— Сериена, что ты себе позволяешь?! Поторопись и приведи.

— Сериена, пожалуйста!

— !

По щекам несчастного мальчика, отчаянно хватающего меня за юбку, текли слезы.

Но он мне безразличен.

От четырнадцатилетнего дитя исходила необыкновенная аура.

Его аметистовые глаза притягивали и завораживали. Они были ослепительными и пленяли всех, кого только встречали. Чем больше ты в них погружаешься, тем дольше хотелось оставаться в их плену.

Но люди этого семейства равнодушны перед лицом его очарования.

Мальчик снова умолял меня.

Как обычно, на мне то же выражение лица, что и на окружающих людей.

Его руки зеркально отражались, сложившись в молитвенной позе.

— Пожалуйста, Сериена, приведи Аджеста ко мне.

— …

— Ты же обучена этикету, но не слушаешься…

Темно-серые глаза эхом вторили ее цвету волос, смотря на меня с холодной бушующей силой.

Глаза герцогини Мелфорд были настолько ледяными, что и на мое лицо распространилось исходящее от женщины морозное давление.

— Моя дорогая дочь, приведи его сюда.

— Хорошо.

Она была могущественна.

Лишь взглядом она заявляла о своей власти и оказывала неимоверное давление, даже не прибегая к действиям. По этой причине она превзошла своих братьев и получила титул герцогини, даже будучи женщиной.

— Пожалуйста, Сериена, прошу.

— ……Идем. Смирись, Аджест.

Аджест все еще крепко держался за мою юбку. Я потянула подол, намертво зажатый в его руке, но он не сдвинулся ни на шаг.

На твоем месте я бы не стала хватать чью-либо юбку, а просто убежала.

Разумеется, побег не означает, что ты спасешься, однако неизбежное не наступало бы на пятки.

ʹУ моей дочери золотое сердцеʹ,- размышляла герцогиня Мелфорд, обратив свой взор на Аджеста.

Ее дочь, догадалась, что задумали сделать слуги, направившись в эту сторону.

Клац-клац. Цок-цок.

Звуки ударов каблуков по прохладному мраморному полу звучали невероятно отчетливо.

По мере того, как приближались шаги слуг, Аджест дрожал, словно хрупкое увядающее осенью дерево.

Его светлая кожа бледнела, придавая пугающий вид.

Однако, к сожалению, здесь никто ему не сочувствовал, даже увидев его отчаянный вид.

Герцогиню Мелфрод окружали именно такие люди –без капли сочувствия, с садизмом, от которого испытывали удовольствие и наслаждение.

Но есть одно исключение.

— Матушка, он сегодня неважно выглядит, так почему бы нам не отложить это дело на следующий раз?

— Что ж, значит, ему нездоровится? Тогда следует очистить его разум от бесполезных мыслей.

Герцогиня Мелфорд ухмылялась и хлопала, как будто уже добилась успеха. Ее смех совсем не соответствовал ситуации.

К моему отвращению.

Для герцогини внушение Аджесту было весьма обыденным делом. Ей необходимо, чтобы мальчик повиновался семьи Мелфордов.

И любил Сериену.

Однако ее намерения непонятны.

Я пыталась убедить себя, что привыкла к подобному, но каждый раз, когда я об этом думала, мое лицо снова приобретало нахмуренный вид.

По отношению к мальчику это было жестоко, но неизбежно для нашей семьи.

Повернувшись к Аджесту, я вспомнила комнату галлюцинаций.

Место, специально сделанное для промывки мозгов Аджеста. Он посещал его еженедельно.

В этой комнате всегда стояла ароматическая свеча, созданная герцогиней и вызывающая галлюцинации, достаточно сильные, чтобы расплавить мозг среднестатистического человека.

Поэтому Аджесту не следовало часто и надолго запирать.

Наконец-то появились слуги, стоявшие в углу. Направляясь в сторону моей двери, они остановились.

Слуга вежливо мне поклонился, а затем взял Аджеста за дрожащую руку.

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет!

Аджест пытался вытащить свою руку из крепко зажатой ладони, но чем больше он сопротивлялся, тем сильнее его удерживали.

Слуги герцогини одолели слабое дитя, отказавшись пойти на попятную. Их безжалостные кисти схватили Аджеста за голову и уронили на пол, скрутив его руки за спиной, тем самым обездвижив мальчика. Продолжая это делать, они становились с каждым разом свирепее.

Атмосфера нагнеталась.

— Ах!

— Сериена!?

— ?

Рука Аджеста вырвалась из их беспощадного захвата и нечаянно ударила мою лодыжку. Он только слегка смутился от прикосновения, но лицо мальчика мило покраснело.

От моих внезапных слов внимание Аджеста сразу же сосредоточилось на мне. Слуги не упустили такой возможности.

Они схватили тело Аджеста и связали его руки веревкой. Мальчик быстро успокоился, возможно, поразившись тому, что ненароком ударил меня.

Слуги с силой ударили его лицом по полу и велели перестать совершать лишние движения. В процессе этого тонкие черные волосы Аджеста были стянуты и откинулись на пол. Его очи все еще продолжали смотреть лишь в мою сторону.

Стараясь не отрывать взгляда от его дрожащих глаз, я чувствовала себя виноватой и непреднамеренно избегала его зениц.

— Береги себя.

Я повернулась спиной к этой суматохе, оставив после себя лишь единственную фразу.

Я не в силах помочь Аджесту.

На что способна 14-летняя девочка? Если подумать, прошло уже три года с тех пор, как Аджест подвергся внушению и иллюзиям.

Не знаю, сработало ли промывание мозгов или нет, но однажды он начал краснеть при моем виде.

Может показаться, что внушение, дабы полюбить Сериену, сработало, но, как ни странно, другая часть не показала себя в действии.

Он совершенно не подчиняется приказам нашей семьи.

Иногда я думаю, что было бы куда лучше, если бы Аджесту полностью промыли мозги. Тогда бы это насилие прекратилось. Однако он проявляет упорство, не поддаваясь полному внушению.

Наступит день, когда герцогиня Мелфорд окончательно обретет контроль над мальчиком, и тогда он станет ее марионеткой.

Я почувствовала усталость.

Я пришла в свою комнату и долгое время терялась в мыслях, положив свое уставшее тело на мягкую кровать, ибо не хотела ни о чем больше размышлять.

Исходящее тепло от одеяла не уменьшала хладнокровную жестокость этой семьи.

Находясь в своей спальне, я часто себя обманывала и мысленно сбегала, словно оказывалась в совершенно ином месте, не в графстве Мелфордов. В ощущении обманутого комфорта я впадала в оцепенение и глубокий сон.

— Эм…

Полусонная, я ощутила что-то теплое и громоздкое на лодыжке. Я судорожно убрала ногу, однако, ʹчто-тоʹ неизвестное опять зацепило меня за щиколотку.

ʹ Что-тоʹ не двигалось с места.

— А?

— ?

Интересуясь причиной моего беспокойства, я увидела перед собой неподвижно сидевшего Аджеста. Он обращался с моими лодыжками, словно с драгоценной водой пустынного оазиса.

— Что ты делаешь?

—…. Прости, Сериена.

— Ах?

— Тебя от меня тошнит.

Ах. Полагаю, ты говоришь о твоей руке, ударившей по щиколотке во время твоего последнего сопротивления.

— Это не то, о чем стоит говорить.

Может, это потому, что промывка мозгов в этот раз сработала хорошо. Аджест слишком остро отреагировал, как будто я умерла от шипа, пронзившего мое тело.

Я ясно видела его результат внушения.

Он прошелся по моей лодыжке тревожным взглядом.

Он никогда не болел, поэтому относился с переживаниям к людям, получившим удары или страдающим простудой, отчего на моем лице всегда появлялась улыбка.

Кто беспокоится о проблемных людях? Зрелище забавное, и над таким абсурдом смеются.

— Нет, спасибо. Это просто прикосновение. Не стоит воспринимать так близко к сердцу.

Я вытащила из его объятий свою ногу.

Однако он не мог отвести взгляд от места, по которому ударил, словно в его сердце все ещё таилось переживание.

— Прости, Сери.

Он редко называл меня ласковым именем.

Из глаз Аджеста покатились слезы, как капли дождя по стеклу, выражая печаль. Мое тело дрожало от стыда, пока жертва извинялась перед настоящим нападавшим.

О чем ты думаешь? Какое странное зрелище.

— ….

— ….Я ошибся, прошу, не убирай ногу.

Аджест сидел, согнув колени под моими ногами, искренне поддерживая меня.

Пожалуйста, не теряй себя. Мне было так жаль. Чувства Аджеста не были настоящими. Это лишь вводящая в заблуждение неразумная эмоция, созданная промывкой мозгов.

Причина, по которой он боится быть брошенным мной, в его вере в то, что он меня любит. Любить и верить в любовь – увы, но это разные понятия.

Если он перестанет верить, его чувства ко мне исчезнут.

Я гладила его черные волосы с этими тягостными мыслями. Тонкие черные волосы закручивались между пальцами. Я наслаждаюсь мягким прикосновением.

Поглаживая его по голове, пока он плакал, я успокаивала мальчика.

— Почему бы тебе не подойти сюда и не сесть рядом со мной?

Услышав мои слова, он напряг свои дрожащие ноги, встал со своего места и устроился возле меня. Не существовало ни одной другой собаки, безоговорочно повиновавшейся мне.

Аджест сидел на моей кровати и некоторое время пристально смотрел в мои красные глаза с туманным, слегка расслабленным, тоскующим взглядом. Очаровательные очи обратились в мою сторону.

Все внутри меня затрепетало.

На мгновение я почувствовала, как остановилось время.

На прелестном лице появилась улыбка, от которой я едва не влюбилась в этого дитя.

Я думала, что привыкла, но, видимо, нет. Это прекрасный образ, на котором мой взор всегда останавливается и задерживается.

— Сериена, могу ли я подержать тебя за руку?

— Конечно.

Как только я разрешила, Аджест поспешно меня схватил.

Мои стройные руки попали в сети крупных ладоней.

Он ослабил хватку, словно опасаясь, на случай, если мне станет больно. Выглядело весьма забавно.

Держа и лаская меня за руку, он вдруг опустил голову и поцеловал меня в тыльную сторону ладони. Может быть, это только начало, а потом он дойдет до моей шеи, головы и губ.

— Сериена.

Он поднял голову и взглянул на меня.

Смотря на затуманенные очи, я подумала, наступит ли день, когда его шею прочно обвяжет поводок.

Я расстроилась, увидев взгляд, наполненный одержимой любовью Сериеной.

Примечания:

В оригинале Сириена (Не Серина, не Сирена),но «Сери» звучит лучше, нежели «Сири» (чтобы не было привет, сири). То же и Аджест. В оригинале АджестО (Не Аластер, не Аластор).

ʹСериена Мелфордʹ

Благословенный персонаж, постоянно сталкивающийся со смертью и во всем повинующийся финальному злодею романа. Она выглядит как чистая и невинная красавица. Судя по ее описанию, я предполагаю, что она злодейка.

Слегка изогнутые длинные пышные ресницы, которые, лишь моргнув, сразу же привлекали внимание людей. Вьющиеся серебристые волосы напоминали тысячи ярких блесток, а красные глаза сияли ярче рубина.

Я думала, что это мои грезы.

Затем я почувствовала беспокойство и тревогу.

Физические мне было восемь лет, однако ментальный возраст составлял целых двадцать.

Изначально я думала, что мне повезло стать персонажем по имени ʹСериенаʹ, ведь я родилась с алмазной ложкой. Но, узнав, что моя мать финальный злодей и «королева всех злодеев», я неохотно восприняла факт того, что конец романа закончился поцелуем главных героев на грандиозной свадьбе.

Пока герои радовались своему счастливому концу, Сериена обнимала умирающего человека на колокольне. И имя ему — Аджест Сичхелон Понелль Агэрния, настоящая темная лошадка, прожившая трагическую жизнь.

Агэрния — однаиз четырех крупных и влиятельных семей империи. Авторитет и влияние герцога были невероятными, даже ходили слухи, что семью Агэрнию охраняла и благоволила сама Богиня удачи.

Богиня всегда помогала Агэрнии, принося им только успех. Им принадлежали все лавры, а бесконечная слава стала их неотъемлемой частью.

Даже после смерти герцога Агэрнии, слава и успех следовали за ними по пятам. Новая глава дома не обладала выдающимися способностями и навыками. Его бизнес потерпел крах, и убытки с каждым раз становились все больше.

К счастью, в герцогском доме за годы накопилось состояние, поэтому они продолжали жить без особых забот.

Однако беды не миновать – финансовый кризис надвигался, как громовая туча, не проявляя пощади ни перед кем.

Нынешний герцог, продолжающий заниматься семейным бизнесом, несмотря на свои неудачи, терпел все больше и больше потерь, и в конце концов бюджет семьи истощился. Усложняло положение и то, что роскоши герцогской четы не было видно конца. Но самое худшее еще впереди.

Стихийное бедствие. Семь торговых судов, принадлежавших Агэрнии, направлялись на север и попали в тайфун, затонув без следа. Подобное никто и никогда бы не смог предвидеть. Потопление семи торговых судов нанес огромный удар по положению семьи.

Эта история заполонила все газеты и была горячо обсуждаемой почти целый месяц. Из-за этого грандиозного инцидента финансы герцога Агэрнии вместе с кораблями утонули глубоко в море.

В то время была одна особа, которая протянула руку помощи, — герцогиня Мелфорд.

Она предложила помочь герцогу Агэрния, выделив крупную сумму для возобновления бизнеса. Но все мы знаем, что бесплатный сыр только в мышеловке, поэтому предложение было с условием.

Отправить наследника герцога Агэрнии в дом Мелфордов. Это стало единственным требованием. Конечно, если сын великой семьи станет игрушкой в руках Мелфордов, то Агэрнию ждет судьба марионетки.

Если бы подобное предложили в прошлом, гордость дома Агэрнии никогда бы такого не допустила, но теперь ситуация иная. Раньше они поддерживали свой авторитет деньгами, однако на данный момент их не было у нового герцога.

Поэтому он немедленно принял предложение. Сыном герцога Агэрнии, которого отправили в дом Мелфордов, был Аджест.

Кто же знал, что герцогиня Мелфорд занималась промывкой мозгов драгоценного сына Агэрнии.

Герцогиня, внушая безумные идеи Аджесту, не забывала и об образовании преемника, которое он начал получать, будучи еще в родном доме.

Мой брат, Харон, заметил и сказал:ʹ Если он получит должное образование и станет герцогом Агэрнией, то воспользуется моей сестройʹ.

Он не ошибся. Точнее, именно этого и добивалась герцогиня — брак между Сериеной и Аджестом.

Аджест был выдающимся гением в магии. Количество его маны не описать словами. В романе упоминалось, что на континенте не существовало ни одного волшебника, который мог бы с ним сравниться. Герцогиня Мелфорд хотела заполучить его невообразимые способности.

Семья Мелфорд славилась своими талантами в магии на протяжении многих поколений, но даже второму по силе магу не сравниться с Аджестом.

Герцогиня хотела укрепить власть своей семьи. По этой причине она промывала мозги Аджесту.

Повинуйся Мелфордам, люби Сериену.

Аджест, питавший слабость и любовь к Сериене, слепо следовал за ней, как верный пес.

В романе Сериена пользовалась им как игрушкой и оскорбляла Аджеста до такой степени, что все его искренние чувства обратились в прах.

Героиня романа, святая Юлиана, только позже узнала, что его подвергли внушению.

Почувствовав к нему жалость, она спасла его из оков Мелфродов. Аджест,свободный от манипулирования, пребывал в смятении от заботы святой Юлианы.

И вот однажды Аджест исчез без предупреждения. Юлиана долгое время находилась в поисках мужчины, волнуясь и беспокоясь, но от него не осталось и следа. В оригинальном романе он не появлялся длительное время.

Спустя множество глав Аджест возвращается в самом конце произведения. Именно к Сериене лежал его путь, и именно она его уничтожила.

Увидев Аджеста, она засмеялась и нанесла решающий смертельный удар.

Разумеется, Аджест не тот, кого можно просто убить, но он испустил свой последний вздох на ее руках.

Но почему он так поступил?

— Моя дорогая, скажи мне. Ты хотела покинуть меня именно так?

— ….Быть может.

И прозвучали их последние фразы в романе.

***

Звон.

С тех пор прошло три года.

Звук похоронного колокола разнесся по лесу, как эхо.

Лес, где проходили похороны, был безжизненным, как труп.

Присутствующие дворяне выражали соболезнования покойному, а семья усопших подавляла свое горе.

Звездой погребение был покойный герцог Агэрния, отец Аджеста.

Его смерть для всех была неожиданной. Кто знал, что он умрет от внезапного сердечного приступа?

— Я молюсь о мире для покойного, — сказала герцогиня Мелфорд, подходя к жене покойного Агэрния.

Герцогиня Мелфорд утешила женщину и устроила у себя великолепную имитацию несчастного лица.

— Взгляните на эт..тц,тц… это притворство.

Харон, самый младший из моих братьев, недовольно прищелкнул языком и с неодобрением покачал головой.

— Сери, что теперь (с ним) станет?

— Что станет? Мы вернемся в наш дом…

Максион, ответивший вместо меня, подошел сзади и втиснулся между мной и Харон.

Харон открыто проигнорировал Максиона.

— Ему ведь не до конца промыли мозги,правда? Разве он не может просто уйти?

— Ты действительно так думаешь?

Поинтересовался Максион.

Только тогда Харон кивнул, будто бы зная ответ.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться.

— Любимец Сери послушен, как выдрессированная собачка.

Мальчики одновременно кивнули.

Это потому что они близнецы? Они оба оскаливали зубы, каждый раз видя друг друга, но,по правде говоря, они неплохо ладили.

— Эй, а ты знаешь, что это опасно?

Максион ткнул пальцем в черноволосого мальчика, и они обернулись.Все мы стояли возле герцогини, проливающей слезы. И в том числе я, переодетая в черноволосого мальчика.

Безразличный взгляд дитя обратился к гробу, в котором лежал его отец. В атмосфере, где царили горе и печаль, внешне бесчувственный ребенок казался несколько отчужденным.

Это потому, что его не волновало происходящее или из-за уникальной его внешности?

Алые губы мальчика плотно сжались. Его глаза из-под длинных густых ресниц оглядывали похоронный зал.

Изящные черты лица, привлекающие внимание.

— А что опасного?

Максион с застывшим выражением лица пристально посмотрел на ребенка.

— Посмотри на кончики его волос

— …

Сияющие черные волосы походили на мягкий шелк. Что он в них подозрительного нашел? Они же прекрасны.

Мой взгляд переместился краем глаза на кончики волос.

Короткие черные волосы постепенно меняли цвет.

Этот едва уловимый переход никто не заметит, если не приглядится, но, очевидно, скоро темные волосы вернутся к своему природному, серебристому.

— Это безумие.

— …..

Харон, осознав ситуацию, снял пальто. Затем он обернулся в сторону черноволосого мальчика, будто бы был обеспокоен.

— Эй, Аджест. Если тебе грустно, можешь плакать сколько угодно.

Харон укрыл меня своим пальто, спрятав голову предполагаемого Аджеста. Харон непринужденно с ним заговорил.

Аристократы, увидевшие эту сцену, благосклонно отнеслись к действиям мальчика.

Какой же заботливый жест, чтобы скрыть слезы печального Аджеста.

Но на самом деле ситуация обстояла иначе. Харон лишь хотел спрятать от глаз мои темные волосы, постепенно приобретающий серебристый оттенок.

Мы с ребятами покинули это угнетающее место.

— ….

— Приятель, твоя маскировка слабовата.

— Вот почему ранее я сказала «нет»! У Сери хорошо получается менять внешность, так почему же ты винишь меня? Почему попросил одеться мальчишкой?

— Грр…

Мои черные волосы теперь напоминали отвратительный грязный цвет.

Кто-то окликнул Аджеста.

Это был Михаил. Мой брат и старший сын семьи Мелфордов. Михаил что-то проворчал и прикрыл мои грязные волосы своим телом, дабы никто их не увидел.

Мы издали смотрели на аппетитную еду в стороне, где герцогиня похлопывала по плечу Агэрния, которая затем ее отблагодарила.

К нам подошел последний член семьи Мелфорда.

— А теперь давайте вернемся.

Она тихо прошептала с довольной улыбкой на лице.

Мы направились к особняку Мелфордов. Именно там находился сын покойного герцога и наследник дома Агэрния.

Вернувшись домой, я сбросила свою унылую черно-серебряную траурную одежду и переоделась в белоснежное платье, отчего у меня приподнялось настроение.

— А где Аджест?

Я нервничала и переживала с тех пор, как отправилась на похороны в облике законного наследника.

Прошлой ночью Аджест без малейшего колебания порезал себе запястье, когда выходил из моей комнаты.

Я едва не сходила с ума от тревоги. Должно быть, Аджест разделяет мои нынешние чувства.

Как только я услышала, что он заперт в подземной темнице, то без промедления отправилась к нему.

Я нахмурилась, открыв старую железную дверь с резким зловещим звуком.

— Аджест … ?

— !?

Во рту у Аджеста был кляп, а руки связаны металлическими ремнями. Его больше не удерживали даже самые крепкие веревки.

Услышав мой тихий голос, Аджест открыл глаза.

Он упорно старался и пытался продвинуться вперед, дабы сократить расстояние между нами.

Вскоре темная мана окутала его тело и разрушала часть ремней, сковывающих мальчика.

— Успокойся, Аджест.

Мягко сказала я, и лишь тогда его попытки движения прекратились, а мана исчезла,словно ее и не было.

Я подошла к нему и вытащила кляп изо рта.

Его дыхания было тяжелым и затрудненным, а мои щеки, вероятно, из-за духоты приобрели красноватый оттенок.

— Сериена…

Аджест застонал и уткнулся головой мне в плечо.

Мое тело дрожало от приглушенного жара при нашем контакте, но я не отвергла мальчика.

ʹЯ не знаю, как поступить в этой ситуацииʹ.

Ключ от ремня находился у главы Мелфорд. От моего неведения на лице отразились напряжение и недоумение, охватившие и мое сердце.

Ремень вместе с шариком-ограничителем маны треснул от невероятно ужасающей магии Аджеста.

Сломанный шар маны бессильно упал и покатился по полу в обратном направлении.

Я уставилась на него в полном недоумении, не понимая, как у него с легкостью получилось сломать ограничитель сил.

Распахнув от удивления глаза, я почувствовала, как две крепкие руки поспешно заключили меня в нежные объятия.

Он крепко сжал меня своими руками.

Его объятия становились все сильнее. По мере того как он плотнее ко мне прижимался, мне становилось труднее дышать.

— Аджест, я задыхаюсь.

Он должен был ослабить хватку.

Я бы удивилась, если бы он оказался простым шутом. Обычный человек убрал бы руки, но он лишь крепче обнял мое тело.

— Ты что, не слышишь меня?

Очевидно, ему долго промывали мозги в комнате галлюцинаций двумя днями ранее, и он не мог прийти в себя за один день.

Обычно он сразу реагировал на мои слова и ждал разрешения прикоснуться ко мне, но не сейчас.

Я думаю, мне просто придется подождать, пока он не придет в себя.

— ……. Сериена.

Как долго это продолжалось?

Наконец, Аджест медленно расслабил руки. Я отодвинулась от груди и увеличила расстояние между нами.

— Ты уже пришел в себя?

Аджест робко кивнул. Его глаза все еще были погружены в туманную задумчивость.

— …Сериена, я едва не умер от желания увидеть тебя. Где ты была все это время?

Аджест посмотрел мне в глаза и с ревностью сузил глаза. В отличие от его легкой улыбки, мои губы были плотно сомкнуты. Я не могла сказать, что отлучалась на похороны его отца, притворившись им же.

Я знаю, что рано или поздно он узнает, но мои губы просто не открывались.

— …..

— Я просто кое-куда отходила.

Аджест улыбнулся и больше ничего не спросил. Нечистая совесть душила мое сердце — я обманывала юношу.

— С твоим запястьем все в порядке?

— Да, все хорошо.

Его левое запястье было забинтовано.

Пятна крови на белой марле свидетельствовали о том, что он совсем не в порядке. Я обрадовалась, что на всякий случай захватила с собой чистую повязку.

— Протяни мне свое запястье. Я заново перебинтую.

— Ты очень добра.

В какой-то момент Аджест начал говорить со мной, соблюдая вежливость. Вход в комнату галлюцинаций и регулярное промывание мозгов постепенно изменили его.

Он не отказывался от промывки мозгов и больше не плакал.

Неужели мои глаза ошибаются, что он улыбался при любых обстоятельствах?

— В следующий раз так не делай.

— Хорошо…

— Что?

— Ты мало на меня смотришь. Я могу сделать все,что ты хочешь, если ты уделишь мне свое внимание.

— …..

— Сериена, ты мной пренебрегала в последнее время.

— Возможно ли… что ты перерезал себе вены только по этой причине?

— О чем ты? Ты не должна так думать.

Аджест скривил рот. Его слова были совершенно искренними. Тем не менее, его честность была вызвана промыванием мозгов.

Все дело в этом.

Как нелепо.

Как далеко он зайдет?!

Я не заслуживала даже сказать пару слов, поскольку стояла в стороне, будучи зрителем его пыток.

Намеренно или нет – это не имело значение, ибо результат был бы один и тот же.

Аджест еще не конца поддался внушению. Но если мы еще раз промываем ему мозги, пути назад не станет.

Всего за год он сильно изменился.

В течение многих лет он сопротивлялся внушению, благодаря которому он стал повиноваться герцогини. Но теперь все иначе.

Он не подчинялся всем Мелфордам за исключением меня, но теперь он больше не сопротивляется всей этой семье.

Я поклялась всем сердцем, когда стала свидетелем его длительных мучений, что избавлю его от промывания мозгов любой ценой.

— Аджест, я должна тебе кое-что сказать.

Когда я сняла повязку, то увидела глубокую рану на бледном запястье Аджеста. Я нанесла целебное средство как можно осторожнее.

— Ты скоро унаследуешь титул герцога Агэрнии.

Я на мгновение оторвала взгляд от его руки и посмотрела на выражение его лица.

Глаза Аджеста слегка расширились. Его лицо было загадочным, а глаза что-то скрывали.

Да, ты наконец-то выберешься из этого ада.

Ах,но почему? Почему у тебя такой взгляд? Ведь ты избавишься от страданий и станешь счастливым.

Почему-то его лицо выглядело необыкновенно сердитым и слегка жалостливым.

— Почему,что не так?

— Ты меня бросаешь?

Я была в замешательстве из-за его мрачного вида.

Я не ожидала, что ты обрадуешься, намекая на смерть отца, но уж точно не предполагала, что ты так отреагируешь.

— Я тебе уже надоел?

— Я этого не говорила.

— Тогда почему ты хочешь бросить меня? Ты меня заточила,как узника,, загипнотизировала, а теперь … почему ты хочешь бросить меня?

Аджест улыбался, потому что был не в силах заплакать.

Самым большим его страхом было то, что он окажется брошенным, и он попросил меня убить его, если я от него откажусь. Но я ни за что на подобное не соглашусь.

— Ты знаешь, почему я порезал запястье…

— Почему?

— В моем кошмаре … ты бросила меня.

В глазах Аджеста отразилось всепоглощающее отчаяние, когда он вспомнил свою галлюцинацию. Я не знаю, что он видел, но боль отражалась на его лице, отчего он нахмурил лоб.

— Так что, пожалуйста, прошу, будь со мной. Не уходи, Сериена.

Глаза Аджеста покраснели от подступавших слез.

Юноша обнял меня, словно никогда не собираясь меня отпускать. Он плотно сжал руки и не сдвинулся с места.

Я не осмелилась его оттолкнуть.

Какими мы были вдвоем в оригинальном романе? В истории уделялось внимание только главному герою.

Детство злодея в романе не описывали.

Я знаю только прошлое и будущее главного героя, но ничего подробного о жизни Аджеста.

— Аджест, ты боишься, что я брошу тебя прямо сейчас?

— … Я боюсь.

— Но я же не хочу бросать тебя… верно?

Он не ответил.

— Однако отвергать тебе или нет зависит от моей воли, верно?

Мой голос зазвучал слабо и нежно, когда я собралась духом. Аджест крепче прижал меня к себе. От этого у меня еще сильнее заболела спина, но я промолчала.

— Если ты не хочешь, чтобы я тебя бросила, докажи, чего ты стоишь.

— ….Значит, тебя не пугает мое присутствие?

— Да, если ты проявишь себя, у меня не будет причин покидать тебя.

Мне не нужно было объяснять ему, как он должен себя проявлять – он понимал смысл моих слов. Восстановить славу дома герцога Агэрнии и наслаждаться властью и процветанием семьи на таком уровне, что даже предки бы восхищались и гордились Аджестом.

Я уверена в этом, потому что знаю оригинальный сюжет. Я прекрасно помню, как Аджест достиг могущества и авторитета, как семья снова обрела власть и силу.

Он попытается доказать свою ценность из-за своей ʹлюбви к Сериенеʹ.

Я знаю, что жестоко использовать его внушение, дабы манипулировать им, но это единственный способ уйти от герцогини Мелфорд.

Если он продолжит быть куклой Мелфордов , как сейчас, он никогда не освободится от оков.

— Даю тебе три года. А до тех пор докажи, чего ты стоишь.

И я должна, во что бы то ни стало, решить проблему промывания мозгов за эти три года. Аджесту тогда станет двадцать*.

— Если я докажу свою ценность, которую ты так хочешь видеть…

Аджест поднял голову. В его глазах отразилась улыбка.

И в то же время жестокость.

— Тогда никогда не покидай меня.

Это своего рода сделка.

Я не оставлю его, если он проявит себя.

Я не знаю, случится ли это после того, как я избавлю его от внушения.

— Если ты докажешь, чего стоишь.

Я снова тихонько рассмеялась, и Аджест мечтательными глазами на меня посмотрел.

Эти очи были безмятежны и спокойны.

Жаль, что время не остановить на этом мгновении.

***

Погода радовала палящим солнцем.

Яркие лучи ослепительно сияли,а распускающиеся цветы оживляли атмосферу.

Я в изумлении оглядела сад, пока не сконцентрировалась на определенной точке перед собой.

— Сериена, дата назначена.

Герцогиня Мелфорд имел в виду день, когда Аджест вернется в свое поместье.

— Когда же?

— Через несколько дней. Удивлена?

— Это быстрее, чем я думала, но неудивительно.

Я слегка пригубила чай.

Мне не нравился крепкий чай, но я смогла себя пересилить и выпила.

— Мне жаль, что Аджест еще не до конца слушается во всем, но это неизбежно. Я рада, Сери, что ты здесь, чтобы помочь с этим.

Герцогиня Мелфорд слегка прищурилась.

Она поставила чашку на стол и посмотрела на меня.

Я хотела встать и сделать это уже сейчас.

Словно отвечая ей, я тоже поставил стакан на стол.

— Сериена … мне нужно тебе кое-что сказать.

— Прошу,говорите, — беспечно попросила я.

Герцогиня приоткрыла свои длинные и тонкие губы.

— Сделай Аджеста своим любовником.

— ….

Что еще за требование? Мое лицо окаменело.

Моя реакция слишком очевидна.

— А что ты думала?

Она медленно говорила, так что мне хватило времени удивляться ее словам.

— Сделать Аджеста любовником?

— Да, тебе разве не нравится моя идея?

Дело не в том, нравится мне это или нет.

Настоящая Сериена ненавидела быть привязанной к кому-то или к чему-то, поэтому у нее не было ни мужа, ни любовника. Так что я никак не ожидала подобного хода событий.

Нет, в ее окружении даже не было мужчин. Разумеется, Аджест был исключением.

Однако чем больше он за нее цеплялся, тем больше ей нравилось мучить его и растаптывать чувства мужчины.

Как бы то ни было, настоящая Сериена никогда не признавала Аджеста своим любовником.

У них не было каких-либо близких связей.

Возможно, причина, по которой нынешняя ситуация изменилась по сравнению с первоначальной, заключается в том, что я — не Сериена.

Может быть, именно поэтому мне следует разрешить эту неприятную ситуацию.

Отношения необходимы для того, чтобы воспроизвести на свет новую жизнь. Неужели герцогиня Мелфорд думает, что если Аджест станет любовником, то у меня с ним будет настолько близкая связь?

— Дело не в том, что мне это не нравится… просто… как мы может строить планы, когда он скоро станет герцогом?

— Ну, он ухватился бы за возможность просто быть рядом с тобой, похоже, он сделал бы все, что угодно, несмотря на трудности.

Да, Аджест с промытыми мозгами сделает все, что я скажу.

Я не хотела в какой-то степени в этом признаваться.

—Так как насчет того, чтобы взять герцога в свои любовники?

*с середины 2 главы ему 17 лет.

В книге ни разу не упоминалось, чтобы герцог становился любовником. И если бы кто-нибудь услышал эти слова, он бы ни за что не поверил.

Даже потеряв былую славу и величие, Агэрния остается Агэрнией. И все же герцогиня Мелфорд настроена унизить его за то, что он имел наглость претендовать на свой титул.

Сделать Аджеста любовником.

Надо отдать должное герцогине, ибо ее мысли сильно отличались от мыслей людей этой страны.

Ничего страшного в этом нет, поскольку не существует закона, запрещающего влиятельным людям становиться любовниками.

Вот что думает хозяйка Мелфордов, говоря подобные вещи и натягивая улыбку.

При обычных обстоятельствах я бы ответила на эту улыбку, но сейчас была не в том настроении.

— А почему любовник? Я уверена, что никто не запретит ему стать моим законным мужем.

— Всегда проще сначала использовать, а затем бросить любовника. Но это не имеет отношение к мужу. Неужели не лучше сделать так, чтобы от него было легче избавиться?

Иначе говоря, Сериене следует воспользоваться Аджестом, а потом выбросить, как ненужную вещь.

Она рассмеялась, словно истинный злодей, задумавший нечто коварное. Мягкий голос был полон волнения. Герцогиня Мелфорд уже давно распланировала будущее ее марионеток, дабы насладиться их игрой и в конце концов их сломать.

Мое тело запылало.

— Что ж, неплохая идея, — монотонно произнес голос, сорвавшийся с моих сдержанных губ.

Я снова подняла чашку и отпила чаю, воспользовавшись моментом, чтобы успокоиться.

— Но ты же знаешь, что Аджестом, даже если не станет моим любовником, уже во всем слушается меня.

С самого начала промывания мозгов и до самых последних мгновений он никогда не противился Сериене.

Горький привкус чая запятнал мое горло.

— Даже если он не будет любовником, с ребенком легко справиться, мама. И я думаю, так будет интереснее…

— Неужели? Но никогда не знаешь наверняка — станет ли Аджестом ценной вещью, в отличие от покойного герцога.

Я склонила голову набок. Красный чай в чашке на другом конце стола отражал сходство с герцогиней.

Ее лицо выглядело пугающе в дрожащей горячей воде. Словно у демона.

— Если это случится, тогда он окажется в моих руках. Но мне нужны самые лучшие украшения.

Я подняла правое предплечье и показала ей кольцо на указательном пальце. Чистый, прозрачный рубин ослепительно сиял на солнце.

— Недавно на аукционе мне достался самый выдающийся драгоценный камень. Как вы знаете, я принимаю только самое лучшее.

Я была блестящей актрисой, а герцогиня Мелфорд — зрителем.

Каково это — наблюдать?

— Я подожду, пока он созреет, точно так же, как ждут налив фруктов. Я верю, что чем больше он страдает от жажды, тем выше его ценность.

— Это довольно забавно.

Я услышала щекочущий смех.

Мне хотелось закрыть уши, но я не могла.

Я лишь взволнованно открыла рот.

— И, мама, я сама сделаю выбор. Вам не следует вмешиваться в мои дела.

Моя улыбка исчезла с лица, и я холодно посмотрела на нее. Я твердо заявила о своем решении, вложив в него определенное количество усилий.

Не лезь в мои дела.

— Ну, если ты вправду так считаешь, то я не стану тебя останавливать, — пожала плечами герцогиня.

Этот маленький жест вызвал у меня сильное чувство облегчения.

Не знаю, сколько, но я выиграла время.

Как только я разберусь с промыванием мозгов Аджестом, я смогу сбежать в какое-нибудь укромное и отдаленное место.

Даже если герцогиня Мелфорд станет меня преследовать, как за первоклассной лошадью, по крайней мере, я найду пристанище, даже если моим спасением и укрытием станет смерть.

***

Тук-тук

— Аджест, это Сериена. Я вхожу.

Я открыла его дверь, которая соседствовала с моей. В поле моего зрения попала ничем не примечательная комната. Его спальня со столами, стульями, книжными полками и постельными принадлежностями выглядело обыденной. Аджест лежал на кровати.

Я поняла, что он спит, когда вошла, поскольку юноша не двигался.

Аджест выглядел уставшим. Каждые несколько дней он метался между комнатой галлюцинаций и тем местом, где его запирали за какую-нибудь оплошность.

Я закрыла дверь так тихо, как только могла, дабы не потревожить его сон. Затем через мгновение в комнате стало темно.

В его спальне всегда было мрачно, поскольку Аджест никогда не открывал шторы.

Только свет, просачивавшийся сквозь край занавески, освещал полутемную комнату.

Я заметила забинтованное запястье Аджест и подошла к нему достаточно близко, стараясь не показывать свое присутствие. Я остановилась, дабы убедиться, что он не проснулся.

Это была пустая комната, поэтому, даже прокрадываясь на цыпочках, я создавала шум.

Я взяла себя в руки и села на кровать, поправив одеяло к его шее и потянувшись к ослабленной повязке.

— …..Сериена.

Сомкнутые глаза Аджест медленно открылись. Его брови дрожали от усталости.

— Ты что, проснулся? Ты можешь подольше поспать.

Но он покачал головой, словно не собираясь продолжать свой сон. Он медленно пошевелился в постели, слабо мне улыбаясь.

Я развязала ему повязку и обработала рану, которая заметно улучшилась.

— Аджест, день назначен.

— Когда это случится?

— Через несколько дней. Надеюсь, рана заживет раньше.

Аджест молчал. Я умолкла, увидев его сморщенное от негодования лицо. Вместо этого я сосредоточилась на его повязке, но юноша продолжал на меня смотреть все с тем же видом.

Я подняла взгляд и посмотрела в его очи.

Внезапно я вспомнила, что не сообщила Аджесту о смерти его отца. У нас осталось не так уж много времени, чтобы вместе его провести. Я должна оповестить как можно скорее.

Что сделала Сериена в оригинальном сюжете в этой ситуации?

Не найдя подходящих слов, раздался стук.

— Господин, это Марина. Можно мне войти?

— Войдите, — ответила я за молчащего Аджеста.

С моего разрешения Марина открыла дверь и сделала нам обоим легкий реверанс.

— Что случилось?

Марина была горничной под непосредственным руководством герцогини.

Тот факт, что она пришла в комнату Аджеста, означал, что хозяйке семьи Мелфордов что-то нужно от юноши.

У меня плохое предчувствие.

— Герцогиня зовет молодого господина.

— Но почему?

— Откуда мне знать? Если вам интересно, спуститесь и спросите.

Аджест молча встал с постели. Он был знаком с этой мерзкой ситуацией.

Марина вышла из комнаты, а мы с Аджестом последовали ее примеру.

Чем ближе мы подходили к месту назначения, тем больше я волновалась.

Этот путь привел нас в сырой, мрачный подвал. Он был завален различными орудиями пыток. Я проигнорировала инструменты, замеченные за оградой, и повернулась к Аджест.

Он смотрел в сторону с бесстрастным лицом, потом улыбнулся и взял меня за руку.

Юноша ободряюще сжал мои холодные руки, пытаясь передать им тепло.

Наконец, шаги Марины остановились возле герцогини Мелфорд перед комнатой галлюцинаций.

— Какая неожиданность! И Сери здесь, с тобой.

Я украдкой убрала руку, но мне хотелось почувствовать больше тепла.

Ты что, опять собираешься его пытать?

Герцогиня беззвучно рассмеялась.

— Еще и недели не прошло, мама.

— Аджест скоро уезжает.

Герцогиня спокойно готовилась к встрече. Я впервые заметила полку, на которой были выставлены всевозможные орудия пыток.

Она взяла свечу, которую я инстинктивно узнала, как только увидела.

Это было что-то отличное от ароматических свечей, используемых в качестве наркотических веществ для промывания мозгов.

Она выглядела шершавой и пурпурной, словно огромный, толстый гниющий изюм.

Герцогиня зажгла свечу. Воздух окутал сладкий запах.

Однако исходил необычный и таинственный аромат.

— …Мама, пахнет как-то странно….или я заблуждаюсь?

— Я увеличила соотношение амалиона и добавила немного других ингредиентов.

Амалион … .?

После минутного размышления над незнакомым названием, я поняла, что это основной наркотик, входящий в состав этих мерзких свечей.

Мое лицо окаменело. Повышение дозы амалиона сулило смерть.

Она же не собирается убить наследника герцога? Какого черта она делает?

ʹЭто сводит меня с умаʹ.

Мое зрение затуманивалось. В отличие от меня, Аджест, знакомый с запахами, был в порядке, но не я.

У меня не было иммунитета. Иначе говоря, долго здесь продержаться невозможно.

— Марина, свяжи Аджест.

— Да, герцогиня.

Рука Марины держала прочные удерживатели и цепи, подавляющие ману.

Ах, та звериная цепь? Так вот как они хотят его связать?

Если вы свяжете кого-то этим, на теле, вероятнее всего, останутся синяки и порезы.

Но атмосфера казалась необычной. Сработала сигнализация.

Я знала в глубине души, что случится нечто странное.

— Сериена, ты так и продолжишь оттуда наблюдать?

Она произнесла искренне, словно приглашала меня на празднество. Если вы хотите увидеть в этот момент ее лицо, вы сами обязаны взглянуть. Каким-то чудом мне удалось изобразить спокойствие.

Если бы я не заставила вести себя сдержанно, разум меня бы покинул.

— Мама, ты можешь объяснить мне, что ты пытаешься сделать?

— Конечно. Как ты знаешь, у Аджест осталось не так уж много времени.

— Да, у нас осталось около четырех дней.

— Значит, нам нужно использовать короткий способ.

— А нам это нужно?

— Что ты имеешь в виду?

— Разве мы не тратим время на обучение собаки, которая уже следует за своими хозяевами?

Здесь собака подразумевала Аджест.

Я позабавила герцогиню Мелфорд, сославшись на ее любимый его титул — ʹсобакаʹ.

— Как известно маме, Аджест с трудом поддается промыванию мозгов. Я уверена, что то же самое ждет и со свечой. У нас не так много времени, как ты сказала.

Герцогиня Мелфорд молчала.

— Он уже хорошо дисциплинированный пес. Разве добродушная собака нуждается в большем воспитании?

Так что не трогайте его больше. Заметила она или нет мое стремление освободить Аджеста, но герцогиня Мелфорд смотрела на меня залитыми кровью глазами.

Я боялась, что мое отчаяние отразится в этом проницательном взгляде.

— Даже если собака меня бросит, я справлюсь.

— Неужели?

— Мы не должны тратить драгоценное время матутшки.

Она, очевидно, обдумывала, что делать после моих слов.

Я молча ждала, пока она придет к какому-нибудь решению.

— По твоим словам, я не должна тратить свое драгоценное время. И ты сказала, что хорошо приручила собаку.

Это момент оваций. Однако радоваться я не могла.

Были ли ее слова насмешкой?

Я слышала, будто кто-то украдкой смеется надо мной, а ангел превращался в дьявола, нагло меня обманывая.

— Так докажи это.

— Что….?

— Докажи, как ты прекрасно справишься со своим псом, если он не станет твоим любовником, что куда надежнее.

Может, это эффект от дурманящих свечей? Казалось, звучал непрерывный и бессвязный поток слов…

Почему именно сейчас?

Герцогиня Мелфорд не шутила насчет промывания мозгов Аджесту. Она хотела преподать ему заключительный урок.

— Аджест, ты же не собираешься противиться?

Я нежно погладила его по гладкой щеке.

Его тело вздрогнуло от моей руки, и я видела, как он расслабился, словно принимая все происходящее. Он напоминал одержимого, преклоняющегося Богу, человека.

Его взгляд был рассеянным от внушения.

Он посмотрел на меня так, словно я для него была самой привлекательной девушкой. Я дотронулась рукой до его щеки и заправила прядь волос ему за ухо.

Когда я отдернула руку, глаза Аджеста отражали будто бы давние чувства и позабытую боль, отчего он не осмеливался прикоснуться ко мне. Юноша пребывал в смущении.

— Верно?

Аджест, словно очарованный, держал мою руку и осыпал ее поцелуями.

Однако это поведение ожидаемо, поэтому герцогиня осталась недовольна.

Будешь придираться, да? Я мысленно щелкнула языком.

— Аджест …

Аджест на мгновение задумался, понимая, что я имею в виду, а затем опустился на колени и поцеловал мои туфли.

Он безропотно сидел, не отрывая ног от пола. Аджест наблюдал за моими алыми глазами, но его очи отражали ложную тоску…

Я ненавижу эти глаза, и в то же время чувствую себя виноватой за них.

Этот околдованный взгляд, пытающийся меня любить.

Я повернула голову к герцогине, стирая все явные признаки жалости.

— Матушка, теперь вы довольны?

Мои глаза отражали мой вопрос. Она улыбнулась при ответе.

— Ты знаешь, как обращаться с собаками. Это радует.

Я не могла ни плакать, ни смеяться от ее слов. Пришло время завершить мой спектакль, улыбаясь еще ярче.

Не знаю, как я выглядела, но мне приходилось натягивать улыбку.

Даже когда герцогиня обратилась к служанке со словами:

— Марина, принеси еще одну свечу.

Но я почувствовала, как мои глаза неосознанно сузились от неожиданного приказа.

Почему? Затем я распахнула глаза.

И в этот же момент герцогиня Мелфорд радостно приподняла кончики губ.

Глаза Аджеста оставались полуоткрытыми. Он прекрасно осознал еще раньше меня, что даже эта игра не поможет – они не в силах ничего изменить.

Мой кулак был плотно сжат. Мне бы не хватило силы ей противостоять и сбежать без всякой помощи. В конце концов, что бы я смогла сделать?

— Перестань, мама.

В этот момент из открытой двери послышался голос Михаила. Черные ботинки юноши ступили на просачивающийся свет. Он приближался в нашу сторону.

— Михаил? С чего ты внезапно заговорил?

— Прибыл экипаж герцога Агэрнии.

— ….О чем ты? Дата назначена через четыре дня.

— Ох! Может, я по ошибке сообщил им неверное время? Ничего не поделать, кроме того, как отправить его раньше.

На лице Михаила не отражалось ни капли стыда. Он винил себя в своей оплошности, но лукаво улыбался.

— Ну, сегодня он не успеет собраться, так что я уже сказал им, чтобы они подождали до завтра.

Лицо герцогини Мелфорд посуровело. Она долго смотрела на сына и безучастно улыбалась.

— Боюсь, это не мой сын. На этот раз я проявлю снисходительность.

Я встретилась взглядом с Аджестом, чьи колени продолжали оставаться согнутыми перед моими ногами.

Все кончено, Аджест.

Закончились тот кошмар, тот ад, которым, казалось, не будет конца.

Теперь твоя жизнь станет спокойнее.

***

На колокольне стояла женщина и смотрела в окно.

Через обрамленные окна ее взор обратился на толпу людей.

Лица прохожих, смеющихся и болтающих друг с другом, были оживленными. Торговцы радушно встречали своих клиентов. Среди многих людей были и хулиганы, пугающие людей своими нелепыми выходками.

Женщина молча наблюдала за ними, наслаждаясь сладостью мирного зрелища.

Легкий ветерок трепетал ее волосы.

Женщина без слов перевела взгляд на ее развевающиеся ветром серебристые локоны.

— Вот ты где.

Сухие слова слетели с уст женщины. Она уже давно заметила его присутствие.

— Мы давно не виделись, но где ты был?

Она встревоженно повернула голову. Увидев мужчину, девушка нахмурилась, будто не придавая значения. Он был человеком, которого она прекрасно знала, однако он уже был не тем.

Мужчина сделал шаг вперед. Она почувствовала, что к ней приближается кто-то высокий и крупный. Да, он изменился, без всяких сомнений.

Тот затуманенный взгляд, наполненный любовью, пропал.

Его ясные очи внимательно смотрели на женщину.

Есть только один человек с взглядом, отражающим ненависть к этой девушке.

Женщина смутно осознала этот факт. Может быть, промывка мозгов у мужчины ослабла.

— Это было так давно, Адж.

— ….Давненько я тебя не видел.

Мужчина пришел повидать Сериену, но она не понимала, почему он ее нашел. Возможно, он просто хотел ее видеть.

Да … точно. Мужчина всегда останется верным псом.

И Сериена, эта жестокая женщина, знала это слишком хорошо.

— Эффект еще не прошел?

Сериена томно рассмеялась.

Аджест прекрасно понимал, что означает ее смех.

Как он мог не узнать, находясь с Сериеной так долго? Ее улыбка появлялась тогда, когда она избавлялась от ненужных вещей. Аджест предчувствовал – она убьет его.

Вот и все. С самого начала промывки мозгов для Сериены он был лишь брошенной собакой.

— Юлиана, это та самая девушка?

Сериена подошла к нему, приподнимая свое тело, прислоненное к оконной раме.

Ее движения были неторопливыми. Она не думала, что он представляет для нее угрозу.

Доказательство прямо перед ней — Аджест пришел к Сериене, несмотря на то, что его внушение исчезло.

— Адж.

Как всегда, вялым голосом произнесла девушка.

Сладкий голос Сериены звучал ядовито и маняще. Она медленно коснулась тыльной стороны ладони Аджеста.

Он дрожал и не мог сопротивляться ее прикосновению, словно был околдован девушкой.

— Ха-ха …!

Она с удовольствием наблюдала, как он не отвергает ее руку, даже после того, как действие промывки мозгов прошло. Сериена внезапно схватилась за живот и расхохоталась.

Вскоре она перестала смеяться и заговорила с широкой улыбкой на лице.

— Мой дорогой Адж, скажи мне. Ты пытался таким способом покинуть меня?

***

Мне приснился сон о том, как настоящая Сериена убивает Аджеста.

Последняя глава со сценой брызг крови на моих руках все еще оставалась в моем сознании.

Горячая кровь стекала вниз и пропитывала пол.

Несмотря на то, что те события были лишь сном, я отчетливо помнила свои чувства и эмоции, словно все случилось вчера.

До того, как я попала в роман, эта сцена меня не волновала, но теперь я не могу ее игнорировать.

Я встала со своего места с пульсирующей головной болью. Моя спина была вся в холодном поту от кошмара.

Я сложила одеяло и спустилась с кровати. Часы на столе показывали два часа ночи.

Небо за окном было темным. До рассвета еще долго.

Луна высоко поднялась, освещая тьму.

Из моей комнаты открывался восхитительный вид на звезды. Бесчисленные светила создавали великолепный узор.

Как во сне, Сериена подошла к окну и бессмысленно уставилась на ночное небо.

‘Я никогда не видела столько звезд в Корее.’

Какая у меня была жизнь до того,как я попала в роман?

Теперь, когда я об этом подумала … Я трепетно относилась к оценкам и всегда хотела денег. Хотела, чтобы меня признали и уважали.

Я помню, как училась до потери пульса.

Почему у меня не хватало времени просто взглянуть на небо и насладиться таким прелестным видом?

От одной мысли о тех временах я начинаю смеяться. Теперь мне ничего из того уже не нужно. Бесчисленные украшения не производили на меня особого впечатления.

Дверь отворилась со скрипом.

Только один человек мог навестить меня в столь поздний час.

— Аджест?

Сонные глаза остановились на мне.

Он медленно начал подходить и остановился в четырех шагах. Он держался за стену дрожащими руками, словно чувствовал тяжесть в ногах.

Ему часто снились кошмары, и тогда он приходил ко мне. Какой кошмар на этот раз его потревожил?

Сейчас Аджест был в плохом состоянии. Черная мана начала сгущаться вокруг него.

— Пойдем, я уложу тебя спать.

Я поманила его к себе на кровать и произнесла нежным мелодичным голосом, надеясь успокоить юношу.

Аджест, очевидно, услышал мой голос и пошел в сторону него. Он пришел ко мне, словно околдованный.

— Хорошая работа…ах!

Аджест меня настойчиво обнял. Затем он рухнул на кровать, словно потерял все свои силы.

Я лежала в его объятьях.

‘Он собирается так спать?

Аджест крепко держал меня и, казалось, не собирался отпускать.

Глубоко вздохнув при виде этого зрелища, я начала ворочаться с боку на бок в поисках удобного положения.

Мое тело было немного мокрым и липким, однако запаха не ощущалось.

— Аджест, все хорошо? Расслабь руки.

— Просто поспи вот так.

На что это похоже?

Мои брови поползли вверх. Однако у Аджеста было спокойное лицо с опущенными бровями,как у послушной собаки.

Поскольку Аджест держал меня за талию обеими руками, мне пришлось лечь на его руку. Я не думаю, что мне будет комфортно спать с приподнятой спиной.

— Мне неудобно.

— ….А так?

Он изменил позу и пошевелил рукой. Неожиданно мне стало комфортно, отчего возникла сонливость.

— Я люблю тебя, Сериена.

Снова эти слова.

Его голос, признающийся в любви, звучал сладко. Если бы я от него опьянела, это не показалось бы странным. Мое смятение прошло.

Я просто хотела притвориться, что не знаю человека с промытыми мозгами и попавшего в ловушку любви.

Как роза защищала себя шипами, так и я. Даже если это причинит боль другим, я хотела себя обезопасить.

Так что я снова должна стать зрителем.

Лежа я видела, как в окне плывет яркая луна. И глядя на нее, меня окутал сон.

Когда я проснулась на следующий день, Аджеста рядом со мной уже не было.

Мне пришлось встать рано утром, дабы проводить Аджеста. Проспав калачиком всю ночь, я потянулась, открыв глаза.

— Сестра, ты случайно не видела этого ублюдка Харона?

Действительно, люди этой семьи обладали талантом внезапно появляться за спиной и пугать тебя до смерти.

У Максиона красовался синяк под глазом. Видимо, после очередной драки с Хароном.

Я покачала головой и зевнула.

— О, правда. Вот придурок…

— ….Что случилось? Какие-то проблемы?

— Нет, просто утром Харон швырнул в него перчатку. Но…Сегодня все не так, как обычно. Из-за него у меня синяк…!

Должно быть, он говорил об Аджесте. Максион вспоминал о произошедшей несправедливости.

Я спокойно кивнула и выслушала. В этом мире бросить перчатку означало вызвать человека на дуэль.

Харон часто искал поединка с Аджестом и имел в своем списке немало поражений.

Каждый раз он стискивал зубы и клялся тренироваться усерднее. Однако, несмотря на все приложенные усилия, ему так и не удалось победить Аджеста.

Ранее Аджест первый провоцировал Харона, но теперь все иначе.

В какой-то момент промывание мозгов подействовало на него, и юноша теперь не противился.

Поэтому нынешняя тактика Аджеста заключалась в том, чтобы избегать Харона и уклоняться от его атак.

Поэтому мой брат устал быть зачинщиком драки и не мог добиться честного боя.

— Харон разозлился при его виде.

— Разве?

— Да, правда.

Этим утром Максион стал свидетелем того, как Харон схватил за горло Аджеста.

Харон слегка неодобрительно относился к Аджесту, но он никогда не проявлял к нему излишней жестокости.

Но на этот раз он решил, что Аджест заслужил его гнев.

Какой брат не рассердится, когда увидит мужчину, обнимающего в постели свою незамужнюю сестру?

Когда перед Хароном предстало это зрелище, он начала его допрашивать, и с каждым мгновением его гнев нарастал еще больше.

Максион и Михаил привыкли к подобному.

Аджест не раз и не два ночевал в комнате Сериены, но лишь Харон об этом не знал.

Если бы провели конкурс на самого наивного члена семьи Мелфордов, Харон без тени сомнения одержал бы победу.

— Мне пора идти. Надеюсь, ты найдешь Харона.

***

Сегодня Аджест выглядел иначе.

Обычно его темные волосы были спутаны.

Передняя часть рубашки была слегка расстегнута, а кожа покрывалась потом.

Его глаза окутывала сонливость и усталость.

Насколько я знаю, у Аджеста всегда был неряшливый вид.

Но не сегодня.

Его волосы аккуратно уложены, одежда выглядит опрятной, а глаза ясно сияли.

Он был не тем, кого я знала.

Останется ли он таким же, когда чары внушения ослабнут?

Стоя перед экипажем герцога Агэрнии, юноша выглядел благородно.

И все же надвигалась уже известная мне катастрофа.

Аджест, отстраненно наблюдавший за своим семейным экипажем, повернул голову в мою сторону.

— Сериена, не могла бы дать мне свою левую руку?

Что он задумал? Я без долгих раздумий последовала его словам.

При этом мгновенном действии Аджест рассмеялся, словно довольствуясь моим повиновением.

— Нуна! Не держи его руку!

— Эй ты, сумасшедший ублюдок! Хватит вредить…

Звучал громкий голос.

Харон взбесился, что не наказал ранее Аджеста, но Максион крепко его схватил, дабы не произошло никакого инцидента.

Слуги Агэрнии засмеялись, словно были взволнованы этим зрелищем.

Но я уже протянула ему руку помощи.

При попытках освободить запястье, Аджест в ответ лишь сжал его еще сильнее.

— Не уходи, я не отпущу.

— …..

Грациозными движениями он наклонил голову и нежно поцеловал меня в тыльную сторону ладони.

От его благородного вида у меня застыли глаза.

—····!

Аджест укусил меня за левый безымянный палец.

Мне удалось подавить возглас удивления. Но я не могла шелохнуться.

Это не похоже на него. Его поведение отличается от обычного.

Он всегда был почтителен, но сейчас что-то нечто.

Распахнув глаза, я спросила, что он делает, но в ответ увидела лукавую улыбку.

А затем он громко рассмеялся.

— Пока меня нет, никто же тебя не заберет?

На пальце сияли яркие следы от зубов.

Я была сбита с толку. Он улыбнулся, словно забавляясь моей реакцией.

Мои брови поползли вверх. Что, черт возьми, тут смешного?

— Это вместо кольца.

— Мне не нужны следы зубов.

Я вынула свою руку из его ладони и сжала в кулак, дабы это скрыть.

— Тебе пора.

Аджест нахмурился, как будто не хотел идти и не хотел садиться в экипаж.

Карета тронулась.

Теперь он вернулся туда, где ему и суждено быть.

***

Когда я медленно открыла глаза, передо мной предстала однообразная комната, окруженная белыми стенами, создавая при этом ощущение спокойного минимализма.

Она неплохо сочеталась с храмом, подчеркивающим чистоту.

С одной стороны комнаты стоял алтарь, а рядом с ним серебряная свеча.

Я медленно оглядела комнату и бесцельно помолилась с сомкнутыми глазами.

Мне следовало выглядеть, словно я верующая.

Но, не веря в Бога, я продолжаю стоять и притворяться благочестивой.

Я долго и усердно ʹмолиласьʹ, а затем встала и покинула комнату.

Только набожные люди поклоняются Богу этого мира, Эллайо.

Быть верующим не так уж и трудно.

Любой может, если он постоянно жертвует крупную сумму храму. Поэтому большинство людей, пользующихся уединенными комнатами, принадлежали к высшему сословию.

Но иногда и обеспеченные простолюдины позволяли себе роскошь.

— Боже мой, верующая Сериена! Сегодня ты снова пришла.

Я направлялась к выходу из храма.

Женщина в белоснежном костюме священника позвала меня, взмахнув медово-белокурыми волосами. Она искренне улыбнулась, нежно опустив глаза.

— Давно не виделись, Святая.

Я засмеялась в ответ на ее улыбку.

— Ох! Я давно хотела с тобой поговорить. Твое пожертвование пошло на благие дела.

— Правда?

— Да. Благодаря тебе жизнь людей, проживающих в трущобах, станет лучше.

Она ясно улыбнулась, будто бы была искренне признательна.

— Спасибо, Святая. За то, что приложила усилия и правильно воспользовалась моим пожертвованием.

— Благодаря мне? Это все благодаря тебе. Нам повезло, что в храме Эллайо есть такой добрый и хороший человек, как Сериена.

— Я рада, что оказалась полезной.

Причина, по которой я пришла в храм и усердно молилась, жертвуя деньги и ведя себя, как набожная, находится прямо передо мной — подружиться со святой Юлианой, героиней оригинального романа.

Юлиана — моя страховка и последняя надежда снять внушение Аджеста. Но почему я до сих пор не обратилась с просьбой?

Разумеется, я знаю, что куда быстрее попросить об одолжении, нежели осуществить свои планы.

Тем не менее, сейчас я не могла.

И как мне сказать ей о случившемся с Аджестом?

Юлиана неизбежно задаст вопрос: «Почему в его теле скопилось так много ядовитых растений?»

Но если она спросит, я не смогу сказать причину промывки мозгов. Святая нетерпима к преступлениям.

Если обвинят семью Мелфорд, пострадаю не только я, но и мои братья, наши слуги, все поместье.

Однако, если я взмолюсь о помощи, то мне следует быть готовой ко многим потерям.

Или же оставить ее в неведении.

Потому что она — моя последняя надежда.

— Мне так неловко. Я просто делаю все возможное, будучи истинно верующей в Бога Эллайо.

Но подобного не упоминалось в романе.

Юлиана посмотрела на меня, крепко сжав руки, как будто была чем-то взволнована и обеспокоена.

— Ну, тогда я пойду. Надеюсь, в следующий раз снова с тобой встречусь.

— Ох, если у тебя будет время во время вашего следующего визита, не хочешь ли пройтись по храму?

Какое неожиданное достижение.

Я и сама могла осмотреть храм. Возможно, Юлиана хотела показать мне места, где доступ для обычных людей ограничен.

Сомневаюсь, что там есть нечто важное и полезное, но это шаг в правильном направлении для наших отношений.

— Ох, конечно! Я буду признательна.

Честно говоря, меня не интересует внутренняя часть храма.

Что меня интересует, точнее кто, так это Юлиана.

Моя цель в том, чтобы приблизиться к девушке, подружиться и завоевать ее доверие.

Надеюсь, настанет день, когда я с ней могу видеться в любое время.

Похоже, Юлиана начала проявлять ко мне интерес, и мне не стоит упускать эту возможность.

— Я заранее сообщу храму. В следующий раз ты можешь подняться в мою комнату.

— Тогда я с нетерпением жду того дня, Святая.

— Я тоже, Сериена.

Сериена мягко улыбнулась и отвернулась от Юлианы.

Юлиана рассеянно смотрела на Серину, пока та удалялась от нее. Серебристые волосы, развевающиеся на ветру, подобны серебряной нити, поэтому девушка напоминала ангела, спустившегося с небес.

Сериена выглядела великолепной и очаровательной.

Словно демон скрывался в ней.

Без преувеличений можно сказать, что мужчины посещали храм только из-за нее.

‘Она хорошая девушка.’

Юлиана жила в храме с самого детства, поэтому ей было одиноко.

И все ее сверстники держались от нее на расстоянии.

Когда Юлиана стала святой, достигнув высокого поста, никого с ней не осталось, кроме тех,кто чувствовал себя обремененным или тех, кто льстил.

Но Сериена была другой. Принадлежавшая к высшему сословию, она относилась с уважением к окружающим.

По этой причине Юлиана чувствовала себя комфортно, находясь рядом с ней, даже будучи едва знакомыми.

Поэтому Юлиана хотела сблизиться с Сериеной.

— Вы уже уходите?

— Да, я слегка утомилась.

— Вы сегодня опять отправитесь в библиотеку?

— Да, пойду почитаю.

— Желаете чего-нибудь перекусить?

— Нет, я не голодна.

Я отклонила предложение горничной и пошла в библиотеку.

Поначалу запах заплесневелых книг и старой бумаги приводил меня в замешательство, но с тех пор, как начала довольно часто уединяться в библиотеке, я привыкла к нему.

За последний год я все больше и больше времени проводила за книгами. И вот уже несколько месяцев я практически здесь живу.

Одним из увлечений герцогини Мелфорд — коллекционирование книг.

Большинство дам увлекалось драгоценностями, но интерес герцогини Мелфорд был поистине уникальным для женщины ее положения и возраста.

Благодаря этому большинство книг, периодических изданий и очерков, которые я желала прочесть, были найдены именно в этой библиотеке.

ʹСамая большая проблема в том, что книг слишком многоʹ.

Три года назад я погрузилась в изучение гипноза, подробно читала про ароматические свечи, которые использовала герцогиня Мелфорд на Аджесте.

Однако об это мало где упоминалось, а возможности для получения большей информации были труднодоступными и трудоемкими даже в таком уникальном и изобилующей знаниями месте.

— Ингредиент аромата, упомянутый герцогиней Мелфорд…

‘Амалион’

Амалион — это незаконный и вызывающий сильное привыкание наркотик, часто продающийся на черном рынке. Те, кто принимал препарат, сообщают о сильном галлюциногенном эффекте. Людям с трудом возвращались к реальности, поскольку они стали пленниками собственных фантазий и желаний.

Вот настолько бы сладостным ʹАмалион’.

Несмотря на то,что его искало немало людей, не так просто им удавалось заполучить редкое и малоизвестное ядовитое растение.

Он был самым главным ингредиентов этих опасных свечей. Вещество не только вызывало зависимость, но при длительном применении могло приводить к летальному исходу.

Аджест очень долго и часто вдыхал этот наркотик, но, к удивлению, он выжил и не поддался искушающей смерти.

Я начала свои поиски с книг о травах, используемых для промывания мозгов и заклинаний.

ʹЯ уверена, что я найду в библиотеке информациюʹ.

Через несколько дней я узнала больше об амалионе.

Мне потребовались время и усилия, дабы найти книгу и ее прочесть на незнакомом мне языке.

‘Нашла.’

Я взяла толстую книгу и положила ее на стол. Она была немного шире моего предплечья.

Найдя закладку, чтобы продолжить чтения, я перевернула страницу с трепещущим звуком и сосредоточилась на содержании.

Не зная, сколько я провела времени в библиотеке, я перевела свой взгляд на окно и увидела отблески заката на столе.

Небо окутал алый цвет.

— Сериена, ты сейчас занята?

— Да, занята.

Бесстрастно ответила я, возвращаясь к изучению материала и отворачиваясь от обладателя голоса, ступившего за порог комнаты.

Михаил нахмурился, зашагал вперед и захлопнул мою книгу.

— Ну и что ты делаешь? Брат!

— Прекрати читать! Ты собираешься выйти замуж за книгу?

Я нахмурила брови.

Почему он вдруг вмешивается?

— Мне тебе чем-то помочь?

— Не мне, а другому человеку.

— Ты о чем?

— К тебе пришел Аджест.

Мое лицо окаменело.

Михаил поднял брови, удивленный моей реакцией.

Прошло уже три года с тех пор, как Аджест покинул наш дом.

Время прошло ни быстро, ни медленно.

После его ухода, герцогиня Мелфорд отправила меня и слуг в дом Агэрнии, дабы наблюдать за ним. Я безропотно последовала ее приказам. И с моей точки зрения, так было лучше.

Смешно, но особняк Аджеста скорее был для меня гаванью, нежели мой настоящий дом. Я наслаждалась кратким отдыхом, наблюдая за юношей. Всего год.

Он часто писал письма на пять листов или около того, но я отвечала лишь тремя строчками.

Я не обладала навыками красноречия, и мне правда ему нечего было рассказать.

Конечно, вполне очевидно, что я намеренно его избегаю.

Но я не ожидал, что он так внезапно придет ко мне.…

— …..Аджест здесь?

Михаил кивнул, скрестив руки на груди, и повернул голову.

Почему?

Если подумать, то в последнем письме он писал: ʹЯ скучаю по тебе, Сериенаʹ.

Нет, не может быть, чтобы он искал меня именно по этой причине. Но с нашей последней встречи прошло много времени.

Я тихо вздохнула. Возможно, он действительно тосковал по мне. Вот почему он единственный, кто без всяких колебаний вступает в волчье логово.

Глупый болван.

Аджест вырос умелым и завидным человеком, доказав свою ценность.

Теперь в Агэрнии всегда стекались купцы, а военная мощь герцогства была на небывалом уровне.

Агэрнию выбрали самым могущественным среди всех четырех достойных герцогов Империи.

Это гигантский скачок в развитии семьи всего за три года. И он всего лишь в начале своего пути.

Каждый раз, добиваясь успехов, он твердил одни и те же слова, как попугай.

— Это все для тебя.

Какое нелепое слово.

Чем чаще я слышала эти слова, тем больше убеждалась в эффекте промывки мозгов.

К счастью, Аджест вырос достойным мужчиной, даже если его поступки посвящались воображаемой любви.

— Неужели не собираешься встретиться с ним?

— …… Я занята. Передай ему, чтобы он пришел в следующий раз. А теперь оставь меня.

Сегодня я не хотела его видеть.

ʹТот деньʹ двухлетней давности преследовал меня во сне. Мне казалось, что при его виде, я мысленно вернусь в то время.

Тот кошмарный день.

— Он говорит, что не уйдет, пока не увидит тебя.

— Тогда скажи, что ему придется ждать до конца своих дней.

— ….Это жестоко.

Я сфокусировала свое внимание на книге, услышав,как мой брат презренно щелкнул языком за моей спиной, но я притворилась, что не заметила его реакции.

После чего раздался звук захлопывающейся двери. Михаил вышел из библиотеки, а я пыталась сосредоточиться на чтении, но, увы, ничего не вышло.

Когда я едва сконцентрировалась,

Тук-тук.

Я повернулась в сторону звука, и увидела, как нечто черное вырисовывается за окном.

Я снова устремила свой взгляд в книгу, не обращая внимания на бесполезный шум, но что-то черное упорно продолжало стучать в окно.

Мне пришлось отвлечься от моих дел, поскольку звук поднимал мне нервы.

Я встала и направилась к окну.

ʹЧто это?ʹ

Из него виднелось неизвестное существо.

Оно живое?

Я открыла окно и схватила что-то темного цвета. Его тело было размером с мою ладонь, так что я без труда держала одной рукой.

Приглядевшись, я увидел, что нечто черное походило на форму птицы. Не совсем ясно,перед моими глазами летучая мышь или нет. Впалые и слегка опущенные глазные яблоки и вызывающая недоумения гротескная форма.

Бессознательно мое дыхание остановилось. От черного существа доносился гнилостный запах. Я огляделась, гадая, с какой стороны появилась эта тварь.

Темно-красный клюв раскрылся.

— Жестокая девочка! Бездушная девушка! Дурная девочка! Еще и человек!

— …..

ʹДело рук Михаила?ʹ

Михаил часто экспериментировал с мертвыми существами.

Я не знаю, что это за эксперимент, но сомневаюсь, что он увенчался успехом.

— Брат Михаил, ты меня слышишь? Выключи эту штуку, если слышишь. Слишком шумно.

— Нет! Глупая! Бестолочь! Бесишь!

— ….

Экспериментальное создание Михаила, как попугай, постоянно повторяло бранные слова.

Звук был настолько громким, что я магией отбросила объект подальше от себя.

В последний раз, когда я смотрела на вид из окна, там был закат. Но теперь всепоглощающая тьма окутала небо.

Я даже не хочу гадать, сколько прошло времени.

Аджест уже ушел, верно?

— Он говорит, что не уйдет, пока не увидит тебя.

Слова Михаила продолжали прокручиваться в моей голове.

Ты же до сих пор не ждешь, правда?

Пока я размышляла, у меня появилась мысль, что он вполне может ждать.

ʹКонечноʹ

Я повернулась в сторону книги…Но читать я больше не хотела.

Мои нервы были на пределе. Книга не привлекала мое внимание.

Я раздраженно ее захлопнула и убрала обратно в шкаф.

Выйдя из библиотеки, разумеется, я направилась в свою комнату.

Внезапно мои шаги остановились.

На всякий случай….Я просто очень любопытный человек.

Я сменила направление, решив только взглянуть одним глазком. После проверки сразу же отправлюсь в комнату.

Я торопливо побежала по коридору.

Ночью температура довольно сильно понижается.

Холодный ветер обжигал мою кожу сквозь тонкую домашнюю одежду. Из-за мороза я вздрогнула.

Я опустила руки, устремив свой взгляд вперед, и увидела человека, непоколебимо стоявшего на ледяном ветру.

Его щеки покраснели из-за холода.

— ….Сериена.

Это был Аджест.

Он широко улыбнулся мне.

Затем он двинулся со своего места и направился в мою сторону.

ʹВправду глупостьʹ.

Если я сказала тебе идти, ты должен идти. Но ты продолжал стоять и ждать меня.

Я моргнула, глядя на него. Мне было немного неудобно, потому что пришлось запрокинуть голову, дабы взглянуть ему в лицо.

Три года назад я была его ниже ростом, но сейчас Аджест стал еще выше.

Когда-то он был мальчишкой, но теперь Аджест вырос настоящим мужчиной. Его расправленные широкие плечи, острый подбородок и переливающиеся цветом глаза. Его очи были ясны, как яркие лучи солнца.

— Погода прохладная.

Аджест снял куртку и укрыл меня.

Да, было холодно, но кто о ком должен заботиться?

— …Я не мог войти из-за своей корысти.

— Я же сказала тебе идти. Почему ты остался?

— Потому что хотел тебя видеть.

Аджест лукаво улыбнулся.

Я подняла руку и осторожно провела ею по его раскрасневшемуся лицу.

Глаза Аджеста распахнулись.

Как долго он стоял? Его щеки были ледяными.

Я погладила его по лицу, словно желая согреть.

— Ты увидел,да? А теперь уходи.

— …….Нет.

— Возвращайся. К сожалению, у меня нет времени заниматься тобой.

Его рука обхватила тыльную сторону моей ладони, и он прижал ее к своему лицу.

Наклонившись, он поднял глаза и посмотрел на меня.

Я хотела рассмеяться над его видом, напоминающим ласковую домашнюю кошку.

Где же он подобному научился?

— Сериена, ты помнишь свое обещание о том, что если я докажу свою ценность, ты останешься рядом со мной?

В темноте его добрые глаза коварно искрились.

— …Помнишь…

Аджест поднес мою руку к губам.

Он с почтительностью поцеловал мою ладонь и пальцы.

Губы Аджеста издавали подкрадывающиеся крошечные всасывающие звуки.

Юноша широко улыбался, как хищник, который наконец-то нашел свою жертву.

Все это время он с верой и надеждой набирался сил.

В таких жестоких словах таились искренние желания.

Затем он спокойно сказал.

— Но сейчас ты не самая лучшая драгоценность?

— А что,если я подарю тебе императорскую корону?

— Что….?

Я усомнилась в услышанном. Даже говоря невероятные вещи, он оставался невозмутимым.

Мне показалось,что я ослышалась.

— Я сказал тебе, что подарю тебе императорскую корону.

Он улыбнулся моему удивленному лицу и повторил те же слова.

Мое лицо окаменело.

Придя в себя, я внимательно огляделась. К счастью, вокруг никого не было, кроме нас.

Я еще больше понизила тон голоса.

— Ты что, с ума сошел? Ты хочешь стать предателем?

— Но разве тебе не нравится мое предложение?

Безумец. Он определенно сумасшедший.

Аджест неторопливо улыбнулся властной улыбкой.

Но я не посмею видеть перед собой его фигуру,идущую по пути смерти ради простого восстания.

Увядший цветок,очевидно, все еще благоухал, сменив свой цвет и потеряв свой изначальный вид.

Неужели этот юноша тот, которого я знала раньше? Я так не думаю. Но причина,по которой он изменился, в том, что он был обязан на это пойти.

В конце концов я не осмелилась упоминать о смерти его отца, пока он не покинул эту семью.

Вернувшись домой, он запоздало узнал несколько скрытых фактов.Например, то, что я заменила его на похоронах.

В то время Агэрния разваливалась на части. И остановить крах, укрепить свое влияние были не единственными трудностями.

Даже в романе упоминалось,какие унижения он терпел, восстанавливая падшую семью.

Когда великая семья находится на грани полного краха, как не избежать в такой ситуации насмешек над Аджестом?

Большинство проигнорировало Аджеста,вспоминая о поступках его отца.

— Ты уверен? Если я стану владелицей короны, страна погрязнет в разрушениях.

— Мне все равно.

— Агэрния тоже может погибнуть.

— Мне все равно.

Я искренне насмехалась над ним, но Аджест не колебался при ответах.

Его мысли заняты лишь мной. Он закрывал глаза на все мои дурные желания. Нет, он даже бы стал соучастником.

— Сериена, все остальное для меня безразлично. Неважно, что с ними случится, если ты там есть.

Он осторожно взял мои мягкие серебристые локоны и крепко поцеловал.

— Я люблю тебя, Сериена.

— ….

Мои кончики рта приподнялись. Возможно, это кто-то принет за улыбку победителя, но это не так. Это был крик о помощи. Самопомощи.

Я даже не знаю, как попала в комнату. После разговора с Аджестом я тяжелыми шагами поднялась в свою спальню.

Мое тело рухнуло на кровать, как падающий камень. Я вытерла лицо одной рукой.

С того самого дня, два года назад, я избегаю Аджеста.

Я не сразу от него отстранилась, но по той или иной причине отказывала ему. Но, несмотря на постоянные отклонения, Аджест по-прежнему страстно преследовал меня.

Его особняк, напоминавший гавань, оставил неприятное послевкусие.

Мне пришлось увидеться с ним, когда герцогиня Мелфорд приказал мне шпионить за ним.

‘Каким-то способом мне удалось избежать Аджеста’.

Все начиналось медленно.

Это было в тот день два года назад. В то время я не обладала подробной информацией об амалионе.

Торопясь освободить его от эффекта промывки мозгов, я повсюду искала травы, дабы избавиться от токсинов. Существовала гипотеза, что если принимать специальные травы в течение некоторого времени яд выведется из организма.

И однажды я нашла действенную траву. Я приготовила лекарство, чтобы Аджест его принял, и, завершив его создание, сразу же к нему направилась. Тогда я не придала особого значения, увидев покрасневшего и дружелюбного Аджеста.

Единственное,что занимало мои мысли, — поскорее снять с него внушение.

Я проигнорировала холод, пробирающий мой желудок и поднимающийся к горлу. Но с опозданием поняла, что допустила ошибку.

Аджест спросил, что за траву я протягивала ему. Тогда я рассмеялась в ответ.

— Что? Переживаешь,что я пытаюсь тебя отравить?

— Думаю, ты способна на это.

Аджест ухмыльнулся на мои вопросы.

— Какого черта ты обо мне думаешь?

Я распахнула глаза и уставилась на него. Он рассмеялся, забавляясь моим пристальным взглядом.

— Ну, если это от тебя и это яд, я с удовольствием выпью его за тебя, Сериена.

Он взял у меня из рук пузырек с лекарством и выпил без остатка и вопросов.

Этот момент стал отправной точкой для изменения наших отношений.

— Ах…!

Сколько времени прошло с тех пор, как он его принял? Лечебный эффект подействовал на его организм.

Аджест жаловался ноющую головную боль прямо перед тем, как споткнулся, но я поспешно его поймала.

— Аджест, с тобой все в порядке?

— Ты…

Его внушение ослабло. И его аура мгновенно изменилась….

Глаза, смотревшие на меня так, словно я самое прекрасное существо, исчезли, и вместо них на смену пришли совершенно иные эмоции.

Я ожидала перемены во взгляде после выведение яда, но, почувствовав странную обстановку, рефлекторно попятилась.

Глаза Аджеста были незнакомыми. Долгое время мы только молча смотрели друг на друга.

Его очи отражали лишь ненависть.

Я подняла голову и посмотрела ему в глаза, стараясь привыкнуть к его новому взгляду.

Аджест медленно подошел ко мне, не говоря ни слова. Его движения напоминали приближающегося зверя.

Неужели оригинальная Сериена чувствовала то же самое? Трудно сказать, прошла ли промывка мозгов или нет, потому что его глаза все еще были затуманены.

Причина, по которой я предположила, что внушение исчезло, в том, что его очи отражали ненависть.

Неопровержимых доказательств я не нашла, но было слишком много поводов для размышлений.

— Аджест, ты меня ненавидишь?

Почему с моих уст слетел этот вопрос?

Я просто задумалась. Мне нужно знать, действительно ли Аджест питал ко мне ненависть.

Я хотела услышать причину его взгляда.

Хоть я и понимала, что поступаю эгоистично.

Известный мне Аджест потерял здравомыслие в зале галлюцинаций.

Как обычно я ласково его окликнула, но его реакция оказалась совершенно иной.

Он нахмурился, как будто услышал ужасный шум.

— Хах…!

Внезапно мой обзор изменился. Аджест толкнул меня на кровать и без предупреждения забрался на меня сверху.Но я лишь смотрела без вопросов, ожидая его дальнейших действий.

Его взгляд был опустошенным, но в то же время в нем таилась злоба, желающая разорвать меня на мелкие кусочки.

У меня было предчувствие.

Может быть, он убьет меня.

Аджест схватил меня за шею, словно оправдывая мои ожидания. Он медленно на нее давил. Потом остановился, уменьшая хватку.

— Ха, ха…

Аджест,ты жесток. Если ты собираешься убить меня, то не смотри таким взглядом.

Почему ты плачешь с таким видом, словно желаешь разорвать меня на части?

Он тихо плакал. Но его сила,с которой он сжимал шею, не ослабевала.

Я уже давно задавалась этим вопросом.

Что мне делать, если Аджест с промытыми мозгами попытается меня убить?

Для Сериены, злодейки из романа, не существовало смертельного исхода.

Возможно, само изменение судьбы привело бы меня к смерти.

Вместо того,чтобы быть благодарной за то,что злодейку ждал счастливый конец, я собственными ногами подошла к краю обрыва.

Но я не сожалела.

Я давно себя спрашивала.

Хочу ли я так жить?

Нет.

У меня нет никаких угрызений совести. Ответ был простым.

Факт настолько забавен, что смех полился из моих уст.

Я не хочу жить,чувствуя себя опустошенной.

— …Ха.

Аджест с беспокойным выражением лица восхищался моей смертью.

Мне хотелось, чтобы эта боль поскорее закончилась. Даже если не переживать о смерти, боль остается болью.

Слезы прямо из его глаз падали на мои щеки.

Мое лицо стало мокрым, а боль в шее достигала своего предела.

Аджест, казалось, хотевший убить меня, никак не решался. Это было непонятное и противоречивое чувство.

На самом деле я не догадывалась, что произойдет после снятия внушения.

Вспоминая концовку оригинала, когда Аджест не нашел сил убить Сериену, я успокоила себя, что и на этот раз избегу смерти.

Но почему? Почему?

Если он не убил настоящую Сериену, убьет ли меня без колебаний?

Возникло мимолетное чувство предательства,но я притворилась, что ничего не знаю.

Я слегка улыбнулась. В тот момент я думала, что на этом все закончится.

Неожиданно что-то вспыхнуло. Моя душа покидала мое тело.

Как в оригинале.

Может быть, наша переплетенная неизменная судьба заканчивается только тогда, когда один из нас убивает другого.

Это была последняя мысль, промелькнувшая в моей голове, прежде чем я закрыла глаза.

Проснувшись, я увидела Аджеста, лежавшего возле меня на кровати. Он крепко спал, поэтому я не стала его будить.

Удивительно, но я выжила.

Меня пробирало любопытство, сплю ли я.

Но посмотрев в зеркало, мои сомнения развеялись. Четкие отметины на моей шее стали тому доказательством.

Я бессознательно рассмеялась. Не знаю, что тут смешного, но я продолжала смеяться.

Придя в себя, я покинула герцога, оставив его одного.

Аджест, который подходил ко мне еще не один раз, ничего не мог вспомнить о том случае.

Только я знала события того дня.

Обмакнув кончик пера в чернила, я начала рисовать буквы на пергаменте. Мне не хватало письменных принадлежностей, отчего я невольно осознала всю роскошь Кореи.

Поскольку в этом мире научный прогресс значительно отстает, возникло много трудностей. В конце концов я приспособилась к неудобствам, однако все равно возникали препятствия при сборки информации. В моем мире бы поиски заняли мгновение с помощью смартфона.

[Необходимые ингредиенты для детоксикации амалиона:

1.Брейния (токсичен, но нейтрализует амалион).

2. Эльф (для борьбы с сильно ядовитой брейнией).

— Проблема: трудно найти. Негативно настроены по отношению к людям.

3. Снотворное].

Потребовалось довольно много времени, чтобы найти брейнию из-за ее малоизвестности и расположением в высокогорных районах.

Именно на расшифровку информации об амалионе я потратила всех больше времени. Как только я получила основное о нем представление, моей второй целью стало выявление веществ, способных его вывести.

Даже после стольких лет у меня есть только базовые знания об амалионе.

‘Самое большое препятствие для меня — найти эльфа’.

В настоящее время люди и эльфы не ладят друг с другом. Еще тридцать лет назад они постоянно торговались и общались. Эльфы обладают прекрасными знаниями в медицине, и многие достижения в этой области принадлежат именно им. Но самое главное — эльфы умело и мастерски выводили яды и создавали лекарства.

Гвоздь раздора был вбит между двумя расами 30 лет назад. Дочь правителя эльфов и принц имперской семьи испытывали друг другу чувства. Но их роман привел к неисправимой трагедии.

До сих пор для всех тайна — почему принц убил свою возлюбленную. Эльфы пребывали в растерянности и требовали справедливости, но император пренебрег их просьбой.

Ситуация приобрела печальный оборот, когда поймали и казнили группу разъяренных и негодующих эльфов, обвинив их в том, что они презирали императорскую семью. В день их погибели эльфийский правитель разгневался, и тогда возникло табу на любое общение с людьми.

Эльфы вокруг нас, но скрываются от человеческих глаз.

‘А мне нужен эльф’.

Поскольку брейния редка и мало кто владел информацией о ней, люди едва справлялись с растением без помощи эльфа.

А что, если эльф попадет в руки другого человека, предварительно заполучив сведения о растении?

Но я забегала вперед.

Как бы то ни было, мне нужен эльф. Но шансы его найти почти равны нулю.

‘Ну, по крайней мере, у меня есть шанс’.

К счастью, возможность мне предоставится лишь раз.

Через нелегального работорговца.

В романе есть сцена, в которой главный герой ловит нелегальных работорговцев и спасает эльфа.

И тот эльф оказывается сыном нынешнего правителя. После инцидента эльфы радушно встретили главного героя, заслужившего их доверия, даже будучи человеком.

Он стал знаменит, его репутация упрочилась среди эльфов, которые еще оставались в долгу перед ним.

Но я нуждалась, чтобы они стали обязаны мне, дабы вылечить Аджеста.

‘И тот, кто эксплуатировал рабов, был одной из марионеток Аджеста’.

Если не ошибаюсь, то виконт Галлен?

Я помню,что этот человек обрел жалкую смерть от рук Аджеста.

Тогда есть шанс.

Во что бы то ни стало, я обязана спасти эльфа, а не главный герой.

Я сложила пергамент и вложила его между страницами книги.

Встав с места, я направилась к следующему пункту назначения – тренировочной площадки.

Некоторые рыцари снимали с себя вспотевшую верхнюю одежду и обливались водой.

Лязг-!

Звук столкновений острых мечей доносился до моих ушей.

— Леди…?

Рыцарь, заметивший меня, бессознательно обратился ко мне.

Тренирующиеся рыцари внезапно остановились. Другие удивились, забавляя меня их нелепым выражением лица.

Я равнодушно посмотрела на них и заметила, как некоторые мужчины затаили дыхание, встретившись со мной взглядом.

Вознаградив их улыбкой, я повернула голову.

— Что ты здесь делаешь?

— Ты сейчас занят, брат?

— Да, очень.

Михаил засмеялся, слегка отомстив за мой прежний ответ, когда сказала, что занята книгой.

Его движения были неторопливы,когда он откинулся и стал наблюдать за тренировкой рыцарей.

— Хорошо, тогда я подожду.

Я села рядом с братом, и брови Михаила приподнялись.

— У тебя ко мне дело?

— Мне нужно кое — что от брата.

Я улыбнулась ему, но Михаил нахмурился, делая вид, что не заметил моего выражения лица.

— В чем дело?

— Приглашение Тошипа.

Лицо Михаила посуровело ,но я продолжала улыбаться. Разумеется,этого следовало ожидать.

Приглашение Тошип означало приглашение на рынок рабов.

Тошип был псевдонимом Галлена.

Это имя известно только людям на черном рынке, и Михаил имел связь с подобными делами. Его жизнь пропитана опасными моментами, но удивительно то, что он утвердился в подпольном мире и стал почитаемым и уважаемым человеком.

Он им станет, ибо он — злодей романа и брат злодейки.

— …Откуда тебе известно?

Михаил сдержал натянутую улыбку, ожесточив очертания лица, и понизил голос, глядя вперед.

Стоит отметить, Михаил всегда докучал и насмехался, становясь похожим на плохого парня.

Сколько людей его возненавидят, несмотря на его светлую улыбчивость?

Он владел талантом близко знакомиться с людьми. Михаил всегда скрывается за маской, как и я.

Мне прекрасно известен этот факт, поскольку я не раз видела его истинное лицо. Хладнокровие – вот сущность Михаила.

— Почему? Ты знал, что мне неизвестно?

— ….Сериена.

Михаил на мгновение привстал. Очевидно, он думал, что информация откуда-то просочилась. Но я не собиралась оправдываться и исправлять его недопонимание.

— Ты не должна этого знать.

— Тогда тебе не следовало допускать распространения информации. Если ты что-то теряешь, виноват именно ты, а не тот, кто нашел потерянное, верно?

— ….

— Но что же мне делать? Мне нужен такой глава,которого бы не знал младший брат, владеющий недоступной для него информацией.

Чтобы встретиться с эльфами, мне необходимо проникнуть к рабам. Но проблема в том,что не ведала, когда и где откроется рынок рабов.

Я пыталась вспомнить содержимое романа, но, увы, безуспешно.

‘Это специальность Михаила’.

Приглашение, должно быть, попало в руки Михаила во время его пребывания в подпольном мире.

Выражение лица Михаила добавило уверенности моим ожиданиям. Было бы неплохо получить информацию от него, но это будет непросто.

Я решила удовлетвориться приглашением.

— Конечно, я прошу не за бесплатно. Я предлагаю тебе сделку.

— ….

— Я дам тебе свою кровь. Брат, тебе же нравится моя кровь.

Моя кровь насыщена маной. В экстренной ситуации, когда мана истощалась, маги использовали кровь как магическое средство.

Я помню, как Михаил говорил, что мана моей крови высокого качества и к тому же уникальна. И было немало случаев, когда он выражал желание использовать мою кровь в экспериментах.

Однажды я позволила ему, но меня тогда охватило странное чувство, поэтому больше я не решалась отдавать свою кровь.

С тех самых пор мне приходилось выслушивать его жалобные мольбы, но все безрезультатно.

— Сери.

— Недостаточно? Я дам тебе 10% акций моей шахты. Это намного ценнее, чем второй глава Тошип.

Шахту я получила от Аджеста в качестве подарка на день рождения в прошлом году. Она хранила в себе много редких и ценных минералов астрономической стоимостью.

Многие аристократы предлагали Аджесту ее купить, но он их просто проигнорировал, подарив рудник мне.

Но я огорчилась подарком. Шахта нужна для заработка, но неужели я в этом нуждаюсь? Рожденная в обеспеченной семье, наслаждаясь роскошной жизнью, разве я нуждалась в большем?

Не думаю, что использую все накопленные средства до окончания своих дней.

— Прекрати, ладно?

Наконец-то Михаил заговорил. Он выглядел раздраженным.

— Неужели ты думаешь, что я подвергну свою сестру опасности ради эксперимента? Шахта? Не спорю,я положил на нее глаз.

Михаил изобразил саркастичную улыбку — его настроение, очевидно, испортилось. Я молча ждала его возражений, полных негодования.

— Какая жалость, что я не отдам тебе приглашение, пока не заполучу весь рудник сестры.

Затем он похлопал меня по плечу и посмотрел.

— Итак, сестра, ты можешь продолжать торговаться, если хочешь знать, что из этого выйдет.

С помощью его руки, которая похлопывала меня по плечу, он оперся на меня и встал, после чего брат отвернулся от меня.

Однако я вскочила со своего места и преградила ему путь. Он старался не обращать на меня внимания, но я насмешливо фыркнула, ибо не собиралась так легко сдаваться.

Михаил вздохнул от моей забавы и медленно перевел взгляд на меня. Я не упустила возможности и быстро двинулась вперед.

Лязг!

Быстрым движением руки я приставила к его шее обычный меч, пропитанный маной.

Со звуком легкого удара в воздухе острие меча оказалось напротив его шеи. В глазах Михаила мелькнуло удивление.

— Знаешь что, брат?

— Ты….

— Если бы я протянула меч чуть дальше, брат бы умер.

Вдалеке мы слышали доносящийся с тренировочной площадки резкий звук ударяющихся друг о друга мечей, но мы сосредоточились только друг на друге.

Мы смотрели друг другу в глаза, словно бросая вызов.

Я стала зачинщиком, но никто не хотел отступать.

Наложив заклинание, блокирующее видение, рыцари не заметили нас, сосредоточившись на своих соперниках.

— Кого волнует суть темы, когда я едва не умер?

Михаил с ледяным взглядом схватил лезвие.

Он отодвинул меч, нацеленный в его шею. Я почти задрожала от его силы.

Но мгновенно взяла другой рукой еще один меч и протянула его к горлу, слегка надавив лезвие.

Глаза Михаила расширились. Но я не собиралась останавливаться.

— Я уже предупреждала, что не позволю тебе уйти. Или оно выглядело забавным?

п.п: Брейния — растение

— Я не отступлю, даже не смотря на то, что от страха по моему телу пробежала дрожь. Но приглашения Тошипа достаточно для игнорирования предупреждения брата.

Лицо Михаила исказилось. Я мило улыбнулась, не отрывая взгляда от его лица.

Я уверена, что не проиграю в этой битве.

— Сериена, это мое последнее предупреждение. Перестань валять дурака, пока я не разозлился еще больше.

Мана начала окутывать тело Михаила.

Поток ветра становился сильнее при увеличении магической силы, выходящей из него, от чего мои серебристые волосы развевались от яростного порыва.

Михаил откинул свои темные волосы и устремил на меня холодный взгляд.

— Мне нужно приглашение Тошипа.

Как и я, Михаил мгновенно создал свой меч с помощью магии и взмахнул им настолько быстро, что едва можно уловить глазами.

Звяк -!

Лезвие сломанного меча закружилось и воткнулось в пол.

Михаил в мгновение ока сломал мой меч и направил острие в сторону моей шеи.

Но мой меч создан из маны, поэтому, когда я направила больший поток магии, он быстро восстановился.

На этот раз я увеличила количество маны, дабы он не сломался.

— Сериена, ты действительно не собираешься останавливаться?

Ветер развевал прекрасные насыщенные серые волосы Михаила.

Я схватила меч обеими руками. Ответив движениями тела, а не словами, я увидела ехидность в глазах брата.

— Не понимаю, почему ты против. Я просто хочу поучаствовать в аукционе.

— Нет, ты не можешь.

Ветер усилился, от чего земля, окружающая нас, смешалась с потоком воздуха, создавая вокруг все более мощную песчаную бурю.

Рыцари, почувствовавшие в этот момент нечто странное, медленно остановились. Но из-за моей магии, блокирующей видимость, они не видели нас — тех, от кого исходил мощный поток энергии.

Я растерянно взглянула в их сторону и снова перевела взгляд на Михаила.

Брат выглядел очень рассерженно. Подобной ярости мне еще не удавалось лицезреть.

Честно говоря, это было трудно понять. Неужели он разозлился из-за приглашения Тошипа?

Очевидно, что Михаил видит во мне беззащитный цветок, выращенный в оранжереи и нуждающийся в заботе и попечении.

Разумеется, Михаил привык к опасности, но не я. Всю жизнь я провела в особняке и ни разу не бывала в подпольном мире.

Но особняк – не оранжерея.

В глазах Михаила я — лишь юное и незрелое дитя, даже после того, как овладела телом Сериены.

Думаю, он привязан к прошлому.

Я решила воспользоваться возможностью, дабы окончательно изменить это глупое убеждение.

Цветок теплицы уже давно покинул свое пристанище.

— Ты собираешься убить свою сестру, брат?

— Вряд ли, но мне хватит силы связать тебе ноги и не позволить отправиться в опасное место.

Очевидно, он подразумевает, что поспособствует потери моего сознания.

Мое тело окаменело от напряжения.

Я мрачно усмехнулась в глубине души.

Если не решить эту проблему, она станет еще нелепее.

Я продолжала непоколебимо стоять с мечом, тем самым предупреждая Михаила о своих намерениях.

От напряжения мои руки вспотели.

С каждой секундой мне труднее становилось держать рукоять меча.

Я сделала медленный глубокий вдох и расслабилась.

Бам!

Я первая двинула телом, взмахнув мечом изо всех сил.

Однако Михаил с легкостью поймал лезвие и ударил одной рукой по мечу.

Его невероятная сила отбросила меня назад.

— Ты слаба, Сери. Ты думаешь, что сможешь победить меня этим?

Я стиснула зубы, ища брешь, но не увидела ни единого изъяна в его защите.

Тревога охватила меня с головы до пят, но я не собиралась отступать. Даже если я потерплю неудачу, моя цель неизменна. Каждый раз я снова и снова буду подниматься и идти к ней

Не имея убеждения и мотивации, я бы никогда не подняла руку против брата.

Михаил снова уклонился от моего размахивающегося меча, блокируя атаку.

Легонько ударив по лезвию, он изменил его направление и повернул рукоять к моей шее.

Я инстинктивно наклонилась, дабы избежать удара. Бесполезные заботы и мысли, предоставили мне возможность найти слабое место и приблизиться к нему.

Глупец. Я цокнула языком и взмахнула мечом.

Звонь!

Но и эту атаку он заблокировал. Разрешая увидеть его слабое место, Михаил расслабился.

Он был уверен,что одержит победу в схватке.

Я снова и снова пробивалась, но мои атаки каждый раз терпели неудачу.

И всякий раз, когда Михаил нападал на меня, мне приходилось прикладывать усилия, дабы выдержать натиск противника. Мое дыхание становилось тяжелее при каждом уклонении.

Превосходство в силе очевидно – мои руки дрожали при попытке избежать ударов врага.

— Агх…!

Михаил пнул меня в живот, контролируя силу.

Я едва успевала поддерживать свое тело маной, когда мое тело отбросило назад.

Мои ноги волочились по грязи, оставляя на земле отчетливые длинные следы.

Вместо того чтобы схватиться за живот, ноющий от боли, я приложила силу к руке с мечом.

Но он изменил способ атаки. Очевидно, Михаил не видел смысла продолжать борьбу.

— Сери, пожалуйста, прекрати. Настало время сдаться.

Михаил умолял меня уступить и признать поражение.

Однако мне сложно принять подобную просьбу, звучавшую как одолжение.

Михаил, ударивший меня в живот, нахмурился, будто бы он был жертвой,а не я.

Похоже, он хотел покончить с этим как можно скорее, чтобы не причинять мне большего вреда.

Черт, никаких шансов на победу.

Я закусила невинные губы. Моя выносливость была уже на пределе, и если продолжить бой, то победа останется за ним.

К сожалению, я не могла воспользоваться магией.

Для победы над Михаилом я воспользовалась мощным заклинанием, для чего требовались разумный подход и некоторые расчеты.

Корея – страна без волшебства, но для применения маны в этом мире, необходимы вычисления.

Знание расстояния, фазы Луны, положения Солнца, правильного расчета силы и т. д.

Математика – неотъемлемая часть магии.

Темп моих вычислений замедлялся, ибо я сосредоточилась на Михаиле.

Стиснув зубы, я старалась сконцентрироваться одновременно на двух вещах.

`Теперь почти всё готовоʹ.

Звяк!

В какой-то момент мне показалось, что все кончено.

Несмотря на прочность меча, Михаил снова его сломал.

— Черт!

— Ха……!

Мгновенно создав новый клинок, я не смогла противостоять атаке брата, чьи действия оказались быстрее моих.

Упав на землю и пошатываясь, я пошла на риск. Боль пронзала не только живот, но и все тело.

Михаил, полный сил, приблизился ко мне.

Напрягая свои тонкие руки, я потянула его меч к своей шеи.

И в это мгновение, собрав всю ману, лезвие коснулось кожи.

— Ах…

— Ты…!

Меч, направленный в сторону шеи, остановился в захватывающий момент.

Кончик лезвия слегка вонзился мне в шею, и она начала кровоточить.

Очевидно, он думала, что я остановлю его.

Глаза Михаила сильно дрожали.

Я взглянула на него с победоносной улыбкой, но Михаил, запоздало увидев мой вид, восхитился.

Наконец я создала идеальную брешь в его защите.

Слабо веря, я закончила свой великолепный расчет.

— Сокрушила.

— ….!

Осознав свою ошибку, Михаил поспешно окутал маной свое тело, но я была на шаг впереди него.

Бам!

Белый луч света ударил Михаила. Сияние ослепило мои глаза, и я рефлекторно нахмурилась.

Михаил, пораженный мощным ударом, упал ничком.

Я медленно подошла к нему, слегка расслабившись. Разумеется, мои движения были медленными из-за ран по всему телу.

— Послушай, брат. Я не так хороша в фехтовании как ты, но я гораздо лучше разбираюсь в магии.

— …

— Забавно, кто о ком сейчас беспокоится. Но просто знай, что моему брату не стоит обо мне переживать.

— …

Михаил украдкой взглянул на меня и тихо закрыл глаза. Я спокойно посмотрела на него, услышав вздох брата.

— ….30% мои. Не меньше.

Когда я уставилась на него нелепым взглядом, он лишь пожал плечами, лежа на земле.

— Я предупреждал, чтобы ты не ходила, но ты не послушаешь меня, верно? Если мне не удается тебя остановить, то тогда стоит встать на твою сторону – я хоть получу неплохую долю.

На лице Михаила снова засияла нежная улыбка.

У меня возникло подозрение, что это фарс и маска, уже известные мне.

— Так где же приглашение Тошипа?

— Оно вложено в книгу «История восстаний Империи» на 273 странице.

— Эта книга подходит моему брату.

— Эй, ты, вредная младшая сестра.

Я оставила Михаила на полу позади себя и направилась в его комнату.

***

Следуя указаниям, написанным в приглашении Тошипа, я вошла в темный и узкий переулок.

Пока я размышляла, не ошиблась ли дорогой, проходя тесную улочку и свернув за угол, перед моими глазами предстало большое здание.

Кто бы подумал, что на тихой окраине размещен дом, где торгуют нелегальными рабами.

— У вас есть приглашение?

— Да, вот.

Я протянула мужчине приглашение Михаила.

Человек, открывший приглашение, распахнул глаза, глядя на печать и имя, написанное на нем.

— Вы…Рото…?

Никто не видел моего лица, скрывающегося под маской, но улыбка медленно растягивалась по лицу.

Человек, получивший приглашение, выглядел удивленным, а затем приказал мужчине рядом с ним.

— Эй, быстро позови управляющего!.. Рото прибыл…!

— ……Да? Рото?

— Идиот! Ты почему все еще здесь? Немедленно иди!

Человек, получивший приказ, тут же ахнул, среагировал на имя «Рото» и запаниковал.

Вскоре прибежали другие мужчины.

Я без труда узнала их личности.

Один из них –мужчина, приведший управляющего, а подле него — сам управляющий.

— Здравствуйте, мистер Рото. Меня зовут Киллен, владелец этого места.

Как и думала — управляющий тот, кто с коричневатыми усами.

Он покорно улыбался мне и низко кланялся.

И тогда я осознала влияние Михаила в подпольном мире.

— Сэр Рото, вам что-нибудь нужно?

Мужчина обращался ко мне псевдонимом Михаила – «Рото».

Очевидно, влияние «Рото» здесь огромное.

Иначе ни за что бы не стал меня сопровождать руководитель нелегальной работорговли.

Возможно, из-за высокого положения они следовали за мной, словно покорные слуги.

Они, кажется, принимают меня за Михаила. Я не знаю всех подробностей, но сам Михаил не столь известен, сколько его псевдоним «Рото».

Мне не верится, что меня приняли за другого человека, поскольку у нас совершенно разные телосложения.

Мой голос походил на мужской благодаря магии трансформации. По сравнению с высоким Михаилом, я больше похожа на миниатюрного человечка.

Краем глаза я посмотрела на струящиеся короткие серые волосы. На всякий случай пришлось приготовить парик. Переодевшись, я старалась больше походить на мужчину, однако моя маскировка была настолько ничтожна, что любой внимательный человек сразу заметит во мне женщину.

К счастью, низкий голос скрыл этот факт.

— Все, что нужно…

Да, мне действительно кое-что нужно. Только тогда я взглянула на управляющего.

Менеджер поразился от зрительного контакта.

Но я еще ничего не сделала. Возможно, это из-за «золотого» статуса.

Я вспомнила оригинальный роман. Рото принадлежал к золотому рангу, так что лишь Михаил удостоился почетного звания. Чуть ниже – серебряный класс, еще менее значимые тоже существуют, но я не помнила их столь подробно.

Это вызывало сложность для меня, не знающей законов подземного мира. Но эти знания бесполезны, поэтому нет смысла ими пользоваться.

Михаил, не предупредив и ничего не сказав, просто вручил приглашение.

Что-то подсказывает мне, что моя задача усложнится.

— Эй, я слышал, что на этот раз продаются эльфы, я прав?

— Да, вы правы! Вас интересует эльф?

Глаза мужчины сверкнули словами – да, я выполню все, что только пожелаете.

Мужчина, быстро догадавшийся о моих истинных намерениях, начал щебетать про продажу эльфов.

Некоторое время я прислушивалась, нет ли там какой-нибудь полезной информации, но все его речи звучали совершенно бесполезно.

— Вы прибыли купить эксклюзив аукциона?

— Да, так когда же появится эльф?

— Поскольку он — главное событие, то, конечно, в самом конце.

Нет, тогда уже слишком поздно.

В романе не упоминается точное время, когда главный герой прибудет. Там просто говорится, что он случайно нашел эльфа во время набега на аукцион рабов.

Если мне не повезет, на аукцион нападут еще до появления эльфа. Я не хотела становиться вовлеченной в переполох.

‘Ничего не могу поделать. Если не куплю эльфа, придется перейти к плану Бʹ.

Покупка эльфа — это план А. Еще до того, как план был реализован, план Б также был создан на случай появления главного героя. Но я не хочу прибегать ко второму варианту.

— Что ж, где же заперли эльфа?

— Да, да? Это…

Мужчина рядом с управляющим был взволнован. Но я все еще осталась «золотым» гостем, поэтому он не мог пренебречь вопросом, отчего заикался.

Я перебила, твердо сказав неприятным тоном.

— Я хочу увидеть этого эльфа.

— Это не…

— Что я такой за человек, раз ты не можешь выполнить простую просьбу?

Когда мужчина попытался сказать «нет», управляющий нахмурился и прекратил свои попытки.

Управляющий ласково улыбнулся мне и сказал, что проводит меня к эльфу.

Я изменила свое первоначальное мнение, что Рото усложнит мою задачу. Но я молча поблагодарила Михаила за то, что ее упростил, пока он болел и лежал в постели.

***

По темному подвалу разнесся тяжелый от отчаяния крик. Рабы умоляли их выпустить.

Надзиратели наносили увечья и хлестали тех, чьи стоны и мольбы были слишком громкими или тех, кто погрузился в гордое молчание.

Те, кого били, не находили сил сопротивляться.

Некоторые протягивали руки между железными прутьями, взвывая о спасении.

Тюремщик, увидев сцену, снова набросился на них, умело избегая их лиц, дабы товары не потеряли ценность перед аукционом.

В этом месте господствовала брань и физическое насилие.

Успешно сыграв свою роль, я равнодушно прошла мимо них, напоминая себе, что главный герой в скором времени уничтожит скверное место и спасет этих людей.

— Ах. Незначительные вещи оскорбляют уши Рото.

Управляющий посмотрел на меня льстивым взглядом и забеспокоился, не обидели ли они меня.

Я лишь мельком взглянула на него, но ничего не ответила.

Казалось, подвалу не видно и конца. Когда я подумала о том, удастся ли мне встретить сегодня эльфа, внезапно шаги мужчины остановились.

Мы стояли перед железной клеткой, внутри которой лежал человек.

Я приблизилась. Чем ближе я подходила, тем больше меня переполняла радость от того, что наконец-то встречусь с эльфами. Доказательством тому послужило онемение кончиков пальцев.

Главный герой рабского аукциона. Эльф, которого я так страстно искала.

— Вам нравится?

— Что ж. Не узнаю, пока не рассмотрю.

Бросив фразу, я сделала пару шагов и схватилась обеими руками за железные прутья.

Светлые запутанные волосы эльфа были в чем-то запачканы.

Это была кровь.

Эльф долгое время подвергался насилию, от чего кровь засохла и приобрела коричневатый оттенок.

Эльф не шелохнулся, хотя мужчина приблизился к нему, дабы убедиться, есть ли у него силы совершить движение. Но единственное, что я заметила, — медленное моргание безжизненных глаз. Похоже, эльф находился на грани потери сознания.

Сколько же побоев ему пришлось здесь выдержать?

Синяки и раны покрыли все тело. Эльфы — гордая раса, яростно отстаивающая свободу и справедливость. Вероятно, он сопротивляется уже давно—может быть, с тех пор, как его впервые взяли в плен. И в конце концов, как все порабощенные люди, он признал поражение…

Лишь взглянув в опустошенные, лишенные надежды глаза, вы убедитесь в этом.

— Эльфы — прекрасная раса, поэтому он великолепен. К тому же он хорошо разбирается в медицине. Если вы купите его, то он посодействует вам во многих делах.

Управляющий начал трепетать, насколько ценны эльфы, дабы увеличить свои шансы на продажу.

Я безмолвно его слушала, погрузившись в беспокойные мысли, а затем ответила.

— Так, не мог бы ты выйти?

— …А?

— Мне не по душе твоё присутствие.

— Ох, н-но…!

Управляющий растерялся. Он думал, что совершил ошибку, и неловко стоял в тишине, пытаясь найти решение проблемы, но ничего не приходило в голову. Мужчина застыл на месте.

Меня раздражали непонимающие люди. Я воспользовалась маной, дабы понизить температуру окружающего пространства, рассеивая исходящий от него шум.

Мужчина задрожал от медленно падающей температуры. Его содрогание усилилось от ощущения зловещей неизвестности.

— Я спрошу в последний раз.Ты уйдешь?

— Я — я ухожу!

То ли от холода, то ли от страха, мужчина побледнел и побежал вдоль коридора.

Когда человек исчез из поля моего зрения, я собрала свою ману обратно, чтобы охладить окружающую температуру. Но несмотря на холод, эльф даже не пошевелился.

Я спокойно на него посмотрела. Поражает то, что запачканные светлые волосы кровью и пылью, все еще не утратили своего блеска.

При каждом его моргании обнажались красивые зеленые глаза. Его мрачные очи и отсутствие всякой реакции на понижение температуры подтверждали его ужасное состояние.

Это начало меня беспокоить.

Можно ли вытащить его отсюда?

Честно говоря, учитывая его нынешнее положение, было совершенно невероятно, что главный герой его спас.

Он слишком сильно ранен и морально сломлен.

Я взглянула на безнадежного эльфа и почувствовала глубокое разочарование. Однако мне не оставалось иного варианта, как держаться за эту хрупкую соломинку.

— …Ты хочешь купить меня?

Моргнувший эльф на мгновение проснулся и спросил. С его уст срывались печальные слова, словно он потерял всю надежду.

— Неужели это так?

Я мягко улыбнулась эльфу. В оригинальной истории его спас главный герой, но на сей раз эта роль принадлежит мне.

— Совершенно верно. Думаю купить тебя.

— …

— Вскоре ты выберешься из этого места, которое хуже свинарника.

Эльф даже не удостоил чести взглянуть на меня. Его глаза устремились на заплесневелый потолок.

Словно душа покинула его тело.

— Почему ты все время смотришь туда? Там ничего нет.

— …

— Тебе не любопытно? Почему я покупаю тебя?

— …

ʹВдруг он окончательно потерял рассудок…Нет, тогда возникнут трудностиʹ.

Верно. Нужно придумать дальнейшие действия и слова. Но задача оказалась не из легких.

С тех пор я стала больше задавать вопросов, но получала скудные ответы или вовсе слышала молчание.

Взглянув на плотно сомкнутые губы, я вздохнула. От него не исходило и намёка на дальнейшее желание вести разговор.

Его тусклые глаза источали желание обрести покой. Эльф моргнул, словно все происходящее не имело важности.

Никогда бы не подумала, что эльф, символ искренности и безгрешности, окажется настолько сломленным.

— Разве ты не хочешь домой?

Эльф не ответил. Но я не отступала.

— Я могу вернуть тебя, если хочешь.

Эльф обратил свой взор в мою сторону. Я наклонилась, сузив глаза, когда встретилась с его зелеными зеницами.

Думаю, теперь мы можем спокойно продолжить разговор.

Я снова начала беседу с улыбкой на лице.

— Я могу помочь тебе выбраться из темницы даже прямо сейчас.

ʹ…Не понимаю, что он пытается сказатьʹ.

— Не вру, это правда. Я здесь лишь ради твоего спасения.

Настойчивый и настороженный взгляд эльфа изучал меня и подозрительно осматривал.

Он попытался понять мои намерения, но ему не под силу разглядеть, что скрывается под маской.

— Что тебе от меня нужно?

— Ты сообразительный. Да, правда, мне от тебя кое-что нужно. Я заберу тебя отсюда, если выполнишь мою просьбу.

Последние несколько дней Михаила охватила скука настолько, что он едва не сошел с ума.

Он с трудом двигался, потому что кое-кто применил разрушающую магию, отчего он обессилился.

Михаил не мог ничего делать, кроме как бесцельно сидеть в постели.

Раньше он с радостью был готов пролежать на кровати целые сутки, но теперь пришло осознание своей глупости.

— Послушай, брат. Я не так хороша в фехтовании как ты, но я гораздо лучше разбираюсь в магии.

— Забавно, кто о ком сейчас беспокоится. Но просто знай, что моему брату не стоит обо мне переживать.

Ее слова продолжали звенеть в его ушах.

Михаил и сам прекрасно знал, что Сериена уже не дитя.

Она вполне взрослая, чтобы принимать самостоятельные решения.

ʹМоя младшая сестра так хороша во многих вещахʹ.

На губах Михаила появилась счастливая улыбка.

Он немного горд, но одновременно и опечален.

Неужели уже настало время, когда она не нуждается в сильных руках братьев и полагается только на себя?

Михаилу все еще казалось, что Сериена была ребенком.

Словно вчера…

Она радостно выбегала, когда шел снег, и весь день лепила снеговика своими нежными и полными ручонками.

Сделав снеговика, она говорила, что это подарок ее дорогому брату.

ʹАх, я скучаю по тому времениʹ.

Небо за окном давно окрасилось в темный цвет.

Возможно, к этому времени Сериена уже прибыла на аукцион рабов.

Теперь Сериене подвластно все.

Куда бы она ни пошла, Сери преуспеет во всем, даже если войдет в логово льва.

Головой он осознавал этот факт, но не сердцем.

С того момента, как она покинула особняк, его сердце яростно трепетало. Михаил обезумел от страха, что Сери может пораниться. Он хотел тайно последовать за ней и защитить от опасных мужчин, но не смог из-за своего немощного тела.

ʹАх! Я беспомощный отпрыск страныʹ.

Михаил забыл, что именно Сери виновна в его состоянии, потому начал проклинать Бога.

ʹИ все же…с ней ничего страшного не случитсяʹ.

Михаил все еще не мог позволить ей самой пойти на аукцион рабов.

Но был не в силах ей помочь из-за своего состояния.

По этой причине он позвал Спасителя.

Того, кто несомненно защитит Сериену.

Этот мужчина приходил ему не по душе, и Михаил ненавидел, когда он виделся с Сери, однако выбор неизбежен.

Но Михаилу стало немного лучше после того, как он отправил его вслед за ней.

ʹ С Сери обязательно случится какая-нибудь глупость. Я просто очень…ʹ

Михаил в очередной раз обвинил себя в том, что не может пошевелиться.

***

— Спасти...?

Он нахмурился, как будто услышал нечто нелепое.

Я с улыбкой кивнула.

Эльф, беспомощно лежавший на земле, поднялся.

По-видимому, у него наконец-то хватило духу вести нормальную беседу.

— Я слышала, что каждый эльф владеет знаниями в медицине. А еще они обладают уникальной способностью «очищения», верно? Я нуждаюсь в этом умении. Приготовь мне противоядие, и тогда я благополучно верну тебя на родину.

Это довольно неплохая сделка, чтобы каждый приобрел желаемое.

Я получу противоядие, а Эльф в целостности и сохранности отправится домой.

От этого предложения никто ничего не потеряет.

И каждый способен выполнить свою задачу.

— …Если я создам одно противоядие, то ты доставишь меня домой в сохранности?

— Да, так.

— Как я могу в это поверить?

Эльф посмотрел на меня с глазами, полными недоверия. Разумеется, он много перенес мучений и страданий.

Я едва удержалась от ухмылки, ощутив рычание маленького зверя.

— Если не хочешь, то не полагайся на мои слова.

— Что?

— Ты не обязан мне верить.

Я не заставляла питать ко мне доверие.

Я не собиралась его принуждать. Эльф, полный недоверия к людям, не поверит ни единому моему слову.

Чем больше я буду говорить и его убеждать, тем сильнее ухудшатся наши отношения.

Зачем продолжать беседу, если он все равно не поверит ни единому слову.

— Я хотела купить тебя на аукционе. Даже если бы кто-то предложил более высокую цену, чем я планировала. Но почему тогда я решила отыскать тебя и поведать свои планы?

— …

— И если бы я тебя не купила, тебя бы все равно продали тому, кто заплатил бы большую сумму. Конечно, у тебя нет выбора. Если подобное произойдет, остается лишь молиться, чтобы не попасть на растерзания богатого садиста с мерзкими наклонностями.

Большинство аристократов известны своими грязными и отвратительными увлечениями. И многие из дворян, посещавших эти жестокие незаконные аукционы рабов, имели ужасные предпочтения.

И если рабы окажутся под властью подобных аристократов, их ожидает лишь одна судьба — смерть или жизнь, куда хуже смерти.

— Но я спасу тебя из этого места.

— …

— Разумеется, у меня нет доказательств, чтобы ты мне поверил.

— …

— Может, их и нет, но мои слова серьезны. Веришь ты в это или нет, но я намерена взять на себя полную ответственность за свои слова.

Я подняла руку и сняла маску, прикрывавшую мое лицо.

Потому что отчаянно нуждалась в этом эльфе. Я не скрывала выражения своего лица, надеясь, что моя искренность дойдет до его сердца. Эльф распахнул от удивления глаза, проявив равнодушие к причине своей неожиданной реакции.

Главный персонаж романа, Гипрон, спас эльфа, поскольку всегда помогал слабым. До того, как он стал героем, он был несчастным рабом, поэтому ранее ему бы не хватило сил взять ответственность за несчастного представителя другой расы.

Но я — не он.

Я не настолько хороша и добродушна, как Гипрон. Причина, по которой я пытаюсь спасти эльфа, эгоистична. Все ради моей цели. Вот почему мое положение отчаянное.

Потому что я обязана добиться своей цели любой ценой. Но, несмотря на свою безнадежную ситуацию, я могу помочь эльфу не хуже, чем Гипрон.

— И каковы же твои действия ?

— ...Да, как ты и сказала, у меня все равно нет другого выбора.

— Знаю.

— ...Сдержи свое обещание.

Эльф протянул ко мне руку сквозь железные прутья.

Я ухмыльнулась, схватив его за запястье, и пожала его. Сделка прошла успешно.

Но я не собиралась отпускать эту руку, пока не достигну своей цели.

— Эй, человек. Как тебя зовут?

— Сериена. Тебя?

Я не чувствовала в этом необходимости, поэтому не стала раскрывать свою фамилию.

— Игельто.

Конечно, это другая раса, поэтому и имя уникально. Совершенно иная культура ощущалась в необычном имени эльфа.

Эльф скрутил руку, словно хотел освободиться. Но я схватила его за запястье и не отпускала.

— ...Отпусти.Что ты делаешь?

— Мне жаль. Заранее приношу свои извинения.

— Что?..

Вместо того чтобы освободить его руку, я извинилась.

Эльф озадаченно посмотрел на меня, но вместо вопроса я притянула его к себе.

Щелк.

Я застегнула на его руке волшебный браслет. Затем эльф покачал головой, будто говоря, что мне не следовало верить! Это был крик души.

— Успокойся. Это просто магический браслет для заключения контракта. Если одна сторона разорвет договор, то другого постигнет ужасная боль.

Эльф мрачно посмотрел на меня.

— У тебя есть еще один браслет?

— Конечно.

— Тогда отдай его мне.

Я вынула из рук еще один браслет и протянула ему.

После того, как он его схватил, взгляд эльфа остановился на мне.

— Вытяни руку.

Теперь и на моем запястье висел волшебный браслет.

Скоро начнется аукцион. Если медлить, охранники могут что-то заподозрить.

— Тогда увидимся позже. Игельто.

Тихо назвав его имя, эльф удивился.

— …Да, Сериена.

Я удовлетворенно приподняла уголки рта, ощущая вкус победы. Старания были не зря.

— Ох. Я чуть не забыла кое-что сказать. Возможно, случится небольшой переполох. Тогда тебе стоит спрятаться в укромном месте и не покидать аукционный дом.

— Что?

Он нахмурился, сбитый с толку моими словами. Боюсь, у меня нет времени объяснять.

Я отвела от него взгляд и вернулась в комнату, предназначенную для Рото. Благодаря высокому статусу мне досталось прекрасное место, откуда виднелось все помещение аукционного дома.

Посреди роскошной комнаты стоял красный диван. Но, пройдя мимо него, я устремилась к перилам и пребывала в предвкушении начала торгов.

Преодолевая скуку, я постукивала пальцами по перилам.

— Леди и джентльмены! Спасибо за ваши ожидания! Я официально объявляю о начале аукциона!

Наконец, аукцион рабов начался.

***

В первой строке письма он увидел слова: «Просьба брата».

В тот день работы было не так много, как обычно. Ближайшие дни он так и собирался провести.

Как только он разберется со стопкой бумаг, мужчина хотела отправиться в Императорский дворец, а затем снова заняться привычной рутиной.

Иногда же он писал письма Сериене.

Если бы не это письмо, его день прошел бы так же непримечательно, как и любой другой.

В письме Михаила говорилось, что Сериена отправилась на аукцион рабов из-за «непредвиденных обстоятельств». Также он упомянул, что не может ее защитить из-за тех же «непредвиденных обстоятельств».

Михаилу, который не мог сказать, что его побила младшая сестра, пришлось так витиевато написать.

Аджест, не знавший этих «непредвиденных обстоятельств», заволновался и оскалил зубы.

Черт, что это за причина, раз она отправилась в подобное место?

По неизвестным обстоятельствам, Сериена решила посетить нелегальный и опасный аукцион рабов.

Разумеется, Михаил и Аджест сразу забеспокоились, зная, каких опасных людей там можно встретить.

Аджест никогда не видел, чтобы Сериена радовалась его подаркам.

Она лишь благодарила за заботу с мрачным выражением лица.

Чем больших успехов он добивался, тем сильнее ему хотелось найти то, что ей пришлось бы по душе.

Аджест был готов отдать все, но она не желала его подарков.

Поэтому он задумался, что она купит на аукционе.

Он переживал, поскольку то место кишило рабами и мерзкими деяниями. Однако там продавали не только рабов.

Мужчина успокоился и проанализировал ситуацию.

Аджест был убежден, что Сериена никогда не купит раба.

Пользуясь случаем, он подумал, что неплохо выяснить вкусы Сериены.

Первыми предметами на аукционе были роскошные ювелирные изделия.

Сверкающие драгоценные камни пользовались популярностью среди благородных леди.

Дамы, чьи глаза пылали огнем, яростно соревновались, дабы заполучить изделие. Безусловно, победа доставалась тому, чей мешок с золотом был тяжелее.

Когда подобные лоты закончились, настала очередь рабов.

— Только взгляните на опрятное лицо с медово-светлыми волосами, которые будто бы сейчас растают! Начнем с 10 золотых!

10 золотых эквивалентны месячным расходам жизни простолюдинов. Ведущий начал торги за первого раба именно с этой цены.

На сцену поднялась блондинка со связанными за спиной руками. Цена невероятно взлетела при виде ее дрожания и слез, стекающих по щекам.

Садистские наклонности участников торгов вышли наружу.

При каждом повышении цены лицо девушки синело и бледнело.

Наконец, мужчина поднял цену в два раза выше, тем самым победив в торгах и заполучив несчастную женщину.

Аукцион продлился дольше, чем ожидалось.

От невыносимой скуки я зевнула.

— И вот наш последний на сегодня товар! Все упорно трудились, чтобы поймать такого драгоценного раба! Встречайте — эльф! Кто хочет стать владельцем такой неописуемой красоты!

После окончания его пылкой речи раздались бурные и радостные возгласы.

Они с энтузиазмом приветствовали выход Игельто на сцену. Тогда мужчина начала рассказывать о ценных качествах эльфов, что вызывало омерзительные чувства.

И Игельто не скрывал ненависти на своем лице.

— Начнем с 1000 золотых!

От такой абсурдной цены я потеряла дар речи.

Разумеется, для меня цена была не столь дорогой, но большинство аристократов не рискнули бы тратить последние деньги.

— 1500 золотых!

— 3000 золотых!

— 8000 золотых!

Но, вопреки моим ожиданиям, цена эльфа подскочила с самого начала торгов.

Лицо Игельто, стоящего на сцене, побелело.

И мы встретились с ним взглядом.

Его отчаянные глаза спрашивали, почему я не сделала ставку.

Человек, которого он считал своим спасителем, игнорировал неимоверный рост цены.

Но я лишь терпеливо ожидала, пока они не отступят, достигнув плато. Тогда бы я и сделала свой шаг.

— Леди и джентльмены, мы достигли 59 000 золотых! Кто-нибудь желает назвать цену выше?

Громко спросил ведущий.

И начался обратный отсчет.

Аристократ, назвавший цену в 59 000 золотых за Игельто, жадно смеялся.

От этого Игельто почувствовал отвращение и нахмурился.

59 000 золотых вполне достаточно для приобретения нескольких самых дорогих магазинов на золотых дорогах, где совершали покупки исключительно элита государства.

Я щелкнула языком и приготовилась сделать ставку.

Они настолько возжелали Игельто, что запоздало задумывались о произнесенной сумме. Тогда я обязана называть сумму еще выше, дабы они не посмели претендовать на эльфа.

Чем дольше я станут тянуть время, тем будет только хуже.

— 3···! 2·····!

— 500 000 золотых.

Я выкрикнула, подняв табличку с номером.

При виде огромной суммы воцарилось всеобщее молчание и недоверчивые взгляды.

Даже ведущий забыл свои слова, удивившись подобному ходу событий.

Но я не волновалась и открыла рот.

— Почему вы не ведете обратный отсчет?

— 500 000 золотых! Кто-нибудь готов заплатить больше?

Ведущий быстро пришел в себя и последовал моим словам.

Я спокойно наблюдала за отсчетом, и тогда выражение лица Игельто улучшилось.

— 5 миллионов золотых.

— 1……! Победа… Ч-что вы только что сказали?

Тогда от услышанного лицо ведущего приобрело глупый вид. Он забыл о своей роли и удивился.

Я тоже потеряла дар речи и повернулась к человеку, который сказал пять миллионов.

Мужчина, предложивший астрономическую сумму, был подозрительно одет и прикрыт мантией.

Все здесь закрывают свои лица масками, но они не настолько скрывают свой вид.

Неизвестный мужчина, судя по всему, принадлежал к довольно богатой семье.

Но я подняла свой номер.

— 7 миллионов золотых.

— 70 миллионов золотых.

В шумном аукционном доме воцарилась тишина.

Все поразились фантастической суммой.

Я неосознанно широко открыла рот.

Мне стоит изменить свои слова.

Этот человек не просто из богатой семьи – он из невероятно богатой семьи.

ʹ У меня проблемыʹ.

Если за 7 миллионов золотых можно купить замок, то 70 помогут вам на случай непредвиденных обстоятельств на всю оставшуюся жизнь.

Мужчина все еще выглядел расслабленным и спокойным.

Надо родиться в очень, очень богатой семье, чтобы отдать 70 миллионов золотых.

Но если я потеряю эльфа, то это не только у меня возникнут трудности.

Эльф полагался на меня, а я нуждалась в нем.

Я задавалась вопросом, под силу ли мне победить в этой непредвиденной игре.

***

Найти ее не составило труда.

Михаил сообщил Аджесту, что Сериена изменит свой облик и станет ВИП-гостем «Рото».

Он внимательно рассмотрел ВИП-зону, где она должна находиться.

И заметил человека с серыми волосами.

Возможно, другие при ее виде не узнали бы в нем Сериену, но не Аджест.

Строение тела человека напоминало фигуру Сериены, и, прежде всего, ее рубиновые алые глаза искрились под маской.

Вероятно, это самая разумная причина, почему он узнал ее с первого взгляда, даже не видя черт лица.

Ему неизвестна причина.

Но он только что узнал Сери. В мире существует лишь один человек настолько прекрасный, как она.

ʹИ она очаровательнаʹ.

Она неотразима даже в мужском образе.

Бесспорно, если бы Сериена была покрыта грязью, в его возлюбленных глазах она бы оставалась столь же очаровательной.

Но Аджест пылал гневом и жаждал вырвать глаза всем, кто видит ее красоту.

Но обладая твердой выдержкой, он изо всех сил старался сдержать свой пыл.

Наконец-то аукцион начался.

Первое, что он увидел в качестве лота, были драгоценные камни.

Аджест внимательно изучал Сериену, затаив дыхание от предвкушения ее выбора.

Но ни одно из украшений не привлекло ее внимания.

И все же глаза Аджеста были полны любопытства.

Одетая в черную маску с узором красных роз, нарисованных по бокам, ему она казалась слегка безынтересной.

Девушка постукивала пальцами по перилам, чувствую охватывающую скуку.

‘Черт, чего же она хочет?ʹ

Он забеспокоился еще больше.

После аукциона различных товаров настал черед рабов.

ʹНеужели…ʹ

Он сжал кулак еще сильнее.

Аджест изо всех сил старался сохранить самообладание, которое нарастало с каждой секундой.

Когда все рабыни были проданы и остались только мужчины, лицо Аджеста удивилось и похолодало.

Он пристально посмотрел на рабов, поднимающихся на сцену и создающих тревожную атмосферу.

Возможно, у него возникло дурное предчувствие.

К счастью, Сериена еще не купила рабов.

Вместо этого она выглядит еще более скучающей, нежели раньше.

Аджест слегка успокоился и испустил горячее дыхание.

Однако он не мог полностью избавиться от своих предположений.

Еще оставалось несколько рабов-мужчин.

Аукцион все еще продолжался, отчего Аджест волновался еще больше.

И тогда к концу аукциона случилось нечто его поразившее .

Сериена удобно устроилась в кресле, а ее глаза искрились. Она обратила восторженное внимание на человека со сцены.

В то же время глаза Аджеста затрепетали.

— И вот наш последний на сегодня товар! Все упорно трудились, чтобы поймать такого драгоценного раба! Встречайте — эльф! Кто хочет стать владельцем такой неописуемой красоты!

Этот эльф зажег огонь в ее глазах.

Помимо таинственной и прекрасной внешности эльфов, они были уникальны, поэтому цена неимоверно подскочили.

Однако никто не собирался отступать, и Сериена была одной из них.

Тогда глаза эльфа засверкали.

— 500 000 золотых.

Треск-

Нити, сдерживающие его разум, тут же оборвались.

В глубине души он желал убрать эльфа с ее глаз.

Но он не мог.

В первую очередь, целью Аджеста было сопровождение и охраны Сериены. Эту просьбу Михаил изложил в своем письме.

— 5 миллионов золотых.

Так что единственное, на что Аджест был способен – не позволить Сериене заполучить эльфа.

Аджест нуждался в ней гораздо больше, чем Сериена в эльфе.

Он не мог даже вообразить подле нее существа другой расы.

Аджест жадно кусал свои красные губы, не подозревая, что они кровоточат.

— 7 миллионов золотых.

Сериена выкрикнула цену еще выше.

Она не знал, что чем выше она поднимала цену, тем сильнее она запутывала Аджеста.

— 70 миллионов золотых.

Он никогда не позволит этому эльфу быть рядом с ней.

Его взгляд искрился неимоверным безумием.

Фиолетовые глаза, обычно видящие Сериену очаровательной, стали алыми.

***

Глаза Игельто задавались вопросами, когда мы обменивались взглядами.

В ответ я покачала головой.

Я начала рисовать в голове следующий план.

Пока ведущий отсчитывал время, я разрабатывала стратегию.

Тогда я и забеспокоилась о своих действиях.

— 5······! 4!

Ведущий, предвкушающий получения 70 миллионов золотых, быстро начал обратный отсчет.

Глаза Игельто распахнулись, а лицо нахмурилось.

ʹНужно сделать еще одну ставкуʹ.

ʹСейчасʹ не оставалось иного выбора. Но тогда.

Бац!

Обратный отсчет был прерван.

Дворяне, затаив дыхания при речи ведущего, внезапно перевели взгляд в сторону резкого шума.

Задыхаясь от бега, человек с обеспокоенным выражением лица ворвался в холл.

И раздался тяжелый вздох.

Момент страстно ожидаемого отсчета был прерван мужчиной.

Дворяне не скрывали своего недовольство к тому, кто бесцеремонно ворвался и начал говорить нелепые слова.

Когда негодование утихло, ведущий жестом попросил рыцаря, охранявшего аукционный дом, его вывести.

Мужчина, тяжело дыша, глубоко вздохнул и громким голосом закричал.

— У нас проблема! Э-это…Нападение!

— Нападение? На кого?

Лицо мужчины, заикающегося от страха, побледнело.

Ведущий недовольно нахмурился, увидев его беспокойный вид.

— Рыцари Черного волка….кха-кха!

Мужчина не договорил. Он уставился на меч, пронзивший его грудь с отчетливым звуком.

Я молча наблюдала, как из его груди торчал меч, а алая кровь стекала по одежде.

— Боже!!

Раздался вопль леди, а после чего весь зал окутали хаос и беспорядок.

Но посреди переполоха я была спокойна.

Это сцена, начавшаяся, когда мужчина ворвался в зал, была частью оригинального сюжета.

Поэтому нападение не удивляло.

— Тц. Как много насекомых.

Мужчина с ярко-рыжими волосами медленно повернул голову и вытащил меч, пронзивший грудь человека.

Затем брызнула алая кровь, и в то же мгновение убитый рухнул на пол.

Дворяне нелепыми глазами смотрели на невероятно ужасную сцену.

— Сэр Гипрон...

Послышалось бессмысленное бормотание одного аристократа. И имя,произнесенное дворянином, принадлежала тому рыжеволосому мужчине и главному герою романа.

Даже здесь его имя было у каждого на слуху.

Гипрон известен тем,что проникал в криминальный мир, как крыса, и пытал преступников, независимо от их статуса, не испытывая ни жалости, ни сожаления.

Он был человеком с сильным чувством справедливости, но не проявлял милосердия к преступникам.

Лица аристократов, знавших о нем слухи, побледнели в одночасье.

— Б-бежим…!

Суматоха и беспорядок начался тогда, когда к двери подбежал и закричал человек.

Затем несколько людей последовало за ним, пытаясь убежать. Вскоре каждый повернулся к двери.

Они толкали друг друга, стараясь покинуть это место через заднюю дверь аукционного дома, последнего шанса на их спасение.

Но из-за столпотворения трудно было протиснуться — каждый хотел спасти свою никчемную жизнь.

— Черт возьми! Вход заблокирован!

Раздался крик некого мужчины среди всего шума. Как он и сказал, вход был закрыт.

Именно в этот момент раздался оглушительный вопль.

Когда крики и суматоха достигли своего апогея, солдаты Гипрона ворвались в аукционный дом.

Однако я ожидала подобных действий, поэтому ничуть не удивилась.

Зрелище весьма забавное, поэтому я просто наблюдала за ним какое-то время.

Аристократы, нашедшие другую дверь, были заняты, спасая свою шкуру, а Гипрон в то время занимался захватом нелегальных работорговцев.

И рыцари Гипрона рванули за теми, кто пытался избежать смерти.

Благодаря тому, что я сидела в ВИП-зоне, обзор был весьма хорошим, и я могла спокойно наблюдать за всеми действиями Гипрона.

Кроме меня, в ВИП-зоне было всего несколько человек.

Поскольку мы были на третьем этаже, то нам покинуть здание намного легче и безопаснее, нежели тем,кто на первом, переполненном суматошными людьми.

Я искала человека, назвавшего сумму в 70 миллионов золотых, однако все было тщетно.

Пытаясь отвести взгляд от хаоса, я встретилась с глазами Гипрона, пристально за мною наблюдавшего.

Я обернулась, дабы посмотреть в его ярко-желтые сверкающие глаза, а затем вышла из помещения и направилась в коридор.

Я сразу ускорила шаг, осознавая, что в запасе было мало времени. А потом мой шаг перешел в бег.

К счастью, благодаря низкому каблуку трудностей не возникло.

Я пробежала немного по коридору, добралась до лестницы и поспешила вниз.

— Ты!

Мне поразило это неожиданное слово.

Внезапно из-под лестницы выскочил человек.

Глядя на узоры, нарисованные на доспехах, я решила, что он, вероятнее всего, один из рыцарей Гипрона.

Мужчина шел впереди меня. Рыцарь посмотрел на мое телосложение, и слегка занервничал, будто увидел перед собой женщину.

Нет. Немного странно, чтобы хорошо обученный рыцарь нервничал при виде стройного тела.

— Тебе лучше сдаться.

Рыцарь приблизился ко мне и нарисовал омерзительную улыбку.

Я заерзала руками в поисках записки.

Однако вместо записки в руках появился кинжал.

Дабы ускорить применение магии, я написала на бумаге для заметок разнообразные формулы.

Однако, так и не найдя записку, отбросила свою затею.

Я надеялась, что когда-нибудь отыщу, поэтому изобразила беззаботное выражение лица.

Чтобы справиться с этим рыцарем, не было необходимости использовать магию.

ʹВсе еще надоедает проводить расчетыʹ.

Вот почему я ненавижу математику.

Слегка вздохнув, я зажала кинжал в руке. Стоит побыстрее с этим покончить.

— Пфф. Ха-ха. Ты собираешься мне угрожать вот этим?

Когда рыцарь увидел кинжал в моей руке, он рассмеялся, как будто мой поступок какая-то шутка.

Или нет, однако меня это не беспокоит.

Рыцарь медленно и непринужденно поднялся по лестнице.

Очевидно, слишком забавно выглядит, что я смогу причинить ему боль.

— Мистер, не стоит слишком бояться.

— Еще кто кого боится.

Мужчина, услышавший мой голос, нахмурился.

— Что ж, разве ты юноша?

Я не думала,что на это стоит отвечать.

Однако мужчина воспринял молчание иначе и со змеиной улыбкой поднялся по лестнице.

— Неужели пол не так важен? Похоже, ты весьма симпатичный паренек. Стоит для начала снять твою маску.

— Тебе никогда не выпадет шанса снять мою маску и увидеть лицо.

Я плавным движением метнула кинжал, словно он был дротиком.

Моей целью была его шея.

Однако рыцарь увернулся от кинжала. В отличие от его глупого вида, он все-таки обладал некоторыми навыками.

Я метнула волшебный кинжал, но,увидя,как он ловко ускользнул от удара, доказывало, что рыцарей Гипрона отбирали, учитывая их мастерство и талант.

ʹТогда что насчет этогоʹ.

— Подожди…почему это….!

Это была последняя фраза мужчины.

Кровь фонтаном хлынула из шеи рыцаря, и его массивное тело кубарем покатилось вниз по лестнице.

Тот кинжал был непростым.

К лезвию было прикреплено множество острых нитей, недоступных человеческому глазу.

Эти тончайшие нити обрезают на своем пути все, если наполнить их маной.

К несчастью для мужчины, он думал, что ему удалось увернуться, но как бы не так.

Я взглянула на острые, аккуратные порезы шеи врага.

Этот волшебный кинжал был создан Михаилом и подарен на день рождения.

Я сохранила его на особый случай, поскольку его можно применить лишь единожды, однако не ожидала, что он послужит для этой цели.

Я снова начала спускаться по лестнице и еще немного поторопилась.

— Еще один!

На этот раз звук издавался позади моей спины.

Но громкий голос этого человека привлечет внимание других рыцарей.

Поэтому я быстро подошла к мужчине и ударила так, что он потерял сознание.

Рыцарь выругался и рухнул наземь.

Тем временем Игельто растерянно наблюдал за аукционным домом.

Эльф не осознавал, как вести себя среди всей этой суматохи. Он очень хотел покинуть это место, как и все остальные, но не стал из-за слов Сериены.

— Возможно, случится небольшой переполох. Тогда тебе стоит спрятаться в укромном месте и не покидать аукционный дом.

Словно она предвидела будущее. Как она и сказала, аукционный дом заполонили тревога и суматоха.

Внезапно люди в броне облачились в великолепные наряды и взяли присутствующих силой.

Многие рабы в этой необычной ситуации решили бежать.

Игельто подумал, не стоит ли ему присоединиться к группе, но решил довериться Сериене и ее подождать.

Возможно, это решение свяжет его по рукам и ногам, но он решил оставаться непоколебимым в своем опасном выборе.

Он посмотрел на свое запястье, точнее, на голубой браслет.

Эльф спрятался за шторой и просто стал ждать, когда утихнет шум.

Игельто присел на корточки и заткнул уши своими трясущимися руками. Однако, даже услышав звук, он притворился, что вокруг тишина и все ложь…

‘Что вообще я здесь делаю…ʹ

Игельто рассмеялся над собой.

Даже столкнувшись с такой ситуацией из-за своего любопытства, он мог только дрожать.

Игельто с самого детства был очень любознательным. Он всегда к чему-то стремился, пока не утолил бы до конца любопытство.

Именно эта черта и привела его к таким неприятностям.

Он очень давно интересовался человеческой расой.

По словам эльфов, люди были алчными, эгоистичными и злобными существами.

Очень многие эльфы испытывали неприязнь к людям. Разумеется, главной причиной были события тридцатилетней давности, но их ненависть зародилась еще до того момента.

Жадные люди давно заслужили недоверие эльфов, ценящих благие стремления и совесть.

Между эльфами и людьми очень часто возникали разногласия.

Эльфы настаивали на справедливости, независимо от власти и статуса, в то время как люди стремились лишь получить выгоду, позабыв о морали.

Игельто стало любопытно.

Почему человеческие интересы так отличаются от ценностей эльфов?

Он хотел исследовать человеческий мир.

Мир, наполненный множеством вещей, ему неведомых.

И однажды поздней ночью Игельто тайно преодолел барьер между миром эльфов и миром людей.

И тут же попал в плен работорговцам.

Сверкающие глаза Игельто от любопытства к этому миру давно потухли.

Как звезды, сияющие в небе, тускнеют после смерти.

Но жизнь Игельто завершилась быстрее, чем у мириада звезд на небе.

Прошло много времени с тех пор, как его глаза погасли и он перестал замечать красоту во всех вещах.

Он прошел слишком много мучений и много повидал для того, чтобы его глаза снова заискрились.

И все же он не знал, почему эльфы и люди так сильно отличаются друг от друга, откуда взялась человеческая корысть.

В конце концов Игельто был убежден, что это их сущность.

Но…

Сериена. Почему его поразили ее слова?

Если бы это было хитроумное слово, он бы поверил в некоторой степени этому человеку. Однако все совсем не так.

Она не потрудилась проявить проницательность. Не существовало ни одного человека, которому он бы доверился.

Так что подобное еще страннее.

Он думал, что надежно спрятался, но штору внезапно отдернули.

— Ты.....! Эльф!

Раздался громкий голос аристократа в маске.

Он осторожно приблизился, боясь спугнуть рыцарей.

От подозрительных действий он попятился и врезался в стену.

Игельто удивленно оглянулся. И в этот момент человек в маске свирепо схватил его за волосы.

— Идем.

— Ах…!

Игельто небрежно поволокли, схватив за голову.

— Отпусти меня.…человек!

— Ты слишком шумишь! Я собираюсь взять тебя с собой….!

Когда Игельто попытался вырваться, человек в белой маске выбросил его из своих рук.

Тело Игельто, лишенное сил, рухнуло.

— Кха…!

Мужчина безжалостно пнул Игельто в живот.

Игельто, борясь с непреодолимой болью, потерял волю к спасению своей жизни.

Сколько ему еще придется терпеть несчастий?

В прошлом он бы сделал все, что только в его силах. Он бы кричал, бил и пинал ради своего спасения.

Но теперь Игельто не находил в себе сил воспротивиться.

После того как его привезли сюда работорговцы, жестокие надсмотрщики приноровили к пыткам и как следует обучили.

Его тело давно разучилось сопротивляться.

— А-а-а-а!

Человек в белой маске пронзительно закричал.

В то же время беспощадное насилие прекратилось.

Игельто открыл сомкнутые глаза, дабы узнать, что произошло.

Рука мужчины пылала.

Глаза Игельто распахнулись, удивленные внезапным огнем.

Когда человек в белой маске начал его тушить, пламя огня распространилось и на Игельто.

— А-а-а…!

Игельто вскрикнул от жгучей боли. И горячее пламя начало поглощать и его.

— Спасите! Спасите! Воду! Воду прямо сейчас...! Кто-нибудь, принесите воды!

Умирающий в огне человек бросил на Игельто нечестивый взгляд.

Человек до конца взывал о помощи, но охрипший голос был заглушен суматохой аукционного дома.

Игельто тихо прикрыл глаза.

Несмотря на ужасную боль, он думал, что сможет теперь спокойно отдохнуть.

Он никогда не думал, что смерть станет его гаванью…

Я безмолвно смотрела на острый меч, нацеленный острием мне в шею.

В том месте, где меч меня коснулся, выступили длинные отметины и темные капли крови.

Я медленно моргнула и посмотрела на человека с лезвием.

Я никогда не ожидала столкнуться с главным героем романа в таком виде.

ʹВ оригинале подобного не былоʹ.

Спускаясь по лестнице, я встретилась с бесчисленным количеством рыцарей.

Наконец, выбравшись из западни рыцарей, которые в конечном итоге упали без сознания, я встретила главного героя, преграждающего мне путь.

Он ждал меня, расслабленно прислонившись спиной к стене.

— Я тебя не знаю, но ты кажешься мне странно знакомым. Возможно, ты меня знаешь?

Мы с Гипроном познакомились уже давно. Очень часто мы здоровались друг с другом на банкетах и даже вместе танцевали.

ʹ Какого черта?ʹ

Если учитывать события романа, он все еще должен сражаться в аукционном доме.

Но почему я встретила его в такое время? Почему он меня ждет?

Я бы так не переживала, если бы Гипрон не знал меня.

ʹЕсли он раскроет мою личность – всему конецʹ.

— Я надеюсь, что это просто мое чувство, но по какой-то причине, не думаю,что это мое воображение.

— ….

— Ты ведь меня знаешь, правда?

— ... Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я впервые тебя вижу. Однако знаю уже давно. Кто еще не слышал о сэре Гипроне?

Я намеренно ему ответила, дабы дать услышать мой трансформированный магией голос,тем самым намекая, что перед ним мужчина.

Чтобы он не догадался, что я женщина.

Что я — Сериена.

ʹНо все равно маскировка слабаяʹ.

Разумеется, если он снимет мою маску, мои усилия окажутся напрасными.

Невзирая на мой мужской вид, он узнает во мне женщину, если внимательно присмотрится.

Даже если бы я сейчас попыталась изменить свой облик с помощью магии трансформации, мне бы просто не хватило времени.

Мне изначально было интересно, смогу ли я применить эту магию, однако отказалась от своей затеи, поскольку потратила слишком много маны.

ʹЧертʹ.

Впервые в жизни я так нервничаю и переживаю, попав в ситуацию, из которой нет выхода.

Моя кожа от переживаний остро ощущала ледяной воздух. Все тело покрылось мурашками.

Победить его практически невозможно, даже применив сильные заклинания.

Если Аджест был самым сильным магом-мечником на континенте, то Гипрон был самым лучшим мечником.

Его талант с самого начала отличался от других.

С самого детства он оттачивал свое мастерство.

Он настолько великолепен, что невозможно оценить его навыки обычным испытанием.

Но он не остановился на этом и стал мастером меча через несколько лет начал обучения.

Одним словом можно сказать, что Гипрон родился с огромным количеством мужских баффов.

У меня нет ни малейшего шанса на победу.

Однако шанс на успех мог бы быть, если бы я убежала.

— Ну что ж, посмотрим, что скрывается за маской.

Гипрон тихо рассмеялся и убрал свой клинок от шеи.

Я отступила, но он сразу ко мне приблизился широким шагом.

— …!

Он потянулся к моей маске.

Меня охватило предчувствие, что я окажусь пойманной..

Я крепко зажмурилась.

Я не могла заблокировать его руку, потому почувствовала себя беспомощной.

— …!

Когда Гипрон попытался сорвать с меня маску, кто-то закрыл мне лицо гигантской рукой.

Кто-то закрыл мне лицо одной рукой, а другой,обняв за талию, прижал к себе.

Что здесь происходит?

В ту долю секунды, когда я задумалась об этом, перед взором начался меняться вид.

Мое тело плавало. Я застонала от неожиданных событий.

Тот человек был мужчиной, поскольку за моей спиной прекрасно чувствовались его мускулатура и крупное телосложение.

Он ослабил силу своей руки на случай, если мне станет больно.

Даже в такой срочной ситуации заботливое отношение выглядело забавным.Однако на душе стало легче.

— Телепортация... должно быть, маг.

Пробормотал ошеломленным голосом Гипрон, жаждущий снять маску и потерпевший поражение. Его прервали в важный момент.

Пелена окутала глаза, и я поняла,что человек снова нас телепортирует.

И издалека я увидела, как пламя огня пожирает аукционный дом рабов.

Как только перед моим взором раскинулась эта сцена, вид снова изменился.

Аукционный дом, охваченный пламенем, испарился, и передо мной появилась деревянная стена.

Я озадаченно огляделась, пытаясь понять, что происходит.

Комната была слабо освещена, а пол был сделан из досок.

В нос ударил затхлый запах древесины. Рядом стоял старый деревянный стол.

‘Это похоже на заброшенную хижинуʹ.

— Вы....

Мужчина убрал руку с моей талии.

Затем он отступил на несколько шагов.

Когда я поспешно оглянулась, то увидела мужчину, плотно закутанного в ризу.

Это был тот самый человек, предлагавший за Игельто астрономическую сумму.

Он помог и собирается сбежать. Я слегка нахмурилась.

— Кто вы такой?

О нет. С моих уст сорвался мягкий женский голос.

Во время телепортации,очевидно, я выронила волшебный инструмент для изменения голоса.

Но мужчина никак не отреагировал.

Будто ничего странного не произошло.

Будто он уже знает мой голос.

— Я благодарна за помощь. Но вы почему убегаете?

Мужчина, похоже, не хотел отвечать.

Теперь казалось, что он хочет убежать,услышав мой вопрос.

Было довольно забавно видеть, как он вспотел от своей неловкости.

Я очень медленно подошла к мужчине.

Подойдя ближе, я увидела,как тело мужчины оцепенело, и рассмеялась над ним.

— Что ж, ничего страшного. Неважно, убежишь ты или нет. Но я хочу знать одну вещь. Вы меня знаете?

— …

— Странно, но мне каежтся,что вы меня знаете, однако я сегодня впервые вас увидела на аукционе.

Это было похоже на то, что сказал мне Гипрон.

Он чувствует то же, что и я? Человек, которого я вижу впервые, кажется мне очень знакомым.

Мужчина по-прежнему молчал.

Но меня подобное не разочаровало, поскольку я не ожидала его ответа.

— И на этот вопрос вы не желаете отвечать? Что ж,ладно. Я не собираюсь вас принуждать.

Я отвернулась от мужчины и спокойным шагом направилась к ветхому столу.

Я положила руку на стол, лениво улыбнулась и повернулась к мужчине.

— Я знаю,что это бессовестно, но не могли бы вы мне помочь снова?

У меня не было никаких оснований для такого предположения, но интуиция подсказывала, что этот человек не откажет мне в просьбе.

***

Он бежал и бежал. Его легкие наполнились воздухом, он задыхался и стонал.

Однако он продолжал бежать,не останавливаясь ни на миг.

Игельто еще не осознавал, что он выжил.

Он думал,что его настигнет смерть.

Да. Он терпел боль от поразившего его жгучего огня.

Потом, в какой-то момент, он перестал чувствовать боль.

Осознав это, он почувствовал себя еще более странно.

На нем не было ни единого ожога, несмотря на пламя, обжигавшее его тело.

Засветился браслет.

Игельто отвел взгляд от браслета и огляделся по сторонам.

Он не знает, с каких пор аукционный дом охватило пламя.

И каким-то образом он остался жив среди наступающей на пятки смерти.

Сначала он подумал, что это чудо.

Однако,чем больше он думал,тем сильнее убеждался, что это не какое-то простое совпадение.

Игельто посмотрел на браслет на своем запястье.

По неизвестной причине ему что-то подсказывало – браслет необычный.

Он подумал, возможно, именно браслет его защитил.

Игельто продолжал бежать к выходу. И наконец он увидел свет.

— Кха….

За мгновение до того, как он достиг выхода, тело Игельто было прижато к стене.

Но не потому, что он потерял равновесие, а из-за непреодолимой силы, прижавшей его тело.

Игельто был уверен,что его никто не толкал.

После удара Игельто не мог с легкостью передвигаться.

Он смутно огляделся вокруг с затуманенным зрением.

Он услышал приближающийся звук шагов неизвестного человека.

— Что? Ты жив?

Игельто инстинктивно съежился.

Это опасно.

***

Я провалила план А — купить эльфа.

Но на выполнение плана Б еще оставались шансы.

Потому что я дала Игельто браслет.

Стоит сказать,что я все выдумала про браслет и контракт.

Мне не хотелось ему все объяснять, дабы скоротать время.

Браслет Игельто предназначен для его защиты от возможной опасности. Я решила оставить это в тайне, дабы он не стал всецело полагаться на вещь и минимизировать риск его смерти.

А также этот браслет был наполнен магией перемещения.

Перед началом аукциона я нарисовала магический круг вокруг статуи.

Магический круг транспортировал то, что я хотела, если наполнить его маной.

То, что мне нужно, перенеслось бы в магический круг.

Прежде чем главный герой на меня напал, я немедленно побежала к магическому кругу, пытаясь призвать Игельто.

Именно магический браслет, надетый на руку Игельто, стал связующим мостом между эльфом и кругом.

Магический круг был нарисован в очень темном месте, поэтому был недоступен для глаз людей.

Кроме того, расстояние от аукционного дома было достаточным для перемещения.

Чем больше расстояние, тем больше потребуется маны,поглощаемой кругом.

Учитывая количество магической силы, которую я могла использовать, расстояние было подходящим,но он бы был на волоске от смерти в случае опасности.

Мне хотелось обойтись без таких хлопот и просто сбежать с Игельто, но я не могла.

На первом этаже кишела толпа людей, поэтому покинуть аукционный дом было сложно.

И собираться вывести эльфа из места, где находился главный герой? Это нелепо и глупо.

Я создала меч маной и начертила на столе круг.

У меня не было возможности добраться до магического круга, нарисованного возле аукционного дома, поэтому пришлось поспешно нарисовать новый.

И внутри круга я начертила различные формулы.

На грубой древесине рисовать было непросто. Но без бумаги у меня не оставалось иного выбора.

— Все готово. А теперь наполни ее маной.

Такой же круг я нарисовала перед началом аукциона.

Услышав мои слова, мужчина положил руку на магический круг.

Затем над кругом начал подниматься темный свет.

Мужчина покорно следовал моим словам.

Я озадачилась,почему этот мужчина ведет себя так странно. Какой мотив его поступков?

— Это магический круг телепортации?

— Да.

— …Мне очень жаль, но его нельзя активировать.

— Что?

Я быстро положила руку на магический круг.

Я проверила, что не так с нарисованным кругом, но не нашла проблем. Даже если он нарисован слегка криво, изображения точны и верны.

ʹ ...Браслет сломан?ʹ

Но сам Игельто не мог сломать браслет.

Потому что его может снять только тот, кто его надел и наполнил маной.

Браслет невероятно прочный, с очень сильной магией, был высококлассным магическим предметом.

Если такой браслет сломался…

Есть только одна причина подобного исхода.

Очень сильный маг, чьи способности превосходят силы браслета.

— Можешь снова попробовать активировать круг?

Мужчина кивнул, давая понять, что сможет.

Магия телепортации считается самой сильной и лучшей среди всей магии.

Для телепортации необходимо значительное количество маны, поэтому людей, владеющих сильной магией, было не столь много, а применение телепортационных заклинаний встречалось еще реже.

В каком-то смысле это было похоже на мною нарисованный магический круг, но суть слегка отличалась.

Я использовала магический круг в качестве посредника, однако подобное не столько удобно, как телепортация. Пространство и расстояние были ограничены, но они потребляли меньше магии, чем непосредственное перемещение.

Дабы телепортироваться, необходимо знать точные координаты, что затрудняло его использование.

Еще одним преимуществом был широкий диапазон действия, однако проблема заключалась в точном значении места.

Даже архимаги порой боялись ошибиться при его использовании. Таким умением обладали не просто сильные маги, а очень опытные волшебники.

Я тоже была искусным магом, но недостаточно хороша для такой трудной магии.

— У вас много магических сил, верно? Тогда попрошу еще раз. Телепортируйте меня обратно в аукционный дом.

— …Зачем вы снова хотите туда отправиться?

— Я там забыла кое-что очень важное. Стало быть, вы не хотите мне помогать?

— …Нет.

Он телепортировал дважды – один раз в аукционный дом, а другой в хижину.

Попросив так снова телепортироваться, я не заметила признаков усталости на лице мужчины.

‘Даже великие маги, способные телепортироваться, умирали после ее использования'.

Мужчина осторожно взял меня за руку.

И нас окружил темный свет.

Заклинание было настолько превосходным, что меня не укачало, и даже зрение не помутнело.

Я восхитилась этим магическим гением. Этот мужчина очень похож на Аджеста.

— Спасибо за вашу помощь.

Мы благополучно телепортировались к работорговцам. Я поблагодарила этого человека, пока аукционный дом горел пламенем.

Возможно, Игельто в аукционном доме.

Я повернулась, дабы направиться в здание, но в тот миг мужчина схватил меня за руку.

— …Что вы делаете?

— Мне нужно зайти туда.

Мужчина был одет в ризу, поэтому я не могла разглядеть его лица, однако была уверена, что он пребывал в растерянности.

Дело не в том, что я ничего не осознаю.

Я сама считаю, что прыгнуть в этот раскаленный огонь без оружия и защиты – полное безумие.

Вот только, чтобы я ни делала, это не должно волновать мужчину, которого я впервые сегодня встретила.

Но.

— Ни за что.

Этот человек был настроен решительно.

Он беспокоился обо мне.

Я схватила мужчину за руку, державшую меня за запястье. Затем я медленно вытащила свою руку.

— Эй, мистер Риза. Я благодарна за ваше беспокойство, но не стоит переживать.

Если честно, то я была неблагодарной. Мужчина мне помог несколько раз.

Благодаря чему я успешно смогла избежать Гипрона и без труда переместиться в это место.

Но я не поблагодарила этого человека. Честно говоря, мужчина ни в чем не виноват.

Все было бы проще, если бы он не появился в доме рабов. Он лишь усугубил ситуацию.

Я была очень эгоистичной.

— Спасибо за вашу помощь. А теперь я пойду своим путем.

Но мужчина не показывал никаких признаков отступления.

Я вздохнула, увидев, что мужчина преграждает мне путь.

— Я пойду вместе с вами.

Он хочет прыгнуть со мной в огонь?

Звучало довольно смело, но я не удивилась. У меня было предчувствие, что он подобное предложит.

— Собираешься пойти со мной?

— Да.

Где-то я уже видела этого мужчину. Очень знакомое чувство.

Я скрестила руки и сказала язвительным тоном.

— Вы еще пожалеете. Если вы последуете за мной, от вашей манны ничего не останется.

— Хорошо.

— Хорошо? Я буду использовать твою магию,пока она не достигнет нуля. Но у вас все «хорошо»?

— Все в порядке. Прошу, воспользуйтесь мной.

Сказал мужчина, изобразив на лице улыбку. Это было настолько нелепо, что я не нашла подходящих слов.

Он откровенно попросил его использовать.

Разумеется, для меня это было выгодно.

Не было никаких причин отказывать человеку с выдающимися навыками.

Однако это очень подозрительно.

Я не понимала, почему он хочет мне помочь.

Неужели это добрые намерения, исходящие от всего сердца?

— Это ваш выбор. Надеюсь, вы не пожалеете.

— Такого никогда не произойдет.

***

Игельто спокойно посмотрел на человека, стоявшего перед ним. Человек прикрыл свое лицо черной маской.

Он легко избавился от браслета, защищавшего его, и свирепо рассмеялся.

От улыбки, обнажающей белые зубы, пробежали мурашки. Будто зверь охотится за добычей.

Игельто бессмысленно уставился на сломанный браслет у себя в руке.

Браслет был сломан и больше не мог защитить его.

Игельто сжал кулаки, чувствуя, что уже его ничто не спасет.

— Ты даже не представляешь, как я удивился. Я собирался зажарить только этого поросенка, но жаль ,что зажарил и тебя.

Человек в черной маске притворился очень грустным, делая вид,что плачет.

Игельто нахмурился, увидев его извращенное поведение.

— Даже когда ты хмуришься, ты так прекрасен.

Что за бред.

— Я только однажды видел такое красивое лицо, как у тебя. О, разумеется, с хмурым видом ты не такой прелестный.

Человек в черной маске продолжал говорить с Игельто, будто радостно вел беседу с другом.

Он продолжал взволнованно рассказывать о мужчине, которого Игельто не знал,и восхвалять его красоту, но до ушей эльфа не доносилось ни единого звука.

Его сознание постепенно затуманивалось, а звуки едва им воспринимались.

Он чувствовал себя так, будто остался одни на всем белом свете. Игельто моргнул от сонливости.

— Ты не можешь спать, когда я говорю.

— Хык…!

Человек в маске пнул Игельто в живот.

Игельто не удержался и застонал от боли.

Веришь ты в это или нет, но я намерена взять на себя полную ответственность за свои слова.

Возможно, это одно из воспоминаний, обычно появляющихся перед смертью?

Он вспомнил слова Сериены.

Он изо всех сил старался забыть ее голос.

Игельто смирился, что смерть неизбежна.

Но какая-то его часть помнила ее слова, и у него появилась хрупкая надежда.

Он хотел проигнорировать это бессмысленное упование.

Он надеялся, что станет немного менее несчастным и менее отчаявшимся.

Почему она вселила в него надежду?

Ее слова вертелись в голове.

Он крепко прикусил губу.

Ах. Слишком сильно. Во рту почувствовался привкус крови.

Он впился взглядом в человека в черной маске, глотая кровь, смешанную со слюной.

— Знаешь, я все думаю, что с тобой делать.

— ...

— Я не думаю, что избить тебя – плохая идея.

Человек в маске нежно погладил Игельто по лицу.

Игельто казалось, что по всему его телу ползают насекомые ,отчего его едва не стошнило.

Эльф отчаянно стиснул зубы.

Нельзя быть таким вечно. Очень глупо было возлагать надежды на человека по имени Сериена.

Этот человек в маске убьет его, если он продолжит покорно себя вести. Почему не попробовать сопротивляться в последний раз?

Как только он подумал об этом, тело Игельто уже устремилось к мужчине.

Его тело тяжело тело мгновенно стало легким.

Игельто изо всех сил пытался схватить человека, стоявшего перед ним.

Однако человек в черной маске легко уклонился от его атаки и схватил Игельто за голову.

— Бац!

Затем он ударился головой о стену.

До ушей Игельто доносились сладкие слова посреди всей его дикой боли.

— Может, мне просто убить тебя?

Он бы предпочел смерть.

Мысли Игельто становились расплывчатыми, разум мало-помалу затуманивался.

Человек в черной маске посмотрел на Игельто с мрачной и жестокой улыбкой.

Тело Игельто задрожало ядовитой усмешки.

Мужчина протянул к нему руку.

И Игельто тихо прикрыл глаза.

— …То!

Затем он услышал голос.

Он ясно слышал только голос, когда терял сознание.

— Игельто!

Вбежала Сериена

Ах. Она не нарушила своего обещания.

***

Этот человек — невероятный маг.

Несмотря на то, что я попросила несколько раз телепортироваться, дабы быстрее переместиться, на нем не было никаких признаков усталости.

Хотя потребление маны было огромным, мужчина выглядел в полном порядке.

Он вправду был монстром.

— Мистер Риза, вы можете телепортироваться в этот раз на второй этаж ?

Я не знала имени этого человека, и в какой-то момент я назвала его «Риза» из-за его одежды, плотно обернутой вокруг него.

— Куда именно вы бы хотели на второй этаж?

— Туда, где хороший обзор и можно увидеть весь аукционный дом….Ах.

Я услышала, как треснул потолок и посыпались обломки.

Количество обломков, падающих на стол, увеличивалось, и стали падать огромные куски дерева, забивая проход.

Поскольку иных путей обхода не было, придется увеличить частоту телепорта.

Я была поражена бездонным количеством маны у монстра, стоявшего возле меня.

— Давай поторопимся и поднимемся на второй этаж.

Мое зрение затуманилось, и вид перед моими глазами изменился.

Способность Ризы мгновенно вычислять сложные формулы была поразительной.

Теперь мы находились в таком месте, откуда был хорошо виден аукционный дом.

Медленно оглядываясь по сторонам, я вдруг почувствовала нечто странное.

Там, где должны были быть перила, их не было.

Посмотрев вниз, я увидела, что перила упали и разбились на мелкие кусочки.

Но не только они — все разваливалось.

Люстра, освещающая аукционный дом, разбилась на осколки.

Пол, на котором я стояла, начал угрожающе ломаться.

Черный дым окутал все пространство, из-за чего я плохо видела местность.

Я сузила глаза и стала искать какой-нибудь оставшийся проход.

Куда же подевался Игельто?

Глядя на разрушенные перила второго этажа, здесь больше не оставалось смысла находиться, поскольку не было видно Игельто.

Остался только первый этаж.

— Куда хотите отправиться дальше?

— …Удивительно, что у вас еще осталась магия.

— Извините.

Я не хотела, чтобы он извинялся. Это был комплимент, хоть я и сказала с сарказмом.

— Вам,очевидно, часто говорили о вашей застенчивости?

— ….

— Вы не похожи на такого человека, однако, на удивление, очень робки. Я не думаю, что вырастить с таким качеством, плохо.

— …

Я не убедила мистера Ризу — на мои речи он и краем глаза не повел.

— …Вы ищите эльфа?

— Да. Я ищу главного героя за 70 миллионов золотых.

Сказала я с сарказмом.

Потому что именно из-за него мне приходится мучиться и страдать в поисках.

— Возможно, он уже мертв. Вы вправду желаете его найти?

п.п: Риза — черная мантия,как у магов.

— Почему-то мне кажется, что вы желаете его смерти?

— Вы меня поймали.

— Ваши слова и поступки противоречат друг другу. Именно вы были готовы отдать за эльфа 70 миллионов золотых, верно?

— Ранее была на то причина, но теперь, когда эльф мертв, нужды нет.

Его внешний вид отражал удовольствие от смерти Игельто, будто все его проблемы тотчас испарились.

Я была поражена, увидев его бодрый и жизнерадостный вид, и очень сомневалась, что перед моими глазами стоит тот самый человек, желавший купить Игельто.

Бац-!

— Что это за шум?

— Как знать. Возможно, звук разрушающегося здания.

— Нет. Это нечто иное.

Я вмиг остановилась и внимательно прислушалась к звуку.

Однако больше его не услышала.

Я снова двинулась вперед.

«Хкк….!»

На этот раз мне однозначно не послышалось.

Но я не могла распознать, чей именно стон до меня доносился.

И я продолжила идти в сторону стона, и,наконец, увидела того самого героя, которого так усердно искала.

— Игельто...!!

Я непрерывно бежала сквозь черный дым.

И в конце него увидела несчастного и израненного эльфа с человеком в черной маске, возвышающимся над ним.

— Кто вы?

Я медленно приблизилась к мужчине.

Глаза мужчины распахнулись при моем внезапном появлении.

Единственное, что я разглядела в человеке под маской, — небесно-голубые изогнутые глаза, бросающие в дрожь.

Они напоминали мне взгляд безумца, одержимого забавной игрушкой.

— Сегодня уже в третий раз.

О чем это он говорит. Я слегка нахмурилась от непонятных слов мужчины.

Мужчина в черной маске потянулся ко мне, точнее, к моему лицу.

Удар!

Я резко хлестнула его по руке в воздухе.

Но мужчина беззвучно улыбнулся, будто его не волновало подобное пренебрежительное поведение.

Он настолько пристально смотрел мне в лицо, что это выглядело очень бестактно.

Я подошла на шаг ближе к мужчине.

Тем временем я создала магией меч в руке.

— Прошу, не подходите.

Риза с недовольным тоном схватил меня за руку.

Я в изумлении повернула голову, и мужчина притянул меня к себе.

Затем он своими большими руками закрыл мне лицо.

Риза полностью закрыл мне весь обзор. Но мужчина в маске тоже теперь не мог меня увидеть.

Эти действия были вздорными. Я оттолкнула его, дабы убрать руку, но мужчина даже не шевельнулся.

— Что вы себе позволяете?

— Мне жаль. Проявите терпение, даже если вы недовольны моими поступками.

— Почему вы мне закрыли лицо? Это очень неудобно.

— Я боюсь, что ваше лицо поранят.

Что за нелепое оправдание?

Как бы сильно я не била его по руке, он даже не думал ее убирать.

Поэтому я в панике укусила его за ладонь.

Но он все еще не убрал руку. Это было настолько нелепо, что я начала дрожать от негодования.

— Там, в мантии мужчина, надеюсь, ты опустишь руку.

С уст человека в черной маске слетел нахальный звук.

Тогда я сразу увидела, как напряглось сухожилие на руке Ризы.

Я приложила немного больше сил, снова укусив его ладонь.

Теперь это должно было быть довольно больно, однако перед моими глазами все еще оставалась тьма.

Если точнее, он еще сильнее старался прикрыть мое лицо, будто его подстрекали слова мужчины в маске.

— Но этот человек в мантии. Где же я виделся с тобой? Почему ты мне кажешься знакомым?

— Я не понимаю, о чем ты болтаешь. И если собираешься убить эльфа, то убей его побыстрее и уходи.

— О чем ты сейчас говоришь?

— О, мне можно?

— Меня не касается то, что ты собираешься сделаешь с этим эльфом.

ʹОн хочет ему подсобить? ʹ

Это явное препятствие.

Я собрала как можно больше магии в своем теле, сконцентрировала ее в одном месте и, приложив все усилия, ударила локтем в живот Ризе.

— Кх…!

Когда сила Ризы временно ослабла, я снова его сильно толкнула.

Поспешно вырвавшись из его хватки, я подбежала прямо к Игельто.

— Ого, как жестоко. Ты правда его ненавидишь?

Человек в черной маске продолжал насмехаться над Ризой, а его глаза были полны радости.

Я поспешно обняла Игельто, обессиленно лежащего на полу. Затем я поднесла палец к его носу, дабы проверить его дыхание.

К счастью, Игельто был жив.

Он просто потерял сознание.

— А?

В тот же миг раздался еще один громкий звук, и человек издал странный вопль.

Треск!

Громкий звук стал царапать мои барабанные перепонки.

Я инстинктивно подняла голову к источнику звука.

Потолок с трещинами, который едва держался, стал рушиться.

Сначала он потихоньку посыпался, а затем повалились огромные куски!

Обломки падали в разные стороны, отчего дышать стало еще тяжелее, а пламя стало распространяться сильнее прежнего.

Если так все продолжится, здание полностью обрушится.

— Хм, я бы с удовольствием еще развлекся здесь, но, увы, у меня нет больше времени.

Мужчина посмотрел на потрескавшийся потолок, а затем на меня. Он увидел, как я держу в руках Игельто.

— Исчезни из виду.

— Какой холодный тон. Что ж, тогда я пойду.

Тело мужчины начало исчезать из поля зрения, и на его тело посыпались огромные обломки.

Однако куски не причинили ему вреда, поскольку мужчина медленно стал растворяться в воздухе.

— Надеюсь, мы увидимся в следующий раз.

Он медленно помахал исчезающей рукой.

Я решила, что не стоило его вот так упускать. Однако сейчас это не имело значения.

Я отвела от него взгляд и уставилась на Игельто.

Его тело было все израненным, и лишь сомкнутые глаза отражали спокойствие.

— Нам тоже пора уходить.

Риза, подходя ко мне, с легкостью избавился от огромного обломка, преграждающего ему путь.

Его лицо, мелькнувшее сквозь мантию, слегка нахмурилось при виде Игельто.

— Стоит вам сообщить, что на этот раз мы телепортируемся с эльфом.

В ответ он промолчал и вздохнул, словно ему все это было не по душе.

Он медленно потянулся ко мне. Когда я схватила его за руку, знакомый свет нас окутал.

В то же время на нас упали огромные куски, однако магия оказалась быстрее.

Я очень медленно моргнула.

И вид снова изменился.

‘Это та хижинаʹ.

На старом столе я увидела поспешно нарисованный мною магический круг. И рядом с ним стоял тот мужчина.

— У вас где-то болит?

— Как видите.

Он медленно ко мне подошел.

Я нарисовала кривую улыбку и заговорила.

— Кстати. Как долго ты еще собираешься носить эту ризу, Аджест?

Несмотря на то, что его лицо было плотно скрыто одеждой, я видела его неловкость. Его тело напряглось, а сам он ничего не ответил, что убедило меня в его растерянности.

Аджест, вероятно, раздумывал, где он допустил промах, что его личность раскрыли.

Это уморительно.

‘Если собираешься скрыть свою личность, нужно это делать умелоʹ.

Я не могла его не узнать.

Как часто можно встретить мужчин с таким невероятным талантом, как у Аджеста?

И человек с такими способностями помогает мне без всякой причины?

Кроме Аджеста не найдется никого другого.

Вдобавок его телосложение очень похоже на Аджеста.

Сначала я не узнала его изменившийся голос с помощью магии.

Но та ухмылка и чрезмерная защита указывали на него.

Выглядело забавно то, что он пытался скрыть свою личность, потому я решила подыграть.

Потом уже это стало надоедать.

Из-за него я усердно пытаюсь заполучить эльфа, и именно он же мешает моим планам. От раздражения я могла лишь вздохнуть.

Я думала, какую обречь на него немезиду, чтобы он познал обиду и боль.

Я осторожно положила Игельто и встала со своего места. Затем медленно приблизилась к Аджесту.

Чем ближе я подходила, тем сильнее напрягалось его тело.

Так вот почему. Я пыталась сдержать смех, но он все равно вырывался наружу.

Теперь расстояние между нами было ничтожным. Мы ощущали дыхание друг друга.

Я осторожно протянула к нему руку.

Скользь…

Легким движением руки я опустила с него капюшон, скрывавший его лицо.

Затем обнажилось прекрасное и давно знакомое лицо.

Прятать такую красоту — расточительство.

Когда наши глаза встретились, Аджест тут же отвернулся.

Очевидно, он понял свою вину и грех за прошедшее время.

— Ты не можешь этого сделать, Аджест.

Я схватила его за подбородок и повернула лицом к себе так, чтобы он мог видеть мое лицо.

Его глаза беспомощно смотрели на меня. У него не оставалось иного выбора из-за моего натиска.

— А теперь расскажи мне, зачем ты туда пришел.

— …

— Не собираешься говорить? А как насчет этого? Единственная причина, по которой я не заставляла тебя отвечать раньше, была в том, что ты не был «Аджестом», но теперь тебя раскрыли.

Аджест крепко сжал губы и опустил взгляд.

Он напоминал щенка, которого я воспитывала в прошлой жизни.

Когда я наказывала щенка, он выглядел именно так.

— ….Когда вы узнали?

— Я не знала этого с самого начала. И догадалась на середине всех событий.

— ... Откуда вы узнали?

— Дурак. Странно не знать, когда все так очевидно. Не так ли?

— ….

Я убрала руку с его подбородка.

Аджест с тоской посмотрел на мою падающую руку, но мне было все равно.

Возможно, я сегодня очень устала из-за трудных дел. У меня болели ноги.

Я подошла к столу и прислонилась к нему ягодицами.

Заложив руки за спину, я приподнялась и томно на него взглянула.

— Что ж, Аджест. Забавно было водить меня за нос?

Человек, пытающийся меня одурачить, получил ответный удар. Но правда ли я его обманула?

— Вы ошиблись.

Сказал Аджест с лицом, отражающим несправедливость.

— И я не обманывал.

— Да. К твоему сведению, было весьма забавно тебя дурачить.

Я сложила глаза, изображающие радость.

Аджест вздохнул и потер затылок.

Обвести его вокруг пальца не составило труда.

Пока я сдерживала смех, меня чуть не свело от судорог.

— Мне повезло, что меня раскрыли. Мне есть, что у вас спросить.

Я подперла рукой подбородок и стала ждать дальнейших слов Аджеста.

Аджест неопределенно улыбнулся, но почему-то его улыбка выглядела опасной и недовольной.

Я не знала причины недовольства и подняла голову, услышав его вопрос.

— Зачем вы хотели купить этого эльфа?

Почему я хотела купить его? Причина очевидна.

Аджест взглянул на Игельто, лежащего на полу.

Когда его холодный взгляд обратился к Игельто, эльф, погрузившись в приятный сон, внезапно застонал.

— Потому что хочу.

— …

— Я хочу этого эльфа.

— …Вы желаете это?

— Очень. Я уже давно жажду и желаю его заполучить

Он медленно моргнул и затем тихо ко мне приблизился.

Я подняла на него взгляд, поскольку сидела на столе.

Пытаясь поднять голову, я почувствовала, как моя шея затекла, и ее потерла.

Когда я закончила разминать шею, Аджест уже успел сменить позу, возможно, потому что заметил мое неудобство.

Он положил руки на стол и медленно наклонился, дабы встретиться со мной взглядом.

Теперь я попала в ловушку, созданную им.

— Ложь.

Аджест хотел опровергнуть мои слова.

— Разве у меня есть причина тебе лгать?

Его глаза окутала тьма.

Оба глаза, сверкающие в темноте, были довольно пугающими, однако они на меня никак не подействовали.

Таково было его наказание.

И я это сделала не только из-за того, что он утаил от меня свою личность. Я желала возмездия, потому что он предложил 70 миллионов золотых за Игельто. Этот поступок разрушил мой план А.

Это моя весьма милая и прелестная месть.

Я прекрасно знала, что именно я та, кто держит вожжи.

Так было всегда, и теперь это не сильно изменилось.

Да, этот момент никогда не изменится. Пока не исчезнет его промывание мозгов.

Да, я знаю, что я невероятная эгоистка.

В сердце скрывалось противоречие. Я хотела избежать допросов Аджеста, но и не могла не насладиться этим моментом в полной мере.

— Ваш браслет…

Он посмотрел на мое запястье, на котором был мой голубой браслет, а потом на браслет, который Игельто крепко сжимал в руке.

Он сильно схватил меня за запястье.

— Ау, больно, Аджест…

Сильный гнев вспыхнул в его глазах.

Я поняла, что положение дел сменилось из-за фиолетовых глаз, которые пронзали меня и желали узнать правду.

Поэтому перед этим моментом я взяла инициативу в свои руки и подшутила над ним…

В момент, когда он увидел браслет на запястье, нужно было действовать незамедлительно.

— Что происходит?

— Отпусти, слишком больно.

— Я спросил вас первый.

— Если ты сейчас же не отпустишь мою руку, мы никогда больше не увидимся. Почему бы тебе этого не сделать, прежде чем ты пожалеешь о содеянном?

Его темные брови свирепо изогнулись, а переносица нахмурилась. Он вздохнул и отпустил мою руку.

Меня дико раздражала боль, оставленная после его прикосновения.

— Аджест, что за взгляд? Ты хочешь, чтобы я также поступила?

Я нарочито помахала запястьем перед его носом.

Голубой браслет подрагивал в разных направлениях.

— Прекрати. Если не хочешь разжечь во мне гнев – немедленно прекрати.

Его красные губы нарисовали округлые линии. Однако в его глазах не отражалось улыбки. Это выглядело настолько пугающим, что по телу пробежала дрожь.

Я перестала махать рукой.

— Аджест, ты что, ревнуешь?

— …Ревную, звучит так естественно.

— И также нагло.

— Если вы знаете, то не стоило вам этого говорить.

Он холодно улыбнулся после своих слов.

Я сразу осознала, что это было предупреждением.

В отличие от его спокойного лица, весь вил его показывал, будто он сейчас выйдет из себя.

— Но что же делать? Мне очень нужен эльф.

— Сериена.

Мне казалось, что передо мной возвышается гигантский зверь. Он скривил лицо и зарычал.

— Думаю, что я не подхожу для вас. Никогда не думал, что вам нужно нечто подобное.

— Дурак. Не в этом причина.

— Тогда почему?

— Этот эльф – очень важная часть моего замысла. Очень.

Я намеренно сделала акцент на слове «очень», дабы подействовать на нервы Аджесту. Но, разумеется, Игельто был для меня важен.

Без него все мои планы бы рухнули, а «очень», возможно, преуменьшало важность его роли во всем этом действии.

Дабы вывести из организма амалион, мне нужна была флагеллария, а эльф необходим для той самой флагелларии, поскольку именно он способен с ней справиться.

Так что, пройдя все испытания, я освободила Игельта из рабства.

Это был весьма странный поступок, чтобы отменить «промывание мозгов» Аджеста, однако для него все выглядело иначе.

Аджест прикусил свои красные губы, которые стали еще краснее из-за сочившейся крови.

Моих слов ему было мало, однако их хватило, чтобы он разозлился.

Возможно ли было снять эту скривившуюся маску?

ʹХотела бы я сейчас закончить весь этот спектакльʹ.

Я нежно погладила его по лицу.

Я едва коснулась Аджеста, но его глаза сразу стали затуманенными, опьяненными чарующим теплом. Я прекратила свои действия.

— Аджест, если честно.

— Да.

— Я хочу освободить тебя от промывания мозгов.

Его улыбка тотчас испарилась.

Будто он услышал странный звук.

Однако я продолжала говорить, не обращая внимания на его реакцию.

— Поэтому мне и нужен эльф. Только эльфы способны справиться с лекарственными травами, используемыми для промывки мозгов.

Он удивленно распахнул глаза. А я улыбнулась в ответ.

Интересно, как отреагирует Аджест?

— Освобождаете от промывки мозгов…?

Аджест выглядел потерянным.

Отчего-то в нем таилось отчаяние и свирепство, что было сильнее прежнего.

Его реакция была неожиданной, отчего я пребывала в замешательстве.

Почему Аджест смотрит на меня таким взглядом, когда я сказала, что освобожу его от поводка?

— …Так вы желаете бросить меня?

Прозрачная вода скопилась на его глазах и засверкала. Он покачала головой, умоляя, чтобы его не бросали.

О боже. Возможно, я слишком поторопилась.

Сейчас Аджест еще с промытыми мозгами, поэтому весь его мир вращается вокруг меня.

Если открыть клетку, где птица слишком долго была заперта, она не сможет ее покинуть.

Потому что она не желает ее покидать, потому что птица забыла вкус свободы.

Разумеется, она не желает покидать свою клетку и боится мира за пределами своей темницы.

Вероятно, нынешний Аджест очень похож на эту птицу.

Ему слишком долго промывали мозги, и он слишком долго любил меня.

Вот почему Аджест боится своего будущего, где он свободен от своего поводка.

Стало быть, моя цель – рассказать птице, долго жившей в собственных иллюзиях, о том мире, что за пределами клетки?

Или просто насильно заставить птицу покинуть свои оковы?

— Я не бросаю, а просто пытаюсь освободить от поводка, который так стягивает и тебя душит.

Его глаза сияли влагой.

Я начала вытирать скопившиеся слезы.

— Ах…!

Когда я попыталась вытереть его слезы, Аджест с силой схватил меня за запястье.

В то же самое время его глаза наполнились слезами, которые после потекли по лицу.

— Это вы меня приручили. И именно с вами я хочу быть в будущем. Я вам надоел?

— Аджест.

— А если я не собираюсь вас отпускать.

Он хлюпал носом.

Тогда бы тебя затянуло в болото.

Его глаза были влажными, а сам он не отступал ни на шаг. Однако Аджест не мог сбежать.

Он именно такой.

Аджест ничем не отличался от болота.

Может быть, он уже затонул в этой трясине.

— Аджест, если честно, то я иногда пугаюсь. Ты боишься, что я покину тебя или что перестану любить?

— О чем вы говорите?

— Как и сказала. Ты боишься, что твоя промывка мозгов закончится? Если тебя освободят, то ты перестанешь меня любить.

— Почему вы так думаете?

Но я не нашла слов для ответа.

Существовало бесчисленное количество причин, чтобы так думать.

Я уже давно решила его освободить от промывки мозгов, но не думала, что будет после.

И как я смогу забыть «тот день»?

Тот день, когда его промывка ослабла, он пытался меня убить.

Очень много мыслей витало в моей голове, но ни одну я не озвучила.

Я лишь рассмеялась, ничего не ответив.

Я не хотела, чтобы мне причинили боль.

— Даже после промывки мозгов, я не изменю своих решений.

Он был полон решимости и упрямства.

Его глаза четко отражали непреклонность. Но я не поверила.

Можно узнать все, лишь взглянув на него, а также есть вещи, о которых можно знать, даже не делая этого.

Сначала была я,кто видел его насквозь, и лишь потом уже Аджест.

Он как обычно взял меня за руку и осторожно поцеловал.

Когда горячие губы коснулись моей руки, меня охватило невиданное ощущение.

— Я люблю вас, Сериена.

Любовь.

Что же это?

Даже если это неискренние чувства, созданные промывкой мозгов, Аджест меня любит.

Стало быть, он слеп ко мне.

Однако я ненавижу фальшь.

Я не люблю его, ненавижу фальшивую любовь.

Я хотела настоящую, а не искусственную любовь Аджеста.

— Вы хотите освободить меня от промывки мозгов.

— Да, так.

— Хорошо, стоит попробовать.

— ….

— Но вам нужно знать. Если сомневаетесь, что я перестану вас любить после снятия промывки мозгов, то в конце концов вы разочаруетесь. Будьте уверены.

Аджест рассмеялся. Он с вызовом на меня посмотрел.

— Я не изменюсь после освобождения.

— …

— Сериена, когда вы ошибетесь, то будете обязаны остаться со мной до конца своих дней.

Аджест очень медленно поднялся. Когда он убрал свои руки, только тогда я выбралась из ловушки.

П.п: Флагеллария — растение

— Что бы вы предпочли надеть?

Горничная показала мне несколько одежек.

Было немного нелепо подготавливать наряды для выбора. Это обычное неглиже, а не повседневная одежда.

Даже будучи дочерью герцога, я все еще не привыкла к такому отношению и обслуживанию.

Я прекрасно помнила, как жила обычной девушкой в Корее, и, перевоплотившись в Сери, я отказывалась от помощи всех горничных, готовых мне услужить. И так продолжалось до сего момента.

— Я выберу это.

Мой взгляд пал на неброский наряд почти без украшений. Не стоит спать в том, в чем неудобно.

ʹИ почему же я оказалась в этом месте? ʹ

Каким-то образом я телепортировалась из хижины в герцогство Агэрния.

Потому что Аджест настоял, дабы Игельто остался у него в поместье. Герцогиня Мелфорд не должна сейчас знать о снятии промывки мозгов. Было решено, что об Игельто позаботятся в Агэрнии.

Очевидно, у Аджеста, говорившего об этом, были скрытые намерения, однако у меня не нашлось причин для возражения.

На мой взгляд, эльфу было куда безопаснее остаться здесь и быть вне поля зрения герцогини Мелфорд.

ʹНужно завтра утром отправить письмо в особнякʹ.

Я планировала остаться тут на время.

Герцогиня Медфорд приказала мне ранее остаться у Аджеста, чтобы за ним шпионить.

И я хотела использовать это как предлог, чтобы пробыть в Агэрнии еще какое-то время.

— Где же Аджест?

— Он находится в спальне.

Я неловко подумала об этом, пока горничная прибиралась. Может, попозже тайко его навестить?

Но лишь одна мысль, что юная аристократическая леди посреди ночи находится в особняке мужчины, не говоря уже о его спальне, была слишком дерзкой.

Но не для меня.

Как только Аджест прибыл в герцогство Мелфордов, мы часто с ним спали на одной кровати. Так что ничего особенного, если я его навещу.

— Мисс, я ухожу.

Я небрежно кивнула горничной, покидавшей спальню.

И легла на кровать, отбросив все беспокойные мысли об Аджесте.

Она сильно отличалась от моей своей пушистостью и мягкостью.

Я плюхнулась на удобную кровать и поудобнее устроилась. Сегодня я целый день носилась, как безумная, потому очень устала. И медленно моргнула.

Сколько я пролежала?

Я встала, когда усталость немного прошла.

Стояла глубокая ночь. Пора навестить Аджеста.

Тук-тук.

— Сериена, это я. Можно ли мне войти?

Послышался вопрос, когда я схватила дверную ручку, чтобы к нему пойти. У меня перехватило дух от сильного удивления.

Вместо слов, я просто открыла дверь.

Когда дверь распахнулась, Аджест непринужденно вошел.

На нем виднелась весьма легкая одежда.

Черная рубашка, облегающая его торс, контрастировала с моим белым неглиже.

Аджест предпочитал носить темную одежду, в то время как я белую.

В руках он держал вино и бокалы. И это было мое любимое вино.

— Не хотите ли разделить со мной напиток?

— Я не против.

Аджест поставил бутылку вина на стол, а я села в кресло напротив него и внимательно наблюдала, как он накрывает на стол.

— Думаю, раньше я был излишне зол.

— Все в порядке.

— Но я не жалею о сказанном.

— Разумеется.

Аджест присел, открыл пробку бутылки и налил вино в бокал.

Вино лилось с освежающим звуком, и я медленно наслаждалась его вкусом.

Между нами воцарилась тишина, возможно, из-за недавних событий.

Даже в воздухе витало предостерегающее чувство.

Словно не стоило начинать беседу.

Мы долго молчали, и никто из нас не осмеливался разомкнуть губы.

Я ощущала, как тяжелый воздух сдавливает меня со всех сторон.

Я медленно опустошала свой бокал. Невероятно сладкий напиток был полной противоположностью напряженной ситуации.

Когда ощупывала стакан в руке, я почувствовала, как на душе стало легче. Очевидно, алкоголь на меня уже подействовал.

Черт, похоже, я уже пьяна.

— Сериена, вы не прочь сыграть в несложную игру?

В тот момент Аджест предложил нечто странное.

— В игру?

— Да. Тот, кто проиграет, в течение часа покорно выполнит все, что потребует победитель. Согласна?

— Хорошо.

Я проглотила последнюю каплю, оставшуюся на дне бокала.

— Вы сами выберете игру.

— Хм, как насчет шахмат?

— Что ж, давайте.

Как только мы выбрали игру, шахматная доска тотчас появилась перед нами.

От такого стремительного приготовления я задумалась, не заранее ли он подготовился.

Я неплохо играла в шахматы.

Когда Аджест жил в поместье герцогини Мелфорд, мы часто с ним в них играли.

И всякий раз победа оставалась за мной.

ʹЧто за? ʹ

Спустя час я оказалась в числе проигравших во всех трех партиях.

Это было фиаско. Я больше не нашла слов, дабы по иному описать всю ситуацию.

Он честно одержал надо мной победу, не использовав никаких хитрых трюков.

Точнее, именно я все время пыталась сжульничать и провести какую-нибудь аферу.

Но Аджест лишь смеялся и притворялся, что ничего не замечает.

И каждый раз после поражения я снова просила реванша. Конечно, Аджест только улыбался и соглашался.

Тем не менее я проиграла.

ʹКогда он стал так мастерски играть? ʹ

— Ах, я проиграла.

Мне пришлось признать свое поражение и поднять обе руки.

Чтобы исправить мое положение, было недостаточным требовать новой игры.

Я осознала, что проиграю, даже если выкрикну «реванш» десятки тысяч раз.

— Ну, и каково твое желание?

Я все равно проиграла, так что пусть мы проведем этот час вместе.

Я уперлась локтями на стол, подперев ладонями подбородок, и беззаботно рассмеялась.

Вряд ли Аджест попросит меня то, что причинило бы мне вред.

Без понятия, откуда у меня эта безумная самоуверенность.

Возможно, потому что партнер игры Аджест?

— Может, для начала подойдете ко мне?

Что он планирует со мной делать? Меня пробирало любопытство, что же он скажет.

Аджест изобразил довольную улыбку и обнял меня за талию.

— Присядьте.

Аджест обнял меня руками и усадил на колени.

Я взяла бокал, стоявший возле меня и отпила немного вина.

Из этого бокала пил Аджест, однако меня это не волновало.

Если бы я еще чуть-чуть вытянула руку, то дотянулась бы до своего бокала, но мне было как-то все равно, из какого бокала пить.

— Дайте и мне.

Когда я пригубила вино, Аджест взял бокал из моей руки и тоже стал потягивать вино.

Я приоткрыла рот, внимательно наблюдая движение вина по глотке.

— Так что ты от меня хочешь?

— Вы мне позволите?

— Почему бы и нет? Не хочешь?

— Нет.

Аджест, украдкой рассмеявшись, уткнулся лицом в мою шею.

Мое тело задрожало от незнакомого прикосновения, однако я не стала сопротивляться.

Когда теплое дыхание коснулось моей шеи, тело тут же это почувствовало.

Я хотела беззаботно насладиться временем вместе, однако было не так все просто. Но, в отличие от меня, Аджест выглядел невероятно счастливым.

В тот момент что-то горячее и нежное прикоснулось к моей шее. Я без труда догадалась, что это было.

— Ах…

Аджест слегка укусил мою шею.

И на легкую боль мое тело чутко отреагировало.

От испуга я поспешно схватила Аджеста за воротник.

Он ласково дразнил меня губами, касаясь шеи, словно наслаждаясь моей реакцией.

— ...Хм-м. Не оставляй следов. Не очень-то хочется носить одежду с воротником.

— Тогда можно здесь?

Он спросил меня, плотно прижавшись губами к коже. От одновременного касания, горячего дыхания и звука появилась легкая вибрация.

Он скользнул по моей шее и впился в кожу вокруг ключицы. Аджест оставил следы поцелуев по всему моему телу. И немного позже он поднял голову.

— Сериена, если бы вы выиграли игру.

— Что бы мне приказали?

— Хм, что-нибудь непристойное?

Когда эти слова слетели с моих губ, я зловредно рассмеялась.

Глаза Аджеста распахнулись от удивления.

И я еще сильнее рассмеялась от своих забавных слов.

После того, как мой смех прекратился, Аджест оставил легкий поцелуй на моей щеке.

Что ж, возможно, Аджест немного сожалел о своей победе.

— Не прочь еще сыграть в шахматы?

Мой смех бессознательно вылетал из уст от его очевидных желаний.

Я приподняла руку и дала щелбан в лоб.

Его ресницы затрепетали от неприятного покалывания.

— Зачем? Хочешь на этот раз проиграть?

— Ни в коем случае. Я приложу все усилия.

Это заблуждение, что он постарается изо всех сил. Аджест прищурился и мило рассмеялся.

— Но на этот раз у меня предчувствие поражения.

Аджест лукаво ухмыльнулся.

В ответ я снова дала ему щелбан.

Однако он выпустил немного маны. И потому его лоб лишь слегка покраснел.

— Хватит. Я буду с другим мужчиной.

— И с кем же?

Аджест на меня посмотрел с улыбкой.

Я ощутила, как его руки стали сильнее сжимать мою талию.

Но я лишь фыркнула. Конечно, по отношению к нему это было жестоко.

— Ну-у. С ке-ем же?

Растянув конец фразы, я открыто над ним рассмеялась.

Осознавая, что его дразнят, Аджест лишь слегка вздохнул.

Это потому что я пьяна? Мне невероятно хотелось ребячиться.

— Сериена…прошу, не шутите так.

— Почему? Мне просто весело.

— Вы рядом с кем-то другим…Лишь одна эта мысль меня раздражает.

Аджест нахмурился и пристально на меня посмотрел.

Его глаза были влажными и печальными.

— Когда вы меня бросите и найдете другого мужчину.

Атмосфера накалилась. Он оскалил зубы и разомкнул губы.

— Вам лучше подготовиться.

Аджест высоко приподнял уголки губ.

Не составило труда заметить его притворство. Он говорил очень сладкие речи.

Аджест выглядел беспокойным и нетерпеливым, в то время как я — безмятежно и расслабленно.

— Да ты ревнуешь.

— Если вы об это знаете, то, прошу, не заставляйте меня ревновать.

— Что ж, я еще об этом подумаю.

— …Вздох. Прошу, Сериена.

ʹВесьма странноʹ.

Я продолжала игриво смеяться, словно каждое слово было забавным.

В тот момент я хотела выпить еще алкоголя, поэтому схватила бокал и стала наслаждаться вином.

Время от времени Аджест брал из моих рук бокал, но в конце концов возвращал его ко мне же.

Мы смаковали вино из одного бокала.

— Хм…

— Что-то не так?

— Совсем немного…

Я почувствовала неудобство.

Мне стало некомфортно, и мои ягодицы разболелись после долго сидения на его крепких бедрах.

Чтобы устроиться поудобнее, я заворочалась на его ногах.

— Подождите, Сериена...! Если вы будете двигаться.

— А-ах…

Когда Аджест раздал вопль, я ощутила, как нечто неприятное задевало мои ягодицы.

— Ик…

Пока я двигалась, то случайно задела его важное место.

Тогда Аджест испугался и тотчас зашевелился.

Его лицо сгорало от стыда.

Этот серьезный мужчина с такой невинной реакцией мне показался невероятно милым.

— Простите, Сериена.

— Нет, подобные вещи порой происходят. Ничего страшного.

— …Сожалею.

Аджест прикрывал свое пылающее краской лицо.

— О, но когда же там успокоиться?

— Я не знаю…

Слова Аджеста звучали расплывчато из-за его смущения.

Я прекрасно знаю, что не стоит так поступать, но при виде его стеснения мне хотелось съязвить.

Аджест вздохнул на мою насмешку.

— Сериена, вы, очевидно, пьяны.

— Ты заблуждаешься. Я вполне трезвая.

Я взглянула на его белоснежную шею.

Мне пришла в голову идея ему отомстить за его отметины на моей шее.

Лишь об этом подумав, я осознала, что перешла все границы, впившись в него губами.

— Сериена…!

Как от смущения, его белая шея покраснела.

Или, возможно, это моя заслуга. Мне было забавно видеть, как Аджест смущается.

— Теперь я уверен….Вы пьяны.

Он слегка пробормотал.

— Я не пьяна.

— Когда вы делаете непривычные для вас вещи, то однозначно вы пьяны.

— Так тебе не нравится?

Когда я оставила в покое его шею, Аджест тут же покачал головой. Он не знал, как вести себя и как принять мои действия, однако меня не останавливал.

В ответ на его отметины я впилась в ключицы, оставив свой след.

Я перевела довольный взгляд на шею, покрытую моими красными отметинами.

И повернула голову к часам, дабы проверить время. Минутная стрелка часов была направлена вверх, словно пронзая небеса.

Тотчас подошел к концу.

— Время вышло.

— …Уже?

Похоже, Аджесту не хватило часа, дабы мною насладиться. Его лицо покрылось темной пеленой.

— Пора спать.

До прихода Аджест моя бодрость была на пике, но не сейчас.

Меня окутывал сон, и я была готова тут же лечь и заснуть.

Вяло зевая, я прижалась к груди Аджеста.

Аджест встал, держа меня в своих объятьях.

Он осторожно положил меня на кровать и накрыл одеялом.

Возле меня на кровати лег кто-то еще.

Я осторожно приоткрыла глаза и увидела Аджеста, лежащего подле меня.

— Ты собираешься спать со мной?

— Вы задали странный вопрос. Разве мы не можем спать вместе?

— Если ты собираешься спать, тогда ложись быстрее.

Аджест разразился смехом, посчитав мои слова забавными. Так или иначе, но я хочу спать.

Аджест лежал со мной и не выпускал из своих объятий. От этой силы подушка покинула мою голову, и вместо нее появилась рука.

— Я люблю вас, Сериена.

Он сладко шептал мне на ухо признание в любви, похожее на вечное обещание.

Как обычно, я промолчала.

Эти отношения весьма странные.

Нет, их вообще можно назвать отношениями?

Аджест прибыл в поместье Мелфордов как друг, однако я никогда не видела в нем друга.

Получается, мы как семья? Нет, даже не так.

Между людьми образуются разные связи. Они становятся друзьями семьи, возлюбленными. Отношений множество.

Но для меня Аджест – просто Аджест. Другими словами этого не передать.

Просто Аджест.

И когда рассвело, я отправила в особняк письмо, что на время останусь в герцогстве Агэрния.

Я не славилась писательскими навыками, потому не чувствовала нужды расписывать в подробностях. Я написала лишь важное и отправила письмо.

Затем пришло письмо от Михаила.

Остерегайся Аджеста. Внутри него дремлет свирепый зверь.

Я не один раз оставалась в поместье Аджеста, поэтому не понимала значение тех слов.

Я оставила свои тщетные попытки вникнуть в письмо и его сожгла.

Четыре дня спустя.

— Мисс, у меня для вас письмо.

— Правда? Дай мне его.

Всякий раз, когда я останавливалась в поместье Агэрния, слуги Мелфордов мне всегда доносили необходимую информацию.

Игельто еще не проснулся, так что тем временем я тайно перенесла ингредиенты для детоксикации амалиона в свободную комнату Агэрнии.

Я проверила печать на письме.

Письмо было отправлено из императорского дворца.

В подозрениях я открыла письмо и начала его читать.

Содержание было скудным. Там кратко изложили, что приближается День основания страны, и в честь этого празднества имперская семья устраивает банкет.

Очевидно, это письмо было приглашением.

Пока я читала содержимое, мое лицо окаменело.

Оригинальный сюжет всерьез принял обороты.

Там не было большого содержания.

***

— А-а-а-а….!

Мужчина без устали кричал, издавая охрипший звук.

Его ноги были скручены, потому он не мог сбежать, а руки отрезаны, чтобы он не сопротивлялся.

Перед тем, как их отсекли, он страстно умолял и просил не оставлять его без обеих рук, но все было тщетно.

Но больше всего пугало то, что….они не преследовали цели, мучая человека.

Если бы он собирался разузнать информацию, то между пытками задавали бы вопросы. Если бы все сложилось именно так, он бы попросил о сделке и сумел бы найти безопасный способ спастись.

Но….

Они ничего не делали, кроме пыток.

— Агх….помогите! Спасите меня!

Мужчина вновь закричал, но в ответ услышал лишь удручающие слова.

— Эй, ты слишком шумишь. Хочешь, чтобы тебе и язык отрезали?

— Разве можно? Такого не упоминалось в инструкции.

— Что ж. Если скажу, что позабыл….Хм. Все-таки не могу этого сделать. Черт, ничего не поделать.

Инструкции?

С каждым разом его мысли все больше запутывались, но тот мужчина, виконт Галлен, быстро покачал головой. Очевидно, на него имели зуб.

Это барон Иглин?

Если это из-за недавнего случая, то да.

Всякий раз, когда он с ним заключал сделку, он мало-помалу крал вещи и обманывал. Так это он его поймал?

Если не он, то, чёрт, кто же это?

— …Тебя прислал барон Иглин?

— Нет, я.

В помещении раздался сладкий голос, который никак не сочетался с мрачным подвалом.

Топ-топ.

Звук приближающихся шагов окутал подвал. Усталый виконт Галлен, пытающийся собрать все кусочки пазла, увидел черный туфли.

— Ах….

Чёрт, почему этот мужчина оказался здесь….?

Ему этот голос был прекрасно знаком, однако он отрицал сей факт.

Виконт Галлен отрицал свою навязчивую мысль, пока в поле зрения не показалось лицо человека.

И тогда он отбросил свои сомнения.

— Г-герцог….

Виконт Галлен хотел добраться до того человека, даже если обессиленно поползет по полу.

Так он бы смог попросить, чтобы его жизнь сейчас не оборвалась.

Однако руки, способные ползти, отрезаны, а ноги, способные передвигаться, скручены.

Он не мог сдвинуться с места.

— С-спасите меня….

К счастью или к несчастью, его язык все еще оставался цел и невредим.

— Ох. Я забыл сказать, чтобы они тебе и язык отрезали.

— Герцог, прошу….пожалуйста, смилуйтесь надо мной.

— Вы, там, что стоите и не отрежете?

Двое мужчин, пораженные словами Аджеста, приблизились с орудием пыток.

— Герцог! Я сделаю все, что угодно, если вы сохраните мою жизнь…Прошу! Прошу, проявите милосердие!

— Виконт Галлен.

Аджест прищурился и рассмеялся.

Впервые его аметистовые глаза злобно засверкали.

Интересно, как можно считать эти глаза прекрасными.

— Найдется много людей, которые сделают ради меня все даже без тебя.

— Т-тогда…

— Уже есть претенденты на ваше место, так что не стоит пытаться меня уговаривать.

— Почему вы столь внезапно пошли на такое!

— Вам следовало лучше следить за надзирателем рабов, виконт Галлен.

Гипрон Айтес.

Он не может не быть бельмом на глазу.

Ему не составило труда выяснить, что Галлен был владельцем аукционного дома рабов.

Гипрон! Если бы Гипрон поймал Галлена, он бы с легкостью узнал, что и Аджест замешан в грязных делах.

В этом и состояла трудность. Так что лучше убить Галлена, дабы не дать о себе узнать.

Без всяких пыток.

Однако Аджест преследовал личные цели, пытая виконта Галлена.

Именно он впустил Сериену на аукционе рабов.

Он подверг ее опасности и позволил столкнуться с Гипроном Айтесом.

Из-за него она приволокла чёртова эльфа.

Существовало бесчленное множество причин, но их объединяло одно –Сериена.

— Вы неплохо потрудились. Виконт Галлен.

И над Галленом нависли еще две тени.

— Нет…не можете так поступить со мной…Остановитесь! Прекратите! Прошу...

Речи прекратились, и камеру пыток заполонил крик, переполненный агонией.

Мысли Аджеста, смотревшего на жестокую сцену с перерезанным языком Галлена, не поддавались здравому смыслу.

— Сериене не понравится запах крови от моего тела.

`Нужно сразу помыться, как расправлюсь со всеми делами`.

Спустя некоторое время я схватила перо.

С момента прибытия в герцогство Агэрния я редко бралась за перо и часто слонялась без дела, ожидая пробуждения Игельто.

Но все-таки решила вспомнить ход событий оригинального сюжета и его вкратце записать.

ʾЧертʾ.

К сожалению, капли чернил испортили пергамент.

Застыв на месте и задумавшись, что мне делать, я вскоре положила перо на стол.

Однако мои воспоминания обрывисты, и вряд ли я смогу все в подробностях записать на целый лист.

Нет, это не означает, что я схвачусь за волосы и стану упорно вспоминать все мельчайшие детали. Я просто хочу воссоздать на бумаге произошедшее на банкете в Императорской резиденции.

В апогее пиршества была предпринята попытка убийства Святой.

И вина лежала на некой безумной псевдорелигиозной секте.

Их охватила глупая заблуждение, что если они принесут в жертву святую, то их Бог вернется на грешную землю.

Название той секты –Фациус.

В Империи существует множество псевдорелигиозных группировок, однако именно она вела активную пропаганду своих идей.

Фациус поклоняется «некому Богу», о котором ничего и никому неизвестно.

Потому что все его приспешники – черные маги.

Черный маг в далеком прошлом внес раздор и развязал войну, охватившую весь континент.

После того случая Империя боролась с черными магами и подвергла их гонению.

Всех, кто рождался с черной магией, ожидала казнь. Аристократ ты или наследник престола – это не имело значение. Своей участи никто не мог избежать.

Людям с темными силами сулила лишь смерть, потому они неизбежно присоединялись к Фациусу.

Лишь там признается ценность жизни черного мага. И внутри той секты воспитываются с юных лет и обучаются волшебству дети, обладающие темной магией.

В том месте скопилось множество детей со всего мира. Они стали наблюдать за жизнью людей, подобных им, узнавать свои способности и слушать различные нравоучения. Именно так дети и стали темными магами.

Однако план Фациуса в оригинальной работе завершается неудачей. Они так и не смогли добиться своей цели.

И все из-за Гипрона.

Гипрон спасает Юлиану из беды, и тогда между ними завязываются отношения.

После этого Фациус продолжает преследовать святую, но из-за внутренних конфликтов они сами обрекают себя на провал.

Я до сих пор помню тот момент, поскольку в оригинале все закончилось безрезультатно.

Но стоит ли печалиться? Настоящие злодеи романа –я и Аджест.

Тук-тук.

От раздавшегося стука мои размышления улетучились.

— Мисс, это Рида. Могу ли я войти?

— Заходи.

Я отложила перо и повернулась к Риде. Увидев ее сияющее лицо, я решила, что она пришла с хорошими новостями.

— По какому поводу пришла?

— Наш гость наконец-то проснулся!

Мои глаза тут же распахнулись.

Рида намного оживленнее заговорила, словно уже ожидала моего удивления.

— Гость ищет мисс! Не хотите с ним сейчас встретиться?

— Конечно, уже иду.

Я совсем позабыла о своих планах и покинула комнату.

Рида говорила именно об Игельто.

Игельто наконец-то проснулся.

От этой новости мне весьма было трудно подавить волнение.

Долгожданный эльф теперь со мной.

Приближается день, когда Аджест освободится от промывки мозгов.

Я пыталась успокоить свои дрожащие руки и открыла дверь.

Игельто смотрел в окно слегка опустошенным взглядом. Он повернул голову на звук двери, доносившийся позади него.

Тусклые зеленые глаза начали приобретать блеск. Он пристально на меня взглянул.

— Сериена.

Но его светлые зеленые глаза все еще оставались блеклыми.

ʾМагия трансформации…К счастью, все получилосьʾ.

Помимо красоты, присущей всем эльфам, сама внешность Игельто сильно выделялась на фоне людей.

Я наложила на него магию, дабы его вид напоминал человеческий. В этом особняке не стоило всем знать, что я привела эльфа.

Кошачий разрез зрачка округлился, как и заостренные уши.

В любом случае, я не собиралась раскрывать личность Игельто посторонним людям, но все равно решила его обезопасить.

Нужно скрыть его настолько, насколько это возможно, чтобы лишь единицы оставались осведомленными.

— Что это за роскошное место?

Игельто огляделся и нахмурился.

Однако для меня комната не выглядит столь великолепной.

Разные виды декора, мебель и прочие предметы украшают каждый дом знати.

С моей точки зрения, эта комната ничем не примечательна, поскольку я привыкла к подобной обстановке. Однако для Игельто, жившего в других условиях, вид комнаты застигал его врасплох.

— Если тебе все это мешает, я уберу.

— Не стоит. В этом нет необходимости. Просто выглядит слегка роскошно.

Лицо Игельто выражало недовольство.

Ах, ему не по душе комната?

Я всерьез задумалась, чтобы сменить обстановку комнаты, пока бы Игельто спал.

— Впрочем… можно ли сказать, что ты меня спасла, когда я был на пороге смерти?

Ах, он жаловался.

Раны на теле Игельто были обработаны, а ушибы перевязаны.

Он нахмурился, словно почувствовав боль в теле.

Я ничего не сказала и умолкла. Несомненно, Игельто был прав.

Впервые, когда я его встретила, я вбила в свою голову, что у меня обязательно все получится. К сожалению, я верила, что план удастся.

Я не сомневалась, что Гипрон вторгнется в аукционный дом, как и случилось в оригинале.

Однако, как только я вмешалась, все пошло вразрез с оригинальной сюжетной линией.

Вопреки моим ожиданиям, вмешался Аджест, а Гипрон погнался за мной, когда должен был занят аукционным домом.

— Прости меня.

Я искренне извинилась перед Игельто.

Потому что знала, что отговорок не хватит, дабы искупить вину.

И я решилась признать свою ужасную ошибку, поскольку не желала придумывать трусливое оправдание, дабы покрыть свой грех.

— Я был уверен, что ты своими превосходными способностями меня спасешь. Верил, что спасешь из того ада.

— …

— Но сколько бы я ни ждал, ты не приходила.

Ах.

Я беспокоилась лишь о своей безопасности. Поэтому создала план, чтобы не встретить Гипрона и уберечь себя от трагичных последствий.

— Мне жаль. Мне жаль, что я поверил человеку.

— …

— Я также был на грани смерти. Огонь охватил мое тело.

— Все ли в порядке?

— Сейчас да, но не тогда.

Когда я напомнила ему о тех событиях, Игельто вздрогнул, словно вновь подвергнулся мучениям. Потому что та ужасная боль еще оставалась в памяти.

Не знаю, стоит ли мне и заслужила ли я, но я к нему подошла.

Его спина была намного шире моей, однако в моих глазах он напоминал хрупкого карлика.

Все хотят быть сильными перед лицом страха, но страх делает умных глупыми, а сильных слабыми.

Из-за страха мы не можем быть беспристрастными.

— Тогда я хотел умереть, но я все еще жив. Разве не забавно выглядит?

— Нисколько.

— Но забавнее то, что, теряя сознание, я понимаю, что моя жизнь на этом не заканчивается. И я подумал, что очень хочу жить.

— …

— Я хотел жить.

— …Да, так.

— Во мне горела безумная искра жизни.

Игельто снова и снова повторял, что хотел жить.

Я лишь безмолвно кивнула.

Возможно, действие покажется незначительным, однако оно мне далось через силу.

Когда-то я себя спросила. Я вправду хочу жить?

И я вновь себя спросила после найденного ответа.

Я не жаждала жить. Нет, я не была одержима жизнью.

Так что, если Аджест решит меня убить, я покорно умру в его руках.

До сих пор мой ответ неизменен.

— Но, когда я загорелся желанием жить, тот безумец бросился разрушать мою мечту.

Игельто нахмурился, вспомнив человека в черной маске.

— Мне было невероятно больно. И тогда я не желал умирать. Я хотел наслаждаться жизнью, но смерть наступала мне на пятки.

— …Возможно, это забава Бога.

— Нет. Не Бог спас меня, а ты. Именно твой браслет спас меня от смерти. Это забава не Бога, а твоя.

— Мне жаль.

Я не находила слов на выплеснутую на меня злость.

Я спокойно ожидала его ответа. Потому что все, что я могла сделать, — это лишь ждать.

Однако, вопреки моим ожиданиям, Игельто улыбнулся. Это была едва уловимая улыбка.

— Я искренне благодарен тебе.

— А…?

Когда я удивленно спросила, Игельто робко кивнул.

— Я уже тебе говорил. Я жаждал жить.

— …

— И именно ты меня спасла.

Его зеленые глаза ярко сияли, но я не понимала причину такой перемены.

Темная пелена начала исчезать, и глаза слегка засверкали.

Искра была, но не столь ослепляющая.

— Мне понравилась твоя шутка или что-то вроде нее. В конце концов я жив благодаря тебе.

— ….

— Как ты и сказала, я бы не выбрался, если бы не ты. Это было единственное, что я мог сделать, дабы спасти свою жизнь.

Не понимаю, это присуще всем эльфам? Или же сам Игельто таков?

Он ничуть меня не винил.

Его признательность звучала от всего сердца. По его словам, благодаря моей добродетели он сумел сбежать.

Однако я не появилась, даже когда он был на пороге смерти, когда все его тело покрылось ранами.

Я ожидала, что он разозлится. Ожидала, что в его глазах зародится глубокая на меня обида.

Но сейчас. Его глаза ясны как никогда.

Игельто изобразил легкую улыбку и неторопливо огляделся. Очевидно, он чувствовал на душе облегчение, поскольку покинул тюрьму, тот котел ада.

Мои губы бессознательно рисовали улыбку, чувствую исходящую от него безмятежность.

— Но, Сериена…

— Да?

— Почему я так выгляжу?

Не так давно его взгляд переместился с меня на зеркало, висевшее на стене.

После чего он вновь на меня посмотрел, но уже с каменным выражением лица.

Этот вид говорил:

— Ну и. Я жду немедленных объяснений.

— Получается… ты временно поменяла мою внешность?

Внезапно мне вспомнились слова Игельто, сказанные им несколько часов назад.

Поскольку я изменила внешность с помощью магии без его ведома, разумеется, он не смог сдержать свое недовольство и нахмурил лицо.

Я в подробностях объяснила причину, почему у меня не оставалось иного выбора, как пойти на этот шаг.

Внешность эльфа привлекает внимание людей.

Мои объяснение смогли его убедить, однако недовольство с лица так и не исчезло.

— Его превосходительство сильно запаздывает.

Такое ощущение, что Рида разговаривала сама с собой, а не со мной.

Мы с Аджестом всегда ужинали вместе.

Время ужина уже подходило к концу, потому она и пробормотала, что Аджест еще не вернулся.

— Да. Думаю, он еще занят работой.

Я равнодушно ответила, перелистывая страницу книги.

Уже давно я не прикасалась к любовным романам.

Каждый раз, когда у меня появлялось свободное время в герцогстве Агэрнии, как сейчас, дабы утолить мою скуку, Рида давала мне любовный роман.

Если честно, я не особо люблю такие книги, но читала ради добродушной Риды.

Что ж, любовные романы в сто крат лучше, нежели скучные книги из кабинета этого особняка.

— Сколько вы уже прочитали?

— Два человека уже пошли на маскарад.

Я долго листала страницы. Сюжет был весьма скучноват, но я не пожалела, что взялась за эту книгу, чтобы скоротать время.

— А? Мисс, похоже, пришел герцог.

Переведя взгляд за Риду на окно, я увидела подъезжающую карету с гербом семьи Агэрнии.

Я закрыла книгу и положила ее на стол.

— Рида. Ты не могла бы позвать Аджеста?

— Да, мисс.

Горничная тут же последовала моим словам, кратко ответив. Она открыла дверь и вышла на улицу без всяких колебаний.

Будучи гостем, никто в здравом уме не станет в открытую просить присутствия владельца.

Однако этот особняк был исключением. Все слуги покорно следовали моим приказам и ставили их на первое место.

Причина подобного поведения проста.

Потому что так велел Аджест.

Именно он поставил мои слова выше слов владельца.

ʹПочему-то я теперь как хозяинʹ.

Спустя какое-то время Рида вернулась, но без Аджеста.

— Где же Аджест?

— Это…Он попросил подождать, поскольку хочет сначала принять ванну.

— Что?

Хочет принять ванну просто так?

Мои брови поползли вверх от нелепицы.

— Почему он вдруг решил помыться?

— Я не знаю. Он не выглядел слишком испачканным.

— Передай, пусть делает, что хочет.

Не могу же я заставить его не принимать ванну.

ʹАх, нужно найти платье…ʹ

Возникла совсем неподходящая мысль, но все-таки это нужно сделать.

Надо подобрать платье на банкет в честь основания страны.

Стоит ли выбрать и костюм Аджеста?

Пока Аджест мылся, я размышляла о своем наряде.

Через какое-то время я услышала звук стука в дверь. Это был Аджест.

Он вошел в комнату и встал возле меня.

— Сериена, вы меня звали?

— …Ты такой сырой.

Аджест так спешил, что даже как следует не вытерся. Его тело было более- менее сухим, а вот волосы оставались мокрыми.

Вся рубашка промокла от воды, стекающей с волос.

Немного странно видеть его обнажающееся тело из-под мокрой рубашки.

— Почему ты не высушил волосы?

— Вы меня звали, поэтому пришел как можно быстрее.

Аджест расплылся в улыбке, будто был поистине счастлив. А вот я нахмурила переносицу от пробирающих меня сомнений.

Если он хотел прийти ко мне как можно быстрее, то следовало бы это сделать, как только я позвала.

Но вместо этого он решил помыться, а потом лишь прийти.

Однако если решил принять душ, то сделай это как положено.

Я рассмеялась над глупым поведением Аджеста. В конце концов он и не вытерся, и не сразу ко мне пришел.

— Сходи в ванную и принеси полотенце. Я высушу твои волосы.

— Вы уверены?

Аджест округлил глаза, будто услышал нечто необычное.

— Разве не хочешь?

— Нет, я принесу.

Неужели странно, что я хочу просто посушить его мокрые волосы?

Аджест не смог сдержать свое удивленное выражение и заморгал.

Что ж, я не думаю, что мои слова как-то странно прозвучали.

Я уже не раз баловала герцога.

Но не думаю, что будет плохо, если и в этот раз о нем позабочусь.

Аджест вернулся из ванной, примыкающей к моей комнате, и принес полотенце.

Я взяла полотенце, поднявшись с места, и усадила Аджеста на стул, на котором ранее сидела.

Он выглядел слегка растерянно.

— Что за глупое лицо.

— Извините меня.

— Нет, не стоит извиняться.

Я отчетливо ощутила, как полотенце мало-помалу становится влажным. Я хорошенько протерла сухой частью полотенца, чтобы вся влага с волос окончательно впиталась.

Помочь высушить волосы не было чем-то необычным, но Аджест приятно замурлыкал под нос и бормотал, как ему приятно.

— Я слышал, что вы меня звали.

— Ничего важного. Давай лучше поужинаем.

— Ах…Похоже, я слишком поздно пришел. Простите меня.

— Не нужно за это извиняться. Чем ты сегодня был занят?

Вздрог.

Я вытерла волосы Аджеста, потому чутко почувствовала, как его тело застыло и напряглось.

— Ничем особенным.

Я мысленно фыркнула от недовольства.

Ты знаешь, что я сейчас чувствую? Мне захотелось поставить перед ним зеркало, дабы он увидел все мои чувства.

Почему-то он мне солгал. Черт, зачем это делать?

— О, правда?

— Да.

Он напоминал напроказничавшего ребенка, который трепетал от страха.

Я не знаю, что это, но Аджест хотел что-то от меня утаить.

Даже если упорно спрашивать, Аджест нехотя признается мне. Но я не собиралась так поступать.

ʹЯ должна в некоторой степени уважать его личные границыʹ.

— Хорошо, я поверю тебе.

— …Я ничего важного не сказал.

— Вот оно что.

— Это правда.

— Ладно, ладно.

Я едва сдержала смех. Я не знаю, виновен Аджест или нет, но он так утверждал, что ни к чему не причастен, будто я несправедливо его обвиняла. Он выглядел довольно смешным.

Сильное отрицание или непоколебимое утверждение.

Аджесту это было присуще.

— У меня уже болит рука.

Просто высушив его волосы, я ощутила, как изрядно потрудилась.

— Вы в порядке?

— Все хорошо.

Вытерев ему волосы, я положила полотенце на стол, будто его бросила.

Я нежно прибрала за ухо мокрые волосы Аджеста, прилипшие к щеке.

Я беспокоилась о его промокшей одежде из-за воды, стекающей с головы.

Он же может так простудиться.

— Аджест. Может, снимешь одежду?

Аджест растерянно заморгала при моих словах и стал расстегивать пуговицы, запоздало осознав, о чем я вела речь.

Как только он разделся, я взяла из его рук рубашку.

Его ресницы от смущения затрепетали.

— Сериена…?

— Подожди.

Для меня это было нечто новым, поскольку Аджест славился не только своим красивым лицом, но и шикарным телом. Его ключица выступала на белоснежной коже, а крепкая грудь и пресс были накаченными.

Я отвела взгляд от Аджеста и подошла к шкафу. Аджест уже приноровился временами оставаться в моей комнате, поэтому я решила, что найду ему одежду.

— Вот, надень это.

Я бросила белую рубашку в Аджеста. И сама рухнула на кровать.

Лежа на кровати, я повернула голову и наблюдала, как Аджест надевает одежду, которую я ему дала.

Я слегка улыбнулась, не понимая причины своей радости.

— Сериена.

Аджест встал со стула и подошел ко мне, усевшись на кровать. На мгновение я почувствовала, как кровь проваливается вниз.

Я закатила глаза и увидела его, внимательно на меня смотрящего.

— Аджест. Мне нужно кое-что тебе сказать.

— …Вот как.

Он занервничал из-за надвигающихся слов.

Я немного приподнялась и встретилась с его глазами.

— Игельто очнулся.

— Вы об эльфе?

— Да.

Игельто наконец-то очнулся, однако был еще не в лучшей форме.

Из-за длительного рабства на его теле было полно следов травм. А из-за недавней раны он едва мог ходить и двигать руками.

— Когда Игельто станет лучше, я начну делать для тебя лекарство.

Возможно, уже через несколько дней я создам противоядие. Эльфы намного быстрее выздоравливают, нежели люди.

— Ты же знаешь, что как только Игельто создаст лекарство, тебе нужно будет постоянно его принимать?

— ….

— Даже без меня не забывай его принимать. Хорошо?

Но Аджест не ответил. Складывалось ощущение, что он меня не слушал.

Я слегка приподняла брови.

Мне было неприятно знать, что он пренебрегает моими словами. Мое недовольство нарастало еще сильнее.

Может, Аджест разозлился как тогда?

Нет, я так не думаю.

Его лицо не отражало никаких эмоций.

— Аджест?

Но даже после того, как я назвала его по имени, его губы были еще сомкнуты. Он просто беззвучно моргал.

Его глаза становились все темнее и темнее. Я озадачилась, увидев, как его фиолетовые глаза постепенно тускнели.

Нас окутала неизвестная и подозрительная атмосфера.

По какой-то причине разум Аджеста стал его покидать.

Я бережно схватила его за обе щеки и повернула голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

Но его потерянный взгляд даже не осознавал мои действия.

— Аджест.

Я снова его позвала.

— Аджест, ответь мне.

И вновь я пыталась до него достучаться.

Странно, но на этот раз у меня не было уверенности, что он сможет прийти в себя. Однако я не отступала и снова его позвала.

— Аджест.

На повышенном тоне и немного рассерженная я вновь назвала его по имени, однако он по-прежнему молчал. Прошло довольно много времени с тех пор, когда он погружался в такое состояние.

Подобное случалось, когда Аджест посещал комнату галлюцинаций.

ʹЧерт, почему? Сейчас же все иначе?ʹ

Аджест больше не страдал, так как освободился от рук герцогини Мелфорд.

В его теле больше не скапливался яд. Аджест прекрасно справлялся с остатками токсинов, некогда отравивших его организм.

Я никогда больше не видела такой затуманенный взгляд, с тех пор как он покинул герцогство Мелфордов.

Мне было страшно.

Я очень переживала, что вновь настанут те времена. Я боялась, что сейчас случится из-за моей беспомощности. Я правда не знала, что делать.

Меня пронзил ледяной поток воздуха.

Казалось, что в этой странной атмосфере время застыло.

Посреди мертвой тишины лишь раздавалось тиканье часов.

Но время текло, вопреки моим мыслям. Проклятье!

В этой комнате лишь время шло спокойно.

— Аджест…?

После затяжной тишины Аджест ответил. Он осторожно схватил меня за плечо.

Я слегка растерялась такому неожиданному поведению, но скрыла все свои эмоции.

— Ах…!

Неожиданно он придал силу руке, державшей меня за плечо, и толкнул.

Как только Аджест повалил меня на кровать, он тут же залез сверху.

Я пыталась взять в себя в руки и вспомнить, с какого момента все пошло не так, однако в мою голову не приходило ни одной мысли.

Да, все же, ничего необычного не случилось. Однако теперь стоит главный вопрос: что теперь делать дальше?

Сердце трепетало от незнания последующих событий и как ни них реагировать.

— Аджест, слезь с меня.

Я твердым и уверенным тоном приказала ему не прикасаться ко мне, но Аджест отказался следовать моим словам.

Так что, он меня игнорирует или же просто не слышит?

Аджест пронзал меня своим взглядом, однако я его не избегала. Я спокойно встретилась с его затуманенными глазами.

Аджест убрал руку с моего плеча и нежно погладил по щеке.

Он вел себя невероятно ласково, что шло вразрез с этой дурацкой ситуацией.

Мои глаза инстинктивно задрожали от такого несоответствия.

Его рука очень медленно спускалась по моей щеке. Пока он бережно прикасался, я накрыла его рукой своей.

Но рука продолжала спускать, и мое тело на какое-то мгновение оцепенело от знакомого ощущения…

Аджест с затуманенным взглядом дотронулся до шеи, отчего тело тотчас бросило в дрожь, и страх меня полностью парализовал.

И рука, поглаживающая мою шею, внезапно остановилась.

Затем он начал медленно обхватывать горло своими пальцами. Несмотря на несильную хватку, я уже чувствовала, как мне перекрывают поток воздуха в легкие.

Аджест медленно схватил шею руками. И я уже представила, как он придаст силу своей руке.

Однако, вопреки моим ожиданиям, он ничего не предпринял.

Он застыл в позе, будто собирается задушить. В тот момент его глаза были полностью опустошенными и не отражали ни единой эмоции.

Я лишь беспрерывно моргала от ощущения, что столкнулась с человеком, чьи действия не совпадают с собственными мыслями и желаниями.

Громко раздавался сильный отзвук от стрелки часов, нарушая тишину комнаты.

Тиканье часов усиливалась, словно сейчас должно что-то произойти, однако ничего так и не поменялось.

Если Аджест придаст силу руке, моя шея под таким напором легко сломается.

Подобно цветку, который легко раздавить. И мелкие кусочки цветка тогда бы раскрасили своими пигментами ладонь яркими красками.

Аджест, прекрасно осознавая сей факт, не завершает начатое дело…? Или он желает меня убить, но в то же время хочет сохранить мою жизнь? Или в его глазах я лишь жалкая кукла, за чьи ниточки он дергает?

Ах.

Черт, я без понятия, что творится в его бездумной голове.

Изначально я прикладывала усилия, дабы сохранить самообладание. Но теперь они все бесполезны.

Чтобы не поддаваться этой несуразной ситуации, мой разум успокоился, словно кто-то облил меня ледяной водой.

Сначала меня поразили бурные эмоции, будто после палящего и знойного лета наступила суровая и холодная зима и я не заметила, как прожигающие солнечные лучи молниеносно сменились снегопадом.

Возможно, он неустанно ожидала это момента. Он недавно сказал, что если я освобожу его от промывки мозгов, то обязательно донесет до меня свои неизменные чувства.

Я не верила в это, однако все равно какая-то часть очень хотела подобного исхода событий. Не то чтобы я жаждала его любви.

Я просто хотела сохраниться наши доверительные отношения, не хотела разрывать ту нить, связывающую нас.

Какая дилемма.

Ведь именно той нитью было промывание мозгов, от которого я мечтала избавиться. Звучит забавно.

От осознания этой печальной истины и жестокой реальности душа вдребезги раскололась, а сердце рассыпалось на мелкие кусочки.

И, как обычно, я собрала и склеила все эти осколки и части, словно ничего и не произошло.

Осталась лишь «безмятежность», окутывавшая меня с головы до ног.

— Аджест, если ты хочешь меня убить, то внимательно послушай.

Я обхватила его щеки и взглянула ему в глаза.

Очень трудно смотреть в такие затуманенные очи, но все же я пыталась найти в них, чтобы мне помогло вытащить его из пропасти.

— Я единственная, кто способен избавить тебя от промывки мозгов. Так что ты не можешь меня убить.

Я опустила одну руку с щеки и схватила его за руку, державшую мою шею. И он осторожно ее убрал.

Возможно, мои слова дошли до его ушей. Или на то есть иная причина?

— И еще я хочу тебе кое-что сказать.

Я слегка ему улыбнулась.

— Доброй ночи.

Я применила ману и тотчас освободилась от его хватки.

Аджест испустил слабый вздох и рухнул на меня своим обессиленным телом.

Я бережно уложила его на кровать и накрыла одеялом, натянув его до шеи.

Если бы Аджест приложил к шее острое лезвие, я была готова принять с распростертыми объятьями свою судьбу. Но я решила не плыть по течению фатума.

Мне не оставалось иного варианта, поскольку организм Аджест пропитан ядом.

Только после от снятия промывки мозгов я вновь смещу чашу весов в сторону своего рока.

ʹЧто столь внезапно нашло на Аджеста?ʹ

Было глупо надеяться, что лекарство, ослабляющее симптомы промывки мозгов, по прошествии двух лет проявило свой эффект.

С последнего раза изменилось лишь то, что глаза не источали ненависть и злобу.

Его глаза отражали опустошенность и отрешенность.

Они были такими же туманными, как после процедуры промывки мозгов.

У меня есть предчувствие, что когда Аджест проснется, то он ничего не вспомнит.

Ты вновь не вспомнишь, что пытался меня задушить и беззаботно заявишь, как сильно меня любишь?

И тогда мне стоит принятия твои слова как ни в чем не бывало, чтобы не произошли худшие последствия?

— Ха-а…

С уст посыпался странный смех. Я не могу перенести весь этот абсурд без смеха.

Голова пошла кругом, и я отступила, едва не упав.

Витающий воздух превращался в ядовитые шипы, с наслаждением пронзающие меня насквозь.

Не сумев вытерпеть давящей атмосферы, я сломя голову ринулась из комнаты.

***

Смерть вновь наступала мне на пятки, отчего я полностью была истощена.

Я хотела сбежать.

Я хотела уйти.

Я хотела притвориться, что ничего не произошло.

Но я не могла.

Нельзя больше дрожать и мешкаться.

Я глубоко вздохнула и постучала в дверь.

ʹНельзя больше быть такойʹ.

Как только я дважды постучала, то услышала, что мне дозволили войти.

Схватив потной рукой дверную ручку, я ощутила, как ладонь слегка соскальзывает, однако без труда ее повернула и ступила за порог комнаты.

— Игельто, как ты? Хорошо спал?

Из-за Аджеста моя шею болела, но,к счастью, особых трудностей не возникало при разговоре.

— Чем ты занимался с рассвета?

Прозвучал голос, пропитанный усталостью.

После того инцидента с Аджестом я не спала всю ночь и смотрела все время в окно, ожидая восхода солнца.

От всей этой ситуации голова шла кругом, однако я вернула свое самообладание и успокоилась, решив, что, как только наступи рассвет, навещу Игельто.

Как только наступит рассвет, попрошу Игельто немедленно приступить к работе.

Как только наступит рассвет…очень надеюсь, что все мучения закончатся.

Я искренне ждала рассвета.

Кончики моих пальцев от нетерпения онемели, а в груди все сжалось, поэтому всю ночь мое дыхание было прерывистым и наполненным бурными эмоциями.

Когда солнце начало вставать, у меня не было сил больше ждать.

Оно еще не до конца поднялось над горизонтом, но я уже рванула к Игельто.

— Прости, что пришла так рано, у меня к тебе важный разговор.

Я слегка извинилась, поскольку, думая лишь о себе, позабыла об Игельто. Я неловко улыбнулась и продолжила.

— Ты неважно выглядишь. У тебя что-то болит?

— Нет, все в порядке.

Я всегда была в порядке.

Пусть это случилось вчера и я осталась жива, однако я была настолько опустошенно, что напоминала труп.

— Точно?

Его тон звучал так, будто он мне поверил, но подозрение с лица так и не исчезло.

— Какие у тебя ко мне дела с самого рассвета?

Я снова глубоко вздохнула, но сей раз беззвучно, дабы он не услышал в нем тщетность.

Мне потребовалось мужество, чтобы произнести даже одну букву.

— Мне жаль, но я хочу, чтобы ты начал делать лекарство.

— …

— Я знаю, тебе нужно время, чтобы восстановить свое здоровье и набраться сил, однако ситуация осложнилась, так что нужно поторопиться.

— ….

— Пожалуйста, Игельто.

Я искренне попросила, умоляя его мне помочь.

Игельто, молча меня слушая, разомкнул губы, словно пытаясь что-то сказать.

Последовала небольшая пауза, но ее хватило, чтобы на теле выступил пот.

— Я понял тебя.

Он без колебаний кивнул.

Конечно, я ожидала услышать именно такой ответ, однако от ответа у меня перехватило дыхание.

— Почему у тебя прискорбный вид? Не нужно так делать. Этот вид тебе не к лицу.

— Сожаления присущи всем. Нет ничего удивительного в просьбе о помощи пациенту, чье тело еще страдает от боли.

— Не стоит притворяться добросовестным.

Черт, как я выгляжу в его глазах?

— И все равно я уже думал, чтобы сегодня-завтра начать создавать лекарство. Боль уже утихла, так что отлеживаться — попусту тратить время.

— ….

— У нас же сделка, верно? Я создаю тебе лекарство, и ты меня благополучно отпускаешь. Я также невероятно тебе признателен, что ты меня спасла из рабства, но мне стыдно, что я ничем тебе не помог и просто отлеживался. Ты приютила меня в этом особняке, ты также обо мне заботилась…

— …

— Твоя доброта была излишней. Я этого не заслужил, так что не стою твоих извинений, Сериена.

— Спасибо тебе, Игельто.

— Не нужно благодарностей. Я лишь хочу вернуться домой после того, как сделаю для тебя лекарство. Чем раньше я начну, тем для меня же лучше.

Похоже, его искреннее желание заключалось в последних словах, но, даже невзирая на это, я ему безмерно благодарна.

Он решил приняться за лекарство уже сегодня. Так что, когда дело приняло обороты…

Стоит рассказать о симптомах Аджеста.

— Игельто, тебе предстоит исцелить не кого иного, как владельца этого особняка.

— Без проблем.

— Состояние владельца этого особняка…довольно-таки плохое.

— Каковы симптомы у того человека?

Я едва могла вымолвить хоть слово. Я на мгновение оторопела.

Игельто просто молча меня ждал.

Когда мой онемевший язык отошел, я вновь заговорила.

— Он отравлен амалионом.

— Отравлен амалионом…?

Он переспросил, словно, вопреки ожиданиям, обстоятельства складывались в худшую сторону.

Амалион. Ему прекрасно знакомо это название.

Эльфы, в отличие от людей, прекрасно знают, что амалион — самое ядовитое растение из всех возможных.

— Он принимал наркотик, содержащий особую часть, извлеченную из амалиона?

— Нет. Он принимал непосредственно амалион.

— ….Сколько он принимал амалиона?

— Он принимал его порядка шести лет.

— Что?

Эльф удивился, услышав период интоксикации.

Когда я начала изучать свойства амалиона, у меня была аналогичная реакция.

Потому что положение дел складывалось куда серьезнее и опаснее.

— Быть такого не может…Подумай на этот раз получше. Может, ты ошиблась?

— Нет, шесть лет. Он принимал его еженедельно, иногда два раз в неделю на протяжении шести лет.

Чем больше я говорила, тем сильнее дрожали зрачки Игельто. С каждым словом их рябь усиливалась, потому что он не мог поверить.

Он бы….

— Чушь полная….Люди не способны выжить при употреблении такого количества….

У моей матери искрились глаза, умирая от любопытства, каков же его предел.

Потому он очень часто стоял у берега реки Стикс.

— Максимум год. Невозможно продержаться шесть лет…

— Возможно или нет…Неоспоримо то, что он принимал амалион целых шесть лет.

— ….

Игельто пребывал в недоумении от спутанных мыслей. Но я еще не закончила то свою речь.

Смое важное заключалось в этих словах.

— Ему промыли мозги.

Его тело, опершееся на кровать, от удивления соскользнуло и едва не упало.

Он не отводил от меня ошеломленного взгляда.

И в тот же момент его охватил ступор.

П.п: Река Стикс-река мертвых, путь в загробный мир

— Ему промыли мозги.

Я вновь повторила, увидев молчаливого и удивленного Игельто.

Игельто томно моргнул на столь пугающую новость, будто все было полнейшим бредом и пустой болтовней.

— Что…?

— …Ему промыли мозги.

Воцарилась мертвая тишина.

Я просто ждала, пока он придет в себя и успокоиться.

Он скривил черты лица и принял странный вид, совсем на него непохожий.

Как только его нахмуренные брови расслабились, он заговорил голосом, звучащим с фальшивым спокойствием.

— Подвергнуться промыванию мозгов…Я немного не понимаю. Что ты под этим подразумеваешь?

На его вопрос у меня не оставалось иного выбора, кроме как на время умолкнуть и поразмыслить.

Я уже знала, что наступит день, когда придется эльфу рассказать всю ужасную правду.

Однако, когда мы встретились лицом к лицу, было не так просто подобрать нужные слова.

Я очень долго безмолвно стояла в рассеянности и пыталась распутать плотный клубок мыслей. Между тем Игельто покорно ждал моего ответа, не обрывая нить.

И плотные губы разомкнулись, раздав тихий и слабый голос.

Я поведала о промывке мозгов, которое на себе испытал Аджест, владелец этого особняка.

Увидев округленные глаза Игельто, я подумала, что это было для него потрясением, но он изо всего сил старался не показывать свои чувства и взять себя в руки.

— Как вообще подобное возможно….Промыть мозги такими веществами?

Если честно, откровенный разговор давался с трудом.

— Это…

Я вновь заколебалась и открыла рот.

И с этого мгновения я погрузилась в рассказ о его долгом и нелегком детстве.

— Сериена, ты уверена, что можно снять эффект промывки мозгов с помощью флагелларии?

Когда я сидела на его кровати, то внезапно, приподняв колени, я уткнулась в них лицом. И мои волосы закрыли мои глаза и печальный вид.

— …Если честно.

Из плотно сложенных коленей зазвучало слабое бормотание.

— Я не уверена.

— ….

— Я просто надеюсь и свято верю, что это разрешит все проблемы. Как глупо, верно?

Голос, подобный плачу, не походил на мой. Будто говорил некто иной, а не я.

— ….Это ничуть не глупо.

— …Я постоянно следила за своей матерью и между тем изучала ароматические свечи, используемые для промывки мозгов, однако так и не узнала сам процесс.

С тех пор, как я решила исследовать промывание мозгов, я на несколько лет засела в огромной библиотеке особняка.

Обыскав каждый угол, я подумала, что найду тот заветный ключ, ведущий к разгадке.

Но жизнь надо мной посмеялась – за те все года я отыскала лишь пару зацепок.

— Амалион – главный ингредиент ароматических свечей. Эта дрянь пропитала каждую жилку его тела, так что в первую очередь нужно вывести его.

Однако нет гарантий, что, если его вывести, то эффект промывки мозгов ослабится, но это все, что в моих силах.

— …Не плачь.

— Я не плачу.

Руки Игельто бережно приподняли лицо, зарытое в коленях.

— Я обо всем позабочусь. Что бы это ни было.

На эти слова я распахнула глаза. И с губ слетел смех.

— Что смешного?

— Нет, просто….

Я вспомнила о своем брате в особняке.

Я даже сейчас не знаю причины своего плача еще тогда, в глубоком детстве. Тогда Михаил произнес те же слова, что и Игельто.

Не плачь. Твой брат обо всем позаботится.

— Ты сможешь получить хоть одну ароматическую свечу, которую применяли для промывки мозгов?

— Зачем?

— Я исследую весь их состав и так разузнаю все ингредиенты, что увеличит шансы снять эффект ядов.

Промелькнула едва уловимая искра надежды.

Я ответила, словно одержимая поймать звезду, исполняющую желания.

— Да, смогу взять.

Возможно, мне придется рискнуть, дабы не быть пойманной. Но это стоило риска.

— Игельто, тебе известно о лечебной траве мичо?

ʹМичоʹ.

Именно мичо два года назад я давала Аджесту.

И, как только он его принял, случился тот самый инцидент.

— Знаю. Это одно из противоядий амалиона. Однако он слаб, чтобы полностью его обезвредить. Он действенен всего минут 5-10.

Вот почему я в тот момент выжила.

Эффект быстро исчез, и Аджест меня попросту не смог убить.

— Хотя «мичо» и выводит амалион из организма, он также с небольшой вероятностью способен вызывать побочные эффекты.

— Побочные эффекты?

— Да. Если мичо неправильно принять, то он может лишь усилить эффект амалиона.

— …Ты о чем?

— Амалион, как и мичо, способен вызывать галлюцинации.

Зеленые глаза Игельто опустились. И он угрюмо промолвил.

— Да, есть шанс, что мичо станет причиной галлюцинаций.

Два года назад, в тот самый день, Аджест ненадолго освободился от промывки мозгов, или же это всего-навсего усиление галлюцинаций?

Даже покинув его комнату, я долго крутила в мыслях наш разговор.

— Если принять мичо и он вызовет галлюцинации, повторится ли спустя время его эффект?

— Нет, спустя пять минут мичо перестанет действовать.

По словам Игельто, похоже, вчерашнее событие никак не связано с мичо.

По сравнению с явлением двухлетней давности, на вчерашнее я так и не нашла разгадки.

Аджест, почему…

ʹДерьмо полноеʹ.

Возможно, из-за раздумий и отрешенности, я не заметила, как добралась до своей спальни в особняке Агэрния.

Быть может, Аджест все еще там. Прямо сейчас мне не хотелось видеться с Аджестом.

Я тотчас обернулась. Но идти мне было некуда, однако я всем сердцем не желала ступать за порог этой комнаты.

ʹСтоит просто вернуться в Мелфордʹ.

Если я увижу Аджеста, то вряд ли смогу контролировать свои эмоции и не выплеснуть их все наружу.

Я не могла не вспомнить вчерашний инцидент, который так усердно старалась закопать в своих воспоминаниях и плотно закрыть на засов.

Я понимала, насколько трагична судьба Аджеста, но не могла унять свою злость.

Я чувствую себя полной эгоисткой.

Да, я должна понять, что Аджест был не в силах противостоять яду, но при всем при этом на душе было мерзко и неприятно.

Он не помнит событие, случившееся два года назад, и, вероятнее всего, не помнит и вчерашний случай.

Его забывчивость сбивает других людей с толку от незнания своих следующих шагов и самой судьбы.

Я не святоша. Так что не надо быть добродетелем.

Обычное «понимание» не означает, что я приму все и прощу его поступки. Потому что я тоже человек, несущий ношу и чувствующий боль.

Тот краеугольный камень моей силы воли, что меня поддерживал, мало-помалу начал трескаться.

Скрип.

В тот момент послышалось то, чего я больше всего не желала услышать.

Раздался звук открывающейся двери, но я отвернулась и пошла прочь.

— Сериена.

Поразительно. Еще полностью не восстановившись, лишь с одним голосом он способен двигать своим телом.

Однако я продолжала идти, не останавливаясь ни на шаг.

— …Сериена, вы куда?

Увы, Аджест не оставил меня в покое. Он отчаянно сжал мое запястье, крепко вцепившись своей рукой.

Я взглянула на свою руку. Аджесту стало неловко от моего ледяного взгляда, однако он не обратил на него внимание.

— Отпусти.

С уст невольно слетел бесстрастный голос.

Я тут же приняла тот, коим обычно с ним разговариваю.

— Отпусти меня, Аджест.

Да, зазвучал нежный тон.

Я расслабила свое напряженное лицо и, нежно улыбнувшись, на него взглянула. Мне пришлось надеть на себя маску.

Внезапно он озадачился, не понимая, почему я скрываю свое истинное лицо.

— Аджест. Я не хочу повторять дважды. Убери руку.

Нежно, но и в то же время холодно. Я отвергла его.

Как всегда, я нарисовала приятные черты лица и убрала палец за пальцем с запястья.

Когда я их всех убрала, его лицо нахмурилось, словно в одночасье рухнул весь мир.

— …Почему.

Его губы, все еще слегка приподнятые, приоткрылись.

— Я…что-то не так сделал?

Посмотрите. Он даже не может вспомнить.

Это так несправедливо, однако я обязана понять все случившееся и пропустить через себя…

Тогда я стала свидетельницей его безумия, и сейчас Аджест еще не полностью отошел от своего аффекта.

— Нет.

Всего лишь три буквы, но они пронзали грудь и разрывали на части мое сердце.

— Ты ничего не сделал плохого. Аджест.

Если и есть, в чем ты виноват, так это то, что ты не можешь вспомнить. Это грех, ибо лишь ты можешь сбежать от тех минут ужаса, оставив меня одну.

— Почему вы так себя ведете?

— …Ах.

Аджест испустил тяжелый вздох. Это едва слышимое и легкое дыхание давило на уши свои громким звуком.

Он подобен демону, кричащему в адском пекле страданий.

— Как только я встал, то не заметил вас рядом…

— Я не обязана всегда быть возле тебя.

Да, нужно поведать правду.

— Сериена…

— Аджест, надеюсь, ты не перейдешь черту.

Я всегда уверенно утверждала, что понимаю Аджеста и всегда войду в его положение. И это до сих пор неизменно.

— Я с тобой, потому что мне нравится.

— …

— Но, если полагаешь, что твое присутствие будет приятным для меня всегда, — ты ошибаешься.

Я прекрасно его понимаю, но не хочу жертвовать собой. Мне нанесли много ран, и я хотела их просто залечить, хотела наконец-то найти место, чтобы наконец-то расслабиться.

— Думаю, могу тебя сейчас бросить.

Однако прекрасно осознаю, что использую неправильное лекарство, заживляющее раны.

И все же я не могла перестать его применять.

Сейчас я то и делала, что изливала на него всю свою злость, весь свой яростный гнев, скопившийся внутри меня и извергающийся, как лава.

— Знаете что?

В отличие от меня, холодно пронзающий своим взглядом, Аджеста переполняли разнообразные эмоции.

И среди бесчисленной палитры чувств выделялась «ядовитая скорбь».

Тогда я внезапно вспомнила описание Аджеста в оригинале. Там говорилось, что он был человеком без крови и без слез.

Вот этот мужчина?

В подобные моменты, я осознаю, сколько лжи в том романе.

Аджест, которого я знаю, полон слез и сострадания, а спектр эмоций подобен пестрому лугу.

— Вы жестоки.

Но самое жестокое то, что в моих словах нет ни капли утешения и теплоты, несмотря на то, что я вижу насквозь его душу.

— …Очень жестокий человек. Вы.

— Быть может.

Я шагнула вперед . И так прошла мимо Аджеста.

Ноги, которые не могли шелохнуться, с легкостью двинулись с места.

— …Вы не хотите принять моих чувств. Но нельзя ли просто оставаться подле вас?

Притворившись, что не слышу его горькой мольбы, я дернула шпингалет и вошла внутрь комнаты.

Но меня встретила зловещая тишина.

Впервые в моей комнате, точнее, временной моей комнате в Агэрнии, было столь жутко и морозно.

Это все потому, что я бессердечно повела себя с владельцем особняка?

До мозга костей казалось, что комната меня выталкивает из своих владений.

…Похоже, я сошла с ума…

И велела мне вернуться в Мелфорд.

Я легла на кровать, и она тут же затряслась от моего падения.

Я полностью зарылась под одеяло, внушая себе, что все в порядке. Однако, как пророк, я уже знала ответ.

Не все в порядке.

Если все останется, как сейчас, судьба не сулит ничего хорошего.

Черт, почему я обманула? Я искренне пожалела, но время не повернуть вспять.

Тик-тик-тик. Звук стрелок часов десятки раз, сотни раз — бесчисленно — пронзал мою барабанную перепонку.

И так меня полностью обволокла тьма.

— ...Вставайте.

Ах, я так устала.

— …Я…встаю.

Я так измождена и хочу спать, но кто-то продолжает нарушать мой сон. Я грубо ударила руку, неустанно меня трясущую за плечи, чтобы избавиться от назойливой помехи моим грезам.

— Мисс! Проснитесь!

— …Рида?

Я в растерянности проснулась, потому перед глазами весь образ был еще расплывчатым.

Медленно моргнув, я встала с постели.

И увидела перед собой Риду, служанку семьи Агэрнии.

— Мисс! Уже настал обеденный час.

— Если ты говоришь правду, то не отвлекай меня. Все в порядке.

Я пыталась откинуться, дабы снова лечь на кровать. Однако в тот момент Рида меня остановила.

— Мисс, вы чувствуете себя очень уставшей?

— Ага, так что позволь мне поспать подольше.

— Вы…Мисс, вы что, плакали?

Рида осторожно меня спросила, глядя в глаза.

— Нет…?

Я, да плакала? Что за вздор.

— Думаю, ваши глаза просто слегка опухли…Возможно, вы слишком долго нежились в кровати?

— Возможно.

— Хватит спать, и давайте-ка наконец-то пообедайте.

— Нет, у меня нет аппетита.

— …Ах, я вас поняла. Тогда перекусите позже. Или вам, может, принести молока?

— Нет, ничего не нужно. Все в порядке.

Услышав мой решительный отказ, Рида умолкла, не находя, что же мне еще посоветовать поесть.

Она бы, как обычно, выслушала ее назойливую речь и вытерпела поведение, однако сегодня не самый «обычный» день, в отличие от прежних.

Больше всех я не желала разделять трапезу с Аджестом, сидя перед его носом.

— Ах, мисс, что-то не так с герцогом?

— Почему ты так решила?

— Мне кажется, он был удрученным и слегка злым.

— …Неужели?

— Сегодняшним утром он сам лично руководил тренировкой рыцарей, однако они рано закончили тренировку и покинули учебный плац, напоминая живые трупы. Я проходила мимо, наблюдая за этим, и это походило на какое-то наказание и издевательство, а не тренировку…

— Вроде, так проходят все тренировки.

Как бы то ни было, его цель – повышать предел выносливости рыцарей.

Разве не на пользу, если бы их способности улучшились благодаря самому герцогу Аджесту?

Ну, пострадают они немного. Лишь они виноваты, что выбрали тернистый путь под названием «рыцарство».

— Хм. Не думаю, что сегодня выглядело именно так…Рыцари имеют право на уважение. Что ж, в любом случае, я пойду, мисс. Так что если вы проголодаетесь, то немедленно меня позовите.

Рида заговорила, указав на колокольчик, висевший на стене, и повернулась.

— Рида, постой.

Когда Рида собиралась уходить, я кое-что вспомнила, что хотела сделать.

— Мне нужно покинуть поместье. Вызови мне карету.

Карет с грохотом ехала по дороге, отчего мое тело тряслось .

Цель же моего пути – гардеробная «Бланш».

Изначально я хотела отправиться туда с Аджестом, чтобы подобрать на банкет платье…

Но я решила отбросить эту затею.

Грох-грох.

Карета перестала трястись и остановилась прямо перед дверями гардеробной Бланш.

Я вышла из кареты и пересекла порог магазина.

Войдя внутрь, я увидела сотрудников, занятых клиентами, и учеников Бланша. И потом мне бросились в глаза юные дамы, обновляющие свой гардероб.

— Что? Леди Мелфорд?

Как только я оглядела место, то встретила знакомое лицо. Как знать – это всего лишь случайность или подкравшаяся беда?

Девушка встала с места, нарисовала улыбку и ко мне приблизилась. Я же ее встретила с фальшиво натянутыми кончиками губ, что принята в обществе.

— Рада вас видеть, мисс Сильвения.

— Ах, боже, мисс Мелфорд! Давно не виделись.

Как же раздражает видеть это лицо. Не думаю, что сегодня мне сопутствует удача.

— Полагаю, мисс Мелфорд пришла, дабы купить платье на банкет.

— Все верно. Вы уже его заказали?

— Ох, нет, я только что приехала.

— Что ж, тогда понятно. Удачных вам покупок.

У меня не было больше желания с ней беседовать и видеть ее на таком близком расстоянии.

Однако же Сильвения нашла слова для разговора. Но я тут же подозвала ученика Бланша, не дав ей что-либо сказать.

— Где находится хозяйка?

— Вы бронировали?

Салон мадам Бланш славился на всю округу.

Не нашлось ни одного, кто бы оставался в неведении о ее скверном характере и одежде, которую она шила. Вся ее одежды была модной и известной, поэтому множество людей хотели приобрести ее плоды таланта. Мадаш Бланш, смотря на всех с презрением, была известна тем, что избирательно выбирала клиентов.

Так что, чтобы попасть в гардеробную Бланш, вы должны забронировать время за месяц.

— Нет.

Сильвения язвительно рассмеялась с нелепым выражением лица. Ученик не повел себя грубо, поскольку я аристократка, однако он приподнял брови, услышав абсурдные слова.

— Мне жаль…

— Вот.

Я вынула карточку и протянула ученику, прежде чем тот закончил свою фразу. Негодующее лицо мигом испарилось при виде содержимого карточки.

— …!

— Не мог бы ты сейчас позвать мадам?

Я улыбнулась ученику, затаившему дыхание и на меня глазевшему.

С уверенностью можно утверждать, что мадам Бланш не к каждому клиенту была радушна, однако я исключение.

Потому что я постоянный клиент среди всех частых покупателей, составляющих большую часть продаж мадам Бланш.

Иными словами, я ВИП-ВИП-клиент среди ВИП-гостей.

— Я-я сейчас же вернусь.

Его лицо потемнело. Похоже, я что-то натворила.

По мере того, как любопытные взгляды перемещались в мою сторону, я все больше ощущала, что навела суету.

Спустя некоторое время впопыхах прибежала мадам Бланш.

Она так сильно торопилась, что даже не могла вставить нитку в иголку.

— Мисс Мелфорд! Я так рада, что вы нас посетили спустя столько времени.

— Да, давно не виделись, мадам.

Люди в салоне пребывали в растерянности.

Мадам Бланш, чей вид всегда строг перед всеми клиентами, любезничала и уважительно сгибала талию.

Нет, она не так сильно кланялась, напоминая покорного слугу, однако все удивились подобной стороне мадам Бланш. Для них это стало потрясением.

— Что ж, мисс Сильвения. Увидимся на имперском банкете по случаю основания страны.

— Мисс, я едва не забыла ваш прекрасный образ! Почему вы так давно меня не навещали?

В последнее время посещаемость банкетов и походы в ее гардеробную резко сократились.

Все потому что я погрязла в поисках способов избавления промывки мозгов.

Настала пора насладиться новой одеждой и отвлечься от погружения в книг, от запаха которых меня уже подташнивало.

— Я была слегка занята, мадам.

— Полагаю, сейчас вы нашли свободную минутку?

— Как знать. Явно стало чуть больше свободного времени, чем раньше.

— Тогда, когда вам захочется отдохнуть от забот, приходите в салон. Я буду рада вашему визиту. Вы же знаете, что мисс — моя муза?

— Быть музой мадам – огромная для меня честь.

Эта была лесть, присущая лишь торговцам. Она создавала оживленную атмосферу, которую было невозможно ненавидеть.

Но я радостно ответила на лесть.

После глупого разговора мадам Бланш провела меня в комнату для особых гостей.

Под опрятно свисавшим белоснежным занавесом стояла красная тахта, а перед ней – высокое зеркало.

Мадам остановилась перед зеркалом, в котором отражался образ знатной дамы.

Когда я сидела на мягкой тахте, мой облик отражался вместе с ее.

— Полагаю, делать замеры нет нужды? Мадам уже делала много раз, так что уже их знает.

— Как и сказала мисс, я уже знаю, так что не стоит тратить на это время. Возможно, вы чего-то хотите? Быть может, есть какой-то определенный дизайн?

— Хм, как насчет белого платья?

— В прошлый раз было белое платье. Может, на этот раз что-нибудь другое?

Мадам сузила брови, слегка разволновавшись. И хлопнула в ладони, словно что-то придумала. В комнате раздался короткий звук от соприкосновения двух рук.

— И какого цвета вы хотите мне предложить?

— Красное платье. Этот цвет будет прекрасно сочетаться с рубиновыми глазами мисс. Ах, если честно, есть платье, которое я недавно создала. А! Я сшила этот наряд пару дней назад, так что, думаю, он должен подойти мисс. Я вам сейчас покажу!

Бланш бодрым движением дернула веревку колокольчика, висевшего на стене.

Словно ожидая ее приказа, работник тотчас открыл дверь и вошел.

— Вы меня звали?

— Принеси.

— Да, мадам.

Я округлила глаза, видя их разговор. Она просто сказала «слово», но тот тут же все понял.

Через некоторое время вернулся сотрудник, вышедший принести платье. И в мои глаза бросился красный наряд.

— Мисс, что вы думаете? К этому платью приложены усилия. Оно сшито со всем сердцем и душой. Платье одно входит в пятерку моих лучших работ.

Как только я увидела платье, то сразу убедилась, что ее восхваления были не пустыми словами.

Несомненно, это роскошное платье сделало бы на банкете любого главным героем.

— Я показала вам его первой, вы особенная, мисс.

— Мне оно по душе.

— Как и думала. Подождите минутку. У меня для вас есть еще предложения.

Она вновь позвонила в колокольчик.

Затем работник ввез стеллаж с прекрасными платьями. Я внимательно рассмотрела наряды, висевшие прямо передо мною.

— Трудно сделать выбор. Они все великолепные.

— Разумеется, ведь это моих рук дело. Но, исходя из моего многолетнего опыта, полагаю, мисс подойдет лучше всего вот это.

Я указала на первое предложенное платье мадам Бланш.

— Тогда я возьму его.

Когда мадам Бланш подмигнула, сотрудник незамедлительно схватил платье.

— И принесите все платья, что тут есть.

— Это довольно дорогие платья...Вы уверены?

— Разумеется, все в порядке. Это же ваши платья.

Я слегка рассмеялась и произнесла безмятежным тоном.

— Отправьте их в особняк Мелфорд.

— Пожалуйста, приходите еще! Мисс Мелфорд!

Как только я покинула гардеробную Бланш, Рида тут же ко мне подбежала.

— Вы много купили красивых платьев?

— Да, много прекрасных вещей.

— Тогда давайте вернемся.

В Агэрнию.

Могу ли я туда вернуться? Вдруг я неожиданно задумалась.

После того, что произошло между мной и владельцем поместья. Несмотря на то, что я решила поговорить с Аджестом, меня пробирал страх.

Не знаю, смею ли я навещать его поместье после всей причиненной боли?

Нет, у меня нет права, но мне придется его навестить.

ʹНеужели я такая трусиха?ʹ

На этот раз я сделаю шаг первой…

Мои мысли и действия никак не сходятся. Это как разница между небом и землей.

Я ненавидела себя за свое противоречие. Однако ничего нельзя изменить.

Бум-

В тот момент моя сосредоточенность была прервана, и мое внимание привлек звук колокола, доносившийся издалека.

Бодрый колокольный звук словно заставлял меня к нему прийти.

ʹОн не должен сейчас звенетьʹ.

Колокол звонит лишь благодаря магическим артефактам. Однако факт того,что колокол звонил не в свое время, означало поломку артефакта или мои проблемы со слухом.

— Рида, возвращайся первой.

— Почему?

— Мне нужно кое-куда заехать.

— Куда вам надо? Я просто вас подожду!

— Сэр.

— Да.

Я повернулась от Риды в сторону рыцаря. Он слегка удивился, что я к нему обратилась.

— Возьмите и проводите Риду.

— Я не могу. Мисс, я должен охраняться вас-

— Хватит.

Мне не нужен был кто-то вроде сопровождающего. Я сама могу себя защитить.

Но он последовал за мной, поскольку Аджест, узнав о моем отъезде, отправил его со мной.

Так что он не был необходим.

— Мисс, одной идти опасно.

— Нет никакой опасности, так что не переживай и уходи.

— Но я не могу!

— Я не станут повторять дважды. Уходи.

Я настойчиво произнесла, стерев улыбку и мягкие черты лица. Теперь никто не мог противиться моим словам.

Я проследила, как удаляется карета, и тут же повернулась в сторону колокольни.

И медленно направилась к звуку, а затем ускорила свой шаг. И этот шаг перерос в бег.

Мое сердце бешено колотилось от переполнявшей тревоги. Я думала, что вот-вот умру от духоты, сжимающей грудь.

Внезапно на ум пришла глупая мысль. Быть может, станет лучше от порыва ветра?

Меня окутало чувство свободы, когда холодный ветер пронзил мое тело.

Я вновь ринулась, не обращая внимания на одышку и усталость.

Я запыхалась, но тут же ощутила до кончиков пальцев всю волю.

— Ха-а…

Когда звук одышки прекратился, я несколько раз сделала глубокие вдох и выдох.

Я приблизилась к полуовальному открытому окну. И выглянула наружу, повернувшись спиной к стене и к ней прислонившись.

Тело медленно соскальзывала по стене. Я присела на комнату и прогнала прочь все мысли из своей головы.

Я без понятия, что тут делаю.

Отправила назад карету и прибежала сломя голову в это место.

Я уткнулась лицом в колени, не желая покидать это место, ставшее моей гаванью спасения.

Меня охватил тень колокольни, и я плотно сомкнула веки.

Время, подобное образу вечности, бесцельно текло.

— ...Сериена.

Я услышала голос, зовущий меня. Но здесь лишь я одна….

Я озадаченно подняла глаза.

— Сериена, вы простудитесь.

— ...Аджест?

Аджест присел на одно колено, встретившись со мной взглядом.

— Что вы здесь делаете?

— Ха…

Стало быть, ты первый ко мне пришел.

Я решила, что передо мной иллюзия, потому коснулась кончиками пальцев его щеки.

Когда я надавила, на щеке образовалась неглубокая вмятина. Но я еще сомневалась, реальна ли его плоть.

На этот раз я нежно погладила его по щеке всей ладонью.

Я ощутила холод, однако мягкое прикосновение было отчетливым.

Это не иллюзия.

Это реальность.

Тем не менее я так и не смогла первой начать разговор.

— Что вы делаете?

Аджест схватил мое запястье и прильнул к нему своими губами. И, как всегда, ласково поцеловал каждый мой палец.

— Ха….!

Аджест игриво высунул язык и провел им по целой ладони.

Я поразилась ощущению жара и влажности и поспешно выдернула запястье, зажатое его рукой. И вытерла его слюну об юбку.

— …Как ты здесь оказался?

— Я спросил у вашей горничной, поскольку не нашел вас в комнате.

— Я не говорила ей, куда направляюсь.

Мое тело дрожало от порыва холодного ветра. Когда я потерла руками плечи, дабы согреться, Аджест снял свою верхнюю одежду и накинул на меня. Несмотря на причиненную ему боль, именно он пришел первый и стал переживать,что я замерзну и простужусь.

— Я так и ожидал, что вы придете сюда.

— …..Почему?

— Всякий раз, проходя мимо этого места, вы всегда обращали свой взор на колокольню.

— И ты это заметил?

— Да.

Не потому ли, что это подоплека романа? У него была прекрасная интуиция.

Он узнал мое местоположения лишь из-за мимолетного взгляда на колокольню.

В последующий момент Аджест притянул к себе и обнял.

Он изменил позу и усадил меня на свои колени. И так я попала в плен его объятий.

— Неужели ты не услышал мои утренние слова?

Я не хотела говорить. Вопреки моим мыслям, язык не смог сдержать колких слов.

Я не хочу этого делать, но мозг и голосовые связки идут вразрез друг другу.

— Удивительно, но вы меня плохо знаете. Я не могу последовать вашей просьбе.

Аджест взглянул на меня ласковыми глазами, отражающими теплые чувства. Он нежно убрал мои волосы и поцеловал в глаза.

Мои ресницы рефлекторно затрепетали.

Этот мужчина на меня смотрел, испытывая неподдельное восхищение.

Я обвила руками его шею. И он, словно следуя моей подсказке, еще крепче меня обнял.

— Вы заявили, что я вам надоел, поэтому хотел дать время побыть без меня.

Как только Аджест вздохнул, горячее дыхание пронеслось над моей головой.

— Если вы не желаете меня видеть, я покорно выполню вашу просьбу. Поэтому я старался несколько дней не попадаться вам на глаза.

— …

— Но, вопреки моим ожиданиям, все пошло не так. Уже спустя пару минут я скучаю по вам, а через несколько часов –без вас схожу с ума.

— ...Тебя не волнуют мои слова?

Я так и сказала. Столкнувшись с моим гневом, он все равно ко мне пришел, подобно пчеле, прилетающей на манящий аромат цветов.

— Вы не знали? Без вас я ничто. Вы единственный мой смысл жизни.

Говоря подобные слова, Аджест отбросил всю свою гордость, несмотря на раны, что я ему причинила. Я безжалостно растоптала его сердце, но он не повел и бровью.

Аджест лукаво рассмеялся. Отчего я забеспокоилась еще больше.

— Потому что я сделала тебя таким.

Промывание мозгов.

Это единственная ниточка, связывающая нас и наши безумные отношения. И теперь в каком-то смысле я ее жестоко перерезала.

— Но плохо ли жить так, как вы сделали?

— Вот почему я хочу тебя освободить.

— Это бесполезно.

Он возил своими пальцами мои распущенные серебристые волосы, ниспадающие вниз. И крепко поцеловал.

Он оставил поцелуй лишь на волосах, однако меня пробирало ощущение, будто он целует все мое тело.

— Я люблю вас без всякой промывки мозгов.

— Ха…

Прошу, не говори так.

Я с трудом сдержала слова, подступающие к горлу.

Сладкие и нежные слова, словно обращенные к возлюбленной, были для меня смертельными.

Я не пророк, однако была уверена, что знаю будущее Аджеста после промывки мозгов.

Он либо меня убьет, либо нет.

Иного пути нет.

Если бы я не дала два года назад эту траву, если бы ты вчера не пытался меня задушить.

Быть может, мы бы сейчас непринужденно улыбались и мило беседовали?

Но можем ли мы ныне позволить себе такую роскошь?

Глупо полагаться на тщетную надежду.

— Сериена.

— …Почему?

— Вы еще во мне сомневаетесь?

Это звучало как убеждение, а не сомнение.

— Не знаю.

Над головой раздался тихий вздох.

— Как мне заставить вас мне довериться?

Вы могли бы подумать, что это вопрос, но я могу точно сказать – это просьба.

Я уткнулась лицом ему в шею.

Вновь раздался вздох, но таивший уже иной смысл.

Аджест повернул голову и поцеловал меня в макушку.

Ему ничего неизвестно. Поэтому…Меня переполняет гнев, хотя понимаю, что я не должна злиться.

Я крепко сомкнула веки.

— Если я вам и вправду наскучил….Не говорите подобных вещей. Потому что мое сердце разрывается от боли.

Я очень странная.

Причина, почему я скрываю все свои чувства и мысли от Аджеста, в том, что не хочу портить сложившиеся отношения. Я просто хочу притвориться, что ничего не случилось, пока он не избавится от промывки мозгов.

Тогда я…

Просто выплеснула на него весь скопившийся гнев.

— Сериена, я тебе как-то навредил?

Аджеста переполняло беспокойство.

— Я хочу знать, Сериена.

Черт, почему ты не можешь вспомнить?

Я вправду очень хотела знать.

Я медленно приподнялась и отпустила его шею. И подняла уткнувшееся лицо, взглянув прямо в его глаза.

Меня пробирало любопытство: что же таится на его душе?

Он выглядел полным сожаления и отчаяния. Аджест даже не знал, чего он не помнит, но все же хотел знать.

Потому во мне закипал гнев. По крайней мере, я хотела, чтобы он помнил те страшные для меня минуты.

— Тебе лучше не знать.

— Почему?

— Ты разве часто мне что-то рассказываешь? Так что тебе лучше оставаться в неведении.

Да, теперь я похожа на безумную.

Именно эти слова говорил «Аджест» «Юлиане» в оригинальном сюжете.

Обычно я смутно помнила события романа, однако сейчас, когда меня переполняли гнев и ярость, те события отчетливо всплывали в голове, словно все происходило наяву.

Почему мой гнев утихает, когда я причиняю боль тебе, Аджест?

— Есть какая-то причина, почему я не должен знать?

— Если ты узнаешь…!

Я стиснула зубы. Так, надо успокоиться и прийти в себя.

Мне пришлось разжать кулак и перевести дыхание.

— Что изменится, если ты узнаешь?

— Сериена-

— Неважно, узнаешь ты или нет, конец будет тот же. Если эффект промывки мозгов исчезнет…! Неужели ты вправду веришь, что все останется прежним? Почему ты несешь какую-то чушь? Когда промывка мозгов пройдет, между нами уже не будет никаких отношений, верно?

— Ха…

Он бессильно склонил голову и рассмеялся.

Не понимаю, что такого смешного в моих словах. Тогда Аджест медленно откинул свои взъерошенные волосы.

Витавший в атмосфере воздух изменился, и воцарилась еще большая напряженность.

Наши отношения были подобно натянутой тетиве.

Я крепко прикусила губы и уставилась на его бесстрастные влажные аметистовые глаза.

Фиолетовый цвет, источающий лишь теплые оттенки, сменился холодной палитрой.

— Когда я вернусь в особняк…Прежде всего, убью того чертова эльфа.

— Что?

— Нет причин оставлять его в живых.

Я растерялась, увидев в нем искры от лютого мороза. Аджест с искренней улыбкой говорил, что все прекрасно. Однако в этой улыбки не было любезности и света — она была пропитана непроглядным мраком.

— На черта вы притащили того эльфа в особняк?

— Это-

— Эта гребаная промывка мозгов, промывка мозгов, нескончаемая промывка мозгов….! Поэтому, да.

Я перевела взор на руки Аджеста, прижатые к полу и поддерживающие его тело.

Его пальцы плотно сомкнулись в кулак.

Когда пуговицы на манжете расстегнулись, сквозь руки обнажились его белоснежные запястья.

С каждой секундой по мере сжатия кулака все отчетливее проступали вены.

— Вы редко мне доверяете. Стало быть, бесполезно упрашивать вас мне поверить, даже если это будет сотни и тысячи раз.

— Получается, ты не хочешь освобождаться от промывки мозгов?

— Верно. Так что лучше забудьте про это.

— Ты вправду безумный?

— Потому что такова судьба. Я так рос и таким стал.

Он лукаво ответил.

Но он говорил разумные вещи. Все так и есть – ему долгие года прочищали мозги.

Я не могла не согласиться с его словами.

— Не будь глупцом. Ты хочешь, чтобы до конца твоих дней тебя держали на поводке и управляли твоей жизнью?

В оригинальной ветке Аджест стал главным безумцем среди всех темных натур.

И Сериене нравилось забавляться с таким чокнутым. Но разве лишь Сериена с ним развлекалась?

Все это было подобно пирамиде, состоящей из своих ступенек.

Пауки едят божьих коровок, лягушки наслаждаются пауками, а змеи пожирают лягушек.

Если Сериена станет одна дергать его за ниточки, это же будет несправедливо по отношению к другим, верно?

Герцогиня Мелфорд была дурной матерью, которая без угрызения совести использовала своих детей.

Она воспользовалась Сериеной, дабы манипулировать Аджестом.

Но в конце концов Сериена ее убила, поскольку ненавидела быть чьей-то марионеткой.

— Это жизнь будет прекрасна. По крайней мере, пока вы рядом со мной.

— Ты псих. Безумный ублюдок.

— Скажите хоть раз. Скажите, что вы мне доверяете.

Я перевела на него взор.

Было забавно шаг за шагом рассказывать, почему я не могу ему довериться.

Теперь я уже знала, что делать.

Почему-то из-за этого разговора мне хотела открыть запертую дверь, хранившую в себе все мои эмоции.

И в порыве чувств мои губы разомкнулись.

— Аджест, ты правда хочешь знать?

Я коснулась его плеч, ожидая ответа.

Это для тебя последний шанс.

— Прошу, расскажите мне, Сериена.

Поразительно. Его тон был пропитан радостью.

Я приложила силу своим рукам, лежащим на его плечах.

И толкнула, уложив Аджеста на пол.

Он заморгал, словно удивился моему неожиданному поступку.

Его тело откатилось назад, а сама я склонилась над ним.

И моментально оказалась сверху.

— Аджест.

Я нежно погладила его по шее.

Как когда-то он поступил со мной.

И ласково обхватила его горло руками, придав им силы.

— Ты вправду ничего не помнишь?

Звонь-

Из-за сломанного артефакта зазвонил колокол, позабыв о своем часе.

***

Звонь-

Звонь-

Три раза. Ровно три раза прозвенел колокол.

Прежний звонкий и радостный звук сменился на предсмертный крик.

— Почему ты ничего не помнишь, когда с моей памятью все прекрасно?

— …

Моя цепкая хватка была готова его задушить.

Наблюдая его прерывистое дыхание, я не могла ослабить силу, вложенную в руки.

Мои серебряные волосы рассыпались по плечам и упали на пол.

На мгновение его черные, как смоль волосы, смешались с моими, контрастирующими серебряными локонами.

— Аджест, ты правда ничего не помнишь?

Я вложила в руки силы столько же, сколько и Аджест, когда пытался меня задушить.

Аджест не мог дышать, но, несмотря на то, что его печальные глаза становились красными и влажными, он меня не оттолкнул.

Его руки не двинулись. Даже если он мог умереть при таких обстоятельствах.

— Почему ты не можешь вспомнить?

— …Сериена.

Я в гневе схватила Аджеста за воротник и приподняла немного ближе к себе.

Его аметистовые глаза трепетали, пребывая в замешательстве.

Черт, что я вообще творю с тем, кто ничего не помнит?

Зрачки Аджеста сверкали непониманием.

Продолжая его душить и задавать один и тот же вопрос, я осознавала бесполезность всех тех действий. Он все равно ничего не помнил, так что я решила закончить этот глупый спектакль.

Я отпустила воротник, и от рук, его сжимавших, на рубашке остались складки.

Если честно, я удивилась, что сделала подобное. Даже как-то смешно…

Я настолько переполнена эмоциями и гневом, что даже не осознавала своих поступков, пока вновь не обрела рассудок.

Однако я не могла все позабыть и притвориться, что ничего не случилось.

Разумеется, если я проигнорирую все свои безрассудные поступки, Аджест также поддержит мое притворство.

Иронично, но я не хочу такого конца.

Пролитую воду уже не собрать. Я обязательно должна увидеть, чем завершится вся эта сцена.

У меня нет причин для сожалений. Нет, я ни о чем не сожалею.

Все-таки разлитая вода увенчалась успехом.

— Что ж. Полагаю, будет лучше, если я все сама объясню?

Помимо того, что в моем голосе звучала нотка равнодушия, в нем было отчетливо слышно чувство облегчение.

Аджест, ни о чем не подозревая, просто спокойно на меня смотрел.

В отличие от меня, его дрожащие зрачки пытались успокоиться.

Я засмеялась и впилась в него взглядом.

Теперь лишь он хотел сохранять спокойствие – я уже давно его потеряла.

Я уставилась в его фиолетовые радужки и разомкнула губы.

Так что, с чего начнем?

— Прежде всего, я бы хотела сказать….

Я медленно моргнула и продолжила.

— Если ты избавишься от промывки мозгов, нашим нынешним отношениям придет конец.

Хах, я уже со счета сбилась, сколько раз повторяла эти слова.

Я бесчисленно раз повторяла, что все изменится, однако Аджест в ответ столько же раз возражал, настаивая на своих мнимых предрассудках.

— Сериена….!

— Молчи, Аджест, и выслушай меня!

Неожиданно я повысила на него голос.

Кровь бурлила по всем жилам моего тела, потому я не могла мыслить здраво.

Мою голову заполонили множество букв и слов, но все они рассыпались на множество кусочков, перед тем как я пыталась ему все высказать.

И я решила не думать, поддавшись течению времени и инстинкту.

— Ты думаешь, что я тут шучу? Просто так, без всяких на то оснований? Честно говоря, это у тебя нет никаких оснований, Аджест.

— О чем вы говорите? Расскажите мне, Сериена. Чтобы понять вас.

— Как? Быть может, ты знаешь? Как рассказать человеку того, о чем он ни черта не помнит!

Ха! Мой тон походил на вопль.

Помимо того, что внутри все скручивало, а грудь сдавливало, в моем сердце остался укромный уголок, где таились тревога и душевная тяжесть.

— Сосредоточь весь свой слух и внимательно слушай, Аджест.

— ….

— Ты пытался меня убить. Причем дважды.

Наконец-то. Наконец я произнесла это вслух!

Когда плотно запертая дверь отворилась, наступило облегчение и радость. Но лишь на время.

—Да как это …..Невозможно. Сериена.

Аджест настойчиво отрицал и не верил.

Тот, кто пользовался моим милосердием.

Тот, кого я любила.

Тот, кто высвобождал мой эгоизм, который я так старалась сдержать.

В этот момент я стала эгоистичной дрянью.

— Да, верно. Все сказанное было ложью.

— …

— Неужели мой язык может нести подобные слова? Тогда тебе бы полегчало?

Дело не в том, что я его не понимаю.

Почему-то он не мог вспомнить события того дня, так что у него не оставалось иного варианта, как отрицать мои слова…

Но, но…это невесомая причина, чтобы позабыть все то дерьмо.

И именно мое самолюбие, мои переполняющие эмоции превалировали в сознании.

— Если не хочешь мне верить — не верь.

— …

— Я не собираюсь тебя убеждать. Я хочу, чтобы твои душевные муки наконец-то прекратились.

Бесчисленные слова так и вертелись на языке.

Среди них было и то, что следовало сказать, но также и то, о чем стоило умолчать.

Однако все они смешались, и я не могла из этого хаоса выбрать нужное.

— Быть может, «настоящий» ты меня на дух не переносишь. И ты, чьи мозги промыты, заявляешь о том, что меня любишь…

П.п: Тот, кого я любила – здесь конструкция подразумевает, что она и продолжает его любить.

— Сериена.

— Где здесь логика?

— Все не так. Неважно, есть ли промывание мозгов или нет, я…

— О, только не говори, что меня любишь.

Фиолетовые глаза были пропитаны печалью.

— Сериена. Прошу….Не отрицайте этого, потому что я вас люблю.

— ….

— Я разве когда-то просил вас принять? Я неустанно терпел, не в силах утолить свое страстное желание. Так что не стоит отрицать.

И он продолжал все на той же ноте.

— В таком случае ты безумец.

Мы редко разговаривали при обычных обстоятельствах.

На этот раз он решил встретиться наедине. И сказать.

Что любит. Меня.

Разумеется, именно из-за промывания мозгов он питает ко мне чувства. Даже если я все знаю, с моих уст слетают слова-

— Это просто безумие.

В подобной ситуации возможно лишь отрицание.

Разум прыгал от радости, а язык забыл свои движения, словно здравый смысл покинул.

С того момента я лишь отрицала.

Я машинально разомкнула губы.

— Ничего не понимаю. Нет, я просто больше ничего не хочу понимать и знать.

Я не хочу больше страдать.

Я лишь хочу жить, пребывая в неведении. Но уже слишком поздно.

Мои губы скривились в странной улыбке.

Ни смеха, ни слез. Лишь забавный вид.

Его выражение лица тоже исказилось, будто он рушится на мелкие части.

Какой забавный облик.

— Сериена.

Он протянул руку и нежно провел ладонью по моей щеке.

Черт побери, почему я не избавилась от этого прикосновения?

— …Простите. Мне так жаль.

— …

— Поэтому…я не достоин слез.

Я…плачу?

Когда его пальцы крепко коснулись моих глаз, я осознала, что текут слезы.

Соленые капли струились по моим щекам, пропитывая их влагой.

— …Мне не верится, что я хотел причинить вам боль.

Его ресницы затрепетали.

— Потому я все отрицал. Мне очень жаль, Сериена.

От теплого прикосновения под глазами моя голова пошла кругом.

Слезы затуманили мое зрение, однако я продолжала на него смотреть, не выражая ни капли эмоций.

— Так что…

Он еще сильнее прикусил губы, отчего они приобрели насыщенный красный цвет.

Из навернувшихся густых слез начали медленно стекать капли.

А из-за переполняющего набора разноцветных эмоций перехватило дыхание.

Ему труднее взять себя в руки, нежели мне, потому что пришлось признать факт попытки моего убийства.

— Мне так жаль.

Он осторожно потянул меня за руку. И хрупкое тело упало в его объятия.

— И позже…Если я подобное снова сделаю, то…

Его голос дрожал.

А крепкое тело, которое должно было меня держать, покачнулось, и я ощутила, как что-то рушится.

— Убейте меня.

При этих словах я с трудом подняла голову и уставилась в его фиолетовые глаза.

Его глаза таинственного цвета были прекрасны. Но…они были заполнены мраком.

— Значит, быть может, в следующий раз подобное может повториться…

— …

Похоже, он тоже знает

Пусть он и отрицает, однако есть, кто может все знать. И это я.

Быть может, он вновь попытается меня убить. Попытается как-то мне навредить, когда его разум затянет пучиной тьмы.

А-а.

Черт, ничего не понимаю.

Невозможно понять эту с самого начала нелепую ситуацию. Правда сейчас…Сейчас…

— Я устала…Рука, нежно поглаживающая меня по спине, на секунду напряглась.

Похоже, он понял смысл слов.

Мое вялое и обессиленное тело напоминало вату, пропитанную водой.

Я задумалась в его объятьях. Я хочу сейчас же избавить его от промывки мозгов и отогнать другие заботы прочь.

— Нужно побыстрее со всем этим разобраться, Аджест.

— …

Я не уточнила, что подразумевала, так что слова прозвучали строже обычного.

Я еще сильнее прижалась к его телу, а слезы продолжали катиться по моему бесстрастному лицу.

Ах, я так устала.

Перед тем как потерять сознание, это была моя единственная мысль.

***

Мне приснился сон.

В том сне посреди длинного коридора стояла юная я.

Повернув голову в сторону, я увидела перила, а под ними огромный холл и большую дверь первого этажа.

Повернув голову в другом направлении, я увидела стену.

В отличие от прежнего, на заднем фоне была стена.

Когда я опустила взгляд, почему-то на руке виднелась небольшая царапина.

ʹИ когда же я пораниласьʹ.

Ах, точно. Эту рану нанес Аджест.

Тогда Аджест бросил в меня вазу.

Я рефлекторно подняла руку, дабы избежать летящей в меня вазы, и так она ударилась о мою руку, оставив после себя след.

Скрип-

Возможно, из-за сна звук открывающейся двери был громче и страннее.

Я обернулась на звук, думая, что кроме меня здесь нет никого. Однако в поле зрения бросились три человека.

Двое мужчин в форме тащили мальчика по обеим сторонам от него.

Я думала, что слуги станут более бережно обращаться с мальчиком. Не как к рабу.

Имя мальчика — Аджест.

Незнакомое имя, однако уже на слуху. Хотя уже прошло несколько лет с тех пор, когда он прибыл в особняк.

С каждым шагов мужчин мальчик дрожал и трясся. И тогда он приподнял голову.

Его фиолетовые глаза вспыхнули.

Все так быстро произошло…

Аджест накинулся на меня

Осмотрительные слуги растерялись, что упустили Аджеста.

— Агх…

Аджест, схватив меня за шею, принялся душить.

Бац!

И Аджест упал на мое тело.

— Немедленно схватите его!

— Да как ты посмел на мисс….!

Запоздавшие слуги оттащили от меня Аджеста. Он изо всех сил барахтался, пытаясь высвободиться, но был слишком слаб в силу своего детского возраста и хилого телосложения.

— Я…! Почему я….!

Вскрикнул Аджест пронзающим голосом.

—Должен любить кого-то вроде тебя….! Ненавижу! Ненавижу тебя!

С помощью слуг я встала и потерла шею, чувствую в ней боль.

Однако я не испугалась, потому что привыкла к его злобе.

Я настолько привыкла, что не имела понятия о дальнейшей судьбе.

Каким станет Аджест после избавления промывки мозгов.

***

Я совсем позабыла.

Те воспоминания, которые были плотно закрыты на замок, распахнули дверь.

Рано проснувшись, я тут же поела и с помощью Риды переоделась в верхнюю одежду.

— Ты идешь?

— Да.

Покинув коридор, я столкнулась с Игельто.

Пусть я и ничего не сказала, но он уже примерно осознал, куда направляюсь.

Я собиралась отправиться к Мелфордам, чтобы взять ароматические свечи для промывки мозгов.

— Удачной дороги.

— Да, удачной.

Я отправила Михаилу письмо и попросила узнать расписание герцогини.

Намного безопаснее навестить дом, пока он будет за пределами особняка.

Он спросила причину моей просьбы, однако я так ему и не ответила.

Он лишь слегка поворчал и перестал настаивать.

Я села в карету, прислонившись к спинке. И почувствовала, как бешено бьется сердце.

И прикрыла глаза, дабы успокоить свои волнения и дрожь.

Вскоре карета тронулась.

Тьма окутала мой разум, и мне внезапно вспомнился сон.

Если подумать, то изначально между мной и Аджестом не было близких и доверительных отношений.

Меня не волновало, промывали ли ему мозги, пытала ли его моя семья.

Верно. Тогда именно так я и думала.

Какой же бедный и несчастный мальчик. На этом все.

Однако вскоре мои мысли изменились.

Потому что с тех пор, как ему промыли мозги и он меня полюбил, моя обыденная жизнь перевернулась с ног на голову.

P.s.В этой главе все воспоминания.

***

Сериена.

Рука, вынимающая книгу с полки, дрогнула от зовущего меня голоса.

Я озадаченно обернулась.

Позади меня непринужденно стоял Аджест, словно так и должно было быть. Такое отношения я терпеть не могла.

— Я уже давно тебя искал.

Он расплылся в сияющей улыбке, будто его переполняло счастье. А вот я, наоборот, ожесточила черты лица.

Он приблизился ко мне на шаг.

Дрожа телом, я отступила и поспешно произнесла.

— Не подходи.

От его присутствия и приближения меня охватила паника.

Если он будет возле меня, я стану задыхаться. Казалось, воздух пропитался копотью и дымом.

Всякий раз, когда он пытался до меня дотянуться, в горле стоял ком, а саму меня пробирало отвращение, словно по всему телу ползали противные насекомые.

— Обернись. Твои глаза… отвратительны.

Я ненавидела эти смотрящие на меня глаза. Эти фиолетовые очи были прекрасны, подобно драгоценному камню, однако были тусклыми и безжизненными.

Он смотрит на меня одержимым глазами, пропитанными любовью и пустотой.

Словно личинки мух сожрали все нутро и ничего не оставили, кроме белоснежной склеры.

— Не смей ко мне подходить. Веди себя, как прежде. Ненавидь меня.

— …Как я могу тебя ненавидеть.

Забавно, его речь была пропитана равнодушием. Было ясно, что эти слова его вынудили сказать.

Он был марионеткой, за чьи ниточки дергали.

Я читала оригинал, потому знала, что однажды настанет этот день, но все же…

Изменившееся поведение выглядело более жутким, чем я ожидала.

Встречаясь с его фиолетовыми глазами, отражающими глубокую ненависть, не могу признать, что они меня пленяли и восхищали. Он тот, кто меня ненавидел всей душей, сопереживал и беспокоился, потому что любил.

Оставив его одного, я выбежала из кабинета.

Проходя вдоль коридора, я увидела знакомое лицо. Это была Марина, горничная моей матери.

Она вежливо со мной поздоровалась, но я ее проигнорировала и продолжила свой путь.

— Мисс, быть может, вы видели юного господина?

Вопрос Марины ударил меня по спине. Я тут же поняла, о ком шла речь.

Разумеется, об Аджесте.

— Герцогиня ищет молодого господина, но, к сожалению, уже долгое время я никак не могу его найти.

Мои ноги, несущие меня вперед, застыли посреди коридора.

Я не понимала, зачем он понадобился матери. Хотя…должно быть, ради «промывки мозгов».

— Откуда же мне знать?

Даже если я не скажу, вскоре ты все равно его найдешь.

Так и случилось.

Приняв ванну, я взглянула на себя в зеркало.

В зеркале отражалась девушка с мокрыми серебристыми волосами, спадающими вниз, и с кожей со следами от небрежного вытирания.

Комната сияла оранжевым цветом с отливом горящей свечи, и, возвышаясь за оконной рамой, сквозь щель шторы просачивалось небо, окрашенное в темный цвет.

После горячей ванны мне стало еще жарче, поэтому я подошла к бежевым шторам и распахнула окно.

И сразу же подул прохладный ветерок. У меня было неплохое настроение, однако беспокойно мерцала свеча, словно вот-вот потухнет. Она будто предупреждала о надвигающейся беде.

От ее вида мне захотелось закрыть окно.

Тук-тук.

Из-за стука я отошла от окна и подошла к двери.

— Кто это?

Я сразу отворила дверь, даже не убедившись в личности гостя. И тут же об этом пожалела, когда увидела перед собой фигуру человека.

Как только я попыталась захлопнуть дверь, Аджест ее тут же толкнул с противоположной стороны.

И теперь дверь находилась в таком положении, что ее нельзя было открыть или закрыть.

— Что тебе нужно?

— Впусти меня, Сери…

— Я никогда тебе не разрешала называть меня кратким именем. Ты бездумно и своевольно ворвался, даже не предупредив. Ноль этикета. Так что уходи.

— …Мне больно.

— Это еще одна причина уйти. Если ты заболел, тебе следует обратиться к врачу.

Я еще сильнее надавила на дверь, однако все было тщетно. Просвет между стеной и дверью стал шире.

Дерьмо! Он сильнее меня.

— Что ты делаешь….!

Он вошел, открыв дверь, и заключил меня в объятия.

— …Я скучал по тебе, Сериена.

Он уткнулся своим лицом мне в шею и терся о мою кожу, пытаясь обрести умиротворенность и безопасность. От его прикосновений по телу пробежали мурашки.

— Немедленно уходи…!

Я его оттолкнула резким движением. Затем его обессиленное тело покачнулось.

Лишь тогда я разглядела его состояние.

Его черные волосы пропитались потом, а полузакрытые глаза были окутаны туманом. Я тут же вспомнила, как Марина искала Аджеста.

Получается, он вернулся после промывки мозгов.

— Уходи.

Я схватилась за дверную ручку и широко открыла дверь, но Аджест схватил мой подол юбки и признался.

— Я люблю тебя, Сериена.

Это было весьма неожиданно.

Это было незнакомое отношение Аджеста. Потому что я привыкла к его ненависти и злобе.

И одновременно я была до смерти напугана. Он признался мне в любви такими безжизненными глазами.

Это пугало больше, нежели разговор с призраком.

— Если хочешь меня отвергнуть, то лучше сразу убей.

Его рука, крепко державшая меня за юбку, поднялась и схватила за запястье. Я машинально пыталась воспротивиться, однако его хватка была очень сильной.

— …Отпусти.

— Я люблю тебе. Люблю. Сериена.

Он будто оглох и совсем меня не слышит. Видя, как из уст продолжают течь слова и оседают в голове.

Я ощущала, словно меня поймали в сети. Как же это было ненавистно.

Было ужасно.

Было жутко.

Аметистовые радужки сверкали, очарованные мною.

Однажды я видела такие глаза. Этот взгляд не у тех, чья вера крепка и глубока. Нет, этот взгляд как у религиозного фанатика.

— Отпусти меня!

— Знаешь что? Сери, даже когда ты злишься, ты прекрасна. Нет, ты еще краше.

Он засмеялся. Смех расцвел пестрыми лепестками бутона.

Черт, как можно посреди всего этого еще смеяться?

Он в открытую говорил о ненависти, отчего меня пробирал страх.

ʹБольной придурок…ʹ

Его губы приоткрылись, собираясь что-то сказать.

Я уже знала ответ, потому не хотела слышать, прикрыв ухо свободной рукой. Однако весь поток слов доносился до моей оставшейся барабанной перепонки.

— Я люблю тебя.

В тот момент сквозь отворенное окно ворвался ледяной ветер.

Свеча, освещающая комнату мерцающим оранжевым оттенком, тотчас потухла.

Внезапно внутри меня возникло отвращение, будто то слово было табу.

— Отпусти!

Внезапный поток энергии отбросил его руку.

Я выбежала через распахнутую дверь, переживая, что он за мной последует.

Покинув комнату, я ступила в темный коридор.

Я продолжала бежать, пока не сбилось дыхание.

Сквозь окно лился лунный свет. Под яркой луной то я стала сбегать вниз по лестнице.

Мне нужно собраться с мыслями.

Почему я так внезапно убежала? Это же была моя комната.

Озадаченная своим глупым поступком, я обернулась, дабы вернуться в комнату.

— Ах.

Позади меня стоял Аджест.

Так, значит, он пришел за мной. Хоть я и ясно выразила свою ненависть.

Тогда все тело заледенело.

— Почему ты меня избегаешь?

Он спросил, слегка наклонив голову. Он вправду не понимал причину. Его лицо было безэмоциональным и пустым, как у трупа.

Он потянулся ко мне, но я уклонилась от его руки и отступила.

Оглянувшись, я взглядом нашла лестницу. Когда я вновь обернулась, его рука уже была подле моего носа.

И мгновенно случился несчастный случай.

— Агх.

Аджест покатился вниз по лестнице.

И тогда мои дрожащие зрачки взглянули на руку.

Увидев его приближение, я случайно…

Его ударила и толкнула.

Я придала силу своим ногам, чтобы спуститься по ступенькам лестнице.

— …Агх.

Он ответа не последовало.

— …Очнись, открой глаза.

Коридор был окутан мраком, потому я с трудом видела его состояние, но на лестнице виднелось еще более нечто темное и насыщенное.

Внимательно приглядевшись, я осознала, что это.

— Кровь…?

Я увидела то, что всем сердцем не желала увидеть.

— Неужели он умер…?

Я… я не хотела, чтобы так все вышло.

Просто не хотела, чтобы он подходил.

Ах…

Мои ноги обессилели и стали подкашиваться. Вся энергия покинула мое тело.

Мои ноги погрязла в липкой крови.

В тот момент я больше не могла спокойно стоять и закричала.

На неожиданный громкий вопль выбежали слуги, и, даже увидев подобную сцену, они не пошевелили и бровью.

Я слегка успокоилась лишь после неустанных успокаивающих слов слуг.

В ту ночь я ни на секунду не сомкнула глаз.

Я ненавидела его, но не желала смерти.

Вспоминая те события, я осознаю свою неопытность и слабохарактерность.

(Воспоминания).

С тех пор прошло несколько дней.

И за все это время я ни разу не виделась с Аджестом.

Но как-то я услышала новость, что он пришел в себя. Я невероятно обрадовалась такому событию.

Когда я увидела кровь, вытекающую из его головы, то подумала, что он мертв.

Даже сейчас сохранились ясные воспоминания о том дне, и, когда я иду по лестнице, меня бросает в дрожь.

Я издала вздох и окинула взглядом комнату.

На данный момент я нахожусь в комнате, заставленной картинами герцогини Мелфорд.

Общей чертой всех собранных ею картин – причудливые и своеобразные изображения.

Картина, висевшая передо мной, ни отличалась от большинства. На ней была нарисована пара, но их образ источал опасность.

Лицо женщины, стоявшей на краю обрыва, отражало беззвучный крик из-за отчаяния и безысходности.

Оно было омерзительным.

На краю обрыва мужчина обнял за талию женщину, и весь их вид бросал в дрожь. Не было бы странным, если бы его конечности подкосились и он бы упал со скалы.

Скри-п…

Кто-то отворил дверь и ступил за порог комнаты. Даже без догадок была ясна личность.

Но сегодня я не была зла, потому что хотела проверить его состояние.

— Ты…

Я нахмурилась, увидев на его голове белую повязку.

— Ты волнуешься обо мне?

Он игриво улыбнулся. Если бы я была в своем привычном состоянии, мне было бы неприятно подобное слышать, но сегодня мое настроение иное.

Это впервые, когда у меня не возникало желания не видеть его.

Даже если и появилось небольшое негодование, оно улетучилось, когда в глаза бросалась белая повязка, обернутая вокруг головы.

— ...Прости. Я тогда не хотела подобного исхода. Это была случайность.

— Я в порядке.

Его руки обвили мою талию.

А сила, приложенная в руки, оттолкнула меня от картины, которую я рассматривала некоторое время назад, и притянула в центр.

Мне стало не по себе от столь уверенных движений, однако я не подавала виду.

Лишь одна белая повязка напоминала мне о том, как я его толкнула и из его головы хлынула кровь.

Мне так жаль за свою беспомощность.

— Я был невероятно счастлив.

— Что…?

— Эта рана, нанесенная тобой. Так что я рад. Что бы ты ни делала со мной, я всегда буду рад.

К горлу подступало чувство отвращения.

— И теперь. Когда я ранен, Сери не станет вновь меня толкать?

Аметистовые глаза искрились странным восторгом. Эти глаза мне не следовало видеть.

Все тело парализовало дурное ощущение.

Моя рука оперлась на картину, и я его оттолкнула.

В нескольких шагах от меня он отшатнулся.

Я больше не могла подобное выносить, потому поспешно покинула комнату.

С тех пор я все время его избегаю.

Чувства вины и отвращения воедино сплелись, так что мне стало еще труднее выносить его присутствие. Единственное, что я могла делать, — как можно реже с ним встречаться.

Но мы вновь столкнулись, как зубья двух круглых винтиков. При худших обстоятельствах.

До этого момента я даже и не думала, что способна не просто толкнуть его с лестницы, но и едва не убить.

Несчастный случай и вправду произошел в тот день.

— Ха…! Ненавижу!

Он попытался убрать руки слуг. Однако взрослые были сильнее, потому Аджеста беспомощно поволочили.

Это была повторяющаяся цепь событий.

Аджест сопротивлялся, не желая идти в зал галлюцинаций на промывку мозгов, но слуги уволокли его силой.

— Нет, п-….! Прекратите!

Его беспорядочные движения телом, пытающимся высвободиться из крепкой хватки, внезапно прекратились.

Фиолетовые глаза пронзили меня.

— Сериена!

— …

— Сери…

Он отчаянно меня звал. Но ничего не добавил, так что я не знала, что он от меня хотел.

Мальчик молил о помощи.

Однако я была беспомощна.

Я лишь повернула голову.

Мне пришлось отвернуться от искренней мольбы. Я не хотела знать его просьбу и ему помогать.

Неужели мне не стоило в первую очередь позаботиться о себе? Скажи, чем я могла тебе помочь?

Подумав, что я будто в это уверовала, на лице заиграла улыбка, и мой шаг ускорился, напоминая бег.

Я не знала события, развернувшиеся за моей спиной.

Чувство вины, глубоко спрятанное, украдкой окутывало мое сердце.

ʹЯ не делала ничего плохого. Это же очевидноʹ.

— …Не покидай меня, Сериена.

Раздался тусклый и мрачный голос.

Но я ничего не слышала. Я повторяла про себя десятки раз.

— Н…Не бросай меня.

Ничего не слышу. Ничего.

Бам-бам.

Из-за жуткого звука, пронзающего мою барабанную перепонку, я остановилась.

Ву-у-...

Позади меня раздался сильный порыв ветра.

Мои серебристые волосы колыхались в разные стороны, а голубой подол юбки развевался.

Яростный ветер пронизывал мою кожу.

Там, где пронесся ветер, образовалась узкая ранка с множественными вытекающими каплями крови.

— Мисс, немедленно уходите! Это очень опасно!

Позади меня раздался пронзительный крик. По их словам, я не должна была двигаться.

— Сериена! Немедленно уходи!

Послышался голос Михаила, державшегося за перила и бежавшего по лестнице.

Но я не последовала указу, а я решила проверить ситуацию.

И усомнилась в своем зрении.

ʹЧерт, что это?ʹ

Я отступила.

Из тела Аджеста выходила темная магия.

Магическая сила, клубящаяся вокруг него, вздымалась и создавала бурю.

— Черт, что за…

—Здесь нечему удивляться. Дети в таком возрасте редко способны управлять своей магической силой.

— Матушка…?

Из-за Аджеста, к которому было приковано все мое внимание, я даже не заметила, как подошла герцогиня.

Она указала, пройдя мимо меня.

Герцогиня Мелфорд направилась к Аджесту, преодолевая яростно бушующую черную магию.

Как только она к нему приблизилась, тут же создала магический меч.

Я заморгала, не понимая ее мысли и последующие движения.

И спустя мгновение из уст едва не вырвался пронзительный вопль.

Герцогиня Мелфорд вонзила меч в Аджеста.

Затем магический вихрь набрал скорость.

Герцогиня Мелфорд сначала слегка нахмурилась, а потом, увидев меня, расплылась в улыбке. Эта улыбка была жестокой и пугающей.

— Сери, дорогая, подойди сюда.

— ….

— Поторопись.

На миг я заколебалась, однако мне не оставалось иного варианта, как покорно повиноваться ее приказу.

Я сглотнула сухую слюну от ощущения невероятного напряжения.

Когда я к ней подошла, она взяла меня за руку и притянула к себе.

— Хочешь попробовать создать меч?

Когда она убеждала меня, схватив руку, создать меч, я была вынуждена это сделать.

— Умница. А теперь пронзи его мечом.

— Что…?

Только что.

Что я услышала?

— Я же тебе сказала — ударь его.

— …

— У тебя нет выхода. Существует лишь один способ остановить Аджеста.

Она с печалью нашептывала, однако почему она выглядела столь счастливой?

— …Я не могу.

— Почему же?

— …Как мне сделать, то с чем не справилась моя матушка?

— Нет. Это лишь тебе под силу, Сери.

Ее сила принуждения невероятна. Я не могла поверить в слова, сказанные ею.

— Сериена, действуй.

Рука, державшая меч, дрожала от неуверенности и беспокойства. Потому что передо мной стоял беззащитный мальчик.

— Почему именно я?

— И почему же это ты?

Она пробормотала себе под нос, будто разговаривала сама с собой.

— Не нужно лишних слов.

По мере того, как я крепче держалась за меч, она постепенно ослабляла силу, вложенную в свое запястье. Затем я еще крепче сжала меч.

По их словам, есть лишь один способ разрешить эту проблему.

Я была вынуждена.

— Если я сделаю…Он не пострадает?

— Я не могу тебе этого обещать. Возможно, он умрет, но если ты откажешься, ему точно не избежать смерти.

— ….

— Но все равно может умереть, так не лучше ли выбрать меньшее из зол? Быть может, это его шанс?

Ах…

Я так не хочу. Мне невероятно страшно.

Но если я не решусь, он умрет. Нет, он может умереть, даже если я это сделаю.

ʹШанс…ʹ

Я без капли желания подняла меч.

Нужно покончить с этим. Надеюсь, боль будет небольшая.

— Больно…

Аджест застонал от пронзающей боли.

На мгновение я заколебалась, но потом крепко зажмурилась.

Другого пути нет. Правда.

Хлоп!! (Настоящее время)

Когда дверца кареты внезапно открылась, я пришла в себя, и голову покинули воспоминания.

—Мы прибыли, мисс.

Как только моя нога перешагнула карету, передо мною развернулся знакомый пейзаж, который я увидела спустя долгое время.

Наконец-то я прибыла домой.

Но я не сразу направилась в особняк. Какое-то время я бессмысленно смотрела на дом, тихонько прикрыв глаза.

В тот день, когда я ударила Аджеста мечом, его нить жизни вновь едва не оборвалась.

Аджест, побывав на грани жизни и смерти, вернулся в мир живых. Вина острием пронзала мое сердце, потому я не могла его избегать или ударять. Это и послужило причиной моей к нему близости.

Со временем моя доброта росла.

Быть может, потому я бессознательно считаю, что заслуживаю смерти, и, если Аджест когда-нибудь захочет меня убить, покорно ее приму.

По той же причине я жажду освободить его от промывки мозгов.

Вина и привязанность.

Я открыла сомкнутые глаза.

И вошла в особняк

***

Проходя сквозь неприятно жгучий солнечный цвет, я почувствовала, как через воротник дует прохладный воздух.

Прохладное дуновение, просачивающееся из распахнутой двери, пронеслось мимо меня, улетучивая тоскливость.

— Ты уже здесь?

С ухмылкой произнес мужчина, стоявший посреди коридора со скрещенными руками и устремившего на меня взгляд.

— Да, уже здесь.

Грубо ответив с ноткой раздражения, я попыталась его обойти. Если бы он не схватил меня за запястье.

— И? Это все, что ты хочешь сказать?

— А что я еще должна сказать?

— Эй, Сереина!

В тот момент, когда раздался звонкий голос, все слуги уставились в нашу сторону.

Когда Михаил пристально на них взглянул, они быстро сменили свой обзор.

— Следуй за мной.

Михаил потянул мою руку, и по инерции мне пришлось сделать шаг.

— Разговоры лучше перенести в другое место.

Михаил схватил меня за руку и шагнул вперед.

Он привел меня, как ни странно, в мою же комнату.

Осторожно закрыв дверь, он на миг замешкался и вскоре разомкнул губы.

— Ты, почему ты мне сказала сообщить время, когда матери не будет дома?

— Сейчас я не могу утолить твое любопытство.

— Что за? Ты еще что-то скрываешь….

— Прости меня.

Когда-нибудь ты узнаешь.

В тот день, когда Аджест освободиться от промывки мозгов.

В тот день будет интересно увидеть выражение лиц людей.

И каков же вид будет моего брата, который перед моими глазами? Он отругает?

Я почему-то подумала именно так.

— Дорогой брат, у меня к тебе есть еще одна просьба.

— И что на этот раз?

— Сообщи мне, когда прибудет мама.

— Что?

Это было самое громкое восклицание, которое мне удалось за сегодня услышать.

Он крепко сжал губы, не отражающей улыбки.

— Черт, что ты задумала?

— Мне надо пойти в зал галлюцинаций. Это единственное, что ты можешь знать.

Я бывала там, но несколько раз и с разрешения герцогини.

Иначе говоря, туда было запрещено входить без дозволения главы семьи.

— Проклятье, что ты задумала! Что ты хочешь сделать, о чем бы не узнала мать! Если тебя поймают, что тогда….!

— Это не вопрос, брат.

Я вырвала руку из его хватки.

— Если ты мне поможешь с этим делом, тогда я буду присылать подробные письма.

Письма, которые я обычно ему отправляла, были скудны на слова. Они упускали все детали и оставляли лишь общие выражения.

Почему ты не отправляешь письма?

— Тогда прочь. У меня полно дел.

Я повернула дверную ручку, и Михали изогнул брови.

Когда он не подал виду, что собирается уходить, я вытолкнула его, руками нажимая на спину, из комнаты.

— Эй…Ты….!

— О, и позови мою горничную.

Хлоп.

Закончив свою речь, я тотчас закрыла дверь.

А затем услышала брань, доносившуюся за дверью.

Вскоре он ушел, издав покорный вздох.

Да, неприятно, однако иного выбора нет. Мне предстоит важная работа.

Чуть позже в комнату вошла горничная. К счастью, Михаил выполнил мою просьбу.

Я уселась на кровать, чувствуя усталость.

— Из гардеробной мадам Бланш прибыли платья. Забери и отправь в герцогство Агэрния.

— Вам больше ничего не нужно, мисс?

— А, я хочу отдохнуть до обеда, так что передай это всем слугам.

— Как прикажите.

Горничная покорно покинула спальню.

Это стало моей отговоркой прибытия в Мелфорд.

Первоначально слуги были обязаны приносить платья, однако я уже давно не навещала семью и приходила сама.

Я отправлюсь на ужин после, как заполучи ароматическую свечу.

Мы мило пошушукаемся, а завтра я вернусь.

Больше не слыша удаляющихся шагов горничной, я тут же встала и покинула комнату.

Мне некогда отдыхать.

Согласно моему приказу, коридор был пуст.

Однако я была осторожна, потому шла тише.

Сегодня я пробыла целый день в своей комнате, так что теперь конечным пунктом моего пути был зал галлюцинаций.

Место, возле которого даже страшно ходить.

Но день Х настал. Что ж, никогда не узнаешь, куда приведет тебя нить судьбы.

Рука, держащая железную дверь, дрожала, отчего я непрерывно проглатывала сухую слюну, образующуюся почти ежесекундно.

Меня пробирало волнение от моего поступка. А сердце билось в столь бешеном ритме, будто готово было разорваться на мелкие части.

Фух. Я глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться, и затем повернула дверную ручку.

Скри-ип-

С грохотом отворилась железная дверь. Хоть я и медленно ее открывала, дабы его немного заглушить, звук был невероятно громким и неприятным из-за материала, утратившего свой срок годности.

Я переживала, что кто-то мог его услышать.

Вновь сглотнув, я ступила за порог комнаты.

И ощутила между комнатой и коридором разницу температур. Мое тело дрожало от ледяного воздуха, способного заморозить до смерти.

Пытаясь взять себя в руки, я осторожно начала обыскивать комнату.

Между черными кирпичами, создающих зал, залегал густой слой пыли, а слева виднелись выставленные множество орудий.

С противоположной стороны возвышались бесконечные железные прутья и место, предназначенное для пленников.

Где-то здесь должна быть ароматическая свеча. Я знала, где они все находятся.

А…?

Почему-то ароматических свечей не было.

Я протерла глаза и несколько раз огляделась, пытаясь убедиться, что не ошиблась, однако все было тщетно.

Ароматических свечей…не было. Почему их нет?

Мой разум окутали волнение и тревога. И на какое-то время сознание отключилось, а дыхание участилось.

Схватив себя за грудь, я пыталась успокоиться. Сейчас нет времени на тревогу.

ʹ…Нужно еще поискатьʹ.

Я на цыпочках перемещалась по всей комнате в поисках ароматической свечи.

Но все, что мне попадалось на глаза, было оружием, предназначенным для пыток. Пока я отчаянно вздыхала, в глаза бросился окровавленный меч.

При виде подобной вещи я озадачилась.

Засохшая кровь была темно-бурого цвета.

Раз эта кровь старая, значит, прошло порядка двух дней с тех, пор как кого-то пытали…

Это было жутко. На спине выступил холодный пот, усиливая чувство тревоги.

Ненавижу о подобном думать, но что, если меня поймают…?

ʹНо разве в этой комнате пытали кого-то, кроме Аджеста?ʹ

Я никогда не замечала, чтобы в нее входил кто-то другой.

В тот момент ко мне подкрались сомнения и беспокойство, однако я старалась выбросить их из головы.

Аджест уже давно не находился в Мелфорде.

Я обернулась, стараясь отогнать прочь ужасные предположения, и вновь начала искать ароматические свечи.

Тогда, когда я занервничала, так и не найдя свечи.

— …Мама!

Послышался голос Михаила.

Громкий голос о прибытии в особняк герцогини Мелфорд.

Черт подери, как…?

Тебя не должно быть здесь!

— М-матушка! Может, спустя столько времени выпьете со своим сыном чашечку чая?

Вновь раздался голос Михаила.

Кончики моих пальцев дрожали, а все тело заледенело.

Голос все приближался. Почему-то меня не покидало чувство, что герцогиня идет именно сюда.

В моей голове раздался громкий предупреждающий крик, отчего я почувствовала опасность.

А теперь хватит стоять на месте – пора уносить ноги!

— Тц. Почему Михали сегодня ведет не так, как обычно? Интересно, когда это мой сын захотел со мною чаи распивать.

— Это…С сегодняшнего дня это будет сыновьей почтительностью, да?

— Тц. Если так, то хорошо.

Этот голос…Я слышала прямо перед носом.

Но я не могу убежать. Тогда, когда я открою дверь, столкнусь с герцогиней…

Я поспешно огляделась, куда бы спрятаться, однако так и не нашла подходящего места в столь тесной и пустой комнате.

— Любимый чай матушки был привезен с Восточного континента! Прошу, выпейте. Ваш сын от чистого сердца…

— Хорошо, позже с тобой выпьем.

Михаил тут же растерялся из-за своей несуразной болтовни.

Его действия не только не принесли пользы, но и вызвали подозрения.

Дерг.

Она повернула дверную ручку.

Нет.

Его открытые губы дрожали. Он не мог выдавить ни единого звука, потому был не в силах ее остановить.

Уже много времени прошло, как он так сильно потел. На лбу выступили капли пота.

Сейчас не время расслабляться и мешкаться.

— Мама!

Михаил позвал мать, стоя за ней. Он второпях схватил ее за руку, отодвигающую засов.

— Если честно, мне нужно вам сказать нечто важное.

— Правда?

— Да, вы немедленно должны это выслушать.

— И что же ты мне хочешь сказать?

— О деле, которым сейчас занимается моя матушка.

— Можно же поговорить позже?

Прошу, прошу, пожалуйста.

Он был из числа тех, кто редко в жизни находился в отчаянном положении.

— Э-то…

— Ха-а. Мой дорогой сын вызывает у меня беспокойство.

И словно взмахом волшебной палочки звук испарился.

Я долго выжидала, но тишина так и никуда не исчезла.

Теперь у меня есть шанс.

Как только я успокоилась, тело расслабилось.

Когда я пыталась сделать шаг, мои ноги подкосились.

Тело наклонилось вперед. Поспешив в центр, я прикоснулась стены. Тогда.

— Ик…!

Треск.

Отодвинулись кирпичи, и моя рука просунулась внутрь.

— Что это…?

Внутри раскрытой стены обнаружилось необычное пространство.

В линию выстроились фиолетовые свечи.

Множество ароматических свечей заполонило мое поле зрение, отчего возник дискомфорт от непрерывного фиолетового цвета, покрывающего пеленой глазные яблоки.

По коже пробежали мурашки.

Невероятно. У нее так много ароматических свечей.

Для чего-то они предназначены.

Я взяла в руку ароматическую свечу, подавив неприязнь.

Затем на то же место я поставила фальшивую ароматическую свечу, которую заранее приготовила.

Когда рука дотронулась до другой ароматической свечи, несколько других со звуком упали.

В тот момент, когда я вся на нервах подбирала свечи и по порядку расставляла.

Скри-ип-

С мерзким звуком отворилась дверь.

— И что же здесь забыла моя ненаглядная дочь?

Это была герцогиня Мелфорд.

Я усомнилась в услышанном. Но мне не хватило решимости подтвердить свое сомнение.

Мне лишь нужно повернуть голову. Шея была скованна, что я даже не могла двинуться.

— Да ты прям бродячая кошка.

В то мгновение в моей голове крутилась лишь одна мысль.

Все пропало.

Больше я ни о чем не могла думать.

Чувство опасности, засевшее в подсознании, уже погасло.

Рука, держащая ароматическую свечу, соскользнула со стены, отпустив свечу.

Ароматическая свеча, беспомощно упавшая на пол, покатилась и остановилась возле моих ног.

Моя голова была полностью опустошене, и весь поток мыслей прервался, застыв в одной точке.

— В комнате довольно темно.

Нежно улыбаясь, она подобрала ароматическую свечу, валявшуюся у моих ног.

Я не могла найти подходящих слов, потому просто наблюдала за действиями герцогини. Тогда с помощью магии она зажгла свечу.

Темная комната окуталась тусклым светом, и от свечи донесся приторный и неприятный аромат, пробирающий кончик носа.

— Что ж, теперь хоть стало немного виднее.

— …

— Так что, Сери, может, объяснишь, что ты собиралась сделать?

И что же мне ответить. Нужно как-то быстро разрешить эту ситуацию. Однако я очень медленно соображала.

Мои глаза сами по себе уставились за дверь. Потому что меня не покидало желание оставить все как есть и убежать.

Но мозг не осознавал, что подобное невозможно.

Михаил лежал ничком.

Он был без сознания.

— Было как-то шумно, так что пришлось усыпить.

Несмотря на то, что он был ее сыном, она не давала поблажек.

Причина вообще глупая и бессмысленная. Она его вырубила из-за какого-то шума.

Какова вероятность, что герцогиня проявит ко мне милосердие?

Эта женщина, из-за которой собственный сын по абсурдной причине потерял сознание.

ʹ…Она что-то заподозрила?ʹ

Внезапно герцогиня вернулась и прямиком направилась в зал галлюцинаций.

Несмотря на отговорки Михаила.

Поведение было очень подозрительным.

— По ошибке слуг приходили письма, адресованные не мне. Я случайно увидела письмо Сери, отправленное Михаилу.

Герцогиня, заметив мое непонимание, как ни в чем не бывало, объяснила.

Это правда было «случайно».

Даже страшно подумать, что за мной, быть может, уже следили с давних пор.

— …

— Ты даже не представляешь, как я удивилась при виде письма. Оказывается, моя драгоценная дочь пыталась что-то выяснить, пока меня нет. И почему ты ведешь себя подобно бродячей кошке?

Глаза герцогини устремились на ароматическую свечу, лежавшую подле моих ног.

— А?

Она легкой походкой ко мне приблизилась. Мое горло пронзил ледяной воздух.

Я почувствовала опасность от кислорода, благодаря которому могла дышать, и от земли, удерживающей мои ноги.

Все в этой жизни мне пыталось сказать — тебе грозит конец.

Цоконье туфель, раздающееся о пол, прекратилось.

Я не могла вечно волочить свои ноги.

— Я виновата, матушка.

Шмяк.

Звуки от подола платья и удара ног были громкими.

Я рухнула на пол коленями и признала свою вину.

Сейчас это лучшее, что я могу сделать.

— Сери, мне не нужны извинения. Я хочу знать, почему ты пыталась украсть мои свечи.

От запаха ароматической свечи моя голова опустела.

Если бы я не сосредоточилась, то не смогла бы найти подходящие слова и действия.

Только что я поняла еще одно предназначение этих свечей.

Ароматические свечи прекрасно подходят для допроса.

Я прикусила во рту плоть, пытаясь очистить свой разум.

— ….Я ошиблась, матушка. Жадность ослепила меня, потому я пошла на такую безрассудность. Недавно я хотела одному человеку промыть мозги. И на мгновение разум затуманился, и я не задумалась о своих поступках.

Я не могла найти иного оправдания, дабы выйти сухой из воды. К тому же я не могла мыслить здраво.

И если я не могла разрешиться эту проблему, то лучше дать волю своей жадности.

Мне так было проще, потому что я всегда перед ней вела себя так.

— Но у тебя же есть Аджест?

— Аджест уже принадлежит мне.

— Моя дочь очень ненасытная. Так кому ты хочешь промыть мозги?

— …Гипрону Айтес.

Черт. Почему я назвала именно этого человека?...

— Я хочу растоптать его высокомерие. Поэтому я совершила то, что мне не следовало. Простите меня, мама.

Она спокойным взглядом на меня посмотрела. Я не знала, о чем она думала, однако могла с точностью сказать — ничего хорошего ждать не стоит.

Мое зрение помутнело.

Когда напряжение и волнение достигали своих пределов, мое тело пошатнулось.

Эффект ароматических свечей также усугубил мое состояние.

Когда будто перед моими глазами мелькали мушки, я различила на полу две тени.

Образ, где длинная тень в виде согнутых коленях достигает потолка. Я опустила глаза, сосредоточившись на ней.

Сцена была не из самых приятных.

Смотря на тени, отражающие нас с герцогиней Мелфорд, будто мы в темном зеркале, я подумала о нечто интересном.

Какое она скривит выражение лица, узнав, что Аджест освободился от промывки мозгов?

Я с нетерпением жду этого дня.

— Мне приятно, что ты сразу признала свою вину.

Герцогиня — моя «биологическая» мать.

Хоть я и зародилась в ее утробе, мы были как чужие.

Эта мать безжалостно режет и наказывает жестокими методами тех, кто переступает черту, не щадя даже собственных детей. Мы с юных лет узнали, что нельзя идти против нее. Да, такое поведение абсурдно.

Потому ненавидеть ее было проще. Из-за ее жестокости «семья» не была нашим слабым звеном.

— Я не думаю, что плохо тебя воспитала.

— ….

— Однако воровать – плохой поступок. Верно?

Быть может, я не твой ребенок? Почему родная мать смотрит таким бездушным и холодным взглядом на собственное дитя?

Я так плотно прикусила плоть, что пошла кровь.

— Но ты сразу признала свою вину, так что я немного смилуюсь.

— …Благодарю.

Она присела на одно колено и нежно погладила мои волосы.

Тошнота подступала к горлу.

Я не знаю, то ли от аромата свечей, то ли от ее прикосновений меня едва не вырвало.

— Хм, я думала, что тебе следует отрезать руки, дабы впредь ты больше не воровала, однако очень не хочу, чтобы моя дочь стала изгоем в светском обществе.

Тогда мое дыхание перехватило.

Я даже не могла слышать ее слова.

Меня охватила иллюзия. Запах стал глыбой камней, раздавливающей мое тело.

Именно такие терзания испытывал Аджест.

И именно тогда я осознала, насколько ничтожны мои надежды.

Потому что она злодейка этого романа. Она всесильна и представляет опасность каждому главному герою.

Как же я глупа.

Что в этом хорошего перед лицом всех этих страданий?

Даже если я такой же злодей, переживший последнюю главу романа.

Роль здесь не имеет значения. Боль все равно трудно вытерпеть.

— Может, вырвать ногти? А… хотя они отрастут.

На пол стекал холодный пот.

В затуманенном поле зрения я увидела пылающее пламя.

Если оно погаснет…

Моя боль исчезнет.

Это ведь просто…очень просто.

Но мне не под силу. Герцогиня громко расхохоталась, заметив мой туманный взгляд.

— Вижу, ты страдаешь.

Герцогиня меня обняла и похлопала по спине.

От незнакомого чувства я медленно заморгала. Это был единственный способ выразить мои эмоции, потому что другие части тела оцепенели.

Она склонила голову и поцеловала в лоб.

Нечто мягкое коснулось лица и остановилось возле уха.

— Сери, я люблю тебя больше всего на свете. Так что не стоит переходить черту.

— …

— Думаю, для твоего наказания этого достаточно.

Герцогиня убрала свои руки и меня отпустила. Прислонившись к стене, я стала переводить дыхание.

Я была как пойманная крыса, запертая в закрытом ящике. Мне как-то стало грустно от такого жалкого сравнения.

Она поднялась и удалилась. Вместе со звуком туфель я услышала, как со скрипом закрывается железная дверь.

— Сериена.

Она вернулась, опустив голову.

Сквозь открытую дверь струился яркий свет, отчего я зажмурилась.

— Оставайся здесь ровно три часа. Пока не увидишь прозрение, не выходи.

Так что я не смогу выйти всю оставшуюся жизнь. У меня была такая бредовая идея.

Я медленно сомкнула веки. Теперь у меня не оставалось сил приоткрыть глаза.

Помимо герцогини, появился еще один человек, когда я открыла глаза.

Марина. Горничная моей матери.

— Герцог.

Свет, освещающий комнату, постепенно тускнел. Значит, герцогиня заперла дверь.

— Прибыл герцог Агэрния.

Что?

Бах.

Дверь закрылась, и свет погас.

Почему здесь Аджест?

Я хотела бы это услышать от Марины, однако сейчас это невозможно.

Дверь захлопнулась на замок, и больше не раздалось ни единого звука.

Единственный звук, доносившийся до моих ушей, — это потрескивание искр пламени.

Я пыталась преодолеть тяжесть всем телом, но было безуспешно. Тело упало, и я больше не могла бороться.

Я тут же сдалась.

Еще хуже стало от дурманящего запаха свечи — мой разум вовсе помутнел.

Мне было ненавистно думать, что сладкий аромат свечи может проникать так глубоко в мою голову.

Я сомкнула веки.

Мне очень сильно хотелось заснуть и притвориться, что я не чувствую ни капли боли.

***

Думаю, я скоро окончательно свихнусь.

Я почти здесь уснула.

Всякий раз закрывая глаза, я ощущала боль во всем теле. Кожа пульсировала, будто ее укололи острой иглой.

Но боль была не столь сильной, как прежде.

Я несколько раз моргнула.

Оружие, выставленное возле стены и видневшееся сквозь железные прутья, то исчезало, то вновь появлялось.

— Вы очнулись?

От услышанного голоса я удивилась. Это было неизбежно.

— Ты…почему ты здесь?

В отличие от прежнего, я двигала своим онемевшим языком, однако произношение было расплывчатым.

Увы, сейчас не время удивляться тому, что стало лучше.

— Я вас спросил. Впустите меня.

— Зачем?

— Потому что здесь вы.

Его разум был чист и спокоен в отличие от моих сомнений, заполонивших голову.

Но, кажется, Аджест пришел раньше, прежде чем я закрыла глаза.

Тогда я отключилась и проснулась уже в объятьях Аджеста.

Когда я шевельнулась, на пол упала накидка.

ʹОн меня накрыл?ʹ

Закатив глаза, я увидела, что Аджест прислонился головой к стене с сомкнутыми веками.

Я вновь перевела взгляд и осмотрелась.

И заметила еще одно отличие.

Место, где мы находимся.

Сейчас стена, к которой я прислонилась…

Я…Нет, мы в тюрьме, потому что вокруг железные прутья.

Без понятия, что тут происходит.

— Аджест, что ты сказал…Я ничего не понимаю.

— Я расскажу немного позже, сейчас лучше не стоит сотрясать воздух. По опыту мне известно,что вдыхать остатки запаха менее болезненно.

— ….

— Я потушил свечу…Но аромат все еще витает в воздухе.

— Ароматическая свеча…ты потушил?

— Не переживайте, вы вновь ее зажжете, когда выйдете наружу.

Поцеловав меня в лоб, он меня пытался успокоить…Однако я не могла почувствовать облегчение.

Снова осмотрев окружение, я увидела потухшую свечу, отчего комната была темнее прежнего.

ʹНичего необычногоʹ.

Сейчас мне лучше до того, как я заснула.

Онемевший язык теперь мог шевелиться, и тело, которое я едва могла контролировать, был способно двигаться.

— Вам стоит лучше снова поспать.

Он прижал мою голову к своей груди. И я прислонилась, потому что в этом был смысл.

Однако, вопреки его желанию, сон меня не настигал.

Боль, на время забытая из-за полудрема, вновь волной окутала тело. Чтобы остаться незамеченной, я крепко прикусила губу.

Я не единственный человек, кому тяжело.

Дыхание Аджеста было также трудным. Он, как и я, притворялся спокойный, но холодный пот, стекающий по линии лица, не скрыть.

Биение сердца также ускорилось. Прижавшись лицом к груди, я услышала учащенный трепет.

Этот звук был очень сильным. Казалось, оно сейчас взорвется. С тех пор, как я проснулась от бешеного звука, прошло много времени.

— …Шумно.

Мне это пришлось не по душе.

Этот звук напоминал барабан, пробуждающий мою опустошенную голову.

— Что, вы о чем?

— Звук твоего сердца…очень шумный. Из-за него я не могу заснуть.

— …

Когда он поднял голову и на меня взглянул, на его лице заиграло непонимание —что, черт возьми, я несу.

— Вы же не можете остановить этот звук? Что ж, если хотите, я смогу его остановить.

— …Тц. Ты не в себе?

Очевидно, я не единственная с мутным сознанием и болтающая какую-то глупость.

Но на его лице отражалась искренность.

Я сказала, что это просто сильный звук, но…он просто безумный.

Убрав лицо с груди, я окончательно в этом убедилась.

Разумеется, я не собиралась отказываться от столь удобного положения, но.

Зрение вновь помутнело, и, когда я открыла глаза, моя голова закружилась.

Мне пришлось невольно сомкнуть веки.

— Аджест…?

Прошло много времени, прежде чем я разомкнула веки.

Тепло, ласково греющую мою спину, исчезло.

И я сидела, прислонившись к стене. Совершенно одна.

Где же Аджест? Разумеется, он был возле меня.

— …Сериена, — прозвучал голос Аджеста.

Когда я повернула голову в сторону зова, то увидела, как Аджест разглядывает выставленное орудие.

Без всяких сомнений — прежде я не видела…

Как он выбрался из клетки?

Аджест ко мне приблизился с заостренным топором. Он схватил железную решетку и открыл.

— Сериена.

— …Что случилось, Аджест?

— Я люблю вас.

Это была настоящая услада для ушей. Но то, что произошло после этого, нельзя было назвать приятным.

Он поднял топор настолько высоко, что едва не коснулся потолка, и тут же опустил.

Перед моими глазами промелькнула серебряная вспышка. Повсюду был алый цвет.

Топор глубоко ранил меня, и казалось, что мое тело было разрублено пополам.

Из глубокой раны хлынула кровь. Подол платья окрасился в насыщенный красный.

— А…?

Не понимая всего происходящего, я выпалила невнятный звук.

На какое –то время меня охватила тревога.

Эта боль отличается от той, что я прежде испытывала.

Больно. Невероятно больно. Смертельно больно.

Мне казалось, что из-за боли моя голова разрывается на части.

Мне было так больно, что я не могла ни плотно сомкнуть губы, ни что-либо сказать.

Мои дрожащие руки обхватили живот, пытаясь остановить поток густой крови.

— Я без ума от вас, Сериена.

На его лице заиграла широкая улыбка.

Он вновь взмахнул топором. И это лезвие топора вдребезги разбило мою голову.

Странно, но я все еще оставалась живой.

Уже давным-давно я должна была умереть. Еще с того момента, как меня ударили в живот.

К сожалению, мне не дозволено задавать вопросов.

И вновь топор направился в мою сторону.

Аджест раскромсал мое тело.

Я не могла взывать от неудержимой боли – мне лишь оставалось смотреть за его действиями.

В тот момент посреди лужи крови ко мне подошел юный Аджест, неся бинты. Он нежно обнял мою разбитую голову и искренне прошептал.

— Я люблю вас, но почему же вы не испытываете таких же чувств?

Кровь, стекающая из головы, попадала в глаза, отчего ощущалось пощипывание.

Как только я моргнула, шея юного Аджеста была отрублена топором.

И тело мальчика с отрубленной головой тщетно упало.

А там на меня смотрел уже взрослый Аджест, держа в руках огромный топор и не говоря ни слова.

Моя голова была разбита, а ото рта ничего не оставалось, потому я не могла издать ни единого звука, однако внутри меня раздавались безумный крик отчаяния.

— …Сери…е…

Я услышала голос, столь настойчиво меня зовущий.

— Сериена.

— …Аджест.

Аджест крепко обхватил меня и уверенно произнес мое имя.

На милом лице нарисовалась жестокая улыбка. Как тогда, когда он меня убивал.

— Хгк….!

Я толкнула его в грудь и попятилась.

Что за…Что вообще происходит?

Теперь у Аджеста не было топора. Теперь он выглядел безобидным.

Так что же я видела прежде? И почему та ужасная боль…

Когда Аджест слегка наклонился вперед, мое тело невольно задрожало. И все из-за выдрессированного страха.

Он постепенно сокращал расстояние коленями.

Как ни посмотреть –это выглядит безобидным, но я попятилась в ужасе, от которого столь не просто избавиться.

Ледяные железные прутья коснулись моей спины.

— …Не приближайся.

— ….

Несмотря на мое настойчивое возражение, он приблизился ко мне.

И бережно схватил мое запястье.

Длинные пальцы в него впились.

Сердце то уходило в пятки, то вновь возвращалось на место.

Успокойся, Сереина. Нужно вести себя спокойно.

Я старалась изо всех сил держать себя в руках, кусая мягкую плоть во рту.

С того момента, как я ступила за порог этой комнаты, не было каких-то происшествий.

Но, похоже, я окончательно свихнулась.

— Сердце, ваше сердце бьется невероятно быстро.

Его рука гладила мое запястье.

— Что вы видели?

— Что…?

— Я проснулся от вашего тяжелого дыхания…Хотя, думаю, у вас есть предположение причины вашего состояния.

Он коснулся моего плеча.

— У вас была иллюзия?

Это все было бредом?

Образ Аджеста казался чужим. Я даже видела юного Аджеста…

Но…

— Это не похоже на иллюзию. Я отчетливо чувствовала боль.

— Это было лишь видением. От запаха свечи предвиделась иллюзия. Все те ощущения, что вы чувствуете в своем кошмаре, вполне реальны. Они подобны настоящей боли.

Я слегка успокоилась от его прикосновения. Но вскоре тревога вновь вернулась.

Подняв глаза, я увидела, что его лицо исказилось в неприятную гримасу, полную мучения и боль.

Теперь я думаю, что сейчас «реальность».

— Значит, ты….?

— Да.

— Ты тоже галлюцинация?

Это место буквально зал галлюцинаций.

Возможно…Хотя я не знаю.

Изменит ли свое поведение этот ласковый Аджест, что перед моими глазами?

Не было бы удивительным, что у него бы возникло желание меня задушить.

— Ложь.

— Сериена, сейчас с тобой я.

Быть может, слова Марины о том, что прибыл Аджеста, были лишь слуховой галлюцинацией.

— Осталось всего десять минут. Вам просто нужно немного потерпеть и подождать. И спустя это время станет ясно, реальный я или же нет.

Его глаза были еще больше затуманенными. Возможно, у него тоже галлюцинация.

Он более приспособлен к подобным ситуациям, нежели я, но поскольку возле меня Аджест, я пытаюсь вести себя спокойно.

В этом месте можно свихнуться. Как Аджест смог нести так долго столь тяжелую ношу?

Я бессильно опустилась на его тело, потому как от всех видений на меня нахлынула усталость.

Я старалась не заснуть, потому что боялась галлюцинаций, но мозг не слушался моего сердца.

***

Легкий ветерок щекотал мои волосы.

Мое тело в унисон тряслось с трясущимся полом.

Я поспешно схватилась за рот из-за подступавшей тошноты.

— …Б-буэ.

— Сереина…

Мой желудок продолжало крутить. Мне казалось, что я начинаю сходить с ума от постоянной рвоты.

Когда моя рвота не прекращалась, Аджест остановил карету.

Благодаря этому тошнота немного прекратилась.

— Прошу прощения…

— Нет, Сериена.

Он продолжал поглаживать меня по спине.

— О, нет…рвота попала на твою одежду.

— Все в порядке.

— Нет….не в порядке я.

Продолжая стонать и придерживаться за его бедро, я встала, схватившись за голову.

— Здесь…выйдем.

Ответ был запоздалым. Потому что тело очень долго страдало от боли, и я не могла оглянуться.

— Так что я жду объяснений. Какого черта ты здесь?

— Перед ответом я бы хотел вас кое о чем спросить. Сериена, что же вы натворили, раз оказались запертой в той комнате?

— Я первая спросила.

— Так или иначе, я не отвечу вам, пока вы мне не скажите.

— Поганец!

— Только сейчас узнали?

Когда они были заперты в зале галлюцинаций, их тела сплелись, словно они были единым целым, но теперь тот образ бесследно исчез.

После долгих споров мы пришли к соглашению, что я отвечу первой.

Я заерзала руками и достала мрачный предмет.

— Я приходила вот за этим.

— Вы украли эту вещь.

В моих руках была ароматическая свеча.

— Потом вас поймали?

В ответ я кивнула. Из-за моего жеста его лицо скривилось.

— …Зачем? Зачем вы украли?

— Иного пути не оставалось. Игельто проанализирует состав этой свечи и тем самым лучше поможет узнать, как избавиться от промывки мозгов. Он мог бы создать более сильнодействующий препарат…

Бах-

Внутри вагона был беспорядок, подобный скомканному листу бумаги.

Теперь его переполняла злость.

— Ты недоволен?

Его глаза мгновенно заледенели. Он посмотрел на меня, но складывалось такое ощущение, что перед ним была не «я».

— Вы перенесли всю боль из-за какого-то эльфа?

— Нет, все же из-за тебя. Ради тебя.

— …Я не совсем вас понимаю.

— …

— Вы думаете, моя любовь угаснет, когда избавлюсь от промывки мозгов. Раз так, то я еще больше ничего не понимаю.

— Что?

— Вы не подумали, что случится после промывки мозгов…Сериена, я предположил, что я не люблю вас настолько сильно, как вы думаете.Кстати…это не излишние меры?

— Что за бред ты несешь?

Меня всегда интересовало.

Разве не было бы для него лучшим снятие промывки мозгов?

Почему же он этого не желает?

— Каковы ваши действия после? Вы всех лучше знаете, что ваша мать ни за что вас не оставит в покое. Если ваше решение неизменно, то я вам ничем не смогу помочь…

— Я сама займусь своими проблемами. Так что нечего тебе переживать об этом.

— Зачем вам поступать столь безрассудно, если прекрасно осознаете, что вас ожидает?

Это все из-за чувства угрызения совести…

Я не могу быть прежней –той, кто доводит свою жизнь, постоянно испытывая чувство вины.

— Сериена, — Аджест меня позвал.

— Возможно, вы меня любите?

Аметистовые глаза смотрели на меня, не понимая мои мысли.

Я хотела отвести взгляд в сторону, однако не могла, поскольку странно сияющие фиолетовые глаза глубоко, как паучьи конечности, заползали  в нутро моей души.

Люблю ли я тебя?

Я засмеялась в голос.

К сожалению, этот день никогда не наступит.

Того, кому промыли мозги.

Моя к тебе любовь сделает меня несчастной.

Есть прекрасные драгоценности, которые ослепляют людей. Однако, если те фальшивки, то от них никакого проку нет.

Я ни за что не выберу подделку. Лишь реальные вещи представляют ценность и имеют вес.

У меня нет желания наслаждаться фальшивой любовью, которая, как только спадет промывка мозгов, тут же улетучится.

— Нет. Такого и быть не может.

Разумеется, я произнесла эти слова на эмоциях. Слова отказа.

Аджест спокойно отреагировал, будто ожидал подобного ответа.

— В чем же причина? Почему такого не произойдет?

Это не совсем так.

Мои поступки –отражения тебя. От самого начала до самого конца.

Аджест, свободный от внушения.

Это означает, что он может здраво мыслить и рассуждать.

Для начала он получит свободу, потому что больше не будет привязан к Мелфордам.

Ему больше не нужно быть на поводке у этой семьи. А попутно и его любовь ко мне также пропадет.

Такой Аджест представляет невероятную угрозу.

Герцогиня Мелфорд, зная, что он станет свободен от промывки мозгов, избавиться от Аджест раньше, чем обрушиться на меня весь его гнев.

Аджест поведет себя также.

Он всем сердцем ненавидит герцогиню Мелфорд.

Марионетка, ускользающая из рук герцогини. Они определенно развяжут войну, пытаясь друг друга уничтожить.

Такой исход мог и сам предсказать Аджест, потому я не хотела ему об этом говорить.

Когда я молчала, из его рта вырвался вздох.

— Аджест, давай закроем эту тему. Это постоянно повторяется, вот только не все решается сразу.

— …

— И это предположение насчет моих слов….окажется ли это правдой или все будет так, как ты и сказал — не имеет значения.

Он заявляет, что будет любить и после промывки мозгов? Тогда что не так?

Аджест не мог подобрать нужных слов из-за столь наглого поведения.

— Аджест, теперь твой черед. Зачем ты пришел в этот особняк?

***

«Леди вернулась в поместье».

В тот момент, когда он услышал эти слова, сердце ушло в пятки.

Он вдруг почувствовал, будто его толкнули с высокой скалы.

Почему? Слова едва не сорвались с уст, но он их прикусил. «Почему» неустанно его мучает. У него просто нет совести?

— Ты пытался меня убить. Дважды.

Эта фраза звонко раздавалась в ушах.

Эти слова заставили его понять, что он ни за что не хочет ее отпускать. Однако он уверен, что его страдания заслуженны.

Он сомневался в словах Сериены.

Аджест никак не мог вспомнить день, когда это произошло.

Он усердно старался вспомнить те события, но все было тщетно.

За исключением тех обрывков, которые приходили ему в голову.

Но и эти обрывки были лишь смутными воспоминаниями о том дне. Будто все было в тумане.

Тем не менее нужно вспомнить.

Иначе он бы не смог правильно поступить: не придумать отговорку, нужное объяснение или же должное извинение.

Тогда Сериена ушла.

Отчего страх настиг его.

Быть может, это будет продолжаться целую вечность.

Возможно, он стал ей бельмом на глазу, и она не захочет его видеть до конца своей жизни.

Потому он поспешно направился к герцогине Мелфорд. Туда, где он страдал.

Он хотел ее спасти.

В том месте, куда он прибыл, человек, который должен был с ним поздороваться, была не Сериена.

«Ты пришел?»

«….»

«Вероятно, ты здесь, чтобы встретиться с Сериеной».

Пусть он и покинул Мелфорд, но был связан с этим местом. Прежде отсюда он ни разу не сбегал.

И причина кроется в Сериене.

«О, кстати, как насчет нее? Как видишь, этого дитя сейчас нет».

«…Почему?»

Неужели она хочет избежать его встречи с Сериеной?

И что же тогда предпринять?

Если она не позволит, то остается лишь пробраться через окно?

«Это дитя наказано за свою ошибку».

«Наказание? Вы о чем?»

Герцогиня Мелдфорд внимательно посмотрела на Аджеста и рассмеялась.

«Это дитя сейчас находится в комнате галлюцинаций. Она слишком много вдохнет аромата свечи, так что ей придется туго. Ей нужно будет еще постараться прийти в себя».

Сериена находится там, где онстрадал. В месте, которое запечатлелось в его подсознании.

Комната галлюцинаций. Ароматическая свеча. Сериена.

Его голова была на месте. Нет, его состояние было не таким уж и плохим.

Несмотря на его удивление, он тут же осознал смысл ее слов.

«Уже минуло полчаса с тех пор, как вы прибыли. Эта девчушка выйдет примерно через два с половиной часа».

«То есть…»

Три часа….

«Прекратите это».

Столько времени и для него было труднопереносимым, однако у нее вообще не было никакого иммунитета к наркотикам, в отличие от него.

Если она тоже лишится рассудка…Нет,что, если она захочет с собой покончить?

Пока ты там – безумие так и охватывает с ног до головы.

Он переносил это много лет, потому хорошо знал.

Ему ненавистно было думать, что при худшем раскладе ее ожидает смерть.

«Вы же не желаете смерти Сериены?»

Он даже хотел прибегнуть к силе, дабы уйти, но это было невозможно.

Из-за гребаного промывания мозгов?

Его голова раскалывалась, готовая вот-вот взорваться. Он даже не мог стоять на месте.

Это было состояние, возникавшее при ненависти к герцогине. Тогда, когда он жаждал на нее напасть.

В таком состоянии у него не было ни единого шанса одержать победу.

«У нее нет иммунитета. Ее жизнь стоит под угрозой».

Все, что ему оставалось, это молить о пощаде.

«Гм. Слыша эти слова, убеждаюсь, что ты прав. У Сериены нет иммунитета».

В ее глазах это ребенок был будто не собственным. Ребенок, которого она родила, был ей безразличен.

По какой-то причине аромат свечи не действовал на герцогиню.

Потому она не могла вкусить всю прелесть силы этих наркотиков. Герцогиня лишь могла видеть боль и страдания людей, опьяненных этим дурманящим веществом.

«А, тогда как насчет этого?»

Она произнесла тоном, словно возникла занимательная идея.

Все разворачивающиеся события для нее были не чем иным, как потехой.

«Ты тоже туда отправляйся».

«…»

«Ты же щенок этой девчушки? Так что верные псы должны быть подле своих хозяев. Если ты войдешь в комнату, уменьшу срок на час. Идет?»

Аджест лишь ухмыльнулся.

Боль в голове, во всем теле усиливалась с каждым разом, когда он сильнее выражал к ней свою ненависть.

«Это выглядит неплохим предложением. Надеюсь, ты не умрешь спустя два часа. Но можешь сойти с ума».

Время нужно сократить еще.

Это произошло, когда он разомкнул губы, чтобы начать торговаться.

Герцогиня его опередила.

«Не смей открывать свой рот. Я даже не собираюсь с тобой вести переговоры».

«….»

«Мне не нужна никакая выгода. Я лишь хочу наказать своего несмышленого птенца».

Казалось, она говорила так, будто ты находишься на ее ладони.

Аджест смотрел в ее серые глаза.

Чтобы ни делал Аджест, непоколебимый взгляд герцогини не изменится.

«….Сдержите свое обещание».

Аджест тотчас направился в зал галлюцинаций.

И там он беспомощно наблюдал, как она страдает от боли и задыхается.

Это было невыносимо тяжело. Но он ничего не мог для нее сделать. Он ничем не мог помочь.

На него тоже выпадала доля страданий в зале галлюцинаций, но осознание своей бесполезности было еще болезненнее.

Мучительное время наконец-то подошло к концу.

Он покинул особняк, крепко сжав тело в бессознательном состоянии.

От мужчины исходила непоколебимая решимость –он никогда не откажется от нее.

Герцогиня Мелфорд лишь рассмеялась, но не остановила его.

Ее намерения с трудом поддавались логике.

Он сел в карету и ждал, когда она придет в сознание.

Аджест сильно переживал, что она не сможет прийти в себя из-за сильного аромата. Он смотрел на нее и дрожал от страха. Лишь звук ее дыхания успокаивал мужчину.

Когда она очнулась, он был невероятно счастлив.

Но в мгновение ока радость поменяла свою полярность.

Теперь она, придя в себя, заявляет, что все эти страдания были ради того, дабы освободить его от промывки мозгов.

Потому ее жизнь теперь была под угрозой.

Конечно, ее попытки снять промывку мозгов были очаровательны.

Той, что с алыми губами….Вы даже не представляете, как он был счастлив от ее слов.

Однако он не желал, чтобы она ставила свою жизнь под удар.

Всякий раз, когда она становилась ближе к разгадки, его любимая подвергала себя еще большей опасности.

Так что Аджест хотел ее остановить.

«Каковы ваши действия после снятия промывки мозгов? Вы всех лучше знаете, что ваша мать ни за что вас не оставит в покое. Если ваше решение неизменно, то я вам ничем не могу помочь…»

«Я сама займусь своими проблемами. Так что нечего тебе переживать об этом».

Эти слетевшие с уст слова его задели. Эти слова разожгли в нем непотухаемый огонь гнева.

Как здесь можно не волноваться?

Аджест любит ее.

Но порой казалось, она забывала о данном факте.

Все будущее он целиком желал посвятить лишь ей. Ему даже и мысль не приходила в голову, что его жизнь будет без нее.

Это противоречие, подобное перетягиванию каната.

«Зачем вам поступать столь безрассудно, если прекрасно осознаете, что вас ожидает?»

Ему всегда было интересно.

Аджест знает, что чувствует к нему Сериена.

Любовь и вину.

Хоть она и говорит, что все из-за тех прошлых событий. Это не было похожим на знакомую ему Сериену.

Сериена лишь из-за вины никогда не сделает опрометчивый поступок.

Эта женщина ценит себя и дорожит своим благополучием. Тем более, когда это касается опасных моментов.

Тогда почему?

Почему она делает это ради него?

«Сереина».

В его голове промелькнула странная мысль.

Любовь.

Любовь Аджеста и любовь Сереины были отличными.

Если он любит, то никогда не отпустит дорогого себе человека. До самого конца он будет за него бороться.

Он был другим с Сериеной.

Он пытается защитить и помочь потому, что любит.

«Вы любите меня?»

`Черт. Что же я только что ляпнул?`

Он и сам удивился своим неожиданным словам. Чепухе, что слетела с его уст.

Сереина не может его любить. Это лишь его мечты. Подобного никогда не произойдет.

«Нет. Такого и быть не может».

Ее ответ был решительным и острым, словно шипы.

На душе был осадок, хоть он уже и знал ответ.

Было трудно оставаться с невозмутимым лицом.

Когда он перед ней, для него все становится трудным.

Если бы он не питал чувств — было бы гораздо проще…

Когда Аджест заговорил, карета уже тронулась. За окном простирался вид удаляющейся позади нас зари.

Видя перед собой темные оттенки, смешивающиеся с красной палитрой неба, я убедилась во всей красоте природы.

Вот только история, услышанная от него, не была столь прекрасной, как небо.

То ли из-за движущегося экипажа, то ли из-за его рассказа подступало чувство тошноты.

Сегодня я так измоталась, что позабыла передать Игельто ароматическую свечу. По прибытии в особняк я тут же крепко заснула.

Я проспала целый день, однако усталость и утомленность не покидали тело, будто и вовсе мои глаза ни на миг не смыкались.

Все тело ощущалось изношенным, как старый подол платья.

Подобно трупу в гробнице, мой сон был вечен.

Спустя некоторое время я проснулась, и то, что первым бросилось в глаза, была заря.

Как только я просыпалась, то по привычке проверять время выглядывала в окно.

Но из-за зари было невозможно определить время суток. Похоже, мои предположения были ошибочны.

— Выспалась? Ты не просыпалась целых два дня.

Я не узнала бы время и день, если бы не услышала слова Игельто.

Когда я очнулась ото сна, Игельто сидел возле меня на стуле.

— Который час?

В горле будто что-то застряло, потому вышел непривычный голос.

— Уже семь.

Ах.

Я проспала два дня. Такое впервые.

Чтобы со мной произошло, если бы Аджест вовремя не потушил бы ароматическую свечу и если бы я вдохнула больше яда?

Когда я подумала, что могла оказаться в гробу, по телу пробежала дрожь.

— Я очень переживал все это время. Если бы ты не проснулась –не сносить мне головы.

Он с испугавшимся видом почесал шею.

— Впервые мне кажется, что это место небезопасно.

С натянутой улыбкой он пошутил.

— Ты в порядке? А, чего это я. Нет, вряд ли. Глупо такое спрашивать.

Он вытянул руку и коснулся центра грудной клетки.

Рука медленно опускалась и крепко надавливала в определенную точку.

— Агх! Больно…

Он давил несильно, однако эта тупая резкая боль пронзила грудь будто шилом.

— Больно? Разумеется, да…

Он опустил руку и наклонился немного ближе.

— Запомни. Будет какое-то время свербеть, потому как ты вдохнула много амалиона.

Кстати, верно. Когда Аджест покидал зал галлюцинаций, он всегда хватался за середину груди.

Его рубашка была настолько мятой, что было трудно вспомнить ее первоначальный вид. Тем не менее я не знала.

Я не знала, что причиной мятой рубашки была боль.

Это невежество вызывало лишь смех и неприязнь.

— Ха…Если бы я знал о последствиях, то не стал бы просить принести свечу. Мне так жаль.

Как всегда, все то же безэмоциональное лицо, но на сей раз оно было куда мрачнее.

— Ты не должен извиняться. Я сделала, потому как хотела.

Что я могла бы предпринять, если бы не подготовилась?

Если бы я не купила его в тот момент, то на моем пути к своей цели снятия промывки мозгов был бы больший откат назад - и речи бы не шло о продвижении.

— …Какое-то время будешь чувствовать себя сонной и рассеянной. Да и будет сложно вести привычную повседневную жизнь.

Те же симптомы, что и у Аджеста.

После вдыхания большого количества аромата свечи у него появились симптомы, о которых говорил Игельто.

Он смотрел меня смутными и сонными глазами и много спал.

Но спустя несколько дней поправился.

— Я поправлюсь к банкету?

— Банкет? Когда он?

— Примерно через неделю.

— Не переживай, к тому времени уже все пройдет.

Он улыбнулся, будто успокоился.

— А, есть и хорошие новости.

— Какие?

— Пока ты спала, я исследовал состав свечи. Думаю, мне удастся сделать противоядие.

Несмотря на короткое и незначительное слово, на душе расцвела радость.

Игельто, приподняв уголки рта, на меня уставился.

— Сериена.

Когда не послышалось моего ответа, он со вздохом меня позвал.

Но я не могла найти слов для ответа.

Сказать что-либо проще простого. Все, что нужно, сделать медленно и плавно пошевелить языком, вот только ничего не выходило.

Я рада. Невероятно рада.

Ресницы лучезарно трепетали. Приподняв дрожащие ресницы, я расплылась в ослепительной улыбке.

— Спасибо.

— …

— Что не так, Игельто?

Он безучастно заморгал, словно очнулся от моего зова.

— …Прежде никогда не видывал, чтобы ты так улыбалась.

Я разделяла его неловкость.

— Кстати. Не припомню, кто тебе дал ароматическую свечу. Как она оказалась у тебя в руках?

— Тот человек мне передал. Ты не знала?

Аджест?

Никогда бы не подумала, что Аджест, который лишь при одном упоминании Игельто ожесточает черты лица, передаст ему ароматическую свечу.

Разумеется, он всегда помогал мне, так что это воспринималось как должное, но в то же время и весьма странным.

***

Холодная и грубая текстура ощущалась каждым кончиком пальца.

Она нежно дотронулась и опустила руку.

Когда она толкнула перед собой кирпич, тот вдавился внутрь, открыв потаенное место.

Там было выставлено множество ароматических свечей.

Обычно она считала их количество.

57.

Правильное число.

Но почему сомнения так ее и не покидают?

ʹОна украла, покуда хотела кому-то промыть мозгиʹ.

Она знала, что ее дочь не могла этого сделать. Дочь была смышленым и мудрым ребенком, прекрасно знающим ее уроки и разбирающимся, как не угодить в неприятности.

Так почему же она притронулась к ароматическим свечам?

Надо неспешно узнать.

Потому что на данный момент в этом нет нужды.

Она вытерла пыль, скопившуюся на свечах, отчего ее кончики пальцев стали черными.

Тогда женщина нахмурилась. Она ничего не выяснила, но времени оставалось мало.

По мере того как она удалялась из пространства, кирпичи шевелилась, вставая на свои места.

— Герцогиня, пришло письмо.

Как только герцогиня увидела письмо в руке горничной Марины, на лбу появились морщинки.

И все из-за знакомой печати на письме.

Мерзкий узор, где в середине орла была стрела.

Как же это надоело.

Она схватила письмо резким движением руки, будто его выкрала.

«Как долго еще ждать?

Я этого долго ждал. И уже постепенно устаю ждать.

Если так все и продолжится, это не останется все как прежде. Внутри уже пошли трещины. У меня возникают сомнения, что вам можно доверять и ждать».

В содержании едва ли было возможно найти проявления уважения.

Бумага в руке тщетно превратилась в комок.

Она бросила этот комок, но Марина его осторожно приподняла.

Герцогиня Мелфорд прищелкнула языком с негодующим видом.

И, испуская злость, покинула комнату. Позади раздался звук двери, которую закрывала Марина.

Раздавалось звонкое цоканье туфель, как бы отражая все ее чувства.

— А, куда мы направляемся?

— Не знаю. Куда глаза глядят.

Для шепота было немного громко.

Собираясь поднять по лестнице, она услышала звук.

Герцогиня Мелфорд повернула голову в сторону звука. В коридоре толпились ее сыновья-близнецы. Двое детей несли набитые сумки, словно куда-то собирались.

— С нами точно все будет в порядке?

Они не заметили герцогиню.

Герцогиня улыбнулась при виде своих сыновей.

Пора с ними встретиться.

***

После моего пробуждения я отправилась к Аджесту.

Я переживала о костюмах для предстоящего банкета.

Других причин не было.

Нет…я искренне хотела его увидеть.

Широко распахнув дверь, я только потом вспомнила, что забыла постучать.

Трудно сдерживать свое возбужденное сердце.

— Аджест?

Переживание, способное позабыть манеры, превратилось в разочарование.

В комнате не было ни единой души.

Комната с красной ковровой дорожкой была пустой.

Виднелся лишь остывший, но дорогой чай. Аджеста же не было.

Кап-кап.

Во время осмотра комнаты я услышала шум воды.

Звук доносился из ванны.

`Он моется`.

Я слегка смутилась и нагло поступила, увалившись на  его кровать.

От боли голова вновь заныла.

Я пыталась игнорировать эту несильную боль. Я хочу чувствовать счастье, а не страдания.

Я осмотрела комнату, словно напоминая себе о его вкусе. Неожиданно мое внимание привлекло одно место.

Из мусорного ведра торчал бинт.

Я встала, чтобы его проверить.

И присела, внимательно присмотревшись.

Бинт был пропитан кровью.

Тогда поток мыслей остановился.

Щелк. Послышался звук вращения дверной ручки.

— Сериена.

Я перевела взгляд с повязки на него.

Его кожа была влажной после ванны. С волос падали капли воды и стекали по щекам.

Он вышел из ванны в халате, а я растерялась, потому как внутри спальни были лишь мы двое.

— Что это?

Я указала глазами на бинт в мусорном ведре.

— А, пару дней назад поранился во время битвы.

Для Аджеста это не имело важности, но не для меня.

Это вызывало жуткое раздражение.

Кто вообще способен нанести рану Аджесту?

Нет, это не какая-то переоценка. Насколько мне известно, единственным противником, способным противостоять Аджесту, был главный герой.

Но сейчас еще не время для их стычки.

Тогда остался лишь один человек.

ʹМамаʹ.

— Вы переживаете за меня?

Нацепив улыбку, он поправил взъерошенные волосы и слегка приподнял нижнюю часть халата.

Виднелась боковая сторона белого живота с небольшой заживающей раной.

Я протянула руку и провела ей по этой области.

— Тебе больно?

— ….Уже все нормально.

Он закрыл лицо руками, а его уши покраснели.

Ох.

Тогда я осознала свои действия. Это было неосознанно.

— Я переоденусь.

— Ах, да, я вернусь позже.

Я покинула комнату, стараясь больше не смотреть в его сторону.

Пока я шла по коридору, в голове витали мысли.

В последний раз, когда была в особняке, я увидела на ноже «кровь».

Это мне кое-что напомнило. Вдруг эта кровь принадлежала Аджесту?

Это было словно чудесное стечение обстоятельств.

Когда я посетила Мелфордов, то там видела кровавый нож.

Дата и время, когда меня душил Аджест, вполне совпадают.

Неужели это случайное совпадение?

Но весьма возможное предположение, поскольку лишь Аджеста  запирали в зале галлюцинаций.

Заключенных и прочих лиц запирали в других комнатах.

А комната галлюцинаций создавалась специально для Аджеста.

Все мысли двигались в одном русле.

Что, если Аджест отправился к герцогине Мелфорд, вернулся после «чего-то там с ним случившемся» и на время потерял рассудок?

Это довольно правдоподобная гипотеза.

Тогда что это «что-то случившееся»?

Остался еще один вопрос. Аджест сказал, что поранился во время битвы.

Если мое предположение верно, значит, он мне солгал.

Так почему же он лжет?

Ему угрожали?

ʹОчень мало подсказокʹ.

Редко его можно на чем-то поймать.

Крутя в голове мысли, я добралась до передней части комнаты.

Я выдвинула стул и присела.

Я была не уверена, что Аджест от меня что-то скрывает, потому было невозможно что-то узнать.

Раздался обессильнный вздох.

Ничего не знаю.

Тук-тук-тук. Пребывая в замешательстве, я постучала по столу пальцами.

— Ничего себе.

Поразительно, что ответ на отправленное письмо пришел в течение суток, но куда удивительнее содержимое.

«Мне жаль, что доверие между нами дало трещину.

Покуда вы сомневаетесь во мне, я отправляю двух моих сыновей.

Когда вы получите то, что хотите, вы вернете мне детей, хорошо?

Я отправила вам своих драгоценных сыновей, надеюсь, ваше доверие не подорвется.

Более того, дабы стать достойным человеком, вы должны научиться ждать, а не говорить, что время уже поджимает».

Мужчина, взъерошив свои небесного цвета волосы, взглянул на письмо и усмехнулся.

Он знал, что она безумна, но отправить своих сыновей в качестве заложников…

Мужчина, Фиен, тихо положил письмо на стол и покинул комнату.

Если владелец этого письма узнает, что он подсмотрел содержимое, его голова полетит с плеч.

Иначе говоря, подобное может случить из-за беззаботности Фиена или, что еще хуже, по вине его нерешительности.

Его действия опирались на ребяческие мысли – «меня попусту никто не поймает».

Существует лишь одна причина, по которой мужчина, беззаботно живущий, уцелел в столь «мрачном месте».

Он невероятно силен.

— Эй, Фиен.

Громким тоном окликнули Фиена, идущего по коридору вольным шагом.

Этот голос принадлежал тому, кого Фиен больше всех ненавидел.

— Зачем зовешь?

— Дай шанс. Шанс показать мощь и силу.

Снова этот надоедливый.

Фиен даже не скрывал своей неприязни.

— Что за дерзкий взгляд? Ты смеешь игнорировать меня?

Разнесся вопль, но он не был пугающим.

Он не желал забивать этим голову. Для мужчины он был будто мухой, громко жужжащей над ухом.

Фиен потер зудящие уши и пристально уставился на мужчину.

Мужчина, покрывшись гусиной кожей, дрожал.

Ну и трус. Фиен долго смотрел на этого человека и усмехался про себя.

Мужчина, сглотнув слюну, немедля открыл рот.

— Как и было сказано, здешние люди — подлые трусы, лишенные убеждения и не способное что-то предпринять. По их вине честь чернокнижников может быть запятнана.

Это было его собственное видение.

Причина, по которой чернокнижники сидят на месте, не в том, что они боятся, а в том,что еще не пробил час, дабы выйти на сцену.

— Это шанс. Пока те глупцы продолжат прятаться под одеялами, мы выйдем и похитим Святую. Тогда мы сможем установить свое влияние.

Фиен прищелкнул языком, когда увидел, как мужчина столь рьяно выкладывает свои планы.

Что с этим болваном?

Он сам, конечно, тоже еще тот болван, но этот намного хуже.

Он чувствовал себя глупцом, который его все время слушал, и ничего не сказал, заинтригованный этим заблуждением.

Фиен прошел мимо него, не обратив внимания.

— Эй! Секунду…!

Он и не подумал бы, что проигнорирует такие дурацкие слова.

Лицо мужчины покраснело от стыда быть тем, кого проигнорировали.

— Ты еще потом сто раз пожалеешь, что упустил такую возможность, тупица!

Убить Святую.

Если совершать убийство, нужно заранее составлять продуманный и эффективный план. Лицо черного мага нахмурилось.

Встреча с этим мужчиной вызвало лишь раздражение.

Однако, как и всегда, это раздражение быстро исчезло.

Бессмысленные и бесполезные вещи, что случаются ежедневно в этом бренном мире, мгновенно стираются из памяти.

Фиен остановился перед ржавой дверью. Даже не глядя на эту старую ржавую дверь, он догадался о содержимом за ней.

— Хм, надо было дать комнату получше, раз там драгоценные аристократы.

Его тон был пропитан сожалением, но на лице играло удовольствие.

Эта запрещенная зона, но Фиену было все равно, потому он сразу повернул дверную ручку.

Скрии-п.

Магия комнаты начала его отвергать, но Фиен просто ее аннулировал.

— Приветик?

Как и ожидалось, два драгоценных аристократа были вместе связаны.

— Кто ты?

Тот, кто ответил на его приветствие, оказался юношей с дурным характером.

Когда Харон неожиданно увидел появившегося Фиена, внутри него забурлил гнев.

Что за дурная мать!

С тех пор как Аджесту промыли мозги, он выглядел странным и творил дурные вещи.

Но он-то ей сын. Он не думал, что ее прежние желания вернутся и обратятся в него шипами.

— Отпусти, сейчас же! Развяжи, сволочь!

— Прости, но я не могу, верно?

— Что?! Тогда сгинь! Ты, ублюдок!

Для Харона, столь вспыльчивого и улыбающегося ребенка, было естественным кричать и не уметь сдерживать гнев.

Максион, связанный с Хароном, вздохнул.

Ему было не по себе сидеть взаперти, но находится возле этого чертова ублюдка было еще более непосильным; к тому же он был слишком шумным.

Если и сидеть взаперти, то хотя бы в разных комнатах…

— Эй, можно вас кое о чем спросить?

В отличие от Харона, громко вопящего, Максион, сохранявший рассудительность, спокойно разомкнул губы.

— Почему мы находимся взаперти и связаны?

— Что ж, знание причины ничего не поменяет, тебе это правда нужно знать?

— Да, по крайней мере лучше быть осведомленным, чем оставаться в дураках.

В отличие от сумасшедшего мальчишки со скверным характером, этот паренек, который говорил,  зажег в нем интерес. Фиен стал пристально за ним наблюдать.

Странно. Почему он кажется знакомым?

Он подошел к Максиону. Максион сглотнул, увидев его властный вид.

Если ты глуп, то вероятность стать следующим, быстро растет. Эти слова были полностью про Харона.

Но не про него. Пусть юноша и не очень умен, но он был тем, кто думал и осознавал ценность жизни.

Каждый бы здесь почувствовал страх.

— И? Как насчет этого? Я — не твой спаситель и не тот, кто тебе обязан отвечать. Я лишь для того, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Да что за невезение?

Пока он ворчал про себя, Фиен схватил Максиона за подбородок. Максион нахмурился, ощущая грубую хватку.

Фиен внимательно посмотрел на его лицо.

При обычных обстоятельствах он бы не обратил на это внимание, но едва уловимые  воспоминания беспокоили его, так что ему пришлось это уладить.

А, вспомнил.

Знакомое чувство.

Женщина, которую видел в последний раз, когда ходил на аукцион рабов.

Забавно было видеть девчушку, неуклюже переодетую в мальчишку, но благодаря ее пленительной внешности даже он почувствовал в нем ее красоту.

Получается, это брат той девушки? Или же просто похожий человек?

— Вы сказали, что пришли, дабы удовлетворить свое любопытство, так что же вас интересует?

Спросил Максион, сей подбородок был схвачен.

— А, это? Семья Мелфордов — маги, значит, их кровь очень ценна?

Что за олух? Максион, собиравшийся скорчить гримасу, остановился. Была деталь, о которой он догадался.

Сестра Сери!

ʹСтарший брат Михаил жаждал крови Сериены, как же раньше я не понял…?ʹ

Семья Мелфорд, из поколения в поколения рождавшая магов, имела уникальную кровь. И эта особая кровь текла в жилах Сериены.

Он слышал, как Михаил говорил, что у нее самая привлекательная кровь.

Раньше старший брат был ослеплен экспериментами, потому видел в нем жалкого отброса, жаждущего лишь крови младшей сестры, и проявлял к этому безучастность.

В неподходящий момент Харон, быстро уловивший суть, затих, как только осознал, о ком ведется речь.

— Особая кровь…Сестра Сери, не так ли?

Прошептал Харон на ухо Максиону.

Он произнес тихо, но Фиену не составило труда все расслышать.

Ах, тупица! Если бы не Фиен, Максион бы уже накричал на Харона.

— Мне очень нужна особая кровь. Я надеюсь, что она найдется у твоей дорогой сестрички.

ʹАх, какая забавная мысль пришла в голову! Нужно познакомиться со старшей сестрой этих детишекʹ.

Если он с ней встретиться, то точно убедиться, та ли она женщина, что была тогда, на аукционе рабов.

И больше всего…

Он сможет заполучить особую кровь.

Небесного цвета глаза Фиена искрились, как у малого дитя, нашедшего интересный предмет.

Максион, увидев его реакцию, проглотил слюну.

Он чувствовал инстинктивно.

Ошибка глупого брата-близнеца подвергла сестру Сери опасности.

***

Наконец настал день основания страны императорской семьей.

Я села перед зеркалом и равнодушно посмотрела на свое отражение.

Красное платье оказалось красивее, чем ожидалось.

Черное кружево, прелестно расшитое узорами в виде роз, спускалось вдоль ключицы и обвивало линии груди.

Это было платье с глубоким декольте, но оно создавало не ощущение вульгарности, а изящности.

Свисающие сбоку оборки гармонично сочетались и не создавали лишней нагрузки для глаз.

Блестки, полученные путем измельчения драгоценных камней, усыпали подол платья.

Платье, воздевающее манящую атмосферу, из-за красного цвета выглядело соблазнительно.

Это было прекрасно, но слишком вопиющим и слегка обременительным.

В отличие от меня, наряжавшие служанки неустанно хвалили мой образ.

— Боже мой, вы такая красавица! На сегодняшнем банкете все взгляды будут прикованы лишь к вам!

— Герцогу придется постараться от вас отвести бесчисленных кавалеров, которые захотят украсть ваше внимание!

— На сегодняшнем банкете главной героиней, несомненно, будет наша мисс!

— Разве не прекрасно, что все аристократы, посетившие банкет, будут вами ослеплены?

Утрируя и хваля, они мне льстили.

Лесть – ничуть не плохая вещь, но, пока я продолжала ее слушать все больше и больше, мне это уже стало поперек горла.

— Лишь прелестный грош.

После наведенного марафета Игельто, вошедший в комнату, посмотрел на меня, наряженную и накрашенную, и бросил грубое слово.

— Не слишком ли ты худая? Какая-то сухая ветка в человеческом наряде.

И меня пронзила пара суровых взглядов. В этот момент Игельто тихо закрыл рот.

Тук-тук.

— Мисс, вам пора идти.

Я проверила время. Часы показывали, что я уже слегка задерживалась.

ʹДолжно быть, Аджест уже долго ждетʹ.

Со слов горничных, Аджесту естественно долго ждать ради такой красоты.

Нужно всего немного помучиться, чтобы заполучить такую красивую женщину…Нет, ну что вообще они говорят…

Они уверенно мучили хозяина особняка, которому служили.

Я сухо попрощалась с горничными и Игельто, а затем направилась к карете, ожидавшей перед особняком.

Аджест стоял перед каретой.

Солнце постепенно начало садиться за горизонт, а ветер стал подниматься. Так почему же ты тут стоишь и мучаешься?

Его лицо, покрасневшее от холодного ветра, стало еще краснее, когда он увидел меня. От удивления его глаза округлились.

Я пыталась сказать ему, что волнуюсь о нем, но Аджест меня опередил.

— Я не хочу.

— Что?

— Не желаю, чтобы вы приходили на банкет.

— С чего это вдруг?

— Вы даже не представляете, как мне было тяжело в прошлом году.

Аджест слегка вздохнул.

Для меня, неспособной узнать, с какими трудностями ему довелось столкнуться, его слова показались нелепыми.

— Почему вы всуе столь прекрасны…

Аджест недовольно проворчал, и только тогда я осознала причину его действий.

Я перестала смеяться, как надутый шарик. Это было таким абсурдным.

— Ты теперь будешь ревновать?

Если вспомнить, то на прошлогоднем банкете Аджест в одиночку справлялся с довольно странной проблемой.

По причине социального положения он не отвергал молодых леди, просящих танцевать. И потому от меня станет трудно отвести молодых людей, желающих поговорить.

— Вы уверены, что уже это знаете?

Я сглотнула.

Надеюсь, он ничего не натворит на банкете. На данный момент все личные связи прерваны Аджестом.

— Если вы это знаете, смотрите на меня больше. До того, как я доставлю проблем.

— Я не стану смотреть на тебя, потому как ожидаю, что ты что-нибудь натворишь.

— В таком случае я не доставлю трудностей, Сереина.

Аджест бережно коснулся моей щеки и посмотрел в глаза. Фиолетовые очи с опаской сверкнули.

— Я был бы рад, если бы время остановилось.

— …..Что за вздор.

Я оттолкнула Аджеста, державшего меня, и села в карету.

Я села и взглянула на него, все еще растерянно стоявшего снаружи.

— Ну, что ты еще стоишь?

Я легким движением постучала по сиденью возле себя. Аджест взглянул на меня,как одержимый.

— Иди сюда, Аджест.

Я улыбнулась, будто пыталась соблазнить.

Он, томно улыбаясь, догадливо взглянул.

— …И вправду вы.

Покачав головой, он закрыл мне рукой рот.

Лицо, прикрытое большой рукой, отражало непонимание происходящего безумия.

В банкетном зале стояла духота.

Жарко особо не было, но вот лицо очень припекало.

Я зажмурилась, пока мой взор был обращен на ослепляющие огни люстры.

Когда я открыла глаза, то случайно встретилась взглядом с Юлианой. В ответ она мне ярко улыбнулась.

Она выглядела очень занятой, разговаривая с людьми из храма.

— Мисс Мелфорд, ваше платье восхитительно.

Я взглянула на молодых девушек, которые как только подошли, тут же открыли свои рты.

— Возможно, этот наряд….создан, дабы гармонировать с герцогом Агэрнией. Как у влюбленных пар.

Поразительное совпадение. Но да, дизайн платья был похож на костюм Аджеста.

Сначала я подумала, что мне просто показалось, но, видимо, нет.

— Не может быть. Это обычное совпадение.

— Ох, это слишком для обычного совпадения…

Я заметила, что все были уверены в образе парочек. Я отбросила попытки, дабы это исправить.

Полагаю, это не изменит их слов.

Я повернула голову в сторону Аджеста.

Вокруг него кружило множество знати, что было весьма ожидаемым.

Аджест был редким гостем на банкетах, потому множество дворян не упустили эту возможность.

— Возможно, вы двое встречаетесь?

Юная леди, не в силах сдержать любопытство, без стеснений задала вопрос, и другие леди, стоявшие возле, озлобили взгляды.

Но их также пробирало любопытство.

— Нет, мы просто с детства близкие друзья.

Н-да, громко сказано.

Яркие светлые глаза девушек загорелись разочарованием от столь неподходящего ответа.

Многие же с облегчением вздохнули.

У Аджеста был талант привлекать людей. Благодаря этому любовные письма, присылаемые ему, не прекращались.

— Ведь здорово быть таким популярным?

Еще в детстве я в шутку поинтересовалась, когда увидела стопку признаний.

— И зачем мне это? Все равно вы на меня не смотрите.

Я прищелкнула языком, глядя на его недовольную мордашку.

Это была история из детства.

— О чем вы беседуете?

Пока возле девушки бурно меня обсуждали, кто-то подошел.

— Мне было интересно, какое платье мисс Мелфорд заказала в гардеробной мадам Бланш. Оказывается, это очень изящное платье.

Эрджеа Сильвения.

Это ведь подруга Юлианы, главной героини? Если все идет, как и в оригинале, то.

Ей нравился Аджест. Вот почему она ненавидела Сериену, которую он любил.

Никто не желает, чтобы враг преуспел.

Она препятствовала действиям Сериены и служила источником информации для Юлианы.

— Благодарю, мисс Сильвения. Ваше платье также прекрасно.

— Кстати, это платье…как у пары?

А-а, ты пришла сюда лишь для этого вопроса?

Ее реакция такая же, как и у остальных леди. Неужели дизайн так схож?

— Это обычное совпадение.

Несмотря на все отрицания, она подозрительно взглянула.

Я громко рассмеялась.

Я была дурной личностью, потому ради забавы не жалела таких слов.

— Слишком схоже, чтобы быть обычным совпадением, верно?

— Тогда какой ответ хочет услышать мисс? Я сказала — нет, потому как это правда. И, даже если это парный наряд, нет причин это скрывать, верно?

Закончив ответ, я закатила глаза и взглянула на Аджеста, вернее, на его одежду.

Я сделала вид, что на него не смотрю, но вскоре он повернул голову.

Ох, он почувствовал взгляд.

Его красные губы нарисовали дугу.

Я сразу отвернулась. На этот раз мое внимание привлекла Эрджеа Сильвения.

— Мне жаль, что возникло недопонимание. Мисс Мелфорд, впредь вам стоит быть осторожнее. Не стоит надевать схожую одежду. Положение герцога может стать затруднительным. Мои слова лишь отражение беспокойства за вас.

Ну да, беспокоишься ты обо мне. Ах, черт.

Она обвинила меня, что дизайн платья схож с костюмом Аджеста.

Почему в том, что мадам Бланш создала такой дизайн, виновата я…Неужели?

Насколько мне известно, Аджест также заказывает одежду в гардеробной мадам Бланш.

Иначе говоря, очень вероятно, что Бланш специально сделала их на один мотив.

Прежде она думала, что между нами что-то есть.

Потому схожие наряды — неудивительное событие.

— Вам не о чем беспокоиться. Я знаю, что герцог Агэрния не переживает о таких пустяках, ему все равно….

Лишь ты такая проницательная и чуткая.

Брови Эрджеи приподнялись. Она поспешно замахала веером, пытаясь скрыть свое недовольное выражение лица.

— И все время вы говорите похожие…Полагаю, это проявление неуважения к мадам Бланш.

Каждая творческая личность хочет, дабы его работа выглядела оригинальной.

В особенности мадам Бланш, очень гордящаяся своим творчеством.

— По ее словам, это платье ей очень понравилось. Оно из лучших всех ее нарядов. При ваших словах ей было бы обидно, верно?

Я скорчила обеспокоенное лицо.

Некоторые взоры обратились в сторону Эрджеи, но тут же их опустили.

Потому как никто не желает становиться ничьим врагом.

— Боже! Это платье разработала сама мадам Бланш?

— Платье, одно из избранных мадам Бланш…

При восклицании, вырвавшемся из уст девушки, я отпустила свое встревоженное лицо и мягко улыбнулась.

— Но, мисс Мелфорд….

— Входит господин Михаил Мелфорд!

Я сразу перевела взгляд на дверь.

Эрджеа говорила мне грубые слова, но для меня это было подобно жужжанию.

Все звуки и шумы банкетного зала приглушились.

Все внимание было приковано к нему.

Я покинула особняк Мелфорд и написала ему письмо.

Я сильно за него переживала и несколько раз писала ему извинения за то, что он попал под горячую руку герцогини Мелфорд и получил наказание.

«Прости меня! Брат, ты в порядке?»

Эти два предложения повторялись бесчисленное количество раз.

Всякий раз, когда я писала, чувствуя себя виноватой, моя рука, держащая ручку, болела, словно она была пронизана шипами.

«Я в порядке».

Разумеется, эти слова предназначались лишь для моего успокоения.

— Поговорим позже.

— М-мисс?

От растерянности Эрджеа вскрикнула, но я уже ее не слышала.

Я всех обошла.

Когда Михаил меня увидел, его глаза расширились.

Как и всегда, он ярко улыбался.

Так что мне еще больше жаль.

Мне жаль, что я попросила стать своим соучастником. Впредь я подобного не допущу.

Никогда. Никогда его не втяну в свои проблемы.

— Я соскучилась по тебе, брат.

— Ты? По мне?

Будто не веря, он заморгал и спросил.

Я кивнула.

— У тебя все в порядке?

— Разумеется, да. Я здоров как бык. А в отличие от тебя, лентяйки, я прилежен и изо дня в день тренирую свое тело.

Он правда выглядел хорошо, если учитывать его такие глупые слова.

— Хорошо, я рада, что с тобой все в порядке. Почему нет Харона и Максиона….

— …

— Почему молчишь?

Он прикоснулся к шее, будто был озадачен.

— Не знаю. Эти говнюки сбежали.

— Что?

Я не могла себе подобного представить.

— ….Что?

— Они сбежали из дома.

Было бы глупо в этом сомневаться.

Нахмуренное лицо Михаила, темные круги под глазами доказывают — что-то произошло.

— Брат, ты что делал, пока дети сбегали из дома?

— Я тоже не знал! Этот безумный план был очень тщательно подготовлен! Когда я заметил, то, полагаю, они уже покинули столицу. Они оставили лишь записку с надписью: «Не ищите».

— Как долго они отсутствуют?

— ….Чуть больше недели.

— Безумие.

Я старалась сдержать эмоции, вырывающиеся на лицо, и улыбнулась, потому как понимала, где мы находимся.

— Есть ли какие-то подвижки?

— Нет.

— …

— Все было тщательно продумано и подготовлено. Они не оставили никаких следов и ушли.

И где же теперь искать этих двух возбудителей спокойствия…

Если бы они решили уехать куда-то далеко, то пересекли бы границу.

— Не переживай, я все еще их ищу.

— Как ни странно, я не очень верю тому, что говорит брат.

— Эй, что ты…

Печаль отображалась на лице Михаила, но сейчас такое состояние естественно.

— Входит герцог Айтес!

От громкого восклика весь банкетный зал содрогнулся.

Вошедший мужчина с зачесанными красными волосами привлек всеобщее внимание.

Когда он входил, я смотрела него, отчетливо ощущая его присутствие.

Гипрон непринужденно повернул голову.

Невероятно желтые, золотистые глаза случайно ко мне обратились.

Мне кажется, или его золотистые глаза сверкают? Его губы, когда он смотрел на меня, нарисовали дугу и приоткрылись.

Нашел.

Его форма рта будто бы говорила. Я опешила и тут же повернула голову.

Во время аукциона рабов я скрывала свою личность. Однако сможешь ли ты меня узнать…

Глупая идея. Но не стоит терять бдительность.

Потому как нельзя исключаться худшего варианта развития событий— он раскроет мою личность.

Больше не нужно с ним пересекаться.

— Брат, позже расскажешь, как продвигаются поиски.

— Что? Э-э…! Куда ты направилась!

Взгляд Гипрона все еще оставался прикованным ко мне. Избегая непрошеного взгляда, я отошла в угол.

Не было проблемы скрыться среди дворян.

ʾВыйду на террасуʾ.

Помимо того, что следовало скрыться, мне стало не по себе от жары, витавшей в банкетном зале.

Не помешало бы выйти на улицу, дабы охладиться.

Я вышла на террасу.

Мне стало легче от свежего воздуха. И возникло желание расстегнуть плотный корсет.

ʾКогда это все закончитсяʹ.

Вскоре мне придется сообщить Аджесту, дабы мы побыстрее ушли.

Пока я наслаждалась комфортом террасы, из банкетного зала доносилась музыка. Похоже, аристократы начали танцевать.

Плавная музыка пришлась по душе знати.

Она не казалась мне скучной, даже учитывая, какую музыку я слушала в Корее.

ʾХочу питьʾ.

Покуда мне надо было ходить в платье, дабы держать в тонусе талию, с утра мне запретили пить даже воду.

Из-за переживаний на банкете я не чувствовала жажды, но теперь, когда мое тело расслабленное, горло ощущалось пересохшим.

Я покинула террасу с желанием выпить бокал шампанского.

Войдя в банкетный зал, я увидела несколько танцующих пар.

Затем в поле зрения попалась Юлиана с сияющими глазами.

Сегодня она пришла на банкет с людьми из храма, но вот отныне она будет посещать их с Гипроном.

На сегодняшнем банкете между ними образуется любовная связь.

— Ты, там.

Я позвала официанта, несшего на подносе стакан.

Он протянул мне бокал.

В отличие от обычного сладкого аромата вин, у этого напитка ощущался горький вкус, распространяющийся во рту.

Выпив вино, я огляделась вокруг.

На меня пристально смотрел красноволосый мужчина.

Ах. Наши глаза встретились.

Чертов Гипрон Айтес. Как только я хотела избежать этого обременительного взгляда, Гипрон поспешно ко мне зашагал.

Неужели.

Я надеялась, что ошибаюсь, но, похоже, нет.

Многие аристократы смотрели на него, словно одержимые его походкой.

Постепенно между нами расстояние сократилось, и, прежде чем я это осознала, он уже стоял перед носом.

— Мисс Мелфорд.

Глядя на меня, он осклабился.

Это была искренняя и чистая улыбка, но единственным недостатком было то, что он напоминал зверя, обнажающего свои белоснежные клыки.

— Не удостоите меня чести быть вашим партнером по танцу?

Он слегка отпрянул и протянул мне руку.

Я старалась смотреть на него как можно спокойнее.

Осторожно приподнимая уголки губ, я улыбнулась. Вот только внутри меня все пылало.

Согласно оригинальной истории, он должен подарить танец Юлиане, а не мне.

Предложит ли он потанцевать Юлиане или нет — не мое право решать и вмешиваться.

Но проблема в том, что оригинал изменился, и выбор пал на меня.

Что у него на уме? Почему он приглашает на танец меня?

Я не могла узнать мысли этого мужчины, потому от напряжения все тело застыло.

Повсюду раздались тяжелые вздохи.

— Это мисс Мелфорд….

— Как и думала. Герцог Айтес ни танцевал, ни с одной женщиной, кроме мисс Мелфорд.

Странно.

Прежде я танцевала с Гипроном.

Несколько раз я отказывала ему в просьбе.

Но почему я?

Почему он просил меня, а не других женщин?

Ранее я принимала его приглашение без колебаний, но после ситуации с рабами все желание отпало.

Каждый его шаг казался подозрительным.

Тогда, возможно, он заметил.

В таком случае лучше отказаться.

Нет. Возможно, это шанс разузнать его мысли.

Я протянула руку, дабы взять ладонь, им вытянутую, и мое запястье мгновенно с силой схватили в воздухе.

Руку, держащую мою, очень крепко сжали.

Я скользнула взглядом на то, чем был занят Аджест.

Черт, что же делать на его внезапное вмешательство?

— Извините, что поступаю столь бестактно, вас прерывая, но первый танец с Сериеной остается за мной.

С каких пор?

С его уст слетала искусная ложь.

Он изменился в одно мгновение, будто эти ярко-желтые глаза Гипрона, как мелкая рыбешка, действовали на нервы.

— В таком случае, мисс. Удостоите меня чести разделить с вами второй танец.

— Не думаю, что подобное возможно, герцог Айтес. Сереина себя плохо чувствует, потому у нее не хватит сил на второй танец.

Аджест схватил меня за руку и увеличил расстояние между мной и Гипроном.

Его рука, державшая мою, будто прилипла. Однако его руки в перчатках были чисты и аккуратны.

А аметистовые глаза пусть и смотрели на меня ласково, но внутри них бушевала ярость.

Не ходи. Фиолетовые очень свирепо и предупреждающе сверкали.

— Вам, должно быть, известно, Сериена, как и все леди, потратила немало сил на сегодняшний банкет. Но, помимо всего прочего, у нее не очень хорошее самочувствие. Прошу, простите нас.

— Я спросил мисс Мелфорд, которая, вроде как, не герцог Агэрния. Вы даже не поверенный мисс. Трудно сказать, какое у герцога право отвечать замес ее.

Атмосфера была мерзкой и полна заблуждения. Казалось, глаза двух мужчины испускали искры.

Каким-то образом обстановка мне уже встала поперек горла.

Я разомкнула губы, дабы разрешить ситуацию, пока она не приняла более трагичный оборот.

— Аджест, благодарю, что уделил столько внимания к прежним словам о плохом самочувствии.

На мои слова Аджест приподнял уголки рта и ухмыльнулся.

От этого высокомерного поведения брови Гипрона также слегка приподнялись.

— Однако теперь я в полном порядке. После небольшого отдыха, мне явно стало лучше.

Когда детали поменялись, Аджест скривил гримасу в сомнениях.

Жаль, но сомнения верны.

— Увы, но первый танец должен быть исполнен с моим лучшим другом – безоговорочно. Но я соглашусь на вашу просьбу о втором танце.

Я тихонько рассмеялась.

Гипрон довольно кивнул и отступил.

Я повела Аджеста, смотрящего на меня мрачным взглядом, и остановилась в центре банкетного зала.

Дворяне уже давно сверлили нас взглядом.

— Сереина.

— Музыка уже заиграла.

Я закончила с ним речь и зашагала. Аджест привычно обнял меня за талию.

— Почему ты хочешь танцевать с тем ублюдком?

— Это мужчина. Что за грубые слова.

— Разве сейчас это существенно?

Ревнивого Аджеста можно разделить на две части.

Милый или надоедливый и скучный.

Теперь к нему можно отнести второе слово. Я подавляла эмоции насколько могла, потому как мне нельзя было выражать свои чувства.

— Именно мне решать с кем танцевать.

Сила, вложенная в руку, которая обнимала мою талию, возросла.

Я зашагала под плавно льющуюся мелодию.

— Тогда пообещайте, что после танца вы сразу же придете ко мне.

Это напоминало вышивку со странным узором из-за иглы, что не попала в нужное отверстие.

Поддельная улыбка, не содержащая в себя смеха.

При виде этой улыбки мне не оставалось иного выбора, кроме как дать желаемый ответ.

— Вам решать с кем танцевать, но вы знаете, что ради того, дабы быть с вами, в какой-то степени я должен отказаться от свободы.

— …

— При виде вас с кем-то другим во мне бушует шквал ревности. Я хочу избавиться от всего, что возле вас. Но это не моя вина, верно?

— Верно. Это не твоя вина.

Нет.

Тогда я не понимала, был ли Аджест подлым или рассудительным.

Он ткнул меня лицом туда, где я чувствовала себя виноватой.

И так он смог получить желаемый ответ.

— После танца я приду, так что не волнуйся и просто подожди.

Наконец поток музыки прекратился.

Аджест, медленно поглаживая руку, как бы наслаждаясь, отпустил ее.

Будто уже ожидая этого момента, Гипрон схватил меня за запястье.

Он посмотрел на Аджеста, как на преграду, а затем перевел взор на меня.

На сей раз начало музыки заиграло в темпе более быстром.

Рука Гипрона обвила меня за талию, а другие наши руки сложились в замок. Страстный взгляд Аджеста прилип к нам.

Когда Гипрон положил на плечо руку, я вновь убедилась, что все идет вразрез с оригиналом. Эта мысль засела в моей голове.

Мне было как-то не по себе от искаженных оригинальных событий.

Никогда не знаешь – принесет это пользу или же погибель.

Гипрон, глубокомысленно на меня взглянув, открыл рот.

— Недавно мне удалось увидеть человека, очень похожего на мисс.

Моя рука с его плеча чуть не соскользнула.

Человек, похожий на меня.

После этих слов объяснений не последовало, но, вероятно, он имел в виду меня.

О, так он не стал ходить вокруг да около, а сказал прямо?

Очевидно, он хочет здесь узреть мою реакцию.

Его золотистые глаза внимательно станут следить, не дрожат ли мои зрачки, уголки губ или тело.

Нужно вести себя как можно спокойнее.

Учитывая его выбранный путь – он все еще сомневается.

На аукционе рабов он видел меня или нет.

— Вы встречали кого-то, похожего на меня? И вправду занятно. И чем же тот человек так похож на меня?

Он смотрел так, будто желал своими золотыми глазами пробить меня насквозь.

Возникло странное ощущение – от сплетенных наших взглядов меня будто засасывало внутрь.

— У него были такие же алые глаза, как у мисс.

На его холодном лице заиграла странная улыбка.

— Всякий раз при виде ваших глаз, убеждаешься, как они прелестны.

— …Благодарю за комплимент.

— Настолько, что я задумался, существует ли кто-то еще со столь прелестными глазами….

Чем больше он говорил, тем сильнее его глаза расширялись.

— Прелестные.

По какой-то причине он, глядя мне в глаза, постепенно становился увереннее.

Опасно.

— Быть может, эти глаза даже нельзя создать с помощью магии.

Так, это уже точно не комплимент.

Гипрон был тем, кто не разбрасывался комплиментами. Его дикция, выражение собственных мыслей были простым и олицетворяли мужчину лишь одним словом — «прекрасен».

В оригинале подобное произошло с Юлианой.

Он пытался определить, была ли я тем человеком, встреченным на аукционе рабов, или нет.

— Какого цвета были его волосы?

Он скользнул взглядом на струящиеся распущенные серебряные волосы.

— …Пепельного цвета.

Неудивительно. Я ведь тогда скрывала свой истинный цвет волос.

Пришлось разбить его убежденность. На мелкие кусочки.

Постепенно я должна внушать различия между мной и тем, кого он видел.

— Возможно, из-за темноты я увидел серый цвет. Полагаю.

— …

— Потому как стояла ночь.

Вероятно, он хочет укрепить достоверность своих убеждений. Даже решаясь на искажение собственных воспоминаний.

— Тем не менее, поскольку герцог, известный мастер меча….наверняка ваш глаз не мог вас подвести. Ведь у вас чувства развиты гораздо лучше, чем у обычных людей.

Ярко-желтые глаза искали во мне, пытаясь узнать, правда ли я ни к чему не причастна.

В отличие от плавно перетекающей мелодии, в атмосфере, готовой вот-вот дать трещину, царила неловкость.

Умело шагая в такт, я сохраняла спокойствие.

— Интересно, как герцог познакомился с той женщиной.

— Тот человек…был мужчиной.

— А, вот как. Вы сказали, раз он похож на меня, то, разумеется, я подумала о женщине. Видимо, я вас неправильно поняла.

Настолько невозмутимое поведение.

Тогда я была одета в мужчину.

Вот почему я упомянула слово «женщина».

Он даже поправил мои слова, уточнив, что тот был мужчиной.

И все же его не покидали сомнения насчет меня.

— Похожего на меня….Я бы хотела познакомиться с человеком, которого видел герцог.

— Я тоже.

Быстрый темп мало-помалу замедлялся, тем самым предупреждая, что наш танец подходит к концу.

— Я бы хотел встретиться снова.

Его янтарные глаза пристально на меня смотрели.

Прижатые тела разнялись танцем. Мы повернулись друг к  другу лицом и попрощались.

Это была формальность, принятая после окончания танца.

— Тогда пообещайте, что после танца вы сразу же придете ко мне.

Слова Аджеста эхом раздались в ушах.

Идиот.

Даже без его слов и так все ясно.

Его одержимость мной была напрасной.

Неудивительно, что когда-нибудь она лопнет и исчезнет, как мыльный пузырь.

Я осмотрела банкетный зал в поисках Аджеста.

Один аристократ взволнованно огляделся, вынул из-за пазухи круглую таблетку и положил в бокал.

Дворянин уставился на светловолосую женщину, держа шампанское с лекарством.

И с легкой улыбкой зашагал.

Женщину, на которую он все время смотрел, я прекрасно знала.

П.п

Круглая таблетка –вероятно,что таблетка, учитывая, что автор написал круглое, хотя само слово просто означает лекарство.

Юлиана.

Я направилась прямиком к ней.

Слова Аджеста, вспомнившиеся сейчас, уже забылись.

Аристократ дружелюбно улыбнулся Юлиане, сказал пару фраз и естественно поднял бокал, как бы предлагая выпить.

— А, благодарю…

Незадолго до того, как Юлиана взяла бокал, я его сумела выхватить.

— Напиток.

Я передала бокал аристократу, который вручил вино Юлиане.

Неожиданно аристократ тревожно прикусил губы.

— Что за неуважение! Я дал бокал мисс Святой….

Он собирается так себя бесстыдно вести?

Что ж, тогда это лучший способ для такого мелкого тупицы…

Уголки моих губ скривились от мерзости.

— Я хочу кое-что проверить. Мне довелось увидеть нечто занятное.

— Я…Верующая Сериена, нет, мисс Мелфорд.

Юлиана меня схватила за руку, будто растерявшись от неожиданной испорченной атмосферы.

Я взглянула на нее.

Я никогда не выставляла на показ свое бесцеремонное поведение.

Потому как мне нужна Юлиана до тех пор, пока я не освобожу Аджеста от промывки мозгов.

Ведь именно она в романе избавила Аджеста от внушения.

— Вы сейчас надо мной насмехаетесь? Вы отнимаете вино, поданное святой….Я…Ах…Что это…

Это был момент, привлекший внимание.

Мужчина завопил еще громче, не подозревая, что переходит черту.

— Я прежде уже говорила, что увидела нечто занимательное.

— Ваши слова бессмысленны….

— Я видела, как вы что-то добавили в бокал, врученный святой.

Аристократы, притворявшиеся глухими, не могли скрыть удивления.

Посреди шумного банкетного зала дворяне не находили себе места.

— Вы впутываете меня в неприятности! Вы утверждаете, что я подложил яд в бокал с вином, предназначенный святой? Вы загоняете человека в угол, будто он преступник! В какой стране себя так ведут!

— Разумеется, как вы и сказали, я могла неправильно понять. В таком случае я принесу извинения и уйду.

— Хорошо! Тогда, если я выпью, вы это сделаете?

На смену трусости пришла манера величия.

Его плечи, испуганно дрожащие, без зависти расправились.

— Дайте мне этот бокал.

Что, это странно.

— Подождите.

Я отдернула руку, державшую напиток, избегая руки мужчины, протянутой к бокалу с ядом.

— Почему вы избегаете? А, в таком случае вашу ложь бы разоблачили?

С подлым лицом мужчина моментально налетел, будто нашел идеальный изъян.

Взгляд окружающих по мере ухудшения обстановки и поведения мужчины становился все недовольнее и презреннее.

Аристократы, бросающие на мужчину суровые взгляды, смотрели на меня, сдерживая издевку.

Так или иначе, мне было все равно, потому я открыла рот.

— Я где-то слышала, что для людей с божественной силой обычные лекарства не эффективны.

Я взглянула на Юлиану с прекрасной улыбкой.

— Существуют особые средства, предназначенные для тех, кто обладает святой силой. Этот поразительный препарат не оставляет следов даже после тщательного осмотра бокала.

Яд.

Если средство в этом бокале действует на тех, кто обладает святой силой…Это яд особого изготовления.

И этот препарат трудно получить. Только через нелегальную торговлю — и никак иначе.

— Мисс Святая. Почему бы вам не проверить содержимое?

Снова оригинал с искаженной последовательностью.

Сначала Гипрон попросил меня танца, не следуя оригиналу.

Так что шансы велики...

Быть может, этот аристократ был тем самым «аристократом», упомянутым в романе, который помог привести черных магов в банкетный зал.

— Давайте, Святая.

Я взяла ее руку и протянула стакан.

Лицо дворянина посинело, что аж стало жалко.

Юлиана моргнула и высвободила свою святую силу.

Был поистине завораживающий вид сияющей энергии, который ослеплял глаза.

— Святая, что скажите?

— Э-это…быть не может…Не верится…Почему в стакане это…

Все идет вразрез оригиналу.

Согласно роману, Гипрон должен был остановить аристократа прежде, чем он к ней приблизился.

Однако он этого не сделал.

Потому как все его внимание было приковано к другому. Существует большая вероятность, что черные маги прячутся здесь, внутри зала.

— Почему вы так поступили?

— Т-то…

На синих глазах Юлианы навернулись слезы.

Ее светлость и наивность сделали ее лицо еще жалостливее.

— Мое поведение было каким-то оскорбительным?

— Э-эт….!

Аристократ вынул из-за пазухи кинжал и рванул. Последующее произошло мгновенно.

— Кияк!

Дворянин замахнулся кинжалом на Юлиану.

Между тем я рефлекторно к ней потянулась.

— Ык….

Острый кинжал глубоко пронзил мою руку.

Лезвие прошло сквозь руку, и в воздухе забрызгали алые капли крови.

Тогда наблюдающие аристократы от удивления вскрикнули.

— Кия-я!

— Кто-нибудь остановите этого человека! Нет, позовите охрану!

Я схватилась за раненую руку и отступила.

— Верующая….! У вас все в порядке?

— Как видите…не все в порядке.

Глаза аристократа наполнились туманностью.

Словно безумец, он, отчаянно махнув кинжалом, вновь рванул, намереваясь разрушить не только свою жизнь, но и мою.

Я поспешно использовала магию.

— А-а!

Мгновенно тело мужчины охватило пламя огня.

У меня не было времени на вычисления, потому пришлось все делать на ходу. К счастью, все вышло удачно.

— А-а-а! Вы, ублюдки…..Кх! Чем вы занимайтесь! Спасите меня! Убейте эту женщину и святую….Поторопитесь!

Собравшиеся в банкетном зале аристократы громко завопили, дабы кто-то остановил того человека, однако, опасаясь, что и они могут стать жертвами, отступили на шаг.

Воспользовавшись случаем, те, кто нацелился на Юлиану, подбежали.

Их было весьма много.

Размышляя, кого убить первым, я произвела расчеты, придумывая магию, которая бы с ними быстро расправилась.

— Кияк!

— Ак! Помогите! Больно!Больно!

Пришло время выпустить магию. Но.

Фигуры чернокнижников, прежде которые выбежали, необычно набухли, как шарики, и лопнули.

Легонько, как лопаются воздушные шарики. Жизнь людей мгновенно была прервана и раздавлена, будто игрушка в руках маленького ребенка.

В момент смерти они задыхались от боли.

Это были лица тех, кто испытывал самую ужасную боль в своей жизни.

Оставшиеся темные маги, увидев это позади, вздрогнули.

Они боялись так мучительно умереть.

Вопрос, кто их убил, быстро разрешился.

Я увидела шагающего передо мной Аджеста.

Таким безжалостным способом их убил не кто иной, как Аджест.

Мурашки пробежали по всему телу. И не по вине безжалостного их убийства.

Казалось, что он обо мне заботился, когда душил…

Бесчисленное количество раз я прокручивала в голове и повторяла, что он может меня убить после снятия промывки мозгов.

Но уверенная решимость выгорела дотла и разлетелась по воздуху.

Аджест, свободный от промывки мозгов, был могущественен. Не нашлось бы никого, кому бы было под силу его остановить.

Если бы Аджест попытался меня убить, моя бы жизнь могла закончиться гораздо болезненнее, чем их.

— Сериена.

Кап-кап. Аджест ожесточил черты лица при виде крови, сочившейся из руки.

Он развязал галстук на шее и обмотал им как повязкой мою руку.

— Потому я и сказал подойти ко мне сразу после танца.

— …

— Почему вы не сдержали своего обещания?

Его суровый взгляд упрекал меня.

Рана, которая не чувствовалась даже после удара кинжалом, засвербела от прикосновения его взгляда.

Я не нашла слов для ответа. Голова разом помутнела. Смотря в эти бездонные и огрузлые глаза, я часто была не в силах подобрать нужные слова.

Между тем в банкетный зал прибыла охрана.

Запоздалая стража схватила оставшихся черных магов.

Они были так напуганы, что даже не сопротивлялись. Дрожа всем телом, они покорно отдались в плен.

После расспроса в темнице их личности наверняка раскроются.

Эта часть принадлежала истинному сюжету.

— Сериена, я вас исцелю!

— Хватит.

Прежде чем я успела ответить, Аджест остановил Юлиану.

Юлиана не могла сдержаться из-за неуважительной манеры речи.

Я тоже озадачилась резким и холодным тоном, но, не показывая эмоций, я разъяснила Юлиане.

— Я искренне вам благодарна, но святая сила не сработает, поскольку кровь магов Мелфордов невероятно сильна и устойчива.

Святая сила и магия.

Эти двое способны противостоять друг другу.

Так что святая сила сработает не на всех.

Святая сила не подействует на того, у кого сильная склонность к магии. В моем случае так и было.

Поскольку Мелфорды из поколения в поколения рождались магами, у них была сильная волшебная кровь.

Напротив, Аджест отличался от меня, потому что был редким случаем. Он родился с врожденной магией в семье, в которой не было даже малой крупицы магии.

Поскольку он обладал слабыми магическими склонностями,божественная сила легко могла на него подействовать.

— Ау!

Галстук крепко обвязал мою руку.

Я нахмурилась от ощущения сдавливания раны. Казалось, что рана разрасталась, а кровотечение и вовсе не останавливалось.

— Больно, Аджест. Ты нарочно так делаешь?

Я быстро повернула голову и увидела Аджеста, сосредоточившегося на забинтовывании моей руки.

Обладая такой скрупулезностью и внимательностью, он не ошибался в контроле силы даже при завязывании какого-то галстука.

Ведь одна из самых важных вещей при изучении меча — это контроль силы.

— Все же. Не я тот, кто должен заботиться о вас. Разве не вы виноваты в ране, случившейся по вашей оплошности?

Особенно сегодня он вел себя невероятно хладнокровно.

Я хотела ему сказать много резких слов, но не желала открывать рта при виде Юлианы.

— Р-рана из-за меня. Мне жаль.

Она взглянула на меня в слезах. И ее заплаканное лицо постепенно залилось горькими солеными каплями.

— Не понимаю причины слез святой. Пострадала ведь мисс Сереина.

Я удивилась Аджестом, жалящим в ответ язвительными словами.

Я наступила ему на ногу, намекая остановиться.

Каблук был острым и высоким, так что он определенно ощутил боль.

ʹПочему ты себя так ведешь?ʹ

Когда я прожигала его взглядом, Юлиана, смотря на меня, неловко улыбнулась.

Не было нужды проявлять доброту к Юлиане, но Аджест попусту усугублял положение.

— П-простите, мне не следует плакать….

— Нет. Ничего не поделать с физиологическим явлением. Аджест обычно себя так не ведет….Он немного вспылил, потому как беспокоился.

Черт, на кой я должна все объяснять.

Хоть я и была заносчивой героиней, но так себя вела редко.

Как можно всегда бесстыдно себя вести?

— И, Святая, в это случае нужны не извинения. Просто поблагодарите.

— Ах, п-простите. И большое вам спасибо. Без верующей я бы…я обязательно отплачу вам за милость.

— Хорошо, прошу, отплатите за милость. Так что…Вы готовы прийти в любой момент, когда мне понадобится помощь?

— Конечно, зовите меня в любое время. Я всегда отплачу вам за благодарность.

Юлиана произнесла, будто обещая бесспорно выполнить просьбу.

Когда наступит тот день, вероятно, оплата будет напрямую связана с промывкой мозгов. Такая мысль прошла в моей голове.

Неожиданно издалека выбежал один слуга.

— Мисс Мелфорд. Его величество император велит вам отправиться на лечение.

Не так уж и быстро.

Император вышел с охраной наказать тех, кто осмелился прервать банкет в честь основания страны.

По мере взросления он становился более смиренным, но поведение казалось разумным, если вспомнить его молодость, проведенную в сражениях.

Вот только забавно, что спустя столько времени он решил проявить заботу.

— Пойдемте, Сереина.

Аджест снял с себя плащ, накрыл меня и толкнул в спину.

Мне пришлось последовать за слугой, взявшим на себя инициативу.

— Я-я тоже….! Могу ли я пойти с вами?

Стоя позади нас, поспешно выкрикнула Юлиана.

Лишенная возможности помочь своей святой силой, она хотела собственными сливовыми глазами убедиться, как мое состояние улучшается.

— Нет. Святой нельзя идти. Для Сериены стабильность превыше всего.

Стабильность. Я, вроде как, не больная с неотложной помощью.

— Я с нетерпением буду ожидать нашей встречи, Святая.

Я оставила ее и последовала за слугой.

— Если бы не герцог Агэрния и мисс Мелфорд могло бы случиться нечто трагичное.

— Его величество император должен их наградить.

— Верно. Благодаря им в такой знаменательный день мы оказались все в безопасности.

Услышав звуки позади себя, я мысленно рассмеялась.

Вы хотите расхвалить нас даже при виде той безжалостной сцены убийства?

В этой ситуации никто не покидал зал, заботясь о собственной безопасности. Все только дрожали.

Сомневаюсь, что это смешно…..

Люди храма подошли к Юлиане, оставшейся одной.

— Святая, вы в порядке?

Они чувствовали на себе вину, что не смогли в тот момент защитить святую.

— Благодарю за заботу. Сейчас же я хочу побыть одна.

Юлиана отгородила от себя людей храма.

Для нее они были семьей, но на данный момент ей хотелось побыть одной.

— Это не так, святая. Прошло совсем немного времени с тех событий.

— Верно! Сейчас опасно. Вы должны оставаться подле нас.

Все они переживали за святую, однако Юлиана, глядя на них, покачала головой в знак отказа.

— Искренне прошу вас. Я хочу сейчас побыть одна. Простите.

От горестного вида святой им пришлось отступить от своих слов.

— В таком случае мы будем держаться в стороне. Прошу, возвращайтесь скорее.

— Спасибо за понимание.

Она натянула улыбку и вышла в сад.

Трудно.

Она плюхнулась на фонтан, будто лишилась всех сил.

Кап-кап-кап-

Из-за бурного потока воды из фонтана ей с трудом удавалось расслышать звук шума, раздающийся вокруг.

После становления святой она не поменялась.

Она не могла ничего поделать. Юлиана была защищена благодаря своему статусу святой.

Однако защита не всегда надежна и сильна.

Сегодня было худшее.

Даже навредила окружающим. Сериена пострадала по ее вине.

Она думала, что та хотела с ней сблизиться….

ʹНевозможно, что за бредовые мыслиʹ.

Она тяжело вздохнула.

Кап-кап.

Из синих глаз текли соленые слезы и пропитывали влагой щеки.

— Не понимаю причины слез святой. Ведь пострадала мисс Сереина.

Как знать, возможно, эти слова сковали ее душу. Она не хотела, дабы люди застали ее плачущий вид.

Было ясно, что это вызовет беспокойство.

Впредь нельзя проливать слезы.

Юлиана, нужно быть сильной.

Она успокаивала себя, повторяя вновь и вновь, но было не так просто.

— Почему ты плачешь?

— Хык….!

Когда он подошел?

Она так сильно была поглощена слезами, что не заметила, как кто-то приблизился.

Юлиана поспешно вытерла слезы и поднялась с места.

— Нет нужды вставать, вот, возьми.

Юлиана подняла голову и взглянула на мужчину.

Мужчина с волосами небесного цвета протянул ей платок, слегка согнув глаза.

Она бесцельно уставилась на мужчину.

Мужчина исключительной красоты производил впечатления дурного мальчишки, но телосложение источало зрелость.

ʹКто это?ʹ

Внезапно взяв платок, она пристально уставилась на него.

Его манера поведения отнюдь не похожа на аристократа, но в пренебрежительном привычном тоне ощущалось нечто благородное.

— Ты ведь святая?

Он знал, кем она была.

Зная, что она святая, он непрерывно говорил в неуважительной форме речи. Однако она не рассердилась.

Не из-за его личности, которая была исключительно милосердна, а просто из-за его проявленной доброты. И напряжение тут же снялось.

— Да, я святая…

— Ах, я рад.

Довольный мужчина взял Юлиану за руку. Она удивилась неожиданному прикосновению.

— Я слышал, что святая была с Сереиной Мелфорд. Тебе известно, где она?

Этот мужчина, Фиен, пришел сюда лишь с одной целью – встретить Сериену.

Но те глупые сученыши доставили проблем. Он опоздал, так что не знал, где находилась Сериена.

Пройдя весь этот пусть, он разозлился, что все усилия оказались тщетными.

Быть может, тех идиотов пытают в тюрьме. Это определенно был их конец.

— Это… почему вы спрашиваете?.

— Что, ты мне не скажешь?

Когда мужчина сделал печальное выражение лица, Юлиана озадачилась, терзаясь в сомнениях, как поступить.

Мужчина проявил к ней доброту, но остальное внушало подозрение.

У нее не было намерений ему говорить о делах других.

— Мне жаль, но я не знаю. Сереина отправилась куда-то за слугой, дабы залечить раны.

Она тихо произнесла ее имя.

Сереина. В это время, как сейчас, или когда хотела бы назвать ее имя. Она переживала, что могла произнести его в грубом тоне.

— А? Вон там?

Мужчина смотрел прямо вперед.

Юлиана повернула голову туда, куда направился его взгляд.

Вдали Сереина садилась в карету. Странно, но ее сопровождал кучер.

Это карета была с гербом семьи Агэрния.

ʹА? Почему здесь нет герцога?ʹ

Очевидно, что они вдвоем приехали в одной карете, но почему обратно уезжает она одна?

Сериена была партнершей Аджеста. Так что она должна была ехать в одной карете с герцогом Агэрния.

Так что не должен ли герцог Агэрния, возвращаясь с банкета, доставить Сереину в герцогство Мелфорд?

Это принцип социального мира, известный Юлиане.

— Тогда я пойду. Платок оставьте себе.

— М-минутк….

Мужчина прищурился…а затем исчез из ее поля зрения.

Обеспокоенная, что может произойти, она должна как можно быстрее доложить Сериене о случившимся.

Но…ей не было видно, уехала ли карета.

ʹВсе ли будет в порядке?ʹ

По лицу одному судить нельзя, но вид мужчины казался безобидным.

Настолько, что ее волнение улетучились.

Черт, кто этот мужчина.

Юлиана озадаченно уставилась вниз, где стояла, пока не телепортировалась.

***

Рана была глубокой, а кровь не останавливалась.

Разорванная рана была ушита иглой в пять швов.

Галстук, которым он мне обвил руку, промок от крови.

Мне нужно было скоро уходить, но тело не слушалось. В лазарете я лежала на кровати и тупо смотрела в потолок.

Казалось, что протянутая рука вот-вот достигнет потолка.

— Почему вы не сдержали обещание?

Аджест положил на кровать голову.

Аметистовые глаза были темными. Я щелкнула его по лбу здоровой рукой.

— Это ты говоришь сейчас? Я не могла сдержать твое обещание.

Плащ, которым он недавно меня накрыл, застрял в небольшой щели между кроватью и стеной.

Я схватила его и тут же вытащила.

— Так или иначе, это было опасно для человека. Вот почему я не могла сдержать своего обещания и поспешить к тебе.

— Какое это имеет отношения к вам?

— Что?

— Изначально вы не интересовались, кто и что делает. Почему вы ее спасли?

Он выглядел недовольным.

Потому как не сдержала обещание? Получила рану?

Что сделать, дабы успокоить его гнев?

Я осознала только что пришедшую мысль и ухмыльнулась. Прежде это было бы невообразимым.

Когда я жила в Корее, моей гордости не было предела. Но сейчас она не пронзает небеса…

Я бы никогда не подумала стихать чей-то гнев. Я просто вижу, что между нами могут испортиться отношения, потому так поступаю.

Иначе я не смогу вести общественную жизнь, когда повзрослею.

Будучи ребенком, я слышала эти слова, вечно жужжащие над ухом.

Ты не представляешь насколько знаменательно, что я пытаюсь освободить тебя от промывки мозгов или утешить твой гнев.

— Спасибо, что прикрыл своим плащом. Ты единственный, кто обо мне заботится.

Я накинула на него плащ.

Когда я прикрыла его одной рукой, дабы не использовать поврежденную, то вид получился неопрятным.

Плащ свисал на одну сторону. Если он просто дернет плечом – тот тут же беспомощно упадет.

— Не меняйте тему разговора.

Не удалось.

Лукаво улыбаясь, я переместила тело в сторону.

Когда я прислонилась к стене, на маленькой кровати образовалось пустое место.

— Немного прохладно. Останься возле меня, Аджест.

Я похлопала по месту на кровати рядом с собой.

При этих словах Аджест моментально бы залез на кровать и крепко меня обнял.

— Накройтесь одеялом. Тогда вам не будет холодно.

Ответом послужила холодная фраза.

Он вправду был на меня зол.

Я думала ситуация уляжется, если немного его утешить.

Если я ласково улыбнусь и нежно прошепчу сладкие слова, ситуация разрешится.

Однако это была ошибка и моя излишняя самоуверенность.

Он зол, потому не остается иного выбора, кроме как стать серьезной.

— Почему я заботилась о святой? Нет ничего плохого, чтобы сдружиться, воспользовавшись случаем.

Можно ли это сказать ?....

Я вправду стала свидетелем, как святая сняла его промывку мозгов.

Так что я пытаюсь с ней подружиться…Как- то так?

Если произнести эти слова, уже очевидно, какое выражение лица он скорчит.

Как бы сильно он меня ни любил, я не смогу не выглядеть в его глазах сумасшедшей.

— Так поступать и в конце концов получить рану? Он напал на святую.

— Верно.

— Почему вы вмешались? Если бы не вмешались, то бы не пострадали.

Взглянув в ледяные огрузлые глаза, я убедилась. Его не убедить моими словами.

— Думаю, ты слышал. Я часто посещала храм и там виделась со святой. И несколько раз мы беседовали, так и сдружившись.

Настоящая ложь во спасение.

Это единственное, что я могла сказать.

Я и Юлиана близки? Даже собака, прошедшая мимо, засмеется.

— Близость? Настолько сблизились, что за несколько встреч в вас разгорелся дух самоотверженности? Вы, кто никому не отдает сердца? Чушь какая.

— Эти встречи были настолько важными и значимыми, что их стало достаточно для самоотверженности. Ты же знаешь? Я довольно никчемна в отношениях.

— Ложь. С каких пор вы сблизились со святой….

— Не думай, что тебе известны все связи. Если бы ты детально знал все мои отношения, это было бы жутко. Мне с тобой было бы трудно общаться, как сейчас.

Но вполне разумно, что Аджесту были известны многие мои связи.

Потому как у меня был узкий круг общения.

Мне было не так просто привязаться к этому миру.

Я была занята устранением людей, стекавшихся вокруг меня. Возможно, это оказало на меня влияние.

— Я пытаюсь снять промывку мозгов из-за теплых к тебе чувств. То же касается и святой.

— ….Вы.

Чем больше я говорила, тем сильнее пылало его недовольство.

Буль-буль –

Если побольше подкинуть масла в огонь, его горячие эмоции, как вода из фонтана, слетят с уст.

— Вы считаете, что меня можно сравнивать со святой? Я был с вами почти все 10 лет. А святая?

Каждое вырывающееся слово, напоминавшее жуткий звук царапания по доске, пронзало мое ухо.

Я больше не желала слышать его голос, вызывающий раздражение.

— Важная встреча? Смешно. Просто побывали несколько раз в храме и случайно с ней встретились. Как такое возможно? Почему вы защищаете святую от увечий и говорите, что с ней близки?

— Почему ты мне не веришь?

— Если бы вы хотели, чтобы слова звучали так, что в них можно было поверить, вы должны были заранее придумать более правдоподобное оправдание. У вас есть то, что вы от меня скрываете?

Не отступая и рыкнув на меня, он неожиданно задал вопрос.

Голос становился все громче и громче.

— Мне ненавистно, что вы пострадали, защищая святую.

— Спасибо за беспокойство, но в любом дальнейшем вмешательстве нет нужды. Твоя придирчивость к словам занудлива и надоедлива.

Я позже осознала, что спорила с Аджестом, а не пыталась его понять.

В таком случае разговор с ним затянется. Мы будет относиться друг к другу на эмоциях, позабыв о разуме.

Я не смогла его убедить.

Это было платой за то, что я не могла предотвратить последующие слова.

— Сереина, ваши глаза не отрожали дружбу, когда вы смотрели на святую. Но, если вы считаете свои слова верными, то должны это знать.

Он саркастически меня высмеял.

Уголки губ приподнялись.

Подобно змее, извивающейся в физалисе, внутренности плотно скручивались.

И правда у нас с ним одинаковый темперамент.

Из-за его легкомысленной любви, он всегда мне проигрывал.

Он, который хватался и продолжал за меня цепляться, раздражал.

Я более не хотела, дабы он за мной следовал. Хотела выдернуть все когти ему, который набрасывался и впивался ими, как животное.

— Я не знаю, как тогда смотрела, но тогда какими глазами смотрю на тебя я? Для тебя все иначе? Ты думаешь, что для меня особенный? Не пойми меня неправильно, Аджест.

Не останавливая порыв эмоций, я изливала свои слова, будто взрывала мины.

Атмосфера заледенела, словно я заплатила справедливую цену за свою ошибку.

Его фиолетовые глаза стали до жути холодными.

Несомненно — я сошла с ума. Иначе как я могла подобное сказать?

Я ошиблась в словах.

Я допустила ошибку в порыве гнева, потому что он продолжал непрерывно за меня цепляться.

Пролитую воду уже не собрать, но даже оставшуюся воду необходимо сберечь.

Я разомкнула губы, дабы исправить слова, но мне лишь удавалось слегка приоткрывать рот, не имея сил что-либо сказать.

Он для меня особенный. Но почему я сказала те слова?

Правда, страшно. Сердце было совершенно неискренним.

— Полагаю, это заблуждение.

— …

— Если я для вас незначительный, то почему вы собираетесь освободить меня от промывки мозгов?

— …

— Я не был уверен с тех самых пор, как вы заявили, что освободите меня от промывки мозгов, но когда вы рискнули – убедился.

Резкий голос, звучавший до сего момента, куда-то подевался, и на смену ему пришел спокойный тон.

— Так что, Сереина, скажите, что мои прозвучавшие слова были неправильными.

Аметистовые глаза жалостливо дрожали.

— Если бы я до сих пор жил в трясине заблуждения, это было бы самым отчаянным. Лгать — обыденная вещь. Так что, прошу, скажите, что это ошибка.

Прошу, Сериена.

Его губы, мучительно приоткрывшись, настойчиво призывали меня.

Правда почему я должна сказать,что он просит?

Или же сказать истину, не скрывая ложь.

По тыльной стороне его руки, сжимавшей простыню, выступила вена.

Если я отвечу, что это не солгала, то из-за потрясения сосуды, сердце и мозги разлетятся на кусочки.

Я положила руку на тыльную сторону.

— ….Это было ошибкой, прости, Аджест.

Я опустила голову, не зная, как ему смотреть в лицо.

У меня бы не хватило смелости все это выдержать.

Я скинула с себя одеяло и сказала ему, как бы закрывая тему.

— Давай на этом остановимся.

Все, что я делала, было формой избегания, дабы побыстрее с этом покончить.

Я попыталась встать, поддерживая себя незабинтованной рукой.

Если бы он только не схватил меня за руку и не заставил сесть на кровать.

Он снял плащ, за который я вцепилась, и вновь на меня его накинул.

Его две сильные руки, делающие вид надевания одежды, украдкой обняли мое тело.

— На улице ветрено, потому накройтесь.

Горячее дыхание коснулось моего уха.

Он прижался губами к уху и меня обнял.

— Я проиграл, так что делайте все, что пожелаете.

Горький смех слетел с его уст.

Как и всегда, и на этот раз он подавляет свой гнев и стихает мою злость.

Так ты считаешь, что я якобы выиграла спор?

Нет. Абсолютно. Осталось только сожаление.

Если это вспомню, то пожалею о случившемся. К несчастью, уже не исправить этот глупый след произошедшего.

— Но, Сереина, я надеюсь, за исключением раны, с вами все будет хорошо.

Это то, что я хотела произнести. А его глаза просто олицетворили мои мысли.

— Я допустил сегодня ошибку, мне очень жаль. Всему виной глупые переживания из-за вашей раны.

— …

— Я не хотел вас порицать. Я лишь волновался, что вы поранитесь, что сегодня и произошло, потому мои поступки были неверными.

Тон его голоса стал тише и теплее. Он нежно погладил по моим волосам.

— Вот почему мне не по душе снятие внушения. Хотел бы, чтобы вы этого не делали. Ведь я знал, что это причинит вам боль.

Он намекает, чтобы я прекратила все свои старания и отчаянные попытки ему помочь.

Между нами возникли разногласия насчет вопроса «промывки мозгов».

— Ты пытаешься мне сказать все прекратить?

— Если я скажу прекратить, вы остановитесь?

— Никогда.

— Послушайте. Ведь я же вас знаю насквозь? Вы упрямы, никогда не прислушиваетесь, не уступаете своей точки зрения и ведете себя эгоистично, но вас трудно назвать бескорыстным человеком?

Он вел себя так, будто прекрасно меня знал, но я отчетливо слышала в его словах порицание.

Когда я приподняла брови, он ухмыльнулся.

— Вы не остановитесь. Делайте, как пожелаете. Но, если нагрянет опасность, немедленно уходите и не допустите причинения себе вреда.

— …

— Это то, что я хотел сказать.

Ты правда заботишься обо мне до самой глубины души.

Поэтому взор обратился на него.

Он заботился обо мне больше, чем семья, связанная со мной кровными узами.

Хотя я знаю, что это самый просто способ жить по воле матери, герцогини Мелфорд.

Причина его выбора ясна.

В отличие от моей матери, пытающейся использовать меня в своих интересах, он всегда ко мне тепло относился, даже если ради меня был использован.

Но это не «искренность». Все из-за промывки мозгов.

Осознание этого факта с легкостью лишало с ним меня комфорта.

Эти отношения тяжелые и степенные, но они хрупкие, как стекло.

Именно тогда я осознала правду.

Даже если я одержима промывкой мозгов и никогда с ним не прекращу отношения, в этом состоянии мне станет ненавистно до конца оставшейся жизни тратить на это нервы.

— Прости, Аджест….

Его руки были мягкими и нежными.

Я глубже погрузилась в его объятия. На некоторое время я его обняла, а затем отпустила.

— А теперь пойдем.

Я встала с постели. Аджест хоть и выглядел опечаленным, но все-таки последовал за мной.

Выйдя из комнаты, я почувствовала холодный воздух. Снаружи дул более жгучий ветер.

Плащ, которым он меня накрыл, был зазря надет.

— Герцог Агэрния!

Сквозь тихий коридор слуга поспешно подбежал.

— Е-его величество вас зовет!

Слуга сделал глубокий вздох, будто долгое время бежал.

Хмурый взгляд Аджест похоже еще долго не станет спокойным и довольным.

Сегодня ему с трудом удавалось управлять своей мимикой.

К счастью, в коридоре темно, потому слуга не видит выражения лица.

Аристократа, нахмурившегося на призыв императора.

— Сереина, подождете недолго?

От него исходила неловкость и досада.

— Я устала, так что отправлюсь первой. Ты можешь воспользоваться телепортом.

Я лукаво рассмеялась, но наотрез отказалась.

Сегодня я немного устала. Я хотела поскорее отправиться в особняк и отдохнуть.

У него было печальное лицо, но он не в силах меня остановить.

***

Аджест прижал крепкую переносицу пальцем.

Его это не так уж сильно раздражало.

Благодаря Сериене ему удалось восстановить самообладание.

Он бесчисленно раз представлял их возвращение домой.

Но все это было разрушено императором.

Местом, куда его направил слуга, было тюрьмой.

Когда он вошел в тюрьму, смрад пробрал все тело.

— Упустим приветствия.

Император, увидев Аджеста, обычно соблюдавшего манеры, остановил его рукой.

— Цель призыва не отличается.

Император повернул голову и намекнул взглядом на заключенных в тюрьме.

За железными прутьями находились черные маги, которых задержали в банкетном зале.

Их подвергали жестоким пыткам.

Один из охранников облил ледяной водой заключенных, потерявших сознание.

Они задергались, шевеля глазными яблоками.

Придя в себя, они оцепенели при виде императора.

— Учитывая вот тех. Вероятно, Фациус вновь вышел на сцену.

p.s. мини-марафон до 55 главы

Фациус.

Название группировки черных магов.

— Недавно распространились новости, что пропали некоторые священники. Есть большая вероятность, что за этим стоят те мерзкие насекомые.

— Что они сказали?

— Да чушь какую-то. Они и впрямь безумные. Эти ублюдки приносят святую в качестве подношения их богу? Они пытались похитить святую, парализовав ее тело ядом.

С каждым словом возрастал тон его голоса.

— Как они посмели напасть на банкете в честь основания страны! Это очень похоже на объявление войны империи.

В отличие от императора, потерявшего рассудительность и повысившего голос, Аджест спокойно оценил ситуацию.

— Хм, не знаю. Более вероятно, что произошедшее было не объявлением пропаганды. Вероятно, это обычное своеволие.

— Почему?

— Если бы Фациус изначально целился на святую, то как они могли отправить тех жалких олухов? Это была непродуманная и небрежная операция, обреченная на провал. Наверняка по вине их действий защита святой усилится.

— Возможно ли, что, отправив группу, от которой сами планировали избавиться, они так объявили войну?

— Не знаю. Разве это не разнится с их методами? Им нравится внушать подлинный ужас. Им ненавистна жизнь, смешанная с высмеиваниями за их глупые оплошности.

Император согласился с его мнением. Он взглянул на черных магов, чей вид был до ужаса омерзителен, а затем сморщил лицо.

— Зря потратили силы. Даже пытки на них не подействовали. Эти ублюдки, называемые Фациусом, ни черта не знают!

— Похоже, на этом все.

Это было ожидаемо.

— Нужно поймать всех ублюдков Фациуса…

По сравнению с прежним, их сила ослабла, но все еще оставалась внушающей.

— Герцог Агэрния, скажи, если у тебя на этот счет есть какое-то мнение.

На слова императора Аджест про себя улыбнулся.

Честно говоря, куда вернее обсуждать это с Гипроном Айтесом, а не с ним.

Поскольку он командующий первыми имперскими рыцарями.

Однако император вовлек именно Аджеста, а не его.

Репутация Гипрона Айтеса росла день ото дня.

К нему постоянно обращались огромные толпы людей.

Гипрона Айтеса почитали больше, нежели императора страны. Люди желали получить помощь именно от рыцаря.

Император поручал невозможные задания, дабы испортить его репутацию, но всякий раз Гипрон Айтес превосходил пределы и получал лавры, успешно справляясь с миссией.

Потому император и решает таким способом проблему с Фациусом.

Для упрочнения общественного мнения.

Мнение.

Возможно, идеи, пришедшие в голову, станут инструментом для повышения репутации императора.

Если он захочет, то обведет императора вокруг пальца или вовсе заставит пасть его на дно.

Что же делать.

— Используйте святую как приманку.

— Что?

— Недавно от священников я услышал занятные известия. Ходят слухи,что идут исследования святой силы.

Хоть это и неизвестно миру, но на самом деле существует священник, сбежавший из Фациуса, которые его и похитили.

Но вскоре после побега его вновь поймали. Вот только группировка, схватившая священника, была не Фациусом.

В подпольном мире существует несколько безымянных группировок.

Один из представителей такого объединения тайно исследовал Фациус и, узнав о священнике, его похитил.

Священник рискнул своей жизнью, чтобы сбежать из Фациуса, но в конце концов потерпел поражение и умер.

Потому как группа, его схватившая, пыталась заполучить информацию путем ужасных пыток.

Так совпало, что одна из группировок подпольного мира, стоящая за пытками священника, находилась под властью Аджеста.

— Случайно услышанная информация во время разведки является правдой.

Он без труда составил «почву» слухов.

— Наличие того, что их цель — святая, доказывает их намерение заполучить тело святой.

— И что ты этим хочешь сказать?

— Даже если использовать святую в качестве приманке, вреда она не понесет. Нужно узнать, они вправду желают заполучить святую. И если да –она станет отличной приманкой.

Слушая его, император нахмурился.

— Герцог, ты из ума выжил? Как быть, если выяснится, что святую использовали в качестве приманки? В империи количество тех, кто следует за святой, составляет более половины. Это безумие!

Поддержка храма была определенно колоссальной.

Они шепчут сладкие слова — если вы поверите в Бога, непременно «что-то» случится. А когда случаются чудеса – говорят, что «это по воле Божьей».

Трудно не верить.

В частности тем, кто желает обрести душевное спокойствие.

Даже если это сам император с более значимой властью, нежели святая, возникнет опасность в случае раскрытия ее использования.

— Я был должен рассказать его величеству императору, что у дела есть большой риск. И возможное понесение за него ответственности.

Густые брови императора поползли вверх.

— В таком случае все они придут собственным ногами.

Измученный священник перед смертью бормотал нечто безумное.

Нужно защищать святую.

Это была огромная преданность.

Воедино сложив все сказанные им слова, можно уверенно утверждать, что Фациус однозначно нацелен на святую.

Они скоро сделают свой шаг.

В летописях писалось так….

Изначально черные маги не были побеждены в ходе войны. Их сила была подавляющей.

Но, когда храм вступил в войну, их начали оттеснять.

Священная сила.

Это поистине чудесная сила против магии.

Для Фациуса было естественным делом дождаться разрушения храма.

— Так ты планируешь использовать святую как приманку?

— Ваше величество, прошу вас, создайте роскошную сцену, где святая бы предстала во всем свете.

Фациус.

В их движении есть свои правила.

Им нравится внушать страх.

Большая сцена. Фациус появляется там, куда направлено всеобщее внимание.

Хотя последнее время их активность снизилась, они без разбора уничтожали места, где сосредоточены огромные толпы людей, или места, представляющие всеобщий интерес, дабы внушить страх, навевая всем былые времена.

— Если разоблачить перед ними святую и создать ситуацию, в которой они могут действовать, то в их приходе даже не стоит сомневаться. Тогда мы предоставим им шанс украсть сладкие конфеты. Вот только их попытки будут обречены на провал.

— И что же потом?

— Они похитят святую. Затем мы последуем за ними и так их обнаружим.

Святая. Она главный герой всего шоу.

Если ее похитят, то обязательно отправят к главным фигурам Фациуса.

Первая цель использования ее в качестве приманки –найти их базу и схватить черных магов.

А затем собрать информацию с помощью пыток.

—Во время пыток те люди разве не попытаюсь сжечь свою базу?

— Тц, в таком случае было бы здорово, но, вероятно, есть магия, предотвращающая пытки. Тела людей, из которых насильственно пытались получить ответы, внезапно взорвались. Это было похоже на способ герцога, убившего их в банкетном зале.

Как и ожидал.

Аджест вновь надел перчатки. Ему пришлось их снять, когда он касался Сериены.

— Сколько из них остались в живых?

— Трое или четверо. Плохо помню.

— Тогда в живых оставьте одного, а остальных всех убейте.

— Почему?

— Было бы неплохо проследить, куда направится выживший.

Аджест взглянул на ужасно замученных черных магов.

— Ваше величество, если вы не возражаете, могу ли я их лично допросить?

— Разумеется.

Император радостно улыбнулся, увидев безжалостный свет на лице Аджеста.

Говорят, друзья похожи.

Император и герцогиня Мелфорд известны как давние друзья.

Возможно, поэтому фигура, улыбающегося императора, перекликалась с ней.

Аджест поднял раскаленный утюг.

В конечном счете это была месть, а не допрос.

***

Когда я умудрилась заснуть?

Открыв глаза, я увидела внутреннюю часть кареты.

Протерев сонные глаза, я выглянула в окно. Как далеко я отъехала?

Карета сильно затряслась. От отскока тело закачалось, а зрение расфокусировалось.

Я смотрела в окно на потрясывающийся вид сонным взглядом.

Единственное, что я видела, это деревья.

Тело откинулось назад. Сейчас карета поднималась в гору.

На пути к герцогству Агэрния была дорога в гору….

Я посмотрела в окно ошеломленными глазами и опомнилась.

Что, гора?

Мой туманный разум развеялся.

Да Агэрния вообще не в этом направлении!

Кончик носа пропитался сладким ароматом. Я вновь задремала от запаха.

ʹЛадан для снаʹ.

Осознав ситуацию, я поспешно дернула ручку кареты.

Щелк-щелк!

Я приложила силу к дверной ручки, но дверь кареты так и не открылась. Кто-то нарочито запер ее.

После пробуждения я была слишком растерянная, дабы быстро разобраться в неожиданной ситуации.

Я сделала глубокий вздох.

И выпустила магию руками и распространила ее по телу.

Бах!

Дверь кареты с силой выбиласт. Упавшая дверца столкнулась с деревом и во все стороны разлетелась на обломки.

Я поспешно покинула карету.

Возникла боль, поскольку из-за высокого каблука во время приземления я вывихнула лодыжку.

Ие-го-го!

Как только я покинула карету, кучер схватил лошадь за поводья и остановил экипаж, мчавшийся в гору.

Кучер слез с кареты.

В темном ночном небе лицо мужчины было скрыто тенями листьев, но узнать его было возможно.

Он отличался от кучера.

Настоящий «кучер», водивший карету, был пухлым, невысокого роста и с кривой поясницей.

Но этот мужчина обладал высоким ростом и стройным телом.

— Кто ты?

Я нахмурилась.

Меня неожиданно похитили.

Поскольку я спала, мне было трудно определить свое местоположение. К тому же стояла кромешная ночь.

Я видела лишь круглую луну, слабо сияющую за облаками.

Вскоре облака поплыли мимо яркой луны.

И обнажили лик луны, осветив фигуру мужчины.

Я затаила дыхание, глядя на него.

— Эй, мы виделись прежде?

Без понятия, можно ли назвать между нами «это» отношениями.

Черт, будто божья воля! Это были спутанные отношения, похожие на скрученный моток нитей.

Мужчина, который подверг опасности Игельто на аукционе рабов.

Никогда не думала, что вновь его встречу.

Мужчина взъерошил свои светло-голубые волосы и снял напряжение с тела, покрутив плечами.

— Впервые мне довелось водить карету, так что я уж распереживался. Но, на удивление, это оказалось не таким и сложным.

Мужчина продолжал говорить, так и не ответив на мой вопрос.

— Сереина Мелфорд. Какое красивое имя.

Черт, как он узнал мое имя?

С какого времени этот мужчина вел карету вместо кучера?

В моей голове витали вопросы.

— Что ты сделал с кучером, который был здесь?

— Ну, что сделал. Не помню.

Я бросила на него холодный взгляд.

Вероятнее всего, кучер едва ли в порядке.

— Чего тебе от меня нужно?

Если здесь напасть на мужчину, каковы шансы на победу?

Не очень хорошие.

Я видела мужчину лишь однажды, но он однозначно выглядел как тот, кто владеет магией.

Он с легкостью умел телепортироваться.

Навыки на уровень выше моих.

— Возьми.

Мужчина вынул из-за пазухи кинжал и метнул.

Кинжал, кружа в воздухе, обливался лунным светом и рассеивал его во всех направлениях.

И упал с туком под моими ногами. Я на него уставилась.

Не понимая намерений этого мужчины, я хмурым видом на него взглянула.

— Это не какое-то устройство. Так что успокойся.

— Зачем ты мне его даешь?

— Отрежь им свою руку.

— Что…?

Мужчина, говоря такие слова, ярко улыбался.

— Тогда я оставлю тебя в живых. Ну, в противном случае я превращу тебя в набивку для куклы.

Если отрежу руку, то умру от сильного кровотечения. Я выживу только в случае фортуны.

Я про себя щелкнула языком.

Это вправду неудачный день.

Как только я наклонилась, дабы взять кинжал, мужчина восторженным тоном, будто зритель, ожидающей предстоящего шоу, заговорил.

— Меня пробирало любопытство узнать, какая кровь течет у Мелфордов. Ведь она невероятно особенная.

Особенная.

Колдовская магия глубоко пропитала кровь.

Мелфорд – исторический род магов, чья кровь была более особенной, чем у других.

Кажется, я где-то слышала, что моя кровь самая лучшая.

А-а, если подумать, Михаил однажды взял мою кровь для эксперимента.

— Сериена.

Увидев меня, он любезно позвал.

— Я жажду твоей крови, твои кости и твоей плоти.

Я схватила кинжал и выпрямилась.

Я обволокла кинжал самой сильной магией, которую могла создать, и бросила в мужчину. Он полетел со скоростью черного света.

На моих губах заиграло странное удовольствие.

Пока мужчина не схватил кинжал в воздухе.

— О-о, значит, отказываешь мне?

Мужчина пальцами крутил по кругу кинжал.

— Можно ли поинтересоваться. Почему ты приняла такое жалкое решение?

Я потихоньку сняла туфли.

Неповторимое мягкое ощущение почвы пропитало ноги. Упавшая ветка с дерева пронзила подошву, распространяя жгучее ощущение по коже, а трава щекотала ноги и шуршала.

Я отвела одну ногу назад и оттолкнулась.

И создала меч с помощью магии, быстро подбегая к мужчине.

Неповрежденная рука крепко держала меч.

Когда я оказалась перед мужчиной, то разомкнула губы.

— Потому что…

Я зафиксировала руку, держащую меч, и направила к мужчине.

— Потому что я собираюсь убить тебя здесь.

Я взмахнула мечом.

В этот момент фигура мужчины исчезла из виду.

— Это вовек невозможно.

Мужчина, шедший позади меня, внезапно прошептал мне на ухо.

Я повернулась и замахнулась мечом, целясь в его шею.

Меч, рисуя круг, резко на него нацелился.

Мужчина уклонил голову, дабы увернуться от меча, а затем отступил.

Его ноги, скользящие о землю, оставили в почве глубокие следы.

Отступивший мужчина бросился ко мне стремглав.

В тот момент, когда я вновь хотела замахнуться мечом, моя рука застыла в воздухе.

Тело не могло двигаться, будто тонуло в воде.

Высшая магия. Мужчина подавил воздух магией.

Когда я нахмурилась от осознания еще более затруднительного положения, мужчина ко мне протянул руку.

— Приветик?

Поздоровавшийся мужчина слегка сжал кулак.

Мне нужно уклоняться, пока не дал мне по лицу кулаком. Вот только тело не двигалось. Оно было покрыто дрожью.

Я издала звук и стиснула зубы.

Нужно уклониться. Иначе меня ожидает смерть.

Прошу. Прошу. Прошу. Настойчиво крича, я собрала свою магию. Если я потерплю поражение, то умру.

Холодный пот стекал по спине.

Тогда, когда мужчина взмахнул сжатым кулаком, мне удалось разрушить высшую магию.

Я двинулась телом, дабы увернуться от мгновенного полетевшего в меня удара.

Бам!

Вместо меня мужчина ударил дерево, возвышавшееся за моей спиной.

Не выдержав такой мощи, несколько кусков обломились от дерева и упали.

Вот настолько была разрушительна магия.

Если бы он ударил, я бы тотчас умерла.

Мужчина, глядя на меня с кулаком, стряхнул пыль с дерева.

От его улыбки все тело покрылось гусиной кожей.

— На миг чуть не допустил глупую ошибку. Как это, мой кулак, что обычно попадает, не туда попал? Если повредить куклу, которую нужно распотрошить, я не….

Обеспокоенный мужчина на меня взглянул.

Взволнованный человек, увидев, что со мной все в порядке, облегченно вздохнул.

Если ему проиграю, он безжалостно испортит мое лицо.

Я не хотела быть той красивой куклой, которую он так жаждал заполучить.

Я рванула, не давая мужчине шанса расслабиться.

Когда я бросилась вперед, ветер ударил по моему лицу.

Меч был неправлен к концу шеи.

Как и ожидалось, мужчина умело уклонился.

Не давая шанса, я пнула ногами, содержавшими магию, мужчину, который пытался увернуться.

И юбка платья элегантно порвалась.

— Кхык…

Мужчина схватился за рану в животе и зашатался, с трудом оперевшись на дерево, дабы вот-вот не упасть.

Боль однозначно была сильной, ибо мне пришлось по максимому выпустить свою магию.

Кап-кап-

Горячий пот стекал по щекам.

Изо рта вырвалось грубое дыхание.

Моя выносливость ниже прежнего, ведь последнее время я лежала обездвиженной.

— …Внезапная атака — самое худшее.

— Похищение гораздо хуже внезапной атаки.

Я все больше истощалась, но непрерывно продолжала бежать.

Я отчетливо ощутила, как ноги вдавливаются в почву и ломают ветки.

Теперь есть шанс сломить мужчину.

Мужчина отпрыгнул назад, избегая меня с мечом.

Но я не остановилась и высвободила как можно больше магической силы, подгоняя время, когда он приземлится.

Бах!

Когда мужчина приземлился, произошел взрыв, словно он наступил на мину.

Мужчина, которого ударили, прямиком попав в него, пошатнулся, не в силах сохранить равновесие.

Мужчина ожесточил черты лица, будто озадачился.

Затем белая магия, едва видимая и острая, как игла, обрушилась на голову человека.

После серии нападений мужчина пошатнулся и рухнул.

Мне удалось добить мужчину.

Увидев, что мужчина потерял сознание, я глубоко вздохнула.

Вот только бешено бьющееся сердце не могло так просто успокоиться.

Я вытерла пот, стекающий со лба, тыльной стороной ладони, дабы тот не попал в глаза.

Я много потратила силы, поскольку для победы над мужчиной требовалась высшая магия.

Настороженно я окинула взглядом упавшего мужчину.

Предчувствие не позволяло мне расслабиться.

Хоть я и вырубила мужчину, радости особой не было. Я не могла отвести от него глаз.

Что-то странное.

Неужели так просто?

Слишком быстро справилась. От того места исходило ощущение несоответствия.

Я медленно от него отошла. Один шаг, два шага назад.

Что-то дубовое коснулось спины. Дерево.

Я попыталась обойти дерево. Когда я отпрянула, раздался треск в коре.

Ветви дерева свирепо колыхались, стараясь до меня дотянуться.

ʹЧто?ʹ

Я изо всех пыталась подавить свой испуг и рефлекторно попятилась от дерева, напавшего на меня.

Кожа с подошвы ног сдиралась землей, отчего меня пронзила боль.

К тому времени, когда все закончится и настанет конечный результат, мои ноги покроются шрамами.

Из-за ограниченного расстояния, на которое могли растянуться ветки, они больше ко мне не приближались.

Пришло время успокоиться.

— Хик…!

За спиной меня гибко обвивала ветка дерева.

Повернув голову, дабы проверить, я увидела, как дерево –нет — все деревья поблизости зашевелились.

ʹЧто за чертовщина…ʹ

Прежде я никогда не слышала и не видела ничего подобного.

Ветки крепко обвили мое тело и потащили.

— Ык…!

Казалось, словно мое тело парило в воздухе.

Быстро потянувшие меня ветви ударили спиной о дерево.

Они еще крепче сжали меня в своих объятьях.

Ветви поспешно оплели мои руки и ноги.

Мало-помалу они усиливали хватку, отчего все тело ныло от боли.

Особенно пульсировала рана, полученная в банкетном зале.

Ах, проклятье.

Похоже, все швы распоролись.

Я посмотрела прямо перед собой, дабы понять происходящее, но усомнилась в глазах.

Мужчина, которого я вырубила…Нет, я думала, что его вырубила. Тот мужчина стоял как ни в чем не бывало.

Глядя на меня, мужчина ухмыльнулся.

Я знала.

Черт, даже неудивительно. И так все вызывало подозрения.

Мужчина, сгибая шею в разные стороны, распрямил спину.

— Это магия очень забавная, да?

Магия? Вот это магия?

Я повернула тело, дабы вырваться, но все было тщетно.

Прежде я не видела подобной магии.

Когда я взглянула на дерево, крепко связывающее меня, и сморщила переносицу, мне в голову пришла одна вещь.

Черная магия.

— Я даже притворился мертвым, чтобы это показать драгоценной Сери, но почему ты так отреагировала?

Мужчина в замешательстве приподнял брови.

Его личико было прекрасным, вот только оно у меня вызывало отвращение.

— Ты черный маг?

— Ну, пожалуй.

— Лишь черная магия может подчинить себе живых существ. Использование жизненной силы находится под табу. Ты заодно с той группой черных магов, которые навели сегодня в банкетном зале суматоху?

— Заодно. Немного обидно, что ты связываешь меня с теми тупицами.

Мужчина с кинжалом, упавшим наземь, приблизился ко мне. Этот кинжал был прежде брошен в него.

Мужчина, приближающийся вместе с кинжалом, меня связал.

Я чувствовала себя жертвой, сошедшей со страниц книг моего детства.

Мужчина намеревался отрезать конечности. Я чувствовала себя жертвенным ягненком, отчаянно ему сопротивляющимся.

Мне это случайно пришло в голову, но все и вправду было реальностью.

— Я не причиню тебе серьезных ран. Кукольная набивка должна быть цела.

Мои конечности хоть и были связаны, но я продолжала шевелиться.

— Ык…

Когда я, скрученная ветвями, пыталась изо всех сил выбраться, путы, обвивающие меня, крепко схватили и еще сильнее сжали.

Они давили, дабы я наконец-то потеряла всю силу.

И сила покинула ноги, а колени согнулись. Когда я внезапно опустилась на землю, колени засвербели.

Ветка, обвивающая меня, как лиана, подкралась и обвила мою шею, словно душа.

Впервые ощущение дерева, касающегося спины и головы, вызывало отвращение.

— Н-не делай…

Это звучало, будто я была поистине напугана.

Я знаю, какова натура таких людей.

Им нравится, когда другой человек склоняет голову и проявляет покорность.

Нужно постараться выиграть как можно больше времени.

Есть способы использовать магию, но у нее был минус.

Разобраться с тем ублюдком нужно было разом.

Если потерплю поражение, мужчина может мгновенно перерезать мне горло.

Нужен более надежный путь.

— Прежде я ошибалась. Давай закончим на том, что я отрежу себе руку.

— Ты уже упустила свой шанс, когда он был.

Ледяное лезвие постучало по моей щеке. Всякий раз при касании кинжал слегка царапал кожу, оставляя небольшие порезы.

Мужчина касался так, как будто лапал игрушку.

Он напоминал плохого мальчика, который жаждал увидеть конец гольца, схваченного рукой. Если вложить силу – от живого тела не останется и следа.

— Помилуй меня. Я сожалею за недавнее. Признаю, было ошибкой нападать на тебя. Так что прости меня, ладно?

— Даже если ты сейчас искренне извиняешься, все тщетно, мне жаль. Уже поздно.

Мужчина опустился передо мной на корточки, дабы взглянуть прямо в глаза.

Прежде мне не очень было удобно смотреть на него из моего положения, но теперь проще.

Мужчина погладил меня по голове.

Появилось отвратительное чувство, будто по голове бегают насекомые.

Если бы мои руки были свободны, я бы вырвала себе волосы.

Что бы изменилось, если бы я все-таки вернулась домой с Аджестом?

Сожалеть или что-то подобное уже поздно.

С выбором наступает ответственность. Это неизменный закон.

— Вместо этого, милашка, я предоставлю тебе выбор.

— Выбор?

— Ага. Выбери что-то одно из трех: голова, грудь или живот. Я нанесу удар, куда твоей душе угодно.

Я придала силу руке, дотронувшейся до почвы.

И схватилась за землю, будто копала. Под ногтями застряла грязь.

— Совсем…

— Совсем?

— Ненормальный псих?

Я мило улыбнулась ему.

Тянув с ним время, я читала про себя вычисленные магические формулы и ответы.

Резко-

Я крепко скрутила тело. Магическим эффектом ветки меня развязали.

— Кхык….

Когда я пыталась воспользоваться шансом освободиться, мужская рука крепко меня схватила.

— Милашка, мне жаль, но тебе не сбежать.

Он сильно меня душил. Очевидно, с намерением убить.

Я задыхалась, а улыбка рисовалась сама по себе.

Я изо всех сил ярко улыбнулась и кинула грязь ему в глаза.

— Агх.

Он почувствовал покалывания и тотчас зажмурился.

Сила руки, державшая шею, ослабла. А кинжал из другой руки выпал.

Я поспешно его подняла.

Резь-

И, недолго думая, воткнула его в живот.

Звук пронзившего тело кинжала был едва слышим. Капли крови забрызгали мое лицо.

— Больн….

Мужчина уставился на кинжал, воткнутый в его живот. Я вытащила нож и вновь его ударила.

— Ты…

Мужчина нахмурился и на меня взглянул. Его прелестное лицо исказилось от боли.

Мужчина схватил запястье, словно желая раздавить.

Дабы помешать мне воткнуть кинжал еще глубже. Это было настолько крепко, что я не могла пошевелить рукой.

Утром на руке точно появится синяк.

Как и у него, я сморщила переносицу от боли.

Кусая губы, я терпела боль в запястье и не отпускала нож.

Даже если получу синяк, это меньшее из зол.

Ибо кости несомненно сломаются.

Я высвободила оставшуюся магию и направила в его тело.

Дабы раздавить все его внутренние органы.

— А-а!

Тело отскочила, будто получило удар током.

Сила хватки, собирающейся сломать запястье, ослабла.

Деревья перестали двигаться, вероятно, потому что мужчина, наложивший на них магию, получил рану.

Я оттолкнула падающее на меня тело.

На этот раз точно конец.

Я впала в ликование и приподняла уголки губ.

Нужно уходить. Нужно поскорее отсюда выбраться.

Ища, куда и каким способом идти, я увидела лошадей, привязанных к карете.

Вон там.

Я зашагала к лошадям и остановилась.

Мои ноги ужасно болели. Из меня текла кровь. Зашитая рана разорвалась и кровоточила.

Все тело было покрыто ранами.

Если вернуться в особняк, непременно понадобится лечение Игельто.

Несмотря на собственные раны, я ничего не ощущала, будто они были чужими.

Раны, крича от боли и заставляя извиваться и корчиться, лишь тогда дадут о себе знать.

***

Как только я вернулась домой, особняк был погружен в хаос.

Они смотрели на меня изумленными глазами.

Один из слуг побежал к Адджесту, дабы сообщить о моем прибытии.

— М-мисс, как вы поранились…что случилось?

Рида взглянула на шрам руки. Ах! И вскрикнула. Она положила дрожащую руку на плечо.

— Нужно поскорее позвать лекаря!

— Нет, остановись.

В доме есть эльф. Лекаря незачем звать.

Им не было известно, что Игельто обладал знаниями медицины. Да и вообще мало кто знал, что он в этом доме.

— Но….!

— Рида, остановись. Мало того, что я устала, так и еще твое тошнотворное поведение.

— Я просто волнуюсь за мисс….

Приняв критику, она пробормотала невнятный звук, но он не смог дойти до моих ушей.

— Теперь после возвращения мисс поиски прекратятся.

— …Поиски?

— Да. Мисс не возвращалась на протяжении нескольких часов, потому герцог начал поиски. Я слышала от рыцаря, что если бы пришли немного позднее, то перекрыли бы границу и обыскали всю страну…

Я слегка приподняла брови.

Меня не было несколько часов, а уже начали поисковую операцию.

Что за безумие…

Но не это было самым вздорным.

Сегодня и так произошло опасное событие, но вернись я домой поздне — последствие было бы куда абсурднее.

В самом деле. Аджест думает, что я умру от легкой царапины.

Он тот, кто слишком эмоционально реагирует на меня. Он даже организовал поиски, заявив о моем несколько часовом отсутствии, так что в некотором смысле это так и есть.

Но это не так.

— Я пойду в комнату. На этом все.

Я поднялась в комнату, игнорируя голос, сдерживающий меня, не хотевшей лечения.

Добравшись до комнаты, я рухнула на кровать.

Взъерошенные серебряные волосы разбросались по всей кровати.

Нужно встретить Игельто и подлечиться…Но глаза слипаются.

Я была физически истощена. Тело походило груз. Я уже была готова отдать тело своему сонному разуму.

Бах!

Раздался рев от открывшейся двери.

Я беспомощна встала, дабы взглянуть, что случилось.

— Сериена.

Глаза слуг, видевших меня некоторые время назад, и его источали похожие чувства.

Испуг. Волнение.

И еще одна эмоция, отличная от слуг.

Страх.

Он переживал, что со мной могло что-то случится.

Я лежала на кровати, не отвечая на его зов. Меня настойчиво звал сон.

После сна разрешу с ним вопросы. Сейчас я сонная и усталая.

— Сереина.

Он вновь меня позвал.

С мольбой — ответь мне, прошу.

Я хотела ему ответить, но губы не разлеплялись.

Их нужно- то немного приоткрыть. Но они были тяжелыми, как гири. И в конце концов они не открылись.

Во время разрушения сознания я услышала шаги.

Одна сторона кровати провалилась. Он слегка присел сбоку от меня.

— Сериена, не засыпайте и отвечайте…

Голос, который нежно звал, оборвался. Но это неудивительно.

Если только ко мне прикоснуться, голос, пропитанный плачем, может прерваться.

Он всегда был таким.

Когда мне было больно, он ощущал и на себе мою боль. Он хотел перенять всю боль на себя.

— Почему ты продолжаешь меня звать…

Голос, как и его, был прерван.

Разница в том, что его от слез, а мой ото сна.

— Как вы поранились?

— Давай поговорим позже.

— Поговорим сейчас. Нет…Я сейчас позову эльфа. Поговорим после лечения.

— …

— До тех пор не смейте засыпать. Хорошо?

Он погладил меня по голове, как маленького ребенка, и призвал к ответу.

— …Хорошо, я не засну. Так что иди.

Постель, слегка опущенная вниз, поднялась.

Получив обещание, он встал с кровати и поспешно покинул комнату.

Как только он вышел, я закрыла глаза, не в силах вынести тяжесть огрузлых век.

Слишком уставшая и сонная…

Вскоре меня пленил сон.

Ужасающая боль пронзала живот. Он бы никогда не хотел испытывать ее вновь.

Из уст испускалось горячее дыхание, подобное огню.

Тот мужчина, Фиен, схватился за живот и руками пополз по земле.

Это впервые, когда его живот так беспощадно пронзили. Он задавался вопросом, почему же был столь беспечен.

Раздался громкий хохот. Отчего-то вся ситуация показалась довольно комичной.

При их следующей встрече он хотел бы отрезать эту прелестную ручку и мило побеседовать.

Нет, гораздо лучше как можно дольше наблюдать за перелетными вещами, посему вернее перерезать сухожилия, дабы она не смогла пошевелить своими пальчиками.

— Кхык…Кхык-кхык!

Разумеется, при условии, что он не умрет и выживет.

Он был невероятно рад встретить эту женщину, хоть цели своей так и не достиг.

А цель была в том, дабы содрать ее кожу и забрать кровь.

Он лег на землю и рассмеялся, уставившись на лик луны.

— Эй, псих! Не делай! Даже не вздумай!

Настойчивый крик свирепого мальчишки Харона эхом отозвался в его ушах.

Сначала он пытался экспериментировать, отделяя кожу, но отказался от этой затеи.

Ослепленный интересом, он позабыл, что мальчишка лишен той «особенной» крови, потому был непригоден.

— Ха-ха-ха…

Было до жути забавно, несмотря на провал.

Луна светила настолько ярко, что ослепляла глаза. Мужчина перестал смотреть на небо и повернул голову.

Окровавленные листья упали человеку на веки.

Эта кровь принадлежала не ему.

Истекая горячей кровью, он был в положении противоположно направлению, в котором полз.

Мужчина поднял руку, державшую лист, высоко в небо, дабы поближе рассмотреть, и осветил его круглой луной.

— Стоит ли довольствоваться этим….

***

Теплый солнечный свет ласково грел кожу. Я очнулась с сожалением, что перед сном не задернула шторы.

Темно-черные волосы нежно щекотали мое лицо.

Ты заполз в мою кровать, пока я спала?

Он крепко меня обнимал и спал, будто я была драгоценным камнем.

Мое тело побаливало от того, что я всю ночь провела в его объятьях.

Мне было неудобно спать, но я была рада, что не проснулась посередине сна.

Я толкнула его и потрясла тело.

Раненная рука засвербела.

Затем я вспомнила, что произошло прошлой ночью.

Я спокойно взглянула на свою руку.

Вероятно, кто-то вылечил руку, пока я спала, так как она была аккуратно забинтована белой повязкой.

Как только встану, я обязательно поблагодарю Игельто.

Я толкнула его в грудь своей неповрежденной рукой, но он не двинулся с места.

Он издал неглубокий стон и крепко меня обнял.

Я чувствовала давление от его крепкого тела.

Я подняла голову и взглянула в лицо.

Видя его спавшее лицо, я не хотела его будить.

Я протянула руку и прикоснулась.

Длинные черные ресницы, до которых касались мои пальцы, слегка затрепетали.

Как ни странно, интересно.

Я погладила большим пальцем его высокую переносицу, а кончиками пальцев дотронулась до его губ.

— …Красивый.

Я постоянно вижу перед собой этой лицо, но к этой красоте все никак не могла привыкнуть.

Словно Бог сотворил неповторимую скульптуру. Если разбить стекло мячом, свет, исходящий от нее, сделает его еще красивее.

— Я рад, что Сериене понравился.

— …Проснулся?

Я удивилась, но притворилась, скрывая эмоции, и бесстыдно произнесла.

Я пыталась убрать руку, но Аджест положил ее на тыльную сторону ладони, не желая меня освобождать из объятий.

Я отчетливо почувствовала в ладони мягкую текстуру кожи.

— Довольно странно просыпаться от того, что вы вот так ко мне прикасаетесь.

Он вздохнул.

— Вы не сдержали свое обещание. Вы обещали, что не заснете, пока вас не вылечат.

— Прости. Я не могла противостоять сну.

Я освободилась от его руки. Скрутив тело, я послала сигнал, дабы он ослабил силу рук, обнимающих меня.

Хоть так, хоть эдак — Аджеста не волновало, и он произнес.

— Какова причина вашего состояния? Почему вы вернулись в таком виде?

Аджест, вспомнивший мое вчерашнее состояние, нахмурился. Его глаза были полны беспокойства и тревоги.

— В ходе обыска прошлой ночью, вы хоть представляете, что я нашел?

— И что же было найдено?

— Тело кучера, который вел карету, и карету, брошенную в лесу. А также лужу кровь вокруг него.

— …

— У вас есть что сказать на этот счет?

Интересно то, что тело «того мужчины» не было обнаружено в ходе описываемого поиска.

У меня не было возможности узнать, находилось его там тело или нет.

— …Были ли другие тела вокруг кареты?

— Трупы?

— Никого, кроме тела кучера.

— …

Он разве не помер?

Мужчина, которого я вчера убила. Ему дважды вонзили ножом в живот, потому и подумала, что он мертв.

Однако в ходе поиска тело мужчины не обнаружили. Только труп кучера.

Он должен был перестать дышать. Это неоспоримый факт.

— По-вашему, помимо кучера, должен быть еще один труп? Черт, что произошло прошлой ночью?

— Это запутанное дело. На словах долго выйдет.

— Ничего. Это не так важно.

Я упорядочила в голове события прошлой ночи.

— По дороге домой в карете я заснула. Открыв глаза, я увидела, как карета поднимается на гору.

— …

— Очнувшись, я осознала. Кто-то умышленно меня усыпил и разожег ладан для сна.

— …Так что же произошло?

В его глазах расцвела отчетливая злоба.

А температура в воздухе замерзла.

Пока я дрожала от пониженной температуры, он с ухмылкой погладил по спине.

— Кучером был мужчина, который вез меня в неизвестном направлении. Меня похитил человек, которого я прежде видела на аукционе рабов. Он тот, кто напал на Игельто.

— Зачем вы ему…

— Я тоже не знаю этого.

Его глаза ужасно изменились.

Я на мгновение застыла, но его фиолетовые очи призывали продолжить рассказ.

— Мужчина, который меня вырубил, предоставил выбор. Либо отрезать руку и покончить на этом, или же стать кукольной набивкой.

— …

— В итоге я ничего не выбрала, так что после вернулась в особняк.

Аджест нежно прикоснулся к шее. Его рука дотронулась до царапин, покрывавших ее.

Мужчина, будто потешаясь, ударил меня по щеке ножом. Тогда я и получила рану.

— С тех пор, как я сказал, чтобы вы более не получали ран, прошло не так много времени…

Его взгляд остановился на повязке, обмотавшую руку.

— …Вы, должно быть, испытали сильную боль.

— Мне пришлось терпеть.

Какое-то время он смотрел мне в глаза. Аметистовые радужки потускнели.

— Так что же с ним случилось?

— Не знаю. Мне не кажется, что я его убила.

— Вот что.

Он мягко говорил.

Удивительно.

Учитывая его обычную натуру, я думала, он разгневается на того мужчину

— Поспите снова.

Он отпустил меня и встал.

Плавными движениями он поднял одеяло, прикрывавшее меня до талии, до подбородка.

— У меня появились срочные дела, так что я пойду.

Тук. Дверь закрылась.

Он ушел после нашего разговора.

— Немного досадно, но я не хотела беспокоить занятых людей.

***

Ожидаемо. В газете крутились новости о вчерашнем случае на банкете.

В какой-то газете на лицевой стороне было написано все произошедшее на празднестве.

Среди всего встречались ложные факты и много излишних догадок.

Однако все они отражали согласие — это работа группировки черных магов «Фациус».

Мир постепенно меняется, погружаясь в суматоху.

В газете это осветили как особый репортаж, но меня интересовала еще одна деталь.

Она находилась в конце газеты и выглядела не очень занимательной, но не в моем случае.

Банальное содержимое о фестивалях, происходящих в нескольких деревнях.

Вчера, спускаясь верхом в горы, я увидела деревню. Место искрилось светом и яркими красками из-за празднования фестиваля.

Один за другим в небе появлялись чудные фонарики.

В темном небе завораживающе сочетались сияющие фонари, напоминая вечерний закат.

Увидев посреди невзгод, я рассмеялась.

Это напомнило о том, что произошло давным-давно…

Этот день был таким же, как и сегодня.

Мы также посетили банкет и улизнули в разгар празднества.

Ведомые прекрасным ветром, мы легко сбежали в деревню с помощью телепорта Аджеста и направились к берегу озера.

Там он арендовал простую лодку.

Лодка была непримечательной и потрепанной, будто скоро продырявится и разрушится.

Аджест мастерски греб на лодке, направляясь к центру озера.

Там лодка и остановилась.

Мы запускали дешевые фонарики, купленные в магазине, и смотрели, как фонари взлетают ввысь, ударяясь друг о друга.

— Аджест, что ты загадал?

Существовало поверье, что, если на фестивали в честь основания страны загадать желание, оно непременно сбудется.

Разумеется, это было суеверие, созданное для повышения продаж в магазинах за счет фонариков, но ради забавы неплохо было бы это попробовать.

К тому же было забавно запускать фонарики.

— Я загадал желание, дабы быть всегда с вами.

Сказав эту фразу, Аджест радостно улыбнулся. Юноша очень хотел, чтобы его желание сбылось.

— А что вы загадали?

Фонарики, плывшие в небе спокойной волной, освещали нас, смотрящих друг на друга.

— Мое желание…э-это….ыл…

Стой, чего же я тогда загадала?

Это было так давно, что я не могла вспомнить.

Я небрежно положила газету на стол, как бы бросая.

Фестиваль в честь дня основания страны проводится на протяжении целой недели.

ʹСходить с Аджестом?ʹ

Как в ту пору, было бы неплохо пойти и приятно провести время.

Михаил взглянул на бумаги перед собой и сломал перо.

Все так же, как и в прошлый раз.

Нет, содержание никогда не менялось.

Проклятье.

ʹКуда они запропастились?ʹ

После того как он проснулся, Максиона с Хароном и след простыл.

Была оставлена лишь записка с содержанием: «Не ищите».

Это что-то странное. Сначала он подумал, что это ребяческий побег из дома.

Однако до сих пор не было подсказок, так что это отнюдь не простой побег.

Кстати…

Почему нет следов, нет доказательств?

С начала его поисков прошла неделя. Что-то должно было появиться.

Но зацепок так и не нашлось, поэтому он был озадачен.

Скорее, это лучше принять за простой побег из дома…

Он вздохнул, выдергивая волосы от пустоты, терзавшей его душу.

Карр! Кар!

Откуда-то доносилось жалобное карканье странной вороны, стучащей в окно. Она будто просила его открыть. Тук-тук!

Это был результат его эксперимента.

Он оказался провальным, однако неожиданно полезным, потому не стал уничтожать это существо.

Когда Михаил открыл окно, ворона, будто ожидая, вошла и, словно потерянная, начала бродить по комнате.

Кааар! Каррр!

Карканье было настолько громким, что Михаил обеими руками закрыл уши.

— Заткнись, прежде чем я от тебя избавился.

— Ненавидеть! Михаил! Красивый тупица! Ненавидеть!

— …

Он сначала задумался, откуда этот мерзкий подопытный выучил такие слова.

И вскоре осознал.

Два сбежавших шпенделя схватили его подопытного и учили его подозрительным словечкам.

Чем больше он об этом думал, тем сильнее в его глазах они выглядели истинными мерзавцами.

— Харон и Максион? Ты пришел, потому что знаешь, где они?

— Нет! Не знаю! Не знаю! Карр!

И снова существо завыло.

Тогда на кой он пришел?

Стоит ли от него прямо сейчас избавиться?

Он смотрел на собственноручно созданное существо раздраженным взглядом, создавая вокруг свирепую атмосферу.

— Хозяин! Вместо этого! Смотри! Каррр!

Стук-

Существо выплюнуло что-то из своего рта.

Это было так мерзко, что напоминало рвоту, но содержимое, к счастью, уцелело.

Внутри подопытного было пусто, поэтому иногда он использовал его как существо с переносным пространством.

Михаил поднял выплюнутое.

— Это…

Кровавый носовой платок.

Платок ему был знаком. Вероятно, потому что Максион этим дорожил.

В день рождения Максиона Сериена к нему подошла и вручила платок, который сама вышила.

Честно говоря, вид был не из лучших, однако Максиону он понравился, потому как Сериена лично его сделала.

Глядя на платок с торчащими швами, Михал подшутил, спросив Сериену: «Ты способна лишь на такое?»

— Почему он…

Не было причин, чтобы самое дорогое для Максиона, оказалось где-то выброшенным.

В отличие от Харона, самого младшего и известного своей рассеянностью, он тщательно за всем следил.

Даже если он случайно потерян – на платке кровь.

Эта кровь Максиона? Или нет…

Он побежал прямо в свою лабораторию.

На лабораторном столе лежало множество инструментов.

Михаил, копаясь в них, кое-что нашел.

Бряц!

В процессе упал и разбился стакан, но Михаил не обратил внимания.

Нашел! Он взял самый смятый и выцветший кусок бумаги.

В прошлом он проводил эксперимент на выносливость Максиона. Тогда была записана информация о крови Максиона.

Михаил взглянул на платок, зажатый в руке.

С этого момент стоит выяснить — эта кровь принадлежит Максиону или нет.

А после чего…

***

Чем сейчас занимаются Харон и Максион?

Даже пока я думала совершенно об ином, в голове всегда всплывали два брата.

Два мальца, не дававших покоя, были полными идиотами.

Им повезло, если они успели перекусить.

Согласно письму, они сбежали с пустыми руками. Так что я еще больше волновалась.

Я уставилась на озеро, отражающее мое лицо. И, наклонившись, окунула руку, рассеяв свой лик на водной глади.

— У вас все в порядке?

Во время гребли он задал вопрос. От весел появилась рябь.

И который по счету это уже вопрос?

— Все в порядке.

Когда я сказала, чтобы отправиться погулять, он неловко ответил.

Он боялся, что даже небольшая рана на плече станет угрожать моей жизни.

Когда я вновь повторила предложение, после недолгого колебания он кивнул.

— Почему Сериена попросила покататься с ней на лодке?

Прежде мы катались на лодки с фонариками.

Я очень торопилась, поэтому пришлось поспешно арендовать.

Тогда на лодках было много парочек, потому все возможные лодки для аренды быстро исчезли.

Я внезапно подбежала к владельцу лодки и предложила ее на время взять, что в его глазах это выглядело смешным, однако, как только дала крупную сумму денег, он любезно мне ее вручил, на что я в знак благодарности наклонилась, почти достигая земли.

Тогда это не было «внезапным».

— Нет причин. Просто захотелось прокатиться.

Возможно, я думала, что это в последний раз. Я не могла это сказать собственным ртом.

Я была искренняя, даже если его чувства были ложью.

Так что рядом с ним мне было и некомфортно, и радостно.

В прошлом я питалась иллюзией, что это наслаждение продлиться вечно.

— Кстати, Аджест, ты узнал виновника, который вчера на меня напал?

— …А?

— Еще нет?

Я положила руку на лодку и подперла подбородок.

Когда он слегка повернул голову и улыбнулся, на его лице заиграла растерянность.

— …Как вы догадались?

— Да случайно увидела.

Сегодня утром я рассказала причину своего позднего возвращения, на что он ушел, заявив о срочных делах.

Пришлось не обращать внимание на того, кто покинул комнату. После чего я неторопливо переоделась и спустилась в столовую.

Я отправилась в его кабинет, дабы попросить со мной покататься, но из-за неплотно закрытой двери оттуда доносились хорошо различимые голоса.

— Найди и убей.

Угрожающий голос стрелой слетел с его голосовых связок. Это был знакомый голос, но в то же время непривычный.

Разумеется, я непреднамеренно погрела там уши и ушла.

— Я удивилась от твоих хладнокровных сказанных слов — найти и убить. Никогда не видела, чтобы ты так бесстрастно говорил.

— То…

— И что же еще? Сказал принести живого, чтобы лично помучить?

— …

— И еще.

— …Прекратите.

Аджест остановил свои руки, гребущие весла, и прикрыл мое лицо.

Но я ясно увидела его вид, прежде чем он закрыл мне глаза.

Лицо, пропавшего человека.

Он любил меня и отчаянно пытался себя обмануть.

Я прекрасно знаю эту сторону.

Конечно, благодаря роману я тоже о нем много чего знала. Но я с ним знакома на протяжении долгих лет и очень давно вижу его черты лица. Как же мне не знать…

— Аджест. Порой ты умный, а порой полный глупец.

— Что…

— Неужели ты считаешь, что я ничего не знаю?

— Что что…

— Около двух лет назад…барон Дэрон? Так или иначе, ты помнишь случай в газетах, когда барон жестоко умер в борделе с разорванными внутренними органами?

— …

— Это твоих рук дело.

Его глаза расширились.

Вид, как его глаза отчаянно трясутся, будто он ничего не понимал, был жалким.

— …Не понимаю, о чем вы говорите.

— Твой вид мне говорит об обратном.

Всегда весело над ним подшучивать.

Глядя, как он не мог ответить и закрыл рот, возникло чувство садизма.

— Я много чего знаю. Если хочешь, могу рассказать еще.

— …На этой точке, кажется, нам пора остановиться.

Он прикусил губу, будто его поймали на тайне, которую не хотел раскрывать.

— Барон Дэрон. Почему ты его убил?

Мне всегда было интересно. Он был влиятельной фигурой в бизнесе Аджесте, да и в романе он ему помогал.

Аджест оставался им доволен. Ну, это то,что касалось оригинала.

— Тот прикасался к тебе.

— …

— Своими мерзкими липкими руками.

Он даже не скрывал своего отвращения, отражающегося на лице.

Два года назад в светском обществе он щупал мое тело, притворившись, что все это было вымыслом.

Его отношения с женщинами имели плохую репутацию.

Слух распространился после его смерти, хоть он и прежде нанимал некоторых горничных, дабы те работали в его особняке.

Те, кто слышали слухи, с легкостью в этом убеждались.

Он был печально известен тем, что у всех на глазах приставал к молодым девушка из менее влиятельных семей.

Когда он коснулся к моему телу, было очевидно, что разум окончательно его покинул.

Я всерьез подумывала отрезать ему руку, но до меня его уже убили.

И это сделал Аджест.

Я глядела на небо, простирающееся над ним.

Фонарики, усыпавшие высь, прекрасно сияли, сталкиваясь друг о друга.

Стук. Лепестки нежно упали на лицо.

Я моргнула, наблюдая, как одним за другом падали лепестки.

Лодка приютилась под деревом, и цветы, распустившиеся на ветках, рассыпались, кружа в потоке ветра.

Я подняла руку и сорвала цветок с дерева.

Когда я склонила голову, то обратила внимание на Аджеста. Мило улыбаясь, я поближе наклонилась.

Наклонившись и ближе подойдя к нему на коленях, я почувствовала, как лодка покосилась.

Однако меня это не беспокоило. Аджест бессмысленно уставился, даже не думая меня останавливать.

Я вставила сорванный цветок в его волосы.

— Аджест красивый.

Из-за света фонариков его лицо залилось краской.

Поскольку лодка постепенно косилась в сторону, мне пришлось вернуться в прежнюю позу.

Его взгляд все еще был прикован к моим опускающимся рукам и телу.

Я подняла фонарик, лежавший рядом, не подозревая о его взгляде.

— А теперь запустим.

Я отдала ему фонарик.

Он на него взглянул и зажег магией.

Увидев, как поднимается фонарь, запущенный им, я тоже его бросила ввысь.

— Что ты загадал?

Мой взор был окутан запущенными в воздух фонариками.

Его аметистовые глаза окрасились красным.

— Упрашивал и умолял Сериену выйти за меня.

— …

Что ж, тут покашливания не избежать.

— Меня устроит вариант даже быть вашим любовником.

Я не могла подобрать слова, увидев его улыбку.

— Я желаю Сериену. Что же вы загадали?

— …Я хочу, чтобы поскорее приготовили твое лекарство.

И правда. Противоречивые желания не могут вместе ужиться.

Глядя на него, я вздохнула.

Не ходи. Не ходи. Сестра.

В один из солнечных дней. В день, когда ослепительно сияло солнце. Когда однажды темные облака заволокли небо,предвещая дождь.

Он поймал свою сестру.

— У меня плохое предчувствие. Не уходи сегодня и останься со мной. Хорошо?

Он отчаянно схватил свою старшую сестру.

Приснился кошмар.

Сон, в котором от сестры остались лишь размозженные кости и порванная плоть.

Это был не просто обычный кошмар.

Его кожа была чувствительна к каждой крупице касавшегося воздуха.

Что же из тех искренних слов сестры предназначалось ему?

Невероятно ярко улыбаясь, она гладила мальчика по голове, чей рост доходил до пояса.

— Итон, тебе,видимо, приснился кошмар.

Итон. Это было ласковое прозвище и второе имя мальчика.

Ветер завывал.

Его серебристые волосы вихрем колыхались перед глазами, будто вскоре превратятся в пыль.

— Это не просто кошмар! Нет! Сегодня не надо идти! Не уходи…Останься со мной. Так ты будешь в безопасности.

— Нет. У меня сегодня встреча.

— Встреча? Тогда ты должна отменить ее! Потому что ты не должна сегодня выходить!

Эти слова были сказаны через силу.

Он был искренен, выдавливая из себя эти эмоции, ибо в обычное время его лицо всегда было серьезным.

Ее ни за что и никогда не стоит отпускать.

Как только она взглянула в зеленые глаза отчаявшегося брата, на ее лице промелькнула неуверенность.

Однако она уже приняла решение.

— Перестань. Итон. Сегодня у меня назначена важная встреча. Ее невозможно отменить из-за какого-то незначительного кошмара.

— Сестра, неужели ты встречаешь с принцем?

Она не могла ответить. Она хотела отрицать его слова, но не стала.

«Да».

Она остерегалась этого слова, боясь его больше всего.

— Сестра! Лучше встреться с кем-нибудь другим. Только не с ним.

— Итон…

— Ему не нравится сестра! Он просто пытается воспользоваться сестрой….!

— Прекрати. Игельто!

— Прекратить? Что еще за прекратить…

Он хотел остановить ее, даже воя во весь голос или причиняя боль.

Потому что это его семья. Потому что он ее любит.

Потому он и разозлился.

Но была еще причина, отчего он разозлился пуще прежнего.

Он обнаружил одну книгу, которая держала сестра в руке.

Она спрятала книгу за спину и испугалась, увидев, куда направлен его взор.

— Сестра…Это….

Книга с запрещенной магией. Почему она у сестры?

Он не находил слов.

Он яростно покачал головой, как дурак, при виде сестры с потрясенными глазами.

— Это тоже приказал принц….?

— …

Это вправду так…

— Это не так…

Она, его старшая сестра, не умела скрывать на своем лице истинные эмоции. Особенно в неловких ситуациях.

— Тогда…Отдай мне это. Я сохраню это в тайне.

— Я не могу….

— Не можешь? Это ведь запрещенная книга! Черт, для чего ты ее украла!

— Я не крала! Ненадолго взяла взглянуть, а потом верну…

— Не будь глупышкой! Отдай мне!

Он подбежал к ней и попытался украсть спрятанную сестрой книгу.

Он схватил одежду, пока та не порвалась, не позволяя ее руке оттолкнуть его.

Ему следовало забрать эту книгу.

— Ах!

Но он был маленьким, потому не мог победить сестру.

Она сильно его толкнула и побежала, даже не оглядываясь в его сторону. Она избегала его.

Кап-кап.

С неба стали падать капли воды.

Тук-тук.

Постепенно число капель дождя росло, сильно ударяя по нему.

Это был последний раз, когда он ее видел.

Игельто разбудил звук кипения.

Это вправду мерзкий сон.

Незабываемый кошмар, который станет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

Даже если не хочет помнить, он сохранится в памяти до конца дней.

Как и было прежде.

У эльфов долгая жизнь. Для них человеческая жизнь кажется ничтожной.

Игельто по человеческим меркам прожил довольно долго. Но для эльфа он был еще молод.

Он заправил назад волосы, ниспадающие на лицо.

С момента прибытия в это место он давно не стригся, потому волосы сильно отрасли.

Касаясь своей челки, он решил их подрезать.

Он уставился на стакан, нагретый спиртовой лампой.

А?

Он протер глаза, сомневаясь в увиденном.

….Лекарство завершено.

***

Бах! Бряц!

Максион прислонился головой к стене и взглянул на поднимающегося Харона.

Все по-новому.

Харон ударился телом на пол, пытаясь сломать сковывающее его удерживатели.

В любом случае, это бесполезно.

Это были магические оковы, так что никакая сила не поможет.

Из-за сильного шума в ушах, продолжавшегося целый день, он едва не сошел с ума.

Намного эффективнее унять свой пыл и поберечь выносливость, проявив послушание, нежели по-бунтарски себя вести, тем самым взваливая на себя еще больше проблем.

— Прекрати, Харон. Посмотри, ты что, еще не понял?

— Нужно хотя бы попытаться! Ты снова это начал! Потому что я выберусь.

Брат настоящий тупица.

Он знал личность Харона лучше, чем кто-либо другой, потому отказался отговаривать.

На всякий случай он поспешно оставил зацепку своему брату Михаилу.

Он взглянул на раненую ладонь.

Он порезал ладонь ножом, чтобы кровь пропитала носовой платок.

Сейчас рана почти зажила.

Как и Харон, Михаил был грубым и невежественным, но никак не глупым.

Он пусть и ведет себя по-идиотски, но в какой-то момент включает в себе человека.

Мудрый и бессердечный новый вид меняет Михаила до неузнаваемости.

Так или иначе, он надежный старший брат, поэтому обязательно его когда-нибудь его найдет.

Так что все,что нужно сделать, это не спешить и ждать подходящего момента, дабы сбежать.

Он видел, как Харон низменно барахтался и катался, натыкаясь на стены и пол.

Лучше с таким идиотом вообще не разговаривать.

С такими незначительными мыслями он прислонился головой к стене.

Здесь было весьма жарко. Пот стекал по лбу Максиона.

То ли от жары, то ли от шума, исходящего от Харона, его голова немного разболелась.

Бряц!

— Готово!

— Как…?

После некоторых отчаянных попыток высвободиться Харон сломал магические ограничители.

Разве их можно сломать таким легким способом…?

Максион подозрительно уставился на магические сломанные оковы, валяющиеся у ног Харона.

Харон протянул руку и выпустил небольшое количество магии.

— О! Теперь можно использовать!

Он удивился при виде спокойно высвобождающейся магией, недавно заблокированной магическими оковами.

Испытание закончилось. Харон подошел к Максиону.

Он воспользовался своей магической силой, дабы сломать ограничители, сковывающие тело Максиона.

Настолько просто…?

Максион недоуменно перевел взгляд на Харона.

— А теперь пошли.

— О,о…

Порой невежество помогает привести к результату….

— Эй, Максион. Ты так сильно потеешь, даже не двигаясь. Что с тобой?

— Да пот стекает из-за жары.

— То есть? Здесь же холодно. Ты разве не замечаешь, что при каждом слове испускается пар?

Что?

Он не увидел, потому как сосредоточился на Хароне, который его постоянно отвлекал.

Если взглянуть…Всякий раз при выдохе выходил легкий пар; температура же, витавшая вокруг, была ниже нуля.

***

Это произошло, когда я добралась до особняка. Пришло письмо от Михаила.

Письмо источало легкий лимонный аромат.

Обычно от его писем не исходит запах. Он не использует бумагу, пропитанную благовониями.

Я открыла письмо, дабы проверить, правда ли что оно от него.

Тук-тук!

Без моего разрешения торопливая рука внезапно открыла дверь, и кто-то вошел.

— Игельто…!

Открывшее письмо я положила на стол и взглянула на эльфа.

Его зеленые глаза трепетали волнением.

Из-за того,что он бежал вдоль коридора, его дыхание было прерывистым.

— Что случилось?

— …Лекарство. Лекарство готово.

Я смотрела на него дрожащими глазами.

Ноги к нему невольно двигались. Тапочки волочились по полу.

Звон заполнял уши, а галлюцинации опустошали разум.

Колокол, прежде раздававшийся с колокольни, звенел в ушах, предвещая начало конца.

— Спасибо…Игельто.

Странно.

Я же должна быть рада, так почему внутри все сжалось? Причина состояния неизвестна.

Заползала пустота, словно в потаенном месте груди образовалась дыра.

Почему? Черт, почему?

Улыбнись, улыбнись, Сери…Ты же должна быть рада? Это то, чего я желала.

Я попыталась через себя приподнять уголки губ, дабы рассмеяться…Но губы не шевелились.

Я чувствовала, что была должна что-то сказать, однако плотно сжатые губы не раскрывались.

Неужели я веду себя так глупо, ибо, вопреки ожиданиям, удивление было большим, а охватившие эмоции куда сильнее?

— Почему ты так выглядишь? Я думал, ты обрадуешься…Видимо, это не так.

— Тебе кажется. Я очень счастлива.

Я поспешно его перебила.

Да. Я веду себя странно. Я просто невероятно удивлена, что такой итог меня не устроил.

Легкий взгляд. Рассматривая меня, он сделал паузу и после разомкнул губы.

— Как насчет того, чтобы начать его применять уже с завтрашнего дня?

— Чем быстрее, тем лучше.

Теперь все, что осталось, это дать лекарство и избавиться от промывки мозгов.

На рассвете мы с Игельто отправились в кабинет Аджеста.

По пути мне пришлось скрыть свои волнения, нахлынувшие на меня как волна.

При наступлении этого долгожданного дня я думала, как управлять переполнявшей радостью.

Но что же сейчас?

Сейчас были лишь переживания, господствующие за беспорядок, наведенный в моей душе.

Нужно быть внимательным.

Сдерживая учащенное дыхание, я открыла дверь кабинета.

— Сериена…?

Появление было неожиданным. Лицо Аджеста, встретившего меня, окрасилось цветом счастья.

Но, как только он обнаружил Игельто, стоявшего возле меня, его черты лица тотчас ожесточились.

— Привет, Аджест.

Искусно скрывая волнения, я приблизилась к нему.

— Лекарство наконец-то готово.

— …

Его алые губы удивленно приоткрылись.

На этом все. Ни радости, ни бурных возгласов.

— Ты не рад? Ты должен быть самым счастливым.

— ….Вы рады?

— Конечно, Аджест.

— В таком случае и я счастлив.

Если ты счастлива, то я тоже счастлив. Его слова означают, что наши чувства разделены на двоих.

В нескольких шагах от двери я села на диван.

Раздался звук отодвигаемого стула. Аджест встал и присел на диван, на котором была я.

Игельто, спокойно смотрящий на нас двоих, начал говорить.

— Теперь, когда лекарство готово, я хотел бы все разъяснить, хорошо?

Взволнованный ответом, Аджест взглянул на меня и кивнул.

Вскоре Игельто присел на диван напротив Аджеста.

— Первым делом нужно сказать…Хм, когда я проводил осмотр в прошлый раз, состояние было тяжелым. То, что ты не умер, — уже восхитительный результат. Если человек настолько отравлен…Обычно он сходит с ума и умирает; его мозг плавится, и разум бесследно исчезает.

Аджест все еще жив, потому как его предначертанная судьба не заканчивается на этой точке.

Вот и все.

Стоит благодарить судьбу или же сетовать на нее?

Осознавая сей факт, это было трудно принять, однако Аджест спокойно это сделал.

— Отравление на такой стадии потребует длительного времени для детоксикации.

— Сколько?

— Ну, я точно не знаю. Принятие амалиона в течение длительного времени, означает, что твое тело устроено так, что ему под силу справляться с токсинами. Так что, если повезет, то детоксикация может произойти гораздо быстрее.

В последний раз, когда Игельто осматривал Аджеста, его лицо отражало серьезность.

Мне было известно, что он в отчаянном положении, но тогда я вправду сильно переживала.

— А, точно. На всякий случай я приготовил снотворное.

— Вы говорите снотворное?

Аджест спрашивал, зачем ему оно нужно.

Он слегка наклонил голову и задал вопрос. Все это выглядело артистично.

— Я читал, что в ходе применения противоядия, нейтрализующего амалион, случаются разные проблемы. Появляется сильная боль неизвестной этиологии, и принятие обезболивающего бесполезно, верно?

Я спросила Игельто, дабы убедиться, что мой ответ верный.

Игельто покачал головой в знак согласия, отчего его распущенные светлые волосы естественно заколыхались.

— Верно, говоря точнее, подобное случается крайне редко, только когда противоядие неэффективно. В качестве побочных эффектов возникают галлюцинации.

Игельто выглядел обеспокоенным, полагая, что подобное может случиться с Аджестом.

— Образ галлюцинаций напоминает реальность. Когда чувствуешь боль, трудно сказать, плод ли это воображения или же реальное чувство.

— …

— Все те, кто его принимал, лишаются рассудка. Исключений нет.

— …

— Так что, дабы подготовиться к непредвиденной беде, нужно его заставить заснуть, дав снотворное. Невозможно узнать, станет ли организм отторгать лекарство или нет.

— Понятно.

Аджест спокойно принял ужасающий факт.

Вероятно, из убеждения, что он никогда не сойдет с ума, или, возможно, то, что он сойдет с ума, не имеет значения.

Он моргнул, напоминая равнодушную куклу.

В ответ на такое замечание, которое обычно в глазах людей выглядит пугающим, у Аджеста не было ни малейшего оттенка волнения. Словно все так и должно было быть.

— Противоядие может вызывать бессонницу. Снотворное принимают по разным причинам, но…Снотворное также может давать разнообразные побочные эффекты, однако иного варианта у нас нет.

Он нахмурился, будто был озадачен.

— Если сократить срок принятия снотворного, проблем не возникнет. Лекарство следует принимать раз в сутки, вечером перед сном. Хорошо?

Аджест согласился, ничего не сказав Игельто.

— И….Мне потребуется кровь для более подробного изучения состояния. Не будешь против, если я немного возьму?

Аджест, продолжавший на меня смотреть на протяжении всего рассказа, перевел взор на Игельто.

От ледяного взгляда Игельто бросило в дрожь.

— Не против.

Его голос, лишенный всяких эмоций, был пропитан холодом.

На том беседа закончилась.

Время постепенно текло, и наступила ночь.

С наступлением ночи я взяла Игельто и отправилась в спальню Аджеста.

Игельто принес с собой множество препаратов.

Разумеется, он не собирался давать ему все лекарства. Эльф просто подготовился к различным ситуациям, которые могут случиться.

Игельто налил противоядие в чашку, и Аджест без слов его выпил.

На первый взгляд могло показаться, что лекарство подействует. Аджест, выпивший лекарство, сохранив неподвижную переносицу, был восхитителен.

Теперь остается лишь стоять рядом и следить за прогрессом.

— На, проглоти.

Игельто протянул Аджесту снотворное в виде таблетки.

— Все будет в порядке, если выпить снотворное?

— Не переживай. Примерно через час-два возникают побочные эффекты. Максимум через четыре часа. Побочные эффекты не проявятся, пока он не встанет.

— Правда?

— Да, только если не принять снотворное, побочные эффекты проявятся, и человек сойдет с ума.

— Я рад. Что вы волнуетесь.

Аджест, глядя на меня, нахмурился, словно Игельто испортил ему настроение.

Аджест лег на кровать, не переживая ни о чем. Ему было будто без разницы.

— Доброй ночи, Аджест.

Я вывела Игельто из комнаты.

Стук.

Дверь закрылась.

***

Свет в комнате погас, и звук шагов, слышимый из комнаты, постепенно затих.

Аджест убедился, что те двое окончательно ушли, и тихо открыл глаза.

Он поднес руку ко рту и выплюнул снотворное.

К счастью, снотворное было таблеткой.

Если оно было бы в жидкой форме, возможно, ему бы пришлось прочистить желудок.

Это доставило бы незначительную проблему, ведь вышло бы и противоядие, которое он раньше принял.

Он прошел по коридору, наполненному холодным воздухом.

Как только он остановился, черный туман окружил мужчину. Вскоре его фигура исчезла.

Остались лишь холодный ночной ветер и лунный свет, струящийся через окно.

— Ты пришел?

Звуки нежного дуновения ветра и ненавистный голос раздались позади него.

Когда он обернулся, за столом сидела женщина с пепельными волосами, облокотившаяся на стул. Приветствие исходило от нее.

Ее волосы пепельного цвета освещались лунным светом и казались на первый взгляд серебристыми.

Ему это сразу не понравилось. Этот образ навевал воспоминания о том, когда Сери плакала, держа его за воротник на колокольне.

Растрепанные и мягкие на ощупь серебристые волосы струились сквозь его пальцы.

— Слишком темно. Я не вижу твоего лица. Не подойдешь ближе?

У него не было права на отказ. Именно таким он вырос.

— Зачем вы сегодня меня позвали?

После смерти отца три года назад он оставил герцогство Мелфорд.

Пусть его тело и покинуло то место, но все, что было связано с ним, не обрело свободу.

Проклятье.

Герцогиня позвала Аджеста. Порой она делала странные вещи.

Она брала его кровь и использовала в эксперементах на специальном лабораторном столе.

Она его звала, никогда не говоря об этом Сериене.

Герцогиня, натягивая уголки губ, улыбнулась.

В комнате царила невероятная тишина — не были слышны даже звуки шагов.

Когда Аджест подошел, встав перед герцогиней, в глаза бросились притоптанные бумаги.

«Фэйл Бертиум».

«Хиблан Адриан».

«Юсион Грантес».

…На этих документах были написаны имена многих молодых аристократов.

—Пришло довольно много писем, предназначенные Сереине.

Герцогиня заметил его взгляд и с усмешкой заговорила.

— Не пора ли Сери выйти замуж? Но дитя еще не помолвлено, не говоря уже о браке.

Аджест поднял со стола бумаги.

То, что герцогиня его не остановила, он расценил это как разрешение.

— Все они обладают большой известностью. Хоть меньше, чем Агэрния.

— Я думаю выбрать одну из семей и обручить его с Сериеной. Особенно выделяется маркиз Грантес из-за недавнего освоения рудника.

— …

— Для сближения семей нет лучшего средства, чем помолвка. Верно?

Сила руки, державшей бумаги, возросла.

Десятки тонких листов бумаги быстро помялись в его руках.

Но он не остановился на этом и сжег их с помощью магии.

— Боже. Как жестоко.

Огонь, пылающий сильнее обычного, охватил листы.

Герцогиня, подперев подбородок, наблюдала, как бумаги превращаются в пепел.

— Вы думаете, что я все так и оставлю?

— Тогда что ты, с промытыми мозгами, сможешь сделать? В лучшем случае ты сможешь побросать цветы на свадьбе девчонки. (п.п- герцогиня говорит,что она ему просто прикажет, и тот не сможет ей перечить).

— Вы правда считаете, что я бессилен и ничего не смогу предпринять?

— И что же тогда ты сделаешь?

Дело не в том, что все было безнадежно.

Но в мыслях всегда крутилось лишь: «Остановись».

Аджеста не интересовали ни слава, ни богатство, накопленные им и построенные.

Его взгляд всегда был прикован к Сериене.

Не один день — он всегда об этом размышлял.

Часть, где ему промыли мозги, заключалась в том, чтобы не идти против герцогини.

Тогда почему бы не сбежать от нее?

Может, похитить Сериену и отправиться туда, куда не доступен взор герцогини?

Надеть на нее оковы и прожить простую, но прекрасную жизнь?

Ему всегда приходилось останавливать подобные мысли, витавшие в голове. Потому что Сериена не желала подобного.

В некотором смысле герцогиня все продумала – она нацепила на него поводок.

— В любое время всегда найдется выход.

Все возможные методы вращались вокруг Сереины.

— Но вконечном счете ты ничего не сможешь сделать.

Она была права. Он ничего не мог поделать.

Проклятье.

— Аджест.

Ее белоснежные пальцы постучали по столу.

— Ты тоже не забывай. Сери – моя вещь.

Очень странно так называть собственного ребенка.

Для нее дети были не больше, чем имущество.

— Именно я дергаю за ниточки жизнь той девчонки. И тебе не под силу что-либо изменить. Более того, ты любишь Сери.

— …

— Ты же не хочешь, чтобы шея любимой женщины слетела с плеч прямо перед тобой?

— …

Он заложник.

Быть может, ему промыли мозги лишь для того, чтобы он полюбил Сериену.

Сделать его заложником, дабы им манипулировать.

Когда Аджест прибыл в Мелфорд, ничего ценного для него не существовало.

Семья? Он никогда не получал любви.

Герцогиня Мелфорд прекрасно это знала. Потому она собственноручно создала для него нечто ценное.

Что случится, если бы его вышвырнули за ненадобностью?

Тогда в этот момент Сериена окажется в опасности.

Тот, кто для него, вероятно, стал самым ценным человеком.

— Ты знаешь, что я усердно учила тебя манерам. Почему ты, такой сообразительный мальчик, этого не осознал?

Белая магия вытекла из ее тела.

И прижала Аджеста, словно вещь вот-вот порубят топором.

У него было достаточно сил, дабы отразить эту магию.

Но сдерживало его это сделать множество вещей, посему он покорно согнул колени.

Подобное уже стало обыденным делом.

Герцогиня, видя, как перед ней преклонил колени Аджест, нарисовала довольную улыбку.

— Да. Этот облик повинующегося и падшего. Не забывай его.

Сериена. Она была для него не только всей жизнью, но и самой главной слабостью.

Конечно, Аджест так не считал, но на деле это было правдой.

— Я назначила встречу с сэром Грантесом через неделю. Ведь в случае обручения стоит заранее встретиться, верно?

Когда раздался звук отодвигающегося стула и цоканья каблуков о пол.

Она подошла, встав перед тем, кто склонил колено.

— Давайте договоримся. Чего вы хотите?

— Аджест.

— Что вы можете получить от маркиза Грантеса? Нет, я заплачу больше. Что еще мне стоит сделать, дабы отменить встречу?

— Хорошо. Раз ты такой настойчивый, мне придется отложить помолвку.

Отложить…

На ее лице заиграла прелестная улыбка.

Сколько. Сколько придется отдать, дабы ее не отпускать?

— Возьми.

Герцогиня передала ему что-то из своих рук.

В прозрачной стеклянной бутылочке плескалась темно-голубая жидкость.

— Выпей.

— Это яд?

— Может быть, а, быть может, и нет. Даже если это яд, ты не можешь отказаться и не выпить, верно?

Серые глаза с улыбкой произнесли.

Что ты станешь делать, если не выпьешь, Аджест.

Аджест без колебаний проглотил причудливую жидкость.

Спустя некоторое время его вырвало кровью.

Его шелковистые черные волосы были пропитаны потом, а белоснежная кожа была залита кровью, которая шла изо рта.

Герцогиня Мелфорд положила руку на плечо Аджеста, которое прерывисто дрожало. И беспрепятственно вылила магическую силу.

— Кхык…

Аджест схватился за рот, из которого потекла кровь.

Герцогиня, бесстрастно за ним наблюдая, промолвила.

— И в этот раз полное поражение…

***

Затуманенное зрение отыскало лишь одно место.

Аджест огрузлыми шагами направился в комнату Сериены.

Пока девушка сладко спала и дышала, она выглядела беззаботной и умиротворенной. Так что он был рад.

Протянув руку, дабы погладить эти серебряные прекрасные волосы, он обнаружил пятна крови на руке и поспешно отпрянул.

— Спите спокойно, моя Сери.

Покинув комнату, он ветер кровь с тела и достал чистую рубашку.

— Помолвка с сэром Грантесом пойдет на пользу моей семье.

Эти слова принадлежали герцогини.

Аджест заплатил значительную сумму денег при условии, что герцогиня не станет продвигать помолвку для Сериены.

Среди рудников, принадлежащих Агэрнии на севере, она получила самую ценную из них. Было решено передать ее герцогине Мелфорд.

Это была огромная потеря, но не для него.

Отказаться от рудника и «еще» держать подле себя Сериену было настоящей выгодой.

Голова опустела, сознание спуталось, а изнеможенное тело свербело каждой своей клеточкой.

Он направился в офис, дабы отвлечься, перенаправив свои мысли в другое русло.

Скорее, лучше разобрать недоделанные документы.

Придя в офис, он взял бумаги и стал рассматривать важные вопросы.

— Ас….

Его позвал сладкий голос.

Аджест естественным жестом повернулся на зов.

Взгляд, который, казалось, никогда не отрывался от документов, перевелся естественным образом.

Сериена была там, куда он обратил свой взор. Она улыбнулась, искушающе изогнув брови.

— Побочные эффекты возникают спустя час-два после приема лекарства.

Он взглянул на часы — минул уже час.

ʹКазалось, прошло уже четыреʹ.

— Ты не выпил снотворное?

Сериена томно улыбнулась. Аджест не мог оторвать глаз от пленяющего лика.

Это воображение.

Голова это ясно осознавала, но он не мог отказаться от этого воображения.

Аджест пристально на нее смотрел, когда она, нарисовав слабую улыбку, подошла к нему.

Она присела на его бедро и прижалась к телу, крепко обняв шею.

Ее рука медленно погладила его грудь.

Несмотря на то, что это было воображением, щекотливое ощущение было отчетливым.

— Ты не слышал моих слов?

Она грубым движением схватила его подбородок и подняла.

Аджест невольно выровнялся с ней взглядами.

Вновь повторяющееся событие.

Ее рука направилась к запрещенному месту.

Вид ее лукавой улыбки напоминал Сериену.

Вполне ясно, что эта иллюзия, воссозданная с Сери в его памяти.

Он ласково взял ее распущенные серебряные волосы.

Она схватила его за руку, когда он провел пальцами по ее волосам и потер их по своему лицу.

Жесты, смешанные с миловидностью, идут вразрез с Сериеной.

Ее лицо медленно опустилось.

Когда она прижалась лбом к его лбу, длинные серебряные волосы ниспали.

Он снова заправил ей волосы за ухо.

Действие было нежным и приятным, но воображаемая Сереина ничего не ощущала.

Чмок. Сериена нежно положила губа на его.

Она облизала и закусила губы, словно приказывая открыть рот.

Когда нерешительные уста разомкнулись, ее язык безжалостно проник в его рот.

Невзирая на иллюзию, ощущение двигающегося горячего языка было отчетливым и реальным.

— Образ галлюцинаций напоминает реальность. Когда чувствуешь боль, трудно сказать, плод ли это воображения или же реальное чувство.

Вероятно, это побочные эффекты, о которых говорил эльф.

Она ухмыльнулась, шевеля бровями, будто все это было забавным.

Когда она улыбнулась, легкая вибрация прошла между губами.

От острого ощущения его брови скривились, но потом разгладились.

Резь-

Закатив глаза, чтобы проверить, он увидел в ее руке кинжал, о котором не подозревал.

И этот кинжал был вонзен в его живот.

Его рубашка промокла, нарисовав алый узор.

Сериена с удовлетворением, глядя на его следы, вонзила кинжал еще глубже.

Он машинально опустил голову и издал приглушенный стон. Неожиданно на щеках выступил холодный пот.

Она схватила его за подбородок, отчего стекающая капля пота превратилась в струю, а затем его подняла и вновь прильнула к губам.

Попутно с этим она шевелила ножом, все глубже пронзая внутренности его тела.

Резкая боль распространялась по всей плоти, будоража каждый нерв.

В то же время по телу пронеслось жуткое удовольствие.

Его мозг расплавился, как поток выброшенной лавы. У него не оставалось иного выбора, кроме как поддаться этому манящему ощущению.

Иллюзия была ужасающей.

Сериена, отстранив губы, попутно вытащила кинжал, глубоко пронзающий плоть.

В тот момент из проколотого живота хлынула кровь.

— Тебе не нравится?

— Отнюдь…Ык.

Не дожидаясь завершения ответа, она проткнула ножом противоположную сторону живота.

В отличие от прошлого раза, на сей кинжал вошел медленно.

Когда кинжал двигался внутри тела с медленной скоростью, ощущение жестокого удара по голове пропитало его внутренности.

— Правда?

Она смеялась игривее всякого дурного мальчишки.

Рубиновые глаза, сияющие ярче любого драгоценного камня, отражали жестокость.

Даже весь вид был настолько пленяющим, что он не смог открыть рот.

Сериена вновь его поцеловала.

Аджест обнял Сериену, игнорируя растущее резкое ощущение и пробирающее чувство, рвущее плоть.

Одна рука обняла ее за талию, а другая ласково обхватила затылок.

На этот раз он взял лидерство. Аджест удерживался даже за иллюзию, страстно желая Сериену.

Куда бы ни пронзило лезвие — Аджест ее ни разу не отпустил.

***

За столь долгое время я впервые рано проснулась.

Я отдернула шторы, принимая солнечные лучи, настойчиво желающие проникнуть в комнату, а потом переоделась.

Когда я собиралась выйти из комнаты на утреннюю прогулку, внимание привлекло письмо на столе.

Письмо было от Михаила.

Я совсем о нем позабыла из-за Игельто, сообщившего, что препарат готов, и Аджеста, принявшего препарат.

Я взяла письмо, которое все еще источало аромат.

Я разорвала конверт и проверила содержимое.

«Как ты, Сери?

Хороших тебе деньков.

Твой старший брат».

Проверив содержимое письма, я нахмурилась.

Странно, текст короткй, и не хватало много слов.

Слишком мало приветственных предложений. Я слишком чуткая?

— Тук-тук.

«Господин» постучал, открыл дверь и без разрешения вошел.

Я уже привыкла к пренебрежению манер.

— Привет, Игельто, как с утра обстоят дела?

— Не могла бы ты мне подстричь волосы?

Протянув острые ножницы, он робко улыбнулся.

Если так подумать, то изначально густые волосы стали еще больше с того раза, как мы впервые встретились.

— На сколько?

Взяв ножницы, я на миг вспомнила прошлое время.

Когда я жила в Корее, я несколько раз подравнивала ножницами челку своим друзьям.

Сначала меня упрекали, что я косо стригла, но со временем научилась стричь ровно.

Пребывая в смутных воспоминаниях, я ярко улыбнулась.

—Хм, что это?

Он взглянул на письмо в моей руке и спросил.

— А, так, ничего. Письмо от одного старшего брата.

— Правда? Странно что от этого письма…Исходит запах.

— Да, немного оригинально, правда?

Это была композиция ароматов.

Один из них был терпким лимонным, смешанным с несколькими сладкими запахами. Так он скрыл свои недостатки и утратил неприятный аромат.

— Сериена, можешь ненадолго мне его дать?

Возможно, из-за странного выражения лица я молча передала письмо.

Он поднес письмо к носу, понюхал его и нахмурился из-за кислого запаха.

— И принеси свечу.

Неужели.

Я, конечно, немного представляла, что он собирался сделать.

Почему я только сейчас поняла?

Я взяла с полки свечу и ее зажгла. Игельто поднес письмо над свечой и поджег его.

Как и думала. На обгоревшей бумаге стали вырисовываться буквы.

В мгновение ока буквы заполонили белоснежную бумагу — текста стало больше.

— Теперь прочти.

Как только появились все буквы, он вернул мне письмо.

«Как ты, Сери?

Хороших тебе деньков».

Это уже было тем,что я прочитала. Ниже были новые строчки.

«Прежде я говорил, что Харон и Максион сбежали. Но, кажется, это не так.

Было бы хорошо, если бы это обошлось обычным бегством, но…кажется, их похитили.

Это только мое предчувствие. Возможно, это как-то связано с матерью.

В тот день не нашлось никаких следов проникновения чужих людей. В семье не найдется никого, кроме нашей матери, кто бы смог справиться с теми двоими.

Письма, которыми мы с тобой обменивались в последний раз, оказались в руках матери. Вряд ли все это совпадение. Поэтому пришлось отправить вот такое письмо.

Конечно, мой человек написал письмо и непосредственно тайно отправил, чтобы мать не смогла обо всем выведать. Это было сделано на всякий случай.

Сери, если видишь это письмо, приходи к фонтану на улицу Мэнтри в 19.00 вечером в четверг.

Каждый четверг я буду ходить по этой улице.

Твой старший брат».

Ах. Прочитав письмо, я вздохнула. Прежде я думала слишком беззаботно.

Если слова Михаила правдивы, то нужно найти Харона и Максиона.

Я сжала ноющую голову.

Во время важного разрешения промывки мозгов неожиданно накладывалась проблема младших братьев.

— Зачем он написал письмо, спрятав буквы? Дело серьезное?

— Нет. Ничего такого. Должно быть, брат от безделья это сделал. Это обычное приветствие.

— Обычное приветствие. Разве лицо мрачнеет при виде обычного приветствия?

Он не поверил мне. Язвительный тон побуждал выдать правду.

Я закусила губы. Нужно спрятать.

Сейчас не время. В важный момент нельзя все пустить коту под хвост.

— Ничего важного.

— Правда? Возможно, ты плохо ладишь с братом?

— …

Когда я промолчала, он, очевидно, все понял.

Это было большим недоразумением, но после небольшой поправки, что «все не так», я не стала об этом говорить, ибо в моих глазах эти вещи станут лишь бременем.

Хотела бы, чтобы я неправильно это поняла. Я задавалась вопросом, связано ли это просто с тем, что мы давно не виделись.

— Прости. Кажется, я зазря накинулся на тебя с допросами.

— Нет. Все в порядке, ах, да, я подрежу тебе волосы. Чуть не вылетело из головы.

Я поспешно перевела тему.

Он же зашел в мою комнату, чтобы подстричься.

Я усадила его в кресло и накинула ткань вокруг тела. Игельто неловко поерзал ткань.

— Немного запоздалый вопрос. Ты умеешь стричь?

— Я уже стригла Аджеста.

— Правда?

— Ага. Я правда не вру. Я тебе когда-нибудь лгала?

— Но…не могу поверить.

— Тогда не верь этому.

Конечно, стрижка Аджеста — настоящая ложь.

Ложь во благо Игельто, чтобы унять его волнения.

Его глаза сияли ожиданием. Он слегка пожалел об этом, но было поздно.

Спустя некоторое время его волосы, с хрустом подстригаемые, упали на пол.

Как только я его подстригла, то положила ножницы.

На ножницах остались золотистые волосы.

— Красивый.

Его лицо залилось краской, словно он был бессилен перед  комплиментами.

Волосы, закрывавшие его глаза, были аккуратно пострижены и отчетливо обнажали его зеленые глаза.

Я дала ему зеркало. Он взял зеркало и внимательно взглянул на свое лицо.

— …На удивление, вышло хорошо. Я уж настроился, что ты отрежешь всю челку.

— Ты даже не можешь сказать спасибо.

Я цокнула языком.

Почему-то его саркастичная манера речи напомнила мне брата Михаила.

Спустя некоторое время я спустилась в столовую.

Я думала, что Аджест, как обычно, первым сядет за стол и станет меня ожидать, но.

— …Аджест?

Увидев пустую столовую и спросив слуг, я оглянулась.

Я была озадачена лицом, пропитанным страхом.

— Это…Кажется, он спит.

— Что?

В отличие от меня, Аджест был прилежным.

Это он начинал свой день, просыпаясь на рассвете.

Кроме того, он со сбившимся дыханием бежал, чтобы встретиться со мной.

Он никогда не пропускал дел, которые напрямую касались меня.

Быть может, это мое тщеславие, но, изо дня в день видя его таким, эта рутина воспринималась как должное.

Неужели, вряд ли.

Препарат уже сработал через день после его приема…?

Я питала надежду, подобную свече, которая угасала во время порыва ветра, и страх, подобный пылающему огню.

— Раз владелец не просыпается, не ваша ли работа его разбудить?

— Э-это…Я отправилась к господину, дабы его разбудить, но он сказал, что перережет шею любому, кто ступит за порог его комнаты.

Слуга также выглядел растерянным из-за странного и неприсущего поведения господина. Ему впервые удалось лицезреть такую грубость.

ʹПочему он не пришел?ʹ

Кажется, от непривычного меня начинает бросать в дрожь.

Любой совет, который не был приказом, всегда следовал его согласием.

Все привыкли к этому, потому отказ был незнакомым.

Должна быть причина, что-то вроде усталости или потери аппетита.

Было действительно забавно видеть, как он впервые отказывает.

Также было забавно думать, что препарат подействовал после отказа.

Твоя ко мне любовь не означает, что ты всегда должен следовать моей воле.

И все же я не могла стереть это неописуемое странное чувство.

Чистое «чувство», которое можно назвать простым, если и вправду оно незатейливое.

Я почувствовала безмолвное давление, вынуждающее пойти к Аджесту.

Я поспешно добралась до его комнаты.

Слуга сказал, что мне не следует идти, однако я его не слушала.

Темп, который становился быстрее и быстрее, замедлялся по мере приближения к его комнате.

Более я не могла идти медленнее — я больше была не в силах двигаться.

На миг я испугалась зайти и убедиться собственными глазами. Это вновь мне навевает воспоминания о случившемся два года назад.

Когда я уже подошла прямо к его двери, нахлынула растерянность, но не по причине невозможности открыть дверь.

Мозг кричал не двигаться, но тело, которое все запечатлело, все помнит и знает, настаивало на обратном.

Как же сейчас поступить.

Тело предало мозг.

В порыве эмоций я распахнула дверь.

Я просто открыла дверь, но уже запыхалась, словно от длительного бега.

Я смотрела в оба и перевела взор на Аджеста.

Пришлось стараться не отводить взгляда.

— Я явно дал понять, чтобы никто не заходил…

На меня смотрели затуманенные аметистовые глаза.

Он прерывал свою речь.

Найдя меня, глаза, прежде покрытые инеем, теперь были затуманенными.

Он выглядел растрепанным.

Все пуговицы на рубашке были вырваны по причине произошедшего этой ночью.

Это олицетворяло яростную борьбу.

По его щекам стекал пот, медленно направляясь к ключице.

— Аджест.

Не найдя слов, я просто его позвала. В ответ раздалась тишина. Было бы неплохо услышать ответ.

Еще ничего не было выяснено, но уже все тело было мокрым от напряжения.

— …Аджест. Поешь.

Еда. Его рот расширился, словно подражая мне. Что-то странное.

Я шагнула от двери.

Я видела черту, к которой не следовало приближаться, но ноги уже пересекли ее.

Но я продолжала шагать.

Прямо перед ним я присела на кровать.

Я погладила черные волосы, мокрые от пота.

— Для начала, может, перед едой помоешься?

Мой голос дрожал, будто не был моим. Я надеялась, что он не заметит.

— …Сериена.

— Да, Аджест.

— Сериена.

— Почему, Аджест…

— Сери.

Он продолжал меня звать.

Любезный тон немного успокоил меня.

Успокоение? Черт, почему я так себя чувствую?

Возможно, это знак того, что промывка мозгов Аджеста приближалась к концу.

В таком случае мне должно это нравиться, так ведь?

— Сери…

Он протянул руку и обнял меня, обхватив талию и тем самым прижав мое тело к своему.

Я пыталась его оттолкнуть, обломав всего попытки.

Он долго на меня смотрел глазами, пропитанными странными от тумана эмоциями.

Я уставилась на него, не понимая его желаний.

Сила, исходящая от его тела, ослабла.

Когда мое тело уложили на кровать, его тело наклонилось.

— Аджест, стой…!

— Почему вы более не называете меня Асом?

Он сейчас о чем говорит?

На кровать рухнули накрытые два тела.

— …Всю ночь вы меня звали «Ас».

— ...Ты, что ты несешь?

Он не ответил.

Он осторожно убрал распущенные волосы и ласково поцеловал в лоб.

Когда он внезапно поцеловал меня в лоб и щеку, все тело бросило в дрожь.

— Это правда…

Он пробормотал непонятное слово и уткнулся мне лицом в шею.

Он отпустил меня, заключив в объятья. Казалось, его руки держали меня взаперти, словно не собираясь меня отпускать.

— Сериена, сейчас я немного устал. Так что поедим позже.

Он, как можно любезнее улыбаясь, сказал, но провел жирную черту.

Я кивнула, тем самым говоря «хорошо».

Ах. Было трудно изображать привычное выражение лица.

Я не помнила, как ела, какое на сегодня было меню.

Все мысли были забиты одним Аджестом.

Я не сводила глаз с потолка, лежа на кровати.

Я долгое время смотрела лишь на потолок, словно пытаясь запомнить узор, но голова была забита одним утренним образом Аджеста.

— Почему вы больше не называете меня «Ас»?....Всю ночь вы меня так звали.

— Это правда…

Я с трудом понимала, о чем шла речь.

В то время мои мысли сосредоточились на одном — была ли снята промывка мозгов. Так что я не могла понять, что имелось в виду.

Я такая дура.

Я долго бесцельно лежала на кровати, тупо моргая, а потом вскочила.

Если не дает покоя навязчивое любопытство или остается недопонимание, стоит спросить.

Зачем в одиночку думать об этом?

Кому же еще знать, если не самому Аджесту?

Я почти бегом направилась в его кабинет.

— Мисс…?

Но, когда я пришла в офис, меня встретила служанка.

Горничная уронила метлу, удивившись внезапным появлением.

Глядя на меня, она колебалась открыть рот, не зная, как поступить.

— Вы пришли, чтобы увидеть герцога…?

— Да. Кстати, его здесь нет?

Я вошла в его кабинет.

Прекрасно зная его распорядок дня, я предположила, что скоро он должен вернуться.

У него всегда было много бумажной работы, потому он почти никогда не покидал офис.

— Мисс, герцог ушел. Вероятно, он вернется лишь ночью.

Служанка, подняв упавшую метлу, с осторожностью взглянула на мое лицо.

— Правда?

— Да.

Что ж, не этого я ожидала.

Ничего не поделать. Мне остается лишь ждать его возвращения.

— Тогда давай заканчивай и уходи.

Закончив уборку, она кивнула, и покинула кабинет.

Я бросила взгляд на ее спину и вновь осмотрела офис.

Мои глаза устремились к книжной полке кабинета. Внезапно мне стало любопытно, какие книги он читает.

Мое внимание привлекла розовая обложка под книжной полкой.

«50 стандартных методик любви».

«Почему она недовольна?»

«Если вам известны привычки вашей пассии, любовь не за горами!»

«Захватите сердце вашего возлюбленного!»

Довольно….много тайных книг о любви.

Мужчина, на миг выросший в глазах , был милым. Слегка улыбаясь, я достала книгу с полки.

Вытащив книгу, я увидела следы тщательного подчеркивания и пометки звездочками.

Качая головой, я положила обратно книгу на полку.

Дурачье. Понятие любви не выведать лишь из книг.

***

Погода постепенно становилась теплее, как и время года, но воздух, витающий в комнате, был пропитан холодом.

Из-за штор, висевших в комнате и преграждающих поток света, пространство было окутано еще большей тьмой.

Ей нравились эта темнота и спокойствие.

— Герцогиня, как вы и приказали прежде, я выяснила, чем занималась мисс.

Горничная герцогини Марина говорила низким голосом.

Ее статус — служанка.

Но все, что она делала, не относилось к обязанностям горничных.

Люди этой семьи уже давно к подобному привыкли.

— Докладывай.

— ….Сообщать не о чем.

— Что?

Герцогиня Мелфорд прищурилась.

Марина, долгое время ей прислуживающая, сразу заметила недовольство хозяйки.

Нужно постараться подобрать такие слова, дабы свести к минимуму беспокойство госпожи.

— Как известно герцогине, мисс живет в доме герцога Агэрнии. Более она ничего не делает. По воле герцогини мисс….

— Марина, ты узнала, что Сериена делала до того, как отправилась к герцогу Агэрния?

Герцогиня Мелфорд оборвала ее речь.

Марина поспешно ответила, как по привычке.

— Да, я выяснила, но…В распорядке дня не было ничего важного. Большую часть времени она читала книги в библиотеке.

— И все? Довольно подозрительно.

По словам Марины, Сериена всегда читала книги в библиотеке. Чтение книг было излюбленным занятием ее дочери.

Потому все так и должно было быть. Правда прежде.

Тогда, когда Сереина украла свечу – нет, возможно, раньше она уже вызвала у нее подозрение.

Быть может, она замышляла еще один коварный план, используя в качестве предлога книги.

— Можно спросить, что здесь подозрительное?

— Что подозрительное?

Герцогиня Мелфорд слегка зашевелила пальцем, указывая на бумаги в руках Марины.

Марина отдала бумаги. Этот документ освещал все действия Сериены.

Герцогиня Мелфорд взглянула на полученные бумаги

— Все слишком гладко. Потому это и подозрительно. У девчонки должно быть хоть что-то.

У нее не было доказательство. Лишь «чутье».

Чутье, которое считалось простым, порой оказывало немалую помощь.

— Раз отчет непримечателен, значит, девушка не показывает никакого странного поведения…Ведь это же только идет на пользу герцогини?

— Разумеется, нет. Если бы ребенок обладал мягкой и покорной натурой, безоговорочно слушая меня, я бы поверила. Но Сери – девчонка, которая за спиной совершает редкостно милые поступки, да?

В руке герцогини грубо скомкались бумаги.

— Если Сери, как и в прошлый раз, совершила нечто каверзное, о чем я не знала…На этот раз было бы неплохо надавить на нее и прижать как следует. О фамильярности в этот раз и речи быть не может.

В темноте ее серые глаза сверкали, словно женщина размышляла о нечто занятном.

Марина, глядя в эти глаза, проглотила слюну.

Проработав с ней много лет, она знала ее лучше всех.

Какова участь тех людей, действия которых оказались вне поля зрения герцогини Мелфорд.

Возможно, Сериена не осознает этого….Не осознает, насколько щедро и снисходительно она к ней относится.

— Марина. На этот раз выясни, чем занимается Михаил. Если узнать о делах этого ребенка, можно выйти и на Сериену, верно?

Герцогиня выглядела уверенной.

Михаил и Сериена.

Герцогиня прекрасно знала, что Сериена лично попросила его о помощи.

— Да, будет сделано.

Марина надеялась, что ничего важного не произошло.

Как тогда, в тот день, когда ее хозяйка стала герцогиней…

Пусть особняк впредь более не покроется пятнами крови.

***

— Мисс, герцог вернулся!

Ее уникально энергичный голос раздался за дверью.

Я встала с постели, сонно моргая.

Я хотела спросить его только о двух вещах.

Почему он так вел себя утром? Почему он сказал такие слова?

Я поспешно покинула комнату и спустилась по лестнице.

Я увидела, как Аджест вошел через главную дверь.

Спускаясь по лестнице, я остановилась и схватилась за перила.

Его выражение лица зардело от стыда.

Я медленно спустилась по лестнице и на него взглянула. Он также на меня уставился.

Аджест, не сводя с меня глаз, ослепительно улыбнулся.

Его вид был нелепым, но от наивной улыбки я потеряла дар речи и безучастно на него смотрела.

Когда я подошла поближе, от него несло алкоголем.

Я нахмурилась, ощутив отвратительный запах.

— Ты пил?

Не ответив, он сжал меня в крепких объятьях.

Когда его тело обмякло, на меня свалился груз.

— Подожди….Если вот так свалишься….! Ык!

Тяжелый.

Я ухватилась за его тело, дабы он не рухнул, и, приложив все силы, старалась его поддержать.

— Эй, вы, хватит стоять как вкопанные. Может, все-таки поможете мне?

— А, и-извините.

Слуги, стоявшие возле меня, на мои слова поспешно подошли.

Они схватили тело Аджеста с двух сторон.

И, прилагая все усилия, дабы он не упал, еле-еле затащили его в комнату.

Казалось, что более тяжелого физического труда просто не существует.

— Положите туда.

— Д-да?

Я указала подбородком на кровать.

Слуги слегка растерялись, возможно, потому как держали в руках пьяного герцога.

Честно говоря, для меня напившийся Аджест был грузом.

Слуги осторожно уложили Аджеста.

Они попрощались, смахнув со лба пот, и вышли.

— Аджест.

Я увидела лежащего на кровати Аджеста со скрещенными руками.

Какие тут ответы. Он полностью был занят сном.

— Ха-а…

Вероятно, сегодня не следует спрашивать. На рассвете следующего дня я ждала Аджеста в столовой. Однако он не пришел.

Он спал.

Придя днем в его кабинет, я узнала, что он вновь куда-то ушел.

А ночью он пришел очень поздно, так что я не смогла с ним встретиться.

И это повторялось уже целую неделю.

Препарат, который он принимал, передавался через слуг, но беспокойство меня не покидало.

И…всякий раз, когда он меня избегал, тревога лишь усиливалась. Подобное было впервые.

Я пребывала в замешательстве…Меня охватили очень странные и неизвестные чувства.

В таком духе шло время.

Минула неделя с нашей последней встречи.

Черт, почему?

Аджест меня избегал. Если, конечно, мне это не привиделось.

— Аджест!

Сегодня я была быстрее прежнего и, прежде чем он ушел, сумела его поймать у выхода.

— Я хочу тебе кое-что сказать.

Я схватила его за рукав. Потому как боялась, что могла вновь его упустить.

— …Сереина.

Предстало лицо, на котором страдальчески сузились брови. Оно по-прежнему было добрым.

— Извините. Я занят аудиенцией у императора…..

Рука вытащила одежду, зажатую моей рукой.

Я потратила столько времени ради того,чтобы услышать каких-то жалких пару фраз.

Лекарство оказало нужный эффект? Даже находясь в особняке, я редко его видела, так что у меня не было возможности в этом убедиться.

— ….Вам не нравится?

— Ты о чем?

— Ну, наряд. Разве вы не видите себя в зеркале? Ваше лицо какое-то  мрачное.

Я решила проверить свое лицо в зеркале.

Благодаря светлому макияжу лицо должно источать яркость, но этот светлый макияж затмевало очень тусклое выражение лица.

— Нет, мне нравится.

— Вам нравится? Но у вас мрачный вид.

— Я просто кое о чем думала.

Я встала. Некоторое время я пробыла лишь в особняке, потому после долгого времени было непривычно наряжаться.

— Тогда я пойду.

— Хорошей дороги!

Каждый четверг. Улица Мэтри.

Настал день встречи с Михаилом.

П.п: Вообще слово герцогиня Мелфорд — «герцог», т.е. она глава семьи и является герцогом. Но я перевожу «герцогиня»,чтобы лучше звучало.

У фонтана сидел сероволосый мужчина.

Мужчина поправил монокль и посмотрел в газету.

Я присела рядом с ним. Михаил сложил газету и перевел взор на меня.

— Пришла?

— Привет, брат.

Я мельком взглянула на газету. На первой полосе была статья, посвященная Фациусу.

С момента инцидента на банкете прошло довольно много времени, однако общественные настроение ничуть не утихали.

— «Похоже, что Харона и Максиона похитили»? Что это значит?

— … Как я и писал, кажется, их похитили. И это рук дел матери. Конечно, веских доказательств нет. Это всего лишь моя уверенность.

Он сказал, что за пределами дома он не нашел никаких следов побега.

Михаил с серьезным выражением лица поерзал руками.

Он вытащил из кармана пальто носовой платок, пропитанный насыщенным цветом.

— Этот носовой платок….

Я помню.

На день рождения Максиона я спросила, какой подарок он хочет от меня получить.

В тот момент он хотел что-то, созданное моими руками.

Так что, несмотря на полное отсутствие таланта, я усердно вышивала на протяжении нескольких месяцев.

Однако носовой платок, созданный в качестве подарка, был настолько неаккуратным, что я дрожала от страха, как поступить, если ему не понравится.

Середина платка был сильно испачкана.

Не так уж и трудно узнать, что это высохшая кровь.

Мгновенно мои черты лица ожесточились.

— Черт, почему тут кровь…

Он поранился? Если предположение Михаила верно, кто-то, то есть наша мать, напала на Максиона…?

— Не кипятись, Сери. Думаю, благодаря носовому платку смогу отыскать их местоположение.

— Как?

Ухмыляясь, Михаил поднял руку.

— С помощью них.

Кончики пальцев указали на красную кровлю.

Дом? Без понятия, чей это дом, но как он через «это» отыщет их?

— Сери. Не на крышу смотри, а на сидящего там ворона.

От солнечного света, исходящего от крыши, я нахмурила брови. Слегка приоткрыв глаза, я лучше разглядела верх крыши.

Как он и сказал, там сидела ворона.

— Брат, неужели там…

— Ага, верно. Экспериментальный объект, которой я когда-то создал.

Карр-! Карр!

Эксперимент каркал на крыше, как обычная птица.

Так что ни я, ни люди, собравшиеся вокруг фонтана на площади, не обратили внимания на птицу.

Это одна из самых уникальных вещей в этом месте.

— Потому что в этой крови кроются безумные вещи. Я отчетливо чувствую запах крови, но более мне ничего неизвестно. Сейчас я ищу тех двух придурков с помощью них, но жаль, что это неточно.

На крыше вокруг скопились еще несколько ворон.

Похоже, Михаил увеличил количество предметов эксперимента.

— Брат, зачем ты меня позвал, даже отправил тайное письмо? Сейчас услышав историю, кажется, дела обстоят весьма неплохо….Видимо, есть то, в чем тебе нужна моя помощь?

— Верно. Ты мне нужна.

Карр! Карр!

Михаил хотел сказать что-то еще, но остановился, услышав карканье испытуемых.

Когда испытуемые громко выли, люди поблизости в унисон повернулись и на них уставились.

Существа, словно отвечая на взгляды людей, поднялись с крышы, высоко взмывая в небо.

На этом они не закончили – они стали свирепо кружить по площади.

— Брат, эти….Почему они себя так ведут?

В глазах людей с площади промелькнули зловещий страх и опаска.

В этой стране существует поверье, что когда вороны громко каркают и наводят суматоху, они предвещают, что плохие вещи неизбежно случатся.

Михаил вскочил со своего места.

— Ха-а…

Михаил издал вздох, полный раздражения.

— Из-за них ты мне и нужна. Ибо в последнее время существа меня едва ли слушаются. Поэтому они не помогают мне найти Харона и Максиона, а лишь мешают.

Существа стали нападать на людей, словно желая снять оковы от сдерживаемой сущности.

— Почему, черт, они себя так…

— Н-не подходите!

Люди пытались убежать, но существа-вороны закружили по площади, как нахлынувший вихрь.

В окрестности подул небольшой ветер. Вздымаемая пыль преградила мне обзор.

— Черт, это…

Михаил схватил мою голову, которая раскалывалась от боли, и выругался бранными словами.

Он сначала поднял руку, а потом упустил.

Магия, которую обычную люди не почувствовали, вызвала мурашки.

В конечном счете он придавил тела ворон, которые доставили хлопот из-за потери контроля.

Карр! Карр!

Вороны испустили страдальческий вопль.

Вскоре их энергия утихла.

— Видела? Они не слушают меня, своего хозяина. Приходится использовать такую силу, чтобы они все уяснили и стихли.

Михаил слегка прищелкнул пальцем.

Магия, давящая на существа, нарушилась и исчезла.

— Без понятия, станут они меня слушаться, даже если потом применю силу.

Из-за усталости он внезапно присел на фонтан.

— Чтобы их заставить слушать, я должен подчинить их. А кровь –условие, позволяющее это сделать.

— Кровь?

— Ага. Чтобы подчинить кровью, она должна быть насыщена магией, однако это не так просто. Несмотря на то, что я родом из семьи Мелфорд, имеющей долгую историю, магия, текущая в моей крови, слаба.

Я не совсем понимала значение его слов, но уверенно кивнула.

Мне с трудом давалось понять его глубокие познания.

Кровь необходима, дабы полностью подчинить экспериментальных существ, но кровь Михаила для этого не подходит.

Кажется, он говорит примерно об этом.

— Но, Сериена, у тебя другая кровь.

— Значит, брат тем самым хочет сказать, что я подхожу под условия подчинения существ?

— Верно. Ты правильно все поняла. Мне нужна твоя кровь.

Его монокль сверкал на солнце.

После хаоса, устроенного существам, обстановка была сумбурной, но я чувствовала себя спокойно.

— Хорошо. Если ты так сможешь найти Харона и Максиона, я дам тебе крови столько, сколько понадобится. Кровь, текущая во всем теле, вся довольно хороша.

— Спасибо, Сери. Так или иначе, это все-таки ты.

Михаил ярко улыбался, как бы благодаря.

Это был момент, когда я тоже в ответ собиралась улыбнуться.

Я ожесточила черты лица и безучастно взглянула на человека, издалека проходящего.

— Аджест…?

Почему он здесь?

Ведь он же сегодня сказал, что ему срочно нужно спешить на аудиенцию к императору? Тогда почему он здесь?

— Чего? Аджест здесь? Где?

На мои слова Михаил поспешно огляделся.

А потом перестал крутить головой в разные стороны, найдя Аджеста.

Я собиралась его позвать, но не сделала этого.

Аджест стоял на одном месте, будто кого-то ждал.

Осознает ли он, что его великолепная внешность привлекает к себе внимание?

Количество людей, смотрящих на него, становилось все больше.

Его взгляд был прикован к одному месту, вероятно, найдя то, чего он ждал.

Мы с Михаилом вместе взглянули в сторону, куда он смотрел.

Красноволосая женщина, широко улыбаясь, подошла к нему, и естественным жестом взяла под руку Аджеста.

Словно ему было неприятно, он выдернул руку, которую схватила женщина.

— Что за хрень…

Михаил поочередно смотрел то на Аджеста, то на меня.

Я буравила его хладнокровным взглядом.

Аджест, встретившийся с женщиной, исчез из нашего поля зрения.

Мы долго безучастно смотрели туда, где они стояли.

Я была в замешательство.

Черт, почему он мне солгал?

Ты же сказал, что должен встретиться с императором? Поэтому сегодня и придешь поздно?

— ….Сестра.

Михаил глядел на меня жалостливым взглядом. Но этот взгляд вызывал раздражение.

— В мире добрая половина мужчин. Мир широк, и мужчин много.

— ….И что ты этим собираешься сказать?

— Аджест любит тебя из-за промывки мозгов, но сердце мужчины все- таки, как видно, переменчивое.

С его уст летели игривые, но неосторожные слова.

— Так что не принимай близко к сердцу…

— Перестань и закрой рот, брат.

— Ау!

Я его даже не слушала и сильно наступила ему на ногу.

Затем немного повернула туфлю и надавила.

Боль была настолько сильной, что на краях век навернулись слезы.

— Перестань пороть чушь и давай сделаем то, что собирались. Ты сказал, что тебе нужна моя кровь?

Он терпел боль, прикусив свою губу, будто боль еще не прошла.

— Да кто несет чушь?

— Эй ты….Сегодня брат задрал голову.

— Тот, кому грош цена, возомнил себя благородным.

Я отвернулась от Михаила и взглянула на место, где был Аджест.

Да, выходит это правда.

Он пытается от меня что-то утаить.

Настроение было странным. Если случается что-то плохое— плохое никогда не бывает хорошим.

Почему все это время ты меня избегаешь и встречаешься с другими, да еще при этом мне лапшу на уши навешал?

Я хотела сейчас же побежать и все расспросить.

С подобным я сталкивалась впервые, потому не знала, что делать.

Это раздражало.

Аджест отвратительный.

Я решила больше не спрашивать его лично.

Я не хотела задавать больше вопросов, ожидая его прихода, вероятно, потому как мое настроение было полностью испорчено.

Придется разобраться самой.

Я увидела всю картину целиком, так что мне придется все прояснить, притворившись, что мое сердце свято верит лжи, после того, как мне стало о многом известно.

Черт, что вообще происходит….

`Чувствую себя усталым`.

Он приволочил свое изнуренное тело и зашел в кабинет.

Словно его сознание было погружено под воду, сколько бы он не барахтался – было невозможно дышать.

Разум стал тяжелее, подобно хлопку, впитавшему воду.

Черные волосы, закрывавшие глаза, были растрепаны.

Сквозь волосы он взглядом поймал темную комнату.

Потухшими глазами он вспомнил, что сегодня произошло.

— Вы, вы ничем не отличаетесь от куклы. Внешность все та же, но вот вы сами. Ваши глаза опустошены.

Женщина с волнистыми красными волосами, заправленными за уши, смотрела на него любопытным взглядом.

— Вы такой забавный. Потому мне даже интересно. Что же вас могло так сломать, что вы стали походить на куклу.

Он не ответил. Мужчина просто на нее смотрел.

— Что за человек, который смог вас сломать? Неужто ваша «хозяйка»?

Ее голос, упоминающий герцогиню Мелфорд, его хозяйки, был полон уважения.

Герцогиня Мелфорд была тем человеком, который цепко его держал.

`Она просто пришла, чтобы отследить мой распорядок дня?`

Аджест выбросил бесполезные воспоминания и задумался о том, что случилось утром.

Утром Сериена его поймала, желая с ним поговорить.

При обычных обстоятельствах его лицо отражало бы неимоверную радость. Он бы ее выслушал, даже когда срочно уходил по делам.

Но теперь все уже не могло быть по-прежнему.

Смогут ли наступить те обычные дни?

Вероятно, Сериене очень жаль за его «обычное время». Но ему нравилось наслаждаться такими днями, даже находясь в этой беспощадной ловушке.

Сериена не придерживалась бы такого мнения, вот только его ежедневно переполняла неописуемая радость.

Но ситуация накалилась из-за недавних событий.

Противоядие от промывки мозгов. После того, как он его выпил, течение обычных дней изменило свое русло.

Когда он принимал противоядия и постоянно видел иллюзии, несчастье въелось в его плоть.

Он бы предпочел умереть.

Даже с этой мыслью он пил противоядие, лежавшее перед ним.

Сериена сказала выпить его. Сериена этого хочет, так как он может отказаться?

Проглотив лекарство, он измученно скривил лицо.

Иллюзия. Она появляется все время.

Парх. Белые шторы, висящие перед открытым окном, волнами заколыхались.

Когда от отвернулся от того, что видел, появилась иллюзия, образ которой рисовался в его голове. Это было «видение», безусловно.

Вот только было сказано, что побочные эффекты появляются спустя час.

Вроде бы.

Он проглотил снотворное и пытался игнорировать этот мнимый образ, но иллюзия Сериены оказалась на шаг быстрее.

— Нет.

Она нежно положила ладонь на его протянутую руку, собиравшуюся принять снотворное.

Это был легкий жест, но он не мог двинуться — будто его прижали к скале.

Побочные эффекты возникают спустя час-два. Действие лекарства — четыре часа. Так сказал эльф.

Но ничего не сходилось.

Было что-то одно из двух: либо эльф ошибся, либо он сходил с ума.

Но велика вероятность того, что мужчина сходит с ума.

Когда он смотрел на Сериену, появлялась иллюзия.

Прямо перед его носом воображаемая Сери пыталась обвести вокруг пальца, притворяясь настоящей Сери.

Однако это было не все — теперь, когда он видел перед собой Сериену, его иллюзия создавала мнимое заблуждение, что перед ним не видение, а реальность.

Когда она схватила его за руку, прося с ней поговорить, у него возникла иллюзия.

Сериена берет меч, который он носил с собой, и перед его глазами убивает себя. Вот такая ужасная иллюзия.

Словно удручающая фантазия.

Если быстро не решить проблему промывки мозгов, он свихнется еще до этого времени.

— О чем ты думаешь?

Ласково прикрывая глаза, девушка улыбнулась. Ее рука коснулась его щеки.

Толк-!

Голова мужчины безжалостно запрокинулась. Такая маленькая рука обладала невероятной силой.

Его щеки горели красным цветом. Он повернул наклоненную голову.

— Ты, раздражаешь.

— Вы о чем?

— Обо всем.

Она сказала, что была раздражена, но лицо отражало лучезарность. Она кружила вокруг него легкими шагами.

И потом запела нежным голоском.

Текст песни был придуман на ходу.

По-че-му мой лю-би-мый Ад-жест пы-тал-ся ме-ня у-бить?

Я ве-дь те-бя о-чень лю-би-ла. Не-у-же-ли тво-и гла-за бы-ли сле-пы?

Ах. Мо-е сер-дце свер-бит.

Звучание, куда красивее голоса настоящей Сериены, эхом разнеслось по комнате.

Как одержимый, он влюбился в эту дурманящую песню, но из-за угрызения совести, гнетущей душу, было трудно ею наслаждаться.

Сериена, кружащая вокруг него, остановилась прямо перед ним.

Она протянула руки и схватила его щеки.

Сильная хватка вцепилась так, словно не желала отпускать.

Она наклонила его голову настолько, что ее красные глаза были напротив его.

— Аджест Сичхеллон Фонель Агэрния.

Она назвала его полным именем.

— Прямо сейчас вспомни. Тот момент, когда ты пытался меня убить.

Счастливая улыбка стерлась с ее лица.

— Иначе я убью тебя.

— …

Она плотно закрыла глаза и тут же их открыла.

На ум приходили смутные и туманные воспоминания.

Два года назад Сериена сказала, что принесла полезное для тела лекарство.

Он принял этот препарат, но какие же тогда были чувства…

— Ык…

Как будто не желая вспоминать прошлое, от боли запульсировала голова. Казалось, что кто-то насильно манипулирует его разумом.

Ни о чем не думай, даже не вспоминай, Аджест.

Кто-то, управляя его сознанием, предупреждал его.

— Если хочешь жить, ты должен вспомнить.

Сериена, любовь к которой была бесконечна, промолвила злобным голосом.

Его глаза потеряли фокус.

Сериена, сказавшая, что пострадавший эльф проснулся.

Потом…Потом….

— Хык…

Хватаясь за голову, он тяжело сел.

Сериена покорно опустила руку, держащую его.

Будто наслаждалась болью мужчины.

Его охватила невыносимая, словно разбивающая на части, боль.

Сериена. Сериена. Нет. Нет. Нет, не надо убивать ее. Нет, должен убить.

— Ак…!

Странно необузданные эмоции нахлынули на него с головы до пят.

Нет-нет. Не надо.

Должен ее убить…Должен убить…

Почему должен убить?

Не надо убивать. Никогда.

Но почему бы ее не убить?

— Бол…болит. Сери.

Зрение затуманилось.

Аджест руками нащупал стол. Будто хотел что-то отыскать.

Его рука задела ее ногу.

Он нетерпеливо схватил ее за лодыжку, словно ухватился за канат.

Возможно, это из-за боли, терзающей голову? Из-за боли ощущалось,что сердцо разбилось на мелкие осколки.

Из глаз потекли слезы.

Руки, которые душили Сериену.

— Теперь-то помнишь?

Ее нога придавила его руку, упиравшуюся в пол.

Он покачал головой.

Воспоминания, нагрянувшие молнией, вспыхнули и бесследно исчезли.

Он пытался удержать воспоминания, которые пришли в голову, но они тотчас ускользнули из его рук.

Внезапно в ее руке оказался кинжал.

— Ну что поделать, коли так. В таком случае тебе придется умереть.

Иллюзия в виде «его Сери», которая ничем не отличалась от жестокого кошмара, вонзила кинжал в его сердце.

***

Я проснулась со жгучей жаждой в горле.

И в сонном состоянии позвонила в колокольчик, висевший на стене.

Звень-звень!

Некоторое время я звонила, но никто так и не откликнулся.

Я неохотно поднялась с места.

И поспешно направилась на кухню утолить жажду.

Ах, черт. Я забыла взять лампу.

Мне пришлось прислониться к стене и идти, полагаясь на свои пять чувств.

И так я добралась до кухни.

Я налила в чашку воды и утолила жажду.

От сонливости мои глаза были закрыты.

В тот момент послышался звук шуршания.

Кроме меня, был кто-то еще.

Я испуганно оглянулась. Потому как было темно, сначала мои глаза не могли что-либо разглядеть, но, привыкнув к темноте, я медленно осознала, кто это.

— Игельто…

— Сериена?

Видя перед собой друг друга, какое-то время мы в удивлении тупо стояли.

— Что ты здесь делаешь?

— Просто пить хотела, вот и пришла. А ты?

— По той же причине. Я думал, стоит ли идти, но…в это время никто не ходит, так что я незаметно вышел.

Игельто смотрел мне в глаза, вспоминая свое положение в особняке.

Люди особняка должны были оставаться в неведении о его присутствии.

Игельто знал об этом, потому каждый его шаг был тщательно продуманным и осторожным.

Тот факт, что эльф тайно пришел на кухню посреди ночи, означал, что он так сильно хотел пить, что не выдержал жажду.

— Хорошо. Ну, тогда я пойду к себе.

Прости меня, что на тебе лежит бремя «призрака». Тем не менее другого выбора просто нет.

Единственное, что я смогла для него, внимательно на меня смотрящего, сделать, — это сказать, что нет нужды волноваться.

— Подожди, Сериена.

Меня позвал Игельто, когда я медленно покидала это место.

— У меня к тебе просьба.

— Просьба?

— Верно…

Он впервые меня о чем-то просил. Я развеяла свой сонный разум и сосредоточилась на нем.

Он всегда выполнял мои просьбы, потому я намеривалась выполнить его желание.

— Говори, Игельто.

— …Случаем.

Он не мог легко сказать и сделал паузу.

Глоть. Он проглотил, будто от напряжения.

— Ты, случаем, не могла ли бы дать мне газеты — все, которые были выпущены десятилетиями ранее, вплоть до сегодняшнего дня? Про имперскую семью.

Газеты, десятилетней давности, и нынешние…

Не знаю, сохранились ли газеты, напечатанные несколько десятилетий назад. Мне под силу лишь отыскать самые старые газеты.

— Я как-нибудь поищу. Новые газеты могу принести даже завтра.

— …Хорошо, спасибо.

Кажется, я примерно догадываюсь, зачем ему они нужны.

«Инцидент», из-за которого 30 лет назад разорвались все связи между эльфами и имперской семьей.

Я сосредоточилась на Аджесте, потому не придала особого внимания Игельто.

20 лет назад первый принц убил дочь главы эльфов, с которой находился в близких отношениях.

Сын главы — Игельто. Вероятно, убитая принцем старшая сестра –его старшая сестра.

И этот первый принц… Нынешний император.

Я задавалась вопросом, стоит ли приносить газеты.

Ибо при виде содержимого его сердце покроется жгучими ранами.

— Не нужно благодарить. Это я должна быть тебе благодарна. Тогда на этом я пойду.

Когда я думаю об Игельто, который увидит газеты, мне становится не по себе. Я должна отыскать газеты, по максимум подверженные цензуре.

Тяжелыми шагами я поднялась по лестнице.

На лестнице раздался звук скрипа. Вот как. Придется завтра позвать слугу, чтобы он исправил это.

Поднимаясь по лестнице, я схватилась за перила и затаила дыхание.

— Аджест?

Когда я взглянула под перила, почувствовав признаки чьего-то присутствия…То увидела Аджеста.

В это время он должен крепко спать. Потому что выпил снотворное.

Я глядела на него и бесцельно моргала. Я поспешно спустилась по лестнице, дабы его догнать.

— Аджест…

Но с помощью телепортации Аджест бесследно исчез.

P.s. Мне бы очень хотелось сделать марафон, однако за неимением времени периодически на неделе будут выкладываться по две (в редком случае три) главы. Для тех,кто не знал, запланирован вебтун, который находится на стадии разработки и еще рисуется. Дата неизвестна (автор писал,что не в скором времени).

Аджест не принимает снотворное. Черт, почему?

С каких пор?

Когда я осознала, что он не принимает снотворное, все мои накопившиеся вопросы в одно мгновение разрешились.

— Почему вы больше не называете меня «Ас»?

… Вы меня звали Асом целую ночь.

— Это правда…

Те слова, которые были трудны для понимания.

Игельто говорил, что у некоторых — хоть довольно и редко — проявляются побочные эффекты противоядия.

Значит, Аджест как раз принадлежит к числу тех «избранных»?

Всю ночь я звала его ласковым прозвищем.

То, что было реальностью, означало фальшь.

Я привиделась ему?

Я не ждала,что все пойдет как по маслу, но дела обстояли хуже, чем ожидалось.

С тех пор, как я увидела уходящего мужчину, чей сон как рукой сняло – разумеется, потому что он не принял снотворное — я каждую ночь тихонько пряталась за стеной и тайно за ним наблюдала.

Каждую ночь Аджест куда-то направлялся.

— Эй.

Пока я об этом размышляла, слова Михаила меня слегка испугали.

— О чем ты так думаешь, раз даже не слушаешь? Ты, ты точно помнишь каждое сказанное слово?

— Прости. Впредь буду внимательно слушать.

Я села на стул и взглянула на огромный магический круг, нарисованный в центре комнаты.

По какой-то причине мне казалось, что я очутилась в оккультном клубе.

Отчего с уст слетел смешок.

— Теперь вот здесь нужно пролить кровь.

— Хорошо.

Я вынула кинжал из руки.

Будто от ступора, глаза Михаила расширились до того, как я без долгих раздумий порезала свою руку.

— Эй…! Если ты просто так сделаешь и порежешься……

— Уже сделала.

Из руки закапала кровь.

Кровь капала, стекая с запястья и падая на пол.

Губы Михаила дрожали сильнее, чем он думал.

Когда кровь пропитала магический круг, все вокруг ярко засияло.

Карр! Каррр!

Существа, связанные магией Михаила в центре круга, словно от гнетущей боли, барахтались — но все было тщетно.

Михаил взял кинжал в руку и небрежно ее порезал.

Он сказал, что я бездумно порезала свою руку кинжалом, однако и этот мальчишка вел себя так, что я не находила слов для описания всей ситуации.

Рана на его руке была глубже моей.

Он подошел к центру магического круга, где находились экспериментальные существа.

Он наступил на объектов своими сверкающими прямым туфлями, оставляя на них пятна крови.

Карр! Карр!

Некоторое время крики существ продолжались.

Когда свет в магическом круге погас, испытуемые также притихли.

— Ха…это вправду тяжело. Что ж, гением жить не так уж и просто.

— …

Михаил отличался особым себялюбием. В ответ я только поразилась.

При обычных условиях я бы вставила свое словечко, но сегодня — не тот день, чтобы его дразнить.

У меня было то, что я жаждала его спросить. Сегодня я точно должна ему угодить.

— Брат.

На мой зов он повернулся.

— Мне есть что сказать брату…

— Не вздумай.

Он твердо меня прервал.

— По моему опыту, когда ты так говоришь, проблемы не заставляли себя ждать.

Я не нашла слов, потому как это было бесспорной правдой.

Однако я не собиралась отступать.

Более десяти лет я живу с Михаилом, но до сих пор не знаю способ, как его заманить.

Хоть мне это и не нравилось, но я решила использовать тот «способ», который прекрасно для него подойдет.

— Брат. (п.п- прежде она обращались к нему орабони (более вежливое, стракорейское, чем оппа (сейчас оппа))

Как только я сменила к нему обращение, его глаза тут же округлились.

Было приятно видеть, как его кончики губ ползут вверх.

— Мне правда есть что сказать брату. Ну что, мне стоит остановиться?

— Кхым…Ну, выслушать не доставит особых проблем.

Эх, какой простачок.

Если он позже не станет жертвой аферы, ему однозначно просто повезет.

— Ты сказал, что создал инструмент для отслеживания следов использования телепортации.

— Неужели ты…

— Продай мне его.

— Нет!

От звонкого его крика у меня разболелись уши.

— Ты знаешь, сколько он стоит? Цена материалов – это далеко не все. Их получить не так просто, ибо они редкие! Я даже сам не могу ими воспользоваться, хотя лично их сделал. Так зачем мне давать его тебе?

Я ожидала, что за подхалимство он так просто не отдаст, но мальчишка вел себя свирепее и напористее, чем я предполагала.

— Кто же за просто так просит дать? Продай мне.

— Деньгами так легко все решаешь…

— Брат же владеет 30% рудника?

В прошлый раз я получила приглашение Тошипа, отдав 30% доли рудника.

— Как насчет 35%?

Его глаза затрепетали.

Я заметила, что он был взволнован.

— Все-таки я не могу….

— Тогда 40%.

— …

— Тогда 50%. Больше не могу дать. Если не нравится, то просто забудь об этом.

— Я в деле!

Какой же он простак.

***

День плавно перетек в вечер, покрыв темной пеленой небо.

Спокойно наблюдая за ним в течение нескольких дней, я пришла к выводу, что примерно в это время он покидает особняк.

Я спряталась за стеной.

Как и думала. Аджест вышел из комнаты. Топ-топ. Идущий по коридору, он остановился.

ʹЧто за…?ʹ

Остановившийся на месте он бормотал себе под нос, будто с кем-то разговаривал.

Я хотела знать, что он говорит, но ничего не слышала.

Казалось, мужчина вел беседу с призраком, которого видел лишь сам.

С кем он разговаривает….?

Его тело, когда он разговаривал сам с собой, растворилось в воздухе. Это была телепортация.

Мои руки, получившие от Михаила плод моих стараний, дрожали.

Я крепко держала то, что из-за пота, покрывшего руки, едва не выскользнуло.

Я с капюшоном накинула ризу.

Было место, где притаился плотно скрученный узел.

И моя задача — распутать стягивающие путы.

Я уняла дрожь. Затем, на удивление, вся кожа покрылась холодной пленкой.

Нужно сосредоточиться.

Инструмент, данный Михаилом, можно использовать лишь раз.

Один шанс — без права на ошибку.

Я спокойно стояла там, где телепортировался Аджест. И выронила прибор.

Потом на месте, где он упал, появились следы магии Аджеста.

Черные следы. Похоже на темные чары, вытекающие, когда он использовал магию.

Черные следы продолжали появляться там, где обычному взору было недоступно это видеть.

Я последовала за ними.

Я долго за ними шла, и, чем глубже продвигалась, тем больше черные следы становились прерывистыми.

Вау, в конце концов я не могла сдержать своего удивления.

Квартал развлечений и утех. И Аджест был в этом месте.

Здесь было довольно шумно.

Те, кто пил, буйно себя вели.

Те, кто продавали свои тела.

Те, кто находился в поисках людей, которых легко обдурить и обокрасть.

Это было сосредоточение всего развратного, порочного и аморального.

Подпольный мир и есть то место, куда тайно приходил Аджест? Если он не для того, чем обычно тут занимаются…возможно, здесь спрятан еще кое-какой секрет.

— Эй.

Со мной заговорил мужчина, который, будучи пьяным, едва мог стоять на ногах.

— Почему ты в ризе? Ну, это…это подозрительно.

Язык заплетался, так что произношение было невнятным. Мужчина держал бутылку и, пошатываясь, приблизился ко мне.

Я пропустила мимо ушей его слова.

Мужчина пытался следовать за мной, словно разозлившись игнорированием, но скрючился и покатился по земле.

Я не обращала внимания на него и просто следовала за следами.

Это следы были видны лишь мне.

Черные следы вели к бару.

Я стала более обеспокоенной. Какого хрена он здесь делает?

Я скрыла ощущение своего присутствия и вошла в бар.

Бар был пуст. Сотрудники, сонно моргая глазами, дремали, опустив головы.

Казалось, они не собирались встречать клиентов.

— Сегодня мы не обслуживаем, приходите в следующий раз.

Сотрудник, который заметил меня, моргая томными глазами, строго сказал.

Черные отметины направлялись к лестнице, ведущей на второй этаж.

Другого способа нет.

— Что за? Не уйдешь?

Когда я его не слушала, мужчина произнес саркастичным тоном.

Я быстро к нему подошла.

Глаза мужчины расширились, словно он был ошарашен моими действиями.

Я закрыла открывший рот испугавшегося мужчины.

— М-м-м.

Не давая больше времени, я схватила шею, чтобы мужчина более не издал звука.

Тело мужчины обмякло.

Я оставила его одного и поднялась на второй этаж.

Когда я поднялась по лестнице, черные следы оборвались.

Аджест находился здесь.

Я спряталась у стены, больше не поднимаясь по ступенькам. И подняла глаза.

По сравнению с первым, на втором этаже витала совсем иная атмосфера.

Второй этаж предназначался для влиятельных людей, и, в отличие от первого, обставленного только деревянными столами и стульями, здесь царило исключительное великолепие.

За круглым столом были аккуратно расставлены несколько роскошных диванов.

Мельком я увидела, что Аджест развязно сидел на диване, прислонившись спиной.

Рядом с Аджестом была красноволосая женщина, которую я видела в прошлый раз.

Женщина, приподняв брови, что-то ему прошептала.

Мужчины окружили женщину с Аджестом, сидящих на диване.

Они что-то говорили. Я прислушалась, дабы узнать, о чем шла речь.

Как только я услышала их разговор, возник серьезный казус.

Черт. Это был иностранный язык.

Я не могла уловить суть беседы.

Этот язык какой страны?

Аджест непринужденно говорил на каком-то языке.

Было трудно понять причину его прихода в такое безобразное место. В тот момент, когда я думала вернуться.

— Там.

Холодный бас. Он принадлежал Аджесту.

— Думаешь, я бы не обнаружил тебя, когда ты так убого прячешься?

Ах. Меня заметили.

Я попалась.

Хоть я и старалась сидеть, как мышка, не показывая виду, он меня нашел, и замешательство не заставило себя ждать.

Первым делом стоит отступить.

На слова Аджеста ко мне стал приближаться мужчина.

Я осторожно сделала шаг назад.

Нужно просто развернуться и убежать. Ну, по крайней мере, сейчас был момент, когда стоило думать именно так.

Там, где сидела красноволосая женщина, что-то произошло.

Она что-то сказала мужчине, приближающемуся ко мне.

Это был иностранный язык, потому я, конечно, ничего не поняла.

Женщина улыбнулась, глядя на мужчину, а затем вытащила нож из руки и без промедления воткнула ему в шею.

Брызь.

Из шеи мужчины хлынул фонтан крови, и эта кровь забрызгала лицо женщины.

Вместо того, чтобы исказить черты лица от неприятного ощущения липкой крови, запачкавшей женщину, она лишь громко гоготала над тем, что якобы было забавным.

….Она точно не выглядела как адекватный человек.

При виде этого Аджест, нахмурив переносицу, слегка вперед наклонил свое тело, опиравшееся на диван.

Аджест и женщина с алыми волосами; мужчины, которые их окружали.

Начиная с непредсказуемого поступка женщины их атмосфера поменялась.

Мужчины, окружавшие их, обнажили мечи.

Я не отводила от него глаз. Попутно Аджест вздохнул и отругал женщину.

Поскольку это был имперский язык, я могла понять его.

Произошедшее потом превратилось в полнейший бардак.

Мужчины резко на него накинулись – и сегодня их жизнь скоропостижно оборвалась.

Я не могла так легко отвести взгляда от этой вопиющей сцены.

Передо мной развернулась настоящая зверская бойня. Казалось, мои ноги намертво примерзли.

— Интересно было наблюдать за этим зрелищем?

Аджест повернулся в мою сторону.

Будто теперь настал мой черед.

Нужно бежать.

В это же время я повернула тело.

До моих ушей доходил звук размахивания мечом.

В результате стена, которая была моим надежным щитом, разбилась и превратилась в твердые крупицы.

Он шел неторопливой походкой — шаг за шагом.

Подобную вальяжность могли себе позволить лишь хищники.

Нужно бежать.

В этот момент я так думала, но…в голове витали совсем иные мысли.

Правда ли, что мой шаг верный?

Быть может, это прекрасный шанс.

Можно спросить, почему он не принял снотворное.

Я скинула ризу, прикрывающую мое лицо.

Улыбка на лице хищника, полного до недавнего времени раскрепощенности и развязности, застыла. Он взглянул на меня с окаменевшими чертами лица.

— Почему вы здесь…

— Ну мне было вправду любопытно. Тебе…Тебе есть, что бы ты мне хотел сказать?

Аджест промолчал и просто безучастно на меня пялился.

Красноволосая женщина поочередно смотрела то на меня, то на Аджеста. Женская фигура медленно ко мне подошла.

— Вы, случаем, не та юная девушка, что Мелфорд?

Я сосредоточила свое внимание на женщине.

— Красные глаза с серебристыми волосами. Вы же она, верно?

Она широко улыбнулась, словно ей было вправду приятно со мной познакомиться.

Она поспешно прошла мимо Аджеста и схватила меня за руку.

Аджест, исподлобья смотря, пытался остановить женщину, но, когда я взглянула на него, он вел себя весьма покорно и тихл.

— Я не знаю, кто вы, но можете ли для начала отпустить? Мне не нравится касаться людей, от которых несет смрадом.

Любезно улыбаясь, я выпалила резкие слова.

Кровь, запачкавшая руку женщины, теперь была и на моей.

Когда вернусь в особняк, я тщательно ее протру и вымою.

Женщина сразу выпустил руку, как только поняла свою бестактность.

— Для начала позвольте мне представиться, мисс, меня зовут Зельда, и я работаю на вашу мать. Я весьма умелый работник?

Ее голос был пропитан бодростью и свежестью, но этого хватило, чтобы ситуация накалилась.

Приспешница матери? Почему такой человек вместе с Аджестом….

Черт, как обстановка приняла такой оборот?

Я смотрела на Аджеста глазами, требующими объяснений. Его лицо было жутко искажено.

Со склоненной головой и уставшим синим лицом он пребывал в шоке, не понимая, как себя вести.

— Понятно. Что ж, Зельда, извините, могли бы вы на недолго нас оставить? Мне нужно с ним поговорить наедине.

— Конечно, я оставлю вас.

Она сразу спустилась по лестнице.

— Я буду ожидать на первом этаже, так что не стоит быть скупыми на слова.

Женщина, спускавшаяся по лестнице, громко вскрикнула. Я взглянула вниз на лестницу, а потом на Аджеста.

— Аджест.

— …

— Только не опускай головы. Скажи что-нибудь.

Я к нему подошла.

Предполагая, что он сбежит, я схватила его за щеки и впилась взглядом.

На щеке Аджеста образовались пятна крови.

Потому как на моей руке была кровь женщины.

Дерг. Его тело сильно дрожало.

— …Извините, но я не могу сказать.

— Что…?

Он избегал моего взгляда.

— Посмотри на меня и скажи, ничего не тая.

— ….

Он не слушал моих слов.

Поэтому я переполнялась злостью.

Почему он так делает?

Прежде я думала, что знаю его как пять пальцев.

Когда кто-то убивал, кого кто-то попадал в неприятности, я тут же понимала, что это дело рук Аджеста.

Я всего-навсего погрязла в заблуждении, что знала, кто он такой.

Это было время, когда занавес,закрывающий мне глаза, полностью порвался.

Теперь. Я его совершенно не знала.

Быть может, это не впервые, когда он от меня что-то скрывает. Черт, с какого времени это все началось?

Все в нем вызывало подозрение.

— Сериена, я ничего не скажу.

Забавно это говорить вслух.

— Правда?

Внутри меня все скрутилось.

— Глупый Аджест. Я даю тебе сейчас шанс, так какого ты ничего не замечаешь?

— Шанс….?

— Верно. Последний шанс, чтобы ты мог остаться рядом со мной.

Его фиолетовые глаза свирепо трепетали. Да, Аджест, так и есть.

— Даже больше и не думай что-то выдумывать, продолжать утаивать от меня правду. Если вновь попытаешься меня обмануть, ты падешь в моих глазах.

Я решила его запугать. Словами, которые больше всего в него внушают страх.

Обычно, когда он слышал такие слова, тело бросало в дрожь, а глаза становились влажными.

Тогда я жалела его.

Но сейчас все было иначе.

Нужно вести себя безупречной эгоисткой.

И ухватиться за его слабое место. Воспользоваться тем, чем можно.

Даже таким способом я развяжу узел из скрученных нитей.

Если его развязать, нитки пряжи потеряют свой первоначальный блеск, однако это уже не имело значения.

— Если ты вновь меня обманешь, более я тебя не увижу.

— Разве вы…Не делайте этого.

— Ох, однако я — не луч света в твоем темном царстве. Это предупреждение о моем к тебе равнодушии.

— Сериена….

— Если ты не хочешь такого, скажи! Скажи мне!

Я вкрикнула в него. Глядя так, словно убивая, он вынудил меня бояться.

Я не могла это выдержать, потому губы сами собой разомкнулись.

Я крепко держала в руках его щеки вместе с кровавыми пятнами. С его запятнанных щек стекала кровь.

— Ах, а-а…

Он потерпел крушение.

На его фиолетовых глазах навернулись слезы. Грустно.

Он выглядел гораздо красивее другого роскошного цветка во всем мире и в то же время самым жалким среди всех увядших цветков.

— …Сериена. Сериена. Сери.

Когда мужчина неустанно меня звал, он положил свою руки на тыльные стороны запястьев, которые схватили его щеки.

Затем он отпустил руки и крепко обнял меня за талию.

— Я…

— Я?

— Я виноват…я совершил ошибку.

Его дыхание было тяжелым. Он качал головой, словно погряз в безумии и панике, подобно человеку, застрявшему в замкнутом пространстве.

Любовь.

И расставание.

Слова, которые тесно между собой переплетены.

— …Все, я вам все расскажу, прошу, прошу..только не говорите таких слов.

Словно дитя, выброшенное матерью, он крепко сжал меня в своих объятьях и горько рыдал.

Я вправду приняла правильное решение?

Я подтолкнула его, и это привело к желаемому ответу.

Но все пошло явно против течения.

Сегодняшний замес оставит свои раны.

Когда я осознавала этот факт лучше, чем кто-либо другой, с моих уст слетели совсем другие слова.

— Я вправду тобой разочарована.

Каждый мускул его тела напрягся.

Он покорно кивнул.

Подобно набожному верующему, жаждущему избавления от своих грехов и получения прощения от Бога.

Я не знаю ни одного праведного пути — лишь то, как за миг ока стать тираном.

Словно этому уже обученная.

Я привела его и усадила на диван.

Когда-то он вальяжно раскинулся на этом диване. Но что насчет «сейчас»?

У него не хватает смелости обнять меня за талию и показать свое лицо.

— Теперь скажи мне, Аджест.

Тяжело дышавший Аджест перевел дыхание.

— Ваша мать приказала....

— Что?

— Есть секретная гильдия, с которой недавно вела дела ваша мать. Но, поскольку они постепенно начали воровать оттуда товары, которыми мы решили торговать, пришлось немного приложить и свою руку…

— Поэтому все так обернулось?

— Да…

Почему мать заставила его это сделать? Обычно такое приказывают слугам.

Причина ясна.

Потому что он — легкая мишень. И, когда я наблюдала за ним,который следует собственной воле, он рассказал мне истинную суть.

Вот, значит, в каком положении он оказался.

Она вправду не могла не быть дьявольской мамашей.

— Что насчет снотворного? С каких пор ты его не принимаешь?

— С самого начала….

Он зарылся лицом мне в шею, не зная, куда деть глаза. Слезы, которые он проливал, мокрые щеки отпечатались на моей шее и плечах.

В ответ я его обняла. После недолгого поглаживания его дыхание стало ровным.

— Почему ты в тот день его не принял?

Рука, державшая меня за талию, сжалась. Я пыталась полностью раскрыть слабые стороны.Однако…чем больше я делала, тем больше он сопротивлялся.

— Ваша мать меня позвала….

— Так о чем же вы разговаривали?

— Речь шла о вашей помолвке…

— Что?

Что это снова значит?

Я недоуменно на него взглянула. Он смущенно залился краской.

— Я? С тобой?

Я вспомнила слова, которые несколько лет назад говорила герцогиня Мелфорд – слова о том, чтобы сделать Аджеста любовником.

Ни за что. Нет.

— …Если так, я бы был бы не прочь, но кондитатура – не я.

Это очень отвратительно.

— Поэтому…Я согласился уладить эту проблему и помочь ей с рудником при условии,что она на некоторое время отложит вашу помолвку.

— ….

Я смотрела на него глазами, лишенными дара речи.

— Тогда почему ты мне об этом не рассказал?

— ….

Он умолк.

Я издала вздох.

Были еще слова,которые я ему хотела сказать — хотела намного больше, чем те.

— Аджест, возможно, твои слова значат, что в тот день, когда ты меня душил.

Кое-что, что меня волновало в последнее время.

— В тот день ты встречался с моей матерью?

Возможно, мои догадки были преувеличенными.

Мне пришлось на это пойти.

Когда что-то шло не так, когда-то что-то обращалось в пепел, истоком всегда была мать.

Именно она стояла во главе вереницы будто нескончаемых событий.

Однажды моя мать привела Аджеста, и с тех самых пор стали происходить странные и загадочные вещи.

— Ответь, Аджест. Ты меня….Я спросила, встречался ли ты с матерью в тот день, когда пытался меня убить.

Всякий раз, когда я хотела высказаться о том, что меня тревожило, я не могла столь легко шевелить губами— как будто в плоть въелись шипы.

Убьешь. Ты меня.

Слова, безмятежно произносимые, но способные задушить путами терна.

Я должна привыкнуть. Если проблему не решить, то вся ценность, существующая в отношениях, продолжит оборачиваться пылью.

— ….Как вы узнали?

Ах, возможно, мое предположение верно.

Моя мать «что-то» с ним сделала, поэтому он хотел меня убить.

Честно говоря, это внутреннее убеждение строилось не на решительном основании.

Когда я ожидала, что это было сделано специально, когда я ожидала, что мать сделала его таким.

Все мои ожидания дали начало убеждению, надежде, что все произошло по какой-то другой причине.

Я эгоистично надеялась, что мое убеждение верно.

Я не хотела, чтобы он испытывал мучения по вине матери, но сейчас…я была полной эгоисткой.

— Почему ты мне не рассказал? Аджест, ты бы мог сказать, что пойдешь к матери. Это не то, что нужно скрывать.

— ….

Меня захлестывали слезы. Я не могла сдержать злости.

Что же я вообще о нем знала?

Его любимую еду. Предпочитаемую одежду. Его привычки.

Все было не тем.

— Аджест. Прежде я думала, что хорошо тебя знаю….но уже нет.

— Сери…

Черт, что за отношения между нами?

Хоть эта и связь, в основе которой последствия промывки мозгов, я его знала вдоль и поперек и думала, что, возможно, между нами тесные, глубокие отношения.

Все это было моим заблуждением.

— Все-таки с какого момента….я перестала о тебе что-то знать?

Я мало о нем знала.

Нас разделяла только глубокая пропасть.

Я считала эти отношения близкими, очень близкими.

Но этим отношениям присуща черта, которую я не могла пересечь.

— После того, как я сказала, что освобожу тебя от промывки мозгов, по крайней мере, тебе нужно было рассказать, когда был готов препарат…

Черт, что я натворила?

Все тело ныло, желая громко кричать. Я не могла это вынести. Я не могла дышать, словно была заперта в ловушке.

У меня медленно перехватило дыхание.

При таких обстоятельствах я должна сохранять спокойствие…я должна быть спокойна. Должна успокоиться…

— Ха…

Когда Аджест был весь на нервах, он обхватил меня за плечи и близко к себе прижал.

Ему страшно слышать, что он виноват? То, что все ухудшило?

Нет, это не вина Аджеста.

Это не его вина. Виновата мать.

Я пыталась успокоить все, что бушевало внутри меня, и обняла его спину дрожащими руками.

Я крепко вцепилась в его одежду.

— …Я во всем виноват.

Его тело дрожало, будто от испуга. Словно оно скоро рассыпется на части.

Он был до ужаса напуган, возможно, из-за угрозы, что я его покину.

— Нет. Аджест. Ты не виноват…..Все дело рук матери….

Он послушный. Так что он бы последовал всем прихотям матери.

Кто сделал его таким покорным? Также мать.

— С этого момента тебе запрещено что-либо от меня скрывать. Понял?

Он поспешно кивнул.

— О чем вы говорили, когда ты в тот день отправился посетить мать, в тот день, когда пытался меня убить?

— …

— Ты должен ответить. Аджест.

Я пропела настолько ласковым голосом, насколько могла.

Было ясно, что если я насильно не смягчу тон, то он сойдет с ума.

— …Не помню.

— Что?

— Я никогда не хотел скрывать это от вас. На самом деле…я просто не помню.

— Все те дни, когда встречался с матерью?

— Нет. Я не помню только тот день.

Я толкнула его в грудь. Как только я отпрянула от его тела, передо мной показалось его великолепное и раскрасневшееся лицо.

Из-за растерянности, смущения и терзания слезливое лицо не могло смотреть на меня.

Пожалуй, на сегодня расспросов хватит.

Очень трудно, находясь друг с другом, сохранять здравый смысл.

Горькие слезы так сильно лились, что было трудно поддерживать разговор, а чем больше я слышала льющихся слов, тем труднее было сохранять самообладание.

Я потерла раскрасневшиеся края век.

— Хватит плакать, Аджест. Ты в этом просто ужасен.

С его щек капала кровь. Я коснулась рукой его окровавленной щеки.

И провела по щеке пальцем, чтобы убрать.

Его тело все дрожало, но он не противился.

— На этом хватит. Пойдем, Аджест.

Чтобы подняться, я переместила свое тело, которое какое-то время было прижато к нему.

Он заколебался, но потом тоже встал.

Я спустилась по лестнице, даже не оглядываясь в его сторону.

Аджест последовал за мной.

— Беседа вышла приятной?

Женщина, представившаяся Зельдой, одарила меня улыбкой.

Потому что я дочь герцогини Мелфорд? Она не скрывала ко мне симпатии и неподдельного интереса.

Зельда, смотрящая на меня мерцающими глазами, увидела Аджеста, спускающегося позади меня.

— Вы плакали? Такой мужчина, как вы?

Аджест не вымолвил и слова. Его взгляд был прикован ко мне.

— Ваше лицо — настоящий шедевр.

Она не знала, как отвести взгляд от Аджеста.

— Зельда, тогда на этом мы пойдем. Будет лучше, если вы с Аджестом поговорите в следующий раз. Как видите, он не в состоянии с кем-то беседовать с таким «шедевральным» лицом.

Шедевр.

Я с сарказмом вернула слова, вылетевшие из ее же рта.

— Мисс, делайте, что пожелаете.

— Благодарю, Зельда.

Не очень-то я и благодарна. После того, как я бросила на нее взгляд, моя рука схватила Аджеста, и мы покинули бар.

— Надеюсь, вас увидеть снова. Мне пришлась по душе мисс.

Позади я услышала никчемную болтовню, но успешно ее проигнорировала.

Я повела Аджеста и пошла быстрым шагом. Я хотела уйти из этого питейно-развлекательного района.

Я бы могла воспользоваться его телепортацией, но меня сейчас немного подташнивало.

Телепортация не подходит для использования теми, у кого из-за огромных магических трещин и вибраций может ухудшиться состояние.

Его телепорт был устойчивым, но неуверенность все еще меня не покидала.

— Сереина.

Я остановилась и взглянула на него.

— ….Вы можете идти немного медленнее?

Бледная кожа стала еще бледнее.

На его лбу выступил пот.

— …Где-то болит?

Его цвет лица был очень плох. Я провела рукой по его щеке. В ответ он обнял мою руку и потер ею о свою щеку.

Он требовал от меня ласки, как щенок, боль которого разрывала на части.

Но мое внимание было сосредоточено на чем-то другом — не на том, чтобы подарить ему тепло и любовь.

Почему ему внезапно стало больно?

— Побочные эффекты препарата….

От сказанных слов, подобных бормотанию, его тело вздрогнуло. Я была права. Мое предположение было верным.

Возможно, это был один из побочных эффектов, о которых я не знала.

— Вот почему ты не принимаешь лекарство – для это тяжело. Если бы ты просто послушал меня, все не свелось бы к такому концу.

Когда я открыла рот, пулей влетели резкие слова.

У меня не оставалось иного выбора. Это был великий день потрясений и предательств.

— Твое состояние в порядке, Аджест.

Непринужденно вышел сарказм.

Моя ненависть, обращенная к нему, никогда не была настолько сильной.

Даже когда перед промывкой мозгов он говорил мне жестокие слова. Даже когда напал на меня. Даже когда ему промыли мозги, он преследовал меня, не обращая на мои страдания.

Такой ненависти, как сейчас, не было.

— ….Извините.

Ты всегда извиняешься. Это не совсем то, чего я хочу.

— Но не оставляйте меня… впредь я буду послушнее. Потому что вам я буду повиноваться.

Угроза, собиравшаяся выразиться в словах, превратилась в острые осколки стекла и застряла в его теле.

Он усердно умолял меня залечить зияющие, незажившие раны.

— Аджест. Я никогда не просила тебя ходить по моей струнке. Я никогда этого не хотела.

Аджест тревожно заморгал, не понимая смысл моих слов.

От такого вида ничего не оставалось, кроме как издать вздох.

Он живет, не зная понятия «жизни».

Я перевела от него взгляд и огляделась.

Лицо с высохшей кровью. Из-за этого множество глаз пялилось в нашу сторону.

— Хочешь немного отдохнуть?

Он кивнул.

Мне уже было плевать на его согласие. Его терпение однозначно железное.

Было бесчисленное количество раз, когда из-за терзающей боли он ныл, только чтобы попытаться привлечь мое внимание – теперь же, в такое время, как сейчас, это не работает.

Я искала, где можно отдохнуть. Внезапно показался тихий переулок, куда я его и повела.

С каждым шагом тело Аджеста пошатывалось. Его состояние не было из лучших.

Теперь уже нельзя просить его телепортироваться.

Чем хуже состояние заклинателя, тем сильнее тряска телепорта.

— Аджест. Сильно болит?

— Нет, просто небольшое головокружение…

Он улыбался, но цвет лица потемнел.

Холодный пот стекал со лба.

Когда от усталости его тело пошатнулось, он прижался к стене.

— Аджест.

Я собиралась спросить, в порядке ли он. Но его лицо, встретившееся со мной, быстро помрачнело.

— …Уходите от меня. Сериена.

Он закрыл лицо руками, потому как не хотел более меня видеть.

Я хочу приблизиться к нему, но не была уверена, что стоило так рисковать.

Но все же я к нему подошла. Тогда Аджест с нетерпением меня окликнул.

— Сериена.

— Да.

— Пообещайте. Что никогда меня не покинете.

Руки, прикрывающие глаза, упали, обнажив аметистовые глаза.

Нет, нет, неужели.

— Возможно, ты выдел иллюзию…?

— …Верно. В моих иллюзиях вы всегда пытались себя убить. Точнее, мучили меня. Не умирали.

— Аджест.

На его глазах навернулись слезы. Он безжалостно падал.

— Я не твоя иллюзия. Не путай.

— Да…. Вы не иллюзия.

— Не дай разум покинуть тебя.

Иначе он сойдет с ума.

Если я увижу его обезумевшим, возможно, я тоже сойду с ума.

Мне постоянно приходилось ему напоминать, что я и иллюзия в виде меня — разные.

— Верно...ваши слова верны.

Он опустил голову.

Это был момент облегчения всей тревоги.

Но…он вытащил из-за пазухи кинжал.

— Аджест…?

Он широко улыбнулся в ответ на произнесенное его имя — Аджест не знал причину, почему оно слетело с моих уст.

Будто теперь все конечно. Внезапно он почувствовал чувство свободы.

— Вы не должны пытаться снять мою промывку мозгов.

— Что ты говоришь. Все прекратить? Что еще за слова….!

— Нет. Вы сказали, что вам было жаль меня, запертого в клетке, но там, внутри, я был счастлив.

Я молча его слушала.

В тот момент.

Аджест замахнулся кинжалом, обращенным на его глаза.

— Аджест!

Все произошло в одно мгновение.

Кап-кап. Кровь капала на пол.

— Что ты сейчас делаешь…

Это случилось в одно мгновение.

Как бы все обернулось, если бы я быстро не схватила лезвие кинжала?

Возможно, он бы потерял свой глаз.

Рука, держащая лезвие, дико ныла от боли, подобно предвестнику смерти.

— Сериена, отпустите, — Аджест строго отчеканил.

Но я никак не могла отпустить.

Острие лезвия почти касалось его глаз.

Если я отпущу эту руку, сию минуту кинжал пронзит его глазное яблоко.

— Приди в себя, Аджест. Я –не иллюзия. Вот, смотри. То, что перед тобой, разве иллюзия?

Моя рука, останавливающая этот кинжал, и рука, собирающаяся выколоть глаз.

Рука, которую я подняла, что остановить его, дрожала.

Если я ослаблю хватку, то кинжал…Нет. Если он приложит хоть каплю силы руке, кинжал вонзится в глаз.

Я должна была быстро что-то выдать.

— ….Я вижу иллюзию. Теперь вы правда….мне надоели. Я более не хочу вас видеть.

— Аджест, прошу, прошу. Не делай этого.

— Если я продолжу вас видеть — непременно сойду с ума. Прошу, освободите меня от ваших оков. Потому что не хочу чего-то подобного, вроде снятия промывки мозгов…

Побочные эффекты противоядия. Иллюзии.

— Те, кто попробовал, без исключения сходят с ума.

Слова Игельто были правильными. Все. Аджест сходит с ума.

Правильно ли я поступила, решившись избавить его от промывки мозгов?

Это было не тем, чего я хочу.

— Аджест, послушай меня внимательно.

Я придала еще больше силы руке, державшей кинжал. Нельзя отпускать ее. Никогда.

Кап-кап. Крови, стекающей на пол, стало больше.

То, что уже началось. Я должна лицезреть сего конец.

— В твоей иллюзии, по-твоему, я умерла? Но взгляни же внимательнее. Я вправду жива.

Я яростно схватила кинжал. Кровь стекала по моему запястью. И намочила рукав Аджеста.

— И если бы я умерла в твоей иллюзии…Привыкай к тому, что видел. Когда привыкнешь, все сразу наладится.

— ….Как можно привыкнуть к тому, что вы мертвы?

Его голос. Каждое слово медленно, по одному, пропитывалось отчаянием.

— Просто думай обо мне как о ходячем трупе. Я та, кто в форме моего же трупа.

Я даже не знала, что за безумные слова, полные абсурда, несла.

Не было времени думать о значении этих слов.

Из-за неотложной ситуации летела какая-то нелепица, даже не успев профильтроваться в мозгу.

— Итак, Аджест. Сначала отпусти это. Ты не видишь порезанную руку? Мне очень больно.

Сила руки ослабла.

Его глаза были красными.

Фиолетовые очи слезились.

Но в этих глазах вместо слез куда отчетливее сияли отчаяние и страдания. Они насквозь пронизывали зрачки, не меняясь со временем.

Минуло больше недели, как он пил препарат, дабы снять промывку мозгов.

Все это время его постоянно преследовали видения.

Ни на миг не переставая.

— Если ты пойдешь наперекор моим словам, впредь более меня не увидишь. Всю оставшуюся жизнь я буду питать к тебе ненависть.

Бряц-!

Из его руки выпал кинжал. Лезвие меча переплелось с грубым полом.

Он взглянул на мою окровавленную руку и потряс головой.

Я его обняла.

Как только я крепко обняла его спину, рана соприкоснулась с одеждой и засвербела.

Кровь испачкала его одежду, сделав ее липкой.

— Все будет в порядке….Так что до тех пор мы все вытерпим. Да?

— Я…был неправ. Сериена.

Он обнял меня настолько, что тело едва не сломалось. Он плакал, прильнув ко мне.

Я медленно наблюдала за луной, плывущей по небу.

Черт бы подрал, даже в этот момент луна слишком ярко сияла.

Как давно он покидал эту комнату?

Некоторое время назад его заперли в темном и холодном пространстве. Как только юноша вышел, из-за кислорода, насытившего его легкие, тело пропиталось блаженством.

Куда же теперь идти? Это место ничем не отличалось от лабиринта.

Харон какое-то время быстро вел его за собой.

Видя безрассудно бегущего Харона, Максион цокнул языком, но другого выхода не было.

Братья не знали дорогу, так что теперь оставалось неистово и без раздумий бежать. Это было единственным решением.

Они очень долго бежали.

Постепенно усталость брала свое. Горячее дыхание продолжало выходить изо рта.

В отличие от него Харон, который обладал до ужаса хорошей выносливости, не проявлял никаких признаков усталости.

Максион, чтобы не стать помехой, просто умолк и следовал за ним.

Однако, несмотря на все старания, его уставшие ноги подкашивались и падали. Он не мог с этим что-то поделать.

Бац!

Как только Максион с грохотом рухнул свинцовыми ногами, Харон остановился и обернулся.

— Эй…ты в порядке?

— Да, в порядке.

Раздался встревоженный голос. Максион, в отличие от Харона, рассмеялся.

— Ой!

Он пытался встать на ноги, но тут же запульсировала голова. Боль вновь обволокла его тело, будто готова разрушить.

Это что, из-за похищения? Тело казалось странным.

В дикой боли он не мог пошевельнуть телом. Безусловно, это его, собственное тело…но оно не могло двигаться.

— Максион! Ты точно в порядке? У тебя плохой цвет лица.

Харон нахмурил переносицу.

Он протянул руку, прося встать, но у него не хватало сил схватить ее. Теперь он не мог контролировать и свое тело.

— Эй, Харон.

Максион как можно резко назвал его имя.

— Иди вперед.

— …Что?

— Не думаю, что смогу пойти дальше…потому что тяжело.

Маска, олицетворяющая способность смириться с обычными тяжестями. Он также лицедействовал, уверяя, что боль неважна.

Но теперь, когда тело не могло двигаться, все было иначе.

Максион с силой прикусил губу.

— Что ты несешь! Не говори такие жалкие слова и быстро поднимайся, Максион.

— Приду…потому что я не могу встать, я…ай!….Ты занимаешься дурью. Тупой идиот!

— Что? Почему я тупой идиот?

— Сейчас имеет значение, как я к тебе обращаюсь?

Ох, боже, посреди этого он зацикливается на этом. Какой тупой….

Когда ведешь дела с братом, нужно быть очень терпеливым…

Юноша разомкнул губы, сдерживая стоны, которые от боли готовы вот-тот вырваться.

Он должен говорить как можно спокойнее.

— Послушай, Харон. Мы совершили побег. Аык…если я пойду, то стану для тебя только обузой. Ты же не упустишь такую прекрасную возможность, которая позволит сбежать?

— …

— Мы с трудом убили того типа, охранявшего нас перед комнатой, и сбежали. Если нас схватят, охрана усилится. Так что, Харон, скорее убегай.

После нескольких сказанных слов он уже запыхался.

Ситуация не из лучших.

В столь трудном положении лучше оказаться схваченным, нежели стать обузой, о которой придется заботится.

Остается лишь надеяться на следы, оставленные им, и ждать прихода Михаила.

— Не волнуйся, я сам о себе позабочусь. Иди, я последую за тобой…

— Не неси чушь. Максион.

Глаза Харона обжигающе опустились. Мгновенно его глаза, казавшиеся такими глупыми, изменились.

— Одному уносить ноги? Я не делаю таких глупостей.

Харон в самом деле не хотел оставлять его. Его брат правда…был тупицей.

Он просто отказывается от своего комфорта.

Он вздохнул.

В один и тот же день они появились на свет из одной же утроба и вместе пробыли много лет, так что, разумеется, Максион знал Харона.

Этот парень правда не пойдет.

Максион глубоко вздохнул.

Вот почему он такой дурак-то.

Идиот, которому говорят в первую очередь позаботиться о себе.

— Харон, спрошу тебя одно.

Харон слегка приподнял брови.

— Почему…ты последовал за мной? Почему ты хотел быть со мной, когда я пытался сбежать из этого дома. А?….Ык…В доме же еще есть старшая сестра Сери, которую ты так любишь.

— …

Харон не ответил. Мочки ушей покраснели, словно от легкого смущения.

Глядя на этот вид, Максион мог все понять, уместив в пару слов.

Он знал.

Харон хотел следовать за ним, не имея на то цели или причины.

— Так ты….Почему ты хотел покинуть особняк?

— …Ненавижу быть скованным.

— Что?

Харон не мог понять двусмысленных фраз.

Ненавидишь быть скованным?

Он открыл рот, что спросить Максиона смысл слов.

— Что это значит…

— Вон они! Скорее лови!

Черт! Именно в это время преследователи выяснили их местоположение.

Харон поспешно понес Максиона.

Он ни за что не пойдет один.

— Эй! Харон, живее отпусти.

— Заткнись, Максион.

Харон крепко его держал, чтобы не отпустить его, размахивающего конечностями.

Он огляделся в поисках способа сбежать, но, черт подери, черные маги кружили в каждом угле здания.

Тогда в глаза Харон попались перила. Точнее, пространство под перилами.

Было неизвестно, на каком этаже сейчас стояли его ноги, но, должно быть, это верхний.

Под перилами не было видно конца этажам.

Харон рванул в ту сторону. Он легко подпрыгнул и наступил на перила.

Маг, находящийся поблизости, попытался схватить его за лодыжку, но Харон слегка ударил его по лицу.

— Куда!

На лице Харона нарисовалась безмятежная, полная свободы улыбка.

С самого детства он не славился пытливым умом. На экзаменах, проводимых наставником, он получал до жути низкие оценки.

Его же близнец, который был умнее его, получал высокие отметки.

Однако их физическая подготовка разнилась с интеллектом.

В этой области Харон его превосходил.

К слову, его навыки еще улучшились, когда каждый день он вызывал на спарринг Аджеста.

— Эй, подожди, Харон.

Максион, осознавший намерения Харон поспешно закричал, но уже было поздно.

— Меня никогда не поймают.

Вместе с этими словами тело Харона откинулось назад.

И последовало бесконечное падение.

Фиен взъерошил свои волосы, пропитанные потом, и наморщил лоб со жгучей болью.

— Аа-ах, больно…

При звуке нытья мужчина придал силы своей забинтованной руке, после чего раздался более громкий крик.

— Хватит притворяться.

— Притворяюсь? Так-то правда больно.

— Ага-ага, кто ж на это купится?

Когда Фиен взглянул на мужчину, язвительно огрызающегося, лицо приобрело недовольный вид.

Так или иначе, мужчине было плевать на него.

— Ракель, «то», что я принес раньше…Как успехи с тем?

— А, точно. Черт возьми, откуда ты это притащил?

В один из дней Фиен, волоча внезапно израненное тело, пришел к Ракелю.

Этого хватило, чтобы Ракель испугался.

Фиен потребовал проверить кровь, пропитавшую лист, и тут же рухнул на месте.

Та растерянность, отражающаяся на лице, навсегда отпечаталась в его сознании.

В то время Ракель попеременно смотрел то на окровавленный листок, то на окровавленного Фиена, не зная, что делать.

Он затащил Фиена на кровать и помог с лечением.

Между тем он не забыл исследовать кровь, въевшуюся в обдрипанный лист.

Результаты были поразительными. Самыми удивительными и необычными среди всех его исследований.

— Где и как ты ее достал? Нет, черт возьми, чья это вообще кровь?

— Когда ты так меня сразу спрашиваешь, довольно трудно ответить. Ракель, для начала лучше спрошу я. Что с результатами? Я слышал, что кровь славится своей уникальностью.

— Верно. Среди полученных результатов я впервые вижу такую кровь. Возможно, она настолько необыкновенна, что ты сможешь достичь «того, что хочешь».

— Правда?

Глаза Фиена жадно сверкнули, как у ребенка, получившего желанный подарок.

Ракель черство кивнул.

— Теперь твой черед отвечать. Черт подери, откуда ты достал эту кровь…

— Сэр Ракель! Срочное дело!

Когда прервали тот самый момент, способный утолить его гнетущее любопытство, Ракель нахмурился.

Не было сомнения, что произошло что-то серьезное, особенно учитывая выражение лица мужчины, поспешно открывшего дверь и вошедшего в его комнату. Оно отражало неподдельный испуг.

— Что случилось?

— Т-те два заложника герцогини Мелфорд сбежали.

— Да? В таком случае ты просто можешь их поймать.

Когда Ракель заговорил спокойным тоном, словно ничего важного не случилось, вид подчиненного говорил о еще большем испуге.

— Н-но есть одна проблема.

— Какая?

— Два заложника направились в запретную зону №1…

— Что?

Ракель вскочил. От приложенной силы стул, на котором он сидел, с громким звуком упал назад. Бац!

Но теперь это не имело значения.

Его запретная зона №1.

Если настанет день, когда возникнет проблема с там нарисованным магическим кругом.

Лицо Ракеля побледнело.

Такого неудачного дня, подобного катастрофе, никогда не должно настать.

Магический круг очень чувствителен. Так что прямо сейчас происходило нечто невероятно опасное.

— Фиен. Ты остаешься тут.

Ракель выскочил наружу.

Он знал, что не должен причинять вред тем двоим заложникам, но сейчас были совершенно иные обстоятельства.

Подобное одобрит даже герцогиня Мелфорд.

Где это?

Харон огляделся.

Он небрежно поднял израненного Максиона и понес его на спине, чтобы тот смог опереть свое обессиленное тело.

Когда они спрыгнули с перил, его хилый брат сразу потерял сознание.

Харон взглянул под ноги, стоявшие на полу.

Это был вправду невероятно ужасный, огромный магический круг.

В его центре возвышалось самое большое дерево, которое ему доводилось видеть в своей жизни.

Дерево было сухим, словно гнилым от кроны до корней, — и окрашенным черным цветом.

Юноша вспомнил, как они сюда попали.

Он спрыгнул с перил, но за ним последовало множество черных магов.

Ему было все равно, как выбраться. Его инстинкт взвывал сбежать от них любыми способами.

Он думал скрыться там, где количество темных магов будет незначительным.

Харон атаковал магов, чтобы скрыться из их вида. И в ходе этого высвободил магические силы.

Когда какое-то время юноша беспрерывно так бежал, он постепенно обнаружил, что лица магов становятся мертвенно-бледными.

Харон, важничавший перед этим, выпустил еще больше энергии и внезапно телепортировался в это место.

ʹКстати, в какую сторону я должен идти?ʹ

Здесь тоже может быть опасно.

Он рывком приподнял постепенно падающее тело Максиона и осторожно стал бродить вокруг магического круга.

— Ты…! Немедленно уходи оттуда!

Черт. Он что, всю дорогу их преследовал?

Количество тех ублюдков было меньше прежнего. Всего-навсего один.

Однако положение было куда серьезнее.

Черный маг, по-видимому, обладает уникальными и опасными способностями.

Харон плохо оценил свои реальные шансы. Юноша потратил много выносливости и использовал магию, чтобы справиться с черными магами, преследующих его.

Тем не менее Харону пришлось сказать эти слова.

— Не переживай, Максион. Доверься мне.

Потерявший сознание Максион не услышит его голоса, но Харон все равно произнес эти бесполезные фразы, возможно, предназначенные для успокоения не Максиона, а самого себя.

Ык. Изо рта вырвался стон.

Как же неудобно.

В полудреме я пыталась пошевелить рукой, но почему-то она была связанной.

Я приподняла свои плотно закрытые веки, стараясь разобраться в причине этой ситуации.

— Ха?

Как только я проверила, то сразу удивилась. При чем настолько, что для объяснения не нашла слов.

Мои руки были связаны, как и у Аджеста.

Я заволновалась, что заболят руки, но ощущавшаяся ткань, которая их связывала, была мягкой текстуры.

— Сереина…?

Наконец, открывшиеся его глаза невинно моргнули.

Как так можно безобидно смотреть на человека, когда по его вине завязаны руки.

Я горела желанием врезать разок тому, кто всегда следовал своим прихотям.

— Хорошо спал?

— Сериена хор……

— Доброго утречка тебе. И сначала изволь мне все объяснить.

Когда я вытаращила глаза, он взглянул на мои руки, связанные вместе с его.

— Ах, вы разве не помните? Это Сериена попросила меня связать.

— Чего……?

Я не могла сказать такой безумной вещи, даже если бы прошлой ночью была пьяная в стельку.

Я вспомнила о случившемся прошлой ночью.

Я схватила голыми руками лезвие меча, отчего кожа покрылась пятнами крови.

Как только Аджест запоздало пришел в себя и увидел,что натворил, его лице посинело, будто от жестоких ударов. А после мы в обнимку вернулись в особняк.

Но потом, что же потом произошло?

Вчера изнеможенное тело свербело от усталости, и я едва не заснула в его объятьях.

Когда он уложил меня на кровать, я очнулась. В полудреме на него глядя и не понимая, сон это или реальность…

— Не уходи…не уходи, останься со мной…Я должна тебя видеть…Ты понял?….

Я переживала, что он снова что-то начудит.

Поэтому я крепко схватила его за запястье рукой, перевязанной бинтом.

Я боялась, что он покинет меня. Я придала силы своей поврежденной руке, чьи шрамы ныли от нестерпимой боли.

— Я никуда не уйду. Так что успокойтесь и хорошо выспитесь.

— Врешь.

— Тогда что мне сделать, чтобы вы поверили?

— Не знаю…..просто докажи, что не уйдешь.

После этих слов меня уволокли грезы.

Руки, откуда-то высунувшиеся, упорно толкали меня в водную пучину.

И я не смогла избавиться от надвигающейся сонливости.

На этом все.

Клянусь, я никогда не просила связывать наши руки.

— Прошлой ночью, когда Сериена схватила меня за руку, она сказала мне не уходить. Верно, да?

— Да, так и было.

— И попросила доказательство тому, что я не уйду.

— Неужели ты….!

То есть в качестве доказательства он решил связать руки.

О боже, какой абсурд. Как вообще такое безумие могло случиться?

Я взглянула на ткань, что была на руках. Выглядело так, будто меня перевязали милой ленточкой, создавая образ, пронизанный обаянием.

— Если бы я ушел от Сереины, возможно, во время сна вновь появились признаки лунатизма. Тогда возникли бы проблемы. Так что это не моя воля.

— …

И правда…этот мужчина обладает прекрасным талантом лишать дара речи.

Вот почему нужно осторожно подбирать слова. Этот урок, который мне пришлось снова усвоить.

— Хватит, сейчас же развяжи руки.

— А нельзя еще немного вот так посидеть?

— Ты сбрендил?

— Да что вы снова делаете?

Он схватил меня за талию уже свободными руками и внезапно прижал к себе, пленив в свои объятья.

Из-за недовольства, которого становилось с каждым словом все больше и больше, я тут же наморщила лицо. В отличие от меня, его лик радостно сиял.

Чтобы его оттолкнуть, я пальцами прижалась ко лбу. Но он притворился невинной, ничего не понимающей овечкой, потянул меня за руки и поцеловал.

— Н-да, если я стану с тобой жить, скука — как рукой развеется…

— Сейчас это было предложением?

— Что…?

Его лицо светилось залитым счастьем.

Одним моментом меня охватило жуткое желание разрушить это счастье.

Как же можно в словах, полных сарказма, уловить предложение.

— Не неси чушь, просто развяжи.

С печалью в глазах он опустил голову и развязал тугой узел ткани.

— Не корчи такое лицо. Ты не сделал ничего хорошего.

— Я лишь выполнил все, дабы утолить ваши желания…

— Я не очень хочу слышать от тебя такие слова. Кстати, как ты сейчас? Лучше прежнего? Что насчет иллюзий? Даже сейчас видишь?

Развязав узел, он потянул ткань, которая медленно скользнула по руке.

Когда я смотрела на его лицо, обращенное в сторону ткани, на губах заиграла легкая улыбка.

— Почему ты улыбаешься?

— У меня хорошее настроение. Вот почему. Моя забота о вас неугасаема.

Он всегда жаждал моей теплоты, моего взора, ни на миг не сводящегося с него.

Его ненасытство моей близостью будет вечно.

Я всегда думала что это эффект промывки мозгов, но, быть может, тут таилось что-то иное, отличное от этих крепких пут.

Дитя, которому никогда не могли подарить должную любовь.

— Не волнуйтесь. Я не всегда видел лишь ту сцену.

— И что же в основном тебе виделось?

— Хм. В моей первой иллюзии…

Его поток слов внезапно оборвался. Когда он о чем-то призадумался, его лицо побагровело.

— Аджест?

— Сереина…простите. У меня внезапно срочное дело, так что мне пора уходить.

Закончив говорить, он покинул комнату. Я недоуменно взглянула на то место, откуда от ушел.

— Черт, почему он так себя повел…?

В его глаза бросилось красное лицо, отражающееся в зеркале. Он облил тело ледяной водой, чтобы его охладить.

От рева ветра рубашка прилипла к мокрому телу. Кожа слегка светилась.

Вода была холодной — как лед — но тело, все еще горячее, никак не остывало.

Аджест вздохнул.

Блаженное и мирное время, которым он наслаждался, разрушилось на части и развеялось ветром. Сколько бы он не винил во всем свою глупость – стрелки часов не повернуть вспять.

Мужчина снял мокрую рубашку, чтобы принять душ.

И когда увидел свое отражение в зеркале –застыл.

Около сердца виднелся появившийся красноватый след. Изначально этого не было.

Он быстро понял,что это такое. Тут не над чем ломать голову.

Яд.

Отрава, которую недавно ему всунула герцогиня Мелфорд.

Она не рассказала ему, что это за препарат, но Аджест примерно догадывался о его назначении.

Всякий раз, когда он принимал лекарство, поток магии начинал нарушаться.

Аджест до сих пор не понимал, зачем ей нарушать поток его магии.

Мужчина отвернулся от зеркала.

Его не интересовало, каким становилось это тело. Ему нужно терпеть эту боль.

Он решил довольствоваться тем, что та женщина не прикасалась к Сериене.

ʹСериенаʹ.

Аджест мысленно произнес ее имя.

Прошлой ночью он в самом деле удивился.

Да кто бы мог подумать, что она неожиданно появится в баре.

Положение действительно стало не из лучших. И разрешить его было трудно.

Он вспомнил произошедшее той ночью.

Аджест планировал заключить сделку с людьми, которые там собрались. Если это не удастся, он планировал поубивать всех тех людей.

Когда он собирался начать вести переговоры, каждая клеточка тела ощутила чье-то незнакомое присутствие. До тех пор он даже и представить себе не мог, что это была Сериена.

В этот момент все его мысли заполонило лишь единственное желание — убить незваного гостя; а также его не покидало намерение ждать, что тот пришедший человек сам и покажется.

— Эй. Герцог Агэрния.

Зельда, прильнув губами к его уху, прошептала его имя.

— Кажется, этой сделке уже не удастся состояться. Я не собираюсь ее заключать.

Сделка еще даже не началась.

Мужчина посмотрел на нее глазами, спрашивающими, в чем дело.

— Тот ублюдок щупал мою ногу.

После тех слов она вскочила со своего места.

И убила большинство мужчин, находящихся здесь.

Остальные мужчины были убиты Аджестом.

С того момента, как женщина принялась их убивать, не оставалось иного выбора, кроме как оборвать их жизни.

Она всегда была такой.

Герцогиня Мелфорд приставила ее, дабы та стала преградой на его пути.

— Если сделка не состоится, так или иначе, вы же думали об убийстве, верно? С самого начала было невозможно иметь дело с этими недалекими детишками.

Женщина перечила взору Аджеста, не понимающего, что вообще творится.

Он думал, что ситуация была хуже некуда.

Но, как оказалось, было кое-что и похуже.

Появление Сериены.

Вспомнив, что произошло вчера, Аджест вновь вздохнул.

Зельда видела, что туда пришла Сериена.

Иначе говоря — до ушей герцогини дойдет информация о вчерашнем событии.

Пусть даже если она не слышала их разговор, герцогиня узнает, что там появилась ее дочь.

Он признал свою оплошность.

Ему не удалось убить Зельду, потому как из-за разговора с Сериеной его охватили бурные эмоции. Он должен был ее убить, чтобы герцогиня не узнала о том случае.

Аджест был обязан наврать и выдумать, что во время вчерашней сделке она была убита мужчинами.

В таком случае он тоже вызвал бы подозрение, но, по крайней мере, смог бы скрыть присутствие Сериены.

Теперь, когда дело сделано, нужно утаить информацию, что Сереина почти в курсе всех событий.

Иначе Сериена в самом деле может попасть под удар.

Хм. Я весь день думаю написать письмо, но не знаю, стоит ли.

Судя по всему, то, что Аджест тайно проворачивает каждую ночь, кажется секретом.

Быть может, все то, что я узнала вчера, — лишь верхушка айсберга. Но что же кроется под ней? Сколько он еще скрывает?

Вздохнув, я взглянула на написанное письмо.

Я должна допросить обо всем Аджеста, но перед этим нужно кое-что сделать.

Лично отправить письмо герцогини Мелфорд.

Вчера меня там заметила женщина, представившаяся как Зельда.

В таком случае информация дойдет до ушей герцогини.

Я пытаюсь разгадать секрет Аджеста и герцогини.

Насколько же опасное дело я пыталась провернуть?

«Матушка, как вы поживаете? В герцогстве Агэрния уменя все прекрасно.»

Я написала формальное приветствие. После этих фраз последовали примерно такие же предложения, но я сразу перевела взгляд на основную часть.

«Недавно я стала свидетелем нечто странного. Аджест каждую ночь куда-то исчезает.

Это вызвало подозрение, так что я тайно за ним последовала. Он был в питейно-развлекательном районе. Ситуация вышла довольно забавная.

Потому я сразу допросила Аджеста. Ну, что он тут забыл. Аджест на это ничего не ответил.…Какая же наглая эта собака с промытыми мозгами.

Ох, к слову, рядом с ним видела еще женщину. Она представилась слугой матушки. Это правда?»

На этом письмо обрывалось.

Я притворилась глупенькой, ничего не знающей и не замечающей, и ее верной дочерью, свято помнящей о своих обязанностях в Агэрнии.

Я пришла сюда с целью слежки, так что отправлю письмо, отражающее, что прекрасно исполняю свою роль.

Желая получить правду о вчерашнем днем, я нацепила маску неосведомленной глупышки.

Я была бы очень признательна, если она останется в дураках.

Мне не удастся водить ее за нос до конца своих дней. Так что лишь временно у меня получится ее дурачить.

Пока не сниму промывку мозгов.

— Мисс, вам что-нибудь принести из напитков?

— Да?

— Кажется вы слишком заняты, пусть во время еды ваша голова проветрится.

— Спасибо за твою заботу, но я в порядке, Рида.

Я ласково ей улыбнулась, а потом вновь повернула голову в сторону письма.

Может, стоит спросить Аджеста?

Когда отправлю письмо, было бы неплохо.

Нужно найти Аджеста.

При этих мыслях я попыталась встать со стула. Прежде чем возникло «озарение».

В последнее время он меня избегает. А сегодня он внезапно ушел, напоминая побег из комнаты. Как же бесит.

На этот раз твой черед приходить, Аджест.

На бумаге, что лежала возле меня, я коряво начеркала буквы; как только чернила подсохли, я аккуратно сложила листок.

— Рида, можешь это передать Аджесту?

— Герцогу? Хорошо.

— А, только не сейчас. Передай, когда наступит вечер. Поняла?

Даже после этого письма, неужто он не придет ко мне? Что ж, посмотрим.

Стоя перед комнатой Игельто, я постучала в дверь.

Некоторое время я стучала, но ответа так и не услышала.

— Игельто, я захожу.

Ответа тоже не последовало.

Как только я вошла в комнату, то сообразила, почему не последовало ответа.

Он спал на столе.

На столе лежали записи изученных лекарственных трав и разные формулы, которые едва можно было разобрать.

Светлые волосы, поймавшие солнечные лучи, проникающие сквозь окно, источали слабый свет.

Я погладила его по голове. Пока я прикасалась к светлым волосам, мое настроение явно улучшилось.

— Что ты тут делаешь…?

Атмосфера, пронизанная дрожащим голосом, стала немного неловкой, но я бесстыдно произнесла.

— Я нашла газету, о которой ты меня вчера просил.

— Уже…? Ты нашла всего за день. Быстро.

— Может быть, потому что поиски материала проводились среди недавних газет. Сегодня утром я их попросила, а уже днем они прибыли, так что я тоже удивилась. Быстро, и правда ведь?

Он осторожно схватил газету, что была в руках.

Когда он смотрел на портрет имперской семьи, красующейся на обложке, его лицо слегка скривилось.

— Старые газеты также принесу, но это займет некоторое время.

— Хорошо. Спасибо,что выслушала мою просьбу…

— Да ничего сложного.

Рядом со столом стоял дополнительный стул. Я его выдвинула и села рядом с ним.

Когда эльф увидел мою руку, его глаза, бесцельно смотревшие на меня, широко распахнулись — его сон как рукой сняло.

— Твоя рука….что случилось? Почему она такая?

Он удивленно спросил, увидев мою забинтованную руку.

Это случилось прошлой ночью, когда я поспешно пыталась схватить голыми руками лезвие меча.

— Кое в чем была невнимательна.

— Была невнимательна? Это мягко сказано. Вряд ли это так.

— И правда. Кроме того, Игельто, у меня есть к тебе вопрос.

Серьезный взгляд все еще был прикован к моей руке.

— Речь о том мужчине?

— Верно. Дело касается Аджеста.

Иллюзия. Я должна его об этом спросить.

Со слов Игельто, иллюзия — или же побочный эффект — появляется спустя час-два после приема противоядия.

Но в случае Аджеста время не имело значения. Она появлялась и исчезала в любой момент, не имея четкого времени.

Вероятно, его разговор с самим собой прошлой ночью был из-за видения.

— Аджест видит иллюзии.

— Что? Неужели он не принимает снотворное….

— Да. Не принимает. Но есть еще одна проблема. Иллюзии он видит не через час после приема препарата. Они появляются в абсолютно любую секунду.

В его комнате я нашла препарат, который вчера ему передала.

Так что вчера он не принимал никаких лекарств.

Однако иллюзию он видел.

Лицо Игельто застыло.

— Правда…обстоятельства хуже, чем ожидалось.

Он закрыл лицо одной рукой, проглотив слюну.

С каждым разом, когда его жесты, олицетворяющие опасения, нарастали, я чувствовала, как каждая клетка тела затвердевает.

— Тут два варианта.

— Два?

— Да. Первый поддается лечению, но второй – я здесь не помогу…лечение очень сложное.

— Тогда…что это за два?

Предчувствия не были хорошими.

Я это испытывала несколько раз.

Всякий раз, когда настигало предчувствие, неизбежно дышала в спину предначертанная беда.

— В первом случае — проявление неизвестных побочных эффектов, а что касается второго….

После долгой паузы эльф огрузлым голосом бросил.

— Он в самом деле сошел с ума.

Безумие.

Я продолжала прокручивать эти слова в голове.

—В первом случае проблема решаема, но что касается второго – тут с точностью до наоборот.

—…

Если он прав, то положение хуже некуда.

—Не воспринимай так серьезно. Вряд ли это второй вариант. На протяжении целых шести лет амалион тек по жилам того мужчины, так что он, должно быть, обладает стойкостью и железной волей. Верно?

От услышанных слов тревога, что отравляла сердце, немного стихла. Каждое его слово будто дергало за ниточки мои чувства.

Напряженные мышцы слегка расслабились.

—Это точно так?

—Да. Если снять промывку мозгов, все наладится.

Да, если снять промывку мозгов, мы все сможем «нормально» жить.

Аджест больше не станет питать ко мне чувств; ему стоит встретить женщину, которую он искренне полюбит.

Однако…отчего-то мне не давала покоя нерешительность, затаившаяся на сердце.

—Так что нужно просто до тех пор продержаться.

—….Спасибо. Игельто.

Его слова правдивы. Не загружать голову, просто смотреть вперед и бежать.

—Ах. Сериена, я еще кое-что хотел сказать, чтобы ты знала. Есть некоторые травы, которые помогают успокоить душу и тело. Быть может, и тому мужчине они пригодятся.

Игельто положил перед собой бумагу. Я отлично ее видела — она была перед моими глазами. Его рука, держащая перо, активно двигалась.

Он написал название трав, а ниже — их особенности.

Потом эльф усердно принялся рисовать лечебные травы.

—…

К слову, рисунок получился не очень симпатичный.

Было трудно распознать, что это: то ли травы, то ли рога токкэби…

Это бумагу точно не стоит показывать торговцу трав. Лучше сказать названия.

—Все, готово.

Я умело скрыла свою волнующееся лицо и вернула ему бумагу, нацепив благодарное выражение.

— Но я слегка обеспокоена.

—Чем?

—Внешний вид этих трав….они ничем не отличаются от обычного сорняка, поэтому иногда даже травники их путают. Так что это сорняки, а не травы…. часто бывает, что их по ошибке доставляют. Я слышала об этом.

—…

Внезапно я вспомнила то время, когда искала фларинтэ.

Фларинтэ имеет схожую форму с другими травами, потому несколько раз случалось, когда травники, коим было поручено распоряжение ее доставить, по ошибке приносили иные травы.

Это эпоха, в которой информация и знания значительно уступают современной Корее, где я прежде жила.

—В таком случае, Игельто, если увидишь, то сможешь их сразу узнать?

Эльф кивнул головой.

Я была довольна этим жестом.

— Тогда все прекрасно. Ты пойдешь со мной. Поездка на карете не займет много времени. Неподалеку отсюда полно торговцев трав.

—…Так мне же нельзя выходить отсюда?

Эти слова не были неправильными.

Если бы Игельто заметили слуги, работающие в особняке, возникли бы проблемы. И куда еще хуже — если это просочится за пределы стен и дойдет до ушей матери.

—Если кто-то тебя услышит, люди подумают, что я пытаюсь тебя запереть в тюрьму.

Но разок можно сделать исключение.

Только если не заметят слуги.

Например, как сегодня. Это также необходимо Аджесту.

И больше всего мне было жалко продолжать держать его внутри тесной комнаты, недостающей воздуха.

—Нужно просто не попадаться на глаза слуг.

По словам Аджеста, в доме герцога есть несколько потайных проходов.

Возможно, чтобы подготовиться к непредвиденным ситуациям.

Говорят, что секрет известен только герцогу….однако Аджест не просто сообщил мне о тайных проходах— он собственноручно вручил мне секрет особняка.

Насколько же тогда это было абсурдным.

—Также есть кое-какой способ замаскироваться.

—Маскировка….?

—Ага. Маскировка. Будет куда интереснее гулять по улицам и их осматривать.

Украдкой и невзначай я стала его заманивать. .

Зеленые глаза Игельто замерцали, словно клюнув на наживку.

—Не мог бы пойти сегодня со мной?

Зеленые глаза затрепетали, не зная, как быть. Разумеется, его ответом было согласие.

Аджест отложил документы. Его взгляд устремился в окно: в небе виднелось заходящее солнце.

Если подумать, сегодня весь день не появлялись иллюзии.

Быть может, иллюзии возникают, когда он обеспокоен?

В последние несколько дней его психическое состояние было довольно шатко.

Чем дольше он не мог увидеть Сериену, тем больше становился тревожным.

Но что касается нынешнего состояния….

Благодаря тому, что всю прошлую ночь он находился подле Сериены, его разум обманом успокоился.

Возможно, его более не будут мучить видения.

Если после приема противоядия впредь принимать снотворное. Если бы он только мог продолжать чувствовать душевное спокойствие, потому что рядом находится «настоящая» Сереина….

На часах били стрелки, предвещая грядущий ужин.

Если спуститься в столовую, он сможет увидеть Сериену, сидящую на своем привычном месте. На его лице расцвела яркая улыбка, как у мальчишки, унесенного грезами.

Тогда мужчина представлял себе время, которое уже дышало в спину.

Тук-тук-тук.

Раздался четкий, краткий стук, старающийся не испортить настроение владельца поместья.

— Ваше превосходительство, у меня записка, которую мисс меня попросила передать герцогу…

Это была горничная, которую он приставил к Сериене.

Прежде чем она успела закончить речь, он впустил ее в кабинет.

Незаметно взглянув в его глаза, она осторожно протянула записку и поспешно удалилась из комнаты.

Что же тут написано?

Его переполняло волнение, пока мужчина ее не открыл.

Как только он прочел содержимое, его лицо тотчас ожесточилось.

«Аджест. Сегодня ужин ты проведешь один.

Я не успела тебе сказать, поскольку возникли кое-какие проблемы. Мне передали, что мать назначила встречу с аристократом какой-то семьи. Вероятно, речь шла о помолвке, о которой ты вчера говорил.»

На этом сообщение обрывалось.

Сколько бы адресат не протирал глаза или туда-сюда крутил бумагу, чтобы убедиться, не ошибся ли он, ничего не поменялось.

Возможно, он неверно выучил буквы. Поэтому письмо так странно читалось…

Он пытался отрицать эти нелепые слова, но те фразы не исчезали.

Черт возьми.

Аджест поспешно покинул место и рванул.

Когда он пересек коридор и вошел в ее комнату, Сериена….переоделась в верхнюю одежду.

Я все приготовила, чтобы отправиться за травами вместе с Игельто. Я планировала уйти, когда стемнеет и сядет солнце.

Чем менее заметно для чужих глаз, тем лучше.

Я посмотрела в зеркало –и осталась довольна одеждой. Нарядилась я скромно, не броско для глаз.

Так что настала пора пойти к Игельто.

Бац!

С громким звуком распахнулась дверь.

С ума сойти! Я до чертиков перепугалась.

Удивленная я отступила.

— Аджест?

Его глаза ярко сверкали.

— Вы никуда не пойдете.

— ….

Черт возьми, откуда он услышал?

Я собиралась с Игельто купить некие травы, но что, если он меня не отпустит……

Точно.

Я слишком отвлеклась на поездку.

Ранним днем я намеренно отправила ему записку, желая, чтобы он взглянул на содержимое. В ней было написано,что я поеду к герцогине Мелфорд.

Потом из-за увиденной записки он так вспылил, что сразу ко мне помчался.

Пока он стремглав бежал, его разум был поглощен ужасными мыслями. Честно говоря, я хотела лишь разыграть сцену и подшутить.

Я так планировала, пока не встретилась с Игельто.

ʾЧто же делатьʾ.

Я бросила взгляд в окно.

По мере того, как садилось солнце, все небо красноватого цвета обволакивала тьма.

До захода солнца еще осталось время.

Когда я его разыграю, время как раз будет подходящим, чтобы отправиться к эльфу. С такой злобной мыслью я разомкнула губы.

— Это проблематично. Аджест.

— Нет. Вы не можете пойти. Вы ни за что туда не отправитесь.

Ах. Это так забавно.

Я едва сдерживала смех.

Мои плечи слегка подергивались, но, к счастью, он не заметил.

— Ничего не могу поделать.

— …

— И что же мне делать. Я тоже когда-нибудь должна выйти замуж.

— За..муж….?

Его губы скривились. Даже это выглядело красиво.

Что ж, люди склонны ко лжи.

Порой его ревность меня раздражает, но иногда это казалось весьма милым. Сейчас это было последним.

— В таком случае вы ни за что не пройдете.

Косая улыбка будто бы прятала его недовольно наморщенное лицо.

Он схватился за дверную ручку. Его рука опустилась, словно рисуя картину.

Щелк.

Раздался звук закрывающейся двери. Он запер дверь.

Кажется, положение стало хуже, чем я думала.

В голове раздался писк, намекая, что на этом пора заканчивать шуточки.

— Аджест.

— Если вы собираетесь сказать, что вам нужно идти, лучше попридержите рот на замке.

Аджест, по правде говоря, вся эта записка — ересь полная.

Я собиралась это сказать, однако он меня перебил.

— Нет, это не так.

Когда я открыла рот, чтобы ему объяснить, его глаза стали куда свирепее.

Аджест убрал руку с дверной ручки и медленно направился в мою сторону.

Когда я инстинктивно сделала шаг назад, ощущая приближения зверя, он нахмурил переносицу.

Он подошел ко мне и схватил мою руку.

— Вы пойдете или нет?

— Аджест, выслушай меня.

— Нет. Прошу, сначала ответьте. Вы пойдете или нет?

— …

Впредь я воздержусь от подобных шуток.

Наряду с этим ребячеством, как бы в противовес, в голове засела мысль, что меня вот-вот посадят в клетку и запрут.

— Аджест, для начала успокойся.

— Я похож на того, кому нужно успокоиться? Почему вы не отвечаете? В конце концов вы все-таки уйдете?

— Верно. Уйду. Но не туда, куда ты думаешь.

— Тогда куда? Ты куда-то еще собралась?

Ход объяснений завернул не в ту сторону.

— По правде говоря, я пошутила. Эта записка была шуткой.

— Ложь.

— …

— Считаешь, что, если так сказать, я не распознаю ложь?

Учитывая его взгляд и выражения, это действительно выглядело так, что он не верит.

Если, как он и велел, я не покину эту комнату, атмосфера уляжется.

Н-да….ну и натворила я дел.

— Это не ложь. В чем же она заключается? Где я солгала?

— По-моему, вы мне не раз солгали. Как я должен вам верить?

— …

Мои прежние оплошности цепко связывают по рукам и ногам. И сейчас тому яркий пример.

— Вы уйдете после того, как успокоите меня, и поочередно встретитесь с кандидатами в мужья, не так ли?

— Не так.

Вместо ожидаемых шуточек над ним, именно я стала объектом нападения. Не ожидала, что моя уверенность будет такой хрупкой.

— Я решила отправиться с Игельто, чтобы купить лекарственные травы. Если это звучит как ложь, лично пойди и спроси у него.

— …

— И если я вправду решила встретиться с теми кандидатами, почему я так скромно и дешево оделась?

— Вы прекрасны в любом наряде.

— …

В любимом человеке все кажется прекрасным. При чем настолько, что даже на очевидные вещи закрывают глаза.

Слова вообще не работали. Разумеется, это я заварила кашу.

— Извини,что отправила записку. Это действительно была шутка.

Я принесла искренние извинения.

Он по-прежнему с подозрением буравил меня взглядом, а после чего разомкнул губы.

— Это…вы в самом деле…пошутили? Вы правда туда не пойдете?

— Да. Мне было скучно, вот я и пошутила.

— Потому что скучно, говорите….

По какой-то очень нелепой причине его губы слегка приоткрылись.

Он коснулся лица, осознав, что его вновь обвели вокруг пальца.

— Вы вправду….

Аджест схватил меня за плечи, будто вот-вот упадет.

В руках, цепко держащих мое тело, ощущалась сила, обладающая твердым намерением не отпускать меня ни при каких обстоятельствах.

— Мне показалось, что сердце ушло в пятки.

— В конце концов оно на месте и спокойно. Все в порядке, верно?

— …

В ответ на отношение, всеми силами защищающее наглость, Аджест не нашел подходящих слов.

— Разумеется, это твоя вина, почему я разыграла такую сцену.

— Моя вина?

— Последние несколько дней ты меня постоянно избегал. Даже сегодня утром ты улизнул.

— Это…

— У меня было важное к тебе дело, так что я хотела с тобой встретиться. Когда ты вновь стал меня избегать, все лишь ухудшилось, верно?

— Поэтому вы и провернули такую шутку.

— Верно. Для меня это было самым надежным и верным способом, которым можно было только воспользоваться, чтобы все разрешить.

При таких обстоятельствах у него не выйдет меня избегать.

Я притворилась невинной и ярко улыбнулась.

На эту улыбку лицо Аджеста в недоумении скорчилось, а после он пришел в себя.

— Тем не менее, Сериена, прошу, в следующий раз не вытворяйте подобных шуток, которые так снедают душу. Прошу.

Он просил. Не потому ли, что та записка всколыхнула его нервы и растревожила сердце?

— Я ведь почти ничего не знал. По ошибке я хотел заточить вас в неволю.

— Что…?

—Впредь вам лучше не шутить, ради себя же. Я тоже не знаю, когда сорвусь с цепи.

—…

Это не было обычной глупостью.

— Так что вы хотели мне сказать?

Собираясь ответить на слова, я заметила, что за окном сгустилась тьма.

— Ах, скажу об этом позже. Мне нужно поторапливаться.

Надо потихоньку выдвигаться.

Когда небо полностью окутает чернота, количество травников, закрывающих двери, будет увеличиваться.

Я собиралась пройти мимо него, но он схватил мою руку.

—….Вы ведь правда туда не пойдете?

—Да.

Почему-то меня не отпускало ощущение усталости.

Карета тряслась.

Рядом со мной сидел Аджест, будто так оно и должно быть.

Кажется, его настроение прекрасно.

Спереди сидел Игельто.

Как только эти двое находились в одном пространстве, возникало ощущение дисгармонии.

В отличие от меня, которая так думала, этим двоим было плевать на существование друг друга.

Игельто устремил взор за окно, думая, как хорошо, что он выбрался из четырех стен, а Аджест продолжал пялиться на мое лицо, не давая мне покоя.

Я выглянула в окно, не удостоив его взглядом.

Спустя некоторое время карета остановилась.

Аджест, первый вышедший из кареты, естественно протянул мне руку.

Я взяла ее и покинула экипаж.

Как только я ступила на землю, то сразу увидела торговца травами.

Я прошла прямо в магазин.

Когда я перешла порог, на самом входе кончик носа защекотал аромат трав. Внутри магазина витал терпкий, густой запах. Повсюду было множество лекарственных трав. Казалось, тут было трудно что-то найти.

Более того…в магазине было полно старых и сухих трав.

Игельто подошел к мужчине, дремавшему за прилавком, и прижал палец к нахмуренной переносице.

—Тут есть интересующие меня травы.

Очнувшийся мужчина посмотрел на него затуманенным взглядом.

Игельто достал из кармана листок бумаги, на котором ранее нарисовал растения.

Лицо мужчины слегка подергивалось, возможно, от увиденного рисунка.

Кашляющий мужчина заглянул в бумагу.

—Вы ищите довольно много трав. Это выйдет весьма дорого. Или вас это не волнует?

Кивнув, я подошла к мужчине, остановившись прямо перед ним.

Дернув в сторону подбородком, он поспешно нас проинформировал.

— Там есть травы, которые вы ищите, поэтому берите столько, сколько пожелаете. Я потом взгляну на количество и рассчитаю цену.

На грубый тон мужчины Аджест состроил недовольный вид.

У мужчины был затуманенный взгляд; возможно, он нас видел нечетко.

Игельто пошел туда, куда указал жестом мужчина.

Эльф рассмотрел травы и нахмурил лицо.

—Тц. Все смешано с другими травами.

— Их состояние отвратное. Способ хранения также неправильный. Как только я сюда зашел, сразу почувствовал что-то неладное….

—Что?

Мужчина, услышавший слова Игельто, вскрикнул в нашу сторону.

Игельто, глядя на мужчину, со злобой бурчавшего, насмехался.

—Эти слова никакая не чушь. Что же ты так злишься?

—Чего. Эти слова чушь полная… не мешайте моему делу и прочь отсюда.

— Да и без твоих слов ушел бы. Сериена.

Игельто взял мою руку и вывел меня из магазина.

Его лицо было по-настоящему злое.

— Учитывая увиденное, думается мне, что магазин разорится.

Это звучало как мнение, а не злословие или упрек.

— Забавно, что тот, кто плохо разбирается в травах, ими торгует.

Если подумать, он бережно обходился с травами, будто нянчился с детьми.

Когда я дала ему фларинтэ, он хорошей с ней обращался.

Видя это, казалось, ему нравится своя работа. Поэтому больше всего я доверяла ему.

Я тихонько кивнула. Он промолчал, поскольку настроение испортилось.

Меж тем Аджест не сводил взгляда с руки, которую держал Игельто. Он сходит с ума.

Тут и думать нечего, что за мысли крутились в его голове.

Как можно избавиться от эльфа.

Кажется, он думает примерно так.

Пока я размышляла, как поступить, в поле зрение попало множество людей, выстраивающихся в очередь.

Как только я увидела, откуда начинается очередь, в глаза бросился магазин под названием «Роланд».

Это был весьма известный магазин десертов.

Уникальный рецепт был очень популярен. Несколько раз я встречала его на страницах газет.

—Аджест. Кстати, может быть…

—Да.

—Можешь купить там десерт?

—Вы хотите десерт?

Вообще- то не очень, но я вторила ему в ответ. Так хотя бы на время удастся от него избавиться.

Как только он ушел, я оторвала от него взгляд и метнула его на Игельто.

—Игельто. Сходим куда-нибудь еще. Там мы найдем нужное.

— Возможно, ты права. Если снова попадутся такие типы, столь небрежно обращающиеся с травами, это вправду будет ужасно.

— Ага.

Не зная, как все пойдет, на всякий случай я еще посмотрела некоторые места на карте. Неподалеку находилось несколько лавок.

Я схватила его за руку и повела. К счастью, он молча за мной последовал.

Я осмотрелась вокруг. Это точно было поблизости.

—Мисс Мелфолд?

Ах, черт дери, вот так невезуха.

Глазами, полными множеством вопросом, эльф пронзал мое лицо.

Вместе с рыцарями появилась женщина. К слову, лицо ее было до жути наглым.

—…Приятно видеть вас, ваше высочество принцесса.

На мои слова глаза Игельто расширились.

Его лицо, как камень, затвердело.

Эмоции, недавно появившиеся на его лице, полностью пропали.

Имперская семья. Его рот приоткрылся, а потом плотно сжался в линию.

В его глазах появилась легкая враждебность.

— Тут не нужны формальности. По какому делу сюда пришла мисс?

—Да так. Кое-что нужно купить. Вот и приехала.

Я инстинктивно почувствовала, что нужно поскорее от нее избавиться.

Цвет лица эльфа был не лучшим. Он глубоко опустил голову, чтобы скрыть посиневшее лицо.

Сегодняшний выход на улицу обречен на полный провал.

Встреча никак не входила в планы. Да даже предвидеть ее было невозможно.

— Любопытно, что же ты пришла купить.

—Я приехала сюда за покупкой лекарств.

Она беззвучно улыбалась. Ее взгляд достиг Игельто.

Принцесса сложила веер.

— А это слуга мисс?

Она посмотрела на Игельто, стоящего рядом со мной.

Перед тем, как Аджест навязался в попутчики, мой план был таков.

Прошу прощения, Игельто, тебе придется стать моим слугой.

Дабы как можно больше не выделяться, он надел одежду слуги.

Так что вполне ожидаемо, что его ошибочно примут за подчиненного.

—Да. Это мой слуга.

—Кажется, слуга плохо обучен. Встретить представителя имперской семьи и не удостоить приветствием?

—….Извините.

Игельто по-прежнему молчал и не давал ответа.

Я не думала заставлять его проявлять к ней манеры.

—Ваше высочество принцесса. У меня очень плотный график, не могли бы вы позволить нам уйти?

—Запрещаю.

—….

Блин. Что же делать.

—Хоть ты так и говоришь, ответа все-таки не последовало. Не говоря уж об извинениях. Слуга очень невежественный. Не так ли?

—….

—Почему мисс нечего сказать? Мне грустно от этого.

На лице принцессы, сказавшей о грусти, не промелькнули никаких признаков досады.

— Мисс. Могу ли я исправить повадки этого слуги? Не очень хорошо проявлять снисходительность к таким, как он. Даже сейчас нужно наставить его на путь истинный.

— Все в порядке.

— В порядке?

— Да.

Принцесса тонко сузила глаза.

Видимо, она намекала, чтобы я лично дала разрешение; вот только я не могла исполнить ее волю.

— Но что же тогда делать. Как он должен возместить проявление кощунства по отношению к имперской семье?

— За это я приношу извинения.

— Почему приносит извинения мисс?

— Ведь я хозяйка этого слуги. Именно я несу ответственность за отсутствие должного образования. Так что подвергнуть меня наказанию – верное решение.

Разумеется, я не горю желанием получить наказание, а также знаю, что меня нельзя наказать.

Как можно бесцеремонно обращаться с благородной леди семейства Мелфорд?

— На мисс подобное неприменимо.

— Благодарю за проявленную милость, ваше высочество принцесса.

Теперь ведь все кончено. В этот момент я так подумала.

Принцесса подняла веером подбородок Игельто.

От жеста принцессы ресницы Игельто затрепетали. Он крепко прикусил губу.

— Твое лицо прекрасно. Красота достойна похвалы.

— ..

— Мисс, скажи мне прямо. У тебя случайно нет мысли продать мне эту красоту?

Черт.

К несчастью, принцесса заинтересовалась им.

Разумеется, в качестве игрушки.

Так было не только в оригинале — даже тут принцесса славилась любовью к своим вещицам.

Он не только ею подвергался жестокому обращению и был брошен.

Насколько мне известно, никто из имперской семьи не был вменяемым.

Ни император, ни принцесса, ни принц. Все они были психами.

Какое-то время я изо всех сил противилась желанию поднять бунт.

Я подняла руку и надавила ею руку принцессы, поднявшей подбородок Игельто.

— Что сейчас делает мисс?

На это принцесса подняла брови.

— Принцесса, этот слуга принадлежит моей семье. Он находится под моей опекой. То, что вы делаете сейчас, не отличается от оскорбления меня и моей семьи.

Мелфорд.

Мне ненавистно это имя, но оно всегда мне помогает; имя, которым мне приходится иногда пользоваться.

Принцессе оставалось лишь убрать руку.

— А также он не раб. Поскольку он наемный, покупать и продавать его невозможно.

— Я оговорилась.

При этом она не скрывала свою неотвязную мысль, отражавшуюся на лице.

Я не могу вспомнить, но, похоже, характер этого персонажа повлиял на какие-то событие в оригинале.

Сколько бы ни думала, на ум никак не приходило, было ли то важным делом.

— Полагаю, на этом хватит. Мне нужно идти. Я также была рада повидать мисс.

— Спасибо.

Единственное, что помню о ней, так то, что она убила императора и заняла престол.

Я схватила Игельто за руку и быстрыми шагами ушла от принцессы.

— …Сериена.

— Да.

— Я ненавижу имперскую семью.

— …

— Всем сердцем ненавижу.

Он еще сильнее сжал мою руку.

Глаза, погруженные глубоко в воду, внезапно всплыли, будто что-то осознав.

— Ах….то есть. Мои слова….

Запоздало осознавая сказанное, он попытался это исправить, но уже было слишком поздно.

Слова, слетевшие с его уст, тщетно рассыпались.

— Это, то есть….

— Я тоже ненавижу.

— Что?

— Я тоже ненавижу имперскую семью.

Широко улыбнувшись, я окинула его взглядом.

Моргнув, он посмотрел на меня.

— О, там торговец трав.

Я потащила растерянного Игельто и повела в сторону магазина.

Игельто обомлел. Потом губы нарисовали легкую дугу.

Сквозь распахнутое окно в комнату дул прохладный ночной ветер.

Благодаря холодному ночному ветру мне стало лучше, и усталость, накопившаяся из-за сегодняшних событий, уменьшилась.

Сидя на стуле, я устремила взор на сад, вид которого открывался сквозь открытое окно.

Из-за темноты ничего было не видать, но я просто смотрела.

— Куда вы так смотрите?

Голос, зовущий меня, был теплым, но, взглянув на человека, я нахмурила брови.

Как же справиться с этими вздорными вещами?

Я все еще с нахмуренными бровями окинула взглядом контракт.

Суть контракта в том, что мне принадлежит право собственности магазина десертов «Роланд».

И как же это так получилось?

Настало время выходить из лавки трав, куда мы отправились с Игельто.

Я осталась очень довольна тем владельцем, любезным травником, и купленными травами, что были в хорошем состоянии.

На выходе я встретила Аджеста, держащего в упаковке торт.

Показав мне торт, он ярко улыбнулся, словно все было прекрасно.

А спустя некоторое время из его уст раздались высказывания, подобные бомбам.

— Вместе с этим я также купил магазин, чтобы вы могли туда ходить в любое время.

Сказав это, он, ярко улыбающийся, состроил лицо, просящее похвалить.

— Вам это так нравится?

— Чего?

— Вы продолжаете смотреть только туда.

Это было настолько абсурдно, что у меня не оставалось выбора, кроме как на это смотреть.

Выражение лица Аджеста мрачнело одновременно вместе с моим лицом, быстро приобретающим недовольный вид.

— Вам не нравится?

— Нет, нравится. Разумеется, прекрасно, что мне ежедневно станет сыпаться в карман столько денег. Спасибо. Спасибо за подарок.

Такой подарок понравится каждому.

То, что он любит меня, когда делает такой подарок, единственное, о чем мне стоит беспокоиться.

Когда снимется промывка мозгов, он, безусловно, об этом пожалеет.

Поглощенный любовью человек готов пойти ради чувств на что угодно и отдать все,что только может. Но что же ждет, когда любовь увянет?

Сожаления и раскаяния. Также он может пожелать вернуть обратно все, что отдал.

Потому мне не по душе подарки, которые он дарит.

ʾВернуть придется потомʾ.

А потом я сохраню подарок.

— Но этот подарок — перебор. Я неоднократно говорила. Не делай таких подарков. Это слишком обременительно.

— Это отнюдь не перебор. Так что не тяготитесь этим.

То есть он сказал, что и в последующем будет дарить.

— Это ничуть не обременительно, если привыкнуть.

Привыкнуть к подаркам и всему, что он хочет мне отдать.

Я не могла этого сделать — мне было все равно.

— Не хочу привыкать к таким вещам. Что, если ты потратишь на меня деньги и в итоге обанкротишься?

— Если бы я вам отдал все и обанкротился, не было большей почести, чем эта.

— Ты глупец, который не отличает почесть от фиаско.

Он просто рассмеялся.

Я потеряла дар речи и вспомнила изначальную цель.

— Аджест, дай немного посмотреть мне это.

Он вытащил перед моими глазами письмо, написанное мною сегодня днем.

— Это письмо, которое нужно отправить матери. Кажется, я должна исправить вчерашнее содержимое.

— Исправить?

Его рука, держащая письмо, остановилась. Какое-то время он смотрел на меня, и улыбка, сияющая в глазах, исчезла.

— Аджест.

— Да.

— Что не так?

— Вы о чем?

Он лукаво улыбнулся, притворившись, что все в порядке.

Это выражение вызывало беспокойство. Я что-то не так сделала?

— У тебя плохое выражение лица. Что случилось?

— Ничего такого. Никаких проблем.

— Правда?

— …

Аджест изначально был таким. Он не умел мне лгать.

Знает ли он, какое его выражение лица? Его выражение, ничего не тая, так и кричит: «Я кое-что от вас скрываю».

— Зачем это делаешь?

— ….Простите.

Ему нужно только передать письмо, чтобы я на него взглянула, но почему его выражение, как у грешника?

— Что?

— ….Если бы я не допустил оплошность и вел как подобает, вы бы не стали заморачиваться, чтобы писать письмо.

Он вынудил приподнять свои губы. Это улыбка была искаженная, но лицо оставалось красивым.

— Ну как знать.

Говорит, поведение.

По его словам, что было хорошего в его поведении.

— Аджест. Как думаешь, где ты допустил ошибку?

— ….

Принятие снотворного? Или до самого конца он не замечает того факта, что не принимает снотворное.

То, что прежде от меня скрывал. Не понимает того, что продолжает встречаться с матерью за моей спиной, чтобы оставить меня в неведении?

— Ты раскаиваешься, что все осознал?

— Честно говоря, да.

Дурак. Иногда, когда вот такие обстоятельства, необходимо врать.

До самого конца он не мог проявить хоть капли бесстыдства.

Он глубоко склонил голову, словно не нашел сил, чтобы взглянуть на меня.

Я откинулась на спинку стула и посмотрела на него.

Он продолжал шевелить пальцами, как бы беспокоясь.

— Даже не смотря на то, что ситуация могла ухудшиться…что, если бы ты не осознал всего этого?

— По крайней мере вы бы не питали ко мне ненависти…..

Причина была до ужаса банальная, но с его рта слетел звук, заставивший удивиться.

— Ты не хочешь, что я тебя ненавидела?

— Разумеется.

— Если не хочешь стать мне ненавистным, метод прост. Тебе никогда не следует ничего от меня скрывать. Понял?

Он кивнул, словно прислушался к моим словам.

— Молодец

Я погладила его по волосам.

Он был счастлив, прижав крепко ко мне тело; его глаза сверкнули, как бы прося большего.

— Письмо, ты все проверил? Могу я его отправить?

— Да.

— Ладно. А теперь продолжим разговор, что не удался раньше.

Выражение, лишенное покорности, ожесточилось. Однако он не мог противиться.

— Я вчера была занята, так что нам не удалось завершить разговор.

— ….

— Почему ты с тех пор навещал мою мать? Что ты делал, навещая ее? Расскажи мне все.

То, что он хотел скрыть.

Ради моей безопасности. Потому что не хочет, чтобы я его ненавидела. То, что он по разным причинам старался скрыть.

— Если не хочешь стать ненавистным, метод прост. Тебе никогда не следует ничего от меня скрывать. Понял?

Он не может скрыть.

Эти слова были спусковым крючком. Потому как мои слова для него были законом.

Он недолго помешкался, а после чего кивнул.

Тот день.

Итак, тот день, когда он пытался убить Сериену, был тогда, когда она привела эльфа.

В то время он вел дела с работорговцами. Одновременно с этим вымещая свой гнев.

Виконт Галлен, хозяин работорговцев, с радостными глазами наблюдал за образом тех, кого подвергали пыткам.

Вымещать гнев всегда было приятным делом.

Вот только мужчина до сих пор не избавился от дурных чувств, гнетущих его душу.

Если бы он умело управлял этими алчными ублюдками, Сериена ни пошла бы в то место, ни привела бы с собой эльфа.

Привязанность к Сериене стала проклятием и непреодолимым препятствием.

Мужчина, отведший взгляд от сцены, полной беспорядка и крови, подумал о Сериене, услышав отчаянный вопль, столь жутко воющий и раздражающий уши.

Тогда он решил вернуться, дабы быть подле нее.

Но в тот момент.

К нему пришла служанка герцогини Мелфорд.

Черт возьми.

Он не хотел идти. Он страстно желал отправиться к Сериене.

Но он был верным псом, поводок которого крепко держала герцогиня Мелфорд.

Собака, прибегающая, когда велит хозяйка, и уходящая по ее же воле.

Не оставалось иного выбора, кроме как повиноваться.

Мужчина направился в знакомую комнату особняка Мелфорд.

Комната галлюцинаций.

Комната, созданная герцогиней Мелфорд. Комната, созданная ради него.

Еще в юную пору, когда он ступал за ее порог, внутри разжигалась ненависть от этого специфического запаха, что заполнял каждый уголок.

Теперь этот запах уже не взывал к подобным чувствам.

Нет, он уже не ощущал этот запах.

В том месте мужчина всегда сидел взаперти, так что уже привык к нему; он не мог ощутить, какой аромат витает в той комнате.

Он не знал, к худу ли это или к добру.

Подумав так, Аджест перевел взгляд на герцогиню Мелфорд, которая ярко улыбалась, впившись в него своими ядовитыми глазами.

— Должно быть, ты все это время не сетовал на жизнь. Твой вид весьма неплох.

— ….

— Разумеется, Сери, это дитя, обладает превосходным талантом столь умело с тобой обращаться. В этом ты должен благодарить именно меня.

Мужчина безмолвно слушал ее слова.

Когда до ушей дошел этот плавный голос, на его лице не появилось никаких эмоций.

Так было всегда.

Стоя перед ней, он всегда был эмоционально мертв. Ничем не отличался от трупа.

В его глазах появлялась жизнь только тогда, когда есть Сериена.

Без нее — его глаза теряют всю жизненную силу, подобно увядающему цветку, чей срок жизни подходит к концу.

— Если я отниму у тебя Сери, то тебя сразу пленит ад, да?

Наконец, на мертвом лице появилось какое-то выражение.

Фиолетовые глаза широко открылись и не отпускали ее образ. Герцогиня Мелфорд наслаждалась, что добилась его эмоций.

— Ты должен благодарить, что я так не поступила.

Должен быть благодарен.

По иронии судьбы, в этом заявлении не было ничего неправильного.

Если она скажет хоть слово —Сериена снова вернется в Мелфорд.

Все контролируется ее кратким словом.

Достаточно полслова, чтобы она подтолкнула его к краю обрыва.

Аджест испытал это на себе, потому хорошо знал. Нарисовавшая кривую улыбку она сразу его бросила в ад.

Ее лаконизм был наделен могучей силой.

Эта женщина скрыла Сериену от его глаз. Он не мог с ней встретиться в течение нескольких месяцев.

И, безусловно, все это время он сходил с ума.

Так как же она его таким сделала?

Подползя к ногам герцогини, несчастный несколько раз умолял.

Чтобы позволить увидеть его спасителя.

Она обладала бесподобным даром его приручать.

Преданный раб совершенно позабыл, как сопротивляться, как идти наперекор ее словам.

— Аджест. Ты должен кое-что для меня сделать.

— ….Что я должен сделать.

— Все просто. С этого момента ты должен принимать только те лекарства, которые я велю.

Эти слова были просьбой стать ее лабораторной крысой.

Мужчина уже привык, что эта женщина проводит на нем странные опыты. Казалось, те повторялись каждый день.

Но он не знал, какие эксперименты она на нем проводит. Он не знал.

Он закрыл глаза, ибо не мог перечить.

С каждой секундой голова разрывалась от боли все сильнее и сильнее.

Несмотря на то, что не противился и покорно принимал промывку мозгов.

Он посмотрел на улыбающуюся герцогиню, чей образ отражался в искаженном поле зрения.

— Ты же без раздумий примешь, да?

— ….Как прикажите.

Она дала ему бутылочку с темно- синей жидкостью. Тогда, когда настало время открыть крышку от бутылки.

Поле зрения беспорядочно затряслось.

Даже без приема лекарства пространство искажалось, и все расплывалось, как тушь, размазанная на бумаге.

Голова пульсировала.

Бряц—!

Он случайно выронил бутылку. Упавший флакон ударился о пол и с резким звуком разбился.

— Аджест?

Герцогиня сузила глаза.

Он заметил, что ее настроение совершенно испортилось.

Если она ошибочно сочтет, что он отказался от принятия препарата, это повлечет за собой вереницу проблем.

Он должен поторопиться все исправить. Да побыстрее…

Его голова разрывалась от боли. Будто бы по ней ударили валуном, отчего она и вовсе размякла. И потом по новой заболела.

Тук.

Сознание, что не давало ему покинуть реальность, мгновенно оборвалось.

Когда он пришел в себя, перед его взором развернулось невероятно странное зрелище.

Черт, как же это случилось?

Его сознание внезапно отключилось.

Сознание, глубоко погрузившееся под поверхность воды, неожиданно всплыло и вернулось в исходное состояние.

Аджест был сбит с толку. Все-таки герцогиня Мелфорд пошла на это…

Пока он не потерял сознание, ее руки ничего не держали. Однако теперь ладонь крепко сжимала меч, покрытый кровью.

Мужчина нахмурил переносицу, испытывая покалывание. Бок сильно болел, будто бы его пронзил острый кол….

А…?

Кровавые пятна все больше и больше пропитывали одежду. Там, где ощущалось покалывание, виднелась глубокая рана. Словно от клинка, впившегося в плоть….

Всего лишь на миг…

Потом он повернул голову.

Кровь на мече, который держала герцогиня, принадлежал ему.

Пока он находился в отключке, явно что-то произошло. Видимо, герцогиня воткнула в него меч.

— Как….

— …Похоже, теперь ты немного пришел в чувство.

Вид герцогини был неряшливый – он никак не связывался с привычным благородным видом женщины.

На ее лбу выступил пот; дыхание же было прерывистым. Ее аккуратно убранные волосы растрепались во все стороны.

— На сегодня….хватит, пожалуй. Возвращайся, Аджест.

Как только она приказала, мужчина поспешно покинул комнату.

Он вернулся в поместье, не зная о событиях той ночи.

А также что произошло «то самое».

Сериена, прощебетавшая ласковым голоском, что проснулся эльф.

Тогда он думал, как она прекрасна.

Это было последнее, что он помнил.

Все события напоминали нескончаемый хаос.

Чем больше я думала, тем плотнее становился комок сомнений, а ответов находилось все меньше и меньше.

Все это время мать дергала его за ниточки и проводила неизвестные эксперименты.

Слушая его, я не могла ни на миг скрыть своего потрясения.

Как я и думала. Тот кровавый меч, который я увидела, когда пробралась в комнату галлюцинаций, чтобы выкрасть свечу, принадлежал Аджесту.

Я не считала, что напрасно его просила о чем-то невозможном.

Но еще более удивительным было иное…

По его словам, когда он встретился с матерью, пленка воспоминаний оборвалась на попытке меня убить.

В тот день он дважды лишился рассудка.

Но еще более непонятно то, что он потерял сознание до того, как мать повязала ему поводок и стала его мучить.

ʾТеперь я точно ничего не знаюʾ

Я взглянула на Аджеста, который лежал на постели, глубоко погрузившись в сон.

Быть может, из-за того, что было трудно рассказывать историю того дня или же трудно вспоминать те удручающие события, он выглядел очень уставшим, как только завершил свой рассказ.

Солнце уже встало в зените, а его веки до сих пор оставались сомкнутыми.

Я погладила его по волосам и поднялась.

Нужно кое-что сделать.

Пришла газета, которую просил Игельто.

Газеты многодесятилетней давности. Их количество было довольно большим.

Хороши бы, если бы он не прочитал все эти газеты.

Я даже подумывала сказать Игельто, что не смогла их отыскать.

Чтобы Игельто не увидел статью об имперской семье и не причинил себе боль.

Однако. Сможет ли он жить, оставаясь в неведении, потому что я все искусно утаиваю?

Если он узнает, если все же правда обнажится, если он увидит вещи, которые ему придутся не по душе.

Что в таком случае будет?

В конце концов я решила принести ему газеты, выбрав те, как можно больше подверженные цензуре.

Я глазела на газету. Но ответа так и не последовало.

Сегодняшняя газета также смешалась с той старой волокитой. Я слегка вытащила только ее.

Безусловно, она была посвящена Фациусу.

Думая так, я посмотрела на заголовок обложки.

`А?`.

`Фациус исчез`.

Это явно провокационное заявление.

Журналисты добились успеха, ибо вызвали во мне интерес прочитать эту статью.

Я пробежала глазами и выяснила, что люди, поднявшие бунт в банкетном зале, не принадлежали к Фациусу.

Их местонахождение до сих пор неизвестно.

`Чего?`.

Содержание оригинала было отличным.

О, написали такую лживую статью, чтобы общество угомонилось, да?

Неважно, что случилось.

Сейчас и так проблем хватает: вышедший из ума Аджест, пропавшие младшие братья. Если еще и этим загружать голову — она точно взорвется.

В газете чуть ниже была колонка о грядущем фестивале.

И вскоре я увидела «Эстанил».

Эстанил.

Если в Корее празднуют Рождество, то в этом мире это событие называется Эстанилом.

День, когда отмечают рождение богини.

В этот раз преподносимые дары будут еще более роскошными и торжественными, чем когда-либо.

Я немного нахмурила лицо от предложения о предстоящем банкете.

`Боже, как же хлопотно`.

Закрыв газету, я отпустила свои мысли.

Я взяла газету, чтобы передать ее эльфу.

Нужно навестить Игельто до того, как встанет Аджест.

Снова.

Снова то же место, где он всегда был.

Сине-пресинее небо постепенно проглатывалось мрачными тучами.

Он стоял там, наблюдая за «обрядом», происходящим в центре деревни.

Обряд.

Обряд, совершаемый над виновником. Именно за этим он сейчас наблюдал.

В глазах Игельто был образ связанного тела, которое изо всех сил сопротивлялось.

Преступник, герой обряда. За ним он и наблюдал.

И это был не кто иной, как он.

Эльф смотрел на себя сверху вниз. Именно тогда он осознал, что все это проделки сна.

Этот сон вечно его преследовал по пятам.

Обряд, выполняемый без воли «героя». В тот момент, когда он увидел себя, до него дошло, что все это сон.

Во сне эльф был еще довольно юным.

— Перестаньте! Ненавижу вас! Не хочу этого!

Его юный вид выражал непоколебимую враждебность. К тем, кем он в самом деле дорожил.

Родная семья. Жители деревни.

Черт возьми, так почему же все это происходит? Он никак не мог этого понять.

— Боль пройдет незаметно. Ты должен терпеть. Игельто.

— Ненавижу! Не делайте этого опять! Я виноват! Потому, прошу…..я боюсь. Ведь больше снова не увижу…

— Уже поздно.

Морщинистое лицо старика с жалостью скривилось.

Старейшина, который был всех добрее, с жестокостью пронзал взглядом юного Игельто.

— Я тоже… не хочу, чтобы с тобой такое происходило.

— Прошу…

— Это неминуемо. Это «судьба». Ты видел «запретную книгу», и за это тебя постигла кара….Мы должны провести этот обряд.

Он не понимал, что происходило перед его глазами.

Это был бредовый сон.

Да и с трудом это можно было назвать сном. Казалось, это было тем, через что он уже прежде проходил. Но все-таки почему.

— Я сотру твою память.

— Не делайте этого….Н-не хочу….

Мужчина поднес факел перед лицом юного Игельто.

Разворачивалась ужасающая сцена.

Обжигающие языки пламени касались кожи лица и безжалостно ее плавили.

Т-тук.

Мрачные тучи, наполненные дождем, наконец, обрушили свой гнев — и забарабанил дождь.

Из-за соленых капель огонь, поглотивший юного Игельто, стих и тотчас потух.

Старейшина нахмурил лицо, словно возник камень преткновения.

Игельто, который был не в состоянии увидеть собственными глазами это мерзкое зрелище, рвало.

Сон, непрерывно повторяющийся.

Он хотел как можно быстрее покинуть этот непробудный сон. Очень хотел от него избавиться. Нет, он должен был из него выбраться.

Но как?

Он не знал как.

Быть может, это козни Бога?

Черт возьми, почему он ниспослал такие тяготы? Почему никак не прекращается этот сон?

Его затошнило, когда он схватился за ближайшее дерево. Голова шла кругом.

Головокружение задавало вопросы.

С каких пор его преследует этот сон?

С тех пор, как он покинул работорговцев.

Быть может, потому что однажды его едва не забрала Смерть в пожаре на аукционе рабов? Потому-то его душу и бередят такие сны?

…Ах, как же они ненавистны.

Сколько еще его будут преследовать эти сны?

Как же достали! Уже по горло сидят!

…о.

…Нет. И….о.

Вставай, Игельто.

— Игельто.

Вспых.

Услышав, как его зовут, он очнулся ото сна.

— Сериена…?

Она стояла перед ним.

Женщина, от которой одни лишь хлопоты. И в то же время она — его спаситель.

— Мне казалось, тебе снился кошмар. Вот я тебя и разбудила. Все в порядке? Ты как-то не очень выглядишь.

— …Ничего такого странного. Просто кошмар приснился.

— Кошмар?

Она погладила его по плечу, словно беспокоясь. Дрожащее тело успокоилось благодаря легкому прикосновению.

— Лучше скажи мне, почему ты пришла? У тебя ко мне какое-то дело?

Ее руки держали газету.

Газета была выпущена раньше той, что он получал прежде.

Тогда он понял причину ее прихода.

— А….

Он взял газету, которую она держала в руке.

Его по-прежнему терзали сомнения. Почему он попросил принести эту газету…?

Лишь одно содержание, которое и ломаного гроша не стоит, вызовет бурю эмоций. При виде его он испытает только боль.

Причина очевидна.

Ему интересно узнать о жизни тех, кто ему ненавистен.

Потому как его волновало то, как живут те, кто убил его собственную сестру и отправил на смерть восставших эльфов за проявление непочтительности к имперской семье.

— …Спасибо.

Она не ответила.

Он знал, какими на него смотрят глазами. Глаза, полные сочувствия.

Почему эта девушка так смотрит? Она же ничего не знает, но такое ощущение, что ей известно лучше, чем кому-либо.

— Отдыхай.

После лаконичного совета она покинула комнату.

Игельто хотел ее удержать, чтобы она не уходила.

Но не смог. Он не хотел перекладывать свои заботы на кого-то, у кого их и так хватало.

Однако эльф не хотел оставаться один.

Незаметно к нему подкралось жуткое одиночество.

Он опустил взгляд на газету.

Имперская семья дружно улыбается на портрете. Человек, который прежде любил его сестру.

Возле него находилась императрица.

Рядом с ними был принц.

И принцесса, которую он видел в тот раз.

Все это было до жути омерзительно.

Он разорвал этот портрет.

Сестра, которая забрала «запретную книгу» и умерла, вызывала жалость.

Ее любовь гнусно запятнал первый принц, а не мужчина, теперь ставший императором.

Когда она передала ему «запретную книгу» — ибо была ослеплена любовью — ее выбросили, как ненужную вещь.

Несчастная сестра.

Мертвые не говорят.

Ответы уже никогда не получить, но его мучило желание спросить.

Сестра, ты все еще его любишь?

Если нет, то, что скажешь.

Как насчет мести?

Аджест молча смотрел на кабинет императора.

И не сводил глаз с императора, стоявшего перед ним.

Некоторые скажут, что получение аудиенции — огромная честь.

Но с Аджестом дела обстояли иначе.

Те, за кем по пятам следовала беда.

Аджест также был обречен на подобные страдания. И одна из неудач была в том, что если утром встретить императора — день пойдет под откос.

— Ну и что думаешь.

Император скривил губы и взглянул на него. Его выражение ясно отражало прогнившую, помятую, жалкую душонку.

— Как ты и сказал, я спас одного из Фациуса.

— Да.

— Кстати, что это вообще такое! Тот сукин сын, которого оставили в живых, неожиданно исчез!

Император с грохотом ударил по столу.

От этого внезапного действия бумаги, лежащие вокруг него, разлетелись в разные стороны.

— Разве не ты говорил, что они не способны воспользоваться телепортом?

— Верно. У него не было столь большого запаса магической силы, а также оставшейся магии было очень мало.

— Да ведь даже у него не было вещей с магией перемещения. Тем не менее! Как, черт возьми, ему удалось исчезнуть? Герцог Агэрния. Это разве поддается логике?

Разъяренный император вскрикнул на него с раскрасневшимся лицом.

Напротив, лицо Аджеста оставалось очень невозмутимым.

— Это вправду довольно странно.

Голос звучал монотонно.

И этого хватило, чтобы император взвинтился пуще прежнего.

Император вскочил со своего места и куда-то затопал.

Подняв вазу, он швырнул ее в Аджеста.

Но Аджест не уклонился от нее.

Из головы, куда попала ваза, хлынула кровь.

Всякий раз, когда император лишался рассудка, агрессивные поступки не заставляли себя ждать.

Когда даже самая престижная семья Империи теряла разум, от чести не оставалось и следа.

Особенно это виднелось по отношению к Аджесту.

Император вертел им, как того желал.

Вероятно, потому как владыка Империи помог ему поднять на ноги Агэрнию.

Без всяких колебаний он вытворял все нечестивые благодеяния, дабы восстановить то, что почти безвозвратно рухнуло.

Вот почему император поручил ему всю грязную работу.

Императору нужен был человек, способный справиться с грязными делишками.

И это был Аджест.

Вот только император не ожидал, что Аджест мало-помалу захватит подпольный мир в свои руки и его разовьет.

Потому что подобное было невозможным «с точки зрения здравого смысла».

Однако Аджест преодолел все границы здравого смысла…

И благодаря ему подпольный мир расцвел.

Но ради этого он замарал свои руки, которые по локоть погрязли в крови.

Император прекрасно был осведомлен о гнусностях Аджеста.

Тем не менее император заблуждался , что, пока крепко держит в руках его слабости, может им управлять.

Он и подумать не мог, что Аджест на блюдечке предоставит свои слабости.

— Ваше величество, где он исчез?

Он спокойно задал вопрос, вытирая платком кровь, стекающую по лицу.

— Ты уже знаешь то место.

— Если то место мне знакомо….

— Очень забавно, что то место находилось неподалеку от твоего особняка. Рядом с ним есть же колокольня, верно?

Колокольня. Для Аджеста было естественно отреагировать на это слово.

Потому что оно было с кое-кем связано.

— Он исчез рядом с ней. Как мираж.

Потому что колокольня была тем местом, куда часто ходила Сериена.

— Если это так, то думаю, твой план использовать святую как приманку обречен на провал. Что толку, если Святую поймают и она тут же исчезнет?

— Вам не о чем беспокоиться.

— Почему?

— Ваше величество, подарите роскошное ожерелье, которое под стать Святой.

Император пошевелил подбородком, как бы намекая продолжать говорить.

— Разумеется, ожерелье с функцией перемещения должно быть лучшего качества.

— А если заметят?

— Это небольшая страховка. И мы должны иметь возможность зачистить все следы, чтобы не заметили. Конечно, насколько это возможно.

— Было бы прекрасно, если бы все пошло по твоему плану.

Только, чтобы в процессе ему не причинили никакого вреда.

— И на всякий случай стоит осмотреть колокольню. Отправьте…

— Это я уже приказал.

— Все же неизвестно, как все пойдет.

Император подумал, что улыбка стоявшего перед ним мужчины была правда мерзкой.

— На этом закончим.

Черт, о чем же он думает.

Император наблюдал за ним с детства, но так и не смог понять.

— А, герцог. Как ты собираешься все провернуть?

Аджест, собиравшийся покинуть комнату, повернулся и уставился на императора.

— Один из Фациус же благополучно вернулся живым, верно?

— Тут не о чем волноваться. Он уже на нашей стороне.

— Чего? Что это значит?

Что за вздор?

Вот только это был не просто вздор. Это также было и тем, что император с трудом понимал.

Во время странного разговора герцог Агэрния неспешно схватился за дверную ручку.

— Ему промыли мозги. Так все и вышло.

Герцог Агэрния кивнул и покинул комнату, оставив после себя лишь труднопонимаемые слова.

Император ошеломленным взглядом посмотрел в том направлении, куда он ушел.

Аджест, в отличие от удивленного императора, направлялся к поместью неизмеримо легкими шагами.

Что ж, пришло время навестить Сериену.

Промывка мозгов.

Помимо ароматических свечей, коими пользовалась герцогиня Мелфорд, ее способов бесчисленное множество.

Причина, по которой он отпустил в живых одного из членов Фациуса, проста.

Потому как тот среди всех был самым слабым. Он был внутренне слаб.

А чем слабее, тем проще сломаться.

Беспрерывные жестокие пытки. Лишь на время прекрати истязания — и ты верный пес.

Шавка.

А потом нашептываешь ему на ухо и по новой начинаешь пытать.

Непрерывных пыток хватит, чтобы сломать разум.

Он это знает лучше, чем кто-либо другой, ибо испытал на собственной шкуре.

Это был один из полезных уроков, который преподала герцогиня Мелфорд.

Собака. Шавка.

Луз неоднократно прокручивал в голове эти слова, так глубоко засевшие в подкорку.

Пес, которого сразу же выкинут за шкирку, если тот ослушается хозяина.

Никчемная собачонка. Так что он должен доказать свою пользу.

— Так из банкетного зала он у нас вернулся живым?

— Да. Хоть он весь и изранен, но, как видите, ему удалось удрать оттуда. Что теперь делать?

Прямо перед ним мужчины что-то бурно обсуждали, но Луз ничего не слышал.

Он размышлял лишь об одном.

Луз не мог выкинуть из головы те удручающие воспоминания о пытках в темнице.

Воспоминания, подобные клейму, станут неотъемлемой частью его оставшейся жизни.

Когда раскаленный металл прижигал лицо, когда его тело извивалось под натиском огня, расплавляющего плоть.

Тот мужчина, его хозяин, сказал.

— Кто вы?

Мужчина сказал так.

— Кх-кхык…спа-спасите….

Раскаленное железо попало в поле зрения.

От жгучей боли Луз даже не мог закричать.

— Ты должен ответить. Кто вы?

— Кхы-кхык….с-собака…собака!

В конце бесчисленных повторений он поддался и превратился в пса.

Выдающаяся собака, которая не кусает своего хозяина.

Тогда что же делать, начиная с этих пор?

Луз смотрел на мужчин, все еще болтающих перед ним.

Один из них бросил на него взгляд

Он взглянул так, будто оценивал товар.

Наконец, после того, как он завершил оценку, его губы разомкнулись.

— Вы знаете, какие ждут последствия после проявления такого самовольства и самодурства?

Ядовитый вопрос.

Прежде он бы дрожал от страха, но сейчас от тревоги не осталось и следа, ибо пес познал весь неимоверный, куда еще больший ужас и нестерпимую боль.

— Так дело не пойдет. Даже если пережуют куски костей этих ублюдков, этого будет недостаточно.

В ушах прозвенел сердитый голос.

— Кхык!

Он пнул Луза в живот, не желая отпускать человека.

Тело, погрязшее в мучениях, выло от боли.

— Однако если ты докажешь свою ценность, я позволю тебе жить.

— …

— От той шумихи, что вы сволочи навели в банкетном зале, есть хоть какая-то польза?

— …

— Вижу, что нет.

Мужчина нарисовал кровавую улыбку. В его глазах вспыхнуло глубокое презрение.

— Разберись с ним.

У этого мужчины нельзя было найти ни малейших сомнений.

И в этот момент в голову пришли слова его хозяина.

— С этого момента у вас важная работа, которую вы обязаны сделать.

— Есть. Есть польза.

Мужчина, обернувшийся на эти слова, мигом взглянул на Луза.

Разумеется, в его глазах не было ни капли доверия.

А задача Луза состояла в том, дабы превратить подозрение в доверие.

— Речь касается Святой.

На его слова мужчина приподнял брови, словно пытаясь поверить.

Но пока безуспешно. Разыгрался лишь интерес.

— Нет нам оправданий за то своеволие. Однако мы кое-что получили в результате этого.

— И что же?

— Способ заполучить Святую.

С этого момента Луз последует сценарию, составленному его хозяином.

Если он разочарует своего хозяина, язык и зубы жестоко вырвут.

— Я расскажу вам, каких результатов мы добились благодаря провалу в банкетном зале.

Пытки поймали в капкан разбитого человека.

Как и израненное тело, разум также был сломлен.

Однако он не стал слепым псом.

Это было новое начало его жизни.

Она схватила так, будто решила задернуть занавеску.

И инстинктивно нахмурила брови от закатного темного цвета, проникающего сквозь окно.

Она придала силы рукам и грубо задернула шторы.

Женщина отвернулась от окна и бросила взгляд на мужчину, который был покрыт холодным потом.

— В магическом круге снова едва не появилась трещина?

Глядя на мужчину, герцогиня Мелфорд ухмыльнулась. Но от смеха Рахиль еще больше занервничал.

Потому как прекрасно знал, кто она такая.

Черт. Всякий раз при виде этого человека, он никак не привыкнет к разговору с ним.

— Проблема возникла из-за того, что юные господа сбежали из комнаты и применили магию взрыва поверх магического круга.

— То есть ты хочешь сказать, что всему виной мои сыновья?

— ….

— Видимо, мои слова верны. Даже смешно.

Она подошла к мужчине.

Глаза мужчины смотрели только в пол; он даже был не в силах скрыть свой пот.

По мере того как цоканье каблуков приближалось, сердце билось сильнее.

Да, не стоит бояться, но тревога была неизбежной.

— Так это ведь «твоя» вина. Ты допустил, что мои сыновья сбежали из комнаты, не так ли?

— …

— Почему не отвечаешь?

— Верно, это наша вина, и нет тут никаких оправданий…

Рахиль даже не мог высказаться.

Огромная магия поглотила его тело.

От нестерпимой, обжигающей боли лицо Рахиля побелело. Эта боль раздавливала каждую клеточку тела.

Изо всех сил пытаясь удержаться и не дать магии его сломить, он сумел развеять ее заклинание.

— …Что вы делаете? Я здесь для разговора, а не для того, чтобы испытывать на себе срыв злости.

— Ты сам пустил все под откос, а теперь так разглагольствуешь.

— Все-таки я остановил юных мальцов, которые попали в магический круг. Прошу не забывать, что ситуация не ухудшилась.

Мужчина с трудом придавал силу телу, словно остались последствия от недавнего удара магии, и взглянул на нее с измученным выражением.

В этот момент герцогиня Мелфорд вспомнила «одного мужчину».

Выражение Рахиля. Оно напоминало того дитя.

Глядя на него, герцогиня сдержала эмоции на лице.

Аджест, тот ребенок, походил на него.

Разумеется, плачущее лицо выглядит лучше, но.

К сожалению, сейчас не так просто лицезреть такой вид.

Аджест постепенно терял такое жалостливое выражение.

— Разве не герцогиня первая отправила сюда этих двоих?

— Верно.

Нацепив женственную улыбку, она похлопала Рахиля по плечу.

По телу Рахиля пробежали мурашки.

— Но ведь это «вы» с радостью приняли моих сыновей? С того момента, как вы взяли моих сыновей в заложники, вы должны были быть хорошо подготовлены к подобной ситуации.

Она придала силу руке, схватившей плечо.

Рахиль нахмурил переносицу от ощущения, что его плечо вот-вот раздавят.

— Не забывай, если возникнут проблемы с магическим кругом, весь план может рухнуть. Вас ждут крупные неприятности. Если вновь что-то пойдет не так, «как в прошлый раз», от проблем не убежать, не так ли?

— …

— Помни, сейчас недопустимы никакие промашки.

«Тот раз» был провальным настолько, что работу Харона и Максиона можно назвать удачной.

В магическом круге образовалась трещина. Сейчас она восстановлена, но….

При повторном просчете вся проделанная работа за это время может оказаться напрасной.

Она разозлилась.

В момент, когда она пыталась свернуть мужчине шею.

Тук-тук. Раздался скорый стук.

— Герцогиня. Его величество император прибыл.

— Что…?

Женщина отпустила плечо, за которое держала мужчину.

Как только она отпустила руку, мужчину сразу же отступил от нее на несколько шагов.

— Марина. Сегодня у меня нет встреч с императором.

— Так как император нанес неожиданный визит…

Марина склонила голову, словно не знала, куда деть глаза.

На самом деле, это не первый раз, когда император столь внезапно приходит.

Казалось, он еще верил, что между ними прежние отношения….Смех да и только.

— Что ты делаешь, Марина. Позаботься о нем.

— Я уже провела его в гостиную.

— Молодец.

Она покинула комнату, больше не глядя на черного мага.

Герцогиня смотрела на него с каменным лицом и нацепила привычную расслабленную улыбку.

Вечно приятная милая улыбка. Искренняя она или нет, но у нее всегда спокойная улыбка. Эта улыбка выработалась в привычку с самого детства.

— Ваше величество, почему вы пришли без предупреждения?

Исходя из учтивости, перво-наперво стоило поздороваться. Но, разумеется, этот нюанс она упустила.

Это был неуважительный тон, явный признак ненормальных отношений, но император не придал этому значение.

— Так мы же не чужие. Что же такого в визите?

На его слова герцогине Мелфорд едва удалось расслабить переносицу.

Будучи юной, герцогиня в нем нуждалась.

Точнее, она жаждала его власти.

Вот почему она помнила, как с ним пыталась установить интимные отношения.

Теперь же, когда она об этом думала, эти воспоминания казались омерзительными.

В любом случае в мире он известен как давний «друг», но самое забавное то, что они так не считают.

Для нее император ничем не отличается от отброса. Лишь для его супруги стоило с ним сохранять близкие отношения.

Мужчина, который ничего не знал, просто перед ней улыбнулся.

Он даже не подозревал, что чем было больше его действий, тем стремительнее росла к нему ненависть герцогини Мелфорд.

— Если бы вы меня известили, я могла бы поприветствовать вас лучше.

Глядя перед собой на небольшую закуску, которую приготовили для императора, она промолвила.

Конечно, она не горела желанием хорошо к нему относиться.

Это была плата за то, что он пришел, заранее не сообщив.

— Все в порядке. Мне хорошо известна твоя добросовестность.

Император, не зная ни чем, просто рассмеялся.

Этот мужчина не так уж и глуп. Если он был бы дураком, как же ему в молодости удалось выиграть столько войн?

Как ни странно, но перед ней он полный дурак.

Прихлебывая чай, она взглянула на императора.

Вероятно, этот хмырь сегодня пришел, чтобы сказать очередную глупость.

После чего последовали неожиданные слова.

— Я пришел,чтобы сообщить тебе хорошие новости.

— Когда это вы сообщали хорошие новости….

— Я даже не ожидал, что можно так быстро найти ублюдков из Фациуса.

Ее спокойная улыбка треснула.

— …Вы о чем?

В самом деле. Это не было очередной глупостью.

Промывка мозгов.

Помимо ароматических свечей, коими пользовалась герцогиня Мелфорд, ее способов бесчисленное множество.

Причина, по которой он отпустил в живых одного из членов Фациуса, проста.

Потому как тот среди всех был самым слабым. Он был внутренне слаб.

А чем слабее, тем проще сломаться.

Беспрерывные жестокие пытки. Лишь на время прекрати истязания — и ты верный пес.

Шавка.

А потом нашептываешь ему на ухо и по новой начинаешь пытать.

Непрерывных пыток хватит, чтобы сломать разум.

Он это знает лучше, чем кто-либо другой, ибо испытал на собственной шкуре.

Это был один из полезных уроков, который преподала герцогиня Мелфорд.

Собака. Шавка.

Луз неоднократно прокручивал в голове эти слова, так глубоко засевшие в подкорку.

Пес, которого сразу же выкинут за шкирку, если тот ослушается хозяина.

Никчемная собачонка. Так что он должен доказать свою пользу.

— Так из банкетного зала он у нас вернулся живым?

— Да. Хоть он весь и изранен, но, как видите, ему удалось удрать оттуда. Что теперь делать?

Прямо перед ним мужчины что-то бурно обсуждали, но Луз ничего не слышал.

Он размышлял лишь об одном.

Луз не мог выкинуть из головы те удручающие воспоминания о пытках в темнице.

Воспоминания, подобные клейму, станут неотъемлемой частью его оставшейся жизни.

Когда раскаленный металл прижигал лицо, когда его тело извивалось под натиском огня, расплавляющего плоть.

Тот мужчина, его хозяин, сказал.

— Кто вы?

Мужчина сказал так.

— Кх-кхык…спа-спасите….

Раскаленное железо попало в поле зрения.

От жгучей боли Луз даже не мог закричать.

— Ты должен ответить. Кто вы?

— Кхы-кхык….с-собака…собака!

В конце бесчисленных повторений он поддался и превратился в пса.

Выдающаяся собака, которая не кусает своего хозяина.

Тогда что же делать, начиная с этих пор?

Луз смотрел на мужчин, все еще болтающих перед ним.

Один из них бросил на него взгляд

Он взглянул так, будто оценивал товар.

Наконец, после того, как он завершил оценку, его губы разомкнулись.

— Вы знаете, какие ждут последствия после проявления такого самовольства и самодурства?

Ядовитый вопрос.

Прежде он бы дрожал от страха, но сейчас от тревоги не осталось и следа, ибо пес познал весь неимоверный, куда еще больший ужас и нестерпимую боль.

— Так дело не пойдет. Даже если пережуют куски костей этих ублюдков, этого будет недостаточно.

В ушах прозвенел сердитый голос.

— Кхык!

Он пнул Луза в живот, не желая отпускать человека.

Тело, погрязшее в мучениях, выло от боли.

— Однако если ты докажешь свою ценность, я позволю тебе жить.

— …

— От той шумихи, что вы сволочи навели в банкетном зале, есть хоть какая-то польза?

— …

— Вижу, что нет.

Мужчина нарисовал кровавую улыбку. В его глазах вспыхнуло глубокое презрение.

— Разберись с ним.

У этого мужчины нельзя было найти ни малейших сомнений.

И в этот момент в голову пришли слова его хозяина.

— С этого момента у вас важная работа, которую вы обязаны сделать.

— Есть. Есть польза.

Мужчина, обернувшийся на эти слова, мигом взглянул на Луза.

Разумеется, в его глазах не было ни капли доверия.

А задача Луза состояла в том, дабы превратить подозрение в доверие.

— Речь касается Святой.

На его слова мужчина приподнял брови, словно пытаясь поверить.

Но пока безуспешно. Разыгрался лишь интерес.

— Нет нам оправданий за то своеволие. Однако мы кое-что получили в результате этого.

— И что же?

— Способ заполучить Святую.

С этого момента Луз последует сценарию, составленному его хозяином.

Если он разочарует своего хозяина, язык и зубы жестоко вырвут.

— Я расскажу вам, каких результатов мы добились благодаря провалу в банкетном зале.

Пытки поймали в капкан разбитого человека.

Как и израненное тело, разум также был сломлен.

Однако он не стал слепым псом.

Это было новое начало его жизни.

Она схватила так, будто решила задернуть занавеску.

И инстинктивно нахмурила брови от закатного темного цвета, проникающего сквозь окно.

Она придала силы рукам и грубо задернула шторы.

Женщина отвернулась от окна и бросила взгляд на мужчину, который был покрыт холодным потом.

— В магическом круге снова едва не появилась трещина?

Глядя на мужчину, герцогиня Мелфорд ухмыльнулась. Но от смеха Рахиль еще больше занервничал.

Потому как прекрасно знал, кто она такая.

Черт. Всякий раз при виде этого человека, он никак не привыкнет к разговору с ним.

— Проблема возникла из-за того, что юные господа сбежали из комнаты и применили магию взрыва поверх магического круга.

— То есть ты хочешь сказать, что всему виной мои сыновья?

— ….

— Видимо, мои слова верны. Даже смешно.

Она подошла к мужчине.

Глаза мужчины смотрели только в пол; он даже был не в силах скрыть свой пот.

По мере того как цоканье каблуков приближалось, сердце билось сильнее.

Да, не стоит бояться, но тревога была неизбежной.

— Так это ведь «твоя» вина. Ты допустил, что мои сыновья сбежали из комнаты, не так ли?

— …

— Почему не отвечаешь?

— Верно, это наша вина, и нет тут никаких оправданий…

Рахиль даже не мог высказаться.

Огромная магия поглотила его тело.

От нестерпимой, обжигающей боли лицо Рахиля побелело. Эта боль раздавливала каждую клеточку тела.

Изо всех сил пытаясь удержаться и не дать магии его сломить, он сумел развеять ее заклинание.

— …Что вы делаете? Я здесь для разговора, а не для того, чтобы испытывать на себе срыв злости.

— Ты сам пустил все под откос, а теперь так разглагольствуешь.

— Все-таки я остановил юных мальцов, которые попали в магический круг. Прошу не забывать, что ситуация не ухудшилась.

Мужчина с трудом придавал силу телу, словно остались последствия от недавнего удара магии, и взглянул на нее с измученным выражением.

В этот момент герцогиня Мелфорд вспомнила «одного мужчину».

Выражение Рахиля. Оно напоминало того дитя.

Глядя на него, герцогиня сдержала эмоции на лице.

Аджест, тот ребенок, походил на него.

Разумеется, плачущее лицо выглядит лучше, но.

К сожалению, сейчас не так просто лицезреть такой вид.

Аджест постепенно терял такое жалостливое выражение.

— Разве не герцогиня первая отправила сюда этих двоих?

— Верно.

Нацепив женственную улыбку, она похлопала Рахиля по плечу.

По телу Рахиля пробежали мурашки.

— Но ведь это «вы» с радостью приняли моих сыновей? С того момента, как вы взяли моих сыновей в заложники, вы должны были быть хорошо подготовлены к подобной ситуации.

Она придала силу руке, схватившей плечо.

Рахиль нахмурил переносицу от ощущения, что его плечо вот-вот раздавят.

— Не забывай, если возникнут проблемы с магическим кругом, весь план может рухнуть. Вас ждут крупные неприятности. Если вновь что-то пойдет не так, «как в прошлый раз», от проблем не убежать, не так ли?

— …

— Помни, сейчас недопустимы никакие промашки.

«Тот раз» был провальным настолько, что работу Харона и Максиона можно назвать удачной.

В магическом круге образовалась трещина. Сейчас она восстановлена, но….

При повторном просчете вся проделанная работа за это время может оказаться напрасной.

Она разозлилась.

В момент, когда она пыталась свернуть мужчине шею.

Тук-тук. Раздался скорый стук.

— Герцогиня. Его величество император прибыл.

— Что…?

Женщина отпустила плечо, за которое держала мужчину.

Как только она отпустила руку, мужчину сразу же отступил от нее на несколько шагов.

— Марина. Сегодня у меня нет встреч с императором.

— Так как император нанес неожиданный визит…

Марина склонила голову, словно не знала, куда деть глаза.

На самом деле, это не первый раз, когда император столь внезапно приходит.

Казалось, он еще верил, что между ними прежние отношения….Смех да и только.

— Что ты делаешь, Марина. Позаботься о нем.

— Я уже провела его в гостиную.

— Молодец.

Она покинула комнату, больше не глядя на черного мага.

Герцогиня смотрела на него с каменным лицом и нацепила привычную расслабленную улыбку.

Вечно приятная милая улыбка. Искренняя она или нет, но у нее всегда спокойная улыбка. Эта улыбка выработалась в привычку с самого детства.

— Ваше величество, почему вы пришли без предупреждения?

Исходя из учтивости, перво-наперво стоило поздороваться. Но, разумеется, этот нюанс она упустила.

Это был неуважительный тон, явный признак ненормальных отношений, но император не придал этому значение.

— Так мы же не чужие. Что же такого в визите?

На его слова герцогине Мелфорд едва удалось расслабить переносицу.

Будучи юной, герцогиня в нем нуждалась.

Точнее, она жаждала его власти.

Вот почему она помнила, как с ним пыталась установить интимные отношения.

Теперь же, когда она об этом думала, эти воспоминания казались омерзительными.

В любом случае в мире он известен как давний «друг», но самое забавное то, что они так не считают.

Для нее император ничем не отличается от отброса. Лишь для его супруги стоило с ним сохранять близкие отношения.

Мужчина, который ничего не знал, просто перед ней улыбнулся.

Он даже не подозревал, что чем было больше его действий, тем стремительнее росла к нему ненависть герцогини Мелфорд.

— Если бы вы меня известили, я могла бы поприветствовать вас лучше.

Глядя перед собой на небольшую закуску, которую приготовили для императора, она промолвила.

Конечно, она не горела желанием хорошо к нему относиться.

Это была плата за то, что он пришел, заранее не сообщив.

— Все в порядке. Мне хорошо известна твоя добросовестность.

Император, не зная ни чем, просто рассмеялся.

Этот мужчина не так уж и глуп. Если он был бы дураком, как же ему в молодости удалось выиграть столько войн?

Как ни странно, но перед ней он полный дурак.

Прихлебывая чай, она взглянула на императора.

Вероятно, этот хмырь сегодня пришел, чтобы сказать очередную глупость.

После чего последовали неожиданные слова.

— Я пришел,чтобы сообщить тебе хорошие новости.

— Когда это вы сообщали хорошие новости….

— Я даже не ожидал, что можно так быстро найти ублюдков из Фациуса.

Ее спокойная улыбка треснула.

— …Вы о чем?

В самом деле. Это не было очередной глупостью.

От Михаила пришло письмо.

Пусть оно и было коротким, но его витиеватые мысли прекрасно передались через слова.

Содержание письма было следующим.

Максион и Харон все еще не были найдены, но он отыскал несколько подсказок.

В письме о подсказках было умолчано.

ʹСтоит ли мне лично встретиться с Михаилом?ʹ

Тогда я узнаю подробности.

Я положила письмо и сразу направилась к Игельто.

Слова о том, что ему приснился кошмар, меня настораживали.

Изнеможенное, оробелое синее лицо. Поведение, что отличалось от обычного.

Я ушла, чтобы не беспокоить его отдых, но полностью не могла избавиться от этих мыслей.

Я остановилась перед дверью и постучала.

Тук-тук. Я постучала несколько раз, но ответа не последовало.

— Игельто, это я. Я вхожу.

Ответа снова не было. Но я открыла дверь, не услышав ни отказа, ни разрешения.

Собираясь войти в комнату, от увиденного я застыла с рукой, державшей ручку двери.

Сцена, разворачивающаяся в комнате, была шокирующей.

Стул не стоял на своем привычном месте — он валялся перед дверью; одна ножка была сломана, будто ее нарочито бросили.

По всей комнате были разбросаны порванные на кусочки газеты.

Все огромное число принесенных газет превратилось в мелкие кусочки, которые валялись по полу.

Всякий раз, когда сквозь распахнутое окно, дул ледяной ветер, разорванные обрывки бумаг развевались потоком воздуха.

Комната, в которой всего день назад убирались, была перевернута с ног на голову, словно на нее обрушилась бомба.

— Игельто.

Голос, сорвавшийся с уст, эхом разнесся в пустом пространстве.

Раздался отчетливый звон, а потом повисла тщетная, безмятежная тишина.

Я перенесла стул и поставила его у постели.

Игельто лежал, прикрывшись одеялом, напоминая гусеницу в коконе.

Я осторожно стянула с него одеяло.

— …Уходи.

Стянутое одеяло было вновь натянуто.

Повернувшись ко мне спиной, он буркнул, однако это был не тот ответ, который я ожидала.

— Прости, но я хочу отдохнуть. Так что уходи.

— …Что случилось?

— …

— Тебе приснился еще кошмар?

Я не стала убирать одеяло и села на стул.

Время текло, подобно вечности.

Он все еще неподвижно лежал, а я смотрела на него такого.

— Сериена.

Было ли это из-за угнетающего времени, бесконечно текущего, или же из-за иной причины, но он резко разомкнул губы.

— Можно мне кое-что тебя спросить?

— Даже если задашь не один вопрос, а больше — все в порядке.

— …

Хоть я так и ответила, но ему потребовалось какое-то время, чтобы продолжить разговор.

— Когда тот человек избавиться от промывки мозгов.

— …

— Тебе будет без разницы, даже если его чувства к тебе исчезнут?

— ….

И правда. Он обладал превосходным талантом сажать острый кинжал в сердце.

Если бы я знала, что он задаст такой вопрос, то не разрешила бы спрашивать все, что душе угодно.

Как только раздался рев ветра, я бессильно улыбнулась.

— Мне совершенно все равно.

— Правда?

— Если что-то подобное волнует, нет необходимости снимать промывку мозгов.

Для себя я уже решила все закончить.

Любовь. Я хотела лишь одного — чтобы он больше не испытывал ко мне таких чувств.

— Учитывая прежние слова, твоя мать явно не закроет на это глаза. И что же в таком случае ты предпримешь?

— Да как знать.

— …

Когда-то я уже услышала этот вопрос от Аджеста.

У меня нет никаких контрмер. Даже сказать по этому поводу нечего.

— Все в порядке, что я так ответила?

— Теперь все в порядке.

— Я знаю, что позже вновь всплывет этот вопрос. Я не стану торопиться и дам правильный ответ.

На мои слова тело Игельто на миг вздрогнуло.

Это был очень ясный поступок, отражающий намерения.

Вероятно, его беспокоит мой резкий ответ.

Какой он мягкотелый.

— Игельто. Не думай, что у меня нет плана.

— …И?

— И даже если его нет, то ничего страшного.

— Что?

Меры.

В прошлом я даже заставляла себя их придумать.

Я пыталась создать новую личность и составить план побега.

Но не потребовалось много времени, чтобы понять важную деталь— все бесполезно.

— После снятия внушения меня не волнует, что случится. Это не имеет значения. Даже если мать приставит нож к моей шее.

— Что ты такое…

Он внезапно встал и посмотрел на меня. Одеяло, которое его защищало, как железная стена, тщетно упало.

Наконец, я увидела его лицо. В глазах виднелась будто раскаленная докрасна сталь.

Он плакал.

— Сериена. Все-таки ты…

— Игельто. Теперь можно тебя спросить?

— …

— Что случилось?

Мы не могли как следует ответить на вопросы друг друга, словно в рот воды набрали.

— Игельто, прошу, ответь мне.

Я ласково его успокоила. Надеюсь, он скажет.

— …Мне приснился кошмар.

— Какой кошмар?

— Обычный кошмар. Не стоит об этом голову забивать….

— Я ведь переживаю. Да и спросила я тебе, потому что не могу не интересоваться.

— …Почему?

Его зеленые глаза тревожно трепетали.

— И не говори. Почему?

Я сама не знаю причины.

С определенного момента почему-то все обернулось именно так.

Это просто сотрудничество. Его талант, возвращение на родину в целостности и сохранности. Именно этого я хотела.

— Скажи. Какой кошмар тебе приснился?

— …

Какое-то время он мешкался.

Его лицо выглядело слегка усталым.

— Во сне появляется человек, по которому я очень скучаю.

— …

— Моя сестра…

Он поднял руку и потрогал мои волосы. Его глаза сузились, словно он что-то вспомнил.

— Как и у тебя, они были серебряными. Это был редкий цвет.

— По мне так, они очень симпатичные. Больше я никогда не увижу этих волос. Она давно умерла.

— …

Ах. А я ведь об этом беспокоилась.

Правильно ли я поступила, выполнив его просьбу и отдав газеты?

— И потом сцена сменилась на другую.

—И что же появлялось?

— Странный сон. Дорогие для меня люди…нарекают меня преступником и сжигают тело.

Он поднял руку и закрыл лицо, словно сон набивал оскомину.

— В последнее время мне часто это снится. Но странно вот что….

В его глазах на мгновение промелькнуло отчаяние.

— Это не похоже на сон.

— …

Раздался вздох, смешанный со слезами.

Я не знала, что ему сказать, потому просто спросила.

Обычный сон. Я пыталась открыть рот, но умолкла, услышав слова, что это не напоминало сон.

Спустя некоторое время он посмотрел на меня туманным взглядом и лицом, полным сожалением.

— Я говорился.

—Это не правда….

— Прости. Нет нужды беспокоиться. Я прослежу, чтобы ничего не помешало его лечению.

— …

— Потому не беспокойся обо мне.

— …

Ах. Я знаю причину, по которой он переживает за меня. Из-за его состояния у Аджеста могут возникнуть трудности.

На миг меня настигло разочарование. Черт, почему?

В каком-то смысле было естественно испытывать подобное. Неужели, как и с Аджестом, без промывки мозгов у нас не было бы ничего общего?

Но…

Однако это не так.

— Игельто, знаю, ты заблуждался…

И что? Что мне сказать дальше?

Почему я о нем переживаю? Кроме сотрудничества, между нами нет никаких отношений.

— Я делаю это не из-за страха, что возникнут проблемы в лечении.

Но нет доказательств, подтвердивших бы это.

— И что?

Но он попросил у меня доказательств.

Доказать отношения было сложно. Это напоминало ситуацию с Аджестом.

Я на миг задумалась, не находя нужных слов.

Несмотря на то, что я особо не переживала, слова, вскоре прозвучавшие, были правда неуместны.

— Игельто. Хочешь уйти?

В самом деле! Какое глупое заявление.

—Чего…?

Игельто цокнул языком. В каком-то смысле это было разумным.

— Почему ты затронула эту тему?

— На этот раз тайком ускользнем от Аджеста. Одни.

— …

Я тоже не знаю.

На требование доказать искренность, почему речь зашла о прогулке?

В голову пришло воспоминание, когда мы покидали в последний раз дом. Тогда Игельто сверкающими глазами смотрел в окно кареты.

Вот только прогулка не увенчалась успехом из-за встречи с принцессой.

— Ну что, не нравится?

— …

Его лицо всем своим видом показывало, что это бредовая идея.

Я мельком ему улыбнулась.

Это было моим собственным способом разобраться со всей нелепой ситуацией.

— Кто сказал, что не нравится?

Он согласился, хоть и состроил нелепую гримасу.

Какое-то время я читала книгу, а потом незаметно заснула. Я опустила книгу обложкой вверх и, сидя на стуле, задремала.

Когда я разомкнула веки, солнце уже село за горизонт.

Пора Аджесту постепенно возвращаться.

Тук-тук.

После этой мысли раздался стук.

Это Аджест?

В это время больше некому стучать в дверь.

— Сериена, я вхожу.

Да, я знала.

Он, открыв дверь, вошел и ласково улыбнулся, встретившись с моим взглядом.

На миг Аджест огляделся.

Он хотел сесть рядом со мной, но в этой комнате единственной вещью был стул, на котором сидела я, так что повисла неловкость.

Из-за скрипящих ножек камердинер убрал из моей комнаты стулья, потому остался лишь один.

Я подумала перебраться на кровать, но просто наблюдала за ним, интересуясь, что он предпримет.

— Сериена. Не встанете ненадолго?

Просьба прозвучала вежливо.

Недолго думая, я поднялась, и Аджест занял мое место.

…Что?

Место потеряно.

—Что ты собираешься делать, Аджест.

Тут нет дополнительных стульев, а он забрал мой.

Я приподняла брови и бросила на него взгляд.

— Почему ты там сидишь? А мне где сидеть?

— Может, тут присядете?

Он похлопал по бедрам обеими руками.

О, так теперь он предлагает сесть ему на бедра.

Не очень смешно.

— Зачем ты там сидишь? Вставай и уходи, Аджест.

— Все равно вам больше негде сидеть.

— Если ты уйдешь, то появится.

Я скрестила руки и посмотрела на него.

Тем не менее он схватил меня за талию и крепко обнял.

— …Ты!

И притянул мое тело к себе, усадив на бедро.

Я недовольно на него взглянула, но он только застенчиво улыбнулся.

— Ведь вместе разделить стул прекрасно, да?

— Такое не делят. Это разве не грабеж?

— Отнюдь.

Если бесстыдство — это талант, то он явно наделен этим природным дарованием.

Я вздохнула.

Так как же мне выиграть в такой ситуации?

— Чем вы занимались в мое отсутствие?

— Читала книгу.

— И какую же?

— 50 основных методик любви.

— …Что?

Он услышал название книги, и его лицо ожесточилось.

Эту книгу я нашла на полке в его офисе.

Чтобы убить время, я прочла ее, но на деле ничего полезного так и не нашла.

— Та книга….

— Это твоя книга? Я взяла ее с твоей полки.

— …

Так теперь почему ему стыдно?

Он уселся на мой стул и нагло улыбался, а теперь вообще не может смотреть мне в глаза.

— Ну было несколько примеров, которые стоит взять на заметку. Впредь придется усердно поработать, чтобы применить техники, описанные в книге.

— И на ком же?

В миг его глаза стали свирепыми.

Если прозвучит имя другого мужчины, наживу проблем.

Я фыркнула.

— На тебе.

— Г-говорите на..мне?….

В этот момент его ожесточенное выражение стало глупым.

С зардевшимся лицом он смотрел на меня глазами, полными ожидания.

В этот взгляд я никак не могла поверить.

Глаза, полные любопытства, что я на нем испробую.

— Вот сюда посмотри. Тут говорится о технике «притяни и оттолкни».

Но что с этим делать?

Того, чего он хочет, не быть.

— Каких бы ни было сильных чувств, иногда нужно держаться на расстоянии, верно? Так что нужно как можно больше рассердить другого человека.

— …Неужели. Вы собираетесь применить это на мне.

— Ага, верно. Хочу хотя бы разок попробовать, чтобы убедиться, есть ли прок от этой книги.

— ….

Его лицо было полно потрясения.

Я всегда пребывала в восторге от его реакций. Мне было по вкусу поддразнивание над ним.

— .. .Лучше не пробовать. Так вы хотя бы добьетесь желаемого.

— Не узнаешь, если не попробуешь.

— …

С грустным взглядом он смотрел на невинную книгу.

Обеспокоенный тем, что я правда буду его держать на расстоянии, согласно содержанию книги, он еще крепче обхватил меня за талию.

— …Не делайте.

— За просто так?

— …Если чего-то хотите, скажите. Что угодно.

— Да это шутка. Ты в самом деле поверил?

На это слово он сделал плаксивое выражение лица.

В этом выражение отражалось чувство облегчение, но сожаление о том, что его вновь обвели вокруг пальца, было отчетливее.

— Ты в самом деле переживаешь, что я последую книге?

— Нет, не настолько, чтобы волноваться.

Он слегка нахмурил переносицу.

Как только я улыбнулась, его выражение еще больше ожесточилось.

— А, Сериена, я хотел вам кое-что сказать. Я едва не забыл, когда вы перевели тему.

— Что вы пытались сказать?

— Я вернусь завтра немного позже.

— Почему?

— Из-за накопившихся дел.

— Правда?

Как раз кстати.

Возможно, и я завтра приду позже.

Прогулка с Игельто.

Для этого я заказала билет на балет.

Нет повода говорить об этом Аджесту. Он бы сошел с ума, если бы узнал.

Когда-нибудь он узнает, но пусть это произойдет после случившегося.

Я посмотрела на него и ярко улыбнулась.

Аджест, ни о чем не зная, улыбнулся в ответ.

***

Эти «дети» исчезли.

Первый утопился в реке!

Второй сгорел в огне.

Третьего камнями прижало.

Четвертого…

— …Вот дерьмо.

Вновь вышла ругань.

Харон прикрыл глаза и уши.

Он больше не хотел слышать эту песню.

Но было бесполезно затыкать уши – песня все еще была отчетливо слышима.

Он нахмурился и посмотрел на Максиона.

Максион прислонился головой к стене и запел жуткую песню. Беззвучно улыбаясь над тем, что доставляло веселье.

— Зачем ты это делаешь!

Он закричал, но Максион даже не повел и бровью. Он вел себя так, будто тут был один.

Когда он наблюдал за погруженным в собственный мир братом, по коже пробежали мурашки.

Лишь раз во время песенки Максион на него взглянул.

Ту пару глаз. Он никогда не забудет ее.

Опустошенный взгляд.

Прежде Харон видел эти глаза. Они напоминали глаза Аджеста, вернувшегося после промывки мозгов.

Максион безумец.

Максиона и эту ситуацию можно описать только один словом — безумие.

Харон был рациональнее его. Но парень был ранен.

Почему это произошло?

Он посмотрел на кандалы, сковывающие его лодыжки.

Эти магические оковы оказались куда мощнее.

Возможно, те придурки волновались из-за братьев, которые будут рядом друг с другом, потому его и Максиона развели по разным углам комнаты.

— Эй, Максион.

Он издалека позвал Максиона.

Ответа не последовало. Максион продолжал петь, будто Харона и вовсе не существовало.

ʹПочему такое внезапно произошло?ʹ

Он был в здравом уме, пока они не сбежали из комнаты.

Но по пути он потерял сознание…

Харон бежал и нес его, потерявшего сознание. Потом их поймали и вновь тут заперли, но.

После этого брат очнулся и стал таким.

— Хоть немного, но приди в себя!

Но его оклик не дошел до брата.

Харон приблизился, но дальше не мог двигаться.

Грох.

Оковы прочно сковывали.

— Блять…!

На долю секунды гнев охватил его с головы до пят.

Почему он это делает? И почему он должен смотреть, как брат сходит с ума?

Он впервые такой беспомощный.

Харон боролся с трудностями. Он изо всех сил старался вытащить ноги из оков, но все было безуспешно.

На перегруженных и усталых ногах остались только красные отметины. Скоро и синяк на лодыжках появится.

Устал.

Харон лежал на полу. От холодного прикосновения замерзла спина.

Поле зрения заполнил черный потолок без рисунков. Вскоре потолок наскучил.

— …Что же делать.

Любым способом этот тупица обязан благополучно сбежать. От этого придурка Максиона, называемого старшим братом, никакой помощи.

Он плохой брат, так что его нужно защитить.

— У сестры Сери все хорошо?

В отличие от него, сестра умная, поэтому с ней все точно будет в порядке.

Неужели психичка-мать что-то сделала сестре?

Неожиданно нахлынуло беспокойство.

— …Если она рядом с ним, то все в порядке. Он весьма умный тип.

Аджест был тем, кого Харон больше всего ненавидел, но никто не успокаивал его беспокойное сердце, как он.

— Брат Михаил, ты продолжил эксперименты? Мой брат тоже, должно быть, в безопасности…

Внезапно вырвался смех.

Может ли он выбрать отсюда живым?

Сможет ли он защитить Максиона в столь трудном положении, в котором весьма не просто его сберечь.

Черт.

— ….Не стоит думать о несбыточном. Лучше сосредоточиться на побеге.

Что же касается Максиона, он должен прийти в себя.

Он встал. Чтобы еще раз попробовать.

Брыньк.

В этот момент что-то выпало из рук.

Прекрасно выкованный нож.

— Это подарок. Тщательно подумай, как этим воспользоваться.

— Что ты имеешь в виду?

— Это ключ к побегу.

Когда ему не удалось сбежать и когда их по новой заперли в комнате, к нему подошел мужчина с голубыми волосами.

Он сказал, его зовут Фиен?

По словам Фиена, протянутый нож —это подарок.

— И как же мне его использовать?

Независимо от того, насколько он хорошо выкован, цепи ему не разрезать.

Харон, возясь с мечом, посмотрел на свои закованные ноги.

— Ключ к побегу.

Цепи разрезать невозможно…

Он долго размышлял. Но ответ все еще не приходил.

— Как им воспользоваться…

Возникла идея.

Он нашел ответ.

Как только он отыскал ключ к побегу, его руки задрожали.

Наряду с удовольствием начал нарастать легкий страх.

Потому что его переполняли слишком бурные эмоции. С уст слетела усмешка.

— Ха-ха…ненормальный ублюдок…

Он посмотрел на нож, но больше ничего не мог сказать.

В тихой комнате слышалось только пение.

Эти «дети» исчезли.

Первый утопился в реке!

Второй сгорел в огне.

Третьего камнями прижало.

Четвертого чертями забрало.

Теперь остался лишь я.

— Ты приготовился?

Прогулка Игельто.

Все это устроила я, чтобы развлечь его, но в тоже время это было и для меня.

Я просто хотела ненадолго развеяться и отдохнуть.

Быть может, я перегибаю палку, но недавние события меня полностью вымотали.

— Все готово.

Игельто посмотрел в зеркало и проверил свой наряд.

Это был тот же костюм слуги, что и в прошлый раз.

— Пойдем. Нам нельзя попасться Аджесту.

Высока вероятность, что нас могут поймать, но.

Я взяла руку Игельто и вывела его.

Солнце ярко взошло. Палящие лучи ослепляли мои глаза, отчего я нахмурилась.

Все-таки лето.

Сегодня почему-то у меня было очень хорошее предчувствие.

Чувство, что нас ожидает прекрасный день.

***

Мы заранее договорились, что во время прогулки посмотрим балет. В последнее время это была довольно популярная балетная труппа столицы.

Мне было интересно, что это за представление. А также я смотрела его с Игельто.

Я сидела на балконе второго этажа.

Передо мной открывался прекрасный обзор, так что я могла спокойно сосредоточиться на выступлении.

С места, где я сидела, вид был неплохим, однако с внешней стороны казалось, что мои ряды выглядели так себе.

В целом место было хорошим и стоило своих денег.

Перед началом выступления стоял шум.

Вскоре началось представление, и вокруг воцарилась тишина.

Балерины поочередно выстроились и изящными движениями вышли на сцену. Вместе с их появлением полилась и песня.

Эти «дети» исчезли.

Первый утопился в реке!

Второй сгорел в огне.

Третьего камнями прижало.

Четвертого чертями забрало.

Теперь остался лишь я.

Ах. Если вспомнить, темой балетного представления была давняя война с темными магами.

Песня балерин была стишком, который знал каждый имперец.

Дети, появляющиеся в жутком детском стихе, это черные маги.

Империя убивала детей, которые рождались черными магами. А способ убийства передавался через либретто, не утаивая никаких деталей.

Первый ребенок утопился.

Второй умер, сгорев заживо.

Третий был до смерти прижат камнями.

А четвертый скрылся среди черных магов.

Последний ребенок, «я», у которого проявилась черная магия, был пойман.

Песня внушала страх.

`Харон и Максион должны быть в безопасности.`

По какой-то причине, когда я услышала эту песню, в голове всплыл их образ.

Балет был великолепен.

Покорили публику не только завораживающие танцы, но и выступление.

Но было немного утомительно.

— Интересно?

Игельто не сводил глаз с балета.

А мне вот было скучно.

Я тыкнула Игельто в щеку. Потом он посмотрел на меня.

— Это лучше, чем весь день сидеть взаперти в комнате, смотря только на травы.

— И то верно.

Было в сто раз лучше смотреть балет с великолепным исполнением, нежели на скучную траву.

Я положила руку на подбородок и продолжила смотреть выступление.

Балет явно был мне не по вкусу. Куда интереснее было бы дешевое представление гладиаторов. Но, конечно, без проявления насилия.

— Однако мне немного жаль.

— Ты о чем?

— Я о черных магах.

От неожиданных слов я посмотрела на него, моргая глазами.

Наверное, никто в Империи не пожалел бы черных магов.

Представление отчетливо изображало их воплощением зла.

— Почему?

— Не стоит подвергать гонению только потому, что природа тебя даровала черной магией.

С уставшим видом я смотрела балет.

Это сильно напоминало охоту на ведьм.

Чудовищно ошибочное решение эпохи. А также проявление чванства.

Не знаю, были ли они по природе ведьмами, или Империя создала этих ведьм.

— В некотором смысле они жалки.

Балерина, исполняющая роль темного мага, начинает кружиться.

Балерина, которая кружилась все быстрее и быстрее, опускает тело, будто рушится на части.

— Если бы я поступал иначе, не как люди Империи, вероятно, оставался бы жалким до самого конца.

В конце концов черные маги стали такими же.

Так же, как и Империя убила тех, кто использовал черную магию, они стали черными магами и запятнали руки кровью множества невинных жертв.

Выражение Игельто было очень нерешительное.

Глядя на него, я положила голову ему на плечо.

— Я немного посплю. Когда закончится, разбуди меня.

Я лениво зевнула. Игельто не скрывал своего удивления.

— Тогда зачем ты сюда пришла?

— Да я и не знала, что скукота такая будет. Балет был популярен, вот я и ожидала, что он окажется занятным.

— ….

— В некотором смысле меня обманули. В следующий раз сходим еще что-нибудь посмотрим.

— В следующий раз?

— Ага. Сходим еще раз. В одной комнате ведь тоскливо сидеть.

— Верно….

Он улыбнулся.

Из-за легкой улыбки было трудно понять его чувства. Однако я считала, что это хорошие эмоции.

Мои глаза мягко сомкнулись.

Я положила голову ему на плечо. Я спала больше прежнего.

И не хотела мучить себя, отказываясь от сна, когда тот меня пленял.

Прежде всего, нужно уделять время сну.

Кто сможет одолеть сон?

Я вновь томно зевнула.

И все больше меня покидало сознание.

***

Сон был недолгим.

Во сне явился Игельто. Он сказал, что промывка мозгов Аджеста снята.

Услышав слова, я немедленно побежала к Аджесту.

Полная неописуемого восторга я крепко его обняла.

«Я так рада, Аджест».

Страсть меня переполняла больше прежнего.

Однако, к удивлению, эта эмоция смешивалась с чувством вины и небольшим сожалением.

«Говорите, что рады?»

Но реакция Аджеста мне не понравилась.

«Сери. Ты так легко это говоришь».

Больше его речь не была вежливой.

Я медленно убрала руку, которая его нежно обнимала.

«Аджест…?»

Даже если бы меня предупредили и я знала все заранее, ничего бы не поменялось.

В конечном итоге он изменился.

То, что я раньше считала неоспоримым, не было нормальным.

«Аджест?»

Я осторожно схватила его за рукав.

Во сне я поступила очень глупо. Если это была бы реальность, я бы никогда подобное не совершила. Я бы ни за что не раскрыла своих чувств.

«Слова о том, что вы умрете за меня, правдивы?»

«….»

«Сериена».

Его рука, свирепо поглаживающая мою щеку, постепенно опускалась. Рука снедала область моей шеи.

В этот момент я осознала то, что не должна была знать.

«Правдивы?»

Я грубо хлопнула по его руке.

Я приняла окончательное решение. От его руки я покорно приму смерть.

Но в моих снах я предала саму себя. Я была более эгоистичной, чем на самом деле являюсь.

И это было реально.

Я бессознательно пыталась скрыть свое внутреннее «я», которое столько долго оставалось запертым под замком.

Прошу. Прошу, больше не говори. Заткнись, глупая Сериена.

«В конце концов все было ложью. Ты меня не любишь».

«Ведь вы были к этому готовы?»

«Потому не знаю, так ли это. Почему-то я не хочу умирать от твоей руки».

Так или иначе.

Но теперь я хочу жить жизнью, полную странности. Черт, почему? В последнее время я была очень счастлива.

Услышав мою речь, он злобно улыбнулся.

«Уже поздно. Глупая Сериена».

Его рука крепко сжала мою шею. Рука была горячей.

Прежде чем он свернет мне шею, я подумала, не растает ли она раньше.

«Если хотела жить, не следовало снимать промывку мозгов».

Вокруг все охватило пламенем.

Огненные горящие шары окутали меня и его.

В итоге Аджест меня не убил. Потому что погиб первым.

Адские языки пламени полностью его поглотили. Он опустил руку, держащую меня за шею.

Я не знала, было ли это преднамеренно. Или же потому, что он умер.

— Пожар!

Я проснулась, словно меня выкинуло из сна.

Я бесцельно моргнула, не понимая происходящего.

Из театра медленно выходил черный дым.

̕ Я все еще сплю?̕

Сон и другое, едва уловимое ощущение. Я знала, что это не сон, потому что могла ясно все чувствовать, даже когда слегка шевелила пальцами.

— Пожар! Бегите!

Снова послышался настойчивый звук.

Опустелый разум пришел в себя.

Пока я спала, вспыхнул пожар.

Люди, стоящие внизу, под балконом, в замешательстве эвакуировались.

Люди падали на пути. И кто-то мимо проходил мимо них.

Место, где играла красивая музыка, была залита воплями.

Я поспешно подняла голову и посмотрела на Игельто.

Почему он меня еще не разбудил?

— Игельто?

Бледное лицо. Он не мог прийти в себя. Эльф дрожал, сидя на своем месте.

Кто-то вновь крикнул слово «пожар». От этого звука плечи Игельто задрожали.

— Приди в себя, Игельто.

Я потрясла его за плечи, но он вел себя так, словно меня не видел, возможно, потому что его зрение затуманилось.

Его дыхание было прерывистым, как у человека, запертого в четырех стенах.

Он едва не сгорел на аукционе рабов. Быть может, это нанесло душевную травму.

Черт.

Сейчас он не слышит моего голоса.

— Проклятье…

Я заставила его встать. Его тело оперлось на меня, будто вот-вот упадет.

Его руку я обвила вокруг своей шеи и крепко его обхватила за талию.

Стоит поскорее уносить отсюда ноги.

Я выбралась с балкона.

Коридор окутал черный дым. Я не дала рассудку меня покинуть.

Ситуация серьезная.

Это был не просто пожар — он был огромного масштаба.

Я прикусила плоть во рту.

В таком случае было бы неплохо воспользоваться телепортом.

Деревянный потолок легко воспламенился. Огонь переместился на стену, как удар электрическим разрядом.

Когда Игельто увидел яростно трепещущий огонь, в его глазах загорелся странный блеск.

Он потянулся к огню, словно околдованный.

Я поняла, что он собирается делать, и схватила его за руку.

— Ты из ума вышел?

Эльф пытался приблизиться к огню. Он что, хочет сгореть заживо?

Его зеленые глаза становились все темнее. Вскоре лицо исказилось от боли.

— Ы-ык! Ык…

Мучительным жестом он схватился за голову.

Его тело едва не рухнуло. Я крепко его обхватила, чтобы он не упал.

— Игельто…!

— У-угх. Бу-…!

Игельто непрерывно рвало.

На его лице появилось глубокое отвращение, словно он увидел вонючую грязь.

— Нет…нет. Этого не может произойти!

— Ты…черт возьми, зачем ты собираешься это делать?

Пришлось поспешить. Но есть предел тому, чтобы насильно заставить его неподвижное тело покинуть горящее здание.

Он начал сопротивляться.

— Я отпускаю…

— Ык…

Я освободила его.

Тело Игельто покинуло мои руки. Его тело опустилось и задело каждый сустав руки, крепко его державшей, потому голова стала ватной.

Его тело наклонилось к огню.

— Нет…

Я протянула руку и схватила его. И поспешно притянула к себе.

Однако от этого движения Игельто и я покатились по земле.

— Аык…

С губ слетел стон.

Аккуратная одежда помялась.

Я заставила свою ноющее тело подняться.

Игельто странно себя ведет.

Его глаза дико трепетали, а губы продолжали шевелиться.

— Сериена…

Он смотрел прямо на меня. Помутневшие глаза постепенно прояснялись.

— Я…вспомнил.

— …Что?

— Я нашел способ снять промывку мозгов.

— …Что ты за чушь несешь?

Разве то, что мы сейчас делаем, не способ снять внушение?

И вскоре этот вопрос был разрушен вдребезги.

— Сейчас ни один способ не поможет избавиться от промывки мозгов.

Страница книги Я избавила от поводка безумного героя в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12.1

1 - 12.2

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25.1

1 - 25.2

1 - 26.1

1 - 26.2

1 - 27.1

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

О книге