким голосом начала петь…

— БООООЭЭЭЭЭЭХХХХ!!!

Понятно, если я никогда не слышал, как она поёт, значит, она не практиковалась. А если не практиковалась — логично, что поёт она неважно. В целом, это даже логично. Но чтобы Рокси была настолько лишена слуха… вот это уже открытие. И даже если бы я встал и зааплодировал, атмосферы это бы не спасло. Посмотрите на лицах почётной стражи Атофе — кто-то оцепенел, кто-то ухмыляется, все чувствуют себя неловко. Ледяная тишина нависла над залом.

Ладно. Всё ясно. Придётся исполнить танец живота. Я буду вести себя более нелепо, чем Рокси, играя роль ничего не подозревающего дурачка, и позабочусь о том, чтобы неловкость, которую она создала, осталась незамеченной. Пусть смеются надо мной. Зато Рокси не съёжится от стыда и сможет подумать: «Ну, по крайней мере, я была не настолько плоха».

Так… её песня закончилась. Пора. Я уже начал стягивать куртку—

— Хлоп! Хлоп! Хлоп!»

Аплодисменты раздались откуда-то сбоку. Я оглядел зал. Это были не гвардейцы — те лишь вытаращили глаза и косились на источник хлопков с выражением: «Ты серьёзно?». Их взгляд привёл к… груди. К паре мягких, но упругих, подпрыгивающих грудей, на которые я изо всех сил не смотрел весь вечер. Но кто бы смог их проигнорировать? Ведь хлопала… сама Атофе.

— Ммм. Прелестная песня!

— Для меня честь услышать вашу похвалу, — Рокси даже выглядела слегка гордой.

— Муахахаха! Какой пир без песни! Ладно, я тоже спою! Вы, все — подпевайте!

По приказу Атофе её стража вскочила на ноги.

— БУУУУЭЭЭЭХХХХ!!!

С голосом ещё более фальшивым, чем у Рокси, Атофе начала петь. Её стражники, не лучше, подтянулись вслед. Никакого сопровождения. По залу разносилось не хоровое пение, а весёлый хаос из нестройных, безумно фальшивых звуков.

И всё же я поймал себя на том, что начинаю раскачиваться в такт. Как ни странно — это было даже… приятно. Знаете, музыка не делится на хорошую или плохую. В очередной раз Рокси преподала мне важный урок. С этой мыслью я тоже присоединился к хору.

Гурман Нанахоси: Алкогольный выпуск

Часть 1

Меня зовут Нанахоси. Нанахоси Сидзука. Я — старшеклассница, оказавшаяся в этом мире из другого. Проще говоря, телепортированная — «турист».

Я долго изучала телепортационную магию, проводила бесконечные эксперименты, пытаясь найти путь домой, но оказалось… вернуться сразу нельзя. Более того, если я пробуду в этом мире слишком долго, я заболею и умру. Узнав об этом, я была вынуждена пользоваться способностью подчинённого Перугиуса — «Сукеакото Времени», который останавливал моё собственное время. Так я просыпалась лишь раз в месяц.

Странная ситуация. Если сказать честно — я была потрясена. Я так упорно работала, веря, что в конце моих усилий меня ждёт успех. И узнать, что всё сорвалось по причинам, не зависящим от меня… было до боли обидно.

А откладывать решение проблемы в неопределённое будущее, не зная, что ждёт впереди, — тревожная мысль сама по себе. Говорят, взрослые в такие моменты находят спасение в одном — в алкоголе. Помню, Рудеус как-то бросил фразу: «Когда всё плохо, взрослые пьют до потери памяти, чтобы забыть про мир.»

Алкоголь… Я пробовала немного раньше, но вкус мне не особо нравился, поэтому пила редко. Хотя, в последний раз, когда я напилась, вроде бы было весело. Смутно помню, но было хорошо. А вот на следующий день… голова раскалывалась.

Тем не менее, сейчас — самое время выпить и забыться. С таким настроем я попросила Перугиуса дать мне алкоголя. Сильварил принесла три бутылки. Перугиус сказал: «Не знаю, что тебе понравится, так что попробуй всё и выбери.»

Красная, синяя и жёлтая бутылки — впечатляющее трио основных цветов. Никаких этикеток, только стекло — но раз напитки из личной коллекции Перугиуса, значит, дорогие. Сильварил также принесла закуску — острые орешки.

Ну что ж, начнём с первой. Я взяла красную бутылку. Она была наполовину полной, с пробкой, похожей на резиновую. Я слегка потянула — и пробка с тихим поп вышла наружу. В воздух поднялся цветочный аромат — то ли сакуры, то ли роз.

Я налила в бокал — жидкость вышла розово-прозрачной, очень красивой. Цвет и запах обещали приятный вкус. Настоящий напиток для новичков. Как и следовало ожидать от Перугиуса — утончённый выбор.

— Ну… за меня, — сказала я.

Скрестив ноги и чуть жеманно наклонив бокал, я сделала глоток, будто произнося тост за собственное будущее.

— Уе-е-ех…

Не то. Совсем не то. Я ждала лёгкого, освежающего, сладкого вкуса, а получила густоватую сладость с неприятной горчинкой. …Ладно. Даже лучшие блюда не всегда совпадают с твоими предпочтениями. Алкоголь — не исключение. С этой мыслью я взялась за следующую бутылку.

Часть 2

Я попробовала все три. В синей — синяя жидкость. В жёлтой — жёлтая. Все ароматные, красивые, словно специально подобранные под цвет. Но… ни один не оказался вкусным.

Более того — меня начало тошнить. Странно. Когда я пила в таверне, ощущения были другие — лёгкость, приятное кружение в голове, весёлое настроение… Тук-тук. В этот момент раздался стук в дверь.

— Войдите…

— Простите… Нанахоси, ты пьёшь?

Это была Сильфи.

— …Тебе что нужно?

— Я слышала от Руди, что ты скоро снова уйдёшь в долгий сон… вот я и подумала зайти поговорить перед этим.

В руках у неё была бутылка. Я знала этот бутылочный дизайн — это что-то из дома Рудеуса.

— Это что?

— А? Это? Просто алкоголь из Шарии. Нанахоси, ты раньше говорила, что он тебе понравился.

Правда? Не помню, чтобы я когда-то нахваливала вкус алкоголя. Значит, это было во время одной из тех вечеринок… но и их я помню смутно.

— Но, похоже, ты уже пьёшь что-то куда более… дорогое. Я, наверное, выбрала не то…

У Сильфи опустились ушки.

— Нет. Просто эти три оказались не в моём вкусе. Так что… я даже рада.

— Правда?

Она села напротив, потянула пробку — поп — и налила янтарный напиток в пустой бокал передо мной. Тягучий, ароматный, чуть жгучий — типичный алкоголь снежных стран.

— А я вот это попробую, — сказала она и налила себе красного.

— Тогда… тост?

— За встречу.

Наши бокалы мягко звякнули.

— Знаешь, я не о чём-то конкретном хотела поговорить… А! Спасибо, что в прошлый раз меня выслушала, я тогда слишком нервничала…

Затем я пообщалась с Сильфи. Разговор получился не слишком содержательным. Мы говорили о прошлом, о жалобах Сильфи, о моих собственных разочарованиях и историях о моём родном мире.

Первый глоток был резким, обжигающим во рту. Но я почему-то продолжалf пить. Второй глоток, третий... один бокал, два бокала... Интересно, что это было? Предполагалось, что он не будет вкусным, но он оказалcя вкусным. Под конец я поняла: важно не то, что ты пьёшь, а с кем и о чём говоришь. Вот и всё, что имело значение.

Короткие истории к 24 тому ранобэ

Видение невозможного будущего

Часть 1

Когда Руйджерд Супердия очнулся, он обнаружил себя в собственном, родном доме. Сев на постели, он услышал голос жены:

— Ты редко так поздно просыпаешься.

— …Вчера я слишком много выпил.

Произнеся это, Руйджерд вспомнил прошедший вечер. Вчера состоялась дуэль — особый поединок перед всем воинством племени супердов, древняя традиция, передаваемая из поколения в поколение. Победитель становился предводителем воином племени. Руйджерд проиграл тот бой и передал ранг победителю. И хотя в душе шевелилось лёгкое чувство досады, его куда сильнее переполняла радость. Потому что победил его собственный сын.

Сын доказал, что стал сильнейшим среди всех воинов племени. Руйджерд — герой, прошедший через Войну Лапласа. Он всегда был уверен в своём боевом мастерстве и гордился им. Но сын выступил против него в честном бою, не отступил и оказался сильнее. И это наполняло сердце Руйжерда гордостью.

После церемонии вступления нового предводителя воинов Руйджерд всю ночь пил со своим сыном. Постепенно к ним присоединились другие воины, поднимая чаши в честь праздника. Все они были пережившими Войну Лапласа ветеранами. Они славили сына Руйджерда, но и самого Руйджерда не забывали щедро хвалить.

Для супердов, чей век долог, а смерть часто приходит в бою, то, что сын превзошёл отца, было редчайшим и величайшим торжеством. Их дети рождались редко; многие погибали, не достигнув зрелости, а иной раз родитель умирал раньше, чем ребёнок становился взрослым. В ту ночь Руйджерд выпил больше, чем за несколько последних столетий.

— И не знала, что ты способен так расслабиться, — сказала жена.

— Сам удивляюсь.

Руйджерд был человеком, который вне боя чувствовал себя неловко. Он долгие годы занимал пост предводителя воинов по той простой причине, что был самым сильным, но руководителем от природы он не был. Со своим сыном он тоже долгие годы оставался холоден и строг. Сын уважал его, но их отношения трудно было назвать тёплыми.

Он думал, что и в будущем сохранит эту суровость... Но вчера, увидев гордость в глазах сына, принявшего титул, он впервые в жизни просто улыбнулся и продолжил пить. И тут он понял, что на самом деле чувствует.

— Мой сын оправдал все мои ожидания.

— Он всегда равнялся на тебя и стремился догнать.

— Мне нужно будет похвалить его.

— Ха-ха, ты вчера уже перехвалил его вдоволь.

— Правда? А где он сейчас?

— С утра увёл молодых воинов на тренировку. Первый день в должности всё-таки.

Улыбка мягко тронула лицо Руйджерда.

— Вот как? Тогда я присоединюсь.

— Воин, опаздывающий на тренировку? Как-то несерьёзно звучит.

— Значит, новый предводитель воинов точно отчитал бы меня.

С этими словами Руйджерд вышел из дома.

Перед ним раскинулась деревня — жилище племени супердов, дом воинов. Кто-то тренировался, кто-то охотился, а те, кто оставался, готовили еду, стирали одежду и поддерживали порядок. Несколько малышей с ещё не отпавшими хвостами носились по деревне, визжа и гоня маленькую ящерку.

Это была картина настоящего мира — спокойного, мирного. Руйджерд шёл через эту идиллическую деревню к площади на окраине. Именно там он вчера перепил… Но обычно это место служило тренировочной площадкой воинов.

— Не полагайтесь только на третий глаз! Чувствуйте убийственный настрой кожей, следите за движением врага обычными глазами!

Там, под командованием предводителя воинов молодые бойцы, только недавно потерявшие хвосты, отрабатывали владение копьём.

— Отец!

Увидев Руйджерда, предводитель воинов — его сын — радостно окликнул его. Руйджерд уже открыл было рот, чтобы сделать замечание: «Предводителю воинов не к лицу так кричать», — но слова застряли. Он хотел сказать что-то ещё, но вместо этого из его груди едва не вырвался сдавленный всхлип.

— …Хватит. Довольно.

Наконец, эти слова сорвались с уст. Он больше не мог смотреть. Смотреть на то, что он потерял. На будущее, которое никогда не станет реальностью.

— Я сказал, что помогу вам. Зачем показывать это? Это что, жестокая насмешка? Король Бездны Вита!

С этими словами видение размылось, юные воины исчезли, и его сын пожал плечами.

— …Я лишь хотел показать тебе желанный сон. В знак доброй воли.

— Мне он не нужен.

После этих слов что-то щёлкнуло — и сознание Руйджерда угасло.

Часть 2

Когда он пришёл в себя снова, то оказался в реальности. В настоящей деревне племени супердов. Не было больше той бурлящей жизнью, счастливой деревни из видения — лишь измождённые, болезненные лица выживших.

Деревня, заражённая болезнью, деревня, обречённая на полное уничтожение без помощи Короля Бездны Виты. И, собрав в себе всё, что осталось от его духа, Руйджерд поклялся защитить эти последние жизни. Даже если ради этого ему придётся обратить своё копьё против бывших товарищей.

Отклонённый черновик финальной битвы с Витой

Часть 1

Вдруг я проснулся — в знакомом доме. Тёмная, грязная комната. Плотно зашторенные окна, на полу — столько мусора и хлама, что ступить некуда. Пакеты с отходами валяются и громоздятся в углу, а на одеяле, которое я отбросил в сторону, видны явные следы влаги. В темноте лишь один источник света — монитор компьютера.

На мониторе — пикселизированное женское обнажённое тело. Я медленно поднялся. Тело было тяжёлым — возможно, из-за моего веса. Больше ста килограммов. Хотел уже было плюхнуться в кресло перед компьютером… но в поле зрения вдруг попала дверь.

Дверь. Этот предмет был для меня по-настоящему пугающим. Любой, кто входит через эту дверь, — враг. А огромный мир за дверью отталкивает меня, не желая принимать. Где-то глубоко в сердце я знал: за эту дверь мне нельзя. Ступить за неё невозможно.

Впрочем… за последние годы я и не ступал. Если не считать походов в туалет. Нет, я хорошо помню этот липкий страх — страх «выйти за дверь». Но сегодня, глядя на неё… я не чувствовал ничего. Ни тревоги, ни раздражения, ни паники, ничего. Это была просто дверь. И поэтому я протянул руку и взялся за дверную ручку.

Часть 2

— Как…?

Мать смотрела на меня с выражением ошеломления. Ну да, неудивительно. Я больше десяти лет не выходил из комнаты по собственной воле и делал всё, чтобы ни с кем не сталкиваться. Появление такого человека в гостиной — событие из ряда вон.

— Доброе утро, мам.

Стоило мне это сказать, как она попыталась что-то ответить, но слова застряли. Она закрыла рот рукой — и разрыдалась. Но, не дав себе расплакаться вслух, осела на пол и, всхлипнув, произнесла:

— …Доброе. Хочешь… завтрак?

Ответ был очевиден.

— Ну… если не сложно.

Хотя на часах было почти полдень. Её готовка была такой родной. Странное чувство. Мать ведь каждый день приносила мне еду. Я ежедневно ел приготовленное ею. Рис, мисо-суп, замороженная жареная курица, холодный тофу с соленьями, недоеденный завтрак из холодильника — обычный набор.

Но… такого «обычного» вкуса я не пробовал уже много лет. Медленно есть, неторопливо жевать — в комнате этому не место. А ещё мы разговаривали за столом. Как в далёком прошлом.

— Вот, Руйджерд сказал… А, Руйджерд — это парень, которого я встретил в игре… сказал мне: «Ты слишком осторожничаешь».

— Да? Ну, раньше ты и правда был слишком… осторожным…

Мать слушала и отвечала на мой бессвязный поток слов. Она определённо не понимала, о чём я говорю — и наверняка ей хотелось спросить совсем другое, — но она изо всех сил старалась поддерживать разговор.

Мы болтали, а я медленно доедал её еду. Когда я закончил, она налила мне чаю и начала убирать посуду. Под звуки воды я сделал глоток. Крепкий зелёный чай. Она любит именно такой — почти терпкий от крепости. Когда я был подростком, терпеть его не мог: флягу с чаем не открывал ни разу, а в автомате покупал сладкую газировку. Но сейчас… чай показался удивительно вкусным. Наверное, я просто вырос.

— Значит… — мать вдруг заговорила. Вода перестала течь. Она не обернулась. — Сегодня… что-то случилось?

Слова осторожные, словно обёрнутые в вату. Ещё вчера одно такое предложение вызвало бы у меня вспышку ярости. Я бы накричал, возможно — ударил.

— О? Эм… ну…

Я пытался подобрать слова. Не вышло. Наступила пауза.

— Я… больше не хочу сидеть взаперти.

Мать подошла ко мне. Улыбалась. Она явно боялась спугнуть меня, боялась резким словом разрушить хрупкую смелость, с которой я вышел из комнаты. Но хоть на лице её была улыбка, глаза наполнились слезами, и она разрыдалась, не успев сказать ничего больше.

Она долго плакала, извинялась, говорила, как счастлива, что может снова разговаривать со мной «вживую». Успокоив её, я вернулся в комнату — ненадолго. Она сказала: «Не нужно так спешить», — но я уже заявил ей, что больше не буду жить взаперти. Поэтому решил хотя бы найти подработку. С такими мыслями я открыл дверь комнаты — и увидел человека.

Он сидел за компьютером. Светлые волосы, немного легкомысленный вид… и отсутствие нижней части тела. Это был Пол. На континенте Бегарит, в глубинах Телепортационного Лабиринта, его нижнюю половину тела откусила гидра, и он умер. Мой отец.

— …Значит, ты — Тёмный Король Вита?

Пол изобразил абсолютное удивление.

— С чего бы? Если бы я был Витой, разве позволил бы я тебе проснуться?

— А… ну да…

Вроде бы логично.

— Вита сейчас загнан в угол.

— И всё-таки, кто ты?

— Эй, серьёзно? Не узнаёшь лицо собственного отца?

— Ты умер. Давным-давно.

— Чёрт, ну и юмор у тебя… Совсем меня забыл.

Пол усмехнулся. Эта улыбка — как из моих воспоминаний. От неё у меня защипало в носу. Невероятно. Хотелось плакать. Став серьёзным, Пол посмотрел на дверь за моей спиной.

— Вита в отчаянии. Найди то, что не вписывается в эту семью, и уничтожь. Это и будет её ядро.

Я стал серьёзен. Кажется, я уже догадался, что тут является ядром.

— Тогда… это слишком сложно.

Сказав это почти шёпотом, я отвернулся от лестницы, где была моя мать, и посмотрел на потолок.

Короткие истории к 25 тому ранобэ

Ожесточённая схватка! Демон Король Атофе против Дракона Бога Орстеда!

"Опасная ситуация." — именно это словосочетание лучше всего описывало то, что предстало в тот момент передо мной. С одной стороны стояла женщина в чёрных как смоль доспехах, напоминающая синих они, приносящих несчастья демонов. Это была Демон Король Атофератофе Райбак. По другую сторону стоял мужчина из расы драконов. Его лицо было скрыто за иссиня чёрным шлемом, но у него была невероятная вура опасности. Это был Дракон Бог Орстед.

— Эй, ты! Ты же нынешний Дракон Бог, я права?

Стоило Атофе заметить Орстеда, как она с яростным видом быстро приблизилась к нему. Весь её вид прямо кричал "Я клянусь, я разорву тебя на месте!". Кажется, я облажался. Как я не заметил, что они встретились? Почему они оба тут? Почему в одной деревне? Как я это допустил? Ну вот, Атофе в полной боевой готовности, вот-вот набросится на Орстеда. Что делать, придётся влезть между ними. Может не стоит, но не думаю, что смогу остаться в стороне, если они схлестнутся. Признаюсь, я бы хотел, чтобы при мне была МК 1. Кто-нибудь, придите и позовите с собой одного из них!

— Демон Король Атофе... — тоже немного вздохнул Орстед.

Ничего не поделаешь, при встрече с Атофе всегда хочется, чтобы кто-то помог. Всё ясно, теперь я точно знаю что произойдёт. Атофе с лёгкостью сшибут Стилем Бога Воды или чем-то ещё и она, неистово крутясь, пролетит через всю деревню, прошибая всё на своём пути!

— Спасибо. — абсолютно неожиданно сказал Орстед.

— Чего-о?

— Ты сильна. Раз ты с нами, то о победе можно не беспокоится.

Без сомнений он сказал это от чистого сердца. Действительно, Атофе ещё более бешеная и неконтролируемая, чем Эрис, но она всегда готова к бою, а её бессмертие делает её крайне надёжной. Не знаю, что было бы с последней битвой, если бы не Атофе. Не будет преувеличением сказать, что её прибытие решило исход битвы.

— Не пытайся меня обдурить, сволочь! — ответили на такие слова Орстеду.

Даже не знаю, жалеть его или грустить. Ужасно быть проклятым.

— Тебе меня не обдурить, я не дура, ты точно что-то замышляешь!

—...А что если я скажу, что замышляю одолеть Перугиуса?

— Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха, поняла, всё ясно, так он нажил себе такого врага, вот Перугиус, вот придурок, хи-хи-хи, а-ха-ха-ха-ха-ха. — взорвалась Атофе.

Понятно, как и ожидалось от Орстеда. стоит упомянуть Перугиуса, как появляется шанс договориться с Атофе. Скажи такое кто другой, она бы наверняка среагировала иначе, но когда это говорит Дракон Бог — второй в списке Семи Мировых Сил — её реакция будет совсем другой. Судя по всему, за сотни циклов он успел найти подход к Атофе.

— Превосходно, Дракон Бог Орстед. — посмеявшись, Атофе показала обоими руками на Орстеда — Тогда давай сразимся!

Да блин. Этого стоило ожидать, даже Орстеду нелегко справляться с такой дурой.

— Ты же ещё Демон Король?

— Чего-о?

Провокация? Неожиданно. Плохая идея, Орстед-сама. Или вы так от неё избавиться хотите? Вам разве не нужно тратить как можно меньше маны? Делать нечего, тут уж я как-нибудь...

— Мой подчинённый одолел тебя, какой Демон Король будет вызывать на бой повелителя, не одолев его подчинённых?

—!.. — на лице Атофе отразился сильнейший шок.

Однако, если подумать, то Атофе и правда очень ревностно соблюдает традиции, стараясь быть настоящем Демоном Королём, сидя в глубинах замка, называя добравшихся до неё героями, испытывая и мешая им. А тут просто супердская деревня, где она просто напоролась на Орстеда, никакой романтики. Да и место не под стать Демону Королю.

И почему-то они оба уставились на меня.

— Твой подчинённый одолел меня...

— Да, так что ты не можешь вызывать меня на бой сейчас. — заявил Орстед и, хлопнув плащом, удалился.

—Кх... ЧЁЁЁЁЁЁЁРТ! — Атофе проводила Орстеда взглядом и упала на колени.

Она ударила кулаком по земле, трясясь от досады как осиновый лист. Получается, сейчас бросить вызов Орстеду она не может.

— Рудеус Грейрат...

— Да, что?

— Когда эта битва закончится, через некоторое время я вызову тебя снова. Готовься, сволочь!

Не ожидал, что огонь переведут на меня, но... ладно, привлекать огонь с Орстеда на себя — это моя работа в конце концов.

— ... Ладно.

У Атофе "Через некоторое время" — это лет сто, так что пока отвечать можно сразу.

"Смертельный тупик" — друг детей

— Меня зовут "Смертельный Тупик".

— Уа-а-а-а-а, А-а-а-а-а-а-а, А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — услышал я детский плач, осматривая деревню супердов.

Я направился к источнику плача, чтобы узнать что случилось и увидел сидящего на земле ребёнка и фигуру Орстеда. Наверняка он плакал, испугавшись Орстеда. Даже жаль... Особенно Орстеда, который наверняка ничего не делал. Просто посмотрите, ребёнок вцепился в плащ Орстеда, будто говоря "Это всё он!", а взрослые суперды уже собираются вокруг на плач с копьями в руках, и Орстед смотрит на ребёнка сверху вниз, с таким лицом, будто собрался его съесть, но я то знаю, это он просто в замешательстве. Ребёнок сидел между Орстедом и знакомым мне супердом — Руиджердом. Так, что-то я всё меньше и меньше понимаю. С точки зрения ребёнка они оба одинаково жуткие, кто же его до слёз напугал? Это деревня супердов, ребёнок тоже суперд, так что скорее всего это Орстед, но я уже несколько дней наблюдаю как Руиджерд ведёт себя в деревне, он тут как тот упёртый пугающий дядя с вечно серьёзным лицом, по которому не поймёшь о чем он думает, так что не исключено, что это он напугал ребёнка. А то, что ребёнок вцепился в плащ Орстеда можно понять и так, будто он просит у него помощи. Выбрал менее пугающего взрослого, так сказать. Хотя Орстеду так, видимо, не кажется. Они с Руиджердом вместе смотрят на ребёнка будто вот-вот убьют его. ...Надо будет им помочь, суперды вокруг тоже будто понимают, что должны помочь, но не понимают кому.

— А ну ка стоять, почему ребёнка до слёз довели?!— быстро приблизилась к Орстеду рыжеволосая женщина.

— Я тут ни при чём, он просто врезался в меня и упал. — оправдался Руиджерд.

— Это правда, Руиджерд Супердия тут ни при чём. — помог Руиджерду Орстед.

Редкое зрелище, но Орстед хорошо относится к Руиджерду, так что нет ничего странного, что он помогает ему в трудную минуту.

— ...Какая разница! Давай, пошли.

— Уа-а-а-а-а-а-а-а-а, А-а-а-а-а-а-а-а! — зарыдал в два раза сильнее ребёнок, когда Эрис попыталась взять его на руки.

Ну, для ребёнка и Эрис страшная. Если подумать, то мои дети редко так навзрыд плачут, наверное, это Лилия и Сильфи такие молодцы, так что дети инстинктивно понимают, что Эрис не ужасна.

— Ну же, не плачь. Давай-ка... — однако Эрис беспокоилась за чужого плачущего ребёнка.

Ладно, я вам помогу.

— Э-эй, что стряслось? Окружили страшные взрослые? Ну, теперь всё хорошо... — подошёл к ребёнку я и улыбнулся, присев рядом с ним.

Сейчас важно разыгрывать такого весёлого парня, какого вообще возможно.

— Ик...шмыг, шмыг...

Ребёнок, увидев меня, судя по всему решил, что пришёл взрослый попроще, хотя его лицо всё ещё было как у плачущего.

Я тут же раскрыл руки, мол, теперь всё хорошо, можешь теперь пры гнуть мне на грудь.

— У-а-а-а-а-а-а, а-а-а-а-а-а-а-а!

Провал. А ведь моя улыбка сильна — Сильфи с Люси всегда ей радуются.

— Ну, что нам делать?

— ...

Руиджерд с Эрис смотрели на меня, прося о помощи. Навевает воспоминания... В старые добрые времена, когда мы путешествовали по Демоническому континенту, в таких случаях в игру всегда вступал я и придумывал что делать.

— Я знаю, есть одна идейка. — сказал я и мягко поднял плачущего ребёнка.

Ребёнок вцепился в плащ Орстеда, будто если он отпустит начнётся конец света. Когда он отпустил его, на плаще остался жутковатый узор, но Орстед и сам жуткий и страшный, так что в порядке, я полагаю.

— Эй! Он всё ещё плачет!

— Об этом не волнуйся.

Пусть плачет, мы не желаем ничего плохого.

— Руиджерд-сан, как его зовут?

— Руикрил.

— Где его дом?

— Вон там.

Я прошёл за сбитым с толку Руиджердом к дому ребёнка. Когда я отдавал ребёнка его родителям, они спросили почему он в слезах, на что я ответил, что он упал и расплакался, это всё таки правда. Ребёнок вцепился в родителей и стал хныкать, но совсем не так сильно, как когда был с нами. У двоих со мной на лицах царило непонимание.

— Эй, он так и не перестал плакать.

— Он плакал потому что мы пугали его, в таких случаях нужно как можно быстрее оставить него.

— Да, но...

—А ты... — пробормотал Руиджерд — всё такой же надёжный.

Я кривовато улыбнулся из-за ностальгии в ответ на его слова.

— Ну чего ты, ты можешь на меня положиться. Что подумают о Руиджерде из "Смертельного Тупика", если вдруг узнают, что он ребёнка до слёз довёл. А как это по репутации супердов ударит?

— Ничего страшного, такой репутации уже ничто не повредит, а по гордости так просто удар не нанесёшь.

— Это да. — посмеялись мы над его слабенькой шуткой.

После этого мне ещё пришлось утешать Орстеда, которой упал духом из-за того, что ребёнок так расплакался, но это уже другая история.

Короткие истории к 26 тому ранобэ

Рудеус-гуру наставляет новых последователей

Это случилось через несколько дней после финальной битвы. Когда я прогуливался по деревне супердов, наткнулся на крайне умилительную сцену. Вокруг Рокси толпились дети.

Как и следовало ожидать, Рокси всегда пользуется бешеной популярностью у детворы — куда бы ни отправилась. Когда я только попал в этот мир был ребёнком и телом, и разумом, я впервые встретил Рокси… и был совершенно очарован ею.

Как говорится, что впитано с молоком матери — то до гробовой доски. И по сей день я без ума от Рокси. Но дети… дети часто не знают манер. Даже встретив святую, они могут этого не понять и вести себя совершенно непочтительно. А как основатель религии Богини Рокси, я просто обязан следить, чтобы малявки не проявляли чрезмерной грубости. Я не могу позволить им повторить мои ошибки. С такими мыслями я подошёл ближе и прислушался.

— Мигурд!

— Настоящий мигурд!

— Правда? Покажи телепатию! Давай телепатию!

Э-э, стоп, стоп. Нехорошо. Наша Богиня Рокси, мягко говоря, не слишком сильна в мигурдской телепатии. И если богиню разозлить…Ну, тогда мне придётся вмешаться. И покарать очень строго, чтобы зубы стучали и писк стоял.

— Телепатия — это не что-то, что можно «показать», — ответила Рокси. — Поэтому я не могу.

Фух. Я слишком поспешил. Голос Рокси, обращённый к детям, был удивительно мягким. За последние годы она и правда стала гораздо мягче. Особенно с детьми и учениками. Думаю, это после истории с Паксом. Мне он был не так уж важен, но Заноба и Рокси сильно переживали из-за его смерти. С тех пор Рокси стала терпимее к чужому невежеству. Хотя вот к замечаниям о росте… нет, такого она до сих пор не прощает.

— Ну покажи! —

— Наш папа говорит, мигурды невероятные!

— Даже если вы так говорите…

И тут наши взгляды встретились. Рокси мне подмигнула. А? Это что, попытка соблазнить? Рокси, ну перестань, мне не надо — я и так твой навеки! Нет… стоп. Она не соблазняет, а подаёт сигнал. Я понял, Рокси. Она хочет, чтобы мы разыграли телепатический «спектакль». Я покажу чудо, дети поверят — и репутация Рокси будет цела.

— Хм? Рокси, ты меня звала?

Я обернулся, будто услышал её голос.

Ах, понятно. Она хочет продолжить этот театр. Что ж, время импровизации. Положись на меня, Рокси. Как твой муж, я обязан выступить идеально — чтобы тебе не было ни капли стыдно.

— «То самое»? Ты хочешь, чтобы я показал детям это?

Рокси чуть приподняла бровь, задумчиво приложила пальцы к подбородку, потом коротко кивнула. Жесты слегка драматичны, но легко читаемы.

— Понял.

Я хлопнул ладонями, собирая между ними ману. Естественно, использовал землю — мою любимую стихию. Секрет фокуса в том, чтобы не смотреть на руки, но это я давно освоил. Промяв ману несколько секунд, я раскрыл ладони — и между ними распустился каменный цветок. Для детей это выглядело как чистое волшебство.

— Держите.

— Ух ты!

— Потрясающе! Покажем папам!

Я раздал каждому по цветку, и дети убежали радостным галдящим хором. Вот так. Ах вы безбожники малыши… ни одного «спасибо за телепатию». В моём возрасте я был воспитаннее! Ну… по крайней мере, в прошлой жизни. В этой — да, я был мерзким сопляком… эх.

— Руди…

Я повернулся — и увидел, как Рокси смотрит на меня из-под полей своей шляпы, слегка смущённо.

— Ты и от детей меня спас…

— Конечно. Я… не перестарался?

— Нет, совсем нет.

Она тихонько обвила мою руку. Вот это награда. Рокси нечасто сама проявляет нежность — от этого становится вдвойне приятнее.

— Мне напомнили, что у меня теперь есть кое-что куда лучше телепатии, — прошептала она.

Я, не скрывая улыбки, ещё немного насладился этим тёплым, ласковым моментом рядом с ней.

С Рокси

Когда я направился в ванну, собираясь как следует прогреться, меня там поджидал Богиня. Да, Рокси — в одном нижнем белье — позировала перед большим зеркалом.

И какая же сексуальная поза! Хотя выражение её лица почему-то показалось мне довольно мрачным... Такое зрелище увидишь нечасто. Не будет преувеличением назвать это чудом.

— О, Боже…

Слова благодарности сорвались с моих губ, усиливая моё благоговение. Я верю, что вера, по сути, – это то, что помогает человеку стать лучше или защитить свой дух, и её не следует искать, ожидая чего-то взамен. Однако, став свидетелем такого чуда, невозможно не подтвердить существование Бога и не укрепить свою веру.

— Эй! Руди, что с тобой!? П-пожалуйста, не врывайся вот так неожиданно!

— Если не хочешь, чтобы тебя увидели, могла бы делать это у себя в комнате.

Я ответил ей самым простым здравым смыслом. Да, постучаться — вежливей, но у нас в раздевалке таких правил не было. И знаете почему? Потому что я как раз рассчитывал на подобные ситуации. Правда, возникали они нечасто — особенно я был осторожен после того, как Нанахоси стала иногда пользоваться нашей ванной. Хотеть случайностей, стараясь их избежать — настоящий парадокс.

— В моей комнате нет большого зеркала.

— И что же ты хотела рассмотреть в большом зеркале?

На мой вопрос Рокси замялась, поигрывая пальцами у пупка. А потом, словно нехотя, призналась:

— П-понимаешь… недавно мы… ну… вчетвером…

— Да. Большое спасибо за тот вечер.

Это была великолепная ночь. Хотя, честно говоря, результат моего эгоизма. В сущности, каждая из них предпочитает быть любимой поодиночке, а не все вместе. Мне остаётся только благодарить.

— И?..

— На следующее утро я проснулась первой. Увидела Сильфи и Эрис… и вдруг как-то протрезвела. И задумалась — что вообще значит быть привлекательной.

Понимаю. Сильфи — стройная, гармоничная и красивая. Эрис — унаследовала материнскую пышность, но отшлифовала тело тренировками, избавившись от лишнего. А у Рокси фигура… ну, по человеческим меркам — детская. Это неизбежно из-за её расы, но я знаю: Рокси всегда переживала из-за этого. Поэтому в такие моменты я говорю то, что должен:

— Рокси, ты полна очарования. Это я могу гарантировать.

— Иногда… я не могу верить твоим словам, Руди.

Сказав это решительным тоном, она посмотрела на меня влажным взглядом. Странно. Я же доказывал свою любовь практически каждым поступком. Раз не верит — нужно выбрать правильные слова.

— Кхм. Представь, что перед тобой три сладости: пончик, пудинг и пирожное.

— Эм?

— Ты же любишь их все, верно?

— Н-ну…

— Если бы они все оказались у тебя, ты бы съела всё с удовольствием, правда?

— Конечно… то есть… я бы не стала жадничать и есть всё сама…

Понимаю.

— А теперь представь, что перед тобой три пончика — но от разных кондитеров.

— …Ты начнёшь их сравнивать, не так ли?

— Вот именно.

— Ты это хочешь сказать?

Когда вещи одного типа, люди невольно выбирают «лучший». Но когда вещи разные, их можно любить независимо. Поэтому сравнивать — в корне неправильно.

— Руди…

Рокси внезапно обняла меня. О боже. Редкий момент! Рокси почти никогда не обнимает меня просто так! Обычно она оглядывается, краснеет и спрашивает — можно ли… Надо немедленно обнять её в ответ! Докажи свою любовь, Рудеус! Сейчас или никогда!

— Руди, ты эгоист… забрал себе всех троих…

Когда я крепко прижал её, она это сказала. Возможно, это была ловушка.

— Я… прости…

Оправдываться уже бесполезно. Если она устанет от меня — я готов встать на колени и умолять не уходить, готов исправлять всё, что только возможно. Хотя исправлять, признаться, есть многое.

— Мне и это в тебе нравится. Всё в порядке.

С этими словами Рокси быстро оделась и вышла из раздевалки. Я слышал, как она вполголоса напевает в конце коридора. Значит, я всё-таки сказал правильные слова. С такими мыслями я отправился в ванну.

С Орстедом

Лицо Орстеда само по себе пугает. Однако с тех пор, как та битва закончилась, его суровость будто немного смягчилась. Я уже несколько лет внимательно слежу за выражениями Орстеда — могу сказать наверняка. В последнее время он каждый день в хорошем настроении. Иногда даже кажется, что он… напевает себе под нос.

— Рудеус, как обстоят дела после того случая?

Он, похоже, был очень доволен тем, что нам удалось победить Гису. Для меня Гису был лишь одним из множества врагов в продолжающейся войне, но для Орстеда это, должно быть, выглядело как раскрытие одной из козырных карт Хитогами. Наверное, он думает, что следующий цикл будет легче. А я бы хотел, чтобы он сосредоточил всё на этом цикле… Но в конце той битвы Орстед сказал: «Я хочу попробовать сражаться рядом со своими надёжными соратниками». Мне остаётся лишь верить в эти слова и стараться быть тем, кому он продолжит доверять.

— Никто из участников прошлой битвы не получил тяжёлых ран или последствий. Королевство Бихейрил начало восстановление при поддержке наёмников Рудо. Огромную помощь оказала королева Асуры Ариэль, я собираюсь отдельно навестить её и выразить благодарность.

— Понятно.

На лице Орстеда вновь проступила тень суровости. Почему? Я что-то не так сказал? Может быть, дело в Ариэль? Он, возможно, решил, что Ариэль посчитает долг перед Орстедом погашенным и это осложнит наши планы по контролю над королевством Асура?

— Если вы переживаете, могу передать королеве Ариэль строгий намёк.

Эй, не вздумайте считать этот случай погашением долга! Это максимум проценты! А если прижмёт — можете расплатиться телом! Хотя… у меня есть жёны и муж, так что и это не требуется… ну, что-то в этом духе. Впрочем, даже без таких слов я уверен: Ариэль не воспринимает своё подчинённое положение перед Орстедом как нечто плохое. Скорее как долгосрочное сотрудничество.

Хитрая бывшая принцесса с милым личиком — но даже если внутри она думает иначе, пока рядом я, муж Сильфи, она Орстеда не предаст. Я верю, что её верность настоящая.

— …Не нужно.

— Понял.

Орстед выглядел так, будто собирался вздохнуть. Несомненно, из-за Ариэль.

— Тем не менее, поблагодарить её нужно. Я хотел бы принести какой-нибудь подарок, но что бы подошло?

— ………

Выслушав меня, Орстед открыл ящик и достал маленькую коробочку. Вот видите? Я же чувствовал, что он что-то приготовил — идеальный я, соратник Орстеда!

— Передай это.

— Что это?

Коробочка. Я открыл её — внутри пусто. Самая обычная пустая коробка?

— Это магический предмет. Через десять лет королевскую печать украдут и попытаются использовать, но, если держать её в этой коробке — украсть не смогут.

— Что это за магический предмет?

— Если поместить внутрь вещь и влить ману, открыть её сможет только тот, кто вложил ману. Скажем так.

Выражение «скажем так» подразумевает, что реальный механизм, вероятно, более сложен. Если бы только открыть его было невозможно, то кража всего ящика была бы проблематичной. Это могло бы быть чем-то вроде превращения в шипастый шар, который пронзает вора, если бы его взял в руки кто-то другой, кроме владельца.

— Лучше пусть королева Ариэль сама её попробует.

— Так и сделаю. И…

Орстед слегка наклонил голову, будто что-то обдумывая, и снова спросил:

— Как ты сам?

— Я?

Ну… как видите? Хотя, может, во внешности что-то и изменилось.

— От истощения маны волосы немного побелели, но, кроме этого, всё в порядке. Даже сил стало больше, чем нужно.

Сразу после окончания битвы я думал, что больше ничего не хочу делать. Я просто хотел провести жизнь, прижимаясь к своим жёнам. Но, делая это каждый день, я начал поправляться, и теперь у меня есть дополнительная энергия. В результате я был настроен трудиться и дальше наемным работником. Теперь чувствую себя готовым взяться за следующее задание и работать ещё усерднее. По сравнению с моей предыдущей жизнью, я стал довольно усердным работником.

— Понимаю. Это хорошо.

С этими словами Орстед вернулся к документам. Беседа была окончена.

— Тогда я пойду. Доставлю это королеве Ариэль прямо сейчас.

— Иди.

На выходе я вновь посмотрел на Орстеда. Да, суровость на его лице определённо смягчилась. С лёгким подъёмом в душе я направился к Ариэль.

Детское сердце

С того боя прошёл уже месяц. Моя жизнь постепенно возвращалась к мирной, размеренной повседневности. Орстед сказал, что какое-то время всё будет спокойно, но ведь самое страшное — удар, который приходит тогда, когда ты расслабил бдительность.

Я оставался начеку, но пока что враг так и не объявился. Люди — существа глупые: какими бы осторожными они ни были сначала, если мирные дни тянутся слишком долго, рано или поздно они начинают терять бдительность. С другой стороны, бесконечное ожидание того, что так и не случается, лишь истощает нервы. Пожалуй, пора понемногу расслабляться.

— Да-да, от груди к руке — вот так, выталкивай…

Возвращаясь после утренней пробежки, которая стала для меня ежедневной привычкой, я услышал голос из сада. Заглянув туда, увидел неожиданную картину. Моя любимая жена и дочка чем-то занимались в саду.

— Давай попробуем ещё разок, хорошо?

Если смотреть украдкой, казалось, что Сильфи учила Люси магии без заклинаний.

— У меня не получается…

— Ну что ты. Постарайся. Мы же хотели удивить папу, помнишь?

Люси отлично продвигалась в магии с заклинаниями, и к трём годам она уже умудрялась создавать водяные пули, хоть и шепелявила ещё. Мы все радовались и думали, что у неё прекрасные задатки… но безмолвная магия — не слишком ли рано для неё?

Мне казалось, что рановато, но Люси уже пять. С точки зрения Сильфи, возможно, это вполне нормальный возраст: ведь сама она освоила безмолвную магию примерно тогда же. Но нельзя слишком рано внушать ребёнку чувство неполноценности.

— Я дома! Что вы тут делаете? —бодро спросил я, выходя в сад.

Люси вздрогнула и спряталась за Сильфи. Думала, что я буду её ругать? Насколько помню, я почти никогда её не ругал…

— Э-э… мы тренировались. Да, Люси?

— Д-да…

— Вот как? Можно папе посмотреть?

Люси внимательно посмотрела на меня. Через мгновение — кивнула. Она вышла вперёд и вытянула руки в сторону чучела, которое стояло в саду. Кстати, это чучело мы поставили специально, чтобы Норн могла тренировать фехтование — ведь по чему-то нужно было бить. Оно уже было изрядно потрёпано, так что это было третье по счёту.

— Уууууух!

Люси тужилась, направив руки на чучело. Но ничего так и не происходило. Вот если бы мой демонический глаз был глазом маны — тогда я бы увидел, где у неё всё застревает. А так я видел лишь свою милую дочь, которая с серьёзным видом тянет свои крошечные ручки вперёд и изо всех сил пытается.

Как же это знакомо. Когда Сильфи училась колдовать без заклинаний, она тоже всегда так тужилась. Правда, у неё всё получилось довольно быстро… Возможно, если ребёнок сначала привык к заклинаниям, магия без них даётся труднее. Минут через пять Люси опустила руки — вымотанная.

— У меня… не получается…

Слабый голос, последние слова — едва слышны. Одно только зрелище уже наполняло воздух печалью. Стоять и смотреть на это было тяжело. Но я — её отец. Я должен что-то сказать.

— Люси.

— Да?

Она обернулась, на глазах почти слёзы.

— Всё в порядке. Даже если не получается — это не страшно.

Люси удивлённо распахнула глаза. Она была близка к тому, чтобы расплакаться, но вдруг сжала кулачки и посмотрела на меня снизу вверх:

— Но… я хочу научиться…!

Вот как. Решимости ей не занимать. В таком случае говорить «ничего страшного, если не выйдет» — возможно, не лучшее решение. Мне кажется, что детям легче, когда они относятся к делу спокойно… но, если она сама так стремится, излишний негатив — ни к чему. В конце концов, ещё не решено, что ей это не под силу. Но если я скажу: «Ты сможешь, ведь ты моя дочь!», это только создаст лишнее давление. Нужно выбрать золотую середину.

— Понимаю. Тогда тебе нужно постараться ещё сильнее.

— …Хорошо!

Люси энергично кивнула и снова подняла руки к чучелу. Вот ведь — ещё недавно она едва ходить научилась, а теперь уже сама хочет изучать магию.

— Дети растут так быстро, — пробормотал я.

— Да… — ответила Сильфи.

Она выглядела немного растерянной, но я решил просто радоваться тому, как растёт наша дочь.

Поговорим о Гису

— Сидзу-тян. Поиграем!

Когда я произнёс это, в комнату вошла Нанахоси и на лице у неё было крайне недовольное выражение. Возможно, в начальной школе её дразнили из-за того, что у неё такое же имя, как у популярной героини из аниме.

Если так, то мне жаль и прости мои стариковские попытки пошутить. Иногда, стараясь показать себя «весёлым дядькой» перед молодой девушкой, я начинаю вести себя странно. Однако недовольство продержалось всего мгновение и затем она выглядела облегчённо и даже приложила ладонь к груди.

— Ты цел.

— Ага, как-то выкрутился.

— Я переживала.

Бой с Гису длился очень долго. В последний раз, когда Нанахоси проснулась, я был в самом разгаре кризиса и не мог показаться ей. Наверное, она слышала от Перугиуса или кого-то ещё, что я был при смерти. Хотя нет, Перугиус слишком проницателен, он не стал бы давать информацию, которая бы её лишний раз тревожила.

— Это был тяжёлый бой. Я мог и погибнуть.

— Понимаю…

— Хочешь послушать? Что это была за битва?

— …Зачем?

Нанахоси не любит жестокие истории. Но мне хотелось говорить.

— Не уверен, говорил ли я… Был у нас такой человек. Гису. Он оказался против нас.

Мне хотелось рассказать о Гисе, о его жизни, о том, каким он был врагом, о том, как я его победил.

— …

— Гису был в целом надёжным парнем… Он был хвастуном, комплексовал из-за своей репутации, и большая часть того, что он говорил, была полна лжи, но именно поэтому я считаю своего рода данью уважения рассказать, как можно большему числу людей о существовании такого человека.

— Мне кажется, я не тот человек, с кем стоит обсуждать такие вещи…

— Нет. Ты тот самый человек. Может быть, ты расскажешь о нём, когда вернёшься в наш родной мир.

При этих словах Нанахоси выпрямилась.

— Мне записывать?

— Не обязательно.

— Но я могу забыть детали.

— И это хорошо.

Для меня Гису был грозным противником, но, с другой стороны, возможно, он был не таким уж и опасным. Поэтому я считаю, что слухи вполне обоснованны. Чем больше людей знают подробности, тем больше они будут недооценивать угрозу, исходящую от человека вроде Гису. Если перечислить по пунктам, Гису кажется совершенно не впечатляющим:

1.      Он самый слабый среди апостолов Хитогами.

2.      Искусен в откровенной лжи.

3.      Готовит неплохо, но не настолько, чтобы открыть ресторан.

4.      Любил азартные игры и обман, несмотря на частые проигрыши.

5.      Выполняет любые мелкие поручения точно и быстро.

6.      Трус.

Но именно этот человек рисковал жизнью, сталкиваясь с чудовищными врагами ради Хитогами. Он умер не в безопасном месте, а на поле боя. Объяснять это величие с помощью письменных заметок было бы преуменьшением. Это нужно передавать словами.

— С чего начать? Наверное, с того, как я впервые встретил Гису. Это было тогда, когда меня ошибочно обвинили в домогательствах Лео, и я оказался в тюрьме зверолюдов, лежащий голышом на соломенной подстилке.

— Уф…

Нанахоси уже с самого начала выглядела недовольной. Но ничего страшного — так она реагирует практически на любые мои истории.

— И вот тогда появился Гису…

Дальше последовал довольно длинный рассказ. Я вспоминал всё, что нас связывало. И чем больше вспоминал, тем яснее понимал, как же много Гису мне помогал. Он помог сгладить конфликт с Полом. И хотя, вероятно, это было по приказу Хитогами, именно он указал, где находится Зенит. Он был врагом, но, когда мы были рядом, мы как-то странно находили общий язык.

— Он был важен для тебя, да? — тихо сказала Нанахоси, когда я закончил.

— Да.

Выразить словами наши отношения было сложно. Он был другом, но больше, чем просто другом, товарищем — это подходящее определение, хотя между нами были и более глубокие чувства.

— Спасибо, что выслушала.

— Не за что… но я не уверена, что смогу передать это дальше.

— И не надо точно. Просто расскажи, когда вспомнишь.

Я говорил, что хочу, чтобы она передала эту историю дальше. Но, наверное, на самом деле я просто хотел, чтобы кто-то её услышал. С этой мыслью я вышел из комнаты Нанахоси.

Короткие истории к сборнику

Дома Золдата

Часть1

Золдата Хеклера знали многие. Он был авантюристом S ранга и капитаном опытной группы «Поступь Лидера», входившей в крупную гильдию авантюристов «Раскат Грома».

Он был ужасен в своих высказываниях и поведении, и тут же прибегал к насилию, из-за чего вызывал неприязнь у всех при первой встрече. Но на самом деле он был человеком заботливым и преданным. И чем дольше кто-то находился с ним рядом, тем сильнее начинал ему доверять.

Однако сейчас Золдат чувствовал усталость. Все вокруг знали, насколько хорошо он умеет разруливать чужие проблемы и поэтому эти проблемы постоянно валились на него.

— Почему я должен мирить вас каждый раз, когда вы ссоритесь?

На этот раз беда пришла в виде семейных разборок.

— Ну пожалуйста, Зол. Если у меня с ней плохо, это ведь отразится и на работе группы?

Тот, кто просил помощи, был по имени Роксас. Мечник Святого ранга в стиле Меча Бога, достаточно силён, чтобы владеть Мечом Света. Хотя он формально «лишь» святого ранга, почти 20 лет выполнял задания ранга S. В бою с монстрами, даже с теми, кого не могли одолеть мечники королевского ранга, он всегда находил способ победить, опираясь на опыт и знание.

Этот человек был лидером гильдии «Раскат Грома». Для Золдата он был как старший брат, человек, который всегда поддерживал группу. Роксас был благодарен Золдату и всегда о нём заботился.

С первого же дня знакомства Золдат решил следовать за ним всю жизнь. Позже, когда группа «Поступь Лидера» обрела имя, Золдат стал одним из руководителей гильдии. И когда Роксас начал советоваться с ним по вопросам управления — Золдат этим гордился.

Но в какой-то момент Роксас стал обращаться к нему не только с рабочими делами, а вообще по любому пустяку. И вот теперь он просил помощи в семейной ссоре. Солдат не возражал против просьб, но не думал, что придётся заниматься примирением супругов.

— В таких случаях просто извинись, как обычно, и подбери момент, чтобы буквально носом пол протереть. Поможет.

— Дурак. Она же не обрадуется просто извинению. Обязательно скажет: «Ты понял, за что извиняешься?» или «Знаешь, почему я злюсь?» — и опять взорвётся.

— Тогда скажи ей нормально. «Мне очень жаль, что я тебя разозлил вот этим. Больше так не сделаю, я подумал над своим поведением». Скажи так — и она тебя простит. Всё просто.

Хотя сам Золдат понятия не имел, как правильно это делать.

— Причина, наверное, в том, что ты таращился на других женщин?

— Ни в коем случае. Я ей полностью верен. Хоть она и вспыхивает иногда…

— Знаю я, но женщины же с ума сходят, когда их мужчина смотрит на грудь чужих женщин.

— А что мне делать? Я же мужчина. Взгляд сам туда идёт, это инстинкт!

— Тьфу на тебя. Отворачивайся и смотри на жену! Это сложно, что ли? Может, ты забыл об очередной годовщине?

— Вот поэтому я и хочу, чтобы ты у неё спросил. Если я спрошу — будет только хуже, сам понимаешь.

С таким человеком спорить было бесполезно. А вот Золдату Талия, жена Роксаса и член их отряда, всегда почему-то спокойно отвечала. Возможно, она даже ждала вмешательства Золдата.

— И-эх…

Понимая, что деваться некуда, Золдат тяжело вздохнул и согласился помочь.

Часть 2

— Чего? Ты сердишься из-за того, что проиграла в карты?

— Знаю, что сама виновата… Но вот так иногда бывает, понимаешь?

— Не неси чепухи. Я же не просто так валяюсь без дела. Не надо прибегать ко мне каждый раз из-за таких мелочей.

Выяснилось, что причина ссоры действительно была пустяковой. Они перекинулись парой раздражённых фраз и на этом примирение закончилось. Но Золдат знал: завтра его снова позовут из-за очередного пустяка. И снова начнётся череда скучных бытовых вопросов.

(Раньше такого не было…) — думал он, вспоминая прошлое.

И вспомнил одного человека, с которым жил когда-то на Севере. (Интересно, как там сейчас Болотный?) —Рудеус Болотный, так он его называл, однажды звал Золдата вступить в группу наемников Рудо. По слухам, эта группа была чем-то вроде универсальной организации, наполовину авантюристы, наполовину наёмники.

Говорили, что это личная армия одного из Семёрки Мировых сил, и что их влияние растёт от Магического Города Шария до других стран. Хотя до этих земель они ещё не добрались, слава о них шла большая. Попав туда, можно было бы обрести куда более нормальную жизнь, чем бесконечные семейные драмы здесь. Предложение было заманчивым. Поэтому Золдат сказал женщине перед ним:

— Если вы продолжите втягивать меня во всё это, я уйду и вступлю в наёмники Рудо. Готовьтесь.

— Подожди, Зол! Нам будет очень плохо без тебя. Я прошу прощения. Давай я сегодня тебя угощу? И заставлю его тоже извиниться, ладно? Прости.

Талия умоляла его. Конечно, и Роксас стал бы умолять. Под знаменем «Раскат Грома» умолял бы каждый. Независимо от того, сильнее ли они Золдата, выдающиеся ли они, и даже если они недолюбливают Золдата, как только узнают, что Золдат решил уйти, они обязательно попытаются убедить его остаться.

И потому Солдат чувствовал себя здесь комфортно., поэтому был готов работать ради этой гильдии. Потому что она была его семьёй, его домом. (Но пока они все здесь… я никуда не уйду.) Это просто головная боль. Без меня они ничего не смогут сделать. Золдат вздохнул, ведь сегодня он ещё и выступал в роли решалы для гильдии «Раскат Грома», бегая повсюду.

Новый сотрудник

Здравствуйте, я Рудеус Грейрат. Совсем недавно у нас в компании появился новый младший сотрудник.

— Доброе утро, господин Рудеус!

Мой чересчур энергичный младший коллега, который меня обожает.

— А, да. Доброе утро, Александр.

— Называть меня «Александр» так официально! Прошу, зовите просто Алек! Так меня мама с папой зовут.

— Я всё-таки не настолько велик, как твои родители.

— Скромничаете!

Младшего зовут Александр Райбак. Он сильнее меня и мечтает стать героем. По странной случайности я отобрал у него седьмое место в Списке семи мировых сил. Он же, кажется, совсем не держит на меня зла. Как мужчине мне, конечно, стыдно в этом признаваться, но Эрис всегда меня защищает. Она идеальный «спадари». [1]

— Боишься меня? Почему?

— Потому что Рудеус трус!

Александр даже искренне удивился, услышав такое.

— Эрис, ты правда считаешь его трусом?

— А что не так?

— Я считаю, что он самый храбрый человек на свете.

— Ага! Точно! Ты же знаешь!

Эрис отступает в сторону, глядя на меня с уверенной ухмылкой, будто говоря: «Ничего особенного он из себя не представляет» или вроде того.

Плохо дело. Похоже, Эрис поддалась его уговорам. Неужели это сила Бога Севера Калмана Третьего? Ну да, всё это прямо в офисе. Начальник тоже там, и никаких вольностей он не терпит.

Но все же зная его стремление стать героем, я не могу не беспокоиться. В глубине души я опасаюсь, что он держит обиду или что однажды решит вернуть свой титул.

Поэтому, когда он сказал, что будет работать под командованием Ордстеда, я постарался создать ему максимально комфортные условия: выделил огромную комнату в подвале офиса, поставил мягкую кровать, а Айша подобрала мебель из королевства Асура.

Он искренне обрадовался и благодарил от всей души. Но иногда бросает на меня острые взгляды. С его жаждой героизма он, конечно, не нападёт исподтишка, но, честно говоря, мне страшновато.

Если бы он заранее сказал, я бы с радостью вернул ему этот титул. Только бы не было сюрпризов. В отличие от высокородных мастеров стиля Бога Севера, я крайне плохо переношу неожиданности.

— Хватит. Рудеус боится.

Вот почему сегодня я снова прячусь за Эрис.

— Ну, у меня дела к господину Ордстеду, так что… Позволь мне пройти.

— Да! Я сделаю всё возможное! Я безупречно защищу это здание от любых внешних врагов!

Как бы мне хотелось сказать: «Да нет тут больше никаких врагов». Но здание ведь однажды действительно было разрушено Богом Огров. И пусть та битва закончилась, бдительности терять нельзя. Силы понемногу восстанавливаются, но расслабляться рано. Именно в такие моменты и случаются неприятности.

В той войне я допустил серьёзную ошибку. Вернее, меня самым постыдным образом переиграли. Если бы не Дога, я бы, возможно, погиб, вылезая из того ущелья. Я даже думаю, что имел бы полное право держать на него большую обиду. Но глядя на его нынешнее поведение, это кажется просто глупым.

Мы все были на волосок от смерти, но никто не умер. И, честно говоря, мне не хочется больше сражаться с этим парнем. Как бы он ни выглядел, он способен в одиночку одолеть и Эрис, и Руйджерда. Не шутка. Если он с нами, то этого достаточно. Кстати, расплачиваясь за то, что тогда был по другую сторону, он до сих пор без одной руки.

— Понятно. Старайся.

— Да!

Когда я вошёл в офис и обернулся, у Эрис было очень довольное выражение лица.

— Что думаешь о нём, Эрис?

— О чём ты?

Эрис недовольно надула губы.

— Думаю… не станет ли он снова нашим врагом.

— ……

Эрис пару секунд задумалась, затем её глаза чуть смягчились, и она положила руку на рукоять меча.

— Он вообще из тех, кто такое делает?

— Нет. Наверное, нет.

Судя по отцу и бабушке, он не похож на хитрых манипуляторов стиля Богом Севера. Скорее он прямой, простой и глуповатый.

— Тогда, если вдруг станет, то снова сразимся.

Эрис сказала это так, будто речь шла о чем-то обыденном. Надёжная, но пугающая. И вот так, не сумев избавиться от тревоги перед этим чрезмерно сильным младшим сотрудником, я ещё несколько дней ходил напряжённый и насторожённый.

[1] [Примечание переводчика: «spadari» — итал. «фехтовальщик», «мастер меча», также встречается как фамилия.]

Запуск! Улучшенный Заноба

Когда я пришёл в мастерскую, Заноба лежал будто мёртвый. Он лежал на спине на кровати, глаза его были закрыты, лицо бледное. Рядом сидела Джули с таким серьёзным выражением, что казалось, она вот-вот расплачется, Зрелище было печальным. А мне ведь нужно было спросить у Занобы кое-что важное.

— Заноба, если ты умрёшь, где бы ты хотел, чтобы похоронили твои кости?

— Если можно, рядом с матерью, в Широне, — ответил он.

Он заговорил! Ты это слышала, Джули? Заноба… Заноба жив!

— Я никогда не слышала, чтобы кто-то умирал от мышечной боли, — сказала Джинджер, вернувшись из кухни.

В том сражении Заноба получил серьёзные травмы. Это было вполне ожидаемо: как Благословенный Ребёнок, он всю жизнь обходился без нагрузки на мышцы, а теперь они вдруг начали расти.

— Мне не нужно ещё больше силы…

— В самом деле, вам, вероятно, и не нужна дополнительная чудовищная сила. Однако, возможно, вы этого не знаете, но даже при выполнении тонких движений задействуются мышцы, — объяснила Джинджер.

— Понимаю…

— Благодаря перчаткам Залиффа вы обрели возможность работать куда тоньше, чем раньше. Но вам всё ещё далеко до мастерства. Если развить мускулатуру, вы сможете выполнять ещё более деликатные операции, — продолжила она.

— Вот оно что! Великий мастер, как всегда, прав!

Заноба нахмурился и поднял руку, глядя на ладонь почти мечтательно. С тех пор как он получил перчатки Залиффа, он с огромной радостью занимался созданием разных вещей. Но, как и у всех носителей проклятий и благословений, даже полностью вылеченные магией повреждения давали о себе знать. Он страдал от мучительной, разливающейся по всему телу мышечной боли.

Похоже, битва с Богом Огром и Богом Битв куда сильнее измотала тело Занобы, чем можно было представить. Сила Благословенного ребенка куда превосходит любую магию этого мира, но и у неё есть пределы.

— Учитель, если вам не трудно исцеляющую магию, пожалуйста. Всё тело ноет. Ни сесть, ни говорить толком не могу…

— Конечно, сейчас.

Я уже было поднял руку для заклинания и вдруг остановился. Одна мысль пришла в голову.

— А не лучше ли оставить всё как есть? Не лечить?

— Что!? Учитель! За что!? Что я сделал!?

— По сути, мышечная боль — это состояние, при котором мышцы не могут полностью подавить свою силу в процессе роста.

Особенно сложные задачи Заноба до сих пор не может выполнить хорошо без помощи Джули. Если бы он хоть немного улучшил свои навыки с этого момента, несомненно, был бы доволен.

— Но я бы предпочла, чтобы господин Заноба больше занимался компанией, а не поделками, — заметила Джинджер.

— Что ты такое говоришь, Джинджер! Эти руки способны создавать чудесных кукол!

— Господин Заноба, создание вещей требует денег. А если компания вырастет, вы сможете заниматься любимыми куклами гораздо масштабнее. Уходить в хобби лучше тогда, когда фундамент уже заложен.

— Хмм… действительно, верно.

Заноба задумчиво кивнул. В последнее время Джинджер занималась делами Торговой Компании Занобы и одновременно ходила к Айше учиться управлению. Судя по словам Айши, успехи у неё так себе, но раз компания под крылом нашей организации, мы не можем её бросить.

— Но всё же теория учителя интересна. Пусть на этот раз тело само восстановится.

— Как скажешь.

Джинджер улыбнулась мягко.

— Когда я вижу, как господин Заноба страдает от боли в мышцах, мне вспоминается младший брат…

— Хм?

— Он часто стонал от боли после чрезмерных тренировок. Всё мечтал стать рыцарем.

— Понимаю… Как он сейчас?

— Жив-здоров. Хотя мечта и рухнула после исчезновения королевской семьи, но он в порядке.

— Прости. Это наша вина. Наша несостоятельность, как королевского рода.

— Что вы, вовсе нет!

— Вот потому-то я и должен развивать компанию. Если твои братья когда-нибудь останутся без работы, мы дадим им место.

— Эти слова… уже сами по себе достаточны. Господин Заноба, вы стали по-настоящему великим.

После этих слов плечи Джинджер дрогнули, она отвернулась, скрывая эмоции. Да, прежний Заноба таких слов точно бы не произнёс. Он сильно вырос. С этими мыслями я покинул дом Занобы. И да, мышечная боль со временем прошла, но вот ловкость у Занобы от этого так и не появилась.

С Ариэль

Обычай дарить сладости в специальных коробках, называемый каси-ори, существует в Японии с древних времён. Это жест, которым выражают благодарность, приветствие или извинения, усиливая чувства с помощью осязаемого подарка.

Хрестоматийный пример — золотистые сладости, которые лавка Этигоя преподнесла коррумпированному магистрату. Под сладостями были спрятаны многочисленные золотые монеты — его любимое «лакомство». Разумеется, магистрат расплылся в улыбке.

— Это те самые сладости, которыми наслаждалась даже сама Великая Императрица Демонов.

— Благодарю, я приму их.

И вот сегодня, как и всегда, я преподнёс Ариэль каси-ори. Внутри были пончики, приготовленные Айшей. Разумеется, между мной и Ариэль нет никакого тайного обмена деньгами.

Она прекрасно справляется с управлением Королевством Асура, и финансовая поддержка от «Корпорации Орстеда» ей не требуется. Даже если бы такая необходимость возникла, мы бы не устраивали столь примитивных сделок в частной комнате. Средства были бы переведены окольным путём — через Отряд наемников «Рудо», с соблюдением всех формальностей.

— А это — знак признательности от господина Орстеда за помощь в недавнем сражении.

— Ах вот как! «За помощь» — как официально. Я всего лишь сделала всё, что могла, как одна из его подчинённых.

Ариэль нарочито театрально ответила и приняла коробку.

— Что это?

— Говорят, через десять лет могут возникнуть проблемы, если королевскую печать украдут. Это на случай такого происшествия.

— Через десять лет?.. Ах…

Ариэль кивнула, словно что-то поняла, но особого интереса не проявила. Её лицо было спокойным, без привычной улыбки — необычно и потому свежо.

— А какой у него эффект, если позволите спросить?

— Если положить внутрь предмет и напитать его магией, открыть коробку сможет только тот, кто это сделал… ну, примерно так.

— Примерно?

— Я сам деталей не знаю. Наверное, лучше и не знать. Попробуйте сами.

— Понятно.

Ариэль поднялась и поставила коробку на полку. Пончики она передала служанке, видимо, собиралась позже проверить коробку лично. В конце концов, даже эта служанка через десять лет может не устоять перед искушением.

— Я слышала от Сандора, что битва была жестокой. Бог Битв буйствовал, целый город исчез, а в пылу сражения появился герой.

Я живо представил себе, как Сандор, размахивая руками, расписывает происходящее как эпическую сагу.

— Не знаю, насколько он приукрасил, но битва и правда была серьёзной. Если бы вы не отправили Гислейн и Изольду, мы бы проиграли.

— Хорошо. Если бы господин Рудеус пал, меня бы наверняка убили.

Что ж, Бог Людей действительно поступил бы именно так. Ариэль отправила Гислейн, Изольду и даже Догу, то есть всех своих мечников, отвечающих за её безопасность. Потеряй она их, заменить правителя Асуры было бы для Бога Людей делом нетрудным.

— Поэтому не нужно быть столь официальным с благодарностями.

— Правда?

— Да.

— Понял. Тогда так и сделаю.

— Фуфуфу.

Ариэль снова тихо рассмеялась. Хотя она не участвовала в бою напрямую, было видно, что она хочет, чтобы её считали соратником.

— Кстати, пожалуйста, особо наградите Догу.

— О? Почему?

— Разве Сандор не рассказывал? Он спас мне жизнь.

Я подробно описал происшествие в Долине Земляных Драконов. Ариэль слушала внимательно, поддакивая и вставляя «Ах вот как» и «Вот оно что». Она была превосходным слушателем, почти как в хост-клубе. Хотя я, разумеется, там не бывал.

— Впрочем, я и так собирался вручить Доге подарок перед уходом. Вот, смотрите.

По слухам, Дога очень дорожит своей единственной родственницей — младшей сестрой. Поэтому я упаковал сладости, которые ей наверняка понравятся, в контейнер, созданный магией земли.

— Контейнер выглядит куда роскошнее того, что вы подарили мне.

— Вас это задевает?

— Вовсе нет.

Ариэль мило улыбнулась. Но по выражению лица было ясно, что ее задело, и ещё как.

— Это для сохранности. Семья Доги небогата, так что сладости они, вероятно, будут есть понемногу. А контейнер смогут использовать снова.

— Понимаю… Я об этом не подумала…

Ариэль удивлённо приложила руку к подбородку.

— Но, господин Рудеус, кажется, вы забыли одну важную вещь…

— Забыл?

Ариэль хлопнула в ладоши. Служанка тут же подошла к двери, сказала что-то за ней и в комнату быстрым шагом вошёл Дога.

— Дога, господин Рудеус хочет поблагодарить тебя.

— Так точно!

Что же я забыл?.. Ничего плохого вроде бы… Ну что ж, раз всё готово, то надо вручать.

— Дога, ещё раз спасибо. За то, что спас меня в Долине Земляных Драконоы. Ты действительно спас мне жизнь.

— Так точно!

— Вот. Здесь сладости. Поделишься с сестрой. А контейнер потом используй как захочешь.

— Так точно. Благодарю.

Дога потянулся за подарком и вдруг замер, неловко отдёрнув руку. Вот оно. Я оплошал. На службе Дога не выпускает оружие из рук. И даже если примет подарок, то ему просто некуда его деть Я бы на его месте сразу попросил Ариэль оставить коробку где-нибудь, но Дога не такой человек. Он просто растерялся.

— Дога, Лила подержит подарок у себя. Заберёшь его, когда сменишься, и передашь сестре в выходной.

— Есть, мэм!

Дога радостно кивнул и строевым шагом вернулся на пост, будто разговор окончен.

— Я и правда забыл важную вещь.

— Дога не станет принимать подарки во время службы.

— Спасибо за помощь. Главное, чтобы ему понравилось.

— Да, это действительно приятно.

Мы с Ариэль переглянулись и рассмеялись. Смеясь, я вновь почувствовал: Ариэль тоже часть корпорации Орстеда. И это меня искренне радовало.

Клифф и воспитание

Прошло некоторое время после той битвы. Я наслаждался спокойными днями. Похоже, большинство тех, кто участвовал в сражении, тоже постепенно возвращались к мирной жизни.

Однажды, гуляя с Сильфи и Люси, я увидел Клиффа в городском парке. С ним была Элинализ, а рядом их ребёнок, Клайв. Все трое играли с мячом и выглядели по-настоящему счастливыми.

Картина была удивительно мирной. Честно говоря, Клифф совсем не казался мне тем типом отца, который будет играть с детьми в мяч. Я думал, что по характеру он куда более строгий и сдержанный, даже серьёзнее меня. Но нет, он играл. Возможно, это было по настоянию Элинализ. Но даже если так, он явно старался по-настоящему общаться со своим ребёнком. Как и ожидалось от господина Клиффа мне есть чему у него поучиться.

— Господин Клифф!

— М? Рудеус!

Клифф обернулся и подбежал ко мне. На его лице мелькнула радость. Тем временем Люси побежала к Клайву и совершенно естественно присоединилась к игре с мячом. Я не слишком разбираюсь в таких вещах, но, похоже, они часто играют вместе. Особенно после битвы с Гису, пока нас не было, дети проводили много времени дома и сильно сблизились.

Друзья детства — это мило. Ну, по крайней мере, штаны ей случайно никто не стянет.

Разумеется, вслух я этого не сказал — Сильфи стояла рядом и наверняка бы дёрнула меня за ухо. Я быстро сформировал из магии земли чашу и налил Клиффу холодной воды.

— Спасибо. У детей, кажется, неиссякаемая энергия.

— Спасибо за труд, — ответил я.

С коротким «спасибо» Клифф осушил чашу залпом и тяжело выдохнул.

— Кстати, господин Клифф, вы и правда часто так играете с детьми?

Я спросил это скорее между делом. Как обычно, я ожидал либо недовольного:

— Да ты что!

Либо удивлённого:

— Конечно играю!

Но реакция Клиффа оказалась иной.

— …Да, — спокойно ответил он.

— У меня не было отца с тех пор, как я начал что-то осознавать. А в приюте я часто задавался вопросом, почему у меня нет родителей.

Точно. Клифф ведь вырос в приюте. Если я правильно помню, его родители погибли в борьбе за власть, и он жил там, пока за ним не пришёл дед.

— Чувство того, что я — отец, вроде бы есть, но в то же время его как будто и нет. Всё какое-то расплывчатое. Но даже если я до конца этого не понимаю, я хочу делать для своего ребёнка то, что хотел бы, чтобы сделали для меня мои родители.

— ……

— Но в детстве я почти не играл со сверстниками. И я не знал, как вообще общаться с детьми.

Клифф посмотрел на меня.

— А ты как справляешься?

— Я… — я замялся, не зная, что ответить.

Если честно, я и сам не был уверен, что делаю всё правильно. Я не особо задумывался о том, как именно нужно общаться с детьми, и не принимал каких-то чётких решений. Максимум смутное желание быть «достойным отцом». В остальном я просто общался с детьми естественно, возможно потому, что у меня были хорошие примеры. Но уверенности в том, что я поступаю правильно, у меня не было.

— Ну… я тоже не уверен, что всё делаю верно, — сказал я. — Но думаю, что важно хотя бы хвалить их.

— Хвалить… — пробормотал Клифф. — Не уверен, что у меня это получится.

Для него это и правда могло быть сложно. Клифф гений, талантливый и трудолюбивый, но из-за своей сосредоточенности на себе ему, возможно, трудно искренне хвалить других, думая: «Я бы и сам так смог».

— Тебе не обязательно делать так же, как я. Просто думай о своём ребёнке и делай то, что считаешь правильным, — сказал я.

— То, что я считаю правильным… — задумчиво повторил Клифф.

Если он хочет быть хорошим отцом, ему остаётся только идти своим путём и делать всё по собственному убеждению. То, чего дети хотят от отца, не всегда совпадает с тем, что делает отца хорошим. Для меня Пол был лучшим отцом, но это не значит, что я обязательно хотел бы точно такого же отца. Я считаю, что хороший родитель — это тот, кто даёт ребёнку то, что ему нужно. Но ни родители, ни дети не всегда понимают, что именно нужно.

— В конце концов, раз правильного ответа не существует, разве не нормально просто хорошо всё обдумать и поступить так, как считаешь лучшим? — подытожил я.

— Хех… пожалуй, ты прав, — согласился Клифф.

Мы сидели рядом на скамейке и спокойно обсуждали такие вот вещи.

Короткие истории к 1 тому Избыточности

Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

В "27 томе" будут публиковаться короткие истории к 1 тому Избыточности лайт новеллы. Для тех кто, только читал Избыточность веб новеллы - в 1 том Избыточности лайт новеллы вошли арки: свадьбы Норн и Руйджерда, про то как Люси пошла в школу, начало отношений Доги и Изольды и новые две главы про возвращение Гислейн и Эрис в Великий лес. Советую прочитать эти две главы, так как одна из историй будет связана с этими главами.

1. Другие короткие истории к разным томам ранобэ можно прочитать на этом сайте в:

- Реинкарнация Безработного - Воспоминания (Новелла).

- Реинкарнация Безработного - Путешествие длиною в две жизни (Новелла).

2. Также на этом сайте есть "Реинкарнация Безработного Арка Лабиринта Телепортации - CD Драма" по 12 тому ранобэ, где рассказывается про то как Рудеус спас Рокси в Лабиринте Телепортации, битва с гидрой от лица Пола, послесловие автора к 12 тому ранобэ, интервью с актерами, которые озвучивали CD Драму.

Дневник юного суперда

Часть 1

Мы были в затруднении. Проблема заключалась в том, что мы не знали, как следует обращаться с человеческой женщиной, которая недавно вышла замуж за Руйджерда. Разумеется, мы приняли её как одну из тех, кто спас нашу деревню. Норн Грейрат теперь Норн Супердия.

Хотя внешне она держалась спокойно, было видно, что внутри она не в своей тарелке: спотыкалась на ровном месте, немного суетилась рядом с нами. Возможно, этот брак был не совсем тем, чего она хотела. Но как бы там ни было, раз она пришла в деревню племени супердов, значит она одна из нас. Мы должны относиться к ней с добротой. В конце концов, Руйджерд совершенно не умел обращаться с женщинами.

И всё же наши отношения с людьми только начинались, и мы сами толком не понимали, как проявлять тактичность. Однажды в деревню пришла группа людей. Из-за того, что мы плохо понимали языки друг друга, сразу разобраться в цели их визита было трудно, но если подытожить, суть была такова:

— Выведите человека по имени Риделиос. Мы пришли забрать его с собой.

Осознав это, я тут же поспешил к Руйджерду.

— Руйджерд, это серьёзно. Риделиос разгневал людей.

Риделиос был молодым мужчиной, его хвост отпал всего десять лет назад. Из-за юного возраста он почти не сталкивался с гонениями, был любопытен и, в отличие от нас, не испытывал предубеждения к людям. И именно поэтому он был подвержен опасности. Похоже, на этот раз риск обернулся реальной проблемой. Слишком рано подобные неприятности возникают как раз в тот момент, когда мы пытаемся наладить отношения с людьми.

— Что сделал Риделиос? Почему люди злятся?

— Я не могу толком понять. Они твердят о краже, возмещении ущерба и требуют, чтобы мы выдали Риделиоса. Похоже, они хотят наказать его за то, что он что-то сломал или украл, но сам Риделиос не помнит за собой никакой вины.

— Он не из тех, кто способен на такое.

— Согласен. Но мы не можем быть полностью уверены. Возможно, он неосознанно повредил что-то важное для людей.

— Хм…

Руйджерд нахмурился и тяжело задумался. Даже он не слишком хорошо разбирался в людях. В конце концов, это существа, чьи ценности могут кардинально измениться всего за пятьдесят лет. Пока что лучшим выходом было бы успокоить их и заставить Риделиоса извиниться.

А если этого окажется недостаточно, возможно, придётся прибегнуть к силе. Если до этого дойдёт, с таким трудом завоёванная дружба с людьми будет разрушена. Но племя супердов не бросает своих. Мы выживали столетиями именно потому, что держались как семья.

— Эм…

Пока я размышлял, госпожа Норн, которая до этого молча готовила чай, подала голос:

— Может… мне пойти и выслушать их?

— …Ты?

— Да. Я, возможно, смогу понять то, что супердам трудно уловить, и помочь.

После этих слов мы с Руйджердом переглянулись и кивнули.

Часть 2

Как только госпожа Норн вмешалась, ситуация разрешилась в одно мгновение. Гости оказались посланниками местного лорда, по человеческим меркам уже пожилого человека.

Несмотря на то, что прошло всего несколько лет с тех пор, как король постановил налаживать дружественные отношения с племенем супердов, посланник даже не пытался скрыть своё раздражение.

Поначалу госпожа Норн выглядела напряжённой перед этим человеком. Однако она спокойно объяснила, что принадлежит к семье Грейрат и обязана выступать посредником между племенем супердов и людьми. Посланник, похоже, это понял и, словно прежнего недовольства и не было, расслабился и начал излагать всё заново. Используя какие-то странные выражения, которых не существовало сто лет назад, он говорил, а госпожа Норн, похоже, всё понимала.

— То есть… если кратко, дочь лорда устроила обед на равнине, на неё напал монстр, и Риделиос её спас, верно?

— Именно. Я это с самого начала и говорю.

— И после этого юная леди полностью влюбилась в Риделиоса, захотела лично поблагодарить его и, возможно, оставить рядом с собой. Поэтому лорд послал вас, чтобы пригласить его и наградить?

— Да.

— Тогда… почему вы так сердитесь?

— А почему я не должен сердиться?! Я растил эту девочку с самого детства! И тут какой-то неизвестный мужчина вскружил ей голову!

— Э-э… как посланнику, вам бы стоило немного успокоиться. Племя супердов может воспринять это как попытку начать драку.

— Хм… как бы то ни было, мы должны забрать Риделиоса с собой.

— Я понимаю.

Собрав все детали, госпожа Норн повернулась к нам:

— Пожалуйста, приведите Риделиоса.

— Почему? Разве нельзя поблагодарить его здесь? И почему этот человек не принёс никаких даров, если речь идёт о награде?

— Для человеческих аристократов важно выражать благодарность в формальной, подготовленной обстановке. Считайте это своего рода церемонией среди знатных людей.

— Человеческая церемония… понятно. Но безопасно ли отпускать Риделиоса одного? А если они его обманут и убьют?

— Тогда я и Руйджерд пойдём с ним.

Так госпожа Норн, Риделиос и господин Руйджерд отправились в замок лорда, чтобы принять награду. Госпожа Норн уладила всё без малейших усилий.

— Ты весьма опытна, — пробормотал Руйджерд.

— А? А… да. Подобные ситуации часто случались в Магическом университете. В студенческом совете мне приходилось разбирать множество проблем, так что, наверное, я привыкла.

— Понимаю… Прошу, продолжай помогать нам.

— А… да!

Глядя на гордый ответ госпожи Норн, мы осознали, что лишком много думали о том, как быть тактичными. Нам следовало просто полагаться и поддерживать друг друга как семья.

Воссоединение старых друзей

Однажды я отправился в Новый город Роа с необычной спутницей. Этой спутницей была Лилия. Она по-прежнему служит у нас надёжной главной горничной, заботливой «свекровью» для моих жён и доброй бабушкой для детей. Однако после того, как Норн вышла замуж, она словно немного расслабилась, а может, просто стала чуть старше.

Поэтому я предложил ей небольшую поездку развеяться. В ответ она сказала, что хотела бы встретиться с одним человеком. Так я попросил наёмников «Рудо» собрать сведения и определить местонахождение этой особы и вот мы оказались здесь.

— Этот район должен был исчезнуть… но почему-то кажется знакомым.

— Правда? Я тут была всего несколько дней, так что плохо помню, как всё выглядело раньше

— Я когда-то искала здесь работу, так что тогда знала эти места довольно хорошо. Хотя сейчас почти ничего не помню.

— Может, они попытались воссоздать старый облик?

Такой разговор вели Лилия и Рокси. Рокси тоже решила пойти с нами, и она была знакома с тем человеком, к которому мы направлялись.

— О, кажется, на следующем перекрёстке нужно повернуть направо, — сказала Рокси.

— Правда? Раньше это было дальше, в переулке, — отозвалась Лилия.

— Город ещё новый, а спрос высокий, — пояснил я.

— Если бы здесь было так, когда я впервые приехала… Нет, если бы было, я, возможно, не встретила бы тебя, Руди. Значит, всё сложилось к лучшему, — задумчиво сказала Рокси.

С этими словами мы свернули с главной улицы, и перед нами появилось большое здание. Это была Гильдия авантюристов. Отделение в регионе Фитоа королевства Асура. Даже сейчас туда постоянно входили и выходили авантюристы. По словам Рокси, раньше здание было куда меньше и намного тише.

В те времена местный лорд Саурос ввёл «систему рыцарей-резидентов»: в каждую деревню направлялся хотя бы один рыцарь для поддержания порядка, а его личные солдаты регулярно зачищали окрестности от монстров. Работы, которые в других странах доставались авантюристам, здесь в основном выполняло государство.

Несмотря на то, что Фиттоа находилась на окраине королевства Асура, это была богатая и благополучная земля, авантюристам там почти нечем было заняться. Неудивительно, что гильдия тогда была маленькой. Но после катастрофы, при нехватке людей и инфраструктуры, территория Фиттоа стала главным центром авантюристов королевства Асура. С этими мыслями я распахнул двери большой, сияющей чистотой Гильдии авантюристов.

Оглядевшись, я заметил любопытные взгляды — судя по всему, это были авантюристы среднего ранга: ещё молодые, но уже не новички. Мы спокойно встретили их взгляды, и я услышал шёпот:

— Эй, это же Рокси Мигурдия…

— Она S-ранга…

Рокси, слегка смутившись, тихо поправила:

— Я A-ранга.

Будь моя воля, Гильдия давно присвоила бы ей S-ранг. А если бы рангов не хватило — у нас в компании недавно появился сотрудник уровня SS, так что один «S» можно было бы у него одолжить. Не беда, он наполовину бессмертен — со временем ещё один отрастёт.

Пока я размышлял об этом, мы заметили того, кого искали. Она стояла за стойкой регистрации. Увидев её, Лилия неожиданно громко воскликнула:

— Вьерра!

— А? Ах… А-а! Лилия!

За стойкой была Вьерра — бывшая участница поисково-спасательного отряда региона Фитоа, напарница Пола, которая вместе с нами отправилась даже на континент Бегаритт, чтобы спасти Зенит. Да, теперь она работала регистратором в Гильдии авантюристов.

К слову, бикини-доспех она больше не носила. Вместо него — белая блузка и длинная юбка спокойного цвета. Её когда-то буйные кудри теперь аккуратно спадали до плеч, придавая ей вид самой обычной сотрудницы гильдии.

— Давно не виделись! Подождите минутку, я сейчас закончу с этим… — сказала Вьерра, игнорируя протесты авантюристов.

Она быстро что-то нацарапала пером, вручила документы и бодро сказала:

— Вот, отличная работа! Так держать!

— Муа!

Отправив воздушный поцелуй, она тут же скрылась в служебной части, выкрикнув:

— Шьерра! Лилия и остальные пришли! А, господин гильдмастер, я ненадолго отойду!

Она исчезла так же стремительно, как и появилась. О нашем визите её предупредили заранее, пусть и без точной даты. Так что она, должно быть, подготовила окружающих.

Тем не менее, уйти с рабочего места было неудобно. Из кабинета с недовольным видом вышел гильдмастер. Его взгляд был острым, как клинок — явно готов был прогнать любого, кто покажется лишним. И тут наши взгляды встретились.

Разумеется, я узнал его. Он присутствовал на церемонии открытия новая замка региона Фитоа, и мы даже перекинулись парой слов. Он, вероятно, тоже меня вспомнил: слегка удивлённо кивнув, он похлопал Вьерру по плечу и сказал:

— Прошу прощения.

После чего вернулся в кабинет. В такие моменты власть бывает весьма удобной.

— Эм… давно не виделись… — робко раздался голос женщины в капюшоне, вышедшей из-за двери.

Я старался не смотреть на неё прямо и сделал шаг в сторону. Шьерра по-прежнему боялась мужских взглядов.

— Ну, я пойду где-нибудь убью время. Если что дайте знать.

Так что в этом девичнике я участвовать не буду. Шьерра сказала, что сможет потерпеть моё присутствие, но я хотел, чтобы эти четверо — старые знакомые, вместе побывавшие на Бегаритте, — спокойно пообщались между собой.

— Хорошо. Спасибо за заботу, господин Рудеус.

— Не за что. Приятно вам провести время.

Как бы то ни было, мне было приятно видеть, что у этих двоих теперь стабильная и достойная работа. С этой мыслью я покинул Гильдию авантюристов.

Канун свадьбы Доги

С точки зрения Ханца (мужа сестры Доги).

Я собирался собрать только парней, что отпраздновать с Догой. Всё-таки, как поженишься — прощай свобода. Так что, прежде чем пожениться, давайте немного пошумим, сходим в бордель... ну, Дога, похоже, не заинтересован в этом, но хотя бы выпьем... хотя Дога пить не будет. В любом случае, давайте вместе поедим чертовски вкусной еды, пошумим, отпразднуем и поздравим его. Но тут моя жена заявляет:

— Не валяй дурака. Ты что, решил отпраздновать свадьбу моего брата без меня?! — и устраивает грандиозный скандал.

В итоге мы просто пригласили всех, кто знал Догу, сняли на день угол в таверне и решили весело пошуметь. И вот теперь передо мной забитая до отказа таверна, арендованная целиком, и море народу.

— Дога, Изольте, поздравляем с помолвкой!

Под мой возглас на Догу, сидящего за главным столом, сыплется конфетти. Он задувает свечи на торте перед собой. Хотя день рождения у него вовсе не сегодня.

Кстати, почему-то рядом с ним сидит его невеста Изольте. Вообще-то это не её праздник, но раз уж Дога сам её позвал, значит, так и надо. Но людей, конечно, пришло слишком много. Я ведь звал буквально нескольких знакомых, а в итоге таверна оказалась битком.

Здесь собрались люди всех возрастов и самых разных слоёв. Есть знакомые лица, есть совершенно незнакомые, но у каждого, похоже, с Догой есть какая-то своя связь. Да вон там Сильвестр и Сандор, двое из Семерых рыцарей Асуры. А там старший брат женщины, на которой женится Дога.

Причины знакомства и отношений у всех разные. Сам Дога, наверное, и половины присутствующих не знает. Но видно одно, что все здесь любят Догу. Узнав о его помолвке с Изольте, они решили либо отпраздновать, либо хотя бы прийти поздравить.

Сам Дога, краснея за главным столом, счастливо улыбается, глядя на горы еды перед собой. Он по натуре застенчивый и немногословный, и трудно понять, о чём он думает, но ясно, что он осознаёт, что его поздравляют. Иногда он обменивается взглядами с Изольте рядом, они будто понимают друг друга без слов. Отличная пара, что ни говори. Ну да ладно. Я сегодня напьюсь. Сегодня можно. В жизни должны быть такие дни!

— Эй, эй, а ещё выпивка есть? Можно мне?

— А, конечно, держи.

— Извини… но, слушай, серьёзно. Я сегодня впервые увидел невесту Доги вблизи, она же слишком красивая, разве нет? Его не обманули снова?

— Забавно, я тоже так подумал. Поэтому сам всё разузнал — и, представь себе, она вроде как вполне порядочная.

— Правда? Я слышал, что она страшно придирчива к дворянам Асуры.

— Но, если она в итоге выбрала Догу, значит, ей важны не внешность и не род. Даже по нашим, мужским меркам, Дога не тот, кого выбирают за красоту.

— Теперь, когда ты так сказал…

Кстати, я не узнаю собеседника. Кажется, я его где-то видел, но вспомнить не могу. Ну и ладно. Главное, что он здесь, чтобы отпраздновать с Догой, как и я. Значит, сегодня мы друзья.

— Но знаешь что! Я всё равно не понимаю! После свадьбы она может резко измениться и начать изменять! Если так будет я молчать не стану!

— Я тоже не промолчу. Даже если она хочет стать Богом Воды.

— Да плевать! Даже если против меня будет сама Рейда Бог Воды, я всё равно подниму шум! Я Доге обязан! Да и вообще, он мне как шурин! Что за младший брат, если за старшего не заступится?!

— Я тоже Доге обязан. Так что, если что будем шуметь вместе. Только подай знак.

— Договорились!

Я хлопаю его по плечу и иду дальше искать новых собеседников. Это было… по-настоящему тепло. Дога не слишком хитёр, да и доверчив. И всё же он нашёл прекрасную жену, и все его за это благословляют.

Посмотрите только, сколько людей пришло. Я думал, что будет человек десять, а в итоге пришлось снимать всю привычную таверну. Когда мы работали вместе охранниками, я почти никого не знал. А теперь вокруг столько знакомых лиц о существовании которых я раньше даже не догадывался. Почему-то от этого мне стало очень радостно. Я подошёл к Доге, сел рядом, опёрся на его плечо и поднял кружку.

— Дога, Дога! Поздравляю, шурин! Я правда за тебя рад!

— Спасибо.

— Знаешь… после того, как я тебя тогда подначил, я немного жалел. Говорят, мол, лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном, но иногда ведь не знаешь… Иногда лучше было и не делать. А я, возможно, безответственно тебя подтолкнул…

— …Это не так.

Ответ, сказанный непривычным для него тоном, заставил мою руку замереть.

— Ханс… если бы ты тогда ничего не сказал, я бы точно пожалел…

Даже пьяным я понимал, какие слова можно пропустить мимо ушей, а какие нет.

— Спасибо.

После этих последних слов у меня в горле встал ком. Ночь продолжалась, а я плакал.

Эрис и Минитона

Эрис отправилась в деревню зверолюдей. Когда она сказала Рудеусу, что хочет туда поехать, он взял её с собой. К тому же Эрис настояла:

— Нужно взять и Гислейн!

Совсем недавно, встретив Гислейн в королевстве Асура, Эрис заметила, как та смотрела в небо с одиноким выражением лица. Гислейн вовсе не тосковала по дому. Но для Эрис это не имело значения.

Если у Пурсены было триумфальное возвращение, значит, и у Гислейн оно должно быть. Эрис была абсолютно уверена: это принесёт только хорошее, и ничего плохого случиться не может.

И всё вышло именно так, как она думала. Возвращение Гислейн действительно стало триумфальным. Даже Гьес был доволен, и в конце концов все были в приподнятом настроении.

Удовлетворённая этим, Эрис решила разыскать Минитону и Терусену, с ними она в прошлом особенно сблизилась. Проходя по деревне зверолюдей, которую вполне можно было назвать раем, Эрис крикнула:

— Минитона! Терусена! Давно не виделись!

Она быстро их нашла. Обе как раз обучали фехтованию молодых воинови заметно подросли по сравнению с тем, какими Эрис их помнила. Даже издалека было видно, что они уже выступают как лидеры среди молодёжи и считаются кандидатами на должность вождя воинов. Заметив Эрис, обе удивились и почтительно склонили головы:

— Эрис! Давно не виделись, ня!

— Рада видеть, что вы в добром здравии, госпожа Эрис.

— ……

Эрис почувствовала, что что-то не так. В её воспоминаниях Минитона и Терусена были скорее… ну, как сказать… котятами и щенками. Милыми, очаровательными созданиями. Но Эрис ясно видела: они искренне рады её видеть. Как член семьи Бореас, она умела читать чувства зверолюдей по движениям хвостов и ушей.

— Я слышала, вас повысили!

— Верно, ня! Теперь мы кандидаты на должность вождя воинов, ня! До звания вождя всего два шага, ня!

— Мы не проиграем старшей сестре Пурсене!

— Вот это настрой!

Эрис была подругой Минитоны и Терусены. Но в то же время она была и подругой Пурсены. На самом деле её положение было ближе к роли хозяйки питомцев, чем подруги, но это уже мелочи.

Поэтому, с одной стороны, она хотела, чтобы её друзья победили в бою, а с другой не хотела, чтобы они исчезли из её жизни, мечтая, чтобы все могли оставаться вместе как можно дольше. Из-за этого было трудно решить, за кого болеть. Но Эрис Королева Меча.

Поэтому она думала просто: «За кого бы я ни болела, когда придёт время, всё решится само».

А сейчас ей нужно было наслаждаться моментом, вспоминать прошлое и просто веселиться вместе с ними.

— Я могла бы после стольких лет продемонстрировать вам искусство владения мечом.

Правда, спектр развлечений, которые могла придумать Эрис, был довольно ограничен.

— Правда, ня?! Всем внимание, ня! Королева Меча сейчас покажет своё мастерство, ня!

— Смотрите внимательно!

По их голосам молодые воины-зверолюди тут же выстроились в ряд. Иерархия у них соблюдалась строго. Увидев это, Эрис на мгновение задумалась, не забрать ли кого-нибудь из них с собой, но тут же представила разъярённых Сильфи и Айшу и быстро отбросила эту мысль.

Тем временем Минитона действовала чётко и быстро. Она протянула Эрис деревянный меч, и сама шагнула вперёд, тоже с деревянным мечом в руках.

— Одолжи мне свою силу, ня!

Её стойка была куда более отточенной, чем в их прошлую встречу. Почти не было открытых мест, осанка была острой и собранной. Эрис заметила слабое место сбоку, но сразу поняла, что это ловушка. Такого противника не одолеть одним ударом. Удовлетворённая этим, Эрис встала в свою привычную стойку.

— ……

Атмосфера изменилась. В позе Эрис не было ни тени небрежности. Пусть это и была тренировочная схватка, а не бой, который нужно выиграть любой ценой, Эрис никогда не относилась к сражениям легкомысленно.

— Начали!

— НЯААААА!

По сигналу Терусены Минитона закричала:

— ГАААААА!

Использовала ли Минитона зверолюдскую магию «голоса», Эрис могла и не осознать, но она тоже выкрикнула в ответ. Заряженный маной крик нарушил её чувство равновесия, однако Эрис силой боевого духа мгновенно подавила это и, не колеблясь, выпустила стремительный «Меч Света» в рванувшую вперёд Минитону.

Удар Эрис был направлен в запястье. Изящный, идеальный удар. Но меч Минитоны едва заметно сместился. Кончик клинка Эрис соскользнул к гарде меча Минитоны, раздался звонкий «клац». В тот же миг меч Эрис поехал вдоль чужого лезвия, траектория сбилась, и Эрис сделала короткий шаг вперёд.

— Ньяаоу!

Меч вылетел из рук Минитоны. Он закрутился в воздухе, ударился о дерево и с грохотом упал на землю. К этому моменту меч Эрис уже был у горла Минитоны. Схватка была окончена.

— Это… должен был быть идеальный парирующий приём…

Минитона в изумлении смотрела на меч, выпавший из её руки. Она была уверена в себе. С последнего визита Эрис она стала куда сильнее. Ей казалось, что теперь она сможет дать достойный бой. Может быть, даже заслужить похвалу. И всё же…

— Это было потрясающе! Это ведь техника стиля Бога Воды, да? Где ты её выучила?!

— Э… Ну… после того, как вы с остальными уехали, в нашу деревню стали чаще заходить авантюристы, ня. Один из них и научил меня стилю Бога Воды…

— Вот как! Было правда здорово! Но я победила! Я тренировалась против Изольте, так что хорошо научилась справляться с техниками Бога Воды!

Эрис радостно праздновала победу, а Минитона несколько секунд стояла, ошеломлённо глядя на неё.

— Ах… Эрис всё такая же, как всегда…

Она пробормотала это с улыбкой, и её настроение полностью поднялось.

— Эрис, твоя техника была невероятной, ня. Я думала, что у меня есть шанс, но я совсем не смогла тебя победить, ня.

— Я много тренировалась, чтобы победить Бога дракона Орстеда. Я так просто не проиграю!

—Бог Дракон Орстед… Я хочу услышать об этом подробнее, ня.

— Конечно!

Так Эрис и остальные, спустя долгое время, снова наверстали упущенное и ещё крепче укрепили свою дружбу.

Короткие истории ко 2 тому Избыточности

Начальные иллюстрации и предисловие переводчика

В "28 томе" будут публиковаться короткие истории ко 2 тому Избыточности лайт новеллы. Для тех кто, только читал Избыточность веб новеллы - во 2 том Избыточности лайт новеллы вошли арки: создание автономной куклы по подобию Нанахоши, возвращение с семьей в Миллис, посещение горячих источников с Талхандом, посещение Земли Святого меча и новая глава про детей семьи Грейрат.

1. Другие короткие истории к разным томам ранобэ можно прочитать на этом сайте в:

- Реинкарнация Безработного - Воспоминания (Новелла).

- Реинкарнация Безработного - Путешествие длиною в две жизни (Новелла).

2. Также на этом сайте есть "Реинкарнация Безработного Арка Лабиринта Телепортации - CD Драма" по 12 тому ранобэ, где рассказывается про то как Рудеус спас Рокси в Лабиринте Телепортации, битва с гидрой от лица Пола, послесловие автора к 12 тому ранобэ, интервью с актерами, которые озвучивали CD Драму.

Доппельгангер

В тот день я посетил Летающую Крепость вместе с Сильфи. Формально нас было трое, но считать ли «это» человеком вопрос спорный, так что пока будем считать, что нас двое. Да. Автоматон «SS-01 Энн», также известная как «Нанахоси Хадзимэ». Мы привели её, чтобы она встретилась с Нанахоси.

К слову, Орстед и Перугиус проявили к автоматону куда больший интерес, чем к самой встрече — они с увлечением её осматривали. Хотя со стороны кажется, что отношения у Орстеда и Перугиуса напряжённые, на самом деле они, возможно, не так уж враждебны.

Впрочем, поскольку Энн была создана по образу Нанахоси, Сильварил смотрела на меня так, будто я какое-то отребье. Обычно, когда Сильварил бросает на меня такой взгляд, Сильфи тут же смотрит на неё с укором, но на этот раз она сохраняла совершенно невозмутимое лицо, будто всё происходящее это самое естественное дело на свете.

Да. Это полностью моя вина. Когда Орстед и Перугиус закончили осмотр, мы, как обычно, отправились в переговорную и стали ждать, пока Нанахоси проснётся.

Сидя рядом с Сильфи и Энн, я вдруг ощутил озорной порыв. Разумеется, не сексуального характера, скорее что-то в духе проказ Лары. Например, почему бы не усадить Энн на привычное место Нанахоси, накормить её и завести обычную болтовню?

А когда Нанахоси войдёт, она увидит точную копию себя, спокойно беседующую со мной. «А? Что? Почему? Кто? Я?» А мы в панике: «Их две! Две Нанахоси!» И тут бы вошёл Перугиус с табличкой «Розыгрыш удался» и раскрыл правду.

— Руди, ты уже не ребёнок. Пора бы знать, когда можно дурачиться.

— Конечно.

Сильфи ничего не сказала, но одного взгляда на моё лицо ей хватило, чтобы всё понять. Да. В этот раз я действительно виноват. Создал куклу Нанахоси с лишними анатомическими деталями без разрешения. Отложим это на потом. Так что, пожалуйста, не смотри на меня так сердито.

— Если у вас есть приказы, мастер Рудеус, прошу их озвучить. Я, Энн, готова их выполнить.

— Для только что созданной ты слишком самоуверенна.

— Я обладаю высокопроизводительным телом, созданным вами и мастером Занобой.

Хотя из-за отсутствия опыта самостоятельное выполнение задач может быть затруднительным, я считаю, что при поддержке смогу успешно справляться.

— Впечатляет. Тогда присядь вон туда и съешь этот гамбургер.

— Руди!

В тот момент, когда мы валяли дурака, дверь переговорной открылась.

— Зе-е-ев…

Зевая и совершенно не скрывая сонливости, в комнату вошла девушка. Это была Нанахоси.

— А?

Едва войдя, она заметила существо, выглядевшее точь-в-точь как она сама.

— Рада знакомству, госпожа Нанахоси. Я автоматон «SS-01 Энн».

Энн тут же поднялась и почтительно поклонилась.

— А… здравствуй…

Сбитая с толку этим безупречным поклоном, Нанахоси ответила тем же. Когда тебе кланяются то и ты кланяешься в ответ. Типично японская реакция. Опустив голову, Нанахоси вдруг что-то вспомнила и произнесла:

— А… точно. Ты говорил, что собираешься сделать такую. Значит, уже готово?

Она без колебаний потянулась, чтобы потрогать Энн, но та вместо этого взяла её руку и пожала.

— Приятно познакомиться.

— А… да… взаимно.

Она повторила эти бессмысленные слова дважды. Нанахоси собиралась обращаться с Энн как с предметом, но та ответила, как человек и это её смутило.

— Хотя я была завершена лишь недавно, я сделаю всё возможное, чтобы исполнять обязанности вашего представителя, госпожи Нанахоси.

— А… да. Ну… ладно…

Нанахоси ответила с заметным дискомфортом и посмотрела на меня.

— Она говорит куда более вежливо и по-человечески, чем я ожидала.

— Ей предстоят публичные выступления, так что мы с Занобой обучили её манерам и этикету.

Как Тишина Семи Звёзд, Энн должна была появляться в разных странах, поэтому мы основательно натаскали её по правилам поведения. Лилия и Айша тоже помогали, и они были поражены тем, как быстро Энн всё усваивает.

— И зачем ты вообще привёл её сюда? Я не помню, чтобы мы что-то планировали.

— Ну… сложно объяснить, но у нас небольшая проблема. Эта Энн… как видишь, я сделал её довольно тщательно… и, эм… добавил кое-какие детали.

Нанахоси безразлично хмыкнула, но спустя мгновение поняла, о чём речь, и сделала шаг назад — точнее, от Энн… нет, от меня. Она скрестила руки на груди, словно защищаясь. С выражением лица, которое невозможно забыть, она сказала всего одно слово:

— Фу…

— ……

Я аккуратно сел на пол в позе сэйдза и поклонился.

— Разумеется, я не собираюсь использовать её для таких целей. Я пообещал это Сильфи. Прошу… прости меня.

Позже Сильфи сказала, что Нанахоси смотрела на меня с очень сложным выражением лица, пока я кланялся.

— Автоматон «SS-01 Энн» клянётся блюсти свою целомудренность во имя чести леди Нанахоси.

Я лишь услышал, как Нанахоси неловко пробормотала:

— Я вообще-то не это имела в виду…

Так встреча Нанахоси и Энн благополучно завершилась. Впоследствии Энн будет выполнять самые разные поручения в качестве представителя «Тишины Семи Звёзд», но это уже совсем другая история.

Ученик, Герой и Чеддермен

Бог Севера Калман III, Александр Райбак, был в смятении. Это случалось с ним крайне редко. Обычно он не был склонен к сомнениям.

Бессмертные демоны, как правило, принимают решения быстро и решительно, хотя это, конечно, не совсем правда — исключения существуют. Будучи потомком Королевы Демонов Атофе, он в значительной степени унаследовал её решительность. Поэтому Александр почти никогда не колебался. Но сейчас он колебался.

— ……

Он размышлял, с каких слов начать разговор с мальчиком, стоявшим перед ним. Зигхарт Саладин Грейрат. Сын Рудеуса Грейрата, получивший имя Саладин от великого героя Перугиуса.

Из-за некоего влияния, связанного с Богом Демонов Лапласом, у мальчика были зелёные волосы и необычайная сила в руках, но для Алека это было сущей мелочью. Среди демонов подобные особенности встречались нередко.

Зиг стал учеником Алека. Для Алека это был редкий случай, так как он давно не брал учеников. Хотя по меркам бессмертных демонов он считался ещё молодым, по человеческим меркам он был уже весьма стар, и как Бог Севера Калман III имел немало учеников.

И всё же, несмотря на статус мечника божественного уровня, Александр был неопытным наставником и ему ещё ни разу не удалось вырастить по-настоящему успешного ученика. С новым учеником он по-прежнему не знал, как лучше всего его обучать. Но инстинкты бессмертного демона подсказывали одно: начало имеет решающее значение.

— Мой ученик, кем ты хочешь стать?

— Чеддерменом!

— Да… иначе говоря, настоящим героем! А как ты думаешь, что нужно настоящему герою?

— Упорно трудиться!

— Верно! Настоящий герой рождается через труд! Но одной лишь силы недостаточно!

Оглядываясь на своё прошлое, Александр понял, что всегда гнался за силой. Он верил, что если станет сильнее и будет побеждать всё более могущественных врагов, то однажды станет героем.

Так он думал раньше. Но теперь всё было иначе. Он больше не говорил ученикам что-то вроде: «Попробуй сначала победить дракона, а потом поговорим».

— Главное понять, зачем ты хочешь стать сильнее.

— Да! Я хочу стать сильным, чтобы быть как Чеддермен!

Как Чеддермен. Александр не имел ни малейшего понятия, кто такой этот Чеддермен. Но раз великий герой Рудеус рассказывал о нём детям, сомнений не оставалось — Чеддермен был настоящим героем.

— Хорошо!

И на этом Александр перестал слишком много думать.

— С сегодняшнего дня мы начинаем тренировки! А теперь — возьми меч!

— Да, мастер!

В конце концов, Александр никогда не был силён в глубоких раздумьях. Поэтому он решил поступить так же, как в своё время поступали с ним. А как это было у него самого? Его учили владению мечом двое — сначала мать, затем отец.

Кажется, ещё и бабушка чему-то его учила… но, если подумать, трудно сказать, действительно ли это было обучение мечу или же она просто играла с внуком. А может, ей просто самой хотелось развлечься. Очень сомнительные занятия.

— У стиля Бога Севера нет строгой формы меча. Но я научу тебя той форме, которую использую сам. Можно сказать, это исток современного Стиля Северного Бога. Ну что ж, попробуй повторить за мной.

Александр крутанул меч и принял стойку. Зиг попытался повторить, но не смог, наклонил голову и растерянно сказал:

— А?

— Вот так, — сказал Александр, снова провернув меч.

— Вот так?

— Держи вот так… потом сделай это… а затем — вот это.

Видя, как Зиг путается, Александр помог ему, направляя его руки и показывая нужные движения.

— Получилось!

Зиг оказался способным учеником и вскоре уже сам начал крутить меч.

— Хорошо, хорошо. Теперь с другой стороны — вот так. Круто, правда?

— Вау!

Зиг ловко вращал меч, работая запястьем.

— Так вот она какая, форма!

— Именно!

Это определённо не форма. И не упражнение для гибкости запясти. Александр делает это просто потому, что это выглядит круто. Если вспомнить, его мать и отец тоже часто крутили мечи. Делали ли они это на самом деле — неизвестно. Но для Алека это не имело значения.

— Учитель, я могу крутить его и над головой!

— О, отлично! А как тебе идея провернуть его за спиной и потом принять такую позу?

— Круто! Вот так?

— Даже над головой смотрится круто!

Так они вдвоём начали оттачивать искусство самого эффектного вращения меча, стремясь к абсолютной крутизне. Это определённо не форма. Но, даже не будучи формой, их свободное владение мечом и уверенные стойки заставили бы любого наблюдателя принять их за опытных бойцов.

Если противник из-за этого станет излишне осторожным или вовсе откажется от боя — тем лучше. Это тоже было частью Стиля Бога Севера. Так, незаметно, день подошёл к концу.

— На сегодня хватит. Пойдём домой. Я тебя провожу.

— Хорошо! Большое спасибо!

Зиг глубоко поклонился, и его первый день обучения фехтованию завершился. Со стороны могло показаться, что они просто дурачились весь день, но оба относились к этому предельно серьёзно.

Никто тогда ещё не знал, что Зиг продолжит тренироваться под руководством Александра в течение следующих десяти лет и в итоге станет известен как сильнейший мечник Центрального Континента.

Якинику в резиденции Грейратов

Я размышлял. Как мне донести до своей семьи всю прелесть риса? До сих пор я просил Айшу готовить разные блюда — онигири, ТКГ и прочее. [1] Айша и впрямь обладала гениальным кулинарным чутьём: всё, что она делала, выходило невероятно вкусным.

Но, к сожалению, у моей семьи сложилось впечатление, что «Руди снова ест что-то странное», и особого восторга рис у них не вызывал. Жареный рис они любили, но это ведь уже совсем другое. Уверен, Нанахоси со мной бы согласилась: «Жареный рис — это скорее отдельное блюдо, а не просто рис, правда?»

Почему же они не могли оценить величие риса? Однажды, терзаясь этими мыслями, я вдруг кое-что понял. Точно. В моей прошлой жизни, хотя рис и был основным продуктом питания, он никогда не был главным блюдом. Главным всегда было что-то другое, а рис лишь дополнял его. И именно это «что-то другое», лучше всего сочетающееся с рисом, обычно и считалось вкусным.

К примеру, жареный лосось, свиная котлета или карри. Возможно, и жареный рис из той же категории. А может, и карри чем-то похож. Да, дискриминация — это нехорошо. Как бы там ни было, чтобы раскрыть вкус простого риса на максимум, нужен усилитель — насыщенное, яркое основное блюдо. Вот ключ к тому, чтобы передать истинную ценность риса.

Итак, что же выбрать? Если подумать о самом любимом «усилителе риса» в Японии, ответ был очевиден. Да. Якинику — жареное мясо. Так я и решил устроить в саду барбекю с якинику.

Я соорудил большой очаг, сделал решётку, заготовил древесный уголь и мясо. Мои жёны с лёгким унынием подумали: «Руди опять что-то затеял…», но, узнав, что я просто хочу устроить для детей трапезу в духе искателей приключений, с энтузиазмом подключились к делу.

Самым сложным оказалось выбрать мясо. В конце концов, в этом мире не так уж много стран, где разводят скот ради мяса. Говядина — это продукт для богатой знати, и на обычных рынках её почти не встретишь. Найти мясо с правильным балансом жирности, мягкости и вкуса, подходящее для нарезки и жарки, казалось почти невозможным или так я думал.

Но, я выяснил, что Орстед знает подходящее место на континенте Бегаритт. Там обитает существо под названием песчаный аурлокс — нечто вроде коровы. После охоты, разделки и жарки оказалось, что его текстура и вкус поразительно близки к говядине. Мы привезли мясо домой, разделили на разные части и замариновали часть в сладко-остром соусе. И, разумеется, заготовили огромное количество риса. С учётом нашей компании мы вполне могли бы умять целую тушу, но на всякий случай приготовили ещё и курицу. Подготовка была завершена. Так началось якинику в резиденции Грейратов.

Мы собрались вокруг очага, каждый жарил своё мясо, макал его в соус, иногда ел без приправ и наслаждался, пока оно было горячим. Назвать это барбекю было бы не ошибкой, но обычно барбекю подразумевает медленную жарку больших кусков мяса. Здесь же мы имели дело с тонкими ломтиками, так что «якинику» подходило куда лучше.

— Прошу, делайте так же, как я, и попробуйте есть вот так.

Я сказал это с максимально торжественным видом, затем зажарил мягкое маринованное мясо, выложил его поверх миски с рисом и откусил. Сладость растеклась по рту, и я тут же зачерпнул ложку риса. Восхитительно. Да. Вот оно. Я, конечно, из тех, кто может есть рис и просто так, но для новичков мясо — необходимое сопровождение.

— Ух ты!

К моему удивлению, больше всех заинтересовалась Лара. Она тут же выложила на решётку несколько кусков мяса. Глядя, как оно шкворчит, она сияла от восторга. Может, ей просто нравился сам процесс жарки, но пока был интерес — этого было достаточно. Следом за ней мои жёны и остальные дети тоже принялись жарить мясо. Когда Лилия раздала всем рис, она немного растерянно спросила:

— А мне что делать?

—  Якинику ведь предполагает, что каждый сам жарит и ест, хотя, пожалуйста, помоги Зенит с её порцией.

Через несколько минут я понял, что моя стратегия сработала.

— Можно ещё риса!

Арс, Зиг и даже Эрис начали просить добавки. Все наслаждались едой. Есть рис с мясом. Это и был правильный ответ. Я наконец почувствовал, что успешно познакомил этот мир с культурой риса. Или, по крайней мере, мне так казалось. Но тут мой взгляд упал на девочку рядом со мной, которая с азартом жарила мясо.  Рис перед ней оставался нетронутым.

— Лара, тебе бы тоже поесть риса.

— Зачем? Мясо вкуснее. Если я буду есть рис, то не смогу съесть столько мяса. Даже Лео рис не ест.

Лара кивнула в сторону Лео, который неподалёку с аппетитом уплетал кусок сырого мяса. Лео мельком взглянул на нас, словно говоря: «Что такое?», а затем тут же снова уставился на мясо, будто добавляя: «Разбирайтесь сами». Лео иногда отчитывал Лару, но только когда она делала что-то явно неправильное. В этот раз он, похоже, счёл это моим личным предпочтением и не стал вмешиваться.

— …Ну, пожалуй, и так сойдёт.

Не найдя подходящих слов, я выдавил из себя такой ответ. В конце концов, есть рис с якинику вовсе не обязательно. Окрылённый этим успехом, я продолжил разрабатывать блюда, которые лучше всего сочетаются с рисом, но это уже совсем другая история.

[1] [Примечание переводчика: ТКГ — Tamago Kake Gohan, рис с сырым яйцом.]

Празднование восьмой годовщины Корпорации Орстеда

«Вечеринка» проходила в подвале офиса. Одна из комнат была погружена в полумрак, который рассеивало лишь мягкое сияние свечей. Свечи стояли на большом торте. Перед тортом сидел человек с самым страшным лицом на свете — Орстед. Его лицо скрывал шлем, так что прочитать выражение было невозможно.

Вокруг него собрались руководители нашей компании. Ариэль — глава филиала в Королевстве Асура; Заноба — начальник отдела продаж и рекламы кукол; Клифф — руководитель отдела противодействия проклятиям; Риния — глава наёмного корпуса «Рудо» и её заместитель Пурсена. Советник Айша сегодня была в наряде горничной и стояла перед тележкой, на которой везли торт.

Комната была скромно украшена, напоминая день рождения, но лица присутствующих оставались напряжёнными. Что это за ритуал? Что от них требуют? Чем они вообще заслужили такое? На лицах читались тревога и страх; взгляды метались между мной и Орстедом. Даже Ариэль и Заноба не могли скрыть холодного пота. Странно. Неужели шлем Орстеда сегодня работает как-то неправильно?

«……»

Мне показалось, что Орстед смотрит на меня с растерянным выражением, словно говоря: «Я сейчас тебя убью». Похоже, мне как человеку, не подверженному проклятию, пришлось брать инициативу на себя.

— Леди Ариэль. Вы ведь как-то говорили, что хотели бы получить возможность выразить свою преданность лорду Орстеду, не так ли?

В этот миг Ариэль вздрогнула, и все взгляды устремились на неё. Все смотрели так, словно спрашивали: «Что она натворила?» Риния, отличавшаяся большими амбициями, ухмылялась с хитрым видом, будто думая: «Ариэль допустила ошибку. Мой шанс на повышение!» Если бы это была манга, после осуждения Ариэль очередь дошла бы до неё. Что-нибудь вроде: «Кстати, Риния, разве ты на днях не стащила у господина Орстеда закуску?»

— Я… я действительно так говорила, но это…

— Тогда, прошу вас.

— Д-да.

Ариэль робко шагнула вперёд, остановившись перед Орстедом. Её плечи слегка дрожали, а руки были крепко сжаты у живота. Однако выражение её лица нельзя было назвать испуганным. Скорее, она выглядела… довольной. Даже немного восторженной. Это пугало, но, возможно, так выглядит человек, который, будучи королевой Асуры, собственными руками «срубила» немало аристократов.

— Господин Орстед, — произнесла она. — Я желаю вам благополучия. Мы все вновь клянёмся вам в верности. Прошу вас, оставайтесь в добром здравии до того дня, когда вы одолеете Хитогами.

С этими словами Ариэль изящно склонила голову. Для правителя великой державы такой поклон был бы немыслим, но Ариэль, похоже, твёрдо решила никогда не забывать, кто помог ей стать тем, кем она стала.

— …Ага.

Орстед кивнул в ответ и затем перевёл взгляд на меня. Я ясно почувствовал, как под маской он задаётся вопросом: «Что здесь вообще происходит?»

— Рудеус, что это всё значит?

Попал в точку. Впрочем, я и не собирался превращать это собрание в сухое официальное мероприятие.

— Это праздничная вечеринка по случаю восьмой годовщины Корпорации Орстеда.

Я почувствовал в воздухе немой вопрос: «Что это вообще такое?», но…

— В любом случае, это праздник. Мы собрались, чтобы ещё раз подтвердить нашу решимость в общей цели — победить Хитогами и укрепить наше единство. Это мероприятие было предложено леди Ариэль, поэтому мы и устроили эту встречу. Пока я говорил, напряжение в комнате заметно ослабло. По лицам читалось: «А, всего-то».

— Теперь, господин Орстед, прошу вас задуть свечи на торте.

— …Ага.

Когда Орстед повернулся к торту, свечи погасли в одно мгновение. Он их задул? Я не заметил, но неважно.

— Отлично, аплодисменты!

Все захлопали немного неловко.

— Господин Орстед, конечно, страшный, но благодаря странным выходкам моего учителя этот страх как будто притупляется, — добавил Заноба совершенно лишний комментарий, но я решил закрыть на это глаза.

Вечеринка завершилась без происшествий, и мы укрепили наше чувство товарищества. Атмосфера оставалась немного неловкой, но, когда мы расходились, Ариэль поблагодарила меня. Раз уж это была её идея, я был доволен уже тем, что она осталась довольна. Позже, рассказав об этом Сильфи, я увидел, как она скривилась и сказала:

— Эта благодарность, наверное, имеет совсем другой смысл…

Так я краем глаза заглянул в бездну политики королевства Асура, но это уже совсем другая история.

День рождения Люси

Сегодня Люси исполняется десять лет. В нашей компании разрешено брать выходной в честь значимых семейных дней рождения. Точнее, я сам так решил. Начальник не возражал, и все руководители филиалов это приняли. Меня порадовало понимание со стороны тех, у кого нет семьи, но были и те, кто смотрел с сомнением, будто спрашивая: «А это действительно так важно?» У людей принято отмечать круглые даты каждые пять лет, но у других рас подобного обычая нет. Для них существование такого правила, наверное, выглядит странно.

Но я работаю на Орстеда ради своей семьи и нахожусь в положении, позволяющем устанавливать правила компании. Так что будет именно так. Возражения я выслушаю, но уже после дня рождения Люси.

И всё же, несмотря на это, командировка затянулась, и домой я до сих пор не вернулся. В руке у меня подарок Люси на десятилетие, купленный в дороге. Уже был вечер. Праздник должен был начаться ночью, но, поскольку сегодня не было занятий в школе, нет сомнений, что с самого полудня в доме царило праздничное настроение. Я не могу опоздать на день рождения Люси, но я уже безнадёжно опоздал. Она может сказать, что ненавидит своего папу. А может, им и без меня весело. В любом случае, мне будет больно.

— Я дома!

— Хм… с возвращением.

Меня встретила синеволосая девочка, сидящая верхом на Лео, — Лара. На ней была треугольная шляпа, которую мы все вместе сделали для её пятого дня рождения из картона. Она до сих пор сохранилась, да? Кроме того, Лара надела те самые очки с носом, которые я тогда носил. Она была полностью экипирована для праздника.

— Лара, ты сегодня прекрасно выглядишь. А где все?

— Мм. Они уже начали.

Лара протянула ко мне руки, и я поднял её. Следуя за ней, я направился в столовую.

— Я дома. С десятым днём рождения, Люси!

— А, Руди, с возвращением!

Люси ела торт, наверняка испечённый Лилией вместе с Арсом и Зигом. Разумеется, была и вся остальная семья. Эрис держала Крис на руках и кормила её, а Сильфи с улыбкой наблюдала за детьми. Рокси же, наоборот, приводила в порядок множество уже распакованных подарков. Погодите, подарков слишком много. Ну да ладно.

— ПАПА!

Увидев меня, Люси вскочила. Она уже было потянулась ко мне, но заметила Лару у меня на руках и замялась. Ох, моя принцесса. Сегодня ты главная, так что не нужно сдерживаться. Я посадил Лару обратно на Лео, который стоял неподалёку, и поднял Люси. Ого… тяжёлая. Когда я в последний раз держал её на руках? Ей уже десять…

— Ты выросла в настоящую юную леди.

— Да!.. Эм, папа, а у тебя есть для меня подарок?

— Конечно. Вот.

Я опустил Люси на пол, достал из рюкзака небольшой свёрток и протянул ей.

— …!

Люси приняла его с необычайной серьёзностью и аккуратно открыла. Увидев содержимое, она на мгновение застыла. Внутри лежала пара серебряных серёг. Их изготовили на заказ в Королевстве Асура в месте моей недавней командировки.

— Я подумал, что тебе уже пора носить что-то подобное, Люси.

— …А, да! Спасибо! Мама, поможешь мне их надеть?

Люси осторожно подняла серьги и поспешила к Сильфи.

— Ну как?

— Очень красиво.

— …Да! Я буду их беречь!

Люси улыбнулась и побежала к Арсу и Зигу. Она выглядела счастливой, но её реакция оказалась немного не такой, как я ожидал. Может, дорогие украшения — это всё-таки слишком для десятилетней девочки.

Но в будущем Люси, скорее всего, будет участвовать в светских мероприятиях вроде дебюта в аристократическом обществе. В конце концов, меня признают выходцем из дворянского рода королевства Асуры. Иметь такие аксессуары для подобных случаев вовсе не плохо. Я действительно долго об этом думал. Прости. Я отец, который не до конца понимает, что нравится его дочери.

— Папа.

Лара снова подошла ко мне, протянув руки, и я взял её на руки.

— Мм? Что такое, Лара?

— Я хочу нефритовую заколку на свой день рождения.

Собственное желание. Похоже, Лара в последнее время стала чаще отстаивать своё мнение.

— Нефритовую заколку, значит?

— Ага.

— Понял. Я попрошу сделать для тебя красивую нефритовую заколку.

— Мм… Я хочу что-нибудь ещё лучше.

— Вот как… Тогда я посоветуюсь с лордом Орстедом и попрошу его найти для тебя что-то по-настоящему удивительное.

— Хм~… Ладно, так и сделай.

Лара по-прежнему остаётся для меня загадкой, но по крайней мере она говорит, чего хочет. Это упрощает дело. Хотя, возможно, не стоит называть это «проще». Люси тоже не из тех детей, которые чего-то требуют.

У неё отличные оценки, и в следующем году она хочет вступить в студенческий совет. Она невероятно талантлива. Дома она активно помогает заботиться о младших. Она моя гордость., но она растёт, и всё становится сложнее. Ей всего десять лет и в то же время уже десять.

Она переходит из возраста маленькой девочки в возраст юной леди. У неё формируется чувство собственного «я», её мысли, наверняка, меняются под влиянием школьной среды. Я хочу реагировать на это правильно и относиться к ней соответствующе, но не совсем понимаю, как именно. Воспитание Люси — это мой первый опыт отцовства. В любом случае, сегодня мы просто отпразднуем то, что Люси выросла здоровой и благополучно дожила до своего десятого дня рождения.

Арс и Лара

В один из праздничных дней после полудня во дворе дома Грейратов раздавался звон сталкивающихся деревянных мечей. Арс и Лара стояли друг напротив друга, каждый с деревянным тренировочным мечом в руках. Скрестив руки на груди, за их поединком наблюдала хранительница дома Грейратов — «Красная мама» Эрис.

Хотя со стороны казалось, что Эрис внимательно следит за движениями клинков, на самом деле она думала: «Редко Лара так по-настоящему приходит на тренировку». Бой складывался в пользу Арса. Он методично наращивал давление, тогда как Лара в основном защищалась. Лара ловко уклонялась от ударов Арса, но в конце концов пространство для манёвра закончилось, и деревянный меч всё же настиг её.

— Гх! Ааай!

Лара испустила совсем не благовоспитанный визг, получив по лбу и рухнув на землю.

— Угх…

Корчась от боли и перекатываясь по траве, она тяжело вздохнула.

— Эй, я же не так сильно ударил, — сказал Арс.

— Тебе так кажется, потому что это был не ты.

— Даже если и так, ты ведь можешь сразу залечить это магией.

— Хм.

Лара быстро поднялась. На самом деле, как и сказал Арс, боль была не такой уж сильной, а даже если бы и была — исцеляющая магия решила бы проблему мгновенно. К тому же Арс всё-таки сдерживался.

— Я больше совсем не могу победить Арса.

— Это потому, что ты ушла в магию, Лара. С одним только мечом я тебе не проиграю.

— Нет, это потому, что ты сильный, Арс. Думаю, я бы не выиграла даже с магией.

Среди детей Грейратов Люси одинаково преуспевала и в фехтовании, и в магии, и в учёбе. Но после того, как Арс сосредоточился на мечах, остальные начали склоняться либо к фехтованию, либо к магии.

Арс выбрал меч, Лара магию, а Зиг, вероятно, тоже пойдёт по пути мечника. Впрочем, в последнее время Арс, беря пример с Люси, начал понемногу осваивать магию. Его целью было стать магическим мечником.

— Лара, ты так говоришь, но, если без ограничений, ты же всё равно можешь меня победить, верно?

— Ну… да, наверное.

Лара же в это время углублялась в магию, не относящуюся ни к атакующей, ни к исцеляющей в нечто, что вообще трудно было классифицировать. Люси, зная об этом, отмахивалась:

— Ты просто не любишь учиться, вот и всё.

Лара не любила следовать старым учениям и предпочитала всё новое. Но именно благодаря этому её образ мышления был куда более изобретательным, чем у остальных детей. Даже если она была не сильна в прямом бою, Лара умела выполнить условия победы ещё до того, как бой вообще начинался. Такой она была.

Если бы Арс сражался с Ларой всерьёз, он, скорее всего, проиграл бы ещё до того, как вытащил меч, даже не осознав, что битва уже началась. Но это справедливо лишь в том случае, если Лара сама начинает атаку. Нельзя быть уверенным, что на тебя не нападут внезапно.

— Но вспомни, что было в Миллисе. В крайней ситуации ты должна хотя бы суметь защитить себя.

— Когда придёт время, Арс или Зиг меня защитят.

— Если так думаешь, тогда не шляйся одна. Хотя с Лео рядом, наверное, можно не волноваться.

У Лары была привычка уходить куда-нибудь в одиночку чаще всего с Лео. Она шла, кого-нибудь разыгрывала, а потом возвращалась. Арс не недолюбливал свою сестру — внешне равнодушную, но на самом деле живую, свободолюбивую и сильную.

— Ладно, хватит болтать. Готовьтесь! — сказала Эрис.

Лара состроила недовольную мину, но тут же снова взялась за меч.

«Красная мама» могла быть жёсткой, но, если бы Лара действительно ненавидела тренировки, Эрис, скорее всего, прекратила бы их. Да и самой Ларе этого бы не хотелось. Сегодня Лара пришла тренироваться всерьёз.

— Лара, тебе нужно чаще брать инициативу. У Арса длиннее руки и шаг, так что, если позволишь ему атаковать в одностороннем порядке, шансов у тебя не будет. Балансируй между атакой и защитой и найди свою дистанцию.

— Хорошо.

И они снова начали спарринг. Следуя советам Эрис, поначалу Лара доставила Арсу немало хлопот, но из-за нехватки силы в итоге была подавлена и проиграла. Лара растянулась на земле, изображая труп. Эрис вздохнула:

— На сегодня хватит.

На этом тренировка закончилась. Она подняла лежащую Лару и понесла в дом, вероятно, купать. Лео, радостно виляя хвостом, побежал следом.

— Арс, как закончишь, тоже иди мыться!

— Хорошо!

Оставшись один, Арс продолжил тренироваться с мечом. Ему было немного одиноко — его хитрая сестра и единственный брат, который тоже начал идти своим путём в фехтовании, постепенно отдалялись от него. Но Арс верил, что выбранный им путь правильный, и потому продолжал тренироваться.

Первые ростки

Люси — член студенческого совета. Более того, она его председатель. И это вовсе не номинальная должность. С тех пор как год назад, в возрасте всего двенадцати лет, Люси была назначена президентом совета, она исполняла свои обязанности с образцовой прилежностью и искренним усердием.

Остальные ученики смотрели на её старания с тёплой симпатией. Впрочем, тёплые взгляды были обращены не только к председателю. Вице-председатель тоже пользовался подобным отношением. Вице-председатель, Клайв Гримуар, был назначен в этом году. Оба они всё ещё были молоды и неопытны. Однако им хватало мотивации и ума, чтобы компенсировать нехватку опыта, назначив секретарей и заведующих общими делами из числа тех, кто обладал практическими знаниями. Не было никого, кто бы их не поддерживал по крайней мере, так говорил Рудеус, и в целом мнение Университета было таким же.

Однажды в студенческом совете Клайв сказал:

— Люси, не хочешь завтра сходить за покупками?

— Конечно. А что ты собираешься купить?

— Новую мантию. Та, что я покупал раньше, мне уже мала.

Клайв находился в периоде активного роста и за последние два года заметно вытянулся. Вскоре он должен был обогнать Люси по росту. Люси, и без того миниатюрная даже среди девочек, не могла не испытывать лёгкую зависть.

— Тогда я завтра зайду за тобой к тебе домой.

— Хорошо. Договорились.

Люси легко согласилась, и Клайв покинул комнату студенческого совета. Для них двоих такие совместные выходы не были чем-то необычным. Однако секретарь совета, наблюдавший за этой сценой, пробормотал:

— Свидание, значит… Как мило.

Секретарём был мужчина, которому в этом году исполнялось тридцать. В прошлом — авантюрист. Шесть лет назад он понял, что достиг своего предела как искатель приключений, и ушёл из профессии. Чтобы обеспечить себе стабильный доход, он потратил все сбережения и поступил в Магический университет Раноа. Его целью было устроиться на работу в Гильдию магов. Он уже был женат и имел детей. В последнее время старые товарищи подшучивали над ним, говоря, что он «одомашнился», и, возможно, именно поэтому он с ностальгией бросил эту фразу.

— Свидание…?

Но это слово точно попало в сердце одной девочки-подростка. Люси как раз была в таком возрасте. До сих пор у неё не было к Клайву каких-то особых чувств. Он был для неё чем-то вроде младшего брата, который всегда рядом. Мальчик на два года младше её — ровесник Лары.

Ещё несколько лет назад он был обычным маменькиным сынком, немного избалованным и часто плаксивым. Но в последнее время, а точнее, с тех пор как ему исполнилось десять, — он начал стремительно взрослеть.

В этом году его назначили вице-председателем студенческого совета, и по сравнению с Ларой или Арсом, которые были примерно его ровесниками, он был спокойнее, серьёзнее и усерднее, что делало его надёжным человеком, которому можно поручить работу.

Когда Люси недавно не сдержала эмоций и расплакалась, именно он сумел её успокоить. Если спросить, считала ли Люси его особенно выдающимся, ответ был бы отрицательным. У неё были высокие стандарты, и, учитывая её собственные способности, она оценивала его довольно строго. Но рядом с ним ей было спокойно. Такой он был для Люси — Клайв. Хотя это был всего лишь обычный выход вместе с Клайвом, слово «свидание» никак не выходило у неё из головы. Поэтому Люси решила поступить немного иначе, чем обычно.

— Эй, сестрёнка Айша, я сегодня иду гулять с Клайвом… как думаешь, что мне надеть?

Она посоветовалась с молодой тётей, которая была старше ее.

— Хм, хе-хе, Люси, а как тебе вот такой вариант?

— Не слишком ли это чересчур? Я же иду с Клайвом.

Айша, мгновенно уловившая ситуацию, предложила идеально подобранный наряд, но Люси отвергла его, сказав, что это «слишком вычурно и стыдно».

— А так? Не странно выглядит?

— Ты просто супермилая! Иди смело!

Нарядившись и воодушевлённая словами тёти, Люси вышла из дома лёгкой походкой. Она решила подождать Клайва у ворот. Обычно она ждала его внутри дома, но сегодня почему-то выбрала улицу. Она теребила Бита — младшего энта-стража ворот, накручивая его лозы на палец, слегка постукивала носком туфли по земле и то и дело поглядывала в сторону, откуда должен был прийти Клайв. Люси не понимала, почему её сердце так сильно бьётся, наполняясь непривычным волнением. Когда Клайв появился в конце улицы, Люси невольно улыбнулась.

— Ты опоздал.

— Прости. Мама попросила по пути кое-что сделать.

— Хм.

Люси украдкой посмотрела на Клайва и слегка выпятила грудь. Конечно, Клайв это заметил. Будучи сыном Элинализы Драгонроуд, он был прекрасно воспитан в вопросах отношения к женщинам.

— Слушай, ты сегодня здорово нарядилась, Люси.

— Правда? Это сестрёнка Айша помогла. Ну как?

— Хм… да, тебе очень идёт.

Люси мягко улыбнулась.

— Тогда пойдём.

После этого всё шло как обычно. Они шли рядом, зашли в лавку одежды, купили мантию, выполнили остальные поручения, а затем расстались у дома Грейратов, после чего Клайв отправился домой.

— А? Люси, ты сегодня в хорошем настроении, — заметила Сильфи.

— Ничего такого, — сдержанно ответила Люси.

Но её щёки были заметно мягче и теплее, чем обычно.

Люси в гневе

Часть 1

В тот день Люси Грейрат устроила в Королевской академиии Асуры жестокий инцидент и была отстранена от занятий. Причиной всего, разумеется, стало письмо из дома. Арс и Айша сбежали вместе. Эта новость пришла напрямую от её родной матери — Сильфиетты.

В тот момент, когда Люси услышала это, её разум опустел. Хотя Сильфиетта сказала ей: «Можешь сегодня не идти в Академию», ноги сами понесли её туда. Очнувшись, она уже была в аудитории, окружённая встревоженными однокурсниками.

Когда близкие друзья спросили, что случилось, Люси рассказала им всё, что услышала от матери. В обычной ситуации она никогда бы не стала так легко раскрывать столь скандальные подробности. Но сейчас она была в полном смятении. Она потеряла контроль над собой. Пока она говорила, по щекам потекли слёзы.

Вид плачущей Люси стал потрясением для всех однокурсников. В конце концов, Люси Грейрат была известна как образцовая студентка с безупречным поведением — жизнерадостная, добрая, всегда с улыбкой на лице, с широким кругом общения, любимая преподавателями и пользующаяся доверием как старшекурсников, так и младших. Настоящий лидер курса.

Никто прежде не видел её столь уязвимой. Однокурсники попытались её утешить. Однако жизненного опыта у них почти не было. Почти все подростки, лишь немногие уже достигли совершеннолетия. Поэтому их слова не попадали в цель.

— Если посмотреть с другой стороны… может, это даже к лучшему? Ну, благодаря той служанке место следующего главы семьи теперь свободно.

Эта реплика выросла из давнего разговора в столовой, когда Люси жаловалась на Арса, говоря: «Ему не хватает осознания того, что он будущий глава семьи». Это не было серьёзным упрёком она просто выпускала пар из-за мелкой ошибки, допущенной Арсом. Тогда она даже в шутку добавила: «Эх, будь я главой семьи, я бы так маму не злила».

Поэтому замечание однокурсника, скорее всего, тоже было сказано в полушутку. В обычной ситуации Люси бы рассмеялась и сказала: «Да ладно тебе, не шути так», а может, даже слегка толкнула бы его в шутку вне зависимости от того, что чувствовала на самом деле. Но в тот день Люси была не собой. В следующее же мгновение она ударила того одноклассника кулаком прямо в челюсть.

Часть 2

Так Люси, уже отстранённая от занятий, лежала лицом вниз на кровати во втором доме семьи Грейрат в королевстве Асура.

— Люси, я войду, хорошо?

С этими словами в комнату вошла Сильфиетта. Она не вернулась домой сразу после того, как сообщила новость об Арсе и Айше, вероятно, она ожидала подобного развития событий. Она знала, что сильнее всех это заденет именно Люси. Сильфиетта села на кровать рядом с дочерью и нежно погладила её по волосам.

— Один из твоих друзей приходил сегодня. Он хотел извиниться. Сказал: «Мне жаль, что я сказал такую ужасную вещь».

— Ладно…

— Я отправила его домой, но тебе тоже нужно как следует извиниться перед ним, хорошо?

— Да. Я знаю.

Люси ответила, но лица не подняла. Вместо этого она уткнулась им в колени матери.

— Эй, мама…

— Что такое, Люси?

— Почему Арс и Айша сделали такое?

— Хм… Может, это был порыв в тот момент?..

От этих слов Люси напряглась. Наверное, она подумала: как можно не различать, что можно делать под влиянием порыва, а что нельзя?

— Возможно, ещё и потому, что Руди слишком упёрся, а Лилия была резко против. Ты же знаешь, когда эти двое на чём-то настаивают, им трудно отказать.

— Но у тебя ведь больше влияния, мама…

Люси была права — Сильфиетта обладала значительным весом в семье Грейрат. Рудеус относился ко всем трём жёнам одинаково, но две другие матери во многом уступали именно Сильфиетте.

— Может, и так. Но Лилия редко проявляет настойчивость. А дело касалось Айши, верно? Айша никогда раньше не поступала так решительно, поэтому всех это застало врасплох. Тебя тоже, да, Люси?

— Да…

Люси кивнула, находя утешение в руке, мягко гладившей её по голове.

— Айша, наверное, просто немного бунтует. Понадобится время, но я думаю, всё уладится, так что не переживай.

— Хорошо…

— А когда всё немного утихнет, тебе стоит поговорить с Арсом и Айшей. Уверена, у тебя есть, что им сказать. Не держи это в себе, ладно?

— Ладно.

— Если нужно, можешь взять несколько выходных от Академии.

Услышав это, Люси сначала кивнула, но затем покачала головой.

— Нет, я пойду. Мне нужно извиниться.

— Понимаю. Это очень ответственно с твоей стороны.

Ещё некоторое время Люси оставалась в объятиях матери. Сильфиетта продолжала нежно гладить её по волосам, пока Люси наконец не уснула.

Страница книги Короткие истории Реинкарнации безработного в интернете

Table of Contents

Короткие истории к 1 тому ранобэ

1 - 1 Оазис жизни

1 - 1.1 Учусь читать

1 - 1.2 Моя первая охота за сокровищами

1 - 2 Серый крысопаренёк

1 - 3 Не зовите меня предателем

1 - 3.1 Посох новичка

1 - 4 Будущее подглядывающих детишек

1 - 4.1 Сильфи и Персиковый мальчик

1 - 4.2 Высшее и окончательное

1 - 4.3 Рудеус зарабатывает очки

1 - 5 Сильфи и этикет

Короткие истории ко 2 тому ранобэ

2 - 0.1 Собеседование с новым наставником

2 - 1 Сила мышц

2 - 1.1 День из жизни рыцаря-стража деревни Буэна

2 - 2 Проказница Эрис

2 - 2.1 Проблема мэра города-крепости Роа региона Фиттоа

2 - 3 &quot;Вы верите в Бога?&quot; &quot;Я за Ним подглядывал&quot;

2 - 3.1 Зверь, покрытый пеплом

2 - 4 Ремесленник

2 - 4.1 Правда, стоящая за слухами

2 - 5 &quot;Ты веришь в Богиню? Я увидел её, подглядывая&quot;

Короткие истории к 3 тому ранобэ

3 - 1 Азартная игра Руйджерда

3 - 2 Воспоминания о Рокси

3 - 3 Будет не страшно, если мы все будем сражаться на Каменном мосту

3 - 4 Его копье чуть короче

4 - 1 Азартное перерождение Рудеуса

Короткие истории к 5 тому ранобэ

5 - 1 Если бы Рудеус был так же исключителен, как утверждает Пол

5 - 2 «Разве тебя не обманывают?».

Короткие истории к 6 тому ранобэ

6 - 1 Древняя гробница

6 - 2 Секрет Теневого Лунного Рыцаря

7 - 1 Прогулка на закате

Короткие истории к 8 тому ранобэ

8 - 1 Весна всё ещё не пришла

8 - 2 Появление бешенных собак

9 - 1 Летняя экскурсия на природе

Короткие истории к 10 тому ранобэ

10 - 1 Дипломатический подход к Тишине семи звезд

10 - 2 Воспоминания о путешествии

Короткие истории к 11 тому ранобэ

11 - 1 Хочешь ванну? Ужин? Или, может быть… меня?

11 - 2 Купание Сидзуки-чан

11 - 3 День из жизни юной сестры-горничной Айши Грейрат

11 - 4 Первая строка

11 - 5 Норн вступает в студенческий совет

11 - 6 Горничная всё видела

11 - 7 Норн и хулиганки

Короткие истории к 12 тому ранобэ

12 - 1 Лабиринт Телепортации

12 - 2 Дискомфорт

12 - 3 Стена

12 - 4 Выиграй партию, проиграй игру

12 - 5 Покупка перекуса

12 - 6 Гордость учителя

12 - 7 Страж Лабиринта

12 - 8 Контрмеры против гидры

12 - 9 Смертельная битва с гидрой

12 - 10 Сказка о фамильной мече

12 - 11 Гениальная горничная, которую похвалили

12 - 12 Расходы вора и мечника

12 - 13 Трезвый мечник, который пил лишь однажды

12 - 14 Книжный червь и эльфийская воительница

12 - 15 Мечник и Дворф: Пьянка на спор

12 - 16 Рыцарь горничной. Первое поручение

12 - 17 Мысли Гису

12 - 18 Пир Клыков Чёрного Волка

12 - 19 IF: «Если бы Пол выжил»

12 - 20 IF: «Если бы Зенит была здорова — и телом, и разумом»

Короткие истории к 13 тому ранобэ

13 - 0 Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

13 - 1 Смертоносный меч Норн

13 - 2 Рыбалка/Месть

Короткие истории к 14 тому ранобэ

14 - 1 Рокси и мандариновое дерево

14 - 2 Гурман Нанахоси: Великая Сага о Даси

14 - 3 Оценочный тур Занобы

14 - 4 Тренировки Клиффа идентификации

Короткие истории к 15 тому ранобэ

15 - 1 Спокойствие Короля

15 - 2 Друзья

15 - 3 Проводник из леса

15 - 4 Инаугурационное приветствие

Короткие истории к 16 тому ранобэ

16 - 0 Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

16 - 1 Норн тоже хочет поиграть с Лео

16 - 2 Чтение Эрис

16 - 3 Чтение Сильфи

16 - 4 Шалость Ариель

Короткие истории к 17 тому ранобэ

17 - 1 Убежище Рудеуса

17 - 2 Ученики Обера

17 - 3 Меланхолия Тристины

17 - 4 Что умеет Гислейн

Короткие истории к 18 тому ранобэ

18 - 1 Норн и дерзкая младшекурсница

18 - 2 Прогулка Пурсены

18 - 3 Роль Ринии

Короткие истории к 19 тому ранобэ

19 - 1 Трёхминутная кулинария Бога Смерти

19 - 2 Будущее Занобы

19 - 3 Предпочтения Джинджер

19 - 4 Путь Рокси как учителя

Короткие истории к 20 тому ранобэ

20 - 1 Норн и разговоры о любви

20 - 2 Опасения Занобы

20 - 3 Пробуждение меча

Короткие истории к 21 тому ранобэ

21 - 1 Следы Дэд Энда

21 - 2 Клифф и Благословлённый Ребёнок

21 - 3 Из далекого прошлого

Короткие истории к 22 тому ранобэ

22 - 1 Заноба, кулинария и искусство

22 - 2 Пир Атофе — Третий раунд

22 - 3 Концерт Рокси

23 - 1 Гурман Нанахоси: Алкогольный выпуск

Короткие истории к 24 тому ранобэ

24 - 1 Видение невозможного будущего

24 - 2 Отклонённый черновик финальной битвы с Витой

Короткие истории к 25 тому ранобэ

25 - 1 Ожесточённая схватка! Демон Король Атофе против Дракона Бога Орстеда!

25 - 2 &quot;Смертельный тупик&quot; — друг детей

Короткие истории к 26 тому ранобэ

26 - 1 Рудеус-гуру наставляет новых последователей

26 - 2 С Рокси

26 - 3 С Орстедом

26 - 4 Детское сердце

26 - 5 Поговорим о Гису

Короткие истории к сборнику

27 - 1 Дома Золдата

27 - 2 Новый сотрудник

27 - 3 Запуск! Улучшенный Заноба

27 - 4 С Ариэль

27 - 5 Клифф и воспитание

Короткие истории к 1 тому Избыточности

28 - 0 Начальная иллюстрация и предисловие переводчика

28 - 1 Дневник юного суперда

28 - 2 Воссоединение старых друзей

28 - 3 Канун свадьбы Доги

28 - 4 Эрис и Минитона

Короткие истории ко 2 тому Избыточности

29 - 0 Начальные иллюстрации и предисловие переводчика

29 - 1 Доппельгангер

29 - 2 Ученик, Герой и Чеддермен

29 - 3 Якинику в резиденции Грейратов

29 - 4 Празднование восьмой годовщины Корпорации Орстеда

29 - 5 День рождения Люси

29 - 6 Арс и Лара

29 - 7 Первые ростки

30 - 1 Люси в гневе

О книге