Глава 1

Нет ни одного животного, не знающего плотских желаний, лишь люди их утончают. — Гёте

В пронизывающем декабрьском ветре по улицам пронесся сильный шторм.

Это было время года, когда, даже постояв на улице, можно было превратиться в сосульку. Пальцы замерзали докрасна, словно окрашенные бальзамом, а губы покрывались белой коркой, словно на них расцвела плесень.

И все же…

«Ха-ха».

Почему здесь так жарко и влажно? Дыхание прерывалось лихорадочными вздохами. …Жарко, невыносимо душно.

Бабушка включила обогреватель? Невольно возник вопросительный знак.

«…Нет, дело не в этом».

Вскоре я покачал головой. Газ уже давно был отключен.

72 350 вон. Эта небольшая сумма пропала, поэтому этой зимой я дрожал от холода. Из-за этого мне пришлось жить с простудой, которая прилипла ко мне, как опухоль.

«…Уф, хнн.»

Мне казалось, что я сижу внутри рисоварки. Казалось, пар поднимается прямо из моей головы. Было слишком жарко, совершенно невыносимо, поэтому я резко выпрямил верхнюю часть тела.

«Хаа…!»

Всё моё тело было покрыто холодным потом. Капля за каплей. Пот стекал со лба, образуя капельки на бёдрах.

Уставившись на свои ноги, я вдруг кое-что понял.

"Хм?"

Одеяло, которым были укрыты мои ноги, странно мерцало. И эта текстура… она совершенно отличалась от моего старого, изношенного, колючего хлопкового одеяла.

«Где я?»

Я быстро огляделся. Первое, что мне пришло в голову, это то, что это было совершенно незнакомое… и жуткое место.

Оно было размером с баню. Потолок был закруглен, как перевернутая рисовая чаша, а стены были сделаны из черного камня.

«Пещера?»

Да, это было в точности как пещера. Такие пещеры трудно найти в Южной Корее, стране, полной серых небоскребов.

Ещё более странно, что внутри было несколько предметов мебели… Кровать, тумбочка и длинный обеденный стол. Стол был щедро накрыт едой. Мясо, сочные фрукты всех видов и даже вино.

Мое внимание особенно привлек желтоватый кусок мяса. В тот же миг наши взгляды встретились. По спине пробежал холодок, защемив шею.

«Фу, гадость».

Где же это место находилось? Незнакомое пространство, чуждая атмосфера. Страх давил на кожу. Казалось, поры сужаются.

И самое странное было то, что… я поднял подбородок.

«…А зачем это здесь?»

С потолка свисала игрушка. Большая игрушка, медленно вращающаяся, как водоворот. Вероятно, это был мобиль.

Увидев коричневый забор вокруг кровати и большие шары, разложенные на полу… это показалось мне колыбелью. Когда я это осознал, по шее пробежал холодок.

Кто в здравом уме стал бы устанавливать колыбель в таком месте? Разве что сошёл бы с ума…

«……»

Внезапно подул легкий ветерок. Окно в каменной стене было слегка приоткрыто. Ветер проник внутрь, заставляя мобиль покачиваться.

Я решил посмотреть в окно и опустил пальцы ног на пол, но тут же вздрогнул от неожиданности.

«Ах, жарко».

Пол был раскалён, словно кипящая лава. Я поспешно поднял ноги и подошёл к окну.

Если посмотреть вниз, то снаружи простирались настоящие джунгли. Густой лес, напоминающий тропический лес.

Растерянность усиливалась. Где я нахожусь? Я стоял там, ошеломленный, словно одержимый призраком.

«……!»

Глухой удар. Звук задел мои сверхчувствительные уши. Я застыл, как сваренное вкрутую яйцо.

Мои мысли запутались, словно паутина. Кто это? Тот, кто привел меня сюда? Зачем меня привели? А вдруг это какой-то чудак? Я был в растерянности, меня охватила паника. Мои мысли никуда не могли закрепиться.

Тук-тук. Тем временем шаги становились все громче и быстрее.

'Что мне делать?'

Тук-тук. Сердце бешено колотилось. Было ли где-нибудь место, где я мог бы спрятаться, хотя бы на мгновение?

Я с тревогой оглядел комнату. Подходящего места, чтобы спрятаться, не было. Мебели почти не было. Единственное место, которое привлекло мое внимание, было под кроватью, но щель там была слишком узкой.

В отчаянии я схватил кусок занавески. К счастью, ткань была довольно плотной. Мой силуэт, вероятно, не будет просвечивать.

«……»

Я прижался спиной к стене и задернул штору. Почти одновременно, со вздохом, дверь распахнулась. Порыв ветра пронесся по комнате. Штора закачалась от силы порыва. Мое сердце заколотилось, как лягушка, бешено колотившись.

Тук-тук. Затем шаги прекратились. Последовал хруст, похожий на звук жевания.

"…М-м-м."

Это было странно. Какой звук издает человек во время еды? В лучшем случае, хруст, чавканье или прихлёбывание. Но этот хруст… он больше напоминал звук животного.

Что же там, наверху, происходит?

Я сильно прикусил нижнюю губу. Мне нужно было проверить, что происходит снаружи, но смелость давалась нелегко.

«……»

Мне хотелось спрятаться навсегда, но это было практически невозможно. Я крепко вцепился в занавеску.

Я собрался с духом. Ладно, взгляни, взгляни. Мне нужно было узнать, кто это, чтобы спланировать ответ.

Я тяжело сглотнул. Я осторожно раздвинул занавеску. Сквозь щель проскользнула тонкая полоска света.

Затем в поле зрения появилась массивная спина.

«……!»

Меня пробрала дрожь. И неудивительно — фигура снаружи, хрустящая мясом, была… похожа на дикого зверя.

«――».

Оно голыми руками вцепилось в мясо, запихивая его в широко открытую пасть. Красная кровь стекала по его толстым лапам.

Испытывая жажду, оно залпом пило вино прямо из бутылки. Глоток, глоток, его горло тяжело дергалось.

…Это человек или животное?

В ужасе я крепче сжал занавеску. Бусинки на моем браслете звенели о нее, катясь с грохотом.

Вздрогнул. Фигура замерла. Она услышала? Сердце упало в пятки. Мне конец.

«――!»

С грохотом по полу покатилась кость с обрывками плоти.

Я сжала плечи, еще глубже зарываясь в угол. Зубы стучали. Пожалуйста, пусть все будет полным, а кость выбрось, — отчаянно молилась я.

Тук-тук. Оно приближалось. Вскоре из-под занавеса показались две ноги. Железные сапоги, похожие на доспехи, были массивными, как военный корабль.

«――».

Железный кулак пронзил щель в занавеске. Жестокая сила схватила меня за воротник. У меня мгновенно перехватило дыхание.

"Рев!"

Мужчина зарычал прямо мне в лицо. Его обнаженные клыки были острыми как бритва. Я сразу понял, почему мясо было разорвано в клочья.

«Ах, ах!»

Все еще скованная ошейником, я в отчаянии закрыла глаза.

«У меня нет ничего ценного… Я даже не видел твоего лица».

Я слышал, что похитители убивают, если видят их лицо. Я крепко зажмурил глаза, размахивая руками, как муха, и умоляя о пощаде.

«Просто отпусти меня, и я отдам тебе всё, что у меня есть».

Горячее дыхание обжигало мое лицо. По затылку пробежали мурашки. Волосы у ушей встали дыбом.

«Даже если мне придётся занять денег или устроиться на подработку, я…»

Внезапно мне в лицо брызнула слюна. Липкая слюна прилипла к ресницам, а затем капнула на щеку.

«Я тебе верну деньги…»

Он схватил меня за веки и силой открыл. Слезы невольно потекли по щекам.

«――».

Его угольно-черные глаза были пугающе безэмоциональны, словно неестественные зрачки.

И этот мужчина, хотя я и считал его крупным, вблизи оказался невероятно массивным.

Его растрепанные черные волосы покрывали лоб и шею. Глазницы были впалыми, но нос высоко поднят и изогнут посередине. Он больше походил на волчий, чем на человеческий. Дикий запах был невыносимым.

«――!»

Он снова что-то пробормотал сквозь зубы.

Я не понимал ни слова, но его выражение лица и тон ясно указывали на то, что это проклятие.

«Прошу прощения, я не понимаю, что вы говорите. Я не могу говорить…»

Слезы хлынули из моих глаз безудержно. Он взмахнул рукой с холодным выражением лица. Рука размером с крышку котла сильно ударила меня по уху.

"Ах…!"

Мне показалось, что у меня вывихнулась челюсть. В ушах зазвенело. От жгучей боли потекли слезы. Я подумал, что у меня лопнула барабанная перепонка, и в следующее мгновение яростное проклятие пронзило мой приглушенный слух.

«Бл**ь!»

Это было странно. Еще несколько мгновений назад я совершенно его не понимал, но теперь мой разум сам расшифровывал его слова.

«Я сразу почувствовал какой-то отвратительный человеческий запах».

У меня было ощущение, будто меня снова ударили по затылку, разум затуманился.

Он что, только что сказал «человеческий запах»? Это может означать, что он сам не человек.

«Это так называемая невеста? Этот жалкий червяк?»

Его холодный взгляд впился в мое лицо.

«Боги что, издеваются надо мной?»

«…П-пожалуйста, отпустите меня».

Я снова молил о пощаде, и мрачное предчувствие всё сильнее давило на меня.

«У меня нет ни копейки. Клянусь, я не буду об этом сообщать».

Лицо мужчины стало свирепым, как у демона.

«Они смеют отдавать это мне как своё!»

Он взмахнул рукой, отбросив меня в сторону. Я беспомощно отлетел и с глухим стуком врезался в каркас кровати! Казалось, мой позвоночник вот-вот разлетится на куски, и я зарыдал.

«Как они смеют так меня воспринимать! От слабости во мне кровь закипает, и я готов убить!»

Он начал расхаживать кругами. Дзинь, лязг. Доспехи, покрывавшие его тело, издавали леденящий металлический звук.

«…Уф, рыдаю.»

Словно червяк, я, подхватив руки, с трудом рухнул на кровать. Чувство несправедливости тяжело давило мне на грудь.

Я понятия не имел, как все дошло до такого состояния. В разгар хаоса перед моими глазами промелькнули непостижимые сцены.

Я только что принял лекарство от простуды и, как обычно, заснул. На этот раз я спал крепко, без снов. Затем меня ударил едкий запах. У меня заболела грудь, я закашлялся и проснулся с желанием попить воды.

'Хм?'

Но что-то было не так. С потолка свисал густой туман. Стены и мебель были объяты красным пламенем. Огонь извивался, словно змея, извиваясь и горя.

'Бабушка!'

Не было времени позвонить в службу 119. Я не видел свой телефон, и даже если бы приехала пожарная машина, от дома уже остался бы только пепел.

Я выбежал из своей комнаты и бросился к бабушке. Но было уже поздно. Пламя вздымалось, словно стена, преграждая мне путь.

'Бабушка!!'

Я отчаянно кричал, пытаясь разбудить ее, но дверь в ее комнату не открывалась.

…И тут из огненного столба появилось нечто. Чудовище с огромным телом и четырьмя ногами.

'Что это такое?'

Сначала я подумал, что у меня галлюцинации от вдыхания слишком большого количества дыма. Но тяжелое дыхание чудовища явно взбалтывало окружающий туман.

Пытаясь разглядеть что-либо получше, я заметил, что дым затуманил мое зрение. Тем временем массивная фигура приближалась.

«Что! Не подходи ко мне!»

Зверь широко раскрыл пасть. Он проглотил меня одним укусом. Я забилась, умоляя освободить меня. В груди горела боль, в горле словно пронзило ножом.

Затем у меня ослабла шея, и я потерял сознание. Когда я открыл глаза, я был здесь.

Вспоминая пожар, поглотивший мой дом, я до сих пор не могу оторвать глаз. Что это было за существо, пробивающееся сквозь дым? …Нет, это неважно. Я яростно покачал головой.

«Но… как же моя бабушка, которая была со мной?»

Слезы затуманили мое зрение, когда я, задыхаясь, выдавила эти слова.

«Бабушка в безопасности?»

Я избегал этого вопроса, слишком боялся даже подумать о нем.

Слёзы, которые я сдерживал, хлынули наружу. Я рыдал, как одержимый.

«Она спала в своей комнате… удалось ли ей благополучно спастись от пожара?»

Ответа не последовало. Только пронзительный взгляд. Я медленно поднял глаза. В его запавших глазницах застыла леденящая тьма.

Заинтригованная тем, на что он смотрит, я опустил голову. Одеяло было насквозь мокрым. От пота во сне оно промокло, особенно вокруг ног, из-за чего казалось, будто я мастурбировала.

«Извините, что испачкал одеяло».

Из-за смущения я сжала бедра.

«Если ты просто отпустишь меня, я сделаю все, чтобы отплатить тебе, так что, пожалуйста, перестань меня искать…»

«Ты тоже мочишся на четвереньках?»

Его внезапный вопрос прервал меня.

"…Что?"

Я спросил, и у него дернулся рот.

«Я спрашиваю, мочитесь ли вы на четвереньках, как женщины?»

У меня задрожала нижняя губа.

«Что это значит...»

Я не понимала, зачем он это спросил. Может, просто хотел посмеяться надо мной?

Нет, его взгляд был слишком странным для этого. Его глаза влажно блестели, а дыхание было тяжелым и влажным.

Он казался невменяемым. Эта чуждость внушала глубокий страх.

«Мне нужно идти… меня кто-то ждет».

Он медленно наклонил голову.

«Идти? Куда идти?»

Застыв как статуя, он внезапно резко повернул лицо к моему.

«Ты здесь, чтобы родить моего наследника».

Наследник? Мое лицо исказилось, как салфетка. Это слово возникло ниоткуда. Может, я неправильно поняла омоним?

"Что ты имеешь в виду…"

«Дитя мое».

Его следующие слова развеяли даже эту слабую надежду.

«……»

«……»

В воздухе повисла тяжелая тишина. Необъяснимое давление давило на меня. Я не мог легко пошевелить губами.

Комната сотрясся оглушительным грохотом. Темное пространство вспыхнуло ярким светом.

В следующее мгновение мой взгляд привлекло что-то. Это была тень мужчины на полу.

"Что это такое…"

Тень была огромной, но это было не всё. Там, где должна была быть пасть, виднелась длинная пасть, а вместо двух ног у неё было четыре большие.

Я инстинктивно отшатнулся назад. До сих пор полумрак скрывал это.

«Ты сука».

Пасть тени зашевелилась.

«В животе должно быть как минимум десять таких женщин».

Ничего не имело смысла. Это было похоже на удар мячом о стену — мои слова просто отскакивали обратно.

«Я же тебе уже говорил…»

Его огромная рука с щелчком схватила меня за лодыжку!

«Подожди, зачем ты это делаешь?»

Я отчаянно пытался вырваться из его хватки. Но чудовище не дрогнуло. Казалось, оно поймало хрупкую птицу. В его поведении даже царило жуткое спокойствие.

«Наверное, бабушка ждёт…»

Это было ужасно. В носу ощущалось жжение.

«Мне ужасно не везёт».

Рыдая и опустив голову, я столкнулся с ним, когда он грубо схватил меня за волосы.

«Твой чертов рот спрятан!»

«Ах, уф…»

Мне пришлось поднять взгляд на чудовище.

«Даже крыса не притронется к такому мерзкому существу, как ты».

У меня словно разорвало кожу головы. Его лицо заполнило мое затуманенное зрение.

Чудовище нахмурило брови. Его и без того ужасающее лицо стало намеренно угрожающим, совершенно ужасающим.

«Такой мех бесполезен, даже если его прикрепить».

Внезапно чья-то рука протянулась и резко дернула меня за переднюю часть пижамы.

«П-Подождите!»

Я пыталась сопротивляться, но это было бесполезно. Холодное ощущение коснулось моей кожи. Темный, влажный взгляд задержался на моей груди.

«Как ты можешь в таком состоянии кормить моих щенков?»

Его голос был... шлюхой. Его пронзительные черные глаза особенно долго задерживались на моих сосках.

«Я… я мужчина. Я не могу иметь детей».

Я яростно бил головой, умоляя его отпустить мои волосы.

«Тогда я просто похищу вторую и возьму себе еще одну невесту, не так ли?»

В душном воздухе раздался зловещий смех.

«Я бы не отказался взять сразу пять щенков. Чем больше щенков, тем лучше».

Сильный удар отбросил меня назад. Глухой удар, голова ударилась о матрас. Казалось, череп вот-вот расколется. Резко вдохнув, я почувствовал, будто распухшая щека забита ватой.

«Только такой глупец, как Плутон, оставил бы себе только одну невесту».

Я рухнул на кровать. Мобиль крутился и крутился. Казалось, бесконечно образуется водоворот. Было такое ощущение, будто меня затягивает в трясину.

«Ха-ха.»

Я бессильно выдохнул. Если бы мне сказали, что всё это сон, это показалось бы мне более реалистичным.

Я сильно прикусил кончик языка. Острая боль пронзила его, словно иголка. Было больно… Сколько бы раз я ни прикусывала язык, боль не проходила. Это был не сон.

Хруст, хруст, — раздался звук снизу. Я закатила глаза. Монстр уже стоял у обеденного стола. А потом он сказал:

«Я ем, стоя на двух ногах».

Это было странно и резкое заявление. Неправильно истолковав мой настороженный взгляд, он начал нести чушь.

«Вы всё ещё предпочитаете ползать на четвереньках, не так ли? Чёртовы жалкие люди».

Чем больше он говорил, тем дальше его слова отклонялись от здравого смысла. Меня действительно занесло в какое-то странное место. Оно было незнакомым и ужасающим, доводило меня до грани безумия. По коже пробежали мурашки.

"М-м-м…"

Чудовище засунуло в пасть кусок мясистой головы. Ужасно синий глаз упал и покатился по полу. Он смешался с виноградом. Хруст, и другой глаз лопнул у него во рту.

"…Фу."

Увиденное было настолько отвратительным и гротескным, что я чуть не потерял рассудок на мгновение.

Внезапно снова ударила молния. В небе извивалась белая змея.

И тут это случилось — тело, похожее на гору, закачалось. С грохотом кость покатилась по полу.

«Время пришло».

Черные глаза чудовища дико сверкали.

В следующее мгновение произошло нечто невероятное. Его тело начало сильно раздуваться, словно темное облако. Его морда почернела и вытянулась вперед, а плечи поднимались все выше и выше.

«……!»

Монстр превратился в четвероногое чудовище. Причем огромное.

У него была такая толстая шея, что я сомневался, что смогу обхватить её обеими руками, а передние лапы, если немного преувеличивать, были размером с мою голову.

«Ч-Что это такое?..»

Его черные зрачки сверкнули в мою сторону. Прежде чем я успел среагировать, чудовище бросилось на меня. Огромная лапа сильно надавила мне на грудь.

«Я собака!»

Его чёрная морда угрожающе лаяла. Угрозы обрушивались как буря.

«Великий владыка, правящий этой землей, строгий блюститель закона!»

Я даже не мог закричать. Его тело было таким тяжелым, что у меня перехватило дыхание. Казалось, будто на меня навалился огромный корабль.

«Итак… тебе лучше склонить голову передо мной».

Огромное тело раскачивалось, как викинг. Я качался вместе с ним, словно маленькая лодка, попавшая в шторм. Внутри меня всё перевернулось.

«Если ты меня разозлишь, я тебе глотку перережу…!»

Голос, резкий, как пуля, начал дрожать. Зрачки чудовища медленно опускались под тяжелыми веками.

Затем раздался глухой удар, эхом отразился звук.

«……»

«……»

В пещере в одно мгновение воцарилась тишина. Я закатил глаза. Я не мог понять происходящее.

Огромное тело ритмично поднималось и опускалось. Бах, бах! Его толстый хвост многократно ударялся о пол. Бах, глухой удар!

Чудовище, словно оглушенное транквилизатором,

«Гррр…»

Он просто спал. Его китообразное тело то раздувалось, то сдувалось. Придавленный огромным весом, я задыхался, пытаясь отдышаться.

Гррр, его рычание раздавалось, словно гром. Его хвост, похожий на дубинку, ударял по земле. Тук-тук. Земля дрожала, словно произошло землетрясение.

«Ха…!»

Я резко вдохнул. Я почесал запястье короткими ногтями. Мои неуклюжие пальцы нащупали что-то круглое. Коричневые четки. Талисман, который бабушка сделала для меня.

При мысли о бабушке мои глаза наполнились слезами. Я опустил веки, чтобы сдержать слезы.

Захудалый район с шиферными крышами, прилепившимися, словно ракушки, к узкому переулку. Там жили мы с бабушкой.

Я зашёл в аптеку за лекарством от простуды и поднимался по крутой тропинке. В руке у меня был пакет с лекарствами и кусок тофу на ужин.

«Говорят, в ту старую каргу в доме вселился призрак, когда она пыталась изгнать другого».

«Сумасшедшая бабушка, настолько впавшая в маразм, что даже не узнает своего единственного внука…»

Любопытные соседи собрались и сплетничали. Услышав лишь обрывки, я понимал, о чём они говорят.

«Раньше она была такой важной и властной. Неужели она не видела своего будущего?»

Бабушка когда-то была известной шаманкой. Люди приезжали со всей страны, но в какой-то момент она начала сходить с ума, а затем и вовсе потеряла рассудок.

«Глупость размером с гору, какой от неё толк?.. Эта её голова, похожая на крышку котла, пуста. Совершенно безмозглая!»

После этого она только и делала, что бормотала себе под нос и смотрела в пустоту.

«Но разве она не хитрая? Она так ревниво относится к тому, что принадлежит ей. Если кто-нибудь хотя бы мельком взглянет на это, она приходит в ярость, как бешеная собака…»

Жители деревни цокали языками и цокали языком, слушая бессвязные рассуждения бабушки.

«Тц-тц-тц, вот почему нужно умирать поскорее, когда старость не сытая, чтобы не обременять детей».

Я крепко сжал сумку в руке.

'Бабушка.'

Я тихонько окликнул его, приближаясь, и соседи обернулись с испуганными лицами.

«О боже, посмотрите на меня. Я совсем забыл, что оставила плиту включенной».

«Мне нужно идти смотреть сериал».

Они разбежались, придумывая отговорки. Бабушка подняла пустые глаза.

'…Кто ты?'

Ее взгляд был поистине взглядом незнакомца. В юности этот взгляд бесчисленное количество раз разрывал мне сердце на части.

Соседи указывали на меня пальцем, говоря, что она приносит несчастье, но для меня она была единственной родственницей, что бы кто ни говорил.

Мысль о том, что даже моя единственная семья больше меня не узнает, словно мое сердце разрезают ножницами. Острое и зазубренное — ничто не описывало мое сердце лучше.

«Бабушка, ты, должно быть, голодна. Пойдем домой».

Мы болели несколько дней, поэтому в доме почти не осталось гарниров.

На столе у нас, наверное, был только какой-то рагу доенджанг с тофу и кислым кимчи. И всё же тепло горячей еды всегда приносило утешение. Мне хотелось вернуться в наш уютный дом к бабушке.

«Так, домой. Нужно ехать домой, чтобы покормить внука».

Я крепко сжал её хрупкую руку и медленно поднялся по склону.

«Моего внука зовут Мёнха. Он такой красивый, добрый и умный. Когда он был маленьким, он приносил домой награды за хорошие оценки».

Я ответила со слабой улыбкой: «Да».

«Но ему ужасно не везёт. Бедняга».

…Твое лицо бледное, как яйцо-призрак, с красными тенями под глазами, как гумихо, проклятая несчастьем. Рождена, чтобы разрушить твою жизнь.

Бабушка часто говорила такие вещи. Как будто все мои несчастья были вызваны этим лицом.

«О, бедный мой малыш».

Я слабо улыбнулся. Прищуривание и едва заметная улыбка были моей давней привычкой.

Даже когда бабушка заставляла меня пить змеиный бульон, от которого меня четыре дня рвало и болел живот, или когда она прятала змеиную кожу под подушкой, я никогда не пререкался.

Я молча убирал со стола, который она опрокинула, или менял ей подгузники. Даже когда она кричала посреди ночи, дрожа, я никогда не жаловался.

Потому что она потеряла не любовь ко мне, а рассудок.

«…Приближается чудовище!»

Из её комнаты раздался пронзительный крик. Этот пронзительный звук пронзил мои виски, словно иголку.

По всему моему телу пробежала дрожь.

«…Ха!»

Я дрожал от сильного шока.

Я осторожно открыл глаза и оглянулся. Там лежала черная масса, словно могила. К счастью, она еще спала.

«……»

Мне нужно уйти, мне нужно сбежать.

Я полз на четвереньках, как лягушка, изо всех сил стараясь вырваться. Это было невероятно тяжело. Когда я наконец выскользнул, мое тело было покрыто холодным потом.

На цыпочках я подошел к двери. Я осторожно толкнул ее, но она не сдвинулась с места. Она стояла неподвижно, как стена.

'Фу.'

Я толкнул плечом, но это было бесполезно. Я был уверен, что чудовище открыло его с громким лязгом…

«У меня нет на это времени».

Несколько раз разворачивалась негласная битва. Но результат всегда был один и тот же.

Тем временем наступал рассвет. Если я буду медлить ещё немного, чудовище может проснуться.

Не имея другого выбора, я снова подошел к окну. Посмотрев вниз, я увидел листву, скрытую в темноте.

«……»

Это было примерно на высоте второго или третьего этажа? Прошлой ночью страх, должно быть, заставил меня подумать, что оно выше.

Неужели я действительно смогу прыгнуть отсюда…? Колеблясь, я сжал пальцы в кулак. Времени искать другой выход не было. Дело было не в том, смогу ли я это сделать — это было то, что я должен был сделать.

Я свесил одну ногу с подоконника.

Я надеялся и молился, чтобы благополучно приземлиться на деревья внизу, словно развешенное для сушки белье.

Лишь когда в пещере снова стемнело, чудовищный пес открыл глаза. Он наелся досыта и задремал, но голод снова пробудился.

Оно подхватило кость, валявшуюся на полу. Коренными зубами оно разорвало оставшуюся скудную плоть.

Жуя, оно взглянуло на кровать, но обнаружило, что она пуста. Горячий ветер дул сквозь широко открытое окно.

«Невеста сбежала?»

Сосредоточившись, оно уловило запах, манивший следовать за ним.

Булкан небрежно надел свои доспехи. Он предпочитал своё первобытное состояние, но не мог разгуливать с болтающимися в воздухе гениталиями. Это было уделом зверей.

Оно взмахнуло в воздухе костью, лишенной плоти.

«Хмф».

Оно любило рвать пастью или голыми руками, но верховный владыка должен владеть оружием.

«Это тело…»

Оно выворачивало шею из стороны в сторону. Хруст, хруст! Жуткий звук хруста костей вызывал трепет.

«Обожает погоню!»

Оно никогда не отпускало добычу, как только нацеливалось на неё. Всё на этой земле принадлежало ему — оно ни за что не отпустит это.

Поймать его снова и сломать ему лодыжки может быть весело.

Ухмыльнувшись, оно выпрыгнуло из окна, сильно пнув ногой.

Я бежал сквозь тёмный лес. Ха-ха, дыхание у меня перехватывало.

«Хм, пыхтить…»

Как долго я бежал? Было ощущение, будто кровь приливает к горлу. Конечности онемели, почти парализовались.

«…Ха, всхлип.»

Вдобавок ко всему, я, должно быть, вывихнул лодыжку — она ужасно болела. Когда я прыгал, мне, к счастью, удалось ухватиться за дерево, но проблема была в приземлении. Я подвернул лодыжку при ударе о землю.

Если бы только я мог перевести дух, хотя бы на мгновение.

«Гррррооо!»

Сзади по сухому воздуху раздался вой. Серая шерсть, желтые глаза, огромные передние лапы… Волк.

Я наткнулся на это, блуждая по лесу. С тех пор я бежал вслепую, в отчаянии. Дыхание доходило до самых кончиков пальцев, ноги совершенно онемели. При таком раскладе не удивительно, если меня поймают в любой момент.

Мне нужно было найти выход…

Я резко обернулся. Что-то привлекло мое затуманивающееся зрение. В грязной земле виднелась узкая, мрачная яма.

«……!»

Не было времени колебаться. Я бросился в яму. Прижав живот, я прижал ладони к рту, пытаясь заглушить бешено дышащее дыхание.

«Я действительно умру».

Неподалеку что-то витало в воздухе. — Гррр, — раздраженно прорычал волк.

«Крр, гррр…»

Казалось, оно меня искало. Холодный пот пробежал по моей спине.

Тук-тук, мое сердце заколотилось, как блинчик хотток. Оно горело так, будто вот-вот выскочит из горла.

«Уходите, пожалуйста, просто уходите».

Я отчаянно молилась, когда вдруг почувствовала щекочущее ощущение на коже.

Взглянув вниз, я увидел, как по моей руке ползет паук. Он был отвратителен, у меня мурашки по коже побежали. Его лапки жутко шевелились. Ощущение на коже было ужасно леденящим.

Фу, я прикусил нижнюю губу и заерзал. Но это вызвало шорох.

«Крааа!»

Радостный вой оглушил меня. Вид его широко раскрытой пасти, несущейся на меня, не давал мне покоя ни одна мысль.

«Я сейчас точно умру».

Оказавшись в ловушке, словно добыча, я почувствовал, как волна сожаления нахлынула. Если мне суждено было умереть так напрасно, мне следовало остаться в той пещере.

Нет, подождите… Мне нужно было вспомнить, зачем я сбежал из пещеры. Мысль о чудовище вызвала у меня озноб.

Что это было? Ни человек, ни собака…

Даже если бы я сейчас был на грани смерти, вернувшись в ту ситуацию, я бы снова сделал тот же выбор.

Пока я ненадолго погружался в болото своих мыслей, произошло нечто неожиданное.

«Рооар!»

Громкий крик пронзил мои виски.

Волк, словно пораженный молнией, резко повернул голову. Затем появился огромный мужчина.

Кость взмахнула в воздухе. Волк широко раскрыл пасть и укусил кость. Его челюсти задрожали, прежде чем он разгрыз ее на куски.

«Черт возьми!»

Раздраженное пещерное чудовище бросило кость. Затем оно схватило волка за шею лапой.

«Это моя охота, так что знай своё место!»

Мышцы его руки ужасающе выпирали. Словно накачанная до предела шина, рука сильно распухла. Синие вены, вздувающиеся, как старые стволы деревьев, были приятным дополнением.

Я беспомощно наблюдал. Видел ли я когда-нибудь в жизни что-нибудь настолько сюрреалистичное?

Волк, почти размером с медведя, был задушен чем-то в человеческом обличье.

«Я же говорил тебе не беспокоить меня».

С этими словами чудовище вырвало волка из своей лап. Безжизненный волк, с высунутым языком, с глухим стуком упал на землю.

Шаг, шаг. Чудовище приближалось. Мое тело дрожало, как осина.

«Н-не подходи ближе…»

Ослабевшая нижняя часть моего тела нагрелась. Когда мои штаны стали ярко-жёлтыми, в глазах чудовища вспыхнул огонь.

«Монстр…»

Оно схватило меня за воротник одной рукой, подняв, как охотник за кроликом.

«Ты не смог дождаться и ушёл развлекаться с другим парнем? У моей девушки, должно быть, очень расслабленная нижняя часть тела».

Его высоко поднятый нос прижался к моему паху, обнюхивая его.

Унижение обожгло мне лицо. Оно, должно быть, покраснело, если не посинело.

«Ты писаешь, даже не снимая штанов, да?»

Даже оскорбляя меня, это чудовище заметно выпирало своим членом .Это тоже было совершенно странно. Меня не покидало чувство отвращения.

«Отпусти, отпусти, ты чудовищная сука!»

Сумасшедший ублюдок, ты не в себе, что всё это значит?.. — пробормотал я, как сумасшедший. Я слабо взмахнул кулаками в воздухе, но они отскочили от его похожего на стену тела, не причинив ему никакого вреда.

«Может, мне бросить тебя этим ублюдкам на растерзание?»

Чудовище потрясло меня. Сквозь затуманенное зрение я увидел желтые глаза, появляющиеся из леса.

Глава 2

Голодные, хищные глаза сверкали, отчаянно желая разорвать меня на части. Если бы не чудовище рядом со мной, они бы давно бросились на меня. Мое зрение потемнело, словно я умирал.

«Они, должно быть, умирают от голода. Здесь нечего есть».

Ещё несколько мгновений назад я поклялся, что никогда не вернусь в это место, но если бы меня сейчас бросили на растерзание этим волкам, меня бы наверняка разорвали на куски. Представляя себя в виде костей, разбросанных по лесной подстилке, я почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

Я отчаянно замотал головой.

«Н-нет, пожалуйста, нет.»

«О, ты этого не хочешь?»

Зрачки чудовища сузились в щели, безошибочно узнаваемые как зрачки хищника. Такие глаза, которые после обильного поедания добычи неторопливо отрыгивают.

«Они так сильно стараются тебя съесть».

«Н-нет, пожалуйста…»

Я сжал руки, снова умоляя о прощении. Слезы снова хлынули наружу. Горячая жидкость стекала вниз, скапливаясь во рту.

«Прости».

Чудовище фыркнуло, а затем снова зарычало.

«Убирайтесь отсюда, пока я не разорвал вам рты! Это моё!»

Его рев эхом разнесся по лесу. Волки вздрогнули от его внушительного присутствия, их лица были такими, словно они увидели гоблина. Переглянувшись, они бросились прочь, поджав хвосты.

Как будто ему уже достаточно, чудовище прижало меня к себе под мышку. От него исходил ужасный запах зверя.

«Из-за тебя мой клуб развалился».

Моя ноющая лодыжка беспомощно болталась в воздухе. Я прикусил нижнюю губу, корчась от боли.

Чудовище раздраженно заворчало, не забыв при этом поиздеваться над моей лодыжкой.

«Такой кости не хватило бы, чтобы раздавить даже череп кролика».

Услышав шорох, ворона вздрогнула и громко закаркала.

«Черт, выглядит аппетитно», — пробормотал он.

Теперь он утверждает, что даже ворона выглядит аппетитно?

Я с тревогой посмотрел на чудовище. Наши взгляды мгновенно встретились. Его зрачки наполнились безумием. Нет, нет… Неужели он говорил обо мне?

«……»

«……»

Меня охватило отчаяние, близкое к апокалипсису. Казалось, мои ребра рушатся, как домино, сверху вниз. Острые концы костей, словно пронзая внутренние органы, причиняли мучительную боль.

У меня ослабла сила в шее, и я потерял сознание.

У меня дрожала челюсть. Адская боль разорвала мою лодыжку пополам. Было ощущение, будто кто-то отрубил ее топором, как будто колол дрова.

Пока я молча вёл эту войну в одиночку,

«…Невеста!»

Раздался пронзительный голос, пронзивший мой затуманенный разум.

«Я оставлю еду здесь».

Моя пустая, похожая на череп голова внезапно пришла в себя. Я резко выпрямился.

«Здравствуйте, это наша первая встреча».

Перед кроватью стояла женщина, которую я никогда раньше не видел. На её лице была добрая улыбка, но… из лба торчали рога. Я съёжился от страха.

«Меня зовут Лемон, и с сегодняшнего дня я буду обслуживать невесту».

Мое тело напряглось, и лодыжка резко заныла.

"Фу."

Я взглянул вниз. Она уже распухла и покраснела, как бревно.

«Я немного охладила его, чтобы снизить температуру, но тебе пока не следует двигаться».

Даже на первый взгляд, всё выглядело плохо. Мне хотелось найти какое-нибудь противовоспалительное средство, но здесь его найти было невозможно.

«Это я принесла детскую кроватку в пещеру и приготовила еду».

"Ой…"

Я не знал, как ответить, и лишь глупо воскликнул.

«Когда у невесты появятся дети, я позабочусь о них. Ах, малыши! Какими очаровательными они будут? Если они будут есть молоко своими милыми щечками…»

Она болтала без умолку, словно каскад водопада.

Я закатил глаза. Меня окружали черные каменные стены. В конце концов, я, как волчок, развернулся и вернулся в исходную точку. Горькая слюна застряла у меня во рту.

«О, я был бы так счастлив, что захотел бы разбить себе голову и умереть».

Я выдавил из себя неловкую улыбку, услышав её всё более резкие слова.

«Да… спасибо».

Холодный пот пробежал по моей спине. Она была чем-то нечеловеческим. Хотя она была добра ко мне, естественно, я не мог расслабиться.

«Ты даже не представляешь, как долго я ждала, невеста».

Она была совершенно очарована. Я осторожно затронул эту тему.

«Мм, мне нужно в туалет».

Трещина разорвала маскообразное выражение на ее лице.

«Прости?»

Ее испуганное лицо быстро обрело жизнерадостность.

«Ну… Булкан-ним хотел, чтобы Бриджит-ним остался на месте».

…Булкан? Может быть, так зовут чудовище?

Передо мной мелькнуло лицо, которое я на мгновение забыл. Чудовище, задушившее волка рукой и пускающее слюни, называя меня «вкусняшкой».

По телу пробежал холодок. Непроизвольно задрожала шея.

«Булкан».

Я проговорил незнакомое слово. Имя, произнесенное с резким порывом, идеально ему подходило, словно кусочки одной головоломки.

«Да, Булкан-ним».

Она энергично кивнула, подтверждая это.

«Булкан-ним не будет сильно возражать, если ты справишь нужду здесь».

Я сильно прикусил внутреннюю сторону щеки. Мягкая кожа поддалась с характерным хлюпаньем.

Это чудовище, с внешностью, подходящей для охоты или грабежа в горах… имело при себе слугу. Должно быть, он занимал какое-то высокое положение.

«Он так же понимающий, как бескрайний океан, мудрый, умный и сердечный».

Она закончила механически, ее восемь видимых зубов сверкали белизной.

«В любом случае, не волнуйся, ты можешь сделать это прямо здесь!»

Ее жизнерадостное заявление, как будто это никого не волновало, показалось мне на удивление беззаботным. Я на мгновение потерял дар речи.

"Хорошо…"

Она моргнула и спросила: «Да?»

«Ну, ну».

Я колебался. Мои слова бесполезно кружились в воздухе. С самого детства мне всегда было трудно просить о чем-либо. Я не хотел ее беспокоить, но другого выбора у меня не было.

Я ничего не знал об этой пещере. Чтобы спланировать побег, мне нужно было посмотреть, что здесь находится.

«Я не мылся несколько дней, поэтому от меня пахнет… Ему это может не понравиться».

Она точно поняла, кого я имела в виду.

«Хм, от тебя плохо пахнет. Это, безусловно, проблематично».

Она погрузилась в размышления. Я воспользовался случаем, чтобы продолжить.

«На самом деле, несколько дней назад у меня случился конфуз с штанами».

«О, ты пописал?»

От этого резкого слова у меня лицо вспыхнуло. Ни один нормальный человек не смог бы избежать стыда при таком заявлении.

"Да."

Я ответил тихо, с пылающим лицом. Мне хотелось залезть в муравейник и спрятаться.

«Тогда я принесу цветы, чтобы приготовить ванну».

Она схватила его за щеки и взвизгнул.

«Насколько счастлив будет Булкан-ним, если от Невесты будет сладко пахнуть?»

Она подошла и подняла меня одной рукой.

«П-Подождите, я могу ходить».

Я повис в воздухе, быстро моргая.

«На травмированную ногу стоять нельзя. Я быстро тебя отвезу».

Она без труда открыла дверь, даже держа меня на руках.

Когда я пытался сопротивляться, она не сдвигалась с места… Отчаяние было подобно черной завесе, опускающейся на мои глаза.

Пещера извивалась, словно муравейник.

«Внутри очень сложно устроиться, так что можно заблудиться. Никогда не броди в одиночку, хорошо?»

Двери встречались тут и там, но… каменные двери были настолько похожи, что я не мог отличить их друг от друга.

«Ванна здесь».

После долгой прогулки она остановилась. Зеленая вода рябила на ветру. Круглая ванна напоминала озеро, раскинувшееся в недрах пещеры.

Она посадила меня рядом с ним.

«Подожди минутку».

Она принесла вазу и по очереди пустила по воде лепестки роз.

«Спасибо за подготовку… Эм, дальше я справлюсь сам».

Ее сверкающие глаза слегка дрогнули.

«Ты хотите, чтобы я ушла?»

«Да, я не могу здесь мыться в компании кого-либо…»

Она вздохнула: «Ха-ха». Я понял ее мысль: это непросто.

«Хорошо, я встану прямо у входа. Даже глазом не моргну».

Она пристально смотрела на меня, словно желая доказать, что сдержит своё слово.

«Позови меня, если что-нибудь случится!»

Ярко улыбнувшись, она повернулась и ушла.

Оставшись один, я безучастно смотрел на воду в ванне. Пузырьки поднимались с хлопком. Один только пар говорил мне о том, насколько она теплая… Я чувствовал ее тепло.

Мне ужасно хотелось окунуться в эту воду.

«……»

У меня заурчал живот. Я несколько дней ничего толком не ел и совсем обессилел. Рядом стояла корзина с фруктами, которую она оставила, но я не была уверен, смогу ли я их съесть.

Слова бабушки, словно змея, извивались в моей голове, не давая покоя.

«Не ешь случайную еду. Это может быть еда, предложенная для умиротворения духов».

Помимо чувства дискомфорта, не было никакой гарантии, что эта еда мне подойдет. Вероятно, у меня не было иммунитета к паразитам или аллергенам.

«……»

Не обращая внимания на голод, я полз. Дверей и окон не было видно. По пути сюда я также не заметил никаких выходов…

Погруженный в размышления,

«О, Булкан-ним!»

Ее голос эхом разнесся снаружи. Я застыл как статуя.

«Невеста будет купаться в лепестках роз. Ее кожа станет мягкой, как у оленьей кроны!»

У меня сердце сжалось. Чудовище вернулось.

«Ты, должно быть, голодный. Раз уж Булкан-ним здесь, я пойду помогу приготовить ужин».

Тук-тук, шаги приближались. Просто шаги, но они разбили мне сердце, как дубинка.

В панике я схватил вазу. Голыми руками я ему не помог бы, поэтому приготовил собственное оружие. Я быстро откатился за камень.

Фух-фух. Я выровнял дыхание, когда неподалеку раздался голос.

«Где мой человек?»

Он бесцеремонно бродил по ванной. Тень собаки нависла совсем рядом. Я ахнул, затаив дыхание.

«Он уже утонул?»

Затем последовали плеск, плеск и звуки воды. Судя по длинной тени, он размешивал воду ногой.

Раздражённый, он пнул воду из ванны, и из неё хлынули целые столбы воды.

"Хм?"

Он внезапно остановился и замер. Вокруг воцарилась тишина.

«Он снова сбежал?»

Рука, сжимавшая вазу, была вся в поту. Я крепче сжал её, боясь, что она выскользнет. Я задохнулся.

Если он пойдет искать меня в колыбель, я тогда тайком сбегу.

Я спланировал побег. Ночь была слишком опасна из-за диких зверей. Мне нужно было выиграть время до рассвета. Раз это пещера, значит, там должны быть укрытия, верно?

«……»

Меня пробрала дрожь. Тишина была слишком глубокой. Я давно никого не чувствовал. Его тень исчезла.

Куда он делся? Нахлынула паника. Прошло всего несколько секунд. Я не слышал ни звука. Куда, чёрт возьми, он делся?!

Я резко повернул голову, оглядел ванную и посмотрел на потолок. Она была пуста, поэтому я опустил голову.

'…Хм?'

Моя тень на земле увеличилась в несколько раз. И, тяжелое дыхание над головой, словно дуновение дуновений, подсказывало мне, что что-то находится прямо надо мной.

Тук-тук… Не двигая головой, я поднял только глаза. Сцена разворачивалась в замедленном темпе.

«Глухой удар».

Сначала я увидел дрожащие губы.

«Тук-тук, тук-туууд.»

Искривленные, лживые, насмешливые губы издали треск.

«Я слышу твое сердце».

Чудовище — нет, Булкан — свирепо сморщил нос и глубоко вдохнул. Его грудь сильно раздулась.

«Твой запах тоже вибрирует».

Я чувствовал себя так, словно меня втянуло в него, как пылесос. Сильное, головокружительное ощущение…

«Или».

Я увидел красный язык, протяжно произносящий «или». Слово, тяжеловесное в своем конечном звучании, было липким, как мышеловка.

Если задуматься, он и раньше так меня называл.

О… «дверь». Слово, означающее запах.

— Ты не съел ни одной добычи.

Он сжал кулак и ткнул меня в живот. Внутри что-то глухо хрустнуло.

«……!»

Я вздрогнул и свернулся калачиком. К счастью, в этом не было ничего особенного. Он просто оценивал размер моего живота.

«Чтобы выносить сразу нескольких щенков, нужно сильно растянуть живот. Этот даже в кулак не поместится».

Дело не в размере моего живота. Дело в том, что я мужчина. Он должен это знать.

«Открой рот».

Он резко вытянул вперед что-то. Сырой, кроваво-красный кусок мяса.

«Почему именно это…»

Меня обдало металлическим запахом сырого мяса. Я поднял глаза, охваченный ужасом.

«Открой свой чёртов рот».

Он болезненно надавил мне на челюсть. Ха-ха, что-то запихнули мне в открытый рот. Распространился отвратительный запах. По консистенции это было скользко.

"…Фу."

Меня внезапно охватила тошнота. Я наклонился вперед и меня вырвало. После нескольких дней голодания из желудка хлынул белый желудочный сок.

"Что ты делаешь?"

Его лицо было бесстрастным. В его безжизненных глазах не было ни следа эмоций.

«Черт возьми, это мерзость!»

Я дрожал. В моей памяти всплыло холодное лицо волка, душившего меня. Опасаясь его ярости, я отчаянно что-то пробормотал.

«…Я не могу есть сырую пищу».

Мой голос жалобно заикался. В ответ раздалось недоверчивое бормотание.

«Сырое мясо — лучшее в мире. Почему бы и нет?»

Глухой удар, он подошел ближе. Я инстинктивно отступил назад. Потом уронил вазу. Стекло разбилось с грохотом.

«……!»

Виной всему была моя вспотевшая рука. Из-за недостатка трения она соскользнула.

Кровь капала с его руки. Должно быть, его порезал осколок стекла. О нет, мне конец. Теперь он меня задушит. Перед глазами всё потемнело, словно я сгорел заживо.

«Черт, как же это раздражает».

Он засунул руку в рот и начал сосать её. Как собака, лижущая лапу.

Затем произошло нечто невероятное. Кровь хлынула наружу, и рана исчезла, как будто её никогда и не было. Удивительная регенерация.

«Что за…»

Это было как удар молнии. Огромная разница в силе уже была проблемой, но такая регенерация? Даже если бы мне повезло и я ранил его, он бы исцелился и погнался за мной.

Одна беда за другой. Как только я преодолевал одно препятствие, меня ждало еще большее.

Я не мог найти выход. Возможно, я оказался в ловушке лабиринта без выхода.

В груди у меня образовалась огромная пропасть. Казалось, я бесконечно падаю в непостижимую бездну.

Лишь когда ситуация обострилась до такой степени, что в моем сознании возник более фундаментальный вопрос.

«…Где именно находится это место?»

В какое место я попал? — спросил я дрожащим голосом. Чудовище фыркнуло, тяжело вздохнув.

«Где, спросишь ты?»

Он надмевался, словно любезно удостоившись просветить меня.

«Земля, которую я объявил своей после того, как изгнал всех глупцов, которые суетились вокруг».

Затем прозвучало самое сюрреалистическое слово, которое я когда-либо слышал в своей жизни.

«Самое дно ада».

Слово «чёрт» упало мне на лоб. Я пробормотал его, ошеломлённый.

«Черт возьми!»

Мир, который я никогда не смог бы узнать при жизни. Иногда, когда бабушка говорила о духах или душах, я неловко смеялся и отмахивался. Я был слишком занят решением насущных жизненных проблем — бедностью, тяготами реальности.

Но, черт возьми? Это был мир настолько чуждый и незнакомый мне. И все же, вот я, в этом самом чужом месте.

Это было до безумия непостижимо, но с другой стороны… начало обретать хоть какой-то смысл. Да, это ад. Вот почему со мной происходили такие абсурдные вещи.

"Так…"

Когда я попытался продолжить, у меня задрожал язык. Я выплюнул вопрос, словно меня вырвало.

«Значит ли это, что я… мертв?»

Может быть, это и есть загробная жизнь? Неужели это то таинственное царство, которое люди, цепляясь за жизненные сожаления и боясь смерти, так отчаянно стремились увидеть?

Повисла тяжелая тишина. Я с трудом сглотнул, охваченный леденящим напряжением.

«Ха-ха-ха!»

Внезапно мне в лицо брызнула горячая слюна. Я говорил совершенно серьёзно, но Булкан схватился за живот и расхохотался. Он пнул камни и покатался по полу.

«Это чертовски смешно!»

Я стоял там, ошеломленный, словно облитый холодной водой, и смотрел в никуда.

Его безудержный смех резко оборвался.

«Послушай, мертвые существа не могут рожать детенышей, не так ли?»

Чудовище наклонилось вперед со зловещим голосом. Его глаза, возможно, налитые слезами от смеха, были покрасневшими.

«Сбылось пророчество».

"…Что?"

Я завороженно спросил.

«Место, где земля раскалывается надвое. Там было сказано, что там родится мой сын».

Он выплевывал слова быстро и резко, словно забивая колышки.

«Я искал тебя ещё до того, как ты появился на свет».

Чудовище отвернулось от меня. Оно начало расхаживать по пещере. Шаги его были широкими, невероятно быстрыми. Он выглядел как бык, несущийся на красном полотне, или как жеребец, обезумевший от экстаза.

«Знаешь, я нашел того человека, с которым ты был».

Меня поразило неожиданное заявление.

«Сегодня она попала в ад, которым я правлю».

Тук-тук, сердце у меня упало в пятки. Мои губы сами собой зашевелились.

«Моя бабушка?»

Его лицо снова приблизилось.

«Это место для людей, совершивших самые ужасные преступления».

Я резко ахнул.

«Она осмелилась молить змеи о помощи, чтобы спрятать тебя. Знаешь, сколько раз я из-за этого оставался ни с чем?»

Он пробормотал себе под нос.

«Её грех был тяжким. Она не только использовала силу, которая предала богов, но и оскорбила меня».

Он стиснул зубы, скрежеща.

«Никакой реинкарнации для неё. Она будет гореть в адском пламени вечно».

Перед моими глазами мелькали образы ада с храмовых росписей. Это было совершенно ужасно.

Варить людей заживо в кипятке, вбивать им в голову железные гвозди, чтобы обездвижить их.

«Нет никаких доказательств того, что моя бабушка это сделала…»

Я остановился на полуслове, меня осенило. Если подумать, бабушка иногда вела себя так, будто её кто-то преследует.

Когда прохожие смотрели мне в лицо, она указывала на них пальцем и яростно проклинала.

«…Сумасшедшая сука, мерзкая девка, сиськи, которые нужно разорвать, сперму, которую нужно сжечь».

Мои мысли устремились к беременной змее, которую она заставила меня съесть, и к ее словам, произнесенным во сне.

«…Приближается чудовище!»

По шее пробежали мурашки. По спине пробежал холодок. Я смотрел в пустоту, словно сойдя с ума.

«Она получила по заслугам. Радуйтесь, что я не перерезал ей горло».

Я прикусил нижнюю губу. Подумать только, это было сделано для моей защиты. В груди меня невыносимо сжало. Затем меня внезапно осенила мысль, и я быстро задал вопрос.

«А что, если это не я? Что, если я не тот, кого имел в виду оракул?»

Я отчаянно цеплялась за последнюю каплю. В ответ — холодная, как лед, усмешка.

«Если бы ты был обычным человеком, ты бы умер в тот же миг, как я тебя сюда притащил».

Его ледяные слова пронзили мое сердце. Боль была невыносимой, ее невозможно было вынести, не потеряв рассудок.

Я узнала о смерти бабушки. И о том, что она будет вечно скитаться в огненном аду… У меня затуманилось зрение, закружилась голова.

«Но спасти этого человека невозможно».

Резкий голос прорезал мои затуманенные, тяжелые уши.

Я медленно поднял голову. Передо мной сунули гранат. Его косточки были красноватыми, как кровь, хлынувшая из его руки.

«Стань моей невестой. Выноси моих щенков в своем черном брюхе».

Его впалые глаза сверкали хищным блеском, словно у зверя, пускающего слюни в темноте.

«Тогда я отправлю эту старую каргу в ад Плутона».

"Плутона?"

Я что-то пробормотал, завороженный.

«Да, вы, люди, называете его Аидом».

…Место с сочными фруктами и животными, бродящими по лесам.

«Когда придёт время, она сможет переродиться».

Пока он говорил, от рубинового фрукта доносился сладкий аромат. Под языком скапливалась теплая слюна.

«Стань моим».

Кап-ка, где-то упала капелька воды. Даже этот тихий звук заставил меня напрячь нервы.

Моя рука безвольно опустилась. Окружающая обстановка болезненно резала мне глаза.

…Разбитая ваза, разбросанные осколки стекла и пятна красной крови.

Раздался насмешливый смех.

«Думал, ты этим мне шею откусишь?»

Моя шея… Холод пронзил мне затылок. Я отчаянно размахивал руками.

«Н-нет, это не так…»

Конечно, я об этом не задумывался. Мне просто нужно было оружие для самозащиты в случае опасности.

«Конечно, нет, просто никто не знает, что может произойти. Я здесь впервые».

Я что-то жалобно бормотал. Но воздух становился все холоднее. Я крепко прикусил нижнюю губу.

«Дурак, ха-ха-ха!»

Его громогласный смех эхом разнесся по пещере. Холодный пот пробежал по моей спине. Он что, шутит?

«Ха-ха! Ты даже ухо этим не почистишь!»

Каждое слово сотрясало мое тело и разум. Я чувствовал себя измученным перед возвышающейся горой. Бессилие раздавило меня, словно кусок железа.

«Но ведь такие люди, как ты, умирают от голода, не так ли?»

Я прикусил внутреннюю сторону щеки. Я чувствовал себя ничтожным, как жук. Жалкий комар, которого можно раздавить одним взмахом.

«Так наешься этим до отвала. Ты же говорил, что не можешь есть сырое мясо».

Он снова сунул мне в рот гранат. Я свернулся калачиком, как мокрица.

Ситуация была невыносимо несправедливой. Ночью словно гром среди ясного неба ударила. И теперь он потребовал выбора. Принуждение было чрезмерным.

Я словно превратилась в подёнку… Меня захлестнула волна обиды. В горле словно заложило.

«Я ничего не знаю о богах, аде… и вообще ни о чём подобном».

Я в сердцах выпалил это, голос мой дрожал от страха.

«Я до сих пор не понимаю, что происходит. Это так непривычно, что, даже услышав это, у меня начинают болеть локти и мурашки по коже бегут».

«Но если, если всё это действительно дело рук моей бабушки».

Чудовище неторопливо наклонило голову. В его запавших глазах глубоко затянулась тьма.

«…Неужели это действительно такое уж большое преступление?»

Мы с бабушкой всегда жили от зарплаты до зарплаты. В доме шамана всегда было многолюдно, но она никогда не любила роскоши. Деньги всегда опускались в чужие карманы.

«Она никому не причинила вреда и ничего не украла».

Хрупкая жизнь. Летом мы жадно пили холодную воду, чтобы спастись от жары. Мы постоянно ходили в туалет, мочились бесконечно, но невыносимая жара не прекращалась.

Зимой мы натягивали рваные одеяла, чтобы защититься от ветра. Когда проголодались, царапали пол на кухне ногтями. Всё, что нам доставалось, — это кислая кимчи и несколько пакетиков лапши быстрого приготовления. Нищета была нашим единственным приемом пищи.

«Бабушка просто пыталась меня защитить…»

Она всего лишь защищала своего маленького внука.

Но теперь даже это было преступлением после смерти. Какая жизнь должна расплачиваться за грехи даже после смерти?

«Тогда это чертовски крупное преступление».

Чудовище произнесло это, словно вынося приговор.

«Ты родился, чтобы родить моих щенков, не так ли?»

Его леденящий душу голос заставил меня затаить дыхание. Это было слишком жестоко.

«Если я тебя не отпущу, ты никогда от меня не сбежишь».

"…Никогда."

«Никогда» — от обширного значения этого короткого слова у меня поникли плечи. Головокружение затуманило зрение.

«Так что поклянись, что хочешь моих щенков!»

Разозлившись, он сжал гранат. Из него потекла жидкость, похожая на кровь.

…Красный, как кровь. Завораживающий цвет. Чем ярче гриб, тем он ядовитее. Мог ли я доверять плодам, которые предлагал этот монстр?

«Проклятие!»

Его оглушительный крик сотряс стены пещеры. В моем оцепенелом сознании эхом отозвалось одно слово.

Ругайся, ругайся, ругайся…

Это было похоже на попадание в странную ловушку.

И неудивительно — он похитил меня здесь. Некому позвать на помощь. Мое оружие разбито. Но почему он так зациклился на этом слове «ругательство», как будто у меня не было выбора?

"Почему."

Я тяжело сглотнул. Конечно, я боялся его спровоцировать.

Но у меня было предчувствие, что это беспокойство не беспочвенно. Как камешек в ботинке, должно быть какое-то объяснение этому постоянному дискомфорту.

«Почему ты постоянно заставляешь меня ругаться?»

В этот момент земля начала трястись.

Грохот, оглушительный грохот. Затем раздался пронзительный женский крик. В этом хаосе, словно во время стихийного бедствия,

Чудовище исказило губы в ухмылке. Его жестокие клыки зловеще блестели.

«Потому что Гера1 узнала, что я тебя украл».

"Что это значит…"

Плеск, плеск. Вода в ванне перелилась через край, корзина с фруктами покатилась по полу. Зеленая вода подкралась, скапливаясь между пальцами ног и обволакивая лодыжки.

«Она устраивает истерику, требует, чтобы я тебя выплюнул из своей пасти».

Его черные зрачки пылали от отвращения.

«Богиня Гера считает брак священным. Она говорит, что брак без любви — это гниющий труп».

Меня схватили за воротник и резко потянули вперед. Мое тело притянуло, словно магнитом.

«Но, чёрт возьми, я же собака! Мне на это наплевать!»

Он был жестоким и властным. Несмотря на свою подавляющую силу, он пока не причинил мне прямого вреда.

Почему, подумал я. Потому что что-то им управляло.

«Я оттащу тебя в Тартар. Даже богиня не найдёт тебя там легко».

Пещера с рычанием затряслась, словно вот-вот обрушится. Обломки камней посыпались, подняв песчаную бурю.

«Тогда мы будем спариваться бесконечно».

Его массивная грудная клетка тяжело вздымалась от глубоких вздохов.

«И твоя родословная будет вечно скитаться по адским глубинам».

Ха-ха. Я дышал быстро.

Даже если что-то им управляло, он оставался ужасающим.

Поэтому лучшим решением сейчас было выполнить его требования.

«Моя… моя бабушка».

Сквозь затуманенное зрение я увидел его черные глаза. Глаза настолько темные, что свет не мог их пробить.

«Как я могу быть уверен, что ты отправишь её в лучший мир?»

Его глаза блестели от волнения.

«Клянусь рекой Стикс».

Еще один незнакомый термин.

"Что это такое?"

Его гордый, высокий лоб угрожающе нахмурился.

«Моя невеста — глупая курица?»

Посыпались грубые оскорбления. Я даже не мог это отрицать и прикусил нижнюю губу.

«Река, из которой однажды не вернешься. Поклянись на Стикс, и даже самый могущественный бог будет обязан подчиниться».

Я колебался. В голове у меня всё путалось.

Разве боги не всемогущи? То, что они должны были кому-то подчиняться, было мне совершенно чуждо. Мог ли я действительно ему доверять?

«Человек, я собака, у которой нет терпения».

Он усмехнулся.

«Я кусаю, когда хочу, ем, когда хочу. Таков мой образ жизни. Я не проявляю милосердия».

Его леденящие душу слова вызвали у меня мурашки по коже. У меня заболел копчик.

Тем временем бабушка страдала…

Как бы я ни ломал голову, мой обычный ум не мог найти выход. Я просто тратил время впустую, понял я.

«Я сделаю это».

Я тихо прошептал. Он резко прищурился. Я снова напряг голос.

«Я поклянусь».

Я крепко зажмурил глаза и выплюнул слова, словно меня вырвало. Шум вокруг нас начал стихать, как будто его и не было.

Я медленно открыл глаза. Гром и молнии стихли, землетрясение, сотрясавшее пещеру, прекратилось, и вода в ванне успокоилась.

Постановка была невероятно драматичной. Я даже подумал, что это розыгрыш со скрытой камерой.

«Попробуй сбежать ещё раз, и я сломаю тебе вторую лодыжку».

Он дико зарычал и запихнул гранат мне в рот.

«Мммф!»

Мой рот был набит кашицей, заглушавшей мои крики. Он поднял меня и бросил в ванну с водой.

«Чертова грязная тварь».

Плюх! Меня с ужасающей скоростью швырнуло в воду.

Я изо всех сил пытался вырваться, но погружался все глубже и глубже. Неужели так глубоко? Эта мысль промелькнула.

Я перестал сопротивляться. Как лист, я позволил течению нести меня. Теплая вода нежно окутывала меня, словно мягкие облака.

Моё измученное тело расслабилось. Я несколько дней ничего не ел и толком не спал. Мне хотелось заснуть, укутавшись в объятиях воды.

«Мой ребёнок, рождённый в моих объятиях».

Где-то раздался женский голос. Как ни странно, мне показалось, что он отозвался у меня в голове.

«Ты выбрал стать невестой собаки…»

Мои мысли блуждали, словно смутные остаточные образы. Это был выбор, сделанный без моей воли, но таков был результат.

«Если это твой выбор».

Изначально был только один вариант. Можно ли вообще назвать выбор именно им?

Хаа, не знаю. Мне все это надоело. Я просто хочу все бросить, поплавать в этой воде и крепко уснуть.

В тот момент, когда я полностью отпустил все силы в своих конечностях.

Страница книги Пещера, охраняемая собакой в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

О книге