Пролог

Меня зовут Ким Джухёк. Я бета. Я никогда не стыдился этого факта и не сомневался в нём. Я был, есть и всегда буду бетой.

Говорят, на свете живёт больше всего бет, но это совершенно не имеет значения. Потому что этот мир крутится вокруг альф и омег.

Вся власть принадлежит альфам, а омеги, которые вступают с ними в пары, находятся в их тени. Когда я учился в школе, все мои учителя были альфами. Когда я пошёл в университет, все профессора там тоже были альфами. Так и по сей день. Руководители, директора и менеджеры в нашей компании – за исключением всего нескольких человек – тоже альфы. А что насчёт их партнёров? Все они – омеги.

А, кстати, менеджер моей команды тоже омега. Сегодня у этого победителя конкурса нашей компании «Перспективный рост для омег» началась течка. Головная боль с самого утра.

Когда я спросил:

– С вами всё хорошо?

Он покрылся холодным потом и ответил:

– Я… Я в порядке… М-м…

И все, кроме меня, поверили в это. Я хотел позвонить в скорую, но меня остановил другой менеджер. Он поворчал немного и затем сказал, что всё и правда в порядке. Этот мир явно сошёл с ума.

О, вот подоспел и представитель элиты нашей компании – альфа. Начальник отдела Со с мрачным выражением лица схватил менеджера Ли за руку.

– Менеджер Ли, вы в своём уме?!

– Со… Начальник отдела Со, вам не нужно беспокоиться… м-м… об этом.

– Ли Хёнджэ!

– Пожалуйста... Просто... уходите!..

– Как я могу оставить тебя в таком состоянии!

Начальник отдела Со крепко схватил менеджера Ли за плечо. Он сильно сжал челюсть, вздохнул, а затем потащил менеджера Ли вон из офиса.

– Ассистент Ким, вот ваши распечатки.

– Ах, да.

Им Ханна – одна из руководителей в административном отделе. Мне дали документы с информацией о клиенте, чтобы я внёс их в нашу базу. Никто не возмутился внезапному уходу менеджера Ли и начальника Со с работы. Я же просто сел на своё место и несколько раз обновил рабочий стол на компьютере.

Когда я только устроился в эту компанию, как-то раз вызвал полицию, не подозревая о сути происходящих здесь вещей. В тот день начальник отдела Со ударил и сбил с ног менеджера Ли.

– Сделай что-нибудь со своим вульгарным запахом!

Так началась вся эта история с насилием на рабочем месте. Я побежал было в кабинет директора, но развернулся на полпути и вернулся на своё место. Наш директор почти всегда занят на деловых встречах, поэтому вероятность того, что его не оказалось бы на месте, была очень велика. Я быстро схватил телефон и позвонил в полицию. На самом деле мне следовало бы обратиться в правозащитный центр компании, но я работал там чуть ли не первый день и, конечно, этого не знал.

– Алло, это полиция?! Со… Начальник отдела Со ударил менеджера Ли!..

Так я вляпался в неприятности. Только потому, что позвонил в полицию «по всяким пустякам». До этого момента я и представить не мог, что для альф в порядке вещей бить своих омег. Более того, позже я узнал, что начальник Со и менеджер Ли оказались в ловушке фиктивного брака, заключённого по политическим причинам. На самом деле менеджер Ли был влюблён в начальника Со, и тот знал об этом, но делал вид, что не в курсе, поэтому продолжал отталкивать своего мужа, что привело их к вот такому трагическому любовному конфликту. Поначалу я не был осведомлён обо всей этой сложной истории.

Но все сотрудники офиса всё знали.

Идиотизм.

В Квачхоне, Кёнгидо, живут только беты. Там я ходил в среднюю и старшую школу, где учились только беты. Я пришёл в эту компанию после университета, где тоже учились в основном беты.

Чтобы приспособиться к новому окружению, я изучал порнографические ролики – естественно, в академических целях, – перечитал кучу медицинских книг и смотрел исключительно романтические фильмы про безграничную любовь.

Вот так я и понял, что нихрена не понял.

Я решил, что уволюсь после трёх лет работы здесь. Часть выходного пособия отправлю родителям, а оставшиеся деньги потрачу на поездку за границу. Туда, где беты составляют большую часть населения.

Я помню чёрные отметины на затылке менеджера Ли на следующий день после того, как начальник отдела Со ударил его. Никакие повязки не смогли бы их скрыть. В тот день я принял решение.

Я не допущу никакой любви на своей территории.

Это было моей декларацией об эксклюзивной зоне любовных ограничений.

_____________

Чтобы лучше понимать происходящее, предлагаю разобраться в структуре фигурирующей в новелле компании и её сотрудниках. Пойдём сверху вниз: директор Ли – занимает высокую руководящую должность, состоит в совете директоров. Ниже уровнем – начальник отдела по работе с клиентами Со (мужчина), у него должность вроде тимлида, руководит менеджерами. Ещё ниже – менеджер Ли (однофамилец директора), который управляет небольшими командами внутри одного отдела. Далее есть старшие сотрудники, или руководители Им и Со (девушки), – руководят проектами или группами внутри отдела. И, наконец, наш главный герой – помощник менеджера, или ассистент Ким, он в первой команде отдела по работе с клиентами, его позиция самая низкая в компании, ниже только стажёры (Ха Вони).

Лазурное море, песчаный остров, местные жители в лёгких рубашках с коротким рукавом и солнцезащитных очках… Идеальная картинка, которую я хочу воплотить в жизнь. Я фантазирую о том дне, когда смогу купить билет в этот рай. У меня есть специально отведённое время для таких фантазий – с 8.20 до 8.30 утра каждый будний день. Офис начинает работу в 9.00, но у меня есть клиенты, которые могут позвонить раньше, поэтому я прихожу к 8.20. Можно ли сказать, что я слегка с приветом? Не знаю, но так уж у меня заведено. Мне всё равно, потому что эти лишние рабочие минуты оплачиваются дополнительно. Однако…

– Ким Джухёк, вы снова смотрите на эту картинку?

– А, да.

Директор – ходячая проблема.

Ли Шихён – самый молодой директор в компании Hanmaeum Education Consulting, элитный работник, получивший образование за границей. Альфа, конечно же.

Он приходит на работу к 8 утра каждый день и читает газету или разгуливает по офису. Честное слово, он же не NPC, сидящий без дела и ожидающий битвы с покемонами… Каждое утро в 9.00 в компании проводится брифинг отдела по связям с общественностью, но вряд ли ему надо приходить так рано, чтобы прочитать перед этим отчёт. В общем, он довольно странный персонаж.

И каждый день он спускается из своего кабинета на девятом этаже к моему рабочему месту на третьем. Затем один раз принюхивается и начинает наворачивать круги вокруг моего стола, сверкая в мою сторону своими белыми ровными зубами.

– Хотите поехать туда со мной на праздники? У меня как раз есть вилла на Голд-Кост*, и там сейчас сезон.

_____________

*Голд-Кост – крупный город на восточном побережье Австралии с длинными песчаными пляжами.

_____________

– Не нужно, благодарю.

– Я просто хочу показать себя хорошим начальником и приглашаю вас исключительно из-за этого…

Я небрежно смахнул со своего плеча его руку.

– Я буду занят поминальной службой* на праздниках.

– В таком случае я пришлю вам корзину с фруктами в качестве подарка. Выберу что-нибудь посвежее.

– Не утруждайтесь, я христианин.

– Вы же только что сказали, что будете готовиться к поминальной службе…

– Мои родители, не я.

_____________

*Поминальная служба – церемония для людей, исповедующих буддизм. Основная её цель – почтить память предков.

_____________

Директор выглядел слегка ошарашенным, но затем ослепительно улыбнулся.

– Вы забавный человек. Как я и думал, Ким Джухёк…

А потом пробормотал про себя:

– Ха-а, чёрт возьми, какой же милый!..

– …

– Что ж. Если захотите поехать на Голд-Кост, просто поднимитесь на девятый этаж.

Директор Ли подмигнул мне и пошёл к себе. Я смотрел ему в спину и из последних сил сдерживал рвущийся на свободу средний палец. Какого…

Вот и вся моя утренняя рутина. Каждый день я удивляюсь лестным словам директора Ли в свой адрес. Не уверен, какие надежды он возлагает на мою персону, учитывая то, что я бета. Может, он принимает меня за омегу?

И кстати – на моей картинке не Голд-Кост. Это Гавайи.

***

– Хм-м… ах… Ха-а…

Из кабинки туалета послышался сдавленный стон. Я резко встряхнул мокрые руки и порылся в кармане брюк. Так, нет, сначала нужно всё проверить.

Я тихо прокрался к кабинке, из которой издавались эти звуки, и прислушался.

– Хм… Ах… Ха-а… Ха-а… Угх…

Человек внутри явно один. Я удовлетворённо кивнул. Надо быть предельно осторожным в своих действиях, потому что мне совершенно не хочется вмешиваться в чью-то бурную сексуальную жизнь в глупой попытке помочь.

Но вообще – для чего заниматься такими вещами в туалете компании? Хотя… Зачем я задаюсь вопросом, ответ на который мне никто не даст?

Человек внутри определённо омега. Который, вероятно, забыл принять подавители.

В этом сумасшедшем мире слишком много людей забывают принимать подавители. Они ведь не в силах контролировать своё тело во время течки и легко могут стать жертвой насилия, так за каким, спрашивается, фигом они не принимают свои лекарства?! Как миролюбивый гражданин-бета я размышлял над возможным ответом на свой вопрос, шарясь по карманам в поисках подавителей.

Да, я всегда и всюду беру с собой подавители для омег – только потому, что не хочу работать сверхурочно.

Однажды ассистент Кан, который является омегой, забыл взять с собой подавители – и у него по всем законам жанра не вовремя началась течка. И неважно, что у него есть свой альфа, потому что в тот день он уехал в командировку за границу. Мы срочно повезли ассистента Кан в неотложку. В нашем отделе недавно появился новичок-альфа, который ходил за ним по пятам. И он сделал вид, что совершенно ни при чём. Это чужие любовные проблемы, и они не должны меня касаться, но коснулись, чёрт возьми, потому что вся эта история отразилась на работе!

Когда ассистент Кан оказался в больнице, количество документов, с которыми мне пришлось работать и затем перетащить в Департамент торговли, увеличилось вдвое. Мой коллега отсутствовал всего один день, но из-за этого вся первая команда отдела по работе с клиентами работала сверхурочно.

С того дня я и начал носить с собой подавители для омег. Когда я слышу в туалете сдавленный стон, это непременно означает чьи-то переработки и кровавые слёзы. Лекарство в моём кармане существует как раз для того, чтобы предотвратить всё это. Я буду феей-хранительницей спокойного отдыха своих коллег.

Из кабинки туалета вышел тяжело дышащий молодой человек. Он споткнулся, и я подставил ему плечо, на которое он тут же оперся. Я вывел его из туалета, помог дойти до кулера и налил стакан воды, который подал ему вместе с подавителем.

Цвет лица омеги мгновенно улучшился после принятого лекарства, так что я выдохнул и смог наконец его разглядеть. Он был стройным и привлекательным мужчиной с тонким подбородком, огромными глазами и аккуратным носом с чуть вздёрнутым кончиком. Его можно было бы легко принять за женщину, если бы только… он не был мужчиной. Конечно, до всего этого мне не было никакого дела. Он начал говорить со мной, едва сдерживая слёзы.

– Спасибо… за вашу помощь… Возможно… Ох, нет… Я чуть не сморозил глупость…

– А, всё в порядке.

– Любовь с первого взгляда… Я тоже!..

– …

– Спасибо вам огромное! Скажите мне хотя бы ваше имя…

– Так, дело сделано. У меня просто ужасное имя. Всего хорошего.

Я быстро смотался оттуда. Взгляд в спину какое-то время щекотал мне затылок, но, уверен, что смогу это пережить. УСПЕХ! Сегодня я помог всем уйти с работы вовремя.

На обратном пути к своему столу после успешной спасательной миссии я сунул руку в карман, но он оказался пустым. Куда делся бутылёк с подавителями?

Я вернулся назад. Поскольку таблетки для омег были ужасно дорогими, мне пришлось исследовать весь пол в коридоре. Когда я приблизился к кулеру, то заметил заветную баночку с лекарством. Хвала господу! Я потянулся за ней, но её перехватили прямо у меня перед носом.

– Что это?

– … Директор Ли.

Когда я поднял голову, передо мной оказался нахмуренный Ли Шихён.

– Ким Джухёк.

– Да?

– Это ваши подавители?

Его лицо вдруг ужесточилось. Он закусил губу и посмотрел на меня, а затем на бутылёк. Я понял, что вот-вот случится катастрофа.

Давайте-ка минутку спокойно поразмыслим.

Если я сейчас скажу «да, это мои», то открою невероятные просторы для воображения этому альфе. Скорее всего, он неправильно всё поймёт и тут же причислит меня к омегам, а затем станет липнуть ко мне ещё сильнее обычного.

Но если я скажу «нет», то это будет пустая трата денег на дорогущие таблетки. Когда подавители покупает человек, не являющийся альфой или омегой, это не покрывается медицинской страховкой.

Воображаемые весы в моём сознании склонялись то в одну сторону, то в другую.

– Просто… идёмте за мной. Поговорим в моём кабинете.

Нет, этого мы делать точно не будем! Только не его кабинет на девятом этаже! Да и нам не о чем разговаривать. Воображаемые весы наконец остановились. На разумной стороне.

– Директор Ли.

– Что такое?

– Это не мои.

– …

Деньги можно заработать. Но я не хочу провести с этим человеком и одной минуты в его кабинете. Я тогда точно закричу, разобью окно и спрыгну с 9 этажа.

Директор Ли определённо был человеком, которому я нравился или который хотел иметь со мной какие-то мутные дела. И он мой начальник. Я просто отказываюсь оставаться с ним наедине в таком маленьком узком пространстве. Мне это не интересно, даже если он притащит туда тонну песка с Голд-Кост. Начнём с того, что мне вообще песок не нужен, поэтому…

Директор усмехнулся. Я тут же пришёл в себя – сейчас не время думать о всякой ерунде!

– Не ваши?

– Нет.

– Тогда зачем вы пытались подобрать их?

– Потому что они лежали прямо передо мной.

– И?

– Это мой ответ.

– … Пусть будет так. Просто у меня на секунду возникла абсурдная мысль. Вы же бета, так зачем вам подавители для омег? Это бессмыслица какая-то…

Если так подумать, люди в нашей компании вообще не умеют держать рот под замком. Каждый вываливает первому встречному все свои сокровенные мысли. Директор Ли тоже работает в нашей компании, так что он охотно говорит всё, что в голову придёт, не заботясь о том, что меня его мысли совершенно не интересуют.

– Я предположил, что на самом деле вы омега, который притворяется бетой. Это показалось мне логичным. Вы стараетесь избегать любого контакта с альфами, взаимодействуете только с бетами или омегами… Я ведь прав?

Его суждения не были ошибочными. Хотя стойте, нет, они ошибочны! Просто большинство альф в нашей компании находятся выше меня по положению. Есть ведь субординация, я не могу слишком близко общаться с начальством на работе, а вся первая команда по работе с клиентами состоит из бет и омег. Новичков-альф у нас всего двое, и то их столы стоят слишком далеко.

Директор Ли подошёл ко мне на шаг ближе.

– Допустим, вы не омега. Тогда почему вы сейчас здесь? Зачем вам понадобилось подбирать эти подавители? Я спрашиваю, потому что вы смотрели на пол, словно искали их намеренно.

На моё лицо опустилась тень. Я поднял глаза, – директор Ли, оказывается, на две пяди выше меня. На его лице появилась улыбка. Я никогда такой не видел, за исключением случая, когда улыбался начальник отдела Со, опоздавший на командные соревнования и поцеловавший тогда менеджера Ли. Я тут же замер.

– Я лишь хотел выпить воды.

– … Конечно. Тогда прошу вас.

Директор вздохнул и мягко похлопал меня по плечу. Затем он взял мою руку в свою и вложил в неё подавители. Его пальцы были ледяными.

– Вот. Примите их, если необходимо. Неважно, ваши они или нет.

Смотря на его удаляющуюся спину, я вдруг ощутил себя проигравшим.

Я вернулся на своё рабочее место с этим неприятным чувством в груди. Пора заняться работой. Если я сосредоточусь на ней, это странное чувство перерастёт в гнев, направленный на мой компьютер. А компьютеры в нашей компании работают ультрамедленно. Это связано с тем, что серверная компания, с которой у нас контракт, недавно обанкротилась. Работать стало жутко неудобно. Говорят, что административный отдел только и делает, что пытается найти нам нового подрядчика, но пока его не найдут, нам всем так и придётся терпеть неудобства: спускаться на их этаж, если у нас появляются срочные дела или сервер совсем вышел из-под контроля.

Я подвинул стул к столу и собирался сесть, как вдруг ассистент Кан, чьё рабочее место было рядом с моим, резко почувствовал себя нехорошо. Он оглянулся на меня, закрыл свой нос рукой и направил на себя портативный вентилятор.

– Ассистент Кан, вы, случаем, не беременны?

– Ох, что за ужасные слова вы говорите, ассистент Ким. С кем вы успели поругаться? От вас исходит сильный запах феромонов.

Ассистент Кан направил на меня свой вентилятор и вдобавок помахал им для усиления эффекта.

Феромонов?.. Я понюхал свои руки, но так и не услышал никакого запаха. Разве что от кондиционера для белья и от сухого уличного воздуха. Беты не могут учуять запах феромонов омег или альф.

– Я так сильно пахну?

– Это не совсем запах, это феромон… Думаю, человек, который оставил его на вас, был немного зол.

– Это же очень удобно, нет? Вы понимаете собеседника, даже если он ничего вам не говорил.

– В задницу такие удобства, они совершенно бесполезны! Если тебе неподвластны свои феромоны, ты даже в покер сыграть не сможешь. Все эмоции как на ладони.

Я кивнул и уставился в свой монитор.

Директор Ли… разозлился.

Признаться, я слегка обескуражен – с чего бы ему злиться? Это, конечно, очень любопытно, но мне и правда пора работать. Если бы каждый сотрудник реагировал на чувства своего начальника, проще было бы совсем не ходить на работу.

3 года. Мне надо проработать всего 3 года. А потом я свалю на Гавайи.

– Ах, точно, ассистент Ким?

– Да?

– Вы слышали, что сегодня в административном отделе появился новый сотрудник?

– Нет. Откуда вам известно об этом, ассистент Кан?

– Я услышал об этом, пока покупал кофе для руководителя Ханны во время обеда.

– Ох…

– Помните, как однажды один из руководителей административного отдела Пак потерял сознание из-за течки прямо на рабочем месте? После того случая он решил, что хочет побольше отдыхать. У нас ещё из-за этого был полный бардак. В тот день сюда ворвались двое альф и чуть не поубивали друг друга… В итоге руководителя Пак оставили в покое и решили нанять нового сотрудника в команду.

– Кто захочет прийти – придёт, кто захочет уйти – уйдёт, – безэмоционально ответил я.

Ассистент Кан понизил голос, словно рассказывал мне величайший секрет:

– Но новенький омега, говорят, чудо как хорош собой.

– Кто красив – тот красив, кто некрасив – тот некрасив.

– О, как раз идёт руководитель Им, хотите, спросим у неё подробности?

Ассистент Кан отъехал на стуле назад и замахал руками:

– Руководитель Им! А? Позади вас новый сотрудник?

– Да, я хочу вас всех ему представить.

Я тоже оглянулся. Руководитель Им едва не падала от количества документов в её руках. А прямо за ней стоял омега, который стонал сегодня в туалете. Омега, которого я выручил и тут же сбежал. Омега, новый сотрудник компании, который, говорят, чудо как хорош собой.

Он уставился прямо на меня. О-о, я знаю это выражение лица. То самое, которое кричит, что его обладатель готов признаваться мне в любви с ночи до утра. Я не смог скрыть своего недовольства.

Кажется, он что-то бормотал себе под нос сегодня утром. Что-то про любовь с первого взгляда. Мне встречались такие время от времени. Те, что едва справлялись с эмоциональными качелями в период течки или те, кто влюбляются в тебя из чувства благодарности, когда ты всего лишь предложил им стакан воды и подавитель.

Некоторые из них до сих пор оставляют напитки на моём столе каждое утро. Эта благодарность ощущается тяжелее с каждым днём.

Просто однажды мне оставили записку со «спасибо» на бутылочке сока. Это было довольно мило. Я люблю всякие напитки. И всё. Я подумал, что меня просто поблагодарили.

Но, вопреки моим представлениям, всё дело кончилось признанием в любви. Омега надеялся таким образом завоевать моё расположение. У всех них были разные причины, как раз вроде любви с первого взгляда, – точнее, они говорили, что чем больше на меня смотрели, тем сильнее влюблялись. Но конец всегда был один и тот же.

Я всем отказывал. Не потому, что они чем-то плохи, и не потому, что я такой весь из себя благородный.

Просто я не хочу встречаться с мужчинами. Когда я думаю о мужском теле, то представляю себе скучную и душную атмосферу общественной бани. Когда я ещё учился в школе, отец говорил мне в таких: «Если ты не будешь учиться, то станешь лысым, как тот дядька».

Особенно меня не прельщает перспектива встречаться с мужчиной-омегой или мужчиной-альфой. Я даже не рассматривал их в качестве потенциальных партнёров. Бета может встречаться только с бетой. К тому же, заводить романы на работе? Стопроцентное нет.

И поскольку у меня есть определённые принципы, я нацепил на лицо максимально строгое выражение, которым и встретил новенького омегу:

– Здравствуйте.

– Здравствуйте! Мы с вами недавно виделись… Меня зовут Ха Вони. Вы можете звать меня просто Вони.

– Ах, да…

– Ассистент Ким, что за унылое приветствие? Ха Вони, это ассистент Ким Джухёк. Он настоящая звезда в нашей команде!

– Ха-ха-ха, – руководитель Им громко рассмеялась и скинула огромную пачку документов мне на стол. – Раз вы у нас звезда, разберитесь-ка со всеми этими документами.

– Эй, не слишком ли много? Вы действительно хотите, чтобы я успел обработать их все?

– Ха-ха-ха!

Когда я нахмурился, ассистент Кан направил портативный вентилятор на моё лицо. Моя чёлка тут же улетела назад.

– Ассистент Ким, вам надо носить причёску, которая открывала бы ваш прекрасный лоб!

– Да что с вами сегодня? – спросил я. – Вы пьяны?

– Кстати, это отличная идея! Хотите выпить после работы?

– Выпивка? Да? Сходим в какое-нибудь новое место?

Пока руководитель Им и ассистент Кан суетились вокруг меня, лицо Ха Вони постепенно темнело. Кажется, он даже задрожал. Похоже, ассистент Кан, занятый разговором с менеджером Им, дул своим вентилятором прямо на него. Что ж, использовать вентилятор, хотя сейчас даже не лето, как-то… Мне бы тоже стало холодно.

– Ассистент Кан, ваш вентилятор, вентилятор…

– А? Ох, простите-извините, я почти сдул нашего Ха Вони, простите меня!

– Ах… Всё в порядке… Ассистент Ким…

Ха Вони как-то странно сжался. Если ему холодно, мог хотя бы растереть руки.

– Хм? Ах, эм…

– Что такое? – спросил я его.

– Нет, ничего…

Эм, что? Я вздохнул и перевёл взгляд на здоровенную стопку документов.

Руководитель Им, кажется, наконец закончила говорить с ассистентом Каном о выпивке и похлопала меня по плечу. Я махнул ей рукой, не оборачиваясь. Слава богу, их болтовня прекратилась. Не имею ни малейшего желания куда-то идти, сегодня я пойду прямиком домой и буду смотреть дораму.

– Чем это вы тут заняты? Здесь вам не перемена в школе. Возвращайтесь к работе.

Проходящий мимо руководитель из другого отдела распустил наше спонтанное собрание. Кто-то за моей спиной с мгновение колебался, а затем быстрым шагом куда-то ушёл. Наверное, это был Ха Вони.

Когда я посмотрел на ассистента Кана, тот широко улыбался, будто что-то показалось ему забавным и он из последних сил сдерживал смех, а когда я взглянул ему в глаза, он запрокинул голову вверх.

– Ассистент Кан, – прошептал я. – Что смешного?

– Ха-ха-ха-ха!

– ?

– Ха-ха-ха-ха!

– ???

Я пошевелил мышкой, чтобы вывести компьютер из режима сна, потому что подумал, что ассистент Кан мне так и не ответит, но на экране тут же высветилось сообщение.

[Мне кажется, Ха Вони учуял от вас феромоны альфы. Ассистент Ким, что вы наделали? Он ведь наверняка принял вас за альфу! Ахаха]

Я убрал руки с клавиатуры.

Теперь понятно, какой сегодня день.

***

Благодаря сброшенной на меня руководителем Им бумажной бомбы об уходе с работы вовремя не могло быть и речи. Я на минутку вышел из офиса в час пик, когда абсолютно все сотрудники компании ввалились в несчастный лифт.

Напротив нашего здания располагалась кофейня, в которую я зашёл на глазах у счастливых людей, спешивших на станцию метро. Я купил себе сэндвич, американо и печенье.

По возвращении рядом с рабочим столом меня ждала каменная статуя в лице Ха Вони. Он держал в руках бумажный пакет. Ох, у меня дурное предчувствие…

– Чем обязан?

– Ассистент Ким! Ох, ничего особенного…

Сотрудник Ха скромно протянул мне пакет с ланч-боксом. На белом пластике виднелся жёлтый логотип ближайшего ресторанчика, где продавали такие обеды. Рука сотрудника Ха дрожала, и пакет тихо шуршал, точно старая виниловая пластинка.

Я немного смутился. Спасибо ему за искренность, конечно, но…

– Ха Вони, вы сегодня остались поработать сверхурочно?

– Раз ассистент Ким работает сверхурочно…

– Вам не обязательно было покупать это мне.

– И всё же мне этого хотелось. Пожалуйста, съешьте его.

Я посмотрел на новичка. Он выглядит очень молодо, вероятно, у него мало опыта в общении с коллегами. В этой новой незнакомой обстановке вполне естественно привязаться к человеку, который тебе помог. Конечно, для меня это несколько обременительно. Было бы здорово, если бы я мог общаться с ним, как с младшим братишкой…

– Ха Вони, для начала…

Ха Вони – сотрудник-омега. На его лице было растерянное выражение, когда он взглянул на меня. Цвет его лица был бледен, а вот щёки сильно покраснели.

Не хочу показаться бессердечным, но мне придётся отказать и ему тоже. Однако если в моих словах будет хоть капля ложной надежды, нам обоим потом будет очень трудно. Хотя глядя на его грустное выражение лица моя решимость вдруг дала слабину. Думаю, бедняжке просто некуда голову приложить, потому что он совсем недавно устроился к нам в компанию. Ладно, всего один раз…

– Может, перекусим вместе? Я уже купил себе сэндвич…

– О, не волнуйтесь об этом.

– А?

Ха Вони настойчиво протянул мне коробку с ланчем, буквально заставляя меня взять её в руки.

– Ассистент Ким, вы альфа. Когда я впервые встретил вас, мне показалось, что вы бета, и я ожидал, что… Я не хочу иметь ничего общего с альфами. Но мне не хотелось быть в долгу перед вами, поэтому я решил купить вам перекусить. А теперь прошу меня извинить.

Сказав эти слова, Ха Вони коротко поклонился, прощаясь со мной. Я тоже поклонился, словно какой-то пингвин-дурачок.

Мой рот раскрылся сам собой, когда Ха Вони отвернулся с видом человека, который больше никогда не захочет пересечься со мной по своей воле. Маленький затылок быстро исчез из поля зрения. Я так и остался стоять посреди офиса с руками, полными еды.

– Тебя интересует только моё тело, скажешь, нет?! Моя возлюбленная – просто хорошенькая омега, такой ты меня видишь?!

– Сольхи! Почему ты так говоришь?

– Я не права?! Скажи, что я не права!

Хрусть. Я раскрошил картофельную чипсу зубами. Солёный вкус на мгновение опустился на мой язык и тут же исчез. На телевизоре мигали сменяемые картинки, но мой взгляд был прикован к столику возле дивана. Там стоял ланч-бокс от Ха Вони. В итоге я так его и не съел и почему-то забрал с собой домой.

Не съел я его не потому, что у меня не было аппетита. На работе я закинул в себя сэндвич, но просто не смог открыть этот ланч-бокс. Что-то тут не так. Я ведь даже не приглашал Ха Вони на свидание, но не могу избавиться от ощущения, что меня отшили.

Меня потихоньку охватывают смутные сомнения насчёт того, что я мог понравиться Ха Вони.

Я скоро сгорю со стыда!

Это ведь правда, что Ха Вони влюбился в меня с первого взгляда. Он самолично сказал, что я ему интересен. Словами через рот! Однако расстроился, когда решил, будто я альфа.

И как мне теперь исправить всё это недоразумение? И нужно ли его исправлять? Если он будет и дальше пребывать в неведении, ему не захочется со мной связываться, что выгодно для меня. Но он всё равно скоро подружится с руководителем Им и выяснит, что я бета.

Хотя было бы забавно, спустись я на первый этаж и скажи ему: «Вообще-то, я бета». Ну что, флиртуем дальше?

Какой отстой. Это мелкое неприятное чувство сродни тому, когда у тебя между зубов застревает картофельная чипса, но зубная щётка никак не может её оттуда вычистить, а нитью туда не добраться.

Из меня вырвался вздох. Даже ланч-бокс, казалось, смеялся надо мной своими гладкими боками. Я поставил его в холодильник – от глаз подальше.

Драма в телевизоре уже достигла своего апогея, а я так и не понял, как именно отношусь к этой ситуации с Ха Вони.

– Сольхи, я!.. Ты единственная! Среди всех омег мира я слышу лишь твой запах! Твой незабываемый феромон! Ты – всё, что мне нужно!

– Джунсок!..

– Сольхи!

Хрусть-хрусть.

Если так подумать, у омег ведь тоже есть феромоны. Говорят, у каждого свой уникальный запах: кто-то пахнет цветами, а кто-то – будэ-чигэ*. Я не имею своего феромона и не могу учуять его у других.

_____________

*Будэ-чигэ – пряное корейское блюдо, готовится из консервированных или обработанных ингредиентов: ветчины, колбасы, фасоли, кимчи, лапши быстрого приготовления и сыра.

_____________

Да и что это вообще такое? У Ха Вони наверняка тоже есть свой феромон. Чем он может пахнуть? Нет, не нужно об этом думать. В памяти мелькнул маленький затылок Ха Вони, и кончики моих ушей тут же стали горячими.

Герои на экране телевизора страстно поцеловались. Я сморщил нос и пошёл на кухню выпить воды – всё из-за солёных до невозможности чипсов.

Сцена поцелуя продолжалась, даже когда я вернулся. Хоть это и не происходило непосредственно передо мной, мне всё равно стало неловко. Правильно, всё потому, что актёр в этой дораме – мой хубэ, с которым мы вместе учились в университете. Чувствую себя каким-то старым солдатом или восстановившимся студентом, который развязно свистит, застав молодняк за поцелуем.

Я начал смотреть эту дораму как раз из-за своего друга. Актёр Соль Гидо, который играет Хан Джунсока, главного героя-альфу, и есть мой хубэ. Мы познакомились в театральном клубе. Точнее, в клубе английской драмы.

Я присоединился к ним, когда начал изучать английский язык. Вопреки моим ожиданиям, это оказался скорее клуб алкогольной драмы. Ребята встречались там без каких-либо обязательств, вместо театра они занимались разве что просмотром американских сериалов. Соль Гидо был обманут так же, как и я.

Мы с ним на этой почве очень сблизились. Наши с ним характеры тоже сыграли свою роль. У нас очень поддерживающая и комфортная дружба, и так было с самого начала. Мы даже ходили на двойные свидания и вместе путешествовали в студенческие времена. У нас куча совместных воспоминаний, возможно, мы скорее даже семья, чем друзья. Он альфа, но ощущает себя как бета. Гидо – единственный альфа среди моих друзей. И мы подружились до того, как проявился его вторичный пол.

Он всегда мечтал играть в мюзиклах. Помню, учился Гидо из рук вон плохо, потому что всегда пропадал на прослушиваниях или прогулках по театрам. Он был на последнем месте среди студентов, изучавших английскую литературу. Но в конце концов ему удалось стать актёром. После выпуска из университета он долгое время работал в театральной труппе, подрабатывал ассистентом на телевидении, проходил бесконечные прослушивания, а затем стал играть в дорамах.

Наверное, стоит сказать, что его жизнь стала лучше – теперь, когда он играет главную роль. Интересно, как много он зарабатывает? Если у него хорошие гонорары, мог хотя бы угостить меня едой…

Хотя вряд ли это так, эта дорама не особо популярна. Я смотрю её только потому, что Гидо – мой друг.

Главная героиня Ю Сольхи – бедная безработная девушка, которая старается жить в соответствии со своими принципами. Она встречает альфу Хан Джунсока, сына председателя крупной корпорации. На пути их любви стоит разница занимаемых ими положений в обществе, но они всё же запечатлеваются. История альфы и омеги, которые борются за свою любовь несмотря на препятствия, что учиняют им их семьи, хоть немного, но трогает сердца телезрителей.

На просторах интернета гуляло много негативных отзывов, в основном о том, что актриса, играющая омегу, малоизвестна, и что дорама была испорчена актрисой-бетой в роли омеги. Конечно, ко мне это не имеет никакого отношения, но… просто…

Хан Джунсок, которого играет Соль Гидо, чем-то смахивает на директора Ли. Молодой альфа, который занимает высокое положение в компании, невероятно красивый мужчина, которым восхищаются даже другие альфы. Когда он проходит мимо, омеги сворачивают головы, а беты завидуют ему страшной завистью. Директор Ли – именно такой альфа. Они с этим героем словно списаны друг с друга. Разница лишь в том, что Хан Джунсок подтрунивает над своей омегой, а директор Ли подтрунивает надо мной. Ох, меня тошнит от одной мысли о нём.

Долгая сцена поцелуя наконец закончилась, и на экране появился рекламный баннер с логотипом компании-спонсора. Пора чистить зубы и ложиться спать.

– Потому что ты моя судьба! Потому что я твоя единственная любовь. Я альфа, который защищает свою омегу. Я люблю тебя! А ты просто дурак, который не замечает своей судьбы…

Мне показалось, что музыка финальных титров звучит как-то слишком долго, а это оказался мой рингтон. Гидо.

– Эй, Гидо, – я взял трубку, – я тут как раз смотрел твою дораму.

– Я же просил тебя не смотреть, мне неловко.

– Ты целовал её так долго…

– Хён!

Гидо, поворчав какое-то время, наконец озвучил цель звонка:

– Я тут недалеко от твоего дома, не хочешь выпить?

Я взглянул на часы – уже 11 часов вечера. Завтра мне на работу. Если бы не этот факт, я бы с удовольствием согласился. Но мне слишком тяжело просыпаться по утрам. Гибкий график работы могут позволить себе только альфы и омеги. Ещё один бонус течек и гона. Благополучие альф и омег важнее всего.

– Мне завтра на работу.

– А, чёрт… А я хотел угостить тебя сегодня.

– … Всё равно нет.

– Я думал, ты согласишься…

– Что-то случилось?

– Нет, просто съёмки были рядом с твоим домом, так что я подумал о тебе. В этом районе живёт мой малыш…

– Придурок.

Реально придурок. Гидо встречался с девушкой-омегой, которую очень долго добивался. Когда я выслушивал его рассказы о ней по телефону, его голос звучал прямо-таки отчаянно. Я никогда её не видел, но по его рассказам она очень красива. Думаю, он говорил так только потому, что это его девушка, но наверняка не знаю.

Мои руки снова потянулись к картофельным чипсам. На ум пришёл Ха Вони. Он вроде сказал, что у него были какие-то ожидания на мой счёт, пока он думал, что я бета. Но разве омегам не должны нравиться альфы? Гидо вот тоже альфа. Поэтому он встречается с омегой…

– Слушай, Гидо.

– Да, хён?

– Обычно омеги… Нет, бывают ли омеги, которые предпочитают бет, а не альф?

– Тебе понравился омега? Симпатичный?

– Мне просто интересно.

– Разве это не сугубо личные предпочтения конкретного человека? Хотя, может?..

– Может?..

– Я на детской площадке возле твоего дома. Выходи ко мне и поговорим.

Я выключил телевизор. Мне не понять этого придурка Гидо…

***

Я быстро надел флисовую куртку и вытащил из шкафа шлёпки. В подъезде я тут же сжался от гулявшего там ветра. Мой сосед тоже собрался выйти на улицу, чтобы вынести мусор.

– Здравствуйте.

– А, здравствуйте.

Этот сосед – высокий мужчина с длинными руками. Он держал мешки для мусора, словно тяжёлые букеты с цветами.

Он альфа? Да, наверняка. Альфы обычно в лучшей физической форме, чем беты, и они намного красивее. Я не говорю, что все беты некрасивы, но привлекательного бету встретить сложнее, чем привлекательного альфу. Почти все они симпатичные и высокие.

Но почему Ха Вони ненавидит альф? Они ведь во многом лучше бет. Почти во всём, есть так подумать. Во внешности, талантах, социальном положении…

Мой сосед вот тоже наверняка лучше меня.

– Куда вы направляетесь?

Я как раз проклинал в голове вселенскую несправедливость, когда сосед вдруг окликнул меня. Я оглянулся.

– А, эм…

– На улице прохладно, пожалуйста, одевайтесь теплее. Я…

– Я обычно не простужаюсь, а вы заходите скорее в тепло.

Говорят, сейчас люди стали грубыми, но мой сосед весьма мил. Когда я только переехал сюда, он приносил мне рисовые лепёшки и всякие фрукты, которые не мог доесть сам, иногда даже оставлял мне ликёр…

Временами я задумывался над тем, что нравлюсь ему, но, похоже, это было не так. Просто вокруг меня было много добрых людей. Я неправильно понимал его десятки раз, предполагая, что нравлюсь ему. Мы как-то говорили об этом с Гидо, и тот утверждал, что я настоящий нарцисс с манией величия. Ладно, возможно, я слегка преувеличиваю. Не может же соседу-альфе понравится бета вроде меня?

Когда двери лифта закрылись, лицо соседа исчезло из моего поля зрения. Я был несколько озадачен. Ему ведь нужно спуститься на первый этаж, чтобы вынести мусор, но он не зашёл со мной в лифт. Забыл что-то?

Гидо сидел на качелях, когда я вышел на площадку. Качели едва выдерживали вес взрослого мужчины – они жутко скрипели, пока он на них качался.

– Гидо!

– Хён!

Гидо спрыгнул на песок, тут же потерял равновесие, запутавшись в полах своего пальто, и упал, исполнив импровизированный танец с качелями. Он великолепен в розыгрышах, но временами до смешного неуклюж.

– Так в чём может быть причина того, что омега интересуется бетой?

– Что, прямо сразу к делу?

Я подал Гидо руку и тот ухватился за неё. Вдруг подумалось, что он утянет меня вниз, но он ловко вскочил на ноги. Гидо был крупнее меня и сейчас стоял весьма неустойчиво.

– Ты хорошо питаешься? Почему тебя так трясёт?

– Я пришёл выпить с моим малышом.

От его одежды несло алкоголем. Похоже, он уже прилично выпил, зачем тогда позвал меня на второй круг?.. Я усадил Гидо на скамейку на детской площадке, а сам пошёл в магазинчик неподалёку.

Там я взял средство от похмелья, две банки пива и немного закусок. Продавец даже не взглянул на мои покупки, вместо этого он почему-то уставился на меня. Я запереживал, что он спросит у меня удостоверение личности, но после мгновения колебаний он вдруг заикаясь сказал:

– Я… может быть… ваш номер телефона…

– Мне не нужна карточка магазина.

– Ах… С вас двенадцать тысяч вон…

Я расплатился картой и взял пакет с продуктами. Продавец заметно нервничал – может, сегодня его первый рабочий день здесь? Я снова почти подумал, что понравился ему.

Гидо ярко улыбнулся и помахал мне рукой, когда заметил меня с покупками. В университете всё было точно так же. Мы покупали пиво по акции и распивали его прямо на улице, потому что на бары у нас не хватало денег. Хотя Гидо настолько красив, что омеги частенько приглашали его на свидания. Теперь я думаю, возможно, не только Гидо был причиной того, что вокруг нас вечно крутились омеги…

Я приложил банку пива к его щеке.

– Холодно!

– Усмири свои феромоны.

– А? Я? Снова? Стой-ка, ты же бета, как ты их почуял?

– Расслабься, ничего я не почуял. Я сказал это, потому что ты пьян. Когда ты выпиваешь, твои феромоны летят направо-налево, из-за этого омеги всего города начинают гоняться за мной.

– А-а, точно-точно.

Он кивнул, потупив глаза.

– Думаешь, это из-за меня? – спросил он.

– Конечно, из-за тебя.

Хотя мне никак это не проверить. Я сел с ним рядом. Меня снова могли принять за альфу, прямо как вчера. Надо бы принять душ перед сном.

Я чокнулся с Гидо, услышав звук открываемой им банки. Моё тело задрожало от  холода, как только я глотнул ледяного пива.

– Один омега сказал сегодня, что я ему нравлюсь, потому что я бета, а потом заявил, что не нравлюсь, потому что я альфа.

– Хён, ты же бета.

– Так в том и проблема. Если я скажу ему, что я бета, он начнёт за мной увиваться, но я не хочу врать ему, что я альфа. Меня это бесит.

– Ты же всё равно не собираешься с ним встречаться.

Я залпом допил пиво. Гидо, наблюдавший за мной, откинул голову назад и тоже допил свою банку.

– Так ты понравился омеге, хён?

– Есть ещё один альфа. Директор Ли, тот ещё персонаж. Говорит, может, махнём на Голд-Кост вместе?

– Это где?

– Это... ну, знаешь, на лазурном берегу в Австралии.

– Не знаю.

– Да и ладно.

Мы похрустели немного снеками и притихли. Ночь сегодня беззвёздная. У меня начало щипать нос. Как же я не хочу завтра на работу…

– Так почему я мог понравиться омеге?

– …

– Вот жук! Ты просто хотел выпить, поэтому позвал меня сюда?

– Да. И я собираюсь переночевать у тебя сегодня.

– Какой же ты придурок.

– Эй, проснись! Мне пора на работу.

Похоже, у Гидо сегодня свободный день. Утром я несколько раз пытался его разбудить, но всё было бесполезно. Ладно, пусть дальше спит.

– Эй, иди хотя бы в кровать.

– Нет… Это пять… Нуна…

– Что за?..

Я вышел из дома только после того, как пару раз шлёпнул его по лицу. Как бы мне ни хотелось остаться в кроватке, с утра надо идти на работу. Я оставил ему записку, чтобы он поел, прежде чем уходить. Надеюсь, он справится с этим невыполнимым заданием самостоятельно. Мне, знаете ли, не доплачивают за то, чтоб я возился с пьяными идиотами.

Когда я пришёл на работу, на своих местах сидело всего несколько человек, так что я сразу направился на кухню приготовить себе кофе, пока включался мной многострадальный компьютер.

Настало время ежедневных фантазий. Нет, пора уже составлять планы на будущее. А именно – бегство за границу после увольнения. Идеально. Но сначала – Гавайи…

Я услышал звук чьих-то шагов совсем рядом. Наверное, это директор Ли. Я встал со своего места, чтобы поздороваться с ним, но меня вдруг схватили за руку. Галстук на шее директора Ли оказался прямо перед моим носом.

– Кто это? – грозно спросил он.

– Эм… Я?

– Нет, чей это феромон? С кем вы вчера были?

Соль Гидо, вот же пёс!.. У него есть дурная привычка разбрасываться феромонами в пьяном состоянии. Не уверен, какое слово лучше употребить – разбрасываться, распылять? В общем, я слышал, что люди, с которыми он пьёт, весь день потом пахнут его альфа-феромонами. Нас часто понимали неправильно из-за этой его привычки. В университете ходил дурацкий слух, что Гидо по пьяни переспал со всеми из клуба английской драматургии…

Судя по всему, от меня до сих пор пахнет его феромонами, хотя я около часа принимал душ, чтобы смыть этот запах. Я придушу этого придурка! И больше никогда не буду с ним пить.

Похоже, директор Ли навоображал себе из-за этого невесть что. Надо бы разрешить хотя бы это недоразумение. Не хочу начинать с него свой день.

– С кем вы были, скажите мне?

Однако чувства оказались быстрее разума. Раздражение из-за того, как директор Ли схватил мою руку, свело на нет мою осторожность в выражениях, и я не смог удержаться, чтобы не сказать:

– Какое вам до этого дело?

Я в полной заднице.

Директор Ли отшатнулся. Он растерянно запустил руку в свои уложенные волосы.

– Я просто волнуюсь. И переживаю за вас. Это тело…

– Какое тело?

– Забудьте.

Я вздохнул. Очевидно, он до сих пор пребывает в плену своих иллюзий. Из-за вчерашнего наверняка напридумывал себе, что я омега.

Директор Ли сжал руки в кулак, а затем расслабил их. Он осторожно коснулся ладонью моего затылка. Это несомненно…

– Директор Ли, я…

– Нет. Погодите. В следующий раз…

Да я не про то! Как можно было забыть, что мы сейчас на виду у всех!

– Не доверяйте альфам. Особенно тем, кто входит в ваше окружение. Пожалуйста, берегите себя.

Бросив в меня этот бесполезный совет, он развернулся и ушёл. Казалось, у него было ещё что сказать, но он проглотил это в себе.

Ассистент Кан, собиравшийся сесть за свой рабочий стол, кивнул и поприветствовал уходившего директора Ли. Тот ничего не сказал, только поднял руку в ответном приветствии.

Ассистент Кан упал на свой стул и тут же зашептал:

– Ассистент Ким, неужели вы наконец отшили директора Ли?

– Погодите… Вы знали, что я ему нравлюсь?

– Конечно, только слепой бы не заметил. Он спускается сюда каждый день только ради вас.

В офисе не было жарко, но ассистент Кан снова включил портативный вентилятор.

– Чем вы вчера были заняты, что на вас так много чьих-то феромонов?

– Соль Гидо, этот придурок!

– Кто такой Соль Гидо? У-у-у, у директора Ли есть соперник?

Я сел на своё место. На экране компьютера высветилась моя любимая картинка с песчаным пляжем. Блин, за что мне?..

Ассистент Кан включил свой компьютер, напевая что-то себе под нос.

Я резко вскочил на ноги. Я не смогу с этим жить! Не смогу смотреть на директора Ли, который приходит каждый день к моему столу безо всякой разумной причины и нарушает мой покой. Надо как-то аккуратно решить эту проблему.

Я смогу догнать его, если пойду за ним прямо сейчас. Раз он никуда не спешил, значит, сегодня у него нет утреннего собрания. Надо перехватить его.

– Ассистент Ким? – ассистент Кан посмотрел на меня. – На обратном пути захватите кофе.

– Ассистент Ким! – окликнул меня менеджер Ли. Он высунул голову из-за перегородки и показал мне два пальца буквой V. – И мне с начальником отдела Со.

– Тоже хотите кофе?

– Да, сегодня мы совсем не спали.

Кажется, я сейчас узнал больше, чем хотел бы. Я покачал головой. У меня очень богатое воображение. Так, ладно, сейчас не время фантазировать всякое.

Я показал пальцами «окей» менеджеру Ли.

Пора идти на 9 этаж.

***

Я был уверен в себе ровно до момента, пока не зашёл в лифт. Как только закрылись его двери, моя решимость куда-то улетучилась. Если я зайду в кабинет директора Ли и с порога скажу: «Пожалуйста, разлюбите меня», меня примут за сумасшедшего?

Лифт поднялся сразу на 9 этаж без единой остановки. С резким звуком двери открылись, и передо мной предстало знакомое лицо. Ха Вони. Почему он здесь?

Он кивнул мне и зашёл внутрь.

– Разве вам не пора выходить?

– А…

Я услышал фыркающий звук, когда вышел из лифта. Нет, этот человек…

Если сейчас оглянусь, то проиграю. Я с трудом заставил себя идти дальше по коридору и остановился перед массивной дверью. Кабинет директора Ли соседствует с конференц-залом на 9 этаже, поэтому войти туда можно только с ключом безопасности. Я собрал всю свою энергию в кончиках пальцев.

Динь-дон.

У меня пересохло во рту. Вскоре мне ответил чей-то голос.

– Чем могу помочь?

– Ах, эм… Это Ким Джухёк из первой команды отдела по работе с клиентами. Директор Ли на месте?

– Подождите минутку.

Вскоре после этого я услышал щелчок, и дверь открылась. Я смогу. Я всё смогу.

Я двигался по коридору, точно разваренная макаронина. Начнём со стука. Тук-тук. Моя рука дрожала. Происходящее наконец достигло моего сознания. Я пришёл к кабинету своего начальника, чтобы сказать ему: «Кажется, вы влюблены в меня. Пожалуйста, перестаньте».

Я не стоял сейчас на берегу реки Иордан, но в моей голове почему-то проносились воспоминания. Школьная униформа в стиле работников бильярдной, гора позади девушки, что когда-то нравилась мне, фазан, который гулял у подножия той горы… Мой отец, который сказал, что отправится на рыбалку, но который почему-то вернулся с кроликом в руках. Младшая сестра, которая клялась родителям, что будет ухаживать за этим кроликом, если они позволят его оставить…

Почему я вдруг подумал об этом всём? Я ведь просто постучал в дверь кабинета директора.

– Войдите.

Директор Ли стоял у окна. Он повернулся ко мне и улыбнулся.

– Я же уже говорил вам быть осторожнее с альфами.

– Да.

Директор Ли вдруг оказался совсем рядом, словно и не собирался слушать мой ответ. Он захлопнул входную дверь. Моя спина, за которой эта дверь располагалась, вздрогнула от неожиданности, и я ударился носом о грудь директора Ли.

– Так почему вы игнорируете мои слова?

– Прошу прощения…

Директор Ли взял меня за подбородок. Казалось бы, это была крепкая хватка, но я мог бы вырваться из неё без особых усилий. Может, он хотел меня напугать? Мне не следовало бы даже думать такие вещи, но я его совсем не боюсь.

– Ким Джухёк, не хотите ли использовать часть своего отпуска сегодня?

– Я лучше приберегу его для…

– Я могу отпустить вас на больничный.

Глаза директора Ли, казалось, горели огнём. Он облизнул краешек верхней губы. Мне кажется, он мог бы стать прекрасным актёром. Единственный актёр, которого я знаю лично, это Соль Гидо, и он не такой эффектный. Но директор Ли мог бы стать очень крутым актёром. Настоящим. Он обладал сумасшедшей харизмой, которая буквально сбивала людей с ног. Обычно меня не интересовали мужчины-альфы, но конкретно этот… интересовал. У меня вспыхнули кончики ушей.

Ох, чёрт.

– …

– …

– … Ким Джухёк.

– … Да?

– Вы бета?

– Да.

Директор Ли убрал руку и шагнул назад. Он провёл ладонью по лицу, словно вытирая его насухо. Я безо всякой причины вдруг смутился и принялся оправлять одежду.

– Вы действительно бета?

– Да.

– …

Директор Ли прошёлся по своему кабинету и снова повернулся ко мне.

– Почему вы носите с собой подавители для омег?

– Это не мои…

– Прошу вас, не лгите.

– Я выручаю своих коллег, когда у них течка.

– Ха-а-а.

Директор Ли шумно выдохнул и сел на кресло. Он закрыл глаза ладонью и поманил меня к себе. Я подтащил стул и сел так, что мы оказались лицом к лицу.

– А что насчёт альфы, с которым вы были вчера?

– Почему вас волнуют такие вещи?

– Потому что вы мне нравитесь. Я переживаю и ужасно ревную, поэтому, прошу вас, ответьте мне.

Просто нет слов. Мне казалось, что такие вещи должны держаться в секрете, но директор Ли говорил прямо и уверенно. Он пристально взглянул на меня, и я замялся с ответом. Наконец, я сглотнул слюну и открыл рот:

– Это был мой друг. Хубэ из университета, где я учился…

– Вы встречались только с ним? Уверены, что это всего лишь друг?

– Да…

– Что он за человек? Чем занимается? Он красив?

Каким-то образом поддавшись атмосфере, я начал говорить о Гидо и никак не мог заткнуться. Я рассказал директору, насколько Гидо искренен, насколько предан своей возлюбленной и как он хорош в своей работе. Рассказал, как Соль Гидо однажды пришлось защищать свою девушку от нападок его фан-клуба. Я стиснул зубы, вдруг вспомнив, что сижу тут из-за его пьяных привычек.

Директор Ли глубоко вздохнул и откинул голову назад. А затем снова посмотрел мне в глаза. Под его глазами залегли тени.

– Будьте осторожны с альфами.

– Но директор тоже альфа.

– Будьте осторожны со всеми альфами, кроме меня. Хотя, пожалуй, и со мной тоже…

– Я бета.

– Я знаю, но всё же пообещайте мне.

Лицо директора Ли было непривычно серьёзным. Так, пора действовать. Мне надо выразить свои мысли. Чётко и ясно…

– Директор Ли, я… я правда вам нравлюсь?

– Вы ведь уже знаете ответ, почему тогда спрашиваете?

Он мягко улыбнулся. В отличие от его обычной усмешки, расслабленное выражение лица делало его больше похожим на человека. Обычно он выглядел как робот с полем для ввода информации, а сейчас казался просто уставшим человеком.

– Почему вы приходите к моему рабочему месту каждое утро?

– Потому что хочу вас увидеть. Моё присутствие тяготит вас?

– Весьма.

– Я подозревал. Похоже, я приходил слишком часто. Но мне казалось, если я буду мелькать перед вами чаще, то однажды буду наконец замечен.

– Что вы имеете в виду?..

Директор Ли почесал переносицу, затем снова улыбнулся и вскинул подбородок. Казалось, его вдруг посетило игривое настроение.

– Тогда мне больше не стоит приходить к вам?

– Было бы отлично. Это мешает мне работать.

– Я ведь любуюсь вашим лицом всего пару минут.

– И это беспокоит меня потом весь день, – промямлил я, словно провинившийся щенок.

Так не пойдёт. Мне нужно говорить уверенно. Только тогда эта проблема решится и настанет моё светлое рабочее будущее.

– Директор.

– Да.

– Отбросьте эти чувства.

– Почему?

– Я не намерен ни с кем встречаться.

– Значит, дело не в том, что вам не нравлюсь именно я, верно?

Директор Ли, счастливо улыбаясь, поднялся с кресла. Я никогда и ни у кого не видел такого сияющего лица. Он обратил его ко мне.

– Тогда вы не собираетесь встречаться ни с кем, включая меня?

– Всё так.

– Сдержите своё слово.

В этот момент рабочий телефон на его столе зазвонил.

– Ли Шихён слушает. Да, понятно. Тогда мы подойдём туда к одиннадцати. Нет, лучше будет увидеть всё своими глазами. Да, конечно.

Директор повесил трубку и глубоко вздохнул. Его губы растянулись в широкой улыбке:

– Что-то ещё? Вы можете идти.

Все как-то странно нахмурились, когда я спустился на третий этаж. Менеджер Ли покачал головой и громко цокнул языком, когда я отдал ему кофе.

– Не унывайте, – сказал он мне, мягко похлопав меня по плечу. А затем достал салфетку и вытер руки. Что за чёрт?

Начальник отдела Со прикрыл рот рукой и как-то брезгливо достал из подставки свой кофе, использовав лишь указательный и большой палец. Из прикрытого рта послышалось его негромкое:

– Спасибо.

И снова – что за чёрт?!

Когда я сел на своё место, ассистент Кан переключил мощность вентилятора на максимальную.

– Это безумие! Безумие, слышите!

– Снова какой-то феромон?

– Ассистент Ким, вы что там делали с директором Ли, целовались?

– Что за чушь вы несёте?

– Просто… От вас разит альфой в гоне.

Чем-чем?! Директор Ли выпустил такой феромон?!

– Я в уборную.

Он сумасшедший?! Он наверняка сумасшедший! Не может быть, чтоб он не был сумасшедшим. Если бы я был омегой… Моё лицо вспыхнуло от этой мысли. Как бы всё… О боже.

Но я тут же подумал, что директор Ли не совершил бы такого серьёзного проступка. Хоть его личность и казалась в моих глазах мусором, как человек он мусором не был.

Однако я сразу предполагал, что директор не так уж и хорош. Он ведь достаёт меня с утра каждый божий день, парализуя мою работу. А вдруг бы мне пришлось работать из-за этого сверхурочно? Короче говоря, жизнь он мне точно не облегчает.

Может, мне начать шантажировать его этим, чтобы выбить билет на Голд-Кост за его счёт? Нет. Вдруг он скажет, что хочет поехать со мной? Меня это только сильнее взбесит.

В туалете я расстегнул ворот рубашки и тщательно вымыл руки. Я начал ругать директора Ли на чём свет стоит, но тихо, чтобы никто не услышал.

Мне показалось, что за дверями послышался смех руководителя Им, а затем кто-то зашёл в туалет. Какой-то знакомый голос с отвращением произнёс:

– Угх!..

Ха Вони. Снова. Это уже даже не смешно. Я поприветствовал его кивком головы. Он проигнорировал меня и прошёл к кабинкам, но на полпути развернулся и стремительно зашагал ко мне.

– Вы что, не можете контролировать свои феромоны?

Мне нечего ему ответить. Как я могу контролировать то, чего у меня нет?! Я ведь бета!

– Вы вообще хоть представляете, как это грубо? Ваш феромон… Вы в курсе, что сейчас находитесь в компании? Это сексуальное домогательство в отношении сотрудников-омег!

Губы Ха Вони покраснели, пока он отчитывал меня. Не сильно, но вполне заметно. Судя по тому, как смело он высказал мне все свои претензии, он не испытывал трудностей в социальной жизни.

Я никак не мог придумать подходящего оправдания. Если скажу, что на самом деле являюсь бетой, может возникнуть ещё одно недопонимание – уже на тему моих дурацких оправданий. Я решил отступить.

– Извините.

– Подумайте над этим!

Ха Вони посмотрел на меня, как на грязь под ногами, а затем вышел из ванной.

Я атеист, но сейчас взмолился со всей искренностью, на которую был способен:

– Умоляю, пусть этот блядский день побыстрее закончится!

***

Скоро обед. Хочу чачжанмён*.

_____________

*Чачжанмён – блюдо корейской кухни, название которого происходит от основных ингредиентов: соуса «чачжан» и пшеничной лапши «мён».

_____________

Вдалеке послышалась чья-то ссора, так что я прошёл проверить. Снова начальник отдела Со и менеджер Ли. Чем они заняты вместо работы?

– Уйди с дороги.

Менеджер Ли толкнул начальника отдела Со в плечо. Начальник Со смиренно принял этот удар. Менеджер Ли снял очки. У него были покрасневшие глаза. Если так подумать, я, кажется, недавно слышал чьи-то тихие рыдания в туалете…

– Хёнчжэ, послушай меня…

– Что? Недоразумение? Снова скажешь, что это именно оно?!

– Хёнчжэ, я!..

– Кто он?! Кто тот омега, который оставил на тебе феромоны? Вы уже сняли комнату в отеле? Поди и переспать успели? И как тебе его дырка?! Лучше моей?!

– У меня был гон! Пока я ждал тебя, он…

Начальник отдела Со взял менеджера Ли за руку, но тот вырвал её из хватки. Начальник отдела Со сжал руку в кулак, потеряв опору, и склонил голову.

– Пожалуйста, поверь мне.

– Да о чём ты вообще?! Разве мы в тех отношениях, чтобы доверять друг другу? Тебе ведь нужно только моё тело! Тогда дождись конца рабочего дня! Я дам тебе то, что ты так хочешь!

Менеджер Ли медленно прошёл мимо меня. Рука, которой он держал свои очки, показалась мне очень бледной.

– Менеджер…

Не идите сюда. Мне неловко.

– Ассистент Ким. Я жду от вас документы, о которых говорил ранее.

– Да…

Менеджер Ли похлопал меня по плечу. Начальник отдела Со долго смотрел ему в спину, а затем перевёл взгляд на меня. Спустя мгновение он тоже ушёл.

Чертовски неловко.

Во время их ссоры они обменивались такими словами, что должны были бы сгореть со стыда, зная, что кто-то их услышал. Но, кажется, их слышал весь офис.

Я огляделся вокруг. Все смотрели в мониторы с выражением вселенской скуки на лице. Похоже, я единственный, кому стало не по себе от их ссоры.

Почему? Почему, чёрт возьми?!

В этом пространстве, полном людей, с которыми они даже не дружат, им не показалось странным выворачивать своё грязное бельё наружу. Всё так. В этой компании не принято спрашивать о том, что ты делал вчера, но смело можно говорить вслух о своей сексуальной жизни. Такому точно не учат в университетах.

В частности, сексуальная жизнь менеджера Ли и начальника отдела Со была достоянием всей общественности. Понятия не имею, почему они так легко рассказывают о ней направо-налево.

Похоже, только мне всё это кажется странным.

Неужели даже сейчас по офису витают чьи-то феромоны? Может, всем моим коллегам сейчас мерещится ароматная ваниль или чачжанмён? Я что, единственный тут ощущаю разве что унылый запах пыли?

Где бы мне заказать чачжанмён?

Я отправил нужный файл менеджеру Ли, обуреваемый миллиардом разного рода сомнений. Тот ответил мне милым смайликом.

Больше всего меня должно заботить то, можно ли в ответ на этот смайлик отправить эмоджи в виде бутылки, который я купил вчера. Заботы всех остальных сотрудников связаны с их вторичным полом. Хочу уволиться. Но у меня ещё много работы. Ужасно хочу уволиться…

[Ассистент Ким, что бы вы сегодня хотели съесть на обед?]

Сообщение от ассистента Кана.

[Чачжанмён]

[Как насчёт свинины в кисло-сладком соусе?]

[Сколько у нас дней до зарплаты?]

[17]

[Давайте закажем всего понемногу и устроим вечеринку]

[Принято]

Ассистент Кан, не отрывая взгляда от своего монитора, поднял вверх кулак. Я прижал к его кулаку свой. О, да. Свининка в кисло-сладком соусе…

***

Я сидел напротив ассистента Кана и размешивал свой чачжанмён, когда к нам подошла руководитель Со. У неё в руках был ланч-бокс. Ассистент Кан выдвинул стул рядом с собой.

– Вы двое сегодня решили поесть чачжанмён?

– Присоединяйтесь к нам, руководитель Со.

– Нет-нет, всё в порядке. Я уже пообещала пообедать с другом из административного отдела.

– С другом? Это та омега, с которой вы постоянно вместе?

Руководитель Со покраснела. В попытке скрыть свою неловкость она поправила несуществующие складки на юбке.

– Нет. И только потому, что она омега, не означает, что мы с ней в отношениях…

Я макнул свинину в кисло-сладкий соус и задал ей вопрос:

– Она ведь всюду вас сопровождает? Кажется, вы говорили, она ваша подруга детства? Её вы на ланч не зовёте?

Руководитель Со мгновенно нахмурила брови.

– Даже не заговаривайте о ней. Разве бывают такие непроходимо тупые омеги? Я с ней сегодня не разговаривала… Она ужасно рассеянная. Всё время забывает принять подавители. Меня заколебало её вечное нытьё, она постоянно требует внимания. Сегодня то же самое. Когда я сказала ей, что пообедаю с Джихё из административного отдела, она так расстроилась, что до сих пор не отвечает на мои сообщения. И так с самого детства. Хотя в расстроенном состоянии она работает куда лучше, и дела налаживаются…

– Я всего лишь спросил, пойдёт ли она с вами на ланч…

Ассистент Кан потянулся за пиалой с кисло-сладким соусом. Я перехватил его руку на полпути. Подозрительный смех ассистента Кана показался мне зловещим.

– В общем, мне пора! Приятного аппетита.

– Спасибо.

Насупившийся ассистент Кан убрал руки от пиалы с соусом и начал перемешивать свой чачжанмён.

– Руководитель Со, думаете, вам нравится этот друг из административного отдела?

– А мне кажется, вам нравится ваша подруга детства. Вы так много о ней говорили.

– Не выдумывайте!

– Количество слов, которые вы потратили на рассказ о ней, куда больше.

Ассистент Кан принялся размахивать палочками и давать ей непрошенные советы. Говорят, что альфам нравятся нежные омеги. Или там было про то, что чем красивее омега, тем сложнее её завоевать?..

Короче, её подруга детства хорошенькая, но глупенькая, поэтому они с руководителем Со никак не могут поладить. Я правильно понял?..

Я жевал пикантную свинину и без особого внимания слушал ассистента Кана, когда дверь в конференц-зал открылась и внутрь зашла руководитель Им.

– О-о, как вкусно пахнет! Ха-ха-ха! Можно к вам присоединиться?

– О, руководитель Им! Заходите, конечно. Будете свинину в соусе?

– Ха-ха-ха! Вы ведь в курсе, что от еды я никогда не отказываюсь, да? Вони, иди сюда!

Конечно, Ха Вони тоже пришёл с руководителем Им. Он нёс в руках ланч-бокс в розово-белую клеточку, которая каким-то образом идеально гармонировала с его покрасневшими щеками.

– Здравствуйте.

Ха Вони посмотрел на меня и его лицо сморщилось, словно он учуял что-то кислое. Великолепная свинина в кисло-сладком соусе вдруг стала на вкус как бумага.

Руководитель Им села рядом с ассистентом Каном. Ха Вони колебался с мгновение, но всё-таки выдвинул стул рядом со мной. Когда он опустился на место, я услышал запах его духов. Освежающий аромат не очень сочетался с его светлой кожей. Хотя нет, всё же эти духи ему идут. Они подходят его игривому характеру.

– Запах…

Ха Вони посмотрел на меня с удивлением в глазах. Я быстро дожевал и проглотил свинину.

– Ох, нет. Это… Тут недалеко есть магазин с парфюмерией. В торговом центре. Я находил там похожий запах.

Ха Вони светло улыбнулся. У него мило покраснел кончик носа. Он действительно самый красивый человек, которого я когда-либо видел. Говорят, омеги бывают поистине прекрасны, и мне кажется, сегодня я убедился в этом.

– Я и вправду купил духи в торговом центре. Похоже, я переборщил с ними сегодня.

Руководитель Им открыла свой ланч-бокс.

– Да, Вони сказал, что умеет хорошо скрывать свои феромоны. Поэтому запах духов так отчётливо слышен.

– А… Правда?

– Да. Аромат Вони привлекает альф. Поэтому он и старается его скрыть. Я бета, так что… сама не особо в этом разбираюсь.

Ха Вони тоже открыл свой ланч-бокс. Аккуратно упакованные яичные рулетики казались ненастоящими. Вот Ха Вони действительно нежный омега.

– Очень неловко, когда все альфы в округе гоняются за тобой только из-за запаха. Но ассистент Ким не такой. Вместо феромонов вы услышали мои духи.

– Потому что я…

Бета. И не могу почуять его феромоны. Я хотел сказать ему это, но почему-то не смог.

– Хотите яичных рулетов?

Ха Вони улыбнулся мне. Я глупо закивал.

– На самом деле я очень плохо контролирую феромоны, – шепнул вдруг он. – Если вы альфа, вам наверняка тяжело это выносить… Спасибо вам. За то, что притворяетесь, будто не слышите их.

– Нет, вообще-то я…

– Руководитель Им, вы обычно подливаете кисло-сладкий соус? Вот я без него совсем не могу.

– Ха-ха-ха! Могу я попробовать?

Руководитель Им молниеносно вылила остатки соуса на свою свинину. Ха Вони положил в рот яичный рулетик. Мне показалось, что его настроение улучшилось.

– Вы и вправду настоящая бета…

– Нет такого понятия, как бета или омега, когда ты подливаешь себе соус в еду, ха-ха-ха!

Яичные рулетики оказались приторными, Ха Вони очень красивым, а свинина – пропитанной кисло-сладким соусом. Я перемешал чачжанмён палочками для еды. Вся лапша слиплась в кучу.

Когда я обернулся, Ха Вони улыбался с палочками для еды в руках. Снова этот аромат. Феромон? Нет же, от Ха Вони освежающе пахнет духами. Несправедливо, что у него ещё и очень красивое лицо.

Кажется, сегодня я заработал несколько очков от Ха Вони. Как же я хочу уволиться…

После еды мы с ассистентом Каном сыграли в «камень-ножницы-бумага» на то, кто будет убираться. Я проиграл, но честно признал поражение. Надо поскорее расправиться со всем этим. Помою тарелки и передам их курьеру.

– Не забудьте вернуть тарелки курьеру. И поскорее.

Ассистент Кан похлопал меня по плечу и смылся.

– Чёртов хулиган.

Руководитель Им рассмеялась над моим ворчанием. Она хлопнула Ха Вони по плечу, когда он собрал со стола пустые тарелки.

– Мы сходим с вами, ассистент Ким.

Ха Вони покачал головой.

– Я могу сходить с ассистентом Кимом один, всё равно хотел зайти за кофе. Купить вам тоже, руководитель Им?

– Было бы отлично, спасибо! Я хотела почистить зубы, но тогда сделаю это позже. Ну, я пошла. А вы двое, кажется, поладили друг с другом.

Руководитель Им махнула нам рукой и вышла из конференц-зала. В помещении, пропахшем чачжанмёном, со мной остались только пластиковый пакет и Ха Вони. Хотел бы я, чтобы этот пакет, полный пустых тарелок из-под еды, стал баррикадой между нами. Но это невозможно.

– Вы не собираетесь идти вниз?

– А, да.

Шуршание пакета было громким, словно бурение на стройке.

Вся эта ситуация очень дискомфортна. Похоже, мне придётся просто с этим смириться. Вообще когда я сыт, весь мир кажется мне прекрасным и простым. Может, я живу, чтобы есть?

Единственная причина, по которой я ещё хоть как-то держусь на этой работе, – обед. Хотя нет, это сила корпоративной карты. Только удовольствие от оплаты обеда корпоративной картой не даёт мне умереть в муках раньше времени.

Я спустился на первый этаж с пластиковым пакетом с тарелками из-под чачжанмёна. Ха Вони следовал за мной тенью. Когда мы вышли из мраморного вестибюля, нас встретил прохладный воздух и тёплый солнечный свет.

– Ха Вони, вы хотели зайти в кафе, верно? Я подожду здесь курьера, а вы можете идти.

Я кивнул ему, а Ха Вони махнул рукой.

– Всё в порядке, я подожду с вами.

Зачем? Я не хочу! Пусть идёт назад!

Я прокричал всё это у себя в голове. Мне надо, чтобы Ха Вони ушёл в кафе! Я хочу избежать неловкостей! Но мой рот, на свою беду обученный дурацким социальным навыкам, выдал совсем другое:

– Ах, хотите подождать со мной?

– Да.

– Тогда давайте подождём.

– Хорошо.

– …

– …

Я знал, что это случится. Мы застыли, словно две статуи, слившиеся с пейзажем. Ха Вони вдруг заговорил:

– Может, поставите пакет на землю, он наверняка тяжёлый.

Не такой тяжёлый, как эта атмосфера!

– Нет, я просто…

Или всё-таки поставить?

Такое чувство, что время для нас остановилось. Офисные работники суетились вокруг, точно карпы в пруду, а мы одни стояли на месте.

Телефон, можно ведь посмотреть в телефон!

Все мои друзья, которые в любой другой день без конца и края приглашали меня выпить, сейчас подозрительно молчаливы. Мессенджер пуст. Они издеваются? Может, я стою тут, как идиот, с пакетом тарелок в руках, потому что на самом деле являюсь изгоем? Может, ассистент Кан решил меня так помучить?

Нет. Я сам виноват в том, что каждый раз выкидываю «камень» в игре «камень-ножницы-бумага».

Помолчав некоторое время, Ха Вони снова заговорил.

– Я просто хотел извиниться.

– Что?

– За те слова в уборной… о феромонах.

– А, всё в порядке, наверняка вы просто неправильно меня поняли.

– Я до сих пор считаю, что был прав. Потому что это так. Однако позже я пожалел о том, что сказал, потому что это было очень грубо по отношению к ассистенту Киму. Извините меня.

Если он не собирался нормально извиняться, мог бы просто ничего не говорить.

– Ох, хорошо. На самом деле это неважно, потому что…

– Нет. Я виноват. Мне правда жаль. На самом деле я тогда просто застыл на месте. У меня врождённая неспособность контролировать свои феромоны. Поэтому… В общем, у меня больше феромонов, чем у других людей.

– Должно быть, вам непросто.

Честно говоря, мне вообще всё равно.

– Из-за этого я более чувствителен к феромонам других. И одержим их контролем. Простите.

Ха Вони застенчиво улыбнулся. Его ресницы переливались красным в солнечном свете. Он очень красивый. Настолько, что каждый раз, когда я смотрю на него, я будто вижу его впервые. Даже его большие глаза выглядят как-то по-особенному.

– Всё в порядке, – пробормотал я, очарованный его лицом.

– Я удивился, когда понял, что вы совсем не такой, как мне показалось. Вы умеете хорошо контролировать свои феромоны. Почему же тогда они были такими сильными этим утром?

Ха Вони погрузился в свои мысли, и его лицо раскраснелось от раздумий. Если так подумать, мне сказали, что директор Ли выпустил на меня феромоны гона. Я не совсем в курсе, что это, но мне предельно ясно, что что-то неприличное.

У меня не было намерений подружиться с Ха Вони, но хотелось разрешить недоразумение, возникшее между нами. Он ведь всё ещё думает, что я альфа.

– На самом деле это был не мой феромон, и я…

– О, а вот и мотоцикл доставки чачжанмёна.

Ха Вони указал вперёд своим пальчиком. Я повернулся в ту же сторону и увидел какой-то модный мотоцикл. Сзади него располагалась большая синяя коробка с логотипом китайского ресторана.

– Это отлично, но я бета…

Но Ха Вони уже шёл навстречу доставке.

– Поторопитесь! – махнул он мне рукой.

Я настроился на продолжение разговора и подошёл к мотоциклу. Нельзя упускать эту возможность. Надо сказать ему, что я бета.

Курьер припарковался прямо на газоне и снял свой шлем. Он был очень симпатичным – скорее всего, именно поэтому его взяли на работу.

– Тарелки.

Да, сто процентов поэтому.

Когда я протянул ему свой пакет, курьер приподнял уголок рта и ухмыльнулся. У него был пирсинг на бровях.

Он поставил тарелки в синюю коробку, а затем улыбнулся Ха Вони игривой улыбкой.

– Ты альфа? – повернулся он ко мне. – Этот омега – твой любовник?

– Что?

В жизни не слышал такой чуши. В моей голове сейчас роились вопросительные знаки. Ха Вони скрестил руки на груди и тут же огрызнулся:

– Ты, похоже, омега? От твоих феромонов задохнуться можно!

Курьер вдруг наклонился ко мне всем своим стройным телом. Я сделал шаг назад, и он ткнул мне пальчиком в грудь. Пальцы у него были тонкие, красивые, и довольно сильные. Думаю, он хорошо пускает блинчики по воде.

– Да что с вами не так? – спросил я у него.

– Ты такой спокойный. Или ты просто сдерживаешься? Когда я сегодня закончу работу…

– Идёмте, – я развернул Ха Вони за плечи и пошёл к офису.

Когда я оглянулся, курьер что-то кричал нам в спины. Затем он надел шлем и сел на мотоцикл.

Ха Вони посмотрел на меня, прежде чем заговорить.

– Он выпустил столько феромонов… Ассистент Ким, вы не собираетесь ничего сделать? Это прекрасно, конечно, что вы так спокойны, просто…

Должно быть, я многого не знаю об альфах и омегах. Я даже не понял, кем из них был курьер. И я не знаю, пытался ли он меня спровоцировать или соблазнить.

Похоже, всё-таки соблазнить.

Я посмотрел на Ха Вони. Его прекрасное лицо и уши заалели. Может, он хотел начать драку с тем курьером, потому что тот назвал его моим любовником? Да, похоже на то. Курьер ведь спрашивал, являюсь ли я альфой.

Ничего не понимаю. Как узнать, альфа человек, бета или омега? Что отличает альфу, а что – омегу? Мне все кажутся просто обычными людьми.

– Вони, я похож на альфу?

Ха Вони, который шёл чуть впереди, молниеносно развернулся ко мне, словно рассердившись.

– У вас проблемы с самоопределением?! Вы похожи на бету!

Это ведь правда. Но его ответ почему-то звучал как оскорбление. Что вообще за человек Ким Джухёк? Он похож на Ким Джухёка. Очень похож на Ким Джухёка…

– Среди омег не принято отвешивать комплименты альфам.

Я и не напрашивался на комплимент. Ха Вони, пристально смотревший на меня, вдруг закусил губу и отвернулся, словно обидевшись.

– Но я бета.

– Вы, конечно, нашли время для шуток. Ну правда… Ассистент Ким – очень странный человек.

Ха Вони рассмеялся и недоверчиво посмотрел на меня. Я нахмурил брови. В чём вообще проблема? Почему я… Нет, что…

Ха Вони вдруг приподнял пальцем мой подбородок.

– Всё хорошо. Не хотите сходить со мной за кофе?

Я кивнул, потому что мне всё равно было нечего делать. Слегка вьющиеся волосы Ха Вони развевались на ветру. Подушечки его пальцев всё ещё касались моего подбородка.

Он развернулся и пошёл вперёд своей лёгкой поступью. Я немного помедлил, разглядывая его походку, а потом направился следом.

Зачем было трогать мой подбородок? Что за характер…

Кафе было набито офисными работниками, пришедшими за порцией кофеина. Должно быть, все сейчас пытаются придумать, как им пережить остаток этого рабочего дня.

Ха Вони схватил меня за рукав и повёл через толпу. Со своим миниатюрным телом он ловко избегал больших групп людей, столпившихся вокруг, точно стайки пингвинов. Ха Вони был очень юрким, а вот я натыкался на людей и без конца извинялся за это.

– Извините, мне очень жаль! Пройти, я пытаюсь пройти, извините…

К моменту, как мы добрались до стойки заказов, я успел превратиться в машину по выдаче извинений. Чуть не извинился перед бариста за стойкой – чисто на всякий случай. Ха Вони ткнул меня локтем в бок.

– Хотите чего-нибудь выпить? Я плачу.

– Мне, пожалуйста, американо.

Не собираюсь отказываться от бесплатного кофе. Это одно из правил социальной жизни, которому я беспрекословно следую. Дают – бери, бьют – беги. Если придерживаться этого правила, жизнь становится куда легче. Однако я стараюсь не наглеть и выбирать что-то подешевле. Так я показываю свою лояльность.

Ха Вони взглянул на меня и заказал три американо. Хотите сказать, мне всё же придётся за это заплатить? Может, у омег есть свои правила поведения в обществе, и когда они говорят, что заплатят за ваш кофе, на самом деле им этого делать не нужно? Во всех дорамах за них всегда платят альфы. Я не альфа, но и не омега тоже.

Но моё положение в компании выше. Тогда должен ли я купить этот кофе? Да, пожалуй…

Я хотел было достать свой бумажник, но в это время Ха Вони заговорил с бариста:

– И мне нужен ещё сливочный фраппучино с шоколадной крошкой, печеньем и взбитыми сливками.

На дополнительный заказ ушло ещё около 30 секунд. Такой долгий заказ бариста обычно делают неохотно, но этот только улыбнулся.

– Так много сладкого в заказе, вы, наверное, омега? У вас красивая улыбка, я хочу подарить вам скидку в 1000 вон. Могу я оставить вам свой номер на стаканчике?

Ха Вони нахмурил брови. Его рука, в которой он держал карту, с мгновение колебалась. Я отодвинул её в сторону и протянул свою карту. В конце концов мне как старшему всё равно придётся платить.

– Нам всё с собой. Я заплачу.

– Ой…

Бариста тут же напрягся и снова посмотрел на Ха Вони.

– Это ваш молодой человек?

Моя протянутая рука вдруг отяжелела. Я посмотрел вниз: Ха Вони обнял её и приторно улыбнулся.

– Он сам может заплатить за меня 1000 вон…

Ха Вони притянул мою руку ещё ближе к себе. Я хотел вытащить её, но мне было не совсем удобно сделать это из-за позы. Одно неверное движение, и Ха Вони прилетит локтем по подбородку.

– Я приготовлю вам заказ вместе с остальными напитками. Номер заказа – 121. Следующий, пожалуйста.

Бариста мигом погрустнел. Когда мы протиснулись через толпу подальше от стойки, Ха Вони выпустил мою руку и убрал свою за спину.

– Простите.

– Всё в порядке.

Удивительно, но после того, как я стал свидетелем подобной сцены – из-за которой Ха Вони даже вцепился в меня, – мне стало даже радостно, что заплатил именно я.

С одной стороны, я вспомнил свою младшую сестрёнку, которая сейчас училась в университете в Кёнгидо. Ту самую, что связывается со мной, только если ей нужно что-то купить… Ту самую, которая клянчит у меня карманные деньги... Кажется, мы как-то неправильно её воспитали.

– Мне иногда встречаются такие люди. Они думают, что ведут себя мило, но на самом деле они погрязли в стереотипах о том, какими должны быть омеги. Если ты покупаешь что-то сладкое, то ты непременно омега. И я терпеть не могу, когда мне делают какие-то скидки только из-за моего лица.

Ха Вони выпятил нижнюю губу и надулся от обиды. Так он выглядит ещё моложе. Как студент университета. Я оглянулся по сторонам и заметил пару людей, украдкой наблюдавших за ним. Я взглянул на Ха Вони. Красивый есть красивый.

– Впервые вижу, чтобы бариста давал клиенту свой номер в кафе. Вот настолько хорошее впечатление вы производите на людей.

Похоже, Ха Вони не нравилось слово «красивый», поэтому я не стал его употреблять. Он даже не отреагировал на него, когда бариста принимал его заказ, скорее всего потому, что слышал это слишком часто. В конце концов у него есть гордость.

Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись, а затем Ха Вони отвернулся. Я обратил внимание на его дрожащие пальцы.

Снова у меня растерялись все слова. С беспокойством в груди я вытащил из кармана телефон. Как и ожидалось, ни одного сообщения. Вот скоты! Похоже, я и правда изгой в компании. Итого я за этот день открывал и закрывал браузер без всякой причины уже 10 раз.

– Клиент 121!

– Это наш.

Я подошёл к стойке с улыбкой на лице, Ха Вони – следом за мной.

– Спасибо.

Другой бариста в коричневом берете подвинул нам поднос. У кого-то ещё были такие же длинные волосы, зачёсанные набок… А, точно!

– У вас причёска как у Ю Сольхи. Из той дорамы.

И один из моих друзей играет там главную роль. Я усмехнулся. Словно я – хранитель великой тайны индустрии развлечений. Мой друг снимается в дораме! Тот самый, который вчера пил со мной и спал у меня дома. Он знаменитость!

Внезапно мне вспомнилась мама. Она всюду хвасталась моим призом на математическом конкурсе, который я получил ещё в начальной школе, даже приносила его на работу. Теперь я понимаю её чувства. Это не моё достижение, но я всё равно горжусь им.

Бариста посмотрел на чек на подносе, а затем на меня. Я взял со стойки пару трубочек.

– Прошу прощения, подскажите ваш номер заказа? – прошептал бариста, словно боясь, что нас кто-то услышит.

– 121. Три американо и один фраппучино. Спасибо. До свидания.

Я усмехнулся, забирая наш кофе. Я горжусь тобой, Гидо. И всерьёз думаю приготовить нам свиную вырезку на гриле, если ты ещё у меня дома. Ты молодец, что достиг таких успехов. Причёска в стиле главной героини твоей дорамы очень популярна.

Когда мы вышли из кафе, Ха Вони вцепился мне в рукав.

– Вы это специально сделали?

– Простите? – моя бровь вопросительно изогнулась.

Ха Вони слегка приоткрыл рот и странно улыбнулся.

– Ничего.

– Тогда пойдёмте. Обед почти закончился.

Я проводил Ха Вони до административного отдела на первом этаже и забрал свой американо из подставки, протянув ему оставшийся кофе. Ха Вони покачал головой и вернул его мне. Кончики наших пальцев на мгновение соприкоснулись, – у него были холодные руки.

– Один из них для ассистента Кана. Пожалуйста, возьмите его и поднимайтесь.

Ха Вони опустил трубочки в один из оставшихся американо и фраппучино.

– Разве один американо не для руководителя Им?

– Нет, для неё вот этот, – Ха Вони приподнял фраппучино.

– Ой…

Я отпил немного американо. Вкусно и горько. Ха Вони посмотрел на меня и слегка улыбнулся.

– Ну, тогда я пойду.

Я кивнул ему и зашёл в лифт. Сегодня мы с Ха Вони снова стали ближе. Как будто с этим было что-то не так, но в целом всё в порядке.

Лифт сделал остановку на втором этаже. Надо было пойти по лестнице. Кажется, кто-то болтает неподалёку. Когда двери открылись, я увидел знакомое лицо.

– Увидимся в три часа. Хорошо подготовьтесь к совещанию. Пока возвращайтесь к работе.

Мои руки, в которых я держал американо, разом похолодели. Мужчина возле лифта посмотрел мне в глаза, мягко улыбнулся и чуть сощурился.

– Хорошо пообедали сегодня?

Директор Ли.

Я молчал, пока мы не доехали до третьего этажа. Лифт даже не успел прозвенеть, как я уже вылетел оттуда со скоростью света.

Но стоило мне пройти всего пару шагов, как директор Ли появился рядом со мной.

– Что вы делаете сегодня после работы?

– Что?

– Не хотите поужинать со мной?

– …

Я остановился. Директор Ли перегородил мне путь.

– Может, сходим куда-нибудь выпить?

– У меня… уже назначена встреча.

– Могу я спросить, с кем?

Надо срочно что-то придумать. С кем бы мне назначить встречу позже? На ум приходит только Гидо. Точно, Гидо – хорошее оправдание.

Директор Ли продолжал улыбаться, совсем не подозревая о буре у меня внутри. Я сделал большой глоток американо. Кажется, он только что пригласил меня на свидание.

Но я не понимаю. Разве альфы не должны встречаться с омегами? Беты обычно встречаются с другими бетами. Так было у моих родителей, у дедушек с бабушками, даже у соседей-молодожёнов. Я не хочу углубляться в сложный мир альф и омег. Я бета, и хочу жить обычную жизнь с другими бетами вокруг.

Директор Ли, поманивший меня рукой, напоминал мне переправщика на реке Иордан. Я хочу жить нормальной жизнью. А встречаться с начальником-мужчиной – явно не вписывается в понятие «нормальности». Более того, я вообще не хочу отношений в этом странном и грязном мире, где альфы и омеги встречаются так долго, пока до смерти не надоедят друг другу.

– Не думаю, что смогу составить вам компанию, у меня встреча с моим другом из университета.

– Это только сегодня? Или так будет всегда? Будет ли в вашем расписании неотложная встреча каждый раз, как я решу пригласить вас на ужин?

Этот сообразительный чёрт, директор Ли, вопросительно поднял бровь. У него ямочки на щеках. Я ответил ему, не сводя взгляда с этих ямочек:

– Я не планирую встречаться с вами наедине. И я уже говорил вам, что меня не интересуют свидания.

Директор Ли осторожно подошёл ко мне на шаг ближе. Его тень упала на моё лицо. Мне стало немного не по себе, поэтому я сделал шаг назад. Директор Ли действительно альфа. Высокий и невероятно красивый.

– Я не говорил о свидании.

– Тогда почему вы продолжаете приходить к нам в отдел, чтобы увидеть меня?

– Мы сейчас встретились случайно.

– Но это…

– Вы сказали, что не собираетесь ни с кем встречаться. Пожалуйста, сдержите своё слово. Я больше не буду беспокоить вас, Ким Джухёк, обещаю.

– Вы ведь в курсе, что говорите странные вещи? – я снова отпил американо, но ничего не полилось мне в рот. В горле совсем пересохло.

– Почему вы не даёте мне и шанса подружиться с вами? Если вы не хотите встречаться, давайте станем друзьями.

– Это очень странно…

В офисе не жарко, но у меня по спине потекла капелька пота. Директор Ли не отступил, хотя видел, как я хочу избежать разговоров с ним. Мне вдруг вспомнились всякие дорамы, которые я смотрел раньше. Сейчас я чувствую себя омегой. Омегой, которая получает признание от альфы. Как обычно реагировали на такое главные герои?

Не могу вспомнить. Честно говоря, я не особо увлекался дорамами, смотрел только ту, где снимался Гидо. Мои родители были прямо-таки одержимы дорамами, когда я ещё учился в университете, и я смотрел их с ними одним глазом. Я мельком видел похожие сцены, когда папа с мамой кричали на телевизор.

Мы с сестрой предпочитали смотреть футбол. Мы спорили с ней на пенальти, потому что просто смотреть футбол скучно. Она вырывала у меня клочки волос каждый раз, когда выигрывала спор… Почему она мне не звонит и не пишет? У неё наверняка кончились карманные деньги…

Напишу ей сам чуть позже. Что-то вроде: «Ты там не померла? У тебя парень появился, что ли?»

Я снял крышку со стаканчика с американо. Если так подумать, Ким Джуён очень подозрительно себя ведёт в последнее время. Почему она не клянчит у меня деньги? Мама точно не отправляла ей миллионы…

– Ким Джухёк, вы сейчас думаете о чём-то другом?

– Ах, да…

Точно, директор Ли.

– Простите, что задержал вас, когда вы так заняты. Прошу вас, подумайте об этом. Поужинайте со мной сегодня. Я свожу вас в очень хороший ресторан.

Директор Ли похлопал меня по плечу и вернулся обратно к лифту. Я залпом допил остатки американо. Если я приму его предложение, то сегодня вечером смогу поесть дорогие и вкусные блюда…

Капиталист во мне кричит изо всех сил. Нет. Мирная, спокойная жизнь. Я хочу мирной и спокойной жизни.

Я вернулся к своему рабочему месту и сел в кресло. Прежде чем начать работать, надо бы написать Ким Джуён.

[Тебе нужны карманные деньги?]

Как только включился компьютер, мне прилетело уведомление об ответном сообщении. Если бы она сейчас была на учёбе, не ответила бы так быстро.

[Дай быром]

[Ты что, постоянно с телефоном? Как ты так быстро ответила]

[Ты бесишься, что я ответила быстро?]

[Забудь про деньги]

[Не хочешь не давай]

[Почему не просила в этот раз]

[Осталось немного из твоей новогодней подачки]

[Тебе нужна ещё подачка?]

[Да]

Она явно не померла, что радует. Но теперь мне надо отправить ей 100 000 вон…

Беда пришла, откуда не ждали. В службу поддержки клиентов, которая у нас на субподряде, пришёл запрос на возврат денег за дорогостоящую консультацию. Представитель службы поддержки пытался уладить конфликт, но между ним и клиентом произошла ссора. Эта ссора пошла уже на пятый круг, когда позвонили наконец нам, в головной офис.

Дело было серьёзное, и начальник отдела Со спустился на третий этаж. Как только он показался на пороге нашего офиса, все тут же высунули головы из-за перегородок. Менеджер Ли успокоил сурикатов, которые любопытничали вместо того, чтобы работать.

– Все пока занимайтесь своими делами. Я выясню, что мы можем сделать.

Начальник отдела Со схватил менеджера Ли за запястье.

– С тобой всё будет в порядке?

Да не может тут быть что-то в порядке. Когда такая ситуация происходит в компании, человек, который урегулирует её, получает премию.

Менеджер Ли оттолкнул от себя начальника отдела Со.

– Не веди себя так, будто тебе есть дело.

Думаю, всё будет ой как непросто. Просто дела никуда не сдвинутся, если подчинённые будут игнорировать приказы своего начальства.

Вообще-то я понимаю, о чём думает менеджер Ли. Проблема между ними возникла по вине начальника отдела Со. Измена есть измена, как бы он ни оправдывал её.

Если подвести итог всему, что между ними произошло, то выходит следующее: вчера они собирались встретиться, чтобы пойти на свидание. По какой-то причине менеджер Ли не пришёл вовремя в назначенное место. Не дождавшись его, начальник отдела Со вступил в сомнительную связь с каким-то омегой, которого буквально встретил на улице. Начальник отдела Со – просто мусор. Понятия не имею, что такое «гон», но измена – это отвратительно, как на неё ни взгляни.

Обсуждать эту историю на всю компанию – тоже идея так себе. И зачем я вообще знаю все эти подробности?

Ассистент Кан взглянул на меня и отправил мне сообщение в чате.

[Как думаете, сколько будет злиться менеджер Ли?]

[Кажется, дело к разводу]

[Но он ведь так влюблён в начальника отдела Со. Думаю, они скоро помирятся]

Тем временем начальник отдела Со и менеджер Ли спорили о том, должен ли последний пойти решать конфликт или остаться на рабочем месте. По крайней мере они спорили, пока спускались вниз по лестнице. Директор Ли должен бы знать, что вся наша компания работает вот так.

Хотя погодите-ка, разве директор не флиртует со мной точно так же в рабочее время?

Единственный выход – увольнение. Но надо потерпеть 3 года. Надо потерпеть весь этот балаган ещё 3 года.

В конце концов эти двое ушли вместе. Похоже, скоро у нас появится ещё одна проблема. Документы, которые мы отдали им на одобрение, так и останутся ждать их подписи, потому что вне офиса они, скорее всего, пробудут довольно долго. На лицах всех моих коллег отразилось уныние.

Я занервничал. У меня осталось всего два часа до конца рабочего дня. Успеем ли мы всё решить? Смогу ли я пойти домой вовремя?

Не могу сосредоточиться на работе, потому что волнуюсь из-за этого. Что, если они оба сейчас вообще не работают? Вдруг они забились в укромный уголок и ругаются там друг с другом? И мне теперь работать из-за этого сверхурочно? Почему жизнь так нелепа?

– Не думай, что это из-за твоих навыков!

– Хёнджэ-я…

Они вернулись! Между ними всё ещё ледяная атмосфера, так что вряд ли они мирились телами где-то на лестничной клетке.

Уведомления о сообщениях летели мне на компьютер без остановки. Все сильно ждали этих двоих. Ассистент Кан тоже написал мне.

[Идём домой вовремя, идём домой вовремя, идём домой вовремя!]

[Пожалуйста, отпустите нас домой вовремя]

[Почему они так поздно? Если они вдвоём соберутся уйти ещё куда-то, им надо бы позвонить в аудиторскую группу]

Раз они пришли назад, им пора бы заняться работой. Но начальник отдела Со словно и не собирался идти к себе. Вместо этого он продолжал разговаривать с менеджером Ли. В ответ на его слова менеджер Ли почему-то снова оттолкнул его. Совершенно очевидно, что снова произошло что-то очень плохое, потому что начальник отдела Со с опустошённым выражением лица проследил за уходящим менеджером Ли.

Мне всё равно на их разборки, если они не мешают мне уходить домой вовремя.

Однако прошло уже довольно много времени, а менеджер Ли до сих пор не вернулся на рабочее место. Документы на подпись всё копились и копились.

– Ассистент Ким… Что мне делать?

Руководитель Со, уставшая ждать менеджера Ли, подошла ко мне с папкой документов. Папка с золотыми буквами «На согласование» была довольно толстой. Я посмотрел на ассистента Кана. Тот покачал головой. Тут мы все бессильны.

Я встал со своего места. Пора взять ситуацию в свои руки. Я кивнул руководителю Со и без колебаний направился в уборную. Менеджер Ли точно должен быть там. Почти все сотрудники-омеги вымещают свой гнев в одиночестве в уборной.

Мой прогноз оказался верным. В туалете на третьем этаже слышны сдавленные рыдания. Я сжал кулаки. Представляю, как ему больно. Если бы мой супруг изменил мне, я бы был в таком же состоянии. Но мы сейчас в компании. Это место, где мы работаем, зарабатываем деньги и потом уходим домой.

Я сделал глубокий вдох. Это, конечно, не совсем то помещение, где стоит делать глубокие вдохи. Но мне надо собраться с духом. Я сжал кулаки и расслабился на выдохе.

– Хнык… хны-ы-ык, хнык…

– Менеджер Ли, вы там?

– Хнык… хнык…

Зловещий знак. Я постучал в дверь кабинки.

– Менеджер Ли! Менеджер Ли!

Я услышал тяжёлое дыхание, а затем дверца открылась и из неё показалась вытянутая наружу бледная рука.

– Я… в порядке. Возвращайтесь.

– Вы точно не в порядке.

Мне снова захотелось глубоко вдохнуть. Нет, не надо, мы же в уборной. Тут может быть кишечная палочка. Кишечная. Палочка.

– Ассистент Ким…

Менеджер Ли неуверенно вышел из кабинки. Его лицо сильно покраснело. Это может быть признаком и физической болезни тоже. В моей голове тут же нарисовалось несколько безутешных вариантов. Слышал, молодые люди тоже страдают от инфаркта миокарда. Менеджер Ли при смерти? Может, надо позвонить в 911?

Менеджер Ли прислонился к стене, опершись на кулак и согнув одно колено. Когда я придержал его ослабевшее тело, из кулака что-то выпало и звонко прокатилось по кафелю.

Кольцо. Золотое кольцо без узоров и камней. Наверное, это обручальное кольцо, которое подарил ему начальник отдела Со.

Я почти наяву услышал треск – так дрогнуло моё сердце. Фантомная тропическая музыка пронзила мои барабанные перепонки. Я схватил менеджера Ли за ворот пиджака и закричал со всей силы:

– Да разведитесь уже с ним наконец!

Менеджер Ли распахнул глаза от моего крика.

– …

– …

Опоздавший голос рассудка смеялся надо мной. Я быстро посчитал в голове сумму своего выходного пособия. В голове рандомно пронеслись дни, когда я начал тут работать, когда проходил собеседование, когда взялся за первый проект…

Менеджер Ли схватил меня за руку. Он повернул голову к входной двери, словно она была сломана. Я проследил за его взглядом. В дверях собрались все наши коллеги-сурикаты. И там же стоял начальник отдела Со.

– Ассистент Ким Джухёк, на выход.

Я хочу сжечь эту контору ко всем чертям.

– Я, конечно, очень хотел с вами поужинать, но и представить не мог, что это будет при таких обстоятельствах.

Я размешал свой сундэгук*. Запах ароматного порошка периллы защекотал мне ноздри.

_____________

*Сундэгук – суп из кровяной колбасы.

_____________

– Прошу прощения.

– Не будьте так строги к себе. Насколько я слышал, менеджер Ли Хёнджэ и начальник отдела Со Хитэ виноваты в той ситуации куда больше вашего.

Директор Ли закашлялся и тут же выпил воды. Казалось, будто он из последних сил сдерживает смех.

– Но это не значит, что вы поступили правильно.

– Прошу прощения.

– Извините! Можно нам бутылку соджу, пожалуйста?

– Которую? – крикнули в ответ директору Ли работники кухни.

Директор Ли взглянул на меня и спросил:

– Хотите чего-нибудь определённого?

– Подойдёт что угодно.

Я просто сидел там и смотрел, как к столу приближалась зелёная стеклянная бутылка соджу. Директор Ли поставил передо мной миску со смесью разных перцев.

– Прошу вас, ешьте побольше.

– Спасибо.

Я закинул в себя кусочек колбасы из супа. Впитавшийся в неё бульон приятно согрел горло. У меня, конечно, была куча предубеждений, что директор Ли ест, скажем, только стейки из лучшего мяса, но он заказал себе точно такой же суп. Учитывая то, как ловко он орудует ножом, пока режет говядину, этот навык явно нарабатывался годами.

– Вообще-то я планировал отвести вас в действительно хороший ресторан сегодня. Дорогой. Где подают что-то вроде сашими.

– Сундэгук тоже очень неплох.

– Было бы лучше, если бы начальник отдела Со и менеджер Ли не ссорились у меня в офисе, тогда мы смогли бы пойти на этот ужин пораньше.

Директор Ли перевёл взгляд на запястье. Его серебристые мигающие часы тихонько прозвенели. 9 часов.

Около трёх часов назад произошёл ужасный инцидент – сразу после того, как я схватил менеджера Ли за грудки.

Тогда я от удивления выпустил ворот из рук и менеджер Ли просто упал на пол. Разгневанный начальник отдела Со оттолкнул меня и поднял менеджера, словно пушинку. От его толчка я потерял равновесие и поскользнулся. Было бы прекрасно, если бы я просто поскользнулся – но, к сожалению, моя нога по пути пнула начальника отдела Со куда-то в голень. Из-за этого споткнулся уже начальник отдела Со, и в тот же момент менеджер Ли залепил ему пощёчину.

Всё это произошло буквально в одно мгновение.

Кажется, тогда я услышал слова ассистента Кана:

– Кто-нибудь успел заснять это на видео?

Хуже всего то, что в это время директора вышли с совещания совета и как раз проходили мимо по этому коридору. Они собирались спуститься на первый этаж, чтобы узнать, чем кончилось дело с разгневанным клиентом. Но когда они заметили, что на третьем этаже никого из сотрудников нет на месте и все заняты какой-то потасовкой, их накрыла такая ярость, что казалось, у них из ушей пошёл пар.

Я сидел на полу в уборной, менеджер Ли ронял слёзы, а начальник отдела Со ошеломлённо смотрел вокруг. Некоторые сотрудники начали тихо расходиться по своим местам, опасаясь взбучки от директоров.

– Разве это не начальник отдела Со Хитэ?

– Чем вы тут заняты! Вы уже достаточно насмотрелись! Возвращайтесь на свои места!

– Директор Хван, и вы здесь?

Ещё секунду назад болтавшие люди замолчали, как дохлые мыши. Директор Ли Шихён вышел из толпы и скрестил руки на груди.

– Ким Джухёк, Со Хитэ и Ли Хёнджэ, ко мне в кабинет, живо!

Впервые с момента начала моей работы здесь я услышал гневный голос директора Ли. Прокрутив в голове несколько довольно мрачных сценариев развития событий – от урезания зарплаты до увольнения, – я принял решение. Открою ему всю правду о том, что происходит у него под носом, а затем уволюсь!

Начальник отдела Со и менеджер Ли продолжили яростно ссориться даже в кабинете директора. Ли Шихён долго выслушивал протесты этих двоих, прежде чем наконец перейти к делу:

– Вы с ума посходили?! – крикнул он. – Вы двое, завтра с утра на моём столе должны лежать объяснительные! Ким Джухёк, задержитесь на минутку.

Начальник отдела Со и менеджер Ли ругались ещё минут 15, прежде чем покинуть кабинет. Когда наконец дверь за ними захлопнулась, директор Ли тяжело вздохнул.

– Как часто такое происходит?

– В последнее время становится всё хуже.

– Прошу прощения, я должен был выяснить это раньше. Натерпелись вы с ними, конечно… Но они оба – превосходные работники…

– Вообще-то, директор Ли…

Я рассказывал и рассказывал ему захватывающую историю любви менеджера Ли и начальника отдела Со, описывал в мельчайших деталях, насколько все коллеги в курсе об их отношениях.

Наша команда не может нормально работать, потому что эти двое то пропадают куда-то вдвоём, то бурно обсуждают свою сексуальную жизнь на публике...

Директор Ли время от времени открывал рот, чтобы сказать что-то вроде:

– Вам пришлось нелегко.

Мой рассказ становился всё длиннее и длиннее, пока я наконец не вспомнил о времени. Должно быть, рабочие часы уже окончены.

Директор Ли устало провёл рукой по лицу. У него выступает венка на тыльной стороне руки. Затем он улыбнулся и сказал:

– Я голоден.

И я кивнул.

Так мы пошли в ресторанчик, где подают сундэгук.

Там я продолжил рассказ – уже за бутылкой соджу. В нашей компании сотрудники-омеги не принимают подавители, а альфы…

Директор Ли очень искренний. Он внимательно выслушал весь мой рассказ и заверил меня, что в будущем он постарается пресечь такие ситуации. Поверить не могу, что всё можно было решить так легко. Мне следовало поговорить с ним раньше.

В глазах всё стало размыто, стоило мне один раз моргнуть.

Я поднял взгляд вверх, но моё зрение почему-то было затуманенным. Я сидел в каком-то незнакомом месте, а потом заметил переулок с мигающим светофором. Так, до этого мы с директором Ли сидели в ресторанчике… Потом мы решили сменить место и пошли в бар… Сколько я выпил?

Оказавшийся рядом директор Ли предложил мне какой-то напиток. Я не смог схватить его, потому что мои глаза никак не хотели сфокусироваться. Директор Ли взял мою руку в свою и вложил в неё бутылку с напитком.

– У вас такие большие руки.

– Это комплимент?

– Альфы всегда такие большие? Вообще везде?

Директор Ли покраснел.

– Что вы имеете в виду?

– Если так подумать, альфы высокие, с большими руками и длинными ногами, а омеги миниатюрные и миленькие…

Директор Ли вздохнул и поправил волосы.

– Кажется, вы слишком много выпили. Можете встать?

– Конечно! – я подпрыгнул с места, словно пружина, и встал на ноги.

Директор Ли придержал меня. Я споткнулся и ударился носом о его грудную клетку.

– Так вкусно пахнет.

– Ким Джухёк, вы это нарочно?

– Каким порошком вы пользуетесь? Мне как раз нужно купить новый. Надо бы взять что-то на распродаже.

Я похлопал директора Ли по груди. Твёрдо.

– Тук-тук, кто там? Это альфа! Тот, у кого накачанные мышцы даже без тренировок! У бет такого никогда не бывает, верно же?

– Я тренируюсь каждый день.

– Я не спрашивал.

Я оттолкнул директора Ли и пошёл вперёд. Он последовал за мной и взял меня за руку.

– Я вызвал водителя. Поедемте вместе.

Директор Ли потащил меня к машине. Кажется, он кого-то поприветствовал, прежде чем открыть дверь заднего сидения.

– Я отвезу вас домой, так что вы можете опереться на меня и поспать.

– Я люблю сидеть на переднем сидении.

Я обошёл машину, но всё-таки открыл себе заднюю дверь и плюхнулся на сидение с другой стороны. Директор Ли какое-то время ошарашенно следил за моими действиями, а затем тоже сел назад.

Пау-пау! Я еду домой! Директор Ли вдруг засмеялся.

– Вы всегда такой милый?

– Пожалуйста, не говорите такие вещи.

– Вам не нравится такое слышать? Вы и вправду сейчас очень милы.

Я оглянулся на директора Ли и сказал:

– Знаете, как меня называет моя младшая сестрёнка?

– И как же?

– Тыква после автокатастрофы.

Директор Ли расхохотался. Одновременно с этим завёлся мотор у машины. Директор Ли коснулся рукой водительского сидения. Водитель что-то сказал ему, а директор что-то ответил. Понятия не имею, что именно, я не расслышал.

Раз пошла такая пьянка, я просто обязан сказать ему.

– Директор, я не собираюсь с вами встречаться.

– Почему? Я для вас недостаточно хорош?

– Красота – это ведь ещё не всё.

– Тогда что ещё вам нужно?

– Гавайи.

Моё сознание медленно уплывало в неведомые дали.

– Гавайи…

Я распахнул глаза. Живот болит. Ух, сколько же я вчера выпил?..

Я спрятал лицо в одеяло. Так уютно. Вот бы ещё так поспать. Не хочу идти на работу. Работу?..

Сколько вообще времени?

Кончики моих пальцев резко похолодели. Я скинул с себя одеяло, и по телу тут же прошёлся холодный ветерок. Кажется, я всё ещё сплю и никак не могу осознать происходящее. Это не моя комната. Тут всё словно в магазине с современным чёрно-белым интерьером.

Я посмотрел на тумбу возле кровати. Очки в золотой оправе лежали на ней так, словно это товар, но ценника на них не было. Выходит, это всё-таки дом, в котором живут реальные люди. Я постарался поднять корпус в кровати. И у меня тут же заболела голова.

Когда я наконец хоть немного проснулся, то понял, что на мне нет никакой одежды, кроме нижнего белья. Я что, спал голым?

Мой телефон соскользнул на пол, пока я рылся в одеялах. Полседьмого. Я снова лёг на кровать. Выходит, это чей-то дом. Пока я устраивался на кровати, мне пришла в голову мысль. Я в доме директора Ли?

Полагаю, что так. Не помню, правильно ли я назвал вчера свой адрес в такси. Последнее, что я помню – выражение лица менеджера Ли в уборной, когда я схватил его за ворот.

– Вы рано проснулись.

Я рывком сел в кровати. Директор Ли вошёл в комнату. Всё его тело было мокрым, – похоже, он только что вышел из душа.

– Прошу прощения.

– Поспите ещё. Всё хорошо. Мой дом недалеко от компании.

Директор Ли подошёл ближе. Он надавил мне на плечи и уложил меня обратно на подушки. Ямочки на его щеках стали глубже. Капли воды стекали по его голой груди. Теперь я первый сотрудник, который увидел своего начальника обнажённым. Хотя нет, менеджер Ли, вероятно… вместе с начальником отдела Со… Блин, бесит!

– Я не снимал с вас одежду, вы сделали это самостоятельно, – сказал директор Ли с улыбкой на лице. Он бодхисаттва*? Я как распоследний алкаш раскидал одежду у него дома, а он даже не злится?.. Ах, да. Я же ему нравлюсь. Прошлой ночью ничего странного не произошло. Я просто от души выспался. Это всё, что имеет значение.

_____________

*Бодхисаттва – в буддизме существо (или человек), которое находится на пути к бодхи (пробуждению), то есть состоянию Будды. В данном случае отсылка к их спокойствию.

_____________

– Спасибо. Кажется, вчера я был очень пьян и слегка не в своём уме. Прошу прощения.

– И?

– Спасибо, что позаботились обо мне?

– Вы не спросите, что произошло между нами вчера?

– Ничего. У меня не настолько глубокие провалы в памяти.

Директор Ли сильно заморгал, а затем мягко коснулся моего лба.

– Да, ничего не было.

– Директор.

– Да?

Директор Ли поправил мне волосы. Капли воды упали мне на лицо, и я нахмурил брови. У директора холодные руки.

– Скажите мне.

– С вас уже целое озеро накапало…

Директор Ли сделал шаг назад. Наверняка ему неловко. Он энергично вытер волосы полотенцем. У нас раньше дома была собака, которая похоже встряхивала шерсть. Но директору Ли следовало вытереться, а не трясти головой, иначе капли воды попали бы ему на тело.

Директор ходил передо мной туда-сюда, словно хвастаясь своей фигурой. Я немного смутился, но взгляда всё же не отвёл. Неужели он делает это намеренно? Да ну нет… Он вроде не был показушником. У директора Ли чёрное нижнее бельё. И очень красивое тело. Аж завидно.

Так я думал, глядя на него. Он даже не оделся как следует, но всё ещё наматывал круги по комнате. Понятия не имею, что у него на уме.

Директор вдруг остановился. Он глубоко вздохнул и спросил меня:

– Нет, вы даже не смущены? Почему вы и бровью не повели? И это при том, что я делаю так много…

– Очень смущён. Я напился и проснулся в доме своего начальника…

– Я не об этом…

– Вчера я очень некрасиво схватил менеджера Ли за грудки…

Директор Ли вздохнул и начал вытирать своё тело полотенцем. Я почувствовал облегчение. Ему давно следовало так сделать. Он наверняка залил весь пол.

– Поспите ещё часок, я вас разбужу. А потом позавтракаем вместе и поедем на работу.

– Прошу прощения. Я вчера много выпил…

– Нет, всё в порядке. Я тоже много выпил. Вообще-то, мне очень нравится, что вы ночевали у меня дома. Словно мы любовники.

Директор Ли улыбнулся и засунул руку в рукав рубашки. Я снова поднялся с подушек.

– Директор.

– Да?

– Я не собираюсь с вами встречаться…

– Знаю, – быстро ответил директор Ли. – Я понял, а теперь поспите ещё немного.

Мне хотелось сказать то же самое более настойчиво, но, кажется, слова уже будут излишни. Я снова лёг на кровать. Сейчас я валяюсь в кровати своего начальника. А потом мы с ним вместе поедем на работу. Похоже, моя мирная жизнь уже разрушена. Зато одеяло тут очень уютное. И кровать похожа на гостиничную.

Сколько это всё стоит? Интересно, что за компания её изготовила? Я пошарил руками по кровати. Может, мне дома матрас сменить? Мне кажется, спать на таком каждую ночь очень приятно.

Директор Ли вышел в другую комнату уже одетым. Он закрыл за собой дверь.

Я зажмурился. Всё, что мне остаётся сейчас делать, – это волноваться, сожалеть и сокрушаться о былом. Какой кошмар. Лучше посплю ещё немного.

***

Только когда я сел в машину директора Ли, всё вдруг стало реальным. Хотел бы я телепортироваться прямо в ад. Или уволиться с работы.

Вчера я схватил менеджера Ли за грудки, а сегодня проснулся в доме директора. У меня болят глаза. Похоже, я был предателем в прошлой жизни, иначе за что небеса так меня прокляли?

Директор Ли молча сел в машину, а затем сказал:

– Вы правда не завтракаете?

– Да… Правда не завтракаю…

Это наглая ложь. Я никогда не пропускал завтрак, с самого детства, даже когда съехал от родителей и стал жить отдельно. Мама говорила мне, что нужно обязательно завтракать, чтобы мозг работал правильно. Даже если у меня дома оставалась только унылая каша, я ел её на завтрак и шёл на работу. Но я не хочу завтракать вместе с директором Ли.

Он завёл машину и вдруг спросил:

– Почему вы так сильно против отношений?

– Я много думал об этом, пока наблюдал за менеджером Ли и начальником отдела Со. Их отношения даже отношениями назвать нельзя. А я просто хочу жить нормальной жизнью.

– Вы можете жить нормальной жизнью, при этом встречаясь с кем-то.

– Ни с альфой, ни с омегой у меня не получится выстроить хороших отношений.

– А что насчёт беты?

– Не знаю. Но в любом случае я сейчас не собираюсь ни с кем встречаться.

Директор Ли повернулся ко мне.

– Ремень безопасности… Вы его уже пристегнули.

– Если его не пристегнуть, нас могут оштрафовать…

Директор Ли схватился за руль и отчаянно вздохнул.

– Тяжёлый случай, крайне тяжёлый…

Мы потихоньку двинулись в сторону офиса. В машине царила душная атмосфера, – такая же, как на забитых дорогах в утренний час-пик.

Несмотря на пробки, весь путь занял у нас всего 20 минут. И правда, его дом недалеко от компании. Директор Ли высадил меня у центральных дверей.

– Не волнуйтесь слишком сильно насчёт вчерашнего. И я буду рад видеть вас у себя дома в любое время, так что насчёт этого тоже не волнуйтесь. И ещё одна вещь…

– Да?

– Вы мне нравитесь.

– …

– Я не прошу вас о взаимности. Я даже не прошу вас встречаться со мной. Я просто хочу, чтобы вы об этом знали. Всё, что я делаю… я делаю потому, что вы мне нравитесь. И я прошу вас понять это.

– Не могу ли я вместо этого думать, что вы просто выручаете меня как начальник подчинённого?

– Нет. И раз уж мы заговорили об этом – не забудьте принести мне в кабинет объяснительную. Вас нужно хорошенько отчитать.

Директор Ли поехал на парковку, не дождавшись моего ответа. Я был несколько ошарашен.

Похоже, я и правда нравлюсь директору Ли. Нравлюсь настолько, что он не бросил меня вчера пьяного на улице, а привёл к себе домой. На сердце отчего-то тяжело, и я никак не могу собрать мысли в кучу.

Я развернулся и пошёл к дверям компании. Кажется, меня скоро вырвет.

Когда я поднялся на третий этаж, всё внимание тут же обратилось ко мне. Возможно, потому что я немного опоздал, но вообще-то вокруг было ещё полно пустых рабочих мест. Несколько десятков пар глаз следили за каждым моим шагом. Одни из них принадлежали менеджеру Ли. Я склонил голову и поприветствовал его. Менеджер Ли неловко поднял свою руку в ответном приветствии. Мои ноги так отяжелели, что я едва добрался до своего стола.

Когда я сел на место, Ассистент Кан тут же положил руку мне на плечо.

– Вы пришли в той же одежде, в которой были вчера? Вас отчитывали 15 часов подряд?

– Вроде того.

– Просмотрите мессенджер.

Я упал головой на стол сразу после того, как включил компьютер. Я просто сгораю со стыда. Экран компьютера вспыхнул. Почему бы апокалипсису не наступить прямо сейчас? К сожалению, ничего такого не произойдёт только по моей просьбе. До моего ухода с работы осталось целых 9 часов…

В мессенджере все устроили тусовку без меня. Кто-то хвалил меня за храбрость, кто-то предлагал закатить прощальную вечеринку по случаю моего увольнения в ресторане, где подают свиную грудинку. На меня градом вывалились всевозможные смайлики, и больше всех лучился энтузиазмом ассистент Кан. Я с ноги залетел в эту тусовку.

[Разве страдания других людей – повод для праздника?! Вы реально счастливы?! Так сильно?!]

[Благодаря вам мы все вчера свалили с работы вовремя! Ассистент Ким – фея-хранительница нашей команды]

[Такая жертва!]

[Вы такой классный! Ассистент Ким…]

[Менеджер Ли сегодня и слова не сказал ахахах]

[Начальник отдела Со не спускался к нам на этаж]

[Ассистент Кан отправил не тот факс^^ Пожалуйста, подойдите ко мне позже]

Я тяжело вздохнул. Затем зашёл в портал компании и нашёл нужную форму для заполнения. Объяснительная записка. Какой кошмар. Это моя первая объяснительная записка с момента прихода в компанию.

Я обернулся, когда услышал позади себя подозрительный шорох, и увидел ассистента Кана, проходящего мимо с бумагами в руках. Я схватил его за запястье.

– Мне нужно написать объяснительную записку.

– Пишите, я ж разве вас останавливаю.

– Помогите мне. Я впервые пишу что-то подобное.

– Так и я такого никогда не писал.

Ассистент Кан сжал губы, чтобы сквозь них не прорвался смех. Я повернулся назад к экрану монитора. Белый вордовский лист казался бескрайним, как воды Тихого океана.

Объяснительная записка.

«Я, ассистент Ким Джухёк, схватил за шиворот менеджера Ли Хёнджэ…»

У меня закружилась голова.

Объяснительная записка.

«Я, ассистент Ким Джухёк, схватил за шиворот менеджера Ли Хёнджэ и ударил начальника отдела Со по голени».

Ассистент Кан схватил меня за плечо. Он улыбался так широко, словно вот-вот прыснет со смеху, и вибрация от его руки перешла на моё тело. Я оглянулся на него и шепнул:

– Что мне делать?

– Нет, продолжайте, ха-ха-ха. Пишите дальше.

Коллеги начали собираться вокруг моего места один за другим, пока я тупо пялился в монитор. Я свернул окно с документом и оглянулся назад. Люди, едва сдерживающие смех, столпились вокруг меня в кучу.

– Что вы все тут забыли?

– Вы и так знаете, зачем спрашивать?

– Вы его ещё и по голени ударили?

– Я этого не видел.

– Ассистент Кан, пожалуйста, заполните эту форму и отправьте её в административный отдел, – пока я отгонял от себя назойливых мух в лице своих коллег, менеджер Ли внезапно поднялся с места.

Всё наше внимание тут же обратилось к его столу. Менеджер Ли окликнул меня.

– Ассистент Ким, можем выйти поговорить на минутку?

– Конечно.

Было сложно отодвинуть стул из-за толпы народа сзади. Все принялись шептать мне ободряющие напутствия. Мне это не нужно. В этом мире мы все одиноки. Они улыбаются мне только потому, что вчера ушли с работы вовремя.

Я прошёл за менеджером Ли в комнату отдыха. Менеджер Ли застенчиво улыбнулся и протянул мне чашку кофе.

– Вы вчера отлично потрудились.

– Простите меня.

– Нет. Это мне нужно просить прощения.

Я покрутил в руках тёплый бумажный стаканчик. Менеджер Ли поправил свои очки. Ему очень шла тонкая серебряная оправа. У менеджера худое телосложение, и он очень красивый мужчина.

О менеджере Ли по компании даже ходила легенда – возможно, как раз потому, что он очень красив. Говорят, что однажды несколько сотрудников-альф подрались из-за него… Это произошло до того, как я устроился сюда, поэтому ни подтвердить, ни опровергнуть этот факт я не могу. Впрочем, я немного понимаю этих альф. Менеджер Ли очень хорошенький. Да, ему больше подходит слово «хорошенький», чем «красивый».

– Примите мои искренние извинения за вчерашнее происшествие, – сказал он. – Мне следовало разделять личные и рабочие дела… Так что… Хитэ тоже не плохой человек. Но иногда поступает плохо. Будет здорово, если вы сможете это понять.

Менеджер Ли грустно улыбнулся.

– Такая сильная любовь подобна болезни, – он отпил кофе. Его слегка фиолетовые губы придавали ему жалкий вид. – Мне жаль, что моё поведение вчера вызвало такой переполох. Вы пострадали из-за меня.

Я всё ещё вертел в руках чашку с кофе. А затем решительно открыл рот:

– Менеджер Ли.

– Да?

– Если это так тяжело, разведитесь с ним. Я слышал, что сейчас у омег есть возможность обратиться в специальный центр, там хорошо помогают, они дают консультации.

– Что?

– Извините. Возможно, я не тот человек, который должен был раскрыть вам глаза, но это насилие. Домашнее насилие. Вам надо выбраться из всего этого.

– Хах? Эм…

– Если вдруг он по-прежнему бьёт вас, сообщите об этом в полицию. Зачем ещё мы платим налоги? Для этого и существует система налогообложения. И он изменил вам, не так ли? Начальник отдела Со.

– Эм… Ну…

– Он даже изменил вам. Мне очень жаль, что я говорю вам такое. Но на это очень тяжело смотреть со стороны… Нет, простите меня. Я не должен говорить вам такие вещи…

Лицо менеджера Ли приняло странное выражение, и он залпом допил свой кофе.

– Ассистент Ким, вы же бета?

– Да.

– Дело в том… Я и Хитэ… Начальник отдела Со и я запечатлены. У меня его метка. Мы бы уже погибли, не будь нас друг у друга.

– Физически?

– Да, верно.

– Есть какой-то способ убрать метку?

– Если обратиться в больницу, можно будет сделать операцию по удалению… Однако это рискованно для нас обоих… Потому что никто не знает, сможем ли мы запечатлеться с другими людьми и исчезнет ли метка навсегда.

– Менеджер Ли.

– Да?..

– Тогда с этим ничего не поделать. Разведитесь. Если нет возможности избавиться от метки, единственный оставшийся вариант – развод. Подумайте об этом. Вы так часто плачете и не можете сосредоточиться на работе.

– Угх…

– Подумайте о своём будущем. О будущем!

Я опрокинул в себя остатки кофе и скомкал бумажный стаканчик. Взгляд менеджера Ли скользнул по этому стаканчику. Затем он поправил свои очки.

– Ассистент Ким Джухёк… Кофе был очень горячим.

– Простите меня за вчерашнее.

– Не…

– Я напишу объяснительную записку и отдам её директору как можно скорее. Думаю, я сейчас вернусь на место, допишу её и сразу пойду на 9 этаж.

– Да… Захватите и мою с собой? У меня скоро встреча…

– Конечно.

Я выбросил бумажный стаканчик в мусорное ведро. У меня есть цель на сегодня. Я коротко поклонился и ушёл к своему столу.

Там я сел на стул и хлопнул в ладоши. Сегодня четверг. Ещё один рабочий день, и наступят долгожданные выходные. Я всё смогу! Объяснительная записка.

«Вчера я, ассистент Ким Джухёк, создал переполох, схватив за шиворот менеджера Ли Хёнджэ и непреднамеренно ударив начальника отдела Со по голени. Однако прошу учесть, что этот удар был неизбежен вследствие того, что начальник отдела Со Хитэ первым толкнул меня. Все имеющиеся у меня жалобы были выражены неподобающим образом. Обязуюсь подумать над своим поведением».

Так нормально? Я наклонил голову вбок. Будто чего-то не хватает. Надо шрифт увеличить.

– Я разработал план по улучшению взаимодействий в таких ситуациях. Впредь обещаю такого не делать, – внезапный голос за спиной напугал меня. Я обернулся. За мной стояла руководитель Им.

– Что вы тут делаете?

– По делам зашла. Просмотрите это, пожалуйста, и забейте цифры в компьютер.

Я быстро прикрыл монитор рукой. Руководитель Им расхохоталась.

– Ха-ха-ха! Слухи дошли и до административного отдела. Сотрудник из первой команды по работе с клиентами ударил начальника отдела.

– Я никого не бил.

– Я слышала, что вы ударили его.

– … Это было не намеренно.

– Так вы и правда ударили его, ха-ха-ха!

Руководитель Им похлопала меня по спине и ушла. Я вернулся к завершению объяснительной записки.

«Впредь постараюсь найти более удобный способ снять стресс и обозначать все имеющиеся жалобы по-другому…»

Я сохранил документ и нажал на кнопку печати. Затем быстро взглянул на часы – прошло всего 40 минут. Это время не прошло даром.

Возле принтера показалось знакомое лицо. Оно прикрыло рот рукой, как только завидело меня, будто всё уже знает.

– Доброе… пхах…

– Доброе утро.

Ха Вони просто мастер в управлении своими эмоциями.

Когда я подошёл ближе, его лицо сильно исказилось от сдерживаемого смеха, но затем он всё-таки расхохотался.

– Ха-ха-ха, извините, извините… Эта записка… Объяснительная записка ассистента Кима… Она ведь ваша, верно?

Я выхватил документ из его рук. Это вообще-то моё.

– Что привело вас сюда?

– Забежал забрать документы, наш принтер на первом этаже мультифункциональный.

Ха Вони подошёл ко мне ближе с улыбкой на лице. Его круглые щёки покраснели.

– Вы действительно ударили его?

– Я никого не бил. Почему все об этом спрашивают?

– Все в административном отделе уже слышали эту новость.

– Что ж, я никого не бил.

– Правда?

– … Это было не намеренно.

Ха Вони снова рассмеялся. Он прикрыл рот рукой, словно испугавшись силы собственного смеха. А затем склонился ближе к моей груди, глядя на меня снизу вверх.

– Почему вы такой милый?

– Ха Вони, и вы туда же.

Я в смущении закрыл лицо документом. Бумага заколыхалась и порезала мне щёку. Ха Вони ухватился за мой рукав и спросил:

– Кто ещё говорил вам, что вы милый?

Его лицо вдруг приняло угрюмое выражение. Это было жутко мило. Поскольку Ха Вони – омега, он по жизни милый. Ах, ну правда, почему он такой милашка? Я даже не могу на него злиться.

Ким Джуён (Горилла, 21 год) в детстве тоже была милашкой. Пока ей не исполнилось 8 лет. Эта несносная девчонка вступила в пубертатный период уже в 9 лет. С тех пор этот мелкий Кинг-Конг то и делал, что скакал по мне, словно на батуте. Точно горилла, только что вылезшая из ада…

– Ха Вони напоминает мне мою младшую сестрёнку.

– Вы видите меня только как младшего брата?

Ха Вони озорно рассмеялся. Он поднялся на цыпочки и приблизился ко мне вплотную. Прохладный запах одеколона коснулся кончика моего носа. Мне пришлось сделать шаг назад. Опасно. Я почти коснулся его.

– Действительно?

– Ассистент Ким – бета, – спокойно сказала шедшая мимо глава отдела Со, неторопливо размешивая свой кофе.

– Что?

Но глава отдела Со была уже далеко. Игривое выражение лица Ха Вони куда-то исчезло. Краска начала заливать его шею.

Его лицо и уши покраснели следом.

– Бета?

– Э… Да…

– Альфа… Вы говорили, что вы альфа…

– Я никогда такого не говорил.

– Никогда?

Я кивнул. Ха Вони закусил губу и прикрыл рот рукой.

– Ха Вони, вы сильно покраснели.

– Подо… подождите минутку…

Ха Вони склонил голову и посмотрел куда-то сквозь принтер.

– Я просто заберу это и пойду к себе.

– Ха Вони!..

Ха Вони отвернулся, чтобы сбежать. Его глаза тоже покраснели. Он прикрыл лицо бумагами.

– Я такой глупый!

– Простите.

– Это моя вина.

Я задумался на секунду. Возможно…

– Феромон?

Ха Вони ткнул кулачком мне в живот. Я сразу же вспомнил о существовании кишечника, о котором на время забыл, и схватился за живот и за плечо Ха Вони. Раздался звук скомканной объяснительной записки.

– Это просто шутка. Забудьте, – сказал он.

– Вы не возненавидите меня, правда же?

– Не возненавижу.

– Взгляните на меня.

Ха Вони отнял бумаги от лица. У него очень длинные ресницы. Морщинка меж его бровей стала глубже.

– Вы бета, ассистент Ким?

– Я бета. Так что я понятия не имел, о чём вы говорили, когда упоминали феромоны.

– О чём-то вроде феромоновой телепатии, у вас такой нет.

Ха Вони протянул руку и снова легонько ткнул меня в живот.

– Вы правда бета?

– Да.

– Не альфа?

– Сто процентов.

– Ну и отлично!

Ха Вони оттолкнул меня, а затем быстро ушёл.

Я опустил взгляд на объяснительную записку. Вся бумага измята. Я распечатал новый документ и поставил на нём печать менеджера Ли. Менеджер широко улыбнулся и вручил мне свою объяснительную записку. Я честный человек, поэтому не стал её читать. Вместо этого я очень быстро на неё взглянул. Довольно длинная. Любопытно, сколько из этого текста отдано размышлениям о своём поведении.

– Не заходите за подписью к начальнику отдела Со, идите сразу на 9 этаж.

Менеджер Ли похлопал меня по спине. Он улыбнулся, чуть сузив глаза. Рядом со мной закашлялся стажёр-альфа. Затем он заговорил:

– Менеджер Ли, вы не должны так улыбаться.

– Простите?

– Не нужно так красиво улыбаться альфам. Они могут неправильно вас понять.

Менеджер Ли густо покраснел от его слов. Моё лицо тоже вспыхнуло.

Он идиот?

Может, потому, что он альфа, он думает, что имеет право так разговаривать с менеджером Ли? Он с ума сошёл? Наше общество так развратило этого юнца? Он вообще берегов не видит?

Я посмотрел на менеджера Ли широко распахнутыми глазами. Но он отвёл свой взгляд в сторону. Проблема менеджера Ли в том, что он очень мягкосердечный человек. Я подошёл к стажёру и прошептал:

– Это сексуальное домогательство на рабочем месте.

Я сделал шаг назад и помахал объяснительными записками менеджеру Ли. Стажёр вскинул подбородок.

Я медленно пошёл к лифту, размахивая перед собой документами и пристально глядя на стажёра:

– Объяснительная записка.

Он сейчас буквально дал всем понять, что впервые находится в социуме. Похоже, мыслями этот идиот всё ещё в баре для знакомств без обязательств.

Перед кабинетом директора я наткнулся на начальника отдела Со. Он замер у дверей и уставился на меня с высокомерным выражением лица. Его низкий голос прозвучал угрюмо:

– Какие у вас отношения с Хёнджэ?

– С менеджером Ли?

– Да. Что происходит между вами?

– Ничего. Он начальник, а я подчинённый.

– Почему вы были вместе вчера?

Начальник отдела Со подошёл ко мне ближе – от него исходила угроза. Его длинный крепкий нос, казалось, вот-вот меня проткнёт.

– Эм… Менеджер Ли сказал, что мне не нужна ваша подпись для объяснительной записки.

Начальник Со, вероятно, опешил от неожиданности и ничего не ответил.

– Начальник отдела Со.

– Что?

– Перестаньте делать такое на работе…

Я втянул голову в плечи, словно черепаха, и прошмыгнул мимо него. Начальник отдела Со выдохнул и тоже ушёл. Аж тошно. Он ревнует менеджера Ли к каждому столбу. Зачем тогда изменять, если он так тебе дорог?

Я постучался в дверь кабинета директора, но не получил ответа.

Начальник отдела Со только что вышел из этих дверей, поэтому внутри точно кто-то был… Я постучался ещё несколько раз и даже приложил к двери ухо, словно жадный до сплетен подслушиватель, но всё было тихо. Спустя некоторое время оттуда всё же ответили:

– Войдите.

Ветер ударил мне в лицо, как только я открыл дверь. Глаза тут же защипало. Я пробрался внутрь кабинета, словно какой-то смотритель базы на Антарктиде. Директор Ли поспешно закрыл окно.

– Ах, мы только что спорили с начальником отдела Со...

– На улице сегодня очень ветрено.

– О, мы ещё и на высоком этаже… Хотя вы же бета, верно? Тогда всё будет в порядке.

Директор Ли закрыл окно. В его кабинете теперь гулял приятный свежий воздух. Но холодный. Я положил бумаги на стол и растёр ледяные руки.

– Это объяснительная записка.

– Вы подумали над своим поведением?

– Да.

– Как бы вы ни злились, впредь лучше не бейте своё начальство.

– Я не…

Директор Ли пристально посмотрел на меня.

– Постараюсь не допускать такого в будущем.

– Присаживайтесь.

Я подвинул стул и сел, как и полагается хорошему подчинённому.

– Садитесь ближе. И наклонитесь ко мне немного.

Я наклонился к нему, как он и просил. Директор Ли улыбнулся и поправил мне чёлку.

– Ветер испортил вам причёску. Об объяснительной мы поговорим позже.

Директор Ли сложил руки на груди и посмотрел на меня. Его лицо осветилось широкой улыбкой.

– Думаю, я бы хотел получить кое-какую оплату за ваше проживание в моей квартире.

– Ой, сколько я вам должен?

Директор Ли нахмурил брови.

– Нет…

– Спасибо вам большое за вчера. Скажите, сколько я должен за проживание…

– Джухёк, Ким Джухёк, прошу, успокойтесь. Я говорю не о деньгах.

Директор Ли махнул рукой. Затем он подвинул стул к своему столу и сел.

– С вами и пошутить нельзя... Помните, что вы сказали мне вчера? В машине вы говорили, что хотите поехать на Гавайи.

– Ох… Да.

Говорил. Пьяный я говорил.

Меня внезапно замучила жажда. Я немного ослабил галстук под воротником рубашки.

– Я не могу сейчас свозить вас на Гавайи, но…

Я этого и не хочу. Не хочу никуда ехать со своим начальником. Хочу поехать, когда у меня вообще не будет начальника.

– Но, думаю, мне вполне по силам предложить вам гавайскую кухню, как вы на это смотрите?

– Вы сказали, что вам нужна оплата за проживание.

– Ваш ужин со мной и будет этой оплатой.

– Тогда я плачу.

– Не волнуйтесь об этом. Вашего присутствия будет достаточно, – директор Ли накрыл мою руку своей. – Прошу, дайте мне шанс проявить себя.

Я скинул с себя его руку. Директор Ли сжал её в кулак, смутившись.

– Вам такое не по душе?

– Нет, спасибо.

– Итак, вы свободны в эту субботу?

Теперь мой начальник интересуется моими выходными, а не буднями. Я всё ещё член социума, так что...

– Да, свободен.

– Я заеду за вами. Скажите только адрес.

– Нет, я…

Моё внимание привлекла ямочка на его щеке. Внезапно вспомнилось, что сегодня утром я видел его почти обнажённым. В чёрном белье. На ум пришёл интерьер его дома, словно сошедший с обложки лучших дизайнерских журналов. Хотите сказать, он зайдёт за мной прямо ко мне в квартиру? Я не хочу, чтобы он увидел мою обшарпанную мебель из аутлета! У меня ещё и молдинги вишнёвого цвета!

– Давайте лучше встретимся возле вашего дома.

– Хорошо, тогда возьмите мою визитку. Но всё же отправьте мне сообщением ваш адрес.

Директор Ли встал и снова открыл окно. Его лицо немного покраснело.

– Думаю, в скором времени я буду частенько заезжать за вами.

***

– Вы с ума сошли? Что значит вы не идёте обедать?

Ассистент Кан ухватился за мой стул и потянул его назад. Моё бренное тело тоже поехало назад.

– У меня нет аппетита.

– Всё равно вам нужно что-нибудь поесть. Вы ведь теперь герой, который спас нас от сверхурочной работы.

– Ой, перестаньте.

– Давайте сходим в хороший ресторанчик. Один из тех, которые рекламируют по телевизору.

– Где вечно толпы народа?

– Нет, его рекламу запустили всего три месяца назад.

– Тогда идём.

Когда я встал с места, ассистент Кан продолжил отчитывать меня за то, что я не хотел обедать. Что мне надо непременно пойти, потому что ресторан и правда хороший. И там не придётся долго ждать, потому что реклама запустилась совсем недавно.

На первом этаже нас уже ждали руководитель Им и Ха Вони. Ха Вони покраснел, взглянув на меня. Я помахал им рукой. Ха Вони отвернулся. Ассистент Кан толкнул меня локтем в бок.

– Что произошло между вами двумя?

– О чём это вы?

– Ассистенту Киму ведь нравился Ха Вони?

– Мне?!

– Ваше лицо просто тает, когда вы его видите.

– Да когда такое было?

– Уверены, что он вам не нравится?

– Он просто напоминает мне мою младшую сестрёнку.

Ассистент Кан тут же оставил меня и подлетел к Ха Вони. Он приблизился к нему со слащавой улыбкой на лице, хлопнул его по плечу и сказал:

– Ассистент Ким сказал, что Ха Вони милый, как его младшая сестрёнка.

– Ассистент Кан, пожалуйста…

У Ха Вони сильно покраснели кончики ушей. Он посмотрел на меня таким взглядом, словно я обидел его до глубины души.

– Младшая сестрёнка?..

– Не обращайте внимания. Ассистент Кан просто плохой шутник.

Я похлопал Ха Вони по плечу, и он тут же прилип к моей руке. Ассистент Кан взял под руку руководителя Им. Ладонь Ха Вони коснулась моей. Похоже, он сделал это намеренно. Ха Вони поднял на меня взгляд и коснулся мочки своего уха.

– Мне двадцать шесть.

Он надул щёки. Я не удержался и ткнул пальцем в одну из них. Ха Вони раскрыл свои маленькие губы от удивления. Всё его лицо жутко покраснело.

– Вы ещё так молоды.

– Вовсе нет.

Ха Вони обиженно прошёл вперёд.

Хоть реклама ресторана и запустилась всего три месяца назад, в нём было полно народу. Тут сидело много офисных работников, которые хотели потратить свой обеденный перерыв с максимальной пользой.

– Может, пойдём в другое место?

Ассистент Кан окинул нашу группу взглядом. Мы все тут же развернулись, потоптавшись немного в конце очереди. Руководитель Им предложила поесть сундэгук. Я резко замотал головой. Я исчерпал свой месячный лимит на сундэгук вчера с директором Ли.

В конце концов мы остановились в каком-то захудалом ресторанчике. Владелец, лениво смотревший дораму по телевизору, подозрительно уставился на нас, когда мы вошли. Мы сели за столик, ощущая себя незваными гостями. Словно заправский ниндзя, владелец запустил в нас тарелкой с рыбными пирожками в фасолевой пасте в качестве велком-закуски.

Ха Вони достал несколько салфеток и положил на всех ложки и палочки для еды. Оставшиеся трое коллег включая меня чуть не подрались из-за того, кто первым нальёт себе воды. В этом конкурентном мире приходится бороться за всё.

В меню была целая куча разнообразных блюд, но оно всё равно выглядело весьма посредственно. Это когда есть всё, но не привлекает буквально ничего. Все заказали комплексный обед с бульгоги*, кроме руководителя Им, которая решила поесть тушёное мясо с соевой пастой.

_____________

*Бульгоги – блюдо корейской кухни из тонко нарезанного маринованного мяса (говядины или свинины), приготовленное на гриле или сковороде

_____________

После того, как мы передали заказ владельцу, за столом воцарилась тишина. Пытаясь скрыть смущение, я посмотрел на экран телефона. Затем поднял голову и встретился взглядом с Ха Вони. Он тут же отвёл глаза в сторону. Его волосы переливались при каждом движении.

Руководитель Им после долгого молчания заговорила первой.

– Ха Вони, разве вы не говорили, что вас что-то беспокоит в последние дни? – спросила она, откусывая пирожок. Ха Вони опешил от такой прямоты и взял стакан воды.

– Ах, это…

– Что такое? Что случилось? Это связано с романтическими отношениями?

Ассистент Кан посмотрел на меня и странно улыбнулся. Его скулы всё поднимались и поднимались вверх. Я покачал головой и затем спросил у Ха Вони:

– Что у вас случилось?

– Сегодня я… – тот закусил губу. – Не знаю, могу ли говорить это…

Он посмотрел на меня. Я отложил палочки для еды прямо вместе с пирожком. К нам подошёл владелец с металлическим подносом и поставил на стол большую миску с тушёным кимчи.

– Думаю, у меня появился сталкер.

– Что?!

– Не может быть!

– Мы этого не заказывали…

Владелец швырнул в нас счёт и пошёл обратно на кухню.

– Что… Эй, извините! – закричал ему ассистент Кан, резко поднявшийся с места.

Однако ему никто не ответил.

Ха Вони посерел лицом. Его розовые ногти нервно царапали стакан с водой. А глаза, смотрящие на меня, сияли янтарём в солнечном свете. Сталкер...

– Вы уже сообщили в полицию?

Ха Вони кивнул.

– Они сказали, что не станут его искать, потому что он не причинил мне прямого ущерба. Они думают, что он альфа, который преследует меня потому, что я омега, и сказали мне сдерживать свои феромоны.

– Что за хрень собачья!

Руководитель Им в сердцах бросила палочки для еды на стол. Одна из них отскочила и упала на пол. Я протянул ей новые палочки:

– Руководитель Им, возьмите. Получается, он следовал за вами до самого дома?

– Точно могу сказать лишь, что он всегда идёт за мной от вокзала… Он обычно в чёрной толстовке и показывается только время от времени. Но когда я решил выйти на другой станции, он стоял в парке перед моим домом…

– Наверняка он и сегодня пойдёт за вами! Вам нельзя идти домой! – воскликнул ассистент Кан. Руководитель Им взяла немного кимчи.

– Руководитель Им, разве вы заказывали не тушёное мясо с соевой пастой?

– Боже, это же тушёный кимчи…

Ассистент Кан посмотрел на меня и приобнял Ха Вони за плечи.

– Ассистент Ким Джухёк, думаю, Ха Вони нельзя сегодня идти домой.

– Согласен, лучше не стоит. Ха Вони, не ходите сегодня домой. Это слишком опасно.

Взгляды всех троих коллег почему-то сосредоточились на мне. Нет. Нет-нет. Ни за что!

– Да ладно вам…

Ха Вони отпил воды, по очереди глядя на руководителя Им и ассистента Кана.

– Ваши родители не смогут забрать вас сегодня к себе?

– Они оба заняты, а я взрослый человек…

– Вот почему быть омегой очень сложно.

Ассистент Кан тяжело вздохнул. Он размешал тушёный кимчи, словно был крайне недоволен, и отложил ложку.

– Так что вы планируете делать?

Ха Вони взял в руки другую ложку.

– Ну… Наверное, просто уйду с работы позже или…

Ассистент Кан посмотрел на меня. Руководитель Им ткнула меня локтем в бок. Ассистент Кан открыл рот, чтобы сказать:

– Приютите его у себя?

– Приютите его у себя, – одновременно с ним сказала руководитель Им.

– Пф-ф-ф, – Ха Вони подавился и прикрыл рот рукой, закашлявшись.

Ассистент Кан зашептал ему что-то на ухо. Я вообще-то всё слышу.

– Ха Вони, вы, кажется, говорили, что начальник отдела Со обо всём узнал?

Ха Вони быстро прикрыл ладошкой рот ассистенту Кану. Тот захихикал, хватая его за запястье. Ха Вони густо покраснел.

Я что-то нервничаю. Они хотят, чтобы я позвал Ха Вони в свою квартиру? Мы, конечно, больше ничем не можем помочь ему в этой ситуации, но я точно не хочу приглашать его к себе. Мы ведь совсем недавно познакомились. И я вчера не был дома, поэтому там жуткий бардак. Когда я вообще в последний раз ставил стирку?

Но я буду сильно волноваться, если Ха Вони пойдёт сегодня домой. Ладно, можно приютить его на одну ночь. Я не смогу помогать ему так и дальше, но вполне могу оградить его от сталкера хотя бы сегодня. Только сегодня. Только. Сегодня. Такое ощущение, что меня запоздало настигло похмелье.

– Ха Вони, не хотите остаться сегодня у меня дома?

Ассистент Кан улыбнулся во все 32 зуба, услышав мои слова.

– Нет, что вы, всё в порядке…

– Не отказывайтесь! Ассистент Ким присмотрит за вами, вы можете вместе выпить и узнать друг друга получше.

– Вам сейчас крайне опасно идти домой одному.

Ха Вони, казалось, не мог принять решение, но затем сказал:

– Думаю, внезапно нагрянуть в квартиру ассистента Кима будет не совсем удобно… Я и правда в порядке. Но…

Ха Вони посмотрел на меня и осторожно продолжил:

– Если ассистент Ким не против, я с радостью останусь сегодня у него.

Ассистент Кан счастливо присвистнул. Позади него показался владелец ресторана с едой. У него на подносе была целая гора тарелок.

– Поедем лучше сразу ко мне. Будет не совсем удобно идти сначала к вам и затем возвращаться, это не по дороге.

Ха Вони выглядел так, будто хотел сказать что-то ещё, но в итоге просто кивнул. Уголки его губ чуть приподнялись в улыбке. Такое чувство, будто я только что принял решение, о котором потом пожалею.

Владелец ресторана поставил перед нами столько тарелок с бульгоги, что стол покачнулся под их весом.

Я поспешил на первый этаж, чтобы успеть уйти с работы вовремя. У административного отдела скоро сдача отчётов, так что они невероятно заняты. Я заметил бегущую мимо руководителя Им и помахал ей рукой, но она меня не заметила. Вместо этого на меня уставилось усыпанное родинками лицо. Я немного смутился.

– А вы у нас?..

– А, я Ким Джухёк из первой команды отдела по работе с клиентами. Я пришёл за Ха Вони.

– Ох, Ха Вони…

Сотрудник оглядел меня с головы до ног и махнул рукой, призывая следовать за ним. Вообще-то невежливо так пялиться на людей. Я мысленно воззвал к небу, а потом пошёл за ним.

Ха Вони работал в одной из маленьких кабинок. К одной стороне перегородки было прикреплено нечто, напоминающее фигурку маленькой собачки. И повсюду висели жёлтые и розовые стикеры. Коллеги то и дело поглядывали на Ха Вони. Его голова склонилась над столом, – похоже, он очень увлечён работой.

– Ха Вони, к вам гость.

– О, ассистент Ким!

Ха Вони поднял голову. На его столе лежали шоколадные конфеты и закуски. Он смущённо отодвинул их в сторону.

– Вы уже всё? Я тоже скоро закончу…

– Мне подождать вас снаружи?

Ха Вони покачал головой. Сотрудник, который проводил меня сюда, похлопал его по плечу и сказал:

– Ха Вони, вы можете идти. Остальное доделаете завтра.

– Ладно, тогда с вашего разрешения я пойду…

– Ассистент Ким Джухёк, – сотрудник ещё раз внимательно осмотрел меня, а затем фыркнул. Он коснулся плеча Ха Вони с гордым выражением лица и бросил ему небрежное: – Бета?

Что ж, теперь я знаю наверняка, что этот парень не бета. Только альфа мог так пренебрежительно отозваться о бете.

Таких альф можно встретить довольно часто. Эдакие снобы, которые смотрят на бет и омег свысока. Я не понимаю их логику. Похоже, они думают, что беты априори некомпетентны, и что омеги непременно должны подчиняться альфам.

Это глупость. Альфы и омеги вполне могут мирно сосуществовать. Как и беты.

Жизнь беты по сравнению с жизнями альф и омег стабильна. На них не влияют феромоны, они ведут обычный образ жизни без течек и платят небольшую сумму за медицинскую страховку.

Беты – это образец нормы.

– Тогда вы, должно быть, омега, – я хотел оскорбить его этими словами.

Сотрудник закусил губу от злости, всем своим видом доказывая, что моя провокация удалась. Я сделал шаг ближе. Этот парень был ниже меня. Я заметил, как он вздрогнул.

– Осторожнее с феромонами, – сказал он куда-то в сторону.

Ха Вони торопливо начал собирать свои вещи. Его чёлка закрыла ему глаза. Я потянулся и откинул её набок. Ха Вони поднял голову и посмотрел на меня. Мы обменялись улыбками. Как же он напоминает мне мою Гориллу!

– Я бета, поэтому понятия не имею, о чём вы.

– Ладно, идёмте. Нам пора, ассистент Ким.

Ха Вони подтолкнул меня в спину, а затем и вовсе вытолкал меня из административного отдела. Я увидел, как он сделал глубокий вдох.

– Я сделал что-то не так?

– Зачем вы это сделали? Он ужасно строгий начальник.

– Откуда мне было знать?

Ха Вони схватил меня за рукав и потащил прочь из здания. Я рассмеялся, пока шагал за ним по вестибюлю.

– Мне очень-очень жаль. Я поступил так, потому что он явно смотрел на меня свысока из-за того, что я бета.

– Тогда вы отлично постарались.

Затылок Ха Вони, который шёл впереди, стал багрово-красным. Он так быстро краснеет, потому что у него бледная кожа. Ха Вони оттащил меня в сторонку и спросил:

– Откуда вы узнали, что он омега?

– Омега? Я думал, что он альфа!

– Вы тоже похожи на альфу.

Ха Вони взглянул на меня. На его губах появилась улыбка.

– Вы ездите домой на метро?

– Да, по второй линии.

– Там наверняка сейчас много людей. Может, сперва зайдём куда-нибудь перекусить?

Ха Вони потянул меня за руку. Мы вышли на улицу через вращающуюся дверь. Макушка Ха Вони маячила прямо у меня перед глазами.

– Я действительно ненавижу альф, – сказал он.

– Не так чтобы это трудное дело.

– Раньше я думал, что не будет ничего плохого в том, если ассистент Ким окажется альфой.

Ха Вони на мгновение оперся плечом о мою руку, а затем отстранился.

– Тогда я мог бы пересмотреть свои взгляды.

Он поднял голову и посмотрел на меня. Его светло-карие глаза заблестели. Сегодня он идёт ночевать ко мне домой. Надеюсь, я принял правильное решение. Я ведь просто хочу помочь ему скрыться от сталкера. Только и всего.

Мы с Ха Вони всё ещё смотрели друг на друга, когда я услышал гудок автомобиля. Мы обернулись на звук. Элегантный чёрный автомобиль припарковался прямо у выхода из офиса. Знакомый седан. Седан директора.

Как я и думал, из автомобиля вышел директор Ли. Его ухоженные волосы лежали так, словно он сошёл с какой-то картины. Он приблизился к нам на своих длинных ногах.

– Вы уже закончили с работой? – спросил он.

– Директор, вы тоже домой?

– Я кое-кого жду.

Директор Ли улыбнулся, глядя на меня. Если и есть в мире настоящая красота, то она сейчас передо мной.

Кажется, у меня с головой непорядок.

Всё это должно было бы привести меня в восторг, будь я омегой. Меня ждал такой красавец-альфа! Но я бета. И меня ждал мой начальник. Это сущий ад.

Улыбавшийся директор Ли опустил взгляд.

– Похоже, вы сегодня с другом?

Ха Вони встал между мной и директором Ли.

– И что?

Я быстро захлопнул рот Ха Вони ладонью. Поскольку он новичок в компании, ему, похоже, не известно, кто сейчас перед ним. Именно этот человек платит вам зарплату, знаете ли.

– Ха Вони, вам не стоит разговаривать с начальством в таком тоне, – я наклонился и шепнул это в ухо Ха Вони.

Ха Вони скинул мою руку со своего рта.

– Директор, это…

– Я знаю. Ха Вони. Знаменитый омега из Dongwoo Food Group.

Эти слова вырвались из уст директора Ли, и позади Ха Вони сразу засиял золотой ореол. Ореол богатства. И тут Ха Вони вдруг ударил директора кулаком в бок.

– Что это тут делает такой занятой альфа?

Директор Ли быстро пришёл в себя после удара и ткнул Ха Вони пальцем в нахмуренный лоб.

– Не груби. Я ждал тебя. Почему ты не отвечаешь на мои звонки?

О. О-о-о. Так он ждал Ха Вони, а не меня. Моё лицо вспыхнуло. Должно быть, я и вправду болен нарциссизмом, как и говорил Гидо.

Ха Вони бросил взгляд на директора Ли.

– Я был занят, Шихён хён.

Кажется, эти двое попытались испепелить друг друга взглядами, а затем отвели глаза в сторону. Директор Ли усмехнулся. В моей голове вихрем пролетели десятки любовных фильмов. Тех, где альфа ждал своего омегу. Они встречаются?

Но директор Ли говорил, что я ему нравлюсь. Он собирается изменить Ха Вони со мной?! Я, конечно, толком не знаком с сексуальными наклонностями альф, однако, принимая во внимание привычки начальника отдела Со, такой поворот событий нельзя исключать. Хотя я не слышал, чтобы у Ха Вони был любимый человек… Постойте, он ведь ненавидит альф?

Похоже, их связывает что-то другое. Кинотеатр в моей голове прокрутил нуарный фильм на 10-кратной скорости. Крупнейшим акционером нашей компании является Dongwoo Food. Директор Ли Шихён борется с силами тьмы, которые контролируют средства нашей компании. И Ха Вони – представитель этой силы. Кровавая борьба за власть в деловом мире.

Внезапно Ха Вони представился мне в другом свете. До этого момента он был обычным коллегой, но теперь у него совсем другая аура. Он выглядит, как молодой господин.

Если так подумать, вся ситуация с ним и правда довольно странная. В межсезонье к нам неожиданно устроился стажёр. Один из прошлых руководителей ушёл, а затем в отдел наняли Ха Вони. Омегу. В моей голове сложился огромный пазл.

Ха Вони может быть далеко не последним человеком в компании. Нет, он, должно быть, очень важная шишка. Может, он вообще корпоративный шпион! Так, ладно, похоже, моё воображение ушло слишком далеко.

– Не будем выяснять отношения здесь. Идёмте.

Ха Вони подошёл к автомобилю директора Ли. Похоже, директор будет сопровождать нас – не важно, хочу я этого или нет. Кого-то в этом мире вообще интересует моё мнение? Я хочу домой. Пусть эти двое едут на все четыре стороны.

Ха Вони открыл заднюю дверь.

– Пожалуйста, садитесь.

– Ассистенту Киму больше нравится переднее сидение.

Директор Ли открыл дверь переднего сидения. Я собрал все свои социальные навыки в кучу и кивнул головой.

– Я сяду спереди.

Ответом всегда будет сила. Мне лучше склониться на сторону начальства. Ха Вони надулся от обиды.

– Идёмте, Ким Джухёк. Садитесь впереди, вам ведь нравится сидеть на переднем сидении? – подбодрил меня директор Ли, заманивая сесть рядом с ним.

Я сел в машину и чуть не задохнулся от убийственной атмосферы внутри. Ха Вони скрестил руки и ноги. Судя по всему, его не устроил такой расклад. Директор Ли посмотрел Ха Вони в глаза через зеркало заднего вида.

– Куда тебя отвезти? Домой?

– …

– Куда едем, Ха Вони?

– Ко мне. Сегодня Ха Вони будет ночевать у меня.

Глаза директора Ли расширились от удивления. Автомобиль плавно тронулся с места.

– Эм… Директор Ли, вам лучше смотреть на дорогу.

– Ах, да. Я должен смотреть вперёд. Безопасное вождение. Штрафы… Так… вы двое близки?

– Ну-у… Мы довольно хорошо ладим.

– Вони, ты ведь не доставил проблем ассистенту Киму?

– Хён!..

Ха Вони схватился за спинку водительского сидения.

– Почему ты сегодня ночуешь у Джухёка?

Вопрос директора Ли не был похож на вопрос. Скорее на требование. Ха Вони глухо ответил:

– Из-за сталкера…

– И почему ты решил остаться у Джухёка? – спросил директор ещё раз.

Ха Вони поёрзал на месте и посмотрел в зеркало заднего вида. Я и понятия не имел, что они настолько близки.

– Вони, я уже занялся этим сталкером.

– Зачем, хён?

– А что мне было делать? Просто закрыть на это глаза? Наш младшенький сказал, что его преследует сталкер! Тётя звонила, она очень волнуется.

– Просто сообщил бы об этом в полицию.

Но Ха Вони ведь уже сообщал об этом в полицию. Вот упрямец. Они ссорились так, словно были очень близкими друзьями.

– Но почему ты решил остаться у Ким Джухёка? Он ведь бет… ладно, неважно.

– Тише ты.

– Ты можешь остаться у меня. Не надо беспокоить Джухёка.

– …

Ха Вони откинулся на спинку сиденья. Я поднял голову и задал вопрос:

– Откуда вы друг друга знаете?

– О, Ха Вони – мой двоюродный брат. Младший брат.

Я кивнул, оглянувшись на Ха Вони. Пора бы дебильным фильмам перестать крутиться в моей голове! Всё оказалось куда тривиальнее моих фантазий. Среди школьных друзей, религиозных сборищ и кровных уз победили кровные узы.

Кажется, по их венам текут деньги.

– Все в нашей семье альфы, кроме моей матери. И рождались всегда только альфы. Я единственный ребёнок у своих родителей. Альфа. И все мои двоюродные братья тоже альфы. Но…

– Я – первый и единственный омега в семье, – недовольно перебил его Ха Вони.

– И благодаря этому ты всегда был всеобщим любимчиком и главным баловнем. Поэтому-то у тебя такой характер.

Директор Ли рассмеялся. Сейчас бы просто посмеяться с ним вместе, но я не могу. Все мышцы моего лица жутко напряжены. Хочу домой.

– Вы ещё не ужинали, да? Раз уж мы так встретились, Джухёк, не хотите сейчас пойти в ресторан, куда мы планировали выбраться на выходных?

– Вы планировали встретиться на выходных?

Ха Вони просунул голову между передними сидениями. Директор Ли сказал ему, что это опасно. Ха Вони и директор Ли сейчас выглядели намного моложе, чем обычно.

Не знаю, что ответить на это приглашение. Я в долгу перед директором Ли. Но он же зовёт меня поужинать с ним. В этом нет никакой логики. Понятия не имею, что сказать в этой странной ситуации.

– Да, мы хотели поужинать вместе. Ким Джухёк предложил мне подружиться с ним. Верно же?

– Я такое говорил?

– Да, когда мы выпивали вместе. Вы говорили, что хотите дружить со мной. И я согласился. Разве не помните?

– Серьёзно?

Вообще не помню. Директор Ли улыбнулся. Он ведь мог и солгать. Я не помню, чтобы говорил такую чушь. Я не смог бы попросить директора Ли, который занимал далеко не последнее место в компании, дружить со мной. Это совсем другой уровень смелости, которого можно достичь разве что… с помощью алкоголя.

– Вы выпивали вместе? – переспросил Ха Вони.

Разговор всё время переключался на меня. Надо бы сменить тему. О чём бы таком поговорить, чтобы заинтересовать их обоих…

– Мне кажется, сталкер – куда более серьёзная проблема.

Мои слова прозвучали резче, чем я предполагал. Позвоночник сковало от ужаса. Надо было заговорить об ужине. Мы ведь могли обсудить гавайскую кухню, да? Я ведь и правда хочу её попробовать. Мне нравятся креветки. Креветки… Кажется, в прошлой жизни я был китом.

– Вам не кажется, что сначала нужно решить эту проблему?

Может, ещё раз обратиться в полицию? Хотя там заявили, что не станут помогать. Это проблема. Тогда всё придётся делать самим.

Я немного растерялся. Что мне ещё сказать? Тут нет никого, кто мог бы мне помочь. Надо как-то закончить свою мысль.

– Как нам лучше поступить?

Пожалуйста, не стесняйтесь высказывать свои предположения. Вот это шоу. Я словно ведущий вечерних новостей. Мне вообще не следовало открывать свой глупый рот. Есть же выражение, что если оставаться на месте, то можно пройти половину пути*, – я вот не смог. Я нервничаю из-за Ха Вони. Он слишком пристально на меня смотрит. Может, он понимает, что я сейчас чувствую. Моё сердце билось о грудную клетку, пока я пытался придумать, как перевести тему.

_____________

*Выражение, означающее, что иногда лучшим вариантом будет ничего не делать или промолчать.

_____________

– Я думаю, это может быть кто-то из твоих знакомых, – спокойно подхватил разговор директор Ли.

– Хён!

– Помнишь тот случай? За тобой увивался парень, который говорил, что умрёт без тебя.

– Ну хё-ё-ён!

Директор Ли улыбнулся, глядя на меня.

– С нами ведь Ким Джухёк, мне не следовало об этом говорить. Из-за того, что наш Ха Вони слишком красивый, с ним иногда случаются плохие вещи.

– Это и правда проблема.

– Бывали случаи, когда люди пытались поставить тебе метку… Может, поэтому тебе больше нравятся беты, чем альфы. Все твои бывшие любовники были бетами, верно?

Выражение лица Ха Вони в отражении зеркала показалось мне угрюмым. Слова директора Ли не стали для меня неожиданностью. Ха Вони ведь сразу рассказал о своих предпочтениях. И я не из тех, кто сплетничает о вкусах других людей. Главное, чтобы эти вкусы не касались меня.

Директор Ли взглянул в зеркало заднего вида и улыбнулся.

– Хочешь, чтобы я замолчал?

– Очень.

На лице директора Ли появилась ухмылка. На ум тут же пришла Ким Джуён. Надо спросить у неё, что она купила на мою подачку. Если не спрошу, сама она ни за что не расскажет. В чём тогда вообще смысл младших сестёр?

– Мы почти приехали. Кстати о свиданиях, Ха Вони, ты в курсе? – директор Ли сменил тему, но улыбка с его лица никуда не исчезла. – Ким Джухёк говорит, что не станет ни с кем встречаться.

Директор Ли повернул голову и посмотрел мне в глаза. Вперёд. Смотрите вперёд. Умоляю, смотрите на дорогу!

– Никогда.

Мы с Ха Вони вышли из машины, и директор Ли поехал искать парковку. Ресторан, о котором он говорил, находился в отеле. Боюсь представить, какой там средний чек. Аж голова закружилась. Если всё-таки я буду оплачивать счёт, мне придётся взять кредит.

Ха Вони, наблюдающий за плавно паркующимся седаном директора, вдруг заговорил.

– Ассистент Ким?

– Да?

– Это правда, что вы не хотите ни с кем встречаться?

– Да.

– Почему?

– Долгая история…

Основной причиной были, конечно же, начальник отдела Со и менеджер Ли. Я долго размышлял, стоит ли доложить в административный отдел захватывающую историю их любви, которая разворачивается на глазах у всего отдела по работе с клиентами. Хотя слухи об их отношениях, скорее всего, уже распространились по всей компании, пусть я никому об этом и не докладывал. Просто мне показалось странным рассказывать посторонним их историю. Менеджер Ли искренен по отношению к начальнику отдела Со. И как бы меня ни раздражало их поведение, бестактно было бы говорить о его чувствах другим людям.

– Ну… Свидания, эм… Мне это не интересно.

Ха Вони поднял голову и посмотрел на меня. Огни уличных фонарей осветили его лицо. Я продолжил говорить:

– Предполагается, что люди, которые ходят на свидания, должны быть счастливы в отношениях. Но потом они оглядываются вокруг и оказывается, что это совсем не так. Они просто цепляются друг за друга, ссорятся… И знаете что? Любовь между альфами и омегами – это судьба, но любовь между бетами – это просто обычная любовь. Если вы, например, долго не видитесь друг с другом, это может вылиться в настоящую болезнь, обморок или ещё какую-нибудь чертовщину…

Директор Ли уже шёл к нам. Они с Ха Вони не особо похожи, но у них есть кое-что общее. Когда-нибудь в их мирную жизнь ворвётся роковая, может, банальная, но всё же трогательная любовь. Потому что они альфа и омега.

А я бета.

– Отношения – это очень сложно. А я просто хочу жить обычной жизнью.

Директор Ли окликнул нас, и я пошёл к нему навстречу. Я чувствовал, как Ха Вони смотрит мне в спину. Кажется, ему есть, что сказать. Я повернул голову и добавил:

– К тому же, на свете не так много людей, которым я нравлюсь.

Ха Вони рассмеялся.

– Какие глупости! А как же я?

Ха Вони прошёл мимо меня, а я замедлил шаг. Их с директором Ли силуэты так хорошо смотрелись вместе.

Мы вошли в лифт отеля и поднялись в лаунж-зону. Мне очень не понравилось стоять между директором Ли и Ха Вони по пути наверх.

Я прокручивал у себя в голове наш разговор.

Мне попросту не верится в то, что я могу нравиться директору Ли или Ха Вони. Альфы встречаются и женятся на омегах, и наоборот. Я бета. Честно говоря, мне кажется, что флирт директора Ли – это просто не очень удачная шутка. Потому что альфе не может понравиться бета.

То, как Ха Вони и другие омеги относятся ко мне, тоже происходит лишь под воздействием их собственных иллюзий. Они просто неправильно воспринимают мои вежливые жесты. Позже они всё равно найдут себе пару среди альф.

Но с этими двумя явно что-то не так. Прямо сейчас они поступают странно.

Странно, что директор Ли выдвигает для меня стул и предлагает сесть, странно, что Ха Вони склоняется к моему плечу, рекомендуя отменное вино. Странно, что они оба стараются заглянуть мне в глаза, когда мы разговариваем. И странно, что они так мило мне улыбаются. Их разговор так и не дошёл до моих ушей.

Внезапно я осознал, что сижу сейчас с людьми, которым я нравлюсь.

«Вы мне нравитесь». На ум пришло признание директора Ли. И краснеющее лицо Ха Вони, когда он смотрел на меня. Я отвёл взгляд от бокала с вином. Виновники моих переживаний сидят прямо передо мной. В этих двух парах глаз отражаюсь лишь я, я один.

Я знаю эти взгляды. Я вижу их каждый день на работе. Это глаза влюблённых омеги и альфы.

Я бета.

Я же бета?

– Прошу меня извинить!

Я залпом выпил стакан воды вместо вина и встал с места.

Директор Ли улыбнулся мне. Ха Вони махнул рукой. Я услышал, как они зашептались друг с другом:

– Ты снова за старое?

– Но хён, кажется, ассистент Ким не хочет видеться с тобой в выходные.

Я ведь прямо здесь.

Почему именно мужчина-альфа и мужчина-омега? Я бы не беспокоился, если бы они были девушками. Все мои предыдущие партнёры были девушками. И все – бетами.

Я не говорю, что быть мужчиной это что-то плохое. Но и не хорошее тоже.

Я вышел в уборную. Там я тщательно вымыл и без того чистые руки и прижал холодные влажные пальцы к закрытым векам. Всё это сбивает меня с толку.

Возможно, они оба были искренни. Когда директор Ли сказал, что я ему нравлюсь, или когда Ха Вони сказал: «А как же я?» на мои слова о том, что я нравлюсь далеко не всем.

Разве мог альфа сказать, что я ему нравлюсь? Это такая шутка? Альфам могут нравиться беты? А омега может сказать, что я ему нравлюсь? Это было всерьёз?

Я достал телефон из кармана. У меня были мокрые руки, так что экран никак не хотел реагировать на прикосновения. Тогда я оторвал себе бумажную салфетку и вытер пальцы.

Соль Гидо, Соль Гидо…

Гидо ответил почти мгновенно.

– Привет, хён!

– Эй, Гидо, мне надо кое о чём тебя спросить.

– Что такое? У меня скоро съёмка.

– Альфам и омегам могут нравиться беты?

– О чём это ты?

– Ты же альфа, так?

– Верно.

– Вспомни своих знакомых альф или омег. Им когда-нибудь нравились беты? Тебе может понравиться бета?

– Да о чём это ты говоришь, хён?

Гидо прищёлкнул языком. У меня заболел живот. Вдруг они там подумают, что я в уборной подозрительно долго? Скажу, что у меня проблемы с кишечником. Нет, сейчас не об этом!

– Ты сам подумай, – сказал Гидо. – Помнишь парня, которому ты нравился? С факультета политики и дипломатии?

– Ты это о ком?

– Что? Хён, блин, ну серьёзно. Слушай меня внимательно. Я занят, так что скажу по-быстрому. Когда я учился в универе, вокруг была куча альф, бет и омег, которым я нравился. Тот факт, что ты альфа или омега, вовсе не означает, что ты не можешь встречаться с бетами. Это лишь предрассудки. У меня тоже были любовники беты.

– …

– Альфа может встречаться и с бетой. И ты тоже можешь встречаться с кем угодно.

– Ох…

– Я кладу трубку, меня уже режиссёр зовёт. Перезвоню тебе позже!

Я положил телефон в карман и снова накрыл веки пальцами. Встречаться? Встречаться. Встречаться.

– Угх…

Я услышал стон из последней кабинки уборной и тяжело вздохнул. Серьёзно? Опять?

Любовь между альфой и омегой происходит на физическом уровне. У них бывают течки и гон, когда они выпускают феромоны. Бетам этого никогда не узнать. Поэтому мне сложно быть частью их мира.

Я прошёл в дальний конец уборной и услышал приглушённый голос. Не прошло и пары дней с тех пор, как подобное случилось со мной в прошлый раз. Таких людей очень много. Это мир альф и омег. Уверен, что у человека внутри кабинки есть тайный любовник-альфа. Нельзя и представить, какая трагическая история любви разворачивается за этой дверцей. Почему люди так усложняют себе жизнь?

– Эй, с вами всё в порядке?

– Ха-а…

– Мне позвонить в 911 для вас?

– Ха… Угх…

– Вы занимаетесь непристойностями в общественном месте?

В ответ я услышал только стоны. Он же там не мастурбирует? У меня мурашки пробежались по коже. Я пошарился по карманам в поисках подавителя. Затем взял чистую салфетку, завернул в неё одну таблетку и просунул под дверь кабинки.

– Прошу прощения, здесь подавитель. Примите его, а я позову на помощь персонал.

– Ах!

Человек за дверцей застонал. Вместе с этим я услышал из кабинки чей-то смех.

Понятно. Такое тоже уже со мной случалось. Альфы и омеги во время течки иногда развлекаются в общественных местах. Проблема в том, что на них можно наткнуться на работе или, как сейчас, в ресторане. Я тихо сделал глубокий вдох.

Всё ведь очевидно. Мне не нравятся альфы и омеги. Как бы я ни старался отрицать это даже самому себе, это так. Ненавижу. Ненавижу всё это.

Я презираю это общество, в котором альфы и омеги важнее остальных людей. Беты должны жить ничуть не хуже.

Я сжал кулаки. Больше не позволю им смотреть на меня свысока.

Я вышел из уборной и позвал персонал.

– Мне кажется, что в дальней кабинке туалета находится какой-то странный человек. Пожалуйста, выведите его оттуда. Почему вы не следите за порядком в своих уборных?

Сотрудник опустил взгляд, склонил передо мной голову и убежал к уборной. Я постоял какое-то время неподвижно, скрестив руки на груди. Несколько сотрудников тоже направились к уборной.

Я подошёл к стойке и настойчиво попросил вызвать охрану.

– Я слышал громкий стон в уборной. Думаю, кто-то подвергся нападению.

Сотрудник за стойкой в панике схватился за телефон, а я позвонил в полицию.

А потом вернулся к уборной. Сотрудники ресторана ломились в кабинку туалета и кричали:

– Извините, с вами всё в порядке? Можете открыть дверь?

– Если вы не выйдете оттуда сейчас же, мы доложим о вас полиции!

Послышался громкий хлопок крышки унитаза. И из кабинки вышли двое людей. Один из них оказался симпатичным, а второй – весьма представительным. Оба мужчины. Как они вообще поместились туда вдвоём?

Сотрудники в смущении отступили назад. Я услышал позади себя твёрдые шаги, и в дверях появился охранник здания в форме.

– Мне доложили о ситуации.

– Я же говорил, что не стоит делать это здесь…

– Чем это вы тут занимались?

Охранник и персонал окружили двух мужчин. Какая захватывающая сцена. Можете этим же составом пойти в полицейский участок. Охранник надел наручники на более высокого мужчину. Тот, что был пониже, в панике вздрогнул и свалился на пол.

– Все в полицейский участок! Молодёжь в наши дни, конечно… Тц.

Верно, им всем надо в полицейский участок.

– Отпустите меня!

– Хнык! Хны-ы-ык!

– Что такое?.. А?! Эй, стой на месте! Хён, звони менеджеру!

– Я офицер полиции, мне доложили о происшествии. Слышал, кто-то занимался сексом в общественном месте?

Полный хаос. Вся эта сцена теперь навсегда отпечатается в моём сердце. Сотрудники громко потопали на выход, а внутри меня всё наконец успокоилось. Кто-то похлопал меня по плечу.

– Что вы тут делаете?

Это был директор Ли. Я повернулся к нему.

Директор Ли тоже альфа. И однажды он может вызвать у кого-то такие же неудобства. Альфам нельзя доверять. Омегам тоже.

– Здесь что-то произошло. Я просто наблюдал.

– Это…

Директор Ли повернул голову и посмотрел на двух людей, которых уводили из ресторана в полицейский участок.

– Вы их знаете? – спросил я.

– Нет. Конечно, нет.

– Какое счастье.

– Нам только что подали еду. Вы любите креветки?

– Люблю.

– Замечательно, – директор Ли мило улыбнулся. Его ямочки всё так же прекрасны.

Я принял решение.

– Подождите минутку, мне нужно кое от чего избавиться.

Я порылся в карманах и нашёл подавители. Затем ухватил за рукав пробегавшего мимо сотрудника и передал их ему.

– Это подавители для омег. Пожалуйста, возьмите их себе или выбросьте.

– А?

Сотрудник уставился на меня в недоумении. Я повернулся к директору Ли. Сотрудник отчего-то покраснел.

– Хах? Подавители? Прямо сейчас?

– Понятия не имею, о чём вы подумали, но явно о чём-то не том.

Я похлопал сотрудника по руке. Он держал пузырёк с подавителями обеими руками, словно это какое-то сокровище.

– Ладно, приятно вам провести время…

Когда мы вернулись на места, Ха Вони сидел, подперев лицо кулачком. У него было задумчивое выражение лица:

– Что там случилось?

– Ничего серьёзного.

– Но в уборной явно что-то произошло…

На столе стояли соблазнительные блюда с креветками. Креветками ярко-красного цвета, обжаренными во фритюре. Масло и чеснок придали им совершенно восхитительный аромат. Мой нос учуял ещё и запах красного пряного перца.

Этого вполне достаточно. Мне не надо никаких других запахов. От еды не начинается гон. Бетам не нужны феромоны!

– Джухёк, вы вроде упоминали, что вам нравятся блюда из креветок, – сказал директор Ли. Ха Вони широко улыбнулся.

– Какое облегчение.

Эти двое прекрасно смотрятся вместе. Знаю, мне не стоит так говорить, но их легко принять за любовников. Живописная сцена с красивым альфой и симпатичным омегой. Всё из-за силы их крови.

В семьях бет рождаются только беты. Иногда могут родиться альфы или омеги, но это невероятная редкость. И даже в таком случае их вторичный пол проявляется очень поздно. Они как бы беты, но не беты. Благодаря своим генам Ли Шихён и Ха Вони стали такими преуспевающими альфой и омегой. Я другой с самого рождения. И проживу совсем другую жизнь.

Я выпил вино залпом, словно это был лимонад.

Их взгляды остановились на пустом бокале в моей руке. Запах алкоголя ударил мне в нос.

– Скажу ещё раз: я не собираюсь ни с кем встречаться.

Они оба подняли взгляд на меня.

– Даже если я нравлюсь вам обоим, я не собираюсь встречаться ни с кем из вас.

Директор Ли рассмеялся.

– Я не стану просить вас об этом, не волнуйтесь.

Ха Вони поднял голову и посмотрел на директора Ли. Я тоже посмотрел на директора Ли.

– Правда?

– Встречаться могут только двое, так ведь? Как можно встречаться с кем-то, кто против отношений? Поэтому я и не собираюсь просить вас об этом.

Директор Ли взглянул на Ха Вони.

– Верно, Вони?

Ха Вони налил мне немного вина. Директор Ли прикрыл рот рукой. Похоже, он крепко задумался над чем-то. Затем Ха Вони кивнул.

– Если вы против отношений, я ничего не могу с этим поделать.

– Прошу вас впредь не говорить мне, что я вам нравлюсь. Эти слова мне в тягость.

Директор Ли горько улыбнулся.

– Как скажете.

– Я думаю, что нельзя причинять вред людям. Особенно тем, с кем вы состоите в отношениях. Никогда.

– Вы правы. Я слышал о том, что происходит в отделе по работе с клиентами, – сказал Ха Вони. – И я слышал, что Шихён-хён спускается к вам каждый день. Точнее, каждое утро.

Он улыбнулся директору Ли. Тот залпом выпил стакан воды. Похоже, его измучила жажда.

– Я не позволю любовным проблемам причинить мне боль, – я выпил ещё вина. Горький вкус растаял на кончике языка.

Пока я размышлял над своим торжественным решением, Ха Вони с улыбкой сказал:

– Ассистент Ким, вы ведь хотели подружиться с хёном?

– Подружиться?

– Да, подружиться.

– Не знаю, возможно ли это.

Глаза Ха Вони загорелись. Уголки его глаз сложились в аккуратные полумесяцы. Длинная тень от ресниц упала на его лицо.

– А со мной вы сможете подружиться?

– Наверное…

Нельзя давать слабину. Я не могу себе этого позволить. Лицо Ха Вони расплылось в улыбке. Я посмотрел на директора Ли. У них немного похожие губы. Ямочки на щеках директора безвозвратно исчезли.

– Не хотите ли выпить с другом? Мы ведь впервые ужинаем вместе!

Я кивнул, очарованный улыбкой Ха Вони. Он хлопнул в ладоши и подозвал официанта.

– Два бокала Blue Sky*, пожалуйста!

_____________

*Blue Sky – коктейль на основе ликёра Кюрасао синего цвета.

Я проснулся от ощущения тяжести на плече. Ха Вони уснул, оперевшись на меня. Мне показалось, что ему неудобно так держать шею, и я немного повернул тело и придержал его голову, чтобы она не соскользнула. У меня пересохло в горле. Я постарался откашляться.

– Вы проснулись? – спросил директор Ли.

– Директор?

– Вы говорили, что вам нравится переднее сидение, но сели сзади. Я немного расстроен, – он тихо рассмеялся.

В тёмном пейзаже за окном угадывалась река Хан. Жёлтые огни уличных фонарей покачивались рябью на воде.

– Мы сейчас едем к вашему дому.

– Прошу прощения.

– Вы много выпили из-за Ха Вони сегодня. Простите за неудобства. Мне, конечно, немного жаль, что вы пили только вдвоём.

– Ха Вони очень мил.

– Да, потому что он ведь всё-таки мой младший братик.

– И потому что он омега.

Я вздохнул. От меня немного пахло алкоголем.

– Вы знали, что у меня есть младшая сестра?

Директор Ли усмехнулся.

– Знаю. Вы сами мне об этом говорили.

– Джуён очень много болела, когда была маленькой. Однажды она потеряла сознание, и мы всей семьёй сорвались к ней в больницу.

У меня заболела голова. Я прижал руку к виску.

– Я в тот день сдавал экзамен в школе, оценка за него была очень важна… Но я просто ушёл. Испугался, что Ким Джуён может умереть. Потому что она слишком часто теряла сознание…

Никто до сих пор не знает, чем она больна. Вероятно, Джуён просто склонна к обморокам. Она часто теряла сознание по дороге куда-нибудь. Её постоянно пичкали всякими травами, которые якобы полезны для организма. Однажды я потратил все деньги, подаренные мне на Новый год, ей на лекарства. Мы даже поили бедного ребёнка змеиным ядом, когда она только-только закончила начальную школу. Может, поэтому у неё такой ядовитый характер?

Ким Джуён, которая всегда плакала от неизвестных болей. Ким Джуён, которая боялась ходить в школу.

– Когда я смотрю на Ха Вони, вспоминаю свою Гориллу.

Я прислонился щекой к голове спящего Ха Вони. Так тепло.

– Я бы хотел жить обычной жизнью.

– …

– И хочу, чтобы Ким Джуён тоже жила такой.

– …Поспите немного, Ким Джухёк. У нас есть ещё немного времени до приезда к вам.

– Вы тоже должны жить обычной жизнью. Вам не обязательно жить так же сложно, как живут другие альфы и омеги.

– …

– Без боли, просто обычной жизнью…

Мне казалось, я только прикрыл глаза, когда дверь машины вдруг открылась.

– Джухёк, мы приехали. Идите сюда, – директор Ли осторожно переместил с меня Ха Вони и шепнул ему на ухо. – Можешь перестать притворяться, что ещё спишь.

Ха Вони распахнул глаза. В его тоне послышались озорные нотки:

– Как давно ты заметил?

Рассыпанные по лбу Ха Вони волосы сместились набок.

– Так мило. Вы очень похожи на мою Гориллу.

Моё тело немного покачнулось, когда я вышел из машины, и директор Ли заботливо придержал меня.

– Вы в порядке?

– Да. Я, пожалуй, пойду.

– Будьте осторожны. Пожалуйста, дайте мне знать, если у вас возникнут какие-либо трудности на работе. Особенно, если проблемы будут из-за альф или омег.

Я кивнул в ответ на его слова.

– Ах, да. И я не заинтересован в отношениях.

– Не беспокойтесь об этом. Я понял вас, это всегда больно.

– Я правда-правда не заинтересован.

– Хорошо. Заходите скорее в дом.

Я помахал ему рукой и улыбнулся настолько широко, насколько мог. Директор Ли помахал мне в ответ. Возможно, у нас и правда есть шанс стать хорошими друзьями. Раз я уже так по-дружески машу ему рукой на прощание.

Наверное, мы с ним уже стали друзьями. Я не уверен на сто процентов, но похоже, что это так. Друг. Гидо тоже мой друг.

Я ударился головой о стену лифта, когда выходил из него, затем ввёл пароль от двери и зашёл в квартиру.

Немного странно. Словно что-то не так. Но что именно, я не знаю. В ванной вдруг включился свет, и в коридор вышел Соль Гидо.

– Гидо, ты ещё не ушёл домой?

– Ты что, пьян?

– Немножко.

– Тогда ложись спать.

– Ладно.

У зарылся носом в одеяло. Всё начнётся с завтрашнего дня. С этого момента я собираюсь положить конец всей романтике вокруг себя. Я не собираюсь жить жизнью, которой управляют альфы и омеги.

***

Я распахнул глаза. Желудок тут же заурчал. Ногам почему-то тяжело. Я повернул голову в сторону и увидел красивого, словно греческая статуя, мужчину, который мирно похрапывал рядом со мной. Да, Гидо немного храпит.

Я скинул его ноги со своих и сел на кровати. Каждый раз, как я выпиваю, мой организм просыпается с рассветом. И сейчас на часах 6 утра. Батарейка в телефоне почти села.

Я оглянулся вокруг. Ну и срач. Не мой срач.

– Что… Хён, ты проснулся?..

– Гидо…

– М-м?

– Почему я у тебя?

– Без понятия…

Гидо снова тихонько захрапел. Я лёг обратно на кровать.

Сегодня пятница.

***

Я проспал ещё целый час и проснулся весьма посвежевшим. В шкафу у Гидо висела моя рубашка с короткими рукавами. Если хорошенько поискать, уверен, что смогу найти тут даже своё нижнее бельё.

Я пошарился в ящиках и действительно его нашёл. Я как-то покупал новое бельё и потом его потерял. Выходит, всё это время оно лежало в квартире у Гидо. Почти уверен, что его нижнее бельё тоже валяется у меня в шкафу.

– Эй, Гидо, ты их носил?

– Не знаю?.. У меня встреча в три часа…

– Я сейчас свихнусь…

Мы с Гидо спокойно захаживали друг к другу домой, когда бы ни захотели. Мы сто лет дружим, нам нечего стесняться. И оба живём сами по себе, поэтому естественно, что, когда нам скучно, мы навещаем друг друга.

Пароль от дома Гидо – 2580. Такой же, как у меня. Если так подумать, кажется, мы зря поставили одинаковый пароль. Хотя воры вряд ли могут себе представить таких идиотов, поэтому в наши квартиры они точно не смогут проникнуть.

Я переоделся в чистое и кинул нижнее бельё в стиральную машинку. А потом выпил кофе из кофемашины.

Почесывая затылок, я направился в ванную, помыл там голову под холодной водой и принял решение. Я не буду ни в кого влюбляться. Не хочу сложностей в жизни. Минимализм. Минимализм, увольнение и Гавайи – цели и смыслы моей жизни. Я позволил пузырькам от шампуня смыть из моей головы лица Ха Вони и Ли Шихёна.

Не собираюсь поддаваться их влиянию.

Сегодня я поеду от дома Соль Гидо до компании на автобусе. Одна только мысль о переполненном общественном транспорте вызывает у меня стресс.

На автобусной остановке раздавал листовки юный промоутер.

– Приходите к нам на тренировку.

Ранним утром тут уже многолюдно. Мне не нужна листовка, поэтому я отошёл в сторонку.

– Приходите к нам на тренировку! – послышался яркий голос откуда-то снизу.

Похоже, промоутер ещё студент. Я присмотрелся внимательнее. Или даже старшеклассник?..

У него очень маленькие руки. Надпись на флаере кричала: «3 месяца всего за 100 000 вон». Какой-то прохожий взял листовку в руки. Я подумывал тоже взять одну, но постеснялся. Студент попытался вытащить ещё пачку листовок из конверта и нечаянно уронил их все. Они тут же разлетелись по земле. Парочка штук скользнула под автобусную остановку. Часть закружилась в воздухе, подхваченная ветром.

– Ах, нет…

Студент опустился на колени, чтобы собрать разбросанные листовки. Я на мгновение выглянул из-за остановки посмотреть, не едет ли мой автобус, а затем присел на корточки. Почему бы не помочь ему? Я поднял несколько листовок и протянул их студенту. Он уронил довольно много. Интересно, сможет ли студент потом раздать их? Часть из них помялись или даже порвались. Пусть он и раздаёт их бесплатно, вряд ли ему сделают ещё копии на замену испорченным.

– Мой автобус скоро приедет.

Это правда. Поэтому я поднял ещё несколько листовок и достал из кармана проездной. Мы со студентом одновременно потянулись за очередной цветастой бумажкой, и наши пальцы на секунду соприкоснулись. У него очень холодные руки. Я поднял листовку, за которой мы тянулись. Студент, замерев на мгновение, отдёрнул свою руку.

– Прошу прощения.

Я молча протянул ему листовки. У него покраснели кончики пальцев.

– Я… я буду здесь и завтра, – сказал студент и склонил голову.

Я увидел приближающийся к остановке синий автобус. Это мой. Я быстро встал с корточек.

– О, тогда удачи.

Он довольно много работает. Вот я в старшей школе только учился.

Я оглянулся на него, когда сел в автобус. Его взгляд так и остался прикованным ко мне. Ему бы поскорее раздать оставшиеся листовки, чтобы вернуться домой пораньше.

Утренний автобус не представляет из себя ничего особенного. Зима ещё не закончилась, но внутри уже душно. Я бы с удовольствием открыл окно, но не смогу до него дотянуться. Так, вспомним басню о лисе и винограде*. Надо говорить себе, что если я открою окно, мне сразу станет холодно. Конечно, воздух будет свежим, но ледяным…

_____________

*Басня, приписываемая Эзопу. Голодная лиса забралась в сад, где увидела виноградную лозу. Захотев попробовать высоко висящий виноград, лиса принялась изо всех сил прыгать, но, так его и не достав, с обидой ушла, успокоив себя тем, что виноград всё равно незрелый.

_____________

Автобус внезапно затрясся, и я пошатнулся. Пока я судорожно цеплялся за держатель, рядом послышался чей-то шёпот.

– Потерпи немного…

Похоже, эти люди скоро будут выходить. Послышался сдавленный болезненный стон. Я посмотрел в сторону звука и встретился взглядом с мужчиной. Он быстро отвернулся. Его уши сильно покраснели.

Дверь автобуса открылась как раз тогда, когда я собирался развернуться. Поток людей ворвался внутрь и заблокировал меня в этом положении. У меня не было другого выхода, кроме как смотреть на того же человека. Он повернул голову ко мне. Стоявший рядом мужчина обнял его за талию и пристально посмотрел на меня. Простонавший от боли человек сжался. Я посмотрел куда-то по диагонали от них, а затем снова прямо, потому что это оказалось неудобно. Злобный взгляд мужчины всё ещё был прикован ко мне.

Эта безмолвная ссора продолжалась довольно долго. Было бы неловко теперь опустить взгляд. Мой противник намеренно смотрел прямо на меня. Чтобы повернуть голову, мне надо развернуть всё тело. Но я не могу! Я застрял среди толпы людей! Я попытался было повернуться, но как только подвинулся, то наступил кому-то на ногу.

Человек, сидящий рядом с теми двумя, уверенно открыл окно. Я взглянул на занятое место перед собой. А вот этот пассажир не открыл окно, хотя в автобусе настоящая парилка. Когда я посмотрел на него, он на мгновение поднял голову. Я тут же вернул голову в исходное положение. Как неловко.

Тот злобный мужчина так и продолжает смотреть на меня. Он обнял своего спутника, словно пытаясь спрятать его. Ревнует, что ли? Алло, я смотрю на него не потому, что он мне нравится!

Я решил прибегнуть к последнему средству. Я не особо в таком силён, но надо хотя бы попробовать. Меня этому научила Ким Джуён. Но сперва надо убедиться, что на меня никто не смотрит, кроме этого мужчины. Не хотелось бы так делать, конечно, но ситуация требует.

Я наконец решился и нацепил на себя самое обезьянье выражение лица, на какое только был способен. Вытянул губы и собрал глаза в кучу. В этот момент я думал о сестре. И решил для полноты эффекта ещё высунуть язык. Спустя 3 секунды я расслабил лицо обратно.

Мужчина, смотревший на меня, повернул голову в сторону и отчаянно пытался сдержать смех. Его плечи едва заметно дрожали. Победа! Зато какой ценой.

Женщина, сидевшая рядом с ним, взмахнула руками, а затем повернулась к нему и сказала:

– Держите свои феромоны под контролем! Как вы можете выпускать их, когда вокруг столько людей?!

– Ох, простите. Мне очень жаль.

Человек, которого обнимал мой мнимый соперник, рассыпался в извинениях. Его партнёр кивнул головой. Автобус остановился, и эти двое вышли на остановке. Женщина, сделавшая им замечание, пробурчала себе под нос:

– Какое же дерьмовое утро…

Не стоит создавать проблемы в автобусе, полном офисных работников. Надеюсь, эти двое усвоили сегодня урок.

Благодаря вышедшим на остановке людям я наконец смог развернуть корпус. И увидел эту пару через окно.

Высокий мужчина что-то зашептал на ухо своему партнёру. Он шёл так быстро, что его спутнику приходилось бежать.

В общем, я всё-таки выиграл эту битву.

Пассажир передо мной порылся немного в своей сумке и встал с места. Я быстро приземлил пятую точку на его сидение. Не так чтобы мне это жизненно необходимо, но приятно немного посидеть в переполненном транспорте. Мой день начался довольно неплохо.

Когда я зашёл в офис, там уже сидел ассистент Кан. Он помахал мне рукой.

– Доброе утро!

Я склонил голову в приветствии и упал на стул. Вечером я планирую засесть дома и посмотреть какой-нибудь фильм. И больше ничего не буду делать. Вообще ничего. Даже телефон выключу.

– Ха Вони вчера ночевал у вас? – спросил ассистент Кан.

Я покачал головой. Он подъехал на стуле ближе, очевидно взволнованный.

– А? То есть он ушёл домой один? – спросил ассистент Кан.

– Его забрал к себе двоюродный брат.

– А-а, – ассистент Кан уехал на стуле назад, растеряв энтузиазм. Но затем он снова подъехал ко мне. – Что вы думаете о Ха Вони?

– Он выглядел вполне здоровым.

– Нет. Что вы думаете о нём?

Я осторожно толкнул ассистента Кана в плечо.

– Ничего не думаю.

Мне вспомнилось лицо Ха Вони. Он очень красивый. Ему надо найти хорошего альфу и жить долго и счастливо. Я бета. Поэтому должен вести себя как бета.

Ассистент Кан, наконец сдавшись, вернулся на своё место.

Сегодня у нас вполне обычное рабочее утро. Я переживал, что к нам на этаж заявится директор Ли, но он не приходил. Меня это немного беспокоило. Словно я соскучился по уличному коту, которого до этого видел каждый день. Директор Ли говорил, что мы с ним стали друзьями. Похоже, он обычно не приходит к своим друзьям поздороваться. Выходит, я был интересен ему только в романтическом смысле. У меня вдруг свело желудок.

Надо сходить за стаканом воды. Когда я вышел в коридор к кулеру, там стояли руководитель Со с другом. Я поприветствовал её и прошёл мимо, а затем невольно подслушал их разговор, пока наливал себе воды.

– Сегодня директор Ли пришёл на работу с омегой.

– Альфа есть альфа… Но тот факт, что они пришли вместе…

Я отпил немного воды из бумажного стаканчика. И с грохотом опустил его на стол. Две пары глаз уставились на меня.

– Кажется, нам пора.

– Да.

Они вдвоём пошли к своим местам. Я выпил ещё стакан воды.

– Идиотизм.

Любые отношения привлекают внимание. Но меня не волнует, что делают другие люди. Это личное дело каждого, будут ли они встречаться или заниматься сексом. Все вольны жить так, как им нравится.

Конечно, Ха Вони и директор Ли – двоюродные братья… Я нахмурился.

Вдруг вспомнилось, как Ха Вони выходил из машины директора Ли. Меня больше волнует то, что Ха Вони попал в нашу компанию благодаря кумовству. Он не говорил, что устроился на работу своими силами, а я вряд ли смогу узнать это самостоятельно.

Меня начало подташнивать.

Когда я вернулся на место, к ассистенту Кану прицепился новый сотрудник. Кажется, он отвечает за информационную безопасность.

– Когда я могу отправить вам материалы?

– После обеда… В два часа?

– Ассистент Кан, не хотите пообедать со мной?

Ассистент Кан, вы ведь обещали пообедать сегодня со мной! Я хмуро взглянул на него. Он выглядел смущённым.

Именно этот альфа однажды приставал к ассистенту Кану, в результате чего тот потерял сознание. Новенький положил руку ему на плечо.

Ассистент Кан посмотрел вверх, обеспокоенный этим жестом. Выражение его лица помрачнело. Моя интуиция прокричала мне, что ассистент Кан в беде. Я подвинул свой стул ближе к его столу.

– Ассистент Кан! Вы же говорили, у вас скоро годовщина? Годовщина свадьбы?

– Э-э? У меня? А-а… Всё верно, только не свадьбы… Мы запечатлены, так что это годовщина этого события…

Лицо ассистента Кана покраснело. Рука нового сотрудника соскользнула с его плеча.

– Я думаю, что альфы и омеги удивительны. После запечатления вы живёте вместе до конца своих дней. И ведь вы единственные друг для друга. Вам не нужно других альф и омег. Только вы. Вы вдвоём.

Хотя у нас перед глазами постоянно маячит обратный пример моих слов. Но мне же надо как-то спасать ассистента Кана.

Новенький нахмурился, словно съел что-то кислое.

– Я тут подумал, что запечатление – это совсем другой уровень любви. Совсем другой.

Ассистент Кан наморщил было лицо, а затем рассмеялся.

– Да, после того, как мы запечатлелись, я могу думать лишь об этом человеке. И мои течки поутихли. Сейчас, когда у меня есть метка, я могу даже наслаждаться этим периодом.

Ассистент Кан посмотрел на новенького альфу и тихо сказал:

– Надеюсь, вы тоже встретите такого человека.

– Да… Я, пожалуй, пойду на своё место.

Новенький взглянул на меня и ушёл к своему рабочему столу. Мы с ассистентом Каном проводили его взглядом и придвинули наши стулья ближе друг к другу.

– Спасибо. Но это было слишком очевидно.

– Было бы странно сказать ему свалить отсюда, когда мы сидим в одном помещении.

– Справедливо.

Ассистент Кан похлопал меня по плечу.

– Ассистент Ким тоже встретит такого человека.

– Я подумаю об этом на досуге.

– Ладно, ладно, – рассмеялся ассистент Кан.

Я вернулся к работе. Но не забыл согласовать меню сегодняшнего обеда с ассистентом Каном через мессенджер. Сегодня нас ждёт рисовая лапшичка.

Мы решили, что пообедаем вдвоём. В административном отделе сегодня большое совещание. Я немного беспокоюсь за Ха Вони. Он и сегодня поедет ночевать к директору Ли?

Им не избежать всяких слухов, если они продолжат приходить на работу вместе. И эти сплетни рождаются только потому, что они альфа и омега. Они двоюродные братья, но никто об этом не знает. А если узнают, поползут уже другие слухи – о том, что они оба родились с серебряной ложкой во рту.

Я думаю, что лучше всего будет нанять для Ха Вони телохранителя. И непременно бету. Если это будет альфа, Ха Вони может пострадать, а если омега, то никто не воспримет его как угрозу.

Мне трудно сосредоточиться на работе, потому что я думаю о Ха Вони и директоре Ли. Ха Вони сидит на одной стороне весов, а директор Ли – на другой. Они раскачивают их туда-сюда и занимают все мои мысли.

Интересно, что было бы, будь я альфой или омегой? Открыл бы я сердце одному из них?

Дело не в том, что я не хочу влюбляться. И не могу сказать, что никогда не знал сладости любви. Когда я учился в университете, у меня была девушка. Мы расстались спустя где-то год отношений, но весь этот год я действительно любил её. После занятий всегда скорее бежал к ней, искал ресторанчики в районе университета, где мы могли бы поесть вместе…

Стабильность в наших отношениях мне нравилась. Это были нормальные отношения. Мы ходили на свидания, как и все другие люди. Мне нравилось это время, когда просто находиться рядом с любимым человеком казалось чем-то особенным. Может быть, я сейчас не осознаю, что на самом деле хочу снова испытать нечто подобное.

Я мечтал незаметно слиться с обществом, в котором вырос. С обществом, где преобладают беты. Я надеялся, что в будущем так и будет. Но общество оказалось совсем не таким, как я себе представлял. Возможно, это потому что в Сеуле слишком много альф.

Пока я думал обо всём этом, мои руки стали настолько вялыми, что я больше не мог ими печатать. И мои плечи вдруг заболели. До конца рабочего дня ещё куча времени. Хорошо бы ко мне кто-нибудь зашёл. Хочу отдохнуть от работы хотя бы минутку.

Моё не до конца оформленное желание моментально сбылось. В коридоре послышались уверенные шаги, и в кабинет зашёл человек в длинной шубе. Я не смог разглядеть со своего места, женщина это или мужчина.

– Прошу прощения, но посторонним сюда вход воспрещён… – за посетителем следовал охранник офиса. Кстати говоря, очень мягкий человек. Иногда он делился со мной йогуртом, если я приходил в офис совсем рано. Но у его доброты есть и обратная сторона – он слишком дружелюбен и оттого не может хорошо выполнять свою работу и запрещать входить в здание таким вот посетителям.

Однако я не думаю, что в этот раз виноват именно он. Следом в кабинет зашли двое мужчин в чёрной форме. Если только охранник не мастер боевых искусств, – что вряд ли, – он не смог бы противостоять им в одиночку. Я не уверен, кто этот посетитель, но, похоже, какой-то весьма важный человек. Надо срочно позвонить директору Ли.

Охранник, снявший фуражку, не знал, что ещё ему сделать, и просто прошёл в кабинет. Люди повысовывали носы из-за перегородок. Я слегка покачал головой. Вот и запрашиваемый короткий перерыв от работы. Надо хвататься за возможность и использовать эту ситуацию, чтобы немного отдохнуть.

– Хёнджэ-я! Ли Хёнджэ! – резкий голос обратился к менеджеру Ли. Десятки пар глаз тут же посмотрели в его сторону.

Менеджер Ли удивлённо поднялся с места.

– Госпожа?

– Почему ты не ответил на мой звонок?

– Ох…

Кажется, он просто его не слышал. Менеджер Ли нерешительно взял в руки мобильный телефон.

– Извините.

– Ты можешь сказать лишь это?! Только и делаешь, что извиняешься, стоит тебе открыть рот!

Женщина оглядела кабинет, скрестив руки на груди.

– Конечно, где тебе ответить на мой звонок, когда ты сидишь в месте, полном бет! Ты не омега, но и не бета. Не знаю даже, кем можно тебя назвать!

Довольно обидно слышать такой нелестный отзыв о бетах. Мне бы хотелось выразить своё недовольство. Нет ничего плохого в том, чтобы быть бетой. Как, впрочем, и омегой.

Уведомления в мессенджере замелькали с бешеной скоростью. Неожиданно со своего места встал один из сотрудников, наблюдавший за происходящим. Судя по сообщениям в мессенджере, он уже сообщил обо всём директору Ли.

Атмосфера в кабинете царила мрачная. Охранник ходил взад-вперёд, уговаривая женщину уйти.

– Посторонним вход воспрещён…

– Секретарь Ким! Отведите Хёнджэ на первый этаж.

– Да, председатель.

Председатель? Мессенджер скоро взорвётся. Кажется, даже самый известный BJ не смог бы похвастаться такой реакцией на свои видео. Понятия не имею, что у нас в кабинете делает человек, достойный называться председателем.

В ходе довольно нервной возни охранник офиса перехватил руку секретаря Кима.

– Нет, спуститься на первый этаж лучше вам троим, – сказал менеджер Ли.

– Живо иди вниз.

– Нет, не я, а посетители должны пойти вниз…

Женщина в шубе подошла к менеджеру Ли. Тот не сдвинулся с места.

– Хёнджэ-я. Собирайся и выходи. Или хочешь, чтобы я проводила тебя лично?

– Госпожа, это слегка неудобно. Видите ли, я сейчас работаю.

Женщина громко фыркнула.

– Они дают работу омеге, который даже запечатлеться нормально не в состоянии. Хорошая у вас, должно быть, контора!

Менеджер Ли отвернул голову в сторону. И наши взгляды пересеклись.

Не сказать, что я такой уж великий борец за справедливость. У меня нет никакой суперсилы. Я обычный бета. Просто обычный бета. Знаю, что это невозможно, но я словно заговорил с менеджером Ли телепатически.

«Дайте сдачи и позвоните в отдел безопасности».

Менеджер Ли широко улыбнулся. Я сжал руку в кулак и поднял её вверх.

«Кулак быстрее закона».

Телепатия. Телепатия.

Менеджер Ли посмотрел прямо в глаза посетительнице. И взял в руки телефон.

– Если вы и дальше будете мешать всем работать, я вызову охрану. Спускайтесь вниз. Мы с Хитэ больше никак не связаны.

– Что ты сказал?!

– Спускайтесь, госпожа.

– Ли Хёнджэ!

Я немного отодвинул назад свой стул, а затем подъехал обратно. Это моя совесть ухватила меня за воротник. Работай! Не вмешивайся в чужую личную жизнь!

С другой стороны, почему бы моей совести не заткнуться? Это ведь так увлекательно! Давай, вставай!

Я посмотрел в глаза сотрудникам рядом со мной. Кажется, все подумали то же, что и я. Тела моих коллег были прикованы к стульям, а вот шеи всех до одного повернуты в сторону менеджера Ли.

– Ты забыл о своём долге перед нашей семьёй?! Подумай хорошенько и быстро спускайся вниз!

– Уходите, или я вызову охрану, – твёрдо сказал менеджер Ли.

Куда более твёрдо, чем когда он в прошлом месяце просил команду переделать плохую презентацию. Менеджер Ли без колебаний набрал номер и поднёс трубку к уху.

– Алло, отдел безопасности? Это менеджер отдела по работе с клиентами Ли Хёнджэ. В нашем кабинете посторонние, пожалуйста, сопроводите их на выход.

– Ли Хёнджэ, ты серьёзно?!

Посетительница приблизилась к менеджеру Ли. Наблюдатели этой сцены повскакивали с мест. Атмосфера сильно накалилась. Женщина сжала руки в кулаки. Она хочет ударить менеджера Ли?! Вот это напряжение.

В кабинете стало нечем дышать. Гостья занесла вверх руку. Менеджер Ли зажмурил глаза. Повсюду послышался скрип отодвигаемых стульев.

Новенький альфа перехватил руку посетительницы. Я и один из руководителей в нашем отделе – тоже бета, – попытались оттащить её от менеджера Ли.

– Мы с Хитэ больше никак не связаны!

– Ты… ты!

Секретарь Ким и телохранитель посетительницы подошли ближе. Их острые взгляды были видны даже сквозь солнцезащитные очки. Не думал, что увижу подобное на работе. Они схватили меня и руководителя за запястья.

Мы с ним старались сопротивляться изо всех сил. Вопреки моим предположениям, у этой женщины были очень сильные руки. Если бы я держал её хоть немного слабее, она бы уже вырвалась и пулей метнулась к менеджеру Ли.

– Да как у тебя наглости хватает такое вытворять! Да мы!.. Тебе!..

– Прошу вас, хватит! – крикнул менеджер Ли. На его глазах выступили слёзы. Мы с руководителем одновременно нахмурились. Хватка секретаря Кима на моём запястье была нешуточной. Мне очень больно. Думаю, у меня потом будет здоровенный синяк.

– Ай-ай, мне больно, отпустите!

– Сначала отпустите председателя.

– Нет, я не могу отпустить человека, который хочет ударить менеджера Ли.

– Тогда я тоже вас не отпущу.

Они ведь получают за это зарплату, так что их нельзя осуждать. Я решил продержаться ещё хотя бы немного. Не думаю, что они делают это по собственному желанию. Охранник офиса тоже вцепился в этих двух людей.

– Пожалуйста, уходите!

Телохранитель закрыл ему рот рукой. Фуражка охранника упала на пол. Его голая макушка блестела от пота. Руководитель склонил голову. Он, казалось, начал смеяться. Я попытался отругать его за неуместный смех яростным подмигиванием, но в итоге тоже рассмеялся. И тут же виновато закусил губу. Но всё равно не смог удержаться от смеха.

Говорят, люди иногда смеются от напряжения. Вот почему мы с руководителем сейчас хихикаем на пару, словно два идиота. Мозг подсказал нам, что нужно смеяться, чтобы сохранить спокойствие и снять напряжение. Телохранитель с секретарём, похоже, находились в такой же ситуации.

Их плечи в чёрных костюмах задрожали. Они начали громко фыркать. Их взгляды встретились через солнцезащитные очки. Это какое-то безумие. У охранника же упала фуражка! Это просто чертовски смешно. Его макушка тоже до ужаса забавная. Несколько оставшихся прядей его волос даже снесло ветром от падающей фуражки. С ума можно сойти!

– Матушка!

Посетительница тут же обернулась. Мы, державшие её за руки, обернулись следом и увидели, что к нам спешил начальник отдела Со.

– Хитэ!

– Что вы тут делаете?!

– Только посмотри на своего омегу! Он набрался храбрости дать мне отпор!..

– Оставьте Хёнджэ в покое.

Начальник отдела Со схватил женщину за плечо. Нас всех словно ледяной водой окатили. Уже пятеро человек пытались остановить происходящее. Я посмотрел в глаза руководителю и отпустил руку. Секретарь и телохранитель ослабили хватку на наших запястьях. Ауч. Больно. Я взглянул на них двоих, но их лица ничего не выражали. Эти безэмоциональные лбы просто отвратительны.

– Ли Хёнджэ, ты в порядке?

– Идите домой со своей матушкой, начальник отдела Со. Я действительно имел в виду то, что сказал вам тогда.

– Хёнджэ-я, это… Ли Хёнджэ…

Менеджер Ли указал куда-то рукой. Все коллеги тут же осмотрелись вокруг. К кабинету бежали сотрудники отдела безопасности. Новенький альфа злобно уставился на начальника отдела Со и загородил собой менеджера Ли.

– Вам лучше сейчас хорошенько подбирать слова.

– Отойди.

– Если вы не собираетесь быть со мной вежливым, то даже не заговаривайте со мной.

– Ли Хёнджэ, какие у тебя с ним отношения?

– Такие же, как с вами. Никакие.

Менеджер Ли рухнул на своё место. Словно следуя за сменой положения менеджера Ли, головы наблюдавших сотрудников тоже опустились вниз.

– Хитэ, что, чёрт возьми, произошло между вами двумя?! – спросила посетительница.

– Матушка, пожалуйста, помолчите!

– Ни за что! Вот я никогда не была такой омегой!

– Вы с Хёнджэ совершенно разные!

Посетительница посмотрела на начальника отдела Со так, словно тот сошёл с ума. Начальник отдела Со отвёл взгляд.

– Здравствуйте, мы из отдела безопасности, что у вас происходит? Давайте для начала спустимся вниз.

Посетителей увели начальник отдела Со и сотрудники отдела безопасности. Наблюдатели разделились на две группы. Одни смотрели вслед посетителям, вторые – на новенького альфу, который всё ещё загораживал собой менеджера Ли.

– Менеджер? – обернулся он.

– Садитесь на место.

– Ваша метка, она ведь поставлена не до конца.

– Садитесь на место.

– Вы всё ещё пьёте подавители во время течки, разве нет? Вам так нравится начальник отдела Со Хитэ?

– Да сядьте же!

– Вы же говорили, что разводитесь с ним! Разве у вас было бы сейчас такое лицо, если бы вы с ним разводились?! Почему, чёрт возьми?!

Менеджер Ли хлопнул рукой по столу.

– Да! Всё так! Я люблю его! Так люблю, что схожу с ума! Я знаю, какой он ужасный человек! Но всё же не могу сдаться. Я люблю Хитэ! С момента нашей первой встречи и до сих пор я вижу только его одного! Довольны?!

Я и руководитель неловко переминулись с ноги на ногу в сторонке, а затем вернулись на свои места. Ассистент Кан похлопал меня по плечу.

– Я видел, что вас держал за руку один из телохранителей…

– Он был очень сильным.

– Это что же у вас, синяк?!

– Похоже на то. У вас, случаем, нет обезболивающих пластырей?

– Кажется, должен быть один в ящике…

Новенький альфа подошёл к менеджеру Ли, пока ассистент Кан рылся в своём столе.

– Разве это не могу быть я?

– Садитесь на место, пока я не разозлился!

– Хёнджэ-хён!

– Со Хису!

Новенький стремительно вышел из кабинета, словно сбегая с места происшествия. Следом за ним кинулся охранник офиса. Его лицо было мрачным.

– Все садитесь по своим местам, – сказал менеджер Ли.

– Да.

В шумном кабинете тут же стало тихо. Всё, что я сейчас слышал, – лишь клацанье по клавиатурам. Иногда мне кажется, что это клацанье могло быть прямо-таки музыкой, работай мы в PR-отделе.

Со своего места я мог видеть, как менеджер Ли тихо вытирает слёзы под нестройные звуки наших клавиатур. Мессенджер замолчал. Никто из нас не мог набраться смелости и сказать, что настало время обеда.

– Всем пора на обед, – сказал менеджер Ли после долгого молчания. После этого он уставился на чёрный монитор.

Все немного поколебались, а затем пулей вылетели из офиса. Я несколько переживаю из-за отсутствия на рабочем месте новенького альфы и из-за покрасневших глаз менеджера Ли.

Все мои коллеги хранили молчание, пока выходили в коридор, и бросились врассыпную у двери в здание. Мы с ассистентом Каном тоже не заговаривали до тех пор, пока не вышли на улицу.

– Рисовая лапша?

– Рисовая лапша.

На улице стояла прекрасная погода. А менеджер Ли остался в душном кабинете один. Совсем-совсем один.

– Ассистент Кан?

– М?

– Может, позовём менеджера Ли пообедать с нами?

– Лучше его сейчас не трогать. Думаю, ему очень тяжело.

Я кивнул.

Откуда-то сбоку вдруг вырулил лимузин, какой можно увидеть разве что в дорамах, и заблокировал нам с ассистентом Каном путь. Люди огибали его с двух сторон, словно вода – камень. Мы тоже хотели было пройти мимо, но нас зажали в углу. Из автомобиля вышли начальник отдела Со и его мать. Они о чём-то яро спорили.

Хоть бы пронесло, хоть бы пронесло…

Вопреки этой мольбе, я вдруг остановился на месте. Признаться, мне стало интересно. О чём они так отчаянно ругаются? Ассистент Кан тоже смотрел на начальника отдела Со. Мы оба делали вид, что нам совершенно не интересно, но украдкой смотрели на эту сцену. Наши с ассистентом Каном взгляды встретились. Он прочистил горло.

– Вы вроде хотели пить?

– Не хотите сходить со мной до торгового автомата?

– Да, я бы с удовольствием выпил чашечку кофе перед обедом.

Мы медленно обогнули лимузин. Притворившись великим глухим, я прошёл к торговому автомату перед входом в офис. Этого не должно сейчас происходить. Мне не следует совать нос в чужие дела.

Но всё это и правда меня беспокоит. Я понятия не имею, что делать. Мы с ассистентом Каном купили по напитку в автомате и потоптались на месте на случай, если у нас получится услышать, о чём говорят те двое.

Но я вот вообще ни слова не слышу. Вижу, как посетительница в гневе машет руками, но голос её предательски тихий. Или моё сердце слишком громко бьётся. Оно транслирует голос моей совести. Мне не должно быть любопытно, поэтому я ничего и не слышу. Ассистент Кан открыл банку с напитком.

– У менеджера Ли сейчас трудные времена.

– Вы правы. Думаю, в первую очередь потому, что у начальника Со был роман на стороне.

Ассистент Кан осторожно покрутил банку в руках.

– Вы слышали слова новенького? У менеджера Ли незавершённая метка.

– Он правда так сказал?

– Да… У меня аж мурашки по спине пробежали. Вот почему менеджер Ли до сих пор принимает подавители.

– Это так важно?

– Конечно! Иначе это означает, что они не связаны друг с другом.

– Не проще ли им развестись?

Ассистент Кан улыбнулся тоскливой улыбкой. А может, дело было в его взгляде – взгляде омеги. Хотя я не уверен. Ассистент Кан опустил взгляд на свою левую руку. На безымянном пальце сверкнуло серебряное кольцо.

– Сердцу не прикажешь.

– А?

– Мы просто любим их, вот и всё. Даже если у нас всё идёт кувырком, мы любим своих альф настолько, что хотим носить их метку.

Я задумчиво провёл пальцем по краю банки. На подушечке остались холодные капли воды.

«Да! Всё так! Я люблю его! Так люблю, что схожу с ума!». На ум тут же пришли слова менеджера Ли.

– На самом деле очень здорово иметь на себе метку. Не нужно беспокоиться о том, что партнёр тебе изменит. Но не все хотят её ставить, и это тоже совершенно нормально.

Ассистент Кан кинул пустую банку в мусорку. Посетительница и начальник отдела Со всё ещё ссорились.

– Альфы и омеги – тоже люди. И они могут жить так, как им захочется.

Слова ассистента Кана попали прямо мне в сердце, – так же, как его пустая банка попала в мусорное ведро. И пронзили меня насквозь. Ассистент Кан рассмеялся.

– А теперь пойдёмте за рисовой лапшой.

***

Телохранители нашей недавней гостьи, видимо, тоже решили пойти в ресторан, где подают рисовую лапшу. Они сидели за одним из столиков. Когда мы зашли внутрь, владелец ресторана сообщил нам, что свободных мест не осталось, и окинул взглядом зал.

– Можете подсесть за тот столик.

Владелец подошёл к телохранителям и соединил два стоящих рядом стола. Меня охватило беспокойство. Ассистент Кан тоже был насторожен. Я поворчал про себя, а затем протиснулся на своё место.

Один из телохранителей, секретарь Ким, кивнул и поприветствовал нас. Я тоже с ним поздоровался. Теперь, когда у меня появилась возможность рассмотреть его поближе, он показался мне привлекательным и ухоженным мужчиной.

Весь обед прошёл в молчании. Мы с ассистентом Каном чувствовали на себе взгляды телохранителей и тоже украдкой поглядывали на них. Никто ни о чём не спрашивал, но секретарь Ким вдруг первым заговорил:

– Мы работаем посменно.

– О, понятно.

Все снова замолчали. Телохранители, закончившие есть первыми, встали со своих мест. Я наблюдал за тем, как они подходят к кассе. Секретарь Ким обернулся и улыбнулся мне.

– Они, наверное, беты, да?

Ассистент Кан поднял голову от еды, когда услышал мой вопрос.

– Беты?

– В таком случае феромоны на них не действуют.

– Полагаю, что так.

Ассистент Кан воткнул вилку в маринованную редиску и улыбнулся.

– Вы в них заинтересованы?

– Не особо, – я не сводил глаз с телохранителей.

Секретарь Ким задержался и что-то сказал кассиру. Его глаза продолжали смотреть на меня.

– На что вы смотрите?

– Неважно. Я просто задумался кое о чём.

Я знаю одного человека, которому тоже нужен телохранитель. Ха Вони.

Я собирался заплатить после того, как мы с ассистентом Каном закончили есть, но кассир только отмахнулся и сказал, что кто-то уже оплатил наш счёт. Ассистент Кан рассмеялся и ткнул меня локтем в бок. От растерянности я не знал, куда девать свою карту.

– Он так пристально смотрел на вас, кажется, вы ему приглянулись, – рассмеялся ассистент Кан. Я скептически сощурил глаза.

– Я?

– Ага, вы, ассистент Ким.

– Я не собираюсь ни с кем встречаться.

– И всё же.

– И я не хочу, чтобы ко мне кто-то приглядывался, – я повернул голову и обратился к кассиру. – Он оставил чек?

***

Один из телохранителей стоял у входа в ресторан. Его высокую фигуру было сложно не заметить. Он выглядел как агент из какого-нибудь шпионского фильма. В том числе из-за солнцезащитных очков. Может, они нужны ему только из-за сигареты? Так дым от неё не попадает в глаза.

Я подошёл к нему. При ближайшем рассмотрении это оказался секретарь Ким.

– Прошу прощения.

– Здравствуйте.

Он без колебаний затушил сигарету и тихо усмехнулся. Затем снял солнцезащитные очки и убрал их в карман. Реально надевал их только из-за сигареты?

– Простите меня за то, что случилось ранее, – сказал секретарь Ким.

– Вы заплатили за нашу еду.

– Не беспокойтесь об этом, это в качестве извинений.

Его глаза были почти чёрными.

– Я расплатился бы корпоративной картой, поэтому ваш жест доброй воли был излишним.

– Корпоративной картой?

– Да. И поскольку вы оставили чек в ресторане, я попросил вернуть деньги наличными и заново заплатил этой картой. Вот ваши тринадцать тысяч вон.

Я сунул деньги ему в руки. Он было отмахнулся от меня, отказываясь, и тогда я засунул их ему в нагрудный карман. Затем быстро сделал пять шагов назад на случай, если он решит вернуть их.

– Что?

Он поднял вверх обе брови.

– Всего хорошего.

Я хотел попрощаться с ним и отвернуться, но вдруг заметил, как сильно покраснела шея ассистента Кана. Вслед за ней покраснели и его щёки. Он дышал так громко, словно носорог.

– Подождите! Могу я узнать ваше имя? – окликнул меня секретарь Ким. Ассистент Кан рассмеялся.

– Моё?

– Да, мне очень интересно. Как вас зовут? Где вы живёте? Я хочу узнать о вас.

– Обо мне?

– Да, о вас. Быть может, это судьба, что мы снова встретились здесь с вами? Звучит банально, знаю, но так уж мне кажется.

Судьба. На кончике языка всё вертелось это слово. Похоже, этот человек в поисках своей судьбы. Похоже, он либо альфа, либо омега.

– Вы альфа или омега?

– Бета. А что насчёт вас? А, кстати, меня зовут…

– Неважно.

Секретарь Ким откинул голову назад. На его лице застыло разочарование.

– Меня не интересуют отношения, – добавил я.

Секретарь склонил голову и быстро ретировался. Смех ассистента Кана наверняка было слышно за километр.

Может, стоило попросить у него визитку для Ха Вони? Хотя нет, не хочу, чтобы он неправильно меня понял.

Ассистент Кан схватился за моё плечо, всё ещё смеясь. Взгляды всех прохожих были обращены к нам. Я пошёл к офису быстрее, потому что мне стало неловко.

– С вами шутки плохи!

– О чём вы?

– Как вы смогли так холодно ему отказать?

– Потому что меня не интересуют отношения.

Ассистент Кан смахнул слёзы с глаз. Смеялся аж до слёз?

– Уверены? Он такой красивый.

– В мире есть куда более красивые люди.

– Вы слишком долго смотрелись в зеркало. Такой красавчик, как он, – настоящая редкость. У него крепкое тело, высокий рост и обворожительная улыбка.

– Возможно. Но есть люди и красивее него.

Ассистент Кан как-то слишком понимающе усмехнулся.

– Например, директор Ли?

– Да.

– Не думаю, что директор Ли такой уж красавчик, – нахмурился ассистент Кан.

Он умом тронулся? Директор Ли точно самый красивый человек в нашей компании. Весной, в период найма стажёров, как минимум трое новеньких сотрудников непременно в него влюбляются. У него всегда есть поклонники, хоть и нет фан-клуба. Всё из-за его внешности. И его харизмы. Честно говоря, я считаю, что он намного красивее секретаря Кима. И его лоб куда более гладкий.

– Он действительно красив.

– Простите?

– Нет… Я имею в виду…

Его взгляд. Его глаза просто бесподобны. Когда он улыбается, они сужаются до полумесяцев и делают его ещё более привлекательным. У него аккуратные чёрные брови и ровный профиль, который подчёркивает его холодную красоту. Линии его губ, рисующие на лице идеальные дуги, тоже очень красивы. Даже его белоснежные зубы, которые появляются, когда он улыбается, прекрасны. И…

– Его впадинка.

– Что?

– Впадинка над верхней губой. Она тоже очень красива.

– Как она может быть красива?

– Ай, не знаю, мне просто так кажется.

Мои уши горели безо всякой на то причины. Я говорю о красоте директора Ли, потому что не знаю, кого ещё привести в пример. Директор Ли очень красив. Но мне следовало держать эту мысль при себе. Всем же известно, например, что у собак есть хвост. Не всем известно, что директор Ли красив, но…

Мои мысли смешались в кучу. Кажется, Гидо однажды говорил мне об этом. «Хён, у тебя слабость к красивым лицам». Один наш сонбэ тогда ответил: «Посмотри на него. С таким лицом он никогда не найдёт себе девушку».

Тогда я расстроился из-за этих слов. У меня ведь уже была девушка. Мы встретились во время рекламной фотосессии для нашего университета. Наши парные снимки попали на сайт универа и теперь хранятся где-то в библиотеке. Сейчас мне неловко об этом вспоминать, но тогда это казалось интересным. Моя девушка была очень красивой брюнеткой с длинными волосами и большими глазами.

Меня вдруг осенило, что я, похоже, и правда слаб на красивые лица.

Ассистент Кан приобнял меня за плечи.

– Он в вашем вкусе, да?

– Что?

– Я про директора Ли.

Я отодвинул ассистента Кана с пути и прошёл вперёд. Мне не было холодно, но я обхватил себя руками. Ассистент Кан рассмеялся мне в спину.

– Вы не сказали нет!

– Это не так!

– Да что в этом такого?

Я нечаянно с кем-то столкнулся, потому что смотрел на ассистента Кана. Подняв глаза, я увидел перед собой директор Ли.

– Ой!

– Почему вы так удивились?

– Что вы тут делаете?

Директор Ли улыбнулся и кивнул назад. Начальник отдела Со всё ещё стоял на улице и с кем-то спорил. Кажется, с тем новеньким альфой, который сбежал из кабинета. У них подозрительно похожие имена, наверняка они родственники.

– Кумовство…

– Простите?

– А, ничего.

Слишком много подозреваемых в кумовстве в нашей компании. Прищурив глаза, я взглянул на директора Ли. Любопытно, как он так управляет компанией, что тут все устроены по знакомству. Директор Ли, конечно, не понял причину моего подозрительного взгляда и мягко улыбнулся.

– Вы двое возвращаетесь с обеда?

– Да. А вы ещё не обедали?

– Я только что оставил попытки прекратить их спор, – снова качнул головой назад директор Ли. – У меня по расписанию обеденная встреча. Думал пройтись пешком, потому что это близко. Хотите пройтись со мной?

Директор Ли слегка наклонил голову. Я немного – совсем чуть-чуть – занервничал, когда взглянул на его лицо. Не заволновался, заметьте! Занервничал. Не заволновался. Ассистент Кан стоял рядом, так что заметил изменения в моём лице.

– Нет, не хочу.

– Даже несмотря на то, что мы с вами друзья?

Я посмотрел на ассистента Кана. Он тут же всё понял: махнул рукой и зашёл в офис первым.

– Мы ведь хотели сходить с вами на выходных в ресторан гавайской кухни, но из-за Ха Вони это случилось быстрее, – директор Ли смущённо улыбнулся. – Мне жаль…

– Вы собираетесь на смотрины?

Глаза директора Ли расширились в удивлении.

– Простите?

– Я слышал всё, о чём вчера говорил Ха Вони. Он сказал, у вас будут смотрины на выходных. Разве мы не поэтому перенесли нашу встречу на вчерашний вечер?

Директор Ли нахмурил брови. Он обеспокоенно накрыл рот ладонью. Мне стало чуть легче, когда он закрыл часть лица. Тем временем начальник отдела Со вскинул и опустил руки, что-то шумно доказывая собеседнику.

– Я отказался. Вместо этого я иду на небольшую вечеринку. Дружескую вечеринку, – наконец ответил мне директор Ли, словно оправдываясь. – Можем мы изменить время встречи? Я хотел бы, чтобы вы сопроводили меня туда.

– Как друг?

Директор Ли сделал шаг назад.

– Да, идёмте как друзья. Одному мне будет скучно.

Я тоже сделал шаг назад.

– Я…

Директор Ли приподнял одну бровь и грустно усмехнулся.

– Вам сложно принять моё предложение?

Я не был уверен, насколько «дружеской» будет вечеринка, о которой сказал директор Ли. Что это может означать? Понятия не имею, чего ожидать. Большинство вечеринок, которые я посещал, проходили в дешёвых барах.

Приветственная вечеринка для новых сотрудников компании, новогодний корпоратив отдела по работе с клиентами, вечеринка по случаю дня рождения, когда Гидо врезался в телефонный столб…

Понятия не имею, на какую вечеринку зовёт меня директор Ли. Может, это что-то вроде светской тусовки из голливудских фильмов? Мигающие синие и красные огни, белоснежно-белые люстры, розовое игристое вино, обнажённые омеги и среди них – директор Ли в чёрном костюме. Он поймал мой взгляд, в котором ещё плескалось осуждение поступков выдуманных мною омег. У меня мурашки пошли по коже.

– Я ничего не знаю о таких вечеринках…

– Там не будет ничего особенного. Просто встреча в холле отеля для директоров компании. Мы встречаемся так время от времени, чтобы обсудить некоторые вопросы. Можно просто поесть вкусной еды, послушать музыку, поболтать со мной и уйти. Я слышал, в этот раз они пригласили выступить кого-то из айдолов.

Огни этой вечеринки вдруг засияли в моей голове. Декадентская оргия вдруг переросла в оптимистичный вечер после научной конференции. Интересно, кого из айдолов они позвали? Ким Джуён – большая поклонница айдолов. Думаю, было бы здорово сфотографироваться с кем-нибудь из них и выложить в соцсети, чтобы подразнить её.

– Хорошо, я пойду.

– Тогда я заеду за вами завтра в шесть. Я уже запомнил, где находится ваш дом. Что ж, мне пора.

Директор Ли махнул мне рукой и ушёл. Возможно, мы и правда стали друзьями. Друг. Я покрутил это слово в голове. Друг.

У меня много друзей. И он – просто ещё один друг. Друг, у которого денег в сто раз больше, чем у меня, и который может распоряжаться и моими деньгами тоже.

Я тяжело вздохнул. Я ведь нравлюсь директору Ли. Но он заявил, что не станет принуждать меня встречаться с ним. Он уважает меня. Хотя его истинные намерения могут отличаться от того, что говорит его рот. Мне кажется, директор Ли всё ещё хочет отношений со мной.

Это всё моя вина. Я не хочу ни с кем встречаться, но каждый раз даю ему надежду. И продолжаю думать о Ха Вони и директоре Ли, оправдывая себя тем, что это они вынуждают меня. Я слишком мягкий.

Мне следовало вежливо, но твёрдо отказать им. Честно говоря, я в растерянности. Директор Ли – мой начальник, а Ха Вони – стажёр административного отдела, с сотрудниками которого я постоянно общаюсь. Моё бренное тело зависит от этой компании. Если бы только я мог уволиться и уехать за границу…

Но у меня пока нет такой возможности. Во-первых, я в этой ситуации не виноват! И ещё у меня нет денег.

Всё это большая проблема. У меня пересохли глаза. Было бы здорово, если бы директор Ли и Ха Вони были женщинами или бетами. Тогда я не переживал бы так сильно. Наверное.

Возможно, я просто боюсь. Опасаюсь альф и омег.

В офис я заходил очень тяжёлыми шагами.

Моя голова была пустой вплоть до момента, как я зашёл домой, снял с себя всю одежду и упал на диван. Я не мог ни о чём думать. Мой начальник заедет за мной завтра. Начальник, которому я нравлюсь. Завтра он приедет ко мне домой и заберёт меня с собой.

Хм? Ко мне домой?..

Но директор Ли понятия не имеет, где я живу. Если он не посмотрит в моё дело в отделе кадров, то не узнает мой адрес. Но есть одно место, которое он всё-таки знает. Дом Гидо.

Я потёр виски. Мой директор посещает дом моего друга. Абсурдная ситуация. Я дотянулся до телефона, лежа на спине, и пошарился в контактах.

Мы с директором Ли не обменивались номерами. Мы не настолько близки. Помню, он протягивал мне свою визитку, но не помню, чтобы брал её в руки. И уже поздно спрашивать его номер у ассистента Кана или менеджера Ли. Наверняка они все разошлись по домам.

Я нахмурился. Тогда завтра я отправлюсь к дому Гидо. В шесть вечера возле дома Гидо…

Я вскочил с дивана. Затем снова сел. Мне стало не по себе

Я долго ворочался и наконец включил телевизор. Потом выключил. Какие-то бесцельные метания. Я постоянно то поднимал, то опускал назад телефон.

В конце концов я решил позвонить Гидо. Я не сказал ему ничего лишнего, потому что не хотел, чтобы он обо всём узнал. Просто сообщил, что за мной приедет мой начальник. По работе. Гидо звонко рассмеялся над историей с адресами, и я был этому рад.

– Чёрт, да просто приходи ко мне и всё.

– Могу я?

– С каких пор тебе нужно разрешение?

– Тогда увидимся завтра.

– Поиграем в приставку. А когда хён уйдёт, я тоже пойду на свою встречу.

– Хорошо.

– Интересно, что за айдола туда пригласили. Может, это кто-то из моих знакомых?

– Ты что, дружишь с айдолами?

– Нет…

– Такова жизнь...

После разговора с Гидо на сердце полегчало. Всё, что мне пришлось пережить сегодня в компании, показалось неважным. И даже дружба с директором Ли представляется мне теперь возможной. Он станет моим хорошим другом. Хорошим другом!

– Если хочешь, приезжай прямо сейчас. Поедим курочку с пивом?

– Я уже заколебался пить который день подряд.

– Пиво – это даже не алкоголь.

– Ох, чёрт возьми…

– Приходи с ночевой.

– Точно?

Я задумался над этим на минутку. Времени до встречи было очень много. Мне надо бы надеть на неё хороший костюм. Я бы с радостью одолжил один у Гидо. Он крупнее меня, но это ничего. Только вот размер ноги у него сильно больше.

– Ты не будешь против, если я одолжу у тебя на завтра какой-нибудь костюм?

– Нет, конечно.

– Тогда я сейчас приеду.

Я надел пальто и вышел за дверь. На мне сейчас спортивный костюм, но красивые классические туфли – для завтрашнего вечера. Я поплёлся к автобусной остановке. Может, мне стоит пойти на вечеринку прямо в этом прикиде? Если директор Ли увидит меня таким, то непременно скажет что-то вроде: «Теперь вы мне безразличны».

Так мой план увенчается успехом, и я вернусь с вечеринки счастливым. И проведу остаток выходных перед телевизором. Идеальный план!

В моём воображении директор Ли посмотрел на меня и добавил: «Как и ожидалось, я предпочитаю омег. Они красивые и чувствуют мой сексуальный феромон. Мы с этой милой омегой – моей судьбой – будем любить друг друга до конца наших дней. Я никогда не смог бы полюбить бету. Благодаря вам, Ким Джухёк, я это понял. Но мы с вами можем остаться друзьями».

Когда я подумал о судьбе, на ум вдруг пришёл секретарь Ким. Он, кажется, тоже говорил что-то про судьбу? Какая же это судьба, если он вдруг появился из ниоткуда, поговорил со мной и решил, что это любовь с первого взгляда?

Я пнул попавшийся мне под ногу камешек. Моего автобуса всё нет и нет. Я посмотрел на дорогу – она казалась угольно-чёрной, а на улице было прохладно. По моим рукам пробежала дрожь.

«Но мы с вами можем остаться друзьями».

Мой внутренний диалог вылетел из меня вместе с выдохом. Всё это было так глупо. Я никогда не думал о свиданиях, потому что не хотел вступать в отношения. Но вся эта история напрягает меня, хоть я ни с кем и не встречаюсь. Словно заноза, которую надо вытащить.

В любом случае, мне не хочется встречаться ни с альфами, ни с омегами. Пусть они встречаются друг с другом и сливаются в своей страсти. Насколько я знаю, это всегда так происходит. Между альфами и омегами вспыхивает страстная любовь независимо от того, находятся ли они под воздействием феромонов, в гоне или течке. Это совсем не похоже на бет. У нас просто не может быть такой роковой любви, как у них.

– Прошу прощения…

Ко мне подошёл какой-то мужчина непримечательной наружности. Он тепло улыбнулся мне, пока я смотрел на него настороженным взглядом.

– Вы производите такое хорошее впечатление! Я иногда видел вас в этом районе, потому что живу здесь неподалёку. Могу ли я узнать ваш номер?

– Меня не интересуют церковные сборища.

– Что? Но я не…

Я отошёл от него, размахивая руками. Похоже, мне лучше пойти на следующую остановку и подождать там. Пусть незнакомец и показался мне поначалу приличным человеком, но он пытался заговорить со мной о вере. Может, он сектант?

Короче говоря, я не верю в такие спонтанные признания в любви. По крайней мере, их не может быть у бет, ведь у нас даже нет феромонов. И я понятия не имею, что директору Ли может нравиться во мне, бете.

Я продолжил думать о нём, пока садился в пустой автобус. Просто тупо произносил про себя его имя. Перед глазами вставало его лицо. Директор Ли, Ли Шихён. Директор Ли Шихён. Ли Шихён.

Я вышел из автобуса, всё ещё бормоча его имя, словно сумасшедший. Гидо встречал меня на остановке. Он замахал руками, увидев меня. Когда я махнул ему в ответ, то снова вспомнил о директоре Ли. И засунул руки глубоко в карманы.

– Пойдём поедим курочки. Курочки! – сказал Гидо.

– Курочки…

– У тебя что-то случилось, хён? – он положил руку мне на плечо. Тяжело. Гидо из моих воспоминаний немного худее, и во многих смыслах как-то легче…

– Почему у тебя такие тяжёлые руки?

– Потому что я поднимаю тяжести в последнее время. Когда я начал сниматься в новой дораме, мне сказали, что я слишком худой. Итак, что тебя беспокоит?

Я скинул с плеча его руку.

– Я всё время думаю о лице своего начальника. Меня это бесит, но и перестать думать о нём я не могу. Что мне делать?

– Он продолжает заваливать тебя работой?

– Да дело не…

– Он просто дьявол.

– Это не так…

Гидо похлопал меня по спине.

– Просто перестань беспокоиться об этом, твой рабочий день окончен. Давай просто поедим курочки!

– Наконец-то ты сказал что-то умное, Гидо.

Мой рабочий день закончен, поэтому мне больше не стоит думать об этом. Гидо прав. Просто поем курочки, и всё пройдёт.

***

Мы с Гидо обсудили последние новости. Потом поговорили об играх и о дорамах. Большая часть разговоров о дорамах свелась к моим шуткам над Гидо. Мы не спеша шли до ресторанчика, где подают горячую курочку. Всё это так умиротворяет.

– Твоя девушка не против, что ты снимаешься в сценах с поцелуями?

– Она вечно дразнит меня. И иногда даёт советы по актёрскому мастерству.

– Похоже, она классная.

Я хорошо знаю ресторанчик, в который мы с Гидо идём. Я часто захаживал сюда, пока учился в университете. Гидо уже давно живёт в этом городе. Иногда мы приходили сюда вдвоём, иногда в компании сонбэ или ещё кого-то. Я даже бывал здесь со своей девушкой, как, собственно, и Гидо. Однажды Гидо приходил сюда со своим парнем-омегой.

Не понимаю, почему в мире так много внимания уделяется отношениям. Надо было уходить в монастырь. Может, мне податься в религию после того, как я уволюсь и вернусь с Гавайев? Правда, я атеист. Зря я не выслушал сегодняшнего сектанта.

– Хён, ты как-то слишком задумчив сегодня. Что случилось?

Я вздохнул. Гидо привычным жестом поднял руку и позвал:

– Тётушка, сюда!

– Вам двоим как обычно, две разных порции пополам?

– Да, и ещё два пива.

Гидо переложил меню на соседний столик и подставил кулак под подбородок. Второй рукой он коснулся моей щеки. Его обычно острый взгляд смягчился.

– Эй, в чём дело? Скажи мне. Начальник, с которым у тебя завтра встреча, пристаёт к тебе?

– Нет, дело не в этом… Как бы мне выразиться?

– Что такое?

Я прикрыл губы обеими руками. Слишком стеснительно сказать всё, как есть. Когда я рассказывал подобные истории, Гидо обычно говорил, что я несу всякий бред. Но в этот раз всё взаправду, только вот мне неловко распространяться об этом.

Гидо пристально посмотрел на меня. Я ведь не могу совсем ничего ему не сказать. Надо сменить тему. Хорошо бы придумать что-нибудь достойное на замену. Игры. Игры – это точно интересно.

– Я слышал, новое дополнение выйдет в следующем меся…

– Не переводи тему.

Я закрыл глаза. Так сильно нервничаю.

– Я ему нравлюсь.

– Кому?

Голос Гидо стал тише. Я приоткрыл один глаз. Гидо всё так же тепло улыбался.

– Директору.

– С которым ты встречаешься завтра?

– Да. И ещё одному сотруднику административного отдела.

– Неужели?

Гидо каким-то чудом не изменился в лице. Словно он не услышал ничего примечательного. Он посмотрел мне в глаза, снова подперев подбородок.

– И все они – женщины-беты?

– Нет, один из них альфа, а другой – омега.

Взгляд Гидо изменился. Похоже, он вот-вот начнёт ругать меня за то, что я снова несу всякий бред. Но в этот раз я слышал их признания собственными ушами!

Голос Соль Гидо прозвучал тихо и низко.

– Но хён не раньше не встречался с альфами или омегами, верно? – спросил он. – Тебе и сейчас это вроде не интересно?

– А? Да, верно.

– У тебя не было партнёра с тех пор, как ты расстался с той девушкой.

– Которой?

– Та представительница из бизнес-школы.

– Нет, после неё…

– После неё?

Гидо изменил позу и откинулся на стуле. Я словно на допросе. И из-за этого я бессознательно выпрямил спину.

– Я встречался ещё кое с кем после неё. Но с мужчиной – никогда.

– А директор – мужчина? А тот сотрудник? Тоже мужчина?

– Э-э… Да…

Гидо вздохнул. Он провёл рукой по лицу, которое вдруг показалось мне измождённым. Соль Гидо обратил внимание на телевизор, по которому крутили старый футбольный матч.

– Давай не будем говорить об этом.

– Говорить о чём?..

– Ты всегда был популярен.

– Я?!

Гидо налил себе воды.

– Да. В театральный клуб ходило несколько бет, которым ты очень нравился. И омеги из соседнего университета вечно приходили на тебя поглазеть.

– И каждый раз ты врал мне прямо в лицо, уверяя, что я несу всякий бред!

Гидо громко поставил передо мной стакан с водой. В его глазах плескалось раздражение.

– Это потому, что к тебе липло так много людей, хён!

– Что ты имеешь в виду?

– Забудь.

– Эй, Гидо…

– Попей воды. Воды.

Гидо поднёс стакан с водой к моему рту. Стеклянный край ударил меня по передним зубам. Я схватил Гидо за руку и потянул её вниз. Он рассмеялся.

– Делай всё, что захочется.

– Я не уверен в том, чего именно мне хочется.

– Не уверен? Ты же говорил, что хочешь уволиться.

Гидо снова вернулся к своему нормальному состоянию. А вкус курочки в этом ресторане остался таким же, каким я его помнил. В меру промасленным и жирным. Это очень вкусно. Каждый раз, когда я брал новый кусочек, я смотрел на Гидо. Он сегодня до странного тих, даже если пытается сделать вид, что это не так.

Гидо съел всю порцию за один присест. Его перевёрнутый экраном вниз телефон вдруг зазвонил.

«Потому что ты моя судьба! Потому что я твоя единственная любовь. Я альфа, который защищает свою омегу. Я люблю тебя! А ты просто дурак…» Это была песня из его дорамы. Я чуть не выплюнул своё пиво от неожиданности. У меня на рингтоне та же песня. Что это вообще за текст?..

– Хён, мне надо ответить.

– Кто звонит?

Гидо поспешно поднёс трубку к уху.

– Привет. Угх! Я выпиваю с другом. Нет, нет, совсем чуть-чуть.

– Чёрт…

Я решил по-быстрому сменить рингтон на телефоне, пока Гидо вышел ответить на звонок. Нахер эту судьбу!

Я рассматривал курицу в поисках лучшего кусочка. По телевизору всё крутился футбольный матч. Сколько бы раз нападающие ни пытались забить гол, это не имело значения. Вратарь в тот день был в своей лучшей форме. Дело шло к овертайму. Владелец ресторанчика сидел в старом кресле, скрестив ноги, и тупо пялился в экран. Через стеклянную дверь я мог наблюдать за спиной Гидо. Такое ощущение, словно мир вокруг рассыпается.

Гидо всегда ухаживает за своими партнёрами. Я наблюдал за этим довольно часто, но, кажется, никогда не привыкну. Гидо зашёл внутрь, всё ещё болтая по телефону.

– Всё хорошо. Я рано вернусь домой. Я тебя люблю. Нет, малыш, ты вешай трубку первой. Не злись. Ну чего ты? Я же тебе всё объяснил. Увидимся завтра вечером.

Владелец ресторанчика взглянул на Гидо. Мне стало неловко. Соль Гидо вёл себя так мило вполне искренне. Незабываемое зрелище.

Гидо издал звук поцелуя и повесил трубку после некоторых пререканий с девушкой. Я кашлянул, когда наши взгляды встретились. Он ткнул вилку в куриную ножку и улыбнулся.

– Вокруг тебя столько любви, что мне аж глаза некуда девать, – сказал я.

– У нас скоро юбилей – 100 дней с начала отношений.

– Реально? Мне казалось, вы встречаетесь дольше.

– Да?

Гидо выглядел озадаченным. Его глаза посмотрели в сторону.

– Ну, раз уж мы счастливы, – он рассмеялся, взглянув на меня. Рассмеялся очень искренним смехом.

– Согласен. Главное, что ты счастлив.

Я открыл глаза. Ощущение, будто выспался. Я скинул с себя одеяло и сел на кровати. Гидо крепко спал рядом со мной, хотя я и не увидел его лица из-за кучи подушек. Уличный свет струился сквозь тонкие шторы.

Я подошёл к окну и отдёрнул их. Огни ночного города тут же прорвались в комнату сквозь стекло. Белые и жёлтые. В зданиях напротив наверняка жили много бет, альф и омег.

Говорят, что альфы и омеги встречают друг друга, потому что так предначертано судьбой. Разве у бет не может быть чего-то подобного? Мне кажется, это большое упущение. Может, я тоже жду свою судьбу. Судьбоносную встречу…

Хрень собачья.

Я не уверен, что именно во мне нравится директору Ли. Может, он тоже влюбился в меня с первого взгляда. Или всё это глупая шутка. Я поймал в стекле своё отражение.  Выгляжу мрачно. Усталый вид и растрёпанные волосы.

Я обернулся посмотреть на Гидо – всё ещё храпит, повернувшись ко мне спиной. Даже не проснулся. Зато весь из себя такой сентиментальный.

Чем больше я стараюсь не думать обо всём этом, тем сильнее беспокоюсь. Я больше ни в чём не уверен. Я даже не уверен, в чём именно я не уверен. Перед глазами снова образ директора Ли. В последнее время я думаю о нём всё чаще. Каким будет выражение его лица завтра? Улыбнётся ли он мне? Что он скажет, когда увидит меня?

А что скажу ему я?

Я задержал дыхание. Странно. Очень странно. Я опустился на пол и уткнулся лицом в колени. На кровати зашуршали простыни – похоже, Гидо повернулся во сне. Мои руки задрожали. Кажется, мне сегодня больше не уснуть. Звук тиканья настенных часов эхом разлетелся по комнате.

– Хён? – я поднял голову и встретился взглядом с сонными глазами Гидо. – Ты чего там?

– Что мне делать?..

– …

Гидо поднял голову от подушек, тихо застонав. Тусклый уличный свет озарил его лицо. Я повернул голову к окну. Из темноты проглядывали голубоватые отсветы.

– Хён, что такое?

– Что мне делать? Мне кажется, со мной что-то не так.

– Чего? – Гидо зевнул уже в сотый раз. Казалось, он то проваливался в сон, то просыпался.

Гидо снова зарылся лицом в подушки. Свет скользнул по его обнажённой спине. Он похлопал по месту рядом с собой.

– Хён, иди сюда.

– Можешь познакомить меня с бетой?

– Бетой?

– Да.

– Именно с бетой?

– …

Гидо заставил себя сесть на кровати. Я взглянул на его опухшие глаза. Он выглядел забавно и мило. Я вытянул ноги. Так мне стало немного прохладнее.

– Почему?

– Что?

– Почему именно с бетой?

– Это…

– М?

– Потому что я не омега и не альфа.

– Какая разница?

Гидо вяло поднялся на ноги, подошёл ко мне и сел рядом. Он взял меня за плечо и заглянул в глаза.

– Хён.

– Да?

– Если бы я был моложе, я был бы куда легкомысленней.

– …

– Но у меня есть совесть. Уже рассвет, а ты всё думаешь о всякой ерунде.

– …

– Беты тоже могут влюбляться в альф. И в омег тоже. Это не имеет значения. Просто поступай так, как велит сердце.

Гидо обнял меня. Его руки на моей спине ощущались огромными. И горячими. Он сжимал меня всё крепче.

– Я не хочу ни с кем встречаться. Просто всё это странно. Я чувствую себя странно.

– Тогда не делай этого.

Я уткнулся лбом в плечо Гидо. Тепло его тела согрело моё холодное лицо. Руки Гидо нежно гладили мою спину. Я почувствовал, что меня начало клонить в сон. Голос Гидо стал низким и тихим.

– Живи так, как сам захочешь.

В эту ночь ход часов был особенно громким.

***

На следующий день мы с Гидо решили ничего не делать. Нам даже пальцем пошевелить было лень. Сегодня суббота, но уже по выражениям лиц друг друга мы могли понять, что нам совершенно ничего не хочется делать в этот выходной.

Утром я позавтракал хлебом в квартире Гидо. Тупо хлебом. Даже воды не выпил. И сейчас мы сидели на диване и жевали хлеб, словно морские свинки – сено. Срок годности этого хлеба истёк два дня назад.

Гидо заверил меня, что он ещё нормальный. Даже если нет, уже поздно. Мы почти всё съели и только потом заметили, что срок годности истёк. Я посмотрел на дату производства, когда выбрасывал упаковку.

Мы с Гидо словно решили проверить, насколько далеко может зайти наша лень. Кажется, мы несколько раз вздремнули перед телевизором. Гидо замёрз, поэтому я включил обогреватель. И швырнул подушку в его спину.

– Может, тебе лучше одеться?

– Не хочу. Мне лень.

Это очень веская причина. Очень. Мне, вообще-то, некогда беспокоиться о Гидо. Я тут лежу изо всех сил. Гидо то вставал, то ложился, а потом вдруг решил приготовить кофе. Затем он вышел из комнаты и вернулся с какой-то жёлтой книгой.

– Хён, раз тебе нечем заняться, пройдись со мной по сценарию.

– Я вообще-то занят.

– Чем?

– Дышу, не видишь разве?

Гидо швырнул книгу мне на живот.

– Это что-то про романтику? – спросил я.

– Я там вот-вот умру. Но строчек дохрена.

Я открыл сценарий. Мой взгляд тут же упал на коротенькую записку. «Контролируйте свои эмоции, сочувствуйте другим, моргайте поменьше и перекусите по дороге домой…» Очень мелкий почерк. Это точно писал Гидо. Он и в университете был очень дотошным. Скрупулёзные строчки, выделенные цветным выделителем, навевали ностальгию. Я словно вернулся в те времена.

Я мельком взглянул на Гидо. Теперь он другой. В университете он был куда более невинным. Этаким ребёнком с огромными круглыми глазами – таким я увидел его, когда он учился на первом курсе. Сейчас тон его голоса смягчился, а взгляд стал острее. И цвет лица у него слегка потемнел. Он становится старше. Его длинная шея стала мускулистой.

– Ты изменился.

Гидо сел передо мной. Я потянулся и устроился поудобнее.

– Страница сорок семь, начинай с самого начала.

Я прочистил горло и начал читать слова своей роли.

– Мне жаль, что меня не будет на вашей свадьбе. Но я знаю, что вы двое непременно будете счастливы. Я вытираю слёзы носовым платком.

– Зачем ты про платок-то прочитал?

– Сосредоточься давай!

– Ладно...

– Я вытираю слёзы носовым платком.

Гидо чуть наклонил голову, вспоминая заученные реплики. Его лицо вдруг стало серьёзным, будто мы реально практикуемся.

– Несмотря на то, что мы беты, у нас всё будет прекрасно. Я стану отличным мужем. И ни за что её не подведу, господин Пэк Та. Мы с ней будем и дальше жить жизнью бет. Я могу гарантировать ей мирную и спокойную жизнь. Пусть она будет не такой головокружительной, как у альф и омег, но в этом нет ничего плохого. Мы обычные люди, и будем любить друг друга, как обычные люди. Пожалуйста, поверьте мне. Уверен, что господин Пэк Та думает так же…

Гидо придвинулся ко мне ближе с торжественным выражением лица. А у меня закончились реплики. По сценарию мне надо просто плакать. Я перевернул страницу, и мужчина с наименованием «тесть» всё ещё плакал – и так полторы страницы. А у Гидо много длинных строчек. Я всё пытался посчитать, сколько раз мне надо заплакать перед его следующей репликой.

– Хм?

– Мне снова плакать?

– Достаточно.

Гидо выхватил у меня из рук сценарий. Я тут же забрал его обратно.

– Эй, дай сюда. Когда ты там умрёшь?

– После этой сцены я погибну в автокатастрофе.

– Отстой. В какой серии?

– В первой.

Гидо нажал на пульт пальцем ноги. Я положил сценарий на журнальный столик.

– Тебе хоть заплатят?

– Конечно.

– Расскажи сюжет.

Гидо переключил канал и закинул ноги мне на живот. Я снова взял сценарий и положил ему на ноги.

– Одарённая бета живёт обычной жизнью, затем встречает своего будущего мужа-бету и выходит за него замуж. Но вскоре её муж умирает, и она влюбляется в альфу. Конец.

Я осторожно положил сценарий ему на колени и устроил шею на подлокотнике дивана.

– Как думаешь, такое возможно в реальной жизни?

– Почему нет?

Гидо потянулся и перехватил сценарий.

– А тебя потом не воскресят? Ну, знаешь, окажется, что всё это время ты был жив и всё такое.

– Понятия не имею.

Я перевернулся и лёг поудобнее, и Гидо тут же снова закинул на меня ноги.

– С тобой так комфортно….

Гидо вздохнул. Он надавил пяткой мне на живот.

– Знаю.

Мы провалялись на диване Гидо до 17.20, а потом я в спешке начал собираться на встречу. Гидо вообще мне не помогал. Говорил, что одолжит мне свой костюм, а принёс какой-то сценический ужас. Я начал нервничать. Мне казалось, что директор Ли вот-вот позвонит в дверь.

– Хён, да не сможет он сюда попасть, он же не знает номер квартиры.

Гидо был прав. Но я всё равно принимал душ и одевался почти со скоростью света. Пока Соль Гидо сушил мне волосы феном, я натягивал рубашку. Его одежда оказалась мне велика.

– Гидо, разве у тебя размер больше моего?

– Я так-то крупнее тебя.

Гидо уложил мне волосы. Я поднялся на ноги, чтобы надеть штаны. Гидо похлопал меня по бёдрам.

– Ты чего делаешь?

– Моя совесть…

– В карманах её забыл?

Я всё время наступал себе на штанины. Не так чтобы мне было сильно неудобно, но всё же. Примерно так я чувствовал себя в средней школе, когда впервые надел брюки школьной формы. Говорят, что ученики средней школы растут слишком быстро, поэтому принято покупать им форму большего размера. Я в то время особо не рос, поэтому каждый день подворачивал штаны. Зато я сильно вытянулся в старшей школе.

Я надел пиджак, который подал мне Гидо. Он завязал мне галстук приятного синего цвета. Мне вспомнилась вчерашняя ночная атмосфера – она была похожего цвета. Наши с Гидо взгляды встретились. Он широко улыбнулся и затянул мне галстук.

Его лицо оказалось прямо передо мной. Моё горло вдруг сжалось. Я глубоко вздохнул и быстро выдохнул. Кажется, я пропах домом Гидо. Запахом кондиционера для белья, свежесваренного кофе и его шампуня.

– Я пахну твоим домом.

Гидо нахмурился.

– Не вздумай сказать это ему.

– Я похож на сумасшедшего? Зачем мне кричать во все углы, что я пропах твоим домом?

Гидо затянул мне галстук так сильно, словно хотел задушить.

– Слушай умных людей. Если я говорю тебе не делать чего-то, не делай.

– Ладно.

Когда я наконец оделся, мы с Гидо вместе вышли из дома. Было уже шесть часов. Мы с директором Ли договаривались, что он будет ждать меня снаружи. Мой телефон молчал. Ах да… У директора Ли же нет моего номера.

– Хён, я пока проверю почту.

Может, директор уже ждёт меня? Я вышел из лифта и побежал к выходу на улицу. Холодный воздух коснулся моих щёк. Я увидел знакомый седан. Седан директора Ли.

– Вы здесь.

– Простите за опоздание.

– Вы не опоздали. Но мне уже успели пригрозить арестом. Охрана ругалась на меня, чтобы я убрал отсюда машину.

Директор Ли рассмеялся. У меня в голове вдруг прояснилось. Вчерашние переживания показались мне пустяком. Неважно, что я там хотел сказать. Было приятно его увидеть. Словно мы встретились впервые за долгое время.

– На самом деле…

– Хён, тебе удобно в этом нижнем белье? Оно правда новое.

Директор Ли увёл взгляд куда-то мне за спину. И снова посмотрел на меня. Уличные фонари вокруг домов замигали. На лицо директора Ли упал их отсвет.

– Я постираю то, которое ты сегодня сменил… Здравствуйте.

Гидо, подошедший к нам с пачкой писем в руках, встретился глазами с директором Ли. Директор протянул ему руку для рукопожатия. Гидо пожал её, засунув письма подмышку.

– Я Соль Гидо.

– Ли Шихён.

Директор Ли протянул Гидо свою визитку. Гидо повёл плечами, а затем качнул его руку в своей.

– Простите, у меня нет с собой визитной карточки… Пожалуйста, позаботьтесь о Джухёк-хёне.

– Я должен поблагодарить вас за заботу о нём.

– Будьте осторожны по дороге.

– Вы, должно быть, очень близкий друг.

Гидо поймал мой взгляд. Чего это ты смотришь на меня? Гидо закатил глаза. Понятия не имею, о чём он думает. Почему он вообще заговорил о нижнем белье? Не знаю, подозревал ли Гидо о том, как подставил меня этой фразой, но он опустил глаза вниз.

– Да, мы просто друзья.

– О, – коротко ответил директор Ли.

Гидо одарил его одной из своих фирменных улыбок. Директор Ли тоже искренне улыбнулся.

– Думаю, в будущем мы будем видеться чаще.

– О, я не хотел бы вмешиваться в работу Джухёка.

Всё это время они продолжали жать друг другу руки. Гидо нахмурился.

– У вас крепкая хватка, – с улыбкой сказал ему директор Ли.

Гидо первым разжал руку. Он облизнул губы, затем посмотрел на меня и усмехнулся. Я прошептал одними губами «что?», но он ничего не ответил. Только улыбнулся.

Директор Ли открыл передо мной пассажирскую дверь.

– Садитесь, Ким Джухёк.

– Хён, езжай, я постираю твою одежду, не волнуйся, – Гидо махнул рукой и ушёл.

Директор Ли не сдвинулся с места.

– Садитесь. Нам пора.

– Да, точно.

Я покорно сел в машину. Я очень нервничаю. Соль Гидо настоящий идиот. Кто станет кричать о нижнем белье на всю улицу? Он точно сумасшедший.

Я сейчас в его белье? Я ведь даже не посмотрел на то, что Гидо мне всучил. Думал, ему хватит ума дать мне моё бельё. Теперь мне как-то странно. И самое ужасное, что мне удобно в этом белье. Резинка на нём очень мягкая. Пусть я бешусь, но надо будет спросить у Гидо, где он его раздобыл.

Директор Ли сел в машину. Он пристегнул ремень безопасности и взглянул на меня. Его глаза сузились.

– Никогда раньше не видел на вас этот костюм.

– Гидо… Это костюм моего друга.

– О… Он ведь тот самый альфа из ваших рассказов?

– Да.

Как он узнал, что Гидо альфа? У альф и омег наверняка есть какой-то встроенный радар.

Директор Ли выехал за пределы жилого комплекса. В машине было слишком тихо. Слышно только гул от колёс. Я вежливо сложил обе руки на колени.

– Почему вы носите бельё своего друга?

– Простите?

– Нет, ничего. Я не должен был вас об этом спрашивать.

Лицо директора Ли казалось напряжённым. На нём не было того расслабленного выражения, которое обычно появлялось при виде меня. Может, это потому, что он сейчас ведёт машину? Так, нет, дело явно не в этом. Скорее всего, он такой из-за Гидо. Моё сердце застучало быстрее. Я хочу понять, почему он такой. Может…

Нет, совсем ничего в голову не идёт.

– Позвольте мне задать ещё один вопрос, – сказал директор Ли. – Только один, и я оставлю вас в покое.

– Да?

– Что вы имеете в виду, когда говорите, что не хотите встречаться?

– …

Машина резко затормозила. Директор Ли откинулся на спинку сидения и положил руки на руль.

– Я не хотел вас допрашивать. В конце концов, я вам никто.

Директор Ли горько улыбнулся. Я онемел. Надо что-то сказать. Но у меня нет слов. Не думаю, что ему и правда интересно, как я пришёл к такому философскому заключению.

Думаю, он ревнует. Должно быть, очень сильно ревнует. Я снова растерял все слова. И надавил на лоб кончиками пальцев. Он выглядит так, словно ревнует. Это из-за слов про нижнее бельё? Кстати, очень удобное… Но директор Ли мог всё не так понять. Всю эту связь между нижним бельём, Гидо и мной. Гидо и мной? Но мы просто друзья.

Чёрт, он выглядит так, словно ревнует.

– Гидо – мой друг.

– Вы провели вместе весь день?

Точно ревнует.

– У него есть девушка.

– О, правда?

– Девушка-омега. Он альфа.

– Я тоже альфа.

Директор Ли улыбнулся.

– Я альфа, которому нравится бета. Неужели это так невероятно?

Мне вспомнились слова Гидо. Он сказал, что я могу жить так, как велит мне сердце. Но эти слова подходят и к ситуации директора Ли. Он может жить так, как сам захочет. Хотя я не могу ему так сказать. Не могу сказать ему и дальше любить меня. «Вы можете продолжать любить меня», – словно я делаю ему великое одолжение.

Почему?..

Он явно ревнует.

– Вы ревнуете? – слова вырвались из моего рта против воли. Я тут же сжал губы. Зря я это сделал.

Он поднял на меня глаза. Выражение его лица не поменялось.

– Да. Чертовски ревную.

Я растерял все слова. В моей голове пронеслось несколько вариантов ответа ему. «Ревновать кого-то нормально» – не то. «Почему вы ревнуете?» – тоже не подходит. «Вы вели себя так, потому что ревнуете?» – снова мимо.

Пока я ломал голову над ответом, директор Ли тихо добавил:

– Если вам нужна одежда, я могу купить её для вас.

Машина плавно повернула направо. Моё тело отклонилось к двери, и я нечаянно ударился головой о стекло. Холодно.

– Пожалуйста, не носите больше чужую одежду.

Я посмотрел в окно и ответил:

– Лучше сэкономьте свои деньги.

Директор Ли рассмеялся. Не совсем понимаю, почему.

Если честно, я беспокоюсь о своём нижнем белье. Обычно носить бельё – это так же естественно, как моргать, но когда вы задумываетесь об этом действии, оно начинает вам мешать. Как бы я ни старался не думать о нижнем белье, все мои мысли были только о нём. У меня закружилась голова.

На ум пришёл улыбающийся Соль Гидо. Как же я хочу его ударить…

Вечеринка и правда не представляла из себя ничего особенного. Я там был не более, чем тенью. Тенью директора Ли. Он здоровался то с одними, то с другими людьми, обменивался визитками. Я стоял в паре шагов от него и наблюдал за группой музыкантов, которая то ли залипала в пространство, то ли играла.

Я долго и внимательно в них вглядывался, но они совсем не были похожи на айдолов. Их возраст сильно различался. Если это айдолы, то я ученик средней школы.

Директор Ли сказал, что скоро мы пойдём есть. Эту жуткую скучищу невозможно было бы вынести, если бы не его обещание о вкусной еде. По зале суетливо перемещались люди.

Кто-то подошёл ко мне, пока я стоял в углу без дела. Какой-то мужчина в возрасте. Его зачёсанные назад волосы пестрели сединой.

– Вы тот самый гость, которого привёл Ли Шихён!

– Приятно познакомиться. Меня зовут Ким Джухёк, я ассистент менеджера в Hanmaeum Education Consulting.

– А я директор в компании Dongwoo Foods, Ха Гван Хван. Мне тоже очень приятно!

Директор Ха схватил мою руку в свою и пожал. Это рукопожатие было таким крепким, словно мы с ним находились в чёрно-белом мультфильме. Мои плечи заскрипели от силы его хватки.

– Директор Ха!

– Шихён-а!

Директор Ха тут же переключился на руку директора Ли. Его плечи тоже сильно затряслись. Директор Ха рассмеялся, схватив за руки меня и директора Ли.

– О, как я рад, что ты привёл с собой спутника! Я всегда знал, что однажды ты приведёшь к нам кого-то!

Я не уверен, что он имел в виду под «приведёшь кого-то». Выражение лица директора Ха, когда он посмотрел на меня, было полным невысказанных намёков. Я бросил взгляд на директора Ли. Тот рассмеялся, заметно смутившись.

– Он так хорошо контролирует феромоны! И такой высокий! – нахваливал меня директор Ха. Затем он осторожно спросил: – Вы альфа? Или, может, омега?

– Бета.

Рука директора Ха дёрнулась в моей ладони. Его маленькие брови взметнулись вверх.

– Бета?

Его круглые глаза обратились к директору Ли. Я неловко отнял свою руку и тоже посмотрел на него. Директор Ли положил вторую ладонь сверху на руку директора Ха.

– Всё не так. Он сотрудник нашей компании. Мы близкие друзья.

Мне показалось, он поспешил с разговорами о том, что мы близки. Мы всё ещё в неопределённых отношениях. Не друзья, но и не пара. Я хотел было сказать это вслух, но вовремя прикусил язык. Так-то лучше.

– Ах, вот как… Вы сотрудник? Бета?..

Уголки губ директора Ха дёрнулись, словно он не мог в это поверить. Его лоб покрылся морщинами в целых три слоя. Директор Ли продолжал похлопывать его по руке. Я просто улыбнулся, потому что мне нечего было ответить.

– Прошу вас, не обижайтесь на мои слова. Как ни странно, в вас есть что-то очень привлекательное. Вы очень красивы. И прекрасно смотритесь вместе с Ли Шихёном… Вы сказали, вас зовут Ким Джихёк?

– Ким Джухёк.

– О, когда я вас увидел, то поначалу подумал, что вы альфа. Поэтому предположил, что Ли Шихён привёл к нам друга. Но потом посмотрел на вас вблизи и решил, что вы можете быть и омегой. Признаться, я в растерянности. Я всегда так хорошо распознавал альф и омег. А вот такая ситуация случается нечасто. Я проработал в отделе кадров 30 лет. Ты помнишь, где я поначалу работал, Шихён-а? Ещё в Чхонджу…

Директор Ха переключился на другие темы. Директор Ли серьёзно кивал, пока тот предавался воспоминаниям. Так и выглядит светская жизнь.

Группа на сцене заиграла медленную музыку. Я изо всех сил сдержал зевок. История директора Ха перетекла к тому периоду его жизни, когда у него родился первый ребёнок.

– А когда мы узнали, что Ха Вони родился омегой, весь дом перевернулся с ног на голову. Шихён, ты помнишь то время? Ты тогда учился в начальной или средней школе?.. Нет ничего плохого в том, что он омега, конечно, но у меня вечно из-за него сердце уходило в пятки, он даже как-то придумал заниматься джиу-джитсу! И однажды сломал себе кость. Когда он собирался на какой-то чемпионат, то даже сам собирал себе ланч-бокс, и я пытался остановить его, но моя жена сказала мне оставить его в покое, он тогда чуть не поранился! А теперь ему пора бы жениться, но у него такие высокие стандарты, к тому же, он очень упрям… Если бы вы были альфой, это было бы чудесно, тогда я мог познакомить его с вами, Ким Джунхёк. Но вы бета…

И только когда я выслушал всю эту историю, до меня дошло, что это отец Ха Вони. Тут у них, похоже, вечер встречи семьи и друзей.

Директор Ха похлопал меня по спине.

– Если вы бета, то наверняка подчинённый Шихёна? Садитесь с нами! В отличие от омег, беты очень спокойные. Ким Джунхёк кажется мне очень хорошим человеком.

– Спасибо.

– Не за что. Да, милы и спокойны. Говорите, вы бета? Очень жаль. Было бы здорово, будь вы альфой. Когда я жил в Пусане…

Директор Ха взял меня за руку и повёл к столу. Я посмотрел на директора Ли, но он только беспомощно улыбнулся. Очевидно, что он не в силах мне помочь. Он просто пошёл за нами следом. Я сел на стул – слева от директора Ли и справа от директора Ха. Последний всё ещё держал меня за руку и рассказывал историю.

Похоже, он всерьёз задался целью поведать мне всю свою жизнь. Он очень долго рассказывал о своей ши-тцу. Кажется, несчастная собака умерла в прошлом году. Директор Ха сказал, что она прожила 21 год. Эта собака прожила больше лет, чем моя Ким Джуён. Директор Ха говорил о том, какой умной была его ши-тцу.

Она понимала команды сидеть и лежать. Знаете, что она могла делать, когда была в хорошем настроении? Давать пять. Научить её этому было, вообще-то, нелегко. Вы когда-нибудь дрессировали ши-тцу? Они известны своей ленью. Однако наша малышка…

Мои улыбающиеся губы изо всех сил молили мозг дать им передышку, но он отказывался это делать. Подними уголки губ выше! Ещё выше! Думаешь, нам позволен отдых?! Мои щёки онемели. Я умоляюще взглянул на директора Ли. Директор Ха крепче сжал мою руку.

– Разве Шихён не красавец? Даже беты иногда отвешивают ему комплименты. Признаться, я был очень этому удивлён. Пожалуйста, не подумайте, что у меня есть предрассудки насчёт бет. Просто беты чаще женятся на бетах. Я сам альфа. Где я встретил свою жену? Она, кстати, омега. Я как-то ходил на одно собрание в старшей школе в Пучхоне и встретил там свою жену…

Внезапно весь свет в зале погас, но директор Ха даже не сбился с мысли. Он рассказывал, как сделал предложение своей жене в тот же день, когда впервые её увидел, прямо на школьном собрании. Я почувствовал теплоту в его словах – похоже, он очень любил свою жену. Директор Ха всё ещё молод душой.

– Альфы должны жениться на омегах. Что же насчёт бет? С бетами такой брак невозможен. То есть, возможен, конечно, но на практике... Вы понимаете, о чём я? Надеюсь, наш Ли Шихён встретит хорошую омегу. Только он что-то не торопится. Шихён никогда не приводил к нам омег…

– Дядя, пожалуйста, прекрати. Не приставай к моему сотруднику, – наконец прервал его монолог директор Ли.

Директор Ха похлопал меня по спине.

– Верно. Но Ким Джунхёк мне уже как сын. Кажется, Джунхёк одного возраста с моим Вони. Как было бы здорово, будь вы альфой.

Я неловко улыбнулся. Хоть я и не Джунхёк. Директор Ли вздохнул. Его глаза выглядели уставшими. Теперь я понимаю, почему он не хотел идти сюда один. Кстати, если так подумать… я не видел тут Ха Вони. Я наклонился к уху директора Ли.

– Директор, а Ха Вони здесь нет?

Директор Ли шепнул мне в ответ:

– Он терпеть не может эти сборища.

Кажется, директор Ли их тоже не особо жалует.

Директор Ха встал со своего места с ярчайшей улыбкой на губах. Похоже, он кого-то увидел в толпе. Какое счастье! Директор Ли посмотрел на меня и улыбнулся. Я тоже улыбнулся ему с заметным облегчением.

Казалось, что-то вот-вот должно было начаться. На сцену вышел мужчина. Наверное, это ведущий. Он то поднимал микрофон ко рту, то опускал его, пока разговаривал с одним из сотрудников на сцене. Директор Ли легонько хлопнул по столу.

– Джухёк, я привёл вас сюда по одной важной причине, – он понизил голос. – Еда здесь просто великолепна.

– О.

Кажется, я мог вложить в свой ответ чуть больше души. У директора Ли появились ямочки на щеках. Я безумно хочу их потрогать. Но не стану.

Персонал отеля, одетый в одинаковые чёрные жилеты, начал разносить всем еду. На тарелку размером с ладонь поставили ещё одну тарелку размером с большой палец. Непонятное нечто лежало на подушке из жёлтого соуса. Кажется, я могу разглядеть бекон или ветчину с половинкой помидора черри. А зелёное, наверное, пюре из авокадо. А может и нет. Тут ни в чём нельзя быть уверенным наверняка.

Директор Ли улыбнулся и сказал:

– Попробуйте.

Я взял в руку вилку. Соус, размазанный по мини-тарелке, казалось, налили сюда только для украшения. Наверняка для украшения. Понятия не имею, как его есть.

Эту порцию можно съесть за один укус. Не знаю, зачем повара всё так усложнили бесполезными мелочами, если я могу проглотить это за один раз. Если прикоснуться к этому блюду вилкой, всё обязательно рухнет. Я словно разрушу замок в миниатюрном мире.

Я медленно опустил вилку на тарелку. Вилка разрезала пюре из авокадо (предположительно) и вдавила помидорку внутрь. Из помидорки тут же полился сок. Я в жизни так не осторожничал с едой.

Я собрался с силами и поднял часть еды на вилке. Директор Ли всё ещё смотрел на меня. Мне стоит есть, опустив голову? Можно ли поднимать вилку так высоко?

– Спасибо всему руководству Dongwoo Food за это прекрасное мероприятие!

Это заговорил ведущий. Директор Ли отвернулся к сцене. Пора! Я положил в рот всю закуску целиком. И прожевал. Ведущий продолжал приветствовать гостей. Аперитив был на вкус таким же, как его вступительные слова. Я знал, что их необходимо сказать, но не понимал, зачем они вообще нужны. Даже если бы я окончил факультет корейского языка и литературы, то всё равно не смог бы облечь это в слова.

Директор Ли повернулся ко мне.

– Как вам?

Я улыбнулся и кивнул. Директор Ли слегка сощурил глаза. Главное, что ему такое нравится.

Директор Ха, уходивший к очередной жертве своих историй, вернулся за стол.

– Что это? Почему они каждый раз готовят что-то подобное? Неужели богатые альфы едят только такую еду? Если хотели накормить меня такой ерундой, лучше бы просто рыбы пожарили…

Директор Ха ткнул вилкой в помидор. Это самые правдивые слова, что я услышал за этот вечер. Директор Ха наклонил голову в мою сторону.

– Ким Джинхён, вы любите пиво? Может, хотите бутылочку?

– Нет, благодарю вас.

– Выпейте, не стесняйтесь. Здесь так скучно, что непременно надо выпить.

– Дядя, – предостерегающе сказал директор Ли. Директор Ха прикусил язык.

– Понял, понял. Мне надо послушать моего племянника.

После этого нам подали ещё несколько блюд. Стейк размером с палец был ближе всего по вкусу к еде, которую я привык есть. Насчёт остального не уверен. Подавали кучу всякого. Квадратное блюдо, круглое, похожее на моллюска, жёлтое…

Директор Ли рассказывал нам о высокой кулинарии. Мы с директором Ха энергично кивали. Но каждый раз, когда мы с ним встречались взглядами, я убеждался в одном: мы оба не понимали ни слова. Просто кивали и поддакивали восторженному и счастливому директору Ли.

Блюда всё не заканчивались. Кажется, идея повара состояла в том, чтобы подавать по одному кусочку за раз. Директор Ли смаковал каждое блюдо. Похоже, он настоящий гурман. Я хотел попробовать подражать ему, но не был уверен, как это правильно сделать. Лучше не делать того, в чём не уверен. Я рассуждал так же, когда решил не сдавать вступительные экзамены по математике.

Пока я жевал что-то, отдалённо напоминающее мясо, со мной вновь заговорил директор Ха.

– Хотите секрет? Я здесь, чтобы получить автограф.

– Автограф?

– Моя жена обожает дорамы, и сегодня здесь будет какой-то актёр в качестве специального гостя. Как же там было… эта дорама… как же её…

Директор Ха сильно задумался. Я выпил воды. Вода – самое вкусное на этом вечере.

Ведущий оглядел зал и взял в руки микрофон.

– Как вам наши изысканные блюда? Сегодня мы пригласили особенного гостя, чтобы отпраздновать помолвку начальника отдела Ха Воншика из Dongwoo Beverage! Ох, позвать этого гостя было крайне нелегко. Он стал очень популярным из-за роли в одной известной дораме.

Зал разразился аплодисментами. Я хорошо знаю человека, который вышел сейчас на сцену. Это же хозяин нижнего белья, которое сейчас на мне надето.

– Поприветствуйте актёра Соль Гидо!

– Приятно с вами всеми познакомиться, меня зовут Соль Гидо. Очень рад вас видеть!

Какого чёрта он тут делает?

Лицо Соль Гидо казалось ярче, чем сегодня утром. Рука, в которой он держал микрофон, была напряжена. Гидо оглядел зал и поприветствовал толпу. Я хотел было помахать ему рукой, но вряд ли он бы меня заметил. Так вот о какой встрече он говорил. Я слышал, съёмки его новой дорамы ещё не начались.

– Вот у него-то мне и надо взять автограф.

– Это друг Джухёка.

Директор Ли и директор Ха сказали это одновременно по обе стороны от меня. Директор Ли посмотрел мне в глаза. Не могу понять выражение его лица.

– Разве это не он? Ваш друг, с которым я познакомился сегодня.

– Да. Вы правы...

– О, – бодро ответил директор Ли и повернулся к сцене. Он пристально посмотрел на Соль Гидо. – Так он знаменит.

Верно. Я улыбнулся, ничего не ответив. Он и правда знаменит. Вы удивлены, да? Гидо играл в мюзиклах, ещё когда учился в университете… Я даже ходил на его выступление…

Я много чего могу рассказать о Гидо. Конечно, не так много, как рассказывал бы директор Ха, но почти столько же. На самом деле это успокаивает – видеть хорошего знакомого в незнакомой обстановке. Я поднял подбородок повыше.

Но Соль Гидо на сцене показался мне незнакомым. Обычный человек с яркой внешностью. Когда он рядом со мной, он во многом небрежен. Я понятия не имел, что мне доведётся наблюдать его за работой своими глазами.

– Ким Джинхёк, вы так внимательно на него смотрите. Он ваш любимый актёр? – спросил меня директор Ха.

Я повернулся к нему.

– Он мой друг. Мой хубэ из университета, мы познакомились в театральном клубе.

– О, правда? Ваш друг тоже бета?

Вопрос чуть не сорвался с губ. Почему вы решили, что он бета?

– Он альфа.

– Правда? Такой красивый. Моя жена его просто обожает.

Ведущий попросил Гидо вкратце рассказать о себе. Гидо солгал, сказав, что любит проводить время за чтением. Насколько я знаю, этот придурок не читал книг с третьего курса университета. Но вечно настаивал, что сценарии – это тоже книги.

Директор Ли молча нарезал стейк. У меня пересохло во рту. Отсюда Гидо выглядел, как альфа. Я сейчас нахожусь среди таких же альф. Альфа здесь, там… Они же все здесь руководители, поэтому наверняка все альфы… И мужчины, и женщины – все до одного.

Кажется, я здесь единственный Бета. Соль Гидо всегда был для меня бетой в облике альфы. По крайней мере, казался таковым. Он не всегда мог управлять своими феромонами, когда у него наступал гон, и жаловался мне на это, но это нормально, ведь он же…

Альфа. Гидо – альфа.

Между нами словно выросла стена. Меня охватило то же чувство, что я испытывал прошлой ночью. Кажется, будто моё тело парит в воздухе. Мир, который я вижу перед собой, словно скрыт под тонким слоем занавесок. И люди, время от времени что-то говорящие рядом, находятся в этом мире. А я – нет.

Голос директора Ха зазвенел у меня в ушах. Альфы должны жениться на омегах. Шихён тоже встретит омегу. Беты? С ними он может дружить. Беты, беты, беты…

Какая жизнь может быть у беты? С самого детства я был образцовым учеником. Многие взрослые живут той жизнью, которой хотят жить. Жизнью бет. Той жизнью, что дана мне.

Я поднял голову. Звуки вокруг отдавались эхом. Мне стало не по себе. Я приоткрыл рот. Наверное, всё дело в блюдах, которые я не привык есть. Директор Ли обеспокоенно наклонил голову в мою сторону.

– Вы в порядке?

Я кивнул. Все смеялись над шутками, которые Гидо произносил со сцены. И Гидо тоже смеялся. У него так выделяется кадык. Что такого смешного?

– Директор, я бета.

– Джухёк?..

– Я нравлюсь вам, хотя я бета?

Директор Ли замер, словно сломанная кукла. Свет в зале такой тусклый… Директор Ли осторожно провёл рукой по моему холодному лбу.

– Вы мне нравитесь.

Голос Гидо заполнил весь зал. Но тихие слова директора Ли словно исходили из кончиков его пальцев. Его часы блестели в тусклом свете.

– Вы так сильно мне нравитесь... Мне нравится ваша прямолинейность, нравится ваша доброта, нравится даже то, как вы не замечаете моих чувств.

Директор Ли взял мои руки в свои.

– Вы мне нравитесь.

Я почувствовал, что тону. Такое ощущение, что меня погрузили под воду. Я повернул голову и увидел Гидо. Мне показалось, что наши глаза встретились, но вряд ли это было возможно. И тогда мне вдруг кое-что вспомнилось.

– Однажды я ходил в маленький театр.

_____________

П.П. Ну что, готовим вёдра для слёз...

P.S. Отец Ха Вони – типичный родственник на семейном застолье, вроде щебечет своё, но не забывает сказать что-то неприятное.

Гидо тогда дебютировал на сцене. И не показывался в театральном клубе уже с месяц. Хотя мы с ним были там членами исполнительного комитета. Из-за отсутствия Гидо всё – от подготовки к совместной поездке с ребятами из клуба до планирования мероприятий – повисло в воздухе. В тот день я пошёл ловить Гидо в театре. Я собирался взять его за шкирку и утащить обратно в кампус сразу после представления.

Я сел на лестницу у запасного выхода маленького театра и принялся ждать. Смотрел, как зрители один за другим выходят оттуда после представления. Казалось, мне будет непросто туда войти. Я купил розу у уличного торговца, чтобы персонал театра не вышвырнул меня на улицу, когда я попытаюсь пройти внутрь. С этой розой я и зашёл в театр через дверь запасного выхода. Просто сказал персоналу, что артист Соль Гидо – мой родственник. Меня обыскали, а затем открыли дверь.

Я вошёл в гримёрку, размахивая закутанной в шуршащую плёнку розой. Соль Гидо уже сидел внутри. Он, похоже, играл роль бродяги. В целом его образ выглядел неплохо, но ему слишком уж выбелили лицо. И на щеках его красовался неестественный румянец, словно ему поставили две алых печати. Бисеринки пота стекали по его лицу.

– Ты почему такой потрёпанный?

Гидо непонимающе взглянул на меня. Он был похож на побеждённого боксёра. Казалось, он даже не дышал. Я подошёл к нему ближе и протянул свою розу.

– Слышишь, придурок, нам надо будет скататься в поездку с клубом после экзамена.

– …

– Эй, Гидо?

– …

– Гидо!

Он молчал.

А потом вдруг заплакал. Слёзы текли по его бело-красным щекам.

– Соль Гидо, ты чего?!

– Хён, я не могу контролировать свои феромоны…

– О чём ты?..

– Но мне так нравится играть!

– Эй…

– Хён, что мне делать? Мне нравится играть. Так сильно нравится, хён! Что же мне делать? Мне надо готовиться к TOEIC. Я ещё не получил свой сертификат…

Слёзы смывали грим с его лица. То ещё зрелище. Соль Гидо, который плакал во весь голос, был похож на Джокера. Белые от грима слёзы скапливались у него под подбородком и падали вниз. Я грубо скинул розу на стол и достал салфетки. А затем нежно вытер его лицо.

– Почему ты плачешь, дурачок? Ты ведь только играл бродягу, а теперь и правда выглядишь, как бродяга.

– Джухёк-хён, что мне делать?

– А что ты можешь сделать?

Гидо схватил меня за запястье. Он был крупнее меня, но в тот момент казался очень слабым. И очень маленьким. В тот момент я вдруг осознал, что он и правда младше меня. Он же ещё совсем молод.

– Там было так много омег! Прямо передо мной… Но феромоны… Я сильно удивился, но продолжил играть. Сонбэ сказали мне, что я хорошо держался. Но у меня до сих пор колотится сердце! Что же мне делать?!

Казалось, Гидо сломался. Я похлопал его по спине. От него пахло потом, гримом и тем странным ароматом пыли, который есть в каждом театре. Гидо плакал как человек, потерявший свою страну.

– Мне страшно, хён!

– Всё будет хорошо.

Я мог только крепче его обнять. Гидо шмыгнул носом. В те времена я даже не особо понимал, что такое феромоны.

Позже я узнал, что Гидо подвергся жестоким сексуальным домогательствам со стороны зрителей. Эти идиоты собрались на пьесу, чтобы подразнить артистов-альф, и начали выпускать свои феромоны. Как оказалось, это распространённое явление в маленьких театрах. Слышал, если альфа недостаточно сильный, он легко может свалиться в обморок прямо на сцене. Какое счастье, что Гидо сумел это выдержать.

Тогда я подумал, что мир альф и омег по-настоящему страшен. Но он словно существовал где-то далеко и не имел ко мне отношения. Я был к нему непричастен. Даже в момент, когда Соль Гидо плакал передо мной навзрыд, я наблюдал за этим так, словно это было не моё дело. Потому что не мог понять проблем из мира альф. И поэтому я так непринуждённо утешал его. Феромоны, какие к чёрту феромоны? Всё будет хорошо. Это не так уж важно.

Почему я не понял это ещё тогда? Почему я не понял, что буду жить в мире омег и альф? Нет. Даже в тот момент я уже жил в этом мире. Не знаю, почему не понял этого раньше. Может, потому, что я был слишком молод и глуп. И думал, что живу совсем в другом мире. Поэтому относился к Гидо как к бете. Я был незрелым. Считал, что Гидо такой же бета, и потому мы легко подружились. Тогда мне казалось, что альфы и беты не смогли бы стать друзьями. И хотя Гидо на деле альфа, это не вызывало внутри меня противоречий.

Я всегда жил в мире, где существовала чёткая грань между бетами и остальными. И теперь мой мир пошатнулся. Я нравлюсь директору Ли. Он альфа, который хочет переступить через эту грань.

Он разрушает мой привычный мир. Нет. И без него потрескавшаяся стена моего мира постепенно рушилась. И единственный альфа, Соль Гидо, которому я позволил перейти за эту грань, сегодня стоял среди других альф. Я принимал его за бету, но он никогда им не был. Я бы хотел и дальше говорить себе, что он бета, но это будет неправдой. Гидо – альфа. Но прежде всего – он мой друг. Он такой же, как и я. Он человек, – бесконечно хрупкий, уязвимый и влюбчивый. Соль Гидо – обычный человек.

В тот день в театре Гидо очень долго плакал. Как назло я был одет во всё чёрное. Мои плечи промокли насквозь от его слёз. Я приподнял руками его голову и… что я тогда ему сказал?

– Всё будет хорошо. Если у тебя не получится найти работу, то так тому и быть. Люди без неё не умирают.

– Считаешь, это способно меня утешить? – Гидо рассмеялся. Из его носа всё ещё капало, как часто бывает после слёз.

– Да просто будешь работать в другом месте! Если работать усердно, то точно не умрёшь с голоду. Если тебе тяжело, оставайся у меня на пару дней. А если не хочешь сдавать TOEIC, не сдавай.

Гидо шмыгнул носом. Я снова схватился за салфетки и протянул их ему.

– Всё хорошо. Ты говорил, что хочешь сыграть в мюзикле. Уверен, ты всё сможешь.

Гидо взял салфетку и громко высморкался. Грим на его носу почти весь стёрся. Я в жизни не забуду его жуткий видок в тот день.

– Всё будет хорошо.

А потом я сказал:

– Живи той жизнью, какой сам захочешь.

***

В уборной я немного успокоился. Я был не в себе. Сказал директору Ли, что однажды ходил в маленький театр, а затем просто замолчал. Мой ответ на его признание был: «туалет». Кажется, вышло не очень романтично.

Поверить не могу. Когда я вспомнил о маленьком театре, то подумал о розах, а затем мои мысли перешли к тому, что лицо директора Ли было красным, как розы. Я чуть не сказал ему «спасибо». Спасибо, что я вам нравлюсь.

Я удивлялся самому себе. Мысли сбивались в кучу. Я никак не мог взять себя в руки. Я нравлюсь директору Ли. Он альфа, но я ему нравлюсь. Я хорошо знаю, как важны феромоны для альф. Ведь альфы и омеги – люди, полностью от них зависящие. Но я ему нравлюсь. Я ведь даже не разбираюсь в феромонах.

Но я ему нравлюсь.

Я сделал глубокий вдох. Кажется, мне стало легче. Поколебавшись немного, я решил всё-таки воспользоваться туалетом. Тревога снова подкралась ко мне, как только я оглядел огромную уборную. Боюсь, что здесь могут оказаться какие-нибудь странные люди. Это парадокс уборной. Альфы и омеги используют её как замену мотелю, если она чистая. Но в грязную уборную я сам ни за что не зайду.

Кто-то уже зашёл сюда до меня. Невысокий, коренастый мужчина, который часто оглядывался.

Он посмотрел на меня так, словно я какой-то преступник. Я подошёл к раковинам, чтобы избежать его взгляда. Похоже, он успокоился, когда я начал мыть руки. Мужчина оглядел кабинки туалета и вздохнул. Это был вздох облегчения.

Теперь я могу быть уверен. Этот человек – бета.

Меня охватило необъяснимое чувство единства. Мужчина тоже подошёл к раковине, чтобы помыть руки. Рядом со мной стояло жидкое мыло. Я на мгновение отодвинулся, чтобы дать ему взять немного. Мужчина несколько раз нажал на кнопку, но мыло так и не вышло из дозатора. Вода продолжала стекать из крана и капать с моих рук.

– Простите.

– О, нет. Всё в порядке.

Мы снова начали мыть руки в тишине. Слышно было только звук вытекающей из кранов воды. Затем раздался глухой стук, и кто-то вбежал в уборную. Похоже, этот человек был не один. Двое незнакомцев страстно поцеловались прямо у входа. Они почти слились друг с другом.

– Ох, какого чёрта! – закричал мужчина, который мыл руки.

Я подумал, не позвать ли персонал отеля. Почему моя жизнь не может быть проще? Интересно, по всей ли стране в туалетах такой беспорядок? Мужчина рядом со мной среагировал быстрее и разнял целующихся.

– Убирайтесь! Уходите! Разворачивайтесь! Снимите себе номер! В конце концов, мы же в отеле! Отеле!

Я набрался смелости и помог мужчине разнять эту парочку. Они оба тяжело дышали. Я присмотрелся к ним и вдруг осознал, что уже их где-то видел.

Это парочка из ресторана с гавайской едой.

– А? Ты! – высокий мужчина толкнул меня в плечо. – Кто ты такой?

Да, это я сдал тебя тогда полиции. Здравствуйте, я полагаю. Как вам еда в тюрьме, понравилась? Мне нужно вести себя тихо. Если бы мы не встретились сейчас лицом к лицу, я бы их не узнал.

– Да какая разница?! Вы в общественном туалете! Если не собираетесь использовать его по назначению, уходите! – закричал мужчина рядом со мной.

Он был похож на луговую собачку, когда кричал вот так.

– Персонал! Персонал! Где тут связь с персоналом?! Этих двоих нужно выгнать отсюда! Персонал!

Мужчина был очень зол. Я не альфа и не омега, но тоже на всякий случай испугался. Пара из гавайского ресторана ушла прочь, держась за руки. Они не забыли напоследок бросить взгляд на меня и мужчину. Тот, кто в их паре был ниже, утащил за собой второго любовничка.

Когда они оба ушли, до моих ушей донеслось журчание всё ещё включенного крана. Я выключил воду и оглянулся на мужчину.

– Вы бета?

– Вы тоже?

Мужчина кивнул головой. Он протянул мне руку для рукопожатия. Наши ладони всё ещё были мокрыми.

– Приятно познакомиться, – сказал я. – Как мне это надоело! В последнее время такое случается всё чаще…

– Я и понятия не имел, что есть люди, которые чувствуют себя так же.

Это был поистине эмоциональный момент. Мужчина добавил:

– Всё, о чём беспокоятся беты, всегда случается.

Я кивнул ему и ушёл. Мне следовало спросить его имя, немного позже я пожалел, что не сделал этого.

Когда я вернулся на своё место, стул директора Ха пустовал. Директор Ли осторожно взял меня за руку.

– Вы в порядке?

– Да. Я в порядке, честно.

Я отнял от себя руку директора Ли. Мои ладони наверняка ещё мокрые. Пальцы директора Ли коснулись тыльной стороны моей руки.

– Я думаю, всё закончится очень поздно, – его голос был проникновенно тихим. – Не хотите выпить где-нибудь вдвоём?

Коснувшаяся меня рука была горячей. Вдруг вода с моих пальцев испарится? Нет, здесь не настолько жарко. Что за абсурдные мысли?

В этом тёмном зале светилось только лицо директора Ли.

– Да. Звучит здорово.

Это был импульсивный ответ. На самом деле я хотел домой. Прямо сейчас. Но мой разум, кажется, помутился. Я хочу провести больше времени с директором Ли. Он сказал, что я ему нравлюсь. Хоть он и альфа. Это странно. Но ещё любопытно. А мой ответ – любопытство или влечение? Я ему нравлюсь несмотря на то, что я бета.

Я не видел, как Соль Гидо покинул сцену. И оглянулся вокруг, чтобы его найти. Если он недалеко, можно было бы позвать его выпить с нами. А потом мы вместе с ним пойдём домой. И я хотел бы кое-что ему сказать. Хочу спросить, помнит ли он тот маленький театр. Сегодня я снова наблюдал за твоей игрой. И ты не был нищим.

– Тогда идёмте? – лицо директора Ли прояснилось.

И если бы к нам не подошёл директор Ха, он и дальше бы улыбался. Но директор Ха искал его.

– Шихён-а, директор Ли Шихён. Ты сегодня видел этого паршивца, Ха Вонджу? Ох, простите, мне неловко, что я прервал ваш разговор с Джинхёком. Ты нигде не встречал Вонджу, верно? Я недавно увидел, как он куда-то тащил за собой омегу. Они целовались. Похоже, так себя ведёт молодёжь в наши дни. Пусть делают, что хотят, молодости можно простить подобное, но я что-то не могу его сейчас найти…

– Вонджу?

– Этот паршивец весь в меня… Я как-то приводил в дом омегу ростом выше меня. Но я ничего не могу поделать с тем, что Вонджу так же мал, как и я. Мой папа тоже был маленьким. Гены не обманешь. В любом случае, они, похоже, влюблены друг в друга по уши, но если так будет продолжаться, то они обязательно сделают какую-нибудь глупость. Никак не могу успокоиться из-за этого. Что мне сказать, когда я приду домой? Что я снова потерял Вонджу? Шихён-а, твоего дядю даже на порог не пустят!

Директор Ли смущённо взглянул на меня.

– Если директор Ли занят, мы можем выпить в следующий раз.

– Я… Ха-а… Мне так жаль. Мой кузен – родной брат Вони. Он очень…

– Всё в порядке. Семья превыше всего. Я поеду первым.

– Кан Джинхёк, вы уже уходите? Хотите, я закажу вам лимузин ко входу?

– Что? Ох, нет-нет, не стоит. Я поеду на метро.

Я отпустил ладонь директора Ли и встал с места. Он с тоской взглянул на мою руку.

– Я позвоню вам.

– Хорошо.

– Могу я позвонить поздно?

Директор Ли посмотрел на меня. Его глаза загорелись надеждой. Я на мгновение задумался. Он позвонит ночью. Мой начальник говорит, что позвонит мне ночью. Какая бессмыслица. Он же позвонит не по работе, так почему нет? Хотя это ещё хуже. Разве я не могу?.. Почему нет?

– Позвонить…

– Эй, Шихён-а! Если будешь названивать своим сотрудникам по ночам, о тебе будут плохо отзываться. Боже! Джинхёк, вам лучше скорее уходить. Э-э, да, позвольте мне оплатить вам такси.

– Не нужно, спасибо. Всё и правда в порядке.

– Нет, вы друг Шихёна, я обязан это сделать. У альф не так много друзей-бет. Шихён, веди себя хорошо с Джинхёном!

– Дядя.

Директор Ха всучил мне деньги. 100 000 вон. Это моя дневная зарплата. Зарплата за то, что я сходил на вечеринку. Да, сегодня я здесь работал. Скука сразу выветрилась из моей головы. Как освежающе. Мне заплатили за рабочий день.

Я поначалу хотел отмахнуться, но всё же взял деньги. Честно говоря, я был рад их получить. Кажется, директор Ли слегка покраснел. Он оперся руками на стол. Кончики моих и его пальцев на мгновение соприкоснулись, когда я протянул руку за деньгами. Директор Ли поднял на меня пустой взгляд.

– Буду ждать вашего звонка, – сказал я.

– Идём! Шихён-а, поднимайся! Надо найти Вонджу. Вот я ему задам, когда мы вернёмся домой!

Я вышел из отеля, оставив их позади. Мне стало лучше, когда передо мной показалось здание вокзала. Я еду домой.

Я сел на место в поезде среди других людей и уставился вдаль. Так устал, хотя ничего и не делал. Моё внимание привлекла реклама в вагоне.

Беты для бет – брак по сердцу. Реклама какой-то компании по организации браков. В последнее время я вижу их всё чаще. Интересно, скольких бет они уже свели вместе. Соль Гидо это не нужно, потому что он альфа. Директору Ли тоже. Но он сказал, что я ему нравлюсь…

Я сощурил глаза. Надо зайти за пивом по дороге домой.

Я вышел из метро и пошёл по центральной улице, где недавно построили новый жилой комплекс. Этот путь самый быстрый до дома. Я прошёл мимо детской площадки, школьного двора и часов на столбе, которые были похожи на уличный фонарь.

По пути мне встретился круглосуточный магазинчик. У меня на руках целых две купюры по 50 000 вон каждая, которые вручил мне директор Ха. Но что-то ощущалось не так. Я направился к отделу с пивом и осмотрел банки. Надо бы купить несколько, раз уж я здесь. Тут есть какое-то немецкое пиво с розой на этикетке. Моя рука прикоснулась к холодной банке. Я куплю его.

– Ложись спать пораньше. Не ешь поздно, потому что завтра тебе выезжать на рассвете. Ты вчера уже ел курицу. Сволочь такая. Ел ты, но тренер ругал меня. Какой же ты придурок…

Я положил пиво в корзину и оглянулся на говорившего. Это тот самый бета, которого я встретил на вечере. Он говорил по телефону, нахмурив брови. Почему он здесь? Мир действительно тесен.

– Ты собираешься купить это? Нет, это всё, о чём мы говорим в последнее время. Где бы ты это взял? Идиотизм. Нет, было бы неплохо что-то подарить. Размер? Откуда мне знать? Я не знаю. Тондэмун? Собираешься поехать аж туда? Хочешь посмотреть, как я взорвусь от злости?

Кажется, он здесь за тем же, за чем и я. В его корзине лежали сосиски и сэндвичи. Я отошёл в сторону, когда он приблизился к отделу с пивом. Мне тоже надо купить закуски. Я пошёл в нужный отдел. И не смог сосредоточиться на выборе. Я слышал только разговор мужчины по телефону.

– Успокойся, ладно? Я совсем не об этом. Сдерживайся, даже если очень голоден. Пожалуйста, давай не будем говорить о нижнем белье. Я не дома. Мне неловко. Иногда… иногда ты ставишь меня в дурацкое положение.

Я чувствовал себя странно, словно подслушивал этот разговор намеренно. Я не должен это слушать. Надо сосредоточиться на закусках. Мне купить чипсы или что-то другое? Или купить что-нибудь по скидке…

Я прихватил два пакета сладостей. Мы с тем мужчиной одновременно подошли к кассе. Мужчина узнал меня, и его глаза расширились.

– А? Это вы…

Я кивнул и поздоровался. Мы замерли, неловко глядя друг на друга.

– Я помогу вам с товарами, – продавец взял в руки сканер штрихкодов.

Его голос звучал очень уныло. Мы вздрогнули, словно ученики, которых застал за порчей имущества строгий учитель.

– Пожалуйста, проходите.

– Ох, нет, только после вас.

– Ну что вы, не стоит.

– Тогда с вашего разрешения… – мужчина наконец согласился и подошёл к кассе первым.

Звуковой сигнал играл после сканирования каждого штрихкода. Даже музыка в этом магазине была неловкой. Мужчина купил ещё пачку сигарет. Он оглянулся на меня. Время словно остановилось. Без всякой причины я шаркнул носком обуви по полу.

– Давайте я помогу вам, – сказал мне кассир.

Мужчина рассчитался и отошёл к микроволновке. Похоже, ему нужно было что-то разогреть. Интересно, кто выйдет из магазина первым – я или он? Микроволновка засигналила ровно в ту минуту, когда я передал карту кассиру. Я сложил свои покупки в пакет.

– Проходите следующий. Всего доброго, – сказал кассир.

Мы с мужчиной одновременно вышли через автоматические двери. Он кивнул мне. Я тоже кивнул в ответ. И мы пошли в одном направлении. Вау. Лучше б я умер. Или телепортировался. Я бы очень хотел уметь это делать. Я решил пойти чуть быстрее. Мужчина ускорился в тот же миг. И тут я кое-что понял. Мы оба думали об одном и том же.

Мы с ним шли так, словно гуляли вместе. Шуршание пластиковых пакетов звучало так громко, словно гром в грозу. Мужчина посмотрел на меня. Я почувствовал его взгляд и повернул голову. Мужчина сощурился и сказал:

– Вы живёте в новом комплексе?

– Нет, в доме за ним…

– О…

Мы снова замолчали. И снова шли в тишине, пока я не спросил:

– А вы живёте в новом комплексе?

– Да…

– О…

Когда я был маленьким, – точнее, когда ещё учился в начальной школе, – моей мечтой было стать могучим рейнджером. Чуть позже я мечтал стать динозавром. А где-то между этими желаниями я хотел стать волшебником. Сейчас у меня ровно такая же мечта. Я хочу уметь телепортироваться, как настоящий волшебник. Тогда я бы телепортировался прямо к себе домой.

Мужчина снова заговорил:

– Вы курите?

– Нет, не курю.

– Должно быть, курили раньше?

– Пробовал, когда учился в университете…

– О…

Мужчина порылся в пластиковом пакете. Казалось, ему было неудобно ковыряться в покупках, пока он держал пакеты двумя руками. Это же идеальный момент для побега! Давай, беги! Ноги! Пора бежать! Моё тело меня не послушалось. Особенно отличился рот.

– Помочь вам их подержать?

– Ох, это будет здорово, спасибо.

Я взял в руки один из его пакетов. Мужчина достал пачку сигарет, сорвал обёртку и вытащил сигарету из пачки. Я даже подождал, пока он подкурит себе зажигалкой, и только затем вернул пакет.

– Спасибо.

– Не за что.

Мужчина зашагал вперёд. Я тоже пошёл к дому. Но в этом районе только одна дорога. У нас нет другого выхода, кроме как идти по ней вот так. Кажется, в этом и есть жизнь. Продолжать идти, даже если тебе не хочется. Зато я хотя бы шёл в удобном нижнем белье и с банкой пива в пакете.

– Я очень удивился тогда, – начал вдруг мужчина. – Среди альф и омег довольно много таких личностей. Мне всегда приходится нервно оглядываться, когда я иду в уборную. Всё время боюсь, что встречусь с чем-то подобным.

Он выдохнул сигаретный дым. Кажется, ему стало намного лучше. Может, с сигаретой во рту ему просто проще выдержать всю эту неловкость? Такова жизнь.

– Я довольно часто проходил через подобное. Вас это удивляет? – спросил я.

– Всё ещё удивляет. Хотя я тоже натыкался на подобное несколько раз. Особенно в месте, где я работаю. Мне частенько приходится выезжать за пределы офиса, но когда я в компании, это просто… Это даже не смешно. Омеги пытаются соблазнить тебя феромонами и всякими такими штучками…

– Но вы же бета, верно?

– Я бета. Я бета, и по специфике моей работы тот факт, что я не чувствую феромоны – сущее наказание. Но я всегда пытаюсь определить, кто их выпускает, так что постоянно настороже.

– А где вы работаете?

– На радио.

Мужчина повесил пакеты на запястье и протянул мне руку для рукопожатия.

– Я Пэ Ильхэ.

– А я Ким Джухёк.

– Поначалу мне показалось, что вы альфа. Вы такой высокий. Но вы оказались бетой, в это сложно поверить.

– О, это правда. Я правда бета.

– Жизнь беты весьма трудна, не так ли?

Он затянулся сигаретой и поднял голову к небу. Ночь нынче безлунная. Кажется, его запястьям тяжело.

– Вы правы.

– Все вокруг играют в какую-то роковую любовь, судьбу или что-то подобное. Но меня больше волнует оплата аренды, чем любовь.

– Думаю, мир бет совсем другой. Совсем.

– Надо же, рассуждаю о жизни с человеком, которого раньше никогда не встречал.

Мужчина опустил голову.

– Мне туда. Я живу в 102 доме.

– Ладно.

– Будьте осторожны по пути домой.

– Хорошо.

Мы попрощались и разошлись каждый в свою сторону. До дома осталось совсем недалеко. Не знаю, ушёл ли Гидо с того вечера. Директор Ли, скорее всего, всё ещё ищет Ха Вонджу. Целовались… Может, Ха Вонджу как раз один из той парочки в уборной?

Это не моё дело. Я ускорил шаг. Я собираюсь просто выпить пива.

У лифта на первом этаже я столкнулся со своим соседом. Мы поздоровались и поднялись наверх в тишине. Почему сегодня я постоянно сталкиваюсь с кем-то? Я в жизни так не мечтал остаться один, как сейчас. Когда мы выходили из лифта, сосед решил заговорить со мной:

– Давненько вас не было видно.

– Да, верно. У вас всё хорошо?

– Да, всё отлично. Похоже, вы возвращаетесь откуда-то.

– Да, у меня были дела…

– Понимаю…

– Пожалуйста, выходите первым.

– Я…

– Да?

Сосед усмехнулся.

– Нет, прошу вас.

Как только за мной захлопнулась дверь в квартиру, я начал раздеваться. Словно змея сбрасывает кожу, я скинул с себя всё до нижнего белья. И только потом ко мне воззвала совесть. Это же одежда Гидо, надо сложить её аккуратнее. Я заполз в спальню и схватил плечики. Потом повесил костюм, переоделся в домашнее и включил телевизор.

На экране появилось какое-то развлекательное шоу. Я не знал ни одного участника.

Я расставил на столе банки с пивом. И взял себе тарелку, чтобы разложить на ней закуски. Теперь пустая тарелка красовалась на середине стола.

Пока я открывал банку пива, вокруг стояла тишина. Звук на телевизоре был очень тихим. Было бы здорово, если бы кто-нибудь сейчас составил мне компанию. Надо же, а ведь совсем недавно я мечтал остаться один. А теперь всё наоборот. Мысли в голове смешались в кучу.

Я залпом выпил холодное пиво. И положил голову на подлокотник дивана. Как же я устал. Когда я снова повернул голову к телевизору, на экране появилось знакомое лицо. Снова Гидо. Он появился не как гость шоу, а в каком-то популярном ролике. Соль Гидо, этот ублюдок, вечно смеётся над чем-то. Во время работы он совсем другой. Гидо, которого я знаю, ленивый, немного глупый и неуклюжий.

Я посмотрел на его сияющее лицо и отпил немного пива. Завтра я хорошенько отдохну, а в понедельник снова пойду на работу. Я открыл пакет с чипсами и высыпал их на пустую тарелку. Словно я пью, сидя напротив Гидо. Его здесь нет, но он прямо передо мной. У меня такое чувство, что я выпиваю с его портретом. Как-то не весело.

Надо позвонить и узнать, жив ли он вообще.

Я видел тебя сегодня. Ты не был бродягой. Ты отлично выглядел. Прямо как настоящий альфа.

Незнакомый мне.

Кажется, я уснул прямо там. Меня разбудил свет с балкона. Я бросил взгляд на часы. 14:00. Мой личный рекорд сна. На экране показалось два пропущенных звонка. Первый – от Гидо, а второй – с неизвестного номера.

Я рывком сел на диване. Что за неизвестный номер? Звонили утром. Это директор Ли? Уверен, это был он. Потому что я разрешил ему позвонить. Зачем, чёрт возьми, я разрешил ему позвонить? Кажется, я совершил ошибку. Мои мысли понеслись вскачь.

Голова раскалывается. Не уверен, это из-за того, что я слишком долго спал, или из-за бесполезных мыслей, которые пришли мне в голову сразу после пробуждения. Я в замешательстве.

Мой палец нажал на незнакомый номер. Я не хотел. Но это было намеренно. Я набрал номер так, словно нажал его по ошибке. Каким будет сейчас мой голос? Не слишком хриплым?

– А. А-а.

Хриплый. Выходит, я спал до победы, проснулся с охрипшим голосом и тут же стал звонить мужчине, которому нравлюсь. Я звоню директору Ли на выходных. Директору Ли.

– Алло?

– Да?

Голос на том конце провода мне незнаком. Он словно принадлежит какому-то пожилому мужчине, но звучит спокойно и расслабленно. Это мог быть, скорее, директор Ха. Но откуда бы ему знать мой номер? Может, он как-то выяснил его? Но почему звонил директор Ха, а не директор Ли? Прознал, что я нравлюсь директору Ли?

Может, он хочет заставить меня отказаться от директора Ли или что-то в этом роде? Но как я откажусь от того, чего изначально не хотел?

– Алло, директор Ха? Это Ким Джухёк.

– Кто это?

– Мы познакомились вчера.

– Вы сын Чанджу?

– Что?

– Чанджу?

– Простите? Я звоню, потому что у меня есть пропущенный от вас.

– Я не звонил вам. Вы кто?

– Меня зовут Ким Джухёк… Могу я узнать, кто мне ответил?

– Я звоню в шелкопрядную ферму в Канчхоне, вы Джуан? Переключите меня на Чанджу. Он звонил сегодня утром. Шелкопряд, который был полностью здоров, вдруг перестал есть тутовые листья. Чем мне его кормить?

– Извините. Вы ошиблись номером.

Технически, это я ему позвонил. Повесив трубку, я вздохнул и провёл рукой по волосам. Какой я идиот. Директор Ли ни за что не стал бы звонить мне. Его обещание – одни лишь пустые слова.

Не знаю, зачем он вообще сказал, что позвонит мне. Если бы он позвонил, вероятно… я бы взял трубку. Если кто-то звонит, надо ответить.

Я взглянул на экран телефона. Там была куча сообщений от Гидо.

[Хён, ты в порядке? Как дела?]

[Хён, как тебе трусы? Удобные же, да? Сколько тебе купить? Пока они ещё по акции.]

[Хён, я не шучу. Сколько тебе взять?]

После этого все сообщения были только о нижнем белье. Неужели они настолько ему понравились? Соль Гидо вечно зацикливается на чём-то. Если он одержим чем-то, то ныряет в это с головой. В прошлом году он какое-то время ел исключительно по три хот-дога в день. Похоже, на этот раз его новый прикол – нижнее бельё. Интересно, как долго продлится сезон трусов?

[Купи мне три пары.]

Глупо будет отказываться.

Я встал, чтобы заварить себе растворимый кофе. Протерев глаза, налил воду в чайник. Такое расслабленное утро. Чайник сразу зашумел. Сегодня я тоже ничего не буду делать. Разве что дышать. Буду просто дышать.

Телефон зазвонил, пока я бездумно разглядывал чайник. Снова незнакомый номер. Ещё одна ферма по разведению шелкопрядов в Канчхоне?

– Алло.

– Джухёк, это я.

Директор Ли. Я тут же поднял чайник с подставки, чтобы он перестал шуметь.

– Директор Ли.

– Да.

Директор Ли тепло усмехнулся. Мои губы расплылись в улыбке. Это мой первый разговор с директором Ли по телефону. И правда, самый первый. Интересно, что он сейчас делает?

– Вы благополучно добрались вчера домой? – спросил директор.

Я задумался над ответом. Мне захотелось ответить как-то по-особенному. Нелепая идея. Но мне очень хотелось заставить директора Ли ещё раз усмехнуться. Хочу услышать улыбку в его голосе. Может, я ещё не до конца проснулся?

– Да. А вы, директор? Нашли Вонджу?

Директор Ли устало рассмеялся.

– Мне не удалось сегодня поспать. Мы всё никак не могли найти Ха Вонджу. Я всю ночь его искал. Моя тётя ругала дядю всё утро…

– Похоже, вы близки со своей семьёй.

– Верно, мы все близки, и я часто отвечаю за всех. Я старший. Первый альфа, поэтому я всегда так занят. Мне нужно присматривать за младшими братьями и сёстрами, а ещё общаться со старшими в семье… Простите меня, вчера я не смог уделить вам достаточно внимания. Я бы очень хотел провести время с вами, только мы вдвоём… Я заранее забронировал столик в баре, и если бы не Вонджу…

– Всё в порядке. Мне было весело вчера.

По крайней мере, это был новый опыт. Потому что я увидел столько альф в одном месте. И воочию убедился, как их много в нашей стране.

– Позвольте мне извиниться за моего дядю. С ним не так легко иметь дело. Он мог ненароком обидеть вас. Но спасибо вам за вчерашний вечер. И всё-таки жаль, что я не смог отвести вас в бар… Я даже нашёл пианиста, но… Нет, забудьте об этом. Мне так жаль. Я просто устал, устал, так что…

Голос директора Ли становился всё тише и тише. Он ведь тоже человек. Тон его голоса был спокоен, как и обычно, разве что казался слегка отстранённым. Я сел за кухонный стол. Вместо кофе я налил себе воды.

– Вы сильно хотите спать?

– Да, я очень хочу спать. Но я не мог не позвонить вам. Мы только что нашли Вонджу. Он всё это время был со своим омегой. А сейчас я машу рукой Дули. Нет, Дули, не ходи сюда. Уходи, Дули.

– Дули? С кем это вы?

– Я дома у дяди, то есть, дома у Вони. Дули – его ши-тцу, и она очень любит людей. Дули! Ох, ложись спать тут. Везучая Дули. Чего не сказать обо мне.

– Если тоже хотите прилечь, то ложитесь. Поспите немного.

– Нет. Лучше мне пока не спать. И я приму это со смиренным сердцем. Потому что я всегда серьёзен, когда дело касается вас.

Голос директора Ли стал серьёзным. Мне не следовало бы об этом думать, но это было чертовски мило.

– Что сейчас делает Дули?

– Перебралась ко мне на колени. Нет, уходи отсюда. Я серьёзно, ты очень тяжёлая. Ты даже не даёшь мне пять.

– Хотел бы я увидеть Дули. Мне нравятся собаки.

Директор Ли вдруг затих. А затем в трубке послышался тихий смешок. Хотя звучало скорее как вздох, смешанный со смехом. Похоже, с этим вздохом из него вышли последние силы.

– Что же мне делать?.. Похоже, Дули куда счастливее меня. Хотел бы я быть Дули.

– О чём это вы? Наша компания не сможет без вас.

– Ничего не знаю. Хочу быть Дули… А что насчёт меня, Джухёк, меня вы не хотите увидеть? Как было бы здорово, если бы вы сказали, что хотите увидеть и меня тоже. Но я не стану вас заставлять. Никогда и ни в чём не стану. Просто я так хотел бы это услышать.

Я рассмеялся. Расслабленным смехом. Не тем принудительным смехом, которым смеются над шутками начальства. И не тем весёлым смехом, какой бывает при беседе с другом. Расслабленным. Я подумал, что и правда хотел бы его увидеть.

– Я скучаю.

Я представил лицо директора Ли. Моргнув, вспомнил, как красива его улыбка. Мне любопытно, какое у него сейчас выражение лица. Он улыбается или слишком удивлён? Думает, что я его разыгрываю? Мне бы очень хотелось увидеть директора прямо сейчас.

– Можете сказать это ещё раз? Хочу записать и поставить на рингтон.

– Нет.

– Вы так жестоки…

– А теперь идите спать. Сегодня уже воскресенье. Мы увидимся завтра.

– Могу я завтра прийти на третий этаж?

– Эм…

В динамике раздался вздох.

– Директор?

– Подождите минутку, мне надо разобраться с Дули.

Дули зарычала от разочарования. Я услышал, как директор Ли разговаривал с собакой. Он говорил Дули, что нельзя запрыгивать к нему на ручки, потому что она слишком тяжёлая. Каждое его слово было таким комфортным. Я представил, как он гуляет с собакой по улице. В удобной одежде, со слегка растрёпанными волосами. Это что-то необыкновенное. Такую сцену сложно представить, но она была бы невероятно приятной.

– Прошу прощения. Теперь всё в порядке. Я придерживаю её ногами.

Я услышал лай Дули. Больше похожий на всхлип, чем на лай.

– Теперь мы действительно вдвоём.

О, это немного волнительно.

– Продолжайте удерживать Дули. Не позволяйте ей прервать наш звонок.

– Прошу, скажите ещё раз, что скучаете по мне. Я скучаю по вам, Джухёк. Очень скучаю. Иногда во время работы я поднимаю голову и думаю, как сильно хочу вас увидеть. Но если я спущусь на третий этаж, это помешает вам, поэтому я остаюсь на месте.

– Вы хорошо справляетесь.

– Я хочу прийти на третий этаж завтра утром. Чтобы увидеть вас. Могу я?

– … Можете. Но вы уйдёте к себе в кабинет пораньше.

– Отлично. Правда, отлично.

Голос директора Ли стал тише. Наверное, мне сейчас лучше положить трубку. Надо выпить кофе. За время нашего разговора чайник успел остыть. Мне придётся начать весь процесс сначала. Я встряхнул стакан с водой. Вода затряслась и пошла по поверхности рябью.

– Я сейчас положу трубку. Вам следует отдохнуть.

– Да. Да, хорошо. Джухёк, могу я сказать вам ещё одну вещь?

– Да.

– Пожалуйста, не носите больше чужую одежду. Хотите, сходим в магазин купить вам костюм после работы? А затем поужинаем вместе, я снова приглашу пианиста…

– Вы говорили, что скажете всего одну вещь.

– О, точно. Да. Только одну.

– Я тоже скажу кое-что и положу трубку. Мы увидимся завтра.

– Да.

– Спокойной ночи, директор.

Я повесил трубку. Повесил трубку и уронил голову на стол. И ударился лбом о холодное стекло.

А-а-а-а-а!

Я сошёл с ума. Да, с ума! Я хочу выбежать из дома и стучаться в соседскую дверь. Стучаться и кричать: «Здравствуйте, я сошёл с ума!» И сделать то же самое со следующей дверью. Я постучусь, представлюсь и скажу: «Здравствуйте, я Ким Джухёк, и я сошёл с ума!»

А-а-а-а-а!

Мне захотелось плакать. Слёзы не шли, но плакать очень хотелось. Мне так грустно. Я скучаю по маме. Не отрывая лица от стола, я позвонил домой. Даже гудки в трубке, казалось, издевались надо мной. Что я вообще говорил директору Ли? Ничего особенного. Я вообще почти ни слова не сказал. Гудки наконец прекратились.

– Мама?

– Пошла на рынок.

Трубку взяла Ким Джуён. Она чем-то хрустела. Похоже, ела что-то вкусное.

– Ты там ешь?

– Ага.

– Что?

– Твоё любимое.

– А что у меня любимое?

– Откуда мне знать?

– Серьёзно, почему именно ты стала моей младшей сестрой…

Ким Джуён рассмеялась. У неё такой энергичный голос.

– Джуён-а?

– Что?

– На следующей неделе праздники, я, наверное, приеду домой.

– Оппа, у тебя что, девушки нет?

– Нет. Не думаю.

– А что у тебя есть? Ни денег, ни квартиры, ни девушки. Только мордашка.

– Эй, Ким Джуён!..

– Угх…

Ким Джуён издала какой-то стон. И не ответила мне. Её дыхание стало тяжёлым.

– Ха-а, ха-а-а…

– Ким Джуён?! Джуён! Эй, эй! Джуён! Ты в порядке? Эй!

– О… оппа…

– Ким Джуён, ты же дома?!

– Оппа… Так больно… Что мне делать? Мне так больно…

– Я уже еду! Клади трубку и скорее звони 911!

Я тут же выскочил из-за стола. В трубке по-прежнему слышался тонкий голос Ким Джуён. Моё сердце колотилось как сумасшедшее. Нет, оно словно замерло. Ким Джуён – очень слабый человек. Выносливостью отличается только её личность. Я забежал в комнату и едва смог натянуть на себя один рукав куртки. Я продолжал кричать ей в трубку:

– Джуён-а! Оппа сейчас приедет, так что скорее повесь трубку и звони 911. Скорее звони им, а потом перезвони мне!

– Оппа…

– Я здесь, здесь! Всё будет хорошо, Джуён-а! Ответь мне, слышишь?

Ким Джуён глубоко вдохнула и наконец ответила.

– Побрей себе башку.

Звонок прервался. Я тупо уставился на экран телефона.

Этого ребёнка очень плохо воспитали.

Я снова набрал Ким Джуён. Мне ответил ленивый голос.

– Чего?

– Эй!

– Ну?

– Ты что творишь?!

– Печеньку ем.

– Я серьёзно, почему ты так себя ведёшь?

– Потому, что я похожа на тебя.

– Действительно…

Серьёзно, я неправильно её воспитал. Нашей семье следовало завести собаку вместо Ким Джуён. Ши-тцу. Ши-тцу, которая умела бы давать пять.

_____________

Джуён очень жестока...

P.S. Фанфакт – в 5 главе переводила, что глаза у директора Ли голубые, а потом по тексту стали встречаться упоминания о том, что они чёрные. Я ничо не поняла, пошла просить команду о помощи, и в итоге голубыми оказались не глаза, а синяки под ними

В понедельник утром я сделал то, чего обычно никогда не делаю. Я проснулся на полчаса раньше обычного, позавтракал и помчался на работу. Поезд метро, который обычно был переполнен, сегодня пустовал. Я сел в строгую позу, выпрямив спину и сложив руки на колени.

Потом я начал возиться со своим телефоном. Постоянно заходил и выходил из интернета. Ко мне потихоньку возвращалась сонливость. Мои глаза постепенно закрывались, а потом я резко открывал их. Сквозь полудрёму я думал о директоре Ли. Мы снова увидимся сегодня. Увидимся, поздороваемся, а потом…

Больше ничего. Только поздороваемся.

Мне как-то слишком уж комфортно с директором Ли. Кажется, он начинает казаться мне кем-то особенным. Когда это началось? Почему моё мнение о нём вдруг стало положительным?

Во-первых, директор Ли – хороший человек. Он очень добрый. И внимательный.

Гидо тоже добрый. Честно говоря, вокруг много добрых людей. В магазинах мне вечно предлагают скидки, некоторые владельцы даже угощают меня курочкой. Поэтому доброту нельзя считать особенностью характера одного человека.

Тогда каков для меня директор Ли? Он директор. Очень красивый директор. Есть ли смысл работать под руководством красивого начальника? Приятно, когда у вас красивый начальник. Я слышал, что у директора Ли прекрасная репутация среди деловых партнёров. Он хорошо говорит и имеет привлекательную внешность, так что мне и моим коллегам остаётся только усердно работать. И он альфа. У альф огромные преимущества в этом обществе. Так что…

Я прибыл на свою станцию, встал с места и вышел из вагона. Кажется, я сбился с мысли. Это как промасленная керамическая посуда всё время выскальзывает из рук. Не могу ничего удержать внутри этой посуды.

Я вышел из поезда и молча постоял на станции несколько минут. Я всё продолжаю убегать. Вечно оправдываю свои поступки атмосферой.

Я не хочу отношений. Любить кого-то страшно. В этом обществе я не могу быть уверен даже в себе, что уж говорить об отношениях. Это трудно – заботиться о ком-то и быть любимым. Даже в любовь нужно вкладываться. Например, страстью. Но довольно сложно жить с одной лишь страстью, она ведь съедает деньги с банковского счёта. У бет нет любовных инстинктов, как у альф или омег. И их любовь требует усилий. Любовь – это тяжёлый труд.

Мне нужно принять решение. Если я действительно не хочу отношений, то не стоит заходить дальше. Меня слишком легко сбить с толку. Моё сердце становится мягче, когда я вижу лицо директора Ли. Я больше не могу влюбляться в его красоту. Но сначала мне надо решить одну проблему.

Нравится ли мне директор Ли?

Я сделал шаг вперёд. Вот в чём суть дела.

Мне не нравится директор Ли. Во-первых, что это вообще означает – нравится? Мне нравится футбол, картофельные чипсы, мясо – в особенности говядина, поэтому по пути с работы мне надо купить кило. И Ким Джуён. Хоть мы и неправильно её воспитали. Мне нравится Соль Гидо и…

Боже, как же ограничены мои социальные связи. Надо бы придумать себе хобби.

Возвращаясь к теме директора Ли, – нравится ли он мне? Дело даже не в этом. У меня просто нет причин не любить его. В обществе не порицается, когда тебе нравятся добрые и красивые люди. Если так, то стоит ли нам вступить в отношения? Понравится ли мне тогда директор Ли?

Эти мысли не покидали меня всё время, пока я шагал в офис. У меня закружилась голова. Смогу ли я полюбить директора Ли? У любви много разных проявлений. Вы должны держаться за руки, целоваться и заниматься сексом. Затем, если один человек сделает предложение, вы должны пожениться. Мы с директором Ли не сможем завести детей, поскольку мы оба мужчины. Но всегда есть возможность усыновить ребёнка.

Усыновление – не проблема, но что действительно сложно, так это представить, как я целую директора Ли. Я просто не могу себе это вообразить. Мои брови нахмурились. Директор Ли будет обнимать меня за плечи или я его? Наши губы соприкоснутся, и мы поцелуем друг друга? Тогда после поцелуя…

– А-а-а-а-а!

Я поднял лицо и закричал ввысь. Все прохожие оглянулись посмотреть на меня. Мне стало неловко.

Надо ожесточить своё сердце. Нельзя никому его отдавать. Я должен мыслить рационально. В отношения нужно вкладываться – деньгами, временем и своим сердцем. Мне надо экономить, чтобы уехать на Гавайи. Перелёт на Гавайи стоит очень дорого. Если сложить расходы на авиабилеты, проживание и питание, то общая сумма выйдет за пределы воображения. Нынешний работающий я должен подумать о будущем безработном себе.

Как и ожидалось, отношения – не мой вариант. Хотя причина, по которой я изначально так решил, весьма глупа. Всё потому, что я презирал мир, в котором альфы и омеги безумно влюблялись друг в друга.

Теперь всё немного иначе. Я устал от общества, которое всё ещё крутится вокруг мира альф и омег. Но я не могу позволить им управлять и моим миром тоже. Я должен жить своей жизнью. И то, что я не альфа и не омега, вообще не имеет значения.

Я не собираюсь вступать в отношения. Не потому, что мне никто не нравится, и не потому, что я не могу себе этого позволить. Настоящая причина лишь во мне. Я просто не хочу отношений.

Это означает, что если бы я захотел, то смог бы начать встречаться с кем-то в любой момент времени. Из меня вырвался вздох. В итоге я застрял в ловушке любви. Мне было бы легче подпустить к себе директора Ли, если бы я был омегой. Нет, это тоже странно. Почему бы я должен был подпускать его к себе?

Я отверг многих омег, которые говорили, что я им нравлюсь. Я не влюблялся в них, поэтому и не встречался. Да и они были влюблены скорее в подавители, которые я им давал. И директор Ли ничем от них не отличается. Неважно, что именно ему во мне нравится. Моё сердце – вот, что имеет значение. Директор Ли – не особенный для меня. Не особенный. Я бормотал себе под нос эти слова, словно заклинание. Директор Ли для меня не особенный…

Если не принимать во внимание тот факт, что я слишком часто о нём думаю, директор Ли ни разу не особенный. Я вытер рукой сухое лицо. Бесит!

Не то чтобы мне не нравился директор Ли. Я снова колебался. Не то чтобы он мне очень нравился, но меня тронул тот факт, что я ему нравлюсь. Альфа, которому нравится бета. Я взволнован, словно ребёнок, увидевший диковинное животное. Но это не может кончиться хорошо ни для меня, ни для директора Ли.

Кроме того, наш с ним потенциальный роман столкнётся с кучей трудностей. Он успешный директор с кучей денег. Очевидно, что между нами огромная пропасть.

«Эй, директор Ли, не хотите посмотреть футбол за бутылочкой пива?»

«Прекрасная идея, сейчас куплю нам билеты в Германию».

Кто вообще покупает билеты в Германию после такого предложения? Хоть один из нас говорит по-немецки? И нам же завтра на работу? Если я полечу в Германию, мне потом придётся жить на одной росе целых три месяца! И тогда куда мы пойдём на следующее свидание? В забегаловку с кимбапом*? Это же смешно!

_____________

*Кимбап – популярное блюдо корейской кухни, представляет собой роллы, завернутые в листы морской капусты, наполненные рисом и разными начинками.

_____________

Я вступлю в отношения, когда захочу. Не сейчас. Надо перестать быть слабаком. Я принял решение. Больше никаких звонков. И хватит представлять, как директор Ли выгуливает Дули! Хватит думать об этом. Хватит! Хватит думать!

Как только я подошёл к вестибюлю компании, то сразу увидел седан директора Ли. Стоит ли мне поздороваться? В этом нет ничего такого. Мои ноги сами привели меня к этой машине. Она стояла неподалёку от входа в здание. Все мысли, которые съедали меня заживо буквально мгновение назад, улетучились.

Ха Вони вышел со стороны водительского сидения. Он крутанул брелок с ключами на пальце и закрыл дверь. Директор Ли вышел из задней двери и провёл рукой по волосам, а затем прижал ладонь ко лбу.

– Даже на заднем сидении небезопасно.

– Да что я такого сделал?!

– Тебе надо было устраиваться не к нам, а в сборную для участия в чемпионате Формулы 1.

– Чего?.. Ассистент Ким!

Ха Вони заметил меня и помахал мне рукой. Я склонил голову и поприветствовал их обоих. Лицо директор Ли просияло. Я невольно улыбнулся. Ха Вони поспешил ко мне.

– Доброе утро! Слышал, вы вчера виделись с моим отцом, пока искали моего брата. Когда он пришёл домой, то без конца осыпал вас комплиментами. Говорил, какой вы красивый, умный и вежливый.

– Благодарю. Однако я ничего не сделал.

Ха Вони мило улыбнулся. Его ресницы такого же золотистого цвета, как и его волосы. Моя рука слегка поднялась и тут же опустилась. Я едва не погладил его по голове. Если смотреть только на его лицо, то Ха Вони почти мой идеальный тип. Меньше меня, милый и очень симпатичный.

– Если бы я знал, что вы тоже там будете, то пошёл бы на банкет…

– Мне тоже жаль, я хотел бы с вами там встретиться… А, Вони, у вас что-то на руке…

На рукаве Ха Вони было какое-то пятно. Я коснулся его локтя. С рукава посыпался песок. На пальцах осталось несколько грубых песчинок. Какая-то грязь. Поначалу было похоже на пыль.

– Вы упали по дороге?

– Что?

Ха Вони удивлённо вскинул голову. Он отвёл руки и сделал шаг назад.

– О? Как это там оказалось? Должно быть, я зацепился за дерево.

К нам приблизился директор Ли. Он похлопал Ха Вони по спине.

– На твоей спине тоже много песка.

Ха Вони заметно смутился и сделал ещё шаг назад. Рука, сжимающая ключи от машины, побелела.

– Хён, ты разве не говорил, что нам надо поторопиться? У тебя вроде важная встреча…

– Я пришёл пораньше, чтобы взглянуть на Джухёка.

Директор Ли обернулся ко мне. Его улыбка чем-то похожа на улыбку Ха Вони.

– Хотите уйти сегодня пораньше с работы и провести время со мной?

Его слова звучали искренне. Но я не вполне понял, шутил он или говорил правду. Должно быть, это всё-таки шутка. Нет никаких шансов, что этот внеплановый отгул будет одобрен.

– Разве вы не заняты?

– Шихён-хён, ты говорил, что будешь занят весь день. Тебе пора.

Ха Вони подтолкнул директора Ли рукой. Директор Ли взял его ладонь в свою и отцепил от себя. А затем перед нами вдруг остановилась полицейская машина. Я раньше не видел полицию перед компанией. Думаю, это потому, что я сегодня пришёл раньше. Обычно как раз в это время бывают патрули.

– Джухёк, я не шучу. Я могу позвонить директору Ли, и мы с вами проведём время вместе. Моя встреча закончится через час. Нет, думаю, я смогу освободиться даже раньше. Если вы немного подождёте, мы можем съездить к морю…

– Ты с ума сошёл? Хён, ты и есть директор Ли. Проснись уже! И зачем тебе брать с собой ассистента Кима?

Ха Вони недоумённо смотрел на директора Ли. Пока я отвечал, что ничего такого делать не нужно, из машины вышли двое полицейских. Я осмотрелся. В этом урбанистическом саду из высоток стояли только мы трое. Я думал, они просто выйдут из машины выкурить по сигаретке, но полиция направилась к нам.

– Мне лучше подняться на третий этаж…

– Вы из Hanmaeum Education Consulting? – задал нам вопрос один из подошедших полицейских.

Лицо директора Ли стало серьёзным.

– Да, я директор в этой компании, в чём дело?

– Нам поступило сообщение о нападении. Похоже, этот Ха Вони работает у вас, поэтому вам лучше с нами сотрудничать.

– Ха Вони? – переспросил директор Ли.

Мой взгляд, как и взгляд директора, тут же метнулся к Ха Вони. Ха Вони придерживал одну руку другой. Он закусил губу и сказал:

– Это я Ха Вони.

– А? – переспросил полицейский, от удивления снявший фуражку.

Я сделал шаг и встал между ним и Ха Вони.

– А в чём, собственно, дело?

– Э-э-э… это… ну… эм… – начал бормотать полицейский, глядя на Ха Вони. – Возможно, это какая-то ошибка… Вы находились в Самсон-Донге сегодня утром?

Ха Вони кивнул. Директор Ли закрыл его своей спиной. Мы вдвоём словно защищали его от полиции. Ха Вони выглядел встревоженным. Может, грязь на его рукавах появилась вовсе не из-за дерева.

– Могу я спросить, что происходит?

Голос директора Ли стал суровым. Полицейский посмотрел на него и почесал нос.

– Эм… ну, сегодня утром один мужчина обратился к нам в участок. Он сказал, что знает господина Ха Вони, и что тот сбил его с ног с помощью приёма армбар*, он едва смог сбежать и сразу обратился к нам.

_____________

*Армбар (англ. armbar) – болевой приём на локтевой сустав, призванный заставить соперника сдаться. Один из самых популярных приёмов в смешанных единоборствах, джиу-джитсу и дзюдо.

_____________

Мы вместе с директором Ли ошеломлённо посмотрели на красивое лицо Ха Вони. Он криво усмехнулся. Директор Ли прижал ладонь ко лбу.

– Приёма армбар?

Человек может предвидеть довольно много ситуаций своей жизни. Столкнуться на улице с коллегами – обычное дело. С полицией – тоже. Редко, когда в один день ты видишь и тех, и других. Но чего я точно не мог ожидать, так это фразу «приём армбар» из уст своего директора. Кажется, я застал кое-что весьма необычное.

Полицейский говорил так, словно пытался нас успокоить.

– Не похоже, чтобы тот человек серьёзно пострадал, но он отказывается уходить, пока не увидит Ха Вони. Он не собирается доносить на Ха Вони, просто хочет посмотреть на него. Мы приехали, потому что это близко и… Сложно сказать, кто из них виноват в нападении. Если вы знаете друг друга, будет здорово, если мы сможем вас помирить и забыть об этом инциденте.

Лицо Ха Вони напряглось. Директор Ли говорил, что остался вчера у него дома. Поэтому они приехали вдвоём на одной машине. Есть только одно объяснение этой ситуации.

– Ха Вони, это тот сталкер?

Ха Вони кивнул. Глаза, смотревшие на меня, дрогнули. Я не знаю, как реагировать. Нельзя сказать, что он правильно поступил. Но это и правда впечатляюще. Ему не следовало убегать с места происшествия, надо было вызвать полицию. Нет. Я ведь слышал от него, что полиция уже отказала ему в помощи.

Директор Ли посмотрел на Ха Вони:

– Главное, что ты не пострадал. Я сообщу в административный отдел, поезжай.

Ха Вони кивнул. Полицейские повели его к машине. Перед этим Ха Вони кинул ключи от седана директору Ли. Мне как-то неспокойно, что мы отправляем его туда одного. Ха Вони такой миниатюрный и, кажется, даже более хрупкий, чем моя Джуён. Ким Джуён тоже кажется слабой, хотя это не так. Она же горилла. Я схватил Ха Вони за запястье, пока его провожали к машине.

– Вони!

– Да?

– Позвоните мне. Позвоните, когда вас отпустят. Я заберу вас.

– Что вы, не стоит, – Ха Вони рассмеялся.

Не знаю, что смешного в том, что его арестовали. Если бы я знал, что после такого меня заберёт полиция, то бы предпочёл использовать приём пайлдрайвер*, а не армбар.

_____________

*Пайлдрайвер – запрещенный бросок соперника на голову.

_____________

Директор Ли положил руку мне на плечо.

– Идёмте, Джухёк.

Я смахнул его руку с плеча и полез за кошельком. Пошарив там, я вытащил визитку и засунул её в белую руку Ха Вони.

– Позвоните мне, когда вас отпустят.

Ха Вони поднёс визитку к губам.

– Спасибо.

Полицейские смерили нас троих странными взглядами, а потом увели Ха Вони с собой.

Директор Ли запустил руку в волосы и достал телефон. Я подошёл к нему ближе. Мне стало интересно, что происходит. Директор Ли заговорил спокойным голосом:

– Это Ли Шихён. Замените всех телохранителей в Самсон-Донге. Пусть пришлют отчёт в течение часа. Скажите адвокату Ян связаться с Вони.

Директор Ли дал ещё несколько указаний. А затем позвал меня с собой. Я последовал за ним в вестибюль. Его звонок быстро завершился. Директор казался раздражённым, но тон его голоса, как всегда, был спокойным. Он посмотрел на меня с расслабленным выражением лица.

– Простите, что заставили вас побеспокоиться этим утром.

– Нет, это ведь важно. В конце концов, сталкера так и не поймали.

– На самом деле я беспокоился не о сталкере. Просто Вони из того типа людей, которые первым делом пускают в ход кулаки, когда сильно злятся… Это может стать проблемой, если бывший спортсмен вступит с кем-то в драку. Я в таких случаях всегда стараюсь быть осторожным, но Вони…

– О, вы про запись в его личном деле…

Директор Ли неловко поднял обе руки. Затем он опустил их вниз, снова поднял и сцепил в замок. Словно его руки вдруг обрели собственное сознание.

Он немного колебался, прежде чем сказать:

– Так вы хотите поехать со мной на море? Или в любое другое место. В парк развлечений? Если хотите в парк, то давайте поедем туда. Есть ли место, куда вы хотели бы сходить сегодня?

Глаза директора Ли загорелись. Он заметно нервничал и кусал губы, поэтому ямочки на его щеках то появлялись, то исчезали.

– А как же Ха Вони?

– Dongwoo Foods позаботится о нём. Я его старший кузен, а не секретарь.

– Нам ведь нужно работать. Мне и вам.

– Давайте немного развлечёмся, никто не узнает. Я дам вам разрешение на выходной. Даже могу заплатить за рабочий день. Особый отпуск.

– Нет, вам не следует этого делать.

Лифт прибыл на первый этаж. Директор Ли встретился со мной взглядом. Я не могу оторвать глаз от его лица. Кажется, у него есть несколько седых прядей на висках. Я хотел сказать что-то ещё. Директор Ли сделал шаг ко мне. Я зашёл в лифт так быстро, словно за мной гнались. Он зашёл следом, и металлические двери закрылись. Мы немного постояли в молчании. А затем посмотрели друг другу в глаза.

– Джухёк, вам так нравится моё лицо?

Я не ответил. Потому что не мог сказать обратного.

– Я наблюдаю это в мелочах. Как вы колеблетесь. И как становитесь всё мягче по отношению ко мне. Я очень рад, что есть хотя бы что-то, что вам во мне нравится. Надеюсь, что таких мелочей станет больше.

Кажется, ему не хватало воздуха. Его улыбка вышла смущённой. Я вдруг занервничал. Директор Ли напрягся. Как и я. Казалось, одно неверное движение – и я наступлю на мину.

В воздухе повисло напряжение. Так вот, как это ощущается. Словно ты вот-вот взорвёшься. Или что-то рядом взорвётся. Я вот точно могу взорваться. Лицо директора Ли приблизилось к моему. Почему лифт такой тихий? О…

Я протянул руку через плечо директора. Так мы стали ещё ближе. Глаза директора Ли расширились.

– Джу… Джухёк?

– Вам же наверх? Я нажму.

Плечо директора Ли было мягким из-за наплечника в его пиджаке. Я потянулся и нажал кнопку девятого этажа. Кнопку с цифрой 3 мне было не видно из-за директора. Подождите минутку. Я немного отодвинул рукой его плечо. Когда я нажал кнопку третьего этажа, директор Ли уставился на мою руку.

– О.

Он коротко выдохнул. Его лицо потемнело, когда он взглянул на меня.

– Вы правда…

– Да?

– Джухёк, иногда мне кажется, что вы слишком жестоки.

Двери лифта открылись. Я быстро выскользнул наружу. Директор Ли устало махнул мне рукой. Я тоже поднял руку и махнул ему в ответ:

– Я знаю.

Поскольку Ха Вони не было на работе, руководитель Им, похоже, приуныла. Под предлогом передачи документов она задержалась у нас в отделе, чтобы поболтать.

– Он сказал, что не может пока прийти из-за срочного семейного дела. Нет, даже если это так, почему он не сказал заранее? Может, случилось что-то серьёзное?

Я задержал дыхание.

– Ну… Я не знаю.

– Ах, но знаете что, ассистент Ким?

Руководитель Им начала сильно трясти мой стул. Я пытался ввести числа в компьютер, пока трясся вместе с ним. А затем сухо спросил:

– Что?

– Слухи об ассистенте Киме распространились по всему административному отделу!

– Какие слухи?

– Ха-ха-ха! – звонко рассмеялась руководитель Им.

Похоже, она восстановила свою энергию. Когда я обернулся к ней, руководитель Им состроила игривое лицо.

– Тот альфа из отдела по работе с клиентами! Который приходил к нам на днях, чтобы забрать Ха Вони. Такой вот слух.

Я наклонил голову вперёд. Ассистент Кан застучал по моему стулу.

– Тот день, тот день! Вы хотели забрать Ха Вони домой из-за сталкера. Вы ещё сказали тогда, что Ха Вони поехал к своему кузену.

– Ах, вы про тот день…

Да, так и было. Сталкер с того момента стал настоящей проблемой, и вот во что это вылилось. Я сильно нервничал, думая о беззащитном Ха Вони, который сидел сейчас в полицейском участке. Не представляю, что сталкер может с ним сделать. Хотя… я никогда и представить не мог, что Ха Вони может избить сталкера и попасть из-за этого в полицию.

– Но в отделе говорили, что за ним пришёл какой-то альфа! Когда я начала расспрашивать об этом, выяснилось, что на самом деле это ассистент Ким! Ха-ха-ха!

Руководитель Им затрясла наши с ассистентом Каном стулья. Голова ассистента Кана качалась туда-сюда.

– Не в первый раз ассистента Кима принимают за альфу, – сказал ассистент Кан. – Я и сам поначалу так думал, пока мы не узнали друг друга получше.

– Но самое удивительное вот что: у нас есть один начальник, мы зовём его тигром, потому что у него на редкость скверный характер, но после визита ассистента Кима он стал вести себя, как ангел! В прошлые выходные несколько омег из нашего отдела пошли на свидание вслепую, так он тоже решил сходить, но вроде так и не смог вырваться. А ещё он вдруг заинтересовался моей работой. Сегодня спрашивал, не поднимаюсь ли я случайно на третий этаж!

Ассистент Кан улыбнулся и дал пять руководителю Им. Она так громко рассмеялась, что у меня зазвенело в ушах.

– И что вы теперь будете делать? Вы такой плохиш! Ха-ха-ха!

– Руководитель Им, вам заняться нечем? – крикнул издалека проходящий мимо директор Ли. – Хотите, я поделюсь с вами частью своих задач?

– Иду-иду!

Руководитель Им снова затрясла наши стулья, прежде чем уйти. Ассистент Кан тут же повернулся ко мне.

– Ита-а-ак, я видел вас двоих сегодня! Вы болтали с директором Ли в лифте! О чём вы с ним говорили?

– Мы особо не разговаривали. Просто поздоровались.

– Раньше вы даже не здоровались, а теперь решили здороваться?

Я придвинулся к столу. Ассистент Кан закинул руку на спинку моего стула.

– На самом деле директор Ли сильно изменился. Он изменился с тех пор, как стал ухаживать за Джухёком.

– Что вы имеете в виду?

Я откинулся назад на спинку стула. Ассистент Кан улыбнулся и отодвинулся ближе к своему столу.

– Не скажу. Давайте лучше подумаем, что будем есть на обед. Я становлюсь таким счастливым, когда думаю об обеде.

Я переключил внимание на монитор. Даже числа, казалось, издевались надо мной. На сером экране наслоились друг на друга десятки открытых окон. Мои чувства сейчас выглядели так же беспорядочно. Где-то в уголке моего сердца защекотало. Почему меня так это беспокоит? Я ведь обещал себе сохранять спокойствие. Но чем больше я старался, тем сильнее волновалось моё сердце.

Сегодня я забыл посмотреть на фото Гавайев.

***

Я очень беспокоился за Ха Вони. Я смирился с дразнящей меня руководителем Им и выпросил у неё его номер. Тот сказал, что всё ещё находится в полицейском участке в Самсон-Донге. Но он уже вызвал адвоката, так что скоро всё разрешится. Скорее всего, к обеду у него получится оттуда вырваться. Теперь телохранители Ха Вони наконец увидели, как выглядит сталкер. Но я не знал, радоваться и испытывать ли мне облегчение.

Из меня вырвались импульсивные слова:

– Не хотите со мной пообедать?

– У нас ведь не настолько долгий перерыв…

– Нет, я приеду. Ехать до Самсон-Донга совсем недолго.

– Ассистент Ким, я правда в порядке…

– Ждите. Я скоро буду.

Когда я думаю о Ха Вони, мои мысли сами собой переключаются на Джуён. Наверное, Ха Вони значит столько же для директора Ли. Наивный и милый младший братишка, которого иной раз хочется придушить. Я чувствую то же самое к моей Джуён. К тому же, я обеспокоен ещё и потому, что Ха Вони – омега. Моя горилла – бета, но всё же… Она бета, но…

Как бы близко ни находился Самсон-Донг, я никак не успею вернуться за час. Поэтому мне нужно отпроситься у менеджера Ли. Менеджер довольно снисходительно относится к опозданиям с обеда. Он хороший человек.

– Ассистент Кан, вы не знаете, где менеджер Ли?

– Он только что сидел за своим столом, куда он мог деться? Может, отошёл в уборную? Он сегодня даже не выходил из офиса…

– Да?..

Я решил заглянуть в кладовку, пока ждал менеджера Ли, которого уже довольно долго не было на рабочем месте. Если там тоже никого нет, тогда я зайду в уборную, а затем уже в кухонную зону.

В кладовке я наткнулся на двух сотрудников, неловко стоящих друг напротив друга. Один из них держал в руках корзину, которая вот-вот упадёт, а второй держал в руках первого. Их лица были настолько близко, что казалось, будто они вот-вот поцелуются.

Каждый раз одно и то же. Почему никто не чинит эти дурацкие стеллажи в кладовке! Все деньги компании, похоже, уходят на корпоративные ужины! Конечно, откуда у руководства возьмутся средства на ремонт стеллажей, если тут вообще никто нормально не работает. Надеюсь, компания не обанкротится до моего ухода.

– Ах, я… Это!..

– Всё в порядке.

Я захлопнул дверь в кладовку, оставив за ней два покрасневших лица. Эти двое явно не встречаются.

Может, это из-за начальника отдела Со менеджера Ли нет на месте? Пока я шёл по коридору, который вёл как раз в сторону кабинета начальника Со, я услышал голос менеджера Ли. И нового сотрудника Со Хису.

– Хён, почему ты не хочешь обедать со мной в последнее время?

– Я занят. Иди к себе.

– Ты ведь даже дома ничего не ешь. Я слышал от помощницы.

– Это не твоё дело.

– Прошу, идём сегодня на обед со мной. Я должен убедиться, что ты поешь.

– Со Хису, ты реально будешь вести себя вот так?

Кажется, будет неправильно вмешаться прямо сейчас. Я сел на диванчик в коридоре за углом неподалёку от них. Это вышло не специально, но кулер с водой полностью перекрывал меня, так что они не могли меня видеть. Я осторожно высунул голову и посмотрел на них. Понаблюдаю немного, и в нужный момент просто выйду и скажу, что задержусь с обеда.

Менеджер Ли показался мне бледным даже с такого расстояния. Я предположил, что новенький поймал его на входе в уборную. И, кажется, не обратил внимания на цвет лица менеджера Ли. Надо бы как-то быстро сообщить о моих делах и отпустить менеджера в туалет. Слышал, синдром раздражённого кишечника нынче очень распространён среди офисных работников. Только когда начальник здоров, его подчинённые могут вовремя уходить с работы.

– Ты думал, что сможешь это скрыть? – Со Хису стал говорить тише. И его голос теперь слишком походил на голос начальника отдела Со. Даже мурашки пошли по коже. И от атмосферы между ними в том числе. Менеджер Ли сделал шаг назад.

– Что… Ты прямо сейчас… феромоны, угх…

– Как долго ты собираешься это скрывать?

– Со Хису, ты…

Я вскочил с места. Во мне заговорила совесть. Разве я не должен помочь менеджеру Ли? Мой разум отмахнулся от совести. Пусть они сами разбираются со своей личной жизнью. Совесть кричала, что менеджер Ли вот-вот упадёт в обморок. Но разум был непреклонен. Я не должен был подслушивать, и теперь глупо будет вот так открыться.

И хоть я не хотел слушать их и дальше, мне пришлось сесть назад.

– Зачем ты выпустил свои феромоны, ты совсем рехнулся?!

– Я никогда не выпускал их!..

Одно время я этого не понимал. Альфы и омеги иногда могут выпускать феромоны, сами того не осознавая. Даже не иногда, а довольно часто.

«Чей это феромон?» – я постоянно слышал эту фразу в автобусах или на рынке. Похоже, феромоны могут выходить из-под контроля. Их выброс можно регулировать, но это происходит скорее по желанию.

– Ты ведь сейчас в процессе развода, что ты планируешь делать?

Со Хису вздохнул, а затем взял менеджера Ли за запястье. Менеджер беспомощно опустил голову. Как долго мне ещё ждать?

Менеджер Ли тихо сказал:

– Пожалуйста, не говори Хитэ.

– Думаешь, это хорошая идея?

Со Хису наклонился к менеджеру Ли. Время утекает. Мне нужно уйти прямо сейчас. Если я сейчас не уйду, то пропущу весь обеденный перерыв.

Когда я встал с места, то заметил идущего сюда менеджера Со. Я склонил голову и обернулся.

– Этот ребёнок не от Хитэ.

Я остановился посреди коридора и заблокировал путь начальнику Со. Совесть и разум наконец встали рука об руку. Мне нужно его остановить. Не знаю, что я только что услышал, но это кажется неправильным. Нужно его остановить. Начальник отдела Со уже почти здесь. Такое чувство, будто я готовлюсь к битве с Голиафом. А у меня даже нет с собой пращи*.

_____________

*Праща – гибкое метательное орудие, зачастую сделанное из верёвки или полоски ткани. Предназначено для метания камней или специально изготовленных пуль.

_____________

– Начальник Со, здравствуйте.

– Ассистент Ким.

Как только начальник Со сделал шаг вперёд, я заблокировал ему дорогу. Это было похоже на чечётку. У меня похолодело в затылке. Ребёнок? Дитя? Ребёнок?

Начальник отдела Со раздражённо отодвинул меня в сторону. Нельзя дать ему уйти! Я снова встал прямо перед ним. Это настоящее безумие. Лицо начальника Со нахмурилось, становясь злее с каждой секундой.

– Ассистент Ким, какого чёрта вы делаете?

– Начальник отдела Со, мне нужно кое-что вам сказать.

Первое, что я хотел бы ему сказать, – это что его супруг беременный, но эта правда никогда не вылетит из моих уст. Второе, что я хотел бы сказать ему, – что я мечтаю уволиться из компании.

– И что же?

Начальник отдела Со презрительно посмотрел на меня сверху вниз. Его глаза сейчас чернее тучи. Я и правда боюсь его. Так выглядит запугивание со стороны альфы. Его феромоны не могут убить меня. Однако в его внушительной фигуре и высокомерном выражении лица есть что-то совершенно уникальное. И даже в этом случае я пытаюсь прикрыть спину менеджера Ли, хотя меня никто об этом не просил. Вина за непрошенное вмешательство в чужую жизнь и взявшийся из ниоткуда героизм смешались во мне. Когда всё пошло не так? Армбар. Было бы здорово, если бы я смог сейчас применить этот приём и сразу сбежать на Гавайи.

Мне на ум пришёл единственный разумный ответ.

– Могу я вернуться чуть позже окончания обеденного перерыва? У меня очень важная встреча, поэтому я могу опоздать минут на сорок. Извините.

Брови начальника отдела Со немного расслабились. Моя спина покрылась холодным потом. И всё моё внимание было сосредоточено на том, что происходило за ней. Разве начальник Со ещё не увидел менеджера Ли? Надеюсь, он не схватит менеджера за ворот и не начнёт кричать: «Чей же тогда это ребёнок?!» Пожалуйста, разберитесь с этим дома. Это не та проблема, которую можно решить, крича друг на друга в течение часа возле кулера в общем коридоре.

– Конечно, идите. Я сам сообщу менеджеру Ли.

Выражение лица начальника Со внезапно смягчилось. Поистине поразительная перемена. Начальник вдруг улыбнулся. Словно в фильме в шутку подменили один кадр плёнки. Я раньше не замечал, но когда начальник Со улыбался, он выглядел довольно красивым. Хотя мне не важно, красив ли мой руководитель.

Начальник Со похлопал меня по плечу. Я неловко улыбнулся. Уголки моих губ нервно дёрнулись.

– Идите же.

– Спасибо.

Я сделал шаг в сторону и быстро обернулся. Менеджер Ли и Со Хису уже исчезли из коридора. Я глубоко вздохнул. И облизал губы. Кажется, я сейчас постарел на пару-тройку лет.

Я поймал такси. Водитель странно посмотрел на меня, когда я попросил его отвезти меня к полицейскому участку. Вокруг глаз, смотревших на меня через зеркало заднего вида, залегли мелкие морщинки.

– Зачем вам в участок в такой час?

– Мне нужно кое-кого забрать оттуда.

Таксист вывернул руль и выехал на дорогу. Я откинулся на сиденье и скрестил руки на груди. Не знаю, почему я решил вмешаться. И правда не знаю. Может, почувствовал ответственность. Хотя если бы Ха Вони всё-таки ночевал у меня в тот день, это ничего бы не изменило.

По радио передавали новости о преступлениях против омег.

«Недавно произошла серия преступлений на почве ненависти к омегам, которая вызвала волну возмущений в обществе. Все в омега-сообществе согласны с тем, что это серьёзная социальная проблема и…»

«Четвёртого числа омега Ли, житель Сеула, подвергся нападению со стороны группы альф и был ограблен. Альфы использовали свои феромоны, чтобы обездвижить господина Ли…»

Если бы Ха Вони не был спортсменом, он мог бы тоже попасть в эти новости. Хотя его ситуация так и так заслуживает освещения в СМИ, лучше уж пусть выйдет новость про то, что он избил сталкера, а не был избит сам. Я и правда так считаю. Жизнь омеги весьма нелегка. Ладно, надо перестать думать об этом. Что бы мне съесть на обед? Хотелось бы что-то вкусное, но быстрое.

Я полез в телефон посмотреть ресторанчики в Самсон-Донге. Тут очень много хороших мест. Мне нужен обед, обеденный ресторан… Захочет ли Ха Вони поесть рисовый суп, когда выйдет из участка? Нет. Тофу, надо искать ресторан, где подают тофу…

– Молодой человек, вы, кажется, очень обеспокоены. Будете так хмуриться, и на вашем красивом лице появятся морщины.

– Что? А…

Таксист вдруг заговорил мягким голосом.

– Я тоже творил всякие глупости, когда был моложе. Я действовал импульсивно, поступал лишь так, как сам того хотел. Но в итоге рядом со мной не осталось почти никого. Только один человек всегда был на моей стороне, даже когда все остальные, включая и мою семью, от меня отвернулись. Единственной, кто ждал меня всегда, была моя жена. Я был её недостоин, но мы всё равно поженились и стали семьёй. А сейчас смотрю на вас и думаю, что не знаю точно, из-за чего вы едете в полицейский участок, но тот человек, должно быть, очень важен для вас, верно? Сердце не обмануть.

По радио заиграла какая-то грустная мелодия. Разве у него там не новости передавали?

– Человек, которого вы хотите забрать из участка… Как вы познакомились?

– Это мой коллега по работе. Мы просто коллеги.

– Сейчас вам кажется, что вы коллеги, но позже, когда придёт нужное время и вы больше не сможете лгать самому себе…

– Но я не лгу. Я предельно честен.

Грустная песня добралась до припева. В глазах водителя стояли слёзы, когда он снова посмотрел на меня через зеркало заднего вида, а в моём телефоне ждали отзывы на ресторанчики с тофу.

Таксист осторожно притормозил. Мы уже находились перед полицейским участком.

– Идите. Я подожду здесь.

Я кивнул ему и протянул свою карточку.

– Возьмите.

– Поторопитесь и идите!

– Нет, я должен вам денег…

– Молодой человек! Не упустите свой шанс!

Я положил карточку обратно в кошелёк. Таксист наморщил свой лоб, словно подгоняя меня, чтобы я скорее вышел из машины. Похоже, в этом бизнесе важен оборот наличных денег. Я достал купюру в 10 000 вон.

– Я оставлю вам десять тысяч вон. Будьте осторожны в пути.

Я вышел из машины и закрыл дверь. Водитель, кажется, был внимателен ко мне, но, с другой стороны, не слишком ли он торопил меня на выход? Я потратил все деньги на кофе, потому что не получил сдачи. Надо было сказать ему, что я приехал забрать из участка родителей. Таксист опустил стекло на своей двери.

– Не унывайте!

– Ох. Да.

Я направился к участку, попрощавшись с ним. Понятия не имею, почему таксист решил подбодрить меня напоследок.

Когда я зашёл в участок, то почувствовал себя странно. Я не был здесь раньше. Много раз проезжал мимо, но впервые оказался внутри. Я огляделся, но не увидел никаких железных решёток. Никаких признаков отдела криминалистики и никаких детективов в кожаных куртках. Признаться, я немного разочарован. Хотя это был скорее полицейский пост, чем участок. Поэтому глупо чувствовать разочарование.

Со мной заговорил полицейский:

– Чем могу вам помочь?

– А, я пришёл забрать кое-кого. Ха Вони…

– А, Ха Вони.

Ха Вони поднял голову на звук своего имени и махнул мне рукой. Это так странно. Я встретил знакомого в полицейском участке. Я знаю, что пришёл сюда именно за ним, но это всё равно странно.

– Вы ещё не закончили?

– О, уже совсем скоро.

Рядом с Ха Вони стояло несколько человек. Двое мужчин, которые, по всей видимости, были его телохранителями, и одна женщина средних лет в шикарном сером костюме.

– Адвокат Ян, мы здесь закончили?

– Да, молодой господин, вы отлично потрудились.

Женщина оказалась адвокатом Ха Вони. Когда они с ним обменялись несколькими словами, из-за спин телохранителей высунулось ещё одно лицо. Это был худощавый мужчина с чёрной бородкой. Как только наши взгляды встретились, я вздрогнул. По спине прокатился холодок. У него очень странные глаза.

– Ха Вони, взгляни на меня, ладно? Я не стал писать заявление, не стал! Слышишь?

Ха Вони подскочил со своего места.

– Идёмте?

– Кто это?! А?! Кто это рядом с тобой?! Это твоя пара?! Пара Ха Вони?!

Адвокат Ян сделала знак телохранителям. Они тут же оттеснили мужчину назад. Полицейские, казалось, пребывали в замешательстве:

– Нет, пожалуйста, не делайте этого здесь, вы должны охранять свой объект только снаружи… Мы же в участке…

– Адвокат Ян, пожалуйста, закончите здесь без меня.

Ха Вони подошёл ко мне. Я притянул его к себе поближе. Тот мужчина продолжал выглядывать из-за спин телохранителей. Словно офисный работник, который не может выйти из переполненного метро. Он силился посмотреть в лицо Ха Вони хотя бы раз. Мне было жутко за этим наблюдать. Даже полиция попыталась остановить мужчину.

– Эй, господин! Оставайтесь на месте!

– Вони! Я прав?! Повернись ко мне, Вон-а!

– Послушайте, если вы снова устроите здесь хаос, у вас будут серьёзные проблемы! Сядьте на место! Садитесь, господин!

– Вони, идёмте.

Это страшно, по-настоящему страшно. Я обнял Ха Вони за плечи и отвернулся от этой ужасающей сцены. Мне всё ещё было слышно, как спорят телохранители, полиция и сталкер.

– Вони! Твоя пара – я! Я!!!

– Идёмте скорее.

Когда я потянул ручку, чтобы открыть стеклянную дверь на выход, меня грубо схватили за плечо. Это был сталкер. Сталкер. Вблизи он выглядел жутко. У него очень странные глаза. Они в расфокусе.

– Ты моя пара!..

– Нет!

Прежде чем я успел осознать происходящее, сталкер замахнулся. Словно в замедленной съёмке в меня полетел его кулак. Я как мог попытался сосредоточиться. Могу ли я увернуться от этого удара? Я? Я даже не могу увернуться от ударов Ким Джуён. А смогу ли я взять отгул на оставшиеся полдня, если этот человек меня ударит?

Множество мыслей пронеслись в моей голове за это мгновение. За что мне это? За то, что я был добрым к людям? Был бетой? Или был Кимом Джухёком?

Что-то задело мой бок. Ха Вони резко наклонился вперёд, словно падал.

Я услышал какой-то треск. И через мгновение раздался звук «угх».

Это Ха Вони. Он ударил сталкера прямо в лицо. Это был чертовски сильный удар. Сталкер упал навзничь. Кажется, у него вывихнуто запястье. Я точно это видел! Ха Вони вывернул ему запястье. Я поднял взгляд выше. У сталкера был сломан нос. Ему определённо понадобится медицинская помощь. Всё это произошло за один миг.

Мастерство Ха Вони не ограничивалось парочкой приёмов. Вони, который только что использовал свои кулаки, спокойно выпрямился. Настоящий спортсмен.

– Блядь, я же сказал, что я омега, чёртов ты ублюдок!

Немного сквернословящий спортсмен.

– Вон-а, Вон-а…

– Ищи себе альфу в другом месте! И пусть он откусит тебе башку!

Один из полицейских шмыгнул носом. Адвокат Ян проверила свой телефон. Телохранители просто молча стояли в стороне.

Сталкер всхлипнул со странным звуком из сломанного носа. Ха Вони дважды пнул его для пущего эффекта и вышел за стеклянную дверь.

Я осторожно вышел за ним следом.

Я встал посреди крыльца, тупо уставившись в небо. Вскоре из участка донеслись такие звуки, будто там что-то сломалось, следом послышались истошные крики. Я даже не оглянулся. Внутри меня тоже что-то сломалось. Сломалось навсегда.

– Извините…

Адвокат Ян, которая неторопливо вышла вслед за мной прямо в разгар хаоса, заговорила со мной.

– Меня зовут Ян Союль, я адвокат, представляющий интересы господина Ха Вони.

– А, да.

Адвокат Ян вручила мне визитку.

– Если вам когда-либо понадобится помощь, свяжитесь со мной.

– Да.

Даже не взглянув на визитку, я скомкал её в кармане. Это, конечно, невежливо. Но я не могу беспокоиться ещё и об этом. Адвокат Ян спокойно поклонилась мне и вернулась в участок.

Холодно.

Я постоял какое-то время неподвижно, а затем достал телефон и зашёл в приложение банка. Телефону нужен был отпечаток пальца, но моя рука сильно вспотела. Я вытер большой палец о пиджак, а потом снова приложил его к экрану. Я проверил свои вклады, инвестиционный счёт, сберегательный счёт и жилищные облигации.

Мои плечи сгорбились ещё сильнее. Я поднёс лицо к телефону, словно Питер Пэн с умирающей феей Динь-Динь в руке. Затем я зашёл на несколько сайтов для поиска работы и рассчитал своё выходное пособие.

Я не смогу потянуть поездку на Гавайи, но вполне могу поехать на Филиппины. Море. Большего мне и не нужно. В конце концов, море везде синее, а песок везде белый. Пожалуй, мне ещё нужны пальмы. На Филиппинах есть пальмы? Там наверняка растут бананы. Банановые пальмы – тоже пальмы, только ещё и с бананами. Тогда этого достаточно.

Наконец мне стало спокойно. Я расправил плечи и сделал глубокий вдох. Меня немного беспокоит, что я сейчас вдохнул какое-то количество мелкой пыли, но уверен, что всё будет в порядке.

Мой телефон завибрировал от сообщения в мессенджере.

[Ассистент Ким! Код красный! Две линии! Две красные линии! Менеджер Ли беременный!]

Я отключил телефон. И усмехнулся. Мир внезапно стал таким прекрасным… Отношения? Даёшь отношения! Делай всё, что захочется!

Я ухожу из компании.

Пошло всё к чёрту.

Маленький мальчик молча протянул мне леденец. Я с минуту раздумывал, взять ли его, и в итоге взял.

– Можно мне теперь на качели?

– Садись.

Я спрыгнул с качелей, и мои туфли увязли в земле. Родители вместе с их детьми странно посматривали на меня, когда я неуклюже выбирался из песка. Я сделал вид, что не замечаю их взглядов, и сел на скамейку.

И что теперь? В порыве гнева я просто ушёл домой. Эмоции нахлынули на меня, как только я достиг детской площадки возле дома.

Из меня вырвался вздох. Я даже не подал заявление об увольнении, а уже прогуливаю работу. Может, я смогу продержаться ещё немного и вернуться в компанию? Нет. Нет. Не хочу.

2 часа дня. Обеденный перерыв уже закончился. Мне пора возвращаться. Мне пора, но я совершенно туда не хочу. Я вздохнул и положил руки по обе стороны от себя на скамейку. В этот момент ко мне снова подошёл ребёнок, который подарил мне леденец.

– Что ты тут делаешь, дядя?

– Я не дядя.

– Э-э, наряд моего воспитателя в детском саду… Эм.. Как динозавр?

Мальчик подсел ко мне на скамейку.

– Дядя, хочешь со мной спеть или поиграть?

– Я не умею петь.

– О, но у меня там есть лопатка, и если ты споёшь, появится динозавр.

Что за чертовщина? Я взглянул на мальчика. Я серьёзно. Как связаны лопатка и пение?

– Песок? Хочешь поиграть в песочнице?

Мальчик слез со скамейки и вцепился мне в ногу.

– Давай поиграем!

– Я похож на похитителя детей, так что скорее убегай.

– Давай поиграем!

– Поиграй лучше с мамой и папой.

– Сону играл с Санчхоном, и… у Санчхона и Сонхэ одинаковые фамилии.

– Сону!

К нам подбежал парнишка, который, похоже, следил за этим ребёнком. Он похватил Сону на руки, словно тот лёгкий, как пёрышко. Парнишка был совсем молодой, явно не родитель этого ребёнка. Ученик старшей школы? В лучшем случае – студент университета.

– Извините, пожалуйста!

– О, нет. Всё в порядке.

Лицо молодого человека очень нежное. Опущенные уголки глаз придавали ему такой вид, что его очень хотелось пожалеть. Забота о маленьком ребёнке – дело не из лёгких.

– Сону так любит играть… Он сильно вас побеспокоил?

Тут и беспокоиться-то не о чем. Сону украл мои качели, но любой ребёнок на его месте поступил бы так же.

– Всё в порядке.

– Может, я могу вам чем-то помочь?

– Простите?

– А… Просто вы сидите здесь в такой час, поэтому мне показалось, что у вас могло что-то случиться…

Парнишка покраснел. Сону закрыл его лицо своей маленькой ручкой.

– Санчхон, давай поиграем с дядей!

– Сону…

– У меня ничего не случилось. Хорошо вам провести время.

– А, меня зовут Ю Сонхэ. Я живу тут неподалёку. Я омега. Может, вам это не особо интересно, но я забочусь о Сону в дневное время вместо своего брата. Я студент университета, так что…

Лицо парнишки продолжало стремительно краснеть. Сону от скуки начал дёргать его за ухо. Мой извращённый разум поднял голову. И подсознание, которое я сдерживал так долго, решило восстать. Я встал со своего места. Чувствую песок между пальцами ног. Хруст, хруст, хруст…

Мы с Гидо разговаривали о таком ещё в университете.

«Думаю, ты не до конца понимаешь. Даже если хён популярен, не все подходят к нему именно поэтому. То есть, я тоже знаю, что ты красивый, но я ведь не прошу тебя встречаться со мной, верно? Вот и не переживай об этом».

«Правда? Ты так думаешь? Считаешь, это правда так?»

«Конечно. Тебе всё это кажется из-за твоей звёздной болезни. Звёздной болезни».

Звёздная болезнь.

Звёздная болезнь горела в глубине моей души. Не уверен, горела ли это именно болезнь или моё недовольство всем обществом, но что-то во мне явно горело. Я встал со скамейки и приблизился к парнишке с ребёнком на руках.

– Я довольно красив, верно?

– Что?

– Я, должно быть, очень красив. Вы так не считаете?

– Да, да… Вы очень красивы. Ах, но я решил заговорить с вами не только поэтому… Мне просто…

– Я вам понравился?

Парнишка кивнул. Даже задняя часть его шеи, доступная моему взгляду, сильно покраснела. А вот у Сону, похоже, вообще не было никаких мыслей в голове.

– Санчхон будет сцелидозавром, а я буду акрокантозавром!

– Могу я попросить у вас номер телефона? – сказал студент.

– Нет.

– Нет, – Сону повторил мой ответ.

Я взглянул на студента и улыбнулся. И постарался при этом выглядеть как можно привлекательнее.

– Я бы не хотел давать свой номер.

– Тогда, может, вы запишете мой? Я учусь в университете А. Я не хвастаюсь, просто хочу уверить вас, что я не какой-то чудак.

– Ого, вы, должно быть, усердно учились в школе.

Я поднял вверх большие пальцы.

– Продолжайте в том же духе.

Мне пора вернуться в компанию и написать заявление на увольнение.

***

Я и правда красив. Мне даже не нужно осознавать это. Осознание своей красоты не сделает меня красивее, как не сделает и уродливее. В любом случае я останусь красивым. Я знаю это. И знаю, что именно поэтому привлекаю людей. Я всегда лишь притворяюсь, что не знаю. Потому что это может здорово раздражать, когда человек всюду кричит о том, как он красив.

Я знал о своей красоте ещё с детства. Все обращали внимание на меня и Ким Джуён, когда мы выходили на прогулки всей семьёй. Все предполагали, что я ребёнок-актёр. Мои родители буквально носили меня на руках, повторяя:

– Наш сын такой красивый!

Ким Джуён тоже была трофейным ребёнком для наших родителей-бет. Красивые дети – единственный источник гордости для обычной семьи бет.

Лично я считаю, что Ким Джуён – уродинка. Она милая, конечно, но Ким Джуён – горилла.

Я мало что помню со времён начальной школы. Я каждый день выходил играть в футбол и забирался на гору позади нашего дома, чтобы ловить там кузнечиков. Тогда родители никому не могли похвастаться моей внешностью, потому что я постоянно пропадал на улице. Моя мама называла то время исключительно как «фаза дикого енота Кима Джухёка».

Я осознал свою красоту, когда учился в средней школе. Каждый день мне приходили письма от поклонников. Когда я приходил в школу, мой шкафчик всегда оказывался битком набит новыми посланиями. Некоторые одноклассники даже умудрялись ставить на этом ставки. Обычно на то, сколько у меня будет писем или на то, получу ли я в этот раз подарки. Я забирал себе часть выигрыша и ходил на эти деньги в компьютерный клуб.

Однажды я забирал Ким Джуён из детского сада и имел неосторожность спросить её:

– Оппа красивый, да?

Но Ким Джуён в ответ лишь заплакала. Ей тогда было шесть. Когда я спросил, почему она плачет, она ответила, что это потому, что я уродлив. Её слова были словно пощёчина.

Она плакала всю дорогу домой. И все на улице пялились на нас. Ким Джуён рыдала так сильно, что её лицо стало ярко-красным. Она всё повторяла, что её хён уродлив. Поскольку мне было неловко с ней такой на улице, я попытался утешить её мороженым. Но даже когда мы вернулись домой, она продолжала хныкать, поэтому я тоже сказал ей, что она уродина, потому что похожа на меня, и тогда мой отец ударил меня.

А вот когда я учился в старших классах, меня била Ким Джуён. Она тогда училась в начальной школе, и, когда приходила домой, вечно тыкала в меня волшебной палочкой или чем-то подобным. Она вела себя так потому, что её друзья часто просили о встрече с её старшим братом.

Пластиковая волшебная палочка – оружие массового поражения, между прочим. Ким Джуён говорила, что её бесит то, как другие дети во время совместных игр вечно просят её встретиться с братом. Я сказал ей, что это, вообще-то, не моя вина, но ей было всё равно.

Немного позже Ким Джуён, которая ворчала на меня каждый день, решила изменить своё поведение.

Я помню это как сейчас. Второй год моей старшей школы. Я спал у себя в комнате, когда меня разбудил какой-то шум вокруг. Незнакомые лица учеников начальной школы окружили мою кровать, и к моему горлу, словно нож, была приставлена волшебная палочка.

– Это мой брат, он выглядит вот так.

– Ух ты! Джуён, ты такая счастливица!

– Твой брат альфа?

– Что такое альфа?

– О, он открыл глаза! Он может говорить?

Когда я сымитировал только что проснувшегося зомби, дети с криком разбежались врассыпную. Я уставился на Ким Джуён. Тогда я был очень раздражён.

– Эй, Ким Джуён!

– Быстрее, оппа, ложись обратно!

Ким Джуён было восемь. В то время она была не особо высокой, и не доставала мне даже до груди. Её друзья были напуганы, словно увидели ожившую мумию в музее. Я снова лёг на кровать.

– Поешьте лучше мороженое из морозилки.

– Я уже давно всё съела.

– Ладно. Тогда не буди меня больше.

Ким Джуён проводила в моей комнате экскурсию где-то с полчаса. Это учебник Кима Джухёка, это одежда, которую он часто носит, – его излюбленная толстовка с капюшоном и чёрная сумка. Вчера мой хён ел картофельные чипсы. Поэтому-то он такой высокий.

Она мастерски рассказывала всякую чепуху. А я так и не смог заснуть. Туристы разошлись только после того, как поиграли в прятки в моей комнате.

Спустя какое-то время этот гид-трудоголик вернулся ко мне в комнату, размахивая волшебной палочкой. Ким Джуён вручила мне приз за хорошее поведение. Призом был мини-хлебушек. Ким Джуён положила его мне на лицо и попыталась залезть на кровать. У неё были короткие ножки, поэтому возилась она довольно долго.

– Оппа, мои друзья говорят, что ты красавчик.

– Ладно.

– Оппа, оппа!

– Ну чего?

– Могу я и завтра привести друзей?

– Оппе надо поспать.

Когда ты вырастешь, ты будешь чудо как хороша в продаже нефритовых ковриков. Ким Джуён закуталась в одеяло. А потом обняла меня. Она была совсем маленькой. Я обнял её в ответ и убаюкал.

Это был последний раз, когда она вела себя так мило. А потом она стала детёнышем гориллы…

***

Когда я учился в университете, у меня появилась девушка-бета, которая встречалась со мной только из-за моего лица. Мы с ней познакомились во время съёмок, в которых участвовали в роли моделей. Мы встречались, чтобы хвастаться друг другом перед другими. Ей нравилось, что у неё такой красивый парень. Мне нравилось, что у меня такая красивая девушка. Не то чтобы мы нравились друг другу как личности, скорее, мы наслаждались эффектом, который создавала наша пара, будучи вместе. Думаю, именно в этом и была суть наших отношений. Мне нравились всякие обычные моменты и наш красивый образ. Эти отношения опьяняли, и я мог наслаждаться ими, даже будучи бетой.

Моя популярность достигла пика, когда меня выбрали моделью для пиар-компании в университете. Каждый день за мной по пятам следовала группа людей, которая даже посещала со мной занятия по гуманитарным наукам, а старшекурсники выстраивались в очередь, чтобы угостить меня едой.

Благодаря этому здоровье моей печени почти достигло своего лимита. Каждый вечер я шатался по разным заведениям, каждое утро меня рвало, и каждый обед я ел суп от похмелья.

Ким Джуён всегда ругала меня, когда я приходил домой под утро, потому что в ванной комнате ещё долго потом воняло алкоголем. Она тогда вот-вот должна была вступить в пубертат. Чтобы избежать гориллы, я частенько оставался ночевать в комнате театрального клуба.

Однажды я сильно перепил и рухнул на диван в этой самой комнате. Я расслаблялся в полном одиночестве, как вдруг внезапно объявился Гидо. Он вернулся с какой-то репетиции сильно вспотевшим. На улице смеркалось. Гидо включил в комнате вентилятор и сел под него, жадно глотнув воды.

– На улице очень жарко, хён.

– Ты уже ужинал? Может, поедим чего-нибудь?

– Разве ты сегодня не идёшь выпить?

– Если я выпью ещё и сегодня, то завтра отправлюсь прямиком в больницу.

– Ты такой классный, хён.

Соль Гидо посмотрел на меня и улыбнулся. Красивый. По-моему, Соль Гидо – самый красивый человек в этом университете. После меня, конечно.

– Хён, побудешь со мной сегодня? – хрипло спросил Гидо.

Я не мог понять его выражение лица. «Почему ты спрашиваешь?», – хотел спросить я.

– Ты хочешь выпить?

– У меня скоро гон, поэтому мне лучше этого не делать.

– Да? Но люди ведь не умирают от такого.

Соль Гидо – альфа. Когда-нибудь он встретит свою омегу и у них случится роковая любовь. И бета Ким Джухёк будет шафером на их свадьбе.

В то время мне сильно нравился Гидо. Мне нравилось его красивое лицо и его милая неуклюжесть, а ещё я чрезвычайно гордился его серьёзной стороной, которую он редко кому-то показывал. Так было с самой первой нашей встречи.

Он бы нравился мне, даже если бы мы не стали друзьями. Он бы очень сильно мне нравился. Я в этом уверен.

Даже если отбросить мысль об альфах, бетах и омегах, я никогда не думал о том, чтобы встречаться с мужчиной. И вообще не хотел думать о чём-то подобном. Но если бы мне надо было с кем-то встречаться, я бы выбрал Гидо. Несмотря на то, что он был и альфой, и мужчиной. Соль Гидо нравился мне как друг, и продолжал бы нравиться мне даже в том случае, если бы мы стали парой.

– Гидо?

– Да?

– Если бы я…

Я закрыл глаза рукой. Мой живот скрутило от похмелья.

Если бы я тогда был чуточку смелее, всё могло быть иначе. Я мог бы заговорить с тобой. Но я проглотил стремящиеся наружу слова. Я был молод и мыслил по-детски. И знал, что я красив. Мне казалось, что абсолютно любой человек поддастся моим чарам. И ты не можешь быть исключением. Я ведь так красив.

Но ты же альфа, верно?

Я был уверен в том, что ты мне нравишься, но совсем не был уверен в том, что тебе нравлюсь я. И вместо того, чтобы рискнуть, я выбрал отношения, которые поддавались моему пониманию. И был счастлив этим выбором. Но и страдал от него.

Я был молод. И мысли об отношениях с мужчиной-альфой казались мне чуждыми. Всё это очень пугало, и я ощущал себя виноватым. Я был слишком застенчив, чтобы рассказать о своих чувствах к тебе. Ты тоже всегда молчал. Мы оба были слишком напуганы.

– Меня сейчас стошнит.

– Ух, хён, зачем ты это сказал?

В тот день мы всё-таки выпили вместе. Мы очень много пили, болтали о всякой ерунде и переживали о наших оценках, а затем вместе рухнули на диван. Насквозь пропахшие алкоголем, мы уснули, прижавшись друг к другу головами. В ту ночь громко стрекотали цикады и шумно крутился старый вентилятор. Я потянулся и осторожно коснулся твоей руки. И тогда я понял, что ты не спишь. Ты наблюдал за мной сквозь полуприкрытые веки.

Это был конец того мучительного периода.

Мы никогда не говорили о том дне.

Но сейчас я чувствую себя так, словно вернулся в него. Кто-то медленно проникает в моё сердце, а я этого даже не осознаю. Я думаю: «нет, он не может мне нравиться», и напрасно борюсь со своими чувствами, прямо как тогда. Часто вспоминаю об этом человеке и без конца думаю о его достоинствах. А когда мы с ним видимся, я становлюсь счастливым. Единственный его недостаток состоит в том, что он альфа.

Очень сложно вмиг разрушить стены, которые я воздвиг, пытаясь не пускать в свою жизнь альф и омег. Но даже несмотря на них я эгоистично поддерживал ухаживания директора Ли, который упрямо прокладывал дорогу к моему сердцу. Я чувствую нежное тепло в его взгляде, которое говорит мне, что я никогда не буду чужим в его мире.

Я по-прежнему полон страхов, – ничего не изменилось с тех студенческих дней. Но теперь рядом со мной есть человек, который готов любыми средствами пересечь черту. Черту между миром, который я создал в своих иллюзиях, и его миром. И даже если мне не всегда нравятся его действия, его настойчивость достойна восхищения. Поэтому я тоже решил тронуться с места. Думаю, что в этот раз можно передвинуть мои крепко стоящие ноги и пересечь эту черту, которая, возможно, была не таким уж большим делом, как мне казалось. Я верю в директора Ли. Несмотря на то, что я всё ещё боюсь, как тогда в прошлом, этот человек, похоже, готов крепко держать меня за руку.

И я хочу протянуть ему руку как следует. Потому что верю, что он возьмёт её в ответ.

Я столкнулся с директором Ли на обратном пути в офис. У него было недовольное лицо, когда он подходил к зданию. Когда директор Ли заметил меня, выражение его лица тут же изменилось. Точно так же, как у начальника отдела Со этим утром. Директор Ли сменил эмоцию так быстро, словно был актёром пекинской оперы. Я почувствовал некоторую гордость. Мне очень понравилось, как он внезапно улыбнулся мне.

– Джухёк!

– Директор Ли.

– Я слышал, вам пришлось тяжело из-за Вони. Мне жаль.

– Нет, это была прекрасная возможность всё осознать. Я принял решение.

– Что?

– А что у вас случилось? Вы выглядите не очень хорошо.

– Это не так уж важно. Как альфе мне просто необходимо это сделать.

– А, как альфе…

Директор Ли подошёл ко мне. Так близко, что я услышал запах его тела. Приятный аромат. Я не парфюмер, поэтому не могу описать его так, как он пахнет на самом деле, но кое-что сказать всё же могу. Запах был лёгким и чуть сладким. Как в хорошем магазине, но немного теплее. Если бы я был альфой или омегой, то смог бы узнать аромат феромонов директора Ли. Интересно, какой он?..

– Каково это – быть альфой?

– Эм… Это трудно. Но легче, чем быть омегой или бетой. Все любят и уважают тебя просто так. Но и ожидают от тебя куда большего. Если ты не так хорош, как другие альфы, то тебя станут игнорировать, так что… Нет. В любом случае, это просто жизнь.

Директор Ли говорил торопливо. Я же в это время становился всё более разочарованным из-за того, что не смогу увидеть его красивое лицо, когда поеду на Филиппины.

Поначалу директор Ли очень меня раздражал, но теперь всё стало по-другому. Я почувствовал себя так хорошо, когда увидел его сейчас. Приятно видеть, как его лицо светлеет, стоит ему только взглянуть на меня. И то, с каким трепетом он относится ко мне.

Я начал понимать его. Все его действия вдруг обрели смысл. Кажется, он хочет оставаться рядом со мной подольше. Всё может быть. Всё может быть.

Директор Ли красив, даже когда ест. Такое случается.

Ямочки на его щеках очень красивы. И такое тоже случается. Я думаю, что ему достались очень хорошие гены от его родителей.

Цвет его волос красив. Подбородок тоже. И уши у него красивые. Руки длинные, ногти аккуратные. Даже его шея красива.

Может, я нравлюсь директору Ли потому, что и я красивый? Всё может быть.

Я ему нравлюсь.

Нравлюсь.

– Директор Ли.

– Да.

– Я собираюсь уволиться из компании.

– Что?

Директор Ли вдруг преградил мне путь.

– Подождите минутку, Джухёк!

Как будто застигнутый врасплох, директор Ли прикрыл губы ладонью. Кажется, он сильно обеспокоен.

– Мы можем поговорить?

Мы стояли в вестибюле компании. Охранник пристально смотрел на нас. Мне особо нечего рассказывать.

– Нет. Я уже всё решил.

– Это из-за меня? Потому что вы мне нравитесь?

Директор Ли осторожно положил руку мне на плечо. И тут же её убрал. Кажется, он боится сделать лишний шаг. Директор Ли горько усмехнулся.

– Я больше не буду вас беспокоить. Я вёл себя незрело, простите меня… Я…

– Директор Ли.

– Да?

– Я увольняюсь.

– Да. Понятно. Хорошо.

Мне очень нравится разочарованное выражение лица директора Ли. Интересно, от него сейчас исходят феромоны? Что за феромоны? У них есть запах? Что директор Ли чувствует сейчас?

Нужно протянуть ему руку. Я не хочу больше колебаться. Достаточно метаний.

Не знаю, сошёл ли я с ума или, может, принял какие наркотики. Мой рот открылся сам собой.

– У нас осталось не так много времени.

Я дотронулся до булавки на галстуке директора Ли. Она была холодной. Я сделал вдох.

– Попробуйте соблазнить меня как следует.

– …

– Я даю вам ещё один шанс.

Я коснулся плеча директора Ли. Он приоткрыл рот от удивления. Чертовски мило. Я сошёл с ума. Я точно сошёл с ума.

– Удачи.

Я пошёл к лифту, оставив позади себя директора Ли, застывшего там, словно камень. Я оглянулся на него, – он смотрел на меня пустым взглядом. Затем его шея повернулась в сторону. Безумие. Он выглядит очень мило! Я снова обернулся. Должно быть, я сошёл с ума.

Я сжал руку в кулак, на мгновение принял боевую стойку и снова пошёл к лифту. Пока я ждал, когда он спустится, обернулся ещё раз. Лицо директора Ли сильно покраснело. Милый. Я сошёл с ума. Такой милый. Мне кажется, я сошёл с ума. Чертовски милый. Я и правда сумасшедший.

Почему я только сейчас заметил, как он мил? Осознание пришло в одно мгновение. Ли Шихён такой милый, что от этого и умереть можно. А вдруг я и правда умру?

Динг.

Лифт приехал. Директор Ли всё ещё смотрел на меня.

– Вам разве не наверх?

Директор Ли со всех ног побежал к лифту. Нам предстоит долгий путь.

***

– Давай заедем в твой любимый ресторан по дороге домой? Я уже забронировал столик.

– С чего вдруг? Я вообще-то занят. И это больше не мой дом.

– Тебе не следует терять вес. Ты плохо питаешься в последнее время. Мне кажется, ты сильно похудел.

– О, так я плохо выгляжу? Со Хитэ, если я так некрасив, тебе лучше поесть в одиночестве. Я сам могу о себе позаботиться, так что не беспокойся об этом.

– Ты всё ещё злишься? Вчера я…

Я просунул руки между менеджером Ли и начальником отдела Со и отделил их друг от друга. Моисей разделил Красное море, а я вот – этих двоих.

– Ассистент Ким.

Очевидно, какое выражение лица состроил начальник отдела Со. Чтобы не испугаться, я решил не смотреть на него.

– Менеджер Ли, мне нужно вам кое-что сказать.

– А, как раз вовремя. Идёмте поговорим.

Менеджер Ли приобнял меня за плечи. Начальник отдела Со схватил его запястье. Когда я посмотрел на менеджера Ли, мои глаза встретились с глазами начальника отдела Со. Его взгляд пробирал до костей. Я знаю причину. Мне хотелось отвернуться, но я сдержался. Мне нечего терять. Я посмотрел прямо на него. И закричал про себя: «На что уставился?!»

– Сначала ответьте мне.

– Хитэ-я!

Начальник отдела Со медленно отпустил руку менеджера Ли. Уголки моего рта непроизвольно поползли вверх. Впервые я услышал, как менеджер Ли назвал начальника отдела Со так неформально. Менеджер мягко улыбнулся:

– Отъебись.

– …

– Ох! – неосознанно воскликнул я. И тут же захлопнул себе рот.

Они даже не обратили на меня внимания. Менеджер Ли и начальник отдела Со сцепились взглядами. Из их глаз, казалось, летели искры.

– Мудак.

Кажется, менеджер Ли слишком долго копил в себе разочарования. Он оттолкнул начальника отдела Со, который беспомощно отошёл в сторону. Было так приятно наблюдать эту сцену, пусть я и предвзят насчёт менеджера Ли. Он ведь с самого начала карьеры был моим наставником.

Пока я наблюдал за поникшим начальником отдела Со, у меня возникла идея для нелепой выходки. Мой мозг ещё не успел осознать, хороша ли эта идея, но тело уже среагировало.

– Ну что, идём?

Я выставил в сторону локоть, подставляя его для менеджера Ли. Тот закусил губу, едва сдерживая смех, и легко ухватился за мою руку.

– Идём!

Я чувствовал себя отцом, который ведёт свою дочь к алтарю. Мы легко пошли вперёд. Это очень забавно, но и волнительно тоже. Хотел бы я оглянуться. Мне так интересно, что на это выдаст начальник отдела Со, но я не стану оборачиваться.

– Ах, да.

Менеджер Ли обернулся и показал начальнику отдела Со средний палец.

– Вот теперь идём.

В этот момент несварение желудка, накопившееся во мне после возвращения в компанию, резко прошло.

Не глядя друг на друга, мы с менеджером Ли зашли в комнату отдыха для сотрудников. Менеджер закусил нижнюю губу. Я тоже. Я изо всех сил давил в себе отчаянный смех. Такой, каким смеяться могут только те, кто доведён до края.

Мы оба сели на стулья и постарались выровнять дыхание.

– Кхм-кхм, ассистент Ким. Спасибо вам. Спасибо, что помогли мне там.

– О, всегда пожалуйста. Надеюсь, что у вас всё будет хорошо.

– Однако вы сильно задержались сегодня. Начальник отдела Со передал мне, что вы опоздаете, но я не ожидал, что так надолго. Нехорошо, если подобное происходит в период дедлайнов. Но я закрою на это глаза, потому что это вы, ассистент Ким.

– Прошу прощения. На самом деле у меня возникла кое-какая проблема. Так что мне нужно с вами поговорить.

Выражение лица менеджера Ли стало серьёзным. Он сложил руки вместе.

– Что случилось? Ваша сестра упала в обморок?

– Нет, дело не в этом, я…

Серьёзный взгляд менеджера Ли обратился ко мне. Я вспомнил день, когда впервые переступил порог компании.

Менеджер Ли ещё был ассистентом и выглядел очень молодо. Тогда его лицо казалось круглее, сейчас он сильно похудел. Но у него всегда был приятный характер. И он всегда был добр к своим подчинённым и тщательно выполнял свою работу. И сколько бы начальник Со не издевался над ним, на следующее утро он приходил на работу с улыбкой, словно персонаж какого-нибудь мультфильма. Он человек, достойный уважения.

– Я хочу уволиться.

Пришло время расстаться. С этой грёбаной компанией.

– Что?

Менеджер Ли удивлённо сжал руки. С мгновение он пытался подобрать слова.

– Почему вы приняли такое решение? Ассистент Ким, вы прекрасно справляетесь. Вы хотите сменить место работы?

– Нет. Я просто хочу уйти. Не думаю, что моя нынешняя работа мне подходит. Я хочу немного отдохнуть и попутешествовать.

– Но тогда, ассистент Ким, как насчёт отпуска? Я согласую вам отпуск, если вам тяжело, поэтому можете отдохнуть и возвращаться к нам.

– Менеджер.

– Да?

– Спасибо вам. За всё.

Менеджер Ли вздохнул. Он посмотрел на стойку в комнате отдыха и повернулся ко мне с улыбкой:

– Хотите чашечку кофе?

Я кивнул. А ему можно пить кофеин во время беременности? Я посмотрел на живот менеджера Ли, когда он встал с места, чтобы налить кофе. Не верю, что в этом идеально плоском животе может зарождаться новая жизнь. Хотя… Это пока что всего лишь клетки, а они очень маленькие.

Я подставил тыльную сторону ладони под подбородок и сосредоточил взгляд на спине менеджера Ли. А когда случайно повернул голову, то увидел за стеклянной стеной начальника отдела Со со скрещёнными на груди руками. Я притворился, что не заметил его, и посмотрел прямо перед собой. Я ничего не видел.

***

Менеджер Ли спокойно отпустил меня.

– Уверен, что ассистент Ким преуспеет везде, куда бы ни пошёл. Вы отлично потрудились, Джухёк.

Мы разговорились о тех временах, когда менеджер Ли был ассистентом, а я – ещё стажёром. Прекрасные воспоминания. Даже плохие дни спустя время кажутся нам лучше. Мы так долго были коллегами. Должно быть, у менеджера Ли с начальником отдела Со тоже довольно длинная история, но в этом разговоре менеджер о нём не вспоминал. В его словах ни разу не проскользнуло это имя, и я почувствовал, что менеджер Ли до странного счастлив. Словно он наконец смирился. Лишь один раз менеджер упомянул начальника отдела Со.

– У нас не было выбора, кроме как вместе работать сверхурочно, и в тот день мы вместе пошли домой. Думаю, тогда мы и стали друзьями. Даже ужинали вместе… Ну… Теперь это неважно.

Блоха в стеклянной банке*. Такое впечатление у меня сложилось о менеджере Ли. Он мог бы прыгнуть выше, если бы захотел, но ограничивал сам себя. Он сдерживался, не позволяя себе поверить в то, что небезразличен начальнику отдела Со.

_____________

*Блоха в стеклянной банке – идиома, которая используется для описания человека, имеющего потенциал, но ограничивающего себя в его раскрытии. Блоха может прыгать высоко, но, если она помещена в стеклянную банку с крышкой, она может прыгать лишь до крышки. Со временем, даже если крышка будет снята, блоха не будет прыгать выше, потому что привыкла к ограничению.

_____________

На самом деле начальник отдела Со любит менеджера Ли. Пусть и извращённо. Менеджер Ли не знает, как начальник отдела Со смотрит на него. Об этом знают лишь все остальные сотрудники офиса. Только первый отдел по работе с клиентами знает выражение лица начальника Со, который не отрывает взгляда от менеджера Ли и неосознанно улыбается каждый раз, как видит его. Думаю, им двоим не помешает спокойно побеседовать в суде часа четыре.

В любом случае, это не моё дело. Мне сложно сопереживать им. У коллег-бет нет полной картины для понимания ситуации.

Когда я вернулся на своё место, ассистент Кан выглядел необычайно занятым. Он схватил меня за рукав и протянул мне бумаги, как только я подошёл к своему столу.

– Пожалуйста, введите эти цифры.

– Хорошо.

После того, как я начал печатать на клавиатуре, мне стало немного лучше. С этим компьютером тоже надо попрощаться. Прощай, мой тугодумный друг! Я буду скучать по разговорам с сотрудником компании-партнёра, которому я звонил всякий раз, когда компьютер начинал сильно тормозить. У него всегда был такой уставший голос, интересно, как у него дела?

Не глядя на меня, ассистент Кан, который давил клавишу Enter, сказал:

– Наша компьютерная система скоро станет лучше. Читали объявление от административного отдела?

– О.

Им следовало сделать это раньше, но конечно, они собрались исправлять ситуацию, только когда я решил уходить! Вот это тайминг. Досадно, конечно, но это не помешает мне уволиться. Я поеду путешествовать. Поеду путешествовать и накуплю сувениров…

Каждая мелочь теперь вызывала во мне ностальгию. Даже кулер с водой мне памятен. Я раздал так много подавителей омегам возле этого кулера. Однажды зимой я не смог поесть пуноппан*, потому что мне пришлось купить на эти деньги подавители. Надо было использовать карту, а не наличные.

_____________

*Пуннопан – печенье в виде рыбки с разными начинками.

_____________

Диванчик перед комнатой отдыха, где мне признался омега, которому я помог, мусорное ведро у торгового автомата, где я наткнулся на парочку, которая вот-вот должна была поцеловаться, и лифт, где я встретился взглядом с ассистентом из соседнего отдела, который ненароком касался ягодиц других сотрудников.

Почему, чёрт возьми, я ухожу только сейчас?

Я становился всё менее и менее привязанным к своей работе, пока вспоминал эти моменты. И уже тайно подыскивал себе билет на самолёт. Мне попадалось так много информации о всяких акциях. Для осмотра достопримечательностей есть пакетные экскурсии и дополнительные скидки. В мире так много прекрасного, но я не могу этим насладиться, пока работаю тут. Может, мне рвануть в Европу каким-нибудь туром? Думаю, это будет интересно, хотя… Наверное, это уже перебор. Нет, я просто не знаю, как долго буду оставаться без работы, так что Европу пока придётся отложить. Пока. Пока отложим.

Я встал со своего места, решив не думать о путешествиях, пока не приду домой с работы. Менеджер Ли улыбнулся мне. Начальник отдела Со уже патрулировал наш этаж. На нём был шарф, которого я давно не видел. Менеджер Ли показывал мне его. Он купил его в подарок на день рождения начальнику Со несколько лет назад. Это произошло так давно, а он надел его только сейчас. Удивительно, что начальник Со сохранил его, хотя говорил, что шарф ему не нравится.

Менеджер Ли собирался уходить домой, когда начальник отдела Со вместе с этим шарфом преградил ему путь. Менеджер Ли коротко переговорил с начальником Со. Выражение его лица было спокойным. Затем менеджер Ли положил руку на грудь начальника отдела Со. Какая на редкость трогательная сцена. Мы с ассистентом Каном отодвинули стулья назад и принялись наблюдать за происходящим. Начальник отдела Со накрыл своей рукой руку менеджера Ли. Его улыбка казалась искренней. Он демонстрировал менеджеру Ли свой особый навык привлечения клиентов.

Все сотрудники смотрели сейчас в ту же сторону, забыв о том, что пора собирать вещи домой. Все мы одинаковые.

Менеджер Ли встал на цыпочки и шепнул что-то на ухо начальнику отдела Со.

– Ох! – послышались отовсюду возгласы коллег.

Вопреки ожиданиям, лицо начальника отдела Со быстро потемнело. Менеджер Ли, ярко улыбнувшись ему, схватил оба конца его шарфа и почти задушил его. Начальник отдела Со сжал руки в кулак и оттолкнул менеджера Ли, выхватив из его рук шарф. Менеджер Ли постучал пальцем по носу начальника отдела Со, словно предупреждая его о чём-то. Мы все наблюдали, как менеджер уходит от начальника Со.

Начальник отдела Со хлопнул в ладоши и обернулся к нам.

– Я бы хотел устроить корпоратив.

– Прямо сейчас?

– Нет.

Пора домой.

На выходе из здания меня ждал директор Ли. Я предполагал, что так будет. Меня тут же накрыло смущение. Я сказал ему что-то дурацкое днём. Теперь не знаю, как мне на него смотреть. Не подозревая о буре мыслей внутри меня, директор Ли подошёл ближе. По его позе было понятно, что он прячет что-то за спиной. По позвоночнику прокатился холодок. В голове зазвучала сирена. Тревога! Тревога!

– Джухёк.

– Директор. Вы ждали меня?

– Хотите поужинать и немного выпить вместе?

Рука, спрятанная за спиной директора Ли, сильно меня нервировала. Что он там прячет? Я изо всех сил надеялся, что у него просто привычка держать руки за спиной. Смешно. Там точно что-то есть. Проходящие мимо люди бросали взгляды на спину директора Ли. Там сто процентов что-то есть.

– Да. Буду рад.

Всё что угодно, только не доставай то, что у тебя за спиной.

– У меня есть небольшой подарок для вас, Джухёк.

– Угх…

Вот оно. Я сделал глубокий вдох. Очень напряжённая ситуация. Пришло время пожинать плоды моих слов, неосторожно брошенных этим утром.

Локоть директора Ли оказался в центре моего пристального внимания. Он уходит в сторону, в сторону, в сторону…

И моему взгляду предстаёт одинокая роза. Мой внутренний голос кричал. Очень сложным криком.

Во-первых, получать розы посреди улицы неловко. Во-вторых, мне очень приятно видеть эту розу, поэтому мне сильно неловко. По итогу всё это чертовски неловко. Я прикрыл рот рукой. Думаю, я сейчас провалюсь под землю от смущения.

– Я предполагал, что вам будет неловко, но всё же хотел подарить её. Я бы, конечно, хотел купить сотню роз, но подумал, что для вас это будет слишком обременительно.

– Угх.

– Вы очень милы, когда смущаетесь.

Я взял розу из руки директора Ли. Никогда в жизни не получал цветов от своего начальства. Я взглянул на бутон. Лепестки этой розы гладкие, мягкие и красные.

Милая и красивая роза. Как и альфа, что подарил её мне. Словно мы тут дораму снимаем. За исключением разве что того, что второй герой – бета. Хотя не важно, бета я или нет. Да, точно. Не важно. Не важно, бета или нет. Беты тоже могут встречаться с альфами.

– Спасибо. Мне нравятся старомодные жесты.

Всё ещё глядя на розу, я улыбнулся. Идеально. Увольнение с работы, красавец-директор Ли и невероятно пахнущая роза.

Так идеально, что даже грустно.

В глазах вдруг стало темно, когда я снова моргнул. Теперь я видел только розу. Казалось, огни города на мгновение погасли. Шум толпы отдалился. Люди вокруг словно стали зрителями. И они покидали театр. Актёры здесь – директор Ли и я. Улыбка директора Ли прекрасна. И реквизит тоже прекрасен. Но на сцене не хватает одного актёра.

В памяти всплыло лицо Соль Гидо. Не его привычно красивое лицо, а то, что плакало в маленьком театре. Лицо с белыми каплями на подбородке и вспотевшей шеей.

– Мне очень нравятся старомодные жесты.

Я пристально посмотрел на директора Ли. Его подарок идеален. Я ощутил эту разницу. Директор Ли подарил мне свежую и прекрасную розу. Роза, которую я тогда купил Соль Гидо, была совсем другой. Кончики её лепестков увяли и потемнели.

– Старомодные…

Директор Ли нахмурил брови и вдруг улыбнулся.

– Вы подшучиваете надо мной, да?

Я посмотрел на него и тоже улыбнулся.

– Ужасно старомодные.

***

Мы плотно поужинали с директором Ли, хотя и ели в дорогущем суши-ресторане. Я сел там по-турецки, и мои колени заболели от тесноты брюк. Но директор Ли даже скрестив ноги умудрялся сидеть с прямой спиной. Для создания этого персонажа точно использовались чит-коды.

В ресторане в восточном стиле директор Ли излучал атмосферу опасного мужчины. Мужчины, на спине которого можно увидеть татуировку с драконом, а то и двумя.

Директор Ли предложил мне саке. На стопке красовался карп. Атмосфера была такой, словно он заморский мафиози. Я нарочито вежливо взял напиток из его рук. Выпив его, я, похоже, должен буду заключить с ним очень серьёзный договор.

На щеках директора Ли появились ямочки. Обожаю его ямочки.

– Вы планируете много пить сегодня?

– Нет. Не планирую. Я не смогу ходить, если решу напиться.

– Неужели вы когда-то так много пили, что не могли ходить?

– Со мной довольно часто случалось такое во время учёбы в университете…

Директор Ли улыбнулся, глядя на меня. Это одновременно обременительно и приятно. Моё сердце забилось быстрее. Как только я осознал это, мои мысли больше ничто не ограничивало. Я не отрывал взгляда от его руки на столе.

Серебряные наручные часы выглядели как сцена из рекламы. Честно говоря… Я не должен так говорить, и определённо точно не должен так думать, но я считаю, что его запястье очень сексуально.

Я хочу умереть.

Я был в самом разгаре процесса самокопания, как вдруг директор Ли заговорил со мной.

– Ваш друг недавно подвозил вас домой? Тот друг, которого мы видели на вечере?

– О, вы о Гидо?

– Гидо? Его зовут Гидо?

Директор Ли улыбнулся, закрывая глаза. Его глаза немного похожи на глаза Ха Вони. Рука с часами легко и ненавязчиво постучала по столу. Словно капли воды касались спокойной поверхности. У него такие изящные пальцы. Эти пальцы наверняка когда-то тоже раздавали дружеские щелбаны на университетских выездах с однокурсниками.

– Кажется, вы с ним очень близки. Мы ведь о нём же говорили в тот день, когда вы были покрыты феромонами альфы?

Директор Ли широко улыбнулся. Не знаю, что заставило его так улыбнуться.

Почему он ничего не ест? Директор Ли – словно говорящий портрет. Его прямой взгляд был устремлён на меня. Когда я взял кусочек сашими, мне показалось, что вместо него сейчас съедят меня. Мягкая текстура сырой рыбы коснулась кончика моего языка. Я взглянул на улыбающееся лицо директора Ли. И выпил немного саке. Моё сердце так сильно колотится. Я хочу умереть.

– Эм, да. Он тот ещё пьяница. Гидо – мой хубэ с университета, он знаменитость, и он снимается в дораме…

– О, я всё вспоминал, где мог его видеть. В той дораме, которую так любит моя тётя… Кажется, теперь я понимаю, – пробормотал директор Ли.

Дорама…

– Он красивый. Ваш друг.

– Кому не понравится красивый человек?

Я подлил саке в стопку директора Ли. Тот вежливо принял её из моих рук.

– Я тоже красивый, – сказал он.

Я улыбнулся, взглянув на директора Ли. Тот как-то грустно усмехнулся и опрокинул в себя стопку.

– Я знаю. Вот почему я так волнуюсь.

После нескольких стопок нам стало легче разговаривать. Мы болтали о всяких мелочах, включая даже то, что лифт в нашем офисе уж больно медленный. У меня немного кружилась голова, но было вполне терпимо. Этот ужасный директор Ли, которому, очевидно, было всё равно на количество выпитого, всё продолжал и продолжал подливать мне саке.

И сам продолжал пить без остановки. В чём я могу быть уверен наверняка, так это в том, что у него крепкая печень.

– Я бы не хотел сейчас говорить о работе. Поэтому хочу спросить у вас кое-что личное. Каков ваш друг Соль Гидо?

Я пребывал в смятении. У меня много ответов. Я мог бы показать ему параметры его тела, которые наверняка можно найти в сети, либо рассказать кучу историй с его студенческих времён. Да и после окончания университета мы попадали в множество идиотских ситуаций. Однажды я сильно перепил и засунул микрофон из караоке ему в сумку. Это чистая правда. Мы вернули его только на следующий день.

– Не понимаю, о чём именно вы спрашиваете.

– Кто он для вас, Джухёк?

– Семья?

Мой взгляд упал на розу, которую подарил мне директор Ли. Я взял её в руки и вдохнул аромат. Она пахла едва слышно. Она пахла пылью, потом и затхлостью.

– Он семья. Я не смогу без него существовать. Не знаю, как он бы ответил на этот вопрос, но я отвечу именно так.

Директор Ли протянул ко мне руку. Его пальцы пересекли стол и подняли мой подбородок. Очень осторожно.

Директор Ли спокойно спросил:

– Знаете, как это звучит для альфы?

– Вы заинтересованы в нём больше, чем во мне? Если так, то это очень плохо.

Я усмехнулся. Хотя, скорее, это алкоголь во мне усмехнулся. Директор Ли, улыбаясь, вернул руку на место. Он потёр запястье.

– Против вас я бессилен.

Я всё не мог отпустить розу. Мои руки сильно вспотели, и пластиковая упаковка норовила выскользнуть из моей хватки. Я осторожно сжал руку на конце стебля. Мои пальцы коснулись острого основания розы. Как они её так срезали? Это ведь требует навыков. Умелой руки. В конце концов я уколол себе палец. Ох, мне немного больно. У меня тут болит. Директор Ли вздохнул.

– Джухёк, я должен быть рядом с вами, когда вы выпиваете. Где угодно.

– Я часто пью с Гидо.

– Не заставляйте меня ревновать.

– Вы должны соблазнить меня, вы не должны ревновать. Я ведь сказал вам соблазнить меня. Уверен, вы сможете пересилить свою ревность.

Директор Ли вновь наполнил мою стопку саке. Оно очень пресное на вкус. Думаю, я уже пьян, раз не почувствовал его вкуса. А директор Ли в порядке? Нет, мою печень уже не спасти. Мы выпили так много бутылок…

После некоторых раздумий я сказал:

– Но вы можете ревновать. Можете немного ревновать меня к Гидо. Это нормально.

– Почему?

Разукрашенное лицо, всхлипывающий голос, стакан с алкоголем. Разве мы пили в тот день в театре?

– Не позволяйте мне колебаться.

Директор Ли заказал трезвого водителя. Судя по великолепному состоянию его печени, он и сам смог бы вести машину. Но я в жизни такого вслух не скажу. Не хочу снова идти в полицейский участок. Достаточно и одного раза.

Директор Ли уже стоял возле своего седана. Он посмотрел на меня с игривым выражением лица.

– Вы сегодня сядете вперёд?

Я сунул розу под нос директора Ли.

– Откройте заднюю дверь. Сегодня я хочу сидеть рядом с вами.

В машине я склонил голову на плечо директора Ли. Он картинно вздохнул. Я взглянул на него, не отрывая щеки от его плеча.

– Чем вы так обеспокоены? Неужели тем, что такой красивый и талантливый сотрудник, как я, покидает компанию? Наверняка она из-за этого сильно пострадает.

Директор Ли взял меня за руку. Он переплел наши пальцы, и его ладонь показалась мне очень большой. Мне никогда не говорили, что у меня маленькие руки. Похоже, я проигрываю ему и в весовой категории. Вот почему альфы такие крутые. С силой генов всё возможно.

Директор Ли прислонился щекой к моей голове. Он тёплый. А я сонный.

– Где моя роза?

– У вас в руках. Хотите, я буду дарить вам по розе каждый день?

– Хорошо. По розе в день.

Водитель тихо щёлкнул языком. Мои глаза открылись. А затем снова закрылись. Мне всё равно. Вряд ли я ещё когда-нибудь его увижу.

– Только иногда и всего по одному цветку.

Директор Ли нежно поцеловал меня в макушку. Щекотно. Я очень давно ни с кем не встречался. Похоже, настало это время. Трудно встречаться только с бетами. С каждой ступенькой выше по лестнице этого общества становится всё сложнее встретить бету. Число людей-бет, с которыми я знакомился по мере взросления, постепенно стремилось к нулю. Альфы занимают все руководящие должности, а омеги им помогают. Куда делись все беты?

– Молодой господин, мы на месте.

Ледяной холод скатился по моему позвоночнику. Разве это не рандомный трезвый водитель? Мы столкнёмся с ним снова?

Я заставил себя открыть глаза. Мой взгляд тут же обратился к зеркалу заднего вида, где отражалось лицо водителя. Я не смог прочитать выражение его лица. Мой желудок тут же скрутило. Похоже, печень резко начала выводить из организма алкоголь.

Директор Ли помог мне выйти из машины. Я не мог оторвать глаз от зеркала заднего вида. Мы с водителем смотрели через него друг на друга, пока дверь седана за мной не захлопнулась.

Директор Ли снова привёз меня к дому Гидо.

Я не знал, в какой момент уместнее всего будет сказать, что это на самом деле не мой дом. Но директор Ли не дал мне возможности заговорить об этом, уже провожая меня к подъезду. Он начал говорить, что мне лучше зайти внутрь, потому что я выгляжу уставшим. Но разве могу я пойти туда вот так? Снова ночевать у Гидо? Прямо с этой розой?

– Входите же.

Я схватил директора Ли за рукав. Он тепло обхватил мою руку своей. Нет, он всё не так понял. Я не пытаюсь создать нам приятную атмосферу, я просто хочу сказать, что это не мой дом.

– Не хочу прощаться, – мягко улыбнулся Директор Ли.

Мне приятно, что он счастлив, но это не мой дом. Я просто не могу заставить себя сказать это. Между нами только недавно царила странная атмосфера, когда мы пили и говорили о Соль Гидо. И меня теперь привезли к его дому. Стыдоба какая. Хотел бы я вернуться в студенческие времена и ударить себя. Будь со мной рядом банка пива, я бы выпил её за один глоток, чтобы снова оказаться пьяным.

– А? Хён?

Это Гидо. Со связкой банок пива в руках. Да ну нет, я же условно!

Я всё ещё держался за рукав директора Ли. А в другой руке держал розу. Что за ситуация, в самом деле. Соль Гидо смотрел на меня озадаченным взглядом.

– Что ты здесь делаешь?

Я задаю себе тот же вопрос. Что я здесь делаю?

Директор Ли обернулся и мило улыбнулся.

– Мы снова встретились.

– А, здравствуйте.

Похоже, Соль Гидо собирался устроить вечеринку, потому что позади него шёл человек, который тоже улыбнулся и поздоровался с нами. Я присмотрелся, и его лицо показалось мне знакомым. Это же бета с того вечера. Которого я встретил в магазине. Бета, похожий на луговую собачку.

– А? Вы тот бета?..

Мужчина узнал меня. В его пластиковом пакете что-то звякнуло.

– А, хён, это мой менеджер. Я же знаменитость, так что это мой менеджер, вот, да.

Соль Гидо неловко представил нас друг другу. Я отпустил рукав директора Ли. Соль Гидо подошёл к нам ближе.

– Ты что, пил? От тебя пахнет алкоголем. Хочешь присоединиться к нам, раз уж ты здесь?

Нет, мне пора домой. Отпустите меня домой.

– Да, точно. Это прямо судьба!

Менеджер Гидо похлопал меня по плечу. Они оба, похоже, уже пропустили пару баночек пива. Кажется, они в отличном настроении.

– Вы всегда выделяете так много феромонов? – вдруг спросил директор Ли у Соль Гидо.

Мне кажется, директор Ли даже скрипнул зубами. Не знаю, почему я так смущён из-за этой розы… Я, должно быть, свихнулся. Завидую Ха Вони. Хотел бы я сбить их всех с ног и сбежать.

Гидо ответил директору с улыбкой:

– Когда я пью, то непроизвольно выделяю немного феромонов. Постараюсь разобраться с этим.

– Вам лучше сейчас не пить. У вас скоро гон.

Директор Ли улыбнулся. Выражение лица Гидо стало серьёзным.

– Хён, иди внутрь.

– Хорошо.

– Да.

Мы с менеджером ответили одновременно. Он подмигнул мне. Когда я медленно сделал шаг в сторону дома, директор Ли вдруг сказал:

– Джухёк, останьтесь. Вам лучше поехать со мной.

Менеджер вошёл в подъезд. Совсем не по-товарищески. Мой взгляд молил его о помощи, но всё, что он сделал, так это вытащил руку из пакета и помахал ею. Никому нельзя доверять. Мой товарищ-бета бросил меня на произвол судьбы!

– Вам лучше не рисковать так перед гоном.

– Я не такой безответственный, как другие альфы.

Директор Ли улыбнулся. Очень раздражённой улыбкой, прошу заметить.

– Ваши феромоны сейчас очень сильные. Беты не могут их почувствовать, поэтому они ничего вам не сказали.

– Вы отлично контролируете свои феромоны. А вот я не могу сдерживать их рядом с теми, кто мне нравится.

Не знаю, сколько времени они уже потратили на обсуждение своих феромонов. Почему я всё ещё держу в руках розу? Каждый день по одному цветку? Я сошёл с ума. Ким Джухёк сошёл с ума. Надо позвонить Ким Джуён и попросить её ткнуть мне отвёрткой в солнечное сплетение, чтобы я пришёл наконец в себя.

Оба альфы вдруг посмотрели на меня. Как страшно. Очевидно, они оба в плохом настроении. Соль Гидо снова открыл рот:

– Кстати, хён, похоже, ты хорошо ладишь с этим альфой. Ты вроде говорил, что тебе кажутся странными ухаживания со стороны альф?

Если бы я не решился уйти с работы, то точно избил бы тебя потом дома, придурок. Разве можно болтать такое перед начальником-альфой? О таком можно говорить только наедине, тупица!

– Просто я не такой безответственный, как другие альфы.

Директор Ли сделал шаг в мою сторону. Он обнял меня за плечи, и накрыл мою руку с розой своей ладонью. Рука с розой дрожала так, словно держала нож. Не знаю, это из-за алкогольного тремора или из-за атмосферы.

– Я не собираюсь осторожничать.

Гидо взглянул на меня и горько усмехнулся.

– Твоя роза прекрасна.

Моё сердце упало вниз.

– Ты такой уродливый, когда так улыбаешься.

Когда я сильно выпиваю, то начинаю много улыбаться. И постоянно говорю глупости.

Ты такой уродливый... Я был уродлив в тот день, уродлив и сейчас. Всё так же, как тогда. И я, и ты. Никакого прогресса с тех пор.

Я заплакал бы, если б мог. Как-то нелогично, что после всего выпитого из меня не выходит ни слезинки.

Я думал, что если я бета, то должен вести себя, как бета. Я верил, что если ты альфа, то должен вести себя, как альфа. Вот почему у нас ничего не получилось. И теперь уже никогда не получится. Этот корабль давно затонул. Между нами остались лишь сожаления о прошлом. В итоге мы с тобой всё те же.

Ты прав, моя роза прекрасна.

– Я пошёл. Хён, делай, что хочешь. Я буду ждать.

Я не оглянулся на Гидо. Директор Ли снова обнял меня за плечи. И я не оттолкнул его.

– Он вам нравится?

Однажды. Однажды он нравился мне. Теперь уже я могу сказать так.

Я коснулся своего лба. Ноги перестали меня держать. Я опустился на корточки, потому что не мог сесть прямо на землю. Чувствую себя таким жалким. Держу эту розу в руках, словно факел. Но я просто не могу положить её на землю. Она словно дефолтное игровое оружие.

Директор Ли посмотрел на меня и опустился рядом. Ощущаю себя детсадовцем.

– С вами всё в порядке?

Я кивнул. И сделал глубокий вдох.

– Вы ведь альфа… и я вам нравлюсь? Правда, простите, что я вечно спрашиваю, но я правда вам нравлюсь? Честное слово?

Я шмыгнул носом. Если у меня сейчас начнётся насморк, я уйду с работы прямо завтра. Буду отсутствовать на рабочем месте без всякого предупреждения. До свидания, директор Ли, спасибо за всё.

– Вы мне очень нравитесь, Джухёк.

Директор Ли взял меня за руку.

– Помните день, когда мы впервые встретились? Вы, возможно, забыли, но тогда был ваш первый день в компании. Я увидел вас во время ориентации новых сотрудников.

Я помню. Это было время, когда мы готовы были посвятить работе свои горящие сердца и умы. Время, которое больше никогда не повторится. Я читал декларацию от имени всех новичков в отделе по работе с клиентами. В ней говорилось о том, что мы сделаем всё возможное для развития компании и счастья наших клиентов. После чтения декларации я пожал руку директора Ли, который ожидал окончания речи рядом со мной. Ах, да. Я пожал ему руку. В тот момент я сильно паниковал. Я не мог поверить, что стою на сцене.

– Вы бета.

Интересно, как я тогда воспринял эту фразу от директора Ли?

– Поздравляю вас с приходом в компанию.

Обычно на должность представителя новичков выбирают альф. Не знаю, потому ли, что альфы превосходят других людей, или потому, что все превосходные люди – альфы, но причина наверняка в чём-то подобном. Директор Ли понял, что я бета, и, наверное, удивился, что меня выбрали в качестве представителя.

– Поначалу я был удивлён. Бета на сцене вместо альфы. Это было непривычно. Сначала меня не заинтересовал новый сотрудник, у которого не было феромонов и который мне даже не улыбнулся. Честно, совсем не заинтересовал.

Я взглянул на директора Ли. А он вдруг начал по порядку рассказывать обо всех моих добрых делах.

– Вы поймали такси, чтобы отправить сотрудника-омегу домой после корпоратива. Вы без заиканий и страхов справились с вашей первой презентацией на совещании. Когда один из сотрудников сидел на больничном из-за течки, вы работали сверхурочно, хотя это наверняка было нелегко... Каждый месяц команда секретарей открывала ящик с открытками, чтобы отметить выдающихся сотрудников. «Наш ангел всегда рядом, чтобы помочь сотрудникам-омегам». Эти слова о вас, Джухёк. Иногда там попадаются открытки, в которых говорится о вашей красоте.

Моё лицо горело от смущения. Комплименты директора Ли на этом не закончились. Он даже упомянул, что видел однажды, как я убирал мусор на обочине дороги. Он вспомнил все мои хорошие поступки до мельчайших деталей. Мне было немного неловко из-за того, как часто он, оказывается, наблюдал за мной, но я совсем не возражал. Это как получить трехъярусный свадебный торт на день рождения вместо пирожного из сетевой кондитерской.

Нежность слышалась в каждом слове директора Ли. Я не был идеальным сотрудником. Директор Ли же видел во мне только хорошие стороны. Унылое пирожное превратилось уже в пятиярусный свадебный торт.

– Я не хотел бы говорить это перед человеком, в которого я влюблён, но все мои бывшие пары были омегами. И я предполагал, что и в будущем буду встречаться только с омегами. Но мой взгляд всюду ищет вас, и моё сердце рядом с вами стучит так сильно. Я всегда с нетерпением жду, что же вы сделаете дальше. Вы первый бета, который понравился мне. Я не знаю, как правильно ухаживать за бетами, поэтому, возможно, иногда веду себя незрело. Но вы так сильно мне нравитесь, что я готов и дальше стараться изо всех сил.

– Несмотря на то, что я бета?

– Вы нравитесь мне, потому что вы бета. Но вы нравились бы мне, даже если бы не были таковым. Вы добры к своим коллегам и так внимательны, что даже вызвали службу спасения из-за ситуации с вашим начальником в самом начале вашей карьеры.

Я уткнулся лицом в плечо директора Ли. И тихо рассмеялся над его преувеличенными похвалами. А затем резко поднял голову, потому что на глаза вдруг навернулись слёзы, а я не хотел намочить его костюм.

Директор Ли осторожно вернул мою голову на плечо. И я расслабился.

– Мне в любом случае понравился бы Ким Джухёк. Если бы вы были омегой, возможно, я быстрее уговорил бы вас на свидание. Вот и всё. Может, было бы чуть сложнее, если бы вы были альфой. Но вы всё равно бы мне нравились.

– …

– Дело вовсе не в том, что вы бета.

– …

– Вы просто нравитесь мне. Таким, какой вы есть.

– …

– Если вы думаете, что не сможете встречаться с альфой, потому что вы бета, тогда я перестану быть альфой. С этого момента я не буду проходить через гон и даже не буду выпускать феромоны.

– Вы говорите это, не подумав…

– Пускай. Джухёк, не думайте об отношениях как бета. Просто любите меня. Большего мне и не нужно.

– …

– Не альфу по имени Ли Шихён. А меня.

Я положил розу на землю. Мои ноги покалывало. Я обнял директора Ли. И он обнял меня в ответ. Его руки прижали меня к себе крепче.

Мы всё ещё обнимались, когда директор Ли вдруг нарушил тишину.

– Мне удалось соблазнить вас? Вы поддались моим чарам?

– Поддался.

Директор Ли рассмеялся и сделал глубокий вдох. Я устал. Приятной усталостью. Директор Ли положил голову мне на плечо.

– Я не могу встать. Не чувствую своих ног.

_____________

П.П. Я лужа вместе с Джухёком...

P. S. Я к вам опять с переводческим фанфактом. В эфире передача «В мире животных»: в 22 главе тот кричавший на парочку в туалете бета был, оказывается, похож не на обычную собачку, а на луговую, а это, по сути, суслик

Директор Ли предложил вместе поехать заграницу на китайский новый год. Я отказался. В моём отказе не было особой причины, мне просто нужно было время подумать. Директор Ли богат, а я нет. Мне надо подумать о пропасти в наших отношениях. Я уже представлял, как пользуюсь банковской картой директора Ли направо-налево. Думаю, он охотно отдаст мне вообще все свои карточки вместе с кошельком и наличными деньгами. Но образцовый гражданин внутри меня выразил протест. Это не дело.

– Я хочу посмотреть какой-нибудь фильм в последний день праздников.

Я предложил компромисс. Директор Ли согласился на моё предложение.

– Я встречу вас у вашего дома. У вашего настоящего дома.

Директор Ли подчеркнул слово «настоящего». Может, мне показалось, но я почувствовал в его голосе обиду. Директор Ли в конце концов узнал мой настоящий адрес. Никогда не забуду выражение предательства на его лице.

С этого момента наступили обычные дни. Я обедал с ассистентом Каном и болтал с руководителем Им в перерывах от работы. Я всё чаще проверял рабочий мессенджер. Директор Ли теперь ежедневно переписывался со мной. Во сколько я ушёл домой, на третьем ли я этаже, где я обедал и тому подобное.

Было забавно сталкиваться с директором Ли в лифте и делать вид, что это обычное совпадение. Мы пытались достичь взаимопонимания. Директор Ли, который раньше много рассуждал о предметах роскоши, начал говорить со мной о футболе. Я, в свою очередь, выключал тв-шоу и искал информацию о художественных выставках. Мы болтали, нежно держась за руки, а затем отпуская друг друга. Это был своеобразный сигнал. Наше взаимодействие прошло успешно, и в следующий раз мы можем поговорить об этом побольше.

Он альфа, выросший в роскошных условиях. А я обычный бета. Нам понадобится некоторое время, чтобы притереться друг к другу. Но каждый момент на пути к этому был приятным.

Каждый раз, когда я выходил с работы, директор Ли дарил мне розу. Розы начали скапливаться дома одна за другой. Скоро наступит пора выпускных. Может, мне стоит продавать цветы в моей альма-матер?

– Чего лыбишься? – спросила Ким Джуён, закинув ногу мне на плечо.

– Ты стала тяжелее.

Вес её ноги тут же стал ещё больше. Моё плечо почти отвалилось. Ким Джуён ущипнула меня за оба уха.

– Ты правда уходишь с работы?

– Да. Поеду за границу. Без тебя. Потому что ты продолжаешь мне надоедать.

– Надеюсь, тебя развернут на паспортном контроле.

Я приехал к родителям на праздники. Там так спокойно. Мы с отцом отлично провели время, поднимаясь в горы. Большую часть времени я зависал в мессенджере. И много созванивался с директором Ли. Кажется, большая часть моих праздников прошла именно в разговорах с ним. Я звонил ему даже тогда, когда мне совершенно нечего было ему сказать. Директор Ли говорил, что не в этом году у них не будет семейных посиделок. Родственники все как один утверждали, что слишком заняты, чтобы отпраздновать как следует.

Директор Ли сказал, что очень соскучился. Я тоже хотел бы его увидеть.

– Что будем делать в последний день праздников после просмотра фильма? Поедим чего-нибудь вкусного?

– Не знаю.

Думаю, меня бы вполне устроило просто тупо смотреть на его лицо. Пожалуй, не стоит говорить этого вслух. Ещё зазнается, если буду сильно его хвалить.

Позже я узнал, что директор Ли собирался арендовать весь кинотеатр в последний день праздников. Но это неудобно. Если семьям наскучит сидеть дома, они захотят пойти в кино, зачем же лишать их такой возможности? Кинотеатров в Сеуле и так не хватает.

Как-то раз я ляпнул, что хочу его увидеть, а директор Ли без раздумий сказал, что путь до моего дома займёт около трёх часов. Когда я уточнил, что он имеет в виду, он объяснил, что в данный момент находится в командировке в Пусане, но если он прямо сейчас сядет на самолёт, то успеет к ужину. Разумеется, я его остановил. Иметь отношения, конечно, приятно, но надо и на жизнь зарабатывать. Директор Ли был крайне разочарован моим ответом. Я даже на секунду подумал, что он хотел сбежать оттуда под предлогом поездки ко мне.

Но я был бы и правда счастлив, если бы он приехал ко мне.

Ким Джуён много ругалась со мной, потому что я продолжал улыбаться на протяжении всех праздников. Она не могла поверить, что автомат по выдаче денег на карманные расходы может быть так счастлив. Я сказал, что дам ей больше денег, если она заткнётся и трижды перекувыркнётся через голову, и она так и поступила. Пока Джуён пыталась перекатиться, она ударилась лодыжкой о дверь. Она закричала, а я расхохотался. Я предложил ей 30 000 вон сверху, если она перекатится ещё раз, но она обхватила мою шею ногами и начала меня душить. На этот раз была моя очередь вопить от боли. Разгневанная мама прибежала на крики и раздала люлей нам обоим.

***

– Вы уверены, что мне не нужно арендовать весь кинотеатр?

– Зачем вам это делать? Не тратьте деньги на подобную ерунду.

Директор Ли наклонился ближе, разглядывая мои синяки. Мило. Он, кажется, даже не услышал моих слов. Такой красивый. С двумя стаканами колы в руках он выглядел, словно модель. Я хочу выпить всю колу.

Конечно, она уже наша, мы ж ведь её купили, но мы можем взять ещё. Директор Ли протянул мне один стакан. Я засунул соломинку в рот. Теперь я словно комар.

– Давайте посмотрим романтический фильм, – сказал директор Ли, улыбнувшись.

– Вы любите романтические фильмы?

– Не особо.

– М?

Директор Ли снова протянул мне колу. Я снова отпил колу.

– Но я бы хотел посмотреть такой с вами. Это ведь наше первое свидание.

У директора Ли есть романтическая сторона. Не знаю, как лучше её назвать – наивностью или простодушием. Тот же вопрос к розам. Пока мы ожидали начала фильма, директор Ли был взволнован, словно ребёнок. Я рад, что предложил ему посмотреть кино вместе.

В ожидании сеанса мы сели за столик неподалёку от зала и начали говорить о фильме. Я ждал этого момента. Накануне я узнал, какие фильмы мы могли бы посмотреть сегодня, и заранее изучил о них всю информацию, от режиссёров до актёров. Если бы меня попросили написать отчёт на эту тему, я бы без всяких сложностей сделал это. Моё сердце колотилось. Я хочу доказать директору Ли свою искренность. Конечно, эту строчку не напишут в моём личном деле сотрудника, но я всё равно хочу подчеркнуть, что я искренний человек.

Слушая мои пронизанные энтузиазмом речи насчёт предстоящего фильма, директор Ли вдруг запихнул в меня попкорн. Во рту тут же пересохло. Я снова выпил колы. Когда поток моих слов прекратился, остались только милые глаза директора Ли.

– Похоже, вам действительно нравится кино.

– Я провёл исследование, чтобы поделиться с вами фактами.

Я надеялся на комплимент, но директор Ли просто посмотрел на меня, подперев подбородок рукой. Я снова захотел пить и выпил немного колы. Когда мы собирались на регулярные совещания, директор Ли выпивал по три чашки кофе за раз. Иногда он даже нагло воровал кофе из-под носа начальника отдела Со и выпивал и его тоже. Думаю, теперь я могу его понять.

– Спасибо. На самом деле… я немного разочарован.

– Почему?

Что бы это ни было, я исправлюсь. Исправлюсь и отчитаюсь об этом. Когда мне занести вам отчёт?

– Я тоже исследовал эту тему. Я хотел рассказать вам о предстоящем фильме. Но мне совершенно нечего добавить к тому, что уже рассказали вы. А я ведь тоже тщательно всё изучил…

Уголки моих губ приподнялись сами собой. Я ведь тот ещё исследователь! В университетские годы, когда дело касалось сбора информации, все обращались именно ко мне. Даже менеджер Ли поручал мне проводить исследования. Я отлично собираю данные!

– Я и понятия не имел, что вы так увлечены кинематографом. В следующий раз, думаю, мы можем сходить на встречу киноинвесторов. Расскажите мне о вашем любимом режиссёре или актёре. Я постараюсь, чтобы ваше мнение учли во время съёмок и в дальнейшем прокате. А, и что касается развлекательной части…

– Директор Ли.

Я запихал попкорн директору в рот. Он прожевал его. Я подвинул ему колу. Он обхватил соломинку заалевшими губами.

– Идёмте в зал.

Директор Ли иногда перегибает палку.

Он взял меня за руку, как только мы зашли в тёмный зал. Я заволновался. По сценарию в моей голове мы должны были взяться за руки только во время романтической сцены в фильме. Я ведь изучил, в какой момент будет уместно взяться за руки. Мы должны были сделать это только тогда, когда главная героиня признается в своих чувствах главному герою.

Директор Ли, который понятия не имел о сумятице внутри меня, спокойно держал меня за руку уже во время рекламы шин.

– Директор?

– Да?

– Нет, ничего.

Я не мог попросить его отпустить мою руку. Отпустите меня сейчас, а позже мы снова возьмёмся за руки. Это бред. Директор Ли поднёс мою руку к губам. Свет от экрана падал на одну сторону его лица. Его переносица блестела в этом свете.

– Фильм будет интересным.

Лично мне интересно будет скорее лицо директора Ли. Но надо хотя бы попробовать вникнуть в сюжет.

[Я впервые вижу такую омегу!]

[Разве это не делает её ещё более привлекательной?]

[Эй, придурок!]

Мы смотрели обычную романтическую комедию. Я сосредоточился на фильме. Мне нужно угадать, какая сцена тронет сердце директора Ли. Я хотел узнать о нём побольше. Директор Ли знал обо мне очень много, а вот я о нём знал лишь то, что он красив и богат. И что его двоюродный брат – Ха Вони. Но не можем же мы говорить о нём на нашем свидании.

По мере того, как мои переживания нарастали внутри, точно снежный ком, назойливый шум с соседних сидений становился всё громче.

– Ох, нет…

– Хм… угх… ха-а…

Я не мог сосредоточиться на фильме. Когда я посмотрел в сторону, то увидел парочку неподалёку от нас. Они не проявляли никакого интереса к фильму и просто перешёптывались между собой.

– Но здесь так много людей…

– Никто не смотрит.

Я смотрю! Я!

– Ты такой милый.

– Ах, да, здесь…

– Тш-ш, ни звука.

Голос раздражал даже сильнее стонов. Чем больше я старался не слушать, тем острее становился мой слух.

Они ещё немного пошептались, прежде чем затихнуть. Думаю, у них там всё идёт к концу. Фильм подходит к своей кульминации. Как и пара на соседних сидениях.

– Ах…

– Ху-у…

Мне показалось, что я снова услышал стон. По моей спине пробежал холодок. Я отпустил руку директора Ли и погладил тыльную сторону своей ладони. Затем посмотрел прямо перед собой. Я слышу то, чего не хочу слышать.

Директор Ли озадаченно взглянул на меня. Он улыбнулся мне и снова перевёл взгляд на экран. Пара, сидевшая неподалёку, издала ещё несколько странных звуков, а затем вдруг встала с мест. Они определённо идут в уборную. Не знаю, что за люди любят вот так насиловать чужие уши.

Я больше не мог сосредоточиться на фильме. Я оставил эти попытки и тупо уставился на экран.

[Ты! Ты украл мой кошелёк! Я не дам тебе уйти!]

[Сначала поймай меня!]

Я снова взял директора Ли за руку – на сцене, максимально далёкой от романтической. Я даже не слышал, о чём говорили герои. Директор Ли слегка сжал мою руку. Я коснулся большим пальцем тыльной стороны его ладони. Директор Ли сжал руку сильнее. Я посмотрел на него. Он был сосредоточен на просмотре. Похоже, фильм довольно увлекательный. Я почувствовал некоторое разочарование. Не могу сказать, что мне было досадно, но… как бы… нет, ну… Досадно.

– Я так и не уловил, о чём был этот фильм.

– Но как, вы же так сосредоточенно его смотрели?

Мы держались за руки до конца фильма. Когда мы вышли из кинотеатра, директор Ли легко взмахнул нашими руками вверх-вниз.

– Но мне всё равно было приятно держать вас за руку.

– Если вам понравилось, то и мне тоже.

– Ох, Джухёк, вы такой милый.

– Мне нужно в уборную.

– Хорошо.

Когда я зашёл в уборную, то увидел, как сотрудник кинотеатра выгоняет оттуда ту парочку.

– Здесь это делать запрещено!

– Эй, погодите, погодите…

– Угх, ох…

Я сразу же вышел оттуда.

– Джухёк, разве вы не собирались в уборную?

– Я передумал.

Директор Ли решил отвезти меня домой. Как только я сел на пассажирское сидение, он закричал:

– Не двигайтесь!

И пристегнул мне ремень безопасности. Когда он приблизился, я почувствовал запах его тела. Я подавил в себе желание уткнуться лицом в сгиб его локтя.

В момент, когда щёлкнула застёжка ремня безопасности, ямочки на щеках директора Ли сильно углубились. Он выглядел как искусный мастер, который спустя долгие годы наконец завершил шедевр всей жизни.

– Вам так сильно понравилось?

– Я просто мечтал это сделать.

Я быстро проверил свой телефон, пока директор Ли заводил машину. Мне пришло сообщение от Гидо. Он сказал, что нам какое-то время будет сложно встретиться. Его гон начался раньше из-за переутомления. Когда у него начинался гон, Гидо становился жутким нытиком. Обычно он в красках описывал, как ему больно, но на этот раз ему, похоже, и правда больно. Просто его нытья почему-то было в разы меньше.

Как проходит гон альфы? Рядом со мной как раз сидит один.

– Директор.

– Да?

– Нет, ничего.

Пожалуй, будет странно спрашивать о гоне человека, с которым у тебя сегодня первое свидание. Представляю, что мы взялись бы за руки, и я сказал: «Спасибо за прекрасно проведённое время и отличный фильм! Вам, случайно, не снился вчера мокрый сон?» Как-то так надо было бы построить разговор? Я не знаю точно, что такое гон, но знаю, что он связан с возбуждением.

Я уже подумывал заказать Гидо витаминов, когда директор Ли вдруг спросил:

– С кем вы переписываетесь?

– С гоном.

– Что?

Я захлопнул рот.

– Гоном? – голос директора Ли стал ниже.

– Нет!

– Вы разговариваете с тем другом? Я предполагал, что у него скоро начнётся гон, но не ожидал, что настолько скоро.

У альф есть какой-то дополнительный орган, который это улавливает? Не стану спрашивать. Это прозвучит грубо. Затем директор Ли тихо заметил:

– По-моему, вы говорили, что у него есть пара.

– Ах, да. По крайней мере я так слышал.

– Тогда оставьте его в покое. Как вы знаете, гон лучше всего проводить со своей парой. Будь то гон или течка, его лучше проводить со своим возлюбленным. Со своей парой. Не с другом.

Тогда, директор, вы проведёте свой следующий гон со мной?

Кхм, кхм. Я прочистил горло. Не могу спросить его об этом вслух.

– А когда у вас гон, директор?

Я пристально посмотрел на директора Ли. Он поднял глаза вверх и ответил так медленно, словно боролся с собой за каждое слово:

– Обычно я принимаю подавители. Когда наступает гон, альфе трудно побороть своё желание… гм… да.

Директор Ли застенчиво улыбнулся и облизнул губы.

Итак, директор, вы проведёте свой следующий гон без приёма подавителей и со мной? Есть ли что-то плохое в том, чтобы провести гон с бетой? Вдруг это приведёт, не знаю, к сыпи на теле, или вы просто потом почувствуете себя хуже?

– О, понятно.

Вы будете принимать подавители в этом месяце? Сколько раз? Будете корректировать дозировку? Насколько сильным бывает желание во время гона? Когда мы сделаем следующий шаг в наших отношениях? Вы поцелуете меня? Поцелуете меня во время следующего гона? Пожалуйста, дайте мне знать. Вы проведёте со мной ваш следующий гон? Вы бываете возбуждены только во время гона или нет? Эй, директор Ли. Хватит вести машину, отвечайте мне! Эй! Давайте остановимся на обочине. Я думаю, нам нужно серьёзно поговорить. Как, чёрт возьми, альфы строят отношения? Когда мы наконец поцелуемся?!

– Так что не волнуйтесь о нём слишком сильно. И о его гоне. Правда, вам вообще не стоит волноваться. И ничего ему не заказывайте. Зная ваш характер, вы бы наверняка купили ему витамины, но не делайте этого.

– Ладно.

– Я серьёзно. Если собирались что-то ему заказать, лучше отдайте это мне.

– Витамины?

– Что угодно.

Директор Ли улыбнулся. Кончики его ушей покраснели. Я послушно положил телефон в карман.

– Как скажете.

Впервые в своей жизни я с нетерпением ждал, когда наступит утро. Сегодня я проснулся ещё до того, как зазвонил будильник. Не успел я разлепить глаза, как уже набрал номер директора Ли.

В последнее время начало моих рабочих будней было именно таким. Я открывал глаза и тут же звонил директору Ли. Он ответил на звонок ясным голосом, в то время как мой звучал так, словно я ещё в полусне.

[Как вам спалось?]

Я засмеялся и потому не смог быстро ответить.

– Почему у вас такой звонкий голос? Я всё ещё сонный.

Директор Ли рассмеялся.

[Я рано встал, потому что ждал вашего звонка.]

– Врёте вы всё.

Я уткнулся лицом в подушку. Мне ведь даже не пятнадцать. А я так взволнован. Я оторвал лицо от подушки.

– Увидимся позже.

[Собираетесь повесить трубку? Так быстро?]

– Мне пора собираться.

[Готовитесь ко встрече со мной?]

– Как слащаво…

Я молча начал колотить подушку. А затем крепко сжал кулаки. Надо успокоиться. Пора успокоиться. Я не должен волноваться от каждого его слова! Сердце! Оставайся непреклонным! Мне лучше пойти поесть.

– Я вешаю трубку. Увидимся позже.

[Увидимся, Джухёк.]

Я скатился с кровати. Моё тело безвольно свалилось на пол. Я будто плыву по волнам. Никогда не думал, что настанет день, когда я захочу пойти на работу. Может, мне не стоило увольняться? Я вспомнил экран своего компьютера. Нет, определённо стоило.

Весь рабочий день я был словно во сне. Проверял мессенджер каждые 30 секунд. Директор Ли говорил, что будет занят до обеда. Поэтому мы много разговаривали с ассистентом Каном. Мы долго размышляли над меню для сегодняшнего обеда. Ассистент Кан, узнав о моём уходе, настоял на том, чтобы мы прошлись по всем близлежащим ресторанам. Я согласился.

[Руководитель Им нашла ресторан, который высмотрела в рекламе на тв, идёмте туда?]

[Что там дают?]

[Тушёный кимчи.]

[Но сегодня не день кимчи. По расписанию день западной кухни.]

[Этот ресторан появился уже давно. Там огромные порции и всегда вкусно.]

[Ладно, идём.]

Обед проходил как обычно. Руководитель Им и Ха Вони ждали нас внизу, и Ха Вони шепнул мне:

– На этот раз я проиграл Ли Шихёну, но если он вам разонравится, я буду ждать вас в любое время.

Я погладил Ха Вони по голове. Никуда я не собираюсь. В моих глазах Ха Вони просто милый.

Ресторанчик с кимчи, который нашла руководитель Им, оказался местом, где мы уже обедали раньше. С хозяином, который разбрасывался тарелками. Я на всякий случай несколько раз проверил, точно ли мы пришли по адресу, потому что изображения и отзывы были такими хорошими, словно посетители вообще не сталкивались с владельцем.

Мы решили сменить место. Пока мы бродили по переулкам, словно бродяги, мне позвонили. Звонок был от мамы.

– Алло, мам?

– Сынок, ты обедал?

– Ещё нет, сейчас как раз ищем место.

– Хорошо, сынок... Джухёк?

– Да, мам. Что такое?

– Мы в больнице. Джуён снова упала в обморок.

– Что?

Я резко остановился. Все посмотрели на меня. Я жестом показал им, чтобы они шли вперёд. Но все трое остались на своих местах.

– Но всё ведь было хорошо, что произошло? Она уже очнулась? С ней всё в порядке?

Моё сердце колотилось как сумасшедшее. Ким Джуён так часто падала в обморок, что я уже должен был привыкнуть, но я не могу! Каждый раз, когда я слышу эту новость, всё как впервые. И каждый раз по-новому.

– Не совсем. Мы пришли с работы и очень испугались. Твой отец ревёт в три ручья. Эй, замолчи уже! Выйди из палаты и там плачь. Иди, иди! Совсем с ума сошёл.

– Я сейчас приеду!

– Сначала пообедай, сынок. Ким Джуён под капельницей, вряд ли она проснётся только из-за твоего присутствия.

Голос матери был спокоен. Я подумал об этом и, тоже успокоившись, спросил:

– В какой вы больнице? Мне лучше поехать во время перерыва. Я сейчас выезжаю.

– Хорошо.

– Мама, с Джуён всё будет в порядке.

– Конечно, всё будет в порядке. Ким Джуён… Она говорила, что станет круглой отличницей. И ни за что не возьмёт академ.

Я должен был рассмеяться, потому что ей в жизни не получить такие оценки, но не смог.

– Езжай осторожно.

– Да.

– Всё будет хорошо.

– Да.

– Не волнуйся сильно.

– Да.

Мама положила трубку, сказав что-то невнятное – похоже, уже не мне. Ассистент Кан тут же подошёл ко мне.

– Что случилось?

– Моя сестра упала в обморок. Я еду в больницу. Пожалуйста, передайте это менеджеру Ли, когда вернётесь. Я должен ехать.

– Езжайте, конечно!

– А что насчёт еды?

– Нет, всё в порядке.

Я взъерошил волосы Ха Вони, который уставился на меня с пустым выражением лица.

– Я скоро вернусь.

Я бежал? Мои ноги дрожали, когда я вылетел на главную улицу. На этот раз что-то было не так. Моя интуиция подсказывала мне это. Голос мамы звучал не так, как обычно. Нет, точнее, он звучал слишком обычно, но как раз это и странно. На самом деле в нём не было ничего странного или необычного. Ким Джуён, ты сейчас спишь? Ты открыла глаза? Может, хочешь встать и попить сок? Моя рука дрожала, когда я доставал кошелёк.

– Ассистент Ким!

Ха Вони взял меня за локоть.

– Вони, что вы тут делаете? Почему вы не на обеде?

В руке Ха Вони были ключи от машины. Машины директора Ли.

– Поехали.

Я последовал за Ха Вони, который буквально потащил меня по улице. Как только мы сели в машину, к которой я успел привыкнуть, моё сердце поначалу успокоилось, а затем забилось сильнее. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо через день или два. Через день или два.

Ха Вони, заводивший машину, повернулся ко мне:

– Вам не нужно позвонить Шихёну-хёну?

– Директор… У него сейчас обеденное совещание.

– Похоже, вы теперь знаете весь его график.

Мягкий голос Ха Вони зазвенел у меня в ушах.

– Поторопитесь и пристегните ремень безопасности.

Как только я сделал это, машину бросило вперёд. Моё тело подпрыгнуло вверх, а затем упало назад на сидение. Выражение лица Ха Вони было очень серьёзным.

– Мы будем ехать быстро, так что приготовьтесь.

Сегодня я впервые стану свидетелем нарушения правил дорожного движения. Что конкретно мне сделать, чтобы приготовиться к этому?

Машина двигалась так быстро, словно собиралась переместиться в другое измерение. Хорошо, что я не успел пообедать.

***

– Как вы наверняка уже знаете, это случается довольно часто.

Ким Джуён выглядела бледной, лёжа на койке с кислородной маской. А ещё она казалась пожелтевшей. А вот веки у неё красные.

– Она ведь не умирает, да? – спросил я врача.

Мама огрела меня по спине. Но у Ким Джуён фиолетовые губы! Ха Вони схватил меня за руку. Мне надо успокоиться. Я сгрыз почти все ногти.

– Мы дали ей успокоительное, скоро она почувствует себя лучше, температура тоже спадёт.

– Значит, вы говорите, ей станет лучше, да? – переспросила мама.

Папа шмыгнул носом. У нас почти траур. Старушка на соседней койке громко рыгнула. Сиделка отчитала её, сказав, что у нас тут вообще-то всё серьёзно. Старушка ответила, что у неё с кишечником тоже всё серьёзно.

– Думаю, да. Вы ведь уже не впервые в больнице, верно? Я предупреждал вас в тот раз, но… вам лучше приготовиться к тому, что я сейчас скажу.

Ха Вони сделал шаг назад. Ничего удивительного. Я обнял его за плечи. Может, я сделал это, только чтобы опереться на него.

– Это часто случается даже в семьях бет. Не удивляйтесь слишком сильно. Проявление вторичного пола бывает и во взрослом возрасте.

– Тогда Джуён…

– Мне нужно будет взглянуть на анализы крови, чтобы сказать точно, но, скорее всего…

Врач бегло просмотрел карту и встретился со мной взглядом.

– Теперь она омега.

Мой отец шумно высморкался. Внезапно в палате включился телевизор.

– Эй, я хочу посмотреть дораму.

– Поешьте лучше апельсинов.

– Сун-а, угости их потом тоже.

– Есть ли вероятность, что она альфа? – прозвучал серьёзный голос мамы. – В нашем обществе омегам приходится нелегко.

– Вам придётся подождать, чтобы узнать точно. Но я сужу по симптомам и думаю, что она омега… Сложно сказать наверняка, альфа она или омега, потому что она девушка, и мы ещё не знаем результатов анализа крови… Её феромоны подавлялись столько лет, это они заставляли её организм реагировать так же, как бывает при сильных аллергических реакциях.

Человек с соседней койки протянул апельсин моему рыдающему отцу. Папа принял его, всё ещё роняя слёзы. Разговор между мамой и врачом продолжался. И я его совсем не слышал.

Я вышел из палаты вместе с Ха Вони и рухнул на стул так, словно падал с высоты. Ха Вони похлопал меня по спине.

– Вы в порядке, ассистент Ким?

– В порядке…

Ха Вони, казалось, колебался, а затем всё же взял меня за руку. Его рука меньше и мягче моей. Я сжал её.

– Я бы хотел, чтобы Ким Джуён жила обычной жизнью.

Слова сами вырвались из меня.

Этого следовало ожидать. Она не могла постоянно болеть без причины. Интересно, могу ли и я проявиться в таком взрослом возрасте? Очень надеюсь, что этого не произойдёт. Этого не случится, я буду здоровым, всё будет хорошо. Я смогу жить обычной жизнью. Жизнью беты.

Ха Вони сжал мою руку.

– Не так чтобы ты не можешь жить обычной жизнью, будучи омегой.

Ха Вони смотрел прямо перед собой.

– Альфы и омеги одинаковы. Мы просто живём. Нет такого понятия, как обычная жизнь. Это всегда просто жизнь.

– …

– Когда наступает течка, нам нужно принимать подавители и учиться контролировать феромоны. Если есть какая-то проблема, всегда можно её решить. А если мы больны, то можем пойти в больницу.

– Ясно...

– Необязательно делить мир на две или три части. Мир один для всех. Для альф, бет и омег.

Ха Вони посмотрел мне в глаза. Его улыбка очень похожа на улыбку директора Ли. Я так хочу его увидеть.

– Нет ничего необычного в обычной жизни.

Ведь любая жизнь – лишь череда обычных дней.

Ха Вони вернулся в компанию и рассказал ситуацию менеджеру Ли. Менеджер Ли успокоил меня по телефону, сказав, что я, должно быть, сильно перенервничал. Он разрешил мне не возвращаться сегодня в компанию и отдохнуть. И добавил, что даже если я вернусь, то не смогу сосредоточиться на работе. Он был прав.

Директор Ли тоже почти сразу позвонил мне. Он очень переживал. Несколько раз спросил меня, всё ли со мной в порядке. Я будто сломанная кукла снова и снова отвечал, что я в порядке. Я рассказал, что Ким Джуён переведут в специальную палату в больнице, и это помогло успокоить директора Ли.

[Я сейчас же к вам приеду.]

– Вы заняты.

[Я хочу вас увидеть.]

– Я побуду один. Я хочу побыть один.

[Ладно. Хорошо, как скажете. Джухёк?]

– Да.

[С ней всё будет хорошо.]

– Да.

[Вы мне нравитесь.]

– М-м…

Директор Ли тихо рассмеялся. Мне стало щекотно от его смеха.

– Вы мне тоже.

Я сбросил звонок. Поначалу казалось, что я вот-вот умру, но теперь мне стало спокойнее.

– Эй… Тебе нравится, да…

Ким Джуён открыла рот, ухмыляясь с койки.

– Заткнись.

– Тебе нравится…

– …

– Нравится… у тебя… появился любимый человек…

Ким Джуён проснулась в момент, когда я позвонил директору Ли. Она выпила сок, который папа оставил для неё, и съела фрукт, которым нас угостил пациент с соседней койки. Стойкости этой гориллы позавидовали бы многие.

– Ким Джухёк…

– Что?

– Это здорово… когда есть любимый человек?..

– Спи давай, дурочка. Я серьёзно, засыпай уже.

Ким Джуён пошевелила пальцами, затем с трудом выставила вперёд только средний. Вот коза мелкая, честное слово, что мне с ней делать?

– Ким Джуён?

– Да…

– Не болей. Это стоит кучу денег.

– Оппа.

– Да?

– Ты иногда прямо как папа… Он так много плакал…

– Я знаю. Ты горилла, которая так просто не умрёт.

– Придурок…

Я прислонился головой к изголовью её койки. Ким Джуён схватила меня за волосы и потянула за них. Я решил ничего с этим не делать. Не могу сказать, пыталась ли она их вырвать или просто гладила меня, потому что у неё совсем не было сил в руках.

– Спасибо.

– Конечно, ты должна быть благодарна. Я прибежал сюда, даже не пообедав.

– Раз уж ты всё равно здесь… купи мне мороженое и...

– Ты мелкая свинюшка.

Я встал с места, ругаясь на неё. Ким Джуён развела руки в стороны. Я обнял её. Ким Джуён похлопала меня по спине и шепнула:

– Всё будет хорошо.

Не знаю, кто тут кого утешает. Я откинул волосы с её лба.

– Ким Джуён, когда ты в последний раз мыла голову? От тебя воняет – кошмар.

Ким Джуён хрипло хихикнула.

– Люблю тебя.

– Как ты меня бесишь…

***

По дороге домой я позвонил Соль Гидо. Тот сказал, что дома и сейчас не занят. Когда я спросил, могу ли зайти к нему, ответ был:

– Когда это ты начал спрашивать разрешения?

И то верно.

– Похоже, Ким Джуён – омега.

– Омега? Я думал, что она альфа.

– Ты что-то чувствовал? Типа феромонов?

– Нет, предполагал так из-за её личности. Должен сказать, что она немного… как-то… похожа скорее на альфу. Нет, ладно, забудь.

Гидо сказал, что скоро будет сильно занят. Но до этого момента мне очень нужно с ним выпить.

Пока мы болтали о всякой чепухе, разговор случайно завернул в сторону его гона. Когда я спросил Гидо, что мне делать, когда у Ким Джуён начнётся гон или течка, он наговорил самых разных вещей. Гидо сказал, что есть куча всего, о чём мне необходимо позаботиться. А потом вдруг переменился.

– Забудь.

И добавил, что она прекрасно справится сама. Джуён уже взрослая. Это верно. С мгновение я обдумывал эту мысль, а затем спросил у него, был ли он со своей девушкой во время последнего гона. Помолчав немного, Гидо ответил, что они расстались.

– Но почему? Вы поссорились?

– Нет, это не так…

Гидо усмехнулся так, что я не совсем понял, хмыкнул он или всхлипнул.

– Не думаю, что ещё когда-нибудь приду к ней домой.

Чушь какая-то. Но я решил не углубляться в подробности. Лучше пойду куплю нам выпить.

Я пошёл по знакомой дороге к дому Гидо. Уже в подъезде чем-то вкусно пахло. Соль Гидо не умел готовить, так что мне стало интересно, что он там заказал. Когда я открыл дверь в его квартиру, он вышел встретить меня.

– Ты уже тут?

Гидо забрал у меня из рук пластиковый пакет.

– Я думал попросить тебя купить выпивки, а ты уже.

Нужно было снять обувь, но я почему-то не мог согнуться. Когда я увидел Соль Гидо, напряжение в моём теле отступило. И слёзы, которые я так долго сдерживал, вырвались наружу.

– Хён?

– …

– Хён, что такое?! Ты в порядке?

Я думал, что Ким Джуён умирает. Чёрт возьми! Я думал, она умрёт!

– С Джуён всё будет хорошо, хён! Успокойся. Она же куда сильнее тебя!

Гидо пытался меня успокоить. Всё будет хорошо. Я не знаю, что такое хорошо. Конкретно сейчас всё плохо. Ужасно плохо. Из моего горла вырывались рыдающие звуки.

– Ты так мне нравился.

Я крепко обнял Соль Гидо, пока он застыл в оцепенении от моих слов.

– Ты так сильно мне нравился.

Гидо осторожно обнял меня в ответ. Какие знакомые объятия. Мы обнимались, когда чудом сдали дипломные работы, обнимались, когда закончили университет, и обнимались, когда нам удалось вытащить огромную игрушку из автомата. Мы обнимались много лет назад, когда Ким Джуён пролежала без сознания несколько дней и едва смогла прийти в себя. Как и сейчас, я тогда сильно плакал, а ты утешал меня.

Это был Гидо. В глубине души я знал, что это всегда был Гидо. Единственным человеком, кто смог занять моё сердце, был ты, но я так и не набрался смелости, чтобы сказать тебе об этом. Только в объятиях Гидо я позволял себе плакать.

В одно мгновение эмоции нахлынули на меня. Я был переполнен ими настолько, что меня чуть не стошнило. Было так трудно дышать, и горячие слёзы текли по моим щекам. Я так сильно тебя любил! И сейчас люблю. Очень люблю. Но теперь всё по-другому. Всё изменилось.

– Ты так нравился мне! Ты так сильно мне нравился…

Ты на самом деле мне нравился. Очень сильно нравился. Из-за тебя я взял на себя обязанности по театральному кружку и всегда настаивал на том, чтобы никто не ходил к тебе на выступления. Из-за тебя я не вылезал из баров, играя роль незрелого сонбэ, который постоянно звал тебя выпить.

Я знал, что тоже тебе нравлюсь. Хоть этот факт и сбивал меня с толку, но я давно это знал. Я помню каждый тонкий момент, когда наши взгляды пересекались. Ты никогда не говорил, что я нравлюсь тебе, но был очень настойчив. Ты ходил на те же факультативы, подстраивал своё расписание под моё, всегда обедал со мной в тех же столовых. Ничего не изменилось после университета. Мы искали друг друга в любую свободную минуту. И находили время для встреч даже в плотном рабочем графике.

А затем я провёл черту. Я бета, а ты альфа.

Мы так долго гадали, остались ли у нас чувства друг к другу, что не заметили, как стали семьёй.

– Ты мне очень нравился. Ты всё ещё нравишься мне. Но теперь всё по-другому, всё совсем по-другому, но ты всё ещё мне нравишься. Гидо, ты так мне нравишься. Ты мне нравишься.

Не знаю, плакал я или говорил. Я не хотел произносить всего этого.

– Ты мне тоже.

Проблема в том, что мы с ним слишком похожи. Всё было бы по-другому, отличайся мы друг от друга хоть чуть-чуть.

– Хён, ты мне тоже.

Гидо прижался своим лбом к моему.

Если бы я знал тогда, что альфы, беты и омеги живут обычной жизнью, всё могло бы быть иначе. Я бы сказал тебе о своих чувствах. Мы бы сейчас были совсем другими. Но слово «если» – лишь иллюзия. Мы живём в настоящем. В настоящем этой обычной жизни.

– Ты такой страшненький, когда плачешь, хён.

– Ты сейчас выглядишь не лучше меня.

Мы рассмеялись друг над другом. Кажется, с университетских времён совсем ничего не изменилось. Хотя прошло столько лет, что-то точно должно было измениться.

Лицо Гидо приблизилось к моему. Я на мгновение задержал дыхание, а затем закрыл глаза. Я отвернул голову в сторону и положил её на плечо Гидо. Мой лоб горел огнём.

– Не делай того, о чём мы оба пожалеем.

Гидо крепко обнял меня. Но от директора Ли исходит тепло, которое я не могу описать словами.

Вот и всё. На этом всё.

Гидо тихо сказал:

– Хён, давай завтра поедим курочки вместе с Джуён? Она всегда хочет курочки после обморока.

– У меня как раз скопилась целая куча купонов. Я в последнее время питаюсь одной курочкой.

– И ты, кажется, набрал вес.

Мы долго стояли так, обнявшись.

Это был конец ещё одного периода. И на этот раз он действительно кончился.

– Садись поудобнее. Это не займёт много времени.

Когда я спросил директора Ли, почему он задерживается в офисе, тот ответил, что ему нужно поработать сверхурочно. Я отказался от его предложения идти домой первым и пошёл за ним на девятый этаж. Хочу уйти с работы вместе. До моего увольнения осталось всего ничего, а это означает, что у нас в запасе лишь несколько дней, чтобы вместе уходить с работы. К тому же завтра суббота.

От скуки я осмотрел кабинет директора Ли, и он улыбнулся мне. Он посматривал на меня, даже когда сидел за рабочим столом и читал документы. Как же я люблю ямочки на его щеках.

– Почему ты не концентрируешься? Тебе нужно сосредоточиться на документах, чтобы мы могли скорее пойти домой, – смеясь, сказал я ему.

Ожидая директора Ли, я просматривал книги и телефон, как вдруг услышал сдавленный выдох. Директор прижал ладонь ко лбу. А затем взял таблетки со стола и проглотил одну.

– Ты заболел?

– Думаю, у меня скоро начнётся гон.

Директор Ли как ни в чём не бывало перевёл взгляд на документы. Кончики его ушей покраснели. Гон? У него скоро гон?

У него скоро гон.

Я ждал этого момента.

Директор Ли – очень сдержанный человек. Обычно он нежен и спокоен, и не прикасается ко мне без веской на то причины. До сих пор мы только держались за руки. Если вдруг я сейчас умру и меня похоронят, мои руки истлеют первыми. Мы ни разу не поцеловались. А ведь мы встречаемся уже месяц. Целый месяц. 30 дней, и мы виделись почти каждый из них, а прогресса никакого.

Директор Ли очень внимателен и заботлив по отношению ко мне. Я не уверен, как тот факт, что я бета, влияет на него. Он обращается со мной так, словно я хрустальный. Похоже, он думает, что ему нужно лишь хорошо ко мне относиться и заботиться обо мне. Но правда в том, что я обычный бета, а не национальное культурное достояние. Директор Ли же ведёт себя так, словно прислуживает мне, а не встречается со мной. Я не уверен, что доношу до него свои чувства в полной мере.

Я закрыл книгу на середине предложения.

Нет, на самом деле не думаю, что мне будет достаточно лишь поцелуя. Честно говоря, я тщательно готовился. Покупал кучу ополаскивателей для полости рта с того самого дня, как мы начали встречаться. Я даже написал на них отзыв, за что мне предложили бесплатный подарок. Но, справедливости ради, ополаскиватель в самом деле поддерживал чистоту моего рта.

Эй, господин Ли.

Твой гон приближается. Я не могу упустить эту прекрасную возможность. Я вспомнил всю свою коллекцию с порно. Я потратил много времени на изучение в ожидании того самого дня с директором Ли, потому что не знал, когда у него наступит гон. Это мой шанс показать ему, как сильно он мне нравится. Я бета, но хочу позаботиться о твоём гоне. Ты можешь на меня рассчитывать. Я смогу тебя удовлетворить! Во мне зашевелилась профдеформация работника сферы услуг.

Ох, чёрт возьми. Я снова открыл книгу. Моё лицо горело огнём. Как можно думать о таком на работе? В любом случае, человеческая натура непредсказуема. Раз уж я ничего толком не знаю, буду готовиться. Лучше подготовиться заранее. Заранее!

– Джухёк?

– Да!

Я так нервничал, что почти закричал в ответ. Директор Ли удивлённо посмотрел на меня.

– Ты в порядке?

Я в полном порядке. За исключением разве того, что я хочу поцеловать тебя прямо сейчас.

– Ты скоро закончишь?

– Уже почти.

«Почти заканчивая», директор Ли не отрывал глаз от документов. Посмотри на меня, посмотри на меня, посмотри на меня!

Несмотря на то, что мне было скучно, я продолжал пялиться на него, пока он, наконец, не заметил мой взгляд. На руке, которая отложила документы в сторону, напряглись сухожилия. Он подставил кулак под подбородок и молча посмотрел на меня. Я подошёл ближе. Я сел на краешек его стола. Я наклонился к нему.

Директор Ли наблюдал за мной.

– Ты очень занят?

Директор Ли улыбнулся. Он поднялся со своего места и протянул руку к моему лицу.

– Очень.

Я обхватил запястье его руки, которая гладила меня по щеке, и закрыл глаза. Я почувствовал, как директор Ли медленно приближается к моему лицу. Почувствовал его тёплое дыхание. А я сейчас вообще дышу? Я слегка приоткрыл глаза. Директор Ли смотрел на меня. Своими чёрными как смоль глазами. Пространство кабинета словно сжалось, в нём остались лишь он и я. Окна в пол, городской пейзаж, – всё было как во сне. Мысли куда-то улетучились.

Губы директора Ли коснулись моих. Вместо волнения я ощутил чувство закрытого гештальта. Мы наконец сделали это! Это был не просто поцелуй. Очевидно, дело шло к глубокому поцелую. Без шуток! Целый месяц! Я ждал целый месяц! Я потянул директора Ли за галстук. Кажется, с его губ сорвался выдох, но это неважно.

Я приоткрыл рот и прикусил его губу. Рот директора Ли тоже приоткрылся. Я словно вступил с ним в борьбу в этом поцелуе. Я захватил его язык. Его рука легла мне на затылок. Я снова поймал его язык своим, а затем отпустил. Я не мог успокоиться ни на мгновение. Директор Ли сощурил глаза и улыбнулся, прикусив мне нижнюю губу. Я и не знал, что директор Ли может выглядеть так развратно.

– Угх…

Директор Ли обхватил рукой мою шею. Его большой палец лёг мне на затылок. В какой-то момент я потерял контроль. Когда директор Ли лизнул мне нёбо, моё тело дало слабину. Я бы упал, если бы он не придержал меня.

Директор Ли продолжал целовать меня. Он мягко гладил мой затылок. Я закинул руки ему на плечи. Мои бёдра опустились на стол. Раздался гулкий звук, словно что-то упало, но я решил не обращать на это внимания. Директор Ли раскрыл губы – так, словно собирался проглотить меня. Ещё немного, и наш поцелуй станет опасным. В уголках моих глаз собрались слёзы. Я хочу зайти дальше, но в моих брюках становится слишком тесно. Я безумно хочу ещё. Я отвернул взгляд в сторону. Директор Ли тут же отступил.

– А ты… очень занят, Джухёк?

Губы директора Ли были влажными. Его галстук съехал с места, когда я тянул за него. Грудь директора Ли поднималась и опускалась. Мы оба запыхались.

Директор Ли сорвал с себя галстук и сбросил его на пол. Ох, чёрт. Директор Ли обхватил меня за талию, а я расстегнул несколько пуговиц его застёгнутой доверху рубашки.

– Нет…

Я совсем не занят.

Я провёл рукой снизу вверх по его груди. Кончиками пальцев почувствовал вибрацию артерии на его шее. Заходить дальше опасно. Да и плевать!..

– Директор, я дал своё одобрение, так что, пожалуйста, свяжитесь со мной как можно...

– Огх! Агх! Ух!

Я оттолкнул директора Ли и подпрыгнул, словно карп в пруду. Директор почти отлетел от меня. Должно быть, он и правда взлетел. Я спрыгнул со стола, и у меня сразу заныли ноги. Директор Ли, которого я оттолкнул, беспомощно сел на пол. Я закрыл лицо руками.

– Джухёк? – это был менеджер Ли.

– М-менеджер?

– Джухёк, вы здесь… Джухёк…

Выражение лица менеджера Ли было странным. Нет, понимаете, просто… дело в том, что... От таких резких телодвижений у меня онемели ноги. Директор Ли откашлялся и открыл рот, чтобы ответить:

– Давайте сюда. Вы можете идти. Спасибо за работу.

– Да. Да, я пойду.

Менеджер Ли, который передал директору Ли документы, сделал шаг ко мне. Не подходите. Пожалуйста, не подходите.

– Джухёк, ваши брюки…

Кровь бросилась мне в голову. И голова, казалось, вот-вот взорвётся. Я тут же присел на корточки и прикрыл ноги пиджаком. Мне некуда было девать глаза, так что я закрыл их. А когда открыл, передо мной были штанины менеджера Ли.

– У вас тут бумага прилипла к брюкам.

А.

– А?

И правда. Скомканный лист формата А4 застрял у меня между ног. Менеджер Ли похлопал меня по плечу.

– Я, пожалуй, пойду домой.

– Да, хорошо.

Прежде чем выйти из кабинета, менеджер Ли подмигнул мне. Подмигнул так, словно говорил: «Всё в порядке». Нет, всё далеко не в порядке. Вообще не в порядке. Мне вдруг захотелось плакать.

Когда я встал с корточек, то увидел, что директор Ли уронил голову на ладони. Кажется, он тоже в шоке.

– Директор, очнитесь. Скорее заканчивайте с работой и идите домой.

Я тоже пойду.

– …

– Директор?

Я коснулся плеча директора Ли и жар его тела обжёг мне руку.

– Директор?! Директор!

– Прошу, Джухёк, скорее уходи…

У него гон.

Страница книги Эксклюзивная зона ограничения знакомств в интернете

Table of Contents

Пролог

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

О книге