Анриш делала шаг за шагом.

Вдалеке она увидела маленького мальчика, лежащего на диване.

‘Ох, как мило!’

Анриш, которая смотрела на черную круглую голову ребенка сзади, схватилась за левую сторону ее груди, чтобы не было слышно ни звука.

Глаза ребенка, которые просматривали иллюстрации в детской книге, были прозрачно-фиолетовыми.

Его пухлые щеки, залитые румяными пятнами, покачивались каждый раз, когда он переворачивал страницу книги.

‘Я хочу потрогать его волосы! Я также хочу погладить его щеки! Ха, даже одного раза будет достаточно……!’

Анриш, которая внутренне делала множество глупых замечаний, вскоре пришла в себя.

О нет.

Я не могу вернуться после того, как сегодня снова просто стою на расстоянии.

Мм-хмм, она осторожно кашлянула и открыла рот.

- Хей, Эллиот?

Затем мальчик в шоке поднялся со своего места.

При ее появлении стало ясно, что он опасался ее, Анриш залилась кровавыми слезами внутри.

‘Нет... Что значит, что если ты даже так далеко, ребенок все равно напуган? ’

Но ведь нельзя же всегда жить, ненавидимой своим сыном, верно?

Анриш, настроившись, попыталась раздвинуть уголки ее рта и улыбнуться.

- Эллиот, может, пойдем погулять с мамой?

- Ух, мама...

Голос мальчика, Эллиота, задрожал.

Его фиолетовые глаза, полные страха по отношению к ней, мгновенно намокли.

- Я сделал что-то не так?

- Хах? Нет, почему ты так говоришь?

- Давай, скажи мне, если я сделал что-то не так. Я все исправлю.

Сказал ребенок, дрожа плечами.

В конце концов, по его пухлым щекам потекли слезы.

Боже, что я сделала?

Анриш смутилась и тупо уставиалсь на Эллиота.

- Так, не бойся…

Эллиот действительно сделал выражение, которое было полно страха.

Эй, почему ты плачешь?

Чтобы успокоить плачущего ребенка, Анриш торопливо шагнула.

- Нет, это не так!

- Хуваааааа!

Однако, когда Эллиот заметил, что она приближается к нему, он наконец разразился громким плачем.

Что нам с этим делать?

Когда Анриш в спешке огляделась...

- Что случилось, Эллиот?

Мужчина, входящий в гостиную, нежно обнял Эллиота.

В этот момент Анриш забыла о смущении, которое она чувствовала, и была очарована красотой мужчины.

‘Вау……..’

Она уже встречалась с ним пару раз, но красота этого мужчины не то, к чему она привыкла.

Клишированное описание «ослепительно красивый» идеально подошло мужчине.

Черные волосы и голубые глаза, как у сапфира.

Гладкая кожа и высокий рост.

И даже солидное и стройное тело, сопоставимое с телом зверя...

Только если вам повезет унаследовать превосходный ген от отца, похожего на статую, у вас может быть такой милый ребенок, как Эллиот.

Когда она впервые встретила этого человека, это было искреннее чувчтво, которое испытала Анриш.

- Пааап!

Со слезами на лице Эллиот обнял отца за шею.

‘Но даже в этом случае отец хорошо утешил ребенка… Я очень рада’.

Анриш с грустью посмотрела на Эллиота, который уткнулся головой в объятия отца.

- Папа… Икота, Папа.

- Да, все в порядке.

Мужчина, который нежно успокаивал Эллиота, медленно поднял голову и уставился на Анриш.

Его темно-синие глаза были острыми, как осколки стекла.

- Вы сказали, что на этот раз он снова надоедает?

- Эх?

Что это за хрень?

Анриш, которую поразили слова мужчины, широко открыла глаза.

Однако, прежде чем она успела объяснить себя, мужчина сказал холодным голосом.

- Как насчет того, чтобы полюбить его хоть немного с тех пор, как ты его родила?

‘Нет, у меня есть как минимум десять тысяч причин любить вас обоих!’

Не имея возможности так умолять, Анриш прикусила губу.

Мужчина, нежно заботившийся об Эллиоте, отвернулся от нее и холодно покинул место.

Анриш, которая рассеянно смотрела на происходящее, внутри была в ярости.

‘Нет, среди множества персонажей, которые у меня были, я стала «плохой свекровью!’

***

Теперь вопрос в том...

Если однажды вы проснетесь и увидите «плохую свекровь» из романа, который вы прочитали накануне...

А если вы уже вызвали много ненависти со стороны сына и мужа...

Чтобы вы делали?

- Хаа

Анриш вздохнула и обмякла на туалетном кресле.

Не в силах преодолеть раздражение, Анриш сопротивлялась.

Меня уже презирают, так что же мне делать!

Анриш фон Валлоис.

Она была «плохой свекровью» в романтическом фантастическом романе под названием [Лилия в твоих руках].

Анриш родилась в семье престижного маркиза Саксонского и была настоящим воплощением «высокомерия».

Она родилась в хорошей семье и выглядела красивой.

Это означает, что она жила, считая себя самой благородной в мире.

Ее чувство превосходства над другими было настолько сильным, что люди под ее командованием даже не считались людьми в ее глазах.

Она имела дело только с высокопоставленными дворянами, которые, по ее мнению, были «того же класса», что и она.

А эгоистичное поведение Анриш неизбежно вызывало у людей отвращение.

Среди них ее муж и отец главной мужской роли Алексей фон Валлоис.

‘Независимо от того, насколько низок их статус, есть ли у нее веская причина так их унижать?’

В это время спросила себя Анриш с действительно озадаченным лицом.

‘Лично ли герцог обращается к таким вещам, как обувь, платья и шляпы?’

‘…..’

В романе подробно описано, как был потрясен Алексей, услышав ответ.

Несмотря на это, Анриш надеялась иметь ребенка от Алексея.

Однажды Алексей спросил Анриш:

- Почему ты хочешь иметь детей?

- Ну, конечно, для того, чтобы меня признали хозяйкой Валлоис.

Анриш никак не могла полюбить Эллиота, который родился в этом роде.

Анриш оставила сына няне, закрыла глаза на дом и ничего не делала, кроме как жить роскошной жизнью.

Когда маленький сын подошел к своей матери, Анриш нахмурилась и оттолкнула его.

- Почему ты держишься за меня? Это действительно раздражает!

Что ж, оглядываясь назад на путь Анриш в оригинале...

Ярлык «Дьявол» был присвоен Анриш.

Анриш была в сговоре против Лилианы, пока она не умерла.

Таким образом, Анриш казнена вовлеченными в это рассерженными семьями, а Эллиот и Лилиана подтверждают свои чувства.

Так что все были счастливы и жили хорошо.

…Это был конец романа.

- Ох, я не хочу быть изгнанной или умереть!

Анриш задрожала.

Эллиот и Лилиана были ее любимой парой в романе!

Ей не нравится конец изгнания любимой парой! Я ненавижу это!

В то время Анриш боролась, как кальмар, жареный на костре.

- Подождите.

В этот момент ее фиолетовые глаза резко засияли.

Анриш, медленно приподнявшая ее тело, была в глубокой задумчивости.

‘Если это так, как насчет Лилианы?’

Эллиоту в этом году исполнилось семь лет.

Это означает, что они ненавидят друг друга уже 7 лет.

Но Лилиана другая.

‘Потому что я еще даже не видела кончиков волос Лилианы!’

В процессе развития романа Алексей и Эллиот естественно будут лелеять и любить Лилиану.

Если это так, то что, если я поставлю на свою сторону Лилиану, которая еще не испытывала ко мне неприязни?

‘Отец, дорогой... Я не думаю, что мама такая плохая...’

Если бы Лилиана сказала это со слезами на глазах…!

Она получит самого могущественного союзника в этом романе!

На лице Анриш была радость.

Я могу получать очки от моей любимой героини и улучшать отношения с семьей!

Я гений!

Она встала со своего места, начав с ее густых темно-коричневых волос, рассыпанных по плечам.

Она достала из шкафа шляпу и тонкое пальто и аккуратно завязала ленту на шляпе.

Наконец ее пурпурные глаза проверили наряд.

‘Наша Лилиана, свекровь сейчас заедет за тобой!’

Анриш сжала кулак.

Ее фиолетовые глаза теперь блестели безумием.

Я никогда тебя не побеспокою.

Нет, я буду относиться к тебе лучше чем кто-либо еще!

Итак, мне нужно, чтобы ты сделала мою историю как можно лучше для моего мужа и сына. Понимаешь?

Анриш сглотнула сухую слюну и посмотрела на приют прямо перед ее глазами.

Снаружи это был невзрачный детский дом.

Но…

‘Этот приют – место, в котором жестоко обращались с Лилианой’.

Закусив губы, она шагнула вперед и направилась к входной двери приюта.

На табличке, висящей рядом с главными воротами, элегантным письмом было написано «Детский дом Лондони».

‘Лондони’.

Анриш сжевала имя.

Приютом Лондони управляла семья барона Лондони, родственника Лилианы.

Это также было место, где сейчас живет Лилиана, потерявшая родителей в результате несчастного случая.

Лилиана была единственной дочерью в семье графов Аберитов.

Граф Аберит был престижным человеком с долгой историей, хотя и не очень могущественным.

Семья герцога Валлоис также давно установила дружеские отношения. Благодаря этим отношениям «Лилиана» и «Эллиот» с самого начала обручились друг с другом.

Возможно, если бы оба родителя были живы, Лилиана стала бы самой счастливой девочкой в мире.

‘Но проблема была в том, что это был внезапный несчастный случай с каретой’.

Когда карета поскользнулась под дождем, в тот же день умерли граф Аберит и его жена.

Алексей был глубоко опечален смертью своего близкого друга графа Аберита.

Таким образом, он попытался позаботиться об их единственной дочери, Лилиане, которая осталась одна, и отвез ее в Валлоис.

Однако тогда.

Вмешался барон Лондини, дальний родственник графа Аберита.

‘Мы будем заботиться о Лилиане, пока она не достигнет совершеннолетия’.

‘Как бы вы ни были близки, не могли бы мы, родственники, позаботиться о ней более тщательно? ’

Он подумал, что это имеет смысл, поэтому Алексей доверил Лилиану барону Лондини.

Алексея успокаивало и то, что барон Лондини и его жена содержат приют.

Поскольку они достаточно сердечны, чтобы заботиться о сиротах, он считал, что они будут лелеять ее, как свою собственную дочь.

‘Однако настоящая причина, по которой барон Лондини и его жена содержат приют, заключаются в субсидиях из страны’.

Фиолетовые глаза опустились.

‘Лилиана в оригинале просто вертелась, пока не встретила Эллиота’.

Барон Лондини жаждал состояния Аберита и любил Лилиану не меньше, чем его ногти.

Но собственность Аберита охранял сам Алексей.

Лондини несколько раз получал деньги на содержание Лилианы, но этому был предел.

‘Конечно, полученных денег хватило с головой на расширение приюта…’

Жадный барон Лондини не мог быть этим доволен.

Кроме того, были эмоциональные проблемы.

Барон Лондини и его жена глубоко укоренились в чувстве неполноценности перед графом Аберитом.

‘Лондини был другом Аберита’.

Аверетт, давняя престижная семья, которая также близка к герцогу Валлоис, величайшей семье империи.

С другой стороны, Лондини принимали под именем «Аберетт» и обращались как с «никем».

Графы Аберретты считали барона Лондини одним из немногих драгоценных родственников.

Но для барона и его жены это не имело никакого значения.

- Это все, что они думают?!

- Просто прикидываются благородными!!!

Это было обычным делом пары Лондини.

После этого он разыскал состояние графа Аберита и привел одинокую Лилиану в одиночку...

‘Поскольку девочка похожа на своего отца, Артура… это было неприятно’.

Лилиана, которая напоминала бывшего графа, который был необычайно красивым человеком, была всего лишь бельмом на глазу для четы баронов.

В конце концов, зависть и ревность пары баронов упали на юную Лилиану.

В виде жестокого обращения.

‘Хорошо. Давай пройдем внутрь’.

Анриш, глубоко вздохнув, позвонила в дверь.

Динь-дон-динь-дон.

Пока она ждала некоторое время, она услышала звук ребенка, бегущего издалека, от тонкой двери.

- Пожалуйста подождите-!

Щелк.

Дверь открылась, и появилась маленькая девочка.

В тот момент, когда глаза девушки и ее встретились, Анриш невольно приоткрыла рот.

‘Вау, сейчас я… Я вижу ангела, упавшего с небес?’

Анриш тупо посмотрела на девочку.

Девочка, которой на вид было около семи лет, была невероятно хорошенькой.

Она связала свои пушистые светлые волосы, мягкие, как весенний цветок, и ее глаза-ростки ярко сияли.

Анриш хотела бы взглянуть на спину ребенка, если она могла.

Вы случайно не знаете?

Крылья ангела действительно можно было спрятать!

‘Ты выглядишь точно так же, как описывали в романе’.

Хотя она бы не поняла, о чем я говорю, так что хватит быть глупой.

Давайте сначала спросим ее имя.

‘Ху-ха, Ху-ха’.

Анриш глубоко вздохнула, успокаивая ее дрожащую грудь.

Затем осторожно спросила девочку.

- Эй, а ты случайно не знаешь ребенка по имени «Лилиана Аберит» в этом приюте?

Ее глаза широко раскрылись, когда она услышала вопрос.

- Ли-Лилиана? Я Лилиана...

Услышав ползучий ответ девочки, Анриш почувствовала волнение.

Я знала, что не может быть, чтобы такой красивый ребенок не был главным героем этого мира!

Я думала, что мой сын был самым симпатичным на свете, но он такой же милый, как моя невестка!

- Понятно, приятно познакомиться. Барон Лондини или баронесса внутри?

Я слышала, что должность директора приюта в настоящее время занимает жена барона Лондини.

Так что хотя бы баронесса должна быть внутри.

Анриш, которая заговорила, не задумываясь, была немного удивлена.

Это произошло потому, что как только прозвучали слова «баронесса Лондини», лицо Лилианы побледнело.

- Чт, директор приюта?

…Директор детского дома? Глаза Анриш сузились от ощущения дискомфорта, пробежавшего по ее спине.

Анриш подумала, что она не сирота в приюте, так почему же она называет ее директором приюта?

Разве ей не следует называть их дядей или тетей?

- Ну да… директор приюта.

Анриш кивнула.

Затем Лилиана, заметившая это, осторожно задала вопрос.

- Что ж, если дама - чиновница из другого приюта…

- Да?

- Ну, не могли бы вы меня не брать?

Лилиана внезапно сжала два симпатичных кулака.

Светлые глаза, смотрящие на Анриш, отчаянно дрожали.

- Я обязательно разочарую даму. Я не могу работать, я некомпетентна и не могу пользоваться руками.

Анриш смущенно посмотрела на Лилиану.

Лилиана, о чем ты, черт возьми?

Однако Лилиана отчаянно заявляла о своей бесполезности.

- Ну, я также много ем. Если вы возьмете меня, это будет стоить много еды. Это и…

Анриш посмотрела на Лилиану, которая, не колеблясь, унижала себя.

Лицо Лилианы было полно страха.

Как будто она боялась, что кто-то ее поймает.

Через некоторое время Анриш внезапно задала вопрос.

- Чего ты так боишься?

- …Д-директора приюта.

Сказала Лилиана через некоторое время, а затем коснулась своих губ.

- Другие приюты… это ад. Сказал он.

- Что?

- Детей бьют каждый день, а тех, кто не может работать, часто бьют по лицу.

Лилиана пошевелила пальцами.

Избегая взгляда Анриш, Лилиана дрожащим голосом закончила.

- Дети, которые не слушаются, содержатся в одиночной комнате в течение недели.

- …

- Поскольку это наш приют, они примут такого медлительного ребенка, как я, и если я пойду куда-нибудь еще, меня изобьют…

Анриш широко открыла рот.

Нет, что, черт возьми, ты говорил семилетней девочке?

Сегодня нет такого сумасшедшего детского дома!

Анриш, которая боролась с потрясением, внезапно остановила ее взгляд на Лилиане.

На запачканной грязью одежде были заметны следы того, что ее носили слишком много раз.

Она была намного меньше и тоньше, чем Эллиот, хотя была того же возраста, и все ее пальцы были покрыты ранами.

- …Это.

Фиолетовые глаза глубоко погрузились в раздумья.

Может быть, может быть.

Такой детский дом, где к детям относятся как к мусору.

- Прежде всего, я не служащий детского дома.

При этих словах Лилиана подняла голову.

- Д- действительно? Тогда почему вы меня искали? А почему вы хотите познакомиться с директором детского дома?

Лилиана задала множество вопросов.

Она внезапно наполнилась надеждой, и ее светло-зеленые глаза заблестели.

Было так прискорбно, что ее внешний вид был настолько жалким, что Анриш сжала кулак, не осознавая этого.

Ты ребенок, который заслуживает гораздо лучшего обращения, чем это.

Когда ты выйдешь из приюта, тебя будут ждать люди, которые очень тебя полюбят.

Но ты бы не узнала этого, живя в этом приюте и думая, что насилие - это естественно...

- Верно, я здесь, чтобы забрать тебя.

- Да? Но... но вы не служащий детского дома...

- О, я еще не представилась.

Анриш протянула руку и нежно погладила Лилиану по голове.

Лилиана напрягла плечи.

- Кто-то так похлопывает меня по голове… Это впервые.

Почувствовав такое ласковое прикосновение, Лилиана затаила дыхание, не осознавая этого.

Каким-то образом уголок ее сердца щекотал, как будто его терли перышком.

- Меня зовут Анриш фон Валлоис.

- Ч-что !?

Лилиана застыла в шоке, услышав это имя.

Несмотря на то, что она ребенок, который не знает мира, как она могла не знать единственного герцога Империи, «Семью Валлоис».

Говорят, что герцог Валлоис уронил летающую птицу одними глазами.

'Ну тогда. Любовница престижного герцога пришла меня найти?!’

Лилиана проглотила сухую слюну.

Анриш тихо сбросила бомбу.

- Я мать твоего жениха, Эллиота фон Валлоис.

- Ж- жених?

Я невеста наследника герцога Валлоис?!

Когда по цепочке поступали отличные новости, маленькая голова Лилианы была на грани разрыва.

В это время Анриш сделала несколько шагов, нежно обняв Лилию.

- Да. Пойдем внутрь, чтобы узнать подробности?

Будь то барон Лондини или баронесса... Я смогу их победить.

Анриш, поднявшая голову, яростно улыбнулась.

Вы оскорбляете мою симпатичную невестку? Только подождите и я покажу вам суть злобной тещи!

***

Во главе с Лилианой Анриш последовала за ней в приют.

Это был ее первый раз, когда она увидела приют изнутри.

‘…Это не так плохо, как я думала’.

Обои были чистыми, и сироты выглядели так, как будто о них позаботились.

Настроение Анриш стало еще хуже, когда она увидела это.

‘Другие дети по-прежнему выглядят здоровыми, но только Лилиана была худой’.

Вероятно, причина в том, что в стране регулярно проводятся проверки детских домов.

Сироты, должно быть, получали большое количество внимания, чтобы не быть предметом проверки.

Однако Лилиана не числилась сиротой, поэтому ей следовало баловать себя больше, однако она явно не делала этого.

Вдруг.

Анриш открыла глаза.

Лилиана, шедшая впереди Анриш, наклонилась и подобрала мусор, упавший на пол.

- …

Анриш мрачно посмотрела на спину Лилианы.

Лилиана запихнула мусор в карман своего старого фартука и стала прижимать к себе одежду, брошенную на стул.

Идя по коридору, она бросила одежду в стирку, движение было таким естественным.

Ее нынешний внешний вид и действия доказывали, что до сих пор с Лилианой обращались как с горничной.

‘О Лилиана, это так жалко…’

Анриш была так убита горем.

Она вспомнила, как читала описание романа, в котором говорилось, что «главная героиня подвергалась насилию».

Но увидеть это лично было еще более разрушительным.

Затем Лилиана оглянулась, и в ее глазах появилась улыбка.

- Ох, вы могли бы пройти сюда?

- …Конечно.

Анриш, задыхаясь, немного поздно кивнула головой.

Наконец они подошли к офису директора детского дома.

Тук-тук.

Лилиана, проглотившая свою сухую слюну, пару раз постучала в дверь офиса.

- Кто это?

Ее голос был таким резким, как будто воздух треснули хлыстом.

Лилиана, испугавшись ее, пожала плечами, как улитка, прячущаяся в своей раковине.

- Э-это Лилиана, эт-это...

Но прежде чем Лилиана даже продолжила свои слова, послышались громкие шаги.

Бац!

Дверь с яростью отворилась.

Баронесса Лондини вытянула голову из своего кабинета с горящими глазами.

- Ты бесполезная вещь! Я сказал тебе не беспокоить меня, когда придет моя дочь!

Раздался нервный крик.

Но баронесса не смогла закончить то, что начала говорить.

Это произошло потому, что Анриш сузила брови и шагнула вперед.

- Баронесса Лондини.

- Ге, герцогиня Валлоис?!

Баронесса Лондини напряглась.

Нет, почему герцогиня Валлоис в нашем приюте?!

В то же время раздался холодный голос.

- Вам сейчас нужно прояснить ситуацию.

На невыразительном лице Анриш был знак того, что она сдерживает гнев.

Анриш слегка приподняла подбородок и задала еще несколько вопросов.

- Почему моя невестка живет в приюте, а не в доме Лондини?

- Я, это, это…

- Кроме того, Лилиана не сирота, а шестая племянница баронессы Лондини.

Анриш говорила искаженным голосом.

- Почему она зовет вас директором, а не тетей?

Фиолетовые глаза злобно смотрели внутрь офиса.

Первым, кого она увидела, была леди Лондини.

(п/анлета. Дочь барона и баронессы, а не мадам Лондини)

Она складывала в стопку красочные десерты, как гору, и наслаждалась чаем, глядя на нас широко открытыми глазами.

Нет, ей отказывали даже в еде.

Как грустно дискриминировать едой!

Анриш точила себя.

- Леди Лондини может наслаждаться прекрасными десертами и ароматным чаем…

Анриш расплывчато промолвила и посмотрела на баронессу Лондини.

На ней было великолепное платье с оборками, а к ее вьющимся волосам приколот красивый драгоценный камень.

- На вас шикарное платье и красивые аксессуары.

Услышав эти слова, леди Лондини напрягла плечи.

Анриш снова посмотрела на Лилиану.

На ней был старый фартук и потрепанная блузка с грязными пятнами.

И коричневая юбка с заплатками.

На ней была одежда, не подходящая по возрасту.

Из-под подола одежды были видны только кости.

Из-за резкого контраста двух девушек взгляд Анриш стал яростным.

- Это все равно, что увидеть леди и ее горничную. Нет, я не думаю, что даже горничная будет носить такую старую одежду.

- Ну, герцогиня Валлоис! Это…!

Баронесса Лондини, нетерпеливо пытаясь извиниться, сморщила рот и прикусила язык.

Это произошло потому, что Анриш смотрела на нее холодными глазами, от которых у нее по всему телу были мурашки.

Анриш холодно задала вопрос.

- Они обе заслуживают защиты баронессы, так почему же с Лилианой обращаются хуже, чем с горничной.

Баронесса была действительно сумасшедшей.

‘Нет, она вообще не интересовалась Лилианой!’

Это было не совсем безразличие, это было скорее отвращение.

Граф Аберит происходил из престижной семьи с долгой историей, но она не считалась влиятельной или богатой.

Далеко от герцога Валлоис, любовницей которого сейчас является Анриш, Аберита далеко не сравнивали с маркизом Саксонским, который был отцом Анриш.

Анриш - человек, который жил тем, что положение всех было ниже, чем ее.

Она бы не понравилась Лилиане.

Кроме этого…

‘Герцог Валлоис уже нанес визит’.

На самом деле герцог Валлоис был нелегким человеком.

Когда он доверил Лондини единственную дочь своих близких друзей, он ни за что не мог не оставить подстраховку.

Таким образом, герцог Валлоис периодически отправлял надежных людей, чтобы проверить, все ли в порядке с Лилианой.

Но с другой стороны, барон Лондини и баронесса, чье эго растет, сами подкупили отчеты.

«Деньгами»

‘Надеюсь на ваше сотрудничество, старшая горничная Мэг’.

‘Конечно, довертись мне’.

Старшая горничная герцога Валлоис сунула мешочек с золотом в карман и уверенно улыбнулась.

‘Я последовала за герцогом из герцогства Валлоис’.

‘Боже мой, это означает…’

‘Это означает, что я самый доверенный вассал герцога…’

Она пожала плечами и добавила:

‘Кроме того, герцог очень занят, поэтому он не может позволить себе беспокоиться об этих незначительных проблемах’.

Это правда.

Герцог Валлос, будучи самым доверенным лицом императора и острейшим мечом империи, день и ночь работал над государственными делами.

Кроме того, отчеты, регулярно отправляемые герцогу Валлоис, были составлены безупречно.

Поэтому…

‘У герцогини Валлоис нет причин посещать Лилиану?’

Анриш снова обратилась к ошеломленной баронессе.

- Теперь я собираюсь взять Лилиану и вырастить ее сама.

- Прошу прощения? Про чт, что вы говорите! Мы родственники Лилианы…!

- В таком случае я свекровь Лилианы.

Анриш слегка пожала плечами.

Ее тон был легким, но ее фиолетовые глаза были полны гнева.

- Не могу поверить, что Лилиану оставили Лондини.

Анриш скривила губы.

Это была явная насмешка.

- …Баронесса думает, что я идиотка?

- Ох, я бы никогда не осмелилась, я никогда не сделаю этого и в будущем... И Лилиана тоже!

Почему вдруг упомянули Лилиану?

Анриш не смогла скрыть кислого выражения лица.

- Лилиана тоже не захочет оставить нас!

От бесстыдного крика баронессы Лондини глаза Анриш заставили ее задрожать.

Однако после безразличной реакции Анриш, баронесса посмотрела на Лилиану блестящими глазами.

- Лили? Лилиана! Я твой родственник!

Баронесса схватила Лилиану за плечо.

Ее хрупкие плечи были сжаты так сильно, что Лилиана испустила болезненный стон.

- Овв…

- Я так долго тебя воспитывала, не так ли? Ты ведь меня не бросишь?!

- Хей, баронесса Лондини.

В это время появилась рука, схватившая баронессу за плечо.

- Вы понимаете, кем вы сейчас угрожаете Лилиане?

- Ак!

В то же время тело баронессы было отброшено назад. Баронесса Лондини, потерявшая равновесие, отшатнулась и поскользнулась.

Падение!

Анриш посмотрела на ее неприглядный вид на полу.

- Не навязывайте Лилиане свою волю.

- …Что?

- Какая жалость. Вы больше не сможете получать деньги на проживание Лилианы.

Баронесса, тупо уставившаяся на нее, поняла ситуацию.

Она больше не могла вымогать деньги на ее проживание.

Другими словами, Лилиана, ее горшок с деньгами, будет потеряна навсегда.

- Ох, герцогиня! Я…

Только тогда баронесса Лондини, понявшая ситуацию, поспешно попыталась ухватиться за ногу Анриш.

Конечно, Анриш избежала этого, сделав пару шагов назад.

Анриш холодно добавила.

- С тех пор, как вы взяли заботу о Лилиане и растили ее, приют значительно расширился.

Она ударила прямо в точку.

Баронесса Лондини открыла глаза.

Анриш говорила деликатно.

- Вы - семья Лилианы, поэтому я не буду обращать внимания на то, что происходило до сих пор.

- Ох, это, но…!

- Но если вы не сможете избавиться от своей жадности по отношению к ней в будущем или даже попытаетесь побеспокоить Лилиану…

Анриш закончила ее слова холодным голосом.

- Тогда в суде вы встретитесь с адвокатом Валлоис.

Суд? Адвокат?

Означает ли это, что суд даже обратится в судебное дело?

Теперь в глазах баронессы происходило сильнейшее землетрясение.

После этого Анриш повернулась к Лилиане.

- Лилиана.

- Да, да!

По зову Анриш Лилиана, которая смотрела на баронессу, пришла в себя.

- Что ты хочешь делать, Лилиана?

- Да? Я?

Лилиана широко открыла глаза.

Анриш наклонилась, посмотрела на Лилиану и заговорила мягким голосом.

- Я хочу быть твоим опекуном и жить с тобой в будущем, ты не против?

Было ясно, что Лилиане нужно покинуть приют.

Было абсурдно держать ребенка в жестоком окружении.

Но для нее и Анриш жить вместе было другим делом.

Она не хотела, чтобы Лилиана чувствовала себя подавленной из-за ее решений.

"Итак, я также должна предоставить Лилиане выбор".

Она думала, что девочка будет удовлетворена становлением Лилианы опекуном.

Лилиане пришлось принять многое, включая помолвку.

Тем временем Лилиана стояла перед Анриш, не зная, что делать.

- Я, я...

- Если тебе неудобно, то можно сказать "нет". Я предоставлю тебе отдельное жилье.

- Ох, нет!

Лилиана невольно сжала кулаки и громко закричала.

- Я хочу жить с вами!

Хах?

Пораженная Анриш широко открыла глаза.

Однако больше всего удивилась ее голосу сама Лилиана.

- Ух, ах. Так что… Если это вас не беспокоит…

Лилиана смотрела в глаза Анриш.

"Я слишком жадная?"

Однако она не хотела отпускать женщину, стоявшую перед ней.

Анриш была самым дружелюбным человеком, которого она когда-либо встречала.

- Боже ты мой. Как ты можешь доставлять неудобства? Это я прошу тебя пойти со мной.

Анриш быстро протянула ей руку.

- Тогда пойдем?

Хотя Лилиана не могла сразу заставить себя взять ее за руку.

Белая и элегантная рука, которая, кажется, никогда не держала ничего тяжелее веера.

Могу ли я держать эту руку?

Лилиана посмотрела на свои пыльные руки и смущенно пробормотала.

- Я, мои руки грязные…

- Ах, почему тебя это волнует? Все в порядке!

Анриш схватила Лилиану за руку.

Глаза Лилианы расширились.

Ее мягкие теплые руки наполнились энергией и потянули Лилиану.

- Пойдем, поторопись.

По настоянию Анриш Лилиана быстро последовала за ней.

"Удивительно".

Лилиана, которая начала идти, внезапно оглянулась.

"Баронесса Лондини, я так ее боялась".

Она боялась, что не сможет вырваться из рук баронессы, и боялась, что может умереть...

Она могла так легко уйти от нее.

Лилиана пораженными глазами посмотрела на спину Анриш.

Это был первый раз, когда она убедилась, что может на кого-то положиться.

Часть глубины ее сердца трепетала.

***

Как только она вышла из офиса, то услышала, как ссорятся мать и дочь.

- Ох, мама! Ты просто отдала девочку такой, какая она есть?!

- Нонсенс! Ты молчала, когда твою мать били. Зачем приходить и обвинять свою мать сейчас?

Анриш слушала крики, доносящиеся из-под двери.

Кровь матери и дочери кипела от их гнева.

- Если есть другой способ, попробуй его!

- Ах, почему ты на меня обиделась?!

Было действительно интересно наблюдать за сценой боя.

Когда она прислушалась к их спору, в ее глазах появилась улыбка.

Это вкус победы?

"Хорошо, теперь... Пора показать Лилиане, на что способны деньги".

Могу я просто разбрасываться золотыми монетами?

Если вы хотите быть роскошной хозяйкой самой богатой семьи Империи, конечно, вам стоит это сделать!

- Лилиана, у тебя есть что-нибудь, что ты хочешь?

- Да?

- Скажи мне, я куплю тебе что угодно!

При виде растерянного лица Лилианы Анриш раздраженно воскликнула.

Тогда Лилиана ответила с застенчивым лицом.

- Нет, вы не должны.

- Почему?

- Вы взяли меня с собой, этого достаточно.

Услышав это, Анриш почувствовала себя очень взволнованной.

Ей должно быть всего семь лет.

В том возрасте у нее было множество вещей, которые она хотела.

А она просто сказала: "Достаточно просто взять меня с собой"...

Как она жила?

- Да, я хочу купить тебе так много вещей.

- Да?

Когда она ответила озорным голосом, Лилиана широко открыла глаза.

Вместо того, чтобы ответить ей, Анриш с уверенным выражением лица села в карету.

У нее было так много всего, что она хотела сделать для Лилианы.

***

Примерно через час.

Морган-стрит - это коллекция элитных магазинов.

Лилиана сидела в магазине элитной одежды, специализирующемся на детской одежде, и не могла скрыть озадаченное лицо.

"Я… я думаю, что впервые сижу в таком удобном кресле".

Лилиана, моргая, осторожно прижала пальцами сиденье стула.

Сиденье было таким пушистым, что пальцы могли войти внутрь.

Лилиана, некоторое время глядела на простыню с любопытством,  но внезапно в спешке схватила палец.

Если она прикоснется к нему вот так, будет большой проблемой, если стул испачкается от ее рук.

Затем Лилиана искоса взглянула на Анриш, сидящую напротив нее.

Анриш рыскала по многочисленным каталогам с огоньком в глазах.

- С такой одеждой мы не сможем полностью раскрыть привлекательность Лилианы.

Мрачно пробормотала Анриш.

- Мне нужна одежда лучше этой…

Лилиана, не осознавая этого, устремила взгляд на Анриш.

"…Она герцогиня Валлоис".

Хотя она еще не прожила долгую жизнь, но была уверена, что никогда не видела такого красивого человека.

Мелкозернистые каштановые волосы плавно спускались по груди.

Ее чистая белая кожа была гладкой, как фарфор, и ее пурпурные глаза, расположенные под длинными ресницами, были довольно фиолетовыми.

Она думала, что никогда в жизни не встретит даму с таким высоким статусом, но теперь эта дама стала ее свекровью.

Кроме того, она сказала, что она была обручена с сыном герцога Валлоис с рождения.

(п/п. Повторы… Прошу прощения. Иногда просто не могу передать смысл без них)

"Это смешно"

Лилиана покачала головой.

Затем ее взгляд встретился с Анриш, которая только что подняла голову.

- Хеук!

Когда она поспешно вдохнула, из губ Лилианы вырвался странный звук.

Ох, что мне делать?

Я умираю от стыда!

Лицо Лилианы покраснело.

Затем Анриш нежно зажмурила глаза.

- У тебя есть что-то, про что ты хочешь спросить?

Это могло быть так, потому что Лилиана все это время смотрела на Анриш.

Я думаю, в вас есть что-то любопытное…

Лилиана, проглотив сухую слюну, осторожно начала задавать вопросы.

- Ну, вы правда покупаете мне новую одежду?

- Конечно. Если нет, зачем мы пришли в магазин одежды?

Анриш широко открыла глаза и продолжила.

- Сейчас у Лилианы нет даже сменной одежды, не так ли?

Когда Анриш пожала плечами, Лилиана угрюмо кивнула.

Она тоже так думает, особенно со всеми этими маленькими вещами, которые Лилиана использовала все это время.

"Потому что она все выбросила после выхода из приюта!"

Анриш вспомнила, как была рада, когда она выбросила все ее вещи, нет, мусор, в мусорное ведро.

Честно.

Я считаю, что с тех пор, как я стала Анриш, это было лучшее, что я сделала.

Это так же хорошо, как если бы вырвали больной зуб.

Однако Лилиана, не сумевшая одолеть совесть, покачала головой.

- Но я все еще в долгу перед вами, и я не считаю правильным покупать мне новую одежду…!

Мало того, что ее забрали из адского приюта Лондини, теперь она тратит столько денег из-за нее.

Лилиана плакала.

Ей казалось, что она внезапно вознеслась из ада в рай.

Она была так благодарна и виновата.

- Боже мой, Лилиана.

Но как раз тогда.

Анриш, слегка согнувшись, посмотрела Лилиане прямо в глаза.

- Тебе нужно иметь более объективное представление о себе.

- Объ, объективная точка зрения?

- Да.

Анриш кивнула ей.

В ее мягких цветных глазах была выгравирована озорная улыбка Анриш.

Эта улыбка нежно соблазнила маленького ребенка.

(п/п. Ребят, спокойствие. Всё легально)

- Знаешь, ты та леди, которая станет следующей любовницей Валлоис.

- Это все еще...

- Это означает, что ты лицо Валлоис, поэтому тебе нужно подумать о своем положении.

Лилиана слушала Анриш, как будто она была одержима.

- Представь себе, невеста герцога Валлоис была одета в свое старое, изношенное и дырявое платье с ботинками без подошвы.

Анриш прищурилась и вздохнула.

Глядя на красивое лицо свекрови, полное доброты, Лилиана затрепетала, и ее плечи вздрогнули.

- Тогда что люди подумают о герцоге Валлоис?

- Ух… ух…

- Семья одна из самых известных в Империи, у нее много денег, но они так относятся к своей единственной невестке?

Анриш произнеса преувеличенным голосом, имитируя тон людей, указывающих пальцами на герцога

-  Ты так не думаешь...?

Это так?

На лице Лилианы была видна глубокая боль.

Не упуская возможности, Анриш решительно заключила сильным выражением.

- Ты также одеваешься для семьи герцога. Понимаешь?

- Да! Я поняла!

Лилиана, будучи так удивлена, беспорядочно кивнула.

Анриш снова это удалось.

- Ладно, теперь ты не будешь говорить "извините" или "я не думаю, что это правильно", верно?

- Да!

Лилиана, ответившая в изумлении, склонила голову.

Все в порядке?

Однако ситуация уже вышла из-под контроля Лилианы.

- Хмм, я думаю, что поиск идеальной одежды - пустая трата времени.

Анриш, громко сложивший каталог, пожала руку (п/п. shook her hand), чтобы позвать персонал.

Персонал подошел к Анриш.

- Вы что-нибудь ищете?

- Ох, да, одежда для девочек из этих каталогов.

Анриш, которая грубо взяла каталоги и вложила их в руки сотрудников, приподняла уголок ее рта и улыбнулась.

- Дайте мне все.

***

Ле Морган-стрит посещали в основном богатые простолюдины, полудворяни и знать.

А герцогиня Валлоис  в сочетании со своей индивидуальностью и особым высокомерием была известной светской львицей.

Конечно, было много людей, которые узнали герцогиню.

- Разве это не герцогиня Валлоис?

- Почему она без причины зашла в магазин детской одежды?

Благородные дамы, гулявшие по улице, останавливались с широко открытыми глазами.

Их взоры были прикованы к герцогине Валлоис, которая выскользнула из магазина детской одежды.

- Я имею в виду, разве она не каждый раз вызывала дизайнеров в особняк?

- Да, верно, она может просто попросить дизайнеров сделать ей платье и аксессуары. Стоимость была огромной, так что это все равно что выиграть в лотерею.

- Кстати, кто, черт возьми, этот ребенок?

Рядом с герцогиней по ступенькам шла симпатичная зеленоглазая блондинка, похожая на фарфоровую куклу.

Вероятно, она купила одежду в магазине, сменила ее и была одета идеально с головы до пят.

- Ну, я никогда ее раньше не видела...

- На самом деле, мы не уверены, собиралась ли герцогиня Валлоис выносить собственного ребенка, верно?

Пока знатные дамы сплетничали друг с другом.

Анриш шагнула вперед и остановилась перед ними.

Цвет с женских лиц исчез в мгновение ока.

"Ох, боже мой, она слышала все, о чем мы говорили?"

- Что мне делать, если на меня закричат?

Дамы не знали, что делать, поэтому просто смотрели друг на друга.

Тем временем Анриш смотрела на них с бесстрастным лицом.

Ох, что мне делать?

Сердца благородных дам горели.

- Здравствуйте.

- Герцогиня Валлоис, мы не  имели в виду… Да?

Одна из знатных женщин, которая рефлекторно пыталась извиниться, выглядела так, будто ее только что ударили по затылку.

Первой с нами здоровается высокомерная герцогиня Валлоис?

Однако, бомба, заложенная в разговоре, еще не закончилась.

- Наша Лилиана, разве она не очаровательна?

Да?

Дамы одновременно сомневались в своих глазах и ушах.

Герцогиня Валлоис ярко улыбается и мягко разговаривает!

"Предполагаю, я сейчас сплю".

Так думали знатные дамы.

Анриш пожала плечами.

- Я видела, как вы какое-то время смотрели на Лилиану.

***

Анриш сейчас внутренне кричит.

"Наша Лилиана такая милая! Как она может быть такой милой?!"

Она взглянула на Лилиану.

На Лилиане было темно-желтое платье и шляпа, подходящая к ее платью.

Недавно купленные, эмалированные туфли Мэри Джейн, блестели.

В руках она держала хлопковую куклу, купленную в магазине одежды. Анриш глазела на нее...

"Аххх, она как пушистый цыпленок!"

Анриш закрыла рот на замок. Такую милоту стоит сохранить навсегда!

Должна ли я позвонить художнику-портретисту, как только приду домой?

Нарисовав около сотни портретов, повешу их повсюду, а себе возьму три!

Один для коллекции, один для бизнеса, один для реального использования!

"Хах?"

Тем временем Анриш почувствовала откуда-то пристальный взгляд.

Вдалеке некоторые знатные дамы пристально смотрели на нее и Лилиану.

"Ах, наша Лилиана такая милая, поэтому вы так на нее смотрите?"

На губах Анриш появилась сердечная улыбка.

Если да, то вам стоит продемонстрировать красоту нашей Лилианы!

Анриш, шагающая к знатным дамам, грубо поздоровалась с ними и начала играть свою роль.

- Наша Лилиана, разве она не очаровательна?

- Да?

- Я некоторое время видела, как вы смотрели на Лилиану.

При этих словах благородные дамы скривились.

Анриш великодушно кивнула.

- Я понимаю. Наша Лилиана такая милая. У вас нет выбора, кроме как смотреть на нее.

Конечно. Конечно.

Анриш подозвала Лилиану гордым лицом.

- Лилиана, поздоровайся.

- Здравствуйте, я Лилиана Аберит.

Лилиана, смотрящая вниз и кивая, была действительно, удивительно, безумно мила!

- Я думала, что мой сын самый симпатичный в мире, но был еще один такой милый ребенок, как мой сын.

- Ну, это правда...

- Мне так повезло, что у меня тоже есть этот милый ребенок в качестве невесты Эллиота. Эллиоту тоже очень повезло, правда?

- Да…

Благородные дамы кивали,  опустив головы.

После долгого излияния гордости Анриш захотелось вернуться в особняк.

- Упс, мне нужно возвращаться.

- Да, да.

- Пожалуйста, идите осторожно.

- Спасибо. Если хотите увидеть нашу Лилиану, вы всегда можете прийти в особняк поиграть.

Итак, Анриш, сказавшая это, взяла Лилиану и села в карету.

Карета с эмблемой герцога Валлоис энергично пересекла улицы Ле Моргана.

Одна из знатных дам, двинувшаяся сзади кареты, резко пробормотала.

- Ну, такое ощущение, будто буря унеслась прочь…

- Это правда.

- Ну, тем не менее.

Другая благородная дама открыла рот.

- Сегодня герцогиня почувствовала, что к ней легко подойти, не так ли?

- О, я тоже это чувствовала.

- Итак, я была не единственной, кто так думал.

Каждая из благородных дам кивнула.

Показанная скромная и нежная фигура была намного лучше, чем обычная, высокомерная.

На губах знатных дам висела открытая улыбка.

Но именно тогда.

- Но, тем не менее, она все еще жена герцога Валлоис.

Одна из дам открыла рот от боли в горле.

Она была благородной дамой, которую Анриш открыто упрекала в прошлом.

- Сейчас она такая, но вы не знаете, когда она изменит свое поведение, например, щелкнув ладонью.

Благородная дама, заявившая так, скрестила руки на груди и высоко подняла подбородок.

- Как вы все знаете, герцогиня похожа на непостоянный кипящий суп?

- …Верно, это тоже правда.

- Она такой сварливый человек...

В одно мгновение в глазах женщин отразилось подозрение.

Дама, которая заговорила первой, покачала головой и осмотрелась.

- Все должны быть осторожны, так как если вы выскажете свое мнение, то навлечете на себя гнев герцогини.

***

Карета, проехав какое-то время до центра города, наконец плавно остановилась перед особняком Валлоис.

Лилиана, держа Анриш за руку, осторожно ступила ногами на землю.

В то же время ее светло-зеленые глаза становились все шире и шире.

- Вау…

Лилиана была ошеломлена, глядя на пейзаж перед ее глазами.

Сад, за которым ухаживал садовник, весной расцветал яркими цветами.

Над фонтаном, извергающим прохладную воду в центре сада, висела яркая радуга.

А за ним стоял элегантный четырехэтажный особняк…

"Разве это не дворец, в котором живет принцесса?"

Лилиана проглотила сухую слюну.

Тем временем Анриш пришлось изо всех сил сопротивляться смеху, который вот-вот разразится.

Лилиана c широко открытыми маленькими губами не могла оторвать глаз от особняка...

"Наша Лилиана такая милая. Что мне с тобой делать? "

…Потому что это было буквально очаровательно.

Через некоторое время Лилиана в полном сознании с тревогой посмотрела на Анриш.

- Эт, это действительно особняк герцога Валлоис?

- Ну, зачем мне врать Лилиане?

Анриш холодно кивнула.

Затем Лилиана задала вопрос своим озадаченным голосом.

- Это... это не дворец, в котором живет принцесса...?

Услышав эти слова, Анриш, сама того не осознавая, рассмеялась.

Дворец, в котором живет принцесса!

Разве воображение ребенка не слишком очаровательно?

- Что ж, тогда Лилиана должна быть принцессой Валлоис в будущем.

При этих озорных словах Лилиана испуганно покачала головой.

- Нет! Что я…!

- Лилиана, что я говорила в магазине одежды раньше?

Спросила Анриш с силой в глазах.

Лилиана, моргнув, через некоторое время ответила ползучим тоном.

- Ух, это… я решила не говорить "извините" или "я не думаю, что это немного… "

- Да. Так почему Лилиана не может быть принцессой?

Анриш слегка пожала плечом.

- Все дети в мире - принцы и принцессы своих опекунов.

- Ах…

- Итак, Лилиана - моя принцесса.

Вместо ответа Лилиана кивнула.

Щеки ребенка покраснели, как спелое яблоко.

Анриш озорно подмигнула ей.

- Как ты можешь быть такой удивленной?

- Да?

- Если ты посмотришь на герцогство Валлоис позже, то потеряешь сознание…

- Об, обморок?

Когда она сказала прерывистым и тревожным голосом, лицо Лилианы стало горячим и строгим.

- Особняк Валлоис находится в Герцогстве, и его масштабы сопоставимы с Императорским дворцом.

- …Что? Он сравним с Императорским дворцом? Насколько он велик…

- Ну, может, в десять раз больше, чем особняк?

- Хиик.

Лилиана в шоке пожимала плечами.

Она была весьма удивлена, что даже пошевелила пальцами.

"Ох, мило! Я хочу укусить тебя!!!"

Без усилий подавляя желание нанести ей ущерб, Анриш провела Лилиану к входной двери особняка.

- Ну же, давай войдем внутрь.

- Ах, да!

Лилиана пошла по стопам Анриш.

Выражение лица ребенка было таким же, как у генерала перед вражеским лагерем.

Ее внешность была такой милой, что Анриш не могла скрыть внутреннего смеха.

***

- …Лиана.

- Лилиана!

- Да, да!

И только после того, как Анриш несколько раз позвала Лилиану, ребенок пришел в себя.

Лилиана рефлекторно посмотрела в глаза Анриш.

- Ну, прости меня. Мой разум отвлечен другим местом...

- Все в порядке. Это немного поразительно.

Только после деликатного ответа Анриш Лилиана вздохнула с облегчением.

- Ну, вообще-то, улица, на которой был магазин одежды…

- Ты имеешь в виду улицы Ле Моргана?

- Да! Когда я попала на эту улицу, я была удивлена, что в мире существуют все эти красивые места.

Лилиана покачивалась, говоря, пока ее глаза блуждали.

Это было идеальное место.

Роскошные обои, зеркальные мраморные полы по последнему слову техники.

Редкие произведения искусства, которые большинство аристократов назвали бы семейными реликвиями, были не более чем украшениями для герцога Валлоис.

"С этого момента я буду жить здесь. Это действительно смешно…"

Пока ее сердце билось, Лилиана бессознательно положила руки себе на грудь.

Послышался голос, смешанный со вздохом.

- Кстати, особняк Валлоис- это больше…

- Ты сказала, что это похоже на дворец, в котором живет принцесса.

- Да. Раньше я так думала, но теперь...

Лилиана подняла голову и посмотрела вверх, как будто ее одержала декоративная люстра, свисающая с потолка.

Разноцветные огни хрустальных украшений слепили ей глаза.

- …Это как дворец, в котором живет королева фей.

Раньше она была принцессой, а теперь - королевой фей?

Анриш, слегка улыбаясь, заметила маленького мальчика, идущего вдалеке.

Вьющиеся черные волосы и фиолетовые глаза унаследованы от самой Анриш.

Это был Эллиотт.

- Боже мой, Эллиот.

Анриш попыталась поздороваться с Эллиотом.

Конечно, это был отдельный вопрос, поприветствует ли ее Эллиотт в ответ.

- …Ма, мама?

Как только Анриш встретилась с ним взглядом, Эллиот рефлекторно отступил назад и попытался убежать.

Потом.

"Ух?"

Проблема была в девушке, стоящей рядом с Анриш.

Девушка с распущенными светлыми волосами и открытыми светло-зелеными глазами.

Девушка в темно-желтом платье была яркой, как весенний цветок.

- …

Эллиот тупо уставился на девушку.

Казалось, он никогда не видел такого красивого ребенка.

В этот момент он встретился взглядом с девушкой.

Маленькая девочка с улыбающимися глазами приподняла руками край платья и слегка опустила голову.

- Здравствуйте, вы молодой мастер Валлоис?

Как только он услышал ее голос, лицо Эллиота осветилось новым красным цветом.

Эллиот заикался, не зная об этом.

- Ты, кто ты?

- Приятно познакомиться, я Лилиана Аберит.

- Лилиана… Аберит?

Эллиот был ошеломлен ответом Лилианы.

Как у нее может быть красивым даже имя?

Вот о чем он думал.

- Ахх!

Куаданг!

Эллиот ударился ягодицами об пол.

Он был отвлечен, глядя на Лилиану, поэтому наступил на свои ноги.

- Ах, ты в порядке?!

- Боже мой, Эллиот! У тебя где-нибудь больно?!

Шокированный голос Лилианы и Анриш составил дуэт.

Анриш быстро протянула  руку, пытаясь помочь Эллиоту встать.

Но как раз тогда.

- Молодой мастер Эллиот!

Раздался настойчивый голос.

Одна из служанок, казалось, спешила, нежно обняла Эллиота за плечи и подняла его с места.

- Вы ударились?

- Нет, я в порядке.

Как будто она была матерью Эллиота.

Горничная оглядела Эллиота и повернулась к Анриш, прижав Эллиота к себе.

Затем она склонила голову.

- …Приветствую, герцогиня Валлоис.

Это было безупречно вежливое приветствие, но Анриш почувствовала смутное ощущение несоответствия.

Почему-то похоже, что она намеренно пытается отделить Эллиота от Анриш...

- Да, Мэг.

Мэг.

На два года старше Анриш, она дольше всех служила горничной герцога Валлоис.

Ей также полностью доверял Алексей.

"…У самой семьи Мэг были очень тесные отношения с герцогом Валлоис…"

Поскольку отец Мэг был дворецким, работавшим в особняке герцога, должно быть, так оно и было.

Вот почему она слышала, что Мэг и Алексей были друзьями, когда были молоды.

Конечно, когда они выросли, они естественным отдалились друг от друга.

Эллиотт, держась за край юбки Мэг, настороженно посмотрел на Анриш.

- Хорошо, что ты не пострадал.

- …Да.

Анриш заговорила с ним как можно тише, но Эллиот только отвернулся.

Анриш мысленно вздохнула.

Это не похоже на приручение диких котят.

Когда она сможет стать к нему ближе?

В любом случае, поскольку Лилиана и Эллиот видят друг друга впервые, им следует познакомиться друг с другом.

- Лилиана – твоя невеста.

- Моя невеста?

Глаза Эллиота расширились.

Анриш пожала плечами.

- Да. Разве отец тебе раньше не говорил? У тебя есть невеста.

- Это, да, хотя…

Эллиот взглянул на Лилиану.

Конечно, знал.

Но если ему расплывчато сказали, что у него была невеста, и на самом деле встретиться с ней - другое дело.

"Кроме того, мне никогда не говорили, что она такая красивая девушка…"

Эллиот не мог отвести глаз от Лилианы.

Анриш улыбнулась.

- Так что, пожалуйста, будь любезным с ней в будущем.

- …Да

Ох?

Анриш сверкнула глазами.

Эллиот, который всегда был с ней так резок, так нежно отвечает...

Эффект героини самый лучший!

- Может, мы вернемся в комнату, Молодой Мастер?

Мэг говорила с Эллиотом.

Однако Эллиотт, который обычно следил за словами Мэг, на этот раз покачал головой.

- Нет, Мэг, вернись первой.

- Да?

В неожиданной ситуации глаза Мэг сузились.

В то же время Эллиот подкрался к Лилиане.

Когда молодой мастер внезапно стал приближаться, Лилиана выглядела озадаченной.

- Мо- Молодой Мастер?

- Знаешь, я хочу знать…

Эллиот, глядя на лицо Анриш, быстро склонил голову. Затем он прикладывает губы к уху Лилианы и шепчет.

- Мать рассердилась на тебя или что-то в этом роде?

- Да?

- Ну, она говорит, что я надоедливый… или она заставила меня уйти…

Эллиоту показалось, что он достаточно понизил голос, но, к сожалению, я все слышала.

Анриш сузила глаза.

"Ох, что я могу сделать. Это тело накопило много злодеяний…"

Итак, как раз тогда, когда Анриш охватил ее глубокий скептицизм.

- Нет, она не делала этого.

Лилиана говорила с редкой решимостью.

В ответ на неожиданный ответ Эллиот бессознательно расширил глаза.

- Что? Она этого не сделала?

- Да. Она, я имею в виду мать.

Лилиана взглянула на Анриш косым взглядом, сжимая кулаки, чтобы соответствовать своей привлекательности, и говорила четко.

- …Она очень хороший человек.

Да, Лилиана! Это оно!

Так шаг за шагом, улучшается мой имидж.

Анриш сжала кулаки, внутренне аплодируя.

- Она очень хорошо ко мне относилась.

- …Мама?

- Да. Это платье, которое я ношу сейчас, выбрала мама.

Сказав это, Лилиана выразила гордость за Анриш.

Эллиот сузил брови.

Это не может быть правдой.  Моя мама никогда не выбирала мне костюм.

- В самом деле? Тебе не угрожают или что-то в этом роде?

Спросив об этом, Эллиот ступил ногой в сторону Лилианы.

- Если ты вынуждена ответить "нет", если ты встряхнешь платок…

(п/п.  If that’s the case, if you shake the handkerchief)

- Это не так.

Лилиана придала сил своим словам.

Услышав ответ, Эллиот поочередно посмотрел на Анриш и Лилиану, не скрывая своего подозрительного выражения.

Но потом.

Урчание.

В животе Лилианы раздался громкий звук.

- Ух, ух…?!

Щеки Лилианы в мгновение ока покраснели, как спелые помидоры. Однако звук не прекратился.

Грохот, грохот.

- Я, я не знаю...

Они говорили о чем-то серьезном, как жаль!

Ты такая глупая!

Лилиана перестала плакать.

Не в силах преодолеть смущение, Лилиана закрыла лицо обеими руками.

- Знаешь, Лилиана.

Затем послышался спокойный голос. Лилиана, изо всех сил пыталась скрыть смущение. Анриш спокойно посмотрела сквозь щель между ее пальцами.

- Да, мама…

- Ты обедала сегодня?

- Это, это.

Услышав вопрос, Лилиана зажмурилась.

Что ей делать, она так смущена, что сейчас отключится!

Однако Анриш не задавала вопросы, чтобы посмеяться над Лилианой. Она сдерживала пылающий гнев.

"Нет, как может быть ребенок голоден, чтобы издать такой рокочущий звук?!"

Анриш попеременно смотрела на Эллиота и Лилиану.

В отличие от Эллиотта, у которого пухлые румяные щеки, щеки Лилианы были бледными, без всякой плоти. В ее маленьком худощавом теле не раскрываются даже присущие девушке мягкие изгибы.

- Ты не обедала? А что насчет завтрака?

- …

- …Боже мой, ты сегодня весь день голодала?

Лилиана вместо ответа опустила голову к полу.

В этот момент из фиолетовых глаз полетели искры.

- Будь то Рондини или Панини, мне нужно наступить на них немного больше…!

Анриш стиснуа зубы.

В то же время Лилиана посмотрела на Анриш с испуганным лицом.

- Я, ум, мама.

- Хах?

Анриш, которая довольно долго была зла, быстро пришла в себя.

Плечи Лилианы дрожали.

- Прошу прощения за то, что показываю, несвойственный для леди внешний вид… Я буду осторожна в будущем.

-Нет, дело не в этом!

- Так что не сердись. По, пожалуйста, простите меня хоть раз...

Лилиана поспешно посмотрела Анриш в глаза.

Каким-то образом Анриш стало грустно, и она проглотила вздох.

Урчание в животе - это просто физиологическое явление. Если бы они в первую очередь хорошо накормили ребенка, это бы даже так не звучало.

Через некоторое время Анриш открыла рот.

- Лилиана.

- Да?

- С сегодняшнего дня я дам тебе задание. Сможешь хорошо его выполнить?

- Да, конечно!

Лилиана кивнула, даже не узнав, что это за задание.

Светло-желтые глаза ребенка были полны бесконечного доверия к Анриш.

Взгляд Анриш глубоко затонул.

"…Как же она жаждет любви, если последовала за мной, которою увидела впервые".

Все, что сделала Анриш, это привела ребенка из приюта и купила ей комплекты одежды.

Как если бы она увидела молодое животное, которое доверяет и следует за первым человеком, которого считает своей матерью.

В какой-то момент она почувствовала, что сопит носом. Анриш напрасно отвела взгляд и что-то сказала.

- Задание…

***

Некоторое время спустя.

Лилиана села перед обеденным столом с колоссальным количеством еды.

Все началось с легкого супа, затем с нежно приготовленных телячьих задних ног, а затем с лазаньи, приготовленной из фарша, томатного соуса и сыра. Были также свежие салаты, соки и воздушный белый хлеб.

- Сегодня я хочу, чтобы ты ела комфортно, поэтому я сознательно попросила выложить всю еду на стол.

- Да? Я могу это сделать? Ну, манеры за столом ...

- А что насчет того, когда мы одни?

Анриш, подмигнув, пододвинула тарелку с печеньем под нос Лилианы.

- Ох, десерт - шоколадное печенье.

Лилиана очарованным взглядом посмотрела на еду на столе.

Она была на трапезе семьи Лондини.

Она наблюдала за сценой умелого перерезания ребер, глотая слюну. Хотя Лилиана думала, что у нее никогда не будет возможности поесть хорошей еды, как у них, при ее жизни.

"Это… я думаю, это намного лучше, чем еда, которую я видела тогда".

Лилиана подняла вилку и осторожно отрезала себе в рот кусок лазаньи.

В то же время светлые глаза начали мерцать.

- …!!

Боже мой, как много вкусных блюд!

Ее язык, казалось, растаял.

Лилиана отрезала кусок телятины и сунула в рот. Сладко-соленый соус и текстура мягкого мяса пощекотали ей язык.

Этот был первый раз, когда она ощущала такой вкус.

- Да, тебе надо много есть.

Анриш со счастливым лицом смотрела, как Лилиана поглощена едой.

- Если ты будешь много есть, то сможешь выполнить задание, которое я тебе дала.

Потому что задача, которую она дала Лилиане, заключалось в том, чтобы "набрать достаточно веса, чтобы ее предплечья и щеки стали мягкими".

Лилиана, которая жевала еду во рту, как кролик, внезапно широко открыла глаза.

Проглотив еду, она посмотрела вниз.

- Я, спасибо.

- За что?

- Я имею в виду, ты подготовила для меня такую еду.

"Что, черт возьми, это значит?"

Анриш прищурилась.

Лилиана повернулась и кинула на нее виноватый взгляд, который упал на тыльную сторону руки, в которой были столовые приборы.

- Из-за меня одной я доставила много неприятностей.

Раньше, когда она жила при бароне Лондини, было трудно найти даже кусок сухого хлеба.

Мытье пола весь день, развешивание мокрого белья и обслуживание сирот…

"У меня даже не было времени посидеть за столом".

Лилиана, которая была так поглощена своей работой, могла сидеть за столом только поздно ночью, когда звезды были яркими. Однако взамен она получяла только яростный крик барона Лондини.

"Ты знаешь, сколько стоит твое содержание?"

"Неблагодарная девочка, не умеющая ценить еду!"

Затем последовали волны смеха Баронессы и Леди.

С того дня Лилиана приобрела привычку прятаться и есть вне их поля зрения, потому что она надоедливый ребенок, она не может беспокоить других.

Если семья Лондини убирала остатки еды, ей приходилось морить себя голодом и ложиться спать голодной.

Если бы некоторые из ее близких друзей тайно не давали ей пищу, Лилиана могла бы действительно умереть.

- Не думай об этом.

Затем раздался твердый голос. Анриш, выпрямившая ее талию, смотрела прямо на Лилиану.

- В особняке в настоящее время проживают служащие, нанятые герцогом.

Четко сказала Анриш.

Фиолетовые зрачки редко бывали строгими.

- Они заботятся об этом особняке, а мы заботимся о сотрудниках достойной оплатой.

- Я знаю это, но...

- Поскольку этот особняк поддерживается усилиями сотрудников, конечно, ты должна быть благодарной за это. Но.

Но?

Лилиана склонила голову.

Анриш продолжала свои обрывочные слова.

- В их работу входит подача еды Лилианы.

- Ну, я правда могу так думать?

- Конечно. Так что тебе не нужно чувствовать себя виноватой из-за этого. Хорошо?

Шутливо добавила Анриш.

- Если у тебя есть время беспокоиться о такой проблеме, попробуй съесть еще кусок тушеного мяса.

- Да?

Для Лилианы с широко открытыми глазами Анриш слегка пожала плечами.

- Я хочу видеть тебя пухленькой.

- Да.

Лилиана робко кивнула.

Только тогда Анриш была удовлетворена.

То, как она улыбалась с покрасневшими щеками, сейчас она выглядела как ребенок.

***

Когда Лилиана закончила ужинать, в ночном небе плыли звезды.

- Еще немного рано, но я думаю, ты можешь лечь спать.

- Да, я думаю, что уже пора.

Прогуливаясь с Лилианой, Анриш обнаружила, что Эллиот прячется за дверью столовой. Он хочет быть рядом с Лилианой, так что похоже, что он бродил неподалеку, пока ждал...

Анриш злобно улыбнулась.

- Кстати, в отличие от кого-то, Лилиана хорошо ест помидоры.

Услышав преувеличенную похвалу Анриш, высунувшийся Эллиот мрачно посмотрел на нее. Это потому, что он ненавидел отвратительные помидоры.

С другой стороны, даже когда тема внезапно изменилась, Лилиана искренне кивнула головой.

- Да, мама сказала мне, что несбалансированное питание вредно для организма.

Фактически, она даже не жила в среде, достаточно богатой едой, чтобы быть разборчивой.

Когда ее внутренний разум проник в мысли, Лилиана взглянула на Анриш.

- Да.Что Лилиана думает о придирчивых едоках?

Над вопросом Анриш Лилиана ненадолго задумалась.

Что ж, она не была разборчивой в еде.

Она пока особо не думала об этом, но...

- Ну… Тот, кто делает то, что мама назвала, "нехорошим".

Решимость загорелась в глазах Лилианы.

- Я тоже это ненавижу.

Услышав ее заявление, Анриш взглянула на Эллиота.

К этому моменту Эллиот выглядел так, будто почти потерял сознание.

Сейчас, кто сказал тебе быть разборчивым. Анриш едва сдержал смех, чтобы он не вырвался наружу.

- Ну, мама.

Лилиана, вздохнув, позвала Анриш.

Когда она поспешно разогнала свою злобную улыбку, Анриш повернула голову к Лилиане.

- Почему?

- Это… Сегодня мама…

Что она пытается сказать?

Анриш медленно посмотрела на свою будущую дочь.

Лилиана, чьи губы все время покалывали, плотно закрыла глаза и задала вопрос.

- Ты спишь вместе с герцогом Валлоис… верно?

- Хах? Нет, это…

Она не могла ответить:

- Я живу с герцогом в отдельных комнатах миллион лет.

Внутри Анриш проливала кровавые слезы.

Лилиане хочет укусить губы, и она качает головой.

- Нет. Я была слишком жадной.

- Жадной? Что это значит?

- Ничего.

Однако она уже сказала это, поэтому Анриш никак не могла позволить Лилиане уйти.

Только спустя несколько раз Лилия осторожно разжала губы.

- Ах, на самом деле я.

- Да, на самом деле?

- С, с мамой.

Со мной? Со мной что?

Анриш сузила брови.

После некоторого колебания Лилиана опустила голову, с ярко покрасневшими  щеками.

- Я боюсь оставаться одной…

"Ох, вот оно что".

Анриш не могла скрыть грустных глаз. Смотря на нее, Лилиане было всего семь лет.

Она все еще ребенок, которого никто никогда не любил, хотя она в том возрасте, когда ей нужно внимание взрослого.

Это первый раз, когда о ней кто-то позаботился. В такой ситуации… Разве не нормально бояться одиночества?

Сожалея о том, как ей не хватает тепла человека, Анриш нежно прикусила губы.

"…Ох, если подумать?"

В этот момент ее фиолетовые глаза засияли.

Анриш повернула голову.

Как бы то ни было, "Анриш" долгое время находилась в отдельных с герцогом комнатах. Итак, не имеет значения, спит ли она в одной спальне с Лилианой?

Хорошо, вот где можно заработать очко!

- Да, давай спать вместе.

- Прости, я была такой жадной… Что?

Лилиана, которая спешила извиниться, широко открыла глаза.

Поскольку это была ситуация, когда она не могла поверить своим ушам, Анриш кивнула в сторону Лилианы.

- Давай спать вместе.

- Я, действительно?! Мы можем это сделать ?!

- Конечно, давай делать так до тех пор, пока твоя комната не будет готова. Могу я пойти с чашкой какао?

- Да, мне нравится!

Лицо Лилианы, которая ярко улыбалась, стало немного расплывчатым.

Как будто ее что-то беспокоит.

- Кстати, это… молодой мастер Валлоис…

- Хах? Ты имеешь в виду Эллиота?

Кив, кив.

Лилиана угрюмо кивнула.

- Если я буду спать с мамой, боюсь, юному мастеру будет грустно.

- Ага. Ну, этот ребенок.

Не зная, что ответить, Анриш закатила глаза.

Что ж, забота Лилианы об Эллиоте действительно восхитительна...

Анриш представила, как она делает предложение Эллиоту:

- Не хочешь ли ты сегодня переспать с мамой?

…Я думаю, Эллиоту это не понравится.

"Но в конечном итоге мне придется получить очко и за Эллиота".

Если так, как насчет того, чтобы зайти в комнату Эллиота на обратном пути?

Она грубо извинится за то, что посетила его комнату, когда шла за какао.

Было бы лучше, если бы они могли обменяться хотя бы несколькими словами.

Анриш, которая закончила вычисления в ее голове, нежно похлопала Лилиану по плечу.

- А Лилиана первой поднимется в мою комнату?

- Сама?

- Да, я позову горничную.

- Ну, я... я хочу пойти с мамой.

Глаза Лилианы сморщились, и Анриш оглянулась на нее.

Эллиот, который еще не вышел из-за двери, смотрел в эту сторону своими настороженными глазами.

"Мама, не беспокойте Лилиану!"

…Это был взгляд с таким значением.

Учитывая расстояние, она не думает, что он слышал разговор между ней и Лилианой.

Анриш вздохнула и быстро прошептала Лилиане на ухо.

- Прежде чем вернуться в комнату, я еще постараюсь принести Эллиоту чашку какао.

- Ох, это так? Но почему ты говоришь мне на ухо?

- Ну, я хочу сделать сюрприз…?

Анриш неловко улыбнулась.

"На самом деле мой сын даже не любит, когда я захожу в его комнату. Так что это нужно держать в секрете". Она не могла этого сказать, так что это все, что она могла сказать.

Лилиана, похоже, согласилась с ее словами.

Итак, Анриш поманила одну из своих служанок.

- Отведи ее в мою спальню. Я скоро пойду за тобой.

- Да, мэм.

Горничная опустила голову.

Лилиана снова и снова оглядывалась, следуя за горничной.

Анриш, которая смотрела на спину движущегося ребенка, вскоре пришла на кухню.

***

Тишина была достаточной, чтобы услышать звук падающей иглы.

Лилиана, убедившись, что звук ее шагов не будет услышан, слегка приподняла голову.

Сзади горничная, идущая впереди Лилианы, выглядела до странности упорной.

"…Это неловко".

Лилиана взглянула на нее.

По дороге в спальню горничная Анриш и Лилиана даже не приблизились друг к другу.

Если бы они могли просто поболтать.

"Ну, тогда мне первой заговорить с ней?"

Да, жаждущий воды должен сначала выкопать колодец. Если неловкая атмосфера станет невыносимой, Лилиане придется первой сказать свои слова.

Лилиана открыла рот, глотая сухую слюну.

- Ну, может, мама…

- Было бы лучше не говорить о мадам.

В ответ на холодный ответ Лилиана рефлекторно пожала плечами.

"…Могу я спросить о моей свекрови?"

Хотя твердый голос горничной был слишком пугающим.

В то же время служанка слегка оглянулась.

Холодный взгляд оглядел Лилиану с головы до ног.

- Из-за леди сегодня, вы хорошо знаете, что нам пришлось работать допоздна?

- Ну, это…

- В будущем я буду вынуждена попросить вас принимать пищу вовремя.

Служанка, завершив свои слова, крепко сомкнула губы.

…Думаете, меня тоже здесь будут ненавидить?

Сердце Лилианы упало.

***

Анриш немного гордилась собой.

Сейчас она идет на кухню за какао!

"Да, это большой прогресс".

Анриш, чувствуя гордость, попыталась пройти на кухню.

- Девочка, которая пришла сегодня, она дитя графа Аберита?

Пока она не услышала голоса горничных через полуоткрытую дверь.

- Семья графа Аберита?

- Ну, ты знаешь. Семья, которая в прошлом была помолвлена с молодым мастером Эллиотом.

- Ах, падшая семья.

Это было вопиющее пренебрежение к Лилиане.

Посмотрите на этих людей.

Анриш сузила глаза.

- Из-за внезапного появления ребенка, было не время приема пищи, но мне внезапно пришлось готовить еду.

- Да, такая морока.

- Говорили, что госпожа купила одежду и обувь, в которую она была одета с ног до головы?

Если она попытается послушать больше о Лилиане, будет только больше сплетен.

Анриш, которая попыталась войти и остановить служанок, снова остановилась, не зная что делать.

Это произошло потому, что тема перешла к самой Анриш.

- Но почему мадам вдруг привела ее сюда?

- Я знаю…

- Ни за что, не говори мне, что отныне она не будет напрямую участвовать в работе по дому, верно?

- Боже мой, как я это ненавижу! Что за прихоть у мадам вдруг!

Анриш охватило странное чувство несовместимости.

Фактически, это не имело значения, поскольку горничные разговаривали за ее спиной. Ну разве они не сквернословят про нее прямо сзади нее?

Кроме того, из-за прошлого Анриш, она была злодеем, который стремился только к своей безопасности. Естественно, она потеряла популярность у горничных.

Она заботится только о себе...

"…Похоже, горничные следуют за Мэг лучше, чем я думала".

Независимо от того, сколько Анриш выполняет свои домашние дела, ей так неудобна "ситуация, когда хозяйка сама участвует в ее домашних делах" лично.

Почему-то мне кажется, что Мэг более влиятельна, чем она сама...

Она ошибалась?

"Думаю, мне нужно взглянуть на это".

Анриш, глубоко вздохнув, вошла на кухню.

- Похоже, все свободны? Собрались и разговаривают вместе.

- Ма, мадам!

- Вы здесь, мадам?!

Пытливые служанки поднялись со своих мест.

Видя, как их лица белеют, казалось, что все боялись Анриш.

На самом деле это было естественно.

Анриш, изображенная в оригинале, была женщиной, которая, не колеблясь, наказывала горничную, если она ей не нравилась.

А про Лилиану, которую привела непосредственно "эта злая мадам", горничные говорят за спиной?

…Значит ли это, что горничные ненавидят Лилиану тоже?

Анриш почувствовала, что ее настроение еще больше ухудшилось.

- Сейчас даже не время приема пищи. Мне правда очень жаль, что я внезапно заставила вас готовить.

- Ма, мадам. Это не то…

- Но если ты была недовольна, почему бы тебе не прийти ко мне, вместо того, чтобы говорить за моей спиной?

На спокойный вопрос горничные не могли открыть рта. Фактически, это работа служащих.

Готовить еду, обслуживать семью и управлять особняком.

Поскольку им платят за работу, они должны  добросовестно ее выполнять. Валлоис даже платили намного больше, чем другие семьи.

- Вы, должно быть, забыли об этом, но я была с Лилианой за обеденным столом.

- Да? Это, но...

- Кроме того, это я приказала вам приготовить еду.

При этом служанки напряглись.

Анриш твердо подняла голову.

- Кстати, почему вы говорите о Лилиане, не считая меня?

- …

- …

В то время как все горничные молчали, только голос Анриш яростно звучал.

- На мой взгляд, это похоже на то, что вы говорите только Лилиане, которая кажется легкой добычей.

- Ма, мадам...

- Для меня, которая так долго была вашим строгим правителем, я знаю, что ваши губы невозможно заставить замолчать.

Раненые горничные теперь молча смотрели себе под ноги.

Анриш спокойно сказала.

- Лилиана - невеста Эллиота, и она ребенок, который будет следующей госпожой Валлоис.

Слабое удивление застыло в глазах служанок. До сих пор мадам обращалась с людьми с более низким статусом, чем с ней, как будто они были хуже, чем клопы.

И граф Аберит, объективно, был в семье, далеко отстающей от герцога Валлоис.

Ну, горничные думали об этом втайне.

"Хотя это правда, что Мадам привела Лилиану собственноручно, она не будет беречь ее, как собственного ребенка".

Как может женщина, похоронившая собственного сына, молодого мастера Эллиота, заботиться и любить свою невестку низкого ранга?

Между прочим, таким образом мадам...

"Разве это не утверждение, что Лилиана - невеста Эллиота, и она будет следующей госпожой Валлоис?"

- Вы очень способные и умные горничные.

В уши сбитых с толку горничных проникал холодный голос Анриш.

- Итак, я считаю, что горничные, которые разговаривают за кулисами, обычно знают, какой финал они получат.

Это было элегантным предупреждением о необходимости заботиться о своем рте.

Служанки сглотнули сухую слюну, но слова Анриш на этом не закончились.

- И по поводу сплетен обо мне, о которых вы, ребята, говорили…

В этот момент лица горничных были потрясены.

Ни за что, она вообще все сплетни про госпожу слышала?!

Анриш, которая смотрела на служанок, говорила спокойным голосом.

- Я не буду наказывать вас за это.

…Вы только что сказали, что не собираетесь нас наказывать?

Не кто-нибудь, а эта злая мадам?

Горничные не могли скрыть озадаченных выражений на лицах.

- Потому что это правда, что до сих пор я пренебрегала работой по дому.

Замерзшие горничные смотрели на Анриш дрожащими глазами.

Если бы это была обычная Анриш, она бы кричала и орала, прося, чтобы девушек  тут же утащили и избили...

- Но теперь вы, ребята, должны помнить об этом.

Анриш, выпрямив талию, посмотрела на иссохших служанок, одну за другой.

- Я госпожа Валлоис, и я единственная, кто принимает окончательное решение.

Этого должно быть достаточно.

Анриш тихонько вздохнула, в то время как горничные, стоявшие перед ней, не могли даже моргнуть.

Поскольку она решила изменить свой имидж, не было причин обращаться со своими служанками, как с крысами. Если она попытается это сделать, то только усилит образ порочной женщины.

Однако отношения между верхом и низом нужно было четко выстроить.

В неудачной ситуации, когда приказы Мэг имеют приоритет над приказами Анриш, это будет сложно.

- Да, мадам.

- Я, я буду иметь это в виду.

Служанки кивнули, дрожа всем телом.

Спустя некоторое время.

Анриш пожимает плечами и сменяет тему.

- Тогда я перестану ныть, поэтому дайте мне две чашки какао.

- Ка, какао?

- Да. Что? Ты беспокоишься о том, чтобы сделать чашку или две какао... ты это имеешь в виду?

- Нет, мадам!

Напуганные горничные занято задвигались.

Пока они разогревают молоко и достают контейнер с какао, Анриш погружается в глубокую тревогу.

"Мои мысли были верными, не все видят Лилиану в хорошем свете".

До сих пор Анриш думала, что все будут хорошо относиться к Лилиане, потому что она Лилиана, героиня этого мира.

Она думала, что для нее естественно быть любимой...

Вздох.

Ее голова как комок сильно запутанных ниток.

Анриш, не осознавая этого, глубоко вздохнула.

"Были ли у других горничных Валлоис такие же мысли, что и у горничных с кухни?"

Но у нее было по крайней мере одно предчувствие.

Пока Лилиана не была признана "госпожой мастера" сотрудниками Валлоис, она чувствовала, что это будет нелегко.

***

Анриш направилась в комнату Эллиота, держа на подносе два стакана какао.

"...Если Эллиот увидит меня, было бы хорошо, если бы он не волновался".

Сдерживая свое запутанное сердце, Анриш пару раз постучала в дверь.

Тук, тук.

Через некоторое время дверь со щелчком открылась.

Дверь открыла Мэг.

Как только Анриш встретилась с ней глазами, Мэг округлила их, как будто это было неожиданно.

- Мадам?

…Мэг, снова?

Анриш почувствовала подозрение.

Конечно, она прекрасно знает, что Мэг играет няню вместо Анриш, которая была равнодушна к сыну. Однако детская комната обычно была частным пространством, в которое могли войти только его родители.

Эллиоту в этом году исполнилось семь лет, так что жить без опекунов, в отличие от младенцев, будет несложно.

Это означает, что Эллиот может оставаться в своей комнате один...

- …Ты все еще в этой комнате?

- Да, и еще я няня молодого мастера.

Мэг улыбнулась.

- Это естественно, что я буду рядом с ним, пока он не уснет, верно?

На ее ответ, как бы демонстрируя свои близкие отношения с Эллиоттом, Анриш сузила брови.

"Сколько бы вы ни называли себя няней, вот так жить в тесном контакте с ребенком… Разве это не странно?"

Как раз вовремя, Эллиот высунул голову за спиной Мэг.

- Привет, Эллиот?

- Ма, мама?

При ее неловком приветствии глаза Эллиота расширились.

Что моя мама здесь делает?

- Ох, ты собирался ложиться спать?

Анриш поставила поднос на стол, стараясь не приближаться к Эллиоту.

Было бы большой проблемой, если бы она быстро подошла к нему, а он, как и прежде, заплакал.

У Эллиота зажегся взгляд, и он стал наблюдать за Анриш.

Он похож на котенка с взлохмаченным мехом.

- Ну, не надо так настороженно смотреть.

Неловко улыбнулась Анриш.

- Я пришла просто дать тебе чашку какао.

- …Какао?

- Да, пока я брала одну для Лилианы взяла и тебе.

В ответ Анриш предложил Эллиоту чашку какао.

Эллиот, раздумывая, получит ли он чашу или нет, взглянул в глаза Мэг.

Мэг слегка кивнула, давая понять, что он может принять ее.

Только после этого Эллиот схватил чашку с какао обеими руками и залез под одеяло.

- …

Анриш не могла скрыть едва различимого выражения лица.

"Подождите, что я только что увидела?"

Это как…

"Похоже, что Эллиот думает, что не я его мать, а Мэг".

Это правда, что Анриш холодно обращалась с Эллиотом до того, как я завладела этим телом.

Но при этом не кажется нормальным ставить няню перед его матерью и спрашивать у няни разрешения.

Она смутно подумала, "потому что ее обидело появление матери, которая беспокоит ее сына…"

Анриш, который думала так далеко, с усилием покачала головой.

"Нет, я могу слишком много предполагать".

Разве не Мэг заботилась об Эллиоте вместо Анриш?

Не будем сомневаться на пустом месте. Из-за того, что случилось с горничными раньше, она думает, что стала слишком нервной.

Анриш с улыбкой заговорила с Эллиотом.

- Это, Эллиот.

- Да?

- Сегодня мама собирается спать с Лилианой. Не хочет ли Эллиот поспать с нами…

- Я не хочу.

Анриш горько улыбнулась быстрому ответу. Что ж, она совсем не ожидала такой реакции.

- Да, если ты не хочешь, тебе и не нужно.

…Хах?

В этот момент глаза Эллиота округлились.

Его мать так спокойно отступает?

Однако Анриш только продолжала шагать к двери.

Она не злилась или не раздражалась на него.

- Что ж, мне пора. Сладких снов, Эллиот.

- Ах, да…

Эллиот озадаченно кивнул головой. Анриш, которая улыбнулась в ответ, медленно вышла за дверь.

Щелк. Дверь закрыта. С пустым лицом Эллиот оглянулся на то, что только что произошло.

"…Мама, ты не злилась на меня".

Обычно Анриш надеялась, что ее слова окажут абсолютное влияние на всех, включая Герцога.

Это характер, который не терпит отказов.

Хотя теперь, несмотря на отказ Эллиота от предложения матери, у нее по-прежнему было доброе лицо.

"Если вы посмотрите на то, чем она занималась весь день. Она ни разу не повысила голос".

Эллиот, который некоторое время размышлял, снова посмотрел на Мэг, готовившую постельное белье.

- Знаешь, Мэг.

- Да?

- Сегодня мама… разве она не кажется очень доброй?

Как только она услышала вопрос, суетливые движения Мэг внезапно прекратились.

Эллиот мало-помалу заговорил.

- Даже когда я встретил ее днем, она не разозлилась. Кроме того, она принесла мне какао...

- Молодой мастер.

- Хах?

Эллиот моргнул.

Мэг садится рядом с Эллиоттом и мягко сжимает плечи ребенка.

- Конечно, это правда, что Мадам много чего сегодня сделала. Я тоже была удивлена.

- Это так? Мэг тоже так думает? - взволнованно спросил Эллиот.

В то же время Мэг вздохнула.

- Но, молодой мастер, подумайте об отношении, с которым мадам обычно обращается с вами.

- …Ее отношение ко мне?

- Да, Мадам всегда беспокоила вас, верно?

Лицо Эллиота расплылось, как облачное небо.

Обращаясь к Эллиоту, Мэг грустно покачала головой.

- Теперь по какой-то причине она хорошо к вам относится, но вы не знаете, как долго продлится эта привязанность.

- Это так?

- По крайней мере, я так думаю.

Мэг крепко держала Эллиота за руку.

Глаза Мэг, смотрящие на Эллиота, были полны любви.

- Что ж, я боюсь, что вы можете пострадать.

- …Мэг

- Хотя не волнуйтесь особо, я всегда буду с вами.

- Да, спасибо.

Эллиот слегка кивнул головой.

"Да, ты должен". Удовлетворяющая улыбка появилась на губах Мэг.

- Кстати, Мэг, ты знаешь этого ребенка.

- Этого ребенка?

- Да, это… Ты сказала, что это была Лилиана Аберит?

Лилиана Аберит.

Имя сладко коснулось кончика его языка, как леденец.

Девушка со светлыми волосами, похожими на облако, и светло-зелеными глазами, похожими на росток.

Щеки Эллиота были ярко окрашены, как спелое яблоко.

- Я... я думаю, что никогда не видел такой красивой девочки.

- Ах, да…

Перед глазами Мэг стояло слабое предупреждение.

Она будет такой, потому что это был первый раз, когда Эллиот проявил новые интересы, кроме "папы" и "Мэг".

Эллиотт, который некоторое время колебался, осторожно открыл рот.

- Она сказала, что она моя невеста.

- Ну, так и должно быть.

Правильно, хотя это постыдная дама из семьи погибших Графов.

Мэг с трудом проглотила сварливый ответ, который дотянулся до самого горла.

Эллиот взглянул на Мэг, его глаза мерцали, как звезды.

-Тогда я... женюсь на ней позже?

- Ну…

Мэг, которая грубо скрывала свои слова, взглянула Эллиоту в глаза.

- Скорее всего, тебе так нравится мисс Лилиана?

- Да, она мне нравится.

При ответе без колебаний лицо Мэг ожесточилось.

Это немного опасно.

Потому что чем больше людей любит Эллиота, тем меньшее влияние может оказать его "дружелюбная няня".

"Я этого боюсь, поэтому намеренно пыталась помешать девушке попасть в Герцогство". Мэг нежно закусила губу.

Если его невеста напрасно привлекает внимание Эллиота, нет ничего хуже этого.

"Нет, что, черт возьми, сделал барон Лондини?"

Разве они не должны были помешать ей привести Лилиану?

Мэг, подавив нарастающее раздражение, ярко улыбнулась Эллиоту.

- Вы даже не перекинулись с ней несколькими словами?

- Хотя я не сделал этого, она все равно выглядела очень хорошей. И, и…

Эллиот, который расплылся в словах, наклонил голову вниз, чтобы не показывать застенчивое выражение лица.

- …Я никогда не видел такой красивой девочки.

- …

Мэг была рада, что Эллиот склонил голову.

Если бы этого не это, он бы увидел ее ужасный вид.

Через некоторое время Мэг издала максимально нежный голос и открыла рот.

- На самом деле я волновалась, что мастер может быть расстроен.

- Расстроен? Почему?

- Знаете, это так, мадам до сих пор пренебрегала молодым мастером.

Мэг искоса взглянула на Эллиота.

- С этой девочкой, она напротив, очень добра, верно?

- Да?

- Да! Так что я подумала, не почувствовал ли молодой мастер боль, когда увидел их…

Однако Эллиот только что посмотрел на Мэг с растерянным лицом.

- Хах? С чего бы моему сердцу болеть?

- Ну, это. Это ничем не отличается от того, что вас лишают любви матери...

- Ну, нет. Я не думаю, что это так.

Эллиот сузил брови и покачал головой.

- Просто потому, что она холодна ко мне, нет закона, по которому она должна относиться к другим людям так же.

- Но все же, ты не грустишь?

- Конечно, мне грустно. Было бы лучше, если бы моя мама тоже была добра ко мне.

Эллиот, который, казалось, на мгновение встревожился, слегка улыбнулся.

- Но это не значит, что я хочу, чтобы мама плохо обращалась с Лилианой.

- Понимаю.

Мэг едва ли изобразила что-то вроде улыбки.

Эллиот с силой кивнул головой, говоря ясным тоном.

- Да! Вот почему я имею в виду, Лилиана была...

Поговорив об этом некоторое время.

Мэг приподнялась.

- Слишком поздно, давайте спать. Дайте мне это какао.

- Почему какао?

- Я должна его выбросить. Как бы то ни было, сейчас оно остыло и не будет вкусным.

Сказав это, Мэг украдкой попыталась взять чашку с какао, которую держал Эллиот.

- Вместо этого я завтра сделаю новое какао.

Однако Эллиот выглядел серьезным.

- Нет, я собираюсь выпить его.

- …Что?

-Это первое какао, которое мне дала мама.

- Молодой мастер.

Мэг еще раз позвала Эллиота, но он был упрям.

- Это какао еще теплое.

- Но…

Мэг не могла скрыть своего неудобного выражения лица.

Пока Эллиот не мог отвести взгляд от чашки с какао, которую держал в руке.

После некоторого колебания он сделал глоток какао.

Оно было теплым и сладким.

(п/п. Поставить две обложки не могу. Поэтому оставлю здесь)

Дверь бесшумно закрылась.

Мэг вышла, опираясь на дверь, и ее глаза резко зажглись.

"Что за ветер внезапно подул, чтобы дьявол так обращал внимание на мастера Эллиота?"

Сегодняшняя Анриш была немного странной. Не беспокоя Эллиота, как раньше, она добовляет к своим словам дружелюбную улыбку.

Она навещает сына, который лежит в постели, протягивает ему какао и спрашивает: "Ты не против поспать вместе?"

Куда бы Мэг ни посмотрела, это выглядело как мать, которая заботится о своем сыне.

Кроме того, самая большая проблема...

"Это означает, что Мастер Эллиот не стоит на месте".

Если бы это был обычный Эллиот, он бы ответил на предложение Мэг выбросить какао. Однако он заявил: "Это дала его мать, поэтому он выпьет все какао".

Еще взять чашку было запрещено, поэтому Мэг пришлось покинуть комнату с пустыми руками.

"Это нехорошо…"

Мэг сузила брови и пересекла коридор.

Хотя издали горничные побежали к Мэг.

- Главная горничная!

- В чем дело?

Мэг сохраняла дружелюбную улыбку на лице.

- Мадам недавно приходила на кухню...!

- Она злится на нас, говоря нам не говорить о мисс Лилиане!

Служанки плакали и цеплялись за Мэг.

- И мадам интересуется работой по дому.

После сказанного брови Мэг напряглись.

До сих пор Анриш никогда не интересовала работа по дому.

Это Мэг та, у кого была сила. На это потребовалось много времени и усилий, она заставила служанок быть рядом и следовать за ней шаг за шагом.

За это была награда, поэтому горничные отдавали предпочтение приказам Мэг, а не Анриш.

Тем не мение…

"Если леди занимается домашними делами…"

Словно проглотив большой лед, уголок ее сердца похолодел.

"Нет, этого не может быть".

Мэг плотно прикусила губы, пока они не начали кровоточить.

Эта ленивая и эгоистичная леди не стала бы рисковать и начинать заботиться об этом.

- Главная горничная?

В этот момент горничные спросили Мэг с сомнением в голосе.

Мэг пришла в себя.

"Нет, если ты не выглядишь надежной для горничных, все кончено".

Мэг, которая поспешно улучшила выражение лица, открыла рот с максимально расслабленной позой.

- Ох, кажется, у всех много забот.

- Главная горничная, что нам теперь делать?

- Если бы мадам действительно начала контролировать руководство, все было бы очень неприятно…

Беспокойство вырывается из уст служанок. Затем Мэг покачала головой.

- Но я с вами, верно?

Мэг уверенно улыбнулась.

- Не имеет значения, как сильно мадам заботится о домашних делах, я все равно отвечаю за бизнес.

- …Главная горничная.

- Я сделаю все возможное, чтобы вы не пострадали, поэтому все должны мне доверять.

При этих верных словах горничные посмотрели на Мэг с лицами, полными эмоций.

Мэг намеренно вздохнула.

- Кстати, на этот раз мадам немного переборщила.

- Ох, не так ли?

- Даже если нам предстоит служить только еще одному человеку, у нас будет куча работы…

Дружелюбным голосом Мэг успокаивала горничных.

- Для тех из вас, кто и так много работает, теперь нужно еще обслуживать Леди Лилиану.

- Не говорите. Я умираю от тяжелой работы!

- В конце концов, единственная, кто заботится о нас, - это главная горничная!

Горничные прилипли к Мэг.

- Главная горничная права.

- Мы будем доверять только главной горничной!

- Верно. Вы единственная, кому доверяет Лорд, да?

Взволнованно сказала одна из служанок.

Мэг выглядела так, будто без причины хотела махнуть рукой.

- Начинает зудеть, когда ты говоришь об этом весь день.

- Ах, не говорите так. Кто не знает об отношениях между главной служанкой и Лордом?

- Вы двое сказали, что дружите с детства!

Горничные закричали в унисон.

Слабая улыбка появилась на губах Мэг.

- Ну, конечно, Лорд чуть больше прислушивается к моему мнению, но...

- Само по себе это доказательство того, что Лорд любит главную горничную!

Горничные хвалили Мэг, пока во рту не пересохло.

Мэг пошла в окружении своих горничных.

Однако глаза Мэг внезапно стали холодными.

"Тем не менее… Нет ничего плохого в том, чтобы привлекать внимание".

Мадам, чье отношение изменилось, словно ведущая рука, и девочка Графа Аберита, мгновенно покорившая сердце Эллиота.

Ей следует быть осторожнее с ними обоими.

***

Анриш входит в спальню.

Ее приветствовал живой голос.

- Мама, ты здесь?

- Лилиана.

Лилиана вскочила с кровати и подошла к Анриш.

Анриш улыбнулась.

- Ох, ты уже переоделась в пижаму?

- Ах… да!

Лилиана на мгновение замолчала.

Она внезапно вспомнила горничную, которая привела ее в переднюю часть комнаты, и внезапно обернулась.

"Вы ведь можете сами сменить пижаму, не так ли?"

Даже не услышав ее ответа, горничная спустилась вниз по лестнице.

…Впрочем, ей не стоит беспокоить маму этими пустяками. Даже здесь она не может перестать быть "проблемным ребенком".

Лилиана, улыбнувшись, скрыла свои сложные мысли

- Вот, какао.

- Вау, спасибо!

Лилиана, которая потягивала какао, посмотрела на Анриш, сияя глазами, как свет солнца.

- Это какао действительно вкусное…

- Я рада, что оно соответствует твоему вкусу.

Она такой хорошенький ребенок, и она так тяжело жила.

Не в силах преодолеть свое горестное сердце, Анриш обняла Лилиану.

Лилиана наклонила голову.

- Мама?

- Ох, ничего.

Анриш, покачала головой и погладила Лилиану по волосам.

Как только их глаза встретились, Лилиана невинно улыбнулась.

- Знаешь, Лилиана.

- Да, мама.

- Есть ли что-нибудь, что заставило тебя чувствовать себя некомфортно, когда горничная забрала тебя обратно?

Анриш вдруг задала вопрос.

Это напомнило ей о сплетнях горничных из кухни.

В какой-то момент Лилиана вздрогнула и напрягла плечо.

- …Что заставило тебя чувствовать себя некомфортно?

- Да, если ты заметишь что-то, что тебе не нравится…

- Ох, нет, такого никогда не случалось.

Лилиана рефлекторно покачала головой.

"Я так не думаю".

Она слышала, что горничная, которая привела Лилиану в ее спальню, явно была рядом с горничными из кухни...

Анриш подозрительно посмотрела на Лилиану.

- Ты уверена?

- Да.

Лилиана с энтузиазмом кивнула.

Хорошо, если Лилиана сказала это.

Это было немного подозрительно, но Анриш решила не обращать на это внимания.

- Когда закончишь пить, давай почистим зубы.

- Да!

Они пошли прямо в ванную.

Под присмотром Анриш, Лилиана хорошо почистила зубы.

Лилиана, с белой пеной во рту, была такой милой. Анриш улыбнулась, сама того не понимая.

Когда два человека приготовились ко сну, положив рядом подушки.

- М, мама.

- Хах?:

Услышав зовущий ее голос, Анриш снова повернулась к Лилиане. Даже в темноте зеленые глаза Лилианы ярко светились.

Лилиана, которая некоторое время колебалась, осторожно открыла рот.

- Сегодня... я была так счастлива встретить такую маму.

- Действительно?

- Да. Если это сон, надеюсь, я никогда не проснусь.

Сказав это, Лилиана заснула.

Анриш протянула руку, натянула ей на плечо одеяло и накрыла ребенка.

- Это не сон, Лилиана.

Ее прикосновение к телу ребенка было очень мягким.

- В будущем будут дни, только, чтобы ярко улыбаться. Я уверяю тебя.

Анриш крепко прижала тело Лилианы.

Впервые она подумала, что ей повезло быть "злой свекровью".

Ей удалось спасти Лилиану из ужасного приюта… Повезло.

2. – Я уверена, что нацелена только на невестку?

Поздний рассвет, когда все спят. Раздался звук тяжелых шагов.

Красивый мужчина вошел в особняк Валлоис.

- Вы здесь, мой Лорд.

Принимая одежду мужчины, дворецкий поклонился и поздоровался с ним.

Самый острый меч Империи, самый близкий друг императора и единственный в Империи Герцог Валлоис.

Человек, который носил многочисленные титулы, как яркое сияние.

Это был Алексей фон Валлоис

- Вы сегодня немного опоздали.

- Было немного больше работы, чем я думал.

На лице Алексея, который слегка кивнул, было видимое чувство усталости.

- Дворецкий тоже демонстрирует признаки истощения, поэтому мне придется позаботиться о выражении лица.

Алексей рассмеялся.

Он поднял руку и несколько раз потер усталое лицо.

Через некоторое время Алексей поднял голову.

Глубокие синие глаза теперь ярко сияли без единого зазора.

- А что насчет Эллиота?

- Молодой Мастер спит.

- Хорошо.

Алексей, кивая головой, направился к своему кабинету.

- Мне нужно закончить работу, принести в офис чашку кофе. И…

Алексей, пытаясь спросить об Анриш, покачал головой и проглотил слово. Даже не спрашивая, она должна хорошо спать в пушистой и теплой постели. Она женщина, которая больше всего в мире ценит себя, поэтому она должна заботиться о своем теле.

- Что ж, милорд.

Однако дворецкий, следовавший за Алексеем, открыл рот.

Алексей оглянулся.

- В чем дело?

- Сегодня мадам привела Лилиану в особняк.

- …Лилиану?

Шаги Алексея остановились.

"Зачем она привела Лилиану?"

По-видимому, ему сказали, что ей хорошо живется с бароном Лондини.

"Конечно... Она собирается поставить Лилиану рядом с собой и изводить ее?"

Голубые глаза резко остановились.

- Это…

Дворецкий медленно объяснил.

Лилиана не жила в удобстве с бароном Лондини, к ней в приюте относились как к горничной.

Вот почему Анриш привела Лилиану.

Она хорошо кормила Лилиану, хорошо одевала и обращалась.

- …Мадам сейчас спит с мисс Лилианой.

Таким образом, дворецкий подсуммировал.

В этот момент Алексей сузил брови.

- Подожди, ты сказал, что с Лилианой обращались как с горничной?

- Да.

- …Но Мэг никогда ничего подобного не говорила.

Когда он решил доверить Лилиану семье Лондини, Алексей поручил Мэг периодически проверять, все ли в порядке с Лилианой. Он должен был передать дела Лилианы госпоже, Анриш…

- Она совсем не интересовалась Лилианой.

Скорее, она сказала, что для того, чтобы быть включенной в семью девушке с низким статусом, Лилиане достаточно повезло.

Итак, человек, о котором он подумал после дилеммы, была Мэг, горничная, которая была с Герцогом Валлоис.

"У леди Лилианы все хорошо", - обычно отвечала Мэг.

Алексея охватило странное чувство несоответствия.

- …Поскольку слова мадам и Мэг настолько разные, кажется, что мы должны раскрыть правду.

Дворецкий, глядя в глаза Алексею, осторожно добавил.

Он тяжело кивнул.

- Да, так и должно быть.

Алексей, у которого на какое-то время появились неприятности, открыл рот.

- Просто пока молчи.

- Понял.

- Хотя, я не говорю просто похоронить этот вопрос.

Твердо добавил Алексей.

- Дворецкий должен расследовать этот вопрос отдельно.

- Мне?

- Да. Тебе придется действовать в секрете, чтобы никто не узнал об этом.

- …Я приму ваши приказы.

Дворецкий, давший точный ответ, покосился на Алексея.

- Так вы не будете спрашивать Мадам и Мэг напрямую?

- …

Алексей замолчал на секунду.

В глубине души он хотел сразу же удержать Анриш и спросить: "Что случилось?"

Хотя, с другой стороны, Мэг также была очень преданной горничной. Вместо того чтобы с подозрением относиться к Мэг, Анриш было разумно подумать о том, чтобы вбить клин между Мэг и Алексеем.

В любом случае…

"…По крайней мере, сегодня, похоже, она заботилась о Лилиане?"

Это было удивительно.

Анриш, которую он знал, раздражал даже ее собственный сын, поэтому ему не разрешали играть с матерью.

Конечно, даже сломанные часы говорят правильное время два раза в день.

Возможно, поступки Анриш такие же, но...

- Она госпожа Валлоис.

Этот факт не изменился.

И госпожа Валлоис заслуживает уважения, соответствующего этой позиции. Каким бы подозрительным он ни был по отношению к ней, Алексей не мог показать свое подозрение к ней в то время, когда еще не были известны явные факты.

- На самом деле, еще не поздно вынести решение после того, как факты станут ясны.

- Да, господин.

Дворецкий вежливо склонил голову.

- Кстати, семья барона Лондини осмеливается так поступать…

Голос Алексея внезапно стал тише.

"Мы будем заботиться о Лилиане, пока она не достигнет совершеннолетия".

"Как бы вы ни были близки, не могли бы мы, родственники, позаботиться о ней более тщательно?"

Были ли все эти хорошие слова ложью?

Он считал их достаточно дружелюбными и добросердечными, чтобы управлять приютом. Из-за этого он доверил им единственную дочь, оставленную его драгоценным близким другом.

К слову... он не ожидал, что барон Лондини будет так оскорблять Лилиану за его спиной.

Алексей скрипит зубами.

Он не знал, пока не услышал историю о Лилиане, но когда он ее услышал, было много подозрительных вещей. Например…

- Барон Лондини недавно построил приют для детей?

- Да, я так слышал.

- Откуда деньги, потраченные на расширение?

Например, источник средств, который использовал барон Лондини случайно не…

- Это…

Дворецкий не мог быстро ответить и какое-то время бормотал.

Он вообще не знает.

Глаза Алексея были острыми.

- Ты не знаешь?

- …Мне очень жаль, Мэг говорила, что все в порядке.

Дворецкий не знал, что делать, и посмотрел Алексею в глаза.

"Я был слишком самодовольным", - глубоко в своем сердце задумался Алексей.

Конечно, есть причина, по которой он не мог обращать внимания на Лилиану. Он был единственным герцогом Империи и верным другом императора. Алексей был занят своими обязанностями перед страной и работой герцога, поэтому он не позволить себе уделять ей столько внимания.

"Но все должно было быть не так".

По крайней мере, он должен был приказать дворецкому следить за Лилианой. Он не должен был просто довериться барону Лондини и Мэг.

- …Нет. Это правда, что я верил в Мэг все это время.

Правда говоря, дворецкий не виноват в этой проблеме.

Господин даже не давал ему указаний. Если бы он действовал по собственному желанию, это было бы похоже на попытку уменьшить значение слов господина.

Более того, дворецкий постоянно переутомлялся из-за работы по дому из-за халатности госпожи. У него не было бы достаточно времени, чтобы позаботиться о бароне Лондини.

Алексей, который снова открыл и закрыл глаза, задал вопрос.

- Сколько денег барон Лондини берет на содержание Лилианы?

- Около тысячи гроссенов.

В ответ на лбу Алексея появилась глубокая морщинка.

Если это была тысяча гроссенов, то это почти столько же, сколько стояла жизнь в течение трех лет в обычном доме. Несмотря на то, что они получяли такую большую сумму, они растили Лилиану по меньшей мере, как горничную.

Вероятно, деньги были перехвачены посередине.

- В будущем убедись, что люди от барона Лондини не имеют доступа к собственности Аберита.

Холодным голосом сказал Алексей.

- Когда Лилиана достигнет совершеннолетия, удача вернется к ней.

- Понял.

Дворецкий кивнул и поклонился.

Алексей сжал кончик губ.

- Кроме того, не забудь подать заявление в налоговый отдел Императорского Дворца.

- Что вы имеете в виду?

- Чтобы налоговое расследование могло попасть в приют, которым управляет барон Лондини.

- Что? Налоговое расследование?

Глаза дворецкого расширились.

Однако Алексей был настроен серьезно.

- Ага. Если мы собираемся продолжить, мы должны быть уверены.

- Да. Могу я предъявить заявление непосредственно от лица герцога?

- Сделай это.

Алексей кивнул головой.

Дворецкий продолжал спрашивать.

- Вы хотите, чтобы я принесла ваш кофе прямо в офис?

- Нет, сделай это через тридцать минут. Я подумываю подняться наверх и увидеть Эллиота.

В дом пришла невеста Эллиота, и Алексей почему-то скучал по ней.

- Хорошо. Я скажу об этом на кухне.

Алексей кивнул, направляясь к комнате Эллиота.

***

Алексей открыл дверь, стараясь не шуметь.

В комнате было не очень темно, потому что лунный свет просачивался сквозь белые занавески.

Алексей молча подошел к кровати.

Эллиот плотно натянул одеяло на свои руки, и уже спал. Развевающийся звук дыхания пощекотал ему уши.

- …Милый.

Алексей радостно улыбнулся.

Большинство людей думают, что Эллиот очень на него похож, но идея Алексея была немного другой. Унаследованный от Алексея темперамент и уникальные волосы Валлоис, напоминающие черное дерево, дополняют его.

Тем не менее, Эллиот очень похож на Анриш. С плотными чертами лица, фиолетовыми глазами и изящной шеей, как у оленя.

- …

Алексей протянул руку и уложил рассыпанные волосы на лбе Эллиота.

Глядя на него, когда он впервые встретил Анриш…

"Я думал, что у меня будет счастливый брак".

Юная леди известного маркиза Саксонского.

Когда они впервые встретились, она была аристократичной, изящной и красивой. Они были женаты из-за политического брака, но он думал, что это нормально. Несмотря на то, что это была не горящая любовь, подобная пламени, между ними существовало доверие.

Он считал, что ее уверенность приведет к прочному браку, и не сомневался. Конечно, эта вера превратилась в холодный пепел от узнавания реальной Анриш.

"Ох, бесполезные мысли".

Когда Алексей покачал головой, Эллиот приподнял веко.

Его яркие фиолетовые глаза из-под густых черных ресниц смотрели прямо на Алексея.

Это был взгляд, похожий на Анриш.

- Папа?

-Ох, Эллиот. Думаю, я тебя разбудил.

Алексей неловко рассмеялся.

Эллиот зевает и потягивается. Он раскрывает руки своему отцу. Алексей, умело державший сына, неожиданно обнаружил на столе пустую чашку. Увидев следы высыхания коричневой жидкости, казалось, что это чашка какао.

- По какой-то причине кажется, что Мэг разрешила какао перед сном.

Прикоснувшись к спине ребенка, Алексей со сложными мыслями в голове открыл рот.

Хотя подозрительные обстоятельства были обнаружены в отношении семьи Лондини...

"Но для Эллиота… я рад, что Мэг была рядом".

В отличие от Анриш, которая была холодна ко всему, Мэг всегда относилась к Эллиоту с улыбкой. Как одинок был бы Эллиот без Мэг...

Но именно тогда Эллиот покачал головой.

- Это не от Мэг.

- Тогда?

- Мама принесла его.

"…Анриш?"

В этот момент рука Алексея, нежно поглаживавшая спину Эллиота, остановилась.

Почему она дает ему его любимое какао, но не обращает на него внимания?

Через некоторое время Алексей, изменивший выражение лица, улыбнулся.

- Отлично. Ты хорошо почистил зубы?

- Да, конечно.

Эллиот ответил с юношеской улыбкой.

Алексей внимательно посмотрел на Эллиота, кладя сына обратно в кровать.

- Хорошо. Уже поздно, так что иди спать.

Когда он похлопал его по плечу, Эллиот снова быстро заснул. Алексей наконец приподнялся, оставив поцелуй на щеке ребенка.

"…О чем, черт возьми, думает Анриш?"

На лбу у него были глубокие морщины.

Сегодняшние действия Анриш были во многих отношениях странными. То, как она привела Лилиану, присмотрела за ней и принесла какао Эллиоту...

"Она немного отличается от прежней себя…"

Алексей, так и не осознавая этого, выглядел разочарованным. Он не знает, о чем, черт возьми, она думала.

Разве "она" та Анриш?

Надменная, экстравагантная женщина, которая видит всех у себя под ногами.

Она женщина, которая не заботится ни о ком.

Несмотря на то, что он бесчисленное количество раз разочаровывался, было забавно видеть, как он надеется, что все снова изменится, как сейчас.

- Хуу.

Короткий вздох сорвался с губ Алексея.

Все мысли об Анриш бесполезны.

Как бы то ни было, она никогда не изменится.

Он выскользнул из комнаты с усталыми глазами.

***

Когда она открыла глаза яркому солнечному свету, было утро. Анриш, моргнув в полусне, внезапно почувствовала  легкое тепла в руках.

- …Лилиана?

Когда она позвала Лилиану, девочка подняла голову и улыбнулась ей в глаза.

- Мама, ты хорошо спала?

- Да, а ты хорошо спала?

Анриш тоже улыбнулась ребенку.

Когда она нежно погладила мягкие щеки Лилианы, ребенок потер ей руки, как молодое животное.

- Должны ли мы завтракать?

- Ох, все хорошо. Может быть, это потому, что я ела вчера вечером. Я все еще не голодна.

- Хмм, действительно?

Ну, вчера они опоздали на обед. Кроме того, разве она не выпила чашку какао перед сном?

Анриш кивнула.

- Тогда что бы Лилиана хотела делать сегодня?

- Я?

Глаза Лилианы раскрылись в широком круге.

"Что я хочу делать?"

Вопрос был незнакомый.

Потому что до сих пор никто не спрашивал Лилиану, чем она хочет заниматься.

Лилиана, которая некоторое время размышляла, осторожно пошевелила губами.

- Я... хочу провести время с мамой.

- Хочешь провести со мной время?

- Да. Если я могу быть с мамой, то не имеет большого значения, что я делаю.

Лилиана твердо кивнула.

Анриш, которая, казалось, на мгновение встревожилась, пару раз похлопала Лилиану по голове.

- Тогда, давай сегодня испечем печенье?

Это было потому, что она вспомнила, как Лилиана ела печенье, которое вчера подавали на десерт. Услышав предложение, глаза Лилианы зажглись, как фонарики.

- Печь печенье? С мамой?

- Да, если ты не хочешь…

- Нет, это здорово! Я думаю, это будет так весело!

Лилиана повысила голос, не осознавая этого.

Затем, словно удивленная своим громким голосом, она посмотрела в глаза Анриш.

Анриш закрыла глаза, давая понять, что ей не о чем беспокоиться.

-Хорошо, тогда вставай первой. Нельзя вечно лежать в постели.

- Да, да!

Лилиана вскочила с кровати.

Анриш последовала за ребенком и отошла от кровати, подозвала Лилиану рукой.

- Перед тем как спуститься на кухню, должны ли мы сначала умыться?

- Да, мама!

Она подбежала к Анриш.

Она выглядела, как цыпленок, который следует за матерью-курицей, поэтому Анриш громко рассмеялась.

***

Когда она выходила из спальни, Анриш обнаружил куклу в руках Лилианы.

Когда она купила платье Лилианы в магазине одежды, Анриш купила куклу, как подарок.

Анриш задала вопросы с озадаченным лицом.

- Кстати, а зачем ты взяла куклу?

- Да? Потому что это драгоценная кукла, которую мне подарила мама.

Лилиана ответила самой широкой улыбкой.

- Когда я провожу время с мамой, я стараюсь носить эту куклу с собой.

- Почему?

- Так, каждый раз, когда я вижу эту куклу, я буду вспоминать, как весело проводила время с мамой?

При этих прекрасных словах Анриш покраснела и закрыла рот руками.

"Наша Лилиана такая милая и неповторимая!"

Анриш кричала в голове.

Она обнаружила улыбающегося Эллиота перед дверью.

- Боже мой, Эллиот?

Анриш широко открыла глаза.

Ребенок, который обычно не ходит возле ее спальни, теперь по своей воле здесь.

Она задавалась вопросом, зачем он сюда пришел. Эллиот напряженно поднял голову и залпом проглотил сухую слюну.

- Я пришел поблагодарить тебя.

- Спасибо? Почему?

Эллиот склонил голову перед озадаченной Анриш.

- Спасибо, что принесли вчера какао.

…Ты сказал, что пришёл сюда, чтобы встретить меня?

Когда Анриш склонила голову, Лилиана поздоровалась с Эллиотом.

- Здравствуйте, Молодой Господин Валлоис.

- …Привет.

Эллиот сделал вид, что не интересуется Лилианой. Он посмотрел на пальцы ног и поздоровался. Однако его шея уже была окрашена в красный цвет.

"Ага".

В этот момент на губах Анриш появилась игривая улыбка. Глядя на это, кажется, что Эллиоту она немного нравится с тех пор, когда он впервые увидел Лилиану.

"Прийти поблагодарить за какао - это просто повод зайти в мою спальню".

Возможно, Эллиот хотел увидеть Лилиану еще раз, поэтому он решил навестить ее. Что ж, даже в оригинальной истории они были любовниками, которые не могли жить друг с другом...

Анриш было любопытно наблюдать, как ведут себя двое детей.

Эллиот смотрел на куклу Лилианы. Ему было неловко смотреть в лицо Лилиане, и он не знал, что ей сказать.

Интерпретируя этот пылкий взгляд, Лилиана осторожно представила куклу Эллиоту.

- Что ж, молодой господин. Хотите разок подержать куклу?

- Спасибо, не надо. Я мальчик.

- И?

- Мальчики должны играть деревянным мечом или игрушечным экипажем.

Сказав это, Эллиот прошептал и отвернулся.

Анриш, которая слушала разговор двух детей, сузила глаза и открыла рот.

- Боже мой, Эллиот. Почему ты это сказал?

- Да?

- Разве есть закон, что "мальчики должны играть только деревянными мечами и игрушечными экипажами"?

Возможно, застигнутый врасплох Эллиот выглядел озадаченным.

Анриш слегка пожала плечами.

- Девочка может играть деревянным мечом или игрушечным экипажем, а мальчик - куклой.

-…Ну, но.

- Лилиана уже какое-то время предлагает ее, так что обними ее, если хочешь.

В то же время Лилиана взяла куклу на руки Эллиоту. Затем она встретилась взглядом с ним и застенчиво улыбнулась.

Выражение лица Эллиота было расслабленным от этой весенней цветочной улыбки.

- Ух…хах?

После того, как прошло некоторое время.

Эллиот только понял, что смотрится довольно глупо. С покрасневшим лицом он поспешно вернул куклу Лилиане.

- Хорошо, этого достаточно.

Эллиот, небрежно пробормотав, быстро убежал.

- Что не так с Молодым Господином Валлоис?

Пробормотала Лилиана сбитым с толку голосом.

- Ну, интересно, почему?

Анриш, ответив с ухмылкой, отвела Лилиану на кухню.

Через некоторое время на кухню вошли Анриш и Лилиана.

Горничные, которые собирались вместе и болтали, удивились и поднялись со своих мест.

- Сегодня я собираюсь испечь печенье с Лилианой.

- Печенье?

- Да. Я сама приготовлю ингредиенты и оборудование, так что вы, ребята, пойдите и сделайте перерыв.

Сказав это, Анриш набрала силы в глазах и оглядела горничных на кухне. Это был взгляд, о котором она не позволила бы Лилиане узнать.

Когда они поняли его смысл, горничные пожали плечами и склонили головы.

- Хорошо, мадам.

- Хорошо.

После того, как горничные ускользнули, как прилив, Лилиана осторожно усадила куклу в свои руки на кухонный стул. Анриш счастливым взглядом посмотрел на ее фигуру.

- Чтобы приготовить печенье, сначала нужно тщательно вымыть руки.

- Да, мама.

Сначала Анриш вымыла руки, затем за ней последовала Лилиана.

Она смешала масло, аккуратно растопленное при комнатной температуре, с сахаром и просеяла муку. Лилиана осторожно, рукой, отделяла яичный желток от белка.

Готовя тесто, Анриш слегка нахмурила брови.

- Это.

Потому что закатанные рукава Лилианы спускались по ее запястью. Анриш была уверена, что вначале она туго закатала рукава, но она догадалась, что они ослабли.

- Иди сюда, Лилиана.

Анриш сложила рукава ребенка и подняла их.

Лилиана, взглянув на свои туго свернутые рукава, пробормотала что-то с застенчивым лицом.

- Спасибо.

- Это не такое уж большое дело.

Анриш, пожав плечами, повернулась к тесту для печенья. Лилиана какое-то время не могла отвести глаз от ее спины.

"…Мама очень милая".

Кто-то пристально смотрит на нее и оказывает помощь в нужное время. Это было то, чего она никогда раньше не испытывала.

По губам маленькой Лилианы медленно расплылась улыбка.

Это была счастливая улыбка.

***

Наконец, все печенье испеклось.

Пикантный и сладкий запах печенья завибрировал в воздухе.

Затем Эллиот засунул голову в кухню.

- …Вы печете печенье?

- Ну, оно уже испеклось, но все еще горячее. Когда немного остынет, я поделюсь им с тобой.

Анриш ответила с улыбкой.

Эллиот, смотря с настороженным взглядом, пробирается на кухню. Для охлаждения различного печенья в виде зверюшек, его разложили на широкую тарелку.

Он взглянул на печенье, задавая вопрос.

-Тогда, тут есть и папина доля?

В этот момент Анриш напряглась.

"Ох, верно".

Ее мысли были сосредоточены на Лилиане и Эллиоте, поэтому она забыла об Алексее.

"Я попробую принести ему испеченное печенье... чудо, если он не ненавидит это".

Анриш, беспокоясь, с недоверчивым лицом внимательно посмотрела на Эллиота.

- Ну, разве твой отец не ушел в Императорский Дворец? Поэтому он так занят…

- Нет, он сказал, что будет сегодня в особняке.

"…Другими словами, он дома, в особняке", - застонала Анриш.

Она могла бы притвориться, что не знает, но теперь уже ничего нельзя сделать, так как ей сказали, что он дома.

Отлично, но…

Подумать о том, чтобы дать Алексею печенье, это так неловко, она что, хочет умереть?!

С вырывающейся изнутри кровью, Анриш посмотрела, не остыло ли печенье. Температура была подходящей для употребления. Она взглянула на детей.

- Что ж, дети. Хочете сначала съесть печенье?

- Тогда что насчет мамы?

- Ох, я хочу принести печенье Герцогу.

При этих словах Эллиот неожиданно посмотрел на нее.

"Конечно, я сказал ей, что "папа в особняке", но…"

На самом деле, Эллиот подумал, что достаточно повезет, если она отдаст печенье герцогу через горничную.

Так могло быть, потому что герцог и Герцогиня делали вид, что не знают друг друга почти три года.

- Ты сам принесёшь ему?

- Да, интересно почему?

- Ну, нет.

Эллиот покачал головой.

Что ж, неудивительно, что Эллиот так реагирует.

Как-то с горечью Анриш взяла тарелку с печеньем, чашку чая и поднос с чайником.

***

Тук-тук.

На звук короткого стука Алексей поднял взгляд.

- Кто это?

- Это я. Анриш.

Глаза Алексея немного расширились от неуверенного голоса.

"Анриш?"

Герцог и Герцогиня Валлоис последние три года живут, даже не видя лица друг друга.

Они разговаривали только в неизбежных ситуациях, и если это не было срочным делом, достаточно было позволить прислуге передать сообщение.

Зачем она в такой ситуации пришла к нему в офис?

- …Заходи.

Дверь открылась. Анриш, неся поднос в руках, ступила ногой в свой кабинет.

Алексей посмотрел на нее, как будто ему было интересно, в чем были ее намерения.

"Кто-то может подумать, что я здесь, чтобы убить тебя, если ты так осторожен", - проворчала Анриш, ставя поднос на стол.

При этом его живописные брови изогнулись.

- Что все это значит?

- Это печенье и чай.

- Я знаю это. Почему жена приносит мне печенье?

Его слова ее немного обидели.

"Я даже испекла печенье и принесла его с собой, так зачем же так обращаться с людьми?"

- Эй, оно не отравлено.

- Что?

При этом внезапном замечании Алексей в этот момент скривился. Анриш твердо приподняла  шею и уставилась на него.

- Ты пялился на меня раньше, да?

- …

- Как будто я собираюсь убить тебя этим печеньем.

Услышав это, Алексею стало немного неловко, потому что он, правда, держал рядом стражу. Тем не менее, он быстро собрался с мыслями, потому что "это" Анриш. Причина, по которой она пришла, была на самом деле очевидна.

"Денег, которые ты выделил мне, слишком мало так что плати больше".

…Наверное, по этой причине.

Алексей также знал, что владельцы магазинов на улице Ле Морган сравнивали его жену с "лотерейными билетами". Она буквально брызгала золотыми монетами, как водой.

Пока это что-то новое и ограниченное, она купит все, что угодно. Новинки дизайнера, платье и головные уборы, обувь, украшения, роскошные десерты и даже бесполезная мебель и украшения…

"Поскольку я слежу за ее чрезмерными расходами, не пытается ли она теперь принести печенье и купить одолжение?"

Алексей прислонился к стулу, стонущим голосом задавая вопросы.

- Итак, ты принесла мне печенье с чистыми намерениями?

Анриш открыла рот и посмотрела на Алексея.

- Хей. Ты знаешь, что это очень грубый ответ, правда?

"…Что?"

От неожиданной реакции Алексей немного смутился.

Анриш заговорила с кислым лицом.

- Я испекла печенье с Лилианой и просто пришла сюда, чтобы дать Герцогу немного попробовать.

При этих словах глаза Алексея расширились.

"Она испекла печенье с Лилианой?"

Она говорит, что сама пекла печенье? Однако Анриш, которую Алексей знал до сих пор, имеет отвратительный характер даже для того, чтобы капнуть себе на палец каплю воды. Значит, она никак не сможет справиться с такими ингредиентами, как мука и яйца...

Между тем Анриш совершенно не понимала молчания Алексея.

- …Что ж, если ты сомневаешься насчет этого печенья, сначала попробую я. С этим все в порядке?

Анриш, сказав это с угрюмым лицом, взяла с тарелки печенье. Было слышно жевание хрустящего печенья и через некоторое время Анриш, съевшая все свое печенье, подняла нос.

- Теперь смотри. Видишь, что я в порядке?

Анриш проворчала себе в рот, когда смахивала крошки руками.

- Оно просто восхитительно. Серьезно, ничего подозрительного...

Алексей взглянул на Анриш.

Как ни странно, Анриш, которая стонала с открытым ртом, как-то чувствовала себя не так уж плохо рядом с ним. Конечно, в следующий момент он был поражен тем, что так подумал.

"…Ох, когда люди десять раз терпят неудачу и один раз преуспевают, они будут выглядеть иначе".

Разве Анриш такая?

Алексей незаметно прищурился.

Пока что…

"Я все равно ошибаюсь".

Если он не признает здесь свою вину, он в конечном итоге станет таким же человеком, как и она. Он изо всех сил пытался подавить незаслуженные чувства и вежливо извинился.

- Я не это имел в виду, но мне очень жаль, если ты обиделась.

- Ах, да…

Анриш с угрюмым выражением лица моргнула, не осознавая этого.

Ну, я не знала, что он так нежно извинится.

- …

- …

Неловкая тишина пошла на убыль.

Анриш взглянула в глаза Алексею. Он отложил ручку, с которой деловито возился, и пристально посмотрел на нее. Тем временем Анриш широко открыла глаза.

"…Ах".

Это произошло потому, что она обнаружила темные тени под глазами, как будто они были нарисованы тонкой кистью. Глядя на него, она поняла, что прошло много времени с тех пор, как она встретила Алексея в особняке.

"Похоже, он очень занят, выглядит таким измученным".

Анриш открыл ей рот, не осознавая этого.

- Ты выглядишь уставшим.

Упс.

В тот момент, когда эти слова были произнесены, Анриш слегка укусила кончик языка. Она хотела только подумать об этом в голове, однако слова просто неосознанно вылетели из ее рта.

Алексей выглядел немного удивленным ее словам.

- Ты сейчас за меня беспокоишься?

- Да? Да, что… Должна ли я не беспокоиться?

Анриш пожала плечами. Она не сказала ничего, чего не должна была, так почему он это сказал?

Одним словом, они с Алексеем - законная пара. Итак, когда жена видит усталость мужа, разве не естественно беспокоиться?

Между тем Алексей, услышав беспечный ответ Анриш, был в сильном шоке.

"Этот человек действительно Анриш?"

Анриш, которую знал Алексей, была женщиной, которая никогда не сказала бы: "Ты выглядишь уставшим". Ее даже не заботило настроение или физическое состояние других людей, поскольку она была той, кого интересовала только она сама...

- Вчера я слышала, что ты поздно покинул кабинет из-за большого количества работы.

Она сказала это каким-то странным образом. Алексей был сбит с толку, и ее слова были расплывчатыми.

- Ох, ага…

- Могу я чем-нибудь помочь?

К тому времени Алексей, наконец опомнившийся, вежливо отклонил ее предложение.

- Все хорошо. Спасибо за заботу.

- Ох, да. Тогда, пожалуйста, не стесняйся дать мне знать, если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь.

И тишина.

"Нет, герцог не чувствует себя неловко из-за этой тишины? Только я так себя чувствую?  Анриш вскипела и заговорила снова, пытаясь избавиться от неловкой тишины.

- Ох, я привела Лилиану.

- Я уже слышал от дворецкого.

- …Ах, понятно.

И снова тишина.

Она не знает, насколько повисла эта тишины. У Анриш больше не было сил преодолеть эту неловкость. Постепенно она глубоко вздохнула и поднялась с сиденья.

- Что ж, я пойду.

- Ты уходишь?

- Да, ты занят работой. Я не должна мешать.

"Что… она только что сказала?"

Алексей усомнился в своих ушах. Анриш заботится о нем.Сегодня солнце встает с запада?

Взявшись за дверную ручку, она оглянулась.

- Ох, герцог.

- Что?

- Хорошо работать усердно, но также важно делать перерыв.

Анриш, сказав это, взглянула на печенье и чай, которые она принесла.

- Обязательно съешь печенье, тебе нужно немного сахара, когда работаешь.

- Ах, хорошо. Я понимаю.

- Ну, тогда.

Она склонила голову и осторожно закрыла дверь.

Щелк.

Как только фигура Анриш исчезла из его поля зрения, он быстро поднялся со стула. Стоя перед столом, Алексей смотрит на печенье, которое она принесла с собой.

Это было шоколадное печенье с различными орехами.

"Я был слишком холоден?"

Голубые глаза глубоко утонули. Глядя на это сейчас, можно сказать, что в последнее время она прекрасно справлялась с работой в качестве госпожи.

Если бы не она, Лилиана продолжала бы жить, подвергаясь жестокому обращению в приюте Лондини. Кроме того, слова "мне нужно больше денег" или "мне все равно" тоже не слетали с ее губ.

"Она серьезно, с чистым намерением принесла мне печенье".

Если это так, то…

- …Я должен был сказать спасибо.

С его губ послышалось бормотание, смешанное с коротким вздохом. Алексей взял печенье.

Печенье, которое рассыпалось у него во рту, было очень вкусным.

***

Вспоминая время, когда Анриш в первый раз отправился на поиски Алексея.

Лилиане и Эллиоту было неловко.

"Если тебе неудобно, ты можешь просто уйти, так почему ты все еще здесь?"

Лилиана взглянула на Эллиота со стороны. Он пристально смотрел на печенье, сложенное в корзину.

Конечно, Эллиот стеснялся говорить с Лилианой, но её недопонимание углублялось.

В конце концов глаза двух детей встретились. Эллиот удивленно напряг плечо.

- Что ж, Молодой Господин Валлоис.

Лилиана осторожно позвала его. Он робко ответил и охнул.

- Почему ты произносишь мое имя?

- Это печенье, я его приготовила…

Она осторожно протянула тарелку с печеньем.

- Хочешь попробовать?

- Кто, кто хочет съесть это печенье.

И все же Эллиот быстро протянул руку и взял самый большой кусок.

"Эй, разве ты не говорил, что не хочешь есть…?"

Лилиана взглянула на него, сузив глаза. Несмотря на это, Эллиот продолжил жевать печенье.

Через некоторое время его глаза расширились.

- …Очень вкусно.

- Ну, не стой на месте. Иди сюда и присядь.

Лилиана, подтянув один из стульев, поманила Эллиота. Двое детей сидели за маленьким столиком и вместе ели печенье с молоком. Смешиваясь со звуком жевания печенья, эхом отдавался ее живой голос.

- Мама умело делает тесто для печенья…

Лилиана постоянно говорила.

- Разве мама не великолепна?

- Великолепна?

- Да! Мама во всем хороша, она не ошибается и ...

Все навороты были нежной данью уважения к Анриш. Лилиана прикрыла щеки руками, восторженно добавляя слова.

- Честно говоря, я подумала, что она ангел, когда впервые увидела ее.

- Что? Ангел?

- Да, я никогда не думала, что на свете будет существовать такой прекрасный человек.

Она с энтузиазмом кивнула.

Если бы Анриш это услышала, то весело рассмеялась. Как родитель и ребенок могли иметь одинаковое первое впечатление друг о друге?

- Я никогда не видела кого-то такого же замечательного, как мама!

Итак, она пришла к такому выводу.

Эллиот, с отвращением на лице выслушав ее комплименты Анриш, открыл рот.

- …Знаешь, кто-то мог бы подумать, что моя мама на самом деле твоя.

- Ох, м-мне очень жаль!

Она была удивлена и нервно огляделась. Что ей делать, должно быть, она слишком много говорила о себе. И все-таки это не ее мама, а Юного Господина Валлоис...

- …

Когда она так подумала, ее аппетит резко упал. Лилиана положила на тарелку недоеденное печенье.

Однако как раз тогда.

- Почему ты так любишь маму?

Эллиот вдруг задал вопрос. Его лицо, когда он спрашивал об этом, было странно зрелым.

В ответ на неожиданный вопрос она наклонила голову.

- Да?

- Ты, ты уже давно делаешь маме комплименты.

Он посмотрел на корзину с печеньем.

Плотное печенье было таким незнакомым. Анриш, которую он знал, была не тем, кто будет печь печенье и проводить время со своим ребенком.

- Если честно... не понимаю, почему ты так часто за ней ходишь.

Эллиот, который жил здесь очень долго, был несправедливо признан Анриш надоедливым ребенком. Когда он пытался подойти к ней, она отталкивала его, и ненавидела, когда он называл ее мамой. Для Анриш Эллиот был не сыном, а средством сохранения положения госпожи Валлоис. Итак, ему было очень любопытна Лилиана, которая следует за его матерью, как цыпленок.

Между тем Лилиана без колебаний ответила на вопрос.

- Мама была первым человеком, который был добр ко мне.

Не кто-нибудь, а мама?

Эллиот едва подавил желание спросить. Она тихо продолжила.

- Это первый раз, когда кто-то меня спрашивает, чем я хочу заниматься, первый раз, когда мне не приказывали ... Этим человеком была мама.

В первый раз.

Для Лилианы Анриш так много значила. Она была первым человеком, который относился к Лилиане как к "ребенку, которого нужно защищать", а не как к "бесполезному насекомому".

Однажды она внезапно вошла в ее тяжелую повседневную жизнь и полностью изменила ее...

"Человек, который был для меня как чудо".

Увидев неоднозначное выражение лица Эллиота, она быстро добавила.

- Конечно, у людей много разных мнений.

- …Так много форм. (п/п. Речь идет про печенье)

- Ну, я имею в виду. Мама, которую я знаю, и мама, которую знает молодой господин, могут быть разными.

Лилиана вспомнила пару баронов Лондини. Их дочерей обнимали и растили, как горшочек с сокровищами, но на Лилиану они всегда смотрели холодным взглядом.

- Просто... Я хотела сказать тебе, что она такой человек.

Эллиот посмотрел на улыбку Лилианы и подумал, какой была Анриш в последнее время. Честно говоря, отношение его матери к нему сильно изменилось. Она все время пыталась говорить с ним нежно и даже принесла какао...

"Но может ли человек измениться по щелчку пальцев, просто вот так?"

Эллиот был в затруднение.

"…Ух?"

Он заметил, что Лилиана смотрела на него. Вглядывалась в лицо Эллиота. Как будто боялась, что ее слова могут его расстроить. Она, естественно, чувствовала себя некомфортно и беспокоилась о чувствах других людей.

Эллиот, вздохнув, внезапно задал вопрос.

- Тебе не скучно?

- Что?

В ответ на этот внезапный вопрос она забыла даже взглянуть в глаза Эллиоту и широко открыла свои.

- Тебе скучно?

Он повторил вопрос еще раз.

- Ух, ум…

- Тебе скучно, не так ли?

Эллиот несколько раз спросил Лилиану. Как будто ответ был уже определен, и он просто ждал, пока она с ним согласится.

Лилиана со смущением на лице кивнула.

- Ух, это, это… вроде скучно…?

- Хорошо, тогда я поиграю с тобой сегодня.

- Да?

- Поскольку ты ела со мной, в качестве благодарности я поиграю с тобой.

Когда его грудь сильно увеличилась, Эллиот снова задал вопрос.

- Итак, во что ты хочешь сыграть?

- Ну… ну, поиграть в куклы?

- …Ты не устала от кукол? Ты даже принесла их на кухню.

Кукла вызвала у него отвращение, и он покосился на одну в руках Лилианы.

Она решительно покачала головой.

- Мне они не наскучили.

- Почему?

- Это первый раз, когда я получила подарок, и это первый раз, когда у меня была кукла.

Лилиана застенчиво ответила. Он потерял дар речи, когда услышал ее ответ. В лучшем случае, это всего лишь одна кукла, хотя она так счастлива, что получила этот подарок. Какой жизнью жила Лилиана до сих пор?

Когда ему стало грустно, она продолжила. Ее щеки окрасились в красный.

- И, что важно, мама выбрала меня, верно?

- …Ох, ага.

Эллиот перестал смотреть на Лилиану грустными глазами. Казалось, пройдет очень много времени, прежде чем он сможет пересечь гору, называемую "мама", и завоевать расположение Лилианы.

Вздохнув, Эллиот протянул к ней руку.

- Ну же, пошли.

- …

Однако Лилиана только взглянула на нее, поскольку ей было нелегко держать его за руку, с мыслью о том: "Как такой ребенок, как она, мог осмелиться держать руку молодого господина".

Но как раз тогда.

- Ох, почему ты не возьмешь ее?

Эллиот схватил ее за руку.

Смущенная Лилиана рефлекторно попыталась остановить его.

- Мо-мо-молодой господин?

- Почему ты называешь меня молодым господином, мое имя Эллиот.

После этого мрачного ответа лицо Лилианы стало красным. "

Он позволяет мне называть его так?"

Однако Эллиот продолжил свои слова.

- И почему ты продолжаешь говорить так вежливо? Мы одного возраста.

- Да? Н, но…

- Прекрати это.

- Но как я смею говорить с молодым господином…

Она поспешно проглотила свои слова. Внезапно, приоткрыв глаза, он уставился на нее.

- Серьезно, ты не собираешься прекращать?

- Ух, это-это…

- Действительно,  на самом деле?

- …Ну, ух, я прекращу.

Не в силах противостоять цепкому взгляду Эллиота, Лилиана в конце концов заговорила естественно натянутым голосом.

Только тогда Эллиот удовлетворенно мягко улыбнулся.

- Тогда, будем есть печенье и играть в куклы?

***

Спустя некоторое время.

Анриш обнаружила, что двое детей вместе играют в куклы в гостиной. На этой милой сцене она закрыла рот рукой.

"Мило! Это так мило, когда двое маленьких детей играют".

Анриш быстро вошла в гостиную.

Как только Эллиот увидел ее, он посмотрел на нее и напряг плечи, но не убежал, как раньше.

"Вау, это. Это большой прогресс?"

Анриш остановилась, у нее в носу покалывало. Между тем, как только взгляды Анриш и Лилианы встретились, она ярко улыбнулась.

- Ах, мама здесь?

- Да. Лилиана и Эллиот, вы играете в куклы?

- Да, мама!

Анриш, улыбнувшись Лилиане, посмотрела на играющих детей. Они сидели на ковровом полу. Это была довольно зрелищная игра, чтобы посмотреть на нее домработницы выстроились в линию.

- Это должно быть весело. Могу ли я присоединиться?

- Конечно!

Лилиана с энтузиазмом кивнула. С другой стороны, Эллиот внезапно стал угрюмым.

- Мне было весело с Лилианой…

Он немного ворчал.

Лилиана и он играли вместе, поэтому ему не понравилась ситуация, когда Анриш вмешалась между ними.

Увидев это, Анриш заговорила с ним озорным голосом.

- Ах, сын мой. Ты хотел поиграть со своей хорошенькой невестой наедине?

- Н-ничего подобного!

Может быть, его ударили ножом в сердце, Эллиот был в ярости. Анриш сдерживала смех, который вот-вот разразится.

- Да, да. Я поверю, что нет.

- Я сказал, что это не так!

- Знаешь, Эллиот? Иногда слишком много отрицания может означать подтверждение.

- Ээк!

В ответ на ухмылку Анриш, он пытался остановить ее с покрасневшим лицом.

Он сел рядом с Лилианой и протянул Анриш куклу.

- Мама - принцесса!

Это была та самая кукла, которую Анриш купила в магазине одежды. К тому же эта кукла каждый раз прикреплялась к рукам Лилианы. Она слегка покачала головой и подняла куклу в наряде леди.

- Нет, принцесса - Лилиана.

- Но…

- Потому что Лилиана - моя принцесса.

Когда она ответила и посмотрела ей в глаза, Лилиана пришла в восторг. Эллиот широко раскрыл глаза и посмотрел на маму, которая умело соблазнила его невесту.

Так началась кукольная игра.

***

- Ху…

Алексей, который был занят проверкой бумаг, уронил ручку и вздохнул. Тот факт, что он не поблагодарил Анриш, остался в его голове до сих пор.

"Я тоже должен был сказать спасибо".

Казалось, что у него в горле заноза. Он не мог сосредоточиться на работе. В конце концов Алексей встал и направился к комнате Анриш.

Однако в своей комнате ее не было.

"…Что?"

Когда Алексей был озадачен, вдалеке он услышал слабый смех.

"Это из гостиной?"

Следовательно, Алексей направился в ту сторону. Через полуоткрытую дверь гостиной он увидел Анриш и двоих детей. В этот момент его глаза были полны подозрений.

"Не кто-то другой, а моя жена… Она играет в куклы с детьми?"

Кроме того, сидя на полу, а не на диване? Анриш говорила, что сидеть на полу некрасиво.

"…Возможно, но она же не издевается над детьми, верно?"

Глаза Алексея сузились.

Но неожиданно, Анриш хорошо играла с детьми. Она даже мастерски сыграла роль горничной.

До сих пор она не обращала внимания на людей под ней, но теперь она играет роль горничной?

Алексей был крайне удивлен.

Внезапно.

Анриш, оглядывавшаяся вокруг, посмотрела прямо на него.

Два взгляда встретились.

- …

- …

Наступила тишина.

Это было непреднамеренно, но казалось, что он шпионил за Анриш и двумя играющими детьми.

В конце концов Алексей, не сумевший преодолеть смущение, повернул голову и закашлялся. Задняя часть его шеи внезапно покраснела.

"Нет. Почему этот человек смотрит в этом направлении с такими окровавленными глазами?"

Анриш прищурилась.

"Ни за что, ты делаешь это, потому что думаешь, что я собираюсь съесть детей?"

Как раз когда она жаловалась внутри своей головы, Алексей вошел в гостиную. С несколько неловким лицом он задает ей вопрос.

- Ну, ты играешь с куклами?

- Ох, да, герцог. Ты здесь?

Анриш снаружи улыбалась, а внутри проливала кровавые слезы.

Он заставлял ее чувствовать себя неловко. Хотя даже в неудобных ситуациях, она должна постоянно улыбаться!

- Так что ты здесь делаешь?

- Ох, я даже не думал, что должен сказать тебе спасибо.

- …Спасибо?

- Да. Разве ты не принесла печенье ранее?

В ответ Анриш широко открыла глаза.

"Действительно? Ты пришел сюда, чтобы поблагодарить меня за то, что я принесла печенье?"

Алексей, который на мгновение поколебался, слегка кивнул ей.

Значит, она становится к нему ближе.

"Хах? Что?"

Анриш в замешательстве склонила голову в его сторону. Чтобы дети не услышали, Алексей продолжал произносить слова, которые хотел сказать тихим голосом.

- Кроме того, спасибо, что хорошо заботишься о Лилиане…

Сегодня утром солнце взошло на западе?

Что случилось с Алексеем…?

Она тупо уставилась на него. Поскольку пристальный взгляд казался смущающим, в то же время он отвернулся.

Лилиана вскочила со своего места и поздоровалась с ним.

- При-приветствую вас, герцог Валлоис.

Из-за напряжения голос Лилианы дрожал.

- Я Лилиана Аберит. Большое спасибо за то, что позволили мне остаться в особняке.

Сглотнув сухую слюну, она завершила свои слова. Анриш тепло посмотрела на Лилиану.

"Ох, мой котенок. Тебе даже не нужно здороваться!"

- Да.

"…Напротив, почему реакция этого парня такая резкая?"

Анриш прищурилась и взглянула на него. Когда наша Лилиана так мило приветствует, разве это не должно растопить его сердце?

- Хей, герцог.

Анриш внезапно открыла рот. Алексей оглянулся на нее.

- Почему ты так грубо относишься к Лилиане? - сорвалась Анриш.

Услышав эти слова, он немного смутился. Он просто ответил, как обычно, но это было грубо?

- Был ли… я груб?

- Да. Было бы лучше, если бы ты немного улыбнулся.

Из-за нытья Анриш Алексей не мог скрыть дрожащее выражение лица. Он не может поверить, что из всех людей он получает такой вид нытья именно от нее.

Тем временем Эллиот, который пристально смотрел на выражение лица Лилианы, внезапно открыл рот.

- Мама права, отец.

- Хах?

- Когда у тебя такое без эмоциональное лицо, иногда бывает страшно.

Желая хорошо выглядеть перед Лилианой, Эллиот напряг оба глаза и посмотрел на Алексея.

- Что, если Лилиана испугается из-за отца?

…Даже Эллиот согласился с этим.

Не осознавая этого, у Алексея открылся рот.

Если подумать, на его лице действительно не было ни единого намека на улыбку.

"Верно. Мое лицо было таким суровым... "

Во многих отношениях все было по-другому.

Анриш, которая до сих пор никогда не интересовалась детьми, дает ему совет, говоря: "Ты должен быть добрым, имея дело с детьми".

Но что еще интереснее...

"Несмотря на то, что она указала на мои действия, это не так уж плохо".

Обычно Алексей говорил: "Ты в состоянии сказать это?" но это все.

Это было странно.

Тем временем, пока Алексей размышлял, Анриш проверила, который час.

Было чуть больше часа дня.

А для себя она поняла, что дети пропустили обед, как будто им в глаза попала грязь и они не могли увидеть время.

- Дети, может мы сейчас пообедаем?

Анриш умело поднесла мысль к детям.

Это было похоже на то, как курица-наседка зовет птенцов под свои крылья.

"Значит, жена и дети сейчас идут обедать?"

Когда Алексей неловко стоял, она посмотрела на него.

- Разве сейчас не время обеда герцога?

- Ах, да.

- Ну…

На мгновение Анриш попала в затруднительное положение.

Глядя на это, разве сегодня Лилиана и Алексей не встречаются впервые? Лилиана немного застенчива, поэтому было бы неплохо позволить ей тоже проводить с ним время.

Хотя…

"Захочет ли такой упрямый Алексей присоединиться к нам?"

О реакции Алексея можно было догадаться. Он мог бы ответить: "Мне нужно на работу, так что жене и детям лучше есть вместе".

Кроме того, она уже получила от него некоторую ненависть.

"Ху, это моя судьба…"

Тем не менее, она открыла рот без всяких ожиданий.

- Раз мы встретились вот так, как насчет того, чтобы вместе пообедать?

- Хорошо.

- Ах, ты занят? Тогда это невоз… Что?

Ожидая его отказа, ее глаза широко открылись.

Алексей слегка пожал плечами.

- Я сказал, хорошо.

- Ух, ум, ну. Я тоже собираюсь поесть с тобой... Ничего страшного?

- Конечно, все в порядке.

Выслушав его ответ, она была сбита с толку.

"Он правда не против поесть с ней?"

Когда она принесла ему печенье, она заметила, что он все еще испытывает дискомфорт и опасается ее. Хотя, конечно, он пришел сюда сказать спасибо...

"Разве он не ненавидел меня?"

Со смешанными чувствами она повела детей в столовую.

Алексей аккуратным шагом последовал за ней.

***

Алексей очень волновался, сидя за столом, но это чувство прошло.

"Ну… Это не сделало меня более тактичным или принесло неудобств, как я ожидал".

Анриш покосилась на Алексея, грациозными движениями подавая еду.

Он действительно был воплощением безупречного дворянина. Ножи, двигаясь, как текущая вода, умело удаляли мясо, прикрепленное к кости.

Вау, он очень хорошо разрезал мясо.

Что ж, говорили, что Алексей был первым мечом Империи. Если он хорошо обращается с мечом, он также должен хорошо обращаться со столовыми приборами.

Примерно в то время у Анриш возникла такая бесполезная мысль.

- …

Когда Эллиот застонал, пытаясь дотянуться до солонки перед ней. Итак, Анриче, не задумываясь, передала солонку.

- Ну, вот. Соль.

- Сп-спасибо.

Он взял солонку с неловким лицом. Глаза Алексея немного расширились.

"…Теперь ее даже не раздражает Эллиот".

Обычно она кричала бы: "Почему ты так стонешь – это недостойное поведение". Однако в следующий момент произошло нечто более удивительное.

Анриш увидела соус на губах Лилианы, и она, естественно, вытащила носовой платок.

Рука, вытирающая губы ребенка, была очень нежной.

- Упс, на тебе соус.

- Ох, прости.

От тщательной заботы Анриш Лилиана была немного счастлива и застеснялась. Чтобы дать понять, что все в порядке, она улыбнулась Лилиане.

Алексей внимательно посмотрел на нее.

"…Она всегда была такой с детьми?"

Не может быть. Анриш, которую он знает…

В тот момент, когда брови Алексея сильно сморщились.

Лилиана упустила нож во время резки мяса.

Чанган!

С резким громким звуком нож перевернулся на мраморный пол, и на полу осталось коричневое пятно соуса.

Испуганная Лилиана тут же окаменела.

- Пр-пр-пр-простите… - пробормотала она с ошеломленным, испуганным лицом.

Затем Анриш ненадолго сузила брови.

Керчанг!

Она уронила свой нож на пол.

От неожиданного поступка, Алексей и Эллиот широко раскрыли глаза. Тем не менее, она оставалась тихой.

- Все нормально. Люди могут ошибаться.

Сказав это, она похлопала Лилиану по плечу.

- Посмотри, я же только что уронила нож?

- Н, но…

- Как человек может быть идеальным? Став взрослой, я тоже делаю ошибки.

Ясно сказала Анриш.

Услышав это, напряжение в плечах Лилианы немного уменьшилось.

- Лилиана еще молода, поэтому для тебя естественно учиться на ошибках.

Между тем она заметила взгляд Алексея на себе. В нем отчетливо виднелось удивление.

Для кого-то вроде Алексея Анриш, должно быть, делает что-то очень плохое в его глазах.

"Я знаю, что это противоречит этикету, но, пожалуйста, закрой глаза хотя бы на этот раз".

Анриш медленно поджимает губы, чтобы Лилиана не слышала ее, но Алексей просто тупо смотрел на нее, потрясенный. Тем временем, она сейчас занята умиротворением Лилианы, которая была расстроена.

"Изначально она была человеком, который злится, как огонь, даже если была допущена маленькая ошибка в этикете..."

Он впервые увидел ее, а не просто кого-то еще, так щедро покрывающую чью-то вину.

В следующий момент взгляды Эллиота и Алексея встретились.

Эллиот подумал о том же, и его лицо было ошеломлено.

***

После еды.

Анриш услышала хорошие новости.

- В комнатах мисс Лилианы все сделано.

Наконец, комната, которую она оборудовала для будущего использования, готова. Лилиана посмотрела на нее блестящими глазами.

- Мама, я хочу посмотреть комнату с тобой... ты не против?

Затем в тот же момент Эллиот открыл рот.

- Что, ты идешь наедине с матерью?

- Что? Ох нет, хах?

- Я тоже хочу пойти в твою комнату, - провозгласил Эллиот дрожащим голосом.

Кроме того, присоединился и Алексей.

- Мне также интересно, как была оформлена комната Лилианы.

- Г-герцог тоже…?

- Да. В будущем мы будем семьей, живущей в особняке, поэтому мы должны знать, в каких условиях ты живешь? - твердо сказал Алексей.

Возможно, это было потому, что он вспомнил, что случилось, когда он в последний раз поверил Лондини. В результате все четыре человека отправились в комнату Лилианы.

— Вау, это моя комната?

Лилиана посмотрела на свою комнату, оформленную в ярких тонах, и не смогла скрыть радостного выражения лица.

Лучшей комнатой, которую она когда-либо видела, была комната ее двоюродной сестры, дочери барона Лондини…  "Думаю, эта намного лучше той комната".

Лилиана, которая не могла отвести глаз от сцены в комнате, позже стала немного подавленной. Анриш быстро заметила ее реакцию и задала вопрос:

— Есть что-нибудь, что тебе не нравится?

— Ох, нет, это не так...

У нее долго дрожали губы, и она говорила с выражением, которое, казалось, подавляло все заботы мира.

— Теперь, когда у меня есть комната, не думаю, что больше буду спать с мамой…

— Что, ты беспокоилась об этом?

Анриш расхохоталась.

— Если Лилиана хочет, ты можешь спать со мной в любое время.

— Да? Но…

— Верно, Герцог? — она обратилась к Алексею с вопросом.

"Мы все равно используем наши собственные комнаты, верно? Так что поторопись и скажи «да»!»"

Огненно-лиловые глаза так и кричали в его сторону. Не сумев преодолеть силу, Алексей кивнул головой, сам того не зная.

— …Верно.

— Посмотри, Герцог тоже так говорит.

Анриш, сказав это, погладила Лилиану по волосам. Она с облегчением уткнулась лицом в подол платья Анриш.

И Алексей, наблюдавший за ней... "что-то немного странно".

Для них было вполне естественно использовать разные спальни. Так или иначе, с е й ч а с это было естественно.

"…Очень плохо".

Алексей ломал себе голову по неизвестной причине.

***

Когда все вернулись, Лилиана осталась одна в своей комнате.

"Эта красивая комната – моя".

Осматривая комнату, ее глаза сияли. Она погладила балдахин над кроватью и даже непыльную мебель. Когда она смотрела на мерцающие шторы, глаза Лилианы наполнились трепетом.

"Не холодно, не грязно, это все... Моя комната".

Это не склад с вещами и не мрачный чердак, в который даже не попадает солнце. Комната, отведенная исключительно для нее.

Лилиана была глубоко тронута.

"…Почему-то мне кажется, что я вернулась во времени".

Во время, когда Лилиана жила не как «насекомое в приюте», а как «дорогая дочь Графа Аберита».

— …

Почему-то казалось, что вот-вот потекут слезы, поэтому Лилиана слегка прикусила губу.

— Почему ты такая медленная?

Через полуоткрытую дверь раздался резкий голос.

"Что происходит?"

Лилиана выглянула из-за двери. Первой, кто попал в поле ее зрения, была новая горничная с полной корзиной для белья.

"Что она сделала не так", - подумала Лилиана. Горничная сжимала свою талию.

— Из-извините.

Однако горничная, стоявшая напротив, не подавала признаков гнева.

— Сколько времени ты хочешь потратить на несение этого белья?!

— Я принесу его вам как можно скорее. Мисс Мэг ...

Новая горничная почти плакала.

"Мэг?"

Глаза Лилианы расширились. Это определенно было имя, о котором она когда-то слышала.

Ну…

"Когда я ранее играла в куклы, Эллиот сказал мне".

Его взволнованный голос все еще звучал в ее ушах.

"Позже я познакомлю тебя с Мэг".

"Мэг? Кто это?"

"Она горничная, которая работает в доме долгое время. Она заботилась обо мне с детства".

Глаза Эллиота, сказавшего это, были полны нескрываемой привязанности к Мэг.

"Мэг действительно хорошо ко мне относится".

"Правда?"

"Хмм. Так что она определенно будет относиться к Лилиане очень хорошо".

В то время она услышала, что горничная по имени Мэг была очень добрым человеком...

Когда она наклонила голову.

— Действительно, такая бесполезная!

С яростным криком Мэг толкнула новую горничную.

— Ак!

Бадумп!

Лежа на полу, новая горничная упустила корзину с бельем. Грязное белье, взлетая в воздухе, упало на голову горничной. Лицо горничной покраснело от стыда. В то же время Лилиана выскочила из двери без ее ведома.

— Ну, вам не нужно быть такой злой, верно?!

Лилиана, повысившая голос, болезненно прикусила губы.

"Может быть, я слишком самонадеянная?"

Она еще не слишком долго находится в особняке.

Несмотря на то, что мама говорит, что она «ее невестка», она даже не была признана всеми...

"…Но".

Лилиана слегка опустила глаза, глядя на новую горничную. В издевательствах над горничной она увидела себя, страдающей в приюте Лондини. С острым чувством в сердце она пришла в себя.

"Мое тело двигалось раньше, чем я это осознала".

Она проглотила сухую слюну.

Внезапно Мэг, которая выглядела разъяренной, столкнулась лицом с Лилианой.

"Я не знала, что мы вот так вот встретимся. Неудача…"

Мэг ворчала внутри. Теперь она была в ужасном настроении. С тех пор, как Лилиана переехала в особняк, Эллиот интересовался только ею.

"Было очень проблемно только с одной мадам, но теперь он обращает внимание и на эту маленькую девочку".

В последнее время Анриш изменила свое отношение, как будто она стала кем-то другим. К счастью, до сих пор Эллиот не полностью оставил свою настороженность по отношению к матери.

Тем не мение…

"Если мадам и дальше будет вести себя так по-доброму, господин Эллиот в конце концов откроет ей свое сердце".

И если это произойдет, ее влияние сузится. В такой переломной ситуации, она видит, как Лилиана, заноза в глазу, прерывает ее...

"…Это тоже оскорбительно".

Было такое ощущение, что у нее скрутило живот.

Мэг открыла рот и сказала холодным голосом:

— Леди Лилиана, моя работа - научить новую горничную.

— Да, но…

— Леди лучше не вмешиваться в дела горничных.

— …

Лилиана затаила дыхание.

Мэг слегка приподняла подбородок, шею и талия. Затем скрестила руки на груди и растянула губы в косой улыбке. Несмотря ни на что, даже эти люди смотрят на Лилиану свысока.

Мэг теперь полностью игнорировала ее.

Но как раз тогда.

— … Мэг, почему ты так груба с Лилианой?

Раздался необычный голос.

Это был Эллиот.

Лилиана широко открыла глаза. Мэг тоже побледнела и пристально посмотрела на него.

— Мо-Молодой Господин Эллиот?!

В ее тонком дрожащем голосе бесследно исчезло высокомерие, как при общении с Лилианой. Он смотрел на Мэг холодными глазами.

— Как бы мне ни нравилась Мэг, я считаю, такое поведение неприемлемое?

Эллиот, выразившийся так, склонил талию. Он поднял часть белья, упавшую на пол и положил в корзину для белья.

Затем он оглядывается на Мэг.

— Тебе не следует толкать людей, верно?

— Ну, это для обучения…

—Ты можешь учить словами. Зачем нужно толкать людей? Что, если эта горничная пострадает?

Он был очень разочарован.

— Кроме того, Лилиана - моя невеста.

Невеста. При этом слове Мэг раздавила мягкую плоть во рту.

Он говорил редким решительным голосом.

— Это означает, что относиться к Лилиане бережно - это то же самое, что относиться бережно ко мне.

—…Мо-молодой господин.

— Так что в будущем, я надеюсь, ты будешь с ней вежлива.

Затем Эллиот повернулся к Лилиане.

— Ты в порядке, Лилиана?

— Да, — она безучастно кивнула.

Только услышав ответ, Эллиот почувствовал некоторое облегчение. Новой горничной он сразу задает вопрос:

— Ты тоже не ранена?

— Да, да.

— Хорошо. Теперь можешь идти.

В тот момент новая горничная снова и снова склоняла голову и поспешно покинула то место. Мэг быстро попыталась успокоить Эллиота.

— Молодой Господин, я...!

— Я не хочу слышать оправданий.

При этих холодных словах, режущих словно ножом, она, не осознавая, напрягла плечи. Его взгляд был холодным.

— Давай, Лилиана.

Сказав это, Эллиот спокойно взял ее за руку.

Лилиана неожиданно пошла за Эллиотом. Каждый раз, когда она смотрела на спины двух детей, Мэг не могла сдержать гнева и крепко сжимала кулаки.

"Все не может бать так…!"

Эллиот, который всегда был к ней дружелюбен, сказал, что впервые возненавидел ее. И все из-за той девочки, Лилианы.

"Если я как-нибудь не сделаю что-нибудь с ней!"

Ее взгяд стал резким. Мэг, у которой на какое-то время появились проблемы, зашагала прочь. Ее целью была комната отдыха горничных.

– Боже мой, Главная Горничная!

Горничные широко открыли глаза.

Она с улыбкой села рядом с ними и нежно задала вопрос:

– Все было хорошо в эти дни?

– Ну, нам всегда сложно.

–Число людей, которым мы должны служить, увеличилось на одного.

– Почему, почему у нас так много работы…

Горничные ворчали с открытыми ртами.

Честно говоря, это была смешная жалоба, потому что Лилиана была ребенком, который редко полагается на помощь взрослых. Опыт работы горничной в приюте сделал ее не по годам развитой.

"Все нормально. Я могу это сделать", –  это было привычкой Лилианы, но она уже была в ситуации, когда ее ненавидели за многое.

Горничные ни за что не будут смотреть на нее положительно.

Мэг чутко уловила это, и недовольство горничных раздулось еще больше.

– …Верно. Кстати, а мисс Лилиана знала?

– Что?

– Тот факт, что нам так тяжело из-за Мисс Лилианы.

На вопрос Мэг горничные покачали головами.

– Как мы можем жаловаться на это мадам?

– Верно, даже сейчас мадам очень защищает Мисс Лилиану.

– Если вы будете смеяться над ней без причины, и она это услышит…

Служанки задрожали всем телом.

Мэг ненадолго прищелкнула языком и покачала головой.

– Конечно, мы не должны говорить открыто. Если мы это сделаем, то на нас упадет гнев мадам.

– Значит, мы ничего не можем сказать?

– Но… нам ведь не запрещено жаловаться Мисс Лилиане, верно?

Ее голос стал немного более скрытным.

– Если честно, не правда ли, что Мисс Лилиана вызывает всевозможные волнения в Валлоис?

– Ну, это?

– Наша работа стала тяжелее, и проблема с мадам, защищающей только Леди Лилиану, – она заговорила, делая вид, что действительно заботится о горничных.

– Так что, я думаю, она тоже должна знать… Как думаете?

– Ха, главная горничная права.

– Верно, мы должны сообщить Мисс Лилиане.

Каждая из горничных кивнула.

"Ладно, похоже, это успех".

Губы Мэг очертили плавную линию. Герцогиня Валлоис открыто защищает девочку графа Аберита, поэтому, к сожалению, она не могла сделать это сама. Однако, скрываясь от глаз, она может тайно изолировать ее.

Все горничные были в руках Мэг.

"Ты смеешь позорить меня перед Господином Эллиотом?"

Знай свое место и молчи!

Она была готова как-нибудь отплатить за унижение.

Мэг заскрипела зубами.

***

Несколько дней спустя был теплый полдень.

Был исключительно солнечный весенний день. Солнечный свет теплый, и облака, похожие на ватные шарики, плывут по ярко-синему небу.

"Немного обидно, когда я упускаю такой день".

Анриш выглянула в окно и оглянулась на Лилиану, сидящую на круглом диване. Если подумать, кажется, что она была в помещении с тех пор, как приехала в особняк. Пора ей хотя бы раз выйти на улицу.

– Лилиана, разве тебя не расстраивает, что ты все время только в особняке?

– Да? Нет, здесь совсем не скучно.

Она покачала головой и застенчиво добавила:

– Если я с мамой.

…Мило.

"Наша Лилиана, ты такая милая!"

Анриш обезумела от красоты Лилианы, которая неожиданно тронула ее сердце.

– Верно, но ты в возрасте, в котором играют на улице. Нехорошо все время оставаться в особняке.

Анриш, к которой едва пришла эта мысль, изо всех сил пыталась открыть рот, притворяясь взрослой.

– Погода сегодня очень хорошая, поэтому не хочешь прогуляться по саду?

Услышав это, Лилиана подняла уши, как собака, услышавшая слово «гулять».

"Пойти на прогулку с мамой?"

– Да, я хочу пойти!

Это был почти крик. Анриш с трудом справилась сосмехом, который вот-вот разразился бы. Затем эти двое вот так направились в сад.

Голова Эллиота показалась над перилами лестницы на втором этаже.

– Что, Лилиана. Куда ты собираешься?

– Хах? Солнечный свет такой теплый, так что я пойду в сад с мамой, – ответила она нежным голоском.

Анриш теплым взглядом смотрела, как разговаривают двое детей. Поначалу Лилиана называла его «Молодой Господин Валлоис», но теперь она, говорившая с напыщенными словами чести, была с ним довольно дружелюбна. Эллиот, похоже, был рад принять ее дружеское отношение.

Между тем, когда он услышал эти слова, его глаза сузились.

– Ты уходишь без меня?

– Хах? Нет, я не хотела оставлять тебя в стороне...

– Я тоже хочу пойти.

Эллиот, сказавший так резко, сбежал по лестнице. Двое детей, которые следовали за Анриш, были похожи на цыплят, следующих за наседкой.

"Желтый цыпленок и черный цыпленок…", –  внезапно подумав об этом, она засмеялась. Эллиот подозрительно взглянул на нее.

– Почему ты так много смеешься?

– Нет, ничего.

Она не могла сказать, что смеялась, потому что они были как цыплята, поэтому Анриш только покачала головой. Тем временем ей в голову пришла хорошая идея.

– Ребята, не могли бы вы выйти первыми?

– Только мы? А что насчет мамы? – Лилиана наклонила голову.

– Я спущусь после того, как возьму несколько детских книжек.

– Если это сказки...

– Не думаю, что когда-либо читал книгу сказок. Почему тебе не нравится?

– Нет, я не совсем ненавижу их! – Лилиана покачала головой и продолжила, окрашивая щеки в красный.

– Это хорошо!

– Отлично. Есть что-нибудь, что ты хотела бы прочитать?

На этот вопрос Лилиане было нелегко ответить. Вероятно, так оно и было, потому что она никогда раньше не читала сказок. Она посмотрела на растерявшееся лицо Лилианы, и почувствовала ошеломление.

Но потом.

– Мне нравится «Приключения Ганса и Феи».

Эллиот быстро заметил и спас Анриш. Она с облегчением вздохнула внутри.

– Хорошо, тогда я принесу ее с собой.

– Да, тогда я буду сидеть на скамейке с Лилианой.

Эллиот ответил редким, спокойным голосом.

Он казался очень счастливым, имея возможность побыть наедине с Лилианой. Это потому, что обычно она оставалась с Анриш.

Итак, Анриш направилась в детскую игровую комнату, а двое детей вышли бок о бок в сад, держась за руки.

– Мама, ты должна быстро вернуться!

Когда шла, ведомая Эллиотом, она кричала, смотря назад с сожалением на лице.

Анриш улыбнулась и махнула рукой.

***

…Как получилось, что теперь я сижу в саду одна?

Лилиана сидела на скамейке и размышляла о процессе из-за которого осталась в саду одна. Сначала она была уверена, что находилась с Эллиотом...

"Лилиана, ты не хочешь перекусить?"

Когда он задал этот вопрос тонким голосом, она не должна была невольно кивнуть головой.

"Тогда как насчет яблочного пирога?"

"Яблочный пирог?"

"Ага. Сегодня утром его подавали в качестве десерта, так что еще остался кусочек или два ".

Услышав эти слова, Лилиана глотнула. Когда она вспоминает вкус сладкого яблочного пирога, у нее во рту спонтанно скапливается слюна.

Затем он вскочил со своего места.

"Я пойду на кухню и принесу".

"Да?"

"Подождите немного. Я скоро буду!"

Элиот был чрезмерно мотивирован желанием как-то хорошо выглядеть перед ней. Лилиана тупо уставилась на его спину, которая быстро исчезла.

С тех пор прошло уже больше десяти минут.

"Будь то мама или Эллиот, я надеюсь, они скоро придут".

Подумав об этом, Лилиана посмотрела на кончик пальца ноги. Черные туфли с полированными кончиками были одним из предметов, которые Анриш купила на днях в магазине одежды.

Когда она вспомнила об Анриш, ее сердце как-то согрелось.

– …Хе-хе.

Лилиана вытянула ногу.

Солнечный свет, отражаемый на кончике носка ее туфли, сиял.

Как раз тогда, когда она счастливо оглядывалась.

– Ах, так сложно...

Послышались чьи-то громкие сетования. Пораженная, Лилиана подняла голову. Недалеко от скамейки, на которой она сидела, собрались горничные, чтобы подмести.

Одна из служанок причитала.

– Ты слышала? Сейчас на кухне полный беспорядок.

– Они сказали, что тесто для печенья прилипло повсюду?

Услышав голос, наполненный негодованием, Лилиана пожала плечами, не зная, это из-за того, что это мама и она недавно пекли печенье.

– Очистив все тесто, горничная даже не могла поднять руку.

– Боже мой, из-за боли в мышцах?

– Какая беда, главная горничная так страдает...

"Ни за что, Мэг страдает от боли в мышцах из-за меня? Хотя, когда видела ее раньше, она выглядела прекрасно…"

Лилиана сглотнула сухую слюну.

– Мадам была аристократическим человеком, верно? Она даже на кухне ничего не делала раньше...

– Верно, верно. Кроме того, мне очень жаль молодого господина.

"…Почему Эллиот?"

Она взглянула на горничных.

Горничные теперь повышали голоса, словно желая, чтобы Лилиана их услышала.

– Верно. Я имею в виду, прямо сейчас его мама была украдена Мисс Лилианой, да?

– Из-за Мисс Лилианы я не думаю, что молодой господин получает какое-нибудь внимание от нее.

Горничные разговаривали друг с другом, как будто Эллиота было жалко.

Это был грязный метод.

На днях, когда Анриш предупредила: "Не говорите о Лилиане за спиной", – теперь они ругаются, используя форму жалобы.

"Из-за того, что пришла Мисс Лилиана, работа увеличилась, и горничные страдают от чрезмерной работы".

"Мадам, которая была аристократкой, изменилась из-за Лилианы".

"Мне очень жаль Молодого Господина Эллиота, который не получал внимания от мадам".

В конце концов, это было не что иное, как сказать, что все проблемы были вызваны Лилианой.

По факту, если бы она подумала об этом, поняла бы, что эти жалобы абсурдны.

Они не только не сделали кухню настолько грязной, чтобы у Мэг начались боли в мышцах во время уборки, но и Анриш даже прибралась перед уходом. Во-первых, Мэг была главной горничной, которая присматривала за особняком, а также была няней Эллиота. Значит, она не может заниматься уборкой на кухне.

Прежде всего, до ее прихода его отношения с Анриш были наихудшими. Скорее всего, с ее приходом Эллиот приблизился к своей матери немного больше, чем раньше.

Однако Лилиана была еще молода, и у нее не хватало ума делать рациональные суждения. Она также боялась, что жители Валлоис ее ненавидят.

"В конце концов… проблема во мне".

Лилиана плотно прикусила губы и сжалась всем телом. Все относились к ней тепло, говорили дружелюбным голосом и ласково улыбались.

Итак, она забыла.

"Из-за меня в Герцогстве Валлоис поднялось волнение".

Незаметно для всех был один взгляд, уставившийся на небрежный вид Лилианы.

Это была Анриш.

"Вау, это на самом деле происходит".

Она сжала кулак.

"Я предупреждала их не обижать ребенка, так что теперь они используют этот метод?"

Зачем им задирать ребенка?

"…Во всяком случае, немного странно".

Анриш прищурилась.

В первый день въезда Лилианы в Герцогство она предупредила горничных, которые говорили за спиной ребенка. Она сказала им не относиться к Лилиане небрежно. С тех пор горничные были вежливы с Лилианой, по крайней мере, внешне.

"Но теперь они так грубы с Лилианой?"

Анриш не смогла скрыть своего подозрительного выражения и шагнула.

Однако как раз тогда.

– …Прекратите, Мисс Лилиана это услышит, – маленькая горничная открыла рот, глотая сухую слюну.

Ох?

В этот момент вид Анриш изменился от неожиданности.

"Посмотрите на это. На стороне Лилианы есть горничная?"

Лилиана тоже была удивлена, оглядываясь широко открытыми глазами.

"Ох, эта горничная…"

В то же время ее глаза наполнились светом. Она была новой горничной, которой Лилиана недавно помогла с Мэг.

Сплетничавшая горничная открыла глаза.

– Что ты сказала сейчас?

– То, что вы сказали, было немного резким, правда? Не надо много говорить такое...

Хотя горничная, которая пыталась защитить Лилиану, не могла до конца держаться со своими словами  и уронила голову к полу.

Это произошло потому, что некоторые из горничных яростно посмотрели на нее.

– Невозможно, ты теперь против меня?

Горничная, положив обе руки на талию, глупо расхохоталась и задала вопросы. После этого другие горничные добавили:

– Разве ты не новенькая, которая живет в особняке всего месяц?

– Я имею в виду, что у новичка большое сердце.

– Не знаешь, как не вмешиваться в то, о чем говорят старшие?

Эти взгляды были настолько свирепыми, что горничная не могла даже взглянуть на их губы.

Хмм. Анриш посмотрела на служанок, как будто наблюдала за ними. Судя по всему, не все горничные относятся к Лилиане враждебно. Была также горстка горничных, которым она нравилась.

Но…

"Проблема в том, что те, кому она нравится - это новички, а самые крутые - горничные, долгое время проработавшие в особняке".

Она проглотила вздох.

С одной стороны, горничная, проработавшая не менее одного месяца, а с другой - не менее пяти лет...

С самого начала это была ситуация, в которой неизбежно у одного человека симпатии было больше. Между тем все становилась все хуже и хуже.

– Ты не слишком легкомысленна? Высмеивать слова старших.

– Это не то!

– Ты так развлекаешься со словами. Почему бы тебе просто не пойти и не убрать на складе?

– Что? Но как мне самой убраться на складе…!

Лицо горничной, получившей приказ, посинело. Так и должно быть, потому что склад герцога был огромен. Раз в год горничные и слуги собирались вместе, чтобы убрать то место, так как это требовало много рабочей силы.

К тому же проблема была и с товарами на складе.

На складе было много предметов, которые были слишком дорогими, чтобы ими могли управлять только горничные, хотя по стандартам Валлоис они не были ценностями.

Если она поступит неправильно...

– Верно, этого должно хватить, чтобы эта слепая вещь пришла в голову?

– Если ты новичок, то должна просто молчать!

Как раз когда горничные резко выплюнули.

– Не- не делай этого! – прервал их молодой голос.

Это была Лилиана.

Подбежавшая к ним Лилиана прикрыла загнанную в угол горничную.

– Ну, ты злишься на этого человека из-за меня. Не делай этого.

Она снова говорила ясно, хотя и нервничала.

Глаза горничных были искажены. В то же время они хотели дать отпор: "Ты же падшая аристократка, не так ли".

"…Но мадам заботится об этой маленькой девочке".

Они боялись Анриш, которая была на стороне Лилианы.

– Все, вы не должны выглядеть такими недовольными.

В то же время послышался еще один спокойный голос.

"Укх!"

"Б-боже мой?!

Горничные оглянулись. Анриш пристально смотрела на них.

– Потому что вы с самого начала в положении, в котором должны следовать приказам Лилианы.

– Ма-мадам…!

– Это смешно слышать. Что бы ни случилось, вы не должны быть злыми только потому, что она новенькая.

Сказав это, Анриш подошла к ним. Горничные нервничали. Жестом подбородка она указала на горничную, пожимающую плечами позади Лилианы.

– Разве заставить эту горничную убирать склад не выходит за рамки ваших полномочий?

– Ну, это. Так…

– Те, кто имеют право отдавать приказы в этом особняке – господин, я и Эллиот.

Сладкие фиолетовые глаза уставились на Лилиану.

– И Лилиана.

Услышав этот спокойный голос, светлые глаза Лилианы наполнились слезами. Потому что Анриш четко заявляла, что «Лилиана - член Валлоис».

– Я очень разочарована вас.

Разочарована.

При этом слове сердца горничных задрожали, потому что до сих пор Анриш никогда не употребляла слово «разочарованный» в обращении с горничными.

Конечно, это произошло потому, что бывшая Анриш не считала сотрудников чем-то большим, чем «вещами, которые могут быть под ее ногами», хотя…

"…Я думаю, мадам была очень рассержена".

"Что мне делать?"

Ее выбора слов было достаточно, чтобы ослепить горничных.

Ее спокойный голос продолжался.

– На днях мне показалось, что я ясно сказала. Мы говорим о беседе за кулисами, я думала, что исправила проблему…

– …

– …

– Кроме того, вы используете другой метод, жалуясь на Лилиану.

Анриш оглянулась на горничных, которые под холодным взглядом склонили перед ней головы.

– Вы даже упомянули мое имя и имя Эллиота, чтобы еще больше надавить на Лилиану.

На резкую критику горничные не могли как следует поднять головы. Это было правдой.

"Мадам, которая была аристократкой, изменилась из-за Лилианы".

"Мне очень жаль молодого мастера Эллиота, который не получал внимания от мадам".

Все это сказали сами горничные.

– Кроме того, затевать свои ссоры на глазах у маленькой девочки…

Анриш, прознося слова словно в тумане, приподняла кончики губ. Ее улыбка была холодной, как лед.

– Не могу поверить, что вы вовлекаете Лилиану в эту ссору.

Наступила тишина.

Они даже могли бы услышать звук падающей иглы. Через это спокойствие ленивый голос Анриш пронзил уши служанок, как лезвие.

– Что же мне с вами делать?

– П-пожалуйста, простите нас, Мадам!

– Мы неправы!

Раздавались отчаянные слова, и лица служанок, цеплявшихся за Анриш, были белыми, как будто их схватили, приставив нож к шее.

Анриш плотно закрыла глаза и потом открыла: "Я хочу лично уволить всех этих горничних".

Впрочем, следует учитывать и сторону сотрудников. Как бы плохо они ни относились к Лилиане, эти горничные были покровителями, которые работали на Валлоис не менее пяти лет. Было бы трудно сразу уволить горничных, и негативная реакция на Лилиану тогда будет расти.

"Ну вот, ты не можешь быть слишком агрессивной перед Лилианой".

Позже, после долгого вздоха, Анриш приподняла веки. Она посмотрела на служанок кусающим взглядом.

– Принести извинения.

– …Что?

– Лилиане и горничной, над которой издевались.

Она хладнокровно завершила говорить.

– Принесите официальные извинения.

При словах "учащейся горничной ", они сильно затряслись.

Конечно, перед Лилианой, но извиниться перед горничной, которая работает всего месяц?

Однако, когда Анриш посмотрела на них, они не могли не извиниться. В конце концов горничные склонили головы перед Лилианой.

– Прошу прощения. Мне жаль, мисс Лилиана.

– Мы совершили действительно большую ошибку.

– Пожалуйста, простите меня.

Горничные извинились.

Лилиана посмотрела на Анриш с неконтролируемым выражением лица.

"Могу я сразу же простить тех горничных?"

Анриш нежно кивнула.

"Нет, не обязательно. Скажи то, что хочешь сказать '', – вот, что она на самом деле думала.

Лилиана, которую она воодушевила, придала сил голосу.

– В будущем, я надеюсь, этого больше не повторится.

– Да Мисс. Мы будем помнить это.

Горничные снова нагнулись до талии и безучастно посмотрели на горничную, стоящую позади Лилианы.

– Прости, Джейн.

– Мы поступили неправильно.

Глядя на старших, которые извинились перед ней, служанка проглотила сухую слюну. Хотя они произносят слова извинения, их взгляд, направленный на нее, действительно жаждал крови.

"Ты. Увидимся позже ", – такой смысл нес этот взгляд.

Но как раз тогда.

Анриш сузила брови и заговорила.

– Почему вы не склоняете головы перед горничной?

– …Да?

Раненые в спину горничные моргнули.

Она положила обе руки за талию и произнесла снова.

– Я сказала " извиниться официально", не так ли?

– Ма-Мадам. Но…

– Обычно, когда официально извиняются, голову опускают и искренне произносят извинения.

На лицах служанок было потрясение.

В лучшем случае горничной был ребенок, проработавший меньше месяца. И она хотела, чтобы они, годами проработавшие в Валлоис, поклонились этой горничной?

Однако Анриш только безжалостно отдавала приказы.

– Чем вы занимаетесь, если не опустили голову?

– …Да мадам.

В конце концов, горничным ничего не оставалось, как склонить головы. Только увидев, что они так извиняются, она слегка кивнула.

– Хорошо запомните. Это был второй раз .

– Да?

–Уже второй раз я указываю на грубое поведение по отношению к Лилиане. Анриш слегка приподняла подбородок.

– Третьего раза не будет.

Служанки взглянули на Анриш. Теплые фиолетовые глаза смотрели прямо на них.

– Я говорю, что если такое повторится снова, я никогда этого не прощу.

– Мы буду иметь это в виду.

Они быстро кивнули, и только тогда Анриш отпустила служанок.

– Хорошо, тогда все, идите выполнять свою работу. Я собираюсь сегодня почитать книгу Лилиане и Эллиоту.

– Да, Мадам.

Они разбежались от нее, как воробьи от взмаха руки. Она подошла к Лилиане и положила руку ей на плечо.

– Лилиана, ты в порядке?

– Да? Ох, да.

Только после того, как рука Анриш коснулась ее, сила ее напрягшегося плеча немного ослабла. Лилиана засмеялась перед Анриш, притворившись, что с ней все в порядке.

– Да. Я в порядке.

– …Действительно?

– Конечно. Вау, ты принесла книги?

Срывистым голосом Лилиана посмотрела на принесенные книги. Анриш не могла скрыть своего печального лица. Обычно она светилась бы, как звезда, когда смотрела бы на красочную обложку сказки. Однако лицо Лилианы по-прежнему оставалось печальным.

Анриш, вздохнув, снова задала вопрос.

– Если подумать, где Эллиот?

– Он-он пошел на кухню за яблочным пирогом…

– …Ох. Он оставил тебя в одну?

Как раз когда у Анриш было неоднозначное выражение лица. Эллиот был замечен бегущим вдалеке.

– Мама, ех, хек, ты здесь?

Подошедший к ним Эллиот задыхался. Он держал корзину с кусками яблочного пирога и бутылами с молоком в руке. Поставив корзину на скамейку, он сморщил лоб и посмотрел в лицо Лилианы.

– Почему у тебя красные глаза? Ты плакала?

– Хах? Нет, все не так...

– …Не может быть, мама тебя беспокоила?

Он повернул голову и посмотрел на Анриш.

Смущенная, Лилиана сильно покачала головой.

– Нет!

– …Разве это не так?

– В самом деле, нет!

После того, как он несколько раз выслушал утверждения, Эллиот, казалось, немного расслабился.

"Этот парень?" – Анриш взглянула на него.

– Эллиот, мне нравятся твои заботливые мысли и то, что ты принес Лилиане перекус.

– Да?

– Но хороший джентльмен не оставляет даму одну в саду, если только не происходит что-то действительно срочное.

"Как мать, я могу дать столько советов, верно?" – думая об этом, Анриш тщательно подбирала слова.

– Кроме того, если ей нужно перекусить, нельзя ли позвать горничную и попросить ее?

При этих словах лицо Элиота стало грустным.

– Кроме того, Лилиана только недавно приехала в особняк Валлоис, верно?

– Да, это так.

– Значит, тебе нужно о ней заботиться. Хорошо?

Надеясь, что Эллиот будет крепко держаться рука об руку с Лилианой в будущем, Анриш игриво добавила это. На самом деле, если бы Эллиот был с Лилианой…

"Горничные не осмелились бы поступить так ранее".

Пурпурные глаза на мгновение похолодели.

Затем раздался спокойный голос:

– Не забывай внимательно слушать свою маму, Эллиот.

"Что?"

Услышав неожиданный голос, Анриш поспешно подняла голову.

Ее глаза расширились.

– Боже мой, герцог?

– …

Вдруг позади них появился Алексей.

***

Алексей, только что подписавший последнюю бумагу, поднял руку и провел по лицу.

– Ууу, так устал.

Без его ведома он издал долгий вздох.

Наконец, все документы, скопившиеся как гора, были обработаны.

Конечно, после сегодняшнего дня документы снова будет накапливаться.

"Интересно, могу ли я сегодня немного расслабиться".

С такими мыслями, он ступил в сад, чтобы прогуляться.

"…Разве это не Лилиана и горничные?"

Почему горничные так собрались вокруг Лилианы? Кроме того, у Лилианы нехорошее выражение лица...

– Мадам, которая была аристократкой, изменилась из-за Мисс Лилианы.

– Верно, верно. Кроме того, мне очень жаль молодого господина Эллиота.

– Ты права. Мадам не обращала на него внимания из-за Мисс Лилианы.

От этих голосов лицо Лилианы побелело, как чистый лист бумаги. Он сразу же попытался дать выговор горничным...

"Жена?"

Голубые глаза открылись немного шире. Как раз вовремя, Анриш первой подошла к горничным, и произошло нечто очень удивительное.

"Это действительно странно. Если бы это была обычная она, то, должно быть, начала бы хватать горничных, как если бы они были крысами… "

Вместо того чтобы атаковать их физически, Анриш явно наказала их за ошибку словами. То, что она приказала им "поклониться и официально извиниться" перед новой служанкой и Лилианой, было даже достойным восхищения.

После этого она отослала горничных и умело утешила Лилиану. Обычно, если ей что-то не нравилось, она переворачивала особняк вверх дном.

Как раз вовремя к ним издалека прибежал Эллиот. В руках он держал корзину с перекосом.

– Почему у тебя красные глаза? Ты плакала?

– Хах? Нет, все не так...

– …Не может быть, мама тебя беспокоила?

Даже смотря в глаза сына, который относился к ней с подозрением, у Анриш все еще было спокойное выражение лица. Вкоре, она мягко указала на поведение Эллиота, когда он оставил Лилиану одну.

– Кроме того, Лилиана только недавно приехала в особняк Валлоис, верно?

– Да, это так.

– Значит, тебе нужно о ней заботиться. Хорошо?

… Она выглядела как "мама", которую действительно заботит о каждый поступке сына. Алексей, не осознавая, подошел к ним.

– Не забывай внимательно слушать свою маму, Эллиот.

– Боже мой, герцог?

– …

Удивленная, Анриш взглянула на Алексея. Некоторое время он молчал, не осознавая этого. Давно они так прямо не смотрели друг другу в глаза. Ее глаза были очень красивого фиолетового цвета.

–Эллиот, разве я говорил тебе на днях?

Каким-то образом с ощущением, щекотавшим его сердце, он повернул голову, чтобы посмотреть на своего сына.

– Чтобы быть хорошим джентльменом, нужно тщательно следить, чтобы другой человек не чувствовал себя неловко.

– Да, я помню.

Эллиот тихо кивнул головой.

– Ты - предполагаемый наследник, который будет править Валлоис в будущем.

Раздался спокойный голос.

– Итак, также как и сказала твоя мама, ты должен сначала подумать о позициях других людей и быть внимательным.

– Сначала подумать об их позиции... Быть внимательным?

– Да. Поскольку этот опыт будет накапливаться и накапливаться, твое понимание людей углубится.

"Понимание", – мальчик мгновенно проглотил это слово.

– Понимание - самый необходимый талант для того, кто будет руководить семьей.

Алексей продолжал тихо говорить.

– Если подумать, Лилиана еще не слишком долго находится в особняке.

Услышав эти слова, Эллиот напряг лицо. Что ж, если он подумает об этом, это было правдой. Когда они принимают гостей, нельзя оставлять их одних в саду? Разве это не из-за внимания к гостям, которые не знакомы с особняком?

– Кроме того, она не до конца знает лица сотрудников.

– Да, это правда.

– Верно. Так что оставлять Лилиану одну в саду было во многих отношениях неприемлемым поведением.

Он слегка похлопал Эллиота по спине.

– Каким бы хорошим ни было намерение, ты не должен обременять Лилиану, правильно?

– Верно. Папа прав.

Эллиот стал немного угрюмым. Чтобы подбодрить его, Алексей открыто улыбнулся сыну.

– Если ты станешь главой Валлоис, вокруг тебя будет много людей.

– …

– Будут люди, которые будут к тебе враждебны, и, наоборот, будут люди, которые будут тебя любить.

Услышав это, Эллиот по очереди посмотрел на своего отца, Лилиану и Анриш. Отец и Лилиана, вероятно, будут на его стороне.

Если так... То как насчет матери?

"Раньше я думал о ней как о враждебном ко мне человеке".

Как только взгляд Эллиота коснулся ее, Анриш мягко улыбнулась.

…Почему-то его разум немного запутался.

– Если ты хочешь найти среди них кого-то, кто станет твоей силой, нужно развивать собственную проницательность.

– Да, папа.

– Итак, используй ьсегодняшний инцидент как зеркало, а в будущем постарайся уделять больше внимания людям.

Приветливый голос защекотал его ухо.

– Потому что, если ты хочешь стать великим господином, вокруг тебя должны быть хорошие люди.

Алексей, который очень строго относился к своему сыну, взглянул на Анриш. Она смотрела на сына добрыми глазами.

"Глядя на это, жена мягко объяснила все Эллиоту ".

У Алексея было довольно нежное выражение.

"Как бы это было раньше?"

Он не думал, что ее бы это заботило. Наоборот, она была бы раздраженной, критикуя его.

"Прежде всего, даже Эллиот…"

В прошлом Эллиот удивился бы, если бы встретил Анриш, и даже заплакал бы. Однако сейчас по его лицу видно, что ему комфортно. Между тем, услышав слова отца, Эллиот подошел к Лилиане.

Он осторожно сказал:

– …Извини, Лилиана. Я слишком мало думал.

– Нет, тебя не было не так уж долго.

Лилиана покачала головой, хотя он все еще чувствовал вину перед ней.

– Когда я раньше уходил на кухню… Не думаю, что слышал, как ты на самом деле сказала, что не против, если я пойду.

– Но я действительно не была против.

Лилиана, поймавшая взгляд Эллиота, тщательно улыбнулась.

– Это потому, что Эллиот хочет накормить меня вкусным перекусом, поэтому я счастлива.

В ответ на ее ласковые слова лицо Эллиота покраснело.

"Что же мне делать, мой сын не может управлять выражением лица?"

Независимо от того, что они были помолвлены, Анриш знает, что Лилиана безответно влюблена в него. Она открыла рот, глядя на сына ухмыляющимися глазами.

– А теперь… Может, мы почитаем «Приключение Ганса и Феи», которое выбрал Эллиот?

***

И через некоторое время.

Алексей с несколько неожиданным взглядом наблюдал, как Анриш и дети вместе читают сборник рассказов.

"…Моя жена читает книги своим детям".

Это не кто-то другой, а «Анриш».

Очевидно, она тоже не была сдержанной… Она была в полном разгаре и даже имитировала резкий голос монстра.

– Кухаха! Ганс, ты пытаешься ударить меня мечом, похожим на зубочистку!!

Она вела себя настолько реалистично, что дети надолго погрузились в ее рассказ.

– Чт, что как насчет Ганса? Он ведь не серьезно ранен, правда?

Лилиана подняла такие встревоженные глаза.

– Какой храбрый рыцарь наш Ганс! Он победит всех монстров!

Даже Эллиот погрузился в историю, размахивая кулаком.

Когда он посмотрел на них, то как-то немного рассмеялся. Взгляд Алексея смягчился. Затем Эллиот внезапно оглянулся на него.

– Папа.

– Хах?

– Пожалуйста, прочти и ты книгу, папа.

– …Я-я?

Алексей смутился и начал заикаться.

Эллиот решительно кивнул.

– Потому что, если мама будет читать книгу одна, думаю, она повредит себе горло.

– Ты думал обо мне?

Глаза Анриш расширились.

В конце концов Алексей со смущенным видом взял сборник рассказов. Его сын даже сказал это, как он мог отказаться? Хмм-хмм. Алексей кашлянул и стал читать сказку.

– Я. Ганс. Герой. Справедливости.

– …

– Я. Не проиграю. Беспощадным. Монстрам. Возьми. Этот. Меч. Справедливости!

Он читал предложения одно за другим, как если бы читал учебник по языку.

Из-за этого жесткого голоса глаза троих стали холодными и солеными.

– …Г-герцог?

Анриш первым осторожно открыла рот.

– Честно говоря, все, что читает папа, неинтересно.

Однако Эллиот уже совершил своевременную жестокость.

– Ну, я... я думаю... я тоже...

Лилиане, которая старательно пыталась защитить Алексея, пришлось тихонько прикусить рот, глядя на отвращенные взгляды Анриш и Эллиота.

Алексей со временем помрачнел.

– …Я читаю не очень-то хорошо?

– Да.

Анриш твердо ответила.

После этого Эллиот и Лилиана добавляли свои слова одно за другим.

– Мама гораздо интереснее читала.

– Че, честно, мама более…

"Вы это слышите?"

Услышав все эти похвалы, Анриш протянула руку и задрала нос.

Итак, она с гордостью забрала у Алексея книгу сказок.

***

Некоторое время они играли в саду, но она, похоже, выиграла у детей, и они с сожалением вернулись в особняк.

Анриш обняла себя за талию и огляделась.

– Если вы пошли играть на улице, что я сказала, вы должны сделать в первую очередь, когда вернетесь?

– Вымыть руки!

– Да, моя Лилиана. Ты такая умная.

Анриш улыбнулась и повела детей прямо в ванную. Алексей смотрел им вслед теплым взглядом из-за того, что дети, последовавшие за Анриш, были похожи на черно-желтых цыплят.

"А моя жена…"

Наседка.

Когда он посмотрел на Анриш, которая приобнимала детей, это слово пришло к нему естественным образом. Он засмеялся, не осознавая.

В то же время Анриш оглянулась.

Два взгляда идеально встретились.

– …

– …

Фиолетовые глаза сузились. Алексей смущенно выговорил отговорку.

– Нет, я не пытался над тобой смеяться!

– Что тогда?

– Это, эм, потому что...

Алексей не знал, что делать, поэтому просто отвел взгялд, пытаясь избежать зрительного контакта. Увидев это, глаза Анриш, уставившиеся на него, стали еще более настойчивыми.

В конце концов он объявил поражение.

– Просто потому, что это выглядело немного мило.

– Аха.

Затем Анриш гордо посмотрела в сторону и нетерпеливо кивнула.

– Что ж, наши Эллиот и Лилиана очаровательны.

– … Ну, да.

Алексей неловко рассмеялся.

Он был слишком смущен, чтобы сказать: "Не только дети, но и ты очень милая". Как раз вовремя, Анриш слегка посмотрела вниз.

– Мне нужно вымыть руки детям, поэтому я пойду первой.

– Ох, иди.

Он кивнул, и Анриш повела детей на кухню и исчезла.

Алексей не мог отвести глаз от исчезающей вдали спины.

"Еще немного… Я хочу еще немного побыть с тобой".

Хотя он не мог понять, почему он так сожалеет.

– Г-герцог.

Услышав зовущий его голос, Алексей, мысли которого блуждали, вернулся в реальность. Внезапно позади него появилась Мэг.

- В чем дело?

– Мне нужно поговорить с вами.

Мэг пыталась выглядеть как можно привлекательнее, улыбаясь глазами.

– Речь идет о мастере Эллиоте.

***

Алексей отвел Мэг в свой кабинет.

Глядя на его красивое лицо, сидящее перед ней, Мэг почувствовала волнующее ощущение в своем сердце.

"Сколько сотрудников могут остаться наедине с господином, как я?"

Кроме нее, единственным слугой, который обычно оставался с Алексеем наедине, был дворецкий. Она нежно успокоила бьющееся сердце и медленно открыла рот.

– Если подумать, я давно уже не была наедине с господином вот так.

– …Что?

– Кажется, вы очень заняты… Как ваше здоровье? Вы устали?

Алексей, сам того не зная, сузил брови. Она позвала, чтобы обсудить с ним упомянутого ранее Эллиота…

"Так почему она говорит о другом?"

Вдобавок к этому из-за инцидента с семьей Лондини, Мэг не особенно хорошо выглядела в его глазах.

Однако ее глаза светились слабым светом, словно пробегая по ее старым воспоминаниям.

– Я вспомнила былые времена. Когда господин все еще был Наследником, я могла быть на вашей стороне и заботиться о вас.

Мэг преувеличенно вздохнула, взглянув на Алексея мокрым и влажным взглядом.

– Дворецкий даже не может должным образом обслужить господина, и он не знает, что делать.

– …

– Иногда мне хочется вернуться в детство.

Затем она завершила беседу с красными щеками.

– Когда я могла быть наедине с мастером… в те прекрасные дни.

Услышав все ее слова, Алексей больше не мог скрывать своего выражения лица.

– Разве ты раньше не говорила, что тебе есть что рассказать мне об Эллиоте?

– Да? Ах, да.

– Итак, почему ты рассказываешь случайную историю из детства, вместо того, чтобы рассказать, что происходит?

От резкого голоса на лице Мэг появилось смущенное выражение. Он прислонился к дивану и снова попросил:

– Я бы хотел, чтобы ты просто быстро сказала то, что хотела.

– Ну что ж. Это… – Мэг, взглянув на Алексея, решительно открыла рот, – в последнее время горничные мне много жаловались.

– …Жаловалися?

– Да, госпожа слишком строго обращается с горничными, и ...

Она сдержала печальный голос и продолжила.

– Внезапный визит Мисс Лилианы заставил горничных выполнять большое количество работы.

– …

Он сразу же нахмурился при ее словах.

Раньше она ясно сказала, что хотела бы поговорить об Эллиоте, но единственное, что подняла Мэг, - это сплетни об Анриш.

– Итак, только из-за одного человека, Лилианы, нагрузка сильно возросла, и горничные не могли с этим справиться? – спросил Алексей с суровым взглядом.

– Это странно. Дворецкий никогда мне об этом не говорил.

– Дворецкий... он не имеет дел напрямую с подчиненными.

–Даже если ты так говоришь, я уже несколько раз видел, как дворецкий занимался работой по дому.

О нет.

По спине Мэг струился холодный пот. Поняв, что у нее нет прочной основы, она быстро сменила тему.

– Кро-кроме того. Есть и другие проблемы...

– Какие?

– Мадам заботится только о Лилиане, но совсем не уделяет внимания Юному Господину Эллиоту.

Мэг, проглотившая сухую слюну, заметила выражение лица Алексея.

– Я, как няня молодого господина, опасаюсь, что она обидит молодого господина…

– Тем не менее это сильно отличается от того, что я думал.

Однако Алексей отрезал ее слова одним острым, как заточенным ножом, порезом.

– В моих глазах моя жена заботится не только о Лилиане.

Глаза Мэг широко открылись.

– Похоже, ты создаешь ситуацию, в которой у нет другого выбора, кроме как винить Лилиану.

– …Что, что вы имеете в виду?

– Сегодня в саду горничные открыто принижали Лилиану.

Сказал он холодным и резким голосом. В этот момент кровь ушла с лица Мэг.

–Лилиана - невеста Эллиота, а также наследница, унаследовавшая все от семьи графов Аберитов.

– Господин…

– Это означает, что Лилиана в положении, в котором не может попадать в такие тяжелые условия…

Продолжая резкие слова, он наклонил голову под углом, пристально глядя на Мэг. Под холодным взглядом, уставившимся на нее, она почувствовала покалывание, пробегающее по спине.

– Так, разве горничные не так высокомерны из-за того, что главная горничная не контролировала их должным образом?

От резкого вопроса она потеряла дар речи. Тем не менее его слова далеки от завершения.

– В нынешней ситуации для моей жены вполне естественно строго управлять служанками.

– …

– Если бы главная горничная не забыла присматривать за горничными, моей жене вообще не пришлось бы выходить вперед, и ничего подобного не произошло бы.

Алексей твердо придерживался этого заявления.

– Я уважаю мнение горничной, но поведение сегодня, похоже, перешло черту.

– Пересекло, пересекло черту…?

– Ты не только нашла недостатки в том, как госпожа управляла своими подчиненными, но и главная горничная также утверждала, что она дискриминировала своих детей?

Холодный голос стал ниже.

– Ты не мать Эллиота, ты няня. Не переходи черту.

Глядя на Мэг, Алексей слегка вздохнул.

– Это правда, что мы были друзьями, когда были моложе, поэтому я больше доверял главной горничной.

– Го-господин…

– Но теперь у Валлоис есть госпожа.

В этот момент ее лицо заметно нахмурилось.

– Итак, разве в такой ситуации не правильнее было бы пойти к моей жене, прежде чем ко мне?

– Ну, тут уж ничего не поделаешь, не так ли? Мадам не интересовали ни домашние дела, ни молодой мастер Эллиот...!

– Конечно, в прошлом могло быть так. Однако…

Он вспомнил появление Анриш в саду. Она относилась к детям с нежностью и неизменно яркой улыбкой, бережно уделяя им пристальное внимание.

– …Разве кажется, что сейчас моя жена совсем не заботится о детях?

Она сильно прикусила губы. То, что он сказал, было правдой. С тех пор Анриш превратилась в совершенно другого человека, поэтому она не могла отрицать его слова.

Алексей, наблюдавший за ней, горько улыбнулся.

– Даже ты не можешь этого отрицать.

– Тем не мение…!

– Просто подожди и увидишь.

Она пыталась как-то призвать передумать, но все, что получила в ответ это упрямый отказ. Он заявил Мэг с глазами, полными разочарования:

– В будущем я не буду лично встречаться с главной горничной.

***

Мэг вышла из кабинета, кусая губы до крови.

"Все изменились! И лорд, и молодой господин Эллиот…! "

Она была полна гнева, пока с шумом передвигалась по коридору.

"Как они могут так поступить со мной?!"

Она была другом детства господина.

Она служила мастеру с детства!

– Но теперь у Валлоис есть госпожа.

Она снова и снова пережевывала холодные слова Алексея. Ей было больно, как будто лезвие пронзило ее живот.

Именно она служила господину дольше всех.

Пока юная девушка не превратилась в женщину лет тридцати, долгое время только лорд был в ее сердце. Из-за разрыва между их статусами она не могла признаться ему в своих чувствах…

"Поскольку я не была дворянкой, господин не мог выбрать меня".

Глаза Мэг дрожали. Конечно, причина в этом. В противном случае, зачем ему приводить ее в Графство и делать старшей горничной?

"Понятно, что господин не хотел со мной расставаться…!"

Неожиданно появилась девушка из Маркизовства Саксонии. Затем непринужденно заняла место герцогини Валлоис.

Это было то место, которое так жаждала Мэг.

"… Ничего не поделаешь, поскольку у высокопоставленных дворян часто бывает политический брак".

Однако единственное, что делала девушка, ставшая герцогиней, - хвасталась всевозможной роскошью и игнорировала обязанности госпожи, которые были необходимы для преданного компаньона.

Что же было после этого, когда девушка родила герцогу наследника?

Когда ее высокомерие и гордость достигли пика, она продолжала хвастаться: "Я мать предполагаемого наследника". Хотя у нее не было ни малейшего интереса к ребенку!

Тем не менее господин был верен женщине и даже не подумал лишить ее статуса герцогини. И даже сейчас...

"Господин даже прикрыл ее!"

Какого черта эта девушка ему вообще сказала!

"Я намного лучше этой девушки!"

Мэг не могла преодолеть разочарование, и ее охватило желание закричать.

"Самая большая проблема в том, что я не могла избавиться от этой девушки в одиночку".

Поскольку соперницей была Герцогиня Валлоис, главной горничной вроде нее было слишком сложно соперничать с ней.

Впрочем…

"Можно наступить на еще не распустившиеся бутоны".

Глаза Мэг холодно зажглись.

Лилиана.

Ненавистный ребенок, который украл сердце Молодого Господина Эллиота. Чтобы добиться чего-то большого, нужно начинать с маленьких шагов.

Итак, Мэг теперь планировала разобраться с этим ребенком.

***

В этот день, поздний вечер.

Из комнаты для горничных раздался полный гнева голос.

– Как мадам может вмешиваться?

– Правильно, сколько лет мы работаем в этом особняке!

Каждая из горничных жаловалась.

– Мы имели дело с такой хитрой личностью, как мадам, но такое обращение!

– Нет, она не была раньше очень чувствительной и не заботилась бы о подобных вещах, верно? Почему вдруг!

Раньше Анриш ни с кем не обменивалась эмоциями. Если быть точным, она была равнодушна ко всем в особняке. Это означало, что сотрудники должны были только хорошо обслуживать. Таким образом, независимо от того, игнорировалась ли управление особняка или сотрудники не выполняли свою работу, она никого не упрекала, если ей было удобно.

Однако проблема заключалась в том, что теперь Анриш постепенно интересовали домашние дела.

– Честно говоря, мы только жаловались, верно?

– Я имею в виду, вы видели, как мадам относилась к нам раньше? Как она может быть такой холодной!

Поскольку Анриш заботится о Лилиане как о своей семье, она не позволяла никому относиться к ней неуважительно.

Следовательно, теперь вся враждебность со стороны горничных обратилась к Лилиане. Это произошло потому, что юная и нежная Лилиана была более легкой добычей, чем Анриш, госпожа Валлоис.

– Это все из-за Лилианы, этой маленькой девочки!

– Эта девочкам ослепила ее!

– Разве это не похоже на вытаскивание камня катанным камнем?

(п/анлейта. Пословица означает "посторонний, пытающийся преследовать или причинить вред тому, кто был там уже давно")

Совершенно не оглядываясь на свое поведение, горничные продолжали говорить все громче. Затем они услышали спокойный голос.

– Ребята, вы правы.

Это была Мэг.

Она осторожно приподняла кончик губ.

– Честно говоря, семья графов Аберитов уже пала, верно?

– Ох, не так ли?

– А главная горничная тоже так думает?

–Конечно. Взять девушку из такой семьи, чтобы она стала следующей госпожой…

Она легонько вздохнула и медленно разочарованно покачала головой.

– У Валлоис есть гордость, не так ли?

Ее намерением было поджечь запал. Как будто воспламенилась взрывчатка, горничные взволновались одна за другой.

– Главная горничная права.

– Какого черта мы должны считать женщину из погибшей семьи начальницей?

Служанки стали жестоко выражать свои истинные намерения.

Мэг выслушала жалобы, и вскоре перед ее глазами появился положительный знак. Ведь никто не будет более склонен к порывам, чем те, у кого было много жалоб на свою жизнь.

– Взять девушку из такой семьи и сделать ее невестой…

Когда все шло по ее плану, в идеальный момент Мэг заговорила грустным голосом:

– Мадам совершенно не думает о будущем Молодого Господина Эллиота.

Мэг, наклонившись, огляделась. Все собрались вокруг нее.

– Я думаю, что нашему молодому господину лучше быть с дамой из более хорошей семьи.

Втайне шепчущий голос прозвучал в ушах горничных.

– Потому что, в конце концов, это также для нашего молодого господина Эллиота.

– Это так?

– Конечно. Сейчас он молод, поэтому мало что знает о мире.

Она слегка пожала плечами.

– Как вы думаете, как долго он будет близок с Лилианой?

– Ох, это…

– Все, подумайте хорошенько. Если он подрастет еще немного и его суждения станут яснее, – твердо произнесла Мэг.

– Он определенно будет признателен, если мы сделаем это для него.

– Молодой Господин... будет нам благодарен?

- Что ж, мы помогаем ему, чтобы он не связался с дамой из погибшего семейства, верно?

Сладкие, как мед, слова начали просачиваться в уши служанок. Один за другим они кивнули, как будто их что-то вынудило.

– Я думаю, что главная горничная права.

– Поскольку горничная - няня молодого господина Эллиота, она должна знать его сердце гораздо больше, чем мы.

– Конечно, разве вы не видели, как молодой господин преследовал главную горничную?

В конце концов, горничные пришли к выводу, что они "поступили правильно". Не упустив возможность, Мэг снова держала горничных в напряжении.

– Для этого... нам придется отправить эту девушку туда, где она была.

– Что нам делать, горничная?

– У вас есть хорошие идеи?

Все глаза горничных были обращены на Мэг. Сделав вид, что глубоко задумалась, она склонила голову.

– Что ж, это хорошая идея.

Через некоторое время на ее губах появилась легкая улыбка.

– Как насчет этого?

***

Тук-тук.

Услышав осторожный стук, Анриш слегка приподняла голову.

"Это кто? В такой поздний час… "

Когда она взглянула на часы, было уже больше восьми часов. Обычно это было очень личное время, чтобы принять ванну и приготовиться ко сну. Это означало, что для кого-то, кто не был членом семьи, было довольно грубо навещать в такое время.

Анриш открыла рот, сузив брови.

– Заходите.

Дверь открылась со щелчком. С холодным потом на руках, которые были крепко сцеплены, служанка нервно опустила плечи.

– Ох, ты раньше была в саду… Ты сказала, что тебя зовут Джейн?

Анриш широко открыла глаза. Она была единственной горничной, которая сегодня встала на сторону Лилианы. Служанка посмотрела на нее дрожащими глазами.

– Да, да. Верно. Мадам, мне очень жаль, что я пришла к вам так поздно.

– Нет, это должно быть что-то срочное. В чем дело?

Анриш склонила голову.

Собравшись с духом, Джейн на мгновение закрыла рот, затем снова открыла и произнесла решительным голосом:

– Что ж, это может показаться странным, но...

– Не волнуйся, скажи мне.

Услышав это, служанка крепко зажмурилась.

– Глав-главная горничная что-то замышляет.

– …Что?

Анриш не могла скрыть удивленного выражения лица. Служанка приподняла напряженные плечи и посмотрела ей в глаза, чтобы увидеть ее реакцию. Через некоторое время Анриш, собравшись с мыслями, тяжело вздохнула, расправила талию. Она посмотрела прямо в глаза Джейн и продолжила:

– Что бы ты ни сказала в этой комнате, это никогда не просочится наружу.

– Ма-Мадам ...

– И штрафов для тебя тоже не будет.

С этим твердым голосом страх, наполнявший глаза служанки, немного исчез.

– Итак, расскажи мне все, что знаешь.

Анриш холодно улыбнулась.

– Не упуская ни одной детали.

***

И на следующее утро.

Раймонд, дворецкий герцога Валлоис, приветствовал утром незваного гостя. Гостьей была Анриш, госпожа Валлоис.

– Мне очень жаль, что я пришла сюда так рано.

Она начала с извинений. От неожиданности дворецкий широко раскрыл глаза, не осознавая этого. Конечно, так оно и было, потому что Анриш былачеловеком, который никогда не извинялся и не говорил "мне очень жаль" людям, которые были ниже ее. Для нее люди под ее началом были не более чем теми, кто просто служил ей.

По правде говоря, если не считать подозрительного поведения Мэг на этот раз, ему действительно не нравилось ее поведение. Он не знал, по какой прихоти она привела из ниоткуда Мисс Лилиану, которая подвергалась жестокому обращению...

"В любом случае, это недолгий интерес".

Когда она теряет сиюминутные интересы, Анриш, несомненно, без колебаний безжалостно бросит Лилиану.

Ему снова придется самому обо всем позаботиться.

– …Дворецкий? Что-то случилось?

Дворецкий, на мгновение задумавшийся, проснулся от голоса, звавшего его. Увидев, что Анриш смотрит на него с подозрением, дворецкий поспешно покачал головой.

–Ох, пустяки.

– Тогда могу я рассказать вам о моем деле?

– Конечно.

Вдруг она задала неожиданный вопрос:

– Вы знаете Джейн, новую горничную?

– Да, я знаю, но… мадам помнит имя горничной?

Забыв о невежливости, дворецкий широко открыл глаза. К счастью, Анриш только что кивнула с мрачным выражением лица.

– Почему я могу не помнить?

– …Извините. Я, должно быть, оскорбил мадам.

– Все хорошо. Думаю, это из-за моего прежнего поведения, которое заставило вас так думать.

Она горько засмеялась.

Дворецкий снова был ошеломлен холодным признанием ее ненадлежащего поведения. Как бы то ни было, Анриш спокойно продолжила.

– Джейн сказала, что главная горничная сильно ненавидит Лилиану.

– Да? Главная горничная?

Он недоуменно посмотрел на лицо Анриш.

"Что внезапно случилось?"

– Главная горничная - верный человек, последовавший за герцогом Валлоис. Она работала с нами долгое время, а еще она няня молодого господина Эллиота...

– Даже несмотря на то, что дворецкий мне не объяснил, я уже приблизительно знаю, что за человек эта главная горничная.

Прервав его слова, она слегка покачала головой. Фиолетовые глаза, обращенные к дворецкому, холодно смотрели.

– Однако то, что она добра к Эллиоту, не означает, что она также добра к другим людям?

Дворецкий был настигнут врасплох. Он крепко закусил губы.

Затем Анриш заговорила спокойным голосом:

– Честно говоря, я не знаю, что сделает главная горничная.

– Ма, мадам.

– Лучше всего будет, если она ничего не предпримет. Я тоже на это надеюсь.

Анриш действительно имела это в виду, потому что она лично тоже не хотела, чтобы в доме случился скандал. Кроме того, Мэг была горничной, которой доверяли как внутри, так и за пределами семьи. Таким образом, она может рассердить Эллиота, а также других жителей герцогства, если притронется к ней.

– Но было бы слишком поздно делать что-то после того, как это случится.

Анриш не собиралась просто слушать Джейн и ничего не делать. Она должна была убедиться, что с Лилианой никогда не случится ничего плохого.

– Потому что к тому времени это может сильно ранить Лилиану.

Это произошло потому, что никто, кроме Лилианы, не был уязвим для врага. Она больше не хотела быть свидетелем того, как ранят ее драгоценную невестку.

– Итак, я имею в виду, не могли бы вы присмотреть за главной горничной?

– …Почему вы выбираете меня?

Дворецкий, который, казалось, на мгновение погрузился в свои мысли, ответил вопросом на вопрос.

"Что, если эта коварная дама зря изводит верную главную горничную?"

Его взгляд в сторону Анриш был полон сомнений.

– Честно говоря, я не понимаю вашего поведения, – спросил он, как будто пытаясь понять ее намерения.

Анриш взглянула на него.

Набравшись смелости, дворецкий снова открыл рот.

– Вы можете напрямую выбрать одну из горничных и попросить их присматривать за главной горничной?

– Это правда.

– Тем не менее я не знаю, почему вы просите меня вместо этого.

Сказав это, он посмотрел ей в глаза. Затем сказал:

– …Могу я говорить откровенно?

– Конечно.

– Лично у меня не было причин сомневаться в главной горничной.

Дворецкий заговорил, глотая сухую слюну.

– Я не хочу быть заговорщиком и запугивать верную горничную. Мне жаль.

Наступила тяжелая тишина.

Дворецкий невероятно нервничал, с волнением ожидая превращения мадам в злого духа покрытого огнем. Во рту у него пересохло от ожидания.

Реакция Анриш действительно была очень очевидной. Она спросит: "Как ты посмел так выступить против Госпожи Валлоис?"

– Думаю, нормально, что дворецкий сомневается в моих истинных намерениях.

Однако через некоторое время все прогнозы дворецкого оказались ошибочными. Несмотря на оскорбительные рассуждения о ней, Анриш просто смотрела на дворецкого спокойным взглядом.

– …Да?

Сбитый с толку, спросил он глухим голосом. Анриш прищурилась и заговорила снова, на этот раз более отчетливо:

– Я сказала, что нормально для дворецкого сомневаться в моих истинных намерениях.

– …

– Потому что я до сих пор не вела себя как госпожа, поэтому я понимаю, что вы думали, основываясь на этом.

"Разве она на меня не обижена?"

Дворецкий рефлекторно посмотрел на выражение лица Анриш. Ее лицо было просто спокойным. Как и прежде, не было никаких признаков раздражения или намерения сквернословить.

– Но это правда, что предположение дворецкого слишком грубо, чтобы озвучивать его, особенно о госпоже семьи.

Ее слова были бесспорны, поэтому дворецкий только молча закусил губу.

– Итак, как насчет этого, – холодно добавила Анриш.

– Ч-что вы имеете в виду?

– Если это закончится, и выяснится, что я действительно пыталась причинить вред главной горничной…

Анриш, желая закончить свои слова, решительно говорила.

– Я, конечно, вежливо извинюсь перед горничной и вами и заплачу вам половину пособия, предоставленного мне.

– …Возместите?

– Да, потому что мои действия причинили вам душевные страдания. Итак, разве мне не следует компенсировать ущерб?

Дворецкий был ошеломлен.

Дама, которая любит деньги, была готова отдать ему половину? Вдобавок сумма, обычно дававшаяся Анриш, была огромной. Этого было более чем достаточно, чтобы считать это возмещением ущерба…

"Мадам в своем уме?"

Он облизнул пересохшие губы.

– Однако, если у горничной действительно есть неуважительные намерения, она не сможет избежать наказания.

Она слегка приподняла голову, глядя прямо в глаза дворецкому. Фиолетовые глаза, которые совсем не дрожали, приносили странное ощущение давления.

– Кроме того, дворецкому придется извиниться за грубость, которую он совершил.

Анриш говорила с сильным чувством собственного достоинства, в отличие от обычного.

Она снова забила свои, похожие на гвозди, слова.

– Понимаете?

– Да, я понимаю.

Дворецкий кивнул.

Внезапно дворецкий, поправив позу, прислушался к словам мадам.

– Прежде всего, причина, по которой я попросила дворецкого "присмотреть за горничной", состоит в том, что…

В глазах Анриш виднелась усмешка.

– Вы самый надежный человек для этого.

– …Надежный?

– Да. Прямо сейчас дворецкий думает, что я специально пытаюсь приставать к главной горничной, верно?

Услышав шутливый голос, дворецкий покраснел в страхе, поскольку подозрение, которое он проявил, было неподобающим поведением сотрудника по отношению к господину.

– Если я выберу тебя, моя намерения не поймут неправильно.

– Ах…

– Потому что, даже если у меня есть лучшие доказательства, все равно можно подумать, что доказательствами манипулировали в мою пользу.

Слова Анриш раскачивались, как струи воды. Все сказанное ею имело смысл.

– По той же причине я не могла сама найти горничную.

– Почему?

– Во-первых, мои сотрудники не только мне совсем не верят, но, прежде всего, я могу раздавить главную горничную своим статусом. Все сочтут это несправедливым.

Анриш очень объективно оценивала себя в этой ситуации.

– Тем не менее дворецкий другой, потому что ты - один из самых верных вассалов герцога.

– …Госпожа.

– Таким образом, ты сможешь дать объективные показания для любой из сторон. Не было бы причин для предвзятости.

Он не знает, сколько раз сегодня был удивлен. Дворецкий уставился на Анриш широко открытыми глазами.

"Интересно, выбрала ли мадам меня, учитывая это…"

В ответ на этот взгляд она просто слегка пожала плечами.

– И... ты можешь сказать герцогу об этом, но я надеюсь, ты будешь более осторожен с детьми.

– Вы не рассказали все заранее молодому господину и леди?

– Нет.

– Могу я спросить почему?

На осторожный вопрос дворецкого Анриш небрежно ответила:

– Я не хочу, чтобы Лилиана и Эллиот предвзято относились к главной горничной.

– Да? Почему... Ах!

Дворецкий, который размышлял над ответом Анриш, через несколько мгновений почувствовал, что понял.

– С точки зрения горничной, уже было бы неприятно попасть под подозрения.

– Ну, я думаю, она бы…

– Так что в такой ситуации даже дети что-то подозревают. Разве это не будет жестоко по отношению к горничной?

"Ни за что, она даже подумала о положении главной горничной…?"

Дворецкий заново взглянул на нее. Мадам, которую он знал до сих пор, никогда не была такой педантичной.

– Эллиот же также хорошо слушается главную горничную?

Она коротко вздохнула.

– Если он узнает, что главная горничная была предметом моих подозрений, Эллиоту может быть очень больно.

"Если что-то может ранить детей, не следует ли нам как-то свести это до минимума?"

По крайней мере, она так думала.

– Итак, достаточно того, что я сомневаюсь в главной горничной.

Анриш подвела итоги твердым голосом.

Дворецкий уверенно кивнул.

– Я понимаю, о чем вы говорите. Тогда я присмотрюсь к главной горничной.

– Спасибо. Надеюсь на твое любезное сотрудничество в будущем.

Услышав ее благодарность, дворецкий на мгновение почувствовал, что перед ним незнакомый человек

Она казалась чужой.

Его голову заполняли мысли: "Неужели этот человек действительно мадам?"

***

После встречи с дворецким ей почему-то захотелось увидеть лица детей.

Анриш направилась в игровую комнату, где развлекались дети.

– Мама, ты здесь?

Первой, кто подбежала, конечно же, была Лилиана.

– Что ты делаешь, мама?

У Эллиота было кислое выражение лица, но, в отличие от прежнего, он открыто не избегал ее.

Анриш покачала головой с разбитым, озорным видом.

– Боже мой, есть ли причина, по которой я должна прийти повидать вас?

– Нет, мама! Ты можешь прийти в любое время!

Лилиана удивленно покачала головой. После этого Эллиот перевел взгляд на свои ноги и ответил:

– …Ну, если это мама. Ты можешь приходить и делать все, что хочешь.

– Да, да.

Она села в углу комнаты. Наблюдая, как дети играют, Анриш переваривала разговор с дворецким.

"А пока давайте подождем и посмотрим…"

С этой мыслью она зарылась глубже в кресло. Ее сузившиеся глаза были острыми, как лезвие.

Внезапно.

– Не могла бы ты взглянуть на это, мама?

Лилиана подошла к ней и осторожно показала альбом.

– Я нарисовала маму, но...

Она широко открыла глаза. В альбоме для рисования была женщина, состоящая из грубых кругов и золотых треугольников.

"Если Лилиана сказала, что нарисовала меня… Полагаю, это человек?"

У женщины была серебряная лента вее темно-каштановых торчащих волосах, поэтому она выглядела несколько броской.

– Это я?

– Да! Это папа, а это Эллиот!

Как у собаки, надеющейся на похвалу, ее глаза горели, как фонарики.

Эллиот, глядя на картинку, надул губы.

– Почему только мама нарисована золотыми и серебряными мелками?

– Ну, это…

– Обычно ты экономишь золотые и серебряные мелки, и даже не позволяешь, чтобы они касалась твоих пальцев.

Похоже, он был немного расстроен картинкой Лилианы. Если быть точным, потому что он не был нарисован золотыми и серебряными мелками.

– Почему в твоих глазах я и мама отличаемся?

– Нет, ум. Эл-Эллиот... ну знаешь...

– Хорошо. Лилиана, тебе нравится только мама...

Эллиот начал дуться. В панике Лилиана не знала, что делать, и ее глаза бегали по сторонам. При виде милых детей Анриш рассмеялась вслух.

"Я… я надеюсь, что вы, ребята, никогда не пострадаете".

Для этого, прежде всего, необходимо безопасно решить вопрос с горничной. Анриш твердо настраивается.

Теперь оставалось только ждать.

Пусть ее подозрения напрасны, и горничная не вызовет никаких происшествий...

Анриш отчаянно желала этого.

***

Мэг встала перед дверью и глубоко вздохнула.

"Я не могу поверить, что мне приходится браться за такую опасную работу..." –проворчала она глубоко в себе.

Однако, чтобы добиться чего-то большого, необходим небольшой риск.

"Мне нужно убрать Лилиану из дома герцога".

Мэг решила обвинить ее в воровстве.

"Как только я заставлю ее подозревать, другие горничные последуют моему примеру".

Во всяком случае, горничные были у нее, как на ладони. Несомненно, они засвидетельствовали бы: "Я видела, как леди Лилиана крала", –  после небольшого толчка.

– …

Мэг открыла дверь, стараясь не шуметь. Прекрасный вид комнаты привлек ее внимание. Вся мебель и предметы были самого высокого качества, о чем свидетельствует экстравагантный характер Анриш.

"Посмотрим, шкатулка мадам..."

Мэг, немного оглядевшись, неторопливо подошла к туалетному столику.

Когда она открыла ящик туалетного столика, можно было увидеть шкатулку с нежными цветами и виноградными лозами и золотыми листьями. Она медленно открыла крышку шкатулки. Как будто это не было чем-то ценным, драгоценные камни беспорядочно катались по коробке.

"Хмм, этот подойдет…"

Она посмотрела в шкатулку с драгоценностями ястребиными глазами, затем взяла янтарную брошь со счастливым лицом.

Это была брошь, которую мадам часто использовала. Таким образом, она сразу увидит, что броши больше нет. Мэг сунула ее в карман фартука и приготовилась обернуться.

– Мэг?

– Хеук!

Услышав невинный голос, звавший ее, Мэг чуть не уронила шкатулку с драгоценностями, которую держала в руке.

Это был Эллиот.

Эллиот высунулся из-за двери и задал вопрос:

– Что ты здесь делаешь?

Мэг поспешно положила шкатулку с драгоценностями в ящик и повернулась, чтобы закрыть ящик, неловко улыбаясь.

– Ох, я убираю комнату мадам.

– Хах? Но разве сегодня день уборки маминой комнаты?

– Ну, это... я-я думаю, что комната слишком грязная.

На ее спине выступил холодный пот. Крепко сжимая карман фартука, чтобы не было видно броши, Мэг шагнула вперед.

– Итак, несмотря на то, что сегодня не день уборки, я пришла вытереть видимую пыль.

– А я вообще не думаю, что здесь пыльно.

– Ах, окна были полны пыли.

Она быстро покачала головой и показала ему заранее приготовленную пыльную тряпку. Затем Мэг открыла шире свои колкие глаза и продолжила:

– Я собираюсь отругать горничную, отвечающую за комнату мадам.

– Хах, ты собираешься ее ругать?

– Конечно. Не кто-то другой, а хозяйка комнаты Валлоис остается без внимания.

Мэг, нахмурившись, притворилась, что заботится об Анриш и внезапно понизила голос.

– Кстати, Молодой Господин?

– Да?

– Не могли бы вы сохранить в секрете, что я пришла сегодня в комнату вашей матери?

Глаза Эллиота округлились при неожиданных словах.

– Почему? Ты сказала, что пришла убрать. Есть ли причина хранить это в секрете?

– Да, ну…

Мэг намеренно испугалась. Теперь ее голос стал таким тихим, что он не мог его слышать, если только не концентрировал все внимание на нем.

– Вы же знаете, что она очень строгий человек, правда?

Она опускает плечи.

Эллиот остановился, когда ее лицо наполнилось безысходностью.

– Ну, Мэг?

– Я не знаю, что со мной будет, если она усомнится в моей компетентности и изобьет меня…

Размывая слова, Мэг посмотрела на него с отчаянным взглядом.

Однако он не до конца понял ее слова. Конечно, это правда, что его мама была такой раньше. Она долгое время боялась его матери, даже сам Эллиот. Он все еще немного опасаетя ее. Тем не менее, когда он размышлял о недавних ее действиях, он не думал, что Мэг нужно так бояться…

– Моя мама в эти дни не такая уж плохая, так что не слишком переживай.

Он аккуратно поддержал Мэг.

– Она очень хорошо со мной обращается, и… Ох, да!

Эллиот, широко открыв глаза, улыбнулся Мэг.

– Видишь, как хорошо она относилась к Лилиане?

Лилиана?

В этот момент в глазах Мэг вспыхнула искра.

Разве она сейчас не борется изо всех сил с этой девочкой?

Если бы эта девушка не приехала в особняк Валлоис...

А если бы она этого не сделала, Молодой Господин Эллиот был бы ближе к ней, а не Лилиане.

"Мне было так трудно пробраться в комнату мадам. Мне бы даже не пришлось воровать брошь! "

Чтобы подавить свои чувства, Мэг зажала брошь в кармане фартука.

– Но молодой господин, мы говорим о мадам.

Она фыркнула.

Эллиот почувствовал, как что-то в нем сжалось.

В глазах Мэг, смотрящей на него, виднелись слезы.

– Вы действительно верите в свою мать?

– Что? О чем ты говоришь?

– Независимо от того, насколько она добра сейчас, она много чего делала до сих пор.

Голос, смешанный с плачем, заставил Эллиота немного колебаться. Это правда, что до сих пор она безжалостно относилась к нему и к своим сотрудникам. Как бы сильно она ни изменила свое отношение сейчас, эгоистичное поведение, которое он видел раньше, не исчезнет просто так.

Кроме того, именно Мэг заполнила пустующее место его матери.

– Итак… я только вспомнила, что меня жестоко ругали, поэтому я боялась мадам…

В конце концов, из глаз Мэг потекли слезы.

Взволнованный Эллиот быстро вытер ее слезы.

– Хорошо. Я понял. Понял!

– М-молодой гсодин…

– Я сохраню это в секрете, так что больше не плачь.

Эллиот печально кивнул головой. Увидев это, Мэг схватила его за руку и взволнованно закричала.

– Сп, спасибо!

– Нет, Мэг для меня как тетя.

Голос Эллиота был наполнен благосклонностью к ней.

Ох, наш наивный господин.

"Баловать вас до сих пор оказалось стоящим. Вот почему я забочусь о вас".

Мэг с трудом сдерживала смех, который вот-вот разразился бы.

***

Расставшись с Эллиотом, Мэг приподняла край фартука и вытерла слезы с глаз. В мгновение ока от них не осталось и следа.

– Молодой господин… Он видел, как я вынесла брошь?"

Она оглянулась.

Коридор был тихим и безлюдным.

"Ну, кажется, он этого не видел. Кроме того… "

Кончики губ Мэг скривились в улыбке. Это была явная насмешка.

"Важнее всего на свете для него было услышать, что я говорю, не так ли?"

Причина, по которой Мэг, не особо любившая маленьких детей, заботилась об Эллиоте, хотя это и раздражало.

Это было исключительно  для того, чтобы завоевать слепую веру Эллиота.

Няня самая удобная позиция, чтобы стать ближе к нему и герцогу Валлоис. Она планировала использовать это положение, чтобы получить влияние в Валлоис.

"Так что я уверена, что он ничего против меня не скажет".

И доверие, которое она приобрела, теперь пригодилось. Просто проронив несколько капель слез, Эллиот тут же закрыл рот, хотя это явно была подозрительная ситуация.

"Я так старалась заботиться о нем. Конечно, он должен мне доверять".

Мэг, тихо напевая мелодию, зашагала по коридору.

В конце своего пути она свернула к комнате Лилианы.

***

Анриш прислонилась к окну, освещенному солнцем, смотря в сад, в который пришла весна. На ее лице виднелась теплая улыбка.

"Ох, двое наших маленьких детей! Так мило, я так скоро умру!"

Фиолетовые глаза не знали, как отвести взгляд от Эллиота и Лилианы, которые вместе играли в саду. Если бы фея весны появилась как человек, разве не в виде этих детей?

Как раз тогда, когда Анриш смешалась с воздухом, окружающим ее.

– Ма, мадам.

Раздался полный паники голос.

"Хах?"

Широко раскрыв глаза, она оглянулась. Дворецкий смотрел на нее с решительным выражением лица.

– Мне нужно вам кое-что сказать.

– Мне?

– Да. Речь идет о работе, которую вы поручили мне на днях.

Как только она услышала его слова, трогательная улыбка на ее губах мгновенно исчезла. Она тихонько кивнула.

– Расскажи же мне.

Дворецкий нервно сглотнул сухую слюну. Недавно Анриш внезапно стала достойной госпожой Валлоис.

Дворецкий осторожно открыл рот.

– На самом деле Мэг…

***

Наконец разговор с дворецким закончился.

Убедившись, что вокруг никого нет, дворецкий первый вышел из гостиной. Анриш вместо того, чтобы сразу выйти, подождала еще немного.

"Во-первых, мне нужно дать Мэг еще немного времени для действия".

После успешной кражи Мэг наверняка использует горничных, как и планировала. Чтобы сформировать общественное мнение против Лилианы, ей понадобятся показания нескольких человек. Поскольку в настоящее время горничные ей оказывали слепую лояльность, она каким-то образом попыталась использовать их для создания общественного протеста.

"Я очень надеюсь, что нет…"

Анриш сузила брови.

Даже учитывая доверие Эллиота к ней, она надеялась, что Мэг не сделает ничего плохого.

"Если Мэг действительно сделает что-то такое, Эллиота сильно заденет".

Мэг сотрудница, к которой Эллиот ближе всего. Если бы он узнал, что его дорогая няня воровала и пыталась обвинить Лилиану…

Анриш была уверена, что сердцу Эллиота будет нанесена рана.

Итак, по прошествии достаточного времени.

"Этого достаточно".

Она медленно пошла в свою комнату.

– …

Когда она шла по коридору, то чувствовала пристальные взгляды горничных, которые следовали за ней, как будто наблюдая за ее поведением.

"Я знала, что так будет…"

Действия Мэг и горничных в точности соответствовали ее ожиданиям, что вселяло в Анриш уверенность.

– Ты, там.

Притворяясь спокойной, она позвала одну из служанок.

– Я думаю снова переодеться. Можешь мне помочь?

– Да, конечно.

Служанка поспешила к ней.

Анриш вернулась в свою комнату и села перед туалетным столиком. Служанка, тщательно расчесывающая волосы, задала ей вопросы:

– Вы хотите изменить прическу, мадам?

Как будто она надеялась, что Анриш откроет шкатулку с драгоценностями.

Она слегка пожала плечами.

– Было бы неплохо изменить украшения в качестве чего-то нового.

В тот момент, когда она услышала приказ, лицо горничной засветилось. Анриш медленно открыла ящик и вытащила шкатулку с драгоценностями.

Служанка проглотила сухую слюну.

"Хорошо, мадам обнаружит, что брошь исчезла…"

Как и сказала горничная Мэг, она определенно подняла бы из-за этого много шума.

"Дом будет перевернут вверх дном, девочку из семьи Аберитов обвинят в краже".

Уверенный голос сладко звучал в ее ушах.

"Я имею в виду брошь мадам, хорошо спрятана в вещах девочки".

Клинк.

Шкатулка для драгоценностей была открыта. Анриш бесстрастно посмотрела внутрь своей шкатулки с драгоценностями.

"…Итак, это правда".

Горький привкус наполнил ее рот.

Как сказал дворецкий, янтарной броши не было.

"Должно быть, она специально взяла брошь, которую я часто использовала".

Так она сразу бы заметила, что украшения нет. Злой умысел отвратителен.

Анриш кусает губы.

– Мадам, что случилось?

Затем горничная задала вопрос. В ее голосе было легкое ожидание. Увидев, что горничная с нетерпением ждала ее реакции, в глазах Анриш заиграла улыбка.

– Ох, я какое-то время думала, что лучше сделать со шпилькой.

Спустя несколько мгновений она взяла шпильку для волос, усыпанную рубинами размером с ее ноготь.

– Давай используем ее.

– …Что?

– Что случилось? Давай используем ее .

Глаза Анриш сузились.

– Х-хах?

Горничная широко открыла глаза. Хотя пустое место, где раньше лежала брошь, выделялось, выражение мадам оставалось спокойным.

"Хуу, если бы это была обычная мадам... К настоящему времени мы, должно быть, уже услышали бы крик?"

Однако Анриш просто легким прикосновением закрыл шкатулку с драгоценностями, положила ее обратно в ящик и с любопытством взглянула на горничную.

– Что ты делаешь, так безучастно стоя там?

– Ах, да! Да.

Пришедшая в себя горничная с растерянным выражением лица принялась деловито водить руками.

Анриш молча смотрела в зеркало и изучала лицо горничной. Фиолетовые глаза внезапно похолодели.

***

По прошествии некоторого времени.

Двое маленьких детей, которые играли и бегали по саду, побежали к Анриш.

– Мама! Посмотри на это!

Лилиана держала в руке множество цветов.

– Думаю, было бы неплохо, если бы я поставила их в мамину вазу!

– О боже, спасибо.

– Ох, я не стала опрометчиво их срывать. Взяла с разрешения дяди садовника!

Для нее было так мило добавить объяснение таким искренним образом.

Глаза Анриш походили на улыбку. Она взяла букет и зарылась носом в цветы.

– Это восхитительно, и запах тоже действительно хорош.

Услышав ее слова, Лилиана покраснела и широко улыбнулась в ответ. С другой стороны, по лицу Эллиота было видно, что он чем-то глубоко обеспокоен.

Анриш подкралась к нему.

– Эллиот, что такое?

– Что?

– У тебя серьезное выражение лица.

– Ах… ну.

Эллиот, на мгновение нахмурившись, осторожно открыл рот.

– Ма, мама.

– Ага?

Он зашевелил губами, но в конце концов ничего не смог сказать.

– Нет, ничего.

Честно говоря, когда он увидел Мэг ранее, она выглядела очень подозрительно. Тем не менее он пообещал не рассказывать маме...

Кому он мог доверять, если не Мэг?

Она была для него как семья.

– …

Так что все будет хорошо.

Эллиот нерешительно покачал головой.

Анриш мягко изменила тему, больше не спрашивая.

– Теперь мы собираемся пообедать. Что я сказал в первую очередь делать перед едой?

– Что мы должны мыть руки!

– Да. Наша Лилиана такая умная. Она улыбнулась и нежно погладила Лилиану по волосам.

Эллиот запутанным взглядом поочередно смотрел на Анриш и Лилиану, ярко улыбаясь.

***

Во время обеденного перерыва Анриш нежно ухаживала за детьми. Хотя внутри она чувствовала неуверенность.

"Сначала, когда Мэг украла брошь…"

Если честно, было бы лучше поймать Мэг на месте, где она крала. Поскольку дворецкий следил за ней, это не могло быть невозможным.

"Тем не менее, я надеялась, что Мэг передумает ".

Однако, вопреки своему желанию, Мэг в конце концов сделала это.

Анриш, вспомнив пустое место в шкатулке для драгоценностей, мысленно покачала головой.

"Нет, еще не поздно".

Как только детская трапеза закончится, она незаметно приведет Мэг и скажет ей положить брошь обратно, поскольку она уже знала все. И чтобы она не беспокоила Лилиану в будущем ...

"Что, если я сделаю вид, что на этот раз не знала об этом?"

Не будет ли это лучше?

По крайней мере, чтобы не ранить Эллиота…

Но как раз тогда.

– Мама, что случилось?

–  Хах?

Тревожный голос ребенка прервал мысли Анриш. Она подняла голову и увидела Лилиану, которая уже смотрела на нее.

– У тебя темное выражение лица.

– Лилиана права.

Эллиот кивнул, соглашаясь с Лилианой. Его взгляд был полон беспокойства.

Она поспешно улыбнулась.

– Нет, ничего не произошло.

Да, потому что дети - самое главное.

Прежде всего, мы нашли косвенные доказательства того, что Мэг воровала. Это то, о чем Анриш горячо размышляла.

Тем не менее, все пошло не так, как она хотела.

– Что это, черт возьми?!

Крик горничных сотряс особняк.

– Боже мой, мадам! Мадам!!

– Что случилось?

Две горничные в спешке вбежали в столовую.

– Главная горничная Мэг кое-что нашла, но я думаю, что мадам нужно проверить…!

– О чем ты говоришь?

– Это-это ...

Одна из служанок взглянула на Лилиану, склонила голову к Анриш и тихо прошептала:

– Похоже, вещь мадам были найдены в комнате мисс Лилианы.

– …Действительно?

Анриш прищурилась.

Двое детей смущенно посмотрели на Анриш, так как не знали о ситуации. Она сморщила лоб и выпрямилась.

– Хорошо, пойдем.

Итак, трое стали следовать за горничной.

Лилиана, которая, не раздумывая, следовала за служанкой, почувствовала слабое чувство несоответствия.

"Что?"

Почему-то направление движения горничной было знакомо ее глазам. Через некоторое время Лилиана была поражена.

– Хей, это моя комната, не так ли?!

За распахнутой дверью было заметно, как Мэг напрягла плечи и подняла глаза.

– Мадам, посмотрите на это!

Она подняла руку, словно с нетерпением. Янтарная брошь в ее руке сверкала на свету.

– Разве это не та брошь, которую носила мадам?

Вместо ответа Анриш едва сдержала вздох, который вот-вот вырвался бы.

"Даже зная, что все будет так, это…"

Хотя она хотела как-то успокоить ее и попытаться уладить этот вопрос тихо, Мэг не выдержала и стала причиной подобного скандала.

С другой стороны, Мэг была буквально воодушевлена.

– Я нашла эту брошь, убирая комнату.

Мэг посмотрела на Лилиану.

– …Возможно ли, что мисс Лилиана украла вещь мадам?

Как только они услышали вопрос, взгляды людей обратились на Лилиану. В частности, горничным, участвовавшим в подобном, казалось, это абсолютно нравилось.

Лицо Лилианы побелело.

– Ну, я не знаю. Правда…

– Конечно, дело только в этом.

В это время Анриш взглянула на нее и слегка пожала плечами.

– Это потому, что я тайно оставила брошь в ее комнате, чтобы сделать Лилиане сюрприз.

– …Да?

Лилиана посмотрела на Анриш со слезами на глазах. Она продолжила дружелюбным голосом:

– Эта янтарная брошь, разве она не очень красивого желтого цвета?

– Ма, мама…

– Так что я подумала, что она тебе подойдет. Извини, если удивила.

"Что?"

В ответ на удивительные слова служанки поспешно переглянулись.

"Как, черт возьми, все так обернулось?"

"Я-я не знаю! Очевидно же, что Мэг это принесла ее…?!"

В то же время Анриш смотрела на горничных. В отличие от того, как она обращалась с Лилианой, ее выражение лица было ледяным.

– Скорее, мне интересно узнать о ваших мыслях.

– Ма, мадам?

– Как будто это было совершенно очевидно, вы говорите мне, что Лилиана украла брошь.

Выглядело так, будто Анриш было искренне любопытно, и она снова расспросила служанок:

– Почему вы говорите такое?

– Ну, это…

– Кажется, вы хотите, чтобы я сомневалась в Лилиане?

Анриш со стоном склонила голову.

– Говорите, что Лилиана украла брошь.

– Нет, эта брошь… это не подарок мамы.

В этот момент Эллиот прямо опроверг слова Анриш.

В глазах Мэг было предвкушение.

"Да, у меня есть молодой господин! Молодой господин Эллиот как-нибудь прикроет меня!"

Тем временем Анриш посмотрела на него с ошеломленным лицом.

"…Эллиот?"

Как бы сильно ее ни ненавидел Эллиот, Анриш сейчас на стороне Лилианы. И все же он прямо отрицает ее слова...

"Неужели Эллиот меня так ненавидит, что отрицает мои слова перед таким количеством людей?"

Эллиот смотрел на Анриш с неизвестным ей выражением лица.

"Но, похоже, он был вполне счастлив рядом с Лилианой?"

На тыльной стороне ладони Анриш, вцепившейся в подол платья, между костями появились белые линии.

"Даже независимо от того, насколько сильно он может подставить Лилиану, я просто не могу поверить, что он опроверг мои слова..."

Анриш в ужасном настроении закусила губу.

– Эту брошь Мэг украла и спрятала в комнате Лилианы.

Неожиданно заключил Эллиот холодным голосом.

На лице Мэг виднелось потрясение.

– М-молодой господин!!

– Мэг.

Он повернулся, глядя на Мэг. Увидев это, она в отчаянии подбежала к Эллиоту. – Молодой господин, о чем вы говорите? Вы знаете, как сильно я заботилась о вас до сих пор…

"Ты хорошо знаешь, что я сделала для тебя…"

Анриш замолчала, потому что у нее возникло едва различимое чувство. Даже посреди всего этого Мэг говорила ему, что она «оберегала» Эллиота. Эта сцена показала ее превосходство над ним.

Эллиот тоже это почувствовал. Лицо мальчика стало еще более отстраненным.

– Верно, Мэг.

– Молодой господин…!

После утверждения Эллиота лицо Мэг окрасилось в яркие цвета.

Однако на этом он не остановился.

– До сих пор ты была добра ко мне, поэтому я пытался подождать, пока ты скажешь правду.

– Что?! Но…!

– Если ты честно призналась бы во всех своих ошибках, я бы попытался как-то скрыть их.

От спокойного тона лицо Мэг исказилось.

Тем временем Анриш взглянула на сына с слегка удивленным взглядом.

"…Понятно".

Что касается инцидента с Мэг, она думала, что он не мог догадаться. Зрелый ум Эллиота был одновременно замечательным, но угнетающим. Несмотря на то, что он был внешне спокоен, она даже представить себе не могла, как ему должно быть горько.

– Но... это действительно разочаровывает.

– Молодой господин разочарован?

–Мэг, ты даже не можешь вспомнить, что сделала?

Он продолжал смотреть на нее холодным взглядом.

– Кража вещи моей матери, попытки всех обмануть и попытка подставить Лилиану.

– Мо-молодой господин… Почему вы так говорите? Почему вы так строги со мной?

Мэг начинает жаловаться дрожащим голосом.

Внезапно на ее глаза навернулись слезы.

– Это я. Это Мэг. Человек, который любит вас больше всего на свете...!

– Да, я когда-то считал, что ты любишь меня больше всего на свете.

Он заговорил, решительно покачав головой.

– Даже в этом случае, Мэг, если я действительно люблю кого-то…

– …Да?

– Я не думаю, что попытаюсь избежать собственных ошибок, используя кого-то, кого я люблю, в качестве щита.

— Ма... Мастер Эллиот!

Мэг отчаянно звала его, но тот больше не смотрел на няню. Вместо этого ребенок снова посмотрел на Андриш, стоявшую позади.

— Мама, – раздался спокойный голос.

Андриш посмотрела в глаза Эллиоту. Его фиолетовый взгляд, похожий на неё, был наполнен разочарованием от предательства Мэг.

— Я имею право уволить горничную, не так ли?

— Конечно.

Услышав решительный ответ, он устремил взгляд на Мэг, которая дрожала всем телом, как покачивающееся дерево.

— Нет... Это не... Молодой Господин...

— Я больше не хочу тебя видеть в особняке Валлиос.

— Молодой Господин, о чём вы?! Как вы можете так поступить со мной? – Мэг истерически закричала.

Тем не менее, он продолжил с невыразительным лицом:

— Я заплачу тебе и выдам выходное пособие, которое в этом месяце ты уже заработала.

— Молодой Господин!

— Но я не могу написать тебе рекомендательное письмо. Не могу отправить дурную горничную в другой дом.

В этот момент Мэг, потерявшая силы, рухнула на пол. Тот факт, что Валлиос, уволив горничную, не прикладывает рекомендательное письмо, предполагает вескую причину изгнания. Новые работодатели могут задаться вопросом, почему она пытается найти работу без единого рекомендательного письма.

Таким образом, это выглядело так, как если бы Эллиот объявил: "Вы больше не сможете работать ни в одной благородной семье".

— Пожалуйста, собирайся и уходи прямо сейчас.

Эллиот закончил свою речь и крепко сжал зубы. Мэг, ползая на коленях, схватила ребенка за ногу. Самоуверенное выражение лица исчезло в одно мгновение:

— Молодой Господин? Молодой Господин! Вы не можете так поступить со мной! Я...

Сотрудники застыли на месте, смотря на Мэг, полную слёз и цепляющуюся за Эллиота. Но даже слушая её печальные мольбы, он оставался неподвижен. Наконец, горничные по приказу дворецкого вытащили её из комнаты.

— Отпустите! Отпустите меня! Молодой Господин! Молодой Госпо-о-один!

Она отчаянно пыталась вырваться из рук горничных, но безуспешно. И после долгой борьбы Мэг в конце концов вытащили из комнаты. Воцарилась холодная тишина. Она была настолько тяжёлой, что никто не смел заговорить.

Молчание нарушила Андриш.

— Эллиот.

Но даже тогда он ничего не ответил.

Она решила мягко положить руку ему на плечо и почувствовала дрожь. Бледное лицо ребёнка, который пытался подавить многочисленные эмоции. Ей просто стало его жалко.

— Сегодня ты был великолепен.

— ...

— Ты был безупречен, словно следующий Лорд Валлиос.

Андриш, пытаясь поднять сыну настроение, нежно гладила его по плечу. Внезапно из открытых глаз Эллиота потекли слёзы.

— Как... Как Мэг могла сделать это со мной?

Плотина прорвалась. Чувство стыда, которое едва сдерживалось, быстро вылилось.

— Мне очень нравилась Мэг. Я считал её своей семьёй.

— Эллиот...

— Она пыталась обмануть меня и даже просила притвориться, будто я её не вижу.

Если бы он с самого начала сообщил, что Мэг вошла в комнату его матери, случилось бы это? Было бы столь жалко видеть печальное и жалкое выражение лица горничной? Разочарованный ребёнок кусал губы до крови.

Увидев это, Андриш протянула руку и ласково коснулась:

— Не делай этого. Твои губы будут болеть ещё сильнее.

— Ма... Мама.

— И ты можешь плакать.

Услышав её слова, Эллиот взглянул на Адриш влажными глазами.

— Тебе не нужно подавлять эмоции и сдерживать грусть в сердце.

Быть преданным – тяжелая ноша даже для взрослого, а Эллиот всё ещё ребёнок. С сожалением мать посмотрела на сына.

— По крайней мере, потому что я знаю, как тебе сейчас больно.

— Но я наследник Валлиос, так что я не могу лить слёзы безрассудно...

— Кроме этого, ты ведь всё ещё мой семилетний сын, верно? Как бы то ни было, на руках у матери ты можешь плакать сколько угодно.

Услышав слова Андриш, Эллиот изменился в лице и расплакался, впившись в её тёплые объятия.

— Ухк... Хуа-а-а...

— Правильно, лучше плакать всем сердцем, искренне, пока слёз не останется, – она обняла Эллиота изо всех сил. — Твой разум почувствует небольшое облегчение.

Добрый голос звенел в его голову. Опираясь на эти слова, Эллиот продолжал плакать, пока Андриш нежно обнимала его. Так прошло некоторое время.

— Мне очень жаль, Эллиот...

— А? – плачущий ребёнок быстро поднял голову.

Это была Лилиан. Её светло-зелёные глаза также наполнились слезами.

— Мне жаль маму.

— Лилиан, почему ты вдруг?.. – Андриш не могла скрыть растерянность.

Её дочь сжала два крошечных кулака:

— Я не думаю, что мне следует быть здесь.

Что? Почему же она копается в себе и говорит так?

Адриш сузила глаза, но дрожащий детский голос продолжил:

— Будет... Из-за меня в Валлиос много проблем.

— Нет! Это не твоя вина, ты лишь жертва.

— Верно, это вина Мэг!

Забыв о слезах, Эллиот окреп и посмотрел на Лилиан.

— Но это произошло потому, что все меня ненавидели, – плечи девочка сжались.

Если бы не она, Герцогство осталось бы мирным. Эти мысли наполнили её разум. И тогда Лилиан терзала совесть.

— Это неправда.

Кто-то рядом повысил голос.

Это была Джейн. Лилиан посмотрела на неё озадаченно, но выражение лица той никак не изменилось и осталось решительным. Она подошла к ребёнку и чётко произнесла:

— Не все вас ненавидят. Точно нет.

— Действительно?

— Да! Во-первых, вы нравитесь мне.

Затем Джейн нервно повернулась к Андриш, нервно глотая свою сухую слюну. Герцогиня слегка кивнула. Это означало: "Продолжай". Увидев спокойствие Мадам, она набралась храбрости:

— И другие горничные, кроме меня, тоже любят вас!

— Да, мне тоже нравится Лилиана.

— И мне!

Андриш, наблюдавшая за ситуацией, добавила свои слова с улыбкой. И Эллиот поспешно последовал за матерью, поддерживая спор. Как только Лилиана услышала голоса, её светло-зелёные глаза наполнились слезами.

— Мама, Эллиот... – губы ребёнка задрожали.

— Так что, пожалуйста, не думайте так.

Служанка слегка покачала головой и мягким голосом добавила:

— Кроме того, я всегда благодарна вам, Мисс.

— Мне? Почему?

— На днях, когда Мэг мучила меня... Мисс помогла мне, да?

— Но ведь всё сделал Эллиот. Я ничем не помогла...

— Конечно, я также благодарна и Господину Эллиоту, – улыбка Джейн стала намного глубже. — Но первым, кто сделал шаг навстречу, стала Мисс.

Лилиана прикусила губу, чтобы сдержать слёзы.

— Меня не ненавидели...

Несмотря на то, что многие горничные поддерживали Мэг, не все разделяли её мнение. Осознавая этот факт, ребёнок улыбнулся со слезящимися глазами.

— В то время в саду ты тоже помогла мне. Поэтому и тебе спасибо...

Увидев это трогательное зрелище, Анриш внезапно вспомнила разговор с Джейн.

Я даже не могла поблагодарить Мисс...

Это было сразу после того, как она сказала Миледи о странном и подозрительном поведении Мэг. Джейн долго ждала, прежде чем осторожно заговорить. Услышав её слова, Анриш нежно улыбнулась.

Пожалуйста, передайте это благодарственное приветствие Лилиане позже.

Так она и сказала.

Как раз вовремя Джейн со слезами на глазах повернулась к Анриш.

— Разве я не говорила, что Лилиана будет счастлива? – сказала Мадам с милостивой улыбкой на лице, чтобы ребёнок её не услышал. Но Джейн всё прекрасно поняла и счастливо кивнула.

* * *

Пролив море слёз, дети задремали, цепляясь за маму и шмыгая носами.

— Но... Если мы и дальше будем сидеть на диване на корточках, у всех онемеют ноги.

Прежде всего, самой Анриш было некомфортно. Сузив глаза, она решила разбудить детей, притаившихся у неё подмышками, лёгким прикосновением.

— Мои маленькие карпики, возвращайтесь к себе в комнату и спите.

— Кто такие карпики?

— Эллиот и Лилиана – вы двое.

Пока Эллиот сонно потирал глаза, Анриш игриво пожала плечами.

— У вас обоих опухли глаза от слёз, не так ли?

— Да, но мы не похожи на карпов, – ответил он, надув губу.

Несколько мгновений спустя ребёнок незаметно бросил взгляд на маму, будто искренне хотел что-то сказать.

— Что-то случилось?

— Ты... Ты...

Он всё ещё колебаясь, но пытался выдавить из себя:

— Ну, могу я сегодня поспать с мамой?

Что... Что он сейчас такое говорит?

Анриш широко открыла глаза, пристально смотря на сына, которых обычно походил на рассерженного котёнка. Но сейчас Эллиот говорит, что хочет спать вместе?! Сердце матери разрывалось из-за внезапной просьбы этого маленького и милого создания.

— Если тебе это не нравится, всё в порядке.

— Почему ты даже не слушаешь мой ответ и уже делаешь свои выводы?

Эллиот злобно взъерошил волосы:

— М-мама!

— Хорошо, давай.

— А?

— Я рада, что могу спать со своим сыном.

Уши Эллиота вмиг стали ярко-красными. Лилиана, которая только что проснулась, цеплялась за Анриш своими сонными глазами:

— Я-я! Я тоже!

— Хм?

— Я тоже хочу спать с мамой!

Несмотря на то, что она даже не могла открыть сонные глаза, было мило видеть, как девочка говорит нечто подобное.

— Да, давайте спать все вместе, – женщина нежно погладила Лилиану по волосам. В то же время Эллиот перевернулся на бок и сказал:

— Знаешь, мама...

— Что?

— Я хочу выпить сегодня какао.

Сегодня Эллиот хотел, чтобы его баловали. Но это что-то совершенно несвойственное ему. Анриш уставилась на сына удивлённым взглядом.

Теперь мы настоящая семья.

Она влюбилась в эту короткую мысль. Через некоторое время Анриш озорно ответила:

— Если ты выпьешь какао, должен будешь почистить зубы.

— Тогда мама может проверить позже, почистил я их или нет.

— Правда? Хорошо, тогда будь готов. Я тщательно проверю каждый зубик, чтобы убедиться в их чистоте.

Оба тут же разразились радостным смехом.

— Мама, – снова повторил Эллиот.

— А? Мама?

Анриш на мгновение была ошеломлена, как и сам ребёнок. А щёки его покраснели. Тем не менее, сын не избегал пронзительного взгляда. Скорее, наоборот – искал с ними встречи.

— Больше спасибо за сегодня.

— Да, конечно, – озадаченно ответила она.

Теперь же Эллиот упорно смотрел вниз, избегая материнского взгляда.

Он поблагодарил меня и назвал мамой?

— ...

Анриш была потрясена до глубины души. В носу у неё началось покалывание, поэтому она поспешно подняла руку, чтобы прикрыть его. Детям показалось, что мама вот-вот заплачет.

— Что случилось, мама?

— Мама! Ты в пордке?

Два испуганных взгляда устремились прямо на неё.

— Ах... Это... Я в порядке.

— Да? Тем не менее, мама, кажется, ты сейчас заплачешь?

— Разве это не потому, что я зевнула?

Притворилась она, а на губах у Анриш заиграла яркая улыбка, которую просто нельзя было скрыть.

* * *

Следующий день.

Как только завтрак закончился, дворецкий лично явился к Анриш и предложил чай.

— Большое спасибо за работу.

Помощь дворецкого имела решающее значение для безопасного разрешения всех конфликтов. Но его лицо казалось очень серьёзным.

Что случилось?

Когда Анриш с любопытством склонила голову, дворецкий наконец заговорил. Сильно сомкнутые губы наконец открылись:

— Вчера... Была ситуация, за которую я хочу извиниться перед вами, Мадам.

Мужчина упал прямо на колени. Увидев это, она была удивлена.

— Что ты имеешь в виду?

— Разве я не сомневался в Мадам раньше?.. – ответил дворецкий приглушённым голосом.

— А, это? – Анриш вспомнила инцидент и немного смутилась. На самом деле, она уже успела забыть о произошедшем.

— Я действительно совершил неизгладимый грех.

Тем не менее, казалось, что дворецкий всерьёз останется в этом положении, пока слово "да" не вылетит из её уст. Глаза Анриш игриво заблестели.

— Да, ты совершил грех.

— ...

Когда она ответила так, дворецкий напрягся и был готов задрожать. Хотя Анриш просто пошутила над мужчиной, было бы забавнее услышать хоть какой-то ответ. Так, сделав обеспокоенный вид, она понизила голос.

— Дворецкий так подозрительно ко мне относился, так больно...

— Мне очень жаль.

Мужчина даже не мог взглянуть ей в глаза, низко опустив голову и упёршись лбом прямо в пол.

— Я не имею права просить прощения.

— Действительно?

— Да, так что... Я приму любое наказание.

Слыша столь серьёзный голос дворецкого, Анриш еле сдерживала смех, готовый был готов взорваться.

— Хорошо, тогда наказание, которое ты получишь...

Тот едва подавил напряжение и сглотнул сухую слюну.

— Если с сегодняшнего дня между мной и Герцогом возникнут разногласия...

При столь неожиданных словах дворецкий озадаченно посмотрел на Мадам.

— Только раз. Будь на моей стороне.

— На стороне Мадам?

— Да. На самом деле, я подумаю сменить всех горничных.

— Конечно. Кажется, Госпожа изменилась...

В отличие от прошлого, сейчас Анриш решила принимать непосредственное участие в управлении сотрудниками.

— Пользуясь случаем, я думаю избавиться оот всех горничных, причастных к инциденту с Лилианой, – продолжила она. — Но я уже известная плохой репутацией.

От озорного тона дворецкий снова вспотел. Он не мог ни согласиться, но опровергнуть сказанное.

— Герцог может подумать, что я слишком сильно наказала служанок.

— Ну...

— Итак. Ты должен встать на мою сторону и рассказать всю историю. Хорошо?

Дворецкий нахмурился и посмотрел прямо на мадам, которая протягивала ему руку.

— Ма... Мадам...

— Я знаю, сколько труда дворецкий вложил в Герцогство, – Анриш улыбнулась.

Все её слова наполнены искренностью. Не так давно, когда Мадам пренебрегала обязанностями хозяйки, именно дворецкий поставил себя на её место и успешно сумел добиться того, чтобы особняк процветал.

Как можно было пренебрегать таким ценным человеком?

— Надеюсь на наше сотрудничество в будущем.

— Спасибо, – глаза дворецкого наполнились положительными эмоциями.

— Не думаю, что пойму слова жены неправильно, – раздался спокойных голос, пронзивший безмолвную комнату.

Этот голос...

Глаза Анриш немного расширились. Загадочные голубые глаза смотрели прямо на неё, заставляя немного нервничать.

— Что... Что здесь делает Герцог?

— Я пришёл по поводу текущей проблемы, – Алексей взглянул на дворецкого.

Тот, поняв, что Господин имеет в виду, медленно выскользнул из комнаты.

— ...

— ...

Между ними воцарилась тишина.

— Вы пришли поговорить о проблеме? – Анриш озадаченно посмотрела на Алексея.

Тем временем он размышлял о происшествии с Лилианой и Мэг на днях. Непреднамеренно Герцог узнал больше об этом инциденте.

[— Герцог! Я чувствую себя обиженной!]

...Это произошло потому, что Мэг сбежала и рассказала ему обо всём.

[— Мадам поймала меня, как крысу!]

Горничная, что боролась с негодованием, повысила голос, забыв, что сейчас стоит перед хозяином. Она продолжала кричать.

[— Нет! С крысой не обращались бы, как со мной! Как это может...]

Алексей прищурился. В прошлом он бы, не раздумывая, принял вину Анриш. Из-за поведения, которое она показывала до сих пор. В то время как Мэг, с другой стороны, горничная, что работала много времени на благо Герцогства.

Хотя... Я уже услышал от дворецкого, что Мэг подставила Лилиану.

Дворецкий – тот человек, что не любил Анриш. И у него не было никаких причин её прикрывать, выдумывая странные сценарии. Вдобавок дворецкий в последнее время относился с осторожность к горничной.

[— Произошла ситуация, когда насчёт Мэг переодически зачислялись наличные деньги неизвестного происхождения.]

[— Что-то ещё?]

[— Похоже, связь Мэг и Лондини правдива.]

Именно в этот момент Алексей почувствовал сильнейшее предательство. С другой стороны, поведение Анриш...

Думаю, она немного изменилась.

Алексей невольно вспомнил выражение лица Анриш, когда она смотрела на детей. Мягкие глаза были наполнены только нежностью.

[— Я услышал всё от дворецкого.]

Услышав этот холодный голос, Мэг, которая громко плакала, подняла голову.

[— Да?]

[— Ты украла вещи моей жены и пыталась обвинить Лилиану?]

Моя жена.

Незнакомое слово сорвалось с кончика языка, словно стряхивая эту странность, Алексей говорил холодно.

[— Если бы моя жена действительно так относилась к тебе...]

[— Да, Герцог?]

[— Вероятно, она сделала это, потому что ты заслужила.]

О чём сейчас говорит Герцог?!

Мэг сомневалась в услышанном. До сих пор она была "няней, за которой Эллиот следует больше всего", и "самой доверенной горничной". Кроме того, она также друг детства Алексея. Так почему сейчас между ними возникла высокая ледяная стена?

Из-за упрямого и холодного тона Мэг даже не могла ничего сказать.

[— Мэг. Если ты взрослый человек со здравым смыслом, почему бы тебе не подумать о своих действиях?]

[— Ч-что вы имеете в виду?]

[— Я говорю о том, что это очень самонадеянно и нагло, приходить ко мне вот так.]

Голубые глаза сверкнули. Холодные как лед. Мэг никогда не видела Герцога таким.

[— Мой сын сказал, что гарантирует тебе зарплату и выходное пособие за этот месяц.]

[— Д-да, Герцог.]

[— А вот я не могу это гарантировать.]

Мэг застыла, как крыса перед зверем. Конечно, все потому, что Алексей впился в неё холодным взглядом.

[— Старшая горничная говорила мне...]

[— Д-да?]

[— Регулярные пособия от Лондини гарантируют законную и разумную жизнь.]

Что... О чём он сейчас говорит?

Сердце Мэг забилось быстрее. Но Алексей не закончил говорить.

[— Кроме того, Лилиана жила счастливо и здорово под защитой своих родственников, верно?]

[— Что...]

[— Но, согласно моему расследованию, все слова горничной были ложью от начала до конца.]

Это так?

Потрясённая, она уставилась на Алексея с широко открытым ртом.

[— Поэтому я хочу, чтобы горничная столкнулась с частными санкциями Валлиос.]

Частные санкции Валлиос?!

Герцог продолжал свою речь, а глаза Мэг в ужасе становились всё шире.

Частные санкции Валлиос – личное наказание с использованием силы и богатства семьи вместо юридических наказаний. Герцогство – самая могущественная семья империи. Поэтому возмездие – необратимое и жестокое.

Конечно, Алексей был здравомыслящим человеком, поэтому никаких санкций с тех пор, как он стал Герцогом, не было. Значит, сейчас он кипел от ярости.

[— Однако семья горничной из поколения в поколение была предана Валлиос.]

Его холодный тон снова прорезал мысли Мэг.

[— Я также принял во внимание, что горничная заботила об Эллиоте долгое время. Поэтому я намерен положить конец этому судебному наказанию.]

Жестом подбородка Алексей указал на плотно закрытую дверь.

[— Если ты сейчас не уберёшься с моих глаз...]

Сказав это, Алексей скривил кончик губ.

[— Ты не сможешь получить даже последнюю милость, что я тебе дал.]

[— Да, Герцог...]

Пробормотала Мэг дрожащим голосом. Тем не менее, Алексей просто спросил с невыразительным лицом.

[— Выйдешь сама? Или тебя вытащат рыцари Герцогства?]

[— Вы не можете так поступить со мной!]

Мэг кричала в припадке.

[— Герцог бросил меня!]

[— Что?]

[— Несмотря на то, что я пережила такое предательство, я продолжила быть верной Герцогу!]

Алексей нахмурился, не понимая ни слова. Мэг тяжело вздохнула.

[— Герцог знал об этом, не так ли? Я... Я!..]

В её глазах загорелся странный свет.

[— Я страстно тосковала по Герцогу!]

Алексей потерял дар речи.

Что?

А горничная всё продолжала говорить, словно у неё прорвало плотину.

[— Но Герцог ведь тоже любит меня?]

[— Подожди. О чём ты сейчас говоришь?]

[— Зачем вы привели меня сюда и даже присвоили статус горничной?]

Услышав это, Алексей посмотрел прямо на Мэг.

Причина, по которой он привёл Мэг в качестве горничной, заключалась в том, что главный дворецкий усердно умолял его. Чтобы получить прекрасную кандидатуру для брака, он хотел устроить дочь в Герцогство Валлиос.

И проработай она здесь немного дольше, узрела бы неплохое будущее на брачном рынке.

[— Ты думала, что мы разделяем взаимные чувства?]

[— Вы собираетесь это отрицать?!]

Сказав это, Мэг посмотрела на него слезливыми глазами. Алексей не мог скрыть ошеломлённое лицо. Лишь теперь он понял всю ситуацию...

[— Мэг, ты ошибаешься. Мне кажется, ты психически больна.]

Холодная ярость заполнила всё её тело. Услышав вопиющие слова Алексея, Мэг сжала плечи.

[— Что... Что вы...]

[— Я до сих пор не делал ничего постыдного, когда стал Герцогом.]

Алексей коротко закончил свои слова.

[— Это означает, что я также был верен Анриш, хозяйке Валлиос, на которой женился.]

[— Я знаю это, но!..]

[— Не знаю, насколько долго ты тешила себя иллюзиями.]

Подобный кровавому клинку, его взгляд разрывал Мэг не куски.

[— Этой чуши достаточно, чтобы снова впасть в немилость.]

[— Д-да?]

[— Ты действительно хочешь подвергнуться санкциям Валлиос?]

При словах о смертной казни лицо Мэг побледнело.

[— И причина, по которой я сейчас терплю эту нелепую чепеху...]

Алексей скрипел зубами. Его гнев пытался вырваться наружу.

[— Это потому, что я не хочу осквернять радостные воспоминания из нашей молодости.]

[— Господин...]

[— Прямо сейчас я всё ещё стараюсь придерживаться своих соображений.]

Алексей впился взглядом в Мэг, что тряслась.

[— Будет лучше, если ты исчезнешь с моих глаз прямо сейчас и больше никогда не появишься.]

[— Хнык...]

[— Если я снова увижу тебя, интересно, что же сделаю?]

Холодно заключил Герцог.

[— Я тоже не уверен.]

Это последнее предупреждение.

Мэг поднялась со своего места и в мгновение ока скрылась за дверью.

— Ну, Герцог? – услышав жену, Алексей пришёл в себя.

Подняв глаза, он увидел, что Анриш смотрит на него с растерянным лицом.

— Ох, я погрузился в свои мысли.

Несмотря на то, что перед ним были люди, он совсем об этом забыл. Поэтому Алексей извинился. Но даже тогда Анриш долго смотрела на него, будто принимала решение.

— Я думаю уволить некоторых горничных.

— Это так?

— Конечно, Герцог может подумать, что я слишком сильно их наказываю...

— Нет, я так не думаю.

— Что? – Анриш, которая пыталась извиниться за это действие, растерянно широко раскрыла глаза.

Алексей аккуратно покачал головой.

— Как я уже сказал, я считаю это решение правильным.

— Да?

— Потому что я примерно знаю, что произошло.

— Хах?

И это говорит упрямый Алексей?

Анриш не могла принять нынешнюю ситуацию, сколько бы об этом не думала. Но герцог продолжил:

— На этот раз Лилиана и Эллиот пережили тяжёлые времена.

— Да. Это правда, но...

— А Мадам просто сделала то, что должна. Я не могу вмешиваться.

Ты сегодня съел что-то не то?

Но они с Алексеем ели абсолютно идентичную пищу, потому что завтракали в таунхаусе. Поэтому происходящее казалось страннее и страннее. Пока Анриш отчаянно пыталась угадать, что заставило вести его так ненормально, Герцог сбросил бомбу.

— Ты... Ты хорошо поработала.

Алексей, сказавший это, отвернулся, будто немного смутился. Задняя часть его шеи стала красной. Сейчас он напоминал своего сына – Эллиота.

— Эм...

Анриш была ошеломлена.

Что... Почему Алексей делает мне комплименты?

Тем не менее, это не приносило неприятных ощущений. Если быть точной... Сейчас она чувствовала себя счастливой. Обе её щёки ярко покраснели. Всё это время Анриш старалась сломать стены вокруг сердца. Казалось, сейчас эти усилия окупились.

— Думаю, теперь мы стали немного ближе...

— Что ж, это так. Спасибо.

— Пожалуйста.

Услышав её застенчивый голос, Алексей мягко покачал головой.

— Мне немного стыдно.

— Почему?

— Именно я говорил Эллиоту, что глаза нужны для того, чтобы видеть и понимать людей, – Герцог говорил это с горечью. Задумавшись на мгновение, он продолжил: — Но... Я даже не заметил неуважительные действия горничных. Мне жаль.

Его голос был наполнен глубоким стыдом. Услышав это, Анриш решительно покачала головой:

— Герцог, не говорите так.

От неожиданности глаза Алексея расширились.

— Я хозяйка Валлиос. И мне нужно было навести порядок в доме.

Выпрямив спину, она посмотрела прямо в глаза мужу:

— Поэтому я несу ответственность за этот инцидент.

— Госпожа...

— Это произошло потому, что я до сих пор не расправилась с сотрудниками должным образом.

Она ярко смотрела на него и смиренно признавала вину. И для прежнего "я" Анриш это что-то невообразимое.

— Я не могу избавиться от своей прежней неискренности. Поэтому в будущем постараюсь изо всех сил.

— Значит...

— Я собираюсь взять под контроль семью и за её пределами, чтобы этого больше никогда не повторилось.

Фиолетовые зрачки светились.

— Это... Это долг хозяйки Валлиос.

Алексей почувствовал, как внутри него вспыхивает новое чувство. Пурпурные глаза, полные энтузиазма, сияли.

А она хорошая.

Герцог никогда не думал, что скажет нечто такое об Анриш. Это странное, но приятное ощущение. Алексею пришлось пойти на многое, чтобы держать язык за зубами.

— Хорошо. Хотя я думаю, что мадам может пострадать в будущем. Меня это беспокоит.

— Что вы имеете в виду?

— Если уберете всех горничных, причастных к инциденту с Лилианой, – Алексей с тревогой обдумывал слова. — Разве не будет сложно управлять домом без горничных?

Это правда. Все служанки, включая Мэг, провели в особняке долгие годы. И тогда останутся лишь молодые сотрудницы, что станут для Анриш ещё большим бременем.

— Пока новые горничные не привыкнут к своей работе, Мадам придётся внимательно осматривать всё в особняке – самостоятельно.

— Всё нормально, – немедленно ответила она. — Думаю, хорошо поменять всех горничных.

— Могу я спросить: почему вы так считаете?

Выражение лица Анриш стало холодным.

— Издевательства над детьми... Я никогда этого не прощу.

— Госпожа...

— Эти горничные уже однажды причинили вред Лилиане.

Глядя на неё прямо сейчас, он полностью понимал эти намерения. Анриш решила это не просто из-за слепого желания "уволить всех горничных". Она искренне хотела защитить детей, потому и вынесла такое решение.

— Даже если мне придётся немного пострадать, лучше так – для долгосрочной перспективы.

Анриш встретилась взглядом с Алексеем. Глаза, которые смотрели прямо на него, выражали твёрдую убеждённость.

— Лилиана – моя семья. Вместо того, чтобы относиться к ней враждебно... Стоит быть на её стороне. И я намерена сообщить ей о комфортной жизни в Герцогстве.

Пережевывая слова Анриш, Герцог кивнул.

— Это разумно.

Она не просто сказала: "Поскольку я взрослый, я должна заботиться о своих детях". Вместо этого Анриш чётко решила: "Я должна быть на стороне Лилианы, чтобы сделать её жизнь в Герцогстве комфортной".

— Кроме того, я не всегда хочу злиться на одного за другим, если что-то подобное когда-либо повторится.

Мягко улыбаясь, Анриш игриво пожала плечами:

— Не пора ли избавиться от клейма злодейки?

— Что? Злодейки?

— Разве вы не знали, какая я мерзкая женщина?

— Нет! – сам того не осознавая, Алексей закричал.

Тогда Герцогиня рассмеялась. Было довольно забавно видеть его быстрое отрицание. И через некоторое время она окончательно расправила грудь.

— Пожалуйста, доверьте это мне. Я не разочарую.

Однако мускулы на её лице дрожали.

Пусть я и говорю уверенно, но всё ещё нервничаю!

— Да, я согласен, – прошептал он с мягкой улыбкой на лице.

Что теперь?!

При виде столь ласкового поведения, Анриш снова удивлённо хлопнула глазами.

Он правда только что мне улыбнулся?!

Его улыбка, как острый клинок, в тот же миг изменила сознание Герцогини. Мягкие, как весенние ветерок, изгибы очаровывали.

— Почему ты так смотришь? – спросил Алексей через некоторое время, почувствовав взгляд Герцогини.

— Потому что вы действительно красивый, когда улыбаетесь.

— Прости?

— Пожалуйста, улыбайтесь почаще в будущем.

Одно движение превращало холодного Герцога в красивого мужчину.

— Кроме того, я ведь ваша жена? Так что по закону могу наслаждаться этой красотой, верно?

А быть злодейкой тоже неплохо.

Пока Анриш улыбалась собственным мыслям, Алексей тихо смотрел на неё. Что-то щекотало глубины его груди, словно мягкое перо.

И это было действительно странно.

Анриш заменила всех горничных, что были на стороне Мэг. Для начала она начала ходить в офис, где раньше не появлялась. Глаза сотрудников расширились от увиденного: из-за внезапного изменения Мадам.

— Ты слышал? Мадам в эти дни сама просматривает весь бюджет.

— В самом деле? Боже мой... Это то, что мы сможем увидеть, прожив лишь миллион лет.

— Дворецкий также отчитывается перед мадам, верно?

В прошли он был раздосадосадован её поведением, но отношение к Госпоже вдруг изменилось. Сотрудникам казалось, словно они попали в рай. Однако, конечно, всплывал скептический вопрос: "Как долго всё это продлится?.."

— Сейчас Мадам... Я думаю, она стала гораздо дружелюбнее, чем раньше.

— Верно! Она даже прощает служанкам промахи.

На самом деле, несколько случаев доказывали её изменение. Например, когда горничная убиралась на днях, случайно плеснула несколько капель воды на платье Мадам.

— Ах, я... Мне... Мне очень жаль!

Лицо её побледнело, став, как чистый лист бумаги. Хотя это и очень маленькое пятно, которое ты не заметишь, даже приглядевшись...

Что мне делать, я труп!

Проблема заключалась в том, что владелица платья – Анриш. "Злодейка особняка". Горничная тревожно дрожала.

— Всё в порядке.

— Простите, пожалуйста... Что?

— Я сказала, всё в порядке.

Анриш небрежно указала подбородком на воду в ведре.

— Разве это не чистая вода?

— Что? Да, но...

Горничная безучастно кивала. Она была последней, кто мыл пол, поэтому воду только набрали. Анриш, услышав ответ, пожала плечами.

— Тогда продолжай работу.

— П-правда?

— Да.

Мадам прошла мимо горничной. Всё ещё смущённая, она оглянулась на Анриш с немым лицом. После того дня служанка распустила слух о чуде, которое пережила. И начиная с этого, стало распространяться гораздо больше историй, доказывающих, что "Мадам изменилась".

— Итак, где Мадам сейчас?

— Ах...

Горничная, что гордилась переменами, ответила:

— В офисе.

* * *

В то же время.

Анриш поникла на стуле в своём кабинете. Её глаза наполнились усталостью, она напрасно смотрела на все документы, наваленные горой.

— Нет, я не могу, сколько бы не смотрела в них... Если бы я знала, что это так сложно, стала бы ленивой любовницей!

Мадам закрыла лицо обеими руками.

Несчастье началось с её опрометчивого решения, которое она вынесла, не подумав.

— С этого момента я хочу участвовать в домашних делах.

Как только она это сказала, лицо дворецкого наполнилось радостью.

— Правда?

— Да, но...

— Ура!

Дворецкий поспешно начал складывать бумаги на её столе с блаженным видом. Анриш устала после рабочего дня и решила расспросить его:

— Что это?

— Бюджетные предложения для таунхауса, который Мадам должна увидеть прямо сейчас.

Это документы... Бюджет только для таунхауса?

Мадам сглотнула сухую слюну. Но слова дворецкого не закончились.

— Отчет из Герцогства Валлиос я организую и отправлю в ближайшее время.

— То есть эти документы – ещё не всё?

— Конечно. Кроме того, есть ещё несколько поместий, которыми мы владеем.

Сжав кулаки, он пробормотал восторженным голосом:

— Наконец-то я могу спать больше пяти часов в день...

Несмотря на то, что Анриш всё услышала, никак не могла отвернуться от дворецкого. Мадам не знала, как преодолеть угрызения совести, она сама открыла дверь в ад.

Эх.

Мадам взяла со стола стопку бумаг. Вопреки жалобам и недовольству, она крайне дотошно и тщательно изучала документы, проверяя их на неполноту.

— Что? – внезапно Анриш нахмурила брови.

Что-то здесь не так. Что это?

Пристально глядя на бумаги в своих руках, Анриш прищурилась и изучала, где ей выдали деньги не возмещение ущерба. Раз в месяц Мадам получала огромную сумму – компенсацию. До сих пор она думала, что это лишь сумма, установленная для покрытия роскошной жизни.

— Больше половины средств переведены маркизу Саксонни, верно?

Это член семьи Анриш. Её младший брат после смерти Маркиза унаследовал его титул. И, конечно, отсылать ему некоторую часть денег – вполне естественно.

— Но почему так много?

Гротескным взглядом, шаг за шагом Анриш прокручивала в памяти все мысли и рассматривала документы. Нынешний Маркиз, другими словами, её брат – человек, принимавший "жертву семьи" как должное. В отличие от Анриш, которая после замужества станет членом другой семьи, он – драгоценный сын и наследник.

Маркиз – центр семьи. Её младший брат вырос в любви родителей. И вёл себя так, словно сестра обычная подчиненная. И, прижавшись к нему, Анриш верила, что это единственный человек, готовый подарить любовь родителей. Поэтому она не могла противиться его воле.

— Хм...

Анриш погрузилась в свои мысли...

Тук-тук. Раздался короткий стук.

— Войдите.

Дворецкий открыл дверь. В руке он держал поднос с прохладительными напитками и чайник.

— Как дела? Вы справляетесь с работой?

— Да, но я очень устала. Так или иначе, это моя карма.

Услышав её страдальческий голос, дворецкий улыбнулся. Он поставил поднос на стол и добавил мягким голосом:

— Это печенье испекла Мисс Лилиана и Молодой Господин Эллиот.

— Правда?

— Да. Эти двое также передали вам: "Пожалуйста, сделайте всё возможное".

Как мило!

Мысли о двух детях немного развеселили её.

— Давайте сделаем перерыв и выпьем чаю.

— Конечно, только позаботься об этом.

Анриш откусила кусочек шоколадного печенья и показала листок бумаги. Дворецкий небрежно взглянул на документы и удивился:

— Разве это не расходы Мадам на возмещение ущерба.

— Верно, и...

Мадам взяла ручку и провела черту над словом "Маркиз Саксонни".

— Пожалуйста, в бущуем не платите маркизу ни пенни.

— Вы уверены: Это сумма, которую мадам сама указала...

— В чём дело? Это мои деньги. И если я приказала раньше отдавать их, теперь приказываю иное, – равнодушно ответила Анриш.

Затем, вспомнив деталь, добавила:

— И я подумываю о том, что уменьшить свою компенсацию вдвое.

— Да?

— Даже если я урежу её вдвое, сумма останется прежней, верно?

Сказав это, она слегка пожала плечами.

— Ну... Если Мадам не станет отправлять деньги Маркизу, да.

Дворецкий взглянул на Госпожу свежим взглядом.

— Почему ты так смотришь?

— Нет-нет, – он поспешно покачал головой.

До сих пор кабинет Герцогини пустовал: в течение восьми лет. Однако...

Теперь Мадам сидит здесь.

Она либо возилась с ручкой в офисе, вздыхая, глядя на документы, сваленные горой, или просматривала старые бумаги. Зрелище было настолько удивительным, что дворецкий всё ещё не мог к этому привыкнуть.

Вы действительно изменились, Мадам.

Эта мысль внезапно пришла ему в голову. И со счастливым лицом дворецкий посмотрел на Анриш.

* * *

Несколько дней спустя.

Алексей наклонился к карете, направляясь в Императорский Дворец. Он должен был присутствовать на заседании Палаты Лордов. Хотя его нервы сосредоточились только на нескольких документах, которые он держал в руках.

— Ты сказал... Мадам сама занималась этими бумагами?

Алексей не мог скрыть своего удивления. Просто взглянув на них, он видел изящную организацию и структуру. Что ещё более удивительно, документы походили на работу администратора, что занимался этим в течение нескольких лет.

— Я недавно услышал новость о том, что Мадам усердно работает, но...

Герцог просто не мог поверить. Слишком хорошо всё выглядело.

Как раз в тот момент, когда Алексей ошеломлённо смотрел на документы, карета мягко остановилась.

— Мы прибыли, Герцог.

— Спасибо.

Погрузившись в изучение бумаг, он даже не понял, что уже приехал в Императорский Дворец. Алексей, с документами в руках, вышел из кареты. В то же время послышался неприятный голос:

— Разве это не Герцог Валлиос?!

Услышав это, Алексей тут же надел холодную маску.

Этот человек...

— Маркиз Саксонни.

Это младший брат Анриш.

Он не очень-то походил на свою сестру. Подлый взгляд с видимой жадностью буравил взглядом Герцога.

— Почему Маркиз пришёл на собрание дворян? – Алексей задал вопрос довольно резким голосом.

Это было так, потому что брат Герцогини редко посещал заседания Палаты Лордов. Конечно, если Император лично не посетит конференцию, он никогда не заставлял дворян присутствовать.

Не будет преувеличением сказать, что я не видел даже кончик его носа за этот год.

Маркиз Саксонни – один из высокопоставленных дворян Империи. Это означает, что это должность, которая несёт ответственность за то, чтобы подавать пример другим. Однако брат Анриш – всегда небрежен. И ни единая часть тела не видела ответственности собственного положения.

Поскольку Алексей ценил принципы, у него не было иного выбора, кроме как ненавидеть Маркиза ещё больше.

— Я пришёл, чтобы повидаться с Герцогом.

И всё же, несмотря на откровенно брезгливое лицо Алексей, Маркиз сохранял приятную улыбку.

— Почему вы пришли ко мне?

— Это... – сказав это, он потёр руку и медленно заговорил. Честно говоря, он походил на муху, что тёрла лапки. — Потому что деньги, которые присылала мне сестра, внезапно были урезаны.

Что?

Услышав это, Алексей немного удивился. Несмотря на то, что Анриш – высокомерная и неуважительная, она с трепетом относилась к семье. Но вдруг решила урезать страховые выплаты?..

Маркиз улыбнулся с непроницаемым лицом и продолжил:

— Когда дело доходиь до семьи Валлиос, разве вы не самые богатые в Империи?

— Что вы пытаетесь сказать?

— Деньги, что высылала мне сестра – меньше капли в море для Герцогства, верно?

Сказав это, он оглянулся на Алексея. Маленькие мерцающие зрачки напоминали крысу.

— Вы можете уговорить мою сестру снова отправлять деньги:

Он серьёзно?

Ошеломлённый Алексей молча уставился на Маркиза, который произвольно истолковал молчание в качестве положительного ответа.

— Вы знаете, я немного вложился в бизнес.

— И что?

— Поверьте мне, Герцог! Это огромная прибыль! – уверенным голосом воскликнул Маркиз.

Услышав чересчур уверенный голос, Алексей искренне удивился. Потому что, несколько известно, Маркиз уже пять раз терпел неудачу в инвестициях.

— Если мой бизнес пойдёт в гору, разве это не поможет и вам, и сестре?

Глаза Герцога, видящего столь бесстыдное поведение, похолодели.

Причина, по которой Маркиз мог так высоко держать голову, заключалась в Анриш. Поскольку она стабильно отправляла деньги, он мог тратить их каждый раз на своё усмотрение. Тем не менее, он теперь нёс подобную чушь.

— Разве мы не семья? Разве семьи не помогают друг другу в трудные времена?

— Теперь вы говорите, что мы семья?..

— Да, семья! Ха-ха-ха! – Маркиз расхохотался.

Разве это не первый раз, когда он так говорит?

С этой мыслью Алексей вдруг вспомнил его отношение к сестре. Каждый раз, когда маркиз общался с Анриш, ставил себя на ступеньку выше.

— Ты женщина, поэтому должна жить для меня, мужа и Господа, – так он говорил, не стесняясь высокомерия.

Насмешливым тоном Герцог ответил:

— Не думаю, что Маркиз когда-либо помогал своей сестре, разве не так?

— Что?

— Разве это не так? Моя жена до сих пор отдавала Маркизу всё, даже выданные ей деньги, – его слова звучали резко.

Маркиз Саксонский, у которого какое-то время было глупое выражение лица, попытался скрыть ужас ситуации за смехом:

— Ну... О чём вы говорите? Конечно, для сестры естественно заботиться о младшем брате...

— Это называется "эксплуатацией".

— Ч-что? – спросил он с ярко-красным лицом.

Однако Алексей не закончил говорить.

— Что Маркиз сделал для моей жены до сих пор?

Застигнутый врасплох, Маркиз непонимающе моргнул.

— Маленькая безделушка, книга... Нет, вы когда-нибудь дарили ей хотя бы носовой платок?

Прошло восемь лет со свадьбы Герцога. За это время Алексей ни разу не видел подарков для жены от её семьи.

— Немного забавно, что Маркиз называет её семьёй.

— Герцог!

— Деньги на возмещение ущерба полностью принадлежат моей жене, – твёрдо сказал Алексей. — И моя жена решит, как использовать средства.

— Но Герцог – муж моей сестры, так что!..

— Я не думаю, что вы поняли мои слова.

К этому времени Алексей уже был расстроен. Ярко-голубые глаза, холоднее зимнего неба, искоса посмотрели на Маркиза.

— Вместо того, чтобы так цепляться за меня, разве вы не должны молить и держаться за подол юбки моей жены? – на его губах появилась явная насмешка. — Даже звери будут благодарны, если вы это сделаете.

— Что?! Да как вы можете говорить такое?!

Маркиз неосознанно широко раскрыл глаза, ведь Алексей называл его кем-то, кто хуже дикого зверя.

— Подождите!..

— Если вам больше нечего сказать, я пойду первым.

Сказав это, Алексей прошёл мимо Маркиза.

— На этой встрече, безусловно, будет неплохо проявить внимание к деталями. Не засыпайте, – сказав это с насмешкой, Герцог исчез.

Маркиз лишь смотрел ему в спину, стиснув зубы.

Чёрт, это даже небольшие деньги, как он смеет так себя вести?!

Ругал он Герцога про себя.

Я не могу оставить это без внимания. Мне придётся рассказать обо всём матери.

Глаза Маркиза злобно заблестели. Старшая сестра, которую он знал, всегда жаждала родительской любви. Чтобы стать "полезным человеком", она без колебаний брала деньги у Герцога. И если мать поговорит с ней... Это определённо окупится.

* * *

Чтобы немного отойти от отвратительно Маркиза, Алексей деловито двинулся вперёд.

Но внезапно он резко остановился на своём месте.

Боже...

Выйдя из кареты, он случайно прихватил с собой и документы. Алексей снова взглянул на них. Записки, аккуратно оставленные, сделаны красными и синими чернилами. Это привлекало внимание.

— Мадам... – он снова подумал об Анриш.

Хотя она была равнодушно к Валлиос, выполняла работу прилежно и была прекрасной дочерью. Несмотря на такую жертву ради семьи, младший брат всё равно не видел в ней ничего большего, кроме как кошелёк.

Они так и не отплатили за любовь.

— ...

Алексей крепко сжал губы. Впервые... Ему было жаль Анриш.

* * *

Лилиана и Эллиот сидели бок о бок в саду под тёплым солнечным светом. На весеннем ветерке нежно покачивались красные и жёлтые анютины глазки в полном цвету. Но, к сожалению, мальчика совсем не интересовали милые растения.

Всё потому, что рядом с ним сидела девушка, намного симпатичнее, чем цветы.

Почему она такая красивая?

Эллиот постоянно поглядывал на Лилиану. Её золотистые волосы мягко развевались на ветру. Под длинными опущенными ресницами красивые зелёные и сверкающие глаза, словно драгоценные камни.

— Хочу увидеть маму.

— ...

Услышав это, Эллиот мрачно посмотрел на неё.

— Лилиана, ты знаешь, что говоришь это уже в двадцатый раз?

Эти слова уже застряли у него в ушах.

Лилиана угрюмо моргнула.

— Но... Я хочу увидеть маму.

— ...

Это всё равно, что разговаривать со стеной. Осознав это, Эллиот просто предпочёл молчание. Она взглянула на окно кабинета, где сидела Анриш, и с мрачным лицом заговорила:

— Если мы зайдём в гости, это сильно отвлечёт маму?

Нет, как долго она будет говорить только о маме?

Наконец, раздосадованный Эллиот задал вопрос злобным голосом:

— Тебе так сильно нравится моя мама?

— Да, она мне нравится, – без малейшего колебания твёрдо ответила Лилиана.

— Тогда кто нравится больше: я или моя мама? – Эллиот всё ещё выглядел угрюмым.

— Хм... Конечно, мама.

— ...

Он был в растерянности, не находя слова. Как долго нужно смотреть за такой привязанностью своей невесты к маме? Внезапно Лилиана улыбнулась, как свежие расцветшие весенние цветы.

— Но среди мужчин мне больше всего нравится Эллиот.

— Ох... Неужели?

Переспросив, он сделал вид, что ничего не произошли, и равнодушно отвернулся. Однако губы Эллиота слегка подёргивались. Все потому, что он едва сдерживал улыбку. Хотя сын не так хорош, как его мать, среди мужчин он всё ещё лучший. Разве это не хорошо?

Эллиот изо всех сил старался мыслить как можно более позитивно.

— Потому что... Когда я вижу маму, чувствую, что у меня есть цель.

— Цель?

— Если я стану взрослой, я хочу быть хорошим человеком, как мама, – сладкий голос защекотал уши.

Эллиот уставился на невесту. Впервые Лилиана заговорила о будушем.

— Я уверен, всё получится.

— Правда?

— Конечно.

Её щёки покраснели, как яблоки. Эллиот, увидев счастливое лицо, наконец расхохотался.

Всё хорошо, если Лилиане это нравится. Тогда он наслаждался чувством счастья.

— О Боже! Лилиана!

Из ниоткуда они услышали громкий крик. В то же время лицо девочки стало бледно-белым.

— Это... Директор детского дома?

Перед двумя детьми стояла пара Баронов. Они были похожи на павлинов с надутыми перьями. Баронесса состроила гримасу смеха и сказала девочке:

— Лилиана, почему ты нас так называешь? Что значит "директор детского дома"?!

— Верно, – Барон, склонив спину, с улыбкой посмотрел Лилиане в глаза и продолжил: — Разве мы не дядя и тётя? Почему ты так говоришь?

Сказав это, он поднял руку и попытался погладить её по голове.

— Хи-и-ик!

Девочка, испугавшись, рефлекторно отстранилась.

Увидев это, Эллиот невольно нахмурился. Думаю, этих двоих Лилиана и боялась. Тем временем барон с беспокойством убрал руку.

— Что такое, Лилиана?

— Эм... Это...

— Если другие увидят это, подумают, что мы тебя избивали! Разве не так, дорогая?

— Ты даже не знаешь ничего о благодарности. Мы ведь тебя вырастили...

Супруги беседовали друг с другом. Тем временем Лилиана дрожала, как крыса перед кошкой, даже не опровергая ни слова. И Эллиот, видя это, более не мог сдерживаться, отчего заговорил:

— Вы двое, кто вы такие?

— Боже! Здравствуйте, молодой наследник!

— Простите за запоздалое приветствие. Приятно познакомиться, наследник.

Пока Бароны каким-то образом пытались показаться Эллиоту хорошими, он в это совершенно не верил. Его лицо сморщилось ещё больше.

— Мы родственники, которые до сих пор заботились о Лилиане.

— Родственники?

— Да. Без нас Лилиана стала бы сиротой, выпрашивающей еду на грязной дороге.

Сказав это, Барон и его жена расхохотались. Это было так, будто они услышали очень смешную шутку.

Что здесь, чёрт возьми, смешного?

Он молча уставился на них холодными глазами, а затем вспомнил, что сказала невеста, едва увидев супругов. Разве она не только что назвала их директорами приюта? Похоже, за этим кроется какая-то история. И, должно быть, она не очень ей нравилась, раз Лилиана свернулась калачиком, пытаясь избежать ненужных взглядов.

Эллиот строго спросил:

— Что вы хотите этим сказать?

— А? Что?..

— Моей невесте разве не вы только что сказали: она могла быть "сиротой, выпрашивающей еду на грязной дороге"?

Мальчик чётко процитировал его же слова.

— Ах... Это не то, что...

— Наследник, это...

— Если вы хотите похвалить себя, нет причин унижать других, – он хладнокровно подвёл чёрту. Пара Баронов выглядела смущённой.

Мгновение спустя раздался нежный голос:

— Эллиот, хорошая работа.

— Мам?

Это была Анриш.

Вне себя от радости, Эллиот и Лилиана повернулись к ней с сияющими лицами и подбежали. Когда она подошла ближе, обняла детей за плечи и снова перевела взгляд на пару Баронов.

— Если вы взрослые, разве не должны подавать детям пример?

— Герцогиня...

— По крайней мере, вы не должны делать ничего грубого, оскорбляя невесту в присутствии ребёнка.

Услышав холодный голос, Барон и его жена побледнели. Тем не менее, Анриш продолжила:

— Разве я не говорила раньше? – она высокомерно вздернула подбородок. — Не беспокойте нашу Лилиану и никогда не появляйтесь у неё на глазах.

— Мы лишь...

— Разве не вы сейчас пытались побеспокоить Лилиану?

Насмешливый голос Герцогини заставил лица Баронов стать сухим.

— Вам должно быть стыдно.

На самом деле, и сама Анриш не горела желание видеться с ними.

— ...

Герцогиня посмотрела на Лилиану, что крепко держалась за подол платья. Дело в том, что это её родственники. Тем не менее, между ними нет кровных связей. И если все пойдёт так и дальше, нельзя будет избежать слухов: "Она так плохо обращалась со своей семьёй".

Если это я, всё в порядке. Уже распространились слухи о моих злодействах.

Она не могла допустить, чтобы Лилиана попала в ловушку. Анриш вздохнула.

— Эллиот, не хотите пойти к себе в комнату с Лилианой?

— Мы так и сделаем, мама, – он поспешно кивнул головой и взял девушку за руку, сидевшую рядом.

Лилиана снова оглядывала назад, следуя за Эллиотом в особняк. Убедившись, что дети ушли, Анриш скрестила руки на груди, пристально смотря на пару Баронов жёстким взглядом.

— Поблагодарите Лилиану, – услышав этот холодный голос, пара Баронов напрягалась. — Если бы вы не были родственниками, мне бы и в голову не пришло разговаривать с вами так мягко.

Анриш нахмурилась.

— Зайдите внутрь.

* * *

Герцогиня привела обоих в гостиную.

Они родственники Лилианы, так что я должна хотя бы угостить их чаем.

Попросив горничную принести напитки, она даже не подумала о том, чтобы скрыть неприятный характер. Так что теперь в гостиной царила лишь неловкая тишина. Пара Баронов, на которых давил дух Анриш, застыли, не в силах даже пошевелить губами.

С каких пор она так заботится о детях?

С тех пор, как она забрала Лилиану... Это так расстраивает!

Супруги обменивались недовольными взглядами, а Герцогиня улыбнулась, видя это.

— Действительно невежливо.

— А?

— Разве вы не научились этому, когда были молодыми? Невежливо разговаривать друг с другом в присутствии людей.

Испуганная пара Баронов неловко улыбнулась.

— Это...

— Достаточно. Даже самая обычная вещь может быть обычной.

Их лица покраснели от стыда за откровенно саркастический голос. Тем не менее, Анриш лишь поудобнее устроилась на диване.

— Разве вы не говорили, что у вас что-то важное? – Герцогиня, пытаясь успокоиться, пересказала содержание письма, которое отправили ей Бароны.

Суть его заключалась в следующем: "Нам нужно поговорить с Герцогиней!".

Лучше бы они написали обо всём сразу же.

— Что же это?

— Это...

Барон, наблюдавший за её лицом, нервно открыл рот:

— Герцогиня... Недавно мы проходили налоговое расследование.

— Нам придётся заплатить огромный налог!

Подавленная Баронесса прервала мужа:

— Я слышала, что семья, которая заказала проверку – Герцогство Валлиос.

Анриш закатила глаза. Она никогда не просила о налоговом расследовании. Так что, если это кто-то другой, действующий от имени Герцогства...

Алексей?

Значит ли, что Алексей заказал налоговую проверку?

В этот момент Баронесса повысила голос:

— Три тысячи золотых!

— Три тысячи?

Неожиданная сумма. Анриш была несколько удивлена.

— Мы родственники Лилианы. И вы знаете, мы хорошо её воспитали.

— Тогда почему вы не можете остановить налоговое расследование?

Барон цеплялся за Герцогиню, что молча смотрела на них.

Это всё, что вы можете сказать? Кроме того, почему я должна это делать?

— Почему вы просите об это меня?

— Герцогиня, должно быть, заказала налоговую проверку...

— Почему вы так уверены, что я заказала её?

Вопрос ошеломил супругов.

— Значит, Герцог сам сделал это?

Реакция Анриш оказалась несколько странной и неуверенной. Как рыба не может выжить в слишком чистой воде, так и налогообложение. Если вы не поймаете кого-то, он сможет скрыться в тени ещё сильнее. И в такой ситуации не достаточно заплатить штраф...

— Мы можем показать вам все документы...

Почему вы ещё их не подготовили, в таком случае?

Анриш сузила глаза.

— Документы проверяются налоговой инспекцией, не так ли?

Нужно ли мне закрыть глаза на происходящее, учитывая обстоятельства? Смотря на обезумевших Баронов, Анриш покачала головой. В такой ситуации можно обойтись лишь крупным штрафом.

Приподняв кончики губ, Герцогиня искренне рассмеялась.

— Если не встряхнуть вещь, она так и останется пыльной.

— Но ведь можно ничего не трогать, тогда она останется на объекте?

— Верно, – в этот момент раздался прохладный голос.

Все трое шокировано оглянулись.

— Ге-герцог Валлиос...

— Мы...

— Барон, – сказал Алексей, отчего супруги тут же замолчали, не в силах выплюнуть очередные изменения.

Кажется, их никто не станет слушать.

Слыша звук ботинок, Барон и его жена ожесточились в лице. Голос Герцога – холодный и ужасающий – был, как кнут.

— Что за грубость по отношению к моей жене?

Моей жене?

Герцог назвал меня именно так?

Анриш засомневалась в услышанном.

* * *

Некоторое время назад закончилось собрание знати.

На протяжении всей беседы мысли Алексея были переполнены – он думали лишь об Анриш. Жена сообщила, что больше не хочет финансировать брата.

Почему? Означает ли это то, что вы больше не хотите держаться за свою семью? С чего вдруг?

В глубокой задумчивости Алексей вошел в таунхаус. Дворецкий вежливо поклонился:

— Вы здесь, Господин?

— Да. Жена у себя?

— Ах...

Дворецкий на мгновение замолчал.

— К нам прибыла семья Барона.

— Барона? – Алексей нахмурился.

Почему они вдруг приехали в особняк?

Кроме того, не думаю, что Герцогиня рассталась с ними на хорошей ноте.

— Мне придётся вмешаться, – Алексей шагнул вперёд.

И как раз в тот момент, когда он собирался постучать в дверь гостиной, раздался пронзительный голос Анриш. Сам того не осознавая, Алексей снова и снова прислушивался к её словам.

— Если не встряхнуть вещь, она так и останется пыльной.

— Но ведь можно ничего не трогать, тогда она останется на объекте?

Слабая улыбка расплылась по губам Герцога.

Щелчок. Он открыл дверь и встретился с ошеломлённым Бароном взглядом. Но видел Герцог лишь Анриш. Жена с широко открытыми глазами смотрела на него, словно испуганный кролик.

Это даже мило...

— Вы правы, – сказал Алексей с ясным выражением лица холодным голосом. — Что за грубость по отношению к моей жене?

Видя язвительный взгляд Герцога, супруги тут же сжались.

— Я лично подал прошение о налоговом расследовании.

— Герцог...

— Итак, вы собираетесь со мной спорить? – строго спросил он. — Лучше займитесь чем-то, а не бесполезно беспокойте мою жену.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

Бароны более ничего не могли сказать, как и сам Алексей из-за присутствии Анриш в комнате. И этот факт раздражал.

Вмиг её глаза расширились ещё больше.

— Это странно. Вы говорили обо всем при моей жене раньше, — очередной вопрос раздался в ушах супругов. — Почему вы ничего не можете сказать мне?

— Герцог, это не то... Мы...

— Налоговые вопросы очень важны для Его Величества Императора.

Его Величество.

Как только это слово прозвучало, барон и его жена сжались ещё сильнее. Алексей говорил суровым голосом:

— Похоже, что собственность Лилианы была украдена, как и большая часть субсидии, выплачиваемой государственному приюту.

Вы воровали даже эти средства?

Анриш по очереди посмотрела на супругов с озадаченным выражением лица. Скорее всего, они не смогут опровергнуть это утверждение. Именно поэтому Бароны кусали губы.

— Если бы это был я, смог бы уладить все штрафом.

Алексей, который наклонил голову, коротко ухмыльнулся.

— Хотите сказать, что моя жена должна спорить с Его Величеством?

— Нет!

— Тогда и вы не должны, – Алексей наклонил голову наискось, но его голубые холодные глаза просияли. — Стоило ли беспокоить мою жену, хозяйку Герцогства?

— А?..

— Я бы не смог так нагло заявиться к ней.

Алексей мягко улыбался, глядя на неё.

Но супруги дрожали, словно видели перед собой чудовище, что может вцепиться своими зубами им в шею в любой момент.

Анриш, сама того не осознавая, потерла дрожащую руку. По ней пробежали мурашки.

— Простите, нам очень жаль.

— Мы лишь хотели...

— Думаю, разговор окончен, – Алексей указал на дверь. — Я не собираюсь вас провожать.

Барон и его жена с покрасневшими лицами выскользнули из гостиной.

Как всё прекрасно прошло!

— Спасибо!

— А?

— Благодаря Герцогу мы смогли избавиться от этих пиявок, не так ли?

Взгляд Алексея устремился на жену, словно одержимый. Яркая улыбка Анриш казалась слишком красивой. В этот момент Герцогиня склонила голову:

— Но что вы здесь делаете?

Алексей, который на мгновение потерял рассудок, внезапно прошёл в себя, услышав её вопрос. Герцог несколько раз смущённо кашлянул.

— Я хотел у вас кое-что спросить.

— Что же?

— Вы урезали жалованье вашего брата?

— Ах, как вы узнали об этом? – Анриш посмотрела на Алексея округленными глазами.

— Я получил известие от Маркиза.

— Да?

— Почему вы это сделали?

Это ведь не имеет большого значения? Так почему вы спрашиваете?

— Какова ваша цель?

Анриш коротко ответила:

— Теперь я хозяйка Герцогства. И мой долг – заботиться о поместье и состоянии Валлиос.

Анриш слегка пожала плечами.

— Разве не странно отправлять личные деньги Маркизу?

— Вы так думаете?

— Да. Я лучше отдам их тем, кто принадлежит Герцогству.

Даже услышав ответ, Алексей все также смотрел на неё с неясным выражением лица. Через некоторое время она осторожно задала вопрос:

— М-м-м... Чтобы избавиться от клейма плохой девочки, разве я не должна сначала изменить своё поведение?

Выражение лица Герцога снова стало разъярённым. Его реакция казалась настолько забавной, что Анриш едва сдерживала смех.

— Конечно, если моя семья находится на грани смерти, я помогу, – добавила она. — Но это ведь не так? А деньги, что я уже отправила, направлены лишь не бизнес моего некомпетентного брата.

Герцогиня горько покачала головой. Маркиз каждый раз лишь растрачивал средства зря. И услышав ответ, Алексей понял, что очень сильно нервничает.

Если она всё ещё не отказалась от чувств к Маркизу...

— И мне некоторое время было грустно после того, как я покинула родной дом. Раньше мы не были достаточно знакомы, чтобы я думала подобным образом. И теперь я отбросила былые убеждения... Герцог?

Алексей внезапно очнулся, услышав зовущий его голос, и взглянул на жену. Она выглядела очень встревоженно.

— Нам нужно кое-что обсудить.

— Обсудить?

— Да, похоже, пришла пора найти Лилиане наставника... Что вы об этом думаете?

Невольно Герцог сконцентрировал взгляд на Анриш, что смущённо потёрла рукой щёку:

— У меня что-то на лице?

— Нет-нет.

Алексей поспешно покачал головой. Его жена даже обратила внимание на воспитание детей!

Анриш долго смотрела на Алексея.

— Несмотря на получение образования, Лилиана так и не смогла научиться многим вещам?

Это правда.

Хотя Алексей и был очень занят, он напрямую нашёл наставника Эллиота и нанял семейного рыцаря, чтобы обучать его фехтованию. Напротив, образование Лилианы было действительно элементарным.

— И не думаю, что этого достаточно.

Бароны баловали себя и задумывались лишь о собственной жизни, поэтому Лилиана не могла обучиться чему-то важному: этикету или бальным танцами. Алексей, слушая жену, осторожно кивнул:

— Вы правы. Тогда мне найти репетитора?

Но вдруг глаза герцог расширились, когда Анриш сказала:

— Я справлюсь сама.

На этот раз Герцог решил ей довериться.

— Тогда могу ли я попросить вас об одолжении?

— Конечно. Я ведь мать Лилианы, верно?

Герцогиня ярко улыбнулась – ослепительно, как солнце.

* * *

Тем же вечером.

Анриш, только что вернувшись в комнату, опёрлась на мягкую кровать.

Надо подумать о том, что произошло сегодня.

Сегодня Герцог... Назвал меня своей "женой"? Это произошло впервые. Отчего-то моё сердце трепещет.

Через несколько минут Арниш коротко покачала головой.

Нет. Ничего особенного. В конце концов, юридически я действительно его жена.

Лилиана, видя взволнованную Анриш, спросила:

— Мама, о чём ты думаешь?

— А? – Анриш, стретившись с ней взглядом, игриво улыбнулась. — О том, что Лилиана такая милая?

Девочка рассмеялась, услышав ответ. Затем Эллиот перелез через кровать и спросил маму:

— А я?

— Наш Эллиот тоже восхитителен!

Анриш поцеловала детей в щёки. У Лилианы было счастливое лицо, а Эллиот выглядел несколько застенчиво, но не мог избежать мамы.

В любом случае, это брак по расчёту. Я могу уделять время детям.

С этими мыслями Анриш крепко обняла их.

* * *

Алексей, проходивший по коридору, видел, как свет просачивается через щель в закрытой комнате Анриш.

Если подумать, дети часто засыпают вместе с ней?

Ему ничего не оставалось, кроме как признать: отношение Анриш к ним заметно изменилось. Алексей вспомнил произошедшее сегодня. Сегодня он назвал её "своей женой" на глазах у всех.

Это немного смущает.

Сам того не замечая, Герцог приблизился к двери, а его задняя часть уха окрасилась в ярко-красный.

* * *

Услышав известие о том, что Герцог Валлиос ищет наставника, многие православные учителя постучали в дверь. Анриш беседовала с ними одним за другим, чтобы определить лучшего. Однако, похоже, разошлось слишком много слухов.

Я посмотрела на письмо, которое держала в руке.

Это была мать Анриш – Маркиза.

— Слышал, они ищут наставника? Не понимаю, почему Герцог до сих пор помолвлен с павшей семьёй! – голос Маркизы, казалось, уже звенел в ушах Анриш.

Герцогиня чувствовала, как её нервы напряглись.

Во-первых, из-за грубого отношения к Лилиане ей стало плохо. Более того, Алексей и сама Анриш решили сохранить эту помолвку. И такой разговор доказывал: человек смотрит на герцогиню свысока. Но письмо на этом не закончилось.

[Если вам действительно нужен учитель, разве нельзя взять Виконтессу Айван?]

Неодобрительно герцогиня посмотрела на бумагу.

Почему она делает такое хорошее предложение? Виконтесса была учителем Анриш.

Этикет, бальные танцы, музыкальные инструменты, вышивка...

Она была очень искусным преподавателем, когда дело касалось женщин. Кроме того, её нередко нанимали все престижные семьи. Именно благодаря этому Анриш всегда держалась в обществе уверенно и изящно. Значит, такой человек не может быть плохим.

— Я знаю это... У неё хорошая репутация...

Все женщины вскоре превращались в выдающихся личностей в светском мире. Пожалуй, нет лучшего человека, чтобы выучить невестку. И единственный недостаток – грубость. Кроме того, Анриш, в конце концов, превратилась в высокомерную даму, излучающую аристократическое превосходство.

Герцогиня покачала головой.

И хотя я не хочу принимать предложение матери, Виконтесса – прекрасный вариант. К тому же, Лилиана очень застенчивая. И, возможно, наконец научится говорить "нет" людям, когда ей что-то не нравится.

Долго размышляя, Анриш наконец написала ответ.

[Мне нужно подумать. Дайте мне немного времени.]

Я ведь сказала, что мне нужно подумать, так почему вы пришли?

Анриш с усталым выражением лица смотрела на двух дам перед собой.

— Зачем вы приехали сюда, мама?

Женщина средних лет с прямой спиной сделала глоток чая и изящно улыбнулась.

— Для того, что поддерживать тесные отношения друг с другом, я думаю, стоит проявить хотя бы минимум вежливости.

Лицо Маркизы слегка ожесточилось от поразительного ответа. Анриш заговорила спокойным голосом:

— Я не только ваша дочь, но и Герцогиня.

— Анриш...

— Если маркиза Саксонни навещает Герцогиню Валлиос, разве не нужно заранее предупредить о визите?

Анриш, между тем, перевела взгляд на женщину, что сидела рядом – Виконтесса.

Предполагаю, она привела её, чтобы охладить атмосферу и сбавить мой гнев.

— Мисс Анриш, мы давно не виделись. Разве вы не рады?

— Во-первых, я уже не "Леди Анриш", а "Герцогиня Валлиос".

Губы Виконтессы дрогнули, а сама она сжала плечи. Анриш приподняла кончик губ. Острая улыбка походила на нож.

— Конечно, я рада встрече, если бы вы не пришли так внезапно.

— Герцогиня, это...

— Итак, к чему ваш визит? Из-за Лилианы?

Я не хочу слышать извинения.

Этими словами Анриш мягко прервала Виконтессу, отчего та угрюмо посмотрела на неё. Маркиза же посчитала правильным ответить:

— Да. Я попросила виконтессу прийти со мной.

— Я ведь уже сказала: мне нужно время для размышлений.

Анриш сузила глаза.

— Это крайне важный вопрос.

— Разве это не облегчит тебе жить, раз я уже привела Виконтессу?

— Нет. Помимо родителей и няни, репетитор – человек, что проводит с человеком больше всего времени.

Анриш покачала головой, твёрдо разговаривая с женщиной.

— И сейчас мне трудно принять решение.

— О чём же ты беспокоишься?

— Мама...

— Ты ведь знаешь: никто не умеет обучать женщин также хорошо, как Виконтесса, – с ухмылкой сказала Маркиза.

Казалось, будто она разговаривает с ничего не знающим ребёнком.

— И иметь такого учителя – великая возможность.

Глаза женщины походили на змеиные, словно она готовилась съесть добычу.

— Подумай, скольких леди взрастила Виконтесса, – прозвучал мягкий голос. — Разве это не станет настоящим благословением? И сколько Леди обратят на это внимание? Ты ведь и сама училась у неё.

— Я знаю это, но...

— Связи, которые имеет Виконтесса, станут для Юной Графини прекрасным подспорьем, когда та решит дебютировать, – Маркиза расслабленно улыбалась.

И хотя мама говорила разумные вещи, Анриш сидела с задумчивым лицом. На самом деле, Маркиза ей крайне не нравилась: от сплетен о помолвке Лилианы до такого отношения к подбору наставника. Поэтому Герцогиня не хотела потакать её желаниям.

Если связи Виконтессы действительно помогут Лилиане, это станет её главным приоритетом.

Объективно: это прекрасный учитель.

— Говорят, большинство дам, которые правят нынешним социальным кругом, были воспитаны Виконтессой.

Её также называют "лучшим стратегом, который возглавляет общество аристократов". Многие женщины пытаются пристроить Виконтессе своего ребёнка, ведь это лучшее и качественное образование.

Сердце Анриш металось.

Кроме того, они прошли весь этот путь лишь ради этого.

— Хорошо, – коротко вздохнула Герцогиня.

— Отличный выбор!

— Но если мне покажется, что это не то, что нам нужно, я откажусь от услуг Виконтессы.

Когда я это добавила, Маркиза Саксонни нахмурила брови.

— Раньше ты была послушнее. Кажется, много изменилось.

— Правда? Мне так даже больше нравится.

Анриш изящно улыбнулась, это стало ударом по затылку Маркизе.

— Что?

Отношение семьи меня совсем не волнует.

— Кроме того, я планирую наблюдать за каждым уроком Лилианы.

— Да? Но, Герцогиня Валлиос, – Виконтесса непроизвольно заговорила, — обычно урок проводится лишь с учеником. Вы это прекрасно знаете. Вы должны...

— Конечно, мои действия можно считать немного необычными, – мягко, но твёрдо отрезала Анриш. — Разве защищать ребёнка – не естественно?

— Герцогиня...

— Лилиана – раненый ребёенок во многих отношениях. Кроме того, у неё ещё не было формального образования.

Анриш коротко вздохнула:

— Мне трудно оставить такого ребёнка наедине с незнакомым учителем.

С точки зрения Виконтессы и Маркизы, замечание Анриш, безусловно, могло восприниматься, как посягательство на право преподавания. Но Лилиана – самый главный человек для Герцогини. Поэтому она не могла оставить ребёнка.

— Я уверена, вы поймёте.

— Герцогиня, вы хотите сказать, что не доверяете мне?

— Ничуть. Лишь прошу рассмотреть особую ситуацию Лилианы. Она выросла в доме, где её лишь оскорбляли. Кроме того, раны на сердце ещё не зажили. И такое действия, на мой взгляд, разумны. Для Лилианы встречи с незнакомцами сами по себе могут вызвать стресс. Также...

— Я все равно негодяйка?

Кончик губ Анриш поднялся:

— Даже вы думаете, что я не доверяю Виконтессе... Мне всё равно.

Герцогиня заявила это с устрашающе спокойным выражением лица.

— Если это условие не будет принято, то я даже не стану рассматривать вариант вашего найма.

— Но герцогиня!..

Я знаю, Виконтесса – великий учитель... Но не единственный в этом мире. И несмотря ни на что, Анриш будет контролировать ситуацию. В конце концов, Виконтесса неохотно кивнула головой.

— Отлично, – Анриш ярко улыбнулась.

Маркиза со странным чувством смотрела на дочь, что небрежно флиртовала со своим противником. Анриш всегда была простой легкомысленный девушкой, которая серьёзно воспринимала слово "семья".

Ты правда моя дочь?

И, кроме того, Анриш всегда была хорошим слушателем. И теперь Маркизе стоило изменить стратегию: вызвать симпатию дочери.

— Анриш, разве ты не прекрасная хозяйка?

Что за чушь?

Она угрюмо посмотрела на мать.

— О чём вы?

— Похоже, ты неплохо справляешься с обязанностями Герцогини. Конечно, это радует меня. Во всяком случае, дочерей называют основой дома, верно?

Я правда слышу это собственными ушами?

Анриш всеми силами пыталась скрыть угрюмое выражение лица.

Но как бы долго Анриш не молчала, на лице Маркизы сияла улыбка.

— Похоже, тебе все равно на свою семью... Это так грустно.

— Чего именно вы хотите?

— Разве не стоит позаботиться о младшем брате?

Неужели она это в конце концов сказала?

Насмешка Анриш стала намного мрачнее. Маркиза Саксонни алчно сверкнула глазами.

— Брату сложно без тех денег, что ты посылала раньше. Ты ведь хорошая девочка? Надеюсь, не подведёшь.

Герцогиня не ответила. Если быть точным, была крайне ошеломлена, что не могла ничего сказать. Голос маркизы становился все более тревожным.

— Анриш, почему ты молчишь? Ты меня игнорируешь?

— Нет, ничуть. Я лишь думала о том, как ответить вам.

Маркиза широко раскрыла глаза, а Анриш, вздохнув, пожала плечами.

— У брата нет рук или ног? Или он настолько слаб, что не в состоянии взять на себя ответственность за собственные действия?

— Анриш! Как ты можешь такое говорить?

— Даже если мы семья, ответственными за брата остаются Саксонни. А я Валлиос.

Лицо матери исказилось.

Отчего она так изменилась? Анриш всегда послушно отвечала "да"!

Но Герцогиня оставалась спокойной.

— Значит, ваши вопросы закончились, не так ли? – спросила Анриш, элегантно указывая на дверь. — Я сейчас очень заняты работой, поэтому мои горничные вас сопроводят.

Герцогиня скопировала Алексея, что выгнал Барона и его жену. Глаза Маркизы застыли от шока.

— До свидания, – с ухмылкой закончила разговор Анриш.

* * *

Вечером того же дня Анриш позвала Лилиану, чтобы сообщить новость о репетиторе.

— Правда? Я могу учиться?

Её голос звучал крайне взволнованно.

Обычно дети не любят учиться, а она выглядит так счастливо. Даже Эллиот никогда не пропускал занятия. Глаза Лилианы мерцали, как звёзды.

— У меня до сих пор не было возможности заниматься.

Анриш пыталась скрыть свои сложные чувства. Барон и его дочь учили лишь свою дочь, не обращая внимания на Лилиану и оставляя её без малейшего присмотра.

— Неужели учитель придёт только для меня?

— Конечно, – кивнула Анриш, а Лилиана прижала маленькую ручку к колотящемуся сердцу.

Все это похоже на сон. Я помню времена, когда была в приюте и могла лишь завидовать старшей сестре, которая училась.

— Какая учёба? – каждый раз раздавался резкий, пронзительный голос Барона, стоило Лилиане попросить заниматься вместе.

Обычно она лишь гуляла по округе, пытаясь подсмотреть за уроками.

— Я буду хорошо учиться!

— Не переусердствуй, – дружеский голосом ответила Анриш, крепко обняв Лилиану.

* * *

Через несколько дней Виконтесса поместила поместье.

Лилиана стояла перед зеркалом с напряженным выражением лица, ожидая своего учителя. Она несколько раз расчесывала волосы и завязала ленту вокруг талии. Затем девочка нервно посмотрела на Анриш.

— Я выгляжу странно?

— Наша Лилиана всегда милая, – сказала Герцогиня с улыбкой.

Эллиот также решил присоединиться к сему действу.

Он прищурился, а щёки его покраснели. Сразу становилось ясно: Эллиот влюбился в прекрасную внешность Лилианы.

И ему тоже так кажется.

Анриш с трудом подавила смех.

— Если я буду прилежно учиться, понравлюсь учителю?

Мерцающий взгляд, полный ожидания, гипнотизировал. И Герцогиня не хотела, чтобы тот когда-либо потух.

— Конечно.

Именно поэтому Анриш решила следить за Виконтессой и как та проводит уроки. Личность раненого ребёнка крайне легко задеть.

Я ведь предупредила её об увольнении, надеюсь, все пройдёт хоршо.

Анриш с мягкой улыбкой погладила Лилиану по голове, а та лукаво улыбнулась. В это время Эллиот говорил со своей невестой:

— Лилиана, тебе нравится учиться?

— Да.

— Почему?

— Я всегда завидовала тем, у кого была такая возможность.

Эллиот трезво принял этот ответ. Но...

Почему она не могла учиться раньше?

Немного поколебавшись, он осторожно подтолкнул ей пудинг:

— Тебе нравится пудинг?

— А? Да...

— Тогда кушай.

Глаза Лилианы расширились.

— Но Эллиот тоже любит пудинг, верно?

— Да, но сегодня я хочу дать его тебе.

Эллиот не мог скрыть смущение, когда Лилиана взяла угощение. А глаза Анриш загорелись. То, как сын пытался утешить невесту, выглядело по-своему странным и милым.

К Герцогине подошла Джейн:

— Виконтесса прибыла.

— Да!

Лилиана нервно вскочила со своего места, а Эллиот повернулся к ней с яркой улыбкой.

— Учись усердно.

— Да, буду!

Лилиана пошла к учительнице, а Анриш последовала за ней.

* * *

Виконтесса села перед Лилианой с нежным выражением лица, но говорила строгим и пронзительным голосом:

— Вместо полноценного урока сегодня мы позанимаемся чуть меньше, чтобы Мисс Лилиана могла привыкнуть.

— Да, Мэм, – коротко ответила она.

Женщина открыла книгу и положила перед Лилианой:

— Прочтите страницу тридцать шесть.

— Это была праздничная ночь. Ярко-красные искры парили над чёрным небом, а люди танцевали под ними. И...

Её голос немного дрожал от напряжения, но Лилиана читала предложение за предложением.

Анриш сидела чуть поодаль, слушая чтение Лилианы и прикрывая рот обеими руками.

Она так красиво читает!

Виконтесса слегка нахмурилась, но заметила это лишь Лилиана.

Что мне делать, если я разочарую учителя?

Ребёнок посмотрел в глаза мамы, не осознавая этого.

Боже, должно быть, Лилиана слишком нервничает!

— Ваша поза не вертикальная, а глазам, должно быть неудобно.

Лилиана вздрогнула.

— Благородная Леди должна быть элегантной. А та начинается с осанки.

— Вы правы.

— Кроме того, ваш голос слишком сильно дрожит.

Слыша это, Анриш нахмурилась. Конечно, Виконтесса не сказала ничего плохого, но... Лилиана ранее никогда не училась. Зачем же устанавливать такие высокие стандарты, что и для других благородных леди? Хотя женщина прекрасно знала о положении вещей.

Лилиана – лишь ребёнок со слабым духом.

— Можете ли вы прочитать текст, не заикаясь?

Анриш вмешалась в разговор.

— Если немного подкорректировать некоторый моменты, наша Лилиана станет прекрасной дамой, как и все остальные, не так ли?

Виконтесса на мгновение замолчала, а после ярко улыбнулась:

— Конечно. Слова Герцогини верны.

Лицо ребёнка выражало ошеломление.

— Если вы будете учиться под моим руководством, все проблемы скоро решатся.

— Правда?

— Конечно. Мне стыдно говорить такие вещи, но я учила Герцогиню Валлиос, – женщина посмотрела на ней, а Анриш смущённо моргнула. — Это ученица, которой я горжусь больше всего.

— Вау! Мама тоже?

Лилиана удивлённо посмотрела на Анриш.

— Мама училась под руководством моего учителя?

Анриш неожиданно кивнула.

Она ведь сказала это специально? Или я ошибаюсь?

— Обещаю, Мисс Лилиана станет такой же, если будет учиться со мной, – улыбка виконтессы стала темнее. — Я сделаю из вас лучшую женщину социального мира.

— Спасибо! – нетерпеливо кивнула Лилиана.

Анриш, которая смотрела в светло-зелёные, мерцающие, как звёзды, глаза, поняла суть дискомфорта. Виконтесса ведёт себя так, будто уже стала наставницей Лилианы.

* * *

После того, как Виконтесса уехала, Анриш хитро улыбнулась и спросила Лилиану:

— Как тебе уроки?

— Мне нравится!

— На самом деле, я думала о том, чтобы найти учителя получше.

Я прекрасно понимаю, что Виконтесса – отличный учитель. Кроме того, сегодня она не высказала саркастического отношения, но ведет себя так, словно уже стала единственное наставницей Лилианы. Значит, у неё большие планы и энтузиазм на этого ребёнка.

Но смутные чувства никак не покидали Анриш.

Лилиана упорно покачала головой:

— Нет, я определенно хочу учиться у классного руководителя мамы.

— Ты точно приняла решение?

— Да. Она ведь учила маму, – снова повторила Лилиана. — Учительница говорила это раньше. Я хочу стать такой же великой женщиной, как мама.

В таком случае, Виконтесса – прекрасный учитель.

— Но Лилиана...

— Я буду много работать.

Голубые глаза были полны энтузиазма. Анриш, которая пыталась каким-то образом остановить Лилиану, коротко вздохнула:

— Хорошо, желание ребёнка – самое главное.

Но несмотря ни на что, Герцогиня не знала, как перестать думать и хмуриться.

* * *

Через несколько дней после найма Виконтессы, та подошла к Анриш:

— Герцогиня, мне нужно кое-что вам сказать.

— Что? – Анриш приподняла бровь.

Виконтесса вручила ей записку:

— Это учебники и материалы, которыми будет пользоваться Мисс Лилиана.

Анриш, взяв записку, посмотрела на её содержимое. И в то же время обнаружила кое-что любопытное. Лилиана должна учиться с азов, так почему приготовлены такие сложные и продвинутые материалы?

Сузив глаза, Герцогиня спросила:

— Нужны ли все эти материалы, чтобы учить моего ребёнка?

— Я записала только самое необходимое.

Виконтесса кивнула головой, а Анриш не могла сдерживать неопределённое выражение лица.

— Лилиане нужно начинать с основ, но здесь лишь сложные материалы. Вы уверены?

— Да. Я планирую набрать темп в обучении, поэтому нужно заранее приготовить учебники.

Набрать темп?

Анриш покачала головой.

— Ничего страшного, не стоит спешить.

— Да?

— Я не хочу, чтобы ребёнок был властным. Поэтому, пожалуйста, в первую очередь смотрите на состояние ребёнка, а не прогресс.

— Однако Мисс Лилиана хочет заниматься.

При таком твёрдом ответе Анриш потеряла дар речи. И если виконтесса использовала ребёнка в качестве щита, Герцогиня не могла ничего с этим сделать.

— Хорошо. Но у меня всё же есть вопрос.

— Какой?

— Прежде всего, этот учебник, – Анриш посмотрела на название, написанное в памятке. — Когда я посещала уроки Виконтессы, не думаю, что училась по чему-то подобному.

Этот учебник был на уровне "неслыханных". Какого чёрта, вы выбираете что-то подобное?

Анриш не могла скрыть недоверие.

— Ох, – виконтесса ярко улыбнулась. — Я сама написала эту книгу. Чтобы всё прошло гладко, теперь я занимаюсь по собственным материалам.

— Дело не в этом, – озадаченно спросила Анриш, — существует официальная государственная книга этикета. Так почему используются ваши личные материалы?

— А?

— Почему вы не пользуетесь официальными учебниками?

Виконтесса ответила, немного заикаясь:

— Потому что это эффективно...

— Вы не можете менять учебник по такой причине, – отказалась Анриш, а лицо преподавателя исказилась. — Я хочу, чтобы она училась по государственной программе.

Виконтесса не в праве ссориться с Герцогиней, поэтому сделала шаг назад, взглянув на Анриш.

— Но нужно купить все необходимые вещи...

— Вещи?

— Да. Музыкальные инструменты, предметы для вышивки. Мисс предстоит многому научиться, верно?

Глаза её были полны жадности и блеска.

— Это важно для Мисс Лилианы, поэтому прошу купить всё из списка.

Анриш вспомнила все выписанные предметы: от дорогих инструментов до мельчайших вещей для вышивки, например, различные нитки.

— Как вы знаете, в нашем магазине есть все учебные пособия и руководства.

— Вот как? В вашем магазине?

— Я недавно расширила свой бизнес, – взволнованно отвела Виконтесса. — Будет проблемно искать все предметы в разных местах. Поэтому вы можете купить их у нас.

Настроение Анриш становилось всё хуже.

Семья Виконтессы начала свой бизнес благодаря начальной инвестиции Герцогини. И теперь Анриш пыталась скрыть свое неприятное выражение лица.

— Хотите, чтобы я сделала вложение?

— Конечно. Для Валлиос это ведь не имеет значения, верно?

Анриш высокомерно подняла подбородок.

— Вы ведь моя ученица.

— Я знаю.

— И я считаю, если Герцог уважает свою жену, будет инвестировать в наш бизнес.

В конце концов, Алексей не смог преодолеть настойчивость Анриш и поддерживал Виконтессу. Но... Разве это не немного черезчур? Герцогиня наморщила брови и взглянула на женщину перед собой.

Через Лилиану она пытается воздействовать на меня?

И Виконтесса заговорила, как бы призывая:

— Вы можете оплатить предметы, а мы доставим их в любое время.

Но Анриш отрицательно покачала головой:

— Нет, мы купим лишь учебники.

— Что? – услышав неожиданный ответ, Виконтесса застыла на месте.

— Я думаю о приобретении музыкальных инструментов и предметов для вышивки в специализированных магазинах.

— Но это ведь раздражающе...

— Мы с Лилианой выберем то, что нам нравится, – Анриш ярко улыбнулась.

И Виконтесса знала: Герцогиня здесь главная.

В конце концов, ей пришлось уехать с пустыми руками.

— Дорогая, как ты? Ты сказала, что Герцогиня заказала товары?

Как только Виконтесса зашла в дом, муж и ребёнок ждали её. Но женщина, подпрыгнув на месте, нервно покачала головой:

— Ничего не удалось.

— Что? Она ведь должна была всё заказать!

— Я тоже не знаю причины, дорогой, – сказала Виконтесса, сев на диван.

Это нехорошо. Несмотря на славу "злодейки", Герцогиня Валлиос – одна из самых известных светских персон.

И хотя она выбрала Виконтессу в качестве учительницы, ей хотелось большего.

— Если бы она купила всё это...

Возможно, магазин получил бы широкую огласку. Но Анриш ответила жестоким отказом.

— Какого чёрта ты вдруг стала такой строгой?

Виконтесса упорно трудилась в течении долгих лет, чтобы сохранить хорошие отношения. Анриш – её любимая ученица. Так какого чёрта? По комнате раздался звук скрежета зубов.

* **

Время пролетело незаметно. И, наконец, начались настоящие занятия Лилианы.

Анриш вошла в кабинет, где сидела она с нервным лицом. Голубые глаза ярко сияли.

— Мама правда будет следить за уроками?

— Конечно. Или Лилиана не хочет, чтобы я здесь осталась? – специально спросила Анриш, повернув голову в ухмылке.

Лилиана зашевелилась на месте:

— Это не так! Я буду усердно учиться!

— Да-да, – Анриш коротко рассмеялась.

Через некоторое время в кабинет вошла Виконтесса. Лилиана подняла со своего места, словно подпрыгивая:

— Здравствуйте, Мэм.

— Добрый день, Герцогиня Валлиос. Здравствуйте, Леди Лилиана, – вежливо поприветствовала их женщина с улыбкой на лице.

Анриш слегка наклонила голову на бок:

— Добрый день.

И Герцогиня также, как и в прошлый раз, наблюдала за уроком. Виконтесса – хороший учитель, а Лилиана впитывала всё, как губка. Комбинация двух столь прилежных людей действительно впечатляла. Анриш оглядывалась на свои былые сомнения относительно Виконтессы.

Может быть, я слишком чувствительная?

Так прошёл месяц. Всё это время Анриш наблюдала за занятиями Лилианы. Виконтесса всегда была дружелюбной.

— Герцогиня, – после занятий она обратилась к Анриш. — Прошу прощения, но мне нужно поговорить с вами о занятиях.

— За что вы просите прощения?

— Это... – Виконтесса после долгого колебания осторожно заговорила. — Из-за вашего присутствия у нас есть некоторый проблемы.

— Продолжайте...

— Вы знаете: Мисс Лилиана очень любит герцогиню. Именно поэтому Леди слишком внимательно относится к вам.

— Лилиана?

— Да, неважно, как сильно я пытаюсь её увлечь, она не может сосредоточиться на уроке.

На самом деле, Анриш прекрасно понимала, о чем говорит Виконтесса. Во время занятий Лилиана смотрела на Герцогиню намного больше, чем на учительницу. И теперь Анриш была глубоко обеспокоена.

— Я прекрасно понимаю ваше беспокойство о леди, – добавила Виконтесса. — Но теперь, когда прошло столько времени, не пора ли мне довериться?

Лицо женщины сохраняло улыбку.

В конце концов, она действительно хранила верность и казалась отличным педагогом. И несмотря на проблемы с закупкой учебников и другие детали, Виконтесса прекрасно выполняла свою работу.

Через некоторое время Анриш кивнула.

— Хорошо, давайте так и сделаем.

— Спасибо, герцогиня! – Виконтесса широко улыбнулась.

* * *

Прошло около двух месяцев с тех пор, как Лилиана начала брать уроки у Виконтессы. Ребёнок страстно увлекся учебой и усердно училась, даже не думая выходить из кабинета.

— Мама, я даже забыл, как Лилиана выглядит, – громко хныкал Эллиот.

Анриш же постучалась в кабинет, где сидела Лилиана:

— Я войду?

Но ответа не было.

Когда Герцогиня открыла дверь, увидела Лилиану, чтобы кивала с открытой книгой на столе. И Анриш легонько дотронулась рукой до её плеча:

— Лилиана?

— Да!

— Ты в порядке? – обеспокоенно спросила Герцогиня. — Ты выглядишь немного уставшей.

— Да, всё хорошо, – Лилиана кивнула.

Если всё правда нормально, почему ты выглядишь такой уставшей?

— Как дела? Как учительница относится к тебе?

— Хорошо! Учительница также добра ко мне!

Лилиана широко улыбнулась.

Я правда столь чувствительна?

Анриш свела брови к переносице, глядя в уставшее лицо Лилианы.

— Учительница сказала, мама любит детей, что усердно учатся. Поэтому я буду много работать – чтобы мама мною гордилась.

Лилиана говорила решительно.

А глаза Анриш тут же расширились: кровь капала из носа ребёнка.

— Ли... Лилиана!

Девушка поспешно попыталась прикрыть нос рукой, но вместо этого они лишь окрасились багряной кровью.

— Господи, ты же перетрудилась!

— Учеба необходима, чтобы стать идеальной женщиной, – невозмутимо ответила Лилиана.

Анриш вздохнула и села рядом:

— Знаешь, меня всё устраивает в тебе. И ты не обязана быть идеальной Леди.

— Да?

— Конечно. Я не хочу, чтобы Лилиану унижали в социальном мире из-за того, что она пренебрегает учёбой, – Герцогиня мягко погладила её по волосам. — Но имеет ли смысл, что семилетняя девочка учится пять дней и восемь часов в неделю?

Но Лилиана настаивала на своём:

— Я хочу продолжить занятия. Ещё немного.

— Что? Но Лилиана, думаю, на данный момент достаточно?

— Нет. Если я собираюсь учиться, хочу работать как можно усерднее.

Анриш снова и снова пыталась убедить ребёнка, но Лилиана следовала за собственной жадностью к учёбе.

— Мама ведь училась также усердно.

Сердце издало болезненный укол.

На самом деле, в детстве Герцогиня была такой же. До брака её воспитывали, как девушку, что выйдет замуж и поднимет престиж семьи. И отчего-то Анриш не сопротивлялась.

— Лилиана, у тебя нет причин жить также. Почему ты пытаешься сравнить себя со мной?

— Да?..

— Лилиана – это Лилиана. Тебе не нужно быть похожей на кого-либо.

Ребёнок молчал.

Анриш внимательно проверила, что из носа Лилианы не идёт кровь.

— Давай сократим количество учебных часов наполовину, хорошо?

— Да, – девочка слегка кивнула, а Анриш удовлетворённо улыбнулась.

* * *

На следующий день им нанесла визит Виконтесса. Приведя Лилиану в кабинет, Анриш позвала учительницу.

— Да?

Обычно Герцогиня выглядит так чёрство и строго, но когда Лилиана рядом, она всегда так ярко и мило улыбается...

— Я хочу вдвое сократить учебные часы Лилианы.

— Вы уверены?

— Конечно, время за учёбой очень важно, но нельзя забывать про отдых и игры.

— Но Мисс Лилиана гораздо менее образована, чем дамы её возраста.

— Это проблема, которую можно решить, не торопясь, не так ли?

Отчего Герцогиня так мила к Лилиане?

Виконтесса, в конце концов, покачала головой, но добавила:

— Однако ей стоит заниматься ещё больше, чем сейчас.

— Нет, – строго и с силой в голосе сказала Анриш. — Я не хочу, чтобы Лилиана переусердствовала.

— Если Герцогиня так говорит, я понима...

После некоторых уговоров Виконтесса недоверчиво кивнула.

— Тогда позаботьтесь о Лилиане сегодня.

— Да, Герцогиня, – сказала Виконтесса, склонив голову.

Выйдя из кабинета, Анриш направилась на кухню.

Нужно приготовить перекус, чтобы поесть во время учёбы.

* * *

Анриш собрала на подносе различные закуски и напитки, после чего вошла в кабинет. Конечно, горничная могла сделать это сама, но Герцогиня отказалась от помощи. Тем временем Анриш, стоявшая перед дверью, скривилась.

Если подумать, Виконтесса против посещения родителей во время занятия. Но я ведь лишь принесу закуски, верно?

С лёгким сердцем она хотела постучать в дверь, но тут же остановилась, услышав лёгкое щебетание. Лилиана цитировала стихи Эль Ванте. И такое чтение нельзя было критиковать.

— Неверно. Это единственный способ оправдать ожидания Герцогини?

Анриш сузила брови.

Поэт известен своими эзотерическими стихами.

Вы просите семилетнюю девочку критиковать стихи в интерпретации известных учёных?

— Кроме того, оправдаете ли вы мои ожидания.

Герцогиня слушала Виконтессу, что говорила с энтузиазмом.

— В этот раз Герцогиня сократила учебные часы Мисс Лилианы пополам. Вы знали об этом?

— Да...

— Чёрт возьми, как можно сокращать часы с таким уровнем навыков? Разве это не потому, что вам тяжело учиться и вы глупы?

— Нет, ничего такого!..

— Почему же тогда?

В голосе Виконтессы прозвучала слабая улыбка, словно насмешка над Лилианой.

— Если бы Мисс ошиблась перед другими дамами, то честь Герцогини будет запятнана, не так ли?

— Я знаю...

— Мисс, вы сказали, что хотите стать такой Леди, которой будет гордиться Герцогиня?

Выражение лица Анриш стало жестоким.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мама гордилась мной, – внезапно прозвучал сильный голос Лилианы.

— Кажется, Герцогиня о вас слишком сильно беспокоиться. Поэтому я должна быть строгой, – приказала Виконтесса Лилиане: — Вытяните ноги.

— Ноги?

— Да. Это работа учителя – направлять заблудших учеников.

Голос Виконтессы был полон непредсказуемой радости.

— На самом деле, я не хотела прибегать к телесным наказаниям. Но ничего не могу поделать. После этого, Мисс, вы всё поймёте.

Что?!

Глаза Анриш расширились.

Ты собираешься ударить Лилиану?!

Ребёнок дрожащим голосом позвал Виконтессу:

— Подождите, Мэм...

На мгновение она замолчала, услышав величественный голос:

— Вы ведь знаете, что станете лучше, Юная Мисс.

Анриш, не осознавая этого, затаила дыхание.

— Да... Знаю... – последовал испуганный ответ.

Знаешь?

Анриш почувствовала, как её глаза побелели от гнева.

И на этот раз столь нежный ребёнок терпелив!

— Возможно, Герцогиня излишне беспокоится о вас, – тихо прошептала Виконтесса. — Это станет нашим маленьким секретом.

Герцогиня дрожала от злости.

— Лилиана!

Анриш поставила поднос с закусками на пол и с грохотом распахнула дверь. Первое, что бросилось в глаза: Лилиана стояла, прислонившись к стене, и дрожала, расставив ноги. Детские глаза расширились:

— Мама?

Анриш, ошеломлённая происходящим, стиснула зубы и посмотрела на учителя:

— Виконтесса, что вы, чёрт возьми, сейчас делаете?

— Герцогиня?!

— Вы действительно хотели наказать ребёнка?

Виконтесса застыла на месте. Эйфория от общения с Лилианой бесследно прошла.

Анриш, шагнув вперёд, схватила палку и отбросила в сторону:

— Виконтесса!

— Герцогиня, я... я!..

— Если собираетесь искать бесполезные оправдания, избавьте меня от них.

Острым взглядом, словно битое стекло, Герцогиня смотрела на женщину, что избегала её взгляда.

Это странно... Анриш, которую я знала, всегда была такой же, как и её мать. Она жила под давлением семьи и делала вид, что умирает, когда речь шла о матери или младшем брате. Как Герцогиня может так грубо обращаться со мной? Меня ведь порекомендовала её мать!

Потому Виконтесса возразила:

— Маркиза попросила меня обучить Лилиану по всей строгости, – женщина выпрямила спину.

На этот наглый протест Анриш до крови закусила нижнюю губу.

— Что, если Маркиза узнает, как вы прервали наше занятие?

— Что?

— Если вы будете со мной плохо обращаться, Маркиза рассердится?

— Ах да, – холодно усмехнулась Анриш.

Маркиза использовала дочь, как куклу. И учительница, что с ней так хорошо ладила, стояла прямо перед Герцогиней. Что-то в мозгу Анриш щёлкнуло. Фиолетовый острый взгляд смотрел прямо на Виконтессу.

Герцогиня яростно хлопнула преподавателя по щеке.

Воцарилась холодная тишина.

Виконтесса, прикрыв щёку, приподняла голову. Удивление было намного сильнее боли. Анриш холодно заговорила:

— Око за око, зуб за зуб.

— Что...

— Вообще-то, мне такое не очень нравится, – Анриш потерла больную руку и сделала шаг вперёд. — Но когда дело касается моих детей, я не буду стоять в стороне.

— Герцогиня, но...

— Вы осмелились угрожать Лилиане и даже наказывать её. Разве я не могу сделать с вами то же самое? – голос Анриш был ужасно тихим.

Это похоже на глубоко озеро, где не знаешь, что скрывается под ним. Анриш моргнула и указала на пол:

— Встаньте на колени.

Виконтесса ошеломлённо спросила:

— Ч-что?

Лилиана, которая наблюдала за ситуацией, расширила глаза.

— Встаньте на колени, склоните голову и немедленно извинитесь перед Лилианой.

— Что?!

— Если не хотите, чтобы вас заставили это силой сделать слуги, лучше встаньте на колени самостоятельно, – с пустым выражением лица Анриш смотрела на пол перед Виконтессой.

Женщина сжала кулаки:

— Ха... Но я учительница Мисс Лилианы! Как учитель может преклонить колени перед учеником? Этого не произойдёт!

— До того, как вы стали учительницей, были прислугой Герцога Валлиоса, не так ли?

— Что?

— Вы – репетитор, нанятый Герцогством, не так ли?

От этих слов лицо Виконтессы покраснело.

— Как вы можете?!

— Разве это не правда?

— Я также учитель, что учил Герцогиню!

— И что? – Анриш строго приподняла бровь.

Виконтесса всеми силами выражала протест против, по её мнению, такой несправедливости.

— И вы говорите мне встать на колени?! Пожалуйста, проявите вежливость!

— Я действительно не понимаю, почему вы говорите так, словно это несправедливо?

Анриш прищурилась, глядя Виконтессе прямо в глаза. Наконец, она скривила кончик губы:

— Для Виконтессы слова "строгое обучение" и "телесное наказание", кажется, синонимы.

В одно мгновение женщина широко раскрыла глаза. Сейчас Анриш возвращает ей то, как Виконтесса вела себя с Лилианой.

— И как Герцогиня, хозяйка этого особняка, я лишь пытаюсь поставить слугу на колени, чтобы дать жесткое наказание.

— Герцогиня!

— У меня есть веские причины для этого, так почему вы так себя ведёте? – с этим вопросом Анриш сделала шаг вперёд, а Виконтесса дрогнула, будто её вновь ударили по щеке. — Вы уверены, что наказание Лилианы было оправдано?

— Ради воспитания... – судорожно повысила голос Виконтесса.

Но в тот же момент Анриш ярко улыбнулась. Но эта улыбка была холодна, как лёд, без малейшего намёка на тепло.

— Тогда я сделаю для вас то же самое. Виконтесса, процитируйте Эльванте.

Лицо женщины стало белым, как лист бумаги. Конечно, семилетний ребёнок не смог сделать ничего подобного. Но значит ли это, что Герцогиня слышала весь разговор?

— Что же вы теперь молчите, хотя пытались мне что-то доказать мгновение назад?

— Герцогиня! Это, я...

Значит, даже Виконтесса не могла этого сделать. Она чувствовала, как теряет все свои чувства.

Маркиза сказала, что недавно её глубоко обидело непослушное поведение дочери. Именно поэтому Виконтесса решила заполучить рабочее место у Графини. И, конечно, не желала заботиться о Лилиане – не родной дочери Анриш.

— Не переживайте, она не заботится о ней, – сказала Маркиза тогда.

Виконтесса прикусила губу до такой степени, что из неё пошла кровь. В то же время Анриш устремилась взгляд на репетитора:

— Так вы не собираетесь склонить колени?

Всё в порядке... Потом я просто расскажу обо всём Маркизе и отомщу!

Виконтесса опустилась на колени, скрипя зубами. Глядя на репетитора, Лилиана судорожно вздохнула.

Это не сон?

Женщина, что была страшна, как тигр, так кротко встала на колени. Ребёнок не мог поверить своим глазам.

— Я совершила... Грех... Простите... Мисс Лилиана, – писклявым голосом прошептала она.

Сердце Лилианы забилось быстрее.

Из-за того, что твоя мать так отругала меня, даже пришлось извиниться. Должно быть, ты счастлива.

Лицо Лилианы ненадолго покраснело, а затем стало серьёзным.

— Думаю, более нам не стоит продолжать наше сотрудничество. Стоит ли мне запретить вашу репетиторскую деятельность вовсе?

В тот же момент ребёнок схватил Анриш за платье и покачал головой. Молодое лицо было полно беспокойства.

— Мама, я в порядке...

— Нет, Лилиана. В этот раз это не нормально, – мягко заговорила Анриш, твёрдо качая головой.

Глаза Лилианы слегка расширились.

— Ты – следующая хозяйка этого особняка, следующая Герцогиня. И единственная наследница Графа.

— Тем не менее...

— Поэтому ты заслуживаешь уважения.

Анриш потянула руку и погладила Лилиану по плечу. Когда девочка стояла там, её сердце неизбежно болело.

— И Виконтесса сделала большую ошибку.

— Но...

— В такие моменты естественно извиняться, – вновь твёрдый, но добрый голос. — Конечно, Лилиана, принимать извинения или нет, решать тебе.

Лилиана, стесняясь, смотрела на Анриш и облизнула губу.

— Я...

— Что ты хочешь?

— Мисс Лилиана! – в то же время Виконтесса отчаянно позвала её, а Лилиана удивленно пожала плечами. — Только я могу сделать вас идеальной Леди, как и Герцогиня! Если вы уволите меня, никогда не осуществите мечту!

Виконтесса открыла глаза и повысила голос, но Анриш нежно похлопала дочь по плечу:

— Лилиана, помнишь, что я сказала на днях?

— Что сказала мама?

— Да. Я не хочу, чтобы ты была идеальной Леди или перебарщивала с учёбой.

Когда Лилиана услышала это, глаза её стали влажными, как бутоны, намокшие от росы.

— Кроме того, ты – это ты. Не нужно сравнивать себя со мной.

Лилиана, казалось, приняла решение после этих слов. Сильно сжав платье Анриш в своих маленьких ручках, она сказала:

— Тогда я... Хочу учиться с другим репетитором.

— Хорошо, – Герцогиня кивнула и перевела взгляд на Виконтессу, которая всё ещё не могла принять реальность. — Вы слышали? Более вы не учительница моей Лилианы.

— А?

— Строгое воспитание не подходит для единственной невесты Юного Герцога.

Лицо Виконтессы расплылось в удивлении.

Вы действительно уволите меня из-за подобного?

Но Анриш говорила совершенно искренне и серьёзно.

— Не думаю, что у Герцога будет ещё хотя бы одна причина, чтобы нанять вас.

— Невероятно! Думаете, Маркиза позволит этому случиться? – воскликнула Виконтесса.

Но Анриш лишь усмехнулась. Конечно, есть ведь её "зловещая мать". Но более Герцогиня не собиралась игнорировать ситуацию.

— Виконтесса, ваш нынешний работодатель – я, а не моя мать. Мне стоит обо этом думать?

— Но что...

— Боюсь, вы что-то путаете, – Анриш наклонила голову. — Сегодня последний день, когда вы смогли посетить поместье Герцога.

Мягкий голос пронзил уши Виконтессы.

— И ответственность за это понесёт вся ваша семья.

— Боже мой, Герцогиня! – настойчивый крик сорвался с губ Виконтессы.

Она бросилась к Анриш:

— Простите меня! С этого момента я сделаю всё возможное, чтобы научить вашу дочь...

— Нет, мне не нужен человек, который уже совершил подобное, – резко отказала Анриш.

Ты правда собираешься меня уволить?

Ошеломлённая Виконтесса замерла на месте.

Как бы ей не было жаль Лилиану, но стоять ради неё на коленях в этом месте?..

— Герцогиня, если бы вы дали мне хотя бы минутку...

— Конечно, если вы не имеете к нам никакого уважения, встанете сейчас же, – Анриш скривилась, а голос её был полон насмешки, — не сомневаюсь, вы пробудете здесь еще какое-то время.

Сказав это, она повернулась вместе с Лилианой, оставив Виконтессу в совершенном недоумении.

* * *

В конце концов, Виконтесса простояла на коленях в течении трёх часов.

Конечно, это не потому, что мне жаль. А лишь для большего сочувствия.

Рано или поздно Маркиза узнает об этом, верно? И тогда Виконтесса расскажет ей обо всех зверствах её дочери. Кроме того, мать Анриш будет расстроена, узнав об увольнении Виконтессы, которую сама рекомендовала.

Вздохнув, Герцогиня обратилась к Лилиане:

— Ты сильно удивилась сегодня?

— Нет, – с широко открытыми глазами она отрицательно покачала головой. — Я в порядке.

Сейчас Анриш испытывала внутри совершенно противоречивые чувства. Сколько ещё событий должно случиться, прежде чем этот ребёнок перестанет по привычке говорить "всё в порядке"? Кроме того...

Кажется, будто Лилиана вновь пострадала из-за меня. Если бы я только не приняла Виконтессу...

Лицо Герцогини в этот момент потемнело.

— Мама.

— Почему ты зовёшь меня?

Некоторое время облизывая губы, Лилиана вздохнула:

— Спасибо.

А после нерешительно продолжила:

— Если честно, я немного волновалась...

— Почему?

— Боялась разочаровать маму, если не смогу должным образом заниматься.

Глаза Анриш от этих слов расширились, а дочка тихо избегала её взгляда:

— Конечно, мама никогда не говорила подобного, но я хотела быть той женщиной, которой не стыдно выйти в свет.

Впервые девочка сказала правду.

— Я не хотела задеть мамину репутацию.

Сегодня Лилиана решила идти до конца. И даже выглядела она совершенно необычно и уникально, хотя всё ещё сильно волновалась.

Когда Лилиана начнет заботиться о себе?

Анриш испытывала неописуемые чувства.

— Но мама сказала, что мне не нужно быть идеальной... Большое спасибо за это.

Лилиана закончила свою речь застенчивым голосом. Анриш посмотрела на неё пустым взглядом, не осознавая услышанного.

— Должно быть, ты испугалась?

— А? – Лилиана моргнула, широко открыв глаза, а Герцогиня скрывала страдальческое выражение лица.

— Разве ты не выстояла одна против жестокости Виконтессы?

Губы девочки вдруг задрожали.

— Даже сейчас ты беспокоишься больше обо мне, чем о себе.

— Мама...

— Ты всё ещё ребёнок, не обязательно быть всегда доброй, – Анриш, кусая губы, так и не смогла закончить речь.

Пришло долгое молчание. После чего Лилиана со слезами на глазах подтвердила:

— Да... Мне было очень страшно.

— Лилиана, ты...

— Когда я видела злость учителя, продолжала... Вспоминать произошедшее в приюте.

Ребенок заикался и признавался в страхе, который испытывал.

— Когда я слушаю учителя, мне кажется, что становлюсь такой же некомпетентной и глупой, как тогда... – голос её всё это время дрожал.

Анриш вздохнула. Всё это – её вина.

Изо всех сил Герцогиня выдавила из себя:

— Мне очень жаль, что... Не заметила раньше.

— Мама?

Лилиана вздёрнула мокрые ресницы.

— Если бы я не была такой легкомысленной, ещё раз подумала бы о Виконтессе.

— Нет, мама, не говори так, – дочка ответила очень твёрдо. — Ты пришла ко мне и помогла.

— Лилиана, но...

— Как и прежде в приюте. В этот раз тоже.

Лилиана мягко подняла голову и посмотрела Анриш в глаза:

— Я... Мне очень нравится мама. Надеюсь, мама тоже любит меня.

Мягкая улыбка скользнула по бледно-розовым глазам. Ребёнок застенчиво пролепетал:

— Это все, что мне нужно.

Герцогиня, найдя в себе силы, обняла дочку. Лилиана, уткнувшись в объятия, потёрлась щекой о плечо, как молодой зверь. Такой грустный, но милый ребёнок.

* * *

Виконтесса, изгнанная из Герцогства, направилась прямо в особняк Маркизы.

— Боже мой!

— Как Герцогиня могла повести себя так со мной?!

Как только Виконтесса пришла, тут же закричала:

— Герцогиня выгнала меня!

— Что ты такое говоришь? Анриш?

От неожиданных слов глаза Маркизы вдруг расширились, а виконтесса отчаянно кивнула:

— Герцогиня сказала, что я слишком жестока в обучении!

— Вас выгнали из-за строгости с ученицей?

— Да! Герцогиня сказала, что я понесу за это ответственность, как и вся моя семья! – женщина кричала и плакала, словно была готова умереть от несправедливости, а мать Анриш сидела совершенно поражённая.

— Понесете ответственность? Как такое могло произойти?..

Эта неженка, став Герцогиней, игнорирует учителя, которого я рекомендовала?! Я мать Анриш!

Женщина сжала руки в кулаки.

— Не волнуйтесь, Виконтесса.

— Что?..

— Я собираюсь исправить ситуацию, так что не плачьте, – твёрдо сказала Маркиза и нетерпеливо улыбнулась. — У нас не будет никаких проблем. В конце концов, она моя дочь.

Услышав столь уверенные слова, виконтесса тут же прекратила плакать:

— Вы правы. Я доверяю вам, – она кротко кивнула.

А мать Анриш прикусила губу, глаза её загорелись.

Анриш, ты и правда!..

Женщина поклялась рано или поздно навестить Герцогиню.

* * *

Тем вечером.

Анриш сидела в офисе в несколько подавленном настроении. Проверяемые документы были очень важными и серьёзными, но Герцогиня практически не обращала на них внимания.

Из-за меня пострадала Лилиана.

Испустив очередной вздох, Анриш понимала, насколько жалко себя чувствует. Из воспоминаний Герцогиня не помнила ничего похожего на телесные наказания. Потому и думала, что с дочкой всё будет в порядке.

После этого инцидента Анриш поняла одну вещь: Виконтесса всегда дискриминировала дам, которых обучала. Молодая девушка из высокопоставленной семьи не могла подвергаться суровым наказания, в то время как Леди с относительно низким статусом становились в ряд с другими.

И теперь Герцогиня не могла закрывать глаза на такие зверства. Виконтесса – значительная персона, потому все делали вид, что ничего не замечают.

— Теперь я понимаю...

Сомнительное отношение было связано с разницей в статусе. Анриш – единственная дочь Маркиза и нынешняя Герцогиня. Лилиана – не более чем потомок павшего Графа, независимо от её защищенности и покровителя.

— Она изначально не воспринимала её как свою ученицу.

В глубине души Герцогини таились тёмные мысли.

В то время как Анриш мучилась, раздался короткий стук. Подняв голову, хриплым голосом она сказала:

— Заходи.

Дверь открылась. В кабинет зашёл Алексей.

Почему он здесь?

Глаза Анриш немного расширились. Алексей подошёл к ней аккуратными шагами.

— Ты в порядке?

— Ах, Герцог, это...

Подавленная Анриш облизнула губы, но не смогла ничего сказать. Кажется, сегодня она больше не хотела испытывать лишние переживания. Сердце её содрогалось, но Герцогиня всё-таки заговорила:

— Из-за моих суждений... – началась исповедь, — когда я привела Лилиану из приюта, была полна решимости сделать её жизнь лучше, хотела, чтобы она улыбалась каждый раз.

Именно тогда Анриш вновь испытывала ненависть к себе.

— Возьми, – сказал Алексей, кладя конфеты и шоколадки одну за другой на её стол.

Анриш смотрела на это с удивлением и даже недоумением: это закуски, которыми она обычно делилась с детьми. Герцог слабо улыбнулся:

— Говорят, сладкое помогает чувствовать себя лучше.

— А?

— Лилиана и Эллиот попросили меня, – спокойный голос достиг её ушей. — Я хочу дать эти конфеты своей жене и подбодрить её.

Алексей вспомнил, как столкнулся с двумя детьми, когда входил в дом.

Эллиот и Лилиана сидели в саду. Но вдруг вскинули головы, а лица их посветлели, словно там зажглась лампочка. Кажется, будто они всё это время ждали Герцога.

— Папа! – Эллиот закричал и бросился к Алексею, крепко держа девочку за руку. — Папа, у меня просьба, – совершенно серьёзно заговорил он.

Даже Лилиана смотрела на него также, сглатывая сухую слюну. Двое детей передали ему шоколадки, которые держали в руках до сих пор. И Алексей забрал их.

— Герцог, – осторожно заговорила Лилиана. — Мама... Думаю, она очень подавлена из-за меня.

— Моя жена в депрессии? Кроме того, это связано с тобой? – озадаченно спросил Алексей, а Эллиот поспешно прервал их.

— Папа, кое-что случилось.

Дети быстро объяснили Герцогу, что произошло в особняке. Между бровями Алексея образовалась глубокая морщина. Лилиана, осторожно кивнув, добавила:

— Дайте маме эти конфеты.

— Я?

— Да. Она почувствует себя лучше, если съест что-то сладкое.

Услышав эти слова, Алексей внезапно вспомнил день, когда Анриш пришла в его офис. Печенье, которое она предложила, было очень сладким. Герцог слегка пожал плечами:

— А вы сами не хотите подбодрите её?

Немного подумав, Лилиана ответила:

— Хотим, – она также отрицательно покачала головой, — но если это сделает Герцог, думаю, мама будет более энергичной.

— Почему ты так думаешь?

— Герцог и мама женаты друг на друге?.. – склонив голову, она ярко улыбнулась. — Если человек, которого ты любишь, позаботится о тебе, разве не станет легче?

Любишь...

Услышав эти слова, Алексей почувствовал что-то странное, будто пёрышко щекотало сердце. Конечно, они законная пара. И люди обычно говорят о любви между супругами, но всё же это слишком странное и незнакомое чувство для Герцога. Алексей посмотрел на конфеты в руке. Шоколад, завёрнутый в золотую обертку, был любимым ежедневным десертом Эллиота. Розовые конфеты больше всего любила Лилиана.

— Ребята, это ведь ваши конфеты, не так ли?

— Их ведь подарила мама. Мы можем уступить.

Лилиана также согласилась с Эллиотом, нетерпеливо кивнув. Алексей рассмеялся и аккуратно взял конфеты, погладив детей по головам.

— Да, я позабочусь об этом.

Герцог вспоминал глаза детей, что светились, как звёзды.

Услышав историю, Анриш посмотрела на конфеты.

Так вот что произошло? Несмотря на детское легкомыслие, они всё также беспокоятся обо мне.

— Спасибо, – она слабо улыбнулась.

— Тебе стало немного лучше?

— Да. Дети так много обо мне заботятся, – в фиолетовых глазах снова появилась обычная жизненная сила.

— И я хотел спросить: ты собираешься отправить письмо протеста?

— Да. Виконтесса посмела коснуться Лилиану, поэтому должна понести ответственность, – сказала Анриш, сжимая кулаки, голосом, полным энтузиазма.

Алексей слегка наклонил голову:

— Анриш.

— Да?

— Разве будет достаточно лишь этого? – Герцог улыбнулся, увидев ошеломлённый взгляд жены.

Откуда на его лице такая злобная улыбка?

Но даже так – он выглядел идеально, словно злобный демон. В конце концов, красивые люди прекрасны всегда и в любом образе. Даже с таким выражением лица. Изо всех сил Анриш пыталась держать себя в руках. В то же время Алексей заговорил спокойным голосом:

— Как известно, Герцогиня вкладывает деньги в несколько предприятий.

— Верно, – девушка непроизвольно кивнула.

В одно мгновение улыбка Алексея стала немного глубже.

— И некоторые из них находятся во владениях семьи Виконтессы.

— Ах! – Анриш широко распахнула глаза.

— Думаю, пора забрать деньги... Что думает об этом жена?

— Конечно, я согласна.

Анриш с ухмылкой последовала по пути Алексея. Семья Герцогов теперь выглядела демонически.

* * *

Следующее утро.

Виконт протянул своей жене письмо:

— Дорогая, как, чёрт возьми, это случилось?

— Что? – женщина с недоумением взяла документ, отвердела, словно камень.

Отправителем была Анриш.

Руки её задрожали.

— Она действительно будет протестовать против всей моей семьи?

Внутри зародилось зловещее чувство. Виконтесса поспешно прочитала письмо. Через некоторое время она открыла глаза:

— Что... Что это?

Подняв бледное лицо, женщина осознала свой смертный приговор.

[Глубоко сожалеем об этом, но мы больше не будем инвестировать в бизнес Виконтессы. Кроме того, я планирую вернуть все вложенные средства в течение недели. Поэтому прошу вашего сотрудничества. Надеюсь, мы не столкнёмся с проблемами. Я хочу действовать, как можно мягче, но если возникнет конфликт мнений...]

Виконтесса прочитала конец письма так, будто готова была потерять сознание тотчас.

[Мы также рассматриваем возможность применения принудительных мер...]

Дрожащие пальцы сжали письмо. Бросив смятое письмо на пол, Виконтесса вскочила со своего места.

— Это не!..

— Что ты, чёрт возьми, наделала? – Виконт схватил свою жену за плечо. — Почему вдруг Герцогиня забирает деньги?

— Милый!

— Как только это произойдёт, нам нужно будет закрыть бизнес! Мы разоримся!

Мужчина впился в свою жену свирепым взглядом.

Излишне говорить, что сумма, вложенная Герцогами, поистине ошеломляющая. Если бы все эти деньги исчезли, бизнес мог просто разориться.

— Я едва вернул всё в нужное русло!..

— Давай обратимся к Маркизе, – Виконтесса облизнула губы с таким лицом, словно её ударили. — Я навещу её.

— Причём тут Маркиза?!

— Это мать Герцогини, верно?

Она единственная, кто может совладать с Анриш. Глаза Виконтессы злобно блеснули.

— Она точно нас спасёт.

— Дорогая...

— Просто подожди, я что-нибудь сделаю! – с этими словами Виконтесса убежала из особняка, как сумасшедшая.

* * *

Виконтесса приехала к Маркизе, что встретила её дневной улыбкой.

— Добро пожаловать. Сегодня я как раз собиралась...

— Герцогиня сказала нам отдать все средства, вложенные в наш бизнес, – перебила её Виконтесса, словно дикий зверь.

Лицо женщины ожесточилось:

— Что это значит? Она попросила вернуть деньги?

— Да! Сказала вернуть все в течение недели! Или она принудит нас! – женщина повысила голос, в конце концов не в силах контролировать себя. Слёзы текли по её бледному лицу. — Теперь, Маркиза... Вы должны пощадить меня.

— Виконтесса.

— Да? Я старалась изо всех сил, так что...

Маркиза слышала ужасный и дикий крик. Глаза её сузились. Во многих отношениях Виконтесса была полезным человеком: женщина, что вырастила множество знатных дам. И до сих пор они поддерживали хорошие и тёплые отношения.

Среди них были дамы, которые теперь стали хозяйками семьи. Так что разочаровывает такое развитие событий.

По слухам Анриш – злодейка в социальном мире.

И обычно, когда Маркиза приезжала к дочери и надавливала на неё, та делала шаг назад. Но в последнее время Анриш во многих отношениях проявляла неуважение, демонстрируя свою независимость от семьи.

— Не волнуйтесь слишком сильно, – произведя расчёты, Маркиза кивнула. — Я же говорила раньше, что как раз собираюсь встретиться с ней.

Виконтесса вернулась домой, а Маркиза медленно встала со своего места.

— Думаю, нам стоит поговорить прямо сейчас.

* * *

Вся семья собралась вместе спустя долгое время. Это крайне редкий момент для Алексея, когда он мог провести тихих обед с ними. И это было чем-то особенным.

Хороший, тёплый день. Серебряный солнечный свет.

— Думаю, неплохо пообедать в саду?

Пятицветные цветы, лёгкий ветерок.

— Верно, – Анриш с удовлетворением на лице ухмыльнулась. — Выглядит, как пикник?

— Верно, мама! – Лилиана посмотрела на стол, а глаза её сверкнули.

У Эллиота тоже на лице сверкало любопытство. Круглый обеденный стол, застелённый красной клетчатой скатертью, выглядел мило, словно игрушка. Сверху было много разнообразной еды, что восхитительно пахла.

С гордым выражением лица Анриш взглянула на мужа.

— Герцог, если вам не нравится...

— Вовсе нет, – с улыбкой он покачал головой, — это замечательно. Действительно, кажется, будто мы вышли на пикник.

— Но это ничто в сравнении с настоящим пикником, – Анриш хотела игриво улыбнуться, но вдруг посмотрела на детей, — значит, в следующий раз мы вместе сходим на пикник. Кто согласен?

— Я, я!

— Мне нравится!

Дети радостно защебетали, словно цыплята. И даже Алексей улыбнулся:

— Хорошая идея.

Мягкая атмосфера не могла ничем нарушиться. Лилиана с лёгкостью передвинула посуду. Стол, за которым ты можешь есть сколько угодно, и тебя не будут ругаться, даже если допустить небольшую ошибку.

Но один человек делал её крайне счастливой...

— Лилиана, попробуй ещё, – на тарелке девочки появилось мягкое картофельное пюре с маслом.

— Спасибо, – сунув в рот вилку, она слегка покраснела.

Насыщенный маслянистый вкус и текстура воздушного картофеля, обёрнутого вокруг языка. Анриш, наблюдавшая за ней счастливыми глазами, внезапно сузила брови и взглянула на сына:

— Эллиот, тебе следует есть помидоры.

Мальчик. который тщательно избегал их, посмотрел на маму с суровым выражением на лице:

— Но мама...

— Хм, Лилиана говорила, что не любит приверед?

— Хорошо, я понял! – закрыв глаза, Эллиот сунул в рот помидор.

Мой сын такой милый!

Алексей еле сдерживал смех. И в тот момент его взгляд встретился с Анриш.

— Герцог, вы хотели что-то сказать?

— Нет, ничего, – на мгновение он заколебался, а затем подтолкнул ей тарелку с поджаренными сосисками, — заботиться о детях – важно. Но жена не должна забывать и о себе.

— Ах, спасибо!

Чувствую, что её сердце тронуто, Анриш поспешно опустила взгляд на тарелку. Это был первый раз, когда кто-то позаботился о ней за столом. Герцогиня нарезала сосиску на меленькие кусочки и положила в рот. Пикантный вкус оставался на кончике языка.

Стол погрузился в идиллию, словно эта семья проводила так каждый день.

— Папа, мама! Я съел помидоры! – громко позвал Эллиот родителей.

Анриш, не задумываясь, посмотрела на тарелку, которую сын гордо поднял. Та действительно была пустой. Герцогиня широко улыбнулась:

— Ты правда съел их все, отличная работа, Эллиот!

— Молодец, ты впервые съел помидоры.

Оба родителя тут же выразили свои комплименты. Тогда Эллиот с гордым видом повернулся к Лилиане:

— Видишь? Я съел их!

— Угу, молодец, – Лилиана кивнула с озадаченным видом.

И в разгар такой дружелюбной атмосферы к Анриш подошла служанка. Понизив голос, она сказала:

— Леди... К нам приехала Маркиза.

В одно мгновение взгляд Анриш сузился, а брови Алексея нахмурились.

— Я привела её в гостиную... – горничная выглядела так, словно действительно не знала, что делать.

— Пойдём, – с коротким вздохом ответил Герцог.

— Нет, тебе не нужно идти сейчас, – Анриш покачала головой, а Алексей удивлённо посмотрел на неё.

— Это ведь Маркиза, не лучше ли поскорее пойти к ней?

— Нет, я прошу тебя подождать, – твёрдо ответила она, сев поудобнее в кресло. — Я уже несколько раз говорила маме, чтобы она, прежде чем посетить нас, предупреждала заранее.

— Анриш...

— Но мама никогда не слушает меня, – фиолетовые глаза были холодными. — Я должна относиться к ней так, как она заслуживает.

Алексей с любопытством посмотрел на жену. После того, как она перестала давать родителям и семье деньги, она была полна решимости проучить Маркизу. Раньше Анриш с бледным лицом уже бежала к матери. Но не сейчас.

— Поэтому нам не нужно идти. Пожалуйста, сядьте, – сказала Анриш с улыбкой.

Сам того не осознавая, Алексей сел обратно.

От его жены исходила странная сила.

С озадаченным лицом Эллиот спросил:

— Мама, что происходит?

— Нет, ничего, – Анриш покачала головой и смахнула крошки с его щеки рукой. — Если ты будешь измазан панировочными сухарями, Лилиане это не понравится, правда?

— Мама, тихо! – лицо его вдруг покраснело.

Алексей внимательно смотрел на их дружескую атмосферу. Эллиот больше не избегал руки Анриш. Скорее, для него это стало чем-то естественным. Было приятно наблюдать за ними. Вдруг на губах Герцога появилась слабая улыбка.

* * *

Примерно через час.

Анриш вошла в гостиную. Вдалеке сидела мать с нервным выражением лица.

— Вы здесь, Маркиза? – услышав это, женщина вскинула голову и поднялась со своего места, подпрыгивая.

— Анриш!

— Думаю, сейчас уместнее называть меня "Герцогиня", а не "Анриш".

От элегантного ответа лицо Маркизы вдруг исказилось, а Герцогиня продолжила мягким голосом:

— Потому что сейчас я нахожусь в положении Герцогини.

Сказав это, она лёгкой походкой подошла к дивану и села напротив Маркизы.

Раздался резкий крик:

— Ты моя дочь! – женщина впилась в неё яростным взглядом. — То, что ты сейчас здесь – всё благодаря моей поддержке!

— Вы злитесь?

Повисла тяжёлая тишина. Маркиза почувствовала странное несоответствие:

— Ч-что?

Казалось, будто девушка перед ней – не привычная Анриш. Та посмотрела бы в глаза матери и тут же раскаялась в содеянном. Герцогиня же не отвела взгляд и даже не пожала плечами. Лишь сидела, как статная Леди, напротив.

— Маркиза, – через мгновение Анриш склонила голову и посмотрела прямо на неё. В фиолетовых глазах не осталось и капли тепла. — Вы пытаетесь обращаться со мной, как с дочерью Маркиза?

— Что?!

— Когда вы уже будете уважать меня и считать Герцогиней?

Слыша столь спокойный тон, женщина дрогнула.

— Вес этих двух титулов совершенно разный. Даже если это ваш визит, Маркиза, в этом поместье я хозяйка, – сказала Анриш, — и хочу провести время со своей семьёй.

— Но...

— Сколько уже раз вы, даже не связавшись со мной, приезжали? – решительно оборвала она слова матери. — Мне кажется, в ваших действиях нет и капли уважения к Герцогине.

Маркиза, слыша это, широко и удивленно открыла глаза. Ведь сейчас Анриш лишь усугубляла проблему своим протестом. Дело не только в их отношениях, но и в "уважении к Герцогине".

— Ты правда... – женщина скрипнула зубами, но Анриш не закончила.

— Вы рассказываете о поддержке?

— Да, мы так дорожили тобой!..

— Эта поддержка действительно была предназначена мне? – от спокойного тона Маркиза вовсе потеряла дар речи.

Анриш продолжила со слабой улыбкой:

— Разве это не ради хорошего брака и дальнейшей помощи младшему брату?

— О чём ты, чёрт возьми, говоришь?! – Маркиза вскочила с места, будто подверглась сильному оскорблению.

Анриш почувствовала горечь во рту. Она думала, что женщина лишь признаёт свои ошибки, а не будет отстаивать мнение.

— Конечно, я благодарна: вы вырастили меня. Но думаю, высылая деньги, я уже давно за это заплатила.

— Анриш!

— Маркиза прекрасно знает, что это значительная сумма, не так ли?

Анриш слегка пожала плечами, а Маркиза сжала кулаки. Её лицо побледнело из-за ярости, хотя женщина сама этого не осознавала. Как бы она ни злилась, не могла тронуть "Герцогиню". Если проблемы между семьями обострятся, проиграет именно Маркиза. Потому женщина решила изменить направление атаки:

— Анриш, я знаю, мама сильно опечалила тебя, – в сторону утешения взрослой дочери, — и твои слова верны.

Маркиза говорила нарочито грустным тоном.

— Ты моя дочь, но до сих пор не была верна семейной жизни, не так ли? Я думала, если ты найдёшь учителя, всё станет лучше. Потому познакомила тебя с Виконтессой.

Только посмотрите на это...

Видя, как Маркиза ловко перешла к рабочим делам, Анриш прищурилась.

— Возможно, в некоторых местах она реагировала слишком остро, но тебе тоже не следует так воспитывать ребёнка. Разве работа учителя это не – ругать его?

— Не думаю, что вы вправе говорить об этом, Маркиза, – небрежно сказала Анриш.

Безмолвная Маркиза свирепо посмотрела на дочь. Но быстро оправившись, постаралась выглядеть разочарованно:

— Право, Анриш. Я ведь не воспитывала тебя так, – голос её был таким печальным, будто исходил из самого сердца, — как ты оказалась таким непослушным и избалованным человеком?

— Непослушным и избалованным?

— Да. Разве не потому ты так поступила с Виконтессой? – Маркиза покачала головой, будто устала. — Она твоя учительница. Ты не только отрезала такого человека от мира, но и её семью!

Анриш снова нахмурилась.

Она правда делает вид, что прекрасно меня знает? И пытается строить из себя любящую мать? Ха! Как скучно.

— Гхм, гхм, – Маркиза тем временем несколько раз кашлянула, выпрямила спину и повернулась к дочери.

Герцогиня выглядела так, словно имела дело с самым ужасным в мире преступником.

— Кроме того, где ты научилась такому? – Маркиза отругала её дрожащим голосом. — Анриш, ты ведь знаешь? Я сделала всё, что могла, чтобы вырастить из тебя достойную женщину.

Достойную женщину? Анриш почувствовала отвращение.

— На мою дочь указывают люди... Это разбивает мне сердце, – в отчаянии сказала маркиза, будто она та мать, что искренне ценит дочь. — Когда ты так поступаешь, выставляешь меня ужасной женщиной, что воспитала тебя так, – встревоженно добавила она. — Ты ведь знаешь, как много плохого говорят о тебе?

— Маркиза, – Анриш прервала её язвительные слова с легкой усмешкой, — меня не волнуют подобные слухи.

Мать её закатила глаза, а сама Герцогиня ярко улыбнулась:

— В любом случае, я негодяйка. И даже если будет ещё один скандал, вас это разве волнует?

— Как ты можешь так говорить?! Если ты леди, обрати внимание на своё достоинство!..

— Тёща, – спокойным голосом позвал Маркизу кто-то.

Поражённая, она оглянулась.

— Герцог?

Это был Алексей.

Почему он пришёл сюда? Очевидно, моя дочь и он в плохих отношениях...

Женщина не могла скрыть смущения.

— Извините, что прерываю вас, но думаю, вы неправильно поняли одну вещь. И мне нужно это исправить.

— Ч-что?

— Моя жена – не злодейка.

При этих решительных словах глаза Маркизы вдруг расширились.

— Вы считаете её злодейкой, потому что она вернула свои инвестиции, – Алексей засмеялся.

Его улыбка была похожа на обоюдоострый меч.

— Что?.. – женщина испуганно посмотрела на него.

— Герцогство до сих пор было инвестором в бизнес Виконтессы, – шутливо ответил он. — Значит, мы имеем право решать, когда и сколько денег инвестировать, а когда вывести все средства.

Голубые глаза пристально смотрели на Маркизу.

— И это право также есть у моей жены.

— Но...

Он назвал её своей женой?

— Герцогиня лишь воспользовалась своими законными правами, – Алексей прищурился, — так почему моя тёща упрекает жену в том, что та "злая"?

Безмолвная женщина прикусила губу, а герцог спокойно продолжил:

— Если бы Виконтесса не была учителем моей жены, я бы вовсе не инвестировал в этот бизнес.

При столь решительных словах глаза Маркизы вдруг расширились. Это было правдой. На самом деле, Алексей несколько раз отказывался от вложений. Но ему не удавалось преодолеть настойчивость Анриш, потому Герцог просто продолжал инвестирование.

— На инвестициях нашей семьи бизнес значительно вырос. Но теперь меня ударили ножом в спину.

Маркиза никак не могла противостоять Герцогу, потому крепко сжала кулаки. Но Алексей ещё не закончил:

— По крайней мере, если один инвестор уйдёт, бизнес не рухнет. Так ведь?

— Да, но...

— Что ж, возможно, он будет на грани краха, – улыбка его стала немного глубже. — Я имею в виду, что бизнес Виконтессы – замок, построенный из песка.

Этими словами Герцог приговорил их семью к смерти.

— Кажется, выбор вернуть вложения был правильным.

— Герцог! – воскликнула Маркиза. — Но разве вы не хотите посмотреть правде в глаза?

— Правда?

— Да, это ведь полезно для самой Анриш! Тем не менее, есть такая вещь, как светская львица, не так ли? – в отчаянии женщина пыталась убедить Алексея. — Виконтесса очень ладит с дамами, так что...

— Нет, – свирепо прервал её Герцог, — я хочу следовать желаниям своей жены.

— Тогда...

— И она сказала, что ей плевать на подобные сплетни, – сказав это, Алексей обернулся на Анриш. Та слегка кивнула. — Если моей жене всё равно, мне тоже.

Решительный голос походил на удары острых игл.

— Конечно, я благодарен вам, теща, что вы беспокоились о моей жене, – спокойно добавил он. — Моя жена – хозяйка этого особняка. Просто имейте в виду, она единственная Герцогиня Империи.

Испуганная Маркиза смотрела на зятя.

— Обращаться к жене неуважительно – это неуважение к её мужу, — сказал Алексей.

Анриш взглянула на мать. Та, что могла, словно фривольная начальница, повышать перед ней голос, теперь была похожа на маленькую мышь. Алексей встал не сторону жены.

Я очень счастлива...

Однако Маркиза была совершенно другого мнения.

Герцог, что всегда игнорировал мою дочь... Почему он ведёт себя так?

* * *

Спор с Маркизой был окончен. Анриш и Алексей остались в гостиной наедине. Воцарилась тишина.

Герцогиня погрузилась в размышления. Обычно бы Алексей просто бросил её, но сегодня...

— Анриш.

— Да? – она оглянулась на мужа и широко улыбнулась.

Герцог всё ещё не мог скрыть своё встревоженное лицо.

— Ты в порядке?

Глаза Анриш, что услышала этот вопрос, вдруг расширились. Спустя некоторое время она мягко кивнула:

— Да, всё хорошо.

— Но почему... – пробормотал Алексей еле слышно.

Но почему?

Анриш не понимала, что Герцог имел в виду. Однако Алексей начал задавать расплывчатые вопросы:

— Почему ты так выглядишь?

— Что-то не так?

У Анриш, что сидела перед ним, улыбка сияла ярче солнца. Но отчего-то ему казалось, глаза её скрывали серьёзную рану. Алексей думал, что Герцогиня отчаянно сдерживает слёзы.

— Ничего...

Алексей не понимал сам себя и собственные мысли. Ведь он не знал, что говорить в подобной ситуации. А его разговорные навыки оставляли желать лучшего. Обычно он ни с кем не общался, лишь слушая собеседника. Впервые Герцог почувствовал в сердце такую обиду на самого себя.

— Мне кажется, жена не в порядке, – всё, что он смог сказать. — Счастливые люди... Не делают такое выражение лица.

Улыбка Анриш стала ещё шире, будто это какая-то шутка.

— Какое выражение лица?

— Они не улыбаются насильно.

Семья просит её быть "полезным человеком", использует, как инструмент. Так как она может улыбаться в такой ситуации?

Однако ни одно из утверждений не имело к Анриш никакого отношения, лишь к оригинальной героине. Герцогиня глубоко вздохнула, пытаясь успокоить разум. Затем девушка вновь улыбнулась и заговорила:

— Мне жаль, что заставила тебя так думать.

— А?

— Герцог, я тоже действительно зла на мать, – лицо её невольно ожесточилось.

— Разве она не должна учтиво относиться к Герцогине? – Алексей пожал плечами.

— Да... Но я не хотела показывать эту уродливую сторону моей семьи. Поэтому делаю вид, что ничего не случилось.

Вдруг кончики пальцем Герцога коснулись лица Анриш. Девушка оробела от удивления. Поражённая, она прошептала:

— Герцог?

Длинные и изящные пальцы нежно ласкали лицо Герцогини. Вопреки его аристократической внешности, пальцы были твёрдыми – из-за долгих тренировок с мечом. Но оставались очень тёплыми.

— Мы семья, не так ли? – просто и дружелюбно спросил он.

В один мог на Герцогиню нахлынули эмоции, а Алексей добавил более грубым тоном:

— Тебе не нужно выдавливать из себя улыбку.

Пальцы Герцога тут же стали мокрыми, а глаза Анриш наполнились слезами. Отступив на шаг назад, девушка вытерла из рукавом.

— Все из-за вас...

Но Герцог вдруг добавил:

— Это совсем не глупо.

— Да?

— Я думаю, гораздо лучше быть честным со своими чувствами.

Услышав столь неожиданные слова, Анриш безучастно моргнула. Через некоторое время она ярко улыбнулась со слезами на глазах. И эта улыбка показалась Алексею крайне красивой.

Той ночью.

У Анриш была мечта. До того, как она стала герцогиней, это была мечта прошлой жизни. Однако, на самом деле, это далеко не счастливое воспоминание. С момента рождения девушка задавалась вопросом:

— Почему я вообще родилась?

— Какого чёрта, бесполезная сука... – бабушка сказала это с усталым взглядом, смотря на внучку, которая впервые залилась слезами.

Анриш принимала хладнокровность родных как нечто должное, но это иллюзия. Когда родился младший брат, все они погрузились в атмосферу праздника. Ребёнок стал действительно драгоценным сыном. Семья каждый раз разочаровывалась, когда не могла подарить ему всё самое лучшее.

Мама, отец и бабушка – все любили младшего сына.

Ведь к "женщине, которая родила бесполезную дочку" и "женщина, которая родила драгоценного наследника", относились по-разному. Анриш лишь горько смеялась. Причина, по которой она влюбилась в роман: героям было уготовано счастливое будущее.

— Мама, – раздался голос, когда Анриш погрузилась в мысли.

— Эй, ты не спишь? – девушка умело потянулась к Эллиоту, который что-то бормотал у неё на руках.

Лилиана также вцепилась в неё во сне.

— Спите, – она улыбнулась.

Дети, утомившись, тут же уснули и теперь мирно сопели.

Моя семья.

Теперь у Анриш есть семья, где они могут смеяться, вести дружескую беседу и чувствовать себя друг с другом комфортно, просто находясь вместе. Это и есть её мечта.

* * *

На следующий день.

Виконтесса с раннего утра посетила Маркизу.

— Вы ведь приехали от Герцогини. Должно быть, с хорошими новостями, верно?

Женщина наконец могла улыбаться.

Но услышав эти слова, Маркиза побледнела, словно была готова вот-вот потерять сознание.

— Я не смогу ничем помочь.

— А?

— Разве вы не услышали? Я не помогу Виконтессе, – сердито повторила она.

Удивлённая Виконтесса заикалась, сама того не осознавая:

— Н-но... очевидно, что вы, Маркиза, могли решить эту проблему.

— Даже я не могу остановить Герцога. Что я могу сделать в этой ситуации?

В отличии от прошлой их встречи, голос женщины звучал также холодно, как лёд.

— Если это выльется в войну между нами, у меня будут проблемы.

— Но ведь...

— В первую очередь, почему вы бьёте детей? Более я ничего не могу сделать, – Маркиза покачала головой с сожалением. — В любом случае, берегите себя.

— Но Маркиза!

— На кого ты кричишь? – прикрикнула женщина.

Виконтесса выглядела так, будто собиралась заплакать. Но Маркиза лишь потянулась и устроилась удобнее на мягком диване.

— Даже если я поговорю с Анриш ещё раз, ничего не изменится, – сказала она, указывая глазами на дверь.

Это был очевидный приказ. Виконтесса почувствовала, как у неё в глазах потемнело.

4. Эллиот – это Эллиот, Лилиана – это Лилиана.

Необычайные действия, предпринятые Анриш из-за Лилианы, сразу привлекли всеобщее внимание.

— Виконтесса преклонила колено перед Герцогиней, простояв так в течение трёх часов?

— Кроме того, она вернула все деньги, вложенные в бизнес.

И конечно, это нанесло сильный удар по семье Виконтессы. Действующий бизнес пришлось ликвидировать. Жить в особняке и оставаться в городе – совершенно не экономично. Поэтому они переехали в деревню.

Люди очень нервничали.

— Маркиза ведь пыталась урегулировать ситуацию, но ничего не вышло.

— Верно. Герцогиня сказала, что пока не хочет с ней общаться.

— Такой сильный гнев...

— Это правда. Также многое произошло с этой маленькой девочкой...

Общественное мнение разделилось. Некоторый называли действия Анриш чрезмерными. Но что бы кто ни говорил, Герцогиня – миролюбива. Доказательством этого являлось то, что теперь они с Лилианой сидели бок о бок на солнечной стороне тренировочной площадки.

Эллиот проходил обучение фехтованию. А дамы болтали.

— Лилиана, тебе нравится обучение?

— Да, это весело! – ребёнок отвечал с яркой улыбкой на лице.

Разорвав связи с Виконтессой, Анриш сама выбрала учителя. Возможно, оно того стоило. Лилиана в последнее время довольно успешно училась. Тем временем ребенок с серьёзным лицом позвала мать:

— Мама...

— Хм?

— Почему живопись входит в число качеств, которыми должна обладать женщина?

На этот серьёзный вопрос Анриш не могла ответить. Лилиана смотрела на альбом, где рисовала карандашом, с угрюмым лицом. Картина едва напоминала цветок.

— Честно говоря, не думаю, что у меня есть талант к рисованию.

— Если ты будешь усердно учиться, сможешь рисовать намного лучше, чем сейчас! – Герцогиня неловко улыбнулась, пока Лилиана с отчаянием смотрела на неё.

— Правда?

— Ну, я так думаю...

На самом деле, кажется, у неё действительно нет таланта...

Думаю об этом, Анриш вспотела.

— Мама! – вдруг воскликнул ребёнок.

— Да?

— Посмотри! Эллиот будет драться!

К счастью, Лилиане было любопытно узнать о тренировках Эллиота. Анриш с облегчением вздохнула.

— Да, я впервые это вижу.

— Мама тоже?

От невинного вопроса Лилианы Анриш почувствовала укол совести изнутри. Если быть точной, Анриш в оригинале была совершенно безразлична к сыну.

Но теперь это я. И я обещала уделять ему достаточно времени.

С другой стороны, соперничество между Эллиотом и рыцарем усиливалось. Два деревянных меча яростно столкнулись. Анриш с ухмылкой взглянула на Лилиану. Если подумать, разве это не первый раз, когда та увидела фехтование?

Что, если она удивится этим жестоким действиям?

Но сама того не осознавая, Герцогиня также выглядело обеспокоенно. Ответственно сжав кулаки, Лилиана испустила звук, похожий на вздох.

— Нельзя останавливаться.

— А? – Анриш на мгновение была сбита с толку. — Что ты имеешь в виду, Лилиана?

— Ах, ничего, – вдруг она покрылась холодным потом.

Я ведь разговариваю сама с собой. Надеюсь, меня поймут правильно...

— Лилиана, – серьёзно сказала Герцогиня. — Самый неприятный способ заставить человека чувствовать себя некомфортно – это перестать говорить.

Ребёнок осторожно заговорил:

— Эллиот...

— Эллиот?

— Всего лишь моё мнение: похоже, он слишком много внимания уделяет блокировке меча.

От неожиданности Анриш широко открыла глаза. Возможно, это было несколько обременительным, поэтому Лилиана тихонько повернулась в сторону тренировочной площадки.

— Думаю, для этого должна быть более сильная физическая подготовка, не так ли?

— Чтобы заблокировать меч, нужна сила, – подтвердила Герцогиня.

Лилиана сузила глаза и наблюдала за движениями рыцаря и Эллиота. Анриш раскрыла глаза ещё шире.

— А?

Ребёнок смотрел на матч между ними, как одержимая – слишком внимательно и сосредоточенно. Её тело постепенно наклоняясь вперёд, словно по импульсу.

— В битве за силу, думаю, у Эллиота нет другого выбора, кроме как проиграть.

— Верно, ведь между взрослыми и детьми есть физическая разница.

— Тогда не лучше ли позволить атаке течь, а не противостоять ей безоговорочно?

Чёрт возьми...

Ты знаешь, как эффективно реагировать в таких ситуациях?

Анриш действительно была поражена. Лилиана – ребёнок, который ранее не изучал фехтование.

— Нужно сохранить выносливость, а затем рискнуть. Я бы сделала именно так. Гораздо лучше стремиться... – ребёнок тем временем давал Герцогине совершенно логичные объяснения.

— Но как...

Лилиана, увидев ошарашенное лицо мамы, смутилась.

— Может, у Лилианы есть талант к фехтованию?

Тинг!

Как раз в эту секунду Эллиот потерял свой деревянный меч, матч закончился. Ребёнок, кивнуший рыцарю, поспешно подошёл к ним. На его лбу выступила капля пота.

— Мама, Лилиана!

— Отличная работа, Эллиот, – усмехнулась Лилиана.

Анриш же протянула полотенце.

— Возьми, вытри пот.

— Спасибо, – грубо вытирая лицо полотенцем, Эллиот вглядывался в рисунок Лилианы, а затем с озадаченным лицом спросил: — Это тыква?

— Нет! Это лилия! – девочка перестала бушевать, когда Эллиот склонил голову.

— Как ни посмотри, это похоже на тыкву.

— Почему бы тебе не попробовать нарисовать лучше?!

— Хорошо, – Эллиот вежливо ответил и взял альбом с карандашами.

— Что?..

Лилиана, которая поначалу отнеслась к этому скептически, смотрела на рисунок Эллиота, будто одержимая.

— Ты так хорошо рисуешь?

У Анриш тоже широко раскрылись глаза. Нет, Эллиот действительно прекрасно владел карандашами. Цветущие лилии выглядели настолько яркими, что можно было почувствовать их мягкие лепестки, касающиеся рук. Ребёнок громко рассмеялся и поднял голову с гордостью:

— Это основы.

— Нет! Как такая картина может быть основой?

Анриш согласилась с удивлением Лилиана.

— Эллиот, у меня просьба...

— Что?

— Эм... – Лилиана несколько колебалась, а зачем осторожно сказала: — Можно я возьму хоть раз деревянный меч?

Анриш немного запуталась. Это произошло потому, что она поняла стеснение Лилианы. Согласно Имперскому закону, женщины и мужчины могли свободно выбирать профессию, но в действительности всё было совершенно иначе. Раньше для публикации в газете девушке было достаточно получить рыцарское звание. И это крайне необычно.

— Хорошо, только осторожно, – к счастью, Эллиот небрежно кивнул.

Двое детей спустились на тренировочную площадку. Лилиана схватила деревянный меч обеими руками. Придав ногам силу, она уверенно стояла. В её позе не прослеживалась дрожь.

— Вау, Лилиана, ты раньше училась фехтованию? – Эллиот был удивлён до такой степени, что не смог удержаться от вопроса.

Но Анриш тонко уточнила:

— Лилиана тоже хочет учиться фехтованию?

Поражённая, девочка покачала головой:

— Нет, я женщина. Как я могу учиться фехтованию?

— А? Почему же? Женщина также может обучаться.

— Да? – глаза Лилианы расширились.

— Если ты этого хочешь, то можешь учиться.

— Но...

— Если хочешь, я поговорю с Герцогом.

Розовые глаза загорелись от нетерпения.

— Правда?

— Я спрошу его, – прямо ответила Анриш.

Лилиана покраснела и кивнула:

— Хорошо.

Герцогиня, видя этого застенчивого ребёнка, что горел от нетерпения, ничего не могла сделать. Эллиот тем временем выглядел возмущённым и пожал плечами:

— Нет, зачем ты пытаешься научиться этому трудному делу?

* * *

Тем же вечером.

Анриш подошла к Алексею.

— Герцог?

— Что-то случилось?

Глаза его были полны нежности.

— Я хочу поговорить на счёт Лилианы.

— Со мной? – он был немного удивлён.

Так как Эллиот – мальчик, Герцог занимался его воспитанием. В особенности, когда дело касалось фехтования. Но Лилиана – девушка, потому Анриш никогда не советовалась с Алексеем, когда дело касалось её.

Если тебе нужно что-то обсудить со мной, что-то явно не так.

Видя озадаченность на его лице, Анриш осторожно добавила:

— Лилиана хочет научить фехтованию.

— Фехтованию? – глаза его расширились.

Обычно в Империи это считалось нонсенсом.

— Да. Ведь нет закона, что запрещал бы девушке заниматься фехтованием, верно?

— Если Лилиане это интересно, всё в порядке.

— Вместо того, чтобы быть слишком предвзятым... Да? – Анриш придумала миллион причин, почему Алексей должен согласиться, однако Герцог не стал переубеждать жену.

— Хорошо.

Герцог смотрел на неё спокойно:

— Я сказал, если Лилиане это нравится, я не против. Она должна научиться фехтованию.

— Правда?

— Конечно. Нет причины, почему я могу запретить, – Алексей небрежно пожал плечами. — Разве раньше не было ни одной женщины-рыцаря в Герцогстве?

Анриш пришлось приложить немало усилия, чтобы не выдать глубокое удивление на лице. И почему раньше она не слышала об этом? Обычно женщин-рыцарей лишь называли "странными". Но если ты Валлиос...

— Конечно, раньше всё также были против.

— В самом деле?

— Да, но теперь она одна из самых талантливых рыцарей.

Это секретная история?

Глаза Анриш загорелись любопытством.

— Тогда где она сейчас?

— Живёт в Герцогстве и служит вторым лейтенантом, – сказал он с яркой улыбкой. — Если бы я отказал только потому, что она женщина, наверное, навсегда бы пожалел. Лилиана может стать похожей на неё.

Взяв настольный календарь, Алексей проверил расписание, а затем задал Анриш вопрос:

— Так или иначе, есть ли у Лилианы время завтра после обеда?

— Да.

— Тогда давайте встретимся, – сказал Алексей, — мне нужно выяснить её способности.

Герцогиня была готова уговаривать его в течение нескольких дней, но он так легко дал разрешение. Анриш не могла скрыть растерянность на лице.

* * *

Настал день, когда Алексей проверял способности Лилианы. Она встала рано утром и спустилась на тренировочную площадку.

— Доброе утро, – Алексей первый поприветствовал её.

— Доброе утро, Герцог! – на лице Лилианы виднелось напражение.

Эллиот, стоявший рядом с Анриш, спросил:

— Мам, неужели Лилиана действительно собирается учиться фехтованию?

— Может быть? – Герцогиня слегка пожала плечами. — Знаешь, Эллиот.

— Да?

— Лилиана, разве она не милая сегодня? – Анриш не могла скрыть счастье на лице.

Ребёнок с прекрасными светлыми волосами, завязанными высоко, в спортивной одежде для детей. Это слишком мило!

— Лилиана всегда выглядит мило, – ответил Эллиот.

— Что?

Эллиот с холодным выражением лица смотрел на мать, которая прикрывала рот обеими руками. Конечно, она не хотела таким образом сказать, что Лилиана некрасивая.

— А теперь попробуй взять деревянный меч, – тем временем, Алексей протянул девочке оружие.

Лилиана, которая проглотила засохшую слюну, взяла его в руки и приняла позу. На мгновение выражение его лица изменилось.

— Я никогда раньше не слышала ничего о фехтовании, но кое-что определенно знаю.

Поза девочки была прямой и, прежде всего, хорошо сбалансированной. Как будто инстинктивно она умела распределять силу по конечностям.

— Правильно?

— Да, хорошо. Попробуй взмахнуть мечом, – Алексей с совершенной серьёзностью начал проверять базовую выносливость, ловкость и гибкость Лилианы.

Анриш, наблюдавшая за этой сценой, не смогла скрыть нервное выражение лица.

— Разве это не сложно?

Сможет ли ребёнок, что раньше никогда не делал упражнений, так сильно напрягаться и двигаться правильно? Но у Алексея, похоже, совсем другое мнение. Медленно глядя на Лилиану, он медленно приподнял кончик губ.

— Это все, что ты можешь? – прозвучала небольшая провокация.

Но этого оказалось достаточно, чтобы в голубый глазах загорелся острый огонь. С резким восклицанием Лилиана топнула ногой и быстро бросилась к Алексею. Деревянные мечи столкнулись, бьясь друг об друга. Девочка держала оружие обеими руками, легко взмахивая в нужные моменты.

— Кажется, ты удовлетворён? – Анриш склонила голову.

На самом деле, всё это время лицо Алексея не оставляла улыбка. Но, видимо, Лилиана воспринимала её немного иначе, прикусывая щёку изнутри. Сила удара и владение мечом совсем не соответствовали её возрасту. Она чувствовала огромное давление. Алексей, стоящий перед ним, был подобен обрыву, который стоял настолько высоко, что до него нельзя дотянуться.

— Все мои атаки блокируются...

Лилиана знала: сегодня она держит меч в руках впервые, а Алексей – лучший рыцарь во всей Империи. Тем не менее, она продолжала бороться.

Сколько бы я не пробовала... Мне никогда не победить Герцога.

От этого Лилиана автоматически чувствовала напряжение в своём теле. С энтузиазмом она снова бросилась на Герцога, который слегка приподнял брови.

Она пытается использовать своё маленькое тело инстинктивно?

Это похоже на тот самый момент перед смертью, когда в одно мгновение и без страха ты врезаешься во врага. Определённо большой талант. Алексей слегка приподнял меч, заблокировав действия Лилианы. Меч отскочил от её руки.

Звук катящегося по полу деревянного меча был оглушительным. Лилиана глубоко вздохнула и посмотрела на Алексея.

— Ха, ха, ха... – хотя её подавляли, девочка не теряла своей инерции. Скорее, хотела драться ещё сильнее.

Алексей попытался её успокоить:

— Не заходи так далеко.

— Нет, ха, ещё!

— Переборщить – лишь вредить себе, – Алексей отрицательно покачал головой и игриво позвал Лилиану. — Более того...

— Да, Герцог?

— Ты уже думаешь о том, чтобы победить меня?

Лилиана напрягла плечи, слыша ухмылку и смех в его голосе. А затем застенчиво кивнула, опустив вниз голову.

— Мне жаль, если я была груба.

— Нет, скорее, мне это понравилось. Быть мотивированным – хорошо. Это необходимо для всех, кто владеет мечом. Это талант, — Алексей, помолчав, добавил: — Не сдаваться до конца – прекрасно.

— Герцог...

— Закончим тест на этом, хорошая работа.

— Спасибо.

От неожиданного комплимента щеки Лилианы покраснели.

— Это здорово, Лилиана, – пробормотал Эллиот сбитым с толку голосом.

Анриш также согласилась. Между тем, Лилиана спросила у Герцогини, когда все тесты закочнились:

— Мама, Герцог позволит мне учиться фехтованию?

Дух девочки, что резво держала меч, вдруг исчез. Она вернулась к своему обычному робкому образу. Анриш, видя это, хихикнула:

— Если бы он был против, похвалил бы тебя после теста?

Лилиана широко улыбнулась. Измученная, она, едва вытирая пот, слабо уснула. Услышав дыхание ребёнка, Анриш, стоявшая там, оглянулась на звук короткого стука.

— Герцог...

Алексей подошёл к ним, стараясь не шуметь:

— Лилиана спит?

— Да, должно быть, она немного устала.

— Это потому, что сегодня она дошла до своего предела, – выражение лица Алексея, смотрящего на Лилиану, казалось немного взволнованным.

Нежным жестом Герцог позвал жену:

— Не могли бы вы уделить мне минутку времени?

— Конечно, – Анриш вышла вслед за Алексеем.

Как только они осторожно, не издавая ни единого звука, закрыли дверь, Алексей заговорил:

— Лилиана определённо будущая фехтовальщица.

— Если Герцог так говорит, думаю, это правда. Она очень талантлива?

— Конечно. Таких детей называют "гениями".

— А? – Анриш была действительно поражена.

Раньше не было никого, кого можно было бы назвать рыцарем лучше, чем сам Герцог.

— Для девушки недостаточно одной силы. Тело должно быть гибким и быстро двигаться, – в его голосе чувствовалась теплота. — Прежде всего, у нее есть врожденное чувство битвы.

— Значит...

— У неё есть талант понимать ситуацию и использовать это во благо.

Это напомнило Анриш Лилиану, что наблюдала за тренировкой Эллиота с мечом.

— Вместо безрассудной защиты гораздо лучше сохранить выносливость!

Именно это сказала девочка, лишь окинув их взглядом. Но голос Герцога прервал мысли ошеломленной Анриш:

— На самом деле, на мой взгляд, Лилиана лучше, чем Эллиот.

— А?

— Я не говорю о таланте, – сказал он, слегка покачав головой. — Они одинаковы изначально.

— Тогда почему Лилиана лучше?

— Это... Беспроигрышный вариант.

— Беспроигрышный вариант? – Анриш моргнула.

На самом деле, Эллиот тоже неплохо справлялся. Он выигрывал у детей, если хоть немного обдумывал стратегию. Выражение лица Алексея было не очень ярким:

— Он сильный. Но когда Эллиот стал тренироваться с рыцарями, его количество побед резко сократилось.

— Почему?

— Эллиот – ребёнок, у которого нет сильного желания побеждать.

— Вот как...

Анриш была не в состоянии подобрать слова. В конце концов, все рыцари соревнуются за жизнь. Алексей закончил речь коротким вздохом.

— Дело не в том, что его личность плохая. Но для рыцаря это не очень благоприятная тенденция.

Герцогиня беззвучно кивнула, понимая, о чём говорит муж.

— Мне кажется, Эллиот просто не заинтересован в самом фехтовании.

— Вот как...

— Талант у него сам по себе выдающийся. Но это не значит, что человек может развиваться, используя лишь его.

Анриш молча кивнула, понимая, о чём говорит Алексей. Эллиот был ребёнком, который позже станет главой Герцогства. Так что он, естественно, унаследовал их боевые навыки.

— Думаю, у меня другого выбора, кроме как подумать о способностях ребёнка.

Помимо своего знатного поста, Алексей также имел звание любящего отца, что дорожил своим сыном.

— С другом стороны, Лилиана всегда пытается победить.

— Значит, у Лилианы правильное сердце?

— Верно. Этот ребёнок даже не тренировке пытался идти до конца, – вспомнил Алексей поведение Лилианы.

Несмотря на усталость, они не сдавалась. Слабая улыбка скользнула по его губам. Анриш внимательно смотрела на мужа.

— Герцог, вы выглядите счастливым.

Потому что Алексей – мастер в области фехтования. И теперь ребёнок с большим талантом стал компаньоном Эллиота. Немудрено, отчего у Герцога такое хорошее настроение. Прежде всего, если Лилиана вырастет должным образом, сможет стать подспорьем Герцога. При этом Алексей смотрел Анриш прямо в глаза:

— Итак... Могу ли я обучать её сам?

— Да, Лилиана будет очень рада, – Герцогиня улыбнулась и кивнула.

* * *

Итак, Лилиана обучалась фехтованию с Эллиотом. Как только она начала тренировки, показала удивительные и поразительные достижения. Лилиана, державшая в руках деревянный меч, не могла выглядеть столь же мило и нежно, как обычно. Она затаилась на месте, как молодой зверь, что победит любой ценой.

Алексей не жалел похвалы.

— Прекрасно, Лилиана.

— Спасибо!

Эллиот посмотрел на Лилиану, ярко улыбаясь:

— Лилиана действительно гений.

Это определённо то, чему можно радоваться.

И почему я...

Эллиот закусил губу. То, что он не мог сделать в течении нескольких дней, Лилиана выполняла за одну тренировку. Разве между гениями бывает такая разница?

Я следующий Герцог. Из поколения в поколение мы были отличными рыцарями...

Эллиоту казалось, будто он проглотил большой кусок льда. В его сердце стало вдруг холодно. Мальчик слегка повернул голову, не обращая внимания не своего веселого отца и Лилиану.

* * *

Анриш, прислонившись к окну, наблюдала за тренировками детей. Они мило бегали по полю. Вдруг послышался короткий стук. Герцогиня подняла голову:

— Войдите.

В гостиную вошёл мужчина средних лет. Это учитель, который преподавал Эллиоту рисование.

— Герцогиня, рад вас видеть.

— Добро пожаловать. Пожалуйста, присаживайтесь, – мягко сказала Анриш, предлагая мужчине присесть.

Но на лице учителя читалось напряжение.

— Герцогиня... Вы хотели поговорить со мной?

Надменная Анриш никогда не вызывала его без причины.

— Я приготовила чай, но не знаю: понравится ли он вам.

— Ах, да. Спасибо.

Учитель тайком поглядывал на Герцогиню. Ходят слухи, что та больше не унижает людей даже более низкого ранга. Правда ли, что она изменилась? В конце концов, отношения Эллиота с матерью также улучшились.

Но вдруг он покачал головой.

Нет, разве Виконтесса не стояла перед ней на коленях? Нельзя судить лишь по элегантной внешности.

— Наверное, вы также заняты? Мне жаль, что я вызвала вас так внезапно.

Жаль?

Учитель сомневался, думая, что это лишь слуховые галлюцинации. Герцогиня извиняется перед обычным учителем?! Анриш говорила спокойно:

— Так как я забрала ваше время, компенсирую вам двойную почасовую заработную плату в соответствии с классом Эллиота.

— Дв... Двойную?

— Да. Или у вас есть желанная награда?

— Нет, что вы? Этого хватит, – учитель с озадаченным выражением лица покачал головой.

Фактически, большинство высокопоставленных дворян тщательно относились к своим служащим и подчинённым. И Герцогиня была воплощением той самой аристократии.

— Я хотела услышать общую историю о навыках Эллиота в рисовании. Поэтому я проявила неуважение, – элегантным жестом герцогиня поставила на стол чашку. — Похоже, он неплохо справляется.

Учитель пытался сдержать удивление всеми силами.

Герцогиня смотрела рисунки молодого мастера?

— Однако, поскольку я мать ребенка, могла переоценить его возможности и навыки.

Анриш был полна привязанности к сыну. Проглотив комок, учитель осторожно задал вопрос:

— Могу я быть с вами честным?

— Конечно.

— Мастер Эллиот обладает большим талантом к рисованию.

Глаза Анриш вдруг странно загорелись. Кажется, он не ошиблась.

— Кроме того, мастер всегда рисует прекрасные картины.

— Да?

— Да. Он всегда активен на уроках и никогда не жалуется, приходя на занятия с энтузиазмом. Также, кажется, ему никогда не бывает скучно.

Смочив губы чаем, учитель добавил:

— Обычно дети его возраста не могут усидеть на месте.

Значит, когда он рисует, полностью отдается делу. В то время как при обучении фехтованию...

Также Анриш узнала, что Эллиот проявляет внимание только тогда, когда приходит Алексей. Значит, хобби сына – рисование. Она и не думала, что узнает об этом так быстро.

— Но не думаю, что есть смысл винить себя так сильно.

— Что вы имеете в виду? – Анриш удивлённо открыла глаза.

— На самом деле, – осторожно заметил учитель, — Эллиот не очень хочет показывать, что он интересуется живописью.

— Почему?

— Потому что молодые джентльмены обычно не изучают подобное.

— Разве не достаточно желания?

На лице учителя вдруг промелькнула горечь.

— По крайней мере, для маленького главы семья, это не очень важное занятие.

— Но...

— Не забывайте, молодой мастер – будущий Герцог.

— Но Эллиот всё ещё семилетний ребёнок.

Он не должен подавлять собственный вкусы!

Анриш прикусила губу.

— На самом деле, – добавил учитель, — я предлагал молодому мастеру выступить на публичном Императорском конкурсе.

— Так что же он ответил?

— Отказался, – он закончил свою речь вздохом. — Он сказал: если ты хочешь стать Герцогом, нельзя слишком сильно сосредотачиваться на своих хобби.

— Ах, – Анриш потеряла дар речи, будто в груди образовался тяжёлый камень, что не позволял дышать.

— Пожалуйста, с этого момента позаботьтесь о нашем Эллиоте, – Герцогиня ярко улыбнулась.

Учитель, показав опущенную голову, вышел из гостиной. Перед тем, как закрыть дверь, он оглянулся. Анриш смотрела в окно, наблюдая за тренировкой сына. И выглядела она глубоко встревоженной.

Наблюдавший за изящным лицом преподаватель не мог скрыть удивление и даже смущение.

О чём все говорили? Герцогиня, с которой я сегодня столкнулся, вежлива и даже улыбалась.

В конце концов, слухи о ней были преувеличены.

Но почему же слухи об уничтожении семьи Виконтессы так сильны? Это ведь правда...

Учитель наклонил голову и вышел из особняка.

* * *

Анриш недавно внимательно разглядывала Эллиота.

— Почему ты так усердно тренируешься? – она сузила брови.

В конце её взгляда был сын, который вовсю тренировался в фехтовании. Тренировочная площадка была слишком тёмной, чтобы различить близлежащие предметы.

— Думаю, ты переусердствуешь.

Приходя на площадку в два часа дня, он тренировался ещё в течении пяти-шести. Похоже, Эллиот застрял там. Даже Лилиана, жадная до фехтования, не тренировалась в таком количестве. Подумав об этом, Анриш решила направиться к нему, чтобы остудить пыл.

— Эллиот!

— Мама? – он посмотрел на Анриш, сильно вспотев.

Казалось, на него вылили ведро воды. Герцогиня обеспокоенно вытерла пот с его лица.

— Не слишком ли поздно? Ты собираешься опять пропустить ужин?

Эллиот не хотел выпускать из рук деревянный меч. Глядя на ребёнка, Анриш не могла скрыть недовольное и прискорбное выражение лица.

Почему ты выглядишь таким встревоженным? Будто тебя кто-то преследует...

— Усердно тренироваться – это хорошо. Но разве ты уже не вредишь здоровью?

Услышав это, Эллиот угрюмо кивнул.

— Э-эллиот?

Голос Анриш сорвался на крик, когда сын споткнулся и упал на землю.

* * *

— Обморок вызван переутомлением, – твёрдым голосом заявил лечащий врач, тщательно осмотрев Эллиота.

Анриш не могла ничего сказать. Она волновалась, что это крайне серьёзная болезнь. Оказывается, переутомление.

— Если хорошо отдохнуть, всё будет в порядке.

— Да, спасибо, – Анриш кивнула.

Как только доктор вышел, в комнату ворвалась Лилиана:

— Мама? – она посмотрела на Герцогиню со слезами на глазах. — Эллиот, с тобой всё в порядке?

Вдруг послышался приглушённый голос молодого юноши. Хотя дневной свет был тусклым, характерное игривое выражение лица всё ещё оставалось живым. Лилиана, цепляясь за кровать, посмотрела на Эллиота обеспокоенно.

— Конечно, – ухмыльнулся он в ответ.

Лилиана надула щёки и тихо застонала:

— Тебе нужно скорее выздороветь. Я хочу тренироваться с Эллиотом.

В одно мгновение выражение лица Эллиота немного ожесточилось.

— А? – глаза Анриш немного расширились, как в следующее мгновение сын пошутил:

— Ты действительно хочешь тренироваться со мной?

— Конечно!

— Если Лилиана так говорит...

Двое детей разразились смехом. Как обычно, они хорошо ладили. Наблюдавшая за этим Анриш нахмурилась.

Я ошибаюсь?

На мгновение Лилиана вскочила с кровати.

— Спокойной ночи, Эллиот.

— И ты спи хорошо, – ответил он, провожая Лилиану улыбкой.

Когда та вышла из комнаты, Анриш, тихо глядя на сына, внезапно задала вопрос:

— Эллиот, почему ты зашёл так далеко?

— А?

— Уроки воспитания были полностью прекращены. Остались лишь политика и фехтование.

Всё это важно для будущего Герцога. Эллиота не интересовали гуманитарные предметы, которые ему обычно нравились – живопись, поэзия. Поэтому ответить было нелегко. Анриш медленно спросила:

— Это из-за Лилианы?

— Дело не в этом! – непроизвольно Эллиот повысил голос.

Но сильное отрицание нередко является подтверждением.

Тогда Анриш снова спросила:

— Похоже, всё именно так.

— Вовсе нет...

— Неужели?

От этих слов Эллиот сжал кулаки до такой степени, что костяшки стали белыми.

— Я думаю... Лилиана обладает огромным талантом к фехтованию. Это лишь действительно потрясающе, – голос его дрожал. — Я не ненавижу Лилиану. Мне она действительно нравится. Просто... – Эллиот, который тяжело дышал, закрыл лицо руками. — Я ненавижу себя.

— Эллиот, но...

— К настоящему времени я учился фехтованию, – сказал он резким голосом, — но даже так – никогда не смогу угнаться за Лилианой.

— Почему ты так думаешь? Это не так...

— Я ненавижу себя за то, что до сих пор не тренировался достаточно усердно. Я разочарован, – категорически заключил он.

Плечи Эллиота дрожали, в то время как Анриш молча смотрела на сына.

Что мне ему сказать? Понимаю ли я его достаточно, чтобы утешить? Лилиана – ребёнок с гениальным талантом. Поэтому естественно, что разрыв будет увеличиваться. Чувствовать себя неполноценным... Могу ли я как-то помочь?

Герцогиня закусила губу, пока та не стала кровотичить.

Эллиот – это Эллиот. А Лилиана – это Лилиана. Хотя он и сдерживается, но всё ещё остаётся очень талантливым ребёнком.

— Тогда должна ли Лилиана тоже в тебе разочароваться? – резко спросила Анриш.

Плечи Эллиота напряглись от вопроса:

— О чём ты? Почему ты спрашиваешь о Лилиане?

— Эллиот тебе грустно от того, что Лилиана лучше владеет мечом.

— Да, но... – лицо сына покраснело, а Анриш слегка пожала плечами.

— По крайней мере, мне кажется, ты рисуешь намного лучше, чем мы с Лилианой.

— Да?

— Даже лилия, которую ты нарисовал, казалась живой, не так ли?

В ответ Эллиот моргнул, а Герцогиня ярко улыбнулась:

— Сначала я была единственной, кто так думал. Но, оказывается, учитель Эллиота разделяет моё мнение.

— Учитель?..

— Да. Учитель сказал, что ты от природы получил дар к рисованию.

Сделав комплимент, Анриш посмотрела на альбом на столе. Он носил его так бережно, что на нём не осталось и царапины. Герцогиня вспомнила, что сказал учитель:

— Альбом для рисования мистера Эллиота. Просто взгляните на него. Тогда поймете, как он любит рисовать.

В альбоме полно набросков, а бумаги вовсе не осталось. В этот момент мысли Анриш прервал голос сына:

— Но я Герцог. Будущий наследник семьи.

— Разве ребёнок, который так думает, может быть лентяем? – шутливо пошутила Герцогиня.

Эллиот не мог скрыть пораженное выражение лица. Кажется, Анриш ударила его ножом, но в совершенно правильном направлении.

Похоже, ответственность, возложенная на детские плечи, была слишком высока.

Скрывая горечь, Анриш говорила медленно и осторожно:

— Все люди разные. Даже таланты могут различаться.

— Мама...

— Конечно, как у следующего главы Герцогства, у тебя развито чувство ответственности. Но ты всё ещё уникален, – искренне сказала она.

Анриш вскоре добавила:

— Но только из-за этого тебе не нужно отказываться от счастья, не так ли?

— Ты правда так думаешь?

— Конечно.

На осторожный вопрос Эллиота Герцогиня кивнула головой.

— Подумай об этом, – встретившись взглядом с сыном, Анриш улыбнулась. — И ты уже отлично владеешь мечом.

Герцогиня смотрела на озадаченного сына.

— Глава Герцогства, что обладает талантом к рисованию – также прекрасно.

Эллиот молчал также, как и раньше.

— Тебе ведь нравится рисовать? Это самое важное, – сын кивнул.

Анриш внимательно смотрела на покрасневшие уши Эллиота.

— Тогда, может быть, ты хочешь участвовать в конкурсе?

— Хорошо... Что мне нужно нарисовать?

— Тема свободная. Нарисуй то, что тебе нравится.

— Но я не знаю, что мне нарисовать, – угрюмо ответил он.

Подумав некоторое время, Анриш предложила ему со светлым лицом:

— Может, свою любимую вещь?

Сын проглотил эти слова, а затем слабо улыбнулся. Впервые Анриш увидела его таким счастливым. Казалось, в комнате подул свежий ветер.

* * *

Так прошла неделя. Эллиот последовал совету мамы и сосредоточился на живописи. Однако Лилиана стала немного угрюмой. И причиной тому была...

— Мама, мне кажется, в последнее время мы редко видимся с Эллиотом...

Герцогиня с трудом подавила смех, которым бы вот-вот разразился. Потому что это те же слова, которые повторял Эллиот, когда Лилиана занималась учёбой.

— Почему бы тебе не пойти к нему? – когда Герцогиня мягко предложила этот вариант, девочка смутилась:

— Я правда могу? Эллиот выглядит слишком занятым.

— Не думаю, что он будет против. Эллиот всегда рад тебя видеть у себя в комнате.

Когда Лилиана услышала эти слова, схватила еду со стола, будто собиралась провести там две недели по меньшей мере.

— Отличная идея!

— Тогда я пойду на кухню и попрошу испечь кексы с ромом и сливочным сыром.

— Кекс со сливочным сыром?

— Да, эта закуска нравится вам обоим, не так ли? – Анриш ярко улыбнулась.

— Спасибо, мама! – Лилиана просветлела, оставляя благодарности и убегая.

Герцогиня счастливым взглядом проводила девочку.

* * *

Раздался осторожным стук. Эллиот, который смотрел на чертёжную бумагу, ответил угрюмым голосом:

— Войдите.

Лилиана робко открыла дверь и вошла внутрь. В руках она держала поднос с кексами и напитками. Глаза Эллиота вдруг расширились.

— Лилиана?

— Мне жаль, что я пришла так внезапно, – она застенчиво улыбнулась.

— И чем ты говоришь? – откровенно ответил Юный Герцог. — Ты можешь приходить ко мне в любое время.

— Но, – Лилиана заколебалась, — кажется, Эллиот сейчас очень занят...

— Мы даже не могли нормально увидеться, – сказали они одновременно.

— Теперь ты понимаешь, что я чувствовал? – спросил Эллиот.

— А? – глаза Лилианы вдруг расширились от неожиданности.

Эллиот не возненавидел её. И даже наоборот – был рад увидеть.

— Раньше ты тоже была прикована к учебной комнате.

— Ах? – Лилиана застенчиво улыбнулась.

Вероятно, Эллиот имел в виду то время, когда она училась с Виконтессой. И в сравнении с теми занятиями сейчас Лилиана жила в раю.

— Так почему ты пришла?

— Мне просто хотелось увидеться с тобой, – сказав это, девочка быстрым шагом подошла к Эллиоту, затем поставила поднос на стол со счастливой улыбкой. — Я хочу вместе перекусить.

— И ты сама принесла всё это?

— Конечно. Ты ведь любишь кексы, не так ли? – она слегка наклонила голову в сторону мольберта.

Мягкие светлые волосы стекали вниз. Отчего-то сердце Эллиота быстро заколотилось. От Лилианы исходил прекрасный и приятный, свежий аромат. Ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы сохранить спокойное выражение лица.

— Кстати, как дела с рисунком.

— Не беспокойся, всё в порядке.

— Ты ведь прекрасно рисуешь, – Лилиана посмотрела на картину Эллиота глазами, полными восхищения.

Набросок серыми линиями уже выглядел профессионально и прекрасно. Наверное, это будущий портрет.

— Даже если я буду учиться рисовать всю оставшуюся жизнь, не думаю, что когда-нибудь смогу это сделать.

— Я слышала, ты собираешься участвовать в конкурсе?

— Всё равно ничего не получится.

— Почему ты так говоришь? – спросила Лилиана с серьёзным выражением лица. — На самом деле, мне всё равно, выиграет Эллиот или нет.

— Лилиана...

— Я просто хочу, чтобы ты старался изо всех сил. Тогда ты точно останешься доволен результатом, верно?

Выражение лица Эллиота вдруг изменилось и стало куда сложнее. Девочка говорила с искренностью.

— Я не знакома с живописью, но картина Эллиота великолепна.

— Ты серьёзно так думаешь?

— Конечно! – Лилиана с силой кивнула головой и показала характерную яркую улыбку. — Так что развеселись, хорошо?

— Спасибо, – Эллиот спокойно кивнул головой, но затылок, который никто не видел, уже успел покраснеть.

— Давай перекусим, – Лилиана потянула его за рукав. — Я хочу посмотреть, как Эллиот есть что-нибудь вкусненькое.

— Ты хочешь увидеть, как я ем?

— Это странно?

Юный Герцог взял протянутую Лилианой булочку.

— Я сыта, просто когда смотрю на тебя, – пробормотала Лилиана счастливым голосом.

Эллиот, покраснев, откусил кусочек кекса. Тот мягко таял во рту, не зная, что и ответить на это. Он чувствовал себя несколько потерянным.

* * *

Прошло около месяца.

Эллиот с утра сидел, скрывшись в углу дивана, с нервным лицом.

— Сегодня будут объявлены результаты конкурса.

И хотя Юный Герцог пытался сделать вид, что его это совсем не заботит, в глубине души он волновался.

— Эллиот, даже если ты будешь нервничать, выступление не перенесётся.

— Я не беспокоюсь! – раздосадованный голос Эллиота повысился.

Анриш хитро улыбнулась.

— Делаешь вид, что не заинтересован?

— Это!.. – сын потерял дар речи, поджал губы и отвернулся.

Лилиана, которая сидела рядом, похлопала его по тыльной стороне руки:

— Не нервничай, всё будет хорошо.

— Лилиана...

Эллиот посмотрел на неё глазами, полными эмоций.

И если раньше он думал, что у него есть лишь Лилиана, теперь эти мысли совершенно изменились. Мама тоже стала неотъемлемой частью жизни. Лицо Эллиота выглядело сложно и задумчиво.

Алексей зашёл в гостиную с улыбкой и задал вопрос:

— Эллиот, почему ты такой угрюмый?

— Папа! – он подбежал к нему и схватился на край одежды.

Герцог тут же поднял сына на руки. Анриш посмотрела на двоих и улыбнулась:

— Вы здесь, Герцог?

— Если подумать, похоже, сегодня день объявления победителя конкурса.

— Почему и ты говоришь об этом? – у Эллиота, кажется, должен был случиться припадок.

Анриш и Лилиана холодно посмотрели на Эллиота. Алексей же, растерявшись, попытался его утешить:

— Эллиот? Может, я неправильно запомнил дату?

— Нет, это не так! – обнимая отца за шею, Эллиот чуть не закричал.

Дворецкий в следующее мгновение забежал в комнату, держа в руках конверт с Имперским гербом. Глаза Эллиота расширились.

— Это прислала Императорская семья. Значит, в конверте результаты конкурса... Но если это письмо пришло к нам, не значит ли, что Эллиот выиграл?

Анриш с сомнением смотрела на дворецкого:

— Давайте откроем его.

Эллиот выхватил конверт у слуги дрожащими руками. Похоже, он не мог открыть его – не хватало смелости. Юный Герцог грустно задрожал. И тогда Лилиана осторожно спросила:

— Эллиот? С тобой всё в порядке? Я могу открыть его для тебя.

— Нет, я могу это сделать, – Эллиот сделал глоток воздуха, задержал дыхание и открыл конверт.

Плотно закрыв глаза, он несколько раз глубоко вздохнул.

— А? – юноша вдруг напрягся.

После долгого облизывания губ Эллиот закричал:

— Главный приз!

Семья разразилась аплодисментами.

* * *

Герцог и его семья направились в художественный зал. Работы-победители будут выставлены в Императорском зале искусства в течение следующего месяца. И как только вдали показалась круглая крыша здания, глаза Лилианы расширились:

— Ух ты!

Люди, как облака, плыли в богато украшенное здание. Девочка с волнением оглянулась на Эллиота.

— Там висит твоя картина?

— Ага, верно.

— Как здорово! – воскликнула Лилиана.

Щёки Эллиота вмиг покраснели.

— Пойдём внутрь, – семья из четырёх человек вошла в художественный зал.

Картина Эллиота, получившая первый приз, была помещена на лучшее место. Люди смотрели на произведение искусства. Восхищённые голоса людей щекотали его уши.

— Такой тёплый рисунок.

— Как семилетний ребёнок мог создать подобное?

Эллиот был не в силах преодолеть застенчивость, поэтому, спрятавшись за мамой, вцепился в подол её юбки. Герцогиня, едва подавив смех, легонько похлопала сына по плечу. Алексей и Лилиана подошли к картине. На виднелась очень простая структура и невероятная, уникальная живучесть. У всех персонажей картины были яркие выражения лиц, словно они сидели прямо перед вами.

Взгляд Алексея на картине был направлен на жену. Герцог смотрел на неё со всей теплотой.

[Эллиот фон Валлиос. "Семья"]

Под табличкой были написаны комментарии судей:

Хотя это просто картина семьи, можно почувствовать теплоту и дружескую атмосферу. Нежное прикосновение и мягкий цвет невероятны для семилетнего ребёнка.

— И почему наш Эллиот так хорошо?

Анриш, которая смотрела на картину со счастливым выражением лица, внезапно почувствовала прикосновение маленькой руки. Её глаза вдруг встретились с Эллиотои, когда она опустила голову.

— Мама... – он схватился за ней ещё сильнее. — Как я размышлял о том, что рисовать, именно мама подала мне идею.

— Я?

— Да, я нарисовал то, что по-настоящему люблю, – Эллиот кивнул, глядя на маму и пытаясь сдержать смущение. — Я смог закончить только благодаря этому. Спасибо за помощь в решении задачи по рисованию. И за то, что продолжаешь поддерживать меня, – он глубоко вздохнул и поднял голову, после чего ярко улыбнулся. — Большое спасибо.

Анриш улыбнулась:

— Всё благодаря тебе, Эллиот.

— Я просто хочу сказать ещё раз спасибо.

— Мама! – в этот момент к ним бросилась Лилиана.

Её яркие открытые глаза мерцали, как звёзды.

— Рисунок Эллиота действительно прекрасный! Кажется, будто он живой! Наш Эллиот действительно так хорошо? – вздрогнула она.

Анриш обняла детей, подняв на Алексея добрый взгляд. Сейчас они напоминали семью, что изображена на картине.

5. Чтобы вы, ребята, были счастливы.

В последнее время Анриш пребывала в очень гордом настроении. Неудивительно, что Лилиана и Эллиот очень усердно учились.

— Говорят, когда дети стараются, это придаёт силы родителям, – Герцогиня дружелюбно смотрела на пейзаж перед собой.

Лилиана усердно тренировалась в фехтовании. Звук деревянного меча, рассекающего воздух, был довольно резким. Судя по всему, прямо сейчас она столкнулась с серьёзным и виртуозным противником. Выпрямив спину, Лилиана взмахнула мечом.

В конце концов, именно это делало её крайне счастливой.

И Эллиот. Анриш огляделась. Звук трения квадратных карандашей о бумагу был оглушительным.

— Ты рисуешь Лилиану?

— Да, мой учитель дал мне задание: нарисовать сотню крокисов*.

(Прим. пер.: крокис – почти то же самое, что скетч/эскиз/зарисовка, когда художник рисует модель в движении – когда она поменяла позу).

В альбоме Эллиота расположилось огромное количество экизов Лилианы, которая страстно любила тренировки. Он, играя с карандашом, спросил:

— Ей не скучно делать одно и то же каждый раз?

— Тебе ведь не надоедает рисование?

— Нет.

— Лилиана чувствует то же самое, когда тренируется.

— М-м-м, – Эллиот, который, казалось, задумался на мгновение, наконец улыбнулся и посмотрел на маму. — Верно.

Герцогиня улыбнулась ему в ответ. Самым приятным было то, что теперь двое детей нашли свое место в жизни и могли веселом учиться чем-то новому.

Рыцарь, приближавшийся к Лилиане, сказал:

— Думаю, на сегодня закончим тренировку. Хорошо работа, Мисс.

— Спасибо, – она оглянулась.

И как только Лилиана увидела маму, расплылась в яркой улыбке.

— Мама! – она тут же бросилась в её сторону, а Эллиот надул губы.

— Лилиана, ты меня не видишь?

— Ах, нет...

— Возьми, – Эллиот протянул её сухое полотенце.

— Спасибо, – она взяла его и вытерла со лба капающий пот.

— Разве тренировки – это не сложно?

— Сложно, но весело, – Лилиана затаила дыхание и ярко улыбнулась.

— Эллиот, – игриво позвала его Анриш, — ты ничего не хочешь отдать Лилиане?

— Верно! – Эллиот порылся в карманах и вытащил несколько разноцветных конфет. — Скажи "а-а-а".

— А? – Лилиана была удивлена.

— Мама сказала, чем больше ты двигаешься, тем больше сахара нужно для перезарядки.

Услышав эти слова, Лилиана открыла рот, как цыплёнок, хотя и немного стеснялась.

Когда конфета дотронулась до языка, сладкий вкус распространился по рту. Всё тело наполнилось энергией. Лилиана любезно сказала:

— Спасибо за беспокойство, Эллиот.

— Ничего особенного, – притворился Юный Герцог спокойный и отвернулся, но затылок и уши его уже успели покраснеть.

— Спасибо и тебе, мама.

— А? Мне?

— Да. Ты же дала Эллиоту совет?

Светло-розовые глаза, полные улыбки, смотрели на неё. Лилиана была такой милой. От восторга героиня хотела закрыть рот обеими руками! Еле сдерживаясь от содрогания, она поманила Джейн.

— Да, Мэм?

— Проводи детей. Помоги Лилиане со стиркой и принеси немного закусок.

— Да, – Джейн кивнула, а глаза Лилианы расширились.

Посмотрев на маму, она вдруг спросила:

— А мама?

— Мне нужно немного поговорить с рыцарями. Не хочешь идти одна?

Как только Анриш сказала, что не пойдёт с ней, Лилиана вдруг побледнела.

— Пойдём, Лилиана.

— Но мама...

Герцогиня коротко кивнула ей, ведь та колебалась:

— Я скоро приду, не переживай.

— Мама никуда не денется, так что иди, – поддержал Лилиану Эллиот.

Сузив глаза, он схватил её за руку и пошёл вперёд.

— Да, – Лилиана  была не в силах преодолеть разочарование, поэтому, несколько раз оглянувшись, все-таки двинулась вперёд.

Глядя на детей, Анриш обратилась к рыцарям:

— Здравствуйте.

— Ма-мадам?

— Вы кого-то ищете?

Рыцари, которые спокойно отдыхали, удивленно вскочили. Оглядываясь назад, кажется, что Анриш в оригинальной истории никогда не общалась с ними. Притворяясь самой невинностью, она улыбнулась, хотя внутри сердце её быстро билось. Герцоги – лучшая рыцарская семья в Империи. Но хозяйка никогда не разговаривала с ними должным образом. Какого чёрта Анриш была такой безразличной к работе и дому?

— Я хотела вас спросить.

Рыцари, услышав это, посмотрели друг на друга с ухмылкой. Ходили слухи, что хозяйка недавно изменилась, но для них это была история из другого мира. Конечно, для рыцарей она всё также оставалась "Госпожой", однако...

Три года назад, когда в Герцогстве проводился первый и последний банкет, рыцари пытались найти хозяйку особняка, чтобы пожаловаться на некоторые неудобства. Анриш в ответ лишь нахмурилась и сердито сказала:

— Мне просто противны мерзкие, вспотевшие рыцари.

И более между ними не состоялось ни одного разговора. При этом для рыцарей образ Анриш зафиксировался в тот день три года назад. Но почему эта надменная хозяйка пришла к ним теперь, чтобы заговорить первой?

— Не стесняйтесь, спрашивайте.

— Похоже, Лилиана в последнее время усиленно тренировалась.

Анриш, которой так повезло, уставилась на них сияющими глазами.

— Как вам кажется, каковы её навыки?

От неожиданного вопроса глаза рыцарей расширились.

Что это? Вы спрашиваете нас о Мисс Лилиане напрямую? Вы так внимательны?

Должно быть, правда, что Анриш перед ними выглядела, как родитель, который действительно заботится о своих детях. Разве это не полностью отличается от ситуации с Эллиотом в прошлом? Конечно, все слышали об изменении Госпожи, но никто не думал, что Анриш изменилась настолько сильно.

— Рыцари? – Герцогиня посмотрела на молчаливых мужчин озадаченно.

— Ой, – только тогда они опомнились.

Один из рыцарей, тщательно откашлявшись, ответил:

— Мисс Лилиана действительно талантлива, – именно он занимался с ней ранее, — возможно, никто в отделе фехтования Королевской Академии не будет настолько сильным и талантливым, как Юная Леди.

— Боже, из Королевской Академии? – Анриш широко открыла глаза.

Она, конечно, знала, что Лилиана хорошо, не осознавала, что настолько! Королевская Академия отбирала самых талантливых людей со всей страны. В частности, на факультете фехтовальщиков учили Имперские рыцари. Так что это действительно школа мечты для студентов, стремящихся попасть во Дворец.

Анриш была очень мотивирована ответом, потому задала следующий вопрос:

— Есть какие-то аспекты, на что нужно обратить больше внимания при обучении Лилианы?

Глаза Герцогини блеснули.

— Всё в порядке, скажите мне без страха.

— Сейчас Леди нужен конкурент её возраста.

— Её возраста?

— Да. Наличие конкурента – большая помощь во время обучения.

Это имело смысл. Для ребёнка с таким характером, как Лилиана, не было ничего более мотивирующего, чем аналогичный конкурент её возраст. Это ребенок с сильным желанием победы.

— Один или два раза в неделю – этого достаточно.

— Тогда почему бы не отправиться на экскурсию в факультет фехтования Академии?

От неожиданного предложения Анриш рыцари широко открыли глаза.

— Экскурсия на факультет фехтования?

— Да, – Герцогиня, сияя, кивнула. — С разрешения директора студенты могут мельком взглянуть на Академию.

Рыцарь смутился и покачал головой:

— Это будет несколько сложно.

— Почему?

— Чаще всего туда ходят мальчики.

— И что?

Даже если фехтования – популярное место для юношей, нет никакого закона, что запретит Лилиане заниматься тем же самым.

— Я имею в виду, это самое консервативное место в Академии.

Только тогда Анриш поняла, что рыцарь имел в виду.

— Лилиане, как девушке, будет тяжело общаться с другими?

— Именно так.

Герцогиня нахмурилась, сама того не осознавая. Разве нет веской причины, по которой девушка может заниматься фехтованием?! Но вскоре Анриш улыбнулась уголками губ.

— Что ж, если это невозможно, нужно непременно попробовать.

Когда кто-то говорит "нет", хочется сделать это ещё сильнее, верно? При дикой улыбке Анриш рыцари посмотрели на неё с недоумением.

— Мадам?

— Конечно, мы должны узнать мнение Лилианы, – Герцогиня сказала это мягким голосом. — Большое вам спасибо за то, что поделились ценным мнением.

Она правда сейчас поблагодарила нас? Хозяйка, стоящая перед ними – загадка века, которую невозможно разгадать. Рыцари поспешно покачали головами:

— Что вы, Мадам.

Анриш, что уже собиралась уходить, вдруг обернулась с несколько угрюмым лицом:

— И да, мне жаль.

— А?

— Три года назад я была груба с рыцарями, не так ли?

Точнее, Герцогиня из оригинала. Тем не менее, сейчас именно она в этом теле, поэтому нужно нести ответственность даже за те действия, которые были совершены много лет назад. Совесть Анриш слишком сжимала её сердце, чтобы просто игнорировать факт совершения ужасных дел. Сделав шаг вперёд, она серьезно заявила:

— Я Герцогиня и должна выслушивать все о трудностях рыцарей. Также должна решать ваши проблемы. Прошу прощения за халатное отношение до сих пор.

Хотя никаких слов недостаточно, чтобы выразить чувства Анриш. Рыцари же вовсе сомневались в услышанном. Герцогиня вежливо поклонилась, доказывая, что у них всё в порядке со слухом.

— Этого никогда не случится снова.

— Нет, Мэм!

— Как вы смеете преклоняться перед нами?

— Не делайте этого!

Разница между злой и доброй Госпожой слишком велика. Поэтому рыцари, сами того не осознавая, уже изменили мнение об Анриш. С другой стороны, Герцогиня считала, что ей просто повезло.

Мне было интересно, что случится, когда рыцари выслушают мои извинения... тем не менее, отношение их ко мне не кажется таким уж плохим. Может, это потому, что Анриш почти не общалась с ними?

Девушка неопределённо улыбнулась:

— Что ж, мне нужно навестить детей.

— Конечно, приходите ещё.

— Увидимся, – Герцогиня, оставив последнее приветствие, лёгкой походкой направилась к особняку.

Один из рыцарей уставился её в спину и растерянно открыл рот:

— Что я только что услышал?

— Прошло более пяти лет, как я стал рыцарем Герцога, но сегодня, кажется, Мадам впервые заговорила с нами...

— Кроме того, она извинилась за произошедшее три года назад, не так ли?

Рыцари с сомнением смотрели друг на друга.

— А сегодня солнце пришло с востока?

— Мне кажется, что с запада, – мужчины переглядывались со странными лицами. — Думаешь, она всегда была такой?

— Не станут ведь люди распространять люжные слухи...

Конечно, доверие нельзя завоевать мгновенно, изменив отношение, взмахнув ладонью. Тёплое отношение к детям, к рыцарям. Кроме того, Анриш отрезала от Герцогства свою семью и мать, что всегда вмешивалась не в своё дело.

— Кажется, наш Господин поладил с Мадам в последнее время.

— Думаю, нам стоит ещё немного подождать.

Но улыбка на их лицах сохранилась надолго.

* * *

— Нельзя научиться фехтованию, потому что ты девушка? – Анриш быстро передвигалась по коридору, подавляя бурлящее раздражение.

Стоя перед столовой, она сделала глубокий вдох и очистила разум. Нельзя показываться в таком виде перед детьми. Через некоторое время Анриш вошла в комнату. Лилиана, что ела вместе с Эллиотом, вскочила с места, лишь увидев Герцогиню:

— Мама!

— Привет, Лилиана, – Анриш вытащила платок, — у тебя шоколад на губах.

— Хах, – девочка застенчиво улыбнулась. — Мама тоже хочет перекусить? Шоколадный торт действительно хорош!

— Боже, это так?

— Да!

Анриш села между детьми, а затем тонко спросила:

— Всё ли у вас хорошо в обучении?

Эллиот, сидевший рядом, ответил:

— Конечно.

Но Лилиана озорно перебила его:

— Ложь. В прошлый раз ты злился, потому что не мог нарисовать то, что хотел.

— Ли-Лилиана... Откуда ты это узнала?! – лицо ребёнка покраснело, а Анриш широко открыла глаза.

— Просто я была удивлена, увидев Эллиота таким злым.

Эллиот, который казался немного обеспокоенным, вдруг покачал головой:

— В этом нет ничего страшного, потому что учитель сказал мне кое-что.

— И что же?

— Если ты продолжишь усердно работать, когда-нибудь сможешь преодолеть стену.

Анриш, услышав столь зрелые слова, была удивлена.

— И перебраться через эту стену могу лишь я сам, – серьёзно добавил сын.

— Я считаю, что это правильно, – подтвердила Герцогиня.

До сих пор она думала, что Эллиот – лишь маленький ребёнок. Но внезапно ей показалось, что сын уже так сильно вырос. Анриш, думая об этом, мягко улыбнулась.

— Сын мой, это действительно замечательно.

Вместо ответа Эллиот ткнул вилкой шоколадный торт. Возможно, ему было стыдно за неожиданный комплимент, затылок его стал красным.

— Тем не менее, если тебе нужна моя помощь, не скрывай этого, хорошо?

Услышав дружелюбный тон мамы, Эллиот кивнул вместо ответа. Тогда Анриш повернулась к Лилиане.

— Есть ли что-нибудь сложное в учёбе Лилианы?

— М-м-м, нет, всё обычно! – сказала она, на мгновение задумавшись.

В тот момент, когда Анриш склонила голову, Лилиана осторожно спросила:

— Могу ли я попросить маму об одолжении?

— Конечно, – Герцогиня немного удивилась.

Лилиана – ребёнок, который всегда стеснялся спрашивать других. И если она говорит подобное, значит, отчаянно чего-то хочет:

— Не стесняйся. Проси всё, что угодно.

— Тогда... – после некоторого колебания Лилиана заговорила: — Я... Я хочу научиться фехтованию с детьми моего возраста.

Анриш открыла рот. Догадки рыцарей действительно оказались верны? Как же его звали?..

— Я уже говорила с рыцарями ранее об этом.

— В самом деле? – Лилиана посмотрела на Анриш удивлёнными кроличьими глазами.

— Если ты хочешь, я проведу экскурсию по факультету фехтования Имперской Академии. Как насчёт этого?

— Ух ты! Факультет фехтования?! – сама на осознавая этого, Лилиана повысила голос. — Ой, я не хотела кричать...

— Тебе нравится идея?

— Да! – Лилиана не могла сдержать возбуждение и снова громко заговорила: — Я очень хочу пойти в Академию!

— Рыцари сказали, там учатся самые талантливые люди Империи.

Светло-зелёные глаза мерцали. И видя это, Анриш улыбнулась. Кажется, девочка получила действительно неожиданный подарок.

— Наша Лилиана такая милая! – Герцогиня улыбнулась.

* * *

Тем же вечером. Алексей, который пришёл домой поздно, столкнулся с Анриш.

— Герцогиня?

Похоже, она ждала мужа целенаправленно.

— Мы можем поговорить минутку? Я не буду тратить время зря.

— Конечно, – Алексей кивнул.

Но даже если это займёт много времени, я не против... Стоп, с каких пор меня начало это волновать?

Вдруг Алексей сузил брови, сам того не замечая. Анриш, которая ничего не знала о его внутренних переживаниях, энергично заговорила:

— Я собираюсь провести Лилиане экскурсию на факультет фехтования в Императорской Академии.

— Лилиане?

— Да, я думаю, она этого хочет.

Анриш действительно сильно изменилась. Она не только ласкает детей, но и замечает такие тонкие детали. Значит, интерес к ним – нечто большее, чем простое мимолётное развлечение.

— Это хорошая идея. Мы поедем, когда у меня будет время.

— А? Герцог? – этот ответ поразил Анриш.

И хотя Алексей – отец детей, она и не думала, что он захочет последовать с ними.

— Нет, что вы. Я знаю, насколько Герцог занят.

— Да?

— Я не хочу вас беспокоить. Ничего страшного, если мы поедем без вас.

Герцог – верный друг Императора и острейший меч страны. Конечно, у него было много дел и работы изо дня в день. Однако эти внимательные слова возымели неожиданный обратный эффект:

— Вам неудобно ехать со мной? – на его лице вдруг появилась грусть.

— Что? – удивилась Анриш. — Это совсем не так!

— Почему же вы так отказываетесь?

— Я действительно боюсь, что Герцог очень занят, — девушка напрасно пыталась извиниться.

Алексей сузил брови:

— Тем не менее, Лилиана – часть нашей семьи, не так ли?

— А?

— Мы семья, так что я должен заботиться о вас.

— Правильно, – от этого случайного ответа сердце Анриш издало стук.

Алексей сказал "семья", не задумываясь, но с её точки зрения это было не так. Каждый раз, когда Герцогиня слышала это слово, чувствовала нечто теплое в глубине сердца. С этот момент Алексей спросил её с озадаченным лицом.

— Кстати, почему ты так улыбаешься?

— Мне приятно видеть, что Герцог заботится о семье.

— Так вот что мне следует делать? – услышав такой откровенный ответ, Герцог отвернул голову. Его шея покраснела от смущения, и это заставило Анриш рассмеяться.

Разве отец и сын могут быть так похожи? Погодите... Эллиот!

— Ах, мне пора!

— Почему вдруг?..

— Я должна проверить, правильно ли дети чистят зубы.

Алексей повернулся к Анриш со странно угрюмым выражением лица:

— Зачем ты это делаешь?

Девушка, не расслышав его, склонила голову:

— Герцог?

— Нет, ничего.

— Тогда увидимся позже!

Закончив разговор, Анриш покинула Герцога. Алексей вдруг почувствовал странную пустоту, глядя ей в спину. Определённо приятно видеть, как Анриш заботится о детях. И нужно быть благодарным, что девушка больше не действует также хладнокровно, как раньше. Однако...

— Было бы лучше, останься ты здесь подольше...

Сожаление, которое невозможно скрыть, сорвалось с губ Герцога.

Алексей наморщил брови и двинулся вперёд. В конце концов, чтобы стереть бесполезные воспоминания, можно было просмотреть документы и заняться делами.

— Погодите, – вдруг ноги Герцога остановились сами по себе. — Разве жена обычно не спит с детьми?

Если подумать, Алексей уже давно не видел спящих детей. Поскольку он всегда покидал дворец поздно, для него это стало совершенно обычным делом.

— Она ведь читает им детские книги, пока дети не уснут.

Хочу просто ещё раз увидеть её лицо.

Как только Герцог подумал об этом, его сердце забилось быстрее. Алексей молниеносно поднялся по лестнице.

* * *

Вымытые, мягкие и чистые дети лежали рядом на кровати, глядя на Анриш. Со спокойным лицом девушка спросила их:

— Вы сегодня будете спать в комнате мамы?

— Да.

— Мне нравится комната мамы намного больше, чем моя.

Лилиана и Эллиот, которые натянули одеяло до шеи, как цыплята, подтвердили этот факт. Анриш лишь улыбнулась в ответ. Эти очаровательные дети смотрели на неё своими яркими сияющими глазами. Как им можно отказать?

Анриш села на край кровати.

— Тогда какую книгу вы хотите почитать? Мама принесёт...

— Я уже принёс! – Эллиот был тщательно подготовлен к такой ситуации и достал книгу сказок, спрятанную ранее под подушкой.

Анриш, прочитав название, приподняла брови:

— Эта книга правда хороша?

— Да! – Нетерпеливо кивнул Эллиот.

"Приключения Ганса и Феи" – сказка, которую Алексей однажды прочитал детям в саду. В то время это было довольно забавно и мило, как Герцог читает её своим грубым и жестким голосом. Разве это не прекрасно?

В этот момент Анриш, сама того не осознавая, нахмурилась.

В какой момент я почувствовала такое единение с Алексеем?

Как вдруг раздался короткий стук. Анриш поднялась с озадаченным выражением лица:

— Кто это? В такой час никто не мог прийти.

Герцогиня, открывшая дверь, широко раскрыла глаза:

— Боже, Герцог?

— Герцогиня?

Это был Алексей, стоявший там с довольно дерзким выражением лица.

— Герцог, что происходит?

— Я давно не видел детей.

Приняв жалкое извинение Алексея, Герцогиня отступила на шаг назад.

— Заходите, дети ещё не спят.

Когда те увидели отца, глаза их вдруг расширились.

— А? Папа!

— Герцог?

— Вы всё ещё не спите?

Алексей вошёл в комнату и погладил детей по головам. Эллиот тут же улыбнулся:

— Если подумать, кажется, я давно не видел отца.

— Извини. Мне стоит приходить чаще.

— Папа занят.

Когда Герцог услышал столь зрелый ответ сына, на его лице появилась мягкая улыбка. Алексей повернулся к Лилиане.

— Лилиана тоже усердно тренируется, не так ли?

— Нет, этого ещё недостаточно.

— Тебя ведь уже хвалят рыцари?

Когда Лилиана услышала ответ, её щёки тут же покраснели. Девочка смущенно склонила голову. В это время Алексей взял книгу сказок, что лежала на кровати:

— Сегодня вы снова читаете "Приключения Ганса и феи"?

— Я... – Эллиот вопросительно взглянул на Алексей. — Почему папа открывает наши сказки?

— Чтобы прочитать вам книгу?

В мгновение ока воцарилась тишина.

— Не мама, а папа будет читать нам? – серьёзно спросил Эллиот.

— Что-то не так? Тебе это не нравится?

— Да, – твёрдо кивнул Эллиот.

— Правда?

— Я люблю папу, но хочу, чтобы мама прочитала нам сказку.

После подтверждающего выстрела сына у Алексея было оскорбленное лицо. Герцог закусил губу, но в разговор вмешалась озадаченная Анриш:

— Эллиот, ну что ты?

Несмотря на её усилия, ребёнок упорно отказывался. Тогда Герцогиня посмотрела на Лилиану, которая также тактично отвела взгляд в сторону, не желая ничего отвечать.

Тогда Алексей угрюмо сказал:

— Дети хотят, чтобы это было так. Поэтому думаю, моей жене будет лучше просто прочитать книгу.

— Ах, да... – Анриш кивнула, немного дрожа и передвигая стул к краю кровати.

Детям наконец стало удобно. Герцогиня откашлялась и начала читать сказку.

— Ганс взмахнул мечом. От его удара...

— Из меча вышел огонь, верно?!

— Эллиот, ты сам хотел, чтобы я читала книгу, но продолжаешь меня перебивать?

От её голоса невинный ребёнок тут же замолчал. Сладкая речь Анриш резонировала в комнате. И Алексей вслушивался в неё, сам того не осознавая.

* * *

Наконец, дети заснули. Анриш, закрыв детскую книгу, поправила одеяло и подушки. Оно тщательно прикрывало их тела – до самой шеи. Женская рука дотронулась мягким прикосновением до детского лба. Через некоторое время Герцогиня повернулась к Алексею:

— Должно быть, вы устали, работая допоздна. Всё в порядке?

— Да, не беспокойтесь.

— Как я могу не беспокоиться? – Анриш прищурилась. — Мы ведь семья.

Герцогиня строго повторила слова Алексея. Но что-то показалось ему странным.

— Так что это естественно, когда я забочусь о Герцоге.

— Также, как я забочусь о Лилиане и Эллиоте?

— Правильно, – кивнула Анриш.

Алексей ухватился за странное чувство внутри. Но он не мог понять, что же это. Герцог невольно приподнял брови. Тот факт, что Анриш подходит к нему без колебаний... Кажется, будто она считает мужа неразумным подростком.

Что за жалкие мысли?

Герцог потрясённо вздохнул. Но в тот же момент Анриш прищурилась:

— Посмотрите, вы явно не выспались, – девушка невольно подняла руку и дотронулась до уголка глаза мужа.

Алексей удивлённо пожал плечами.

— Ах, – поспешно одёрнула руку Анриш. — Извини, ты удивлён? – спросила она с немного смущённым лицом.

— Нет.

Казалось, будто температура вокруг выросла. Было жарко, как в Эдеме. По какой-то причине глубоко в груди чувствовалось щекотание. Анриш коротко закашлялась, сама того не осознавая.

— Если ли что-нибудь сложное в уходе за детьми?

— Нет, это просто мило? – Анриш пожала плечами, робко улыбаясь. — Думаю, что Герцог очень добрый человек.

— Я?

— Да. Будь я на месте Герцога, сразу же рухнула бы на кровать. Я никак не ожидала, что ты придёшь навестить детей.

— Это...

Алексей не мог сказать ей, что пришёл не только ради детей, но и для того, что провести время с женой. Герцог лишь неловко улыбнулся. В этот момент Анриш широко открыла глаза.

— Боже мой, уже так поздно. Герцог, должно быть, хочет спать, а я зря трачу здесь твое время.

— Нет.

— Я знаю, что тебе завтра рано вставать и уезжать.

Когда Герцог услышал голос, полный озабоченности, он не мог снова упрямствовать. Поэтому Алексей лишь сдерживать горестное сердце, вежливо прощаясь:

— Что ж, спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Герцог.

Анриг, слегка поклонившись, вернулась в комнату, плотно закрыв дверь. И теперь, когда жена скрылась из виду, Герцог вновь почувствовал пустоту. Алексей пристально смотрел на дверь, которая не пропускала свет, а затем обернулся. Невероятно быстрыми шагами он понёсся в свою комнату.

* * *

Анриш немедленно отправила письмо в Королевскую Академию на согласие об экскурсии на факультет фехтования. Ответ с разрешением вернулся к ней. Лилиана, конечно, была довольна, услышав эту новость.

— Тебе нравится?

— Да-да! – ребёнок кивнул, а щёки её покраснели.

Уже на следующий день после получения формы согласия Анриш отвела двоих детей в Академию, но...

— Почему тур не разрешён?

Вход был заблокирован. Анриш скрывала удивлённое выражение лица. Она ничего не могла с собой поделать, встретившись лицом к лицу с инструктором.

— Вы получили форму согласия на экскурсию в Академию?

Герцогиня вытащила документ из кармана и протянула инструктору. Однако тот даже не взглянул на бумажку. Вместо этого просто покачал головой с невыразительным лицом.

— Причина, по которой мы разрешаем войти – чтобы молодые студенты поняли, каково это – учиться в нашем заведении.

— Именно поэтому я собираюсь устроить Лилиане экскурсию.

— Но это ведь девушка.

Инструктор прищурился.

— Мы не принимает девушек, пусть вы и Герцогиня.

— Извините?

— В первую очередь, у женщин и мужчин слишком большая разница в силе. Потому и вероятность стать великим рыцарем разная, – инструктор вновь покачал головой. — Независимо от того, сколько девушка тренируется, она не сможет выйти за пределы своих возможностей.

— Что?

— Если она невеста Юного Господина, она станет его женой в будущем, – инструктор сделал вид, что искренне обеспокоен Лилианой. — Вместо того, чтобы зря тратить время, лучше вернуться и пойти на свадебный урок...

— Все всё сказали?

Инструктор был поражён резким голосом, оттого рефлекторно закрыл рот. Каждое сказанное им слово сотрясало нервы Герцогини. Анриш выглядела раздражённой. Стереотип о том, что "женщина хуже мужчины", никак не давал ей покоя. Если посмотреть на стереотип, естественно, на ум приходит собственное бедственное положение Анриш. Хотя она и была старшей дочерью Маркиза, девушка вышла замуж по договоренности вместо того, чтобы стать главой семьи.

Конечно, Герцогиня была не очень довольно браком с Алексеем, но всегда вспоминала: всё делается для стабильности наследования титула младшим братом. Вдруг сердце Анриш похолодело.

Сейчас она хотела перевернуть здесь всё с ног на голову. Но не могла поднять шум перед детьми. Анриш успокоила кипением внутри и спокойно задала вопрос:

— С каким пор Империя стала страной, в которой будущее и занятия определяются полом?

— Что?..

— Подводя итог текущей ситуации, произвольное суждение инструктора просто блокирует экскурсию студента, не так ли?

Поскольку сказанное – правда – инструктор смотрел на Герцогиню с недовольством, но не протестовал. Анриш ускорила темп и спросила:

— В законе нет параграфа, что запретить Лилиане прийти на экскурсию. По какому принципу вы так поступаете?

Яркие фиолетовые глаза смотрели прямо на него.

— Это очень неприятно. Я собираюсь официально объявить протест Академии по этому поводу.

— Подождите! Протест! – недоумевающе повысил голос мужчина.

Герцогине достаточно действовать, как истинная злодейка.

— Но у вас будут проблемы, если вы сделаете что-то столь безрассудное!

— Это инструктор, а не я, действует безрассудно.

Герцогиня, в отличие от собеседника, вела себя абсолютно расслабленно и спокойно.

— Это выбор преподавателя.

— Герцогиня!

— Чтобы предать гласности неуважительное отношение преподавателя, я прямо заявлю о дискриминации, с которой столкнулась, – Анриш строго склонила голову, а на губах её появилась холодная ухмылка. — Или позвольте нам войти.

— Н-но!..

— Какой вариант вы бы хотели выбрать?

Лицо инструктора покраснело от вопроса Герцогини.

— Что это, чёрт возьми?

Разговор вдруг прервал холодный голос.

— Г-герцог?

Это был Алексей.

— Папа?

— Герцог!

Эллиот, Лилиана и Анриш также удивлённо посмотрели на него.

— Если подумать, я сказал, что заеду в Академию, когда придёт время...

Алексей был крайне занятым человеком, поэтому Герцогиня не думала, что он действительно пойдёт с ними. Инструктор стал жаловаться ему с несправедливым выражением лица:

— Все потому, что Герцогиня продолжала применять силу.

— Правда? – брови его изогнулись.

— Да. Герцогиня сказала, что хотела совершить экскурсию по обучению студентов фехтованию.

— Итак?

— Честно говоря, разве это не абсурд? – инструктор смотрел на Алексея.

Разве не ходят слухи, что Герцог и Герцогиня живут, словно незнакомцы? Значит, он точно будет на моей стороне, верно?

— Но даже после отказа... Это не повлияло на эмоции Юной Леди, – сказал инструктор, сурово смотря на Анриш. — Обычно дамы стараются показать своим дочерям только красивые вещи, но Герцогиня...

Мужчина хотел указать на ужасное воспитание Лилианы.

— Разве это не самая комфортная жизнь для женщины – просто встретить мужчину и хорошо выйти замуж?

— Почему вы так рассуждаете?

— А? – от ошеломляющего вопроса инструктор, сам того не осознавая, напряг плечи.

Тёмно-синие глаза Герцога смотрели на него. Они были также холодны, как лёд, но внутри пылали яростным огнём.

— Я спросил, почему инструктор так считает.

— Ах, конечно...

— Лилиана, которой вы посоветовали "взять уроки невест", моя ученица. Я сам учил её фехтованию.

Что?

Инструктор сомневался в услышанном. Но слова Алексея не закончились:

— Сомневаться в её рыцарских качествах – значит сомневаться во мне, что принял её в качестве ученицы. Разве это не то же самое?

— Ах, нет...

— Кроме того, я не думаю, что есть какие-либо причины в отказе от экскурсии.

Лицо инструктора покраснело. Алексей – величайший рыцарь Империи. И он просто не мог восстать против него.

— Вы хотите бросить вызов навыкам Его Величества?

Герцогиня, конечно, имела дурную репутацию, однако Герцог – совсем иное дело.

— Входите.

В конце концов, инструктор покачал головой. Но вдруг прозвучал пронзительный голос:

— Ты идёшь?

— Хм?

Инструктор в замешательстве поднял голову. Алексей, который обычно был вежливым, сейчас вёл себя совершенно неожиданно. Но теперь он смотрел на инструктора окровавленным взглядом.

— Надеюсь, ты не закончил?

— А-а?..

— Где извинения перед Герцогиней?

— Извинения?!

При неожиданном замечании инструктор расширил глаза. Алексей говорил совершенно искренне.

— Ха, но Герцог!..

— От начала и до конца ты относился к моей жене без должного уважения. Разве ты не должен извиниться за это?

На губах Герцога появилась юная гладкая улыбка. И она была такой же острой, как клинок.

— Или вы хотите, чтобы Герцог был вашим врагом?

— Я не...

— Тогда извинись, – повторил он. — Вежливо.

Анриш безучастно смотрела на лицо мужа. Кажется, она давно не видела Алексея таким холодным. Конечно, иногда он был прав или неправ. Поэтому для неё нет ничего необычного в таком поведении. Но сейчас, когда Герцог называл её "своей женой", защищая, Анриш чувствовала себя немного странно.

Ощущение щекотки чувствовалось в сердце.

— Извините... – в конце концов, инструктор тоже склонил голову перед Анриш.

Герцогине скрутило живот от происходящего. Стоило Алексею вмешаться, мужчина тут же изменил модель поведения и даже извинился. Всё достоинство, которое инструктор имел раньше, исчезло. Фигура его стояла с опущенными плечами. Видя это, Анриш сузила глаза и ответила:

— Хорошо. Я принимаю извинения.

— Что ж, тогда...

— Тем не менее, это нарушение правил Академии – в частном порядке заблокировать путь студенту, что получил согласие на экскурсию.

Герцогиня слегка пожала плечами.

— Что касается вашего поведения, мы свяжемся с Академией и решим эту проблему вместе с руководством.

— Герцогиня!

— Мудрое решение, – тут же вмешался в разговор Алексей, искоса смотря на инструктора. — Вы недовольны суждением моей жены?

Острый синий взгляд выглядел устрашающим, отчего по спине мужчины побежали мурашки. Убедившись, что инструктор отступил, Герцог повернулся к жене и детям:

— Пойдём?

— Ах, спасибо. Пойдемте, ребята.

Анриш обняла детей за плечи и пошла. Когда они вошли в кампус, показалась огромная территория Академии. Это частное место обучения, где были студенты не только факультета фехтования, но также искусств, политики и социальных дисциплин. Конечно, здание выглядело огромным.

Ребята, которые бросились вперед, были заняты осмотром Академии.

— Дети, вы не должны бегать в школе, можно упасть, – Анриш, которая следила за ними, тревожно ворчала.

Глаза Герцогини встретились с глазами Алексея – голубыми и нежными, как осеннее небо. Вдруг она улыбнулась:

— Я забыла поприветствовать вас. Спасибо за вашу помощь.

— Не за что. В словах инструктора не было смысла. И ты вела себя достойно. Так как вы все впервые в Академии, я могу помочь.

— Ты знаешь географию здания изнутри?

— Я учился в этой школе около полугода.

А? Анриш пыталась найти воспоминания о произошедшем в памяти, но, кажется, слышала обо всём впервые. Похоже, Герцогиня из оригинальной истории действительно не интересовалась жизнью мужа. Анриш пришлось очень много поработать, чтобы скрыть смущённое выражение лица.

— Те, кто унаследуют семью, должны ненадолго посетить Академию.

— Вот как?

— Да, это означает верность Императорской семье, – пожав плечами, Алексей спокойно продолжил объяснение. — Я унаследовал мастерство владения меча от Герцога, поэтому брал только базовые классы в Академии. Но и они довольно хороши.

— Тогда должен ли Эллиот тоже пойти в школу фехтования?

— Что ж, если у Эллиота есть намерение стать рыцарем, – Алексей взглянул на своего сына, который оглядывался по сторонам с любопытством и тянул Лилиану за рукав.

— Посмотри на это здание, Лилиана!

— Вау, сколько окон и дверей, это всё классы?

— Говорят, здесь много других факультетов, кроме фехтования!

— Это потрясающе, я хочу посмотреть!

Лёгкая улыбка появилась на губах Алексея, когда он смотрел на разговаривающих детей.

— Я не хочу безоговорочно заставлять Эллиота становиться рыцарем.

— Тогда...

— Я намерен следовать воле Эллиота по этому поводу.

Во взгляде Герцога виднелась отцовская привязанность. Анриш радостно кивнула головой. Оглядываясь назад, Алексей действительно добр к своей семье. А вот оригинальная героиня...

Если раньше поведение Анриш не было такой большой проблемой, то теперь это заставляет меня чувствовать себя плохо каждый раз. И что мне с этим делать?

Девушка глубоко вздохнула, а Алексей остановился на месте.

— Это здание, где находится факультет фехтования.

Перед ними предстало большое трехэтажное здание из красноватых кирпичей. Группа людей вошла внутрь. Строение окружало тренировочную площадку. Возможно, именно сейчас дети занимаются, ведь были слышны громкие крики:

— Ха!

Лилиана топнула ногами и посмотрела на Анриш.

— Можно посмотреть?

— Конечно.

Если они уже получили разрешение по посещение, должно быть, дальше ничего не составить проблемы. Анриш, ни о чём не волнуясь, ярко улыбнулась. Получив согласие, Лилиана бросилась к окну:

— Вау.

Через него виднелись студенты, занятые тренировками. Размахивая деревянным мечом, они истекали потом. Лилиана смотрела на них, как одержимая.

— Это похоже на сон... По-настоящему наблюдать за тренировками учеников в клубе фехтования... – бормотала она, внезапно схватившись за грудь.

Эллиот, стоящий рядом, встряхнул её.

— Лилиана всегда ведёт себя так, когда дело касается фехтования.

— Но в последний раз, когда мы ходили в художественный музей, Эллиот пытался остаться там на весь день!

— Что? Когда я...

Двое детей начали спор. Однако Алексей прервал разговор:

— Вы можете пойти на тренировочную площадку.

— А? Правда?

Лилиана испуганно подняла голову. Алексей, который смотрел в её звёздно-розовые глаза, поправил волосы.

— Думаю, тебе понравится увидеть помещение внутри.

— Спасибо, Герцог!

Они выглядели, как настоящая семья.

— Тогда пошли, Мадам, – Алексей повернулся к Анриш.

От скрупулезной заботы Алексея о ней Герцогиня почувствовала тепло в сердце.

Кажется, наши отношения улучшились?

С волнением женщина шла за мужем и детьми.

* * *

Тренировочная площадка была полна энергии и студентов после тренировки. Лилиана цеплялась за Анриш, оглядываясь по сторонам и бормоча, как молодая птица:

— Мама, посмотри на них.

На самом деле, здесь были и ученики, которые не похожи на богатых аристократов. Сжав кулаки, Лилиана смотрела на них.

— Я тоже хочу однажды потренироваться с ними!

Внезапно девочка загорелась своим боевым духом. Это идеальная ситуация для ревности, Эллиот. Анриш взглянула на сына.

— Ага, – тот пристально глядел на студентов.

Студенты, увидев Лилиану, начали болтать между собой.

— Что, кто эта девушка?

— Кажется, они смотрят на нас?

Один из студентов шептал другом:

— Да, мне сказали, что сегодня приезжает на экскурсию посторонний.

— Но она же девушка?

Поскольку в этом месте почти одни мальчики, Лилиана, молодая девушка, привлекла внимание студентов.

Что ж, я думаю, этот взгляд будет обузой для Лилианы.

— Ты в порядке?

— Да, в порядке.

Лилиана кивнула. В прошлом девочка всегда очень нервничала и пыталась спрятаться за спиной Анриш. Теперь Лилиана стояла с гордо выпрямленной спиной и плечами.

— Ты добилась большого прогресса, – со странными чувствами Анриш похлопала дочь по плечу.

— Мама, – Лилиана повернулась к ней, — я хочу пройтись по тренировочной площадке с Эллиотом. Ничего страшного?

Как только моё имя прозвучало, я увидела, как Эллиот насторожился. Казалось, будто собаку позвал хозяин. Анриш, сдерживая смех, который вот-вот должен был разразиться, кивнула.

— Хорошо.

Лилиана холодно протянула руку Эллиоту.

— Пойдём.

Хотя ребёнок всё ещё и выглядел угрюмо, не отказался от прогулки. Дети ушли, держась за руки бок о бок. Остались только Анриш и Алексей.

— Лилиана и Эллиот, разве они не милые? – яркая улыбка появилась на лице Герцогини. — Сначала я беспокоилась, но теперь очень рада, что они в хороших отношениях.

Услышав голос, полный любви, Алексей улыбнулся с ней, сам того не осознавая.

— Всё благодаря заботе моей жены.

— Есть ли что-то конкретное? Не думаю.

— Вы говорите, что ничего не сделали, Мисс, но это не так, – серьёзно ответил Герцог. — Вы заботитесь не только об образовании детей, но и об особняке, управляете слугами.

— Это ведь то, что должна делать хозяйка, не так ли?

— Дело не только в этом. Совсем недавно вы отказались от пособий для своего брата. Когда дело касалось колоссальных сумм, вы никогда не реагировали раньше.

На самом деле, дело было не в деньгах, а в том, что Анриш, похоже, отказалась от своей прошлой семьи и наконец жила настоящим. С тонким выражением лица Герцогиня обратилась к Алексею:

— Разве это не значит, что до сих пор я пренебрегала своей работой?

— А?

— Конечно, спасибо за любезность.

Алексей смотрел на жену, нахмурившись. Воцарилась холодная тишина. Сбитый с толку Герцог, поспешно заговорил:

— Нет, я не хотел этого говорить.

— Хм?

Алексей сузил глаза, но в то же время Анриш, схватившись за живот, громко рассмеялась.

— Мадам?

— Это же была шутка.

На глаза Герцогини от смеха навернулись слёзы.

— Я правда благодарна, хотя я и делала это не ради похвалы, – игриво взглянула она на Алексея. — Это просто результат репутации "злодейки"?

— Мадам, пожалуйста, – вопреки ожиданию, что они вместе будут смеяться, Алексей глубоко вздохнул и покачал головой. — Не называй себя "злодейкой".

— А?

— Моя жена не плохой человек, – ответил Алексей с ухмылкой, которая смутила Герцогиню.

Значит, он относится ко мне положительно?

Неожиданно её щёки покраснели.

— О?

Анриш непроизвольно сузила глаза. Вдалеке она увидела, что Лилиана и мальчик разговаривают. На первый взгляд не было ничего необычного. Однако отношения детей вовсе не показались ей дружескими.

— Думаю, нам следует туда пойти.

— Мне тоже так кажется.

Супруги направились к ним быстрым шагом.

* * *

— Ух ты, Академия пользуется этими удобствами.

Лилиана огляделась, а из её уст вырвалось восхищение.

— Это лучшая Академия Империи. Она просто великолепна. Верно, Эллиот?

— И здесь учатся достойные люди?

— Что ты имеешь в виду? – удивлённо спросила он, посмотрев на Эллиота.

— Ты восхищалась ими раньше, – глаза его были прикованы к студентам, которые только что закончили обучение.

Судя по его взгляду, Эллиоту они не очень нравились. Увидев, как он надувает губы, Лилиана вдруг изумленно скривилась.

— Нет, всё не так, – девочка пыталась успокоить Эллиота.

— А?

Раздался озадаченный голос. Мальчик – самый высокий среди студентов, смотрел на неё широко открытыми глазами:

— Ты, Лилиана?

Девочка попятилась.

— Сат Торниан...

Торниан?

Эллиот сузил брови и посмотрел на мальчика. Он знал это имя, ведь старший сын Торниан был помолвлен с Бароном Рондини. И Юный Герцог вспомнил появление Барона, с которым он познакомился на днях. Пара, которая болтала о Лилиане, что застыла, как мышь перед кошками.

Фиолетовые глаза похолодели. Значит, он – один из тех, кто обращался с Лилианой, как с горничной. И доказательством тому стала слащавая улыбка на его лице.

— Давно не виделись. Как ты сюда попала?

— Я... – Лилиана дрожала, как и её голос. — Я здесь, чтобы совершить экскурсию по классу фехтования.

— Экскурсию? – сварливо спросил он. — Ты уверена? Что с тобой произошло? Раньше ты была одета, как горничная?

Горничная?

Фейерверк отразился в глазах Эллиота. Он, сам того не осознавая, открыл рот?

— Кто ты такой? – голос его звучал злостно.

Выражение лица Ториана ожесточилось.

— Кто ты?

— Я? Это моя невеста.

Испуганно мальчик отступил назад.

— Я вижу...

Статус Лилианы резко повысился. Он слышал, что Юный Герцог – теперь её жених. Но это никогда не имело смысла. Но теперь он сам вмешался в разговор.

— Ах, я совершил ошибку.

Он относился к Лилиане, как к горничной, лишь по привычке. Мальчик, забыл, что ситуация изменилась.

— Приятно познакомиться, Герцог, – вежливо приветствовал его Барон.

Но лицо Эллиота исказилось ещё сильнее.

— Почему бы тебе не поздороваться с Лилианой?

— Ну, это...

— Если вы не знали, моя невеста, Лилиана, тоже часть Герцогской семьи. Разве вам не следует обращаться с ней, как с будущей хозяйкой? – Эллиот усмехнулся. — Поэтому поздоровайся, как следует.

— А?

— Поздоровайся, как следует, с Лилианой.

Ториан выглядел крайне обиженно. Ведь теперь, когда Юный Герцог выступил против него, пришлось набраться смелости для разговора.

— Здравствуй, – мальчик осторожно склонил голову.

Лилиана же удивлённо моргала, глядя на сложившуюся картину.

— Ты действительно здороваешься со мной?

Разве это не тот мальчик, который так плохо ладил с моей невестой, считая её мышью? В прошлом он бы точно не сделал такое. Но теперь даже не может пошевелиться. Должно быть, ему страшно.

Лилиана сжала руку Эллиота, молясь, чтобы они всегда были вместе. В то же время Ториан с ухмылкой заговорил:

— Вы приехали на занятия по фехтованию, Герцог?

— Нет. Не я, а Лилиана.

— Лилиана? – мальчик широко открыл глаза, словно услышал какую-то ерунду.

Эллиот тут же нахмурился:

— Почему нет?

— Лилиана – девочка. У неё недостаточно физических возможностей...

— И? – Эллиот скрестил руки на груди. — Ты сказал, тебя зовут Ториан? Очень самонадеянно.

— Вы заходите слишком далеко, Герцог! – раздражённо воскликнул мальчик.

— Сможешь ли ты победить рыцаря нашей семьи?

— Что? Нет, это невозможно. Вы лучшая рыцарская семья в Империи!

— Почему нет? Второй помощник командира дивизии – женщина, как ты сказал, без физических возможностей.

Глядя на потерявшего дар речи Ториана, Эллиот усмехнулся и спросил:

— Ты не сможешь победить слабую девушку? Какая некомпетенетность, – видя всё ещё удивлённый взгляд, Эллиот добавил: — Я говорю не сурово. Лишь констатирую очевидно. Не так ли?

Саркастический комментарий заставил противника закипать от злости.

— Если ты хочешь сказать это Лилиане, сначала победи помощника командира.

Анриш и Алексей прибыли к детям именно в тот момент, расширив глаза от удивления.

— Ах, мой сын...

Все дети смотрели на Эллиота с чувством страха.

— Похож на тебя, не так ли? – видимо, Алексей думал именно так.

— Думаю, он больше похож на тебя, чем на меня.

Анриш застенчиво засмеялась.

Эллио же продолжил речь:

— Кроме того, мой отец с радостью принял Лилиану в качестве ученицы.

— Ученица Герцога? Лилиана?! – Ториан вскочил и указал на неё пальцем.

Неудивительно, ведь Герцог – особенное существо для рыцарей. Самый острый меч Империи. Все честолюбивые рыцари постоянно тренировались, чтобы стать таким, как он. Но Лилиана, с которой обращались хуже, чем с пылью, стала ученицей великого человека.

— Да, – гордо кивнул Эллиот, как если бы говорил о себе. — Мой отец поступил именно так. И игнорирование Лилианы – игнорирование Герцога.

— Ха, но...

— Так что впредь будь осторожен. И... – Эллиот резко нахмурился. — На кого ты посмел указывать пальцем?

Испуганный ребёнок тут же спрятал руку за спину.

* * *

Послу тура Анриш и её группа зашли в штаб-квартиру Академии, чтобы запланировать регулярный тур для Лилианты. Решено, что она будет посещать тренировки трижды в неделю, а Эллиот пойдёт в клуб искусств.

— Я хочу официально поднять вопрос об инструкторе по фехтованию. Какова процедура? – спросил Алексей, чем удивил Анриш.

— Вы действительно собираетесь протестовать?

— Конечно. Он грубо обращался с моей женой и Лилианой, не так ли?

— Верно, – увидев ухмылку Герцога, Анриш смутилась.

Конечно, она кричала на инструктора, угрожая жалобой. Но никогда не думала, что сделает это в действительности. Тем более, когда проблема разрешилась так быстро и легко.

В любом случае, тур закончился благополучно. Поэтому я просто хотела его отпустить. Разве это не моё собственное недоразумение?

Анриш внимательно смотрела на Алексей. Заметив это, Герцог спросил:

— Хотите что-то сказать?

— Нет, ничего, – с решительной благодарностью Герцогиня приняла его внимание. Пройдя весь маршрут, карета возвращалась в особняк. Лилиана с взволнованным видом изливала впечатления от сегодняшней экскурсии.

— Все казались действительно хорошими! Это правда круто!

— Это так? – Эллиот стиснул зубы. — Я думаю, Лилиана сильнее их.

— Я? Правда? – девочка тут же покраснела. — Почему ты так думаешь?

Похоже, она была довольна такой похвалой, потому стала донимать Эллиота дополнительными вопросами. Анриш, улыбаясь, спросила ребёнка:

— Тебе понравился тур? Как думаешь, Академия поможет?

— Конечно Спасибо за эту возможность! – ответила Лилиана, сцепив руки. — Я буду усердно учиться!

— Иметь мотивацию – это хорошо. Но не переусердствуй. Хорошо?

— Да! – Лилиана нетерпеливо кивнула.

В этот момент Эллиот высунул голову и прервал разговор:

— Не занимайся слишком много. Тебе следует выделить время, чтобы поиграть со мной.

— А?

— В последнее время ты занята обучением фехтованию и домашним заданием, так что совсем не играешь... Не так ли? – добавил Эллиот с угрюмым лицом.

Затем Анриш язвительным голосом подметила:

— Эллиот такой же, как Лилиана. Разве ты не делаешь слишком много домашней работы.

— Мама права!

Эллиот смотрел на Герцогиню с мрачным выражением лица:

— Мама всегда говорит мне только учиться! Почему мама не говорит это Лилиане?

— Потому что она хорошо выполняет домашнее задание.

Алексей громко рассмеялся:

— Эллиот, ты должен слушать маму.

Широко открыл глава, сын посмотрел на Герцога.

— Вау, папа. Я никогда не видел, чтобы ты смеялся.

— Правда? – Алексей посмотрел на сына со слегка покрасневшим лицом.

Эллиот ярко улыбнулся, когда их глаза встретились.

— Надеюсь, в будущем ты будешь улыбаться чаще.

— Я тоже хотела бы, – Анриш, что слушала их разговор, поддержала сына.

Алексей бессознательно посмотрел на жену.

Теперь наша семья такая гармоничная. Это изменение произошло лишь благодаря Анриш. Раньше я думал, что у нас скучная жизнь. Но всё не так.

— Я попробую, – кивнул Алексей со слабой улыбкой.

Надеюсь, это тёплое время будет продолжаться дольше.

* * *

Лилиану и Эллиота отправили в Академию. Каждый из них занимался любимым делом. Анриш, которая беспокоилась о жизни своих детей, предложила пойти в школу вместе.

— Я ценю это предложение, но всё в порядке, мама, – Лилиана отказалась.

— Дети не ходят в Академию с родителями, – пожал плечами Эллиот, поддерживая Лилиану.

Тогда Анриш сузила брови и выдвинула новое предложение:

— Тогда, если вам трудно, вы должны сказать мне об этом. Хорошо?

— Да!

— Хорошо!

Они громко крикнули в ответ.

Так началась академическая жизнь двух детей.

Анриш волновалась, но, как ни странно, дети, похоже, хорошо приспособились к Академии. В случае с Лилианой это немного неуместно, но не похоже, что она с кем-то дерётся.

— Она единственная девушка в клубе фехтовальщиков.

— Боже мой, неужели это так? Больше там нет студенток?

— Это так, – сказал инструктор, кивнув головой. — Неизбежно, что другим студентам будет трудно с учениками... Тем не менее, всё будет в порядке.

Услышав ответ, Анриш почувствовала облегчение. И, прежде всего, потому что Эллиот всегда был рядом с Лилианой.

— Лилиана!

— Ох, Эллиот, ты здесь?

Двое детей были известны как хорошие друзья в Академии. Ожидание окончание урока фехтования и возвращение вместе стало специальностью. Кроме того, поскольку Герцог так любил Лилиану, другие дети боялись ссориться с его невестой. Так что всё проходило мирно в течение долгого времени.

Время шло.

— Я видела, как сегодня тренируются старшие фехтовальщики.

— Правда?

— Ага. Они были так ожесточенно заняты боем...

Лилиана в последнее время выработала привычку рассказывать о произошедшем в академии. Анриш повернулась к сына:

— А как ты, Эллиот?

— Я? Я не делал ничего особенного, – вдруг его глаза широко раскрылись, — а! Если подумать, я встретил сестру Торниана.

— Торниана?

— Думаю, что да. Я слышал, что именно она – его сестра.

Все так, но какая связь между Эллиотом и этой семьёй?

Анриш была немного сбита с толку. Эллиот потёр подбородком и расширил глаза.

— Она мне не понравилась.

— Боже мой, почему?

— Вот так...

Впервые Эллиот встретил девушку, пока ждал окончания урока Лилианы. Внезапно девушка резко потянула его за руку и заговорила:

— Герцог, вы здесь!

Кто она такая, чтобы так вести себя? Прежде всего, если вы встречаете кого-то впервые, не должны ли сначала представиться?

Эллиот, смотревший на девушку пустым взглядом, грубо задал вопрос:

— Кто ты?

— Ах, меня зовут Анита Торниан!

Услышав эту фамилию, Эллиот невольно нахмурился. Похоже, она как-то связана с тем мальчиком. Анита, похоже, вовсе не собиралась отпускать рукав Герцога.

— Но что вы здесь делаете?

— Я? Жду Лилиану.

— Ах, правда? – Анита покачала головой и широко улыбнулась: — Почему бы вам вместо этого не пойти играть со мной?

— Что?

— Она не маленький ребёнок, Лилиана может вернуться домой одна. Всё, что ей нужно сделать – просто проехать в карете, правда?

— Нет.

— Но я знаю кофейню, в которой продаются очень вкусные пирожные.

— Я никуда не пойду без Лилианы.

Лицо Аниты при этих решительных словах исказилось. Но Эллиота больше она не интересовала. Всё потому, что вдалеке появились светло-русые волосы, развевающиеся, как весенние цветы:

— Лилиана!

— Ох, Эллиот!

Девочка поприветствовала его, улыбаясь просветленным лицом. Затем, увидев позади него Аниту, остановилась на месте со слегка расширенными глазами.

— Эллиот, это Торниан?

— Волноваться не о чем.

При холодной ответе Эллиота лицо Аниты покраснело. Так или иначе, Герцог протянул Лилиане руку:

— Пошли.

Вспоминая тот день, Эллиот бормотал историю грустным голосом.

— Ты сказал, что не оставишь Лилиану?

— Да, оставлять друзей – плохо, – Эллиот посмотрел на мать взглядом, будто его предали.

— А?

— Ты хочешь сказать, что не следует грубить другим?

— Нет. Вы двое собираетесь стать парой в будущем. Поэтому сначала должны быть на стороне друг друга безоговорочно.

— Тогда я поступить правильно? Я хорошо справился, верно?

— Да. Конечно, я не рекомендую грубить другим, но... – Анриш кашлянула и сжала кулаки. — Если кто-то продолжит так игнорировать Лилиану, я разрешаю. Хорошо?

— Да!

Лилиана, смотревшая на них, покраснела и мягко улыбнулась.

* * *

Полдень с ярким солнечным светом. Студенты клуба фехтования только что закончившие обучение, говорили о единственной недавно прибывшей ученице.

— Разве Графиня оказалась не лучше, чем мы думали?

— Правда.

Лилиана – такая стройная. Казалось, она не сможет держать в руке даже цветок. Сначала одноклассники действительно игнорировали её. Каждый раз они говорили:

— Да что девушка может сделать?

Но сейчас...

— Кажется, она такая сильная.

— Хотя мы и мальчики, всё равно устаём и падаем. Но Лилиана тренируется до конца.

— Это правда. Я очень удивлён.

Лилиана тренировалась также, как и студенты-фехтовальщики, с самого начала занятий. Студенты также делали ставки на то, "как долго она вообще продержится". Но время шло.

— Я думал, она будет высокомерной, потому что стала невестой Герцога.

— Разве она на удивление не легкомысленна?

— Да. И очень вежлива.

Студенты, кивая головами, смотрели друг другу в глаза и улыбались. Но потом их прервал свирепый голос. Это был Торниан:

— У вас совсем нет мозга?

— Это, Питер...

— Вам действительно нравится смотреть, как девочка занимается в клубе фехтования?

Он кричал на них с широко открытыми глазами.

— Девушка может быть такой же, как мы. Почему ты такой небрежный?

— Но девушке не запрещено посещать школу фехтования... – робкий протест студента был вновь прерван криком Питера.

— Чёрт возьми, ублюдки без чувства собственного достоинства!

Студенты посмотрели друг на друга и плотно сжали губы. Он был одним из самых талантливых учеников в клубе фехтования. И о нём очень заботились инструкторы. Вместо того, чтобы спорить с Питером, все решили промолчать.

— Знаешь, что она за девушка? Твоя невеста была служанкой в приюте, – сосредоточенно бормотал Питер. — И теперь стала невестой Герцога? Какая грубость!

— Питер! – один из студентов в замешательстве указал ему за спину.

— Сзади, сзади!..

Лицо его стало жестким, когда он посмотрел назад. Потому что Лилиана и Эллиот стояли прямо за ним.

— Ты закончил говорить? – Эллиот свирепо смотрел на Питера, который попытался сделать шаг вперёд.

— Почему ты продолжаешь ссориться из-за Лилианы!..

— Эллиот, – Лилиана схватила его за рукав.

Тогда он пожал плечами и повернулся к ней:

— Лилиана, почему ты молчишь? Он ведь оскорбляет тебя!

— Я знаю, – её странный голос звучал спокойно.

Эллиот, который был взволнован, остановился и напряг плечи:

— Лилиана?

— Это... – она закусила губу, после чего продолжила говорить дрожащим голосом. — Я хочу решить проблему.

— Что? Ты?

Услышав это, Питер немного успокоился. Не Герцог, а лишь Лилиана. Такая маленькая девочка не сможет снова расправить плечи, если на неё наступить.

И раз здесь собрались все дети и сам Герцог, можно поставить точку.

В некотором смысле, это возможность чётко показать, кто имеет преимущество. Увидев трагическое поражение Лилианы, откажется ли Герцог от своих фантазий о такой невесте?

— Почему бы ей не сказать что-то самостоятельно? – спросил Питер Эллиота с наглым лицом.

— Ты прав.

— Что?! – из глаз Эллиот сыпались искры.

Тем временем Лилиана смотрела на Питера со спокойным, осунувшимся лицом:

— Твоя слова в некотором смысле правильные.

— Лилиана! – Эллиот повысил голос ещё сильнее, но девочка говорила искренне.

С тех пор, как Анриш спасла её из этого ужасного приюта, Лилиана живёт под защитой Герцога. Она была очень довольно добротой и любовью, проявленной этой семьей. Лилиана никогда не была так счастлива. Иногда казалось, будто она живёт во сне. Но...

— Я не могу всегда зависеть от семьи Герцога, – ясно произнесла Лилиана, глубоко вздохнув. — Вы меня очень любите, так что... – бледно-зелёные глаза, которые выглядели хрупкими, как только что распустившиеся бутоны, теперь таили острый дух. — Я тоже хочу доказать свою ценность и соответствовать этой привязанности.

— Это смешно. Что ты делаешь!..

— Я и Торниан – оба студенты, изучающие мечи, – заключила Лилиана с оглушительной истерикой. — Так давай поговорим на мечах.

— Хочешь сразиться со мной прямо сейчас? – ухмылка скользнула по губам Питера. Он считал это явной шуткой. — Ты такая, как и была?

— Да, – несмотря на насмешки, Лилиана спокойно кивнула.

В глазах Питера блеснул огонь:

— Тогда сделаем это сегодня, – Питер постучал по тренировочной площадке.

В то же время Эллиот отчаянно держал Лилиану:

— О чём ты, чёрт возьми, думаешь?!

— Я пытаюсь соревноваться в фехтовании.

— А если ты поранишься?

Услышав крик Эллиота, Лилиана пожала плечами и мягко улыбнулась:

— Ты сказал, что я выгляжу сильной?

— Всё ещё... – Эллиот потеряв дар речи и облизнул губы.

Другие дети столпились вокруг, окружив Лилиану.

— Ты действительно в порядке?

— Питер – самый сильный из нас.

— Всем спасибо за беспокойство, – сказала Лилиана, качая головой. Голос её был ясен, как никогда. — Я ничего не могу поделать с собой, потому что не могу продолжать терпеть это игнорирование с его стороны.

Эллиот смотрел на обычно застенчивую и замкнутую Лилиану. Почему-то сейчас она выглядела совершенно иначе.

— Думаю, ты изо всех сил пытаешься противостоять Питеру.

Хотя она не могла скрыть свое нервное лицо, Лилиана всё ещё расправила плечи. Она пытается одолеть противника, которого давно боялась.

— Лилиана, ты такая крутая, – Эллиоту нравилась такая Лилиана.

* * *

Дети спешили на тренировочную площадку. Поползли слухи, что Лилиана и Питер начали сражение. Конечно, Анита была среди этих студентов.

— В любом случае, Питер выиграет?

— Конечно. Он самый сильный среди нас.

— Как сказали инструкторы, Питер может быть назначен следующим Имперским рыцарем.

Студенты, похоже, думали, что победа уже отдана ему прямо в руки. В такой атмосфере Анита задирала нос и выглядела задорно:

— Конечно, мой брат выиграет. Разве это не очевидно?

Эллиот открыл глаза Аните:

— Не груби. Ты не узнаешь, кто победит или выиграет, пока сражение не закончится.

— Ах, Герцог?

— Надеюсь, Лилиана безоговорочно выиграет, – Эллиот повернул к ней голову, чтобы закричать: — Лилиана, взбодрись!

Он воскликнул это со сжатыми кулаками. Лилиана, которая была напряжена, расслабила тело только после того, как услышала голос Эллиота. Девочка коротко вздохнула, глядя на Питера с другой стороны.

Раньше, когда она видела их семейство, её тело каменело. Но теперь...

— Всё нормально.

Герцог сказал, что у меня талант к фехтованию.

Руки, сжимающие деревянный меч, напряглись.

— Герцог принял меня в качестве ученицы.

Другие также признали Лилиану. Это придавало ей силы. Она думала, что никогда не привыкнет к слову "уверенность" в своей жизни.

— Я могу сделать это.

Тем временем Питер подозрительно посмотрел на Лилиану. Очевидно, к тому времени, как она добралась до тренировочной площадки, уже сгорбилась. Но, как только она взяла в руки деревянный меч, её глаза... вдруг изменились?

В то же время он стиснул зубы.

Я сейчас нервничаю? Мой противник – всего лишь Лилиана, которая всегда болтается у ног.

Чтобы избавиться от беспокойства, Питер намеренно блефовал.

— Поскольку это дама, командир позволит вам начать.

— Спасибо, – Лилиана не отказалась от уступки.

Крепко держа меч в руках, она обрушилась на Питера столбом света. В ужасе мальчик сделал пару шагов назад.

Канг!

Резкий удар пришёлся по деревянному мечу. Глаза Питера распахнулись, когда он почувствовал дрожь в запястье.

Что?!

Единственная семилетняя девочка заставила его отступить назад. Но движения Лилианы ещё не оставили.

Канг! Канг!

Под постоянным шквалом ударов Питер поспешно поднял свой деревянный меч, чтобы блокировать их. Тогда Лилиана грубо отступила, когда почувствовала ответную силу мальчика. Питер глубоко вздохнул. Холодный пот стекал по спине.

— Как, чёрт возьми, это произошло?!

О слухах, циркулирующих о Лилиане, знал даже Питер. Говорили, герцог принял её в качестве ученицы. Некоторые даже считали, что она сильнее мальчиков своего возраста. Лилиана всегда без проблем выдерживала любое обучение. Но как такая маленькая и стройная девочка может быть такой сильной и бойкой?

Хотите сказать, что этот ребёнок правда освоил фехтование?

Спокойные светло-зелёные глаза мягко смотрели на Питера. Это было похоже на зверя, что смотрел на свою добычу. Лилиана медленно подняла деревянный меч. Острие его было направлено точно на Питера.

Я не могу отступить!

Глаза мальчика блеснули.

В лучшем случае, она была горничной! Как я – самый многообещающий талант клуба фехтования – могу проиграть и отказаться от своей первой атаки?! Маленькая сучка, которую можно раздавить мечом!

Питер стиснул зубы и схватил деревянный меч.

— Ты пожалеешь об этом! – он ударил девочку, широко взмахнув мечом.

Стоны вырвались из уст студентов, которые смотрели на битву. Деревянный меч, казалось, вот-вот пронзит грудь Лилианы. Эллиот стиснул зубы и воскликнул:

— Лилиана!

В тот же момент раздался звук деревянного меча. Лилиана, которая уклонилась от атаки, отступив в сторону, протянула свой деревянный меч, чтобы отразить атаку Питера. Движения её были такими же плавными, как текущая вода.

Канг! Канг! Канг!

Одна нога, другая нога. Лилиана двинулась вперёд, держа в руках деревянный меч, и начала рубить. Это была траектория, которая казалось настолько быстрой, что не каждый мог разглядеть движения Лилианы. Питер прикусил губу до крови и остановился.

Лилиана же не повела и глазом, будто нацелить меч на шею Питера – единственная важная вещь на земле.

Питер использовал свою злость, пытаясь всеми силами вонзить меч в шею Лилианы.

— Кагх!

И снова деревянный меч столкнулся с защитой. Лилиана, вытесненная телосложением Питера и силой, была отброшена назад. Это выглядело так, будто мальчик теперь имел явное превосходство.

Лилиана же напротив – использовала силу Питера, чтобы увеличить расстояние между ними. И наконец её меч устремился струёй света прямо в грудь Питера. Деревяшка прижалась к шее мальчика.

— Что?!

Глаза его расширились. Питеру казалось, что по телу пробежали мурашки. Как такая маленькая девочка могла победить? Казалось, словно Лилиана была готова отрезать его голову.

Деревянный меч выпал из руки Питера. Только тогда Лилиана немного смягчилась.

— Вау!

С глубоким вздохом Лилиана сделала пару шагов назад. Потом кивнула Питеру и посмотрела вниз:

— Ты многому научился, – маленькое лицо выглядело спокойным, а дыхание казалось несколько прерывистым из-за энергичных движений.

— Чёрт возьми!

Питер, который так гордился своей силой, проиграл. Тогда студенты бросились к Лилиане:

— Вау, Лилиана!

— Ты действительно победила Питера?!

— Удивительно, я увидел это своими глазами, но до сих пор не могу поверить! – воскликнули ученики и прижались к девочке.

Среди них больше всего обрадовался, конечно же, Эллиот:

— Лилиана, так здорово!

— Спасибо, Эллиот, – девочка, услышав его похвалу, тут же ярко покраснела.

Холодное выражение её лица полностью исчезло. Лилиана вернулась к своей обычной застенчивой внешности. Эллиот, который некоторое время осыпал похвалами свою невесту, оглянулся на Аниту:

— Я говорил, что Лилиана победит.

— Эллиот...

— Наша Лилиана такая замечательная! – он пожал плечами, словно сам одержал победу.

Анита же подбежала к старшему брату, устав от взгляда голубых глаз:

— Брат! – она топнула ногой в ярости. — Брат, ты сошёл с ума?! Как ты мог проиграть этой девчонке?

— Ты что, сейчас обвиняешь меня?! – Питер в ответ повысил голос.

Однако Аниту совсем не интересовала потеря брата.

— Это вздор, что мне теперь делать... – она закусила губу, пока её глаза не расширились от боли, а кровь не обожгла язык.

Причина, по которой она могла править среди студенток Академии – старший брат, что пользовался у них популярностью. Питер достаточно способный стажер, которому пророчили будущее Имперского рыцаря. Многие девушки втайне восхищались им. Но теперь Питер потерпел поражение от девушки, что на восемь лет младше его.

Фантазии девочек о Питере исчезнут. Значит, и сама Анита будет выглядеть смешно. Резким движением она потянула брата за руку:

— Давай сразу вернёмся домой.

— К чему ты...

— Прекрати! – Анита, что кричала пронзительным голосом, ядовито посмотрела на Лилиану.

Та застенчиво улыбалась в окружении людей.

— Изначально это место принадлежало мне! – Анита торопилась покинуть академию вместе с Питером.

* * *

В тот же день.

Услышав рассказ Лилианы о битве, Анриш удивилась:

— Боже мой, в самом деле? Наша Лилиана сама выиграла Торниана?

— Да! Каждый раз, когда Лилиана взмахивала деревянным мечом, Питер пытался её остановить... – Эллиот был взволнован сильнее, чем сама Лилиана, что и была причастна к вечеринке.

Именно поэтому он рассказывал маме о произошедшем во всех мельчайших подробностях.

— Я не сделала ничего великого.

— Это ведь так здорово! Другие дети говорили, что Питер может быть посвящен в Имперские рыцари!

— Вау, значит, наша Лилиана победила предполагаемого фехтовальщика?

— Правильно!

Анриш и Эллиот были в восторге. Лилиана, которая спокойно смотрела на двоих, открыла рот, а щёки её покраснели.

— Какое облегчение.

— А? Что?

— Я чувствую, что стала человеком, за которого не стыдно. По крайней мере, я не позорю маму, Герцога или Эллиота.

Анриш сузила брови, услышав слова Лилианы.

— Что ты имеешь в виду?

— Если я хочу гордо носить фамилию Герцога, мне придётся немного поработать.

Герцогиня тут же покачала головой:

— Почему ты так думаешь?

— А? Но ведь...

— Мы – семья, – решительно сказала Анриш. — Совершенно не обязательно думать о подобном.

— Мама...

— Мы просто хотим, чтобы ты ценила себя.

— Да, Лилиана слишком обеспокоена, – сказал Эллиот, пока Лилиана слушала Анриш.

Светло-зелёные глаза дрогнули.

— Спасибо...

— И мы счастливы, что ты смогла победить Питера. Просто потому, что это твоё достижение.

Лилиана широко улыбнулась.

* * *

В отличие от тёплой атмосферы в семье Герцога, Торнианы были раздосадованы.

— Какого чёрта? – Миссис Торниан была очень раздражена. — Дочь сердится, ничего не говоря мне, а единственный сын... Нет, почему Питер не выходит из своей комнаты со вчерашнего дня!

Для матери, что ничего не знала, такое поведение детей казалось слишком неприятным.

— Виконтесса Айван здесь.

— Уже? — Миссис Торниан поприветствовала его с улыбкой. — Я так рада, что вы прибыли.

— Что-то случилось?

— Дети не говорят со мной, – женщина вздохнула и пожаловалась на произошедшее. — Тем не менее, я знаю, что вы в курсе дел Аниты. Так что могу я спросить, что случилось?

— Конечно, – Виконтесса, хотя и демонстрировала сильный характер, всё также сохраняла улыбку.

Все члены её семьи уехали в деревню, но сама виконтесса осталась в столице, чтобы работать семейной учительницей. Дело в том, что связи, которые она завела ранее, всё ещё остались. И Виконтесса владела великолепным красноречием.

Конечно, из-за репутации, данной Герцогиней, она более не могла учить студентов из высокопоставленных семей, как раньше.

Миссис Торниан усмехнулась и покачала головой:

— Почему дети ведут себя так?

— Классный руководитель! – как раз вовремя распахнулась дверь.

В комнате появилась Анита. Виконтесса тут же сморщилась, пытаясь улыбнуться:

— Боже, Мисс Торниан!

Анита, надув губы, торопливо потащила учительницу в свою комнату.

— Вчера мой брат был в полной беде!

— Что?

— Вот! – Анита начала рассказ.

По началу Виконтесса беспокоилась, но вдруг её лицо прояснилось, когда появилось имя Лилианы.

— Как эта маленькая девочка могла победить моего брата?!

— Ох, должно быть, вы очень расстроены, – Виконтесса притворялась доброй и погладила Аниту по голову.

Девочка сердито посмотрела на неё:

— И что мне делать дальше?! Из-за какой-то неженки Лилианы... – Анита чуть не расплакалась.

В этот момент учительница крепко обняла девочку.

— Не грустите.

— Как это могло произойти?

— Если вы так сердитесь, Мисс, почему бы вам не отомстить?

Глаза Аниты расширились, когда она услышала этот тайный шёпот.

— Я?..

— Да, в Академии иногда студенты, которые хорошо знакомы друг с другом, проводят встречи, чтобы завязать дружбу, не так ли?

— Да, это так.

— И слышала, что Мисс Торниан – заместитель председателя чайной церемонии. Не так ли?

— Верно, – Анита фыркнула и кивнула.

Тогда Виконтесса прошептала:

— Если у вас есть эта должность, нужно использовать позицию.

— Правда?

— Я знаю молодую Графиню по учению. Она слаба и величава. Если вы, Мисс Торниан, немного нажмете на эту маленькую девочку, Лилиана будет знать своё место лучше.

— Хорошая идея! Но как?

— Что я сказала ранее? У вас есть возможность, так используйте её, – Виконтесса говорила тихо. — Это совсем несложно, можно просто устроить чайную церемонию.

— Учитель, вау, большое спасибо!

— Пожалуйста.

Но радостное выражение лица Аниты длилось недолго.

— Учитель.

— Какие-то проблемы?

— Правдивы ли слухи о том, что герцогиня Валлиос – злодейка? – спросила девочка с тревогой. — Что, если Герцогиня отомстит мне, сказав, что я специально сделала что-то с Лилианой?

— Боже мой, Мисс Торниан...

— Виконтесса тоже говорила, что Герцогиня обошлась с вами несправедливо, – пробормотала Анита.

Учительница покачала головой, делая вид, что не очень подавлена:

— Вам не о чем беспокоиться.

— Но ведь Герцогиня...

— Не очень достойно для взрослых ввязываться в детские драки, – Виконтесса успокоила Аниту. — Конечно, Герцогиня имеет тенденцию... быть немного общительной, но, вероятно, она ничего не сделает.

— В самом деле?

— Конечно. Ведь существует такая вещь, как минимум достоинства, не так ли?

Анита, услышав эти слова, несколько успокоилась. Глядя на неё, Виконтесса лукаво улыбнулась.

Теперь у меня есть шанс отомстить так.

Женщина вспомнила унижение, которое она пережила. Для неё совершенно естественно ругать детей, которые не могли поспевать за классом. Телесные наказания – также часть образования. Разве для учителя не естественно вести себя подобным образом?

Однако Анриш чутко отнеслась к такому тривиальному вопросу. В результате даже нанесла неизгладимое оскорбление Виконтессе. Во всяком случае, эта девочка – лишь маленькая Графиня, которая даже не имеет соответствующий титул. И учительница стояла перед ней на коленях.

Кроме того, возврат инвестиций – совершенное невежество. Из-за этого семья Виконтессы оказалась на грани банкротства. Одна лишь мысль об этом приводила женщину в гнев.

Просто подождите! Учитывая то, что со мной случилось, вполне естественно мстить, разве нет?

На самом деле, будь Виконтесса рациональным человеком, она бы не сделала такой выбор. Поняв, что это нечто опасное, учительница должна была проявить сдержанность. Но жгучий гнев ослепил её глаза. Парализованный разум интерпретировал сложившуюся ситуацию только так, как ему заблагорассудится.

Ничего страшного. Герцогиня не станет вмешиваться в детские проблемы.

Однако это может привести к спорту между взрослыми, то есть семьями. Но, в конце концов, за это будет нести ответственность не учитель.

Хорошо. Всё будет хорошо.

Улыбка Виконтессы стала немного мрачнее. В этот момент, сама того не понимая, она сделала необратимый шаг.

* * *

После разговора с Виконтессой Анита направилась в комнату Питера. Она постучала в дверь кулаком, но та оказалась заперта. Брат даже не ответил. Девочка сморщила лицо и повысила голос:

— Брат, нам нужно кое-что обсудить.

Дверь открылась. Анита, войдя в комнату, упёрла руки в бока:

— Долго ты собираешься сидеть здесь?

— Ты не представляешь, что я чувствую! – Питер схватился за голову и издал тошнотворный звук.

Проиграть девочке, что на восемь лет младше меня... Как я буду смотреть в лица других студентов?

— Не будь таким. Я отомщу ей.

— Отомстишь?

— Ага. Брат, просто смотри и оставайся на моей стороне, – уверенно заявила Анита.

Питер вопросительно посмотрел на неё:

— У тебя есть какие-то идеи?

— Правильно.

Анита рассказала о разговоре с учительницей. И через некоторое время на лице Питера появилась злая улыбка.

— Это лучше, чем я думал.

— Правда? – девочка пожала плечами.

Питер на мгновение задумался, а затем добавил:

— Может быть, мы пригласим Рондини?

— Рондини?

— Да, – он лукаво улыбнулся. — Разве это не ужасное зрелище: быть опозоренной перед теми, где раньше ты был служанкой?

— Верно! У тебя отличная идея, брат.

Они переглянулись и улыбнулись.

* * *

Через несколько дней. Лилиану пригласили на чайную церемонию. Это собрание проводилось несколькими студентками, интересующимися чайной церемонией в Академии. Анриш, услышав эту историю, засияла:

— Боже мой, Лилиану пригласили на чаепитие? Кто же?

— Это... – девочка вручила приглашение Анриш с несколько подавленным выражением лица.

На приглашении, которое пахло духами, курсивным шрифтом было написано имя "Анита Торниан". Анриш с тонким выражением лица заявила:

— Так это Торниан...

Разве это не та семья, что обручена с Рондини? Кроме того, был случай, когда Лилиана недавно победила старшего сына семьи в бою на мечах. Чем больше Анриш смотрела на обстоятельства, тем больше ей казалось, что всё это подстроено.

— Так это младшая сестра Торниана...

— Лилиана, тебе правда нужно идти? – в этот момент Эллиот нахмурился и прервал разговор. — Это всё очень подозрительно.

— Правда?

— Мама просто не видела их лица, когда Лилиана выиграла бой, – подтвердил он, будто вот-вот закипит от злости.

Анриш прищурилась. Собственно, она также согласилась с мыслями Эллиота. Конечно, это лишь перепалка между детьми. Маловероятно, что взрослые будут вмешиваться в этот конфликт.

— Как насчёт того, чтобы отказаться от этого приглашения?

— Лилиане нет необходимости посещать это мероприятие.

Удивительно, но девочка покачала головой:

— Нет, я не хочу убегать.

— Всё не совсем так. Когда у тебя на пути что-то неудобное, можно избежать этого, – пыталась убедить её Анриш.

Но, кажется, Лилиана уже приняла решение.

— В том, что сказала мама, есть доля правды. Но я не думаю, что смогу жить вечно, избегая таких неудобных ситуаций. Скоро я дебютирую в светском мире. Я должна встречаться в людьми, которым не нравлюсь.

Лилиана выпрямила спину и добродушно улыбнулась.

— Неужели я каждый раз буду убегать в тень Герцога?

Когда наша Лилиана успела так вырасти?

Анриш, которая с восхищением смотрела на Лилиану, в конце концов кивнула:

— Хорошо, если Лилиана так думает.

— Спасибо.

— Но если захочешь, можешь всегда со мной посоветоваться, – Анриш, которая внезапно протянула мизинец и слегка улыбнулась.

Лилиана, обе щёки которой покраснели, подошла к ней ближе.

— Обещаю.

— Отлично.

Эллиот, что смотрел на них двоих, в конце концов сложил руки на груди и отвернулся. Такой милый жест заставил Анришу улыбнуться.

— Эллиота не пригласили?

— В этот раз собираются только женщины, – пожал плечами Эллиот, бормоча что-то себе под нос. — Поэтому я не могу пойти с Лилианой... Вот и всё...

— Вот как?

Глаза Анриш сузились ещё сильнее.

Значит, они хотят, чтобы Лилиана приехала одна? И тогда Эллиот не сможет её защитить.

* * *

После отправки детей обратно Анриш вызвала дворецкого:

— Если вы что-нибудь знаете о доме Торниан, я буду рада услышать информацию.

Рондини и Торниан помолвлены уже около трёх лет. И это не слишком большая проблема. Они поженятся, когда достигнут совершеннолетия. Кроме того, двое детей семьи в настоящее время учатся в Академии и занимаются дополнительно на дому.

— Посмотрим...

Брови Анриш криво поднялись вверх. Потому что воспитателем стала Виконтесса. Несмотря на то, что семья её уехала в сельскую местность, сама женщина осталась в городе, преподавая благородным семьям, с которыми отношения были налажены изначально. Воодушевлённая слухами о том, что Анриш – злодейка, Виконтесса изображала жертву.

— Почему она больше не наказывает детей?

На суровый вопрос Герцогини дворецкий ответил:

— По всей видимости, из-за Мисс Лилианы.

— Лилианы?

— Да. Кажется, сейчас это весьма тяжело и утомительно.

Тем не менее, Виконтесса действительно не могла потерять очередную работу. Анриш коротко цокнула языком. Раньше Айван особо не задумывалась об образовании, лишь об удовлетворении собственных потребностей. Теперь же, когда всё закончилось, Виконтесса должна изображать невинную лань.

Фиалковые глаза холодно потускнели. Нет никаких доказательств, что Виконтесса принимает участие в чайной церемонии. Но интуиция Анриш сильна. В частности, вызвало сомнение "исключительно женское собрание". Эллиот не мог присутствовать на торжестве вместе с Лилианой. Неудивительно, что церемония образовалась таким образом.

— Дворецкий, – Анриш вдруг подняла голову, — Лилиана скоро собирается на чайную церемонию, так что нужен небольшой подарок.

Женщина улыбнулась.

— Могу я попросить закуски и чай, которые понравятся детям?

— Оставьте это мне.

— Выбери что-то дорогое и качественное.

Дворецкий закивал головой, глядя на хозяйку. Анриш хотела показать свои хорошие и близкие отношения с Лилианой. Даже если маленькая Анита, которой не нравится Лилиана, не заметит этого, другие леди, возможно, проникнутся благосклонностью. Также... Герцогиня лично наблюдает за чайной церемонией. Правда в том, что все семьи Империи ничего не могли противопоставить этому имени. Хозяйка такого рода заботится о Лилиане и уделяет внимание даже небольшим чайным церемониям.

Дворецкий смотрел на Анриш с прищуром.

В конце концов, Герцогиня изменилась. И в очень хорошем смысле.

Мужчина почувствовал гордость и вышел из кабинета.

* * *

Несколько дней спустя.

День чайной церемонии.

Лилиана, стоя перед клубной комнатой, виновато улыбнулась и сказала Эллиоту:

— Тебе не обязательно было вести меня сюда.

— О чём ты говоришь? – Эллиот пожал плечами и улыбнулся. — Я буду ждать тебя в общем комнате внутри студенческого центра. Пока.

— Спасибо, – Лилиана кивнула и вошла в комнату чайной церемонии.

Глаза детей быстро обратились к ней, а затем к Эллиоту, который только что ушёл.

— Это что, у двери только что стоял Герцог Валиос?

— Боже мой, неужели он ради этого проделал ведь этот путь?

— Похоже, Герцог очень дорожит невестой.

Дети с широко открытыми глазами шептались друг с другом. До тех пор настроение по отношению к Лилиане было не таким радужным.

— Лилиана, давно не виделись, – девушка с сердитым выражением лица поприветствовала ею, отчего та замерла на месте.

— Леди Рондини?

Почему она в этом месте? Она разве должна была прийти на чайную церемонию?

— Можешь называть меня сестрой Зенитой, – та будто сделала одолжение.

В прошлом Лилиану называли "служанкой", а не "сестрой". Зенита сузила глаза и осмотрела девочку с ног до головы.

— Выглядишь вполне сносно.

Сегодняшняя Лилиана была одета, словно фарфоровая кукла. И Зенита выглядела раздражённой по этому поводу. Зловеще она раскрыла рот:

— Когда я вижу тебя, это мне напоминает поговорку о том, что лягушка никогда не думает о головастиках.

Остальные дети, рассаженные заранее, забеспокоились и смотрели друг другу в глаза. Анита же с упоением слушала слова Зениты. Это очередной удар по репутации Лилианы.

— Юная Графиня, вы так внезапно поднялись, вам так не кажется? – быстро проговорила Анита. — Думаю, именно поэтому... Вы почти не думаете о ситуации из прошлого.

— Боже, Леди Анита, вы думаете также? – с широко раскрытыми и удивленными глазами Зенита посмотрела на подругу.

Анита пожала плечами.

— Да, честно говоря, какой бы не была помолвка, Графиня и Герцог – разные, не так ли?

— Вы правы.

Анита сделала вид, что так заботится о Лилиане, и добавила несколько слов:

— Вы должны по крайней мере не ударить в грязь лицом, не так ли?

— Боже, Леди, вы действительно даете правильные советы, – Зенита быстро отреагировала на слова Аниты.

С другой стороны, Лилиана слушала их болтовню с бесстрастным выражением лица. Анита, внимательно следившая за её реакцией, ухмыльнулась.

Что, не можешь возразить? А ведь учительница была права!

Тогда Зенита заговорила голосом, полным победы.

— Дама, которая станет впоследствии хозяйкой Валлиос – фехтовальщица. Это ли не слишком?

— Правильно. Это не женское занятие, как вышивка или музыка. Действительно ли обучение стоит того?

Девушки рассмеялись, давая свои комментарии. После этого Анита искоса взглянула на стол.

— В любом случае, поскольку Графиня здесь, думаю, стоит присесть...

Осталось только одно место за столом. Неправильно класть вещи на стол – такие как сумки и зонтики. Поэтому всё это свалено в кучу на последнем оставшемся стуле.

— В качестве временной меры мы использовали это место.

Повисла леденящая кровь тишина.

— И что мне делать?

— Не знаю!

Другие девушки беспокойно посмотрели друг другу в глаза. Они никогда не хотели ссориться с Лилианой, однако оставаться в хороших отношениях с Анитой – также важно. В отличие от Лилианы, которая ходила в Академию всего несколько раз в неделю, Торниан училась на дневном отделении. Количество реальных встреч прямым образом влияло на жизнь молодых Леди.

— Графиня – добрый человек. Так что вы меня поймёте? – именно тогда Анита задала Лилиане вопрос восторженным тоном.

— Думаю, быть глупым и добрым – две совершенно разные вещи.

— А?

— Леди Торниан думает обо мне, как о дураке.

Это та Лилиана, которую я знала раньше?..

Студентки посмотрели на девушку пустыми лицами. Обычная слабонервная девушка никуда не делась, а у нынешней Лилианы выражение лица оставалось таким же, как лёд. Девушка осмотрела вещи, сложенные на стул.

— Поскольку вы двое уже это обсудили, кажется, вы хорошо осведомлены: в настоящее время я – невеста Герцога Валлиоса.

— Прямо сейчас вы притворяетесь невестой Герцога?

— Нет, – сказала Лилиана спокойным голосом, качая головой. — Я лишь удивляюсь отношению двух дам, которые раньше считали меня просто вещью.

Лилиана кончиками пальцев оперлась на стул и постучала по сложенными вещам. Ненадежно сложенная конструкция рассыпала.

— Что это?!

— Вдруг что-то сломается?

Анита и Зенита испугались, поднимаясь со своих мест. Но Лилиана и бровью не повела, встретившись с ними взглядом.

— Имейте в виду, что вы разговариваете с будущей Герцогиней.

В этот момент две девушки в изумлении напрягли плечи. Всё потому, что вес Герцогской семьи нещадно давил на них.

— Может, я что-то неправильно поняла?

— Ах, нет...

— Две Леди остановили меня, говоря о культуре и достоинстве.

Светло-зелёные глаза, попеременно смотревшие на двух девушек, моргнули.

— Может быть, вы гордитесь тем, что лучше знаете женскую культуру и достоинство, чем моя свекровь?

— Всё не так! Почему вы говорите о герцогине?!

— Моя свекровь активно поддерживала меня в обучении фехтованию.

Анита стиснула зубы, а Лилиана лишь наклонила голову:

— Или хотите сказать, что политика моей свекрови неверна?

Лица девушек вдруг побледнели. Лилиана встретила их спокойным взглядом. Если это было в прошлом, она бы точно вытерпела грубое отношение к себе. Но теперь всё иначе.

— Мы просто хотим, чтобы ты ценила себя, – в ушах раздался эхом сладкий голос Анриш.

Мама, Эллиот, Герцог... Я решила не мириться с игнорированием. Тогда моя семья не будет убита горем.

— Мы, мы... – Анита закусила губу, пытаясь найти оправдание.

Что за чертовщина? Учительница чётко сказала, что Лилиана ничего не скажет. А если и попытается, мы просто надавим на неё... Я уверена, что выиграю! Но почему она такая умная?

Послышался короткий стук. Анита быстро подошла к двери, ускользнув от грустного взгляда Лилианы, и с явным облегчением на лице вздохнула.

— Кто вы?

— Я из пекарни Дорин.

Анита озадаченно посмотрела на мужчину. Кондитерская лавка Дорин – самая известная на острове. В частности, она глубоко разбирается в чае. И репутация данного заведения высока.

Но почему такое место послало людей на чаепитие детей?..

— Герцогиня Валлиос прислала закуски и чай и для Графини Аберит.

Что?!

Лицо Аниты сморщилось. Сотрудники кондитерской с озадаченным видом спросили:

— Можно ли войти? У нас много закусок.

Девушка оглянулась. Все смотрели на происходящее широко открытыми глазами.

— Кондитерская Дорин?

— Я никогда раньше не была в этой пекарне...

Глаза, полные предвкушения обратились к Лилиане. Она же, напротив, выглядела растерянной.

— Мама прислала закуски и чай?

— Верно, – сотрудник, который вошёл в клубную комнату и накрыл на стол, кивнул.

Красивая скатерть, высококачественные десерты, чайники. Место для чаепития теперь можно было сравнить с любой высокопоставленной семьёй. Девочки, взявшись за руки, захихикали:

— Боже, я впервые пробую десерты из кондитерской Дорин!

— Благодаря Графине мы можем насладиться этим вкусом!

— Большое спасибо!

Внезапно Лилиана привлекла внимание девушек. Анита смотрела прямо на них, обе её щёки окрасились в красный. Она и не знала, как безумно выглядит со стороны.

Какого чёрта?! Это лишь чайная церемония, на которой присутствуют лишь несколько учениц. Так почему Герцогиня, которую, по слухам, в светских кругах зовут "злодейкой" так поступила? Неужели её так сильно волнует Лилиана?

Анита закусила губу.

* * *

Прошло некоторое время.

Атмосфера чайной церемонии была достаточно мягкой. Девушки относились к Лилиане более благосклонно, когда попробовали чай и закуски, присланные Герцогиней.

— Я видела, как вы тренируетесь в фехтовании, – с улыбкой обратилась к Лилиане одна из студенток, жевавшая сладкий заварной пирог, — разве деревянный меч не тяжёлый?

— Нет, всё в порядке.

— Тем не менее, это интересно. Я даже не могу мечтать о подобном.

Пока ученицы разговаривали, Анита и Зенита были единственными, кто держал рот на замке. Они не теряли гордость, чувствуя лишь лёгкую отчуждённость. У Лилианы не было другого выбора, кроме как вежливо отвечать девушкам. Однако организатор вечеринки – не она. Разве это может не задеть самооценку?

Хотя Торнианы игнорировали Лилиану, они никогда не причиняли ей прямого вреда, как Рондини. Прежде всего, студенты будут видеться каждый день. С этой мыслью Лилиана осторожно позвала Аниту:

— Леди Торниан.

Вместо ответа та просто посмотрела на Лилиану. Девушка осторожно подтолкнула к Аните тарелку с тортом:

— Он очень вкусный. Попробуйте.

— Что?! – Анита нервно закричала и оттолкнула тарелку с тортом.

Лязг!

Красивая тарелка с резким хлопком упала на пол. Торт разломился об осколки стекла.

— Юная Графиня Абретт!

— Вы в порядке?!

Свежий крем размазался по рукаву Лилианы. Удивлённые девушки достали свои носовые платки и убрали разбитую тарелку. Но больше всего удивилась сама Анита.

— Ах, эй, это...

Девочка закусила губу, пытаясь оправдаться. Она не хотела сделать ничего настолько плохого. И теперь ситуация лишь усугубилась. С тревогой Анита посмотрела на Лилиану.

— Всё в порядке.

Лицо её на мгновение стало пустым. Вместо того, чтобы рассердиться, Лилиана мягко улыбнулась, словно пытаясь успокоить Аниту.

— Но...

— Я на минутку отойду в ванную, – вытирая рукава носовым платком, Лилиана встала со своего места, чтобы вытереть взбитые сливки.

В то же время другие студентки украдкой оглянулись на Аниту.

— Что вы будете делать, если Графиня действительно разозлится?

— Молчите! – воскликнула она, не в силах преодолеть смущение.

Хотя девушки замолчали, они всё ещё не могли скрыть недовольство.

— Мы должны быть вашими служанками?

— В конце концов, сколько бы вы ни говорили, я аристократка, а вы простолюдины!

Атмосфера внезапно стала холодной. Академия принимает поступающих студентов по способностям. Выпускники – одни из лучших талантов Империи, что в будущем займут государственные посты. Поэтому, независимо от статуса, студенты должны относиться друг к другу на равных.

В этот момент Зенита медленно поднялась.

— Куда вы?

— Мне тоже нужно сходить в ванную.

Девушка, оставив ровную улыбку, направилась за Лилианой, чтобы выполнить настоящую цель организованного чаепития.

Для этого им нужно остаться наедине.

* * *

Лилиана не смогла скрыть смущения, глядя на рукава, испачканные кремом.

— Что мне с этим делать?

Намочив носовой платок в воде, она попыталась вытереть с рукава, но чем больше прикасалась водой, тем больше тот растекался. Вряд ли можно исправить ситуацию.

— Это платье выбрала мама...

Конечно, Анриш говорила не беспокоиться о том, насколько грязной может стать одежда, но Лилиана всё равно хотела обращаться с ней бережно.

— Лилиана.

В этот момент выражение лица девочки вдруг стало холодным, потому что Лилиана прекрасно знала обладателя голоса.

— Могу ли я называть тебя сестрой? – сказала Зенита, пожимая плечами и лучезарно улыбаясь.

— Нет, мы не так дружны, верно?

При столь решительном ответе лицо девушки вдруг ожесточилось.

— Ты такая смешная. Не помнишь, как мы болтали в прошлом?

— Что ж. Даже если такое было в прошлом, то точно не продлится в будущем.

Зенита, посмотрев на Лилиану, глубоко вздохнула и пожала плечами.

— Хорошо. Я пришла сюда не для этого, – она сделала шаг вперёд. — Я хотела поговорить наедине. Но у меня не было возможности.

— Нам не о чем разговаривать.

— Что? – Зенита моргнула, глядя на Лилиану, что рефлекторно пожала плечами.

Сейчас она не должна подчиняться приказам Зениты, однако опыт длительной травли неизбежен. Поэтому Лилиана вздрогнула. Тем временем на лице девушки появилось довольное выражение.

— Именно так.

Зенита говорила расслабленным голосом, наслаждаясь испугом Лилианы. Казалось, будто она – дикий зверь, стоящий перед маленькой мышкой.

— Честно говоря, я очень удивлена, что герцогиня приютила тебя. Хотя это и помолвка, но кто сдержит обещание, данное девушке из развалившейся семьи? – она гордо пожала плечами. — Ты действительно думала, что стала её невесткой?

Глаза Зениты лукаво заблестели.

— Не пора ли отплатить за доброту, еду и кров над головой?

— Что?

— Ты знаешь, что Герцогиня отомстила нашей семье из-за тебя?

Глаза Лилианы расширились, ведь она впервые услышала об этой истории.

— Налоговая проверка от Императорской семьи.

— Налоговая проверка?

— Да! Знаешь, как нам было тяжело?

Лилиана мало что знала о налоговых проверках, но понимала, как трудно было семье Рондини.

— Как неразумно, что трое офицеров Императорской семьи приехали из-за тебя одной...

— Подожди, – сказала Лилиана, нахмурив брови, — почему это произошло?

— Что? Это из-за тебя...

— Из-за меня? Пожалуйста, назови мне ясную причину, а не расплывчатую.

Зенита крепко стиснула зубы.

Какая изворотливая...

Если быть точным, это произошло, потому что семья девушки украла средства Лилианы на проживание. Но она не могла сказать правду.

— Это то, что сказала Герцога.

— Что?

— Она сказала, что ей не нравится тот факт, что тебя вырастили в скромной семье, так что...

— Это сказала твоя мама? – с сомнением спросила Лилиана.

Зенита тут же повысила голос:

— Да! Так, из-за тебя моя семья была уничтожена!

— Моя мама не такая.

— Откуда ты знаешь? – Зенита вздёрнула кончик подбородка. — Разве это не образ Герцогини, известный всем в мире?

— Известный всем?

— Именно так!

— Не смей так говорить о моей маме, – Лилиана свирепо посмотрела на Зениту. — Моя мама – самый милый человек в мире.

Услышав твёрдый голос, Зенита на мгновение потеряла дар речи. Когда она забирала Лилиану из приюта, Герцога посмотрела на семью Рондини крайне свирепо. Девочка с того времени навсегда запомнила фиолетовые глаза.

Самая добрая в мире?

— Так или иначе! Из-за тебя мы пострадали! Разве мы не должны теперь получить компенсацию?

— Мне не ясен ущерб, причинённый мной. Так почему я должна вам что-то компенсировать? – Зорко глядела Лилиана на собеседницу.

— Разве ты не знаешь, что семья Герцога – самая богатая в Империи? – угрожающим голосом проговорила Зенита. — А наша семья владеет детским домом.

— И?

— Сделай пожертвование!

Девушка уверенно выпятила грудь.

— Кроме того, мы вырастили тебя. Поэтому это ещё дешёвая цена.

Оглядев Лилиану, Зенита лукаво улыбнулась.

— К тому же, если ты не послушаешь моё предложение, у тебя тоже будут проблемы. Не так ли?

— Я не понимаю, о чём вы?

— Ребёнок, что станет следующей Герцогиней, — Зенита шагнула к Лилиане и прижалась губами к её уху, — даже не представляешь, какую милость получала до сих пор. И ты ведёшь себя так неблагодарно?

— Но...

— А если поползут слухи, что леди отказалась от пожертвований... – Зенита понизила голос. — Репутация Герцога упадёт, не так ли?

Лилиана закусила губу.

Для Лилианы сейчас не было ничего более ценного, чем семья. А значит, что это и есть её слабость. Зенита вникла в это без раздумий.

— Хотя Рондини – не такая сильная семья, как Герцогская, но мы тоже можем распространить слухи.

— Но...

— Иногда они в социальном мире обладают огромной силой.

Зенита, расхохотавшись, потрепала Лилиану по плечу.

— Что ж, скоро увидимся. Так что хорошенько подумай о произошедшем сегодня. И ты понимаешь: это тайна между нами, верно?

Сказав это, Зенита быстро обернулась. Лилиана, которая тупо смотрела ей в спину, опустила голову на пол.

— В самом деле... Из-за меня пойдут такие глупые слухи?

Что мне делать?

В глазах Лилианы потемнело.

* * *

Тем вечером.

Эллиот и Лилиана вернулись домой. Анриш направилась прямо к входной двери, чтобы поприветствовать детей.

— Идите сюда, ребята.

— Мама! – Эллиот прыгнул в объятия Герцогини.

После Лилиана поприветствовала её угрюмым голосом:

— Привет, мама.

— А?

Что-то было очень странным в её поведении. Обычно Лилиана сразу же подходила к маме и рассказывала обо всём, что произошло за день. Анриш задала вопрос, пытаясь выведать информацию:

— Как дела, Лилиана? Ты сегодня повеселилась?

— Ах.

Лилиана, которая какое-то время молчала, заговорила тихим голосом.

— Прости, мама.

— Что?

— Ты подарила мне эту одежду, а я испачкала её.

— О Боже, тебе вообще не о чем беспокоиться, – Анриш посмотрела на Лилиану жалостливым взглядом. — Из-за этого ты такая грустная?

— Нет. Это не так.

Лилиана, смотревшая на маму сложным взглядом, тут же покачала головой.

— Большое спасибо за чай и закуски.

— Я рада, что тебе понравилось, Лилиана.

— Я была очень счастлива. Но думаю, я съела слишком много, поэтому не голодна, – Лилиана неловко улыбнулась. — Я не хочу сегодня ужинать, ты не против?

— Делай, как тебе удобно, – Анриш слегка кивнула головой.

Лилиана, которая смотрела вниз, вернулась в свою комнату. В то же время Герцогиня посмотрела на Эллиота.

— Что-то случилось с Лилианой?

— Не знаю, однако она ведёт себя так после окончания чаепития, – ответил Эллиот, нахмурившись. — Даже когда я спрашивал причину, не получил ответа. Поэтому я тоже немного расстроен.

— Спасибо, – Анриш похлопала Эллиота по плечу и посмотрела в сторону исчезнувшей Лилианы.

Фиолетовые глаза сузились.

* * *

Услышав короткий стук, Лилиана, лежащая на кровати, подняла голову.

— Лилиана, это я. Можно войти.

— Да, – она торопливо встала с кровати.

Тем временем Анриш вошла в комнату. В руках она держала поднос с супом.

— Я подумала, что было бы плохо вообще пропустить приём пищи. Поэтому я принесла суп. Хочешь немного поесть?

— Да... – Лилиана молча схватила ложку, уставившись на суповую тарелку, чтобы проверить, нет ли у неё аппертита.

Анриш осторожно спросила:

— Сегодня что-нибудь случилось? Ты обижена на то, что я прислала угощения и чай, не предупредив?

— Нет! – Лилиана, поражённая, вскочила со своего места. — Я правда была очень рада.

— Тогда не должна ли ты широко улыбаться? – Анриш нежно погладила Лилиану по щеке. — Почему ты сегодня кажется мне такой мрачной?

Лилиана на мгновение замолчала. Анриш терпеливо ждала, пока ребёнок будет готов заговорить. На это потребовалось несколько минут. Лилиана, колеблясь, открыла рот:

— Мама...

— Да, расскажи мне.

— Почему бы нам не сделать пожертвование приюту Рондини?

Анриш удивлённо посмотрела на Лилиану.

— Барон Рондини подвергся налоговой проверке из-за меня!

В одно мгновение лицо Анриш стало холодным.

Откуда она узнала? Я специально ничего не сказала, чтобы не поставить Лилиану в неловкое положение...

— Подожди, Лилиана.

— Да?

— Откуда ты узнала о проверке?

Лилиана напрягла плечи при этом вопросе.

— Юная Баронесса рассказала тебе об этом?

Анриш знала, что Зенита присутствовала на сегодняшнем собрании клуба. Даже угощения и чай не помогли. Сказала ли она об этом при стольких людях? Конечно, сейчас Лилиана не знала, что делать и как себя вести.

Герцогиня вздохнула:

— Если я обидела тебя своими действиями, то сожалею.

— Нет, я не обижаюсь! – сама того не осознавая, Лилиана повысила голос.

Насмешливый голос Зениты вдруг пронесся в голове. Казалось, кто-то пронзил её сердце кинжалом. Лилиана подняла руку и прижала её к груди:

— Мне жаль... Причина, по которой барон подвергся проверке, во мне.

Анриш серьёзно слушала Лилина, после чего заговорила:

— Подожди, – махнув рукой, Герцогиня спросила её: — О чём ты говоришь?

Поколебавшись какое-то время, Лилиана, наконец, поняла, что произошло. Зенита утверждала, что Барон подвергся проверке из-за гнева Анриш.

— Если мы не сделаем пожертвования, они распустят плохие слухи... – сказав это, Лилиана хорошенько закусила губу.

Анриш, смотревшая на Лилиану запутанным взглядом, заговорила:

— Во-первых, мне стоит объяснить, почему Барон подвергся проверке.

— Почему?

Анриш кивнула головой:

— На самом деле, Барон не имел права обращаться с тобой, как со служанкой.

При этих словах Лилиана неожиданно и удивлённо моргнула.

— На твоё имя осталось всё богатство Графа.

— Но Рондини сказали, что моё воспитание стоит больших денег... – Лилиана не могла скрыть сомнение. — И если я хочу погасить расходы на жизнь, должна работать, пока не стану взрослой.

— Конечно, это ложь, – заключила Анриш. — Раз в месяц расходы на проживание перечислялись на счёт Барона Рондини. Кроме того, дополнительные деньги, которые он получил, были куда более существенными.

— Боже мой... – глаза Лилианы расширились.

Анриш спокойно продолжила:

— Они просто платят за преступление. Так что Лилиане не о чем беспокоиться.

Лилиана закусила губу до крови. Чувство предательство внутри разрасталось. На самом деле, она не имела никакого долга перед Баронами. И причина, по которой Анриш оставила их под налоговым расследованием, совсем в другом.

И Лилиане полезнее избавиться от таких родственников.

Я многому научилась благодаря этому инциденту.

Поэтому на этот раз Анриш решила сначала спросить обо всем у Лилианы.

— Лилиана.

— Да, мама? – спросила она тихо.

— Теперь, когда всё свершилось, я хочу предпринять шаги, чтобы гарантировать: что ты не столкнёшься с Бароном Рондини в будущем.

— А?

Анриш тут же добавила:

— Конечно, если Лилиане это не нравится, я этого делать не буду.

Ребёнок сжал кулак своей маленькой ладонью. Но тревога длилась недолго.

— Пожалуйста... Я согласна.

Анриш крепко обняла Лилиану и нежно провела рукой по спине ребёнка. Её тело, которое было жёстким и напряжённым, к тому времени немного смягчилось.

— Наша Лилиана больше не так расстроена?

Девочка слегка кивнула и спрятала голову в объятиях Анриш. Лилиана чувствовала себя, как слабый цыплёнок, следующий за своей матерью-курицей. Анриш никак не могла прервать это.

* * *

В то же время в особняке Торниан.

Анита глубоко задумалась. Почему Лилиана так поступила? То, что произошло раньше, не выходило из головы. Если бы это была Анита, она бы точно заставила Лилиану всё убрать.

Но Лилиана...

Она не злилась? Лишь спросила:

— Всё в порядке?

Почему?

— Пора спать, – чувствуя себя неловко, словно сидя на тростниковой подушке, Анита перекатилась через одеяло.

Но до самого утра она так и не смогла уснуть.

* * *

Анриш, дождавшись, пока Лилиана уснет, вышла из комнаты.

— Эллиот уже должен спать? – она взглянула в сторону его комнаты.

Сегодня, кажется, что у Лилианы сложное сердце во многих отношениях, поэтому я думаю, лучше быть рядом с ней.

— Эллиот в порядке?

— Конечно, Джейн там.

Наоборот, достаточно того, что Эллиот улыбался. Это успокоило Анриш. Думая о необыкновенное внешности своего сына, она невольно слабо улыбнулась.

— Тем не менее, давай проверим, хорошо ли он спит.

Хочу увидеть его спящее лицо.

Анриш столкнулась с Алексеем, который как раз вовремя вернулся домой.

— Жена?

— Ах? – Анриш поражённо подняла голову. — Всё в порядке?

— Да. Но уже поздно. Так почему ты не спишь?

— Я сначала проверю, хорошо ли спит Эллиот.

Услышав этот ответ, Алексей спросил её с тонким выражением лица:

— Почему Эллиот и Лилиана сегодня спали раздельно?

— Что?

— Обычно жена и дети спят вместе.

Анриш слегка прикусила кончик языка. Алексей, который разглядывал выражение её лица, обеспокоенно спросил:

— Что-то не так? Выражение лица почему-то мрачное?

Говоря это, Алексей искренне переживал за жену. Анриш, которая по привычке собиралась ответить "ничего", остановилась и закрыла рот. Лилиане угрожала маленькая Баронесса Рондини, поэтому это весьма важное происшествие.

...Могу ли я попросить совета у Алексея по этому поводу?

Анриш взглянула Алексею в глаза. На самом деле, она всё понимала. Империя – патриархальное государство, особенно, когда дело касается детей и матерей. Но Алексей, которого она видела до сих пор, очень любил детей.

— На самом деле...

Анриш объяснила Алексею, через что Лилиане пришлось пройти. Несмотря на все переживания в душе, Алексей всегда был внимателен к рассказу.

— Теперь мы не оставим семью Барона в покое.

Его привычная кроткая внешность никуда не делась, а голос был поистине кровавым.

— Семья Рондини уже несколько раз прикасалась к ребёнку, чтобы игнорировать их, потому что они родственники Лилианы, – подавляя злость, Алексей продолжал говорить. — Чтобы не дать Барону Рондини получить доступ к ребёнку, лучше всего установить физические ограничения.

— Ограничения?

— Конечно, мы должны посадить его в тюрьму.

— Тюрьма?

Анриш не ожидала услышать такой ответ, потому, сама того не осознавая, широко открыла глаза. Но Алексею казался искренним.

— Только предыдущая налоговая проверка посадит его в тюрьму.

— Это действительно возможно?

— Конечно. Прежде всего, Императорский двор доказывает их грехи.

То, что я услышала, было правильным. Налоговая проверка была проведена Императором. Поэтому все доказательства и свидетели принадлежал ему.

— В принципе, преступление уже заслужило бы тюрьму. Но я старалась избежать чрезмерного наказания, учитывая доброе сердце Лилианы.

Алексей, который все еще говорил, вдруг ухмыльнулся и посмотрел в лицо Анриш.

— Извини. Должно быть, я слишком агрессивен.

— Но это хорошее мнение. Спасибо.

Анриш покачала головой. Неудивительно, что она с самого начала планировала организовать нечто подобное.

— Если есть возможность, лучше поймать сразу всех трёх зайцев.

Самой большой проблемой были Рондини. Но Торнианы и Виконтесса также действовали на нервы. Если Виконтесса действительно посоветовала Аните сделать чаепитие, это плохо скажется на Лилиане.

Лицо Анриш похолодело. Должен быть какой-то способ. На мгновение фиолетовые глаза блеснули. Нечто интересное пришло ей в голову. Анриш резко открыла рот:

— Герцог. Скажите мне, сколькими деньгами я могу управлять?

В ответ на довольно случайный вопрос Алексей мягко нахмурил брови.

— Почему ты спрашивает?

— Ах... – глядя в знойное лицо Алексея, Анриш жевала мягкую плоть во рту.

Оглядываясь назад, Герцогиня до сих пор жила роскошным злодеем. Для Алексея вполне естественно быть таким чувствительным.

— Нет предела тому, как Герцогиня может управлять нашими активами.

В ответ на неожиданный ответ Анриш моргнула:

— Я думала, тебя беспокоит роскошная жизнь.

— Почему? – недоумевал Алексей. — Разве это не из-за Лилианы?

— Конечно.

— Тогда я доверяю тебе, – решительно и без малейшей дрожи ответил Алексей.

Он доверяет меня? Удивительно, учитывая личность Анриш из оригинальной истории. Я понимаю, как это сложно.

Почувствовал, что её кончик носа почему-то дергается, Герцогиня тайком отвела глаза.

— Спасибо...

— Не за что благодарить, – Алексей кашлянул. — Кроме того... Разве не естественно, что супружеские пары доверяют друг другу?

— Да?

— По крайней мере, я так думаю.

Сказав это с силой, Алексей повернул голову как ни в чём не бывало. Но затылок его уже был в красноватых пятнах. Улыбка медленно озарила лицо Анриш. Такая яркая, как солнце.

Несколько дней спустя.

Мисс Торниан без задней мысли открыла письмо. Рассматривая текст, она невольно нахмурила брови. Неудивительно, ведь сообщение написано на роскошной бумаге и в украшенном конверте.

И имя отправителя – Герцога Анриш Валлиос.

— Какого чёрта Герцогиня пишем мне?

Сколько бы девушка не думала об этом, не могла найти никакой причины для переписки между ними. Они никогда не были слишком близки. И, прежде всего, Торниан был помолвлен с Бароном Рондини.

То, что Валлиос в последнее время считали Рондини врагами – общеизвестный факт. Мисс Торниан сглотнула сухую слюну и вскрыла конверт. В то же время её глаза расширились.

— А?..

Несмотря на всё это, содержание письма было вполне вежливым.

[Дорогая мисс Торниан,

Здравствуйте. Кажется, я впервые пишу такое письмо. Ничего особенного, я лишь недавно подумывала о покупке нового здания.

Тем не менее, думаю, будет нечестно двигаться в одиночку. Не могли бы вы сопровождать меня? Так как нам нужно поговорить.

Жаль, что у нас не было возможности пообщаться раньше. Но на этот раз я хочу узнать у вас некоторые вещи.

Буду ждать ваш ответ.]

— Вы хотите подружиться со мной?

Мисс Торниан взглянула на подпись Герцогини, написанную элегантным почерком. Само письмо выглядело безупречно и тонко в то же время.

— Но ведь на нашу дружбу нет никаких причин, верно?

В отличие от Валииосов, которых можно сравнить с Императорской семьёй, Торнианы – простые люди.

— Тогда, если я отклоню предложение... Нет, этого не произойдёт.

Разве противница не "та самая" Герцогиня Валлиос? Мисс Торниан не знала, какое зло можно сделать, если поспешно отклонить предложение. Тыльная сторона руки, записывающая ответ, не могла справиться с напряжением, тихо дрожа.

* * *

Роскошная карета с гербом Герцога Валлиоса остановилась перед особняком Торниан, скользя по земле. Женщина вышла из особняка с напряжённым выражением лица.

— Герцогиня приехала в дом заранее, чтобы забрать меня?

Конечно, близкие друзья нередко ездят на каретах друг друга, но что насчёт их отношений?

Двери кареты открылись. Анриш, которая полулежала внутри, огляделась.

— Ах, я вижу Герцогиню Валлиос?

Мисс Торниан попыталась скрыть своё замешательство и как можно вежливее склонила голову. Анриш любезно приняла приветствие.

— Здравствуйте, Мисс Торниан. Спасибо, что приняли предложение.

— Нет, что вы...

Женщина быстро покачала головой и села в карету.

Затем Торниан взглянула в глаза Анриш.

— Вы когда-нибудь видели здание?

— А? Ах, да, конечно. Если Герцогиня выбрала именно его, должно быть, это правда нечто красивое?

Она отчаянно улыбнулась, пытаясь соответствовать Герцогине.

Но Анриш лишь странное улыбнулась.

О чём мы, чёрт возьми, говорим?

Мисс Торниан почувствовала, как холодный пот течёт по спине. Прошло некоторое время. Карета ехала по знакомой дороге и остановилась перед двухэтажным знакомым домом.

Что?!

Мисс Торниан невольно широко раскрыла глаза.

Это приют Рондини?..

Она спрятала растерянный взгляд, но не могла сдерживать волнение. Анриш, выглянув в окно как раз вовремя, спокойным голосом подтвердила, что это и есть пункт назначения.

— Мы прибыли, можем выходить.

— Ах, да?

Не позволив женщине высказать своё мнение, Анриш быстро вышла. Мисс Торниан поспешно последовала за Герцогиней.

— Я собираюсь купить это здание.

— Ах, правильно.

Анриш небрежно кивнула, а рот Мисс Торниан был широко открыт.

— Но семья Рондини не может продать здание приюта...

— Нет, они продадут его.

Услышав твердый ответ, Мисс Торниан озадаченно посмотрела на Анриш. Оперативная группа начала прибывать издалека. Почувствовав холодок в спине, Мисс Торниан замерла на месте, сама того не осознавая.

Казалось, будто она стала соучастницей крупного преступления. Кроме того, среди охранников был и человек в форме имперского налогового инспектора. Что, чёрт возьми, за ситуация?!

Мисс Торниан никак не могла понять, что происходит. Начальник охраны, находившийся в первых рядах, сурово заговорил:

— Отныне по приказы Его Величества Императора мы проведём обыск и захват приюта Рондини.

Что?!

Постепенно ситуация вышла из-под контроля. Охранники все прибывали.

— Да! – солдаты ответили громким голосом и ворвались в приют. Судья и налоговый инспектор приветствовали Анриш:

— Здравствуйте, Герцогиня Валлиос. У нас много дел сегодня.

Герцогиня выглядела крайне расслабленной даже в такой ситуации. Кажется, весь мир сейчас находился в её ладонях.

Барон Рондини и его жена были схвачены силами безопасности и вытащены наружу.

— Вы хоть знаете, кто я?! Как смеют охранники касаться дворян?!

— Грязные простолюдины, уберите руки, пока не стало хуже!

Пара ссорилась, подбадривая друг друга.

— За подобное вы лишитесь головы!

— Чтобы так обращаться с дворянином... Вы должны быть сурово наказаны!

Пара рефлекторн повысившая голос, проглотила конец слов, увидев главную героиню происходящего.

— Заны... Герцогиня Валлиос?!

— Силы безопасности просто следуют высшему приказу Его Величества Императора.

Сказав это, Анриш широко улыбнулась. Барон Рондини запнулся и заговорил:

— Герцогиня, что здесь происходит...

— Я лишь хотела убедиться, что вы двое получили надлежащее наказание.

Барон и его жена глупо уставились на Герцогиню.

— Надлежащее наказание?..

— Вы уже забыли? Похоже, вы страдаете потерей памяти.

При таком вопиющем замечании силовикам пришлось потрудиться, чтобы сдержать вырывающегося Барона. Лица пары стали ярко-красными. Но независимо от всего, Анриш говорил небрежно:

— Я ведь уже говорила вам. Если вы в будущем посмеете коснуться Лилианы, жестоко поплатитесь, – улыбка Герцогини стала немного мрачнее и холоднее, чем лед. — Думаю, я ответила соответствующим образом.

— Но если вы пытаетесь обвинить нас, мы не сделали ничего плохого!

— Вы присвоили деньги, которая Лилиана получила на проживание.

Бароны вдруг остановились и напряглись.

— Вы думали, что наказание за это дело закончится обычной выплатой штрафа?

— Но дело ведь уже закрыто!

— Кто сказал это? – Анриш посмотрела на них холодным взглядом. — Вам не кажется, что вы извлекали выгоду из Лилианы, которая считала вас последними родственниками?

— Выгоду?

— Семья Рондини обошла налоговую проблему, заплатив штраф, – холодный и спокойный голос пронзал сердце, как нож. — Но хищение карается не только штрафом, но и лишением свободы до пяти лет.

Барон Рондини, его жена и Мисс Торниан казались слегка ошеломлёнными. Конечно, они знали об этом, но никогда не видели на практике. Обычно дворяне лишь платили штраф за содеянное.

— Его Величество Император тоже был очень доволен.

— Подождите, Его Величество Император?..

Услышав неожиданно появившееся грозное имя, Барон Рондини и его жена застыли на месте.

— Герцогиня, о чём вы сейчас говорите...

— В самом деле, не так ли? Дворяне были настолько едины в своём внутреннем я, что забыли о наказаниях, – Анриш лишь слегка пожала плечами. — На этот раз Герцогство подняло вопрос напрямую, чтобы вы не могли подать пример другим дворянам.

Барон Рондини и его жена чувствовали,  как их кости размякли.

— Его Величество Великий Император намерен установить торжественный Имперский закон через Герцога Валлиоса. Если вас накажут, семья действительно рухнет.

— Какими бы могущественными не были Валлиосы, то, что вы делаете сейчас – уже слишком!

— Как вы можете поступать так с аристократами?!

— Хах, хотите успокоить дворянство? – Анриш наклонила голову наискось. — Все, что я делаю сейчас, неизменно.

Несмотря ни на что, лицо Герцогини выглядело спокойным. Однако вопреки её выражению лица, её слова звучали слишком жестко:

— Как вы думаете, кого поддержит аристократия? Герцога Валлиоса или барона Рондини?

Барон и его жена, получившие ножевое ранение в сердце, тайно смотрели друг другу в глаза. Но слова Анриш ещё не закончились.

— Вместо этого вы двое теперь отказываетесь от приказов Император и пытаетесь использовать аристократов в качестве щита.

— О нет!

— Мы не это имели в виду! – разозлившийся Барон Рондини крича.

Оценивая лица двух людей, которые внезапно побелели, Анриш медленно закончила разговор:

— Интересно, как вы двое будете выглядеть в глазах Его Величества Император?

Чёрт!

Барон Рондини стиснул зубы так сильно, что его коренные зубы разрушились. В этот момент Баронесса с лицом, полным страха, сжала воротник своего мужа.

— Что нам теперь делать?..

— Прекрати! – барон резко выстрелил сдавленным голосом.

В словах Анриш не было ничего плохого, поэтому они были ещё более душераздирающими. Так как Императорская семья проводила налоговое расследование, у них также имелись улики и свидетели. Другими словами, Его Величество решил сотрудничать с Герцогом Валлиосом.

Бежать больше некуда. Барон Рондини крепко закрыл глаза, после чего открыл их:

— Мы не должны ссориться с Герцогиней сейчас. Нам нужно выйти из ситуации и спланировать будущее, – полностью изменившись в лице, он смиренно склонил голову. — Герцогиня...

— Давайте поговорим об остальном в суде и тюрьме, – Анриш больше не желала их слушать.

— Герцогиня, пожалуйста, не делайте этого! Разве вы не дворянка? Мы будем так осторожны, что даже не приблизимся к Лилиане!

Когда с его уст слетели эти слова, Анриш не сдеражалсь:

— Уберите их немедленно!

При этих словах Рондини широко открыл глаза.

— Эти люди воруют деньги, которые являются основой Империи! Уберите их отсюда немедленно!

— Герцогиня Валлиос!

Анриш, глядя на них, ухмыльнулась.

— Если бы вы не начали это, я бы тихо ушла отсюда. Поэтому прекратите, если не хотите добавить к обвинению запугивание хозяйки дома Валлиос.

Наступило тяжёлое молчание. Барон Рондини открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но вдруг инстинктивно понял – чем больше он сопротивляется, тем хуже становится.

— Отпустите меня! Я могу идти сам!

— Преступники всегда много говорят.

Барон Рондини яростно замахал рукой, но ответ силовиков прозвучал холодно. В конце концов, пару просто затащили в полицейский участок. Анриш, наблюдавшая за этим, элегантно оглянулась на Мисс Торниан.

— Мне жаль, что я показала вам свою грубую сторону. Должно быть, вы удивлены.

От звука её шелковистого мягкого голоса Мисс Торниан внезапно проснулась.

— Ах, да... Это здание...

В то же время Анриш кивнула подошедшему администратору. Затем почтительным жестом он предоставил бумагу и ручку. Анриш была удивлена:

— Вы подготовили документы заранее?

— Это приказ Герцога.

— Герцога?

— Да, он попросил меня выполнить работу без каких-либо неудобств, – администратор кивнул.

В ответ выражение лица Анриш впервые смягчилось. Она тут же приняла документы, которое были оплачены одной подписью и уже тщательно обработаны, чтобы владелец мог измениться. Стремление сделать её как можно более беспроблемной выделялось.

— Ха, Герцог, вы позаботились обо мне.

По какой-то причине её настроение стало мрачным. Анриш невольно слабо улыбнулась:

— Пять тысяч, верно?

— Да, всё верно.

— Я выплачу всё единовременно, – Анриш достойно поставила свою подпись в конце бумаги.

Мисс Торниан, наблюдавшая за всем процессом, сделала отчаянное усилие, чтобы не показать удивление. Но, несмотря на все её тщетные усилия, зрачки уже сильно расширились.

— Пять... Пять тысяч?

Это трехэтажное здание, расположенное на землях острова, поэтому цена, конечно, будет немалая. Но Мисс Торниан и представить не могла, насколько это огромная сумма.

— Да, цена довольно высокая.

Анриш снова вспомнила появление Баронессы Рондини, которая со стоном сжала свои плечи.

— Но выплата этой суммы единовременно... – мурашки поползли по её позвоночнику.

Больше всего удивляла прямолинейность Анриш. Она ведь не могла показать эту картину просто так. Лишь в тот момент Торниан поняла: если их семья выступит против Валлиосов, то никуда не смогут выжить. Подавляющее богатство и влияние, которые могут разрушить семью с помощью Императора.

Предупреждение, что Анриш может сделать то же самое с семьей Торниан в любое время.

Женщина почувствовала, как у неё пересохло во рту. В то же время Анриш говорила с ней с улыбкой на лице:

— Тогда с делами покончено. Может быть, выпьем чаю в уютном кафе? – спокойный тихий голос Герцогини, которую, кажется, вовсе ничего не волновало, поразил Мисс Торниан.

* * *

Над роскошной чашкой поднялся пар. Аромат чая оставался на кончике носа. Но Мисс Торниан не обращала на это никакого внимания.

Чувствую себя, как заключённый, приговорённый к смертной казни.

Ощущая сухость во рту, Миссис Торниан глотнула тёплый чай, как холодную воду.

— Хорошо пахнет, – в то же время Анриш говорила по-дружески, чем поражала ещё сильнее.

Мисс Торниан вдруг закашляла. Герцогиня торопливо протянула её носовой платок:

— О Боже, вы в порядке?

— Ах, да... – Мисс Торниан смогла перестать кашлять только через некоторое время.

— Приятно проводить время вот так наедине с вами, – сказала Анриш безупречно элегантно.

Глотнув чай, она поставила чашку на стол.

— Думаю, из-за слухов в социальных кругах меня все тайно избегали.

— Ха-ха-ха.

Все потому, что Герцогиня Валлиос – одна из самых ужасных "злодеек" в обществе. В последнее время ходили слухи, что она стала гораздо мягче, чем раньше. Но люди не верили слухам, если не видели все своими глазами.

И в положении Мисс Торниан нельзя было увидеть мягкость. Тем не менее, фиолетовые глаза, спокойно смотрящие на неё, были похожи на острые лезвия. Казалось, что раньше всё было намного лучше. В то время Мисс Торниан могла справиться с проблемами, полагаясь на чутьё, но теперь...

Я не понимаю, о чём ты, чёрт возьми, думаешь!

Именно так кричал внутренний голос Мисс Торниан.

— Я действительно счастлива, что у нас есть возможность вот так поговорить наедине.

Звук поставленной чашки был особенно громким для ушей. В то же время Анриш глубоко вздохнула.

— Правда в том, что это была ссора детей. Поэтому я не хотела ввязываться. Но, в конце концов, не знаю, как долго все это продлится.

Подождите, о чём мы вообще говорим?

Мисс Торниан озадаченно посмотрела на Анриш.

— Конечно, нет причин вмешиваться в отношения детей.

— Но вы говорите...

— Но каким бы не было отношение ваших детей к Лилиане, разве это дает вам право вмешиваться и относиться плохо к ребёнку?

— Подождите минутку.

Мои дети плохо обращались с Лилианой? О чём она, чёрт возьми, говорит?

Мисс Торниан пыталась открыть рот, но Анриш всё ещё говорила:

— Я знаю, что Торниан и Рондини уже давно помолвлены и находятся в постоянном контакте. И, конечно, ваши дети могли видеть, как дочь Рондини снова и снова обращается с Лилианой, будто та служанка.

— Но Герцогиня...

— Однако теперь ситуация изменилась. Лилиана – невеста Эллиота и будущая Герцогиня Валлиос, – Анриш всё ещё твёрдо перебивала её. — Кроме того, когда дело касается моих детей, я не собираюсь отступать.

По спине Мисс Торниан стекал пот. Герцогиня Валлиос недавно полностью исключила Барона Рондини из аристократического общества. И теперь, когда оба попали в тюрьму, можно с уверенность сказать о распаде семьи. В этой ситуации Герцогиня говорила о конфликте между их детьми.

У Мисс Торниан был лишь один выбор.

— Герцогиня Валлиос, прошу прощения, – женщина всплеснула руками, мокрыми от холодного пота.

От волнения её руки дрожали.

— Думаю, мои дети... Сделали что-то не так?

В одно мгновение в фиолетовых глазах проступило характерное выражение.

— По крайней мере, я об этом не знала, – Мисс Торниан продолжала дрожащим голосом. — Отныне этого не повторится, я обещаю вам.

— Это хорошо, – Анриш кивнула.

Атмосфера вокруг стала вдруг светлее.

— И еще один совет – внимательнее присмотритесь к своим сотрудникам.

— Сотрудникам?

— Да. В частности, к репетитору. Это человек, которому поручается шлифовка драгоценных детей, верно?

Анриш склонила голову, словно мурлыча. Это выглядело несколько неряшливо.

— Я также сильно страдала из-за проблемы с учителем Лилианы.

В этот момент Мисс Торниан поняла одну вещь.

— Между прочим, вашу дочь обучает виконтесса, не так ли?

До сих пор я верила только слова виконтессы, что говорила о несправедливости Герцогини Валлиос. Но... Неужели это так? И тогда Анита была особенно скупой... Думаю, это произошло после того, как виконтесса стала её учительницей.

Мисс Торниан закусила губу.

— Спасибо за совет...

Впервые ей в голову пришла мысли о том, что нужно узнать больше о репетиторе. Сдерживая сомнения, охватившие её до кончиков пальцев, Мисс Торниан мягко опустила голову. Но слова Анриш ещё не закончились:

— Это всего лишь моё мнение. Но я думаю, люди из других семей также должны подумать о этом.

— Если бы я...

— Виконтесса обучает детей из нескольких семей. Не только Торниан, – Анриш продолжила так, словно действительно волновалась. — Если держать рядом с собой черную тушь, то часто пачкаешь руки и ноги, сам того не осознавая. Это простая история. Сколько бы Мисс Торниан ни говорила, нужно убрать чернильницу.

Голос герцогини стих.

— Если друзья, с которыми вы общаетесь, испачканы, вы можете сделать также?

— Я понимаю, что вы имеете в виду, – Мисс Торниан тяжело кивнула.

В это время Анриш ярко улыбнулась.

— Кажется, я только что сказала что-то слишком тяжёлое, – нежным голосом сказала она. — Лимонный пирог из этого магазина известен тем, что он очень вкусный. Хотите попробовать?

— Спасибо, Герцогиня.

Её отношение было похоже на старую подругу. Мисс Торниан улыбнулась, разрезала пирог вилкой и положила в рот. Торт просто таял во рту, как песок, и распространял лимонный вкус.

* * *

Тем же вечером.

Мисс Торниан, которая вернулась домой, немедленно встретила детей:

— Питер, Анита, оба подойдите сюда.

Мисс Торниан окружала кровавая атмосфера, не похожая на обычную. Дети напряглись и, разговаривая, смотрели друг другу в глаза:

— Почему мама такая злая?

— Я не знаю!

— Почему вы не подходите? – раздался рёв.

Удивлённые брат и сестра подошли к матери. Мисс Торниан посмотрела на детей суровым взглядом.

— Что, чёрт возьми, вы сделали?

Смущённая Анита заикалась:

— А, что?

— Вы что, оглохли? – раздался рёв, сотрясающий дом. — Сколько раз я говорила вам не доставлять неприятности детям Герцога Валлиоса?

Дети застыли на месте.

— Я слышала, что вы беспокоили Леди Лилиану, это правда?!

— Но...

Питер посмотрел сестре в глаза и нерешительно открыл рот. Анита, не в силах справиться с тяжёлым воздухом, наконец вмешалась пронзительным голосом:

— У... Учитель сказала, что всё в порядке!

— Учитель? Ты говоришь о Виконтессе?

В одно мгновение глаза мисс Торниан похолодели. Почему-то сейчас она вспомнила разговор с Герцогиней Валлиос.

— Итак, что она сказал тебе, Анита?

Когда женщина спросила Аниту, та осторожно открыла рот:

— А, это...

Итак, выслушав обстоятельства, Мисс Торниан приподняла брови:

— Боже мой, я думала, она надёжный человек.

Когда ребенок мыслит незрело, он становится импульсивным. Закусив губу, Мисс Торниан посмотрела на мою дочь с суровым выражением лица.

— Сначала извинись перед Лилианой.

— Но мама! – Анита, словно протестуя, повысила голос.

Конечно же, она быстро опустила хвост, когда встретилась со свирепым взглядом матери.

— Значит, ты не считаешь, что сделала что-то не так?

— Нет, – упрямо сомкнув губы на долгое время, Анита кивнула головой с мрачным выражением лица. — Да, я была неправа.

Собственно, у самой Аниты было много мыслей о том, что произошло за этим чаепитием. При появлении Аниты, которая вежливо извинилась, Мисс Торниан только вздохнула.

— Должно быть, у меня довольно много работы.

Возможно, из-за того, что Аниту воспитывали как младшую дочь, она была очень упрямой. И такой ребёнок коротко извинился...

— Как нам поступить в этой ситуации?

У Мисс Торниан болела голова, отчего она невольно зажмурила глаза.

* * *

Один день спустя.

Мисс Торниан прислала искреннее письмо Анриш.

[Похоже, воспитатель давала детям неадекватные импульсы.

Большое спасибо за ценный совет. Я тут же уволила его. И совет, который вы дали, я добросовестно его исполняю.]

Злая улыбка скользнула по губам Анриш, когда она прочитала содержимое. Но при стуке в дверь Герцогиня положила письмо в ящик стола и покачала головой.

— Заходите.

Дверь открылась, и в комнату ворвались Лилиана и Эллиот.

— Я здесь, мама!

— Я дома!

Закричали они в один голос. Эти двое детей были похожи на цыплят. И Анриш почувствовала, как кончик её губ приподнялся.

— Как дела, ребята?

— Всё хорошо! – Лилиана кивнула и открыла рот с ярко открытыми глазами.

— Сегодня был действительно странный день, – сказал Эллиот.

— Странный?

— Да! Питер и Анита Торниан извинились передо мной!

— О Боже, правда?

Злая улыбка Анриш стала немного мрачнее.

Не замечая такого выражения лица Анриш, Лилиана продолжала говорить с волнением.

— Все извинились за чаепитие! И даже за фехтование!

— Боже мой, это здорово! Теперь ты счастлива?

Лилиана сжала кулаки.

— На самом деле, я постоянно беспокоилась, что буду продолжать ругаться с Торниан.

А потом она улыбнулась.

— Но теперь не о чем беспокоиться. Всё в порядке, поэтому я рада!

— Да, думаю, тебе повезло.

В этот момент вмешался Эллиот с серьёзным выражением лица:

— Честно говоря, я не доверяю той девушке.

— Эллиот.

— Если они только попробуют снова мучить Лилиану...

Анриш восторженно посмотрела на сына, полного злобы. Да, даже в оригинальной истории все так и было. В тот момент, когда Герцогиня кивнула головой, Лилиана заговорила, глядя ей в глаза:

— Кстати, мама, правда, что ты купила приют Рондини?

— Да, правда.

На этот раз она не собиралась скрывать правду, поэтому Анриш тепло кивнула головой.

— Тогда... Как ты планируешь использовать это здание?

— А? – от неожиданного вопроса Анриш расширила глаза.

Лилиана добавила слегка нетерпеливым голосом:

— Приют исчезнет совсем?

— Ну, я всё ещё думаю об этом. А почему ты спрашиваешь?

— Ну, эм...

Лилиана, которая некоторое время шевелила пальцами, осторожно заговорила:

— Если приют исчезнет совсем, детям будет некуда идти.

— Лилиана...

Девочка, косо взглянув на Анриш, глубоко вздохнула и закончила:

— Страшно, если им будет негде жить.

Анриш почувствовала боль в груди. Лилиана очень боялась за свою жизнь в приюте Рондини. И если здание пропадет, дети навсегда останутся лишенными жилья. Вероятно, именно этого боялась Лилиана в детстве.

— Я думаю, ты очень заботишься о детях.

Анриш знала описание оригинала. Причина, по которой Лилиана выживала изо дня в день, несмотря на тяжёлую жизнь, заключалась в дружбе с другими детьми. Так было написано.

Подопечные делились едой и относились друг к другу по-доброму, поэтому Лилиана могла все это вытерпеть. А кровные родственники относились к Лилиане, как к служанке. Анриш, которая внутренне фыркнула, добро ответила:

— Не волнуйся. Того, чего опасается Лилиана, не произойдёт.

— Правда?

В ответ на дружеский голос Лилиана подняла голову с посветлевшим лицом.

Несколько дней спустя.

Виконтесса пребывала в сумасшедшем настроении.

— Как, чёрт возьми, это случилось?! – она моргнула и посмотрела на письмо, сложенные на столе.

Хотя отправители были разными, содержание практически не отличалось.

— Почему вы все увольняете меня?!

Не в силах справиться с растущим гневом, виконтесса оттолкнула от себя все письма, сложенные на столе. Увидев бумаги, упавшие на пол, она повысила голос, не в силах понять, почему вдруг все работодатели уволили её.

К сожалению, ответ к ней так и не приходил.

— У меня нет ссоры с Виконтессой, но прошу, пожалуйста, уходите немедленно.

Отовсюду слышались только холодные слова отказа.

— Кажется, семья Торниан подозрительна.

Это вполне обоснованное сомнение. Ведь именно эта семья первая прислала уведомление об увольнении. Начиная с них, письмо поступали из всех возможных мест.

— Вероятно, Мисс Торниан...

Виконтесса вскочила с места и, хлопнув дверью, вышла из комнаты.

* * *

Сегодня Анриш взяла Лилиану и Эллиота с собой в особняк Торнианов. Это произошло потому, что Мисс Торниан однажды пригласила её посетить городской дом весьма серьезным образом.

— Добро пожаловать, Герцогиня!

Мисс Торниан радостно приветствовала семью Валлиос. Питер и Анита стояли перед ней, пригнувшись.

— Что вы делаете? Разве не хотите извиниться перед юной Графиней прямо сейчас?!

На упрёк матери Анита раздражённо запротестовала:

— Мама, я уже извинилась!

— Тем не менее, сделай это ещё раз перед своей матерью.

Конечно, досада быстро исчезла перед суровым выражением лица мамы. Анита, надувшая губы, посмотрела на Лилиану:

— Ну... Я плохо вела себя во время чаепития... – девочка закрыла глаза, шевеля пальцами. — Мне очень жаль.

— Мне тоже... – Питер вмешался в разговор. — Эта битва на мечах и всё, что я делал до этого... Я прошу прощения.

— Всё в порядке, – Лилиана широко улыбнулась. — Спасибо за ваши извинения.

Но, в отличие от Лилианы, Эллиот не выглядел довольным.

— Они извиняются за свою ошибку! За что ты их благодаришь?!

Эллиот, который был в ярости, повысил голос, сам того не осознавая.

— Только попробуйте сделать ещё что-то плохое!

Эллиот крепко сжал кулаки и посмотрел на Торнианов. Его глаза горели гневом, отчего брат и сестра суетливо забегали взглядами. Лилиана, не глядя на них, позвала Юного Герцога:

— Эллиот.

— Но!..

— Я правда в порядке.

Лилиана утешила Эллиота улыбкой.

— Лилиана, ты действительно...

У Эллиота было недовольное выражение лица, но он в конце концов промолчал, следуя воле Лилианы. Мисс Торниан, нервно наблюдавшая за этой сценой, быстро открыла рот:

— Мои дети, конечно, извинились. Но как мать, я очень сожалею.

Затем женщина тайком посмотрела в глаза Анриш. Это значило:

— Я принесла извинения даже перед герцогиней, так что не воспринимайте это больше как проблему и похороните злость.

Увидев отчаяние в глазах Мисс Торниан, Анриш вежливо кивнула головой.

— Хотите чай или прохладительные напитки?

— Ах, спасибо.

Семейство Герцогини было проведено к чайному столу, приготовленному в гостиной. Подаваемый чай и напитки были самого высокого качества. Можно сказать, что усилия Анриш окупились.

Так прошло некоторое время.

— Мама, можем мы пойти в игровую комнату?

— Я хочу показать Лилиане свою новую куклу.

Дети, наевшись закусок и напившись соков, хотели оставить Мисс Торниан и Анриш.

— Нехорошо оставаться наедине. Возьмите няню.

— Хорошо!

После ухода детей Мисс Торниан позвала Анриш:

— Герцогиня...

— Да?

— Разве вы не говорили на днях, что если вы приблизитесь к чернилам, ваши руки почернеют?

— Говорила, – Анриш кивнула головой.

— Я тоже... Я думаю, что Герцогиня была права.

— Могу ли я спросить, что вы имеете в виду?

— С сегодняшнего дня, – продолжала она нервным голосом. — Питер и Юная Леди Рондини разорвали помолвку.

— Боже, – Анриш моргнула обоими глазами и осторожно приподняла кончики губ. — Вы приняли важное решение.

— Всё благодаря совету Герцогини.

— Лекарства, полезные организму, всегда хороши.

Анриш элегантным жестом поставила чашку и продолжила.

— Не все следуют советам.

Вдруг раздался короткий стук.

— Войдите, – сказала Мисс Торниан, думая, что это служанка пришла забрать грязные тарелки.

Но та принесла неожиданные новости:

— Мэм...

— Что случилось?

— Виконтесса прибыла.

— Что? – Мисс Торниан широко открыла глаза.

Почему именно тогда, когда у нас Герцогиня?!

— Никого не пускай в особняк, понятно?

— Не стоит, – Анриш покачала головой. — Нужно знать реальность, чтобы быстрее сдаться.

— Герцогиня, вы уверены?

Анриш, спокойно вставшая со своего места, ярко улыбнулась.

— Теперь, когда всё так произошло, нужно посмотреть на её лицо.

* * *

Виконтесса стояла у двери, подавляя злось.

— Я была наставником для молодой девушки из вашей семьи! Я не делала ничего плохого!

Каждый раз, когда Виконтесса приезжала, горничная всегда выходила поприветствовать её.

— Виконтесса, – услышав голос, зовущий её, женщина подняла голову.

Мисс Торниан смотрела на неё с холодным лицом.

— Кажется, я уже говорила вам. Торнианы больше не нуждаются в услугах Виконтессы.

— Но Мэм!..

Виконтесса поспешно подошла к Мисс Торниан.

— Я понятия не имею, почему меня уволили. Я!..

Продолжая говорить, учительница вдруг остановилась. Потому что за спиной Торниан появилась красивая женщина. Раздалось дружеское приветствие:

— Давно не виделись.

В одно мгновение виконтесса открыла глаза. Конечно же, эта женщина перед ней...

— Герцогиня Валлиос?!

Перед ней стояла Анриш. Она наискось приподняла кончики губ.

— Как ваши дела?

— Как дела?!

Услышав тёплые приветствия Анриш, Виконтесса сжала кулаки. Она потеряла все рабочие места и лишилась средств к существованию. Эта ситуация, в которой просто нельзя также дружески ответить на приветствие. В одно мгновение Виконтесса почувствовала, как что-то жуткое пробежала по её позвоночнику.

Все семьи, которые наняли её, разом послали уведомления об увольнении. Торниан, обрученные с Рондини, пригласили герцогиню Валлиос в свой особняк. А отношение Анриш к ней в этой ситуации вызывало сомнения. Когда Герцогиня небрежно кивнула, Виконтесса разразилась пронзительным криком:

— Я работала с другими семьями! Боже мой, Герцогиня Валлиос! Неважно, насколько плохи наши отношения, разве это не перебор?!

Виконтесса указала на Анриш:

— Вы угрожаете мне, я могу остаться без средств к существованию!

Но Анриш даже не повела бровью, просто наклонила голову. Спокойный голос зазвенел в ушах Виконтессы:

— Вы пытались навлечь на Лилиану неприятности, подталкивая ребёнка, которого учили, не так ли?

Откуда она это знает?!

Виконтесса широко раскрыла глаза. Анриш продолжала говорить спокойно:

— Вы думали, что можете сделать что-то подобное и просто уйти? Совершенно безнаказанно?

— Это... Но!..

Виконтесса поджала губы. Сильное чувство беспомощности охватило тело. Она инстинктивно знала: Анриш сейчас всерьёз пытается избавиться от Виконтессы.

— Я тот учитель, который когда-то учил и Герцогиню!

Поэтому она пыталась защититься самым скорбным голосом.

— Кроме того. я также некоторое время обучала Мисс Лилиану! И после этого я пыталась стать наставницей в другой семьёй.

Анриш осторожно покачала головой:

— Кажется, цена этих отношений достаточно заплачена.

— Герцогиня!

— Прекратите каждый раз возвращаться к моей семье.

По решительной команде тело Герцогини вдруг напряглось.

— Вам лучше подумать о своих действиях.

— Герцогиня, пожалуйста!

— Говорили ли вы мне, что я угрожаю вашему существованию? – Анриш широко улыбнулась, как распустившийся цветок. — Тогда каково это, когда под угрозой больше, чем просто средства? Если хотите проверить, попробуйте ещё раз навредить моей семье.

Улыбка Анриш стала немного темнее.

— Но вы не должны следовать моему совету.

Наступило ледяное молчание. Мисс Торниан сглотнула сухую слюну. Несмотря на то, что она смотрела на разговор со сторону, её позвоночник ужасно заболел, будто ей в горло воткнули лезвие.

Тогда как себя чувствует Виконтесса?

Она выглядит, как мышь, стоящая перед зверем.

Виконтесса дрожала, как осина. Её лицо посинело.

— Конечно, выбор за вами, – заключила Анриш лёгким, как пёрышко, тоном.

Услышав эти слова, Виконтесса отреагировала совершенно очевидно и убежала из особняка. Когда всё было улажено, послышался голос.

— Герцогиня...

При осторожном зове Анриш подняла бровь и снова посмотрела на Мисс Торниан.

— Могу ли я задать вам вопрос:

— Конечно, не стесняйтесь.

— Как вы планируете использовать купленный в тот раз приют?

— Ах, это? – Анриш озорно прикрыла глаза.

* * *

— Это ложь! – Зенита стиснула зубы и бросила газету, на которую смотрела.

Та упала на пол, и обнажилась первая полоса. Провокационный заголовок "Дом Барона Рондини пал!" был первым, что бросался в глаза. Ниже подробно описан процесс передачи всего в пользу семьи Герцога Валлиоса.

Не проявил пощады не только он, но и сам император. Газета сообщила, что всё произошло в соответствии с новым законом, принятым Герцогом и Императором.

— Сейчас... Что мне делать?

Слезы лились из глаз Зениты. Теперь ей ничего не оставалось. Оба родителя отправлены в тюрьму, а семья Торниан отправила письмо о разрыве помолвки. Более того, ходят слухи, что даже Виконтесса уедет в деревню.

— Лилиана, всё из-за неё! – Зенита резко стиснула зубы.

Какого чёрта столько людей страдают из-за одной девушки?!

Зенита положила руку на лоб. У неё ужасно болела голова, словно вся влага выжата из тела. Шея и губы пересохли. Теперь у Зениты не было возможности получить лекарство от головной боли или питьевую воду в пустом особняке, который полностью разрушился.

Вопреки её плохому настроению, погода была солнечной. Зенита, вошедшая в лечебный центр, облизнула пересохшие губы.

— Дайте мне таблетку от головной боли, пожалуйста.

Служащие увидели бледное лицо Зениты. Женщина, будто увидев грязь, положила на прилавок лекарство от головной боли и нахмурилась:

— Другие гости обижены, поэтому немедленно уходите.

Зенита схватила стеклянную бутылку с лекарством от головной боли. Впервые она делала что-то без помощи горничных, покупала лекарства. Кроме того, чтобы вызвать врача, также необходимо отправиться в лечебный центр, которым пользуются простолюдины.

— Всегда эти поручения выполняли Лилиана и другие девушки!

Зенита стиснула зубы, но вдруг услышала разговор сидящих на площади людей.

— Вы это слышали? Говорят, приют Рондини вновь открывается.

Зенита, застывшая на месте, слушала, как одержимая.

— Это больше не приют Рондини!

— Говорили, что Герцог Валлиос сменил имя управляющего?

— Тогда, новое имя...

Мужчина, который, казалось, на мгновение задумался, вздохнул.

— Ах, да, Эббот!

У Зениты закружилась голова. Детский дом Рондини теперь стал детским домом Эббот. Значит...

— Лилиана получила всё, чем когда-то владели Рондини.

Социальная известность, которую Рондини заработали, заботясь о сиротах, богатство, заработанное благодаря приюту. Всё попадёт в руки Лилианы.

Ложь!

Зенита запыхалась и почесала шею рукой. Внезапно её лицо стало бледно-голубым.

— Ах... – её голова кружилась.

Задыхаясь, Зенита рухнула на месте. Глаза людей тут же обратились к ней.

— Смотрите, Мисс!

— Успокойся!

Издалека послышался слабый голос, зовущий её.

Как такое может быть? Как!

В большой ярости Зенита потеряла сознание.

Месяц спустя.

Семья Валлиос стояла перед свежеокрашенным приютом.

— Мама, – Лилиана осторожно взялась за юбку Анриш. — Мы правда будем снова спонсировать приют от моего имени?

— Конечно.

При этом холодном ответе светло-зелёные зрачки безжалостно задрожали. Анриш наклонила голову:

— Тебе это не нравится?

— Нет! Не то, чтобы мне это не нравилось... – Лилиана яростно замотала головой и робко заговорила. — Тем не менее, я думаю, для меня это слишком.

Анриш создала новый фонд имени Лилианы и Эллиота, организовав пожертвование для поддержки приюта. При этом было изменено и название приюта – фамилия Рондини сменилась. Лилиана была обеспокоена и продолжила:

— И мы могли бы назвать приют в честь Герцогини Валлиос.

— Лилиана, почему тебя это так волнует?

Именно тогда Эллиот кивнул и вмешался в разговор.

— Мама, я и папа сказали, что всё в порядке. Правда, папа?

— Да, – на вопрос сына Алексей небрежно кивнул.

Лилиана украдкой взглянула на приют. Детский дом теперь выглядел как совершенно новое здание. Старые части были полностью отремонтированы, установлена новая мебель и покрашена старая.

— Потому что приют Рондини теперь приют Лилианы, – нежный голос матери ласкал уши.

Однако...

— Это правда нормально?

Лилиана уже получила великую благодать, которую не сможет оплатить, даже если будет делать это всю оставшуюся жизнь. Но всё равно она продолжает получать подарки.

Хотя мама и говорила мне не волноваться по этому поводу, но всё же...

Лилиана глубоко думала.

Как вдруг...

— Лилиана!

Услышав своё имя, она расширила глаза:

— А?..

Дети приюта примчались к ней издалека и окружили Лилиану. Девочка, что первая позвала её, слегка смущённо почесала щёку:

— Теперь мне стоит называть вас Графиней?

— Нет, Эви! – Лилиана была в ужасе.

Эви стала для неё настоящей сестрой, с которой они были так близки в приюте. Без помощи Эви Лилиана не смогла бы выжить в приюте, не смогла бы все это вынести.

Тогда Эви мягко улыбнулась.

— Большое спасибо, Лилиана.

Лилиана моргнула, услышав нежный голос.

— Герцогиня Валлиос сказала мне, что благодаря тебе приют не исчезнет. И она попросила меня с этого момента оставаться рядом с тобой, – Эви внезапно протянула Лилиане руку. — Желаю всего наилучшего в будущем.

Лилиана, которая с разбитым сердцем смотрела на протянутую руку, мгновенно схватила её:

— Да, я тоже!

Тем временем Эллиот, наблюдавший за Лилианой издалека, надулся:

— Лилиана – моя невеста.

— Тебе грустно, что Лилиана, кажется, ладит с другими детьми?

— Абсолютно, – на вопрос Анриш Эллиот ответил прямо.

— Но Лилиана не может быть с тобой наедине до конце своей жизни.

— Да. Поэтому я не собираюсь мешать Лилиане дружить с другими, – Эллиот пожал плечами.

Но, вопреки этому зрелому ответу, Эллиот не мог оторвать глаз от Лилианы. Такой сын был одновременно милым и причудливым, поэтому Анриш слабо улыбнулась. В этот момент Алексей открыл рот:

— Почему-то мне кажется, они оба выросли.

— Мне тоже так кажется.

Супруги смотрели на двоих детей ласковыми глазами. Теплый полуденный солнечный свет бил их, словно благословляя.

Помолвка.

Алексей в последнее время находился в очень сложной ситуации. Должно быть, потому что за ним цепко следил взгляд.

И этим человеком был...

— Почему моя жена стала такой?

Это была Анриш. Прошло три дня с тех пор, как он встретил её странный взгляд. Сначала он просто собирался отпустить ситуацию, но теперь был слишком обеспокоен.

Не в силах вынести это, Алексей повернулся к Анриш:

— Жена.

— Ой!

Герцогиня, смотревшая на мужа, удивлённо отступила на пару шагов. Алексей нахмурил брови, задав вопрос:

— Хочешь что-то сказать?

— Да... Да?

— Ты смотришь на меня так последние несколько дней.

— Правда? – Анриш растерянно почесала щёку. — Неужели я так делала? Но мне правда нужно кое-что сказать.

— Что?

— Как насчёт того, чтобы обручить Лилиану и Эллиота?

— Обручить?

При неожиданном заявлении глаза Алексея расширились. Анриш холодно заговорила:

— Да. Я думаю, что причина, по которой Лилиану недавно игнорировали в Академии, заключалась в том, что она находится в неправильном положении.

— Но разве Лилиана – не невеста Эллиота? – растерянно спросил Алексей. — Даже на бумаге это так.

— Конечно, это значится на бумагах, – Анриш слегка покачала головой, но продолжила говорить: — Тем не менее, церемония, чтобы показать это другим, удивительно важна.

— Ты имеешь в виду...

— Да. В конце концов, все недооценили, как мы сильно заботимся о Лилиане.

Потом, сжав кулаки, Анриш добавила:

— Чем больше мы покажем привязанность к Лилиане, тем больше её будут уважать.

— Если это так, – Алексей кивнул.

Потому что считал, что в словах жены есть доля правды. С его разрешения Анриш широко улыбнулась.

— Не волнуйся слишком сильно, я обо всём позабочусь!

Фиалковые глаза радостно заблестели.

— Я не буду беспокоить Герцога!

— Это не имеет значения.

— А? – Анриш невольно заморгнала от совершенно неожиданного ответа.

Алексей, что не говорил какое-то время, осторожно сказал:

— Разве мы не пара? Если тебе понадобится помощь, не стесняйся, скажи мне.

Он слабо улыбнулся.

— Не переусердствуй.

Анриш непонимающе смотрела на него. Должно быть, все из-за лица, обращённого к ней с улыбкой.

А он действительно очень красивый...

Герцогиня сглотнула сухую слюну. Воистину, Алексей достаточно красив, чтобы родить такого милого сына, как Эллиот.

И это мой муж!

Между тем, на её внезапное молчание, Алексей наклонил голову.

— Жена?

Боже мой!

Анриш, пришедшая в себя, показала застенчивую улыбку:

— Благодарю.

— Пожалуйста.

Улыбка Алексея стала немного темнее. Как раз вовремя их нашел дворецкий:

— Ах, вы были здесь?

— Что случилось?

— У нас куча бумажной работы, – плачущий дворецкий обратился к Алексею.

Почему ты пришёл с этим прямо сейчас? Прошло так много времени с тех пор, как я нормально разговаривал с женой...

На лбу Алексея выступили глубокие морщины.

— Думаю, мне придётся пойти в свой кабинет.

— Да, спасибо, – Анриш улыбнулась и проводила его.

Смотревшая в далекую спину мужа, герцогиня слегка наклонила голову и улыбнулась. Кажется, отношение Алексея стало странно добрее, чем раньше.

Или я просто заблуждаюсь?..

* * *

Алексей, который шёл быстрыми шагами, резко остановился и заговорил:

— Дворецкий.

— Да?.. – сам того не осознавая, дворецкий испугался.

Должно быть, потому что голос Алексея, зовущий его, был слишком кровожадным.

— Я буду сам следить за этим в будущем, понятно?

Дворецкий лишь смотрел на Алексея. Тогда герцог снова стиснул зубы и повторил:

— Понятно, не так ли?

— Да, понятно...

Не знаю почему Герцог вдруг так разозлился, но это страшно...

Дворецкий поспешно кивнул. В этот момент Алексей обернулся с угрюмым лицом.

— И почему всё так?..

Теперь страдания дворецкого, у которого не было ничего, кроме тяжелой работы, только усилились.

Получив согласие Алексея, Анриш стала всерьёз готовиться к церемонии помолвки.

— Хм, а не лучше ли взять на размер больше? – она была глубоко обеспокоена, играя с ручкой.

Сначала всё шло гладко.

Сколько бюджета можно потратить на церемонию помолвки? Какой из больших и малых банкетных залов будем открыт? Как расставить мебель? Сколько цветочных украшений заказать и сколько еды приготовить?

Однако...

— Ах, я не могу, – Адриш, которая вовсю боролась с документами, покачала головой и издала звук боли.

Она столкнулась с проблемой, о которой не думала.

— Кого я должна пригласить?!

Не в силах справиться с разочарованием, Анриш повысила голос. Обычно в этом случае созывалась вся семья и близкие друзья. Но проблема в том, что Анриш в оригинальной истории ни с кем не дружила!

Что это вообще за персонаж? Она никак не могла сделать обычных дам своими друзьями. Не являлась ли Герцогиня воплощением высокомерия и самой ценной личностью? Теперь эта карма вернулась.

Анриш глубоко вздохнула.

— Сначала пригласим их.

Анриш – всё ещё Герцогиня Валлиос. По крайней мере, её крайне тяжело игнорировать, поэтому Герцогиня решила попробовать хотя бы один раз. С решительным лицом она взяла оставленную ручку.

* * *

Тем же днём.

Алексей, выходивший из Дворца в последнюю минуту после решения государственных дел, вдруг с тонким лицом поднял взор.

— А?..

Текущее время – 2:20. После того, как все легли спать, одна комната всё ещё освещалась.

— Эта комната?..

Алексей нахмурил брови. Третий этаж, третья комната слева. Это кабинет Герцогини.

— Я знаю, что жена очень занята церемонией помолвки, но...

Бодрствовать до сих пор – разве это не слишком?

Шаги Алексея ускорились, хотя он сам того не осознавал. Он поднялся на третий этаж, попытался сразу позвать Анриш, но потом замолчал.

Что, если она подумает, что это слишком?

Анриш – Герцогиня. Когда она спит, просыпается и как она справляется со своими делами – всё это полностью зависит от неё самой.

Во-первых, пара долгое время не поддерживала никакие отношения. Конечно, в последнее время ситуация стала немного лучше, но всё ещё Алексей не был так близок с Анриш.

— Это может заставить её чувствовать себя некомфортно.

Однако, в отличие от его сложной головы, руки были немного честнее. Но никто не ответил на лёгкий стук. Обычно за дверью раздавался ясный голос:

— Войдите.

Алексей дважды кашлянул и позвал Анриш:

— Мадам? Жена?

Сколько бы раз он ни звал Герцогиню, ответа не было. На мгновение лицо Алексея побледнело.

...Что-то не так с женой?

В то же время Герцог мыслил рационально. Особняк Валлиос – одно из самых безопасных мест во всей стране. Если с Анриш что-то случится, с Алексеем тут же свяжутся рыцари. Но снова и снова герцог обращал внимание на единственное слово – Анриш.

— Мадам, извините меня, – Алексей сильнее сжал ручку двери, — если она заперта...

Даже если мне позже придётся извиняться, то сейчас я просто выломаю её.

Однако вопреки решению Герцога, дверь в комнату оказалась открытой. За ней не произошло ничего ужасного или опасного.

— Ты спишь? – Алексей почувствовал, как у него ослабел пульс.

Первое, что бросилось в глаза – стол, полный ручек и бумаг. Анриш заснула, скрестив руки на столе. Алексей двинулся к жене, стараясь не издавать звука. Когда расстояние между ними сократилось, Герцог услышал близкое дыхание.

— Должно быть, ты очень устала.

Анриш не заметила ни как он вошел, ни как заговорил с ней. Чувствуя некоторую жалость, Алексей посмотрел на жену сверху вниз.

Тем временем под Анриш лежала пачка бумаг. Алексей, заметив это, вытащил их.

Список приглашений?

Точнее, документ, в котором указаны люди, приглашённые на церемонию помолвки. Вероятно, это лишь черновик.

— Мисс Торниан с детьми?

На каждом углу бумаги остались всевозможные граффити и заметки. Возможно, герцогиня забеспокоилась о гостях и записала информацию ручкой. Больше всего выделялись фразы:

[И почему я демонстрировала такое мучительное поведение до сих пор?]

Глядя на надписи, Алексей еле сдерживал смех, которым вот-вот разразится.

— Я не знал, что жена будет так сильно заботиться о своей репутации.

[Возможно, из-за репутации злодейки люди не приедут на помолвку. Может ли Герцогиня оказать на них давление?]

Анриш определённо сильно изменилась по сравнению с тем, что было раньше. Герцогиня заботилась о репутации не для себя.

— Ничего ведь не случится, если злодейка устроит ещё один скандал? – Алексей вдруг вспомнил, как Анриш пыталась разобраться со своей матерью, сказав это.

Возможно, это её истинное намерение. Но в отличие от того времени, сейчас на карту поставлена церемония помолвки Лилианы и Эллиота.

— Значит, поэтому ты думаешь о репутации...

Почему-то Алексею казалось, что теперь жена стала намного симпатичнее. Улыбка не сходила с его лица:

— Позволь мне помочь.

Герцог прошёлся по документам и поставил всё на свои места, после чего похлопал жену по плечу.

— Жена.

В конце концов, он не мог позволить ей спать здесь. Но Анриш и не собиралась открывать глаза.

— Не спи здесь, иди в спальню.

Герцогиня лишь немного нахмурила лоб.

— Мне нужно отнести тебя в комнату?

Алексей потянулся к жене. Вместо того, чтобы будить её от глубокого сна, лучше всего переместить её прямо в комнату. Однако вдруг Герцог, державший Анриш на руках, остановился на месте.

Разве это не слишком?

Честно говоря, их отношения уже не так далеки от нормальной пары. Они уважают друг друга. В последнее время Алексей чувствовал странную близость со своей женой. Но он не знал, как на это смотрит Анриш.

Может быть, Герцогиня не разделяет его чувства.

— Мои действия могут заставить её чувствовать себя некомфортно?

Алексей облизнул губы и посмотрел на неё сверху вниз. Но Анриш лишь шмыгала носом.

— И всё же я не могу оставить это так.

Немного подумав, Герцог решительно пошёл вперёд.

* * *

При звуке птичьего щебетания Анриш открыла глаза, подняв голову от боли. Когда она огляделась, увидела знакомую сцену офиса:

— Боже, вчера я составляла список гостей и уснула?

Может быть, поэтому всё моё тело онемело?

Анриш протянула руки и потянулась, как кошка.

— Ой...

Но прямо тогда с её плеча со стуком упало что-то мягкое и тёплое.

— Что?

Анриш раскрыла глаза. Её внимание привлекло мягкое шерстяное одеяло.

— Разве я пришла с ним?

Герцогиня протянула руку и подняла его, поняв, что обстановка совершенно изменилась.

— Думаю, горничная позаботилась об этом.

Как же её звали?... Может быть, это была Анна?

Подумав, что она должна сказать спасибо, Анриш вышла из офиса. Как раз через несколько метров она столкнулась с Анной, что шла по коридору.

— Боже, Анна, доброе утро.

— Мэм, – Анна сложила руки и кивнула. — Вы хорошо спали прошлой ночью?

— Только благодаря одеялу, которое Анна принесла мне, я очень хорошо выспалась, спасибо.

— А? – Горничная посмотрела на неё с озадаченным выражением лица.

Почему она так реагирует? Я ведь просто сказала спасибо, разве нет?

Теперь Герцогиня выглядела также озадаченно.

— Что-то не так?

Анна осторожно сказала:

— Вы упомянули одеяло...

— Разве ты не принесла мне его? – смущённая Анриш моргнула.

Если не Анна, то кто?

— Я вчера не заходила к вам в офис.

— Правда?

— Вы сами сказали мне не приходить, если это не что-то срочное, – Анна выглядела озадаченно.

— Ах, точно.

Я действительно сказала так. Тогда кто, чёрт возьми, заходил ко мне?

Анриш, которая некоторое время думала, внезапно проснулась от голоса Анны:

— Завтрак...

— А дети?

— Джейн отвела их в ресторан.

— Хорошо. А что насчёт Герцога?

— Я как раз собирался спускаться.

Услышав внезапное прерывание голос, Анриш оглянулась. Как будто он только что умылся, Алексей смотрел на неё с чистым лицом.

— Жена, пойдёте со мной?

— Да.

Что ж, у меня нет причин отказываться.

Анриш последовала за Герцогом, как вдруг на пути вниз по длинной лестнице он позвал её:

— Жена.

— Да?

В ответ на это Алексей излил слова беспокойство, будто долго решался на это:

— Хорошо много работать, но я хочу, чтобы ты немного больше беспокоилась о своём здоровье.

Что это такое?..

Анриш угрюмо посмотрела на мужа. Алексей редко выглядел серьёзным.

— Очень важно высыпаться.

— Да?

— Не спать всю ночь – вредно для здоровья.

Губы Анриш изогнулись в лёгкой улыбке.

— Разве это не слишком для Герцога?

При этом вопросе Алексей напряг плечи. Кажется, его загнали в угол. Герцогиня снова заговорила с угрюмым лицом:

— Герцог не спит гораздо дольше, чем я.

— Ах, это так.

— Я рада, что ты беспокоишься обо мне. Но разве Герцог не должен сначала позаботиться о собственном теле?

Алексей не мог опровергнуть это утверждение. Потому что Анриш говорила только правду.

Спустя некоторое время Герцогиня улыбнулась, сузив глаза:

— Что ж, спасибо за заботу.

— Жена...

— Давай спустимся, дети уже ждут.

Анриш, добавив саркастическое замечание, молниеносно спустилась по лестнице впереди него. Алексей лишь смотрел ей в спину, чувствуя себя странно. Но это не плохое чувство, скорее...

Я очень счастлив.

Затылок его шеи стал ярко-красным.

* * *

Анриш посмотрела на только что напечатанное приглашение с сомнением. Даже на её взгляд билет с украшением из сусального золота на плотной качественной бумаге выглядел довольно круто.

Однако...

— Но придёт ли она?

Анриш пыталась скрыть обеспокоенное выражение лица. Как бы она об этом не думала, известность, приобретённая до сих пор, слишком высока.

— Но это не значит, что я не могу его отправить.

Это считается успехом, если придёт хотя бы треть приглашённых семей. Итак, Анриш пыталась мыслить позитивно, отправляя приглашения.

Через несколько дней.

Анриш открыла рот:

— Разве мне не прислали ответ, в котором говорилось, что все семьи будут присутствовать?

Не делала ли я им зло до сих пор?

В этих обстоятельствах Анриш была слишком застенчива, чтобы поверить, что каждая семья, которой она послала приглашение, придёт.

— Правда ли они смогут присутствовать?

Может быть, эти святые посланы небесами?

Анриш была сбита с толку. Но дворецкий тихо сказал:

— Мадам, вы счастливы?

— Конечно! – Герцогиня покраснела и кивнула головой. — Я беспокоилась о том, что помолвка будет разрушена из-за меня. Но я очень рада, что теперь об этом не стоит беспокоиться.

— Вас это так беспокоит?

— Конечно! Ах, тогда нужно приготовить больше еды, чем я думала!

Фиалковые глаза мерцали, словно в танце.

— Эллиот и Лилиана... Что надеть на свадьбу?

Дворецкий смотрела на Анриш, что сидела совершенно взволнованная.

— Я очень рад, что Госпожа счастлива.

Кажется, вся тяжёлая работа не будет напрасной.

Дворецкий вспомнил, что произошло несколько дней назад.

— Возьми это, – Алексей, внезапно позвавший его, вдруг протянул папку с файлами.

Он, приняв их, снова спросил Герцога с угрюмым выражением лица:

— Что это?

— Список семей, которым моя жена решила разослать приглашения, – казалось, Герцог хочет сейчас подмигнуть. — Вы должны связаться с ними перед этим.

— А?..

— Сделайте всё возможное, чтобы приглашения моей жены не были отвергнуты.

— Да...

Поражённый дворецкий уставился на Алексея. Но герцог выглядел совершенно бесстыдно. Оставалось только встретить этот взгляд.

— Ты оглох? Почему всё ещё молчишь?

— Ах, нет, просто...

— Если понял, убедись, что выполнил работу.

В конце концов, дворецкий принял поручение. Очевидно, что произошло после этого. В обмен на полное выполнение приказов господина дворецкому пришлось не спать около двух суток.

Конечно, Алексей предусмотрел дополнительное пособие, но...

— Да, мир полон денег.

Дворецкий тяжело кивнул, слепо обижаясь на Алексея.

Вдруг в тот же момент...

Анриш, которая возбуждённо болтала, подняла брови и посмотрела на стол дворецкого, застав между книгами. Там расположила куча бумаг.

— Мэм?

Дворецкий вздрогнул, будто вот-вот упадёт в обморок. Но когда он протянул к документам руку, было уже слишком поздно. Анриш подозрительно посмотрела на слугу, рассмотрев стопку бумаг:

— Что это?

Не говоря о том, что документы были полны имен знакомых семей...

— Похоже, здесь все семьи, которым я отправила приглашение.

— Мэм...

— Лучше говори правду, – Анриш, заявив это, трепетно помахала бумагами.

Почему я просто не убрал их как следует?!

Это всё из-за накопившейся за две ночи усталости!

Дворецкий упал на землю после произошедшего. В конце концов, ему пришлось признаться, что произошло до сих пор. Анриш скрестила руки на груди и строго посмотрела на дворецкого.

— Это всё?

— Да, но... Герцог правда не сделал ничего плохого!

— Хорошо, – Анриш кивнула, прерывая дворецкого, который торопливо пытался оправдаться.

Про себя дворецкий тихо плакал.

Алексей в душе ждал окончания дворянского собрания. Он хотела наконец встретиться с Анриш.

Так как...

— Мне очень любопытна реакция жены.

К сегодняшнему времени на большинство приглашений уже должны были быть даны ответы.

Надеюсь, ты будешь улыбаться.

— Боже мой, вы видели это?

Дамы на Ле-Морган, каждая в изумлении, кричали друг другу:

— Герцог и герцогиня Валлиос вышли вместе!

— Кроме того, разве это не маленькая Графиня и Юный Герцог вместе?

Семейство Герцога появилось на улице Ле-Морган. Кроме того, все четверо посмотрели друг на друга, ярко улыбаясь.

— Боже мой, я так давно не видела Герцога.

Поскольку доверие императора было слишком сильным, Герцог был занят выполнением различных задач. Прежде всего потому, что сам Герцог не очень любил прогулки на свежем воздухе. Глазах людей горели любопытством.

— Кажется, они сошлись из-за подготовки к церемонии помолвки.

— Кстати, она ведь не за горами, не так ли?

Ходят слухи, что сама герцогиня занимается всеми приготовлениями.

— Должно быть, это будет нечто роскошное, не так ли?

— Кто-нибудь здесь приглашен на церемонию?

— Ох, я, – сказала одна Леди, получив зависть других.

Между тем, независимо от того, обсуждали их или нет, Анриш был занята заботой о детях.

— Эллиот, ты сказал, что не будешь держать меня за руку?

Эллиот надул обе щёки.

— Посмотри на Лилиану, разве она не держит маму?

Лилиана кивнула и согласилась с Анриш:

— Нужно внимательно слушать маму, а вдруг ты заблудишься по дороге?

Алексей также тайно перешел на сторону Анриш:

— Это правда.

В результате Эллиот был убит горем.

— Папа и Лилиана любят только маму!

— Эллиот такой милый, – Анриш лукаво улыбнулась. — В любом случае, вы ведь устали? – она умело переключила тему. — Теперь, когда мы купили все необходимое, можно пойти куда-то и отдохнуть?

— Нет! – однако Эллиот не мог так легко согласиться.

Анриш ухмыльнулась, глядя на сына:

— Мы ведь собирались в место, где продаются любимые закуски Эллиота?

На мгновение он навострил уши, а Анриш глубоко вздохнула:

— Но Эллиот не хочет идти. Правда?

В конце концов, он проиграл.

— ...Я иду.

— Да? Я плохо тебя слышу, скажи погромче.

— Иду! – Эллиот повысил голос.

Надув губы, он ухватился за подол юбки Анриш.

— Да, да, – она рассмеялась и погладила ребенка по голове.

Так семья Валлиос вошла в Магазин сладостей Дорин. Лилиане, которой Анриш отправила закуски, похоже понравились десерты из этой кондитерской. Поэтому герцогиня намеренно вернулась.

— Ах, – предсказание Анриш сбылось.

Ярко-розовые глаза блеснули и снова посмотрели герцогиню.

— Это кондитерская Дорина!

— Лилиана, ты помнишь?

— Конечно, мама на чайной церемонии прислала нам десерты, – улыбнулась, покраснев.

Эллиот, который долгое время смотрел на доску меню, решительно сказал:

— Мама, я хочу брауни с мороженым!

— Я...

Лилиана не могла оторвать глаза от нарисованного в меню шоколадного парфе.

— Наверное, мне придётся заказать шоколадное парфе для Лилианы, – Анриш, посмотрев счастливым взглядом на Лилиану, повернулась к Алексею. — А как же Герцог?

— Да?

— Что бы вы хотели съесть?

— Ах, я...

Алексей посмотрел на меню с устрицами. На самом деле, была причина, по которой он вёл себя так.

— Все выглядит таким милым?

От пирогов с тушёными яблоками, ванильных эклеров и макарон с разными вкусами... Всё слишком сладкое, от чего язык болел от одного лишь воспоминания о вкусе. Анриш, наблюдавшая за ним, слегка приоткрыла рот:

— Ты не любишь сладкое?

— Ах, да, – Алексей, рефлекторно пытавшийся ответить нет, наконец смущенно кивнул.

Герцог, который несколько разборчив в еде, был похож на ребёнка.

Анриш восхищалась первоначальным безразличием своей героини. Жить с мужем восемь лет и даже не заметить этого? Сколько бы она ни копалась в воспоминаниях, нигде не нашла информации о том, что Алексей не любит сладкое.

На мгновение девушка задумалась, а затем указала пальцем на угол меню:

— А как насчёт этого?

— Чёрный чай... Шифоновый торт?

— Ага, чёрный чай сам по себе имеет горьковатый вкус, поэтому он уберёт часть сладости, – продолжала объяснять с улыбкой. — Если вы закажете несладкий чай, он будет хорошо сочетаться с шифоновым тортом.

Вместо ответа Алексей тупо уставился ей в лицо.

Моя жена так часто улыбается...

Его отвлекла внезапно возникшая в голове мысль. Как вдруг:

— Герцог?

Словно спрашивая, почему он не отвечает, Анриш наклонила голову и встретилась с ним взглядом. Алексей, испуганный, выглядел смущенно:

— Да, я последую совету жены.

Анриш с широко открытыми глазами умело сделала заказ. Многочисленные закуски летали над столом.

— Вау! – Эллиот торопливо пододвинул к маме свою долю тарелки с пирожными.

Лилиана тоже взяла шоколадное парфе с лицом, полным предвкушения. А Алексей...

— Почему у вас такое напряжённое лицо? – Анриш осторожно подавила смех, которым готова была разразиться.

С решительным лицом, как у генерала перед вражеской армией, он отрезал кусок пирога и положил его в рот. Голубые глаза немного расширились. Алексей, медленно жевавший пирог и проглотивший свой кусочек, кратко воскликнул:

— Это лучше, чем я думал.

— Правда?

Чтобы убедить жену, что ему нравится, Алексей снова разрезал пирог и положил в рот. Анриш вздернула подбородок и посмотрела на него:

— Герцог, вы очень милый.

Почувствовав взгляд Анриш, Алексей с некоторым облегчением отложил вилку.

— Вы выглядите так всегда, когда хорошо кушаете, разве нет? – сказал герцогиня без долгих раздумия.

Лицо Алексея стало ярко-красным.

— Я-я!..

— А?

— Думаю, я закажу ещё и приду, – Герцог тут же встал со своего места.

Алексей торопливо сбежал по лестнице. Анриш же выглядела ошеломлённой.

— Нет... Если вы позвоните в звонок, придёт отдельный сотрудник и примет ваш заказ...

Видимо, у Эллиота были те же мысли, что и у неё. Потому что он, одержимый пирожными, поднял голову, глядя в далекую спину отца. Любопытным голос ребенок спросил:

— Мама, а почему папа ушёл?

Не зная причины, Анриш лишь неопределенно улыбнулась.

Карета с гербом Маркиза Саксони остановилась перед красивой кондитерской. В нем сидела мама Анриш и сам Маркиз.

— Так приятно погулять с сыном вот так.

В отличие от матери, что улыбалась, Маркиз Саксони выглядел раздражённо.

— Чёрт, неужели мама не может одна даже в кондитерскую сходить?

— Мы делаем это не так уж часто, – мама взглянула на Маркиза. — Я просто хочу выпить чашку чая с моим драгоценным сыном после долгого времени.

Маркиз, качая головой, посмотрел на мать:

— Мы просто купим сладости и пойдём домой.

Голос, тёплый, как весенний ветерок, сильно отличался от обычного, когда женщина говорила с дочерью.

Два человека вошли в кондитерскую.

Алексей тяжело вздохнул. Это было действительно странно. Ещё недавно он просто стоял перед своей женой, сдерживая сердцебиение.

— Как только я ушёл... – Герцог взглянул на второй этаж.

Сейчас там, наверху, Анриш и дети, должно быть, болтают.

Анриш...

Каждый раз, когда Алексей думал об этом имени, ему становилось не по себе. Алексей потёр лоб, пытаясь сохранить спокойствие.

— Сначала сделаю заказ, – он шагнул вперёд и направился к стойке.

Сотрудник, стоявший у стойки, смотрел на него широко открытыми глазами:

— Г-гость?

— Всё в порядке. Я здесь, чтобы сделать заказ.

— Ага, – персонал немного неловко улыбнулся. — С этого момента, пожалуйста, звоните в колокольчик около столика. Так обычно мы принимаем ваши заказы.

— Хорошо, – от смущения Алексей немного покраснел.

Оглядываясь назад, кажется, Анриш пыталась удержать его, когда он спускался, чтобы сделать заказ. Но вдруг...

— Сынок, я проголодалась!

Это определённо голос, который Алексей уже где-то слышал.

Герцог оглянулся.

— Давай сначала поднимемся наверх.

Ему попался край платья женщины, что тихо поднималась по лестнице. Молодой человек следовал за дамой средних лет. На мгновение глаза Алексея сузились.

* * *

— Когда вернётся Герцог? – Анриш взглянула на лестницу.

Пока Алексей неожиданно спустился вниз, чтобы сделать дополнительный заказ, Герцогиня оставалась в неведении. Прошло много времени с тех пор, как дети съели закуски.

— Мама, папа, вы купите ещё закусок?

Эллиот, который с грустными глазами царапал вилкой пустую тарелку для пирожных, украдкой посмотрел Анриш в глаза. Тогда она решительно покачала головой:

— Сегодня вы не можете съесть больше.

— Но разве папа не сказал, что закажет что-то ещё?

— Скоро мы уже будем собираться и пойдём домой.

От этой ироничной защиты лицо Эллиота покрылось пятнами. Так или иначе, Анриш достала носовой платок.

— Эллиот, иди сюда, – она поманила сына, на губах которого осталось мороженое.

Но когда Анриш вытерла губы ребёнка носовым платком, раздался голос:

— Анриш?

Кто это?

Анриш оглянулась с тонким выражением лица. Маркиза Саксони смотрела на неё широко открытыми глазами, как и молодой человек, стоящий прямо за ней.

— Мама и...

Деннис Саксиони – младший брат Анриш и нынешний Маркиз Саксони.

Если подумать, это первый раз, когда Герцогиня встретила их за долгое время.

— Давно не виделись, Деннис.

— Сестра! – Маркиз широко улыбнулся Анриш.

Затем он косо посмотрел на Лилиану:

— А это... Невеста Эллиота?

Немного испугавшись, Лилиана внимательно посмотрела на Анриш. Имея в виду, что всё в порядке, Герцогиня осторожно дотронулась до тыльной стороны ладони ребенка.

— Эллиот, Лилиана. Поздоровайтесь, – Анриш заговорила довольно неуместным тоном. — Крёстная мать Маркиза Саксони и сам Маркиз. Для Эллиота это бабушка и дядя по материнской линии.

— Здравствуйте! – Лилиана вскочила со своего места и склонила голову.

Эллиот, который последовал за Лилианой и встал, тоже сложил руки и поклонился.

— Здравствуйте.

— Да, – крёстная мать, удовлетворённо взглянув на детей, снова обратила взор на Анриш. — Кстати, Анриш.

— Да, мама?

— Когда ты собираешься дать мне приглашение на помолвку?

Конечно, Маркиза ничуть не сомневалась в своих словах.

При этом Анриш широко раскрыла глаза, словно услышала какую-то бессмыслицу.

— А? Почему я должна приглашать вас?

— Что? – на мгновение мама усомнилась в услышанном. — Боже мой, Анриш! – удивлённым голосом прокричала она. — Я бабушка Эллиота по материнской линии! Деннис – дядя! И ты всё ещё не хочешь пригласить нас?

Маркиз Саксони, что саркастично слушал мать, воодушевился, подойдя к Анриш.

— Я слышал, что произошло с Рондини.

Лицо Лилианы побледнело от слов, пронзивших больное место. В то же время лицо Анриш ожесточилось.

— Но мы, разделившие твою кровь!..

— Мама.

— Неужели ты не можешь нас пригласить? – мама смотрела на Анриш с улыбкой, полной торжества. — Ты уверена, что знаешь?

— Что?

— Маленькая девочка, Юная Графиня, который вы так дорожите, – внезапно тема переключилась на Лилиану.

Лилиана напрягла плечи, словно её хлестнули хлыстом. Крестная мать Маркиза Саксони смотрела на Лилиану холодным взглядом.

— Всё ещё не идеальное расположение, правильно?

— Мама...

Лилиана слегка облизнула губы. Крестная мать фыркнула:

— В такой ситуации, что бы подумали люди, если бы Маркиз Саксони не присутствовал на церемонии помолвки?

— Мама.

— Маркиз не очень приветствовал молодую Графиню, разве всё не усугубится?

Лилиана сжала кулаки. На тыльной стороне её тонких рук костяшки выделялись белым цветом.

— Если так и будет, это не окажет хорошего влияния во время дебюта в будущем.

— Ага, – в этот момент раздался откровенно саркастический голос.

Как вы смеете говорить нечто подобное? Я преднамеренно возвела между нами временную стену, чтобы создать личное пространство. А ваши голоса всё ещё слышны? Кроме того, я сама могу решать, с кем мне дружить, а с кем нет.

Не скрывая презрительного взгляда, Анриш заявила:

— Какая мне забота?

— Что?..

— Почему я должна заботиться об отношениях Лилианы и Саксони?

При неожиданном ответе Маркиза вдруг открыла глаза.

— Валлиосы позаботятся о Лилиане достаточно, чтобы вас даже не пришлось спрашивать.

Анриш вздёрнула подбородок и твёрдо заявила:

— Мама и Деннис, не могли бы вы перестать вмешиваться?

— Анриш, что за грубый ответ?!

— Кто из нас грубил первым? Я или вы? – Анриш уже изливала слова полные решимости. — Во-первых, я не понимаю, почему Лилиану должны признать другие семьи, включая Маркиза Саксони.

— Разве это не очевидно? Репутация в обществе не важна?

— Думаю, мама забыла кое-что важное, – Анриш смерила Маркизу холодным взглядом. — Лилиана – следующая хозяйка Герцогства Валлиос.

При этом холодном тоне великая Саксони напрягла плечи, невольно вздрогнув. Анриш не повела бровью и просто сказала то, что должна была.

— Значит, Лилиану нужно признать только жителям особняка Валлиос. И они уже признают Лилиану.

Это было очень высокомерное заявление, идеально подходящее Анриш. Единственная семья, которая может стоять плечом к плечу с Императорской – Герцогство Валлиос.

И нынешняя Герцогиня – Анриш.

— Никто не имеет права сказать Лилиане хоть что-то. Кроме того, – Анриш вновь холодно посмотрела на мать, на мгновение замолчав, — тот, кто выступает против Лилианы, выступает против следующей хозяйки Валлиос.

Внезапно зрачки крестной матери затряслись, будто в землетрясении. Но глядя на неё, Анриш улыбнулась.

— Слишком наивно думать, что Валлиосы просто проигнорируют подобное.

— Ты что, сейчас угрожаешь нам?

— Почему вы думаете, что это угроза?

Как вдруг раздался громкий голос:

— Моя жена говорит только ясные факты, – это был Алексей.

Алексей подошёл ближе, затем, словно защищая жену, встал рядом с ней.

— Вы же не думаете, что мы оставим это без наказания?

— Но...

— Лилиана – невеста Эллиота и единственная дочь, оставшаяся от моего дорогого друга.

Взгляд Алексея, глядящий прямо на маркизу Саксони, был холоднее льда.

— Кроме того, даже без этого Лилиана – драгоценный член семьи.

— Мы имели в виду вовсе не это...

— Тогда что вы, чёрт возьми, имеете в виду? – резко ответил Алексей. — Некоторое время назад вы говорили о репутации в обществе и запугивали мою жену.

— Герцог! – Маркиза Саксони вскочила с места, но слова Алексея ещё не закончились.

— Надеюсь, вы помните концовку Барона Рондини и Виконтессы.

Затем, будто они больше не стоили обсуждения, Алексей оглянулся на Анриш:

— Пойдём.

— Да, ребята, поехали, – Герцогиня кивнула, взяла детей и выбежала на улицу.

* * *

Карета семьи Валлиос двинулась. Лилиана свернулась клубочком, у неё было бледное от усталости лицо. Плечи ребёнка слегка дрожали. Анриш, грустно наблюдавшая за происходящим, осторожно позвала её:

— Лилиана.

Пораженная, она подняла голову, затем рефлекторно извинилась:

— Прости...

— Боже мой...

Анриш и Алексей бок о бок сократили расстояние между ними, но Лилиана продолжала заикаться голосом, полным ужаса:

— Если из-за меня Герцоги страдают...

— Нет, то, о чём ты беспокоишься, никогда не случится, – Анриш покачала головой с грустным выражением лица. — Потому что никакая другая семья не может угрожать Валлиосам.

Это правда. Даже Императорская семья относилась к ним как к друзьям, а не врагам. Каким бы престижным не казался Маркиз Саксони, он не обладал такой сильной властью, как Герцог.

Более того, нынешний глава, принявший титул, лишь продолжал катиться по дорожке вниз.

— Во всяком случае.

— Лилиана...

— Если мама, Герцог и Эллиот так меня любят... Я должна стать лучше, – она слегка всхлипнула.

Анриш едва проглотила вырвавшийся из груди вздох.

— В конце концов, хорошо, что семья меня любит.

Но сама Лилиана, каждый раз, когда думала о Герцогстве, сжималась. Похоже, она всё ещё не освободилась от страха, что это может причинить неудобства. Поэтому Анриш решительно сказала:

— Как насчёт этого?

Лилиана, которая всё ещё дрожала, безучастно посмотрела на маму. Глядя на ребенка, Анриш лучезарно улыбалась.

— Лилиана – наша семья.

— Мама...

— Семья, где все зависят друг от друга и переживают трудные времена вместе, – сказав это, Анриш поддержала Лилиану. — Так что тебе не о чем беспокоиться.

Лилиана смотрела на маму со слезами на глазах. Тогда Анриш задала озорной вопрос:

— Или ты не веришь нам?

— Нет! Это не так! – Лилиана яростно замотала головой и обняла Анриш. — Я не могу жить без вас.

Анриш, не прекращая, гладила ребёнка мягкой рукой по спине.

* * *

Тем же вечером.

Анриш тихо вышла из комнаты Лилианы.

— Жена.

Услышав голос, зовущий её, Анриш слегка подняла голову. Это был Алексей.

— Как Лилиана?

— Уснула.

— Если она так много плачет и ей тяжело...

— Всё в порядке, хотя это и немного удручающе, – она слегка пожала плечами. — Тем не менее, думаю, скоро она выздоровеет.

— ...Надеюсь, – Алексей вздохнул с облегчением.

Затем Анриш спокойно посмотрела на него.

— Большое спасибо за сегодняшнюю работу, – затем она широко улыбнулась.

И почему в последнее время я так часто благодарю Герцога?

— Это не проблема.

Анриш продолжила со вздохом:

— Без помощи Герцога моя мама и младший брат не сдались бы так легко.

Алексей молчал. На самом деле, он ясно видел эмоции в её глазах.

— Моя жена, наверное... Кажется, вы выросли, столкнувшись с разного рода дискриминацией со стороны Маркизы, – Герцог вспомнил, как мама раньше относилась к своей дочери и сыну.

Сынок, ты хочешь есть? – в голове прозвучал мягкий голос, полный любви.

Живя супружеской жизнью с Анриш около восьми лет, Алексей видел многое.

— С вами Маркиза никогда не обращалась с такой добротой.

Так что Алексей, сам того не понимая, резко спросил:

— С женой всё в порядке?

— А? Что?

Алексей на мгновение задумался. Можно ли говорить о дискриминации, которой подвергалась Анриш? Поэтому он подбирал слова с особой тщательностью.

— Кажется, ваша мать относилась к вам и к Маркизу несколько иначе.

— М?..

Однако, если не считать задыхающегося Алексея, у Анриш было спокойное лицо.

— Ну, так было всегда.

— Не нужно снова об этом думать и страдать, верно?

Дружеским тоном Анриш выразила свою благодарность.

— Тем не менее, спасибо за беспокойство.

Конечно, небрежное отношение и дискриминация родителей знакомы ей. И Алексей сожалел об этом. Потому Герцог не мог отвести взгляд от своей жены.

— У меня что-то на лице?

— Нет, – Алексей поспешно покачал головой.

Анриш до сих пор не теряла улыбки.

Сердце Герцога странно забилось.

* * *

Так прошло время.

День церемонии помолвки.

Анриш открыла большой банкетный зал для этой церемонии. Сначала она думала, что небольшого помещения будет достаточно, но...

— Я не ожидала, что прибудет так много гостей, – Герцогиня сглотнула сухую слюну.

Люди, кажется, восприняли открытие большого банкетного зала несколько иначе.

— Мы не думали, что Герцог откроет большой зал для этой церемонии.

— Значит, этот банкет действительно важен для Валлиосов, верно?

Анриш решила просто оставаться на месте. На самом деле, это правда, что она уделяла много внимания этой церемонии помолвки.

— Посмотрите на эту цветочную композицию. Она, должно быть, стоит больших денег.

— Как мне кажется, еда также выделяется.

— Неужели это настолько масштабный банкет?

Дамы не жалели своего восхищения.

Конечно, я ничего не пожалела, ведь это церемония помолвки моих детей!

Анриш задрала нос.

— Герцогиня, – к ней подошёл Алексей, что встречал гостей, и мягко улыбнулся. — Нужно идти к детям, не так ли?

— Ах, время уже пришло.

Церемония помолвки начинается с приветствия от главных героев церемонии. Пара шла бок о бок, чтобы увидеть детей.

— Мама, папа!

— Мама, Герцог!

Дети, сидевшие рядышком в центре банкетного зала, позвали чету Валлиос со светлыми лицами. Хорошо одетые Эллиот и Лилиана выглядели, как пара сахарных кукол.

— Ах, мой сын и невестка такие милые!

Анриш дрожала внутри, а снаружи элегантно улыбалась, отчего казалась настоящей хозяйкой семьи.

— Эллиот, Лилиана.

Дети с широко открытыми глазами смотрели на Анриш.

— Вам нужно сказать спасибо гостям, которые пришли, – прошептав это, Анриш вернулась к Алексею.

Дети украдкой посмотрели друг на друга, а потом встали с напряжёнными лицами. Глаза людей тут же обратились к ним. В одно мгновение плечи детей напряглись. Они и подумать не могли, что в зале собралось так много гостей. Имея с ними дело впервые, Эллиот и Лилиана чувствовали давление.

Анриш пыталась успокоить их взглядом.

Ребята, всё в порядке!

Тогда плечи двух детей немного расслабились.

— Здравствуйте, я Эллиот Валлиос, – первым заговорил Эллиот. — Большое спасибо, уважаемые гости, за то, что пришли сегодня на нашу церемонию помолвки.

После этого громкого голоса Лилиана покраснела и добавила:

— Надеюсь, вы хорошо проведете время.

Сказав эти слова, двое детей взялись за руки и направились к центре танцевального зала. Обычно банкет открывал первый танец молодых. Готовясь к сегодняшнему дню, двое детей занимались танцами в течение нескольких дней.

Это было очень мило. Анриш смотрела на Эллиота и Лилиану восторженными глазами. Эллиот положил руку на талию невесты. Лилиана осторожно посмотрела ему в глаза. Спустя некоторое время заиграла музыка.

В то же время из толпы раздались голоса, смешанные со вздохами.

— Боже мой...

— Как мило!

Конечно же, вид двух маленьких детей, обнимающих друг друга и осторожно ступающих по ступенькам, выглядел крайне мило.

— Хочу их укусить!

Настолько прекрасно они выглядели. Анриш хотела взяться за подол платья и быстро подойти ближе. Герцогиня обращала пристальное внимание на движения детей. Потому что она боялась их ошибки.

— Лилиана неплохо танцует, не так ли?

Глаза Анриш блеснули. Лилиана, которая поначалу была немного жёсткой, теперь чувствовала себя комфортно под лидерство Эллиота. С другой стороны, один глаз наблюдал за Герцогиней. Обладатель этого взгляда – Алексей.

Анриш была полностью поглощена двумя танцующими детьми. Они кружились, отчего на каждом шагу Герцогиня издавала безмолвный возглас. Алексей подметил, насколько мило его жена выглядела сейчас. Его взгляд был по-прежнему прикован к Анриш.

Не в силах подавить кипящую любовь, герцогиня застегнула замок на манжете Алексея.

— Герцог, Герцог!

— Да? – Алексй вдруг пришёл в себя.

— Дети! Разве они не слишком милые?

Анриш схватила себя за грудь и посмотрела на Алексея. Она светилась так ослепительно, как яркая звезда. Алексей радостно улыбнулся, тут же ответив:

— Да, мило.

— Правда? Герцог, конечно, знает, как усердно тренировались наши дети. И...

Анриш выпалила все слова, даже не переводя дух. Так что Алексей не мог ничего сказать.

Дети милые, но ты ещё милее, когда смотришь на них.

Вдруг Алексей понял. Дети танцуют первый танец на церемонии помолвки. Это достаточно важный момент, но Герцог никогда... Не смотрел на детей.

* * *

Наконец музыка закончилась. Эллиот вежливо поцеловал тыльную сторону руки Лилианы. Увидев этот прекрасный вид, люди ярко улыбнулись, сами того не осознавая.

— Они так молоды, но уже не допускают ошибок.

— Это потрясающе.

— Как можно быть такими очаровательными?

Раздались аплодисменты. Лилиана и Эллиот кивнули людям и побежали к родителям.

— Мама, папа! – Эллиот упал в объятия Алексея. — Папа, я хорошо справился?

— Да, замечательно, – Алексей улыбнулся и похлопал Эллиота по спине.

Тем временем Лилиана с восторженным лицом задала вопрос Анриш:

— Мама, я не выглядела странно?

— Ни за что! Это было очень мило.

— Ха-ха! Я очень много работала, чтобы не наступить Эллиоту на ноги.

Услышав подтверждение Анриш, Лилиана застенчиво улыбнулась с облегчением.

— Я рада, если в глаза мамы выглядела хорошо.

— Думаю, наша Лилиана будет выглядеть мило, даже если стоит на месте.

В ответ обе щеки Лилианы густо покраснели. Анриш продолжила дружелюбно?

— Разве вы не устали? Пойдёмте отдохнем.

— Ага!

Герцогская семья направилась в столовую напротив банкетного зала. Буфетный стол был заполнен едой, от одного взгляда на которую текли слюнки. Среди них еда больше всего их привлекла...

— Вау, посмотри!

Дети стояли вместе перед столом, где лежало печенье. Тем не менее, оно отличалось от обычного. Его испекли в форме чашки, покрыли шоколадом и подали с молоком. Все из-за заботы о детях.

— Обычно они бегают и играют, поэтому я постаралась сделать так, чтобы еду было удобно держать в руках.

Анриш внимательно следила за реакцией детей.

Эллиот, стоя перед другими детьми, напряг плечи.

— Это печенье, которая я, Лилиана и мама испекли втроём.

— Вау, Эллиот сделал печенье со своей мамой?

Глаза детей вдруг расширились. Дамы и господа обычно приказывали подчинённым выполнить всю работу. Поэтому сама идея "приготовления вкусняшек с мамой" для детей совсем иная концепция.

Лилиана застенчиво улыбнулась:

— Верно. Это печенье мама разработала сама.

— Легко есть и вкусно.

Дети что-то бормотали, пробуя печенье. Затем Анриш посмотрела на реакцию взрослых.

— Боже мой, эта закуска такая забавная.

— Как думаете, было бы неплохо подавать подобное на банкетах?

Идея оказалась не такой плохой, как думала Анриш. Она наклонила голову.

— Как пекут это печенье?

— Можно ли сделать его в форме?

— Мне хотелось послушать, что скажет дети. Оказалось, Герцогиня помогала печь его?

В то же время некоторые дамы уже захотели испечь подобное, потому задавали вопросы о печенье. Анриш решила помочь им.

— Ему нужно придать правильную форму.

— Герцогиня?

Глаза дам расширились.

Анриш взяла печенье и продолжила объяснение.

— Обязательно нужно покрыть внутреннюю часть шоколадом. Иначе молоко вытечет.

— Боже, верно!

— Как герцогине пришла в голову идея выпекать печенье в чашках?

— Это действительно весело.

Дамы, как и Господа, слышали объяснение, задавая множество вопросов.

— Кхм, – Анриш коротко кашлянула. — После долгих разговор я хочу пить.

Где слуга?

Герцогиня огляделась, как тут же услышала:

— Жена.

— Ах, Герцог.

Алексей, подошедший ближе, протянул стакан холодного сока. Возможно, он заметил, что Анриш хочет пить. Герцогиня приняла стакан сока с удивленным лицом.

— Спасибо.

Сладкая и прохладная жидкость перелилась через край. Алексей, естественно, взял чашку, как только Анриш всю её опустошила. Глаза людей, наблюдавших за происходящим, загорелись.

— Я знаю, у Герцога и Герцогини в прошлом были не самые лучшие отношения...

— Они неожиданно заботятся друг о друге.

— Ходили слухи, что их отношения улучшились. Но правдивы ли эти слухи?

Между тем, глаза людей зажглись от любопытства. Пара вела дружескую беседу.

— Как насчет детей?

— Оглядываясь назад, кажется, они с друзьями.

— Тогда я собираюсь забрать Герцога, – Анриш потянула руку к Алексею и ярко улыбнулась. — Подошло время обеда.

Алексей посмотрел на её раскрытую ладонь, чем немного смутил Герцогиню.

— Ох, я притворилась слишком дружелюбной?

Но в тот же момент Алексей сжал её руку.

А?..

Глаза Анриш немного расширились. В то же время, когда герцог встретился с ней взглядом, мягко улыбнулся.

— Пойдём.

— Ах, да...

И что теперь делать?

Анриш последовала за ним с озадаченным лицо. Однако это не значит, что ей не нравилось... Скорее, теперь Алексей кажется куда более дружелюбным, верно? Почувствовав щекотку в глубине груди, Герцогиня склонила голову.

Её затылок отчего-то горел.

Они пошли за Лилианой и Эллиотом. Эллиотт, который как раз проповедовал другим детям о том, «как я близок к своей матери», поднял голову.

— Вау, вы держались за руки, мама, папа?

Анриш попыталась поспешно отпустить его руку, но движения Алексея были чуть быстрее. Он крепко обнял жену, чтобы она не отпустила его, и ласково спросил ребёнка:

— Разве это странно?

— Нет, ничего странного, – Эллиот, покачав головой, встретился взглядом с отцом и улыбнулся. — Кажется, мама и папа хорошо ладят, так что мне это нравится.

Анриш и Алексей замолчали, но вскоре Герцогиня спросила:

— Пора обедать. Думаю, все голодны.

Эллиот моргнул. Он был так поглощен беседой с детьми, что совершенно забыл, что сейчас время обеда. Анриш снова спросила:

— Ты что-то хочешь? Если ты не очень голоден, я положи порцию поменьше.

— Салат капрезе!  Но без помидоров.

— Ты также должен есть помидоры, – Анриш, рефлекторно обыгравшая Эллиота, прищурилась. — Кроме помидоров, разве это не просто сыр?

— В любом случае, я ненавижу помидоры.

— Разве я не говорите не привередничать?

Эллиот надул обе щёки. Анриш взяла тарелку и повернулась к Лилиане:

— А что будет Лилиана? Лилиана?

Она до сих пор не ответила, отчего Анриш сделал озадаченное лицо. Лилиана глупо смотрела на мать и дочь, сидевших рядом.

— Лиз, я не сказала положить салфетку на колени?

Мать обучала дочь обеденному этикету. Ребёнок поднял салфетку с лицом, полным боли.

Лиз? Это короткая форма от Элизабет.

Услышав любящий голос, Лилиана вспомнила старые воспоминания.

— Лили, – покойные родители всегда называли её так.

Лилиана, погружённая в воспоминания о том времени, пробормотала с сожалением, сама того не осознавая:

— Хотел бы я, чтобы моя мама тоже могла называть меня Лили...

В то же время Лилиана, пораженная, прикрыла рот рукой. Мысли просто вылетели из её рта.

— А, я сказала это вслух?

Лилиана посмотрела на Герцогиню.

— Да, я слышала.

При этих слова Лилиана, краснея и заикаясь сказала:

— Простите... Я зря это сказала...

— За что ты извиняешься? – спросила Анриш, горько улыбнувшись. — Лили.

Услышав этот дружелюбный голос, Лилиана медленно улыбнулась. Также ярко, как солнце. Семья Валлиос расположилась бок о бок за столом. Анриш пыталась умерить пыл Эллиота, чтобы он не был привередливым в еде.

— Эллиот, ты должен есть помидоры.

Ребенок, который прятал помидоры под листьями салата, на мгновение сделал суровое выражение лица.

— Поторопись.

С угрюмым выражением лица Эллиот съел помидор на тарелке.

— Моя жена хорошо общается с Эллиотом, – Алексей сдержал взрыв смеха и посмотрел на сына.

Как вдруг:

— Мэм?

— Да?

Анриш оглянулась с озадаченным лицом. Горничная стояла за ними с извиняющимся лицом.

— Что случилось?

— Пришла Маркиза Саксони и Маркиз Саксони.

— Что?..

Анриш не могла ни на мгновение скрыть своего испуганного выражения.

У них что, хобби – портить всё на своём пути?!

Глаза Герцогини резко стали жёсткими.

— Где эти двое сейчас? Думаю, на церемонии будет много шума, поэтому лучше отвести их в приёмную.

Анриш кивнула.

— Я думала, вы не придете хотя бы из-за гордости.

Но я недооценила вашу наглость.

Анриш вскочила со своего места и оглянулась на Алексея и двух детей.

— Я скоро вернусь.

— Пойдём вместе, – Алексей последовал за ней.

Однако Анриш покачала головой.

— Нет, Герцог, мы не можем уйти вместе.

— Но...

— Всё в порядке, – Анриш пожала плечами, будто совсем не беспокоилась. — Я собираюсь просто вернуть их домой. Поэтому Герцогу лучше остаться здесь. Тем не менее, спасибо за беспокойство.

Анриш ярко улыбнулась, поспешно развернулась и исчезла. Алексей прикусил губу, глядя на неё с растерянным лицом. Сколько бы он ни думал, не мог оставить жену одну в таком состоянии.

Герцог поманил горничную.

— Позаботься о детях.

— Да, Герцог.

Лилиана и Эллиот молча посмотрели друг на друга.

— Мы тоже пойдём.

— Нет. Вы главные герои этой церемонии.

— Мама важнее, чем церемония, – непреклонно заявил Эллиот.

Кроме того, Лилиана сжала кулаки и добавила:

— Я... Я тоже. Я хочу пойти к маме.

Алексей тяжело вздохнул. Несмотря на это, дети всё ещё оставались такими же упрямыми.

— Тогда у нас не должно быть проблем, верно?

— Да!

Все трое последовали за Анриш.

* * *

Анриш издала долгий вздох, стоя перед дверью гостиной. Она изо всех сил пыталась подавить раздражение, поднимающееся из глубины её груди. Во-первых, нельзя шуметь. Нет нужды показывать, что Герцогиня не ладит со своей семьёй.

Не важно, даже если сейчас она одна. Это место – церемония помолвки Эллиота и Лилианы.

— Анриш! – Великая Маркиза, сидевшая на диване, вскочила на ноги.

Она отказалась от своей обычной элегантной позы и выглядела свирепо.

— Мама, – Анриш посмотрела на неё, не подняв брови.

— Ты...

Мать подошла к ней с топотом.

— Если брат просит тебя об одолжении, разве можно отказывать так категорически?

Вместо ответа Анриш подняла бровь. Мать не могла сдержать волнения, повышая голос.

— И ты отдала приют той девочке?!

— Моя дела вас не касаются, мама.

— Анриш!..

Герцогиня уставилась на мать непробиваемым взглядом. Но Маркиза лишь скрипела зубами. Конечно, она знала, что Анриш выкупила приют и собиралась распорядиться им по-своему.

— Но я никогда не думала, что ты передашь право собственности Лилиане! Отдать его девушке, у которой ничего не за душой? Почему ты не отдала его младшему брату?!

Пока её желудок закипал, женщина останавливала поток крика, чтобы отдышаться. В этот момент сын прервал её:

— Мама, перестань и успокойся.

— Деннис, – мать схватилась за лоб.

— Моя сестра ведь не самый умный человек, не так ли?

Анриш посмотрела на младшего брата.

Внезапно Анриш вспомнила пословицу, которую знала в прошлой жизни.

Люди больше ненавидят невестку, чем свекровь, которая их бьёт.

Она хотела задержать их, начиная с обычного предупреждения, но люди перед ней совершенно ничего не понимали. Именно тогда Анриш достигла глубокой реализации.

— Сын мой, ты прав, – межде тем мать Маркиза покачала головой. — Было бы неправильно ожидать такого продуманного поступка от твоей сестры.

— Ага, так что мама, ты можешь немного успокоиться.

— Думаю, что это так, – женщина глубоко вздохнула.

В отличие от того, как она относилась к Анриш, женщина любила сына и относилась к нему очень нежно.

— Это дело прошлого, так что лучше не говорить больше об этом, – мама неторопливо оглядела дочь с ног до головы, как вкусную еду. — Прояви доброту к своей семье и отдай наши деньги.

— Деньги?

— Да, твой брат недавно задолжал банку деньги.

Если это долг... Выражение лица Анриш стало холодным. В то же время мама пожала плечами.

— Если мужчина занимается бизнесом, он может залезть в долги, не так ли?

— Когда мужчина занимается бизнесом, он может влезть в долги?

— Да, если мы этого не сделаем, поместье Саксони будет передано банку, – смело потребовал Маркиз.

— Поэтому мы хотим, чтобы ты помогла нам выплатить этот долг.

— Если ты искренна в этом вопросе, мы поверим, что ты действительно дорожишь семьёй. Как терпеть дочь, что поступает неправильно? – спросила Маркиза несколько саркастически.

Казалось, будто мать прощает Анриш все её грехи.

— Да, сестра. Саксони сделали тебя Герцогиней, не так ли? Ты должна отплатить нам за эту услугу.

Брови Анриш напряглись.

— Действительно прискорбно, не так ли?

Кулаки Герцогини сжались. Даже если брат бесконтрольно трепетал что-то, ей хотелось тут же дать ему пощёчину, чтобы умерить пыл и освежиться.

Нет, я не могу. Сейчас помолвка Эллиота и Лилианы.

Анриш подумала об этом, чтобы избежать убийства во время церемонии. Поэтому, едва контролируя своё сердце, девушка заговорила:

— Итак, давайте разберёмся.

Фиолетовые глаза сузились.

— Мой младший брат решил заняться бизнесом, из-за чего теперь задолжал банку, – Анриш сложила руки на груди и склонила голову набок. — И теперь я должна выплатить этот долг? – Анриш спросила это так, будто ей действительно любопытно. — Почему я?

— Почему? Ты настолько... Как думаешь, кто для тебя семья?!

— Семья есть семья – для меня это дружелюбные и любимые люди.

— Тогда почему ты не поддерживаешь младшего брата?! – Маркиза широко распахнула глаза. — Кровь, текущая по твоему телу, принадлежит Саксони!

— Не знаю, – однако Анриш только пожала плечами. — Разве не мама говорила: когда я выйду замуж, стану Валлиос, а не Саксони?

Маркиза усомнилась в услышанном.

— Ты! Кто сделал тебя Герцогиней?!

В то же время мать устроила дочери кровавую баню. Она была полна гнева, а её кровяное давление поднялось. Женщина выглядела так, будто она вот-вот упадёт в обморок.

— Если бы не Саксони, как думаешь, смогла бы ты добиться положения Герцогини?!

Анриш вдруг охватило неописуемое чувство. На самом деле, само это утверждение было правильным. Без поддержки Саксони Анриш не смогла бы закрепить за собой положение хозяйки дома Валлиос, самого высокого рода в Империи.

— Эта поддержка предназначалась не только мне.

А также и младшему брату, который впоследствии стал Маркизом Саксони. Чтобы хоть как-то помочь, мать нашла лучшего брачного спутника для Анриш.

Конечно, я уважаю и дорожу Алексеем как мужем, но... Нельзя отрицать, что Анриш из оригинала вышла замуж только ради брата – Маркиза Саксони. Именно поэтому Герцогиня из оригинала ненавидела Эллиота. Старший сын в семье, который в будущем унаследует титул "Герцога". И Анриш, которую лишил всего её младший брат – прямой враг.

Из-за этого у неё не было другого выбора, кроме как ревновать, хотя это и её собственный сын. Кроме того, Анриш была одержима положением Герцогини. Потому что этот статус – единственный, что мог стоять наравне с младшим братом, Маркизом.

— Ах, – Анриш глубоко вздохнула и посмотрела на двоих холодным взглядом.

— Моя семья – Валлиосы, а не Саксони.

— Анриш!

— Именно мать и брат заставили меня так думать.

— Как ты можешь это говорить?! – женщина громко закричала.

С другой стороны, Маркиз выглядел изумлённым.

— Нет, как ты могла так поступить со мной?

На самом деле, это для него довольно шокирующее. Старшая сестра послушно жила лишь для своего младшего брата. Маркиза поспешно попыталась успокоить сына.

— Не волнуйся слишком сильно, мама как-нибудь её уговорит.

— Не теряйте силы без нужды, – раздался твёрдый голос Анриш. — Убеждение – это то, что можно сделать с теми, кто готов слушать, верно? Что бы вы двое ни говорили, я не собираюсь помогать Саксони.

Раздался резкий треск. Перед глазами Анриш пронеслись фейерверки. Её тело упало на пол, как тряпичная кукла.

Что? Через какое-то время Анриш поняла, что сейчас произошло. В голове раздалась пульсирующая боль. Вкус крови остался на кончике языка. Маркиз Саксони смотрел на неё свирепым взглядом.

— Ты – Герцогиня Валлиос и продолжаешь взбираться наверх?! Не зазнавайся перед матерью и знай своё место!

Маркиз угрожал Анриш.

— Дай мне деньги прямо сейчас!

Услышав крики, раздающиеся в комнате, Анриш закусила губу. На самом деле, это не первый раз. В оригинальной истории младший брат Анриш несколько раз избивал её до замужества. Как раз в тот момент, когда Герцогиня собиралась встать, раздался удар.

— Мама!

— Мама!

Двое детей ворвались в комнату и посмотрели на Анриш лицами, полными удивления.

— Мама, что с тобой?

— Щека!..

Анриш не могла скрыть своей душевной боли. Вероятно, праздник уже испорчен. Не только щёки, но также её губы были разодраны и полны крови. В одно мгновение глаза Эллиота вспыхнули огнём.

— Интересно, мой дядя ударил маму?!

— Нет, это...

— Как дядя мог избить маму?! – Эллиот не мог сдерживать себя, повышая голос все сильнее.

— Почему в эту комнату вошёл Герцог!

Маркиз не мог скрыть смущения.

Для него ударить старшую сестру – нормально само по себе. И ничего подобного не случалось раньше. Однако теперь Анриш – Герцогиня Валлиос. И если кто-то узнает о текущей ситуации...

Вдруг раздался холодный, как лед, голос:

— Значит...

Это был Алексей.

— Вы посмели ударить мою жену? Где мой клинок?

На мгновение Маркиз Саксони замер, как крыса перед зверем. Алексей, появившийся из-за детей, заявил, что хочет убить Маркиза. Поэтому лицо мужчины исказилось страхом.

— Со мной?

Одновременно с этим Алексей потянулся к поясу. Его руки были тверды, как железо.

— Нет!

Раздался резкий стон.

— Это немного!..

Маркиз вырывался и царапал тыльную сторону руки Алексея, когда тот схватил его. Но безрезультатно. Наоборот, хватка становилась только сильнее.

— Как вы могли тронуть мою жену?

В гневе Герцог не контролировал собственную силу. Лишь этот вопрос остался у него в голове.

— Как вы могли применить силу?

Хозяйка Валлиос.

Его жена.

Единственная Герцогиня Империи.

Слишком много причин, которые злили его.

— Женщину, что так дорога мне... Никто не смеет даже коснуться её своим пальцем.

Алексей хотел тут же раздавить Маркиза. Если он сейчас каким-то образом не уберётся с его глаз...

— Герцог!

Услышав этот зов, Алексей вдруг пришёл в себя. Это была Анриш:

— Пожалуйста, прекрати.

— ...

— Дети смотрят.

Из-за столь взволнованного голоса пальцы Алексея медленно отпустили Маркиза.

— Позовите... Кхе-кхе... – Маркиз Саксони, сидевший на полу, тяжело кашлял.

Было неприятно видеть слёзы, навернувшиеся на его глаза. Алексей повернулся к Анриш.

— Жена... Идите с детьми.

— Но...

— Не стоит беспокоиться, я сам разберусь, – сказав это, Алексей протянул руку.

Поколебавшись мгновение, Алексей погладил пальцев её распухшую щёку. Темно-синие глаза потускнели.

— Лицо... Пожалуйста, не забывайте о лечении.

— ... – Анриш, собиравшаяся что-то сказал, промолчала и кивнула.

В то же время Алексей обратил свой взор на мать Анриш и Маркиза Саксони.

— Маркиза, уходите.

— Как я могу оставить сына одного?!

— Серьёзно?

При этом спокойном вопросе женщина напряглась.

— Тогда у меня не будет другого выбора, кроме как вызвать слуг и заставить вас это сделать.

— Герцог Валлиос...

— Вы уверены? – Алексей закончил разговор отрывистым тоном. — Хотите уйти на своих ногах?

В одно мгновение она почувствовала мурашки по всему телу.

— Герцог, я действительно не могу оставить своего сына вот так вот. Моему... Моему сыну... Что вы пытаетесь сделать?

— Я лишь отплачу за содеянное сегодня.

Красные губы рисовали крутые дуги.

— За это нужно нести ответственность.

— Но!..

— Войдите! – раздался крик.

Сотрудники, ожидавшие снаружи, ворвались внутрь.

— Вы звали, Герцог?

— Да, – Алексей кивнул и указал на маркизу. — С уважением выведите мать Маркиза Саксони на улицу.

— Да!

Слуги стиснули руки женщины, которая стояла здесь в совершенном изумлении.

— Отпустите! Деннис, сын мой!

— Мама!

Женщина боролась, но никак не могла преодолеть силовое и численное превосходство слуг. Двери закрылись с другой стороны, но Маркиза прижалась к ней:

— Сын! Сын!

Но плотно закрытая дверь не подавала никаких признаков того, что её откроют. Алексей медленно обернулся. Маркиз Саксони, тяжело дыша, посмотрел на него с ужасом.

— Кхе... Герцог?..

Его узкие глаза дико забегали. Не в силах побороть нарастающий страх, Маркиз Саксони заговорил с дикостью:

— Я показал герцогу свою грубую сторону! Но моя сестра всего лишь была слишком невежественна...

Однако маркиз не смог закончить свою речь, потому что яростный удар Алексея попал прямо ему в живот.

— Ах!

Из уст Маркиза вырвался резкий, задыхающийся стон.

Не обращая на него внимания, Алексей поднялся с ничего не выражающим лицом. Очередной тихий и беспощадный удар хлынул вниз. Маркиз Саксони пытался бежать, но безрезультатно, потому что Алексей упорно держал его.

— Спасите меня! Спасите!

В конце концов маркиз Саксони с обморочным видом схватил Алексея за лодыжку. Его лицо было в крови и синяках.

— Не надо...

Алексей скривил кончик губ.

— Может, мне убить Маркиза?

— Герцог!

— Вы младший брат моей жены, – сказав это, Алексей медленно убрал ноги. — Другими словами, мы родственники.

— Да, да!

— Я имею в виду, если бы не моя жена, я действительно убил бы Маркиза Саксони.

Даже перед человеком, борющимся с болью, его голос был ужасно глухим. Значит, это вселяло в него ещё больший страх.

— Я хочу избавиться от вас, – Алексей облизнул губы. — Но, как бы вы ни были мне противны, вы все еще остаетесь младшим братом моей жены. Так что лучше не спорьте со мной, это может плохо кончиться. И всё ради чего?

Ради чего Маркиз ударил Анриш по щеке?

Деньги.

Алексей наклонился над ним и улыбнулся одними губами – холодная и безэмоциональная улыбка. Герцог вытащил бумажник из кармана.

— Давайте, берите, – пара бумаг затрепетала и упала на тело Маркиза Саксони.

Это чек, подписанный Герцогом. Каждого хватило бы, чтобы купить пять таунхаусов на островах.

— Разве Маркиз не так сильно любит деньги? – насмешливый голос пронзил уши.

Но Маркиз Саксони не злился на насмешки, лишь смотрел, как чеки упали на пол, не в силах подобрать даже один. Это потому, что по его телу разошлась легка дрожь, что грызла всё тело.

— Если что-то подобное повторится в будущем... – Алексей медленно опустился, глядя прямо в глаза маркизу Саксони. Его глаза были холодными и тяжёлыми, как глубокое море. — Тогда мне придётся разобраться с вами.

— Герцог...

— Если это произойдёт, я даже не знаю, что сделаю.

Это конец.

Алексей посмотрел на извивающегося на полу Маркиза Саксони презрительным взглядом и открыл дверь.

— Денис!

В то же время в комнату поспешно вбежала мать.

— Боже мой! Сын! – раздался удивлённый голос.

Так или иначе, Алексей быстро вышел наружу.

* * *

В то же время.

Анриш охлаждала распухшие щёки пакетом со льдом. Лилиана и Эллиот плакали и цеплялись за маму. Джейн, рассматривавшая щеку Анриш, обеспокоенно пробормотала:

— Что же нам делать, если щека так сильно распухла?

— Я в порядке, – Анриш покачала головой.

Двое детей удивлённо спросили:

— Всё в порядке? В порядке? Щека мамы увеличилась вдвое!

— Эллиот прав.

— Да?..

Увидев, что даже у нежной Лилианы загорелись глаза, Анриш поняла: её внешность, должно быть, теперь испорчена. Герцогиня обеспокоенно спросила Джейн:

— Как проходит помолвка?

— Даже в такое время вы сначала беспокоитесь о церемонии? – почти плача спросила Джейн.

Анриш же неловко улыбнулась.

— Мне следует об этом беспокоиться.

— Дворецкий сказал, что всё решит и приберётся.

— Да? – нерешительно спросила Анриш.

К счастью, это компетентный человек. Как вдруг Алексей вошёл в комнату с коротким стуком.

— Папа!

— Герцог!

Дети бросились к Алексею. Герцог какое-то время похлопал их по плечу и перевел взгляд на жену.

— Мадам, вы в порядке?

— Да, – Анриш застенчиво кивнула.

Голубые глаза были полны беспокойства. Алексей взял у Джейн пакет со льдом:

— Всё в порядке, можешь идти.

— Да, Герцог, – горничная склонила голову и вышла из комнаты.

Алексей, сидевший рядом с Анриш, осторожно приложил пакет со льдом к её щеке.

— Не могли бы вы немного приподнять подбородок?

— Ох, да... – Анриш сделала так, как Алексей и попросил.

В комнате воцарилась долгая тишина, которую Герцог вскоре нарушил:

— С каких пор?

— А?..

— Маркиз Саксони, – в одно мгновение власть перешла в руки Алексея. — С каким пор он ведёт себя так и совершает насилие над женой?

Герцог тихо задал вопрос. Раньше он чувствовал себя неловко из-за отношения Анриш. Ощущение несоответствия заключалось в том, что, хотя она и злилась, не была удивлена.

— Похоже, у вас уже был такой опыт несколько раз.

Только когда Алексей думал об этом его голова наполнялась гневом.

— Прошу прощения, я не хотел вас беспокоить, – Алексей остановился.

Однако Анриш, совершенно незнавшая тайн Алексея, ужаснулась, не имея ничего против его намерений.

— Думаю, это немного неудобно.

Анриш глупо моргнула глазами, будто сделала что-то не так. Разумеется, у Алексея редко бывает раздражённое выражение лица. И впервые Герцогиня видит настолько разгорячённого мужа. Он так крепко сжимал пакет со льдом, что из тыльной ладони торчали белые кости. Анриш рефлекторно протянула руку:

— Расслабьтесь.

— Мадам...

— А если она заболит? – Анриш взяла у него пакет со льдом.

Алексей, смотревший на пустую руку, перехватил Анриш.

— Ничего страшного, если мне немного неудобно.

— Да?

— Я думаю, это вполне естественно. Герцогиня – моя жена, и мы...

Алексей поднял голову. В его глубоких голубых глазах горел страстный свет.

— Разве мы не семья?

Семья...

Анриш сжала губы. Это незначительное слово насквозь пронзило её сердце.

— Так что я...

В голосе Алексея звучал легкий жар.

— Я не хочу слышать, что моя жена о чём-то сожалеет.

— Герцог...

— Защищать свою жену, защищать семью... Для меня это очень естественно.

Анриш раскрыла губы, словно собиралась сказать что-то глупое, но тут же закрыла их. Потому что не знала, как правильно выразить эмоции, переполняющие сердце. Поэтому Герцогиня лишь коротко сказала:

— Да, спасибо.

Раньше вы не защищали меня от брата.

Анриш пошевелила рукой, что лежала на коленях. Глубоко в её груди что-то продолжало щекотать сердце, как перышко.

— Герцог сказал, что для него естественно быть членом семьи, но я все равно хочу выразить свою благодарность.

Алексей, смотревший ей в лицо, первый раз слабо улыбнулся.

— Это я должен говорить спасибо.

— А? Что вы имеете в виду?

Анриш озадаченно посмотрела на Алексея.

— Жена хорошо позаботилась о детях, поэтому их выражения лиц стали намного ярче, чем раньше.

— Эм, это... – Анриш немного смутилась. — Но сейчас, думаю, я удивила детей тем, что ругалась с семьёй Саксони.

Анриш случайно произнесла эти слова вслух. Её глаза вдруг широко открылись.

— Это то, что я должен был решить, – Алексей быстро покачал головой. — Жена всегда внимательна к детям и старается заполнить пробелы.

Его прямые глаза смотрели на Анриш, не дрогнув.

— То же самое и с церемонией помолвки.

— Но...

— Так что я... – улыбка Алексея стала немного темнее. — Потому что моя жена стала хозяйкой Валлиос... Я очень счастлива и благодарен за это.

— Ах...

На мгновение Анриш отвела взгляд, сама того не осознавая.

Её уши странно горели. Алексей посмотрел на неё с озадаченным выражением лица.

— Мама?

— Ах, то есть!..

Её лицо становилось всё горячее, она не могла ничего сказать, лишь избегала Герцогского взгляда.

При этом раздался короткий стук, ставший для Анриш спасением.

— Войдите.

Дверь открыл дворецкий.

— Герцог, Герцогиня, – он склонил голову. — Думаю, вам следует ненадолго подойти к Молодому Господину и Юной Леди.

— К детям?

— Да, ведь они главные герои церемонии помолвки. И теперь, думаю, им стоит попрощаться.

При этих словах Алексей быстро встал.

— Тогда я пойду.

— Всё в порядке?

— Да. Моя жена плохо себя чувствует. Так что скажем всем, что она немного отдохнёт.

— Благодарю.

Алексей широко улыбнулся и вышел к детям. Дверь за ним закрылась. Анриш, смотревшая на медленно закрывающуюся дверь, подняла руку и крепко сжала её у груди.

Странный.

Каждый раз, когда Алексей смотрел на неё, каждый раз, когда разговаривал с ней приветливым голосом, её сердце продолжало быстро биться. Анриш, как и раньше, крепко зажала глаза. Она надеялась, что это постоянное чувство смущения наконец исчезнет.

Краснее осенних листьев.

Прошло время, приблизилась осень.

Анриш наслаждалась своим досугом с чашкой чая перед ней после долгого перерыва. Она задавалась вопросом, будут ли протесты со стороны Саксони после окончания помолвки, но, к счастью, этого не произошло. Анриш слышала, что маркиз сейчас в больнице.

— Похоже, Алексей использовал силу.

Анриш не стала ничего спрашивать об инциденте, а Алексей не удосужился рассказать подробнее. Однако, видя, что Саксони официально не протестуют, кажется, проблема наконец решена.

Анриш невольно подняла руку, дотронувшись до щеки. Теперь они полностью зажили, а от опухоли не осталось и следа.

— Герцог...

Ощущение его руки, нежно ласкающей щёку. Голубые глаза полные беспокойства. Каждый раз, когда Анриш думала о муже в тот день, она начинала странно задыхаться из-за нехватки воздуха.

— Ладно, это просто бессмысленно.

В конце концов, это всего лишь брак по расчёту. Так зачем она пытается придать этому особый смысл?

— Нужно просто выпить холодной воды и успокоиться.

Когда Анриш глотнула еле теплый чай, поперхнулась.

— Кха!

— Мама! – обеспокоенно вскрикнул Эллиот.

— Кха-кха!

Удивленный сын подошёл ближе, спрашивая:

— Мама, ты в порядке?

— Кха! Да, всё в порядке, — Анриш поспешно прикрыла рот платком.

— Вы действительно в порядке? – послышался новый обеспокоенный голос.

Анриш снова сильно закашлялась.

Нет, почему Герцог здесь?!

Именно об Алексее Анриш беспокоилась весь день. Но Герцог, ничего не ведавший о секрете, с беспокойством посмотрел на жену.

— Герцог, – Анриш изо всех сил постаралась притвориться спокойной и выпрямилась. — Разве вы не должны были сегодня отправиться во Дворец?

— Сегодня суббота.

Анриш не могла скрыть застенчивость. Лилиана, которая примчалась к ним в этот момент, села рядом с мамой.

— Мама, вот ты где!

— Что случилось, Лили?

Лилиана застенчиво улыбнулась, услышав свое прозвище, которое теперь совершенно естественно использовалось в доме.

— Герцог сказал, что мы завтра можем пойти все вместе на пикник. Да?

— Гецрог? – Анриш широко открыла глаза и посмотрела на Алексея, который выглядел немного нервным.

— Кажется, жена слишком натерпелась во время подготовки к помолвке. Думаю, стоит отдохнуть – поиграть на озере.

Анриш удивленно моргнула.

— Даже если это праздник, Герцогу было трудно найти время, не так ли?

Но Алексею не терпелось как-то убедить Анриш.

— Я хотел бы иметь возможность насладиться катанием на лодке и вкусной едой во время отдыха.

Анриш влюбилась в эту идею:

— Думаю, тогда все в порядке.

Катание на лодках и вкусная еда – её любимое сочетание.

— Мадам, вам просто нужно прийти. Я все подготовлю, – Алексей продолжил увлеченно говорить. — Озеро – собственность Герцога, так что за чужие глаза можете не беспокоиться.

Алексей посмотрел Анриш прямо в глаза.

— Но если вам не нравится эта идея...

— А?..

— Можете просто отказаться.

Почему-то Анриш показалось, что плечи Алексея несколько поникли. Анриш, наконец, рассмеялась вслух.

— Я не собираюсь беспокоить свою жену...

— Хорошо, – Анриш кивнула.

В одно мгновение лицо герцога просветлело.

— Тогда я сообщу обо всём заранее.

— Хорошая идея.

— Может быть, что-то нужно? Корзина для пикника обязательна, верно? Есть ли что-то, что жена хочет поесть? Ах, кроме того... – воскликнул Алексей.

Он начал раскладывать все необходимые вещи одну за другой. Анриш казалось, что он невероятно милый. Улыбка на сходила с её губ.

* * *

На следующий день.

Семья Валлиос направилась к озеру недалеко от острова. Из уст Лилианы вырвался стон. Глаза Эллиота тоже блестели.

— Здесь правда так красиво.

На восхищение Анриш Алексей повернул голову и посмотрел на жену.

— Вам нравится?

— Конечно.

Услышав этот ответ, Алексей испытал явное облегчение. Но Анриш выглядела слишком искренне:

— Это действительно красивое место.

В отличие от островов, где еще сохраняется летняя энергия, вокруг озера полностью созрела осень. Холодное чистое озеро блестит под красным и желтым опавшим листьями. Анриш наслаждалась пейзажем, широко открыв глаза.

— Боже мой!

Внезапно двое детей побежали к озеру.

— Нельзя подходить так близко к озеру!

Что, если они упадут в воду?

Анриш поспешно последовала за детьми. Эллиот сидел на корточках перед озером, опустив руку в воду с холодным дыханием. Затем, в шоке, выдернул руку.

— Ах, как холодно!

Глаза Лилианы расширились.

— Тебе холодно?

— Да, ты тоже попробуй.

После минутного колебания Лилиана дотронулась пальцем до водной глади.

— Ах, холодно!

— Холодно?

— Да!

Дети залились смехом. Анриш, стоявшая позади них, сузила глаза.

— Я ведь говорила вам не подходить к воде так близко без взрослых.

— Мама, – однако дети даже не слушали её.

В первый раз они посетили озеро, поэтому были так удивлены. Эллиот дёрнул Анриш за юбку.

— Мама, попробуй один раз опустить руку в воду. Она очень холодная.

— Хм, хорошо? – Анриш, которая собиралась отругать детей ещё немного, но тихо села.

На самом деле, она никогда раньше не была на таком большом озере. Анриш сложила руки и зачерпнула воду, как в миску.

— Боже мой, неужели? – внезапно её глаза засияли, как у ребёнка.

Именно тогда Лилиана задала Анриш вопрос голосом, полным предвкушения:

— Мама, мы поедем кататься на лодке?

Взгляд ребенка был прикован к лодке, привязанной к берегу.

Что? Это лодка, на которой мы можем прокатиться, верно?..

Пикник был устроен Алексеем, поэтому Анриш и не знала, кому принадлежит лодка. Именно тогда она погрузилась в глубокую агонию.

— Сначала нужно покушать, – Алексей ответил на вопрос Лилианы.

Эллиот, навострив уши, поспешно прервал разговор между ними.

— Тогда мы можем сесть в лодку и поплавать?

— Эллиот, если ты не будешь создавать проблемы и будет слушать свою маму, я подумаю об этом.

— Прости, папа! – Эллиот перестал плакать.

Алексей, увидев это, расхохотался.

— Еда готова, пойдёмте.

— Боже мой. Неужели Герцог всё приготовил самостоятельно? – с небольшим сожалением спросила Анриш, ведь всё это время она провела с детьми, даже не помогая мужу.

Алексей пожал плечами:

— Разве я не решил взять ответственность за сегодняшний пикник?

— Ах...

— Моей жене нужно просто отдыхать, – Герцог широко улыбнулся. — Сегодняшний пикник устроен лишь для этого.

— Спасибо. Тогда позаботьтесь обо мне.

Анриш покраснела и кивнула. Так, все трое пошли под тень дерева, следуя указаниям Алексея.

— Ух ты!

Анриш была поражена.

— Вы подготовились так тщательно.

Алексей показал им роскошный стол и стулья. На нем были выложены разнообразные продукты. Бутерброды и салаты, сосиски и пирог с мясом, целая курица с начинкой внутри. Даже тушеные блюда, которые неудобно брать с собой на улицу.

— Я думала, мы просто съедим небольшом ланч, – Анриш испытала сильнейший культурный шок. — Должно быть, потребовалось много тяжелой работы, чтобы подготовиться к этому.

— Что ж, дворецкий, должно быть, страдал больше, чем я, – с сарказмом ответил Алексей.

— Ах, верно, – Анриш достигла просветления. — Такого рода вещи всегда готовятся подчинёнными.

Затем Алексей выдвинул стул, предложив Анриш сесть.

— Садись.

— Ах, спасибо, – Анриш быстро села.

Запах вкусной еды щекотал кончик носа. Алексей разрезал мясной пирог и положил его на тарелку. Конечно же, он внимательно посмотрел на детское питание, чтобы убедиться, что всё в порядке.

Мне почему-то кажется, что муж заботится обо мне лучше, чем о детях. Или мне просто кажется?

Анриш взглянула на Алексея с ухмылкой. Как только их взгляды встретились, Алексей задал вопрос:

— Тебе ещё что-то положить?

— Нет, всё в порядке.

— Может быть, тебе что-то не нравится?

— Нет, всё очень вкусно.

Анриш поспешно покачала головой, отчего Алексей широко улыбнулся.

— Тогда я рад.

В конце концов, мне не кажется, верно?

Анриш впала в такую глубокую агонию.

— Между прочим, Герцог... Не кажется ли вам, что вы и сами не можете прикоснуться к еде, хотя ждали так долго?

Чувствуя себя неловко, она тайком взглянула на Алексея. Если подумать, должно быть, он очень устал и теперь был голоден.

— Более того, Герцог не голоден?

— Нет, всё в порядке.

— Я так не думаю, – Анриш, широко открыв глаза, схватила его за край рукава и усадила на стул.

Герцогиня положила еду ему на тарелку.

— Мы ведь должны поесть вместе, разве нет?

Алексей, немного поколебавшись, сел с красным лицом.

— Спасибо...

Анриш снова широко раскрыла глаза.

Мне кажется? Или Герцог сейчас покраснел?!

Но вдруг Эллиот заговорил:

— Почему мама и папа разговаривают только друг с другом?

Лилиана ничего не сказала, но, соглашаясь с Эллиотом, энергично кивала головой. Анриш неловко улыбнулась.

— Ах, мы не делали это нарочно.

— Я тоже хочу курицу.

— Да, – Алексей поспешно положил хорошо приготовленную курицу на тарелку Эллиота.

Затем Эллиот немного смягчил выражение лица. А Лилиана смотрела на Анриш с редким румяным выражением лица.

— Мама, я люблю сосиски.

— Ох, конечно! – Анриш подтолкнула сосиску к Лилиане.

Мне стоит быть осторожнее...

Глядя на Лилиану, которая ела толсто нарезанную сосиску, Анриш покрылась холодным потом.

* * *

Когда трапеза закончилась, остался только десерт. Алексей снова вручил его сначала Анриш.

— На десерт я приготовила охлаждённый пудинг.

Затем герцог поставил коробочку с карамельным соусом поверх пудинга. Глаза Эллиот, пока он смотрел на это, расширялись всё сильнее и сильнее.

— Папа любит только маму!

Он выглядел так, будто собирался закричать это в любой момент.

Анриш, наблюдавшая за детьми, осторожно заговорила:

— Мне не нужна помощь...

— Это то, что я хочу сделать, – спокойно ответил Алексей.

Затем он спросил немного разочарованно:

— Может быть, вам это не нравится?..

— Нет! Ничуть! – Анриш торопливо махнула руками.

Честно говоря, она даже была рада, что Алексей хорошо о ней позаботился. Однако... Что насчёт детей?!

Внутренне Анриш плакала, желая хоть немного позаботиться о них.

Почему Алексей, обычно такой сообразительный, ведёт себя сегодня так бесчувственно?!

Между тем Алексей, услышав её ответ, явно почувствовал облегчение. Похоже, тему нужно сменить. Анриш торопливо встала со своего места.

— Что ж, мы почти закончили трапезу.

— А?..

— Поедим в лодке?

От предложения Анриш глаза детей заблестели.

— Я рада, что вам нравится, – Герцогиня испытала глубокое облегчение. — Я давно хотела покататься на этой лодке.

— Мама, мы правда поедем на ней?

— Папа, я хочу грести вёсла!

Эллиот и Лилиана трещали, как цыплята. Алексей на мгновение нахмурил брови, затем кивнул.

* * *

Супруги Валлиос неторопливо шагнули к озеру. Лилиана и Эллиот расхохотались и побежали впереди родителей.

— Ребята, смотрите вперёд! А что, если вы упадёте? – Анриш не нравилось всё это.

Затем послышались ответы, смешанные с детским смехом.

— Да-а!

— Мама, папа, идите быстрее!

Дети стояли перед скульптурной лодкой и махали руками, громко крича. Анриш невольно открыла рот:

— Им так нравится?

— Дети всегда такие, – Алексей слегка пожал плечами. — В молодости меня интересовали модели кораблей и экипажей.

— Боже мой, и Герцога?

При этих неожиданных слова глаза Анриш загорелись.

Должно быть, Герцог не казался взрослым с самого рождения.

Даже такой Алексей в детстве любил игрушки. Будто увидев его новую сторону, Анриш была немного взволнована. С другой стороны, Алексей воспринял её реакцию несколько иначе.

— ...Это странно?

Его лицо вдруг стало застенчивым.

— Нет, нисколько, – Анриш покачала головой и широко улыбнулась. — Скорее, мило?

Глаза Алексея слегка расширились. Потом он потер затылок и отвернулся:

— Благодарю вас.

Ух ты, он стесняется? Сегодня Герцог ведёт себя немного неожиданно, не так ли?

В это время Анриш безучастно смотрела на покрасневший затылок.

— Мама! – Эллиот закричал ещё громче, чем раньше.

Анриш, внезапно придя в себя, повернулась к сыну:

— Да? Эллиот, что случилось?

— Я не могу сесть в лодку, – Эллиот надулся, облизывая губы.

— Ах, да, – Анриш быстро сообразила, что происходит.

Между озером, по которому плыла лодка, и землей была небольшая пропасть. Маленькими шагами дети не могли попасть на лодку, не намочив ноги.

— Что ж, я тоже не помогу... – Анриш озадаченно посмотрела на край объёмного платья. — Подождите минутку.

Что, если мои ноги промокнут?

Анриш с закатанной юбкой попыталась войти в озеро с решительным лицом. Она хотела взять детей на руки и посадить в лодку. Но тут Алексей остановил её.

— Не нужно.

— А?..

— Я сам, – сказав это, Алексей снял ботинки.

Анриш растерянно спросила:

— Правда? Всё в порядке?

— Да, я не хочу, чтобы моя жена промокла.

Видимо, Алексей говорил искренне. Избегая брызг, он вошел в воду, затем широко раскрыл объятия сыну.

— Эллиот, иди сюда.

— Да!

Эллиот и Лилиана сели в лодку. И, наконец, настала очередь Анриш.

— Мадам, сюда, – Алексей потянулся к ней.

Анриш широко улыбнулась.

— Ах, спасибо, – до этого момента она не ожидала найти такую поддержку, однако Алекей действительно превзошёл все возможные ожидания. — Ай!

Герцогиня вдруг закричала, сама того не осознавая, когда Алексей обнял её за талию и приподнял, чтобы поставить в лодку. Анриш рефлекторно схватила его за шею и обняла.

— Герцог?!

При этом её ноги уже достигли дна лодки. Анриш подняла голову с озадаченным видом. Алексей вдруг улыбнулся жене:

— Разве это не нормально – помогать жене, чтобы она не намочила ноги?

— Это... Но...

Почему вдруг так резко?!

Анриш не могла радоваться, когда секунду назад чуть не получила сердечный приступ и не умерла. Более того...

Почему это улыбающееся лицо такое красивое?

Анриш вдруг покраснела. Но Алексей, казалось, совсем не замечал эту неловкость между ними. Он лишь небрежно взял в руки весло.

— Все, пожалуйста, садитесь.

Анриш поспешно усадила детей на места. Дождавшись, когда все сядут, Алексей начал грести. Лодка направилась к центру озера. Анриш устремила взгляд на водную гладь, словно одержимая.

— Вау, какой живописный пейзаж!

Было ощущение, что ты находишься внутри открытки. На озере лежали тени деревьев, окрашенных в красные и жёлтые цвета. Опавшие листья плыли по воде, оставляя изящный остаточный образ.

— Это действительно красиво.

— Я рад, что вам нравится, – любезно ответил Алексей.

Анриш улыбнулась ему в ответ и ещё раз посмотрела на окружающий пейзаж.

Всё это время я только бежала вперёд, как сумасшедшая. Не думаю, что у меня вообще было время на отдых и на себя.

Дождавшись, когда лодка остановится посреди озера, Эллиот потянулся к отцу:

— Папа, а мне нельзя погрести?

— Ну, это будет немного сложно, – с игривым выражением лица Алексей дал сыну весло.

Затем Эллиот решительно повернулся к Лилиане:

— Лили, смотри!

— Да?

— Я умею грести! – Эллиот пытался хорошо грести, как отец, но... — Ой!

В конце концов, Эллиот просто отпустил весло, которое со звуком ударилось о воду. Лилиана сузила глаза и посмотрела на него:

— И это "умею грести"?

— Эй, я могу!

Эллиот снова вцепился в весло, но тщетно. Оно лишь напрасно крутилось, создавая брызги. Весло то и дело выскальзывало из рук. Эллиот, в конце концов, став свирепым, сделал глубокий вздох.

— Эллиот, остановись и присядь, – Анриш позвала его серьёзным голосом. — Что ты будешь делать, если вдруг упадёшь?

— Но...

— Когда Эллиот немного подрастёт, станет таким же сильным, как папа, и сможет хорошо грести.

Когда Анриш успокоила Эллиота, он сел, надув щёки. Алексей подавил взрыв смеха и повернулся к жене:

— Хотите двигаться дальше?

— Нет, думаю, неплохо остаться здесь на некоторое время, – Анриш широко улыбнулась. — Пейзаж такой красивый, что не стоит уезжать, пока мы не насладимся им.

— Это правда так, – Алексей отложил весло и сел.

Наступило мирное время. Осенний ветер нежно развивал волосы. Температура не слишком холодная, но и не слишком жаркая. Свежий воздух. Это идеальная погода для катания на лодке.

Тем временем...

— Хм?

Эллиот вцепился в перила лодки и расширил глаза:

— Мама, папа! Лили!

— Что?

— Боже мой, если ты будешь так облокачиваться на край, точно упадёшь!

Анриш и Алексей вдруг одновременно пытались уберечь Эллиота от падения. Однако он, одержимый увиденным, не слушал слова родителей:

— Это рыба! Она огромная и переливается всеми цветами радуги!

— Эллиот, отойди от...

— Ой!

В одно мгновение с губ Эллиота сорвался крик.

Когда он слишком сильно оперся на перила, его тело потеряло равновесие. Тело Эллиот с брызгами упало в озеро. В одно мгновение Анриш, даже не думая, вскочила со своего места:

— Эллиот!

В ужасе он барахтался в воде:

— Ах... Я!..

Ледяная вода заливалась внутрь рта и носа. Слова невозможно было разобрать. Эллиоту казалось, словно его кто-то упорно тянет вниз.

— Помогите!..

Каждый раз, когда он сопротивлялся, вода лишь сильнее давила на тело.

А потом...

Вода бурно забурлила. Анриш без колебаний прыгнула в воду.

— Мама! – закричала Лилиана.

— Эллиот?!

Внезапно он потерял силы и был готов уйти под воду. Конечности ребёнка беспомощно дрожали в потоке. В тот момент, когда Анриш увидела его бледное лицо, она почувствовала учащённое сердцебиение.

Нет!

Подол объемистого платья полностью впитал воды, придавливая, как тяжелый камень. Анриш протянула руку Эллиоту. Запястье ребёнка достигло кончика её пальцев. На мгновение она схватила его руку, но встретилась с проблемой. Ей не хватало сил, чтобы удержать его и подняться в воде.

Вдруг крепкая рука сжала её. Одновременно со звоном из воды выпрыгнули тела Анриш и Эллиота.

— Ах, – лёгкие, доведённые до предела, жаждали кислорода. — Ха-а... Ха...

Анриш глубоко дышала. Эллиот в её руках мучился от кашля.

— Эллиот!..

В одно мгновение Анриш почувствовала, как её тянет вверх сильная рука. Она вытащила её и сына из воды. Внезапно Герцогиня обнаружила, что уже сидит в лодке.

— Мама! Эллиот! – Лилиана бросилась к ним с потрясенным видом, словно вот-вот упадёт в обморок.

Анриш почувствовала, как всё её тело дрожало. Было ужасно холодно. Лёгкий ветер вдруг превратился в резкий. Твёрдые зубы Анриш стучали и бились друг о друга. Она торопливо вытерла лицо ребёнка:

— Эллиот, ты в порядке?!

Эллиот вздохнул и прильнул к Анриш:

— Мама...

Без колебаний Анриш осмотрела всё тело Эллиота:

— Всё в порядке? Ты не ранен?

При этом был слышен звук сильного плеска воды. Анриш держала Эллиота на руках и смотрела ему за спину. Алексей смотрел на Герцогиню с лицо, полным удивления и гнева:

— Вы не в своём уме?! Если надеть платье и прыгнуть в воду, можно утонуть!..

— Посмотрите на Эллиота, – Анриш сразу же указала на сына.

Казалось, она не нашла никаких повреждений, но думала, что просто не может ничего заметить на первый взгляд.

— Эллиот, ты точно в порядке?

Едва сдерживая бурление внутри, Алексей потянулся к сыну. Он также беспокоился о нём, внимательно осматривая. Стиснув зубы, Герцог кивнул:

— Думаю, всё в порядке.

— Пап... – Эллиот расплакался.

В этот момент Анриш испытала глубокое облегчение.

— Хорошо, я рада...

Энергия вытекла из её тела. Анриш, освободившись от напряжения, рухнула на месте. Алексей, торопливо повернувшись, посмотрел на неё с недоумением:

— Мадам, вы в порядке?

— Да, я...

Но вместо ответа Анриш лишь кивнула.

— Мадам? Мадам!

Голос Алексея, зовущий её, слышался только вдалеке.

В конце концов, в глазах потемнело.

* * *

Вся семья прибыла в таунхаус.

— Ах... – Алексей испустил незнакомый вздох.

Дом был подобен улью, застрявшему в суматохе. На самом деле, это естественно, ведь хозяйка прибыла домой в бессознательном состоянии.

— Боже мой, Мадам!

— Что произошло?

— Немедленно вызовите врача!

Сейчас Алексей наблюдал за своей женой, которая лежала на кровати, с озадаченным видом.

— Тебе просто нужно немного отдохнуть?

Очевидно, так сказал врач. Алексей закрыл глаза, уловив тонкое дыхание. Худые запястья, торчащие из-под одеяла, выглядели почти невесомыми.

Ты всегда была такой слабой?..

С таким стройным телом, заботиться о детях, отправляться в академию, устраивать церемонию помолвки. Как Анриш всё это время выдерживала давление Маркиза Саксони? И Алексей узнал обо всём лишь недавно. Герцогиня, которая всегда лучезарно улыбалась, скрывала глубокие раны на сердце.

Алексей закусил губу и прошептал:

— Я должен был узнать раньше.

Может быть, это потому, что он намеренно игнорировал неприятные проблемы только из-за плохо отношений с женой.

Тебе... Было очень одиноко?

Алексей почувствовал, как его сердце заболело. Как вдруг дверь с кратким стуком открылась. Из-за неё высунулись Эллиот и Лилиана.

— Папа.

— Герцог.

Двое детей свисали с двери, встревоженно глядя на Алексея.

— Мама... Как она?

— Ещё спит?

Оба понизили голос из-за страха, что Анриш вдруг неожиданно проснется. Алексей смущенно посмотрел на детей.

— Мама ещё не проснулась.

Вдруг послышался хриплый голос:

— Я в порядке.

Алексей, поражённый, оглянулся:

— Мадам?

Анриш, внезапно проснувшись ото сна, посмотрела на него. Однако ей было тяжело двигать телом. Герцогиня могла лишь издать звук боли, который сорвался с губ:

— Ах...

— Врач сказал, что тебе нельзя переусердствовать! – Алексей поспешил к жене.

Анриш, которая села, опёршись на подушку, устало вздохнула. Затем она ярко улыбнулась детям, что всё ещё стояли у двери.

— Эллиот, Лили.

— Мама...

— Мам...

Она широко раскинула руки:

— Идите сюда.

При этих словах дети заплакали и бросились в объятия Анриш. Внезапно он, не в силах совладать с чувством облегчения, заплакали. Анриш озадаченно смотрела на них:

— Я не буду вас ругать.

— Я думал, что больше не увижу маму...

— И я...

Дети впились в объятия Анриш, громко плача. Герцогиня, не зная, что делать, украдкой взглянула на Алексея. Увидев просьбу жены, Алексей позвал сына:

— Эллиот.

Он оглянулся на отца и с ошеломленным видом осторожно ответил:

— Д-да...

— Прежде чем ты будешь плакать, ничего не хочешь сказать маме?

При этих резких словах Эллиот напряг плечи и с решительным видом вытер слезы с лица кулаком. После он снова посмотрел на Анриш влажными глазами:

— Мама, прости.

— А?..

— Тогда... На озере...

Из-за слёз уголки глаз Эллиота опухли и покраснели.

— Мама сказала мне не облокачиваться на лодку, но я не послушался и упал.

Не в силах продолжить, Эллиот снова уронил бусинки слёз. Смущённая Анриш поспешно обняла его:

— Всё в порядке.

— А если случилось бы что-то действительно плохое?

— Это ведь не произошло, – Анриш погладила Эллиота по спине.

Герцогиня аккуратно отстранилась от сына и спросила его:

— Теперь ведь ты будешь слушать маму?

Эллиот энергично кивнул. Анриш горько рассмеялась:

— Тогда всё хорошо.

В то же время в разговор поспешно вмешалась Лилиана:

— Мама, ты правда не будешь болеть? У тебя всё хорошо?

— Да. Врач позаботился обо мне, поэтому всё в порядке.

— Я рада...

Лилиана посмотрела на Анриш широко раскрытыми глазами. Анриш, утешающая детей, вдруг повернулась к Алексею, который смотрел на них издалека.

— Герцог?

— Да?

Алексей, который смотрел на происходящее, вдруг пришёл в себя. Анриш закрыла глаза и поманила его:

— Почему вы стоите там один? Идите сюда.

— Хорошо, – Герцог подошёл к жене и слегка наклонил голову.

Это было действительно странно.

Я правда не могу оторвать от тебя взгляд.

Эллиот и Лилиана остались в комнате Анриш до поздней ночи, пока не взошла луна. Но они не могли быть привязанными к маме вечно. В конце концов, трое расстались с сожалением.

— Хорошо отдохните.

— Хороших снов, Герцог.

Дверь закрылась. И за ней исчезло улыбающееся лицо Анриш. Герцога огорчил этот факт.

— Пойдём, ребята.

Алексей едва сохранял спокойное выражение лица, пока не развёл детей по комнатам.

— Спите спокойно, Эллиот и Лили.

— Да, папа.

— Спокойной ночи, Герцог.

Склонившие головы в его сторону дети вернулись в комнаты, которые располагались рядом друг с другом. В этот момент выражение лица Алексея испортилось.

— Хорошо, когда ты живешь бок о бок со своей женой.

Алексей посмотрел на свою ладонь и вспомнил тот момент, когда вытащил этих двоих из воды. Первым, кого он коснулся, была Анриш, а не драгоценный сын.

Я...

Голубые глаза тихо трепетали.

Сначала я хотел спасти Анриш, а не Эллиота.

Алексей, сжав кулаки, поднял взгляд и посмотрел в окно. Под хмурой тьмой равнодушно трепетали зелёные листья, в которых ещё были следы лета. Было бы лучше, если бы сердце Герцога стало таким же мирным.

С каких пор?..

В сером мире лишь один человек сиял светом – Анриш. Это действительно первый раз, когда Алексей подумал о Герцогине в таком ключе.

— Мы замужем уже восемь лет.

Возможно, она тоже чувствует себя немного странно? Но в какой-то Алексей, поддавшись интуиции понял – это влюбленность.

— Я?..

Алексей слегка облизнул губы и наконец закрыл лицо руками. Казалось, если он это сделает, сможет хоть немного освободиться от бесконечного чувства. Но всё это напрасно. Первая любовь, обжигающая сердце, была краснее слепых осенних листьев на озере.

Герцогство Валлиос.

Осень почти закончилась. Была ранняя зима, когда деревья начали оголяться. Большинство дворян остаются на островах с весны до осени, а зимой уезжаю в поместья. Предстояло разобраться с заданиями, которые можно увидеть на территории, а также посмотреть на местных жителей.

Тем не менее, Герцогиня никогда не занималась этим. Алексей также не обращал на неё внимания и не поощрял её желание перейти в Герцогство Валлиос.

— Наверное, потому что я ничего не ждал от неё.

Так что до сих пор он приезжал в поместье только с Эллиотом.

— В этом году я еду в поместье с детьми. Жена будет нас сопровождать? – Алексей осторожно предложил это.

Первое чувство, которое испытала Анриш – сильная радость.

— А!..

Сам факт того, как она рада сейчас, значил, что Анриш давно ждала этого момента. С горячностью Герцогиня согласилась на предложение. А на лице Алексея появилось явное облегчение.

— Тогда готовьтесь. Позже я обо всем скажу.

— Да, хорошо, – Анриш широко кивнула.

Когда она уже собиралась выйти из комнаты, Алексей оглянулся.

— Кажется, жена не против посетить Герцогство, – он мягко улыбнулся. — Я действительно счастлив.

Глядя на эту дружескую улыбку, Анриш показалось, что самая глубокая часть сердца затрепетала. Герцогиня тоже ответила Алексею улыбкой.

* * *

Анриш поприветствовала детей, только что вернувшихся из Академии.

— Мама!

— Мама!

Эллиот и Лилиана бросились в её объятия. Анриш погладила их по головах.

— У вас всё хорошо?

— Да! Сегодня я обедала с Леди Торниан!

— Мне это не нравится. Но я дал Лили обещание, – Эллиот поджал губы.

Анриш же горько усмехнулась. Тем не менее, оба ребёнка, казалось, хорошо приспособились к академической жизни, так что Герцогиня почувствовала облегчение.

— Кстати, ребята.

Дети навострили уши.

— Как только начнутся каникулы, мы спустимся в Герцогство Валлиос.

Эллиот внезапно побледнел и посмотрел Анриш в глаза:

— Мама...

— Да?

— Ты и на этот раз не поедешь? – Эллиоту стало грустно.

Обычно они спускались туда вдвоём с Алексеем. Но чтобы развеять беспокойство ребенка, Анриш быстро покачала головой:

— Нет. Я с вами.

— В самом деле? – на мгновение его глаза ярко засияли. — Тогда мы увидим бабушку вместе?

— Бабушку? – Анриш сделала озадаченное лицо.

Если об этом подумать... В особняке живёт мать Герцога. Дельфина фон Валлиос, мать Алексея и бабушка и Эллиота. Она – настоящее воплощение элегантности. Дельфина имеет благородный статус и соответствующий ему скромный характер. Но она никогда не ладила со своей невесткой.

И это... Несколько неправильно.

Анриш, которая всегда вела себя высокомерно, считала свою личность центром мира и вселенной. С другой стороны, Дельфина с несколько девичьим характером. Конечно, когда два человека, чьи характеры полярно противоположны, встретились, они начали ненавидеть друг друга.

— Вам правда нужно быть такой грубой?

— Это не грубость, а аристократичность. Или что-то не так?

В тот день, говоря резко, они поссорились. И Анриш более не приближалась к особняку.

И нам придется встретиться?

По какой-то причине Анриш стало очень неудобно в сложившейся ситуации. Нет... Это новый уровень сложности. Но прямо в тот момент Эллиот спросил её:

— Мама?

Он осторожно позвал Анриш. Круглые глаза ребёнка наполнились тревогой. Анриш поспешно ответила:

— Правильно, мы едем к бабушке вместе.

— Хах, – в этот момент Эллиот облегчённо улыбнулся.

Анриш повернулась к детям:

— Вы оба, идите, вымойте руки перед едой.

— Мама, что сегодня на обед?

— Я слышала, что это пирог с инжиром...

При этом ответе лицо Эллиота вспыхнуло:

— Пирог? Лили, пошли!

— Эллиот, побежали!

Дети выбежали наружу. В то же время губы Анриш, которые всё это время улыбались, слегка напряглись. Бывшая Герцогиня Валлиос. Когда она думала о ней, вспомнила о ещё одном человеке.

— Грегор Хэнсон, отец Мэг.

Мэг изгнали, но её отец всё ещё служил дворецким в замке Герцога. Глаза Анриш холодно опустились. Судя по всему, визит Герцогства Валлиос на этот раз будет не очень комфортным.

* * *

Несколько дней спустя.

Анриш сидела в карете, снова и снова восклицая восхищение:

— Вау, здорово!

Её взгляд не мог оторваться от Герцогства Валлиос, раскинувшегося за окном. Она слышала, что это центр всех северных провинций, но... Даже так – вокруг нельзя было заметить никаких недостатков. И был один человек, который вёл себя также, как Анриш – Лилиана.

Свекровь и невестка висели рядом с окном кареты и были заняты наблюдением за Герцогством.

— Мама, мне кажется, что я сказочной стране!

— Ты так думаешь, Лили? Мне тоже так кажется!

Тем временем Алексей не мог оборвать глаз от беспорядочно разговаривающей жены или детей. И единственная мысль, что витала в голове...

Она милая.

С тех пор, как Алексей осознал свою привязанность к Анриш, он время от времени чувствовал себя странно. Просто находясь рядом с ней в одном помещении, Герцог чувствовал, как мир сияет всеми естественными красками.

Как только Анриш мягко улыбнулась ребёнку, разве она не становилась неизбежно счастливой?

— Мама всегда права.

Пока Лилиана что-то встревоженно бормотала, Алексей внезапно проснулся. Анриш посмотрела на ребёнка с озадаченным лицом:

— А?..

— Правда. Всегда так, – Лилиана повернула голову в Анриш, пока её глаза ярко сияли. — И мама всегда мне очень нравилась.

Обе щеки Лилианы покраснели.

— Мама действительно великолепна. Нет ничего, что мама не знала бы.

— Нет, это... – Анриш скрывала двусмысленное выражение лица. — Лилиана...

Иногда мне кажется, что ты зря думаешь обо мне так хорошо. Каждый раз, когда это происходит, я чувствую, что каким-то образом должна вести себя ещё лучше. Ведь Лилиана будет мне подражать.

Анриш, лучезарно улыбнувшись юной невестке, снова бросила взгляд в окно. В то же время её глаза немного расширились.

— Герцогиня?

Скоро я встречусь с дворецким и мамой Алексея.

— Я немного нервничаю.

— Мадам?

Анриш испугалась настойчивого голоса, зовущего её. Это был Алексей. Герцогиня оглянулась.

— Всё в порядке.

— А?..

— Вы сделали всё, что могли, не так ли?

Казалось, что Алексей заглянул в её сердце.

— И герцогиня, и моя мама, – придав силы голос, он продолжил. — Я уверен, что она оценит усилия моей жены.

— Однако...

— И я сделаю всё, что могу, чтобы убедить её, – выражение лица Алексея было серьезным. — Не беспокойтесь слишком сильно.

Анриш с широко открытыми глазами улыбнулась.

И почему его отношение ко мне так изменилось? Куда делась вся ненависть?

Но Алексей заметил, что её ожесточившееся лицо несколько смягчилось. Спустя некоторое время Герцогиня прошептала:

— Спасибо.

Алексей остался доволен. Карета, которая долгое время ехала по Герцогству Валлиос, наконец мягко остановилась перед особняком.

— Здесь действительно красиво.

Герцогский особняк, мягко отливающий кремовым оттенком на солнце, сам по себе был произведением искусства. Глядя на замок Герцога, возвышающийся перед ними, Анриш просто восхитилась.

— Этот особняк имеет большое значение в истории архитектуры Империи.

Наверное, несколько сотен лет назад его спроектировал очень известный архитектор. И почему-то Анриш чувствовала себя подавленно. Наряду с Императорской семьёй Герцог Валлиос имеет старейшую историю в Империи. Старомодный замок, где на протяжении поколений жила семья.

Благодаря этому зданию Анриш еще раз осознала величие Герцога.

Мне кажется, я сейчас умру...

Анриш попыталась смотреть прямо перед собой, притворяясь спокойной. Чтобы встретить семью Герцога, слуги выстроились в линию. Дворецкий стоял по центру, согнув спину.

— Приветствую Герцога и Герцогиню, а также Молодого Господина и Леди Лилианую

Вместе с ним поклонились и другие слуги. Алексей кивнул:

— Поднимите головы.

— Да, Герцог, – дворецкий поднял голову и снова заговорил с яркой улыбкой. — Великая Герцогиня ждёт вас.

— Конечно, – ответив, Алексей повернулся к Анриш, – пойдёмте, Мадам.

На мгновение Герцогиня испугалась и посмотрела вперёд. Она чувствовала на себе враждебный взгляд, который, казалось, пронзил щёку. Обладатель этого взгляда очевиден... Это дворецкий.

Тем временем на внезапное молчание Анриш Алексей с любопытством покачал головой и сказал:

— Мадам?

— Ах, да.

Может быть, я слишком чувствительна?

С тонким чувством Анриш взяла руку Алексея. Дворецкий сделал шаг назад и слегка склонил голову.

— Герцогиня, – само его отношение было безупречно вежливым, однако...

Мне стоит быть осторожной.

Анриш не могла избавиться от сомнений.

* * *

При входе в замок их приветствовала дама средних лет с классическим видом. Это Дельфина – мама Герцога Валлиоса.

— Мама, как ты? – спросил Алексей приветливым голосом.

— Давно не виделись, – Анриш грациозно склонила голову. В этот раз глаза Дельфины сузились.

Что случилось?

За исключением года, когда Анриш вышла замуж за Алексея, она никогда не ступала на эти земли. А теперь они приехали вместе? Конечно, это один удивительный факт. Но, кроме всего прочего, Анриш вела себя вежливо.

Странный ветер подул в комнате и заставил Дельфину щёлкнуть языком.

В это время Эллиот бросился к ней в объятия:

— Бабушка!

— Привет, Эллиот, – на лице старушки появилась яркая улыбка, когда она обняла ребёнка.

После этого Лилиана подошла ближе и, посмотрев на Лилиану, сказала:

— Я... Когда я должна поздороваться?

У Лилианы были серьёзные проблемы. Анриш осторожно дотронулась до детского плеча:

— Лили должна сказать привет бабушке.

— Да! – Придя в себя, она схватила подол платья и согнула колени. — Здравствуйте, бабушка. Меня зовут Лилиана.

— Боже, ты...

Дельфина, которая некоторое время утешала Эллиота, подняла голову и посмотрела на Лилиану. В её взгляде образовалось тепло.

— Приятно познакомиться, милая. Я Дельфина фон Валлиос.

— Я тоже очень рада, что встретила вас.

Лилиана немного нервничала, но продолжала говорить. Дельфина мягко улыбнулась.

— Да, подойдите сюда.

Анриш, не сводя глаз с этой улыбки, искоса взглянула на Алексея. Почему-то ей казалось, что она знала, от кого ему досталась такая красота. Дельфина – женщина с прямыми тёмными волосами и ярко сияющими светло-серыми глазами. Когда она была молодой, выглядела ещё симпатичнее. Но даже с возрастом вся красота сохранилась, передаваясь сыновьям и внукам.

— Потребовалось много работы, чтобы приехать в такую даль.

Дельфина, выпрямив спину, оглядела семью Валлиос.

— После отдыха мы можем поужинать все вместе, как семья.

— Да, я согласен, – Алексей кивнул.

И тогда Дельфина наконец заметила Анриш.

— Горничная проведёт вас до комнат, – сказав это пронзительным голосом, она быстро отвернулась.

— Да, мама.

Несмотря на короткий ответ, Анриш изо всех сил старалась скрыть своё обеспокоенное выражение лица. Похоже, наладить отношения с Дельфиной будет непросто.

* * *

В глубине души Анриш была уверена, что Дельфина не отдаст ей комнату Герцогини. Она слышала, что она сама сейчас занимает её. И, на самом деле, это вполне разумно – Дельфина всё ещё мать Алексея и бывшая Герцогиня.

Конечно, она не могла пользоваться кабинетом и комнатой Алексея, ведь это личное пространство Герцога. Однако комната Герцогини – это несколько другое.

— Если возникнут какие-либо неудобства, пожалуйста, не стесняйтесь сообщить мне в любое время.

Горничная провела Анриш к передней части комнаты Герцогини, а затем низко поклонилась. С недоумением она кивнула:

— Хорошо, спасибо. Можешь идти.

— Да, Мадам.

После того, как горничная ушла, Анриш глубоко вздохнула и вошла в комнату. Фиолетовые глаза немного расширились.

— Красивая.

Комната Герцогини не была гламурной или грандиозной, но заключала в себе неповторимый уют, за которым тщательно ухаживали в течение долгого времени. Плотные орнаменты возвышались здесь и так, создавая неповторимое ощущение.

Ковры на полу были достаточно мягкими, чтобы в них утопали ноги.

— Мило.

Анриш сдержала смех, который вот-вот должен был вырваться. Затем она села на симпатичный табурет с цветочным узором, который увидела перед собой.

— Она точно меня ненавидит.

И это неоспоримый факт. Раньше Анриш увидела холодный взгляд, не выражающий никаких эмоций.

— И всё же мы семья... По крайней мере, сейчас я буду вести себя лучше.

Очевидно, если бы Герцогиня была на месте Дельфины, то также вела бы себя немного сварливо. Но сейчас Дельфина отнеслась к ней основательно, как к настоящей Герцогине.

Конечно, не очень приятно принимать людей, которые тебе не нравятся, но бывшая Герцогиня – умная и рассудительная женщина.

При звуке короткого стука Анриш слегка подняла взгляд:

— Да, войдите.

Она подумала, что это служанка. Но из-за двери неожиданно появился Алексей.

— Герцог?

— Я зашёл, потому что боялся, что вы устали в пути.

— Да, я немного устала, но всё в порядке.

Анриш ответила на это и посмотрела на Алексея озорным взглядом.

— Кроме того, мы ведь ехали в одной карете.

На лице Алексея было немного смущенное выражение. Так и должно быть – он потратил много денег, чтобы подготовить дорожную карету к этой поездке. Герцог спроектировал её так, чтобы вибрации ощущались как можно меньше. Кроме того, Алексей уделил большое внимание внутренним вспомогательным материалам.

— Дворецкий сказал, что цена кареты сопоставима с особняком. Это правда?

— Ах! – Алексей вздрогнул и покачал головой.

— Это стоящее вложение. Моя жена и дети будут часто ездить на этой карете в будущем.

— Да, но...

Не слишком ли это большая забота о карете? Раньше, когда Алексей регулярно спускался с Эллиотом, он не задумывался об этом. Отложив вопросы в сторону, Анриш пожала плечами.

— Более того, а как насчёт детей?

— Моя мама хотела провести время с детьми, поэтому я оставил их на некоторое время.

— Хорошо.

Помимо ненависти к Анриш, Дельфина показывала Эллиоту лишь любовь и была хорошей бабушкой. Эллиот, кажется, хорошо относится к Дельфине.

— Было бы неплохо, если бы она также приняла и Лили.

В этот момент Алексей, проверявший время, протянул ей руку, как настоящий кавалер:

— Уже время ужина.

— Хорошо, давайте спускаться.

Анриш мягко взяла его за руку. Итак, они вдвоём направились в столовую.

* * *

Когда они спустились в ресторан, увидели, что Дельфина разговаривает с детьми.

— Бабушка, на этот раз...

— Да-да, – со счастливым лицом герцогиня слушала беспрерывное чириканье Эллиот.

Лилиана также иногда что-то добавляла к сказанному. Тем временем, Эллиот заметил Герцога и Герцогиню, которые вошли в ресторан.

— Ох, мама, папа!

— Вы здесь?

Лилиана застенчиво поздоровалась. Дельфина на мгновение оглянулась на Герцога и Герцогиню Валлиос с удивлённым выражением лица.

Я слышала, что их отношения немного улучшились, но...

Тем не менее, Дельфина не представляла, что настолько. Алексей и Анриш, которых она помнила, были парой, что даже не могла находиться вместе в одном месте. С другой стороны, Анриш рефлекторно посмотрела на выражение лица Лилианы.

Выглядит нормально.

Поскольку Лили впервые попала в незнакомое место, ребёнок казался немного нервным. Но это не значит, что она боится.

— Садитесь, – Дельфина предложила паре сесть.

Анриш мягко улыбнулась.

— Да, мама.

— Идите сюда, Мадам, – с другой стороны, Алексей, естественно, помог Анриш сесть.

Дельфина смотрела на это с загадочным выражением лица. Это не простая джентльменская вежливость к Леди.

Я впервые вижу сына таким.

Алексей очень заботился об Анриш и лелеял её. В доказательство этого взгляд сына, обращённый к Анриш, значительно смягчился.

— Благодарю.

— Не за что.

Помогая Анриш сесть, Алексей тоже сел на своё место. Первой заговорила Дельфина:

— Как у вас дела?

— Мы в порядке. Как себя чувствует мама? – Алексея оглянулся на Дельфину с обеспокоенным выражение лица. — Боюсь, вам трудно управлять поместьем.

— Всё по-старому, – Дельфина пожала плечами и слабо улыбнулась. — Кроме того, дворецкий страдает намного больше, чем я.

Как только Анриш услышала эти слова, ей показалось, что Герцогиня ударила её камнем.

Нет, я не могу относиться к Герцогу с предубеждением только потому, что он отец Мэг. Мне нужно избавиться от неловких чувств.

На стол поставили закуски.

Это приготовленные на гриле сыр с помидорами поверх тонко нарезанного багета. Эллиот сразу нахмурился.

— Ух, помидоры...

— Эллиот, разве мы не говорили, что никто не любит приверед? – нахмурив брови, он посмотрел на Эллиота.

— Да...

Хотя у Эллиота и было недовольное выражение лица, он послушно клал еду в рот. На мгновение Дельфина усомнилась в увиденном.

Была ли Анриш всегда человеком, которого заботило несбалансированное питание ребёнка? По крайней мере, её воспоминания точно от этого отличаются. И Эллиот... Разве раньше он не отталкивал Анриш с раздражением?

— Эллиот, ты отлично поработал.

Тем временем Анриш была занята, хваля Эллиота за то, что тот проглотил помидор. Лилиана быстро схватила багет и съела его:

— Мама! Мама! Я тоже съела!

— Да? Лилиана, это же потрясающе!

Лилиана, которая жаждала похвалы, улыбнулась. Дельфина же, смотревшая на это таинственным взглядом, посмотрела на Анриш.

Ах, неужели я выглядела слишком суетливой?

Анриш кашлянула, пытаясь избегать взгляда Герцогини. В одно мгновение на лбу Дельфины образовалась глубокая морщина.

* * *

Ужин Герцогской семьи прошел хорошо. Был ещё один момент, которым лично Анриш осталась довольна помимо еды.

— Детка, какой десерт ты хочешь?

Дело в том, что Дельфина относилась не только к Эллиоту, но и к Лилиане со справедливостью и добротой. Взгляд Дельфины, что смотрела на Лили, также был дружелюбным.

— Шоколадный торт и Мадлен готовы. Выбирайте.

В то же время у Эллиота, который только что вмешался в разговор, загорелись глаза:

— Тогда почему бы не съесть оба?

— От большого количества сладкого у тебя не заболят зубы?

Эллиот поджал губы. Анриш, наблюдавшая за этой сценой, внутренне вздохнула с облегчением.

Тем не менее я рада, что Дельфина хорошо обращается с Лили.

В глубине души Анриш беспокоилась о том, что Герцогине не понравится статус Лилианы, как и многим людям в столице.

Думаю, теперь я могу так не беспокоиться.

— Вау, этот торт такой красивый.

— Смотри, я сделала розу из сахара!

Дети возбуждённо болтали. Дельфина радостно заговорила:

— Когда я услышала новость о приезде Эллиота и Лилианы, тут же сказала шеф-повару показать все свои навыки.

— Значит, мы должны сказать ему спасибо?

Когда Эллиот зааплодировал, Дельфина с улыбкой кивнула.

— Возможность поздороваться будет позже.

С другой стороны, перед взрослыми поставили чашки с горьковатым чаем, чтобы удовлетворить вкусовые рецепторы.

— Алексей, как жизнь в таунхаусе?

— У всех всё хорошо. Недавно мы наняли нового садовника.

— Правда? Надеюсь, ты выбрал его умело.

— Нет, обо всём позаботилась Герцогиня, а не я.

Дельфина говорила с Алексеем, но он, не в силах скрыть дискомфорт, тайно отдал пас Анриш.

— Ах, верно.

Как только тема вернулась к Герцогине, выражение лица Дельфины стало кислым. Тогда возникла проблема.

— Лили, посмотри, вишенки в торте... Ого!

Эллиот флиртовал с вилкой, а затем ударил локтем по чашке Анриш. Звук опрокинутой посуды громко разнесся по столовой. Рукав Анриш пропитался коричневой жидкостью. Испуганный Алексей повернулся к Герцогине:

— Моя леди! Вы в порядке?

— Мама!

Анриш торопливо вытащила носовой платок и промокнула испачканный рукав.

— Все в порядке. Чай уже остыл.

Затем Анриш сузила глаза:

— Тем не менее, Эллиот, это может быть опасно, если бы он остался горячим. С этого момента будь осторожнее.

— Да.

Из-за совершенного им преступления Эллиот лишь виновато кивнул. С другой стороны, Дельфину странно раздражало то, как Анриш утешала ребёнка.

Анриш, которую я знала, не была такой. Нервная, надоедливая, эгоистичная невестка, которая знала только любовь к себе. Но Анриш передо мной – хороший человек. Я чувствую себя обманутой... Нет, это бессмыслица.

Дельфина покачала головой и поставила чашку на стол со звоном. Затем она посмотрела на Анриш с серьёзным взглядом.

— Только потому, что вы сейчас здесь, нет необходимости переусердствовать.

— А?..

— С каких пор вы так нежно заботитесь о своих детях? – Дельфина продолжила говорить свирепым голосом. — Разве вы не пытаетесь улыбаться ради спектакля?

На самом деле, с точки зрения Дельфины, это естественное подозрение. Она не видела Анриш на протяжении семи лет. Значит, не могла бы заметить прогресса изменений Герцогини в отношении с семьёй.

Кроме того, Дельфина знала о ситуации с Мэг.

Информация, которую она знала, была довольно предвзятой.

— Я знаю о проступке Мэг. Но разве она не ребёнок, что посвятил себя Валлиосам? Как можно разрезать такого невинного ребёнка, словно ножом?

Когда дворецкий пожаловался ей дрожащим голосом, Дельфина вздрогнула. Тем более, что изначально она не была в дружеских отношениях с Анриш.

— Эта маленькая ведьма не может быть добра.

Но у Анриш на этот счет свои мысли.

— Значит, у неё довольно неоднозначный характер.

Дворецкий не упомянул о том, что именно Алексей уволил Мэг напрямую. Вместо этого он сосредоточился на старых чувствах между Анриш и Дельфиной.

Я помню, как груба была эта маленькая ведьма!

— Я думаю, что это неуважение к старшей Леди, если маленькая Мадам не посещала Герцогство восемь лет.

Стратегия сработала эффективно. Дворецкий из раза в раз нашёптывал Герцогине речи, из-за чего та ненавидела Анриш ещё больше.

— Мама, – в этот момент Алексей нахмурился и посмотрел на Дельфину. — Разве что-то произошло?

— Что?

— В действиях моей жены сегодня не было ничего плохого.

Плечи Дельфины вздрогнули, когда она услышала слова Алексея.

— Разве моя жена сделала хоть что-то, что заставило маму чувствовать себя некомфортно?

— Нет, но...

— Анриш вежливо поприветствовала маму, а затем заботилась о детях, – Алексей вздохнул. — Тогда в чём проблема?

Дельфина закусила губы. Алексей продолжал говорить тихо, как бы успокаивая её:

— Мама, которую я знал, всегда была объективным человеком. Как и все в семье Валлиос.

— Алексей...

— Я могу понять неловкость, – спокойно сказал Алексей. — Но разве мама не может уделять больше внимания поведению моей жены сейчас, чем обращаться к прошлому?

При этих словах лицо Дельфины стало ярко-красным.

Неужели меня отругали?

Женщина поджала губы, пока Алексей продолжал тихо говорить:

— Прежде всего, разве мы собрались здесь не для того, чтобы тихо поесть в семейном кругу после долгой разлуки? Я не хочу, чтобы мама краснела в такой прекрасный день.

Слушая слова сына, Дельфина застеснялась. Она намеренно пыталась говорить резко, чтобы скрыть смущение:

— Теперь ты на стороне своей жены, а не на моей?

— Мама, хватит, – Алексей теперь был похож на ребёнка. — Мать и жена – вы обе – моя семья, не так ли?

— Это так.

— Тогда в чём дело?

Дельфина вновь покраснела, услышав слова Алексей.

— Я просто хочу, чтобы вы помирились.

Благодаря уместному вмешательству Алексея несколько мрачноватая атмосфера немного смягчилась. С другой стороны, Анриш, которая чувствовала себя так, будто сидит на терновой подушке, внутренне вздохнула с облегчением.

Герцогиня искоса взглянула на мужа. Она была искренне рада, что Алексей сам позаботился об этой ситуации. Их с Алексеем взгляды встретились. Он сразу же широко улыбнулся.

И Анриш знала значение этой улыбки:

— Не волнуйся слишком сильно.

Анриш почувствовала, как её сердце немного смягчилось.

* * *

После обеда.

Дети прижались к Анриш, чтобы прочитать детскую книгу.

— Итак, поросенок пошел в магазин листьев, чтобы похвастаться самым вкусным в мире тыквенным пирогом, но... – вдруг Анриш подняла глаза, оторвавшись от чтения, из-за внезапного звука дыхания.

Заснули.

Должно быть, дети устали от долгой поездки. Анриш нравилось видеть, как дети опирались друг на друга, свернувшись калачиками. Она невольно улыбнулась. Отложив книгу, Анриш встала, пытаясь не издавать ни звука.

Дети спят, поэтому я могу выйти и подышать воздухом. Кажется, мой живот немного раздулся. Это из-за атмосферы во время обеда?

— Думаю, если я пройдусь, смогу переварить еду.

* * *

Серебряная луна плыла кругами. Садовые деревья качались на ночном ветре.

В саду, где рассеялась тьма, каким-то образом создавалась тихая атмосфера.

— Ха-а-а... – Анриш глубоко вздохнула.

Такое ощущение, что холодным чистый воздух чисто омывал кожу. Анриш, гуляя по саду, вдруг вспомнила Дельфину.

— Раньше моя свекровь...

На самом деле у Анриш не было особой неприязни к Дельфине. Это правда, что в оригинале она была с ней несколько груба. Но в её глазах свекровь выглядела не так уж плохо.

— Я слышала, он хорошо ладила с мужем.

Для Дельфины смерть бывшего Герцога, ставшего тестем Анриш, должно быть, стала шокирующим событием. И нынешний дворецкий очень сильно помог ей. Именно благодаря ему Дельфина смогла снова вернуться к работе. С точки зрения Дельфины дворецкий – хороший человек.

Анриш немного помрачнела. Все-таки, если посмотреть на Дельфину, которая любить детей и относится к Лилиане без предубеждений... Неплохо, если им удастся наладить отношения.

— Мэм?

Услышав зовущий её голос, Анриш оглянулась.

— Ах, Герцог.

Это был Алексей. Глаза Анриш расширились от неожиданной встречи.

— Я пришёл, чтобы увидеть рыцарей.

— А я вышла прогуляться.

В ответ Алексей обеспокоенно спросил:

— Прогулка в такой час? Уже не так тепло, а воздух может быть холодным.

— Да, немного прохладно. Но это освежает, поэтому всё в порядке.

Анриш слегка пожала плечами. Тогда Алексей посмотрел в глаза Анриш, как щенок, допустивший ошибку.

— Мадам, моя мама была груба с женой раньше.

Анриш склонила голову, а Алексей решительно сказал:

— Я извиняюсь за это.

На самом деле, когда Алексей извинился, Анриш не понимала, почему он это делает. С точки зрения герцогини, он не сделал ничего плохого.

— Думаю, с точки зрения мамы, естественно считать меня подозрительной, – она снова пожала плечами. — Знаете, я ведь вела себя раньше, как плохая девочка, не так ли?

— Да, Мадам, действительно.

Когда Алексей болезненно ответил, Анриш расхохоталась. Это весёлый смех, который даже поднимал настроение.

— Всё в порядке. С этого момента мне просто нужно много работать, чтобы мама доверилась мне.

Алексей посмотрел на эту улыбку и подумал про себя.

Анриш сильно изменилась. И мне это нравится.

Проглотив слова, который он не мог бы произнести, Алексей ходил кругами за женой. В то время Дельфина прислонилась к окну и задумалась о том, что произошло за ужином.

— Думаю, я была слишком резкой.

Сегодня Анриш не сделала ничего плохого. Скорее, не переоценила ли Дельфина её поведение? В то время герцогиня пребывала в глубокой агонии.

— Что вы хотите этим сказать, Мадам? Разве маленькая госпожа не делала плохие вещи до сих пор? – дворецкий стал тайно убежать Дельфину. — Для Дьявола вполне естественно вести себя таким образом.

— ...Однако...

— Не волнуйтесь слишком сильно.

Взгляд дворецкого, так утешавшего Дельфину, невольно обратился к окну. Его глаза немного расширились.

Герцог и эта маленькая ведьма?

Эти двое возвращались в замок бок о бок. И их взгляды выглядели мило. Ранее Герцог ушёл встречать рыцарей. Значит, они случайно встретились в саду?

Но почему они вместе?

В прошлом Герцогиня и Герцога возненавидели бы эту встречу. Дворецкий и представить не мог, что двое будут возвращаться домой бок о бок. Сейчас они смотрели друг на друга и ярко улыбались. На мгновение глаза дворецкого потемнели.

Думаю, Мэг была права.

В то время её выгнали из таунхауса. Она приехала навестить отца и горько оплакивала увольнение из-за Герцогини.

— Как Герцог мог вместо меня встать на сторону Герцогини?

В то время ошибка была настолько очевидна, что дворецкий не мог вернуть Мэг в Герцогство Валлиос.

Теперь мне придётся обо всём позаботиться.

Дворецкий закусил губу.

На следующий день.

Лилиана выбежала из замка Герцога, как только закончила завтракать. Она должна была встретиться с рыцарем – женщиной-заместителем.

— Что мне делать? Мамочки...

Всю дорогу до полигона Лилиана была занята бормотанием, как молодая птичка.

— Стоит ли встретить её в таком виде? Я так взволнованна и нервничаю!

— Ты так волнуешься?

В ответ на шуточный вопрос Анриш Лилиана кивнула.

— Я всегда хотела встретиться с Леди Мюллер.

Лилиана крепко сжала кулаки.

— Это ведь первый человек в Империи, назначенный на должность вице-командующего рыцарей. Я так горжусь! Кроме того...

Разговор прервал приятный голос:

— Боже, это моя история?

Удивленная Лилиана вздохнула и оглянулась. Высокая женщина стояла перед ней, опустив шею на плечо. Спустя некоторое время ребёнок повысил голос, перейдя практически на крик:

— В-вы Кейт Мюллер?!

— Да, верно.

— Здравствуйте!

Лилиана кивнула и посмотрела на Кейт ослепительными глазами. Анриш также приветствовала Кейт с улыбкой.

— Приятно видеть вас, Леди Мюллер.

— Здравствуйте, Молодая Госпожа и Графиня Абретт.

Кейт вежливо поклонилась и уставилась на Анриш широко раскрытыми глазами.

Разве это не маленькая ведьма? Герцогиня Анриш Валлиос.

Злодейка, о которой говорят, как о женщине со свирепым и высокомерным характером. После ссоры с Дельфиной Анриш ни разу не спускалась в поместье. А теперь Леди приветствовала Кейт, всё это любезно не сводя взгляд с юной невестки?

Взгляд её был нежен, как весеннее солнце.

Можно ли смотреть так на человека, которого не считаешь своей настоящей дочерью?

Именно тогда Лилиана обратилась к рыцарю:

— Если у леди Мюллер есть время! – повысив голос, Лили напрягла живот и посмотрела Кейт в глаза. — Можете ли вы дать мне наставления? Нет, конечно, только тогда, когда вам будет удобно!

— Конечно. Я обязательно помогу, кто буду свободна.

— Правда?!

Лилиана нерешительно подняла взгляд, а Кейт мягко кивнула.

— Тем не менее, мне любопытно, что вы за человек, Юная Леди.

— Я?..

— Да. Герцог сказал, что у Леди Лилианы огромный талант к фехтованию.

— Ну, не такой уж огромный, – Лилиана торопливо махнула руками.

Тем не менее, приятно, когда тебе делает комплименты такой человек, как Кейт. Щёки Лили покраснели.

— Хорошо быть скромным, но не слишком ли вы себя недооцениваете? Я слышала о том, что Леди побеждает других учеников Академии.

Лилиана не знала, что делать. А её губы дёрнулись. Кейт слегка пожала плечами.

— Думаю, это действительно круто, – вместе с тем девушка улыбнулась. — Пожалуйста, приходите в гости, когда захотите. Мы будем рады встретить вас снова.

— Я так и сделаю. Спасибо, Леди Мюллер!

Лилиана широко улыбнулась.

— Пожалуйста, с этого момента позаботитесь о нашей Лилиане.

— Конечно, для меня большая честь встретить такой талант.

Анриш и Кейт ярко друг другу улыбнулись.

С этого дня Лилиана навещала Кейт, не пропуская ни дня.

— Леди Мюллер! Доброе утро!

— Доброе утро, Леди Лилиана.

— Это учебник по фехтованию, о котором вы говорили вчера. Я прочитала его один раз, у меня есть вопрос.

Кейт была довольно хорошим консультантом для ученицы. Потому что Кейт – рыцарь, который смог пробиться сквозь стену дискриминации и занял должность заместителя главнокомандующего. Для неё у девушки с талантом и интересом к фехтованию не было иного выбора, кроме как быть особенной.

— Леди Лилиана, вы здесь сегодня?

— Я сделал для вас новый деревянный меч...

— Может быть, проведём спарринг-матч?

Кроме этого, все рыцари очень любили Лилиану. Улыбка не сходила с её лица в эти дни.

— Разве Лили не улыбается намного чаще, чем раньше?

Анриш была очень рада, что её ребёнок стал счастливее, чем раньше. Но был единственный человек, что смотрел на всё это с невероятным недовольством.

— Это ведьма...

Этим человеком был дворецкий.

— В чём дело?

— Леди Лилиана.

— Лилиана?

Дельфина, которая просматривала письма, приходящие одно за другим, слегка приподняла голову.

— Невеста юного Эллиота? Что-то случилось?

— Именно. Вместо того, чтобы быть образованной во внутренних делах, леди одержима фехтованием.

Глаза Дельфины вдруг сузились.

— Будь осторожен.

— Да?

Дворецкий удивлённо моргнул.

— Лилиана – ребёнок, который может позже стать Герцогиней Валлиос. Как ты смеешь говорить о ней в таком тоне?

— Прошу прощения, – аккуратный дворецкий выпрямил лицо. — Я лишь думал, что было бы лучше изучить женскую культуру и то, как управлять территориями.

— Хм...

Дворецкий продолжал говорить максимально озабоченным голосом. В этот момент выражение лица Дельфины немного смягчилось.

— Что ж. Кажется, я понимаю беспокойство дворецкого.

— Кроме того, говорят, что в последнее время Леди часто ходит к рыцарям.

— Да?

— Да. Младшая Герцогиня сама разрешила.

Сказав это, дворецкий украдкой взглянул на выражение лица Дельфины. Она выглядела немного странно.

Это естественно.

Дворецкий поглотил смех, которым вот-вот разразится. Дельфина родилась в дворянской семье и получила воспитание, соответствующее хозяйке дворянской семье. Предубеждение, что женщины должны в первую очередь заботиться о семье, свойственно ей. И пронизана этим убеждением была не только Дельфина, но и атмосфера всей Империи.

Дворецкий копал в этой части.

— Честно говоря, думаю, что-то нужно поменять.

В уши молчаливой Дельфины дворецкий излил ругательства, замаскированные под беспокойство. Делая вид, что беспокоится о Лилиане, чтобы подчеркнуть присущую девушкам женственность.

Так что у Дельфины может быть предубеждение против Лилианы.

— Я беспокоюсь о Мисс Лилиане. Есть это станет шуткой в светском мире...

— Хватит, – в этот момент Дельфина покачала головой.

Дворецкий посмотрел на неё с удивлением.

— Что?

— У Анриш должны быть какие-то мысли об образовании ребёнка.

Поначалу Дельфина казалась обеспокоенной делами невестки.

— Что касается этой части, я позову Анриш. И тогда мы всё обсудим. Это не дело дворецкого.

Дворецкий на мгновение замолчал, услышав неожиданную реакцию. Он служил Дельфине и Герцогу более десяти лет. Раньше он думал, что может делать всё, что ему вздумается, но...

Кажется, Дельфина любит Лилиану куда больше, чем предполагалось.

Анриш – эта маленькая ведьма, как бельмо на глазу, которое охватывает всю дорогу перед собой. Дворецкий молча склонил голову в сторону Дельфины.

— Да, Мадам.

Всё происходящее слишком сильно расходится с его ожиданиями.

Это нехорошо.

Взгляд дворецкого потемнел.

* * *

Следующим утром.

Анриш остановилась, столкнувшись с Дельфиной.

— Это первый раз, когда мы видимся после ужина? – Дельфина заговорила первая. — Не так ли?

Анриш выглядела несколько смущенно. Она не хотела натыкаться на Дельфину, поэтому специально избегала встреч. Но совпадение все-таки настигло её.

— Здравствуй, мама, – Анриш вежливо поклонилась.

Однако выражение лица Дельфины по-прежнему осталось строгим.

— Почему ты такая? Мне кажется...

Когда Анриш тайком посмотрела в глаза Дельфины, та спросила:

— Ты не слишком равнодушна к образованию Лили?

После неожиданных слов Анриш с изумлением посмотрела на Дельфину.

Дельфина заговорила резким голосом:

— Я слышала, что Лили пошла к заместителю командира и учится фехтованию.

— А? Да, это так, но...

Почему это значит, что образование Лилианы бесполезно? Дельфина излила свои слова резким голосом, отчего Анриш лишь моргнула.

— Разве Лилиана – не та девушка, что впоследствии станет женой Герцога Валлиоса?

На мгновение Анриш почувствовала небольшое облегчение. Потому что сами эти слова значат, что Дельфина признала Лилиану в качестве невесты своего внука. Но кроме облегчения, уже ничего не поделаешь. Текущая ситуация непонятна Анриш. Неподвижным голосом она спросила, отчего взгляд Дельфины стал разъярённым:

— Для вас важно научить Лилиану лишь тому, как нужно вести себя хозяйке? Это для вас – образование?

Дельфина повысила голос:

— Из-за вашего пренебрежения к Лилиане, Юная Герцогиня, даже люди ниже вас обсуждают происходящее.

На мгновение взгляд Анриш стал острым. В такой ситуации, если кто-то в состоянии распространять слухи... Немногие люди смогут опрометчиво разговаривать с Дельфиной.

— Кто рассказал вам этот слух? Это ведь дворецкий?

Дельфина неловко поджала губы.

Значит, это правда.

Дельфина – тот самый человек, который не может лгать. Анриш вздохнула и сказала:

— Тогда вы думаете, что суждения Герцога также неверны, мама? Я никак не могла научить Лилиану фехтованию лишь по собственному желанию, – Анриш говорила спокойно. — Я и Герцог верим, что у Лили есть способности к этому, и, конечно, она невероятно талантлива. Кроме того, сам Герцог учит Лилиану уже некоторое время.

Фиалковые глаза смотрели на Дельфину, не дрожа.

— И Герцог первый в Империи человек, который назначил женщину-рыцаря заместителем командира, не так ли?

— Но...

— Вы думаете, что Леди Мюллер должна уйти в отставку только потому, что она женщина?

Конечно, это не так.

— Кейт – очень хороший рыцарь.

Дельфина закусила губу. Доверие к Алексею было невероятно сильным. Прежде всего, рыцари Герцога Валлиоса считались самыми талантливыми в Империи. Разве эти рыцари не следуют за Кейт беспрекословно?

Анриш слегка пожала плечами.

— Я не думаю, что то, что Лили – девушка – запрещает ей заниматься фехтованием. Прежде всего, она – очень трудолюбивый ребёнок.

Обращаясь к Дельфине, чей импульс ослабел, Анриш продолжала говорить, успокаивая её.

— Я полностью понимаю ваши опасения. Но Лили усердно работает, чтобы заниматься не только фехтованием, но и готовится стать Герцогиней.

Анриш сказала отчаянным голосом:

— Я не прошу доверять мне. Но, может быть, вы можете довериться Лили?

У Дельфины было недовольное лицо.

— Алексей, по крайней мере, не безрассудные человек.

И если он поддержал Лили в обучении фехтованию, очевидно – это правильное решение.

— Хм...

В конце концов, Дельфина двинулась со своего места, когда подул холодный ветер. Анриш, оставшись позади, горько усмехнулась:

— На этот раз я справилась сама?

Но эта улыбка длилась недолго.

Я должна быть осторожной с дворецким.

Фиолетовые глаза стали холодными. Анриш думала, что следующие несколько дней пройдут мирно, но столкнулась с дворецким вот так? Анриш вздохнула с недовольным выражением лица.

— Разве это не неуважение, если я буду осторожной?

Она не знала, придется ли им ещё бороться. Но убегать с подвернутым хвостом от драки – не в духе Анриш. Поэтому она посмотрела на ситуацию холодными глазами.

Анриш позвала слугу и попросила некоторые документы. Это данные, касающиеся финансов Герцогства Валлиос, и данные об исполнении всего бюджета. Хотя Анриш в оригинальной истории не посещала герцогство в течение десяти лет, обязанность и право Герцогини – исследовать внутренние дела.

На самом деле Анриш даже не думала, что против этого будут какие-то особые возражения. Однако администратор не знал, что делать, и осторожно сказал:

— Представляется немного затруднительным передать все данные младшей Герцогине.

— Почему?

— Потому что человек, который собирает и отправляет данные Герцогине – дворецкий.

В один момент выражение лица Анриш стало тонким. Конечно, бывают случаи, когда такими делами занимается дворецкий. Например, таунхаусом Валлиос всецело управляет дворецкий, который одновременно выполнял обязанности секретаря Алексея.

Однако...

Нельзя сравнивать таунхаус и Герцогство на одном уровне, верно? Таунхаус – лишь особняк, каким бы большим он ни был. Герцогство же – густонаселённый город, что служит северной столицей. Анриш нахмурила брови и холодно сказала:

— Тогда позови дворецкого.

— А? Хорошо...

Анриш решительно кивнула. Эти двое теперь будут противостоять по бюджетным данным.

Почему эта маленькая ведьма пытается увидеть материалы?

Анриш, поражённая внутри, повторила:

— Я хочу посмотреть данные.

Дворецкий же с озадаченным выражение лица спросил:

— Почему вы задаете такой вопрос сейчас? И зачем вам смотреть финансы поместья? Странно спрашивать об этом. Ведь бюджет исполняется хорошо. Даже если Герцогиня в чём-то сомневается, вам не нужно пытаться вникать в детали.

Дворецкий сухо добавил:

— Боюсь, что дополнительная работа станет чрезмерной нагрузкой для подчинённых.

— Я не собираюсь отдавать работу подчинённым. Я сама со всем разберусь.

— Пожалуйста, поймите, что запрос материалов – бремя сам по себе.

Анриш сузила глаза. Хотя дворецкий и говорил вежливо, всем видом показывал пренебрежение и неприязнь. Казалось, он хотел сломить дух Герцогини. Но слова его ещё не закончились:

— Младшая Герцогиня, лучше просто расслабьтесь. Не стоит нам помогать.

— Что? – Анриш сомневалась в услышанном.

Дворецкий озорно улыбнулся:

— Разве вы не пришли сюда после долгого времени?

— Дворецкий!

— Я просто хочу, чтобы вы не страдали зря, а лишь отдохнули и уехали без хлопот.

Дворецкий, который долгое время держался твёрдо, вдруг затих:

— Извините, Мадам.

Глядя на дворецкого, который изменил своё поведение по щелчку пальцев, Анриш удивлённо открыла рот. Так или иначе, он сделал жалкое выражение лица:

— Как дворецкий, я должен наблюдать и контролировать сотрудников. Я лишь хотел защитить их от перегрузки.

— О какой ерунде ты вдруг заговорил?

— Я понимаю, что выгляжу подозрительным, потому что мою дочь выгнали из-за сомнительного поведения с Госпожой...

Нет, при чём здесь Мэг? Разве мы не говорили о бюджете всё это время?

Анриш не могла скрыть недоумение. В то же время дворецкий низко поклонился Анриш.

— Я не хотел вас обидеть, извините.

В то же время раздался резкий голос Дельфины.

Значит, ты случайно заметил, что сюда идет свекровь, и повёл себя так нарочно? Анриш хотела заговорить, но бедное выражение лица дворецкого произвело чудесный эффект. Дельфина выслушала его сторону.

— Я понимаю, о чём ты говоришь.

— Нет, это...

— Конечно, Мэг совершила ошибку, но дворецкий – другой человек, – Дельфина, сделав шаг вперёд, обняла его и продолжила. — Дворецкий всё это время был верен Валлиосам.

— Мама...

— Сомневаться в дворецком – значит сомневаться во мне.

В этот момент Анриш посмотрела на дворецкого. По его губам скользнула слабая улыбка, полная триумфа. Но Анриш была полна решимости не отступать.

— Я не ставлю что-либо под сомнение. Я лишь пытаюсь осуществить своё законное право и обязанность.

— Законное право и обязанность?

Анриш решительно кивнула.

— Во-первых, у меня нет никаких претензий к Мэг. Она уже была справедливо наказана за свой проступок. И вы, мама, неправильно меня поняли. Мы говорили вовсе не о Мэг.

В разговор вмешался дворецкий:

— Не потому ли младшая Нерцогиня приказала мне принести бюджет, потому что подозревала меня?

Анриш чуть не расхохоталась над дворецким. Мужчина, насколько это было возможным, смягчил свой жалобный голос и продолжил:

— Если вы не подозреваете меня, нет причин смотреть бюджет, который хорошо ведется.

— Нет, слова дворецкого абсурдны, – Анриш покачала головой. — Независимо от подозрений, я должна обратить внимание на ведение бюджета.

— Нет, это...

— Я – Герцогиня Валлиос, – сказал это, Анриш повернулась к Дельфине. — Мама.

Услышав спокойный голос, зовузий её, Дельфина напрягла плечи.

— Я понимаю всю ненависть матери ко мне, – Анриш смотрела Дельфине прямо в глаза.

На самом деле, людям трудно признать, что другой их ненавидит, хотя бы из-за гордыни. Особенно, такой высокомерный человек, как Анриш.

— Но именно поэтому я должна посмотреть на бюджет.

— Что это значит?..

— Чтобы развеять недоверие к себе.

Анриш убеждала Герцогиню, обращаясь лично к ней. В словах её не было ни гнева, ни угроз, ни слёз. Есть лишь чёткая логика.

— Не лучше ли показать, что я добросовестно выполняю работу? – Анриш снова посмотрела на Дельфину.

Это теория, которую невозможно опровергнуть. Дельфина на некоторое время замолчала, а затем сказала:

— Дворецкий.

— Да?

— Передай Герцогине все материалы.

Дворецкий на мгновение засомневался в услышанном. Дельфина раздраженно посмотрела на него:

— Что ты стоишь? Поспеши.

Нет, вы просите выдать ей данные прямо сейчас?!

Дворецкий чуть не закричал, но его сердце быстро разбилось. Он стоит сейчас перед герцогиней. Анриш, которую он знал, человек, которому нет ни до чего дела. Даже если она посмотрит данные, не сможет ничего понять. Скорее всего, ей нужны документы для этой игры. Кроме того, всё в архивах полностью изменено, дабы обмануть даже дотошный взгляд.

Ха, попробуй притвориться, что усердно работаешь.

Дворецкий, думая гадости про себя, кивнул и посмотрел вниз.

— Хорошо.

Анриш направилась к дворецкому.

Нет, почему ты вдруг идёшь сюда?

Дворецкий посмотрел на неё дрожащим взглядом. Но Анриш прошла мимо, как ни в чём не бывало. Её взгляд был прикован не к дворецкому, а к администратору, стоявшему позади.

— Да, Герцогиня. Я принесу документы из кабинета дворецкого, чтобы вы могли их посмотреть.

Глаза Анриш сузились.

— Хранить документы, связанные с внутренними делами, в кабинете дворецкого?

Это немного странно. Но всё же Анриш кивнула:

— Хорошо, веди меня.

— А?..

— Нам ведь нужно пройти в кабинет дворецкого, не так ли? – Анриш слегка пожала плечами.

— Хорошо!

Но дворецкий вдруг позвал её:

— Нет необходимости идти в мой кабинет. Я могу принести все документы самостоятельно.

— Я ведь не могу стать злой хозяйкой, которая нагружает подчинённых, не так ли? – Анриш повторила слова, сказанные им ранее. — Поэтому я не буду вас беспокоить, не волнуйтесь.

— Нет, вы...

— Если я замечу, что какие-то документы отсутствуют, обязательно скажу об этом администратору.

Анриш, указав на него, улыбнулась.

— Тогда, мама, увидимся в следующий раз, – Герцогиня вежливо попрощалась с Дельфиной и скрылась.

Дворецкий почувствовал себя странно. С каких пор Герцогиня так тщательно следит за своей работой? Вдруг Дельфина холодным голосом позвала его:

— Дворецкий.

— Да, Мадам?

— Я только что услышала, как Анриш сказал, что не должна нагружать подчиненных лишней работой.

Дворецкий прикусил кончик языка, а глаза Дельфины сужались всё сильнее.

— Что это всё значит?

— Ах, это... То, о чём говорят другие слуги.

При холодном взгляде Дельфины у дворецкого пересохло во рту.

— В любом случае, Анриш – Герцогиня Валлиос. И она может управлять слугами так, как посчитает нужным. Разве не так?

— Да, это так...

Дворецкий смог освободиться от свирепого взгляда Дельфины только после того, как извинился и принял её слова. Последние несколько дней у неё было сложное настроение.

— Даже если я испытываю к Анриш неприязнь, она остается законное Герцогиней.

Значит, Анриш следует уважать как хозяйку семьи. Однако, учитывая недавнюю ссору между дворецким и Анриш, жители особняка действительно шептались за её спиной. На лбу Дельфины образовалась глубокая морщина. Кроме того, в последнее время особенно заметно, что Анриш хорошо заботится о детях.

— Лили усердно работает, чтобы учиться не только фехтованию, но и искусству управления особняком.

— Разве вы не можете довериться Лили?

Серьёзный голос Анриш эхом отозвался в ушах. В прошлом Анриш никогда не интересовалась заботой о детях.

— Ах, – Дельфина протяжно вздохнула.

Лилиана действительно получила образование, необходимое ей, чтобы стать Герцогиней.

Нужно послушать историю Лилианы.

После напряжённых размышлений Дельфина сдвинулась с места. Её пунктом назначения был спортзал, где Лилиана должна была тренироваться в фехтовании. Дельфина пришла на полигон и встретила неожиданного человека.

— Боже, Эллиот?

— Бабушка!

Когда она подошла ближе, увидела на его коленях бумажные листы и карандаши. Непреднамеренно глаза Дельфины расширились.

— Боже мой, все эти картины нарисовал ты?

— Верно, – Эллиот небрежно кивнул.

На белом листе бумаги Эллиот нарисовал Кейт и Лилиану. Хотя линии и были легкими, Дельфина уловила характеристики персонажей, а также их движения.

— Я слышала, что ты получил награду в конкурсе. Она определенно заслуженная.

— Ах, откуда бабушка знает об этом?

Лицо Эллиота покраснело. А Дельфина озорно блеснула глазами:

— Значит, если мой драгоценный внук получил награду, бабушка даже не должна была услышать об этом?

Эллиот застенчиво улыбнулся вместо ответа. Дельфина наклонила и погладила его по голове.

— Разве ты не делал вид в прошлом, что тебе не нравятся такие вещи? И ты ведь думал пойти на соревнования по фехтованию, не так ли?

— Да, – Эллиот посмотрел на бабушку застенчиво. — Потому что мама сказала мне, почему бы не попробовать то, что нравится.

— Анриш?.. – глаза Дельфины расширились.

Она рекомендовала это? Если бы Анриш не интересовалась детьми, никогда бы не дала подобную рекомендацию. Просто глядя на Анриш в прошлом, Дельфина не могла поверить в происходящее.

Вдруг раздался громкий и пронзительный крик.

Лилиана яростно сражалась. Раздался лёгкий звон мечей. Длинные светлые волосы, завязанные за спиной ребёнка, развевались. Бледно-зелёные глаза блистали боевым духом.

— Боже мой, – на мгновение глаза Дельфины замерцали.

На самом деле Дельфина ничего не знала о фехтовании. Тем не менее...

— Как у неё могут быть такие замечательные навыки в таком возрасте?

Это ошеломляющее умение, которое мог распознать даже посторонний.

Кроме того, Кейт, казалось, думала о том же, что и Дельфина.

— Боже мой...

Кейт, отразив атаку Лилианы, посмотрела на неё с намерением умереть ради забавы.

— В конце концов, наша Лилиана заслуживает быть ученицей.

— Ха-ха-ха, вы преувеличиваете.

Тяжело дыша, Лилиана широко улыбнулась, будто солнечный лучик.

— Если бы не герцог, я бы не смогла всему этому научиться.

— Значит, здорово, что он помог.

— От Герцога я получила много синяков.

Игриво пожав плечами, Кейт заметила Дельфину, стоявшую вдалеке. Герцогиня была в основном хорошим человеком, но также у неё была и другая сторона. В то мере, что она считала, что есть отдельные занятия для женщин и мужчин. Поэтому Дельфина посчитала Кейт, избравшую путь рыцаря, немного необычной.

Я ни за что не хочу, чтобы Мисс Лилиана прошла через тот же путь.

Кейт закусила язык и вежливо поклонилась Дельфине.

— Здравствуйте, Герцогиня Валлиос. Перед вами Кейт Мюллер.

— Давно не видели, Леди Мюллер.

Дельфина, которую элегантно приветствовали, оглянулась на Лилиану. Заметив это, плечи Лили напряглись. Щёки покраснели от резких движений, лоб был влажным от пота, а тяжёлое дыхание всё ещё не восстановилось.

Тем не менее, Лилиана выглядела очень счастливой.

— Я видела, как Леди Мюллер и Лилиана дрались.

— Да, Герцогиня, – ответила Кейт со слегка нервным выражением лица.

— Это было замечательно.

— Мисс Лилиана также добросовестно изучает предметы, которые должна знать Герцогиня... Да?

Кейт, которая торопливо оправдывалась, расширила глаза.

— Что вы сейчас сказали? – Леди не могла поверить в услышанное.

В доказательство Дельфина продолжила говорить с довольно нахальным лицом:

— Пожалуйста, позаботьтесь о Лилиане с этого момента.

— Да...

— Тогда, если матч ещё не закончился, я подожду.

— Мы уже закончили. Делайте, как вам удобно, – Кейт, которая немного помолчала, сделала шаг назад.

Дельфина обратилась к детям:

— Дети, почему бы вам не перекусить с бабушкой?

Лилиана и Эллиот посмотрели друг другу в глаза и широко закивали.

— Да, я хочу.

— Тогда могу я сначала искупаться и переодеться? Я вспотела после тренировки.

— Хорошо, тогда встретимся через час?

— Да! – Лилиана широко улыбнулась.

Дельфина смотрела в спину Лилиане. Если она также стабильно получает образование, чтобы стать следующей Герцогиней, то в чём проблема, если она хочет учиться фехтованию? Желания детей превыше всего.

— Эллиот рисует, Лилиана занимается фехтованием.

Уметь четко распознавать области, в которых дети талантливы, и поддерживать их – нелегко. Это правильная образовательная политика, которую Анриш не придумала бы, если бы не уделяла детям должного внимания. Дельфина не могла скрыть своего тонкого выражения.

Прошёл час.

Помывшись и переодевшись, Лилиана села рядом с Эллиотом.

Чайная представляла собой помещение, примыкающее к оранжерее, за которой тщательно ухаживала Дельфина. Бабушка посмотрела на двоих детей перед собой.

Вы такие милые.

Эти дети намного красивее, чем цветы, которые Дельфина так усердно выращивала. Эллиот, разве он не похож на Алексея, одного из самых красивых мужчин империи. Мать Эллиота, Анриш, также очень красива, независимо от симпатии или антипатии Дельфины.

А Лилиана могла похвастаться миловидностью, которой не хватало Эллиоту. Она была похожа на роскошную фарфоровую куклу. Лилиана со светло-русыми волосами, вьющимися и спадающими на плечи, была одета в платье из плотного материала.

— Ты голодна после тренировки?

Маленький рот, поедающий закуску, был милым.

— Лилиана, хочешь этот Мадлен?

— Да, спасибо, – Лилиана не отказала Дельфине.

Сделав глоток чай, Лили поставила чашку на стол совершенно элегантным движением, вовсе не детским.

Идеально!

Дельфина восхищенно вздохнула. До замужества Дельфина была светской дамой, а после замужества стала герцогиней Валлиос. Поэтому её взгляд заметил каждое безупречное движение Лилианы. Объективно ребенок хорошо образован. Однако на всякий случай Дельфина задала несколько вопросов:

— Что ты изучаешь сейчас?

— Игра на фортепиано, бальный танцы, поэзия... Ах, ещё статистика.

— Статистика?

— Да. Чтобы проверять бюджет поместья, нужно знать статистику.

Лилиана действительно получала образование, достойное Герцогини.

— Конечно, зимний сезон всё ещё немного сложный...

Лилиана с бледным выражением лица пожала плечами... Она выглядела мило даже сейчас – с таким угрюмым взглядом. Дельфина искренне удивлялась.

— Тебе не сложно учиться фехтованию?

— Нет! Совсем нет!

Как только Дельфина заговорила о фехтовании, глаза Лилианы начали мерцать, как звёзды.

— Это действительно весело. После этого тело будто обновлённое!

— Но, дорогая, разве это не тяжёлые упражнения? Ты много потеешь, а тело затвердевает.

Эллиот, который всё это время перекусывал сладостями, раздражённо сказал:

— Бабушка, Лили ведь уже сказала, что ей нравится фехтование, даже если тренировки сложные.

Эллиот покачал головой, будто Дельфина никогда не сможет понять Лилиану.

— Тем не менее, этого достаточно, чтобы победить даже старшеклассника в Королевской академии.

— Лилиана победила старшеклассника? – на мгновение её глаза расширились.

Хотя Дельфина и проводила всё своё время в Герцогстве, она знала о престиже Имперской академии. Говорят, фехтовальщики Академии – резервные рыцари Императора. Дельфина посмотрела на Лилиану новым взглядом. Эллиот лишь пожал плечами, словно выиграл:

— Лили ведь у нас такая классная?

— Почему Эллиот... – Лилиана покраснела и ударила его.

— Ты ведь не расстроилась настолько, что не сможешь спать по ночам?

— Эллиот!

— А что я сказал?

В ответ на грубость Эллиота Лилиана сузила глаза.

— Это потрясающе, Лилиана!

— Благодарю.

На искреннюю похвалу Дельфины Лилиана застенчиво улыбнулась, смутившись. В то же время Герцогиня склонила голову, задав вопрос, который внезапно пришёл в голову:

— Кстати, как ты попала в Академию?

— Мама взяла меня туда на экскурсию.

Анриш... Она даже отвела Лилиану на экскурсию в Академию? Это не та Анриш, которую я всегда знала.

Когда Дельфина сделала загадочное выражение лица, Эллиот открыл рот с вилкой внутри.

— Если подумать, в последнее время я редко вижу маму.

— Кажется, она немного занята в последнее время.

Недавно Анриш пошла в кабинет герцогини, чтобы посмотреть все данные о бюджете, составленном дворецким. Эллиот был возмущён:

— Мама снова работает? Она и так делает это каждый день...

— Анриш обычно много работает?

— Да. Она говорит, что "хозяйка семьи должна нести такую большую ответственность".

Эллиот подражал голосу Анриш, вздыхая.

— Я думал, если мы приедем сюда, сможем чаще видеться с мамой. Мне кажется, ей нужен перерыв. А ты как думаешь, бабушка?

— Я тоже вижу её нечасто.

Эллиот, кажется, начал задыхаться от ответа Дельфины.

— Разве не будет неплохо попить чай вместе?

— Да! – Лилиана искренне приветствовала предложение Эллиот, пока Дельфина без слов смотрела на них серьезными глазами.

В прошлом Дельфина бы возненавидела это предложение, но...

— Почему бы и нет?

Взволнованный Эллиот вскочил с места:

— Тогда я приведу маму!

— Эллиот! Я с тобой! – Лилиана поспешно последовала за ним.

Когда двое детей убежали, Дельфина, оставшаяся одна, сделала удивленное выражение лица. Её беспокоили слова детей об Анриш, которая всегда занята работой. Герцогине было сложно смириться с этой информацией.

Как только Дельфина подумала об этом, тут же встала:

— Эй, ребята! Подождите минутку!

Дельфина вскочила и побежала за детьми.

В то же время Анриш, глубоко задумчивая, сидела за столом, на котором сложились горы документов.

— Они все чистые.

Взяв документы у дворецкого, Анриш просмотрела их один за другим. И тогда она поняла, почему тот принял такое гордое решение:

— Ни малейшей проблемы.

В этот момент Герцогиня почувствовала несоответствие. Для каждого исполнения бюджета была причина, деньги использовались должным образом. Но как это могло произойти? Анриш снова посмотрела на документы. Идеальные бумаги без неправильных номеров или даже орфографических ошибок.

Я намеренно ищу недочёты, потому что ненавижу дворецкого?

— Нет, я не могу делать что-то просто так.

Глубоко вздохнув, Анриш села на стул и невольно посмотрела на название папки с файлами.

— Замена уличных деревьев. Замена полов. Замена уличных фонарей в скверах.

Просматривая документы и читая заголовки один за другим, Герцогиня вдруг напрягла плечи.

— Минутку...

Зачем так много заниматься ландшафтным бизнесом? Анриш протянула руку и начала разделять папки по разным стопкам. Спустя некоторое время фиолетовые глаза немного расширились. Всё это проекты по благоустройству проводились только во время отъезда Алексея. Учитывая, что он приезжал лишь зимой...

— Разве это не то же самое, что и заниматься всем этим круглый год?

Конечно, может быть и так, что дворецкий начал всё это по действительной нужде. Полы были сломаны, а уличные деревья могли засохнуть, требуя новой посадки. Но Анриш не могла не заподозрить дворецкого.

— Сначала нужно спросить об этом Герцога.

Потому что Алексей приезжал в Герцогство в прошлом году и знает, как здесь всё выглядело. Думая так, Анриш привела в порядок документы.

Вдруг раздался стук.

— Да, войдите.

Как только пришёл ответ, дверь открылась. Лилиана и Эллиот высунули головы.

— Мама!

Как только Анриш увидела детей, выражение её лица сменилось улыбкой.

— Ребята.

Двое бросились к столу мамы. Анриш посмотрела на них счастливым лицом.

— Что-то случилось?

— Мама, ты очень занята?

На вопрос Эллиота Анриш удивлённо расширила глаза.

— А? Занята?

— Я имею в виду, что...

Как только Эллиот открыл рот, в кабинет ворвалась Дельфина:

— Дети, вы не должны беспокоить свою маму.

— Мама? – Анриш удивлённо расширила глаза?

Дельфина и Анриш посмотрели друг на друга. Комнату озарила тишина. Через мгновение Дельфина перевела взгляд и напрасно кашлянула.

— Мне жаль, мы прервали вас, пока вы заняты работой.

— Нет, что вы. Всё в порядке.

— Мамочка, мамочка, давай попьём чай вместе с бабушкой, мной и Лилианой! – сам того не заметив, Эллиот прервал разговор.

— Мы пили чай в оранжерее, о которой бабушка заботится. Цветы в полном расцвете! Они очень красивые, – Лилиана тут же помогла ему.

Дельфина, занервничав, попыталась удержать детей.

— Дети, если вы будете отвлекать...

— Всё в порядке.

Дельфина засомневалась в услышанном. Она думала, что Анриш будет крайне зла, но та лишь спокойно ответила:

— Вы не сердитесь?

— А? Я ведь уже сказала, что всё в порядке.

Затем Анриш, довольно озадаченная, посмотрела на Дельфину:

— Почему я должна сердиться?

— Нет, ничего.

Дельфина повернула голову, чтобы скрыть своё смущение. Раньше Анриш пришла бы в бешенство, разъяренно крича на всех вокруг. Но теперь...

Видимо, с годами люди немного меняются.

Взгляд Дельфины, что думала таким образом, достиг Анриш.

Она просмотрела весь бюджет, который был реализован до сих пор?

Нашедшая свою подпись на конце бумаги, Дельфина прищурилась. Кажется, в прошлом она не так внимательно просматривала документы. Поскольку она доверяла дворецкому, было много случаев, когда Герцогиня подписывала бюджет, даже не глядя.

— Хм-м...

Дельфина сузила брови, чувствуя, что её совесть почему-то ужалили. В будущем придётся быть осторожнее. В то время Эллиот дёргал бабушку за юбку:

— Бабушка, пойдём скорее!

— Ах, да.

Дельфина внезапно пришла в себя, посмотрела на Эллиота. Лилиана уже крепко держала Анриш за руку. Герцогиня мягко улыбалась дочери.

— Мама, пойдём?

— Да-да.

Вчетвером они направились к чайному столику, предусмотренному в оранжерее. В отличие от холодной погоды на улице, здесь дул тёплый воздух. Как только Анриш вошла внутрь, восхитилась:

— Боже мой, как красиво!

Стеклянная оранжерея, где можно пить чай, любуясь цветами. Великолепные растения так и норовили заслонить обзор.

— Должно быть, цветы так красиво расцвели из-за искренней любви к ним.

От похвалы Анриш щёки Дельфины слегка порозовели. Это правда – она всегда тщательно ухаживала за оранжереей.

— Боже, правда? Я впервые вижу такие яркие цветы.

Даже в маленькой вазе, стоящей на чайном столике, расположились милые растения. Анриш, смотревшая на мягкие лепестки, широко улыбнулась.

— Вам нравятся они?

— Да, очень.

— Они действительно красивые.

Глядя на счастливую, как дитя, невестку, Дельфина, сама того не осознавая, сказала угрюмым голосом:

— Если вам нравятся цветы, позже я прикажу сорвать ещё несколько и поставить в ваш кабинет.

Что?

Глаза Анриш расширились от неожиданных слов.

— Ваш кабинет, должно быть, весьма мрачный.

Да?.. С виду обычный кабинет.

Анриш наклонила голову, но не посмела опровергнуть слова Дельфины.

— Не лучше ли оставить цветы на кустах?

— Похоже, вы просматриваете данные о бюджете крепости. Думаю, что иногда нужно также и отдыхать.

— Да, спасибо за внимание, – Анриш мягко улыбнулась.

Дельфина открыла рот, напрасно избегая взгляда невестки:

— Быстрее, садитесь.

— Да, – Анриш села.

После этого она продолжила осматриваться и хозяйничать.

— Эллиот, будь осторожен, чай горячий, – она не дала ребенку выпить горячий напиток. — Лили ведь любит фруктовые тортики?

Анриш даже помнила любимую еду ребёнка, а Лилиана смело доверяла ей свою тарелеку. Дельфина смотрела на Анриш пристально.

В самом деле... Разве это не хороший способ показать себя?

Оглядываясь назад, Герцогиня вспомнила: Анриш вела себя также и на их первом ужине, только прибыв в особняк. Строго инструктируя ребёнка о правильных пищевых привычках, Анриш умело орудовала словом и делом. В замешательстве Дельфина тихо сжала губы.

Анриш правда заботится о детях...

В то же время глаза Эллиота расширились. Он посмотрел вперёд:

— Папа!

Эллиот вскочил со своего места и помахал тому рукой, чтобы привлечь внимание.

— Папа!

— Эллиот?

Алексей, проходивший мимо, закатил глаза и повернулся, чтобы посмотреть на сына.

— Папа, иди сюда! – Эллиот манил его ладонью.

Привлеченный звонким голосом ребёнка, Алексей двинулся к нему навстречу.

— Вы пьете чай вместе?

— Да, верно. А Герцог?

— Я пришёл, чтобы встретиться с командиром рыцарей и заместителем командира, потому что нужно реорганизовать процесс обучения.

Сказав это, Алексей поднял портфель в руках и показал его. Похоже, внутри лежали планы обучения рыцарей.

— Вот как, – Анриш широко улыбнулась.

В этот момент Дельфина прервала их разговор.

— Раз уж вы проделали весь этот путь, почему бы нам не выпить чашечку чая вместе перед собранием?

— Правда?

Обычно Алексей, занятый работой, отказался бы, но в этот раз почему-то принял предложение мамы. Он сел и посмотрел на Лилиану. Ребёнок, насколько он знал, в последнее время регулярно сражался с Леди Мюллер.

— Говорят, ты ходишь каждый день на полигон?

Лишь услышав это, Лилиана вспыхнула, а глаза её горели, как звёзды.

— Леди Мюллер часто хватил тебя.

— Меня? Правда?

— Да. Поэтому продолжай посещать класс фехтования.

— Да! – Лилиана широко кивнула.

Алексей, радостно смотревший на Лилиану, заговорил с Анриш:

— Кстати, я слышал, что жена недавно получила бюджет Герцогства? – Вскоре он обеспокоенно добавил: — Работать и просматривать документы, конечно, полезно, но не переусердствуйте. Это вредно для здоровья.

— Да, я буду осторожна, – Анриш застенчиво улыбнулась.

Наблюдая за этим, Дельфина сузила глаза.

Я не думала, что эти дети будут такими дружными.

Так было с тех пор, как они посетили Герцогство в этот раз. За обеденным столом Алексей откровенно ухаживал за женой, а после выходил с ней на ночную прогулку. Разве эти двое могут так легко и без колебаний общаться?

Не думала, что увижу такую картину. Значит, жизнь не такая уж короткая.

Дельфина с тонким выражением лица пожала плечами.

* * *

Уже несколько дней Дельфина наблюдала через окно, как Кейт тренирует Лилиану. На губах ребёнка играла счастливая улыбка.

Это мило.

Кейт поправляла позу Лилианы, давая ей убедительные объяснения. Лилиана широко кивала головой и снова с серьёзным видом бросалась в бой.

— Старшая Герцогиня, – в то же время послышался голос дворецкого, зовущий её. — Вам следует пообедать.

— Ах, да.

Дельфина кивнула. Тогда дворецкий тайком выглянул в окно.

— На что вы так пристально смотрите?

— На то, как тренируется Лилиана, – ответила Дельфина нежным голосом.

Лилиана теперь твёрдо стояла на земле обеими ногами, держа в руках деревянный меч.

— Она выглядит энергичной и здоровой, не так ли?

— Верно.

Но, в отличие от Дельфины, дворецкий, похоже, не восхищался этим ребёнком. Увидев взгляд Герцогини, он ответил хриплым голосом:

— Думаю, что Леди Лилиана интересуется этим лишь по вине младшей Герцогини.

— Что это значит? – спросила Дельфина с озадаченным лицом.

— Разве она не приказал Леди заниматься фехтованием вместо того, чтобы обучаться искусству быть Герцогиней?

— Дворецкий.

— С самого начала нужно воспитывать детей в строгости, чтобы в будущем не было скандалов в светском мире, не так ли?

— Дворецкий!

Дельфина, не желая слушать это дальше, повысила голос. Удивлённый дворецкий посмотрел на неё удивлёнными кроличьими глазами.

— О чем ты говоришь?

— Да?..

— Разве ребёнку не весело?

Глубокая морщина образовалась между бровями дворецкого в ответ на резкость Дельфины.

— Весело – обучать фехтованию Леди?

— Семья Валлиос – уже давно одна из лучших среди рыцарей империи. Поэтому не удивительно.

— Но разве это женское занятие? – Дворецкий пытался всё же убедить Дельфину, но она была упряма.

— Раньше я думала также. Но теперь поменяла мнение.

Дворецкий пожал плечами, а Дельфина спросила:

— С каким пор Валлиосы останавливают талантливых людей?

— Нет, это...

— Мы, Валлиосы, не выделяем людей по полу, а смотрим лишь на умения и талант, – добавила Дельфина. — Разве случай с леди Мюллер не уникален? Это великолепный рыцарь в женском теле.

Кейт рыцарь, которого долго не принимали из-за того, что она – женщина. Именно Алексей принял её, повысив до должности заместителя командира.

— Значит, ты считаешь, что Леди Кейт совершила ошибку? Или хочешь пойти против воли Герцога?

Дворецкий закусил губу.

— Прежде всего, фехтование – не преступление. Нет причины запрещать что-то счастливому ребёнка.

— Тем не менее, Мисс Лилиана – будущая Герцогиня.

— Лилиана уже изучает достаточно гуманитарных и математических дисциплин.

Дельфина вспомнила их разговор за кружкой чая. В то время Лилиана демонстрировала безупречную даму.

— Конечно, со статистикой пока сложно...

Вспомнив Лилиану, у который были опущены плечи, когда она бормотала что-то подобное, сердце Дельфины вдруг сжалось.

— Она хорошо осведомлена о культуре, а также получает практические навыки, которые нужны Герцогине. Поэтому не думаю, что дворецкий должен и дальше об этом беспокоиться.

— Хорошо...

В конце концов, дворецкому пришлось смириться и закрыть рот. Но тревога уже зазвенела в его голове.

Разве Герцогине не демонстрирует пренебрежение? Если бы это была обычная Дельфина, моих слов было бы достаточно, чтобы сразу закончить занятия фехтованием.

Но теперь нужно сменить тему. И есть отличная тема для разговора – его дочь, Мэг. Герцогиня считала, что Анриш обошлась с ней крайне жестоко. И Дельфина, услышав об этом вновь, тут же поддержит и пожалеет дворецкого. Её давление смягчится. С этим расчётом дворецкий заговорил:

— И Мэг...

— Разве я не говорила тебе не поднимать эту тему?

Грустные голубые глаза Дельфины устремились прямо на дворецкого.

— Независимо от того, как долго твоя семья служит Герцогству, твоя дочь, будучи горничной, нарушила весь ряд правил.

— Хорошо, госпожа, я не хотел тревожить ваше сердце...

— Да, конечно, я понимаю, что это твой старший ребёнок. Но в будущем, прошу, не говори об этом снова.

Дельфина, прочертив между ними чёткую линию, прижала ладонь ко лбу и коротко вздохнула.

— Я устала, уходи.

— Госпожа... – Дворецкий вышел из комнаты в холодном поту.

Почему Госпожа теперь так дружелюбная с младшей Герцогиней?

Дворецкий сжал кулаки, ощущая кризис и тупил. Эти чувства пронзали грудь, как кинжал.

* * *

При звуке короткого стука Алексей поднял голову:

— Войдите.

Дверь открылась. На мгновение глаза Алексея расширились.

— Мадам?

Он думал, что это лишь администратор или дворецкий, но посетителем неожиданно оказалась Анриш. Она высунула голову из-за двери и застенчиво улыбнулась.

— Вы заняты?

— Нет, – Алексей тут же встал. — Но зачем жена пришла ко мне?

— Герцог, у меня есть вопрос.

Сказав это, Анриш прокралась в комнату. В её тонкий руках были груды бумаг.

— Дайте мне это, – Алексей взял документы в руки.

Затем он с озадаченным лицом спросил:

— Зачем вы принесли их мне?

Алексей еще раз осмотрел бумаги.

— Похоже, эти документы связаны с ландшафтным бизнесом Герцогства.

Тогда Анриш ответила с редким серьёзным выражением:

— Пожалуйста, сначала взгляните на эти документы.

Алексей выглядел немного растерянным, но положил бумаги на стол. Он просмотрел названия файлов.

[Замена уличных деревьев.]

[Замена полов.]

[Замена уличных фонарей на площади.]

Алексей, смотревший на стопку бумаг, как на гору, на мгновение прищурился.

— Это проект, рассчитанный на один год?

— Верно, – Анриш кивнула.

Алексей с тонким выражением лица погладил папку с файлами.

— Похоже, ландшафтные работы проходят слишком часто.

При этих словах Анриш посмотрела на Алексея новым взглядом.

— Герцог сразу понял, в чём проблема.

Для сравнения, Анриш помнила, как часами ворчала над бумагами, прежде чем её туманные глаза поняли, что же здесь не так. Алексей, смотревший на документы с сомнением, заговорил:

— Вы сказали, что хотите меня о чем-то спросить?

— Да. Я хотела узнать, разумны ли эти благоустройства.

Анриш выпрямилась и продолжила:

— Герцог посещал Герцогство в прошлом году, а также проводил инспекцию.

— Да.

— Каким было состояние Герцогства в то время, по вашему мнению?

Подумав немного, Алексей ответил:

— Я не помню особые проблемы.

— Значит, – Анриш холодно посмотрела на Алексея, — разбитые кирпичи на полу не подлежали замене?

— Вероятность этого крайне низкая, – на мгновение глаза Алексея расширились.

Анриш взяла папку с файлами, связанными с заменой напольного покрытия. Она порхала среди бумаг, ища нужную страницу, а затем протянула её Алексею.

— Если вы посмотрите сюда, увидите, что каждый кирпич был заменён.

— Вот как, – пробормотал Алексей, внимательно изучая бумаги. — Можно было заменить лишь испорченные плитки, но всё целиком...

— То же самое относится к уличным деревьям.

Теперь Анриш держала в руках документы, связанные с проектом по замене уличных деревьев.

— Все они посажены в этом году, предыдущие вырваны и заменены новыми.

— Это так?

Анриш широко кивнула.

— Конечно, цветы должны быть красивыми. Но не думаю, что гуманно вырывать совершенно здоровое дерево, чтобы заменить его новым.

— Значит, их заменили лишь из эстетических соображений?

Прежде всего, причина замены уличных деревьев – благоустройство окружающей среды. Анриш слегка пожала плечами.

— Не знаю, может быть, у деревьев были повреждения. Но причина не указана.

Лоб Алексея вдруг сморщился.

— Кажется, мы потратили слишком много денег на совсем ненужные вещи. Что вы думаете, Герцог?

— Я разделяю ваше мнение.

Затем Анриш разложила перед Алексеем ещё пару папок.

— Это выглядит подозрительно...

— Я проверила эту часть. Пожалуйста, Герцог, перепроверьте ещё раз.

Алексей поднял бровь и посмотрел на бумаги.

— Лиза Фергюсон? – прочитав вслух имя, Алексей не мог скрыть изумление. — Кто, чёрт возьми, этот человек?

Обычно ландшафтный бизнес осуществлялся путём передачи его на аутсорсинг сторонней компании. Проблема заключалась в том, что человек по имени "Лиза Фергюсон" замешана в восьми и более планах.

— Кажется, нужно найти этого человека.

— Всё в порядке? У Герцога много работы.

— Спасибо, всё хорошо, – Алексей лукаво покачал головой. — Вы достаточно работали, чтобы зайти так далеко.

— Да?

— Предоставьте оставшуюся работу мне. Я проведу расследование настолько тайно, насколько это возможно, – сказав это, Алексей широко улыбнулся. — Я не хочу оставлять всё жене, чтобы вы чувствовали себя одиноко.

Лицо Анриш почему-то потеплело от этой нежной улыбки.

И почему он такой красивый?!

Даже в такой серьёзной ситуации Анриш любовалась красотой мужа.

Она решила сделать то, что должна была.

— У меня есть просьба, Герцог.

— Какая?

— Я хочу сохранить все в тайне от дворецкого.

Глаза Алексея слегка расширились:

— Вы имеете в виду, что...

— Я не хочу намеренно подозревать его, но... – Анриш замолчала на мгновение, но вскоре твёрдо продолжила: — Человек, который до сих пор выполнял и осуществлял бюджетный план – именно он.

Алексей некоторое время молчал. Смутившись, Анриш поспешно добавила:

— Конечно, я знаю, что дворецкий долго служил Герцогине.

— Вы правы.

— Возможно, Герцогу неприятно сомневаться в нем, но... А? – Анриш сомневалась в услышанном.

— Я сказал, что жена права.

Увидев перед собой серьезное лицо Алексея, Анриш тепло кивнула.

— Я знаю, что это необоснованная просьба, – Анриш смягчила голос. — Тем не менее, большое спасибо за то, что выполните мою просьбу.

Анриш снова застенчиво улыбнулась. Алексей же смотрел на неё, не сводя взгляд ни на секунду. Заметив это, Анриш позвала его:

— Герцог?

— Ах, да, – Алексей наконец пришел в себя. — Я позабочусь о вашей просьбе.

— Спасибо.

— Тогда отдыхайте, – сказав это, Алексей покинул комнату.

Его уши и затылок, когда он обернулся, были красными. Анриш, оставшись позади, не могла скрыть озадаченное лицо.

— Куда Герцог идёт? Это ведь его комната...

* * *

В то же время.

Дельфина стояла перед дверью Анриш и глубоко вздыхала.

— Не нервничай. Нам ведь просто нужно поговорить о работе, не так ли?

В последнее время Дельфина немного размышляла о своих действиях. Даже заносчивая Анриш так усердно работает. Когда Герцогиня увидела её, собственная совесть почему-то уколола Дельфину.

— Даже если вы не доверяете дворецкому, вам не следует просить документы.

В конце концов, не в силах смириться со своей совестью, Дельфина пришла к Герцогине. Наконец, она была готова постучаться. Дельфина сглотнула сухую слюну и подняла руку.

Но ответа не последовало.

Дельфина нахмурила брови.

— Анриш?

Ответа по-прежнему не было.

— Я ведь не могу войти в комнату просто так?

Как бы Дельфина не хотела поговорить с Анриш, входить в чужую комнату без разрешения просто недопустимо. Дельфина наклонилась и подняла листок бумаги, упавший под порог.

"Лиза Фергюсон".

На записке почерком Анриш было написано женское имя. Дельфина наклонила голову:

— Лиза Фергюсон?

Должно быть, она уже где-то видела это имя. Дельфина на мгновение забеспокоилась, но узнать это имя практически невозможно. Однако, если Анриш написала его здесь, оно весьма важное.

— Лучше вернуть эту записку непосредственно Анриш, – Дельфина сунула записку в карман и обернулась.

* * *

Прошло несколько дней.

— Ах! – восклицание сорвалось с губ Дельфины. — Лиза Фергюсон!

Наконец-то она поняла, почему это имя крутило в её голове в течение недели.

— Это имя было написано на одном из писем, отправленных дворецкому.

Кажется, дворецкий находился в постоянном контакте с "Лизой Фергюсон". До сих пор Дельфина не обращала на это особого внимания, ведь никогда не лезла в личную жизнь подчинённых. Но почему Анриш оставила записку с этим именем?

Герцогиня не обратила бы на него внимание без особой причины. Дельфина сжала губы от нахлынувшего в этот момент зловещего чувства.

— Мне нужно увидеть Анриш и Алексея, – Дельфина тут же встала.

Анриш и Алексей разговаривали наедине.

— Лиза Фергюсон...

— Вы сказали, что проведёте тайное расследование, что-то получилось выяснить?

— Да, думаю, я знаю, где она живёт.

Глаза Анриш расширились от неожиданного достижения.

— Правда?

Алексей кивнул.

— Завтра я поведу туда рыцарей, чтобы выяснить...

Вдруг послышались шаги.

— Алексей, Анриш.

— Мама, здравствуйте.

— Мама, и вы здесь?

Герцог и Герцогиня одновременно подняли головы. В то же время оба испытали внутреннее потрясение. Наверное, они впервые видели Дельфину с таким холодным выражением лица.

— Кажется, вы оба очень заняты в последние дни.

— Наверное, потому что мы вернулись сюда почти через год, – Алексей действительно много работал в последнее время.

Но Дельфина не собиралась заканчивать разговор так быстро:

— Разве вы не заняты Лизой Фергюсон?

— ...

— ...

Наступило холодное молчание. Алексей сглотнул. По совету Анриш он никому не рассказывал о расследование.

— Откуда мама узнала об этом имени?

В ответ на вопрос Алексея Дельфина протянула лист бумаги.

— Недавно я зашла в офис Анриш и подобрала эту записку у входа в комнату.

Анриш почувствовал себя странно. Это одна из её привычек – оставлять бессмысленные записи и заметки, когда она глубоко обеспокоена. Она даже не помнила, как сделала это во время расследования.

А если бы лист попал в руки дворецкого?

Сердце Анриш замерло.

— Так кто, чёрт возьми, Лиза Фергюсон? – Дельфина снова задала вопрос.

Алексей не мог скрыть недоумения.

— Скажите мне честно.

Анриш вдруг заговорила:

— Герцог, позвольте мне рассказать.

— Но Мадам...

— Каким бы секретом это ни было, ваша мама – наша семья и старшая Герцогиня Валлиос.

Анриш покачала головой и твердо сказала:

— Не думаю, что нам нужно скрывать от мамы такую важную вещь.

— Жена права, – Алексей мягко кивнул, потом встал и принес бюджет. — Именно в документах Анриш собрала воедино все подозрительные детали. Если хотите узнать, кто такая Лиза Фергюсон, сначала просмотрите бюджетные книги.

Дельфина кивнула и принялась рассматривать документы один за другим. Через некоторое время Герцогиня увидела, что "Лиза Фергюсон" фигурирует почти во всех проектах. Дельфина задала обоим вопрос, громко закрыв папку с файлами:

— Я всё правильно поняла?

— То, что мы узнали... – Алексей продолжил объяснение. — В каждом аутсорсинговом бизнесе постоянно фигурирует один и тот же человек.

Говорят, что дворецкий занимался всеми внешними делами. Поэтому Герцог и Герцогиня решили провести тайное расследование.

— Я поняла, – выслушав их историю, Дельфина стиснула зубы. — Кажется, я знаю, почему вы скрыли это от меня.

— Мама...

— Я тот человек, который утвердил бюджет, не просмотрев его должным образом.

Тыльная сторона руки, которая держала папку с файлами, побелела.

— Потому что я слепо верила в верность дворецкого, словно мне завязали глаза...

— Тем не менее, мама. Мы провели довольно много расследований.

Анриш заговорила, словно желая её успокоить:

— Мы нашли адрес Лизы Фергюсон.

— Ребята, вы молодцы, – Дельфина кивнула головой. — Но если мы найдём этого человека, моя глупость не исчезнет. Я проиграла.

— Мама, но...

Анриш, не зная, что делать, посмотрела на Дельфину. В то же время она, о чём-то думая, заговорила:

— Тем не менее, думаю, я могу вам помочь.

— Помочь?

— Да, – Дельфина скривила кончики губ в дикой улыбке. — Дворецкий и Лиза Фергюсон регулярно обмениваются письмами.

Лица Анриш и Алексея вдруг дрогнули.

* * *

Было раннее утро, ярко светило солнце. Но в комнате с тёмными занавесками было темно и тихо. Раздавался лишь звук красочного дыхания, характерного для больного человека. В тёмной комнате женщина с трудом поднялась. В этот момент кто-то резко постучал во входную дверь.

Женщина, издав звук боли, покачала головой. Спустя некоторое время её глаза округлились.

— Нет, кто может прийти сегодня утром?

Стук в дверь снова раздался, как бы уговаривая женщину открыть. Та встала с лицом, полным раздражения.

— Я действительно сейчас не выдержу!

Женщина с глухим стуком подошла к входной двери, нервным движением схватив ручку.

— Чёрт, ребята, у вас нет представления о времени?!..

На мгновение женщина перевела дух. Первое, что она увидела, открыв дверь...

— Ах, Герцог!

Это был Алексей. Позади него стояла группа рыцарей, одетых в мантии рыцарей Валлиоса.

— Давно не виделись, Мэг... Нет, — Алексей яростно скривил кончики губ, — Лиза Фергюсон.

Кровь отхлынула от его лица.

* * *

В то же время в Герцогстве.

Дворецкий очень нервничал с самого раннего утра.

— Как вы управляете почтой?!

— Прошу прощения, — мужчина склонил голову.

Почему вы снова меня дразните?

Дворецкий был добр к начальству, но груб с подчинёнными. Во-первых, управление почтой находилось в непосредственном ведении дворецкого.

— Кажется, ты сойдёшь с ума, если даже одно письмо возьмут без разрешения.

В то время, когда слуги так глубоко скрывали своё негодование дворецким, они услышали спасительный голос.

— Не запугивай людей по пустякам, даже если они – слуги.

Это была Дельфина. Дворецкий, что только что кричал, вдруг изменил выражение лица.

— Мадам?

Дельфина пожала плечами:

— У меня есть то, что ты ищешь.

Дельфина показала в руке письмо. Его отправитель – Лиза Фергюсон.

— Ах, письмо было у вас? – Дворецкий с облегчением протянул руку Дельфине. — Должно быть, я был слишком чувствительным, потому что ежедневно отправлял и получал письма.

— Хм... – Но Дельфина не отдала ему письмо, лишь осмотрела его внимательнее. — Человек, с которым ты обмениваешься письмами каждый день.

Письмо, присланное Лизой Фергюсон.

— Вероятно, это связано с Герцогством Валлиос.

— Да, я ведь слуга...

— Тогда я могу проверить почту сама.

На мгновение выражение лица дворецкого ожесточилось.

Конечно, с самой почтой проблем не было. Если бы была какая-то проблема, дворецкий не стал бы обмениваться письмами с Мэг так открыто. Однако... Почему Герцогиня выбрала именно это письмо, адресованное Лизе Фергюсон?

После увольнения из дома герцога псевдоним Мэг помог отцу. С неохотой дворецкий кивнул и сказал:

— Конечно, вы можете прочитать его. Но... – Дворецкий пожал плечами, пытаясь говорить как можно тише. — Могу ли я спросить, почему вы хотите увидеть письмо? Я ведь служу вам столько лет. Кажется, вы подозреваете меня в чём-то?

— Именно так.

В одно мгновение глаза дворецкого расширились. Дельфина же продолжила говорить.

— Сейчас я подозреваю тебя.

— Мадам! Почему...

— Из-за женщины по имени Лиза Фергюсон.

Дельфина посмотрела на письмо, которое держала в руках.

— Почему-то она вмешивается во все аутсорсинговые проекты Герцогства.

Дворецкий почувствовал, как его сердце упало.

— Вы посмотрели документы?

На самом деле, это было неизбежно. Потому что создание фальшивой личности стоило астрономических денег. И если кто-то хочет иметь несколько личностей, не стоит заниматься бизнесом и тем более подобными проектами.

— Просто Мисс Фергюсон крайне трудолюбива.

В любой ситуации дворецкий должен был обелить свою честь.

— После того, как она занималась бизнесом, решила помочь и Герцогству Валлиос.

— Да?

— Да, потому что бизнес Валлиос настолько велик. Так, она может оплачивать все брокерские счета, – пожаловался он умоляющим голосом. — Разве я мог оказать, когда Мисс так нам помогла?

Оправдание само по себе идеальное. Во-первых юридически не запрещалось тому или иному брокеру продолжать работу в одном поместье. Если подумать, у Герцогини не могут возникнуть лишние сомнения. Дворецкий продолжал говорить плавно, мысленно цокая языком:

— Было бы жаль исключать такого талантливого посредника, как она, лишь по этой причине.

— Значит, всё это совпадение, верно?

— Да, Госпожа! – Дворецкий широко кивнул.

Да, просто согласитесь со мной.

Дворецкий оптимистично размышлял внутри, однако...

— Тогда мы можем встретиться с брокером лично и прояснить недоразумения друг друга.

Когда Дельфина заговорила, дворецкий тут же напрягся:

— Ах? Зачем встречаться лично?

— Это не займёт много времени, – Дельфина говорила с холодным лицом. — Потому что Алексей уже направился за брокером.

— Пожалуйста, помогите мне... Пожалуйста! – раздался голос отчаянно умоляющей женщины.

Дворецкий, который рефлекторно оглянулся, сглотнул, сам того не осознавая.

— Мэг!

Рыцари тащили её в здание. Дельфина тяжело вздохнула.

— Мне жаль.

— Госпожа!

— Я хотела верить в тебя до конца.

Холодный голос упал, как лезвие, пронзающее шею приговорённого к смертной казни. Дворецкий с глухим стуком опустился на колени.

— Простите меня на этот раз!

Дельфина посмотрела на потрёпанную фигуру дворецкого, которая молча опустила голову.

— Наша семья уже давно служит вам. Я также посвятил вам жизни, поэтому...

— Нет, – Дельфина решительно покачала головой. — Я уже дала тебе несколько шансов.

— Госпожа...

— У тебя был шанс рассказать всю правду.

Дворецкий смотрел на Дельфину глупым взглядом. Даже когда Герцогиня спрашивала его ранее о письме, надеялась услышать правду.

— Мама, – в этот момент Алексей подошёл к ней.

Дельфина глубоко вздохнула.

— Вы больше не можете оставаться вассалами Герцога.

Холодное лезвие упало на голову дворецкого.

— Это дело будет подвергнуто персональным санкциям со стороны Валлосов.

— А? – глаза дворецкого расширились.

Дворецкий, проработавший в поместье долгое время, прекрасно знал, насколько суровое наказание – частные санкции Герцога.

— Госпожа! – дворецкий вырывался из хватки рыцарей, пытаясь ползти к Дельфине, но всё тщетно.

Рыцари блокировали каждое его действие. Алексей, глядевший на дворецкого горькими глазами, кивнул:

— Мэг и дворецкий, схватите их.

— Нет!

Рыцари схватили двух людей сильными руками и подняли. Двое кричали, пытаясь просить о милости.

— Мадам! Госпожа!

— Пожалуйста, простите меня! Пожалуйста, пощадите!

Дверь закрылась.

Крики постепенно стихли. Дельфина так и не обернулась. В результате расследования этого дела фактические обстоятельства сложились следующим образом.

— Взяточничество.

Анриш поджала губы. Унаследовав титул Герцога, Алексей был вынужден большую часть времени оставаться в таунхаусе, чтобы исполнять Имперские приказы. Но проблема в том, что после потери мужа Дельфина с ослабленным сердцем осталась одна.

Мама... Вы, должно быть, доверяли дворецкому...

Излишне говорить, что в то время единственным человеком, на которого Дельфина могла положиться – дворецкий. Он как следует завалил её дружескими утешениями и добротой. После этого, воспользовавшись верой матери, дворецкий начал проворачивать финансовые махинации. Предприятия не стеснялись давать взятки ему, чтобы выиграть проекты со значительными бюджетами.

Мэг же тем временем уволили. Дворецкий создал для неё вымышленное имя "Лиза Фергюсон" и призвал сотрудничать. Вот как это произошло.

Анриш посмотрела на Дельфину горьким взглядом. Дельфина не могла побороть нахлынувшее чувство стыда и тонко пожимала плечами.

— Всё в порядке, мама?

Дельфина благоговейно подняла голову на взволнованный вопрос. Она, собираясь что-то сказать, закусила губу:

— Из-за меня... Это случилось.

Услышав этот тонкий голос, Анриш торопливо покачала головой.

— Мама, почему вы так говорите?

— Если бы я не доверилась дворецкому, как идиотка... Нет, если бы только просматривала документы внимательнее...

Кулак Дельфины, лежавший у неё на коленях, не в силах сопротивляться давлению, дрожал.

— Этого бы не случилось.

— Мама.

— Мне жаль. Перед Алексеей и перед Анриш.

Мной?

Глаза Анриш расширились.

— Я всегда относилась к вам с предубеждением.

Ах, поэтому.

— Все в порядке.

Анриш украдкой посмотрела на выражение лица Дельфины. То было наполнено чувством вины.

— Вы добры к детям и выполняете всю работу Герцогини, – Дельфина вздохнула. — Хотя я и знала всё это, всё ещё пыталась смотреть на вас плохо.

— Правда, всё в порядке.

— Мне очень жаль, я... А?

Дельфина моргнула, услышав неожиданный ответ. Анриш мягко улыбнулась ей.

— Будь я на месте мамы, поступила бы также.

— Анриш...

— Это ведь идеальная ситуация для недопониманий, не так ли?

Дельфина замолчала, а на глаза навернулись слёзы. На мгновение она посмотрела на Анриш.

— Разве моя свекровь такая слабая женщина?

Когда Анриш погладила Дельфину по спине, она сделала игривое выражение лица. Спрятав голову в руках Анриш, Дельфина что-то пробормотала.

— Алексей, должно быть, очень разочаровался во мне, не так ли?

— Разве это возможно? – Анриш покачала головой. — Насколько сильно Герцог любит маму?

— Но он доверил мне Герцогство, а я создала такие проблемы.

— Все совершают ошибки.

Анриш продолжала сладкие речи, словно разговаривая с ребёнком.

— Как можно сопротивляться такой решительной лжи?

— Да, – именно тогда Дельфина показала застенчивую улыбку.

Проведя в таком положении ещё много времени, Анриш наконец поднялась.

— Спокойной ночи, мама.

— И вам, Анриш.

После дружеского ночного прощания Анриш вышла из спальни Дельфины и встретила неожиданного человека.

— Герцог?

Этим человеком оказался Герцог. Сначала Алексей тоже хотел поговорить с Дельфиной.

— Прошу прощения, я не могла позволить вам увидеться.

По этой причине Алексея выгнали из комнаты.

— Как дела у мамы? Похоже, ей всё ещё очень больно.

Анриш широко улыбнулась:

— Она сделает всё для Герцога.

Выражение Алексея слегка смягчилось в ответ. Анриш осторожно заговорила:

— Кстати, наказание для дворецкого и Мэг...

— Я накажу их совершенно беспощадно, – Алексей оборвал её. — Разве Валлиосы не сделали ранее всё возможное для Мэг?

— Да, верно, я тоже так думаю.

— Это уровень возмездия за услугу со злым умыслом.

Анриш посмотрел на Алексея. Теперь семья дворецкого совершенно точно разорится. К тому же она уже давно не видела Алексея таким решительным. Наверное, потому что он был крайне зол. И его гнев, вероятно, не пройдёт бесследно.

— Когда я думаю о боли, которую испытала моя мама, понимаю, что никогда не смогу их простить.

Должно быть, это невыносимо, потому что дворецкий нацелился на "семью" Герцога. Анриш невольно раскрыла губы:

— Кажется, Герцог очень заботится о семье.

— Да? – Алексей наклонил голову.

— Ах, – то, о чём Анриш думала, вдруг вырвалось из её рта.

Герцогиня застенчиво улыбнулась.

— Думаю, Герцог особенно зол, когда дело доходит до семейных дел.

— Конечно, – Алексей послушно кивнул. — Есть ли кто-то, с кем моя жена ещё борется?

А?..

Алексей ласково говорил с Анриш, что удивлённо моргала в ответ.

— Надеюсь, вы скажете мне об этом в будущем. Обращайтесь за помощью в любое время.

На мгновение Анриш замолчала. Оглядываясь назад, она поняла, что многое произошло. Заговоры Мэг, шалости виконтессы и вмешательство Маркиза Саксони. Был даже случай, когда брат ударил её по лицу. Но всегда... Герцог оставался рядом.

Отчего-то Анриш почувствовала теплоту в сердце.

— Даже если сейчас мне чего-то не хватает, я постараюсь в будущем, – после секундного замешательства Алексе осторожно заговорил. — Может быть, однажды я стану тем человеком, на которого вы сможете положиться в любой ситуации.

Говоря это, Алексей вовсе не мог скрыть своей застенчивости. Почему-то он казался невероятно милым. Анриш, сама того не осознавая, заговорила:

— Вы уже стали им.

Я правда так зависима от Герцога?

Анриш, которая какое-то время подбирала слова, сжала кулаки и продолжила говорить:

— Поэтому я надеюсь, вы не думаете, что сделали недостаточно.

Услышав этот ответ, Алексей спокойно посмотрел Анриш в глаза и вскоре сказал:

— Я очень рад, что вы сказали это.

Герцог выглядел застенчиво. Анриш сглотнула сухую слюну.

Когда Герцог делает такое лицо... Моё сердце пылает.

Анриш ухватилась за своё платье обеими руками, сама того не заметив. К счастью, похоже, Алексей был сейчас также не в состоянии обратить внимание на волнение своей жены.

— Уже поздно, разве жена не устала и не хочет спать?

— Да? – Анриш была ошеломлена на мгновение, лишь через мгновение придя в себя. — Верно.

— Я отведу вас до комнаты.

Если бы это произошло неделю назад, я бы непременно оказалась. Но сейчас... Я хочу побыть с ним наедине ещё немного.

Анриш кивнула:

— Благодарю вас.

Алексей в ответ лучезарно улыбнулся, так радостно, как только мог. Каким-то образом они дошли до спальни.

— Тогда спокойной ночи.

Герцог ласково улыбнулся и ушёл. Анриш ввалилась в спальню и рухнула на кровать.

Нет-нет-нет!

Анриш уткнулась лицом прямо в подушку.

— Противозаконно заставлять людей так трепетать!

Задняя часть её ушей внезапно стала ярко-красной.

Праздник Святого Филлипа.

В последнее время у Анриш было много свободного времени. Поэтому поездка в Герцогство напоминала настоящий отпуск. После решения всех вопросов, связанных с дворецким, в особняк спустились мир и гармония.

Анриш расслабилась на диване, греясь на солнышке. Она прикрыла рот рукой и коротко зевнула. Герцогиня действительно ничего не делала. Лишь гуляла по замку, играла с детьми и иногда встречалась с Дельфиной за чаепитием. И детям нравилось собираться с ними.

Иногда Анриш специально притворялась грустной, чтобы поскорее уйти и отдохнуть.

— Тогда, мама, я пойду?

— Уже?

Дельфина не хотела, чтобы невестка уходила так быстро. Но герцогиня не могла показывать ей мрачное лицо.

Пока Анриш думала об этом, дверь в комнату распахнулась. Туда вбежали Эллиот и Лилиана бок о бок.

— Мама!

— Ма-мама!

Дети, полные волнения, подбежали к ней. Глаза Лилианы мерцали, как звёзды.

— Замок украшают в честь праздника Святого Филиппа! Пойдём посмотрим!

Эллиот пищал, как маленький цыплёнок. Анриш встала:

— Правда?

Лилиана с готовностью кивнула:

— Да! Пойдем скорее!

Эллиот, взволнованный, взял Анриш за руку. Итак, все трое спустились на первый этаж замка. Всё было очень красивым, дерево, украшенное разноцветными бусинами и ленточками. Если сравнивать с предыдущей жизнью, Анриш это напоминало рождественскую елку.

В то же время горничные, нашедшие Анриш и детей глазами, быстро склонили головы.

— Госпожа, вы здесь?

— Все заняты. Мы ведь не мешаем вам?

— О чём вы? – служанка быстро махнула рукой.

Анриш встретила её с радостным лицом и оглядела убранную обстановку.

— Здесь действительно красиво.

— Спасибо, госпожа.

Анриш улыбнулась горничной в ответ. Но дети почему-то странно тихие... И тишина всегда нечто зловещее. Они ведь не хотят устроить в замке какое-то происшествие?

К счастью, дети сидели спокойно на корточках под ёлкой. Точнее, казалось, они не могли оторвать взгляд от украшений.

— Ребята, на что вы так пристально смотрите?

Анриш наклонила голову и подошла к детям.

— Мама, – Эллиот взглянул на неё.

Это были носки из плотной ткани.

— Бабушка говорит, что в праздник святого Филиппа он становится ангелом и дарит подарки. Мне пришлось спать с носками, чтобы получить подарок.

Лилиана кивнула, сурово приняв сказанное. Затем Анриш посмотрела на детей озорным взглядом.

— Насколько мне известно, святой Филипп дарит подарки только хорошим детям? Зачем дарить подарки плохишам?

У Лилианы было серьезное выражение лица, когда она замерла на месте. Анриш издала короткий смешок, протянув руку и погладив ребенка по голове:

— Почему бы не сделать еще одно доброе дело прямо сейчас?

— Доброе дело? Какое?

— Я собираюсь навестить нуждающихся в поместье Валлиос.

Конечно, Герцогство – одно из лучших мест в империи с хорошо налаженной системой социального обеспечения. Однако это не значит, что здесь нет людей, что испытывают трудности. Прежде всего, дети, что станут правителями в будущем, должны знать не только красивую и светлую сторону. Важно знать заранее, что бывают и трудные времена. Кроме того, живя в теплице, они никогда не смогут увидеть внешний мир.

Анриш слегка пожала плечами и добавила:

— И вы можете пойти со мной, за что получите подарки.

— Да! – Лилиана и Эллиот закричали в один голос.

Но лёгкий голос прервал их разговор.

— Это хорошая идея.

— Герцог? – Анриш расширила глаза.

Это был Алексей.

— Я тоже думал о том, чтобы осмотреть владения.

— Правда?

— Да, и думаю, детям пойдёт это на пользу.

Анриш, взглянув на Алексея, подняла глаза вверх.

Если герцог пойдет с нами... Я думала пойти с детьми налегке, но почему-то размер “вечеринки” незапланированно увеличился.

Однако это не конец.

— Ребята, – раздался чей-то голос.

Все четверо повернулись к его источнику. Дельфина достойно предстала перед ними.

— А? – Анриш моргнула.

Дельфина, будто собиралась умереть от разочарования, вздохнула:

— Разве я не могу пойти с вами?

— Ах, конечно, – Анриш поспешно заговорила.

Глаза Дельфины вдруг подозрительно сузились:

— Вы уверены? Разве вы не собирались пойти в одиночку?

— Нет. Всё не так, – застенчиво ответила Анриш.

Конечно, она не собиралась бросать Дельфину. Но Анриш совсем забыла о её существовании в этот момент. И действительно – если бы она поехала с детьми в одиночку, старшая Герцогиня дулась бы ещё полдня. Анриш от одной мысли об этом покрылась вдруг холодным потом.

Вся семья герцога Валлиоса решила за день до праздника выйти из поместья и осмотреть окрестности. Первое место, которое они посетили, учреждение социального обеспечения, где собирались пожилые люди, которым некуда идти.

— Ух ты!

Интерьер слишком вычурный и поражающий для социального учреждения.

— Я слышала, что Герцогство заботится о благополучии подчиненных, но чтобы настолько...

Кажется, это утверждение – тотальная правда.

— Огромный бюджет тратится ежегодно, чтобы содержать этот объект и в долгосрочной перспективе.

— Это так здорово!

Анриш восхищалась. Тут же в разговор вмешалась Дельфина:

— Это правда. Впервые это учреждение было построено Алексеем, когда ему было пятнадцать лет.

— Боже мой, это так?

— Именно. Можно ли ещё найти молодого человека, что смог бы совершить подобное? – Дельфина вздёрнула нос, будто это её собственное достижение.

Но было понятно – она гордится сыном. Во-первых, среди лордов очень мало людей, что думали о подобной возможности. Некоторые аристократы считали свои территории собственностью. Хотя уплата налогов и выполнение работ — само собой разумеющееся, они не брали на себя ответственность за местных жителей.

Конечно, не все Лорды такие, но нельзя отрицать существование своеобразной тенденции. Кроме того, с каждым годом они усиливались, передаваясь из поколения в поколение.

Тем не менее, в голове Алексея не существовало понятия “эгоизм”.

— Единорог, что появляется только в легендах?

Анриш была поглощена своими мыслями, а Алексей же смутился от одобрения матери.

— О чём вы говорите?

— Что-то не так? – на лице Дельфины вдруг появилась ухмылка. — Разве сын не должен меня поблагодарить? Ты ведь хочешь выглядеть лучше в глазах Анриш.

— Мама! – Алексей редко повышал голос.

Дельфина закрыла уши обеими руками, глядя на сына без ненависти:

— Слишком шумно.

Но Алексей не мог позволить себе больше уделять внимание Дельфине. Потому что Анриш смотрела на них с удивлением.

— Герцог хочет произвести на меня впечатлением?

В самом деле? Почему?

Многочисленные вопросы заполнили её разум. Алексей посмотрел на Анриш ярко-красным лицом, прежде чем она это заметила. Алексей рефлекторно ответил:

— Не переживайте о словах, сказанных мамой.

И затем вдруг поджал губы, потому что Дельфина, улыбаясь, смотрела на них. Но за улыбкой скрывалась невероятная решительность, будто она кричала Алексею:

— Если ты отступишь сейчас, то ты больше не мужчина.

Алексей некоторое время молчал.

— Слова матери верны.

Если он продолжит вот так, точно не сможет ничего достичь. Жена до конца жизни не заметит его чувства. Алексей будет продолжать грызть себя изнутри. Поэтому хотя бы сейчас Герцог быть честным.

— Я хочу произвести на вас хорошее впечатление. Это правда так.

После его слов в здании повисла тишина. Дельфина глубоко вздохнула.

Молодец.

Алексей так сильно нервничал, что мог тут же потерять сознание, если Анриш вдруг дотронется до него. Дельфина удивлялась – и как Анриш всё ещё не заметила чувства своего мужа? Какой сын, такая и невестка.

В конце концов, Дельфина немного помогла своему застывшему сыну:

— Для мужа естественно хотеть выглядеть хорошо в глазах своей жены.

— Действительно?..

— Отец герцога был невероятно добр ко мне. Он – самый романтичный человек в мире, – Дельфина улыбнулась, когда заговорила о погибшем Герцоге.

Анриш широко улыбнулась Алексею.

— Тогда я очень рада, что Герцог сказал мне это.

Алексей смотрел на неё ослепительными глазами. Некоторый стыд всё ещё оставался внутри.

* * *

Семья Валлиосов ступила в центр социального дома и разошлась по своим делам.

— Думаю, нужно ненадолго повидаться с директором, – Алексей ушёл на встречу с ним, оставив Анриш и Дельфину.

— Думаю, мне нужно помыть руки перед входом в здание, – сказав это, Дельфина молниеносно направилась в ванную.

— Герцога Валлиос, вы здесь?

Старики, сидевшие там, поспешно встали. Анриш быстро махнула рукой:

— Всё в порядке, можете сидеть.

Мысленно она подумала, что не стоит разговаривать таким образом со стариками, что в несколько раз старше, чем она. Поскольку у неё есть воспоминания о прошлой жизни, Анриш чувствовала себя немного неловко в сложившейся ситуации.

Однако... Почему-то она была опечалена.

— Как я могу посмотреть им в глаза?

В конце концов, Анриш должна была притворяться достойной Герцогиней снаружи. Если она этого не сделает, то старики, должно быть, вовсе не станут её слушать.

— Что же вы? Можете садиться.

После того, как Анриш призвала их снова, старики тихо сели.

— Есть ли у вас какие-то сложности или же неудобства?

— Нисколько, – старики решительно покачали головами.

— Нам очень повезло, что мы можем попасть в центр социального обеспечения.

— Еда здесь хорошая. А если болеем, получаем лечение.

Анриш внимательно смотрела на состояние стариков. Выглядели они действительно неплохо. Они определенно здоровые и совсем не мрачные. Есть только одно сожаление – можно ли что-то сделать с этой невероятно неловкой атмосферой?

Кажется, не всем нравилось говорить с Анриш. Конечно, она все это понимала. Империя — место, где существует сословная система. И Анриш – жена герцога. Значит, она правит этой территорией. Поэтому, возможно, старикам неприятная данная ситуация.

Что мне сделать, чтобы сделать атмосферу комфортной?

Лицо Анриш стало тонким. Она думала, что будет неудобно отдавать приказ, потому что это лишь разрушит атмосферу. Вот тогда-то Анриш и попала в такую беду. Два ангела явились, чтобы спасти её.

— Бабушка, съешьте это, – Лилиана одну за другой раздала пожилым людям свои любимые конфеты.

— Хотите, я нарисую для вас картину?

Эллиот задал вопрос нескольким старика с невероятно свежим лицом, держа в руках цветной карандаш и альбом для рисований. Глаза Анриш вдруг наполнились эмоциями.

Да, это мои дети! И они скоро станут герцогом и герцогиней.

Конечно, естественно быть такими очаровательными. Но Анриш хотела покусать их от переизбытка чувств. Кроме того, миловидность детей оказывала огромное влияние на стариков.

— Боже мой, ты правда дашь мне эту шоколадку?

— Картину? Мне?

Пожилые люди, обремененные общением с Анриш, естественным образом ослабляли границы, имея дело с детьми.

Слава Богу.

Анриш, которая чувствовала себя так, словно сидела все это время на терновой подушке, вздохнула с облегчением. Вернулась Дельфина, которая как раз вовремя ушла в уборную.

— Здравствуйте.

— Мама, как ваши дела?

— Всё в порядке, – Дельфина кивнула головой, а затем медленно открыла рот. — Знаете, что я думаю.

— А? – Анриш посмотрела на Дельфину с недоумением.

Тогда женщина ласковым голосом подбодрила её:

— Разве вы не должны быть сейчас с Алексеем?

— Я?

— Вы ведь Герцогиня. Конечно, вы должны знать, как работает центр социального обеспечения. Не так ли?

Анриш приняла милое выражение.

— Возможно, однако, если я хотела посмотреть на центр, не должна ли была попросить об этом раньше?

Однако Дельфина лишь улыбнулась, пытаясь отправить Анриш к Алексею:

— Я пока что присмотрю за детьми. Можете идти.

— Да... – не в силах сопротивляться настроению Дельфины, Анриш внезапно выбежала наружу.

Такое ощущение, что мама пытается странным образом привязать их друг к другу. Может быть, это лишь заблуждение?

Анриш склонила голову в удивлении и отправилась на поиски Алексея. Оглядывалась по сторонам, герцогиня испуганно вздрогнула.

— Вот вы где, – Алексей выходил из гостиной с отчётом о медикаментах.

— Тогда мы продолжим.

— Да, – в ответ на любезность куратора Алексей кивнул и добавил еще пару слов. — Неважно, если понадобится дополнительный бюджет, можете не беспокоиться об этом и тратить достаточное количество средств на еду.

— Однако Герцог... Разве сейчас не священный праздник?

Алексей слабо улыбнулся.

— Всем нравятся праздники. Люди в социальных учреждениях тоже должны получать удовольствие.

Кажется, Алексей предлагает устроить людям праздник.

— Это ведь нелегко, – Анриш, как пригвожденная к месту, смотрела на Алексея. — Думаю, Герцог действительно отличается от других дворян.

Дело в том, что статусная система в этом мире довольно прочная. Конечно, есть зарождающаяся буржуазия, экономика пошатнулась, но... Тем не менее, будучи герцогом, Алексей стоял на вершине классового общества. Так что он заслуживал все, что полагается привилегированным дворянам.

Однако герцог очень тактичен и внимателен к своим подчиненным. Будь то врожденная забота или чувство ответственности, приобретенное с возрастом, Алексей безупречен. Глядя на мать Анриш – Маркизу Саксони, можно увидеть лишь высокомерие.

Анриш вдруг покачала головой, столкнувшись с новым вопросом.

В одно мгновение фиолетовые глаза опустились.

— А я?..

Не думаю, что я когда-то смогу стать такой же. Разумеется, Анриш не пренебрегала обязанностями герцогини. Но прямо сейчас герцогиня хотела выглядеть хорошо в глазах своей семьи. Ведь, если они счастливы, Анриш тоже будет счастлива. В это время она глубоко задумалась.

— Мама?

Кто-то осторожно схватил её за юбку.

— Лили?

Когда Анриш опустила голову, в поле зрения появилась Лилиана с несколько серьезным выражением лица.

— Кажется, ты чем-то обеспокоена.

Анриш, медленно нахмурив брови, согнула колени и встретила с Лилианой взглядами.

— Что-то случилось?

Лилиана, шевеля пальцами, сглотнула сухую слюну.

— Могу ли я послать небольшой подарок в приют?

— В приют?

— Да, – Лилиана широко кивнула. — В приюте раньше никогда не отмечали праздник святого Филиппа.

Когда бывшие владельцы управляли приютом, они обращали внимание лишь на внешний вид детского дома, но были равнодушны к реальной жизни детей.

— Это ведь праздник святого Филиппа. Может ли мы уделить этому хотя бы немного времени? – осторожно спрашивал персонал приюта.

— Что? – Баронесса Рондини лишь фыркнула и холодно ответила. — Накормите и оденьте их. Что еще нужно?

— Но...

— Если эти указания выполнены, больше не смей поднимать эту тему, – баронесса махнула рукой и выбежала на улицу.

В обязанности приюта входит укладывать детей спать, кормить и одевать их. Поэтому бароны не желали делать ничего, кроме своих прямых обязанностей.

— Мы ведь пойдем сегодня гулять? – красиво одетая Зенита стояла рядом с каретой.

Вся семья баронов ярко улыбалась, готовясь к празднику. Ощущение счастья других людей еще сильнее подрывало настроение в приюте.

— Лили, о чём ты думаешь? – в этот момент дружелюбный голос вернул Лилиану к реальности.

— Ах, – пришедшая в сознание, она покачала головой. — Ни о чем.

— Не думаю, что это так, – Анриш озорно улыбнулась. — Насчёт подарков, почему ты спрашиваешь об этом меня?

— Мама? – Лилиана вдруг замерла и ожесточилась. — Разве я сказала что-то не так?

Анриш нежно погладила Лилиану по щеке, отчего глаза ребёнка вдруг расширились. Кажется, ей не нужно было беспокоиться.

— Это ведь ты владелица приюта, не так ли?

— Да?

— Поэтому, Лили, ты можешь делать все, что захочешь.

— Ах, – лицо Лилиану вдруг просветлело.

Это правда. Хотя юная Лилиана еще не могла управлять самостоятельно приютом, она все еще оставалась владелицей. И теперь к ней приставили заместителя директора, который мог помогать во всех документальных вопросах.

Но приютом владели Лилиана и Эллиот.

— Спасибо, мама!

Анриш слегка пожала плечами, но Лилиана, кажется, не собиралась уходить.

— Думаю, в будущем мне придется работать усерднее.

Почему Лили говорит о чем-то таком столь внезапно?

Анриш озадаченно посмотрела на ребенка.

— Ты и сейчас работаешь достаточно.

Щеки Лилианы покраснели.

— Я уже получила много вещей от мамы и Герцога.

Затем Лилиана крепко сжала кулаки и продолжила говорить:

— Я хочу вернуть другим хотя бы немного из того, что получила.

— Для этого ты должна быть такой же хорошей Герцогиней, как мама, потому что тебе нужно многому научиться.

Глаза Лилианы вдруг округлились.

— И разве для этого тебе не нужно усердно тренироваться в фехтовании?

Голова Эллиота вдруг появилась из-за кустов. Разгневанная Лилиана уставилась не него в удивлении:

— Эллиот, почему ты такой!

— Разве это не правда?

Двое детей начали ругаться. Анриш посмотрела на них счастливым взглядом. Кажется, многое изменилось. Герцогиня помнила, как Лилиана впервые ступила на землю герцога. Эта маленькая девочка, полная смущения, была занята, следя за всеми. Но сейчас Лилиана действительно изменилась.

Мало того, что она ясно выражает свои эмоции, так еще и гордо отстаивает мнение перед Эллиотом. Может быть, все потому, что она действительно доверяет.

Слава Богу.

Вдруг кто-то прервал дружелюбный разговор. Это был Алексей. Анриш, поражённая, раскрыла глаза.

— А? Когда вы пришли?

— Ну? Пять минут назад?

Пытаясь скрыть смущение, Анриш ответила:

— Лили попросила послать подарки в приют и позаботиться о детях во время праздника святого Филиппа.

Вдруг Алексей посмотрел на неё с любопытством.

— Лили очень вдумчивая. Эллиоту нужно побольше...

— Отец, почему ты опять сравниваешь нам? – Эллиот недоуменно уставился на Алексея.

— Правильно, не нужно этого делать, – Дельфина, внезапно подошедшая к ним, обняла внука и взглянула на Алексея.

Эллиот зарылся в объятия бабушки:

— У меня теперь есть только бабушка!

— Правда? – Дельфина, счастливо улыбаясь, спросила Алексея. — Вы собираетесь вернуться в замок?

— Нет.

— Хм? – Дельфина наклонила голову, услышал неожиданный ответ герцога.

— Я уже давно давно не приезжал. Думаю, пора навестить отца после столь долгого отсутствия.

— А? – Глаза Дельфины вдруг слегка дрогнули.

Алексей совершенно спокойно говорил об умершем герцоге.

— Я также хочу познакомить с ним Эллиота и Лили.

— Алексей...

— Конечно, мама поедет с нами?

Дельфина на мгновение потеряла дар речи. У неё были очень хорошие отношения с мужем. Ей пришлось действительно долго страдать после его потери. Она выздоровела от грусти, но не могла полностью избавиться от боли.

И такое предложение заставило сердце содрогнуться.

— Но... – кончик её носа вдруг сморщился.

— Знаю, мне стоило сказать раньше.

Дельфина сделала вид, что все в порядке, и повернула голову:

— Если бы я знала, что увижусь с Эйденом, оделась бы намного красивее.

А затем, улыбнувшись теплой улыбкой, добавила:

— Спасибо.

Тогда Алексей дал неожиданный ответ:

— Вы должны благодарить жену, а не меня.

— Да?

На мгновение глаза Дельфины расширились. Алексей слегка пожал плечами.

— Жена первая предложила мне это.

Боже мой!

Дельфина в панике оглянулась на Анриш. Герцогиня, встретив её взгляд, вдруг вздрогнула. Анриш тяжело улыбнулась. Дельфина какое-то время смотрела на неё, не зная, что делать. Много раз они глубоко вздыхали, не в силах скрыть всеобщее смущение.

Наконец...

— Хорошо, – Дельфина облизнула губы.

Единственная проблема в том, что голос старой герцогини прозвучал тише, чем комариным писк.

— И благодарю вас! – Дельфина покраснела и повысила голос.

Затем она быстро повернулась всем телом:

— Пойдемте скорее! Эйден ведь ждет!

Дельфина, которая была так далеко впереди, повернулась к ним спиной. Глядя на это, Анриш пыталась изо все сил сдержаться от взрыва смеха.

Почему моя свекровь такая милая?

Оглядевшись, Анриш поняла, что у Алексея точно такое же выражение лица.

— Пойдемте? м Герцог позвал жену.

— Да. Пойдёмте, ребята, – Анриш позаботилась о детях. — Эллиоту нужно держать папу за руку.

Алексей быстро схватил сына за руку. Так, вся семья пошла за Дельфиной.

* * *

Мавзолей Герцогов Валлиос представлял собой каменное здание со старомодной атмосферой. Дельфина, только что вошедшая в храм, смутилась.

— Я не принесла даже цветы, чтобы положить на надгробие.

Вдруг смотритель, охранявший святыню, поднес её букет белых лилий.

— Бин?

— Юная Герцогиня связалась со мной заранее, – он лучезарно улыбнулся. — Старшая Герцогиня посетит святыню, поэтому мы позаботились заранее, чтобы посещение не доставило неудобств.

— Я поняла.

Так семья Валлиос вошла в мавзолей. Первое, что бросилось в глаза, это появление чистых мраморных надгробий, стоящих рядом друг с другом. В воздухе витал странный запах.

— Дети, ведите себя тихо. Хорошо?

— Да, мам.

— Хорошо, мама.

Двое детей тихо кивнули. Дельфина стояла перед надгробием бывшего герцога. Она наклонилась и нежно дотронулась до камня рукой.

— Дорогой, мы так давно не виделись, – её голос звучал пронзительно. — Как дела? В последнее время стало намного холоднее. Интересно, какая погода на небе?

Дельфина выглядела так, будто её муж все еще жив. Вдруг она оглянулась на Эллиота и Лилиану.

— Ты ведь впервые видишь наших внуков?

Затем она позвала детей жестом руки.

— Подойдите и поздоровайтесь с дедушкой.

Дети бросились к бабушке.

— Здравствуйте, дедушка. Меня зовут Эллиот.

— Приятно познакомиться. Я Лилиана.

Анриш, услышав их светлые голоса, вдруг посмотрела на Алексея, что стоял рядом. Бывший герцог погиб, даже не увидел свадьбу собственного сына. Он умер за год до этого. Алексей унаследовал титул крайне внезапно, совсем не ожидая этого. И ему пришлось невероятно много работать.

Но если тело стало взрослым, это не значит, что сам ты вырос.

Почему-то Анриш не могла оторвать взгляд от Алексея.

— Мадам?

Почувствовав этот взгляд, Алексей обернулся.

— Вы хотите что-то сказать?

— Нет, ничуть, – Анриш поспешно покачала головой и застенчиво улыбнулась. — Кроме того, мы ведь должны положить цветы?

В то же время Дельфина и дети вернулись, положив цветы на могилу бывшего герцога. Алексей улыбнулся и кивнул:

— Да.

Герцог и Герцогиня стояли бок о бок перед надгробием. Алексей взял лилию из вазы, стоявшей на полу, и протянул Анриш.

— Спасибо.

Анриш, взяв цветок, вежливо положила его перед надгробием. Алексей также вознес к могиле цветы. Оба сложили руки вместе и тихо склонили головы.

— Большое спасибо за то, что позволили мне встретиться с Алексеем, Эллиотом и Лилианой.

После искренней медитации Анриш подняла голову. Дельфина в то же время быстро задала вопрос:

— Что вы сказали моему мужу после столь долгого молчания?

— Ах, – Анриш широко улыбнулась. — Я сказал ему спасибо.

— Спасибо?

— Да. Поблагодарила за то, что смогла встретиться с Герцогом, Эллиотом и Лилианой.

В ответ на лице Алексея расплылась нежная улыбка. Но, похоже, Дельфина не могла удовлетвориться одним этим ответом. Вскоре она задала свежий вопрос:

— Тогда что насчёт меня?

— А?

— Не хотите поблагодарить меня? – прикрикнула Дельфина с огоньком в глазах. — Я также растила Алексея, как и Герцог!

— ...

— ...

Наступило горькое молчание.

— Мама, – Алексей посмотрел на маму взглядом, полным смущения.

Но Дельфина была горда:

— Тогда что?

С таким выражением она выпрямилась, выставив грудь вперёд. Сам внешний вид показывал, что Дельфине не стыдно за свои поступки.

— Конечно, спасибо, – быстро ответила Анриш.

Дельфина сложила руки и повернула голову.

— Ну конечно, я ведь попросила об этом.

— Нет, правда.

Вместо ответа Дельфина только сморщила нос. Но выглядела Герцогиня ничуть не обиженно. Наоборот, кажется, она была счастлива.

— Бабушка, ты сейчас выглядишь доброй, – вдруг сказал Эллиот.

— А? – Дельфина вспыхнула.

— Ты ведь хочешь улыбнуться, правда?

— Ничего подобного!

Дельфина, которой вдруг все надоело, вышла на улицу. Эллиот, глядя в спину бабушке, спросил папу с озадаченным выражением лица:

— Папа, почему бабушка обиделась?

— Бабушка всегда так себя ведёт, – Алексей издал глубокий вздох, вырвавшийся из груди.

* * *

После этого семья Валлиос ненадолго заглянула в магазин носков. Отмечая праздник святого Филиппа, магазин стремился к действительно чему-то экстраординарному. Пришло много маленьких покупателей.

— Эй, я хотел это купить!

— Кто первый взял, тот и покупает!

После ожесточенной схватки с другими детьми Лилиана и Эллиот смогли удержать свои носки в руках.

— Это первый раз, когда я буду праздновать день святого Филиппа.

Лилиана покраснела, прижимая к груди разноцветные носки, не имевшие никакой практичности.

— Неужели?

— Да...

Анриш заговорила с Алексеем:

— Теперь, когда у нас больше нет дел, мы можем вернуться в замок.

— Да.

Вдруг Дельфина широко раскрыла глаза и посмотрела попеременно на Анриш и Алексея.

— Сегодня канун святого Филиппа.

— Да? Это так, но...

— Вы ведь супружеская пара. Разве не хотите отметить этот праздник романтично? – заявила Дельфина. — Я увезу детей домой, а вы, ребята, сходите на свидание.

— А?..

— Что?!

Анриш и Алексей с изумлением уставились на Дельфину. Однако она лишь пожала плечами.

— Алексей, не думаю, что тебе стоит выглядеть таким удивлённым.

— Но...

— Это ведь хорошо, не так ли?

Алексей, получивший ножевое ранение в лицо, поджал губы. Дельфина добавила:

— Не так ли, Алексей?

Озорная улыбка скользнула по её лицу.

— У тебя уже покраснел затылок.

На мгновение лицо Алексея стало краснее спелого помидора.

— Мама, что ты...

Дельфина вдруг посмотрела на детей:

— Вы ведь слышали, что я сказала:

— Да, бабушка права!

Лилиана и Эллиот согласились, создав очередную ударную волну.

— Супруги должны проводить время вместе.

Анриш, услышав эти преждевременные суждения, вдруг заговорила:

— Лили, от кого ты услышала это?

— От Леди Мюллер.

— Ах...

Эллиот был так, чтобы помочь бабушке и Лилиане:

— Верно, взрослым иногда нужно уединяться.

— От кого ты услышал это?!

— От дворецкого.

— Вот как, – Анриш вспомнила дворецкого, которого они оставили в таунхаусе на островах. — Думаю, он теперь правда может уединиться и отдохнуть.

Анриш перестала смотреть на них тусклыми глазами. С другой стороны Дельфину охватила эйфория.

— Кажется, даже дети думают, что я права? – взгляд её наполнился смыслом. — В любом случае, вы, ребята, можете побыть наедине некоторое время, ладно?

До того времени Анриш думала, что Дельфина шутит. Но через двадцать минут она действительно оставила их наедине. Анриш не могла скрыть опустошение, глядя на исчезающую вдали карету. У Алексея, стоящего рядом, было такое же озадаченное лицо.

— Что...

Все началось именно так.

* * *

Дельфина вышла из кареты с просветлённым лицом.

— Теперь они наконец сходят на свидание.

Кроме того, Лилиана и Эллиот также помогли всему случиться своими маленькими упорными ручками.

— Отдыхайте и получайте удовольствие! Не забудьте купить подарки!

* * *

Итак, внезапно они остались только вдвоем. Анриш искоса взглянула на Алексея. Конечно, она не ненавидела мысль о свидании с Герцогом... На самом деле, она правда хотела обнять его. Но это лишь её видение ситуации. Герцог может быть со всем этим в корне не согласен.

Анриш внимательно следила за каждым его действием. Алексей, оглянувшись на жену, кажется, принял важное решение.

— Мадам.

— Да?! – когда раздался хриплый голос, Анриш занервничала, а её щёки покраснели.

— Мне жаль.

— Нет, не стоит.

Алексей несколько раз покашлял и вежливо протянул Анриш руку:

— Теперь, когда всё свершилось, не хотите ли поужинать со мной?

Анриш посмотрела с удивлением на протянутую руку.

Правда? Это просьба о свидании? Мы с Герцогом правда останемся наедине?

Сердце Анриш бешено билось. Однако Алексея, кажется, немного иначе понял молчание жены:

— Тогда...

— Нет! – Анриш поспешно схватила его за руку и смущённо улыбнулась. — Мне нравится эта идея.

— ...Действительно?

— Конечно!

Когда она кивнула, Алексей притворился, что всё в порядке.

— Тогда пойдёмте.

Анриш увидела, как шея мужа окрасилась в красный цвет.

В то же время в карете. Эллиот, глядя, как его родители удаляются, угрюмо открыл рот:

— Думаю, мама и папа сегодня поздно вернутся.

Лилиана пожала плечами и добавила:

— Я хотела больше времени провести с мамой...

Дети одновременно вздохнули. Но ненадолго.

— Нет, я знаю, что нужно иногда вырываться из-под присмотра за детьми, – сказала Лилиана и сжала кулаки.

Дельфина посмотрела на Лилиану с довольно угрюмым выражением лица:

— Нет, что сейчас говорит семилетняя девочка? – её сердце вдруг облилось кровью.

— Но ведь это правда!

— Кажется, мне придется вызвать Леди Мюллер и поговорить о чрезмерной не по годам развитости ребёнка...

Двое детей вдруг угрюмо посмотрели на Дельфину.

— Не лучше ли родителям вернутся домой позже? – спросила бабушка у Эллиота.

— Почему?

Дельфина, промолчав на мгновение, озорно улыбнулась:

— Может быть, ты видишь брата, Эллиот?

— Брата?

— Ух ты!

Мгновенно угрюмые лица детей испарились.

Смогу ли я увидеть ещё одного внука?

Глядя на то, как глаза детей замерцали, Дельфина коварно улыбнулась.

Примерно в то время, когда Дельфина строила такой угрюмый план, супруги наблюдали за красочными улицами города.

— Я действительно не знаю, почему мама так повела себя.

— Разве это не хорошо? – Анриш с облегчением взглянула на Алексея. — Это первый раз, когда я гуляю по Герцогству.

Так как дети и Дельфина уехали в карете, паре пришлось путешествовать по городу самостоятельно.

— Я беспокоюсь лишь о том, что моя жена будет чувствовать себя некомфортно.

Анриш на удивление оказалась рада столь прямолинейному ответу. Алексей глубоко вздохнул. У двоих был плотный график. Они накупили детями и Дельфине подарков, вкусняшек, поели в кафе и осмотрелись.

— Вау, время идет так быстро.

На город спустились сумерки.

Анриш, сидевшая на скамейке на площади, похлопала себя по ногам и глубоко вздохнула. Алексей обеспокоенно посмотрел на жену.

— У вас болят ноги?

Анриш неожиданно задала вопрос.

— Я уверена, что другие люди чувствуют эту боль каждый день, не так ли?

Алексей остановился в недоумении.

— Поместье Валлиосов довольно большое.

Анриш стала серьезной.

— Неважно, что у нас есть личная карета. Думаю, подавляющему большинству людей будет неудобно добираться сюда на карете. Как туда, так и обратно.

— Но...

Прошло некоторое время с тех пор, как Алексей выглядел таким озадаченным. Алексей всегда обращал внимание на то, что говорит его жена.

— Тогда есть ли у вас какое-то решение?

— Хм...

Анриш вспомнила свою предыдущую жизнь. Страна, в которой она жила, была очень удобной. В частности, средства передвижения – автобус и метро. В одно мгновение глаза Анриш сузились.

Конечно, реализовать такое масштабное сооружение как метро – очень сложно. Но построить автобус не так уж трудно. Они могут, как и личные кареты, периодически передвигаться по городу.

Алексей, выслушав её объяснение, неожиданно кивнул:

— Это хорошая идея.

— В самом деле?

При положительном ответе лицо Анриш просветлело, будто зажглась лампочка. Отлично! Тогда каким образом нам обустроить все с будущем? Анриш заинтересованно наклонила голову.

— Тогда почему бы вам не попробовать сделать все самостоятельно? – Алексей вдруг сбросил ей на голову бомбу.

Анриш посмотрела на него удивленными кроличьими глазами.

— А? Я?

В отличие от удивленной Анриш, Алексей только пожал плечами.

— Это ведь идея жены. Не лучше ли сделать все самой?

— Но общественное мнение…

— Не стоит об этом беспокоиться, – голос Алексея прозвучал необычайно твердо. — Я не допущу, чтобы кто-то сплетничал о моей жене.

Анриш уставилась на Алексея.

— Империя – консервативная страна…

Это похоже на то, что Лилиана, прежде чем начать обучение фехтованию, прошла через бесчисленные боли. Прежде не было прецедентов, когда женщина владела крупным бизнесом. И если Анриш продолжит работу в одиночестве…

— Будут недовольства.

— Я во всем помогу и поддержу вас.

Возможно, именно поэтому Алексей и предложил Анриш работать над проектом самостоятельно.

— Спасибо, – обе щеки Анриш покраснели.

Алексей, глядя на неё, вдруг сказал:

— В любом случае, жена будет говорить только о работе?

На лице Алексея вдруг появилась явная игривость.

— Это трудоголизм.

— Разве герцог не такой же? – Анриш пыталась возразить, но Алексей вздрогнул.

— Мне также больно, как если бы меня ударили ножом.

— Правда? Вам больно?

— Конечно.

В это время они вдвоем незаметно рассмеялись. Анриш вдруг подняла голову. Один за другим стали загораться фонари, установленные по всей улицу. Разлился яркий алый свет. Это фантастический пейзаж, словно в сказочном мире. Среди них стояла прекрасная ель – символ праздника святого Филиппа.

У Анриш заблестели глаза, когда она посмотрела на ель, украшенную всевозможными уркашениями.

— Словно рождество…

В частности – золотая звезда, украшавшая верхушку ели, напоминала Корею. Именно об этом сейчас думала Анриш. Какое-то время она молчала, чувствуя, как эмоции зашкаливают. Неудивительно, что она не так сильно скучала по родному миру. Но нужно смотреть правде в глаза – иногда Анриш вспоминала о прошлом.

Я скучаю…

Вдруг кто-то резко схватил её за запястье. Это был Алексей. Выражение его лица было странным – смущенным и чрезвычайно напуганным. Анриш, сбитая с толку, удивленно моргнула.

— Герцог?

— Нет, я…

Алексей, сам не понимая, что делает, облизнул губы. На самом деле, он понятия не имел, почему вдруг схватил Анриш за запястье. Внезапно ему показалось, что она может исчезнуть. Взгляд Анриш, смотревший на мерцающую ель, как будто был наполнен ностальгией. Кажется, она думала совсем о другом месте, куда хочет пойти.

— Мадам, – сам того не понимая, Алексей заговорил сдавленным голосом, — вы моя жена?

С чего вдруг?..

Анриш не могла скрыть растерянность. Тем не менее, выражение лица герцога все еще было серьезным. Не в силах отвернуться от него, Анриш вдруг кивнула.

— Да.

— Тогда… – после минутного молчания Алексей снова серьезно спросил: — Тогда вы не собираетесь уйти куда-то еще?

— А? Куда-то еще?

Глаза Анриш вдруг расширились. Алексей закусил губу и продолжил:

— Мы ведь семья?

Семья?

Это слово вызвало легкую рябь в сердце, как камень, брошенный в озеро. Анриш, молча смотревшая на Алексея, вдруг кивнула головой.

— Да, я буду здесь до конца.

На мгновение Алексей почувствовал глубокое облегчение. Казалось, Анриш, которая мгновение назад была так далеко, наконец вернулась к нему. В этот момент Анриш посмотрела в центр площади.

— Вау, посмотрите!

Глаза, полные радости, как у ребенка, устремились вдаль.

— Кажется, все танцуют.

— Танцуют?

Алексей вспомнил, что накануне праздника в центре площади — время танцев. Герцог собрал все свое мужество и протянул Анриш руку.

— Хотите станцевать со мной?

Анриш уставилась на протянутую руку со странным чувством. Как дама из престижной семьи, в которой нет ничего особенного, получила десятки запросов на танец. Но… Перед Анриш стоял герцог. И этот момент стал для обоих особенным. Анриш схватила его за руку и встала.

— Конечно.

Двое направились бок о бок к центру площади. Слушая мягко струящуюся музыку, Анриш подумала про себя — она действительно рада, что здесь не тихо. Если бы не танцы, гомон и песни, Алексей точно услышал бы её сердцебиение. Наконец, герцогиня перестала дышать и затаила дыхание. Каждый мужчина поцеловал тыльную сторону руки своей партнерши. Это знак благодарности за хорошо проведенное вместе время.

Сверкающие фонари, красочные праздничные украшения и веселая музыка. Среди всего этого Алексей улыбался Анриш.

Наверное, я никогда не забуду эту картину. Я запомню её навсегда.

В тот момент в сердце Анриш расцвело чувство, что называется “любовью”.

* * *

Той ночью.

Супруги Валлиос, вернувшись в замок, стояли перед детской игровой комнатой и пожимали плечами.

— Нам действительно нужно это делать?

Алексей не мог скрыть обеспокоенное выражение лица.

— Абсолютно! – Анриш страстно кивнула головой. — Вы ведь сказали, что хотите создать воспоминания для детей, не так ли?

— Да, но...

Алексей растерялся, осматривая свой наряд.

А всё началось так...

Прежде чем вернуться в замок, Алексей невольно сказал:

— Было бы хорошо создать воспоминания, которые дети смогут вспоминать все оставшиеся годы.

В этот момент в их поле зрения попал магазин: “Магазин косметической одежды отмечает Праздник Святого Филиппа!”.

— Вот оно!

— Что?

— Способ создать воспоминания! – закричала Анриш, волоча Алексея за рукав. — Это ведь праздник Святого Филиппа, так что вам придется надеть его костюм!

— Леди права!

Анриш и владелец магазина очень хорошо поладили. Алексей остановился и попался на ослепительные речи этих двоих.

И вот он результат...

— Это немного смущает.

Так родился шедевр, сотворенный Анриш.

Алексей, стоявший перед ней, был таким же, как святой Филипп, преданный земле. Анриш восхищалась своим мужем.

Радует глаз!

Она изо всех сил старалась сдержать улыбка, которая играла на её лице.

— Черная монашеская униформа и контрастирующие белые крылья! Кроме того, эта полумаска, а причина ношения её в том, что вы настолько прекрасны и вам нужно избежать искушений демонов.

В отличие от Санта-Клауса, взрослые в этом мире явно что-то знали.

— Разве это не идеально?

Анриш не могла скрыть счастливое лицо, восхищаясь красотой своего мужа.

— Если бы я упустила этот момент, никогда бы не простила саму себя!

Анриш, следуя за Алексеем, удовлетворенно кивнула.

— Пойдемте внутрь.

— Я обычно не делаю такие вещи. Я просто кладу подарки в носки, когда Эллиот спит.

— Нет! Как вы можете просто положить подарки в носки, когда мы купили такой костюм?

Почему-то моя жена так взволнована…

Глаза Анриш, когда она смотрела на мужа, ярко мерцали. Алексей сглотнул вырвавшийся наружу воздух.

— Вы так похожи на Святого Филлипа, дети точно поверят!

Когда Анриш подняла руки вверх, Алексею стало еще труднее ей отказать.

— Дети сегодня провели много времени на улице.

Должно быть, они устали и уже спят. Пытаясь улыбаться, как можно позитивнее, Алексей открыл дверь. Два деревянных игрушечных кубика выпали из рук Эллиота, когда он нашел Алексея.

— Ха?

Лилиана посмотрела на Алексея широко открытыми глазами.

Черт...

Алексей наконец плотно закрыл глаза.

— Святой Филипп? – эхом отозвался визг Эллиота.

Алексей мягко приподнял веки в ответ на неожиданную реакцию. В то же время он одновременно напряг плечи. Потому что двое детей уже собрались перед его носом.

— Вы действительно Святой Филипп?

— Как вы сюда попали?

Дети начали задавать множество вопросов, смотря на Алексея блестящими глазами. Зрачки Алексея, скрытые маской, задрожали, будто произошло землетрясение.

Нет, они правда поверили так просто?

Но это не самая большая проблема. Если он вдруг ошибется, его поймают из-за голоса. В тот момент, когда Алексей не знал, что делать, Анриш вмешалась.

— Священные писания говорят, что Филипп не может говорить сегодня.

— Мама, когда ты пришла? – глаза Лилианы расширились.

— Где папа? – Эллиот снова задал вопрос с озадаченным лицом.

— Ах, эм… У папы внезапно возникли дела, из-за чего он ненадолго ушел, – быстро ответила она.

Тогда дети переглянулись.

— Папа занят каждый день.

— Было бы неплохо, если бы он тоже смог встретиться со Святым Филиппом.

Так или иначе, неловкая ситуация, кажется, миновала. В тот момент, когда Анриш вздохнула с облегчением, Эллиот сказал:

— А почему Святой Филипп не может говорить?

— Ах, – Анриш закатила глаза и умело пожала плечами, — посетить множество детей и дать им благословение – тяжёлое бремя.

А затем она сменила тему.

— Вместо этого Филипп дарит подарки.

У детей загорелись глаза. Анриш ткнула Алексея в бок локтем.

— И его подарят прямо сейчас!

При этом бормотании Алексей поспешно вручил детям подарки, которые держал в руках. Двое детей зааплодировали.

— Это новый набор красок!

— А у меня украшенные ножны!

Перевозбужденные дети на знали, что и делать, не выпуская подарок из рук. Спустя некоторое время Лилиана сказала голосом, полным уважения:

— Святой Филипп потрясающий. Откуда вы знали, что мы хотим?

Потому что я ваш папа…

В тот момент, когда Алексей неопределенно улыбнулся, не в силах ответить, Эллиот прервал разговор:

— Святой Филипп! Я знаю, что мне нужно подарить в следующем году!

Затем Эллиот посмотрел на Алексея глазами, полными предвкушения.

— Разве вы не можете исполнить одно мое желание?

Желание?

Алексей удивленно посмотрел на сына. В то же время Эллиот воскликнул с невинным выражением лица:

— Я хочу младшего брата!

Брата... Но для этого!..

Лица Алексея и Анриш вдруг вспыхнули. Анриш очнулась первой. Эллиот и Лилиана могут передумать за целый год, поэтому в этом желании нет ничего плохого. С этой мыслью Анриш поспешно открыла рот:

— Святой Филипп передаст это желание папе!

— Это также касается и мамы.

Анриш глупо моргнула.

— Разве это не естественно?

Анриш ответила удивленным взглядом.

— Я читал про это в книге. Говорят, чтобы иметь младшего брата, нужно, чтобы мама и папа спали в одной постели.

Эллиот сжал оба кулака.

— Тогда аист принесет мне братика.

— Правда?

Аист? Я думала, что ребенок развит не по годам, а он такой наивный.

В тот момент, когда Анриш смутилась, Лилиана кивнула и помогла Эллиоту:

— Верно. В книге по экономике было сказано, что супружеские пары спят вместе.

— Лили…

— И тогда появится ребёнок, – Лилиана застенчиво прикрыла щёки. — Думаю, неплохо иметь младшую сестру, похожую на маму.

— Разве ты не хочешь младшую сестру, похожую на Эллиота?

— Нет, на маму, – Лилиана холодно замотала головой.

Подобная решимость заставила Эллиота удивиться и стать немного резким:

— Лили, ты же знаешь, что я твой жених, верно?

— Да.

— Но зачем тебе младшая сестра, похожая на маме, а не на меня?

Когда Эллиот задал такой вопрос, Лилиана ответила с естественным видом:

— Но ведь в будущем у меня будет ребенок, похожий на Эллиота.

Не по годам развитые дети...

Анриш удивленно открыла рот. Между тем, Эллиот, унесенный волнами эмоций, крепко держал Лилиану за руку.

— Я много думаю о тебе. Поэтому тебе не должно быть грустно.

— Да, я был неправ!

Что ж, будущее, в котором Лилиана родит, не так уж далеко. Тем не менее… Нам нужно выбраться из этого хаоса.

— Дети!

Дождавшись, пока детские глаза обратятся к ней, Анриш широко улыбнулась.

— Сейчас Святой Филипп должен уйти, чтобы раздать подарки оставшимся детям.

— До свидания!

— Спасибо за подарок!

Эллиот и Лилиана попрощались, стоя бок о бок.

— Вы не должны ложится спать слишком поздно, хорошо? – сделав последнее замечание, Алексей и Анриш вышли из комнаты.

* * *

Выйдя из детской, оба опустили плечи, как завядшие цветы.

— Это действительно сумасшествие.

Алексей, тут же снявший маску, покачал головой. В ней было слишком жарко, поэтому на его лбу блестели капли пота.

— Герцог?

Анриш вытащила носовой платок и вытерла его лоб. На мгновение дыхание Алексея стало слишком нервным, потому что жена находилась так близко. Осознав ситуацию, Анриш открыла рот, отвернувшись от него, будто ничего не произошло:

— Вы сегодня много поработали.

— Жена пострадала куда сильнее, – к счастью, Алексей мягко принял разговор.

Слава Богу.

Внутренне Анриш вздохнула с облегчением и продолжила, не задумываясь.

— Эллиот, на самом деле, прав. Такое желание действительно может возникнуть…

В то же время Анриш напрягла плечи.

Эллиот сказал, что хочет брата!

Она безжалостно жевала мягкую плоть во рту, думая о желании Эллиота.

Это так неловко! Боже, мне кажется, я сейчас умру!

Анриш больше не могла стоять перед Алексеем. В такой момент... Лучше всего сбежать! Анриш попыталась убежать от герцога так быстро, как только могла.

— Спокойной ночи, Герцог!

Она пыталась...

— Мадам, – одновременно со звонким голосом Алексей обхватил её запястье.

— А?

Анриш посмотрела на него с озадаченным выражением лица. Странно, что Алексей перед ней выглядит странно полным недовольства.

Я совершила ошибку?

В то же время Алексей заговорил:

— Как долго вы будете называть меня герцогом?

Анриш остановилась, ошеломленная вопросом, о котором даже не задумывалась. Но Алексей запротестовал несправедливым голосом.

— Разве мы не пара?

— Да, это так...

— Тогда, – Алексей, крепко закусив губу, отвел взгляд и продолжил, — не могли бы вы называть меня по имени?

Глаза Анриш расширились. Но на этом громкие заявления Алексея не закончились. Теперь его голова наклонилась вниз, так что Анриш могла ясно видеть его мочки ушей и затылок. Те были настолько красными, что казалось, если дотронуться до них, руки окрасятся в тот же цвет.

Алексей, применив усилия, заговорил:

— Я также хочу называть свою жену Анриш.

Анриш в тот момент, когда её имя сорвалось с губ Алексея, почувствовала, как у неё пересохло во рту.

Так странно…

Это ведь просто обычное имя, которое она слышала сто или тысячу раз. Но когда губы Алексея произнесли его, оно тут же стало каким-то особенным.

— ...Да.

— Да?

— Хорошо.

Лицо Анриш, когда она смотрела на Алексея, все сильнее краснело. Было трудно сохранять невозмутимость. Тихим голосом, словно это прошептал комар, она пробормотала:

— Зовите меня Анриш.

— Вы серьезно?

— Конечно.

Видимо, Алексей не ожидал, что она согласится, поэтому его удивленные заячьи глаза загорелись. Анриш приподняла голову, делая вид, что это ничего не значит.

— Моя семья всегда звала меня Анриш.

Когда Анриш сказала это, немного нахмурилась. Потому что слова, которые следуют за этим, всегда одни и те же.

— Твоему брату очень трудно. Ты ведь его сестра, так что помоги.

— Как думаешь, кто помог тебе стать герцогиней? Конечно, теперь ты обязана нам помочь!

Анриш предпочла бы никогда не вспоминать об этих людях. Вдруг во рту почувствовался горький вкус.

— Ричи.

Анриш внезапно напряглась от слов Алексея.

— Ричи, верно?

Казалось, словно все это лишь сон. Анриш видела, как Алексей снова и снова повторяет её прозвище.

— Благодарю вас.

— За что?

— За то, что называете меня так.

Увидев, как Анриш говорит ему слова благодарности, Алексей понял, что выставил имя жены в лучшем свете.

Что это?..

Яркая улыбка, как солнечный свет, на его лица заставила сердце Анриш трепетать. Казалось, что густые и тяжелые эмоции, связанные с прозвищем Ричи, испарились в одно мгновение. Глубоко в сердце произошел щелчок.

— Алексей.

Не осознавая этого, она протянула руку, желая дотронуться до его пальцем. Голубые глаза немного расширились. Чтобы преодолеть смущение, Анриш придала силы своим рукам.

— Эллиот ведь хочет иметь младшего брата.

— Да…

— Кроме того, сегодня вы… Святой Филипп.

Алексей смотрел на эту тарабарщину с озадаченным выражением лица.

О чем она, чёрт возьми, говорит?

Именно глаза выражали глубокий смысл.

— Святой Филипп должен исполнять желание детей, – Анриш закрыла глаза и задала вопрос. — Хотите вместе лечь спать?

Тишина.

Почему он молчит?

Анриш осторожно подняла веки. Таинственные голубые глаза все еще смотрели на неё. Анриш, глядя на Алексея, замерла и забеспокоилась.

— Если это слишком…

Кажется, мое предложение было таким иррациональным!

— Если вам неудобно, мы возьмемся за руки и уснем! – как только Анриш сказала эти слова, тут же впала в глубокий стыд. — Но если и это вам не нравится, мы можем придумать что-то еще…

Однако её губы уже вышли из-под контроля. Похоже, она изливала Алексею все свое беспокойство и неловкость.

— Если вы не хотите, мы можем даже не держаться за руки, я не коснусь и кончика ваших пальцев!

— Спать, держась за руки?

На мгновение глаза Алексея глубоко опустились. Анриш просто кивнула, обрадованная его реакцией.

— Да, конечно! Если вы мне не верите, можете просто отвергнуть…

— Нет, – Алексей обнял жену и взял её на руки, пройдя дальше по коридору.

— Герцог?!

Анриш испуганно обняла его за шею.

— Не так.

— Алексей?

— Да. Разве мы не договорились называть друг друга по имени?

Это так важно сейчас?

Анриш, которая на мгновение растерялась, задала ему вопрос:

— Куда мы сейчас направляемся?

— В спальню, конечно.

В одно мгновение лицо Анриш просветлело от энтузиазма. Она взрослая, которая все знала: что будет в спальне и какой процесс должен произойти, чтобы у Эллиота появился младший брат.

Хотя Анриш и знала все это, она невероятно нервничала, отчего было готова умереть от сердечного приступа. И теперь она не знала, что делать. Как вдруг...

— Кстати, – до её слуха донесся голос с легкой улыбкой, — мне нравится спать, держась за руки.

Услышав странно взволнованный голос, Анриш медленно подняла голову, сама того не осознавая. Алексей смотрел на неё сверху вниз. Голубые глаза, напоминающие зимнее небо. Красные губы с красивыми дугами. Хотя она видела Алексея каждый день, сейчас чувствовала себя иначе, будто герцог – зверь, что смотрит на свою добычу.

Может, я сделала что-то ужасное?!

Анриш сглотнула сухую слюну, сама того не осознавая. Она даже не заметила, как они дошли до спальни.

…Что мне делать теперь?

Анриш искоса взглянула на Алексея. Выражение лица его было непонятным. Но не похоже, что он в недоумении. Прошло много времени с тех пор, как они провели вместе последнюю ночь. И начинать отношения снова, немного тяжело, не так ли? ЭТо действительно смущает.

Думая об этом, Анриш поспешно заговорила:

— Что ж, давайте сначала искупаемся?

Анриш сделала это, чтобы выиграть время, но, к счастью, Алексей вежливо кивнул.

— Правильно, хотите пойти первой?

Герцогиня холодно кивнула и быстро зашла в ванную. После стояния перед зеркалом она поняла: все это – не сон, который ей просто снится.

— Похоже, мне действительно нужно искупаться.

Все потому, что она весь день бродила по улице. Подол платья и туфли были покрыты пылью. Анриш стало противно, из-за чего она сняла с себя одежду. Но ведь даже такую герцогиню Алексей обнял, взял на руки и повел в спальню. Лишь от мысли об этом тело Анриш вдруг нагрелось.

Нам... Действительно нужно сделать нечто подобное...  С Алексеем? Я сумасшедшая!

Анриш не смогла преодолеть смущение и плеснула себе на голову горячую воду. Вздрогнув, она намылилась. Ополоснувшись, Анриш пустым взглядом посмотрела на закрытую дверь ванной. Ей удивило то, что Алексей не отказался от предложения. Честно говоря, Анриш была практически уверена, что её отвергнут.

— Неудивительно, он ведь уже несколько раз назвал нас парой...

Подумав так, она покачала головой.

— В самом деле!..

Испытывая смущение, Анриш снова сосредоточилась на мытье тела.

После того, как Анриш скрылась в ванной, Алексей глубоко вздохнул, закрыв лицо обеими рукам.

— Ха-а...

К тому времени, когда он вошел в спальню, его глаза, горели от напряжения.

— Это было опасно...

Алексей был действительно близок к тому, чтобы разнервничаться и сдуться. Честно говоря, это всегда так странно, что перед Анриш он не может никогда прийти в себя.

Я нахожусь в спальне с таким красивым и милым человеком, как она, как я могу быть в порядке?

Анриш сказала, что сначала нужно помыться. Услышав это мудрое предложение, Алексей, конечно, кивнул.

— Кажется, она дала мне передышку после того, как поняла, что я едва держусь при виде противоположного пола...

Это замечание заставило Алексея думать, что происходящее – лишь сон. Но герцог все еще оставался серьезным. Он обязан быть в порядке. Если Анриш заботится о нем подобным образом, он должен также позаботиться, чтобы не разочаровать её.

Алексей снова принял твёрдое решение.

* * *

Даже помывшись, Анриш долго колебалась перед дверью.

Что мне делать, я так нервничаю...

Несколько раз она переминалась с ноги на ногу. Анриш осторожно толкнула дверь в ванную.

— Я уже искупалась.

— Ах, уже? – Алексей повернулся к Анриш и улыбнулся.

На мгновение её глаза затрепетали, будто произошло землетрясение.

Что это?..

Возможно, из-за того, что одежда священника, закрывающая шею, была неудобной, Алексей расстегнул несколько пуговиц, туго обмотанных вокруг шеи. Анриш понимала, почему демоны так старались соблазнить святого Филиппа. Это всего лишь свободный воротник, но он уже создал декадентский вид священнику-аскету.

Вырез, что виднелся теперь...

Нет, что за извращенные идеи?!

Анриш, думая об это, взлетела куда-то очень высоко. Кончики её губ слегка приподнялись.

В этот момент Алексей встал:

— Тогда я тоже помоюсь.

— Да, я подожду! – она кивнула как можно невиннее.

Дверь в ванную закрылась. Как только Алексей ушел, Анриш торопливо дотронулась до губ.

* * *

Горячий воздух, смешанный с запахом мыла, ударил Алексею в лицо. Он почувствовал тепло. Ричи совсем недавно была здесь. Они делили одно пространство. Как только герцог подумал об этом, сердце начало биться бешено и быстро.

Кажется, я сейчас потеряю сознание.

Даже когда Алексей пытался максимально сохранить разум, его мысли продолжали фокусироваться на Анриш. В голове предстал образ жены, которая закончила купания и вышла к нему с красными щеками. Что она делала за закрытой дверью? Конечно, снаружи Алексей старался притворяться непринужденным, но внутри...

— Тогда я тоже помоюсь.

Кинув эти слова, он убежал в ванную, чтобы не сталкиваться с Анриш взглядами.

Сделав большой и глубокий вдох, Алексей коснулся лица, надеясь наконец разобраться с этими дикими эмоциями.

* * *

Звук воды, капающей через закрытую дверь, стал немного громче. Когда Анриш услышала его, ощутила:

— Я действительно собираюсь провести ночь с Алексеем...

Если подумать, она впервые спала с ним в одной комнате. Несмотря на их супружество, Анриш попала в это тело относительно недавно.

Я не выгляжу странно?

Анриш посмотрела в зеркало, расчесала волосы рукой и потрогала пижаму, чтобы убедиться, что та не в беспорядке. В то же время рука Анриш, двигавшаяся в спешке, остановилась. Потому что в голову вонзился острый вопрос.

Мне нравится Алексей, но что он чувствует?

Оглядываясь назад, Анриш не думала, что между ними есть недопонимания. Кажется, их чувства схожи. Но сердце герцогини вдруг упало. Возможно, Алексей говорил всё это лишь из простой вежливости?

Также то, что он не отклонил предложение, смущало. Анриш боялась, что её сердце вскоре разобьется. Сжав губы, герцогиня отбросила эти мысли.

Алексей тем временем наконец закончил принимать душ и вышел.

— Ричи.

Собираясь заговорить, он вдруг замер. Потому что выражение лица Анриш выглядело немного мрачным.

— Что...

В голове Алексея вспыхнули мысли, будто его облили холодной водой.

Почему она так выглядит? Или я единственный, кто рад провести ночь вместе? Если ей неудобно...

— У вас всё в порядке?

— Ах, вы уже здесь, – на осторожный вопрос Алексея Анриш тут же ответила.

Её голос мягко дрожал.

— Разве вы заботились обо мне потому, что сами этого хотели?

— Что? – Алексей был действительно сбит с толку. — Что вы имеете в виду?

— Значит, мы должны провести ночь вместе, потому что это лишь супружеская обязанность... – Анриш продолжала, сжимая простыню. — Если вы так считаете, можете просто отказаться.

Лицо герцога при этих словах окаменело.

Я сейчас здесь не из-за чувства долга, а из-за чувств. Почему вдруг произошло такое нелепое недоразумение?

С другой стороны, Анриш, совершенно не подозревая об истинных намерениях Алексея, смотрела на него с решительным лицом:

— Я не пытаюсь быть обузой, поэтому говорю прямо. В любом случае, Эллиота достаточно, чтобы стать наследником герцога...

Однако Анриш не смогла договорить до конца. Большие руки вдруг сжали её щеки. Алексей поцеловал её так, будто был готов съесть.

— Подождите...

Глаза Анриш расширились, но недолго. Чувствуя, как все её тело тает, герцогиня закрыла глаза, сама того не осознавая. В то же время крепкие руки удержали её за талию. Когда безумно страстный поцелуй закончился, Анриш сделала глубокий вдох и посмотрела на Алексей широко раскрытыми глазами.

С каких пор я лежу в постели в его объятиях?

Все это уже не имело значения.

— Алексей.

Тот факт, что они разделили этот момент, имел значение. Алексей облизнул губы и сказал тихим, приглушенным голосом:

— Теперь у тебя есть ответ?

— Алексей...

— Да?

Алексей наклонился и посмотрел ей прямо в глаза, строго заявив:

— Я не целую людей, которых не люблю.

Удар ножом в сердце.

Голубые глаза, похожие на глубокое озеро, смотрели только на Анриш. Она не могла поверить его словам.

— Ричи не знает, что я сейчас чувствую.

— Я...

— Если ты говоришь, что я делаю все это из чувства долго, точно не знаешь, — Алексей прикусил губы.

Сильные эмоции лились вниз, как приливная волна. Увидев это чувство, Анриш не осмелилась ответить. Алексей, плотно закрыв глаза, стиснул зубы.

— Я хочу, чтобы каждый твой волосок, каждый палец принадлежал мне.

Это больше похоже на исповедь перед Богом.

— Ты единственный человек, что заставляет меня улыбаться.

Голос, который обрывался на мгновение, между тем звучал без перерыва. Даже посреди обиды его голос звучал дружелюбно.

— Я хочу знать каждое твое движение.

Алексей наклонился и поцеловал её в шею. Поцелуй, как дождь, начиная с губ, начал стекать все ниже по телу. Анриш рефлекторно пошевелилась от щекочущего, но странного ощущения.

— Я хочу услышать и запомнить каждую деталь того, что сделало тебя счастливой сегодня. Хочу знать, что тебя расстроило.

Погладив её шею некоторое время, Алексей пробормотал, смешанным со вздохами голосом:

— Ричи, вам трудно мне доверять?

Алексей, едва сумевший уловить первоначальные низкие чувства, задал вопрос в обычной уважительной манере. Впрочем, для Анриш это было неважно.

— О чем вы? Нет, я могу вам довериться.

В тот момент, когда Алексей услышал ответ, был ошеломлен.

— Да?

— Я не могу не доверять.

Теперь у Алексея было лицо, полное вины.

— Я ведь тот, кто не мог оставаться рядом, когда вам было тяжело.

Анриш удивленно открыла глаза, а Алексей посмотрел на неё молчаливым взглядом.

— У вас были тяжёлые времена из-за Саксони.

— Нет, это...

— Но вы никогда не рассказывали мне об этом. А я до сих пор обращал внимание только на странности, которые моя жена вытворяла.

Алексея совершенно не интересовали причины такого поведения Анриш. Он понятия не имел, что её собственная семья эксплуатирует дочь и сестру.

— Нет, точно, – Алексей горько рассмеялся.

Анриш же охватило чувство глубокого удивления.

— То, что наши отношения не были гладкими, не может быть причиной такого отношения.

— Алексей...

— Я...

— Прекрати! – Анриш, напуганная бесконечным потоком саморефлексии, обеими руками заблокировала рот Алексея. — О чём вы вдруг говорите? – в холодном поту она перебила его, снова перейдя на формальный тон. — Если я опущу руки, вы сначала выслушаете меня, хорошо?

Увидев, как Алексей спокойно кивает, Анриш убрала руки. Тогда Герцог выглядел максимально строгим.

— Есть одна вещь, которую вы поняли неправильно.

— Неправильно?

Анриш кивнула и спокойно заговорила:

— Независимо от того, женаты мы или нет, вы не можете узнать секреты другого человека, если он об этом не расскажет.

— Ричи...

— Поэтому я не думаю, что вам нужно извиняться, – Анриш улыбнулась. — Это просто проблема из-за отсутствия диалога.

Алексей, как муж, делал все, что мог. Мало того, что он узнал о коррупции своей жены, он даже закрыл глаза на постоянные возврат денег Анриш маркизу Саксони. Кроме того, если внимательно взглянуть на воспоминания Анриш, именно она отказывалась от разговоров с самого начала.

Конечно, я понимаю, почему в оригинале она вела себя именно так. Члены её семьи считали Анриш только средством для укрепления положения семьи… Анриш лишь хотела, чтобы её семья еще больше уважала и любила её. Герцогиня жила все это время в одиночестве.

Однако сейчас важно одно – это не вина Алексея. Какую бы пустоту Анриш ни чувствовала в оригинале, она не говорила об этом и не объясняла ничего мужу.

И сейчас неразумно то, что Алексей чувствует себя виноватым.

Анриш, закусив губу, заговорила:

— Прежде всего, Алексей для меня самый надежный человек на свете.

— Серьёзно?

— Конечно.

Анриш набралась сил и кивнула. Алексей – единственный, кому она могла доверять. Её щеки вдруг слегка покраснели.

— Вы для меня единственная женщина.

В этот момент появилась иллюзия, что мир как будто затих. Алексей посмотрел на неё, забыв, как дышать. Анриш заглянула в самую глубокую часть зрачку мужа. Любовь, что притягивала их, ясна.

Теперь я всё знаю...

В этот момент Анриш озарила молния осознания.

Алексей любит меня.

Сотни и тысячи признаний не было нужны с самого начала. Алексей всегда страстно любил её.

— Могу ли я рассчитывать, что вы того же мнения?

На мгновение глаза Алексея почернели от сильной привязанности. Анриш думала, что хочет остаться в ловушке этого взгляда навсегда.

* * *

За окном уже был поздний час, что близился к рассвету. Алексей посмотрел на Анриш, спящую у него на руках, с лицом хищного зверя.

— Уснула.

На самом деле, это совсем не удивительно. Анриш снова и снова достигала своего апогея, чуть не теряя сознания и не падая в обморок.

— Я был немного резок.

Извиняясь, Алексей нежно дотронулся до её волос на лбу и щеках. Потом Анриш сильно нахмурилась и снова расслабилась. Должно быть, эта рука раздражала сонную жену. Алексей робко убрал руку. Анриш, что ворочалась, крепко обняла Герцога.

— Ричи...

Перепуганный Алексей позвал её. Но Анриш облизнула губы и довольно улыбнулась. Глубоко вздохнув, Герцог поднял одеяло и укрыл её плечи. Ощущение мягко пухового одеяло оказалось приятным, поэтому сквозь сон Анриш снова улыбнулась.

Алексей очень долго смотрел ей в лицо.

— Вы самый надежные человек на свете.

Застенчивый голос Анриш все еще звучал в ушах. Размышляя на этими словами, Алексей осторожно позвал её. Когда Анриш погрузилась в глубокий сон, в комнате раздавался лишь звук тяжелого дыхания.

Но это не имело значения.

— Спасибо.

Сказав это, Алексей легонько поцеловал её в лоб. Чувство вины, которое, как заноза, застряло в уголке сердца, вырвалось наружу и заполнило всю комнату. Теперь Алексей не мог жить без Анриш. Это безусловная любовь.

* * *

Следующее утро.

Анриш с трудом подняла тяжелые веки. Все тело обвисло, как вата, смоченная в воде. Глаза герцогини, что долго ворочалась в кровати, вдруг расширились. Потому что в поле зрения появилась сильная грудь.

Анриш сглотнула сухую слюну. Красивая грудь без капли жира казалась произведением искусства. Когда она устремила взгляд на Алексея, будто одержимая, её рука двинулась самостоятельно.

Могу ли я дотронуться?

Несмотря на мучения Анриш, её тело было намного честнее. Пальцы соприкоснулись в грудью, твёрдой и тёплой.

Ух ты...

Глаза Анриш яростно затрепетали.

Мужская грудь...  Неужели она всегда такая огромная?!

Анриш стала немного активнее дотрагиваться до Алексея. Возможно, выражение “скульптура” как раз ему подойдет? И как Анриш могла монополизировать эту грудь? Ей жаль других женщин мира, но собой герцогиня могла гордиться.

Анриш излучала восхищение.

Вдруг глухой голос раздался над её головой. Это был Алексей. Лицо Анриш покраснело, будто она вот-вот взорвется.

Боже!

— Я не нарочно...

Вместо ответа Алексей уставился на неё:

— Разве вы делали это не потому, что хотели?

Анриш плотно закрыла глаза, ведь Алексей прав.

— Не так ли?

В голосе Герцога звучала лёгкая улыбка.

— Вы можете ещё раз дотронуться до неё.

Анриш сомневалась в услышанном. Но Алексей снова улыбнулся, повторив, что Анриш может до него дотрагиваться, когда захочет. Герцогиня удивленно открыла рот:

— Нет, как человек может говорить подобное!

Если я буду постоянно дотрагиваться до груди Алексея, не покажусь ли я извращенкой?..

Когда Анриш размышляла про себя, Алексей нежно схватил её руку и поднял.

— Почему вы...

Алексей оставил короткий поцелуй на кончиках пальцев, а после положил руку себе на грудь. Посмотрев на удивленную реакцию жену, он озорно улыбнулся.

— Вы ведь уже давно не неё смотрели.

— Вы думаете, я такой человек?

Не в силах преодолеть смущение, Анриш повысила голос.

— Разве мы не пара в первую очередь?

У Алексея было весьма небрежное выражение лица.

— Каждый раз, когда я вижу Ричи, чувствую себя так.

Говорить такие смущающие речи с элегантным лицом – настоящее искусство. Алексей мучал Анриш после произошедшего ночью. Герцогиня, поняв это, попыталась изменить выражение лица, но Алексей спросил:

— Значит, вам это не нравится?

— Это не так, – в конце концов, именно Анриш сделала шаг назад.

Алексей, хоть и надувал губы внешне, Анриш могла спокойно наслаждаться его грудью и телом.

— Ха, – Анриш посмотрела на него с ухмылкой, — у вас так сильно бьётся сердце.

Значит, Алексей тоже смущается?

Анриш было немного стыдно, что она единственная, кто чувствует себя так странно, поэтому теперь она пыталась подшучивать над мужем.

— Конечно, – он встретился с ней взглядом, будто это совершенно естественно. — Не странно ли сохранять спокойствие рядом с вами?

В одно мгновение лицо Анриш покраснело.

Почему я такая застенчивая?!

Анриш слегка нахмурилась, после чего закрыла глаза, готовая погрузиться в сон. Приятно чувствовать, как рука Алексея расчесывает волосы. Чувствуя себя, как на необитаемом острове, герцогиня уткнулась носом в руку мужа и прошептала:

— Это так странно.

— О чем вы?

— Мы с Алексеем, должно быть, пользовались одним и тем же мылом.

Анриш наклонила голову, будто увидела чудеса века.

— Как думаете, почему ваше тело пахнет лучше?

— ...Я не знаю.

На мгновение его глаза почернели.

— Я тоже хочу это проверить, – Алексей обвил руками талию Анриш и притянул её к себе.

Расстояние между ними снизилось в одно мгновение. Пальцы на ногах щекотали друг друга в странной атмосфере.

Алексей собирается сделать это снова после вчерашнего?

Анриш, тихо закрыв глаза, ворчала внутри. Но удивленный голос Алексея позвал её:

— Ричи?

— Алексей, не время нам заниматься этим!

Анриш тут же поднялась с кровати.

— Уже поздно!

— В смысле?

— Завтрак! – Анриш вскрикнула с выражением смертельного отчаяния. — В день праздника мы хотели позавтракать с мамой и детьми!

— Ах, действительно, – Алексей вдруг нахмурился. — Нам правда нужно идти?

Анриш не хотела спорить, но её лицо наполнилось неудовлетворением.

— Что бы мы делали, если бы не проснулись? – Алексей издал звук боли, пытаясь подняться. — Ах...

— У вас что-то болит?

— Да, спина.

Анриш смотрела на Алексея с невозмутимым выражением лица, сказав:

— Да. Вы вчера достаточно потрудились.

Алексей выглядел, как щенок, которого отругали за содеянное.

— Мне жаль…

Теперь казалось, будто всю ночь именно Алексей доходил до предела, а не Анриш. Герцогиня, смотря на него некоторое время, вдруг сказала:

— Я ничего не могу с этим поделать.

В тоже время на её губах появилась слабая улыбка. Анриш медленно отвернулась. Прошлой ночью ей действительно было хорошо, из-за чего теперь она чувствовала усталость. Но герцогиня не хотела показывать это Алексею. Полностью изменившись в лице и успокоившись, она сказала:

— В любом случае, мне нужно быстро умыться. У нас не так много времени.

* * *

В то же время.

Дельфина, Эллиот и Лилиана первыми спустились в столовую. Это должно быть празднованием с семьей.

— Почему мама и папа не приходят?

...Проблема заключалась в следующем.

Алексей и Анриш не спустились. На вопрос Эллиота Дельфина тайком нахмурила брови.

— Как бы вы ни устали, нужно проснуться утром и прийти на завтрак, на котором собирается вся семья.

Она видела их обоих вчера вечером, вернувшихся бок о бок.Значит, им было весело вчера?

Однако, когда они вернутся, я скажу им всё, что думаю.

Эллиот, когда взгляд бабушки ожесточился, застонал:

— Надеюсь, они скоро придут. Я так голоден.

— Эллиот, ты ведешь себя, как ребёнок.

Затем Лилиана покачала головой и заговорила с ним строгим голосом.

— Кажется, мы должны понимать, что они опоздают. Мы ведь сами хотели, чтобы они провели время вместе. Так мне говорила Леди Мюллер.

Дельфина посмотрела на Лилиану с озадаченным лицом. Леди Мюллер действительно собирается сделать детей развитыми не по годам.

— Подожди, что ты сейчас сказала?

— Очевидно, что они проводят время вместе.

Дельфина широко открыла глаза и переспросила:

— Лили, что ты имеешь в виду?

— Значит, что они вместе, – Лилиана мягко улыбнулась. — Мы загадали это, когда к нам пришел Святой Филипп.

Эллиот взволнованно прервал разговор:

— Я загадал, чтобы у меня появился младший брат!

— ...Брат?

— Да, так что он скоро появится!

— Подождите. Расскажите мне обо всём с самого начала.

Дельфина проявила величайшее терпение, чтобы усмирить детей, которые несли сумбурные вести. Так, она узнала, что произошло. Святой Филипп пришел к ним в гости вместе с мамой, а Эллиот загадал желание – он хотел младшего брата. Дельфина спросила детей:

— Она пообещала передать желание твоему папе, верно?

— Да, все верно!

— Так и было!

Дети кивнули, а Дельфина сузила глаза.

Этот Святой Филипп, должно быть, замаскированный Алексей. И если он был с Анриш, а дети загадали младшего брата...

Дельфина сверкнула глазами. В столовой вскоре появились Алексей и Анриш.

— Извините нас за опоздание! Вы долго ждали?

— Нет. Всё хорошо, – Дельфина покачала головой. — Присаживайтесь.

Алексей, как безупречный джентльмен, выдвинул стул для Анриш.

— Ричи, пожалуйста, садитесь.

Хм? Глаза Эллиота и Лилиана расширились от имени мамы. Разве отец только что не назвал её Ричи?

— Он правда так сказал?

— Да!

Эллиот и Лилиана начали шептаться между собой, но поскольку они все еще дети, не могли должным образом контролировать громкость голоса. Похоже, все услышали их слова.

Что нам делать?

Анриш склонила голову в некотором смущении.

Герцог, нет... Алексей не стесняется?

Анриш взглянула на него с прищуром. Герцог выглядел на удивление спокойным.

Кажется, я единственная беспокоюсь об этом.

Чтобы никто не увидел её покрасневшее лицо, Анриш взяла себя в руки и отвернулась.

— Алексей, с каким пор ты начал называть Анриш Ричи?

Анриш, услышав этот вопрос, сильно закашлялась. Алексей тут же повернулся к жене с обеспокоенным лицом.

— Все в порядке?

— Кха... Да, в порядке.

У Анриш заложило нос, а на глаза навернулись слезы. Это слишком стыдная ситуация! Все взгляды обратились на неё. Эллиот и Лилиана сидели с широко открытыми глазами. И даже Дельфина не скрывала эмоций. Между тем Алексею было все равно на остальных.

— Вот платок.

— Благодарю.

— Нужно что-то еще?

— Нет, я уже в порядке.

Убедившись, что кашель жены немного утих, Алексей оглянулся на маму, не поднимая бровей, и ответил:

— Теперь я называю жену прозвищем.

Кажется, эти двое быстро сблизились.

Дельфина стиснула подбородок и задала вопрос, ухмыльнувшись:

— Могу ли я с нетерпением ждать нового внука?

— Прекрати, мама, – Алексей нахмурился. — Ричи неудобно говорить об этом.

— Разве ты беспокоишься только о жене?

Алексей ответил, не думая:

— Что плохого в том, чтобы поставить жену на первое место?

— Будет ли человек, у которого такой муж, стесняться?

Дельфина, надув губы, наконец улыбнулась. Так или иначе, это мирное праздничное утром.

Зловещее предчувствие.

Как только прошел праздник Святого Филиппа, Анриш стала очень занятой. Первое, что её затронуло – транспортный бизнес, о котором говорил Алексей.

— Анриш, вы хозяйка Герцогства! – внезапно в разговор вмешалась Дельфина. — Так разве не стоит заводить дружбу с благородными дамами севера?

Это имело смысл. Вероятно, потому, что Герцоги Валлиос – центр северной знати.

— Когда я приедем домой, не лучше ли отдохнуть? Мне пришлось участвовать на слишком большом количестве балов с Дельфиной…

— Анриш! – Дельфина, стоявшая у подножия лестницы, поторопила её.

— Да-да, иду, – Анриш спокойно спустилась.

Когда она собралась выйти из особняка. Две женщины наткнулись на Алексея.

— Мама, Ричи?

Алексей сразу нахмурился, посмотрев на них двоих.

— Куда вы идете?

— Ах, мы решили пойти не вечер чтения с дамами, – Дельфина гордо подняла голову.

Между тем лоб Алексея сморщился от этого ответа еще сильнее.

— Вы идете с Ричи?

— Зачем переспрашивать? – Дельфина, смотревшая на сына, сморщила кончик носа и озорно улыбнулась. — Говорите прямо.

Алексей подавил подступающий к горлу слова и проглотил их. В последнее время Дельфина почти полностью монополизировала Анриш.

— Почему бы нам не погулять?

— Может быть, еще чаю с детьми?

— Я хочу новую шляпку. Почему бы нам вместе не сходить в магазин одежды? Было бы неплохо выбрать что-то нам обеим.

Дельфина, полностью избавившись от предубеждений против Анриш, была занята тем,  что проводила время со своей невесткой. Однако в процессе всего нежданный человек попытался возразить:

— Нет... Почему моя мама пытается монополизировать Ричи?

Этим человеком был Алексей. Голос сына был полон сожаления. Но Дельфина нагло ответила:

— А ты сердишься? Все-таки я её свекровь.

Алексей, потеряв дар речи, с ухмылкой посмотрел на маму.

— Это какое-то ребячество.

Герцог крепко стиснул зубы. Ему было трудно практически не видеться с Анриш. После праздника Святого Филиппа она была занята перевозками и бизнесом. Но все было в порядке, потому что Алексей всегда рядом для помощи. Однако после вмешательства Дельфины его островное пространство становилось все более узким.

— Я могу помочь с документами, а ты занимайся своей работой, – Дельфина, сидевшая в кабинете Анриш, махнула сыну рукой, будто он её нервировал.

— Алексей, – Анриш, которая ничего не слышала, поспешно вмешалась в разговор, — я пойду в кружок чтения, а завтра мы можем заняться делами, связанными с бизнесом.

— Верно.

Я единственный, кто может помочь.

Бизнес – одно из немногих дел, где Алексей был полезен. Но эти слова повергли его в ещё большую депрессию.

Должен ли он забрать Анриш у матери?

Сам того не осознавая, Алексей резко сказал, огорченный:

— Не хотите пойти со мной?

— Да?

— Если это кружок чтения, может быть, после этого мы встретимся и займёмся работой?

— Да, но… – Анриш была сбита с толку, когда Алексей сжал кулаки.

Это значит, что Алексей будет ждать её, пока сеанс чтения не закончится. Только после этого они смогут заняться работой и бизнесом. Не будет ли это слишком неэффективно? В этот момент, словно дразня, Дельфина открыла рот:

— Если это так несправедливо, может быть, вы заберете нас после светского вечера?

Анриш удивленно посмотрела на неё.

Алексей весь разозлится ещё сильнее!

Однако Дельфина лишь радостно улыбнулась, будто ей вовсе нет дела до сына.

— Да, мама.

Бросив извиняющийся взгляд на Алексея, Анриш ускорила шаги. Алексей, поникший, как щенок под дождем, смотрел жене в спину, пока та удалялась из поля зрения. От горькой реальности его оторвал вздох.

Эллиот, наблюдавший издалека за отцом, жалким голосом сказал:

— Папа, такое ребячество…

Лилиана молча кивнула на шепот. Хотя она и не осмеливалась говорить это своими устами, её внутреннее сочувствие словам Эллиота вырвалось наружу. Эллиот, который, как и взрослые, всегда говорил правду, повернулся к Лилиане:

— Лили, пойдем.

— Да!

Двое детей вскочили с места и убежали.

— Что за ребячество… – не в силах побороть переполняющее его чувство стыда, Алексей закрыл лицо руками.

* * *

Собрания проводились более десяти лет, чтобы укрепить дружбу между благородными дамами севера. Но это лишь первоначальная цель.

— Мы читаем книги и делимся друг с другом ощущениями.

Услышав это, Анриш почувствовала, как холодный пот струится по спине. Прямо сейчас дамы не могли оторвать от неё взгляд. И Анриш знала, что тот означает: они хотят поприветствовать её, но боятся.

У меня ведь все еще слава злодейки, не так ли?

Анриш не выдержала этот обременительный взгляд и представилась первой:

— Здравствуйте, я герцогиня Анриш фон Валлиос.

Каждая из дам посмотрела друг на друга глазами испуганного кролика, будто крича:

— Боже, герцогиня поприветствовала нас, что же делать?

Спустя некоторое время одна из дам осторожно ответила:

— Я очень рада, что герцогиня присутствует на этой встрече.

Это графина Обри, что организовывает эту вечеринку. И уступает она лишь герцогине Валлиос.

— Это действительно большая честь.

— Нет, тут нечем гордиться. Я пришла сюда, чтобы завести дружбу с дамами, – застенчиво улыбнулась Анриш. — Наоборот, мне жаль, что я встретила вас с таким опозданием.

— Нет, что вы! Мы очень рады видеть герцогиню! – сказали дамы в один голос.

В то же время Дельфина пожала плечами:

— Да? Я привела свою невестку сюда, – она выпрямилась.

Тогда наступило горькое молчание.

Мама…

Анриш почувствовала, как вспыхнуло её лицо. Тогда графиня Обри неловко улыбнулась и кивнула головой:

— Да. Герцогиня всегда была так добра, – после она перешла на шепот, — однако мне интересно, не пришлось ли герцогине делать ради нас неприятный шаг…

На самом деле, беспокойство девушек понятно. Герцогиня Валлиос была не чем иным, как синоним слова “необщительная”.

— Это совсем не так, верно? – Дельфина небрежно пожала плечами. — Я очень нравлюсь Анриш.

Графиня Обри, забыв, что это грубо, слегка приоткрыла рот в удивлении. В то же время Дельфина повернулась к невестке, издав свистящий звук.

— Да…

Анриш изо всех сил пыталась скрыть смущение.

— Разве вы не были в ссоре?..

Женщина говорили взглядами – без слов. Вежливость по отношению к герцогине все же сохранилась, несмотря на удивление.

— Более того, – Дельфина не скрывала гордость, — вы не знаете, насколько мы близки с Анриш.

— Да…

Почему ни у кого не хватает сил для ответа?!

Дельфина огляделась суровым взглядом.

Мама, пожалуйста… Думаю, я умру от стыда.

Одна из дам поспешно сменила тему:

— Если подумать, герцогиня управляет транспортным предприятием?

— Да. Наша Анриш делает такую замечательную работу, – Дельфина удовлетворенно кивнула, независимо от того, подходила ли эта тема ей по вкусу.

С другой стороны, дамы, кажется, заинтересовались их отношениями.

— Я тоже слышала об этом.

— Разве женщине не тяжело вести бизнес?

— Кажется, вы говорили, что будете нанимать людей на основе способностей, не основываясь на половой принадлежности?

Все взгляды, обращенные к Анриш, блестели от любопытства и предвкушения.

У Анриш вдруг появилась надежда.

До сих пор женщины не могли участвовать в жизни общества. И теперь появилась та, что первая разбила стеклянный потолок.

— Верно, – Анриш тепло кивнула. — На этот раз мы нанимаем сотрудников напрямую.

— Разве обычно это не делается путём аутсорсинга?

В то же время дама, которая ничего не знала об этом, наивно задала вопрос. Анриш закусила губу. Делом о коррупции дворецкого герцогство занималось самостоятельно, прикрывая любые факты, потому что на карту поставлена честь Дельфины.

Дама задала вопрос не со зла...

Лицо Дельфину вдруг тут же потемнело от вины, словно она хотела сказать:

— Что, если дворецкий совершал все эти действия из-за моей непринужденности?

На самом деле, из-за этого инцидента Анриш и смогла вести бизнес так, как делает сейчас. И, словно успокаивая маму, герцогиня крепко сжала её руку. Глаза Дельфины вдруг расширились. В тот же момент Анриш продолжила небрежно говорить:

— На этот раз я хочу вести собственный бизнес.

Таким образом, она мягко потушила неприятный огонь вокруг Дельфины.

— И моя система практически готова.

— Боже, правда?

— Да, мы пилотируем кареты уже сейчас.

Вопросы дам продолжали литься дождем. И Анриш, не утруждаясь, последовательно отвечала на каждый.

Этот ребенок действительно извинился…

Дельфина посмотрела на Анриш со смесью восторга и благодарности.

Был уже поздний вечер. Наконец, группа читательниц разошлась.

— Пожалуйста, доберитесь до дома осторожно, – Графиня Обри попрощалась с гостями. — Спасибо, что пришли сюда.

— Нет, я рада, что меня пригласили.

Анриш и Дельфина вышли из особняка, прощаясь с окружающими их дамами.

— Анриш, – Дельфина вдруг позвала её.

Анриш широко открыла глаза и снова посмотрела на неё. Прежде чем заговорить, Дельфина огляделась и убедилась, что вокруг никого нет. После этого она застенчиво поджала губы.

— Да?

— Вас ведь спросили, почему вы не отдаете аутсорсинг другим предприятиям, не так ли? – Дельфина пару раз покашляла и смущенно спросила: — Все из-за меня?

— Да, но... Это пустяк. Вам не о чем беспокоиться.

Дельфина, которая теперь хорошо относилась к невестке, снова заговорила:

— Большое спасибо.

— Ричи, – вдруг Анриш позвал спокойный голос.

— А?

Вздрогнув, Анриш посмотрела в ту сторону, откуда тот доносился.

— А-алексей?

Дамы, которые уже собрались уйти от графини, тоже с удивленными лицами обратили внимание на герцога.

— Боже мой!

— Разве это не Герцог Валлиос?

Глаза дам внезапно расширились. Как ни посмотри, раньше их брак выглядел совершенно бесперспективно.

— Он пришел лично, чтобы увидеть герцогиню?

— Думаю, что так?

— Боже, так романтично!

— Я действительно хочу, чтобы и мой муж вел себя так!

Эти двое женаты так давно, но их отношения настолько свежи?

Дамы погрузились в девичьи раздумья. Они ловили счастливые взгляды Алексея и Анриш, что смотрели друг на друга.

— Разве они не очень живописная пара?

— Ходили слухи, что герцог в молодости был самым красивым мужчиной империи.

Кроме того, герцогиня также известна в светском мире столицы. На самом деле, Анриш – одна из трех самых красивых женщин империи. Однако она была больше известна своим острым и резким нравом, чем невинным видом.

— Когда герцогиня была свободна, я слышала, что ей присылали много предложений о браке.

Дамы вдруг неловко засмеялись. Учитывая её характер и известность, это ошеломляющее достижение. На самом деле было много комментариев по поводу женитьбы Анриш.

— Отец герцогини – маркиз Саксони, был невероятно жадным человеком. Он хотел продать дочь богатому мужу.

— Да. Они многого добились, обручившись с Валлиосами.

Одна дама кашлянула и сказала:

— В любом случае, кажется, эти двое очень хорошо ладят, не так ли?

— Да, действительно.

Все леди кивнули.

Тем временем Дельфина, увидев неожиданно появившегося сына, выглядела не слишком счастливой.

— Нет, вы даже не заметили! – Дельфина вдруг выстрелила в Алексея. — Я собиралась в лучшем виде сказать спасибо невестке, а сын перебил меня!

— Мама ведь сама сказала, что я могу приехать и встретить жену после вечера.

— Что? – Дельфина удивленно открыла рот. — Я не думала, что сын так буквально воспримет приглашение.

Но Алексей был искренен:

— Поскольку мама монополизировала мою жену, с этого момента я буду действовать также.

Дельфина яростно протестовала:

— Анриш – моя невестка!

— Но прежде всего – моя жена, — Алексей, дав строгий ответ, повернулся к Анриш.

Тут же строгое лицо сменилось нежной улыбкой.

— Мы собиралась заехать в каретный магазин, не так ли?

Анриш моргнула, услышав мягкий и бархатный, как шелк, голос.

— Да, но...

— Сейчас мы поедем вместе.

— Но мама?

— Мама? – Алексей, косо оглянувшись на Дельфину, слегка пожал плечами. — Мама ведь уже взрослая.

— Да?

— Она может вернуться домой сама, пока мы не приедем.

Алексей поднял кончики губ и саркастически спросил:

— Не так ли, мама?

Дельфина, пораженная, хотела повысить голос, но не смогла. Другие дамы могли увидеть, как она ругается с сыном из-за невестки. Должно быть, это забавная картина. В отличие от сына, который был готов сделать все, чтобы завладеть Анриш, Дельфина все еще оставалась в здравом уме.

— Верно, – Дельфина ответила высокомерным и холодным тоном.

На первое место Дельфина поставила свое лицо и имя как герцогини. Однако её настроение все еще оставалось мрачным. Затем она придала силу взгляду, когда посмотрела на сына:

— Знаешь, что это значит?

— То, что я знаю, чей я сын.

Дельфина не проронила ни слова в ответ.

— Всему этому меня научила мама.

Герцогиня почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. Но в тот момент Алексей вежливым жестом потянулся к Анриш.

— Пойдемте?

— Но мы ведь не можем оставить все так.

Анриш не знала, что делать в такой ситуации..Но Дельфина, что молча смотрела на все это, очень разозлилась, развернулась и последовала к оставленной позади карете. В то же время Алексей взял Анриш за руку и сжал её:

— Вы идете?

Это пугающее отношение, будто у неё отобрали драгоценное сокровище. Анриш дрожаще кивнула.

— Да.

Итак, Анриш села в карету и едва проглотила вырвавшийся вздох.

* * *

Причина, по которой Анриш решила сегодня зайти в магазин карет, заключается в том, что у неё была заранее назначена встреча.

— Вы уже встречали лично с рабочими?

— Да. Все они отобраны лично?

На вопрос Алексея Анриш кивнула.

— Обычно дела идут хорошо, если прислушиваться к мнению сами трудящихся.

— Мне кажется, ты говоришь так, словно уже несколько раз занималась бизнесом. Я ошибаюсь? – спросил Алексей, полушутя-полусерьёзно.

В этот момент Анриш внутренне вздохнула, чуть не сказав лишнее. Она лишь застенчиво улыбнулась, пытаясь скрыть ситуацию.

— Всё совсем не так.

— Мысли Ричи достаточно глубоки, – небрежно ответил Алексей.

Анриш, немного смущенная, отвела взгляд к окну. Алексей, глядя на неё, озорно улыбнулся:

— Вы такая застенчивая.

— Это не так!

Анриш, которую загнали в угол, ни с того ни с сего повысила голос. Но вдруг Алексей добавил:

— Глядя на Ричи, я думаю, что вы очень слабы на комплименты.

Анриш моргнула обоими глазами при звуке голоса, который показался несколько жалким. Внезапно лицо Алексея стало серьезным.

— Может быть, это немного странно, но думаю, что вам стоит привыкнуть к комплиментам.

— Алексей…

— Потому что вы действительно достойны этого, – он вложил в свою речь силу.

Анриш схватилась за грудь руками, сама того не осознавая. Казалось, внутри что-то щекочет её, как перышко. Это совершенно невыносимое и странное чувство.

Я всегда чувствую себя так, когда я с Алексеем. Может быть, так чувствуют себя люди, которые проводят время с любимыми?

Когда Анриш почувствовала, что её щеки горят, стала снова избегать взгляд Алексея. Тогда герцог нахмурил брови:

— Почему вы не смотрите мне в глаза?

— Потому... Потому что мне стыдно!

Алексей продолжать прихоти:

— Я хочу видеть лицо Ричи.

— Вы действительно такой?..

— У меня не так много времени, чтобы сидеть лицом к лицу с Ричи. Знаете, насколько это время драгоценно?

О чем это вы?

Не в силах победить Алексея, Анриш тихо подняла голову. При этом она увидела игривость на его лице. Стойкость Анриш вдруг повысилась.

— Вы ведь шутите?

— Нет, я говорил искренне, – Алексей, часто пытавшийся заговорить с ней в эти дни, трепетал.

Ему приятно видеть, как Ричи стесняется. Это действительно то, без чего он теперь не сможет жить. Лицо Анриш стало снова красным, как помидор. В этот момент карета остановилась.

— Похоже, мы прибыли, – Алексей выбрался из кареты и потянулся к Анриш. — Пойдемте?

Анриш открыла глаза и посмотрела на своего мужа. Тогда Алексей махнул рукой, как ребенок:

— Она уже затекла.

В этот момент Анриш вспомнила многочисленные титулы, которые носил Алексей. Ближайший друг Императора, лучший рыцарь Империи, хладнокровный герцог. И если первые два она могла принять, то... Хладнокровный герцог? Это тот человек, что ведет себя, как ребенок?

Анриш поджала губы и мягко сжала его руку:

— Как маленький ребенок.

Услышав ворчание, Алексей широко улыбнулся. Эта улыбка такая же яркая, как солнце.

У здания их уже ждали кареты. Нанимать людей Анриш собиралась вне зависимости от пола, поэтому среди водителей были и женщины, и мужчины.

— Это место, которое мы создали, чтобы выслушать, что вас беспокоит, – сказала герцогиня, взглянув на кареты. — Пожалуйста, дайте мне знать, если что-то случится.

Работники переглянулись. Анриш терпеливо ждала, пока те заговорят. И наконец!

— На самом деле, – после долгих колебаний заговорила женщина-водитель, — иногда есть люди, которые отказываются ехать.

— Отказываются? – глаза Анриш расширились. — Почему?

— Потому что я женщина.

При этом грешном голосе лицо Анриш ожесточилось. Вышеупомянутая женщина тайно отвела взгляд.

— Говорят, что день будет несчастным, если проехать в карете, которой управляет женщина.

— Что же...

Но тут Анриш инстинктивно поняла – сейчас злиться бесполезно. Это предубеждение, которое Анриш сама должна сломать. Но как? Герцогиня кивнула головой с чувством замешательства.

— Хорошо, я понимаю. Какие-то другие проблемы? Вам чего-то не хватает? Вы в чем-то нуждаетесь?

— Нет.

— На данный момент всего хватает, большое вам спасибо.

Все работники согласились и ответили.

Если сесть в карету, которую ведет женщина, день будет неудачным? Анриш снова и снова обдумывала эту мысль. Она никак не выходила из её головы.

* * *

Даже после возвращения в замок герцога лицо Анриш не просветлело.

— Мама, папа!

Эллиот крепко обнял Анриш.

— Все в порядке?

Только когда Лилиана поприветствовала их двоих, лицо Анриш наконец смягчилось.

— Да, ребята, – герцогиня крепко обняла детей и отстранилась. — Как ваши дела?

— Мама, ты правда думает, что я все еще маленький?

— Ну, думаю, в моих глазах Эллиот всегда будет ребенком.

Анриш улыбнулась сыну, но Алексей видел, насколько это вымученная и натянутая улыбка. Настроение Анриш лишь продолжало падать вниз.

В тот вечер.

— Ричи.

Анриш, глубоко задумавшись о чем-то, пришла в себя.

— Ах, Алексей.

— Почему у тебя такое разочарованное лицо? – он приблизился, лег рядом с женой и нежно погладил её по плечу. — Ты думаешь о сказанном ранее?

После секундного колебания Анриш склонила голову на плечо Алексея и глубоко вздохнула.

— Ты волновался?

— Немного.

— Я не хотела, чтобы ты волновался, – Анриш, улыбнувшись, наморщила кончик носа и меланхолично ответила. — Я не знаю, как разрушить предрассудки людей.

— Предрассудки?

— Да. Такими темпами, думаю, женщинам-водителям будет сложно.

Фиолетовые глаза потухли.

— Но если я уволю их, я ничем не буду отличаться от других предпринимателей.

— Ах...

— Но я не знаю, как мне это сделать.

Рука Алексея, похлопавшая Анриш по плечу, на мгновение замедлилась. При этом он резко заговорил:

— Думаю, я могу помочь.

— Ты... Алексей?

— Да. Если проблема в мифе, что ехать утром с женщиной – к неудаче, я могу решить проблему, – Алексей слегка пожал плечами. — Разве меня не достаточно, чтобы доказать, что слух ложен?

— Да? – глаза Анриш стали испуганными, как у кролика.

Вместо того, чтобы объяснять дальше, Алексей уверенно улыбнулся.

— В любом случае, я обо все позабочусь.

Очнувшись, Анриш обнаружила, что уже глубоко лежит в объятиях Алексея. Прошло некоторое время с тех пор, как она была сбита с толку. Сладкий голос достиг её уха:

— Не могла бы ты вместо этого немного сосредоточиться на мне?

— Сосредоточиться?

Алексей кивнул с, казалось, бы нежным выражением лица. Но почему-то герцог выглядел так, как зверь в овечьей шкуре. Анриш моргнула, когда он сказал:

— Я едва вернул тебя от матери.

Мягкие губы коснулись ушной раковины.

— Алексей?

Анриш сглотнула сухую слюну. Тем не менее, ухо – действительно чувствительный орган. Когда рядом с ним раздался голос, пальца ног самопроизвольно согнулись.

— Ричи весь день была занята мыслями о работе, – продолжал он, закусив губами ушную раковину. — Разве мне не должно быть грустно?

— Подожди... Щекотно...

Анриш не могла продолжать говорить и отпрянула всем телом. Теплый вздох щекотал ушную раковину. Казалось, будто она попала в тюрьму. Все вокруг заставляло чувствовать себя странно.

— Теперь я хочу монополизировать Ричи, – тихонько рявкнул Алексей, громко целуя Анриш в висок. — Разве я не имею права?

Как ты можешь говорить подобное, смотря мне прямо в глаза!

Анриш сглотнула сухую слюну и слегка кивнула. В этот момент глаза Алексея, как и всегда, почернели.

— Ты сама позволила мне.

С этими словами Алексей яростно вцепился в губы жены.

Через несколько дней состоялось чаепитие с Дельфиной.

— Ух ты! – Анриш восхищалась ловкостью Алексея.

Герцог ломал предрассудки людей очень просто.

— Какое-то время я планирую не использовать собственный экипаж.

— Если так…

— Всякий раз, когда мне нужно осматривать территорию, я не буду использовать отдельную карету, только многоместную, – небрежно добавил он. — И я езжу только с женщинами-водителями.

Конечно, Алексей не зря получил свои прозвища, если всегда укладывался в плотный график, даже используя общественный транспорт. И теперь он лично развеял миф о том, что женщины приносят несчастья. Однако Анриш думала еще об одной вещи:

— Разве герцогу не одиноко?

— Что случилось?

На вопрос, вытекающий из разговора с самой собой, Дельфина спросила с озадаченным лицом. Анриш озадаченно посмотрела на неё:

— Разве он не должен взять сопровождающих?

Алексей ездил в карете, не используя сопровождения или рыцарей.

— Вообще-то Алексей – единственный герцог империи. Если ему кто-то будет угрожать... – Анриш искренне волновалась за него.

— Анриш иногда говорит такие глупости, – Дельфина дернула подбородком и с жалостью посмотрела на невестку. — Кто в мире может навредить Алексею?

Анриш потеряла дар речи от такого небрежного ответа.

Правильно. Алексей был сильнейшим мужчиной империи даже в оригинальной истории… И Эллиота учил непосредственно отец.

Анриш еще раз задумалась о содержании оригинала. Главным героем мира был Эллиот. Таким образом, он стал самым выдающимся рыцарем империи, однако даже он никогда не мог победить отца – Алексея. Тем не менее…

— Мама!

— Мам!

Как раз в тот момент в их сторону бежали Эллиот и Лилиана. Лица обоих детей были яркими. По крайней мере, они выглядели куда счастливее, чем в оригинале! Анриш искренне ни разу не пожалела, что изменила историю.

* * *

Именно тогда зародился бизнес по производству многоместных карет. Пришло известие, что в гости пришел неожиданный человек. Это Леонард, принц Империи.

Алексей не мог скрыть своего удивления по поводу внезапного визита императорской семьи.

— Его Высочество первый принц посетил герцогство Валлиос?

— Да…

Анриш с тонким выражением лица коснулась канцелярских принадлежностей — письма с императорской печатью.

— Я не знал, что императрица даже пошлет письмо.

— Да, я тоже.

— Разве это не просьба к герцогу вмешаться в вопрос о престолонаследии?

Вопрос о престолонаследии нынешней императорской семьи довольно сложный. В настоящее время существует два принца. Главный из них — принц Леонард, сын императрицы. Также есть принц Фридрих, которого императору родила одна из служанок после проведенной ночи. Однако они совершенно разные…

Первый принц – человек, сосредоточенный на наслаждении аристократической жизнью, а не на средствах людей к существованию. С другой стороны – принц, который заинтересован положением простых людей. Конечно, императрица ненавидела Фридриха.

Анриш мысленно кивнула.

Во-первых, императрица ненавидела мысль о том, что её муж воспитал сына, рожденного от служанки, как принца. Межде тем, он не имел к престолу никакого интереса.

— При таких обстоятельствах у её сына больше шансом, чем у Фридриха.

Но императрица ни за что не хотела верить в это. Таким образом, дворяне естественным образом поделились на три категории. Одни поддерживали первого принца, другие второго, а оставшиеся сохраняли нейтралитет. Герцог Валлиос относился к третьей категории.

— Это политический визит?

Алексей слегка пожал плечами.

— Если первый принц собирается посетить нас лично, тот этот визит предотвратить невозможно.

Голубые глаза холодно сузились.

— Мы можем встретиться однажды.

* * *

Визит первого принца сделал герцогство несколько занятым. Во всяком случае, чтобы  приветствовать императорскую семью, нужно было привести замок в порядок и приготовить праздничный ужин.

— Действительно, с чего вдруг первый принц решил посетить нас?

Дельфина, руководящая приготовлениями, надула губу.

— Если это так, разве мы не будем проводить вместе меньше времени?

— Аха-ха-ха, – Анриш не могла не улыбнуться с неловкостью.

Время шло. Леонард наконец прибыл.

— Добро пожаловать, первый принц, – Алексей поприветствовал его.

— Давно не виделись, герцог.

Хотя Леонард и не был красив, он действительно умел изображать грустную улыбку, что нравилась людям.

— Герцогиня тоже в добром здравии?

— Да, спасибо вам за заботу, первый принц, – Дельфина грациозно кивнула.

После Леонард оглянулся на Анриш:

— Если подумать, я впервые вижу вас, герцогиня.

В одно мгновение глаза Леонарда замерцали.

— Если бы я знал, что вы такая красивая женщина, посетил бы вас куда раньше, ха-ха-ха, – Леонард рассмеялся и игриво поцеловал тыльную сторону руки Анриш.

Лицо Алексея тут же окаменело. То же самое было с Анриш.

Я слышала, что первый принц империи не считался с чужими чувствами, но это слишком!

В Империи поцелуй тыльной стороны руки — приветствие, допустимое лишь в близких отношениях. Анриш уже жената, а рядом стоит её муж. Совершенно неприлично целовать тыльную сторону ладони без её разрешения. Это невежество? Или Леонард пытался задеть Алексея?

Герцогиня ошеломленно смотрела на принца.

— Кажется, нет причин, по которым принц мог познакомиться с моей женой раньше, – послышался твердый голос.

Вместе с ним Алексей убрал руку Леонарда от Анриш.

— Кроме того, я не совсем понимаю, к чему такая любезность?

— Герцог…

— Это моя жена, – острые, как стекло, глаза искоса смотрели на Леонарда, — что, как вы думаете, вы делаете, если я стою рядом, а вы даже не удосужились спросить разрешения у моей жены, чтобы поцеловать её руку?

Подняв бровь, Алексей дико улыбнулся.

— Разве это не игнорирование меня и моей жены?

— Герцог Валлиос, вы ошибаетесь.

— Да, должно быть, это лишь ошибка. Именно поэтому я так говорю, – сказал Алексей мягким голосом.

Как ни странно, Леонард почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Казалось, он столкнулся со зверем, который в любой момент набросится на противника.

— Однако ошибаться следует лишь единожды, верно?

С этими слова Алексей опустил руку Леонарда и вежливо добавил:

— В любом случае, добро пожаловать.

Лицо Леонарда просветлело. Алексей должен был сделать, независимо от того — перед ним стоит принц или кто-то еще.

— Это мой сын Эллиот.

— Да, – Леонард поспешно изменил выражение лица и посмотрел на Эллиота.

— Здравствуйте, Ваше Высочество первый принц.

— Юный герцог выглядит мило, – сделав грубый комплимент, Леонард остановился и напрягся.

Его взгляд внезапно обратился к Лилиане, которая стояла позади Эллиота.

— А это юная леди Лилиана?

Послышался низкий голос, словно скрежещущий по железу. Лилиана, которая на мгновение была сбита с толку, наклонилась и вежливо поприветствовала его:

— Здравствуйте, первый принц.

С другой стороны Анриш озадаченно посмотрела на Леонарда.

Почему ты выглядишь так, будто тебе не нравится Лилиана?

Словно заметив, что Анриш за ним наблюдает, Леонард коротко кашлянул, выпрямился и широко улыбнулся Лилиане:

— Рад встрече.

— Да…

Алексей прервал разговор, когда Анриш, посмотрев на него, озадаченно моргнула.

— Вы, должно быть, устали, поэтому, пожалуйста, пройдите в подготовленную комнату и немного отдохните.

Алексей вежливо закрыл глаза:

— А мы приготовим для вас ужин.

— Благодарю вас, герцог.

Леонард кивнул и направился в комнату для гостей в сопровождении слуги. Анриш смотрела ему в спину, исчезающую вдали, с чувством страха.

Тем же вечером.

В честь первого принца был открыт небольшой банкет. Леонард и семья Валлиос сидели бок о бок, между ними стоял длинный стол.

— Отличный ужин.

— Благодарю.

Таким образом, они обменивались социальными разговорами. Анриш каждый раз оглядывалась на содержание письма, отправленного императрицей.

[Разве транспортный бизнес не очень успешный?]

Это официальная причина визита Леонарда.

[Я посылаю своего сына, чтобы отпраздновать успех.]

Обладая изящным почерком, характерным для придворных дам, она всегда говорила комплименты, которые внешне звучали блестяще. Но когда они сели за стол, Леонард вовсе не обмолвился словами поздравления.

— Как известно, маркиз Саксони поддерживает меня.

Принц улыбнулся.

— Значит, герцогиня, дочь маркиза, тоже должна меня поддержать?

Даже не прикасаясь к искусно приготовленному ужины, он был занят разговорами.

— Кроме того, поскольку герцогиня – хозяйка Валлиос, конечно же, её муж – герцог – также поддержит меня?

Глядя на Леонарда, который щебетал от волнения, Анриш изо всех сил старалась скрыть скуку.

— Ведь это правда, что я приехал с политическими намерениями.

Кажется, все уже немного знали об этом, ведь императрица лично отправила герцогу письмо с обращением.

— Бизнес был лишь предлогом.

Истинное намерение, вероятно, состоит в том, чтобы спросить:

— Пожалуйста, встаньте на мою сторону в вопросе о престолонаследии.

Анриш глубоко вздохнула.

— Мы понимали, что у вас изначально были такие намерения, – герцогиня заговорила, взглянув на Алексея и Дельфину, которые с каждым мгновение становились все жестче, — что ж, как и сказал первый принц, теперь я герцогиня Валлиос.

При гладкое ответе лицо Леонарда слегка окаменело. Тогда Анриш мягко улыбнулась.

— Поэтому, как член семьи Валлиос, я считаю правильным оставаться нейтральной.

— Но разве вы не самая знатная семья империи? – возмутился Леонард. — Если такая семья продолжит сохранять нейтралитет, в престолонаследии возникнет только большая неразбериха...

— Нет. Именно потому, что мы Валлиос, мы должны сохранять нейтралитет, – Анриш только решительно покачала головой. — Разве мы не “самый острый меч империи”?

— Герцогиня...

— Чем ближе мы находимся к императорской семье, тем важнее сохранять нейтралитет. Мы не должны безрассудно вмешиваться.

Холодные лица Алексея и Дельфины постепенно оттаивали.

Ричи действительно мудрая, это хорошо.

Если бы партия услышала это, они бы возненавидели герцогиню. Но Анриш лишь выразила искренние чувства их семьи. Кроме того, это первый ужин с принцем.

Герцогиня выпрямила спину и посмотрела Леонарду прямо в глаза.

— В таком гостеприимном месте не нужно замораживать настроение запутанными политическими историями.

Она оглянулась на детей:

— Прежде всего, из-за них.

Эллиот и Лилиана сидели тихо, но не скрывали скуку. Разве слова первого принца не тяжеловаты для детей?

— Хорошо, – Леонард стиснул зубы в ответ.

Трапеза возобновилась. За исключением принца, все наслаждались сытными блюдами. И наконец ужин закончился.

— Взрослым есть о чем поговорить, так что вы, ребята, ложитесь спать первыми, хорошо?

Анриш оставила детей с горничной. И когда они ушли, Алексей заговорил:

— Ваше Высочество первый принц. Если вы хотите выпить, не стесняйтесь, говорите.

Когда гость посещает замок, после обеда принято подавать любимые напитки и вести беседу. И даже если гость не нравится хозяину, отказывать неприлично. Поэтому беседа совершенно неизбежна.

— Нет, – Леонард просто оказался, будто его такие обычаи совершенно не волновали.

Боже, я должна терпеть.

Анриш изо всех сил старалась скрыть гневное выражение лица.

— Потому что, как только вы отказались поддерживать меня, я продолжаю страдать, – но грубости Леонарда не закончились. — Я сегодня устал, поэтому уйду пораньше.

Леонард встал со своего места и вышел из ресторана. В то же время раздался тяжелый вздох. Его обладательницей была Дельфина. Поскольку она все это время спокойно наблюдала за ситуацией, она не могла скрыть удивленное выражение лица:

— До меня доходили, что первый принц весьма высокомерный, но… – глаза Дельфины сузились. — Я не знала, что он осмелится так грубо мечтать о нашей поддержке.

Анриш внимательно посмотрела на двоих.

— Может быть, я допустила ошибку?

— Нет.

— Все правильно.

Дельфина и Алексей покачали головами.

— Почему он ведет себя так?

Алексей вдруг спросил:

— Вы знали, что принц Фридрих поступил в Императорскую академию?

— Я слышала, что он уже заканчивает её.

— Да. И у него много достижений.

Алексей пожал плечами.

— Может быть, поэтому император больше доверяет второму принцу.

— Тогда первый принц действительно может нервничать.

Анриш нахмурила брови и кивнула. Леонарду интересны лишь игры. Фридрих – его полная противоположность. Неясно, кто из двух принцев станет императором в будущем. Кроме того, наследный принц все еще не назначен. Дельфина стиснула зубы.

— Тем не менее, – Алексей мягко прищурился. — Возможно, это было сложно, но Ричи ответила достойно.

— Это, пусть было сложно, отличная работа, – подтвердила Дельфина.

Анриш, мягко улыбнувшись им обоим, вздохнула.

* * *

В то же время.

Леонард шел по коридору, отказываясь от помощи слуг. Он крепко сжал челюсти.

— Я пришел сюда, чтобы получить поддержку! – Принц сжал кулаки.

Ухоженные ногти глубоко вонзились в ладонь. Однако Леонард даже не почувствовал боль должным образом. Все из-за гнева.

Говорить о нейтралитете в такой ситуации?

Из коридора вышла девушка и врезалась в бедро Леонарда.

— Что?..

— Простите меня!

Девушка отпрыгнула назад, как испуганный кролик. На мгновение глаза Леонарда сузились. Перед ним стояла Лилиана, невеста юного герцога Эллиота, будущего наследника.

Леонард скривил губы в улыбке:

— Все в порядке. Вы не ранены?

Лилиана качнула головой.

Тогда принц наклонился к ней и посмотрел прямо в глаза:

— Вы юная леди Лилиана, верно?

— Да, это так.

— Тогда, должно быть, граф… – Леонард посмотрел на Лилиану змеиными глазами. — Вы знаете, как погибли ваши родители?

— Да. Из-за аварии…

— Правильно, – лукавая улыбка Леонарда стала немного длиннее. — Значит, вы получили наследство?

Почему он спрашивает об этом?!

Лилиана медленно посмотрела на Леонарда. Однако он не тот, кому можно нагрубить или солгать.

— Да. Все переведено на мое имя.

— Тогда что насчет управления?

— Сейчас всем управляет герцогиня Валлиос.

Затем Леонард многозначительно сказал:

— Должно быть, вы были опечалены смертью родителей.

— А? Конечно.

— Вы ничего не слышали от них перед смертью?

Почему принц задает такие деликатные вопросы?

— Нет, ничего…

— Верно, – Леонард встал с довольным лицом.

Кажется, разговор удовлетворил его. Будто он вспомнил что-то лишь сейчас, Леонард добавил:

— Вы ведь сохраните в секрете наш разговор?

— Да?

— Потому что герцог Валлиос был близким другом вашего отца.

Леонард положил руку на макушку Лилианы. Мурашки пробежали по всему телу от странного прикосновения.

— Я не хочу зря тревожить герцога.

Леонард ответил мягким голосом:

— Можете мне пообещать?

— Да...

— Хорошо, тогда спокойной ночи, – принц кивнул и медленно исчез из коридора.

Что это было?..

Лилиана, оставшаяся позади, не могла скрыть растерянного лица.

* * *

Поздняя ночь. Анриш остановилась у детской спальни. Это необходимо для того, чтобы проверить, насколько крепко они спят. Эллиот давно уснул, а вот Лилиана…

— Лилиана, ты все еще не спишь? – глаза Анриш расширились.

Потому что Лилиана сидела на кровати, согнув колени.

— Ах, мама, – она радостно подняла голову и застенчиво улыбнулась. — Я не могу уснуть.

— Да, почему? У Лили что-то случилось?

Анриш села рядом с Лилианой, а та тут же заключила её в объятия.

— Я не могла спать, потому что скучала по маме, – когда Лилиана крепко обняла Анриш, ответила.

Герцогиня громко усмехнулась:

— Ха-ха, Лилиана. Почему ты такая сегодня?

Но, сказав это, Анриш нежно гладила спину ребенка.

Лилиана почувствовала прикосновение и внезапно спросила:

— Мам.

— Да?

— Может быть, мама...

Немного поколебавшись, Лилиана осторожно спросила:

— Знает, как погибли мои родители?

Анриш моргнула.

— Это была авария.

— Да?..

Лилиана кивнула и спрятала лицо в руках Анриш. Герцогиня с озадаченным выражением лица спросила:

— Почему ты спрашиваешь?

— Ничего. Мне просто вдруг стало любопытно.

В тонком ощущении брови Анриш сузились. Это слишком абсурдный вопрос для обычного детского любопытства. Но потом Лилиана вырвалась из рук Анриш и накрылась одеялом до кончика головы.

— Ты уже хочешь спать?

— Да. Спокойно ночи, мама.

Взгляд Анриш видел, как Лилиана под одеялом свернулась клубочком. Её сердце быстро билось, но спустя некоторое время раздался дружеский голос. Лилиана слегка склонила голову. Дверь бесшумно закрылась. Потому Лилиана глубоко вздохнула.

— Вы можете сохранить наш разговор в секрете?

Герцог Валлиос был близким другом графа. Нельзя беспокоить его по пустякам и заставлять его зря тревожиться.

Слова первого принца прочно засели у Лилианы в голове. Она изо всех сил пыталась принять решение, плотно закрыв глаза. Она хотела хотя бы на мгновение забыть о сомнительном вопросе и уснуть.

* * *

Анриш вошла в спальню. Алексей, уже переодевшийся в пижаму, спросил:

— Ты уже здесь?

Темные волосы герцога все еще были мокрыми. Анриш, заметив его, сузила глаза:

— Собираешься спать, не высушив волосы?

Анриш, подошедшая к нему, взяла полотенце и положила подбородок на макушку мужа. Алексей растерянно посмотрел на неё, пока герцогиня причитала:

— Ты действительно можешь простудиться. И ты ведь даже не ребенок…

Алексей, услышав ласковое ворчание, улыбнулся. Анриш тут же открыла глаза:

— Почему ты смеешься?

— Просто.

Было время, когда Алексей думал, что в этом браке нет никакой надежды. Он даже хотел развестись по обоюдному согласию. Но теперь герцог просто наслаждался обществом жены.

— Действительно бессмысленно.

Анриш вытирала голову Алексея полотенцем. Каждое прикосновение было настолько приятным, что с его губ не сползала улыка. Он не знал, что это так приятно – насладиться легкими прикосновениями Анриш к волосам.

— Дети спят?

— Эллиот спал, а Лилиана, – Анриш вдруг замедлилась.

Алексей посмотрел на неё.

— Лилиана?

— Она задала мне странный вопрос.

— Странный вопрос?

С тонким выражением лица Анриш пожала плечами.

— Она спросила, как умерли её родители.

— Они погибли в аварии, – Алексей, невольно ответив, замер.

Это правда, что родители Лилианы погибли в каретной катастрофе.

— Причиной аварии было колесо повозки.

Говорят, оно было закреплено неплотно, потому что винт был надломлен.

— Есть ли у Лилианы сомнения по поводу смерти родителей? – Алексей спокойно добавил: — Граф был моим хорошим другом. Как он, так и его жена, были действительно безупречны. Они никогда не имели плохих отношений с окружающими.

Анриш знала немного. Неудивительно, что в оригинале графа несколько раз восхваляли. Писалось, что они были ангельской парой. Также Лилиана унаследовала их ангельский характер.

— На самом деле, когда велось расследования, никаких странных фактов не было выявлено.

— Вот как

Установлено, что ремонтник ошибся.

Алексей коротко вздохнул.

— Я не знал, что Лилиана будет думать об этом. Это моя халатность.

— Алексей...

— Я должен быть максимально осторожен, чтобы сердце ребенка не было напряжено.

Анриш сняла полотенце с головы Алексея и села рядом. Затем она нежно погладила тыльную сторону руки мужа.

— Не будь слишком строг к себе.

Даже если следовать содержанию оригинала, история смерти графа и его жены так и не была прописана. Это упоминалось лишь в одной строчке.

[Они погибли в результате несчастного случая.]

Алексей кивнул и нежно обнял жену за талию.

* * *

Следующим утром.

Внутри ресторана стоял аромат свежеиспеченного хлеба. Но никто из семьи Валлиос не наслаждался безмятежностью трапезы. И причина в том, что...

— Когда придет первый принц?

Завтрак был уже готов, но Леонард не спускался. Дельфина подавила раздражение и задала горничной вопрос:

— Правда ли, что он сказал вам ранее?

— Да, госпожа, – служанка склонила голову.

— Нет... Тогда почему мы все еще ждем? Прошло уже пятнадцать минут, – Дельфина цокнула языком.

Но потом в комнату вошла служанка, осторожно склонив голову:

— Первый Принц сказал, что немного задержится.

— Что?

— Принц сказал, что он устал от долгой поездки и теперь кашляет.

Лицо Дельфины ожесточилось при таком ответе.

— Это уже слишком, не обращать внимание на семью герцога!

Сколько бы яда не накопилось в принце, это чересчур грубое отношение. Когда другие готовят еду и ждут вас, он лишь уведомил их об опоздании. Разве не не значит, что им нужно ждать его?

— Я не могу, мне нужно поговорить с первым принцем!..

Когда Дельфина, не выдержав, вскочила со своего места, Алексей покачал головой:

— Не нужно, мама.

— Что? – Её глаза расширились, когда она повернулась к сыну.

Но Алексей тихо продолжил:

— Мы просто начнем трапезу.

Анриш молча посмотрела на Алексея. Будь она обычной женой, тут же сказала бы:

— Это ведь семья императора, мы должны подождать ещё немного.

Но...  Принц сам в первую очередь должен соблюдать этикет. И уже не единожды он сам нарушил предписанные законы. В такой ситуации нет смысла держаться и показывать пример.

Анриш с улыбкой повернулась к детям:

— Тогда начнем завтрак?

— Ура!

— Мама, я хочу круассан!

У Лилианы и Эллиота, которые ничего не знали, были светлые и улыбчивые лица.

* * *

Через час.

Леонард не спеша спустился в рестона.

— Я немного опоздал...

Когда он тихо заговорил, замер на месте.

Вскоре раздался подавленный голос:

— Что это?..

Ресторан был пуст.

Солнечный свет ярко светил в широкое окно, словно насмехаясь над Леонардом.

— Куда все пропали?

Принц стиснул зубы и схватил одного из проходивших мимо слуг:

— Эй! Я спустился на завтрак.

Слегка вежливо склонил голову.

— Где герцог Валлиос и его семья? Я все еще не ел.

При этом вопрос слуга не смог скрыть растерянность:

— Да? Семья герцога поела некоторое время назад.

— Что? – Леонард сомневался в услышанном. — Хотя я и опоздал, они поели без меня?

Какого черта? Я принц империи!

В тот момент Леонард разозлился.

— Первый принц.

Услышав тяжелый голос, Леонард быстро повернулся. Лицо его исказилось.

— Герцогиня Валлиос.

Это была Анриш в верхней одежде. С яркой улыбкой, как только что распустившийся цветок, она задала вопрос:

— Вы хорошо спали прошлой ночью?

— Я… Да, но… – Леонард, набравшись спокойствия, выплюнул ответ. — Я немного опоздал из-за усталости, но не ожидал, что вы уже закончите трапезу.

Улыбка Анриш слегка изменилась.

Вы должны быть настолько бесстыдны, чтобы осмелиться проявить такое неуважение к Валлиосам?

Анриш, оценив грубое лицо принца, мягким голосом ответила:

— Да, мы действительно закончили есть первыми. Наши повара такие талантливые, что мы не могли поступить иначе.

Леонард чувствовал, как изнутри его царапал гнев. Он крепко сжал кулаки и ответил:

— Разве вы не должны были подождать меня?

Однако Анриш посмотрела на него ошеломленным взглядом:

— Подождать?

— Конечно. Потому я и спрашиваю, – протестовал он, не в силах преодолеть разочарование. — Я даже предупредил об опоздании.

Анриш грациозно кивнула:

— Конечно, я слышала. Но разве это не значит, что мы должны начать трапезу?

— Извините?!

— Вежливый гость никогда не заставит хозяина ждать, если он проспал.

Фиолетовые глаза изогнулись, как полумесяц.

— Так что мы думали, что можем позавтракать в одиночестве… – саркастически ответила она. — Может быть, мы неправильно расценили мысли Первого Принца?

— Нет, это… – Леонард рефлекторно заговорил, но тут же замолчал.

Если сейчас он опровергнет слова герцогини, станет грубым гостем, который собирался заставить хозяина поместья ждесть.

— Нет, – в конце концов, принцу ничего не осталось, кроме как писклявым голосом согласиться со словами Анриш.

Герцогиня продолжила весело говорить:

— Тогда пойдемте?

Леонард спросил её с озадаченным лицом:

— О чем вы говорите?

— Первый принц приехал, чтобы узнать о бизнесе, не так ли? – Анриш пожала плечами, словно спрашивая: зачем задавать такие очевидные вопросы? — Конечно, вам стоит посетить офис.

— Да?

— Карета уже готова.

Только тогда Леонард обратил внимание на верхнюю одежду Анриш. Он был поражен. С самого начала принц приехал сюда с намерением умиротворить герцога и проявить к семье доброту. А каретный бизнес – лишь предлог! Леонарда никак не касались дела герцога и его жены.

Но, кажется, Анриш действительно собиралась взять принца с собой.

— Первый принц интересуется нашими делами. Что может быть радостнее?

— Нет, герцогиня…

— Конечно, вчера вы проделали долгий путь. Сегодняшнее расписание кажется немного загруженнее, чем ожидалось, но… – Анриш вздохнула. — Это ведь неизбежная проблема, не так ли?

Кажется, герцогиня хотела ударить его в больное место.

— Или вы не желаете ехать?

— Нет, я поеду, — в конце концов, у него не было выбора, кроме как согласиться.

Само выражение его лица доказывало, что он совершенно не интересовался бизнесом.

— Я знала, что так и будет, – Анриш обернулась, улыбнувшись.

* * *

Леонард внутренне вздохнул:

— Как вы можете работать весь день?

Прошло уже больше четырех часов с тех пор, как они вышли из дома. Тем временем Анриш таскала Леонарда туда-сюда, раздавая дополнительные объяснения по поводу бизнеса. Как бы она не устала, глаза её все еще блестели. Леонард же, напротив, выглядел, как квашенная капуста.

Принц не понимал трудоголизм герцогини.

Леонард с усталым лицом искоса взглянул на Анриш. Больше всего его сейчас беспокоил один вопрос: когда они, черт возьми, пообедают? Он действительно голоден из-за пропущенного завтрака, а также утомлен беготней герцогини.

Принц, который обычно наслаждался роскошной жизнью, благодаря таким движениям мог похудеть.

— Думаю, я в любом момент упаду в обморок.

В пустом желудке раздавались странные звуки. Лицо Леонарда покраснело. В то же время герцогиня посмотрела на него:

— Вы в порядке?

— Ах, да…

Леонард, смущенный, ожидал слов о скором приеме пищи, но Анриш лишь ответила:

— Хорошо. Так как сегодня у нас много работы, придется пропустить обед.

Герцогиня мягко кивнула, когда Леонард расширил свирепые глаза.

Нет, о чем вы!

Анриш, заметив это, невинно сказала:

— Когда мы все закончим, сможем с радостью пообедать, – слабая, но злая улыбка расползлась по её губам.

Если он хотел притвориться, что проспал, должен был ответить за это! От небольшого голода с принцем точно ничего не случится.

Анриш, сдерживая смех, обернулась.

— Тогда следующее место, куда нужно отправиться…

— Подождите, у нас все еще есть планы на сегодня? – Леонард поспешно задал вопрос.

— Конечно, – Анриш радостно кивнула. — Раз уж вы проделали весь этот путь, следует осмотреть все, не так ли?

— Подождите, герцогиня, – Леонард остановил её на мгновение. — Вы предлагаете ехать в карете с простыми людьми?

А?

Анриш засомневалась в услышанном. В любом случае, императорский дворец во многом жил за счет налогов, который платят обычные люди. Герцогиня сделала глубокий вдох. Перед ней совершенно высокомерный человек, который не уважает никого, кроме аристократов.

С утонченным выражением лица Анриш посмотрела на Леонарда:

— От таким комментариев лучше воздержаться.

Из-за жуткого ответа принц нахмурился:

— Воздержаться?

— Да. Его Величество Император очень заинтересован в средствах людей к существованию, не так ли?

— Верно, но…

И первый принц ведет себя так?

Анриш слегка пожала плечами:

— Разве это не противоречит великой воле Императора?

— Противоречит воле Императора? – взволнованный Леонард вскочил со своего места.

— Как вы знаете, принц, везде есть глаза и уши. И вы говорите это без особый раздумий, – Анриш широко улыбнулась. — Такой промах в будущем может сыграть с вами злую шутку.

Леонарда, которого загнали в угол, напрасно застонал.

— Пойдемте, – не дожидаясь ответа Леонарда, Анриш сделала первый шаг.

Какой же раздражающий человек.

Улыбка на её лице внезапно исчезла.

Через некоторое время группа Анриш и Леонарда прибыла на пристань для карет.

— Первый Принц, Герцогиня! – ожидавшие водители склонили перед ними двоими головы. — Меня зовут Сэнди, сегодня я буду обслуживать вас двоих.

— Рада встрече, – Анриш тепло поприветствовала её.

В тот же момент Принц открыл рот с нелепым выражением на лице:

— Подождите.

— Да, Принц? Что случилось на этот раз? – Анриш подавила раздражение и повернулась к Леонарду.

Принц нахмурился и посмотрел на кучера.

— Я думал, что ошибся и меня подвело зрение, но это не так, – затем он указал подбородком на кучера и спросил у Анриш: — Как ни посмотри, водитель – женщина?

— Да. Это женщина, вы все правильно поняли.

— Извините? – Леонард вскочил со своего места.

Анриш встретилась взглядом с Леонардом, будто не видела в этом проблемы.

— Женщина-кучер. Есть ли в этом смысл? – Принц начал поднимать суету, будто вот-вот упадет небо. — Как вы думаете, где работают женщины на улице? Все собаки, пробегающие мимо, будут смеяться!

— Первый Принц...

— Даже если у Герцогов есть ограниченная семейная традиция, это чепуха!

Анриш, которая смотрела на принца, плотно закрыла глаза.

Я должна набраться терпения, чтобы избежать убийства.

Спустя некоторое время Анриш снова попыталась убедить Леонарда.

— На самом деле, существенной разницы между женщинами и мужчинами в их работе нет.

— О чём вы...

— Скорее, при проведении опроса пассажиров часто оказывается, что кучеры-женщины имеют куда более высокий рейтинг, – кончик губ Анриш дрогнул в попытке сохранить натянутую улыбку.

Но, к сожалению, её усилия не возымели действия.

— Нет, разве это важно сейчас? – потому что Леонард даже не слушал её. — Ситуация, в которой женщина работает кучером, неверна!

— Первый Принц...

— У мужчин должна быть своя работа, а у женщин своя!

Леонард продолжал верещать.

— Если женщина работает вот так, как она собирается вести домашнее хозяйство и ухаживать за ребёнком? – затем он повернулся к кучеру и указал на неё. — Вот почему дисциплина в стране пошатнулась!

В этот момент Анриш почувствовала, как в её голове что-то сломалось. Вместе с этим её губы начали свободно шевелиться.

— Нет. Я не могу этого вынести. Дисциплина в стране пошатнулась из-за такой личности, как вы, Ваше Высочество.

— Что вы сейчас сказали?

— Я сказала, что дисциплина страны под угрозой из-за вас, а не кучеров-женщин.

Леонард удивлённо облизнул губы. Но Анриш более не собиралась давать ему возможность говорить.

— Но...

— Принц, который не соблюдает даже минимальной вежливости по отношению к кучеру, добросовестно выполняющему свою работу, – ледяной голос спросил его, — разве может помочь стране?

— ...

— ...

Наступило тяжёлое молчание.

Кучер не мог вмешиваться в разговор, а Леонард на мгновение потерял рассудок от горького выговора:

— Вы смеете так говорить со мной, Герцогиня?

— С того момента, как вы впервые ступили на территорию Герцогства, и до сих пор, – холодные глаза смотрели прямо на принца, — не было ни одной грубой вещи.

— Чепуха! – Леонард в этот момент пришел в себя и попытался в спешке оправдаться.

Анриш лишь неловко наклонила голову:

— Мне нужно указать на каждую грубость с вашей стороны?

Не дожидаясь ответа Леонарда, герцогиня выложила все факты:

— После того, как вы переступили порог нашего замка, без разрешения поцеловали мою руку, пытаясь установить контакт. Даже за ужином в замке вы проделали то же самое. Это же касается и завтрака на следующий день. Вы не проявили должной вежливости в качестве гостя.

Каждый раз, когда Анриш продолжала говорить, дыра во лбу принца становилась все глубже и глубже. Но герцогиня не собиралась прекращать свою речь:

— Это еще не все. Хотя кучер не сделал вам ничего плохого, вы тут же начали оскорблять женщин, не так ли?

Услышав это, Леонард глубоко вздохнул и посмотрел на Анриш. Беспокойный взгляд принца дрожал. Анриш же действительно чувствовала себя подавленной. В то же время Леонард внезапно открыл рот:

— Почему вы так чувствительны, герцогиня?

— Чувствительна?

— Вы запомнили поцелуй, который видела лишь ваша семья? И совершенный единожды? – Леонард облизнул губы фиолетовым языком. — Я уверен, вы запомнили каждую мелочь. Вы действительно крайне чувствительна.

Ха?

Анриш не могла скрыть удивления, но Леонард продолжил:

— Как вы знаете, герцогиня, я принц империи и один из сильнейших.

Мне правда жаль, но если бы не статус, данные при рождении, вы бы ничего не добились.

Анриш едва проглотила подступивший к кончику горла сарказм. Между тем, молчание Леонард истолковал, как собственную победу.

— Я не думаю, что должен выказывать уважение, чтобы показать его тем, кто ниже меня по статусу, – он лишь продолжал говорить глупости. — По крайней мере, маркиз Саксони знал минимальные манеры, необходимые для будущего императора.

Маркиз Саксони. При этих слова лицо Анриш ожесточилось. Тонкие, как змеи, глаза осматривали герцогиню с ног до головы.

— Должно быть, герцогиня полностью забыла учения маркизы?

В этот момент Анриш скривила кончик губ:

— Действительно интересно.

— Интересно? – Леонард ухмыльнулся, будто бы ошеломленный, а затем свирепым тоном спросил: — Вам кажется, что я шучу?

— Я не могу в это поверить. Чтобы ждать шутку, разве не нужно верить, что у человека есть осмысленное чувство юмора?

Леонард сморщился. В то же время Анриш посмотрела на него в упор.

— Кажется, вы назвали себя следующим императором, не так ли? – Анриш наклонила голову, словно мурлыча.

На мгновение Леонард крепко стиснул зубы, а герцогиня продолжила:

— Его Величество еще не назначил наследного принца.

— Я знаю, но!..

— В такой ситуации говорить так, будто следующий император уже предрешен? – Анриш последовательно рассуждала. — Разве это не опасно во многих отношениях?

— Опасно? Я первый принц!..

— Вам не нужно напоминать об этом, – улыбка Анриш стала намного мрачнее. — Я знаю ваш титул.

Анриш слегка пожала плечами.

— Однако не думаю, что Его Величество Император одобрит ситуацию, в которой принц называет себя “следующим императором”.

И это верно, ведь он сказал, что выберет преемника, опираясь на его способности и личностные качества. В такой ситуации утверждать, что ты станешь следующим императором? Удивительно. Первый принц допустил серьезную ошибку.

Леонард сглотнул сухую слюну и посмотрел на Анриш. Честно говоря, он действительно думал, что герцогиня – женщина, которая ничего не знает о мире. Вот почему считал её легкой жертвой.

— Хорошо гордиться собой. Но вот высокомерие – яд.

— Герцогиня...

— И если вспомнить о вас, Первый Принц, – спокойно продолжила она, — то что у вас есть, кроме положения?

Анриш в прошлом вела себя точно также. Она кричала, что является хозяйкой Валлиос, но, помимо этого, могла гордиться лишь тем, что родила для герцога наследника. Образ прошлого наложился на Леонарда.

Такое отношение всегда ранило Эллиота.

Анриш продолжала спокойно говорить, подавляя горькое чувство.

— Действительно, статус сына императора и первого принца страны.

Леонард, которого зажали в угол, рефлекторно повысил голос:

— Нет, что...

— С другой стороны, второй принц получил признание из-за своих способностей.

На мгновение Леонард замолчал.

— Второй Принц?

Сводный брат считался главным противником Леонара. Не говоря уже о том, что первый принц во всем отстает от Фридриха. Впереди всегда его прославленная спина. Однако проблема в том, что император выберет наследником того, кто лучше проявит себя.

И как Анриш могла упомянуть в таком разговоре Фридриха?

Глаза Леонарда загорелись. Однако Анриш посмотрела на его гнев и спокойно продолжила спрашивать:

— Вы ведь приехали, чтобы увидеть новый транспорт, не так ли?

Леонард стиснул зубы:

— Так грубо обращаться с гостями? Я разочарован герцогиней!

— Мне жаль, что вы разочарованы.

— Не смейте! – свирепо закричал Леонард. — Потому что я думаю вернуться прямо сейчас.

Анриш не могла скрыть своего жалостливого выражения лица. Маленький мальчик, который кричит, что он хочет уехать домой из-за личной обиды.

— Что здесь происходит? – разговор прервал резкий голос.

— Алексей? – глаза Анриш расширились. — Почему вы здесь?

— Сегодняшнее расписание закончилось раньше, чем ожидалось, поэтому я решил прийти сюда, чтобы помочь жене, – Герцог широко улыбнулся супруге.

Но Леонард вдруг закричал:

— Герцог Валлиос!

Принц собирался пожаловаться Алексею.

— Герцогиня сказала...

— Ах, принц. Вы уже уезжаете? – Алексей оглянулся на Леонарда.

Однако, в отличие от улыбающихся губ, глаза выражали лишь гнев и неприязнью.

— Да? – Леонард озадаченно посмотрел на Алексея, а затем заскрипел зубами. — Герцогиня оказала мне большое неуважение.

— Герцогиня?

— Да! Поэтому я покидаю герцогство прямо сейчас!..

Его голос постепенно дрогнул.

Должно быть, Алексей не собирался успокаивать принца.

— Да, пожалуйста. Возвращайтесь осторожно. Всего хорошего.

Леонард спросил Алексея с озадаченным выражением лица:

— Вы действительно просто отпустите меня?

— Конечно, ведь желание первого принца куда важнее.

Леонард, так и не сумев победить герцогов, поспешно ушел. Тем не менее, он снова и снова оглядывался. Но когда действительно понял, что Алексею все равно, выругался и исчез:

— Вот дерьмо!

— Алексей, – Анриш, не зная, что делать, посмотрела на мужа. — Скажи…

В отличие от случая, когда он имел дело с Леонардом, Алексей, встретив взгляд жены, невинно и добро улыбнулся.

— Все-таки это первый принц. Можно ли так говорить с ним?

— Какое это имеет значение? Принц решил уйти сам.

Сама того не осознавая, Анриш опустила голову.

— Все же...

— Разве Ричи не знает? – Алексей посмотрел на жену озадаченным взглядом. — В нынешней ситуации мы не сделали ничего, что противоречит простой вежливости. Лишь первый принц нарушал правила.

Анриш немного смутилась. Конечно, это правда.

— Тогда, – Герцогиня осторожно заговорила, — император еще не выбрал ни одного из двух принцев, не так ли?

— Это так, – Алексей слегка пожал плечами.

— Тогда герцогу нравится второй принц, как и многих, – Анриш игриво блеснула глазами. — И что случится, если Валлиосы нарушат нейтралитет в одну сторону в этой ситуации?

— Игра престолонаследия изменится.

— Вот как? – глаза Анриш немного расширились от странного ответа. — Значит, именно поэтому герцог пытался сохранять нейтралитет все это время?

— Жена всегда мудра, – небрежно ответил Алексей, дотронувшись до щеки Анриш.

Герцогиня дала весьма очевидный ответ, но Алексей все равно похвалил её. Немного застенчиво она вдруг спросила:

— Тогда что произойдет, если принц Леонард станет императором?

— Ничего не изменится, – сказал Алексей.

Пусть это и звучит высокомерно, но Валлиос – единственная семья, которая может стать независимой от императора. И герцог уверен в этом.

— Хотя я и не люблю, когда люди шепчутся за спиной, – Алексей говорил легко, но его тон звучал уныло.

Анриш сглотнула сухую слюну. Она снова осознала, насколько сильна семья Валлиос. И Алексей – хозяин герцогства. Самый надежный друг императора и единственный герцог страны. Человек, который носит множество титулов.

— Так что Ричи не о чем беспокоиться.

Алексей страстно любил свою жену, поэтому был недоволен происходящим.

— Хах, – сама того не осознавая, Анриш засмеялась.

— Почему Ричи смеется?

Анриш медленно протянула руку и схватила Алексея.

— Потому что мне нравится Алексей.

Жар вдруг растекся по лицу Алексея. И такая реакция поистине прекрасна. Анриш, смотревшая на молчаливого мужа, вдруг сказала:

— Как можно быть таким милым?

— Не шутите надо мной…

— Я серьезно.

Теперь не только лицо Алексея покраснело, но и изменилось его состояние. Как только герцог плотно сомкнул губы от стеснения, Анриш громко расхохоталась. Звонкий смех радовал окружающих.

— Я действительно не шучу.

Ворча без ненависти, наконец Алексей рассмеялся вместе с Анриш.

* * *

На протяжении всего своего возвращения Леонард продолжал злиться.

— Каким бы могущественным ни был герцог!

Принц, не в силах победить, сжал кулаки. Его злость была настолько высока, что, возвращаясь домой, он хотел снести все на своем пути.

— Единственный враг империи – Принц?! Я!

После долгих мучений он наконец прибыл домой. Карета плавно остановилась внутри императорского дворца.

— Как можно быть таким безрассудным?!

— Здравствуйте, первый принц, – горничная склонила голову перед Леонардом.

Это ближайшая служанка императрица. Леонард, сузив взгляд, посмотрел на неё.

— В чем дело?

— Его Величество императрица ищет вас.

— Мама?

— Да. Она хочет, чтобы вы отправились во дворец императрицы прямо сейчас…

Леонард только что очнулся, будто его окатили холодной водой. Перед отъездом в герцогство императрица, занимающаяся божественной деятельностью, вернулась домой.

— Мы должны безоговорочно заполучить поддержку герцога Валлиоса.

Сколько раз она повторила это, крепко схватив плечо Леонарда? По крайней мере, они должны сохранять нейтралитет, не переходя на сторону Фридриха.

Леонард, размышляя над разговором, нервно коснулся лба.

Дерьмо! Все разрушено!

Служанка снова позвала его:

— Ваше Высочество первый принц, императрица уже ждет вас.

— Иду! – Леонард застонал.

Однако его шаги по направлению к дворцу императрицы были очень тяжелыми.

Великолепная комната, расположенная в самой глубокой части Императорского дворца. Шагнув внутрь, Леонард осторожно сказал:

— Мама, я здесь…

Мгновенно его щека стала горячей от удара. Императрица вскочила с места и ударила сына.

— Мама!

Леонард прикрыл горящую щеку и посмотрел на императрицу. Женщина почти потеряла личностью в своем гневе, указывая пальцев на сына:

— Что, черт возьми, ты сделал с герцогами Валлиос?!

— Что я сделал? Разве они не оскорбили принца...

— Разве я не говорила, что ты должен держать рот на замке! Ты должен был поддерживать хорошие отношения с герцогами! – раздался резкий крик. — Это семья, которая может создать нового императора! Просто знай это!

Императрица глубоко вздохнула и посмотрела на сына.

— Разве ты не знаешь, почему императорская семья держит Валлиосов под контролем, называя друзьями, в течение нескольких поколений. И любовь этой семьи просто нужно заслужить, – императрица снова вздохнула. — Это лишь каретный бизнес, но ты умудрился сказать какую-то чушь. Ты в своем уме?!

Леонард почувствовал, как быстро забилось его сердце. Кажется, он совершил великий грех, но осознал это лишь сейчас.

— Что, если они поддержат Фридриха?

Императрица вздрогнула и покачала головой.

— Нет, нет, нет. Ни за что!

Затем она посмотрела на Леонарда суровым взглядом:

— Хочешь, чтобы Фридрих стал императором?!

— Этого не произойдет! – Леонард бессознательно повысил голос.

Императрица, глядя на своего сына, протянула руку:

— Леонард.

Сухие пальцы нежно гладили распухшие щеки сына.

— Ты ребенок, который станет следующим императором.

— Мама.

— Не забывай, – раздался твердый голос, когда императрица схватила Леонарда за щеки и притянула к себе, — если хочешь стать императором, Валлиосы, по крайней мере, не должны быть твоими врагами.

Яркие сияющие глаза смотрели прямо на сына.

— Если из-за этого ты уступишь трон…

— Этого никогда не случится, – из глаз Леонарда посыпались искры.

Подтвердив это, императрица медленно кивнула:

— Да, верно.

Сила медленно ушла из рук императрицы. Нежно лаская щеку сына, она скользнула вниз.

— Я не хочу видеть, как ничтожество, в котором течет кровь горничной, растопчет тебя и станет императором, – императрица обратилась к сыну тихим, приглушенным голосом. — Ты или выиграешь, или умрешь. Понимаешь?

— ...Да, мама.

— Молодец, – императрица кивнула и сделала шаг назад. — В этот раз на новогодний бал приедет семья герцога.

— Хорошо, я позабочусь об этом, мама.

— Выйди, – императрица жестом указала сына на дверь.

Леонард кивнул и вышел из комнаты.

Дверь закрылась.

— Я не такой, как этот ублюдок Фридрих, – скрипучий голос вырвался из искривленных губ. — Я не могу сравнивать себя с этим скромным существом.

Чтобы подавить чувство критики, Леонард сжал кулаки.

— Я единственный принц этой империи.

Родной сын императора и императрицы. Леонард знал, что это единственное его преимущество.

— Я принц, который станет императором, – Леонард отчаянно шептал себе эти слова под нос.

* * *

Между тем, после ухода Леонарда.

Герцогство вернулось к своему первоначальному образу. Точнее, все так думали. Анриш пристально посмотрела на документы в руке. Ей казалось, если она так и продолжит, содержимое сможет измениться.

Тут же раздался стук.

Анриш, придя в сознание, подняла голову:

— Да, войдите.

Алексей открыл дверь и вошел.

— Что касается проекта… – Но Алексе не смог закончить свою речь, потому что Анриш ожесточенно смотрела на него. — Что-то случилось?

— Я тоже… – Анриш глубоко вздохнула. — Мне есть что сказать вам о бизнесе.

— Да, пожалуйста.

— Не могли бы вы подойти на минутку?

Алексей кивнул и подошел. Первое, что бросилось в глаза – три золотые монеты, лежащие на столе. Словно подшучивая, они отражали солнечный свет и ярко сияли.

— Это фальшивые монеты, – сказала Анриш.

В тот момент на лице Алексея появилось удивление.

— Некоторые деньги, собранные с пассажиров, фальшивые.

— Неужели это правда?

— Да. Я слышала, что содержание золота в таких монетах невелико, – Анриш быстро добавила объяснение и передала мужу документы, — для более подробной информации просмотрите документы.

— Благодарю вас.

Алексей взял их в руки и читал некоторое время.

— Сначала нужно провести исследования, но… – Герцог стиснул зубы и положил бумаги на стол. — Если в империи действительно циркулируют фальшивые деньги, это большая проблема.

Анриш молча кивнула. Зловещее чувство охватило её тело.

Правда раскрыта.

В последние несколько дней у супругов Валлиос были проблемы.

— Что вы думаете о фальшивых деньгах?

— Все еще я провожу расследование, – Алексей ответил со вздохом. — Из того, что я видел до сих пор, ясно, что фальшивые деньги были даны слугой первого принца.

— ...Что?

— Очень мало людей, которые платят золотыми монетами. Поэтому кучер это хорошо запомнил.

При этом Анриш тяжело кивнула.

Хотя принц уехал на следующий день после визита, некоторые сопровождающие остались в особняке. Это должно было исправить поведение принца.

— Можем ли мы сами помочь вам с работой?

На осторожным вопрос Анриш озадаченно посмотрела на служителей:

— Первый принц ведь уже покинул герцогство, не так ли?

— Мы должны написать отчет для императрицы… – слуги не могли скрыть беспокойство.

И как только герцогиня увидела их выражения на лицах, поняла, в какой ситуации те оказались.

— Императрица послала письмо напрямую и отправила первого принца.

Если так, то причина его визита – воля императрицы, а не самого принца. Если герцогиня не позволит закончить доклад, судя по всему, слугам достанется от императрицы.

— Ха…

Герцогиня разрешила, потому что не видела в этом проблемы.

— Служители не знали, что это фальшивая монета, поэтому использовали её, верно?

— Наверное, так и есть, – Алексей кивнул. — Независимо от того, какого ранга человек, разве ответственность не будет нести член императорской семьи?

Сказав это, Алексей почувствовал глубокое разочарование и несоответствие. Слово “ответственность” и первый принц совершенно несовместимы.

— Неужели принц не знал?

Ни один из них не был искренне убежден. И Анриш не могла избежать сомнений.

В то же время.

— Мама!

— Мама!

Эллиот и Лилиана бросились в их сторону. Анриш рефлекторно вскочила со своего места.

— Я ведь говорила вам не бегать. Вы можете упасть.

— Мама! – в то же время Эллиот вцепился Анриш в колено. — Мы пришли не одни, а с бабушкой.

— Да?

Анриш расширила глаза и подняла голову. За детьми легким шагом шла Дельфина.

— Посмотрите на это, – герцогиня легко подняла приглашение с императорской печатью. — Я получила приглашение на новогодний бал от императорской семьи.

Анриш и Алексей не могли скрыть своего двусмысленного выражения. Вероятно, потому что до сих пор они вели разговор о подозрительном поведении первого принца.

Новогодний бал – это историческое событие, ежегодно проводимое императорской семьей. Это место, где собирается императорская семья и дворяне, чтобы укрепить узы дружбы друг с другом. А герцог Валлиос – глава дворянства.

Конечно, они участвовали на балу. Затем Дельфина задала вопрос с растерянным выражением лица:

— Более того, почему у вас обоих такие мрачные лица? Вы поссорились?

— Нет, все не так, – Анриш поспешно покачала головой.

Затем Дельфина открыла глаза и уставилась на Алексея:

— Так что же тогда?

Страница книги Когда я перестала быть злой тещей, все стали одержимы мной в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

О книге