– По решению Сената, Хелла будет изгнана.

–  ... Ты изгоняешь меня?

Я усмехнулась.

О чём, чёрт возьми, говорит этот жук?

Я подняла этих ублюдков с пола, обучила их магии, поставила их на свои места, и вот как они возвращают Мою милость?

– Твоя магия слишком опасна и твои действия полны злобы. Всё больше и больше людей начинают бояться твоего хладнокровия.

– ……

– Хелла, если ты будешь молча следовать своему решению, мы не заберём твою жизнь. Однако, твоё сердце маны, которое собирает окружающую ману, будет уничтожено. Это делается для того, чтобы ты оставалась спокойной до конца своей жизни.

Я совершенно потеряла дар речи.

Внутри меня закипел жар. Белизна непрерывно расширялась и сжималась в моих глазах.

Слова Мелейна действительно не означают, что меня будут держать тихо до конца моей жизни.

Неужели он действительно просто был стариком за кулисами и жил тихо?

Он всего на несколько лет моложе меня. Так или иначе, он был первым учеником, которого я воспитала, семьёй, другом и в то же время товарищем, который жил и умер вместе со мной.

Он единственный человек, который взял у меня много ценных формул.

– Как ты посмела... кто посмел поселить меня в этой стране колдунов, Силлофия?

–  Я что, спятила? Нет, ты с ума сошёл?

Я фыркнула и затопала ногами от нелепости этих слов.

Потом земля громко заскрипела. Только Мелейн, приговоривший меня к смерти, стоял неподвижно, когда башня затряслась, как при землетрясении.

Я посмотрела на него с дрожью в глазах, когда медленно выпустила свою ману.

По моей воле, на полу был нарисован чёрный магический круг.

– Я дал тебе шанс, Хелла. Я, честно, хотел, чтобы ты использовала его.

Шелест.

Когда я отвлеклась на него, Мелейн воспользовался моментом и зацепил меня цепью, которая волоклась по полу. Это было так быстро, что я даже не успела ответить.

Словно повинуясь инстинкту, я попыталась отступить назад, когда что-то, вроде зелёной лозы, обвилось вокруг моих лодыжек.

Моё тело, которое пыталось сделать шаг назад, потеряло равновесие и я сильно упала. В этот момент, белая цепь поднялась и нацелилась на мои конечности.

Мои глаза расширились, когда я попыталась разорвать цепи с помощью магии. Мана, которую я собрала, чтобы использовать свою магию, была рассеяна в одно мгновение.

– Мелеееейн!

Мои глаза налились кровью, когда я выкрикнула его имя. Я впилась взглядом в Мелейн, пытаясь освободиться от цепей, которыми были скованы мои конечности.

– Вы, Вы...... Это...!

– Вы узнали его? Вот что делала Хелла. Я завершил его.

Его глаза изогнулись полумесяцами, когда он тихо сообщил мне.

– Ах да, я тебя об этом не предупреждал. То, что ты делала, было очень опасно. Всё, что ты делала, было угрозой для нас.

С этими словами он взял палочку из рук Хеллы.

– Готовьтесь.

Мелейн отдавал приказы с большой фамильярностью.

Колдуны следовали его приказам, как будто это было вполне естественно. Казалось, что они не были куплены всего за день или два, так как не было никаких колебаний в выполнении его приказов.

– Ха…

Я без сил упала на колени. Я почувствовала пустоту, когда силы медленно покинули мои ноги.

Мы ещё вчера смеялись, болтали и пили.

Затылок онемел, когда тёплая кровь побежала по моим венам.

Я была так зла, что потеряла дар речи, но то, что я испытала сегодня, реально. Я даже не могла выразить свою враждебность с туго перевязанной шеей.

Мне это показалось очень забавным. Я была до смешного глупа, до вчерашнего вечера, я всё ещё смеялась и пила с этим парнем.

Мой палец, не двигаясь, указал на человека, стоящего на помосте.

Чёрный магический круг, который я нарисовала, медленно исчез, поскольку моя мана была рассеяна, когда сияющее сине-белое магическое образование начало формироваться.

В создании нового магического круга было задействовано, по меньшей мере, восемь колдунов и четыре помощника, которые пополняли их ману.

– Магическое растворение...

Судя по формации, это было полное растворение магии.

Я чувствую желание полностью стереть все следы маны, существующие как в моём теле, так и в моей душе.

Я совсем не знаю этот магический круг.

Я взглянула на магический круг, начерченный в том месте, где я упала.

Вероятно, они тайно встречались каждую ночь за моей спиной, чтобы спокойно изучить и закончить этот магический круг, просто, чтобы избавиться от меня.

И каждое утро вы все приветствовали бы меня, проходя мимо, кланяясь мне и поворачиваясь ко мне лицом, чтобы дать свои отчёты.

– Ты... как ты можешь это делать? – Спрашиваю я их с того места, где сидела, гордо подняв голову.

Мелейн плотно сжал губы и холодно посмотрел на меня сверху вниз. Изначально он был тихим и сдержанным парнем. Но нужно ли было и дальше держать рот на замке в такой ситуации?

В тот момент, когда я снова посмотрела вниз, яркий свет вышел из магического круга и проник в моё тело.

Моё тело исчезло.

Оно не горело, как огонь, но свет превратил меня в красивый белый пепел, падающий, как сломанный замок из песка.

Свет проник в моё тело и начал медленно стирать всё моё существование.

Магия растворения, магия, которую я создала, чтобы контролировать преступных колдунов, была магией, используемой, чтобы подчинить и полностью стереть моё существование.

Я наблюдала, как мои ноги сломались и исчезли, как свет, и только когда половина моего тела исчезла, я медленно подняла голову и снова задала себе вопрос, оставшийся без ответа.

Я не собиралась останавливать всю эту ситуацию, которая была одновременно шокирующей и смешной.

Я медленно огляделась. Никто не сжалился надо мной и не попытался спасти.

Так вот как я жила?

Я повернулась и посмотрела на Мелейн, который неподвижно стоял на возвышении.

Квааанг!

Здание сильно затряслось, когда оно взорвалось.

– Ах!

– Архимаг Мелейн!

Мелейн взглянул на растрёпанную девушку и медленно поднял палочку. Повернувшись ко мне, он начал читать древнее заклинание.

Когда он оказался передо мной один, чёрная энергия обвилась вокруг оставшейся половины моего тела. Мои глаза, отражавшиеся в голубом мраморе, были окрашены в красный цвет.

– Пока я могу вернуться к жизни, даже если я превращусь в нежить, я обязательно убью тебя.

Мелейн не произнёс ни слова, но глаза его не отрывались от меня.

Я стиснула зубы и заставила себя рассмеяться. Чёрная, как смоль, энергия опасно вздымалась.

Теперь здание было наполнено синей магией Мелейн и чёрной энергией, окружающей меня.

– Я проклинаю тебя, Мелейн. Я проклинаю тебя.

– Твоя мана ушла, ты ничего не можешь сделать. Теперь ты стала беспомощным, бесполезным человеком, которого считала ужасно незначительным.

–...Это был сарказм?

– Я просто констатирую факты, Хелла. Заклинания и чёрная магия, которыми ты очень гордишься, бесполезны, если ты потеряла контроль над своей маной.

Застывшее выражение лица Мелейна смягчилось, когда его глаза медленно закрылись.

Этот ублюдок говорил так, как будто я была законченным злодеем.

Итак, что я думаю?

Я убью это дерьмо. Со временем, как только я перерожусь. Я убью тебя так же, как ты сделал это со мной.

Он предал мою доброту и лишил меня жизни. Он взял мою самую дорогую вещь, не сказав ни слова.

– У тебя даже на это больше нет времени.

–  Ха! Даже если это тело будет раздавлено насмерть и я возрожусь как низший демон, я наверняка сожру тебя до смерти!

–  До свидания, Хелла.

Несмотря на мои слова, Мелейн по-прежнему спокойно прощался.

Как он может просто попрощаться, как будто ничего не случилось?

Что я для него значу? Я считала его хорошим коллегой и партнёром.

– Зло, я убью этого проклятого ублюдка!

Последнее, что я увидела, было бесформенное тело в пустой комнате.

Внезапно, в темноте ночи вспыхнул яркий свет.

Мой дух довольно долго плавал в темноте, это была совершенно неожиданная ситуация. Мои глаза никак не могли привыкнуть к яркому свету, льющемуся из темноты.

Какого чёрта?

Попаду ли я наконец в рай или в ад? Будь то рай или ад, я должна перевоплотиться, чтобы отомстить.

Мои глаза, которые были закрыты очень долго, медленно открылись.

Я увидела потолок.

А?

Что-то этот потолок ужасающе высок.

Кто построил такой высокий дом? Мне пришлось бы взлететь, чтобы зажечь свечу на этом потолке. Возможно ли это, потому что я нахожусь в загробной жизни?

Не думаю, что я родилась великаном.

Я пошевелила руками, чтобы встать. Если быть точным, я попыталась опереться на кровать руками, но что-то было не так.

– Гу?

Гу? Что, чёрт возьми, такое гу?

Я взмахнула руками в воздухе и увидела пухлую руку, похожую на щупальце осьминога. Мой рот открылся от смущения, когда обе мои руки покачнулись.

– Абуф?

Ах, кто же это всё время так шумел...!

– Абу, бу! Гуу!

О... Ня...?

Почему мне казалось, что это было очень близко. Этот голос. Этот невероятный голос. Чей это был голос?

И это крайне неловкое и медленное тело. Я даже не могу нормально говорить…

Как будто я стала ребёнком...?

А?

Эй, это невозможно.

Я действительно переродилась?

Нет, нет никакого способа, что это может быть правдой.

Кроме того, если бы я была реинкарнирована, разве не было бы странно, что я всё ещё сохранила свои воспоминания? Это странно.

Или... может быть, мне повезло, что я жива, и у меня просто проблемы с моим телом...!

– О-Хю!

В этот момент, над кроватью появилось огромное лицо.

– Абууак!

О боже! Это было ужасно!

Это было огромное лицо. Нет, разве я не маленькая?

Что-то вроде великана? Или я действительно ребёнок? Я не могла ни говорить, ни двигаться... неужели я действительно ребёнок, который ничего не может сделать?

– Ты слишком шумишь, просто держи это во рту.

Женщина была похожа на горничную. Она положила что-то мне в рот, натянула одеяло и начала вытирать пыль прямо рядом со мной.

Пыль, пыль ... пыль!!

– Ахпии!

Я громко чихнула.

Нет, разве так можно обращаться с ребёнком? Разве дети не самое ценное достояние нации? Разве ты не знаешь, как ценен молодой колдун?

Нет, какой дом наймёт такую горничную, как она?..

– Это правда, что я буду присматривать за ребёнком на этой неделе? Я не могу в это поверить.

...Язык Империи?

Чап, чап.

Я с трудом втянула то, что было у меня во рту и наклонила голову.

Силлофия не станет нанимать человека, говорящего на языке Империи. Общим языком, используемым в Силлофии, был древний язык.

Язык Империи имеет свой особый тон и акцент для каждой страны. В частности, её акцент был уникален для Империи и её окраин.

Чап, чап.

О Боже, мои руки двигались.

Наконец-то я смогла немного сдвинуть их с места.

Я изо всех сил старалась просто перевернуться. Я использовала всю силу своих рук и ног, чтобы подняться.

Моя голова была немного тяжёлой, поэтому она постоянно падала вперёд.

Чап, чап.

Я усердно сосала свою соску, хватаясь за прутья детской кроватки. Мне казалось, что я в тюрьме, так как я не могла выйти, но я всё ещё могла видеть что происходит снаружи.

Ха, я действительно стала ребёнком...?

Я не могла избавиться от этого чувства слабости, пока сосала соску.

Моя... Жизнь!

Всю свою жизнь я старательно работала, неужели я наконец-то пришла к тому, чтобы жить комфортной жизнью. Как такое вообще могло случиться?

Я была высохшим тощим ребёнком, который потерял всё. Угнетение наполнило меня гневом.

Я затрясла конечностями, убрала волосы с трясущейся головы и зарылась в кровать, отрицая свою реальность.

После долгих попыток отрицать свою реальность, я медленно подняла голову и огляделась.

...Почему там так пусто?

Всё, что у меня было в этой пустой комнате, это детская кроватка и старая неиспользуемая кровать. Здесь не было ни украшений, ни ваз, ни даже людей. Единственным человеком была горничная, которая вытирала пыль рядом со мной.

–  О Боже, что это? Ты только что повернулась? Но ты всё равно полукровка.…

О нет. Похоже, я родилась в неблагополучной семье. Но как бы я ни смотрела на это, я была далека от того, чтобы быть новорожденным.

Только не говори мне, что я даже не перевоплотилась? Какой сейчас месяц и год?

Разве я в Империи?

Почему из всех мест именно Империя?

Было много мест, которые используют язык Империи, но первое, что приходило на ум, когда вы слышали этот особый акцент, была Империя Хейрон.

Кажется, я родилась в скромной семье…

Комната кажется подходящей.

В любом случае, я не знаю.

Сейчас важно то, что я жива и у меня есть воспоминания.

И я знаю, что я застряла в кроватке, и со мной не очень хорошо обращаются.

Раньше мне казалось, что я немного ошеломлена, но теперь я чувствовала, что у меня начинает кружиться голова.

Я с силой втянула воздух, чувствуя, как меня охватывает головокружение. Моя хватка медленно ослабевала, когда мои руки становились слабыми, поэтому я отпустила то, что держала.

Стоять на четвереньках было моим пределом. Мои ноги дрожали, и тело дрожало, как только я расслабилась.

В конце концов, я легла на живот.

Я не смогу передвигаться в таком состоянии.

Во-первых, где я нахожусь? Я хочу собрать больше информации.

Ни в коем случае, ты же не хочешь сказать, что они и дальше будут держать меня здесь, верно?

Эта узкая... душная и маленькая кроватка. Разве это не ужасно?

– Абубу, ЧУП!

Ты, там, посмотри на меня!

Мне нужно, чтобы ты меня отпустила. Нет, что, чёрт возьми, делают смотрители, почему они так небрежно относятся к своей работе?

Это было бесполезно, сколько бы я ни буубуу и ни плакала, им всё равно.

Заткнули уши полностью.

Моё разочарование и гнев взлетели вверх.

– Абуубуу!

Я продолжала вырываться и кричать, пока не увидела вазу без цветов перед окном.

Могу я использовать немного маны?

Я не могла проверить это раньше, поэтому быстро повернулась на бок, чтобы подтвердить это. Я закрыла глаза и крепко сжала кулаки, так как мои ноги и тело сильно дрожали.

Уууу! Фу!

Я думала, что и звук, который я произвела, и моя поза были немного странными, но давайте просто притворимся, что я не заметила.

Я попыталась переместить несуществующую ману внутрь своего тела, когда застонала, как будто страдала.

Бух!

– Чёрт возьми!

Я услышала, как горничная вскрикнула, когда ваза разлетелась на куски.

Я резко открыла глаза.

С моего лица капал пот, разве вы не знали? К счастью, я всё ещё могла использовать магию. Я вздохнула с облегчением.

Какое облегчение.

Сначала я подумала, что мана полностью исчезла. Оказывается, я просто не могла этого почувствовать, потому что у ребёнка чувства притупились, скоро я буду в порядке.

Прежде чем взлететь, я должна выяснить, где нахожусь.

Как только я получу всю информацию, я подготовлю свой побег, а затем убегу и каким-то образом вернусь в Силлофию и избавлюсь от всех этих предателей.

– Боже мой, совсем недавно ты была в полном порядке, так почему же ты упала в разбитое месиво сейчас?

Горничная проворчала, что это не имеет к ней никакого отношения, вздохнула, развернулась и оставила меня совсем одну в комнате.

Я снова встала на четвереньки.

Сколько мне было лет? Скованность моих мышц говорит о том, что я уже довольно давно ими не пользуюсь.

С точки зрения развития... мне должно быть около 10 месяцев?

Я много узнала из книги о человеческом теле и его развитии роста, но это было не очень ясно.

Так почему же мои руки и ноги так слабы?

Какая месть...

С таким телом, как это, было бы определённо трудно добраться до Мелейна. Я должна, по крайней мере, вырастить это тело, прежде чем смогу осуществить свои мечты и встретиться лицом к лицу с Мелейн.

– Эхуу.

Я громко вздохнула, хотя всё ещё была ребёнком.

Кстати, они ведь не будут продолжать держать меня в этой кроватке, верно? Давай сначала уберёмся отсюда.

Я закрыла глаза и отчаянно попыталась приподняться. После долгих стонов, моё тело поплыло вверх.

Ну что ж!

Я открыла глаза и тут же сглотнула от страха.

Из постели... и на пол...

Если бы я хоть немного ослабила контроль над своей маной, я думаю, что моё лицо определённо разбилось бы о мраморный пол прямо сейчас.

Мои глаза сузились, когда я отчаянно попыталась пошевелиться.

Ну вот, я сделала это...

К счастью, я не разбила лицо о мраморный пол.

С пустышкой во рту, я изо всех сил старалась сдвинуть руки и ноги к двери. Мне нужно быстро выбраться из этой комнаты и выяснить, где я нахожусь.

У меня болят колени.

Этот ребёнок был полностью проигнорирован. В каком особняке не будет установлен хотя бы один ковёр?

Подойдя к двери, я усмехнулась:

– Ах, что это такое? Как ты оттуда выбралась? Я схожу с ума!

– Бууу……

Ах, я забыла, что есть ограничение по времени. Я даже не думала о том, что попадусь горничной.

Когда горничная подняла меня, я мельком увидела своё отражение в зеркале.

Серебряные... глаза?

Мои глаза были широко открыты, когда я повисла на руках служанки с соской, достойной шантажа, болтающейся на моей шее.

Я увидела худенького ребёнка с серебристыми глазами и тёмно-синими волосами.

......Серебряные глаза? Империя Хейрон?

Была только одна семья, которая приходит на ум, когда обе эти черты были собраны вместе. Какая-то тревожная мысль закралась мне в голову.

– Фу, как же тебе удалось оттуда спуститься? Выкатилась?

Почему Вы спрашиваете 100-дневного ребёнка, ведь я даже ответить на этот вопрос не могу.

А тебе не кажется, что это глупо?

Я с жалостью посмотрела на служанку, но та снова и снова переворачивала моё тело. Затем она вздохнула с облегчением, когда увидела, что я не была в синяках.

Хм, похоже, я всё ещё немного ценный ребёнок.

В любом случае, должно же быть что-то, раз горничная заботилась обо мне и проверяла, нет ли у меня синяков, верно?

Во-первых, серебряные глаза были не так уж распространены. Я и раньше бродила по округе и мне редко приходилось встречать кого-то с серебряными глазами.

Не говорите мне….

Я решительно потрясла головой, пытаясь отрицать свои мысли.

Горничная странно посмотрела на меня и грубо накрыла одеялом.

– Пожалуйста, оставайся здесь.

Затем она забрала у меня соску.

– Абууууу...!

Моя соска! Верни мне мою соску!

Я попыталась протянуть к ней руки, но остановилась.

Мои глаза расширились. Только сейчас, когда я думала об этом, мне кое-что пришло в голову……

Хейрон...

Было что-то про Империю Хейрон.

Что это было?

Мой рот непроизвольно открылся. Я громко зевнула, когда мои веки стали тяжёлыми.

Я увидела, как горничная положила мою соску на ближайшую оконную раму.

Пустышка вон там...

Всё, о чём я могла думать, это кусать её. Это было даже не смешно.

После того, как я прекратила свою бесполезную борьбу, я поняла довольно много вещей, проведя много времени здесь, наблюдая и оставаясь в этой дерьмовой комнате.

Во-первых, горничная меняется каждую неделю.

Это было похоже на то, что они были назначены в мою комнату таким образом, что они прилагали все усилия, чтобы задержать и сократить своё время, наблюдая за мной.

Во-вторых, большинству служанок на меня наплевать.

Похоже, я им не очень нравилась. Было довольно трудно слушать сплетни горничной, так как каждый раз приходила только одна горничная.

В-третьих, каким-то образом, старая и грязная пустышка во рту, всегда сохраняет мне рассудок.

Я всегда была бы сонной, если бы не кусала её. Я поняла это после трёх попыток.

В-четвёртых, у большинства горничных разные характеры и трудовая этика, но они обычно приходят покормить меня в определённое время, а потом возвращаются только через четыре или пять часов.

В-пятых, я до сих пор не знаю, кто я такая.

Я уверена, что мне уже 10 месяцев. Мой статус был не так уж низок, но меня тоже не приветствовали.

Иногда я слышала, как они говорили что-то о каком-то полукровке и молодом Герцоге. Судя по тому, как они это сказали, я думаю, что могу быть родственником этого молодого Герцога или что-то в этом роде.

В-шестых, я, вероятно, являюсь частью наследной Герцогской семьи Империи Хейрон. Я уверена в этом на 97,8%.

В-седьмых, после сбора всех историй и догадок я, вероятно, ребёнок, который связан с молодым Герцогом, Короной Шарендта.

Я, наверное, не ребёнок Шарендта, так как они пару раз называли меня полукровкой. Возможно, я, в лучшем случае, незаконнорожденный ребёнок.

В-восьмых... нет, тогда я ребёнок этого сумасшедшего, бессердечного ублюдка Шарендта Крауна?

Ни за что. Тогда я предпочла бы быть ребёнком главы семьи, Дешара Крауна. Я даже могу подарить тебе немного любви. Вы даже можете назвать меня поздним ребёнком.

В-девятых, в заключение, я ненавижу Шарендта Крауна.

В-десятых, если это была Корона Дешара, а не Корона Шарендта, значит ли это, что мы братья и сёстры?..

Нет, давай остановимся на этом.

Прямо сейчас, я твёрдо решила прекратить свой дневник наблюдений. Если бы я продолжала думать об этом дальше, то моё воображение определённо разыгралось бы.

Во всяком случае, то, как они обращаются со мной сейчас, было совершенно ужасно, поэтому моей первой целью будет выбраться из этого дома. Потом я отправлюсь в сиротский приют, где меня не будут удерживать.

Но для этого мне нужно сначала научиться пользоваться магией.

Прямо сейчас, большая часть маны в моём теле была потеряна и единственным следом осталась та мана, которую я недавно генерировала. Тем не менее, я могла бы использовать незначительную плавающую магию с этим количеством.

Честно говоря, было бы быстрее, если бы я нашла кого-то, кто заботился бы обо мне, но было хлопотно найти новых родителей.

Сиротский приют был бы лучшим выбором для меня.

Не было бы никаких длительных привязанностей и слабостей.

Семья – это не что иное, как слабость.

Чёрт возьми!

Я не хотела родиться в этой разбитой семье и воспитываться тайно.

Пережив всё это в течение месяца, я уже поняла, что меня игнорируют.

Они вымыли меня, но не очень хорошо. Они использовали только мокрое полотенце, чтобы очистить моё тело.

Они также давали мне еду непоследовательно. Иногда они кормили меня раз в день. К счастью, я всё ещё была ребёнком, который мог только лежать, так что я всё ещё могла терпеть это.

Но я всё ещё не привыкла к этому, так как в прошлой жизни со мной обращались гораздо лучше.

Так, начиная с сегодняшнего дня, я буду ходить вокруг этого места.

Наследный Герцогский род Империи Хейрон был хорошо известен своими серебряными глазами.

Честно говоря, было не так уж трудно понять существование этого тела, так как я была в Империи Хейрон, а мои глаза были серебряными.

В Империи Хейрон ходило довольно много историй о семье, обладающей таинственными серебряными глазами.

Когда-то существовала Небесная раса с прекрасными серебряными глазами, которая спустилась с Небес и влюбилась в человека.

В результате их любви, человек и прекрасная женщина, покрытая серебряной чешуёй, родили ребёнка.

Удивительно, но ребёнок родился с серебряными глазами, которых никогда не существовало в человеческом мире.

С тех пор, с сильной родословной Небесной расы, потомки семьи в каждом поколении всегда рождались с серебряными глазами.

И один из их потомков, как говорили, внёс большой вклад в создание Империи Хейронов.

Первый Император восхищался их преданностью и считал их своими близкими друзьями. Он дал им различные привилегии, включая их фамилию, Корону.

Прямо сейчас, я не уверена, было ли это на самом деле. Однако благодаря этой информации, было довольно легко узнать, кто я такая.

Всякий раз, когда Герцог Кроун и Силлофия сталкивались друг с другом, всегда возникала большая конфронтация.

Меч не мог победить никого из нас, однако были случаи, когда меч мог победить магию.

Во всяком случае, многие военные секреты Империи проходят через подвал Герцогской Короны, так что, если я хорошо справлюсь, то смогу вытащить несколько отсюда.

Было бы лучше, если бы я могла украсть некоторые секретные документы, прежде чем бежать отсюда.

– Ну, не плачь, потому что там шумно, просто сиди тихо и спи.

– Абууу~

Горничная номер 4 постучала по моей соске и повернулась, чтобы уйти.

Я думаю, что у меня будет болеть живот из-за этой чёрной, как смоль, соски.

Было совершенно очевидно, что вы не знаете, насколько хрупок ребёнок.

Я собираюсь его стереть.

Я не могла продолжать сосать эту мерзость. Но если я не буду сосать его, то не смогу думать.

Я махнула рукой и использовала магию, чтобы быстро выбраться отсюда.

Я сжала кулаки и крепко сжала всё своё тело, когда я издала звук...!

Моё тело поплыло вверх.

Моя поза была немного неловкой, но это была поза, которая могла высвободить большую часть силы.

Я просто немного смущена.

Моё лицо сильно покраснело, когда я замахала руками, медленно приближаясь к полу.

Ладно, я знаю, что это было неловко.

Я пыталась подавить свои эмоции, так как была одна, но, в конце концов, мои щёки вспыхнули от стыда.

Я без труда поползла на четвереньках. Конечно, я могла стоять с решёткой, но моя поза была очень неустойчивой.

В любом случае, ребёнку было гораздо удобнее ползать.

Я смогла пролезть в щель, так как дверь не была закрыта должным образом.

Наконец-то!

Через месяц, я наконец-то могла дышать свежим воздухом. Моё лицо, естественно, просветлело.

Снаружи был даже длинный ковёр, так что мои колени не болели.

Мои ноги усердно работали, пока я осматривалась. Мне показалось, что я нахожусь на 2-м этаже, поэтому я осторожно обошла его и направилась прямо к лестнице.

Я посмотрела вниз и, подёргивая задницей, медленно опустила ноги и начала спускаться по лестнице, шаг за шагом.

Я чувствую себя так неловко, потому что у меня маленькое тело.

Тем не менее, мне нужно знать структуру дома, чтобы я могла получить некоторую информацию.

Я не могла не представить себе вид Герцога Крауна, который был бы опустошён потерей информации.

Чап, чап.

Старательно посасывая соску во рту, я благополучно добралась до подножия лестницы.

Напрягая все четыре конечности, я снова посмотрела налево и направо.

Сначала я спрячусь за колонной.

По сравнению с тем, когда я ползала по мраморному полу в своей маленькой комнате, мне было очень удобно, так как снаружи был ковёр.

Именно поэтому я была вдвое быстрее, по сравнению с моей обычной скоростью.

Как будто я наложила на себя магию усиления скорости.

Я старательно вытягивала руки и ноги, пытаясь спрятаться за колонной.

Значит, выход был вон там.

Сначала я должна выйти на улицу и осмотреться.

Моя соска действительно прилипает к уголкам рта.

Как бы это сказать, я думаю, что это стало довольно расслабляющим. Я никогда не думала, что смогу чувствовать себя расслабленной с соской в моём возрасте……

Она немного жестковата.

Было бы гораздо лучше, если бы я могла добавить некоторые ингредиенты и слизистую жидкость, чтобы сделать её чистой. Одним из свойств шламов было самоочищение, что делало их очень лёгкими в управлении и обслуживании.

Я должна развить его позже.

Подумав об этом, я вдруг резко вскинула голову.

К тому времени, когда я попытаюсь развить его, я, вероятно, уже буду маленькой девочкой или, может быть, даже взрослой. Так почему же я вообще об этом подумала?

Наверное, я устала, поэтому стала думать о всяких безумных вещах. Я глубоко вздохнула, глядя на свои короткие руки и ноги.

Пубубу, может быть, это из-за того, что я сильно укусила свою соску, выплеснулась часть моей слюны.

Давай просто уйдём.

Я должна выйти наружу, пока дорога ещё тиха. Я снова начала использовать свои конечности, чтобы оглядеться вокруг, и была очень удивлена тем, насколько большими были вещи. Однако мои руки и ноги сводило от боли, потому что дорога к выходу была мраморной.

Фу, наконец-то... воздух снаружи.

Я чуть не прослезилась от радости.

Горничные ни разу не проветрили мою комнату. Честно говоря, я здорова только потому, что всегда очищала себя с помощью магии.

Однако я не уверена, что хорошо очистилась.

В любом случае, мне придётся начать разбираться с этой грязной и вонючей соской.

Снаружи есть пруд.

Я должна пойти и вымыть соску, иначе на ней вырастет плесень.

Во-первых, из чего это сделано?

Я довольно долго пробыла в башне и, в последнее время, не могла выйти из Силлофии, поэтому стала чужой для внешнего мира.

Слизь…

Я бы определённо чувствовала себя более комфортно, если бы могла предотвратить её появление.

Я изо всех сил поползла через дорогу.

Выйдя на улицу, я увидела, насколько большим был особняк. Честно говоря, я видела это с первого взгляда, даже когда лежала со своим маленьким телом.

Он слишком большой.

Я даже не знаю, понадобится ли мне целый день, чтобы обойти его.

Но было кое-что, что я знала... сначала я должна вымыть свою соску.

Я заметила фонтан недалеко от того места, где я лежала с соской во рту.

Слава Богу, мне не нужно идти к пруду.

Мои руки и ноги напряжённо работали, пока я ползла по прямой к фонтану.

– Хашви...!

Чёрт! Это было слишком далеко!

Он только казался близким, но, на самом деле, был довольно далеко.

У меня, естественно, перехватило дыхание. Пока я пыхтела, соска продолжала выпадать у меня изо рта.

Соска, нет!

Я быстро остановилась, посадила свою задницу на землю, вытянула ноги и прижала соску назад обеими руками.

– Эопуу…

Я держала соску в руках и тяжело дышала.

Земля почему-то казалась горячей.

В каком мы сейчас сезоне? Сколько времени прошло с тех пор, как меня предали?

Я почувствовала головокружение, когда откинула голову назад, чтобы посмотреть на ясное голубое небо.

...Сейчас осень?

Я рефлекторно закрыла глаза и тряхнула головой, чтобы избавиться от головокружения.

Я наклонила голову вперёд, когда почувствовала, что вот-вот упаду.

Я... я чуть не умерла.

Существовала высокая вероятность того, что лёгкий удар по моей голове, наполненной мягкими волосами, приведёт к тому, что моя голова не будет функционировать должным образом.

Я погладила себя по затылку от счастья, так как моя драгоценная голова и волосы были в безопасности….

– Гууу…

Гладкие... Мягкие... Волосы...!

Давай остановимся. Они короткие.

Я наклонилась вперёд и поспешно двинулась дальше.

К счастью, благодаря моим трудолюбивым рукам и ногам, я наконец-то смогла добраться до фонтана.

Затем я напряглась.

– Хашви...!

Чёрт, никто не говорил мне, что он так высок!

Даже если бы я стояла, вероятно, я не смогла бы увидеть даже капли воды.

Сколько времени я потратила, чтобы добраться сюда...

Мои мысли улетучились. Обратный путь казался ещё более далёким.

Я хотела сначала бросить вызов, поэтому схватилась за мрамор вокруг фонтана и подтянулась к стойке.

Журчание, журчание, журчание.

Я слышала журчание воды, стекающей из фонтана.

– ...Что это за чертовщина?

– Дюк, я думаю, что это... ребёнок?

Служитель рядом с ним наклонился и ответил ему.

Слуга семьи Краун поднял голову и увидел, что Герцог Дешар Краун резко повернул голову и нахмурился.

Служитель немедленно закрыл рот, когда увидел резкий блеск в его глазах.

– Ты думаешь, я спрашиваю об этом сейчас, потому что не знаю, что это такое? Я спрашиваю, почему здесь разгуливает ребёнок.

– Это... пожалуйста, извините меня.

Дворецкий наклонился вниз.

Дворецкий особняка был слишком медлителен, поэтому он послал слугу следовать за ним рядом с Дешаром Крауном.

– Чей это ребёнок? Чей это внебрачный ребёнок? Кто же так заботится о ребёнке!?

– Возможно, это дитя покойного молодого Господина.

Дворецкий внимательно посмотрел на девочку и слегка улыбнулся.

Однако никто из говоривших не вышел вперёд, чтобы помочь ребёнку.

При этих словах дворецкого, лицо Дешара Крауна стало непроницаемым.

Он смотрел на маленькую одинокую спину ребёнка, как будто услышал что-то совершенно неожиданное.

–...Что? Разве она ещё не ребёнок?

– Да. Если подумать, то ей, кажется, всего несколько месяцев. Она может ходить так рано.

– Так что же она делает прямо сейчас?

С этими словами, Дешар Краун слегка потёр бороду.

Несмотря на седые волосы и бороду, у него было сильное и мускулистое тело. У него были морщины на лице, но выражение его лица оставалось таким же свирепым, как и всегда.

С годами его бледно-серебристые глаза казались почти серыми, однако его навыки всё ещё были живы.

– Отец, что ты там стоишь?

– Шарендт.

– Да.

У мужчины было резкое выражение лица.

Его голос звучал сладко, но глаза сверкали острым огнём. Каждое его движение было властным, но наполненным достоинством.

Взгляд мужчины смягчился. Он проследил за направлением взгляда Дешара Крауна.

– Кто там?

– Осиротевший ребёнок твоего младшего брата.

– Ах…

Это было тихое восклицание, но любой мог почувствовать смех, скрытый за ним.

Он сбежал неизвестно куда с таинственной женщиной и даже родил ребёнка. Он даже не смог защитить себя и, в конце концов, умер, а в особняк вернулся только новорожденный ребёнок.

– Так вот оно что.

Не было ни малейшего внимания к титулу, относящемуся к ребёнку.

Без чьей-либо помощи, Селине наконец удалось подняться на ноги. Однако она споткнулась, как будто её ноги не работали должным образом.

– Это, это...…

Ошеломлённый Дешар Краун шагнул вперёд, смущённо кашлянул и снова отступил.

Когда девочка закачалась, все, кто смотрел на неё, занервничали.

Спустя долгое время, девочка, которая хлопала крыльями, пытаясь удержать равновесие, наконец встала, держась за фонтан.

– Похоже, горничная плохо справляется со своей работой.

Услышав холодные слова Шарендта, стоявшая рядом горничная присела на корточки. Его взор не был специально направлен на неё, но слова были настолько резкими, что она почувствовала, что они был направлены на неё.

Было так холодно, что служанка замёрзла на месте.

– Успокойтесь, Шарендт.

– Да, отец.

Слова Дешара Крауна рассеяли холодную энергию, витавшую вокруг Шарендта.

На губах Шарендта появилась холодная улыбка.

Дешар Краун взглянул на Шарендта и прищёлкнул языком.

– Отец стал слишком мягкосердечным.

– Ты слишком остра, чтобы быть такой, какой должна быть.

Шарендт тихо закрыл рот, услышав слова Дешара Крауна, и прищурился.

Тем временем, Селина, наконец, научилась поддерживать себя одной рукой, в то время как другой держала соску.

Селина отчаянно боролась со своими короткими конечностями. Ей почему-то захотелось вытереть кончик соски и она отчаянно попыталась потереть его о грудь.

Но как бы она ни размахивала руками, они были короткими, слишком короткими.

– Эшви!

Шарендт прищёлкнул языком, услышав молодой голос, полный лёгкого раздражения.

– Что она делает? Почему её не уводят в её комнату прямо сейчас?

Был отдан холодный приказ.

Дворецкий склонил голову и подозвал горничную. Горничная, тихо стоявшая позади них, подбежала к девочке.

В этот момент, глаза ребёнка обратились туда, где стояли Дешар Краун и Шарендт.

Она снова села на пол с пустышкой во рту и, увидев бегущую к ней горничную, вскочила.

Она взглянула на Шарендта и Дешара Крауна, повернулась и, со звуком «шша-ша-ша», быстро поползла прочь.

– Она как таракан.

– ……

Шарендт улыбнулся. Уголки его рта были приподняты, но глаза не улыбались.

Дешар Краун от удивления открыл рот, но тут же прищёлкнул языком.

Это было не совсем правильно, но аналогия была совершенно бесспорной.

– Отец должен оставить всё как есть. Ты же знаешь, что полукровка не может носить имя Крауна. Во-первых, совершенно тревожно, что в её жилах течёт кровь правящей семьи… –  С улыбкой сказал Шарендт Дешару Крауну, который смотрел в ту сторону, где исчезла Селина.

Даже раньше, Шарендт, который может похвастаться безупречной родословной, никогда не соглашался принять своего единственного младшего брата.

Причина была в том, что его поведение было легкомысленным и расточительным. Шарендт ненавидел его за то, что он пренебрегал своим званием и общался с кем попало.

И Дешар Краун тоже был человеком, чья кровь была очень важна. Он считал разбавленную кровь чем-то несущественным.

По этой причине, только ребёнок, рождённый от чистой крови и из знатной семьи, мог унаследовать фамилию Крауна.

Это была их давняя традиция. Неписаное правило, которое никогда не нарушалось.

– Ты не должен ворчать передо мной, я и так это знаю.

С холодным выражением лица, Дешар Краун снова отошёл в сторону.

Я не могла до него дотянуться.

Это был факт, который я осознала в тот момент, когда попыталась оторвать свою задницу от Земли и встала.

С таким ростом и такими короткими руками, даже если бы я очень долго пыталась, я бы не смогла дотронуться до воды, не говоря уже о том, чтобы вымыть соску.

Нет, если мне повезёт...

Наверное, я могла бы использовать магию, чтобы намочить соску, а потом вынуть её.

Я думала, что хотела бы, по крайней мере, попытаться сделать это, но моё тело не двигалось вообще.

Причина была проста.

Потому что я не могла сосредоточиться, пока стояла.

Я еле встала, так что мне не хотелось снова ложиться на пол и использовать магию в этой неловкой позе.

Я определённо буду смущена, потому что сейчас середина дня.

Как бы я ни пыталась это отрицать, мне всё равно было немного неловко лежать и колдовать в такой позе.

В конце концов, я опустила руки, отчаянно пытаясь очистить её.

Мои трясущиеся и дрожащие ноги были жалкими.

Я думаю, что мне очень нравилось, что у меня были пухлые руки и ноги. Но, может быть, именно потому, что они были пухлыми, мне было трудно увидеть каплю воды, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к ней.

Я слышала только журчание воды.

– Эшви!

Чёрт! Это сводит меня с ума!

Почему мой голос такой глупый?

Я уже собиралась топнуть ногами, но когда увидела свои босые ноги… слабые ноги и твёрдую землю, эта мысль полностью исчезла из моего сознания.

– Эххуу.

Я вздохнула и опустилась на землю с соской во рту.

Я устала, во многих отношениях.

Я повернула голову, посасывая соску со звуком «чап-чап».

Я чувствовала, что кто-то смотрит на меня откуда-то. Когда я повернула голову, то увидела группу людей, собравшихся вокруг и наблюдающих за мной.

...Я так рада, что не воспользовалась магией.

Если бы я действительно занималась магией в таком положении, лёжа, я бы точно стала посмешищем.

Я медленно вздохнула с облегчением. Внимательно вглядываясь в фигуры, я смутно различала очертания этих людей.

Тот…

Это Дешар Краун и Шарендта Краун.

К счастью, они не сильно отличаются от тех, что я видела в последний раз.

А это означало, что с момента моей смерти, прошло не так уж много времени.

Когда я думала о прошлом, я смогла использовать нижний магический круг, когда мне было около 5-6 лет.

Кроме того, я уже испытала это однажды, так что, на этот раз, я должна научиться этому быстрее, однако я ещё недостаточно сильна, чтобы использовать промежуточные магические круги.

Если я когда-нибудь выберусь отсюда, то мне не повредит зарабатывать на жизнь в одиночку.

Как только я смогу грубо использовать свою магию, я сделаю еду и камни маны и продам их. Тогда я смогу скопировать информацию здесь раньше, поместить её в отдельное пространство, а затем сбежать отсюда незаметно.

А потом я вернусь в Силлофию и уничтожу этих предателей. Как только я очищу Империю от них, я верну себе своё положение Мастера Башни Магии.

Шарендт Краун – это немного хлопотно.

У него была хорошая голова на плечах, и он был способен ясно оценивать ситуацию.

Он был тем, кто знал, как найти брешь и справиться с магией. Я слышала, что ему было за тридцать.…

Я познакомилась с ним, когда мне было 16.

Это не шутка, когда ты говоришь, что он игнорировал людей. Кроме того, он даже простолюдинов ни во что не ставил. Мне казалось, что я имею дело с тщеславным человеком, у которого есть и достоинство, и происхождение.

Он, вероятно, оценивал людей на основе своей собственной системы и взаимодействовал только с людьми, выше определенного уровня.

В то же время, Дешар Краун......

По сравнению с Шарендтом, который был немного беспокойным, с ним было труднее иметь дело.

Я и раньше встречалась с ним как представитель Силлофии, однако его слова часто отталкивали меня. Может быть, потому, что я была молода и неопытна.

Поскольку Силлофия была недавно образованным Королевством, ей требовалось иметь дипломатические отношения самыми разными способами.

И, откровенно говоря, Силлофии было действительно трудно установить дипломатические отношения с Империей Хейрон.

С плодородными землями и процветающей рабочей силой Силлофии, можно было производить много товаров. Но плодородная земля появилась только благодаря магическим силам. Конечно, можно было получить много местных растений и животных, но для этого требовалась особая среда обитания.

Так что нам вовсе не обязательно было проигрывать в нашем обмене с ними.

Однако Силлофия была только недавно основана людьми, которых они обычно проклинали как «Ведьм». Поэтому я старалась не показывать своего гнева и просто пыталась стабилизировать ситуацию.

Первой к нам обратилась Империя Хейрон.

Даже если бы они протянули руку помощи, Силлофия не должна была оказаться в ситуации, когда они застряли бы в очень отчаянной ситуации. Поэтому я отчаянно пыталась отложить переговоры. Однако каждый раз, когда я это делала, меня отталкивали слова Шарендта Крауна и Дешара Крауна.

Похоже, всё, что я о них слышала, было в порядке вещей.

Вот почему каждый раз, когда это случалось, мне приходилось долго думать, прежде чем я могла дать им свой ответ.

Таким образом, я могла подготовиться к встрече с ними. Потом мне снова и снова приходилось думать о следующей дипломатической встрече.

Это был единственный способ восполнить недостаток опыта. В конце концов, это была моя драгоценная страна, которую я должна была защищать.

Я медленно опустила глаза.

Ху-ху, на этот раз я точно выиграю.

Я верю, что никто в их семье не будет настолько сумасшедшим, чтобы украсть секретные документы военных.

От одной мысли об этом, мне становилось легче.

Я лукаво улыбнулась, когда заметила горничную, со страхом в её глазах.

Тц, эти... трусливые ублюдки!

Было совершенно очевидно, что эти ублюдки Крауны послали её.

Я поспешно присела на четвереньки и начала шевелить конечностями.

Давай убежим.

Я не смогла сделать это здесь, поэтому в следующий раз мне придётся пойти к пруду, чтобы вымыть соску.

Это грязно!

Если бы я продолжала жевать это, то меня бы точно стошнило!

Единственная магия, которую я могу использовать сейчас – это гравитационная магия. И это была магия, которую я едва могла использовать. Я должна сосредоточить всё своё внимание на этом, и мне даже нужно было сделать неловкую позу, чтобы я могла её применить.

– Абуууу!

И этот странный звук всегда должен был исходить из моего рта.

Я смеялась над своими руками и ногами, но даже если они болели, я не могла попасться.

Я определённо не буду продолжать сосать эту грязную соску!

– Подожди! Остановись прямо здесь!

Почему я должна останавливаться, если ты так говоришь? Неужели эта горничная дура?

Я злобно улыбнулась, усерднее работая руками и ногами.

Однако моё тело вдруг начало парить. Моё лицо исказилось от досады, как только я поняла, что моё тело парит над землёй.

Ах…

Я стодневный ребёнок. Как бы быстро я ни бежала, горничная догонит меня в несколько шагов.

Я посмотрела вниз и моё тело начало дрожать.

Вот дерьмо. Я умираю от стыда.

Хелла мертва.

Боже мой!..

Горничная оттащила меня в сторону и быстро положила в кроватку.

Боже мой!..

Служанка глубоко вздохнула. Она сердито посмотрела на меня, когда принесла тяжелое одеяло и накрыла меня им. Она положила его так, словно хотела ограничить мои движения.

И действительно, горничная крепко прижимала меня, когда я сопротивлялась.

Не могу поверить, что это дерьмо так со мной обращается!

– Как, чёрт возьми, ты выбралась отсюда? Ты его сломала? Я попала в беду, потому что молодой Хозяин вызвал меня! Они должны были просто бросить этого полукровку!

Она выглядела так, словно её переполняло негодование. Неужели я в третьесортном романе?

Я была так жалка, что даже забыла вымыть соску и просто оглядела комнату.

Наверное, я знала, как сейчас выглядит моё лицо.

Наверное, я выглядела как идиотка, которая выглядела  неполноценной. Кто-то, кто не мог контролировать свои эмоции.

Жалкий ублюдок.

Люди всё равно глупы. Я яростно посасывала соску.

– Мне так не повезло.

Зеркало отразилось на мне.

Чап, чап, чап.

Шикарнос!

Горничная сильно шлёпнула меня по лбу, когда я начала сосать изо всех сил.

От боли у меня навернулись слёзы. Я была так зла, что боролась, безрезультатно.

Если бы я только могла использовать немного больше своей магии...

Я обязательно выжму лимон тебе в глаза!

Нет. Я должна превратить её в лягушку и позволить ей есть мух.

– Уууууу…

Мне было грустно и досадно.

Может быть, это и смешно, но я начинала злиться, что со мной так обращается мелкий слуга.

Горничная пнула мою кроватку и вышла из комнаты, увидев, что я вот-вот заплачу.

– Бу! Вааа! Ваааааааааа! Оооо!

Я в бешенстве! Я раздражена! Чёрт возьми!

Я продолжала бороться руками и ногами, но не могла снять тяжёлое одеяло из-за своих, похожих на сосиски, конечностей.

Кроме того, мне было слишком жарко. Мне показалось, что у меня поднялась температура и в голове стало душно.

Это потому, что я еще ребёнок?

Ты определённо собиралась сжечь меня до смерти. Я что, курица, что ли? Ты что, пытаешь меня до смерти?

После того, как я боролась довольно долго, я не могла не чувствовать себя немного слабой. Я крепко зажмурилась.

Совсем чуть-чуть...

Это было настолько тяжело, что делает в два раза труднее для меня, попытку использовать мою магию.

Если это было раньше... я могу сдвинуть это, просто закрыв глаза.

Я сама себе не верила. Я сама поставила себя в такое неловкое положение.

– Уууууу!

Мне удалось отбросить одеяло в сторону после того, как я изо всех сил боролась руками и ногами.

Мне едва удалось выбраться из-под этой тяжёлой массы.

– Ху…

Щёлк.

Когда я расслабила рот, он вдруг показался мне пустым.

– Ахвoo?

Мой язык внезапно сжался. У меня закружилась голова, и глаза медленно закрылись.

…...Н-ни за что……

Я видела, как моя соска катается по полу.

Они, наверное, ещё не подметали его как следует, пол в моей комнате был покрыт пылью.

– Хашви…

Ах, чёрт... я облажалась.

Она снова стала грязной. С такой скоростью моя соска определённо почернеет, верно?

Я даже не знаю, из чего она сделана, но я почти уверена, что она не должна была быть чёрной.

– Шёооо…

Моя пустышка…

Перед глазами у меня всё поплыло, я вдруг почувствовала слабость и, наконец, протянула руки к своему жалкому лицу.

Это было последнее воспоминание перед тем, как я потеряла сознание.

– Абуу!

В воздухе ничего не было, но я всё равно крепко пожала ему руку. Наверное, мне следует что-то предпринять, но я не уверена, что именно.

– Эх, ты что-то притихла в последнее время.

Все служанки пришли сюда так внезапно, чтобы просто пожаловаться, но я не поняла, что они имели в виду.

Мне было так скучно, что я засунула большой палец в рот.

Теперь, когда я что-то сосала, я начинаю думать о вещах, которые забыла...

– Абубу! Буваа!

– Ах. Не надо шуметь. Только, пожалуйста, помолчи.

Что-то было положено мне в рот, когда я начала раздражаться.

Я беззаботно болтала руками и ногами в воздухе. Когда я почувствовала, что мне что-то положили в рот, я инстинктивно пососала это. Потом, я внезапно пришла в себя.

Все плохие и постыдные вещи, которые я сделала, прошли через мой разум.

Горький звук вырвался из моего рта, когда я вспомнила, что смеялась вообще ни над чем. Я даже трясла руками и ногами, чтобы проверить, нет ли чего в воздухе.

Моя соска...

Я должна защитить свою соску.

Когда моя соска была во рту, время пролетало не заметно, и я просто лежала и тупо смотрела в потолок.

Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз сосала соску?

Это была большая проблема. Если я не буду сосать соску, то мой мозг вообще не будет работать. У меня вообще не будет времени поесть, поиграть или отдохнуть.

Я должна быстро тренироваться и увеличивать свою ману. Тогда я быстро возьму информацию и убегу подальше. После этого, я вернусь в Силлофию, отомщу этим ублюдкам-предателям и буду жить свободно, как молодая девушка.

– Даже если ты полукровка, хорошо, что ты родилась в хорошей семье. Вам не придётся работать, а просто нужно жить своей жизнью.

Пробовала ли она когда-нибудь застрять в этой грязной, похожей на тюрьму комнате, полной пыли? Даже свиньи, которых должны были откармливать и забивать, упражнялись бы больше, чем я!

Кроме того, я до сих пор не знаю, насколько далёкой и изолированной была эта комната. Мне потребовалось много времени, чтобы найти лестницу!

Мне ужасно хотелось закричать на них, но изо рта вырвалось только: «Абуу!» – или – «Абуууууууууууу...», – а также – «Абубубу!» – так что, я просто сдалась.

Сегодня я обязательно вымою соску.

Единственная причина, по которой я могла мыслить ясно – моя грязная соска.

Как долго я торчу в этом мусорном баке?

Я обнюхала всё вокруг. Я чувствовала запах затхлого воздуха. Пахло плесенью.

Наверное, где-то здесь есть плесень, верно?

Тела, в которых есть мана, часто, естественным образом, очищаются от нечистот. Это была одна из причин, почему Маги не так легко заболевали. Иногда они даже не болели вовсе.

Болезнь могла проявиться только в том случае, если мана не циркулировала должным образом или была переполнена.

Я тоже должна быть осторожна.

Если бы мана циркулировала слишком быстро или быстро расширялась, то она, определённо, повредила бы это тело.

– Сегодня тоже сиди тихо, как сейчас. Что ж, похоже, на этой неделе ты вела себя тихо, как ягнёнок.

– Абуу!

Я размахивала руками и ногами, как будто ничего не знала. Но когда я услышала её слова, то замерла.

Одна неделя?..

Одна неделя, что она имела ввиду под одной неделей?

Это было как гром среди ясного неба.

Ты хочешь сказать, что я уже неделю занимаюсь этой глупостью? Я целую неделю обходилась без соски?

Я просто ела, спала и какала? Я ела, спала и какала целую неделю?!

Дверь со щелчком закрылась. Я отчаянно пыталась удержать дверь открытой, зажав рот соской.

Я приняла, так называемую, рабочую позу маны.

Это было самое трудное и требовало наибольшей силы от нижней части моего тела. Тем не менее, это было также положение, которое могло позволить мне использовать мою ману в моём самом удобном состоянии.

Эта поза просто......

Давай просто перестанем думать об этом.

Моё тело начало взлетать. Это было определённо потому, что я не использовала его в течение недели, вот почему моя мана была немного трудной для использования. Моё тело и моя мана двигались не так, как мне хотелось.

С лёгким мучительным стоном, моё тело благополучно приземлилось на мраморный пол.

– Буууу……

Звук, который раздался, когда я посмотрела на закрытую дверь с соской во рту, был немного странным.

В любом случае, это было моё следующее препятствие... дверь.

В отличие от прошлого раза, на этот раз, дверь была плотно закрыта. Было необходимо, чтобы я осторожно использовала свою ману, чтобы открыть дверь.

Во-первых, переместить мою ману, чтобы держать дверную ручку. Затем, как только я крепко ухвачу дверную ручку, я должна сильно надавить на неё своей гравитационной магией.

Это звучало легко, но контроль и концентрация, необходимые в этой операции, были чрезвычайно трудными. Особенно с этим моим телом. Я теперь ребёнок, поэтому контроль над моей маной был довольно ужасен.

Я посмотрела налево и направо, прежде чем медленно опустила своё тело на пол. Затем я подняла руки и ноги к небу и слегка согнула их. Наконец, я закрыла глаза и начала думать о двери. Я представила, как вкладываю в неё ману.

– Ахууу….

Отвратительный стон вырвался из моего рта, когда я почувствовала, как капля холодного пота побежала по моему маленькому лицу.

Я заставила ману ползти по двери, как червяк по земле.

Мне нужна сила.……

Я крепко сжала дверную ручку, а потом...…

Щелчок.

Мои глаза открылись в тот момент, когда я услышала звук открывающейся двери.

О да, я наконец-то открыла её!

Как и ожидалось, даже это маленькое тело не могло остановить величайшее существо в этой стране.

Чап, чап.

Я определённо должна вымыть свою соску, в качестве награды за себя. Моё сердце нервно сжалось, когда я подумала о том, чтобы вымыть соску.

С соской во рту, я просунула голову в щель в двери, чтобы проверить, нет ли там кого-нибудь ещё.

Я долго внимательно оглядывалась по сторонам.

Вокруг никого не было.

Я уже запомнила дорогу к лестнице, так как видела её раньше. Так что, на этот раз, мне было совсем легко.

В прошлый раз, мне показалось, что пруд находится дальше, поэтому я решительно решила пойти к фонтану, но...……

Сегодня меня не поймают. И, на этот раз, я обязательно пойду к пруду.

Обычно, пруд располагался в саду. Если это так, то я могу пойти в сад.

На этот раз, я обязательно вымою эту вонючую пустышку!

Мои глаза горели яростью, когда я быстро бросилась к лестнице. К счастью, никто не поднимался по лестнице.

Я поспешно повернулась и выставила свою задницу. Затем, я опустила свою нижнюю половину на следующую ступеньку. На этот раз было легче, потому что я уже испытала это.

Я положила руки на верхнюю ступеньку, а ноги – на следующую. Я думала, что это будет страшно, так как я могу упасть, но это было довольно просто.

Одна ступенька вниз, две ступеньки вниз... я продолжала спускаться, пока не оказался на полу.

Как и в прошлый раз, я поспешно заполза за колонну, чтобы осмотреться. Я должна избегать служанок, чтобы меня не поймали.

Мне нужно вымыть соску.

Я больше не могу жить с этим вонючим дерьмом.

Никто даже не знал, что я чувствовала с этим двойным ударом. Мне приходится сосать соску, чтобы думать, и я всё ещё должна сосать соску, чтобы моя голова не пустела.

Я опёрлась на колонну для поддержки, закатила глаза и кивнула своим мыслям.

Конечно, я не стояла. Мои ноги были слишком мягкими для этого, однако я стояла на четвереньках.

Если я смогу свободно использовать свою магию, то весь этот беспорядок будет завершён одним простым щелчком пальцев.

Моя магия……

Как они могли так поступить со мной и думать, что я на их стороне?

Как я стала ребёнком?

Если бы мне было пять или шесть лет, я бы не жаловалась. Но почему я переродилась ребёнком, который не был достаточно взрослым, чтобы знать, сколько ей лет?..

Я глубоко вздохнула.

Когда я закончила вздыхать, в коридоре стало тихо.

Похоже, двери особняка обычно были открыты. Я быстро проползла через холл и выскользнула из особняка.

Пойдём туда!

На этот раз, я не колебалась.

Я больше не могу этого выносить, я не могу продолжать сосать эту пустышку, которая выглядела так, будто её годами оставляли в мусорном ведре!

Мои конечности пульсировали от боли, после прохождения через мраморный пол. Но я, наконец-то, оказалась на травянистой земле!

Это больно.

Я слышала раньше, что ребёнок не должен ползать по твёрдым местам, но...…

Моё положение несколько простительно.

Никто не был бы более заброшен, чем полукровка, рождённая в семье гордого аристократа.

Пульсация в коленях и ладонях медленно утихла, как только я ступила на мягкую почву. Однако, когда я надавила на траву, она начала покалывать.

Не волнуйся, ты точно станешь величайшим Магом всех времён и народов!

Тогда Вы могли бы наступить на Империю Хейрон и Герцога Краун.

Пока я нахожусь в этом теле, я бы осуществила все эти желания.

Мой нос вдруг резко дёрнулся.

.....Давай думать об этом, я думаю, что мой нос немного плоский.

Я потёрла нос грязными руками и медленно спряталась в траву. На всякий случай, чтобы меня не поймали.

Я заметила, что здесь было не так уж много людей, я проползла от парадной до сада, но никого не увидела.

– Может, мне сделать это место своим убежищем и местом для мытья соски?

Хорошо, что было тихо.

Теперь, мои колени уже не так болели, и я поползла немного дальше.

Когда я проползла дальше в сад, то издалека увидела пруд. Сад был похож на сад замка с тем, насколько он велик, даже цветы цвели повсюду.

Нашла!

Наконец, я нашла пруд и там была вода, в пределах моей досягаемости.

Я быстро поползла от счастья. Наконец-то, я могла попрощаться с этой вонючей пыльной пустышкой.

Мимо меня со свистом пролетела стрекоза.

Что, почему ты на меня смотришь? Ты смеёшься надо мной……

Это было просто мне заблуждение?

Это, должно быть, заблуждение.

Сколько бы я об этом ни думала, ребёнок не может разговаривать со стрекозой.

Она окутана чувством неполноценности, так как она слишком медлительна и слишком чувствительна……

У меня комплекс неполноценности?

Если подумать, то это был странный несчастный случай. Полёт стрекоз и плеск воды возле пруда были просто какой-то странной случайностью……

Я ведь не настолько невезуча, правда?

Я сидела перед прудом. Затем я потянулась за маленьким камешком и бросила его так сильно, как только могла.

Бултых.

Он упал прямо в воду. Я даже не могла нарисовать параболу и бросить его рядом с прудом.

– ……

Я не знала почему, но звук летящих стрекоз был раздражающим.

Я грубо схватила в охапку всё, что было вокруг, и выбросила, даже не взглянув на это.

Плюх, плюх, плюх, плюх.

Как я могла не нарисовать даже одну параболу? Неужели ребёнок действительно такой слабый и глупый?

– Хашви!!

Я так раздражена!

В конце концов, я бросила горсть грязи. Но всё закончилось тем, что чистая вода пруда покрылась рябью. А стрекозы всё летали и летали надо мной.

Я могла бы прицелиться, сжимая воздух с помощью гравитационной магии, и внезапно выпустить его, тогда он улетит. Тогда эти ребята точно упадут на землю и потеряют сознание.

К сожалению, у меня не было возможности хорошо сконцентрироваться, плюс у меня также не было достаточно маны, чтобы сделать это.

Я довольно долго смотрела на свои неудачные броски и летающих стрекоз. Я задумчиво склонила голову.

Это всё ещё вода.

Наконец-то, я смогла вымыть соску.

Я счастливо танцевала в своей голове, держа соску обеими руками.

Наконец-то, я смогла вымыть свою соску водой…..

Сторона……

Он вне досягаемости.

Неужели этому детскому телу действительно не хватает гибкости? Или тело этого ребёнка было слишком коротким, чтобы у него вообще не было позвоночника?

Почему я даже не могу наклониться вперёд?

Мои руки были так коротки, что я даже не могла дотянуться до пруда, пока сидела.

Если я опущу своё тело ещё ниже, то боюсь, что всё моё тело будет наклоняться вперёд из-за моей тяжелой головы.

Тогда я, вероятно, упаду в пруд, что приведёт к плохому концу.

Как только я упаду в воду, я определённо потеряю концентрацию и я не смогу использовать какую-либо гравитационную магию.

Что ещё хуже, мне и так приходится очень сильно концентрироваться.

Я сильно потёрла глаза.

Если я не найду способ почистить свою соску прямо сейчас, я определённо потеряю этот шанс вымыть её снова.

Что бы я ни делала, я никак не могла найти хоть какую-то опору для своего тела. Я не могла также надеть ошейник на шею, чтобы поддерживать шею и тело и протягивать руки.

Когда я сидела перед прудом с короткими руками и ногами, мне вдруг пришла в голову идея.

Если я не могу сделать это сидя, то, может быть, я могла бы сделать это, лёжа.

Ах, я действительно очень умна.

Никакой другой новорождённый не мог когда-нибудь придумать такое, верно?

Я тут же прикусила соску и легла на живот.

Я не должна тянуться слишком далеко, чтобы моя соска не упала. Мне также приходится время от времени сосать её, чтобы мои мысли оставались в порядке.

Как только я легла и протянула свои короткие руки, я наконец смогла коснуться воды и встряхнуть её.

– Абааа!

О, да! Это успех!

Я крепко сжала соску и опустила её в пруд.

От волнения, я запачкала одежду. Мои руки были даже влажными, но мне было наплевать. Я наконец-то смогу сосать свою соску, которая была вымыта чистой водой…

Я не смогу её вытереть?

Сколько мне сейчас лет?

– Ашвии……

Я была так раздосадована.

Я использовала одну руку, чтобы поднять её с земли, я потёрла соску, держа её другой рукой так крепко, как только могла.

У этого новорождённого ребёнка, кажется, совсем нет сил. Соска всё время выскальзывала у меня из рук.

Я просто хотела вытереть его начисто, но мне кажется, что я вообще не получу её чистой. Однако я всё равно почувствовала облегчение, что она хоть раз коснулась воды.

– Какого чёрта?

– Бууааак!

Я случайно бросила то, что держала в руках, от удивления.

Ах, моя соска вылетела.

– Почему ты говоришь, как свинья?……

Ни за что. Моя соска.

Вражеская атака не имела значения. Что было важно прямо сейчас... моя соска летела в небе по параболе.

Я пыталась бросить так раньше, но она даже не взлетела!

Моя соска взлетела на небывалую высоту. Я попыталась поспешить, чтобы поймать свою соску.

Я видела, что рядом со мной стоят две ноги, но мне было всё равно. Сначала я должна найти свою соску, чтобы выжить.

Бултых. Кать, кать, кать.

Я бежала к ней, как сумасшедшая……

К счастью, я смогла поднять соску, которая упала с неба, в течение 3 секунд.

Один мудрый человек, однажды сказал это раньше…

«Пища, упавшая на землю, не будет грязной, если Вы подберёте её в течение 3 секунд.»

Я смогла поднять её за 2 секунды, так что это было определённо безопасно.

– Эй, что ты делаешь?

О, я никогда не слышала такой грубой манеры речи. Это был молодой голос.

Я убедилась, что запах полностью исчез из моей соски, прежде чем положить её обратно в рот. Затем я повернулась и посмотрела на того, кто говорил.

Хм?

Где я видела это лицо раньше? Эти острые глаза и чёрные волосы. Это просто...... он выглядел немного похожим на Шарендта Краун.

Если подумать, мне кажется, я где-то слышала, что у Шарендта Краун есть ребёнок. А может, и нет.

У него насморк.

Он ещё молод.

Он может расти быстрее, чем я, но он не может быть более устойчивым, чем я.

На вид, ему было лет пять, к тому времени, я уже освоила низкоуровневые магические круги и взорвала пристройку, как будто это было так же просто, как переодеться.

– Здесь был такой ребёнок? Вы из ветви семьи? Но ты не можешь быть здесь, Если ты из ветви семьи. У тебя будут большие неприятности, если мой отец узнает.

Разве он не намного лучше, чем я думала?

Похоже, он не из «крови и слёз Шарендта Крауна».

В конце концов, его называли «Железокровным дьяволом»... говорят, что его кровь была буквально сделана из хладнокровного железа. Он без колебаний уничтожал своих союзников, а тем более врагов.

Конечно, он полностью игнорировал меня, если бы я не была рождена в скромной семье, то он определённо имел бы дело с Великим Магом Хелой.

Но мне было всё равно, есть ли в тебе Королевская кровь или ты из трущоб. Пока у тебя есть способности, я буду лелеять твои таланты.

Для него, даже если бы они были способны, пока кровь, которая течёт через них, была плохой, тогда они не заботились бы о Вас. Он считал, что только люди с высокими стандартами заслуживают того, чтобы говорить с ним.

Вот почему он послал ко мне эту злую Деву.

Я поняла это, когда увидела характер горничной.

Ах, эту горничную прислал Шарендт Краун.

Жаль, что у меня с ним нет кровной связи.

У меня всегда мурашки бегали по коже, когда я думала о том, что он может быть моим родителем или братом.

– Абуу.

Иди и занимайся своими делами.

Я грубо махнула рукой в сторону мальчика, похожего на Шарендта Крауна, и поползла обратно к пруду.

Я подняла её через 3 секунды, но мне всё ещё было немного неудобно, поэтому я хотела вымыть её снова.

С того момента, я сосала её до сих пор, но мне казалось, что, чем больше я её мою, тем больше запах уходит.

Я легла на землю, чтобы снова окунуть соску в пруд.

– Ты не можешь быть здесь. Мой отец ненавидит детей.

Нихрена себе.

Тск, Тск.

Он вырос с кем-то таким же хладнокровным, как его отец, поэтому не удивительно, что он был груб и имел такой образ мышления.

Я хотела ответить ему напрямик, но так как я не могла этого сделать, я просто проигнорировала парнишку.

– Ты хочешь, чтобы тебя выгнали? Слуге, который в прошлый раз без разрешения вошёл в сад отца, отрезали сухожилия и вышвырнули вон.

– .....Абууу?

Его выгнали и перерезали сухожилия, потому что он вошёл в этот голый сад?

Что же это за безумец такой...

Нет, это был просто вопрос факта. Даже слухи о том, насколько безумным был Краун Шарендт, распространились в Силлофии. И даже Силлофия считалась страной, которая была наиболее неосведомлённой в таких вопросах.

Каждый раз, когда происходила дипломатическая встреча с Империей, там был поток людей, которые воздерживались или отсутствовали только из-за присутствия Шарендта Крауна. Даже Маги закрывали свои рты, как только Шарендт Краун открывал рот, чтобы заговорить.

Во всяком случае, именно по этой причине, я или этот ублюдок Мелейн всегда имели дело с семьёй Краун.……

Ах, давайте перестанем думать об этом. Я впадаю в депрессию всякий раз, когда думаю об этом. В любом случае, я должна сделать его хорошим, несмотря ни на что.

Я бы точно сломала его пополам своими собственными проклятыми руками. В конце концов, это была моя работа – собирать эти цветущие цветы, потому что я сама посадила их своими руками.

– Ты можешь не понимать, потому что ты ещё пеленок, но мой отец действительно страшный. Вы абсолютно не должны попадаться. Сюда могут входить только уполномоченные лица. Отец лично позаботился об этом месте и молится здесь.

Этот хладнокровный человек разбил сад?

Это было довольно старомодно, но, конечно, этот образ не хотел восприниматься в описании Шарендта……

Не важно, что я думаю об этом, я не чувствую, что этот аккуратный урод сделал что-то подобное.

Это место было немного причудливым и элегантным, оно демонстрировало яркий и любопытный антиквариат знати.

Он действительно не подходит к гладкой и холодной семье Шарендта Краун.

– Моя мать любила этот сад.

Ха, почему ты так легко рассказываешь мне о своей личной жизни? Разве ты не видишь, что я ребёнок?

Пожалуйста, не говори со мной о чём-то столь сентиментальном так внезапно... э-э-э, у меня язык короткий.

– Хабуу…

Идиот.

Я старалась говорить чётко.

Если он сын Шарендта Крауна, то, когда вырастет, будет сражаться с Силлофией. Было совершенно излишне учить его охоте, так как это принесло бы мне ещё большую опасность.

– Я слышал, что он сильно поссорился с моей матерью и они развелись.

Но я не хочу знать этих вещей…

Я не хотела знать историю Шарендта Крауна о том, как он попал в большую драку во время своего брака.

Я обернулась и посмотрела на пруд. Моё отражение в пруду определённо было далеко не очаровательным.

Руки и ноги у меня были грязные, а во рту – серая пустышка. Я чувствовала себя немного жалко.

– Но мне нравилась моя мать. Я хочу увидеть свою мать……

Я тупо смотрела на ребёнка, который вдруг присел на корточки со слезами на глазах.

Я покатилась по земле. Когда я повернулась в его сторону, то увидела маленького сына Шарендта Краун.

Круглые глаза ребёнка опустились прежде, чем я успела это осознать.

У детей всегда есть слабости к родителям.

Я думала, что он будет другим, так как его воспитал этот придурок Шарендт Краун. Но, похоже, это было не так.

Были родители, которые были неспособны заботиться о своих детях. Похоже, он всё ещё не знал, что дарить и показывать кому-то свою привязанность, может стать его слабостью.

Скоро ты это поймёшь.

Это была одна из причин, по которой Шарендт Краун прервал свои отношения с женой.

Я не знаю. Я даже не знаю, как утешить ребёнка, и я знаю, что даже если я утешу его, он не будет утешен вообще.

Я бы солгала, если бы сказала ребёнку, что всё в порядке, даже если это не так.

– А? Эй, куда это ты собралась? А что, если тебя поймают?

Я просто смотрела на маленького сына Шарендта Краун, когда проходила мимо него.

Я поползла вокруг. Я подумала, что, может быть, мне стоит вернуться домой сегодня пораньше, пока меня не поймали.

Хруст, хруст.

Это была жёсткая походка. Это было похоже на тяжёлые шаги человека, который носит тяжёлый каблук. Это был звук шагов тяжёлых сапогов.

Я приползла слишком поздно!

Я легла и перекатилась на бок. Я толкнула себя в сторону кустов в таком состоянии.

Благополучно спрятавшись в кустах, я повернула голову и посмотрела на вошедшего. Это был кто-то, с кем я была знакома.

Это был тот человек, который был так взвинчен, что его шаги походили на военные. Это был Шарендт Краун собственной персоной.

– Э.

Я громко вздохнула.

Если бы меня поймали, это была бы катастрофа. Мои сухожилия, которые ещё не выросли, были бы почти отрезаны.

Наблюдая издали за Шарендтом, я быстро пошевелила руками и ногами и поползла прочь.

Я отчаянно отползала, когда почувствовала, что кто-то смотрит на меня сзади.

Почувствовав на себе этот холодный взгляд, я стала быстрее двигать руками и ногами. Мои ладони и колени даже немного побаливали.

Интересно, останутся ли на них синяки?

Ничего не поделаешь, я просто не выйду на улицу в течение нескольких дней.

Мне приходится ползти довольно долго, поэтому я должна найти способ ползти быстрее. А ещё мне нужно научиться делать это там, где это не безболезненно.

Это будет довольно долгое путешествие, поэтому я должна усердно сосать свою соску…

Я продолжала ползти обратно в свою комнату.

Шурх, шурх.

Были заметны явные следы подметания и примятия травы. Можно было даже услышать шорох.

Он повернул голову, чтобы посмотреть на человека, который вторгся без всякого страха за свою жизнь.

…Это ребёнок из прошлого раза.

Пятно на репутации Герцога Крауна, которое оставил после себя его брат-отброс, полукровка, с кровью своего брата-отброса и кровью грязного ничтожества.

Шарендт Краун на мгновение подумал о том, чтобы вытащить меч из-за пояса.

Я могу сказать, что подумал, что это незваный гость, и убил её по ошибке, верно?

Жестокая мысль мелькнула у него в голове.

Но я знаю, что отец не будет сидеть, сложа руки.

Шарендт Краун уважал своего отца, который не изменится, даже если он будет становиться старше.

Уважаемый человек заслуживает моего уважения.

...У меня руки чешутся снова её подержать.

Он подумал, что мог бы просто перевернуть всё это вверх дном и вынести весь мусор.

У меня мурашки бегут по коже при одной мысли о том, что грязная кровь проникает на мою территорию.

Шарендт Краун вошёл в сад с выражением явного неудовольствия на лице.

– Кайшан Краун.

– ……Ик. Отец.

Кайшан, который сидел на корточках, обхватив руками ноги, мгновенно вскочил. Он быстро стряхнул с себя грязь и потёр глаза тыльной стороной ладони.

– Я... мне очень жаль. Я вошёл, даже если Вы не дали мне никакого разрешения.

– Всё в порядке. Нет никаких причин, почему бы тебе не зайти сюда.

Мальчик выглядел так, будто он был в подавленном настроении, а Шарендт медленно оглядел своё окружение.

Ухоженный сад был разрушен здесь и там. Повсюду были выдернуты сорняки и разбросана грязь. Были даже очевидные следы перетаскивания повсюду.

– Ты был здесь один?

– Нет, там был ребёнок.

– И что же он сделал?

– Э-э-э... я думаю, что он плескался в воде.

Плескаться в воде?

Кайшан склонил голову набок, пытаясь вспомнить всё, как следует.

Мне кажется, что-то было у неё в руках, когда она плескалась в воде.…

Глаза Кайшана расширились, когда он вспомнил о вещи, которая взлетела в небо и плюхнулась на землю.

– А что младенцы кладут в рот? Я помню, как она его чистила.

–…Она чистила чёрную соску?

– Да, я так думаю.

Шарендт протянул руку и погладил Кайшана по голове.

Он знал, что сын скучает по матери. Но привести сюда женщину, которая уже порвала все связи с домом, было непростым делом.

– Пойдём посмотрим.

– Да. Этот... Отец.

– В чём дело?

– Ты собираешься наказать этого ребёнка? Ты собираешься её выгнать? – Спросил Кайшан с озабоченным выражением лица.

Он не был воспитан, чтобы быть мягкосердечным, но Кайшан рос немного мягкосердечным, совсем как его старый дед.

Шарендт, вместо того, чтобы ответить на его вопросы, просто выставил вперёд подбородок.

...Она проделала весь этот путь только для того, чтобы почистить свою чёрную соску?

Насколько он знал, расстояние от её комнаты до этого места было довольно большим.

Это случайность, или действительно есть причина для этого?

– Они пренебрегают своими обязанностями.

Он подумал, что должен уволить служанок, ответственных за это. Шарендт прищурился и прищёлкнул языком, увидев грязь и сорняки, выдернутые из его сада.

Во всяком случае, ему не нравилась мысль о том, что он может ворваться на его территорию.

***

Я широко распахнула глаза вместе с ярким солнечным светом.

Хм. И сегодня, когда ярко светит солнце, запах вокруг меня всё ещё воняет.

Обычно, люди ставили кроватку так, чтобы солнечные лучи не достигали её.

Они хотят, чтобы я обожглась?

Осеннего солнца достаточно, чтобы зёрна созрели. Я даже не знаю, есть ли такой здравый смысл в мозгах этих девиц.

Они должны хотя бы немного знать основы.

После того, как я вымыла соску. Даже если я кусала её всю ночь, я всё равно проснулась утром и принялась кусать соску, так как мои дёсна начали зудеть..

У меня ещё даже передних зубов нет.

Я не была вполне уверена, есть ли уже верхние или нижние зубы, но я уже немного устала пить молоко каждый день. Было бы определённо неплохо, если бы они принесли мне что-нибудь перекусить.

Груул…

Мои часы в животе громко зазвонили, вовремя.

Моя еда сегодня немного запоздала.

Я думала об этом, старательно размахивая руками и ногами в воздухе, в качестве упражнения.

Это было упражнение для укрепления моих рук и ног. Мой живот снова начал бесполезно урчать, пока я тренировалась.

Я почувствовала себя странно, когда поняла, что мой живот дважды заурчал, поэтому я опустила руки и ноги.

Разве я вчера ела?

Хорошо, что я вернулась в комнату незамеченной, но я не могла вспомнить, ела ли я вчера.

Я также не видела и не слышала горничную, которая всегда будила меня с самого рассвета.

А это что такое? Только не говори мне, что они хотят заморить меня голодом?

Ээээй. Конечно, комната была расположена в углу, где её легко можно было забыть, горничные даже думали об этом месте, как об отвратительном, а у меня есть только несколько тряпок... и это место может быть немного грязным, но...……

– Кеун.

Я вытянула руки и ухватилась за тюремные перила своей кроватки, когда подтянулась, упёрлась задом в кровать.

Нет, это не значит, что я позволю себе умереть здесь с голоду.

Смерть от голода – это второй худший вид наказания, после сожжения!

Только не говори мне, что это из-за Шарендта Крауна.

Понял ли он, что я вошла в его сад, и приказал служанкам заморить меня голодом?……

Если бы это было необходимо, этот подлый ублюдок определённо сделал бы всё необходимое, чтобы достичь того, что он хотел сделать.

Даже Дешар Краун так не отнёсся бы к ребёнку.

Затем Шарендт Краун был единственным, кто мог быть определён таким образом, чтобы морить голодом ребёнка до смерти.

Я никогда не думала, что это будет так грустно, когда я стану ребёнком.

Ты будешь следующим, Шарендт Краун, и я разберусь с тобой, как только разберусь с Мелейн.

Ты посмел приказать им не кормить меня, чтобы я не росла?

Я сильно потянулась и издала ещё один странный звук.

Если бы я хотела жить дольше, то мне пришлось бы двигаться меньше или вообще не двигаться.

Давайте накопим немного сил и посмотрим, сможем ли мы совершить прорыв.

Была ли это маленькая месть горничной? Только не говори мне, что они заметили моё отсутствие.

Я думала, лёжа на спине. В этот момент, как только я использую свою ману, я определённо буду использовать много силы.

Может быть, мне стоит подождать и посмотреть, не забыли ли они об этом на мгновение? Может быть, они вернутся позже.…

Тогда, может быть, подождём немного?

Я поползла вокруг узкой кроватки и уставилась на дверь. Я надеялась, что она скоро откроется.

Но утро прошло.…

И вот, пришло время обеда.…

Я не чувствовала никаких признаков того, что кто-то движется, пока солнце, которое начало садиться, не поприветствовало меня.

– Абууууууу!

Так больше продолжаться не может!

Они морили меня голодом до смерти! Как я могу жить, если они хотят заморить меня голодом?!

Я выживу, даже если мне придётся есть траву. Я не хочу умирать, пока не отомщу.

По-моему, вчера, где-то здесь были фрукты.

Или я искала кухню и крала что-нибудь оттуда. Я не могу умереть с голоду.

Мне также нужно было получить что-то, что дало бы мне воду, но…

Во-первых, я должна быть немного более аккуратной с моей маной.

В моём случае, степень, на которой я могла бы передвигать объекты с моей маной, не была бы полезна для меня вообще.

Я никогда даже не думала, что мне будет угрожать мысль о выживании, так как я ребёнок.

– Хашви!

Я так разозлилась, что даже забарабанила по кровати руками и ногами.

Я плакала про себя, чтобы никто не услышал и не узнал моего раздражения.

Я скучаю по старым добрым временам.

Что я тогда делала…

Я думаю, что могла бы кататься по полу после того, как обнаружила, что у меня есть магия. В том, чтобы быть магом, было много преимуществ. Они даже станут относиться к тебе лучше, когда узнают, что ты владеешь магией.

Я подпрыгнула на месте, когда мои глаза ярко заблестели.

Во-первых, я должна снова вернуться в тот сад.

Там было что-то, похожее на круглый плод.

Я не знаю, что это такое, но похоже на фрукт, так что он должен быть съедобным.

Я бы попробовала немного, а потом спрятала бы горсть, если бы нашла её.

Я выяснила, что есть сейчас, а затем должна узнать, как собирать воду, а затем искать кухню дальше?

Как только я смогу точно контролировать свою ману, я смогу выбирать фрукты, такие как яблоко, прямо с деревьев, пока я нахожусь в пути.

Грууул.

Мой желудок снова громко заурчал. Я опустила глаза и покачала головой.

Если бы я стала голоднее, чем сейчас, то не смогла бы контролировать свою ману. Тогда я не смогу выбраться отсюда.

Сначала, я должна занять позицию.

– Кеун.

Моё тело задрожало, когда я попыталась собраться с силами. Теперь, я могла ловко упасть на пол после некоторого барахтанья, чтобы занять нужную позицию.

Я почувствовала острую боль в ладонях и коленях, как только они коснулись земли.

– А!

Я увидела, что мои ладони покрылись несколькими красными пятнами. Когда я повернулась и вытянула свои короткие ноги, то увидела, что моя одежда порвана и на ней пятна крови.

Я могу это сделать!

В любом случае, всё сводилось к тому, чтобы стать сильнее.

Даже если ребёнок был ранен, он также получит мозоли, как только привыкнет к боли.

– Абуууу…

Я с трудом пополза по мраморному полу, но это было в три раза медленнее, чем раньше.

Ах, это очень больно.

Я скорее прокрадусь на кухню, чем буду собирать фрукты в саду своими короткими ручками.

Для меня не будет слишком поздно собрать эти продукты после того, как я наполню свой желудок до определённой степени.

Ну, там определённо должны быть какие-то фрукты.

Я ещё не запомнила структуру особняка, но это всё ещё был замок, поэтому я была почти уверена, что он будет иметь ту же структуру, что и другие.

Кухня обычно располагалась на первом этаже, так что я должна была передвигаться и искать её там.

И обязательно должно быть место, где кухня могла бы соединяться и обмениваться с внешним миром.

Этот факт уменьшает область поиска. Я должна искать его в углу или в конце коридора.

Чем больше я смотрела на этот особняк, тем более интересным он мне казался. Я думаю, что это был главный особняк, но людей здесь обычно не видели.

Вообще-то, кроме горничных, которые приходили ко мне в комнату, я больше никого не слышала.

Чап, чап.

Это был такой тихий особняк, что никто даже не заметил бы меня, даже если бы я ползала не скрываясь.

Иногда, мимо проходили люди. Но никто не замечал меня после того, как я спряталась за украшением или цветочным горшком.

Прошло уже 30 минут с тех пор, как я ползала с этим маленьким детским телом, когда я, наконец, нашла дверь, которая испускала восхитительный запах.

Дверь была плотно закрыта, но теперь мне было не так уж трудно её открыть.

Давайте посмотрим слева направо!

А теперь давай ляжем на спину!

Тогда давайте поднимем мои конечности и сильно их напряжём!

Мана начала двигаться в моём теле.

Дверная ручка медленно двигалась, поворачиваясь с щелчком.

Я открыла глаза, которые были плотно закрыты.

Дверная ручка выглядела так, будто её кто-то почти открыл. Она была уже наполовину открыта, но этого было всё ещё недостаточно, чтобы открыть дверь.

– Кеунг...!

Только когда странный смущающий звук вырвался из моего рта, дверь открылась со щелчком.

Я быстро перевернулась и встала на руки и ноги.

Из щели в двери доносился пряный запах.

Но что же ест ребёнок?

Обычно, они давали мне сухое молоко.

У меня уже есть несколько передних зубов, так что, может быть, я смогу съесть немного фруктов?

Недавно у меня вылезли два передних зуба и один нижний. С тем, как это происходило, моя соска становилась мягче.

Эта дешёвая деревянная соска!

Так вот насколько я была заброшена?

Я всё ещё не могла достаточно её почистить сейчас, так что мне приходится обходиться промыванием её водой.

Только не говорите мне, что я всё равно буду сосать свою соску, даже если вырасту?

Это было бы ужасно.

Повара отдыхали на кухне. Я спряталась за стойкой, чтобы меня не заметили, если только я не положу свой круглый животик на стойку или они не обернутся и не посмотрят вниз.

Кухня была наполнена сладким запахом кипящего супа.

Мой рот наполнился слюной от запаха, но я не могла есть горячий суп прямо сейчас.

Я вытянула шею на столько, сколько я могла. Мои глаза бегали из стороны в сторону, чтобы оглядеться.

К счастью, я увидела несколько картофелин и яблок, сваленных в кучу на одной стороне комнаты. Это было бы немного трудно для меня, но если я брошу его вверх и вниз несколько раз с моей маной, то разве он не будет раздавлен?

Тогда, это определённо сделает его сочным.

Ну что ж, сначала я набью живот, а потом пойду и соберу немного ягод с деревьев снаружи.

Одна картофелина и одно яблоко плыли в воздухе. Эта поза была....... Давай просто пропустим эту часть.

Я лежала на сыром кухонном полу, но уже очень проголодалась.

Положив картофелину и яблоко на пол, я вдруг снова отвлеклась.

Я не смогу нести их все обратно. После долгих раздумий, я заскулила и спрятала яблоко под одежду.

Я не могла держать его своей маленькой рукой, поэтому я использовала обе руки, чтобы засунуть его в свою одежду, но это всё ещё не очень хорошо работало.

– ……

Я изо всех сил старалась подавить слова, которые хотели вырваться, несмотря на моё растущее раздражение.

Яблоко было слишком большим для детских рук. Как бы я ни боролась с руками, я всё равно не могла засунуть его под одежду.

Обычно, я держала его одной рукой, а другой растягивала одежду, чтобы яблоко попало внутрь, но это было уже невозможно для меня.

Я даже не могла натянуть одежду, так что невинное яблоко покатилось по полу.

Круть.

– ……

Круть.

– ……

Кто поймёт, мои усилия использовать своё собственное тело, чтобы убедиться, что яблоки не будут издавать никакого шума каждый раз, когда они будут падать.

Мои сжатые кулаки побелели, а всё тело задрожало. Я расслабила подёргивающиеся глаза, сделала два глубоких вдоха и осторожно положила яблоко.

Затем, я сменила цель и нацелилась на картофель.

Кать. Круть.

– ……

Кать. Круть.

– …….

Всё не так уж сильно изменилось, будь то яблоко или картофель.

Чёрт. Он всегда переворачивается.

Посмотрев на картошку и яблоко, я, в конце концов, выскользнула за дверь с яблоком во рту. Я крепко сжала пальцами соску, чтобы она не выскользнула.

С яблоком, размером с мою голову, зажатым двумя передними зубами, я чувствовала себя ужасно, когда ползла по коридору.

Я не знала, насколько сильно оно упало, так как мой рот и зубы были такими маленькими.

В конце концов, я была так раздражена тем, как много раз оно упало, что я почти использовала свою ману.

В конце концов, я лишь немного продвинулась вперёд за счёт своего рассудка. Я была крайне напряжена и раздражена.

Теперь я могла собрать свою ману в одном месте.

Так что я соскребла ману, которая мне не нужна была для моего комфортного передвижения по полу и использовала достаточно для моих зубов.

Собрав ману в зубы, я смогла унести яблоко, не уронив его. Тем не менее, мне всё ещё нужно было время от времени останавливаться, чтобы пососать соску.

Так или иначе, я много работала и, в конце концов, вернулась в свою комнату.

Я ожидала, что горничная придёт и уйдёт, но никто не пришёл.

Это был тяжёлый день.

***

– Ахууу……

Я опустила глаза на пол. Я очень гордилась едой, которая была разбросана по комнате.

Никто не приходил в эту комнату в течение последних 2 недель. Это было просто удивительно. Если бы я была нормальным ребёнком, то уже была бы мертва.

Как бы Вы ни были равнодушны, Вы не должны быть так безразличны к благородному ребёнку. Служанки никогда не смогут играть с жизнью благородного ребёнка, что уж говорить о мести.

Поэтому я подумала, что, возможно, что-то пропало в середине рабочего процесса и доставки.

Конечно, горничные всё равно никуда не годились. Но благодаря пище, которую я собрала за последние 2 недели, я теперь стала очень богатой.

Но у меня всё ещё есть небольшая проблема с моим испражнением, это... Я сама позаботилась об этом. Я больше не хотела об этом думать. Это было унижение, которое никогда не должно было случиться в жизни Великой Волшебницы Хеллы.

Кгхх…

Слёзы начали собираться в моих глазах.

Моя жизнь немного печальна.

Ну вот и всё , и я рада, что ещё не было непосредственной угрозы моему выживанию.

Я собрала несколько листьев с деревьев, чтобы положить на них маленькие красные ягоды. Я даже собрала несколько цветов, чтобы пососать немного нектара. Я также использовала свою гравитационную магию и переместила свою кровать туда, где солнце не светило прямо на неё.

Пришло время для моей прогулки.

Я также жила своей жизнью, по регулярному графику. Я регулярно выходила на прогулку, чтобы вырасти здоровой. Я делала это, чтобы подышать свежим воздухом и даже почистить соску.

Я подумала, что было бы неправильно говорить, что дети растут быстро, но мои дёсны так зудели, что я подумала, что мне уже пора иметь ещё один зуб.

И так как мои дёсны всегда зудели, время для меня, чтобы сосать мою соску, стало больше.

Сегодня я вышла, чтобы медленно оглядеться вокруг. Люди и природа сегодня тоже были спокойны.

На самом деле, я думаю, что это было лучше и естественнее для этого места, чтобы быть таким. Так как я могла передвигаться в течение длительного времени без чьего-либо ведома.

Однако на моих руках и коленях всё ещё оставались мозоли. Теперь, даже если я буду ползать по полу, я не почувствую никакой боли.

Сегодня я пополза к заднему двору со знакомым видом.

Я живу одна в течение последних 2 недель, поэтому мне нужно познакомиться с окрестностями моего собственного замка.

Я уже знала, как спрятаться за кустами и легко скрыться из виду, чтобы другие люди не смогли меня заметить.

– Хухук…

Сегодня я ползала по личному саду Шарендта Крауна, когда услышала странный крик.

Я немного помедлила, прежде чем снова поползти.

На самом деле, все фрукты и цветы в моей комнате были украдены отсюда.

В саду Шарендта Крауна было много всякой всячины. Там были декоративные вещи и даже вкусные вещи, которые были хороши для детей. Это был очень хороший продовольственный склад для меня.

Я посмотрела на то место, где раньше собирала цветы. Стебель был немного заметен.

......Я оплошала?

Шарендт Краун был очень страшным ублюдком.

Казалось, что даже спрятанные цветы были найдены. Я даже нарочно срезала его с самой внутренней части дерева, чтобы его было не так легко заметить.

Возможно, если бы я воспользовалась этим местом, то этот ублюдок действительно свернул бы мне шею.

Я снова слышу, как этот парень плачет.

Однажды я столкнулась с ним, но он притворился, что не знает меня, и просто ушёл.

Если этот ублюдок здесь, то я не могу собирать фрукты и могу только мыть соску.

Мне совсем не понравился этот маленький мальчик, я уставилась на него.

Я даже не знаю его имени.

Я была уверена, что он не представился мне.

Во всяком случае, одно можно было сказать наверняка. Этот парень был сыном Шарендта Крауна.

Ну что ж, тогда я могу называть его просто «сын Шарендта Крауна».

Я слышала, как он шмыгает носом. Я даже почувствовала горячий взгляд сына Шарендта Крауна, но намеренно не смотрела на него.

Это раздражает, это действительно раздражает.

Мне не хотелось снова слушать о неудачном браке и разводе Шарендта Крауна.

– Эй, маленький ребёнок. Ты занят?

Я не смотрела на него, но, возможно, мне было жаль этого сопляка, который разговаривал со мной.

Я грубо легла на землю и окунула соску в воду. Моим пределом было окунуть её, так как мои руки всё ещё не могли нормально держать её.

Не знаю, работает ли эта штука, но мне всё равно нужно её почистить.

У меня вырвался вздох.

И тут я услышала всхлип.

Сын Шарендта Крауна громко фыркнул и пошёл ко мне.

Вблизи, его волосы казались вьющимися.

Волосы Шарендта Крауна были прямыми, так что он, вероятно, получил свои вьющиеся волосы от своей мамы?

После того, как я напомнила кое-какие вопросы, я избегала сына Шарендта Крауна.

– О, привет, младенец. Ты хочешь, чтобы я почистил это для тебя?..

Нет, я стараюсь избегать тебя.

Но это было довольно хорошее предложение. И мои руки уже начали болеть от попыток вытереть её начисто.

Поэтому я вынула соску из воды, пососала её немного, а затем быстро положила на руки сына Шарендта Крауна.

К счастью, у сына Шарендта Крауна более крепкое тело, а хватка лучше, чем у меня. Даже если он ребёнок, он всё равно был старше.

– Э-э... Мм… Её плохо чистят.

Я глубоко вздохнула, наблюдая, как сын Шарендта Крауна пытается оттереть мою соску.

– Как и ожидалось, она уже очень старая.

Но, из-за того, что он был намного сильнее, у него получилось очистить соску лучше, по сравнению с тем, как это получалось у меня.

– Ну что, этого достаточно?

Прищурившись, я внимательно посмотрела на сына Шарендта Крауна, после того, как получила свою свежевымытую соску.

Я была вполне довольна, так как она была намного чище, чем раньше. Я думала, что он просто плакса, но он оказался немного полезным.

Я посмотрела на слегка влажную соску, удовлетворённо кивнула, и снова положила её в рот.

Пока я быстро посасывала соску, сын Шарендта Крауна присел на корточки и обнял колени, пристально наблюдая за мной.

– Ты же знаешь, что тебе не следует больше приходить сюда, верно?

– Абааа~

Я ответила ему неискренне, махая руками вверх и вниз.

Всё в порядке, всё в порядке.

Сегодня я даже не смогла собрать фруктов, поэтому собиралась вернуться пораньше, чтобы вздремнуть. Я ничего не знаю об этом парне, но мне определённо нужно было хорошенько выспаться.

Я могла сколько угодно жаловаться на горничную, которая воспитывала меня раньше, но сейчас я была той, кто заботился о себе сам.

Я поползла домой, но сын Шарендта Крауна последовал за мной. Он шёл рядом, и как бы быстро я не ползла, он не отставал.

В тот момент, когда мне захотелось повернуть голову и сказать ему что-то невнятное, я услышала громкий крик, который донёсся с неба над нами.

– Квииииии!

Я навострила уши.

Это был очень знакомый крик. И это был крик, который здесь вообще не должен был прозвучать.

Грифон.

Я легко вспомнила, какое существо издаёт такой крик.

Грифон был одновременно привратником и сторожем на промежуточных развалинах.

– А? Кто такой ишдис?

Я услышала детский голос идущего за мной человека. Он шепелявил от волнения.

Я быстро похлопала сына Шарендта Крауна по щиколотке.

– Ух ты! Бах Дис!

Беги, болван!

Несмотря на свою громоздкую внешность, они были очень хороши в нападении на маленьких существ. Даже на движущуюся цель.

Я потянула сына Шарендта Крауна за край брюк, но он, похоже, не понял, что я хотела сказать.

– А? Малышка, что случилось?

Я не знаю.

Я сделала всё возможное, чтобы убедить его бежать, так что у меня больше не было причин здесь оставаться. Я быстро отпустила сына Шарендта Крауна и спряталась за деревом.

– Квииииишууууу!

Когда Грифон закричал во второй раз, люди, которые прятались, начали появляться один за другим.

– Что это такое, чёрт возьми? Почему здесь появился такой зверь?!

Откуда-то донёсся сердитый рёв Дешара Крауна. В то же время, я также подумала, что это было немного удивительно, что я не могла слышать никаких других криков.

Неужели все люди в этом поместье так хорошо обучены?

Пока грифон неторопливо летел по небу, его крики становились всё громче. Если крик, который он издавал раньше, был просто угрожающим, то сейчас он определённо был наполнен жаждой крови.

Глаза грифона, который летел высоко с распростёртыми крыльями, резко сверкнули. Как только Грифон нашёл свою жертву, он резко спустился к сыну Шарендта Крауна.

– Ах…

Я знала, что так и будет.

Вот почему я сказала тебе бежать.

Сын Шарендта Крауна был так ошеломлён, что не мог пошевелиться. Возможно, потому, что он никогда раньше не испытывал ничего подобного.

Но был ещё тот выдающийся ветеран, Дешар Краун, так что я была почти уверена, что они смогут что-то с этим сделать.

– Кайшан, иди сюда.

Из-за спины Дешара Крауна донёсся мягкий, нежный голос. И в то же время высокомерный. Обладатель этого сладкого голоса, который был похож на капающий мёд, был тем, с кем я уже была знакома.

– Ах, отец!

Выражение ужаса на лице сына Шарендта Крауна исчезло, сменившись яркой улыбкой.

Быстро подбежав к отцу, он обнял его за ноги.

(Прим. Пер.: Ну, видимо куда доставал…)

Шарендт Краун взял сына на руки и нежно улыбнулся.

– …

Я действительно была очень удивлена, когда увидела это.

Шарендт Краун был хладнокровным человеком, поэтому я думала, что он был холоден и со своей семьёй.

То, что меня называли семьёй с таким человеком, как он, было для меня и помехой, и угрозой.

– Просто оставайся с отцом, ладно?

– Да!

Сын Шарендта Крауна храбро ответил отцу, когда его поставили перед Дешаром Крауном.

Шарендт Краун.

Не успела я опомниться, как он уже опустил сына на землю и легонько взмахнул копьём.

Он легко мог держать в руках острое гигантское копьё. Ему даже не нужно было делать больших усилий, чтобы взмахнуть им. Его движения были грациозны и смертельны.

Для кого-то вроде меня, кто хорошо разбирался в магической битве, а не в физическом бою, казалось, что Шарендт Краун стоял на более высоком уровне по сравнению со своим врагом.

– Боюсь, что это ничтожное маленькое животное слишком давно потеряло свой путь, отец.

Улыбка Шарендта Крауна была убийственной, когда он представил себе мрачный конец жизни грифона.

Слухи, которые ходят вокруг него, кажутся вовсе не ложными.

Я слышала, что у него жестокий характер, и что он играет с оружием, как с игрушкой. Кроме того, похоже, что слухи о том, что он приобрёл какую-то реликвию, пожертвовав большим количеством людей, не были беспочвенными.

Если он тот, кто будет бороться с этим монстром, тогда я верю, что моя жизнь вне опасности. Почувствовав себя более расслабленной, я огляделась вокруг.

Грифон ощутил сильное давление под взглядом Шарендта Крауна. Он быстро уклонился от атаки и увеличил расстояние между ними.

– Чем, чёрт возьми, занимаются маги из башни? Разве руины не находятся под их юрисдикцией?

– Даже не знаю. Может быть, из-за того, что они потеряли своего учителя, они потеряли контроль над всем.

Прислушиваясь к сердитому голосу Дешара Крауна, я ещё глубже спряталась в кустах.

Мастером, который мог управлять башней, что они упомянули, вероятно, была я.

Это оставляет горький привкус во рту.

Было не так уж трудно вернуться в свою комнату, когда все смотрели на грифона.

– В любом случае, почему эти наблюдатели не работают должным образом?

Верно то, что он сказал ранее: Грифон находится под юрисдикцией башни. Но, похоже, они не справлялись с этим. Обычно там был персонал, который всегда присутствовал, чтобы охранять эти руины.

Разорение.

Да, руины существовали в этом мире. И внутри каждой из них были реликвии. Не было никаких записей о том, где и как появились эти руины и реликвии.

Никто не знал в чём их изначальный смысл, но они существовали с давних времён. Кроме того, были также монстры, которые сбегали из этих руин. Это было что-то, что все считали обыденным, но внутри этих руин всё ещё хранились реликвии.

Проблема была в другом… Чтобы получить эти реликвии, нужно было пройти через вход в руины и спуститься на нужный уровень, один за другим, пока не достигнешь последнего, пробегая через бесчисленных монстров и избегая ловушек.

Эти реликвии содержали в себе совершенно особые силы. Некоторые истории о них были описаны в древней литературе.

Были реликвии, с чьей помощью можно контролировать разум других людей; реликвии, управляющие монстрами; реликвии, накладывающие проклятия; и даже реликвии, которые могли исцелять или очищать других.

Был случай, когда человек, получивший реликвию, становился чрезвычайно сильным. Был даже случай, когда из-за реликвии стряпня становилась чрезвычайно хорошей.

Когда я услышала о последнем случае, мне показалось это немного милым, но из того, что я узнала, как только кто-то попробует эту еду, он станет зависимым. Это было так, будто люди приняли ужасный наркотик, из-за которого они не смогут больше жить без поедания этой пищи.

Тем не менее, было ещё много людей, которые хотели контролировать жизнь и смерть других. Но стены, окружающие руины, были так высоки, что никому и в голову не приходило перелазить через них.

Существовали в основном реликвии двух типов, находившиеся в руинах. Одним из них была священная реликвия, которая могла считаться обладающей высшим качеством Святого Духа, или злой реликвией, имевшей ту же мощь, но противоположной сути священной.

В настоящее время было только восемь реликвий, которые были обнародованы миру. Их было очень мало, учитывая тот факт, что раскрытое число руин составляло тридцать семь.

Это говорит о том, как трудно войти в руины и вернуться живым.

Империя Хейрон в настоящее время имеет в своих руках три священные реликвии. Одна находится в руках герцога Крауна, другая – в руках Императорской семьи, а последняя хранится в Храме.

Я слышала, что у реликвии, которая хранится в Храме, уже есть владелец. Что же касается той, что находилась в руках герцога Крауна, то о ней было слишком мало информации, поэтому я не знала, принадлежит ли эта реликвия уже кому-то или просто лежит в хранилище.  Но я знала, что реликвия Императорской семьи до сих пор не нашла своего владельца.

Башня и её управляющие также имели в своём распоряжении две злые реликвии и одну священную.

Одна из двух оставшихся реликвий, как говорили, была священной, принадлежащей Королевству за морем. Другая, по слухам, была злой реликвией, принадлежащая Империи, построенной в бесплодной пустыне.

Я разозлилась без всякой причины.

И продолжала ползти по коридору в испорченном настроении.

По дороге в свою комнату я ни с кем не столкнулась. Я протиснулась через дверь, а затем использовала магию, чтобы закрыть её. Хотелось съесть немного сладкого мёда и фруктов, так как настроение было плохим.

Что ж, у него есть люди, чтобы защитить его.

Когда я проявила к нему великодушную терпимость, он просто продолжал моргать, как идиот. Но когда пришёл отец, он подбежал к нему весь весёлый.

Идиоты.

Я посмотрела вниз, чувствуя разочарование.

У меня болели колени.

Что ещё хуже, эта боль меня раздражала. Несмотря на то, что я тренировалась, они всё ещё болят.

Доползя к центру своей комнаты, я уселась на зад и, протянув свои короткие ноги, увидела свою перепачканную одежду. Я вытерла натруженные колени маленькими ручонками.

Ой, как больно.

Мои колени ведь не сотрутся так, верно?

Обтерев грязь с ладошек, я притянула несколько фруктов. Красные фрукты на моих ногах выглядели восхитительно.

Кавууууу!

Я слышала болезненные крики грифона. Сейчас его явно порабощают. Хотя я только слышу, но это такой мучительный крик, что моё тело дрожит.

Какая разница, что происходит.

Я схватила красные фрукты и сунула их в рот столько, что соки потекли у меня изо рта. И хотя сок продолжал стекать по моему лицу, я чувствовала себя намного лучше.

– Ням-ням. – Я продолжала жевать и глотать фрукты.

Окно громко зашумело и задрожало. Даже у такого человека, как я, не знающего внешнего мира, от этого звука по спине пробежали мурашки.

Прежде чем я успела повернуться, чтобы посмотреть, свет, льющийся через окно, полностью исчез. Как будто что-то закрыло окно.

– Хватай его! Он направляется к поместью!

– Он пытается достать её!

Голоса из щелкающих окон, казалось, спешили, но почему?

Держа в руках красные плоды, я едва могла повернуть свою голову.

На самом деле, моя голова вообще не могла хорошо поворачиваться, поэтому мне пришлось пошевелить задницей, чтобы повернуться лицом к окну.

Перед окном стоял таинственный желтоглазый зверь, весь в крови. Его четыре звериные лапы были покрыты мехом. Зверь казался крепким и сильным, но всё его тело было покрыто ранами. Грифон тяжело дышал и заглянул в мою комнату через окно.

Каву?

Грифон наклонил голову. Это не было мило, но вместо этого, у меня по спине побежали мурашки. Это то, что делают грифоны, когда оценивают своего противника – когда он решает, ты его еда или враг.

И…

Я в заднице.

Этот плотоядный грифон решил, что я – пища. Пока это было мясо, им было всё равно, животное это, зверь или человек. Грифоны обладают необыкновенным зрением и обонянием и одержимы красным цветом. Они даже знали, что из свежего мяса будет капать свежая красная жидкость.

И в настоящее время я…

Разве я не вся в красном?

Мой рот и руки покрыты красным соком плода, и я, вероятно, тоже пахну довольно ароматно из-за этого. Я тут же запихнула в рот все фрукты, которые держала в руках.

Грифон быстро наклонил голову влево, а затем вправо. Кажется, он всё ещё решает, кто я.

Я оценила ситуацию и положила свои липкие, фруктовые руки на землю, и попыталась отползти, но в этот момент грифон завизжал.

Кавууууу!

Я быстро направилась к двери.

Дзынь!

Вдребезги!

От громкого визга окно разлетелось на куски. Грифон заглянул в окно своей гигантской головой. К счастью, его тело было слишком большим, чтобы проникнуть в комнату через окно.

...или нет.

Он пробил стену вокруг окна. Я попыталась быстро убежать, но дверь была заперта.

Мне пришлось бы использовать магию, если бы я хотела открыть дверь, но у меня не осталось больше силы, так как я уже использовала её сегодня. Кроме того, чтобы использовать магию, я должна быть в определённом положении, чтобы сосредоточиться, но я не могу этого сделать в этой ситуации.

Что же мне делать?

Мне нужен способ отогнать этого грифона. Я много знаю о слабостях грифонов, но ни один из них не будет работать с моим детским телом.

Слабые места грифонов – это крылья, рот и резкое снижение температуры.

А, тогда…

Я была готова сразиться с грифоном. Среди множества фруктов и листьев, которые у меня здесь есть, есть запах, который грифоны ненавидят.

Если я раздавлю их, это будет так мощно, что грифон потеряет чувство направления. Поразмыслив, я посмотрела на зверя.

Чуп-чуп-чуп.

Я ненавидела себя, потому что даже когда моя жизнь в опасности, я все ещё сосала соску.

По моему опыту, у грифонов отвратительный и противный характер. Они не сразу убьют свою добычу. Вместо этого грифоны кладут свою добычу между ног и катают её по земле. Они будут вести себя так, будто оставят их в живых, но как только добыча слишком устанет и потеряет всякую надежду, они, наконец, съедят их.

Я быстро поползла туда, где оставила все свои листья, ветки и плоды. Мои колени начали болеть от твёрдого мраморного пола, а брови нахмурились от боли.

Эти листья!

Плоды, которые я ела, имеют синий цвет, когда они незрелые. Если я соединю незрелые плоды и розовые листья вместе, это вызовет бешенство у грифона.

Это была хорошая идея захватить несколько листьев, когда Шарендт Краун раздражал меня...!

Говорят, что грифоны чувствительны к запаху, и что этот запах заставляет их терять чувство направления, а иногда даже зрение.

В одной руке я держала фрукты, в другой – розовые листья.

Мне просто нужно объединить их вместе, а затем использовать гравитационную магию, чтобы бросить всё это в морду грифону...!

Но как я должна это смешать? ..

Я моргнула, держа плоды и листья. Грифон спокойно наблюдал и моргал вместе со мной. Затем он зарычал и наклонил голову.

Я пока не могу эффективно использовать магию, чтобы смешать их. Самое большее, что я могу сделать, – это основы, магия гравитации или магия поворота дверных ручек.

Чтобы размять их, мне понадобятся камни, или, ну, камни... что-то тяжёлое, вроде камней…

Черт, у меня нет камней!

Я собрала розовые листья и фрукты. Я ухватилась за свёрток и начал давить на них.

Кап.

Кап.

Пошёл дождь? Должно быть, это маленькие капельки дождя так тихо разбиваются о мраморный пол. (Прим. Пер.: Это не дождь, а сок фруктов, угу.)

Моё лицо покраснело от смущения.

Я медленно подняла затёкшую голову.

Это было небольшое количество, но казалось, что грифон начал чувствовать себя странно. Он начал яростно трясти головой направо и налево. Я почувствовала облегчение от того, что это подействовало на грифона, видя, что он, возможно, свернулся калачиком от боли.

Если я сожму это ещё немного...!

Каву!

Мои короткие руки начали дрожать. Я прикусила соску и сжала её сильнее. Моё лицо начало пылать.

Кваа!

Кап-кап, каждый раз, когда капля сока падала, грифон начинал бороться сильнее.

Какое облегчение, что у него отличное обоняние. Жаль, что я не могу сжать их чуть сильнее. Если бы я могла сжать это ещё немного, я думаю, что грифон рухнул бы от запаха.

Ещё немного…

Как раз тогда, когда я подумал, что…

Тресь.

Что-то застряло на земле рядом со мной. Когда я наклонил голову, то увидела острый коготь.

Дрожь пробежала у меня по спине.

Я инстинктивно поняла. Я не могу уничтожить этого грифона только этими плодами и листьями. Если быть точным, у меня не было времени оставаться здесь и выжимать эти плоды и листья.

Собрав все силы, я бросила свёрток в сторону грифона, но всё это приземлилось на пол. Плоды катались по земле, их форма оставалась такой же, как и раньше.

(Прим.пер.: Силёнок не хватило раздавить…)

Обеими руками я засунула соску поглубже в рот и быстро начала сосать.

Что это за пустышка? В тот момент, когда я начал сосать её, моё быстро бьющееся сердце начало замедляться.

Тело грифона дрожало от боли, а глаза налились кровью. Он поднял передние когти и ударил вниз.

Черт, я сделала ещё хуже.

Я быстро встала на четвереньки и попыталась убежать. Это было ужасно, но это всё для моего выживания. Если я смогу просто пережить это, то Шарендт Краун придёт и позаботится о грифоне, так как это его дом.

Клюв грифона всё пытался схватить меня.

Поскольку чувство направления грифона сейчас немного искажено, я использовала это в своих интересах и двигалась зигзагообразно.

Я действительно была в отчаянном положении.

Проблема была в том, что моя выносливость очень низка по сравнению с грифоном. Да я даже не могу извиваться больше 3 минут. В конце концов меня схватили когти грифона, и он повалил меня на землю.

Хлоп!

Но тут дверь открылась.

К счастью, он пришёл как раз в тот момент, когда грифон открыл пасть, чтобы съесть меня.

– Какая пустая трата времени, какая бессмысленная.

Я могла слышать его холодный голос сквозь ветер. Затем я услышала шум гораздо более сильный.

Я инстинктивно закрыла глаза.

Хлоп.

Всплеск.

Я услышала резкий звук разрываемой плоти и почувствовала что-то, покрывающее моё тело, когда открыла глаза.

Первое, что я увидела, было большое копьё, пронзившее голову грифона. Монстр умер, не успев даже вскрикнуть. Его большой труп с громким стуком упал на пол, покрыв собой половину комнаты.

А я лежала на полу, вся в крови.

Моя одежда промокла, а руки и ноги были липкими. Всего лишь несколько порций пищи, которую я упорно собирала в течение последних двух недель, остались в порядке.

– Хаа…

Послышался вздох.

Я рада, что всё ещё могу вздыхать.

Я бросила синий плод, который держала в руке, в сторону трупа грифона.

Шмяк!

Чёрт, этот дерьмовый кусок дерьма!

Я никогда не думала, что это будет так жалко – получить помощь от Шарендта Крауна. Моё тело дрожало от гнева, но потом я почувствовала, что кто-то смотрит на меня.

Мне было всё равно, что он смотрит на меня, поэтому я продолжала смотреть на труп грифона, намеренно стараясь не поворачиваться к нему. Если бы я могла, я бы оживила грифона и убивала его снова и снова!

–...таракан?

– …

Я била кулаками труп грифона, но, услышав это слово из уст Шарендта Крауна, не удержалась и повернулась к нему.

Что? Таракан? ..

Пе…Пе… петух!…

Он просто сказал немыслимую вещь. Кого он только что упомянул?

Это определённо не я. Этот петух… эта штука где-то рядом?

Я быстро осмотрелась вправо и влево.

Его здесь нет.

Я повернула голову к ублюдку. Мы смотрели друг на друга в течение длительного времени, ни один из нас не разрывал зрительный контакт.

– Шарендт! Грифон…

Мы оба повернули головы.

– Ты позаботился об этом... почему эта штука здесь?

Что значит "почему"?! Это моя комната!

Я долго смотрела на них, потом подползла к фруктам и уставилась уже на них. Я нарочно выбрала и спелые, и незрелые фрукты, чтобы съесть их сейчас и оставить на потом.

Волна грусти захлестнула меня.

– …

Яблоко, которое я с таким трудом добыла, тоже было в плохом состоянии. Еда, которую я упорно добывала, несмотря на то, что мои колени ужасно болели.

Кажется, мне было труднее сдерживать свои эмоции, так как я теперь моложе. Но я не могла позволить себе плакать, поэтому уставилась на яблоко и села прямо.

Только потому, что я не смогла победить грифона, вся моя драгоценная еда испорчена.

Я почувствовала сильный взгляд за спиной, но демонстративно проигнорировала его.

Чуп-чуп-чуп.

Теперь, когда моя печаль утихла, я чувствовала только раздражение и обиду. Я встряхнула одной из своих коротких ног и продолжила сосать соску.

–  Я спросил, почему этот ребёнок здесь.

–  Не знаю, потому что это не моё дело.

Невежественный комментарий Шарендта Крауна привёл меня в ярость.

Я быстро повернула голову и уставилась на него. На его лице появилась лёгкая ухмылка, но затем он отвернулся, по-видимому, не заинтересовавшись.

– А что случилось с этой комнатой?

– Я не знаю. Возможно, её использовали как убежище.

Дешар Краун нахмурился, услышав, как Шарендт Краун говорит это. Затем он недовольно посмотрел на меня.

Я проигнорировала его и схватила всю еду в свои руки, отправляя остальное в несъеденные небеса и оплакивала их.

–  А где горничная, которая за ней присматривает? Пусть она незаконнорождённый ребёнок, но в ней всё ещё течёт кровь Краунов. В каком состоянии сейчас этот ребёнок?! Кант, немедленно позови служанку, которая за ней присматривает!

–  Да.

–  Почему ты злишься из-за этого ребёнка, отец?

Шарендт Краун успокаивающим голосом утешил взволнованного Дешара Крауна.

Он взглянул на меня, увидев кровь на моём теле и еду рядом.

Неужели меня поймали?..

Моя спина напряглась от беспокойства, что он догадался, что я крала из его сада.

– Тч, каким бы хладнокровным ты ни был, всё равно это ребёнок твоего младшего брата, ребёнок Валиана. А Валиан был моим ребёнком, так что не говори так.

–  Время действительно суровое. Это сделало отца таким мягким.

Шарендт Краун с разочарованным видом опустил голову и медленно направился ко мне. Я взглянула на то, что делали двое Краунов, и тут же опустила глаза.

Обычно я бы не волновалась, но я обокрала сад Шарендта Крауна. Я не уверена, что он с этим смирится.

– В любом случае… Я знал, что ты всегда воруешь в чужом саду, но не думал, что ты хранишь все эти краденые вещи здесь.

–...Сад? Она ворует из сада?

Вместо того, чтобы ответить на слова Дешара Крауна, Шарендт повернулся и улыбнулся своей фирменной улыбкой.

Я высоко подняла голову и посмотрела на него. Он уставился на меня, словно что-то искал.

–  Если не ошибаюсь, эта штука голодала ещё дольше, чем в прошлый раз.

–  Голодала?

–  Да.

Рука Шарендта Крауна потянулась к моему затылку. Он определённо собирается держать меня за шею.

Свист.

Я быстро перекатилась и уклонилась от руки Шарендта Крауна. Так как мои колени были повреждены, я немного вздрогнула, но боль была не очень сильной. Я могу просто думать об этом, как о тренировке.

– …

Шарендт Краун убрал руку. Я отступила ещё немного и, когда немного отошла от него, посмотрела на них обоих.

Эх, неужели мне теперь придётся искать новую комнату?

Я не знаю, есть ли ещё одна пустая комната.

Если только это не дальше этой комнаты.

Я уже умираю от боли, когда ползаю на коленях. Если моя новая комната будет ещё дальше, я думаю, что действительно могу сломать колени, когда это произойдёт.

–  Как зовут эту штуку?

–  Я не знаю.

Услышав ответ Дешара на вопрос Шарендта, я слегка приоткрыла глаза и на четвереньках направилась к двери.

Я не хочу оставаться в комнате, где воняет кровью.

Мне нужно снова привести себя в порядок.

Моя мокрая одежда беспокоила меня, но она высохнет.

–  ...Валиан пытался сказать мне имя ребёнка, но я проигнорировал его.

Владелицы этого тела так жалко. Кажется, она мертва, но сейчас я помогу тебе. Нам не нужно беспокоиться об этих бессердечных людях.

В любом случае мир – одинокое место.

Я могу просто дать ей новое имя или восстановить свою магию и заглянуть в её воспоминания.

Тогда ей нужно вырасти здоровой.

Мне нужно сначала умыться, если я хочу быть чистой.

–  Куда ты собралась?

Я услышала слова Дешара и неторопливо вышла из комнаты. Благодаря Шарендту за то, что он выломал дверь раньше, мне не пришлось много работать, чтобы открыть её.

Но как только я выползла наружу, надо мной нависла тень. Когда я подняла глаза, люди, которых я не хотела видеть, выстроились вокруг меня.

Я быстро повернула голову.

– Герцог, я привёл их.

Заговорил человек во фраке, который, как я полагаю, был дворецким.

–  ...Я же велел тебе привести того, кто отвечает за этого ребёнка. Так почему же ты привёл их так много?

–  Эт... Это… Мы меняемся в зависимости от того, кто будет заботиться о молодой леди, так что за неё отвечает не один человек…

Самая старшая горничная говорила, дрожа.

Я не могла выйти из комнаты из-за всех горничных, которые вошли в комнату, так что теперь я застряла между горничными и Дешаром Крауном.

Дерьмо…

Могу я выйти?

Я осмотрелась, но не нашла ни единого места, куда смогла бы протиснуться.

Я тут же обернулась, почувствовав на себе чей-то взгляд. Я увидела Шарендта Крауна, прислонившегося к стене и скрестившего руки на груди, пока он наблюдал за моим поведением.

Я быстро повернула голову.

– Разве ты не назначил старшую горничную, Кант?

– Я назначил старшую горничную, но она вскоре уволилась. Эти изменения, вероятно, произошли после этого. – Кант, дворецкий, говорил спокойно, не колеблясь.

Он выглядел человеком средних лет и, казалось, работал здесь уже давно, так что, в отличие от горничных, он не боялся. Он точно знал, что позволял и что запрещал его хозяин.

Как только я поняла, что не могу выйти из комнаты, я подползла к стене и села на задницу.

Так удобно прислонившись спиной к стене, я вытянула ноги и похлопала по больным коленям.

Почему этот человек так на меня смотрит?

Шарендт Краун продолжал смотреть на меня и улыбаться. Я взглянула на него и решила проигнорировать.

–  Вы знали, что этот ребёнок устроил здесь убежище?

– …

– …

Все восемь служанок стояли, не произнося ни слова. Затем, наконец, взгляд Шарендта Крауна ускользнул от меня в другую сторону.

Бесит.

Я хочу, чтобы они уже перестали разговаривать или освободили мне место, чтобы уйти. Или для собачьей норы где-нибудь…

А?

Собачья нора.

В стене было небольшое отверстие. Возможно оно появилось, когда грифон был в ярости ранее.

Я внимательно осмотрела стену, к которой прислонилась.

Думаю, смогу выбраться, если постараюсь.

Это так неудобно…

Пока Шарендт Краун здесь, я должна пойти в сад и помыться.

Я посмотрела на Дешара и Шарендта и заметила, что они пристально смотрят на служанок, поэтому воспользовалась этой возможностью, чтобы просунуть голову в дыру.

–  Похоже, все оглохли. –  сказал Шарендт Краун самым елейным голосом с улыбкой. Люди, которые не знали его, были бы одурачены его голосом и лицом.

– Н-нет. Я не знала.

– Я тоже не знала.

– Я тоже…

Я пошевелила всем телом, услышав, как заговорили восемь служанок. Мне удалось зацепиться руками по другую сторону стены, но…

– Хннг…

Но почему я не могу выбраться...?

А? Нет, это невозможно.

Я использовала всю силу, которую могла, но моя задница застряла.

Нет, не может быть, чтобы моя задница была такой толстой!

Я перестала протискиваться в дыру, поэтому попыталась выбраться, но моё тело не двигалось и в другую сторону.

Я действительно застряла… Мне это не нравится.

–  ...Когда ты в последний раз заботилась о ребёнке Валиана? –  Голос Дешара Крауна стал намного холоднее и глубже, чем раньше.

Мне было всё равно, разговаривают они или нет. Если я не выберусь отсюда, то стану посмешищем.

– Два... два месяца назад.

– Для меня это было 6 недель назад.

– Я, я... Для меня это было около месяца назад.… –  заикаясь, сказали все.

Я не знала, было ли их заикание вызвано чувством вины, если бы они лгали, но все их ответы были правдой.

Ну, по крайней мере, они не лгут.

Я отказалась от мысли сбежать через дыру, расслабив мышцы и спокойно лежа. Часть стены неудобно давила на живот, но я всё ещё могла дышать.

Не то чтобы я обижалась на служанок. Это мир управляем законами природы, поэтому вина лежит на том, кто умирает. Маленькие могут нуждаться в защите других, но им также нужна удача. Очевидно, что кто-то, рождённый без власти, способностей к выживанию и страха, умрёт.

Чёрт, я действительно не могу выбраться.

Сколько я ни махала руками и ногами, выбраться не могла.

Тогда я окончательно сдалась.

Кроме того, учитывая, как они сейчас допрашивают горничных, я не думаю, что они собираются уморить меня голодом, так что они, вероятно, вытащат меня.

– Значит, в последний раз кто-то заботился о ребёнке, который только начал ползать, две недели назад! Вы, должно быть, окончательно сошли с ума!

– Мы совершили непростительный грех. Мы приносим свои извинения, Ваша Светлость!

– Значит, в эту комнату никто не заходил целых две недели. – Шарендт Краун высказал свои мысли вслух добрым голосом.

Я не могла видеть, что происходит, но всё ещё чувствовала холод комнаты на своих бёдрах, так что ситуация внутри, должно быть, не очень хорошая.

Почему он так зол? Он первым меня вышвырнул.

Ах, я голодна.

Надо было раньше съесть побольше фруктов. Я рада, что у меня хотя бы два зуба вылезли, иначе я не смогла бы есть эти фрукты. Но в основном я просто запихивала еду в рот.

Шлёп!

Я услышал, как кого-то ударили по щеке и невольно вздрогнула, напрягшись.

Кто кого ударил?

Как жестоко. Даже если она незаконнорождённый ребёнок, в её жилах всё ещё течёт благородная кровь, так что тебе не следовало связываться с ней... что-то в этом роде?

Как забавно. Я не могу смеяться. И не потому, что сопереживала, а потому, что… если бы я засмеялась, стена упёрлась бы мне в живот.

– Кант, ты управляющий имением. Вот как ты справляешься?!

– Прошу прощения, Ваша Светлость.

– Тогда что же этот ребёнок делал в течение 2 недель, чтобы выжить?!

– Это…

Стало тихо, будто даже мыши сдохли.

У меня есть собственные руки и ноги, так что я могу пойти и получить свою собственную еду. У меня есть только передние зубы и дёсны, но я всё ещё могу есть пюре.

Сколько бы раз не думала, я всё равно потрясающая. – Вот о чём я думала, пока торчала в стене.

Раскрыв ладонь, я ударила... Нет, я постучал по стене.

– Вааа!

Ай!

Почему эта стена такая прочная?

Я уже был раздражена тем, что застряла, но теперь моя рука тоже болит! Я голодна и моя одежда неудобна!

– А?

В этот момент моё тело потянуло назад. Моя застрявшая задница почувствовала свободу.

Как только я выбралась из стены, на меня устремилось множество глаз.

– Гах…

Повернувшись, я увидела человека, который схватил меня за шею, а тот, кого я не хотела видеть, стоял передо мной.

Я тут же нахмурилась.

– Бле…

Я не знаю, как выглядело моё насупленное лицо для других, но я знала, что ему это не нравилось. Шарендт Краун, который всегда улыбался, был так взволнован, что его брови поползли вверх.

Я отвернулась от Шарендта и посмотрела прямо перед собой.

Там стоял Дешар.

Я ненавидела обе стороны. Упрямый старик или надоедливый ублюдок.

– Если никто не давал ей еды, то откуда она получала свою собственную еду?

– Она украла несколько цветов и фруктов из моего сада.

Дешар Краун издал звук «Ха!», словно не веря своим ушам.

– А этот ребёнок выглядит на четыре? Кант, сколько лет этому ребёнку?

Если ты собираешься говорить, опусти меня сначала. Я даже не могу смеяться над собой, потому что я просто болтаюсь здесь. Это не я использую магию левитации, так почему же я болтаюсь прямо сейчас? Должна ли я была видеть горничных и Краунов в моём нынешнем состоянии?!

– Насколько я знаю, ей около 11 месяцев.

–...11 месяцев?

– Да, Ваша Светлость.

– Всего лишь 11-месячный ребёнок вышел из своей комнаты и украл фрукты, чтобы хранить их в этой комнате? – с удивлением в голосе произнёс Дешар, когда я замахала руками.

Говорить хорошо и всё такое, но почему ты делаешь это, держа меня за шею?

–...Да. Валиан, хотя и вёл себя очень плохо, был сообразителен и быстро приспосабливался.

– Абва!

Ты думаешь, мне есть до этого дело? Почему вы, ребята, так спокойно рассказываете мне о своей жизни?

Сын Шарендта Крауна также рассказал о разрушенной молодожёнами жизни Шарендта…

После того, как я закричала и пошевелилась, он, наконец, опустил меня, как будто ему надоело держать.

– Ты ведёшь себя так вульгарно.

– Вах!

Когда я закричала, раздражение отразилось на лице мужчины.

Я стояла на четвереньках, думая о том, куда мне идти, но тут надо мной нависла тень.

Дешар Краун подошёл ко мне вплотную, протягивая ко мне обе руки.

Хм, ты думаешь, я снова на это куплюсь?

Я с гордостью выдохнула воздух из носа и быстро развернулась. Я очень гордилась собой за то, как быстро я могу идти задом наперёд. Это рефлекс тех, кто жил, избегая людей.

Руки Дешара схватили воздух, а брови нахмурились.

– Эта малютка довольно быстра.

Я посмотрела на Дешара Крауна как на идиота. Похоже, он был не в плохом настроении.

– Она не может оставаться здесь вечно, так что выбери несколько служанок, чтобы присматривать за ней, и приготовь новую комнату.

Кант почтительно поклонился в ответ.

Дворецкий мягко подошёл ко мне и протянул руку.

Если я соглашусь, мне не придётся идти за едой, но…

Но получать их помощь довольно неприятно.

Хотя, похоже, они не собираются меня убивать. Не похоже, что я могу что-то сделать в моей нынешней ситуации. Мне также нужна новая соска и кто-то, кто может почистить её для меня. Да, моя соска сейчас самое главное.

И я не хочу, чтобы меня носил кто-то с кровью Краунов, так что я должна просто пойти на компромисс?

Я невинно позволила дворецкому Канту взять меня. Но лицо Дешара стало странным, когда он увидел, что я не убежала.

Очень удобно, когда тебя так держат.

Дешар Краун продолжал смотреть на меня, возможно, потому, что ему показалось странным, что я перестала кричать на него.

– Баба! (Прим.пер.: Да, здесь была исковерканная «Бака»….Но «Баба» то прикольнее! (¬‿¬ ) Ну да, вы скажете «А как же перевод?» А вот так и останется.)

Мужчина нахмурился.

– Что она только что сказала?

– Я не уверена, но её произношение звучит так, будто она сказала «папа».…

При этих словах дворецкого у меня отвисла челюсть.

– Идивёт! –  сказала я изо всех сил.

Идиот, идиот!

Независимо от того, насколько я сейчас ребёнок, я все ещё могу говорить на этом уровне!

Я размахивал всем телом, но никто не смотрел на меня. Остановившись, я услышала смешок.

– Не знаю, как отец это истолковал, но я услышал оскорбление.

– Ага!

Правильно! Как неожиданно с вашей стороны! Ты всё правильно понял! Папа, говоришь. Никогда больше не говори ничего такого ужасного.

Я продолжала поднимать и опускать руку. Шарендт рассмеялся, глядя в мою сторону, затем перевёл взгляд на Дешара.

– Ты помнишь её имя, отец?

Дешар Краун ещё больше нахмурил брови от слов сына.

Мне было всё равно, вспоминают ли они о прошлом, я просто зевнула и положила голову на дворецкого, который так удобно нёс меня. Затем он приподнял меня чуть выше, чтобы я могла ещё плотнее положить голову ему на плечи.

Теперь, когда я думаю об этом, я тоже не знаю своего имени.

Никто никогда не называл меня по имени с тех пор, как я попала сюда. На самом деле меня не волновало имя.

– Кант, ты помнишь?

– Насколько я помню, это юная леди Селина.

Я медленно закрыла глаза. Мои веки отяжелели. Может быть, потому, что я была удивлена?

Все мои мысли исчезли, потому что я удобно положила голову. По мере того как моё тело становилось всё тяжелее и тяжелее, что-то выпало у меня изо рта. Пустышка, которую я сосала, исчезла у меня изо рта. Я открыла глаза и увидела, как она катается по земле.

А... нет…

Это было последнее, что я помню.

***

– Я не знал, что ребёнок Валиана растёт таким. Раньше это был просто кровавый шар.

– Прошло уже десять месяцев, отец. Так же быстро рос и Кайшан.

Дешар кивнул после слов сына. Двое Краунов обратили свои взоры на тихую Селину, которая до этого поднимала шум от их взглядов.

Её соска исчезла, поэтому она сосала большой палец, пока мирно спала.

Старший Краун уставился на Селину на какое-то время.

– Эта малютка очень умна. Глядя на то, как она на самом деле использовала свой мозг, чтобы не умереть с голоду…

Указательный палец Шарендта Крауна толкнул Селину в лоб. Ребёнок что-то бормотал и ворчал, потом снова повернул голову и удобно устроился на плече Канта.

– А что вы имели в виду, когда сказали, что этот ребёнок воровал фрукты в саду?

– Именно то, что я сказал. Она нагло осмелилась войти в мой сад и сорвала плоды с цветка, который я сам вырастил.

Длинный бледный палец потянулся к руке спящего ребёнка и подвинул её. Используя большой и указательный пальцы, чтобы взять руку девочки, он перевернул ручку ладонью вверх.

В отличие от обычных детских рук, ладонь Селины была покрыта ранами. Казалось, они были сделаны шипами роз. Шарендт Краун смотрел на это и молча хмурил брови.

Он отпустил руку ребёнка. Мускулы на его красивой руке, которая, казалось, была приспособлена для того, чтобы держать хрустальные бокалы, напряглись ещё сильнее.

– Я думал убить её и скрыть это как несчастный случай.

– Шарендт.

Мужчина опустил глаза и тихо проговорил:

– Я только подумал об этом, но ничего не предпринял, отец. Пожалуйста, не говори так холодно. У меня мурашки по коже.

По его красивому подбородку пробежала лёгкая усмешка.

– В любом случае, я планировал убить её, но мне было любопытно, что она сделает. Я нашёл вполне похвальным, что она убежала от меня, чтобы выжить, поэтому я оставил её в покое.

Шарендт взял руку девочки и вытер её носовым платком.

– Может, она и полукровка, но это так.…

Он медленно перевёл взгляд.

– Её не должны игнорировать горничные, которым не хватает здравого смысла. – с улыбкой сказал Шарендт Краун. С улыбкой, яркой, как цветок, это могло бы выглядеть так, будто он делает кому-то комплимент, если бы вы не знали причины этого.

Однако служанки, встретившие его взгляд, вздрогнули.

– Если распространятся слухи, что ребёнок умер от голода, то репутация королевской семьи будет снова разрушена.…

Шарендт Краун медленно перевёл взгляд на Канта, который держал Селину.

– Я верю, что вы лучше позаботитесь об этом деле, чтобы эта неприятная вещь не повторилась в будущем, дворецкий.

– Я буду иметь это ввиду.

Кант слегка поклонился, держа на руках ребёнка. Шарендт Краун слегка кивнул.

– Я проверю, как там Кайшан, отец.

– Да, он, должно быть, был испуган, так что утешь его хорошенько.

– Да.

Шарендт ответил с улыбкой и быстро вышел из комнаты.

– А Кант, как он уже упоминал, вызовет врача, чтобы тот проверил здоровье ребёнка и дал заключение.

–...Врача?

Кант, выражение лица которого не часто меняется, слегка нахмурил брови. Он сделал странное лицо и случайно повторил то, что сказал Дешар.

– Да, есть какие-то проблемы?

– Нет, я сделаю, как вы приказали, Ваша Светлость.

Дешар кивнул. Он закончил говорить, но некоторое время стоял неподвижно. Он долго смотрел на спину Селины, пока она продолжала спать, затем мужчина покинул полностью разрушенную комнату.

*****

Голубое небо и чистый воздух.

Чирикающие воробьи шумели, и я трясла руками и ногами в воздухе, пытаясь их прогнать.

Широко зевнув, сунула палец в рот.

– Ой! О-ой!

Да что с тобой такое?

Голова не держится.

Я бурчала, ёрзая по кроватке и переворачиваясь. С трудом встав на четвереньки, я схватилась за изголовье кроватки и встала на ноги.

– О, вы проснулись, мисс?

– Бабуа!

Ко мне подошла горничная.

Я посмотрела на эту великаншу, которая была намного больше меня.

Вынув палец изо рта и немного отклонившись, я плюнула в женщину.

– Что это было?

– Пау!

– Ваша соска настолько грязная, что я вытираю, как могу… Она слишком старая… – пробормотала служанка, сунув мне соску в рот вместо пальца.

Сось.

На ручке соски сделали отверстие, к которому прикрепили ниточку, чтобы можно было повесить на шею.

Сось.

Как бы то ни было, когда я рефлекторно сосала соску, мой разум прояснился, будто я обрела свою утерянную половину души.

– А…

Бесчисленные воспоминания, ворвавшиеся в мою голову, показали мне, как я себя вела, вызывая чувство стыда. Сжав кулаки, я уткнулась лбом в изголовье кроватки.

– Ой! Леди!

Эта глупая девчонка.

Человек, который катался по полу, это Хелла, верховный маг, переживший многое!

– Гера-а-а!

Я! Сейчас! Селина!

Я мысленно вопила от безысходности.

Сколько времени прошло?

Кажется, стало легче стоять чуть дольше, чем раньше, и говорить стало немного легче….

Во всяком случае, произношение вроде немного улучшилось.

Я едва нахмурилась.

– Мисс?

– Мамуйа!

Сколько времени прошло!

Как может голос, который не слушается, быть таким раздражающим?

Я рухнула на матрас, как зверь, запертый в кроватке.

Не понятно почему, но лицо горничной было мокрым от слёз сожаления после моих слов:

– Я не твоя мать… Бедная….

Я тупо уставилась на горничную, которая вытирала слёзы белым носовым платком.

Что она сказала? Кто она вообще такая? Где я?

Не знаю почему, но в голове это звучало как претензии.

Детская кроватка более красочная и роскошная, чем раньше. Кажется, она даже стала просторнее. В комнате было чисто.

С небольшим предвкушением я схватилась за соску, которая была у меня во рту, и с усилием оттянула её.

Чпоньк!

Странный звук вырвался изо рта, будто открылась плотно закрытая крышка.

Какого чёрта она всё такая же?

Я опустила голову и вопросительно осмотрела себя.

Соска немного блестела, но была всё такой же чёрной.

Почему ты, чёрт возьми, не дала мне другую?! Вы предоставили мне эту роскошную кровать и комнату, но не сменили соску? Вам не кажется, что я могу чем-то заразиться, кусая её?

– В следующий раз, как пойду на рынок, куплю Вам новую.

– Мунь? – открыв глаза, девочка увидела всё ещё плачущую горничную.

Из-за чего у неё так много слёз? Вы подсунули мне бракованную горничную?

– Леди, у меня не так много денег….

Что? На меня не выделили денег? Ты такая общительная или ты делаешь это, потому что я выгляжу лёгким способом заработать?

Естественно, последнее.

Кто бы захотел заботиться о брошенном ребёнке, который одержим свободой.

– О-о-о-о!

Я посмотрела на горничную, надеясь, что та поняла вопрос.

– А? О, «Оо»? Что это значит? Вы что-то хотели сказать? Вы так тихо себя ведёте, что я беспокоилась, не потеряли ли вы голос. Меня зовут Сицилия. Сицилия.

Нет, мне не интересно, как тебя зовут. Какого чёрта люди в этом доме рассказывают мне свою историю, которая меня вообще не интересует?

Я смотрела на девушку.

В любом случае, у меня нет денег, поэтому я не могу купить новую, верно?

Деньги копятся в банке, и если бы о моей смерти объявили, всё это принадлежало бы Силлофии.

Конечно, нелегко найти банк здесь, потому что здесь нет Имперской банковской системы.

Я спрятала деньги во многих местах.  Я изначально была готова к войне….

Одним из воспоминаний о месте было посещение Империи Хейрон. Проблема в том, что я была слишком молода тогда.

–Так, давай посмотрим!

Сколько месяцев прошло?

Чем больше говорю, тем легче это даётся.

– Мисс? Вы сказали, что вы мэр? Боже…Вам ведь всего 13 месяцев…

Нет, почему ты не понимаешь?

Стоп. 13 месяцев? Не больше?

Как же я была глупа в течение двух месяцев…

Я, даже не задумываясь, покачала головой.

Я даже не могу передать, как я несчастна.

– Вы хотите пойти на рынок? Сожалею, Вам запретили выходить на улицу, не говоря уже о рынке.

Грёбаный Шарендт Краун!

Не было необходимости гадать о том, кто отдал такой приказ.

Дешар Краун не прикажет такого, так что Шарендт Краун – единственная кандидатура.

– Мне жаль. Щенков ведь воспитывают путём тренировок.

– …Что?

– Теперь, когда ты можешь говорить, думаю, скоро начнём тренировки.

Стоп.

Это как-то странно.

Как бы я не думала об этом, всё было странным.

Я медленно сделала шаг назад.

Горничная подошла ко мне с лукавой улыбкой, но я отходила назад, и только наткнувшись на изголовье кровати спиной, пришло осознание, что отступать больше некуда.

– Иди сюда. Есть так много вещей, которые нужно купить.

– Нет! Уходи! – я отчаянно кричала.

Эта горничная казалась немного сумасшедшей из-за своего поведения.

Я за свою жизнь имела дело с множеством сумасшедших.

Всё, что нужно для использования чёрной магии, которая является основой тёмных искусств, так это энергия Инь.

Человеческие эмоции, тёмная или мрачная энергия и человеческая смерть – лучшие подпитки для чёрной магии.

Энергия от этой горничной фонтанировала во все стороны.

Это означает, что она похожа на человека, которого использовали в качестве подопытного.

Даже если она поможет мне, если нас поймает Шарендт Краун, это будет смертный приговор.

Ты должен перерезать мне шею, а не сухожилия в таком случае.

Я резко спрыгнула на пол. Пухлое тело пару раз перекатилось по инерции.

– Боже мой, летающий щенок! – горничная широко улыбнулась и подошла ближе.

Я просунула голову в щель приоткрытой двери. И, как и в прошлый раз, мой зад застрял.

Отчаянно пытаясь протиснуться, с хлопком я выпала вперёд.

Я так сильно ударилась коленом, что оно разболелось с новой силой.

Но это не остановит меня.

Направившись в сад, я сначала собрала десять шипов, а потом и стебли падуба и роз.

Воспользуюсь магией и убью её! – я приняла это решение практически сразу.

– Куда Вы идёте, Мисс? Вы не должны туда ходить, – послышался устрашающий голос сзади.

Видя, что она приближается, я поняла, что всё это время она шла за мной.

Снова и снова.

В любой момент она могла поймать меня.

Если есть что-то хорошее, так это то, что после долгих тренировок у меня не так сильно болят колени. Другими словами, мне стало легче передвигаться.

Я просто доползла до лестницы и спустилась.

В любом случае, зачем ты нанял эту сумасшедшую, Клоун Шарендт?!

Очевидно, это была месть за испорченный сад.

– Вот это да…

Слёзы навернулись на глаза, я не смогла преодолеть обиду, печаль и свою задетую гордость.

Кажется, Дешар пытался дрессировать своего сына как собаку, смотря по тому, как он хотел меня убить.

Отчаянно ползая по коридору, я обнаружила перед собой Шарендта.

Фу.

Я рефлекторно изменила направление. Я собиралась пройти по другому коридору и сбежать.

Проблема заключалась в том, что мужчина смотрел на меня и приближающуюся большими шагами горничную с глупой улыбкой.

– Мисс?

– Вот это да!

Что было хуже всего, так это то, что голос горничной был гораздо ближе, чем казалось.

В момент, когда входная дверь неожиданно открылась, я прошмыгнула в щель, уже просунув туда голову. Но меня постигла неудача. Моё тельце подняли в воздух, взявшись за воротник.

– Увугу!

– Почему это снова бродит здесь одно? – послышался голос человека за дверью, который услышал мои крики.

Я не видела, кто меня поднял, но, насколько я знала, только у одного героя был голос, словно сладкая патока:

– Отец.

А тот, кто вошёл в дверь, оказался не кем иным, как Дешар.

Это моя ошибка. Как я вообще попалась им на глаза?

– Абугу!

– Это…

Нет иного выбора, кроме как пролить кровь и наложить заклятие.

Однако результат этого сомнителен, с таким-то тельцем. Потому что чёрная магия имеет свою цену.

Шарендт Краун держал меня на руках.

Я провела пальцем вокруг руки, которая держала мою голову, и нашла нитку, которая была на моей шее.

– …

Мужчина несколько раз коснулся её и посмотрел на меня. На моём лице отражались разные гримасы. Шарендт потерял дар речи, увидев это.

– Зачем ты это делаешь?

– О, Ваше превосходительство, Молодой Господин, – за тяжёлым голосом мужчины послышался удивлённый голос горничной.

Я рефлекторно вздрогнула.

Глаза мужчины сузились, да и Дешар выглядел недовольным.

– Что здесь делает ребёнок?

– Простите. Не углядела, Леди вышла одна…

– Фу…

Горничная склонила голову с очень странным выражением лица.

Что эта сумасшедшая делает рядом с ребёнком?!

Шарендт Краун улыбнулся и повернулся к женщине, держа меня на руках.

Казалось, он вполне привык держать ребёнка на руках, вероятно, потому что у него есть сын. На самом деле его руки удобнее, чем у дворецкого Канта.

Ущерб самооценке.

Я начала сильнее вертеться. Я уверена, что меня всё равно передадут горничной, так что нужно искать другой путь.

Я, конечно, привыкла к пыткам, но…

Тем не менее, хочется избежать боли.

Это тело было хрупким и слабым, поэтому приходилось заботиться о нём особенно тщательно.

Разве младенцы настолько хрупкие, что умирают, даже если на них попадёт капля кипятка?

Ядовитый голос, который звучал, словно его владелец съел сотню змей, раздался неожиданно:

– По-моему, я попросил вас позаботиться о ребёнке, Баронесса Салливан?

Разве она не простая горничная? Нет? Вы приставили ко мне горничную и учителя в одном флаконе?

Я даже и подумать не могла, что она дворянка. У меня не хватает слов.

Какого чёрта дворяне Империи Хейрон на таком уровне?!

Неприятно, вульгарно и грязно.

Меня настолько захлестнуло отвращение, что я стиснула зубы.

Да, обо мне хорошо позаботились…

То ли это Баронесса, то ли что-то в этом роде, но она посмотрела на девочку и улыбнулась.

По телу пробежали мурашки. Эта улыбка казалась зловещей.

– Это никогда не повторится, – дружелюбно произнесла женщина.

В её глазах виделось желание запереть ребёнка и больше не выпускать, даже если тот окажется на грани смерти.

Чувствуя кризис, я посмотрела налево и направо в поисках столовых приборов.

Теперь это не вопрос жизни и смерти, а вопрос моей самооценки.

Хочу вызвать джина и наложить на неё проклятие, а потом подумаю о последствиях.

Большая часть чёрной магии была дорогостоящими проклятиями. Было много людей, задающихся вопросом, почему всё же выбирают этот вид магии. Прежде всего она более смертоносна, чем традиционная.

Кроме того, вы можете быстро стать сильным, не тренируясь долго и не обладая талантом.

В общем, магия – это сила, черпаемая из природы.

Чем выше и прочнее круг, тем большую силу он может привлечь, что требует длительного обучения.

И наоборот, чёрная магия — это сила, которая украдена у людей.

Злоба человека, ненависть и подобные негативные духи являются источником силы, но лучше всего поглотить только что умершую или очень энергичную душу и использовать её как магическую силу.

Так что, хотя я ещё ребенок, не имеет значения, использую ли я чёрную магию.

Пока вы умеете рисовать и использовать Джина, это чёрная магия, которую может творить даже неговорящая собака, не то что ребёнок.

Обычно цена есть и у обычной магии…

Проблема в том, что у меня сейчас ничего нет.

Да, в принципе, идеально изучать чёрную магию, изучая общую магию, используя обычную магию и наращивая магическую силу.

Фундамент должен быть прочным, чтобы он не обрушился.

Это почти как азартная игра, но…

И наоборот, это также означало, что если я добьюсь успеха, то получу столько же чёрной магии.

Потребуется некоторое время, чтобы принять, но…

Шарендт Краун, который долгое время ничего не говорил, расхохотался.

– Иногда я думаю, что это действительно весело.

Я посмотрела на мужчину, как на сумасшедшего, услышав, как этот человек разразился тихим смехом.

Что это…

Шарендт Краун почувствовал взгляд, постучал по кончику носа ребёнка указательным пальцем и медленно провел рукой по щеке.

– Вы думаете, что люди – идиоты, или Герцог Краун выглядит, как идиот? – он продолжал говорить тихо.

Я не почувствовала никакой враждебности, поэтому закивала головой, не осознавая этого.

Нежное выражение лица и нежный голос.

Серьезно, я думала, что Шарендт Краун лучше справлялся с эмоциями.

Горничная наклонила голову, как будто она не чувствовала ничего странного, хотя он и сказал это.

– Или человек напротив — идиот…

Все слова, произнесенные добрым и ласковым голосом, были холодны и остры, как шипы изо льда.

Его голос был грациозен, его поведение было поведением аристократа, и тон был таким же сладким и нежным.

– Жуки без мозгов часто запутываются. Баронесса Салливан, кто в ваших глазах идиот?

Но я почти уверена, что если в мире и есть демоны, то один из них, наверное, Шарендт Краун.

Своей красивой внешностью, дружелюбным поведением и сладким голосом демоны сводят людей с ума...

Внезапно он развязал верёвку на соске, и та упала на пол.

Я была удивлена, поэтому у меня даже не хватило времени схватить её.

Без сомнения, я съем тебя сразу. Так же, как красивый питон безобидно приближается, изучает местонахождение своей добычи и мгновенно съедает её.

Я протянула руку в сторону.

Шарендт Краун посмотрел на меня, пока я вертелась, но не наклонялся и не поднимал соску.

– Дяйде!

Дай это мне!

От крика морщины между бровями Дешара Крауна углубились.

Да что ты знаешь!? Я на грани потери рассудка!

Через некоторое время Дешар медленно наклонился, взял соску и неловко приподнял в руке.

Мой разум уже был на грани перехода в иной мир, поэтому я вытянула свою руку и резко схватила соску.

Вздрог.

Дешар Краун сделал странное выражение и шагнул назад, как будто коснулся грязной вещи.

Эй, ты притворяешься очень аккуратным.

Морщинистые уголки глаз старика сузились ещё больше.

Я сосала соску, когда увидела, как Дешар Краун склонился и обратил внимание на меня.

Выражение его лица как-то ожесточилось.

Я быстро повернулась, уткнулась лицом в чужую грудь и изо всех сил попыталась игнорировать боль в рёбрах, но это было бесполезно.

Теперь я поняла, почему меня держит Шарендт Краун.

– Я не знаю, о чём вы говорите.

– Вот почему вы не должны смешиваться с низшими людьми…

Голос Шарендта Крауна изменился, как по щелчку.

Женщина, которую не разберёшь, Салливан это или сумасшедшая собака, пожала плечами. Звук её развевающихся по плечам волос показался жутким.

– Не могли бы вы сказать мне, что это такое, Баронесса Салливан? –  сказал Шарендт Краун, постукивая пальцем по верёвке, которая была на ребёнке.

Белые пальцы, прямые и здоровые, были покрыты мозолями.

Красивая рука Баронессы была полной противоположностью её лицу.

– Это в образовательных целях.

– Образовательных?

На слова импозантной Баронессы Салливан Шарендт Краун ответил медленно, словно услышал что-то очень странное.

Глядя на его реакцию, разве не этот человек приказал ей сделать это?

Я моргнула один раз и наклонил голову.

Я определённо думала, что этот человек хочет убить меня, но, видимо, это было не так. Это было неожиданно.

– Какое образование?

– Когда я начала работать здесь, мне сказали, что ребёнок имеет привычку бродить туда-сюда, и что она невежественна, поэтому я просто пыталась её научить, пока она не выросла…

Хнык.

Что-то вырывалось изнутри.

Почему со мной должны так обращаться здесь?

Я взмахнул руками.

– Абу ву ах!

Вы проклятые люди! Я сегодня убью эту девушку!

– Тшш, тихо…

Ладно!

Нужно отпустить ситуацию! Почему ничего не может пойти по моему плану?

Мне ничего не нравится в Шарендте Крауне, который держит меня за спину, как будто мешает мне бороться.

У меня даже синяк на боку.

Я не могу нормально говорить.

Даже убить не могу.

Кап.

На пол упала большая капля воды.

Шмыг. Кап.

Слёзы текли по щекам и падали на пол от гнева.

Я застонала и потёрла глаза тыльной стороной ладони.

– Эй, почему опять мокро?

Ещё печальнее то, что я даже не могу как следует протереть глаза, потому что у меня короткие руки.

– Ты плачешь?

Да, а мне нельзя плакать?

Раздался звук выплюнутой соски.

Я вытащила соску, которая была у меня во рту, схватила цепочку, и яростно замахнулась ею.

Может быть, это потому что у меня короткие руки, поэтому я не могу добраться до горничной, которая говорит, Салливан или как её там.

– Фу…

Зрение резко ухудшилось, когда я опустила голову и слёзы полились без остановки.

Шарендт Краун поставил меня на пол. Мне стало гораздо лучше, чем я ожидала.

Я взглянула на мужчину, он смотрел на меня с выражением, которое не выдавало, о чём он думал.

Я снова стиснула беззубые дёсны от капающих слёз, развернулась на полу и отползла.

Крича, я подползла к Салливан и взмахнул соской, которую держала в руке.

Салливан посмотрела на меня так, как будто это было даже не смешно, а затем подняла ногу.

Я знала, что правая нога, которую подняла женщина, вот-вот ударит меня, но я не собиралась отступать.

Почему? Потому что я скоро умру от гнева и стыда.

Как мне тебя убить?

Я могу наложить проклятие и заставить их семью страдать до конца своей жизни. Во-первых, мне нужны были волосы этой женщины.

Волосы с головы или волосы на ногах.

После этого я смогу получить ингредиенты и наложить на неё проклятие. Это я мщу и обретаю магические силы, в этом нет ничего плохого.

Делая вид, что я собираюсь в другую сторону, другой рукой схватила женщину за ногу.

Ноги Салливан пришли в движение, когда я схватила один из редких пушистых волосков на одной из ног и резко дёрнула его.

Вот так…

Я крепко закрыла глаза и приготовилась к грядущему удару.

– Баронесса.

Салливан остановилась, услышав тихое замечание Шарендта Крауна.

Раз удара не последовало, я схватила волосы и спрятала их, а затем развернулась к другой ноге, чтобы выместить гнев.

Раздался непрерывный стук бьющейся о ногу женщины соски.

Уголки губ Баронессы приподнялись.

Тем не менее, поскольку эта соска сделана из дерева, удары ею довольно болезненны.

После этого я смирилась даже с возможным появлением синяка от её удара, поэтому стиснула беззубые дёсны и сунула соску в рот.

Я зажмурилась и замерла.

– Стоп… Ещё один шаг, и имя Барона Салливана исчезнет из родословной имперской аристократии.

– Что?..

При предупреждении Баронесса Салливан широко раскрыла глаза.

Она сомневалась в услышанном, как будто это было абсурдно, но не могла сделать ни шагу.

Этими словами человек по имени Шарендт Краун или семья Краунов, казалось, доказывали, что они имеют довольно много власти в этой Империи Хейрон.

Что за?

Я не знаю как, но я в порядке.

Когда у меня был шанс, я сильно била соской из стороны в сторону.

Когда я ударила ею по голени так, что раздался хлопок, я съёжилась, задаваясь вопросом, больно ли этой Салливан или что-то в этом роде.

В разгар жестокого избиения я вдруг подумала, что должна буду взять соску после ноги этого человека в рот, и почувствовала тошноту в животе.

Я подняла соску, которой била, и потёрла ею о свою одежду.

Что ж… Я плохо себя чувствую.

– Эта грязная и низкосортная родословная позорит Вашу семью, с которой мы давно общаемся!

– Мне решать, грязно это или низкосортно…

Шарендт Краун, у которого всё ещё был мягкий голос, продолжал говорить, а я умерила свой гнев и поднесла соску к губам.

Волосы на ногах женщины также были вырваны, так что всё, что осталось, это падуб, десять шипов от стеблей красной розы в полном цвету и немного соломы.

Вы должны заплатить за своё отношение ко мне.

Теперь, когда я покончила со своим гневом, пришла очередь отомстить.

Я ползла на четвереньках, вытягивая ноги или руки не задумываясь, чтобы убраться с того места, где они были.

Каждый раз, когда я ползала, в коленах чувствовалась жгучая боль.

Одежда была тонкой, а мраморный пол был слишком твёрд для маленького ребёнка.

Я изо всех сил пыталась скрыть хмурое лицо.

– Разве не Баронесса Салливан хотела, чтобы наша семья ползала и плакала?

О, на это забавное замечание я слегка повернула голову и посмотрела на двух человек.

Обычно, когда Шарендт Краун пытался перейти на личности, Дешар Краун останавливал его, но сегодня он молчит.

– Ваша Светлость, Герцог! Я здесь только ради Герцога и!..

Салливан теперь смотрела на Дешара.

После умеренного гнева я не чувствовала себя ребёнком.

Вот именно, а месть есть месть.

С широко открытым ртом, словно зевая, я просунула голову в щель ещё не закрытой двери.

– Вы не знаете своего места, вы смеете совать свой нос в наши домашние дела.

Наконец, после грозного рыка Дешара Крауна, я вышла из парадной двери.

Клац-клац.

Тонкая цепочка волочилась по полу и издавала неприятный звук.

Кроме того, соска была тяжелее обычного из-за цепи.

Мне так не хотелось слышать звук волочащегося металла, который вонзался мне в уши, поэтому я села, расставив ноги на полу, и начала дёргать цепочку.

Ух ты…

Так не пойдёт.

– Джджунги…

Несмотря на то, что это было плохое произношение, из-за долгой практики слово «Джджунги» можно было произнести так, чтобы любой мог его понять.

Шаг за шагом у меня получается…

Я думала, что это было душераздирающе, учитывая слёзы и страдания, которые я пережила, выговаривая слова, но результат был смехотворным.

Я вздохнула и изо всех сил поползла в поисках ингредиентов для проклятия, которое является одной из основ чёрной магии для начинающих.

Хранилище материалов, ничем не отличающееся от хранилища всех вещей… в саду Шарендта Крауна.

Если честно, его сад был настолько красочным, что я подумала, что незадачливый Шарендт действительно взял слишком много семян растений для выращивания.

Это потому, что здесь было много всего, что могло бы вас удивить.

Вы сказали, что изначально его вырастила Герцогиня?

Ещё более удивительно, что Шарендт Краун взял на себя заботу о саде.

Обычно, если кто-то покидал семью, я думала, что его тут же забудут без всяких сожалений.

С этой мыслью я вошла в сад.

Солома – это… … Мне пойти в конюшню?

Проблем с соломой для проклятия не было, так что получить её не составит труда.

Я волновалась, потому что остролист редко выращивают, но здесь он был.

Да, это верно.

Хотя оно и называется «деревом», ветви его были такими толстыми, что оно было низким, как куст.

Было нетрудно достать до ветки.

Я изо всех сил потянулась и свободно повисла на падубе.

Я схватилась за ветку и осторожно встала. Босые ноги касались влажной почвы и разросшейся травы.

Но когда я пыталась шевелиться, моя шея продолжала наклоняться вперёд и назад.

В конце концов, тяжесть головы невозможно было одолеть, и тело сильно наклонилось.

– Ой! Ой!

Какой размер этой головы!?

Неужели я стала такой слабой?

Когда центр тяжести сместился назад, я почувствовала, что вот-вот упаду и ударюсь затылком.

Вздрогнув, я замахала руками.

Отчаянно размахивая руками в воздухе, чтобы сосредоточиться, я снова смогла ухватиться за ветку.

– Эй…

К счастью, ветки оказались не такими толстыми, как я думала, так что зацепиться за них не составило труда.

На этот раз, вместо того, чтобы наклонить голову, я опёрлась на куст. Вытянув одну руку и взмахнув ею в воздухе, я дотронулась до тонкой ветки пальцами.

Я пыталась потянуть на себя снова и снова.

Но держаться одной рукой не то же самое, что двумя. И когда я всё же рухнула на пол, ветка, что я схватила, треснула и сломалась.

– …ах… сделано!

Выполнено!

Это была ветвь небольшого падуба, длиной с мою ладонь. Это немного меньше, чем я думала, но ничего не поделаешь.

Я спрятала остролист в одежде. Просунуть ветку через щель в мешковатой одежде не составило особого труда.

На этот раз нам нужны были шипы розы.

На одной стороне сада ярко цвели розы разных цветов.

Я увидела много шипов, но в любом случае моя кровь нужна для проклятия, так что можно считать это неплохим совпадением.

Среди сада я гордо стояла на четвереньках перед алой розой в полном расцвете.

Это не больно... не больно…

Промыв себе мозги, я медленно потянулась к розе. Всё-таки я так боюсь, что в это хрупкое тело вонзятся острые шипы.

А в пальце не останется?

Шипы больше, чем я думала.

– Ах ты.

С вскриком боли я крепко закрыла глаза и потянулась рукой к яркой розе.

Кончик моего пальца коснулся шипа. Конечно же, жгучая боль вызвала у меня слёзы на глазах.

Может, я должна просто оставить всё, как есть, но, когда я думаю о женщине, которая обращалась со мной как с собакой, я хочу снова почувствовать эту боль.

Кончик носа сморщился от боли, когда я держала розу. Слёзы не переставали течь.

Я энергично сорвала розу и от жгучей боли бросила сорванный цветок на пол.

Трудно взять это с собой.

Поразмыслив ещё некоторое время, я решила спрятать эту сорванную розу.

Розы и падуб были засунуты в розовый куст.

Лучше бы взять немного соломы и принести сюда.

Выглядит так, будто никто не прикасался к кусту.

Со стороны это едва заметно.

– Как…  Что она делает!?

Но сильный рёв прозвучал сверху, как гром.

При звуке громкого голоса в моих чутких ушах я подпрыгнула на месте, словно поражённая молнией.

Моё сердце колотилось от ощущения, что меня поймали за чем-то плохим. Глаза были широко открыты.

Дешар… Краун?..

Тёмно-серые глаза широко раскрылись и посмотрели на меня сверху вниз.

– Похоже, что использованы вещи из вне. Но ничего не могло попасть в особняк без Вашего согласия, отец.

– Я понимаю.

Дешар Краун согласился со словами Шарендта.

Затем подошёл дворецкий Кант и склонил голову. Их взгляды переместились на мужчину.

– Сэр, я привёл доктора.

– Хорошая работа. И выберите одну из служанок, у которой есть опыт ухода за детьми, и назначьте её присматривать за малышкой.

– Да, сэр.

Дешар Краун повернулся и посмотрел на Шарендта.

– Ничего не говори.

– Лучше приставить правильных людей, если это продолжает усложняться.

– Тогда я понимаю, что возражений нет.

– Всё по воле отца.

Шарендт Краун слегка опустил взгляд.

Когда Дешар покачал головой, Кант взял на себя инициативу.

Мужчина пошёл следом за дворецким вместе с Шарендтом.

Хмурые брови Дешара нахмурились сильнее, делая морщины ещё глубже в ответ на последовавшее за этим хихиканье.

– Почему ты следишь за мной?

– Потому что я волнуюсь.

– Волнуешься?

– Как мне ещё это показать? – сказал младший Краун с расслабленным выражением лица.

После коротких вопросов и ответов они прибыли в детскую комнату, отданную Селине.

Пока они шли, ребёнок крепко спал с усталым выражением лица.

Рядом с ним мужчина в белом халате, заботившийся о девочке, выпрямил согнутую спину.

Рыжевато-каштановые волосы и фиолетовые глаза уткнулись в пришедших.

Атмосфера, которую они излучают, просто находясь вместе, особенная.

Человек в белой мантии опустил глаза и открыл рот.

– Вы здесь? Ваше превосходительство, Герцог.

Дешар махнул рукой склонившемуся мужчине.

– Здравствуй, Рино. Ребёнок в порядке?

– Да.

– Как продвигается?

Доктор Рино замялся с ответом.

Даже лечащий врач знал, за каким сейчас ребёнком он ухаживает. Это была внебрачная дочь Герцогства Краун, семья которого помешана на чистокровности.

Доктор не мог задавать вопросы, леча девочку, ради спасения своей же жизни.

– Скажи мне откровенно, ничего не скрывая и не утаивая.

Словно заметив колебания Рино, добавил Дешар.

– В целом, по сравнению с сверстниками, её рост медленный, а состояние недоедания также серьёзное из-за отсутствия правильного питания.

Брови мужчины нахмурились сильнее. Он погрузился в размышления.

Рино молчал до момента, как мужчина поднял большой палец и потёр лоб.

– Однако, учитывая ситуацию, которую я услышал от дворецкого, она здоровее, чем я думал, оглядываясь на то, что ей пришлось пережить.

Дешар Краун тяжело вздохнул. Это был вздох облегчения.

– То, что ребёнок в этом возрасте обычно находит что-нибудь поесть и прячет это… Честно говоря, это чудо от Бога или что-то, что было бы почти невозможно, не будь она гением.

Когда он впервые услышал эту историю от Канта, Рино не мог не удивиться.

Во-вторых, состояние ребёнка ухудшилось из-за того, что его оставили в одиночестве более двух недель.

Крауны знали, что и взрослые, и дети исключат всё, что не соответствует стандарту.

Удивительно, что ребёнок выжил, хотя было бы не странно, если бы она рано или поздно умерла.

Больше всего его удивило...

Эти двое здесь.

Дело в том, что Дешар и Шарендт Краун, два столпа семьи, ступили сюда из-за внебрачного ребёнка.

Для Дешара она дитя сына и в каком-то смысле внучка.

Это было понятно.

Но визит Шарендта был поистине неожиданным.

Он был семейным врачом Краунов почти десять лет, поэтому прекрасно знал, насколько плохи были его отношения с единственным братом.

Даже 20 лет назад, когда он учился у своего предшественника - врача, они были не в очень хороших отношениях.

У Дешарда официально было трое детей.

Первая и старшая дочь, Сирия Краун, второй и старший сын, Шарендт Краун, и младший, Валиан.

Не вызывает сомнений то, что трое детей не очень хорошо ладили.

– Есть несколько осложнений недоедания, но если она будет хорошо питаться, то быстро поправится.

На объяснение Рино Дешар кивнул головой.

Он не стал прерывать слова врача, хотя казалось, что он слишком напуган, чтобы находиться здесь.

– И внешние раны тоже не так плохи…

Рино сразу поднял вторую проблему.

На самом деле именно травма Селины была проблемой, чем невидимые проблемы со здоровьем.

– Девочка очень активна и, ползая по полу, сильно ударяется о твёрдый мрамор, поэтому её колени в синяках, и когда я прикасаюсь к ней, кажется, что кость также слегка треснула.

– Трещина?

– Интересно, малышка чувствовала боль каждый раз, когда ползала…?

На осторожный вопрос Рино Дешар промолчал.

– Лучше какое-то время ей не ползать, а после этого лучше всего позволить передвигаться по мягкому и пушистому месту.

Но так как Крауны не станут класть ребёнку ковёр, Рино предложил подходящую альтернативу.

– Если это сложно, то лучше поставить её в одно место и научить ходить, максимально не давая ползать…

– Рино Басан.

– Да, Герцог.

Рино быстро замолчал и наклонился.

Позади Дешара Шарендт всё ещё улыбался, не говоря ни слова.

Самое страшное это Шарендт, а не Дешар.

По Дешару Крауну сразу видно, когда он злится, но совсем другое его сын.

Даже если кто-то переходит дорогу, тот просто спокойно наблюдает с улыбкой на лице.

В тот момент, когда вы замечаете, что ваш противник немного странный, уже слишком поздно.

Спасения нет, и его дыхание перекрыто руками.

– Не тебе решать. Приходи регулярно, чтобы проверить малышку и отчитаться. Ты, должно быть, слышал об этом от Канта.

– Да, я слышал.

– Убедитесь, что всё хорошо.

– Да, сэр.

Рино поклонился.

В тишине он быстро вышел из комнаты.

****

–  Ааааа!

Всё собрано!

Наконец я с удовлетворением посмотрела на ингредиенты, которые собрала.

Прошла всего неделя и три дня.

С гордым чувством я подняла руку и вытерла лоб.

Вы не представляете, сколько усилий мне пришлось потратить, чтобы выбраться из особняка собрать всё это.

Причина, по которой мне было трудно, заключалась в том, что в моей комнате жила горничная, и из-за этого у меня не было времени на прогулки.

Самое большое изменение в том, что появилась новая соска...

Железная соска… Это настоящее мучение.

Она сказала мне сосать это моими очень мягкими зубами?

Она тяжёлая, поэтому её трудно даже поднять детской ручкой. Кроме того, этот рыбный вкус. Я решила выбросить её.

Это так грустно, что мне приходится снова кусать эту грязную деревянную соску, даже когда появляется новая.

Тем не менее, страх потерять её был уменьшен благодаря тому, что новая служанка повесила её мне на шею, как ожерелье.

Когда она увидела железную соску, у неё было обеспокоенное выражение лица, и она повесила старую на шею, так что она, должно быть, подумала так же, как и я.

В любом случае, днём я много сплю, потому что у меня есть собственная комната и горничная. Поэтому я ускользаю посреди ночи, и у меня нет другого выбора, кроме как быстро вернуться.

Кроме того, у горничной не было много времени на проверку раз в несколько часов.

Как трудно побороть наваливающуюся сонливость и использовать свои магические силы, чтобы изо всех сил ползти.

В эти дни я на грани того, чтобы сойти с ума, потому что я даже не выздоровела.

Когда служанка делает вид, что гордится мной, она очень пугается и обнимает меня.

Недавно к коленям привязали плотная ткань. Благодаря этому исчезла боль при ползании.

Они всё ещё немного пульсируют каждый раз, когда я иду, но это не так плохо.

– Ах.

Я глубоко вдохнула и прижалась ягодицами к полу.

Лунная ночь...  Сегодня я достану солому.

Когда я свяжу всё это вместе?

Даже сплести солому руками маленького ребёнка было непросто. Однако форма соломы, сплетённой из конопли, не очень хороша.

Хорошо выдернутые волосы на ногах были засунуты между соломинками.

Я не хочу касаться шипов розы, но у меня нет другого выбора, кроме как сделать это.

Я сорвала стебель и не могла срезать шипы один за другим, поэтому просто протолкнул стебель через солому.

На всё это у меня ушло 4 часа.

– Ах!

Потом я наконец закончила её.

Хотя это была соломенная кукла, которая уступала той, которую я делала, с использованием самой чёрной магии особых проблем быть не должно, так как для неё есть все основные условия.

Нет необходимости рвать новую розу, потому что кровь, которую я получила, уколовшись шипами, застывает. В любом случае, было бы неразумно снова истекать кровью с забинтованной рукой.

Кукла готова!

Осталось навести магию на человека, которого нужно поразить, и сжечь куклу.

Проблема в…

Речь идёт о том, как подтолкнуть эту волнистую магическую силу к точке, где активируется чёрная магия.

Я крепко держала куклу в руках и вливала в неё силы.

Не спать...

Ещё немного...

Достаточно.

– Хм!

– Вы проснулись, Леди?

– Кабу!

Я изо всех сил подняла руку, чтобы поздороваться, но тут же напряглась.

«Я кричу как ребёнок прямо сейчас?

Я имею в виду, это потому, что я маленькая, поэтому кажется, что мой разум становится слабее.

Но, кажется, вчера я делала что-то важное...»

– Леди, откуда взялась эта кукла?

«Вау!»

Горничная Вера протянула мне соломенную куклу, содержащую усилия недели и четырёх дней.

Как только я открыла глаза, я становилась все более и более возбужденной.

«Ох, это синдром сухого глаза?»

Я села и вытянула руки.

– Пуах! Ой!

«Дай это мне! Моя неделя!»

– О, я сделаю вам симпатичного плюшевого мишку взамен.

– Пуууууууу!

Я не знала, что делать, поэтому легла на спину и болтала руками и ногами.

Эмоции настолько интуитивны, что иногда это смущает, но ничего не поделаешь.

«Дети так копошатся?

Я хоть могу притвориться, что плачу?»

– Дружба!

Вера от удивления опустила своё тело, когда я пустила фальшивые слёзы и стала колотить конечностями в воздухе.

Она даже положила куклу мне на руки.

Когда она подошла ближе, моё внимание привлекли её светлые волосы и веснушчатое лицо.

– Боже мой, почему ты снова плачешь? Я ведь принесла куклу, верно?

Девушка подхватила меня на руки и легонько покачала и погладила по спине.

Как всегда, ощущение было приятным.

В моей предыдущей жизни я не помнила, чтобы кого-либо тепло обнимала.

Так что до сих пор было странно чувствовать касания к коже. Чтобы с тобой обращались как с ребёнком.

«Люди не любят такого.

Быть дружелюбным бесполезно.

Дарить любовь – значит создавать слабость.»

Хоть я знала это, но мне не хотелось выгонять Веру.

В любом случае, я получила то, что хотела, поэтому молчала.

«Тепло.»

Звук бьющегося сердца отдавался в моих ушах.

Я уже собиралась положить голову на плечо и уснуть.

Однако сегодня я должна решить вопрос с куклой, а также использовать магию всякий раз, когда у меня будет свободное время.

То же самое касается соски, я выгляжу странно одержимой ею.

Как бы то ни было, это была идея Веры превратить верёвочку с соской в форму ожерелья.

– Миледи, это потому, что вы так одиноки? – сказала девушка с тревожным выражением лица.

«О чём она сейчас говорит?»

Я посмотрела на неё холодным взглядом.

«Что?»

– Не волнуйтесь так сильно. Я уверена, что все знают, насколько вы прекрасна.

«Нет, я не хочу, чтобы кто-нибудь знал.»

Моё тело покрылось мурашками от её слов.

– Пойдём прогуляемся?

– Ух ты!

«Точно! Рядом камин!»

Когда я открыла глаза, на губах Веры появилась слабая улыбка.

«Я не понимаю, почему ты мне улыбаешься?»

– Хорошо, Леди! Пойдёмте гулять!

Вера говорила со мной с лучезарным взглядом.

Я улыбнулась.

Наконец представилась возможность.

****

– Эм-м-м? Малышка?

– …

– Малышка?

«Что, опять этот ребёнок? Раздражает.

И что это за неловкая ситуация?» – подумала я, коснувшись пола конечностями.

«На лужайке в чужом месте, будь то сад или что-то в этом роде, какого чёрта я…»

– Как ребёнок может быть таким нелюдимым?

«Вас должны ценить за вашу общительность?»

Я закрыла глаза и наклонила голову, чтобы увидеть Дешара Крауна под палящим солнцем.

Он сидел с чашкой за чайным столиком ручной работы. Примерно такой я заказала себе примерно полгода назад в моей прошлой жизни.

«Я всегда хотела...»

Каждый раз пила только воду или сок, поэтому я хотела научиться пить чай.

Я сделала заказ, но умерла прежде, чем получить его.

«Между прочим, он должен был уже прийти?»

Может быть, уже настал черёд, чтобы получить его, но кто теперь его заберёт?

«Отлично, надо идти.»

Дешар Краун наклонился и потянулся ко мне. Это был такой лёгкий зов, будто зовёт собаку.

Я взглянула на него и отвернулась.

«Где мне спрятать куклу?»

Дешар был человеком, у которого большой опыт.

Возможно, глядя на эту соломенную куклу, он бы и не сразу заметил, что она необычная.

Но если бы мужчина стал настойчиво изучать, он бы быстро заметил, что это чёрная магия.

К счастью, это не Шарендт.

Было трудно иметь дело с Шарендтом Крауном, потому что он был сообразителен во многих отношениях и не всегда было понятно, о чём он думает.

– …Лина.

«Где бы спрятать?»

– Кхм. Селина.

Я услышала голос, который, казалось, хрипел, чуть ли не кашляя.

«Где спрятать...

Поскольку ничего особенно опасного нет, давайте пока оставим её посреди кустов.»

К счастью, Вера была далеко и не заметила.

– Селина, подойди и посмотри.

Дешар позвал меня, но вместо ответа я легла и перевернулась.

Сын Шарендта Крауна, сидевший рядом со мной на корточках, шлёпнул рукой по лицу.

– Дедушка! Малышку зовут Серина?

– Селина, Кайшан.

– Селина!

Дешар посмотрел на меня, не говоря ни слова.

Я повернула голову к мужчине.

«Не стоит привязываться. Если я снова стану магом, наши отношения будут очень странными.

Итак, я должна убедиться, что этого не произойдёт.»

Это было и для него, и для меня. Как маг и фехтовальщик, мы никогда не могли пересекаться.

– Селина!

«Так что перестань называть моё имя. Я буду в порядке.»

Я прижала ладонь к лицу сына Шарендта Крауна, который был близко.

– Селина – моя сестра? – спросил сын Шарендта, но Дешар не ответил.

–…

Я тоже особо не ждала ответа.

В наступившей тишине мужчина больше не звал меня, и мальчик тоже держал рот на замке, пристально глядя на то, что я делала.

«Я…

Когда я собираюсь бросить это в огонь?!

…

Поздно ночью, когда спустится тьма, я снова бегу в сад.»

Благодаря улучшенной одежде с пушистыми наколенниками я больше не боюсь ползать.

Теперь дверь открыта.

Я смогла открыть дверь, просто глядя на неё, не напрягаясь в неловком положении лёжа.

Я вышла из-под кухонного стола и нашла соломенную куклу, которую прятала днём.

Мусоросжигатель работал ночью. Но я не могла открыть его крышку, поэтому выбрала камин.

С соломенной куклой на руках я заползла обратно.

Это было время, когда я упорно двигалась в темноте в поисках камина.

– Ух ты… Шерина?

– Уф.

Я остановилась перед камином при звуке голоса, который услышала.

Повернув голову, я увидела мальчика, в пижаме и даже в шапке, смотрящего на меня плачущими глазами и прижимающего к боку подушку.

– Почему ты снова здесь?..

Когда я медленно попятилась, ко мне подкрался сын Шарендта Крауна.

Он вытирал слёзы краем рукава, а те всё равно текли ручьём.

– … мама...

«Это слишком! Прекрати это!»

Я отползла назад и постучала по его ноге на случай, если он не заметит.

Мальчик присел на корточки.

Я посмотрела на угрюмого ребёнка.

Как грустно выглядят капающие слёзы.

Я осторожно встала, держась за край халата мальчонки.

«Думаю, что это первый раз, когда я кого-то утешаю.»

Схватив его за плечо, другой рукой я похлопала его по голове.

Затем слёзы, которые лились вниз, начали литься ещё стремительнее.

Мне было неловко смотреть, как мальчик рыдает.

«…Ты как щенок под дождём?»

– Эй, – он протянул руку и снова похлопал себя по голове. – Я хочу увидеть маму…

– …

«Это то, что я не могу сделать.

Если бы ты сказал, что хочешь кого-то убить, я бы помогла убить его мучительно.»

– Ты тоже хочешь увидеть свою маму, Серина?

«Нет, совсем нет.

Родители, лиц которых я даже не знаю, мне безразличны. Моё последнее воспоминание только со спины, поэтому, если я попрошу вас привести мне их, вы не сможете этого сделать.»

В какой-то степени Кайшан казался искренним. Я пошатнулась, когда встала и медленно пошла вперёд.

«На самом деле, если я не хочу, чтобы мои колени болели, я должна практиковаться в медленной ходьбе.»

Когда я впервые встала, я помню, что это было так ошеломляюще, что было трудно долго стоять.

«Это удобнее, чем я думал?»

Я несколько раз моргнула. Вопреки тому, чего я боялась, было немного трудно сосредоточиться, но как только я немного привыкла, казалось, что ходить будет удобнее, чем ползать.

Я изо всех сил старалась оставаться сосредоточенной и шла сама.

«Теперь не будет проблем с тем, чтобы ещё немного пройти.»

Я медленно шла, держа соломенную куклу обеими руками.

Поскольку мир снова стал немного выше после того, как я всё время лежала, чувствую себя немного более неуверенной и боюсь ходить.

– Серина, ты ходишь ночью?

Парень шмыгал носом, начав преследовать меня, когда я начала двигаться.

Посмотрев на мальчика, я отвернулась.

–Ты ищешь меня?

«Где это?

Где?»

Я открыла рот, как будто это раздражало.

– Пу.

Казалось, что это будет нелегко сказать, поэтому, когда я выплюнула слово, то услышала звук, который не собиралась издавать, будто плюнула.

Я не думала, что он поймёт. Неудивительно, что парень только наклонил голову на это.

«Где находится сменный камин?»

– Пуу?

Он даже наклонил голову и последовал за мной.

Его лицо мгновенно просветлело. Я боюсь, что даже этот маленький мальчик будет смеяться надо мной.

– Серина, это огонь?

Он расширил глаза, и я кивнула головой.

– Камин здесь.

Мальчик был так счастлив, что я наконец ответила, поэтому он схватил меня за руку.

«Хех, для молодых людей естественно быть импульсивными.»

– Это опасно.

Короткая рука обхватила мое плечо и притянула к себе.

Я изо всех сил пыталась ответить этим непослушным языком. Даже если я в опасности, есть большая вероятность, что я убегу первой и выживу.

«Это глупо.»

Тем не менее, видя, как дрожит маленькая рука того, кто держал меня за плечо, у меня не хватило духу отбросить её.

«Чем больше я смотрю на это, тем больше вижу, что он полная противоположность Шарендта.

Его внешность была полностью сурова, но его действия были не чем иным, как обычным поведением, робкого ребёнка. Как что-то подобное могло вырасти с таким отцом?»

– Кайшан, иди сюда. Останься с отцом.

Ну, когда я думаю об этом добром голосе, кажется, что этого не могло быть на самом деле.

«Человек, который дразнит своего противника языком, как змея, или тот, кто небрежно вонзает свои клыки в спину, может ли он быть таким безрассудным, когда это ребёнок из его семьи?

Я не собираюсь обманываться.

Меня предал даже коллега, разделивший один кусочек привязанности после долгого периода недоверия.

Как бы ни были ласковы Шарендт и Дешар Крауны, это только для Кайшана.»

Любое непонимание и ожидание уничтожат человека в одно мгновение.

Когда я пошла туда, куда меня привёл мальчик, там пылал камин.

«Больше, чем ожидалось. Может ли тепло отсюда передаваться всему особняку?»

– Этот камин, сделанный с помощью магии.

Если подумать, когда-то была просьба сделать что-то подобное башней Силлофия.

В то время я роптала о том, для чего нужно было что-то подобное, но я не думала, что это нужно для такого.

Гравированная труба хорошо держит тепло, не разрушается и не ломается.

Не должно быть ничего, кроме этого, чтобы распространить тепло по всему особняку.

«Интересная задумка.»

Я посмотрела на пламя в пылающем камине и бросила соломенную куклу.

Пламя, горящее с прерывистым звуком, съело куклу и в одно мгновение раздуло её до размеров воздушного шара, а затем снова поглотило с резким смрадом.

Когда я смотрела на это, то чувствовала себя странно.

Посмотрев вниз, я увидела руку настолько маленькую, что было трудно даже поднять камень, и вздохнула.

– Пойдём в комнату.

Вскоре пришло время Вере прийти.

«Что за жизнь под наблюдением...»

– Эф.

Как только я подумала об этом, я вздохнула.

«В чём разница между жизнью под наблюдением старика в башне после того, как разбил волшебное сердце, и жизнью под наблюдением, не имея возможности никуда ходить даже с конечностями?»

– Эй, ничего туда не бросай.

– Пу.

Я по-своему издала недовольный звук и стала вертеться взад-вперёд, ворочаться и вертеться, мешая удерживать центр тяжести.

Кайшан цеплялся за меня.

– Серина, давай посмотрим… я боюсь, мы можем спать вместе?

– Пууууууу!!

«Ненавижу! Ты не в своём уме?»

Когда я покачала головой, мальчик начал кружить вокруг, как ястреб.

Глядя в тёмный коридор, он задрожал, как будто произошло землетрясение.

В конце концов, ребёнок, который подбежал ко мне и встал позади меня, обвил руками мой живот и обнял меня.

– Фу…

– Да? Пошли, я одолжу тебе кровать.

– Уфты!

«Ненавижу!»

Какой бы сильной ни было это маленькое тело, он взял подушку, которую таскал в руках, и начал пятиться назад, обнимая меня.

«Как ты мог повлиять на такого маленького ребёнка?

Убогий!»

Несмотря на борьбу с конечностями, Кайшан всё равно нёс меня в комнату.

«Нет, почему молодые такие сильные? Видимо, это родословная Краунов.»

Мальчик, который без промедления провёл меня до комнаты, уложил меня на мягкий ковёр.

Мягкое прикосновение к моим коленям и рукам заставило мои глаза округлиться.

«Вау, посмотрите на дискриминацию.

Моя комната мраморная! В его комнате полно мягких ковров!»

Кроме того, размер комнаты является исключительным.

Её губы от возмущения выпятились.

«Боже мой, что это? Моя комната была совершенно пуста. Пуста.»

Шлёп.

Я бросила подушку и увидела, как Кайшан ловко её поднял.

Так или иначе, я внимательно огляделась.

«От украшений до кроватей и покрывал, занавесок на окнах, столов и стульев, всего нет в моей комнате.

Я имею в виду, что в моей комнате есть только одна маленькая кроватка!

Таким образом дискриминация обычно и проявляется.»

Встав на четвереньки, я рычала от несправедливости, а ребёнок заправил свою постель, подобрал брошенную мной подушку и положил её рядом с собой, затем постучал по кровати с улыбающимся лицом, полным доброты.

«Он был красив. Когда вырастет, может стать похожим на Мелейна...»

Я напрягла своё тело при внезапном воспоминании имени, которое пришло мне на ум, и сжала кулаки в отчаянии.

– Серина, ты должна подойти. Братик уложит тебя.

«Что ты сказал?

Кто мой брат!?

У меня кровь из носа!»

Конечно, он был красавчиком, чтобы при его виде шла кровь носом. Кажется, что гены Краунов никуда не делись.

– Твой брат Кайшан.

– Хм.

– Но это секрет, что я сказал, что ты моя сестра. Отец и дед рассердятся.

Мальчик снова схватил меня и поднял на кровать.

«Пушисто…»

Моё тело соскользнуло на мягкую кровать.

«Что это за непоколебимое утешение...

Полностью отличается от моей жёсткой обычной дешёвой кроватки. Она нежно захватила мой позвоночник и кости, когда я легла на спине.»

Отвернувшись от огорчения, я увидела довольную улыбку.

– Ага.

«Если я высплюсь, я снова пойду гулять.»

Трудно было, по крайней мере этому телу, уйти от человека, который цеплялся за него, гримасничая, потому что ему было страшно.

Это определённо не потому, что одеяла мягкие, и я боюсь силы этого маленького мальчика.

– Серина.

Сын Шарендта, лежавший рядом со мной наискось, шептал рядом со мной тихим голосом.

Он похлопывал меня по груди маленькой рукой.

– Спокойной ночи, Серина.

Маленький ребёнок говорит серьёзно.

«Но ты знаешь, что я не Серина, я Селина.»

Мне понравилась мягкость и теплота, и похлопывание по боку.

Я хотела улизнуть, когда он уснёт, но эта мысль давно исчезла.

В тот момент, когда я услышала равномерное дыхание, в глазах потемнело.

*****

– …Что ты сейчас сказал?

Шарендт Краун нахмурился, поскольку с раннего утра он занимался срочной работой.

Мужчина, не скрывавший своего острого взгляда, прищёлкнул языком.

Один из Рыцарей Симулы, пришедший доложить о появлении гостя, которому явно было не по себе от атмосферы, нагнулся.

Он медленно отложил ручку, которую держал в руке, и закрыл рот.

Как только он покачал головой, словно собираясь что-то сказать, рыцарь Симулы снова открыл рот.

– Некоторое время назад к нам приезжал Барон Салливан. Я отвёл его в третью гостиную.

В третьей гостиной располагают никчёмных людей.

Ни интерьеру, ни внутреннему убранству не уделялось внимания.

Потому что никто не выбрасывает украшения в мусорные баки.

–…Я думаю, эти Салливаны действительно сумасшедшие, не так ли? – сказала Шарендт Краун, не скрывая недовольства. Его голос был мягким, но его слова были холодными.

Самым отвратительным и ужасающим он считал неуважение и отсутствие важных причин.

Тем более, если противник ничтожный человек.

– Причина?

– Говорят, Баронесса Салливан умерла прошлой ночью.

Услышав неожиданное сообщение, мужчина поднял одну бровь.

Уголки его губ тут же поднялись в улыбке. Как будто настроение, валявшееся на полу, поднялось.

– Я ещё никого туда не посылал. Как?

Шарендт Краун, очаровательно изогнувший брови, приподнялся с редкой приятной улыбкой.

– Говорят, что её нашли в виде обгоревшего тела в пустой комнате.

– Был пожар?

– Нет, это… Это странно. Говорят, что нигде, кроме тела, ничего не обгорело. Так что теперь Барон подозревает Герцога.

Услышав доклад, он закрыл глаза, как будто это было весело.

Подозрения Барона Салливана оправданы, так как он был ограблен им накануне. Однако, к сожалению, Шарендт вообще не коснулся этого.

Он предпочёл бы медленно задушить до смерти, чем сразу убивать.

Так что мужчина не стал тратить свою рабочую силу на кого-то, кто тихо заперся в своей комнате.

– Это был даже не пожар, а сгорела только Баронесса?

– Да, следов вторжения для поджога нет…

– Это всё чёрная магия.

Шарендт Краун ответил одним кивком, облизывая губы.

Следовавший за ним рыцарь Симулы будто получил озарение:

– Вы имеете в виду работу волшебника?

– Среди чёрной магии… это должно быть проклятие. Есть идиоты, которым не хватает магических способностей или которые не становятся обычными волшебниками и иногда используют их.

Баронесса Салливан, должно быть, кого-то обидела.

Шарендт слегка отмахнулся от своих мыслей.

Если бы кто-то использовал чёрную магию, несчастье постигло бы заклинателя из-за отдачи, но он не знал кто это мог быть.

Брови Герцога нахмурились, когда он направился к третьей гостиной, но его шаги остановились.

Знакомая служанка осматривала особняк с обеспокоенным лицом.

– Ах…

Вера, увидев его, медленно подошла и опустила взгляд, как будто провинилась, не найдя то, что искала.

– Герцог.

Её лицо было красным от беготни, а дыхание прерывистым.

Шарендт Краун, который смотрел на её лицо, сузил глаза.

– Что случилось?

– …

Вера, затаив дыхание от нежного вопроса, выгнула спину и напряглась.

Она неловко вздохнула и сжала кулаки, затем разжала их.

Прохладная атмосфера нежно касалась кожи.

– Я не могу найти Леди.

Поколебавшись, Вера наконец осторожно ответила на вопрос Шарендта.

Нервное выражение лица стало очевидным, когда скрещённые кончики пальцев стали белыми.

Герцог закатил глаза и спокойно посмотрел на ковёр.

– Я скоро найду её, поэтому, пожалуйста…

Шарендт предупреждал её, что если она позволит ребёнку бродить по дому ещё раз, он не позволит ей работать здесь дальше.

Девушка сжала влажные ладони и глубоко выгнула спину.

– Ты была в саду на востоке?

–…Да, извините. Мне сказали не заходить, но я слышала, что Леди часто туда ходит. Но она вышла, не выдав себя.

– Ты хочешь сказать, что тебя не было с ней?

– Д-да.

– Что ты делаешь с раннего утра? – неожиданно спросил мужчина, подошедший из сада.

– Отец.

Шарендт улыбнулся голосу Дешара, повернулся и наклонился.

Дешар Краун с удовлетворением кивнул.

– Ребёнок…

– Ты имеешь в виду Кайшана?

– Кажется, дочь Валиана исчезла.

При звуке хриплого голоса Шарендта Крауна Дешар сильно ударил по полу посохом, который держал в руке.

Дзынь!

Кончик жезла, обёрнутый в хорошо обработанное железо, ударился о мрамор.

Шарендт слегка пожал плечами на действие отца, который был в гневе.

– Где она?!

– Я не знаю.

– Что, чёрт возьми, это за существо, которое бродит вокруг, как крыса? Какого чёрта ты делала?!

Дешар Краун повысил голос и указал на Веру.

Вера поклонилась и нагнулась.

– Извините.

Если Шарендт Краун снаружи был похож на спокойное озеро, то Дешар Краун был буквально пылающим огнём.

Обладая вспыльчивым характером, он никогда не терпел гнева и прожил свою жизнь, делая всё возможное перед Императором.

Однако, одной из его сильных сторон было то, что он ничего не говорил за спиной, даже когда был очень зол.

– Рауль, пусть она и умная, но всё же маленькая, так что далеко не уйдёт. Найдите её и сообщите об этом отцу.

– Да, Герцог.

– Отец, Баронесса Салливан мертва, а Барон здесь.

После того, как Шарендт дал краткое объяснение, Дешар вынес вердикт:

– Он просто так не зашевелился бы.

– Я не уверен, но похоже, что кто-то проклял Баронессу чёрной магией. Я собираюсь тихо отправить его обратно, поэтому позаботьтесь о ребёнке.

– Хорошо. Выполняй.

Дешар Краун кивнул и отпустил Рауля.

Мужчина поклонился, быстро попятился и исчез в коридоре.

– Ты сказала, тебя зовут Вера?

– Да, Герцог.

– Ты умеешь запирать двери?

Мягкий голос был похож на приговор.

Хотя использовались уважительные слова, сам тон никогда не был ровным.

Несмотря на то, что он казался высокомерным и гостеприимным, несмотря на использование почтительного обращения, здесь нашлось место для высшего хищника.

– Насколько я помню, никогда не было и минуты, когда бы дверь не была закрыта, – с дрожью ответила Вера.

Шарендт внимательно наблюдал за девушкой.

К счастью, он не видел лжи.

Он медленно улыбнулся и кивнул.

– Вера.

Это был сладкий зов, который, казалось, лился шоколадом в уши, но Вера держалась.

Сколько бы она ни думала об этом, ей не удавалось избавиться от ощущения, что она кролик перед зверем.

– А пока, пожалуйста, позаботься об отце. Сначала отчитайся моему отцу.

– Да, Герцог.

– Отец, тогда я пойду.

– Да.

Дешар Краун взглянул на Веру устрашающим взглядом, а затем обернулся с насмешкой.

Шарендт, склонивший голову перед Дешаром, пошёл в третью гостиную.

****

– Этот демон!

«Проклятие!»

Где-то послышался звук ударов по коже.

Прислушиваясь к звуку, она не понимала, почему голова так покалывает. Как будто кто-то протёр мозг.

Тело тяжёлое, как хлопок, смоченный в воде.

Её пальцы не поднимались, а глаза не открывались, как будто они были склеены.

– Вы будете наказаны! За то, что посмели посмеяться над человеческой жизнью!

Знакомый и ностальгический голос бил по ушам.

«Но, Мастер, благодаря этому я достигла положения, на которое даже вам не подняться.»

Башня магов была создана для волшебников, которых презирали, с которыми плохо обращались, как с монстрами.

– Ты не сможешь спокойно уйти, и будешь чувствовать себя ужасно при смерти! Была ошибка всей твоей жизни, что ты использовала что-то подобное.

Это была жизнь, когда меня топтали, а если не топтали, то это было время, когда мне приходилось вести себя как клоун, чтобы жить.

– …ах.

Сквозь сон послышался приглушённый голос. Голос не так ясен, как крики из-за завесы.

– Селина!

Девочка открыла глаза под крики.

«Он выглядит красивым... юный...

Что? Юный?!»

Глядя на его лицо, я несколько раз моргнула глазами.

Единственное, что я пыталась спросить: «Кто ты?», перешло в загробную жизнь.

Я осознала реальность из-за своего хриплого голоса.

На поверхность медленно всплывала безвыходная ситуация, в которой я находилась.

«Я продолжала кусать это?»

Соска упала набок. Я достала её, вытерла слюну о кровать и снова сунула в рот.

Взглянув на сына Шарендта Крауна, он выглядел так, будто не обращал внимания на то, что я делаю.

Когда я посмотрела вниз, то увидела короткую маленькую руку размером с камушек.

Повернув голову, я увидела широкую улыбку Кайшана. Когда я смотрела на яркое лицо, моя голова беспомощно поникла.

– Дети так много спят. Давай есть!

–…

– О, ты не знаешь об этом? Кормилица! Малышка, ты знаешь кормилицу?

Он притворился, что ест еду, а затем сделал вид, что что-то сосёт.

«То, что ты сосёшь, это кулак!

Должна ли я открыто попросить Шарендта Крауна об одолжении?

Нет, если у вас есть хоть малейшее желание воспитать ребёнка здоровым, вам следует менять не еду, а вещи.

Эта грязная штука...»

Я опустила голову с затуманенными глазами, а затем широко открыла глаза от ревущей энергии, которую почувствовала внутри своего тела.

Я почувствовала, как в моём маленьком теле, около сердца, образовался маленький кокон.

«…Это чёрная магия.»

Это было очень яркое чувство.

Кокон, содержащий эту волшебную энергию, вырастет и станет волшебным сердцем, хранящим магию.

Это первый шаг к созданию этого волшебного сердца.

«Она умерла!»

Когда я почувствовала магию, мои глаза распахнулись.

Было очевидно, что Баронесса Салливан умерла. Этот дух пришёл к заклинателю, и тот поглотил его магической силой.

«Почему-то моё тело стало тяжёлым.»

Моё тело было таким юным и маленьким…

Кроме того, пришло время соорудить кокон для сбора магической силы, а поскольку я смогла волшебным образом превратить женскую душу, полную негодования, в магию, это потребует немалой перегрузки.

Возможно, понадобится ещё как минимум неделя, чтобы магическая сила впиталась.

Если неправильно использовать свою магическую силу, когда магия не поглощается телом, может произойти большой магический взрыв.

Так что какое-то время это действительно будет выглядеть как лихорадка. Я даже дверную ручку не смогу открыть сама и буду тихо заперта в кроватке.

От одной мысли об этом мне стало грустно.

«Это уже больно.»

От мысли о том, что мне придётся оставаться в кроватке, всё тело зачесалось.

Другая проблема заключается в том, что эта магия сама по себе является формой чёрной магии, которая накладывает проклятие.

Чёрная магия типа проклятия должна иметь цену.

«Я бы дала магию взамен, но теперь я нищая.»

Реакция, вызванная неспособностью правильно поглощать магическую силу, повлияла на тело, что пострадало в качестве платы за чёрную магию.

Причина, по которой тело обмякло, а температура поднялась, вероятно, в том, что две проблемы наложились одновременно.

«Поднимите свою маленькую руку и положите её на лоб... Это… на лоб...»

В момент, когда рука прикоснулась, тело начало заваливаться назад.

Пальцы дрожали.

«Рука…

Всё ещё маленькая.»

Я сдалась и просто положил её на голову.

Руки быстро нагрелись.

«Кажется, я горячая…»

Глаза открылись от странного ощущения.

Она увидела дитя Шарендта Крауна, ярко улыбающееся.

«Сейчас мне нужно идти.

Уже утро.

Кровать мягкая, но это не значит, что я должна спать. Хоть изначально и считается, что младенцы слабы перед искушением.

Вера не пришла меня искать.

Я с нетерпением ждала этого какое-то время, потому что казалось, что она заботится обо мне.»

Я покачала головой, поражённая своими мыслями.

«Что ждала?

Независимо от того, заботится Вера или нет, тот факт, что я смогу выжить в одиночку, не изменился.»

С застывшим лицом я схватила покрывало и сползла с кровати.

«Это не больно, потому что на полу ковёр.

Было бы неплохо, если бы и в моей комнате они были.

Конечно, естественно, что существует различие между ребёнком, который любим, и ребёнком, который не любим.

Чего я ожидала от семьи Краунов?»

Я вздохнула и осторожно поставила ноги на пол.

«Нужно чаще практиковаться в ходьбе.

Так было бы немного легче передвигаться.»

Пока я ковыляла к двери, Кайшан открыл дверь и широко улыбнулся.

– Пойдем поедим с моим папой и кормилицей.

– Сей!

«Эй, я ненавижу это! Мне это не нравится!»

– Пошли!

Опять же, этот маленький мальчик схватил меня и начал двигаться так, как он хотел.

– Ты пробовала это?

Я смутилась и расслабила своё тело, и так смогла ходить с комфортом.

«Чёрт, прежде чем мне станет хуже, мне нужно потренироваться, чтобы я могла отказаться идти с ним и уйти в свою комнату.»

– Ше…

«Эм-м-м… «Нет». Почему нельзя произнести эти три буквы?»

Тяжёлое дыхание.

Я задыхалась от слова, которое уже ненавижу. Я не слишком привыкла к разговорам.

Я наклонила голову, прикусив губу.

«Ого, двойной потолок…

Похоже, я в очень плохом состоянии.»

В тот момент, когда я подумала об этом, мои глаза затуманились. Я не знала, почему дети плачут, когда они больны. Может, они плачут, потому что боятся?

– Кайшан?

«Это кто?»

Когда я перевела взгляд на то место, где был слышен голос, что-то тёмное приближалось.

«Кажется, что он весь чёрный и огромный.

Это гора?»

Когда я уже собиралась закрыть глаза, затуманенная чёрная масса согнула одно колено и подошла к моему носу.

«И гора выросла.

Но почему это такая несчастливая гора?»

Я протянула руку, схватила чёрную штуку и потянула её.

«Уф!

Я вырвала сорняки?»

Глядя на сорняки с горы в руке, я усмехнулась.

«Хей!»

Откуда-то послышался стон.

Это голос старика. Он недовольно поджал губы.

«Ух ты?

О, что-то странное передо мной.

Теперь горы две?»

Голова кружилась.

Она рухнула на пол, схватилась за рёбра обеими руками и стала активно сосать соску.

«Почему я чувствую себя глупой?»

Что-то вроде прохладного пакета со льдом коснулось лба.

«Ух ты, круто.»

Пакет со льдом, казалось, погладил её по лбу, а затем отошёл.

– У неё жар.

«Ух ты…

Этот голос – несчастный Шарендт Краун.

Он забрал пакет со льдом?

Это нечестно. Я знала, что он плохой парень, но стал бы человек с большими деньгами брать пакет со льдом?»

Раздражённая, я махнула конечностями в сторону, где голоса не было слышно.

Я изо всех сил ползла, чтобы уйти от голоса.

«Куда я должна идти?

Я продолжаю видеть две дороги, и это странно.»

– Леди!

«О, Вера.»

Я перестала ползти и обернулась.

«Кто-то пришёл. Раньше это была чёрная гора, а теперь серая гора. Серая гора протягивает руку.»

Я сузила глаза, чтобы сделать своё затуманенное зрение немного яснее.

И задавалась вопросом, была ли серая гора Верой, или это было не так.

В тот момент, когда я об этом подумала, то отползла назад.

Приближающаяся серая гора замерла.

«Где Вера? Странные вещи продолжают приближаться.»

– Ои!

«Вера!»

– Веда!

Я назвала имя горничной.

«Не знаю, правильно ли я сказала.»

Селине не нравилось чувствовать себя ребёнком, потому что она не чувствовала себя должным образом.

«А пока я буду спать там, где буду чувствовать себя в безопасности.»

– Леди!

Я быстро повернула голову туда, откуда услышала запоздалый голос, и тут Вера обняла меня.

К счастью, в этой семье это было единственным местом, где я могла спокойно закрыть глаза.

«Потому что у Веры, похоже, не хватит смелости убить меня…»

Это было последнее, что я запомнила.

– Отец.

На тихий вопрос Шарендта Дешар выпрямил согнутую спину.

Рука, которая была протянута некоторое время назад, задела только воздух, когда ребёнок быстро отступил.

Глядя на свои пустые морщинистые руки, мужчина повернул голову и посмотрел на сына.

– Видя, что она хорошо различает прибыль и убытки, я уверен, что именно она позаботилась о себе.

– …

Голос Дешара, когда он сказал это, звучал особенно слабо.

Шарендт, услышавший тихий голос, увидел Селину, потерявшую сознание на руках у Веры.

– Кант, позови Рино.

– Да, сэр.

Кант, стоявший рядом с ним, поклонился.

Дворецкий развернулся сдержанной походкой и быстро скрылся из виду.

Вера обняла девочку с нервным выражением лица и опустила ресницы.

– Кайшан.

Шарендт посмотрел вниз и увидел мальчика у своих ног, держащегося за его штаны.

– Да… Отец.

При звуке слабого голоса мужчина наклонился и взял ребёнка на руки.

Кудрявые волосы сына щекотали щёки Шарендта.

Он удивлённо погладил спину мальчика большой рукой.

– Как вы оказались здесь с этим ребёнком?

– Вчера… – пробормотал он еле слышным голосом. – Вчера я не мог уснуть… Я вышел в коридор, а моя сестра просто гуляла...

– Где она была?

– Здесь!

Когда отец спросил его тихим голосом, Кайшан собрал всю силу из своего напряжённого тела и указал туда, где он сейчас стоит.

Взгляд Шарендта медленно двигался и смотрел на лестницу на второй этаж и на первый этаж.

– Так ты провёл её в свою комнату?

– Я подумал, что она замёрзла, поэтому отвёл её к камину! И потому что я боюсь... Я попросил Селину поспать со мной, – Кайшан покраснел от смущения и прошептал.

Мужчина молча посмотрел на своего сына, а затем на Селину в объятиях Веры.

– Я спал, а когда проснулся, её тело было горячим… Она заболела?

Шарендт тихонько погладил мальчика по волосам и поставил его на пол.

Вместо ответа ему было сказано с улыбкой:

– Скоро придёт учитель, так что готовься, Кайшан.

– …Да.

Мужчина, отправивший сына к учителю, посмотрел на Веру.

Он посмотрел на Селину, которая всё ещё была у той в руках, и сказал:

– Когда придёт доктор, я пришлю его вам, поэтому, пожалуйста, оставайтесь в комнате.

– …Благодарю Вас.

Вера поспешно поклонилась и быстрым шагом попятилась.

В каждом её действии читалось нетерпение. Она боялась того, что могут сделать с ребёнком, поэтому было видно, что она старается обезопасить её тело.

– …Я помню, что её ребёнок умер после рождения.

По этой причине её любовь к детям особенная. Хоть они и чужие, без капли родной крови.

Мужчина подумал, что сделал правильный выбор, и посмотрел на всё ещё молчавшего отца.

– Отец, пожалуйста, иди и отдохни. Я обо всём позабочусь.

Дешар всё ещё смотрел на свою руку.

Маленький ребёнок, избежавший касания, словно с презрением к протянутой руке, шокировал.

Шарендт щёлкнул языком, вспомнил маленькую руку Селины и поправил свои спутанные волосы руками.

Он повернул голову к человеку, который всё ещё стоял неподвижно как гипсовая статуя.

Его губы изобразили затяжную улыбку. Даже глаза его скосились, и прохлада исчезла.

– Я уверен, что барон Салливан понял, о чём я говорил. Если ты снова сделаешь что-то подобное, думаю, я разозлюсь.

– …Я запомню это.

Увидев улыбающееся лицо Шарендта, барон Салливан нагнулся и, прихрамывая, вышел из особняка, спрятав забинтованные руки в рукава.

Когда он исчез из поля зрения, улыбка на лице Шарендта Крауна исчезла.

Подошла служанка и протянула ему тёплое мокрое полотенце. Помыв руки, мужчина вернул его горничной.

Вспоминая грязную гостиную, он недовольно сказал:

– Уберитесь здесь снова.

Он подошёл к Дешару.

– Отец.

– Да.

– Это всего лишь полукровка, я не думаю, что отца это волнует…Если Вам неприятно её видеть, я дам указание.

– Не нужно.

Дешар быстро отвернулся.

***

«Повреждена…»

На периферии зрения виднелась страдающая душа. Это была часть души той женщины, и это была сила, которая вскоре станет моей магической силой.

Я медленно взмахнула руками в воздухе.

Всё равно зрение было затуманено.

«Тук.»

Что-то поймало меня за руку

«Это круто…»

Я схватила это обеими руками и потянула прочь, когда оно уже собиралось уйти, застыв в воздухе.

«Сила…!

Дай мне...!»

Не тянется.

Я боролась обеими руками и ногами, но, когда это не получалось, чувство несправедливости переполняло моё горло.

Казалось, жар прилил к моим глазам, а потом что-то горячее потекло по щекам.

– Ух ты…

– …

– Уф…

Слёзы текли по моим щекам.

Мой ум опустел. Я не привыкла к тому, что моё тело действует точно в соответствии с моими инстинктами.

К тому времени, когда я поняла что-то немного странное, большая рука уже накрыла мой лоб.

– Должно быть, больно быть такой горячей.

Прохладная вещь отодвинулась, а затем мягкая ткань коснулась лба.

Прохладная мягкая ткань мягко вытерла моё лицо и руки.

Ткань, которой тщательно вытирали всё моё тело, медленно отодвинулась.

Я разочарованно протянула свою короткую руку и энергично замахала ею.

– Это лихорадка неизвестной причины, так что поспи ещё немного.

Холодная рука коснулась лба.

Рука, которая пару раз погладила меня по волосам, была такой нежной, что я неосознанно опустила руку, которая раскачивалась в воздухе.

Я моргнула несколько раз, а затем медленно закрыла глаза. Когда я прислонилась к прохладе и потёрлась щёкой, рука напряглась.

Только когда мои руки перестали двигаться, я почувствовала облегчение.

При этом я моментально уснула.

*****

– Ах…

«Думаю, я умру от скуки.»

Я глубоко вздохнула и перевернулась в кроватке, подперев подбородок рукой.

«Мне так скучно.

Как здесь может быть так грустно?

Теперь, когда я чувствую себя лучше, Вера не собиралась меня отпускать.

Что мне делать? Она была рядом со мной 24 часа в сутки, так что я даже не могла думать ни о чём другом.»

Она уходит ненадолго, когда идёт поесть. И возвращается в течение 30 минут.

А сейчас, к счастью, Веры не было.

Я глубоко вздохнула в деревянной кроватке.

«Магия ещё не стабилизировалась...»

Если я воспользуюсь магической силой, тело точно не выдержит и взорвётся.

Вот почему я в плохом состоянии, будучи запертой в этой кроватке. Всё, что у меня есть, это бутылка и одна соска в моей руке...

Ха, сегодня я в отчаянии выпиваю только около литра молока.

«Это вкусно.»

Оно идеально подходит для перекуса.

Когда Вера дала мне бутылочку, чтобы каждый день кормить меня вкусняшками, я даже не подумал об этом, но она такая вкусная, что я снова всё съела.

– Серина!

Схватив бутылку обеими руками, я наклонила голову и нахмурилась.

Когда я посмотрела вниз, то увидела сына Шарендта, подошедшего вплотную к кроватке.

– Утро!

– Правильно.

Этот великий незваный гость, который приходит каждый день, всегда приносит книгу и даёт её мне.

От вида, как книжки с картинками и детские книги накапливаются каждый день, меня уже начинает тошнить.

– Сегодня книга! Эй, это сокровище! Возьми, это из библиотеки моего отца!

Ты пытаешься убить меня странным образом. Если меня поймают, я умру от рук Шарендта Крауна.

Он был так взволнован, что его произношение искажалось ещё больше.

Я всё ещё держала бутылку обеими руками и хмурилась, когда сын Шарендта открыл передо мной книгу.

«О, это...»

Я взглянула на Кайшана с недоумением в глазах.

Видя его широко улыбающимся с светлым лицом, он, кажется, принёс её, не зная, что это такое.

«Почему моя книга здесь?»

Это также книга, которую я написала для развлечения.

[Книга с картинками для начинающих в чёрной магии ~Основы]

Эти слова прокляты, я была так измотана созданием первой, что даже не смогла опубликовать вторую книгу.

Это буквально книга, состоящая из картинок без какого-либо текста, и это информация, связанная с базовой чёрной магией типа проклятия.

Например, рисунки для соломенной куклы, обозначенные линиями и стрелками, которые располагались последовательно, как в инструкции по эксплуатации.

«Почему это здесь?

Сделала для прикола, но даже не стала делать несколько копий, потому что это было слишком рискованно и было бы очень много людей, которые легко могли прикоснуться к чёрной магии.

Я думала, что их все выкинут...»

– Эта кукла похожа на куклу, которую ты сделала до того, как заболела?

«Да, потому что я написала это.»

– Но эта хуже. Кукла, которую ты сделала, была красивее.

Я благодарна за слова, которые ты говоришь с широкой улыбкой, когда сидишь рядом с кроваткой. Только это похоже на посетителя, навестившего заключенного в тюрьме.

Нет, более того...

«Ты сказал, что та сморщенная кукла была красивее моего рисунка?

На самом деле, стыдно даже назвать это куклой. Этот пучок соломы… Означает ли это, что это лучше, чем мой рисунок?»

Внезапно бутылка выпала из моих рук и покатилась по полу. В шокированном состоянии я поспешно взяла в рот соску и некоторое время сосала её.

По мере того, как я сосала достаточно сильно, чтобы издавать громкие звуки, неприятные ощущения при осмотре постепенно стабилизировались.

– Я дам книгу тебе? Серина.

Я не отказалась от того, что дал сын Шарендта.

Это книга, которую я давно не читала, и когда мне будет скучно, я должна прочитать её тайком от Веры.

Я схватила книгу и засунула под одеяло, а после замахала руками.

Это означало уйти, но у Кайшана было весёлое выражение лица.

Я взглянула на приближающегося ко мне парня, а затем повернула голову.

– Я думаю, что ты милый ребёнок.

Мальчик поднял палец и ткнул меня в пухлую щеку.

«Ты без колебаний кладёшь руку на мою драгоценную щеку. Мне это действительно не нравится.»

– Кстати, ты знала, что завтра в саду будет садовая весеринка?

«А?»

– Да!

«Это вечеринка, а не весеринка.

Кого ты пытаешься научить тому, что у тебя короткий язык и искажённое произношение?

Это действительно меняет жизнь. Я никогда не думала, что что-то подобное будет у меня.

Это вечеринка.

Мне тяжело здесь жить.

Как долго я ещё буду такой?»

К счастью, я могу ходить, даже шатаясь, поэтому, если магическая сила будет немного более стабильной, я смогу использовать её с завтрашнего дня.

Теперь, если я соберу ещё немного магии, я смогу выбраться из этого дома.

Еда – это просто ловля животных в лесу. На самом деле охотиться на зверей в лесу не сложно.

Если вы можете использовать магические силы, выжить не составит труда.

«В любом случае, в такой ситуации меня никто не найдет.»

Выйду я или умру, Краунам будет наплевать на меня.

Головная боль исчезнет, и им останется только заявить о пропаже.

В семье Краунов с потерянными вещами или людьми поступают просто, делают вид, что ищут, а потом забывают.

Пока я выживаю такой, какая есть, этого достаточно. Если подумать, это довольно удовлетворительный план.

– Весеринка — это место, где собирается много людей, чтобы вкусно поесть и подружиться. Есть только хорошие люди, которых мой отец выбирал и пригласил.

«О, это вряд ли хорошая вещь для полукровки, не так ли?»

Когда дело доходит до людей, которых выбирал и пригласил Шарендт, это, вероятно, будут люди хорошего происхождения и давних семейных традиций или высокопоставленные люди.

«Если бы я была там...»

– Ах, ещё много волшебников придут чинить магические предметы в доме.

– …

Я забыла сосать соску, ведь снова и снова размышляла над детскими словами, застрявшими у меня в ушах.

Затем я толкнула катящуюся бутылку ногой и обеими руками прижала соску ко рту.

Склонив голову, Кайшан прошептал, что ему пора идти, потому что пора начинать урок. Это был короткий визит, менее 30-ти минут.

Я осторожно подняла руки, чтобы попрощаться, и села неподвижно.

«Придут сюда.»

Я никогда не думала, что мы встретимся так скоро.

Конечно, я думала встретиться с вами когда-нибудь. Теперь я была слишком молода и слаба. Если это так, никто не узнает.

«Нет, Мелейн сюда не придёт.»

Поскольку изначально я была мастером магической башни, эту должность должен был занять Мелейн, стоявший чуть ниже меня.

Мастер-маг не может приходить только ради вознаграждения за ремонт магических инструментов.

Моя голова успокоилась, поскольку мои мысли сбились с места. Я раскинула конечности и легла на спину.

– Леди, Вы выпили много молока. Сегодня я принесла яблочное пюре. Если Вы хорошо поедите, я дам Вам его.

«Яблочное пюре!»

Я вскочила с широко открытыми глазами.

Казалось, что я стала обычным младенцем, и чувство, что вот-вот заплачу, пропало.

Сладкое яблочное пюре было самой вкусной едой, которую я ела с детства. Это было так вкусно, что таяло во рту.

На самом деле детское питание всегда имеет странный вкус. Не плохо, но и не вкусно...

Кроме того, цвет всегда зелёный или жёлтый.

– Вала!

Я сделала всё возможное, чтобы назвать её имя.

«Вера лучшая!»

– Вы не представляете, как приятно каждый раз, когда Леди называет моё имя. Я вспомнила, как сильно Вам понравилось пюре в прошлый раз, поэтому попросила об этом у шеф-повара.

В конце концов, нечто подобное заслуживает награды.

Я вынула соску изо рта и открыла его.

Вера посадила меня на колени, а потом взяла ложечкой детское питание и поднесла к моему лицу.

Я быстро закрыла рот, прожевала и снова открыла его.

Сегодня детское питание было белое, но я не знаю, какое оно на вкус. Вкус настолько незначительный, что я даже не могу его описать. Здоровая еда всегда такая.

Это кашица, даже не приправленная должным образом. Я хочу есть сочное мясо.

Я проглотила неразжёвываемое детское питание и стала ждать следующего вкусного яблочного пюре.

После того, как я съела, пюре пошло в ход.

– Ух ты!

Как только я открыла рот шире прежнего, Вера как бы смущённо держала меня на руках.

«О, что это?! Моё яблочное пюре?!

Вот моя вечеринка! Я собираюсь отказаться от той вечеринки! Сладко!»

Вера была так искусна, что подхватила меня одной рукой, а другой стала похлопывать по спине.

Теперь, когда за мной присматривает горничная, это не имеет большого значения. Вырвалась ухмылка.

– Как переваришь, так и ешь.

Я недовольно посмотрела на лицо Веры и придвинулась к ней как можно ближе.

Так или иначе, после того как я удовлетворила Веру, я смогла есть яблочное пюре, пока мой желудок не наполнился.

«О, я счастлива.»

Вера увидела выражение моего лица и прижалась ко мне лбом.

Вера часто вела себя странно. Хотя это не было плохим чувством.

– Леди, вы наелись?

– Да!

Я ответила, подняв правую руку изо всех сил. Непривычное чувство поразило нёбо.

– Тогда давай сейчас прогуляемся.

«Прогулка?

Что случилось с ней? Она очень старалась не выпускать меня какое-то время.»

Я многозначительно посмотрела на неё широко открытыми глазами, а Вера легонько встряхнула меня, как бы успокаивая.

– Герцог ждёт Вас.

«Ух ты!»

Когда я нахмурилась, Вера неловко улыбнулась и начала обнимать меня и кружить по комнате восьмёркой.

У меня кружилась голова, и я держала рот на замке.

Когда я замолчала, Вера подумала, что я успокоилась, и вышла из комнаты.

«Вера не может быть няней или мамой…

Думаю, она выбрала не ту работу.» – подумала я, прикрывая рот от яблочного пюре и детского питания, которые вот-вот выйдут наружу.

Она была милой и доброй, но не очень хорошо обращалась с детьми.

****

–Просто возьми и посмотри.

Его Светлость Герцог, вызвавший меня, то есть Дешар Краун, подозвал Веру и передал поздравительную записку.

– Что…

Вера колебалась, по очереди глядя на меня и мужчину, и, наконец, склонила голову.

Я не стала её останавливать.

Потому что она не может сопротивляться приказам тех, кто наверху власти.

На самом деле, даже если что-то случится и ты убежишь от меня, я не обижусь.

Конечно, я была бы зла на ситуацию, но не возмущалась бы, потому что это неизбежно.

Вера склонила голову перед свирепым взглядом Дешара и с трудом заговорила:

– Позаботьтесь о ней.

Она тихонько отошла и закрыла дверь.

Я посмотрела на дверь, которую оставила девушка, и увидела Дешара.

Его суровые, ожесточённые глаза смотрели на меня так, словно хотели убить.

«Что это за лицо? Ты собираешься меня убить?»

Я тоже сначала зажмурилась, а потом уставилась на мужчину. Когда я смотрела на него, мои глаза пересохли, и мне пришлось сдаться три раза.

«Я не ожидала, что потеряю так много в игре в гляделки.»

Когда я вздохнула и повернула голову, Дешар вскочил со своего места и подошёл ко мне.

Я легла на спину, вытянула руки и ноги и, лёжа на спине, перевернулась и отползла в угол.

Поняв, что кататься удобнее, чем ползти, я часто перекатываюсь, когда тороплюсь.

Дешар, протягивавший руку, пару раз похлопал меня по боку, словно смущённый.

– Большая.

Мужчина огляделся, опустился на одно колено и придвинулся ближе ко мне.

Я свернула в угол, откуда некуда было бежать, и посмотрела на него угрюмым взглядом.

– Тсс… Селина...

Голос, достаточно тихий, чтобы проникнуть внутрь, зовёт меня.

Даже голос Дешара, командующего всевозможными дворянами, был настолько тих и ласков, что в это трудно поверить.

Когда он понизил голос я посмотрела на него с неохотой.

«Хммм.»

Когда я посмотрела на мужчину с усталым выражением лица, он начал ходить вокруг меня.

«Куда, чёрт возьми, делся старый харизматичный старикан Дешар Краун?»

Он несколько раз кашлянул, потом огляделся, потом медленно посмотрел на меня.

Затем он подошёл к столу, открыл ключом ящик, расположенный внизу стола, вытащил что-то и подошёл ко мне.

Я нервно сглотнула слюну, спокойно глядя на то, что мужчина спрятал за своей спиной.

«Ты собираешься прийти и убить меня сейчас?

Стыдно запирать меня в такой комнате?»

Увидев, что я цепляюсь за стену, Дешар подошёл с ужасающим выражением лица.

Затем он повернул ко мне спрятанный за спиной предмет.

«Умереть вот так снова!..»

Я крепко закрыла глаза от страха, нависшего надо мной, и приготовилась к грядущему.

– Тебе нравится что-то подобное?

Это был странный голос, который донёсся до моих ушей без какой-либо боли или странности.

Я открыла плотно закрытые глаза. Затем передо мной появилось что-то странное и интересное.

«…кукла?»

Избегая неуклюжей на вид куклы, я медленно двигала задницей.

Кукла последовала за мной. Если быть точнее, рука Дешара, которая держала куклу, двигалась.

«Я не думаю, что это проклятая кукла, тогда что?»

Морда медвежья, уши длинные и висячие, как у кролика, а тело всё ярко-красное.

Голубые драгоценности вместо глаз выделяются больше всего. Как-то знакомо...

«Магический камень?»

Он был очень маленьким, но определённо был волшебным камнем.

Когда я с подмигиванием потянулась к драгоценному камню, мужчина протянул мне причудливую куклу.

Морда милого медвежонка, продолговатые кроличьи уши и медвежье тело были все красные.

«Кроме того, тело было полно геометрических и красивых узоров, как у леопарда. Нет, для куклы качественно, но почему у тебя в глазах волшебные камни?»

– Всё-таки ребёнок есть ребёнок, поэтому тебя интересуют такие вещи.

Он немного пробормотал с более расслабленным выражением лица.

Я посмотрела на его морщинистое лицо, потом снова опустила глаза и посмотрела на куклу.

«Недостаточно, чтобы убивать людей.»

Даже если магическая сила магического кристалла внутри взорвётся, он не сможет убить ни одного младенца.

Этого было очень мало. В лучшем случае они могут проделывать очень простые трюки.

– Попробуй здесь.

Пока я смотрела на Дешара пустым взглядом, он протянул руки и поднял меня.

Я боролась в изумлении, затем остановилась, когда он похлопал меня по спине.

– Глядя на то, как хорошо ты себя чувствуешь, кажется, что твоё тело значительно развилось.

Кроме того, этот дружелюбный голос, который не подходит ему.

Куда, чёрт возьми, делся человек, смотревший на грязные вещи своим суровым взглядом?

«Что Дешар…?

Это действительно Дешар Краун? Человек, который кричал на меня каждый день?

Человек, который убивает, когда его выводит кто-то, будь то враг или союзник, без всякого рассмотрения? Сотни сражений и сотни побед?

Я не могу в это поверить.»

Когда я от смущения перестала двигаться, он сел на рабочий стул и даже усадил меня на колени.

Затем он показал куклу передо мной и обеими руками надавил на живот куклы.

«Ух ты!»

Странный звук, исходящий из живота куклы, сопровождался сотрясанием игрушки.

Это знакомый, но в то же время незнакомый крик. Если это крик, который мне знаком...

– Это медвежонок-кролик. Говорят, что они хорошо ладят с детьми.

Вкусы имперских детей также очень уникальны. Им нравится этот вид монстра.

– Я использую волшебные камни для бесполезных вещей.

«Если это так, дай мне!»

Я протянула руку и схватила куклу за глаза. И я рванула их так сильно, как только могла, что издала хрюкающий звук.

«Этот хороший, даже если ему не хватает магической силы.»

Недостаток магической силы следует восполнять, поглощая магические кристаллы.

Когда я улыбнулась, глядя на волшебные камни, и сказала: «Ха» – это было услышано.

Держа волшебный камень обеими руками, плюшевый мишка с выпавшими глазами покатился по полу.

– …А ты хорошо разбираешься в дорогих вещах.

Он сказал, что это было удивительно.

Дешар наклонился с горькими глазами и поднял куклу. Потом снова протянул. Бывшая голубоглазая кукла стала ещё более гротескной.

– Нравится?

Мужчина вытащил один из волшебных камней, которые обычно вращаются в механизмах, и протянул его мне. Это волшебный камень, который намного больше, чем глаза плюшевого мишки, и имеет высокую чистоту.

Я взяла волшебные камни, который держала обеими руками, в одну руку.

«Конечно!!»

Я была поглощена тем, что пыталась удержать два волшебных камня в одной руке, затем протянула вторую к руке мужчины.

– Ух ты…

Его руки были большими.

Как бы сильно я не тянулась, кончики пальцев только грустно дрожат. Дешар усмехнулся, нахмурился и пошевелился.

«Мой волшебный камень! Мой камень! Это моё! Дай это мне!»

– Ага, если в тебе кровь Краунов, ты должна уметь отличать дорогие вещи.

Мужчина небрежно выбросил плюшевого мишку с отсутствующими глазами в мусорное ведро и держал в руках волшебный камень, размером с мою ладонь.

Он был намного чище, чем у плюшевого мишки.

«…Где бы его спрятать?»

Детская одежда не имеет карманов, что неудобно.

Я нащупала и коснулась своего тела.

«Единственное место, куда его можно спрятать...» – подумала я, закатывая глаза.

«Трусики…?»

Нет, несмотря ни на что, я не думаю, что это всё.

Найти ткань. Носовой платок или что-то в этом роде. Небольшой тканевый мешочек будет идеальным.

Держа драгоценный волшебный камень обеими руками, я спустилась вниз и замахала конечностями в воздухе, чтобы найти ткань.

Мужчина усадил меня на мягкий ковёр и стал наблюдать за моими руками.

– Селина.

«Почему ты продолжаешь звать меня, потому что что-то беспокоит тебя?»

– Подойди и посмотри, Селина.

Я взглянула на него, потом снова повернула голову и положила волшебный камень на пол, глядя на него с восторгом.

«Я думаю, Дешар не обеднеет. Ведь он богатый парень, какая ему разница?

Если бы он был таким чистым, он бы многого стоил.»

В книге мужчины вращалось несколько магических кристаллов.

– Иди сюда, я дам тебе еще один волшебный камень.

Он издал треск и вынул из грифельной доски волшебный камень, словно чтобы покрасоваться. Он тоже размером с мою ладонь.

С мерцающими глазами я оттолкнула своих драгоценных детей в сторону и подползла к нему.

«Угу, мне нужно пройтись.

О, у тебя есть так много вещей, чтобы спереть!»

Её лицо всегда было искажено разочарованием, но, когда мужчина показал ей лежащий перед ним волшебный камень, у неё не было другого выбора, кроме как поклониться.

«Да, если я смогу получить волшебный камень, сыграв несколько раз роль щенка...»

Я схватилась за ближайший диван и изо всех сил пыталась встать на дрожащих ногах.

Ползание более удобно, поэтому трудно встать.

Пока я пошатывалась, брови Дешара нахмурились.

Это сильно отличалось от его обычного поведения, когда он каждый день только кричал с лицом, твёрдым, как каменная статуя.

«Какая родословная?

Разве я не полукровка? Приручать собаку весело? Я не знаю, потому что у меня никогда не было такого ребёнка.»

Дешар Краун поймал мой взгляд, когда я отчаянно извивалась.

– Правильно!

«Я здесь!»

Я подошла к его ногам и протянула руку.

Область вокруг глаз мужчины становилась всё более и более морщинистой.

Он нежно держал волшебный камень в руке. Потом он взял меня на руки и снова посадил к себе на колени.

Я внимательно осмотрела волшебный камень в своей руке. При ближайшем рассмотрении чистота оказалась немного выше, чем раньше. Но это небольшая разница.

Если оценивать, то они одного и того же класса, но, если тот, который я получила ранее, был просто волшебным камнем класса C, то камень, который я получила на этот раз, составляет примерно класс C+.

– Хотел бы я представить тебя официально.

Его голос был наполнен глубоким сожалением.

Ведь если бы хотя бы один родитель был другим, этот ребёнок никогда бы не родился. Поскольку гены разные, не может родиться один и тот же ребёнок.

Я услышала его голос у одного уха.

– Селина.

– …

Он несколько раз называл моё имя, но так и не прибавил фамилию Краун.

Было видно, что это, наверное, последний барьер Дешара.

Предел, который он может дать и разрешить Селине.

В самом деле, для того, кто ясно различает общественные и личные дела, даже такого рода разрешение является неожиданным.

– Хм, если подумать, я хорошо слышал имя горничной на днях.

– А?

«Имя Веры я даже выговорить не могу, где ты хорошо слышал?»

Я попыталась произнести это ещё раз из-за абсурда, но всё равно это отстой.

Глядя в мой хмурый взгляд, мужчина несколько раз кашлянул.

Некоторое время тихо осмотревшись, он выпрямил спину и произнёс тихим голосом:

– Хочешь называть меня дедушкой?

– Фу…!

Сама того не осознавая, из моих уст вырвалась ужасная реакция.

Дешар смущённо прижал меня к себе и ещё пару раз кашлянул.

Он достал из ящика ещё один волшебный камень и посмотрел на него.

Это волшебный камень размером с два камня, которые я уже получила. Сколько бы вы мне этого ни давали, вы не «дедушка» мне.

«Как сильно меня обидел этот старик!»

Он сказал, что беспокоится, потому что не может видеть меня на каждой встрече.

Конечно, я знаю, что это потому, что я старше и опытнее, чем моё тело.

Однако каждый раз, когда меня обдирают на глазах, сколько бы мне не было, мой разум разрывается.

Поэтому я обычно откладывала ответ до следующей встречи и готовила причины отказа или условия переговоров так, что мой мозг ломался, но иногда приходилось неохотно кивать головой.

Из-за того, что у меня было много вещей, которые работали плохо.

Новообразованная страна была нестабильной. Мы должны были как-то доказать свою полезность, нарушив государственную религию.

Волшебники явно были сильнее гражданских, но они ничего не могли сделать, пока были в меньшинстве.

Военная мощь страны и численность населения тоже были разными.

И героев среди людей тоже нельзя было оставить без внимания. Только что основанная молодая нация ничего не могла сделать.

К счастью, магические предметы с использованием магических камней можно изготовить только в Силлофии, так что их полезность доказана.

Я пыталась распространять вокруг национальную религию.

Существовало мнение, что магия опасна, но по мере того, как взгляды сосредоточивались на магии в жизни, это восприятие постепенно исчезало. Это сделано для того, чтобы максимально показать только безобидную часть.

Пусть игнорируют Силлофию.

Даже рассматривайте Силлофию как маленькое существо.

А пока мы будем наращивать силу незримо.

С определённого момента никто не осмеливаелся игнорировать Силлофию.

Я так и думала.

Волшебники с отличными навыками, включая меня, обязательно изучали атакующую магию.

В частности, я в основном использовала смертельную магию. Конечно, это было скрыто.

К счастью, единственные, кто знает, что я использую чёрную магию, это волшебники Башни Силлофии.

Волшебники более высокого уровня, такие как сенат на верхних этажах Башни и Мелейн.

Не было никого, кто знал бы летальность или опасность чёрной магии так, как они. И поэтому меня убили. Я была глупа.

– Кхм.

Когда я отвлеклась, мужчина кашлянул неизвестное количество раз.

«В любом случае, ты не стесняешься. Тебе не о чём сожалеть, поэтому ты смеешь просить сказать «дедушка»?»

Мне… Нет, как ты помог этому телу вырасти? Ты не давал ничего, кроме пренебрежения. Бесстыжий.

Я повернула голову, чтобы посмотреть в изумлении.

Я считала постыдным, когда видела, как Шарендт или Дешар просят что-то у меня.

«Теперь-то ты собираешься приходить и лечить меня?

Это смешно, так смешно!»

Несмотря на то, что я чувствовала себя странно при этой мысли, я не могла сдержать своё высокомерие.

Честно говоря, если бы не я, этот первоначальный владелец уже бы умер.

Как можно забыть кого-то на две недели? Какой бы я не была ошибкой, я чуть не умерла, а что делала моя семья?

Я солгу, если скажу, что сделаю что-то подобное. Я никогда не жила без достаточной гордости, чтобы поклониться хотя бы одному из этих волшебных кристаллов.

– Хм, ты понимаешь так много? Кант сказал, что ты очень зрелая, по сравнению с ребёнком в этом возрасте.

– Бу…

В тот момент, когда я была готова с позором повернуть голову к Дешару, который говорил так, словно сожалел, мне пришлось прекратить вести себя так.

Потому что в его мозолистых руках сиял большой волшебный камень.

– Дедуля!!!

Я изо всех сил выкрикнула это и нежно обняла его.

Самоуважение. Если подумать, похоже, это не мой спасательный круг.

Если это такой волшебный камень, то, честно говоря, если вы его продадите, это будет обеспечивать вас несколько лет жизни.

Предполагая, если существуют классы магических камней от S до F, класс этого магического кристалла будет как минимум класса B+.

Если внимательно осмотреть его, то можно увидеть, что он немного некачественный.

Так или иначе, уровень чистоты между сортами B+ и A-. Более низкие оценки намного хуже, чем оценки B+.

Если бы он у меня был, тогда можно сказать, что я буду независима к четырём годам, даже если моей магической силы немного не хватит, но я могла бы зарабатывать на жизнь.

Другие мелкие кристаллы можно использовать в качестве помощников, когда я использую магию.

Я улыбнулась и снова уткнулась лицом в плечо Дешара.

– Дедуля!

– Хе-хе, ты очень умна. Даже жадна, но...

Магический камень лучший.

Это больше магия, чем деньги.

Я смогу превратить их в деньги, когда бы они мне ни понадобились, они были нетяжёлыми, и я смогу использовать магию, когда захочу.

Честно говоря, этого было достаточно.

Даже если это не обернётся деньгами, если вы можете использовать магию, многое можно сделать с помощью кристалла.

Дешар был так доволен, что погладил мои редкие волосы большой ладонью.

Я тихо закрыла рот и ощутила странное чувство.

– Отныне зови меня дедушкой.

– Бу…

Я поджала губы, выражая недовольство.

Цена этого кристалла почти класса А заключается в том, что с этого момента я должна называть Дешара титулом «Дедушка».

«Могу ли я поставить на весы свою боль всей жизни и магический кристалл класса А?»

Я сморщила лицо и закрыла рот. Я чувствовала взгляд, смотрящий на меня, словно была в агонии, и убрала протянутую руку.

– …Я знаю, ты немного ненавидишь меня и Шарендта.

Не то, чтобы я их ненавижу, я их очень сильно ненавижу. Было трудно выбирать между «дедуля» и магическим кристаллом А-класса.

Когда я подняла голову и посмотрела на мужчину, он горько улыбнулся.

«Почему у тебя такое выражение лица?»

Я никогда не хотела видеть эту другую сторону того, кто кричал и ругался каждый день.

С каменным лицом я наклонила голову и долго смотрела на Дешара.

– Думаешь, было бы всё иначе, если бы я принял женщину, которую привёл Валиан?

«Даже если бы я подвергалась такому же пренебрежению, по крайней мере, у меня был бы защитник.

Нет, не у меня, а у Селины.»

Иметь опекуна и не иметь опекуна – разные вещи.

– Нет, это как-то сентиментально. Ты даже не поняла.

«Нет, я всё поняла.»

– Просто возьми это с собой. Если ты будешь звать меня дедушкой, я буду иногда давать тебе это.

Я широко открыла глаза, когда сжала кристалл, который держала в руках.

Если я назову тебя дедушкой, ты дашь мне магический кристалл? Тогда… Кажется, можно побыть расчётливой.

– Дедуля!

– Да, ты так меркантильна.

Несмотря на слова, Дешар, улыбавшийся, не выглядел так, будто он в плохом настроении.

Когда он опустил меня на пол, я без сожаления уползла с магическими кристаллами.

– Кажется, ты даже не приняла ванну…

Он впервые видел такого жадного ребёнка, тихо пробормотал это и позвал Веру.

Я обняла урожай дня и с полными руками направилась в комнату у Веры на руках.

****

Говорят, что когда человек счастлив, несчастья будут приходить один за другим.

– Эй, полукровка! Иди и принеси!

Комок соломы, размером с кулак, брошенный уродливым маленьким мальчиком, покатился по полу.

Я посмотрела на магический кристалл, свисавший с шеи.

«Зачем ты привела меня на такую нелепую вечеринку?

Это был приказ Дешара, но кто оставит такого маленького ребёнка на вечеринке?

Вере тоже не разрешают присутствовать.»

Я одна осталась в саду, поэтому думаю, как бы выманить побольше магических кристаллов, а тут они приходят и нападают на меня.

Сейчас собираются ребята лет пяти-шести.

«Как они могут все так плохо выглядеть? В любом случае, можно не обращать внимания на то, что даже не имеет значения.»

Я взглянула на курносых собак, которые собрались и пошли в сторону леса.

Нет абсолютно никакой причины иметь дело с надоедливыми людьми.

– Брат, а что такое полукровка?

– Грязный ублюдок. Их не принимают в семью, а потом и вовсе выгонят отсюда. Моя мать сказала, что это похоже на рабство.

– Раб? О, это грязно!

Кто-то толкнул моё тело.

Моё маленькое тело пошатнулось и покатилось по полу. Платье, которое Вера надела с утра, потемнело.

Дети бросали в меня грязь, катали по полу и толкали меня назад, когда я пыталась встать.

Я даже не могла нормально встать на четвереньки, но кто-то снова толкнул меня.

– Грязная полукровка!

Благодаря этому розовое платье было окрашено в чёрный цвет.

Когда моё тело снова начало катиться, я быстро встала на четвереньки и отползла от них.

«Аааааа, мне больно от неровностей на полу.

Конечно, мне всё же удалось выжить.

Мне больно...

На самом деле, не имеет значения, если моя одежда испачкается...

Почему они трогают маленького ребёнка и поднимают шум?

Почему вы хотите умереть?»

Я сидела на расстоянии, посасывая соску и медленно поворачивая голову.

Магический кристалл, самый маленький из тех, что я получила вчера, но даже с таким не было проблемой утопить одного или двух этих глупых ублюдков и убить их.

«Хм…»

Кроме того, я собиралась использовать чёрную магию, чтобы расти немного быстрее, так что убить ещё несколько человек было бы неплохо.

«Количество энергии у детей небольшое.

Такой характер означает, что вы хотите казаться сильнее, чем вы есть на самом деле?

Я могу замаскировать это под несчастный случай.

Ведь никому и в голову не придёт, что недавно рождённый младенец убил детей.

Дети будут свидетелями, а мёртвые всегда молчат.»

Подумав об этом, я подняла камень, который был поблизости, и бросила его в парня, который сделал вид, что меня знает.

Камень, который не так давно воткнулся в пол, теперь каким-то образом полетел вперёд.

– Ой!

Он ударил парня по лбу, так что тот упал.

Конечно, это было бы не так уж больно, потому что я управляла им, но это было раздражающе.

Внезапно я увидела чёрный синяк на моём запястье.

«Как мне объяснить это Вере? Должна сказать, что я скатилась вниз по лестнице?»

Даже мысли об оправданиях приводили меня в ярость. Я ухмыльнулась, как будто это было благом, повернулась и заползла в кусты.

– Стоять! Поймать её!

Я слышала неуклюжие шаги тех, кто бежал за мной вместе с рычащим голосом.

«Уф!

Так подумать, если меня поймают, ничего хорошего не будет, верно?

Бежать!»

Изо всех сил я помчалась по ухоженной лужайке, быстро заползая в кусты.

Раздался дребезжащий звук, когда трава и подол тёрлись друг о друга, но это не было большой проблемой.

Я сильно скрестила руки и ноги, кусая щёки так, что пошла кровь.

Дорога, по которой я шла, отличается от того места, где находится сад Шарендта, ещё одно место с прудом, который я нашла, исследуя местность.

Поскольку особняк Краунов такой просторный, то в нём большой сад с разнообразными растениями.

К счастью, это близко к вечеринке в саду, поэтому мне было легко заманить их.

– Как тот таракан…!

«Блин, догнали...?»

Я с перекошенным лицом повернула голову, чтобы посмотреть на них в нарастающем раздражении, и увидела, как они бегут ко мне.

– Ух ты!

Впервые я усердно работала своими конечностями, чтобы выжить.

Не повезло и очень не повезло оказаться таким гостям у Шарендта. Он должен сказать то же самое.

– Быстрее! Хватайте тупицу!

«Кто тупой!?

Какие тараканы, вы, ребята, которые собираетесь вокруг и изводите слабых малышей, самые страшные тараканы.

Тот, кто посередине, бьёт больнее всего!

На данный момент…»

– Абу!

«Ты будешь первым.»

Отчаянно бежав, я едва смогла остановиться перед прудом.

Тем не менее, вид воды не так обнадёживает.

– Пух… под… бу… ву…

«Почему тело этого ребёнка не может нормально дышать?»

Я быстро вытянула голову обеими руками и сделал глубокий вдох. К счастью, люди, которые следовали за мной, тоже стояли в ряд передо мной, пытаясь отдышаться.

– Хе-хе-хе-хе-хе-хе…

– Хе-хе-хе… …

–Ах, чувак, ха, ха…

Четверо малышей.

Трое были мальчиками и одна девочка. Все запыхались и были заняты поглощением свежего воздуха.

– Ты, ты… Эй, эй!

«Я сделаю это.»

После того, как я снова укусила свою щеку и несколько раз пососала её, я схватила волшебный камень, который висел на шее, своей милой рукой.

– Ты, ты… Зу... !

«Вы все мертвы!»

Волшебный камень, который я держала, начал светиться синим.

– Для меня большая честь увидеть Вас вот так, Молодой Герцог.

– Я просто рад, что вы пришли.

Шарендт смотрел на людей, которые подходили к нему один за другим и приветствовали, и отвечал каждому улыбкой.

Приглашённые люди были из тех, кто имел политическое отношение к Краунам, кто действительно этого стоил или кто мог бы помочь в будущем.

– Для наших детей большая честь иметь возможность участвовать.

– Вы преувеличиваете.

При милом и нежном ответе мужчины у всех раскрылись рты.

Способность Шарендта Крауна разрушать стены противника была непревзойдённой и позволяла ему проникать куда угодно.

Он был хозяином и представителем, так что атмосфера была слегка расслабленной, чтобы можно было естественно разговаривать друг с другом.

Шарендт медленно осматривал сад, наклоняя бокал с шампанским.

Это была небольшая вечеринка в саду, на которую было приглашено около 20-ти семей, но размер вечеринки был не очень маленьким, так как приглашённых сопровождала семья.

«Где Кайшан?»

Он сузил глаза и внимательно осмотрел сад.

В одном углу хорошо одетый ребёнок во фраке ходил возле деревьев и кустов, проверяя каждый закоулок.

Мужчина аккуратно проскользнул сквозь толпу и скрылся.

– Кайшан.

– Уф!

Ребёнок, который не заметил, когда он встал прямо за ним, вскочил на его зов.

Удивительно, но мальчик долго не мог ничего сказать с широко открытыми глазами.

– Ах, Отец...

– Это долгожданная вечеринка, но что ты здесь делаешь, не гуляя с другими детьми?

– Ну, это… – Кайшан сжал кулаки и разжал их.

Ему не хотелось безрассудно открывать рот, потому что он хорошо знал, что ненавидит отец, а что любит.

В частности, «Серина» была на стороне, которая не нравилась Шарендту.

Пока мальчик колебался, выражение лица его отца постепенно становилось жёстче.

Кайшан, который всё шевелил пальцами, осторожно открыл рот.

– Я искал малышку.

– …малышку? Ты имеешь в виду ребёнка Валиана?

– Да, Серину.

Шарендт скрестил руки на груди и нахмурился.

Тем не менее, было бы слишком большой проблемой привести сюда ребёнка младше года.

– Дедушка сказал мне тоже присоединиться к Серине.

– Мой отец?

– Да, но я нигде не могу найти. Раньше я был с детьми из других семей...

Кайшан опустил голову, словно разочарованно.

Увидев, что его сын беспомощно опустил голову, Шарендт медленно огляделся.

Кажется, он не знал об этой мелочи, но она оставила следы.

«Ты всюду влезаешь...»

Не может не быть никакого следа, оставленного позади.

Неудивительно, что недалеко от куста были следы примятой и перетащенной травы.

Рядом также было несколько следов маленького ребёнка.

Шарендт нахмурился, внезапно вспомнив большие синяки Селины на коленях.

Маленькие дети бродят вокруг и получают синяки.

– Носится как безумная, прямо как её отец….

Мужчина сказал с отвращением и шагнул туда, где остались следы девочки.

Когда он вошёл в кусты, было больше следов.

–…Тебя толкнули.

Увидев следы детей, показалось, что над Селиной издевались.

Он был аристократом, которого считали довольно удачным, но, похоже, не мог контролировать детей.

Шарендт Краун не мог скрыть дискомфорт от тонкого вгрызания совести при медленном передвижении в поисках следов.

Он даже не понимал, зачем двигался в поисках такой глупости.

Если честно, ему не понравилось, что она не получила фамилию.

Глядя на неё, он вспоминал о своём единственном младшем брате Валиане.

Жалкий человек, который боролся с каждым инцидентом и сталкивался проблемами один на один, и в конце концов был выгнан из своей семьи по своему желанию.

– Ау!

– Ау! Ой!

У Шарендта был обострённый вкус, а также слух, обоняние и зрение.

Были времена, когда ему приходилось слушать вещи, которые не хотел слышать, поэтому мужчине не очень нравилась его особенность.

Тревожное чувство пронеслось в голове.

Неторопливый шаг Шарендта Крауна стал немного быстрее.

Нехорошо было услышать слухи о том, что в семье Краунов тонут дети знатных семей.

Когда он, наконец, добрался до пруда, Шарендт впервые в жизни был ошеломлён и замер с глупым выражением лица.

– Ой!

Маленькая малышка сидела на траве, раскинув короткие ножки и как сумасшедшая размахивая сжатыми в кулак ручками.

Ярко улыбающееся личико девочки словно нашло очень интересную игрушку.

Однако всякий раз, когда ребёнок взмахивал рукой, дети знатных семей, парящие в воздухе, тряслись в воздухе.

Не имело смысла видеть ребятишек, летающих влево и вправо в пустом воздухе, как если бы они парили по волшебству.

– Аааа!

– Ха!... – крикнула Селина.

Мокрые дети, парящие в воздухе, плакали из-за происходящего.

Шарендт какое-то время наблюдал за ними.

Было очень удивительно, что ребёнок, которому сейчас меньше года, может использовать магию.

Дети были похожи на куклы, подвешенные на бельевой веревке. Все они кричали.

– Это слишком?

Девочка наклонила голову, не замечая мужчину.

Хоть он и хотел, чтобы его заметили, сердце затрепетало.

«Зачем ты мучаешь бессильного ребёнка? Если это так, то почему ты вообще так относишься к ним?

… Магический камень?

Как вы думаете, может ли такой маленький ребёнок использовать камень для магии?»

Шарендт редко бывал удивлён.

Он не мог в это поверить. Ему было интересно, откуда взялся этот магический камень.

Мужчина на мгновение задумался.

Было бы плохо, если бы этот ребёнок убивал детей и обставлял всё как несчастный случай.

Есть свидетели, но кто осмелится выступить против Герцога Крауна?

Однако убийство четырёх человек было трудно скрыть. Даже если не будет улик, компенсацию придётся выплатить.

– Селина.

После недолгих размышлений Шарендт намеренно издал шорох и подошёл к пруду.

Он впервые назвал имя ребёнка. Это было странное чувство.

Услышав шелест травы, девочка открыла глаза и повернула голову.

В тот момент, когда она встретилась взглядом с мужчиной, лицо Селины исказилось.

Это был взгляд на что-то действительно ужасное, поэтому у неё не было другого выбора, кроме как ещё раз изменить выражение лица.

*****

– Селина.

Я невольно повернула голову на мягкий тон, который коснулся моих ушей. И у меня не было выбора, кроме как сохранять каменное выражение лица.

«Опять появился.

Я просто быстро брошу их…»

Проблема была в том, что я стала более жадной, когда увидела, что болезненные раны покрылись пятнами, как заплесневелый хлеб.

Я долго смотрела на него, потом снова повернула голову и увидела детей, дрожащих бледно-голубыми губами в воздухе с белыми лицами.

Они теперь трясут обеими руками и лица уже не были таким торжествующими, как раньше.

Тем не менее, это продолжается до сих пор.

«Их дух не был силён, а страх был сильнее. Всё равно это та же энергия.

Энергия от злобы лучше всего, но и страх тоже неплох.

Если я убью их лёгким проклятием, я смогу поглотить их души. Преобразовать и использовать в качестве чёрной магии.»

– Не убивай их.

Если меня обнаружили, то обнаружили.

Даже если Шарендт попытается меня убить, если я воспользуюсь этим большим магическим камнем, телепортация не будет проблемой.

«Нет, я просто сразу от него телепортируюсь.»

Я попыталась оттолкнуть большую тёплую ладонь, приобнявшую меня за спину.

– Не знаю, откуда у тебя эти игрушки, но убивать в семье запрещено.

– Хорошо!

«Отпусти, говорят! Если не уберёшь руки, то они умрут.»

Благодаря магическому камню управление маной стало проще, поэтому я могла телепортироваться. Хотя было нужно всё доработать и довести до ума.

– Перестаньте использовать магию.

Шарендт закрыл мне глаза другой рукой.

В одно мгновение перед моими глазами сгустилась тьма.

Я не могла видеть, что происходит, поэтому начала бороться.

Его рука, закрывающая глаза, снова была невероятно тёплой. Хоть глупо, но я успокаивалась от этого прикосновения.

«Пока тепло, всё хорошо.»

Я трясла руками и ногами от досады, понимая, что мне не выбраться, и смирилась.

«Я не могу сопротивляться, это тепло так успокаивает.»

Шарендт Краун, который отобрал кристалл из моей руки, посмотрев на него.

Посмотрев некоторое время на магический камень, который я использовала, он перевёл взгляд на меня.

– Понятно.

«Если подумать, тот факт, что магия была обнаружена, тоже проблема.»

Я лучше всех знала, что семья Краунов, включая Шарендта, не любила магию.

Они думали, что магия была тривиальной, поскольку они были семьёй, владеющей мечом.

Мягкие серебристые глаза внимательно смотрели на меня.

Выражение его лица, придирчиво осматривающего сверху донизу, было таким же мягким, как всегда. Но опять же, глаза не улыбались.

После долгого общения с ним я могла сказать, была ли у него настоящая улыбка или фальшивая.

«Как волшебник, как лидер Силлофии, я устала с этим сталкиваться!»

– Отдай!

– Ты можешь отпустить их?

– Абу?

Я наклонила голову, делая вид, что не знаю, о чём он, выставляя на первый план невежество младенца.

Когда я так сделала, мужчина сухо рассмеялся.

Это была сухая улыбка, которая действительно ощущалась кожей.

– Ты хочешь сказать, что мне всё это показалось?

«Воистину, человек без крови и слёз.

Как ты можешь так смотреть на милого и красивого ребёнка... Хотя, кому понравится внебрачный ребёнок?

Это моя вина, что меня поймали.

Даже если я всё равно брошу их в воду, чтобы убить, физические силы Шарендта не помогут их спасти.»

В любом случае, было разумно выбрать менее сложный путь.

Я молча посмотрела на него и снова протянула руку.

Мужчина угрюмо посмотрел на руку, которую я протянула.

– У тебя зависимость.

«Ах, что?! Что с тобой не так?»

– Бу-у! (Поторопись и отдай её мне!)

«Без соски голова кружится!»

Я поспешно протянула другую руку.

Короткие и тонкие руки не сходились вместе, поэтому получилась странная поза, в которой руки были вытянуты перед собой.

Шарендт бросил мне в руки соску.

«Я такая грязная?»

И почему я должна была протянуть обе руки, чтобы ты отдал мне...

«Вау, ты такой избалованный?

Ты не отдавал её мне, потому что я не протянула две руки?»

Я прикусила губу.

Моё сердце, которое бешено билось, постепенно успокоилось, и чувство волнения, которое я испытывала, постепенно притупилось.

Видимо стоит чаще держать соску во рту…

После глупой мысли я покачала головой.

Опять же, это была глупая и жалкая мысль.

«Играя роль ребёнка, я действительно становлюсь ребёнком?

Веду себя как ребёнок, ползаю как ребёнок, со мной обращаются как с ребёнком, мне действительно казалось, что я схожу с ума.»

Я кротко уложила детей на пол, как сказал Шарендт.

Дети, которые к тому времени уже очнулись, с громким криком убежали.

Я посмотрела им в спины и склонила голову в сторону молчаливого мужчины.

Он посмотрел на меня и ничего не сказал.

Вернуться к Вере?

В любом случае, это не удалось.

Когда я обернулась, Шарендт наклонился передо мной.

Он протянул руку и схватил кристалл.

«А? Верни!»

Я не могу выговорить "Магический камень".

«И, честно говоря, отвратительно, на что мне пришлось пойти ради него.»

Пока я махала руками, он тихонько положил кристалл во внутренний карман.

– А-а! Уа-а!

«Это действительно грубо!»

Улыбка Шарендта Крауна стала шире, когда я лежала на полу и боролась с несправедливостью.

Вздрогнув, я вскочила со своего места.

Снова коснувшись пола ногами, подумала:

«Так или иначе, я использовала больше половины магической силы, заключенной в нём.

Он грязный и бесполезный.

В следующий раз нужно попытаться не попасться.»

Тем не менее, у детей не было никаких синяков.

Я хмуро смотрела на свои пульсирующие запястья и ноги.

Я без угрызений совести пнула мальчишку раньше, и у меня на ноге появился синяк.

Когда я начала изо всех сил ползти, чтобы вернуться на вечеринку, Шарендт Краун последовал за мной.

«Ты можешь идти быстрее в своём собственном темпе, но почему ты вот так следуешь за мной?

Ты пытаешься меня убить?

Если ты думаешь, убивать или нет, не опасно ли отказаться от удара в спину?

Нет, но что я буду делать, если ты не сдашься?»

Единственный магический кристалл, который я принесла с собой, был украден.

«Ничего не поделать.»

Мне было очень грустно.

«Что я сделала не так?

Если меня ударят, никто не захочет отомстить, верно?

Если подумать, слухи о Шарендте Клоуне тоже были не очень хорошими.

Эй, разве это справедливость, издевались надо мной, а плохая я?

Конечно, я не говорю, что я бессильна.»

Снова напомнив мне о слабостях, я собралась с духом.

Когда я ползла по дороге, то наткнулась на место для вечеринки в саду, полное шумных вывесок.

Когда я вылезла из шелестящего куста, на меня было обращено множество глаз.

Я хотела что-то сделать, поэтому мои глаза были закрыты.

– Аааа! мама! О, мама!

–Ува-а-а-а!

Все дети, которые вернулись, были мокрыми, цеплялись за своих родителей и плакали.

«Я даже не думаю о том, как они били меня.

И я единственная злодейка.

Я всё равно даже ничего не могу сказать, и не думаю, что мне когда-нибудь удастся избавиться от обвинений в присутствии очевидца по имени Шарендт Краун.

Я просто надеюсь, что будет небольшой момент, чтобы я могла вернуться в свою комнату и взять в руку волшебный камень.»

Я рухнула на пол, чувствуя, что всё будет хорошо.

Раздвинув ноги, я увидела свою руку, выглядывающую из-под края рукава.

Это было действительно ужасно.

На самом деле часть синяков уже была жёлтого цвета поверх старых. Грубо говоря, это как авокадо на грани гниения.

– Мама! Мамочка!

– Да, да, сынок. Успокойся. Не плачь. Мама здесь.

– Мама, папа!

– Не плачь, что случилось?

Мне не нравилось видеть, как дети и родители цепляются друг за друга и сюсюкаются друг с другом.

«Веры нет?

Если Вера увидит мои раны, она скажет мне, всё ли в порядке.

Поскольку она горничная, кажется, что даже если будет переполох, она не имеет права сюда входить.»

Я взглянула на своё запястье, затем снова одёрнула подол платья.

«Я не хочу показывать это.

Ну, вот так цепляться за родителей можно, потому что ты ребёнок.

Ведь я взрослая, и с таким уровнем проблем справлюсь сама,» – думала я, срывая травинки одну за другой.

– Молодой Герцог, я… Я услышала невероятные вещи.

Шарендт Краун приподняла уголки опущенных губ и спросил:

– Невероятные?

Он нагло отвечает с лицом, что ничего не знает.

Я взглянула на него и увидела, как ко мне подкрался Кайшан.

– Малышка, ты в порядке?

– …

«Это я, конечно, я в порядке.»

Я кивнула с торжествующим выражением лица, но лицо сына Шарендта не изменилось.

– Твоя одежда грязная.

«Логично!»

Я подняла обе руки, показывая, что всё в порядке.

Затем глаза Кайшана расширились.

Так как руки были подняты, рукава сползли, обнажая кожу.

Я быстро опустила руки и натянула одежду.

«О, моя гордость. Я притворялась сильной.»

Из-за смущения я огляделась, чтобы посмотреть, не увидит ли меня кто-нибудь ещё, но я встретилась глазами с отцом мальчика передо мной.

– …

– …

Его лицо медленно нахмурилось.

Когда я повернула голову в другую сторону, на этот раз Дешар Краун смотрел на меня со свирепым лицом.

«Упс, попалась.

Меня ведь не выгонят из-за того, что меня побили эти детишки? Это позор для Краунов.

А может, выяснилось, что применение магии было возмездием?

Если меня поймают из-за этого, я действительно умру?

Если подумать, несчастные случаи всегда заканчиваются не очень.»

Я поспешно встала на четвереньки.

«Вернёмся в комнату и попробуем магию телепортации с магическим кристаллом.

Если у меня получится, придётся какое-то время пожить в лесу, полагаясь на магию, и есть животных.»

Я ещё слабая, но если научиться магии огня, то можно сварить мясо и...

«Ну, я не могу это есть.»

Если подумать, мои зубы ещё не окрепли. Сейчас выросли только несколько зубов.

«Итак, что мне есть, пюре из растений или фруктов?

В любом случае, я не могу пить молоко зверей.

Если подумать, даже когда меня бросили на две недели, разве я не раздобыла что-то подобное и не съела это?

Можно приручить зверя с помощью магии, если ситуация подходящая. Он будет приносить еду.»

Мой разум был огненной ямой.

Я быстро обернулась, желая выбраться отсюда, прежде чем думать о чём-то более странном.

–Я, я… бастард... Дети сказали, что она пыталась убить их, используя грязную ведьмовскую уловку... …

«Грязная ведьмовская уловка?»

Я остановилась, не осознавая этого.

Конечно, признание магии не заняло много времени.

Было время, когда к тем, кто использовал магию, долгое время относились как к рабам.

В частности, было много предубеждений против от дворянства, а не простых людей.

Даже сейчас они не единственные, у кого есть идея видеть волшебников ниже обычных людей.

То же самое касается Герцога Крауна.

Они также думали, что волшебник — это низшее существо.

«Так что, более отчаянно, чем кто-либо, я пыталась сделать так, чтобы с нами обращались как с обычными людьми.»

Опасную атакующую магию пыталась показать только с хорошей стороны, не раскрывая её.

Маги исследовали и зачищали руины, которых все боялись.

Я взяла несколько реликвий и начала решать проблемы с раздражающими реликвиями.

Даже когда её просили о невозможном, она любезно принимала и усердно работала над укреплением отношений с другими странами.

Даже сейчас то, как они смотрели на магию, было ужасно.

«Теперь, когда у меня есть чёрная магия, использование магии больше не будет проблемой.»

Я остановилась на мгновение и увидела женщину, которая бросила эти слова.

Пока я это делала, со стороны Шарендта раздался тихий смех.

Когда я повернула голову, то увидела, что его взгляд опустился.

Он мягко, бесстыдно, словно в непонимании, закатил глаза.

– Магия у новорождённого?

Женщина смущённо склонила голову.

В его мягком голосе, похожем на капающий мёд, не было ощущения, будто он выплёвывает ложь.

– Согласно истории Силлофии, самому молодому магу, которого до сих пор называют гением, было около четырёх лет.

Шарендт Краун указал на меня подбородком.

Я была намного моложе и меньше.

На самом деле без меня было бы невозможно использовать саму магию.

– Но теперь Вы говорите, что этот ребёнок использует магию, чтобы убить приглашённого гостя, графиня Далия?

– Ну, то есть… Но показания детей все одинаковы! Есть явные доказательства утопления, а другой причины нет…

– Даже не знаю. Не думаю, что она такая умная.

«Что случилось с этим человеком? Вы на моей стороне или просто не хотите признавать, что я умна?

В любом случае, казалось, что по крайней мере публичной казни не будет.»

– Но этот ребёнок!

– Абу…?

Глядя на руку женщины, указывающую на меня, я состроила невинные-невинные глаза, которые ничего не знали.

Я открыла глаза как можно шире, одной рукой зажала соску сбоку, а другой засунула большой палец в рот.

«Если Шарендт Краун решит не устраивать публичных казней, то это честный матч.»

– Это она!

– Бюй! Аву!

Я держала траву в руке и громко кричала.

Взглянув на Шарендта Крауна, я увидела, что он улыбается, приподняв лишь один уголок губ.

«Я не знаю, смеётся он или что.»

– То, что вы утверждаете, совершенно противоречит тому, что я видел.

– Что вы видели…

– Какие-то мальчики и девочки катали и пинали этого ребёнка, – тихо сказал мужчина.

Его тон был мягким и формальным одновременно, и он использовал благозвучные слова.

Но было чувство запугивания, которое нельзя было недооценивать.

– Что… что?

– Насколько я должен закрывать глаза на то, что произошло в моём особняке, можете ли вы сказать мне?

Услышав эти слова, я отвернулась.

Я сделала достаточно, чтобы было понятно.

«Честно говоря, я не собиралась беспокоить или убивать их изначально.

Я атаковала первой, потому что лучшая защита – это нападение. Совсем не жалею.

В конце концов, они не умерли.

В итоге я использовала только свои драгоценные волшебные кристаллы.

Мне вернуться в свою комнату?»

Когда я глубоко вздохнула и отпустила руку, моё тело взмыло в воздух.

От внезапного действия я обернулась в удивлении, барахтаясь в воздухе.

– …

«Дешар Краун?

Почему Дешар вдруг берёт меня на руки и поднимает шум?»

Когда я выпятила губы, он схватил меня одной рукой, а другой поднял манжет моего рукава.

– Эй…

Ухмылка исчезла с губ Дешара.

«Я знаю, знаю…

Я знаю, что это не похоже на Краунов, которые с детства ловят монстров...»

Я думала о том, что делать, а потом снова начала бороться.

– Ых!

– Не дёргайся! – сердито сказал Дешар Краун.

Когда я вздрогнула и напряглась, мужчина начал задирать манжеты моих рукавов и начал проверять мою кожу под одеждой.

Потемневшее выражение его лица стало ещё хуже, когда я убрала руки с одежды.

Дешар холодно посмотрел на меня.

Я могла видеть гнев, струящийся во взгляде. Серебристо-серые глаза посмотрели на участников вечеринки.

Те самые дети теперь рыдали в руках своих родителей.

Главе семейства Краун было всё равно, есть ли здесь дети.

Он не скрывал своего яростного порыва и показывал его.

– Как вы воспитываете своих детей?!

Голос, полный гнева, был обращён не ко мне.

Я неосознанно схватилась за рубашку дедушки.

Дешар взглянул на меня, а затем снова посмотрел вперёд.

– Что нужно было делать, чтобы ребёнок выглядел так? Эта маленькая и хрупкая малышка...

«Маленькая, хрупкая...?

Конечно, я молода, но можно ли сказать, что я слаба?»

Я посмотрела на него с недоумением и невольно улыбнулась.

«Ну, похоже, что я что-то не понимаю…»

Я никогда не думала, что Дешар Краун будет на моей стороне.

– Кто посмеет так относиться к носителю крови Краунов? – кричал мужчина.

Это был такой громкий голос, что казался громом.

– Всё зашло слишком далеко.

Когда кто-то обращается так со слабым, так и должно быть, и, как ни странно, это неплохо.

Никто не мог открыть рот.

Все они не могли издать ни одного звука и просто пожали плечами.

Без лишних слов Шарендт объявил, что вечеринка закончится преждевременно.

Лица некоторых дворян, которые провинились, побелели.

Я смотрела на эту сцену в объятиях Дешара.

Тем временем, видя, как люди, которые меня мучили, избегают взгляда, мне стало легче.

«Что ж, меня придётся посадить на несколько дней, но я поняла, что Крауны по крайней мере не убьют меня.»

Я думаю, что всё прошло гладко.

– Отец.

– Слушаю.

«Я думала, что возвращаюсь в свою комнату с Верой, но почему я всё ещё в том же месте с этими людьми?

В этом чёртовом помещении, похожем на семейную столовую.»

– Этот ребёнок держал магический кристалл, или, может быть, Вы, отец, дали ей его?

– Да, я дал.

– Она действительно использует магию.

Сказала Шарендт, кладя на стол магические кристаллы, которые были отобраны у девочки ранее.

– О, съешьте это, леди.

– А-мням.

Девочка глубоко вздохнула, потягивая всё ещё безвкусную детскую еду.

Если это бы не яблочное пюре, которое дают в качестве приза, то это детское питание она бы не стала есть.

У Веры очень доброе сердце. Иначе Шерина бы не смогла есть это перед этими людьми.

– Хочешь ещё?

– Ух…

«Я уже съела пять ложек, хочу ли я ещё?»

Ужасно безвкусно. Сегодня кажется ещё хуже. Или, может быть, это из-за этих людей рядом с ней.

Она ела это, пока мужчины отвели взгляд и вели беседу, неторопливо нарезая и поедая очень сытную и вкусную еду и мясо.

«Кормят меня липкой зелёной едой, я не знаю, суп это или что!

Я ненавижу быть младенцем...

Детское питание не такое вкусное.

Это детское питание вообще всё такое безвкусное?

Что, чёрт возьми, я ела, когда была маленькой?»

Казалось, у неё вот-вот польются слёзы, но она крепко закрыла глаза и открыла рот.

– Правильно, наша девочка хорошо кушает.

Как только Вера закончила говорить, Шерина почувствовала взгляд со стороны.

Она повернула голову туда, где могла чувствовать взгляд с искажённым выражением.

Шарендт Краун на мгновение посмотрел на её лицо и детское питание, а затем открыл рот.

– Вера.

– Да, Молодой Герцог.

– Еду, которую сейчас ест ребёнок, не могли бы вы дать её мне на минутку?

– Детская питание?

Вместо ответа мужчина нахмурился.

Он ненавидел, когда обслуживающий персонал задавал вопросы или приходилось повторять дважды.

Как будто Вера вспомнила об этом, она убрала Шерину с коленей и поспешно встала со своего места.

Девушка осторожно поставила миску с чуть тёплой едой на вытянутые белые ладони Шарендта Крауна.

Он взял неиспользованную ложку и попробовал детское питание, затем нахмурился.

– Если тебе нравится это есть, я дам тебе большую ложку.

Глядя на содержимое миски, в которой ещё оставалось больше половины, девочка увидела стейк в тарелке мужчины, с которого сочился сок.

«Я удивлялась такой жалкой еде, но мне всё равно нужно было что-нибудь есть.

Каким-то образом я, попавшая в семью Герцога, который ненавидит магию, всё ещё жива. И рада, что не голодаю.

К счастью, недавно к нам присоединилась Вера, преданная горничная, и я могу постоянно есть, при этом имею возможность утешительно есть яблочное пюре после еды.»

– Эта еда, сколько обычно съедает ребёнок?

– Как ни странно, она плохо ест… Если постараться, может съесть одну десятую или около того.

– Даже я не могу это есть. На вкус это отвратительно.

Он сказал это с всё ещё хмурым взглядом.

Отсутствие вкуса было совсем ужасно. Ведь Шарендт был известен как гурман.

Шерина кивнула головой тому, что он сказал.

«Правильно. На самом деле это не совсем безвкусно.

Это не очень на вкус.

Конечно, раз уж я ела сырые корни деревьев, то всё равно как-то съела и это...

Как бы я не выглядела, я внебрачный ребёнок.

Конечно это лучше, чем голодать.»

Тем не менее, если бы девочка собиралась съесть что-то, то предпочла бы что-то вкусное.

Пока она продолжала кивать головой, мужчина посмотрел на неё внимательным взглядом.

– О чём ты?

Дешар взял ложку и бесстрашно зачерпнул чего-то вроде травяной каши и положил её в рот.

Потом он сразу нахмурился. Глядя на его красновато-фиолетовое лицо, кажется, что ему невкусно.

– Дело ведь не в том, что мои вкусовые рецепторы стали странными?

– …Отец.

Шарендт позвал его, как будто предвидел, что будет дальше.

Однако выражение лица Крауна старшего уже стало суровым.

– Эй, какой повар готовит такое?!

Хлоп!

Стол сотрясся от удара сжатого кулака.

Хотя Дешар был менее придирчив, чем его сын, он также был известен своей разборчивостью.

В частности, Шарендт предпочёл бы голодать, чем есть некачественную пищу.

Думая о человеке, который даже не говорил бы, если бы еда, подаваемая на собрании, не наполняла его рот, я села в детский стульчик и поникла.

– Есть так три раза в день – это позор.

«Если бы не яблочное пюре после еды, я бы его никогда не ела.»

Лучше есть незрелые свежие фрукты. Яблочное пюре было вкусным, так что приходилось это есть.

– Что… Я-я сделала это, Ваша Светлость.

Побледневшая Вера подняла руку и поспешно упала на колени.

Шерина посмотрела на Веру с глупым лицом.

«Нет, это правда ты готовила?

В самом деле?

Безвкусное детское питание?»

– Почему-то это не очень вкусно.

– Что? Когда я попросил тебя позаботиться о ребёнке, ты натворила такой херни и накормил ею ребёнка!

– Что…

Вера побелела.

Поскольку Дешар был необычным, Вера не выдержала гнева и задрожала.

Казалось, ей вот-вот отрубят голову.

«Нет-нет.»

Без Веры девочка бы снова голодала.

«Нет, как бы то ни было, лучше есть грязную и безвкусную еду Веры, чем достать ингредиенты и всё равно плохо питаться.»

В любом случае, Шерина попыталась сказать, что та не пыталась её отравить, она пыталась накормить её хорошей едой.

– Мир!

Вера, задрожавшая от этого отчаянного зова, повернула голову.

Она увидела девочку, которая сидела на стуле и вертелась.

А потом потянулась к еде, которую держал Шарендт Краун.

«Эй, вместо того, чтобы потерять тебя, я буду есть это с этого момента…

Ты единственная, кому я могу здесь доверять.

Конечно, в конце концов, если ей угрожает опасность, она в первую очередь защитит себя...»

Сейчас было слишком рано думать о такой ситуации.

– Веана!

Когда она снова позвала Веру, брови Дешара взметнулись вверх.

«Что вы знаете об этом? Я видела только двух приличных горничных здесь.»

– О, госпожа…

Вера не могла даже подойти ближе и встать с коленей, только её бёдра дёрнулись.

Шарендт смиренно вздохнул, словно наблюдая за жалким зрелищем.

– Вера, ребёнок расшумелся, иди, пожалуйста, успокой её, – вздёрнув подбородок, мужчина отдал приказ Вере.

Как только приказ был отдан, Вера подбежала к девочке.

Та схватилась за подол платья девушки, державшей её на руках, и указала на миску.

– Маа!

–…Ты хочешь есть? Тебе это нравится?

«Правильно!»

– Ам-м-м!

Шерина энергично кивнула.

«Ты сказала, что сделала это для меня, но как я могу выжить, если я не съем это? Мне следует есть.»

Хотя у девочки было чувство, что её сейчас вырвет, потому что желудок полон...

«Не оставляй меня одну в этой семье. И я не хочу идти собирать ягоды, пока у меня не отвалятся колени.»

– Невкусно, леди….

Вздрогнув от приглушённого голоса Веры, я покачала головой и снова указала на миску.

«Что, если ты больше никогда не будешь готовить еду? Я даже не собираюсь давать тебе свою книгу рецептов!»

– Ой!

Пока девочка боролась в объятиях Веры, та обняла её, как будто смущённая, и посмотрела на Шарендта.

Мужчина смотрел на Шерину серьёзным взглядом.

«Почему ты смотришь на меня с таким лицом?

Там действительно не о чём думать.

Я хочу увидеть, насколько смешна моя внешность сейчас.»

Одежда смялась, когда она пыталась есть безвкусную пищу.

«Ты не знаешь, потому что живёшь мирной жизнью, но на карту поставлена моя жизнь.»

Шарендт не сводил глаз и поставил миску на стол.

Умница Вера бережно взяла её, зачерпнула и осторожно поднесла ко рту.

«Все смотрят на меня.

Нет, ты впервые видишь, как ребёнок ест детское питание?»

Она съела всё за один раз, как будто это было благом.

Когда другие люди сказали, что оно невкусное, теперь казалось, что оно ещё хуже на вкус, поэтому её лицо исказилось, но она проглотила это, притворяясь невежественной.

«Я рада, что мне не нужно жевать.

Да, это лучше, чем голодать.»

Так или иначе, Вера единственная, кто заботится о ней, не пренебрегая.

Она была ребёнком, и слабый щит лучше, чем ничего.

А Шарендт Краун продолжал пристально смотреть. Если быть точной, казалось, что Шерина слишком занята, чтобы без суеты проглотить всё, что попадает в рот.

– …Зачем ты готовишь, Вера?

Собственно, девочку тоже это интересовало.

Вера её горничная, и она не отвечает за готовку. Обычно её работа заключалась в том, чтобы просто принести еду.

– Ах…

Девушка вздрогнула.

Словно потеряв дар речи, она смотрела в глаза младшему Господину, забывая двигать ложкой.

Шерина нашла вескую причину и отвернулась от ложки. Она съела на несколько ложек больше, чем обычно, и казалось, её желудок вот-вот лопнет.

Чем дольше Вера молчала, тем сильнее щурился Шарендт.

– Вера, последний раз.

Голос мужчины был мягок, как вода, но совсем не дружелюбен.

– Я ненавижу повторять дважды и ненавижу не получать ответ сразу. Ещё одна неприятность, и вам больше не придётся ходить на работу.

Горничная вздрогнула от угроз и предупреждений.

Её тяжело склонённая голова выглядела так, как будто она совершила большой грех.

– Извините… На кухне нет еды для юной Леди...

– Ты не сказала поварам? – Когда Дешар вмешался, словно расстроенный, Вера ответила с ещё большим напряжением.

– …Это потому, что у них не хватает ингредиентов или рук, чтобы приготовить детское питание.

В её голосе была нерешительность.

Девочка сразу поняла, в чём проблема.

«Да, есть много людей, которым я не нравлюсь.»

Ну, это семья с давней историей, поэтому, конечно, люди, которые там работают, тоже предвзяты.

«Опять же, это не грустно. Я просто хочу поблагодарить Веру, которая приготовила как смогла и принесла мне еду.

Это действительно не имеет значения. Не то, чтобы меня ненавидели день или два.

Обидно за Веру. Если я верну магию позже, я должна дать ей денег, чтобы она спокойно жила до конца своей жизни.

Просто подожди, я вырасту в течение следующих 3-х лет. А пока не смогу ходить, думать и жевать мясо самостоятельно.

Как только вырасту, к 60 годам сделаю тебя счастливой.»

Даже если это был безвкусный рис, это была еда.

Даже когда Шерина зевала с широко открытым ртом, Шарендт всё ещё смотрел на неё непонятным взглядом.

«Что ты видишь, когда так смотришь на меня?

Ведь мир такой. Нет ожиданий, нет разочарований.»

После долгого молчания мужчина заговорил.

– Кант.

Это был чувственный голос, как бы зовущий старого друга, но выражение лица Канта было напряжённым.

– Да, Молодой Господин. Я разберусь с этим немедленно.

– Это уже второй раз. Если вы ещё раз услышите подобную историю, вы поймёте, что ваши уши бесполезны.

– Я запомню это.

Малышка снова зевнула, молча наблюдая за чередой событий.

– Вера.

Мягкий голос повернулся к девушке, которая на этот раз держала ребёнка.

Девочка потёрла заспанные глаза тыльной стороной ладони.

– Да… Молодой Господин.

– Вы когда-нибудь видели, чтобы этот ребёнок использовал магию?

–…Магию? Нет никогда...

Девушка медленно покачала головой.

Шерина взглянула на неё, ту, которая посмотрела с выражением непонимания, а потом отвела взгляд.

«Я чувствую себя немного виноватой.»

– Никогда, верно?

– Да.

– Отец, кажется, малышка скрывала это. Умно.

На губах Шарендта расплылась улыбка.

Его глаза были зажмурены, а с губ не исчезала улыбка. Он посмотрел на девочку с улыбкой, которая, казалось, свела на нет всеобщую бдительность.

«…О, ты, должно быть, сошёл с ума. Ты уже был сумасшедшим или внезапно шарики за ролики заехали?»

Шерина просто посмотрела на него и закрыла глаза.

Она голодна и засыпала. Ей хотелось есть яблочное пюре, но в этой ситуации это немного сложно.

– Кайшан.

– Да, отец?

Мужчина позвал сына на этот раз низким голосом. Мальчик, сразу просиявший, ответил.

Девочка взглянула на этих двоих.

Шарендт, известный своим хладнокровным характером и получившая прозвище «Змеиный язык», действует так мягко.

«Эта семья…»

Малышка положила ручку Вере на плечо и посмотрела на них двоих.

«Что такое семья? Если люди связаны кровью, это семья? Как далеко может зайти человек ради семьи? Знает ли Шарендт Краун, что это слабость?»

Это вещи, которые она не могла понять. В частности, это был взгляд, который невозможно было даже представить в исполнении Шарендта.

– Ты сказал, что видел, как она бросила что-то в камин на днях?

Девочка задрожала.

Накатывающая сонливость внезапно исчезла. Она быстро открыла глаза и придала сил своей шее.

Глаза Кайшана встретились с взглядом ребёнка. Она снова и снова качала головой, но мальчик широко улыбался, говоря:

– Да! Это было похоже на соломенную куклу!

«Ты бросил в меня бомбу.»

Шарендт встал, как будто что-то понял после ответа сына.

Девочка начала мять платье горничной.

«Я новорождённый ребёнок…

Новорождённый.

Я ребёнок.»

Она пыталась промыть себе мозги.

Что бы ни случилось после этого, Шерина была просто счастливчиком.

«Я не хотела, чтобы меня поймали на использовании магии.

Я лучше всех знаю, как Крауны ненавидят магию. Это невежественная семья фехтовальщиков.»

– Отец, я должен посетить комнату этого ребёнка.

«Мою комнату? Что ты имеешь в виду?»

– Мне нужно кое-что проверить.

Прищуренные глаза уставились на девочку.

Она напрягла своё тело в ужасающем предчувствии. Сигнал опасности трубил в голове. Крауны ненавидят магию.

В частности, они особо ненавидят чёрную магию.

И Шарендт очень чувствителен к чёрной магии.

То же самое было, когда Шерина была Хеллой. Он хмуро смотрел на неё каждый раз, когда та шла в конференц-зал, используя перед этим чёрную магию.

Если вы хотите найти доказательства чёрной магии, вы ничего не сможете найти.

В частности, соломенная кукла – одна из основ чёрной магии, которую можно узнать, просто увидев.

– Веди, Вера.

Малышка дрожала, когда горничная держала её на руках.

Вера похлопала её по спине, чтобы немного успокоить.

Но дрожь не прекращалась даже после этого.

«Либо умри, либо живи, но в особняке семьи Краунов, думаю, я могу только умереть.»

Хотя магических кристаллов немного не хватает, но, если использовать их экономно, можно использовать их в течение года.

«Было бы удобно сделать одну телепортацию, но сейчас это сложно. Можно попасть только в лес или в горы с дикими зверями.»

– Я тоже иду, – глава семейства поднялся со своего места. – Мда, маг из семьи Краун…

«Вот и всё.»

Шаги раздавались один за другим.

Девочка уткнулась лицом в плечо Веры, а та поднялась наверх в комнату.

Малышка лучше всех знает, как до сих пор обращались с волшебниками.

Нередко бессильные молодые волшебники становятся рабами.

– Вот.

Вера приоткрыла дверь и склонила голову.

Шарендт вошёл внутрь.

Девочка коснулась Веры, показала рукой вниз, и та опустила её. Шерина проползла по мраморному полу и направилась в угол.

Магические кристаллы, кроме тех, что она дала Вере, были хорошо спрятаны.

Девочка положила их в небольшую щель под столом, так как она настолько мала, что туда не может влезть ничего, кроме детской ручки.

Пока Шарендт и Дешар были поглощены детской кроватью, малышка доставала кристалл.

Она даже прикусила щёку во рту, когда достала все магические кристаллы, которые получила.

– Это…

Шарендт Краун, который смотрел на её маленькую драгоценную кроватку, вынул спрятанную под кроватью книжку с картинками по чёрной магии.

Конечно, это была не соломенная кукла, которую девочка сделала, глядя на неё, но это была идеальная ситуация, чтобы её неправильно поняли.

«Куда-нибудь в лес.

Есть три волшебных кристалла, значит, я не умру?»

–Абу!

Девочка сделала глубокий вдох.

Она не знала, сколько магии волшебного камня можно использовать с этим телом, но ничего не могла поделать. Потому что ей не хотелось умирать.

«Перенеси меня, перенеси.»

Она взглянула на книжку с картинками и увидела, что Шарендт повернулся к ней с суровым лицом.

Выражение лица Дешара тоже не предвещало ничего хорошего.

«Переноси... Быстрее!»

Глядя, как Шарендт идёт шаг за шагом, девочка придала силы руке, держащей кристалл.

Волшебный камень начал излучать синий свет в ответ на её волю.

«Готово.

Всё, что нужно сделать, это поглотить магическую силу и высвободить её.»

Мужчина вытащил меч из-за пояса, словно знал, что Шерина собирается сделать.

Острый синий кончик меча приближался к ребёнку.

– Ты!

«Ха, ты пытаешься убить меня вот так сразу.

Дай мне силы, быстрее...!

Телепортация!»

Она прогнала из головы глупые мысли и старалась быстрее телепортироваться.

Лёжа на спине, девочка приняла неловкую позу и высвободила ману.

Шерина увидела его растерянное лицо, но кое-что точно знала.

«Я должна выжить.»

К счастью, благодаря отчаянной борьбе и силе, в глазах потемнело до того, как меч достиг её тельца.

Девочка не могла забыть лезвие, коснувшееся её носа.

(Прим.Пер.: Дайте знать, если в таком формате вам легче читается….)

– Ху… Вау...

«Господи, я думала, что умру.»

Лёжа на спине, девочка вытянула свои короткие руки и ноги.

«Моя короткая жизнь чуть не закончилась слишком рано. Тем не менее, грустно умирать, когда тебе нет и года.

Как это случилось?»

Почему-то начали печь глаза, и ребёнок потёр их тыльной стороной ладони. Самое печальное, что её рука не могла толком дотянуться, так что это был кончик пальца.

«У меня всё нормально.»

– Абу Ваба!...

«У меня даже не получается сказать «я в порядке»...»

Малышка снова пожалела, что её язык ещё недостаточно развит, а затем снова легла на спину.

Небо было голубым и ослепляло.

«Я снова одна.

Я, конечно, не ожидала, что кто-то будет со мной, когда я убегала из дома Краунов, но...

Жаль только, что я не могу использовать тёплую пищу или мягкое одеяло.»

Мысль о том, что придётся снова собирать траву и снова её есть, не очень приятна.

Конечно, поскольку она уже прошла через это один раз, во второй раз будет легче.

Выживать не ново для этого ребёнка.

«Тем не менее, я не собиралась сбегать так рано.

Мне должно было быть не меньше трёх-четырёх лет.

Ещё немного, и меня бы убили.»

Будь то зверь или человек, который мучил её. Ей не хватило чёрной магии, чтобы выжить в одиночку в таком хрупком теле.

Тем не менее, даже в этом огромном лесу она имеет чёрную магию, которая имеет более сильную смертоносную силу, чем обычная…

«Что-то знакомое.

Особенно этот пруд.

…Очень знакомый.»

Девочка медленно моргнула и огляделась.

«Если пойти туда, похоже, там будет куча низких деревьев, полных красных фруктов...»

Шерина поползла туда как одержимая.

И там было дерево, на котором восхитительно висели красные плоды, как она и предполагала.

– …

«О, это тело действительно способно к предвидению...?

…Что такое…

Вот чёрт!

Это второй пруд в особняке!»

Малышка зашлась в крике.

****

– О, леди!

Вера запаниковала и побежала туда, где была Шерина.

Она широко открыла глаза и огляделась, но девочки не было видно.

Шарендт сузил глаза и спрятал меч.

Дешар подошёл и схватил сына за плечо.

– Что ты хотел сделать?! Когда я давал тебе право решать судьбу этого ребёнка?!...

– Отец.

Мужчина мягко обратился к главе семейства.

– Она собиралась использовать магию, поэтому я просто пытался разрезать магический кристалл. Успокойся.

Сказав это, он цокнул языком.

Он не знал, что девочка убежит с выражением испуга на лице.

Кроме того, телепортация. Независимо от того, насколько сильным кристаллом она владела, он знал, что это магия, которую нельзя использовать без обучения.

– Отец, это выглядело так, будто я пытался её убить?

– Очень.

Дешар Краун закашлялся. Он даже не мог сказать «нет», потому что соврал бы.

Он знал, как сильно Шарендт ненавидит магию.

– Ситуация довольно сложная, потому что я не знаю, куда она побежала.

– Я не потерплю убийства ребёнка.

– Я не собираюсь убивать её, отец.

Мужчина зажмурился, как будто это было слишком.

– Что бы я ни делал, я не хочу убивать беспомощных без причины.

– Даже если есть причина, ты не сделаешь этого без моего разрешения.

Услышав решительные слова Дешара, Шарендт тихо рассмеялся.

Он медленно кивнул.

– Если того хочет отец, – губы мужчины растянулись в улыбке.

Это была улыбка без эмоций. Он медленно сунул свой меч в ножны на поясе и продолжил говорить.

–Но, если такое повторится, мне придётся поставить на неё ограничитель после того, как я её поймаю.

– Ладно.

На слова сына Герцог кивнул.

– Я думаю, что так будет удобнее, чем на поводке.

Его белые прямые пальцы слегка постукивали по рукоятке меча. Медленно моргнув пару раз, он обернулся.

– Кажется, мышь, которая поможет тебе, пришла сама.

– …Ублюдок, кажется, ты слишком много болтаешь.

– Какими ещё словами можно было бы назвать гостя, который без разрешения вошёл в чужой особняк своими грязными ногами?

Он пробормотал невнятный сарказм тихим голосом. Если кто-то, кто не знает языка, услышит его голос, вы подумаете, что он хвалит вас.

– Я просто почувствовал волну магической силы в особняке и зашёл на всякий случай, если возникнут непредвиденные обстоятельства. Прошу прощения, если обидел.

– Так кто ты такой? – спокойно спросил Шарендт, высокомерно кивнувший в ответ на резкие слова оппонента.

Лицо противника слегка напряглось. Было ясно, что это был акт игнорирования человека, пришедшего к власти.

Но нет ничего хорошего в том, чтобы притворяться крестьянином.

Герцог был представителем Империи. В тот момент, когда вы теряете отношения с Герцогом, вы также теряете отношения с Империей Хейрон, которая является самой большой силой.

Император назначил Герцога своей правой рукой, и он не мог игнорировать это.

– Меня зовут Мелейн Силлофия, я назначен новым главой башни.

Фамилия, которую может носить только правитель Силлофии.

Первоначально это была фамилия Хеллы, но после того, как она была отстранена от должности, её место занял Мелейн.

Шарендт прищурил глаза, а затем мягко улыбнулся.

– Однако куда делся человек, у которого были манеры?

– Бывший глава башни был приговорён к смертной казни за грех, которого он не должен был совершать.

Глаза Шарендта Крауна расширились.

Он улыбнулся и заговорил, как будто услышал забавную историю:

– Грех, который не должен совершаться?

– Она прикоснулись к запретной чёрной магии. Сенат решил, что это будет большой угрозой для Силлофии из-за жертв убийства.

Мелейн закрыл рот. Дешар прищёлкнул языком.

–Когда она стала сильнее, вы решили её убить, потому что боялись этой силы, – Герцог, стиснув зубы, высказал, насколько это абсурдно звучало.

«Это было обычным делом. Как только человек, наделённый властью, обретает больше силы, вы начинаете опасаться его.»

– …

– Хелла Силлофия всегда использовала чёрную магию.

Об этом также смутно знали и Шарендт, и Дешар.

Несмотря на приглушённые слова Молодого Герцога, Мелейн держал рот закрытым, как раковина, и ничего не говорил.

Шарендт посмотрел на него и пожал плечами.

На самом деле это были внутренние дела Силлофии, а не их дело.

Отрезание хвоста ящерице было обычным делом, куда бы вы ни отправились.

– Не так давно в мой особняк ворвался грифон. Вы правильно управляете руинами?

– Это была неожиданная ошибка. Сейчас я пытаюсь управлять и контролировать всё должным образом. На этот раз я пришел извиниться перед Вами…

Бам!

Кулак Дешара врезался в ближайший стол.

Со звуком, близким к звуку взрыва, стол в одно мгновение раскололся надвое.

Мелейн не смог договорить, и у него не было выбора, кроме как снова закрыть рот.

– Всё время она была основой Силлофии, но когда великая опора, поддерживающая страну, резко исчезает, та обязательно содрогнётся!

– …

Опора.

Можно понять, это была отсылка на Хеллу.

Мелейн сжал кулаки, не говоря ни слова.

Недавняя серия происшествий была чем-то, чего он не ожидал.

Когда она исчезла, ощущалась неожиданная пустота. Это была пустота, которую он никогда не чувствовал раньше.

– Моя внучка чуть не пострадала! Если то же самое произойдёт ещё раз, я официально заявлю протест Силлофии!

– …Я запомню это.

Мелейн Силлофия поклонился Дешару, который понукал его.

Было неожиданно, что охранники руин покинули руины.

«После того, как она исчезла…

Всё неожиданно.

Вещи, которые никогда бы не произошли, если бы она была там.»

Мелейн покачал головой при мысли, которая пришла к нему бессознательно.

Если подумать, ничего не изменить. Хелла уже умерла, и ему пришлось взять на себя всю её работу.

Маг медленно закрыл и открыл глаза, переведя взгляд на Шарендта Крауна.

– Кажется, я слышал, что вам нужна помощь. Не могли бы вы объяснить магическую волну, которая только что пошла по всему особняку?

–Кажется, моя племянница неожиданно одарена магией. Она почувствовала угрозу и использовала магические камни, чтобы телепортироваться и убежать.

При словах Шарендта глаза Мелейна сузились.

Он наклонил голову.

Телепортация была магией, которую могли использовать даже новички.

Это не магия высокого уровня.

Тем не менее, на тренировки уйдёт не менее 2-3 лет, вы сможете научиться этому только после того, как стабилизируете свою магию и овладеете всей базовой магией.

«Я слышал, что сын Шарендта Крауна ещё молод. Так что его племянница не должна быть очень стара.

Ей шесть или семь лет?»

Было похвально иметь возможность использовать телепортацию в таком возрасте, даже если она использовала магические кристаллы.

– Похоже, она родилась очень талантливой. Как бы быстро я ни тренировался, мне было 13 или 14 лет, когда я смог использовать эту магию.

– Для Краунов это нормально.

Дешар удовлетворённо кивнул.

«Невероятно, у него только что был мрачный вид.»

Шарендт взглянул на отца и скрестил руки на груди.

– Отследить её не сложно. Она ещё не настолько в этом хороша.

Она даже не смогла бы скрыть свою магию.

Мелейн, вошедший в комнату, огляделся, подошёл к определённому месту и остановился.

Именно в этом месте исчезла Шерина.

Он сел, согнув одно колено, вытащил руки из плаща и положил ладони на пол.

Мелейн медленно закрыл глаза.

– Следуйте за источником магии, цепью времени и неизгладимой траекторией.

Голубая энергия затрепетала в ладони мужчины.

В одно мгновение магия собралась и вытянула длинную нить, и она начала куда-то вести.

Нить, которая прокладывала путь в воздухе, трепетала и слегка качалась.

– Вы можете следовать за нитью. Не похоже, что она ушла слишком далеко.

– Я собираюсь закрыть глаза на незаконное проникновение на этот раз. Неважно, по какой причине, если ты ещё раз без разрешения ступишь в мой особняк своими грязными ногами...

Вжух!.

Со звуком свиста ветра меч Шарендта Крауна оказался у шеи Мелейна.

Это было так быстро, что никто не успел уследить за тем, как меч был вынут из ножен.

– Тогда мне придется отрубить часть твоих конечностей…

Глаза Шарендта сузились.

Это была светлая улыбка, но в то же время, как ни странно, от неё по коже бегали мурашки. Это было очень жутко.

– Пожалуйста, будь осторожен.

– …Буду.

Услышав кроткий ответ Мелейна, мужчина убрал свой меч.

Он с невидимой скоростью вонзил меч обратно в ножны.

– Если вы не против, сначала я пойду к ребёнку.

Прежде чем Шарендт успел договорить, Мелейн воспользовался заминкой и исчез из поля зрения.

Молодой Герцог, который медленно поворачивался, скосил взгляд на Дешара, который стоял перед окном.

– Отец, куда ты идёшь?

– Я иду искать ребёнка. Как же было страшно этой малышке, если она использовала такую магию, чтобы сбежать? Я должен пойти и утешить её прямо сейчас.

Когда Дешар Краун сказал это, волшебный кристалл заискрился в его руке.

При внезапной мысли Шарендт на мгновение оглядел его хмурым взглядом, а затем спросил:

– Так это ты дал этому ребёнку магический кристалл?

– Хм, эта девочка просто гений.

– …

– Я ушёл.

Дешар Краун, прошёл мимо потерявшего дар речи сына и выпрыгнул из окна на втором этаже.

Створки окна несколько раз качнулись с глухим лязгом.

– …Молодой Господин.

– Кант, будь готов к чрезвычайным ситуациям. Прежде всего, я пойду за отцом.

Шарендт повернулся и широким шагом вышел из комнаты.

Кант вздохнул и двинулся следом.

****

«Что?»

Когда девочка посмотрела вниз, она увидела тонкую блестящую нить, цепляющуюся за её руку.

В тот момент, когда она это увидела, то не могла не сморщить лицо.

«Магия слежения?»

Существует несколько видов магии слежения, но сейчас это магия не очень высокого уровня. Обычно это была магия, используемая для уничтожения близких или неопытных магов.

«Сейчас я не могу скрыть свои следы, но…

В прошлом не было необходимости запоминать заклинание, и это была магия, которую я могла использовать, взмахнув пальцем.»

Одна только мысль об этом заставила Шерину снова заплакать.

«А, они наняли мага?

Я даже не слышала, чтобы семья Краунов нанимала мага.

Во-первых, они относятся к магии как к чему-то совершенно невероятному.

Точно, ведь прибыли маги, чтобы починить магические предметы в доме.»

Внезапно девочка вспомнила, что ей рассказал Кайшан.

Потом она увидела, что пришли маги, и подумывала попросить о помощи.

«Почему они ищут меня?

Ничего страшного, если мы просто притворимся, что не знаем друг друга вот так. Ты хочешь убить меня до сих пор?»

Настоящий Шарендт Краун жестокий и мрачный.

Сейчас она использовала слишком много магии, поэтому у неё не было энергии. Кажется, она сможет снова использовать телепортацию, если проведёт здесь одну ночь.

«Какого чёрта я вообще телепортировалась в этот сад? Будет лучше, если я хотя бы окажусь за территорией особняка.»

Конечно, казалось, что самой большой проблемой было то, что девочка не могла выговорить заклинания со своими скромными способностями.

Волшебник мог использовать магию, произнося заклинание или представляя ситуацию в голове, в зависимости от своих способностей.

Шерина использовала большую часть магии, представляя в голове, но это тело...

Это юное, хрупкое, маленькое тело было не таким искусным.

«Я должна была использовать магию после того, как почувствую ману и освою основы, но я слишком много пропустила.

Это проблема, да. Однако…»

– Воу, Вун, Каун…

«Полный провал...

…Как колдовать с таким произношением?

Это древний язык с кривым произношением в первую очередь. Я думала, что, зазубрив это, я сломаю себе голову, но произнести это гораздо труднее.

У этого тела есть язык или нет?»

Она засунула руку в рот и коснулась языка. К счастью, он присутствовал.

«Чёрт.»

Почувствовав крупинки земли, девочка быстро вынула руку и сплюнула.

В момент, когда она собиралась взять магический кристалл, чтобы двигаться дальше после того, как потёрла свои руки, пропитанные грязью и слюной, об одежду, послышалось:

– Ах, нашёл?…

– …

Малышка не могла ничего сделать при звуке тоски и обиженного голоса, который услышала сзади.

Она забыла, как дышать, и застыла на месте. В той же позе, как когда она стояла на четвереньках, чтобы ползти.

– …Ты племянница герцога Крауна?

–…

Шерина даже не могла повернуться и затаила дыхание.

Она не могла ничего сделать, пока её лицо не покраснело, а дыхание не вырвалось от боли.

– Ты слишком маленькая…

«Мелейн, Мелейн….

Я ненавижу тебя.Я проклинаю тебя.»

– Глядя на серебряные глаза, это правда, – пробормотал он растерянно и преклонил передо мной одно колено.

«Так же, как давным-давно, когда он поклялся мне в вечной верности и дружбе.»

Вместо жесткого, холодного голоса в ушах звучал его характерный чувственный голос.

Этот голос раздражал.

– Ты использовала этот волшебный камень…

Мелейн потянулся к магическому кристаллу, который держала девочка.

Она испугалась и отступила назад. Мужчина тоже широко раскрыл глаза, как будто удивился, а потом пожал плечами.

– Извини, я просто пытался проверить. Ты действительно использовала телепорт?

– …

– Немногословная малышка.

Мужчина нахмурил брови, как будто был немного смущён и обеспокоен.

Его внешний вид был таким же, как и раньше, когда он был с Хеллой, поэтому она сжала руку, держащую кристалл.

Это была хватка ребёнка, но она была достаточно болезненной, чтобы привести Шерину в чувство.

– Твои дядя и дедушка скоро будут здесь. Давай побудем здесь до тех пор. Хорошо?

«Ты правда открыл рот, чтобы спросить об этом младенца?

Если я заговорю, ты не услышишь нормальных слов. Но я не хочу уподобляться такому уроду, как ты.»

– Я слышал, что даже Хелла не могла использовать магию в твоём возрасте.

– …

– Конечно, я тем более.

Он улыбался, как в детстве.

«Как ты можешь так небрежно улыбаться? Как ты можешь так небрежно произносить имя того, кого убил своими руками?»

– Хелла сказала, что никто не мог использовать магию так рано, как она. Хотя она не сказала мне, в каком возрасте смогла использовать магию.

Он сидел рядом с девочкой и разговаривал с ней как будто о друге, который был ещё жив.

Малышка посмотрела на него, потому что подумала, что он сошёл с ума, но Мелейну, похоже, было наплевать на её взгляд.

Мысленно она хотела немедленно наложить проклятие, но пока сил нет.

К счастью, она не получила проклятие от защитной магии после наложения проклятия.

– Я думаю, ты боишься. Мне сказали, что если просто слышать чей-то голос, то страх уйдёт.

«Это было то, что я сказала тебе когда-то.»

Девочка не могла понять, о чём он думал, когда небрежно произнес её имя.

Мелейн спросил, не знает ли она, как это страшно, и, пока девочка держала рот на замке, она тихо вздохнула и опустила голову.

Он был намного более уставшим, чем в последний раз, когда она его видела.

Линия челюсти острая, вероятно, из-за отсутствия жира и выступающих костей. Без магии, даже если враг рядом, он ничего не сможет сделать.

– Должно быть, тебе трудно родиться с талантом волшебника в семье Краун. Так ты поэтому убежала?

«Я чуть не умерла, так что я сбежала оттуда.

Никогда не думала, что меня вот так поймают.

Как всегда, Мелейн стоял на пути передо мной.»

Он больше не говорил, а девочка сидела неподвижно и зажимала в руке магический кристалл. Она просто тихо сидит, опустив голову.

«Было бы во сто крат лучше оказаться в объятиях Шарендта.

Почему я…

Почему я должна сидеть с ним?»

В тот момент казалось, что он наложит на неё проклятие, а девочка не сможет убежать, ведь у неё не было сил.

«Разве я не величайший маг под этим небом?»

Она не была бесполезным человеческим существом в теле такого младенца.

«Я несла бремя магов, и оно было тяжёлым.

Какой бы ни была причина, какое бы ни было сожаление, я не сделала ничего, чего не должна была делать.

Если что-то заставляло тебя беспокоиться, ты просто должен был обсудить это со мной.

Ты не должен был уничтожать меня. Так что я и не собираюсь тебя прощать.»

Девочка пососала соску и отползла от него.

Мелейн посмотрел на неё, но не пытался подойти ближе.

– Шерина.

Резкий, тяжёлый голос ударил по ушам.

Она повернула голову, чтобы увидеть приближающегося человека. Внезапно перед ней встал Дешар Краун.

Малышка подползла к нему.

– У-у-у.

Она подняла руку.

«Лучше вернуться к Краунам, чем оказаться в одной комнате с этим человеком. Лучше сразу умереть.»

– Хорошо, что ты не ушла далеко.

Шерина подняла голову в слезах при звуке изумительного голоса Шарендта, который раздался совсем рядом.

«Да, я не ушла далеко!

Что поделать?! Конечно, не далеко!

Я хотела уйти отсюда! Даже использовала магическую силу кристалла. Я даже плачу!»

Она раздражённо склонила голову.

Затем слёзы падали, как куриный помет, на листья, на землю, на травинки.

– У…

Слёзы лились неудержимо.

«Как ребёнок может пролить столько слёз?»

Малышка разозлилась и попытался протереть глаза рукой с магическим кристаллом, но длинные пальцы остановили её.

Когда она подняла взгляд, Шарендт держал её за руку.

Он достал из внутреннего кармана носовой платок и аккуратно протёр маленькие ладошки.

Она снова поняла, что её ладони были покрыты грязью.

– Почему ребёнок снова плачет?

– Она плачет?

Молодой Герцог поставил под сомнение вопрос Дешара.

«Должно быть, он смутился, потому что сказал только то, что я далеко не ушла.

Впрочем, не важно.»

– Пойдём, Шерина. Хватит плакать.

Глава семейства протянул магический кристалл, который он держал.

«У меня даже нет кармана, как я могу его взять?»

– Угу, давай, бери.

Голос Дешара раздражал ещё больше.

«Карманы. Что ты будешь делать, если будешь давать мне камни каждый день? Я ведь не могу их все носить с собой.»

Пока она молча плакала, мужчина смущённо посмотрел на неё.

– Если ты перестанешь плакать, я дам тебе ещё десять таких же.

Всхлип.

«Если их десять, кажется, что расчёт правильный.»

– Уф… Бу-у-у…

Тайком воспевая Дешара, она подползла к нему.

Старший Краун радостно обнял девочку. Он кажется довольным результатом.

– Да, дедушка здесь.

«К счастью, кажется, что он не собирается меня убивать.»

Она взглянула на Мелейна и уткнулась лицом в плечо дедушки.

«Мог бы дать мне что-то, чтобы утешить горечь того, что я не могу забрать десять кристаллов.

Больше всего на свете я хочу выбраться отсюда прямо сейчас.»

Тот факт, что они дышат тем же воздухом, что и Мелейн, не может не быть таким ужасным.

– Шарендт, мы возвращаемся.

– Да, отец.

Молодой Герцог посмотрел на ребёнка с озадаченным выражением лица, а затем кивнул на слова Дешара.

«В такие моменты становится понятно, что иерархия в этой семье хорошо установлена.»

Фактически, способностей и репутации Шарендта Крауна было достаточно, чтобы победить Дешара Крауна и получить титул Герцога. Тем не менее, он уважал отца.

– Спасибо, что сэкономили наши усилия. Я предлагаю вам пойти и отдохнуть.

Шарендт холодно обратился к Мелейну.

Девочка даже не посмотрела в сторону, где стоял маг.

– Я рад, что нашёл ей в целости и сохранности, – Мелейн сказал твёрдым тоном, отличающимся от прежнего.

Это был голос, похожий на тот, когда он прощался с Хеллой. Это заставило Шерину задуматься, мог ли он так контролировать свои эмоции.

– Могу я поинтересоваться, сколько лет Леди?

– Примерно около года. А что?

Дешар выразил своё неудовольствие.

Его руки были большими и твёрдыми, как защита взрослого человека. Он похлопывал внучку по спине этой рукой, и это было успокаивающе и немного странно.

–…Способность владеть такой магией в таком юном возрасте – это здорово, но чем взрослее она будет становиться, тем сложнее ей будет справиться с магией.

При словах Мелейна девочка сильнее съёжилась.

Это было не потому, что он не ошибся, а больше потому, что она боялась слов, которые прозвучали после этого.

– Если вы позволите мне, я хотел бы позаботиться о Леди как о своей ученице. Ей было бы полезнее быть в Силлофии, чем здесь.

Мелейн упрямо продолжал говорить:

– Я знаю, что Крауны не очень любят волшебников...

– Мелейн Силлофия.

Голос Дешара Крауна, который выражал свои чувства словно острым клинком, был яростным.

Шерина видела, как Мелейн сделала шаг назад, сам того не осознавая.

Это был совершенно другой импульс, чем у Шарендта, но казалось, что он давит на него своей аурой.

Она чувствовала это, хотя была в его объятиях, так что магу, наверное, тяжелее.

Когда она посмотрела на своего бывшего ученика с опущенной головой, тот зажмуривал глаза с искажённым лицом.

Казалось, будто невидимая, неосязаемая сила заставила его перестать дышать.

– Как смеет незнакомец говорить об ученике из родословной семьи Краунов, члене моей семьи.

Хоть малышка и должна была почувствовать страх от этого голоса, но сейчас она немного успокоилась, потому что Глава семьи был на её стороне.

Если Шарендт Краун – это цунами, которое незаметно приближается и мгновенно пожирает тебя, то Дешар Краун – буквально оползень.

Огромный оползень, с грохотом пожирающий издалека всё, что попадётся на глаза.

«Это забавно. Люди, которым я думала, что доверю свою спину на всю оставшуюся жизнь, оказались по другую сторону от меня, а те, кого я считала своими пожизненными врагами, теперь стоят рядом со мной.

Кажется, это чья-то шутка.»

– Я просто говорил правду… – Мелейн посмотрел на ребёнка и снова поднял голову, как будто что-то решил.

Шерина отвернулась, больше не глядя на него.

– Что ты хочешь? Чтобы Крауны доверили свою кровинку тебе, собаке, которая, даже присягнув на верность хозяину, укусила его?

Голос Шарендта был напряжённым.

Вероятно, он улыбался. В любой ситуации на его губах будет улыбка?

– Даже если это таракан, я не думаю, что тебе его доверят, Мелейн Силлофия.

«Значит, меня повысили из таракана…»

Однако она не знала, что это повышение от «таракан, который просто катается» до «таракана, выращенного Краунами».

– Если бы Хелла стала сильнее, у Вас тоже были бы проблемы. Её сила...

– Я её предупреждал.

Дешар тут же оборвавший лицемерный голос, яростно посмотрел на мага, словно не желая больше его слышать.

После этих слов девочка пожала плечами и медленно закрыла глаза. Соска – единственное утешение.

«Думаю, я понимаю, почему дети так одержимы сосками.

Достаточно просто положить её в рот, чтобы успокоиться.

Знакомство с Дешаром и Шарендтом Краунами было внезапным. Честно говоря, это было давно.

Я часто виделась с ними, обменивалась мнениями, успокаивалась, узнавала, как устроена страна.

Я ненавидела встречаться с ними, но тем не менее никогда не избегала их.

Это казалось обыденностью, и я глубоко осознала, что неприятные моменты стали для меня опытом.»

– Я уже знал, что Силлофия использует чёрную магию. Когда она сказала это при знакомстве, я был смущён, но…

Дешар, прищурив глаза, начал рассказ, словно размышляя о событиях того времени.

– Я советовал не использовать эту силу, а она только улыбнулась мне. Она уже знала, что это опасно, и уже придумала, что делать в случае опасности.

Девочка медленно моргнула, вспоминая старые времена.

Соска, которую она держал во рту, вывалилась. К счастью, она была прикреплена к цепочке и теперь просто свисала с плеча Дешара , а не катилась по полу.

Глаза Дешара Крауна сузились.

– Она была правителем, у которого было больше мозгов, чем у тебя.

–…

Мелейн сжал кулаки и стиснул зубы.

Некоторое время Шерина смотрела на него сквозь опущенные ресницы.

Тень прошлого мальчика внезапно скользнула по лицу мага.

– В моей семье мои слова – закон. Даже Императорская семья не может возразить мне на моей земле.

Это было очень неуважительное заявление, но даже если бы он сказал это перед Императором, он бы ухмыльнулся.

Постольку в пределах особняка и Герцогства его слова были законом.

Казалось, что над головой Дешара Крауна виднеется небольшая корона. Он правитель, который может управлять кем угодно.

«Интересно, можно ли носить маленькую корону на моей голове?»

–Если ты попытаешься пойти против меня ещё раз, ты познаешь весь гнев Герцога Крауна.

Дешар отвернулся, договорив.

Девочка медленно закрыла глаза, наблюдая, как фигура Мелейна удаляется.

«Впервые я чувствую благодарность к этим людям.»

– Дедуль…

– Что такое?

– Фпафиба…

«Как произнести «спасибо» с таким языком?»

Она глубоко вздохнула и закрыла глаза.

Малышка сдалась внезапному приливу усталости.

"Возможно, этот ребёнок использовал чёрную магию…"

Это произошло после побега Шерины, когда он был в офисе Дешара Крауна, чтобы сообщить о своих мыслях.

Шарендт Краун нахмурился, когда внимательно посмотрел на отца и документы, сложенные горами.

– Отец?

– Э-э, Шарендт. Ты здесь?

Дешар, с очками на носу, опустил бумаги.

Естественно, он даже опустил очки, но Молодой Герцог подошёл к нему так, будто почувствовал ненормальный воздушный поток.

Когда мужчина оказался рядом и прикоснулся к документам, Дешар внезапно несколько раз кашлянул.

Шарендт просмотрел несколько бумаг и растянул губы в угрюмой улыбке с нелепым лицом.

– Почему ты смотришь на документы о рудниках Магических кристаллов, отец?

Это было не что иное, как контракт на продажу рудников магических драгоценных камней.

"Кант говорил, что он был очень занят на прошлой неделе, но я никогда не думал, что он будет так увлечён подобными вещами."

Некоторые рудники магических кристаллов принадлежали Силлофии, а некоторые – Императорской семье.

Кроме этого, у знати было несколько, но качество кристаллов, добываемых там, было не очень хорошим.

– Вы пытаетесь купить рудник магических кристаллов?

– Ну, Шерине они очень нравятся. Кажется, что она родилась с огромным талантом, так что было бы удобно иметь рудник.

Шарендт прищурил глаза.

"Я знаю, что в последнее время мой отец стал уделять ей больше внимания. Однако официально она не числилась в семейном реестре."

Мужчина заговорил, пролистав несколько бумаг:

– Когда дело доходит до магических кристаллов, то кристаллы из имперских рудников имеют лучшее качество.

– …Хм. Я должен пойти и встретиться с Императором, – словно собираясь на прогулку, легко произнёс мужчина.

Он резко встал со своего места, схватил куртку, но сел обратно.

– Так зачем ты здесь?

– Книга.

Шарендт Краун положил книгу с названием: «Книга с картинками для начинающих в чёрной магии ~Проклятие~», которую он нашёл в комнате Шерины, на стол Дешара.

Глава семьи нахмурился.

– Я нашёл это в комнате Шерины. Кажется, ребёнок использовал чёрную магию с помощью этого.

– Чёрная магия? Какая чёрная магия... ни за что.

Выражение лица Дешара помрачнело.

Было только одно событие, связанное с чёрной магией, которое произошло недавно.

Баронесса Салливан, которая сгорела заживо.

– …Вы имеете в виду баронессу Салливан?

– Да, отец.

Дешар Краун потёр лоб, как будто попал в беду.

– Не осталось никаких доказательств?

– Я бы не смог узнать, кто это был, если бы не догадки. Никому не известно, преследовал ли её маг. Доказать вину уже будет нелегко по прошествии стольких дней.

Единственным человеком, который заметил, что это была чёрная магия, был Шарендт Краун.

Если бы барон Салливан сразу заметил что-то странное и нанял мага, скорее всего Шерину бы поймали.

– На всякий случай проверю всё и поручу кому-то разобраться с уликами.

– Да.

– Нужно поговорить с ней.

При словах отца Шарендт нахмурился.

"О чём ты собрался говорить с годовалым ребёнком?"

– Если она уже использовала чёрную магию, это будет не очень хорошо.

– …Прежде всего, пожалуйста, поговори с ней.

– Отец?

– Я иду во дворец.

Дешар Краун надел плащ и поспешно вышел из офиса, словно убегая.

Шарендт потёр пальцами пульсирующие виски.

"По какой-то причине всё идёт кувырком после того, как она появилась в нашем доме."

– Шерина.

Он облизнул губы, как будто думая о нерешённой проблеме, и медленно вышел из кабинета.

Плавно приподняв уголки рта, он направился прямо на второй этаж.

***

Она не могла остановить уголки своих губ от попытки растянуться в улыбке.

Вера подошла к малышке и протянула ложку детского питания.

Та послушно открыла рот.

Кроме того, у неё есть ещё одна причина быть счастливой в эти дни.

Улучшилось качество детского питания. Понемногу вводили прикорм. В эти дни девочка хотела съесть ещё три тарелки детского питания вместо одной.

Честно говоря, ей очень жаль Веру, но когда она готовила еду, то можно было почувствовать тошноту, съев всего пять ложек.

Однако еда, приготовленная шеф-поваром, была очень и очень вкусной.

"Честно говоря, в первый раз, когда я её съела, она была такой вкусной, что я чуть не заплакала.

Как только Шарендт и Дешар вмешались, качество жизни улучшилось.

Хотела бы я, чтобы всё было именно так.

Жизнь с хорошей едой, кроватью, одеялом и Верой. Кажется, что это совсем близко к раю."

– Наша девочка чувствует себя хорошо.

– Холосё! Пена!

– Да, Вера здесь.

Вера всегда улыбалась, когда малышка звала её.

Так что в эти дни она звала горничную по имени хотя бы раз в день.

"Почему-то кажется, что она тренирует произношение.

Умная."

Послышался стук.

У ребёнка пропал аппетит, когда она смотрела, как детское питание с говяжьим фаршем отодвинули от её рта.

"Кто, чёрт возьми, во время обеда?"

– Да.

Оставив еду на некоторое время, Вера встала и открыла дверь. Затем, с удивлённым выражением лица, она помедлила и отошла.

Шерина увидела, как Шарендт вошёл в комнату.

– Вы едите.

– Да, Молодой Господин.

– Вера, ты поела?

– Нет, ещё нет. Я поем позже...

Мужчина, подойдя к малышке, сказал:

– Иди поешь.

На Веру он не взглянул, а просто смотрел на племянницу.

– Что?

– Иди поешь, вернёшься примерно через час.

Он нахмурился, словно расстроенный, но спокойно повторил.

Шарендт сел за стол, где сидела девочка, и помешал ложкой остатки детского питания.

– Я покормлю её.

В очередной раз он сказал что-то странное.

Вера не устояла перед холодностью мужчины, облизала губы, как бы от смущения, но в конце концов поклонилась малышке.

И Шерина тоже в замешательстве. Она открыла глаза, услышав внезапный хлопок, но не могла остановить Веру, чтобы она не ушла.

Как бы девочка рассеянно ни смотрела и ни протягивала свои коротенькие пухлые руки, Вера не возвращалась.

– Я предпочёл бы говорить наедине…

"Не лучше ли перепроверить снова и снова?"

Когда Вера ушла, Шарендт посмотрел на ребёнка и медленно положил книгу с картинками по чёрной магии, которую нашёл в комнате.

Малышка очень нервничала и следила за каждым его движением. Мужчина прищурил глаза, взглянув на волшебные кристаллы, свисающие над столиком с шеи девочки.

Когда она вздрогнула, он отложил книгу в сторону, размешал детское питание, взял ложку и протянул ей.

– Уф…

"Шарендт, ты трусливый ублюдок.

Неужели ты отравил моё драгоценное детское питание, пока я тебя не видела?"

– Шерина, я не в таком отчаянии, чтобы отравить детскую еду.

Он говорил с ней спокойно.

"Ты что, читаешь мысли?"

Голос у него был сладкий и знойный, но сердце не билось так быстро, как у того, кто слышал его голос.

Конечно, тот факт, что эти слова не были ошибочными, сделал малышку самой несчастной.

"Он может убить меня в любой момент."

Девочка осторожно схватила два магических кристалла обеими руками.

– Шерина.

Девочка медленно покачала головой на его призыв.

Шарендт всё ещё улыбался с безобидным выражением лица и произнёс:

– Если ты ещё раз воспользуешься магией передо мной без разрешения…

Он с лёгкостью забрал кристаллы из её рук.

Ей казалось, что он просто протянул руку и погладил тыльную сторону ладони, но, когда она очнулась, в руке уже ничего не было.

– Давай конфискуем все кристаллы.

Мужчина забрал драгоценные кристаллы и вернул их на прежнее место.

Не говоря ни слова, он снова предложил Шерине детское питание. На этот раз вариантов не было.

Когда она открыла рот, в него попала ложка.

"К счастью, вкус не изменился, так что казалось, что яда не добавляли."

Когда малышка с трудом сглотнула, он протянул следующую ложку, словно ожидая. Как ни странно, Шарендт Краун довольно стабильно подносил ложку с едой.

Честно говоря, первое нежелание исчезло после нескольких ложек, и девочка больше не колебалась после этого.

– В отличие от Валиана, я думаю, что ты довольно умна… – Еле слышно пробормотал мужчина.

– Я даже не думал, что ты можешь использовать чёрную магию, – сказал он уверенным тоном.

Шерина посмотрела на дядю дрожащими от изумления глазами.

Тот посмотрел на неё и слегка улыбнулся, а затем ткнул её щеку своими длинными белыми пальцами.

"Что делаешь?!?!"

Он закончил кормить её детским питанием с нежным выражением лица. Конечно, детское питание было вкусным.

– Как много ты понимаешь из того, что я говорю?

"Всё. Абсолютно всё, человечишка!"

–Если ты захочешь убить кого-то с этого момента, тебе лучше сказать мне об этом.

"Итак, ты же в курсе, что человек, с которым ты сейчас разговариваешь, – младенец младше года?

Какой бы гениальной, милой и привлекательной я ни была, я не могу кивнуть."

– Валиан Краун беспокоит людей даже после смерти.

Голос, назвавший имя её отца, был ужасно холодным.

Закончив кормить, мужчина медленно встал со своего места.

Его холодные пальцы коснулись детских щёк.

– Пока ты не наделаешь ничего бесполезного, не будет ни погонь, ни убийств, так что лучше бы ты жила тихо и как мышь.

После этого шёпота он ушёл из комнаты.

Это было после того, как он вернул книгу по чёрной магии.

"Этот мерзкий человечишка!"

"Разве я не говорила, что мир невежественен?

Время ребёнка проходит очень скучно.

Когда вы закрываете глаза, сон наваливается, когда вы едите, сон так же подкрадывается, и даже во время тренировок ходьбы.

Говорят, что самая тяжелая вещь в мире – веко, знаете ли вы это?

Самое тяжёлое у ребёнка – это голова.

Когда вы засыпаете, ваши веки закрываются, а голова наклоняется вперёд.

Или откидывается назад.

Я не знала, что придёт день, когда я смогу на себе почувствовать весь дискомфорт такого ребёнка."

Глубокий вздох усилился.

Прошло две недели с момента предупреждения Шарендта Крауна.

После этого он время от времени приходил к Шерине и ни с того ни с сего отправлял Веру на перерыв.

Например, во время кормления.

"Ладно, что мне сделать с таким количеством его присутствия в моей жизни? Этот проклятый клоун Шарендт продолжает кормить меня с ложки."

Это действительно грязно и неуважительно, поэтому в последнее время я тренируюсь есть сама.

Глубоко вздохнув, девочка достала ложку, которую спрятала под подушкой. Маленькая ручка, переливающаяся серебряным светом, как раз подходит по размеру.

Она её украла, но Вера, кажется, думает, что потеряла ложку.

"Возьми ложку в руку.

Сожми пальцы как можно сильнее..."

–…

"Руки ребёнка действительно такие слабые?"

Она посмотрела на свои руки, которые, казалось, упадут, несмотря ни на что.

Но её пальцы не разжимались.

Если вы попытаетесь раскрыть кулак, он откроется, но ложка автоматически окажется зажатой между указательным и средним пальцами...

–Ах!

Вздох отчаяния сам вырвался из её рта.

"Но разве не стало намного лучше?

Ложку трудно правильно держать, потому что пальцы не разжимаются. Но как можно сжимать ложку, как в кулак, задев при этом свою самооценку?

Да, это великая гордость мага.

Ты тоже так думаешь, Шерина?

Даже не смотря на свою гордость, я должна держать ложку как ложку. Почему ребёнок не может держать её нормально?!"

Девочка зажмурила глаза и чуть более серьёзно пошевелила пальцами от волнения.

– Леди, пора обедать.

"Ах, Вера."

– Пина!

Шерина осторожно спрятала ложку, которую держала в руке, широко улыбнулась, глядя на открывающуюся дверь.

"Если меня поймают, со мной могут поступить как с вором и выгнать.

Кстати, Вера милая каждый раз, когда я её вижу. Особенно то, как она бегает туда-сюда с улыбкой каждый раз, когда я зову её по имени."

– Да, вы звали?

– Кушать?

– Да, это еда. Сегодня на десерт клубника. И знаете, что? С сегодняшнего дня кухня немного изменилась.

– Холосё?

Девочка повернула голову и увидела большой поднос в руке Веры.

"Если подумать, у меня сегодня несколько тарелок."

С широко открытыми глазами она высунула голову и резко поднялась, уперевшись ногами в кровать.

Вера посмотрела на этот прыжок, поставила поднос в сторону и принесла детский столик.

Этот детский столик выглядел как стул со столом на нём, за который удобно держаться, чтобы не упасть.

Малышка пошевелилась, а затем повернула голову.

Еда перед ней немного отличалась от обычного густого супа.

"Есть какие-нибудь новые ингредиенты?"

И это намного больше, чем обычно.

Это было похоже на картофельное пюре, оно было смешано с брокколи или овощами, которые были очень мелко нарезаны.

"Теперь есть ощущение жевания."

Шерина гордо протянула руку и взяла ложку.

– Боже мой. Леди, вы уже знаете, как есть? И называете моё имя... Кажется, наша девочка гений?

"Да, мне, конечно, нравится этот преувеличенный восторг Веры."

Малышка задрала нос.

В семье Краунов, когда она видел их, то становилась как можно меньше и незаметнее, сжимая своё тело, но от похвалы Веры оно расправлялось, как будто всегда было таким.

– Хотите кушать вот так?

– Да!

Девочка зачерпнула еду ложкой, сжатой в кулаке.

Немного еды упало на пол из-за дрожащей руки.

Она открыла рот, поднеся ложку, и почувствовала во рту пикантный вкус.

Для неё было большой проблемой пережёвывать пищу, так как её зубы сейчас довольно маленькие.

Но пища, попавшая в рот, исчезла в одно мгновение.

"Эммм, я слишком мало взяла?"

Она снова протянула руку и зачерпнула еду ложкой. На этот раз как можно больше.

"Почему у меня так дрожат руки?"

Стол был довольно грязный.

Взгляд Веры был несколько опечален. Это как думать о том, протянуть руку помощи или нет, потому что вы не знаете, как лучше.

Шерина снова положила вторую ложку в рот.

– …

Никакого вкуса не было. Пустая ложка, казалось, смеялась над ней.

"Блин."

*****

– Леди.

– …

– Леди, Вера принесла пудинг. Выходите.

– Неть!

"Как я могу жить так грустно? Как я могу жить как идиот, который не может даже поесть!

Хе-хе, я умру от стыда."

Зарывшись лицом в одеяло, она вспомнила вчерашний день, когда пролила половину еды на стол.

"Если бы я случайно пролила её, было бы не так стыдно."

Проблема была в том, что она думала, что зачерпывает еду правильно, пока не положила ложку в рот.

"Меня хвалили за отличную концентрацию и реакцию, но как я могла стать такой тупой?

Я не узнала, как я пролила всю свою еду, пока не положила её в рот!"

– Пудинг с карамельным сиропом.

"…Это должно быть вкусно.

Если подумать, когда я в последний раз ела пудинг?

Я знаю, что это сладкий, мягкий и нежный десерт.

Если это возможность, которая у вас есть только сейчас, вы бы предпочли пойти или поесть?…

Но я становлюсь всё более и более глупой.

Я не хочу быть такой глупой.

Нет ничего хуже, чем быть глупым и слабым. Если ты глупый и слабый, плюс ничего особенного из себя не представляешь, вполне естественно, что от тебя избавятся.

Таких существ я ненавижу больше всего."

– Попробуйте!

"Я действительно свинья?"

Пудинг даже не пахнет, но когда Шерина очнулась, то уже высовывала лицо из-под одеяла.

Словно ожидая, Вера зачерпнула ложку пудинга.

– Теперь ешьте. Ам~!

Девочка ощутила ложку, которая попала ей в рот.

– Ням.

Пудинг таял во рту.

Её руки, сами того не осознавая, поднялись от сладости. Пожевав, она проглотила пудинг, снова несколько раз облизала ложку и снова съела пудинг.

"Честно говоря, пудинг был очень вкусным.

Если я когда-нибудь вернусь в Силлофию, я хочу нанять этого повара.

Говорят, Крауны гурманы."

– Герцог попросил принести вас, когда поедите.

– Уф…

"Мы скоро пойдём?"

Когда Шерина уже собиралась убежать, спрятавшись с головой под одеяло, Вера неловко обняла её.

Честно говоря, когда дело доходит до индекса удовлетворённости объятиями, именно Шарендт обнимал наиболее комфортно.

"Чёрт!"

Девочка была очень недовольна, но ей нравилось это ощущение, видимо, потому что у Шарендта есть ребёнок.

Далее в рейтинге дворецкий Кант, потом этот Дешар и, наконец, Вера.

"Вера… я не думаю, что у неё должен быть ребёнок."

Сегодня на руках неудобной Веры девочку насильно несли в кабинет Дешара.

"Что? Это не кабинет, не так ли?"

Её несли в направлении столовой или гостиной.

Вера как-то нервничала больше обычного.

Атмосфера особняка тоже необычная. Он казался загромождённым, но также казался очень напряжённым.

Горничная постучала и вошла прямо в гостиную.

– Леди прибыла.

– Оставь её здесь.

"Что? Не оставляй меня здесь!"

Шерина подняла лицо, уткнувшееся в плечо Веры, и недовольно посмотрела на Шарендта Крауна.

Потом тихонько снова уткнулась лицом в плечо девушки.

"Почему здесь так много людей?

Шарендта и Дешара я знаю, но кто эти двое?"

Девочка крепко схватила Веру за платье.

Если у тебя есть совесть, не оставляй меня в этом адском месте. Серьёзно, ты не можешь уйти, даже если у меня ничего нет...!

– Леди, я буду ждать вас.

– Си!

"Ненавижу!

Разве ты не видишь кровожадные глаза Шарендта? Он выглядит так, будто собирается зарезать меня прямо сейчас!"

Дешар тоже выглядел холодно. Атмосфера женщины со скрещёнными ногами и мужчиной, который был таким же большим, как гора, была убийственной.

– Бина!

– Мне жаль.

Малышка склонила голову в печали.

"Конечно, поскольку от этого зависит зарплата и жизнь Веры, я знаю, что она должна слушать Шарендта и Дешара, а не меня, но..."

Несправедливо оставлять меня в такой ситуации.

Она немного сжалась от такой атмосферы.

– Шерина.

– Аву…

– Иди сюда, – позвал её глава семейства.

"Почему он поднимает шум, когда ему становится скучно, и зовёт меня?"

Пока девочка неподвижно сидела, он вытащил что-то из кармана и протянул ей.

– Шерина.

Дешар снова позвал её.

Магический кристалл высокой чистоты, который ярко сияет в его ладони.

Имеется в виду, что этот мужчина просто пытался заманить ребёнка, подкупив.

На его ладони кристалл перекатывался снова и снова. После этого был обнаружен ещё один волшебный камень, который был спрятан.

– Деда…!

Борясь с собой, малышка встала со своего места и подползла к Дешару.

Когда она широко раскинула руки, мужчина обнял её, усадил на колени и дал магический кристалл.

"Это довольно круто."

В частности, качество магического кристалла, который был недавно получен, было очень хорошим.

Это был как минимум класс А. Минимум А, но может дотянуть и до магического кристалла ранга S.

– Где вы регулярно берёте эти качественные вещи?

– Отец недавно купил Имперский рудник, так что это должно быть правдой.

Это был голос довольно свирепой женщины. В её любопытном голосе прозвучало лёгкое удивление.

Девочка села на колени Дешара Крауна и внимательно посмотрела на женщину.

Как ни странно, это было знакомое лицо, которое она видела много раз. Оно также напоминает лицо человека, которого Хелла очень любит.

"Эй, может быть, этот человек…?

Почему ты в этом месте?"

Женщина мягко улыбнулась ребёнку, когда та внимательно посмотрела на неё широко открытыми глазами.

Шерина тупо посмотрела на её дружелюбную улыбку, которая появилась на лице в контраст равнодушному выражению лица.

У неё были серебряные глаза и бордовые волосы. Волосы были достаточно короткими, чтобы едва прикрывать затылок.

"У неё также серебряные глаза."

Во всяком случае, она была похожа на мужчину рядом с Шериной.

–…Но, отец?

"Она из Краунов? Не было никакой известной информации.

Неужели этот человек... В такой семье нужно иметь железный характер, чтобы противостоять им!

Нет, в семье Краунов вообще был кто-то такой?

Если вы называете Дешара отцом, у вас отношения брата и сестры с Шарендтом?

Я никогда не слышала, что эта женщина из семьи Краунов. До этого момента."

– Рудник был просто пари с Императором, потому что нам было, о чём поговорить.

– Ты всё ещё не честен.

Женщина пожала плечами и кивнула.

– Что, чёрт возьми, ты здесь делаешь? Упоминая даже ребёнка Валиана.

Голос Дешара был немного холоднее, чем обычно.

Малышка тихо коснулась волшебного камня и посмотрела на прохладную атмосферу.

Мужчина, сидевший рядом с женщиной, был одет в обтягивающую белую форму.

Он вооружён мечом, но всё его тело состоит из мускулов. К тому же лицо выглядит даже аскетично.

Выделялись короткие чёрные волосы.

Может быть, это было потому, что он был одет в белоснежную одежду, его мускулы, казалось, выделялись ещё больше.

"Какие отношения их связывают? У него нет серебряных глаз, поэтому я не думаю, что они связаны кровью."

– Ребёнок не так похож на Вали, как я думала.

– Зачем ты проделала весь этот путь, Рани?

– Ты всё ещё здесь, Шарендт. Посмотри на свою привычку разговаривать с сестрой.

– Разве не эта сестра покинула замок? – сказала Шарендт Краун с закрытыми глазами.

Несмотря на саркастические замечания, она небрежно пожала плечами и улыбнулась. Слова брата даже не задевали её.

"Раниан…

О боже… Вы действительно тот человек?"

Девочка открыла рот, сама того не осознавая. Она не могла в это поверить.

– Я спрошу ещё раз. Почему ты здесь?

– Чтобы забрать ребёнка Вали. Совершенно очевидно, вы с ней не справитесь.

– Что ты хочешь? – с горечью переспросил молодой Герцог.

– Ах, я говорю это на случай, если вас это беспокоит, но я не собираюсь получать от вас разрешение, и меня попросил сам Вали, так что никаких юридических проблем.

Раниан улыбнулась и скрестила руки на груди.

Её голос был довольно громким, а действия уверенными и чёткими.

Шерина потеряла дар речи от того, что этот человек был живым прямо перед ней, и была загипнотизирована каждым её движением.

Словно не желая этого, на лбу Шарендта образовалась морщина.

Его улыбка исчезла, а губы скривились в одну сторону. Это выражение его лица, когда он действительно злился.

– Нет большей лжи, чем то, что тебя просил мертвец.

– Письмо.

Глаза мужчины расширились.

– Он написал письмо на случай, если умрёт, и его только доставили.

– Письмо? Ты имеешь в виду письмо Валиана?

– Да, отец и Шарендт сказали мне спросить Шерину, не кажется ли ей, что они плохо заботятся об этом ребёнке.

– Как видишь, у неё всё хорошо, – сказал Шарендт, указывая на волшебный камень, который девочка держал обеими руками.

"Рани, это Раниан.

Чёртова Раниан! Призрак поля битвы! Это моя любовь!"

Малышка смотрела на неё с трепетом, не скрывая теперь своего удивления.

О ней писали менестрели. Убийца на поле боя, рыцарь, накопивший множество достижений на переднем крае территориальных войн.

Говорят, что, хотя её тело было окрашено кровью, хотя небо было покрыто чёрным, как смоль, ковром, когда она обнажила свой меч и издала крик, это было похоже на восход луны в ночном небе.

– Я собираюсь забрать Шерину и воспитать её как свою дочь.

"Ты собираешься удочерить меня? Чёртова Раниан? Это в самом деле…

Аааа!!

Это очень хорошо!"

– Ой!

"Ты будешь моей мамой!"

На самом деле, Шерине больше нечего было желать, если Раниан станет её матерью.

Девочка ненавидит её семью, но она была человеком, достойным уважения, и одной из немногих, кого та уважала.

Она внесла наибольший вклад в несколько войн, хоть и женщина.

Она работала наёмницей, но никто не знал, что она из семьи Краун.

"Я была врагом Раниан, но, тем не менее, она мне нравилась."

Книга, которая описывала её заслуги, была издана всего одним тиражом, а у Хеллы их было три.

Три одинаковых книги: для коллекции, для хранения и для чтения.

Она даже выкупила её меч на аукционе, пополнив свою коллекцию. Коллекцию в башне.

"О, мои вещи…"

Думая о маленьких и драгоценных вещах, которые она собирала одну за другой, экономя время на сон, у девочки внезапно заболел живот.

"Может их не все забрали? Если вы выставите их на аукцион, вам не придётся работать до конца жизни.

Я не знаю, что случилось с моими драгоценными вещами."

В разгар её славы как убийцы на поле боя, Раниан «кровавого цвета» или «терновая роза», скульпторы лепили и продавали её маленькие каменные статуэтки.

Они также были куплены в коллекцию.

"Если эти вещи связаны с ней, я всё собрала."

– Ты слушаешь? Довольно умна.

Раниан потянулась к ребёнку.

Девочка широко раскинула руки.

Женщина усмехнулась и обняла малышку, когда та сидела на коленях Дешара.

Шерина с удовольствием пошла в её руки.

– Хе-хе.

"Не ожидала встретить её в этом теле, но оно так хорошо."

У неё сильные руки и крепкое тело, и она выглядит намного красивее, чем казалось. Трудно было поверить, что этот человек был из семьи Краун.

– Не лучше ли тебе пойти со мной, чем оставаться здесь?

– Дя!

Боже мой, эта старшая сестра говорит что-то естественное.

"Я пойду за тобой на край света.

Серьёзно, как человек может быть таким крутым?"

Увидев улыбающееся лицо, девочка широко улыбнулась.

"Я действительно сумасшедшая. Ты такая красивая…"

– Я рада, что ребёнок не слишком стеснительный.

– Я не могу отдать тебе её, так что сдайся.

– Я должна была сказать, что пришла сюда не спрашивать твоего разрешения.

Голос Раниан, который всегда отвечал с улыбкой на лице, мгновенно стих.

Воздух, витающий в комнате, мгновенно изменился. Атмосфера чувствовалась как острое лезвие, которое можно было увидеть только на поле боя.

Конечно, это не было направлено на ребёнка, так что не было так угрожающе.

Однако даже посреди этого два Крауна, которые ни разу не пошевелили и бровью, чувствовали себя прекрасно. Думаю, это то, к чему они привыкли.

– Есть то, что двое детей не могут делать перед своим отцом, – Дешар произнёс ужасающим голосом.

Именно тогда Раниан успокоилась.

Шарендт, скрестив ноги, тоже выпрямился. В этот момент Глава семейства, который уменьшил дискомфорт, щёлкнул языком.

– Дитя Валиана. Мы хорошо о ней позаботимся.

– Это вообще возможно?

Раниан покачала головой, как будто это было не смешно.

В ответ на немедленное опровержение морщины на лбу Шарендта стали ещё глубже.

Дешар поднял голову и устало приложил ладонь ко лбу.

– Ты не можешь её забрать.

– В любом случае, я не могу иметь детей. Отец знает об этом.

– Шерина особенная. В вашей ситуации воспитать её будет непросто.

– Это из-за магии?

Глаза Дешара слегка расширились. Словно прочитав детскую песенку, Раниан открыла рот:

– «У моей жены есть способности, так что есть шанс, что и у Шерины они тоже будут» – написал Валиан в письме.

– Ты имеешь в виду, что это написал Валиан?

– Да.

Губы Рани слегка смягчились.

Шарендт, который всё это время молча слушал, заговорил:

– Говорят, что паладины обладают способностью очищать зло.

"Очищать зло?"

Девочка пожала плечами на слова, которые были для неё словно приговор.

Взгляд Шарендта медленно переместился к человеку, который был рядом с Раниан, к которому он относился как к пустому месту.

–…Этот мужчина – паладин?

Рука, которая держала кристалл, ослабла.

"Если бы я случайно воспользовалась чёрной магией, я бы потеряла всю магию, верно?"

Она не чувствовала божественной силы, поэтому никогда не думала, что это станет проблемой.

– Я проблема?

Бесстрастные чёрные глаза впервые шевельнулись и повернулись к Шарендту.

Низкий, но спокойный голос, прямолинейный, совершенно не двигающийся человек с прямой спиной, и даже пятиконечная звезда в чёрном зрачке левого глаза.

"Этот человек был старший паладин."

Говорят, что среди паладинов и жрецов бывают случаи, когда они могут полностью скрывать свои божественные силы, когда достигают определённого уровня.

Маги и жрецы – противоположности.

В некотором смысле, если бы они находились в контакте друг с другом в течение длительного времени, их способности были бы сбалансированы или исчезли.

И у магов, и у жрецов.

Было бы хорошо быть на расстоянии друг с другом, потому что это плохо влияло обоих.

– Да, – твёрдо сказал Шарендт.

Глаза паладина слегка потемнели, как будто он что-то понял из этого короткого ответа.

Девочка тоже потихоньку стала отползать от гостей.

– Деда!

В отчаянии она протянула руки к Дешару.

"Эй, спаси меня."

В этой ситуации, если она останется рядом с гостем, чёрная магия, которую она с таким трудом получила, исчезнет.

По сути, слабый чернокнижник становится бессильным рядом с сильным жрецом или паладином. И наоборот, слабые жрецы и святые рыцари становятся бессильными перед сильными магами.

Только правильно рассматривать это как отношения людей, которые не могут сосуществовать друг с другом.

– Ребёнок дал ответ. Я не поступаю с тобой несправедливо, так что уходи.

Удивительно, но Шерина задавалась вопросом, был ли Шарендт на её стороне.

– Я должна поверить, что в этом особняке, помешанном на чистоте крови, не обращаются с ней несправедливо?

– Веришь ты в это или нет, но разве ты не член семьи, которая уже выступила против?

Тем временем Дешар держал малышку на руках.

Она скользнула в его объятия и вздохнула с облегчением.

– Просто уходи. В любом случае, ребёнку было бы нехорошо с вами.

– …Вы ответите почему?

– Кажется, человек рядом с тобой догадался о причине, – заговорил младший Краун.

Раниан замолчала с недовольным выражением лица.

Паладин взглянул на девушку и тяжело кивнул.

Когда рыцарь согласился со словами Шарендта, веки его глаз опустились.

Шерине казалось, что её сердце пронзил кинжал.

"Если бы не чёрная магия..."

–Это было слишком неожиданно, поэтому я уйду сегодня. Увидимся официально в следующий раз, папа.

"Она отказалась от меня.

Ой, я уверена, что это сделает меня счастливее, чем паладин, ха, это настоящее везение."

– Ладно.

Раниан встала со своего места.

Паладин, который пришёл сюда и сказал всего одно слово, молча последовал за ней.

Он надел на неё пальто, принёс ей шляпу и молча поклонился на прощание.

– Увидимся позже, Шерина.

– Па-ка!

Девочка широко улыбнулась и замахала руками так энергично, что верхняя часть тела закачалась.

Когда она взглянула в сторону, выражение лица Шарендта было несколько жёстким. У него на лице появятся морщинки раньше времени.

"О чём ты думаешь?"

Ребёнок даже махал ей рукой, пока девушка не исчезла за дверью.

"Сестра, я очень люблю тебя, но не до такой степени, чтобы отказаться от мести.

Извиняюсь. Как только я стану взрослой, я с гордостью приду к тебе..."

Она бы хотела, чтобы её удочерила эта девушка.

Шерина запечатлела слёзное расставание в своё сердце.

В любом случае, она ничего не может сделать прямо сейчас. Ей нужно просто задерживать дыхание, замереть и ждать.

Пока это тело немного не подрастёт и не сможет использовать магию более правильно.

Девочка прищурила глаза.

– Иди в свою комнату и спи.

Она услышала грубый голос Шарендта.

Шерина хотела что-то сказать, но постепенно её веки отяжелели. Она тихонько отдалась накатывающему сну.

*****

После того, как Раниан пришла и ушла из особняка, воцарилась тишина. Так мирно прошло время.

"Да, мне три года.

Да, я прожила два года и ещё несколько месяцев в этой проклятой семье Краун.

Однако после того, как я начала нормально ходить, я не видела их так часто."

– Шерина?

"Ой, он снова здесь."

Кайшану, который никогда не устает искать её, когда она никому не нужна, в этом году исполнилось уже семь лет.

У него большая голова, он намного красивее, но он всегда ходил за ней.

Девочка спряталась в дальний угол.

Лёгкие шаги эхом разносились по всей комнате.

Кайшан бродил по складу, просовывая голову в щели в хламе.

Шерина не подавала признаков присутствия. Она держала в руке карандаш и делала пометки в альбоме для рисования, который взяла с собой.

"Диапазон пространственного движения всё ещё на этом уровне?"

Она нарисовала большой круг в своём альбоме и кивнула.

По привычке она вытащила карандаш изо рта, удивилась кругу, который нарисовала, и поспешно переделала.

Когда она выросла, потребность в пустышке значительно уменьшилась.

Но всё же ей нужна была соска, чтобы уметь нормально мыслить. Или нарисовать такой круг и сделать глупость, кивнув головой.

Хорошая новость заключается в том, что в простой повседневной жизни не так много вещей, которые требуют взгляда со стороны.

– Шерина?

Девочка просто выпрыгнет из этой надоедливой ситуации на этот раз.

Она избегала Кайшана и переместилась в другое место в особняке с помощью кристалла.

Теперь, когда её конечности немного подросли и она может ходить самостоятельно, её ничего не сдерживает.

Девочка начала медленно двигаться туда, куда собиралась.

Бам.

Лязг.

– Ой, простите. Настолько маленькая, что я не заметил.

– …

Конечно, как ни странно, количество издевательств только увеличилось.

Ну, Шерина изредка посещает Дешара, и почти никогда не встречает Шарендта.

По мере взросления интерес к естественным образом угасал, поэтому другие люди постепенно проявляли своё пренебрежение.

"Не имеет значения. Нет ожиданий – нет разочарований.

Человеческий интерес обычно мимолётен, не так ли?"

Интерес есть только в начале. По крайней мере, только Кайшан, как ищейка, постоянно интересовался ею.

Девочка не удосужилась ответить на слова слуги, а подняла лицо, распластавшееся на ковре. Она встала и слегка стряхнула пыль с платья.

– Говорят, что её мать цыганка, что не может сосчитать своих детей.

– Эта женщина только погубила драгоценного самого Молодого Господина.

– Я не знаю, почему они держат это в особняке, вместо того чтобы отдать в храм.

"Я тоже не знаю."

Что бы не говорили слуги, Шерина сделала вид, что не слышит, и пошла своей дорогой.

После того случая она не могла собирать чёрную магию. Не было причины для убийства кого-либо. Даже если будет одна война, будет легко, но большая война закончилась и наступило довольно мирное время.

"Ах, я чувствую разочарование и хочу уйти из дома."

Она даже не могла убить людей, которые ей не нравились, и из-за этого она вообще не могла собирать чёрную магию.

Благодаря этому мощность восстанавливается медленнее, чем ожидалось.

Возможно, именно благодаря практике обращения с магическими силами девочка смогла использовать немного больше разнообразной магии, чем в детстве.

Тем не менее, этого было недостаточно.

Ей нужно быть немного разнообразнее и использовать немного больше магии.

"Этого недостаточно.

Это занимает слишком много времени."

По крайней мере, ей пришлось восстанавливать свои навыки, поскольку она была ребёнком. Было трудно выжить в этом особняке с этим телом более двух лет.

Хотя Шарендт и Дешар, кажется, не замечают её, но есть люди, которые втайне издеваются над ней.

Дешар Краун, она часто называла его дедушкой, и он давал ей магический кристалл, когда смотрел, как она ест закуски.

"Возможно, это было чувство, на подобии наблюдения за проделками домашнего питомца."

Она всё равно не хотела оставаться в этом особняке всё время. Шерина собиралась прокрасться в гостиную, раздумывая, не поговорить ли с Шарендтом.

– Как долго ты собираешься держать здесь Шерину, отец?

– …Сколько лет ребёнку?

– Прошло три года с момента её рождения. Пришло время отпустить её.

– Это…

"Куда ты собираешься отправить меня?"

Девочка широко открыла глаза и подошла к углу, где стояла, и слушала разговор между мужчинами.

Голос, который она услышала, был тяжелее обычного.

– Ребёнок с кровью Краунов без фамилии должен посещать академию с минимального возраста для поступления в академию до достижения совершеннолетия. Вы, должно быть, забыли.

"Что? Такое было?"

– Ей всего три года.

"Нет, это очень рано.

Если подумать, я, кажется, слышала, что людей, которые были незаконно рождены или бесполезны в аристократии, рано отправляли в академию.

Когда я впервые услышала это, я подумала, что это жестоко, но так ли это?

Эти позорные ублюдки.

Нет, в таком случае не лучше ли оставить меня в покое?

Ты сумасшедший??"

– Знаю. Постепенно она поймёт.

"Если ты знал, что так будет, просто оставил бы меня.

Я уверена, что могу хорошо питаться и хорошо жить одна!"

Каждый раз, когда Дешар видит её, он щедро даёт магические кристаллы, так что, честно говоря, у девочки даже не закончатся деньги, пока она не станет взрослой.

– Когда последняя дата поступления в этом году… Это…

– Шерина.

Дешар вздохнул, недоговорив.

Шарендт позвал её с выражением смущения, которое было неожиданно видеть на его лице.

– Я мешаю? Вы меня выгоняете?

На вопрос внучки Дешар кашлянул и замолчал.

С выражением недовольства на лице он ожесточился, не в силах сказать ни «нет», ни «да».

Она посмотрела на его застывшее лицо и снова открыла рот.

– Куда ты собираешься меня выбросить?

«Скажи мне наверняка. Таким образом, я смогу подготовиться и найти приют.

По крайней мере, мне не нужно волноваться, пока ты меня не вышвырнул.»

– Да? Дедушка!

От слов девочки лицо Дешара окаменело ещё больше. На его лице было лёгкое чувство вины.

– Когда я сказал, что хочу выбросить тебя? Просто отправить учиться в академию… …Просто сделай вид, что не слышала. Потому что ничего не решено.

– Это то же самое!

При словах ребёнка Дешар напрягся, как будто был удивлён.

Шерина взглянула на Шарендта и моргнула.

«Поторопитесь и сделайте то, что вы обычно делаете. Скажите мне уйти.»

Девочка уставилась на младшего Крауна, но он также просто посмотрел на неё, не говоря ни слова.

Малышка протянула руки и помахала ими.

«Почему он до сих пор стоит?»

– Просто прогоните меня!

Крикнула она ещё раз.

Ей казалось, что она плохо слышит свой голос, потому что невысокого роста.

«Если это вас беспокоит, выбросьте меня и я начну новую жизнь.

Я не знаю, почему я продолжаю влачить такое раздражающее существование.

Я не могу их понять.

Если бы это была я, я бы заранее избавилась от бесполезных вещей.

Если бы это был маленький ребёнок, я бы передала его тому, кто сможет его воспитать, а если бы была чуть более безжалостной, то бросила бы его в приюте или в трущобы и велела выживать самому.

Бесит!»

Её раздражало невнятное произношение.

Не понятно, почему так сильно искажается произношение не очень сложного слова, но жить можно.

Они оба слушали девочку и долго ничего не говорили. Затем заговорил Шарендт:

– Почему ты бегаешь здесь?

– Я шла гулять.

– Ладно, прогуляйся и возвращайся.

– Да…

«Хорошо, так, когда же ты собираешься меня бросить?»

– Шерина.

– Да?

– Ты хочешь взять это?

– А?..

Обеими руками Дешар держал большой магический кристалл.

«Судя по его блеску, это явно магический кристалл S-класса. Я даже не сделала милое лицо, в чём дело?»

Когда она увидела большой волшебный камень, девочка внутренне расхохоталась. Она подняла голову и широко улыбнулась.

– Спасибо.

– Шерина, ты нравишься дедушке. Однако есть некоторые неизбежные обстоятельства. Понимаешь?

Малышка медленно моргнула, не глядя на волшебный камень.

«Это очень трусливые слова.

Мне здесь нравится, но по каким-то неизбежным обстоятельствам меня должны прогнать.»

Эти замечания соответствовали действиям Мелейна. Дешар не считался трусом, но он, в конце концов, был мужчиной.

Вместо ответа она широко улыбнулась.

В любом случае, благодаря Магическому кристаллу она принял решение выйти на улицу.

Шерина обошла этих двоих с волшебным камнем в руках.

Но вместо того, чтобы пойти на прогулку, она зашла в свою комнату и высыпала на кровать все собранные магические кристаллы.

Новая кровать была большой, а щель кровати идеально подходила для того, чтобы прятать вещи.

Количество магических камней было значительным.

В один карман девочка положила 8 магических кристаллов, а остальные в другой карман.

Около 50 магических кристаллов хватило бы для телепортации и безбедной жизни.

«Мне нужно выбрать приют.

Я хочу детский дом как можно дальше от столицы. Если возможно, то в самой глубокой части горы или там, где слухи доходят в самый последний момент.

Где детские книги? Мне нужно пойти в библиотеку?»

Шерина взяла волшебный камень и затолкала его обратно в самое глубокое место под кроватью, и снова спрыгнула с кровати.

****

– Всё кончено.

Наконец, она написала мелками в альбоме большие буквы.

Одна-две буквы занимали целый лист альбома. Приходилось писать на нескольких листах бумаги.

Они были примерно разложены на полу по порядку.

[Я], [Уш], [Ла]

«Так нормально?

Эммм, по-другому я не могу написать это. Ничего страшного, если я просто убегу и осмотрюсь.

Однако я не думаю, что нужно говорить Краунам что-либо. Думаю, лучше просто сказать, что я ушла.

Но возможно ли вообще распознать этот текст?

Я специально использовала красные мелки.»

Голова раскалывалась от всяких забот.

«Я не знаю.»

Девочка подумала, что должна написать хотя бы что-то на прощание, поэтому вырвала ещё два листа бумаги и записала на них.

«Я не знаю, буквы ли это, картинки или фигурные символы, разберут ли их.»

Перечитав все пять листов бумаги, она почувствовала ещё большую гордость.

«Это действительно большое дело. Шарендт умён и поймёт, что я пытаюсь сказать.»

Она сделала всё, что должна была сделать. Теперь, если уйдёт в детский дом, о котором узнала вчера, всё должно быть хорошо.

В библиотеке были книги, написанные о приюте. Если сказать точно, то это было близко к сборнику материалов, содержавшему капитал, владельца и подробные пояснения.

В Империи было немало детских домов. Сейчас в столице было несколько детских домов.

После долгих размышлений девочка решила, что приют должен находиться далеко от столицы.

На этот раз от неё могут полностью избавиться, если она случайно попадётся на глаза, поэтому Шерина доберётся до безопасного места, которое довольно далеко отсюда.

С её нынешними навыками это было расстояние, которое можно было преодолеть, телепортируясь около пяти раз, используя магический камень.

К счастью, магических камней, необходимых для перемещения в пространстве, было предостаточно.

Подготовка почти завершена. Если говорить о подготовке, то это была просто практика по созданию подпространства, чтобы унести все свои запасы кристаллов.

Подпространство было невидимо. Оно идеально подходило для того, чтобы хранить вещи, потому что в него можно было положить эти и другие вещи и достать, когда захочешь.

На самом деле, если вы можете произносить заклинания ртом, было бы несложно создать подпространство, даже если вам не хватает немного магической силы, но девочка никак не могла запомнить заклинание с таким нищенским произношением.

Так что есть только один путь, который она выбрала.

«Как можно развивать своё воображение?»

То, что раньше было легко сделать, теперь трудно.

Однако после недели напряжённой работы это удалось. Осталось выбраться из этого особняка.

Закончив все приготовления, Шерина положила волшебные кристаллы в подпространство.

– Леди, вы здесь?

– Вера!

– Да, я принесла сегодняшнюю еду.

«Ой, наша Вера пришла. Хорошо, всё хорошо.

Она человек, который заботился обо мне больше всего здесь. Я много слышала о Вере. Жаль, что нам пришлось расстаться всего через три года.»

– Вера, удачи.

– Что? Да, Леди со мной, так что Вере живётся хорошо. Вам не о чём беспокоиться.

– Да.

– Да, вы должны съесть это. Пожалуйста, ешьте много и вырастите, чтобы стать замечательным волшебником.

На слова Веры девочка снова и снова кивала головой.

«Даже если мне больше ничего не подарят, я должна сделать Вере подарок.»

К счастью, заготовка была готова.

Малышка вложила магическую силу в пустой магический камень.

Когда его бросают в опасность, он вызывает большой взрыв и представляет собой магию, которая накладывает на владельца защитный щит. На самом деле это настолько просто, что волшебством это назвать нельзя.

Если вы израсходуете свою магическую силу и поместите ещё немного в оставшийся магический кристалл, он взорвется, когда вы получите сильный шок.

При этом осколки волшебного кристалла объединяются с магической силой для создания небольшого щита, и нужно просто отметить одну координату, чтобы дальность перекрывалась владельцем.

Это очень простая магия, которую может использовать даже новорождённый ребёнок.

После еды они немного поиграли с Верой. Было уже поздно, и женщина отступила назад, целуя малышку в лоб.

– Вера!

– Да?

– Спасибо.

Глаза Веры расширились от этих слов.

Она долго ничего не говорила, потом улыбнулась и кивнула с перекошенным лицом, как будто сдерживая слёзы.

– Увидимся завтра.

Вера вышла.

Девочка села в тихой комнате и склонила голову.

«Они сказали мне уйти из дома, поэтому я должна уйти. Я не могу оставаться взаперти в академии десятилетиями.

Крауны ненавидят тех, кто является побочной ветвью их семьи или полукровкой.»

Она не собиралась вмешиваться в эту семью с самого начала. Это встреча, которая пошла не так с самого начала.

«Так что правильно закончить всё тем, что я ухожу.»

При мысли о том, что она наконец выберется отсюда, Шерина была в ужасе. Тем не менее, были времена, когда они был на её стороне.

Был ли это Шарендт или Дешар, это было не так плохо, как ей казалось.

Больше всего разочаруется Вера. Кайшан тоже совсем не хочет избавляться от кого-то, с кем он играл.

Девочка медленно закрыла глаза.

Заклинание, которое нельзя произнести изо рта, нет иного выбора, кроме как мощно подумать в голове и повторять его.

Обычно это происходит с магией, которая не может использовать силу слов. Она намного слабее оригинальной магии.

«Открой скрытый путь под ограничениями подчинённого пространства, клятвой, которая превосходит время и недоступное пространство земли.»

Она закрыла глаза и воспроизвела заклинание в голове.

Когда заклинание закончилось, девочка почувствовала, как её тело плывёт.

Когда она снова открыла глаза, то стояла в городе, о котором понятия не имела.

Девочка отдохнула три часа, произнесла ещё одно заклинание.

Повторив это пять раз, малышка, наконец, смогла оказаться перед приютом, который выбрала в качестве пункта назначения.

Приют "Удача".

На деревянной вывеске был нарисован большой четырехлистный клевер, а рядом с ним было написано название приюта.

«Хм, идти туда вот так, как есть, было бы слишком смело.»

Сразу видно, что за мной хорошо ухаживали. Я повалялась в ближайшей грязи, размазала немного земли по волосам и порвала одежду, чтобы та выглядела поношенной. После того как грязь высохла на солнце я стряхнула лишнюю грязь и действительно стала похожа на бездомного ребенка.

«Интересно, не перестаралась ли я?»

Засохшая грязь на коже чесалась. Вертясь и испытывая дискомфорт, я доковыляла до дверей приюта и плюхнулась на землю.

«Если я останусь здесь в таком виде, кто-нибудь подумает, что меня бросили, и возьмет к себе.»

Солнце, висевшее в зените, постепенно стало краснеть и опускаться к горизонту. Наконец, из приюта вышли люди.

- Ох Боже.... - произнесла женщина.

Я опустила глаза как можно ниже и свернулась калачиком, чтобы выглядеть как можно более жалкой.

- Что ты здесь делаешь, дитя? - спросила женщина.

- Еда...

- Еда?

- Мне сказали, что здесь я могу получить еду, мадам? - проговорила я неуверенно, непривычно было переходить на более вежливый тон. Я мельком поднял глаза и увидела женщину с очень добрым лицом. За ней стоял мужчина с невинным выражением лица. Они немного походили друг на друга, но мужчина выглядел намного моложе женщины, поэтому я предположила, что они мать и сын.

- Кто тебе это сказал? - снова задала вопрос женщина.

- Эм...

«Кого винить? Назойливого Шаранте? Или, может быть, Дешара, который дал мне эти магические камни? Вывод был прост. Конечно же, виноват Шаранте, который только и делал, что добавлял мне проблем.»

- Дядя...

- Твой дядя? Твой дядя тебя воспитывал? - Она довольно неплохо понимала мою «детскую речь» — я бы оценила её на восемьдесят из ста.

- Дя, мадам.

- Что с твоими родителями?

Вместо ответа я покачала головой.

- Ох, бедняжка, бедняжка! - голос женщины стал еще более сочувственным, когда девочка низко склонила голову, и она тяжело вздохнула. Я свернулась еще сильнее.

- Твой дядя сказал тебе прийти сюда? - спросила она.

- Дя, он шказал мне шдать шдесь что бы получить еды.

«На самом деле, Шаренте сказал мне тихо сидеть в своей комнате. Но я не чувствовала особой вины за то, что выставляю его в дурном свете.»

Я распахнула глаза как можно шире, стараясь сделать грустный, щенячий взгляд.

Женщина опустилась на колени и обняла меня с жалостливым выражением лица.

- Бедняжка, тебя бросили.

Мое сердце пропустило удар от печального голоса женщины.

«Нет, меня не бросили. Я сама ушла» - подумала я с возмущением. Действительно, я больше не была такой бессильной и слабой, чтобы кто-то мог меня бросить.

Странное чувство дискомфорта поднималось внутри меня. Отбросив раздражение, я кивнула в ответ.

- Бедное дитя, ты хотела бы жить со мной? - спросила женщина.

- Незняю?...

- Мы можем быть вместе до тех пор пока твой дядя не прийдет за тобой.

- Холосе - Побег из дома действительно был удачным. Я ни о чем не жалела.

В любом случае, Шаренте никогда бы не стал меня искать. Интересно, какое же облегчение он теперь испытывает, когда я исчезла сама по себе. Может быть, он даже впервые похвалит меня. На самом деле, он, наверное, даже рад, что незаконнорожденный ребенок сам о себе позаботился. Вместо того чтобы расстраиваться из-за ее исчезновения, он скорее обрадуется, что я избавила его от лишних хлопот.

«Видишь ли, я ведь не обычный ребенок.»

Чувствуя себя весьма гордой собой, я несколько раз кивнул.

Женщина довольно легко занесла меня в приют. Мне показалось, или она была немного взволнована?

Снаружи приют выглядел очень опрятно. Здание было в хорошем состоянии, а его фасад из красного кирпична привлекал внимание. Учитывая, что многие приюты часто строят из деревянных досок и они почти разваливают, этот находился в отличном состоянии.

«Я читала, что они получают регулярные пожертвования, и это заметно.»

Были даже клумбы и участок, где разводили животных.

Внутри было довольно много детей. Для детского дома с ними, казалось, обращались хорошо. Все они были прилично одеты и выглядели здоровыми.

«Я сделала правильный выбор.» - подумала я.

Женщина собиралась отнести меня в комнату, похожую на игровую, но затем она засомневалась и резко развернулась. Она понесла меня в ванную. Казалось, она довольно хорошо умела ухаживать за детьми.

«Она сотрудница или директор?» - Я задавалась вопросом, потому что не могу совсем точно сказать.

Оказалось, что перед встречей с другими детьми мне нужно было принять ванну. Я расслабился в теплой воде, пока она мыла меня. Так как я привыкла к тому, что обо мне заботились в Силопии, меня не смущало прикосновение чужого человека.

Когда грязь была смыта, и моя кожа снова стала чистой, глаза женщины расширились от удивления.

Ты очень милая, — сказала она. - У тебя есть имя?

На самом деле у меня было два имени, но я не могла использовать ни Шерину, ни Хеллу. Их не только было трудно произносить, но и эти имена не следовало раскрывать.

- ХелШа, — сказал я ей, соединив части своих имен в моё новое имя. Честно говоря, это было просто первое, что пришло мне на ум, но оно звучало достаточно подходящим.

- Халша, какое красивое имя

Она вытерла меня и дала мне новую одежду и сказала:

- Пойдем познакомимся с другими детьми.

Я не хотела выглядеть слишком заинтересованным. Честно говоря, мне вообще не хотелось встречаться с другими детьми.

«Это будет похоже на то, как если бы меня засунули в толпу Кайшанов, не так ли?»

Мне уже было не по себе. Не слишком ли многого я прошу, надеясь на отдельную комнату? Я даже не осознавал, как уже начал скучать по своей мягкой кровати.

Я покачал головой, пытаясь прогнать чувство слабости.

«Мне просто нужно прожить здесь два-три года, а потом я смогу уехать.»

-Херша, можешь называть меня директор Хелен, — сказала мне женщина.

- Дилектлиса?

«Хелен? Слишком похоже на Хелла. Мне это не нравится.» И мое произношение было ужасным. Мне действительно нужно было научиться говорить.

Несмотря на мое плохое произношение, Хелен широко улыбнулась.

«Она кажется доброй.» Она была так добра, что возникло странное ощущение.

- Это игровая комната. Здесь ты можешь играть со всеми остальными детьми.

- Холосо.

- Правильный ответ — «Да, директриса Хелен».

«О, а у них похоже тут с такими вещами строго?»

Я почувствовал себя немного неловко, но кивнул в ответ, стараясь подражать:

- Дя. Дилектлиса.

Еще пару десятилетий назад империя вела крупную войну. В основном она шла из-за территориальных споров, а вторичной причиной было объединение континента. В конце концов, империя одержала великую победу, но, должно быть, она также понесла значительные потери.

Моя страна, Силопия, фактически возникла среди этого хаоса. Мы не были на том же континенте, что и империя, мы были скорее островом, чем другим континентом, поэтому война не так сильно на нас повлияла.

Спустя некоторое время война наконец закончилась. С тех пор прошло почти двадцать лет. Однако шрамы войны остались по всему континенту. Мир все еще был хаотичным, и некоторые люди так и не смогли отпустить прошлое.

Война была жестокой. Она разрушала жизни, отнимала средства к существованию и причиняла мучительные смерти, но все это рассматривалось как естественной частью войны. Я тоже была свидетелем того, как людей вешали у входа в мою деревню, когда я росла.

«Если мне не изменяет память, то члены ее семьи так же воевали...».

Я задавалась вопросом. Если так, то я могу понять, почему она была такой строгой.

- Я рада, что ты понимаешь, Хклша, — сказала она.

Она поставила меня посреди игровой комнаты. Это было пространство, буквально заполненное сопливыми детьми.

«Хм...»

Я инстинктивно отшатнулся назад. Кайшан иногда шмыгал носом, но у него никогда не было соплей.

- Не стесняйся относиться к этому месту как к своему дому.

«Дом? Не поле боя, покрытое соплями?»

Проглотив слова, которые я не мог произнести, я тут же оказался в окружении группы детей, глаза которых были полны любопытства.

***

- Доброе утро, моя леди. Вы не спите? Солнце такое яркое сегодня... - Вера вошла в комнату и нахмурилась. Комната казалась странно пустой. Обычно Шерина уже бы поприветствовала ее.

- Моя леди? - Она в панике оглядела комнату, но не нашла и следа ребенка.

Шурх, Шурх.

Подтолкнув листок бумаги ногой, она наклонилась, чтобы рассмотреть его поближе. Хотя бумаги были немного помяты от того, что на них наступали, они все еще лежали в том порядке, в котором их оставили.

- Это… записка? - Вера присела на корточки и уставилась на буквы.

«Я… ухо…»

Слова были большими и размазанными, что делало записку довольно неряшливой. Она медленно водила по буквам указательным пальцем, пока читала. «Ухожу…. Эм… Хорошо…?» Последнее слово потребовало от нее двух или трех попыток, прежде чем она наконец поняла, что оно значит. «Пока?»

Вера объединила слова, которые только что прочитала. Поскольку листков было всего пять, разобраться в их значении было не так уж и сложно.

«Я ушла. Пока» Ее лицо побледнело, когда она произнесла эти слова. Наполненная страхом, она прижала бумагу к груди и выбежала из комнаты.

- В-ваша Светлость!

- О. Ты ведь горничная Шерины, не так ли?

- Да, так и есть. Дело в том что, леди Шерина не было в своей комнате сегодня утром. Вы ее случайно не видели? - Лицо Веры было белым как полотно. Ее губы дрожали, когда она низко поклонилась.

Лицо Дешара посуровело и он сказал:

- Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что снова проявил небрежность в присмотре за ребенком?

- Я-я пошла ее будить, как обычно, но все, что я нашла, это какие-то листки бумаги на полу. Она ушла.

На лице служанки отображалась тревога, она ломала руки и выглядела так, будто в любую минуту могла разрыдаться. Видя, как она встревожена, Дешар не смог заставить себя накричать на неё.

- В чем дело, отец? - Шаренте, который, казалось, направлялся в столовую, спускался по лестнице вместе с Кайшаном.

- Она говорит, что Шерина пропала.

- Снова? - Шаренте нахмурился. Он был весьма недоволен, вспоминая многочисленные прошлые инциденты Шерины. Кроме того, его раздражало, что его неоднократные предупреждения следить за ней более тщательно, похоже, были проигнорированы.

- Кажется, на этот раз все по-другому, Ваша Светлость, — сказала Вера:

- А что, если с ней что-то случилось?

Глядя ее заплаканное лицо, Шаренте глубоко вздохнул:

- Она обычно возвращается до наступления темноты. Что изменилось на этот раз?

- Она оставила сообщение.

- Сообщение? Как? Она еще даже писать не училась. - Шаренте прищурился. Как трехлетний ребенок, не умеющий писать, мог оставить записку?

Пока он смотрел на Веру с недоумением, она протянула ему пять листов бумаги, которые прижимала к груди.

- Вот что я нашла, — сказала она.

Он молча посмотрел на листы. Буквы напоминали каракули. Казалось, у Шерины не было нужной силы в руках, чтобы писать как следует, но при более детальном рассмотрении это были действительно слова.

«Я ухожу. Пока.» — монотонным тоном прочитал Шаренте. Он на мгновение уставился на листки бумаги, прежде чем медленно поднять голову.

- Вы хотите сказать, что это оставил ребенок?

- Я так думаю.

- Эти магические камни, которые она копит, словно груду сокровищ… Они все еще в ее комнате?

- О! Я-я еще не проверял. Я был вне себя. Я пойду посмотрю прямо сейчас.

- Как только вы это сделаете, сообщите мне об этом в моем кабинете.

- Да, Ваша Светлость, — Вера торопливо поклонилась и почти бегом побежала на второй этаж.

В обычной ситуации Шаренте отругал бы служанку, но, учитывая срочность ситуации, он просто закрыл глаза и глубоко вздохнул.

- Действительно ли ребенок оставил их? — спросил Дешар, указывая на бумаги.

- Похоже на то, — ответил Шаренте, а затем внезапно окликнула проходящую мимо служанку.

- Эй, ты! - Несмотря на неожиданный оклик, служанка не проявила никаких признаков паники и слегка поклонилась, ожидая приказа.

- Скажи Канту, чтобы он зашел в мой кабинет, — сказала Шаранта.

- Да, Ваша Светлость.

- Отец, не хотели бы Вы пока подождать в моем кабинете?

Дешар, казалось, был в шоке. После долгого молчания он медленно кивнул в ответ на предложение сына.

- Да, я так и сделаю.

Двое мужчин прошли в кабинет, не говоря ни слова. Только после того, как они сели на диван в кабинете, Дешар наконец поднял взгляд и заговорил.

- Неужели Шерина действительно сбежала навсегда?

- Учитывая, что она не обычный ребенок, мы не можем исключать такую возможность.

- Как ты думаешь, насколько это вероятно?

Шаренте положил бумаги на стол. Карандаш, казалось, был размазан рукавом во время письма, но буквы были явно написаны намеренно.

- Если магические камни пропали, то я думаю, это точно.

- А если нет?

- Тогда она, скорее всего, вернется к ночи. Если нет, значит, возможно в этом замешан кто-то еще.

На лице Шаренте не было и следа радости. Его привычная беспечная улыбка исчезла.

- Как ты думаете, она ушла из-за того, что услышала на днях? — спросил Дешар расстроеным голосом.

Шаренте ничего не сказал. Казалось, ему не нужен был ответ. Очевидно, что ребенок, у которого все было хорошо до этого момента, мог оставить такое сообщение только по одной причине.

Когда Вера открыла дверь кабинета, ее лицо было еще бледнее, чем прежде. Оба мужчины поняли, что Шерина не вернется сама.

- Ты нашла магические камни? — спросила Шаранта.

- Нет, — дрожащим голосом ответила служанка, ее глаза наполнились слезами.

Дешар жестом велел ей уйти.

- Ты можешь пойти отдохнуть до дальнейшего уведомления.

Она кивнула, слезы теперь текли по ее лицу. Она повернулась и поспешила выйти из кабинета. Она выглядела так, будто у нее было много вопросов, но эмоции взяли верх.

- Кант, кто-нибудь видел ребенка вчера вечером? — спросил Шаренте.

Кант, стоявший прямо за Верой, медленно покачал головой.

- Нет, никто.

- Были ли еще какие-нибудь необычные происшествия?

Дворецкий сцепил руки за спиной.

- Несколько дней назад я слышал, что юную леди видели в библиотеке, где она рассматривала книги о приютах империи.

Брови Шаранта дернулись, когда он возился с исписанными карандашами бумагами.

- Книги, говоришь?

- Да. Она листала их, как будто играя, поэтому библиотекарь не придала этому особого значения.

Даже будучи младенцем, Шерина проявляла признаки необычайного интеллекта. Как она научилась читать и писать без обучения, оставалось загадкой. Хотя буквы на записке были большими и неряшливо написанными, было достаточно ясно, что это не просто случайные каракули. Они были написаны преднамеренными штрихами.

- Отправьте людей на обыск в приюты, — приказал Шаранта.

- Да, милорд, — кивнул Кант:

- Я немедленно отправлю рыцарей Симулы.

- Ищите как можно более незаметно и тихо. Детских домов не так много, а у ребенка характерные серебристые глаза, так что найти ее не составит большого труда.

Какой бы умной и сообразительной она ни была, она все еще была ребенком. И все же это тревожило. Чувствуя себя немного встревоженным, Шаранта смял бумагу в руках.

- Не волнуйся, отец. Мы скоро ее найдем, — сказал он.

Несмотря на успокаивающие слова сына, Дешар остался погруженным в свои мысли. Долгое время он оставался на месте, не говоря ни слова.

***

- Все сюда. Пора выстраиваться.

- Да, директор Хелен, — хором сказали дети. По ее приказу они быстро выстроились, как обученные солдаты. Было бы немного неточно сказать, что они были просто послушны. Дети каким-то образом казались одновременно испуганными и чего-то ожидающими.

Директор шла перед строем, словно наблюдая за боевым отрядом. Она гладила каждого по голове и раздавала конфеты, словно награждая их.

«А, она просто раздает конфеты.» Я стала в конце очереди, и она указала в мою сторону.

- О, тебе не нужно стоять здесь в очереди, Хелша. Иди поиграй там, — сказала она. - Скоро ты попадешь в лучшее место.

«А? Куда? Где мои конфеты?» Я прям чувствовала, как уровень сахара в крови упал после нескольких дней без пудинга или пюре. Было обидно, что я упустила возможность съесть сладости.

«Я здесь всего три дня, а меня уже куда-то отправляют?» Я неохотно кивнула, когда она увела детей. Несколько других детей остались в игровой комнате вместе со мной. Однако, в основном это были дети постарше.

- Эй, ты. - Одна из девочек, которая наблюдала за мной издалека, подошла. Поскольку она была немного старше, у нее не было такого сопливого носа, как у остальных. У остальных были очень текучие носы, поэтому я не хотел подходить к ним слишком близко.

- А?

- Ты — ее следующая цель.

«Ее следующая цель? Что это значит?» Когда я подняла глаза со своего места на полу, остальные дети, которые до этого настороженно наблюдали, собрались вокруг меня.

- Не доверяй ей, — сказала та же девочка. — Всякий раз, когда появляются такие милые детки, как ты, они исчезают в течение месяца.

- Исчезають?

- Правильно. Они просто уходят. Мы не знаем, куда они уходят. Она говорит, что выводит их за новой одеждой, но потом они больше не возвращаются.

Ну, это была довольно тревожная история. Судя по лицам детей, девочка не лгала. Я думала, что это приличный детский дом, но, похоже, я ошибался.

«Из всех мест… Почему я выбрал именно это?»

У меня раскалывалась голова.

- Зачемь она заблала их?

- Она сказала, что их усыновили, но мы не знаем наверняка. Перед тем, как дети исчезают, всегда приходит один и тот же парень.

Другой ребенок вмешался:

- Он приходит каждые три или шесть месяцев. Но как он может так часто усыновлять детей?

Дети собрались вокруг меня и продолжали шептаться. Они теребили в руках игрушки, так что издалека могло показаться, что они просто играют со мной. Две девочки и два мальчика выглядели на вид лет семи и на вид лет одиннадцати-двенадцати.

- Нам повезло, что они больше не спрашивают о нас, потому что мы стали старше.

«Означает ли это, что им не нужны дети постарше?» Или, возможно, приют оставил этих детей, чтобы показать, что он работает нормально?

Итак, «перейти в лучшее место» означало продать меня по более высокой цене. Я слышал истории об операциях, которые маскируются под приюты и творят ужасные вещи. Я никогда не думала, что окажусь в центре сети торговцев людьми.

«Директриса приюта показалась мне необычайно доброй. Вот почему нельзя судить о книге по ее обложке.»

Часто те, кто казался добрым, имели больше, что скрывать. Дело в том, что я не знала других детских домов, куда можно было бы пойти. Я поднялась. К счастью, в отличие от того времени, когда я была младенцем, теперь я могу ходить куда угодно на своих двоих, хотя и недолго. Теперь я даже могу немного бегать.

- Куда ты идешь? — спросил один из детей.

- Шпиони

- Шпиони? Спина…. У тебя болит спина?

«Шпионить, а не спина. Я собираюсь шпионить. Как бы ужасно ни было мое произношение, что это за интерпретация?»

Я неодобрительно посмотрела на девочку и направилась в ту сторону, куда скрылись младшие дети.

Было два типа торговли людьми, осуществляемой через приюты. Усыновление было первым типом. Хотя это не всегда было торговлей, некоторые случаи можно было так считать. Некоторые пары, которые не могли иметь детей, покупали ребенка, и я слышал, что некоторые из них были дворянами. Поскольку они не следовали официальным процедурам усыновления, не было никаких бумажных следов. Это было идеально для маскировки ребенка под собственную плоть и кровь, поэтому чем моложе, тем лучше.

Второй тип торговли людьми был другим: продажа ребенка опасной группе, а не паре. Это означало, что безопасность ребенка не могла быть гарантирована.

«Мир за дверью твоего дома — страшное место, да?»

Я глубоко вздохнулf. Даже найти хоть один приличный приют было непросто.

«Неужели нет хороших детских домов, которые могли бы позаботиться обо мне хотя бы два года?»

Вздохнув и топая дальше, я столкнулась лицом к колену с мужчиной, выходившим из кабинета директрисы.

«Это мантия?»

Мантия, которую он носил, была не из тех, что носили маги в Силопии. Она была насыщенного красного цвета, что сразу привлекло мое внимание. Это был цвет старой, засохшей крови. Глаза мужчины, напротив, были ярко-красными.

Я не думала, что энергия людей может быть видима, но я чувствовала, что могу видеть темную ауру вокруг него. Отрицательная энергия и злоба, исходящие от него, были настолько сильны. Сколько людей он убил, чтобы излучать такую темную энергию?

- Привет, — сказал он, делая большой шаг ко мне. Его голос был глубоким, холодным и лишенным эмоций. От его голоса у меня по коже побежали мурашки.

Инстинктивно я сделала шаг назад. Он слегка наклонил голову под капюшоном, как будто ему было любопытно. Затем он протянул ко мне руку. Его кожа выглядела загорелой от солнца. Я сделал еще один шаг назад, но он быстро догнал меня и положил руку мне на голову.

Затем наши взгляды встретились, и по моему позвоночнику пробежал холодок. Я не могла пошевелить ни одним мускулом. Его красные глаза, казалось, принадлежали трупу. Они не показывали никаких признаков жизни, только проблески смерти. Я хотела увидеть его лицо, чтобы узнать, кто он, но оно было почти полностью скрыто под капюшоном.

- Какой неожиданный поворот событий, — сказал он.

«Что ты имеешь ввиду под “неожиданным”?»

Я боролась изо всех сил, чтобы вырваться от него, но для него мои усилия были ничем. Я была всего лишь маленьким ребенком.

- Опути миня – я захныкала.

- Тебя не было в списке.

«Список? Что за список?»

Каждый раз, когда он говорил, у меня пробегали мурашки по спине. Казалось, меня засасывает в бездну, и самые глубокие части моего существа вытаскивают из моего тела. Я так же не могла поверить, что голос человека может быть таким монотонным. Однако даже это не могло скрыть его многолетнего опыта.

«Ему за тридцать? Нет, может быть, ему за сорок? Сложно сказать...»

Иметь дело с кем-то постарше было хлопотно. Если им не хватало опыта или навыков, они компенсировали свои недостатки мудростью. Такие вещи всегда были головной болью. В любом случае, прямо сейчас я не могла бы противостоять ему из-за своих текущих недостатков. Немного поразмыслив, я решила сыграть роль невежественного ребёнка. Уж наверняка он не захочет возиться с глупым малышом.

Я решила использовать самое мощное оружие ребёнка: истерику.

- Хелса никудя не пойдёть! — закричала я.

«Хмм, мне всего три года, какой у меня есть еще выбор?»

Темная магия не будет очень эффективна против человека с такой сильной негативной энергией. Дело в том, что я сейчас не очень сильный темный маг и эта огромная тьма может поглотить меня.

- Это не вопрос выбора, — сказал он мне.

- Неть! Хелша слишком маленькая! Никуда не пойдёть!

И я слишком красива, чтобы встречаться с таким придурком, как ты!

«Директриса, должно быть, отложила меня в сторону, чтобы продать подороже из-за моей внешности. Мне было интересно, сколько она собирается за меня получить.»

Что угодно было бы лучше, чем идти с этим парнем. Я никогда не видела никого с такой темной энергией, даже во время моей жизни в качестве Хеллы. Он был несомненно опасен. Связываться с ним означало бы, что я не могу гарантировать свою безопасность.

- Ха-ха-ха, — он тихонько рассмеялся, совсем как злодей.

«Ого, так плохие парни действительно так смеются.»

Злодеи в любовных романах, которые я любила читать, злобно смеялись, но я никогда не думала, что стану свидетелем этого в реальной жизни. Я вздрогнула, чувствуя себя все более неуютно. Мне нужно было сбежать в нужный момент. Это место определенно не было безопасным убежищем, как я думала. Мне нужно было найти приют, который не занимался бы торговлей людьми, даже если условия были немного хуже. Пока была б еда, я бы выжила.

От этого человека несло кровью. Это был не совсем физический запах, но его злоба сводила меня с ума. К нему липли тонны обид и проклятий.

«Он что, темный маг?» - подумала я.

- Кажется, для своего возраста ты меня понимаешь довольно хорошо, — в его голосе послышалось легкое удовлетворение.

- Хнык-хнык!

- Я искал ребенка, похожего на тебя, который может использовать магию.

«Что с ним не так? Этот парень и вправду упрямый.»

Я покачал головой и сделал еще один шаг назад. К счастью, на этот раз мое тело двигалось. В романах первыми всегда умирают любопытные. Я никогда не думала, что это буду я.

- Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала, — сказал мужчина.

- Нееееть! - Когда я закричала, директриса выбежала из своего кабинета. Столкнувшись с ситуацией, она выглядела удивленной и переводила взгляд с него на меня.

Мужчина встретил ее взгляд и сказал:

- Продай мне ее.

-Этот ребёнок сложный, сэр.

- Я заплачу столько, сколько ты захочешь.

Несмотря на его грандиозное предложение, она казалась обеспокоенной. Она снова начала переводить взгляд туда-сюда между мной и мужчиной в мантии.

Почувствовав ее колебания, он сказал:

- Ты все равно отправишь ее на аукцион. Но если ты уже нашела покупателя, я заплачу вдвое больше, чем он предлагает.

«Подождите, я правильно все расслышала?»

Я только что сюда попала, а Хелен уже успела меня продать. Люди никогда не вызывали у меня симпатии, но их жестокость действительно была ужасающей.

Лицо директрисы немного прояснилось, словно её заинтересовало предложение. Казалось, она едва сдерживала улыбку. Однако она не кивнула сразу. Вместо этого она подошла ко мне и мягко потрепала по голове, на её лице была добрая улыбка. Её выражение было настолько добрым, что, будь я немного наивнее и не понимай, с кем имею дело, я бы ничуть не насторожилась. Однако её прикосновение вызвало у меня неожиданное отвращение.

- Этот ребенок здесь всего два дня. Она еще не получила должного образования, — сказала Хелен.

- Когда этот процесс будет завершен?

Я задумалась, какое «воспитание» могло бы заставить этого странного мужчину отступить. Я заёрзала, а директриса подняла меня на руки и похлопала по спине. Думала ли она, что я совсем не понимаю их разговора? Или надеялась, что я просто быстро усну?

Мне следовало оставаться в особняке до самого отъезда в академию. Я задумалась, не ушла ли я слишком поспешно. Но это осознание пришло слишком поздно, и в любом случае разница была бы всего в несколько месяцев. Рано или поздно я всё равно оказалась бы здесь. Эта мысль немного утихомирила моё сожаление.

Действительно, сейчас лучшим решением было отправиться куда-нибудь ещё. Это был единственный способ вырасти в спокойствии. Я понятия не имела, почему постоянно оказываюсь в таких ситуациях.

- Ее обучение займет не менее месяца, сэр.

- Я даю тебе две недели.

- Сделаю все что в моих силах.

После этого они обменялись еще парой слов об оплате, прежде чем закрыть этот вопрос. Все это время директор нежно похлопывал меня по спине.

Эти двое действительно продемонстрировали всю глубину человеческой порочности. Как они могли подвергнуть малыша воздействию такой злой стороны мира? Это было действительно мерзко. Если бы я была нормальным ребенком, я бы прокляла рождение в таком мире.

- Мы еще увидимся стобой, малышка, — сказал мужчина на прощпние.

- Хны.

На мой ответ красные глаза под мантией слегка опустились. Он помедлил, прежде чем уйти, и повернулся ко мне.

- А...

Он снял браслет со своего запястья и надел его на мое. Должно быть, это был магический предмет, так как большой браслет, который подходил его запястью, мгновенно сжался, чтобы идеально подойти моему. Он сжался вокруг моего запястья, сделав его невозможным для снятия.

Я вздрогнула от внезапной боли. Когда браслет затянулся, я почувствовала, как все мои силы покидают мое тело.

«Это... Нет, этого не может быть.»

Я уставилась на него в шоке, чувствуя, как моя магия подавляется.

- Независимо от того, врожденные они или нет, у ребенка есть магические способности. Она кажется довольно умной, так что это облегчит ее обучение. - Он слегка погладил меня по голове, прежде чем отвернуться и уйти.

- Ты... ублю... - Внезапный шок от подавления моей магии заставил мое зрение затуманиться. Затем внезапно меня поглотила тьма.

Дверь с грохотом захлопнулась, и снаружи послышался голос директора.

- Хелша, вот что происходит, когда ты меня не слушаешь. Тебе нужно задуматься о своем поведении.

- Посему все люди такии?

«Серьёзно, почему люди всегда такие? Почему я застряла в такой безвыходной ситуации?» — подумала я.

Даже те, кто умолял сохранить им жизнь во время войны, забывали о своих поступках, как только наступал мир. Затем они повторяли те же ошибки. Торговля людьми была одним из таких поступков. Её запретили, когда нынешний император объединил континент. Вместе с этим запретом император официально упразднил рабство. Хотя всё ещё встречались случаи, когда семьи предателей или преступников обращали в рабство в качестве наказания, несправедливая практика рождения детей в рабстве была отменена.

Благодаря этому запрету число порабощённых людей значительно сократилось по сравнению с прошлым. С развитием Силопии преследование ведьм и демонов также пошло на убыль, а практика торговли юными магами постепенно исчезла.

«Но я никогда не думала, что стану жертвой этого.»

Я знала, что мир не идеален, но никогда не могла представить, что такие вещи происходят в стенах приюта. И уж точно не ожидала, что директриса заперёт меня в тёмной комнате.

Было очевидно, почему я оказалась здесь. Сегодня директриса приказала мне сделать что-то странное — ударить другую девочку — и я отказалась подчиниться. Я не могла заставить себя это сделать. Бить кого-то без причины противоречило здравому смыслу. Как бы равнодушна я ни была к понятию добра и зла, насилие никогда не было правильным решением.

Однако другие дети безоговорочно выполняли приказы директрисы. Когда она говорила им ударить сверстника, они били. Когда она говорила остановиться, они останавливались. Когда она говорила есть, они ели. И каждый раз, когда они слушались её, она давала им конфету. Они были настолько отчаянны, что готовы были на всё ради одной маленькой конфетки.

«Что за безумное время для жизни.» - подумала я.

Эпоха, в которой мы жили, была далека от спокойствия. Многие дети остались сиротами из-за войны. Со временем всё больше детей теряли родителей, а выросшие сироты заводили собственных детей, которые также становились сиротами.

Разрушения, вызванные войной, не исчезали так быстро. Прошло двадцать лет с её окончания, но если учесть месть тех, кто потерял свои семьи, и редкие мелкие сражения, то мы ещё не пережили и десяти лет настоящего мира.

Конец войны также усилил разрыв между богатыми и бедными. Люди, не имевшие средств к существованию, обращались к необоснованным и порой аморальным поступкам, которые часто назывались «преступлениями». Даже император, объединивший континент, не мог позаботиться о всех обедневших людях. Конечно, привилегированные классы первыми получили помощь. А дети, ставшие жертвами, потерявшие родителей, не получили вообще никакой поддержки.

«Это и есть то, что они называют образованием в этом захолустье?»

Я задумалась. Похоже, что метод «запереть ребёнка в тёмной комнате» был тем, что директриса выбрала вместо насилия.

У этих детей не было ничего. Ни одежды, ни еды, ни места для сна. Без директрисы они не могли выжить и умерли бы с голоду. Она заставляла их болезненно осознавать этот факт, промывая им мозги и внушая, что они должны следовать её приказам, чтобы что-то получить. Похоже, она пыталась промыть мозги и мне.

«Ха! Ты знаешь, кто я?» — подумала я. Пока у меня есть моя соска и подпространство, я останусь непобедимой Хеллой. Мне нужно как можно скорее выбраться отсюда.

Я подняла руки высоко на головой и несколько раз моргнула. После того как помахала руками, я взглянула на браслет на своём запястье и медленно опустила их. Испытывая смущение, я потерла вспотевшие ладони о свою одежду.

- Ето плехо.

«Я ведь теперь не могу использовать магию, не так ли? Я уже и забыла, что этот браслет у меня на запястье.»

Я старалась изо всех сил не использовать магию и даже не смотреть на своё запястье в последние несколько дней, но не ожидала, что совсем забуду о нём. Говорят, время лечит все раны, но я не могла позволить ему стереть мою память.

«Это ещё один эффект превращения в младенца? Ухудшение памяти?»

Кто бы мог подумать, что уход от Клаунов приведёт меня в приют, занимающийся торговлей людьми, к встрече со странным магом и к тому, что на моём запястье окажется подавитель магии?

Я ничего не могла поделать с этим браслетом, но это всё равно раздражало. Если бы я могла использовать магию, я бы нашла способ выжить, но этот проклятый человек в мантии надел на меня подавитель магии. Теперь я не могла использовать даже ту малость магии, что у меня была. Интересно, откуда у него вообще взялся такой редкий предмет?

«Подождите, подавитель магии?»

Если подумать, он точно носил именно этот браслет. Он снял его со своего запястья, прежде чем надеть на меня.

«Мог ли он быть магом?»

Я не ощущала никакой магии, поэтому не была уверена. Если бы это было так, я бы обязательно постаралась разглядеть его лицо.

«Но кто на свете мог источать такую зловещую энергию?»

Я могла вспомнить почти каждого приличного мага, но не могла припомнить подобной энергии.

Существовало две причины, по которым маг мог носить подавитель магии. Либо его магия была слишком мощной, чтобы он мог её контролировать, и причиняла вред его телу, либо он не хотел, чтобы его магию обнаружили другие.

«И что мне сейчас делать?»

Осознание того, что я не могу использовать магию, лишило меня всякой мотивации. Я легла на спину и начала кататься по полу. Конечно, я могла себе позволить расслабиться, потому что знала — я не умру. Меня готовили для продажи.

«Но если я сейчас вернусь домой, я точно умру.»

Я могла представить, как счастливы были Шаренте и слуги, когда я исчезла. Просто мысль об их ликовании вызывала у меня тошноту. Оглядываясь назад, я понимаю, что, возможно, лучше было бы подождать и сбежать уже после поступления в академию. Моё решение было слишком поспешным.

«Трёхлетний ребёнок не может сделать много.»

Что-то тёплое скатилось по моему лицу — слёзы или, скорее, сопли.

«Если бы я знала, что всё будет так, я бы осталась чуть дольше.»

Сколько бы я ни размышляла, в моей нынешней ситуации оставался только один вариант.

«Я притворюсь послушной, а потом сбегу, как только появится возможность.»

С этой мыслью я закрыла глаза. Сон был лучшим способом сэкономить силы. Возможно, это было из-за моего возраста, но как только я закрыла глаза, ко мне сразу пришёл сон.

***

- Хорошо. А теперь порежь свою руку этим, — сказала директриса, протягивая мне небольшой нож для резьбы по штампам. Я уставилась на остро отточенный кончик лезвия.

Вот к чему привело моё послушное выполнение её приказов в течение недели. Когда она говорила ударить ребёнка, я била. Когда она говорила принять удар, я позволяла. Когда она говорила сидеть и ждать, я сидела. А теперь, спустя неделю, она держала передо мной нож.

Несмотря на это, я не чувствовала страха или ужаса. Мой разум был ясен. Казалось, я вернулась в давно забытое прошлое, к последним дням войны. Тогда меня в юном возрасте бросили в бой, где я убивала всё, что видела, не различая правду и ложь. Быть запертой в теле ребёнка в семье Клаунов сделало меня мягкой и глупой.

«Вот чем она все это время занималась.»

Теперь я поняла, для чего всё это. Директриса использовала приют как прикрытие для учреждения, где обучали детей, проверяя, как далеко они готовы зайти, выполняя приказы. Используя конфеты в качестве метода вознаграждения, она добивалась того, чтобы они повиновались любым командам.

«На самом деле это было довольно эффективно.»

Я думала, что директриса была довольно умна. Она идеально подходила для врспитывания малышей. Она не выглядела пугающей, а её мягкие слова создавали впечатление, что она готова простить что угодно. Более того, если ты выполнял её приказы, тебя всегда вознаграждали, пусть даже всего лишь конфетой.

Я смотрела на свою ладонь и медленно подносила нож ближе. По сравнению с моим прошлым такая травма была не больше, чем царапина от бумаги. Пока я слушалась директрису, мои потребности в еде, одежде и крове были вполне удовлетворены.

Вспоминая своё детство, я понимала, что могла выдержать хотя бы это. Незадолго после окончания войны зловоние разлагающихся трупов наполняло землю. Тогда у меня была лишь стоячая вода, чтобы утолить жажду, а голодала я неделями. Мне даже приходила в голову мысль обрывать мясо с трупов, кишащих крысами и червями.

«Мне нужно просто потерпеть немного.»

Как только она продаст меня тому человеку в мантии, и я буду готова покинуть приют, он снимет подавитель магии. Тогда я открою своё подпространство, достану очищенный магический камень и телепортируюсь прочь.

Мой план был готов. Я медленно двинула рукой. Кончик ножа коснулся моей ладони. Глубоко вздохнув, я собиралась надавить сильнее.

БУМ!

- Шерина!

Среди внезапного шума мне показалось, что я услышала голос, зовущий меня.

- Если ты потеряешь хоть каплю крови, ты не сможешь вернуться домой.

Действительно, это был голос, который не должен был звучать здесь — мягкий и спокойный голос мужчины, который всегда излучал уверенность и грацию, не сбиваясь с толку и не теряя самообладания. Несмотря на недоумение, я медленно повернула голову. Шаренте Клаун разрушил дверь игровой и стоял, блокируя вход.

Грохот!

Сын директрисы, которого Шаренте безжалостно втащил внутрь, был брошен на пол. Мужчина корчился от боли. На его шее были видны синяки в форме пальцев.

- Джейсон! — закричала директриса. С ошеломлённым выражением лица она обняла его. У него шла пена изо рта, а глаза закатились. Он, казалось, потерял сознание и не мог прийти в себя из-за удушения.

Я молча наблюдала за директрисой, затем медленно и отстранённо подняла взгляд на Шаренте, стоящего в дверях. Я была немного удивлена. Нет, честно говоря, я была ошеломлена. Я никогда не ожидала, что он придёт сюда.

- Ты.

Шарант подошёл быстрым шагом и остановился передо мной. Он посмотрел на меня сверху вниз и нахмурился. Мне хотелось спросить у его недовольного лица: «Зачем, чёрт возьми, ты пришёл сюда?»

- Почему ты ушла? — спросил он. Несмотря на холодный тон, он опустился на одно колено, чтобы встретиться со мной взглядом. Увидев его лицо, я ощутила странное чувство облегчения. По крайней мере, это означало, что я смогу выбраться из этого места.

«Потому что я была дурой», подумала я. Кажется, я переоценила свои возможности. Я недостаточно хорошо понимала, на что способен и не способен трёхлетний ребёнок. В мире действительно были вещи, которые могли лишить меня силы. Моя попытка сбежать была невероятно неосмотрительной и импульсивной.

Горько размышляя о своём провале, я устремила взгляд на него. Он смотрел в ответ.

- Ти плисел стобы убить меня? - спросила я.

- Я помню, как говорил тебе, что не выгоню тебя и не убью, пока ты не будешь делать ничего лишнего.

«Что ж, я спрашиваю, потому что действительно сделала кое-что лишнее», подумала я. Однако он больше ничего не сказал. Вместо этого он осмотрел меня на предмет травм, а затем снова поднялся на ноги.

Я проследила за его взглядом, когда он оглядывал игровую комнату. Дети, которые раньше сидели в углу, теперь собрались вокруг директрисы. У меня не было слов — они выглядели напряжёнными, защищая её. Для этих детей она была абсолютным правителем и единственным источником спасения, и они бы подчинялись ей, даже если бы она толкнула их в ад.

Была ли она хорошей или плохой в глазах детей? Было ли правильно для постороннего судить и наказывать её? Что случилось бы с детьми, если бы директрису убрали? Мне не следовало об этом думать. Может быть, было бы лучше оставить всё как есть, если для детей она была единственным источником счастья и убежищем.

- Из всех достойных приютов, почему ты выбрала именно этот? — спросил меня Шаеанте.

«Я никогда не думала, что окажусь в таком месте!» — подумала я, надув губы. Но раз это было моё собственное глупое решение, никакие слова не могли оправдать мои действия. Так как я не смогла ответить, он не стал настаивать на ответе.

- Итак, ты хочешь вернуться? Или хочешь остаться здесь?

- Вельнуться.

Оставаться здесь — значит только разрушать свой разум. Мне нужно было вернуться и хорошенько подумать обо всём остальном позже.

- Кто ты такой? Этот ребёнок находится под опекой нашего приюта! — закричала директриса.

- Скоро ты узнаешь, кто я такой. Если хочешь выжить, лучше убеги как можно дальше и быстрее, — сказал Шарант, сверля её проницательными серебристыми глазами.

Она заблокировала его путь, но теперь стояла как вкопанная, не в силах сделать ни шагу. Даже когда он прошёл мимо неё неторопливым шагом, она могла только стоять там, охваченная страхом.

Что касается меня, он просто поднял меня на руки и отнёс в свою карету. Посадил на одно из сидений и сел напротив. Даже когда карета тронулась, тишина оставалась в воздухе. Я чувствовала, что он был в ярости.

«Теперь я в долгу перед ним.» Как мне расплатиться с ним? Единственное, что я сделала до сих пор, чтобы поблагодарить Клаунов за воспитание, — это не трогала их конфиденциальные документы. Я могла бы всё украсть и спрятать в подпространстве, но воздержалась из вежливости. Хотя, конечно, я ещё не выяснила, где они хранятся.

Наконец, он заговорил:

- Шерина, почему ты сбежала?

«Вы, ребята, сами же хотели отправить меня в академию!» Однако моё произношение слова "академия" было таким плохим, что я просто продолжала хранить молчаник. Никто не поймёт, как тяжело говорить, как младенец.

- Это все из-за академии?

- Ммм...

«Эй, послушай. Не мог бы ты хотя бы воспитать меня до тех пор, пока мне не исполнится пять... или, может, семь лет? Я бы вернулась позже, чтобы помочь тебе исследовать руины в обмен.»

Но если бы я сделала такое предложение, он бы понял, что я — Хелла. Конечно, это условие также зависело от того, смогу ли я вернуть тот же уровень навыков, что был раньше. Как я могла просить его воспитывать меня до решающего возраста семи лет?

- Шаленте, я тебе не нлавлюсь? - спросила я.

«Шаренте… Это было удивительно хорошо произнесено, не так ли?» Видимо, это произошло потому, что я так часто проклинала его в своих мыслях. Повторение доводит до совершенства. Все равно, это был первый раз, когда я обратилась к нему по имени в этой жизни. Даже когда я была Хеллой, я редко называла кого-либо по имени. До сих пор исключением была только Вера.

Глаза Шаренте немного расширились от моего прямого вопроса. Он молча посмотрел на меня, долго не отвечая. Когда я уже собиралась зевнуть, он покачал головой и сказал.

- Да, ты мне не нравишься.

«Ха, вполне ожидаемый ответ.» Несмотря на то, что он спокойно ответил мне, он ясно дал понять, что я ему не нравлюсь. Это было очевидно хотя бы по тому, как он относился к Кайшану и ко мне.

- Мне также не нравится твой отец, твоя мать и даже моя сестра. Мне не нравится любой, кто не сохраняет своего достоинства, отвергает свои обязанности и действует безрассудно.

Его тон был мягким, но голос был холодным, как лед. Казалось, что за этими словами скрывается более сложное чувство, чем просто чистая ненависть.

Но все равно, это был большой диапазон вещей, которые можно было не любить. «Он как капризный, придирчивый ребенок, который ненавидит все на свете.» В любом случае, это не было моей заботой.

- Тогда выласти меня до семи лет.

- До семи лет?

Я с нетерпением кивнул.

- Угу.

«После этого я точно смогу выжить самостоятельно.»

Я недооценила, насколько сложно будет проложить свой собственный путь в возрасте всего трех лет, особенно потому, что у меня не было достаточно темной магии.

«Если бы сейчас была война, все было бы намного проще.»

Не было лучшего места для сбора темной магии, чем поле битвы. На самом деле, я смогла стать такой могущественной во время своей жизни в качестве Хелы благодаря силе войны.

- После этого ты собираешься снова уйти? — спросил Шаренте.

На его насмешливый тон я кивнул, как будто ответ был очевиден.

- Да.

Когда я уверенно ответила, он замолчал.

«Что, есть проблема?» — подумала я. — «Теперь, когда мы одни, давай заключим сделку. Я уйду, когда мне исполнится семь, а ты закроешь на это глаза.» Как я могла сказать всё это, не запыхавшись? Не говоря уже о моем ужасном произношении.

- Я не нлавлюсь Шаленте, Шаленте не нлавится мне.

- Я тебе не нравлюсь?

- Мне никто не нлавится.

«Но, конечно, ты — ненавистен мне больше всех.»

Он нахмурился, услышав мои слова. Казалось, он был недоволен тем, что я сказала, что он мне не нравится, хотя он открыто сказал это первым Этот уважаемый молодой господин из семьи герцога теперь применял двойные стандарты. Я также постаралась показать своё недовольство, нахмурив брови в ответ.

- Почему ты так думаешь? - спросил он:

- Неужели в особняке тебе чего-то не хватало?

«О, много чего.»

Если бы я была придирчивой, то моя комната была совсем не такой хорошей, как у Кайшана. Она была спрятана в уголке, гораздо меньше, и в ней стояла только кровать, маленький стол и шкаф. А что касается еды… Ну, раньше она была ужасной, но с тех пор как она улучшилась, я думаю, я могу не включать ее в список. Но слуги всегда задевали меня, когда видели!

«Знаете ли вы, насколько это раздражает, когда не можешь ничего сказать об этом?» Я застонал про себя. Когда я посмотрел на него выражением, полным невысказанных обид, он глубоко вздохнул. Его выражение лица говорило мне, что ему трудно иметь дело со мной. «Итак, ты говоришь, что не можешь вырастить меня до семи лет? А ты довольно скуп, несмотря на все твое богатство. Я плюю на тебя!»

- Тогда до пяти? - сказала я.

«Я пойду на компромисс! Просто расти меня, пока мне не исполнится пять.»

- Балиан был необычайно талантлив в том, чтобы создавать проблемы, еще будучи ребенком. Несмотря на то, что он был дворянином, он общался с простолюдинами и валялся в грязи. У него совсем не было достоинства.

Вместо того что бы ответить он полностью проигнорировал меня и стал злословить о своем брате у меня на глазах. Я никогда не думала, что он из тех, кто сплетничает.

«То есть ты говоришь, что не можешь воспитывать меня, даже пока мне не исполнится пять лет?» — подумал я. Но он продолжал.

- Хотя мы родились в одной семье, он всегда был довольно свободолюбивым.

«Слушай, как я уже говорила раньше, мне действительно не интересно слушать о твоей катастрофической семейной истории.»

- Он был безрассуден.

«Ты пытаешься мне что-то сказать? И что же это?»

- И однажды он вернулся домой тяжело раненым и умер.

«Подожди, ты пытаешься наложить на меня проклятие? Ты хочешь сказать, что если я буду действовать безрассудно, то умру? Или ты желаешь моей смерти?» Когда я посмотрела на него, прищурившись, он медленно моргнул. Он не избегал моего взгляда — скорее, он просто спокойно смотрел в ответ.

- Если не хочешь глупо погибнуть, просто держи язык за зубами и живи тихо, - сказал он. - Пока ты остаешься в пределах семейного дома Клаун, я также буду защищать тебя.

- Нет — твёрдо ответила я. Я никогда не видела, чтобы из бездействия вышло что-то хорошее. «Ты предлагаешь мне просто смириться с миром и принять жалкую и несчастную жизнь? С меня хватит.» Именно это приходилось делать магам до основания Силопии, и это же пришлось делать мне в детстве во время войны, когда я рылась в гниющей еде и среди трупов.

У меня также не было никакого желания быть под защитой Шарента Клауна. Доверие к другим всегда приводило только к предательству. Людям нельзя доверять — даже настоящая семья или так называемые партнёры без колебаний обнажат меч, если это будет им выгодно.

Более того, я даже не была настоящей семьей для Шарента. Мое тело было лишь наполовину их кровью, а душа принадлежала совершенно другому человеку. «С таким количеством секретов, которые нужно было хранить, как я могла доверять кому-то и полагаться на них?»

- Шерина, если ты сбежишь ещё раз, я не буду тебя искать.»

- Холосё — Я с готовностью кивнул в ответ. Это было именно то, что я хотел услышать.

- Боже мой, Шерина, ты… — Шаренте начал что-то говорить, но потом просто закрыл рот.

«О, ты наконец-то соглашаешься со мной? Значит, ты будешь воспитывать меня до пяти лет, а может, даже до семи?» Я уставилась на него, но он продолжал хранить молчание.

«Как он вообще меня нашел?» — удивилась я. Я знала, что Клауны имели значительный доступ к информации, но такого я не ожидала. Больше всего меня поразило то, что он оставил «приют» в целости.

«Обычно, когда люди сталкиваются с операцией по торговле людьми, разве они не пытаются арестовать виновных и спасти жертв? Разве было нормально спасать только меня? И как наследник дома герцога вообще мог подумать о том, чтобы прийти сюда в одиночку?» У меня было так много вопросов, но моё плохое произношение мешало задать их. «Благодаря этому я училась сдерживать своё любопытство. Неужели дети обычно так этому учатся? Мир несправедлив.» Вздох.

- Лазве это нолмално дать ей сбезать? — «Разве нормально позволять ей сбежать?» Я решила задать самый главный вопрос, который меня волновал.

Я никогда не думала, что он действительно позволит ей уйти. На самом деле, я уже отметила директрису и её сына, чтобы отслеживать их местонахождение. Точнее, я спрятала пряди их волос под стельку одной из своих туфель. Я собиралась наложить на них проклятие с помощью тёмной магии, как только браслет на моём запястье будет снят. Чем больше злодеяний совершали люди, тем сильнее становилась их негативная энергия. Возможно, для моего маленького тела это будет слишком, но я могла бы собрать значительное количество тёмной магии с них.

Шарент усмехнулся:

- Она, безусловно, может попробовать.

«Ага, значит, у нее нет шансов сбежать.» Честно говоря, он нашел меня без единого следа. Ему будет легко найти кого угодно.

- Шаленте, воть — Я протянула к нему запястье с браслетом. Он протянул руку и коснулся его, нахмурившись.

Хотя мечники в первую очередь использовали мечи, они также обладали магией. Когда они достигали определённого уровня, они могли наполнять свои мечи или оружие магией, что называлось «энергией меча». Говорили, что даже маленькая веточка, наполненная энергией меча, могла быть использована для того, чтобы срубить дерево.

Кроме того, даже если магия мечника была заблокирована, он всё равно мог использовать энергию меча. Поэтому подавители магии были в основном бесполезны против них. С магами было по-другому, поскольку у нас не было энергии меча, то такие предметы делали нас бессильными.

Так как Шаренте также обладал магией, он должен был распознать этот подавитель магии. Простого прикосновения к нему должно было быть достаточно чтобы блокировать его магию, поэтому такой чувствительный человек, как он, наверняка это заметил бы. И действительно, он, похоже, сразу узнал его.

- Кто надел это на тебя? — спросил он.

- Я не знаю.

- Это не то, что мог бы сделать обычный руководитель детского дома.

«Именно!» Браслет содержал особую руду, которую можно было найти только в руинах. Она нечасто встречалась на рынке, и очень немногие могли переработать ее во что-то полезное. Только высококвалифицированные мастера или маги, специализирующиеся на создании магических предметов в Силопии, могли управлять этим ресурсом.

- Это директриса надела его на тебя?

- Неть

- Значит, там побывал кто-то еще.

- Дя!

Даже по нескольким подсказкам он мог предсказать несколько шагов вперёд. Но если он был таким умным, зачем, чёрт возьми, он пришёл искать меня? «Я думала, что он поймёт, ведь я оставила сообщение.» Я наклонила голову в недоумении, теряясь в мыслях.

Шаренте прервала мой мыслительный процесс вопросом.

- Кто это был?

- Он сказял, сто хоцет купить меня.

- Человек, который сказал, что покупает тебя, надел это на тебя? Тогда он может быть магом, - пробормотал он.

«Это именно то что меня и интересует». Судя по его одежде и подавителю магии, он казался магом, но я не чувствовала от него никакой магии. Возможно, его окружающая энергия была слишком сильной, чтобы я мог ее почувствовать, но тот факт, что он носил браслет, означал, что он мог также блокировать свою силу.

- Ты плочитал мое письмо, Шаленте?

- Да, я прочел.

- Тогда зачем ты плисол за мной?

«Зачем ты пошел искать меня?» Я думала, что, если кто и придёт, так это Вера или Дешар. Они действительно меня любили и заботились обо мне. Но я никак не ожидала Шаренте. Он явно меня не любил, и я тоже показывала ему своё отвращение.

- Ну..., — сказал он и замолчал — Я тоже не знаю, но…

Он не закончил фразу.

Он мог бы просто оставить меня в приюте. Я хотела кивнуть, переваривая его слова, но он аккуратно положил мою голову себе на колени, так что я не могла ничего сказать.

- Поспи немного. Тебя осмотрят, когда мы приедем, — сказал он.

- Я не хочу спать.

- В любом случае, тебе нужно немного отдохнуть.

«Этот парень — что-то с чем-то. Я вообще не устала. Как он ожидает, что я просто засну по его команде?» Чувствуя раздражение, я попыталась сесть, но он начал медленно гладить меня по спине.

- Я, может, и ненавижу людей, которые незаконнорожденные и неуклюжие, но...

Его низкий, мягкий голос заставил мои веки опуститься. «Почему его голос всегда звучит так успокаивающе? Неужели он обменял свою человечность на этот сладкий голос?»

- Я не настолько жесток и бессердечен, чтобы плохо обращаться с тем, кто ещё не вырос, — продолжил он.

«Это не ты, а люди вокруг тебя плохо со мной обращаются.» Всё равно я не хотела сопротивляться сну, который накрывал меня, поэтому закрыла глаза и молчала. Вскоре я начала засыпать. Тёплота ощущалась ещё долго.

***

«Слишком тихо. Скажи что-нибудь! Что мне делать с этой неловкой тишиной?» — кричала я про себя.

Присутствие Дешара было устрашающим. Казалось, он готов проглотить меня целиком. Я нервно бросила на него взгляд и молчала. Веры не было рядом, и я осталась только с Шаренте, но он тоже не особо помогал.

После долгого молчания Дешар, наконец, заговорил:

- Ты действительно до такой степени не хочешь идти в академию?

«Ну, это один способ выразиться.» Я думала, что там у меня будет ещё меньше личного пространства и свободы. Кроме того, академия означала жизнь в общежитии, строгие сроки возвращения и всякие ограничения. Я также слышала слухи, что на академию наложено заклинание, которое не позволяет никому использовать магию на её территории.

После короткого времени раздумий я слегка кивнула.

- Если ты не хотела идти, почему ты не сказала об этом?

«Если бы я могла на самом деле сказать всё это правильно, наверное, я уже бы свободно читала древние тексты.» Как он может ожидать, что трёхлетний ребёнок будет так ясно выражать свои мысли? Хотя, с другой стороны, требовать здравого смысла от семьи Клаун, наверное, это слишком много. «Сколько бы я ни была гениальной, я не могу изменить своё произношение.»

Я пристально посмотрела на Дешара, а затем немного наклонила голову. В любом случае, это правда, что на этот раз я виновата.

- Плостите — сказала я.

- Прошу прощения, Ваша Светлость — исправил меня Шарент.

«Ой, да ладно тебе! До этого момента ты позволял мне говорить без всяких титулов.» Это было невыносимо — использовать официальную речь с семьёй Клауне. Я была более формальной на переговорах в роли Хеллы, но сейчас, когда меня заставляют добавлять «Ваше Сиятельство», это уже слишком.

- Или больше никакого пудинга, — добавил он.

Я плотно сжала губы и надулся. Уголки губ Шаренте слегка изогнулись в улыбке.

«Этот мелкий ублюдок. Как он мог использовать моё единственное утешение, мой любимый десерт, против меня? Каждый кусочек того пудинга приносит мне радость, когда у меня плохое настроение!» Я уставилась на него с яростью, сжимая кулаки.

«Как типично. У тебя есть деньги и власть. Ты можешь получить всё, что хочешь и когда захочешь! А я? Я могу поесть только один раз в день, и то если Вера принесёт. Ты вообще понимаешь, каково быть младенцем? Конечно, нет,» — подумала я, сдерживая слёзы.

- Плосу плосения, Васа Светлость….

«Я в растерянности. Наверное, мне нужно быть более взрослым.» Я только могу представить, как выглядело мое лицо, когда я извинялся.

Дешар выглядел довольно недовольным моими неискренними извинениями. Похоже, моя гордость действительно достигла дна. Как я могла опустить голову и просить прощения ради одного единственного пудинга?

Я бросила взгляд на Шаренте. Он стоял с сложёнными на груди руками, смотря на меня с самодовольным выражением, как всегда. «Это так унизительно», — пробормотала я себе под нос.

- Я беспокоился о тебе, — сказал Дешар. В его голосе слышался вздох, отчего я невольно вздрогнула. Конечно, любой бы переживал, если бы его питомец сбежал, но я ведь оставила записку.

Я посмотрела на него с небольшой теплотой. «На самом деле, он всегда был чем-то вроде добродушного старика.» Даже когда я была Хелой, он время от времени давал мне советы в непринужденной манере. Он рекомендовал мне углубиться в какое-то дело или говорил, что безрассудство ни к чему хорошему не приведет. Он высказывал схожие опасения и насчет темной магии.

- Мое письмо…

- Ты называешь это письмом? — недоверчиво спросил Шарент.

Я снова надула губы. Конечно, это было всего несколько слов, но всё же это было письмо. Хотя, должна признать, у меня были кое-какие сожаления по поводу своего побега — в частности, я плохо его продумала.

- Если ты не хочешь идти в академию, давай ещё раз всё хорошенько обдумаем, — сказал Дешар.

- Подумаем?

- Ты хочешь сказать, что хочешь пойти, когда тебе будет семь?

«Нет, я имею в виду, что уйду из дома в семь лет. Но кто заранее раскрывает планы побега?» Я уже обсудила это с Шаренте, поэтому решила уклониться от вопроса небольшой ложью. Вместо правды я просто кивнула.

- Отец, ребёнок сказала, что хочет покинуть дом, как только ей исполнится семь.

Я резко втянула воздух. «Шаренте Клаун, ты мерзавец! Как ты мог меня выдать?!» Я всегда задавалась вопросом, откуда у Кайшана, этого маленького ябеды, такая привычка. Но теперь я поняла — он весь в своего отца. Я сжала губы, чувствуя, как во мне закипает злость.

- Что ты имеешь ввиду? - спросил Дешар.

Я нахмурилась и тихо застонала. Мне захотелось снова стать младенцем.

Чувствуя прилив тревоги, я схватила пустышку, висевшую у меня на шее, и засунула её в рот. Казалось, этим ребятам срочно нужно было логически всё объяснить. Как только я начала сосать пустышку, моё тело мгновенно расслабилось. Всё напряжение исчезло, и я поняла, насколько сильно была напряжена.

- Она хочет уйти, как сделала это в этот раз? — спросил Дешар, его лицо стало ещё более мрачным.

Я мельком взглянула на него и тяжело вздохнула. Да, я уйду, как только соберу достаточно сил для своей мести.

Чпок. Я вынула пустышку изо рта. Несмотря на то что она всё ещё была грязной, я успела к ней привязаться. Интересно, достану ли я ещё одну такую, чтобы носить на шее, если снова стану Хеллой?

- Где Вела? — спросила я.

- Она была довольно шокирована твоим исчезновением, поэтому я сказал ей взять выходной, — сказал Дешар:

- Теперь, когда мы нашли тебя, возможно, она уже ждет тебя в твоей комнате.

Черт, теперь я чувтвую чебя еще больше виноватой. Я должна была пойти и извиниться перед ней.

- Можно мне пойти, дедуфка?

- Разве быть здесь было так ужасно? — спросил он нерешительно, как будто не мог поверить в такую идею.

«Он правда думает, что я хочу жить, как будто я уже мертва, не имея возможности принимать собственные решения или покидать свою комнату? Если меня не зарегистрируют в семье Клаун, значит, я даже не буду существовать.»

Когда главы дома относилось ко мне с таким пренебрежением, неудивительно, что и их подчинённые поступали так же. Причина, по которой надо мной издевались, в конечном итоге заключалась в Дешаре и Шаренте. Именно поэтому я думала, что Дешар воспринимает меня как домашнего питомца. На бумаге я не имела значения, и все относились ко мне с пренебрежением, как к домашнему животному, которое ласкают, но в остальном игнорируют.

Не зная истинных мыслей Асмодея, лицо директора мгновенно просветлело. Она была взволнована уходом, когда услышала упоминание о молодом господине из семьи Клаун, но теперь перед ней представилась возможность.

«Неужели он принимает во внимание мои чувства?» — удивилась она. Она никак не ожидала, что этот чудовищный человек будет думать о другой стороне в сделке.

- Я всё равно собиралась скоро закрыть своё дело, так что рада это слышать.

- Куда ты планируешь поехать?

- Тревожно слышать, что тот человек был из семьи Клаун. Поэтому теперь я думаю покинуть империю вместе с моим сыном, Джейсоном.

Асмодей знал, что, куда бы она ни сбежала, она никогда не сможет скрыться, пока на ней остается эта метка. Прошло много времени с тех пор, как он видел такую древнюю темную магию. Эта метка означала, что она погибнет, даже если попытается спрятаться на дне океана.

Древняя темная магия была столь же могущественной, сколь и опасной. С её помощью даже ребенок мог наложить проклятие, способное уничтожить целую деревню. Однако заклинатель почти наверняка погибал при сотворении заклинания такой силы. Избежать такой судьбы было невозможно — разве что, по счастливой случайности, другой тёмный маг заплатил бы цену за снятие этой метки.

«Не думаю, что ей повезет настолько», — подумал Асмодей, отворачиваясь от неё.

- Лорд Эш... Меня давно интересует один вопрос. Для чего вы используете детей? — спросила директор.

Обычно он бы проигнорировал такие вопросы, но сейчас был в довольно хорошем настроении. Он нашел ребенка, которого будет нелегко сломить, враг, с которым он собирался разобраться, всё равно скоро умрет, а его любопытство было разожжено древней темной магией, которую он не встречал уже очень давно.

- Они всего лишь заготовки.

- Заготовки?

На вопрос женщины, отражавший её недоверие, ответа не последовало.

- Желаю вам приятного путешествия, — сказал Асмодей. «Хотя оно станет для вас последним.»

Улыбнувшись, как бы завершая разговор, он снова накинул на себя мантию. Заплатив справедливую цену за детей, он телепортировался вместе с ними, пока они спали. Его темная магия оставила за собой стойкое послесловие — темное, почти кроваво-красное свечение, мерцавшее в том месте, где он только что стоял.

— Это было совершенно вне моего понимания, — пробормотала директриса, пряча только что полученную внушительную сумму золотых монет.

***

Два дня спустя Шаранте наконец снял браслет с моего запястья. Похоже, ему потребовалось некоторое время, чтобы получить специальные инструменты, необходимые для того, чтобы открыть его.

Руда, необходимая для создания подавителя магии, была особого типа, который можно было найти только в руинах. Эта руда, называемая «гранатом», выглядела точно как магический камень, но имела глубокий красный оттенок. В то время как магические камни можно было извлечь из некоторых шахт, гранаты же можно было добыть только из руин.

Гранаты оказывали совершенно противоположный эффект магическим камням. В то время как магические камни хранили магию, которую маги могли извлекать и использовать, гранаты поглощали магию, рассеивали её и препятствовали её использованию. В пространстве, полном гранатов, было невозможно собирать магию из окружающей среды, так как камни поглощали любую излучаемую магию.

Гранаты находились в руинах, состоящих из нескольких подземных уровней. Преодолевая эти уровни, можно было время от времени наткнуться на гранаты, которые росли между камнями на потолке, словно сталактиты, и их можно было выкопать.

Обработка граната была чрезвычайно сложной. Иронично, но только маг с помощью своей силы мог работать с ним. Форма камня могла изменяться под воздействием силы или тепла, как только он начинал поглощать магию. Что делало его уникальным, так это то, что, несмотря на то что это был камень, он мог плавиться при нагревании, как металл.

Единственное, что могло прорезать гранат, — это лезвие, сделанное из того же материала, или могущественный человек, способный использовать энергий меча или воздушные клинки для разрезания его. Однако в последнем случае, скорее всего, моя рука также была бы отрублена. Именно поэтому Шаранте искал инструмент для резки, но такие инструменты имели только те ремесленники, которые умели работать с гранатами.

«Наконец-то я могу дышать свободно!» После того как Шарант снял браслет с моего запястья, он снова исчез, не сказав ни слова. С тех пор он стал еще более молчаливым.

Когда я снова встретилась с Верой, мне было тяжело. Она всё время не переставала рыдать. А теперь...

- Вела тебе следует куфать.

- Я останусь здесь. С этого момента, думаю, мне нужно кушать вместе с Вами, — сказала она. Она отказывалась покидать меня даже на минуту. Должно быть, она была в ярости.

Увидев, как Вера залилась слезами, едва увидев меня, я осталась без слов. Я ожидала, что она будет злиться, но не думала, что она расплачется при виде меня.

- Я никуда не уйду.

- Время для дневного сна. Пора спатки, моя госпожа, — Вера полностью игнорировала мои переживания. Она вела себя так уже несколько дней, не отходя ни на шаг от меня. Даже ночью она не уходила, пока я не засыпала, и оставалась ещё на час-два.

«Я виновата, не ты, Вера.» Я не представляла, что мой уход окажет на неё такой огромный шок. Она даже вернула мне подарок, который я ей дала — изысканный магический камень, который я тщательно зачаровала.

«Она слишком переживает.» Несмотря на то, что я сказала ей, что со мной всё в порядке, она, похоже, не поверила. Всё равно я не могла пообещать оставаться с ней навсегда. Я всё равно не пробуду здесь слишком долго. Вера была доброй и нежной, но для меня она была только этим.

«Мне нужно наложить проклятие», всё время думала я, но не могла сделать ничего, так как у меня не было ни времени, ни возможности побыть наедине. Покорно лежала на кровати, укрытая мягким одеялом до подбородка. Я даже извинилась перед ней, но это не принесло никакой пользы.

«Должна ли я извиниться еще раз?» Я ломала голову и уже собиралась что-то сказать, как вдруг услышала шум.

Галдеж

Внезапно весь особняк сильно затрясся. В тот же момент я почувствовала мощную волну магии.

Мои глаза широко раскрылись, и я уже собиралась встать. Но Вера закричала и бросилась ко мне, укрывая своим телом. Обнимая меня, она заставила меня замолчать. Если бы сейчас что-то тяжёлое упало, она, скорее всего, потеряла бы свою жизнь.

«Почему она рискует своей жизнью ради кого-то, кого не так уж давно знает?» Несмотря на эту мысль, я не могла не улыбнуться. Я погладила Веру по голове, когда она крепко обнимала меня, дрожа от страха. Невозможно было не любить её. Даже если я покину этот дом, я хотела как-то отблагодарить её. Может быть, богатством или даже дворянским титулом — это было бы подходяще. «Трудно не любить того, кто так отчаянно пытается меня защитить.»

Взрыв! Крушение!

В особняке начался настоящий хаос. Звук падающих и разбивающихся предметов не прекращался. К счастью, в моей комнате было очень мало мебели, иначе Вера, возможно, не выдержала бы.

Я открыла подпространство за её спиной и схватила в руки два камня S-уровня, крепко их сжимая. «Если всё пойдёт не так, мне придётся переместить нас обеих. Смогу ли я справиться и переместить себя с Верой?» Я бы точно справилась, если бы это была только я, но вот получится ли переместиться с ней я не была уверена.

- Моя госпожа, с Вами всё в порядке? Почему особняк вдруг... — начала Вера, но её слова прервал шум и тряска, продолжавшиеся вокруг нас.

Тихо смотрела на потолок. Нет, дело не в том, что особняк трясся. Спорадические вибрации и странные подземные толчки исходили снизу, как будто что-то поднималось из земли. Я узнала это чувство. Это был паттерн формирования новых руин.

«Но почему сейчас?»

Это было слишком неожиданно для появления руины. Руины часто возникали без предупреждения, но такие места обычно испытывали резкое увеличение магии заранее, что приводило к предупреждениям от Силопии для других стран. Руины, скрытые под землёй древней магией, раскрывались только тогда, когда магическая печать наконец-то ломалась.

«Не думаю, что мы получали какое-либо предупреждение».

Иногда руины, появляющиеся в отдалённых местах, таких как глубокие леса или океан, оставались незамеченными долгое время. Юрисдикция Силопии не была достаточно обширной, чтобы почувствовать их. Но если руина появляется так близко к столице империи, не может быть и речи о том, чтобы Силопия не почувствовала её.

«Мелен, чем ты черт возьми занимаешься?!»

Поскольку именно он выгнал меня, он должен был серьёзнее относиться к своей работе. Силопия должна была быть хорошо подготовлена к такому событию, и на то была одна веская причина — руины всегда приносили с собой особых обитателей.

Рев!

Я услышала крик монстра, охраняющего руину. Воздух затрепетал, когда зловещий рёв отразился издалека. И я узнала владельца этого крика — нечто редкое, но очень проблематичное.

«Виверна.» Конечно, защитник этой руины «должен был быть» с крыльями.

Монстры — стражи руин — всегда появлялись вместе с руинами, хотя никто не знал, связано ли это с тем, что они спали внутри, или по какой-то другой причине. Поскольку их целью, казалось, была защита руин, они никогда не покидали своей определенной территории. Благодаря этому инстинкту такие специализированные стражи обычно не нападали на человеческие деревни.

«Если задуматься, грифон, который недавно появился в поместье, был аномалией.» Он прилетел прямо в столицу, оставив руины, которые должен был защищать.

Я тихо вздохнула. Было слишком поздно разбираться в этом деле. Грифон был мёртв, и все следы, вероятно, уже исчезли. Я выбросила ненужное любопытство и подозрения из своей головы.

«Итак, эти руины появились недалеко от столицы…» Судя по интенсивности вибраций, они не могли быть слишком далеко. Древняя магия, скрывавшая их, постепенно утратила свою силу и, наконец, рассеялась.

«С внезапным появлением руин Силопия наверняка отправит делегацию.» Императорская семья, вероятно, также пошлет людей. Им потребуется выяснить, можно ли исследовать руины, и, если потребуется, собрать экспедиционную команду.

Для входа в руины, конечно же, необходимо было выполнить определенные условия. Существовали различные ограничения на вход. Обычно у входа находилось предупреждение, написанное на древнем языке, а сам вход защищала древняя магия. Попасть внутрь можно было только при выполнении указанных условий. Среди руин, которые я исследовала, некоторые допускали вход только для женщин. С другой стороны, в некоторые могли войти только мужчины или требовалось решить загадку, чтобы найти вход.

- Вела! – закричала я. «Возьми себя в руки! Оставаться здесь слишком опасно.» Хотя здание, вероятно, было прочным и защищено заклинанием, оставаться внутри было слишком рискованно.

«К тому же, я хочу увидеть, что происходит снаружи.» Но Вера была слишком тяжелой, чтобы я могла ее сдвинуть. Пока я пыталась справиться с этим, я заметила, как она медленно приходила в себя.

- М-моя леди?

- Угу. Давай выбилаться отсюда, Вела.

- Вы правы, нам нужно идти. Давайтеуйдем отсюда. - Она крепко обняла меня и вышла из комнаты, направляясь к лестнице. Видя её такой напряжённой и взволнованной, я почувствовала горький осадок. Обычно что-то подобное не вызывало бы паники.

- Успокойся, Кайшан. - На другой стороне я увидела Шаренте, который тоже направлялся к лестнице, держа на руках своего сына.

- Все в порядке. Пока я здесь, все будет хорошо, так что успокойся, – говорил он мальчику. Кайшан дрожал, явно испуганный внезапными вибрациями, сотрясавшими особняк.

«Шаренте, вероятно, поспешил на второй этаж из-за беспокойства о своем сыне.» Каждый раз, когда я видела его в таком состоянии, я сомневалась, действительно ли этот человек был тем Шаренте Клауном, которого я знала.

«Ну, у меня есть Вера», подумала я. Без неё мне пришлось бы снова выходить из комнаты одной.

Я молча наблюдала за ними, и прежде чем они заметили, быстро вернула магические камни, которые держала, обратно в подсознательное пространство. Шаренте, похоже, заметил меня и остановился. Его глаза немного расширились.

- Шелина, с тобой все в порядке? – спросил Кайшан, потирая глаза. Я бросила на него взгляд и затем прижалась поближе к Вере.

Шаренте сначала посмотрел на меня потом на Веру.

- Она ранена – спросил он.

- Нет, с ней все в порядке.

- Давайте спускаться вниз.

- Да, ваша Светлость.

Спускаясь, мы наткнулись на Дешара, который выглядел в ярости. В особняке царила суматоха, люди пытались оценить ситуацию. Дорогие предметы и украшения валялись по полу. Наш дом не был единственным, который пострадал — другие дворянские дома, вероятно, находились в аналогичном состоянии, а некоторые граждане могли полностью потерять свои дома из-за обрушения.

«Разве Силопия не должна нести ответственность за все эти повреждения?» — подумала я. Однако, поскольку появление руин было актом природы, они могли бы отрицать свою ответственность. В любом случае, я не хотела бы сталкиваться с Дешаром, когда на его лице было такое строгое и холодное выражение.

«Вау, Силопия может обанкротиться, если это не будет должным образом урегулировано». Наша национальная казна и так не была особенно крупной. «Знаю, что это не моё дело сейчас, но я не хочу возвращаться и сталкиваться с горой долгов», — подумала я.

- Здравствуй отец – сказал Шаренте как только мы подошли к Дешару.

- Как Кайшан?

- Он просто немного испугался, но в остальном с ним все в порядке. - сказал Шаранте и опустил мальчика на пол.

Дешар кивнул, повернул голову и заметил меня на руках у Веры.

- Шелина, ты в порядке? — спросил он.

- Дя.

- Да, Ваша Светлость. - Поправил меня Шаренте.

«Серьезно? Он стал таким придирчивым в последнее время». Я взглянула на него с раздражением, но он остался невозмутим. Но если я хотела остаться с ним до своих семи лет, мне нужно было поступать так, как он говорил.

- Дя, Вася Светлость.

- Шерина... - произнес Шаренте.

«Чего он хочет теперь?» Услышав свое имя, я взглянул на него.

- Ты ранена? - спросил он

Он уже расспрашивал Веру обо мне, так почему же спрашивает снова? Я задумалась, не чувствует ли он вину или что-то подобное.

- Я в полядке.

Когда я ответила, он быстро отвернулся. «Я совсем его не понимаю», — подумала я. Он казался гораздо больше подходящим для того, чтобы бросаться оскорблениями и критикой, чем выражать заботу.

Следующим меня окликнул Кайшан.

- Шерина! Я как твой старший брат, я буду защищать тебя». С этими словами он подошел ко мне и взял меня за руку.

«Если уж ты собираешься давать такие обещания, может, для начала вытришь слёзы с глаз, ладно? Ему уже семь, а он всё ещё ведёт себя как малыш». И всё же лицо Кайшана всё больше начинало походить на лицо его отца.

Вера, опустив меня на пол, занялась помощью другим слугам. Пока они были заняты уборкой беспорядка внутри особняка, никто не осмеливался выходить наружу. «Думаю, это означает, что особняк сейчас самое безопасное место». Раз все знали, что лучше оставаться на месте, это означало, что защитное заклинание вокруг особняка было очень мощным.

Мне хотелось украдкой взглянуть что происходит снаружи, любопытство о том, где появились руины, не давало покоя. Я незаметно убрала руку Кайшана и сделала несколько шагов к двери.

Шаранта сразу меня заметила.

- Шерина, оставайся внутри дома.

Мой план использовать заклинание переноса, чтобы незаметно выбраться наружу, был мгновенно сорван. Это было по-настоящему несправедливо.

- Кайшан, присмотри за Шериной... то есть, позаботься о ней.

«Присмотри? Он ведь собирался сказать ему следить за мной, не так ли?»

- Да, папа.

Это было действительно несправедливо. Мне очень нравились руины. Я хотела исследовать их и находить новые артефакты. Надувшись, я мрачно посмотрела на Шарента, но он был поглощён серьёзным разговором со своим отцом.

- Есть ли новости от Силопии? — спросил Дешар.

- Я отправил рыцаря Симулы во дворец, но она ещё не вернулась. Ах! Вот она идет, — сказал Шаренте, переводя взгляд.

Появился и исчез магический круг, и к нам приближалась женщина в мантии. Она казалась магистром, но на поясе у неё висел меч.

«Неужели она магическая фехтовальщица?» — подумала я. Магические фехтовальщики могли владеть и магией, и мечом. Хотя это сочетание казалось сильным, на деле они часто оказывались посредственными в обоих искусствах, потому что распределяли свои навыки слишком широко. Они не становились мощными магами или сильными мечниками. Поскольку большинство людей стремилось стать лучшими в одном из этих направлений, магические фехтовальщики были редкостью. Это был уже третий раз, когда я встречала одного из них.

- Я вернулась, Ваша Светлость и молодой господин.

- Ты привела ненужных гостей, — заметил Шарент.

Как он и заметил, женщина была не одна. За ней шли мужчина и двое маленьких фигурок, которые, похоже, были детьми.

- О, неужели вы имеете в виду меня, лорд Шаренте? — сказал мужчина.

- Прошу прощения. Я не узнал Вас, Ваше Величество. Ваше одеяние довольно скромное.

Несмотря на резкий тон Шаренте, мужчина лишь рассмеялся.

«Подождите, это император?» Почему он здесь? Ведь прошло не больше часа с момента землетрясения.

Мужчина, которого Шаренте назвал «Ваше Величество», откинул капюшон своего тёмного одеяния. Его ослепительно светлые волосы чуть ли не заставили меня отвернуться. Почему у всех королевских особ, были блондинистые волосы?

- Я слышал слух, что ты собираешься удочерить дочь, — сказал император.

«Вот оно что». Я вздохнула. Это было так неудобно. Слушая бессознательно, я почувствовала, как по спине пробежал озноб, и мои плечи задрожали.

Император, услышав мой вздох, повернул голову и сузил глаза.

- Это твоя новая дочь?

- Нет, это не она.

- Неть, это не я.

Мы с Шарантой заговорили одновременно, явно не желая ассоциировать себя друг с другом.

Мы с Шаранте обменялись неловкими взглядами.

«Пожалуйста, не говори такие жуткие вещи. Его дочь? Серьезно?» - думала я. Если бы я действительно была его дочерью, то уже давно всё бросила бы и ушла, чтобы воспитываться в другой семье.

Император поднял брови и усмехнулся. Он бросил на меня взгляд, а затем мягко похлопал по плечам двух детей, цеплявшихся за его ноги.

- Элли, Делли, идите поиграйте с Кайшаном, — сказал он.

- Хорошо папа – сказали дети в унисон.

- И этот ребонок, она племянница лорда Шаренте, будьте с ней дружелюбны.

- Да, отец, — снова ответили двое детей. Это были мальчик и девочка, оба с светлыми волосами. На вид они были примерно одного возраста с Кайшаном, но определённо немного взрословаты, чтобы играть со мной.

- Что-то не так, Ваше Величество? — спросил Дешар, до сих пор молчавший. Видимо, он почувствовал необходимость вмешаться, увидев недовольное выражение лица императора. Мне самой тоже было любопытно, что могло произойти.

- Появились руины, — сказал император.

- Да, мы в курсе.

- Они находится всего в пяти километрах к западу от деревни Оникс.

Лицо Дешара напряглось, а Шарент скрестил руки и глубоко вздохнул.

Я тоже напряглась. «Всего пять километров?» Это достаточно близко, чтобы страж мог принять соседних жителей деревни за нарушителей. Радиус защиты стража руин варьируется в зависимости от вида, но у существ с крыльями он обычно шире — а стражем этих новых руин оказалась виверна, небольшой, но свирепый крылатый дракон.

«Деревня Оникс...» Это было примерно в часе езды от нашего текущего местоположения в столице, если поспешить и не останавливаться на отдых.

- Есть новости от Силопии? — спросил Дешар.

- Предупреждения не было, но это вполне понятно. Они ответственны только за существующие руины. Внезапное и сложное появление руин — это не их вина.

Вопреки моим ожиданиям, всесильный император, покоривший континент, не оказался таким узколобым. Я думала, что он полностью обвинит Силопию. «Почему я вообще переживаю из-за Силопии?» — подумала я. Мои мысли как-то сами собой пришли в эту сторону. Осознав это, я вдруг почувствовала, как трудно дышать. Мои ноги тоже начинали ныть от долгого стояния. «Мне нужно сесть», - подумала я. Я была измотана. Я посмотрела на мягкий ковер у своих ног, чувствуя себя растерянной.

- Но теперь, когда руины появились, они попадают под их юрисдикцию, — продолжил император.

- Они решили послать разведчиков?

- Да. Силопия уже предоставила информацию об условиях входа и о страже.

Дешар выглядел озадаченным.

- Уже?

Действительно, это было странно. «Если они не знали о руинах заранее, как им удалось так быстро узнать об условиях?» Неприятное чувство стало охватывать меня.

«Как такое возможно?» Я нахмурилась. «Совет старейшин…» Эти невежественные, жадные старики, должно быть, стояли за этим. Судя по последовательности событий, казалось, что Силопия знала о руинах, но намеренно скрыла это. Уже само по себе было странно, что они не почувствовали сильный всплеск магии. Я даже создала магический увеличитель, на случай, если что-то подобное произойдёт.

- Мы можем спокойно обсудить это с Силопией, — сказал император. — Похоже, произошло какое-то недоразумение после того, как они избавились от своего предыдущего лидера. По крайней мере, у неё было хоть какое-то чувство ответственности.

По спине пробежал холодок. Убийственная аура, исходившая от императора, была ощутимой. Моё дыхание учащалось, сердце колотилось, и я напряглась.

- Тц.

Кто-то щелкнул языком и поднял меня. Когда я пришела в себя, то обнаружил, что Шаренте каким-то образом незаметно приблизился ко мне и теперь держал меня на руках.

- Успокойся, Шелина, — сказал он.

Паника, охватившая моё тело, заставляла моё зрение расплываться. Я отчаянно прижалась к Шаренте и спрятала лицо у него на груди. Мои руки дрожали, как листья на ветру, когда я схватила его рубашку. Он несколько раз нежно провел рукой по моей спине.

- О, боже. - Император, глядя на меня через плечо Шаренте, мягко улыбнулся. Он выглядел несколько озадаченным.

- Похоже, твоя племянница весьма чувствительна к магии, — сказал он.

Когда его угрожающая аура отступила, моё дрожание естественным образом утихло. На мгновение мне казалось, что я смотрела в пасть хищника. Как только Шаренте почувствовал, что я успокоилась, он бросил на меня короткий взгляд и снова спросил, все ли со мной в порядке.

- Угу, — ответила я тихо, мой голос стал более уверенным. Он грубо посадил меня обратно на пол, как будто я была чем-то грязным.

Теперь, когда я пришла в себя, я почувствовала укол смущения. Не могу поверить, что могущественная Хелла так испугалась. Где та решимость и стальная сила воли, которые когда-то держали меня на ногах?

Клауны возобновили разговор с императором.

- Я планирую послать людей и с нашей стороны, — сказал правитель.

Тем временем ко мне подошла маленькая блондинистая принцесса.

- Привет, как тебя зовут? — спросила она.

«Отстань. Я пытаюсь послушать их разговор», ворчала я про себя.

- Её зовут Шерина, Ваше Высочество, — сказал Кайшан, удивив меня своей необычайной вежливостью для ребенка, от которого я ожидала только жалобы и плач.

«Прекрасно. Позаботься о них сам». Я снова настроила свои уши на разговор взрослых.

- Лучше держать артефакты здесь, чем передавать их другому государству. В конце концов, с точки зрения силы, обладание артефактом приравнивается к контролю над целой армией, — сказал император. — У вас уже есть один, не так ли?

Артефакты действительно были источником силы, так как позволяли людям превосходить земные пределы. Похоже, артефакт, расположенный в герцогстве Клаун, определил своего хозяина, и, судя по всему, его владельцем был Шаренте Клаун. Я не знала, что это за артефакт, но, похоже, это был мой шанс узнать.

- Действительно... — начал говорить Шаренте, но я не смогла услышать, что он хотел сказать.

- Я Эллиан! — сказала принцесса с нетерпением. — А это мой брат, Деллиан. Приятно познакомиться, Шелина.

«Оставь меня в покое!»

- Угу угу, — ответила я рассеянно, маша рукой, пытаясь подслушать.

Теперь говорил император.

— ...Так что было бы неплохо, если бы в императорском дворце оказался хотя бы ещё один артефакт.

«Блииин! Я пропустила это. Что он сказал? О каком артефакте они говорят? О, это сводит меня с ума». Оставив попытки подслушать, я отвернулась. Два королевских ребенка смотрели на меня с блестящими глазами.

- Ты такая милая, Шерина, — сказала Эллиан.

«А вы слишком много болтаете, ребята».

- Почему ты не смотришь на нас?

Я взглянула на принца и наклонила голову. В его глазах был озорной блеск. Такие дети были проблемой, поэтому с ними лучше всего справляться должным образом, хотя делать это должена была не я. Я начал звать подмогу:

- Кайша…

- Хм? Я здесь! Что случилось, Шерина? — сразу откликнулся Кайшан, подпрыгнув на месте. Его глаза расширились, когда он подбежал ко мне. Мне стало интересно, станет ли он таким же безразличным, как Шаренте, когда вырастет.

Ялегонько схватила его за рукав. Он был надоедливым, но относился ко мне как к младшей сестре. Это означало, что он всегда брал на себя инициативу в трудных ситуациях. «Дети должны играть с другими детьми. Не со мной», подумала я.

- Мне стласно – пробормотала я опустив глаза.

Глаза Кайшана расширились. Прежде чем я успела закончить фразу, он встал передо мной, как будто ему дали важное задание. Наблюдая, как он блокирует принца и принцессу, я вспомнила, что он ведь Клаун.

- Тогда я поступлю соответственно, Ваше Величество. Всё будет готово к завтрашнему дню, — сказал Шаренте.

- Это срочно, поэтому мы отправимся в полдень, — сказал император.

- Да, Ваше Величество.

«Подождите! Что? Они говорили об условиях входа в руины?» Теперь, когда с детьми было покончено, я снова попыталась подслушать, но к тому времени разговор уже закончился. Я опустила голову в отчаянии. «Я упустила золотую возможность узнать об артефактах империи».

Я взглянула на принца и принцессу, которые продолжали надоедать мне, а затем на Кайшана, который стоял между нами, не желая уступать. Я вздохнула, глядя на это.

«Как я оказалась в такой ситуации?» Даже с течением времени это ощущение беспомощности, похоже, не исчезало. Я оказалась на одном уровне с этими детьми. Что это вообще за детский спор, который разворачивается перед моими глазами?

- Пусть Шерина поиграет с нами! Ты всегда играешь с ней, Кайшан!

«С каких пор мы стали друзьями?» — подумала я.

- Нет, Ваше Высочество. Шерина напугана, — сказал Кайшан. Он всегда плакал и казался тем, кого могли бы обижать, но теперь он удивительно твердо стоял на своём. Даже его манера говорить была нехарактерной для него. По голосу его можно было бы принять за кого-то другого.

«Он действительно твёрд в своем стремлении защитить меня, да?» Конечно, принц и принцесса тоже не были теми кого легко одолеть. «Почему такие благородные дети ведут себя так по-детски?» Вместо того, чтобы надоедать мне, им стоило бы пойти куда-нибудь и стать ещё более избалованными.

- Моя сестра хочет поиграть с ней. Отойди в сторону, Кайшан.

«Принц Деллиан... Я давно хотела тебе сказать, но у тебя очень громкий шёпот». Присмотревшись, я заметила, что у него не было двух передних зубов. Он был настоящим изображением растущего ребёнка.

- Ни за что. К тому же она и со мной не так уж часто играет! — сказал Кайшан, звуча немного обиженно.

«Извините, дети. Виновата я.» Я сдалась и встала между ними. Даже если бы я узнала какие-то сведения о руинах, Шаренте никогда не повёл бы меня туда — а даже если бы он и согласился, и я смогла бы попасть внутрь, в моём нынешнем состоянии я ничего бы не смогла сделать.

Сдавшись, я почувствовала себя немного более расслабленной. Я протянула руку принцессе, которая быстро схватила её. Другую руку я протянула Кайшану. Это оставило принца в центре нашего круга. Он выглядел таким озадаченным, что я не могла не пожалеть его. Он протянул руку ко мне с надеждой.

«Что теперь? У меня только две руки.»

— Делзись за плечо, — сказала я, с трудом проронив слова. «Хватайся за моё плечо, рукав, что угодно. Просто держись за что-то». Не то чтобы я могла вырастить ещё одну руку из спины. Если бы я могла использовать магию, я бы создала фальшивую руку, чтобы он мог за неё взяться.

- Ну, похоже, у меня нет выбора, — сказал Деллиан, заикаясь. Как я и сказала, он схватил меня за плечо.

«Какая наглость», подумала я. Видя, как дети вцепились в меня, я снова вздохнула. «Я просто хочу свою свободу, ребята».

«В любом случае, куда мне вести этих детей? В сад?»

- Дедуфка!

- Хм? Что такое, Шерина? — произнес Дешар наклонившись ко мне и его грозный вид исчез. Казалось, он был доволен, что я обратилась к нему.

- Мозем ли мы пойти в сад?

- В сад? - Он нахмурил брови.

«Да, в сад. Где же ещё мне играть с этими утятами?» В пустой комнате ведь не поиграешь.

Если бы я могла попасть в сад под предлогом игры, я бы могла незаметно бросить куклу-проклятие в воду. Если привязать к ней тяжёлый камень, она сама утонет. Я сделала эту куклу заранее, сидела до поздней ночи, чтобы не рисковать быть пойманной Верой. Теперь, когда у меня был доступ к подсознательному пространству, прятать вещи стало гораздо проще.

- Хорошо, но только ненадолго, — сказал Дешар.

- Тогда я оставлю принца и принцессу на твоё попечение, — добавил император.

- Понял, Ваше Величество.

«А? Что он имеет в виду под "оставить их на твое попечение"? Вы хотите сказать, что эти маленькие сорванцы останутся здесь?» На самом деле, это было неплохим решением со стороны императора — оставить их в безопасном месте, пока он отправился исследовать руины.

«Интересно» Я была довольно удивлена, увидев, насколько сильно он доверяет Клаунам.

- Буду с нетерпением ждать официального знакомства в следующий раз, — сказал император, наклоняясь ко мне.

Я слегка отступила назад. Он ничего не сделал, чтобы навредить мне, но я почувствовала к нему инстинктивное отвращение. Кажется, он это заметил и отвернулся с улыбкой.

- Пойдём, Шерина! — позвала принцесса.

Я поплелась в сторону сада, мои руки были заняты принцессой и Кайшаном, а принц держал меня за плечо.

***

- Дети исчезли? Они продали приют?

- Нет, милорд. Не было никаких признаков того, что они это сделали.

- Вы допрашивали директрису?

- У нас не было возможности. Мы выследили ее, но она была мертва, когда мы ее нашли.

Это был не тот ответ, который хотел услышать Шаренте. После того как император ушёл, Шаренте вернулся в свой кабинет, чтобы подготовиться к расследованию на следующий день. Он всё ещё находился там поздним вечером. Читая только что поступивший доклад, его лицо потемнело. Рыцарь Симулы, передававший доклад, имел не менее суровое выражение лица.

Шаренте цокнул языком, взглянув на рыцаря спросил:

- Какова причина смерти?

- Утопление. Похоже, это произошло недавно, но в гостинице, где они прятались, не было ванны, так что странно, что это утопление. Однако их тела были найдены промокшими. - Рыцарь несколько колебался, говоря это, также считая историю довольно странной.

Учитывая срочность дела, рыцари Симулы сразу же начали преследование главной подозреваемой и её сына. Отслеживание их следов не составило большого труда. Рыцари ворвались в их комнату меньше чем через час после того, как двое вошли в гостиницу, но всё, что они нашли, — это два тела, раздувшиеся от воды.

- Оба умерли одинаково?

- Да, Ваша Светлость.

Шаренте потёр лоб. Первое, что пришло ему на ум, — тёмная магия. Это напомнило ему о похожем происшествии в прошлом — внезапном сожжении баронессы Салливан. А теперь, к удивлению, мертвы и директриса с её сыном. Единственное различие между этими странными смертями — разные элементы: огонь и вода.

- Вы случайно не видели тело баронессы Салливан? — спросила Шаранта.

- Видел, милорд.

- Были ли окружающие обстоятельства похожими?

Рыцарь немного удивился, но медленно кивнул. Эти происшествия действительно имели много схожих черт.

- В целом, да. Комната была заперта, и ничего не было мокрым, кроме зоны вокруг тел. Они были полностью промокшими, но признаков того, что они купались, не было.

Стук, стук, стук.

Шарент постучал пальцами по столу, и резкий звук отразил его раздражение.

- Что насчёт мужчины, который пытался купить Шерину?

- Пока нет никакой информации. Мы изучаем бухгалтерскую книгу и будем расследовать дальше.

Шаренте кивнул и махнул рукой, давая знак рыцарю уйти. Продвижения в расследовании не было вовсе. Он был раздражён, но понимал, что это не то, что можно разгадать за короткое время. Когда рыцарь ушёл, он потёр виски.

- Шерина, — пробормотал он. Этот ребёнок был настоящей головной болью. Даже Балиан никогда не доставлял столько проблем. Хотя Шаренте так и не получил от Шерины однозначного ответа, он подозревал, что она могла убить баронессу Салливан с помощью тёмной магии. Он не мог не заподозрить её и в этом случае.

Шерина была гораздо более необычной, чем Кайшан. Иногда её мысли и действия выходили за рамки того, на что способен ребёнок. Если директриса действительно причинила ей вред, Шерина могла захотеть отомстить. Проблема заключалась в том, сделала ли она это намеренно или случайно. Шаренте полагал, что скорее второе, но не хотел предпринимать действия на основании своих догадок. «Это действительно проблематично. Как она вообще могла научиться тёмной магии?»

- Я веду себя глупо, — пробормотал он. В конце концов, она даже не была официально зарегистрирована в семье. «Не понимаю, зачем я приложил столько усилий, чтобы разыскать такую проблемную девчонку. Наверное, было бы проще просто позволить ей уйти». Он ведь никогда не пытался удерживать Балиана или Ранианну, когда они хотели уйти. Он не видел смысла держать тех, у кого были приоритеты вне семьи.

Он покачал головой, пытаясь избавиться от ненужных мыслей. Не было смысла всё это обдумывать. Он не хотел зацикливаться на Шерине. Даже размышлять об этом казалось ему жалким.

«Вероятно, лучше взять с собой лишь несколько человек на экспедицию в руины». Каждые руины имели своё название, и эти назывались «Тяжесть короны». Условием для входа было «Тот, кто носит корону». Даже император, казалось, был поражён, что условие оказалось таким простым.

Даже Силопия не смогла предоставить больше деталей. Никто не был уверен, означает ли это, что человек должен обладать качествами правителя, или что пройти мог только действующий император или король. Именно поэтому император решил исследовать руины лично.

В число выбранных для исследования вместе с императором вошли лидер и несколько рыцарей Симулы. Были мобилизованы и некоторые дворяне. Мелин, нынешний глава Магической Башни, и несколько магов были отправлены из Силопии. Святой храм также направил паладинов и клириков.

Поскольку руины находились недалеко от деревни, все согласились, что монстров нужно уничтожить как можно быстрее. После этого руины могли бы стать ценным ресурсом.

«Боюсь, она может вызвать больше проблем, пока меня не будет», — подумал Шаренте. Шерина была странной. Несмотря на то, что она выглядела как ребёнок, часто она не вела себя как таковой. Она вела себя так, будто лучше всех понимала своё место. Она никогда не казалась расстроенной или разочарованной, даже когда другие игнорировали её в опасных ситуациях. Единственным человеком, на которого она полагалась, была её горничная Вера. Это казалось ему странным. Словно она разделяла людей на друзей и врагов.

- Какой утомительной жизнью живёт это дитя, — пробормотал он, снова погружаясь в чтение доклада. Он не осознавал, что его мысли снова вернулись к Шерине.

- Шерина!

- Да? «Что опять?» Я тяжело вздохнул и уставился на сияющее, улыбающееся лицо принцессы. «Она что, видит во мне только куклу, с которой можно играть, или что?»

- Какое красивее, это или это? — спросила она.

«Прежде всего, думаю, ты самая красивая девочка, устраивающая модный показ с торговцами в чужом доме. Говорят, что те, кто может быть собой в любое время и в любом месте, — самые смелые и красивые люди в мире, и, наверное, это как раз о тебе.»

С одной стороны комнаты были расставлены стойки с одеждой для мальчиков, а с другой — с одеждой для девочек. Более того, платья, которые принцесса показала мне, выглядели одинаково, за исключением цвета. На самом деле, даже цвета были похожи. Единственное отличие — одно было светло-голубым, а другое немного темнее.

- Воть это? - Несмотря на то, что на моем лице было недовольное выражение, я послушно указала на одно из платьев.

- Правильно. Конечно, это платье красивее. Я знала, что ты поймешь, — сказала принцесса.

- Они для меня одинаковые. В чём разница? — сказал принц.

- Шерина, ты потрясающая. Я так горжусь тобой, — сказал Кайшан.

«Нет, это совсем не так. Принцесса, ты явно продвигала именно это платье. Ты подсказала мне ответ, утверждая, что это мой выбор. Будь немного честнее.»

- Шерина, приходи в следующий раз во дворец, — сказал принц.

- Не-не. - Я сразу же покачала головой. С Клаунами уже было сложно справляться, а я не хотела ещё сталкиваться и с этим свирепым императором во дворце.

Текущий император, стоящий молча рядом с бывшим императором, объединил континент всего за двадцать лет, а затем в течение следующих десяти лет почти полностью искоренил следы войн. Но первое впечатление от такого выдающегося человека было просто: «Хм?» Он не был страшным и не казался чрезмерно внушительным. Его жесты и тон были менее командующими, чем я себе представляла. Но, почувствовав его угрожающую энергию, я поняла, что это была доброта хищника, скрывающего свои когти.

Я слышала, что он с самого юного возраста сражался на поле боя рядом с бывшим императором. Увидев в нём потенциал великого правителя, бывший император рано ушёл в отставку во время войны. Так нынешний император взошёл на трон в семнадцать лет.

- Т-ты не хочешь? Почему? - спросил принц.

- Я занята. - Нет, ну почему они оставили меня с этими детьми? Я тоже хотела пойти посмотреть на руины.

- Ты занята больше чем я?

«Может, мне стоит просто пойти туда самой», — подумала я. «У меня достаточно очищенных магических камней, чтобы использовать их.» До места было всего час пути, так что я могла бы дважды использовать свой камень класса А для телепортации. К этому времени экспедиционные группы должны были уже прибыть и убить стража руин, так что можно было бы быстро осмотреть всё и вернуться домой. Уже сама мысль о том, чтобы ещё несколько часов торчать в этом тесном пространстве с этими маленькими сорванцами, заставила меня вздохнуть.

- Элли, я есть хочу, – захныкал принц.

«Честно говоря, разве это не ниже моего достоинства тусоваться с этими маленькими детьми?»

- Время перекусить, Ваши Высочества.

- Моя госпожа, я принесла Вам пудинг.

«На самом деле, может быть, это вовсе не унижает меня.»

- Вера! — крикнула я. В тот момент, когда сладкий запах пудинга наполнил комнату, я широко раскинула руки и встретила горничную с широкой улыбкой.

У каждого из детей были свои слуги и горничные. Наши угощения были разными, но единственное, что их объединяло — это то, что они заставляли всех замолчать. Наконец, в комнате стало немного тише.

Вера усадила меня на стул, встала на одно колено и протянула ложку пудинга.

- Скажите «Ааа».

- Ааах. - Я укусила ложку, и пудинг растаял во рту. Он был мягким, сладким и воздушным — именно таким, как я люблю. Щедрое количество карамельного сиропа, который был на нём, доставляло настоящее удовольствие.

Вот так, время перекуса закончилось. Вера поцеловала меня в лоб, пожелала хорошо провести время и снова оставила меня с детьми.

После того, как остальные служанки и слуги ушли, принц приблизился ко мне большими шагами. Он посмотрел на меня с озорным выражением и неловко скрестил руки.

- Сколько занятий ты посещаешь? — спросил он. Пока он говорил, крошки печенья падали с его губ. Выглядя смущенным, он яростно стал тереть рот, его лицо покраснело.

- Ась? «О чём он сейчас говорит? Я пытаюсь наслаждаться своим сладким кайфом.»

- Я-я посещаю десять занятий! Ты занята больше меня?

«Я не посещаю никаких занятий. Разве мы не закончили этот разговор раньше? Ты не можешь просто отпустить это, да?» Всё же было впечатляюще, что он посещает десять классов в возрасте всего семь или восемь лет. Я бы никогда не смогла. Когда я взглянула на него, его выражение было странным, смесью разочарования и гордости. «Наверное, это из-за того, что он из королевской семьи. Их образование должно сильно отличаться от образования простолюдинов.»

Я энергично замотал головой, чтобы избавиться от циничной мысли, которая только что пришла мне в голову.

«Вздох.»

Общение с этими детьми истощило меня морально.

- Я занята. - Я отмахнулась рукой и вставила соску в рот. Мне нужно было вернуться в свою комнату и использовать телепортацию.

- Куда ты идешь? - спросил он.

- В ванную комнату.

«На самом деле, я отправляюсь в супервеселое место, ребята. Но «ванная…» Честно говоря…» Меня уже тошнит от моего нелепого произношения.

***

Вернувшись в свою комнату, я достала магический камень. План был в том, чтобы один раз переместиться, чтобы сориентироваться и определить местоположение, а затем снова переместиться, чтобы приблизиться к руинам.

«Если я смогу правильно произнести заклинание, я смогу телепортироваться туда с первого раза». В отличие от моего предыдущего тела, это тело, к счастью, ещё не поглотило большого количества тёмной магии, так что привлечение внешней магии будет относительно лёгким.

«Может, мне просто попробовать прочитать его еще раз?» Хотя я и была немного неуклюжей, это всё равно могло сработать. Я несколько раз шевельнула губами, чтобы размяться, и, собравшись с решимостью, глубоко вздохнула и открыла рот.

- Да откроется ограничение… - Из моих уст вырвался сбившийся древний язык. «Забудь об этом», — подумала я. Закрыв глаза, я несколько раз проговорила заклинание в уме. «Пусть ограничения зависимого пространства и клятва, что превышает время, откроют скрытый путь под изолированным пространством земли.» Это было не так мощно, как словесное заклинание, но всё же лучше, чем если бы я вообще не могла использовать древнюю магию. Действительно, я значительно улучшила свои навыки с тех пор, как едва могла парить в воздухе с помощью заклинания левитации.

Магия камня распространилась по мне. Одновременно я поглотила как можно больше внешней магии, чтобы дополнить силу камня. На полу появился магический круг пурпурного оттенка.

- Шерина! - Когда началась пространственная трансформация, дверь резко распахнулась. Кайшан вбежал в мою комнату, с широко раскрытыми глазами, удивлённо глядя на меня, окружённую светом.

- Нееет!

«Чёрт!»

Как только заклинание было почти завершено, он прыгнул в магический круг и крепко обнял меня. Сценарий изменился, когда я откинулась назад.

Он держал меня крепко, как будто считал, что я в опасности. Его хватка была достаточно сильной. Не было сомнений, что он регулярно тренируется с мечом.

«Это больно, знаешь ли.» Я подняла руку, чтобы оттолкнуть его, но он ещё сильнее сжал меня.

- Я защищу тебя, Шелина, — сказал он.

Я замерла и немного опустила руку. Несмотря на то, что он дрожал, пряча лицо на моём плече, он всё равно пытался успокоить меня. Он был и милым, и жалким, как он неуклюже искал деревянный меч на поясе, но всё равно не убежал. Несмотря на страх, от которого он трясся, он был здесь, чтобы защитить меня.

Если тот, кого он сейчас пытается защитить, в будущем станет его врагом, это было бы довольно трагично. Представив, как Кайшан станет против меня однажды, я задумалась, неотвернуться ли от него сейчас. «Я на самом деле могу привязаться к нему.» Это было бы худшее, что могло бы случиться.

- Ты в порядке, Шерина? - Его серебристые глаза встретились с моими. Они были слегка влажными, но он не выглядел так, будто вот-вот заплачет. Я думала, что он был просто напуганным малышом, но, возможно, я его недооценивала.

- Я в полядке. - Я протянула руку и нежно погладила его челку. «Как же это прекрасно. Он бросился вперёд, чтобы защитить меня.» Шаренте, вероятно, был бы шокирован. Если его чистокровный ребёнок пострадает, пытаясь спасти полукровку, это, без сомнения, поразит его.

«Твоя жизнь важнее моей, знаешь ли», — подумала я. Но этот парень, похоже, не делал таких различий.

- Кайшан, я в полядке – я постаралась произнести это как можно четче.

Только тогда маленький мальчик медленно ослабил хватку. С напряжённым выражением лица он вытащил деревянный меч и огляделся.

- Где мы? — спросил он.

- Эм, я не знаю. - Я покачала головой и огляделась, вздохнув. «Что это за место?» В любом случае, мне нужно было ещё раз переместиться. Я некоторое время кружила по местности, прислушиваясь к магическим волнам, и наконец нашла подходящее место. Судя по расстоянию, одного последнего перемещения должно было быть достаточно.

- Кайшан... дай свою луку. - Когда я протянула руку, он послушно взял её. Он крепко держал её, с решительным выражением лица вытаскивая свой деревянный меч. Я снова использовала магию, чтобы переместиться.

- Нееет! - Он снова прыгнул на меня и повалил на землю.

«Вздох. Разве он не понял, что это я все делаю?» — подумала я. Как только мы переместились на следующее место, я похлопала его по плечу и вырвалась из его объятий.

Руины были прямо перед нами. Глаза Кайшана расширились, когда он тоже заметил их.

- Что это, Шерина?

- Это луины.

- Руины?

- Угу.

Он немного расслабился, услышав мои слова. Наверное, он подумал о своём отце. Было интересно, как он так легко успокаивается от простого понятия «семья».

- Это там, где отец? — спросил он.

- Угу. «Так что не переживай! Ничего страшного не случится.»

Он встал первым и протянул мне руку. На мгновение я вспомнила, как Мелан протягивал руку мне. Каждый раз, когда я спотыкалась и падала, он улыбался и протягивал руку, чтобы помочь мне встать. В замешательстве я схватила руку Кайшана, и он поднял меня.

- Это сюда? — спросил маленький мальчик.

- Дя.

- Я слышал, у тебя есть загадочные силы. Похоже, это правда. Это удивительно! Ты тоже хочешь увидеть отца, Шерина?

- Неть. «Какая чепуха. Я определенно не хочу видеть Шаренте.»

Когда я покачала головой, Кайшан уныло спросил, почему мне не нравится его отец. Я больше не отвечала на его вопросы, и вскоре между нами воцарилась тишина.

Вскоре мы подошли к подножию руин. У входа собрались люди, готовившиеся войти. Было довольно многолюдно. Я увидела священников, паладинов, рыцарей семьи Клаун, императорских стражников и аристократов. У входа стояла выверна, охраняющая его, а Шаренте стоял напротив чудовища с вытянутым копьем.

Я схватила Кайшана, который собирался броситься к своему отцу, не понимая ситуации. Он взглянул на меня с вопросом в глазах, но затем спокойно встал рядом.

Гррр

Пламя вспыхивало между зубами виверны, словно оно вот-вот вырвется наружу. Однако ее крылья уже были изорваны в клочья, и кровь, капавшая повсюду, указывала на то, что эти пламени были последней отчаянной попыткой напасть.

- Огнедышащая ящерица, конечно, довольно долго сопротивляется, — раздраженно пробормотал Шаренте, прежде чем метнуть копье. В то же время пасть виверны открылась, извергнув пламя.

Шурх!

С резким звуком, разрезая воздух, копье пронзило пламя и вонзилось в открытую пасть виверны.

Кхряк!

Виверна издала последний вопль, и ее массивное тело рухнуло на землю.

Я заметила несколько рыцарей, сидевших вокруг Шаренте, которые переводили дух. Похоже, он вмешался, потому что ситуация не показывала признаков завершения.

Тело виверны быстро убрали, и несколько рыцарей начали его разбирать. Кожу, когти и кости виверны можно было использовать для создания оружия или даже для изготовления дорогой мебели.

«Мы опаздываем. Давайте скорее войдем», — приказал император, равнодушно оглянувшись вокруг.

Бабах!

Один из рыцарей попытался войти в руины, но его отбросило назад. Казалось, он не соответствовал условиям для входа. Наблюдая за этим, я заметила, что из множества попыток удалось пройти внутрь лишь немногим — всего пятерым из ста. Два имперских стражника смогли войти, а также двое рыцарей Симула из дома Клаунов и один дворянин.

«М? Это паладин Ранианны. Значит, он тоже здесь.» С привычно суровым выражением лица мужчина подошел к воротам руин и протянул руку. Ворота, которые отталкивали остальных, позволили ему пройти без малейшего сопротивления.

Кроме паладина Ранианны, войти удалось лишь одному священному жрецу — практически полный провал для святого храма. Из почти тридцати их людей успеха добились только двое, едва сохранив свою репутацию.

«Эти руины определенно слишком разборчив. Каковы условия на этот раз?» Я подкралась ближе, пробираясь сквозь толпу. К счастью, благодаря моим небольшим размерам, меня никто не заметил. Надпись была на древнем языке.

- Тяжесть Короны

«Тот, кто носит корону, несет ее тяжесть.»

Казалось, что руины назывались «Тяжесть Короны», а условием для входа было «тот, кто носит корону». Я всегда задавалась вопросом, кто создал эти руины и дал им такие банальные названия. Уже само по себе невероятно, что руины, скрытые глубоко под землей с необычайной магией, постепенно раскрываются со временем. Человек, создавший их, должно быть, обладал невероятной силой.

«Если паладины и императорские гвардейцы смогли войти…» Это означало, что необязательно быть «королем» в прямом смысле, а скорее, правителем. Те, кто способен контролировать и подчинять других, таким образом следуя пути правителя, соответствуют условиям. Именно поэтому здесь собралось столько высокопоставленных и умелых людей. «Руины с такими условиями никогда не бывают легкими для исследования», подумала я.

Когда я слегка повернула голову, то увидела, что только Шаренте и Император еще не попытались войти.

- Двое из рыцарей Симулы, двое из имперской гвардии, маркиз Мюриэль и двое из святого храма. Итого пока только семь человек.

- Включая нас – это девять, Ваше Величество.

Я могла слышать их разговор с того места, где находилась. Девять человек — подходящее число для экспедиции. И учитывая их усилия… Раз уж попытку войти предприняли более сотни людей, было бы полным позором, если бы вошло меньше.

- Ни один человек из Силопии не прошел, — добавил Император.

Знакомое название заставило мои плечи напрячься. Я заметила, что на одной стороне собрались люди из Силопии. Среди них был Мелан, выглядящий раздражённым, с сжатыми кулаками и сжатыми губами. Судя по его выражению, похоже, что его тоже не пустили внутрь.

«Почему это...?» Я потрясла головой, пытаясь избавиться от множества вопросов. Конечно, это не то, о чём мне стоит переживать или сочувствовать. Одной из сложностей при исследовании руин было то, что ты не мог взять с собой кого угодно. Если руины тебя отвергали, ты вообще не мог попасть внутрь.

«Я тоже очень хочу увидеть, что внутри», подумала я. Но у меня ещё нет таких навыков, чтобы войти в руины. Эти руины выглядят довольно опасными, так что лучше не проявлять лишнего любопытства. «Может, лучше просто прогуляться вокруг руин и вернуться назад. Нужно забрать Кайшана с собой.»

- Я пойду первым, Ваше Величество – сказал Шаренте.

- Как пожелаешь.

Ни Шаренте, ни Император, похоже, не сомневались, что им не откажут во входе. Это определенно показывало, почему их считали настоящими правителями.

Когда Шарент уже собирался войти, Кайшан внезапно позвал его.

- Отец!

«Чёрт. Я влипла.» Только теперь я поняла, что Кайшан всё ещё семилетний ребёнок. «Он маленький идиот, который не может жить без своего отца! Проклятие. Стоит ли мне сбежать, пока меня не поймали?»

- Кайшан? Как ты сюда попал? - Голос Шаренте, обычно спокойный, теперь звучал почти в шоке. Он всегда был тёплым, как весеннее солнце, с сыном, но сейчас он звучал холодно. Он явно был очень зол.

Я глубоко вздохнула, быстро моргнув. Кайшан, тоже ошеломлённый, молчал, его глаза быстро метались по сторонам. Похоже, он не собирался выдавать меня. Неохотно я вышла из-за столба, за которым скрывалась перед входом в руины.

Как только Шаренте увидел меня, он нахмурился, ясно понимая, что произошло. Он знал, что я могу использовать магию и что у меня был опыт бегства. Я сердито взглянула на Кайшана, из-за которого вся эта история случилась, а затем посмотрела на Шаренте.

Внезапное появление двух детей вызвало волну шума вокруг.

- Разве это не сын Шаренте Клауна?

- А кто это за маленькая девочка стоящая рядом с ним?

- О, она, возможно, та самая озорница из семьи Клаунов.

- Но как они сюда попали?

- Здесь не должно быть детей.

- Если подумать, то в последнее время в поместье Клаунов действительно происходили странные события.

Я слышала, как шепчутся дворяне. Они, наверное, думали, что достаточно тихо разговаривают, чтобы их не услышали другие, но если я могла их услышать, значит, и Шаренте, вероятно, тоже.

Он немного молчал, затем потер лоб и сказал.

- Кайшан, Шерина. Почему вы сели в повозку без разрешения? — спросил он.

«Ага, вот как он собирается всё обернуть.» Было разумно не упоминать магию, так как аристократия всё ещё негативно относится к магам. Если в престижной семье Клаунов окажется кто-то с магическим талантом, это вряд ли будет воспринято положительно.

«Я должна ему подыграть в этом.»

- Мы играли в прятки, — слабым голосом пробормотала я. Когда я взглянула на Шаренте, его глаза вдруг сузились.

- Тогда мы увидели повозку, эм, то есть, телегу. И я сказал, что нам стоит спрятаться в ней, - добавил Кайшан. Похоже, он тоже понял намерения своего отца.

- Ох, теперь все ясно, - сказал один из дворян. - Мои дети тоже любили прятаться в разных местах, когда были младше.

Я видела, как их подозрения постепенно исчезают.

Шаранте наконец-то понизил голос и сделал знак рукой. Один из рыцарей Симулы шагнул вперед.

- Штокал, выбери несколько рыцарей, чтобы сопроводить детей обратно."

- Да, Ваша Светлость.

- Поговорим позже, Шерина, — тихо сказал он, проходя мимо. Его обычно холодные глаза, сейчас стали еще холоднее.

«Он всегда был суровым, но никогда таким как сейчас.» Было очевидно, насколько он был зол. Он был не просто немного раздражен — он был в ярости. Я всего лишь собиралась только взглянуть на новые руины и вернуться. Я не планировала делать ничего безрассудного и думала, что вернусь в течение часа.

«Честно говоря, я уже больше двух лет сижу взаперти в этом особняке! Я тоже хотела выбраться. Но...» В голову приходили разные оправдания, но из-за гордости я не могла заставить себя ничего сказать. Раз уж Шаранте это не хотел сылшать, то какой в этом смысл?

Опустив голову и замолчав, я увидел, как Шаранте быстро отвернулся.

- Пойдемте внутрь, Ваше Величество, - сказал он.

«Тц. Как мелочно.»

- Хмм, молодой господин Клаун, которого я знаю, не стал бы так поступать, — усмехнулся Император,глядя на Кайшана:

- Но я закрою на это глаза из-за твоей искренности.

Я повернулась, чтобы последовать за Кайшаном и рыцарями.

Вуум.

Внезапно воздух содрогнулся. Я почувствовала, как меня окутывает слабая магическая волна. Магические волны были похожи на движение ветра и были трудны для обнаружения, если только человек не обладал острыми чувствами.

«Что происходит?»

Как только я повернулась, чтобы определить источник магии, невидимая сила схватила меня за талию. Мое тело вдруг поднялось в воздух. Рыцари Симулы протянули руки, когда меня быстро подняло и унесло, но было уже слишком поздно, чтобы поймать меня. Меня потянуло назад, как будто я попадала в вакуум.

- Шерина! - закричал Кайшан.

Ринувшись ко мне, он крепко схватил меня за запястье, когда меня подкинуло в воздух. Теперь, запутанные друг в друге, мы пролетели мимо входа в руины. Шаренте быстро протянул руку, увидев, как мы проносились мимо него, но нас уже затянуло внутрь.

«О, черт! Я крепко влипла! Хуже уже быть не может…» - Подумала я.

Шаренте тут же бросился в проход вслед за нами, что было совершенно не похоже на его обычное спокойствие.

Как только я оказался внутри руин, таинственная сила, которая меня схватила, исчезла. Однако мое тело продолжало парить в воздухе.

Нас швырнуло в пещероподобный проход, который был грубым и каменистым. Я закрыла глаза, приготовившись к удару, но что-то крепкое, но в то же время нежное, неожиданно поймало нас в воздухе. Открыв глаза, я увидела пару мощных рук, которые держали меня и Кайшана за талии.

Кайшан, который вскочил, чтобы защитить меня, все еще держал меня за запястье. Он побледнел от страха, тяжело дышал и смотрел на меня. Я выдохнула с облегчением и подняла взгляд.

- Рани...?

Когда я пробормотал имя Ранианны, мужчина, который нас поймал, посмотрел на меня сверху вниз. Это был паладин, который женился на ней.

- Ты помнишь меня? — спросил он.

Я кивнула, широко раскрыв глаза.

«Конечно, я помню.Это ты отнял у меня мою любимую Ранианну.»

Его суровое выражение лица, похоже, немного смягчилось после моего ответа. Он осторожно поставил меня на землю и отошел, когда мы услышали, как быстро приближаются шаги.

- Кайшан, Шерина!

Голос Шаренте был полон беспокойства. Я автоматически напряглась, услышав свое имя. Он подошел большими шагами наклонился и обнял Кайшана.

Я была поражена. «Я не ожидала, что он произнесет и мое имя.» Я наблюдала, как Шаренте опустился на колени и начал осматривать сына на наличие травм, прежде чем отвернулась.

Вход в руины представлял собой длинную пещеру, похожую на любую другую. Этот туннель, казалось, уходил глубоко под землю. Каждый уровень руин был наполнен монстрами или загадками, написанными на древнем языке. Исследователи должны были побеждать монстров или решать загадки, чтобы спуститься на нижние уровни. Невозможно было узнать, сколько всего этажей в этих руинах, поэтому нужно было двигаться дальше, пока не достигнешь конца. Как только ты входишь внутрь, никто не может покинуть руины, пока не достигнут самого нижнего уровня и исследование не будет завершено. Другими словами, всегда существовал риск умереть.

Тем не менее, Император решил прийти, демонстрируя свою уверенность в своих силах. Поскольку условие было связано с правителями, это имело смысл.

«Интересно, сколько здесь уровней?» - Задавалась вопросом я. Никогда не думала, что действительно попаду внутрь.

- Шерина, с тобой все в порядке? - Уже проверив Кайшана, Шаренте вдруг поднял меня. Мне не нравилось, когда меня поднимали за подмышки. Я зло посмотрела на него, чувствуя дискомфорт, но он меня проигнорировал и начал щупать меня здесь и там, прежде чем снова поставил на землю. Затем он тяжело вздохнул.

- Всё в порядке, лорд Шаренте? — спросил Император, подойдя сзади.

- Вы двое, пока подождите у входа, - сказал Шаренте, рассеянно кивнув на вопрос Императора. Тем временем он схватил меня и Кайшана за загривок и усадил нас у входа в руины. Он определенно выглядел взволнованным.

«Тьфу, моя гордость…» Я пробормотала себе под нос. «Я что, непослушный щенок? Не стоило хватать меня за загривок. Мелочный человек. Теперь, когда мы здесь, все равно не выйдем.»

- Идите, - сказал Шаренте строгим тоном. Он, вероятно, знал, что мы никуда не уйдем, но все равно сказал это из заботы. Прошло много времени с тех пор, как кто-то так переживал за меня.

«Я тоже не хочу сталкиваться с опасностью с этим хрупким телом», подумала я. Почувствовав моё колебание, Кайшан первым протянул руку к входу в руины. Но как только он коснулся их, из них вырвались искры. Лицо Шаренте мгновенно потемнело.

Шаренте потер лоб, как будто у него разболелась голова.

- Что, черт возьми, произошло ранее? — спросил он.

- Я не знаю. Вдруг что-то вроде порыва ветра схватило Шерину, — сказал Кайшан.

«Молодец, ребенок! Точно, Шарент! На этот раз это не моя вина. Эй, что за взгляд? Ты думаешь, что я сделала это специально, да?» Я чувствовала себя несправедливо обвинённой, пока он смотрел на меня с укором. Я энергично замотала головой. «Я невиновна, честное слово!» Я просто стояла там, никого не трогала, а теперь меня обвиняют.

- Я не знаю! — возмутилась я. «Я правда не знаю, что произошло! Честно, понятия не имею. Это так раздражает!»

- Ты должна быть способна выйти. Не так ли? — спросил меня Шаренте. В его голосе слышалась нотка беспокойства.

«Я бы с радостью это сделала если бы могла»

Я протянула руку ко входу в руины. Со мной произошло то же, что и с Кайшаном — посыпались искры, и руины отказались меня выпускать.

«Условием входа было "тот, кто носит корону".» Я и представить не могла, что это может распространяться даже на детей. Моё сознание, в конце концов, принадлежало взрослому, так что в моём случае это ещё можно было понять. Но я совершенно не ожидала, что Кайшану тоже разрешат войти.

«Что ж, он всё-таки Клаун. Похоже, имя носит он не зря.» Хотя он выглядел как глупый ребёнок, в нём была воля взять в руки меч и сражаться, когда это было нужно. Уже одно это делало его необычным, среди обычных людей.

- Остаётся только двигаться вперёд, раз они не могут выйти, а руины их приняли, — пробормотал озадаченный Император. Казалось, он тоже этого не ожидал.

После слов Императора, паладин шагнул вперёд.

- Я позабочусь о леди Шерине.

Пентаграмма в его глазу засветилась ещё ярче в темноте руин.

Между паладином и Шаренте, который в случае опасности сразу рванул бы к Кайшану, первый казался более успокаивающим. «Ранианн, похоже, меня любит.» Я слышала, что её муж сделает всё ради неё, так что, вероятно, он будет хорошо меня защищать. Пока я не использую на нём тёмную магию напрямую, не будет никаких серьёзных последствий от того, что мы будем вместе. В любом случае, мы будем вместе только около недели. «Я полностью согласна с этим.»

- Юриад фон Грачель. - Шаренте произнес его имя с неодобрением. Это было несколько броское имя для обычного паладина, что немного беспокоило.

- Не ожидал, что сам капитан паладинов прибудет сюда, — продолжил он, словно бросая бомбу.

«Черт! Он капитан паладинов?» - размышляла я находясь в шоке от услышанного.

- Никто другой в священном храме не соответствовал условиям для входа в руины, — ответил Юриад, его голос был спокойным, но удивительно холодным, а выражение лица — напряжённым и безэмоциональным.

Шаранта тихонько цокнул языком.

- Давайте не будем устраивать битву характеров, — вмешался Император.

- Как я уже сказал, раз они вошли в руины, значит, они соответствуют условиям. Руины не выпустят их, пока исследование не будет завершено.

Капитан паладинов подошел ко мне и встал на одно колено. Несмотря на то, что он опустился, он все равно возвышался надо мной. Он наклонился еще ниже, чтобы заговорить.

- Пожалуйста, идите сюда, леди Шерина.

Увидев, как он использует такие вежливые выражения, даже обращаясь к ребенку, я расправила руки сдержанно. «Теперь я понимаю, почему Ранианна его любит.» Он никогда не поступит против своих принципов, даже если это будет стоить ему жизни. Такой человек заслуживает доверия. Но если его сделать врагом, такой человек станет опасным соперником, которого невозможно будет поколебать.

- Здесь очень опасно, поэтому никогда не отходите от меня, леди Шерина, - продолжил он.

- Холосо — я с нетерпением кивнул.

«Ах, мне бы тоже хотелось жить с Ранианн.» Она всегда выглядела такой величественной в бою. Я отчетливо поминаю образ её победы над теми, кто смотрел на неё свысока на поле битвы. Честно говоря, я уважала её, хотя она была моим врагом.

Юриад нес меня на руках. Хотя, должно быть, это был его первый раз, когда он держал ребенка на руках, он был на удивление очень искусен. Я думала, что мне будет неудобно, ведь он паладин, но на самом деле это было не так плохо, как я ожидала.

«Раньше я не любила людей с святой силой.» Так как я глубоко изучала тёмную магию, само присутствие таких людей вызывало у меня дискомфорт. Это было инстинктивное отвращение. Но теперь мне не оставалось выбора, как полагаться на него. Ситуация была довольно смехотворной.

- Пойдём, — сказал он. И вот так неожиданно началась экспедиция по руинам.

***

- Это моя первая экспедиция в руины. Довольно интересно. Это ведь и для Вас впервые, маркиз Мюриэль?»

- Да, Ваше Величество. Я постараюсь изо всех сил не быть помехой, — ответил маркиз с легкой улыбкой. Он был тихим человеком и казался немного непримечательным. Я задумалась, как он умудрился попасть в руины. Его светло-каштановые волосы слегка покачивались, пока мы шли. - Есть ли здесь кто-то, кто уже исследовал руины? Только лорд Шаренте и капитан Юриад?

- Двое из рыцарей Симулы тоже участвовали в предыдущих экспедициях, — сказал Шаренте.

Кайшан спокойно шел рядом с отцом. Даже после того, как они прошли значительное расстояние, он не проявлял признаков усталости, что свидетельствовало о его выносливости.

«Он действительно впечатляет. Неужели только у меня такая ужасная выносливость?» В отличие от меня, он с легкостью шел по неровной тропе в пещере.

Повернув голову, я смогла заметить выход из удушливого туннеля. Структура руин всегда была простой. Обычно это был длинный путь, ведущий к просторному, пустому залу в самом конце.

Легкая магия, которую я почувствовала в конце туннеля, заставила меня напрячься. Казалось, я была единственной, кто это заметил, так как все остальные продолжали идти дальше. Если кто-то пострадает или что-то пойдет не так, я, скорее всего, буду чувствовать себя виноватой. Я дернула капитана паладинов за одежду. «Эй, мистер Серьезность, посмотри на меня!»

Он медленно опустил взгляд.

- Что случилось, леди Шерина? — спросил он.

- Онь там! — я указала прямо вперед.

Когда он остановился, остальные последовали его примеру.

- В чём проблема? — спросил Император.

- Что-то плохое находится тамь.

- Здесь темно, она, должно быть, пугается. Не лучше ли, если вы возьмёте её на руки, лорд Шаренте? — произнёс Император с улыбкой. Казалось, он думал, что я просто капризничаю.

«Нет, я не это имела в виду! Там что-то впереди, вы идиоты!» Почувствовав, что моё предупреждение игнорируют, я начала извиваться в руках паладина. Конечно, моя борьба прекратилась, как только он сильнее сжал меня.

- Подождите минуту. - Единственный, кто меня выслушал, был Юриад. Он повернулся и взглянул в ту сторону, куда я указывала. Поняв, что впереди светится нечто странное, он нахмурился. - Похоже, впереди действительно что-то есть.

Он поставил меня на землю и вытащил из-за пояса меч. Он сверкал почти ослепляюще в тусклом свете пещеры. Вместе с голубым сиянием, которое он излучал, я заметила, что на нем выгравированы древние письмена. Этот меч определенно был артефактом.

«Значит, он — владелец артефакта, который хранится в Священном храме.» Похоже, это один из трех артефактов в Империи Хейрен. Каждый из них хранится в Священном храме, герцогстве Клаун и императорском дворце. Я никогда не ожидала, что капитан паладинов окажется владельцем артефакта Священного храма. Я бы подумала, что он принадлежит высокому священнику, но хозяин был прямо рядом со мной все это время.

«Довольно удачно, что у нас есть святой артефакт в руинах, наполненных злыми артефактами.» Темные силы слабее против святых артефактов. Исследование может закончиться раньше, чем мы ожидали.

В руинах, где находились злые артефакты, обязательно были злые существа. Напротив, где присутствовали святые артефакты, в руинах не было злых существ. Вместо этого можно было встретить монстров, загадки или испытания разума.

Монстры и злые существа были разными. Злые существа были более извращёнными, с уродливыми формами. Если монстры имели более-менее правильные очертания, то злые существа были по сути уродливыми. Они источали ужасный запах, а их кровь была угольно-чёрной, заражая всё вокруг даже после смерти.

Капитан паладинов шагнул вперёд.

- Я разберусь с этим.

Он был воплощением праведности. Я задумалась, сможет ли он справиться с этим один, но никто не остановил его.

- У ребёнка, похоже, есть таинственная сила, лорд Шаренте, — заметил Император.

- Она просто немного чувствительна, Ваше Величество.

- Тем не менее, она почувствовала то, что никто другой не смог обнаружить.

Шаренте ничего не ответил на слова Императора. Поскольку его проигнорировали, Император, казалось, стал более любопытным чем раньше и начал осматривать меня. К счастью, Юриад вернулся менее чем через тридцать минут, и я избежала чрезмерного внимания со стороны Императора.

Этот паладин... «Он слишком хорош, что бы быть реальным.» Даже с учетом священного артефакта, он справился с тем существом удивительно быстро. Но даже через час после его победы мы все еще не могли найти вход на следующий уровень руин.

- Здесь ничего нет.

- Здесь тоже ничего.

- Значит, это последний уровень? — спросил Император, не веря своим ушам.

Шаренте и капитан паладинов одновременно покачали головами. Я кивнула в знак согласия с их жестом.

- Нет, Ваше Величество.

- Места с артефактами обычно более украшены или спокойны. Вы сразу заметите, когда мы достигнем последнего уровня.

Император скрестил руки на груди в недовольстве.

Похоже, что этот тип руин был новым для всех нас. Если не было явного входа, нам просто нужно было понять, где его скорее всего могут скрыть. Капитан паладинов, думая то же самое, спокойно начал ощупывать стены большого пространства. Но даже после того, как он обошел всю территорию, никто из нас не обнаружил ничего необычного.

«Что же значит, это "нести бремя короны".»

Я медленно начала ходить зигзагами по полу. Без указателей выхода на стенах нам приходилось искать подсказки на полу. Проблема была в том, что это место погружено в кромешную тьму и слишком велико.

— Шерина, что ты делаешь? — спросил Кайшан.

— Гуляю!

— Гуляешь?

— Угу.

— Может, будем гулять вместе?

«Хм. Нет, спасибо», — подумала я. Но прежде чем я успела отказать, мальчик схватил меня за руку и начал идти рядом. Я подумала, не стряхнуть ли его руку, но решила немного потерпеть, ведь он уже не раз защищал меня раньше.

Остальные уже собрались в одном месте и обсуждали что-то. Игнорируя их, я медленно шла вместе с Кайшаном. Как я и ожидала, на одном участке я почувствовала под ногами магическую энергию. «Может быть, это оно? Следует ли воспринимать условие "нести бремя" буквально? Может быть, сюда нужно приложить определённый вес… Что будет, если я просто попробую это сломать?» «Сколько это нанесёт ущерба?»

Внезапно я услышала странный звук, похожий на всасывание. «Что? Откуда это?» Посмотрев вниз, я обнаружила, что сосу свою старую соску. Опешив, я тут же вынула её изо рта. «Старые привычки умирают с трудом, видимо.»

— Юрие! — я бросилась к капитану паладинов и вцепилась в его ногу. Только тогда он удосужился взглянуть на меня. Этим людям всегда нужны были какие-то драматические жесты, чтобы они обратили на тебя внимание.

«Эй, иди сюда и попробуй это сломать,» — подумала я, дёргая его за штанину. Вместо ответа серьёзный мужчина просто уставился на меня.

— Юрие!

— Да, леди Шелина?

«Ну и посмотрите на этого парня!»

— Вон там! — закричала я, снова потянув его за штанину. Вдруг я почувствовала чей-то взгляд на себе и обернулась. Шарант смотрел на меня с каким-то странным выражением лица.

«Пожалуйста, не за что,» — подумала я. «Я нашла кого-нибудь другого, чтобы докучать! Довольно взрослый поступок, да?»

Шарант поджал губы и сделал шаг в мою сторону.

Я указала на идеально нетронутое место на полу, но капитан паладинов замялся. Казалось, он не спешил отвечать.

— Почему бы вам не взглянуть, капитан Юриад? Благодаря ей мы в прошлый раз прошли дальше, — сказал император. В его голосе слышалась лёгкая насмешка. Нельзя было понять, шутит он или просто не воспринимает ситуацию всерьёз. Это меня немного беспокоило, потому что казалось, будто меня проверяют.

Капитан паладинов наконец сделал шаг вперёд, подчиняясь приказу императора.

— Здесь, леди Шелина?

— Да!

Он опустился на одно колено и коснулся пола там, где я указала, затем вытащил меч и вонзил его в землю. Лезвие пронзило поверхность без усилий, словно разрезая мягкую глину, а не твёрдую поверхность.

Треск! Хлопок!

Посыпались искры. Юриад поморщился и вытащил меч. Он посмотрел на меня с сложным выражением лица, вложил оружие в ножны и поднял меня на руки. Я заметила, как хмурое выражение Шаранта стало ещё мрачнее.

«Ты ревнуешь, потому что я всё решила?» — подумала я, соснув соску нарочито демонстративно и пристально глядя на него.

— Там что-то есть, капитан Юриад? — спросил император.

Капитан паладинов долго молчал, выражение его лица было полным неверия.

— Да, это место зачаровано мощной магией, Ваше Величество.

— Значит, это вход?

— Похоже на то, Ваше Величество. Однако, вероятно, нам нужно найти другой способ войти, а не просто пробиваться силой.

Он был совершенно прав. Заклинания, наложенные на руины, были очень мощными. Если открыть их силой, это могло повлечь за собой последствия. Должен быть иной способ, кроме как просто пробивать землю.

Фраза у входа гласила: «Тот, кто носит корону, несёт её бремя.» Если сосредоточиться на аспекте «бремени», возможно, здесь нужно было соответствовать определённому весу. Теперь вопрос заключался в том, какой именно вес требовался и как мне дать им понять это. Всё всегда было проблемой — возможно, потому что проблемой была я.

«Как объяснить им всё это, чтобы не выглядеть подозрительно?»

Я наклонила голову. Можно было бы притвориться, что остальные догадки — просто интуиция, но разгадать такую сложную головоломку было бы странно для трёхлетнего ребёнка. Как и следовало ожидать, паладин поставил меня на безопасное расстояние от нужного места, словно я не имела к этому никакого отношения.

— Она действительно ребёнок своенравного младшего Клауна? Невероятно, — сказал император.

«Своенравного?»

Я задумалась, какой жизнью должен был жить отец оригинальной Шелины, чтобы его описывали такими жёсткими словами.

— Как ты это нашла, Шелина? — Император теперь явно проявлял любопытство ко мне, произнося моё имя ласковым тоном.

— Эээ… Это… — Я замялась, не зная, что сказать. «Ну, я просто заметила это, потому что я гений, очевидно.» Но так я сказать не могла. — Это было стwанно! — «Какая разница.» «Скажу так.»

В любом случае, я хотела выбраться отсюда как можно скорее. Здесь начинало становиться душно. Игнорируя попытки капитана Юриада держать меня на расстоянии, я побежала обратно к месту, где меч вошёл в землю.

— Ваша Величество! — закричала я.

— Хм? Что ещё? — Император сразу обратил внимание на мой голос и повернул голову. Он подошёл ко мне с намёком на улыбку, ожидая, что будет дальше. Шарант выглядел ещё более недовольным, его хмурое лицо стало ещё мрачнее.

— Мне скучно! Поигwайте со мной! — Чтобы решить проблему коммуникации, я решила донимать его. Я начала задумываться, какой ужасный грех я совершила в прошлой жизни, чтобы заслужить такое наказание. «Ладно, да, я совершила много грехов…» Но это было слишком сурово.

«В любом случае, Ваше Величество, встаньте прямо на это место.»

Увидев разочарование императора, так как мне, казалось, нечего ему показать, я быстро добавила:

— Пожалуйста! Поигwайте с Шелиной! — Я хотела начать с самого «тяжёлого» человека, не в плане физического веса, а с точки зрения королевской значимости.

Император слегка нахмурился, его возбуждение угасло, но он всё же медленно подошёл ко мне. Он выглядел разочарованным, но не отверг меня полностью, возможно, потому что он тоже был отцом.

— Ну ладно, что же мы будем—

Треск, треск.

Как только император встал на место, где стояла я, пол начал рушиться.

«Что? Уже?»

Неужели одного императора хватило, или дело было во мне? Я не могла понять, что происходило.

«Это не может быть—»

— О, нет... — Не успела я додумать, как в земле открылось огромное отверстие, словно зияющая пасть, готовая нас проглотить. У меня не было времени на раздумья, и я провалилась вниз.

«Чёрт возьми!»

«Почему сегодня всё идёт наперекосяк?»

В панике я схватилась за магический камень, закреплённый на моей соске. К счастью, я предусмотрительно прикрепила его на случай чрезвычайной ситуации.

Пытаясь использовать магию, я увидела, как Шарант нырнул за нами в отверстие. Он на мгновение замешкался, заметив появляющийся вокруг меня импровизированный магический круг, затем протянул руку и прижал меня к себе. Бросив взгляд вниз на меня, он попытался вонзить своё копьё в стену, но вдруг остановился и прищурился, будто что-то заметил. Затем его копьё исчезло, превратившись обратно в браслет на его запястье.

Он оттолкнулся от стены, развернулся в воздухе и приземлился на каменные ступени. Вместо того чтобы упасть на дно ямы, мы оказались на какой-то лестнице.

Император грациозно приземлился рядом с нами и отряхнулся. Осознав, что произошло, капитан паладинов и рыцари также прыгнули вниз.

— С ребёнком всё в порядке, лорд Шарант?

— Да, Ваше Величество. Она немного напугана, но в остальном всё хорошо.

«Напугана? Я?»

Я медленно моргнула, осознав, что действительно слегка дрожу.

Шарант глубоко вздохнул.

— Что это, чёрт возьми, было? — Его голос звучал сбитым с толку и немного раздражённым. — Непослушный ребёнок. Перестань бегать повсюду и оставайся рядом со мной.

«Непослушный?»

«Честно говоря, вы нашли путь благодаря мне,» — подумала я.

Когда я надулa губы, Шарант нахмурился. Он вздохнул и мягко похлопал меня по спине.

— Тебе не обязательно всё это делать, — сказал он.

Почему он вдруг это говорит?

— Я имею в виду, нам не нужна твоя помощь. Ты не помогаешь, так что просто оставайся на месте.

Чувствуя обиду, я с раздражением посмотрела на него. «Как это я не помогаю?» «Я же нашла путь!»

Хотя я старалась не обращать внимания, его слова больно задели. Раздражённая, я отвернулась от него.

— Я знаю, что по сравнению с другими детьми ты более особенная и взрослая. Но всем детям нужно время, чтобы просто быть детьми. — Его голос звучал противоречиво, а выражение лица казалось ещё более неуверенным, чем его слова.

Это было совсем не похоже на него. Я никогда не думала, что он может сказать что-то подобное. Удивлённая, я посмотрела на него, а потом быстро отвела взгляд. Это было похоже на раскрытие какой-то глубокой тайны.

Он похлопал меня по спине ещё пару раз и мягко поставил на землю.

— Я уже говорил тебе, что ты будешь в безопасности, если будешь тихо оставаться рядом со мной. Пока ты под моей защитой, я буду охранять тебя с честью дома Клаун.

Его строгие, на первый взгляд холодные слова, несли в себе странное тепло, возможно, потому что я никогда не ожидала услышать нечто подобное от него. В любом случае, это было странное чувство. Я давно не слышала таких слов. Моя жизнь давно превратилась в безостановочную гонку, в которой не было времени даже на сон.

«Быть ребёнком — это хорошо.»

Детям прощают всё, и их защищают все вокруг. «Ты прав, Шаренте. Детство не длится долго.»

«В таком случае, по крайней мере, пока мы находимся здесь, я могу притвориться, что забыла, что я Хелла, а ты — Шаренте Клаун.»

Я кивнула. Лишь тогда Шаренте поднялся выше уровня моих глаз.

- Трудно сказать, талант это или просто удача. Кровь Клаунов, безусловно, необыкновенна, — сказал Император, приближаясь ко мне с улыбкой.

Я слегка отвернулась от его пристального взгляда. «Возможно, теперь лучше действительно помолчать.» Мне совсем не хотелось попасть в немилость императора или допустить, чтобы кто-то узнал, что я могу использовать магию, и устроил из-за этого скандал. Если бы кто-то узнал, что член дома Клаунов способен на магию, это могло бы запятнать честь семьи. Меня, скорее всего, снова сочли бы обузой, а Император мог бы даже увидеть во мне угрозу.

«Насколько я знаю, императорская семья не особо жалует магов.» В конце концов, именно они, вероятно, первыми начали использовать термин "ведьма". Будь то предыдущий Император или нынешний — для меня это не имело особого значения.

Император наклонился и растрепал мои волосы, больше ничего не сказав. Затем он начал спускаться по лестнице, а рыцари последовали за ним.

Неожиданно я услышала, как со входа на второй подземный уровень раздался женский смех. Он был чистым и прекрасным, и, хотя это был всего лишь смех, он звучал почти зачаровывающе. Однако этот звук не казался человеческим.

- Есть ли шанс, что кто-то был здесь до нас? — спросил Император. Тем временем смех продолжался.

Вопрос императора прорезал мое оцепенение и вернул меня к реальности. Я быстро покачала головой, дрожа. «Неужели они еще ничего не заметили?» Когда я внимательно посмотрела на Кайшана, он моргал и с открытым ртом безучастно смотрел на вход на второй уровень. «Они его поймали...»

Я подняла взгляд, но увидела, что Шаренте еще ничего не заметил — он был слишком сосредоточен на Императоре. Почувствовав что-то опасное, паладин снова опустил меня на землю.

Я быстро подбежала и схватила Кайшана за запястье. Дети способны слышать звуки более высокой частоты, поэтому их слух, по сути, более чувствителен. Очевидно, сирены легче очаровывают людей с хорошим слухом. «Но почему это не влияет на меня?» — удивилась я. Ведь я тоже должна слышать высокие частоты.

Испытывая любопытство, я взглянула вниз. На мгновение мне показалось, что пустышка на моей шее испускает слабое свечение. Но оно исчезло в одно мгновение, и я не могла точно сказать, было ли это настоящим или просто иллюзией.

«В любом случае, мне нужно вывести его из этого состояния прямо сейчас.»

- Кайшан! – закричала я.

Шаренте и остальные наконец посмотрели в нашу сторону. Однако, несмотря на мой громкий крик, глаза мальчика, все еще оставались затуманенные и не вернулись в нормальное состояние.

- Кайшан, — позвал Шаренте. Осознав, что что-то не так, он быстро подошел к нам. Он поднял своего сына, который начал извиваться в его руках, и удержал его.

- Позвольте мне взглянуть. - Маркиз Мюриэль шагнул вперед и осмотрел глаза Кайшана.

- Его зрачки расширены, похоже, он под воздействием чего-то. Он находится в трансе, — сказал он.

- Слены! — закричала я, как только маркиз закончил говорить. Все посмотрели на меня. Я сглотнула и повторила:

- Силены!

- Силены? Что это?

«Эй, вы хотя бы стараетесь понять, что я говорю? У вас у всех есть дети, но вы не можете меня понять?» — подумала я.

- Си. Ре. Ны. — проговорила я, четко выделяя каждую букву.

Наконец, группа взрослых, похоже, поняла. Они кивнули.

- А, сирены. Разве это не мифические феи, которые направляют заблудших моряков в море? — спросил Император.

Эти люди ничего не знали о злобных монстрах. Даже Шарент выглядел растерянным. Конечно, обычно они имели дело с людьми, а не с монстрами или другими существами. «Но как мне объяснить им это сейчас?» — подумала я.

- Нет, Ваше Величество, — вмешался Юриад.

- Сирены — это тип зловещих существ. Они очаровывают людей своим голосом, а не чтобы направлять их, как в сказках. Наоборот, они манят их в море, чтобы утопить, а затем съесть. - Его монотонное объяснение было идеальным, каждое слово попадало в цель.

Я вспомнила, что священные храмы часто имело дело с нечеловеческими существами, так как часто проводило обряды очищения. Они, вероятно, знали больше о зловещих существах и монстрах, чем обычные люди. Я энергично кивнула рядом с ним.

- Я пойду и убью их, Ваше Величество.

«Нет, это не надо так делать! До этого ты только что все правильно говорил.» Когда сирен убивают, они выпускают смертельный яд. Он настолько токсичен, что море становится загрязненным и красным, и долгое время становится негодным для жизни. Если такой яд распространится здесь, мы никогда больше не увидим белый свет.

- Неть, низя! — я распахнула руки, преградив капитану паладинов путь. Он остановился, колеблясь.

Император подошел, присел, чтобы встретиться со взглядом, и улыбнулся.

- Почему нет, Шерина? — сказал он, радостно растрепав мои волосы. Его дружелюбный тон казался скрывающим что-то. Будучи Императором, он, похоже, не соответствовал своему титулу. Казалось, что он не воспринимал ситуацию всерьез, как будто смерть не была для него проблемой.

- Не знаю. - На этот раз я решила прикинуться дурочкой.

- У меня болит голова. У меня в голове раздаются голоса. Кто-то там говорит. - Я покачнулась и закрыла уши руками. Да, давайте на этот раз свалим все на странные явления в руинах.

- Кто-то говорит в твоей голове?

- У-у-угу. - Я попыталась выжать слезы, зажмурив глаза и закрыв их руками. «Почему я не могу пролить хотя бы одну слезинку? Обычно я начинала плакать, когда не хотела.»

- У меня болит голова, — снова захныкала я, незаметно прикоснувшись к глазам, чтобы оставить следы слез.

«Черт, за такую актерскую игру мне сто пудингов за это должны дать.» Сдерживая свою ненависть к себе, я шмыгнула носом и терла глаза рукавом, пока они не стали немного красными.

- Ты в порядке, Шерина? — спросил Шаренте. Он присел рядом со мной, все еще держа Кайшана.

- Такое часто бывает в таких местах? — спросил Император.

- Я сам не сталкивался с этим, но в руинах всегда происходят неожиданные вещи, Ваше Величество, — сказал капитан паладинов Юриад.

Шарент кивнул в знак согласия. Конечно, в руинах вещи не всегда имели смысл. Они не подчинялись здравому смыслу. Это были странные места, где часто происходили неожиданные события.

- Понятно. Так что ты слышишь в своей голове, Шерина?

- Говолят, полозить луки на уши. - «Жить в теле ребенка — это действительно тяжело.»

- О, нам нужно закрыть уши?

- Дя!

Я кивнула, и в глазах Императора промелькнуло недоверие.

- Это делает нас уязвимыми для засады, — сказал он.

- Неть! Не смотлите и не слуфайте их. Плосто плодолжайте идти. Тогда всё будет в полядке.

Сирены не атакуют тех, кто не поддается их чарам. Мы будем в безопасности, если не будем смотреть и слушать, а просто продолжим путь. Они нападают только на тех, кто был соблазнен их голосами.

- А если мы их убьем, мы все умлем. - «Если убьем их, все погибнем.»

Император внимательно посмотрел на меня, затем медленно встал. Он, казалось, обдумывал различные варианты, прежде чем наконец улыбнулся.

- Что ты думаешь, лорд Шаренте? Она ведь твоя племянница.

Шаренте ничего не ответил. С таким количеством жизней на кону, он колебался с решением. Конечно, мы могли бы убить сирен и просто попробовать пробиться через яд, но я не выжила бы в этом теле.

- Это то, что голоса в твоей голове тебе сказали? — спросил Император.

«О, мы все еще продолжаем этот спектакль?» Я прикрыла рот, почувствовав, как будто меня поймали. Император медленно кивнул в ответ.

- Думаю, стоит попробовать, Ваше Величество. Если возникнут проблемы, тогда с ними и разберемся, — сказал Шаренте. Решение, похоже, было принято.

Я бы могла объяснить, что я узнала всё это, имея дело с различными руинами, существами и монстрами, но я не могла раскрыть эту информацию. Это было бы слишком подозрительно.

- Я понесу мальчика, — сказал капитан Юриад, взглянув на Кайшана.

Шарент нахмурился:

- Чепуха.

- Если он в трансе из-за злого существа, мне нужно будет его очистить. Как только мы войдем внутрь, мы можем столкнуться с еще большими проблемами.

Капитан был прав. Шаренте на мгновение замолчал, затем цыкнул и передал своего сына капитану паладинов.

- Я буду защищать его любой ценой, — добавил Юриад.

Шаренте не ответил. Он просто нахмурился и поднял меня. «Почему он дуется? Он ведь не ребенок. Ему так не нравится меня носить, или он переживает из-за того, что его драгоценный сын может быть далеко?»

- Всё в полядке, — сказала я. - Я буду защищать тебя.

Шаренте посмотрел на меня, но ничего не сказал.

- Ничего плохово не случится, Шаленте. - «Мы выберемся отсюда живыми, Кайшан поправится, и я когда-нибудь покину семью Клаунов, не запятнав её честь. Всё, о чём ты переживаешь, не сбудется.»

- И я не буду делать ничего, что тебе не нлавится, — добавила я. Даже если я вернусь в тело Хеллы и восстановлю свои силы, я не разрушу семью Клаунов. Я была решительно настроена отплатить им за ту доброту, которую они мне оказали.

- Это всего лишь влеменно. - Я воспринимала это как очень временный союз. - Так что, плосто проделжись немного, даже если ты меня ненавидись, — прошептала я ему на ухо.

Несмотря на мои искренние слова, он ничего не сказал. Он просто тихо пошел дальше, накрыв мои глаза тканью.

Мы вошли в комнату, окружённую водой со всех сторон. Это было всё, что я могла увидеть. Мне пришлось полностью доверить свою жизнь другим, что одновременно пугало и успокаивало.

В конце концов, мы благополучно прошли второй подземный уровень. Голоса сирен становились всё громче, но никто не обращал на них внимания и не поддавался их чарам. Сирены, по своей природе, не стали нападать на нас.

Единственной проблемой стало то, что Кайшан начал больше сопротивляться на полпути. К счастью, капитан Юриад проявил находчивость, полностью укрыв его одеялом, чтобы сирены не могли его видеть. Даже после того, как мы покинули их территорию, мальчик оставался в замешательстве. Он впал в глубокий сон, просыпаясь только, чтобы поесть, и снова засыпая. По словам маркиза Мюриэль, это была всего лишь усталость, и вскоре он должен был прийти в норму.

- Это четвертый уровень? — спросил Император.

После того как мы прошли второй уровень, наше исследование пошло быстрее, чем ожидалось. Казалось, Император понял структуру руин уже после первых двух уровней и с лёгкостью решал последующие задачи. Благодаря капитану Юриаду и его святому артефакту уничтожение злых существ, охранявших каждую зону, оказалось достаточно простым.

Интеллектуальные испытания решали Император, Шаренте и маркиз Мюриэль. Несмотря на то что наша группа была небольшой и собранной наспех, она оказалась сбалансированной и ни в чём не нуждалась.

- Теперь я понимаю цель этих руин. Кажется, они испытывают добродетели правителя, — продолжал Император.

Когда мы добрались до четвёртого уровня, нам пришлось пройти через комнату, оформленную в виде шахматной доски. Третий уровень требовал сражений и решения головоломок с использованием частей, добытых у злых существ, тогда как четвёртый представлял собой гигантскую шахматную доску, на которой нужно было выиграть, чтобы пройти дальше.

После второго уровня никто больше не нуждался в моей помощи для решения задач. Как и предложил Шаренте, я просто сохраняла молчание.

«Это вообще возможно...?» Удивительно, но наша группа добралась до последнего уровня всего за два дня, даже несмотря на то, что с нами были двое детей. Хотя в этих руинах было меньше уровней, чем в других, выдающиеся способности исследовательской группы сыграли ключевую роль.

Всё, что я делала, — это спала, когда уставала, ела ту пищу, что мне давали, затем снова дремала, и просыпалась на звуки продолжающихся сражений. Каждый раз, когда я просыпалась, передо мной лежали тела нескольких злых существ, разбросанных по земле. Я уже привыкла к их зловонию. Порой Император нес меня, явно развеселённый моим присутствием.

- Шалент… — Глядя на этих безупречно одетых людей, исследующих руины, я вспоминала свои прошлые трудности. Меня охватило чувство тоски по дому.

Когда я в очередной раз поторопила Шаренте, жалобно произнеся его имя, он слегка нахмурился:

- Это невежливо, — сказал он.

«Что? С чего вдруг?»

- Надо говорить «дядя», — уверенно добавил он.

«Почему он вдруг решил, что его нужно называть «дядей»? Когда я хоть раз так его называла? Никогда!»

- Быстлей! — настаивала я. «Да забудем об этом. Давайте просто побыстрее найдём артефакт и выберемся отсюда. Здесь темно, душно и жутко.» Кто бы мог подумать, что я окажусь заперта в руинах после того, как покинула особняк?

Когда я вздохнула, Шаренте нахмурился. «Ты серьёзно, Шаренте? Прямо сейчас?»

- Дядя… — протянула я с недовольством.

- Значит, и я теперь дядя? — вмешался Император, делая шаг ко мне. — Мне тоже хотелось бы, чтобы меня называли «дядей», Шерина.

Хмурый взгляд Шаренте стал ещё мрачнее.

«Что происходит? Они тут все с ума сошли от того, что застряли в руинах? Или невидимый яд из территории сирен повредил их мозги?»

- Шерина? — вновь обратился ко мне Император. У меня по спине пробежал холодок. Каждый раз, когда он становился дружелюбным, это напоминало ощущение змеи, обвивающей шею. Может, это инстинктивное чувство страха. Он всегда был таким?

Я глубоко вздохнула.

- Дядя… — прошептала я сдаваясь.

Когда я робко подчинилась просьбе Императора, брови Шаренте взлетели вверх от удивления. Его недовольный взгляд тут же упал на меня. «Почему ты так на меня смотришь? Я просто пытаюсь выжить. Его улыбка меня пугает.»

Император с озорным видом похлопал Шаренте по плечу.

- Не унывайте, лорд Шаренте. Похоже, вы не слишком ладите со своей племянницей. По крайней мере, в сравнении со мной, её новым дядей.

- Почему вы должны быть ее дядей, Ваше Величество?

- Может, тогда я стану её крёстным отцом, — задумчиво произнёс Император.

Когда Шаренте фыркнул, он лишь пожал плечами и продолжил:

- У нас ведь особая связь, не так ли?

- Избавьте меня от таких ужасных слов, Ваше Величество, — резко ответил Шаренте.

Несмотря на резкий и неуважительный ответ, Император остался невозмутим:

— Хорошо, лорд Шаленте, — передразнил он моё плохое произношение, из-за чего глаза Шаренте сузились. Было неприятно видеть, как его красивое лицо морщится. Шаренте не заслуживал такого обращения, особенно учитывая, что он заботился обо мне. К тому же мне совсем не нравилось, что Император насмехается над моим произношением.

— Дядя! — воскликнула я. «Вот, пожалуйста. Только не смотри так подавленно.»

Губы Шарента слегка дёрнулись, а глаза снова сузились.

«Ты же сам просил меня так себя называть!» — подумала я. «Честное слово, что за странный взгляд?»

Не говоря ни слова, он снова зашагал вперёд, неся меня на руках.

В конце узкого, похожего на лабиринт прохода мы оказались в просторной зале. В центре комнаты возвышался каменный пьедестал с великолепным троном. На сиденье трона лежала корона с мягким серебряным блеском, которая не потускнела, несмотря на прошедшие века. Она была украшена камнями, напоминающими сапфиры, а в центре находился большой небесно-голубой камень, сверкавший ослепительно. Корона, судя по всему, была артефактом руин.

- Это артефакт? - спросил Император.

- Да, Ваше Величество.

- Довольно просто. Она выглядит как самая обычная корона, — заметил Император.

Мастерство исполнения было изысканным и прекрасным, особенно учитывая, что она была создана в древние времена, но ничего поразительного в ней не было. Такую корону вполне могли бы сделать и в наше время.

- А как именно стать владельцем артефакта? — поинтересовался маркиз Мюриэль.

- Артефакты должны принять своего владельца, — ответил капитан Юриад.

- Что вы имеете в виду под «принять»?

- Если артефакт не отвергает вас, когда вы пытаетесь его взять, значит, вы становитесь его владельцем.

Владение артефактом определялось тем, насколько хорошо человек соответствовал условиям руин. Руины отсеивали подходящих кандидатов, а затем артефакт выбирал наиболее подходящего из них.

Раньше я уже завладела двумя злыми артефактами, найденными в руинах под названиями «Башня Жадности» и «Сезон Смерти».

У меня также был ещё один святой артефакт, который так и не смог найти хозяина. Руины, где он находился, принимали только тех, кто соответствовал условию «мудрейший», но настоящим условием для владения артефактом оказалось «чистейший». В итоге среди тогдашних исследователей не нашлось подходящего владельца. Обычно руины не позволяют выйти, пока артефакт не выберет хозяина, но в некоторых случаях выход открывается, даже если никто не был выбран.

- Ваше Величество, попробуйте первым. Условие здесь — «тяжелейший».

- Думаю, речь идёт не о буквальном весе, верно?

Капитан Юриад кивнул. Действительно, условие не имело отношения к физическому весу. Хотя я не была полностью уверена, судя по надписям на первом этаже, проход открывался тем, кто несёт наибольшую ответственность как правитель. Поэтому Император снова был самым вероятным кандидатом. «Он действительно несёт величайший груз власти.» «Тяжелейший» должно означать наивысшую ценность как короля.

Что бы это ни значило, это никак не касалось меня. «В конце концов, это не мой артефакт», — подумала я.

Зевнув, я села на пол. Кайшан, теперь более настороженный, подошёл и сел рядом со мной. Он всё ещё потирал глаза, сонно осматриваясь. «Он тоже весьма впечатляющий», — подумала я. Несмотря на всё, он никогда не плакал. Он просто продолжал идти в тяжёлое путешествие и не требовал, чтобы его носили большую часть времени. Раньше я думала, что он просто капризный ребёнок, но теперь я увидела его в другом свете.

Треск! Хлоп!

Когда Император попытался поднять корону, она отвергла его. Несмотря на все его усилия удержать её в руках, это оказалось бесполезно. Он отпустил её только когда воздух наполнился запахом горящей плоти.

- Я надеялся получить свой собственный артефакт, но, увы, — сказал он, глядя на обожжённые ладони. — Отказ оказался сильнее, чем я ожидал.

- Артефакты нельзя заставить, Ваше Величество, — сказал Юриад. Они ведь не имеют воли и не могут быть принуждены.

Я была удивлена, что Император не дрогнул, несмотря на ожоги. «Неужели он не чувствует боли?» — подумала я. В любом случае, он сказал, что «надеялся» получить артефакт. Значит ли это, что артефакт, хранимый в императорской семье, не имеет владельца, или он принадлежит кому-то другому, а не Императору?

После того как Император был отвергнут, каждый по очереди пытался взять корону. Она отвергла всех присутствующих, пока не остался только капитан паладинов.

Когда остальные были отклонены, Император громко рассмеялся.

- Капитан Юриад, — сказал он.

Паладин, молча стоящий сзади, нахмурился. Он медленно покачал головой.

- Я не буду пробовать. Как тот, кто служит под божественной защитой, я не могу прикоснуться к чему-то, что принадлежит злу, — его голос был твёрдым.

Император сверлил его взглядом. Если артефакт не найдет хозяина, никто не сможет покинуть руины.

- Мы не сможем уйти, капитан Юриад. Вы хотите, чтобы мы погибли ради ваших убеждений?

Губы капитана паладинов сжались. Он посмотрел на правителя с суровым лицом, затем взглянул на злой артефакт. Действительно, он и священный храм находились под защитой Императора. Он вынужден был уступить.

- Я сделаю это, — сказал он. Очевидно, он считал, что пожертвовать собой — лучше, чем позволить многим погибнуть. Он был более праведным, чем я думала.

Медленно он протянул руку к короне.

Треск

Однако, даже прежде чем рука капитана паладинов смогла коснуться короны, артефакт яростно отверг его. Без возражений он отдернул руку. Раз было очевидно, что он не избранный, не имело смысла пытаться силой.

— Обычно, если артефакт не выбирает владельца, он становится доступным для прикосновений любого. Это странно, — сказал Император, озадаченный.

Как правило, если артефакт не находил себе хозяина, он деактивировал защитный барьер, и его можно было брать в руки до тех пор, пока он снова не запечатывался в ожидании нового претендента. Хотя такие случаи были редки, они не считались невозможными.

- Я никогда раньше не сталкивался с подобной ситуацией.

- И я тоже, - хором сказали Шаренте и капитан Юриад, оба кивая. Шаренте, казалось, пытался вспомнить похожие случаи, но ничего не находил.

- Что происходит в таких случаях? - спросил Император.

- Когда артефакт не выбирает владельца, его защитный барьер исчезает, и вход в руины открывается, — ответил Юриад. — Но здесь ничего подобного не происходит.

Никто не мог удерживать артефакт дольше секунды. Император встретил наименьшее сопротивление, но даже после нескольких попыток результат оставался прежним. Никто другой не мог даже приблизиться к тому, чтобы поднять корону.

- Остаются только ваш сын и племянница, лорд Шаренте, — заметил Император.

На эти слова Шаренте повернул голову, как будто вспомнив о забытом присутствии. Он посмотрел на меня, растерянный.

Я сидела на полу, вытянув ноги, и стучала по ним маленькими кулачками. «Что? Что тут происходит?» Я ведь даже особо не ходила, а ноги уже устали. Даже простоять двадцать-тридцать минут оказалось сложно. Казалось, будто в них уже начинаются судороги.

- Возможно, артефакт все еще сохраняет свой барьер из-за того, что не вся исследовательская группа была отвергнута, — прозвучал чей-то голос.

- Но они дети, Ваше Величество.

- Конечно, но и моя дочь тоже еще ребенок.

Шаренте замолчал, а я насторожилась. «Ух ты... Принцесса — владелица артефакта в императорском дворце? Это действительно впечатляет.»

Значит, у этой юной девушки был собственный артефакт. Во дворце всегда утверждали, что их артефакт не нашел себе хозяина, и я тоже в это верила. Но, похоже, артефакт все это время имел избранного владельца. Я понимала, почему Император держал это в секрете. Ребенок казался чистым, хотя и немного упрямым и доставляющим хлопоты.

«Мудрое решение — оградить ее от бремени артефакта.»

Будь то святой артефакт или злой, его владелец неизбежно попадал в водоворот неприятностей. Существовало два способа стать обладателем артефакта: либо получить его, исследуя руины самостоятельно, либо убить текущего владельца. Если у артефакта уже был хозяин, им можно было завладеть, убив его владельца, после чего право собственности передавалось новому человеку. Считалось, что таким образом артефакт признавал убийцу достойным через сам акт убийства, хотя лично я находила эту теорию абсурдной.

- Если будут искры, они просто сразу уберут руки. Не волнуйтесь, — сказал Император. Он был прав. В моей прошлой жизни, когда я была Хеллой, каждый исследователь сталкивался с отказом, прежде чем мы могли даже прикоснуться к святому артефакту в руинах, куда я вошла. Слушая Императора, Шаренте переводил взгляд то на Кайшана, то на меня.

«И что теперь? Ладно, я могу проверить первой, чтобы убедиться, что это безопасно. Я готова пожертвовать собой ради этого беспокойного отца, который явно сильно любит своего сына. Ах, тяжкая доля быть незаконнорожденным ребенком.»

- Я буду пел…

- Кайшан, иди сюда. Сначала ты попробуй прикоснуться к короне, — перебил Шаренте, едва я успела подняться.

Застигнутая врасплох, я широко распахнула глаза и подняла взгляд. Шаренте бросил на меня краткий взгляд, прежде чем поднять Кайшана на руки.

«Что за дела? Это на него совсем не похоже. Ты ведь не такой человек, Шаренте?»

Кайшан колебался, но все таки протянул руку к короне.

Шшш. Треск.

Маленькие искры вылетели наружу. Шаренте сразу же отдернул своего сына назад, а затем подошел ко мне. Он поднял меня на руки и направился к короне. Я с нетерпением вытянула руку, но он слегка нахмурился.

- Если будет щипать, сразу отпусти.

«Да-да, я поняла», — мысленно отозвалась я, рассеянно кивнув, пока он подносил меня ближе к короне. Я продолжала тянуться к ней. «Давайте покончим с этим и вернемся домой.»

Однако привычного звука шипения и искр не прозвучало. «Что? Такого быть не может.» Артефакт приближался все ближе. Наконец, мои пальцы коснулись его, но искры так и не появились. Я схватилась за артефакт, и тот издал слабое сияние. Отказа не последовало. Вместо этого голубой свет засиял от короны и потек в мое тело.

«Черт, ну всё, я влипла.» Я искренне хотела выругаться на результат.

- Ах, вот как, - голос Императора, пропитанный разочарованием, заставил меня похолодеть. Шаренте, казалось, потерял дар речи. Я тоже не могла ничего сказать. Корона ярко мерцала в моих руках.

- Я знал, что она не обычный ребенок, но даже представить не мог, что артефакт выберет ее, — произнес Император.

Почему его голос звучал таким холодным? «Неужели он собирается убить меня и забрать артефакт?» — мелькнула мысль. Я не знала, станет ли Шаренте меня предавать. «Он может позволить Императору забрать меня в обмен на целую шахту.»

Одна лишь мысль об этом была ужасна. Я понятия не имела, какую ценность я представляла в данный момент и насколько был ценен незаконнорожденный ребенок из могущественной семьи герцога. Шаренте наверняка будет непросто отказаться от того, что предложит ему Император.

Тем не менее, артефакт был у меня в руках, так что, возможно, меня будет не так-то просто одолеть. Я нервно смотрела в лицо Шаренте. Вдруг моя рука двинулась сама по себе. «Что? Что происходит?»

Артефакт взял под контроль мое тело. Прежде чем я осознала, корона уже оказалась у меня на голове.

— Шерина! — закричал Шаренте.

Как только корона коснулась моей головы, я почувствовала, будто мой череп вот-вот лопнет. Всё тело охватило пламя, а голова стала невыносимо тяжелой.

— Ух... — Я с трудом удерживала сознание.

Шаренте, кажется, тоже почувствовал жар. Его лицо исказилось в глубокой хмурости. Даже такой гордый человек, как он, тяжело задышал, что говорило о том, насколько жар был невыносим. От моего тела, казалось, поднимался пар, пока он держал меня.

Капитан Юриад решительно подошел и схватил Шаренте за руку. Лицо Шаренте тут же напряглось, его взгляд стал холодным и твердым.

- Посадите ребенка на трон. - сказал Юриад.

- О чем ты говоришь?

- Колона лежала на троне.

После этого объяснения Шаренте немедленно уладил меня на трон. Из-за жара мое зрение стало не четким, но прохладное сиденье трона приятно охлаждало мое тело.

«Разве ребенок способен выдержать такой жар?» — задумалась я. Всем было ясно, что это ненормально. Пар, поднимающийся от тела, явно не являлся чем-то обычным. Неудивительно, если бы я уже каким-то образом умерла.

Бам!

Внезапно вход, через который мы пришли, захлопнулся.

— Шерина, держись, — сказал Шаренте.

— Ах...

— Шерина! — Он прижал меня к себе.

Пока он обнимал меня, он не переставал гладить меня по спине и говорить, что все будет хорошо. Я попыталась вставить саркастическое замечание, но мой рот будто жил собственной жизнью.

- Пвотекь да кинг... — вдруг произнесла я на древнем языке.

«Что это было?» Я ничего не говорила, но мой рот двигался против моей воли. Шаренте нахмурился, явно понимая, что это древний язык.

- Шерина?

- Деожи мячиь фоь кинга, котоьый несёт блемя колоны, — продолжала я.

«Серьёзно? Если уж артефакт собирается управлять моим телом, он мог бы хотя бы исправить моё произношение! Какой смысл создавать такую серьёзную атмосферу, если я звучу так нелепо? Это даже не смешно.»

Очевидно, даже мощная древняя магия не смогла справиться с моим неуклюжим языком. «Какая жестокая шутка!»

Шарент встал, осознав, что я не действую по собственной воле.

- Что говорит леди Шерина? — спросил маркиз Мюриэль.

- Это похоже на древний язык, но произношение трудно понять, — заметил Император.

Такова была природа древнего языка. Его произношение было по своей сути сложным, и даже небольшая ошибка могла полностью исказить смысл. В таких случаях единственным вариантом было сосредоточиться на медленном и тщательном произношении каждого слова.

Капитан Юриад подошел ближе.

- «Защитите короля. Поднимите мечи за короля, который несёт бремя короны», — произнес он своим обычным сухим тоном, привлекая всеобщее внимание.

Несмотря на внезапный интерес к нему, он оставался спокойным.

- Похоже, это то, что она сказала, — заключил он.

- Хорошая работа, капитан Юриад!

- Молодые клирики часто испытывают трудности с произношением древнего языка.

- Ах, верно. Священный храм использует только древний язык, — заметил Император.

Несмотря на похвалу, выражение лица паладина осталось неизменным.

«Как человек может быть таким бесцветным и стoическим?» — удивлялась я. Он напоминал могучее старое дерево — стойкое и непоколебимое.

- В любом случае «Защитите короля», да? Раньше я слышал это только, стоя рядом с покойным Императором. Такое ощущение довольно ново, — сказал Император, поглаживая подбородок и глядя на меня.

Казалось, он размышляет, как меня расчленить или поглотить, что делало его веселое выражение лица ещё более пугающим. Я хотела покачать головой, чтобы опровергнуть эти мысли, но не могла даже пошевелить пальцем.

«Что за ерунда… Создатель этих руин был одержим идеей стать королем?»

- «Взойди над плеступлениями, о кололь,» — сказала я. «Иди по мелтвым телам. Золотой твон над окровавленной землёй пвинесёт тебе пвосветание.»

После моего жалкого монолога с ужасным произношением все снова обратили свои взгляды на капитана паладинов.

«Что, теперь он мой переводчик?» — подумала я раздражённо. «Неужели моё произношение действительно настолько неразборчиво?»

- «Взойди над преступлениями, о король...»

«И ты!» — мысленно уставилась я на Юриада. «Не надо произносить это так буднично, будто всё в порядке. Это звучит настолько мрачно!»

— «Иди по мертвым телам. Золотой трон над окровавленной землёй принесёт тебе процветание.»

Как только он закончил говорить, из земли начали подниматься тёмные фигуры. Это были теневые, полупрозрачные человеческие образы, вооружённые мечами, щитами и посохами, все они смотрели прямо на меня.

«Кто они такие?» — подумала я в ужасе.

Капитан Юриад обнажил свой меч. Шаренте уже выхватил своё копье, наполняя его магией. Древние буквы ярко засияли красным вдоль древка.

«Так вот, что это за артефакт», — подумала я.

Копье было священным артефактом семьи Клаун. Я подозревала это ещё тогда, когда оно превратилось в браслет, но видеть, как на твёрдом металле светятся древние письмена, всегда было захватывающе. Я и представить не могла, что увижу сразу два артефакта Хайренской Империи, не говоря уже о том, чтобы узнать, кто является владельцем артефакта императорского дворца.

Маркиз Мюриэль и рыцари также обнажили свои мечи. Император, казалось, намеревавшийся оставаться в стороне, подошёл ближе ко мне и скрестил руки на груди.

С этого момента битва началась.

***

Пять часов. Именно столько времени понадобилось, чтобы одолеть бесконечно возникающих теневых монстров. Всё это время мне приходилось сидеть на холодном, твёрдом троне. Император оставался рядом, уничтожая любые тени, которые прорывались через оборонительную линию остальных.

Тени напоминали призраков. Обычные атаки проходили сквозь них, и они исчезали только под воздействием магически усиленных ударов. Проблема была в том, что как только одна тень исчезала, её место тут же занимала другая.

Одна из теней оставила меня безмолвной. Она выглядела как тот, по кому я сильно скучала, кто часто появлялся в моих снах. Когда я увидела, как тень размахивает посохом и творит заклинания, я поняла, что значит «бремя короны».

Он был одним из тех, кого я убила, когда была Хеллой.

«Призраки – это все люди, которых я когда-то убила...»

Моё сердце колотилось. Оно билось так быстро, что казалось, я теряю рассудок. Эти бесчисленные тени были всеми, кого я убила, а «бремя короны» относилось к тем, кто умер ради моей выгоды.

Я узнала лишь немногих, но, прямо или косвенно, все они погибли по моей вине. Когда я осознала это, мой разум словно опустел. Я опустила голову и беззвучно рассмеялась.

Столкновение с этой массой теней было жестокой реальностью. Даже когда они все исчезли, чувство оставалось прежним.

- Шерина.

Я медленно подняла голову на знакомый голос, зовущий меня по имени. Передо мной стоял Шаренте. Несмотря на то, что он уничтожил сотни теней, он остался невредим — тени не истекали кровью, когда их убивали.

- Ты всегда начинаешь сосать эту соску, когда нервничаешь, — сказал он.

«Неужели я всё это время сосала пустышку?»

Опустив взгляд, я увидела свою старую соску у себя во рту. Я не помнила, чтобы клала её туда, но она излучала мягкий голубой свет.

«Может ли это быть... артефакт?»

На её поверхности слабо светились древние буквы, слишком тусклые, чтобы заметить их без пристального взгляда.

«Серьёзно? Не может быть. Пустышка всё это время было артефактом? Эта старая, грязная штуковина?»

Я никогда не видела артефакта, который выглядел бы настолько старым, потертым, убогим и бесполезным.

Несмотря на моё молчание, Шаренте протянул ко мне руки. Я не могла произнести ни слова.

- Ты справилась. Иди сюда, Шерина.

«Что я сделала?» — я хотела спросить его об этом, но не могла заговорить.

«Я ничего не сделала. Это ты страдал из-за моих прошлых поступков.»

Наконец, я едва заметно пошевелила пальцами. До этого я не могла ими двигать, но теперь они двигались с лёгкостью.

- Ах... — мягко выдохнула я, наконец-то издав хоть какой-то звук.

Соска выпала у меня изо рта и теперь болталась на шнурке у меня на шее.

«Как я умудрилась сосать её, даже когда не могла двигаться?»

Я не хотела даже об этом думать. Подняв голову, я увидела перед глазами размытый силуэт.

«Это сила артефакта?»

Я видела сердце Шаренте. Мне казалось, что я могла бы сжать его, если протяну руку. Его сердце билось медленно, показывая, что он сейчас был спокоен.

Я повернула голову и увидела капитана паладинов, Императора, маркиза Мюриэля, клириков и рыцарей.

Я протянула руку к Шаренте. Хотя он слегка нахмурился, он не уклонился. Моя рука прошла сквозь его тело и коснулась сердца. Его плечи резко содрогнулись, и я безучастно взглянула на него.

«Вау, я действительно как монстр», — я невольно рассмеялась.

Сколько бы раз я ни меняла тела, мой путь оставался прежним. Я продолжала искать тёмную магию, проливать кровь ради мести и причинять боль семье Клаун.

- Похоже, её рука просто прошла сквозь вас, лорд Шаренте, — сказал Император.

Но Шаренте молчал, только смотрел на меня.

Я же не могла сосредоточиться на этом. Я видела другие полупрозрачные фигуры вокруг себя. Они тоже напоминали призраков. Хотя их формы были человеческими, они скорее походили на духов.

«Корона Владыки.»

У меня было смутное представление о том, на что способна эта корона. Она позволяла видеть невидимое, касаться нематериального и использовать духов мёртвых. Похоже, именно в этом заключалась сила артефакта. И он выбрал меня своей обладательницей — ту, кто несёт на себе самые тяжкие грехи здесь.

- Дядя, я спать хочу, — пробормотала я.

Я больше не хотела ни о чём думать сегодня. Просто хотела побыть обычным, ни о чём не подозревающим ребёнком.

Когда я протянула руки, Шаренте молча обнял меня. Его тепло было приятным.

Если задуматься, даже когда я была Хеллой, иногда мне хотелось опереться на кого-то вот так. Но тогда я не могла ни к кому протянуть руку, и никто никогда не предлагал помощи.

Все вокруг были врагами, я постоянно находилась в шатком положении, и слишком многое вызывало у меня тревогу. Бесчисленные глаза наблюдали, осуждали и оценивали меня, часто обсуждая меня за моей спиной.

«Иногда быть ребенком неплохо. Я могла хотя бы прикрываться образом малыша». Я никогда не думала, что найду тот долгожданный покой о котором так долго мечтала в объятиях Шаренте, учитывая, что всю свою жизнь считал его врагом.

«Ты не умрешь спокойно, и смерть не принесет тебе облегчения. Ты абсолютно отвратителена. Моей величайшей ошибкой было когда-либо принять кого-то вроде тебя».

Почему я всегда вспоминаю слова своего учителя в такие моменты? «Кажется, я действительно буду страдать даже после смерти, как ты и говорил, Учитель. Но даже если бы я вернулась назад, я бы поступила так же и сделала бы тот же выбор. В то время мой мир был разделен на «убить или быть убитым». Война не была законена. Мне приходилось рыскать среди трупов, сражаться с воронами и зверями за еду и прятаться, чтобы выжить. Тебе тоже приходилось жить как демону, чтобы выжить. Ты первым попытался убить меня. Так что не вини меня за то, что я убила тебя первой, Учитель.»

Я медленно закрыла глаза, думая о том, кто появился в виде тени и не переставал метать заклинания. Чувствуя лёгкое смущение, я приготовилась уснуть с соской во рту. Я не могла сопротивляться сонливости, которая наполнила меня спокойствием.

Шерина заснула, ее дыхание было тихим и ровным. Шаренте осторожно поправил ее, чтобы она могла удобнее устроить голову на его плече, и она тихо вздохнула.

- Сила артефакта слишком опасна для ребенка, — сказал Император.

- Ну, он выбрал Шерину своим владельцем, — ответил Шаренте.

- Почему бы вам не продать ребенка мне, лорд Шаренте? — спросил Император.

Глаза Шаренте расширились от предложения. Его выражение лица тут же стало холодным, заставив Императора слегка усмехнуться.

- Я, разумеется, не жду, что вы отдадите ее просто так, — продолжил Император.

- В будущем вы можете попросить взамен что угодно.

- То есть вы по сути просите меня передать вам артефакт.

- Я слышал, вы не особо ей дорожите. Разве она не незаконнорожденная дочь вашего проблемного младшего брата?

Лицо Шаренте стало жестким от предложения Императора. Капитан паладинов сжал кулаки и шагнул вперед с твердым выражением неодобрения.

- Я не понимаю, что вы пытаетесь сказать, Ваше Величество, — произнес Шаренте.

- Я всего лишь предлагаю обмен. Разве я выразился слишком сложно? — небрежный тон Императора вызвал у Шаренте хмурое выражение лица.

Кайшан подошел и схватил отца за штанину. Шаренте взглянул на него, а затем снова перевел взгляд на Императора.

- Этот ребенок не является товаром, Ваше Величество.

- Если этого недостаточно, назовите свою цену.

Выражение лица Шаренте стало еще холоднее. Его прежняя расслабленность сменилась напряжением. Император сузил глаза, наблюдая за ним.

- У меня нет намерения отдавать ребенка. Пожалуйста, не переступайте черту, Ваше Величество.

- Но разве момент не идеально подходит? Люди подумают, что она погибла, исследуя руины.

- Я отклоняю ваше предложение, Ваше Величество.

- Неужели вы вдруг начали заботиться о ребенке из-за артефакта? — Император смотрел на Шаранта с вызовом.

Шаренте нахмурился и крепче прижал Шерину к себе.

- Ваше Величество…

- Она даже не зарегистрирована в вашей семье. Ее нет на бумаге, так что можно считать, что она уже мертва. Не понимаю, в чем проблема.

Шаренте не ответил. Несмотря на попытки Императора вывести его из себя, он оставался хладнокровным на провокации и молчал долгое время.

- Значит, вы не хотите отдавать ее, но и не хотите оставить себе? — голос Императора был полон упрека

- Это на вас не похоже. Такое малодушие, лорд Шаренте.

Шаренте не смог ничего ответить, даже на прямое оскорбление. В глубине души он понимал, что действительно не торопится регистрировать ребенка. Более того, зарегистрировать Шерину под именем Балиана было невозможно. Он был мертв, а законы империи запрещали регистрировать ребенка под именем умершего.

Ребенка можно было зарегистрировать под именем родителя только до его смерти, но не после. Поэтому, чтобы зарегистрировать Шерину, нужно было указать живого опекуна.

Император, похоже, довольный сложившейся ситуацией, отступил, не настаивая дальше. Было сомнительно, действительно ли он изначально стремился заполучить артефакт.

- Если бы я хотел убить ее, я бы сделал это давно, — сказал Шаренте.

Если бы он действительно намеревался избавиться от нее, то сделал бы это еще тогда, когда она устроила беспорядок в саду, задолго до того, как стало известно, что она является обладательницей артефакта.

Император усмехнулся, а Шаренте молча пошел за ним. Он опустил взгляд на ребенка, мирно спящего у него на руках. Только во сне она казалась спокойной.

«Она действительно необычный ребенок.»

Шаренте находил Шерину странной. В отличие от большинства детей, которые в моменты беды плачут или тянутся к своим родителям, она всегда пыталась справляться сама. Он был ошеломлен, когда увидел, как она инстинктивно схватила свой обработанный магический камень и попыталась использовать магию вместо того, чтобы обратиться к нему за помощью, когда упала в подземелье.

Шаренте вдруг осознал, что ребенок не видит в нем человека, которому можно доверять. У нее не было опекуна, поэтому она никому не доверяла и ни на кого не полагалась. Когда ей требовалась помощь, она обращалась к Юриаду, а не к нему.

«Казалось, я видел баронессу Салливан среди теней…» — подумал он.

Он не мог быть уверен, но силуэт и поведение тени напоминали ее. Ему также показалось, что он видел директрису приюта.

«Кто ты на самом деле?» — задался он вопросом, глядя на нее.

Была ли эта девочка действительно такой же, как все остальные дети? Если она была обычным ребенком, как тогда объяснить все те необычайные вещи, которые она сделала? Голова болела от попыток распутать эту загадку.

- Если вы зарегистрируете ее как свою дочь, то рассмотрите ли возможность выдать ее за принца в будущем? — спросил Император.

Выражение лица Шаранта помрачнело, словно он только что попробовал что-то неприятное на вкус. Одна лишь мысль о помолвке Шелины с высокомерным маленьким принцем вызывала у него отвращение. Даже если бы она сама этого захотела, он был бы категорически против.

- Брак? Не говорите ерунды.

- Значит, регистрация ее как вашей дочери не ерунда?

Шаренте промолчал. Слова Императора задели его. Это была одна из причин, по которой он не любил этого человека. Не желая продолжать разговор, Шаренте направился прочь из руин.

«Ранианн была бы разочарована», — подумал Юриад. Его лицо было мрачным, так как он подслушал их разговор.

***

- Хочешь, чтобы я зарегистрировал тебя как свою дочь? — спросил Шаренте.

Прошла неделя с момента нашего возвращения из руин. Шаренте, как всегда, зашел в мою комнату, отослал Веру и забрал у меня ложку, прежде чем задать свой вопрос.

Хотя мне не очень нравилось, что он меня кормил, я уже привыкла к этому. Я открыла рот, чтобы принять ложку с едой, но внезапно замерла от его неожиданных слов.

«Ох, ну вот опять.»

Еда упала на пол с мягким «шлеп». Лицо Шаренте на мгновение выразило раздражение. Он тихо вздохнул, вытер все платком и отложил ложку в сторону.

- Я подумаю вписать тебя в семейный реестр как своего ребенка, — сказал он.

Я наконец смогла отвлечься от воспоминаний о тенях и снова наслаждаться вкусной едой и сладкими десертами. Но теперь...

«Я правильно услышала? Или он окончательно лишился рассудка?»

- Нет, — ответила я.

«Ой, это прозвучало слишком резко.»

Шаренте напрягся от моего ответа.

«Ну, это ты говоришь чушь! Я ничего плохого не сделала», — я надулась и отвернулась.

- Почему? — спросил он.

Я думала, что он разозлится, но он выглядел довольно спокойным.

«Почему? Мне правда нужно объяснять? Это же очевидно — из-за тебя.»

- Балиан — он мой папа! — выпалила я.

«Да, Балиан мой отец, а ты — нет.»

Лицо Шаренте слегка помрачнело от моего вполне логичного оправдания. Он несколько раз открыл и закрыл рот, колеблясь, прежде чем глубоко вздохнуть.

- Твой отец... — он снова закрыл рот.

Его виноватое выражение лица оставило меня без слов.

«Он правда думает, что я не в курсе, что Балиан мертв? Серьезно, нет, только не это.»

- Я понял твою точку зрения.

«Почему он так серьезно воспринимает мнение трехлетнего ребенка?»

Я слегка прищурилась, наблюдая, как он поднимается.

«Он что, жалеет меня? Как будто я не трогаю конфиденциальные документы Клаунов из благодарности?»

- Я в порядке, — сказала я.

- Твое состояние — это мне решать, — Шаренте ответил холодным тоном. Несмотря на его слова, он протянул руку и нежно погладил меня по голове.

Я медленно закрыла глаза, сама того не замечая. В такие моменты я действительно чувствовала себя ребенком.

- Кстати, скоро у тебя день рождения, — добавил он.

«У меня? У меня есть день рождения?»

Конечно, как у любого человека, у меня должен быть день рождения. Но когда я была Хеллой, я никогда не задумывалась об этом. Я ни разу его не праздновала, и никто другой тоже. Я даже не знала даты своего рождения. Я думала, что и у Шерины не осталось никаких записей, поэтому никогда об этом не думала.

Любопытно, я уставилась на него, и он отвел взгляд.

- Балиан упомянул об этом в письме к Раниан, — сказал он.

- А.

«Понятно.»

Балиан, должно быть, оставил много информации для Ранианны, когда доверил ей настоящую Шерину.

«Ах, значит, мечты о том, чтобы остаться с ней, закончились, так ведь?»

- Когда мне будет семь! — выпалила я.

«Мы же договорились, что я останусь до семи, так ведь?»

После этого мы могли бы разойтись по своим путям.

«Я не буду тебе мешать, когда восстановлю свои силы. Мы будем жить своей жизнью.»

Совместная жизнь никогда не была возможной с самого начала. Семья Клаун ценила свою родословную и достоинство. Они были дворянами, в конце концов.

Даже с моим сознанием я легко могла это понять. А я, напротив, была запятнана, готова на все ради выживания. Я убивала людей, жертвовала невиновными и даже убивала слабых, если это было необходимо.

Я делала все, чтобы избежать жалкой жизни, и сделала бы то же самое и в этой. Семья Клаун никогда бы меня не поняла.

Шаренте не ответил, его лицо стало немного напряженным. Увидев выражение его лица, я начала сомневаться: а вдруг мы договорились не о семи годах, и я ошиблась?

- Ах, это было шесть? — спросила я.

«Не будь мелочным и не говори, что было пять. Я не уверена, что смогу выжить одна в пять лет.»

Шаренте долго и молча смотрел на меня.

- Нет.

Слово отказа сорвалось с его губ. «Не даже до шести лет? Ну ты и жестокий.» Я надула губы и подняла пять пальцев.

- Тада, пять? — «Я помню, что ты изначально обещал заботиться обо мне до пяти лет, Шаранте.»

Несмотря на мое недовольное выражение лица, он покачал головой.

- Нет.

Похоже, компромисса в этом вопросе быть не могло.

- Жадина.

Если не до пяти, то до какого возраста я должна была тут оставаться? Мне ведь всего три года. Вряд ли он имел в виду следующий год. Увидев мое тревожное лицо, он сказал:

- Я больше не собираюсь отправлять тебя прочь.

Я была озадачена. «Что простите? Что это значит?»

- Ты можешь продолжать оставаться здесь.

Несмотря на эти слова, Шаренте выглядел таким растерянным, что я не могла понять, зачем он вообще все это говорил. «Разве мы не договорились о союзе? Что произошло с тех пор, как ты пришел к такому выводу?»

- Но я тебе ведь не нлавлюсь.

- Это не правда.

«Он, должно быть, болен или что-то в этом роде. Дешар даже не замечает, что его сын ненормальный, да?» Я облокотилась на столик своего высокого стула, наклонилась вперед и положила руку на лоб Шаренте.

- Шаленте, ты… холосо себья чувствуешь?

Он, похоже, потерял дар речи, поджав губы. Глубоко вздохнув, он мягко растрепал мои волосы.

- Я хочу сказать, что даже если ты будешь доставлять проблемы, я не убью тебя и не выгоню.

«Ага. Он точно болен.»

Я тут же слезла с высокого стула, используя заклинание левитации. Ведь Шаренте уже знал, что я владею магией, так что скрывать это больше не было смысла. Со временем он бы всё равно почувствовал мою магию.

Я направилась к двери, встав на цыпочки и пошатываясь, стараясь бежать как можно быстрее. «Да я просто переваливаюсь, как пингвин! Как неловко.»

- Дедуфка! Шаленте болен! — закричала я, стуча в дверь.

Шаренте поднял меня сзади, держа под мышки, так что моё тело болталось в воздухе. Я безвольно повисла и сердито уставилась на него.

- Я не болен, — сказал он.

«Так что же тогда? Ах, ты, наверное, хочешь артефакт. Я не могу умереть ради тебя, но могу отдать артефакт.» Это будет хорошим примером, ведь тот факт, что я являюсь его владельцем, всё равно официально не подтверждён.

- Ты можешь заблать клону.

- Что?

- Она мне не нужна.

Артефакты, которыми я когда-то владела, принадлежали Хелле, а не Шерине. У них, скорее всего, уже был новый хозяин. Но я и так была достаточно сильной даже без них. Когда я была Хеллой, я не особо полагалась на свои артефакты.

- Тебе не нужна корона?

- Ага.

- Корона… Ты имеешь в виду артефакт из руин?

- Угу.

Шаренте горько усмехнулся и посадил меня обратно на высокий стул.

«Почему он опять так себя ведёт, будто обиделся?» — подумала я.

- Ты действительно… — Он, казалось, не находил слов и отвернулся от меня.

Я действительно не понимала, как нужно обращаться с людьми. На мгновение я уставилась на него, прежде чем заговорить.

- Умный.

- Что?

- И класивый.

Лицо Шаранта исказилось.

- И такой ми-ми-мифный! — Я улыбнулась.

Не отвечая, он открыл дверь, будто разговаривать с таким ребёнком, как я, было жалким занятием.

- И я делаю много плохих вещей, — добавила я. «Я не благородная и не чистая, как вы все.»

У меня не было силы стоять на своём и отстаивать свои убеждения. Я умела только выживать, если нужно, теневыми методами.

- Поэтому я не хочу…

Даже если я приму фамилию Клаун, я лишь запятнаю её. Я буду убивать, заводить врагов и мстить под этим именем. «Ты должен это понять, Шаренте. Не всё может идти так, как тебе хочется, знаешь?»

- Ты… — Шаренте снова не нашёлся, что сказать.

Я никогда не была под защитой кого-либо, поэтому всё это казалось мне странным. Его предложения и заверения были настолько чужды и непривычны.

- Ты говоришь об убийстве директрисы, ее сына и баронессы Салливан?

«Ого. Ладно, это было впечатляюще. Откуда он все это узнал? Может, он и мог вычислить баронессу, но я понятия не имею, откуда он узнал о директрисе и ее сыне.»

Заметив мое удивленное выражение, Шаренте рассмеялся.

- Я не буду спрашивать, где или как ты выучила такую магию.

- Из маей книжки! — Обеими руками я подняла книгу по темной магии, лежавшую неподалеку. «Я училась этому по книгам.»

Разумеется, он бы в это не поверил.

- Но я и не виню тебя, — продолжил он. — У тебя были свои причины. Было бы куда нелепее, если бы ты позволила тем, кто причинил тебе боль, выжить. Если бы ты не убила их, я бы сделал это сам.

Конечно, гордость семьи Клаун не позволила бы иначе. Поскольку он отправил людей расследовать это, он, вероятно, уже выяснил, кого я убила и как.

- В любом случае, ты не можешь просто так покидать это поместье, — добавил он.

Я недовольно застонала. «Нет, я с этим не согласна.»

- Но если подобное случится снова, просто попроси меня убить их.

«Что ты только что сказал?»

- Я сделаю это так, что не останется следов, в отличие от тебя.

Спокойный голос Шаренте был пугающим. Я никогда не думала, что монотонный тон может быть таким жутким.

- С сегодняшнего дня ты — Клаун, — сказал он.

- Фу.

Я не раз говорила ему, что не хочу быть частью этой семьи, но он все равно все решил за меня. Несмотря на мои протесты, Шаренте просто заявил это и покинул комнату, совершенно не обращая внимания на мое недовольное выражение.

«Этот бесчувственный тип. Кто это решил, что я Клаун? Ужас. Только не это.»

Я скрестила руки и надулась. Когда он ушел и комната погрузилась в тишину, я рухнула на кровать, играя с пустышкой, висевшей у меня на шее.

«Значит, это была артефакт с самого начала.»

Эта пустышка среагировала, когда мы были в руинах. Я не знала, на что именно она отреагировала, но почувствовала себя спокойнее, а мысли стали яснее.

«Какая у нее сила?»

Такое тонкое воздействие было для меня чем-то новым. Если подумать, пустышка была дана мне, когда я только сюда попала. Я не знала, что и думать, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать. Поскольку забирать пустышку никто не собирался, у меня было достаточно времени, чтобы все обдумать.

***

- Вела! Подалок! — Я протянула Вере цветок, который сорвала в саду Шаренте.

Её глаза удивлённо распахнулись. Она находилась в столовой, где было много горничных, вероятно, готовивших обед. Хотя Вера больше походила на няню, чем на горничную, свои приготовления она, похоже, делала в том же месте.

«Что сегодня на ужин?» — подумала я. Надеялась, что будет что-то сытное и мясное. Я облизнула губы.

- Что это, миледи? Какой красивый.

- Цветок!

Это была фиолетовая роза. В саду Шаренте цвело множество роз, и среди них были такие фиолетовые. Я выбрала самый красивый цветок из всех. В идеале я бы использовала немного магии, чтобы он не завял до того, как я его подарю, но пока мне это было не по силам.

- Боже мой. Спасибо вам огромное, миледи.

Вера опустилась на колени и обняла меня.

- Моя дорогая леди, вы такая добрая.

«Нет, я не добрая. Это только для тебя.

На самом деле, я никогда раньше не дарила личных подарков, поэтому не была уверена, правильно ли делаю. Я дарила подарки от имени страны в рамках дипломатических мероприятий, и это всегда были большие, дорогие или редкие вещи. Это было несложно, но вот маленький, личный подарок — впервые.

Когда-то, будучи Хеллой, я думала о том, чтобы подарить кому-то подарок, но не ожидала, что однажды действительно сделаю это.

- Спасибо вам большое, миледи. Я буду бережно хранить его.

- Окай! — Я почувствовала, как горничные и слуги поглядывают на меня. Я нарочно широко улыбнулась.

«Видите, вам такого не дарят, да? Если будете ко мне добры, я сделаю для вас что-нибудь хорошее.»

- А что на ужин? — спросила я.

- Сегодня мы... — Вера начала говорить, но вдруг замолчала и вместо этого улыбнулась. — А что, если вы сами спросите у шеф-повара?

- А?

- У шеф-повара, миледи. Вы можете спросить у того, кто каждый день готовит для вас еду.

«Так она знает шефа?»

Обычно Вера сразу бы мне сказала. Почему вдруг такое изменение? Повернувшись по направлению её взгляда, я увидела большого, крепкого мужчину, который нерешительно стоял и слегка покраснел.

Я задумалась, что происходит. Он выглядел простым и честным, но вызывал у меня лёгкое беспокойство.

«Не все, кто выглядит безобидно, заслуживают доверия», — напомнила я себе.

Баронесса и директриса казались безобидными, но оказались совсем не такими, и в итоге предали меня.

- Э-э, з-здравствуйте, миледи. Я Бифран.

«Вау! Какое аппетитное имя!» Шеф-повар, который, казалось, очень сильно нервничал, оказался крупным мужчиной. Он выглядел так, будто мог убить кого угодно без колебаний, но при этом боялся даже протянуть ко мне руку. «Почему он такой робкий?» Я посмотрела на него неодобрительно. Когда я протянула руку первой, он задрожал.

- Шеф-повар очень хотел встретиться с вами, миледи, — сказала Вера.

- Плавда?

- Да, он всегда спрашивает меня, понравилась ли вам еда».

«О, он вроде как мой фанат или что-то в этом роде? Тогда почему он раньше подавал такую ужасную еду?» — подумала я.

- Я слышал, что другие не готовили для вас достойную еду в мое отсутствие, миледи, — сказал шеф Бифран.

«А, значит, он об этом узнал.»

Дело было не только в том, что они неправильно готовили мою еду — Вере даже пришлось взять все в свои руки. Оглянувшись, я заметила, что здесь было много людей, но, по-видимому, никто из них не мог приготовить нормальную детскую еду. Я злобно уставилась на них, а затем широко раскинула руки в сторону шефа. Дружить с тем, кто тебя кормит, всегда было разумным решением. Так можно получить пудинг или что-то ещё. «Типа… пудинг. Или, знаете, ещё пудинга.»

Я целенаправленно подошла к нему, слегка переваливаясь, чтобы выглядеть милее. В конце концов, главное очарование малышей — это их милота.

- Бифван! — закричала я.

- О! — шеф дрожал. Он опустился на колени, наклонившись ко мне.

- Д-да, миледи?

Когда я протянула к нему руку, шеф вытянул трясущуюся ладонь. Его толстые пальцы едва коснулись моих. Он закрыл глаза и очень осторожно обхватил мою протянутую руку.

- Боже мой… — пробормотал он.

- Би… фван…? «Почему я не могу правильно произнести его имя?»

Шеф всё кивал, держа мою маленькую руку. Увидев его зачарованный взгляд, я наклонила голову в недоумении.

- Я никогда не думал, что встречу дочь лорда Балиана.

Его глаза были полны слёз. «О, он знал настоящего отца Шерины.» Это объясняло его эмоциональную реакцию. Наверное, было трогательно встретить ребёнка покойного господина, даже если его душа принадлежала совсем другому человеку.

- Вы так похожи на него, миледи.

«Правда? Откуда мне-то знать как выглядели настоящие родители настоящей Шерины.»

Я никогда не видела Балиана. В этом особняке не было его портретов. А если я не могла найти портреты отца Шерины, то уж матери её точно не видела. «Я даже не знала своих родителей, когда была Хеллой. И, наверное, ты тоже не знала своих, Шерина.»

Мне стало интересно, видела ли она их когда-нибудь. Если у меня когда-нибудь будет такая возможность, было бы неплохо взглянуть на их портреты.

- Если бы лорд Балиан был жив, он был бы очень доволен, — сказал шеф. Видя его глаза, наполненные слезами, я поняла, что он, должно быть, очень скучал по Балиану.

Я задумалась: плакал ли кто-нибудь, когда услышал о моей смерти как Хеллы? Я всегда старалась изо всех сил, и теперь мне интересно, ценил ли кто-нибудь мои усилия.

- Подумать только, что вы растете такой хорошей…

«Нет, это не так. Я уже давно выросла и выросла довольно ужасной, Бифран. Если честно, я довольно испорченная.»

Не в силах обнять меня или удержать за руку, шеф долго молчал. Наконец, он сказал:

- Я должен извиниться. Благодаря помощи лорда Балиана я всё ещё нахожусь в этом имении».

- Бавиан…?

- Так что, если вам что-то понадобится, пожалуйста, скажите. Я сделаю для вас всё, миледи.

Несмотря на плохую репутацию Балиана в семье Клаун, у него, кажется, было множество преданных сторонников. Не каждый способен так завоевать сердца людей.

Впрочем, меня интересовало только одно.

- Пудин! — я широко раскинула руки. — Я хочу вэ-э-э-эликий!

«Это всё, чего я ожидаю от тебя как от шефа, Бифран. Ничто не сравнится с огромной миской пудинга.»

Шеф Бифран энергично закивал, широко улыбаясь.

- Конечно, миледи. Я отправлю вам большую миску пудинга на десерт.

- Плинеси!

- Прошу прощения?

«Принеси мне пудин, Бифван.»

Я удостаиваю тебя чести вручить его мне лично. Не каждый может увидеть моё лицо. Ты это понимаешь, верно? И дело точно не в том, что мне трудно произнести “ран”.

- Вы уверены, миледи?

- Да!

- Тогда я загляну.

Бифран быстро поднялся, всё ещё широко улыбаясь. Вера, решив, что разговор окончен, взяла меня на руки.

- Сегодня я лично принесу ей еду, — сообщил он Вере.

- Спасибо. Это будет очень кстати, — вежливо поблагодарила она его с кивком.

Держа меня, Вера быстрым шагом направилась обратно в мою комнату.

***

- Кхем… — громко прокашлялся Дешар. Я мельком глянула на него и продолжила сортировать очищенные магические камни по категориям. Я разделила их на классы: S, A, B, C и ниже C. Это была игра, которую я придумала, чтобы скоротать время. Сортировка магических камней требовала определенной сосредоточенности.

- Кхем… Кхем… — снова прокашлялся он. «Что это с ним сегодня?» Я слегка повернула голову и увидела, как он барабанит пальцами по столу, выглядя взволнованным. Когда наши взгляды встретились, он быстро отвернулся.

- Кхем… Кхем. Он снова это сделал. Наверное, он немного приболел. Может, это аллергия. «И почему здесь внезапно стало так много цветов?» Я задумалась, вздохнув, и огляделась на разноцветные букеты, заполнившие офис. «Он хочет, чтобы я спросила, всё ли с ним в порядке?»

- Дедуфка.

- О! Да, какой цветок тебе нравится?

«Что? О чём он вообще говорит?» Я уставилась на него, ошарашенная.

Поставив вазу, которую только что схватил, он снова прочистил горло. Я начала беспокоиться, что он вот-вот начнёт кашлять кровью.

- Эм, не важно. Ты что-то хотела?

- Ты болеешь?

- Хм?

- Может, нам убрать все эти цветы?

Если у него аллергия на цветы, их следовало бы убрать из комнаты. «Он пытается изменить атмосферу? Почему он внезапно украсил офис таким количеством цветочных горшков?» — подумала я. Это было слегка чересчур.

- Нет, нет, дело не в этом.

Его глаза заметно расширились. Казалось, он был недоволен, переводя взгляд с меня на цветы. После долгой паузы он покачал головой.

- Нет, я не болен.

- Плавда?

Тогда почему он весь день кашлял и прочищал горло? Я прищурилась, глядя на него, но он снова покачал головой.

- Просто мне показалось, что цветы красивые, вот я и украсил ими помещение.

Я никогда не подозревала, что у Дешара такой тонкий вкус в дизайне.

- Да, такие класивые, — сказала я.

Да уж, они были красивыми, но от всех этих запахов у меня начинало кружиться голова. Кивнув, я снова села перед очищенными магическими камнями. Разглядывая цветы, я заметила среди них ещё несколько фиолетовых роз.

«Ох.» Я вдруг вспомнила, как пару дней назад подарила одну такую розу Вере. Она гордо приколола её на грудь, так что это было невозможно забыть. А сегодня Дешар вёл себя странно…

Держа в руках очищенный магический камень, я слегка подняла взгляд. Дешар ковырял лепестки цветка, надувшись как ребёнок. Я ведь подарила Вере ту розу прямо на глазах у других слуг. Это было домашним делом, значит, он наверняка тоже об этом услышал.

«Ха! Неужели? Неужели это причина, по которой великий Дешар Клаун так странно себя ведёт сегодня? Этот, казалось бы, хладнокровный человек, которому нечего терять, единственная известная эмоция которого — это гнев, серьёзно украсил свой кабинет цветами только потому, что не получил подарок?»

Я не могла в это поверить. Но никакой другой причины для его странного поведения я придумать не могла. Мне оставалось лишь потеряться в своих мыслях.

«Не может быть…» Но в любом случае, не помешает его немного успокоить. Я быстро повернула голову и заметила цветок, который привлёк моё внимание. Цветы имеют разные значения, и я знала далеко не все, но этот мне был знаком.

Я встала и подошла к цветочному горшку. «Поднять всё это будет слишком тяжело…» Цветок рос в высококачественном фарфоровом горшке, который был не только тяжёлым, но и довольно ценным.

После недолгих раздумий я схватила стебель рукой. Это был фиолетовый гиацинт, ещё в бутоне. Я резко потянула, и цветок вырвался с корнями. Земля разлетелась повсюду.

- Дедуфка.

- Да, Шерина?

Я протянула ему нераскрывшийся гиацинт.

- Воть. Это для тебя.

Глаза Дешара расширились. Хотя он до этого вёл себя как обиженный ребёнок, он явно удивился, когда я действительно вручила ему цветок. Похоже, он не ожидал, что получит что-то в ответ. Мои руки уже успели испачкаться землёй, и это раздражало.

- Я…

Дешар осторожно протянул руку и взял гиацинт. Его лицо исказилось каким-то непередаваемым выражением.

Фиолетовый гиацинт имел два значения. Более известное из них — «вечная любовь», но было и другое — «прости меня».

«Прости меня за то, что я притворяюсь твоей внучкой и использую тебя, Дешар. Я обещаю, что однажды скажу это вслух, но, возможно, это будет не скоро.»

Так что этот цветок был предварительным извинением, хотя и эгоистичным — сделанным скорее для собственного душевного спокойствия.

- Я тебе нравлюсь, Шерина? – с болью в голосе спросил Дешар.

Я ярко улыбнулась, стряхивая грязь с руки. Каждый член семьи Клаун был добр по-своему, но не более.

- Нет.

От услышаного у него отвисла челюсть.

- Что?

Я снова улыбнулась, притворяясь невинной. Не отвечая, я подошла и снова села перед обработанными магическими камнями. Я просто не могла заставить себя сказать, что он мне нравится. Он мне не нравился — нет, я не могла его полюбить. Мы принадлежали совершенно разным мирам.

Он некоторое время наблюдал за мной, потом вздохнул и засунул цветок обратно в горшок.

- Спасибо за подарок.

- Пожалуйста.

- Шерина, я хотел бы принять тебя в качестве своей настоящей внучки.

«Ну, уже немного поздновато», — подумала я. Это надо было сделать тогда, когда настоящая Шерина была здесь. В тот момент, когда её душу заменили моей, стало слишком поздно. «Слишком поздно для сожалений, Дешар. Ты был трусом, а я, воспользовавшаяся твоей трусостью, ещё хуже. Я просто ничтожество.»

Осознав это, я не смогла ответить.

- Балиан был очень свободолюбивым ребёнком, — продолжил он.

Я возилась с обработанным магическим камнем, делая вид, что не слушаю. Дешар, похоже, тоже не думал, что я действительно его слушаю, но всё равно продолжал говорить.

- Он был честным с самого рождения. Громко плакал, всегда смеялся, играл и с ранних лет бродил где попало. Несмотря на то, что он родился в семье Клаун, у него не было предвзятых представлений о других.

Меня совершенно не интересовала история о жизни, прожитой впустую. И свою жизнь я не хотела вспоминать. Я лучше всех знала, что путь, который я выбрала, был далёк от благородного. Я убивала, топтала других и совершала много бесчеловечных поступков.

- Когда он стал старше, он начал общаться с простолюдинами.

«И это стало причиной, по которой ты считал его пятном на репутации вашей элитной семьи?»

Я слышала, что Дешар был гораздо более опасным человеком в молодости. Он был жёстким и не имел той мягкости, которую проявляет сейчас. Даже несколько лет назад он был суровым и непреклонным, так что я могу только представить, каким он был раньше, до нашей встречи.

- Мне это не понравилось. Когда он объявил, что собирается жениться на женщине неизвестного происхождения, я был категорически против».

«Это слишком сложная история для трёхлетнего ребёнка, ты в курсе, да?»

Казалось, он рассказывал мне всю свою жизнь в мельчайших деталях.

- Я сказал ему, что лишу его наследства и он должен покинуть дом, если собирается довести это до конца. Я должен был понять его гнев… Этот мальчик, который всегда улыбался мне, впервые разозлился на меня.

Я могла видеть сожаление на лице Дешара, когда он добавил:

- Хотел бы я просто любить его, как нормальный родитель.

Он поморщился.

- Я не знал, как это делать, потому что никогда не учился этому. Мои предки были такими же.

На его лице была глубокая скорбь о прошлом, которое уже невозможно было вернуть. Возможно, именно такие переживания со временем сделали его более терпимым.

- Балиан ушёл после того, как я сказал ему это, — продолжил он с слабой и грустной улыбкой.

Я собрала обработанные магические камни и сунула их в карманы, так как ещё не показывала семье Клаун, что у меня есть подпространство. Повернув голову, я посмотрела на Дешара.

- Всегда слишком позно сожалеть. Но это по-человечески.

Было бы прекрасно жить без сожалений, но люди так не умеют. Для них всегда будет больше дней с сожалениями, чем без них. Им ничего не остаётся, кроме как утешать себя мыслями, что всё будет хорошо.

- Всё в порядке, дедушка, — сказала я ему.

Я могла только надеяться, что сама избегу худших решений.

«Нам остаётся только нести свои сожаления и двигаться вперёд. Я это сделала, и ты должен сделать то же самое, Дешар. Мы глупые люди, которые не знают другого пути. Если бы мы знали, возможно, мы бы изначально избежали таких исходов.»

- Вот я снова заставляю тебя взрослеть слишком рано, — пробормотал Дешар. Он закрыл глаза руками и опустил голову.

***

«Ужас. Просто ужас.» Я чувствовала лёгкий дискомфорт, словно вышла из уборной, но забыла вытереться. Видеть Дешара в таком состоянии было странным, и мне совсем не хотелось отправляться во дворец в таком неспокойном настроении.

«Горничные в последнее время тоже ведут себя странно.» Каждый раз, как они видели меня, они давали мне сладости или шоколад. Я с неохотой принимала их, подозревая, что в них может быть яд. В доме определённо стало больше ваз с цветами.

Я совершенно не понимала, что происходит у меня за спиной, поэтому просто собирала все сладости в коробку. Она напоминала ящик Пандоры, который ни в коем случае нельзя было открывать.

К тому же, я оказалась в неловкой и неприятной ситуации с Шаренте. Он неожиданно приказал мне подготовиться к поездке в императорский дворец, и вот я сижу напротив него в карете. Я хотела отказаться, но у меня просто не было выбора.

Более того, прежде чем я успела что-то сказать, Вера уже согласилась за меня.

«Ненавижу тебя, Вера! Ты должна была быть на моей стороне», — думала я, сидя в карете.

Я болтала ногами от скуки, и, глядя на Шаренте, который просматривал какие-то бумаги, обратилась к нему:

- Шаленте… Шаленте…

Он продолжал хранить молчание.

- Дядя.

- Шаленте!

Этот мерзавец явно меня игнорировал. Он же слышит даже самые тихие звуки, но сейчас делает вид, что не слышит? Я уставилась на него с явным раздражением. Он мельком глянул на меня и тут же отвернулся.

- Дядя!

- Да?

Он сразу же ответил, как только я изменила обращение. Я издала саркастический смешок.

«Вот же надменный человек.»

Неужели ему так хотелось, чтобы я называла его «дядей»? Похоже, он действительно хотел принять меня в семью.

- Почему мы едем во дворец?

- Его Величество вызвал тебя.

- Что? Зачем?

На это должен был быть веский повод. Император, у которого наверняка было сто различных интриг в запасе, не стал бы вызывать меня без причины.

Лицо Шаренте помрачнело. «Что такое? Что-то случилось?» Теперь мне стало действительно любопытно. Он глубоко вздохнул.

- Он хочет увидеть, как ты используешь артефакт.

- Что?

- Он отдал приказ с императорской печатью, так что отказ вызовет проблемы.

Если бы Император пришел в ярость, он мог бы сделать с Клаунами что угодно. Он ведь всё ещё Император, и даже семья герцога не могла открыто ему противостоять. «Интересно, как он отомстит за непослушание...»

Пока я размышляла, Шаренте заговорил с раздражённым выражением лица:

- Если я не подчинюсь его приказам, он будет вызывать меня ежедневно, присылать бесполезные подарки или звать по пустякам — на чай или просто чтобы спросить, чем я занимался несколько дней назад.

Пока я слушала, моё выражение лица непроизвольно исказилось. «Так это не совсем возмездие. Скорее, простое издевательство.» Это не было похоже на суровое наказание, которое можно ожидать от императора, скорее на детское хулиганство.

- Мне не нлавится колона, — пробормотала я.

Мне не нравилось ощущение, будто моё тело мне не принадлежит. Ещё больше раздражало, как это делало всё вокруг полупрозрачным. Шаренте посмотрел на меня, затем облокотился на оконную раму кареты, подперев подбородок рукой.

- Ты хочешь меня убить? — спросил он.

- Что? — «Какой неожиданный вопрос.»

Я моргнула, удивлённо глядя на него. Он медленно опустил глаза, а на его губах появилась лёгкая улыбка.

- В развалинах ты потянулась к моему сердцу.

«Ах, это. Это было просто потому, что ты оказался передо мной.»

Его сердце казалось готовым разорваться, если бы я взяла его в свои руки. Я не знала, почему так почувствовала, но это было настолько нереально, что мне просто захотелось попробовать прикоснуться.

Шаренте молча смотрел на меня, а затем продолжил:

- Поэтому я подумал, что ты хочешь меня убить.

- Нет. — Может, раньше я и хотела, но сейчас таких мыслей у меня не было. Я не хотела ни убивать его, ни причинять ему вред. Я просто надеялась, что мы сможем разойтись, когда придёт время. «И, честно говоря, что со мной будет, если ты умрёшь, а?»

- Оно просто было передо мной.

- Было перед тобой?

- Да, я просто схватила его, потому что оно было прямо там.

«Я просто случайно увидела это перед собой.»

Это не имело какого-то серьёзного значения. Конечно, для него это вряд ли было приятно. Он выглядел потрясённым, хотя обычно почти не показывал эмоций. Его сердце, очевидно, было уязвимым местом, и это должно было ощущаться крайне неприятно.

- Каково это — носить корону? — вдруг спросил он.

- Эм… Всё становится видимым, — пробормотала я.

Мир становился полупрозрачным. Ты мог схватить что угодно, увидеть невидимое и проникнуть сквозь твёрдые поверхности. Если бы можно было ещё и управлять этим невидимым, это стало бы невероятно мощной силой.

Шаренте замолчал. Он, казалось, надолго погрузился в раздумья.

Вскоре карета прибыла к императорскому дворцу. Шаренте взял меня на руки, когда мы вышли наружу. Я обхватила его шею руками и прижалась щекой к его плечу, но тут же вздрогнула. Всё это было слишком естественно, даже для меня самой. «Как у него получается так уверенно держать детей?»

Когда он меня держал, я расслаблялась. Я знала, что дети инстинктивно расслабляются в руках родителей, но Шаренте ведь не был моим отцом. «Почему он развёлся, учитывая, каким семейным человеком он кажется?»

Он выглядел немного жёстким, но у него был далеко не самый плохой характер… «Наверное.» В целом, он не был человеком с плохим нравом. Моё раздражение по отношению к нему, возможно, просто связано с тем, что мы плохо понимаем друг друга. Но я не могла сказать, что он плохой человек.

Он шёл медленно, не как обычно, когда всегда торопился. Его плавные, размеренные шаги убаюкивали меня. И вдруг он остановился.

- Мартина.

- Шаренте.

Перед нами стояла женщина. Ее голос звучал довольно холодно.

«Ого вот это женщина, интересно кто это может быть?» — удивилась я. «Кажется, она испытывает презрение к Шаренте. Она мне уже нравится.»

- У тебя были дела во дворце сегодня? — спросил Шаренте.

- У меня был важный разговор с Его Величеством. А что привело тебя сюда? Я слышала странные слухи в последнее время.

- Слухи?

- Что у тебя появился новый ребёнок. Или, возможно, ты готовишься привести новую жену? — в голосе женщины сквозило недовольство.

Выражение Шаренте помрачнело. Казалось, ему было сложно ответить.«Кто она, чтобы так смущать Шаранта?» — подумала я.

- Это неправда, — ответил он.

- Лучше мне не слышать больше слухов о том, что эта новая жена плохо обращается с моим сыном.

Шарант нахмурился.

- Мартина…

Я взглянула на женщину. Первое, что бросилось в глаза, — её роскошные рыжие волосы. Она была элегантной и красивой, настолько красивой, что даже Шаренте на её фоне выглядел немного тускло. Она посмотрела на меня, словно почувствовала мой взгляд.

- Этот ребёнок — Балиана, не мой, — продолжил Шаренте, его голос был таким же мягким, как всегда.

- Балиан? Ты имеешь в виду своего младшего брата?

- Да.

И голос, и манеры Шаренте были мягче обычного — даже мягче, чем когда он был рядом со своим собственным сыном. Я переводила взгляд с Шаренте на женщину. Её щёки порозовели от смущения из-за её прежних слов.

- Ах, вот как? — пробормотала она.

- Я не знаю, откуда взялось это недоразумение, но да, это правда.

- Понятно. Простите, — сказала красивая женщина, слегка склонив голову.

- Нет, это моя вина, что я не объяснил раньше.

Через какое-то время до меня дошло. «Эта женщина — жена Шаренте, да? Впрочем, правильней сказать — его бывшая жена. Она, вероятно, была той самой владелицей сада, за которым он продолжал ухаживать даже после её ухода и в который никого не пускал. Она была потрясающе красива, и неудивительно, что он не мог её забыть — хотя она выглядела слишком красивой для Шаренте.

- Как поживает Кайшан? — спросила женщина, которую, кажется, звали Мартина.

- Он скучает по тебе. Если у тебя найдётся немного времени, ты могла бы его навестить?

- На этой неделе у меня нет срочных дел. Вы можете прийти ко мне.

Шаренте посмотрел на Мартину, затем медленно кивнул. Прежде чем снова заговорить, он взглянул на меня.

- Кайшан часто плакал, говоря, что скучает по тебе, так что, пожалуйста, успокой его. Я отправлю его к тебе на карете либо сегодня, либо завтра.

- Ты не приедешь с ним?

Они долго молчали. Огненно-рыжие волосы Мартины резко контрастировали с её зелёными глазами. Первым взгляд отвёл Шаренте.

- Думаю, будет лучше, если я не приеду.

- Вот как?

Шаренте кивнул.

- Что ж, если я заставлю Его Величество ждать, он сделает что-нибудь неприятное. Я откланяюсь. Позаботься о себе, Мартина.

Шаренте был вежлив до самого конца. Удивительно, как учтиво он себя вел. Было трудно понять, это деловая встреча или разговор двух бывших возлюбленных, которые когда-то были женаты.

«Почему он такой формальный и сдержанный со своей бывшей женой?» — удивлялась я.

Лицо Мартины слегка омрачилось. Даже просто стоя и закусывая губу, она всё равно выглядела потрясающе. Её красота была несомненна, что бы она ни делала.

«Если бы я была мужчиной, я бы сделала всё, чтобы удержать её рядом…»

- Ты совсем не изменился, Шаренте. Даже когда я ушла, ты не попытался остановить меня. Ты просто отправил документы на развод, словно это ничего не значило.

Шаренте молчал.

- Не нужно ничего особенного для Кайшана, — продолжила она. — Просто отправь его. И передай, что я тоже скучаю.

- Я так и сделаю.

Мартина бросила сердитый взгляд на Шаренте, который по-прежнему сохранял слабую улыбку, а затем отвернулась. Она пошла вперёд, с прямыми плечами и выпрямленной спиной, не оглянувшись ни разу. Она, казалось, была такой же упрямой, как и он. Элегантная и гордая, было понятно, почему он сделал ей предложение и женился на ней.

Шаренте некоторое время смотрел ей вслед, а затем пошёл вперёд, будто ничего не случилось.

- Шаленте... — сказала я, глядя на него снизу вверх. — Тебе веть нлавится Малтина, правда?

Он нахмурился, затем удивлённо хмыкнул и быстро вернулся к своему обычному сдержанному выражению лица.

- Иногда я не понимаю, разговариваю ли я с ребёнком или взрослым, когда ты говоришь со мной.

«Ха! Если ты так любопытен насчёт моей личности, было бы вежливо рассказать тебе. Я могу выглядеть как ребёнок, но моя душа — это душа взрослого. Я — Хелла, величайший маг нашего времени и бывший глава Магической Башни... Хотя, пожалуй, стоит на этом остановиться.»

Просто думать об этом было слишком тяжело.

Шаренте слегка ускорил шаг, явно не желая обсуждать Мартину. Я узнала много нового. Его бывшая жена, должно быть, была для него болезненной темой. Её имя, похоже, ранило его даже при упоминании его.

- Ты полугался с Малтиной?

Он долго не отвечал и продолжал идти молча. Осознав, что ответа не дождусь, я опустила голову и посмотрела вперёд. Шея ныла. Этот парень совсем не умел веселиться.

— Ей нужна была свобода. Вместо того чтобы пытаться её изменить, лучше было отпустить, — наконец коротко ответил он, как раз перед тем, как мы подошли к кабинету Императора.

Я удивилась его серьёзному ответу. Когда я подняла голову, слегка приоткрыв рот, он легко щёлкнул меня по лбу. Острая боль заставила меня широко раскрыть глаза, а он тихо усмехнулся.

- У взрослых есть свои причины поступать так или иначе. Ты очень любопытная для ребёнка.

Я потёрла лоб, всё ещё немного растерянная, с приоткрытым ртом. «Он только что улыбнулся мне? Не насмешливо, а искренне? Зачем же тогда щёлкать меня по лбу? В любом случае, видно, что он всё это обдумывает…»

В голове пронеслось множество бесполезных мыслей. «Кажется, Мартина тоже не была к нему равнодушна. Странно.»

Я думала, что он готов сделать всё ради своих эгоистичных желаний. Но, несмотря на то что он смотрел на неё глазами, полными тоски, ему удалось скрыть свои чувства с такой лёгкостью.

Солдат у двери поклонился, затем постучал и объявил о прибытии Шаренте. Нам тут же разрешили войти. Солдат открыл дверь и снова поклонился.

- Я уже начал беспокоиться, что вы сегодня не придёте, ведь вы так долго добирались, лорд Шаренте, — сказал Император.

- Вы прислали письмо, написанное собственной рукой, да ещё и с имперской печатью, а затем отправили его через дворецкого. Как я мог вынести последствия, если бы не пришёл, Ваше Величество?

Несмотря на тон Шаренте, Император расхохотался. К счастью, сегодня здесь не было других детей. Заметив, как я осторожно оглядываю комнату, Император снова рассмеялся.

— Детей сейчас здесь нет, Шерина.

Я отвернулась, избегая его взгляда. «Этот человек действительно так хорошо разбирается в людях? Или у него есть способность читать мысли?»

— Хочешь подойти и поздороваться со своим дядей? — Император протянул руки.

«Ух ты.» Мысль о том, чтобы быть обнятой Императором, была «такой» честью, что я даже не хотела тянуться. Я подумала было попросить помощи у Шаренте, но затем поморщилась и протянула руки. Император тут же поднял меня.

Его громкий смех заставил меня почувствовать, что меня каким-то образом используют.

- Ваша племянница, безусловно, не скрывает своих чувств, — заметил Император. — Впечатляет, как ясно она показывает, что не хочет, чтобы я её держал.

- Зачем вы настаиваете на том, чтобы держать ребёнка, который этого не хочет, Ваше Величество?

- Разве не мило, когда она так явно показывает своё недовольство? Принц и принцесса слишком любят меня, чтобы делать такие лица.

«Интересный взгляд на вещи», — подумала я. Неужели Императору действительно нравится, когда кто-то показывает, что он ему не нравится?

Устав от его внимания, я вздохнула и отвернулась. Его смех стал ещё громче.

- Разве вы не рассмотрите возможность помолвки с принцем? Нет гарантии, что он взойдёт на трон, но она всё равно станет принцессой.

Он говорил такие ужасные вещи с пугающей лёгкостью.

«Вы серьёзно думаете, что я выйду за этого мальчишку? Даже находясь в теле ребёнка, это было бы величайшим позором для наследия Хеллы.»

Я уже собиралась покачать головой, но передумала, опасаясь, что Император может похлопать меня по спине в следующий момент.

- Не могли бы вы уточнить, в чём именно заключается такая большая выгода, Ваше Величество?

«Эй, Шарант, я слышу, как в твоём голосе сочится сарказм. Что, если Император действительно разозлится и обнажит меч?»

- В качестве принцессы у неё будет много возможностей.

- Как ребёнок из семьи Клаун, у неё и так много возможностей.

- Почему вы так против этого? Вы даже не внесли её в свой семейный реестр. Разве не было бы полезно укрепить связи между домом Клаун и императорской семьёй?

- Это не принесёт пользы ни одной из сторон, Ваше Величество, — холодно ответил Шарант.

Уловив холод в его обычно мягком тоне, Император лишь пожал плечами. Затем он сел на диван и поставил меня на большой стол перед ним.

- Мы собрались здесь не для этого, так что пока оставим эту тему, — сказал он.

Шаренте нисколько не отступил.

- Я надеюсь, вы никогда больше не будете её поднимать.

Смех Императора ясно дал понять, что их отношения достаточно крепкие, чтобы позволить такие разговоры.

После этого Шаренте достал из принесённой им коробки корону и передал её мне. Я бросила настороженный взгляд на артефакт.

«Что я вообще должна с этим делать?»

Ведь сила, заключённая в нём, была для них невидима.

- Попробуешь напасть на меня? — спросил Император.

- Чт…

«Господи.» Никогда бы не подумала, что Император выведет меня из себя до такой степени. Я вертела корону в руках и повернулась в сторону. Когда я взглянула на Шаренте, он кивнул.

- Тебе позволено убить его, — добавил он.

«Что, простите? Ты тоже сошёл с ума? Почему вы все это делаете со мной?»

Возможно, Шаренте, наконец, решил убить Императора и захватить трон, а я была лишь начальной пешкой в его плане. Я начала думать, что меня просто используют и потом выбросят.

- У тебя всегда такой извращённый способ говорить, лорд Шаренте.

- Так сказано в письме, Ваше Величество. Вы не возложите на нас ответственность, даже если погибнете.

- Я написал это только потому, что знал, что иначе ты бы не пришёл.

«Шаренте, жестокий ублюдок.» Он был достаточно дерзок, чтобы говорить такие вещи Императору.

С трясущимися руками я надела корону на голову. Я медленно моргнула, чувствуя, как странная магическая сила распространяется по всему моему телу. Картина перед глазами изменилась драматически. Всё, включая людей вокруг меня, стало полупрозрачным. Казалось, я могла дотянуться до них рукой.

«Он хочет, чтобы я напала на него? Но как?»

Я сжала и разжала свои маленькие кулаки. Тёмные тени закружились вокруг императора и разлетелись по кабинету. Когда я протянула руку к теням, они обвились вокруг моей ладони.

Мой разум опустел. Это было похоже на одержимость, но я всё ещё могла думать самостоятельно. Казалось, что теперь мне всё по силам, и за это ничего не будет. Я уставилась на тени, обвивающие мои кулаки.

«Неужели я действительно могу убивать с их помощью?» – подумала я.

Медленно подняв голову, я увидела Bмператора и Шарентt, смотрящих на меня с широко раскрытыми глазами. Я протянула руку, окутанную тенями, в сторону Bмператора. Он застыл, открыв рот.

– Убить, – сказала я.

Тени метнулись к нему.

Бум! Дзинь!

С треском разбилось стеклянное поле, окружавшее Императора, рассыпавшись на куски. Вместо Императора пострадал диван: он был разорван на части, а его набивка взметнулась в воздух. В тот же момент что-то упало с потолка. Это были люди в чёрной одежде, спускавшиеся сверху.

Перед глазами мелькнуло блестящее серебро.

Дзинь!

Передо мной оказался меч с острым голубым клинком. Шаренте отбил его с такой скоростью, что движение было почти незаметно. Одной рукой он держал копьё, отбрасывая удары людей в чёрном, а другой обхватил меня, прижимая к себе. Смерть была так близка, но ушла быстрее, чем пришла.

– Что всё это значит? – рявкнул Шаренте.

– Простите, мои стражи переусердствовали, – сказал Император, повернувшись к своим людям. – Отступить, – приказал он.

Стражи недовольно отступили, но их взгляды всё ещё были устремлены на меня, и я чувствовала их убийственные намерения. Шаренте снова ударил копьём об пол.

Если я ничего не сделаю, они снова поставят меня под угрозу, и я могу умереть. Тени, словно реагируя на мои эмоции, начали извиваться и клубиться. Тени вокруг стражей тоже начали собираться вместе. Они уже выбрали тех, кто должен умереть: любой, кто представлял угрозу, был врагом.

Я вцепилась в край рубашки Шаренте и бросила на стражей яростный взгляд.

– Шерина.

Я услышала чей-то голос, зовущий меня издалека.

«Кто это говорит?»

Казалось, что я ускользаю из этого мира.

Тени начали ползти вверх по ногам стражей. Один за другим они роняли свои мечи. Я могла видеть, как их сердца бешено колотились в груди. Тени продолжали подниматься, а я не могла оторвать от них взгляда. Стражники заёрзали, пытаясь освободиться, но не могли двигаться свободно. Это зрелище было странным образом захватывающим.

«Это мои чувства или чьи-то чужие?» – подумала я.

– Шерина Клаун! – прогремел чей-то громкий голос.

Тьма окутала мой взгляд. Я больше ничего не видела. Тех, кого нужно было убить, теперь тоже не было видно. Борясь с этим состоянием, я почувствовала, как тот, кто держал меня, погладил меня по спине.

– Всё в порядке, Шерина. Всё хорошо, – произнёс он, пытаясь меня успокоить.

Постепенно все силы покинули моё тело. Когда я наконец отпустила рубашку Шаренте, моё тело обмякло, и что-то упало с моей головы.

– Наконец-то ты это сняла, – услышала я голос Императора.

Свет начал проникать в тьму, которая до этого застилала мой взор. Я увидела, как Шаренте убрал свою руку от моего лица.

– Ты в порядке, Шерина? – спросил он.

– Шален… – Голова сильно заболела.

Пока я находилась в оцепенении, Шаренте вставил мне в рот соску.

«Он теперь знает, что я успокаиваюсь, когда сосу свою соску», – подумала я.

Я откинула голову назад и несколько раз пососала соску. «Это было похоже на сон.» Событие длилось не так долго, но казалось, будто прошло очень много времени.

Когда я обернулась, то увидела Императора, рассматривающего артефакт, и его дрожащих стражей, которые скорчились рядом. Я посмотрела на Императора, и он, словно почувствовав мой взгляд, встретился со мной глазами.

– Свет в её глазах вернулся, – сказал он, внимательно наблюдая за мной.

«Свет в моих глазах? Что ты имеешь в виду?» Измученная, я облокотилась на Шаренте и посмотрела на него пустым взглядом. Он тихо вздохнул. Копьё в его руке уменьшилось и теперь было закреплено на запястье в виде браслета. «Ах, я совсем забыла, что он так умеет.»

Когда артефакт находил своего владельца, он мог менять форму по желанию хозяина. Я задумалась, не стоит ли мне поступить так же с короной. Я потянулась к ней, но Император улыбнулся и спрятал её за спину.

«Извините, сэр?» – подумала я, ошарашенная. «Вы серьёзно думаете, что я – наивный ребёнок, который поверит, что корона исчезла только потому, что вы спрятали её за спину? Я видела, что вы сделали. Верните её. Мне нужно носить её на запястье, на всякий случай.»

– Раньше твои глаза были как у мёртвой рыбы, – заметил Император.

– Лыбы? – Я уставилась на него. «Почему бы сразу не сказать, что я выглядела, как будто умерла?»

Я бросила на него злой взгляд, а он лишь пожал плечами, невозмутимо сидя на почти уцелевшем диване. Шаренте сел рядом с ним. Это было довольно необычное зрелище.

– Лучше, чтобы ребёнок не использовал это, лорд Шаренте, – добавил Император.

– Я думал о том же самом.

– Злой артефакт чрезвычайно опасен. Если он мог такое сделать с ребёнком, то при обычных обстоятельствах он легко помутит рассудок любого. Это, конечно, не то же самое, что святой артефакт.

Император сделал вывод довольно быстро. Если подумать, все три артефакта, принадлежащие империи, были святыми. Конечно, это было скорее вопросом удачи. Невозможно было предугадать, какой артефакт появится в руинах, если он вообще там появится.

– Я слышал, что предыдущая госпожа Магической Башни в Силопии владела двумя злыми артефактами. Разве её не звали Хелла? – спросил Император.

Я вздрогнула от внезапного упоминания моего прежнего имени. Заметив, как взгляд Шаренте на мгновение остановился на мне, прежде чем он быстро отвёл глаза. Он медленно кивнул в ответ:

– Да, я слышал то же самое.

Я бы никогда не подумала, что все будут лгать о том, какими артефактами они владеют. Если бы знала, я бы утверждала, что артефакты в Силопии тоже не имеют хозяев. К счастью, из-за удалённого расположения Силопии я никогда не была в опасности быть убитой.

– Артефакты могут быть весьма могущественными, даже если так не кажется. Те, что находятся в святом храме, обладают способностью очищения, а артефакт Элли может исцелять даже тех, кто находится на грани смерти, — продолжил Император.

Его медленный взгляд переместился на Шаренте, который слегка нахмурился.

– А твоё копьё может вызывать молнию, не так ли?

Шаренте промолчал.

«Молния, да?» Это действительно впечатляющая сила. Я не знала, что оно способно вызывать молнию, хотя, если подумать, видела, как маленькие искры пробегают по копью, когда Шаренте держит его.

– Все утверждают, что не интересуются реликвиями, но на деле продолжают отправлять всё больше экспедиционных групп в руины. Кто бы не хотел обладать способностями, которые выходят за пределы человеческих возможностей?

– Меня это не интересует, — сказал Шаренте.

– В любом случае, похоже, что этот злой артефакт использует силу, невидимую для других, которую пользователь может манипулировать только посредством зрения. Очевидно, что он создан для убийства.

«Ну да, большинство злых артефактов такие», — подумала я.

Мало было злых артефактов, которые не были бы предназначены для убийства. Злые артефакты часто приобретали ценность, будучи источником кровопролития или смерти. Святые артефакты, напротив, обладали положительным воздействием, но, разумеется, люди могли использовать и их для злых целей.

«Сила исцеления артефакта императорской семьи, несомненно, держалась в тайне.» Если бы стало известно, что артефакт юной принцессы обладает такой силой, люди бы не оставили её в покое. Он мог исцелять хронические заболевания, останавливать кровотечения даже при отрубленных конечностях, продлевать сокращённые сроки жизни, восстанавливать ослабленные тела и так далее. Многие нацелились бы на неё, если бы узнали, что она способна исцелять такие вещи. Более того, владелицей была юная принцесса — идеальная мишень для покушения.

«Император определённо предвидел это.»

Я бы, с другой стороны, не подумала о том, чтобы скрыть это. Я бы просто пыталась её защитить. Живя среди этих людей, я иногда задумывалась, обладаю ли я действительно качествами лидера. Казалось, что мне не суждено стоять на вершине. Я начинала с нуля и тяжело трудилась, зная только, как убивать, в то время как те, кто обучался искусству правления и жил ради этой цели, явно отличались.

– Я просто не понимаю, почему корона выбрала вашу племянницу как своего владельца, — заметил Император.

– Я тоже, — ответил Шаренте.

Он взял корону и положил её обратно в коробку. Похоже, он не собирался возвращать её мне.

«Какая жалость.» Она была бы идеальной для использования после моего отъезда. Я бы нашла ей хорошее применение в опасных ситуациях.

Пока я смотрела на коробку с тоской, Шарент встал.

– Забудь об этом. Я тебе её не отдам.

– Но… она моя, — пробормотала я.

– Я сказал: нет.

«Тц. Эй, не надо быть таким жестоким!»

Я бросила на него сердитый взгляд, но он, похоже, и не думал возвращать мне артефакт. Конечно, если подумать, всё, что я сделала в руинах, — это позволила себя носить на руках, так что, возможно, я и вправду не заслужила его.

- Холошо

- Надо говорить “Да, я поняла”.

Шаренте в последнее время учил меня говорить более официально. «Но что это мне дает? Если он скажет прыгать, все, что я могу ответить: «Как высоко, сэр?» Что еще я могу сделать?»

- Да, я поняла, — ответила я и ярко улыбнулась. Шаренте сузил глаза и отвернулся. «Если тебе не нравится то, что я делаю, так и скажи!» — подумала я.

- Если ты собираешься жить как Клаун, тебе нужно научиться соответствующему достоинству, — сказал он.

«Ну, нет, я не планирую этого делать.»

Вдруг я вспомнила. «Шерина Клаун!» Я покачала головой и хотела что-то ответить. Но быстро закрыла рот, который от удивления открылся сам собой, вспомнив его внезапный оклик. Я задумалась, как сильно он, должно быть, мучился, прежде чем выкрикнуть эти слова. Он никогда не хотел признавать мое существование до этого момента.

- Я видел документы, которые ты недавно подал, — сказал Император. — Ты планируешь оформить ребенка на свое имя? Одобрить это без дополнительных мер?

- Да, прошу Вас сделать это, Ваше Величество.

«Ах, вот как? Я думала, у нас было соглашение. Как же мелочно! Честно говоря, я не думала, что он серьезно. Он просто принял мои слова за чистую монету. Ты не считаешь, что это слишком, подлец?»

Я хотела крикнуть «нет», но, увидев Императора перед собой, сдержалась. Как-никак, трехлетний ребенок не мог отменить его предложение.

- Хорошо. Благодарю за то, что вы сегодня пришли, лорд Шаренте.

- Надеюсь, Вы не будете вызывать меня снова хотя бы в течение следующих шести месяцев, Ваше Величество.

- Доброго пути.

Император проигнорировал слова Шаренте с улыбкой на лице. Шаренте, в свою очередь, проигнорировал Императора, резко развернувшись. Несмотря на их отрицания, я не могла не думать, что они созданы друг для друга.

***

Смех наполнил воздух.

- Вчера моя внучка удивила меня письмом, которое написала сама.

- О, как мило! Моя старшая внучка каждый раз, как приходит, ковыляет ко мне, словно маленький цыпленок, и цепляется за мою ногу. Это всегда вызывает у меня улыбку.

- Э-э-эм… — прочистил горло Дешар.

«Что здесь происходит? Это какой-то клуб пожилых людей?» — подумала я.

Дешар был окружен другими пожилыми людьми, попивающими чай. Участники элегантного собрания, казалось, обсуждали важные дела, но на самом деле оживленно болтали о своих внуках.

- Кстати, я слышал, что вы обожаете свою внучку, Ваша Светлость, — наконец обратились к Дешару пожилые аристократы. Это внимание было явно неохотным, но Дешар, похоже, остался доволен, кивая с удовлетворенным видом.

«Они ведь точно не про меня говорят, верно?» — размышляла я. Я никогда не вела себя мило и не писала ему писем, так что хвастаться ему было нечем.

- Знаете, я даже не представлял, насколько чудесной может быть внучка, пока недавно сам не убедился в этом, — начал Дешар, необычно для себя хвастаясь мной.

Он взял меня на руки и усадил к себе на колени, протянув печенье.

«Ммм! Выглядит аппетитно.»

Когда я откусила, на губах Дешара появилась мягкая улыбка. Я почувствовала, как он внимательно смотрит на меня, пока я жевала.

«Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко! Я даже могу заработать несварение от этого», — подумала я.

- Недавно эта малышка подарила мне цветок, — растроганно произнес Дешар.

- О, цветок? Как это трогательно. Она уже такая чувствительная натура.

- А благодаря своей мягкой душе она принесла его вместе с корнями, не сорвав.

«Нет, это потому, что у меня не хватило сил сломать стебель. Но я без проблем дарила Вере свежесорванные цветы», — подумала я, уставившись на этого заблуждающегося старика с отсутствующим выражением лица. Вид его неожиданной нежности застал нас всех врасплох.

Остальные рассмеялись.

- Кажется, ваша внучка смягчила ваше сердце. Вы стали гораздо добрее, Ваша Светлость.

- Ах, это, должно быть, старость, — ответил он с легким вздохом.

«Хорошо, но почему ты постоянно заставляешь меня смотреть прямо?» — подумала я, когда он постучал пальцами перед моим лицом, чтобы привлечь внимание.

«Эй! Опять! Я не кошка, знаешь ли.»

- Ваша внучка очень милая.

- Вы всегда так мило ее одеваете?

- О, недавно я купила своей внучке новую игрушку, и она была в восторге.

Когда я подумала об этом, мне никогда не дарили игрушек. Закончив печенье, я почувствовала себя неспокойно и вставила в рот соску. Одна из пожилых дам взглянула на меня и прищурилась.

- О, Боже. Эта соска выглядит довольно потрепанной, — заметила она с искренним удивлением.

Признаюсь, я давно уже перестала пытаться ее чистить, так что она осталась грязной. Теперь все взгляды были устремлены на меня и соску.

«Ну вот, как неловко.»

Вера в конце концов оставила это дело, вероятно, потому что я каждый раз кричала, когда она пыталась забрать ее. Она дала мне другую, но она просто не так хорошо подходила к моему рту.

«Кажется, я привязалась именно к этой.»

Сначала я изо всех сил старалась почистить её, потому что она была ужасно грязной. Благодаря помощи Веры, соска теперь была хоть как-то пригодна для использования по человеческим стандартам. Конечно, это всё ещё была грязная и изношенная деревянная соска.

Дешар выглядел смущённым из-за замечания и взглянул на меня.

«Что ещё?» — подумала я.

Когда я держала соску обеими руками, дама, которая сделала замечание, вдруг тихо ахнула. Она мягко рассмеялась, излучая грацию и мудрость.

- Ах, понятно. Ребёнок пользуется только этой соской?

- Возможно, это что-то вроде игрушки-комфорта?

- Мой сын был особенно привязан к одной паре штанов.

- А моя внучка тоже помешана на одной из своих игрушек. Моя дочь переживает, потому что она не спит и не перестаёт плакать без неё.

В итоге соска стала "утешительной соской", а не грязной. Я тихо хихикнула, избегая их взглядов. Это было не то, что я имела в виду, но пусть думают, что хотят.

- Я не очень разбираюсь в таких делах, но знаете ли вы, какие игрушки сейчас популярны у детей? — спросил Дешар, чем вызвал оживление за столом.

Кажется, никто не был готов ответить, лишь переглядывались друг с другом. Первая заговорила та дама, что упомянула "утешительную соску".

- Почему бы не отвести её в магазин игрушек и не позволить выбрать самой? Моя внучка больше всего любила то, что выбрала сама.

- Детские магазины одежды на окраинах столицы, такие как "Бутик Калиша", предлагают чудесные детские наряды.

- В самом центре города есть самый большой магазин игрушек с широким ассортиментом. Он тоже довольно хорош.

Дешар многократно кивал, принимая их рекомендации.

Я не знала, что на него нашло в последнее время. С того дня, как я подарила ему гиацинт, он стал особенно добр ко мне. Он регулярно давал мне угощения, читал мне книжку с рассказами раз в день и всегда оставлял мне изящный магический камень, когда уходил. Всё это было довольно скучно, но я не могла сказать, что мне это не нравилось. Просто видеть его мягкую улыбку или чувствовать, как он держит меня близко к себе, приносило мне покой. Я не хотела думать ни о чём другом.

- Спасибо за идеи. Я их учту, — ответил Дешар.

- Но, правда, ваша внучка просто прелестна.

- Она, безусловно, унаследовала эти прекрасные серебряные глаза.

Комплименты сыпались отовсюду. Я не знала, были ли они искренними или это попытка произвести впечатление на Дешара, но у меня не было жалоб. После ещё немного разговоров Дешар наконец завершил собрание. Он молча вынес меня на руках, с серьёзным выражением лица.

Когда я задумалась, то поняла, что так много вещей в жизни я никогда не испытывала, будучи Хеллой. Я не помню, чтобы мне когда-либо дарили то, что обычно получают трёхлетние дети. Никто меня не хвалил, и я никогда не училась хвалить других. Я никогда не ободряла и не утешала никого, и сама этого не получала.

Первое, чему я научилась, — это как использовать других и обманывать их ради выживания, а также как извлекать выгоду из их доброты. Когда я выросла и освободилась от своего мастера, я приютила Мелана из жалости. Я учила его магии, стала его наставником и коллегой. Но я никогда не вела с ним глубоких разговоров. Я скрывала многое, и, оглядываясь назад, теперь понимаю, что он наверняка тоже это делал.

«Мне действительно нужно туда возвращаться?» — подумала я. Я знала, что не могу остаться с Клаунами навсегда. Не хотела позорить это место из-за своих собственных проблем. Но возвращение в Силопию — это совсем другое дело. Решение использовать заклинание уничтожения против меня, вероятно, было принято советом старейшие. Даже если я вернусь живой, они меня не примут. Я снова окажусь в положении, когда меня используют, снова столкнусь с ежедневными проблемами и буду вынуждена противостоять Клаунам.

«Может, я слишком привыкла к миру,» — подумала я. Я просто хотела отомстить и жить спокойно. Если честно, у меня не было сил снова сражаться с Клаунами. Когда проводишь время с кем-то, неизбежно привязываешься к ним, и я уже привязалась через наши взаимодействия. Я не могла отрицать этого и точно не испытывала неприязни. Привязанность была настоящей, по крайней мере, настолько настоящей, что я не хотела убивать их или выступать против них.

Мне нравилось, когда меня держал Шаренте, и я ценила доброту Дешара. Я была счастлива от всего, что делала для меня Вера. Если бы Мелан не предал меня и не оставил умирать так жалко, я могла бы быть довольна жизнью как часть их семьи навсегда.

Но я уже убивала людей ради мести и занялась тёмной магией. Для сожалений было слишком поздно. Однажды ступив на путь тёмной магии, нет дороги назад — она разрушает людей. Даже будучи Хеллой, я иногда испытывала желание устроить кровопролитие. Мне нужно было собрать больше тёмной магии, подчинить её и контролировать.

Те, кто глупо шагал в тёмную магию, позволяли ей пожирать своё тело. Вот почему тёмных магов так мало. Большинство лишь частично погружалось в неё, а затем жалело об этом. Я не остановилась, потому что хотела выжить. Но те, кто заходил туда из любопытства, почти всегда об этом сожалели.

- Дедуфка…

- Да, Шерина?

- Я уйду от вас, когда мне будет семь.

Если бы я хотела семью, было бы лучше встретить их раньше — до того, как убила людей, до того, как убила своего наставника, до того, как погрузилась в глубины тьмы, чтобы выжить.

«Но я не знаю другого пути, поэтому я не могу остаться с вами. Вы тоже приставите меч к моему горлу, как только поймёте, что я — монстр, который поглотил вашу настоящую внучку.»

Я думала, что Дешар сразу начнёт спорить, но его губы остались сомкнутыми. Я ничего больше не сказала. Эти слова были также клятвой самой себе.

- У тебя есть место, куда ты хочешь пойти? — мягко спросил Дешар, когда мы стояли перед лестницей, ведущей на второй этаж. Я чувствовала, что он пытается меня утешить.

- Туда, где не будет тебя и Шаленте.

- Что ты планируешь там делать?

- Не знаю.

Месть означала бы только одно: спросить у Мелена, почему он предал меня, а потом уничтожить его так же, как он поступил со мной. Это было такое глубокое предательство, что я не могла думать ни о чем другом, когда впервые оказалась в теле этого ребенка. Проблема была в том, что теперь, когда я начала жить спокойно день за днем, мне стало казаться, что всё это бессмысленно. Эта мысль действительно пугала меня.

- Прости, Шерина, — снова извинился передо мной Дешар. Я отвернула голову, вздохнув. Я не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым, но, похоже, моя искренность так и не дошла до него.

- Я буду защищать тебя именем дома Клаун, — продолжил он.

«Нет, нет. Это не то, что я имела в виду.»

- Нет! Я хочу быть независимой!»

«Хорошо, если тебе не нравится слово “уйти,” давай заменим его. Назовем это “стать независимой”. Независимость — это то, что происходит со всеми, и это сложнее отвергнуть.»

- Рядом с особняком есть небольшой флигель. Может, ты хочешь использовать его как тайный клуб?

«Нет, я хочу независимости.»

- Независимой!

- Дети не могут жить независимо. Это называется «убежать из дома».

Я бросила мрачный взгляд на старика. Он спокойно озвучивал суровые истины, будто это было нечто обыденное. «Яблоко от яблони недалеко падает.» Конечно, я понимала, что семилетний ребенок, пытающийся быть независимым, на самом деле просто сбегает из дома.

- Я знаю, что для своего возраста ты слишком много размышляешь, — сказал Дешар. - Ты не похожа на обычного ребенка.

- Это вельно.

- Но тебе не нужно справляться со всем в одиночку. Если ты поговоришь со мной или Шаренте, мы сможем вместе найти решение».

«Какое доброе предложение.»

Я ничего не ответила. Каждый раз, когда он мягко гладил мои волосы или неуклюже похлопывал меня по спине своими большими, огрубевшими руками, я невольно думала, что это не так уж и плохо.

Вдруг раздался голос.

- Отец.

Я нахмурилась и фыркнула с явным недовольством. Как только всё начало складываться неплохо, появился Шаренте. Он взглянул на меня и слегка нахмурился, вероятно, услышав мой фырк. Отведя взгляд, я заметила, как он быстрыми шагами подошел к нам.

- Вы несете её в комнату, отец?

- Да, собрание только что закончилось.

- Я оставил документы для подписи в вашем кабинете. Я отведу ребёнка в её комнату, а вы можете спуститься вниз.

С этими словами Шаренте протянул ко мне руку. Неохотно я вложила свою руку в его, и он слегка улыбнулся. Затем он забрал меня из рук Дешара и бережно прижал к себе.

- Тогда я пойду, — сказал Дешар.

- Берегите себя, отец.

Дешар на мгновение замешкался, с виноватым выражением лица, а затем развернулся и ушёл. Шаренте слегка поклонился ему вслед.

***

- Ты хочешь есть, Шерина?

- Неть.

Шаренте поднял бровь. Увидев этот взгляд, я быстро изменила свой ответ:

- Неть, сэл.

Он удовлетворённо кивнул.

- Отец выглядел немного подавленным. О чём вы говорили?

«Он вообще понимает, что я просто маленький ребёнок? Разве наши разговоры и так не слишком ли серьёзные? Может, просто заплакать, как это сделал бы настоящий ребёнок?»

Я решила притвориться, что ничего не понимаю, и наклонила голову.

- Ась?

Шаренте, похоже, сразу понял, что я притворяюсь. Он быстро посмотрел на меня и щёлкнул языком.

Разглядывая его красивое лицо, я снова подумала, что гены семьи Клаун впечатляют. Несмотря на их ужасные характеры, с такими способностями и внешностью жизнь, наверное, у них прекрасна.

- Тебе интересно учиться? — вдруг спросил Чарент.

- Плошу площения?

Я была настолько ошеломлена, что заговорила формально. Чувствовала себя немного побеждённой, словно он постепенно приручает меня, подбрасывая приманки.

- Я собираюсь нанять тебе наставника. Уже выбрал несколько благородных дам.

- Как балонесса Салливан?

«Послушай, Шаренте, в этом мире ещё много безумцев, которых я не встречала. Особенно среди аристократии, заметь. Многие кажутся приличными, но за закрытыми дверями оказываются намного безумнее. Честно говоря, я больше не хочу переживать этот кошмар.»

- На этот раз это будет достойный наставник. Я уже провёл проверку ее прошлого.

«Это пугает по-своему», — подумала я.

- Мой прошлый выбор был неудачным случайно. Я не проверил её тщательно.

Он говорил слегка приглушённым голосом. Я задумалась о том, что стало с Салливанами. Что произошло с её семьёй после всего, я не знала, ведь я никогда не была связана с аристократией, ни тогда, ни сейчас.

- Плавда?

- Да. Это была моя вина. Приношу свои извинения.

«Я не ослышалась? Он только что извинился передо мной? Это нужно напечатать в газетах! Или, может, записать на память?»

Я вспомнила, как отчаянно пыталась вырваться, когда мне запихивали соску в рот как кляп. Тогда я могла лишь ползать в бессилии, чувствуя унижение и злость из-за того, что меня преследовала такая ничтожная дворянка.

Я думала, что могу усмехнуться в ответ на извинение Шаренте, но, к своему удивлению, ничего не почувствовала. Вместо этого я слегка наклонила голову назад, ощущая лёгкое замешательство. Затем, охваченная эмоциями, я опустила её, уткнувшись лицом в его плечо, и схватилась за край его рубашки.

- Больсе так не делай, — сказала я.

- Этого больше не повторится. К тому же, семья Салливанов скоро разорится, так что не переживай.

Его смелые слова были одновременно забавными и обнадёживающими.

«Вот каково это — иметь надёжную поддержку?»

Это было странное чувство, которого я никогда раньше не испытывала. Но оно мне не казалось неприятным. Скорее, даже наоборот — довольно приятным.

- Холосе.

Он тихо рассмеялся в ответ на мои слова.

- Значит, ты согласна учиться?

- Дя.

Я никогда не получала полноценного образования. Я была благодарна за то, что у меня был наставник-маг, но он не был великим учителем. Он пришёл в ужас, когда я впервые попробовала заниматься чёрной магией.

Ты умеешь владеть мечом? — спросил Шаренте.

«Эм, нет. Простите? Чего вы от меня ожидаете? Даже если я гениальный ребёнок, как я могу владеть мечом, если никогда этому не училась? К тому же, я больше мозг, чем мускулы.»

Я взглянула на Шаренте с недовольством и медленно покачала головой. Шаренте удивлённо посмотрел на меня, а потом кивнул, как будто наконец-то что-то понял.

- С этого момента, если у тебя будут какие-то проблемы или беспокойства, можешь рассказать мне. Я обязательно помогу.

- Холосе.

- И я бы предпочёл, чтобы ты не ходила и не убивала людей.

«Эм... Не думаю, что могу это пообещать», — подумала я.

Тёмная магия требовала регулярного сбора энергии, иначе она становилась застойной и мутной. Это сильно отличалось от обычной магии. Силу было легко обрести, но сложно поддерживать.

- Но если тебе всё же придётся, хотя бы скажи мне заранее, — добавил Шаренте. — Нужно убедиться, что следов не останется.

«Разве это немного не странно — подойти к нему и сказать: "Эй, я убила такого-то?"»

Запрос был явно необычным. Тем не менее, мне не казалась неприятной его идея. Это означало, что он будет на моей стороне, кого бы я ни убила.

- А это нолмально?

- Я не думаю, что это хорошо для твоего эмоционального развития, но если это поможет тебе почувствовать себя лучше, то...

Бормоча, что ничего не поделаешь, он, похоже, воспринимал ситуацию как нечто малозначительное.

Его беззаботное отношение к ситуации странным образом утешало и неожиданно вызвало улыбку на моём лице. Когда я была Хеллой, все всегда говорили мне «нет». Говорили, что лучше управлять и наказывать по закону, чем убивать. Многие считали, что даже убийца не должен быть приговорён к смерти. Но я всегда задавалась вопросом, какие права имеют преступники и почему я должна проявлять милосердие к тем, кто причиняет мне зло.

Я никогда не была прощающей и уж тем более не имела святости в своём характере, так что это был первый раз, когда кто-то сказал мне такие слова.

Глаза Шаренте расширились, когда он увидел мою улыбку. Почувствовав смущение, я быстро перестала улыбаться, но он ткнул пальцем мне в щёку. Похоже, он нашёл место, где у меня образуются ямочки.

- Ты всё же можешь улыбаться, как ребёнок, — сказал он.

Затем он поднял меня на руки и отнёс в комнату. Всё было так мирно, настолько, что я надеялась, чтобы этот покой никогда не закончился.

Когда наступила ночь, я медленно заснула под колыбельную, которую пела Вера. Это был приятный день, как мне показалось.

- Мм...

Через какое-то время я проснулась. В комнате было странно холодно. Я должна была чувствовать тепло после долгого сна, но что-то было не так. Я не знала, сколько времени прошло, но меня почему-то трясло от холода. Я несколько раз перевернулась в кровати, прежде чем не смогла больше терпеть холод, и открыла глаза.

«Где Вера? Она уже ушла? Разве она обычно не заглядывает ко мне каждые час или около того? Сегодня необычно тихо.»

Повернув голову, я увидела, что окно было настежь открыто. По холоду в комнате было понятно, что температура значительно упала.

«Разве Вера не закрыла окно перед уходом?»

Она всегда запирала его. У моей комнаты не было балкона, так что это не должно было повлиять на безопасность, но что-то казалось неправильным, почти зловещим.

«У меня плохое предчувствие.»

Я положила руку на матрас и медленно села.

- Вела…?

Она, казалось, спала у изножья кровати. Точнее, выглядело так, будто она упала в обморок.

Я поспешно ухватилась за одеяло, которое свисало с кровати, и скользнула на пол. «Почему кровать такая высокая?» — подумала я. Осторожно ступив на мраморный пол, я почувствовала еще более холодный озноб под ногами. Я осторожно подошла к Вере. Когда я поднесла руку к ее носу, почувствовала слабое дыхание. «Фух! Какое облегчение.» Она была жива, но я гадала, почему она внезапно упала в обморок. «И почему окно открыто? И… почему кажется, что кто-то стоит у меня за спиной?!»

Медленно я повернулась. Когда я это сделала, то увидела темную фигуру, прячущуюся в углу. Закутанная в черный плащ, фигура имела глаза, сверкающие, как у зверя. «Это… ребенок?» Фигура была выше меня, но явно не взрослый. Судя по размеру, я предположила, что ему не больше десяти лет, а может, даже меньше. Когда я сделала шаг назад, он сделал шаг вперед и произнес:

- Шерина?

Это был голос мальчика — темный и мрачный. Он звучал грубо, совершенно не как голос ребенка, и от него меня пробрало дрожью. За свою жизнь я видела многое, но никогда ничего настолько мрачного. Нет, однажды я уже сталкивалась с таким. «Человек в плаще, который приходил в приют, был таким же.»

Тот человек был еще более холоден, чем этот ребенок. Он казался настолько лишенным эмоций, что я сомневалась, есть ли они у него вообще. Казалось, он мог перенести любую боль, как будто это было ничего.

- Ты Шерина? — голос ребенка был не только безэмоциональным, но и жестким по тону. Вопрос даже не звучал как вопрос. Он просто хотел удостовериться.

Я вздрогнула и сделала еще шаг назад. Он снова шагнул ко мне. В его руке появилась магическая печать. «Без заклинания? Как он может так легко творить магию, не произнося ни слова?» Я заметила магическую печать еще до того, как она полностью активировалась. «Кажется, это какое-то заклинание связывания.» Я не могла точно сказать, какое именно заклинание он собирался использовать, но понимала, что оно связано с ограничением.

Когда его магическая печать начала светиться, я воспользовалась своей магией. Я могла использовать простые заклинания без инкантации, такие как заклинание левитации. Это было одним из базовых навыков, поэтому если бы я не могла справиться с этим, мне стоило бы сдаться.

Я взмыла в воздух и рванула к двери, быстро распахнула ее и выскочила из комнаты. В тот момент из магического круга вырвались цепи, но вскоре они рассеялись. «Что, черт возьми, происходит?!» Я ломала голову над тем, какое преступление я могла совершить, чтобы он охотился за мной таким образом. Не мог же он знать, что я — Хелла. Я никому этого не говорила, и было маловероятно, что он или кто-то еще мог до этого додуматься. У меня почти не было магии, и единственные заклинания, которые я могла использовать, зависели от очищенных магических камней. Даже если бы я создала магию в этом теле, никто не смог бы определить ее как магию Хеллы. Магия живет в теле человека, а поскольку мое тело изменилось, магия, которой я владею, не могла быть той же самой.

- Пожалуйста, не убегай, — послышался мягкий звук его плаща, шуршащего позади меня.

«Ты правда думаешь, что я остановлюсь только потому, что ты попросил?» Я схватила очищенный магический камень, но не могла сразу использовать никакие атакующие заклинания. «Может быть, мне удастся сделать что-то простое…» Однако даже для этого мне нужно было произнести заклинание. Моя текущая ситуация сильно отличалась от той, когда я была Хеллой. Сейчас я должна была использовать древний язык — мысленно или вслух. «Как он может творить заклинания, даже не произнося ни слова?»

Даже без слов активации скорость, с которой появлялся его магический круг, была невероятно быстрой. Я должна была потренироваться в использовании атакующих заклинаний, хотя бы для того, чтобы издать достаточно шума, чтобы Шаренте или Дешар заметили. «Что-то я слишком много раз становилась целью погони с тех пор, как оказалась здесь. Я ведь ничего не делала, кроме как спокойно жила в этом особняке!»

- Шаленте! — закричала я, мчась по коридору. Я не была уверена, где находится его комната. На этом этаже ее не было, поэтому я быстро направилась к лестнице.

Пока я продолжала заставлять себя использовать магию для левитации, мое состояние ухудшалось. Спустившись по лестнице, я больше не могла выдерживать этого. Использование магии и постоянное поглощение энергии из очищенного магического камня вызывали боль по всему моему хрупкому телу. Я остановила заклинание и побежала так быстро, как могла. Я слышала только тяжелое дыхание.

- Шалеентее! — мой голос был слабым, но я вложила в него все силы.

Я чувствовала, как мальчик стремительно приближается сзади. Когда я обернулась, он уже протягивал ко мне руку. «Шефетс Своор!» В панике я выкрикнула заклинание воздушного лезвия. Наверное, я даже произнесла его неправильно, но я была в отчаянии. Нежный ветер мгновенно превратился в острое лезвие. Хотя его мощь была значительно снижена по сравнению с оригинальной формой, этого хватило, чтобы он на мгновение замешкался. Внезапно на его левой руке появился еще один магический круг.

«Да что за черт! Как он может творить это, не произнося ни слова?!» Я развернулась и побежала изо всех сил. С учетом разницы в длине наших ног, думать, что я смогу убежать от него, было глупо. Как и ожидалось, он быстро восстановился и продолжил использовать заклинания.

«Разве в этом месте не должно быть запрета на использование магии? Нет, конечно, нет. Именно поэтому я сама могла использовать ее...»

- Шалеентее! — закричала я снова. «Ты же сказал, что поможешь мне, если понадобится, чертов ублюдок!»

- Я усыпил всех в этом особняке, — сказал мальчик жутко добрым голосом.

«Ха, знаешь что? Шаренте Клаун упрям, как таракан, так что он так просто не отключится. Никакая обычная магия его не одолеет», — подумала я. Как бы там ни было, этот ребенок явно не собирался убивать меня. Если бы хотел, он бы уже сделал это. У него был навык, и если бы он напал с таким намерением, я бы не смогла защититься. Поскольку убийство не было его целью, скорее всего, он хотел взять меня живой.

Как и ожидалось, появился еще один магический круг для связывающего заклинания. Единственное отличие заключалось в том, что вместо цепей ко мне потянулись корни растений.

«Хафф, хафф.» Я больше не могла бежать, и ноги меня подвели. Упав на колени, я увидела, как мальчик перестал двигаться ко мне. Когда он пошевелил пальцами, корни растений вокруг меня начали подниматься. Я глубоко вдохнула и выкрикнула в последний раз:

- Шалентее!

Мой голос звучал хрипло. Если это не сработает, жуткий мальчишка точно похитит меня. Пока я кричала изо всех сил, корни растений ускорились. Один из них обвился вокруг моего запястья, подняв меня в воздух.

Хлоп! Треск! Бум!

Я услышала, как искры разлетелись, а затем с потолка ударила молния, поразив мальчика в черном плаще передо мной. Его отбросило на землю, и он несколько раз перекувырнулся. Корни, которые он призвал, превратились в пепел.

«Что? Да не может быть!»

Мое тело, которое висело в воздухе на корнях, начало падать. Я замахала руками, пытаясь снова использовать очищенный магический камень, но кто-то подхватил меня до того, как я успела удариться о землю. Почувствовав чью-то грудь рядом, я мгновенно расслабилась.

- Шаленте, почему ты так долго? — пробормотала я.

- «Шаренте»? Я же сказал называть меня дядей.

— Ты оп-паздал!

«Ты пришел поздно, Шаренте! Я думала, что умру!»

Хотя, возможно, не умру, но уж точно меня собирались похитить. «Я слишком милая? Почему за мной охотится так много людей?»

Я тяжело вздохнула. У меня не было сил даже шутить. «Кто этот ребенок вообще такой?»

Даже после удара молнии он подергивался, но медленно поднялся на ноги. Я заметила, что его защитный барьер был разрушен. Он успел тихо активировать защитное заклинание.

«Черт возьми, кто он такой?»

Несмотря на то что его пошатывало, мальчик встал прямо и смотрел на нас с любопытством.

- Ха, грязные паразиты теперь смеют вторгаться в поместье Клаунов, — сказал Шаренте резко.

Его выражение было холоднее и яростнее, чем когда-либо. Он выглядел как вулкан, готовый взорваться.

- Кто тебя послал? — спросил он.

Мальчик хранил молчание.

- Почему ты выбрал эту девочку? Она не такая уж особенная.

«Да, я знаю, что не такая уж особенная. На самом деле, я больше чем особенная — я немного гений. И владелица злого артефакта, хотя никто об этом пока не знает, и нет ни малейшего шанса, что я смогу его достать.»

Я мельком взглянула на Шаренте, но он даже не смотрел на меня.

- Нам нужен ребенок с магией, — сказал мальчик в плаще.

- Так ты осмелился прийти сюда и выбрать его из семьи Клаунов?

- Незаконнорожденный ребенок лишь позорит вашу фамилию. Мы заберем ее, используем по-тихому, а потом так же тихо избавимся.

Мой статус в этом мире действительно был жалким, но у меня уже не осталось сил ни злиться, ни кричать. Я была совершенно вымотана. Я бросила раздраженный взгляд на Шаренте и тяжело вздохнула, а он нахмурился в ответ.

«Как бы то ни было, этот мальчишка довольно дерзок, должна сказать», — подумала я. Как он мог сказать такое прямо в лицо Шаренте?

- Какую чушь несет этот грязный выродок, — прорычал Шаренте.

«О, он теперь действительно не нашутку зол.»

Его тон стал резким, и он полностью утратил всякое подобие самообладания. Его хватка на копье была настолько сильной, что вены на руке вздулись. Затем мраморный пол треснул под его ногой, и с мощным толчком он ринулся вперед.

Шаренте размахивал копьем одной рукой, удерживая меня другой.

Шлёп! Свист!

Мальчик, внимательно наблюдавший, ловко уклонился и отступил назад. Копьё Шаренте рассекло воздух, едва не задев мальчика, который с поразительной ловкостью избегал каждого удара. Шаренте прищурил глаза.

- Тебе нужна моя помощь? — спросила я мальчика.

Мальчик вздрогнул и замер, услышав мой голос. Споткнувшись назад, он всё-таки оказался слишком близко — копьё задело его щёку. Капюшон был разорван, и по лицу мальчика стекала кровь.

«Он ещё младше, чем я ожидала», — подумала я. Шаренте тоже выглядел удивлённым и остановил копьё в последний момент, когда оно уже почти касалось шеи мальчика. На вид ему было около восьми лет, примерно как Кайшану.

После недолгого колебания мальчик медленно кивнул.

— Да, ты мне нужна, — наконец ответил он. Его безжизненные фиолетовые глаза привлекли моё внимание. Эти фиолетовые глаза с вертикальными зрачками, лёгкая аура тёмной магии вокруг него, а также ощутимая злоба и жажда убийства…

- Злое создание? — пробормотала я.

Мальчик, похоже, услышал меня и пристально посмотрел прямо на меня. Его глаза слегка расширились, хотя на лице не отразилось никаких эмоций. «Что это за чувство…?» Его энергия напоминала злых существ, с которыми я сталкивалась, разыскивая тёмные артефакты. Он не отрывал взгляда от меня, даже не моргая.

- Почему ты так думаешь? — спросил он, его голос звучал жутко монотонно, но при этом он действительно выглядел любопытным. Он отбросил свой меч и поднял обе руки, медленно двигаясь ко мне. Копьё Шаренте всё ещё было направлено на мальчика. Несмотря на острие копья, указывающее ему прямо в лицо, он не проявлял ни капли колебания.

- Не знаю! — ответила я. «Это было просто чувство. Как ещё это описать? Интуиция?»

Это было похоже на встречу со злым существом, как будто я проходила последний уровень руин, где лежал тёмный артефакт. Мальчик продолжал смотреть на меня, медленно приближаясь.

- Ты первая, кто сумел распознать меня, Шерина, — его тон стал странно знакомым.

«Подождите, серьёзно? Он действительно злое существо?» Я не могла в это поверить. Я знала, что злые создания могли принимать человеческую форму, но почему одно из них покинуло руины и оказалось в мире людей? Злые создания появлялись в руинах и существовали только в них. Я никогда не слышала, чтобы одно из них оказалось снаружи.

Естественно, я могла первой распознать его. Большинство людей и не подумали бы, что такой ребёнок может быть злым созданием, если только они не имели с ними большого опыта. Единственная причина, по которой я вообще это заподозрила, заключалась в том, что существо, которое я встретила на финальном испытании в руинах «Сезон Смерти», приняло человеческую форму. Чтобы быть точной, оно не было полностью человеком — у него были рога и крылья, но в остальном оно было явно похоже на человека. Оно тоже имело фиолетовые глаза с вертикальными зрачками, безэмоциональный голос и интеллект, чтобы использовать древний язык, точно так же, как этот мальчик передо мной.

- А кто ты? — спросил мальчик.

- Я? — переспросила я.

Мальчик наклонил голову ко мне, уткнувшись носом мне в шею и глубоко вдохнув. Его внезапное движение заставило Шаренте рефлекторно отдёрнуть меня назад.

- От тебя пахнет кровью и разложением, — сказал он.

Я не могла произнести ни слова. Дыхание перехватило, а разум помутился. Я прекрасно знала, о чём говорит мальчик. Казалось, он смотрит прямо в мою душу. Его глаза продолжали пристально смотреть на меня, а Шаренте замер, словно погрузился в глубокие раздумья. Глаза мальчика слегка изогнулись, как при улыбке. Несмотря на его безжизненное выражение лица, лишённое подлинных эмоций, он казался странно довольным, будто притворялся, что ему весело.

- Ты мне нужна.

- Что?

- Что я должен сделать, чтобы заполучить тебя, Шерина?

- Ты сумасшедший?

- Моё имя Данталиан, и я хочу поглотить тебя.

- Ну точно, ты сумасшедший.

Я уставилась на него, затем отвернулась. Это были слова, которые восьмилетний ребёнок не должен произносить. Шаренте, долго молчавший, наконец замахнулся копьём. Данталиан ловко уклонился. Он двигался так легко и проворно, что казалось, будто он меняет направление прямо в воздухе, паря словно бабочка. Мне показалось, что я смотрю, как прыгает кот.

- Кто хочет заполучить этого ребёнка? — спросил Шаренте.

- Революционер.

- Революционер?

«Есть ли в империи кто-то, кого можно назвать революционером?» — подумала я, вспоминая человека в плаще, который искал меня в приюте. Но это казалось маловероятным.

Я прищурилась, глядя на Данталиана, который ответил мне своей странной улыбкой. «Фу, он правда жуткий.» Без каких-либо эмоций в глазах его попытки улыбнуться выглядели напрасными. Похоже, он сам этого не понимал. Шаренте сделал широкий взмах копьём, и вокруг заискрила молния. Электричество потрескивало, а искры вокруг копья казались готовыми взорваться при малейшем прикосновении. «Это должно быть сила его артефакта». Я видела, как он использовал это копьё в руинах, но это был первый раз, когда я увидела его истинную мощь.

- Считай это предупреждением, — сказал Шаренте. — Этот ребёнок находится под защитой семьи Клаун. Любой, кто к ней прикоснётся, должен быть готов стать врагом нашего дома.

Улыбка Данталиана исчезла. Его безэмоциональный взгляд снова обратился ко мне. Впервые я увидела кого-то настолько лишённого чувств. В этот момент на его запястье что-то знакомое блеснуло. «Этот браслет!»

Данталиан сделал несколько шагов назад, снова накинул на себя мантию и натянул порванный капюшон. Его тёмные волосы и детская фигура вновь скрылись из виду.

- Мы ещё встретимся, Шерина.

- Ты...

Шаренте начал было говорить, но Данталиан вызвал ещё один магический круг, не произнося заклинания. Одним быстрым движением он исчез. Я заморгала, уставившись на пустое пространство. «Мне это приснилось?»

Тот браслет, что я только что видела, был точно из Силопии. «Может ли он действительно быть злым созданием? Возможно ли, чтобы злое создание было настолько похоже на человека?»

В руинах оставалось множество тайн, о которых я не знала, поэтому, возможно, были и другие подобные случаи. Он казался очень человеческим, но скорее как человек, созданный без эмоций или мыслей.

Серебряный браслет снова всплыл в моей памяти. Это был знак подопытного. Этот символ использовался в Силопии, чтобы обозначить тех, чья магия была запечатана или насильственно удалена за совершение преступлений. Под поверхностью Силопии проводились секретные эксперименты. Я не одобряла подобные вещи, поэтому никогда в них не участвовала. Но отчёты поступали регулярно, и я иногда просматривала их, прежде чем передавать их Мелану.

Исследования включали эксперименты над человеческими телами для поиска новой магии, тестирование магических кругов и проверку побочных эффектов или осложнений заклинаний. Большинство подопытных были заключёнными, магами-предателями или контрабандистами, пересекавшими границу. В конце концов, я так и не узнала подробностей процедур. Совет старейшин приказал проводить эксперименты, и Мелан был выбран ответственным за них. В то время я не придавала этому значения, но, возможно, совет старейшин пытался медленно вытеснить меня уже тогда.

«Так, может, этот мальчик — подопытный из Силопии? Экспериментировали ли они на злых созданиях или создавали их из обычных людей? Может, они просто промывали человеку мозги, заставляя его думать, что он злое создание…»

- Шерина.

- Да?

- Ты в порядке? — спросил Шаренте, убирая копьё, всё ещё крепко держа меня на своих руках.

Я схватилась за его руки, дрожа, когда на меня нахлынула волна головокружения. По привычке я почти сказала, что со мной всё хорошо, но задумалась, зачем мне это делать. Я была молода и всё ещё ребёнком, так что признаться, что мне плохо, казалось вполне нормальным. Я уткнулась лицом в его плечо.

- Мне плохо. Всё болит.

У меня болели суставы от беготни, тело ныло от использования магии, и я чувствовала боль повсюду, будто меня избили. Шаренте вздохнул и отнёс меня в комнату — свою комнату.

- У тебя вроде нет температуры, так что просто постарайся отдохнуть. Утром я позову врача.

- Я должна спать здесь?

- Да, я предпочёл бы, чтобы ты была рядом, а не где-то вне моего поля зрения.

«Я должна спать рядом с этим мужчиной?» Это казалось странным, будто я доверяю врагу свою беззащитную шею, но я закрыла глаза, когда он похлопал меня по плечу. Я прижалась к нему. Он накрыл меня одеялом и чуть крепче обнял. Его тёплое прикосновение, спокойное дыхание и ровное биение сердца невероятно успокаивали.

- Спи, Шерина, — сказал Шаренте.

- Холошо, — пробормотала я, засыпая.

Я слышала его тихое дыхание над головой. «Какое же сильное заклинание сна он только что наложил на меня?» Тот факт, что такое сильное заклинание смогло пробиться через мой защитный барьер, был пугающим. Отбросив эти мысли, я погрузилась в глубокий сон.

- Все уже пришли в себя?

- Простите нас, мой господин.

- Жалкие, – произнёс Шаренте тихим голосом. Его голос был настолько мягким, что почти казался доброжелательным, но холодность в нём заставила всех опуститься на колени и склонить головы.

- Я уверен, вы все понимаете, что кто-то смог проникнуть в поместье, хотя использование магии для проникновения извне запрещено.

- Простите нас.

- Маленький ребёнок прорвал вашу защиту и победил рыцарей Симулы.

На язвительные слова Шаренте заговорил капитан рыцарей:

- Проведя расследование оставленных следов, мы обнаружили, что нарушитель использовал мощное заклинание гипноза, мой господин.

- Вы оправдываетесь?

- Нет, мой господин. Прошу прощения.

Шаренте мягко гладил Шерину по спине, откинувшись на своём кресле. Хотя он сидел спиной к рыцарям и ни разу не обернулся, те стояли на коленях, низко склонив головы, не осмеливаясь поднять взгляд. Это была явно их вина. Несмотря на их обучение сопротивляться магии, никто из них не смог остаться в сознании. Только капитан, который проснулся чуть позже Шаренте, оказался в состоянии что-то сделать. Если бы Шаренте вовремя не нейтрализовал заклинание нарушителя, кто знает, что могло бы случиться с ребёнком, который сейчас мирно спал у него на руках. Одна только эта мысль заставляла его кровь кипеть.

«Смешно», – подумал он. Когда-то он уничтожал всё, что выводило его из себя, – но теперь, всего через несколько лет, он ловил себя на том, что ищет ребёнка всякий раз, когда она раздражающе пропадала. Он нарушил своё негласное правило, оправдав это тем, что она обладала особыми способностями, и дал ей фамилию Клаун. А теперь он даже держал её на руках, пока она спала, хотя часть его всё ещё считала её крайне хлопотной.

Ирония его противоречивых чувств одновременно забавляла и раздражала его.

Шаренте повернулся к капитану рыцарей.

- Вам следует больше тренироваться и установить лучшую дисциплину.

- Да, мой господин. Я сделаю всё, чтобы это больше не повторилось.

- Если это повторится, ваши головы слелетят.

Его тон был угрожающим.

Рыцари Симулы склонились ещё ниже, прижимая лбы к земле. Они поклялись служить семье Клаун, оберегая этот благородный дом. Сегодняшний инцидент был серьёзной ошибкой. Если бы Шаренте не вмешался вовремя, всё могло бы обернуться трагедией.

- Да, мой господин, – сказал капитан.

- Не разочаруйте меня.

- Мы не подведём, мой господин.

Никто не сомневался в грозной репутации Шаренте на поле боя. Он был известен как благородный командир, выходивший из долгих сражений безупречно чистым — без капли крови или следа пыли. Он разрабатывал стратегии, сражался на передовой и даже исследовал руины в поисках артефактов. Обладая могущественным артефактом, он всё же выигрывал войны, практически не прибегая к его использованию.

Однако вне поля боя Шаренте обычно был очень мягким. После окончания войн, когда кровопролитие оставалось позади, он жил, не раскрывая своей истинной сущности.

«Но я почувствовал эту угрожающую ауру сейчас», – подумал капитан рыцарей. Единственное отличие на данный момент заключалось в отсутствии крови, но холодная атмосфера и угрожающее присутствие Шаренте были теми же, что и на поле боя.

- Разберитесь в этом, – приказал Шаренте.

- Как прикажете, мой господин.

Рыцари, ещё раз глубоко поклонившись, молча ушли. Шаренте медленно перестал поглаживать Шерину по спине и посмотрел на неё. Она во многом напоминала его брата.

«Упрямый, твёрдый духом, всегда стремился решить всё в одиночку…» Балиан никогда не заботился о том, чтобы избежать ранений или беспорядка, как и его ребёнок.

Однако оставался один вопрос. Шарент видел баронессу Салливан и директрису приюта, когда разрезал тени в руинах. И тень, неуклюже стоявшая рядом с директором, вероятно, принадлежала её сыну. Основываясь на этих фигурах, можно было предположить, что эти тени были людьми, убитыми Шериной.

Проблема заключалась в огромном числе теней, слишком большом для её возраста. Учитывая, что Шерине было всего три года, казалось невозможным, чтобы она могла убить столько людей.

Сколько бы теней они ни уничтожили, появлялись новые. Только после нескольких часов беспрерывной борьбы все тени наконец исчезли.

«Неужели она действительно убила всех этих людей? Это не может быть правдой…»

Если эти тени не были фигурами её жертв, Шаренте нужно было выдвинуть новую теорию. Однако ничего другого не связывало ребёнка, баронессу Салливан и директрису. Насколько он помнил, единственной связью оставалась Шерина.

Многое в этом ребёнке было загадочным. Например, её умение искусно использовать обработанные магические камни, несмотря на отсутствие надлежащего обучения, её контроль маны, методы атаки и необыкновенная бдительность по отношению к окружающим. Более того, она использовала тёмную магию. Она также отчаянно стремилась покинуть их. Когда она сбежала из дома Клаун и самостоятельно отправилась в приют, это было не просто нелепо — это было поразительно.

- Шерина, – тихо произнёс Шаренте. Спящая девочка не ответила. Вероятно, ему предстоит произнести это имя ещё сотни, если не тысячи раз в будущем.

- Кем бы ты ни была на самом деле, теперь, когда ты вошла в мой дом, ты не сможешь покинуть его по своему желанию без моего разрешения. - тихо произнес он.

Возможно, всего этого не произошло бы, если бы она просто послушалась и отправилась в академию. Как и другие незаконнорождённые дети, упомянутые в истории семьи Клаун, она отправилась бы туда, а затем стала независимой. Но Шерина поступила иначе. Она привлекла внимание Шаренте, и он больше не хотел её игнорировать или оставлять одну.

Он вынужден был признать это — он уже проявлял к ней интерес, выходящий за рамки её статуса незаконнорождённого ребёнка его покойного брата. Теперь он размышлял не только о том, чтобы дать ей фамилию Клаун, но и взять её под свою опеку как приёмную дочь.

- Что ж, теперь, полагаю, придётся исправлять всё по очереди, – пробормотал он.

До этого он почти не обращал на неё внимания. Его не волновали её комната, одежда или что-либо ещё. Единственное, чему он уделял внимание, – это её питание, обеспечивая её базовое выживание. Однако даже когда она почти умирала от голода, она не просила помощи, а находила еду самостоятельно. Для неё это казалось естественным. Она никогда не жаловалась на то, что ей давали, и часто даже отказывалась от предложенного.

Поэтому, когда ребёнок сбежал, Шаренте был потрясён. Он никак не ожидал, что она добровольно войдёт в приют. И когда он увидел, как горничная выносила Шерину из её комнаты во время землетрясения, вызванного появлением новых руин, он почувствовал что-то странное, почти как слабое чувство вины. Возможно, его слова тогда были лишь продолжением этого чувства.

«Вина…»

Он усмехнулся. После того как он растоптал бесчисленное количество жизней ради победы в сражениях, ему было трудно поверить, что он испытывает вину из-за чего-то настолько незначительного.

Шарент опустил глаза.

- Революционер…

Он никогда раньше не слышал о революционной группе, но не похоже, чтобы нарушитель лгал. Он медленно закрыл глаза. Тепло, которое он чувствовал на своих пальцах, было не таким уж и неприятным.

***

- Я не припомню, чтобы говорил тебе возвращаться с пустыми руками.

В полутёмной комнате Асмодей неторопливо вращал бокал с вином. Вроде бы пустое пространство вдруг оживило тень, медленно появившуюся в воздухе.

- Они оказались куда более подготовленными, чем я ожидал, – произнёс Данталион, выходя из тени.

- Что ты имеешь в виду?

- Клаун защитил ребёнка своим копьём. Он также предупредил, чтобы я не трогал её, так как она находится под защитой семьи.

Лицо Данталиона оставалось бесстрастным, а тон – спокойным и фактическим. Несмотря на его слова, Асмодей не выказал ни малейшей реакции. Он тихо сделал глоток вина и мягко вздохнул.

- И как она справлялась?

- Она владеет удивительным количеством магии. Это был мой первый раз, когда я видел человека в таком юном возрасте, способного на такое.

Глаза Данталиона изогнулись в удовлетворённой улыбке, напоминающей взгляд хищника, только что насытившегося. Заинтригованный, Асмодей наклонился ближе, в его взгляде вспыхнуло любопытство.

- Ребёнок использовал лучшую магию, на которую был способен, – продолжил Данталион, восхваляя Шерину. Несмотря на нагрузку, которую её маленькое и хрупкое тело едва выдерживало, она применила самые сильные заклинания, какие могла. Она точно выбирала наиболее эффективные заклинания, чтобы отбросить противника. Если бы ситуация была чуть менее сложной, Данталион смог бы забрать её.

- Асмодей, можешь отдать мне Шерину?

- К сожалению, она нужна и мне.

Данталион пожал плечами. Асмодей медленно опустил взгляд. Красный камень на среднем пальце его левой руки мгновенно изменил цвет.

- Как только я закончу с ней, полагаю, ты сможешь забрать её.

- Хм, я приму это к сведению. Но я очень хочу её заполучить.

Под холодным взглядом Асмодея Данталион поднялся. Несмотря на его детский облик, его речь, мысли и действия были совершенно не похожи на детские. Всё в нём казалось странным.

- Мне пора. Хозяин Магической Башни, вероятно, уже ждёт меня, – сказал он.

- Ах, это напомнило мне. Я слышал, они тоже хотят заполучить этого ребёнка, не так ли?

- Хозяин Магической Башни хочет воспитать её как ученицу.

Данталион усмехнулся. Редкое выражение на его лице было пропитано злобой. Асмодей тоже ухмыльнулся, находя это абсурдным. Внешний мир и понятия не имел, как странно изменяется Силопия после утраты своей центральной фигура – Хеллы.

- Мелан всё ещё цепляется за наследие прежнего Мастера Башни, – сказал Данталион. - Он пытается точно повторить её путь.

- Ты о Хелле? – голос Асмодея стал низким и тяжёлым.

- Да.

Мелан пытался взять учеников и воспитывать их так же, как это делала Хелла. Он также пытался завладеть артефактами, как она, но терпел неудачи раз за разом. Из-за недостатка способностей и мастерства Мелан занял место хозяина Магической Башни через трусливые методы.

Данталион посмотрел на Асмодея.

- Ну, я пойду.

Его тон звучал повелительно, но Асмодей кивнул без возражений. Волшебный круг засветился на плече Данталиона, и в тот же миг он исчез.

Оставшись один, Асмодей поставил пустой бокал и поднялся.

«Что-то случилось прошлой ночью?» — подумала я. Сцена передо мной была ошеломляющей. Проснуться и увидеть лицо Шаренте было уже достаточно плохо, но комната, в которую меня привела Вера, была совершенно незнакомой.

- Вела, это не моя комната, — сказала я. «Что происходит? Не может быть, чтобы эта шикарная и роскошная комната принадлежала мне.» Пышный ковер, большая просторная кровать с балдахином и легкими занавесками, которые покачивались, — это было слишком. «Ладно, теперь мне действительно стало страшно.» Вся обстановка была украшена золотом. Одна сторона комнаты была завалена куклами и игрушками, а на другой стояли роскошный письменный стол и столик.

Более того, на уровне моих глаз стояла большая шкатулка с драгоценностями, полной магических камней. Она явно была предназначена для демонстрации десятка или около того высококачественных камней. Честно говоря, я это оценила, но не понимала, почему камни внезапно оказались здесь.

- Моя леди, с сегодняшнего дня это будет ваша комната, — сказала Вера.

«Нет, не говорите такие ужасные вещи. Что это за смесь розового и небесно-голубого? Я ненавижу пастельные тона. У меня никогда не было такой комнаты, даже когда я жила как Хелла.»

В моей голове пронеслись сотни причин, почему это не сработает, но я не могла ничего сказать в присутствии Веры, которая выглядела так радостно.

- И теперь вы будете обедать вместе со всеми в столовой, — добавила она.

«Подождите, так меня дискриминировали и в этом смысле? Я думала, что все ели в своих комнатах!» Я открыла рот от шока, осознав это.

- Вы счастливы, моя леди?

«Нет, это лицо полного недоумения.»

- Теперь вы официально Клаун, — сказала она.

«Что-что?»

- Шерина Клаун — такое красивое имя, — сказала Вера, улыбаясь. Она крепко обняла меня.

Я просто уткнулась лицом в её плечо и тихо огляделась по роскошной комнате. То, что произошло за ночь, меня удивило. Это явно было дело рук Шаренте. Это означало, что он действительно собирался дать мне фамилию Клаун. Мне стало не по себе. Я чувствовала смущение и, честно говоря, была немного растеряна. Неосознанно я покраснела.

В прошлом меня признавали немногие. Даже за основание Силопии всю заслугу приписали совету старейшин. Но меня это никогда не беспокоило. Я не обвиняла их и не чувствовала грусти из-за отсутствия признания. Однако если это был способ Шаренте признать меня, то это означало, что я жила, не зная, какое огромное счастье может приносить принятие другими людьми.

«Уже слишком поздно.» Я больше не могла относиться враждебно к семье Клаун. Было невозможно даже поднять меч против них. Но мысль о том, что мне всё равно придётся уйти, разрывала меня изнутри.

- Да, Вела. Я счастлива.

- Моя леди?

- Мне ты нлавишься, Вела.

Глаза Веры широко распахнулись от моих искренних слов. Она молчала долгое время, а затем протянула руку и крепко обняла меня.

- Я тоже люблю вас, моя леди.

Чувствуя себя немного неловко, я засмеялась. Затем закрыла глаза, ощущая тепло её объятий.

«Мне действительно нужно скоро уйти.» Я должна быстрее учиться магии, но мне нужно время, чтобы убедиться, что я не причиню никому здесь вреда. Моё присутствие станет лишь источником раздора для них.

Сделав шаг на мягкий ковёр, я подняла взгляд на сверкающую люстру. Когда я была Хеллой, моя комната всегда походила на лабораторию, почти без украшений. Я никогда не знала, насколько дом может быть ценным.

«Я не люблю иметь семью», — подумала я, когда Вера подняла меня и медленно отнесла к кровати. Может, потому что было время для сна, моё зрение начало затуманиваться.

«Но… мне нравятся добрые люди.»

Шаренте, Дешар и Вера были добры ко мне. Семья Клаун относилась с добротой ко всем, кто находился в их стенах. Если я чувствовала себя так, находясь лишь на границе этих стен, насколько счастливой я могла бы быть, если бы действительно вошла внутрь? Я должна была уйти, прежде чем полностью погрузилась в это счастье. Уход был единственным способом выразить им свою благодарность.

Тёмная магия всегда приносила зло. Хотела я этого или нет, жить нормальной жизнью среди других людей было для меня невозможно. Я приносила бы несчастья одним только своим присутствием. Именно поэтому тёмные маги были обречены на одиночество.

- Мне сообщили, что через несколько дней придёт учитель, — сказала Вера.

- Ах, холошо.

- Сладких снов, моя леди. Спите спокойно. Я буду следить за вами. Надеюсь, моя дорогая леди всегда будет счастлива.

«Вера, я люблю доброту. Именно поэтому ты мне нравишься больше всех. Ты самая добрая, нежная и искренняя по отношению ко мне.»

Я кивнула, ощущая тепло её руки, гладившей меня по голове, когда она быстро положила меня в мою колыбель.

***

- Тебе нужно есть овощи, Шерина.

- Брр...

Я почувствовала легкий щелчок и небольшую боль на лбу, будто кто-то мягко щёлкнул меня пальцем. Я нахмурилась. Но когда повернула голову, передо мной улыбалась красивая женщина.

«Вау, она такая красивая...» Это было нечестно. Я могла злиться, но, глядя на её лицо, могла только краснеть. Тем не менее, я терпеть не могла морковь, болгарский перец, капусту кале, спаржу, лук, зелёный лук, капусту и помидоры.

- Это невкусно, Малтина.

- Но тебе нужно их есть, чтобы расти. Смотри, Кайшан ест все свои овощи.

- Брр...

Кайшан нехотя ел овощи, но по его лицу можно было подумать, что он жуёт живых насекомых. Казалось, он ел их только ради своей мамы.

- Я не знал, что ты не любишь овощи, Шерина, — заметил Шаренте.

Я покосилась на него, жуя размякшую морковку.

«Тоже мне, пример для подражания! Практикуй то, что проповедуешь. Ты сказал, что лучше бы я не приходила, так зачем тогда меня взял с собой?»

Мартина посмотрела на Шаренте.

- Я не ожидала, что ты придёшь.

- Я просто переживал, оставляя эту проказницу одну, — ответил он спокойно, но я чувствовала, что он нервничает.

На самом деле, я никогда раньше не видела его таким в присутствии кого-то. Его лицо и действия почти не выдавали волнения, но атмосфера была определённо другой. Это было впервые, потому что обычно он был расслабленным и саркастичным, даже рядом с Дешаром.

«Вот мерзавец», — подумала я. — «Наверное, он взял меня только потому, что Кайшан хотел меня видеть. Ты пытаешься использовать меня как пешку в своей любовной игре, Шаренте?»

- Эм, Ш-Шерина... Тебе нужно есть овощи, как и мне, чтобы вырасти, — сказал Кайшан.

«Хм. Тебе бы сменить это ужасное выражение лица, прежде чем говорить мне такое.»

Я выковыряла из своей тарелки только мелко нарезанное мясо, и теперь остались одни овощи. Я уставилась на свою тарелку и тяжело вздохнула.

- Ох, посмотрите на неё. Она вздыхает, — сказала Мартина с улыбкой.

- В ней действительно мало детских черт, — ответил Шаренте. — Всё равно удивительно, что ты решила позвать её.

Шаренте замолчал.

«Почему ты замолчал именно сейчас, а?» Он сделал достаточно малоприятных вещей до этого момента и должен был бы рассказать ей об этом. До того как принять меня, он относился ко мне как к пустому месту. «Ты пытаешься не выглядеть плохо перед женщиной, которая тебе нравится, так ведь?»

- Кажется, ты немного изменился, — сказала Мартина.

- Нет, не изменился, — твёрдо ответил Шаренте.

Я мельком взглянула на двух взрослых и неуклюже наколола вилкой порцию овощей. Пока они не смотрели, я ловко переложила их на тарелку Кайшана. Он только что доел свои овощи, его глаза расширились, и он с недоумением уставился на меня. Я смущённо улыбнулась, и он поморщился.

Я легко могла победить его. Он всегда старался изо всех сил, думая, что должен быть примером старшего брата.

- Кайшан! — вскрикнула я.

Я широко улыбнулась, и плечи мальчика дёрнулись. С решительным видом он снова взял вилку.

Шаренте тихо рассмеялся. Это было немного неловко, но ничего не поделаешь. Игнорируя лёгкое чувство вины, я снова посмотрела на свою тарелку. Половина овощей всё ещё оставалась.

«Я правда не хочу их есть…» Сегодня всё, что я не люблю, казалось ещё более отвратительным. «По крайней мере, в особняке Клаун мы всегда ели мясо.» Даже Вера не делала из этого большого дела, если я не ела овощи. Я ела их только, если они были перетёрты в пюре, как детское питание, но в цельной форме я их терпеть не могла.

- Я слышал, что сегодня на десерт клубничное желе, — сказал Шаренте. — И только те, кто съест всё на своей тарелке, смогут его получить.

Он снова прибегал к своим грязным уловкам. С вилкой в руках и надувшись, я посмотрела на него. Его голова была слегка наклонена, а на лице играла ухмылка.

- Клубничное желе… — пробормотала я, надув губы. — Дай мне два, пожалуйста. — Я подняла два пальца.

- Только если всё съешь.

Я затолкала в рот порцию овощей, мои щёки раздулись, как у бурундука. Я просто хотела, чтобы этот мучительный момент скорее закончился.

- Шаренте, ты продолжаешь удивлять меня сегодня.

- Это потому, что она довольно упрямый ребёнок.

- Ну, раньше ты таким не был.

- С ней в десять раз сложнее, чем было с Кайшаном.

«Вау, какое лестное сравнение.»

Слушая их разговор, я продолжала загребать овощи в рот, пока моя тарелка не опустела. Шаренте молча ждал, пока я доем, а Мартина, казалось, была заворожена тем, как я ем. Всё, что я делала, — это подносила еду к рту вилкой.

- Я надеялась, что к этому времени у меня уже будет дочь такого возраста. Она такая очаровательная.

- Правда? — нерешительно спросил Шаренте.

Я намеренно вытянула руки в сторону Мартины, притворяясь наивной.

- Мамочка?

- Можно она будет жить со мной, Шаренте?

- Мартина...

Шаренте потер лоб. Мартина пожала плечами на его тон, словно предупреждающий её о том, что она говорит какую-то ерунду. Даже её хмурое выражение лица было красивым.

- Не будь таким серьёзным. Я пошутила.

- Ты часто путешествуешь, Мартина. Ты не подходишь для ухода за ребёнком.

- О, ну хватит. Ты просто скучный человек, — беззаботно ответила Мартина.

Она махнула рукой, и стоявшая поблизости горничная быстро подошла.

- Принеси приготовленный десерт, — сказала она.

- Да, госпожа графиня.

«Что? Мартина — графиня?»

Я была немного ошеломлена. Это действительно удивительно. Ведь не так много женщин обладали дворянским титулом. Заметив мой взгляд, направленный на неё, Мартина мягко рассмеялась.

- Ах да, принесите два для Шерины.

«Она, должно быть, ангел!» — подумала я. — «Делай всё, что хочешь, Мартина! Зачем тебе связываться с таким упрямым парнем, как Шаренте? С титулом графини ты можешь жить, как захочешь.»

- Ты лучшая, Малтина, — сказала я.

- Ох, она такая умная, — заметила Мартина.

Мартинына похвала оставила Шаренте безмолвным.

«Тебе не нравится, что меня хвалят, да? Ну же, Шаренте, будь немного проще», — подумала я.

Я терпеливо ждала, пока передо мной наконец не поставили желе из клубники. Одна только тряска этого десерта делала меня счастливой, а тут еще и две тарелки!

- Шерина, хочешь и моё? — спросил Кайшан.

Удивлённая его предложением, я повернула голову к нему с сияющими глазами.

- Мой сын совсем взрослый, — сказала Мартина. — Ты действительно готов поделиться своим желе с младшей сестричкой?

- Да. Она такая милая и красивая, и она моя сестра, и она слабее меня.

Здесь было много прилагательных, и некоторые из них были немного смущающими. Но он не ошибся.

- Я горжусь тобой, дорогой, — с яркой улыбкой сказала Мартина и протянула руки к Кайшану.

Он быстро прыгнул к ней в объятия. Видя его такую счастливую улыбку, стало ясно, как сильно он любит свою маму.

«Неудивительно, что он так часто плакал, скучая по ней», — подумала я, наблюдая, как он краснеет.

Я продолжала смотреть на них, пока отправляла кусочек клубничного желе в рот. Несмотря на то, что у меня было три тарелки желе, его вкус оказался не таким восхитительным, как я ожидала.

«Я думала, это будет невероятно вкусно…» Что-то было не так.

Это был первый раз, когда я видела Кайшана таким счастливым. Расти с такой матерью, как Мартина, должно быть, сделало его светлым и здоровым ребёнком. Его характер также больше походил на Мартину, чем на Шаренте.

- Я подарю тебе подарок в следующий раз. Что ты хочешь, Кайшан?

- Хм… Можешь подарить мне игрушку, мам?

- Я могу подарить тебе ее в любое время. А как насчёт чего-то другого? Разве не пора получить новый меч? Твой отец уже купил тебе его?

- Я собирался заказать один у кузнеца в ближайшее время, – вмешался Шаренте.

- О, правда? Тогда я могла бы купить его для тебя, Кайшан, – Мартина посмотрела на Шаренте, будто спрашивая разрешения. Мужчина кивнул.

- Как пожелаешь, Мартина.

- Кстати, ты помнишь, как твой отец пытался подарить тебе настоящий меч, когда тебе было всего два года? – на губах Мартины заиграла улыбка.

Шаренте, который уже собирался откусить кусочек желе, замер и посмотрел на нее неодобрительно. Мартина пожала плечами.

- Это правда? – спросил Кайшан.

- Да, правда, – сказала Мартина.

- Когда мне было два года, я уже отлично махал деревянным мечом!

- Ну конечно, ты же гений, дорогая, – Мартина звонко рассмеялась, хваля его.

«Хм, если он гений, то кто тогда я? Я ведь намного гениальнее этого плаксы.»

Погруженная в свои мысли, я вдруг вздрогнула.

«Что? О чем я думаю…?»

Это почти звучало, как будто я завидую.

«Почему меня волнует похвала от дамы, с которой я только сегодня познакомилась? Неужели мой разум действительно регрессирует?»

Мартина продолжила говорить с Шаренте.

- Но все-таки, настоящий меч не был подходящим подарком для двухлетнего ребенка. Ты даже не представляешь, как я была напугана.

- Это был легкий меч с тупым лезвием.

- Сам факт, что это был настоящий меч, был проблемой.

Она промокнула губы салфеткой.

Конечно, это была женщина, которую Шаренте когда-то любил достаточно, чтобы жениться на ней, но меня поражало, как каждая ее деталь была такой изящной. В ее движениях чувствовалась особая элегантность, уникальная для нее. Я могла понять, почему она нравилась Шаренте. В ее идеальной осанке, мягком голосе и сияющих глазах читалась спокойная сила – ничего нельзя было критиковать.

Я взглянула на свое наполовину съеденное клубничное желе и слегка нахмурилась. Раньше я думала, что смогу съесть больше десяти тарелок, но теперь вдруг почувствовала себя полностью сытой. Я сердито посмотрела на желе и тяжело вздохнула. Когда я соскользнула наполовину с кресла, кто-то подхватил меня и помог встать. Это был Шаренте.

- Что случилось? – спросил он.

- Я хочу пойти в свою комнату.

- А как же еда?

- Я наелась.

«Я понимаю намеки, знаешь ли.»

Мне казалось, что я не должна здесь находиться. К тому же я могла взять оставшееся желе с собой в комнату и съесть его позже. Жаль только, что Веры здесь не было, чтобы отнести его за меня.

- Я возьму желе. Я могу сама понести.

- Ты вообще знаешь, где твоя комната?

- Любая, котолая пустая.

«В этом огромном особняке должна быть пустая комната, где я могу остаться. Просто не хочу быть здесь с вами.»

Шаренте медленно поднялся.

- Есть ли комната, где она может остановиться? – спросил он у Мартины.

- Комната, которую ты иногда использовал, теперь свободна, и Шерина может остаться в комнате рядом с Кайшаном.

Мартина нежно надавила пальцем на мою щеку, ее глаза излучали теплоту.

«Что ты делаешь с великой Хеллой? Это унизительно», – подумала я с ужасом.

- О, посмотрите, она покраснела! Ей это нравится!

- Мне кажется, ее это скорее раздражает, – заметил Шаренте.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что она не обычный ребенок, Мартина.

«Издевайтесь надо мной сколько хотите.»

Я злобно посмотрела на Шаренте, а он вдруг притянул меня к себе на руки и начал медленно гладить по волосам.

- Ты – настоящая непоседа.

- Шаленте! Пусти меня! Я сама пойду!

«Я сама пойду, и желе возьму с собой!»

Шарент усмехнулся и поставил меня на пол. Он протянул мне тарелку с желе.

- Ну, иди тогда.

Он открыл для меня дверь.

Я подумала о том, чтобы использовать магию, чтобы помочь нести тарелку, но передумала. Было бы плохо, если слишком много людей узнают о моих способностях.

Я осторожно держала тарелку и шла вперед.

«Не урони. Не урони. Не урони.»

Я не хотела пролить желе и снова стать посмешищем. С меня хватило этих случаев, когда я роняла еду с ложки. Я помнила, как сильно злилась, когда что-то проливала перед Верой. После долгой практики я научилась есть, не проливая. Проблема сейчас заключалась в огромном клубничном желе, качающемся на маленькой тарелке.

Опустив голову, я медленно шла вперед, чувствуя нервозность.

- Твоя комната – четвертая на втором этаже. Третья – Кайшана.

- Холосе.

Кивнув, я осторожно заковыляла вперед. Я все еще не могла поднять голову. Даже небольшой наклон мог привести к тому, что желе упадет. Я не была уверена, зачем вообще ввязалась в это, но теперь пути назад не было.

«Может, я захочу съесть это позже.»

Я не хотела тратить желе впустую, ведь Мартина приготовила для меня две порции. А еще оно было действительно вкусным.

«Использовать ли магию, чтобы оно левитировало?» – задумалась я. Если я хоть немного потеряю концентрацию, тарелка упадет на пол. Будь я больше и с лучшей реакцией, я бы могла ее поймать, но ожидать чего-то особенного от этого короткого и коренастого тела не стоило.

Пересекая мягкий ковер, я наконец подошла к лестнице. Прислуга вокруг выглядела нервной, держа дистанцию. Некоторые даже протянули руки, чтобы помочь, но, когда я повернула голову, они тут же отвели глаза. Их головы так резко повернулись, будто они пытались не смотреть на таракана.

«Что такое? Разве неправильно нести еду так в домах аристократов? Я делаю что-то стыдное? Почему они избегают смотреть на меня, будто я ничтожество?»

Я снова оглядела окружение. Те, кто смотрел на меня, быстро отвели глаза и сделали вид, что заняты.

«Кажется, все здесь воспринимают вкусные десерты как должное. Как только останетесь без них, поймете, почему я так берегу это.»

Я никогда не заботилась о чужих мнениях, конечно. Игнорируя их, я смотрела вперед и медленно двигалась дальше. Подниматься по лестнице с полными руками было нелегко.

«Может, просто использовать магию, чтобы удерживать тарелку?» – подумала я. Но на меня смотрело слишком много глаз. Правда, заклинание левитации настолько простое, что его мог использовать любой маг.

«Кажется, можно попробовать сделать это незаметно», – решила я.

Сконцентрировавшись на магии, я осторожно заставила тарелку левитировать. Я могла притворяться, что держу ее, используя заклинание. Осторожно подняв тарелку в воздух, я начала подниматься на четвертую ступеньку, но вдруг потеряла равновесие.

- Ты действительно... – раздался тихий вздох у меня за спиной.

Повернув голову, я увидела, что Шарентt удерживает меня. Он держал тарелку в одной руке, а другой поддерживал меня, чтобы я не упала. Я удивленно расширила глаза.

- Ты никогда даже разу не оглядываешься, правда? – сказал он.

- А зачем мне?

У меня не было причины оглядываться, если там все равно никого не было. Это никогда не приносило мне радости. Я совершила преступления и сделала много ужасных вещей – это прошлое, которое я хотела забыть. Мне не нужно было оглядываться назад.

- Зачем ты здесь? – спросила я.

- Я подумал, что ты можешь упасть по дороге.

«Ну, он действительно умеет говорить «добрыми» словами.» Они были настолько «добрыми», что мне захотелось стукнуть его по голове. Я злобно посмотрела на него, пока он быстро поднимался по лестнице, нессяменя на руках.

- Тебе даже не нужно было спрашивать меня. Если бы ты попросила любую служанку или слугу, они бы помогли тебе, – добавил он.

- Не, все норм.

- Правда?

- Мне надо привыкать жить одной.

Лучше не полагаться на удобства в подготовке к самостоятельной жизни в будущем.

Шаренте больше ничего не сказал. Он молчал довольно долго и заговорил снова только, когда мы достигли комнаты.

- Позволь мне прояснить ситуацию. Пока ты носишь фамилию Клаун, не думай, что я это позволю.

- Я не хочу быть Клаун.

- С завтрашнего дня к тебе придет наставник.

- Я делаю много плохих вещей. И буду продолжать это делать.

- Убийства людей не имеют значения.

-Кайшан может умереть.

Темная магия накапливает порчу и в конечном итоге приводит к разрушению дома. Есть причина, по которой проклятые дома так и называют – проклятыми. Я могла оставаться в Магической Башне в Силопии, потому что контролировала темную магию, но теперь я вообще не могла ее контролировать. Это было очевидно по тому, как я чуть не потеряла рассудок из-за того злого артефакта.

Шаренте снова ненадолго замолчал, а затем сказал:

- Мой сын не настолько слаб, чтобы тебе стоило об этом беспокоиться.

Его постоянные возражения вызывали у меня головную боль. Я тяжело вздохнула. Я не могла прямо сказать ему, что я Хелла. Так или иначе, мне нужно было зависеть от этого места еще несколько лет. Было нелепо продолжать отказываться.

Я некоторое время смотрела на Шаренте, а затем кивнула.

- Отдохни, Шерина, – мягко произнес он.

Он поставил тарелку на стол рядом и вышел из комнаты.

Он всегда говорил таким мягким голосом со всеми. Даже за столом переговоров он говорил мягко, одновременно произнося самые жесткие фразы.

«Я больше ничего не понимаю.»

Я сделала все возможное, чтобы объяснить свою позицию, но он все равно отказался. Выполнив свои моральные обязательства, может, мне стоит просто остаться здесь, используя темную магию, пока меня не выгонят.

«Но почему я этого не хочу?»

Вот в чем проблема. Почему я так отчаянно хочу уйти, не причинив им вреда?

«Я, должно быть, схожу с ума.»

Рефлекторно я сунула соску в рот. Клубничное желе на столе теперь выглядело особенно сладким.

***

- Она кажется довольно зрелой для своего возраста, – сказала Мартина.

- Именно, – ответил Шаренте.

- Она ни разу не оглянулась, когда уходила. Очень самостоятельная девочка, но в тоже время кажется немного одинокой. Возможно, мы слишком много говорили между собой. - Мартина говорила тихим голосом, признавая свою возможную ошибку. Шаренте взглянул на женщину, а затем на Шерину, которая уходила.

- Я часто задаюсь вопросом, о чем она думает, – заметил он. - И иногда возникает желание вскрыть её голову и заглянуть внутрь.

- Я удивлена, что есть вещи, которых ты не знаешь.

Шаренте медленно повернул голову к Мартины. С мягкой улыбкой он пожал плечами.

- Ты собираешься пойти за ней? – спросила она.

Он слегка повернул голову назад, чтобы снова взглянуть на Шерину. Она уже немного покачивалась, словно теряя равновесие. Шарент нахмурился, вздохнул и кивнул.

- Кажется, стоит.

Мартина протянула руку и положила её на щеку Шаренте. Он вздрогнул и несколько раз моргнул.

- Шаренте, раньше я ненавидела твою холодность и то, как ты отрезал от себя всё, что было за пределами твоих стен. Я любила тебя, но были вещи, которые я не могла принять. Но ты сильно изменился с тех пор, как я ушла.

Её слова, смешанные с тихим смешком, заставили Шаренте глубоко вдохнуть. Он медленно отвернулся. Когда тепло её ладони исчезло, Мартина опустила руку.

- Я отказываюсь, чтобы со мной обращались, как с ребёнком, – сказал он.

- Если бы я обращалась с тобой, как с ребёнком, я бы не говорила таких вещей.

Глаза Мартины сузились.

- Возможно, я буду свободна этим вечером. Что скажешь?

Шаренте сжал кулаки так сильно, что на них выступили вены, но затем медленно расслабил их, когда пальцы Мартины нежно коснулись его руки.

- Я зайду к тебе в комнату, когда дети уснут, – сказал он.

- Хорошо. А я пока прогуляюсь с Кайшаном, – ответила Мартина, слегка взлохматив волосы Шаренте перед тем, как отвернуться.

Шаренте быстро направился к Шерине, которая стояла у подножия лестницы.

***

- Приятно познакомиться, леди Шерина.

- Кто вы?.

«Ой, я прикусила язык.» А ведь я была так уверена в себе.

Женщина средних лет в простом голубом платье грациозно направилась ко мне. Её осанка была впечатляющей, и я невольно залюбовалась ею. С элегантной улыбкой она слегка склонилась в поклоне, приветствуя меня, а я поспешно наклонила голову. Возможно, из-за того, что я так много времени провела, катаясь по полу, такие утончённые люди казались мне удивительными и потрясающими.

«О нет, я слишком низко наклонилась.»

Я согнула спину вперёд настолько, что моя голова наклонилась слишком резко. Поморщившись, я быстро раскинула руки, чтобы вернуть равновесие, при этом стукнув ногами о пол.

Надо мной раздался мягкий смешок. Казалось, женщина попыталась быстро сдержаться, но я всё равно услышала.

- Простите, леди Шерина, – сказала она.

- Всё в полядке, – пробормотала я.

Я заслужила насмешку за свою ошибку. «Обещаю себе больше так не делать.» - поклялась я сама себе. Моя голова была слишком тяжёлой, и я едва не упала. Я вздохнула и быстро отвела взгляд.

Мы сели друг напротив друга за низким столиком. Несмотря на наличие ковра, было удивительно видеть, как дворянка так непринуждённо садится на пол.

- Меня зовут Присцилла Континенталь, и с сегодняшнего дня я буду отвечать за ваше образование, – представилась она.

«Ох, какое сложное имя. Они что, проверяют моё произношение?»

Я нервно прикусила губу. Я могла бы не справиться с «Континенталь», но…

«Нет-нет, я смогу. Шерина! Твой рот справится. Соберись. У тебя ведь гениальный мозг Хеллы, так что ты точно справишься.»

После того как я несколько раз потренировалась в голове и сделала несколько глубоких вдохов, я смело открыла рот, чтобы ответить:

- Пусцилла?

Глаза женщины расширились.

Я задумалась, может, мне стоит начать чаще тренироваться высовывать язык. Или дело не в языке? Может, что-то не так со строением моего рта.

«Я правда такая глупая?» – подумала я.

Я ждала, что снова услышу смех, но его не было. Вместо этого я услышала тихий вздох, будто она была искренне удивлена.

- Удивительно, что вы уже можете так хорошо говорить. Кажется, вы начали говорить рано, леди Шерина.

- Но я сказала это неправивьно.

- Вы так хорошо произнесли моё имя. Прошу прощения за то, что засмеялась ранее. Просто вы были такой милой. Для меня большая честь обучать такую способную ученицу.

«Как эта женщина стала такой красноречивой?» Я смотрела на неё с восхищением, а она снова улыбнулась мне. Её розовые глаза были особенно притягательными.

- Думаю, вы ещё не умеете читать? — спросила она.

- Я умею читадь! — заявила я.

«Я знала, как читать. Даже не думайте начинать с азов.» Я хотела изучать что-то более сложное, например, историю или экономику, такие вещи. Мне нужны были ответы на вопросы, которые я не могла решить раньше из-за недостатка опыта.

- Ох, мне об этом не сказали. Так вы умеете читать?

- Да! — подтвердила я.

Присцилла надолго замолчала, видимо, задумавшись, а затем медленно кивнула. Потом она достала ручку и бумагу и написала несколько букв.

- Можешь это прочитать?

- Бабочка.

- А это?

- Клубника!

Казалось, она поняла меня, несмотря на моё плохое произношение. Она выглядела потрясённой и молчала несколько мгновений, а затем написала что-то гораздо длиннее на бумаге. Это было похоже на то, как будто я перескочила уровень, но времени терять было нельзя.

«Сколько ещё я смогу притворяться ребёнком?» Пока мои истинные способности не так заметны из-за плохого произношения и моего детского вида, но через два-три года все начнут понимать, что что-то не так. Тогда мне придётся уйти.

- Это немного длиннее, но сможете прочесть и это?

- Сегодня Шелина встетила свою учителку, Пли... сциллу. Учителка рада встетить чудесную учиницу.

Я почти не могла понять себя. «Вот что получается, когда я пытаюсь говорить длинными фразами…» Я только сейчас это осознала, потому что никогда прежде не говорила так много, но даже я с трудом понимала, что говорю.

Интересно, поняла ли меня Присцилла? Я подняла глаза от бумаги и увидела женщину с раскрытым от удивления ртом.

«Она мне не верит, да?»

Я указала на книги на декоративной полке неподалеку. Было очевидно, что они были там не для того, чтобы их читали, а просто для красоты. Я указала на книгу на уровне глаз и прочитала:

- Истовия Импевии!

Присцилла внезапно подняла глаза, когда я продолжила читать.

- Невидимая вука на Вынке.

А следующая книга...

- Вазмышления об Интересах Индивидов и Гвупп.

Это было немного сложнее. «Размышления об интересах индивидов и групп? Что это за размышления такие?» Тот, кто поставил эту книгу сюда, имел необычные вкусы. Это звучало как нечто, что я никогда бы не захотела читать, даже если бы это была последняя книга на Земле.

Я повернулась к Присцилле. Она больше даже не пыталась скрыть свое изумление. Я широко улыбнулась и вытащила одну из исторических книг.

- Я хочу изучить это, — заявила я.

Каждый раз, когда я садилась за стол переговоров с семьей Клаун, было слишком много вещей, на которые я не могла ответить. Будучи Хеллой, я была слишком невежественна, чтобы управлять страной. На этот раз я хотела узнать хоть что-то. Почему мы всегда должны были следовать словам совета без вопросов? Почему я ни разу не задала вопрос об их правилах? Почему семья Клаун всегда отступала и давала мне время подумать, даже в переговорах, которые могли бы закончиться мгновенно?

Я получила силу, ползая на самом дне, и стала ужасным чудовищем, замаскированным под человека. Покрытая грязью, терпя клевету, обагренная кровью и шагая по трупам, я стала той, кого никто не осмеливался бросить вызов. Я стала центром Силопии, почти как королева.

В Силопии не было социальных классов. До основания страны магов считали ведьмами. Первым человеком, обладавшим «странной силой» мага, была дочь простолюдина. Святой храм и императорская семья осудили её, и так появилось слово «ведьма». Это было его происхождение, и оно сохраняется до сих пор. Если у кого-то была странная сила, будь то ребёнок или старик, мужчина или женщина, их называли ведьмой.

Люди превратили слово «ведьма» в нечто вроде социальной касты — существо, ниже даже самого низкого простолюдина или раба, монстра, заслуживающего смерти, мерзость, недостойную человеческого общества. В мире, где шла нескончаемая война, ведьм можно было забивать до смерти безо всякой причины. Именно поэтому я хотела создать справедливое общество, мир без дискриминации. Это было всем, чего я желала. Я основала Силопию именно с этой целью. Теперь же я хотела узнать больше.

Почему с нами обращались таким образом? Как появились руины? Почему были созданы маги? Я также хотела узнать об древних записях. У меня было множество вопросов, на которые мне нужно было получить ответы. Для этого мне просто нужно было больше учиться. На этот раз мне не нужно было страдать в одиночестве, перелистывая справочники, потому что раньше у меня никогда не было учителей.

«Я всё ещё молода, поэтому нормально задавать вопросы, не беспокоясь о том, что подумают другие.» Мне больше не нужно было мучиться одной, согнувшись над лабораторным столом, разрываясь от беспокойства.

- И эту тоже, — сказала я, указывая на книгу по экономике. Присцилла молча посмотрела на меня, а затем что-то записала в свою тетрадь.

- Могу я задать вам несколько вопросов, леди Шерина?

- Угу, задавайте.

- Хорошо, предположим, у вас есть два яблока. Если ваш друг даст вам ещё пять, сколько у вас будет?

Я даже не пыталась скрыть своего разочарования. «Серьёзно?» Я не знала, какой уровень умственных способностей должен быть у трёхлетних детей, но они, по крайней мере, должны справляться с таким. Я подняла семь пальцев.

- Семь.

- Тогда представьте, что к вам пришли два друга. Один съел одно яблоко, другой — два. Затем третий друг подарил вам десять яблок, но забрал три назад. Сколько яблок у вас осталось?

Окей, это было немного сложнее. Конечно, для ребёнка такого возраста это, возможно, было бы трудно, но мне ведь не было три года.

- Одиннадцать, — ответила я.

- Верно...

Присцилла долго смотрела на меня, а затем медленно встала. Из её сумки выпал кубик и покатился по полу. Я мельком заметила что-то, похожее на кусочек пазла.

«Она, наверное, хотела собрать пазл со мной», подумала я. Конечно, собирать пазлы было бы весело. Но это было не самой срочной задачей. Чувствуя раздражение, я глубоко вздохнула. Мне предстояло так много узнать. Мне нужно было освоить хорошие манеры, этикет, умение говорить так, чтобы каждое слово имело вес, общие знания и здравый смысл — мне нужно было всё это.

Сила, которой я когда-то обладала, теперь отошла на второй план. Я знала, как обрести силу снова. Я была почти уверена, что смогу вернуться на тот уровень, которого достигла как Хелла. Но если я стану только сильной, я просто повторю тот же цикл.

- Может, на сегодня закончим, леди Шерина? — спросила Присцилла.

- А? - Я наклонила голову.

«Мы не будем учиться? Ты не собираешься меня учить?»

Увидев озадаченное выражение на моём лице, женщина неловко улыбнулась и снова опустилась на колени.

- Мне нужно обсудить кое-что важное с лордом Шаренте. Я скоро снова вас навещу.

Я не ответила.

- Мне было очень приятно познакомиться с вами, леди Шерина. Я с нетерпением жду, чтобы увидеть, как вы будете расти. Однако я немного переживаю, что могу быть недостаточно полезной для вас.

Я уставилась на неё, а затем отвернулась. Слышать такие похвалы было немного тревожно. Возможно, потому что я никогда раньше не получала подобных комплиментов. Я даже слегка задрожала безо всякой причины. Я медленно кивнула.

- Ладно.

- Тогда до встречи в следующий раз.

- Холошо. Пока-пока.

Присцилла рассмеялась, услышав моё прощание. Увидев её мягкое выражение лица, я непроизвольно улыбнулась в ответ. «Это было слишком небрежно?» Может, я выглядела слишком жизнерадостной для трёхлетнего ребёнка.

Раз она сказала, что вернётся, значит, скорее всего, так и будет. Если нет, мне снова придётся учиться самой. Тем не менее, с Шаренте рядом у меня, по крайней мере сейчас есть кто-то, кто мог бы ответить на мои вопросы.

Не о чем было расстраиваться. Я покачала головой, стараясь не зацикливаться на лёгком разочаровании, которое закралось внутрь.

Присцилла ещё раз попрощалась, прежде чем уйти. Я вернула книгу, которую держала, на полку.

«Уф. Мне скучно.»

Запертая в этом особняке, я уже не понимала, чем вообще занимаюсь каждый день. Когда я была одна в Магической Башне, я никогда не чувствовала себя так, но принудительное заточение вызывало раздражение.

«Люди такие капризные.»

Похоже, Вера сегодня не заглянет, а дверь оставалась закрытой. С помощью магии я повернула ручку и открыла дверь. Я направилась в сад Шаренте, сосав пустышку на ходу.

«Сегодня мне немного грустно.»

Я не могла накопить тёмную магию, а сила магии, которую я использовала с очищенными магическими камнями, была слишком слабой. Сейчас всё равно не было подходящего человека, чтобы убить. Если бы я кого-нибудь убила, Шаренте снова бы разозлился. Было бы неплохо, если бы рядом оказался лагерь бандитов или разгорелся какой-нибудь маленький конфликт.

Сад был пуст. Я протянула руку и собрала магию над собой. Тёмная энергия магии закружилась и сформировала небольшой тёмный шар, который идеально помещался в моей трёхлетней ладони.

«Этого недостаточно...»

Такой силы было бы мало, чтобы убить Мелана. «Кто был тот ребёнок?» Я вспомнила странного мальчика с браслетом, который носили экспериментальные субъекты Силопии. Он называл себя злым созданием.

«Данталион… Кажется, так его звали.»

- Да, Шерина. Ты меня звала?

- А? Я просто думал... А-а-а!

Я закричала, и маленькая рука мальчика прикрыла мой рот. Его холодная, бледная рука была покрыта выгравированной магической печатью. Мои глаза расширились.

Его фиолетовые глаза, приближающиеся всё ближе и ближе, сузились в безэмоциональной улыбке. С этими узкими зрачками его взгляд казался больше жутким и пугающим, чем добрым. Это было похоже на ребёнка, который научился притворно улыбаться, не понимая смысла этой эмоции.

- К-кто ты такой…?

- Я пришёл, чтобы увидеть тебя, Шерина. Хотя, кажется, ты искала меня, — его голос был таким же монотонным, как и в прошлый раз.

«Не делай вид, будто просто прогуливался по окрестностям. Ты только что пробрался на чужую территорию», — подумала я, глядя на него.

Хотя он говорил достаточно вежливо, с каждым его словом казалось, что он смотрит на меня свысока. Он продолжал пристально наблюдать за мной, с совершенно пустым выражением лица.

- Как ты сюда попал? — закричала я.

Клан Клаунов обязательно блокировал магию извне, но он использовал магию и вошёл без труда.

«Что-то здесь не так.»

В нём было что-то странное, и это "что-то" явно было связано с магическим кругом, вырезанным на его руке. Я медленно протянула свою руку к нему и схватила его за руку, которая лежала на моём плече. Он не считал меня угрозой, поэтому никак не отреагировал на мои действия. Просто смотрел на меня с любопытством.

- Это… Кто сделал это с тобой? — спросила я.

Кто-то навсегда выгравировал магический круг на его теле. Это было абсолютно бесчеловечно. Вырезание магического круга сопровождалось невыносимой болью, и удалить его было почти невозможно, поэтому такое случалось крайне редко.

- И что это за браслет? — я указала на знак "экспериментального субъекта", который болтался у него на запястье.

Пока я держала его за руку, Данталион просто слушал меня, но ничего не отвечал. Он лишь смотрел на меня с любопытством и каким-то лёгким весельем в глазах.

- Дантавиан!

- Да, Шелина?

- Что это такое?

Я не собиралась сдаваться. Мне нужен был ответ. Он был экспериментальным субъектом, и на его теле был выгравирован магический круг. В голове промелькнули несколько гипотез, о которых я не хотела даже думать. Моё горло сжалось.

Я посмотрела прямо в его фиолетовые глаза и снова заговорила:

- Дай мне ответ.

Я заставила язык шевелиться как надо, изо всех сил стараясь говорить чётко.

На лице Данталиона промелькнула слабая улыбка. Он высвободил руку и спрятал её в складках мантии.

«Если собирался прятать, то лучше бы вообще не показывал!»

Если всё это действительно произошло, пока я была жива, то что мне теперь делать? Почему мне даже не сообщили об этом?..

«Что же ты натворил?»

Совет Старейшин управлял Силлопией с вершины Магической Башни, и в башне были маги высшего ранга с подобным статусом. Но их главой была именно я. Тем не менее мне не сообщили ничего.

- Только один раз...

Данталион медленно шевельнул губами, когда понял, что я не отступлю и не отведу взгляда.

Судя по росту и внешности, ему не дашь больше семи-восьми лет, но выражение лица и интонации речи совсем не соответствовали этому возрасту.

- Я видел покойного владельца Магической Башни.

Я замерла, не разжимая пальцев, которыми удерживала край его мантии.

Данталион внимательно наблюдал за моей реакцией.

- Всего одно мгновение, совсем короткий момент, но...

- ...

- Она прикоснулась ко мне, и наши взгляды встретились.

Его губы медленно изогнулись в улыбке. На мгновение я застыла, заворожённая этим неподобающим ребёнку чарующим выражением, но тут же резко тряхнула головой.

Данталион смотрел на меня с неподдельным любопытством.

Зачем он вдруг заговорил обо мне? Почему... почему это заставляет меня дрожать?

- Волосы, прекрасные, словно драгоценные камни. Глаза, лениво поблескивающие, будто зверь, только что полакомившийся добычей. Чёрная магия, струившаяся вокруг неё, словно тёмные волны...

Из приоткрытых губ Данталиона вырвался довольный выдох.

- Я не мог забыть этот запах магии. Раз за разом пытался запечатлеть его в памяти...

Он медленно приблизился, протянув руку.

Я невольно сжалась, когда он наклонился, взял меня за запястье и поднёс его к своему лицу.

Его руки были ледяными, и от одного их прикосновения меня передёрнуло.

- От тебя исходит тот же самый запах.

Едва он закончил говорить, я резко отпрянула назад, и, споткнувшись, рухнула на пол.

Но он не стал преследовать меня и не попытался приблизиться снова — лишь спокойно разжал пальцы, отпуская мою руку.

Его губы изогнулись в лёгкой усмешке.

Я не знала, какое у меня сейчас выражение лица, но наверняка оно было смертельно бледным.

Да и как иначе, если даже мои побелевшие пальцы заметно дрожали?

- По сравнению с ней, у тебя пока лишь слабый отпечаток, но он уже проявляется.

- ...Ты... Что?.. Кто ты вообще?!

- Хелла, почему вы здесь и что делаете?

На мой вопрос о том, кто он такой, Данталион не ответил. Вместо этого он тихо прошептал свой.

От его слов у меня перехватило дыхание.

Мне показалось, что время замерло на мгновение.

Он смотрел на меня без тени сомнения, и вовсе не выглядел так, будто хотел меня испытать.

«Как, чёрт возьми, он узнал, что я — Хелла?»

Я просто решила прогуляться после долгого перерыва, но никак не ожидала оказаться в такой отвратительной ситуации.

- Но всё же, это к лучшему. Я уже довольно давно хотел встретиться с вами.

- Со мной? Зачем?

Чёрт, проклятое произношение.

От этого растягивающегося голоса мне хотелось протереть язык, словно пытаясь отчистить его.

А ещё... Стоило подумать о пустышке, как я снова начала по ней скучать.

Чувствуя, что моему рту чего-то не хватает, я лениво прикусила ту, что висела у меня на шее.

В этот момент в ушах раздался смех Данталиона.

«…Неужели я так и проведу с ней всю жизнь?»

Как бы ни было неприятно, возможно, мне всё же придётся его забрать. Но точно не сейчас.

В последнее время, если мне нужно было сосредоточиться, пустышка помогала мне сохранять спокойствие.

- Я хотел быть рядом с вами, а не с нынешним бесполезным хозяином Магической Башни.

Кто он вообще такой? Демон? Человек? Или что-то ещё?

Я просто смотрела на него, не зная, как реагировать.

Сам факт того, что он вот так бесцеремонно вторгся, уже поражал, но его разговоры казались ещё более нелепыми.

- Если вы хотите вернуться в Магическую Башню, я помогу вам.

- В таком виде...?

Он предлагает мне вернуться... в таком состоянии?

«Хочет, чтобы я пошла в Силлопию и стала очередным подопытным образцом?»

Но в любом случае я не собиралась возвращаться в Магическую Башню.

Если Силлопия больше не нуждается во мне, то и мне незачем ради неё стараться.

- О, может, мне стать вашим опекуном, пока вы не подрастете?

- Ты же сам ещё ребёнок!

- Сейчас я старше, чем Хелла.

- Нет, не Хелла! Меня зовут Шерина!

Я яростно выкрикнула, широко раскрыв глаза.

Как он смеет так открыто называть это имя?

Данталион удивлённо распахнул глаза, затем его улыбка исчезла, и, снова обретя бесстрастное выражение, он наклонился ближе, внимательно разглядывая моё лицо.

- Шерина.

Почему же его детский голос звучит так мягко?

Что за чудовище создал этот ублюдок Мелин? Чудовище, способное очаровывать одним лишь голосом?

- Возьмите за меня ответственность.

- Что?

- Надо мной ставили ужасные эксперименты. Прямо там, под тем местом, где вы спали, ели и дышали.

Прозвучал его спокойный голос, и я замерла, перестав вырываться.

Сердце забилось так сильно, что я слышала его стук в ушах.

Я просто смотрела на Данталиона, который произнёс эти слова с пустой улыбкой, без единой эмоции.

Он протянул руку, помогая мне подняться с земли, и осторожно стряхнул с меня пыль.

- Сотни сирот стали подопытными, и лишь немногие из них выжили.

-...

- Вы должны взять за это ответственность, Шерина.

Его прикосновения были мягкими, но голос — холодным.

В этом бесстрастном голосе не было ни злобы, ни упрёка.

Он просто требовал ответственности.

За то, на что я закрывала глаза. За то, от чего отворачивалась.

- Артефакты, потерявшие хозяина, не ищут себе нового владельца.

- …

Обычно, когда хозяин артефакта умирал, его право собственности переходило к убийце.

Я была уверена, что теперь все мои артефакты принадлежат Мелину…

«Они всё ещё не выбрали нового владельца?»

Может ли неживой артефакт отказаться от нового хозяина?

- Старейшины в ярости из-за того, что не могут заполучить твои артефакты даже после твоей смерти, а нынешний хозяин Магической Башни слишком занят тем, что гоняется за твоей тенью, не обладая ни талантом, ни способностями.

- …

- Он изучает твои труды, пытается подражать тебе и сожалеет о том, что позволил тебе уйти.

- …Сожалеет?-

Мелин… сожалеет?

Тот, кто до сих пор произносит моё имя так, будто мы по-прежнему друзья, может сожалеть?

- Шерина, в следующий раз я приведу и других подопытных.

Когда я посмотрела на него, его бесстрастные глаза снова механически изогнулись.

«Теперь я поняла.»

Это был не добрый и не мягкий взгляд.

Данталион злился.

Ледяной, колючий взгляд был чистым выражением враждебности.

- Вы должны взять ответственность.

Когда я осознала его враждебность, мне вдруг стало трудно дышать.

Он стряхнул грязь с моих рук, а затем крепко схватил меня за запястье.

Его лицо оказалось совсем рядом, но в нём не было ни единой эмоции.

- Нас превращали в магические артефакты, вырезая на живом теле магические печати...

-…

- Кого-то использовали как живой магический кристалл...

- ...

- Кого-то делали марионеткой, обречённой вечно служить другим...

Я дёрнулась, пытаясь заткнуть уши, но Данталион схватил меня за оба запястья, не давая вырваться.

Его сиреневые глаза оказались так близко, что мне стало трудно дышать.

- Один за другим мы превращались в чудовищ, утративших свою человечность… А ты? Ты просто умерла и сбежала сюда? Думаешь, тебе позволено так поступить?

Его голос был холоден, но в нём слышались странные нотки… почти умоляющие.

Я молча опустила голову.

Я даже не задумывалась об этом. Мне казалось, что если я просто не вернусь, всё будет в порядке.

«Я ведь ничего не сделала.»

Я не знала, кого использовали в экспериментах. Думала, что только преступников.

Я сама никогда не участвовала в этих экспериментах.

Пусть за всё отвечает Мелин. Почему я должна за это отвечать?

Слабые погибают. Те, кто не могут выжить сами, просто жертвы.

Так было всегда. Так выживала и я.

Так почему же сейчас мне хочется обвинить кого-то другого?

«Раз я прошла через это, значит, и вы должны?..»

- …

Я вздрогнула, осознавая, о чём только что подумала.

«Что это за мысли?!»

Я отшатнулась, сделав несколько неуверенных шагов назад.

В голове звенело.

Перед глазами возникли маленькие, белоснежные руки.

Руки, не запятнанные кровью.

Чистые, непорочные, рожденные с силой, но ещё не испачканные жестокостью мира.

«Когда я создавала Силлопию, я хотела всё изменить.»

Хотела, чтобы магов больше не преследовали.

Чтобы слово «ведьма» исчезло из человеческих уст.

Я построила страну ради этого.

«А теперь… о чём я только что думала?»

Я всё так же стояла, опустив голову, а Данталион вдруг опустился на одно колено и взглянул на меня снизу вверх.

- Так что, даруй мне благословение, Шерина.

- Благослов…?

- Да.

Благословение обычно представляло собой обряд, при котором маг высшего ранга наделял им мага более низкого ранга. Его давали, когда принимали ученика, союзника, с которым предстояло разделить жизнь и смерть, или перед важным событием.

Когда я была Хеллой, я ни разу не давала благословения. Даже своему официальному ученику, Мелину, я его не даровала.

Дать благословение означало вписать своё имя в судьбу другого. Это значило защитить его, принять его всем сердцем. Невидимые нити магии соединяли нас. Где бы ни находился тот, кому было даровано благословение, даже на далёком расстоянии, можно было смутно ощущать его жизнь и смерть.

- Я — не Хелла!

- Да, поэтому я и назвал тебя Шериной.

Какой в этом смысл, если ты так злишься, но всё равно хочешь моего благословения? Ты хочешь возложить на меня ответственность? Даже если я была всего лишь марионеточой королевой, теперь мне придётся отвечать за тебя?

- …

- Давай же. Скоро придут люди.

Он опустился на одно колено и склонил голову ещё ниже.

«И как я должна благословлять его с этим ужасным произношением древнего языка?»

Я даже не уверена, что у меня получится. Хотелось возразить, но, глядя на серьёзное выражение лица Данталиона, желание спорить мгновенно исчезло.

Ладно, просто сделаю это и покончу с этим.

«В любом случае, это благословение вскоре развеется.»

Благословение, не скреплённое силой словесной магии, со временем рассеется само собой.

Поэтому, как временная мера для выхода из ситуации, оно было не таким уж плохим вариантом.

«Манроно мотэчо. Мосидассипи барыми ирэссо. Сейчас достаточно просто сделать вид.»

Сказать это словами я не могла. Даже если бы я попыталась произнести благословение с таким ужасным произношением, оно бы не подействовало.

К тому же, у меня не хватало магической силы, чтобы наложить настоящее благословение. Всё, что я могла сделать, — это собрать остатки магии и мысленно провести обряд. Полагаться на силу словесной магии, произнося заклинание с таким ужасным акцентом, было невозможно.

«Затерянное время, пересекающиеся миры, среди бурного потока судеб ухватись за красную нить. Сожми в ладони сердце, что бьётся ради угасающего пламени над мраком завесы.»

Перед благословением я мысленно произнесла древнее заклинание.

Хотя это называлось благословением, по сути, этот древний язык был скорее узами, чем даром. Вот почему я никогда никому не даровала его. В мире, где я едва могла выжить сама, мне не было дела до других.

- Шерина…

Я медленно закрыла и открыла глаза. Не думала, что когда-нибудь произнесу это имя.

- Во имя Шерины Клаун, я дарую благословение.

«Прорви ложную клетку, вырвись из объятий отчаяния и воспари в небеса.»

Чёрт, разве это человеческий язык?

Фраза получилась слишком длинной, и теперь напоминала непонятное бормотание. Если не добавить рядом пояснение «перевод», никто бы не понял, что я только что сказала. Даже я не была уверена, что он понял мои слова.

Я протянула маленькую руку и положила её на его чёрные волосы.

- Данталион.

Завершая благословение, я произнесла его имя.

- Да, Шерина.

С его ответом поток магии странного цвета, смешение белого и чёрного, сорвался с моих пальцев и впитался в Данталиона.

Незавершённая магия оставила после себя нечто неопределённое.

Язык благословения у каждого был разным. Обычно благословляющий говорил тому, кого благословляет, всё, что хотел сказать.

- Понял, Шерина.

Данталион ответил спокойно.

«Он что, правда понял, что я только что сказала?»

Я молча смотрела на него, а он тем временем провёл рукой по своим волосам в том месте, куда я только что дотронулась, несколько раз провёл пальцами, а затем посмотрел на меня.

- Почти не испачкалось.

Почему мне кажется, что в его голосе слышится недовольство?

На кончиках пальцев Данталиона моя магия вспыхнула крошечными огоньками, словно светлячки, а затем мгновенно рассеялась.

«А что я могу поделать, если у меня сейчас просто нет сил её собрать?»

- Хотите, поделюсь?

- Что?

- Своей магией.

В его руке колыхнулась чёрная, как смоль, магическая энергия. Чистейшая тёмная магия. Однако, если я приму её в это тело, мне придётся смириться с тем, что моя жизнь окажется под угрозой.

- Не хочу. Я умру.

Принудительное вливание чужой тёмной магии гораздо опаснее, чем сбор энергии извне. В своём нынешнем теле трёхлетнего ребёнка я точно не выдержу.

- Жаль.

Сказав это, Данталион действительно выглядел разочарованным. Однако он не стал пытаться насильно передать мне свою силу.

- Я пойду, Шерина. В следующий раз даруй благословение и другому.

- Что?

Кто-то ещё? Нет, я, конечно, знаю, что кто-то есть… Но мне снова придётся это делать?

Какое ещё благословение… Я же просто хотела выбраться из этой ситуации.

Мысль о том, что мне на какое-то время лучше держаться поближе к Шаренте Клауну или Дешару Клауну, вдруг пронеслась в голове.

- Тогда я пойду, Шерина.

Как и в прошлый раз, на руке Данталиона вспыхнул магический круг. И снова он исчез прямо у меня перед глазами, словно это было в порядке вещей. Даже не прикоснувшись к защитному барьеру, который точно установлен вокруг особняка.

Скорее всего, входил он через окно — внешняя магия наверняка была заблокирована.

«…Значит, причина, по которой защитная магия его не сдерживает, кроется в этом магическом круге.»

Обычно для активации магии нужен либо магический круг, либо древние заклинания. Магический круг обязательно должен быть где-то начерчен. Это значит, что для пространственного перемещения в самом месте назначения должна произойти магическая реакция.

Защитные чары как раз и служат для обнаружения подобных магических возмущений и их нейтрализации.

При пространственном перемещении магический круг необходимо начертить в месте, куда ты собираешься переместиться, а для этого неизбежно используется окружающая магия.

Обычно в особняках аристократов и императорском дворце устанавливаются защитные барьеры, блокирующие внешнюю магию, но редко когда предпринимаются меры против внутренней.

Блокировка только внешней магии означает, что магия, использованная внутри, остаётся без ограничений.

Но даже если бы кто-то попытался поставить преграду для внутренней магии, вряд ли это смогло бы остановить Данталиона. Он выгравировал магический круг прямо на своём теле и не использует внешнюю магию. Ему даже не нужно рисовать магический круг где-либо ещё.

Это и была причина, по которой он мог обойти защитную магию.

К тому же, среди высокопоставленных аристократов было немало тех, кто владел магией, поэтому ограничивать внутреннюю магию никто особо не спешил.

«...Это очередной неожиданный пробел.»

Я действительно об этом не подумала. В мире слишком много вещей, о которых я ещё не знаю. Защитная магия тоже должна продолжать развиваться — её нужно дополнять, исправлять, совершенствовать, пока она не приблизится к идеалу.

«Хотя, несмотря на то, что ведьм преследовали, в войнах они активно использовали магические артефакты и защитные чары.»

Я так и не поняла, какой смысл был в их притеснении.

Со временем, с появлением термина «маг» и началом найма таких людей среди знати, отношение к магии начало постепенно меняться.

«Раз уж нечем заняться, стоит пересмотреть защитные чары особняка.»

Защитная магия обычно создаётся на основе сочетания рун и кругов. Руны — это язык, возникший примерно в то же время, что и древние заклинания, и чаще всего использовался для наложения постоянных чар, например, в защитных заклинаниях или амулетах с особыми свойствами.

Руны также применяются при создании магических артефактов. Они необходимы, чтобы поддерживать их магическую силу.

Если магический круг — это одноразовое заклинание, то руны позволяют создавать долгосрочные эффекты.

В древности вместо рун напрямую использовали древний язык. Однако магия на древнем языке требовала огромной платы и была слишком мощной, поэтому её постепенно упрощали, и так появились руны.

Скорее всего, даже руины были скрыты с помощью магического круга, использующего древний язык.

Магические круги, хоть и мощные, недолговечны. Руны, напротив, сохраняют магию практически вечно, но их сила не столь велика. Они лишь позволяют заклинанию постоянно поддерживать определённый эффект.

Например, вечные магические фонари, неугасимый огонь, обогревающий воздух, или слабый защитный барьер, способный выдержать несколько ударов.

Как же они использовали это, чтобы оставаться невидимыми так долго?

«Чем больше узнаю о древней магии, тем больше вопросов появляется.»

Я покачала головой, отгоняя лишние мысли. В конце концов, размышления не приведут к ответу, а даже если бы и привели, я всё равно не смогла бы ничего с этим поделать.

«Защитная магия...»

Семейство Клаун всегда с подозрением относилось к магии, так что, скорее всего, защитные чары, окутывающие особняк, были настроены лишь на отражение внешних магических атак.

Но проблема в том, что этот барьер уже был прорван. Из-за этого у Шаренте Клауна наверняка болит голова, но единственный способ решить проблему — полностью запретить использование магии внутри особняка. Не просто ограничить перемещение магической энергии, а вообще запретить её применение.

Разумеется, для этого мне пришлось бы наложить новый защитный барьер, который бы блокировал не только перемещение магии, но и её активацию, а также изменить уже существующие чары.

Условием этого защитного заклинания будет возможность управления магией только для тех, кто получил специальное разрешение.

Кроме того, чтобы магические артефакты в особняке продолжали работать, запрет должен распространяться исключительно на живые существа.

Добавлять дополнительные условия в защитные чары всегда сложно, поскольку это может ослабить само заклинание.

«Просто слегка его изменю и нанесу специальную метку тем, кто пользуется магией при входе.»

Я же сама создам это заклинание, так что на меня оно изначально не подействует.

Но... почему я вообще должна заниматься этим? Ради семьи Клаун, в которой пробуду всего три года?

Во мне начала закипать раздражённость, но стоило вспомнить, как Шаренте Клаун поднял копьё, чтобы защитить меня, как на душе стало немного странно.

«Нет, если оставить всё как есть, я сама окажусь в опасности...»

Да, это ради меня самой. Просто погашу долг за оказанную помощь.

Закончив свой внутренний диалог, я решительно кивнула. Подступающая сонливость заставила меня невольно широко зевнуть. Как и следовало ожидать, когда я подняла голову, солнце уже стояло высоко в небе.

«Пора дневного сна.»

Потирая глаза, я медленно побрела туда, где находилась Вера.

***

- Ее-хуу!

- …Что это было?

На мой радостный возглас Шаренте Клаун посмотрел на меня с выражением, словно услышал что-то, чего слышать не должен был.

- Куда идёшь?

- В рабочий кабинет.

- Я тоже!

Не дожидаясь ответа, я тут же взметнула руки вверх.

«Возьми меня с собой!»

Шаренте Клаун скользнул по мне взглядом, а затем окинул подозрительным взором всё вокруг. Я буквально чувствовала, как он мне не доверяет.

«Да я бы и сама не стала так себя вести! Но что поделать, если Дешар Клаун сегодня занят?»

Я не знала, когда снова появится Данталион, так что мне ничего не оставалось, кроме как держаться поближе к Шаренте.

Честно говоря, встречаться с Данталионом ещё раз мне совсем не хотелось. Он вызывал у меня какое-то смутное беспокойство, да и от его слов почему-то начинало покалывать в груди.

- Я тоже хочу пойти!

- С тобой ведь всё в порядке?

Шаренте Клаун спросил подозрительным тоном, заметив моё неожиданное поведение.

- …

«Этот парень слишком проницательный.»

Я тут же распахнула глаза, стараясь выглядеть как можно невиннее, и слегка склонила голову.

- А?

Притворяясь, что ничего не понимаю, я сунула в рот соску и начала сосать её, бормоча что-то нечленораздельное. Губы Шаренте Клауна дрогнули — казалось, он то ли раздражён, то ли слегка сбит с толку.

«Даже это уже начинает надоедать.»

Прищурившись, он некоторое время внимательно разглядывал меня, а затем тяжело вздохнул и кивнул.

«Не смотри на меня с таким отвращением. Вообще-то, ты мне тоже не особо нравишься!»

Он уже собирался идти дальше, но заметил мои протянутые руки и, помедлив, с явным неудовольствием наклонился. Тем не менее, послушно поднял меня на руки и медленно зашагал вперёд.

- Не опаздывай сегодня к ужину.

- А если откажусь?

- …

- Ладно…

Почувствовав, как его взгляд мгновенно стал колючим, я небрежно отвела глаза и кивнула.

«С этим человеком вообще невозможно шутить.»

К счастью, за последнюю неделю Данталион так и не появился. Я же тем временем использовала любую возможность, чтобы исследовать защитную магию особняка.

Найти источник магической энергии оказалось не так уж и сложно. Защитное заклинание работало как невидимый барьер, накрывая территорию, а его основа была зафиксирована с помощью рун, высеченных в четырёх углах поместья.

Преимущество магии, использующей рунические знаки, заключается в том, что, наполнив её магической силой, можно использовать её даже спустя тысячи лет.

Конечно, в этот защитный барьер можно было встроить различные ограничения. Например, можно было сделать так, чтобы злой человек вообще не мог ступить внутрь, или наложить слабое проклятие на тех, кто входит с враждебными намерениями.

Напротив, на добрых или дружелюбно настроенных людей могло накладываться небольшое защитное заклинание, приносящее мелкие удачи или ускоряющее заживление небольших ран.

Однако проклятия были довольно безобидными – вроде подвернутой лодыжки, головной боли, внезапного падения на ровном месте или потери денег.

Разумеется, накладывая такие ограничения, существовал определённый риск. Пусть эти проклятия и были слабыми, но они всё же относились к категории проклятий, а значит, сильный маг мог их отразить и вернуть обратно.

Если проклятие отражалось, в опасности оказывался тот, кто его наложил. Например, кто-то вроде Шерины Клауна или Хеллы.

«Да, это про меня. Чёрт...»

Но если таким образом можно выявить враждебных людей, то в долгосрочной перспективе это пойдёт на пользу семье Клаун.

«Надо будет сказать им перед тем, как уйду из дома.»

Также стоит передать отметку и заранее записать важные замечания. Если научиться немного писать, то можно будет записывать всё в блокнот, чтобы не забыть.

«Этого более чем достаточно в качестве благодарности.»

На самом деле, я даже не накладывала магию с помощью рунических знаков.

- Если ты начнёшь двигаться, то только устроишь неприятности. Сиди здесь и спокойно развлекайся.

Шаренте Клаун цокнул языком и жестом показал мне оставаться на месте, явно считая меня обузой.

«Эх, да я и сама тебя терпеть не могу. Уж лучше Дешар Клаун.»

Я с трудом проглотила слова, которые так и рвались наружу.

«Но тот, кому больше нужно, должен уступить. Что поделать.»

Увидев жест Шаренте Клауна, дворецкий подал мне бумагу, перо, маленькую чашку с соком и целую гору закусок.

«Кант, кажется?»

Я помнила, что он управляет этим особняком. Обычно он всегда был рядом с Дешаром Клауном, но сегодня стоял возле Шаренте.

- Если вам что-то понадобится, пожалуйста, скажите, госпожа.

На лице бесстрастного Канта мелькнула легкая улыбка. Я считала его машиной, но впервые увидела, как он улыбается. Хотя мы встречались несколько раз, прежде такого не было.

«Неужели они все напускные?»

Похоже, даже у людей в этом доме есть что-то человеческое.

Так или иначе, благодаря их заботе столик перед диваном в кабинете оказался уставлен угощениями. Тёплое печенье, горячее молоко, уютная атмосфера… Я неосознанно улыбнулась.

Кант вряд ли подготовил всё это сам, без приказа. Скорее всего, распоряжение отдал Шаренте Клаун.

…Это было странное чувство.

- Ах, и вот это.

Шаренте Клаун вытащил что-то из ящика рабочего стола.

Что скажешь? Разве это не лучше, чем эта мерзость? — недовольно пробормотал он, глядя на пустышку, висящую у меня на шее.

В его руке поблёскивала золотая пустышка. Я моргнула, подняла голову, а затем снова опустила взгляд.

«Золотая пустышка...?»

Шаренте Клаун положил её передо мной.

- Избавься от этой отвратительной штуки. Эту проще дезинфицировать, да и не потреплется, как та.

«Когда я грызла старую, никто и не думал дать мне новую, а теперь вдруг вздумали...»

Я молча взяла пустышку и нерешительно положила её в рот.

«…Хм.»

Чмок.

Чтобы прочувствовать её получше, я закрыла глаза.

Чмок. Чмок.

Я старалась основательно распробовать её, медленно посасывая, но почему-то она не ощущалась приятно. И, что странно, не приносила никакого успокоения.

Спустя минуту я вытащила пустышку изо рта и покрутила ее перед глазами. Затем, для сравнения, сунула в рот свою старую, висевшую на шее, и закрыла глаза.

Чмок.

Она идеально легла в рот. Сердце, которое тревожно билось, стало медленно успокаиваться.

Чмок. Чмок.

Я крепко ухватилась за пустышку обеими руками, продолжая сосредоточенно её посасывать, затем подняла голову и посмотрела на Шаренте Клауна. После чего медленно протянула ему обратно золотую пустышку.

«Спасибо, конечно, что хотя бы теперь позаботился, но, Шаренте Клаун, эта пустышка совсем не в моём вкусе.»

Когда я явно дала понять, что она мне не нужна, выражение лица Шаренте Клауна стало серьёзным. Он даже выглядел немного растерянным.

«Растерянность? Не может быть.»

Я покачала головой и наконец заговорила:

- Вот эта нлавится.

- Ты хочешь сказать, что тебе больше по душе эта грязная, вонючая, обшарпанная штука, похожая на таракана, чем эта?

Это уже слишком.

Услышав такой язвительный комментарий, я всерьёз расстроилась. Я ведь думала, что избавилась от прозвища "таракана", а теперь выходит, что у меня во рту сам таракан? Разве это не чересчур?

- Вот эта нлавится, — повторила я снова.

Я всегда брала пустышку в рот, когда не могла справиться со своими эмоциями или когда мысли в голове слишком стремительно крутились, но не приводили к ответу. Короче говоря, мне нужно было что-то, что могло бы меня успокоить.

«Но откуда вообще взялась эта пустышка?»

Помню, одна из служанок сунула её мне в рот с ленцой, будто просто хотела заткнуть меня. Но с какой стати у неё вообще была пустышка?

Значит, она просто подобрала её где-то рядом со мной.

«Но почему вообще возле меня валялась такая грязная пустышка? Или она просто принесла её, чтобы заткнуть меня, когда я слишком шумела?»

Но если так, то она была уж слишком обтрепанная.

Я осторожно вынула пустышку изо рта и задумалась.

- Если будешь продолжать её сосать, это плохо скажется на твоих зубах.

- Я не так уж много и часто её сосу.

Когда скучно, я просто держу её во рту. Даже чмокать стала гораздо реже.

Для Хеллы это было бы унизительно, но всё же благодаря этой пустышке мне удалось продержаться в этом теле так долго.

- Значит, ты собираешься продолжать её сосать?

- …

Что с ним не так? Ещё минуту назад он сам принёс мне новую и уговаривал взять, а теперь его что-то не устраивает?

На столе перед ним лежала сияющая золотая пустышка.

Неужели он сердится из-за того, что я её отвергла? Великий Шаренте Клаун, и так по-детски обижается?

Я украдкой взглянула на него. Судя по тому, как недовольно он сверлил взглядом пустышку, моя догадка могла оказаться верной.

- Играй.

Почему он снова такой холодный?

- Позже ее использую.

Я сунула золотую пустышку в тканевый мешочек на поясе.

Тяжёлая, неудобная, во рту неприятно ощущается, да ещё и не успокаивает.

«Может, хоть продать её потом получится?»

- Делай что хочешь. Не нужна — не используй.

Говорит так, будто ему всё равно, а сам при этом выглядит довольным.

Я с недоумением посмотрела на него, но в итоге тяжело вздохнула, взяла в одну руку мелок, а в другую — печенье.

Шаренте Клаун о чём-то задумался, переводя взгляд то на меня, то на пустышку, но в итоге начал внимательно разбирать ворох документов.

Я же опустила глаза и посмотрела на чистый лист бумаги.

«Чтобы поправить защитное заклинание, придётся пересоздать его заново…»

На данный момент существуют два типа магии.

Один основан на магических кругах, а другой — на формулах.

Магия, использующая круги, является наиболее распространённой. Когда произносишь заклинание или представляешь нужный образ, подача магической энергии формирует круг — так создаётся магический круг.

Второй тип магии использует формулы, составленные из рунических знаков. Такие заклинания называются "магическими формулами".

Защитная магия, разумеется, относится ко второму типу, поскольку в её основе лежат руны и круги.

Проблема в том, что я не могу создать заклинание заново с нуля.

Хотя бы потому, что основа круга была нарисована такими кривыми линиями.

Поэтому мне пришлось выбрать иной путь — слегка изменить уже существующую защитную магию, добавив несколько рун.

На самом деле модифицировать заклинание сложнее, чем создать новое.

Мне нужно было внести свои изменения, не выходя за рамки изначальной структуры.

К счастью, защитное заклинание, которое я изучала последние несколько дней, оказалось довольно удобным для корректировки.

«Всё-таки оно было составлено по классическим канонам.»

Оно не отходило от базового шаблона, а его автор не пытался понапрасну выпендриваться своими сомнительными умениями.

Без излишней вычурности, но зато крепкое и надёжное.

Такое заклинание легче переделывать, чем другие, неумело модифицированные.

Мне оставалось лишь встроить несколько рун в уже существующую формулу.

Нужно было добиться максимального эффекта при минимальных изменениях.

После этих размышлений я медленно вынула пустышку изо рта, сжала в кулаке мелок и нарисовала на чистом листе бумаги большой круг.

Затем, полагаясь на память, стала понемногу воспроизводить защитную формулу.

Я делала это открыто, и на то была простая причина.

«Никто всё равно ничего не поймёт.»

Даже я сама.

«Что я вообще рисую?»

Как и следовало ожидать, слуги, время от времени заглядывающие в комнату, с улыбкой смотрели на мой "рисунок" и, вполне довольные, спешили удалиться.

Что за чёрт вообще…

Даже с моей точки зрения, нарисованная мной странная картина выглядит абсурдно.

Я лишь меняю цвета, так что никто не догадается, что это вообще такое.

«Примерно так, наверное, сойдёт».

Я поднялась, размяв затёкшее тело, и с хрустом доела оставшееся печенье. Стряхнув крошки с рук и аккуратно собрав бумаги, я встала со своего места.

Солнце уже начинало заходить за горизонт.

Шаренте Клаун тоже выглядел занятым, разбирая накопившиеся документы, поэтому я повернулась, собираясь уйти, когда услышала голос за спиной:

- Не забудь спуститься сегодня вечером.

- Угу.

Не знаю, зачем он всё время зовёт меня, но ладно, пойду.

***

"С днём рождения, Шерина!"

ПУФ!

Маленькая хлопушка взорвалась. Я невольно отступила на шаг назад от слабого запаха пороха.

Спустившись на ужин в объятиях Веры, я застыла, потеряв дар речи. Передо мной развернулась совершенно неожиданная сцена.

- С днём рождения, миледи, – прошептала Вера мне на ухо и осторожно усадила в почётное место за столом.

В центре стола стоял торт, густо покрытый белоснежным кремом, а вокруг – множество праздничных угощений.

«Что... это?»

Я ошеломлённо осматривалась по сторонам, не в силах вымолвить ни слова.

Дешар Клаун громко откашлялся и подошёл ко мне.

- С днём рождения, Шерина.

- День рождения?

- Да, сегодня день, когда ты родилась.

День рождения. Мой день рождения?

«Нет, скорее, день рождения Шерины.»

Я невольно открыла рот, глядя на роскошный стол перед собой.

Я никогда не праздновала день рождения. Конечно, у меня тоже были родители, но я даже не знала, когда именно родилась.

И дело было не только во мне, Хелле. Среди магов, которых всю жизнь преследовали и называли "ведьмами", знание собственной даты рождения было редкостью.

Поэтому в Силлопии существовала одна необычная традиция: люди сами выбирали себе день рождения — дату, которая казалась им самой значимой. Они создавали для себя особенный день, наполненный личным смыслом.

Конечно, я так не делала. У меня не было такого дня. Единственная дата, которая хоть как-то выделялась для меня, — это День основания Силлопии, но я не стала придавать ему дополнительное значение, называя своим днём рождения.

Для меня это был просто ещё один день. Мне было не до праздников, я едва выживала. Когда кто-то отмечал день рождения, я брала книгу, чтобы ещё немного поучиться. Хваталась за посох. Продолжала исследования.

«Если подумать, как же это несправедливо.»

В конце концов, всё, что я получила за свои старания, — это предательство и смерть.

«И вот, впервые в жизни, мой день рождения празднует какой-то там род Клаун.»

Что вообще происходит? Да ещё и кто целую курицу вот так запекает? Вообще-то, они точно принесли что-то, что я могу есть?

Но, несмотря на недовольное ворчание, мой взгляд никак не мог оторваться от стола.

«Я даже не знала, что они в курсе дня рождения Шерины.»

Да что там, я вообще не думала, что они обладают хоть какой-то информацией обо мне.

Судя по виноватому выражению лица Веры, её явно беспокоило, что она не смогла подготовиться заранее.

«Ну да, в этом доме слугам запрещено задавать личные вопросы...»

Да и откуда Вера могла знать дату моего рождения, если встретила меня, когда я была младенцем? Я даже не думала о дне рождения, так что всё это оказалось для меня неожиданностью.

- Мы не знали, что тебе понравится, поэтому приготовили несколько подарков, — сказал Дешар Клаун, протягивая мне внушительных размеров шкатулку с драгоценностями.

Сверкающий красный ларец выглядел массивным и явно тяжёлым. Я так и не смогла взять его в руки, застыла, неуклюже протянув ладонь. Дешар Клаун только цокнул языком и просто поставил его передо мной на стол.

- Нажмёшь здесь — откроется.

Похоже, замок сделали максимально простым, чтобы мне было удобно. Всего-то нужно было нажать на выпуклую часть крышки.

- …Пустышки?

- Да. Меня раздражает, что ты всё время пользуешься какими-то плохими вещами. Это мой подарок тебе. Надеюсь, первый подарок тебе понравится.

Внутри было множество разных пустышек: алмазные, серебряные, украшенные драгоценными камнями, мягкие на вид… Даже какие-то деревянные с инкрустацией.

«Неужели никто не задумывался, что мне давно пора перестать пользоваться пустышками?»

Среди них я заметила одну, точь-в-точь похожую на золотую пустышку, которую мне недавно подарил Шаренте Клаун.

Я удивлённо посмотрела на него, но он лишь слегка дёрнул бровью и тут же отвёл взгляд.

«Ого, он отвернулся!»

Повернув голову, он спокойно наблюдал за происходящим, словно ничего не случилось.

На самом деле, мне было сложно поверить, что этот человек пришёл просто для того, чтобы поздравить меня с днём рождения.

- Ну что, попробуешь? — с гордой улыбкой Дешар Клаун протянул мне, конечно же, золотую пустышку.

Когда я не ответила, он взял ещё две — серебряную и алмазную — и тоже протянул мне.

- …

Я скосила взгляд на Шаренте Клауна, но он даже не думал вступаться за меня.

Технически, я могла задать вопрос, раз у меня во рту ничего не было… но стоило ли мне вообще брать эту пустышку в рот прямо сейчас?

«К тому же, ощущалась она так себе.»

На ощупь была даже твёрже, чем деревянная.

«Может, стоит разработать пустышку с использованием слизи?»

Пока я отвлеклась на бесполезные мысли, выражение лица Дешара Клауна стало каким-то странным. Он снова откашлялся.

Поняв, что деваться некуда, я начала медленно открывать рот, но тут Дешар Клаун резко отвернулся, его лицо стало ещё более жёстким.

— Разве это не ты сам порекомендовал мне пустышку, утверждая, что ребёнок её очень любит, Шаренте?

Шаренте Клаун с заметным замешательством медленно кивнул.

— …Да, отец. Кажется, ей это нравится.

«Так это ты его надоумил!»

Даже не сомневаюсь, что он сначала посоветовал пустышку, а потом, запаниковав, решил уточнить у меня. Теперь понятно, почему он выглядел таким неловким в кабинете. Как будто недостающий кусочек пазла встал на своё место.

Я в шоке посмотрела на него, но Шаренте сделал вид, что не заметил, и выразительно посмотрел в мою сторону. Лёгкая складка на его лбу ясно говорила: «Подыграй.»

- Кажется, нравится? — Дешар Клаун приподнял бровь. В голосе послышались недовольные нотки.

Мне ничего не оставалось, кроме как открыть рот.

«Я это запомню, так и знай.»

Раз уж я так и быть подыгрываю, буду считать, что ты мне теперь должен. Только один раз, просто из жалости к твоей настоящей племяннице.

«Это твой день рождения, Шерина.»

Это не мой праздник, а день рождения настоящей владелицы этого тела — Шерины Клаун.

Я сдалась и открыла рот, и Дешар Клаун аккуратно вложил в него серебряную пустышку. Когда я начала машинально её посасывать, на его губах появилась улыбка. Нежная, мягкая — совсем не похожая на того грозного, упрямого старика, которого я знала.

«Хотя поздравлять должны вовсе не меня…»

Чувство беспокойства стало ещё сильнее.

«Это ты должна получать поздравления.»

- Это мой подарок. Раз уж сегодня твой день рождения, просто прими его, — сказал Дешар Клаун.

Шаренте Клаун тоже протянул мне что-то.

Это была небольшая шкатулка, наполненная магическими кристаллами, аккуратно огранёнными в форме шестигранников. Сверху на ней лежал браслет, составленный из этих же кристаллов.

Если надеть его на запястье, можно будет использовать магию, не доставая кристаллы из пространственного кармана.

«Удобно, конечно, но…»

Почему он решил подарить его мне? Только недавно он грозился отобрать у меня все магические камни, если я снова использую магию у него на глазах.

- Тебе нужна хотя бы минимальная защита, — спокойно пояснил он.

С этим браслетом мне больше не нужно было черпать ману извне, так что в критической ситуации я могла бы среагировать гораздо быстрее.

- В этот раз я услышал от домашнего учителя, что у тебя очень выдающийся ум.

- Уу-ум...

Я совсем забыл про домашнего учителя, но ведь был и этот человек. Как и следовало ожидать, после того случая она так и не вернулась.

«Я так и знала, что она не придёт обратно после ухода.»

Люди не любят признавать, что кто-то превосходит их. Благодаря этому я снова остался в одиночестве.

Я попыталась учиться самостоятельно, но просто читать сложные книги, ничего не зная, оказалось совершенно бесполезно.

Стоп, подождите, а какое это вообще имеет отношение к делу?

- Образование — это хорошо, но есть ли у тебя желание учить магию?

Шаренте медленно застегнул браслет на моём запястье и задал вопрос.

Кто собирается учить меня магии? Есть ли вообще человек с магическими знаниями, превосходящими мои?

...Увы, но я не могу сказать этого вслух. У меня есть рот, но я не могу говорить — это мучительно. Хах, ведь я сама создала несколько магических заклинаний, а страна, которую я основала, — это страна магов!

- Домашний учитель хотел продолжить твоё обучение, но я пока что отправил ее обратно.

Она хотела продолжать учить меня? Она не сбежала?

Я подняла голову с недоверчивым выражением лица, а он тихо цокнул языком.

- Если ты захочешь, я оставлю её, но если нет — подыщу учителя, который будет ещё лучше.

Интересно кто же это, если сам Шаренте Клаун говорит с таким уважением?

Я медленно перевёла взгляд на браслет.

Раз он так говорит, значит, этот человек действительно выдающийся?

Я не знала, кто это, но мне не слишком нравилась мысль, что кто-то собирается учить меня магии. Однако иногда подобные вещи могут оказаться не такими уж и плохими.

- Ладно.

- Хорошо, тогда я спрошу её мнение. Это и будет моим подарком на твой день рождение.

Подарок на день рождение, да ещё и с заранее установленным уровнем?

Подарок Дешара Клауна на фоне всего этого стал казаться слишком скромным. К тому же он выглядел мрачным, и его настроение было не очень хорошим.

Нет, конечно, я понимаю, что на изготовление этой пустышки ушло очень много времени...

«Но ведь Шаренте Клаун уже один раз показал мне её...»

Я не почувствовал ничего особенного.

Вообще, зачем показывать мне то же самое? Если бы это было что-то другое, я хотя бы могла притвориться, что рад.

Я незаметно отодвинула пустышку, которую только что держала во рту, подальше от Дешара Клауна.

- Теперь моя очередь, правда? Отец, дедушка!

Между двумя сверкающими шкатулками с драгоценностями протянулась маленькая ручка. Это был Кайшан Клаун.

В его руках был свёрнутый в трубочку лист бумаги. Увидев этот свиток, я невольно улыбнулась.

- О! Ты улыбнулась! Значит, тебе понравилось, да?

- Угу, спасибо.

Я не знала, что именно было в свитке, но его жест выглядел по-детски мило.

Я подумала, что он, возможно, нарисовал картину, где мы держимся за руки, и протянула обе руки, настроившись с добротой.

- Шерина, с днём рождения.

В отличие от того, как он сначала взволнованно заговорил, теперь Кайшан старательно выговаривал слова и вложил мне в руки свиток.

- Понимаешь, у меня было меньше денег, чем у отца и дедушки. Поэтому... Ну, я не мог купить что-то дорогое.

Ну и ладно, даже если это просто рисунок, меня это устроит. Честно говоря, такие искренние подарки мне нравятся больше.

Я совсем не хотела получать ни пустышку, которая явно стоила баснословных денег и которую мне оставалось бы только продать, ни обработанный магический камень, на который, скорее всего, потрачена целая куча средств.

Подарки не бывают без причины. И я не хотела делать исключение из этого правила.

Я изо всех сил пошевелила пальцами. Они всё ещё не двигались так свободно, как мне хотелось бы. Для тонкой работы мои руки были слишком неуклюжими. Как и следовало ожидать, даже развязывание ленточки, которой был перевязан свиток, заняло некоторое время.

Итак, что же это за рисунок, который так тщательно запаковали? Или, может быть, это письмо? Судя по тому, как плотно исписан лист, это вполне может быть письмо.

- Это магазин игрушек.

- ...

- У меня было не так много карманных денег, так что я смог купить только это.

- ...

- Я не знал, что тебе может понравиться...

Я посмотрела на Кайшана Клауна, который, покраснев, выглядел смущённым, будто ему стыдно за то, что он не смог подарить что-то достойное. Затем снова опустила взгляд на договор купли-продажи здания.

Я всегда считала, что Кайшан — обычный, по-настоящему чистосердечный ребёнок, почти не отличающийся от простого горожанина.

Кажется, даже дети, растущие в семьях аристократов, могут вырасти вот такими, если их родители достаточно строги.

«Разница в ценностях...»

Сколько же он должен был копить с карманных денег, чтобы купить целый магазин?!

Мне захотелось заплакать, вспоминая себя несколько минут назад, когда я была уверена, что в этом свитке нарисованный восковыми мелками рисунок или письмо.

- Кто бы мог подумать, что тебе такое понравится...

- Всё-таки ты жадина.

Эй, в чьих это глазах я сейчас выгляжу радостной? Очевидно же, что я просто в шоке и не знаю, что сказать!

Кайшан широко улыбнулся.

- Я всё думал, куда это мой внук так часто уходит один, а он, оказывается, занимался этим.

- Да, дедушка.

- Один?..

Ты ходил заключать контракт в одиночку? В семь-то лет?

Я бы даже не смогла попробовать, ведь у меня нет такого опыта. Когда мне в руки попал этот договор, я долго разбиралась в нём, внимательно изучая каждое слово.

А он сделал это сам?!

Это разница в раннем образовании или же я просто глупая? Уже начинаю в этом сомневаться.

- А? Да, это был секрет.

Даже если ты держал это в секрете, скорее всего, Шаренте Клаун всё равно приставил к тебе тайных рыцарей. Как и ожидалось, он знал. А вот Дешар Клаун, похоже, был не в курсе.

- Давай, задувай свечи.

- Свечи?..

- Угу! В день рождения нужно задуть свечи на торте и загадать желание. Говорят, что самое заветное обязательно сбудется!

Это же просто суеверие.

Но прежде чем я успела это сказать, Кайшан уже подбежал к торту. Слуги перенесли подарки в сторону и поставили торт прямо передо мной. Пламя свечей ярко колыхалось.

- С днём рождения, Шерина!

- Поздравляю с днём рождения.

Кайшан и Дешар Клаун поздравили меня. Шаренте Клаун стоял, скрестив руки, и ничего не говорил. Он лишь спокойно посмотрел на торт и чуть кивнул.

«Желание.»

У меня есть всего одно желание.

Я оперлась на стол ладонями, вспомнила то, о чём мечтала все эти годы, и уже собиралась задуть свечи, как вдруг заметила, что Клауны смотрят прямо на меня.

- ...

Я глубоко вдохнула и резко дунула. Три свечи, плотно установленные рядом, погасли в одно мгновение. Я медленно открыла глаза.

После того как я загадала желание, все сели за стол. Картина была такой невероятной, что я не могла в неё поверить. Я никогда не думала, что кто-то поздравит меня с днём рождения, что кто-то подарит мне подарки. Никогда не представляла, что окажусь за одним столом с семьёй, где меня заботливо окружат вниманием.

Я была Хеллой. Великим магом и владычицей Магической Башни. Опорой Силопии. Столпом, который не имел права рухнуть, пошатнуться или потерпеть неудачу, что бы ни случилось.

- С днём рождения.

Шаренте Клаун тихо прошептал, ставя передо мной нарезанную на кусочки еду, чтобы мне было удобнее есть. В его голосе сквозила лёгкая неловкость, и почему-то у меня пересохло в горле, а внутри стало тепло.

Конец тех, кто ступает на путь чёрной магии, всегда одинаково печален. Зло неизбежно притягивает ещё больше зла.

Вот почему я заранее выбрала себе место для смерти. Я знала, что вскоре моё тело начнёт разрушаться.

Даже если бы Мелан не торопил события, я сама умерла бы в течение ближайших десяти лет.

Я знаю, что поздравлять кого-то — нелёгкое дело. Поэтому...

«Пусть буря, которая скоро обрушится на меня, обойдёт их стороной.»

Впервые в жизни, опираясь на нелепое суеверие, я загадала желание.

***

«Жизнь — сплошная суета...»

Так почему же этот мир такой скучный?

Эти слова идеально подходят мне, ведь прошло уже два года, а я до сих пор ничего не добилась. Бессмысленно прожив ещё пару лет, я стала пятилетней. Чёрт!

Мои отношения с Шаренте Клауном оставались такими же, как и раньше, и с дня рождения ничего особенного не произошло. Впрочем, и не должно было.

Я сама избегала встреч с людьми из семьи Клаун. После дня рождения мне стало неловко смотреть им в глаза.

- А? Странно, почему магия не работает?..

Я лениво бродила возле тренировочного поля, когда услышала этот голос и вздрогнула.

Опять кто-то новый?

Что, у этого рыцарского ордена сезон приёма новобранцев?

Год назад, после дня рождения, я изменила всю магическую защиту особняка. Теперь всякий, кто войдёт с дурными намерениями, получит лёгкое проклятие. Кроме того, внутри дома никто не сможет использовать магию, если не получил моего разрешения.

Возможно, именно поэтому Данталион не появлялся здесь уже два года. С одной стороны, это, конечно, хорошо, но не сказать, что я вообще о нём не думала.

«Я думала, он как-нибудь взломает защиту и ворвётся.»

Но, похоже, этого не случилось.

В любом случае, за последние два года я оставила отметки на всех членах семьи Клаун, которые могут пользоваться магией.

Так почему они продолжают нанимать новых людей? Это когда-нибудь закончится?

«Остался всего год... Надеюсь, это не будет продолжаться всё это время?»

Я ведь не могу заниматься этим до самого момента, когда покину дом.

В любом случае, сейчас мне нужно сделать одно дело.

- Шутокар!

Я подбежала к главе рыцарского ордена, Шутокару, и повисла у него на ноге.

- Леди Шерина.

- Угу, а кто это?

- Ах, это новенький. Он весьма талантлив, так что мы взяли его в обход стандартных процедур.

- М-м, новенький, значит...

Я украдкой осмотрела его: не выглядел уставшим, конечности целы, выражение лица тоже вполне нормальное. Раз его наняли, наверняка уже провели полную проверку.

Но хоть он и улыбается, его глаза почему-то остаются холодными. Это немного тревожит...

«Ну, нет людей без фальши.»

Прямолинейность и честность не всегда помогают — в нужный момент ими можно просто не суметь воспользоваться. Именно поэтому в любой группе нужны люди с разными характерами.

- Я Шерина!

Меня должны называть «леди»!

…Хотела сказать это, но в последний момент просто хлопнула губами и закрыла рот. В последнее время я читаю слишком много таких вот романов. От скуки постоянно лежу и читаю третьесортные книжки.

- Меня зовут Джейсо. Я хотел встретиться с вами, леди.

- Угу… Со мной?

Откуда ты меня знаешь? Или мне просто кажется, что в его словах есть какой-то скрытый смысл?

Я молча смотрела на него, а он лишь слегка улыбнулся, словно всё было в порядке. Я разглядывала его в доспехах, когда внезапно заметила, как между его губ сверкнули клыки.

Он выглядел очень молодо. Пятнадцать? Где-то так? По законам Империи работать можно с пятнадцати, так что, скорее всего, он не младше.

«Что-то тут не так…»

Неприятное предчувствие.

- Да, я много слышал о вас.

- Угу, понятно…

О чём именно он слышал, мне, конечно, интересно, но спрашивать не стану. Зачем нарываться на неприятности?

- Руку!

Я протянула ладонь, и Джейсо на мгновение замер. Его алые волосы и такие же красноватые глаза медленно сфокусировались на мне. На секунду в них мелькнул странный, зловещий блеск.

«Можно ли ему дать метку?»

Что-то не даёт мне покоя. Раз он не испытывает проклятия, значит, у него нет вражды с семьёй Клаун.

Впрочем, это не отменяет всех возможных проблем.

- Леди здоровается таким образом.

Шутокар вступился за меня.

«Спасибо…»

Какой своевременный перевод. Он был единственным, с кем я общалась среди рыцарей. После того как я отдалилась от Клаунов, стало немного одиноко. Всё-таки привязываешься к людям, даже если не хочешь.

- Ах…

Джейсо, похоже, понял и осторожно положил свою руку на мою ладонь. Метка передавалась так, что никто этого не мог заметить. Я быстро завершила передачу и слегка встряхнула руку.

- Хорошая работа, Джейсо.

- Да… леди.

Джейсо с лёгкой, едва заметной улыбкой ответил мне. В любом случае, моя часть дела окончена. Теперь можно вернуться и дочитать свой третьесортный роман. Этот новенький — это и всё, что есть в этом наборе, да?

«Кстати, обещали снова найти мне домашнего учителя, но до сих пор никаких новостей.»

Прошло уже два года… Интересно, помнит ли об этом обещании Шаренте Клаун?

«Хотя, после дня рождения я слишком откровенно от него бегала.»

Ну, а что поделать? Это было слишком неловко и непривычно. Да и, если бы я привязалась к нему ещё больше, стало бы только хуже.

Я легонько коснулась пальцем пустышки, висевшей у меня на шее. Завернув за угол тренировочного двора, спряталась за деревом и быстро сунула её в рот. В моём возрасте уже стыдно сосать пустышку… После того как горничные начали обсуждать это за моей спиной, мне приходится делать это тайком.

— Разве в таком возрасте вообще кто-то ещё сосёт пустышки?

— Может, с ней что-то не так?

— Говорят, она умная…

— Может, стоит спросить об этом у лекаря, когда он в следующий раз придёт?

Я была слегка ошарашена их разговором. С каких это пор они обо мне так беспокоятся? Ещё недавно все только и делали, что издевались надо мной. Конечно, стало чуть полегче, но назвать это приятным я всё равно не могу.

Впрочем… Пора бы мне и правда уже с этим завязывать.

Почему, ну почему стоит только пососать эту пустышку, и настроение сразу становится таким хорошим? Это что, какой-то пустышечный наркотик?

Здоровый наркотик, единственное успокоительное, которое государство разрешает младенцам. Вот что это такое

Пус-ты-шка.

На самом деле я пыталась разобраться с этой пустышкой, но сколько бы ни старалась, она больше ни разу не испускала того таинственного света. Похоже, это действительно артефакт, но какой именно — понятия не имею. И это сводило меня с ума.

Всё просто тянулось бесконечно медленно.

Время текло, раздражение накапливалось. Из-за строгой охраны почти не было возможности узнать, что происходит за стенами.

«Проблем нет — так что и убивать некого.»

А без убийств невозможно накопить чёрную магию. Единственной отрадой было то, что я хотя бы немного вернула способность к магии. Произношение улучшилось, и теперь я могла, пусть и медленно, использовать заклинания через словесные формулы.

«С этим уровнем я хотя бы не умру сразу, если выберусь наружу.»

С восстановлением произношения и способности использовать магические слова мой контроль над магией улучшился, а вместе с ним вернулась и часть боевых навыков.

Теперь убить несколько человек не казалось слишком опасным. И меня не смогут так просто поймать. Я могла бы выжить и без того, чтобы снова оказываться в детском приюте.

Если честно, мне уже начала надоедать эта жизнь. Чем сильнее ко мне возвращалась сила, тем скучнее становилось всё вокруг. Я не могла избавиться от чувства, что вновь возвращаюсь к тем временам, когда была Хеллой.

«Кажется, у матери этого тела тоже были магические способности.»

Возможно, поэтому тело оказалось более восприимчивым к магии, чем я ожидала. Моя стремительная адаптация и быстрый рост объяснялись именно этим.

В прошлой жизни я была единственным архимагом девятого круга в Силлопии. Обычных магов разделяют на учеников, младших, средних, старших магов, а затем идут архимаги. Обычно архимагами считают тех, кто достиг восьмого круга и выше. В Силлопии таких, как я, было всего трое: я, Мелан и ещё один маг, который сейчас ушёл в уединение.

В любом случае, теперь я могу использовать магию до четвертого круга. Свободно перемещаться в пространстве, применять большинство атакующих заклинаний и даже простую целительную магию.

Если судить по стандартам Силлопии, то я сейчас на уровне средневозрастного мага. Для двух лет прогресса — вполне впечатляющий результат.

- Фу-а…

Я вынула пустышку изо рта. Хотя я уже не сосу её так жадно, как раньше, она всё равно остаётся моим единственным утешением.

Я внезапно усмехнулась, осознав, насколько жалко выглядят мои попытки найти поддержку не в людях, а в какой-то вещи.

«Где бы я ни оказалась, я никогда не вписываюсь.»

Если мир — это вода, то я — масло. Даже то, что я вынуждена прятаться, чтобы спокойно пососать пустышку, казалось мне жалким.

Наступало время обеда, и я уже собиралась вернуться в свою комнату, но внезапно замерла на месте.

Я столкнулась взглядом с Шаренте Клауном.

Не знаю, как долго он стоял там, наблюдая за мной.

Мои плечи невольно вздрогнули, и я машинально сделала шаг назад. Когда мы в последний раз вот так смотрели друг другу в глаза?..

- …Здравствуй, дядя.

- …

И...

- До свидания…

Прощай, Шаренте.

Поздоровавшись, я тут же попрощалась и повернулась, собираясь уйти.

Меня немного беспокоило, что Шаренте Клаун не сказал ни слова, но я не хотела снова с ним пересекаться.

С тех пор, как я начала его откровенно избегать, он тоже перестал что-либо говорить.

Дешар Клаун несколько раз приходил ко мне и до сих пор продолжает навещать, но Шаренте — нет.

Хотя, если честно, даже когда приходил Дешар, я всегда держалась с ним холодно и отстранённо, так что он тоже не задерживался надолго.

Шаренте Клаун никогда не пытался вмешиваться, если я избегала его или скрывалась. Единственное, что он делал — отправлял охранников, необходимые вещи и регулярно присылал дизайнеров для пошива мне одежды.

Но за последние два года он ни разу не попытался лично поговорить со мной.

В самом начале он пару раз приходил без предупреждения, но когда понял, что я его избегаю, полностью перестал делать попытки сблизиться.

Шаренте Клаун не был тем, кто склоняется первым. Он не вмешивался в чужие дела.

Такой была дистанция между нами.

И, возможно, именно поэтому мне было легче всего находиться рядом с ним.

Я верила — если я когда-нибудь решу поговорить с ним и покинуть этот дом по-настоящему, он не станет меня останавливать.

Это была почти слепая вера.

- Если у тебя есть время, не хочешь выпить со мной чаю? — спросил он.

Я думала, что, как и всегда, он просто пройдёт мимо, сделав вид, что не заметил меня.

Но я никак не ожидала, что он остановит меня и заговорит первым.

Если бы он действительно хотел поговорить, то должен был предложить это раньше.

- Мм… но я занята…

- Это не займёт много времени.

Если уж Шаренте Клаун что-то приказал, разве у меня была причина отказываться?

Я тихонько кивнула.

Он пошёл вперёд, показывая мне дорогу.

Он специально замедлил шаг, чтобы подстроиться под меня.

И почему-то это вновь вызвало у меня странное, щекочущее чувство в груди.

- Кайшан был очень расстроен, что не смог тебя увидеть.

- Но мы же виделись вчера… — пробормотала я, всё ещё не привыкшая к вежливой речи.

Если честно, не было способа избавиться от Кайшана, который приходил ко мне каждый день, словно ему никогда это не надоедало.

Но я не могла открыто сказать, что он мне не нравится и что бы он не приходил ко мне больше.

И это совсем не из-за сладостей, которые он постоянно приносил!

Шаренте Клаун привёл меня в свой сад.

Там уже был накрыт стол для чаепития.

Это вызвало у меня странное чувство.

«А если бы я отказалась, что бы он тогда делал?»

Я села, воспользовавшись помощью горничной.

Шаренте Клаун сел напротив.

Передо мной стоял стол, заставленный до отказа потрясающими угощениями.

Пудинг, клубничное желе, сладкий и освежающий апельсиновый сок, редкие сахарные звёздочки, шоколадное фондю и хрустящее печенье в форме кроликов…

Все эти вещи мне нравились.

Вернее, я начала любить их после дня рождения, когда начала сближаться с другими людьми.

- …

Мы не разговаривали друг с другом уже два года, но он всё равно знал мои вкусы.

Это пугало.

Или, может, удивляло.

«Сладкое ведь ему самому не особо нравится…»

- Ешь.

Голос у него был мягкий, но всё же сохранял нотки холодности.

Похоже, он совсем не изменился.

А его молчание только усиливало тревожную атмосферу.

«Если собираешься меня отчитывать, так сделай это уже…»

- Ты помнишь о моем обещании найти тебе нового домашнего учителя?

Я медленно кивнула на вопрос Шаренте Клауна.

Как раз только что думала об этом. Неожиданное совпадение.

- Когда я беседовал с ней, она сказала, что ты ещё слишком мала и что она возьмётся за обучение, когда тебе исполнится пять лет.

«Что, значит, ты не забыл?»

Я снова медленно кивнула.

Хотя времени осталось не так уж много, но, наверное, лучше хоть какая-то помощь, чем никакой.

- И вот теперь пришло время, о котором шла речь в письме. Она написала мне, что хотела бы с тобой встретиться. Если у тебя ещё есть желание, я отправлю ей положительный ответ.

Судя по всему, он хотел узнать моё мнение.

Ну, я только за.

Всё равно сейчас мои дни проходят в бесконечном чтении книг.

- Я… за.

Я осторожно посмотрела на него и неуверенно прикусила губу.

Он просто молча слушал меня, не говоря ни слова.

Я не привыкла видеть его с таким выражением лица.

Наверное, потому что мы так долго не разговаривали.

В конце концов, он без слов допил свой чай и медленно поднялся.

- Я услышал твоё мнение. Останься и доешь, потом можешь идти.

Что? Это всё?

Он специально усадил меня здесь только ради вопроса о домашнем учителе?

Так тщательно всё подготовил ради этого?

Разве он не хотел сказать что-то ещё?

Я растерянно вскинула голову.

Разве он не собирался сказать что-то вроде: «Ты мне надоела, так что уходи», или «Если собираешься избегать меня, то не попадайся на глаза»

«Что это вообще было…?»

«Почему он ничего не говорит? Если ему что-то не нравится, так бы и сказал… Совсем на себя не похож.»

Я растерянно смотрела, как он принимает из рук дворецкого своё пальто и надевает его.

- Это всё? Больше ничего не скажете?

Я осторожно спросила, и только тогда он снова взглянул на меня.

Чем старше становится, тем красивее. Теперь в нём даже появилась какая-то аура зрелости.

- Да. Может у тебя есть что сказать мне?

- Я… в следующем году ухожу.

Точнее, весной. Осталось около девяти месяцев.

Он ведь это знает, да?

Как бы я ни пыталась забыть, ощущение исчезающего тела время от времени возвращалось.

Даже во снах меня преследовала эта боль, из-за чего я часто не могла уснуть.

Находиться в мире, где есть покой, доброта и забота, приятно, но я не могла закрыть глаза на несправедливость, что произошла со мной.

Я не могла радоваться, когда всё, что я создала, просто украли у меня прямо на глазах.

- Мы уже обсуждали это, Шерина.

Он нахмурился, словно услышал что-то крайне неприятное.

Между его бровями залегла глубокая морщина, а взгляд стал резким.

- Пока ты носишь фамилию Клаун, ты не можешь просто так покинуть этот особняк. Разве я не говорил это ясно?

- …Я всё равно уйду.

«Даже если скажешь, что нельзя, я всё равно уйду.»

Я должна уйти. У меня нет выбора.

Недовольно надув губы, я посмотрела на него.

Шаренте Клаун лишь усмехнулся, словно говоря: «Попробуй, если сможешь».

- Дядя ничего не знает...

Просто бесит, Шаренте Клаун.

Если бы можно было, я бы тоже осталась здесь. Просто жила бы обычной жизнью, как ребенок, ничего не зная.

Живя в этом месте, я все больше ловила себя на таких мыслях.

Если бы я ничего не помнила, если бы не знала, я бы могла просто наслаждаться тем, как сменяются времена года, как течет время, как проходит эта свободная, ничем не занятая жизнь.

Я сжала кулаки.

Чем больше я проводила в этом покое, тем глупее чувствовала себя за то, что нахожу это время скучным.

Я попыталась встать, но снова села обратно.

- Если не скажешь, я не узнаю. Не говори очевидных вещей. Ты же ничего не говоришь, естественно я не знаю.

Резкие слова.

Я взяла большую ложку пудинга и запихнула его в рот.

Меня это так раздражает, что хочется есть сладкое.

- Если у тебя есть тревоги, выскажи их. Если нужна помощь, попроси о ней. Я ведь тебя этому учил, — сказал Шаренте Клаун.

- Но если ты не слушаешь, я ничего не могу с этим поделать.

В его голосе не было ни капли теплоты.

Говорят, язык может быть острее лезвия, и он бил без пощады.

Шаренте Клаун несколько минут просто стоял на месте, затем медленно развернулся и ушел.

Когда звук его шагов уже почти затих, я бесшумно положила ложку с пудингом на стол.

Аппетитные угощения больше не казались привлекательными.

- Я просто не могу сказать. - тихо пробормотала я

Вы сейчас так заботитесь обо мне, но в прошлом вы сами оставили этого ребенка без присмотра, и он умер. А я просто заняла его тело и теперь играю роль погибшей племянницы…

Мое лицо исказилось.

Как я могу сказать это вслух? Я уже с трудом справляюсь с той заботой, что получаю от вас, и не имею права ранить вас еще больше.

- Госпожа?

Стоявшая рядом горничная обеспокоенно позвала меня.

Я медленно покачала головой.

Почему же вы думаете, что я избегала вас всеми силами? Потому что боялась привязаться еще сильнее.

Я молча доела клубничное желе и пудинг, после чего протянула руки горничной.

- Отнеси меня в дом. Я хочу вернуться в свою комнату.

Мне нужно к Вере, в мою комнату.

Семья бесполезна.

Горничные — не семья. Тем более такая фальшивая семья, как эта.

Они станут для меня только лишним грузом. Грузом, который оставит глубокие шрамы.

Я отправила горничную прочь.

Она выглядела растерянной, когда занесла меня в дом и я сказала, что вернусь одна, но что поделать? Сейчас мне просто нужно побыть в одиночестве.

Впрочем, я знала, насколько хорошо охраняется герцогский особняк. Большинство горничных, видя, что я настаиваю, понимали, что у них нет выбора, и отступали.

Я бесцельно брела, уставившись в землю.

Найдя подходящее место — за большим деревом в тени, где меня никто не увидит, — я присела на корточки и сунула пустышку в рот. Стоило мне сжать ее зубами и начать сосать, как стало чуть легче.

Я запрокинула голову и посмотрела в небо.

«Почему оно сегодня такое ярко-голубое…»

Я машинально сосала пустышку и вдруг задумалась, что я вообще делаю.

«Мне ведь уже пять лет…»

Пять лет, а я до сих пор не могу расстаться с этой пустышкой.

Неудивительно, что люди шепчутся за моей спиной, мол, со мной явно что-то не так, если я даже от пустышки избавиться не могу.

Хотя после дня рождения я почти перестала ее использовать. Почти. Только если становилось совсем невыносимо.

Я ведь родилась красивой, значит, должна красиво и расти.

Но отказаться от пустышки? Нет, это невозможно.

- О, так вы здесь, юная леди.

Сверху с дерева раздался насмешливый голос.

Я вздрогнула и подняла голову.

Передо мной, болтаясь вниз головой, раскачивался Джейсо.

Легкий голос, небрежные движения, отсутствие всякой осанки — он совсем не походил на того благородного и собранного рыцаря, что стоял перед Шутокаром.

- Ч-что…?

- Да уж, какая же ты мелкая.

«А сам-то думаешь, что большой?»

Ты ведь всего лишь пятнадцатилетний пацан!

Я была так поражена, что даже уронила пустышку изо рта.

Джейсо плавно спрыгнул с ветки и мягко приземлился на землю.

- Я много о тебе слышал. Рад познакомиться.

Он пробормотал это негромким голосом.

Чтобы встретиться со мной взглядом, Джейсо расставил ноги и присел на корточки, ухмыляясь так, что блеснули его клыки.

- Ше-ри-на.

- ...Ты кто такой?

- Или мне называть тебя Хелла?

Его голос звенел от сдержанного смеха, и я невольно нахмурилась.

Как он вообще ухитрился так искусно прикинуться кем-то другим? Сейчас его манера речи и движения были такими резкими и дикими, словно я смотрела на необузданного зверя.

Услышав из его уст имя, которое давно никто не произносил, я ощутила, как ледяной холод разливается по груди.

Сжав губы, я заставила себя стереть с лица растерянность и встретилась с ним взглядом.

- Я спросила, ты кто такой?

- Я? Джейсо. Мы ведь уже представились друг другу. — Он лениво пожал плечами. — Короче, не тяни. Давай благословение. Лидер сказал мне прийти и получить его от тебя.

Джейсо небрежно склонил голову, подставляя мне макушку.

Его неожиданные слова сбили меня с толку, и я на мгновение потеряла концентрацию.

Заклинание, которое я тихо проговаривала про себя, рассыпалось, будто его и не было.

Ошеломленная, я уставилась на него, цепляясь за слово, которое мне было одновременно так хорошо знакомо и в то же время казалось далеким.

- Благословение?

- Ага, лидер так сказал.

Лидер...?

Я даже не хотела думать, о ком идет речь.

Хотя, кажется, я и так знала ответ.

За всю свою жизнь я даровала благословение только одному человеку.

- Ты же обещала взять нас под свою опеку. Даровать нам благословение, чтобы мы стали твоими.

- Данталион...

Я думала, что он уже отказался от этой идеи, ведь за два года так и не появился.

Но, похоже, я ошибалась.

Когда я промолчала, Джейсо усмехнулся.

- Или ты тоже собираешься нас бросить?

Что за нелепые, до дрожи приторные слова?

Сколько же он провел в темноте, раз даже не осознает, насколько его фраза вызывает отторжение?

Мне стало его немного жаль.

- Если так, скажи заранее.

- А что если скажу?

- Тогда, прежде чем ты успеешь нас достать, я тебя убью, а потом спокойно уйду. Лидеру я передам все сам.

Жутковато, конечно. Как тут вообще что-то говорить?

Они так намертво вплели меня в эту паутину, что выхода у меня уже не осталось.

Чтобы освободить этих ребят, мне придется убить Мелана, который сейчас стоит во главе Силлопии.

«И уничтожить все лаборатории вместе с их записями.»

А если представится возможность, было бы неплохо убить и весь Совет Старейшин.

Эти никчемные старики сидят на своих местах, набивая карманы, прикрываясь возрастом и опытом.

Может, даже лучше было бы призвать из уединения Отца.

Мне не хватало способностей, чтобы построить страну.

Я слишком многого не умела, а вопросы управления вынуждены были решать маги, которые в этом ровным счетом ничего не понимали.

«Надо было учиться больше...»

Государственное управление, экономика, менеджмент...

Если бы я уделила этому больше внимания, то, возможно, сумела бы создать действительно сильную державу.

Позднее раскаяние лишь усилило головную боль.

- Ладно, дарую тебе свое благословение.

Я спокойно кивнула.

В конце концов, мне все равно нечем заняться, когда я покину особняк. Почему бы тогда не разобраться с Силлопией раз и навсегда?

- Правда? Хорошо, а то лидер сказал, что если я вернусь без него, он мне все конечности поотрывает.

Он подвинулся ближе, все так же сидя на корточках, и я лишь усмехнулась.

«Почему ко мне всегда липнет одна страннота?»

Кажется, единственный нормальный человек, с которым меня свела жизнь, — это Вера.

«Хотя она ни готовить не умеет, ни с детьми ладить...»

Но зато добрая и заботливая.

- Но почему ты стал рыцарем?

- Чтобы охранять тебя.

Вот еще… зачем меня вообще охранять?

Я уже хотела что-то сказать, но передумала и покачала головой.

«Раз у него есть способности, значит, его взяли не просто так.»

Я медленно осмотрела Джейсо с головы до ног.

«Нет?»

- Что-то ищешь?

Кажется, он заметил мой взгляд. Глаза у него резко очерчены, взгляд хищный, но агрессии в нем нет.

Видимо, он просто с рождения выглядит так свирепо.

- Нет, ничего.

- Может, вот это?

Джейсо задрал рубашку. На его ключице была буквально вживлена железная метка с надписью «экспериментальный объект».

Она выглядела, как жетон, похожий на солдатский, но странным образом сросшийся с кожей. Я даже забыла как дышать.

Вокруг метки, на которой были выбиты цифры 972, расплывались ожоги, а плоть, словно оплавленная, сливалась с металлом. Кончики моих пальцев дрожали.

Все тело Джейсо было покрыто швами. Казалось, его раз за разом вспарывали и зашивали снова.

— Я был не самым послушным, — небрежно пояснил он, опуская рубашку. — Несколько раз наказывали. А этот жетон… Раз я все время его срывал, в какой-то момент они разозлились и решили просто вживить его в кожу.

Он снова присел на корточки и я у него спросила:

- Сколько тебе лет?

- Мне? Двенадцать… Нет, кажется, уже тринадцать?

- Чего?! Но в Империи…

- Ах, да, я документы подделал. Тут мне семнадцать.

Эй, да это же мошенничество при трудоустройстве! Каким образом он вообще кого-то обманул?!

Хотя, в Симула — рыцарский отряд, непосредственно подчиненный дому Клаунов, — могли попасть только проверенные люди, долго служившие семье герцога. Остальные наемные рыцари в особняке к этому отряду не принадлежали.

Испытания для новичков и их подготовкой занимался командир Симулы.

- Так что с благословением?

У меня во рту пересохло.

Что ты сделала с этим ребенком, Мелан…

Я долго молчала, потом резко сунула соску в рот.

Хи-хи-фу. Хи-хи-фу.

Я совмещала успокаивающее дыхание, которому где-то научилась, с сосанием соски, пытаясь хоть как-то унять гнев. Внутри все кипело.

Когда я снова посмотрела на Джейсо, который спокойно ждал моего благословения, то наконец вынула соску изо рта и осторожно положила руку ему на макушку.

- От имени Шелины Клаун далую тебе благословение.

В этот раз, по крайней мере, мои слова прозвучали более человечно, чем когда я благословляла Данталиона.

За два года это была, пожалуй, моя самая большая перемена. Даже глаза немного заслезились.

- Пусть цветок отчаяния, что вылос, будет солван, а его пламя сожжет прежние цепи. В пепле пусть вновь расцветет цветок, что не погаснет.

Ты похож на огонь. Ты сможешь вновь разгореться, где бы ни оказался.

Так что не сдавайся.

Теперь я понимаю, в чем была моя вина, о которой говорил Данталион.

— Джейсо.

Как только я произнесла его имя, магическая сила потекла из кончиков моих пальцев и впиталась в него.

Тьма в этой силе стала еще глубже, чем тогда.

«Осталось совсем немного…»

Времени почти нет.

Стоит однажды принять темную магию, как даже самые простые заклинания окрашиваются в ее цвет.

Два года назад, когда я благословляла Данталиона, моя сила была наполовину темной.

Но сейчас тьма заполнила уже больше семидесяти процентов.

- Готово.

Я убрала руку.

Джейсо медленно выпрямился, нахмурившись.

Будто странные ощущения не давали ему покоя, он несколько раз сжал и разжал пальцы, а потом ухмыльнулся.

- О, кстати, а ты знала? Когда Лидер получил твое благословение, он еще долго время был совершенно отстраненным.

- Что?

- То смотрел на свои руки, то поглаживал голову… Будто совсем с ума сошел.

Джейсо несколько раз потер затылок, словно проверяя свои ощущения, а затем хихикнул.

- Довольно странное чувство.

Он пару раз пошевелился, проверяя тело, а затем снова опустился передо мной на одно колено.

Затем он взял меня за руку и прижался губами к ее тыльной стороне.

Я в ужасе выдернула руку.

- Ч-что ты делаешь?!

- Разве для магов благословение не имеет особого значения?

- Ну… немного…

Раздвинув указательный и большой пальцы, я слегка показала расстояние между ними, отвечая.

На самом деле, я никогда особо не задумывалась об этом.

Джейсо громко рассмеялся.

Кажется, он вспыльчивый, но при этом довольно открытый и прямолинейный.

Хотя их детство было полным боли, почему же эти дети такие жизнерадостные?

«Это только усиливает мое чувство вины…»

- Раз ты поклялась меня защищать, то и я тебя тоже защищу.

- Что?

- Как-никак, я — один из удачных экспериментов. Так что можешь на меня рассчитывать. Если хочешь, даже черную магию буду для тебя создавать.

Каждое его слово будто пронзало мое сердце.

«Создавать черную магию…? Что это вообще значит?»

Я непонимающе посмотрела на него, и Джейсо вдруг огляделся.

Из кустов выскочила крыса, стремительно перебежавшая тропинку.

Джейсо мгновенно поймал ее.

- Пииик!

Он ухмыльнулся, обнажив клыки, и сжал руку.

Крыса пронзительно взвизгнула от боли, а затем начала медленно иссыхать.

Вскоре от нее не осталось даже костей — лишь горстка пепла, развеянного ветром.

- Вот так.

В его ладони парил крошечный сгусток чистой черной магии.

Джейсо легонько подтолкнул его в мою сторону.

Черная капля, размером с ноготь, медленно впиталась в мое тело, оставляя ощущение, будто капля воды упала в чашу.

Хотя на самом деле этот крошечный сгусток ничего не изменил, демонстрации Джейсо было более чем достаточно.

Я долго молча смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

- Это же…

Слова застряли в горле.

Я ощущала в нем болезненное напряжение, будто оно вот-вот разорвется.

«Мелан, что же ты натворил у меня за спиной?»

Как он мог сделать такое, даже не сказав мне ни слова?

- Что этот ублюдок...

Даже в такой ситуации я снова заговорила с дурацким произношением, и от этого у меня разболелась голова.

Я просто молча закрыла рот.

Чувствуя чей-то пристальный взгляд, я подняла голову.

Джейсо, скрестив руки, смотрел на меня сверху вниз с перекошенным выражением лица.

В этом взгляде читалась явная враждебность. Или, по крайней мере, неприязнь.

Точно так же смотрел на меня и Данталион.

Кажется, они оба меня ненавидят.

- Шерина.

Джейсо вдруг резко присел передо мной на корточки.

В его небрежных движениях и кривой ухмылке читался его настоящий характер.

- Маг, управляющий Башней, тебе больше не союзник.

- …

- Те, кого ты должна защищать, — это мы. Именно в этом суть благословения мага. Ты поклялась в этом перед Лидером, а теперь и передо мной. Разве не так?

Что-то в его словах было… неправильным.

Такое же чувство возникло у меня и тогда, когда я разговаривала с Данталионом.

- Так что не вздумай при мне беспокоиться об этом убогом неудачнике. Мне от этого просто тошно.

- Я не беспокоюсь.

- Тогда что?

- Думаю, как его уничтожить.

Я понятия не имела, с чего начать разрушение Силлопии.

Он сказал, что все меня осуждают за то, что я сделала. Что это слишком опасно.

Хотела я этого или нет, но, похоже, настало время мне встретиться с этой правдой лицом к лицу.

- Хм… ну, это... хорошо.

Джейсо произнес это небрежно.

Я прошла мимо него.

«Больше не хочу с ним возиться.»

Но оставлять его просто так в рыцарском отряде тоже не хотелось— вдруг еще наговорит чего лишнего?

- Шерина! Сделай меня своим телохранителем!

- А тебе тут оставаться можно?

- Ах, я не говорил? Магистр Башни приказал привести тебя.

- Меня?

Почему это Мелан хочет меня поймать?

Я остановилась на пути к дому.

Джейсо тут же снова подскочил ко мне, явно довольный тем, что привлек мое внимание.

- Он хочет взять тебя в ученики.

- …А.

Значит, он не шутил в тот раз.

Но даже так, похищать ребенка герцогского рода, чтобы сделать своим учеником — это уже перебор, не так ли?

- То есть…

- Короче говоря, у меня официальное задание, так что я здесь легально. Кстати, подделкой документов для меня занималась Силлопия.

- Почему он так поступил?

- Потому что когда-то ты сама взяла Магистра Башни в ученики.

— То есть, он сейчас просто меня копирует?

"Действующий Магистр Башни из-за нехватки таланта и силы слишком занят тем, что гоняется по твоему следу. Он изучает, что ты делала, подражает твоим поступкам и сожалеет, что отпустил тебя."

Мне вдруг вспомнились слова Данталиана.

«Но я даже представить не могла, что «подражание» будет именно таким.»

Как же глупо. Если бы я могла повернуть время вспять, то пусть бы он хоть с голоду сдох, хоть засох, хоть был забит до смерти— меня бы это не волновало.

«Может, это я его неправильно воспитала.»

- Шерина.

Я снова пошла вперед, но Джейсо незаметно оказался рядом.

- Не забывай таскать с собой эту соску.

Джейсо, нагло нагнувшись ко мне, шепнул это почти заговорщически, затем потрепал меня по голове и ловко запрыгнул на дерево. Ветви затрещали под его весом, а листья посыпались вниз.

Он что, издевается надо мной? Намекает, что я без пустышки жить не могу? Просто не вовремя попался под руку этот момент!

«Да что с ним не так, с самого начала… Каким боком ему двенадцать лет?!»

По росту, по внешности ему все шестнадцать. Возможно, эксперименты ускорили его физическое развитие… Хотя думать об этом не хотелось.

Я осталась стоять на месте, потом снова двинулась в свою комнату.

Сегодня небо было слишком голубым, солнце — слишком жарким.

Мне вдруг захотелось немного поплакать.

***

Вернувшись в комнату, я отказалась от предложенной еды и забралась под одеяло.

Я никогда не думала, что живу правильной жизнью. Не ожидала, что после смерти меня ждет достойное вознаграждение. Я убила множество людей, использовала их жизни как силу, не проявляя к ним никакого уважения, и в конечном итоге достигла своей цели. Я лгала, убивала учителей и товарищей, отворачивалась от жизни и смерти, лишь бы выжить.

Я хотела, чтобы Силлопия признала меня. Хотела, чтобы меня признавали везде, куда бы я ни пошла. Нужно было укрепить страну, наладить связи с другими государствами.

Ради этого я игнорировала слишком многое. Закрывала глаза на голодающих, на угнетенных из-за классового неравенства. Именно я дала разрешение использовать заключенных и военнопленных в качестве подопытных.

«Если Мелан считает тех детей пленниками…»

Мысль, мелькнувшая в голове, заставила меня резко сесть и покачать головой, пытаясь ее прогнать.

«Зачем вообще думать о прошлом?»

Черт, это потому что я слишком долго сижу в этой мрачной комнате.

«Хочу на охоту!»

Теперь я могла себе это позволить.

«Может, пойти к Дешару Клауну и напроситься?»

Чем дольше я оставалась одна, тем сильнее накатывала тоска.

Я резко вскочила с постели и направилась к комнате Дешара Клауна.

Сбегая по арочным ступеням, я увидела, как внутрь только что вошел весь в поту Кайшан.

«Тренировался, похоже.»

Заметив меня, он удивленно распахнул глаза, а затем широко улыбнулся.

Подойдя вплотную, он, как уже вошло у него в привычку, опустился на одно колено, чтобы встретиться со мной взглядом. Хотя на самом деле его глаза все равно оставались чуть ниже моих.

- Шерина, вот так удача – встретить тебя на улице. Куда идешь?

- К дедушке.

- Зачем?

- Покушать сла… нет, выпить чаю.

Черт, это все Кайшан! Постоянно говорит «сладости, сладости», вот и у меня язык заплетается!

Я быстро покраснела и поспешила исправиться, но Кайшан лишь рассмеялся, находя меня забавной.

«Вот ведь вырос.»

Раньше ведь был таким плаксой, а теперь выдерживает тяжелые тренировки. Недавно я видела, как он одновременно сражался с тремя рыцарями из Симуллы. Его стремительные движения и острый взгляд напомнили мне о собственной беспомощности. Пока этот бывший плакса становился сильнее, чем же была занята я?

- О, значит, за сладостями идешь?

- За чаем!

- Да-да, за чаем. Наша Шерина знает такие сложные слова.

Кайшан потрепал меня по волосам, глуповато улыбаясь. Я тут же хлопнула его по руке.

- Я не лебенок!

Сколько можно так со мной обращаться?!

Но даже получив по руке, он лишь закивал, будто соглашаясь со мной.

- Знаешь, Шерина, можно я пойду с тобой? Только быстро умоюсь. Между прочим, я могу управиться всего за пять минут!

Что, собираешься просто плюхнуться в воду, даже не раздеваясь?

Я покосилась на него с явным сомнением, но он лишь улыбнулся, красиво изогнув глаза.

Эх, с такой родословной неудивительно, что у него внешность будто у героя из легенд.

- Делай, что хочешь.

- Да, я скоро приду.

Кайшан поднялся и поманил рукой горничную, проходившую мимо.

- Да, молодой господин.

- Проследи, чтобы Шерина благополучно добралась до комнаты дедушки.

Его голос был непривычно холодным и отстранённым. Он казался совершенно другим человеком по сравнению с тем, каким был, когда разговаривал со мной. Услышав это, я вдруг была поражена тем, насколько он похож на Шаренте Клауна.

Я резко обернулась от неожиданности, но Кайшан тут же снова улыбнулся, как ни в чём не бывало.

Казалось, он прекрасно знал, что я терпеть не могу, когда мне кто-то помогает. Ведь он не приказал проводить меня, а лишь проследить за мной. Видимо, горничная тоже поняла смысл его слов, потому что, слегка поклонившись. А Кайшан сказал:

- До скорого, Шерина.

- Да.

Когда я повернулась, горничная с корзиной в руках последовала за мной. Хотя ей вовсе не обязательно было идти.

- Можешь не идти за мной.

- Что? Нет, молодой господин меня отругает.

- Даже если тебе это не нравится, раз это приказ, тебе всё равно придётся ходить хвостом?

Всё же, раз она работает в этом месте, у неё должно быть хоть какое-то чувство привязанности или гордости за семью. Неужели ей не задевает её собственную гордость тот факт, что она вынуждена ходить за незаконнорождённой дочерью?

К тому же, я знала эту горничную. В прошлом она смеялась в стороне, когда я упала.

- Что?

Горничная переспросила, будто не понимая, о чём я говорю. Её аккуратная улыбка слегка дрогнула.

- Ты же не любишь ходить хвостом за теми, кого презираешь.

Когда я пожала плечами, словно говоря: «А что не так я сказала?», горничная резко остановилась.

Хах, не ожидала, что я смогу так легко её разоблачить, да? Ну, а мне-то всё равно, я человек великодушный и на такие вещи внимания не обращаю.

- Всё нормально, мне всё равно.

Если бы меня это беспокоило, я бы уже давно расплакалась и нажаловалась. Но я не из тех, кто унывает из-за подобных вещей.

- Э-это не так! О чём вы… Госпожа…!

- Я не стану никому говорить, всё в порядке.

- Нет, нет! Госпожа, мы…

Внезапно горничная опустилась на колени. В её голосе звучала паника, а в выражении лица читался даже ужас. Теперь уже я растерялась.

«Что ты творишь посреди коридора?»

Моя цель — жить тихо и незаметно. Только недавно сплетни за моей спиной стали стихать, и вот опять...

Горничная, подползая ко мне на коленях, замотала головой, будто увидела что-то в моём лице.

- Мы никогда не питали таких грязных мыслей! Сейчас мы считаем вас единственной настоящей госпожой семьи Клаун!

- Я же сказала, не собираюсь никому говорить.

Почему она так настойчиво врёт? Я ведь прекрасно знаю, что людей, которые ко мне хорошо относятся, в этом доме можно пересчитать по пальцам.

«Разве что Вера Бифран и Кайшан?»

Дешар Клаун тоже вроде бы относится ко мне доброжелательно. А вот Шаренте Клаун... честно говоря, я до сих пор не уверена. Я уже привыкла называть его дядей, хоть это и звучит немного неловко, но не более.

В конце концов, время не меняет людские сердца. Как можно вдруг начать любить того, кого раньше ненавидел? Разве что разлюбить кого-то — это да, вполне возможно.

- Мне очень жаль за то, что было раньше. Но сейчас у меня действительно нет таких дурных мыслей.

- Ладно, поняла.

Допустим, так и есть. Только встань уже, неловко же. Эх, вот еще не хватало, чтобы меня снова начали обсуждать за спиной.

Я слегка похлопала её по плечу, но горничная всё равно не поднимала головы.

- Госпожа, возможно, раньше всё было по-другому, но теперь мы все действительно вас любим.

- …

Я просто молча смотрела на неё, а потом неуверенно кивнула. Ну, раз уж настаиваешь, пусть будет так.

Когда я снова кивнула, горничная, осторожно следя за моей реакцией, наконец поднялась.

«Я же сказала, что никому не расскажу, а она мне не верит.»

У меня нет никакого намерения её выгонять. В конце концов, какие бы выходки она тут ни устраивала, у меня всё равно нет власти раздавать приказы.

Да и выгнать её просто так не получится — Шаренте Клаун вряд ли одобрит такую идею.

Я и не знала, но попасть сюда оказалось не так то просто. Одних собеседований и обучения недостаточно, еще проводят тщательную проверку прошлого, а весь процесс занимает минимум год. Конечно, они не хотят терять своё место.

Если не это, то тогда какой ещё может быть причина?

Да и вообще, с чего бы им меня любить? Я же не милашка, не ластюсь к ним, да и особых талантов, чтобы все восхищались, у меня тоже нет.

Я отогнала ненужные мысли.

«Но тогда Джейсо тоже год проходил этот отбор?»

Стоит ли восхищаться тем, что Мелан целый год помогал герцогу, или же поразиться дотошности, с которой этот дом испытывает каждого, кто хочет сюда попасть?

Я помахала рукой солдату, охраняющему кабинет Дешара Клауна.

За последние два года я часто заходила в тренировочный зал, чтобы отмечать тех, кто владеет боевой аурой, так что успела неплохо сдружиться с рыцарями. Потом передала эти метки тем, у кого был потенциал.

Из-за этого мне приходилось чаще всего бывать в тренировочном зале, избегая встреч с членами семьи Клаун.

Кажется, они находили меня милой, наверное, потому что я была маленькой. По крайней мере, не выглядели так, будто терпеть меня не могут. Я всегда думала, что фехтовальщики сплошь тупицы, но оказалось, что это не так.

Как и следовало ожидать, увидев меня, лицо рыцаря расплылось в улыбке. Рыцари, прошедшие обучение у командира ордена Симулы, Штокара, теперь, завидев меня, опускались на оба колена.

До чего же неловко.

- Госпожа, что привело вас сюда?

- Пришла к дедушке.

- Я доложу о вас.

- Ага.

Рыцарь постучал в дверь, зашел внутрь и вскоре вышел обратно. Он улыбнулся мне с лёгким смущением.

Я не раз избегала встреч с членами семьи Клаун и даже несколько раз оставляла Дешара Клауна у закрытых дверей, так что думала, что и сама могу нарваться на такое.

Но вопреки ожиданиям, дверь передо мной распахнулась легко и быстро.

- Вас приглашают.

- Хорошо.

Зайдя внутрь, я увидела слуг и горничных, которые в спешке приводили в порядок разгромленный кабинет.

Дешар Клаун сидел на диване.

- Проходи. Раньше тебя ещё днём с огнём было не сыскать, а теперь вдруг заявилась. Что случилось?

Я широко раскрыла глаза.

А, если он занят, то ничего страшного.

«Вдруг у него срочные дела, а он теперь бросил всё и начал тут прибираться из-за меня?»

Да и выражение у него какое-то недовольное. Я тут же отступила назад, убрав ногу, которую уже занесла внутрь.

- А, всё нормально. Если ты занят, я зайду позже.

Дело не было срочным, а мешать ему и попадать в немилость мне тоже не хотелось.

Какое грозное у него выражение лица. Эх, теперь понятно, почему рыцарь выглядел таким растерянным. Надо же было предупредить меня.

«Чай и сладости я и одна могу поесть.»

Ну, вкус-то от этого не изменится. Или могу съесть их с Кайшаном.

- Что? Ты же только пришла, а теперь куда-то опять собираешься?

- Ты же занят.

- Зан... занят, говоришь….

Будто случайно оговорившись, Дешар Клаун осёкся, а потом громко откашлялся.

- М-да, вот уж мелочь, а такая черствая. Иди сюда, поешь угощение. Это тот шоколад, который ты давно хотела.

Он поставил на стол стеклянную банку, доверху наполненную круглыми шоколадными конфетами.

- А это магический камень. Ты так редко появляешься, что они у меня только накапливаются.

Он вытащил откуда-то большой ларец с драгоценностями и протянул его мне. Вернее, это был не один ларец. Дешар Клаун достал только один, а его дворецкий Кант опустил рядом несколько сундуков, по размеру почти с меня саму.

- Из-за скопившихся запасов с шахты у нас уже почти появился отдельный склад.

Когда я открыла крышку, содержимое сундука посыпалось на стол, заполнив его доверху. Широкого стола оказалось недостаточно — вещи посыпались даже на пол.

- …

- Кхм, в прошлый раз я принес тебе новую игрушку, и ты тут же убежала играть. Похоже, ты уже слишком выросла для таких вещей.

В руках Дешара Клауна побрякивала какая-то безделушка. Но в каком возрасте он бы мне её ни подарил, даже если бы мне было три года, это всё равно было бы что-то несоответствующе возрасту.

Я с неудовольствием посмотрела на игрушку, которая болталась в его руке, а Дешар Клаун тем временем достал из роскошного сундука несколько кукол и игрушек, показывая их мне.

Игрушки, вынутые из сундука, доверху набитого драгоценными камнями, почему-то заставили меня потерять дар речи. И эти крепкие плечи, на которых будто держится весь мир, вдруг показались мне совсем маленькими.

Я намеренно избегала встреч, убегала, даже когда он приходил, и всячески отталкивала его. Но несмотря на всё это, он всё это время продолжал аккуратно собирать для меня эти вещи.

Что можно сказать человеку, который копил всё это столько лет?

Я не могла заставить себя ступить внутрь кабинета.

Если я переступлю этот порог, мне придётся признать… Хотя бы самую малость. Признать, что я начала к ним привязываться, что в глубине души мне даже не хочется, чтобы меня здесь ненавидели.

Признать, что, возможно… Возможно, мне хочется стать частью семьи, о которой они всё время говорят.

Это было отвратительно.

«Что вообще такое семья?»

Она мне не нужна.

От семьи нет пользы, они только сдерживают тебя, не дают идти вперёд.

Учитель, который был со мной дольше всех, пытался меня убить. Самый верный спутник, которому я доверяла больше всех, предал меня.

Я не должна ни к чему привязываться. У меня нет ни причин, ни права жаждать чего-то подобного.

Ведь всё это в одно мгновение рассыплется в прах.

«Ты снова хочешь это повторить, Хелла?»

Пока я лгала им, пока они оставили настоящую Шерину умирать, брошенную на произвол судьбы, счастья не могло быть в принципе.

То, что сейчас передо мной, — это лишь жадность и желание, а ещё… мираж в пустыне.

Кажется, стоит протянуть руку, и вот оно, прямо передо мной… но в тот же миг все исчезает, оставляя только пустоту.

Я знаю это лучше всех.

«Ты ведь знаешь. Удача и несчастье никогда не приходят вместе.»

Я умерла… но обрела удачу — возможность отомстить.

А это несчастье стало её неизбежной ценой. Семья Клаунов.

Значит, я должна это вынести.

«Ты прирождённый талант. Пойдёшь со мной? Я стану твоим учителем, а ты — моим учеником».

Когда я была ребёнком, мне протянули руку… и схватилась за неё.

«Мы не семья! Как ты смеешь, ничтожество вроде тебя…!»

Слова, брошенные бездумно, однажды ранили меня сильнее, чем я могла ожидать.

«Бесполезный мусор, не обладающий даже силой, не заслуживает жизни. Чего я тебе не дал? Я дал тебе одежду, еду, кров над головой. А ты даже элементарное плетение заклинаний и управление магией освоить не можешь! Хочешь снова быть выброшенной на улицу, валяться там, как отброс?»

Так я стала его учеником, поставив на кон свою жизнь.

Можно ли назвать это взаимоотношением между учителем и учеником, я до сих пор не знаю.

Но он был единственным, кого я могла назвать своим наставником.

Так было до сих пор.

Так будет и дальше.

Я и впредь буду считать это обучением.

Я и дальше не буду знать, как отвечать на доброту.

Я не пойму, как искренне благодарить тех, кому я признательна, и не буду знать, как доверять кому-то.

Я и дальше буду считать семью бесполезной обузой, которая только тянет вниз.

Так и будет. Это никогда не было для меня иначе.

До сих пор мне это не казалось ни странным, ни печальным.

Но почему именно сейчас я чувствую такую пустоту? Почему мне кажется, что впереди меня ждёт лишь бесконечное одиночество?

- Мне нравится погремушка.

Я не спеша подошла и взяла её в руку.

Стоило слегка встряхнуть, как раздался чистый, звонкий звук.

Соска во рту, погремушка в руке – от этого я невольно усмехнулась.

«Так я выгляжу совсем как ребёнок.»

Я всегда ненавидела быть беспомощной, но, оказавшись в таком положении, вдруг задумался о многом.

- Ну что, не хочешь перекусить? Я уже распорядился всё приготовить.

- Хочу.

- Подойди, садись.

Дешар Клаун за эти два года почти не изменился.

Чувство вины? Или, может, сожаление? Почему он так хорошо ко мне относится?

- Дедушка.

- Да?

- Ты меня любишь?

- ...Да, конечно.

Я молча посмотрел на него.

- Почему?

- Ты ведь моя родная кровь. И ты, и Баллиан – вы моя семья и носите фамилию Клаун. Жаль, что я понял это слишком поздно.

«Кровь. Эта проклятая "родная кровь".»

Выходит, тем, у кого её нет, суждено жить в одиночестве всю жизнь?

Для меня, у кого не было ни семьи, ни рода, ни даже имени, это казалось чем-то невозможным.

- Спасибо, дедушка.

Но, несмотря на свою вспыльчивую натуру, он сдерживал себя и ждал, пока я сама подойду к нему. И эта забота была по-настоящему тёплой.

Но чем ближе я становилась к ним, тем отчётливее понимала, что время моего ухода неумолимо приближается.

- Хочу есть.

- Конечно, ешь сколько хочешь.

На убранном столе стояли клубничное желе, пудинг и множество сладостей с напитками.

Я взял ложку, положил в рот первый кусочек – приторно-сладкий вкус растаял на языке.

«Вкусно.»

Когда я ела одна, всё было каким-то пресным, но сейчас – почему же это так вкусно?

Наверное, я ещё не до конца понимаю.

- Шерина, дитя моё.

- Мм?

- Я дорожу тобой.

Его голос звучал неловко, немного неуклюже.

Но в нём была такая теплая нежность…

Я не нашла, что ответить.

- Так что приходи в любое время.

- …М-м.

Кайшан пришёл, доел угощение, а Шерина вместе со служанками забрала подарки, после чего отправилась обратно в свою комнату, но настроение у нее было неважным.

«К тому же…»

Она так и не смогла сказать, что хочет участвовать в охотничьем турнире. Ни одного желания не исполнилось, зато на плечи легла тяжёлая ноша, которой она вовсе не хотела. От этих мыслей ее шаги стали ещё тяжелее. Шерина шла очень медленно, совсем медленно, возвращаясь в свою комнату.

***

«Это просто абсурд.»

Шаренте Клаун уведомил меня, что прибудет домашний учитель, и отправил меня в императорский дворец на карете. С тех пор, как я позавтракала, до настоящего момента всё, что произошло, — это то, что меня провели слуги и усадили за роскошный стол.

Передо мной стояли изысканные угощения и чай, который я даже не попробовала.

«И это даже не молоко…»

Чёрный чай? Как люди вообще его пьют?

Я осторожно сделала глоток и тут же поспешно поставила чашку обратно. На вкус это было как обычная ароматизированная вода. Быстро сунув в рот печенье, я попыталась перебить этот странный привкус.

«Отвратительно.»

Я никогда раньше не пила чёрный чай. Всё, к чему я привыкла, — это вода и сухая пища, так что мои знания о еде были весьма скудными.

Хотя формально я была одной из самых высокопоставленных людей в Силлопии, чем больше я размышляла об этом, тем яснее понимала, что никогда не пользовалась полагающимися мне привилегиями. Единственной роскошью были ванны с прислугой да редкие угощения вроде экзотических фруктов.

Я всегда предпочитала еду, которую можно есть руками, а не вилками и ножами, поэтому именно фрукты казались мне наиболее привычными.

«Как вообще люди получают удовольствие от таких вещей?»

Когда я ела десерты, мне всегда подавали молоко, шоколадное молоко или хотя бы фруктовый сок. Поэтому у меня никогда не было возможности ощутить этот странный вкус.

«Но вообще, почему я оказалась здесь, в императорском дворце?»

И почему, если это домашний учитель, должна передвигаться я, а не он? Хотя формально я не наниматель, а всего лишь племянница нанимателя…

Но если это домашний учитель, разве он не должен сам приходить?

Я твёрдо решила, что устрою ему неприятности, когда он появится, и плотно сжал губы.

Как раз в этот момент дверь осторожно открылась, и в комнату вошла женщина, чей вид с первого взгляда выдавал в ней необычную личность.

Я, держа в руке шоколадное печенье, просто уставилась на неё.

Она медленно шла ко мне, сопровождаемая несколькими служанками, и, взглянув на меня, мягко улыбнулась.

Её лицо казалось бледным, без следов косметики, но привлекало внимание. Вряд ли её можно было назвать ослепительной красавицей, которая очарует любого, но и некрасивой она тоже не была.

Однако в её движениях и атмосфере ощущалась некоторая отстранённость, словно она была из другого мира.

А ещё… она выглядела больной. В ней явно угадывались признаки недуга.

- Приятно познакомиться, ты — Шерина Клаун?

- М-м… — пробормотала я.

Служанка, стоявшая рядом с ней, слегка нахмурилась. Я удивилась её реакции. В её взгляде читалась явная враждебность, и мне стало неприятно, так что я недовольно сморщила лицо.

- Леди из рода Клаун, соблюдайте уважение и используйте почтительную речь.

Вот уж ещё одна упрямая особа. Мне всего-то пять лет, чего они от меня хотят? Или у императорской семьи какие-то особые правила этикета?

«Хотя, если вспомнить принца и принцессу…»

Они, мягко говоря, не особо вежливые.

- Это Её Величество Императрица!

- Что? Импелатлица?

Если речь идёт об императрице Империи, то она может быть только одна — официальная супруга Императора. Причём, если не ошибаюсь, Император настолько её обожает, что даже приказал называть её «Ваше Величество», ставя на один уровень с собой…

Пока я размышляла, рука ослабла, и печенье, которое я держала, покатилось по полу.

- Линне, зачем ты говоришь такое ребёнку?

- Прошу прощения.

Императрица, разговаривающая с пятилетним ребёнком на почтительном языке? Это совсем не похоже на заносчивого и самоуверенного Императора. А вот со слугами она, напротив, говорила подчёркнуто свысока.

- Очень рада встрече. На самом деле, раз я твой домашний учитель, то должна была сама приехать в дом Клаунов. Но, так как моё здоровье оставляет желать лучшего, мне пришлось побеспокоить тебя, Шерина Клаун.

- Всё… нольмально.

Честно говоря, я до сих пор в шоке от того, что вижу Императрицу. Насколько я знала, о ней было известно не так уж много. Она появлялась на публике так редко, что среди жителей империи даже ходили слухи, будто её не существует.

Но даже мне, человеку далёкому от мирских дел, было хорошо известно, насколько сильно Император её любит. Говорили, что Императрица обладает магическим даром, и именно из-за неё он отменил работорговлю и систему рабства. Более того, впервые в истории именно императорская семья наняла магов на службу.

Именно Империя Хейран первой установила дипломатические отношения с Силлопией, отправив к нам представителем герцога Клауна.

«Значит, всё это правда…»

Говорят, она настолько редко выходит из своих покоев, что в Империи периодически всплывают слухи о её смерти.

Но даже несмотря на то, что она оставалась в тени, народ любил её. Ведь многие из мудрых решений Императора принимались с учётом её мнения.

Вообще, мне доводилось слышать, что во многих странах Императрицы не имеют права вмешиваться в политику. Но нынешний Император, похоже, был готов выполнить любое её желание.

Ходили слухи, что когда-то давно она его на дух не переносила… Но это была уже история, известная абсолютно каждому. Даже мне.

«…Её внутреннее состояние просто в хаосе.»

Неудивительно, что у неё слабое здоровье. Я не знаю, что с ней произошло, но её магическая энергия была полностью спутана. Если не заняться этим всерьёз и надолго, её состояние будет только ухудшаться.

«Обычный маг тут не поможет.»

Мелан вряд ли справится, если вспомнить его уровень.

Я бы сама хотела помочь, но у меня сейчас почти нет сил. Развязать чужую спутанную магию — это нечто за гранью моих возможностей.

- Я слышала, что ты очень умна. Уже начинаю с нетерпением ожидать наших занятий.

Императрица мягко улыбнулась, словно лёгкий ветерок разогнал пыль. Я же, немного растерявшись, натянуто улыбнулась в ответ и осторожно отвела взгляд.

Чёртов Шаренте Клаун. Кого он мне в качестве домашнего учителя подослал?!

«Вообще, Император это разрешил?»

Чему я вообще должна учиться у Императрицы?

- Можно мне сесть напротив?

- Эм... а… да!

Ну конечно, садитесь. Это если бы я встала, тогда ладно, но что могло ей помешать сесть?

Ланиан тоже крутая, но и эта женщина мне почему-то не кажется неприятной. Первое впечатление — десять из десяти. Хотя… как у неё, такой спокойной и сдержанной, получились эти сумасшедшие близнецы? Даже удивительно.

Я пару раз моргнула, а Императрица уже заняла место напротив и снова мягко улыбнулась.

- На самом деле, мы должны были встретиться два года назад, но Император оказался на редкость упрям. Он не давал согласие, пока не получил кое-какие уступки от Шаренте Клауна. Видимо, теперь он добился своего.

Проклятый Император. Вот уж истинное зло этого мира. Какой же он мелочный, хоть и Император! А Шаренте Клаун сам-то ненавидит иметь с ним дело, так какого чёрта он позволил себя втянуть в его игры?

- В результате нам пришлось ждать два года, чтобы встретиться.

Два года. Ради выполнения обещания подарить мне подарок на день рождения.

«Да мне любого нормального человека в наставники дали бы, и этого было бы достаточно!»

Зачем устраивать такой цирк и присылать настолько значимую персону? Мне было бы достаточно, чтобы учителем оказался не маньяк или сумасшедший.

- ...

Как-то мне это не нравится. Чем больше думаю о том, что Шаренте Клаун прогнулся под Императора, тем хуже становится на душе. Я сжала губы и уставилась на остывший чай.

- Император очень своенравен. Прошу, не держи на него зла.

- …Да я не злюсь.

Просто настроение резко испортилось. У меня же перепады настроения… Ну, и вообще, мне свойственны резкие эмоциональные скачки.

Объяснять это было бы глупо, так что я просто промолчала.

- Ты, похоже, очень дорожишь Шаренте Клауном.

- Да нет же!

С чего вдруг? Что мне в нём любить? Ни единого положительного качества!

Я возмущённо посмотрела на неё, позабыв, что передо мной Императрица. Но, поймав строгий взгляд служанки позади неё, лишь зло уставилась на печенье.

Императрица удивлённо округлила глаза, а потом вдруг прикрыла рот и тихо рассмеялась.

- Ха-ха… хах… Кхе-кхе!

- Ваше Величество! Вы слишком много говорите.

- Вот, тёплая вода. Пожалуйста, пейте осторожно.

Я молча наблюдала за иИмператрицей. Каждый раз, когда она кашляла, её магическая энергия словно рвалась наружу, беспорядочно рассыпаясь по пространству. Она родилась с огромным магическим потенциалом, но каналы, по которым эта магия должна была течь, так и не сформировались должным образом.

«У неё слишком много магии.»

Первое, чему учат в магии, — это контролировать поток энергии. Но в детстве это почти невозможно. Практически никто не может справиться с магией в младенческом возрасте.

Императрица же так и не научилась направлять свою энергию. В итоге магия разбрелась по телу хаотично, блокируя каналы и нарушая баланс. Всё потому, что её силы изначально было слишком много.

С годами она, вероятно, пыталась контролировать магический поток, но уже было слишком поздно — её магическая энергия рассеялась хаотично, и найти её пути стало практически невозможно. В таких случаях требуется более мощная энергия, чтобы пробить нужные каналы, и затем заставить тело запомнить их и использовать самостоятельно.

«Слишком много накопилось.»

Если попытаться использовать магию, энергия либо взорвётся, либо сработает неправильно, вызывая совсем другой эффект, чем планировалось.

- Хм… — тихо пробормотала Императрица, глядя на меня слегка побледневшим лицом.

Теперь я понимаю, почему Император не выпускает её наружу. С таким слабым здоровьем...

- Может, Вам стоит отдохнуть…

- Я не так слаба, как ты думаешь.

Честно говоря, с такой проблемой она уже давно должна была погибнуть. Дожить до двадцати в её состоянии — это чудо.

«Но раз она каким-то образом держится, это уже достойно уважения.»

Однако если так будет продолжаться, тело просто не выдержит магической энергии и буквально разорвётся. Это не преувеличение — вены лопнут, внутренние органы разрушатся, а затем проблемы начнутся и с кожей.

- Хуху, простите. Просто вспомнила Шаренте Клауна.

- Шаренте?

- Да, я говорила ему то же самое: «Шаренте Клаун очень дорожит Шериной Клаун».

Ваше Величество, это было… ужасное заявление.

Если бы это сказал кто-то из её подчинённых, он бы, наверное, тут же выхватил меч, чтобы припугнуть наглеца.

- На это он сразу поморщился и ответил, что просто пытается воспитать тебя, чтобы ты не опозорила честь семьи Клаун.

- Ха!

Я фыркнула и резко отвернулась.

«Думает, я должна быть ему за это благодарна?»

Императрица снова тихонько рассмеялась, но даже это движение давалось ей с трудом — похоже, у неё были проблемы с лёгкими.

- Хуху… Кстати, я слышала, ты очень любишь пустышки. Похоже, это правда.

«Эй! Это не то, что я специально!»

Просто так получается! Я и не замечаю, как начинаю её сосать.

- Прости, что предстала перед тобой в таком виде. Моё здоровье часто подводит меня, но надеюсь, ты отнесёшься к этому с пониманием.

- Всё нормально.

- Я слышала, что ты уже начала изучать основы этикета. А есть ли что-то, что ты хотела бы узнать дополнительно?

- Всё.

Императрица слегка удивилась моему ответу, но тут же тепло улыбнулась.

«Да, всё-таки хорошо, что именно она будет меня обучать. От неё можно узнать куда больше.»

- Всё?

- Я хочу знать… как уплавлять стланой.

Я крепче сжала губы, чтобы говорить уверенно и чётко. Мне нужно видеть больше, знать больше, понимать больше.

Я должна научиться предвидеть не только следующий шаг, но и на несколько шагов вперёд, чтобы в любой момент принимать лучшее из возможных решений.

- Мне нужны знания, которые помогут мне в уплавлении!

- Государством?

- Да.

После моих слов лица служанок за спиной Императрицы исказились от ужаса. Нет, я вовсе не собираюсь становиться Императором Хейранской империи!

«Промахнулась.»

Наверное, стоило объяснить подробнее. Я скосила взгляд на Императрицу, опасаясь, что она может разозлиться, но, к моему удивлению, она оставалась совершенно спокойной. Возможно, она восприняла мои слова как простую шутку. Я облегчённо вздохнула.

- Шерина Клаун, ты хочешь стать Императрицей?

- Ваше Величество!

Служанки в ужасе воскликнули, но Императрица лишь тихо рассмеялась и отмахнулась. Видимо, у неё были с ними очень доверительные отношения.

- Нет.

- Тогда почему?

Неожиданный вопрос заставил меня замереть. Я не ожидала, что она захочет узнать причину.

Потому что я жалею о жизни, прожитой как Хелла.

Потому что если когда-нибудь я снова окажусь в той же ситуации, на этот раз я смогу сделать правильный выбор.

У меня много причин. Но ни одну из них я не могла озвучить вслух.

Я задумалась.

«Что же было самым главным толчком к таким мыслям?»

- Я хочу защищать.

- Кого?

- Тех, кого мне хочется защитить.

- У тебя есть те, кого ты хочешь защитить?

Сейчас? Нет. Разве что Данталиона, который насильно забрал у меня благословение, и Джейсо. Ещё Вера и Кайшан. Если у меня хватит сил, возможно, я смогу уберечь и Шаренте Клауна с Дешаром Клауном от неприятностей.

- …

- А, так это Шаренте Клаун?

- Нет!

С чего бы мне защищать этого мерзавца?!

Я фыркнула и резко отвернулась. Чтобы не выдать своих мыслей, я поспешила назвать первое имя, пришедшее мне в голову.

- Вела!

- Вера?

- Моя служанка.

Императрица понимающе кивнула. К счастью, она больше не возвращалась к теме престола. Мы продолжили беседу, она задавала мне вопросы, а я отвечала, пока наконец она не кивнула с лёгкой улыбкой.

- У меня появилась очаровательная ученица, и я этому очень рада.

- А я тоже!

- Ну что ж, обучение этикету обязательно. Будем изучать всё постепенно, времени у нас предостаточно.

«У меня — может быть. Но вот насчет Вас не уверена.»

Не знаю, как долго она держалась в таком состоянии, но предел уже был близко.

Если Императрица умрёт, император, вероятно, сойдёт с ума. От силы у неё осталось год, может, два, если повезёт.

«Ну, к тому времени меня здесь уже не будет.»

Так что это не моя забота.

- Тебе подойдёт, если мы будем встречаться три раза в неделю?

- Да.

- Поняла. Тогда так и поступим.

После слов Императрицы служанки тут же засуетились. Возможно, разговор с таким спокойным человеком тоже сделал меня немного уравновешеннее.

- Увидимся через два дня, Шерина Клаун.

- Да, до свидания, учительница.

А, стоило сказать Ваше Величество? Но это слишком сложно произносить…

Императрица снова весело рассмеялась в ответ на мои слова. Кажется, она была довольно жизнерадостным человеком.

***

После недели занятий с Императрицей я поняла, что она действительно хороший учитель. Она объясняла так, что всё легко запоминалось, не была высокомерной и неприятной. И, что самое главное, она никого не унижала.

Благодаря этому мне даже начало нравиться учиться.

Оставалась лишь одна проблема — Джейсо. Он больше не приходил ко мне, но оставлять его в поместье Клаунов без присмотра было тревожно.

«Надо попросить, чтобы его сделали моим телохранителем.»

Как ни крути, но держать Джейсо рядом со мной было бы безопаснее. Если он вдруг решит трепать языком или навредить семье Клаун, это станет огромной проблемой.

«Он ещё и вспыльчивый, кажется.»

Казался человеком с сильным характером. А ещё говорил довольно жестко, так что, вероятно, и действовал без колебаний. Однако Джейсо был недостаточно силён, чтобы тягаться с Шаренте или Дешаром Клаун.

«Какими бы способностями он ни обладал…»

Они всё равно были сильнее нас, пока мы не подросли.

Я схватилась за пульсирующую от боли голову и тяжело вздохнула. Чтобы сделать Джейсо своим телохранителем, нужно сначала поговорить с Шаренте Клауном. У меня ведь нет таких полномочий. К тому же, мне и так нужно спросить у него кое-что.

«Эх…»

Правда, встречаться с ним совершенно не хочется, но чем больше я двигаюсь, тем больше понимаю, что без его разрешения ничего не сделать.

- Вела!

- Да, госпожа.

- Я хочу пойти к дяде!

- К младшему герцогу? Поняла. Сейчас свяжусь с ним.

- Угу.

Вера слегка улыбнулась и вышла, чтобы поручить что-то другой служанке, а затем вернулась в комнату.

- Позвольте мне привести ваши волосы в порядок.

- Они растрепались?

- Нет, вы и так очень красивая, но с аккуратной прической будете ещё красивее.

Льстивые слова.

Ворча про себя, я всё же послушно устроилась в объятиях Веры. Она подняла меня и усадила перед зеркалом на туалетном столике. Пока я сидела, Вера аккуратно проводила деревянным гребнем по моим волосам, осторожными и нежными движениями. Я медленно закрыла глаза.

— Посмотрите, вы стали ещё красивее.

Торчащие в разные стороны, растрёпанные волосы теперь аккуратно улеглись. Но, если честно, разница была лишь в этом.

«Сильно выросла.»

Волосы стали намного длиннее по сравнению с тем, какими были вначале, а глаза приобрели ещё более насыщенный серебристый оттенок. Щёки, прежде пухлые и округлые, немного подтянулись. Я уже привыкла к себе такой — той, которая не была мной.

"Были ли времена, когда я была Хэллой? Уже сомневаюсь."

На самом деле я часто думала, не сон ли всё это. Но нет, это реальность. Я всё ещё жила в этом мире.

— Госпожа.

— Угу?

— Молодой герцог дал разрешение.

— Ага, пойдём.

Я ловко спрыгнула со стула и быстро зашагала к двери, которую Вера уже открыла. Спустившись по арочной лестнице, к которой я уже привыкла, и пройдя по знакомым коридорам, я направилась в кабинет Шаренте Клауна.

— Вы прибыли, госпожа.

— Угу, хорошего дня!

— И вам счастливого дня, госпожа.

Я весело взмахнула рукой в сторону охранявшего вход рыцаря. Его лицо сразу озарилось улыбкой.

Я по-детски помахала ему и быстро проскользнула в кабинет Шаренте Клауна.

Если честно, когда я пыталась сблизиться с рыцарями, мне приходилось вести себя как невинный ребёнок. Так я могла незаметно оставлять на них свои отметки, не вызывая подозрений.

В кабинет Шаренте Клауна допускались только те, кто получил разрешение, поэтому у дверей мне приходилось прощаться с Верой.

Как и всегда, в его рабочем кабинете царила мрачная атмосфера. Тёмная, почти чёрная мебель из чёрного дерева придавала комнате гнетущий вид. Это была дорогая древесина, но её специфический цвет делал обстановку ещё более угрюмой.

В воздухе смешивались лёгкий древесный аромат, запах чернил и бумаги. Глядя на мужчину с чёрными волосами, сидящего в центре этой комнаты, казалось, что здесь температура ниже, чем снаружи.

— Ты пришла в мой кабинет. Даже не помню, когда это было в последний раз.

Он положил в сторону белоснежные документы и усмехнулся.

«Опять преувеличивает.»

Какие годы? Мы с тобой особо не общались всего-то пару лет. Хотя да, я и тогда редко заходила в его кабинет...

«Всего-то три года... Нет, четыре!»

Мы начали нормально разговаривать, когда мне было месяцев десять. Так что да, прошло где-то столько. Чего он вообще раздувает из этого?

— Так что тебе нужно?

— ...

Что, разве обязательно, чтобы мне что-то понадобилось, раз я пришла? Неужели нельзя спросить иначе, а не таким сухим тоном? Обидно.

— Разве обязательно приходить только тогда, когда что-то нужно?

— Или ты пришла попить со мной чаю? Если так, я с радостью подготовлю всё необходимое.

Конечно же, нет.

Если разобраться, у меня действительно есть просьба, но зачем спрашивать так в лоб?

Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня с таким раздражающим выражением лица, что я еле сдержалась.

— Дашь мне тоже телохранителя?

— Телохранителя?

— Ага, всего одного.

Я вытянула указательный палец. Шаренте Клаун нахмурился, словно удивлён, но вскоре слегка склонил голову в сторону.

— В самом деле, тебе не помешал бы один.

— Ага, я хочу гулять за пределами особняка.

— За пределами? Куда это ты опять собралась носиться без разрешения?

Шаренте Клаун недовольно скривился.

«Да что значит носиться? Я просто хочу выйти.»

Меня взбесил его выбор слов. Я недовольно посмотрела на него, но затем покачала головой.

— Нельзя?

— Я выделю тебе несколько человек.

— Одного!

Я ещё раз подчеркнула, что мне нужен всего один телохранитель. Шаренте Клаун уловил этот нюанс и снова перевёл на меня взгляд от документов. Его губы слегка дёрнулись.

— У тебя уже есть кандидат?

— Ага, Джейсо!

Как только я выпалила имя, губы Шаренте Клауна сжались в тонкую линию. Он посмотрел на меня с непроницаемым выражением.

— Джейсо?

«Эй, не делай вид, что впервые слышишь! Ты же лично утвердил его в найм.»

Я распахнула глаза и уставилась на него. Тогда он спокойно разомкнул губы.

— В списке новых рыцарей действительно было такое имя.

— Ага! Рыжие волосы!

— Насколько я помню, я ни разу не представлял его тебе. Когда ты успела с ним так сдружиться, что хочешь взять его телохранителем?

Его голос был холоден.

«Что, теперь и дружить с рыцарем нельзя? Ты же и так наверняка в курсе, где я была и что делала всё это время.»

— Мы часто гуляли вместе!

— Это было до того, как он поступил на службу. Насколько мне известно, ты встречалась с ним всего один раз.

— Иногда пересекались.

Брови Шаренте Клауна дёрнулись. Он криво усмехнулся. Улыбка была, как всегда, мягкой, но в ней чувствовалась скрытая угроза. Он явно был раздражён.

— С каких это пор дворовая собака приближается к хозяйке без разрешения?

«Ой-ой, если не подберу слова, сейчас всё пойдёт наперекосяк.»

Мне совсем не хотелось, чтобы Шаренте начал копать, задел характер Джейсо, а потом они сцепились. Джейсо явно не из терпеливых, а у Шаренте язык подвешен отлично.

— Нет, это я… сама подошла…

— Что?

— Ну… У него глаза тоже красные, и мне это понравилось, вот я и подошла.

Глаза красные, волосы красные, да и сам такой, что только предупреждение выдавать остаётся.

На самом деле, похвалить его больше не за что. Но, по крайней мере, он неплохо держится, делая вид, что он настоящий рыцарь.

«Если Шарент Клаун заподозрит, что он что-то вроде шпиона, это будет проблемой.»

— Нельзя?

— Нельзя.

— Почему?

Глаза Шаренте Клауна сузились. Я тут же подскочила к нему, обняла его за ногу и стала раскачивать, но он только вздохнул, поморщился и посмотрел на меня.

— Тц.

Он тихо цокнул языком. Шаренте Клаун всегда легче поддавался, когда я так к нему цеплялась.

«Неужели ему так неприятны прикосновения?»

За это время можно было бы хоть немного привыкнуть. Хотя… Кто привяжется к ребёнку, который только и делает, что мечтает сбежать из дома?

«Но даже за два года это не изменилось.»

Чувство было странным. Должна ли я радоваться, что он меня по-прежнему не переносит?

Нет, лучше пусть человек остаётся таким, какой он есть, чем меняется. Пусть он не добр, но мне нравилось, что он не пересекает эту границу. Мы должны оставаться по разные стороны своих линий. Мы можем протянуть руку и дотронуться, но никогда не должны пересекать черту друг друга.

Шаренте Клаун с бесстрастным лицом перебирал документы, а затем заговорил:

— Он родом из деревни недалеко от Силлопии. У него есть сомнительное прошлое. Но я всё же нанял его, потому что его навыки было бы жаль потерять…

Для Шаренте Клауна это была довольно высокая оценка, и я даже удивилась.

— Полностью доверять ему нельзя. Его уровень надёжности не дотягивает и до двадцати процентов. Поэтому я не могу доверить ему твою безопасность.

Я изумлённо посмотрела на него.

«Как он это узнал?»

Хотя Мелан и был не самым способным, но умел замести следы. Если он взялся за дело, не должно было остаться никаких улик.

— Его фехтование больше похоже на стиль наёмников или убийц, чем на рыцарский. Он обучен убивать. Такой человек не подходит для роли телохранителя.

— …

— И взгляд у него не такой, как у тех, кто ни разу не убивал.

«Шаренте Клаун пугает.»

От его холодного, но логичного вывода у меня по спине пробежали мурашки.

«Как он вообще может знать такие вещи?»

Он понимал гораздо больше, чем мне казалось. Но самое ужасное, что если он настолько категоричен, значит, дело плохо.

— Всё нормально…

— Нет, не нормально.

— Ну… Я же не одна…

— Шерина.

Голос Шаренте Клауна понизился. Он слегка приподнял уголки губ, будто стараясь говорить мягче, но его тон стал ещё более зловещим. Я сжала губы.

— Он сам просил тебя сделать его телохранителем?

— Нет!

— Если нет, то прекрати делать то, что может усилить мои подозрения. Я выделю тебе другого телохранителя из Симулы.

Ах, да не нужен мне никто другой!

«Кроме Джейсо это всё просто лишние оковы.»

Я недовольно надула щёки, а Шаренте Клаун бросил на меня мимолётный взгляд.

— Если разговор окончен, уходи.

— Я хочу Джейсо…

— Я уже сказал, что нет.

Ах, что же обычно делают дети в такой ситуации? Мне во что бы то ни стало нужно назначить Джейсо моим телохранителем! Так мне будет проще выходить на улицу, да и про ситуацию в Силлопии можно будет разузнать.

— Уходи.

Он холодно кивнул в сторону двери. Это раздражало.

— Ууух…

Я огляделась по сторонам, а затем...

— Джейсоо!!!

Закричав, я резко упала назад и растянулась на полу.

Мне всё равно! Я тоже устрою истерику, как другие дети! Говорят, что все маленькие дети добиваются своего слезами и упрямством, вот и я так буду делать!

— …

— Джееейсооо! Я тоже хочу тее-лооо-хлаанителя!!!

Я увидела, как Шарент Клаун слегка отодвинул назад свой стул. Я начала яростно размахивать руками и корчиться на мягком, красном ковре.

— Тее-лооо-хлааа-нителя!!!

Дайте телохранителя! Телохранителя! Отдайте мне Джейсо!

«Если он узнает, что этот парень из Силлопии, мне точно конец.»

Но у меня есть гордость Верховного Мага! Как я могу просто так опустить руки и смотреть, как его убивают?

«Скоро он обо всём догадается.»

Чуть-чуть больше информации — и Шаренте Клаун разберётся во всём. Нужно забрать его из рыцарского ордена раньше, чем это случится.

— …Шерина.

— Отдаааай Джейсоо! Мне тоооже нуужен тее-лооо-хлаанитель!!!

Я не сдавалась и продолжала отчаянно размахивать руками и кататься по полу.

— …Шерина Клаун.

В его голосе прозвучала лёгкая дрожь.

Я приоткрыла один глаз и посмотрела на него. Не похоже на него... Он выглядел растерянным. Шаренте Клаун даже приложил руку ко лбу, а на его лице впервые читалось настоящее замешательство.

— Телохланитель…

Я снова покатилась по полу, а затем обхватила его за щиколотку. Его плечи дёрнулись, а губы нервно дрогнули.

«Если тебе так это не нравится, просто разреши мне! Неужели я, в своём возрасте, должна валяться на полу, цепляться за тебя и умолять? Ладно, раз так, придётся предложить тебе то, что ты хочешь больше всего.»

— Я больше не буду тебя утомлять.

Его брови резко дёрнулись, а серебряные глаза устремились прямо на меня. Он выглядел то ли раздражённым, то ли заинтригованным.

— И больше не буду вот так приходить.

Его брови снова взлетели вверх, а уголки губ криво приподнялись.

Он улыбался? Или издевался надо мной? Это хорошо или плохо? Но почему же у него такой мрачный вид?

— И ещё… Я больше ни о чём не попрошу. Это моё последнее желание! Ну? Если просто дашь мне Джейсо, я буду жить тихо!

— …Ты всегда находишь способ испортить людям настроение.

В его голосе не осталось ничего, кроме раздражения.

— Э…?

— Ты всё время неправильно меня понимаешь, так что я скажу прямо.

Шаренте Клаун говорил так, словно проглатывал слова от злости. Резкая смена атмосферы заставила меня замереть прямо посреди истерики.

Он наклонился, поднял меня с пола и усадил прямо перед собой, смахнув со стола все бумаги. Документы, которые ровно лежали на чёрном деревянном столе, разлетелись по полу. Теперь между нами ничего не было.

Он слегка поджал губы, а я невольно почувствовала себя некомфортно, встретившись с ним взглядом.

— …Что такое? Если не хочешь, просто скажи.

Я найду другой способ. Не нужно устраивать этот цирк.

Я попыталась спрыгнуть со стола, но Шаренте Клаун схватил меня за запястье. Его хватка была мягкой, но достаточно твёрдой, чтобы не дать мне уйти.

— Шерина Клаун.

— Отпусти меня.

Я не знала, что он собирается сказать, но не хотела этого слушать.

Я опустила голову, но он наклонился, чтобы снова встретиться со мной взглядом.

— Я не понимаю.

От волнения мои губы задрожали.

Что он делает? Почему я не могу заткнуть уши?

Зря я сюда пришла. Я не хочу этого слышать. Я не хочу ничего знать.

Нам и так хорошо. Мы провели чёткую границу, и пока мы стоим по разные стороны этой линии, всё идеально.

Так я смогу оставаться на своём месте. Поэтому…

— Я беспокоюсь за тебя.

Я не хотела, чтобы ты пересекал эту черту.

Но, прежде чем я успела додумать эту мысль, Шаренте Клаун уже пересёк её. Он без колебаний шагнул ко мне.

А может, он уже давно был по эту сторону, а я просто не хотела признавать этого?

Я отступала, снова рисовала новые границы, убеждала себя… А он всё это время тихо стоял рядом.

Я зажмурилась, пряча взгляд, который выдавал моё внутреннее смятение.

Это было выражение, которое я меньше всего хотела показывать.

Думать, что он меня ненавидит, было проще.

Если он меня ненавидит, у меня есть полное право уйти из этого дома.

Я хотела, чтобы его забота не была настоящей заботой.

Я хотела, чтобы его доброта была продиктована эгоистичными, личными мотивами.

— Почему…?

— Я беспокоюсь о тебе.

Я покачала головой.

— Это значит, что… Я больше не могу закрывать глаза на то, что ты делаешь.

— Шаренте!

Я отбросила привычное обращение, выкрикнув его имя, но он не остановился.

— Я больше не могу спокойно смотреть, как ты идёшь по дороге, усеянной шипами.

— …

— Я не знаю, зачем ты так отчаянно хочешь уйти из дома и оставаться в тени, но…

Он взял себя в руки, и его голос, наполненный гневом, постепенно смягчился. Его ледяной взгляд словно перекрывал мне дыхание.

Но, несмотря на этот холод, рука, сжимающая моё запястье, не была грубой.

У него была сила убить меня в один миг или сломить, заставив подчиниться, но за всё это время он ни разу не применил насилие.

Он был не похож на моего наставника. Он был не таким, как многочисленные старые маги, которых я встречала. Он отличался от тех, кто, пользуясь своим возрастом, смотрел на меня свысока. Он был не таким, как маги из совета старейшин или посланники других стран.

В моём мире существовали только сильные и слабые.

Я долгое время принадлежала ко вторым.

— Я…

— Ты не можешь покинуть семью Клаун без моего разрешения. Если собираешься создавать проблемы, делай это здесь. Если планируешь устроить беспорядок, пусть он останется в этом доме.

Шаренте Клаун, без колебаний переступивший границу, теперь не стеснялся говорить то, что думает.

То, чего я не хотела слышать.

То, что не приносило мне радости.

— Если ты хоть немного заботишься о человеке, который волнуется за тебя, никогда больше так не говори.

— …

— Это не имеет никакого отношения к тому, нравлюсь я тебе или нет.

Сказав это, он наконец отпустил моё запястье.

Я могла бы тут же спрыгнуть со стола, развернуться и уйти.

Но я не могла.

Меня захлестнуло чувство несправедливости.

Какая разница между заботой и привязанностью?

«Забота означает, что ты меня любишь? В какой момент ты начал обо мне думать?»

Почему я не сбежала раньше?

— Ты же сам говорил, что ненавидишь меня.

— Говорил.

— Тогда почему?!

— Всё, что мне не нравится, я без колебаний выкидываю из своей жизни. А вот возиться с заклинаниями, чтобы подготовить тебе подарок на день рождения, мне почему-то не лень.

Шаренте Клаун вздохнул, как будто сам не верил своим словам.

Я отвернулась.

Я больше не хотела слушать.

Не хотела понимать.

— В руинах… ты сказала, что защитишь меня. Что ничего плохого не случится. Что ты не сделаешь того, чего я не хочу.

Но я ведь тогда говорила, что это всего лишь временный союз!

Я вскинула голову, возмущённая такой несправедливостью, но он продолжил, делая вид, что не помнит этой части разговора.

— Раз уж ты теперь часть семьи Клаун, то выполняй обещания, которые даёшь.

— Это было…

— Я беспокоюсь, когда ты уходишь. Меня это тревожит. Или, если хочешь, можно сказать, что мне это не нравится.

Не нужно добавлять такие странные объяснения!

«Это не просто “не нравится”, а “можно сказать, что не нравится”?! Что это вообще за выражение?»

Мой возмущённый взгляд заставил Шаренте Клауна усмехнуться.

— Это был влеменный союз, ты тупой Шаленте!

Я вспылила из-за его насмешки, но он лишь слегка склонил голову набок и постучал пальцем по подлокотнику кресла.

— Разве так сложно вести себя как ребёнок?

— Нет, не хочу.

— Почему?

Я прикусила язык, проглотив слова, которые хотела сказать.

Они всегда говорят, чтобы я говорила, но ведь сами же от этого тоже пострадают. Всегда требуют, чтобы я говорила. А если я не знаю, что сказать?

— Я уже взлослая! Я сама могу зить!

Я сжала кулаки и громко выкрикнула.

Шаренте Клаун лишь усмехнулся, как будто ему даже не было смешно.

Я молча смотрела на него, а затем резко отвернулась.

— Ты хочешь его в качестве личного стража?

— Угу.

Шаренте Клаун не стал продолжать спор и плавно перевел разговор на другую тему. Я заметила, что он нарочно меняет тему, но знала, что ему это обсуждение тоже неприятно, поэтому просто закрыла рот.

— Кстати, у меня тоже есть к тебе одна просьба.

— Какая?

— Если согласишься, то скоро узнаешь. Но если ты принимаешь условия, то я назначу его твоим стражем.

Это звучит заманчиво.

— Это сложно?

— То, что делает каждый ребенок из благородной семьи.

Я медленно кивнула на слова Шаренте Клауна.

Ну, что поделать.

— Ладно.

— Тогда так и договорились.

Шаренте Клаун протянул руки, чтобы опустить меня на пол.

Я смотрела на его приближающиеся руки, а затем перевела взгляд на его лицо.

— Эй, Шаренте.

Его рука замерла в воздухе.

Он опустил взгляд и встретился со мной глазами.

Смотря на него вблизи, я не могла понять, о чём он думает — его взгляд был глубоким и тёмным, словно бездонная пропасть.

— Тебе нлавится учитель?

— Учитель? Кто… А.

Он тихо вздохнул.

— Ты имеешь в виду императрицу Эсмеральду?

Я не знала её имени, но теперь узнала.

Кстати, она ведь ни разу не представлялась мне как Императрица. Похоже, она любит, когда её называют «учителем».

— Думаю, она достойный человек. Но почему ты спрашиваешь?

Раз уж даже Шаренте Клаун признал её способности, значит, она действительно выдающаяся личность. Ведь людей, к которым он относится благосклонно, можно пересчитать по пальцам.

— Учитель болеет?

— …Да, её здоровье оставляет желать лучшего. Я слышал, что она не раз находилась на грани жизни и смерти. Из-за этого Император практически запер её, но Императрица сильно сопротивлялась.

Честно говоря, если бы у меня было столь слабое здоровье, меня бы тоже заперли в комнате, заставив сосредоточиться исключительно на лечении.

Я не могла сказать, что не понимала Императора.

Хотя мне было неприятно думать, что из-за этого Шаренте Клауну пришлось страдать целых два года, я всё же понимала, почему Император так поступил.

— Она, кажется, скоро умрёт.

— Кто?

— Учитель.

— …

На лбу Шаренте Клауна пролегла глубокая морщина.

Я смотрела на его нахмуренное лицо, а потом тоже опустила голову.

Некоторое время он молчал, а затем тяжело вздохнул.

— Император сам заботится о её здоровье. Вокруг неё только лучшие целители, так что можешь не волноваться.

Шаренте Клаун протянул руку и слегка потрепал меня по голове. Его мягкое прикосновение медленно скользнуло по моим волосам. Он, похоже, решил, что я беспокоюсь, глядя на больную Императрицу.

— Будет хорошо, если она не умрёт?

— Что?

— Шаренте, если учитель не умрёт, это ведь будет хорошо?

— Почему ты вдруг об этом заговорила? Что насчёт Императрицы…

— Просто… я знаю.

Я не могла не знать. Я лучше всех чувствовала потоки магической энергии и до сих пор уверена в своих способностях. Вряд ли найдётся кто-то, кто контролирует магию лучше меня.

— Если Императрица умрёт, Император сойдёт с ума. Если сказать ему об этом, твоё обучение может прекратиться.

О нет, только не это!

— Нет, всё нормально! Я просто спросила!

Когда Джейсо вернётся, мне нужно будет сходить на черный рынок. Прямо сейчас я не могу развеять этот запутавшийся поток магической энергии, но хотя бы смогу замедлить его бурное течение, чтобы уменьшить боль.

«Достаточно будет сделать чай из обычных листьев и просто давать его пить.»

Для измождённого тела даже такие меры могут оказаться достаточными.

А чтобы действительно вылечить её, нужно позвать Абби, который специализируется на исцелении.

«Кажется, он когда-то оставлял мне свой номер для связи.»

Магические каналы связи имели уникальные номера. На магическом круге связи было специальное место, куда вписывался этот номер древними письменами.

Если ввести номер и активировать канал, подав в него магическую энергию, можно установить контакт с нужным человеком.

«Надо вспомнить…»

Абби, который участвовал в войнах задолго до меня, ушёл в затворничество вскоре после основания Силлопии.

Честно говоря, я до сих пор не знаю, почему.

Он просто внезапно оставил мне письмо, которое со временем сгорело, и бесследно исчез.

— Я пойду, Шаренте.

— Запомни, что произошло сегодня.

Я услышала слова Шаренте Клауна, но смогла только слабо усмехнуться, даже не приподняв уголки губ.

В этом не было большой разницы по сравнению с Дешаром Клауном.

Я всё ещё оставалась трусихой и снова просто отвернулась вместо ответа.

- Эй, ты, дурак!!

Как только я закричала, все вокруг уставились на меня.

Шаренте Клаун, приложив руку ко лбу, злобно посмотрел на меня.

- Шумно.

- Чего?!

С утра без объяснений заставил меня подготовиться, а потом внезапно бросил в какое-то огромное место, похожее на Колизей.

Почему я вообще здесь?!

- Мы же договаривались.

Когда это я соглашалась?!

- Не буду! Что это вообще такое?!

Что это за мрачный вход?! Кто эти дворяне и зачем они собрались в гигантском Колизее?!

Я снова резко повернула голову, осматриваясь. Вокруг были пары из родителей и детей, носившие одинаковые шарфы на запястьях. Точнее, приближающиеся женщины завязывали шарфы на запястьях своих детей и мужей.

Конечно, так как Шаренте Клаун официально разведён, мне этот шарф придётся носить только потому, что он его на меня наденет.

Но сейчас не в этом проблема.

- Почему я должна чувствовать себя, как обезьяна в зоопарке?!

- Это плата за то, что ты хотела нанять личного охранника. В этом Колизее проходит всего лишь игра в лабиринт, и мы с тобой просто участники.

- Лабиринт… игра…?

- Да.

Нет, ты внезапно заявился и теперь толкаешь меня в какую-то игру в лабиринт?

Я в шоке уставилась на Шаренте Клауна.

Тот, похоже, тоже был раздражён — отвернулся и тяжело вздохнул.

Даже без лишних вопросов ясно, что в этом как-то замешан Император. Но я всё равно не понимаю, зачем.

- Это простая игра, нечто вроде аристократической традиции. Его Величество, которому недавно довелось взойти на трон, придумал и приказал её организовать.

Мне не нужны все эти подробности! Просто объясни нормально, что тут происходит!

- Родители и дети, объединённые в пары, должны пройти лабиринт. Королевские маги воссоздали его по образцу древних руин. Опасностей почти нет.

…Стоп. Подожди-ка. Это случайно не тот самый лабиринт, который я когда-то проектировала для задания Магической Башни?

Я же всё о нём знаю, Шаренте! Это ведь именно мой проект, а маги при дворе просто скопировали его!

Зачем мне участвовать в испытании, которое я сама придумала?! Да, сложность варьируется в зависимости от уровня участников, но неужели я, его создатель, не смогу его пройти?!

Хотя…

- Родители… дети…?

Я всё ещё не могла скрыть своего потрясения.

Ладно, с тем, что мне придётся участвовать, я ещё могу смириться. Но условия явно не соблюдены, не так ли? Ты мне не родитель, а я тебе не ребёнок, Шаренте Клаун!

- По документам ты мой ребёнок.

Шаренте мгновенно понял, что я хотела сказать, и выдал этот убойный аргумент.

- Уээээ…

В этот же момент конфета, которую мне дала Вера перед тем, как я сюда попала, с глухим стуком упала на землю.

Лицо Шаренте Клауна мгновенно исказилось. Он уставился на меня с отвращением.

Но мне-то самой всё это не нравится!

- И, кстати, тебе не мешало бы перестать выражать недовольство так открыто. Веди себя прилично.

- Не говоли глупости!

- Что тут нелогичного? Если хочешь, могу показать документы.

- Уээээ…

Хотя во рту у меня уже ничего не было, я просто повторила этот звук.

Шаренте поморщился ещё сильнее.

Глядя на него, я тоже почувствовала раздражение и замолчала. На его лице появилось откровенное раздражение.

- Это приказ Императора.

Стиснув зубы, он ответил так, словно ему самому это было неприятно.

- А.

Если это действительно приказ, то выбора нет… но всё равно.

Оказывается, в Империи бывают такие фестивали. Я никогда о них не знала, потому что всю жизнь была заперта в особняке. Люди тут, оказывается, вполне себе живут.

- Сложность лабиринта подстраивается под уровень участников. В конце небольшого лабиринта будет несколько испытательных комнат, напоминающих руины. Победив в простой игре, можно выбрать одну из двух дверей.

Я это уже знаю! Я же сама это спроектировала, как я могу не знать? Нужно просто пройти через это, и всё.

Я и представить не могла, что из того чертежа, который тогда у меня заказали, сделают вот это.

- Одна из дверей ведёт к правильному выходу, другая — к ложному пути. Если выбрать неверную дверь, испытания усложняются, и придётся пройти больше комнат.

- Хм…

- Победителем становится команда, которая быстрее всех справится и первой выберется.

Похоже, что лабиринт немного изменили по сравнению с моим оригинальным проектом. В моей версии была только одна дверь, а выход можно было найти за два-три прохода.

- Тут так много людей.

- Фестиваль в Колизее — это ещё и официально разрешённые государством азартные игры. Делать ставки здесь разрешено. На этот лабиринт тоже ставят деньги, угадывая, какая команда пройдёт первой.

Ах, так вы прямо при Императоре устраиваете ставки?

Император, сидящий на самом высоком месте, наблюдал за всем происходящим. Рядом с ним, скрытая вуалью, сидела Императрица.

«Говорили, что она редко выходит на люди…»

Шаренте Клаун, заметив, куда я смотрю, усмехнулся.

Когда я повернулась к нему, он вдруг нагнулся и поднял меня на руки.

Как только он обнял меня одной рукой и приподнял, Колизей взорвался оглушительными криками.

- Говорят, что она три дня ночевала отдельно от Императора в знак протеста, чтобы получить разрешение прийти.

Пока я ошеломлённо смотрела на толпу, он шепнул это мне на ухо.

Шаренте Клаун улыбнулся и, всё ещё держа меня, медленно развернулся на месте, демонстративно оглядывая собравшихся.

Рёв толпы стал ещё громче, уши буквально заложило.

Я прижала ладонь к уху, и только тогда он, наконец, отвернулся от зрителей.

- Семья Клаунов довольно популярна.

- А, да…

Ну, поздравляю.

Я не знаю, кем именно меня представляют на публике. Разве бастардов встречают с такими бурными овациями?

Или, может, это позиционируется как благотворительное удочерение?

«Я ничего не знаю о том, что творится снаружи.»

Единственный близкий человек среди слуг — Вера, но она никогда не говорит о таких вещах.

Остальные, будучи хорошо обученными, тоже не обсуждают подобные темы внутри особняка.

Конечно, раньше были скрытые издевательства, но сейчас это полностью прекратилось.

Так что, если Шаренте Клаун или Дешар Клаун сами мне не расскажут, я полностью отрезана от внешнего мира.

- Я решил показать тебя людям, чтобы исключить ненужные слухи.

- …

Я медленно перевела взгляд на толпу.

Перед таким количеством людей он фактически провозгласил меня своим ребёнком.

- Ваше сиятельство, младший герцог Клаун.

Я уже начала ощущать странные чувства, когда вдруг услышала голос за спиной. Разве человеку, имеющему титул, не трудно обращаться к младшему герцогу с таким почтением?

Но и Шаренте Клаун, и его собеседник воспринимали это как должное.

- Граф Дешель, давно не виделись. Должно быть, вы проделали долгий путь с севера.

- Ха-ха, если бы я не приехал, Его Величество сам устроил бы мне место в столице…

Хотя он не договорил, по интонации было понятно, что у графа Дешеля попросту не было выбора. Император умело использовал слабости людей.

Шаренте Клаун с улыбкой, словно нарисованной на лице, слегка кивнул.

- Его Величество всегда поступает так, как ему хочется.

- Меня это не удивляет, но я и представить не мог, что даже Вы, младший герцог, примете участие.

Даже Шаренте Клаун, обычно сохранявший невозмутимость, тяжело вздохнул при этом вопросе. Граф Дешель, похоже, был к такому привык, так как только усмехнулся.

Я взглянула назад и увидела его фигуру с седыми прядями. На вид ему было не меньше сорока пяти. У его ног пряталась маленькая девочка.

- Ах, недавно у меня родился поздний ребёнок, так что пришлось выйти в люди.

Хотя граф говорил это Шаренте Клауну, его взгляд был направлен на меня.

Я мельком взглянула на ребёнка, а затем уткнулась лицом в плечо Шаренте Клауна.

«Ах, мне и принцессы с принцем хватает.»

Больше не нужно. Я не хочу заводить новых знакомств. Надо просто сделать вид, что ничего не заметила.

-Похоже, новая член семьи Клаунов — очень застенчивая леди.

- Застенчивая…

Шаренте Клаун произнёс это таким тоном, словно это было нелепо. Я заметила, как его горло слегка двинулось — он, кажется, кивнул.

- Если так говорят, наверное, так оно и есть.

Что это было? Ни капли убеждённости, просто небрежное замечание.

«Если уж врёшь, делай это хоть с каплей искренности!»

Я бросила на него раздражённый взгляд, но он лишь пожал плечами.

Внезапно граф Дешель посмотрел за спину Шаренте Клауна и сделал шаг назад. Я тоже немного отстранилась и выпрямилась.

Через плечо Шаренте Клауна я увидела знакомого человека. Рядом с ним стоял Кайшан.

«Что-то новенькое.»

Я не ожидала, что она сама подойдёт.

- Похоже, к вам пришли следующие гости, так что я откланяюсь. Надеюсь, нас ждёт достойное соперничество.

- Да, удачи вам.

Граф Дешель, умевший вовремя уйти, отошёл, а Шаренте Клаун уже собирался развернуться, когда вдруг замер, глубоко вдохнув. Его губы медленно разомкнулись.

- Мартина…?

- Ты, как всегда, знаешь, что я пришла, даже не оглядываясь.

- Ты оставляешь едва уловимый аромат.

- Ты же не пёс, зачем тебе такой нюх? Я принесла вам шарфы, подумала, что у тебя всё равно некому его завязать.

Она лениво покачала в руке два серо-серебристых шарфа.

Кажется, с их последней встречи они стали ещё ближе… Неужели между ними что-то произошло?

Я прищурилась, наблюдая за Мартиной, а она лишь улыбнулась и подошла ко мне.

- Привет, Шерина. Как ты поживаешь? Я не раз передавала через Кайшана, чтобы ты заходила ко мне в поместье, но ты так ни разу и не пришла.

Я плотно сжала губы, услышав её голос, в котором сквозило лёгкий упрёк. Перевела взгляд, поёрзала пальцами. Да, я действительно несколько раз сознательно избегала этих приглашений.

«Если я туда пойду… мне станет не по себе.»

Даже вкус любимого клубничного желе исчезает. Чувствуешь себя человеком, который пришёл в чужой дом и сидит там совершенно не к месту.

- Плостите.

- Мартина, пожалуйста, пойми её. Это же ребёнок, который умудрялся избегать меня два года, несмотря на то, что мы живем в одном поместье.

Это ты меня защищаешь или поддеваешь?

Шаренте Клаун встретился со мной взглядом, но тут же отвернулся. Кажется, из-за этого он затаил небольшую обиду.

- Будь осторожна и не поранься, Шерина.

С этими словами Матина тихо улыбнулась и мягко обмотала мне запястье небольшим шарфиком. На его тонком крае было вышито моё имя.

- Ты тоже будь осторожен.

- Да, не беспокойся. Это всего лишь небольшая забава, так что ничего серьёзного не случится.

Несмотря на самоуверенность в словах Шаренте Клауна, Матина лишь кивнула и сделала шаг назад.

- Шерина! Держись! Я буду за тебя болеть!

- Угу.

На энергичный крик Кайшана я ответила довольно лениво. Но, похоже, внимание окружающих уже было приковано к нам – их взгляды с нотками удивления скользнули по мне и Кайшану.

«Что? Что-то не так?»

Я подняла глаза и увидела, как Кайшан, сияя улыбкой, просто держит меня за руку и слегка потряхивает её.

Или это потому, что Шаренте и Матина разговаривают?

В любом случае, вокруг начало раздаваться приглушённое перешёптывание. Однако, похоже, никого из нас это не волновало.

- Раз вы уже прибыли на столь редкое состязание, не будем тратить время на речи. Перейдём сразу к делу.

Император встал со своего места и, заговорив в мегафон, вызвал оглушительный рёв толпы.

- Раз даже семья Клаунов выразила поддержку, можно считать, что подготовка завершена. Теперь пусть команды заходят по одной. На экране будут транслироваться изображения каждой команды.

«Фуух!»

В центре Колизея появились шесть тёмных порталов.

Имперские маги были расставлены по всей арене, а среди них мне даже удалось заметить знакомые лица из Силлопии.

Похоже, лабиринт, в который вели эти порталы, устроен по принципу древних руин, где на каждом уровне ждут испытания.

Над каждым входом в портал появилось изображение команды.

- Итак, шесть команд примут участие. Победят две из них: одна — за самое быстрое прохождение, другая — за преодоление самого сложного испытания.

Я огляделась. В основном здесь были ребята постарше меня. Похоже, это соревнование проходит раз в несколько лет, и участвовать могут только дети старше определённого возраста. Но восьмилетних среди них я не заметила.

«Я самая младшая здесь?»

Шаренте Клаун поставил меня на землю. Затем он протянул мне руку.

Я смотрела на его ладонь, покрытую грубой мозолистой кожей, а затем медленно коснулась её кончиками пальцев.

«Раз уж так вышло, надо постараться занять первое место.»

Всё-таки это касается и чести семьи Клаун.

- Ну и трусиха.

Вот уж спасибо за добрые намерения! Шаренте Клаун, пробормотав это себе под нос, вытащил свои пальцы, а затем полностью накрыл мою маленькую ладонь своей большой рукой.

Я посмотрела по сторонам: другие дети тоже держались за руки со своими отцами. Кажется, только я изначально просто дотронулась кончиками пальцев.

Как-то странно.

«Но я же не могу держаться за руку сввоего приёмного родителя.»

Да, формально он записан как мой родитель, но только на бумаге.

В этот момент пространство перед нами изменилось, окрасившись в ослепительно белый цвет.

Шаренте Клаун не спешил заходить, и я подняла на него взгляд. Он заговорил:

- Так как эта игра предназначена для детей, уровень сложности должен быть настроен заранее. Ты заходишь первой. Я сразу пойду следом.

- А, понятно.

Точно, говорили же, что сначала нужно определить сложность.

Но почему тогда другие дети не заходят?

Я огляделась. Все вокруг нервно сглотнули и выглядели испуганными.

«Хотя… когда я впервые попала в пространственный карман, мне тоже было страшно.»

Ведь что, если зайдёшь туда и не сможешь выбраться обратно?

Бывало, в пространственном кармане происходили сбои, и вещи исчезали бесследно. Куда они попадали? Когда-то меня это долго мучило.

«Ну, теперь-то это неважно.»

Я уверенно зашагала в белое пространство. Краем глаза заметила, как остальные дети смотрят на меня с явным удивлением. Помахав им рукой, я сделала последний шаг вперёд.

Шаренте Клаун шёл сразу за мной.

Внутри меня встретил длинный тёмный коридор.

Стоило мне пройти несколько шагов, как пространство вокруг начало ещё больше светлеть, меняясь на глазах.

И вскоре лабиринт полностью преобразился.

***

Не выдержав ослепительного света, я зажмурилась. А когда снова открыла глаза, лабиринт полностью изменился.

Передо мной оказалась комната, наполненная розовым светом. Пол был настолько мягким, что слегка пружинил под ногами, словно губка. Вокруг, как в игровой комнате, беспорядочно валялись всевозможные плюшевые кролики.

А прямо в центре комнаты, словно оборванная марионетка, безжизненно свисал огромный кролик, размером с взрослого мужчину.

Я сделала шаг вперёд — и его уши дрогнули.

«Ух ты, жутковато. Что это вообще такое?»

Ещё один шаг — и его длинные уши резко взметнулись вверх.

Ещё шаг — он поднял голову.

И стоило мне подойти ещё ближе, как кролик внезапно вскочил на ноги.

- Кью?

С каких это пор кролики говорят «кью-кью»?

Я с любопытством огляделась. Позади кролика находились две двери — очевидно, выходы из комнаты.

«Заперты.»

Скорее всего, нужно найти ключ и открыть одну из них.

Кролик, который только что сидел на полу, теперь весело скакал по комнате, словно повторяя за мной. Шаренте Клаун молча стоял в стороне, скрестив руки.

Похоже, родителей отправляют вместе с детьми на случай непредвиденных ситуаций.

- Кью? Кью-кью! — Кролик навострил уши и указал рукой на дверь.

«Он пытается со мной заговорить? Но я же не понимаю этот «кью-кью»!»

- Угу, надо выйти.

- Кьюуу! Кью-кью! Кьюгюм кью!

Вот же… противный какой.

Гигантский кролик, весело подпрыгивая, вдруг резко замер и начал двигать ушами в разные стороны. Когда я прищурилась, он неожиданно повалился на бок.

Потом сложил уши в форме замка и изобразил руками, будто отпирает его.

Этот грязно-розовый кролик совсем не выглядел милым.

Я какое-то время молча наблюдала за ним, пока он не завалился на бок и не начал лениво чесать себе заднюю лапу.

- Хочешь, чтобы я поискала?

- Кью!

«Значит, угадала. Где же он спрятан?»

Если судить по разбросанным игрушкам, ключ, скорее всего, спрятан в одной из них.

Хотя не исключено, что он у самого этого кролика.

«А может, замок вовсе ненастоящий?»

Я решила пройти мимо кролика…

Вжух!

Бах!

Шмяк.

- …

- Кхм.

- Кью-кью-кью-кью! Кью-кью-кью!

Я услышала, как Шаренте Клаун сдерживает смех. А ещё было абсолютно ясно, что этот чертов кролик издевается надо мной.

Я лежала, растянувшись на полу, пытаясь осознать, что вообще сейчас произошло. Что это только что промелькнуло перед глазами? Что-то подставило мне подножку.

- Кьюу-кью-кью! Кьюу-у!

Этот грязно-розовый кролик катался по полу, словно умирая со смеху.

«Ах ты ж… осмелился напасть на меня?!»

Я резко вскочила на ноги и, вместо того чтобы идти к двери, бросилась прямо на кролика. Взлетела в воздух и с силой плюхнулась прямо ему на живот.

- Кьюу-у-у-ук!

Когда я, ухмыляясь, уселась на него сверху, он жалобно завизжал. Кролик извивался, пытаясь меня сбросить, но я крепко схватила его за уши и резко потянула вниз.

- Кьюу-у-у-ук!

Он тут же обмяк.

Я знала, что его слабое место — уши, так что победить было нетрудно. Не теряя времени, я скрестила их и затянула узлом. Кролик тут же свалился на пол, полностью обездвиженный.

С этим разобрались. Теперь оставался тот, кто только что надо мной смеялся.

Я подняла голову и посмотрела на Шаренте Клауна. Он спокойно наблюдал за мной, на его лице играла лёгкая улыбка.

«…Что это он улыбается?»

Похоже, он всё же заботится о своей репутации. Обычно, когда мы вместе, он чаще остаётся безэмоциональным. Но стоит оказаться на людях — и вот эта жутковатая улыбка.

- Дулак! — фыркнула я и развернулась к двери.

«Кролик, ты должен был понимать, с кем можно шутить, а с кем лучше не связываться.»

Его глаза наполнились слезами, но мне было всё равно. Я сосредоточилась на двери.

«Похоже, замок не поддельный…»

Значит, ключ действительно существует. Но зачем тратить силы на его поиски, если можно просто…

Я повернулась к кролику, схватила его за уши и немного наклонилась вперёд. Если что, я и оторвать их не против.

- Кролик.

- Кью…

- Где ключ? Скажешь — развяжу.

Он испуганно посмотрел на меня, съёжился, а затем дрожащей лапой указал на один из игрушечных ящиков.

«Серьёзно? Это даже не настоящее запугивание, а он уже сдаётся. Какая детская игра.»

Я подошла к коробке, перевернула её, и из неё посыпались плюшевые игрушки. А следом, с лёгким звоном, упал ключ.

Подняв его, я направилась к двери.

«Хм… замочная скважина слишком высоко. Я не дотянусь. Использовать магию? Как-то не хочется…»

Оглядевшись, я заметила несколько брошенных коробок.

«Если поставить их друг на друга, смогу забраться повыше.»

Я развернулась, собираясь их принести, но тут Шаренте Клаун внезапно встал у меня на пути.

- Что?

- ……

- Отойди.

Шаренте Клаун молча посмотрел на меня, затем протянул руку ладонью вверх.

- Отдай.

Его взгляд остановился на ключе, который я держала.

- А.

Неохотно посмотрев на него, я протянула ключ. Он забрал его и отпер дверь, но при этом выглядел так, будто был чем-то недоволен.

«Что такое?»

Я хотела спросить, но в этот момент…

- Кьюгукью! Кью-кью-кью-кью!

Кролик громко завопил в знак протеста. Его уши всё ещё были связаны.

Но ведь это всего лишь иллюзия. Как только я выйду из комнаты, всё развеется, так что нет никакой необходимости развязывать ему уши.

«Куда идти?»

- Кьюу-у-ук!

Кролик резко вскочил. Ещё секунду назад он выглядел жалким, но теперь его морда исказилась от гнева. Он начал прыгать на месте, громко топая.

От ударов кроличьих лап затряслся пол.

[Кролик, говорит, плохая, девочка!]

Голос был низкий, громовой, жуткий.

Я ошарашенно уставилась на кролика, который продолжал прыгать, словно вызывая землетрясение. Наконец, одна из двух дверей не выдержала — с грохотом рухнула.

Я растерянно уставилась на неё, затем снова перевела взгляд на кролика.

Его черные глаза теперь горели алым светом.

- ……

Выбор у меня теперь только один.

И, судя по его ярости, вряд ли этот выбор мне понравится.

Шаренте Клаун внимательно смотрел на меня.

- Ты злишься? — спросила я кролика.

Тот яростно кивнул.

- Хм, понятно.

Но мне это ничем не поможет.

Я ещё раз взглянула на кролика, затем перевела взгляд на Шаренте.

- Пойдём.

- Ты уверена?

- Ага, всё нормально.

Какая разница, через какую дверь выходить? Всё равно путь везде один.

Вот только интересно, что происходит в других комнатах?

Шаренте Клаун открыл замок.

За дверью чернела тьма.

Я без колебаний шагнула вперёд. Шаренте Клаун молча последовал за мной.

Яркий свет прорезал темноту, и комната сменилась на другую.

Вообще, почему это называют лабиринтом?

«А… так это действительно лабиринт.»

- Лабиринт… — пробормотала я.

Теперь передо мной был настоящий лабиринт. Причём мрачный и зловещий.

На небе висела луна. Под её тусклым светом простирались высокие, заплетённые лозами стены. Они тянулись ввысь, создавая огромный, угрожающий лабиринт.

- Он огромный…

- Видимо, стражник сильно на тебя разозлился. Я никогда не видел лабиринт таких масштабов.

Кролик был стражем? Можно было бы сказать заранее.

«Не стоило давать стражу самостоятельное сознание…»

В своё время, ради забавы, я дала этому карманному измерению возможность управлять сложностью.

«В конце лабиринта есть дверь?»

В любом случае, чтобы добраться до неё, нам придётся пройти через этот лабиринт. Он выглядел огромным, а значит, путь займёт немало времени. Мы стояли прямо у входа, так что отказаться от прохождения было невозможно.

- КРРРАООО!

Откуда-то из глубин лабиринта раздался мощный рёв. Он был мне очень хорошо знаком.

«Грифон.»

Почему здесь появился грифон? Разве он не стражник руин?

Шаренте Клаун тоже услышал этот рёв и нахмурился, скрестив руки на груди.

- Это слишком.

- Но ведь опасности нет?

- Насколько мне известно, да. Физически он не представляет угрозы.

Я тоже считала, что это перебор. Что за место вообще?

Но раз уж нужно идти вперёд, я продолжила двигаться.

Пройти лабиринт не так уж сложно. Когда-то я читала, что если идти, придерживаясь одной стены, то в конце концов дойдёшь до выхода. Несколько раз я уже применяла этот метод в руинах, куда заходила, чтобы помочь другим.

«Прямо уменьшенная версия руин.»

Когда я разрабатывала этот лабиринт, то настояла, чтобы он напоминал мне руины. Если придворные маги создали его строго по чертежам, то найти выход не составит труда.

«На каждом перекрёстке я оставила знаки, которые должны указывать путь.»

Нужно просто их отыскать.

А если вдруг их нет, то можно просто держаться правой стены и идти, пока не найдёшь выход. Этот способ тоже сработает.

«Надо пройти как можно быстрее.»

Из-за козней кролика я оказалась в невыгодном положении. Если хочу пройти первой, времени может не хватить. Останавливаться было нельзя.

Зайдя внутрь, я осмотрелась.

На первом перекрёстке нужно идти направо.

Я уверенно шагала вперёд по тёмному лабиринту, а Шаренте Клаун с любопытством наблюдал за мной.

- Ты, похоже, совсем не боишься?

Неожиданно, но он заговорил на такую пустяковую тему.

- Что?

- Тут темно, тесно и душно. Дети обычно не любят такие места.

- Наверное. Мне всё равно.

Какая мелочь… В конце концов, даже до истории с Хеллой я как-то раз провела две недели в запертой комнате, будучи намного младше, чем сейчас. Тогда разве не было ночи?

- Я с младенчества жила одна.

- …

- Так что мне всё равно. Не переживай.

Да и зачем вообще об этом думать?

К тому же у меня нет времени на лишние размышления.

Хотя мы не прошли и так много, ноги уже начали уставать.

«Чёртов кролик.»

Как только выберусь, превращу его в медведя.

Честно говоря, медведи гораздо милее. Они пушистые, мягкие, да ещё и с кругленьким животиком.

- Если устала, можем передохнуть, — предложил Шаренте Клаун.

- Нет, нельзя. Опоздаем.

- Ограничений по времени нет.

Пусть нет ограничения по времени, но ведь есть ограничение по количеству победителей.

На следующем перекрёстке я нашла метку и сразу же двинулась дальше.

Сердце забилось чуть громче от волнения.

Рефлекторно я потянулась, чтобы взять пустышку в рот, но в последний момент замерла.

«Они же всё это видят, да?»

Я ослабила пальцы, сжавшие пустышку. Не хотелось, чтобы кто-то обсуждал меня за спиной.

«Но я ведь просто держу её во рту…»

Зачем мне отказываться от того, что помогает чувствовать себя спокойнее?

Но, сколько бы я ни думала, ответа не находилось.

После долгих раздумий я подняла голову.

- Лучше передохнуть.

- Нормально всё.

- Чего ты так торопишься?

- Нужно быть первой.

Это же очевидно. Если я не займу первое место, снова будут упрекать.

Нет ничего хуже, чем оказаться ненужной.

Да и как вообще я могу проиграть детям?

- Это не обязательно.

Шаренте Клаун остановился, и я непроизвольно нахмурилась.

«Что значит «не обязательно»?»

А, ну конечно. Семье Клаунов ведь всё равно на полукровок, да?

Но у меня тоже есть гордость.

- И второе, и третье место вполне нормальны. Зачем так зацикливаться?

- Какой в этом смысл? Какой смысл во втором и третьем месте?

Они просто обозначают цифры, но по сути означают одно — ты проигравший.

«Если ты с самого дна, то твоя единственная ценность — быть лучше других. Если ошибёшься хоть в чем-то одном, ты просто мусор!»

В голове словно громыхнул голос.

Я нахмурилась и покачала головой.

Это всё в прошлом.

Сейчас уже по-другому.

«Я просто не могу это принять.»

Гул в голове исчез.

Когда я подняла взгляд, Шаренте Клаун стоял, скрестив руки, и смотрел на меня, слегка наклонив голову вбок.

- В этом нет ни смысла, ни пользы.

- Почему смысл и польза обязательно должны быть?

Шаренте Клаун сразу же парировал.

Где-то рядом снова раздался крик грифона.

Кажется, мы уже почти дошли.

Поэтому этот бессмысленный разговор раздражал ещё больше.

- Почему тебе вообще нужна какая-то польза?

- Если я не буду первой…

- Я никогда не говорил, что тебе нужна какая-то польза. Даже если ты не сможешь пройти лабиринт и сдашься — ничего страшного.

Я молча посмотрела на Шаренте Клауна, а затем отвернулась.

Я ничего не понимаю.

Если ты бесполезен, тебя просто выбросят.

А он говорит, что можно быть бесполезным?

Я не хочу, чтобы меня запомнили как дуру.

- Не нравится — оставайся здесь.

Можно ведь пройти одной.

Я оставила Шаренте Клауна и вошла в проход на развилке.

Позади послышался тихий вздох и шаги — он всё же пошёл следом.

Я быстро зашагала внутрь. Пройдя немного вперёд, я заметила место для отдыха.

А в нём — грифон…

Грифон…

Эм…

- Гри… фон…?

- Кроо?

А куда делся тот громовой рёв, что сотряс лабиринт при нашем входе?

Почему грифон такой маленький?

Конечно, он всё ещё больше меня, но настолько мелкий, что Шаренте Клаун мог бы убить его одним взмахом меча.

«Может, его просто прикончить?»

Я огляделась.

На полу валялось несколько небольших клинков.

Я не люблю сражаться с оружием, но...

Я подняла кинжал обеими руками.

Шаренте Клаун тихо вздохнул, и я невольно взглянула на него.

- Не то?

- То. Обычно учат фехтованию, так что, скорее всего, именно это и предполагалось.

- Угу.

Но грифон слишком милый, чтобы воспринимать его всерьёз.

Шаренте Клаун сделал шаг назад.

Грифон рванул ко мне, когти царапали пол.

Затем слегка взмыл вверх — настолько низко, что, протяни я руку, смогла бы его схватить.

Что за странная ситуация?

«Самый удобный способ — забраться на спину и ударить в лоб.»

Раньше я была слишком слаба для такого.

Конечно, есть и другие варианты, но это — самый простой.

Я ухватилась за грифона, взобралась ему на спину.

— КРОООО!

Раздался оглушительный рёв.

Как такой маленький зверь может так громко орать?

Я зажмурилась от шума, крепко сжала его перья.

Он метался, пытаясь сбросить меня, но его движения были скорее милыми, чем страшными.

Я подняла кинжал и со всей силы вонзила в темя.

Грифон взревел ещё раз и тут же исчез, растворившись в воздухе.

На его месте остался синий, ромбовидный камень, покатившийся по полу.

«Что это?»

Раз он появился, наверное, нужен.

Я подобрала его и убрала в карман.

Как только грифон исчез, открылся следующий проход.

- Шерина.

- Что?

- На руки тебя взять?

Я машинально повернулась к нему.

Шаренте Клаун смотрел на меня с лёгкой складкой на переносице.

Ноги у меня, конечно, побаливали, но терпеть можно.

Я бы восстановила силы с помощью магии, но не знала, кто за нами наблюдает, так что использовать её не хотелось.

- Ты беспокоишься обо мне?

- …Да.

Ответ был искренним, хоть я и спросила скорее в шутку. Хотелось фыркнуть, но я передумала.

Если подумать, Шаренте Клаун редко навязывал мне свою волю. Он всегда спрашивал моего мнения.

«Он ведь никогда не говорил, что я что-то должна».

Он не пытался лишить меня права справляться самой. В отличие от большинства взрослых, которые ограничивают детей, он скорее был хорошим опекуном.

- Спасибо. Но я справлюсь сама.

Честно говоря, это испытание вообще не было сложным.

Чаще всего приходилось сталкиваться с такими вот милыми монстрами, а все эти «испытания» только смех вызывали.

Да и убивать их было не особенно трудно.

Шаренте Клаун больше не заговорил, пока мы шли по лабиринту. Да и нужды в этом не было.

Мы добрались до последней преграды.

И именно там я наконец поняла смысл второй комнаты.

- …

- …

Я вошла в третье место для отдыха и застыла.

Посреди знакомого сада стоял Шаренте Клаун с обнажённым мечом, направленным на меня.

Оружие было таким же, как у него на поясе.

Точно такое же, как и артефакт на запястье.

Я машинально обернулась.

Настоящий Шаренте Клаун всё ещё был позади меня.

Значит, тот, что передо мной, был подделкой.

Мой спутник тоже остановился, поражённый увиденным.

Явно не ожидал такого.

- Шерина.

Подделка обратилась ко мне.

Шаренте Клаун, который до этого держался в стороне, теперь встал рядом, внимательно разглядывая двойника.

- Ты лгунья.

Грифон.

Неопознанное существо в плаще.

Они показались мне смутно знакомыми.

Но теперь я была уверена.

Это кошмар.

Мой кошмар.

Самые страшные моменты моей жизни как Шерины Клаун.

Или что-то вроде того.

Перед грифоном я впервые по-настоящему подумала, что могу умереть.

Во втором месте отдыха меня встретило странное существо в мантии.

Наверное, тот мужчина из приюта, которого я всегда боялась.

А теперь третья и последняя преграда.

Мой последний страх.

- Какое разочарование. Умри.

Поддельный Шаренте Клаун поднял меч.

Я бездумно уставилась на него, а потом медленно повернулась к настоящему.

Он смотрел на меня сверху вниз, не понимая, что происходит.

Я снова перевела взгляд на его копию.

«…Это мой самый страшный кошмар?»

Раз он появился последним, значит, именно этого я боюсь больше всего?

«Смешно.»

Магия остаётся магией. Она не может сломить человека.

Они и правда думают, что я не справлюсь?

Это всего лишь подделка, а значит, он слаб.

Как и раньше, достаточно будет одного удара в слабое место.

Вдобавок я заметила заряженный арбалет.

Детский.

Такой, что и мне не составит труда его использовать.

Я подняла его, прицелилась в лоб подделки.

Тот даже не шелохнулся.

Как будто демонстрируя, что опасности нет.

«Просто выстрели.»

Стоило лишь нажать на спусковой крючок – и стрела бы полетела.

Арбалет специально сделан для детей, отдачи почти нет.

«Стреляй.»

Просто нажать.

Но почему пальцы не двигаются?

Как только я замешкалась, фальшивый Шаренте Клаун снова заговорил.

Чёрт, ну зачем ему дали это красивое лицо?

Да, всё из-за него.

- Лгунья.

- …

- Я тебе верил.

Он смотрел прямо на меня.

- Шерина, тебе не нужно этого делать. Если тяжело, я разберусь.

Настоящий Шаренте Клаун заговорил сзади, сложив руки на груди.

Лишние слова.

- Я справлюсь.

Я упрямо настояла на своём.

Как я дальше пойду, если даже это испытание не пройду?

Это не страх.

Это неизбежность.

Тогда, в будущем, рядом никого не будет.

Мне придётся справляться одной.

«Я должна.»

Потому что никто мне не поможет.

Я глубоко вдохнула, крепче сжала арбалет.

Пах!

Стрела сорвалась с тетивы, но в тот же миг кто-то рванул вперёд.

Что-то пронеслось мимо, как порыв ветра, разрубило стрелу и одним взмахом меча отсекло голову фальшивому Шаренте Клауна.

Его тело рассыпалось в воздухе, оставив после себя красный ромбовидный кристалл.

Это уже третий.

Теперь у меня было три кристалла, вместе с чёрным, найденным во втором убежище.

Как только подделка исчезла, перед нами возникли две двери.

Я подняла кристалл и подошла к Шаренте Клауну.

- Я бы справилась сама.

- Возможно. Ты даже выстрелила.

Его голос звучал странно холодно.

Я подняла голову – он уже убрал меч в ножны, но выглядел недовольным.

Хотя мог бы задать кучу вопросов, но промолчал.

- Пойдём.

- Ты злишься?

- Кто знает.

Ответ был всё таким же холодным.

Может, ему не понравилось видеть свою собственную смерть?

Я закусила губу, потом покачала головой.

Перед нами были две двери – голубая и розовая.

Вместо замков в них были отверстия под три кристалла.

Я выбрала голубую дверь.

Как только вставила кристаллы, замок щёлкнул, и дверь открылась.

За четвёртой дверью нас ждала новая сцена.

На этот раз перед нами раскинулся огромный, прекрасный сад.

Солнечный свет мягко освещал яркие цветы, бабочки порхали в воздухе.

Всё выглядело умиротворённо.

Даже насекомые и деревья были слишком реалистичны, чтобы верить, что это карманное измерение.

Я сделала шаг вперёд, и в воздухе начали медленно появляться слова…

[Сад Искренности – заботьтесь о саде.]

[Уровень близости между вами – всего 8.79%! Вы далеки, как родители и дети.]

[Близость возникает, когда люди искренни друг с другом. Задавайте вопросы и отвечайте честно.]

[Когда ваш собеседник говорит правду, в саду рождается новая жизнь.]

[Однако, если сказана ложь, появится монстр, который разрушит сад. Будьте осторожны! Вопросы должны задаваться по очереди. Удачи!]

Что это за странная штука в конце? Картинка с кроликом? Чёртов кролик.

«Я обязательно изменю его на медведя.»

Надпись постепенно исчезла.

Шаренте Клаун, прочитав текст, мрачно склонил голову. Возможно, он просто скрывал свои эмоции, чтобы никто их не увидел.

«А что тут вообще можно ещё украсить…?»

Шурх-шурх…

Зелёные листья упали с деревьев. Затем в мгновение ока сад начал увядать.

Бабочки одна за другой осыпались на землю, пчёлы перестали махать крыльями.

Деревья рушились, превращаясь в пепел. Цветы и трава пожелтели и засохли.

Это было нечто иное, не похожее на предыдущие испытания.

Вообще, странно, что здесь появилась подобная инструкция.

Я в замешательстве посмотрела на Шаренте Клауна. Он спокойно поднял голову, будто его это не удивляло.

«Такого ведь не было?»

Я только передала проект. Конечную версию разрабатывал и изменял придворный маг, так что деталей я не знала.

Я просто смотрела на опустевшую, высохшую землю, не в силах оторвать взгляд.

Шаренте Клаун молчал.

***

- Что это за чертовщина?

- Ты видел что-то подобное раньше?

- Это новое испытание?

Когда изменилась комната Шаренте Клауна, в Колизее поднялся шум.

Это уже второй раз, когда происходят подобные изменения.

Все перестали отводить взгляд от его голограммы ещё с того момента, как вечно беззаботный стражник лабиринта впервые вышел из себя.

Затаив дыхание, они наблюдали за четвёртым испытанием, которое снова изменилось самым странным образом.

Хотя этот ритуал проходил регулярно, подобное случилось впервые.

Разговоры были настолько громкими, что даже Император услышал их.

Рядом сидящая Императрица Эсмеральда нахмурилась под вуалью.

- Император, вы вмешивались в подготовку этого испытания?

- Нет. Думаю, это работа стражника лабиринта…

Она слегка нахмурилась.

- Стражник создан так, чтобы в определённой степени принимать собственные решения. Однако он не выйдет за пределы дозволенного.

Император кивнул, услышав её объяснение.

Эсмеральда была хорошо знакома с магией.

Хотя её способности заключались скорее в изучении магических теорий, чем в практическом применении, знаний у неё было достаточно.

- Этот ребёнок был интересен ещё с тех пор, как мы впервые увидели его в руинах…

- Хи-хи, но меня больше беспокоит, что Шаренте Клаун рассердился.

Выслушав Императрицу, Император тихо усмехнулся. Он протянул руку, обнял её за талию и слегка притянул к себе.

Обычно для Императора и Императрицы готовили отдельные места, но он настоял на том, чтобы сидеть рядом. Формальной причиной было то, что за её слабым здоровьем нужно следить. Разумеется, возразить против этого никто не мог.

- Вам нравится обучать младшую из рода Клаунов?

- Да, она очень умна, хоть и немного расчётлива. Но, похоже, ей действительно нравится учёба, и это радует.

- Это хорошо.

Император позволил ей удобно устроиться рядом и вновь перевёл взгляд на магический экран.

Собравшиеся в Колизее замерли, наблюдая за Шаренте Клауном и Шериной Клаун.

Когда Шерина самодовольно связала уши кролику, впервые в истории разозлив Хранителя Лабиринта, весь Колизей разразился смехом. Похоже, сегодня уже определился победитель особой награды.

«Этот ребёнок... довольно странный.»

Когда она находила дорогу в руинах, невозможно было просто списать это на «она слышала голос руин».

А ещё она без колебаний взялась за меч и убила грифона.

«Говорят, её просто оставили на попечение горничной.»

Для гордого рода Клаунов она была проблемой — бастардом, рождённым вне семьи, неизвестно от кого.

Когда провели расследование, оказалось, что её прошлое вовсе не походило на детское.

Использование магии — это одно, но она даже пыталась убить других детей… пытками.

А ещё сбежала и долгое время водила Шаренте Клауна за нос.

«И главное — владелица артефакта.»

Ребёнок, который едва появился на свет, не мог соответствовать условиям для обладания артефактом.

Но когда она им воспользовалась, от неё исходила такая злоба и жажда убийства, что в это невозможно было поверить.

- Любопытно.

- Что именно?

- Кем же на самом деле является Шерина Клаун?

И почему Шаренте Клаун, который наверняка чувствует эту странность куда сильнее, чем он, делает вид, будто ничего не происходит?

- Я подумываю о том, чтобы обручить её с принцем. Что скажете, Императрица?

- Похоже, его это не интересует.

- Вот как.

Император, услышав её мгновенный ответ, слегка улыбнулся и пожал плечами, будто в разочаровании.

Медленно повернув голову, он взглянул на одного из магов, находившихся в Колизее.

Что-то в нём показалось странным.

«…Он не из Силопии и не придворный маг.»

Впервые увидев его, он был другим.

Незнакомец в чёрном плаще запрокинул голову, глядя на магический экран. Точнее, на экран, где транслировались события, связанные с родом Клаунов.

Тот, кто стоял там изначально, был другим человеком.

Этот человек явно проник сюда незаметно, несмотря на огромное количество людей.

Император едва заметно шевельнул пальцами.

Тут же, не производя ни звука, из тени возникла фигура. Почувствовав его взгляд, она мгновенно исчезла. Всё произошло за долю секунды.

Император медленно повернул голову и снова посмотрел на магический экран.

Шаренте Клаун и Шерина Клаун по-прежнему стояли на месте, словно ничего не изменилось.

Кроме ещё более опустошённой, засохшей земли, ничего не изменилось.

***

- Дядя, ты злишься?

- Я же сказал, что не знаю.

Как вообще можно не знать, злишься ты или нет?

Я собиралась что-то сказать, возмущённо подняв голову, но тут из потрескавшейся земли вдруг выскочило существо, похожее на крота. И едва оно появилось, даже те немногочисленные клочки плодородной почвы начали стремительно иссыхать.

Крот метался из стороны в сторону, жадно поедая землю. Всё, что он переварил, тут же выходило обратно.

Проблема была в том, что его экскременты больше напоминали песок – он поглощал все полезные вещества, оставляя бесплодную пыль.

- Что за чертовщина?!

- …

Я вскрикнула от ужаса, но Шаренте Клаун промолчал.

Я вспомнила надпись, что видела ранее. Там ведь говорилось о штрафе за ложь.

Значит, он солгал.

- Ты сказаль ложь!

- …

На его лице мелькнула тень замешательства, но он тут же безмолвно выхватил меч и одним ударом разрубил крота.

Шлёп.

Половина оставшейся плодородной земли превратилась в сухую пустошь.

Я опустилась на колени, чувствуя полное отчаяние.

С чего мне вообще начинать?! Как можно создать сад с помощью вопросов и ответов?!

Меня затрясло от злости.

Но, решив для начала попробовать что-то простое, я задала следующий вопрос:

- Дядя, ты любишь мясо?

- …Да, в общем-то, да.

Неожиданно.

Я думала, он предпочитает что-то более изысканное – рыбу, овощи…

И тут внезапно почва, только что пересохшая, начала восстанавливать свой прежний вид.

Она снова стала плодородной.

- Получилось!

Я вскочила и радостно хлопнула Шаренте Клауна по ноге.

Тот чуть отступил назад и раздражённо цокнул языком, но в итоге кивнул.

- Теперь твоя очередь!

- …Какую еду ты любишь?

Он задал этот вопрос с явной неохотой, голос его был тяжёлым, словно ему приходилось глотать нечто горькое.

Честно говоря, если бы у него не хватало терпения, он, наверное, уже достал бы меч и попытался разрушить это место силой.

Что я люблю есть?

Хм… я почти ничего не пробовала.

«Считается ли десерт за еду?»

В Башне Магов я ела в основном хлеб и зелья для восполнения энергии.

Иногда бывала на банкетах, но, как правило, брала только салаты.

Так что с уверенностью могу сказать: мне не нравилось вообще ничего.

- Пудинг с клубничным желе?

- …Понятно.

Как только я ответила, на плодородной почве начали прорастать семена. Мне даже не пришлось их сажать – они сами заняли свои места в земле.

«Как и ожидалось, благородный стиль озеленения…»

Всё происходило само по себе, без участия человека – в духе аристократии. Впрочем, трудно было представить себе Шаренте Клауна, копающего землю маленькой лопаткой и вручную сажающего семена.

«Но если за одно-единственное взаимодействие мы продвинулись всего на столько, то сколько ещё вопросов и ответов предстоит?»

Процесс шёл слишком медленно.

А главное – я просто не знала, о чём ещё спросить.

Я прикусила губу и принялась судорожно соображать.

- Хм... А есть любимые цветы?

- Цветы?

- Цветы!

- А.

Шаренте Клаун тихо выдохнул, словно вспомнив что-то. После небольшой паузы он заговорил:

- Розы.

- Розы?

- Да, больше всего мне нравятся синие розы.

На этот раз в центре сада появился саженец дерева.

Так, задавая друг другу вопросы, мы продолжали разговор.

Большинство вопросов были поверхностными – про любимых людей, напитки, цвета, погоду...

Вещи не слишком значимые.

Я не вдавалась в детали, и он тоже не задавал мне серьёзных вопросов.

Хотя я была уверена – ему есть о чём меня спросить.

На его месте я бы воспользовалась ситуацией.

Но он этого не делал.

- Тебе совсем не любопытно узнать что-то обо мне?

Шаренте Клаун не стал отшучиваться.

Мы уже несколько раз допускали оговорки или говорили неправду, из-за чего появлялись монстры, и сад приходил в беспорядок.

Сейчас, хоть цветы ещё не распустились, место уже начало походить на настоящий сад.

Он обдумывал мой вопрос, долго молчал.

А затем ответил:

- Любопытно.

Как только он это сказал, бутоны цветов начали раскрываться.

- Но если бы ты хотела что-то мне сказать, ты бы сделала это сама. Думаешь, если я заставлю тебя, ты расскажешь?

Сказав это, он задал встречный вопрос и сел под сенью дерева.

Я удивилась – не ожидала, что он так просто присядет на землю, даже если рядом не было нормального сиденья.

Но мои ноги тоже устали, так что я опустилась рядом.

- Нет.

Я покачала головой.

Слишком многое я не могла сказать, даже если бы он меня заставил.

Наверное, зря я вообще затронула эту тему.

У меня было ощущение, что теперь Шаренте Клаун не отступит.

«Теперь моя очередь.»

Но я уже не знала, о чём ещё спрашивать.

Казалось, что теперь можно двигаться только в ту область, куда я совсем не хотела заходить.

Да, это был не тот путь, которым я хотела идти.

- О чём ты сейчас думаешь?

После долгих раздумий я задала самый простой вопрос.

Шаренте Клаун слегка скривил губы. Он молча смотрел на меня сверху вниз.

Не похоже, чтобы он собирался отводить взгляд.

- О том, какую ложь ты мне сказала. О том, каким я являюсь в твоих кошмарах. О том, кто ты на самом деле.

Его губы двигались медленно, словно время вдруг замедлилось вдвое.

Он по-прежнему сохранял на лице лёгкую улыбку, будто оставаясь невозмутимым.

Но его голос, звучащий так спокойно и мягко, был похож на зверя, который затаился перед броском на добычу.

- Вот о чём я думаю.

С этими словами он замолчал.

Теперь настала его очередь задавать вопрос.

Но Шаренте Клаун долго молчал, словно сам не знал, о чём спросить.

Честно говоря, я уже давно перестала думать о победе.

Я просто хотела выбраться отсюда.

Сад был почти завершён.

Если не считать отсутствия бабочек, пчёл и насекомых, он выглядел идеальным.

Наверное, осталось всего два или три вопроса, и всё закончится.

- А о чём ты сейчас думаешь?

Вместо сложного вопроса он просто повторил мой.

Я крепко сжала губы и даже забыла дышать.

Если я не отвечу, всё, что мы сделали до этого, окажется напрасным.

- …

- …

Шаренте Клаун молча ждал, скрестив руки.

Я не могла солгать.

Я не могла промолчать.

Чтобы двигаться дальше, мне пришлось сказать правду.

Я сама пересекла ту черту, которую раньше не хотела переступать.

Наконец, я открыла рот.

- Я думаю… что будет, если ты вдруг спросишь меня о том, о чём только что сам говорил.

Порх.

Бабочка вспорхнула и пролетела мимо меня.

Сад, похоже, завершился.

Я медленно выдохнула.

Осталось совсем немного.

- Почему ты тогда пришёл за мной?

Если бы он не искал меня в детском приюте, мы бы просто разошлись.

Зачем он потратил столько сил и времени, чтобы найти меня?

Я по-прежнему не могла понять Шаренте Клауна.

Я избегала этого вопроса, потому что мне было проще считать, что он искал меня по какой-то логичной причине.

Я сама наложила на себя оковы, чтобы не питать даже малейшей надежды.

- Я боялся, что ты умрёшь, не понимая, как устроен этот мир. И думал, что если оставлю тебя, то пожалею об этом. А я не делаю того, о чём могу потом пожалеть.

Ну и высокомерная причина.

- Я тебе противен, Шерина?

Ответив на мой вопрос, он тут же задал свой.

Возможно, для него это был самый важный вопрос.

А для меня — тот, на который меньше всего хотелось отвечать.

Но игра ещё не окончена.

Я должна была ответить.

На вопрос, который я не хотела признавать.

Дать ответ, который не хотела, чтобы он знал.

- …Нет.

Я покачала головой.

- Ты мне не противен.

К несчастью… или, возможно, к полнейшему отчаянию, я раскрыла свои истинные чувства перед тем, перед кем меньше всего хотела это сделать. Тем, кого больше всего не любила и кто вызывал у меня наибольшее отвращение.

В центре сада появилась дверь.

Игра, похоже, закончилась.

Выход был только один.

Похоже, это и был финал.

- Пойдём, дядя.

Я сделала вид, что ничего не произошло, и развернулась.

Но Шаренте Клаун не сдвинулся с места.

- Ты правда меня не ненавидишь?

Словно услышав что-то невероятное, он долго молчал, а затем переспросил.

Нам нужно уходить.

Почему он не идёт?

Я сжала губы, недовольно глядя на него, но Шаренте Клаун не сдвинулся ни на шаг.

- Да, не ненавижу. Или, если сказать иначе… можно сказать, что ты мне даже нравишься.

Я повторила его собственные слова, сказанные мне ранее.

И тут его застывшее выражение лица вдруг расслабилось.

Строгость исчезла в один миг.

- Чёрт возьми.

Он усмехнулся, будто не зная, что ещё сказать.

Шаренте Клаун шагнул вперёд и обхватил меня одной рукой.

Внезапно я оказалась на высоте.

Он выглядел довольным.

- Ты тоже не можешь быть честной, да?

- …Но я честнее тебя.

- Ну, пусть будет так. Оба одинаково нечестные.

Он понёс меня к выходу.

Идти самой было бы не так уж плохо, но, если подумать, ноги у меня всё равно болели… так что, быть на руках у него — тоже неплохой вариант.

- Глупая, упрямая и невыносимая девчонка — таких я точно терпеть не могу…

Что ж, вот это уже совершенно не похоже на привязанность.

Забираю свои слова обратно!

Я тоже тебя ненавижу!

Ты мне жутко не нравишься!

Шаренте Клаун, ты болван, тупица, медуза, морская звезда, дворняга, жирный котяра!

Чёрт, ты и правда похож на недоделанного льва!

- Но прямо сейчас… я тоже не могу сказать, что ты мне не нравишься.

- …

- Или, если сказать иначе… ты мне даже нравишься.

Услышав его слова, я тут же перестала его мысленно обзывать.

И осторожно убрала в сторону все ругательства, которые только что прокручивала у себя в голове.

- Так что, даже если ты будешь глупой, даже если останешься упрямой, даже если не будешь приносить никакой пользы… всё равно, ты Клаун.

Шаренте Клаун шагал по длинному коридору, неся меня на руках.

- …

- Я даю тебе слово. Ты останешься Клауном до самой смерти.

Что-то в груди вдруг пронзило, как удар молнии.

Странное чувство.

Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного.

Если бы передо мной было зеркало, я бы, наверное, увидела, насколько глупым сейчас у меня было лицо.

- Я признаю тебя, Шерина Клаун.

- …

- Ты полноправная Клаун.

- …

- С этого момента каждое слово, которое ты произнесёшь, будет иметь власть над домом Клаун.

Может, с ним что-то случилось в том лабиринте?

Может, он там повредился головой?

Ведь иначе он бы никогда не сказал подобного.

Человек, который никогда не интересовался ничем, кроме своего рода.

- Однажды твоя слава возвысит имя Клаунов, а твои ошибки будет нести сам род Клаун. Но тебе не нужно спешить взрослеть.

- …

- Позволь себе плакать, позволять себе капризничать, жить так, как хочешь.

- …

- Те, у кого не было детства, слишком быстро увядают и высыхают.

Безразличный, но в то же время проникновенный голос заставил меня невольно скривиться.

Когда-то я проводила эксперимент. Для разработки зелья я выращивала два цветка.

Один я посадила в горшок, поставила в место, где хорошо циркулировал воздух, и ухаживала за ним, давая воду, солнечный свет и удобрения в нужном количестве.

Другой я посадила просто в землю, в похожих условиях, но вместо удобрений использовала стимулятор роста.

Сначала тот, что был обработан стимулятором, рос быстрее.

Но спустя несколько месяцев, когда я снова проверила их, оказалось, что цветок, который получал обычные удобрения, вырос больше и крепче.

Тот, что подвергся стимулятору роста, внешне казался сильным, но у него были тонкие стебли и слабые листья, а малейшее прикосновение заставляло его сильно качаться. Вскоре он быстро завял.

А цветок, выращенный на удобрениях, прожил намного дольше. Он сумел рассыпать свои семена, медленно завял и стал удобрением для следующих цветов.

Когда я смотрела на этот засохший, безжизненный цветок, о чём я тогда думала?

Кажется, мне показалось, что он похож на меня.

Потому что как раз в то время я осознала, что моя чёрная магия пожирает меня изнутри.

Это была расплата за стремление к быстрому усилению.

Но я никогда не винила за это кого-то.

Никогда не жалела.

Это был мой выбор, так кого же мне винить?

И всё же, почему слова Шаренте Клауна так сильно потрясли меня?

Я опустила голову, стараясь скрыть затуманенный взгляд.

Конец длинного коридора был уже близко.

Он вынес меня наружу.

Стоило оказаться за пределами этого удушающего пространства, как свежий воздух приятно коснулся кончика моего носа.

Колизей.

- УООООО!!!

Со всех сторон раздавались громкие крики.

Но даже на них у меня не было сил реагировать.

Я просто безвольно лежала в его объятиях.

Что ещё мне нужно было, чтобы стать взрослой?

- Для такого сложного испытания ты выбралась довольно быстро, герцог Клаун. Но, к сожалению, ты только второй.

Я повернула голову и увидела графа Дешеля и его дочь, стоящих рядом и улыбающихся. Судя по их возбуждённым лицам, им это было очень весело.

- Чёртов кролик…

Кажется, отныне я буду ненавидеть всех кроликов.

Ну зачем было выкапывать такие неприятные вещи, даже если они пытались подстроиться под мой уровень?

- Дядя.

- Что?

- Мы не заняли первое место.

- Неважно. Если учесть, что твой брат занял предпоследнее место, ты справилась довольно хорошо.

Я удивлённо распахнула глаза от его беспечного ответа.

Этот плакса Кайшан…

Хотя в последнее время он старался держать осанку и вёл себя уверенно, выходит, он действительно терпел много неудач.

- И я тоже занял второе место.

Шаренте Клаун пробормотал это таким тихим голосом, будто сам не хотел говорить.

Если бы я узнала, что Кайшан оказался последним, я бы не удивилась так сильно.

Но Шаренте Клаун, этот гордец, на втором месте?

В это сложно поверить.

- Первым был Баллиан. Из-за совпадения сроков я пошёл с отцом, а Баллиан — с матерью.

- Ч-что?

На мои слова Шаренте Клаун тут же нахмурился и поставил меня на землю.

Что за дело? Выходит, в детстве этот ледяной человек, казавшийся бесчеловечным, всё-таки был похож на обычного человека.

«Я думала, что он просто хулиган, но, похоже, Баллиан тоже был довольно хорош.»

Само испытание не было сложным, но для ребёнка оно могло оказаться трудным. Конечно, существовали разные способы его прохождения.

В тот день первое место мне не досталось, но я смогла получить особую награду за преодоление сложного уровня.

Сразу после этого меня усадили в роскошную комнату ожидания в Колизее. Видимо, возникли какие-то проблемы, потому что Император вызвал Шаренте Клауна и Дешара Клауна.

Комната была такой же шикарной, как покои знати: мягкие ковры, диваны и множество закусок.

- Его Величество позвал меня, так что я ненадолго отлучусь. Оставайся здесь и не выходи.

- Поняла.

- Кайшан, побудь с Шериной. Следи за тем, чтобы она никуда не ушла.

- Да, отец.

Видимо, мой ответ показался ему ненадёжным, потому что он не только оставил Кайшана со мной, но и поставил перед дверью двух рыцарей из королевской гвардии, прежде чем спокойно удалиться.

Окна и двери были плотно закрыты. Что ж, он явно мне не доверял. Но куда бы я вообще могла уйти?

Я раздражённо плюхнулась на диван.

Кайшан осторожно подошёл ко мне и незаметно подложил свои ноги под мою голову.

Что это, он хотел сделать мне подушку из коленей? Он продолжал украдкой смотреть на меня.

- Кайшан.

- Да, Шерина?

- Хочу шоколадное печенье.

- Сейчас принесу, подожди!

Хотя мог бы просто позвать служанку, он вскочил сам. В результате моя голова, лежавшая на его коленях, резко упала на диван.

То ли он невнимательный, то ли ему просто плевать.

Меня стало клонить в сон.

Почему я так устала?

Лёгкий ветерок проникал сквозь приоткрытое окно, солнечные лучи приятно согревали.

Я уже собиралась закрыть глаза, как вдруг почувствовала что-то странное и резко открыла их.

«Ветер? Откуда?»

Я отчётливо помнила, что после ухода Шаренте Клауна не только дверь, но и все окна были плотно закрыты, создавая ощущение удушающей тесноты.

Я села, пытаясь выпрямиться, и увидела Кайшана, который беззаботно раскладывал печенье на столе.

- Кайшан!

- А?

- Иди сюда...

Я протянула руку, собираясь его подозвать, но вдруг его зрачки резко сузились, вытянувшись вертикально.

В следующий момент он исчез из моего поля зрения.

И вдруг оказался прямо передо мной.

Протягивая ко мне руку, он вытащил короткий меч, болтавшийся у него на поясе словно украшение.

Этот жест... Он был точь-в-точь как у Шаренте Клауна.

- Шерина!

Придя в себя, я осознала, что оказалась в объятиях Кайшана, перекатываясь по полу.

Кайшан оттолкнул меня назад и заслонил собой, направив меч вперёд.

- Хоть и мелковат, но всё же Клаун. Настоящий зверь.

Знакомый голос отозвался эхом в ушах.

Кайшан, чьи зрачки вытянулись вертикально, как у зверя, тяжело дышал, словно взволнованный.

В воздухе витала режущая дыхание убийственная аура. К тому же чёрная энергия, окутывающая его…

«…Чёрный маг.»

Я была уверена — это тот самый мужчина, которого я встречала тогда. Единственный, в ком ощущалась такая сильная тёмная энергия. Даже более зловещая, чем у Данталлиона.

«Почему именно сегодня…»

Стоило лишь пережить этот день, и я могла бы взять с собой Джейсо в качестве охранника.

Вокруг мужчины бушевала чёрная магия. Несмотря на весь шум, охрана так и не ворвалась в комнату.

- Шерина, беги.

Пальцы Кайшана, сжимающие меч, дрожали.

«Бежать? Но как?»

Как я могла убежать, оставив его здесь? Если он умрёт, Шаренте Клаун убьёт и меня.

Я крепко схватилась за край его одежды, лихорадочно перебирая варианты.

На моём запястье было магическое браслет с камнем, подаренный Шаренте Клауном.

«Этот человек всегда просчитывает всё наперёд…»

Вот почему даже в прошлом, когда я была Хэллой, мне казалось, что он — просто несносная заноза.

Кайшан пригнулся, напряг ноги и, словно пружина, взмыл в воздух, нанося стремительный удар мечом.

- Не-е-ет…!

Этот противник был слишком силён, чтобы Кайшан мог его одолеть.

Если бы это был обычный наёмник или рыцарь, шансы ещё оставались бы…

«Неуловимый клинок, избегай тысячи глаз, устраняй убийственный настрой и защищай пламя!»

Я быстро прочла заклинание в уме.

- <Шефец Четтер!>

Как только я закончила произносить заклинание, вокруг Кайшана возник мягкий барьер из ветра.

Я слишком сильно использовала силу магического камня, превышая пределы своей энергии.

Шестигранный магический кристалл на браслете треснул, а сам браслет порвался.

Тук.

Браслет упал на пол, и я горько усмехнулась.

«Ну и прочность…»

Чёртов Шаренте Клаун. Если уж давать подарок, то хотя бы нормальный.

Меня стало мутить, будто перекрыло дыхание. В груди поднялось что-то тяжёлое, я постучала по ней кулаком.

В это время из руки мужчины в мантии сформировалась змея из чёрной магии и устремилась к Кайшану.

Кайшан резко развернулся в воздухе, но атак было слишком много.

Одна из змей, капая ядовитой слюной, метнулась к его горлу.

- Чёрт…!

В тот момент, когда змея уже собиралась вонзить клыки, из прозрачного барьера вокруг Кайшана вырвались лезвия ветра и разрезали змею пополам.

Мужчина в мантии тихо вздохнул, затем резко схватил Кайшана за шею и потянул к себе.

Пах! Пах-пах!

Мой защитный барьер сталкивался с пропитанной зловещей энергией, сосредоточенной в руке мужчины, выбрасывая искры.

Его сила постепенно ослабляла мой щит.

Пальцы мужчины сжимались всё крепче. Казалось, ещё немного — и шея Кайшана сломается. Как только барьер рухнет, его жизнь оборвётся вместе с ним.

- У… ха… ди!

- Ты мне нужна, малышка. А этот Клаун слишком старается тебя защитить, и это стало раздражать. Я пытался заполучить пару других детей-магов, но их “износостойкость” оказалась никудышной.

«Что за бред? Как будто я вещь, которая должна быть прочной! Да и вообще, дети по определению мягкие, как губки!»

- Сомневаюсь, что кто-то из них оказался бы столь же выносливым, как ты.

С этими словами он медленно скинул капюшон.

Алые глаза, смуглая кожа, будто покрытая загаром, и ослепительно серебристые волосы.

«Для злодея он выглядит слишком… прилично.»

Слишком нормальное лицо для человека, несущего подобную чушь. Но именно такие — невинные на вид, с ангельской внешностью — оказываются самыми опасными.

В его тёмных, мёртвых глазах не было ни капли жизни, только глубокая скука, смешанная с любопытством.

- Шерина! Беги!

Кайшан извивался, пытаясь вырваться, но его одной рукой сдерживали без малейших усилий.

Он даже царапины не смог оставить на противнике. Их разница в силе и опыте была просто колоссальной.

Если бы здесь был хотя бы Шаренте Клаун, шансы могли бы появиться.

Или если бы у меня была та корона — я бы смогла его победить.

«Или хотя бы сбежать.»

Но несмотря на весь этот шум, никто так и не пришёл.

Шаренте Клаун должен был уже вернуться, но где он?

- Если пойдёшь со мной добровольно, обещаю, что не убью маленького Клауна.

- Что ты сделал?!

- Просто слегка сместил их восприятие времени. Они переживают один и тот же момент несколько раз и даже не осознают, насколько оно продвинулось вперёд.

Мне казалось, что у меня есть выбор.

Но на самом деле его не было.

Я могла пойти с ним сама.

Либо он убьёт Кайшана и всё равно заберёт меня силой.

Оставалось только надеяться, что Шаренте Клаун поймёт, что происходит, и придёт.

- Играть со временем — моя особенность.

Вот только встретить мага, управляющего временем, мне точно не хотелось.

Я вытащила магический камень из своего кармана.

Как минимум, я должна была спасти Кайшана.

«Меня-то ладно… но он ещё слишком мал.»

А если Шарент Клаун взбесится, он может разрушить всё и потерять улики.

Лучше сначала помочь ему бежать.

«…Я справлюсь.»

Если использовать Кайшана как проводник, всё можно сделать быстро.

Проблема в том, что этот мужчина вряд ли будет спокойно стоять и ждать, пока я произнесу заклинание.

- Эй!

Я резко вскинула руку вверх.

Мужчина, внимательно следивший за мной, прищурился.

Я не могла избавиться от ощущения, будто он насквозь видит все мои мысли. Несмотря на странное чувство, я терпеливо ждала его ответа.

- А?

- Можно мне использовать только одно заклинание?

Я прямо попросила его. Было очевидно, что он испытывал ко мне интерес, а мне нужно было во что бы то ни стало спасти Кайшана.

Его взгляд стал холоднее, будто он хотел посмотреть, насколько далеко я зайду.

- Очаровательно.

«Скажи уже «отвратительно».»

Из его уст это звучало просто неуместно.

Он на мгновение задумался, но затем без колебаний кивнул.

- Не знаю, что ты задумала, но попробуй.

Как только он дал разрешение, я тут же переключила внимание на Кайшана. Тот уже почти обмяк, словно вымотался от бесполезных попыток вырваться.

«Ограничения замкнутого пространства, клятва, преодолевающая время, путь, скрытый под неприкосновенной землёй, откройся и перенеси связанную дыханием душу».

Я повторяла заклинание в уме, чтобы он не услышал.

Магическая энергия, проходя через магический камень, начала медленно циркулировать внутри меня. Я крепко зажмурилась, ожидая, пока она соберётся.

- <Аратц Абал.>

Это было древнее заклинание принудительного перемещения. Оно позволяло насильно перенести кого-то в другое место.

Когда я закончила произносить заклинание, мужчина резко распахнул глаза, осознав, что я что-то замышляю. Он тут же двинулся, чтобы остановить Кайшана, но я закончила первой.

- …Ты меня провела.

Его губы изогнулись в странной улыбке, но голос звучал раздражённо. Его выражение и интонация были настолько противоречивыми, что я не могла понять его истинные эмоции.

- Твоя тёмная магия выросла с того момента, как мы встретились в приюте. Стала насыщеннее… но тебе ещё далеко.

Я плотно сжала губы.

«Конечно, ведь я убила всего троих.»

Чтобы усилить тёмную магию, требовались души, наполненные злобой и ненавистью. Это был самый быстрый способ.

- Не хочу больше терять время, так что пойдём.

Его рука потянулась ко мне.

Из-за чрезмерного использования магии в теле совсем не осталось сил.

К тому же, принудительное перемещение, по сути, было заклинанием высшего уровня для меня, поэтому неудивительно, что я едва держалась на ногах.

«Ладно. По крайней мере, я не умру.»

Но почему меня всё время хотят похитить всякие психопаты?

Говорят, подобное притягивается к подобному… Может, проблема во мне?

Его рука вот-вот схватила бы меня за шею…

- Дважды попасться на уловки никчёмных ублюдков…

Где-то в углу комнаты раздались тяжёлые шаги.

Когда он успел войти?

Шаренте Клаун медленно вышел вперёд, его лицо было искажено яростью.

Обычно его гнев был холодным, словно лёд, но сейчас он напоминал кипящую лаву.

- Мне настолько мерзко, будто я в грязи извалялся.

На его руке вздулись вены, сжатые пальцы крепко держали копьё.

Его выражение лица было таким яростным, что я не могла подобрать слов.

Вокруг него вспыхивали искры, электричество окутывало копьё, и казалось, что одно прикосновение к нему могло убить.

- Значит, ты главарь тех, кто приходил тогда.

- …Вот же черт.

Он тихо цокнул языком и выпрямился.

- Не ожидал, что мы встретимся так. И, к тому же, мы просто сотрудничаем, я не его главарь.

«Он знаком с Данталлионом?»

Но он мне об этом ни словом не обмолвился.

У меня начала болеть голова.

- Не понимаю, почему ты охотишься за этим ребенком.

Шаренте Клаун медленно подошел ближе.

Мужчина в мантии, который не отступал ни на шаг передо мной и Кайшаном, теперь попятился назад.

Рука, которая мгновение назад должна была схватить меня за горло, исчезла.

- Шерина, иди сюда.

Я замешкалась, но мужчина в мантии заговорил первым.

- У тебя ведь уже есть сын. Не мог бы ты отдать мне эту девочку? Она нужна мне. Я не собираюсь ее убивать. Если хочешь, я даже могу хорошо о ней позаботиться…

Копье Шаренте Клауна в одно мгновение пронеслось сквозь то место, где только что была шея мужчины в мантии.

- Это само по себе уже высокомерие и тупая мысль негодного глупца.

С его холодными словами тело мужчины на мгновение распалось, но затем снова обрело прежнюю форму.

Когда копье удалилось, размытая фигура снова обрела четкость.

- Иллюзия?

- Это скорее магия высшего уровня.

В его голосе звучала странная глубина.

Он был абсолютно бесчувственным, как будто все эмоции были вырезаны из его речи.

Он равнодушно посмотрел на меня, а затем медленно отвернулся.

Его тусклые, безжизненные глаза были такими мутными, что даже я не отражалась в них.

Когда он говорил со мной, он хоть немного напоминал человека… но теперь это ощущение исчезло.

- Пока что у меня есть время, поэтому я отступлю.

- …

- Зачем я тебе нужна?

Шаренте Клаун крепко прижал меня к себе.

Тем временем тело мужчины в мантии начало постепенно растворяться.

Я не особо рассчитывала на ответ, но он долго смотрел на меня, прежде чем приоткрыть губы.

- Ради Силлопии… ради уничтожения магов.

От неожиданного ответа меня пробрала дрожь.

- Ч-что ты несёшь…?

- Меня зовут Асмадеус. До встречи.

Его силуэт полностью исчез.

Будто его и не существовало изначально.

Его глухой, мертвый голос не звучал, как простая игра слов.

Это не было юношеским вызовом, полным самоуверенности.

Мурашки пробежали по коже, и меня охватил холод.

Шарент Клаун внимательно меня осмотрел, затем устало вздохнул.

- Почему ты всегда вляпываешься в такое…

- …

- Ты не ранена?

- Нет.

«Не знаю, я ведь не нарочно во всё это влипаю. Я не хочу пересекаться с такими психами…»

- Если уж убегать, то делай это вместе. Почему ты отправила Кайшана одного?

- Потому что я… слабая.

Мне не хватило сил, чтобы справиться.

Мысли в голове путались из-за этого Асмадеуса или как его там.

Я посмотрела на выражение лица Шаренте Клауна и тоже вздохнула.

- С Кайшаном всё в порядке?

- …В порядке. Но в следующий раз, если сможешь убежать, убегай сама. Не пытайся глупо жертвовать собой. Кайшан так просто не погибнет. Он не такой, как ты, он наполовину…

Шаренте Клаун не закончил фразу, осёкся на полуслове.

Его взгляд на мгновение задержался на мне, но вскоре отвёл его в сторону.

Я тихо смотрела на него, а потом натянуто улыбнулась и кивнула.

- Поняла.

- Я имею в виду…

Шаренте Клаун раздражённо цокнул языком.

Но меня это не особо удивило. Полукровка я или нет — суть от этого не меняется.

«Ну да, я ведь и не была обычной с самого начала.»

Наверное, в этом роду есть какие-то тайны, о которых мне не говорят.

Что-то, связанное с "половинками".

- Ах, я задыхаюсь. Опусти меня, мне нужно выйти.

Я нарочито беспечно потянулась и сказала это с равнодушным видом.

Шаренте Клаун без лишних слов опустил меня на пол.

Ну уж нет, не собираюсь становиться ещё одним человеком из рода Клаунов, это слишком грязно и нечестно.

- Прости, что не смог прийти сразу.

- Всё нормально.

Это ведь не в первый раз, так что жаловаться не было смысла.

Шаренте Клаун снова тихо цокнул языком и отвернулся.

Я шла за ним, держа дистанцию в несколько шагов.

***

- Ше… рина, я слышал, у тебя что-то случилось?

С самого утра Джейсо ворвался ко мне и сунул лицо прямо перед моим.

«Что этот мелкий вытворяет с утра пораньше?»

Всё ещё находясь в полусонном состоянии, я машинально пошарила рукой в воздухе.

И тут моя рука наткнулась на его ладонь — грубую, но тёплую.

Я медленно открыла глаза.

- Ты в порядке?

Раздался его типично нагловатый голос.

Я медленно кивнула.

Как раз хотела его кое о чём спросить.

- Ты знаешь кого-нибудь по имени Асмадеус?

Его зрачки расширились.

Глядя в его алые глаза, я невольно вспомнила такие же красные глаза Асмадеуса.

Красные глаза не редкость, но его взгляд был особенно мутным.

По сравнению с ним, взгляд Джейсо выглядел даже нормальным.

- Лично никогда не видел. Я ведь не так свободен, как Лидер, и вообще впервые выбрался наружу.

Джейсо сказал это с полной невозмутимостью.

А вот мне от его слов стало как-то не по себе.

«Впервые?»

Значит, он долгое время был где-то заперт?

- Но имя слышал. Думаю, Лидер знает больше. А ты откуда о нём узнала? Неужели он и есть тот, кто напал на тебя?

- Угу.

- Хм, вот оно как. Ну, хорошо, что ты цела.

Джейсо схватил меня за руки, поднял в воздух и начал встряхивать, осматривая со всех сторон.

После этого он удовлетворённо кивнул.

- Ай!

- Больно? Серьёзно?

Он удивлённо посмотрел на меня, одновременно схватив и выкручивая свой собственный кусок кожи.

Даже когда его кожа покраснела, выражение лица Джейсо ни капли не изменилось.

Будто он вообще не чувствует боли.

Глядя, как он с недоумением наклоняет голову, я невольно скривилась.

- Ах, тебе действительно больно. Прости, не знал. Совсем слабачка у нас… Ладно, в следующий раз буду осторожнее.

Он весело улыбнулся.

Такой естественной и свободной улыбки я давно не видела.

Похоже, он действительно не понимал, что мне может быть больно.

Наверное, из-за нехватки жизненного опыта?

- Почему ты спрашивала про Асмадеуса?

- ...Неважно.

Я хотела спросить, что они с ним замышляют, но Джейсо вряд ли дал бы мне вразумительный ответ.

Я тяжело вздохнула и отвернулась.

Ну и ладно, я уже узнала, что хотела.

- Ты знаешь, что ты мой личный рыцарь?

- Мне просто нужно тебя охранять, да? Пока ты не вырастешь.

- ...

И Данталион, и этот тип…

Почему они оба говорят "пока не вырастешь"?

И почему это слово звучит так снисходительно?

- Сегодня я ухожу.

- Уходишь?

- Выхожу наружу!

Я раздражённо закричала, и Джейсо только тогда протянул протяжное "А-а", а потом ухмыльнулся.

- Отлично!

С радостной, почти детской улыбкой он сказал, что пойдёт за разрешением, и убежал.

«Эй, мне самой ещё разрешения не дали.»

Вроде бы, в той организации он играл роль серьёзного человека, но сейчас вёл себя как ребёнок.

А так можно было?

Ну, в любом случае, это его дело.

Хотя, если подумать, он же числится в моём подчинении…

Я покачала головой, отгоняя лишние мысли.

Джейсо справится сам.

Проблема сейчас не в нём, а во мне.

«Шарент Клаун или Дешар Клаун? Кого проще уговорить?»

Я болтала ногами, пока размышляла.

Свесившиеся с кровати ноги раскачивались в воздухе.

Мне обязательно нужно выйти, но Шаренте Клаун вряд ли легко даст мне разрешение.

«Тогда Дешар Клаун.»

Стоит только сорвать цветочек, захихикать и сделать невинное лицо — и он разрешит.

Придя к такому выводу, я выдернула цветок из ближайшего горшка.

Но, посмотрев на корни, поняла, что это выглядит слишком неряшливо, и оторвала их.

Сжимая теперь аккуратный цветок в руке, я направилась в кабинет Дешара Клауна.

Кабинеты Шаренте и Дешара находились на первом этаже, но были на некотором расстоянии друг от друга.

А после обеда они с высокой вероятностью сидели у себя.

Как и ожидалось, перед дверью стоял охранник.

- Леди, вы пришли на встречу с Его Светлостью?

- Угу. Дедушка тут?

- Да, он здесь. Можете войти.

Услышав это, рыцарь тут же потянулся к двери, даже не спрашивая разрешения у того, кто внутри.

Я в панике замотала головой.

Этот дядя вообще не дорожит своей жизнью?

Что, если дедушка разозлится, и мне тоже достанется?

- Его Светлость приказал впускать вас без лишних вопросов в любое время.

- Дедушка сам так сказал?

- Да.

Рыцарь почтительно поклонился, завершив разговор, и тихо открыл передо мной дверь.

Глядя на него, я осторожно протиснулась в небольшую щель.

Дешар Клаун даже не заметил моего появления.

С суровым выражением лица он был погружён в изучение документов.

«Разве в такой момент обычно не замечают чужое присутствие?»

Тем более в семье Клаунов, чьи чувства были обострены не хуже, чем у зверей.

Дверь за мной бесшумно закрылась.

Не зная, что делать, я замерла у входа.

К тому же из-за мягкого ковра мои шаги не издавали ни звука.

Сколько я так стояла?

Наконец, спустя несколько минут, Дешар Клаун с серьёзным выражением отложил бумаги и запрокинул голову назад.

Сжимая пальцами переносицу, он уже потянулся за следующим документом, когда наши взгляды встретились.

Его глаза широко распахнулись.

- Шерина?

***

Он оказался более непреклонным, чем я ожидала.

После случившегося недавно Дешар Клаун так рассердился, что чуть не расколол мраморный стол.

"Чем вообще занимается рыцарский орден, если такие проблемы возникают снова и снова?!"

Он так сильно кричал, что у меня до сих пор звенело в ушах.

Я всё ещё помнила, как стол передо мной треснул и развалился пополам после нескольких его ударов кулаком.

Но ведь он просто не смог сдержать свой гнев, несколько раз ударил по длинному столу перед диваном и возмущался, как такое вообще могло произойти.

И всё же тот факт, что он злился ради меня... это было...

Я медленно покачала головой от нахлынувших мыслей.

Я не должна позволять себе такие мысли. Нужно сосредоточиться на том, что я могу сделать на своём месте.

- Мне нужно выйти на ружу сегодня.

- Нельзя.

Сегодня единственный день, когда я смогу это достать.

Насколько я знаю, сегодня — тот самый день, когда раз в месяц здесь открывается чёрный рынок. В любом случае, это не место, куда можно просто так взять кого-то с собой.

Когда я сказала это решительно, выражение лица Дешара Клауна стало ещё более затруднённым, и он медленно покачал головой.

- …Дедушка, ты мне противен.

Честно говоря, стена оказалась выше, чем я думала. Я ожидала, что будет легче.

«Я думала, что с ним договориться будет проще, чем с Шаренте Клауном...»

- ...Я… тебе противен?..

Голос Дешара Клауна слегка дрогнул.

- Ш-Шерина… малышка?

Я не стала оборачиваться.

Надеяться уже было не на что.

В конце концов, он так и не последовал за мной, чтобы меня остановить.

Похоже, получить официальное разрешение не получится.

«Остаётся только один вариант.»

Мне ничего не остаётся, кроме как уйти тайком.

Когда Джейсо вернётся, я подумаю, как это сделать.

Мне не хотелось идти одной.

Теперь, когда я поняла, что какой-то странный тип по имени Асмадеус охотится за мной, отправляться в одиночку было бы глупостью.

- …Меня отчитали, Шерина.

Когда я вернулась в свою комнату, Джейсо с мрачным видом пробормотал это, выглядя совершенно измотанным.

Судя по его уставшему выражению лица, его сильно отругали в рыцарском ордене.

Смотря, как он валяется на полу в какой-то бесформенной позе, я подумала, что он похож на ленивую сторожевую собаку.

«Неожиданно он оказывается довольно преданным.»

Пока я размышляла об этом, Джейсо, катавшийся по полу, заговорил:

- Они сказали, что, зная о том, что с тобой произошло, я не должен был так бездумно болтать, и строго-настрого запретили мне выпускать тебя наружу.

- Вот как?

- Хмм… А если я ослушаюсь?

Джейсо усмехнулся озорно и с любопытством переспросил, его глаза сверкнули интересом. В ожидании ответа его губы изогнулись в чарующей улыбке.

- Может, перебить всех и выйти?

Он сказал это с голосом, полным предвкушения.

- …Что?

- А, хотя всех убить не получится. Лидер сказал, что Шерина слабая и не любит быть одна. Так что до того, как ты к нам присоединишься, тебе нужны люди.

Я растерянно посмотрела на него.

«Присоединюсь?»

Я? К ним? С чего вдруг? И кто сказал, что я не переношу одиночество?

До какого момента они там успели договориться между собой?

- Хм, как бы лучше поступить…

Джейсо совершенно спокойно размышлял о том, сколько человек нужно убить и как лучше выбраться из особняка.

- Тогда убьём только тех, кто необходим. Стражников у ворот и парочку рыцарей, которые встанут у нас на пути?

Казалось, он уже подсчитал нужное число жертв и теперь спрашивал моего одобрения. На его серьёзном лице не было и намёка на шутку. Он был похож на озорного мальчишку, который ещё не научился понимать границы дозволенного.

- Мелан… Разве он не говорил, что нельзя устраивать резню?

- Шерина, Шерина.

Озорное выражение лица Джейсо сменилось холодным. Он дважды произнёс моё имя, словно сдерживая злость.

И затем, с искажённым яростью лицом, он протянул руку и схватил меня за горло.

Он не сжимал его сильно, но убийственная аура, исходящая от него, заставила меня покрыться мурашками.

- Я так сильно хочу разорвать этого ублюдка на куски, что просто стараюсь забыть всё, что он говорил.

Он прорычал эти слова, и в них чувствовалась настоящая ненависть.

Я не смогла ответить.

Я понимала, что его гнев был оправдан.

И что у меня нет права его комментировать.

- Я бы не хотел, чтобы ты упоминала этого ублюдка в моём присутствии.

Его рука, которая лежала у меня на шее, медленно скользнула вверх и сжала мою щёку.

- Теперь ты — наша. Мы принадлежим тебе. Ты защищаешь нас, а мы защищаем тебя. Правда ведь?

Его красные глаза пристально смотрели на меня.

Теперь, когда я уже даровала им благословение, пути назад не было.

Поэтому я лишь молча кивнула в ответ.

Его лицо, которое секунду назад было искажено от ярости, тут же просветлело, будто ничего не случилось.

Он убрал руку, небрежно сделал пару шагов назад и потянулся.

- К тому же, Лидер сказал, что если нужно тебя защитить, то убить нескольких незаметных людей — не проблема.

В его голосе и тоне не было ничего необычного, будто он говорил о погоде.

- …Я использую магию.

- О, магия! Ты гений!

- Это не я гений, это ты просто дурак.

- Куда собираешься?

- На чёрный рынок.

Я вместе с ним достала магический камень из пространственного кармана.

Кстати, я ведь так и не сказала Шаренте Клауну, что его браслет сломался. Надо будет сказать ему, когда вернусь.

В этот раз стоит как следует написать письмо перед уходом.

Я взяла со стола альбом для рисования, достала коробку с мелками.

Я бы предпочла написать письмо ручкой, но мои пальцы всё ещё слишком неуклюжи для этого.

Сжав мелки в кулаке, я разложила перед собой несколько листов бумаги.

Моя цель — уместить четыре буквы на одной странице альбома.

Я взяла в руку красный мелок и попыталась написать как можно аккуратнее, чтобы текст был хорошо виден.

Сначала вписала четыре слова…

[Я иду на ры-нок]

Хм, слишком длинно. Лучше сократить до трёх.

[Ры-нок, ве-чер-ом, вер-ну-сь.]

Буквы всё ещё были корявыми и большими, но я смогла уместить их столько, сколько планировала.

Довольная результатом, я разложила исписанные страницы альбома перед собой.

«Хм, может, этого недостаточно?»

Я немного подумала, а потом оторвала ещё несколько листов и снова взяла мелок.

[Не сле-дуй за]

А, ошиблась.

Я быстро зачеркнула последние буквы жирными красными линиями.

Не "за", а…

[дядя.]

Фух, готово.

Мои руки были измазаны красным пигментом, поэтому я просто вытерла их об альбом.

Когда я протянула руку, Джейсо, сидевший рядом на коленях и наблюдавший за мной, внезапно положил ладонь поверх моей.

Я немного удивилась его естественному движению.

«Оковы подчинения, клятва, что пронзает время, тайный путь, скрытый под землёй, недоступной смертным… Откройся.»

Я закрыла глаза и медленно произнесла заклинание.

Когда я вновь открыла их, пейзаж вокруг полностью изменился.

- Кажется, прошел уже год с тех пор, как я отправил письмо… Быстро же вы пришли, — протянул Шаренте Клаун, лениво наклоняя чашку с чаем.

Сидя на диване, он выглядел расслабленным, словно дремлющий хищник.

Юноша, сидевший напротив него, с бледным лицом лишь слегка пожал плечами.

Его светло-оливковые волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, спадающий до лопаток. Он мягко улыбнулся, будто растаявшие сливки. Даже его естественная улыбка казалась произведением искусства.

- Дело в том, что я больше не живу по тому адресу, куда вы отправили письмо. Поэтому я так поздно его получил, — ответил он.

- Вы ознакомились с содержанием?

- Вы хотели, чтобы я усовершенствовал защитные чары, наложенные на особняк. Я изначально создал базовые защитные заклинания в полном соответствии с вашими требованиями. В чем недостаток?

Его голос был мягким, спокойным и сладким, но взгляд оставался расфокусированным и отрешенным, словно он витал в облаках. Даже находясь перед ним, создавалось ощущение, будто юноша окутан туманом.

Шаренте Клаун внимательно слушал, раздумывая над его словами.

- Что мне нужно сделать, милорд?

- Позвольте использовать магию только тем, кто получил разрешение внутри особняка… — медленно проговорил Шаренте.

- И, если я пожелаю, измените защитные чары так, чтобы даже это стало невозможным.

Юноша-маг слегка склонил голову, выражая легкое недоумение.

- Но здесь уже установлен запрет на использование магии. Вы нанимали еще кого-то?

Встав со своего места, он огляделся.

В его глазах проступили очертания магического барьера, покрывающего особняк. Это заклинание явно отличалось от наложенного им ранее. Оно было слабее, но в то же время более настойчивым, немного измененным за счет наложенной поверх другой магии.

- Я никого не нанимал, — резко ответил Шаренте.

Он терпеть не мог магов, особенно ненадежных. Еще больше он ненавидел дилетантов. Если уж защищать особняк, то только своими силами, не доверяя сомнительным заклинаниям.

Единственная причина, по которой он согласился на услуги этого мага, заключалась в том, что тот не проявлял интереса ни к чему в этом мире.

И, судя по всему, его это до сих пор не волновало.

- Что значит «уже установлен запрет»?

- Кто-то изменил вашу защитную магию. Найти людей, способных вмешаться в заклинание, не так просто… Это загадка.

Юноша легко постучал своим длинным деревянным посохом по полу. Раздался тихий звук, и обстановка вокруг изменилась.

Шаренте Клаун даже не успел нахмуриться, как маг уже двинулся дальше.

- Учитывая, что здесь есть ограничения на магию, вы сами используете ее довольно свободно, — заметил Шаренте.

- Я другой, — просто ответил юноша.

- …Другой?

- Да.

Маг тихо усмехнулся.

- В отличие от других, меня такие ограничения не сдерживают, милорд.

Его рассеянный взгляд медленно переместился по комнате. Он заговорил туманными фразами, а затем сделал шаг к одной из колонн в углу.

Там, в незаметном месте, было слабо различимо магическое начертание, слегка измененное.

«Наложили дополнительное заклинание.»

Глаза мага, до этого лениво прищуренные, слегка расширились.

Он видел, что его оригинальная защитная печать была дополнена новыми рунами, разрешающими использовать магию только определенным лицам. Вдобавок к этому были добавлены древние символы, вкрадчиво вплетающие в чары легкую тень черной магии.

Но эта черная магия была весьма слаба. Ее суть заключалась в том, чтобы слегка проклясть любого, кто войдет в особняк с дурными намерениями.

Похоже, изначально это было заклинание, предназначенное для отпугивания демонов, но его изящно модифицировали.

- Кто-то вмешался в мои чары, — тихо проговорил он.

- …Кто посмел….

Маг медленно протянул руку и кончиками пальцев провел по руническому знаку. Он опустил взгляд, чтобы рассмотреть магический круг, и медленно прижал к нему лоб. Закрыв глаза, он беззвучно зашевелил губами.

- Кто бы это ни был, он беспокоится о живущих здесь людях.

- Вы хотите сказать, что это не несет угрозы?

- Конечно. Однако, чтобы использовать магическую силу внутри, необходим магический знак. Если вы и другие маги не почувствовали ничего странного, значит, заклинатель находится где-то совсем рядом.

Маг медленно убрал лоб от колонны. Затем он указательным пальцем правой руки сделал движение, будто разрезает левый большой палец в воздухе. Хотя это был всего лишь жест, на левом большом пальце появилась тонкая кровавая линия, а затем выступили капли крови.

Маг коснулся кровью магического круга и что-то тихо прошептал. Кровь впиталась в символы, и голубая магическая энергия вновь окутала защитный барьер особняка.

Все его действия были плавными, как поток воды, и завершились мягко, словно волна, утихающая у берега.

- Похоже, здесь не хватало магической энергии, поэтому я немного усилил защиту.

- …

Шаренте Клаун молча смотрел на магический знак на колонне, крепко сжав губы. На одной стороне колонны осталась едва заметная отметина — нечто яркое, не вписывающееся в общий фон.

- Похоже, у вас есть догадки. Думаю, моя помощь больше не нужна. Что скажете?

- Вы сказали, что это сделал человек, который заботится о здешних?

На вопрос Шаренте Клауна маг кивнул, не отрывая взгляда от магического круга.

Шаренте вновь погрузился в молчание. Казалось, он был глубоко задумчив.

- Гордый человек, который не любит показывать свою слабость, не умеет быть честным с собой и довольно застенчив?

- Какой-то уж слишком конкретный пример.

На колкую, но вежливую реплику Шаренте Клауна маг ответил слабой, немного горькой улыбкой.

- Наверное, потому что я знал одного человека, который любил делать такие вещи.

Человека, который никогда не говорил прямо, но всегда втайне помогал другим.

Того, кто, несмотря на возможность отойти в сторону, продолжал идти трудным путем. В конце концов он сам прыгнул в пылающий огонь и сгорел дотла, исчезнув без следа.

Маг медленно опустил тяжелые веки, а затем снова открыл глаза. Легонько постучав посохом по земле, он убедился, что вернулся в гостиную, где продолжалась беседа.

Шаренте Клаун сжал губы. Ему не нравилось, когда его втягивали в чужие дела.

- Если больше ничего не нужно, я пойду. Не возражаете?

- Разве у вас нет связи? Если так будет каждый раз, будет неудобно связываться.

- …К сожалению, нет.

Маг покачал головой. Медленно склонившись в знак прощания, он исчез.

- Ивлейн Шакер.

Шаренте Клаун тихо произнес имя мага и цокнул языком. Один из трех великих магов.

Но он не принадлежит к Силлопии. Вернее, он нигде не числится.

Первый великий маг, Хелла, мертва. К ней он не испытывал особых чувств. Она была хотя бы тем, с кем стоило сражаться, потому что не прекращала расти и развиваться.

Даже когда он язвительно критиковал её, она не сдавалась и в следующий раз обязательно возвращалась, преодолев все указанные им недостатки.

Он высоко ценил это. Однако теперь, когда она мертва, в этом больше не было смысла.

А затем — второй великий маг, Ивлейн Шакер. Ему ничто не было интересно. Он был похож на неуловимый ветер — никто не знал, где его предел. Он не заботился ни о мирских делах, ни о будущем Силлопии.

Никто не знал, где он находится. Единственное, что о нем было известно — это дом, в котором он когда-то жил.

Поскольку он не принадлежал ни к императорскому двору, ни к Силлопии, ни к чему-либо еще, он наложил защитные чары на особняк, чтобы его сохранить.

Третий великий маг — Мелан.

Он не имел никакой ценности. Даже руины не признавали его достойным, а уж о лидерских качествах и говорить не приходилось. Он был слишком слаб.

«Маг без связи? Где это видано?»

Шаренте Клаун с раздражением откинулся на спинку дивана. На самом деле все это мало его волновало.

В последнее время, а точнее, вот уже несколько лет, его мысли занимал лишь один человек.

- Шерина... Шерина.

Шерина Клаун.

Странное существо, что без разрешения рыскало по его дому, разрушая установленные правила. Тот, кого он должен ненавидеть больше всего.

Но больше всего его раздражало то, что он не мог её возненавидеть.

- Что же ты скрываешь?

Что за тайну она прятала, раз вынуждена была действовать украдкой? Когда, как и почему она добралась до магического круга? Как её маленькое тело могло незаметно передвигаться по всему этому огромному особняку?

- Придётся встретиться с ней.

Поднявшись с места, Шаренте Клаун направился прямо в комнату Шерины.

Первое, что он увидел, — это Вера, сидящая на полу и дрожащая всем телом.

А затем его взгляд упал на нечто, лежащее перед ней.

Альбом для рисования.

Разорванный в клочья, исписанный хаотичными, пугающе красными, словно проклятие, буквами.

- Чёрт... Эта проклятая, вездесущая таракашка.

В серебряных глазах Шаренте Клауна вспыхнул огонь.

***

- Апчхи!

- Хм? Кто-то тебя ругает, похоже.

- Ругает?

Я удивлённо запрокинула голову, а Джейсо вдруг резко наклонился ко мне.

«Этот человек всегда вот так внезапно оказывается прямо перед лицом.»

Сердце испуганно забилось, но я быстро взяла себя в руки и потёрла нос.

- Да, говорят, если кто-то ругает тебя за спиной, то ты чихаешь. Шавель так говорил.

- Шавель?

- Ага, тот самый, кому ты ещё должна даровать благословение.

Оказывается, список людей, которых мне нужно благословить, каким-то образом пополнился. Я даже не знала, что так вышло, поэтому просто пожала плечами. Джейсо же тем временем откуда-то достал плащ и аккуратно закутал меня в него.

- Если будет тяжело, скажи, я тебя понесу.

- Не надо.

Я понятия не имею, зачем он проявляет такую бесполезную заботу.

С момента, как мы вышли, уже прошёл час. Первый телепорт перенёс нас к столице, а второй — прямо в её оживлённый торговый район.

- А что ты хочешь сделать на чёрном рынке?

- Купить кое-что.

- А деньги у тебя есть?

- …

Вот чёрт. У меня ведь совсем нет денег. Живя дома, я просто не нуждалась в них, а теперь совершила глупейшую ошибку.

«Надо было взять хоть пару золотых… Может, продать магический камень?»

Я медленно опустила голову, глядя на своё маленькое тело. Где я вообще смогу продать что-то так, чтобы меня не обманули? Главное — не отдать всё даром. Но если я силой воспользуюсь магией, Шаренте Клаун точно рассердится.

- Хочешь, дам денег?

- У тебя есть?

- Ага.

В этот момент Джейсо вытащил из заднего кармана несколько тяжёлых мешочков с деньгами. Один из них был так плотно набит, что напоминал щёки белки, набитые желудями.

- Где ты это взял?

- Украл.

- …Когда?

- Только что? Точнее, как только мы вошли в этот район.

Я даже не заметила, когда он это сделал?!

Я быстро схватила Джейсо за запястье и потянула в ближайший переулок. Он склонил голову набок.

- Что такое, Шерина?

- Ты не можешь вот так просто носить деньги! Тебя поймают!

- А, ну и что делать?

- Дай мешочки сюда. Сложи всё сюда, а мешочки выбрось.

- Ага.

Я присела на корточки и показала ему, как правильно пересыпать монеты. Джейсо сел напротив и кивнул.

- Честное слово, детей учить нельзя.

Это же такие элементарные вещи!

- Ты реально потрясающая.

Джейсо быстро собрал все деньги в один мешочек, а остальные незаметно скинул в угол.

- Деньги! Куда делись мои деньги?! Вор!

Голос пострадавшего звучал на фоне, как случайный шум. Джейсо лишь усмехнулся, а затем спрятал мешочек в задний карман. Мы спокойно двинулись дальше по улице.

- Ты бывала в таких местах раньше?

- Ага.

- Когда?

- Давным-давно.

Чёрный рынок в столице Империи открывался всего один раз в месяц — на один день, с утра и до полуночи. Здесь тайно продавали всё, что не могло быть пущено в официальное обращение: от ядовитых трав, используемых в наркотиках, до редких животных, растений и различных препаратов.

Дорогу к чёрному рынку знали только посвящённые. Он находился в канализации и менял своё местоположение каждый раз, так что случайному человеку найти его было практически невозможно.

Однако по всей столице в некоторых местах канализации ставили проводников, поэтому, хотя поиск нового места и был хлопотным, он не представлял особой сложности.

Часто на чёрном рынке можно было найти редкие магические материалы, высококачественные магические или манакристаллы, поэтому я иногда пользовалась его услугами. В целом, я была хорошо осведомлена о расположении нескольких подобных рынков по всей Империи.

Поскольку Хейранская Империя была самой крупной державой, её чёрный рынок тоже выделялся своим размахом. Большая часть действительно ценных товаров стекалась именно сюда.

- Здесь?

- Ух… какая вонь…

Запах был настолько тяжёлым, что у меня даже заболела голова. Казалось, что в канализацию стекались всевозможные отходы, создавая просто невыносимую вонь. Может, из-за детской чувствительности к запахам это ощущалось ещё сильнее? Я тут же прикрыла нос и рот краем плаща.

- Шерина, держись.

Джейсо протянул мне руку. Судя по его лукавой улыбке и раскинутым рукам, он явно намекал, что мне стоит просто прыгнуть к нему на руки.

Я молча вложила свою ладонь в его.

- Вот так, молодец.

Джейсо присел и, словно играя с щенком, потрепал меня по голове, а затем крепко прижал к себе и… просто прыгнул вниз.

Я зажмурилась — чувство падения напомнило мне, как в первый раз осваивала магию полета.

«Тогда меня тоже жутко укачивало…»

Если неправильно распределять ману, тело начинало беспорядочно раскачиваться вверх-вниз, и тогда приходилось страдать от жуткой головной боли.

БАХ!

Джейсо приземлился, и я почувствовала удар, прокатившийся снизу вверх. Это было не больно, но в пальцах защипало от силы удара. Судя по высоте падения, удивительно, что он не сломал себе лодыжки.

- Я ведь видел тебя раньше. А, нет, не тебя… А Хеллу.

- Раньше?

- Тот ублюдок в кои-то веки решил вывести нас на прогулку, представляешь? Что его тогда дёрнуло, не знаю… Наверное, надеялся, что ты похвалишь его, как щенка.

Я нахмурилась, не сразу понимая, о чём он говорит.

Джейсо не выпустил меня, а, продолжая держать в объятиях, уверенно шагал по канализации, ни на секунду не сомневаясь в правильности пути. Он не спрашивал, куда идти, но, казалось, ориентировался в этом лабиринте, как у себя дома.

- Он представил нас как сирот и сказал, что временно заботится о нас.

- …А.

Да, один раз такое действительно было.

Тогда я почти не выходила из своей лаборатории, но в тот день мне пришлось покинуть её по официальным делам. Когда я вернулась, действительно видела нескольких детей, игравших во дворе.

Я была истощена — и морально, и физически. К тому моменту я успела схлестнуться со старейшинами, и эта стычка отняла у меня последние силы.

Чёрная магия не давала мне покоя, старейшины вставлял палки в колёса, а артефакты приносили одни лишь проблемы.

- Я запомнил твои мёртвые глаза.

- …

- Ты стояла под небом, к которому мы так стремились, но казалось, будто тебя сковывают невидимые кандалы. Ты была абсолютно безразлична.

- …

- Ты была жива, но выглядела мёртвой. Тогда ты просто безразлично посмотрела на нашего Лидера, едва задев его щёку рукой, а потом молча развернулась и ушла.

«Ах, вспомнила.»

Передо мной стоял мальчик, выглядевший куда моложе, чем сейчас. Но тогда его глаза были чёрными, а не фиолетовыми, как сейчас. Эти глаза, похожие на чёрные жемчужины, так врезались в память, что я без труда смогла его вспомнить.

Когда он с ясным, наивным взглядом посмотрел на меня, я испытала странное ощущение, будто вижу себя в детстве. Возможно, именно поэтому я тогда и протянула к нему руку… Хотя воспоминания об этом не такие уж чёткие.

- Знаешь, что было забавно? Этот ублюдок тогда просто взбесился из-за того, что ты никак не отреагировала.

Слушая Джейсо, я поняла, что всё это началось гораздо раньше, чем я думала.

- Так, мы точно пришли.

- Откуда ты вообще знаешь, что здесь?

- По магической энергии.

- …Магической энергии?

- Каждый живой человек обладает магической энергией. Я просто следил за её следами.

Но как, чёрт возьми, он смог отыскать нужное место в этих бесконечных катакомбах?

Когда я была Хеллой, то использовала простенькую магию для поиска людей. Но Джейсо… Он не выглядел как маг. Скорее, он был бойцом, возможно, даже мечником.

После короткого разговора с проводником мы купили входные билеты и направились на чёрный рынок. Он находился глубоко в канализации, но в месте, где запах был менее резким и находился недалеко от одного из многочисленных выходов.

Несмотря на сложный путь, посетителей было довольно много.

Хотя это и был чёрный рынок, он вовсе не выглядел зловещим. Скорее, напоминал небольшую ярмарку: торговцы продавали еду, раскладывали товары, шли оживлённые торги.

- А что ты вообще пришла сюда покупать?

- Ядовитые травы.

- Ядовитые травы?

- Ага.

Лекарственные травы можно было найти и на обычном рынке, но вот за ядовитыми приходилось идти сюда.

В целом, людей, разбирающихся в ядах, было не так уж много. К тому же, оборот таких растений строго контролировался, поскольку из них можно было делать наркотики.

Люди часто думают, что ядовитые травы предназначены только для убийства, но иногда они могут быть и лекарством.

- О, они даже еду продают!

- …А, это же… монстрятина.

- Мясо монстров?

Глаза Джейсо заблестели.

По законам Империи всех убитых монстров следовало немедленно сжигать, за исключением некоторых частей — вроде рогов и когтей, которые можно было использовать в изготовлении оружия.

Но на чёрном рынке монстров разделывали и продавали как пищу.

Здесь можно было найти даже простые закуски, приготовленные из их мяса.

Среди гурманов были и те, кто специально приходил на чёрный рынок, чтобы попробовать подобные запретные деликатесы.

«И кроме того…»

Джейсо внезапно остановился и посмотрел в сторону.

- Подходите, не проходите мимо! Сегодня у нас редкий товар — настоящий детёныш полуэльфа!

Там, куда он смотрел, сидел маленький полуэльф в рваной одежде. Его лодыжки были прикованы цепями к полу.

Джейсо не сводил с него глаз.

Я неподвижно смотрела на Джейсо, затем снова повернула голову и встретилась взглядом с полуэльфом, в глазах которого сверкали темно-зеленые искры. В этот момент наши взгляды пересеклись.

«Говорят, у эльфов нет пола... Это правда?»

Наполовину исчезнувший народ — это действительно удивительно.

- Слушай, может, поможем ему, Шерина?

- Зачем?

- Как зачем? Если оставить его здесь, он станет рабом. Давай разнесем всё тут и спасем его.

Аукцион уже начался.

Числа быстро росли, не останавливаясь. Суммы были слишком велики, и украденных Джейсо денег явно было недостаточно.

К тому же, даже если устроить хаос и спасти его сейчас, он всё равно слишком мал и вскоре снова попадет в плен.

- Нет, я занята.

Если подпольный рынок развалится, это будет мне только во вред. Даже если удастся спасти его, я всё равно не смогу взять его с собой.

Шаренте Клаун не слишком жалует нелюдей.

«Теперь, когда думаю об этом, он действительно придирчив.»

Привередлив в еде, у него изысканный вкус в искусстве, он с трудом сходится с людьми, да еще и нелюдей не переносит.

С таким отношением вообще можно ли нормально жить в обществе?

К счастью, я нашла нужное мне ядовитое растение — так называемую «Змеиную траву».

Его настоящее название — «Лакреция», но из-за того, что в местах её произрастания часто встречаются гадюки, оно получило такое странное прозвище.

Конечно, яд лакреции был намного сильнее, чем у гадюки.

Всего одна капля сока могла убить хищника менее чем за минуту.

Хотя, если подвергнуть её термической обработке, яд нейтрализуется, и растение приобретет свойство ослаблять магическую силу.

Достаточно просто заварить его, как чайные листья.

Если дать лакрецию обычному человеку, это будет смертельный яд.

Но для тех, кто не может контролировать свою магическую силу, она станет настоящим лекарством.

Свежий сок растения имел горький вкус, но если заварить его в горячей воде, он становился сладким.

«Кто бы вообще догадался заваривать ядовитое растение как чай?»

Так что, скорее всего, никто об этом и не знал.

Я прижала к себе бумажный пакет, наполненный лакрецией, и повернулась, чтобы уйти.

«Надо поторопиться, пока не стало поздно.»

Я не хотела получать выговор.

- Пять миллионов шестьсот тысяч кравелей! Кто даст больше?

- Джейсо, уходим.

Перед выходом мне нужно будет выбросить стебли и взять только листья.

Высушу их магией и отнесу в императорский дворец при следующем визите.

Но, несмотря на мой призыв, Джейсо опустил взгляд с бесстрастным выражением лица.

Он смотрел на меня, исказив лицо, словно демон, из последних сил сдерживая гнев.

- Хелла, ты закончила? У тебя здесь больше нет дел?

- Да, а что?

- Ты, наверное, росла под крылом хорошего наставника и ни о чём особо не задумывалась, но меня бесит сама мысль о том, что этот ребенок снова станет игрушкой в чужих руках.

Я молча подняла голову.

Джейсо уже отвернулся от меня, готовясь броситься вглубь черного рынка.

Тонкие руки Джейсо напряглись, и вены на них вздулись.

Хотя его руки казались худыми и бесплотными, по ним вдруг проступили толстые, синие, словно веревки, жилы. Это выглядело жутко.

Рука Джейсо вздулась в три раза больше обычного и потемнела, словно чудовище.

Он пригнулся, как зверь, а затем рванул вперед, словно стрела.

Похоже, сегодня тоже вовремя вернуться не получится.

«Хороший наставник, говоришь…?»

Когда-то я действительно так думала.

«Эх, не стоит об этом вспоминать. Только настроение испорчу.»

Я слегка встряхнула головой.

- Кьяаа!

- Ч-что это такое?!

Передо мной, дрожа и съежившись на полу, сидел полуэльф.

Джейсо еще не понял, но спасти кого-то — это не всегда решение проблемы.

Если берешься за что-то, с чем не можешь справиться, будь готов к последствиям.

- Эй, беги.

Джейсо взялся за плечи полуэльфа и освободил его от всех оков.

Но тот так и остался сидеть на полу, даже не пытаясь убежать.

Тех, кто долгое время подвергался промывке мозгов, сама идея побега даже не посещает.

«Вот поэтому я и говорила не вмешиваться.»

Это была бесполезная помощь.

Я снова посмотрела на Джейсо.

Вокруг него клубилась темная магия, похожая на туман.

Он вонзал свои почерневшие руки в тела людей, но это не означало их смерть.

Их животы не были пронзены, кровь не текла, но один за другим они валились на землю, глядя в пустоту, словно из них вытянули всю жизненную силу.

С каждым его движением вокруг становилось все больше черного тумана.

Джейсо двигался так, словно телепортировался — вот он слева, и вдруг уже справа.

Будто часть времени просто исчезала, и его передвижения становились незаметными.

Стоило моргнуть, как он уже стоял в совершенно другом месте.

Пользуясь этим моментом, я отошла в угол и отделила листья от стеблей.

Раз уж он их не убивал, мне не было смысла что-то говорить.

Когда Джейсо обошел весь черный рынок, он наконец вернулся ко мне, держа в руках огромную черную сферу.

В другой руке он сжимал огромный кусок мяса, похожего на плоть монстра, и с удовольствием откусывал от него.

- Ммм, вкусно, — с довольным видом произнес он.

- Подарок.

Он протянул мне черную сферу, размером почти с мое тело.

- …Подарок?

- Это черная магия. Дарю тебе. Давай быстрее становись сильнее и мсти.

Будто я у него денег взаймы брала…

Джейсо поднес ко мне этот огромный сгусток тьмы, словно собираясь передать его.

Я быстро пнула валявшийся на полу стебель и отскочила назад.

- Ты с ума сошел?!

- А что? Разве этого мало?

- Я же еще ребенок!

- И что?

- Я же умру!

Этот чистый сгусток черной магии, конечно, стоил того, чтобы его заполучить, но если я приму его целиком, то просто погибну.

Услышав мой крик, Джейсо замер.

- Жалко.

Мне самой тоже было жалко.

- Держи пустые магические камни, положи туда.

Я достала из своего кармана несколько пустых магических кристаллов и небрежно бросила их в его сторону.

Джейсо посмотрел на них, затем заполнил их черной магией и протянул мне.

Яркие голубые магические камни почернели и начали источать мрачную энергию.

- Слушай, Шерина. А когда дети вырастают?

Джейсо присел на корточки и заглянул мне в глаза.

"Когда?"

Мне еще лет пятнадцать до взрослого состояния…

- Когда мы, наконец, сможем быть вместе?

- …

- Быстрее отомсти и вернись в Силлопию. Стань снова главой Магической Башни. Тогда мы сможем быть рядом, как твои рыцари, как сейчас.

Глаза Джейсо загорелись.

В его голосе звучала даже какая-то навязчивая одержимость, и я не знала, что ему ответить.

"Ну и что мне с этим делать?"

- Я… не вернусь в Силлопию.

- Что?

Атмосфера вокруг Джейсо изменилась.

- Я не вернусь. Больше… не хочу.

- Почему? Ты же хозяйка Магической Башни.

- Нет. Хозяин Магической Башни — это Мелан.

Рука Джейсо метнулась к моему горлу.

Я даже не успела заметить движение, а он уже сжал меня за шею и прижал к стене.

- Ты считаешь этого ублюдка хозяимном Магической Башни?!

Вспыльчивый, как всегда.

Но, несмотря на ярость, в его хватке почти не было силы.

К тому же он даже не превратил руку в свою черную форму.

Возможно, это его способ сдерживаться.

Тем не менее моя детская кожа тут же покраснела от его прикосновения.

В его глазах полыхало пламя.

- Я не могу смотреть на это, Хелла.

- Я… не Хелла. Я Шерина.

Возврата к Хелле в планах не было.

Разве что если я добьюсь величия как великий маг…

Но та жизнь уже закончилась.

Моя смерть поставила в ней точку, но зато я смогла избавиться от тяжкого груза Силлопии.

- Тогда стань хозяйкой Магической Башни, Шерина.

- Нет.

- Черт возьми! Тогда зачем я вообще…!

Джейсо оскалился, его клыки были настолько острыми, будто он готов был вцепиться мне в горло.

Он походил на дикого зверя.

Как в детской радости по пустякам, так и в ярости, когда он не сдерживался, а просто угрожал и нападал по первому порыву.

- Джейсо.

В этот момент раздался холодный голос, и белоснежная рука схватила его за запястье.

Это был Данталион.

Рука, сжимавшая мое горло, внезапно ослабла. Джейсо поморщился, будто запястье, которое схватили, причиняло ему боль. Кожа вокруг его запястья побледнела до мертвенной белизны.

- Черт, отпусти! Больно же!

- Я же говорил, чтобы ты следил за словами перед Шериной, — сказал Данталион.

Он появляется то тут, то там, и всегда в такие моменты…

Я посмотрела на него с недоумением. Данталион снова улыбнулся своей механической улыбкой — выученной, словно заученная наизусть фраза, в которой не было и капли настоящих эмоций.

- Давно не виделись, Шерина.

Его голос… Я давно его не слышала.

- …

Прошло так много времени, что я скорее была ошеломлена, чем рада.

Я не ожидала, что он появится. Тем более в такой момент.

- Как поживаешь? Смотрю, ты выросла.

Он протянул руку, будто измеряя мой рост.

Почему-то это чувствовалось как насмешка.

Я сузила глаза, и Данталион, наконец, отпустил Джейсо, слегка оттолкнув его назад.

Он внимательно посмотрел на меня, затем опустился на одно колено, чтобы оказаться на уровне моего взгляда.

- А твоя магия совсем не изменилась.

Он посмотрел на меня с легким замешательством.

Мне стало немного не по себе под его холодным взглядом.

Конечно я выросла, мне уже 5. Я стала выше, кости стали крепче, но…

- Шерина, если ты не будешь расти, это создаст проблемы.

От его слов у меня перехватило дыхание.

На мгновение вокруг него завихрилась убийственная аура.

Данталион поднял один из магических камней, наполненных черной магией. Внутри шестигранного кристалла бурлила тьма.

- Если ты не хочешь возвращаться в Силлопию, это не имеет значения. Ты можешь стать нашей хозяйкой. Или… мы могли бы стать странствующими наемниками.

Он полностью опустился на оба колена и крепко схватил меня за руку.

Затем он взял магический камень и приставил его заостренным концом прямо к моей груди, в область сердца.

- Но для этого тебе нужно стать сильнее. А чтобы стать сильнее, тебе нужно спуститься туда же, где были мы.

В одно мгновение острие кристалла прорвало ткань моей одежды.

- Ты что творишь?! Я же умру!

- Не умрешь. И я не собираюсь тебя убивать.

Не успел он закончить фразу, как вдавил черный магический камень глубже в мою грудь.

Я начала задыхаться, словно мои легкие сломались.

Медленно проникающий магический камень причинял невыносимую боль.

Я попыталась вырваться, но Данталион лишь говорил мягким, успокаивающим голосом, словно утешая ребенка:

- Тише, все в порядке, Шерина.

- Больно!

- Но ты ведь этого хотела, не так ли? Стать сильнее, чтобы покинуть этот дом, который тебя только сдерживает.

Я вздрогнула, услышав его слова.

Пока я перестала сопротивляться, Данталиан окончательно вдавил черный магический камень в мое тело.

Магическая энергия, заключенная в нем, высвободилась внутри меня, закружившись в бешеном вихре.

- Шерина.

- Ух…

- Ты стала слишком мягкой. Раньше ты была другой. Ты ведь могла отвернуться от грязных, измученных сирот, не испытывая никаких чувств. Ты убила сотни людей и закрывала глаза на происходящее, если это служило великой цели.

Голос Данталиона становился все тише и холоднее.

Мои уши заложило.

Будто я тонула под водой. Его голос больше не достигал меня так, как прежде.

- Привязанность, любовь… Ты не должна испытывать подобные чувства к дому Клаунов или Мелану.

Мое тело обмякло и рухнуло вперед.

Данталион подхватил меня, на его лице мелькнуло беспокойство. Я чувствовала, как его пальцы сдержанно и осторожно удерживали меня, стараясь не причинить лишнего вреда.

Какое же это лицемерие.

- То ведь не настоящая семья, а подделка.

И все же, одно было ясно.

Данталион злился на меня.

И испытывал какую-то странную, необъяснимую одержимость.

Внезапное принятие черной магии вызвало резкую боль в сердце.

Когда в последний раз я испытывала такую мучительную боль?..

- А-А-А…

Обычно магическая энергия собирается в области сердца, образуя там своеобразный кокон. Как и следовало ожидать, жгучая боль пронзила грудь.

Белые вспышки мелькнули перед глазами, и я зажмурилась.

Магия вышла из-под контроля, разрываясь вокруг меня магическим штормом.

Я чувствовала, что теряю контроль. Но если это случится, мое тело просто разорвется.

«Ни за что…»

Если я не успокою магию, то просто не выдержу.

Жар в теле стремительно нарастал, словно оно перегревалось. Пот стекал по коже, дыхание сбилось, перед глазами все расплывалось, то исчезая, то возвращаясь.

«Лакреция…»

Я должна была потушить это пламя.

Можно было попробовать разжевать засушенные листья – это помогло бы, хоть и было отвратительно на вкус, словно яд.

С трудом протянув руку, я схватила горсть лакреции.

Силы покидали меня, зрение меркло. С трудом сохраняя сознание, я начала читать заклинание.

«Крик иссохшей земли, не проросшее семя. Услышь шепот воды, схвати его стебель и останови бег времени…»

Пока я мысленно читала заклинание, реальность вокруг начинала казаться все более размытым сном.

Голова кружилась, пальцы онемели, будто я балансировала на грани сна и яви.

- Се…ребу…

Черт, ужасное произношение.

- С-сереб…

Так хотя бы чуть ближе.

На самом деле правильное произношение – «Шерев», но, как и в моем собственном имени, этот звук «Ше» был невыносимо сложным.

Как только заклинание завершилось, горсть лакреции, зажатая в моей руке, моментально высохла.

Я тут же засунула ее в рот. Начала жевать, но горький вкус обжег язык.

- Что ты делаешь?

- Ты же говорила, что это яд!

Тьфу, какая мерзость.

- Шерина.

Данталион, выглядя немного растерянным, схватил меня за плечи и слегка потряс.

Но мне было все равно – я продолжала жевать траву и с трудом проглотила. Хоть я съела все, что было в руке, оставалось неизвестным, когда подействует.

- Эй, что ты жрешь? Фу, выплюнь! Это же ядовитое растение!

Джейсо, выглядя так, словно впервые в жизни испугался, пару раз сильно ударил меня по спине.

Этот псих совсем рехнулся?! Больно же!

Я скорчилась, больше от боли в спине, чем от жара в теле. Где-то рядом послышался встревоженный голос Джейсо:

- Лидер, что делать? Она сдохнет!

Смешно. После всего, что они со мной сделали, еще и беспокоятся.

«Как будто сначала травят, а потом дают лекарство. Что за бред...»

Данталион тоже наклонился и схватил меня за запястье.

- Шерина.

Если я хочу остановить неконтролируемую магию, мне остается только надеяться, что съеденная лакреция поможет.

Вот почему я ненавижу иметь дело с идиотами, которые ничего не понимают.

«Вот же сволочи...»

Магия бушевала внутри меня, словно обжигая и пронзая тело изнутри.

Перед глазами все мелькало, мерцая, как сломанный фонарь.

«Ты же говорил, что не собираешься меня убивать...»

Но я не могла возразить Данталиону, потому что он не сказал ничего неправдивого.

И именно это было самым унизительным.

Вуум…

Шшах…

Бабах!

Где-то совсем рядом раздались громкие звуки.

Я попыталась вырваться из рук Данталиана, но в мутном взгляде мелькнула грязная вода, бурлящая в подземных каналах.

Волна грязной воды взметнулась вверх и вот-вот должна была накрыть меня с головой.

Но в тот же миг что-то пронеслось сквозь воздух и вытащило меня оттуда.

- Шерина.

- …

Кто это?

Голос был мне знаком.

Это, он создал этот водяной поток?

Но звук, раздавшийся мгновением ранее, был слишком тяжелым, как удар пробивающего воздух клинка. Так не звучит просто взмах меча.

- Ты в порядке, дитя?

- Лани…?

Голос был похож на голос Раниан.

- Да, умница. Юри говорил мне, но ты и правда запомнил. Давно не виделись.

Мой герой. Моя любовь, да?

«Но я ничего не вижу. С ума сойти можно.»

Тело горело, а руки этой женщины были такими прохладными. Хотелось прижаться к ней.

Если бы не этот брак с тем самым паладином, я бы не отказалась, чтобы она стала моей матерью.

Если она будет учить меня фехтованию, я приму это с радостью. Я уже боялась, что не вернусь домой, но теперь, похоже, смогу.

Даже несмотря на боль, в голову лезли какие-то несерьезные мысли.

- Кто осмелился тронуть ребенка моего рода?

От этого голоса у меня слегка помутилось сознание.

Это не Шаренте Клаун и даже не Юриад, тот паладин, который всегда был рядом с Раниан.

«Дешар Клаун…?»

Так это он создал тот водяной поток?

Я изо всех сил пыталась удержаться в сознании и, наконец, с трудом открыла глаза.

Оглядевшись, я заметила, что Джейсо уже лежит на полу.

«Точнее, судя по тому, что на нем ни царапины, он, скорее всего, просто притворяется.»

Данталион стоял напротив Дешара Клауна, готовый к бою.

В руках Данталиона был меч — черный от клинка до самой рукояти. А Дешар Клаун держал огромный топор, который выглядел невероятно тяжелым.

Он держал его одной рукой.

Этот массивный топор был роскошно украшен, но время оставило на нем свой след — особенно на повязках, обмотанных вокруг рукояти. Однако лезвие оставалось безупречно острым.

Вуум, вуум.

С каждым движением тяжелого оружия воздух наполнялся низким звуком рассекаемого ветра.

Дешар Клаун взмахнул топором, легко управляя им одной рукой.

Фиолетовые, лишенные эмоций глаза Данталиана едва заметно дрогнули.

Будто нашел брешь, он молниеносно прыгнул в воздух и направил клинок в сторону Дешара Клауна.

Его спина осталась полностью открытой.

Обычно при использовании такого тяжелого топора быстрая смена направления атаки была бы невозможна. Но он смог это сделать.

На предплечьях Дешара Клауна вздулись жилы, и он приложил еще больше силы, заставляя свое тело вращаться быстрее.

За доли секунды он развернулся.

Казалось, будто он просто бесцеремонно меняет направление удара, но…

Вуум!

Воздух задрожал.

Топор издал зловещее завывание, описывая широкую дугу.

Даже в своем полубессознательном состоянии я видела, как Данталион отбивает этот мощный удар своим тонким клинком.

«Да упади ты уже в грязную воду! Мне больно, черт возьми! И жарко…»

Как бы я ни пыталась найти прохладное место, справляться с насильственно внедренной магией было мучительно.

Такого со мной не случалось с тех пор, как я впервые ступила на путь черной магии.

Топор Дешара Клауна казался громоздким и неповоротливым, но при этом по скорости он почти не уступал мечу.

Из-за своих огромных размеров топор покрывал широкую зону защиты и успешно блокировал натиск атак Данталиона.

- Давай оставим это отцу и вернемся в особняк, — сказала Раниан, снова прижимая меня к себе.

Перед глазами все плыло. В этот момент я заметила, как пальцы Джейсо чуть шевельнулись.

«Наглый ублюдок…»

Раз он так мастерски прикидывается раненым, значит, пока не собирается отступать.

Как только я приду в себя, им обоим не поздоровится.

«Даже если ты привык поступать, как тебе вздумается…»

Тело пылало, а в голове кружился туман.

Мое сознание постепенно затухало, вместе с ним тяжелел и глухой стук сердца.

Как будто я погружалась в лед. Несмотря на жар во всем теле, сердце становилось все холоднее. Это было странное ощущение.

В семействе Клаун не найдется никого, кто мог бы это исправить.

Оставалось лишь ждать, когда Лакреция, которую я проглотила, нейтрализует последствия.

***

- Если ты не натворишь что-нибудь, то будешь не ты… — Шаренте Клаун пробормотал это вполголоса и резко отвернулся. В его прохладном тоне слышалось раздражение.

Как бы ее ни держали, стоило только на секунду отвлечься — тут же исчезала, а потом возвращалась, устроив очередной беспорядок. Настоящий сорвиголова, хуже любого безрассудного головореза.

- Чертова неугомонная тараканья душа.

- Шаренте, ну что за слова? Так нельзя говорить о любимой племяннице.

- Если ты закончила свои дела, сестра, то можешь идти.

- Ну и отношение, — проворчала Раниан. — Я ведь пришла помочь, потому что это было нужно. Юри так старался, гонял по всему городу, собирая людей из ордена.

Она дружески похлопала Юриада по плечу. Тот слегка покраснел.

Хотя его лицо оставалось совершенно бесстрастным, Раниан, заметив вспыхнувшие уши, тихо усмехнулась.

- Кстати, что это был за ребенок? Такой крошечный. Десяти лет ему, наверное, еще нет?

- Не нашлось, кому руки тянуть, как только к потомку семьи Клаун?! — Дешар Клаун, до этого молчавший, вдруг повысил голос.

От его вспыльчивости Раниан слегка нахмурилась. Она перевела взгляд на Шерину, которая, тяжело дыша, лежала с раскрасневшимся от жара лицом, затем снова посмотрела на Дешара.

- Ты разбудишь ее, отец.

- Отец, вам удалось его поймать?

- Упустил. Но что это вообще было такое? Оно охотилось за Шериной, и даже если его пронзали мечом или отрубали конечности, оно тут же регенерировало.

Помимо этого — нечеловеческая скорость, огромная сила, позволяющая сдерживать мечом тяжелый топор, полное отсутствие реакции на боль и слепая ярость, с которой оно нападало, несмотря на раны.

- Оно не было человеком.

Даже Дешару Клауну пришлось сражаться с этим существом тридцать минут, как с ребенком.

Лишь когда он несколько раз отсек ему конечности, Данталион перестал на него бросаться.

- Похоже, он сам считал себя чудовищем. Кроме того, он, кажется, связан с неким неизвестным лицом по имени Асмодеус. Мы намерены направить рыцарский орден для его устранения.

- Хорошо, ликвидируйте его полностью. Выжгите до корней, чтобы даже мысли о возрождении не осталось.

Дешар Клаун холодно отдал приказ.

Серебристые глаза двух собеседников мрачно сверкнули.

Раниан, скрестив руки, посмотрела на Шерину.

- Как вообще этот ребенок оказался на черном рынке? Где был сопровождавший ее рыцарь?

- Похоже, он был лишен сознания магией. Однако есть некоторые сомнительные моменты, и мы их анализируем.

- Разберись с этим как следует.

- Да, отец.

Шаренте Клаун слегка поклонился в знак уважения к главе рода. Затем, глядя на Шерину, тяжело вздохнул.

Даже Баллиан, который был неуправляемым сорвиголовой, редко возвращался в таком состоянии.

- ...

Хотя у него было много, что сказать, он не мог упрекать ребенка, которая стонала от боли.

Медленно повернув голову, Шаренте Клаун заметил Юриада.

Тот смотрел на Шерину, сжав губы в тонкую линию. Его лицо оставалось бесстрастным, но на обычно гладком лбу пролегла глубокая складка.

Увидев это, Раниан обернулась.

- Что-то случилось, Юри?

- В этом ребенке пытается закрепиться темная магия.

- Темная магия?

- Да. Судя по всему, ее насильно ввели.

Хотя его голос звучал ровно, выражение лица оставалось напряженным.

Магия и божественная сила по своей сути различались, но их принципы использования имели сходство.

Если божественная сила давалась свыше через молитвы и посвящение, то магическая сила извлекалась принудительно — из природы, внешней среды или иных источников.

Чтобы стать полноценным жрецом, необходимо пройти обряд получения божественной силы. При этом объем полученной силы различался у каждого жреца.

Если же количество принятой силы превышало предел, который мог вместить жрец, это вызывало так называемую "болезнь святости".

Неусвоенная, бесцельно блуждающая сила разрушала тело носителя.

Состояние Шерины сейчас напоминало именно это.

Обычно в таких случаях высокопоставленный жрец направлял свою божественную силу, помогая упорядочить и стабилизировать чужую.

- Что следует делать?

Шаренте Клаун сжал губы, ожидая ответа. Однако Юриад не спешил отвечать.

Он мог видеть и ощущать "злую энергию" — противоположность божественной силы.

Темная магия относилась к тому, что он обязан был очищать.

Но если он попытается силой изгнать ее из тела ребенка, Шерина может не выдержать.

- К счастью, похоже, что она справляется с этим самостоятельно. По сравнению с тем, как было вначале, ее состояние стало более стабильным.

- Это значит, что ее жизни ничто не угрожает?

- Если стабильность сохранится, то все будет в порядке.

Лицо Шарента Клауна исказилось.

Цокнув языком в раздражении, он просто отвернулся.

- Разве другой высший маг не может помочь?

- Черный маг мог бы оказать некоторую помощь, но найти их практически невозможно.

На очередной вопрос Дешара Клауна Юриад ответил еще более почтительно.

Они нигде и в то же время повсюду.

Черных магов не признавали ни в Силлопии, ни в Империи, ни среди обычных людей. Они не принадлежали ни к одному месту, и поэтому были вынуждены скрываться.

- Однако...

Юриад открыл рот, но затем снова закрыл его.

Дешар Клаун, недовольный такой нерешительностью, слегка стукнул ногой о пол.

- Отвечай, Юриад фон Гратцель.

- …

Юриад, что было на него не похоже, немного замешкался. Лишь после того, как Раниан поторопила его, он наконец заговорил.

- Я беспокоюсь за ее душевное состояние.

- Душевное состояние?

- Темная магия — это по своей природе искаженная энергия. Долго носить ее в себе вредно.

Юриад продолжил:

- Хотя сам человек этого не замечает, со временем он теряет способность к сочувствию и нормальному восприятию других людей.

- Ты хочешь сказать, что она перестанет чувствовать эмоции?

Не выдержав, вмешался Шарент Клаун.

Юриад медленно покачал головой.

- Скорее, она просто станет менее восприимчивой, чем обычные люди. А если не сможет контролировать это, в конечном итоге сойдет с ума… или умрет.

- Есть ли способ предотвратить это?

- …

Юриад слегка нахмурился.

Он и сам не знал многого о черных магах. В храме их считали еретиками, и даже жрецы предпочитали держаться от них подальше.

- Я не знаю.

Его ответ заставил Дешара Клауна еще сильнее нахмуриться.

- Жа-а-арко…

Едва слышный голос мгновенно привлек всеобщее внимание к кровати.

Шерина Клаун, сонно приподняв голову, смотрела перед собой расфокусированным взглядом.

- Ты…

- Жа-а-рко… мне жа-а-арко…

Шепча одно и то же, Шерина скинула с себя одеяло.

Шаренте Клаун цокнул языком, глядя на нее.

Даже во сне она говорила…

Он выглядел раздраженным, но все же подошел и снова укрыл ее одеялом.

Его большая ладонь легла на лоб Шерины.

Она вздрогнула, немного вытянула шею, а затем медленно потерлась лбом о его ладонь, будто инстинктивно ища прохладу.

Глаза Шаренте Клауна слегка расширились.

Он замер, словно окаменев, и стоял в неуклюжей позе, больше походя на деревянную статую.

Даже дышать перестал.

Лишь когда Шерина снова заснула, он медленно убрал руку.

- …Что вы так на меня смотрите?

Почувствовав запоздалые взгляды на себе, Шаренте Клаун медленно повернулся и спросил:

- Что?

- Думаю, все может быть не так уж плохо, — неожиданно заговорил Юриад.

- Черная магия затмевает разум лишь тогда, когда человек погружается во тьму. Если не дать этой тьме укорениться, безумие не сможет поглотить ребенка.

Шаренте Клаун прищурился.

- Не отворачивайтесь от нее и не оставляйте ее одинокой. Дети подобны чистому листу, и если на них падет тень, они моментально окрасятся в этот цвет.

- Лишние нравоучения, — ответил Шаренте резко, плотно сжав губы, словно пытаясь скрыть неловкость.

Раниан, заметив это, весело ухмыльнулась.

- Раньше ты был безжалостным, как будто вовсе не человеком, но, кажется, становишься немного человечнее. Если эта девочка так хорошо на тебя влияет, тогда, пожалуй, забирать ее не стоит.

- Я и не собирался ее отдавать. Я ведь ясно дал понять это с самого начала.

- Верно, ты хорошо заботишься о ней.

Раниан энергично потрепала Шаренте Клауна по голове.

Даже когда он раздраженно отступил на шаг, она продолжала смеяться, дразня его.

Глядя на них, Дешар Клаун слегка улыбнулся.

Если бы кто-то увидел их со стороны, то решил бы, что перед ним обычная семья.

***

- …

- Лидер, что ты так незаметно пришел? Как ты? Говорят, тебя сильно задело. Меня тоже отругали. С завтрашнего дня отправляют на новое задание.

Джейсо вошел в комнату Шерины без стука и начал ворчать с недовольным тоном.

Данталион молча смотрел на стонущую от боли Шерину.

Горничная ушла за свежей водой, и, скорее всего, задержится там надолго — по крайней мере, на час, если уснет по дороге обратно.

За спиной Данталиона мелькнула бледная фигура.

- Шавель? Какими судьбами?

- Просто… скучно, — раздался тихий голос.

Голос был таким слабым, что, если не прислушаться, его можно было бы и не расслышать.

- Не думал, что ей будет так плохо.

- Черт, она ведь не умрет, да? Эй, Шерина, тебе нельзя умирать! — встревоженно пробормотал Джейсо.

Данталион опустил взгляд.

Шавель, заметив серьезное выражение лица Джейсо, медленно вышел из-за спины Данталиона.

Он был таким же маленьким, как и Шерина, и выглядел неестественно бледным.

Его волосы, казалось, полностью утратили цвет, а кожа была настолько прозрачной, будто никогда в жизни не видела солнечного света. Даже вены и кровеносные сосуды отчетливо просвечивали сквозь тонкую кожу.

Мальчик, прижимая к себе огромную, толстую книгу, размером чуть ли не с его собственное тело, медленно подошел к кровати Шерины.

- Магия… разбушевалась… нужно… стабилизировать… иначе… смерть… — едва слышно пробормотал он.

- Я слишком поторопился.

Данталион спокойно признал свою ошибку.

Он осторожно протянул руку и коснулся Шерины.

Чуть-чуть направив свою магию в её тело, он принудительно создал путь для бушующей тёмной энергии, заставляя её течь только в одном направлении.

Он расширял сосуд для магии, медленно заполняя его своей силой.

- Прости, Шерина.

Спустя почти час, потраченный на успокоение магии, Данталион убрал руку.

Тело Шерины оказалось слишком хрупким, чтобы выдержать столь чистую и концентрированную тёмную магию.

- Шавель… когда… благословение? — пробормотал он, глядя на неё.

Данталион, наблюдая за выражением его лица, скрестил руки на груди и сделал шаг назад.

- Скоро.

Его лицо оставалось бесстрастным.

- Шерина вскоре покинет этот особняк по собственной воле.

- Почему… ты так думаешь…?

- Если она действительно дорожит семьёй Клаун, у неё не останется другого выбора.

Теперь, когда путь для магии был создан, дышать ей стало легче, пусть и с трудом.

Данталион долго смотрел на Шерину, а затем отступил ещё на шаг.

- Шавель… хочет привязаться…

- Вскоре так и будет. Она должна заплатить нам цену.

Данталион легонько щёлкнул пальцем по кулону на шее Шерины.

- Лидер, она ведь ещё ничего не знает?

- Да. И, возможно, никогда не узнает.

После этих многозначительных слов он протянул руку Шавелю.

Пора было уходить — горничная, которую они усыпили, вот-вот могла проснуться.

Шавель неуверенно посмотрел на Данталиона.

Тихо топчась у постели спящей Шерины, он вдруг прошептал:

- Шавель хочет… благословение…

- Когда она придёт в себя.

- …Обидно.

Проворчав, но всё же послушно схватив Данталиона за руку, Шавель позволил ему поднять себя на руки.

Данталион поставил ногу на подоконник.

Джейсо скрестил руки и лениво прислонился к стене рядом.

- Так и оставишь её?

- Пока она не попросит нашей помощи, да. К тому же мне самому стоит осознать свою ошибку. Поэтому, Джейсо, ты ведь тоже без споров согласился уйти на задание, не так ли?

Джейсо недовольно надул губы и наклонил голову набок, с раздражённой усмешкой в глазах.

- Ладно… признаю, это было жестоко. Не думал, что она окажется такой слабой.

- Не забывай, Джейсо. Мы защищаем её. А она, в свою очередь, защитит нас.

- Да понял я, понял. Хватит уже ворчать.

Джейсо раздражённо мотнул головой.

Данталион, отмахнувшись от Джейсо, словно тот его утомил, легко спрыгнул в окно.

Как только он покинул особняк, на его плече активировался магический круг, и через мгновение их с Шавелем силуэты исчезли в воздухе.

После их исчезновения Джейсо плотно запер окно, тщательно стёр все следы и аккуратно укрыл Шерину одеялом.

- Просыпайся скорее. Тебе не обязательно становиться хозяйкой Магической Башни. Я не буду жадничать.

Он протянул руку и пригладил влажные от пота волосы Шерины.

- Даже если ты поспишь ещё немного, я прощу. Это раздражает и немного утомляет, но пока что я буду тебя защищать.

Пробормотав это себе под нос, Джейсо бесшумно покинул комнату.

Вскоре вбежала Вера, её лицо побледнело от страха. Завидев Шерину, она тихо выдохнула с облегчением.

Страница книги Пожалуйста, дайте мне соску в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

О книге