Глава 0 - Богиня Юстиция

Действие 00

Суды – воплощение закона джунглей.

На плечах богини правосудия Юстиции разворачивается свирепая битва. В результате методичной схватки защитников правды и справедливости всемогущая богиня встаёт на сторону сильнейшего.

Здесь сила определяется не материальными ценностями или властью.

Хорошо подготовленный Давид смог одолеть Голиафа, недооценившего своего оппонента.

Адвокат До Юншин любил эту нестандартную сторону в остальном строгого места.

— Защита, вам предоставляется последнее слово, — судья, что сидел лицом к уголовному суду, взглянул на стол ответчика. Юншин в тёмно-сером костюме и чистой парадной рубашке встал со своего места и с уважением склонил голову, после чего вышел в центральный пролёт зала суда.

Цок, цок.

Прямая фигура Юншина выглядела изящно и аккуратно, когда он шёл к подиуму. На подтянутом лице появилось покорное выражение, но его глаза сверкали интеллектом и сообразительностью.

Слегка угрюмый он взглянул на места для публики – в его глазах отражалась решимость достичь желаемого результата на этой арене.

— Ваша честь, для начала я хотел бы выразить свою признательность суду и прокурору, что вложил последние несколько месяцев в это судопроизводство, и пришедшим вольнослушателям. А теперь позвольте перейти к сути дела.

В этом деле известный спортсмен подвергся вооружённому нападению со стороны гражданской жены и был жестоко убит. Юншин был адвокатом защиты. Погибший выиграл множество золотых медалей на летних Олимпийских играх в течение нескольких лет, поэтому считался национальным героем. В связи с этим пресса и рядовые жители были невероятно заинтересованы ходом дела.

Когда Юншин впервые услышал об этом деле в новостях, он подумал, что мотивом было что-то обычное: измены или финансовые вопросы. В ходе расследования нашлись свидетельства незначительных конфликтов, и подозреваемая отказалась назначать адвоката. Подозрения её вины начали укрепляться.

Однако правда была немного иной – её Юншин узнал совершенно случайно. Под поверхностью скрывались бесчисленные смягчающие обстоятельства. Долгое время обвиняемая подвергалась тяжелому психологическому насилию со стороны истца, и в конце концов остатки её достоинства были уничтожены.

С тех пор Юншин посещал женщину и настойчиво пытался убедить её.

— Я помогу Вам. Возможно, Вам кажется, что вокруг Вас непроглядная тьма, но вы здесь не одни.

— В этом деле есть несколько уникальных особенностей. Трагические обстоятельства вынудили подзащитную поднять тупое орудие и махнуть им. Она больше не могла выносить регулярные издевательства со стороны её мучителя. На этом процессе я представил многочисленные доказательства бесчеловечного отношения к подсудимой в течение последних восьми лет сожительства, — Юншин последовательно преподнёс свои аргументы, стоя лицом к судье. Его речь оказалась неожиданно завораживающей. Все в суде внимательно слушали его.

Пока Юншин исполнял свои обязанности, в дальнем конце зала суда, на скамье для публики, закинув ногу на ногу и сосредоточенно глядя на Юншина, сидел Кан Сехон, партнёр в юридической фирме «Догук».

Фигура Сехона, крепко сбитая благодаря регулярным тренировкам, была довольно впечатляющей, особенно в этом роскошном костюме. Его элегантный облик, в тщательное ваяние которого создатель вложил долгие часы, гармонично подчёркивал высокомерный блеск в холодных глазах.

В них не было и следа сочувствия ни к подзащитной, ни к истцу. Его пронзительный взгляд, бездушный и будто высеченный из камня, крепко вцепился в Юншина, словно стрела, пронзающая цель. Большая рука Сехона легла на подбородок, пока он сканировал адвоката защиты с головы до пят.

«Адвокат До Юншин...» — размышлял он.

Аккуратный вид, опрятная одежда, спокойный голос и искреннее отношение Юншина привлекали внимание, но больше всего интерес Сехона зацепила его убеждённость в своём заявлении.

Это не было успокаивающим нервы самообманом или бесполезным упрямством озабоченного победой человека. Юншин был юристом, что действительно верил в честность и правдивость своего клиента. Он, лучше чем кто-либо, знал, что это была его единственная возможность свершить правосудие для жертвы.

Кроткое лицо Юншина маскировало его серьёзное чувство ответственности и профессиональный образ мышления. Даже для такого язвительного критика, как Сехон, Юншин был юристом, превзошедшим все его стандарты.

Тем не менее, если бы Сехона спросили, хочет ли он взять Юншина под своё крыло, ответом было бы безоговорочное «нет».

Интерес Сехона не был замечен Юншином, который нёсся к концу своей заключительной речи. Его голос нарастал:

— Убийство – это преступление. Оно заслуживает наказания. Однако наша конституция гарантирует человеку базовые права. Я прошу суд со всем уважением учитывать это. Восемь лет подзащитная непрерывно подвергалась жестокому обращению за закрытыми дверьми, и её действия не могут быть приравнены к обычному преступлению, совершённому сгоряча. Ваша честь, читали ли Вы «Большие надежды» Чарльза Диккенса?

Заседающий судья, внимательно слушавший речь, кивнул. Юншин мягко улыбнулся, будто был рад найти что-то общее с судьёй.

— Это моё любимое литературное произведение. Этот отрывок был в книге, и я перефразирую...

Затем Юншин обернулся к галерее.

В этот момент он внезапно оказался без слов. Его глаза встретились со взглядом Сехона, вцепившемся в него. Юншин сбился со счёта, сколько раз за сегодня это происходило.

В профессии не было ни одного человека, кто бы не знал Кан Сехона из юридической фирмы Догук.

У него было много поклонников и ещё больше врагов.

Юншин не понимал, почему кто-то настолько занятой, что в его календаре нужно было бронировать время на сон и еду, был здесь. Его неожиданное присутствие и глаза хищника, что на мгновение впились в него в порыве разорвать на кусочки, были, честно говоря, некомфортными.

«Не думаю, что мы бы сработались» — подумал Юншин.

Он выдержал острый взгляд, значение которого не знал, ещё мгновение, после чего повернулся обратно к судье и продолжил:

— «Я посмотрел на звёзды и представил себе, как страшно, должно быть, замерзающему человеку смотреть на них и не найти в их сверкающем сонме ни сочувствия, ни поддержки». Ваша честь, мы не можем позволить подзащитной замёрзнуть насмерть, одной, в пустой и суровой тьме. Я надеюсь, что Вы сможете вновь подтвердить, что в наших законах есть место базовым человеческим правам. Спасибо.

Завершив речь, Юншин вернулся на своё место. Судья попросил подзащитную встать для последнего слова. Наконец, подсудимая, чья голова не поднималась в течение всего процесса, открыла рот с усилием.

Пока это происходило, Юншин ободряюще взглянул на свою клиентку, после чего обменялся быстрым взглядом с другим партнёром фирмы Догук, Сон Михи.

Сехон, наблюдавший за этим, наклонился к Михи и зашептал низким голосом. Его приглушённый голос звучал чётко и чисто.

— Адвокат, вы знаете этого юриста? Выглядит именно так..

— До Юншина? Немного. В основном он специализируется на трудовом праве и работает в маленькой юридической фирме. Похоже, он взял это дело бесплатно. В любом случае, что думаешь насчёт процесса? Разве парень не находка?

Догук – крупная юридическая фирма, входящая в пятёрку лучших в Республике Корея. Им всегда ужасно требовались таланты с опытом прокурора, чтобы вести судебные дела.

Михи была главным менеджером рекрутмента и использовала эту отговорку, чтобы убедить Сехона прийти с ней на этот общественный суд. Она сказала, что положила глаз на одного кандидата и хотела взглянуть на него перед тем, как рекомендовать его директору фирмы. Сехон еле выделил достаточно времени на этот суд, но он оказался намного скучнее ожиданий.

— Ты действительно хочешь нанять того прокурора? — спросил Сехон.

— А что, он тебе не нравится? По-моему, выглядит неплохо.

— Выглядит неплохо? Я верно расслышал? — Сехон, казалось, не поверил её словам и медленно вздохнул, после чего потёр лицо ладонями. Михи замолчала, поэтому мужчина сухо добавил, — Пересмотри решение. Я не могу платить шестизначную сумму юристу, что проигрывает бесплатному адвокату. Михи, ты – та, что привела меня в Догук. Не заставляй меня этого стыдиться.

— Ты слишком жадный. Мистер До просто был хорошо подготовлен к этому делу. Плюс, было множество доказательств в его пользу, — возразила Михи.

— Доказательства – основа уголовного процесса. Я еле выделил время, которого у меня итак нет, потому что ожидал посмотреть на талант, нейтрализующий непреодолимый поток доказательств не в его пользу и переворачивающий дело с ног на голову. Я бы сказал, что мы выиграем больше, если ты приведёшь в нашу фирму того адвоката.

— Как я и думала, До Юншин достаточно талантлив даже в твоих специфичных стандартах, да? — спросила Михи.

Глаза Сехона, вопросительно застывшие на Михи, источали раздражение. Затем он будто осознал изначальные намерения своей коллеги и перевёл взгляд на правую сторону зала суда – сторону защиты. Тем, кого на самом деле хотела показать Михи, был не прокурор, а адвокат. Она, похоже, добивалась обратного эффекта.

Способные юристы могут распознать похожих на себя людей. Сехон с первого взгляда понял, что Юншин был стоящим адвокатом. Тем не менее, юноша не выглядел достаточно помешанным на своём личном успехе, следовательно, не смог бы сжать зубы и выживать в Догук. И хотя пресса была сфокусирована на нём, было очевидно, что ему важнее подзащитная, чем представить себя в суде, что подтверждало предчувствие Сехуна.

Плюс, он был юристом, что хотел защищать слабых и бессильных. Он не подходил Догук, где в приоритет ставили достижение успеха..

«Помощь или жалость к тому, кто замерзает насмерть...» — Сехон размышлял о только что услышанном отрывке, и остановил свой взгляд на Юншине. «Только благополучные люди, вроде тебя, могут протянуть такую руку помощи»

Юншин тепло сжал руку подзащитной, только что закончившей свою заключительную речь, и, будто почувствовав взгляд Сехона, оглянулся и посмотрел в ответ. Сехон видел недоумение на его лице и удивление, почему они продолжают встречаться взглядами.

Наивное лицо Юншина было настолько честным, что Сехону казалось, что он видит его насквозь. Это странным образом путало его сознание.

Осознав это, Сехон нахмурил брови и молча взял свой пиджак.

— Я увидел достаточно. Мне пора.

— Погоди. Так что насчёт Юншина? — спешно спросила Михи.

«Ну, конечно, в этом и была её цель» — подумал Сехон, поднимаясь со стула.

— Похоже, ты специально завлекла меня прокурором, потому что знала, что я сорву твой план, если ты сразу покажешь мне того юриста. Я ещё больше против него. Ненавижу умных и правильных людей. Они приносят проблемы. Я ухожу.

— Эй, ты же видел его только раз... Ты возвращаешься в офис? Сехон!

Двое, что разговаривали шёпотом, чтобы не помешать суду, мгновенно разделились. Сехон ушёл без ответа, и Михи покачала головой, неспособная удержать его.

Он вышел из зала суда без промедлений и вскоре направился к выходу из здания.

Глава 1 - Непредвиденная встреча

Когда Сехон шёл к лифту, он услышал шёпот.

— Разве это не прокурор Кан Сехон из Догук? Он имеет отношение к этому делу?

— Что он задумал? Почему он здесь?

— Кто-нибудь сфотографировал его в полный рост на входе?

Обнаружив Сехона, стая репортёров, расположившаяся лагерем возле здания суда, зашумела, окружая его.

Для крупных юридических фирм основным источником дохода были консультации по корпоративным сделкам, а не судебные разбирательства по гражданским искам. В рамках корпоративных отношений двумя наиболее важными областями консультаций, которые сопровождались высокими авансовыми платежами, были финансовое и корпоративное право, но эти две области существенно различались. Первая требовала сильного аналитического мышления, а вторая — его гибкости. Сехон отлично разбирался в обеих сферах. Кроме того, он был экспертом в различных видах судебных процессов. Он минимизировал своё присутствие в средствах массовой информации, но, разумеется, репортёры, которые часто посещали суды, знали его.

Шофёр двинулся к Сехону, окружённому людьми, но тот поднял руку, дав знак подождать его, после чего выслушал поток вопросов, исходящий от репортёров.

— Разве вы не Кан Сехон из Догук? Если я правильно помню, то за обычные уголовные дела вы не берётесь. Что же вас привело сюда сегодня?

— Вы признаёте, что пресса плохо отзывается о недавнем деле о корпоративной реструктуризации? Насколько мне известно, уволенные рабочие собрались, чтобы протестовать против компании и Догук, осуждая ваши действия!

— Или вы хотите отвлечь внимание СМИ? Если так, скажите, обсуждалось ли это заранее с адвокатом защиты?

Благодаря привлекательной внешности и язвительной речи, Сехон был идеальной добычей для СМИ. При необходимости он с удовольствием подкидывал стервятникам корм, однако сегодня был не такой день.

Cexон, некоторое время терпеливо слушавший вопросы, элегантно махнул рукой, прося тишины, а затем серьезно сказал:

— Перейду сразу к делу. Я посетил это здание суда не от имени Догук, а по личным причинам. Если я столкнусь со спекулятивными публикациями, у меня не будет выбора, кроме как подать на вас в суд. Это всё. Больше никаких комментариев, поэтому, пожалуйста, отойдите в сторону.

После краткого ответа он жестом подозвал своего водителя. Мужчина расчистил для него путь среди толпы. Сехон прошёл мимо репортеров и встал перед лифтом.

Наконец, створки лифта открылись, и они вдвоём вошли.

— Мистер Кан, вы уже уходите?

— Скажите что-нибудь, мистер Кан!

Он проигнорировал отчаянные призывы и сам нажал кнопку закрытия дверей.

Дзынь. Как только двери закрылись, его бесстрастное лицо исказилось от раздражения. Сехон ненавидел интерес, который к нему проявляли. Кроме того, он испытывал отвращение к громким голосам, которые не приносили ему никакой пользы и только раздражали его барабанные перепонки. К сожалению, вопреки его желанию, справиться с большинством ему не удавалось.

— Почему люди не могут понизить частоты своего голоса до уровня До Юншина? — сказал Сехон.

Водитель, втайне поглядывавший на Сехона, вздрогнул от его случайного замечания:

— Простите?

— Ха. Так, несу всякую чушь. Это пустяки, давайте спустимся в тишине.

— Да, сэр.

Ему не следовало сюда приходить.

Сехон раздраженно нахмурился, вглядываясь в панель лифта.

Действие 01

Скрип

Автомобиль Юншина остановился у подземного гаража многоцелевого комплекса недалеко от района юридических фирм в Сочо-доне. Гараж был плотно забит дорогими седанами и суперкарами.

Ведущая в эксклюзивный для парковки холл входная группа была оформлена как вход в художественную галерею; поверхности украшали роскошные узоры. За входом находился экстравагантный зал, напоминающий праздничный рождественский вестибюль какого-нибудь известного отеля. Если немного преувеличить, то, от самого входа до районного парка позади, здание казалось маленьким, обособленным королевством.

Этот многоквартирный дом, роскошный даже на первый взгляд, был резиденцией, принадлежавшей юридической фирме «Догук».

Около четырёхсот юристов и ста патентных поверенных работали в компании. Помимо них, в Догук трудились специалисты, защищающие права интеллектуальной собственности. В общей сложности в штате насчитывалась почти тысяча профессиональных сотрудников.

Если кто-либо из их сотрудников хотел, они могли жить в квартирах, распределённых в соответствии с их положением в фирме. Работникам было разрешено привозить и свои семьи, поэтому три корпуса жилого комплекса почти полностью были заполнены более чем тысячей домохозяйств. Судя по всему, Кан Сехон жил в Здании «А» с самыми большим метражом — на «Королевском этаже». Юншин тоже недавно переехал в этот комплекс.

Он начал собирать файлы, лежавшие на заднем сиденье его автомобиля, но остановился, чтобы просмотреть свое резюме.

«Всё действительно в порядке? Я никогда раньше не устраивался на работу благодаря связям...» — подумалось ему.

Несколько недель назад с Юншином связалась его старшая сестра.

Отношения брата и сестры были довольно близкими. Отец растил их двоих один. Игён была намного старше Юншина и воспитывала его практически как своего сына. После смерти отца брат с сестрой остались одни в этом мире и, естественно, зависели друг от друга. Они не могли часто встречаться после того, как Игëн вышла замуж, но одной из вещей, следовать которым Юншин был полон решимости, были слова его сестры.

Поэтому, когда она попросила его отправить резюме в Догук, он был ошеломлён. И тем более, когда она сказала ему, что место для него уже есть, и всё, что ему нужно сделать, это войти. Это было совершенно беспрецедентно, поскольку она никогда раньше не приказывала ему делать что-либо.

«Так вот почему мистер Кан пришел посмотреть на моё заседание со старшим адвокатом Сон», — подумал Юншин. Его сестра хотела, чтобы он нашел финансово стабильную работу вместо того, чтобы трудиться день и ночь за очень небольшую сумму. Она посоветовала брату набраться опыта в Догук, чтобы в будущем ему больше доверяли в суде. Он чувствовал её нежность и беспокойство за одинокого брата.

Глава 2 - Непредвиденная встреча

Юншин собирался просто задержаться в Догук на некоторое время, пока Игён не будет удовлетворена, а затем бы уволился. Он не был уверен, как долго сможет пробыть в фирме, состоящей из сложностей и хитросплетений.

Но сестра не отступит, пока не сделает всё, что в её силах.

— Ох, даже не знаю.

Положа документы в конверт, Юншин вышел из машины. Приближаясь к вестибюлю, к которому так и не привык, будучи здесь не раз, он заметил мужчину.

Его стройная и сильная спина показалась ему знакомой.

«Где же я его видел?»

Юншин внимательно наблюдал за мужчиной, держащим электронный ключ. Ухоженные ногти и длинные пальцы рук производили приятное впечатление. Он выглядел таким невинным и простым, но, с другой стороны, казалось, что он капризный и сложный.  Несмотря на резкие черты лица, профиль мужчины был невероятно красив.  К тому же эти черты лица были так ему знакомы.

Как только Юншин осознал, кто перед ним стоит, то непроизвольно охнул.

Это был Кан Сехон.

«Не думал, что мы так скоро встретимся.»

В этот момент Сехон обернулся и, не заметив Юншина, просто прошёл мимо.

В вестибюле, куда вёл путь с автостоянки, было три выхода. Каждый из них вёл к одному из многоквартирных домов. Мужчина шагнул вперёд, не говоря ни слова, но затем остановился. Более того, он заблокировал Юншину путь своими изящными руками.

— Не думал, что мы так быстро встретимся.

Юншин, сбитый с толку внезапно появившимся на пути мужчиной, посмотрел на него. Первое, что бросилось ему в глаза, — бледная кожа и острый взгляд, словно пронзающий насквозь. В момент, когда их взгляды встретились, Сехон вновь заговорил. Смутившись, Юншин старательно пытался избежать взгляда собеседника.

— Снова мы встретились.

В момент, когда Сехон сказал «снова», Юншину очень хотелось спросить, значит ли это, что они встречались прежде. Но быстро понял, что делать этого не стоит этого, так как за то это время произошёл ещё один инцидент.

— Верно. Мы уже встречались в суде... и вот, встретились вновь.

— У Вас есть свободная минутка? — спросил Сехон.

Его низкий, спокойный голос, намекающий на разговор, звучал очень привлекательно. Однако Юншину казалось, что человек напротив него прекрасно знал, что внутренний мир мужчины не так красив, как его великолепная внешность.

Он не был уверен, но Кан Сехон, о котором он слышал, был человеком ловким и умным. Его описывали и как высокомерного, алчного и безжалостного. Ходили слухи, что он всегда готов пойти на любую сделку в рамках закона, даже если придётся нарушать адвокатскую этику. Поэтому почти все его судебные дела заканчивались успехом.

— Да, что Вы хотели? — ответил Юншин.

В это время в вестибюль спустились другие жители домов.

Они бросили взгляд на двух мужчин, стоящих в довольно неловкой обстановке, и двинулись дальше на парковку. Казалось, все, кто жил здесь, независимо от их положения в компании, знали, кто такой Кан Сехон.

Юншин был смущён и неловко кашлянул. В то время как выражение лица Кан Сехона не изменилось. Казалось, что ему безразлично мнение других.

— Ты ведь знаешь меня, — сказал Сехон.

Конечно, в этом здании уже много лет нет никого, кто не знал бы Кан Сехона. Было трудно понять, зачем он это спросил, поэтому Юншин впервые смиренно кивнул головой.

— Конечно, Вы — адвокат Кан Сехон.

— Хорошо. У меня есть к вам несколько вопросов.

— С радостью отвечу на них, если у меня будут ответы.

— Почему я снова встретил вас здесь? Это ведь здание Догук.

«Он ведь приходил на моё судебное заседание, так зачем он спрашивает меня об этом? Возможно, он недоволен, что я пришёл в компанию благодаря связям моей сестры? А может быть, он думает, что я здесь по какой-то другой причине, о которой он не может догадаться?»

Юншину стало так интересно, что он решил не отвечать ему прямо.

— Может, это судьба?

Сехон ответил дружественным тоном. Его взгляд был прикован к Юншину, а на бледном лице отразился интерес.

— Судьба? Я в неё не верю. Мне всё ещё не ясна причина.

— Однако, здесь мы тоже встретились по определенной причине.

Глава 3 - Конфликт

— Может, теперь ты и связан с Догук, но не со мной. Я был против, — заявил Сехон.

Юншин думал, что всё уже давным давно решено. Неужели это было не так?

Сестра сказала ему, что обсудила с Сон Михи вопрос о его трудоустройстве в фирме. В его памяти всё ещё был свеж тот день, когда Михи и Сехон пришли посмотреть на его суд несколько недель назад, поэтому у него даже не возникло сомнений. Он уже переехал в апартаменты, предоставленные компанией, и его немного шокировало, что ходячий билборд Догук настроен против него.

Юншин не мог сказать этого вслух, поэтому Сехон продолжил. Он казался спокойным, но выражение его лица и тон были слегка циничными.

— Мне понравился суд. А ещё нравится Чарльз Диккенс. Отрывок из «Больших надежд» был очень уместен. Ты лаконично изложил свои аргументы.

— Спасиб... — почти непроизвольно поблагодарил вежливый от природы Юншин.

Однако Сехон резко оборвал его:

— Придержи свою благодарность, пока я не закончу говорить. Возможно, после этого ты не захочешь это делать.

— ...

— Ничего личного, но, на мой взгляд, ты не подходишь для крупной фирмы. В мире всё ещё столько людей, замерзающих до смерти. Помощь этим людям больше соответствует твоей личной этике, не так ли?

Юншину не понравился саркастический оттенок в тоне Сехона, но его точка зрения была идеально выверена, и Юншин не мог её опровергнуть. Работа в Догук действительно противоречила его морали и чувству долга.

Однако мир не вращался вокруг него. Юншин попал в эту фирму не потому, что отчаянно этого хотел. Не может быть, чтобы такой опытный юрист, как Сехон, не понял этого. Была лишь одна причина, по которой такой человек решил лично сказать это Юншину.

Это было своего рода предупреждение.

— Зачем говорить это, когда с моим трудоустройством уже всё решено?

— Я ненавижу, когда вокруг происходят вещи, не имеющие ко мне отношения. Я хотел дать тебе знать, что я не планирую пересекаться с тобой профессионально. Давай ограничимся тем, что будем нечасто проходить мимо друг друга у здания — просто случайно, — очевидно, это было всё, что Сехон хотел сказать, потому что он молча кивнул, сигнализируя о своём уходе, и повернулся. Все это произошло до того, как Юншин смог собраться с мыслями. Естественно, он упустил подходящее время для ответа.

Юншин хотел отомстить за внезапную словесную атаку, но мог только прикусить нижнюю губу, наблюдая, как Сехон удаляется. Мужчина сделал ещё несколько шагов и свернул в холл корпуса.

Сквозь стеклянную дверь холла Юншин увидел, как он идёт к лифту. Вскоре после этого двойные двери лифта раскрыли свои пасти и унесли его прочь.

Сехон исчез из поля его зрения, и Юншин остался один. На его спокойном лице медленно проявилось недоверие.

«Это выражение лица, тон и дерзость... Ух». Юншин вздрогнул и отвернулся в противоположную удалившемуся Сехону сторону — здание С — пункт назначения Юншина.

Он терпеливо дождался лифта и, наконец, попал домой.

Юншин ослабил галстук и позвонил секретарю своей сестры. Человек на другом конце провода снял трубку почти мгновенно.

— Да, мистер До. Чем я могу вам помочь?

— Привет, это Юншин. Я просто хотел спросить Вас кое о чем. Я столкнулся с Каном Сехоном из Догук в вестибюле. Но он сказал мне, что был против моего найма.

— Видите ли, похоже, что между мисс Сон и мистером Каном произошел небольшой конфликт, но... с вашей работой всё будет в порядке. Не нужно беспокоиться.

Услышав это, Юншин нахмурился.

В вестибюле Сехон донёс большой объём информации всего в нескольких словах. Это были частные резиденции Догук. Слова о том, что они должны встречаться только по стечению обстоятельств, означали, что вопрос трудоустройства Юншина уже решен, и Сехон закроет на это глаза. Таким образом, под словами Сехона о том, что им не нужно будет встречаться профессионально, подразумевалось, что случайная встреча — предел того, сколько Сехон готов терпеть Юншина, и поэтому Юншин должен сделать всё возможное, чтобы не мельтешить перед глазами Сехона за пределами резиденций.

Юншин уже знал, что он не поладит с кем-то вроде Сехона. Строго говоря, Юншин получил свою работу благодаря кумовству, так что, возможно, именно поэтому Сехон, ценивший навыки и способности, не одобрял его. Но какими бы неудобными ни были обстоятельства, тот факт, что всемогущий партнёр лично выдаёт предупреждение такому мелкому юристу, как он, показался ему важным.

Сехон явно не был рад Юншину и отреагировал довольно чувствительно.

Юншин изначально планировал спокойно мириться с этим в течение нескольких лет, на что надеялась и его сестра, но у него появилось плохое предчувствие.

— Похоже, я ему совсем не нравлюсь. Я слышал, что в крупных фирмах очень жёсткая  иерархия. Как думаете, он мог бы поставить меня в невыгодное положение? Я слышал, что в Догук слово адвоката Кана — закон.

— Если вы действительно обеспокоены, следует ли мне передать это миссис До? Она могла бы найти решение, — предложил секретарь.

— Нет, я могу оказаться в ещё худшем положении, если она неправильно истолкует мои слова... Я подумаю об этом ещё. Неважно. У Игён всё хорошо? Ни слова не слышал от неё с нашей последней встречи. Как она?

Человек на другом конце провода, до этого отвечавший без запинки, внезапно замолчал на мгновение, будто колеблясь. Затем Юншин услышал спокойный голос, ответивший:

— Конечно. Мистер До, мне действительно жаль, но если это всё, что вы хотели спросить, могу я повесить трубку? Вы немного отвлекли меня от важного дела. Если вам в будущем ещё что-то понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне снова.

— О, я, должно быть, оторвал Вас от работы. Отключаюсь. Всего доброго.

Секретарь вежливо попрощался с Юншином, который размышлял над полученной информацией, затем повесил трубку. Секретарь явно колебался, когда Юншин спросил, как дела у его сестры. Более того, казалось, что он испугался продолжения этой темы, и поспешил закончить разговор. Юншин не мог определить точную причину.

Юншин изо всех сил старался подавить сомнение. Вместо спальни он направился в свой кабинет, где присел на край длинного стола и уставился на акриловую доску, прислонённую к стене. На ней был список имён юристов Догук, юристов-международников, бухгалтеров и патентных поверенных с фотографиями. Он расположил их так, чтобы запомнить, по крайней мере, важных людей в фирме, обладающих наибольшей властью.

«Кан Сехон... У него довольно яркая карьера». Взгляд Юншина пробежался по доске снизу вверх и остановился на партнерах, что располагались прямо под директором. Сехон выбивался: он был достаточно молод, в отличие от остальных юристов среднего возраста. Возможно, это было бы не очень удивительно, если бы он был молодым партнёром в относительно новой фирме, но он был явно молод для партнёра в крупной юридической фирме. Уже один этот факт доказывал, что Сехон был на подъёме.

Глава 4 - Конфликт

Кан Сехон был самым юным студентом, закончившим Государственный Университет Кореи, после чего закончил юридическую академию и попал в Догук. Он выделился своими навыками как младший юрист. Тогда Сехон принял решение об учёбе за границей – в Америке. В штате, в котором он учился, молодой человек попал в коллегию адвокатов. По возвращению в Корею он смог приумножить собственный капитал.

В начале его карьеры адвоката Сехона пытались нанять почти все крупные юридические фирмы, но он принял решение вернуться в Догук. Там работала Михи, его коллега по цеху, что училась на несколько курсов старше. Позже его доход вырос настолько, что он с лёгкостью взобрался на вершину и стал партнёром компании.

В юридической фирме слова искусного партнёра имели огромный вес, особенно для младших.

Естественно, Юншин обдумывал то, что сказал ему Сехон.

«Я ненавижу, когда вокруг происходят вещи, не имеющие ко мне отношения.»

Сехон казался человеком, которого такое беспокоит. Он выглядел холодным и рациональным, презирающим любые вещи, которые нельзя объяснить логично. За всё время Юншин слышал о нём множество вещей, и ему было интересно, было ли что-то из этого правдой. Но после личной встречи и общения он решил, что Сехон был ещё холоднее, чем о нём говорили.

Юншин уже знал, что ему придётся нелегко в фирме, даже если все будут рады его видеть. Сильно ситуацию усложнило то, что он произвёл плохое первое впечатление на Сехона. Он был ценным партнёром в фирме, поэтому молодой адвокат искренне надеялся, что ему не придётся сталкиваться с ним на работе. Более того, они жили в разных зданиях, так что, если время их выхода на работу не совпадёт, шансов пересечься останется не так много.

Но несмотря на всё это, у Юншина было плохое предчувствие.

— Какое затруднительное положение.

Юншин стукнул пальцем по фотографии Сехона и легонько вздохнул.

***

На маленьких диванчиках в кабинете Михи друг напротив друга устроились хозяйка офиса и Сехон. Последний, глядя на Михи, скрестившую ноги, выглядел ошеломлённым. На телевизоре за его головой крутились новости; в них мелькало острое свирепое лицо второго сына Сухан Груп, который по совместительству являлся шурином Юншина.

Голос репортёра донёсся от экрана:

— Этим вечером в конференц-зале центрального офиса Сухан Груп в Гангнаме директор холдинга Сухан Ю Джонвон открыл пресс-конференцию, на которой изложил свою позицию относительно недавнего скандала о нападении на одного из сотрудников.

Бип. Михи выключила телевизор, стоящий за головой Сехона, при помощи пульта. Сехон заговорил, когда безмятежность комнаты была восстановлена.

— Я не понимаю, почему ты выбираешь подконтрольных мне юристов, не посоветовавшись со мной, — выплюнул он вялым тоном.

Михи неловко усмехнулась:

— Сехон, я слышала, что Юншин крайне дотошный. Он не только видит вещи насквозь, но и уделяет большое внимание деталям, хорош в поисках прецедентов и отлично читает отчёты о расследовании. Плюс, он говорит всё, что ему нужно, не поддаваясь запугиванию опытных юристов. Ты любишь таких адвокатов — они цепкие и хороши в работе.

— Да, признаю, я их люблю... Только если они понимают, что я говорю.

— Сехон, может, лучше быть непредубеждённым...

— Если ты хотела моей непредубеждённости, то должна была спросить моего мнения. Но ты ведь уже дала ему апартаменты.

Этому Михи возразить не могла, поэтому перестала говорить. Сехон воспользовался этим шансом и добавил:

— Я чётко сказал тебе, что не хочу его. Если ты собиралась нанять его, игнорируя моё мнение, меньшее, что ты можешь сделать, — не отправлять его ко мне. Ты совсем не понимаешь его характер? Он не может работать на меня. «Это незаконно». «Это противоречит профессиональной этике». «Тебе не жаль компанию, которую поглотят в этом слиянии?» Он будет мешаться на каждом, даже самом маленьком, шагу. Я не терплю подчинённых настороже, тратящих моё время таким образом. Отправь его подальше.

— Понимаешь, это невозможно, — ответила Михи.

— Тогда отправь его в отдел судебных исков. Это, по крайней мере, больше ему подойдёт. Я не могу оставить его у себя. Или работа для тебя — шутка?

Сехон выступал достаточно жёстко, и Михи ответила, пытаясь убедить его:

— Старший адвокат Кан... Нет, начальник отдела Кан Сехон. В каждой команде есть работа для младших сотрудников. Но твой отдел — единственный, в котором нет ни одного младшего адвоката. Я повторюсь, в отделе корпоративного права, самом важном отделе нашей фирмы, нет младших подчинённых. Как думаешь, почему?

— Потому что ни один из этих ублюдков не соответствует моим стандартам.

— Именно! Все юристы, которых я к тебе отправляла, поднимали белые флаги! Всё из-за твоего мерзкого характера. Они становятся неуверенными, плачут и уходят. Это случалось так часто, что больше не осталось молодых юристов, и только прочные старшие выжили, понимаешь? Я наняла До Юншина потому, что оценила его. Думаю, он хорошо нам подходит. Ты не считаешь, что тебе нужна хотя бы пара младших сотрудников, которым можно поручить мелкие и нудные дела?!

Глава 5 - Предварительное условие

Сехон хотел возразить, не в силах принять ситуацию, но Михи подняла свою руку, остановив его до того, как он успел что-либо сказать. Вместо этого она взяла ресивер интеркома и позвонила своему секретарю.

— Адвокат До ждёт, верно? Скажи ему отправиться в офис адвоката Кана. Отправь его в офис адвоката Кана, а он придёт через 10 минут.

После короткого общения она поставила обратно ресивер и дернула подбородком в сторону выхода, указывая Сехону на выход. Он гулко рассмеялся, наблюдая за развитием ситуации.

— Так вот почему.

— Сехон, сначала хотя бы посмотри на него. Будет не поздно поговорить об этом после. Он действительно умный парень.

— Вот почему. Он первый юрист, который пришёл через связи, с тех пор как ты привела меня в Догук. Должно быть, в нём есть какая-то ценность для тебя, хоть и не такая, как во мне. Но в фирме есть партнёры помимо меня, а также более двадцати отделов, поэтому странно пытаться устроить его в единственное место, где ему не рады. Подозреваю, что есть причина, по которой тебе надо устроить его ко мне, помимо присущих ему способностей адвоката.

Он попал в точку. Для начала, Сехон достаточно быстро сообразил, в чём дело, так что Михи даже не рассчитывала одурачить его. Она смогла лишь неловко улыбнуться в ответ. Благодаря этому он ещё больше убедился в своём предположении.

— Ты даже не пытаешься скрыть это.

— Не капризничай. До того, как ты пришёл ко мне прощупать почву, ты знал, что он сын нашего бывшего учителя, профессора До из Юридической академии Корейского Университета, который преподавал гражданское судопроизводство. Они во многом похожи.

— Я не работаю по сентиментальным причинам вроде этой. Ты серьёзно не знаешь мою рыночную стоимость?

— Дело не только в сентиментальности. Многое зависит от этого. Когда я говорю, что он сын профессора До, это также значит, что он единственный младший брат жены второго сына Сухан Груп До Игён. В последний раз ты видел миссис До на похоронах нашего профессора. Не помнишь?

Сехон припомнил, что было в прошлом, и внезапно очень сильно прикусил губу. На мгновение он потерял самообладание. Михи отметила, что его реакция отличалась от обычной, и спросила:

— Кан Сехон. В чём дело?

— Не беспокойся об этом, — отстранился Сехон.

— В любом случае, Сехон, ты должен прогнуться в этот раз. Это для блага фирмы. Ты знаешь, что я обычно не прошу от тебя такого рода вещей. Вот настолько это важно.

Из-за структуры, ориентированной на прибыль, фирме приходилось иметь деловые отношения с крупными корпорациями. Плюс, они были важными клиентами, которых фирма не могла себе позволить потерять. Деньги в юридическую компанию приносят не дела физических лиц. Основная прибыль приходит от решения спорных ситуаций между корпорациями или советов корпорациям по поводу их вложений и продаж компаний.

Из отечественных компаний  с ними был связан президент Сухан Груп — через отца Михи, исполнительного директора Догук. Благодаря этому с самого основания фирмы Сухан Груп активно пользовались услугами Догук. К тому же, когда дочерним компаниям был необходим юридический совет относительно их проектов, их также направляли к Догук. Учитывая позицию фирмы, это были запросы, которые они не могли игнорировать.

Сехон взглянул на женщину, сидящую напротив него, после чего откинулся назад так сильно, что диван заскрипел. Возможно, он не мог выразить свои чувства полноценно через нахмуренные брови, потому что его жестикуляция также была наполнена раздражением.

— Это были Сухан? Или личный запрос директора Игён?

— Игён и есть Сухан. Я корпоративный юрист компании, и наша фирма имеет много дел с Сухан и связанными компаниями каждый год. Это нельзя так просто игнорировать.

— Они сказали, что расторгнут наш контракт, если мы не примем её брата?

— Этого она не говорила, но если мы отклоним просьбу, к этому нужно быть готовыми. Она лично попросила, чтобы её брат работал под твоим крылом, и ты бы научил его, как выжить в аду.

Сехун громко усмехнулся:

— Ты думаешь, это школа? Я впервые слышу, что у меня есть качества, подходящие учителю, а не адвокату.

— Это только верхушка айсберга. Думаю, она хотела защитить своего брата, потому что он работает, не заботясь о себе. С такой точки зрения Кан Сехон — отличный щит.

— Так она хочет няньку, а не инструктора. У меня также нет хобби растить детей.

— Не будь таким. Просто сам подумай.

«Хах...» — Сехон вздохнул, признавая поражение, и его глаза затуманились сложным мыслительным процессом.

Михи незамедлительно прочитала его мысли и добавила:

— Думай об этом так: такая акула юриспруденции, как ты, заботится о члене семьи кого-то из клана Сухан. От этой сделки ты ничего не теряешь. Ты отлично знаешь, что юридическая практика — это буквально битва информации и нетворкинга. Учитывая это, в твои руки только что приземлилась курица, несущая золотые яйца. Конечно, компании придётся давать нам крупные дела, раз у нас есть её брат. Не так плохо, не думаешь?

Сехон, терпеливо слушавший до этого момента, сузил глаза.

— То есть это всё-таки особая услуга от Сухан. И, между прочим, угрожающая.

— Давай назовём это компенсационной услугой. В обмен на его зарплату мы получаем многое.

Если забыть о характере Юншина, это было неплохой сделкой для Сехона, особенно если он смотрел только на плюсы. Семья была слабостью любого человека без исключений. Соответственно, у Сехона в руках будет слабость Сухан. И несмотря на то, что плод ещё не созрел для сбора, он будет сеять семена на будущее. Раз Сехон был одним из учеников профессора До, у него было ещё больше причин взяться за эту работу.

Тем не менее было что-то, что всё ещё его беспокоило. Скорее, у него было неприятное предчувствие из-за этого.

Почему он?

Глава 6 - Предварительное условие

Сестра Юншина как никто другой знала, как прямолинеен и правилен был её брат. Учитывая это, Сехон не был ни хорошим примером, ни хорошей няней для Юншина.

“Как выжить... Было ли это единственным условием?”

— Ещё одна вещь, при условии того, что Юншин работает под твоим началом, она хочет, чтобы ты давал ему работу Pro bono в первые несколько месяцев, пока он не привыкнет к практике в большой фирме. Госпожа Игён сказала, что ему будет непривычно с делами, за которые мы здесь беремся.

— Она действительно хорошо знает своего брата. Это даже вызывает у меня подозрительно, почему она отправила его ко мне?

— Она, должно быть, знает о твоем таланте. Каждому партнёру нужно иметь определенное число волонтерских часов. У тебя нет ни одного, так что тебе это будет полезно. Для новенького ты можешь оставить эту работу. Процент выигрыша адвоката До достойный, можно внести в записи твоё имя, а До сделает юридическую работу и проведёт консультацию для суда.

— Я могу жертвовать деньги каждый год. Почему я должен волноваться о волонтерстве?

Михи пожала плечами.

— К сожалению, таковы правила фирмы. Qualis rex, talis grex. Людям у власти нужно показать хороший пример для тех, кто находится ниже их.

Ты разве знаешь?

— Поменяй правила.

— Даже если правила поменяются, тебе все равно нужно будет это сделать. Так будет лучше для остальных. Результатом твоего последнего дела о реструктуризации стало увольнение большего числа сотрудников. Пресса на это отреагировала очень плохо. Нам надо произвести впечатление, что в Догук раскаиваются.

Сехон хотел спросить, действительно ли им нужно заходить так далеко, чтобы просто нанять До Юншина. Конечно, это было бы достаточно разумно с перспективы Михи. Но, по правде говоря, Сехон не чувствовал большой привязанности к Догук. Он мог бы добиться таких же хороших результатов и в любой другой фирме. Он мог бы просто уйти, если бы было то, чего ему бы не хотелось делать.

Но была одна вещь, которая останавливала его. Сехон всё ещё был должником Михи. Во время обучения она финансово помогала ему. Он ненавидел быть связанным чем-то подобным лояльности, дружбе или чувству долга. Эмоции были формой слабости. Если он послушает её просьбу сейчас, то сможет погасить все его прошлые долги и обнулить их отношения.

— В мой контракт не включено обслуживание молодого господина. Предложи мне компромисс и я подумаю, — сказал Сехон.

—  Что насчет увеличения твоих дивидендов? Ты не разочаруешься, — предложил Михи.

— Ты собираешься решить это с помощью денег, ха? Ты не знаешь, как тяжело заботиться о ребёнке.

Михи пришла в ярость.

— Ты зарабатываешь больше всех в этой фирме. Многие вещи уже в твоём распоряжении. Мне придётся жёстко торговаться со своим отцом, чтобы убедить его увеличить твои дивиденды. Титул партнера не бесплатный, знаешь ли. Это очень дорогой титул, данный, чтобы инвестировать в фирму.

— Я не пытаюсь ободрать других людей. Тебе не стыдно делать из мухи слона из-за моих денег? Забудь о дивидендах. Фирме тоже нужно работать и выдавать сотрудникам их зарплату.

— Тогда чего ты хочешь?

— Свободу делать то, что я хочу со своими делами внутри фирмы без вмешательств.

Михи вздрогнула, затем сжала и разжала свои сухие руки несколько раз. Вскоре они начали потеть. Женщина не понимала, как Сехон мог использовать такие абстрактные условия, но глубоко внутри она знала больше, чем кто либо другой, что мужчина выжмет из этой ситуации всё, что сможет.

— Если я соглашусь на это, то сыграю тебе на руку, верно?

— Переговоры придуманы для людей, которым есть что терять. Попытка проверить меня тебе не поможет.

— Ты негодяй.

Как будто ожидая этого ответа, Сехон немедленно ответил,

— Твоя потеря.

Он начал подниматься со своего места, когда Михи быстро замахала руками.

— Хорошо. Я поняла. Но “всё” ещё подлежит толкованию, так что…

— Я могу прислать тебе детали в письменном виде.

Обиженно посмотрев на Сехона, Михи щёлкнула пальцами, понимая, что выбора нет. Она уже ожидала, что Сехон не сдвинется со своей позиции, если не какое-нибудь шокирующее условие, так что она не удивилась. Как сторона, проигравшая переговоры, женщина, пытаясь сохранить внутренний покой, глубоко вздохнула. Сехон наблюдал за ней тщательно, затем сказал в собранной манере:

— Я протестирую его. Если он окажется полезным – научу его некоторым вещам шаг за шагом. В конце концов, я всегда нуждаюсь в отличных человеческих ресурсах.

— Не надо просто топить его во множестве благотворительных дел. Дай ему работу над каким-нибудь делом твоей команды. Я скоро отправлю тебе документы.

Сехон сказал, что в этом нет необходимости.

–Нет, пока не надо. Жена гендиректора Сухан Груп выбрала меня. Если я откажусь, то у До Юншина не будет причин продолжать работать здесь. Я хочу посмотреть его на протяжении пары месяцев. После мы можем поговорить об этом ещё раз. Давай составим контракт на это время. До этого просто плати ему зарплату.

— Так нельзя. Ты заставляешь его работать, предполагая, что уволишь.

— Я выбираю своих клиентов. Но госпожа До случайно выбрала меня из толпы, так что я чувствую себя немного некомфортно в связи с этой ситуацией. Я терплю это потому, что я твой должник. Больше я не могу идти на уступки.

— Сехон.

— Ты хочешь, чтобы я ушёл? Если так, скажи мне здесь и сейчас. Скажи мне выселяться из квартиры, вернуть мои инвестиции и собрать свои комиссионные. Я могу сделать это за день.

Сехону здесь было некуда отступать – если он сказал, что сделает это, то сдержит свое слово. Михи не оставалось выбора, кроме как отступить.

— Полегче с ним. Он выпускник нашей альма-матер и сын профессора До, которого мы оба уважаем.

— Я считаю бессмысленным уважать других, поэтому я этого не делаю. Другой случай, когда это касается уважения меня.

— Он был единственным достойным уважения взрослым, которого мы знали. Факт того, что он скончался, защищая жертв, пострадавших от крайне тяжелых условий труда, совершенствует его наследие. Мы можем быть материально богаче, но он сделал работу, которую ни ты, ни я не сможем сделать за всю нашу жизнь. Давай сбросим часть долга в наших сердцах хотя бы таким образом.

— Я только что ликвидировал единственный долг, который у меня был. У меня нет больше обязательств. Ты можешь идти и гасить свои собственные долги сколько хочешь, Адвокат Сон.

Глава 7 - Открытие

Сехон ответил холодно. Он покинул комнату, не видя причин дальше продолжать разговор.

Оставшись одна в своём офисе, Михи покачала головой, приняв поражение.

***

Юншина привела в офис Сехона его секретарь, и он осторожно занял место на диване. Молодой адвокат с благодарностью посмотрел на секретаря, и тот улыбнулся в ответ, прежде чем тихо выскользнул из офиса.

Оставшись один, он наконец-то смог осмотреться.

Офис Сехона был просторнее и удобнее, чем у других сотрудников, которые он видел ранее. Однако Юншин странным образом чувствовал себя более непринужденно в своём прежнем скромном кабинете.

Он не мог понять, о чём думает его сестра.

— Почему из всех людей именно Кан Сехон? – спросил он громко.

Юншин вспомнил свою любимую хасидскую поговорку: «Будь хозяином своей воли и рабом своей совести».

Кан Сехон был из тех людей, что выполняли первую часть поговорки, но полностью забывали про вторую. Несмотря на то, что это была их первая официальная встреча, Юншин уже успел узнать утомительное количество слухов о мужчине, когда он учился на последних годах юридической школы. Рассказы о его делах были частично городскими легендами.

Они говорят, что Сехон был волком в овечьей шкуре или подлецом, делающим всё ради победы.

Самым важным дополнением было то, что он всегда побеждал.

Иногда его методы были разумными, а иногда очень низкими. Сехон мог использовать всё что угодно. Получение информации о коррупции было его хобби, а применять это в своих интересах было его специальностью. Неважно, были это свидетели, адвокаты, прокуроры или сотрудники компании, он выкапывал их слабости и беспечно шантажировал другую сторону. Это был самый распространённый слух о Сехоне. Удивительно, но его ученики упрекали Сехона до тех пор, пока сами не хотели стать похожими на него. Юншин принял сторону меньшинства и предпочёл держаться подальше от мнений о Сехоне.

Юншин не имел представления о том, что он, часть меньшинства, будет сидеть здесь и ждать Сехона.

Из того, что рассказала адвокат Сон, Юншин узнал, что его сестра рьяно настаивала на том, чтобы Сехон позаботился о нём. Конечно, были вещи, которым Юншин мог научиться и у других. Но, как две полные противоположности, он сомневался в том, что они смогут вытерпеть друг друга на протяжении долгого времени. Как назло, Сехон предупредил его, чтобы он не вставал у него на пути, поэтому и не мог ничего делать, кроме как сидеть здесь и переживать о том, как эта неудачная встреча будет развиваться дальше.

Юншин был в смятении, он ёрзал на месте так нервно, будто оглядывался. Книга, лежащая на столе Сехона, зацепила его взгляд.

Это были «Большие надежды» Чарльза Диккенса.

— Это из-за меня? – Юншин приподнялся, чтобы подойти к столу, но дверь распахнулась, и вошел дикий зверь, которого он ждал. Его глаза сегодня были холодными, как всегда.

— Здравствуйте, я Юншин До из Ассоциации Юниоров.

Сехон подошёл и, сев на свой стол, посмотрел на Юншина. Кивнув головой, жестом приглашая адвоката сесть на диван, и когда тот так и сделал, он безмолвно уставился на него. Тот пытался скрыть лёгкую панику и перевести взгляд на что-то другое. Затем губы Сехона медленно и вяло открылись.

— Мы продолжаем видеться.

Сехон заговорил в более расслабляющем тоне. Юншин интуитивно почувствовал, как его сила была мала в сравнении с собеседником.

— Я прошу прощения, что не смог исполнить Ваше желание не встречаться профессионально.

— Я уже настроен на то, чтобы не потерять ни слова. Дорога впереди выглядит мрачной.

— Изви...

— Не стоит. Сперва я задам тебе несколько вопросов. Эта ситуация... Есть ли разумная причина для неё?

Сехон считал, что причина, по которой Юншин занял место в его команде, вместо одного из многочисленных отделов Догук, была довольно подозрительной и сомнительной — всё это выражали очерченные брови Сехона.

Юншин спокойно подобрал слова.

— Я не думаю, что Вам покажется это разумным.

— Не покажется? Почему нет?

— Это не входило в наши планы; скорее, это было по воле моей сестры, третьего лица. Я уже говорил, что моя сестра очень рекомендовала мне работать с Вами. И к сожалению, я послушный младший брат. Это всё, что я знаю, – Юншин ответил довольно быстро.

Сехон сделал задумчивое лицо.

— Твоя сестра была замешана в этом, но ты раскрыл мне все свои карты. У твоего утверждения много слабых мест. Даже если бы ты не подошёл Догук, я подумал, что ты был бы довольно полезным, но я изменил своё мнение. Ты дисквалифицирован.

— Я могу подстроиться темпом и речью, если понадобится.

— И у тебя нет джокера в колоде?

— Я дам Вам знать, если найду одного.

На вид добрые и нежные глаза Юншина смотрели прямо на Сехона. Как и речь, его глаза были ясными. Вместо того, чтобы просто сказать Сехону, что ему можно доверять, Юншин посмотрел на него искренне и уважительно.

Их взгляды пересеклись, и, как будто заранее спланировав, оба сомкнули свои губы.

В комнате повисла тишина.

Юншин ощущал, как мерцает вездесущая холодная атмосфера вокруг Сехона. Как бы подтверждая эту догадку, мужчина, неподвижно сидевший на своем столе, изменил позу. Он скрестил руки и наклонился к столу, затем пристально посмотрел на Юншина, чьи веки были усеяны густыми ресницами.

Глава 8 - Открытие

Казалось, в тишине прошло около трёх минут.

Возможно, меньше, и Юншину только так показалось. Пока он раздумывал, что делать дальше, Сехон заговорил.

— Интересно, почему директор До Игён послала тебя ко мне?

Юншин почувствовал облегчение от того, что это неловкое молчание было нарушено, и ответил.

— Она хотела, чтобы я обрёл финансовую независимость.

До сих пор Юншин всегда был готов давать бесплатную юридическую консультацию. Чтобы удовлетворить потребности клиентов, он всегда ставил минимальную цену за свои услуги, поэтому доход был невысоким. Однако его мать, скончавшаяся сразу после рождения Юншина, оставила ему неплохое наследство, поэтому он не особо нуждался в деньгах. Сестра обеспечила его домом и машиной, когда это было необходимо, поэтому мотивация у него практически отсутствовала. Сехон, похоже, тоже догадывался об этом.

— Я вижу.

— Я думаю, что это всё из-за моего отца. Он тоже был юристом. Последние годы жизни он провёл, помогая людям из провинции, попавшим в сложные ситуации. Несколько лет назад он скончался от переутомления.

Единственной точкой соприкосновения для них был отец Юншина. Давным-давно, в последний день жизни его отца, они встретились на его похоронах. Юншин смутно вспоминал этот момент, когда время от времени видел Сехона в новостях. Но на этом всё и заканчивалось. Момент был слишком коротким, чтобы часто его вспоминать.

В конечном счёте Юншин невольно решил проверить, помнит ли Сехон об их короткой встрече.

Почувствовав неловкость, он замолчал и уставился на собеседника. Кан Сехон ответил.

— Я знаю об этом. Примите мои соболезнования.

Юншин занервничал, ожидая, что скажет этот хитрый человек, но почувствовал, что немного сбавил обороты. За то короткое время, что он ждал ответа Сехона, ему хотелось, чтобы мужчина забыл о той неловкой стороне молодого юриста, которую он увидел в тот день. Но когда тот, казалось, не вспомнил, Юншин почему-то почувствовал небольшое разочарование.

Действительно, это было давно забытое прошлое. Сехон каждый год встречался с бесчисленным количеством клиентов, и у него были более важные дела и люди, которых он должен был помнить. Конечно же, Сехон просто не придал этому событию большое значение.

Юншин скрыл свое разочарование и холодно ответил, покрасневшими губами.

— Наверное, она боится, что я закончу как наш отец. Поэтому сестра хочет, чтобы я спустился с небес на землю и мог адекватно оценивать реальность. Должно быть, она почувствовала, как я гонюсь за своими идеалами, — небезопасно. Возможно, она считает Вас самым большим реалистом из всех, с кем знакома.

— Вы действительно считаете себя идеалистом?

— В какой-то степени, но это не значит, что у меня напрочь отсутствует чувство реальности.

Юншин хорошо знал свою позицию, но также знал, о чём думает Сехон. Он чувствовал себя неловко, но в то же время его забавляла эта ситуация.

Вскоре после этого Сехон стёр эмоции со своего лица и сказал как обычно спокойным тоном.

— Есть три вещи, которыми я не занимался в течение последних нескольких лет: работа на общественных началах, уголовные дела обычных клиентов и вся волонтерская работа нашей фирмы. Теперь Вы будете заниматься ими.

Возможно, это было предложение, которого он не ожидал, так как глаза Юншина сверкнули. Сехон это заметил. Молодой человек просиял, показывая готовность выполнять работу, которую сам мужчина делать не хотел. Как и ожидалось, их профессиональная совместимость была не очень хорошей.

— Я Вас не подведу. Мне легко удаётся найти общий язык с потерпевшими.

— Мне не нужен партнёр с таким неприбыльным талантом. И у меня нет хобби работать, прислуживая родственнику богатой семьи. У тебя есть более стоящие умения?

— Я искусен в поиске прецедентов, хорош в скорочтении и умею ладить с людьми.

— И?

— Не могу перечислить всё... Я уверен, что хорошо выполню Ваши поручения и выложусь на полную, чтобы моя сестра чувствовала себя спокойно.

— Значит сначала дать Вам пробный тест? Вы уверены в себе.

— Я знаю, что Вы очень хорошо умеете просчитывать свою прибыль и убытки. Уверен, что ничего не потеряете.

«Подсчитывать прибыль и убытки?»

Сехон не нашёл, что ответить, и только рассмеялся. Однако Юншин не сказал ничего плохого, поэтому Сехон не стал критиковать или упрекать его. Он махнул рукой, указывая юристу на выход.

Когда Юншин спокойно встал и вежливо поклонился на прощание, Сехон подошёл к нему. Внезапно он встал прямо перед Юншином и взял его за подбородок. Они оба не могли не отметить гладкость кожи друг друга.

Выверенный и гармоничный взгляд Сехона пристально наблюдал за Юншином. Особенно долго он задержался на влажных и нежных глазах молодого адвоката.

Юншин не мог понять внезапных действий Кан Сехона, поэтому нервно сглотнул. Он неосознанно схватил его руку. Тот опустил взгляд и увидел, что она касалась его запястья, и стряхнул её. Затем он убрал руку с подбородка Юншина.

Он холодно посмотрел на юриста.

— Не трогай меня.

— Но Вы... первым дотронулись до меня. Я лишь воспользовался своим правом защищаться.

— Мне не нравится, когда кто-то прикасается ко мне без разрешения. Я могу себе это позволить. Ты — нет.

Юншин хотел было спросить, в чём здесь логика, но решил уступить и извиниться. Они встречались всего несколько раз, но интуиция подсказывала ему, что не стоит пытаться понять Сехона с помощью логики.

— Прошу прощения.

— Я понял суть, так что проваливай. Мне нужно всё обдумать.

— Мой кабинет напротив Вашего. Я с нетерпением жду возможности поработать вместе.

Вежливость, должно быть, укоренилась в его костях, потому что Юншин ещё раз глубоко поклонился, прежде чем выйти из комнаты.

Дверь закрылась со щелчком. Сквозь стеклянную дверь своего кабинета Сехон наблюдал, как Юншин проходит через приёмную, направляясь к себе. Молодой адвокат вежливо здоровался с обслуживающим персоналом, что попадался ему на пути, полностью соответствуя тому образу Юншина, который представлял себе Сехон.

Сехон не до конца понимал, чего именно хочет сестра Юншина, жена директора компании Сухан Груп До Игён. Однако самой большой проблемой было то, что не он был тем, кто всё это затеял. У Сехона было много врагов. Ему всегда нужно было время, чтобы проверить, не расставлены ли для него ловушки.

Глава 9 - Проверка данных

«Сухан Груп... В этом году у меня не было дел, связанных с ними», – подумал Сехон.

Как только Юншин вошел в комнату, поздоровавшись со всем персоналом, Сехон взял трубку офисного телефона. Он набрал своему секретарю мистеру Таку, который мгновенно взял трубку. Их взгляды встретились сквозь окно.

— Да, сэр, говорит секретарь Так.

— Какая степень у До Юншина? Похоже,он ходил в юридическую школу при Корейском Университете.

— Он закончил Университет Донгук по специальности «Социология и социальная работа».

— Социальная работа... Не мог выбрать специальности лучше.

Сехон цокнул языком на банальный ответ, а затем, спросил.

— Когда он получил лицензию? Вызови его сверстников в конференц-зал, в том числе на два года старше и младше его выпуска. И позовите фотографа команды новобранцев, если он в здании.

— Понял. Созвать их сейчас?

— Зови их немедленно. И добудь мне все факты из его биографии, начиная с общеизвестных фактов, заканчивая информацией о семье, друзьях и одноклассниках — обо всех. Все дела, за которые он брался, его личные интересы, размер обуви. Принеси мне всё, что сможешь накопать.

— Будет сделано. Есть что-нибудь, на что обратить особое внимание?

Сехон слегка ударил по столу и после недолгого размышления произнёс:

«Внимательно просмотри все последние дела профессора До, которые имеют хоть малейшее отношение ко мне.»

Секретарь Так выглядел сбитым с толку и не в состоянии понять причину, по которой Сехон дал ему это задание.

— Они оба вели дела, представляющие общественный интерес. Я не думаю, что есть хоть малейший шанс, что вы как-то пересекались. Более того, если бы было что-то такое, вы бы уже знали об этом.

— Всё же посмотри. Я мог что-то упустить. Также покопайся в делах директора До Игён из «Сухан Груп». Проверь, есть ли у меня связи с любыми событиями, большими или маленькими. Если ты обнаружишь какую-либо нелицеприятную историю, где я мог быть замешан, то скажи Юншину, чтобы на следующий день он не приходил на работу.

— Понял.

Повесив трубку, Сехон продолжал смотреть на то, что происходит за окном. Его кабинет выходил на южную сторону и был наполнен солнечным светом. В кабинете Юншина через холл, казалось, не хватало естественного освещения – у него был включён свет, но внутри всё казалось слишком тусклым. Возможно, всё из-за расположения окна, но с того места, где стоял Сехон, можно было легко увидеть сидящего за столом Юншина. Тот, вероятно, тоже мог видеть его.

Погружённый в свои мысли Сехон какое-то время продолжал наблюдать за молодым адвокатом. Он вспомнил, как Юншин холодно сказал ему:

«Возможно, она считает Вас самым большим реалистом, из всех, с кем знакома».

Внешне это выглядело как комплимент, но на самом деле это не так.

Это было чистой воды осуждение. Это значило, что отец Юншина, которого тот любил и уважал, был в разногласиях с Сехоном. Юншин признавал Сехона, но в то же время и презирал. Он был готов учиться у него, но отказывался уважать.

«Я знаю, что Вы очень хорошо умеете просчитывать свои прибыль и убытки.»

Юншин сказал, что он мог бы запросто подстроить свой темп под собеседника, но в их диалоге всё выглядело так, будто он не считал необходимым скрывать свои мысли перед Сехоном.

— И откуда только этот дурак свалился на мою голову? — тихо пробормотал Сехон.

Мужчина увидел, как Юншин снял свой пиджак и засучил рукава, готовясь навести порядок в кабинете. Его костлявое запястье на мгновение привлекло внимание, но сразу после этого глаза Сехона полезли вверх по крутому склону чужого силуэта.

Его взгляд не остановился, когда он достиг шеи молодого адвоката, и продолжал подниматься к его губам, бледным щекам, носу. В тот момент, когда он остановился на глазах юноши, то раздраженно прикусил губу. Юншин, должно быть, почувствовав на себе его взгляд, повернул голову в сторону Сехона, и их взгляды встретились.

Юншин озадаченно наклонил голову, но всё же вежливо кивнул. В момент, когда Сехон увидел это, он взял пульт и нажал на кнопку. Жалюзи с шумом закрылись, и пространство между ними разделилось. Сехон, теперь точно оставшись один, вдруг рассердился и бросил пульт в сторону.

Треск!

Пульт дистанционного управления размером с его ладонь отскочил от стены и приземлился рядом с ногами.

Он разбился на две части и выглядел как перевернувшийся корабль.

— Чёрт возьми.

Он привык к резкой критике. Можно даже сказать, что эта критика побудила его занять нынешнюю должность. Пренебрежительные замечания были для него пустяком, потому что он мог игнорировать большинство из них, а иногда и использовать в своих интересах, когда этого требовала ситуация.

Однако, по какой-то странной причине, он не мог просто пройти мимо замечаний Юншина.

— Почему слова этого ублюдка выводят меня из себя?

Он посмотрел вниз на лежавший перед ним сломанный пульт и раздраженно наступил на него.

Глава 10 - Проверка данных

Действие 02

Хлоп!

Кан Сехон в шикарном костюме приехал на парковку компании и вышел из своего седана. Он умело балансировал телефоном между ухом и плечом. Застегнув запонки, он большими шагами направился к зданию.

Секретарь Так, ждавший у лифта ещё до прибытия начальника, вручил Сехону портфель. Жестом он пригласил адвоката пройти в лифт, что он поймал заранее. Зайдя, Сехон вкратце выслушал человека, говорящего на том конце провода, прежде чем резко ответить.

— Если вы так спешили, следовало отправить это в отдел судебных разбирательств. Я редко веду такие процессы.

— Насколько мне известно, иногда вы ведёте дела тех, кого консультировали ранее. Не могли бы вы сделать это для меня? – умолял собеседник Сехона.

— Вот почему вам с самого начала нужно было с умом подходить к выбору адвоката. Скажите, вы начинаете есть всё подряд просто потому, что вы в буфете? Как правило, начинают с самых дорогих и вкусных блюд.

Клиент на линии был представителем директора полупроводниковой компании, который был вовлечён в гражданский иск в процессе инвестирования и создания своего портфолио. В ходе первого судебного разбирательства его представляла другая юридическая фирма, размером чуть меньше Догук, и клиент проиграл.

Поскольку Сехон отказывался отвечать на звонок этого клиента, тот, должно быть, сильно переживал и последние несколько дней не переставал посылать своих людей к нему. Теперь адвокат любезно слушал дело этого клиента.

Однако Сехон совсем не выглядел заинтересованным даже после того, как взял трубку, так что мужчина начал звучать более отчаянно.

— Вы знаете, что я хотел нанять вас с самого начала, не так ли? Я пытался связаться с вами. Но директор другой компании и его жена хорошо вас знают, поэтому подумал, что мне следует сохранить некоторую добросовестность. Я решил, что должен пойти по правильному пути, по крайней мере, сейчас. Почему бы нам не встретиться? Пожалуйста.

Сехон нахмурился и помахал рукой секретарю Таку. Подготовленный помощник открыл адвокату его расписание и указал на подходящий для встречи день. Сехон, увидев дату, ответил.

— Давайте встретимся на выходных. Запишу вас на субботу в 12 часов дня. Заранее отправьте мне все материалы и доказательства, включая уже использованные и ещё непредоставленные суду. Мне необходимо знать всё о том, как вы накопили своё состояние. Если будут какие-то упущения, я откажусь представлять вас в суде.

— Хорошо, хорошо. Я верю в вас, адвокат Кан. Могу ли я передать документы через курьера?

— Конечно. А, и ещё один момент. Если я не беру трубку после трёх звонков, не стоит звонить ещё раз. Это значит, что я намеренно игнорирую вас, а не просто занят. Я предупреждаю об этом, так как вы впервые ко мне обратились. «Кладу трубку», — Сехон ответил холодно, затем быстро сбросил и кинул телефон секретарю.

Мистер Так ловко поймал его и сказал: «Он уже в преклонном возрасте, поэтому говядина хану на обед отлично бы подошла».

— Делай, как считаешь нужным. Документы, скорее всего, доставят сегодня вечером, поэтому, пожалуйста, организуй их в легко читаемые разделы и оставь у меня на столе к завтрашнему полудню. Также принеси записи о недавнем судебном решении по этому делу. Возьми помощника, у которого есть свободное время, чтобы распечатать прецеденты.

— Помощника со свободным временем? В нашей фирме вообще есть такие? Не считая одного человека, конечно.

Сехон сразу понял намёк и ответил:

— Только не До Юншина. Найди среди новичков другой команды. Если ни одного не будет, просто возьми стажёра.

— Вы доверяете студенту юридического факультета больше, чем адвокату До? А, кстати, раз уж мы о нём заговорили, вот. В этом документе есть дополнительная информация о деле, над которым работал адвокат До.

Сехон выхватил документ из рук секретаря и собирался ответить, но в этот момент лифт подал сигнал о прибытии на этаж его офиса.

Адвокат Кан быстро прошагал в сторону своего кабинета, на ходу читая толстую кипу бумаг. Немного позади него шёл секретарь. Работники офиса, увидев этих двоих, уважительно поклонились Сехону, но тот их просто проигнорировал.

Вместо этого он бросил секретарю: «Накопал что-нибудь ещё?»

— Нет, всё так же, как и в прошлом отчёте. Я просмотрел всё, но не нашел ничего, связанного с вами двумя, лично или публично. Я просто суммировал факты, которые были.

Сехон исследовал биографию Юншина, полученную от своего секретаря и персонально расспросил юристов-новичков, которые учились с Юншином, но ничего не нашёл. Даже если они были такими же специалистами, как Юншин, всё же юрист из крупной фирмы и юрист-правозащитник занимаются делами в настолько разных областях, что никто не мог рассказать каких-либо подробностей. Основываясь на слухах, что то и дело доходили до младших, у них сложилось впечатление о Юншине, как о стойком и умном человеке.

Сехон кивнул, затем пролистнул до первой страницы и сконцентрировался на поглощении информации. Здесь были распечатки всех дел Юншина в деталях.

— Он полностью чист. На этот раз вы отбросите свои сомнения на счет него? — спросил Секретарь Так.

— Заткнись, — бросил Сехон.

— Это трата человеческих ресурсов. Вы же больше всего ненавидите трату рабочей силы и времени.

— Рекомендую тебе заткнуться прежде, чем я скажу это во второй раз.

После этого предупреждения секретарь Так плотно сомкнул губы. Вокруг Сехона стало тихо. Он просмотрел все остальные документы.

«Незаконное увольнение, нарушение трудового законодательства, несчастные случаи на рабочем месте...» — читал он про себя.

Хотя Юншин всё ещё был мелкой сошкой, его жизнь и карьерный путь совпадал с путём учителя Сехона, который был отцом молодого юриста и министром юстиции. Отец и сын, казалось, не могли оставаться в стороне, когда где-то происходила несправедливость.

— Он точно, как его отец, — Сехон цокнул языком и хотел было продолжить, но перед ним неожиданно возникло препятствие. Он остановился и посмотрел на Михи, что перегородила ему дорогу и держала в каждой руке по стаканчику кофе.

— Дорогой наш старший адвокат Кан, ты как всегда приходишь вовремя на работу. Другим сотрудникам нужно поучиться у тебя, — сказала Михи.

— Что ты делаешь тут с утра пораньше?

— Я так скучала по тебе, что решила подождать тебя здесь.

— Не могу принять чувства замужней женщины. Есть такая вещь, как этика в бизнесе. Проходи.

— Как грубо, Сехон.

Так как Михи не шевельнулась, Сехон обошёл её и направился к своему кабинету. Секретарь Так, тактично забравший документы из рук Сехона, бросился к двери кабинета. Он открыл тяжёлую офисную дверь и аккуратно положил его портфель, мобильный телефон, и документы на стол.

Наконец хозяин кабинета зашёл в офис и хотел было сесть в кресло, полностью готовый приступить к работе, но снова вмешалась Михи и испортила начало дня адвокату. Сехон нахмурил брови.

Глава 11 - Проверка компетентности

— Старший адвокат Сон, если вам есть что сказать, то говорите прямо, вместо того чтобы ходить по кругу. Знаете ведь, что утро понедельника у меня самый загруженный день недели?

— Прошел почти месяц с первого дня адвоката До Юншина, и ты даже ни разу не вызвал его в офис, так? Он всё ещё под твоим прямым надзором. Если ты не даёшь ему работу, то хотя бы угости обедом. Молодой парень – редкость в твоей компании.

Сехон знал, что Михи поднимет эту тему, его бровь медленно поползла к переносице. Мужчина нахмурился.

— Я настолько занят, что мне приходится жертвовать частью обеденного перерыва, чтобы провести ещё одну встречу.

— Эй, ты делаешь то, что должен, даже если занят. К твоему сведению, я успею ходить по магазинам и развлекаться.

— Разве недостаточно того, чтобы дать ему немного волонтёрских дел? Почему я должен его кормить? Я говорил тебе, что я не нянька.

— Ну тогда хоть кофе ему купи. Я хорошо тебя знаю. И знаю, что ты уже изучил его. Судя по тому, что ты его до сих пор не выгнал, он прошёл проверку. Я не знаю, чего именно ты ждешь, но я надеюсь, вы сможете хотя бы поболтать. Даже если совсем чуть-чуть. Мне нужно хоть что-то доложить директору До. Каждый раз, когда она звонит и спрашивает, мне нечего сказать, и за это стыдно. Я не прошу много. Просто кофе. Ладно? Кофе.

— Не приказывай мне. Уходи.

— Сехон.

— Мне плевать на начальство и подобное. Я даже накричу на старшего по должности, если потребуется. Уходи, пока я не начал ругаться.

— Ты такой вспыльчивый. Я уже ухожу, ладно?

Михи посмотрела на Сехона, как на дерзкого младшего брата и отшагнула. Сделав вид, что тихонько отступила назад, она быстро шагнула вперед и поставила обе чашки кофе на стол адвоката.

— Надеюсь услышать хорошие новости!

Сехон догадывался, что она так сделает, потому что он замер на мгновение. Он уставился на Михи, которая помахала ему рукой, перед тем, как сделать глубокий вздох. Наконец, он собирался сесть за свой стол, но увидел ярко освещенную комнату Юншина, владелец которой видимо был уже за работой. Сехон остановился.

Он уставился на чашки с кофе, стоящие на столе. То, что сказала Михи, беспокоило его.

— Прошел почти месяц с первого дня адвоката До Юншина и ты ни разу не вызвал его в свой офис, верно?

«Один месяц... Месяц...» – Сехон повторил эти слова самому себе, прежде чем взять один из стаканчиков.

Он развернулся и вышел из своего кабинета. Адвокат Кан направился в приёмную, находящуюся между их с Юншином офисами. Административный персонал, похоже, не заметил приближения мужчины– они перешёптывались между собой. Должно быть, они возбуждённо обсуждали ранний визит Михи. Зайдя в приёмную, Сехон раздражённо хлопнул в ладоши, и секретарь Так, первый увидевший его, вскочил со своего места.

— О мой бог. С-старший адвокат, вам что-то нужно здесь?

— Секретарь Так. Отправь документы, которые я говорил тебе отсортировать на прошлой неделе, в офис До Юншина.

— Оба дела? Сейчас?

— Ты хочешь уйти отсюда завтра утром? Я могу постоять здесь и подождать, пока ты наговоришься.

«Моя вина. Я отправлю их прямо сейчас», — ответил секретарь Так.

Без единого слова Сехон пошёл прямо к комнате Юншина и открыл дверь. Юншин как раз включал свой ноутбук, собираясь заняться делами, но, увидев незваного гостя, он прямо поклонился. Это был первый раз, когда Сехон заглянул в его офис, поэтому тот очень удивился.

— Сэр, вы только что прибыли на работу?

«Ты в армии, что ли? Расслабься. Сядь», — лаконично ответил Сехон. Затем он встал перед столом Юншина. Уставившись на пустое лицо последнего, старший адвокат поставил чашку кофе, которую всучила ему Михи. Естественно, в ясных глазах Юншина читался немой вопрос, в тот момент, когда он поднял их на Сехона.

—Это... — Юншин затих.

— Кофе, — ответил Сехон.

— Это я вижу. Возможно, вы хотели что-то сказать мне?..

— Сначала выпей.

— Это мне?

— Ага, мне станет гораздо легче, если ты это выпьешь.

Юншин, не зная что делать из-за пронзительного взгляда Сехона, поспешно сделал глоток. В замешательстве он наклонил голову.

— Не пойму ваших намерений.

Понимаешь, кое-кто продолжает надоедать мне. Во всяком случае я сделал, что от меня требовалось.

Объяснение Сехона было расплывчатым, поэтому Юншин всё ещё не понимал, чего тот хотел. Вместо того, чтобы продолжать настаивать, он медленно взглянул на чашку и придвинул её ближе к себе и молча кивнул в благодарность. Кивнув в ответ, старший адвокат Кан подошёл к дивану в офисе и опёрся на подлокотник, глядя на молодого юриста. Юншин сделал сложное лицо, когда столкнулся со взглядом Сехона. Он был сбит с толку тем, что мужчина ворвался к нему в офис по неизвестной причине. Что ещё хуже, пристальный взгляд коллеги был очень напряжённым и настойчивым, заставив Юншина почувствовать себя немного неловко и застенчиво. По правде говоря, смотреть на человека так в открытую и напрямую было не очень прилично. Они встречались только пару раз, и старший из них был груб. Кан Сехон был зачинщиком, поэтому Юншину ничего не оставалось, кроме как смириться с этим.

Думая об этом, он внезапно осознал.

— О, я был немного недальновидным. Я немедленно тоже куплю вам кофе, — сказал Юншин, привстав со своего места.

На это Сехон махнул рукой, отказываясь от предложения.

— Оставь. Ты ещё не подписал свой контракт. Сколько тебе обещали ежегодно?

— Я занимаюсь практикой лишь четыре года, и у меня нет судебного опыта. В основном я занимался мелкими делами, поэтому у меня практически не было дополнительных факторов, которые нужно было учитывать, когда я присоединился к этой фирме. Мне сказали, что у организации есть система вознаграждения по результатам работы, начиная с сотрудников в третьего года, поэтому мне предложили среднюю зарплату второго года. Мисс Сон предложила провести повторные переговоры по результатам работы в конце года…

— Несмотря на то, что тебя наняли через связи родственников, ты всё равно пытаешься сохранить свои границы.

Пока он возился с кофейной чашкой, Юншин не подтвердил и не опровергнул это заявление. Короткую тишину нарушил стук в слегка приоткрытую дверь В комнату вошли два незнакомца, которые толкнули в кабинет две тележки с файлами.

Глава 12 - Проверка компетентности

Два сотрудника аккуратно сложили огромные стопки бумаг из тележек на кофейный столик и знаком показали, что уходят. Сехон выглядел спокойно, чего нельзя было сказать о сбитом с толку адвокате До.

После того, как дверь с щелчком закрылась, Юншин, потрясённый количеством документов, уставился на Сехона.

— Старший адвокат, могу я узнать, что это? Судя по вашей реакции, вы в курсе.

— Это судебные дела, за которые могут взяться наши младшие юристы третьего и четвертого курсов. Одни из них гражданские, а вторые – уголовные.

Одной из ключевых обязанностей юриста-партнёра был сбор дел. Иногда они брали на себя инициативу по вопросам своей специальности или вопросам, которые потенциально могли принести большие деньги. Дела поменьше часто передавались коллегам для самостоятельной обработки. От принятия решений до удержания в качестве представителей многие юридические фирмы использовали подход «сверху-вниз». В свою очередь, слова юриста-партнёра были как закон для соратников. Казалось, что Догук не отличалась другим подходом.

Юншин мог с легкостью сказать, что эти документы перед его глазами, были связаны с делами, которые получил Сехон.

— Эти документы, должно быть, связаны с делами. Вы хотите поручить мне одно из дел? Или оба?

Сехон рассмеялся с глухим недоверием.

— Хочешь заняться гражданскими исками? Думаешь, ты в их отделе? Кажется, тебе это подойдёт. Перевести тебя к ним?

Юншин почувствовал себя загнанным в угол, поэтому решил промолчать. Затем Сехон добавил:

— При условии, что ты не идиот, наверное, уже прочувствовал атмосферу в фирме за последний месяц и понял, как мы работаем. Это мой первый тест, чтобы определить, сможешь ли ты заработать себе на содержание.

— Тест? Ладно. Что мне нужно делать?

— Я даю тебе два дня. Прочитай всё это, не пропуская ни единого слова. Потом проведи брифинг для старших членов нашей команды, которые ничего не знают об этом деле. Они должны понять суть, основываясь на твоём кратком изложении, и когда они будут задавать вопросы, в твоих ответах не может быть пробелов или ошибок. Сможешь?

Юншин предполагал, что всё это было для того, чтобы определить, насколько эффективно он сможет обработать данные за короткое время. В любом случае этого времени не было достаточно для того, чтобы досконально изучить столько документов.

— Всё это за два дня? У меня ещё есть дела pro bono, которые нужно просмотреть. Некоторые из них отдали мне в срочном порядке, потому что суд уже идёт.

Сехон привык к безоговорочному принятию его поручений, его брови дёрнулись. Он встал и подошёл к Юншину. Адвокат Кан вытянул обе руки, положил их на стол на ширине плеч и наклонился, встретившись глазами с Юншином.

Их лица были довольно близко. Узкие глаза Сехона, симметрично расположенные на его гладком лице, медленно моргнули. Он выглядел несколько зловеще. Юншин вздрогнул и чуть крепче сжал чашку в руках.

— Эй, четырёхлетний опыт. Видишь ли, я довольно хорош в метапознании, – сказал Сехон.

— Я это знаю, – ответил Юншин.

— И самый важный ключ к убеждению судьи – придерживаться своей позиции от начала и до конца.

— И это я тоже хорошо знаю.

— Раз знаешь, то почему ведёшь себя так? Ты же сказал, что выложишься на полную. Говорю, как человек с отличной памятью, ты противоречишь себе. Вспомни, что я говорил ранее: я буду крайне разочарован. Ты так не думаешь, четырёхлетний опыт?

— Я должен преуспеть, чтобы сестра могла чувствовать себя спокойно, поэтому я выложусь на полную, — Юншин вспомнил слова, что сказал, поэтому он не мог оправдываться и не имел шанса протестовать.

— Простите. Я справлюсь.

Сехон, похоже, был не очень доволен, но в любом случае это был ответ, который он мог принять. Он медленно выпрямил спину и посмотрел вниз под пугающим углом. На его лице не было заметных эмоций. Тем не менее Юншин мог уловить скрытую уверенность, граничащую с высокомерием. Жизнь Сехона, украшенная победами, одержанными независимо от средств, сделала его человеком, которым он был сегодня.

Благодаря этому Юншин, физически находящийся в более низкой позиции и вынужденный смотреть вверх, мимолётно подумал, что Кан Сехону, возможно, больше всего в этом мире подходила позиция, в которой он смотрит на других сверху вниз. Юншин чувствовал, что мужчина не узнает, как чувствуется одиночество или унижение, даже если ему придётся умереть и восстать из мёртвых.

В этот момент по какой-то причине он захотел хотя бы раз увидеть лицо Сехона, демонстрирующее боль от поражения. Никогда раньше Юншин не представлял боль на чьём-то лице. Он подумал, что это было странно, поэтому постарался избавиться от этих мыслей.

Сехон быстро понял, что Юншин не может сосредоточиться на их разговоре, потому что глубоко погрузился в собственный мир, поэтому он щёлкнул пальцами перед его лицом.

— Через два дня. В это же время. В главном конференц-зале. Есть вопросы?

— Э, так мне нужно кратко изложить дело только Вам? И получить вопросы от старших юристов?

— Я скинул это дело на другие команды, поэтому мне неинтересно. Я не приду. Процент ответов должен приближаться к ста, и тебе не должно потребоваться более двух секунд, чтобы ответить на вопрос. В итоге старшие юристы оценят тебя и твою ценность. Если оценка будет приемлемой, я подниму твою зарплату до зарплаты среднего сотрудника с четырёхлетним опытом.

Глава 13 - Обязательство

— А если я скажу, что меня это не устраивает? — спросил Юншин.

— Ты не можешь этого сделать?

— Нет, но не могли бы Вы тоже прийти?

Сехон, казалось, не понял просьбы, замаскированной под невинный вопрос. Главная причина, по которой он не собирался участвовать в тестировании и хотел получить только результаты, заключалась в том, что он не хотел тратить своё драгоценное время на то, в чём не видел никакой ценности. Тем не менее Сехон всё же хотел дать передышку новичку в фирме.

— Я работаю по расписанию с десятиминутными интервалами, — ответил Сехон.

— Я знаю. Мне нужно лишь немного Вашего времени. Я постараюсь закончить быстро.

— Ты бесстрашный или просто дерзкий?

— Я просто хочу понять Ваш стиль ведения дел. Несмотря на то, что Вы всё время находитесь в здании, Вы настолько заняты, что было сложно встретиться хоть раз.

Тогда Сехон прищурил глаза, будто пытался заглянуть в прочные крепостные ворота. Он холодно возразил.

— Спятил? Как ты смеешь?

— Я не пытаюсь переступать границы дозволенного и судить Вас. Просто хотел бы знать, что Вам нравится, чтобы комфортно здесь работать. Я знаю, что не удовлетворяю Вашим требованиям, но раз остался здесь и работаю под Вашим руководством, то хочу преуспеть.

— Ты пожалеешь об этом. Я очень придирчив. Ты не получишь баллы так легко.

— Сожаление — это то, что чувствует каждый,. — Юншин подразумевал, что он был достаточно подготовлен морально. Этот человек сам хотел, чтобы его загнали в угол, поэтому Сехон, с изначально присущими ему подлыми чертами в характере, не имел оснований отказывать молодому адвокату в свободном времени для развлечения.

Однако отношение Юншина продолжало раздражать его. Молодой адвокат явно проявлял подчинение, пресмыкаясь перед Сехоном. Но по какой-то причине мужчина всё ещё чувствовал прямоту и упрямство Юншина. Сехон мог предвидеть, как Юншин, каким бы тот ни был, потенциально мог расстроить его.

Старший адвокат стиснул зубы и импульсивно дёрнул рукой. Его длинные и прямые пальцы обвились вокруг галстука Юншина, как когти. Затем он дёрнул за шелковистую материю, и тощая верхняя часть тела юноши была беспомощно притянута к Сехону.

— Нгх... Сэр? — удивлённо спросил Юншин.

Они и так были достаточно близко друг к другу, но, по-видимому, Сехону этого было недостаточно. Он угрожающе посмотрел на Юншина сверху вниз, затем наклонился, максимально приблизившись к его лицу.

Холодный взгляд, неподвижно вцепившийся в лицо молодого адвоката, был острым и оборонительным.

Напряжение поползло вверх от талии, заставив Юншина удивиться. Он побледнел.

— Почему Вы вдруг?.. Я сделал что-то не так?

Несмотря на осторожный вопрос, Сехон не ответил. Вместо этого он зацепил пальцем узкий узел галстука собеседника и потянул его вниз.

Узел на шее Юншина был полностью развязан. Аккуратный внешний вид младшего коллеги стал немного взъерошенным. Теперь Сехон был удовлетворён и бросил галстук на пол.

Нависшую тишину прервал Сехон, и Юншин наконец услышал ответ.

— Почему ты мне так не нравишься?

Казалось, что сам Сехон не знал причины, хотя спросил именно он, поэтому Юншин не мог давить.

Он лишь нервно сглотнул. Поправив рубашку, адвокат невозмутимо ответил.

— С этого момента я буду стараться, чтобы Вам понравилась какая-то часть меня.

Юншин почувствовал, как у него скрутило живот, когда Сехон наблюдал за его спокойной реакцией.

Адвокат Кан читал его как раскрытую книгу. После того, как он узнал о жизни Юншина, это стало ещё проще. Молодой человек всегда хорошо относился к другим на протяжении всей своей жизни, поэтому у него, вероятно, было мало шансов ощутить враждебность по отношению к себе.

Большинство людей уже положительно относились к нему, так что, даже если ему было некомфортно рядом с Сехоном, которого все считали плохим человеком, чувства Юншина, вероятно, не были бы сильно задеты.

Другими словами, враждебность Сехона на самом деле не интересовала Юншина.

— Это мне не нравится ещё больше, — пробормотал Сехон себе под нос.

— Вы ненавидите всё, что я делаю? — спросил Юншин.

— Я недостаточно заинтересован в тебе для этого.

Неприязнь к другому человеку — зря потраченные эмоции. Поэтому Сехон не ненавидел своих родителей, бросивших его, взрослых, которые в детстве передавали его с места на место, или деловых партнёров, которые относились к нему как к сопернику и клялись, что отплатят ему око за око. Если быть более точным, он не обращал на них внимание.

Однако всё, что касалось Юншина, странным образом сбивало его с толку. Точнее говоря, вместо того, чтобы испытывать неприязнь, Сехон был чрезвычайно озабочен Юншином.

Очень старое воспоминание неизбежно вторглось в его загромождённый разум, как свет.

Воспоминание было о похоронном бюро — более убогом, чем честь, которую он получил при жизни, — множестве посетителей и сильном, прямом образе директора До Игён, благодарящей пришедших в тот день.

В уединённом месте в полном одиночестве плакала одинокая фигура в траурном одеянии.

— Простите, но не могли бы Вы побыть со мной минутку? Не думаю, что смогу остаться здесь в одиночестве.

В тот день они ничего не сказали друг другу и разделили мимолётный момент вместе.

Помнил ли Юншин тот день?

— Что мне нужно исправить? Если Вы скажете... — в этот момент Сехон услышал голос Юншина. Его размышления о прошлом смыло, и голова наполнилась сегодняшними мыслями и проблемами.

Почти расслабившийся адвокат Кан снова выглядел напряжённым.

— Тогда... Может быть, ты хотел бы уволиться прямо сейчас?

— Нет, извините.

— В таком случае просто хорошо выполняй свою работу.

Сехон повернулся, не желая больше оставаться в комнате. Он выглядел так, словно собирался пинком распахнуть дверь и выйти, поэтому Юншин задумчиво поднялся. В то же время Сехон обернулся, по-видимому, желая сказать что-то ещё. Его острый взгляд пронзил молодого адвоката насквозь, заставляя вздрогнуть его худые плечи.

Глава 14 - Обязательство

— Тогда я тоже пойду на тест,— тон Сехона был холодным, но в конечном счёте он выполнил просьбу.

Напряжённый, Юншин на мгновение заколебался, прежде чем выразить свою искренность.

— Спасибо...

Но Кан Сехон развернулся раньше, чем он успел поблагодарить.

Щёлк. Дверь закрылась.

— ...Вам.

Спина, что цепляла взгляд независимо от того, сколько раз он её видел, вскоре скрылась из виду. Несмотря на своё разочарование, Юншин не отводил глаз от уходящей фигуры. Мужчина остановился у стойки регистрации и стал давать указания секретарю Таку, и, на случай, если тот обернётся, Юншин опустился на корточки.

Он поднял с пола свой галстук, и, поправляя его, ощутил внезапно нахлынувшее чувство обиды.

«”Это мне не нравится ещё больше...” Что именно ему не нравится? Я допустил где-то ошибку? Нет, сомневаюсь. Он мог решить, что я ему не нравлюсь, когда дал мне шанс поговорить с ним».

Сехон пренебрегал им почти месяц, и потому слова, брошенные ему в лицо после внезапного появления, устроили в голове Юншина полнейший беспорядок.

Способ, которым он попал в эту фирму, был не самым честным. Да и у каждого человека обязательно есть кто-то, кто его раздражает. Так что Юншин думал, что дело было в одной из этих причин. Несмотря на то, что старший адвокат никогда не делал ему ничего плохого, Юншин тоже очень не любил Сехона, а потому думал, что их ситуации схожи.

Однако, понаблюдав за Сехоном вблизи около месяца, Юншин понял, что у него есть чему поучиться. Слухи о Сехоне, которые широко распространяли в компании и за ёё пределами, вероятно, были преувеличены, потому что, согласно им, Сехон ежедневно совершал проступки и утопал в гедонизме — удивительно, но Сехон на самом деле весь день сидел в своём офисе по уши в работе.

Партнёр был погребён под неподъёмным количеством документов, и, кроме того, готовил письма-мнения и отчёты. Вдобавок ко всему, он уделял определённое количество времени встречам с главными юристами по делам и с иностранными аккредитованными юристами, а также выжимал ещё больше времени для встреч с клиентами.

Более того, он всегда приходил на работу вовремя и почти каждый день работал сверхурочно. Если в деле были задействованы партнёры, то он обязательно отдыхал минимум два дня в выходные.

«Может, он ходит на свидания по выходным? Или, может быть, у него отношения на расстоянии? Он выглядит так, будто у него вполне может быть девушка корейско-американского происхождения», — промелькнуло в голове Юншина, пока он завязывал галстук. Когда младший адвокат собрался сесть обратно за стол, он, подражая Сехону, просунул палец в узел и попробовал потянуть его вниз. Юншин попытался развязать галстук так же умело, как Сехон, но это оказалось не так просто.

Его голову занимали мысли о том, как кожа Сехона могла задеть то же самое место.

«И что, что он меня коснулся?» Юншин резко отпустил галстук и выпрямился. Ему было немного неловко оттого, что он чувствовал прикосновение другого мужчины.

«Он, вероятно, в конце концов женится на приличной женщине, верно?» Юншин не мог себе представить, чтобы Кан Сехон остепенился и завёл семью. Он выглядел так, будто относился к любви как к самой бесполезной вещи в мире. Это вызывало у Юншина ещё большее любопытство. Быть может, если бы он всё ещё работал здесь в то время, его пригласили бы на свадьбу.

Ход его мыслей продолжался, и в голове возник вопрос, почему его интересуют такие бессмысленные вещи. Юншин остановил взгляд на документах, покрывавших его журнальный столик. Он почувствовал головокружение, просто взглянув на стопку белых листов.

— Сначала сосредоточимся на этом, — сказал он себе вслух.

Юншин поспешно подтащил к столу акриловую доску и таймер. Он решил отложить свою работу над делом pro bono и пересел на другое место. Разделив гору бумаг на гражданские и уголовные дела, младший адвокат начал читать из стопки слева от себя.

Начальник сказал, что будет оценивать его, потому Юншин сосредоточился на том, чтобы получить максимальную оценку.

***

Шея Юншина затекла после дня, проведённого сидя, уткнувшись лицом в документы. Он поднял голову и помассировал её. Его мышцы были ощутимо напряжены. Что ещё хуже, его веки начинали медленно закрываться.

«Я чувствую, что умираю». Он выглянул из окна своего кабинета, чтобы проверить, нет ли кого-нибудь, кого он мог бы попросить принести кофе, но вздохнул, увидев лишь тёмную комнату. Он проверил время — час ночи.

Время в юридической фирме не было разделено на до обеда и после или день и ночь. Времени было два: когда адвокат был на работе и не был на работе.

Стояла глубокая ночь, но в здании всё ещё оставались освещённые места. Просто неосвещённых мест стало больше, чем днём. На седьмом этаже, где находился Юншин, располагался источник финансирования фирмы — он использовался командами финансового и корпоративного права. Офисы неизбежно были заполнены старшими юристами, так что, пока в их делах не наступал самый активный этап, этот этаж был темнее, чем остальные.

На второй день работы Юншин понял, что расположение его кабинета было неправильным. Место располагалось дверь в дверь с кабинетом Сехона, что, как он считал, было несправедливо по отношению к другим старшим юристам команды.

Старший адвокат Сон Михи выделила этот кабинет, а потому Юншин предполагал, что она решилась на этот риск и сделала ставку, поместив его поближе к Сехону. Видя, что Сехон ничего не сказал по поводу этого назначения, Юншин предположил, что это, возможно, было частью просьбы его сестры. Таким образом пока что он охотно подыгрывал.

«Угх, я не выношу это». Юншин встал, чтобы направиться в комнату отдыха.

Скрип. Ослепительный свет вырвался из пределов его кабинета через приоткрытую дверь и растворился в темноте.

Глава 15 - Трение

Пока Юншин удалялся от кабинета, шаги на противоположной стороне седьмого этажа становились всё ближе. Это был Сехон, покинувший здание около девяти вечера, чтобы встретиться с последним клиентом.

Сехон вернулся лишь потому, что оставил что-то в своём офисе, но по возвращении он заметил, что в кабинете Юншина всё ещё горит свет, а дверь приоткрыта. Мужчина рефлекторно двинулся на свет.

Когда он широко распахнул дверь, первым, что он увидел, была акриловая доска, целиком исписанная хронологией событий. Основные происшествия были перечислены в хронологическом порядке, к ним были подписаны ключевые детали. Всё было организовано так, будто заметки писал образцовый студент. Все доказательства и бумаги, включая документы, использованные прокурором на суде, ответ фирмы и ответ прокурора, были перечислены простым и кратким языком.

Заметки были организованы таким образом, что даже Сехон, который знал лишь общую схему дел, но не был в курсе деталей, мог с первого взгляда понять ход дела. Слегка утрируя, он думал, что, на основании материалов с этой доски, он сможет уверенно приводить аргументы в суде.

Юншину дали всего два дня. Если он мог сделать так много после самостоятельного просмотра тысячи документов, Сехону нужно было признать правду.

— 4+? — Сехон поставил буквенную оценку, как экзаменатор, после чего взглянул на доску и поспешил исправиться. — Нет, 5-.

Он неторопливо вошёл в комнату и взял стопку документов из тех, что были разбросаны по столу. Судя по первой странице, Юншин написал своё мнение о сильных и слабых сторонах каждой улики, которая будет использоваться в суде по каждому делу.

— Но он всё равно мыслит как аутсайдер. Как я могу научить его? — пробормотал Сехон себе под нос и начал было перелистывать страницу.

Клац. Клац. Звук каблуков туфель приближался к кабинету. Когда он стал ближе, Сехон повернулся к двери. Удивлённый Юншин, увидев нежданного гостя, крепко сжал свою кружку, а его глаза превратились в блюдца. Должно быть, он умылся, потому что его кожа выглядела бледнее, имея более жемчужный оттенок, чем обычно.

— Адвокат Кан? Что вы делаете здесь в такое время?.. Я думал, вы ушли домой сразу после встречи.

— Привет, четырёхлетний опыт. Разве тебе не пора заканчивать?

— Ох, да. Я думаю, сегодня мне нужно поработать всю ночь. Глаза слипались, поэтому я сходил умыться. Кстати, как долго вы собираетесь называть меня «четырёхлетний опыт»? Вы знаете, что у меня есть имя. Такими темпами все о нём забудут.

Сехон насмешливо ухмыльнулся.

— Я просто изо всех сил стараюсь быть вежливым, так как я немного сторонюсь незнакомцев.

— Поэтому вы называете меня четырёхлетним опытом вместо моего имени?

— В любом случае, никто в фирме не называет тебя по имени. Они все называют тебя блатным.

Прошёл месяц с тех пор, как Юншин пришёл в фирму. За это время никто из коллег не попытался с ним пообщаться, поэтому поначалу он думал, что корпоративная культура здесь зиждется на безразличии. Однако, когда он начал замечать, как группы людей украдкой поглядывают на него и перешёптываются, то понял, что это не так. В каком-то смысле он был изгоем. Как и сказал Сехон, дело было в его найме по блату.

— Я так и предполагал. Секретарь Так сказал, что в мой первый рабочий день моё резюме было распространено по всем этажам. Стоит ли мне попросить другой кабинет?

— Разберись с этим вопросом сам. И если хочешь, чтобы тебя называли по имени, удиви меня.

— Тогда мне понадобится некоторое время.

— Интересно, иногда ты знаешь своё место, что очень нехарактерно для такого молодого господина.

Когда Сехон закончил говорить, он сделал пару шагов к Юншину. Тот не знал почему, но, не раздумывая, сделал несколько шагов назад. Каким-то образом его спина врезалась в стену. Дверь рядом с ним была широко открыта.

Сехон стоял в нескольких дюймах от него, и Юншин заметил его большие руки, вскоре захлопнувшие дверь.

Бах. Оставшись в замкнутом пространстве наедине с Сехоном, Юншин почувствовал, что воздух в этой комнате странным образом потяжелел. Это был не первый случай, когда партнёр вёл себя подобным образом ни с того ни с сего, но Юншину каждый раз было не по себе. В отличие от предыдущих случаев, что бы ни происходило в этой комнате, больше некому было заглянуть внутрь.

Юншин нервно посмотрел на Сехона, который стоял перед ним. Взгляд Юншина не смутил Сехона, когда он протянул руку и коснулся длинных ресниц молодого человека. На них всё ещё были капельки влаги — Сехон прижал губы Юншина безымянным пальцем, вытирая влагу.

— Угх, что вы?.. — Юншин был так удивлён внезапным контактом, что кружка выскользнула из его рук и упала на землю.

Звяк!

Чашка завертелась, как волчок, теряющий кинетическую энергию, прежде чем опрокинуться и лечь на бок, расплескав чёрный кофе. Жидкость потекла к ногам мужчин. Юншин хотел присесть на корточки, чтобы вытереть лужицу кофе какими-нибудь салфетками, но Сехон протянул руку и остановил его.

— Не двигайся. Я ещё не договорил.

— Но я думаю, что сначала нужно убрать это.

— Я расставляю приоритеты, а подчинённые выполняют мои приказы.

Наряду со своим самодовольным ответом, Сехон подцепил гладкий подбородок Юншина пальцами и поднял на уровень взгляда, внимательно осматривая ещё влажные глаза. Взгляд был упрямым и цепким. Юншин почувствовал, как его тело напрягается везде, где останавливается взгляд собеседника.

Почему Сехон это делал?

Юншин ни за что на свете не мог понять, почему этот человек появился так внезапно и повёл себя подобным образом.

Он чувствовал себя беззащитным и попытался унять растущее смущение, когда Сехон задал ему неопределённый вопрос.

— Ты покраснел. Почему?

— Я не знаю. Может быть, устал, — парировал Юншин.

— И это всё?

— Должна быть другая причина?

— Понятия не имею. Ты должен делать свою работу должным образом.

Сехон сузил глаза и резко отпустил подбородок Юншина. Однако его взгляд оставался прикованным к чистому лицу младшего адвоката.

Глава 16 - Трение

Продолжая смотреть Сехону в глаза этим острым взглядом, Юншину внезапно пришла в голову мысль: «Может быть, он помнит, что случилось в прошлом?»

Если подумать, Юншин только предполагал, что Сехон забыл, но тот прямо этого никогда не утверждал.

Когда они впервые встретились несколько лет назад, Юншин плакал навзрыд. Сехон прислонился к стене и довольно долго стоял рядом с ним. Они даже не знали имён друг друга. Кан Сехон, скорее всего, подумал, что Юншин был сыном покойного, увидев его похоронное облачение. Позднее, копаясь в старых газетных статьях, Юншин узнал, что этого человека зовут Кан Сехон. Его шокировало это открытие.

Сбитый с толку Юншин нервно сглотнул. Затем он выпалил всё, что пришло ему в голову, лишь бы поменять эту странную атмосферу.

— С-сэр. Когда я ещё учился на юридическом факультете, прочитал одно дело, готовясь к инсценировке судебного процесса по преступлению, связанному с управлением бизнесом. Оно было о профессиональной халатности исполнительного директора сберегательного банка. Вы знаете, это дело вызвало настоящий переполох около пяти лет назад... Все ожидали, что исполнительный директор точно будет приговорён к судебному заключению, но в конечном итоге вы снизили наказание до испытательного срока.

Юншин поспешил сменить тему, и вскоре после этого собеседник, казалось, потерял интерес к капелькам воды в глазах Юншина и сделал несколько шагов назад, чтобы прислониться к перегородке стола. Сехон легонько кивнул. Почувствовав облегчение, Юншин продолжил.

— Всё это время я задавался вопросом. Как вам удалось убедить его делового партнёра, бежавшего из страны, вернуться и предстать перед судом? Я покопался и обнаружил, что прокуратура считала, что деловой партнёр никогда не явится в качестве свидетеля. Если бы были даны показания, то собственная фатальная ошибка в бухгалтерском учёте была бы выявлена, и обвинение было бы предъявлено ему, а не директору.

До сих пор Сехон слушал спокойно, но выражение его лица неуловимо изменилось.

Воспоминания об этом случае простирались как панорама.

Чтобы подтолкнуть людей, требовалось экстраординарное красноречие или поразительные навыки убеждения. Полезнее всего было использовать слабость другой стороны. Чем больше человек нуждался в защите, тем сильнее он был , но это делало его слабее. Например, семья, богатство и репутация — вещи такого рода служили лишь средством для эксплуатации.

С юных лет Сехон рос без семьи. Он думал, что было бы удобно, будь у него богатство и репутация, но он не нуждался в них. Ему было нечего терять. Именно поэтому он смог зайти так далеко. Возможно, он был лишён чувства любви и потому достиг вершины. Но какое это имело значение? Люди помнили только результат.

— С помощью метода, который люди, как ты, никогда бы не использовали, — ответил Сехон.

Это был метод, которому Юншину пришлось бы научиться, если бы он хотел продолжать работать под руководством Сехона. Однако старший адвокат не чувствовал необходимости говорить так много.

— Вы предлагали ему деньги? Это самый простой способ, — спросил Юншин.

Сехон не ответил, предоставив остальное воображению собеседника. Юншин почувствовал, что его подозрения подтвердились, когда увидел невозмутимое лицо Сехона. Юншин сказал с некоторой горечью:

— Так вы и сделали. Как я и думал, здесь происходит много плохих вещей.

— Мы работаем за деньги. Как бы то ни было, суть здесь в том, что я завлёк делового партнёра в суд.

— Но всё равно это не то, что вы должны делать как юрист. Из-за этого партнёр также обвинили в преступлениях исполнительного директора и приговорили к тюремному заключению. А как насчёт жизни этого человека? Я думаю, вам стоило использовать более справедливый метод, если собирались заставить её предстать перед судом.

— Думаю, она получила заслуженный приговор, равносильный её преступлениям. И, несмотря ни на что, я спас своего клиента.

— Нет, если я правильно помню, партнёр получил срок почти в два раза больше, чем должен был. Вы знали, что так будет. Вы всё спланировали и решили, что она заменит обвиняемого . Сам обвиняемый также совершил несколько проступков, так что она была хорошим прикрытием.

— Неужели это так прискорбно? Ты должен был вмешаться, как герой, и защитить её.

— Я тогда учился на юридическом факультете…

Сехон, который довольно резко шёл на контакт с Юншином, внезапно прервал партнёра. Юноша уже привык к этому.

— Достаточно. Я знал, что ты будешь таким. Вот почему я был против того, чтобы нанимать тебя. Мне не нравятся такие дети, как ты.

— …

— Я ухожу. Четырёхлетний опыт, продолжай выкладываться по полной.

— Адвокат Кан?

Так же внезапно, как и появился, он повернулся и ушёл без предупреждения. Своенравный, как всегда. Бурное высокомерие Сехона ему шло, тем более, что он не выглядел так, будто бы имел какие-либо препятствия в жизни. Сехон без колебаний покинул комнату Юншина. Затем он пошёл в свой кабинет, включил свет, быстро нашёл то, что искал, а затем полностью исчез из поля зрения младшего адвоката.

Мимолётная вспышка в другом конце зала вновь исчезла, и, когда Сехон исчез из виду, Юншин мог наконец с комфортом откинуться на спинку стула.

Кофе, который он принёс, уже остыл, и превратился в грязное месиво на полу.

Вздох сорвался с алых губ Юншина. Без всякой причины он потёр нижнюю губу, к которой прикоснулся старший адвокат, прежде чем почувствовал себя немного странно и убрал руки. Он сменил тему, потому что почувствовал себя неловко во всё более странной атмосфере, но в подобных ситуациях он был неуклюж и не сдерживался. Из-за этого он чувствовал, что испортил настроение Сехону.

Глава 17 - Затишье перед бурей

— Это не значит, что я могу повернуть время вспять. Чёрт, — пробормотал Юншин себе под нос. Вспомнив свой разговор с Сехоном, он почувствовал прилив любопытства.

Если бы кто-то был рождён загадкой, это был бы Сехон. Юншин никогда не видел человека, у которого было бы всё, как у Сехона. Он был высоким и стройным. Хорошо сложенное тело позволяло ему выглядеть стильно во всём. Кроме того, у него были привлекающие всех красивые черты лица. Вишенкой на торте было то, что Сехон обладал исключительным метапознанием, быстрым мышлением, отличными навыками коммуникации и был очень смелым — всё при нём. На самом деле, и внешне он был идеален.

У Сехона и Юншина было столько общего, но последний не мог понять не мог понять, почему его начальник был таким бесстрастным.

Юншин пришёл в Догук с чувством решимости, но, похоже, всё с самого начала было обречено на провал. Начнём с того, что у Сехона и Юншина были несопоставимые ценности, и старший, казалось, тоже признавал этот факт.

— Достаточно. Я знал, что ты будешь таким. Вот почему я был против твоего найма. Мне не нравятся такие дети, как ты.

Юншин присел на корточки, чтобы поднять свою треснувшую кружку и пробормотал себе под нос с видом побеждённого:

— Меня не уволят через месяц, верно?

Лицо сестры, которая просила его пойти в Догук, всплыло в его памяти, и Юншин опустил голову...

Действие 03

В центре главного конференц-зала, который был рассчитан на десятки человек, стоял овальный деревянный стол. За ним могли сидеть более двадцати человек. Проектор находился на одном из длинных краёв стола, а кресла для руководителей стояли вдоль противоположной стороны и перед каждым сиденьем на столе лежали микрофон и планшет.

За сиденьями исполнительной команды стояли два ряда обычных кожаных офисных кресел для сотрудников и вспомогательного персонала. Сложные на вид усилители и другие электронные устройства располагались по бокам сидений, что придавало помещению достойный вид. По-видимому, в этой комнате проходили важные встречи, требующие присутствия партнёров фирмы. Дорогие предметы, заполнявшие пространство, были такие же стильные, как и их пользователи.

Юншин, выросший в комфорте и достатке, не обращал внимания на все эти вещи.

Его смешанные чувства были направлены на абстрактное произведение искусства, висевшее на дальней стене зала, за креслом, расположенным по центру.

«Где я видел это произведение раньше? Уверен, что читал статью о продаже картины на аукционе несколько лет назад», — подумал Юншин.

Работы настолько известных художников, что о них только и слышали с зарубежных аукционов, стоили как минимум несколько миллиардов долларов. От Юншина ускользнул тот факт, что столь дорогая вещь находилась не в кабинете директора, не в офисе партнёра и не в какой-либо из приёмных, а в простом конференц-зале, которым пользовались только сотрудники. Бесформенные фигуры на картине кружились вокруг и презирали его.

Ему пришло в голову, что он, возможно, переживает переломный момент, поэтому он почувствовал себя более напряжённым, чем когда стоял перед судом. Чтобы оставаться сосредоточенным, он поджал губы, и его пальцы заскользили по трекпаду. Затем он открыл заранее подготовленные слайды презентации – они проецировались на экран в передней части комнаты. Слайды презентовали доказательства, связанные с делами, и вопросы были организованы в читаемом формате.

Официально работа в тот день ещё не началась. Юншин заранее пришёл в конференц-зал, чтобы подготовиться к своему тесту. На его лице читалась усталость. Это чрезмерно экстравагантное место морально угнетало, но самой главной причиной нестабильного эмоционального состояния молодого адвоката было то, что он не мог сомкнуть глаз последние двое суток.

Когда Юншин немного приподнялся, у него закружилась голова. Он не только не мог уснуть, но и всё время, насколько это было возможно для человека, Юншин читал слова и систематизировал содержание как сумасшедший, так что его усталость накапливалась. Он едва успел выпрямить спину, когда дверь снаружи открылась. В комнату вошёл секретарь Так.

Мужчина принёс распечатки, которые просил Юншин, и положил по копии на каждое место. Затем он поставил перед Юншином чашку обжигающе горячего кофе.

— Пожалуйста, выпейте. Я сделал его очень крепким, кофе даст вам заряд бодрости.

Юншин потёр лицо руками и одарил собеседника чрезвычайно благодарным взглядом, прежде чем взять чашку.

— Я не забуду вашу доброту. Пожалуйста, передайте мою благодарность офис-менеджеру за то, что он тоже пришёл пораньше, чтобы помочь мне.

— Не стоит.

— Но я ещё официально не юрист в этой фирме. Грубо говоря, у вас нет причин помогать мне. По крайней мере, пока.

Секретарь Так мягко улыбнулся и ответил:

— Мне было интересно, читали ли вы все эти документы? Там было более десяти тысяч листов. Я знаю, потому что я был тем, кто подготовил все документы.

— Честно говоря, объём документов был слишком велик, поэтому я не смог прочитать его полностью. Я разделил их по категориям и прочитал выборочно важные части. Поэтому немного волнуюсь.

Ответив, Юншин сделал глоток, а секретарь Так внимательно осмотрел его наряд. Рукава белой рубашки молодого адвоката были закатаны, а галстук неуклюже свисал, придавая наряду полный беспорядок. Всё бы ничего, но истинная проблема заключалась в другом.

— Вы, наверное, не так много спали? Похоже, вы едва ли успели помыться в душевой, верно? — поинтересовался секретарь Так.

— Да. Это проблема? Я видел, что некоторые люди на верхнем и нижнем этажах оставались здесь на ночь.

— Нет, проблема не в этом, но я рекомендую вам впредь брать с собой запасную одежду. Он терпеть не может, когда люди надевают одно и то же дважды.

— Вы имеете в виду старшего адвоката Кана? — Юншин был ошарашен, потому что секретарь просто пожал плечами, подразумевая, что не было никого другого, о ком он мог бы говорить. Опираясь на свои наблюдения, Юншин не думал, что Сехона интересует, во что одеты партнёры.

— Его волнует, что носит младший юрист?

— Не совсем, но благодаря его отличной памяти... Если он видит кого-то два дня подряд, и этот человек носит одну и ту же одежду, я думаю, он чувствует, что выполняет ту же работу дважды. Как будто он повторяется день за днём? Я помню, что в прошлом он указывал на это другому младшему сотруднику.

Глава 18 - Затишье перед бурей

— Простое замечание?

— Он сказал: «Прочь с моих глаз». После этого, новичок скрылся из виду прямиком в корпоративно-коммерческую команду.

Лицо Юншина стало таким мрачным, что секретарь Так быстро добавил:

— Ну, к счастью, его не уволили.

— Спасибо за предупреждение.

Это, своего рода, проклятие казалось очень правдоподобным для такого занятого и темпераментного человека, как Сехон. Юншин развязал галстук и небрежно сунул его в карман, а затем принялся как можно аккуратнее заправлять рубашку. К счастью, секретарь Так одолжил Юншину свой галстук. Пока он завязывал узел, в голове всплыло лицо Сехона с холодным взглядом, из-за чего Юншин нечаянно очень плотно туго затянул его.

— Возможно, вы представили себе, как душите адвоката Кана?.. — Секретарь Так слегка наклонил голову и весело посмотрел на юношу.

— Нет, совсем нет, — возразил Юншин.

— Странно. Все остальные новички так делают. Я тоже иногда, когда он даёт мне слишком много работы.

Юншин чувствовал себя слишком смущённым, чтобы признаться в этом сейчас, поэтому сменил тему.

— А какие отношения между вами? Похоже, чувствуете себя комфортно рядом с адвокатом Каном.

— Оу, я? Мы ходили в одну среднюю школу. Адвокат Сон, адвокат Кан и я.

— О, вот как? Впервые слышу об этом.

— У нас довольно большая разница в возрасте, поэтому мы втроём никогда не ходили в школу вместе. Ранее старший адвокат Сон оказала финансовую помощь нескольким младшеклассникам, которые нуждались в защите. К счастью, мы с адвокатом Каном смогли получить её помощь, и после этого мы узнали о существовании друг друга через организацию. Мы не были близки.

Глаза Юншина расширились, когда он услышал это — ребенок, нуждающийся в защите.

В основном, это означало сироту в возрасте до 18 лет.

Юншин слышал несколько слухов о прошлом Сехона. Большинство говорили, что родители Сехона были врачами во «Врачах без границ» или профессорами в известном зарубежном университете. Когда Сехон решил стать юристом, а не прокурором, начали распространяться истории о том, что он был внебрачным ребенком директора известной юридической фирмы. Насколько Юншин знал, Сехон никогда не подтверждал ни одну из этих историй.

— Родители адвоката Кана… Кажется, их нет? – Юншин сделал очень сложное лицо.

Секретарь Так выглядел немного обеспокоенным и спросил:

— А, вы не знали? Я думал, что, поскольку ты зять известной конгломератной семьи, а адвокат Сон лично привела тебя сюда и посадила рядом с адвокатом Каном, ты будешь знать это наверняка. Я сболтнул лишнего?

— Адвокат Кан скрывает это?

— Не совсем. Но он не выглядит так, будто ему нравится говорить об этом.

Тогда, похоже да, это было лишним. Я сделаю вид, что не слышал этого, — заверил Юншин собеседника.

Секретарь благодарно улыбнулся. Тем не менее, Юншин мог сказать, что он выглядел обеспокоенным, что без разрешения разгласил личную информацию своего начальника, поэтому Юншин не мог продолжать эту тему. Он как можно естественнее сменил её.

— Итак, этот тест. Его все проходят?

Секретарь Так радостно ответил:

— Это самое основное. Я бы даже назвал это обрядом посвящения. Когда сотрудник впервые приходит в фирму, его отдел устраивает инсценированный судебный процесс и унижает его. Они делают это, чтобы запугать новичков. Но адвоката Кана это раздражает, поэтому он не заходит так далеко. Но если всё же дело доходит до инсценировки судебного процесса, то он поручает это другим старшим юристам из своего отдела. Сегодня он впервые присутствует лично. Интересно, почему?

— Может быть, ему хочется убить время, — вмешался третий голос.

Беседующие одновременно повернулись, чтобы посмотреть на источник голоса. У Юншина было подозрение, что кто-то приближается издалека, но Сехон уже стоял в дверном проёме. Как обычно, ему подходил тщательно продуманный костюм-тройка. Даже его длинная тень, тянущаяся от мысков туфель, выглядела превосходно.

За Сехоном стояла длинная линия старших юристов из его команды , с которыми Юншин иногда сталкивался. Бегло подсчитав их количество, можно было предположить, что собирались присутствовать на тесте около десяти юристов. Их возраст варьировался от тридцати до пятидесяти лет, и у них был целый спектр многолетнего опыта и специальностей.

Юншин пришёл в себя, когда увидел адвокатов, пришедших оценить его. Концентрация строгих костюмов и важных лиц, заставила юношу остолбенеть.

Юншин слишком поздно пожалел, что закатил истерику Сехону, когда тот держал бразды правления над этими опытными адвокатами.

— Секретарь Так, не могли бы вы остаться в конференц-зале во время моего брифинга?..

Юншин, который, естественно, чувствовал угрозу, обратился к секретарю Таку. Однако тот хладнокровно взглянул на Юншина, говоря ему сдержать своё обещание, прежде чем быстро выскользнул из конференц-зала. У Юншина не было выбора, кроме как оглянуться на Сехона, который почему-то выглядел крайне недовольным. Юншин почувствовал, как в горле пересохло.

Младший адвокат сухо кашлянул, собираясь обратиться к Сехону, но тот опередил его.

— Четырёхлетний опыт, просить каждого встречного остаться рядом, это твоё хобби?

— Что? Нет, конечно.

— Нет, конечно,— это то, что я только что наблюдал.

— Ах, то, что было, произошло лишь потому, что я чувствую, что у меня здесь нет союзников. Никакой другой причины на это не было. Конечно, это не значит, что вы враг, сэр.

Глава 19 - Пытка

— Уверен? — спросил Сехон.

— Это правда не то, о чём вы подумали.

— Плевать, уйди с дороги, — Сехон грубо оттолкнул Юншина прежде, чем у него появился шанс отойти самому. Мужчина занял место прямо в центре. Далее, будто дожидаясь, пока руководитель займёт своё место, в зал вошли остальные адвокаты и сели на свободные места.

Пока более опытные коллеги знакомились с распечатками, Юншин перевёл дыхание и попытался успокоить своё трепещущее сердце, напомнив себе: «Ты сделал всё, что было в твоих силах. Просто не ошибись».

Юншин сделал несколько глубоких вдохов, затем вежливо поприветствовал старших.

— Это первый раз, когда я представляюсь официально. Я До Юншин.

Ответа не последовало. Большинство старших читали распечатки, подготовленные Юншином. За это короткое время несколько из них, казалось, уже высоко оценили его за хорошую систематизацию деталей дела. Пронзительный взгляд Сехона, криво сидевшего прямо перед абстрактной картиной, был прикован к Юншину.

Юншин хотел было продолжить формальное приветствие, но Сехон посмотрел на часы и прервал его:

— Хватит болтать и начинай. Мы все занятые люди.

Юншин прикусил губы, затем кивнул.

После этого он направил свою лазерную указку на экран.

— Тогда я начну. Это дело представляет собой судебный иск с требованием оплаты строительно-монтажных работ. Истец не смог получить обещанные деньги и направил ответчику претензионное письмо. Договор с ответчиком-собственником письменно заключён не был, вместо него истец предоставил аудиозапись устного договора. Работы были произведены, но оплата в течение расчётного периода так и не поступила. Все условия для начала судебного разбирательства соблюдены.

Один из старших, что листал распечатки, включил микрофон и спросил:

— Документ хорошо организован. Когда должен был быть произведён платёж? Это стандартная практика, когда платёж производится в полном объёме после введения здания в эксплуатацию. По заявлению собственника, работы не были полностью завершены. Следовательно, оплату не произвели; нет основания платить истцу. Как вы собираетесь решить эту проблему?

— Сроки сдачи объекта были сдвинуты более чем на полгода, работы всё ещё ведутся. В течение этого времени имеются чёткие доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик, владелец здания, вмешивался в строительство, мешая истцу завершить строительство, — Юншин сменил слайд и представил доказательства. Фотографии свидетельствовали, что обвиняемый возвёл забор вокруг здания и повредил строительные материалы. По заявлению ответчика, это было сделано, чтобы на строительную площадку не пробрались дикие животные.

Юншин указал на фотографии и пояснил:

— Есть пример, в котором говорится, что если ситуация с простаиванием объекта изменится, то изменится и срок расчётного периода и приблизится срок выплаты долга истцу. Если вы посмотрите на распечатку...

Тощие руки Юншина подняли распечатку, чтобы проверить номера страниц. Но они остановились, когда ручка Сехона, которую он крутил в пальцах, покатилась в сторону Юншина. Сехон выглядел крайне недовольным чем-то.

— Подожди.

— Сэр?

— Итак... Ты хочешь сказать, что мы должны заплатить?

— Согласно доказательствам, существует долг, и он должен быть выплачен. В общем, ответчику необходимо заплатить.

Услышав этот ответ, Сехон бросил на него косой взгляд. Он повернул голову со сложным выражением лица и указал на старшего адвоката на противоположном конце стола.

— Хорошо, тогда вопрос. Кто мы – истец или ответчик? Ответить легко.

Адвокат, торопливо посмотрев, уверенно ответил:

— Истец.

Сехон оглянулся на Юншина, одарив его понимающим взглядом. На этот раз он обратился к Юншину.

— Он сказал истец. Почему? Потому что ты, ведущий, не сказал, что это было дело о неуплате за исполнение. Ты сказал, что это был случай, когда был причитающийся платёж, но его не получили.

— …

— К какой организации ты принадлежишь?

— Догук.

— А ваша фирма?

Юншин поколебался, а затем заговорил:

— ...Мы представляем ответчика.

— Ты, случайно, не прокурор? Праведный герой – это подходит адвокату До Юншину. Или ты мог бы быть судьёй. О, если ни тот, ни другой, то ты просто зритель, который очень хорошо следует правилам. Правила – это хорошо.

Чем дольше Сехон продолжал говорить, тем холоднее становилась атмосфера в комнате. Это было похоже на то, что Сехон брызгал холодной водой в воздух. Старший адвокат явно высмеивал Юншина, и, разумеется, всё внимание коллег было направлено на Сехона и Юншина.

У юноши была веская причина возразить и он немедленно дал отпор.

— Но вы не просили меня придумать стратегию для суда. Вы сказали мне обобщить и систематизировать ключевые моменты дела. Я придерживался объективной и нейтральной точки зрения, чтобы не быть увлечённым ни одной из сторон. Доводы истца, которые я представлял, могут быть проанализированы для нашей защиты. Этот процесс тоже необходим.

— Это факт. Но ты действительно думаешь, что мы ответчик? Мне интересна твоя позиция. Человек, лишившийся миллионов, заработанных потом и кровью, будет чувствовать себя обделённым. По крайней мере, такой вывод напрашивается после того, как я прочитал твои заметки вчера ночью. Я неправильно интерпретировал? Я не читал эти распечатки, но, похоже, это и есть те заметки.

Юншин не знал, что сказать, и сжал губы. Сехон был абсолютно прав. Во всех делах, над которыми Юншин работал до сих пор, он представлял таких людей, как истец в этом деле. Естественно, в процессе оформления документов он смотрел на всё с позиции истца, но не мог заставить себя признать это.

Когда другой адвокат замолчал, Сехон, сидевший прямо впереди, слегка отодвинулся и склонил голову набок. Он взглянул на старших рядом с ним, и подбородком указал на двух первых попавших в поле зрения адвокатов.

— Эй, вы двое. Я задам вам вопрос. Суть дела вы уже поняли, ознакомившись с материалами. Тогда какую стратегию может использовать ответчик? Это не сложный случай, так что давайте пойдём наиболее разумным путём.

Глава 20 - Пытка

Отобранные Сехоном старшие юристы отвечали один за другим.

— Мы можем расторгнуть контракт. Они закончили работы, но мы можем доказать, что здание сдали с дефектами. Не исключено, что в процессе строительства будут выявлены какие-то недостатки. Если сможем доказать наличие дефекта, устранение которого приведёт к дополнительным затратам, тогда можно инициировать действие гарантии истца на устранение дефектов. Насколько мне известно, в подобных случаях ответчик имеет право не выплачивать долг.

— Ты прав. У меня было подобное дело. Пройдясь по зданию, мы обнаружили, что часть первого этажа имеет небольшой наклон. Мы созвали комиссию, которая провела осмотр и подтвердила неровность участка, и через СМИ пропагандировали опасность таких дефектов в зданиях. После того, как стоимость акций строительной компании временно упала, мы в конечном итоге выиграли дело.

Услышав этот ответ, Сехон снова повернулся к Юншину.

— Адвокат До Юншин.

— Да, старший адвокат.

— Как ты планируешь выиграть это дело? За исключением того, что озвучили старшие коллеги, я хочу послушать твой ответ.

— Что насчёт встречного требования путём погашения задолженности? Ведь строительство замораживалось, а убытки накапливались. У обеих сторон есть обязательства.

— Но ты только что сказал, что в отношении ответчика имеются отягчающие обстоятельства, свидетельствующие о том, что он препятствовал строительству. Как можно игнорировать подобное?

Разум Юншина был затуманен, и пока Сехон продолжал загонять его в угол своим допросом, импровизировать у Юншина получалось всё хуже. Молодой юрист попытался найти ответ, но ничего не вышло. Он зажмурил глаза и снова открыл их, прежде чем тихо ответить:

— Если вы дадите мне немного времени, я смогу найти решение.

— Я уже дал тебе два дня. Это очень простое дело. Младшие адвокаты, имеющие опыт, могут решить его с закрытыми глазами.

— Вы дали мне два дня на изучение материалов и подготовку краткого изложения дела.

Прищуренный взгляд партнёра показывал разочарование, как будто он знал, что Юншин так ответит.

— Итак, ты говоришь мне, что просто сделал домашнее задание. Ты изучил документы, сделал презентацию, систематизировал факты и подготовил распечатки. Ты что, учишься в юридической школе и готовишься к экзамену на получение лицензии? Последние два дня ты не думал о том, как мы можем победить.

Юншин не мог ничего ответить.

— Четырёхлетний опыт, Догук не нуждается в объективных адвокатах. Нам нужны юристы, которые выигрывают. Время? Естественно, его было мало. Ты и клиенту так скажешь: «Сэр, вы дали мне всего два дня. Я сожалею о потере. Я считаю, что вы должны компенсировать истцу ущерб»?

После такой резкой критики кровь окончательно отхлынула от бледного лица Юншина. Сехон был абсолютно прав. Юншин наивно полагал, что его будут проверять просто на навыки запоминания и обобщения. Он считал, что подлый Кан Сехон хотел вывести его из себя, дав ему огромную кучу документов.

Но если бы он подумал об этом чуть более внимательно и логично, то понял, что Сехон всегда был занят и у него попросту нет времени на эти игры. Если человек не может выполнять простую работу, он не попадёт в Догук. Юншин должен был читать между строк, чтобы понять истинное намерение, стоящее за его назначением.

— Прошёл месяц с тех пор, как ты пришёл в фирму, а ты всё ещё посторонний человек. Сколько ещё мне ждать? Тебе нужен ещё месяц?

— Прошу прощения. Я был недальновиден.

— Ты можешь продолжать заниматься делами pro bono. Подражай прокурорам, борись за справедливость и помогай беднякам — всё, чем ты занимался раньше. Так тебе будет спокойнее. Продолжишь жить жизнью , благородного, богатого молодого господина. Если ты этого хочешь, дай мне знать. Я не заинтересован в том, чтобы нянчиться с тобой.

После своего последнего высказывания, Сехон подбросил в воздух распечатки, лежавшие перед ним. Бумаги поплыли за его головой и закрыли часть картины на задней стене, а затем мягко приземлились одна за другой на голый пол.

Юншин был расстроен из-за Сехона, который выкинул его двухдневные страдания как мусор. Несмотря на это, он сохранил самообладание и сказал:

— Значит, вы хотите сказать, что больше не будете меня слушать?

— Ты был тем, кто сказал, что тебе нужно совсем немного моего времени. Ты постоянно забываешь свои же слова. Это плохая привычка.

— У меня ещё осталось уголовное дело. Это обвинение в профессиональной халатности, повлекшей за собой смерть.

Сехон хотел было встать, чтобы уйти, но остановился. Он молча смотрел на Юншина, который, пытаясь сохранять спокойствие, сменил слайд на экране на краткую информацию об уголовном деле.

Их взгляды встретились. Веки Юншина затрепетали от гнева, но и только. Он был расстроен, но понял ошибки, на которые указал Сехон. Старший адвокат обвинил Юншина в том, что тот быстро говорил, но внутренне отвергал стиль работы крупной юридической фирмы. Юншин в своей уравновешенной манере безмятежно попытался убедить партнёра.

— Вы сказали, что придёте на мой тест. Это были ваши слова. И мне ещё есть, что сказать.

— Будет то же самое.

— Меня отругали, потому что я был глуп. Тем не менее я всё ещё хочу показать вам результаты своей работы.

Старшие юристы молча изучали реакцию Сехона. Его брови Сехона дёрнулись, а потом вдруг снова сел. Он положил одну ногу на другую и скрестил руки, прежде чем высокомерно махнуть подбородком.

— Попробуй. Я с нетерпением жду, какую роль ты выберешь на этот раз.

Юншин сильно прикусил губу, а затем крепко сжал лазерную указку. После этого он возобновил своё выступление. Сехон очень внимательно за ним наблюдал.

Глава 21 - Различия в этике

Тучи сгущались, атмосфера накалялась, вот-вот должна разразиться буря.

***

Кап, кап. Капли воды стекали по его шелковистому подбородку, падая в канализацию. Юншин уставился на своё отражение; уголки его глаз налились кровью.

«В любом случае никто в компании не называет тебя по имени. Они все называют тебя блатным».

Поразительно, но то, что начальник Кан сказал Юншину в то время, было своего рода намёком. Партнёру с таким влиянием, как у Сехона, могла понадобиться помощь новичка в решении небольших задач, но он за целый месяц не сказал ни единого слова по работе. Юншином пренебрегали не потому, что он не мог работать. Скорее всего, это происходило потому, что Сехон ещё не был уверен, что тот подходит Догук.

— Неудивительно, что он продолжал говорить «четырёхлетний опыт то, четырёхлетний опыт сё», — Юншин предполагал, что мужчина хотел задеть его гордость, намеренно используя странное прозвище вместо его реального имени. Однако дело было не в этом — Сехон действительно видел Юншина юристом, который четыре года находился вне фирмы. Это было довольно унизительно.

В последние два дня Юншин старался изо всех сил, чтобы не сделать из себя посмешище. Он действительно старался. Но в итоге он испытал неописуемое унижение, отчего чувствовал себя дерьмово. Частично в этом была его вина, но даже несмотря на это, церемония посвящения была слишком безжалостной. Образ Сехона, неумолимо раскидывающего плоды двухдневных стараний Юншина, несколько мгновений назад, не покидал голову юноши.

— Садист, — пробормотал Юншин, вытаскивая несколько бумажных полотенец и вытирая руки. По какой-то причине он вдруг вспомнил, как Сехон вытер влагу с его ресниц и перенёс на губы. Он безжалостно потёр своё лицо.

— Если бы он читал мои мысли, то был бы спокоен и научил бы меня с самого начала. Это его хобби – унижать людей? Или он всегда был подонком? Должен же быть предел тому, как отвратительна чья-то личность.

— Вероятно, и то, и другое? — вмешался чей-то голос.

Пока Юншин, погружённый в свои мысли, грубо тёр своё лицо, кто-то подошёл к нему прежде, чем он успел это заметить.

Сначала Юншин подумал, что нежный, но знакомый голос приятен для слуха, но за несколько секунд его мысли перевернулись на 180 градусов. Он не должен слышать этот голос прямо здесь и сейчас. Его затёкшая шея едва смогла повернуться, чтобы увидеть источник голоса. Юншин увидел скульптурную фигуру Сехона с закатанными рукавами куртки, приближающегося к раковине.

«Облажался». Юншин побледнел, и его лицо было полно хаотичных эмоций.

«Как много он услышал?»

«Садист?»

«Подонок?»

— К сожалению, я был здесь, начиная с «садиста», — ответил Сехон на непрозвучавший вопрос, смывая с рук чернила авторучки.

Юншин в ужасе стал ещё белее и уставился на Сехона в полном отчаянии.

— Старший адвокат, может быть, вы читаете мысли?

— Если бы я мог, жизнь была бы намного проще. Вытирай лицо аккуратнее. Твоя привлекательная внешность — это оружие, которое ты можешь использовать в своих интересах. Оно может понадобиться мне в будущем, так что не порть его.

Юншин крепко сжал мокрое полотенце, представляя человека напротив, затем закончил вытираться. Вскоре после этого он безмолвно уставился на коллегу со сложным выражением лица. Сехону, должно быть, стало некомфортно от этого взгляда, потому что, несмотря на то, что он до сих пор игнорировал Юншина, он наконец взглянул на него через зеркало.

Двое мужчин обменялись взглядами через стекло-посредника. Зеркало было чистым и прозрачным; казалось, оно может отражать не только физический мир, но и работу ума.

В тот момент Сехон нахмурился, его лицо исказилось, хотя он всегда был таким невозмутимым, несмотря на то, что слышал откровенные оскорбления. Он не пытался скрыть своего недовольства и спросил:

— Почему ты так на меня смотришь? Мне это не нравится.

— Потому что я в замешательстве.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Вы помогаете мне, даже несмотря на то, что вы – корень моих проблем. Вы унизили меня несколько минут назад, а теперь говорите, что я понадоблюсь вам позже.

— Ты называешь это помощью? Я вижу, ты прост. Я не лажу с простыми ребятами.

— Знаете, говорить такое человеку в лицо — это садизм.

— По крайней мере, я честный садист, в отличие от вас, злословящих людей за спинами.

«Ох». Юншин вспомнил, что только что произошло и немедленно извинился.

— Я сожалею об этом. Я просто… разозлился. Говорят, любой может плохо отзываться о своей стране, когда никто не слышит, поэтому, простите меня.

«Этот ублюдок… Я не знаю, он бесстыдный или просто безмозглый» — сказал себе Сехон и покачал головой, вытирая вымытые руки бумажным полотенцем и не желая больше общаться с новеньким. Он повернулся, чтобы уйти, игнорируя Юншина.

Однако тот встал перед Сехоном, блокируя путь и вынуждая его остановиться.

— Если бы вы прямо сказали, чего вы хотели, результат был бы другим. Вы правы, что я подошёл к этому легкомысленно, но верно и то, что вы просто искали к чему придраться . Это было подло с вашей стороны.

Удивительно, но Сехон с лёгкостью признал обвинение Юншина.

— Суды такие. Если вы предоставляете доказательства, всё, что вы делаете – это придираетесь, придираетесь и придираетесь друг к другу. Победа и поражение определяются тем, кто наиболее убедительно продемонстрирует свою точку зрения и опровергнет противоположную. Вот почему я сказал тебе, что моё присутствие не помогло бы. Тебе следовало прислушаться к моему предупреждению.

— Хорошо. Я не знаю, что случится в будущем, но буду иметь в виду, что лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

— Я не знаю. Ты, похоже, именно из тех, кто продолжает плохо себя вести. У меня нет никаких ожиданий от тебя. Я говорил тебе на днях. Просто делай то, что тебе поручено, должным образом. Не будь мне помехой, — заявил Сехон.

Сехон просто сказал ему делать то, что сказано, но при этом ругалЮншина за то, что он делал точно так, как было сказано. Юншин не мог понять, как интерпретировать инструкции Сехона.

— Вы хотите, чтобы я просто делал то, что мне говорят, можно делать ещё и то, о чём вы не просили? Я не могу разгадать ваши намерения.

— Это тоже тест. Найди ответ сам.

Часто клиенты лгали.

Глава 22 - Различия в этике

Они скрыли важную или потенциально опасную информацию. Для клиентов было обычным делом – в последнюю минуту сбивать с толку своих адвокатов, когда этот важный факт раскрывается адвокатом противной стороны. Клиенты путаются в показаниях, запутывая тем самым своего адвоката, доставляя этим большие неудобства.

Юншин предположил, что это был способ Сехона поставить его в запутанную ситуацию такого рода, чтобы посмотреть, как он преодолеет это препятствие. Однако Юншин ещё не научился скрывать свои чувства, а его противник был слишком опытен в этой области.

В голове Юншина царил хаос, он отчаянно пытался подавить свои сомнения и вопросы по поводу Сехона.

Пока мысли летали в его голове, Сехон спросил:

— Почему бы тебе не отойти сейчас?

— Подождите, Кан Сехон-сонбэ.

Сехон поднял руку, как будто собирался оттолкнуть Юншина, чтобы выйти, если тот откажется двигаться. Затем, по какой-то непостижимой причине, он без предупреждения прижал стройное тело Юншина к стене.

Стук! Спина Юншина ударилась о мраморную стену, и он скривился. Это было не всё. Две большие и светлые руки человека напротив грубо с силой сжали его костлявые плечи. Юншин не мог понять, почему Сехон это делает, так как его лицо не выражало ровным счётом ничего.

— Ух, больно! — воскликнул Юншин.

Глядя прямо на Сехона, Юншин мог видеть, что тот был значительно выше. Огромная тень упала на его бледное лицо. Сехон был лишён эмоций, но его голос был более приглушённым, чем обычно. Он предупредил зловещим шепотом:

— Не называй меня полным именем. Не называй меня «сонбэ». Я никогда не разрешал тебе этого. Просто называй меня по должности.

В зависимости от обстоятельств, люди могут относиться к этому вопросу чутко. Юншин мог понять, что он не хочет, чтобы его называли полным именем. Он знал, что культура фирмы не такая, но сработала привычка с предыдущего места работы — он только что осознал свою ошибку.

Тем не менее, он не мог понять, зачем вести себя так агрессивно после того, как его назвали сонбэ. Дело было не только в том, что Сехон был старше Юншина в качестве юриста, он окончил ту же юридическую школу. Возможно, это было из-за того, что его насмешливый взгляд смешался с болью на лице Юншина, Сехон ослабил хватку и любезно объяснил:

— Мне не нравится определять свои отношения на личном уровне с кем-то, кого я не очень хорошо знаю. Вы можете называть меня только: адвокат Кан, старший адвокат Кан или руководитель группы Кан.

— Я-я буду иметь это ввиду, — дрожа, ответил Юншин. Он без всякой причины сильнее сжал мокрое полотенце в руках. Новичок взглянул на своё запястье, Сехон увидел его взгляд и быстро отступил. Всё-таки расстояние между ними было слишком маленьким.

— Вчера ты спрашивал, как я привёл того делового партнера в суд, верно? — спросил Сехон.

Юншин вспомнил вчерашний день. Он спокойно кивнул, и Сехон продолжил:

— Я ничего ей не давал.

— В смысле? Она сумасшедшая? Это же означает сдаться и ничего не получить взамен!

— Если бы она не пришла и не рассказала всю правду, то я бы выслал доказательства того, что её единственный сын встречается с начальником службы безопасности. Четырёхлетний опыт, знай, материнская любовь всегда даёт результаты, превосходящие все ожидания.

Юншин в замешательстве наклонил голову, не понимая объяснения Сехона. Он сузил глаза, глубоко задумавшись, пока не пришёл к рациональному выводу.

Значит, вместо того, чтобы подкупить её деньгами, вы шантажировали её?

Этот метод вынудил её добровольно ступить в логово льва, чтобы защитить свою семью.

Это был низкий и грязный метод за гранью его воображения, поэтому, хоть Юншин и думал, что больше разочароваться уже невозможно, но это оказалось не так.

— Подонок...

— Вы решили зайти так далеко и использовать подобную слабость?

Ясные глаза Юншина были полны искреннего осуждения. Сехон, который смотрел вниз, прикусил влажные губы. Его глаза стали холодными, как будто он услышал ужасное, самое вульгарное оскорбление. Хотя он, казалось, никогда не колебался, на лице было заметно смятение.

— Возомнил себя Иисусом или кем-то вроде него? Если хочешь вести себя благородно, следует обратиться в религиозную организацию. Почему ты пришёл сюда? — отрезал Сехон.

— Это не то, что я имел ввиду! Я хотел сказать, что, по крайней мере, вы могли бы!.. Юншин собирался объяснить свою позицию, но в этот момент тот крепко схватил его за галстук, как и несколько дней назад, ворвавшись в офис. Затем он сильно и угрожающе затянул узел.

— Сэр? Аргх!

— Я не знал, что вы с секретарём Таком так близки.

— Как вы?.. Это...

— Ты хочешь объясниться? Это не то, чего я хочу. Замолкни.

Растерянные глаза Юншина забегали, теряя фокус. Однако Сехону было наплевать на панику собеседника, и он просто ещё крепче сжал ткань в руках.

В конце концов, вместо полоски ткани, давление довольно больших рук заставило Юншина почувствовать себя некомфортно. Крепкая тыльная сторона руки Сехона надавила на кадык молодого человека. Юншину было бесполезно извиваться и бороться, несмотря на то, что он начал задыхаться. Сехон вёл себя жестоко без тени снисходительности.

— Пожалуйста, отпустите. Ух, я не могу дышать!

— Даже если ты не можешь дышать, ты всё равно можешь меня слышать, так что слушай внимательно. «Зайти так далеко» — мой способ выживания. У меня не было ничего за душой, так что это был единственный метод, который я мог использовать. Если тебе так противны эти методы, мне нечему тебя учить. Я здесь местный, а ты пришелец. Я не держу тебя. Убирайся.

Глава 23 - Пауза

— Нгх, адвокат Кан!

— Если ты собираешься остаться здесь, убери этот презрительный взгляд. Я чувствую себя хреново каждый раз, когда ты смотришь на меня так.

— Взгляд?

Предупреждение было совершенно непредвиденным, так что Юншин перестал кашлять и корчиться от боли. Он уставился на начальника ошарашенным взглядом, его лицо покраснело от того, что он не мог нормально дышать. Сехон медленно отпустил новичка.

Цвет лица постепенно вернулся в нормальное состояние, но Юншин молчал вместо того, чтобы упрекнуть Сехона в возмутительном поведении. Точнее было бы сказать, что он испытывал смешанные чувства и не знал что сказать.

В наступившей тишине Сехон первый взял себя в руки и нарушил молчание.

— Я собираюсь дать тебе несколько выходных. Подумай хорошенько о том, чему ты хочешь у меня научиться. Тогда ты сможешь официально подписать свой контракт. Я сообщу адвокату Сон.

Хлоп, хлоп. Должно быть, на руке Сехона осталось немного влаги, он слегка похлопал ею по сухим плечам Юншина. Затем он развернулся на каблуках и ушёл, не оглядываясь.

Юншин уткнулся головой в холодную поверхность мраморной стены и перевёл дыхание. Он постоял немного в полном одиночестве, прежде чем повернуть голову к зеркалу слева от себя. Он всё ещё выглядел бледным.

«Убери этот презрительный взгляд. Я чувствую себя хреново каждый раз, когда ты смотришь на меня так».

Гёте сказал, что человек склонен презирать то, чего он не может понять.

Юншин не осознавал, что смотрит на Сехона особым образом, но тот, вероятно, был прав. Возможно, у юноши всегда был такой взгляд, с тех пор, как он пришёл в фирму. Такое никогда бы не ускользнуло от опытного юриста.

Кан Сехон видел презрение в его глазах на протяжении месяца?

У него было чувство, что, скорее всего, так оно и есть.

«Что, чёрт возьми, это за чувство?»

Независимо от того, как эту ситуацию видел Юншин, Сехон был неправ, и он сам прекрасно это понимал.

Но, как ни странно, Юншин чувствовал беспокойство, потому что ему казалось, что он задел Сехона.

В практике была такая поговорка: «Хороший адвокат – тот, что не доводит дело до суда».

Юншин в целом согласен с этим высказыванием. Он почувствовал удовлетворение, когда два дела Pro bono, над которыми он работал в течение двух месяцев, закончились успешным урегулированием. Но несмотря на то, как хорош он был в делах, представляющих общественный интерес, он чувствовал, что уже достаточно разогрелся.

Прошло два месяца с тех пор, как его наняли. И до сих пор не поступило никаких указаний от Сехона.

— Он сказал мне подумать. О чём я должен думать, если он даже не показал самого себя? — проворчал Юншин.

Формально Юншин был одним из членов команды Сехона, но он никогда не помогал ни в одном из актуальных дел Сехона. В этот раз тоже, новое дело Pro bono было отправлено ему сразу после закрытия. Он унаследовал два дела от старших юристов.

Как и во время до прихода в фирму, Юншин надеялся на ещё одну случайную встречу и несколько раз слонялся по парковке и вестибюлю утром. Время, когда Сехон уходил с работы, было всегда разным, но он обычно приходил на работу в одно и то же время, так что шансы столкнуться с ним утром были велики. Однако, будто эти двое были врагами, которым нельзя встречаться – когда бы Юншин не ожидал Сехона, тот буквально от него ускользал.

Юншин по привычке выглянул из окна своего кабинета и остановил взгляд на помещении напротив. Будто демонстрируя холодный и недружелюбный характер старшего адвоката, его дверь была зашторена. Сегодняшний день был не единственным, когда оно было так. Мимоходом, Юншин однажды спросил секретаря Така об этом и узнал, что Сехон часто так делает. Юншин не мог заставить себя позвать Сехона поговорить, потому что видел, как он занят каждый день.

«Так или иначе, я закончил тем, что весь месяц просто ждал вестей от Кан Сехона». Юншин задавался вопросом, какие начальника планы.

Могло ли быть так, что Сехон хотел вымотать Юншина, чтобы тот сам ушёл?

Ход его мыслей продолжился до тех пор, пока не достиг наихудшего сценария, заставляя его вскочить с места. Не желая дальше затягивать ситуацию, он вышел из кабинета.

Было время обеда, но, к счастью, секретарь Так всё ещё был в своём кабинете. Юншин небрежно опёрся рукой о столешницу. Взглянув в сторону кабинета Сехона, он прошептал:

— Здравствуйте, секретарь Так. Вы слышали что-нибудь от адвоката Кана? Я должен продолжать вести дела Pro bono?

Секретарь Так вопросительно наклонил голову и ответил:

— Ну да. От него нет никаких вестей. Ты явно прошёл первое испытание.

Всплыло воспоминание об унижении перед старшими, и на щеках Юншина расцвёл румянец.

— Это называется прошёл? Мне не нужно пересдавать экзамен?

— Я полагаю, ты плохо знаешь адвоката Кана, да? Он и правда безжалостен. Если бы ты не прошёл, он бы уже отправил тебя в другую команду. Просто подожди. Скоро он даст тебе второй тест.

— Точно? Я прождал целый месяц и этого не произошло.

Секретарь Так взглянул на обеспокоенного Юншина, затем на закрытые окна кабинета Сехона, прежде чем наклониться и прошептать:

— Ты выглядишь немного встревоженным, так что я тебе кое-что скажу. Все сотрудники в других командах видели копию твоей распечатки.

— Той, что была на последнем тесте? Как?

— По-видимому, адвокат Кан сказал одному из них скопировать распечатки и распространить. Он сказал, что это было весьма прилично. Он также сказал, что с этого момента каждый должен фиксировать ключевые моменты дел таким же образом. Ты знаешь, юристы работают с огромным количеством документов, что требует хороших навыков письма, но даже в нашей фирме гораздо больше людей, чем ты думаешь, пишут юридические документы довольно небрежно. Просто, чтобы ты знал, ещё никто из сотрудников ранее не получал такого комплимента от старшего адвоката.

Глава 24 - Пауза

— Весьма прилично? Это комплимент?

В тот день Сехон нарочно швырнул бумаги в воздух, поэтому Юншин думал, что у него есть претензии. Ошеломлённый Юншин говорил непреднамеренно громко, но секретарь просто пожал плечами

— Хм, он в целом довольно замкнутый, я считаю.

— Да, знаю. Иногда он ведёт себя как ненормальный.

Ответ Юншина, выглядящий как разговор с самим собой, должно быть, показался секретарю многозначным, потому что на мгновение он глубоко задумался.

После паузы секретарь Так осторожно ответил:

— Старший адвокат очень хорошо знает, что правильно, а что нет. Он может чувствовать себя некомфортно из-за этого, но он это просто игнорирует. Однако он считает себя более слабой стороной от рождения. Другие люди дают ему работу, и он её выполняет. Он никогда не говорил этого сам, но я думаю, начальник Кан считает, что его используют. Кроме того, это мир, где царит закон джунглей. Если ты проиграл сражение, ты потерял свою значимость.

Когда Юншин, которому не терпелось получить ответ, услышал это, он почувствовал, как на мгновение перестал дышать. Он не мог сдвинуться ни на миллиметр. Он вспомнил, что Сехон сказал ему в прошлом.

Руководитель был безучастен в любой ситуации. Юншин хотел знать, почему Сехона так потрясло презрение в его глазах. Это беспокоило его всё время.

Выслушав соображения секретаря Така, Юншин, наконец, смог собрать в голове полную картину. Это не было личным мнением, поэтому ему было трудно сделать однозначный вывод о Кан Сехоне.

Был ли Сехон плохим человеком?

Со смешанными чувствами Юншин уставился на секретаря Така. Их глаза встретились, и Юншин заметил, как его губы начали движение, прежде чем он это осознал.

— Секретарь Так, вам нравится старший адвокат Кан?

Собеседник рассмеялся, словно услышал что-то абсурдное.

— Конечно.

— Это такая очевидная вещь?

— У господина Кана есть свои плюсы. Он имеет четкое представление о поощрениях и наказаниях. Кроме правильного выполнения своей работы он больше ничего не требует. Он никогда не просил меня выполнить личного поручения для него. Разве такой босс не лучший?

— Мне кажется, я впервые слышу, чтобы кто-то так говорил о старшем адвокате Кане.

— Ну, другие люди, которых ты слышал, плохо знали его. Я всего лишь поделился с тобой своим мнением, как человек, который длительное время наблюдал за ним. Это моя догадка, но я думаю, что он уделяет тебе много внимания.

Юншин не был уверен, что именно имел в виду секретарь под фразой «уделяет внимание», но вероятно, это основывалось на том, что Сехон сказал секретарю. Так что не могло быть полным бредом. Сехон сказал, что ему не нравится Юншин. Он даже заявил, что младший адвокат испортил ему настроение. Это было заметно всем. Юншин попытался избавиться от посторонних мыслей и поблагодарил секретаря. Он уже собирался вернуться в свой кабинет, когда секретарь Так встал первым.

— Я собирался пойти в столовую. Тебе тоже стоит перекусить. Надеюсь, еда понравится.

— О, вы правы. Пойдёмте вместе.

— Куда? Ты должен пообедать со старшим адвокатом Каном.

Это было как гром среди ясного неба, а на лице Юншина отразилось замешательство.

— Он хочет со мной поесть? Когда? Где? Почему?

— Разве ты вышел не для того, чтобы встретиться с ним после того, как всё узнал? Начальник Кан сказал, что расскажет тебе лично. Я могу уточнить у него. Секунду, — секретарь Так поднял трубку внутренней связи, чтобы ещё раз проверить информацию, когда они услышали щелчок.

Предмет их разговора, Сехон, вышел из кабинета. Увидев их рядом в кабинете секретаря, он вопросительно, при этом слегка раздражённо и вяло, взглянул на них.

Привиделось ли Юншину, что его взгляд немного жалил?

— Пообедай со мной, — сказал Сехон.

Юншин не мог вспомнить, когда в последний раз слышал этот баритон так близко, что был почти счастлив, слышать его снова. Но прежде, чем он успел выразить свою радость, Сехон кинул ключи от машины Юншину. Юноша рефлекторно вытянул руки и поймал их. В то же время он с энтузиазмом кивнул, что заставило Сехона немного нахмуриться.

Несколько потрясённый, Юншин взглянул на секретаря Така, давая тому понять, что поедет. Поспешив за Сехоном, он ускорялся по мере приближения к лифту, обогнал другого мужчину и быстро нажал на кнопку «вниз».

Они стояли рядом друг с другом, окутанные тяжелой тишиной.

Тишина заставляла Юншина чувствовать себя некомфортно, поэтому он заговорил:

— Старший адвокат, вы знали, что вызвали меня впервые за месяц?

— Я не знаю, спрашиваешь ли ты о моей осведомлённости или упрекаешь в том, что я пренебрегал тобой в течение месяца, но я проигнорирую и то, и другое.

— Я просто пытался начать разговор... Не все люди говорят, с целью оценить другого человека.

Их взгляды встретились на стеклянной поверхности дверей лифта. Юншин не был уверен, правильно ли он понял, но казалось, будто в глазах Сехона была жалость.

Юншин застыл – он не пытался скрыть того факта, что ему было немного грустно, когда он смотрел на Сехона. Он беспокоился, что его взгляд непреднамеренно снова расстроил начальника.

Намереваясь объясниться на случай недоразумения, Юншин повернул голову в сторону Сехона, но в этот момент двери лифта открылись.

— Я всё утро разговаривал по телефону, поэтому мой рот онемел. Давай пойдём в тишине, закрыв рты, — неохотно сказал Сехон и вошёл в лифт, а Юншин быстро последовал за ним.

После того, как двери закрылись, взгляд Юншина, когда-то устремлённый на приборную панель лифта, начал медленно опускаться, как номер этажа на дисплее. В конце концов его взгляд достиг пункта назначения, и, пока он украдкой рассматривал поразительные изгибы профиля Сехона, ему внезапно пришла в голову мысль.

Глава 25 - Доверие и признание

Быть может, он решил стать плохим, из-за того, что не хотел казаться слабым.

Юншин осторожно заговорил, словно ходя по скорлупе.

— Эм, адвокат Кан. О том, что вы мне сказали в прошлый раз...

— На этот раз ты точно пытаешься оценить меня. Отклонено.

— Я даже не успел закончить мысль. Я только открыл рот.

— Закончил или нет — неважно, моего ответа ты не услышишь, так что перестань пялиться. Я не картина, — прорычал Сехон, заставив Юншина вздрогнуть. Он не думал, что мужчина не заметит его взгляда, но он и не думал, что тот придаст этому значение. Словно пойманный на совершении чего-то неуместного за чужой спиной, он смутился.

Возможно, это было из-за того, что Сехон сказал ему уйти, но это только поспособствовало тому, чтобы его полные любопытства глаза ещё отчаяннее преследовали руководителя. Юншин забеспокоился из-за своего порыва, потому отвернулся и закусил поджатые губы. Пока младший адвокат был растерян и смущён, механизм неукоснительно спускался на нижние этажи.

Двое мужчин всё ещё отражались в дверях лифта, но Сехон больше не смотрел в сторону юноши. В момент, когда это пронеслось в голове Юншина, он понял – Сехон намеренно избегал разговоров о том, что тогда произошло.

«Трус», — произнёс в голове Юншин и его вздох растворился в окружении.

Действие 04

Интерьер приватной комнаты был стилизован под солидную яхту.

Казалось, что они плывут по спокойным накатывающим волнам, и всё это время Юншин продолжал поглядывать на Сехона. Не могло быть такого, чтобы тот не ощущал взгляда младшего, но он продолжал спокойно есть.

Время шло.

Сехон промокнул губы салфеткой и посмотрел прямо на Юншина, сидящего напротив. Молодой человек в тот момент пил воду, но осторожно поставил её на место.

— Вам есть, что сказать, верно? Вперёд. Я тоже закончил есть.

— Тогда я перейду сразу к делу. Какие у тебя отношения с адвокатом Сон?

Юншин не мог понять смысл вопроса, но он не мог не ответить.

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

— Ты встречался с ней трижды в отеле, прежде чем прийти в компанию. Один раз, чтобы отдать резюме, и два раза, чтобы пройти собеседование.

— Да, это та... Как вы узнали?

Губы Сехона искривились в ухмылке, и его выражение лица переменилось. Словно подтверждая, что это не бред Юншина, в последующем вопросе Сехона был намёк на похотливость, несмотря на то, что был полдень.

— Вы спали? Ты встречался с ней в номере люкс гостиницы «Тэсан».

Юншин бесцельно теребил салфетку, а потом замер. Он не мог не чувствовать, как кровь приливает к его щекам.

— Что вы, чёрт возьми?..

В то время ничего не было постоянного, поэтому после поиска места, где можно избежать чужих любопытных глаз, у них не осталось выбора, кроме номера в отеле.

Каждая встреча длилась около двух часов. Секретарь сестры Юншина каждый раз там присутствовал. Когда Юншин услышал о культуре и атмосфере компании, адвокат Сон дала ему совет, как работать в фирме в будущем. Юншин рассказал ей о себе, сестре, отце и своём стиле работы. Беседа была единственным, чем они занимались в этой комнате.

Тем не менее, выходить из отеля с девушкой-адвокатом старше себя, у которой есть семья, всё ещё не выглядит хорошо, поэтому сестра Юншина пресекла распространение информации об этой встрече. Тот факт, что Сехон узнал тщательно охраняемый секрет, заставил Юншина понять, что не стоит недооценивать его информационную сеть.

— Почему вы задаёте такой вопрос? — спросил Юншин, не скрывая своего смущения.

Сехон постучал по столу и небрежно ответил:

— Я спрашиваю на случай, если вы двое были вовлечены в это лично. Даже если ты сын профессора До и связан с корпорацией Сохан, выбор адвоката Сон весьма странный. «Хандам», «Тэсан», «Дэён» — я один из немногих юристов, кто имел дело со всеми компаниями-гигантами в этой стране. Естественно, я знаю множество секретов, связанных с разными проектами. И всё же, подсаживать ко мне свояка конкретной компании? Очевидно, я бы что-то заподозрил.

— Вы думаете, что есть связь между моей сестрой и адвокатом Сон и что я бы продал своё тело ради «Сохан», чтобы вытянуть из неё информацию?

— Довольно маловероятно, но возможно. Нет?

— А что если я переспал с ней? — возразил Юншин резче, чем обычно. Юноша выглядел взволнованным. Сехон уставился на него, после чего откинулся назад, будто потерял интерес. Юншин не был уверен, что скажет собеседник, но что бы это ни было, он прочитал правду на лице юноши.

— Значит, ты этого не делал.

— Должен ли я сделать это сейчас, если ещё не слишком поздно?

— А ты хочешь? Это будет доказательством, подтверждающим мои подозрения.

Для Сехона было совершенно обоснованно сомневаться в Юншине. Как он и сказал, Сехон был тем, кто владеет большим количеством конфиденциальной информации о многих компаниях. Будь Юншин на месте Сехона, у него были бы те же сомнения.

Однако он не мог понять, почему Сехон сомневался в адвокате Сон, которую знал с детства и которая финансово поддерживала его, и думал, что она нанесёт ему удар в спину.

— Что вы можете сделать с этими доказательствами?

— Это хороший повод тебя уволить, — ответил Сехон без малейших колебаний, из-за чего к горлу Юншина подступил ком. Это было не только из-за того, что ему задали такой неуместный и нелепый вопрос. По какой-то причине Юншин был разочарован, что именно Сехон спросил, с кем Юншин спал, а затем сказал, что это веская причина для увольнения. Казалось, что из-за каждодневных косых взглядов на Сехона, в Юншине зародилось одностороннее чувство какой-то дружбы с ним.

Возможно, поэтому Юншин импульсивно задал вопрос, который лучше было бы не задавать.

— Тогда что, если я пересплю с вами? Кого из нас двоих уволят?

Даже Сехон, всегда готовый к любому ответу, был сбит с толку этим вопросом. Он открыл было рот, чтобы возразить, но расхохотался.

— Почему вы смеётесь? — огрызнулся Юншин.

Глава 26 - Доверие и признание

— Думаю, сначала развею твоё заблуждение. К сожалению для тебя, я не тот человек, которого можно уволить. Я тот, кто увольняет.

— Значит, меня уволят независимо от того, с кем я сплю.

— Получается так. Если ты захочешь уйти из компании, дай мне знать в любое время. Я помогу.

— Я не уйду. Я никогда не буду спать ни с адвокатом Сон, ни с вами.

Юншин не мог понять, что именно из сказанного им обеспокоило собеседника, но было ясно, что он чем-то его задел. Лицо Сехона было спокойным как и всегда, но Юншин инстинктивно ощущал раздражение, проникающее сквозь видимую спокойную оболочку. Однако он не смог придумать, как разрешить ситуацию, кроме как сменить тему.

— У-у вас двоих разница в возрасте, но я слышал, что вы были очень близкими друзьями. Вам комфортно друг с другом, и я знаю, что именно адвокат Сон Михи привела вас в Догук и помогла вам продвинуться так далеко. Разве не так?

К счастью, несмотря на неловкую смену темы, Сехон высказал свои мысли.

— Похоже, ты отлично ладишь со своими друзьями, и они никогда не предадут тебя даже после смерти, да?

— Не нужно таких крайностей.

— У меня нет друзей. У меня есть только бизнес-партнеры, которые доверяют способностям друг друга. У нас с этим человеком просто долгая совместная история. О, и теперь она доверила мне свой балласт.

То, как Сехон взглянул на Юншина, было изящно. Несмотря на то, что он говорил такие циничные вещи, он был необычайно элегантен. Юншину казалось, будто он смотрит сцену из хорошо снятого художественного фильма.

Ошеломлённый молчаливый Юншин провёл ладонью по своей шее. Затем он решительно посмотрел на другого.

— Извините, но...

— Не извиняю.

— Когда вы стали таким неприятным?

— Хочешь знать, почему я такой? Я мог бы написать об этом целую эпопею.

Это был хладнокровный ответ, но Сехон не выглядел огорчённым. Юншин уже давно подозревал, что Сехон не расстраивался, когда подчинённый был откровенен при обмене мнениями – при условии, что он говорил правду.

Юншин был из тех людей, кто говорит, что хочет, и добивается того, к чему стремится, независимо от возраста и социального статуса другой стороны, пока он чувствовал, что прав. Однако в юридической деятельности имеется вертикальная направленность. Одна из причин, по которой он никогда не рассматривал работу в крупной фирме, заключалась в том, что ему несколько не «по себе» от иерархических отношений. Разница между позицией Сехона и его была как день и ночь, поэтому непредвзятое отношение Сехона к нему всегда казалось Юншину беспрецедентным.

— Я не спал с ней. Теперь вы довольны?

— Не уверен. Я чувствую себя более обеспокоенным.

— Вы всё ещё сомневаетесь во мне, не так ли? — осторожно спросил Юншин, прощупывая почву.

Сехон, похоже, не возражал и ответил:

— Ты слишком прост, чтобы я в тебе сомневался.

— Это не похоже на комплимент...

— Потому что это не он.

Юншин прикусил нижнюю губу и взглянул на старшего адвоката. Любезно оглянувшись назад, Сехон равнодушно объяснил, вероятно, думая, что рано или поздно ему всё равно придётся это сделать.

— Это была последняя крупица сомнения с моей стороны к тебе. С рациональной точки зрения, не думаю, что это к тебе имеет какое-то отношение. Но есть такая вещь, как один случай на миллион. Ты должен особенно опасаться несоответствий и переменных. Не забывай об этом

— Всё равно должен быть предел сомнениям в других людях.

— Ты сам это сказал касательно дела пятилетней давности о профессиональной халатности с участием исполнительного директора сберегательного банка. Ты говорил, прокуратура думала, что деловой партнер никогда не выступит в качестве свидетеля. Что после этого произошло?

Почувствовав уверенность, что партнер не появится, прокурор проигнорировал любую возможность того, что Сехон его приведёт, и построил свою теорию судебного разбирательства. В конечном итоге, прокурор был унижен, наблюдая, как подсудимый, которого он пытался обвинить, отделался условным сроком прямо у него на глазах. Сехон хотел указать на этот шанс на миллион.

Устранение всех подозрений без права на ошибку было значительной силой юриста. Перепроверка всего, вплоть до мельчайших фактов, которые легко упустить из виду, убедиться,что всё действительно работает в интересах клиента – Юншин чувствовал, что сможет научиться этому у Сехона. Глядя через призму клиента, Сехон был классическим примером хорошего юриста.

Однако это ограничивалось только работой – Юншин не думал, что сможет вынести такую беспокойную личную жизнь. Разве не нормально доверять надежному, давнему другу?

— Как я и думал с самого начала, но мы немного отличаемся друг от друга.

Честно сказать, Юншин хотел узнать, чувствовал ли Сехон себя когда-нибудь одиноким. Однако он не смог заставить себя спросить это. Может быть потому, что он не представлял себе, как ответит старший адвокат.

— Я знаю.

— Подождите, получается, если вы сказали, что это последняя крупица сомнения, тогда...

— Когда ты вернёшься в компанию, секретарь Так даст тебе контракт. Подпиши его, если согласен, конечно.

— Вы серьёзно?

После небольшой паузы Сехон взглянул на юношу. Юншин, который до этого был слегка подавленным, выглядел бодрее. Настоящая сделка началась сейчас. Тем не менее по сравнению с последними двумя месяцами тревоги о том, чтобы быть замеченным Сехоном, который даже не разговаривал, не говоря о том, чтобы смотреть на него – Юншин действительно преодолел одно препятствие. Время проведённое в юридической фирме было более насыщенным, чем у других людей, поэтому два месяца казались двумя годами.

Глава 27 - Контракт

— Спасибо, что приняли меня. Сделаю всё возможное.

— Ты вообще не сомневаешься? Я ведь сказал тебе проанализировать меня.

— Будь у меня сомнения, меня бы здесь не было.

Сехон понимающе кивнул.

— Видишь? Ты очень простой.

Это был не совсем комплимент, но и не оскорбление. Незаметно расслабившись, Юншин усмехнулся про себя, после чего его глаза расширились от осознания. На его бледном лице явно читались вопросы.

— Но почему вы так внезапно меня приняли?

— Вовсе не «внезапно». Я наблюдал за тобой всё это время и просто пришёл к выводу, что ты достаточно приличный, чтобы остаться, вот и всё.

— Вы даже показывались нечасто. Мне казалось, что я единственный, кто искал с вами встречи.

Юншин не понимал, почему он жалуется Сехону, словно романтическому партнёру. Несмотря на то, что он сам это произнёс, мысленно он был в шоке от самого себя. То, что он хотел сказать, не должно было быть таким многозначительным. Но он прикусил язык, так как пытаться объясниться тоже было странно. Возможно, если бы Сехон что-то сказал, это бы смягчило ситуацию, но он, должно быть, тоже заметил некую многозначность. Его бровь дёрнулась при взгляде на Юншина. Обстановка становилась всё страннее.

Юншин откашлялся и быстро сменил тему.

— Ну, тогда, что мне нужно сделать?

Сехон посмотрел на свои часы. Должно быть, у него не оставалось времени, поэтому ответил он мгновенно.

— Мне нужно было кое-что у тебя уточнить, поэтому я и попросил пообедать со мной.

— Я внимательно слушаю.

— Четырёхлетний опыт, как ты уже знаешь, иногда я совершаю дерзкие поступки. Но лишь в случае необходимости.

— Да, знаю.

— В подробностях?

— Я знаю, что вы принуждаете людей, используя их слабости, и иногда за день уничтожаете целую компанию.

Сехон одобрительно посмотрел на него и поправил свой костюм. Он затянул галстук и машинально поправил запонки. Юншин не хотел этого признавать, но Сехон был привлекателен в любой момент времени.

— Выявление слабых сторон компании – это само собой разумеющееся. Противоположная сторона – истец или ответчик и их окружение, включая их адвоката, прокурора и, если необходимо, помощника судьи процесса – я нахожу их слабости любой ценой. Я большой любитель сделок, переговоров и выгоды. Кроме того, я умею лгать. Я ещё не опустился на самое дно, чтобы подделывать улики, но делать вид, будто не знаю об их существовании – обычное дело. Действительно не знать о доказательствах не противозаконно, в противоположность тому, чтобы иметь их и игнорировать.

— Вы хотите сказать, что с этого момента я должен следовать по вашему пути?

Руки Сехона остановились, после чего он прямо ответил.

— Если бы ты был из тех, кто может это сделать, я бы не пригласил тебя на обед, учитывая мою занятость. Продолжай работать, как работал, потому что я буду давать тебе только то, с чем ты сможешь справиться. Конечно, я мог бы дать тебе дело, которое заставит тебя использовать мои приёмы. Но даже в таком случае, если тебя поймает посторонний, ты будешь сам нести ответственность за свои действия. Я твой начальник, но не опекун. Ты всё запомнил?

— Да.

— Тогда вот самое главное – не смей сомневаться в моих решениях. У тебя больше не будет такого шанса. Ты переспишь со мной, если я так решу.

Юншин понял, что ему хотели донести. Казалось, Сехон хотел сказать, что его слова – это закон для младшего специалиста. Однако он был немного поражён примером приведённым примером, поэтому замолчал на мгновение. Сехон, должно быть, прочитал мысли Юншина и раздраженно добавил:

— Не делай такое лицо. Меня не интересует то, что у тебя там ниже пояса.

Они молча обменялись взглядами, словно оценивая друг друга. Юншин сказал то, что, по его мнению, было необходимо, поэтому принял во внимание предупреждение Сехона. Тот, казалось, интуитивно понимал, что беспокоит Юншина, потому продолжил, сказав:

— «Это противозаконно, это противоречит принципам морали, это нарушение профессионализма и этики адвокатов. Почему вы заходите так далеко?» Терпеть не могу, когда люди говорят что-то подобное. Если ты это сделаешь – придётся паковать чемоданы.

— Значит, вы ненавидите, когда кто-то указывает на вашу неправоту.

— Не то чтобы мне не хотелось это слышать. Для этого нет оснований. Я никогда не ошибаюсь.

— Буду иметь в виду.

— Хотя, возможно, это первый раз, когда я ошибся в чем-то. То есть в том, что принял тебя.

Юншин указал на себя, спрашивая, говорит ли Сехон о нём. Мужчина не ответил, но его реакция говорила сама за себя. Младший адвокат неловко улыбнулся, отчего Сехон, явно недовольный, нахмурил брови. Перспектива пути этих двух противоположных мужчин не выглядела гладкой. Но каким бы ни было будущее, сегодняшний день стал моментом, когда они подняли якорь.

— С какой стороны ни глянь, это моя потеря. Стоит ли заключить новую сделку? — пробормотал себе под нос Сехон.

— Вы заключили сделку со старшим адвокатом Сон при условии, что вы нянчитесь со мной? Могу я узнать, в чём она заключалась?

— В том, чего я всегда хотел. В своеобразной свободе.

Ответ был абстрактным, поэтому Юншин попытался найти ответ самостоятельно. В голову сразу пришла одна мысль.

— Это как-то связано с выплатой дивидендов?

Сехон не ответил. Это только укрепило подозрения Юншина.

— Это означает, что я вам выгоден, так? Вы любите деньги?

— Деньги – это трофей победы. Не скажу, что я их ненавижу.

— Мне кажется, что вы и не любите их тоже.

— У меня нет времени, чтобы их тратить. Я занят, подчищая за другими людьми.

Юншин поджал губы и вспомнил, как секретарь Так говорил о том, что Сехон чувствует себя слабым с рождения. Возможно, он насквозь увидел истинную природу Сехона и попал точно в цель.

Юншин сидел тихо, охваченный сложным чувством. Сехон закончил говорить и встал первым. Затем он посмотрел на Юншина, как на дурака, из-за того, что тот продолжал сидеть.

— Если ты понял суть, пошли. Нужно прочесть гору документов.

Юншин поднялся, взяв свой пиджак и другие вещи, и открыл дверь приватной комнаты.

Глава 28 - Контракт

Рядом со зданием Догук находилась пристройка с офисами корпоративной ассоциации компании. В настоящий момент Юншин работал в упомянутой пристройке, в офисе группы корпоративной социальной ответственности.

Корпоративная ассоциация была утверждена и основана десять лет назад. После получения разрешения от министерства экономики и финансов она действовала как рганизация, занимающаяся волонтерской деятельностью и благотворительностью. Она регулярно призывает юристов фирмы к благотворительной деятельности. Представитель Догук был председателем совета директоров, который состоял из нескольких юристов-партнёров Догук, включая адвокатов Сон и Сехона.

До сих пор старший адвокат Кан ежегодно лишь жертвовал фиксированную сумму денег, но никогда не занимался волонтёрской деятельностью. Несмотря на то, что он работает в компании уже много лет, казалось, его нога ни разу не ступала в пристройку.

Начальник даже не пытался выделить своё время на это занятие, поэтому вместо него назначенные ему часы заполнял Юншин. Это было, так сказать, первое задание, лично порученное Сехоном.

«Он дал мне работу, которая мне подходит, но почему мне кажется, что меня просто используют?» – Юншин медленно выдохнул и вспомнил прекрасное лицо старшего, прежде чем покачать головой. Затем он передал документы женщине средних лет, сидевшей напротив него.

Ежемесячно на один день организация открывала бесплатную юридическую клинику, предлагая консультации и услуги пожилым, гражданам с низким доходом, женщинам, прекратившим карьеру, и другим лицам, которые соответствуют юридическому определению социально незащищённого класса. В клинику велась предварительная запись по телефону или через интернет, а затем осуществлялось личное интервью. Юншин встретился взглядом с женщиной и продолжил своё объяснение.

— Мэм. Итак... Домицилий* – я имею в виду, люди, которые уезжают из прежнего места жительства и вряд ли вернутся в течение длительного времени, – называются абсентеистами. Или проще говоря, отсутствующими.

Запрос был достаточно простой. Женщина собрала все свои средства и активы и одолжила их знакомому, которого, по её мнению, знала достаточно хорошо, чтобы дать ему использовать их в качестве средств для своего бизнеса. Она надолго потеряла контакт с должником, и он пропал без вести. Она спрашивала, есть ли способ вернуть деньги. К счастью, в данном случае должник владел частью коммерческой недвижимости в многоквартирном доме.

Юншин открыл окошко с объяснением соответствующего закона на экране своего компьютера.

— Взгляните сюда. Статья 22 Закона о гражданском праве определяет управление имуществом отсутствующего. Это позволяет временно управлять его личным имуществом до тех пор, пока отсутствующий не вернётся, или не будет подтверждён его статус проживания. Проще говоря, это не ограничивается членами семьи. Кредиторы тоже могут стать управляющими.

— Тогда, если я стану администратором, смогу ли вернуть ту сумму, которую он одолжил? У этого старика магазин, пристроенный к передней части квартиры. Это одноэтажное здание, которым он владеет. Не думала, что он убежит, оставив его, поэтому и одолжила ему деньги... Я не предполагала, что не услышу о нём никаких вестей...

— Всё так. Это не значит, что вы можете распоряжаться имуществом как его администратор, однако вы можете управлять им. Вы можете подать заявление в суд и потребовать, чтобы вас назначили управляющим недвижимостью. А затем сдавать здание в аренду и получать ежемесячную плату.

По-видимому, ключ к возвращению её денег был найден, и лицо женщины средних лет просветлело.

— Может ли Догук сделать это для меня? Вы могли бы сделать это для меня, молодой человек?

Юншин принял извиняющийся вид и покачал головой.

— Наша фирма не занимается делами частных лиц. Я думал о том, как могу вам помочь и поговорил со знакомым адвокатом. Вы можете сказать ему то, что пришли от меня. Он сделает всё в лучшем виде.

— Ох, но было бы неплохо, займись этим Догук...

— Возможно, в другой раз.

Юншин написал адрес юридической конторы, в которой он работал до того, как пришёл в Догук, а также контактную информацию офис-менеджера и передал её женщине. Она всё ещё казалась слегка разочарованной, но неоднократно поклонилась в знак благодарности и покинула офис.

Юншин остался наедине с чувством сожаления, что не мог ничем больше помочь, но в какой-то мере был удовлетворён тем, что помогает. Противоположные друг другу эмоции столкнулись, и он снова просмотрел документы следующего клиента. Перед приходом он уже прочёл их один раз и теперь пересматривал детали дела.

— Проживание раздельно... И мужчина долгое время безработный, — пробормотал он себе под нос.

Юншин открыл закон, который заранее нашёл, и поднял трубку внутреннего телефона. Он дал знать секретарю, что следующий клиент может проходить.

Через несколько секунд в дверь постучали, вошёл мужчина лет тридцати и сел напротив Юншина. Он тепло поприветствовал клиента и, как человек действия, сразу же перешёл к делу.

— Я ознакомился с вашей анкетой. Ваша жена согласилась какое-то время пожить раздельно, но до сих пор не вернулась домой. Как долго вы живёте не вместе?

— Прошло около восьми месяцев. Изначально мы договорились попробовать пожить раздельно около четырёх месяцев.

— Хм, оговоренный период удвоился. Вы случайно не составляли письменного соглашения?

Мужчина на мгновение задумался, затем дрожащим голосом ответил.

— Ничего подобного. Ох, но есть аудиозапись. В то время было много конфликтов по поводу развода, поэтому я записывал каждый разговор с ней на всякий случай. Вероятно, она на старом телефоне. Имеют ли они юридическую силу?

— К счастью, записи разговоров между родственными лицами могут служить доказательством. Что послужило причиной вашего расставания?

*Домицилий – юридический термин, означающий, в случае частных лиц, место постоянного проживания.

Глава 29 - Новое дело

— Я уволился с работы и надолго вернулся обратно в школу. После многих лет трудностей без видимых результатов,напряжение между нами продолжало накапливаться. Поэтому мы решили дать друг другу немного времени для себя, привести мысли в порядок, а затем начать всё заново. Я пришёл в себя, поэтому вернулся домой, но с тех пор от жены ничего не слышал. Выяснилось, что она уволилась с подработки, которой занималась в свободное время, и сменила номер телефона.

— Значит, на данный момент вы не собирали никаких документов, и ваша жена односторонне... Сэр, что вы хотите сделать? Я вижу, вы записали, чего хотите, но это звучит немного абстрактно.

— Я хочу вернуть её домой. Но семья моей жены продолжает говорить, что раз уж мы решили жить раздельно, разве наши отношения не закончились? Они начали говорить о разводе. Я не хочу этого.

Выслушав историю мужчины, Юншин, как и другим клиентам, показал ему закон на экране монитора. Затем объяснил смотрящему на экран мужчине:

— Возможно, вы слышали об этом раньше. Супружеские пары обязаны жить вместе. Вы договорились жить раздельно на протяжении четырех месяцев, поэтому, поскольку прошло вдвое больше оговоренного срока, ваша жена не выполняет своих супружеских обязательств. Сожительство имеет психологический и физический аспект.

— Это значит, что мы должны жить вместе, верно?

Юншин спокойно кивнул.

— Да. Похоже, ваша жена не выполнила своих обязанностей, тогда как вы пытались это сделать. Если вы не собираетесь разводиться, вы поступили правильно. Если вы в конечном итоге не сможете прийти к соглашению и пойдёте в суд, у вас будут конкретные доказательства того, что вы намеревались сохранить отношения, поэтому вашей жене будет сложно выиграть судебный процесс.

— Правда?

— Но в данном случае я рекомендую сначала поговорить. Если вы попытаетесь заставить жену вернуться из-за того, что она нарушила закон, есть шанс, что в дальнейшем она может отомстить. В девяти случаях из десяти отношения ухудшаются. Я бы советовал вам пройти терапию для пар, прежде чем идти к адвокату. В вашем районе есть несколько приличных фирм.

Юншин собирался искренне убедить мужчину, не задев его чувства, когда услышал настойчивый стук. Вскоре после этого в дверном проёме показалось знакомое лицо – это был старший адвокат Сехона. Похоже, у него были дела в пристройке.

Юншин взглянул на клиента, собираясь извиниться и отойти на несколько минут, но старший адвокат заговорил первым.

— Адвокат До, старший адвокат Кан срочно ищет вас. Вам нужно вернуться в главное здание. Он сказал, что даёт вам 10 минут.

— Я как раз заканчивал свою последнюю консультацию. Пожалуйста, передайте ему, что я подойду, как закончу.

— Не хочу вмешиваться, но не думаю, что это хорошая идея. Лучше бежать, когда он вызывает. Скоро у него начнется совещание.

— Совещание? Я не слышал об этом.

— Оно не для всей команды. Это корпоративно-коммерческая встреча, поэтому он позвонил только нескольким старшим каждого направления.

Основываясь на прошлом опыте, Юншин рассчитал, что путь от пристройки до главного здания займёт девять минут. Он должен учесть время, прошедшее с момента, как он получил указание старшего, плюс время, проведённое в лифте. Если он будет бежать со всех ног, то еле успеет.

— Ох, Тогда мне очень жаль, но не могли бы вы закончить за меня, пожалуйста? Жена не возвращается после оговоренного периода разлуки. Этот мужчина может связаться только с её семьей, и он не хочет развода.

Когда он указал на монитор и кратко объяснил, опытный старший понял ситуацию и дал знак, что все схвачено. Вероятно, старший согласился, потому что Юншина вызвал Сехон, а не из-за желания сделать Юншину одолжение. В любом случае Юншин был благодарен за помощь. Он посмотрел на клиента очень извиняющимся взглядом и попросил понимания.

— Он тоже адвокат из нашей компании. У него больше опыта, так что он позаботится о вас. Извините, но мне нужно срочно уйти.

К счастью, клиент согласился. Юншин уважительно поклонился обоим в кабинете и быстро вышел из комнаты. Затем потихоньку начал бежать трусцой и сверился с часами.

— Десять минут... Не уверен, что успею.

Его темп ускорился, и глубокое дыхание наполнило лёгкие.

* * *

Главный конференц-зал на седьмом этаже был наполнен суетой.

Предстояла встреча по их корпоративно-коммерческому иску, и команда юристов спешила с подготовкой.

Некая частная инвестиционная компания хотела подать в суд на другую компанию, которая была частью консорциума, по поводу возмещения убытков за отказ от обмена акциями. Встреча собиралась для подготовки к судебному процессу. В обычной ситуации дело должно было перейти в группу по судебным делам, но Михи хорошо знала клиентов и лично передала его Сехону.

Юншин запыхался, добежав от пристройки, и встал перед конференц-залом. Сехона не было в его офисе, но и в конференц-зале не было ни следа наставника. Юншин потянулся было к старшему юристу, чтобы узнать, где Сехон, но тут же оставил эту идею. Все выглядели очень занятыми. Комната ничем не отличалась от поля боя. Тем не менее она гудела большей жизненной энергией, чем он ожидал.

Глава 30 - Новое дело

— Замените этот чёртов шрифт в финансовых отчетах на читабельный! Ну почему в этом документе невозможно ничего понять? Оставьте наши, но перепечатайте версию старшего адвоката Кана. Вы разве не знаете, что он просто выкидывает бумаги, не читая, если шрифт ужасен? Даю вам четыре минуты. Бегом! И кто структурировал финальный документ по корпоративному законодательству для адвоката Кана? Окончательную редакцию корпоративного законодательства?!

— Это я! Также я собираюсь провести инструктаж. Кто-то подал запрос на привлечение младших сотрудников в нашу команду, так что мы можем поручить им делать эти мелкие, утомительные вещи. Разве мы в том положении чтобы готовить все эти встречи?

— Прецеденты! Прецеденты, прецеденты!

— Они печатаются! Секретарь Так принесет!

Юншина охватило странное ощущение, пока он смотрел на эту сцену. Комната казалась совершенно иной, чем в день подготовки его презентации. Он испытывал необъяснимое чувство с тех пор, как устроился в компанию. Все эти люди имеют такую же квалификацию, как и он, но выглядят, будто живут в другом мире.

Юншин всегда считал крупную юридическую фирму местом, где адвокаты «набирают вес», становясь опорой корпоративной власти и влияния в Корее. Поэтому он думал, что это место будет безжизненным, как пустыня. Но вопреки его предубеждениям, работа сотрудников была настолько оживлённой, что он был сбит с толку.

Должен ли он помочь? Позволено ли ему вмешиваться без разрешения Сехона? Даже если да, Юншина ничего не знал о корпоративных тяжбах, что он может сделать? Было ли ему место среди этих адвокатов? Мозг молодого адвоката работал на полной мощности. Очарованный происходящим, он уже собирался войти в комнату, хотя бы помочь раздать документы.

Кто-то сзади схватил его тонкие плечи. Сквозь одежду он мог ощущать мягкое прикосновение этого человека. Юншин громко ахнул и, обернувшись, увидел Сехона, которого он ждал. Офис-менеджер быстро поравнялся с Сехоном и вручил ему конверт с документами, прежде чем уйти по поручению старшего адвоката.

— Адвокат Кан? Где вы были? Вас не было в вашем офисе.

— И куда ты собрался?

— Старшие выглядели очень занятыми.

— Знаешь ли ты, как ценен этот судебный процесс? Ещё не пришла твоя очередь быть его частью. Я давал тебе десять минут. Опоздал или нет?

Юншин смущённо признался:

— Я задержался на четыре минуты. Я спешил как мог, но выносливости не хватило...

Красивые брови собеседника слегка нахмурились. Но, поскольку его также не было в офисе, выглядело, будто он предоставил Юншину запас времени для опоздания.

— Иди за мной, — недолго думая, Сехон убрал руку с его плеча и поманил пальцем. Юншин посмотрел в спину старшего, двинувшегося вперёд. Он неосознанно коснулся своего плеча там, где до этого была рука Сехона. Казалось, что мягкость прикосновения всё ещё ощущалась в том месте. После чего, придя в себя,он быстро последовал за ним.

Сехон небрежно кинул свои документы на рабочий стол и прислонился к нему. Он уставился на Юншина, который ещё не успел отдышаться.

— Четырёхлетний опыт.

— Да, старший адвокат?

— Где, чёрт возьми, ты был? Почему ты не дежурил в своем офисе? Не заставляй меня искать тебя.

—Ох, я заглянул в пристройку. Бесплатные консультации запланированы на последнюю пятницу каждого месяца, это как раз сегодня.

Сехон не ответил. Он просто уставился леденящим взглядом на Юншина и скрестил руки на груди. Юншин почувствовал давление цепких и упрямых глаз, от чего внезапно посмотрел на коридор через окно в офисе. Он обратил внимание, что жалюзи, которые закрыты почти каждый день, подняты. Заметив это изменение, он оглянулся на Сехона, который всё ещё сохранял те же позу и атмосферу.

Юншин осознал свою ошибку и извинился.

— В следующий раз я останусь в своём кабинете.

— Ты потратил час – это в три раза больше времени, чем необходимо для того, чтобы по-быстрому перепихнуться. Только заглянул в пристройку? Уверен, ты был вовлечён гораздо больше, чем это было необходимо, когда мог просто дать небольшой совет. Никто не занимается волонтёрством так же искренне, как ты.

— Вы наблюдали за моей работой?

— Думаешь, я это делал? Я был в компании весь день.

Сехон просто-напросто имел в виду, что Юншин был настолько предсказуемым.

— Ну, я всего лишь пытался работать от всего сердца. Все эти люди за что-то борются. Более того, в записях будет присутствовать ваше имя, поэтому я подумал, так будет лучше, чем делать это небрежно.

— Да уж, я так тронут, сейчас заплачу. Ты можешь потратить на это своё ночное время и вернуться ко мне на следующий день.

— Нет, с этого момента я буду использовать своё время надлежащим образом.

Сехон покачал головой, признавая поражениие, и больше не стал отчитывать Юншина. Он распрямил руки и потянулся назад. Взяв конверт, который до этого бросил на стол, он кинул его Юншину. Тот рефлекторно поймал его и вопросительно посмотрел на Сехона.

— Что это?

— Твоё дело.

— Вау. Вы даёте мне дело?

Сильные чувства, такие как доверие, создаются тщательно и постепенно; как сотканный материал, они не могут появиться за один день, из-за того, что один решает поверить другому. Двое начинают плести их первое полотно, впервые поместив основу и нити в ткацкий станок.

Несмотря на то, что перемены небольшие, Юншин был очень доволен. Его белое лицо сияло от радости, добавляя румянец щекам.

Юншин был на границе между мечтой и реальностью, а Сехон всё это время наблюдал за ним. Его щека дернулась, едва заметно, потом он закусил нижнюю губу. К удивлению, он выглядел немного задумчивым.

Не замечая реакции Сехона, Юншин достал бумаги из конверта и просмотрел содержимое. Он вскинул голову, и в этот момент их глаза встретились. Поразительно, но Сехон первым отвел взгляд. Это произошло впервые.

— Старший адвокат?

— Это дело pro bono. Веди его сам.

— Я правда отвечаю за него?

Глава 31 - Намерение

— Ты завершил несколько дел pro bono и сейчас работаешь ещё над двумя. Это не имеет большого значения.

— Но дела, с которыми я работал до сих пор, просто некому было отдать и потому они были скинуты на меня. А это дело pro bono вы передали мне лично. Я сделаю всё возможное, чтобы вас не опозорить, — ответил Юншин.

Сехон недовольно прищурился, затем неожиданно что-то вспомнил и сказал:

— Раз уж мы об этом заговорили, верни те два дела pro bono первоначальным командам. С этого момента слушай только мои инструкции и делай, что я говорю. Ты в моей команде и не можешь поменять отдел без моего разрешения.

Сказав всё, что хотел, Сехон встал из-за стола и выпрямил спину. После чего он прошёл мимо Юншина, глаза которого были сосредоточены на Сехоне. Юншин почувствовал, что разговор закончился несколько односторонне, поэтому, не раздумывая, схватил того за руку. Чужая ладонь коснулась тонкого и крепкого запястья руководителя. В тот же момент Сехон обернулся.

Кан Сехон раздражённо посмотрел на своё запястье.

Удивлённый Юншин убрал свою руку и поклонился.

— Мне жаль. Вы говорили не касаться вас.

Сехон другой рукой стёр следы чужого касания со своего только что отпущенного запястья и сказал:

— Хочешь что-то спросить? Я должен идти на встречу. Даю тебе тридцать секунд.

— Ну, адвокат Кан... — пробормотал Юншин.

— Двадцать пять секунд.

— Не прошло и пяти секунд.

— Десять секунд.

Юншин хотел что-то сказать, но стремительный обратный отсчёт заставил его забеспокоиться, и разум тут же опустел. Юноша продолжал колебаться, затем, наконец, открыл рот, чтобы заговорить. Он осторожно поднял взгляд и понял, что блестящие и острые глаза Сехона внимательно смотрят. Но по каким-то причинам Юншин ощущал, что взгляд его был направлен на губы, а не на глаза.

Было ли это всего лишь воображение?

Должно быть, да.

— Эм...

А может и нет.

— Время вышло.

— Но тридцать секунд ещё не прошло?

— Это твой вопрос? Время только что закончилось.

Сехон указал подбородком на часы и вышел из комнаты широким шагом.

Дверь со щелчком закрылась.

В мгновение ока гость остался один в комнате без хозяина. Юншин пытался привести свои мысли в порядок. У него возникло сильное желание немного осмотреть эту комнату..

Два месяца назад, когда он впервые вошел сюда в ожидании Сехона, Юншин так нервничал, что даже не огляделся. Теперь, когда он был один и в похожей ситуации, что и в прошлый раз, вспомнил, как увидел экземпляр «Больших надежд» у Сехона на столе. Появилось необъяснимое желание узнать, действительно ли Сехон перечитал книгу из-за Юншина.

«Как мне быть?» — Юншин взглянул на кабинет секретаря через окно офисной двери и почувствовал, будто получил молчаливое согласие. Возможно это было из-за того, что все готовились к встрече; Секретарь Так, офис-менеджер и другие служащие ушли со своих мест.

Юншин обнял папку c файлами и осмотрел стол Сехона. Однако всё, что он смог увидеть, это два ноутбука и несколько томов прецедентов. Книгу, которую он искал, нигде не было видно.

«Думаю, как бы он ни был занят, за последние два месяца он успел прочитать её в свободное время», — подумал Юншин.

Почему-то он ощутил небольшое разочарование. Повернувшись, чтобы уйти, юноша увидел на книжной полке «Большие надежды». Словно загипнотизированный Юншин подошёл к ней и открыл первый том из двух. Видимо, Сехон был из тех, кто читал аккуратно, так как не было подчёркиваний или пометок. Подавив своё разочарование, Юншин собрался поставить книгу на место.

Шурх. С нижнего угла книги свисала золотая лента. Юншин потянул за неё, открывая то место, где она находилась, и взору предстали знакомые слова .

«А потом я посмотрел на звёзды и представил себе, как страшно должно быть замерзающему человеку смотреть на них и не найти в их сверкающем сонме ни сочувствия, ни поддержки».

Это была цитата, использованная адвокатом До в суде.

Увидев её, лицо Юншина вдруг загорелось. Он приложил к щеке тыльную сторону ладони, поспешно убрал книгу обратно на полку и выбежал из офиса. Вернувшись обратно в свой кабинет, он закрыл дверь и опустил жалюзи – чего никогда не делал с самого прихода.

Только после того, как Юншин полностью изолировался, он прислонился к стене переводя дыхание.

Это может быть совпадением, но все улики указывают на одно.

Возможно, в этом не было грандиозного значения, просто очередное известное произведение от великого автора. Тем не менее Юншина веселила мысль, что он побудил Сехона, который постоянно погребён в работе, что-то сделать.

Юншин инстинктивно вспомнил тот момент, когда взгляд Сехона упал точно на его губы. Юншин прикусил губу.

«Просто почему?..»

Почему он чувствовал себя смущённым, будто тайна была раскрыта?

Единственный контакт, который у них был, – это запястье Сехона, однако по ощущениям казалось, словно они поцеловались.

Юншин издал долгий и беспокойный вздох, а затем сухо сглотнул.

Глава 32 - Намерение

Действие 5

За окном было темно. Юншин ушёл с работы далеко за полночь, но вместо того, чтобы пойти в свою уютную квартиру, он потащил своё, налитое свинцом тело, в круглосуточное кафе на первом этаже жилого комплекса.

Он заказал чашку очень горького американо, достаточного, чтобы проснуться, и купил несколько пончиков для успокоения вкусовых рецепторов. Затем он начал изучать дело pro bono, которое ему поручил лично Сехон. Два дня подряд он пытался разобраться в этом деле, но ничего не выходило. Чем больше Юншин зацикливался на нём, тем темнее становились мешки под его глазами.

Дело было о конфликте между президентом и менеджером средней компании. Менеджер, замужняя женщина, подала в суд на мужчину-президента за сексуальные домогательства, но из-за отсутствия доказательств никаких обвинений предъявлено не было. Помимо показаний заявителя, предоставленных документов было недостаточно. Ситуация завершилась наобум, поэтому в свою очередь президент подал в суд на менеджера за клевету.

«У него должны были быть причины. Почему он дал мне это дело?» — задавался вопросом Юншин.

Сехон ясно сказал, что он намерен давать только ту работу, с которой Юншин сможет справиться. Он не давал ему простое домашнее задание — он учил его, как работать в фирме в целом, поэтому Сехон, скорее всего, был честен.

Но с каждой минутой изучения отчета о расследовании этого дела, ему всё больше казалось, что он не может найти ответ самостоятельно. Он дважды перечитал документ вдоль и поперек, но ничего не сдвинулось с мёртвой точки. Мужчина никак не мог быть обвинён в преступлении, как бы тщательно он не искал.

Более того, президент предъявил встречный иск, несмотря на то, что клевету трудно доказать. У него явно были конкретные доказательства, что обвинения женщины были умышленными и фальсифицированными. Одно неверное движение — и клиентка может быть загнана в угол и пострадать от процесса.

— Записи с камер видеонаблюдения, тексты, показания коллег, история переписки... Как ничего нигде не всплыло? — раздражённо пробормотал Юншин.

В отличие от других преступлений, в случае сексуальных домогательств, если не было вещественных доказательств, но показания заявителя были последовательными и детальными, бывали случаи, когда ответчику предъявлялось обвинение. Это был другой случай. Показания свидетелей соответствовали друг другу, кроме показаний заявителя. Самое главное, показания обвиняемого и свидетелей совпадали.

В этот момент Юншин задумался, подала ли женщина в суд на невиновного президента без причины. Однако юноше было необходимо верить своему клиенту, поэтому он сделал усилие, чтобы избавиться от этого ноющего чувства. Но на этом всё. В деле острая нехватка доказательств, так как он может доказать, что его клиент говорит правду? Он всё ещё никак не мог сдвинуться с места.

Что бы сделал Сехон в этом случае?

«Как бы ты защитил клиента, Сехон?» — когда эта мысль промелькнула, Юншину в голову пришла разумная теория. — «Это второе испытание?»

Если Сехон хочет посмотреть, как Юншин работает в Догук, то всё становится понятно. Юншин подчёркивал предложение, практически тычась носом в бумаги. Юноша с громким стуком уронил ручку, от чего встрепенулся. Юншин сидел в самом углу кафе за высоким столом, обращённом к большому окну. Он безучастно пялился на улицу, когда неожиданно вздрогнул на своём стуле.

Мимо прошла знакомая фигура.

— Хм?.. Адвокат Кан?

Он только что заметил Сехона.

Сехон был одет в повседневную одежду. Черный свитер с округлым вырезом, облегающий его крепкий торс, и джинсы, подчёркивающие его длинные ноги, на удивление хорошо ему подходили. Он также сочетал свой наряд с белыми кроссовками. Что бы он не надел, казалось, подчёркивало его любовь к чистоте и опрятности. Это выглядело так, будто змея в костюме временно сбросила шкуру.

Ужасный тайминг, который помешал им не так давно случайно встретиться, каким-то образом в этот раз свёл их в правильное время. Появление Сехона настолько вовремя было почти сверхъестественным.

Юншин вскочил со своего места и постучал в окно.

Сехон, должно быть, почувствовал на себе взгляд Юншина, остановился и посмотрел в его сторону. Сехон смотрел в ответ, поэтому молодой человек подумал, что тот либо скажет ему выйти, либо зайдет сам. Если ни то, ни другое, Юншин предположил, что Сехон подойдет к окну, но, вероятно, его ожидания были слишком завышены.

— С-сэр?..

Сехон просто равнодушно посмотрел, затем продолжил свой путь, будто он и не заметил Юншина. Младший адвокат постучал в окно ещё раз, но старший в этот раз даже не остановился.

— Вау, нервы у этого парня... В нём нет ничего милого, — проворчал Юншин.

Юншин в спешке собрал документы и вернул поднос с чашкой и тарелками на стойку выдачи. Затем, он на полной скорости побежал за Сехоном, боясь потерять его. После небольшой пробежки в направлении, в котором ушёл Сехон, к счастью, он заметил, как тот поворачивает на затемнённую улицу.

У него перехватило дыхание, и он замедлился, чтобы идти рядом с Сехоном.

— Ха... Уф... Старший адвокат Кан. Хорошая п-погода сегодня... Ха...

— Должным образом собрал свои вещи? Ты догнал меня быстрее, чем я ожидал.

— Я двигался так быстро, как только мог.

— Сохраняй своё лицо. Я урежу тебе зарплату, если испортишь имидж фирмы.

Юншин усмехнулся, говоря Сехону, чтобы тот не беспокоился об этом. Затем Сехон наконец-то посмотрел на младшего. Он взглянул на наивное ухмыляющееся лицо и нахмурился, по-видимому, снова недовольный. Тем временем Юншин восстановил дыхание и отметил необычный внешний вид собеседника. Он осторожно спросил:

— Куда вы направляетесь в такой час?

— Прогуливаюсь.

— Вы, должно быть, из тех, кто думает во время ходьбы. Я тоже. Но парк возле дома находится в той стороне, а не в этой, — Юншин указал на дорогу слева, и бровь Сехона слегка приподнялась.

Глава 33 - Сближение

— Тебе не кажется, что мне лучше знать, учитывая, что я живу тут дольше, чем ты? — ответил Сехон. Затем он демонстративно широко шагнул налево. Эта дорога проходила мимо начальной школы. Здесь было тихо, так как не было детей, которые гуляли бы в такое время. Кроме того, все магазины уже закрылись. Казалось, будто Сехону нравилась эта безлюдная и пустынная ночная дорога.

Возможно, это было из-за тяжёлой атмосферы, но они безмолвно шли бок о бок. В конце концов, Юншину стало не по себе от гнетущей тишины между ними, и он собирался нарушить молчание. Однако Сехон заговорил первым.

— Почему ты идёшь за мной? Просто сделай, что хотел, и проваливай. Ты отвлекаешь меня от моих мыслей.

— Я прогуляюсь с вами ещё немного. Но прежде я должен кое в чём признаться.

— Я очень опытный адвокат. Сначала подумай об этом, а потом говори.

— Вчера я прочёл книгу с вашей книжной полки. Там было кое-что, что меня смутило.

— Ты сошёл с ума. Это достойно высшей меры наказания.

Юншин был шокирован тем, что старший объявил приговор, даже не дослушав историю до конца, так что он инстинктивно потянулся к рукаву Сехона. Но прежде чем коснуться, он отстранился и резко спросил:

— Вам даже не интересно, что это была за книга?

— Мне не важно, что ты увидел в моём кабинете. Не делай этого снова, — возразил Сехон.

— Но эта книга... — начал Юншин.

Сехон прервал его:

— Мне не интересно. Понимаешь?

— Вы хотите, чтобы я замолчал?

— Смотрю у тебя есть мозги.

Но убеждения Юншина укреплялись. По крайней мере, Сехон снова взял «Большие надежды» из-за него.

Так уж вышло, что цитата, которую Юншин использовал на слушании, была помечена — нравится это Сехону или нет, но он добавил эту страницу в закладки. Юншин ненадолго задумался, стоит ли об этом упоминать. Но видя, как Сехон уловил то, что Юншин хочет поговорить об этом после упоминания о книге в его кабинете, он сдержался.

Юноша неуверенно сменил тему и спросил:

— У вас есть девушка?

Сехон выглядел ошеломлённым и раздраженно возразил:

— Какое тебе дело?

— Никакого. Но я полагал, что обмен минимальной личной информацией позволит нам продемонстрировать друг другу практическую пользу нашего обсуждения... Ох, у меня вот нет девушки.

— Отлично. Я ненавижу, когда другие счастливы без уважительной причины.

Юншин понимающе усмехнулся про себя. Сехон, конечно, не читал мысли Юншина, но то, что он сказал, было несправедливо.

— И, кроме того, меня больше всего беспокоит, когда счастлив именно ты.

— Почему? Вы ведь даже не знаете меня.

— Вот именно. Я тоже хочу знать почему. Почему я так чутко реагирую, когда дело касается тебя?

— В любом случае я рад, что могу вам с чем-то помочь.

Сехон внезапно остановился и оглядел Юншина со стороны. До сих пор Сехон не выглядел особенно злым. Не казалось, что он смотрит с презрением. Однако Юншин почувствовал необъяснимое любопытство исходящее от Сехона, что его озадачило.

— Почему вы так на меня смотрите?

— Это потому что ты богатый молодой господин или просто бесстрашный? Ты меня не боишься? Почему ты такой прилипала? Я впервые встречаю кого-то вроде тебя, поэтому мне искренне любопытно.

— Я так не думаю, но если выбирать, то, наверное, ближе к первому. Влияние первого, вероятно, сделало меня вторым, — ответил Юншин.

С юных лет Юншин рос, ни в чем не нуждаясь. Его мать скончалась вскоре после рождения мальчика, поэтому он ощущал, словно чего-то не хватает, но это была лишь часть его жизни. С другой стороны, сестра хорошо воспитала его и заботилась о нём, поэтому он никогда не считал себя одиноким. Вдобавок ко всему, его авторитетный отец был всегда уважаем, а наследство, оставленное матерью, было достаточным, чтобы он никогда не испытывал финансовых трудностей.

Благодаря вдумчивому характеру Юншина и его темпераменту, не подвергшемуся влиянию неполноценности, его всегда окружало множество людей. Должно быть, он унаследовал хорошие гены, ведь был не только красив, но и умён. Он не знал поражений, что было похоже, но и при этом отличалось от Сехона. Он никогда не осторожничал. Эти обстоятельства и были причиной того, что Юншин мог заботиться о слабых и добиваться справедливости.

Именно поэтому он интуитивно понимал, что Сехон думал, будто он поглощён своим богатством, и недолюбливал его.

— Каждый раз мне кажется, что ты весьма проницателен. Это раздражает.

— Мне не важно, что вы думаете. Я хочу побольше узнать о вас. Хочу стать к вам ближе.

— Сблизиться? Ты делаешь подобное, чтобы лучше узнать других людей? Бесполезные прогулки? Вызывающие пустые разговоры?

Это был столь неожиданный вопрос, что Юншин глубоко задумался над ответом и сказал:

— Вместо этого я, скорее, начну со школы, которую они закончили, где они живут и чем занимаются их родители.

Юншин остановился, ожидая ответа Сехона, и взглянул на собеседника. Однако человек, который до этого охотно отвечал, теперь замолчал.

Юншин напряг мозг, чтобы понять, не оговорился ли он, после чего нервно сглотнул. Он почувствовал себя немного обеспокоенным, как только вспомнил, что у Сехона не было родителей в детстве

— Ох... Я имел в виду... Ну...

Сехон видел взволнованность Юншина и читал его мысли. Он мог предположить, что Юншин косвенно узнал о его детстве.

— Вот почему мы не можем быть друзьями. Просто выполняй свою работу.

Глава 34 - Сближение

Юншин просто хотел завязать более личный разговор, начиная с вопроса о девушке. Это было его план. Юншин знал, какую школу закончил Сехон, они жили в одном доме, и знал, что связующим звеном для них был его отец. Судя по диалогу, Юншин надеялся, что Сехон упомянет имя своего учителя, и разговор станет более искренним.

Но, возможно, он ошибается,,с какой стороны посмотреть. Юншин поправил себя:

— Пожалуйста, простите меня. Я просто предположил, что мой отец мог стать для нас точкой соприкосновения. Я всего лишь хотел поговорить с вами подольше.

Кан Сехон, который всё это время увеличивал расстояние между ними, неожиданно остановился. Юншин сделал тоже самое.

Они стояли в укромном месте тёмного переулка. Здесь не было ни одного фонаря.

Выглядело, будто Сехону нравится загонять других в угол как психологически, так и физически. Однако он и пальцем не тронул Юншина, просто двигался в его сторону, оттесняя юношу к стене. Парень забеспокоился и отступил назад. В конце концов, его худое тело с глухим стуком ударилось о стену. В этот момент Сехон стоял перед ним, как нависшая тень.

Как и раньше, он схватил Юншина за подбородок и подался к нему, склонив лицо. Его упрямые глаза были полны решимости исследовать лицо напротив, несмотря на плохое освещение. Молодой человек был смущён и сглотнул, отчего его кадык подпрыгнул.

То, как красные губы Сехона медленно приоткрылись было очень чувственно.

— Так ты говоришь, что нашёл между нами что-то общее и решил поболтать об этом?

Это не было ошибкой, но и не было правдой до конца.

— Разве нельзя было сформулировать иначе? Люди могут неправильно понять, если услышат, — ответил Юншин. Он вспомнил вопрос, который постоянно, пусть и неосознанно, обдумывал в эти дни. Сехон не давал особых поводов, но мысли Юншина почему-то продолжали двигаться в этом направлении, поэтому он хотел разобраться с этим, если подвернётся возможность.

Всего несколько месяцев назад он не мог и предположить, что задаст подобный вопрос другому мужчине. Он провёл по своей розовой щеке тыльной стороной ладони и спросил:

— Адвокат Кан, вы, часом, не заинтересованы во мне?

Сехон выглядел ошеломлённым и ухмыльнулся.

— Ты единственный, кто продолжает заигрывать с тем, кто хочет уйти.

Юншин смиренно признал – Сехон нигде не ошибся. Он не только удержал мужчину, который ушёл, проигнорировав его, но еще и потратил личное время другого, следуя за ним. Не то чтобы Юншину особенно нравился Сехон, но почему-то он продолжает его преследовать.

— Но вы единственный, кто вынудил нас стоять в таком положении. Эту позу я видел только в кино.

— Значит, ты считаешь, что эта поза – производство по судебному приказу habeas corpus*, которая демонстрирует, что я в тебе заинтересован. Знаешь, я ненавижу быть обязанным. Подумай о том, что корпорация Сухан может сделать со мной, если я опрометчиво наложу на тебя руки. Я не хочу это выяснять.

— Вы продолжаете хватать меня за лицо и разбирать на кусочки глазами. Почему вы это делаете?

— Мне просто хочется внимательно наблюдать за тобой, когда тебя вижу. На этом всё.

Это то, что делало его ещё более странным. У них не было положительных чувств друг к другу, но иногда атмосфера между ними всегда накаляется. Это сбивало с толку.

Но, похоже, Сехон тоже не мог понять причины, так что Юншин отказался от дальнейших расспросов. Казалось, даже холодный ночной воздух нагревался между ними, поэтому лучшее, что он мог сделать, – закрыть тему.

— Я понимаю. Я не буду толковать это неправильно. Просто спросил на всякий случай.

Безэмоциональный начальник уставился на уверенное лицо Юншина. Поскольку обжигающий взгляд всё ещё был направлен на него, молодой человек, только начавший успокаиваться, снова занервничал.

Именно из-за таких моментов. Сехон, который, казалось, не был заинтересован в своём окружении, продолжал вести себя иначе, что смущало Юншина. Парень молча наблюдал за Сехоном на протяжении двух месяцев в фирме, но ни разу не видел, чтобы тот вёл себя подобным образом с кем-то ещё. Поэтому он нервничал всё сильнее и сильнее, если ощущал его присутствие. Во всём виноват Сехон.

Несмотря на признание, что он более чувствителен по отношению к Юншину, Сехон также сказал, что он не заинтересован в нем – Юншин должен принять происходящее таким, какое оно есть сейчас. Честно сказать, для юноши заявление, что старший им не интересуется, было хорошим.

—Эм, адвокат Кан, — позвал Юншин.

Тот не отвечал. Вместо этого он медленно отошёл, убирая свою нависающую тень, а затем продолжил свою прогулку. Немного переведя дух, Юншин снова поспешил за ним. Они шли, держа дистанцию больше, чем когда они шли по переулку.

— Итак, вы знаете, дело, которое вы дали мне сегодня. Это ваш второй тест, правильно? — осторожно спросил Юншин.

— Что-то вроде того. Ты никогда не занимался делом о сексуальном насилии раньше, верно?

— Да, это впервые.

— Официально принять тебя в команду это одно, но мне также нужно понять, как тебя наиболее эффективно использовать и какие задачи тебе поручать. Думай, как хочешь. Я просто смотрю на основы, на что ты обращаешь больше всего внимания, как беседуешь с клиентом и как планируешь свою стратегию.

— Раз уж мы заговорили об этом, могу я спросить у вас совета? Больше всего мне хочется узнать, как вы работаете.

Сехон кинул недовольный взгляд на Юншина, не веря своим глазам, и отвернулся.

— Ты знаешь сколько я беру за десятиминутные консультации? Спроси после оплаты.

«У него не только скверный характер, так он ещё и скупой».

*Хабеас корпус (habeas corpus)— институт английского уголовно-процессуального права. Он гарантирует процессуальные права граждан, неприкосновенность личности, устанавливает правила ареста и привлечения обвиняемого к суду. В тексте речь была о том, что на позу, в которой они находятся, можно завести дело, связанное с принципом неприкосновения личности.

Глава 35 - Слепое пятно

Юншин, прищурившись, всматривался в лицо Сехона, затем опустил взгляд. Глядя на изящную линию его переносицы и губ, Юншин подумал, ненавидь Сехон этот разговор, он бы уже прогнал его. В конце концов, у него есть на это власть.

Почувствовав себя увереннее, Юншин спросил:

— Я просмотрел документы по делу и обнаружил недостаток доказательств. Кроме того, показания свидетелей соответствуют друг другу. Доказательства и свидетели играют решающую роль в делах о сексуальном насилии. Обвиняемый, по-видимому, учёл это и защищался соответствующим образом.

— Ты прав. Большинство свидетелей неоднократно и чётко говорили одно и то же. Твой клиент единственный не соответствует им.

— Да, по-видимому, всё в корне противоречит клиенту, настолько, чтобы предположить, что юрист, подавший иск, бандит, желающий содрать денег. Честно говоря, я задумывался, стоит ли оставлять всё как есть. Возможно, урегулирование на данном этапе снизит большинство рисков.

Решение снять обвинения означает, что прокурор не нашёл доказательств подтверждающих вину. И полицейское расследование не смогло доказать факт сексуального насилия. Но даже в такой ситуации клиентка Юншина продолжала уверять, что с ней поступили несправедливо.

— Есть какие-нибудь улики, которым можно довериться? — спросил Сехон.

— Хм-м, ну, менеджер неоднократно утверждала, что она подверглась сексуальным домогательствам. Она ходила к своему психиатру после каждой совместной поездки с президентом. Женщина предоставила записи своих посещений, как часть доказательства. Однако, это всего лишь история её визитов, она может быть использована и против неё, как доказательство того, что спектакль разыгрывается намеренно, а именно, что она ходила на консультации, чтобы подкрепить свои ложные обвинения в сторону президента в качестве мести.

Сехон согласно вздохнул:

— Вот поэтому полиция и адвокат ей не поверили.

— Заявительница единственная, кто говорил вещи, противоречащие показаниям большинства, без каких-либо доказательств, подкрепляющих её доводы.

— Ты веришь материалам полицейского расследования? Похоже, вместо слов своего клиента, веришь заключению государственного учреждения.

— Но они уже расследовали это дело... и, если не поверю раскрытой информации, не смогу ничего сделать как юрист. Вы же и сами это знаете.

— Нет, иногда адвокаты могут сделать больше, чем обвинители — сказал Сехон.

Юншин остановился и уставился на Сехона. К удивлению, тот тоже остановился. Он прислонился к стене соседнего здания и расслабленно ожидал продолжения от Юншина. Их глаза блестели профессионализмом. Именно тогда Юншин наконец понял, зачем ему дали это дело. Это было не так просто, как защитить клиента от клеветы.

— Вы ожидаете, что я переверну дело с ног на голову? Как ни посмотри, мы в невыгодном положении.

— Поэтому, если ты выйдешь из этой ситуации победителем, твоя жизнь в компании станет на 0,1% комфортнее.

— Я тоже хочу верить в своего клиента, правда, но что я могу сделать, когда предоставленные суду улики говорят сами за себя? Легко подумать, что мы задерживаем невиновного человека. Я, как никто другой, хочу раскопать что-нибудь.

В обществе существуют негласные правила и нравственные исключения. Однако, всё, что касается закона, базируется на доказательствах. Клиентка была единственной, кто заявил о сексуальном домогательстве, но не смогла это доказать. С другой стороны, вероятно, президент собрал доказательства, демонстрирующие, что менеджер мстит за его встречный иск о клевете.

Бесцельно и глубоко задумавшись, Юншин прикусил нижнюю губу.

И тут...

В своих мыслях, Сехон шагнул вперед. Затем пошатнулся, словно подвернул лодыжку. Он потерял равновесие и выставил одну из своих длинных рук к земле. Ему с трудом удалось удержаться на ногах, возможно, из-за того, что он стоял в неудобном положении, в конце концов он схватил Юншина за выступающий участок ниже талии. И, будто этого было недостаточно, сжал его со значительной силой.

— Ах, вы в порядке? Что вы, ургх! Вы рехнулись? — содрогнулся Юншин. Портфель, который он держал, с грохотом упал на землю. Когда обе руки стали свободны, Юншин схватил крепкие плечи старшего, чтобы оттолкнуть его. Однако в момент усилия, рука, что держала Юншина за член, провела по контуру ствола через брюки. Юншин почувствовал, как сила покидает его руки.

Лицо Юншина вспыхнуло и у него перехватило дыхание.

— П-подождите, ах, нгх! Старший адвокат!

Неважно, как смущен был юноша, Сехон продолжил. Когда Юншин взглянул на него, в глазах юноши появилось недоумение. Кан Сехон не показывал ни капли вины.

Не зная, что делать, Юншин отшатнулся назад. Дрожащими руками он схватил начальника за плечи. Ткань свитера старшего смялась и её мягкость щекотала ладони.

— Отпу...сти, ах! Агх!

Хлоп! Юншин собрал всю свою силу и ударил руководителя по плечу. Сехон, наконец, отпустил его, не выражая особого участия. Юншин рухнул на землю. Он тяжело дышал, горячий вздох сорвался с его губ.

Это был первый раз, когда Юншин попал в подобную ситуацию, поэтому он понятия не имел, что ему делать. Он был так ошеломлён, что некоторое время так и сидел. Когда он наконец пришёл в себя, он просто уставился на стройные ноги перед собой. Юноша медленно поднял глаза и увидел невозмутимое лицо Сехона, смотрящее вниз.

Глава 36 - Слепое пятно

Юншин схватил ручку портфеля и поднялся, приближаясь к уровню глаз Сехона.

— Что вы только что сделали? Вы с ума сошли, да? — резко сказал Юншин.

— Четырёхлетний опыт.

— В первую очередь я хочу услышать извинения!

— Слушай внимательно. Ты только что подвергся нападению с моей стороны. А теперь вопрос.

— Вопр... Что?

Юншин был потрясён, но Сехон оставался спокоен. Он решительно продолжил:

— Я схватил твой член без согласия. Я буду последователен и заявлю, что споткнулся и, чтобы сохранить равновесие, протянул руку, случайно схватив тебя. Доказательства? Смотри — улица узкая и поверхность неровная из-за камней. Судья поверит моим показаниям.

Камни?

Увидев довольно большие камни, на которые указал Сехон, Юншин был ошеломлён. Вспоминая тот момент, он думал, что Сехон пошатнулся без всякой причины.

— Это была случайность?

— Нет, я не совершаю ошибок.

— Но значит!..

— Но я сказал, это то, что я заявлю. Что ты в таком случае можешь сделать?

Теперь уже хладнокровно, Юншин огляделся. Это очень уединённая дорога. Вокруг было так спокойно, что он задумался, а всегда ли в этом районе была такая тихая дорога. Нет уличных фонарей и припаркованных автомобилей. Не похоже, чтобы он мог раздобыть записи с камер наблюдения или видеорегистраторов в качестве доказательств. Как упоминалось ранее, Сехон лучше знает этот район, так как живёт тут дольше.

— Доказательств нет. Тогда мне придётся доказать нападение косвенными уликами.

— Как?

— Вы толкнули меня к стене вон на той дороге. Вы однажды делали подобное в туалете компании. Иногда вы пристально смотрите на меня, когда проходите мимо, и в вашем кабинете, на мои губы...

Прежде чем Юншин успел закончить, Сехон прервал его:

— Что я сделал с твоими губами? Поцеловал тебя?

— Простите? Нет.

— Трогал ли я тебя где-нибудь ниже ключицы? Расстегнул пуговицу на рубашке?

— Тоже нет.

— Я обычно пытаюсь заигрывать с тобой? Посылаю намёки? Отпускаю непристойные шуточки в твой адрес?

— Нет, ничего из этого... Вы никогда этого не делали. Вы даже толком не смотрели на меня.

Сехон щёлкнул пальцами перед Юншином, словно это был ответ.

— Так же скажут и сотрудники компании. Я даже никогда не смотрел на тебя. Ты единственный, кто говорит противоположное. К тому же, тебя схватили в слепой зоне, ты ничего не можешь сделать.

Юншин пытался разумно подбирать слова, но в его утверждениях не было основания. Зная это, Сехон спросил:

— Считаешь это несправедливым?

Ответ Юншина последовал незамедлительно:

— Да.

— Твоя клиентка чувствует то же самое.

Она тоже верила, что закон спасет её, и подала в суд, но никак не ожидала, что её положение только ухудшится. У неё не было ни доказательств, которые могли бы подтвердить её заявление о том, что она пострадала, ни свидетелей, которые дали бы показания в её пользу – точно так же, как в нынешней ситуации.

— Слушай внимательно, четырёхлетний опыт. Дела о сексуальном насилии могут казаться простыми, но это очень привередливая область. Ты не можешь просто попытаться поддержать иск, как ты делал до сих пор с делами по трудовому праву. Ты не знаешь, какая обстановка была в помещении во время преступления. Только жертва знает. Такие вещи не могут быть «доказаны». Ты сказал, что я пристально смотрел на тебя. Как ты определил степень интенсивности? Где твои доказательства? Все судьи их любят.

Юншин пожалел о признании, что заметил взгляд Сехона, и смутился. Его лицо побледнело.

— У тебя хорошо подвешен язык. До сих пор ты представлял людей, с которыми обошлись несправедливо, которые были сокрушены. В дальнейшем всё будет по-другому. Даже если это не соответствует твоим стандартам и ты думаешь: «Это вообще нормально? Такими темпами меня могут кинуть», — ты должен следовать направлению компании и уважать её позицию. В противном случае тебя действительно кинут. Вот почему тебе необходимо победить, — сказал Сехон.

Когда человек незаконно уволен, не получил зарплату за свой труд или получил травму на стройке, всегда есть улики. Слова Сехона были предупреждением, говорящим о необходимости принципиально иного подхода к делам, за которые он теперь возьмётся.

Юншин медленно кивнул, подавленный сдержанной, но холодной атмосферой между ними. Сехон тихим голосом продолжил:

— Если у тебя есть время задаваться вопросом, выступаешь ли ты против невиновной стороны, советую тебе отследить и выяснить, как этот ублюдок президент согласовал все показания свидетелей, и почему следователи не смогли найти доказательств. А теперь вернёмся к исходной точке. Как ты планируешь доказать, что обвиняемый изнасиловал клиентку?

— Стоит ли мне поискать другую жертву? Сексуальное насилие – это правонарушение, которое наверняка повторяется. Я мог бы распечатать список сотрудников и найти человека, который до сих пор не смог подать в суд на президента. Или, может, стоит поискать следы банковских переводов крупной суммы денег?

— Это то, что я называю пустой тратой времени. Даже если ты что-то найдешь, всё кончено, если третья сторона недостаточно храбра. IT-индустрия небольшая. Ты можешь рискнуть своей работой, чтобы жить красиво, но большинство людей на такое не способно. Можешь ли ты взять ответственность за их средства к существованию? Если да, то твои шансы могут увеличиться на 25%.

— Поскольку это битва на победу или поражение, вероятность, на самом деле, 50%, — парировал Юншин.

— Поскольку адвокат – идиот, думаю, будет лучше снизить до 15%, — ответил Сехон.

Юншин поджал нижнюю губу и вздохнул.

Слепое пятно.

Он задумался о наводке, которую дал Сехон, и сказал:

— Клиентка говорила, что в общей сложности подвергалась насилию три раза. Если это так, то преступление произошло трижды, но на данный момент нет никаких улик, что странно. Нападавший, должно быть, знал заранее, что в том месте есть слепая зона, как и вы.

Глава 37 - Ящик Пандоры

Не найдя подходящих слов, Сехон усмехнулся, но не стал отрицать слова Юншина. Вместо этого он спросил:

— Ну так что ты можешь сделать?

— Нападавший – президент компании. Он не ходит в одиночку и появляется на людях в различных местах. Должно быть, кто-то рассказал ему, где расположены все слепые зоны. Должен ли я узнать, с кем он контактировал?

— Прошло два дня, как я дал тебе документы, и ты до сих пор этого не сделал? — спросил Сехон, поднимая левую руку. Юншин вздрогнул и выставил руку для защиты, думая, что старший снова намеревается прикоснуться к нему, но другой мужчина нахмурился, просто взглянув на наручные часы. Юншин почувствовал себя немного неловко и отвёл глаза.

— Ох, я подумал, вы снова собирались меня коснуться.

— Твой первоначальный подход неплох. В предоставленных документах расследование слишком гладким. Как ты знаешь, редко бывают случаи, когда свидетели по одному делу дают одинаковые показания. Это не убийство и не ограбление, так что, с точки зрения полиции, это дело не такое важное, поэтому они глубоко не копали. Ты должен быть готов к тому, что в полицейском расследовании могут быть пробелы.

Вероятно, по их мнению, с этим делом слишком много мороки. Юншин никогда не занимался такими делами, но он наблюдал подобное со стороны. К тому же он не говорил этого Сехону, но, возможно, вмешался другой адвокат и заключил сделку с прокурором. Все эти варианты возможны.

— Хорошо. Я думаю, что смогу достичь чего-то, если копну глубже. В первую очередь я встречусь с секретарями, особенно с теми, кто лично следует за президентом.

— Он обратился в профессиональную охранную компанию. Все его личные секретари имеют тесные взаимоотношения, так что вместо них обрати внимание на нанятых телохранителей.

— Мне нужно изучить денежный поток компании, так?

— Я уже научил тебя всему. Пришло время спуститься с горы. Буду признателен, если ты напишешь заявление об увольнении по пути, — насмешливо сказал Сехон.

Юншин подумал, что Сехон был слишком мил с ним. Их разговор вернулся к начальной точке.

— Мы ещё даже не достигли вершины.

— Если ты намерен продолжать, сначала найди хоть что-нибудь. После чего договаривайся с президентом или шантажируй его. Окажи давление на противоположную сторону, чтобы те отозвали встречный иск против твоей клиентки. Пока ты это делаешь, заставь их дать клиентке немного денег и извиниться. Наконец, прискачи на белом коне и утешь её. Ты же любишь играть героя.

Юншин никогда раньше никому не угрожал и никого не принуждал, но, судя по предполагаемому результату, подход Сехона был наилучшим вариантом. Даже если он найдёт доказательства причинения вреда, у президента это будет первым обвинением, и, учитывая, каким лёгким обычно бывает приговор по сравнению с характером сексуальных преступлений, президента это не сильно затронет. В конце концов, было бы лучше как-нибудь добиться материальной выгоды для клиентки.

Юншин сжал свой портфель и склонил голову, выражая что-то среднее между извинением и благодарностью. Сехон пристально посмотрел на изогнутую шею Юншина, прежде чем развернуться и пойти дальше без каких-либо объяснений.

Юноша замешкался, глядя, как другой уходит. Он был поражён тем, что Сехон знал это дело лучше, чем он ожидал. «Я думал, его не интересуют дела pro bono».

Сехон был тем, кто отчаянно цепляется за победу; тем не менее для клиентки он был полезнее Юншина, отчаянно цепляющегося за видимые улики. Честно говоря, это шокировало Юншина, который бессознательно ощущал некое нравственное превосходство над Сехоном. Он чувствовал, как мелодия его разума неловко переходит от гармонии к диссонансу.

— Подождите меня, старший адвокат!

Глубоко задумавшись, он наблюдал, как стройное телостановится меньше, после чего поспешил за Сехоном.

* * *

Юншин пришёл на работу раньше обычного, чтобы прочесть документы. Он описал в воздухе большую дугу ручкой, зажатой между длинными пальцами. Он не выспался прошлой ночью. То, что сказал Сехон тем вечером, беспокоило его и стояло комом в горле.

— Тебе нравится играть героя.

— Почему всё, что он говорит, справедливо про него самого? Это талант, — пробормотал Юншин.

Но с другой стороны, Сехон попал в самую точку. Со смешанными чувствами Юншин продолжил просмотр документов. Как ни странно, он чувствовал, что сможет найти правильное решение, следуя вчерашнему совету своего начальника.

— Я получил список ресторанов и баров, которые клиентка посещала с нападавшим... Проверил точки соприкосновения между охранной компанией и ресторанами... Интересно, можно ли отследить банковские счета охранников компании?

Чтобы отследить банковский счет человека, необходимо официально запросить разрешение. Это было возможно только в том случае, если следственный орган выдал ордер на обыск. Однако Юншин намеревался действовать тайно. Он знал, что второй участник процесса из тех, кто тщательно подготовлен, когда дело касается юридических вопросов.

Он задумался, возможно ли провести тайное расследование с помощью профессионального отдела расследований в крупной юридической фирме. У Юншина закралась мысль, не спросить ли у секретаря Така, и поднял голову. Но вместо секретаря Така, он увидел Сехона, который, придя на работу, слушал краткое изложение своего графика. Как всегда, он был в хорошо выглаженном костюме. Сехон всегда был идеально собран.

И он всегда был занят.

Глава 38 - Ящик Пандоры

«Этот садист всегда работает, кроме тех моментов, когда спит. Он когда-нибудь устаёт?» Юншин чувствовал, как его мысли путаются без причины, тогда он опёрся подбородком на руку и посмотрел на красивый профиль Сехона. В этот момент Сехон, смотревший вперёд, внезапно посмотрел на кабинет Юншина.

Юншин почувствовал укол вины за подглядывание, поэтому отвернулся и притворился, что сосредоточился на чём-то. И в эту же секунду услышал, как Сехон стучится в его окно. От беспокойства Юншин едва мог приподнять голову и кивнуть Сехону. Однако Сехон, похоже, пришёл не за уважительным утренним приветствием. Он остался стоять перед дверью кабинета.

«Что он собрался сделать с утра пораньше? Что такого в том, что я немного за ним понаблюдал? Он разбирает меня на части прямо у меня на глазах», — проворчал про себя Юншин и встал из-за стола. Когда он сделал это, наставник поманил его пальцем. Юншин вопросительно посмотрел на секретаря Така, но, хотя секретарь явно был в курсе, он просто указал рукой следовать за Сехоном.

Не имея другого выбора, Юншин последовал за Сехоном в его офис, и как только он ступил внутрь, желтый конверт был сунут, почти брошен, ему в руки. Юншин взглянул на него.

— Нгх... Что это?

Сехон аккуратно повесил пиджак на вешалку, затем начал просматривать стопки документов у себя на столе. Он безучастно ответил.

— Посмотри сам.

— Это связано с моим делом? — настаивал Юншин.

— Что-то вроде. Это поможет в твоих переговорах. Не спрашивай об источнике.

— Можно ли мне открывать что-то сомнительного происхождения?

Сехун не выглядел довольным тем, что Юншин спрашивал о достоверности предоставленного им документа, поэтому он цинично возразил.

— Опасные документы следует использовать тайком и молча. Мне нужно и этому тебя учить?

— Я вижу, что источник не указан, но это тоже... опасно.

Несмотря на объяснение, которое Юншин мог понять, он был настроен скептически. В конце концов, Сехон нахмурился.

— Четырёхлетний опыт. Чем, я говорил, являются мои слова?

— Законом для младшего специалиста — ответил Юншин.

— Если понял, можешь идти.

— Да... Спасибо, пусть я и не знаю, что это такое, и откуда вы это взяли. Я использую это эффективно и угрожающе хорошо — Юншин поклонился и повернулся. Он поблагодарил, желая, чтобы Сехон удержал его, но старший проигнорировал это, зная о желании Юншина.

Звук быстро шуршащей бумаги продолжался. Юншин сделал один медленный шаг вперёд, прежде чем снова повернуться. Он подошёл к столу старшего и получил типичный надменный взгляд Сехона.

— Что на этот раз? Мне нужно прочесть гору заключений, я занят. Спрашивай быстро.

Ну конечно же Сехон не удерживал Юншина, хотя и знал.

Этот придурок.

— Вы когда-нибудь раньше работали с делом о сексуальном насилии? Или вы с самого начала занимались юридическими консультациями?

— Я с первого дня был в команде корпоративного права.

— Значит, нет?

— Я этого не говорил. Первые четыре года занимался несколькими благотворительными делами. Потом я уехал учиться за границу.

— Можете мне рассказать, как вы тогда работали? Я буду иметь это в виду, планируя свой подход.

Юншина очень интересовало прошлое Сехона. Он не проявлял такого любопытства ни к чему уже много лет. Он умирал от желания услышать историю Сехона, поэтому, хотя старший ещё не согласился ответить, глаза Юншина уже сверкали от предвкушения.

Возможно, увидев воодушевление Юншина, Сехон нашёл несколько минут, взглянув на часы, прежде чем откинуться на спинку стула.

— По большей части, я не ходил в суд; вместо этого я находил способы содрать как можно больше денег при урегулировании.

— Ох... Урегулирование.

— Даже если обратиться в суд, для потерпевших это будет иметь малое значение. Их только заклеймят жертвой сексуальных домогательств. Кроме того, этот процесс очень болезненный. Если нападавший получит суровый приговор – уже хорошо. Однако, как ты знаешь, если правонарушение не было особенно жестоким и нестандартным, тюремное заключение – редкость.

— Но что если заявитель требует сурового приговора, а не выплату нескольких долларов?

— Четырёхлетний опыт. Сейчас времена, когда деньги – краеугольный камень правосудия, а не суровая мера наказания. Ты должен думать, что в итоге окажется выигрышем для клиента. Если у твоего клиента неправильное представление об этом, твоя задача – убедить и наставить его на правильный путь.

Юншин размышлял над советом, который между делом дал Сехон, когда возник один вопрос. Вопрос раздувался, как воздушный шарик, который вот-вот взорвётся. Было сложно представить, что нынешний Сехон занимается подобным, но ему казалось, что, возможно, в прошлом он был другим.

— Вы, случаем, работая на безвозмездной основе, никогда искренне не утешали пострадавших? По сравнению с другими, дела об изнасиловании в какой-то мере требуют этого.

Когда Юншин дошёл до сути своего вопроса, Сехон нахмурился, не понимая, почему тот задал такой нелепый вопрос.

— Я не делаю подобных вещей. Разговор окончен. Убирайся.

— Подождите, я ещё не закончил спрашивать...

— Если через минуту ты всё ещё будешь здесь, я заявлю на тебя в полицию за препятствование работе. Твои действия?

Юншин знал, что если он останется, Сехон исполнит свою угрозу. Юноша искоса глянул на Сехона, который сухо смотрел на младшего с телефоном внутренней связи в руке. Крепко сжав конверт обеими руками, будто шею Сехона, он твёрдым шагом вышел из офиса.

Пройдя через кабинет секретаря обратно в свой, он сел прямо за стол. После чего посмотрел на жёлтый конверт и задумался.

«Опасный документ таинственного происхождения, который поможет в переговорах, хм?» Конверт был ящиком Пандоры. Юншин чувствовал: однажды открыв, он не сможет повернуть назад.

Что бы ни было внутри, всё это выглядело как короткий путь Сехона, ведущий к цели, которую желает клиент. Юншин мало-помалу приходил к компромиссу с самим собой. Это не было так сложно или тревожно, как он ожидал.

Глава 39 - Суть проверки

Личности всех людей многогранны.

Возможно, только возможно, грань, на которую смотрел Юншин, являлась лишь одной из многих. Должно быть, Юншин немного разозлил Сехона, когда прервал его прогулку, но старший внимательно выслушал его, указал ему правильное направление и проложил для Юншина новый путь.

Как ни странно, Юншин верил, что сможет каким-то образом победить, если Сехон вызовется помочь ему. Сехон полностью на стороне клиента.

Он знал, что Сехон в конечном итоге хотел личной победы, но, как говорится, цель оправдывает средства; будь Юншин на месте клиента, он нанял бы Сехона независимо от того, насколько высоки его гонорары.

«Твой клиент чувствует то же самое», — сказал Сехон.

Юншин думал: «Он делает всё ради победы. Он также человек с тысячей обличий... Но, возможно, одно из этих лиц может сопереживать клиентам, ставших жертвами».

Юншин положил длинный палец на край конверта и очертил его по кругу.

После чего решительно вскрыл конверт и достал карту памяти.

Действие 6

Тук-тук

Кто-то постучал в его дверь. Занятый чтением документов Юншин слегка приподнял голову, чтобы взглянуть на часы. Уже наступило обеденное время. Он не рассчитывал, что у него будет свободная минутка, чтобы спуститься в столовую, поэтому заранее попросил секретаря Така купить ему сэндвич. Похоже, за дверью был секретарь Так.

— Да, войдите.

Дверь открылась и кто-то вошёл в комнату. Юншин махнул в сторону журнального столика, чтобы человек оставил еду там.

— Оставьте там, я съем его позже. Спасибо и приятного вам обеда.

— Дорогуша, ты очень занят? Я не могу поесть с тобой? Я тоже ещё не ела, — неожиданно раздался женский голос. Удивлённый, он поднял голову и увидел Михи с бумажным пакетом, в котором лежал упакованный сэндвич, и подставкой с напитками.

— Адвокат Сон? Что вас сюда привело?

— Я спускалась вниз, когда столкнулась с секретарём Таком. Он сказал мне, что ты собираешься есть у себя в офисе. Я хотела пообедать с тобой, поэтому купила всё это. Если ты не против, идём сюда.

Улыбаясь, Юншин встал и подошёл к старшей. Они сели друг напротив друга и достали из сумки бутерброды. Загруженность адвоката Сон пусть и не превышала загруженность Сехона, но делала её практически такой же занятой, как он. Должно быть, у неё была особая причина посетить обычного младшего адвоката. Юншин пододвинул к ней чашку кофе и спросил:

— Не думаю, что вы заглянули ко мне просто так.

— Я всего лишь зашла поболтать с тобой. Как продвигается работа?

Юншин сделал глоток из своей чашки и спокойно ответил:

— Пока всё в порядке. Я не отвечаю за большие дела. Просто выполняю поручения разных масштабов, когда об этом просит адвокат Кан, или просматриваю дело, представляющее общественный интерес, которое он мне дал.

— Ваша команда корпоративная, но большинство дел связано со слияниями и поглощениями*, поэтому специалист по трудовому праву пригодится. Вскоре ты сможешь участвовать в общих собраниях команды. Ты же понимаешь, что я имею в виду, да?

— Конечно. Я благодарен, что он вообще принял меня и повысил мою зарплату до уровня младшего сотрудника четвёртого года. Думаю, мне тоже показалось бы подозрительным, если бы на меня с неба свалился новый работник по блату. Уверен, он вызовет меня, если решит, что я буду полезен. Я просто продолжу в том же духе.

Ответив, он не смог удержаться от беспричинного взгляда в окно. Юншин открыл пластиковую крышку своего одноразового стакана и вдохнул аромат кофе. Затем, наблюдая за ним, Михи спросила:

— Как поживает твоя сестра?

— Сестра? Она очень занята в последние дни. Обычно мы созванивались до двух раз в неделю, но в последнее время я не мог с ней связаться. Я начинаю скучать по её детям, ничего не могу с этим поделать.

— Честно говоря, я была удивлена, когда со мной впервые связалась госпожа Игён. Мы тесно сотрудничаем с корпорацией Сухан, но большая часть нашего общения происходит через их юридический отдел – у меня не было возможности лично встретиться со второй** женой. Я однажды мельком видела её на похоронах профессора До несколько лет назад, но, я думала, на этом наше взаимодействие закончилось.

Это был косвенный вопрос о том, почему сестра послала его сюда..

Откровенно говоря, у Юншина не было ответа – только догадка.

— Это всего лишь предположение, но я думаю, мой отец рассказал о вас моей сестре. Он иногда рассказывал нам о своих самых выдающихся студентах, когда возвращался с работы и открывал бутылку соджу. Я не понимал, о чем он говорил в то время, но... В любом случае поскольку она связалась с вами, я считаю, она думает, вы заслуживаете доверия, чтобы позаботиться обо мне.

— О, значит, она очень доверяет нашей компании.

Это была единственная вещь, которую он знал наверняка. Юншин был всегда очень близок и дорог сердцу его сестры. Его сестра ощущала тепло их матери вплоть до средней школы, но Юншину так и не довелось побывать у неё на руках. Из-за этого его сестре всегда было жаль Юншина, и она хорошо о нём заботилась.

Юншин улыбнулся, подтверждая комментарий Михи, и откусил свой сэндвич. Пока он тщательно пережёвывал, Михи улыбалась и пристально смотрела на него, будто рассматривала в микроскоп. Слегка удивлённый, Юншин вытер уголки чистого рта и наклонил голову:

— У меня что-то на лице?

*Слияния и поглощения (англ. mergers and acquisitions, M&A) — класс экономических процессов укрупнения бизнеса и капитала, в результате которых на рынке появляются более крупные компании.

** Вторая жена — жена второго сына.

Глава 40 - Суть проверки

— Нет, я просто думала, как Сехону удалось удержать тебя до сих пор. Он сдался быстрее, чем я ожидала. Я предполагала, что он будет постоянно тебя тиранить на протяжении полугода, но дал тебе зелёный свет спустя два месяца. Я не знаю, почему он так торопится.

— Я никогда не встречал никого, кому слово «тиран» подходило бы лучше, чем старшему прокурору Кану, — сказал Юншин.

Михи с воодушевлением захлопала в знак согласия. Она от души рассмеялась.

— Он тот ещё кадр, не так ли? Выглядит как человек, склонный к садомазохизму.

Юншин чуть не пролил содержимое своей кофейной чашки. Он старался сохранять невозмутимый вид и дышал ровно. Он понятия не имел, какое лицо сделать в подобной ситуации. Михи не обратила внимания на реакцию Юншина и продолжила:

— Адвокат Кан зарабатывает кучу денег, но знаешь, он не одержим материальной роскошью. Ты знал об этом?

— Может ли кто-либо одновременно хорошо зарабатывать и не быть жадным до денег?

— Вероятно, он принимает во внимание деньги только потому, что это самый простой способ подтвердить свою ценность, ведь важна индивидуальная чистая стоимость юриста. Но Сехон не заключает сделки, отталкиваясь от потенциальной прибыли. Он решает, основываясь на том, как сильно это простимулирует либо его стремление к успеху, либо его конкурентоспособность. Поэтому он особенно любит брать апелляционные дела.

Юншин совсем не мог этого понять.

— Он любит обжалования?

— Ага. Поэтому, когда Сехон тонет в консультациях, проводит одно из них. Он не в группе по судебным разбирательствам, но, похоже, не может отказаться от апелляционных дел. Ему кажется, что все работают по 24 часа в сутки, как и он, поэтому старшие из команды иногда ругаются... Ну, он так и напрашивается на оскорбления. В любом случае из-за этого тебе также придётся выполнять какую-то утомительную работу, например, организовывать для него документы.

— Я знал, что ему нравится участвовать в сложных битвах, но думал, он ненавидит подбирать вещи, к которым прикасались другие.

— Взгляни на это с другой стороны. Есть некое очарование в том, чтобы изменить ситуацию, когда другой адвокат проиграл в суде. По его словам, поэтому это так увлекательно. И начнём с того, что эта задача не из простых.

Юншин на мгновение задумался, после чего немного разочарованно ответил:

— Всё ради чувства превосходства? Это слишком ему подходит.

— Я просто говорю, что он извращенец.

— Это именно то, что я хотел...

Юншин не смог заставить себя закончить предложение и неловко усмехнулся, а Михи просто понимающе кивнула. Если Сехон держал людей в напряжении, то Михи, напротив, ослабляла напряжение, словно снимая усталость. Юншин ощущал это с момента его первого интервью с ней. Вероятно, поэтому Сехон вернулся в Догук, несмотря на множество других вариантов.

Затем Юншин нерешительно сказал:

— Я хочу знать, что за человек адвокат Кан.

— Сехон? Он такой, каким ты его видишь – умный, талантливый и красивый.

Юншин собирался отыграться небольшой шуткой, но потом поджал губы.

Когда он услышал комментарий Михи, на ум пришло знакомое красивое лицо. Словно сам человек стоял перед ним, образ был чётким и ярким.

Обычно Юншин не интересовался внешностью других людей и мог ясно вспомнить только лица его сестры, отца и близких друзей. Внезапно он осознал, что украдкой поглядывал на Сехона без особой причины и думал о нём так часто, что легко мог вспомнить лицо мужчины.

Чувствуя некую тревогу, он сухо сглотнул и чуть позже сказал:

— Я думаю, в нём есть нечто большее. Были моменты в нём, которые я понимал неправильно, и теперь мне кажется, что он намного страшнее, чем я себе представлял.

— Страшный? Я слышала, Сехон ещё ничего по-настоящему тебе не показал. Что бы ты ни видел, это лишь верхушка айсберга.

— Видите ли... Не так давно он прислал мне несколько файлов касательно дела pro bono, над которым я работаю.

Он не понимал как, но, похоже, Михи уже знала, что Сехон что-то предпринял, чтобы облегчить работу Юншина. Её глаза заблестели от любопытства, и она подалась вперёд, давая понять, как ей не терпится послушать.

— Что там было? Я слышала, адвокат Кан нанял частного детектива. Не знаю, в курсе ли ты, но с этими ребятами правда сложно управляться, и они очень дорогие. Также они постоянно устраивают встречи в разных местах, так что я никогда не видела их лиц.

— Ну, вероятно, мне стоит сказать, что это просто фатальная слабость для компании среднего размера, которая на первый взгляд кажется благонадёжной. Я также могу утверждать, что это жизненно важный ключ к тому, чтобы мгновенно столкнуть одного человека и его семью в пропасть.

Если Юншин пригрозит передать эту информацию в СМИ, противоположная сторона незамедлительно отзовёт их иск, компенсирует ущерб его клиенту, и созовёт пресс-конференцию с извинениями. Там был полный спектр всего: от коррупции в его компании до скандальных историй о президенте – вопрос в том, что Юншин выберет для использования.

Он ходил вокруг да около, но женщина, сидящая напротив, казалось, поняла суть. Михи выглядела удивлённой, затем на мгновение задумалась и спокойно сказала:

— Сехон всегда прельщает людей концепцией наград и наказаний. Вероятно, он дал эти документы тебе, так как посчитал их подходящими для этого. Используй их правильно, чтобы они не пропали зря. Также, похоже, он заодно хочет посмотреть, каким образом ты их используешь. Он не очень доверяет другим.

— Вы тоже так думаете? Он дал их мне в пользование. Видимо, меня будут проблемы, если я не воспользуюсь ими, хм? Но ставки слишком высоки. Это всего лишь средняя компания, однако существует она давно, и её название известно многим.

— Это навык – правильно выбирать информацию и использовать её.

Наконец, Юншин понял цель Сехона, который разработал этот план.

— Так вот в чём настоящая проверка. Он пытается понять, готов ли я запачкать руки.

Глава 41 - Сестра

Михи просто пожала плечами, не соглашаясь и не отрицала.

— Что ж, как того хотела миссис До, адвокат Кан – лучший учитель, который научит тебя выживать. Просто потерпи пару лет под его началом, а потом езжай учиться за границу.

Глаза Юншина расширились.

— Меня отправят за границу? Я спрашиваю на случай, если у сестры на меня другие планы.

— Не факт. Я подняла эту тему только потому, что для новичков нормально учиться за границей после пятого года. Не хочешь? Тебе здесь нравится? Твоя сестра сказала, что ты останешься на несколько лет, прежде чем захочешь уйти.

Конечно, Юншин задумывался об этом с первого дня в компании. Он планировал выполнить просьбу сестры и остаться на несколько лет, пока она не поймёт, что он сделал всё, что мог. Но он немного забеспокоился, узнав, что сестра ожидала это от него. Она знала своего младшего брата лучше, чем он предполагал.

Поскольку он не мог сразу согласиться, сидя перед дочерью директора компании и той, кто активно его вербовал, Юншин прикусил нижнюю губу. Возможно, Михи догадалась о его противоречивых чувствах и сменила тему.

— Вы с сестрой похожи на профессора До. Должно быть, вам его не хватает. Он был хорошим человеком... Сехон притворяется, что это не так, но мы оба очень уважаем его, потому что он всегда был непредвзятым и внимательным.

Кан Сехон кого-то уважает...

Юншин не мог себе этого представить. Образ Кан Сехона, уважающего кого-то, просто не укладывался у парня в голове. Юншин с горечью усмехнулся. Михи откусила от своего сэндвича и склонила голову в замешательстве. Только после этого растерянного взгляда юноша осознал, что улыбается. Он почувствовал себя ещё более обеспокоенным, чем когда понял, что сестра читает его как открытую книгу.

Он изо всех сил изобразил спокойствие, чтобы скрыть своё смущение.

— Время от времени я скучаю по нему, но всё в порядке, ведь у меня есть сестра. К тому же её дети милые. Мой зять не такой плохой человек, как о нём говорят. В конце концов, моя сестра его выбрала.

— Как я предполагала, вы с сестрой довольно близки.

— Я считаю, что её нужно оберегать. Уверен, моя сестра думает обо мне так же.

— Адвокат Кан назвал бы это слабостью – то, что нужно защищать. Он считает, у людей их быть не должно.

Юноша удивлённо заморгал. Он думал наоборот – что это признак силы.

Михи прочитала вопрос в его глазах и добавила:

— Я имела в виду, если хочешь подольше продержаться под началом этого парня, не слишком выставляй себя напоказ. Если ему понадобится атаковать тебя или контролировать, он воспользуется этим в первую очередь. Было несколько новеньких, от которых избавились подобным образом.

— Буду иметь в виду.

— Хорошо. Боже, я отняла слишком много твоего времени? Давай быстренько поедим. Сэндвичи оказались вкусными.

Юншин начал есть, подстраиваясь под темп Михи. Он размышлял об их разговоре, пережёвывая свежие овощи в своём бутерброде.

Похоже, как человек, давно знакомый с Сехоном, адвокат Сон много о нём знает. Благодаря этому Юншин почувствовал, что он косвенно многое узнал о Сехоне, несмотря на повседневность разговора. Намёки секретаря Така также оказались очень полезными.

Очевидно, Сехон из тех, кто действует в соответствии со своими словами. Если он считает, что людям не следует иметь вещей, которые нужно защищать, у него не будет чего-то настолько дорогого, что его захочется оберегать.

«Поэтому он всегда в наступлении?»

Судя по наблюдениям Юншина, Сехон соответствует стереотипу «злой гений», хотя этот стереотип также выглядит противоречивым. Сехон был безжалостным, влиятельным и беспощадным, что казалось Юншину защитным механизмом.

Возможно поэтому Юншин не мог не беспокоиться о Сехоне. Неосознанно, его глаза продолжали следовать за мужчиной, и ему хотелось знать, о чём тот думает.

Юншин не был уверен в своих чувствах. Было ли это напряжение перед начальником, чувство от общения с человеком, с которым принципиально не ладил, или другое чувство, которое он пока не может понять?

Будто в боку застряла заноза, он продолжал чувствовать беспокойство от его натянутых взаимоотношений с этим язвительным критиком.

* **

Юншин снова закопался в документах до поздней ночи и вернуться домой удалось только ближе к полуночи. Он понял, что ему будет сложно вести машину при такой усталости, поэтому взял такси. Когда он вышел у дома, ему позвонили, и он остановился. Была поздняя ночь, поэтому звонить ему мог только один человек.

Когда он проверил телефон, как и ожидалось, это была сестра.

Он принял звонок и присел на ближайшую скамейку.

Прохладный ночной воздух немного болезненно щипал и кусал его, но благодаря ему он взбодрился. Он наслаждался этим освежающим чувством, поэтому остался сидеть.

— Игён? Давно тебя не слышал. Что заставило тебя позвонить так поздно ночью? Дети хорошо поживают? А зять?

Игён хрипло ответила:

— У всех всё хорошо. Я забила твой холодильник едой. Говорила же тебе нанять кого-нибудь – почему ты этого не сделал? У тебя сплошной беспорядок. Открывай окно время от времени.

— Мне не нужна домработница... В последнее время я прихожу домой только для того, чтобы поспать. Впрочем, когда ты приходила? Следовало сначала связаться со мной. Тогда бы я ушёл с работы пораньше.

— Только возвращаюсь от тебя, захожу в гараж.. Хотела сказать тебе кое-что, но ты пришёл намного позже, чем ожидалось. Встретимся в другой раз.

Глава 42 - Сестра

Юншин перестал ёрзать руками.

— Что? Получается, ты всё ещё на цокольном этаже?

— Ага. Ты что, всё ещё тут? Я вижу только одну из твоих машин.

— Нет, я... Подожди минутку.

Чуть ранее Юншин неспешно вытягивал ноги, но теперь он вскочил со скамейки и быстро пошёл. Он направлялся к входу в подъезд, оформленному в виде триумфальной арки с мансардой, когда увидел чёрный седан, поворачивающий из-за угла, где находился выезд из гаража. Номерной знак был знакомым. Он радостно помахал рукой и машина остановилась.

Машина притормозилау и задние стекла опустились.

— Игён!

Юншин сбросил звонок и посмотрел на сестру на заднем сидении. Её чёрная шляпа была плотно прижата к голове, закрывая лицо, шарф несколько раз был обернут вокруг шеи, и на лице была чёрная маска. Юншин едва мог видеть хотя бы сантиметр её кожи.

— Ты не собираешься показать мне своё лицо? Почему с тобой так сложно встретиться в последнее время?

Только тогда Игён, наконец, приподняла поля своей шляпы, чтобы встретиться с братом взглядом. Юншин не был уверен, ведь на улице темно, но она выглядела очень уставшей. Как он и думал, должно быть, она была очень занята. Её голос тоже был хриплым, не как обычно. Он думал, что её голос был сиплым по телефону, но вживую он звучал ещё хуже.

— Слава богу, Юншин, я думала, что не смогу увидеть тебя перед отъездом. У тебя всё хорошо с работой?

Юншин молчал, но затем схватился за край окна.

— Неудивительно, что твой голос звучал немного странно. Ты простудилась?

— Да. Ничего серьёзного, не беспокойся.

— Почему ты приехала во время болезни? Подними окна – холодный воздух попадает внутрь. Давай я лучше сяду в машину.

— Нет, стой там и слушай. Я ненадолго.

Игён вытянула руки и вытолкнула руки Юншина из машины. Юноша выглядел потрясённым после того, как его внезапно оттолкнули.

Игён была сама не своя. Раньше она никогда не отталкивала его подобным образом. Но сегодня она явно была против того, чтобы брат приближался. Тот факт, что она отвела глаза после того, как оттолкнула его, подтверждал это. Для других могло показаться, что это обычное действие, не несущее никакого посыла, но Юншин ощущал, будто что-то не так, ведь она никогда раньше так не делала.

Честно говоря, он чувствовал себя довольно обескураженным. Если бы она сказала, он был готов съесть еду, которая ему не нравится, или надеть неудобную одежду. Несмотря на то, что они с их последней встречи прошло много времени, ему было досадно, что ей некомфортно приближение Юншина.

Парень был в шоке от повисшей в воздухе неловкости между ними, затем осторожно спросил:

— Что-то случилось между тобой и моим зятем?

— Ничего не произошло.

— Он сказал больше не выходить на улицу без разрешения? Вы поссорились из-за этого в прошлый раз. Или это связано с детьми? Если я могу чем-то помочь...

— Тебе не нужно волноваться за меня. В любом случае, Юншин...

Юншин всё больше расстраивался, и снова сунул руку в окно машины. Затем он нежно схватил плечо сестры, прося её смотреть на него во время разговора. Он делал так несколько раз, когда они ссорились. Но почему-то сестра сегодня очень оборонительно реагировала на физический контакт с его стороны и раздражённо шлёпнула его по руке.

От столкновения их рук раздался громкий шлепок. Шёлковый шарф Игён зацепился за руку Юншина и соскользнул на пол. Сестра поспешно попыталась прикрыть шею вновь, что показалось юноше очень подозрительным.

— Игён?

Была одна вещь, которую Юншин выучил за эти годы, встречаясь с заинтересованными сторонами в нескольких делах. В ситуациях, подобных этой, интуиция оказывается права в девяти случаях из десяти. Люди, которые получили ранения или понесли денежные убытки, всегда всеми силами пытались скрыть свои страдания от людей, о которых больше всего заботились. Они ненавидели мысль о том, чтобы заставить близких волноваться. Поведение его сестры было хорошим тому примером.

У Юншина было плохое предчувствие и он взглянул на личного секретаря сестры, сидящего на водительском сидении. Он неизменно смотрел вперёд, несмотря на переполох сзади.

Добродушный секретарь был университетским студентом, которому доверял их отец. Игён взяла его с собой, когда вышла замуж 10 лет назад. Юншин предполагал, что секретарь что-то скрывал от него в прошлый раз, и похоже это «что-то» касалось его сестры.

Обретя уверенность, Юншин сорвал с Игён маску, в то время как она наклонилась, чтобы подобрать с пола шарф, и отбросил её в сторону.

— До Юншин! Что ты творишь? — закричала Игён.

Глава 43 - Необходимое условие

Если это был не опытный грабитель, который смог попасть в их охраняемый особняк, то это был бы лишь один человек, кто мог навредить Игён — его зять. Он не был из тех, кто держит себя в руках. По этой причине о нём ходили плохие слухи, но раньше он никогда не трогал свою семью. Возможно, это уже не так.

Сопоставив факты, Юншин незамедлительно постучал в окно, которое было поднято до верха.

— Игён! Игён! Я сказал, открой дверь!

— Ты не можешь быть потише? Кто-нибудь может услышать! Ничего не случилось. Сперва вот, возьми это.

Игён просунула тонкий белый конверт через узкую щель приоткрытого окна. Вместо того, чтобы взять, Юншин просто уставился на него. Не вытерпев, Игён наконец открыла дверь и вышла, показав себя. В тот момент, когда Юншин оказался лицом к лицу со своей сестрой, выражение его лица исказилось.

— Это был мой зять?

— Юншин.

— Я спрашиваю, был ли это мой зять.

— Сначала возьми это. Я говорила, что мне нужно кое-что тебе сказать.

Она заставила Юншина взять конверт дрожащими руками и, поправляя одежду, сказала:

— Она дочь из приличной семьи. Вся информация собрана в конверте. Попробуй встретиться с ней.

— Ты хочешь сейчас поговорить о свидании вслепую? В этой ситуации? Ты шутишь?

— Думаю, твой зять нуждается в этой семье. Я не говорю тебе сразу же играть свадьбу. Просто встреться с ней. Сделай хоть что-то, чтобы мне было что доложить.

— Ты пришла ко мне в таком виде и говоришь пойти на свидание, потому что так захотел мой зять? Куда катится этот мир?

— Успокойся и послушай. Это хорошая возможность. Моему мужу нужна эта семья. Иначе говоря, если ты свяжешься с этим домом – будешь в безопасности, что бы ни произошло. К счастью,другой стороне ты очень понравился. Они свяжутся с тобой, так что, если она тебе понравится, вы можете пойти на свидание. Даже если собираешься ей отказать, хотя бы сходи на первую встречу.

Юншин собирался возразить, но сестра оказалась быстрее

— И я уже сделала заказ там, где всегда покупаю вина. Если тебе позвонят, попроси сотрудников компании принять их, не привлекая внимания. Одна бутылка адвокату Кану, и одна адвокату Сон. Директору я уже лично передала презент. Это очень дорогие вина, так что...

Юншин не мог понять, о чём она говорит, потому что был сбит с толку. Его голова пульсировала, готовясь взорваться от такого объёма информации, полученной единовременно. Юноша сердито оборвал сестру:

— Игён, я ничего не понимаю!

— Я в процессе сбора доказательств!

До этого момента она говорила спокойно, но на этот раз повысила голос. После чего огляделась, беспокоясь, что кто-то её услышал, из-за чего Юншин запереживал.

У молодого человека не было выбора, кроме как начать говорить тише. Выдыхаемый им воздух бесконтрольно дрожал.

— Он делает с тобой такие ужасные вещи, тебе необходимо собирать улики. А ты тем временем говоришь мне встретиться с женщиной, с которой этот ублюдок хочет меня познакомить. Насколько всё плохо, что мне нужно обеспечивать безопасность? Пожалуйста, объясни мне.

— Я же сказала тебе, что собираю доказательства. Я не была просто лёгкой добычей – я всё понимала и позволила этому случиться. Он всегда был единственным, кто жаждал любви, и сказал мне, что нашёл ту, которую полюбил. Он хотел развода, потому что не хотел вызвать волнения в компании слухами и боялся возможного влияния на его преемственность, но я не желала тихого разрыва. Даже если я разведусь, это будет судебный процесс. Вот почему я жду подходящего момента.

Развод?

Судебный процесс?

Игён была мудрее и сообразительнее Юншина. Их отец всегда хвалил её за эти качества. Действия его сестры всегда имели какую-то цель. Поэтому, когда она сказала, что собирается выйти замуж за своего нынешнего мужа, отец и Юншин поверили в неё и поддержали. Вопреки его грязному публичному образу, возможно, было что-то ещё, что они не могли видеть в его зяте, очаровавшее Игён.

Его зять искренне любил Игён и заботился о ней. Их семейная жизнь в целом была гладкой. У них были небольшие ссоры, но все они были обыденными, которые встречались у каждой пары.

Но что-то должно было измениться.

— Другая сторона – чеболи. Ты даже не можешь сравниться с этими людьми. Просто убегай, когда он скажет, что хочет расстаться.

— Я знаю. Это будет долгая битва, и мне будет больнее, чем сейчас. Большинство крупных фирм даже не возьмутся за моё дело. Мало того, что они перестанут получать работу от Сухан, так ещё Сухан будут использовать все средства, чтобы дать отпор. Вот почему я смотрю на это в долгосрочной перспективе. Несмотря ни на что, я должна заполучить доказательства и убедиться. У меня есть дети, о которых тоже нужно беспокоиться.

— Он не отдаст детей?

— Для своей преемственности и наследства он сделает всё, чтобы сохранить опеку и заботу над детьми. Я должна бороться, если хочу сохранить их.

Несмотря на следы от верёвки на её шее, глаза сестры были ясными. Она была очень решительной. Зная её, она, вероятно, уже обдумала и смоделировала несколько сценариев в своей голове. Юншин знал, что ему нужно следовать её желанию. Сердцем он хотел немедленно вытащить её из этого дома, но в глубине души понимал, что в конце концов не сможет этого сделать.

— Я в порядке. Я сильная и крепкая. Я беспокоюсь о тебе. Я боюсь, что ты будешь втянут в это.

— Разве сейчас время беспокоиться за меня?

— Но если это Догук... Догук — хорошая компания. У них хорошая репутация и стабильный фундамент.Все сотрудники очень опытные. Многие из них ученики нашего отца. Более того, Сухан подкидывает компании много работы, поэтому Догук хранит много её слабостей. Сухан не сможет так легко её прижать. Я думаю, что это лучший выбор из всех фирм.

*В оригинале глава называется Sine qua non — латинский юридический термин, означающий «[условие], без которого это не могло бы быть», или «кроме …», или «без которого [нет] ничего».

Глава 44 - Необходимое условие

Естественно, события последних месяцев промелькнули в голове Юншина.

Как только он соединил ситуацию своей сестры и свою за последние дни, всё, казалось, встало на свои места.

Всегда нужно быть готовым отказаться от гораздо большего, чем то, что хочешь отнять у других. Не может быть такого, чтобы его сестра об этом не знала. Более того, её целью был второй сын одного из десяти крупнейших конгломератов страны. Она должна была обезопасить Юншина, прежде чем её бой действительно начнётся.

— Вот почему ты отправила меня в Догук. Чтобы защитить меня? Продала имя нашего отца?

— Если бы ты продолжал заниматься бесплатной юридической работой в Джея, этот мужчина связался бы с тобой в первую очередь. Он знает, что я сильно забочусь о тебе. Если я тебе небезразлична, найди себе место в компании и на какое-то время притворись, что я мертва для тебя.После этого отправляйся учиться за границу. Так мы выживем. Учись у адвоката Кана и перенимай от него всё что можешь. Его разум — это сокровищница, которую не купишь ни за какие деньги. Он знает больше секретов Сухан, чем кто-либо другой.

— Поэтому ты его выбрала?

— Даже не считая этого, Кан Сехон — лучший для твоей защиты.

Если это было причиной, то юноша не мог понять ход её мыслей.

— С чего бы этому человеку меня защищать? Между нами нет ничего, что можно было бы назвать отношениями. Не может такого быть.

— Конечно, он не станет активно тебя защищать! Но знаешь, Юншин, так никто не делает. Тем не менее Кан Сехон не уволит тебя или не поставит в неудобное положение из-за мнения третьей стороны. Он просто будет действовать в соответствии со своими стандартами. И, по-моему, он единственный человек, кто может это сделать. Ты хорош в том, что делаешь. Просто покажи, чего ты стоишь. Я знаю, ты сделаешь это ради меня.

Молодой человек не нашёл, что ответить. Её мнение о Сехоне было такое же, как у него.

Сехон не станет защищать Юншина. У него нет на то причин. Однако, он очень конкурентоспособный и самоуверенный, поэтому, когда давление извне стало бы нарастать, он был бы единственным, кто мог бы помешать этим попыткам. Юншин умолял дрожащим голосом:

— Игён, я помогу. Я юрист. Если не можете договориться, идите через посредника – я могу выбить тебе большие алименты, если виноват супруг. Не нужно доходить до судебных разбирательств. Я могу всё для тебя подготовить.

— Противник – Сухан. Знаешь ли ты как много людей работает в их юридическом отделе? Они все — бывшие судьи или прокуроры, и опыт каждого превышает десяток лет. Кроме того, у них обширные связи. Какой бы судья ни был на моем слушании о разводе, у него будет коллега в Сухан. Что ты можешь сделать против этих людей? Для Сухан раздавить маленького адвоката вроде тебя — плёвое дело. Я прожила как часть Сухан десять лет, так что знаю это лучше всех. Разве ты не понимаешь, что я чувствую?

— Тогда что насчёт тебя?

— Это моя проблема. Я вышла замуж, и это касается моей семьи. У тебя нет права голоса. Понятно?

Его сестра провела черту, при этом он не мог возразить, от чего становилось больно глубоко внутри. Она понимающе добавила:

— Просто живи своей жизнью. Живи комфортно, занимаясь чем-то научным на старости лет. Я подумываю попросить для тебя должность профессора в нашей альма-матер в качестве одного из условий выплаты алиментов.

— Мне ничего из этого не нужно! Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Физическое насилие всё делает только хуже. Это не моё мнение, а статистика. Ты должна быстро покончить с этим, когда он согласится, хорошо? Пожалуйста?

Несмотря на его мольбы, Игён была непреклонна:

— Мне нужно это сделать. Я повторяю это снова – не пытайся вмешиваться. Это не предупреждение. Это условие. Если ты вмешаешься – я никогда больше с тобой не встречусь. Я должна защитить своих детей, но если мне придётся защищать ещё и тебя, моя битва станет только труднее. Пожалуйста, не усугубляй ситуацию.

— Но!..

— Ни слова больше. Ясно? Юншин, что бы я ни делала, ты ничего об этом не знаешь. Это исключительно моё дело, и к тебе оно не имеет никакого отношения. Тебе следует послушать свою сестру. Ты сделаешь это ради меня, верно? Пожалуйста, прошу тебя.

Ему не было нужды спрашивать, почему она никогда не рассказывала ему об этом. Однако, заботливость Игён ранила Юншина ещё больше.

В каком то смысле философия Сехона была правильной. Чем больше приходится защищать, тем больше неудобств на поле боя – прямо как сейчас у его сестры. Делая больше, чем необходимо, для защиты Юншина и её детей, она оценила свои возможности и выбрала путь, по которому идти.

Лицо Юншина было мрачным от хаоса и отрицания. Игён посмотрела на его лицо убитыми горем глазами и обняла худое тело своего брата. Они обменялись теплом, чтобы на несколько мгновений утешить встревоженные сердца друг друга.

Его сестра заговорила первая, прервав затянувшееся молчание.

— Не волнуйся слишком сильно. Я дочь нашего отца. Я выиграю. Просто на это потребуется время.

— ...

— А сейчас, я пойду.

— Игён, не уходи.

Юншин держал её руку, пока она отталкивала его плечи, но этим всё и закончилось. Игён похлопала его по руке и вернулась в машину. Автомобиль тихо поехал своим путём и медленно исчез из поля зрения. Юншин безучастно стоял там, где его оставили. Переведя взгляд с пустого места, где стояла его сестра, на место, где стоял он сам, он очень глубоко и тяжело вздохнул.

Глава 45 - Досада

Он был так шокирован, что только теперь отчётливо ощутил подавляющий поток эмоций, наполнивший его до краёв. В горле будто стоял ком, и вскоре глаза покраснели. Его бледное и растерянное лицо помрачнело.

— Что творится в этом мире?

Кто впервые употребил фразу «как гром, среди ясного неба»?

Юншин ощущал именно это.

Он не чувствовал такой пустоты внутри с момента смерти отца. Это был самый грустный момент, который он когда-либо переживал, но тогда он не чувствовал себя настолько бессильным. Почти половину своей жизни его отец провёл, помогая людям, боровшимся за выживание. Казалось, ему подходило умереть, совершая праведные дела. Однако его сестра такой не была. Она из тех, кто должен быть счастливым, но падает в бездонную яму, и он ничего не мог поделать.

Под сбором доказательств, вероятно, имелось в виду, что она собирает следы жестокого обращения, как те, что он только что видел. Его зять изменил или совершил какой-то другой подлый поступок. Если он подал на развод, то они уже, вероятно, разлюбили друг друга. Юншин не знал, когда начался конфликт, но, учитывая склонность его сестры обдумывать свои решения, не похоже, что это произошло недавно.

Он встречался со своей сестрой каждые два месяца. До сих пор ему никогда в голову не приходило, что она может испытывать подобное. Он раньше не замечал видимых следов. Но увидел их сегодня.

Вероятно, это означало, что его зять становится всё более жестоким с каждым днём. Следы из незаметных стали видимыми, но сестра уверила, что сможет это выдержать. Юншин не мог оценить силу её решимости.

«Когда это началось?» Слезы переполнили его глаза и покатились вниз по щеке. Маленькая слёзная дорожка превратилась в ручей и залила щёки юноши. Ноги дрожали от печали и поражения.

Юноша упал и прижался лбом к коленям.

Свежий и бодрящий ночной бриз теперь жалил его, словно кинжал.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал, когда сама связываешь мне руки и говоришь игнорировать это?..

Юншин спрятал голову и боролся со слезами на углу тротуара. Холодный воздух окутал его, задержался на мгновение, а потом унёсся куда-то далеко.

Всё это время, позади в нескольких метрах стоял роскошный и чёрный, как ночь, седан.

Мужчина в машине вытянулся и положил руки на руль. Он опёрся своим гладко выбритым подбородком на руки и долго наблюдал за сгорбившейся спиной Юншина. Голос, что сорвался с его изящных губ, был подобен отливу.

— Какая интересная картина.

Женщина сунула конверт в руки мужчине и оставила его плачущим.

Человеком, чьи глубокие и тёмные глаза были устремлены наружу, оказался Сехон, который только что вернулся с работы.

Когда он подъезжал к жилому комплексу, он заметил мужчину и женщину, спорящих в стороне на узкой дороге. Сперва он собирался проигнорировать это, но мужчина показался знакомым. Он припарковался на безопасном расстоянии и начал наблюдать за перепалкой. Женщина ушла первой, а мужчина остался один.

Сехон понаблюдал некоторое время за плачущим юношей, после чего снова выпрямился. Он достал телефон из внутреннего кармана пиджака. На часах было немногим за полночь. Кан Сехон набрал секретаря Така, который моментально взял трубку, несмотря на поздний час.

— Да, сэр. Ваша встреча завершилась удачно?

— Секретарь Так, я отправлю тебе детали в сообщении. Тебе нужно пробить машину, — сказал Сехон, сразу переходя к делу.

— Машину? Прямо сейчас? Это срочно?

— Просто дай мне знать, когда сделаешь. У меня уже есть догадка, кто это, но я просто подумал, что было бы лучше убедиться.

— Это связано с делом, над которым вы сейчас работаете, да? На всякий случай запишу. Какой файл?..

— Нет необходимости. Это просто личное любопытство.

Некоторое время ответа не последовало, затем секретарь спросил:

— Личное любопытство? По какому случаю?

— Что ты хочешь узнать?

— Мне кажется, вы впервые просите меня о чем-то подобном, и я потрясён больше, чем ожидал. Это женщина?

— Не лезь не в своё дело. Я уже говорил тебе. Ты не в моем вкусе.

— И я говорил вам, что не гей. Вы же знаете, что Ваша защитная реакция выглядит странно, верно?

— Завтра утром, перед работой.

— Конечно. Я вам позвоню. Доброй ночи, — ответил секретарь Так.

Сехон небрежно хмыкнул и повесил трубку. Затем он продолжил наблюдать за Юншином, который согнулся на углу улицы.

То, как Юншин свернулся калачиком, крепко сжимая конверт одной рукой, было довольно жалким зрелищем. Его обычный яркий и уверенный образ исчез без следа. Поневоле на эту картину наложилось очень старое воспоминание об одном дне.

Очень давно Сехон видел, как Юншин, которому тогда было около 20 лет, плакал как сейчас. Это было на похоронах профессора До.

В тот день юноша точно также сидел в углу коридора похоронного бюро, рыдая. Затем он схватил край пиджака Сехона, который был практически незнакомцем. Кан Сехон уже предложил ладан, так что собирался стряхнуть чужую руку, чтобы уйти, но рука так крепко сжала его пиджак, что костяшки побелели. Дрожащим голосом Юншину удалось сказать:

— Мне очень жаль, но не могли бы вы остаться со мной ненадолго? Не думаю, что сейчас вынесу одиночество.

Казалось, Юншин хотел быть рядом с кем-то и плакать сколько угодно, но он не хотел, чтобы люди, которых он знал, видели его таким.

Даже сейчас Сехон не мог этого понять.

Глава 46 - Досада

Сехон верил, что он может умело справиться с любой ситуацией, с которой встретится, невзирая на то, что раньше никогда её не видел. Но тогда, по какой-то причине, он не смог оттолкнуть протянутую к нему руку.

После минутного раздумья Сехон прислонился к стене и недолго простоял рядом с Юншином. Ни один не проронил ни слова. Стряхнув последнюю слезу, Юншин поблагодарил его, почтительно поклонился и пошёл в обеденный зал рядом с мемориальными алтарём. Он поприветствовал других гостей с улыбкой на своём бледном лице и пообщался со стариками, кто пришёл в похоронное бюро в одиночестве. Сехон отвернулся, увидев под горем внутреннюю силу.

Сехон не знал имени Юншина, пока не прошло несколько лет. Он знал, что Юншин был сыном профессора До, поэтому, если бы захотел, он мог бы легко узнать, но Сехон этого не сделал. Он чувствовал, что воспоминание о том дне, когда он стоял рядом с незнакомцем, который был не похож на него, будет снова и снова всплывать на поверхность.

Люди говорят, что первая привязанность самая пугающая. Сехон задался вопросом, применимо ли это к подобным случаям.

Более того, Сехону очень-очень не нравилось заботиться о другом человеке.

— Снова он плачет в одиночестве.

Он цокнул языком, но не мог оторвать взгляда от Юншина. Его глаза стали свирепыми и пронзительными, как у хищной птицы.

Действие 7

Его телефон завибрировал.

Сехон, завязывающий галстук перед зеркалом в гардеробной, повернулся к источнику звука. Его телефон, лежащий на полке, вибрировал.

Взглянув на экран, он увидел, что это был секретарь Так. Он закончил поправлять одежду и ответил на звонок.

— Это секретарь Так, — сказал человек на линии.

— Чья она?

Несмотря на то, что Сехон перешёл сразу к делу без какого-либо приветствия, секретаря Така это не удивило. Раздался щелчок устройства, прежде чем секретарь продолжил:

— Это была машина, зарегистрированная на корпорацию Сухан. Настоящий владелец – секретарь жены второго сына, работающий под началом директора До Игён. Судя по всему, машина используется ею для передвижения в частном порядке.

Как он и предполагал. После окончания разговора Юншин заплакал, значит, другой человек должен быть тем, кто мог вызвать подобную реакцию. Исходя из того, что Сехон прочёл в отчёте о его отношениях, его сестра казалась наиболее вероятным вариантом.

Женщин, если только они не были очень высокими, трудно различить исключительно по силуэту. На случай, если это была его девушка, Сехон хотел убедиться. У него с самого начала было предчувствие, что это была До Игён.

— Что-то ещё?

— Вы просили найти только на кого зарегистрировано, так что это все, что я изучил, — ответил секретарь Так.

— Вчера ты сказал, что это было шокирующе и странно. Зная тебя, ты бы не упустил такого шанса. Плюс у тебя было достаточно времени от момента просьбы до сегодняшнего утра.

— Другая сторона – Сухан. Если бы я захотел узнать больше, это бы дорого обошлось. Вам стоит подать официальный запрос в компанию или задействовать ваших частных детективов.

— Ты бы давно уже выяснил то, что не требует много времени и денег.

Должно быть Сехон попал в точку, потому что секретарь на мгновение замолчал. После чего сказал:

— Я не пытался это выяснить, но когда я попросил отдел расследования изучить окружение адвоката До, я узнал кое-что о второй жене Сухан.

— Это было в отчёте, что ты мне предоставил?

— Нет. Судя по всему, в последние дни её появления на публике довольно нерегулярны. Раньше она периодически посещала групповые мероприятия, но теперь часто пропускает их. Также она каждый день ходила в свою картинную галерею, сейчас же она неоднократно пропускает работу.

— Это связано с До Юншином? — спросил Сехон.

— Я не уверен, но, кажется, это не так. Если бы это имело какое-то отношение к адвокату До, оно бы, скорее всего, было частью отчёта следственного отдела.

Были ли это личные дела его сестры? Это объясняет резкую реакцию Юншина, когда узнал.

Сехон размышлял, опираясь на стойку одной рукой. Некоторое время он молчал. Затем секретарь Так добавил:

— Что мне следует делать? Должен ли я запросить дальнейшее расследование в компании?

— Нет, хорошая работа. Увидимся через тридцать минут.

— Да, сэр. Увидимся позже.

После завершения звонка лицо Сехона ничего не выражало. Он вспомнил сцену, которую видел прошлой ночью, и погрузился в глубокие раздумья. Помимо всего прочего, его сестра пришла и лично вручила Юншину документы, что подозрительно. Высока вероятность, что в их семье произошло что-то, что необходимо оформить через документы.

Но его беспокоила одна вещь. Для обычного обмена документами реакция Юншина была слишком ненормальной.

— Это не было похоже на доверенность, — пробормотал себе под нос Сехон.

Он взглянул на часы и надел пиджак. После чего взял портфель и ключи от машины и вышел из гардеробной.

Ход мыслей продолжался, пока он ждал лифт.

Что бы ни произошло с братом и сестрой, это не казалось простым делом. Вчера Юншин плакал так же, как когда умер его отец. Сехон был уверен, что Юншина поразило что-то столь же шокирующее, как смерть члена семьи.

«Так раздражает».

Он злился сам на себя, что продолжает думать о Юншине. Он потянулся своей рукой к задней части шеи. Пока он массировал мышцы шеи, двери лифта открылись.

Цифра на дисплее лифта быстро уменьшалась.

Вскоре он достиг холла гаража и вышел из стеклянной средней двери. В этот же момент из входа в корпус С показалось знакомое лицо – Юншин.

Сехон остановился как вкопанный и уставился на молодого человека.

Глаза Юншина опухли, ему едва удалось изобразить на лице улыбку, как тогда.

— Что смешного, а?

Глава 47 - В моей голове

Сехон говорил резко. По какой-то причине улыбка Юншина действовала ему на нервы.

Юншин сразу же отреагировал:

— Мне первым делом с утра плакать?

— Прежде всего поздоровайся. Кто ты, по-твоему, такой, чтобы быть таким грубым?

— Оу, да. Мне жаль. Доброе утро, адвокат Кан. Как ваши дела?

Видя, как юноша спешил поприветствовать его, он чувствовал, как внутри всё скручивалось ещё сильнее. Почему-то отвращение к этому лицу вырывалось из самого нутра. Он раздражённо прикусил нижнюю губу и продолжил свой путь.

Поскольку они оба направлялись к парковке, стеклянная стена отражала образ сразу двух мужчин. Взглянув на Юншина, Сехон нахмурил брови.

Он не собирался спрашивать, но с губ сорвался вопрос.

— Почему твоё лицо такое опухшее?

Вопрос был неожиданным, и Юншин слегка повернул голову, чтобы взглянуть на Сехона.

— Всё так плохо?

— Я спросил первым.

— Я был голоден, поэтому съел немного рамёна перед сном.

— Твоё лицо так опухло из-за рамёна? Тогда тебе стоит заняться своим здоровьем. Как насчёт плавания? Это поможет твоему кровообращению.

— Каждый день я хожу от дома до компании, дом, компания, как зомби. Где найти время для занятий спортом? Только изредка получается, если тело в плохом состоянии.

Поскольку Сехон знал, что случилось на самом деле, он посмеялся над небрежной ложью, сказанной даже не моргнув глазом.

— Мне хочется спать, когда я вижу опухшие глаза. Больше не приходи на работу в таком состоянии, иначе...

— Хорошо, я постараюсь этого не делать.

Взглянув на Сехона в последний раз, Юншин больше не пытался возражать. Вместо этого он, казалось, был искренне обеспокоен, как сильно раздулось его лицо, и проверил его через отражение в стекле. Двое мужчин широкими шагами продолжали своё движение. Между ними повисла тишина.

Поскольку Юншин вернулся домой на такси, одна из его машин всё ещё находилась на парковке компании. У него была запасная машина, но тогда ему бы пришлось парковать оба автомобиля на работе, и его будущие поездки на работу и с неё были бы не очень эффективными. Взглянув на Сехона, шедшего впереди него, Юншин не пошёл в сторону своей второй машины, а поспешил за начальником.

— Эм, старший адвокат, не могли бы вы меня подвезти?

Сехон остановился на полушаге и обернулся. Он выглядел растерянным, не способным понять ситуацию. Количество недоверия в его глазах было подобно ливневому паводку в сезон дождей.

— Что?

— Прошлой ночью я взял такси, так как боялся, что засну за рулём. Но если я возьму другую машину, я только займу место на парковке компании, и поскольку я встретил вас сегодня утром...

Сехон прервал Юншина.

— Тогда вызови другое такси или воспользуйся общественным транспортом. Есть много вариантов. Мне перечислить? Ты дитё, что ли, малое?

— Вы такой... — Юншин инстинктивно хотел возразить, но замолчал. Сехон подошёл к Юншину, быстро сокращая расстояние между ними. Юншин хотел найти путь для побега, но они уже были в полуметре друг от друга.

— Закончи фразу.

— Вы такой скупой.

«Что с этим парнем?» — читался вопрос в глазах Сехона. Чтобы подтвердить сомнения Юншина, Сехон глубоко вздохнул.

Сехон впервые встретил такого младшего юриста, как Юншин. Младший, который дёргает начальника, идущего на работу, чтобы попросить подвезти. Сехон никогда не слышал о таком. Даже Сехон, которого называли дерзким за спиной, не был на таком уровне. Он никогда не гонялся за коллегами и не надоедал им, не говоря уже о том, чтобы так с ними разговаривать.

— Да уж, я впервые встречаю парня вроде тебя. Разве ты не осознаешь, что я буквально контролирую твою занятость?

— Это проблема?

— Возможно, ты не знаешь, но если я действительно не хочу видеть чьё-то лицо, я этого человека увольняю. Не слушаешь сплетни?

— Я адвокат. У меня большой опыт в слушаниях по делу о неправомерном увольнении.

— Тогда я что, кардиохирург?

— Я не прошу бесплатного проезда. Вы ездите на работу и с работы самостоятельно, так? Я могу сесть за руль.

Они были в самом разгаре спора. Пытаясь убедить Юншина, Сехон сдержанно объяснил:

— Причина, по которой я не пользуюсь услугами водителя, когда еду на работу, в отличие от остальных, в том, что я не хочу, чтобы кто-то тратил моё время. Путь занимает пятнадцать минут в одну сторону, всего тридцать минут каждый день – это моё личное время.

— Я же могу молчать всю дорогу. Просто почувствовал облегчение, когда увидел знакомое лицо после ночи в одиночестве.

Слова Юншина ввергли мысли Сехона в смятение, и он вдруг сжал губы. Юншин молча наблюдал за начальником.

Когда Юншин увидел утром ухоженного и красивого Сехона, он был немного потрясён. Поэтому вместо того, чтобы поприветствовать его, он просто улыбнулся и уставился на старшего.

Юншин не совсем понимал, почему он почувствовал такое облегчение, увидев Сехона. По какой-то странной причине Сехон виделся ему как первая линия защиты его зоны комфорта. Если бы кто-нибудь услышал его мысли, он бы посмеялсяь, что юноша гоняется за тенью.

— Возможно ли это?

Смотря на Юншина сверху, Сехон спросил:

— Я спрашиваю, потому что не могу вспомнить. Я когда-нибудь одалживал у тебя денег или обворовывал?

— Ни в коем случае.

— Совершал огромную ошибку по отношению к твоему отцу, о которой не знал?

— А такое было? В любом случае мой отец бы простил.

—Я когда-нибудь отвергал твою сестру в юности? Я такого не помню, но это могло произойти.

— Что бы ни было между вами и моей сестрой, об этом я знать не могу.

— Верно. Я тебе ничего не должен, поэтому у меня нет причин тебя подвозить.

Глава 48 - В моей голове

Юншин был шокирован искусным отказом Сехона и замолчал. Вместо слов он посмотрел на ухмыляющегося Сехона своими опухшими глазами. Тот слегка нахмурился, но вскоре повернулся к Юншину спиной без лишних слов.

Стройный и высокий мужчина подошёл к своей машине. Сехон сел в свой роскошный седан и выехал с парковки, не оглянувшись.

— Адвокат Кан!

Юншин рефлекторно сделал шаг вперёд, чтобы последовать за машиной, но сдался. Идти за кем-то, кто ёмко выразил своё неодобрение, ничем не отличалось от преследования. Юншин думал, что они сближаются, пусть и самую малость, но Сехон, должно быть, так не думал. Возможно, Юншин немного пересёк границы своего начальника.

Сехон не знал, что прошлой ночью Юншин плохо спал, так что, честно говоря, у него не было причин быть тактичным. Даже если бы он знал, нет гарантий, что он проявил бы понимание.

— Ага, конечно. Вот почему у него нет друзей. Я был глуп, пытаясь понравиться ему.

Юншин стоял, уставившись на то место, где до этого стояла машина Сехона, а затем медленно повернулся. Ещё немного и он опоздает, поэтому пошёл к своей машине. Когда он проходил мимо столба, знакомая машина вернулась, от чего он остановился.

Если его не обманывали глаза, это была машина Сехона.

Сехон просигналил удивлённому Юншину и остановил машину неподалёку. Более того, Сехон вышел из машины очень раздражённым и уставился на Юншина, который стоял в нескольких метрах в стороне.

Юншин был сбит с толку.

— Вы что-то забыли дома?

Сехон указал подбородком на пассажирское сидение, выглядя крайне недовольным.

— Залезай.

— Простите?

— Я сказал, садись. Не заставляй меня повторять. Залезай, пока я не передумал.

Юншин не знал, что послужило причиной таким переменам, но решил поторопиться. Он тактично сел на пассажирское сидение и пристегнул ремень, Сехон также вернулся на своё место.

Сбитый с толку Юншин продолжал поглядывать на Сехона. Старший адвокат, должно быть, чувствовал себя некомфортно, поэтому он кивнул головой в сторону юноши, призывая его говорить. Юншин моментально попался на удочку:

— Почему вы вернулись? Я думал, вы просто уедете.

— Да, я тоже так думал.

Казалось, Сехон удивлялся самому себе. Мужчина выглядел так, словно не понимал собственных действий, которые ему были не свойственны, поэтому Юншин не мог настаивать. Он тихо сидел на пассажирском сидении и наблюдал за умелым вождением.

Когда Юншин подумал об этом, он понял, что, вероятно, Сехон впервые сделал что-то подобное, как он и упомянул. Работая в Догук, Юншин время от времени ощущал, какими необычными были его условия, когда его нанимали в компанию.

Не беря во внимание сотрудников, даже партнёры с большим опытом находили Сехона трудным человеком. Он был символом Догук и принимал такое отношение, как должное. Адвокат Сон сказала Юншину помочь Сехону в качестве члена команды, но даже так, использовать комнату напротив кабинета директора будучи в роли очередного младшего адвоката было против негласной иерархии и культуры фирмы.

— Я мог бы вас довезти.

— Как можно меньше прикасайся к моей машине. Я не люблю, когда на мои вещи попадают чужие отпечатки пальцев.

Юншин незамедлительно положил руку на свой портфель, который кротко положил к себе на колени.

— Должно быть вы впервые садитесь за руль с помощником в качестве пассажира. Сегодня вы получаете новый опыт.

— Ты продолжаешь забывать то, что я тебе говорю. Это плохая привычка.

— Ой, молчу.

— Скажешь ещё слово, и я выкину тебя из машины прямо посреди дороги.

Зная на уровне интуиции, что Сехон сдержит своё слово, Юншин сжал губы в линию и пристально смотрел на другого. Не в силах больше терпеть, на светофоре Сехон повернул голову. Их глаза встретились, старший пронзительно смотрел на бледное лицо Юншина.

— Ты не собираешься держать свои глаза при себе? Твои опухшие веки выглядят так несчастно, что меня это даже раздражает.

— Я выгляжу таким жалким?

— Существует такая штука, называется зеркало. Оно создано как раз для таких, как ты.

Юншин достал свой мобильный телефон и посмотрел на своё лицо через камеру.

Покрасневшие глаза и отёкшие веки, как у человека, который провёл бессонную ночь. Учитывая, каким проницательным был Сехон, даже если бы он не знал точной ситуации Юншина, он сразу бы понял, что юноша плакал. Как ни странно, эта теория объясняла, почему Сехон вернулся за ним.

Очень странно.

Юншин не мог назвать Кан Сехона хорошим человеком, даже с ножом у горла. Он с лёгкостью мог назвать его прямо противоположным образом. Сехон обычно был грубым, высокомерным и бессердечным. Но этот мужчина, который мог сидеть прямо напротив других и в то же время просчитывать свой следующий шаг, не казался Юншину плохим.

Глава 49 - Обоюдоострый меч

Юншин не находил Сехона особенно трудным или страшным. Это было не потому, что юноше было нечего терять. Наоборот, ему было нужно пока что остаться в Догук. Юншин мог себя так вести исключительно благодаря Сехону.

Сехон был на удивление терпеливым и здравомыслящим с того дня, как Юншин пришёл в компанию во время первого тестирования, когда обратился за советом по делу pro bono, и до сих пор.

Он был очень прагматичен, но также оставлял Юншину простор для дыхания. Когда Юншин прикладывал множество усилий, Сехон не игнорировал их и признавал. Вместо того, чтобы только холодно критиковать его ошибки, он учил его, как их исправить. Сехон всегда был раздражён, но при этом внимателен.

На первый взгляд всё просто, но это трудная задача для Сехона, которому платят практически поминутно.

Юншин начинал понимать, почему Игён выбрала Сехона его опекуном.

— Вероятно, большинство крупных фирм не возьмутся за моё дело.

Её хладнокровный и смиренный тон прошлой ночью прозвучал у него в голове, и он сухо сглотнул.

«Если за дело возьмётся Кан Сехон, разве не будет и у моей сестры шанса? Это же Кан Сехон, не кто-то ещё».

Игён не могла доверить дело своему брату, но она могла положиться на Сехона, если бы он вызвался добровольно. Однако Сехона будет сложно убедить. Противоположная сторона была корпоративным гигантом, и она не может не пострадать во время процесса. Высокоуважаемому и хорошо оплачиваемому адвокату нет нужды бросаться в неминуемую бурю.

Более того, Сехон не брался за дела по семейному праву и другие относительно мелкие дела. Должно быть что-то, что заинтересует его, чтобы он ввязался в это.

«Неужели способа нет? Как я могу убедить его представлять Игён?»

Юншин затеребил пальцами. Он начал чего-то желать от Сехона, поэтому не мог больше заставить себя взглянуть на старшего адвоката. Не имея другого выбора, Юншин повернулся, чтобы посмотреть в окно. Он смотрел, как листья вальсируют на ветру, и на утреннюю суету, представшую у него перед глазами.

* *

Юншин вглядывался в экран своего ноутбука.

Карта памяти, которую он получил от Сехона по делу pro bono, была, образно говоря, золотой жилой. Однако некоторые вещи больше походили на наземные мины, предназначенные для охраны горшков с золотом, поэтому он не мог не осторожничать.

Начиная с лёгких денег от их бизнес-партнёров и заканчивая множеством различных нарушений служебных обязанностей, уклонением от уплаты налогов, отмыванием денег и незаконным вымогательством – доказательств было огромное количество. Там была не только бизнес-коррупция, но и множество возмутительных инцидентов, не придаваемых огласке, связанных с семьёй. Если бы Юншин обнародовал что-то из этого с целью встряхнуть противоположную сторону – огромного скандала было бы не избежать.

— Мошенничество на аукционе с помощью младшей дочери... И многое другое. Удивительно, что его так и не поймали.

Учитывая послужной список противоположной стороны, было бы неудивительно, если бы это было не первым его сексуальным преступлением. Уровень изощрённости, который они демонстрируют в уничтожении улик, подтверждает этот факт. Юншин презрительно посмотрел на фотографию мужчины, прежде чем перейти к следующей странице, на которой были перечислены различные случаи его злоупотребления властью.

— Подкуп высокопоставленного чиновника... Подарочные карты, клюшки для гольфа, билеты на курорт... Доставка картин и драгоценных камней через его жену. Это миллионы. После передачи этих средств... Лидер правящей партии, многолетний член оппозиции и действующий министр, — пробормотал себе под нос Юншин.

Каждое новое звено цеплялось за предыдущее, как цепочка, и по мере того, как он продолжал читать, лица, которые он никак не ожидал увидеть, выскакивали, словно кроты в игре «Ударь крота». От депутатов, настолько известных, что Юншин знал их имена, до партийных лидеров – все они были там. Одной только этой информацией он мог вызвать волнения в Корее.

Юншин задавался вопросом, может ли он просто передать это полиции.

Юншин нарисовал в воздухе круг, словно обводил лица знакомых политиков, и потёр подбородок. Эта информация действительно являлась золотой жилой, но её размах выходил из-под контроля. Кроме того, Сехон дал эту информацию Юншину не для того, чтобы обнародовать её, как герой правосудия, а для того, чтобы использовать её как меч, с помощью которого можно добиться выгоды для клиента. Предупреждение Сехона о необходимости аккуратного обращения с этой опасной информацией было тому доказательством. На этой ноте, как бы сильно Юншин ни думал об этом, казалось слишком опасным влезать в мир политики.

Кроме того, люди не распространяли это не потому, что не знали об этом. Это демонстрировало, что политические и финансовые картели имеют глубокие корни. Компания противоположной стороны не являлась крупной корпорацией. Подобная, на первый взгляд средних размеров компания имеет связи со столькими влиятельными людьми. У более крупной компании, такой как Сухан, должно быть ещё больше.

— Пока он задействован, должно быть, он хочет посмотреть, как ты используешь это.

Обдумывая намёк от адвоката Сон, он пытался представить себе, как бы поступил Сехон. Кан Сехон специализировался в первую очередь на принуждении, и только во вторую на примирении – настолько опытным был старший адвокат в переговорах. Должно быть, он эффективно использовал этот навык, чтобы добиться соглашения вместо судебного разбирательства в некоторых делах, которые он вёл. Это был не просто вопрос победы; Сехон старался получить выгоду в процессе переговоров.

Глава 50 - Обоюдоострый меч

Юншин глубоко задумался и решил для начала позвонить клиентке. Спустя три гудка она подняла трубку. Юншин перешёл сразу к делу и сказал:

— Я адвокат До Юншин из Догук, мы общались с вами в прошлый раз.

— Да, я знаю. Что заставило вас позвонить сегодня? Если это важно, стоит ли мне подойти, как в первую встречу?

— Нет, не нужно. Вы случайно не дома?

— Прямо сейчас? Да, но...

— Замечательно. Я отправлю вам документ через курьера. Подтвердите всё, что можете, и отправьте назад. Отталкиваясь от этого, я надеюсь спланировать стратегию.

— Что это за документ?

— Он о коррупции в вашей компании. Я думал договориться об урегулировании с его помощью. С вашего согласия, конечно.

Казалось, женщина не совсем понимала Юншина.

— Соглашение? Я вам не информатор. Я просто хочу юридического подтверждения того, что со мной произошло. Хочу вернуться к работе, а не быть отстранённой на неопределённый срок. В прошлый раз вы сказали, что почти закончили идти по следу уничтожения улик президента.

— Это может прозвучать жёстко, но вы не сможете отомстить президенту так, как надеетесь, из-за ограничений законов нашей страны. Я просчитал, как будет проходить судебный процесс, и пришёл к выводу, что, несмотря на то, что противоположная сторона препятствовала правосудию, приговор всё равно будет непропорционально лёгким, ведь это будет первое преступление на бумаге.

— Я слышала, что за сексуальное насилие в качестве первого правонарушения однажды приговорили к тюремному заключению. Так сказал адвокат, который помог мне подать иск, — сказала клиентка.

— Это возможно только когда у вас есть чёткие доказательства. Но закон, который устанавливает это, не очень надёжен. Всё зависит от того, какой путь вы выберете – сделаете его жалким на короткое время или получите компенсацию в ином виде.

Прежде всего, если закрыть дело, не оставив и царапины другой стороне, весьма вероятно, что противоположная сторона скрытно нанесёт более сильный удар, прежде чем клиентка сможет отреагировать. Это было возможно, поскольку женщина уже была изгоем в своей отрасли.

У Юншина не будет возможности помочь после закрытия дела. Он не может вечно подчищать за этим делом. Пока Юншин обдумывал, как объяснить ситуацию более понятным образом, женщина заговорила более взволновано, чем раньше:

— Я последовательно давала показания и подробно объясняла ситуацию. Вы пытаетесь получить для меня денежную компенсацию потому, что мои показания не достаточно хороши, чтобы доказать мою травму? Вы это пытаетесь мне сказать?

— Возмещение ущерба – это косвенное признание преступления. Соглашение не отменяет вашей травмы, — спокойно ответил Юншин.

— Разве это не потому, что вы слишком ленивы, чтобы провести слушание, ведь я даже не могу заплатить аванс?

— Такое просто невозможно, мэм. Меня это совсем не беспокоит. Этот случай также важен для меня.

— Тогда вы должны наказать этого человека. Я думала, что вы хороший человек, но как вы могли ударить меня ножом в спину? Мне казалось, что встретила хорошего адвоката в этот раз...

Дрожащий голос клиентки передавал её гнев и печаль. Юншин зажмурил глаза и задумался о том, как ему поступить.

После чего он сказал:

— Если вы действительно хотите пройти через судебный процесс, я могу это сделать. Однако, вы сказали, что хотите вернуться к работе. Вы хотите это сделать, потому что невиновны и стремитесь это доказать. Я просто говорю вам, что это можно сделать по-другому.

— Какой суммы вы можете получить для меня? Десятки тысяч?

— Я могу дать вам больше. Не только компенсацию, я мог бы даже добиться публичных извинений для вас.

Похоже клиентка не понимала этого и замолчала. Её тяжёлое дыхание выровнялось, и Юншин услышал, как она успокаивается. Вероятно, она обдумывала его слова, когда у неё перехватило дыхание. Затем она внезапно сорвалась, не в силах полностью понять его слова:

— Закон слишком слаб, чтобы наказать его должным образом, но может предоставить большую сумму денег и извинения? В этом нет никакого смысла.

— Вот поэтому я и позвонил вам. Закон не может к нему подобраться, но документ, который я вам отправлю, может это сделать, но только если вы захотите помочь. Не могли бы взглянуть на него хотя бы раз?

Казалось клиентка, наконец, вернула себе самообладание и поняла суть слов Юншина. Словно вспоминая разговор с самого начала, она невнятно бормотала себе под нос. Юншин терпеливо ждал, вместо того, чтобы давить на неё.

Вскоре после этого она заговорила:

— Что, если я захочу остановиться на варианте судебного разбирательства после того, как изучу ваше предложение?

— Тогда я продолжу судебный процесс.

Юншин явно бы получил низкую оценку от Сехона, если бы не использовал документы. Но если это окончательное желание клиента, Юншин не может ничего поделать. Юншин молча смотрел на окна на экране своего компьютера.

На другом конце линии спросили гораздо более спокойным тоном, чем раньше:

— Могу я вам доверять?

К счастью, она пыталась понять Юншина, который искренне думал об её интересах. Он сдержал вздох облегчения и ответил:

— Вам не нужно заставлять себя. Заслужить ваше доверие – моя работа.

— Прошу прощения, что набросилась. Просто я была очень расстроена.

— Я понимаю. Всё в порядке.

— Вы хотели, чтобы я просмотрела, что мне известно из документа, который вы мне пришлёте, верно?

— Да, и после того, как я сопоставлю факты, давайте вместе обсудим, чего мы можем добиться, и что вы хотите получить от противоположной стороны. О, и вы должны получить документ лично и вернуть его через курьера, которого я пошлю, хорошо?

— Так и сделаю. Спасибо.

— В таком случае берегите себя.

Повесив трубку, Юншин позвонил секретарю Таку. Он попросил отправить клиентке подготовленные заранее документы, после чего проводил его. Секретарь Так обнадёживающе махнул рукой, и Юншин смог спокойно откинуться на спинку кресла.

Глава 51 - Взлом и проникновение

Юншин глубоко вздохнул, и освободившееся место заполнили бесполезные мысли. Он уставился на экран, в его глазах читалось опасение. Он не мог представить, как за такое короткое время можно раздобыть столь сокрушительную информацию. В одном он был уверен: это работа не одного человека.

Сехон всегда господствовал в таких вещах – вещах, которые могли похоронить кого-то заживо.

«У моего зятя, вероятно, даже больше пороков, чем в этом документе», — подумал Юншин.

Бизнес-операции корпорации Сухан были не самыми прозрачными. Он интуитивно догадался, что холдинг, которым управлял его зять, был таким же. Юншин вспомнил, что частично из-за этого старшие этой семьи были такими настойчивыми и открытыми к тому, чтобы стать родственниками отца Юншина, у которого была чистая публичная репутация.

Его отец не был слеп, чтобы не заметить эти обстоятельства. После замужества сестры он ушёл со всех своих государственных должностей и занялся делами о социальной справедливости в Джея. Вероятно, он думал, что если его социальное влияние уменьшится, в то время как его новые родственники будут получать выгоду за его счёт, это, в конечном итоге, нанесёт ущерб всем.

После визита сестры к нему домой несколько дней назад, он ничего о ней не слышал. И Юншину смелости не хватало оставить сообщение. Он хотел найти способ, как преодолеть это препятствие вместе. Желание помочь переполняло его, но только и всего.

Как однажды сказал Сехон, Юншин хорошо знал своё место. Он понимал, что если прыгнет по неосторожности со своим стремлением, как единственной спасительной благодарностью, то может усугубить положение своей сестры, поэтому не мог заставить себя это сделать. Возможно, он мог бы найти способ, если бы узнал о ситуации в деталях, но учитывая то, как защищалась Игён, не похоже, что она когда-нибудь поделится подробностями.

«Она всё равно должна была сказать мне, что именно происходит». Юншина тошнило от того, что он не мог ничего сейчас сделать. Ощущение бессилия смешалось с другим неприятным чувством. Он почувствовал себя ещё более беспокойно, когда вспомнил изувеченное лицо Игён.

Его сестра сказала, что это будет долгий бой, так что не было другого выбора, кроме как получить представление о ходе ситуации. А пока что ему приходилось работать, чтобы выжить в этой компании.

Это было одним из этапов в защите её и себя.

***

Юншин вышел из комнаты отдыха и встал напротив окна, вглядываясь в улицу.

В три утра вид был мрачным. Это самое тёмное время перед рассветом, поэтому оно казалось несколько более давящим, чем другие часы ночи. Было немного зловеще видеть земную атмосферу, окрашенную в такой тёмный цвет. Юншину стало ещё холоднее, поскольку половина кабинетов на этаже была пуста.

Небоскрёбы в поле зрения были горстками огней, мерцающими так же, как здание этой фирмы. Он недоумевал, почему все так усердно работают. Он также хотел знать, что он делает, стоя здесь. Это был первый раз в жизни, когда его положение казалось таким хрупким и нестабильным.

Он не только пришёл сюда не по своей воле, но и был сбит с толку, когда узнал, что пришёл сюда из-за решения своей сестры защитить его от возможной опасности, исходящей от её мужа, с которым она уже десять лет.

«Есть вероятность, что Кан Сехон уже знает о всём происходящем? Вдруг он принял меня, несмотря на это знание?»

Сехон не становился ни на чью сторону, пока клиент официально не подписал договор найма. Другими словами, он мог стать союзником кого угодно в любой момент. И большую часть времени… Нет, он всегда был на более сильной стороне.

Юншин помотал головой от такой маловероятной возможности и вернулся в свой кабинет. В голове продолжали крутиться бесполезные мысли. Возможно, ему было бы лучше заскочить к себе домой и вздремнуть. Он моргнул своими пересохшими глазами, взял пиджак и сумку из комнаты, когда увидел через коридор, что свет в офисе Сехона выключен.

Кабинет секретаря был пуст. Никто не смотрел.

В этот момент, он вспомнил время, когда Сехон отдал ему «опасные» документы и велел не спрашивать об источниках. Не в силах упустить такую возможность, он воспользовался шансом и направился в комнату старшего адвоката.

Юншин был поглощён мыслью «сейчас или никогда». Он знал, что собирался сделать нечто плохое, но он также подумал, что это лучший вариант, поскольку Сехон никогда не скажет ему правду. Даже если слова начальника были законом, и Юншин должен был слепо ему следовать, он не мог закрывать глаза, не зная, какое оружие он применит для своего клиента. Было бы правильным, если бы он зашёл так далеко, как только смог.

«Простите меня. Правда. Мне очень, очень жаль». В душе он трижды извинился. Повернул ручку офиса Сехона и осторожно вошёл внутрь.

Юншин вздрогнул от холодного воздуха, окружившего его в затемнённой комнате. Он потёр лицо одной рукой и огляделся.

Включив фонарик на своём телефоне, он увидел сертификаты о квалификации Сехона на стене. Рядом с ними была вешалка, примерно на уровне глаз Сехона, и на ней висело несколько запасных костюмов и галстуков, накрытых жёстким пластиком.

За стеной Юншин увидел книжную полку Сехона. Его охватило странное чувство одиночества. Другие адвокаты выставляли свои семейные фото или другие личные вещи в качестве украшения комнаты, но у Сехона не было ничего из этого. Всё было связано с работой. Единственное, что было не к месту, это «Большие надежды» на книжной полке.

Глава 52 - Взлом и проникновение

— Это место кажется необычайно одиноким. Возможно, комната становится похожей на владельца, — пробормотал он под нос, перед тем, как прийти в себя, и подошёл к столу. Он надеялся, что сможет достать что-то, связанное с источником той опасной информации. Хотя Сехон никак не мог оставить в офисе что-то по-настоящему важное, может быть, Юншину удастся найти хоть небольшую зацепку.

Однако стол был пустым, а все ящики устроены так, что их нельзя открыть без пароля. Юншин был поражён.

— Думаю, у меня были слишком завышенные надежды на Кан Сехона.

Ощутив поражение, Юншин уже собирался уйти, пока не стало слишком поздно, когда заметил настольный календарь. Он решил повременить с первоначальными планами, поскольку любопытство к Сехону, переполнявшее его разум, вспыхнуло вновь. Он сел в кресло старшего адвоката и пролистал календарь. Но, как и ожидалось, все заметки были о работе.

И только он разочаровался, что не нашёл ничего ценного, как заметил маленький крестик размером с небольшое пятнышко на последней странице календаря. Это был последний день декабря.

Что это? День рождения?

— Мне необходимо найти хоть какую-то слабость, чтобы я мог упросить его помочь мне.

Юншин склонил голову и отложил календарь. Он собирался выключить фонарик, однако осознал, что его стол был виден из комнаты Сехона – поскольку он мог видеть рабочее место Сехоня со своего стола, стоило догадаться, что верно и обратное. Тем не менее Юншин никогда не думал об этом, ведь жалюзи в комнате другого мужчины большую часть времени были закрыты.

Ему стало интересно, наблюдает ли Сехон за ним время от времени.

Он протянул свою руку к свету и отбросил тень, изобразив, что Сехон гладит Юншина по голове. Затем, поняв, что воображает что-то нелепое, вскочил с кресла.

— Что я делаю, в самом деле?

Его уши порозовели. Он решил закончить свои приключения и действительно уйти из офиса, когда заметил толстый предмет между документами рядом с ноутбуком Сехона. Это была единственная выделяющаяся вещь, из-за чего она притягивала взгляд. Он просунул указательный палец внутрь, и что-то гладкое коснулось кончика пальца. Осторожно вытащив пальцами предмет, он обнаружил, что это была папка с файлами. Её содержание было знакомым.

«Почему это?..»

Это были копии некоторых документов, оригиналы которых он просил принести секретаря Так утром. После внимательного прочтения, он увидел основные моменты, которые Сехон подчеркнул ручкой.

Юншин не мог быть уверен, поскольку это дело было дано ему Сехоном для старта, но с самого начала казалось, что Сехон знает гораздо больше подробностей о деле, чем ожидал Юншин. Он говорил о Кан Сехоне, профи Догук, который не берёт никаких дел pro bono. Юншин находил немного подозрительным то, что Сехон уже читал документы, которые другой помощник подготовил в этот же день.

— Как ты думаешь, что Сухан захочет от меня, если я прикоснусь к тебе? Мне не интересно.

«Но я думаю, вы заинтересованы во мне...»

Он охладил разгорячённые щеки тыльной стороной ладони. Взглянул на том «Больших надежд», положил папку с файлами на место.

После этого он быстро закрыл дверь кабинета и ушёл.

Дверь со щелчком закрылась.

В тот же момент над ней красным светом мигнул датчик движения, а затем потух.

Действие 8

Вернувшись на работу после выходных, первым делом Сехон включил свой ноутбук. После этого попросил у секретаря Така чашку кофе. Пока он вытаскивал документы из своего портфеля, его взору предстал экран, который отличался от обычного.

В офисе Сехона над дверью был датчик движения. Если кто-то входил в его комнату, когда он был вне офиса, камера активировалась и начинала запись. Догук – это место, где любой из сотрудников может войти к нему в офис в любое время, стоит только захотеть, поэтому компания решила установить камеры для снижения риска утечки конфиденциальной информации партнёров.

Сехон не был настолько неосторожен, чтобы оставить очень важную информацию в своём кабинете, но один шанс на миллион все же существовал. Офис по-прежнему необходимо было содержать в чистоте, да и он не мог контролировать всех, поэтому согласился установить систему слежения в качестве формальности на случай маловероятного проникновения злоумышленника. Это было известно большинству сотрудников фирмы, поскольку другие коллеги тоже согласились установить эту систему.

«Три часа ночи?»

В правом нижнем углу экрана было два предупреждения. Обычно там было всего одно примерно в шесть часов утра, когда приходили убирать офис. Но сегодня было иначе. Пока его ключ-карты не было в офисе, кто-то сюда заходил.

Это было впервые после случая в прошлом году, когда один из уборщиков вернулся, чтобы забрать чистящие средства, которые он случайно оставил. Сехон быстро зашёл в программу безопасности и запустил видео с трёх часов ночи.

В темноте он увидел размытую фигуру.

Это был Юншин.

Сехон усмехнулся, не веря своим глазам.

— Посмотрите на наглость этого ублюдка.

Юншин решительно вошёл в офис Сехона и включил фонарик. После чего оглядел офис тут и там. Выглядело, будто он что-то искал. Сехон на всякий случай прибавил громкость, после чего услышал шаги и громкий разговор Юншина с самим собой.

Глава 53 - Снисхождение

— Это место кажется необычайно одиноким. Возможно, комната становится похожей на владельца.

Не находя слов, Сехон нахмурился. На экране Юншин с фонариком подошёл к его столу, затем пролистал календарь. Но это был не конец. Он направил фонарик на свой кабинет, протянул свою руку в потоке света и повеселился, играя с теневыми марионетками.

— По его мнению, мой офис – детская площадка какая-то? Я слишком легко с ним обходился.

Он стиснул зубы, намереваясь нажать на кнопку вызова секретаря Така.

Обеспокоенная фраза Юншина заставила Сехона остановиться на полпути:

— Мне необходимо найти хоть какую-то слабость, чтобы я мог упросить его помочь мне.

Сехон продолжил смотреть на экран. Он увидел, как незваный гость открыл папку на его столе и за считанные минуты вернул всё на свои места и вышел из комнаты. Нахмурив брови так, что образовалась глубокая складка, Сехон продолжал смотреть на короткую запись, которая уже закончилась. В его холодных глазах мелькнуло замешательство.

Юншин не был идиотом, он должен был понимать, что в кабинете нет ничего настолько важного, чтобы красть. Но факт того, что он осмотрелся везде, означал, что была какая-то причина рискнуть и покопаться, или он просто пытался ухватиться за соломинку.

«Помочь ему... С чем?»

Сехон ритмично постукивал по столу. Пока он обдумывал услышанное, сцена, которую он застал возле их дома несколько дней назад, всплыла перед глазами, словно фильм.

Сехон поднял жалюзи на окне, выходящем в коридор. Он сразу увидел Юншина через большое окно напротив. Тот выглядел очень занятым – у него был рабочий телефон у одного уха, мобильный у другого и он оживлённо говорил, жестикулируя руками.

Вскоре после этого он положил рабочий телефон и продолжил пылко говорить по мобильному. Было не похоже, что разговор шёл удачно. Когда он встал, продолжая свой телефонный разговор, он заметил Сехона, наблюдающего за ним через холл. Юншин молча поприветствовал старшего адвоката. Сехон не ответил и продолжил смотреть.

Юншин выглядел немного озадаченным и неловко засмеялся. Он явно чувствовал себя в чем-то виноватым. Это была ожидаемая реакция, ведь Юншину, видимо, не приходилось много лгать. Сехон очень хорошо это знал и продолжал сверлить младшего взглядом.

— Естественно ты будешь чувствовать вину, раз сделал что-то плохое, — голос сорвался с губ Сехона, но не достиг Юншина.

— Что вы сказали? — спросил Юншин одними губами и наклонил голову, но Сехон только покачал головой в ответ. Казалось, Юншин колебался, стоит ли ему сосредоточиться на Сехоне или на своём звонке, поэтому Сехон снова опустил жалюзи, чтобы таким образом сказать Юншину работать.

Когда коридор скрылся от его взора, взгляд Сехона упал на статуэтку богини справедливости Дике* на его столе.

— Как мне следует поступить?

Было две вещи, которые он мог сразу осуществить.

— В левую сторону, я проигнорирую это, в правую, могу поиздеваться над ним, выставив напоказ всему миру.

Он закусил губу, коснувшись подвижных весов в руке статуэтки. Затем, как бы оставляя решение богине, он слегка толкнул чащу весов.

Весы колебались и скакали из стороны в сторону. Скрипя, они качались вперёд-назад, словно оценивая, какая сторона тяжелее. Несмотря на то, что чаши буквально недавно пришли в движение, они быстро теряли скорость и остановились после нескольких колебаний. Из возможных вариантов, весы склонились вправо. Увидев это, Сехон слегка нахмурился.

— Поиздеваться.

Он сделал неоднозначное лицо и чуть сильнее толкнул чаши весов, давая им второй шанс.

В этот раз весы снова резко заскрипели, придя в движение, прежде чем остановиться. Однако они снова склонились вправо. Взглянув на результат, Сехон сделал сложное лицо и снова щёлкнул по чашам.

— Кажется, Боги не на твоей стороне, До Юншин.

Сехон интуитивно знал, что ему не стоит пренебрегать той стороной Юншина, которую тот хотел скрыть. Он чувствовал, что, если бездумно вмешается, его собственная жизнь начнёт коверкаться. Это было не просто чувство, а объективное суждение, основанное на его ощущении происходящего.

Однако проблема была не в Юншине, а в Сехоне, в чьих руках находился выбор. Он мог просто проигнорировать юношу, как игнорировал остальных до сих пор, но по какой-то причине сделать это было непросто.

Почему его глаза продолжали следовать за Юншином?

Что в нём такого особенного?

Пока Сехон хмурил брови, в его дверь постучали.

— Открыто.

После ответа дверь осторожно приоткрылась. Сехон не взглянул на дверь и продолжил:

— Можешь принести обезболивающее из медпункта? В последнее время у меня постоянно болит шея.

— У вас головные боли? — спросил мужчина у двери.

Сехон подумал, что посетителем был секретарь Так, но это было не так. Юншин, закончивший свой разговор, держал в руке кофе, который он попросил у секретаря Така. Сехон неспешно откинулся на спинку стула и молча уставился на Юншина. Юноша пожал плечами.

— Так могу я войти?

— С каких пор тебе нужно моё разрешение, чтобы войти?

Сехон сделал колкое замечание, удивив Юншина, от чего его щеки покраснели. С одной стороны, он казался немного пристыженным, с другой – немного сожалеющим.

*Дике или Дайс (Греческий : Δίκη, dikē, «обычай») – одна из трёх Ор (дочери Зевса и Фемиды), богиня справедливости. Атрибутом Дике служили весы. В Древней Греции существовало разделение правосудия (Фемида) и справедливости (Дике). В культуре Древнего Рима правосудие и справедливость были едины, и олицетворяла их богиня Юстиция.

Глава 54 - Снисхождение

Зная о добросовестности собеседника, Сехон чувствовал, что Юншин хочет извиниться за ночной визит в его кабинет. Но стоило Юншину ощутить на себе холодный взгляд Сехона, ему перехотелось поднимать эту тему, и он попытался её избежать. Это было понятно. В конце концов, войти в офис без хозяина и провести там изрядное количество времени было довольно грубо. К тому же, Сехон не отличался милосердием.

Голос Сехона, холодный как лёд, ударил по барабанным перепонкам Юншина.

— Это было из-за работы?

— О, нет, правда, — сказал Юншин.

— Тогда оставь это здесь и уходи.

Несмотря на указание, было не похоже, что Юншин собирается сдвинуться с места. Вместо этого, он неуверенно продолжил своё предложение.

— Ну, старший адвокат...

Сехон прервал его, и его голос дрогнул.

— Я сказал, оставь кружку и проваливай. Я не в настроении тебя слушать. Я устал и от одного взгляда на тебя начинаю раздражаться.

Услышав это, бледность на лице юности постепенно сменилась беспокойством. Взволнованный взгляд Юншина защекотал кожу Сехона.

«Эти искренние глаза когда-нибудь обернутся оковами на твоих лодыжках», — настойчиво шептали инстинкты Сехона.

— У вас голова сильно болит? Мне сходить в медпункт за лекарствами? Было бы неплохо поставить капельницу.

Причиной его головной боли был Юншин. Впрочем, для Сехона лечения не существовало.

— Ты хочешь вынудить меня повторить в третий раз? Иди по своим делам. Не беспокой меня.

После резкой реакции Сехона Юншин быстро подошёл к столу и поставил кофе. Он спешно и вежливо направился к выходу. Прежде чем полностью закрыть дверь, юноша обеспокоенно оглянулся, но это всё, что он мог сделать, поскольку Сехон настаивал на своём.

Дверь со щелчком закрылась. Оставшись один, Сехон безучастно посмотрел на чашку, оставленную Юншином, и погрузился в мысли. Суровые и немного эгоистичные тёмные глаза были устремлены на крышку. Сехон выглядел не очень хорошо.

Жизнь мужчины всегда была логично структурирована. Ничто не могло это нарушить. С малых лет, у него ничего не было, поэтому он был вынужден научиться выживать в джунглях, называемых обществом. Однажды он впервые ощутил вкус настоящей победы, это было так волнительно, что он изучил все пути к победе и упорно взбирался к своей нынешней позиции. Всё что он делал, имело начало и конец, причину и результат.

Но каждый раз, когда возникал Юншин, Сехон ощущал, что его логическая структура размывается.

Так было с самого начала. Юншин беспокоил Сехона без какой-либо на то причины. Пока Сехона продолжало сносить с курса, он совершал то, чего никогда раньше не делал. Он неосторожно пустил другого на свою территорию и теперь уделял внимание этому человеку, чего никогда раньше не происходило.

Он посмотрел на статую богини и поднял указательный палец. Он толкнул весы.

Скрип, скрип.

Скрежет металла повторился несколько раз. Окончательно исчерпав всю энергию, чаши остановились и слегка наклонились влево.

— Пока закрою на это глаза.

Сехон дотронулся до меча, который богиня держала в другой руке. Наконец удовлетворившись, он открыл свои документы.

* **

Юншин разговаривал с гостем за стеклянными стенами конференц-зала А. Его собеседник выглядел как юрисконсульт из некой компании. Он то и дело краснел или синел. Несмотря на то, что разговор было невозможно услышать извне, напряжение в воздухе передавалось людям снаружи.

Был виден только затылок Юншина, но его настрой был противоположен таковому у его гостя. Он сидел сдержанно, указывал на несколько документов и настойчиво пытался убедить собеседника.

Сидя за столиком снаружи, Сехон внимательно следил за каждым движением.

Юншин всегда отдавал всего себя тому, что делал. У него явно была стойкость, и, судя по его наблюдениям, он был довольно умён. Сехон терпеть не мог некоторые черты Юншина, но это можно назвать разницей в стиле. Поскольку Юншин хорошо разбирался в его стиле, Сехон чувствовал, что может обучить младшего адвоката, чтобы скорректировать поведение младшего.

«Должен ли я задействовать его сейчас?»

Он скрестил руки на груди и глубоко задумался, наблюдая за Юншином.

Сехон почувствовал рядом с собой присутствие другого человека. Он взглянул в том направлении и увидел секретаря Така, протягивающего ему кружку горячего кофе. Сехон взял кружку и насладился ароматом и вкусом напитка.

— Мне было интересно, за чем вы наблюдали после того, как так резко покинули офис. Это адвокат До, верно? — заметил секретарь Так.

— Я слежу не за Четырёхлетним опытом, а за его переговорами, — ответил Сехон.

— Сколько стоила та информация, что вы дали адвокату До?

— Тебе будет больно, если узнаешь.

— Так и думал, очень дорого.

— В любом случае не лезь не в своё дело. Сколько он планирует получить с этого адвоката?

Секретарь Так присел рядом с Сехоном и серьёзно ответил:

— Я пока не знаю подробностей. Но когда ненадолго зашёл, чтобы занести им чай, он, казалось, был на десяти тысячах. Компенсация за ущерб, расходы на проживание за последние несколько месяцев, расходы на следующие полгода, пока клиентка заново устраивается на работу, и немного денег за неразглашение. Дополнительно он потребовал публичных извинений и отзыва иска против клиента.

Сехон потягивал кофе, слушая, затем прищурил глаза, которые всё ещё смотрели на бледные щеки Юншина.

— Десять тысяч, говоришь... Если он вынес столько на обсуждение, несмотря на то, что его тут и там прижимали очень весомыми документами, другой адвокат сильно недооценил Четырёхлетний опыт.

— Слух, что мы наняли шурина корпорации Сухан, распространился по всей практике. Похоже он считал, что адвокат До будет некомпетентен, ведь устроился через кумовство.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 55 - Вмешательство

Поведение другого адвоката по отношению к Юншину, могло задеть гордость юноши, но он продолжал хладнокровно отвечать. Удивлённый Сехон наблюдал за происходящим, словно за напряжённым спортивным матчем.

— Интересно, сколько ещё он сможет допрашивать этого парня? — заметил Сехон.

— Что вы думаете, старший адвокат? — поинтересовался секретарь Так.

— Даже не знаю. Сумма урегулирования никак не ограничена, поэтому всё зависит от того, сколько представитель готов дать. Если Четырёхлетний опыт решил пойти на такую скромную сделку в десять тысяч вместо того, чтобы перевернуть жизнь клиента с ног на голову, в таком случае просто отправьте его в группу судебных разбирательств, передо мной можете не отчитываться. О, и назовите его неудачником.

— Тогда, каков ваш критерий для сдачи?

— Выше раз в десять.

Секретарь Так чуть повернулся к Сехону и слегка усмехнулся.

— Должно быть это ваш финальный тест. Если бы это были вы, сколько бы вы запросили?

— Я не считал заранее, поэтому не знаю. Но если бы я был в этой комнате, то запугал бы другого адвоката на пару миллионов.

Услышав это, секретарь вздрогнул от удивления, что заметил краем глаза Сехон.

— Что за поверхностная реакция?

— Что, чёрт возьми, вы бы ему предоставили? Предложение другой стороны уже в несколько раз больше, чем средняя сумма для похожих правонарушений.

Вместо ответа Сехон пожал плечами.

— Вау... Я думал это обычное дело pro bono, но оно оказалось крупнее, чем предполагалось. Не может быть такого, чтобы вы случайно взялись за бесплатный случай. У вас была вся информация заранее, не так ли? Нападавшим в данном деле был знакомый вам человек, верно?

— Случилось пересечься с ним, когда несколько лет назад помогал старшему адвокату Сон в суде. Тогда я подумал, что это была карта, которую можно просто выкинуть, но я никак не рассчитывал, что её можно использовать таким образом. Немного поздновато, но похоже оно того стоило.

«Конечно», — мысленно согласился секретарь Так. После чего вдруг спросил:

— Но всё же, разве адвокат До не превзошёл ваши ожидания?

— Я не знаю, чего ты пытаешься добиться. Не помню, чтобы встречал в своей жизни хоть кого-нибудь, кто смог бы это сделать.

— Он хорошо выполняет всё, что бы вы ему не поручили. Честно говоря, поначалу я думал, он не сможет подстроиться, но у него вышло, что удивительно. Он использовал то, что вы ему дали. Все секретари ставили на то, что непреклонный и упрямый адвокат по правам человека окажется слишком гордым, чтобы задействовать это.

— Ты выиграл?

— Похоже весь банк теперь мой.

Взглянув на секретаря Така, он перевёл взгляд на Юншина в конференц-зале. Секретарь Так наблюдал за сосредоточенным профилем Сехона, затем повернулся к Юншину, желая узнать, что именно Сехон увидел в молодом адвокате.

— Вы ему доверяете или нет? Видя, что вы дали ему информацию от ваших частных детективов, кажется, вы доверяете ему, но, с другой стороны, давая ему её, тем самым проверяя, выберет он короткий путь или нет, складывается впечатление, что верно обратное.

— Ни то и ни другое. Просто проверяю, есть ли у Четырёхлетнего опыта мозги, средний у него уровень IQ или нет.

— Как сурово. Второе испытание он прошёл с лёгкостью. Вам стоит его хотя бы похвалить.

Большая часть того, что сказал секретарь Так, было правдой. Сехон придумывал много предлогов, но всё же хотел увидеть, воспользуется ли Юншин опасной информацией из сомнительных источников. По его мнению, юноша не мог отпустить свой образ жизни, который он вёл до прихода в Догук. В отличие от других сотрудников, которые делали всё, чтобы заработать денег, Юншин продолжал довольствоваться благотворительной работой.

Поэтому Сехон хотел посмотреть, готов ли Юншин испачкать свой чистый холст красками, или то были пустые слова. Кроме того, этот тест был довольно мягким для Сехона и учитывал характер и темперамент другого человека.

— Я практически поднёс ему ложку ко рту. Ему оставалось только открыть рот. Нужно ли мне хватить его за то, что он съел еду, которой его накормили с ложечки?

— Но из всех людей это адвокат До. Он был достаточно смел, чтобы с головой погрузиться в нашу фирму. Вам не кажется, что он будет разочарован, если вы его совсем не похвалите?

— Молодой человек, если вам нравится растить детей, можете его забрать.

Секретарь Так довольно улыбнулся. Затем он взглянул на персонал, крутящийся позади них, и понизил голос.

— Всегда хотел спросить, но вы заинтересованы в адвокате До или его сестре?

Сехон сделал глоток тёплого кофе и усмехнулся.

— Что за хрень ты сейчас сказал? Первый – мужчина, вторая – замужняя женщина.

— Вы знаете, что в последнее время ведёте себя странно? Поручили мне разузнать что-то из личного любопытства и нашли в своём суматошном рабочем дне время, чтобы понаблюдать за адвокатом на несколько лет вас моложе. Я никогда не видел, чтобы вы так интересовались другим человеком и заботились о нём. Правда, почему вы так поступаете?

Сехон действительно вёл себя странно. Обычно он работал каждую минуту часа. Откладывать работу и сидеть тут было абсурдно, как раз по мнению Сехона. Вероятно, поэтому он продолжал ощущать на себе взгляды других сотрудников.

В нескольких метрах впереди, Юншин всё ещё вёл бурную дискуссию с противоположной стороной. По-видимому, переговоры шли не очень, потому он повернул голову и глубоко вздохнул.

Однако, это небольшое проявление недовольства со стороны Юншина, который до этого момента был уважителен, казалось, подействовала не на те рычаги. Мужчина средних лет внезапно начал возмущённо указывать на Юншина и раздражаться.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 56 - Вмешательство

Секретарь Так суетливо прошептал Сехону:

— Вам не кажется, что вам стоит вмешаться? Или мне пойти?

— Оставайся на месте. Это сцена До Юншина.

Сехон смотрел на конференц-зал и спокойно пил кофе. Он был твёрдо настроен, что не пропустит ни секунды из того, что происходит в этой комнате.

Секретарь Так молча смотрел на своего собеседника. Вскоре он наклонил голову, когда осознал, что плавные изгибы профиля старшего адвоката вызывают ощущение, отличное от обычного.

— Вы де-е-ействительно сильно о нём заботитесь.

— Каждый раз, когда я его вижу, начинает болеть голова.

Слегка нестандартный ответ Сехона, похоже, сбил секретаря Така с толку.

Но тот тут же взял себя в руки и спросил:

— Почему? Из-за того, что он выбрал вас из всех людей, когда его наняли через кумовство?

— Более того, мои нападки не эффективны против него. Впервые такого встречаю, я к этому не привык.

Похоже, секретарь Так не до конца понимал о чём речь, поэтому молчание затянулось. Сехон не удосужился объяснить всё до мелочей. Он никогда не делал этого ни для кого. Хотя в конечном итоге, что странно, он частенько делал это для Юншина, поэтому сам был в замешательстве от этого.

На протяжении всей его жизни он встречал сотни, если не тысячи, различных людей. Он без особых усилий видел насквозь таких, как Юншин.

И всё же, юноша отличался от остальных. Он всегда был искренний. Всё в нём было настоящим – молодой человек разочаровался в Сехоне, положился на него, переживает, беспокоится, интересуется Сехоном и чувствует себя некомфортно рядом с ним. Юншин всегда был верен своим эмоциям. Он не льстил другим без причины и не кланялся больше чем необходимо. Он говорил всё, что хотел, но сохранял минимальный уровень уважения.

Всё в Юншине было настолько открытым, что желание Сехона атаковать испарилось.

Большинство людей, которых он встречал, либо начинали противостояние с самой первой встречи, либо начинали пресмыкаться или заискивать перед ним – одно из двух. Однако Юншин не относился ни к одному, ни к другому. Для Сехона было впервые встретить кого-то, кто относился к нему, как он есть, так что это озадачивало его ещё больше.

Сехон тоже молчал, поэтому секретарь Так, который, казалось, что-то задумал, продолжил спрашивать:

— Вы чувствуете дискомфорт от того, что он относится к тому типу людей, с которым вы ещё не имели дела?

Не существовало способа лучше, чтобы описать то, что сейчас ощущает Сехон.

— Думаю, да.

— Честно говоря, у вас сейчас лицо прямо как у человека, которому неловко осквернять непорочного человека.

Сехон повернулся в сторону секретаря Така. Вяло отвечавший до этого, он раздражённо уставился на подчинённого.

— У каждого есть тёмная сторона. Он что, святой? Святой До? Взгляни, он такой же, как все остальные.

— Видите?

— Что на этот раз?

— Вы начинаете защищаться, когда говорите об адвокате До. Значит, это была не замужняя сестра, а парень. И как мне это понимать? В любом случае я болею за вас. Это нелёгкий путь.

— Ты роман сочиняешь? Что за шутки?.. — раздражённо возразил Сехон.

Как раз в тот момент, когда он собирался вернуться в свой кабинет, адвокат в конференц-зале, всё ещё продолжающий выражать свой гнев, вскочил. Юншин, который говорил так спокойно, как только мог, уставился на него. Он указал на место другого мужчины и вежливо попросил его снова занять своё место.

И тут всё случилось.

Коренастая рука мужчины среднего возраста потянулась к шее Юншина. Он намеревался схватить молодого адвоката за воротник, свидетелями чего стали двое мужчин снаружи.

— А? Старший адвокат, разве нам не стоит... — прежде чем секретарь Так успел закончить предложение, Сехон с грохотом поставил свою кружку на стол и встал, направляясь к конференц-залу. Он ворвался без стука и схватил запястье мужчины, который тряс Юншина за воротник.

— Что вы, чёрт возьми, делаете?

— Сэр?

— А-адвокат Кан Сехон?

Юншин и другой адвокат узнали Сехона одновременно. Мужчина средних лет вздрогнул. Сехон с силой отбросил руку другого мужчины, тот потёр своё больное запястье и забеспокоился, пытаясь найти себе оправдание.

— Видите ли, этот молодой человек был слишком дерзким. Он продолжал раздражать, при этом вёл себя так вежливо. Вы знаете эти негласные правила нашей отрасли, но этот новичок продолжал переходить черту...

— Так поэтому вы решили выйти за рамки? До – мой сотрудник, которого я учил. Если вы думаете, что он слишком дерзок, и переговоры невозможны, можете поговорить со мной, его руководителем. Однако это означает, что ваш клиент потеряет всё. Юншин, по крайней мере, тактичен, а вот я — нет.

— Эм... Старший адвокат Кан. Как насчёт того, чтобы сначала успокоиться?

Мужчина средних лет сейчас выглядел очень обеспокоенным, когда дела пошли не по плану, и взглянул на Юншина в поисках помощи. Юншин, который до этого момента наблюдал и оценивал ситуацию, медленно поднялся. Он встал между двумя мужчинами и смотрел на Сехона.

— Старший адвокат.

— Ты разве не видишь, я в разгаре переговоров? Не вмешивайся. Уйди.

— Я знаю, но... это моё дело. Позвольте мне разобраться с этим.

Сехон осознал ситуацию, прищурил глаза и посмотрел наружу из комнаты. Секретарь Так поднимал кружку Сехона. Человек снаружи не произнёс ни слова, но как бы говорил:

— Вы сказали мне оставаться на месте, так как это была сцена адвоката До, разве не так?

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 57 - Судебная перспектива

Сехон издал глухой смешок, слишком поздно сообразив, что, увидев, как юношу трясут за воротник, он не раздумывая ни секунды, ворвался в комнату. Такого никогда не происходило за всю его жизнь.

— Даже несмотря на то, что тебя избили? — цинично обратился Сехон к юноше, который ждал от него ответа.

— Меня ещё не ударили. И теперь, когда вы сделали предупреждение, этого уже не случится. Вы достаточно помогли. Дальше я сам.

Сехон неожиданно сделал неоднозначное выражение лица и сильно похлопал Юншина по плечу. Казалось, он собрался с духом благодаря этому тяжёлому прикосновению. Затем он посмотрел на другого адвоката, встревоженного и растерянного. Он пристально посмотрел на него и задержал взгляд, прежде чем отвернуться. Мужчина средних лет почтительно поклонился, и Сехон, не оглядываясь, покинул конференц-зал.

Выйдя из комнаты, он спешно направился в свой кабинет. Секретарь Так намеревался последовать за ним, но остановился, увидев, что выражение лица Сехона отличается от обычного. Он опустил взгляд на оставленную кружку.

Юншин вышел вслед за Сехоном.

— Спасибо! Я сделаю всё как следует. Пожалуйста, берегите себя во время работы. Не заболейте сно... Старший адвокат Кан! — крикнул он удаляющемуся стройному силуэту.

Несмотря на то, что они находились на небольшом расстоянии, Сехон не ответил. Он продолжил движение и скрылся в своём кабинете. Возле офисасекретарь Так и Юншин переглянулись.

— Адвокат Кан говорил, что нехорошо себя чувствует? — спросил секретарь.

— Казалось, его состояние не очень хорошее последние несколько дней. Он говорил, что у него болит голова. Я не знаю, принимал ли он какие-нибудь обезболивающие.

— Он случайно не сказал, что у него болит шея?

— Да, и попросил лекарство. Раз уж вы не знаете, должно быть, он его не принял. Может быть ему полегчало.

Дружелюбный и искренний взгляд секретаря пронзил Юншина. Затем он добродушно улыбнулся и покачал головой, тем самым говоря, что беспокоиться не о чем. Юншин почувствовал некоторое облегчение и спросил:

— Он говорил что-нибудь обо мне? Кажется, адвокат Кан продолжает наблюдать за моими действиями.

— Для начала, я хочу сказать, что считаю, что, вы отвечаете его требованиям. То, что только что произошло, вы можете рассматривать как исключение.

— Слава Богу. Честно говоря, тот адвокат смотрел на меня свысока из-за отсутствия многолетнего опыта, поэтому дискуссия ни к чему не привела. Я стал его немного раздражать, и вот во что это вылилось. В любом случае я думаю всё остальное пройдёт гладко, так как старший адвокат Кан помог мне. Я выложусь по полной.

— За несколько месяцев вы вытянули из адвоката Кана гораздо больше, чем я видел за годы.

— Что вы такое говорите?

— Вы не ослышались. Вы относитесь к тому типу людей, с которым он никогда раньше не сталкивался, поэтому не знает, как с вами справиться. Это так забавно. Пожалуйста, поработайте в нашей компании подольше, хорошо?

Юншин встретился с посвежевшим взглядом секретаря Така, прежде чем тот ушёл без дальнейших объяснений. В замешательстве Юншин наклонил голову, пытаясь понять смысл услышанного, а секретарь уже вернулся на своё место и продолжил работу. Оставшись один в коридоре, взгляд Юншина поневоле остановился на кабинете Сехона.

Закусив губу, он повторил в голове то, что сказал Сехон в конференц-зале, его щеки зарделись.

«Мой сотрудник... которого я учил?» После чего его настроение быстро испортилось. «Тип человека, с которым он никогда раньше не сталкивался...»

Хорошо ли это, что две полные противоположности имеют хотя бы одну общую черту?

Юншин тоже впервые столкнулся с таким человеком, как Кан Сехон. Даже несмотря на то, что его глаза всегда следуют за старшим адвокатом, Юншин понятия не имел как вести себя с ним. Он и предположить не мог, почему продолжал думать о руководителе.

Возможно, у Сехона было так же.

Юншин посмотрел на закрытую дверь Сехона в последний раз и сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем вернуться в конференц-зал.

* * *

В комнате для совещаний Юншин просматривал документы клиентов, обратившихся за бесплатной консультацией, и погрузился в раздумья.

Закон регулирует основы этики.

Это было одной из важнейших норм гражданского права, которую выучил Юншин. Другими словами, закон не предписывает ничего, кроме капельки этики. Временами мир преподносит людям несправедливые вещи, но гражданское право никак не может им помочь. Каждый раз, когда такое случается, Юншин чувствует себя плохо. Ситуация в документах для консультации была именно такой.

— Вероятно, придётся пройти через судебный процесс. Интересно, что клиент думает об этом.

Он постучал по бумаге ручкой, после чего, закончив обдумывать дело, нажал кнопку интеркома.

— Пожалуйста, пригласите следующего клиента.

Вскоре после этого раздался стук, и дверь открылась. Юншин слегка приподнялся и жестом пригласил посетителя сесть напротив него. Клиентом был мужчина лет сорока-пятидесяти. Он выглядел хорошим человеком, но на лице виднелись следы множества неприятностей, с которыми он столкнулся в своей жизни.

— Вы пришли поговорить о вашем наследстве, верно? Я просмотрел записи. Вы заботились о вашей тёте до самой смерти.

— Да, так и есть. Не её дети, а я, её племянник. Но в итоге она не оставила завещания, и всё имущество досталось её детям, с которыми она не виделась до самого конца. Я был единственным, кто заботился о ней последние несколько лет. Я хотел бы узнать, могу ли я потребовать денежного возмещения за свой вклад через иск о законном праве наследования.

С чего бы Юншину начать?

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 58 - Судебная перспектива

Казалось, будто мужчина находил информацию по кусочкам, и часть её была недостоверной. Юншин тщательно обдумал свои слова и медленно начал объяснять.

— Хм... Откровенно говоря, участие не имеет никакого отношения к законному распределению долей наследства. «Юридическая доля» – это законодательно установленная доля активов умершего, выделенная для наследников имущества. Это было сделано для того, чтобы правомочные наследники могли получить равные части наследства.

Мужчина сразу резко ответил:

— Хотите сказать, я не подхожу? Я был тем, кто жил с тётей, а не её дети. Мои двоюродные братья были слишком заняты заботами о своих семьях и приезжали к нам в лучшем случае раз в год. Разве у меня не больше прав на наследство, так как я ухаживал за ней? Она также сказала, что отдаст мне всё своё имущество, после того как умрёт.

— У вас случайно нет никаких подтверждений этих слов, написанных ею от руки, или записи голоса?

— Как я мог просить больного человека о таком? Всё было устно...

Юншин сочувствовал мужчине и сказал:

— В таком случае дети всегда первые в очереди. Таковы законы о наследовании у нас в стране.

— Тогда что мне делать? У меня много долгов по её больничным счетам, и я собирался выплатить их, когда получу свою долю наследства.

— Вы можете договориться с наследниками и потребовать оплату за работу, а если не получится, вам придётся противостоять им в суде по семейным делам. Но даже если вы выиграете суд, получив возмещение затрат, это не будет вычтено из юридической доли наследников. Все дети получат установленную часть наследства. Но прежде прочтите это. Я нашёл случай, похожий на ваш.

Юншин повернул экран к мужчине, чтобы он мог прочитать прецедент из Верховного суда. Клиент очень внимательно читал документ, возможно, из-за того, что Юншин кратко изложил его простыми словами.

Юншин проверил время на своём телефоне, пока ждал, и увидел сообщение от секретаря Така. В нем говорилось, что адвокат по делу pro bono согласился на сумму, названную Юншином, а также готов принести извинения внутри компании.

Тут и там мир был полон случаев, которые не могут быть решены с помощью закона.

Юншин подавил горький вздох.

* * *

Вернувшись из конференц-зала, Юншин направился в библиотеку на втором этаже главного здания. Ни у кого не было времени, чтобы читать тут книги, поэтому юноша был в библиотеке один.

Изначально он планировал отфотографировать несколько нужных ему страниц, но обнаружил, что его тянет в другом направлении. Он прислонился к полке и пролистал книгу с прецедентами развода – к тому времени, когда он поднял голову, прошёл уже час.

«Боже мой, сколько времени прошло».

Проверив часы, Юншин спешно собрал свои книги и встал. В этот момент он услышал звук открывающейся двери. Он не знал, кто это был, но всё равно намеревался поприветствовать и вышел в коридор. Но когда юноша увидел вошедшего, он ничего не мог сказать.

Это был Сехон в свежем костюме.

Сехон также узнал Юншина, когда тот остановился с двумя книгами в руках.

— Похоже, у тебя много свободного времени.

Юншин удивился такому совпадению, но сразу нахмурился.

— Вы всегда меня так приветствуете. Да, я тоже рад вас видеть.

— Как я и думал, нам следует стараться избегать друг друга, насколько это возможно.

Сехон двинулся, собираясь уйти, но Юншин быстро догнал его и схватил за плечи. Юноша сделал это инстинктивно, но вспомнив, что в прошлый раз Сехон запретил к себе прикасаться, Юншин забеспокоился.

Молодой человек нервно сглотнул, убрал руки и собирался извиниться. В отместку Сехон схватил Юншина за тонкое запястье и прижал его худое тело к книжной полке.

Юншин, стоя спиной к полке, аккуратно посмотрел вверх.

Он думал оттолкнуть мужчину, но его хватка Сехона было довольно сильной, а Юншин всё ещё держал в другой руке документы о разводе, так что он не мог пошевелиться. Более того, он был тем, кто изначально совершил ошибку, поэтому было бы неправильно реагировать больше, чем необходимо.

— Кажется, у вас есть привычка прижимать людей к стене. Вы так со всеми делаете? Они могут неправильно понять.

— Всё в порядке. Я делаю это только с тобой.

— Тогда я неправильно это пойму. Меня захлестнёт любопытство, и я буду продолжать думать о вас.

— Например, ты подумаешь, что я слишком пристально смотрю на тебя?

— Это было!..

Миллион возможных ответов пронеслись в голове, но он не хотел произносить их вслух. Юншин не смог ответить и просто пялился.

Пока тишина продолжалась, Сехон держал хватку и просунул колено между ног младшего адвоката, полностью ограничив его движения. Их дыхание было слишком близко друг к другу. Юншин неловко отвёл глаза и осторожно сменил тему.

— Ч-что привело вас сюда? Вы обычно просите секретарей, если вам что-то нужно.

— Пожертвовать несколько книг.

Сехон помахал двумя книгами перед глазами Юншина и положил их на библиотечную тележку. Юншин взглянул на обложку и увидел «Большие надежды». В голове бушевала буря эмоций. Набравшись смелости, Юншин посмотрел прямо на мужчину. Как он и ожидал, Сехон всё это время смотрел на него сверху вниз.

Глубокий и сдержанный взгляд Сехона впервые напугал Юншина. Юноша не мог проронить ни слова и просто поджал губы. Сехон поднял освободившуюся руку. Затем он слегка провёл кончиками пальцев по векам Юншина.

— Выглядишь лучше, когда не опухший. Кажешься не таким хмурым.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 59 - Осознание

— Нг-х... — Юншин вздрогнул. Юноша никогда не думал, что его веки окажутся такими чувствительными. Поэтому, когда он издал этот звук, почувствовал себя глупо и забеспокоился. Он зажмурил глаза, прежде чем открыть их снова, только для того, чтобы встретить слова Сехона, которые повергли его в смятение.

— Почему ты так взволнован? Похоже, это я неправильно тебя пойму.

— Почему вы так со мной поступаете? Я просто хочу знать, почему я страдаю, — спросил Юншин.

— Потому что мне так хочется.

— Разве нет причины получше, более существенной?.. — но Юншина прервали.

— Я всегда заканчиваю тем, что прикасаюсь к тебе. Я мог бы просто проигнорировать, но когда вижу тебя, не могу этого сделать. Я действительно ненавижу это необъяснимое неприятное чувство.

Причинно-следственные связи.

Сехону нравилось, когда у ситуации были точные причины. Это возлагало на действующие лица юридическую ответственность. Но то, что продолжало происходить между ними двумя, казалось, не имело конкретных причин, что беспокоило Сехона. Появление Юншина привнесло аномалии в его структурированную жизнь.

— Что ж, мне очень жаль. Но если вам это так неприятно, не проще ли просто не прикасаться?

— Если бы я мог, давно бы так поступил.

Когда Сехон сказал, что ничего не может поделать, речь шла не о простом физическом контакте, и Юншин это чувствовал. Казалось, Сехон выплёскивал часть своих эмоций на юношу. Поскольку они продолжали натыкаться друг на друга, Юншин чувствовал, что они затерялись на территориях друг друга. Несмотря на то, что они не делились своими сокровенными мыслями, изначально начальник и подчинённый навязывались друг другу, и не было никакого способа обойти это.

Сехон внимательно смотрел на красивое лицо Юншина, затем плавно, словно капля воды, перевёл взгляд по лицу юноши ниже. Он наткнулся на прецеденты о разводе, которые Юншин крепко сжимал своими тонкими пальцами.

— Как бы то ни было, давай сменим тему. Ты пришёл сюда, чтобы взять это?

Почувствовав на себе взгляд, Юншин взглянул на обложку и кивнул.

— А, да. Думал почитать об этом. Изучение прецедентов помогает, когда в голове беспорядок.

— Ты разводишься?

— Я никогда не был женат. Я вам настолько неинтересен?

— Даже если бы я был заинтересован в тебе, думаешь, смог бы справиться со мной? Я очень настойчив. Я изучу всю твою жизнь.

— Я не получал вашего внимания раньше, так что не знаю точно. Но, эм... не могли бы вы меня отпустить? Мне больно, — отчаянно спросил Юншин, и только тогда Сехон посмотрел на запястье юноши, будто только заметил его. Было непонятно, о чём думал Сехон, когда наклонился.

Возможно, из-за того, что они стояли слишком близко, а может быть, потому, что от другого исходил головокружительный аромат, Юншин почувствовал, как его сердце забилось быстрее обычного. Его плечи напряглись. Эти чувства были ему незнакомы – когда Юншин попытался вывернуться, Сехон довольно быстро ослабил хватку.

Юншин почувствовал себя побеждённым из-за того, что его так легко освободили. Он посмотрел на красный след от руки на своём запястье, перед тем как снова взглянуть на Сехона. Прежде чем Юншин это осознал, Сехон уже отошёл на два шага и прислонился к книжной полке напротив Юншина.

— Какова сумма урегулирования? Почему ты не сообщил мне об этом?

— Я собирался, как только приведу все документы в порядок. Она в десять раз превышает предложение противоположной стороны. Они также отозвали свои претензии. Дело ещё не завершено, но самое крупное препятствие преодолено. Честно говоря, перед глазами на мгновение потемнело, когда этот адвокат с многолетним опытом схватил меня за воротник.

Более того, если бы не Сехон, он застрял бы в судебном процессе, который, скорее всего, завершился бы испытательным сроком для обвиняемого. Юншин выиграл бы в любом случае, но в итоге он бы неловко успокаивал себя тем, что сделал всё возможное, несмотря на то, что не смог соответствующе компенсировать клиенту её страдания.

Сехон научил его многим вещам всего одним поручением. Похоже, Юншин был опьянён своими великими идеологиями. Старший адвокат, стоя на другом берегу реки, видел Юншина насквозь. Закон был прекрасным и величественным, а правда – нет. Иногда, по таким причинам, как отсутствие доказательств, закон не мог защитить жертву ввиду отсутствия причин, и эта система была полна недостатков.

Юншин нуждался в иной силе, чтобы победить. Иногда это была сила власти, а иногда – информация из сомнительных источников, как в этом случае. Вероятно, существовало ещё множество решений, с которыми Юншин никогда не сталкивался. Откровенно говоря, иногда он ничего не мог сделать.

Юншин сдержал тяжёлый вздох, и бас Сехона прервал его бесполезные мысли.

— Четырёхлетний опыт.

— Да, старший адвокат?

— Хорошая работа.

Стоического голоса Сехона было достаточно, чтобы поразить Юншина. Он не сделал ничего удивительного, но эта простая фраза показалась ему положительной оценкой за то, что он оставил позади свои прошлые прецеденты и следовал только правилам компании.

Пока он чувствовал себя растерянным из-за неожиданной похвалы, Сехон бросил острый взгляд на Юншина и оставил его в одиночестве. Возможно, он искал книгу, так как пошёл к полке с прецедентами по коммерческому праву. Перед глазами Юншина предстала элегантная походка старшего адвоката, лёгкое покачивание его галстука и его красивое и серьёзное лицо, выбирающее нужную книгу, стоя между книжными шкафами.

По какой-то причине он почувствовал желание ощутить биение сердца в груди Сехона. Но не мог заставить себя и просто наблюдал из-за разделяющих их двоих книжных полок.

Он не знал сколько времени прошло. Сехон нашёл свою книгу и уже собирался уйти, когда Юншин, недолго думая, позвал его.

— Старший адвокат Кан.

«Пожалуйста, останьтесь со мной... как тогда. Нет, останьтесь дольше, чем в прошлый раз».

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 60 - Осознание

Юншин колебался – он не мог заставить себя произнести оставшуюся часть своих мыслей вслух. Сехон, который уже собирался уйти, обернулся.

— Ты практикуешь своё право хранить молчание? Просто скажи, что хотел, — произнёс он своим низким, непоколебимым голосом, тем самым оживив тянущееся время.

— Ну…

— Что?

— Ничего. Пожалуйста, идите.

Сехон раздражённо нахмурился от безжизненного ответа. Юншину казалось, что он слышит недовольство другого, несмотря на то, что Кан Сехон молчал. В любом случае юноша сказал:

— Неужели уделить мне несколько секунд – такая большая трата времени для вас?

— Да, так и есть. Любая трата времени на тебя – огромное упущение. Я был б в плюсе, потратив их на что-то более полезное.

— О, конечно, мне очень жаль.

— Посмотрим, как долго ты ещё сможешь быть таким дерзким.

Покачав головой, Сехон повернулся, чтобы уйти, но затем остановился, хотя его никто не окликал. Казалось, он что-то обдумывал, а затем сделал Юншину шокирующее предложение.

— С этого момента ты будешь работать со мной над всеми моими делами. Получи всю необходимую информацию у секретаря Така и в дальнейшем посещай собрания по делам, которые я тебе поручаю. В первую очередь посети судебное разбирательство по делу, которое я веду в данный момент. Конечно, если ты хочешь.

Юншин оживился, крепко обнял книгу и с энтузиазмом кивнул. Затем он внезапно вспомнил, что сказала ему Михи, и спросил:

— Это апелляционное дело? Слышал, вам они нравятся.

Сехон нахмурился, не понимая, что имел в виду Юншин.

— Нет, это первичное судебное разбирательство.

— Сколько дел вы берёте одновременно? Ваш организм может не справиться.

— Достаточно, чтобы выдержать. Это простой корпоративный судебный процесс, который я взял в качестве услуги для старого клиента.

— Простое или нет, я приду, даже если случится стихийное бедствие.

— Как решительно. Если произойдёт стихийное бедствие, судья не сможет прийти, так что сиди дома.

Сехон цокнул языком и отвернулся. Дверь открылась и закрылась, и Сехон, источавший тяжёлую атмосферу, растворился, словно морская пена. Оставшись один, Юншин пошатнулся и плюхнулся на ближайшее свободное место.

Сехон был холоден, но добр. Юншин чувствовал, что это противоречивое описание сложно понять другим, но это правда. Задумавшись о том, что сказал Сехон, юноша медленно поднял левую руку. Он коснулся своих век. Он представил мягкое касание Сехона, непроизвольно опустился кончиками пальцев ниже и провёл по губам.

Его пальцы встретились с губами, как в поцелуе. Сердце Юншина пропустило удар, и он почувствовал, что приходит в себя.

Он поперхнулся и закашлялся. Всё его лицо покраснело, как помидор. Вдобавок к этому, его щёки полыхали огнём.

«Зачем я это сделал?»

Юноша хотел бы вести себя так, будто ничего не было, но он вынужден признаться самому себе, что испытывает сексуальное влечение. Другого объяснения не было. Юншин чувствовал, что если Сехон когда-нибудь об этом узнает, юноша не сможет уйти целым и невредимым. В конце концов, Сехон был тем, кто мог творить, что вздумается, при этом, не позволяя такого другим.

Словно ретирующийся солдат, Юншин вскочил и выбежал из комнаты, не в состоянии справиться с беспорядком в мыслях.

Дверь громко хлопнула и плотно закрылась.

Действие 9

Дело Сехона было корпоративным судебным процессом. Иск должностному лицу компании о возмещении убытков. Сехон представлял компанию истца, которая подала иск против одного из сотрудников, нарушившего устав компании. Рядом с Сехоном был исполнительный директор, которого избрали представителем на общем собрании сотрудников в соответствии с Законом о торговле.

В центре зала главный судья указал на судебного пристава. Тот вызвал свидетеля, и место на свидетельской трибуне занял мужчина. В это время адвокат подсудимого взглянул на Сехона, который готовил свои документы. Их взгляды встретились раньше, чем другая сторона успела отвести взгляд.

Юншин и секретарь Так наблюдали за происходящим из галереи.

Когда они впервые встретились, всё было наоборот – теперь Юншин получил разрешение Сехона наблюдать за его судом. Он был поражён тем, насколько всё изменилось.

Первый судебный процесс Сехона, за которым наблюдал Юншин, был похож на хождение по тонкому льду. Было скользко, а атмосфера была холодной. Создавалось впечатление, что адвокаты боролись посреди метели в условиях плохой видимости. Сехон нанёс первый удар.

— Адвокат истца, приступайте к вашему допросу.

Получив разрешение судьи, Сехон встал перед свидетелем в своём костюме-тройке. Взгляд его холодных глаз угнетал, когда он смотрел прямо на человека, стоящего за свидетельской трибуной.

Когда высокий мужчина с хищным выражением лица встал в центре зала, глаза и внимание всего зала, естественно, устремились на него. Губы идеальной формы приоткрылись, и все люди в суде затихли.

— Известен ли вам первый параграф, 399 статьи Закона о торговле?

Мужчина, с опаской наблюдавший за Сехоном, кивнул.

— Да.

— Где вы в последний раз слышали о 399 статье Закона о торговле?

— Видите ли, я уже знал этот закон, ведь это общая информация для руководящих сотрудников любой компании.

— Я спросил, где вы в последний раз его слышали.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros, Allitme

Глава 61 - Корпоративный ужин

Сехон повторил свой вопрос, указав на ошибку свидетеля. Голос его был низким, но вежливым. Свидетель взглянул на адвоката защиты и помедлил, прежде чем наконец, сказать:

— Директор Чон сказал, что есть такая статья, и я сам это слышал, когда мы вместе курили. Директор сказал, что если нарушить её, то он и аудитор понесут ответственность за ущерб.

— Под директором Чон вы имеете в виду подсудимого?

— Да.

— Когда у вас с ним был этот разговор?

— В начале этого года...

— Это было примерно в то же время, когда ответчик нанёс огромный ущерб корпорации. Несмотря на то, что они руководители, разглагольствовать насчет статей и параграфов Закона о торговле, за исключением особых обстоятельств, крайне необычно. Может, они бы и стали, но обычно такого не происходит. О таком разговаривают корпоративные юристы или люди, принимающие участие в судебных разбирательствах. Вы не думаете, что что-то кололо совесть подсудимого?

Как только Сехон закончил свою речь, адвокат защиты встал.

— Протестую. Вы просите свидетеля гадать.

Судья строго посмотрел на Сехона.

— Возражение принято. Адвокат, пожалуйста, допрашивайте свидетеля только по фактам.

Сехон кивнул и продолжил перекрёстный допрос.

— Хорошо, пожалуйста, взгляните сюда. Запись докажет этот факт.

Старший адвокат, работающий на Сехона, запустил ролик. Это были кадры с камеры видеонаблюдения в конференц-зале компании. Запись была сделана с согласия всех руководителей, присутствующих на встрече, но, похоже, кто-то из сотрудников также случайно записал их перерыв.

После демонстрации того, что подсудимый был явно встревожен, говоря о выдержке из закона, Сехон вернулся к трибуне свидетеля.

— Вы присоединились к компании одновременно с ответчиком. Только вы вдвоём. В то время страна столкнулась с валютным кризисом, и это был трудный период для всех. После бешеной подготовки в то трудное время, вы, вероятно, вложили свои кровь, пот и слёзы в работу на благо компании. Именно поэтому вы занимаете свои нынешние позиции.

— Вы правы.

— Однако, у вас с ответчиком одинаковая должность, но вот зарплата отличается. Ваша выше в два раза, верно?

— Да, насколько мне известно.

— После такой тяжёлой работы только его коллега получил прибавку к зарплате, в то время как зарплата второго не изменилась. Что, если всё это связано с академическим образованием, а не с производительностью труда? Естественно, психика человека может пошатнуться...

— Возражаю! — вскрикнул адвокат защиты, не дав мужчине закончить.

Сехон прищурил глаза и посмотрел на собеседника

— Я ещё не закончил.

— Перекрёстный допрос должен быть с закрытыми вопросами*! Суд не место для спекуляции фактами.

— Я проводил расследование на основании существенных фактов. Доказано, что у двух директоров разные зарплаты и что ответчик пренебрегал своими обязанностями, тем самым подвергнув корпорацию убыткам в миллионы долларов, повлёкшим за собой судебный иск! Где я спекулирую? Мне любопытно узнать.

Казалось,что атмосфера стала ещё более напряжённой между двумя адвокатами, поэтому судья немедленно остановил их препирания. Тучи сгущались в зале суда.

Юншин внимательно наблюдал за ходом судебного заседания и медленно начал понимать, что холодная атмосфера, созданная Сехоном, была предназначена для того, чтобы продвигать эмоциональное повествование.

Это дело было простым вопросом неравного баланса сил между сторонами, поэтому у Сехона не было необходимости демонстрировать слабости подсудимого им в лицо. Вероятно, поэтому он назвал это слушание простым. Однако сюжет заключался в том, что ответчик был возмущён, поэтому намеренно нанёс вред компании из-за их неодинакового обращения. Сехон пытался эмоционально побудить суд и аудиторию прийти к одному заключению.

Поначалу казалось, что подсудимый – бедный сотрудник, подвергшийся неравному обращению. Однако, начав карьеру адвоката, Юншин понял, что мир устроен не так.

* Закрытый вопрос включает заранее подготовленные варианты ответа (чаще всего да/нет), которые предлагаются на выбор респонденту. Цель – получить согласие, подтверждения договорённости или предположения. В открытом вопросе респонденту предлагается дать ответ своими словами.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 62 - Корпоративный ужин

Удивительно, но время шло, и люди стали предпочитать более сильную сторону. Они не жалели слабых, не боролись за них. Вероятно, Сехон продолжит получать выгоду с этой склонности на протяжении всего слушания.

«Скорее всего, этот директор всю жизнь усердно работал, но совершил единственную ошибку... Это нехорошо» — подумал Юншин. Сехон, выглядевший идеально, вернулся в центр и оглядел галерею. Ненадолго его глаза задержались на Юншине, сидевшем в углу. Когда юноша заметил его взгляд, Сехон отвернулся, будто никогда и не смотрел в его сторону, и продолжил допрашивать свидетеля.

Юншин почувствовал обиду без всякой на то причины. Он закусил нижнюю губу. В этот момент ему позвонили.

Посмотрев на экране, кто звонит, его выражение лица стало неоднозначным. Он взглядом сказал секретарю Таку, что скоро вернётся, после чего тихо выскользнул из зала суда.

Выйдя в пустой коридор, он ответил на звонок:

— До Юншин из Догук слушает.

Молча выслушав другого человека, он нахмурился. Выражение его лица изменилось на обеспокоенное. Однако он старался звучать максимально уважительно и ответил:

— Конечно. Я слышал от сестры на днях. К сожалению, в эти выходные у меня плотный график, так что мне будет сложно это сделать. Может быть, на следующей неделе или через неделю... Да, меня это устраивает. Да. Да, конечно. Отель «Тесан»? В первое воскресенье следующего месяца в шесть вечера, я запишу.

Юншин почувствовал слабость и прислонился спиной к стене, приложив руку ко лбу. У него не было лихорадки, но странным образом в месте соприкосновения кожи ощущался жар. Он не мог позволить собеседнику заметить это, поэтому притворился радостным:

— Нет, наверное, нет. Не думаю, что сестра сможет присутствовать. Я приду один. Это неофициальная встреча между семьями, и мы встречаемся впервые. Я видел её фотографию, так что смогу её узнать. Хорошо, тогда до встречи.

После короткого телефонного звонка Юншин глубоко вздохнул.

У Юншина не было никаких фантазий о браке. Даже не было никаких ожиданий. Не то чтобы он боялся или избегал этого – он просто не знал, что думать.

У него было размытое представление, что, когда придёт время, он встретит нужного человека и в итоге женится на нём. Возможно, он внезапно встретит кого-нибудь, как его сестра, и почувствует искру, которая станет началом страстной любви. Его всё устраивало. Он был открыт к любому раскладу. Неважно были ли его чувства горячими или безразличными, судьба, так или иначе, позволила бы ему когда-нибудь встретить нужного человека. Но только не таким образом, как выходило сейчас.

Юншин нормально относился к свиданиям вслепую. Он думал, что, если так суждено, без разницы, как это случится. Однако этих отношений желал его зять, от этой мысли желудок будто в узел завязывался. Несмотря на разговоры о разводе, его сестра лично передала ему фотографии, а это означало, что зять действительно приложил много усилий к данному вопросу.

«Я должен хотя бы встретиться с ней».

Но независимо от того, понравится ему эта встреча или нет, оба исхода вызывали беспокойство. Один из вариантов – брак состоится, но его положение может только ухудшиться, когда его сестра подаст на развод. В ином случае у него просто не возникнет никаких чувств, и будет ужасно с его стороны заставлять себя поддерживать эти отношения.

Он чувствовал себя беспомощным ребёнком. Взрослые продолжали скрывать свои секреты и делать то, что им необходимо, в то время как Юншина, находящегося между ними, уносило прочь без возможности за что-либо ухватиться.

Юноша хотел, чтобы кто-то удержал его, чтобы он не упал.

Стоило ему об этом подумать, как на ум пришло красивое лицо одного человека.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 63 - Корпоративный ужин

— Что со мной не так в последнее время? Мне совсем не на кого положиться? Из всех людей...

Лицо Юншина налилось краской от смущения, поэтому он огляделся. Именно тогда из-за угла появился секретарь Так. Сердце юноши бешено заколотилось, словно его поймали с поличным. Он охладил свои пылающие щеки тыльной стороной ладони и пошёл навстречу секретарю.

— О, секретарь Так, почему вы здесь? — спросил Юншин.

— Почему вам не на кого положиться? Что случилось?

— Всё в порядке. Разговаривал сам с собой.

— Пусть это буду я.

— Я благодарен за ваши слова, — Юншину удалось искренне благодарно улыбнуться, и секретарь Так улыбнулся в ответ.

Затем секретарь Так сказал:

— Судя по тому, как идут дела, видимо, всё скоро закончится. Противоположной стороне просто нечего противопоставить.

— Похоже, так и есть.

— О, точно. Старший адвокат Сон спрашивала не хотим ли мы поужинать с ней, раз уж мы уже вышли. Я уже спросил старшего адвоката Кан, но забыл спросить вас. Вы свободны? Если да, я могу забронировать место.

— Я же не буду мешать вам троим, верно?

— Не-а. Кроме меня, у адвоката Кана нет чувства привязанности. Ну и раз уж вы заговорили о вмешательстве, нарушителем буду я. Три юриста, а я единственный секретарь. Что предпочитаете есть на ужин?

— Меня всё устроит.

— Это самый сложный ответ, чтобы угодить.

Вероятно, секретарь Так не был удовлетворён ответом, так как нахмурил брови. Затем он понимающе кивнул и обернулся. Юншин вернулся в зал суда, оставив секретаря Така говорить по телефону. Вернувшись на своё место, он увидел, как Сехон разговаривает со своим клиентом за столом истца.

Видимо, Сехон почувствовал на себе упорный взгляд, поскольку обернулся на Юншина, пока адвокат противоположной стороны допрашивал их свидетеля. Но увидев, что Юншин безвольно сидит, смотря на него только глазами, Сехон нахмурил брови.

Его лицо обычно было рационально, как математическое уравнение, но теперь на нём появилась примесь эмоций. На лице было написано: «В чём твоя проблема?»

Юншин не мог заставить себя ответить на этот немой вопрос и первым отвёл взгляд.

***

Ужин, который Юншин надеялся завершить после первого ресторана, продолжился во втором. Благодаря тому, что адвокат Сон позвала пару адвокатов, которые всё ещё работали в компании, вечеринка увеличилась в масштабах. В отдельной комнате экстравагантного бара было оживлённо и шумно.

Это был первый раз, когда Юншин присутствовал на чём-то, напоминающем корпоратив, и потому был несколько растерян. На глазах у юноши люди, которые всегда вели себя строго в своих костюмах и были погружены в работу, хорошо проводили время и веселились. Независимо от возраста и положения, все они были поглощены пьянкой.

В течение всего этого времени Сехон терпел разговор с Михи в более тихой атмосфере, но казался слишком уставшим, чтобы вынести всё остальное. Он ускользнул на террасу, где по центру была организована зона для курения, с сигаретой в губах. Он похлопывал карманы своего пиджака в тот момент, когда Юншин, который последовал за ним, быстро достал одноразовую зажигалку.

— Вот, держите.

Сехон на мгновение посмотрел вниз на Юншина, который проскользнул вслед за ним, прежде чем наклониться и позволить Юншину зажечь его сигарету. Его красные губы едва касались фильтра.

— Если тебе есть, что сказать, просто скажи.

— Часто бываете на таких ужинах? Я думал, вы быстро уйдёте, но не ожидал, что останетесь.

— Если ты спрашиваешь меня, почему я не такой мудак как обычно...

— Я бы никогда не спросил бы так открыто. Кто я по вашему?

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 64 - Напряжение

Вероятно, Сехон был слегка пьян, потому как усмехнулся и охотно ответил:

— Это прописано в приложении к моему контракту.

— Вау, должно быть это дело рук адвоката Сон. Не знаю, была ли она предусмотрительна или просто хорошо вас знала.

Сехон не ответил, но Юншин чувствовал, как старший согласился с обоими вариантами. Холодный ветерок окружил двух мужчин, пока они наслаждались свежим воздухом в тишине. Сехон прислонился спиной к перилам и оперся на них локтями. С каждым выдохом клуб дыма появлялся, а после чего исчезал. Юншин, прищурившись, тщетно пытался проследить за ним глазами.

Каждый момент, когда он был рядом с Сехоном, ощущался, словно сцена из романа.

Они были поглощены спокойствием, когда Сехон внезапно вырвался из этого момента.

— Почему ты снова пошёл за мной? Мы были вместе весь день. Давай разойдёмся. Меня уже тошнит от этого.

— Мне всегда интересно проводить с вами время. Никогда раньше не встречал кого-либо, похожего на вас.

В конце концов, отвечая на заданный вопрос, Юншин сказал то, что услышал от секретаря Така. Сехон посмеялся над нелепым ответом юноши. После чего он свободной рукой ткнул пальцем в грудь Юншина. Его длинный палец вонзился в рубашку юноши словно стрела, а затем медленно поднялся.

Юншин решил, что на этом физический контакт закончился, но Сехон снова дотронулся до груди юноши. В этот раз он не убрал палец, а медленно провёл вверх, дразня его кадык. Но на этом всё не закончилось. Вернувшись в начальную точку, Сехон медленно повёл его вниз. Неторопливый путь вниз, минуя солнечное сплетение и постепенно опускаясь к пряжке, казался невыносимо эротичным.

Впервые Юншин почувствовал угрозу со стороны представителя своего пола. Сехон вызывал это чувство каждый раз, когда они встречались.

Юншин нервно сглотнул. Когда рука старшего коснулась его живота, юноша схватил её.

Несмотря на то, что их кожа соприкоснулась, Сехон не злился. Когда он зажал сигарету, казалось, что его это забавляет. Он схватил Юншина за шею, притягивая ближе.

— Старший адвокат.

Изумлённый Юншин попытался позвать старшего адвоката, но всё было напрасно. Сехон притянул худое тело молодого человека, пока тот не приблизился; затем, когда они были достаточно близко друг к другу, он потушил сигарету и выпустил дым в лицо юноши. Юншин закашлялся и сощурился, его взгляд сфокусировался на Сехоне.

— Вы планируете убить меня пассивным курением?

— Это займёт слишком много времени. Да и слишком рискованно. Я бы не стал использовать такой метод.

— Вы, случайно, не пьяны? Похоже, вы много пили.

— Сегодня я выпил немного больше обычного.

— Почему? Ваши аргументы были хороши...

Сехон прервал Юншина на полуслове:

— Из-за тебя у меня болит голова.

— Я вас не понимаю. Почему?. Я сделал что-то не так?

— Ты продолжаешь меня бесить.

— ...

— В последнее время мои головные боли и бессонница усугубились. Это всё твоя вина.

Юншин не мог вспомнить, чтобы раздражал старшего адвоката на работе или наедине. Другими словами, Сехон придирался к нему без причины.

Но странно, Юншин не был от этого расстроен. Ранее существовавшие эмоции, которые обычно опытный старший адвокат скрывал, вероятно, трансформировались в другую форму. Юншин не мог знать наверняка, что это были за чувства, но он осознавал их существование.

Ладонь, обхватившая шею Юншина, шевельнулась. Сехон провёл своей рукой по мягкой коже юноши, массируя её. В местах их соприкосновения, естественным образом ощущалось тепло. Казалось, от этого нагрелось всё тело Юншина.

Они были так близко друг к другу, что Юншин чувствовал запах алкоголя, смешанный с пряным ароматом никотина в чужом дыхании. Одеколон, которым часто пользовался старший адвокат, ощущался в верхних нотах.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme, SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 65 - Напряжение

Юншин почувствовал, как голова пошла кругом, и оттолкнул руку Сехона. После этого он протянул свои руки, заключив Сехона между ними. Он ограничивал тело старшего во всех направлениях. Сехон, положивший руки на перила позади себя, взглянул на Юншина ледяным взглядом.

— Ты бунтуешь против меня? Уверен, что говорил тебе меня не трогать.

— Я делаю это потому, что вы лапали меня достаточно, чтобы я почувствовал угрозу. Я не иду против вас; это мой способ самообороны.

Юншин не мог понять старшего. Сехон приближался к нему, готовый к сделке, притворяясь недотрогой, но когда Юншин задавал вопросы, он отступал и изображал безразличие. Когда Юншин чувствовал, что с него достаточно, и решал забыть об этом недопонимании, Сехон сближался с ним снова, как раньше, и крутился вокруг.

Среди всех людей Кан Сехону не было нужды стараться поддерживать хорошие отношения с очередным младшим адвокатом, как Юншин. Поэтому все те недоразумения были по неосторожности Сехона и являлись его ответственностью без вины*.

Правда ли Сехон не был заинтересован в Юншине? Старший отрицал это, но чем дольше Юншин об этом задумывался, тем больше убеждался в правдивости своих предположений.

Он немного колебался, затем собрался с духом.

— Андре Жид однажды сказал, что новых земель не откроешь, если не согласишься надолго потерять из виду берег.

Сехон неожиданно хорошо принял замечание.

— Какие новые земли ты хочешь открыть, Четырёхлетний опыт?

— Земли, которые уберегут меня от опасностей.

Услышав это, Сехон, должно быть, догадался, что Юншин от него хочет, поэтому спросил более спокойным тоном:

— С какими угрозами ты столкнулся?

— Прежде хочу прояснить. Вы скрываете какие-то непристойные чувства ко мне? Я искренне хочу знать, и не потому, что я пьян.

Удивительно, но Сехон не посмеялся над ним. Он спокойно встретился глазами с Юншином. Несмотря на нарастающее смущение, юноша заставил себя разбавить тишину в воздухе своим голосом:

— Ведь так?

Сехон пристально смотрел вниз, словно раздевал молодого человека догола, и затем ответил, подчёркивая каждое слово.

Его голос был глубоким и приглушённым.

— И что если так?

Глубокий монотонный голос Сехона задержался в ушах Юншина.

От того юноша вздрогнул и нервно сглотнул.

Ответ Сехона был лаконичен, но эти слова вновь и вновь всплывали в голове, пока полностью не заполнили мысли Юншина. Спокойный голос Сехона заставил худое тело юноши напрячься сильнее, чем если бы старший кричал на него. Отбросив всю осторожность, он задал вопрос, но и представить не мог, что получит такой ответ из уст холодного и самодовольного Сехона.

— Если так... — повторил Юншин, его лицо стало теплее. В отличие от обычной ситуации, было трудно смотреть прямо на красивое лицо перед ним.

Во рту Юншина пересохло, и сердце колотилось в груди.

— Если так, то... вместо того, чтобы держать это в себе, не могли бы вы просто поделиться этим со мной? У меня чрезвычайная ситуация.

Сехон, который до сих пор внимательно слушал, спросил:

— Ты гей?

— Никогда не задумывался об этом. Я просто считал себя натуралом.

— Ты не гей, не заинтересован во мне, я не привлекаю тебя и не любопытен в этом плане. Тем не менее ты говоришь мне, что у меня могут быть скрытые мотивы и что у тебя мало времени. Это забавно.

Юншин чувствовал, как горят его щеки, и прикусил нижнюю губу. Всё это время юноша ощущал на себе взгляд Сехона. Не может быть, чтобы Сехон с его звериной интуицией и рассудительностью не заметил каждое мельчайшее изменение на лице Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 66 - Напряжение

Юншин попытался собраться, сделав несколько глубоких вдохов. Чуть погодя, он ответил:

— Как минимум, я уважаю вас в профессиональном плане. Иногда удивляюсь, как вы можете быть таким эгоцентричным, но при этом постоянно выигрывать. Хотел бы я научиться этому у вас, и иногда я вам завидую.

«Иногда вы выглядите немного одиноким, у вас есть хорошие стороны, но другие люди об этом не знают, а иногда вы заставляете моё сердце биться чаще», — подумал Юншин, но пока оставил эти мысли не сказанными.

Юноша испытывал двойственные чувства к Сехону. Старший адвокат был достоин уважения, но в то же время получать от него стрелы пренебрежения было обычным делом. Юншин считал Сехона плохим человеком, но хотел быть ближе к нему. И, самое важное, Юншин нуждался в Сехоне.

Ничего страшного, если Сехон не сможет оказать значительную помощь ему и его сестре. Он просто хотел человека, на которого мог бы опереться в моменты усталости. Люди говорят, что любовь тебя не прокормит. Юншин знал это. Деньги и существенная сила обеспечивают еду на твоём столе. Сердце – будь то проявлением любви, дружбы или чего-то ещё – было бессильно. Тем не менее были моменты, когда он нуждался в психологическом комфорте и поддержке.

Сейчас был как раз такой момент.

Впервые за много лет Юншин испытал этот порыв – это влечение к Сехону. Однако другой мужчина продолжал посылать ему неоднозначные сигналы, что заставляло Юншина сомневаться, сможет ли он переступить границу первым.

— Должны были быть причины, почему вы прижали меня к стене и трогали. Вы всё ещё не нашли ответ? Абсурд. Наверное, вы его уже знаете, но не хотите признавать.

Сехон, который всё это время молчал, невозмутимо возразил:

— Кто тебя трогал? Вероятно, я просто проходил мимо тебя.

Зашёл так далеко, но всё ещё закрывает на это глаза. В конце концов Юншин сорвался:

— Кто «проходит мимо» другого, при этом потирая грудь и шею?

— У тебя есть доказательства?

Очевидно, у Юншина их не было. Даже если были бы записи с камер наблюдения, Сехон мог сказать, что просто стряхнул пыль с одежды Юншина, и люди ему поверят. Но, как ранее говорил Сехон, жертва может испытывать странные ощущения, когда к ней односторонне прикасаются. Юншина всегда охватывали своеобразные чувства всякий раз, когда старший вёл себя подобным образом.

— Хорошо. Допустим, у меня их нет. Тогда почему вы продолжаете испытывать меня?

— Потому что ты слишком скверный, чтобы проглотить целиком.

— Вы поэтому подливаете масла в огонь? Уверены, что я полностью готов?

— Не будь таким любопытным. Ответ не придёт, если я тоже начну об этом задумываться. Забыть об этом и уйти для тебя же лучше.

Услышав это, Юншин почувствовал, как разрозненные кусочки в его голове сливаются в единую ясную картину. Должно быть, Сехон забыл об этом, но он сам говорил, что Юншин достаточно приличный адвокат. Поскольку речь шла о нём самом, Юншин не мог быть объективным, но он был довольно опытен в наблюдении и суждениях, чтобы понять ситуацию.

— Вы боитесь, что я вам понравлюсь? — спросил Юншин.

Он не был уверен, было ли это потому, что он попал в яблочко или потому, что это звучало слишком абсурдно. Но, в отличие от прежнего спокойного поведения, лицо Сехона внезапно напряглось, и он поджал губы. Руки Юншина дрожали, поскольку он чувствовал, как его внутренности закипают. Сехон не упустил момент: он сбросил с себя Юншина и повернул его, заставив худое тело юноши прижаться к перилам террасы.

Спина Юншина больно ударилась о твёрдую конструкцию, и он оказался на месте, где до этого стоял Сехон. Юноша взглянул вверх на старшего с некоторой обидой в глазах.

— Угх! Это больно. Даже если я парень, я всё ещё чувствую боль, знаете ли.

— Почему ты плакал тогда? — спросил Сехон.

Юншин и представить не мог, что Сехон затронет эту тему, поэтому запнулся.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 67 - Косвенно

— Пла... К-кто, кто плакал?

— Может, мне следует начать с того, что назову твой день рождения? — саркастично спросил Сехон.

— Что вы видели?

— Не знаю… Моего сотрудника, сидящего на углу улицы ночью и поедающего рамён?

— Как вы?.. — недолго думая, Юншин попытался возразить, но остановился.

Должно быть, Сехон с самого начала видел насквозь его жалкую ложь. Если добавить в уравнение факт того, что Сехон видел его плачущим, то, что случилось на следующий день, приобретает смысл. Сехон вернулся за ним на парковку, потому что беспокоился.

Юншин предположил, что Сехон мог заподозрить, что его что-то расстроило и что он плакал по его опухшим векам и красным глазам. Но, кажется, истинная причина беспокойства его наставника крылась в другом. Ему было интересно, действительно ли Кан Сехон способен заботиться о других.

— Ты плакал, свернувшись в углу, точно так же, как когда умер твой отец. Знаешь ли ты, как я был раздражён в тот день из-за тебя? Я не спал всю ночь.

Речи, слетающие с этих красных губ, были не о настоящем, а о прошлом. Глаза Юншина, растерянного от непонимания, о чём говорит Сехон, расширились, когда он это осознал.

Мало того, что это было много лет назад, но это был всего лишь короткий момент, что он даже не был уверен, помнит ли его старший.

— Вы это помните?

— Ты продолжаешь привлекать мой взгляд. Нет, я продолжаю украдкой смотреть на тебя, потому что беспокоюсь, что ты где-то спрячешься и будешь плакать.

— ...

— Мысль, что в моей голове крутится что-то кроме работы, сильно меня раздражает. Это сводит меня с ума.

Наконец, Юншин собрал последние кусочки головоломки воедино. Сехон всё помнил, именно поэтому, когда он вместе с Михи пришёл посмотреть на его судебное заседание, они продолжали пересекаться взглядами. Сехон узнал Юншина.

Двое мужчин яростно обменивались взглядами друг с другом. Сехон некоторое время смотрел на светлое лицо юноши, затем, не в силах больше терпеть, закусил губу и ослабил узел своего галстука. Его дыхание стало немного резче, а лицо порозовело. Он схватил конец своего галстука из мягкого материала и протянул его Юншину.

— Поцелуй это.

Глаза Юншина округлились. Смущение разлилось по его лицу, как чернила по воде.

— Ч-что теперь, так внезапно?

— Поцелуй галстук.

— Почему из всего возможного галстук... даже не ваши губы? Разве это не трусливо?

— Заткнись и делай. Это приказ.

Юншин почему-то чувствовал раздражение, но не более того. Сехон сказал, что не хочет, поэтому Юншин не мог продолжать спрашивать, почему тот не может ясно выразить свои эмоции. Более того, юноша не знал, как он сам относится к старшему, хотя был уверен, что его чувства ещё более непонятны и неопределённы, чем у Сехона – у него не было права настаивать.

После небольших сомнений Юншин принял решение и глубоко выдохнул. Его покрасневшие щеки дрогнули от пристального взгляда старшего, сосредоточенного на его губах. Затем Юншин взял кончик галстука и потёр о губы, словно вытирая рот.

Сехон наблюдал за всем от начала до конца, затем, как только Юншин оторвал губы от ткани, он прикоснулся своими красными губами к тому месту. И, словно этого было недостаточно, он высунул язык и провёл им по ткани. Заворожённый картиной, Юншин беспомощно наблюдал, не в силах сопротивляться и реагировать.

Целуя галстук, Сехон слегка наклонил голову. Он перевёл взгляд на Юншина. В тот момент, когда их глаза встретились, голова Юншина закружилась, а его подбородок задрожал.

Их чувствительная кожа даже не соприкоснулась, тем не менее оба выдохнули одновременно.

Юншин никогда в жизни не ощущал такого смущения. Он не мог придумать, что сказать.

— До Юншин — сказал Сехон своим глубоким голосом, пока Юншин переводил дыхание

Впервые Сехон назвал юношу полным именем.

Юншин не знал почему. Он слышал и видел своё имя каждый день, но лишь по причине того, что его произнёс Сехон, он ощутил сильный, странный разряд. По спине пробежали мурашки. Он не мог точно понять причину, поэтому только ошеломлённо таращился.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 68 - Косвенно

Пока юноша был в недоумении, Сехон наклонился, слегка повернув голову. Юншин колебался, стоит ли ему закрыть глаза или оттолкнуть старшего, но прежде чем он успел заметить, его веки медленно опустились.

Затем влажный язык Сехона ненадолго коснулся губ Юншина.

Именно тогда.

Кто-то появился сзади.

— Адвокат Кан! Как насчёт того, чтобы позволить молодым развлекаться, а нам, как друзьям, уйти... Боже, я вас прервала?

Михи, выскочившая на террасу, увидела двоих почти обнявшихся людей и остановилась как вкопанная. Оглянувшись, чтобы удостовериться, Сехон наконец отпустил Юншина, заключённого в объятиях старшего. Они естественно разошлись в стороны. Юншин потёр своё ярко-красное лицо.

Должно быть, Михи почувствовала неоднозначную атмосферу на террасе, поскольку не горела желанием подходить ближе. После чего Сехон прямо сказал:

— Не пойми неправильно. Ничего не было.

— Я ничего не говорила. Просто такое зрелище для меня в новинку. Я никогда не думала, что увижу тебя с кем-то в обнимку. Адвокат До, если вам было некомфортно, сообщите о нём в полицию. Я буду вашим свидетелем.

Юншин переводил взгляд с одного на другого, затем отрицательно махнул рукой:

— Нет, мне всё понравилось.

После этих слов два старших адвоката странно на него посмотрели. Сехон нахмурился, будто спрашивая, о чём он вообще, а Михи выглядела удивлённой. Он подобрал слова, принимая во внимание чувства Сехона, но слишком поздно задумался, что они могут звучать двусмысленно в зависимости от точки зрения, поэтому добавил:

— Я имел в виду, что мне не было некомфортно. Я привык к этому, ведь он делает так время от времени.

— Честное слово, Сехон так делает? Я не могу перестать удивляться.

— Четырёхлетний опыт. Лучше помалкивай, если собираешься нести чушь.

Сехон, не в силах больше терпеть его, схватил Юншина за плечи и оттолкнул, повернувшись лицом к Михи. Сехон буквально недавно называл Юншина по имени, но вот они вернулись к исходной точке. Юншин уставился на затылок старшего и прикусил губу. Ему хотелось растрепать уложенные волосы Сехона и он сжал кулак.

Не зная о мыслях Юншина, Сехон притворился, что позади него никого нет, и подошёл к Михи.

— Пойдём. Что насчёт машины?

— Секретарь Так вызвал водителя. Мы можем взять твою. Слушай, кажется, я пришла не вовремя, учитывая настроение... Будет нормально так его оставить? Я начинаю чувствовать себя виноватой.

— Я же сказал, что ты не так поняла ситуацию.

— Всё равно. Уйти вот так – грубо по отношению к адвокату До. Разрешите ситуацию, а я пока пойду вперёд. Всем хороших выходных и увидимся в понедельник, работнички.

Она неловко улыбнулась, выглядя искренне извиняющейся, и помахала рукой, прежде чем уйти. Сехон некоторое время наблюдал, затем покачал головой, направившись к выходу. Юншин был немного расстроен из-за того, что тот даже ни разу не обернулся, после того как толкнул его на жёсткую конструкцию.

Прямо перед тем, как Сехон скрылся за углом, Юншин очнулся и поспешил за ним. Затем он поймал Сехона за запястье, когда тот шёл к парковочному месту около входа. Обычно в момент соприкосновения Юншин сразу отпускал руку от удивления, но на этот раз он этого не сделал. Он специально схватил Сехона.

— Подождите минутку, старший адвокат. У меня есть что вам сказать.

Сехон посмотрел вниз на запястье, за которое его поймали, и нахмурился.

— Те несерьёзно относишься к словам своего руководителя?

— Наши губы соприкоснулись? — несмотря ни на что спросил Юншин.

— Нет — возразил Сехон.

— Но я уверен, ваш язык...

— Они не касались.

— Вы пытаетесь обмануть меня, потому что мои глаза были закрыты? Быть не может. Это бесчеловечно с вашей стороны.

— Я бесчеловечен. Это то, что ты намеревался мне сказать?

— Видите? Они действительно соприкоснулись, — энергично сказал Юншин, но затем понял, что это не самая важная вещь для обсуждения. Он попытался выглядеть спокойным и продолжил — Просто... Я говорю это вам на всякий случай. Если вы решите, что к вам это не имеет никакого отношения, можете просто забыть. Ну, я думаю, это скорее всего никак не повлияет на вашу жизнь в любом случае.

— Это я уже решу сам для себя.

— В следующее воскресенье я иду на свидание вслепую.

В этот момент бровь Сехона дёрнулась, не в силах скрыть его беспокойство.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 69 - Косвенно

Они смотрели друг на друга, так что Юншин мог заметить эту перемену. Однако Сехон не подтвердил и не опроверг, насколько потрясён он был, и просто позволил тишине течь спокойным ручьём. Немного забеспокоившись, Юншин попытался сохранить самообладание и продолжил:

— Всё должно пройти без проблем, и, если она не плохой человек, я, скорее всего, буду плыть по течению, обручусь, а потом женюсь. Сестра сказала, что её муж хочет иметь связи с этой семьёй, предложил кандидатуру и сказал, что это нужно для всех. Плюс, я слушаю мою сестру. Иначе говоря, у меня не так много времени.

Юншин был осторожен, пытаясь оценить чувства Сехона. До сих пор Юншин никогда не рассматривал возможность сексуального влечения к представителям своего пола. Он собрал всю свою храбрость ради единственной возможности развития этих отношений. Он порой понимал Сехона, когда тот чувствовал внутренний конфликт из-за него. Только по этой причине он думал, что это правильное решение.

Внутри он хотел, чтобы Сехон остановил его, но между ними ничего не было, поэтому он не мог заставить себя просить напрямую. Однако, если у Сехона было хоть малейшее желание задержать Юншина, даже если чувства не сформировались так сразу, это должно было произойти сейчас. У Юншина заканчивалось время. Он был уверен, чтобы добиться прогресса, было достаточно силы воли, но если они продолжат оценивать друг друга и упустят момент, другой возможности может не представиться. Всё это он пытался донести до собеседника глазами.

Сехон молча смотрел на Юншина. Однако его ответ был довольно неспешен:

— Почему ты говоришь мне, что у тебя нет времени?

В тот же момент напряжённые плечи Юншина расслабились и обмякли.

— Это всё, что вы хотите сказать?

— А мне нужно сказать что-то ещё?

— Забудьте, если не понимаете.

— Извини конечно, но понял я очень хорошо.

Благодаря жёсткому и холодному тону Сехона, Юншин вздрогнул, а затем медленно моргнул. В том же тоне Сехон сухо добавил:

— Собери себя в кучу и иди на это своё свидание. Если того хочет твой зять, уверен, это поможет твоей паршивой карьере. О, думаю, это помогло бы и нашей компании тоже. Всего наилучшего.

Сехон вырвал своё запястье из хватки юноши и ушёл. Он скрылся из поля зрения, а Юншин остался размышлять над неоднозначным ответом, который был ни ободрением, ни поздравлением, ни насмешкой. Юншин поклонился, провожая его, но было слишком поздно, Сехон уже не видел.

Сехон шёл уверенно, теперь уже полностью выйдя из коридора.

Он увидел свою машину, припаркованную на углу. Водитель от компании, который стоял рядом, открыл дверь заднего сидения. Сехон поравнялся с капотом своей машины и уже собирался сесть на заднее сидение, но остановился и посмотрел на вход в бар. Как и ожидалось, Юншина там не было.

Затем он нервно ударил рукой по корпусу машины:

— Блядь.

«В следующее воскресенье я иду на свидание вслепую.»

Когда он услышал это, он должен был признать, что кипящая в нем ярость была сильнее, чем когда он увидел улыбку Юншина с опухшими глазами.

Сехон был невероятно уязвим для таких чувств. Он никогда раньше ни к кому не относился по-собственнически, поэтому понятия не имел, как взять себя в руки. Кроме того, больше всего на свете он ненавидел неспособность контролировать себя. Поэтому активировались его защитные механизмы.

С некоторым промедлением он сел в машину. Водитель закрыл за ним дверь, и пока тот шёл к водительскому сидению, Сехон удобно откинулся на спинку кресла и погрузился в свои мысли. Поневоле он размышлял о словах Юншина.

«Вы боитесь, что я вам понравлюсь?»

Он взглянул на галстук, к которому они прикасались губами, и заскрежетал зубами. После этого он раздражённо сдёрнул галстук, швырнув его на пассажирское сидение, и закрыл глаза, в попытке избавиться от всех своих бесполезных мыслей.

Но что бы он ни делал, голос Юншина не исчезал и продолжал докучать ему.

После очередной встречи с До Юншином всё перемешалось и запуталось.

Конец первого тома. Продолжение следует во втором.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 70 - Принятие

Второй том.

Действие 10

Сехон сел перед экраном ноутбука в домашнем кабинете и включил USB-микрофон. Он щёлкнул пальцами для привлечения внимания старших юристов в конференции, тем самым заставив их перестать суетиться и сосредоточиться на нём. Эти юристы были членами руководящего звена более крупной группы, отвечающей за проект по приобретению Догук другой компании.

Сехон молча смотрел на экран позади голов юристов, а затем сказал: «Если вы заставили сотрудников сидеть в их кабинетах в воскресенье, не кажется ли вам, что нужно вынести как можно больше пользы из моей благотворительной встречи с вами сегодня? Надеюсь, хоть это обсуждение поможет вашим карьерам».

После этого самый опытный юрист в группе поднял руку. Его лицо явно демонстрировало решимость не испортить Сехону выходной. Он глубоко вдохнул, затем указал на юристов позади него.

— Начиная с меня и далее по часовой стрелке, мы определили ключевые положения контрактов, подписываемых приобретаемой компанией, корпоративный устав и правила для совета директоров, коллективное соглашение и трудовой договор, включая страхование сотрудников, состояние активов,движимое и недвижимое имущество, а также состояние человеческих ресурсов компании. Согласно инструкциям, мы изучаем различные области права и готовим отчёт по результату комплексной проверки. Мы подумали, что будет лучше провести с вами промежуточное совещание, чтобы коротко доложить о некоторых важных моментах.

Листая распечатки, Сехон спокойно спросил:

— В распечатанных документах, что доставил мне секретарь Так с курьером, отсутствуют подробности о лицензиях, правах на интеллектуальную собственность и налогообложении. Команда Б этим занимается?

— А, да. Различные лицензии и права на интеллектуальную собственность изучаются командой Б. Налоговыми отчётами бухгалтерская компания занимается самостоятельно, поэтому завтра о них сообщат отдельно. Наша команда делает всё возможное, чтобы приобретённая компания могла беспрепятственно работать после заключения сделки. Но сначала нам необходимо закончить сбор и организацию внутри команды. Хотел бы уточнить, готовы ли вы продолжить собрание через час?

Сехон захлопнул документы и ответил:

— Мне также необходимо просмотреть другие документы, которые я получил сегодня, так что могу предоставить небольшой запас времени.

— Благодар...

— Даю вам 25 минут.

Сехон односторонне закончил разговор. Он выключил микрофон и стал наблюдать, как на экране зашевелились юристы. Он взял распечатки и ручку и сел на диван вне поля зрения юристов.

Он удобно откинулся на спинку. По мере того, как он быстро просматривал документы, его взгляд становился всё сосредоточеннее.

— На кону стоит успех или провал сделки... Почему в этом заключении так много воды? Они не смотрели отчёт, написанный Четырёхлетним опытом? — пробормотал себе под нос Сехон. Перелистывая страницы, он помечал важные моменты.

И тут.

Из стопки документов выпала страница. Сехон поднял её и его красивое лицо слегка сморщилось. Это была часть документа, предоставленного одним из старших, который специализируется на трудовом праве. На странице было представлено приложение к диаграммам по вопросам о статусе просроченной выплаты заработной платы и выходных пособий, а также о статусе временных работников. Сама по себе она не представляла ничего особенного. Однако имя в правом верхнем углу заставило его брови нахмуриться.

Он уставился на короткую записку в углу, с просьбой об обратной связи, если будут какие-нибудь ошибки, а также имя и номер телефона Юншина.

«Помощник менеджера команды поручил Юншину работу без моего дозволения», — подумал Сехон.

Это было всего лишь имя Юншина, но Сехон почувствовал, как у него пересохло в горле. Может потому, что это был след, оставленный юношей. Сехон швырнул ручку и бумаги и потёр лицо обеими руками.

С того дня время у Сехона шло не так, как обычно. Время ощущалось медленным, словно едешь по неровной, ухабистой, незаконченной дороге и в следующий момент его машина начинала безудержно трястись. Всё это было из-за того инцидента в баре между ним и Юншином несколько дней назад.

Он вспомнил прохладный ветерок, дующий на темной террасе, их тела, прижатые друг к другу, словно пытаясь согреть холодный воздух. Как веки юноши медленно закрылись, когда Сехон склонился над ним, его густые ресницы упали, как занавес на глазах, а его рубиново-красные влажные губы изогнулись из-за нервов от предстоящего поцелуя.

А потом прикосновение к мягкой коже Юншина...

От воспоминаний о том дне, нижняя половина тела Сехона постепенно напрягалась. Сехон ощутил, словно электрический разряд распространился ниже его талии, и прикусил губу. Он опустил глаза и увидел выступ на штанах.

Он расстегнул ширинку.

Чувственный звук молнии раздался в комнате.

И конечно же, он увидел, как его член увеличился в размерах от возбуждения.

На мгновение он лишился дара речи, а затем громко выругался.

— Чёрт возьми, что я творю?

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 71 - Принятие

Он прикусил нижнюю губу и убрал руку с живота. Он скомкал бумагу с именем Юншина и бросил её за диван.

Он услышал, как бумажный комок приземлился на пол, после чего расслабил конечности, позволив себе растечься по дивану. Он откинул голову назад и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

До этого момента он ощущал что-то вроде желания обладать, бурлящее в нём всякий раз, когда он видел Юншина, но это был первый раз, когда он почувствовал волну вожделения, растущую из нижней части его тела.

Это был не случайный порыв, да и он тогда выпил не так много. Чувства, которые он заточил внутри себя, выплеснулись наружу, и сдерживать их становится всё сложнее. Сехон чувствовал себя странно, когда дело касалось эмоций, он не знал, как их различить.

— Наши губы соприкоснулись?

На этот вопрос Сехон ответил «нет», но они оба знали, что кончик языка Сехона коснулся губ Юншина. Если бы тогда не зашла Михи, скорее всего, Сехон зашёл бы гораздо дальше. Сам себе он лгать и отрицать не собирался. В тот момент, Сехон хотел не просто поцеловать Юншина, он желал заняться с ним сексом. А возможно, хочет до сих пор, спустя два дня.

Сначала он думал, что эта отчаянная жажда внимания и дискомфорт объясняются травмой, после того как ребёнок, о котором он заботился, словно о младшем брате, умер. Он предполагал, что маленькие шрамы, оставшиеся после невозможности позаботиться о близком ему человеке, проявились в такой раздражающей манере, когда он увидел спрятавшегося в углу плачущего Юншина, после потери кого-то дорого сердцу. Что именно поэтому его так беспокоил Юншин. Будто бы при помощи Юншина он признавал и смотрел прямо на свою слабость, которую он всё это время скрывал.

Но теперь он знал, что это не так. Просто Сехон слишком много всего знал о Юншине.

Когда его мысли переключились на нынешние эмоции, в голове возникла мысль, которая его сильно обеспокоила.

«Я случайно не подумал об этом дураке в...»

Он вскочил, прервав свою мысль на середине.

Сехон не мог так просто отделаться от этой мысли. Это предчувствие должно было быть ложным. Тем не менее тянущее чувство, кричащее о том, что всё было правдой, продолжало подступать к горлу.

Он не мог больше разбираться в своих чувствах. Он узнал то, что ему не следовало, и чувствовал, что мысли, на которых его не должны поймать, в дальнейшем будут разоблачены.

В конце концов, он покинул кабинет, даже не оглянувшись.

***

Сехон выскочил из офиса, глядя на наручные часы, но столкнулся с младшим юристом, который ждал его около двери. Из всех людей им оказался тот, с кем Сехон меньше всего хотел встретиться, поэтому он нахмурил лоб.

— Что? — сорвался Сехон.

— Руководитель Кан, я слышал, вы собираетесь на встречу с клиентом.

Юншин смотрел в глаза Сехону, которого не устраивала текущая ситуация. Юноша просил уделить ему немного времени. Одна бровь дёрнулась, но Сехон холодно отвернулся, ведя себя так, будто Юншин был невидимкой.

Сехон направился к кабинету и указал на секретаря Така. На этот раз Юншин встал прямо перед Сехоном, преграждая ему путь. Он спокойно помахал конвертом в своих руках.

— Вы сказали, что вам это нужно, так что я всё подготовил.

— Мой секретарь сменился без моего ведома? В этом месте творится какой-то бардак.

— Простите, но я всё ещё адвокат. Мне тоже есть, что вам сказать.

— У меня не так много свободного времени, чтобы встречаться с сотрудниками один на один, когда им это понадобится. Возьми номерок и встань в очередь.

— Это займёт всего минуту. Я сопровожу вас до парковки вместо секретаря Така. Водитель уже ожидает внизу. После вас.

Злобно взглянув на секретаря Така, Сехон неохотно отдал свой портфель Юншину.

Юншин едва успел поймать сумку, которую грубо прижали к его плоской груди. Он последовал за впереди идущим Сехоном. Поначалу он шёл слегка позади, но когда увидел приближающийся лифт, юноша ускорил шаг. Он устремился вперёд, чтобы поймать лифт. Затем жестом пригласил Сехона войти. Но тот, заходя в лифт, даже не посмотрел в сторону Юншина.

Они встали рядом, и дверь плотно закрылась.

Всего мгновение назад в коридоре ходили занятые своими делами сотрудники, так что не было никакой неловкости, но сейчас они одни, и странное напряжение возникло между ними. Вероятно, это был первый раз, когда они оказались вместе в замкнутом пространстве, после случая в баре на прошлой неделе.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 72 - Изъян

Вероятно, Сехон не ощущал необычность обстановки, так как был занят поправлением своего галстука. Прикинув, сколько примерно времени необходимо на разговор, Юншин спросил:

— Старший адвокат, вы сделали выговор тому юристу, который поручил мне сделать исследование? Секретарь Так выглядел напряжённым.

— Неважно, отчитаю я его или убью, в любом случае это не твоё дело. Я всего лишь с ним поговорил. А ты сосредоточься на качественном выполнении своей работы, — сказал Сехон.

— Моё заключение было плохим? Вы поэтому раскритиковали его?.. Я беспокоился об этом.

Сехон вздохнул, после чего повернулся и взглянул на Юншина. Цифры на экране лифта продолжали стремиться к подвалу.

— Вопрос здесь не в том, хорошо ты сделал работу или нет. Речь от том, поручил ли я тебе сделать эту работу. Никогда больше не выполняй то, что я тебе не говорил, — твёрдо сказал Сехон.

— В прошлый раз вы сказали, что я могу участвовать в собраниях по делам, которые вы ведёте, поэтому я подумал, что мне разрешено помогать, — ответил Юншин.

— Я сейчас ищу подходящее дело. Этот случай не такой.

— Простите. С этого момента я буду осмотрительнее.

Сехона смутил такой разочарованный ответ, поэтому он резко спросил:

— Эй, Четырёхлетний опыт. Почему ты решил, что дал тебе такие инструкции? Думаешь, я тебя так сильно ненавижу?

— Если бы вы меня ненавидели, то уже бы убили, — ответил Юншин.

— Ты прекрасно это знаешь. С того момента, как тебе удалось попасть в мою команду, ты стал моим. Я решаю, что и когда ты делаешь. Сегодня все видели, как заместителю руководителя группы надрали зад, поэтому в будущем никто не станет так поступать, но позднее, если кто-то внезапно поручит тебе работу, откажись от неё и передай им, что я сказал «нет».

Объяснение Сехона не дало ответов на все вопросы Юншина, но затронуло ключевые моменты. Юноша понимал, что Сехон поступил таким образом не для того, чтобы поставить его в неловкое положение. Скорее всего? старший адвокат просто думал, что это дело не подходит Юншину.

Юншину было немного жаль старшего коллегу, которого пристыдили перед всей его командой, только за то, что он попросил Юншина о небольшом одолжении.

От смущения Юншин ещё крепче обнял папку с файлами, которую крепко держал в руках. Это не было основной причиной для начала разговора, поэтому он снова заговорил:

— Так... Я не пытаюсь вас торопить, но...

— Я предоставлю тебе подходящий консалтинговый случай, когда придёт время. Чем больше ты будешь приставать ко мне с этим, тем надольше это затянется. Научись быть терпеливым.

— Нет, я не об этом. Мне действительно пойти на свидание вслепую? В это воскресенье.

Сехон, который педантично крепил запонки, поднял голову. Этот взгляд был острее обычного. Кадык на его длинной шее ходил крупными волнами. Юншин этого не заметил, так как в тот момент посмотрел на дисплей лифта, после чего двери открылись с характерным звуком.

В конечном итоге Сехон не ответил и пошёл вперёд. Как Юншин и говорил, стоявший рядом с автомобилем водитель открыл дверь на заднее сидение. Сехон быстро сел в машину.

Юншин, бездумно следовавший за Сехоном, взглядом попросил водителя подождать и сел на заднее сидение с другой стороны. Сехон глухо рассмеялся, не ожидая такого шага.

— Ты с ума сошёл? У меня нет лишнего времени. Проваливай.

— Только на этот раз. После того ужина я всё время... — начал Юншин.

— Не хочу это слышать. Ты не выйдешь?

Холодный голос и леденящий взгляд Сехона пронзили Юншина словно острые сосульки. Почувствовал укол, Юншин расстроился от того, что получил от собеседника столь острый взгляд, и грубо бросил сумку и конверт ему в руки. Предметы небрежно разлетелись по сидению роскошного автомобиля, а Юншин вышел, будто и вовсе никогда не садился туда. Это был довольно дерзкий поступок, но вместо того, чтобы упрекнуть, Сехон полностью проигнорировал.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 73 - Изъян

Теперь Юншин знал реакцию Сехона. У него был талант раздражать людей. Теперь Сехон намеренно игнорировал Юншина.

В этот момент юноша решил, что ему нужно высказаться хоть раз. Он закусил нежную кожу нижней губы, словно жевал Сехона, затем наклонился и сунул голову обратно в машину.

— Я дал вам два шанса. Не жалейте об этом потом.

Выпалив это, он захлопнул дверцу машины. Он уважительно поклонился водителю и развернулся, не оборачиваясь. Честно говоря, он был немного разочарован, что Сехон ведёт себя, словно это не его дело. Юншин не мог нормально спать с того дня, когда губы другого мужчины его коснулись, и задавался вопросом, как Сехон может вести себя подобным образом, несмотря на то, что сам был инициатором.

Разозлившись, Юншин ушёл прочь так быстро, как только мог. Но дойдя до лифта, он услышал тихий и осторожный стук каблуков за спиной, от чего остановился. Пока он стоял в недоумении, его схватили за плечи.

Когда он повернулся, к удивлению, перед ним стоял Сехон.

— Старший адвокат? — спросил Юншин от неожиданности.

— Четырёхлетний опыт. Похоже тебе нужно объяснение того дня, так я тебе его предоставлю. Это была моя ошибка. Кроме того, я не хочу, чтобы в моей жизни были изъяны.

Юншин, потрясённый ответом, глухо усмехнулся.

— Разве я просил вас извиняться? Мне это не нужно. Я просто...

— Мне всё равно. Хочешь ты извинений или исповеди. Несмотря ни на что, я просто говорю тебе не устраивать мне встряску. Мне становится всё труднее сдерживать себя.

Его разъяснение было размытым, но суть была проста. Юншин волновал Сехона. Юноша не верил в это до конца, но, по всей видимости, Сехон что-то скрывал, и его это тяготило. Лабиринт сердца Сехона был неведом Юншину. И, скорее всего, юноша окончательно сошёл с ума, потому что услышав это, ему захотелось узнать больше о том, что творится в голове у старшего.

Юншин онемел, пытаясь взять под контроль свои бурные мысли, и упустил возможность ответить. Сехон спокойно добавил:

— Не забывай, что ты тот, кого я в любой момент могу уволить.

Он имел в виду, что Юншину не следует больше никогда поднимать эту тему?

— Вы мне угрожаете? — спросил Юншин.

— Да. Если всё понял, возвращайся к работе.

Стоило Юншину подумал, что он может, наконец, сделать шаг, чтобы сократить расстояние между ними, Сехон сразу же кинул ему очередное угрожающее предупреждение. Юншину редко демонстративно отказывали, поэтому он понятия не имел, как реагировать, после того как его дважды холодно отвергли.

Юншин проглотил своё унижение, стиснул зубы и попытался небрежно отшутиться:

— Да, я понял. Удачной дороги.

Юноша поклонился и немного постоял в этом положении. Сехон какое-то время смотрел на него, потом удалился. Силуэт его спины становился всё меньше, пока он не сел в машину и не исчез из поля зрения Юншина.

Только после того, как звук мотора в гараже полностью затих, Юншин опустил дрожащие уголки губ.

Вспоминая слова Сехона, Юншин запоздало взбесился.

— Он только что назвал меня изъяном прямо в лицо? Я что, ошибка всей его жизни?

Он сам изначально встряс Юншина поцелуем его галстука? Сехон сделал всё, как ему хотелось, а сейчас назвал это ошибкой?

Выводы Юншина о Сехоне, которые он поселил у себя в сердце, были ошибочными.

Сехон был садистом.

— Сволочь. Да пошёл ты, — выругался Юншин, затем возмущённо вошёл в лифт, который ждал его всё это время.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 74 - Изъян

Лицо Юншина помрачнело, когда он взглянул на календарь на своём столе. Завтра свидание вслепую.

Ему было интересно, на что это будет похоже, ведь он абсолютно ничего не знал. Он бы принял эту встречу с более лёгким сердцем, если бы всё ещё продолжал верить, что у его сестры мирная супружеская жизнь. После первой встречи, если бы он почувствовал что у них хорошая совместимость, женился бы на ней, а если нет, то вежливо извинился и расстался.

Но это уже было не так. Когда сестра просила его это сделать, она мужественно решала свои проблемы, но казалось, была загнана в угол. Юншин не мог представить в каком невыгодном положении окажется его сестра, если этот брак пройдёт плохо. Он чувствовал себя настолько тревожно, что ему захотелось где-нибудь заняться первой страстной любовью.

Поэтому он пытался уцепиться за соломинку.

— Я не хочу, чтобы в моей жизни были какие-то изъяны.

— Чем дольше об этом думаю, тем сильнее злюсь, — проворчал Юншин.

Юншин был соучастником, закрыв глаза перед поцелуем, но Сехон это начал. Юноша был расстроен тем, что старший пытался выйти сухим из воды, несмотря на то, что всё помнил.

Конечно, Сехон был волен сам решать, протянуть руку Юншину или нет. Юноша уважал независимость других людей. Однако, если Сехон решил повернуться к нему спиной в критической ситуации и продолжить сбивать Юншина с толку, очевидно это была оплошность Сехона. Когда Кан Сехон, который даже на самую малость никому не открывал своего сердца, продолжал давать призрачную надежду, Юншину хотелось положиться на него в моменты тревоги.

Юншин глубоко вздохнул, чтобы избавиться от мыслей, и уставился на экран ноутбука. Пока он загружал необходимые ему документы из внутренней сети компании, ему на глаза попался список сотрудников. Когда он задал в поиске Сехона, ему выдало список с его образованием, ассоциациями юристов и советами управляющих, делами, с которыми он работал, и областями специализации.

«Корпоративные слияния и поглощения, корпоративное управление, частные инвестиции, регулирование рынка ценных бумаг». Самые последние пункты в списке были связаны с его работой внешним юрисконсультом. Однако, когда он пролистал ниже, там было несколько семейных дел, которые Юншин не ожидал увидеть. Должно быть это были те самые дела pro bono, о которых как-то упоминал Сехон.

— Он также занимался делами об опеке. Завещаниями, законным наследованием, разделом имущества... — пробормотал вслух Юншин.

Довольно неожиданно, но он также занимался вопросами раздела имущества после развода и исками о родительских правах. Однако, это было очень давно. Даже если бы Сехон взялся за дело о разводе его сестры, скорее всего, был бы на стороне её мужа.

Юншин не был уверен, что выиграет, если встретит Сехона в суде. Разбить камень яйцом казалось и того проще.

То, что сестра сказала ему не высовываться, не означало, что Юншин должен ничего не предпринимать по этому вопросу. Ему нужно было что-то сделать со своей стороны. Но поскольку он не знал, что из себя на самом деле представляет ситуация, его стартовая точка была не ясна. Он наткнулся на препятствие на первом же этапе.

«Кан Сехон, конечно же, не станет делиться своими информаторами, поскольку это ценный ресурс», — подумал Юншин.

Строгая конфиденциальность означала, что так необходимо. Сехон использует незаконные маршруты, которые противоречат профессиональной этике адвоката, ведь даже Михи он о них не рассказал. Юншин не мог просто пойти и попросить Сехона разобраться с семейной ситуацией его сестры. Он должен был предложить пропорциональную оплату или раскрыть свои карты Сехону.

«Может быть, я мог бы просто быть честным и попросить о помощи», — подумал Юншин, после чего вспомнил надменный и самодовольный взгляд старшего адвоката и отказался от этой мысли.

— Будто бы он мне поможет.

Каким бы талантливым адвокатом ни был Сехон, настроить такой огромный конгломерат, как Сухан, против него было большой авантюрой. Особенно потому, что Догук была в тесных отношениях с Сухан, такой ход может негативно отразиться на компании.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 75 - Свидание

Если Сехон выиграет это дело, он получит лишь небольшую выгоду и некоторое признание от того, что его имя будет в новостях, но у него уже в достатке и признания, и популярности. Юншин должен уговорить его, используя то, чего у него нет, но он не мог точно сказать, чего хочет старший адвокат.

У юноши было слабое подозрение, что Сехон хочет его, но несмотря на волнительный опыт непрямого поцелуя через галстук, реакция старшего была довольно холодной.

— Не говори никому ни слова. Понял? — вспомнил предостережение сестры Юншин, из-за которого было рискованно делиться с Сехоном своими опасениями без поручительства. Зная старшего адвоката, он в любой момент может встать на сторону Сухан.

Поверженный Юншин закрыл окно и взглянул на книгу на своей полке. Это были «Большие надежды».

Что Сехон открыл для себя в цитате, которую использовал Юншин, побывав на суде его суде тогда?

Главный герой, Пип, был чернорабочим, но унаследовал непомерное состояние и изменил свою жизнь, попав в высшее общество. И во время этого он понял, что на самом деле важно. Светом жизни являются личные ценности, а не золото.

Юншин открыл книгу на странице с закладкой и в его поле зрение попала прекрасная проза Диккенса.

— Я не знал... что думать о другом человеке – значит претендовать на него, моя дорогая. Думать нетрудно... Разве есть что-то проще?

Эта часть напомнила ему о его собственных мыслях, которые всё время возвращались к Сехону. Пролистав страницы, он нашёл страницу с загнутым уголком, ведь он думал, что он идеально описывает Сехона.

— ...У меня есть сердце, которое можно прострелить или проткнуть, я не сомневаюсь... Но вы понимаете, что я имею в виду. В нём нет нежности, нет симпатии, сантиментов, глупостей.

— До Юншин.

Что Сехон хотел сказать ему, после того как окликнул его таким будоражащим голосом?

Юншин закрыл книгу и поставил её на место. Наклонившись вперёд, он прислонился лицом к защитному покрытию стола, чтобы охладить щеку, которая начала гореть от мысли о другом мужчине.

Он взглянул на свой телефон, но он не издавал ни звука.

* * *

Припарковавшись возле больших парадных ворот, Юншин открыл пассажирскую дверь. Девушка аккуратно ступила ногой на землю и нажала на дверной звонок. Она вежливо попрощалась с юношей:

— Спасибо, что подвезли меня обратно. Будьте осторожны на дороге.

Юншин молча кивнул девушке, которая застенчиво улыбалась ему. Он проводил её взглядом, пока та не исчезла за воротами, прежде чем направиться к водительскому сидению.

Затем девушка неожиданно вернулась и схватила его за рукав.

— Адвокат До, вы не спросите о следующей встрече? Или вы собирались связаться со мной по телефону?

Удивлённый Юншин чуть помедлил, прежде чем ответить:

— Ох, конечно. Это моё первое свидание вслепую.

— У меня уже было несколько, так что я спрошу. Можем ли мы встретиться снова в скором времени? Например, ещё раз до конца года, — сказала девушка.

— На самом деле, прошло не так много времени с момента, как я устроился в Догук. В эти дни я немного занят, пытаясь войти в курс дела. Могу ли я связаться с вами, когда лучше пойму, как обстоит ситуация? Я не могу назвать точную дату прямо сейчас.

— Вы сейчас мне отказываете?

— Я решил, что лучше проявить осторожность, чем быть не в состоянии сдержать своё обещание. Я обязательно свяжусь с вами, — ответил Юншин.

Видимо, она поверила, поскольку не казалось, что Юншин лгал. Вернувшись к входной двери, она помахала Юншину. Юноша наконец сел в машину, и полностью исчез из поля зрения. По дороге домой напряжение с лица Юншина полностью спало.

Он многому научился сегодня, когда впервые встретил эту девушку. Несколько месяцев назад, она увидела статью о том, как Юншин защищал известного спортсмена, которого обвиняли в убийстве её мужа. Юноше сказали, что она повсюду просила устроить им встречу с целью бракосочетания, что его удивило.

Затем девушка узнала, что корпорация её отца, занимающаяся СМИ, была в хороших отношениях с корпорацией Сухан. Плюс, Юншин произвёл хорошее впечатление на её семью, ведь отец юноши был уважаемой фигурой в юридической сфере.

Юншин хорошо знал, что одной встречи недостаточно, чтобы судить о характере человека. Тем не менее она не вызывала у него неприятные чувства, и им было легко разговаривать общаться. Он также мог сказать, что она очень им интересовалась.

До этого момента всё было хорошо. Проблема была в том, что всё шло слишком гладко. Она сразу сказала, что хочет постепенно его узнать и заключить брак, когда придёт время. Однако Юншин чувствовал себя обременённым, потому что не мог отделить эту ситуацию от его сестры. Его зять больше не был на одной стороне с юношей.

Юншин надеялся, что в первую очередь сможет потушить основной огонь, но препятствия возникали одно за другим.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 76 - Свидание

— Что я делаю?

В горле было сухо, как будто он простудился. Юншин ослабил узел своего безупречного галстука и вздрогнул, прикоснувшись к шелковистой ткани. Он непроизвольно теребил галстук, а затем, остановившись на светофоре, прижался губами к низу галстука. Он ничего не почувствовал, что не удивительно.

Он сжимал и разжимал ткань, словно сминал лист бумаги, когда его телефон завибрировал. Он выпустил из рук галстук и ответил на звонок по громкой связи. Он беспокоился больше обычного, так как это была его сестра.

— Игён?

Он впервые разговаривал с ней по телефону с тех пор, как она приходила к нему домой.

— Юншин, тебе удобно сейчас разговаривать?

Её голос звучал намного лучше, что позволило юноше немного расслабиться.

— Я за рулём, но говорить могу. Как ты поняла, что уже можно позвонить? Её семья сказала тебе, что мы встречались?

— Да. Видимо, она была в восторге, когда пришла домой. Как случилось, что ты ни с кем не встречался, но можешь так очаровать женское сердце? У тебя была девушка, когда ты был в старшей школе, но ты перестал встречаться, после того, как стал юристом.

— Ну, это потому что я был очень занят. Тогда я был моложе, но встречаться с кем-то было слишком обременительно, ведь я должен был думать о свадьбе.

— Тебе следует задуматься об этом сейчас. Она сказала, что с тобой было легко общаться, ты добрый и мужественный. Ты ей очень понравился. Это замечательно.

— Мои впечатления, пожалуй, тоже неплохие, так как она хороший человек.

Должно быть, Игён расценила это как позитивный знак, поскольку её голос оживился.

— Она тебе понравилась? Так ещё лучше.

— Она неплохая. Наверное, я смог бы жениться на ней, но не думаю, что смогу её полюбить.

Как бы радостно ей не было, Игён сочла его ответ странным и спросила более высоким голосом:

— Как ты это понял после одной встречи?

Юншин не мог чётко ответить. Девушка не была в этом виновата. Всё из-за него.

На протяжении всего разговора мысли Юншина были только об одном человеке. Это не было связано с симпатией или ненавистью – он просто продолжал думать о нём. Он хотел прекратить, поэтому пытался выкинуть мужчину из головы. Но всё же Сехон заполнил его разум, полностью доминируя над ним. Нельзя выразить, насколько Юншин чувствовал себя виноватым, думая о другом человеке, сидя напротив потенциального партнёра по браку.

Юншин чувствовал, что никогда не сможет забыть это необычное чувство, которое испытал сегодня. До тех пор, пока он помнит это странное ощущение, он не сможет трезво оценить человека, который будет с ним. Юншин был более совестливый, чем обычный человек.

— У меня возникло предчувствие. Своего рода интуиция, — сказал он.

Частично это было из-за ситуации сестры, но другой причиной был Сехон, который занимал его мысли. Юншин не сказал ей об этом, поскольку думал, что объяснить всё будет слишком сложно.

— Это может измениться после второй или третьей встречи. Любовь – не только то, что вспыхивает с первого взгляда, — сказала Игён, пытаясь убедить своего брата.

— Я знаю. Но я думаю, что это неправильно. Нам с ней не суждено быть вместе. Она не понравилась мне настолько, чтобы просить о следующей встрече. Она меня совсем не заинтересовала, — продолжил Юншин.

— Юншин.

— Не думай, что я запутался от того, что не получил будоражащих ощущений от встречи. Я знаю, каково это – думать о другом человеке и хотеть, чтобы этот человек находился рядом со мной.

На мгновение Игён замолчала и с заметной осторожностью спросила:

— Ты случайно не встречаешься с кем-то ещё? Я предполагала, что нет, поэтому никогда не спрашивала.

После такого вопроса, никто не должен был прийти на ум. В конце концов, у Юншина не было ни любовницы, ни кого-либо ещё достаточно близкого, чтобы вызывать у него романтические чувства.

Но тем не менее Сехон возник у него в мыслях.

Образ изогнутых и дугообразных губ Сехона, холодных глаз, пронзающих его насквозь, его жёстких пальцев, которые иногда касались его – всё это крутилось в голове юноши, устраивая там полный хаос. Юншин немного поколебался и честно ответил:

— Нет.

— Прости. Я не хотела тебя напрягать. Только лишь защитить... И у тебя давно не было отношений. Я просто подумала, что это хорошая возможность. Если она тебе действительно не нравится, я могу отклонить её предложение ради тебя. Но всё же, встреться с ней ещё несколько раз, хорошо? — сказала Игён.

Юншин не ответил. Не казалось, что она мастерски пытается вставить палки в колеса его планам, поэтому он сменил тему, принимая во внимание смешанные чувства Игён.

— Ты хорошо держишься? Если ты снова покажешься в подобном виде, я не думаю, что выдержу.

Когда он высказал своё беспокойство, которое скрывал в сердце, она вздохнула.

— Беспокойся о себе. Я встречалась с адвокатом Каном всего несколько раз, поэтому не достаточно хорошо его знаю, но он очень раздражительный и холодный. Ты говорил, что хорошо держишься. Адвокат Сон превозносила тебя до небес. Хотя может это была пустая похвала, чтобы удовлетворить меня.

Юншин машинально вспомнил ужин, на котором видел Михи и Сехона. Юноша выглядел искренним и склонил голову набок. Он пытался представить, какое лицо будет у его сестры, если бы он сказал, что из-за Сехона у него бардак в голове. Посчитав, что сестра не будет очень этому рада, решил об этом не говорить.

— Мне есть чему поучиться, — сказал он вместо этого.

— Приятно слышать.

— Эй, Игён, я говорил тебе раньше, но я тоже адвокат. Знаю, что ты не очень в меня веришь, но дай мне знать, если тебе когда-нибудь будет нужна моя помощь, — сказал Юншин.

Игён засмеялась от милоты своего брата, что растопило сердце Юншина любовью.

— Это успокаивает. Спасибо. Давай на этом завершим разговор. Тебе следует сосредоточиться на вождении — сказала Игён.

Юншин понял, что Игён не хочет продолжать эту тему. Внутри себя он хотел пойти против её воли, но, как обычно, добродушно согласился, поблагодарил и попросил повесить трубку первой.

— Хорошо. Уже поздно. Спокойной ночи.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 77 - Обещание о встрече

— Ладно, будь осторожен на обратном пути, — сказала Игён, прежде чем отключиться.

Как только разговор завершился, Юншин крепко сжал руль. Ладони вспотели, он почувствовал, как густой туман перед глазами заполонил всё вокруг, мешая обзору. Он был напуган, но ему не за что было ухватиться. Он чувствовал себя таким безнадёжным, а его сестре, должно быть, ещё тяжелее. Поэтому он не смог заставить себя сказать ей, что не хочет больше встречаться со своей потенциальной партнёршей.

Он всего лишь возвращался со свидания, но почему он чувствовал себя, словно совершил преступление? Он испытывал вину перед девушкой, Сехоном и собой.

Он тяжело вздохнул, и его лицо стало мрачнее. Его глаза потускнели от беспокойства, несмотря на попытки сконцентрироваться на дороге.

Был ли из этого выход?

Был один приём, который мог бы решить все его трудности, но единственный человек, способный его применить, занял оборонительную позицию, поэтому Юншин не мог подобрать подходящий момент для того, чтобы заговорить об этом.

— Он сказал, что ему всё равно, хочу ли я извинений или исповеди...

Пока Юншин вспоминал разговор с Сехоном после того, как тот его остановил, его мысли пришли в хаос, как машины в час пик, сигналящие во всех направлениях. С другой стороны, объяснимо, почему Сехон вводит Юншина в замешательство. Сехон, который всегда знает, что правильно, а что нет, совершил критическую ошибку. Пусть он и сказал, что эта непристойная ситуация была ошибкой, он упомянул, что Юншин взбудораживает его.

Какие у него чувства на самом деле?

Юншин не был уверен, но предположил, что оба высказывания верны.

Этот случай был ужасной ошибкой со стороны Сехона, но в то же время ему становилось всё сложнее противостоять Юншину. Загадочная фраза, оставленная им молчаливому юноше, подтверждала это.

— Мне становится всё труднее сдерживать себя, — говорил Сехон.

«Какая часть меня мешает ему сдерживаться? Он точно хотел меня поцеловать...» — подумал Юншин, а потом до него дошло — «Он хочет переспать со мной?»

Разыгравшееся не на шутку воображение Юншина окрасило его щеки в красный цвет. Возможно, он зашёл слишком далеко. Несмотря на то, что за ним никто не наблюдал, ему стало так неловко, что только завидев общежития компании, он не раздумывая свернул в соседний переулок. Он был так взволнован, а перестроение на соседнюю полосу было таким резким, что водители рядом сердито ему сигналили.

Бип-бип! Бип-бип!

— А-а... — ахнул Юншин.

Пусть разрешённая скорость была низкой, тем не менее он мог спровоцировать аварию. Он несколько раз помигал аварийкой в знак извинения и сделал глубокий вздох перед тем, как свернуть ко входу в здание.

Он благополучно въехал на подземный паркинг и припарковался. Ему захотелось проветрить мысли на свежем воздухе, поэтому он направился вверх по аварийной лестнице.

Выйдя на улицу, он уставился на экстравагантное здание общежития компании. Он поднял свой взгляд на уровень этажа Сехона и пристально посмотрел на него. Он пытался послать телепатические волны Сехону, который все равно не стал бы их слушать, а затем прекратил, задаваясь вопросом, для чего это было.

Юншин направился направо по дороге к круглосуточному кафе, в котором он часто бывал. Он заказал кофе и сел внутри кафе там, где его будет не видно с прилавка. Постояльцы жилого комплекса часто заглядывали в это место, но учитывая, что было поздно, внутри никого не было.

За то время, пока он слушал классическую музыку, ласкающую слух, возясь со своей кружкой, Юншин достал телефон.

«Он не собирается звонить до последнего, да?» — подумал юноша.

Юншин не любил оставлять вещи в подвешенном состоянии, чем бы они ни были. Он нашёл в списке контактов имя старшего адвоката и провёл по нему пальцами, прежде чем решительно позвонить. У него не было больших надежд, что старший поднимет трубку, потому что это были его выходные, но Сехон отреагировал довольно быстро.

— Да? — ответил Сехон.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 78 - Обещание о встрече

— О, вы ответили. Я не ожидал, что вы это сделаете, так как я звоню поздно в ваш выходной, — ответил Юншин.

— Ты звонишь не по работе? Умести ответ в пять слов, — холодно сказал Сехон.

— Это не по работе, а по личным причинам.

— Ты звонишь по личным причинам. Это больше пяти слов. Я понял.

— Да, я был...

В этот момент звонок резко оборвался. Юншин даже не дошёл до основной темы. Застигнутый врасплох юноша посмотрел на телефон, пытаясь понять сломалось ли устройство или разрядился аккумулятор, но Сехон действительно повесил трубку.

Расстроенный Юншин снова попытался дозвониться до него. Сехон не брал трубку, несмотря на то, что звонков было несколько, поэтому Юншин оставил сообщение, будто бы у него было что-то важное связанное с работой. К счастью, когда он снова позвонил, он услышал голос другого человека.

— Скажи в пяти словах, — ответил Сехон.

Юншин на пальцах пересчитал слова, которые хотел сказать, а затем торопливо ответил:

— Давайте встретимся с вами сейчас!

Мужчина на другом конце не реагировал какое-то время. Затем, спустя мгновение, спросил:

— Зачем мне встречаться с тобой? Сегодня воскресенье.

— Вы ужинали? Если нет, давайте поедим вместе.

— Я ел. Ты ведь тоже уже ел, разве нет?

— Тогда, что насчёт кофе? Я угощу вас.

— Я уже выпил. Кофеин уже течёт в моих венах.

— Тогда, вы не собирались прогуляться сегодня ночью? На деревьях в парке позади здания очень красиво лежит снег.

— Я гуляю, когда мне необходимо подумать. Хождение с кем-то отвлекает. Это всё, что ты хотел сказать? Тогда отключаюсь.

Когда Сехон уже собирался завершить разговор, но Юншин решил сменить позицию на атакующую.

— Люди называют это предоставлением возможности. Когда я оставил вам сообщение, вы уже знали, что мне нечего сказать по работе. Тем не менее вы ответили на звонок. Вы либо су-у-упер свободный и беспечный человек, либо заинтересованы во мне. Разве второй вариант не привлекательнее первого?

Внешность Сехона была идеальной, но только и всего, ведь Юншин не был геем, поэтому она не могла вызвать каких-либо других эмоций. Он завидовал удачной карьере старшего, но, зная его приблизительный путь, не полностью равнялся на него. Но несмотря на это, Юншин продолжал увлекаться им. Его беспокойство о Сехоне росло, заставляя его желать принимать более активное участие в жизни старшего адвоката.

Желание Юншина отразилось в его вопросе, от чего старший глухо рассмеялся. Этот приглушенный звук был необычайно мягким и сладким, он задержался в ушах Юншина и ввёл его в замешательство.

— Нарциссизм – твоё хобби, не так ли? Не думаешь, что я мог ответить на звонок, предварительно выдав тебе презумпцию невиновности и предположив, что ты действительно хотел сказать что-то по работе?

— Нет, вы точно знали, что я не собираюсь говорить о работе, — его вторая попытка сблизиться с Сехоном была прервана. Однако Юншин чувствовал, что он должен попробовать в последний раз, чтобы ни о чём не жалеть, — Вы не единственный, кто страдает. Моя голова тоже болит из-за вас.

Вероятно, эта фраза нанесла критический урон, по сравнению с остальными, что он сказал, потому что вместо ответа последовал вздох. Юншин не помнил, чтобы когда-либо раньше слышал от Сехона такой глубокий и тяжёлый вздох. Юноша инстинктивно понял, что это лучшая возможность поднять основную тему для разговора, поэтому прикусил нижнюю губу.

— Вы забыли, что у меня сегодня свидание вслепую?

— Я, по-твоему, похож на золотую рыбку? Я помню, — парировал Сехон.

— Но вы мне не позвонили.

— Есть такое правило, в котором говорится, что я должен был позвонить? Тебе следовало сказать мне о нём.

— Вы нарочно вынудили меня позвонить вам, или вы действительно во мне не заинтересованы?

Сехон не ответил, поэтому Юншин надавил сильнее:

— Я только что вернулся с предполагаемой брачной встречи.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 79 - Обещание о встрече

Юншин приготовился услышать оборонительную реплику по типу «Думаешь, я твой парень, что ли?» или «Что ты ко мне привязался?», но, неожиданно, Сехону нечего было сказать. Скорее всего, благодаря этому Юншин набрался смелости сказать, что хотел.

Он не был уверен, почему именно Кан Сехон. Может, потому что он принимал всё таким, каковым оно и являлось, без каких-либо предубеждений, и мог забыть обо всём, если было необходимо.

— На самом деле я не хочу, чтобы меня вот так подталкивали к браку. Множество вещей, связанных с этим, беспокоят меня. Но моя сестра окажется в невыгодном положении, если я закончу на этом, потому что она свела нас. Как мне следует поступить? Вы продумываете все возможности и все решения для них, — пробормотал Юншин.

— Четырёхлетний опыт, сколько, я говорил, стоит моя десятиминутная консультация?

— Не смотрите на всё, как на потенциальные дела. Это даже в кодексе об этике юристов есть. Статья первая: Адвокат защищает и укрепляет права и свободы человека...

Сехон прервал его на середине предложения и раздражённо бросил Юншину решение.

— Хорошо, я дам тебе ответ. Это просто. Отправляйся учиться за границу. Обычно люди уезжают на пятом году. Но ты можешь просто сделать это на несколько месяцев раньше. Получишь лицензию на практику и проведёшь там несколько лет. Когда вернёшься, всё уже решится.

— Такое и я могу придумать. Но я не могу покинуть Корею в ближайшее время.

— Почему нет? Считаешь себя патриотом-мучеником?

— Из-за моей сестры.

— Ага, и что с ней?

— Я не могу рассказать вам подробности. Просто есть такой нюанс.

Выбирая между импульсивным порывом рассказать всё вопреки предостережению сестры и голосом разума, говорящим ему ничего не рассказывать без каких-либо предпринятых мер, Юншин положил свою ладонь поверх всё ещё тёплой кружки. Пока он оценивал теплоту, Сехон продолжил приглушённым голосом:

— Я не могу взяться за дело, в котором не знаю всех деталей. Думай сам.

— Сегодня очень холодно.

Юншин посмотрел в окно и бесцельно уставился на абсолютно чёрное небо. Звёзды были тусклыми, но он чувствовал, как ярко они сияют. Он не мог видеть их с того места, на котором сидел, но он представил, что Сехон в этот момент тоже посмотрел в окно.

— И мне бы хотелось, чтобы со мной прямо сейчас был кто-то рядом. Мне одиноко.

— Позвони девушке, с которой ходил на свидание, — выпалил в ответ Сехон.

— Эй, мы живём в одном здании, но вы такой холодный. Я для вас как бельмо на глазу?

— Мне не нравится тот факт, что ты искренен во всём. Мне по темпераменту не подходят чистые люди.

— Разве не вы воспитываете меня? Ваш невинный ягнёнок тут страдает и медленно умирает.

— Я похороню тебя за счёт средств, выделенных на обеспечение благополучия персонала.

— Вы не можете вместо этого просто спасти меня? Я в кафе напротив здания. Там, где мы столкнулись в последний раз.

— Чёрт возьми, — услышал он тихое бормотание старшего адвоката.

Юншин не был уверен, что правильно расслышал, потому что Сехон пробормотал это, держа микрофон на расстоянии. Юншин плотнее прижал телефон к уху и затеребил ручку кружки. Было приятно натирать её до скрипа.

Пока они проводили время по отдельности, тишина накрыла их обоих. Это всё продолжалось и продолжалось. Юншин посмотрел на свой экран, боясь, что Сехон повесил трубку, но это было не так. Казалось, Сехон задумался.

— Адвокат Кан, как долго мне ждать? Десять минут? Пятнадцать минут? — спросил Юншин, не в силах больше сохранять молчание.

— Один час, — кратко ответил Сехон.

— Вы сейчас не дома?

— Я дома. Тем не менее один час.

Сказав что хотел, Сехон отключился, как в прошлый раз. Ошеломлённый Юншин посмотрел на теперь уже тёмный экран и наморщил лоб.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 80 - Испытание

«Если он в любом случае собирался спуститься, не мог хотя бы сказать об этом по-нормальному?», — подумал Юншин, после чего усмехнулся от того, как же он привык к этому раздражительному человеку.

— Такой вспыльчивый. Это потому, что я поднимаю вопрос о том, встречаться с вами или нет. Просто знайте, вы счастливчик.

Юншин стукнул костяшкой пальца по экрану, затем подошёл к стойке. Его походка слегка пружинила. А когда он заказал напиток для Сехона, на его лице расцвела улыбка.

* * *

Сехон в повседневной одежде вышел из лифта и посмотрел на наручные часы.

Он сказал юноше ждать час, но именно он был тем, кто не смог спокойно усидеть на месте и вышел из дома. Следуя тем путём, которым он часто прогуливался, когда ему было необходимо о многом подумать, он увидел Юншина, сидящего за высоким столом вдоль окна, как и в прошлый раз. Отличие от того раза в том, что вместо работы он был погружён в свои мысли.

Когда он подошёл к юноше, тот вскочил и поприветствовал Сехона; очевидно, он пришёл раньше, чем тот ожидал. Когда Сехон увидел невинную улыбку Юншина, почувствовал, как внутри всё сжалось.

Едва сдерживая раздражение, Сехон обошёл здание и зашёл в кафе. Должно быть, Юншин заранее заказал напиток старшему адвокату, потому что он взял его со стойки и помахал.

— Вот, возьмите. Я попросил добавить ещё один шот эспрессо, ведь вам, кажется, нравится более горький, чем мой, — сказал Юншин.

Сехон уставился на юношу, когда тот поставил кофе на стол, прежде чем занять место рядом с ним. Юншин, пригласивший Сехона, начал разговор первым:

— Вы пришли раньше, чем я ожидал.

— Если хочешь, можешь подождать ещё. Ты этого желаешь?

Лишившись дара речи, Юншин уставился на Сехона, после чего отвернулся от него. Затем он сделал глоток своего уже остывшего напитка.

В окне отражались образы двух мужчин. Юншин был в изящном костюме, а Сехон в вязаном свитере – из-за этого они контрастировали друг с другом. В очередной раз между ними повисла тишина, пока Юншин снова не прервал её:

— Вы так легко оделись для зимы. Вам следовало надеть пальто.

— Зачем мне это, когда я живу в соседнем доме?

— Было бы неплохо, если я такой – бац – и невозмутимо снимаю для вас пиджак.

— Мило. Стриптиз.

— Я не взял пальто, так как приехал на машине, поэтому я замерзну.

— Вот оно – твоё поверхностное уважение ко мне.

— Это так заметно?

Сехон усмехнулся, и вместе с ним улыбнулся Юншин. Затем юноша спросил:

— Что вы делали?

— Работал.

— Дома? Сегодня выходной.

— Я работаю и в машине, и во сне, и, естественно, дома.

— Поскольку вы сидите и пьёте тут кофе, значит, у вас нашлось время на меня.

Вместо того, чтобы отрицать, старший слегка переиначил факты:

— Я занимаюсь чем-то вроде работы на безвозмездной основе.

— Тогда не могли бы вы быть немного более добросовестным в моём вопросе? Почему вы не спросили меня о деталях? Я встречался с потенциальной партнёршей по браку.

— Меня не заботят истории с очевидным концом. Ты сам сказал, что, если не произойдёт ничего непредвиденного, будешь плыть по течению вплоть до свадьбы. Я не заинтересован в гонке, где не могу изменить твоё мышление.

— Грубо говоря, вы боитесь стать причиной этих изменений или недостаточно заинтересованы, чтобы мириться с трудностями, — парировал Юншин.

От этой фразы Сехон повернул голову. Он сделал такое раздражённое лицо, словно у него воспалились все нервы, и сердито посмотрел на Юншина. Но несмотря на это, у Юншина не было причин отводить глаза, поэтому он встретился взглядом со старшим адвокатом. Зрачки Сехона, глубокие, словно океанская бездна, были заполнены Юншином.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 81 - Испытание

— Четырёхлетний опыт, почему ты так себя ведёшь? Ты стал странным. Я не такой бесчувственный, чтобы не заметить этого. Почему дразнишь меня? — спросил Сехон.

Не может быть такого, чтобы Сехон был не в курсе, что Юншин постоянно прощупывает его, и юноша смутно осознавал это. Сехон прочёл это по беспокойным глазам Юншина и добавил:

— Я хорошо читаю людей. Я тебе не нравлюсь – по крайней мере, не в этом смысле.

В чём-то Сехон был прав. Однако был один нюанс. Чувства Юншина к Сехону не так просто описать единственным предложением. Хотя это правда, что Сехон уже не нравился ему «в этом плане», он был единственным в настоящий момент, к кому Юншин был открыт для романтических отношений.

Юноша задумался, как выразить свои неоднозначные чувства, затем неторопливо сказал:

— Однако, вы мне интересны. Я хочу узнать, какой вы человек. Иногда... вы сбиваете меня с толку. Вы должны быть в курсе, раз хорошо разбираетесь в людях.

Сехон не отрицал, поскольку Юншин был прав.

Юншин ощущал, как разгорается пристальный взгляд Сехона. Когда тяжёлый взгляд старшего и напряжённые глаза юноши встретились, Юншин почувствовал странную боль, сжимающую его сердце. И произнёс тихим голосом:

— Если бы я женился прежде чем мы смогли попробовать что-либо, когда у нас был для этого шанс, разве это не была бы потеря для нас обоих?

— Почему это было бы потерей для меня?

— Если вас это раздражает, можете просто сказать, что это потеря для меня. Я не хочу проигрывать.

— Тебя пытаются пристроить в обеспеченную семью, так почему тебя не устраивает столько вещей? Женитьба – тоже бизнес. Используй её в своих интересах.

— Но... мне продолжает казаться, что это неправильно.

Юншин не мог заставить себя объяснить эти чувства и вместо этого повесил голову. Сехон молча наблюдал за этим, после чего потянулся за кружкой, будучи недоволен Юншином. Сделав глоток горячего кофе, он безмятежно сказал, глядя на кружку в своих руках:

— Ты должен был это предвидеть, когда твоя сестра выходила за человека из Сухан. Обижайся на своего отца, который одобрил эту свадьбу, и на сестру, что вышла замуж. Я не твой «дорогой дневник».

Его длинные пальцы крепко обхватывали ручку кружки. Высказав свои невозмутимые и холодные слова, он сделал ещё один глоток кофе. В этот момент Юншин тихо возразил, достаточно, чтобы разговаривать самому с собой:

— Если вы собирались так себя вести, тогда зачем поцеловали меня? Вы должны были почувствовать то давление, когда первым коснулись языком.

Раздался глухой звук. Высказывание Юншина заставило Сехона потерять контроль над кружкой, от чего та выскользнула и упала, вместо того, чтобы быть аккуратно поставленной на стол. Затем приземлилась на поднос, шатаясь.

Стук! Кружка ударилась о твёрдую поверхность и закрутилась волчком. Чёрная жидкость, находящаяся в ней, перелилась через край, попав на руку Сехона.

Сехон поморщился от чувства жжения на его руке.

— Ай, горячо. Чёрт.

Удивлённый, Юншин достал из внутреннего кармана пиджака платок. Он начал вытирать жидкость с руки Сехона, затем тот выхватил ткань и сам всё вытер. Тем не менее Юншин схватил руку старшего адвоката и несколько раз осмотрел её со всех сторон, проверяя, нет ли ожогов. Он заметил, что кожа между средним и указательным пальцами покраснела, поэтому он потёр это место пальцами.

— О нет, вы в порядке?

— Пусти.

— Больно? Мне пойти купить вам мазь? Она должна продаваться в круглосуточном магазине. Или если у вас дома есть аптечка ...

— Моё терпение на исходе, так что отпусти мою руку. Я говорил тебе, мне трудно сдерживаться!

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 82 - Испытание

Юншину понадобилось некоторое время, чтобы понять, о чём говорит Сехон. Он пытался мыслить пессимистично, однако, похоже, настоящие чувства Сехона совпадают с тем, что он предполагал в машине. Юноша смутился, но не отпускал руку еще несколько секунд, пока тот не отдёрнул её.

— С дороги. Я не должен был приходить сюда, — сказал Сехон.

Старший грубо кинул на стол платок и вышел из кафе. Юншин наспех поставил подносы с чашками на стойку и погнался за Сехоном. Он наконец понял, что сказал старший. Сехон явно был потрясён, и это состояние было непривычно для него, поэтому он был недоволен собой. Юншин чувствовал то же самое, так что знал.

Юншин чувствовал, что наконец-то может ухватиться за мужчину.

Ускорив шаг и спустившись на цокольный этаж, он увидел стройную фигуру Сехона, направляющегося через крытую аркаду в жилой комплекс. Как только он заметил старшего, он высунул голову перед ним, чтобы сообщить о своём присутствии. Это был косвенный вопрос, почему Сехон его игнорирует, хотя знает, что тот следует за ним, но его моментально отклонили. Юншин выпрямился и пошёл рядом с Сехоном.

— Если вдруг в компании есть дела, связанные с имущественным спором, не могли бы вы приобщить меня к ним? Документы, требующие много времени в условиях ограниченного срока, я мог бы сэкономить вам время. Я отложил вторую встречу. Подумал, что с моей стороны будет грубо встречаться с этой девушкой с такими чувствами на душе.

Юншин пообещал вторую встречу, не уточнив сроки, но не мог откладывать её до бесконечности. Он подумал, что это было бы хорошим предлогом спрятаться ненадолго.

— Мало того, что у нас нет таких дел сейчас, так ты ещё смеешь конкурировать за дело об имущественном споре, будучи младшим сотрудником и не в состоянии что-либо продемонстрировать? Нет, — сказал Сехон, отвергая просьбу Юншина.

— Годы опыта – это ещё не всё. Вы яркий тому пример. Кроме вас, в такой крупной юридической компании, как Догук, нет ни одного сотрудника вашего уровня с таким же количеством лет работы. Если это что-то вроде составления журнала трудовых отношений, я могу хорошо это сделать. Уверен, что смогу составить краткое приложение к суду. Если нет, буду счастлив заняться самым трудоёмким документом для команды.

— Я работаю с людьми, которые могут найти десяток решений для единственной проблемы. Твоя ДНК всё ещё ближе к чопорному адвокату по правам человека. Успех в обществе, огромная окупаемость или колоссальные достижения – если хоть одна из этих мирских вещей попадёт в список твоих целей, я дам тебе крупное дело. Постепенно вылезай из окопа.

— Я в отчаянии. Не хочу лгать. Мне просто нужна работа, которой я буду заниматься все ночи напролёт изо дня в день, — сказал Юншин.

Сехон наконец перестал идти по тихому коридору и повернулся, чтобы взглянуть на Юншина. На красивом и прежде безэмоциональном лице старшего отразилась нотка хмурости. Юншин смотрел на Сехона, стоя по направлению против ветра.

— Ты хочешь получить от меня работу, чтобы убежать от реальности, с которой столкнулся. Тебе не кажется, что таким образом обманываешь другого человека? В чём разница между этим и ложью? Ты уже нечестен, — сказал Сехон.

Он попал в яблочко. Юншин кивнул, соглашаясь со всем сказанным. Сехон, серьёзно наблюдающий за юношей, осторожно дал свой совет:

— Я сделаю тебе одно предупреждение. Если ты продолжишь замалчивать вещи, не сможешь ничего решить. Базис – это суть проблемы, суть – это базис проблемы. Ты не из тех, кто ненавидит свидания вслепую. Ты думаешь, что отношения могут начаться после любой встречи. Первая проблема, которую ты должен решить, – почему ты не хочешь этого брака.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 83 - Соприкосновение

— Как мне с этим разобраться? — спросил Юншин.

— Как я уже сказал, в последние дни ты ведёшь себя странно. Я вижу в твоих глазах подавляемую фрустрацию*, которой обычно нет у таких, как ты. Кроме того, твои единственные сильные стороны – честность и откровенность, но и они слабы. Можешь начать с этого, — указал Сехон.

Сехон практически ничего не знал о ситуации, но его комментарий затронул ключевые проблемы Юншина. Одной из проблем был Сехон, который стоял перед ним, а другой – ситуация его сестры.

Однако, последняя была столкновением такого масштаба, что разрешить его в одиночку было невозможно. Кроме того, технически это было даже не его дело. Он колебался между тем, чтобы рассказать всё Сехону, и беспокойством, что это может поставить сестру в ещё более затруднительное положение. Юншин заговорил, прежде, чем сам это осознал:

— Старший адвокат, как видите...

— Не говори мне, — Сехон прервал его на полуслове.

— Почему нет?

— Я чувствую, что захочу прислушаться к твоей просьбе. Я не хочу ещё больше тем для размышления.

— ...

— Что ж, на этом моя безвозмездная помощь закончена.

Сехон уже почти отвернулся, намереваясь оставить Юншина в слабо освещённом углу. Разочарованный тем, что видит перед собой только спину старшего адвоката, Юншин потянул Сехона за рукав. Медленно его руки спустились ниже. Они прошлись по крепкому и тонкому запястью, прежде чем слегка сжать мягкую ладонь. Сехон вздрогнул. Он собирался оттолкнуть юношу, когда Юншин крепко схватил его за руку.

— Что ты, делаешь, Четырёхлетний опыт? — резко спросил Сехон.

Юншин на мгновение остановился, затем медленно наклонился к Сехону. Он склонил голову к груди другого мужчины и прижался к ней лбом.

— Слышали ли вы поговорку, что величайшая слабость – это боязнь показать свою слабость? — спросил Юншин.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Изъян в вашей жизни образовался именно тогда, когда вы испугались, что я стану изъяном в вашей жизни.

Сехон не ответил. Юншин подошёл ближе, сильнее прижимаясь к груди старшего адвоката. Сехон резко вдохнул, и Юншин почувствовал, как поднялась и опустилась его грудь. Юноша молча закрыл глаза.

Юншин чувствовал себя одиноким, переживая свои трудности, но вот магическим образом перед ним появился Сехон. Возможно, именно его искал юноша.

— До Юншин, — сказал Сехон низким голосом.

Юншину нравился этот низкий рокочущий тембр, когда руководитель звал его по имени. Казалось, что он слышал, как громко бьётся сердце другого мужчины, что ему также нравилось. Сехон может не верить, но ему понравилось даже то, как дёрнулась рука старшего адвоката от незнания, стоит ли повернуться и обнять юношу.

Когда юноша поймал себя на этой мысли, его изначальное намерение успокоить своё сердце в объятиях другого мужчины пошло крахом. Юншин чувствовал, как его сердце начинает биться сильнее. Когда Сехон оттолкнул его, он только ахнул, не понимая, что делать.

Сехон сделал несколько шагов назад, увеличив дистанцию между ними, пристально смотря на Юншина. Постепенно выражение лица Сехона становилось всё сложнее. Он выглядел немного робким и слегка сердитым.

— Тебя только что бросила девушка, в которую ты был влюблён 20 лет? — спросил Сехон.

Это было настолько неожиданно, что Юншин в замешательстве опустил голову.

— Нет, но я ходил на свидание вслепую.

Кроме того, Юншин никогда раньше ни в кого не влюблялся.

— Может, тебя жестоко обманули? Ты растратил всё наследство, которое оставил тебе отец?

— Отец оставил после себя не так много. На свою долю я купил дом, добавив долю имущества моей матери и помощь сестры. Это чтобы обеспечить себе спокойную старость.

Как только Сехон услышал это, на его лице отобразилось полное замешательство.

— Тогда почему ты снова выглядишь так, словно собираешься заплакать?

*Фрустрация – психическое состояние, возникающее в ситуации реальной или предполагаемой невозможности удовлетворения тех или иных потребностей, или, проще говоря, в ситуации несоответствия желаний имеющимся возможностям. Такая ситуация может рассматриваться как до некоторой степени травмирующая.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 84 - Соприкосновение

— Я? Я вовсе не собирался плакать.

Юншин ощупал лицо рукой. Вопреки опасениям Сехона, юноша не ощутил никакой влаги. Однако, зрение казалось немного размытым. Ему было больно, когда Сехон оттолкнул его и отшатнулся, как от чумы.

Буквально недавно, Юншин думал, что ему не важно, что думает о нём Сехон. Почему же сейчас он так расстроен? По-видимому, лицо отражало то, что было у юноши на душе.

После нескольких прикосновений к лицу, убедившись, что на пальцах ничего не остаётся, Юншин опустил руки.

— Это потому что вы меня оттолкнули. Вы можете подумать, что я морально слаб, но я тоже обижаюсь.

— Поэтому у тебя такое лицо? Думаешь, я в это поверю?

— Я не могу изменить правду.

— ...

— Почему я так себя веду? Я продолжаю думать о ваших чувствах. Вы и дальше собираетесь отвергать меня?

Всё это время по аркаде проходили люди, поэтому Сехон схватил Юншина за руку и потащил в более уединённое место.

Стоя в тени, двое мужчин всё ещё держались за руки. Отреагировав с запозданием, Юншин забеспокоился, что старший снова оттолкнёт его, даже несмотря на то, что в этот раз сам это инициировал. Он машинально попытался отпустить, но Сехон не дал ему это сделать, потянув за руку. Но не просто так. Пальцы Сехона переплелись с пальцами юноши в замок.

— Что вы?.. — собирался спросить Юншин.

Сехон отпустил руку и и положил свою на затылок Юншина. Другой рукой он обхватил юношу за спину, притягивая ближе к себе. Их тела были прижаты друг к другу. Пиджак Юншина тёрся о свитер Сехона. И они оба слышали сердцебиение друг друга.

Юншин осознал, что Сехон обнял его по своей воле.

Всё это время Юншину было нужно именно это – моменты, когда другой человек успокаивает его своим теплом.

Начиная с того момента, когда он встретился с сестрой перед домом, Юншин чувствовал себя грустным и напуганным.

Может для кого-то это был пустяк, но для Юншина — нет. Его сестра была единственной семьёй, которая у него осталась. Её дети не могли заменить её саму. Когда он увидел следы удушения на её шее, испугался, что она столкнётся с ещё большей опасностью, и тогда юноша потеряет и её. Он не мог никому рассказать, поэтому его тревога только усиливалась.

— Вы тёплый.

В голосе слышался намёк на слёзы. Должно быть, Сехон заметил это, поскольку ещё сильнее прижал к себе юношу, почти раздавив его руками. Более того, он также запустил свои пальцы в мягкие волосы Юншина, нежно поглаживая их. Юншин ощутил давление на своё тело и вздохнул.

— Почему вы меня обнимаете? Я могу не так это понять.

— Потому что не хочу видеть твоё лицо.

Этот ответ был настолько в стиле Сехона, что Юншин усмехнулся. Ему удалось поднять свои обмякшие руки, чтобы обнять старшего адвоката в ответ.

Юншин задавался вопросом, знал ли Сехон, что он всегда вёл себя с юношей искренне, несмотря на утверждения, что ему не нравится постоянная излишняя честность Юншина. В то время как юноша не скрывал свою искренность, Сехон всегда её прятал. Тепло, которое давало понять, что чувства Сехона едва вырвались на поверхность, многое значило для Юншина, от чего он крепко сжал одежду старшего.

— Вы же не собираетесь снова меня оттолкнуть, правда? — спросил Юншин.

— Не собираюсь.

— Неужели солнце взошло с другой стороны?

— Нет.

— Вообще-то я знал это.

Сехон негромко усмехнулся и поцеловал гладкие волосы Юншина, заставив юношу застыть от удивления. Вздохнув, Сехон сокрушенным голосом сказал:

— Вот почему я пытался держать это в тайне. Ненавижу ввязываться в проигрышную игру.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 85 - Соприкосновение

Юншин посчитал, что это означает — вес их чувств друг к другу был не одинаков. Юноша не мог этого отрицать. Происходящее опиралось на Сехона. Но на удивление, психологически именно Юншин сильнее зависел от него.

Юноша в некоторой степени понял, что имел в виду Сехон, но подумал, что сейчас самый подходящий момент попросить чёткий ответ. Юншин вступил медленно и осторожно:

— Если я с этого момента почувствую себя одиноко, не могли бы вы...

— Не спрашивай. Я тебе не отвечу.

— ... остаться рядом со мной?

Юноша быстро выпалил остаток вопроса после того, как Сехон прервал его. Юншин сжал губы. В то же время, Сехон вздохнул. Юноша ждал некоторое время, но ответа не было. Почувствовав небольшую тревогу, Юншин добавил:

— Вы уже раскрыли свои карты и не сможете забрать их обратно. Вы можете повернуть вспять судебное разбирательство, но не можете отвернуться от меня. Я в тупике.

— Нет, ты никогда не был в тупике. Ты просто ребёнок, который ведёт себя так, будто рушится мир, из-за маленькой и незначительной неудачи. Уверен, это не будет такой большой проблемой, если ты хорошо подумаешь.

Слова Сехона расстроили Юншина и он оттолкнулся от старшего. Их взгляды встретились.

— Вы закончили? — огрызнулся Юншин.

— Планирую. Но перед этим я кое-что сделаю.. Всё это время я хотел поцеловать тебя и сдерживался слишком долго.

Сехон дёрнул за галстук Юншина, неловко свисающий поверх рубашки, и прижал Юншина к стене. Даже если бы люди увидели их, юноша был полностью скрыт за спиной Сехона. Старший наклонился. Этот раз отличался от прошлого в баре. Их губы, соприкоснулись, и Юншин всё это видел широко открытыми глазами.

Их губы встретились, затем разъединились. Несколько раз их кожа легко, но чувственно соприкасалась.

Юноша задержал дыхание, пытаясь снизить напряжение, достигшее предела. Он хотел что-то сказать, но в тот момент, когда он приоткрыл свои губы, Сехон жадно набросился на них.

— Старший адвокат, нг-х!

Юншин был поражён той страстью, с которой их губы встретились, но всего на мгновение. Юноша взялся за плечи Сехона для равновесия. После чего наклонил голову в противоположную Сехону сторону, чтобы их губы могли сильнее слиться друг с другом. Их мягкая кожа не раз страстно сливалась воедино. Сехон попробовал на вкус и верхнюю, и нижнюю губу Юншина.

Затем он медленно проскользнул языком сквозь приоткрытые губы юноши.

— Нг-х, м-мф...

Их страстная плоть переплеталась, заполняя пространство между языками друг друга. Слюна смешивалась с каждым соприкосновением их языков.

Спина Юншина стукнула о закрытые на ночь ставни магазина. Он чувствовал, что поддаётся гравитации, поэтому притянул руки Сехона ближе к себе, завлекая другого мужчину в более тёмный и более уединённый угол.

Заставив юношу прислониться к стене, Сехон продолжил изучать блестящие губы молодого человека. Юншин не привык к таким поцелуям – он сопротивлялся, и ему не хватало воздуха. Но даже несмотря на это, Сехон отказывался его отпускать, жадно набрасываясь на него снова и снова.

— Нг-х, я не могу...д-дышать!

В попытках оттолкнуть от себя Сехона, Юншин цеплялся за него, умоляя отпустить. Сехон наслаждался мягкостью губ Юншина, возбуждающим ощущением его языка и непередаваемой сладостью молодого человека, прежде чем окончательно отстраниться. Их лица всё ещё оставались близко друг к другу.

Рваные вздохи слетали с губ у обоих. Сехон легонько чмокнул подбородок Юншина, чтобы не тратить зря время, что они были отдельно друг от друга.

— У тебя слюни потекут, если оставишь рот открытым, как сейчас.

Юншин, пытающийся выровнять неравномерное дыхание, стыдливо закрыл рот. После чего прищурился и бросил взгляд на Сехона.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 86 - Дело

— Нырять с головой – это ваш стиль? Вы не собираетесь перед этим в чувствах признаться или что-то в этом роде? Мне нужно немного времени ментально подготовиться, чтобы делать такое с мужчиной, — запротестовал Юншин.

Сехон схватил Юншина за подбородок, показывая, что он не желает ничего больше слышать. В то же время Юншину вспомнился момент из прошлого. Несколько месяцев назад в своём кабинете Сехон так же схватил за подбородок и его глаза осматривали лицо юноши. Юншин задумался, вдруг старший адвокат уже тогда почувствовал подобный импульс. Похоже старшего адвоката не радовало, что Юншин отвлёкся на что-то стороннее.

— Мой стиль – отдавать приказы, как вышестоящий. Открой рот, — прорычал он.

Юншин послушно приоткрыл губы. Сехон грубо просунул язык обратно в рот юноши. Их тела захватывали друг друга, словно это была их первая встреча.

Сехон устроил беспорядок во рту Юншина. В ответ на это рука Юншина, за неимением других вариантов, страстно вцепилась Сехону в шею.

Их глубокий поцелуй, скрытый от чужих глаз, всё продолжался и продолжался до самого тёмного часа ночи.

Действие 11

Листая документы, Сехон почувствовал дискомфорт от постороннего предмета на пальце. На указательном пальце был пластырь с крокодилами. В тот момент, когда Сехон приступил к работе, в его кабинет ворвался Юншин и сменил повязку на ожоге, полученном прошлой ночью. На белом фоне чёрные глаза зелёного крокодила сверкали из-за раскрытой на Сехона пасти.

Когда Сехон смотрел на него, ему казалось это забавным, и он уже собирался снять пластырь, когда услышал стук в дверь.

— Да, войдите, — сказал он. Открылась дверь, и внутрь заглянула Михи.

— Адвокат Кан, найдётся немного времени? — спросила она.

Сехон взглянул на Михи со своего места. У неё с собой было два конверта, по одному в каждой руке, вероятно, они и были причиной её визита. Скорее всего, содержимое обоих конвертов было очень важным.

— Зависит от того, сколько тебе нужно, — ответил Сехон.

— Всего минутку.

Он жестом пригласил её войти. Она закрыла за собой дверь и присела на диван в его кабинете.

— Сехон, я слышала, ты встречался утром с представителем консультации по бизнес-администрированию.

— Да, у меня было время только на сегодня. А что? Обычно ты по понедельникам очень занята.

— Ага, просто заскочила по пути. Слышала, что секретарь Так всю прошлую неделю брал в медпункте обезболивающее. Поскольку он приходил лично, я предположила, что виновником был ты.

Сехон кивнул, не считая необходимым это скрывать. Михи сделала взволнованный вид.

— Ты здоров, поэтому обычно не нуждаешься в частом приёме лекарств. Что случилось? Ты такой с самого корпоратива. Что-то произошло между тобой и адвокатом До? Атмосфера между вами была довольно напряжённой.

— Нет причин, чтобы между мной и адвокатом До что-то происходило. Прекращай любопытствовать, и давай поговорим о работе. Что у тебя в руках?

— Боже, как я от тебя устала. Хорошо, вот – два документа тебе на проверку. С какого хочешь начать?

Она подняла обе руки и помахала конвертами. Тот, что в левой руке, был очень тонким. В другой руке конверт был чуть потолще.Сехон указал подбородком в левую сторону.

— Этот.

— Мисс До Игён отправила это письмо с инструкциями лично – вот её договор о найме. Тебе просто нужно его подписать.

— Лично? Тебе?

— Да, отправила его с курьером ко мне домой вчера вечером. Я думала связаться с тобой сразу, но дело показалось слишком простым, чтобы беспокоить тебя в выходной, поэтому передаю его сегодня.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 87 - Дело

Наконец Сехон встал и подошёл к дивану. Он сел на подлокотник и взял конверт, который вручила ему Михи. Он невозмутимо просмотрел содержимое файла и довольно тихо сказал:

— Она хочет, чтобы посредник подписал контракт на покупку произведений искусства за границей.

— Это её работа, как директора художественной галереи – решать вопросы, связанные с искусством.

— Ты уверена, что это обычные покупки? В той индустрии нет никого, кто не был бы осведомлён, что Сухан используют произведения искусства для уклонения от уплаты налогов. Насколько я знаю, в их головном офисе этим занимается целый отдел.

— Кто знает? Думаю, ты выяснишь, если поговоришь с ней, ведь многое нельзя изложить на бумаге. Вероятно ей бы хотелось с тобой познакомиться.

Это подтвердило все предположения Сехона. Он не понимал, почему До Игён просит Догук действовать от её имени, когда есть люди, специализирующиеся на такой работе, что делает их более эффективными и надёжными.

— Разве это не странно? Почему она хочет, чтобы этим занялся именно я?

— Может она хочет попросить тебя позаботиться о своём брате. Она обратилась конкретно к тебе и её компенсация огромна. Я никогда раньше не видела, чтобы такую сумму предлагали частному адвокату. Кроме того, есть дополнительная выплата в случае успеха.

Сехон взглянул на пустой офис Юншина и нахмурился. Михи проследила за его взглядом и, прежде чем снова повернуться к мужчине, отметила, что тот смотрит на кабинет. Сехон пролистывал документ, словно от нечего делать.

Возможно, он пытался читать между строк, напечатанных на бумаге. Он сосредоточился, и его брови нахмурились. Затем он бросил слегка помятый конверт с его содержимым на кофейный столик. Бумаги вылетели и остановились прямо перед Михи.

— Я не возьму это, — заявил Сехон.

— Детишки До очень близки. Поскольку профессор До был очень занят, сестра практически вырастила его.

— Он уже давно вырос, а она фактически пытается подкупить меня на родительском собрании. Разве было не достаточно пропихнуть его сюда? Я принял это только в качестве оплаты моего долга перед тобой. Начнём с того, что я не гожусь для роли няньки, но раз уж она просит меня взять на себя ответственность за ребёнка, у меня нет иного выбора, кроме как отказаться от предложения. Если ты не хочешь упустить её дело, поручи это другому сотруднику или отдай Четырёхлетнему опыту.

— Директор До сказала передать это конкретно тебе.

— Я не ручная собачка Сухан. Если сделка не соответствует моим стандартам, я даже дедушку До Юншина отошлю. Отклони это.

Казалось, что переубедить Сехона было невозможно, Михи посмотрела старшему адвокату в глаза, а затем спросила:

— Мне действительно отказать ей? Ты даже подумать об этом не собираешься?

— Думать – для тех, у кого есть на это время. Если она действительно хочет отблагодарить меня, пусть предоставит нечто большее вместо такой тривиальщины. Мы недавно наняли налогового бухгалтера, который раньше был директором Национальной налоговой службы, так что, как вариант, дело, связанное с налогами. Или международные торговые сделки – в последнее время наши показатели довольно неплохи. Было бы здорово, будь это мои любимые дела о слиянии и поглощении или международные инвестиции. Я рассмотрю предложение, будь это что-то по типу того, где мне будут платить за реальную работу. На этом всё.

Михи скрыла своё разочарование – она знала, что сделает только хуже, если будет дальше настаивать. Она ожидала этого от Сехона с самого начала. У него уже была куча денег. Скорее всего, он считал, что взвалит на себя крупное и неизвестное бремя, клюнув на эту щедрую, на первый взгляд, приманку.

— Этим тебе придётся заняться. Это дело строительной компании, которой ты интересовался с прошлого года.

В этот раз Михи кинула конверт, что был в её правой руке, и закинула ногу на ногу. Сехон внимательно читал документ, а Михи с довольным видом наблюдала за ним. Сехон всегда очень внимательно читал материалы. Спустя несколько минут она предположила, что ему было достаточно времени для ознакомления с содержанием конверта, и спросила:

— Это пробудило твой интерес?

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 88 - Дело

Сехон не стал отрицать. Он посмотрел на неё и сказал:

— Это предложение о покупке. Получается, Юнджин Констракшн выставляет свою компанию на продажу?

— Международные заказы не поступают, и их рост внутри страны остановился. Ходят слухи, что с этой ситуацией сделать уже ничего нельзя. Те, кто присматривались к компании, сходят с ума. Об этом пронюхала Тэсан Констракшн и захотела её купить. Они просят нас организовать покупку. Они нанесли сильный удар по Юнджин Констракшн, чтобы обвалить цену. Должна ли я попросить секретаря Така назначить встречу с Тэсан?

— После того, как я ознакомлюсь с документами подробнее. Потом уже встреча. Я сам попрошу.

Михи удовлетворённо улыбнулась и собрала бумаги, которые отбросил Сехон, обратно в конверт. Она уже собиралась встать, чтобы уйти.

— Окей. Тогда я сообщу Тэсан, что, скорее всего, ты возьмёшься за их дело. Я подумаю о встрече с директором До и разберусь с этим. Ты будешь занят. Удачи.

— Адвокат Сон, подождите.

Протянув руку Сехон остановил Михи, когда та вставала. Естественно она села обратно. Она видела, что Сехону есть, что ещё сказать, и пристально смотрела на него.

— Что с тобой, задерживаешь уходящего человека? Не похоже, что это как-то связано с работой, — спросила Михи.

— О До Юншине... — начал Сехон.

Когда Михи услышала имя Юншина, она щёлкнула пальцами, словно вдруг вспомнила.

— О, точно. Я забыла сказать. Адвокат До внизу по моему указанию. Клиент сказал, что они придут, и я должна была встретить их. Конференц-зал, переговорная и комната для консультаций были заняты, а VIP-комната недоступна, поэтому он в кафе на первом этаже. Извини, что использовала твоего подчинённого.

— Клиент? Я не давал ему нового дела. Я только собирался подключить его к одному из своих дел.

— Видишь ли, это личный клиент. Младший сын подруги моей мамы попал в аварию. Я не смогла придумать никого, кроме адвоката До, кому можно поручить это дело. Это ДТП с нарушением правил дорожного движения, и он сбил кого-то на месте происшествия. Он ехал медленно, и авария была не слишком сильной. Но пострадавший...

Сехон, внимательно слушающий до этого момента, понял, о чём идёт речь, и нахмурил брови. Если ей в голову пришёл только Юншин, то это было дело, которое только он мог сделать.

— Пожилой человек, беременная женщина, инвалид или несовершеннолетний. Кто из них?

— Несовершеннолетний, — ответила Михи.

Пока Сехон размышлял над ответом, она добавила:

— Более того, его обвинили в наезде и побеге. Он вернулся на место ДТП спустя короткое время, но поначалу он скрылся. Если адвокат До согласится взяться за это дело, я думаю сделать это на безвозмездной основе.

— Ему нужно будет урегулировать это. Вероятно, деньги важнее извинений. Такие вещи ему идут.

— Ну, это несложное дело, так что я уверена, он справится и с той работой, что ты ему поручишь.

— Я понимаю. Ничего не поделаешь, но в любом случае, о До Юншине...

Сехон снова взглянул на кабинет Юншина, но в его глаза был уже иной блеск. У Михи было сложное выражение лица, она не могла понять, почему Сехон поглядывает на пустой офис. Сехон ощущал, что Михи получает от этого удовольствие, поэтому нахмурился от дискомфорта.

— Ты случайно не слышала, что он женится?

— Адвокат До говорил, что у него нет девушки, когда я с ним разговаривала. А что?

— Думаю, его сестра не так давно сыграла для его роль свахи.

Михи была в замешательстве – всё, что говорил Сехон, было как гром среди ясного неба.

— Впервые об этом слышу... Адвокат До женится?

— Он встретился с потенциальным партнёром.

— Думаю, он как раз в том возрасте, когда ему делают такие предложения. Его предыдущее место работы было единственной вещью, что оставляла желать лучшего, но сейчас он в достойной компании... Подожди-ка. Почему тебя это волнует? Вы, ребята, действительно...

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 89 - Важная улика

— Я же говорил тебе, что ты ошибаешься. Я просто хочу узнать о нём больше, и всё, — сказал Сехон.

Михи хмыкнула, пытаясь выудить как можно больше информации из своего мозга. От сосредоточения её лоб наморщился, и она поджала губы. Однако, ничего значимого в голову не пришло.

Сехон спросил Михи только потому, что скептицизм Юншина касательно свидания вслепую беспокоил его. Сехон не ожидал слишком многого с самого начала, отчего махнул рукой.

— Если ты ничего не знаешь, всё нормально.

— Да, я ничего не знаю о том, что адвокат До женится, но... — сказала Михи.

— Но?

— Говоря о браке, ходят слухи, что между До Игён и её мужем есть разногласия.

Большинство браков между богатыми семьями были своего рода сделкой. Однако, Игён и её муж были одним из немногих случаев, когда женились по любви, и к ним относились как к аномалии. По этой причине широкая общественность уделяла их деятельности большое внимание. Возможно, именно поэтому, ещё до того, как их свадебные колокола прозвенели повсеместно, о них уже ходило несколько беспочвенных слухов. Сехон, который знал об этом, не был удивлён.

— Об этой семье вечно ходят разные слухи, разве нет? За 10 лет, что они в браке, ничего особенного не произошло, — невозмутимо сказал Сехон.

Михи махнула рукой.

— В этот раз всё немного по-другому. Зять адвоката До – нет, директор корпорации Сухан Ю Чонвон лично сказал, что ему трудно справляться со своей женой.

Услышав новую информацию, Сехон нахмурился.

— Трудно справиться... Говорит так, словно он жертва. Либо он реальная жертва, либо хочет ею стать.

— Странно, не так ли? Директор Ю встретил хорошую жену, поэтому его представляют как порядочного человека, но мы оба знаем, что в глубине души он хулиган из элиты.

— У них есть дети. Двое, верно?

— Два сына. Ни один из них не достиг возраста начальной школы. Не думаю, что всё обернётся скверно. У них есть дети, они молоды, и Игён очень умна и щепетильна, так что не думаю, что она станет действовать опрометчиво. Просто раз уж адвокат До работает в нашей компании, я просто не могу игнорировать слухи об этой семье. Ты должен иметь это в виду.

— Буду. Ладно, можешь идти, — сказал Сехон.

Михи ободряюще похлопала Сехона по плечу и покинула кабинет. Когда дверь закрылась, Сехон, который всё это время сидел на подлокотнике, присел на свой мягкий диван. Он сидел неподвижно, словно вода в стакане, а его мысли бешено бегали. Яркие лучи солнца осветили офис.

Первым делом Сехон закрыл жалюзи на окнах, ведущих на улицу, после чего набрал добавочный номер на своём рабочем телефоне.

Секретарь Так мгновенно взял трубку.

— Да, адвокат Кан.

— Минуту назад старший адвокат Сон принесла документы для нового дела. Это от Тэсан Констракшн о приобретении Юнджин Констракшн, так что попроси старших в команде найти какой-нибудь справочный материал. Также адвокат Сон поручила До Юншину дело pro bono. Когда он вернётся, принесёт документы от клиента. Сделай копию для меня.

— Понял. О, как ваша голова? Боль прошла? Она беспокоила вас всю прошлую неделю. Если бы не адвокат До, я бы и не узнал об этом.

Тем, кто вызывал у него путаницу мыслей и колющую боль, был сам Юншин. Сехон вспомнил глубокий поцелуй, который они разделили прошлой ночью и надавил на нижнюю губу пальцем. Лёгкое ощущение чего-то, охватывающего его гладкие губы, всё ещё было настолько ярким, словно это произошло всего несколько минут назад. Воспоминания об этом оживали каждый раз, когда он поглаживал свои губы.

Он почувствовал, как кровь наполнила его сердце, и нахмурился, потому он медлил с ответом.

— Уже гораздо лучше. Тебе не стоит об этом беспокоиться.

— Тогда я просто передам документы, когда они будут готовы. Что-то ещё?

— Нет, спасибо.

Повесив трубку, Сехон откинулся на спинку дивана. Возможно, это было из-за новой информации, которую предоставила Михи. Он поневоле вспомнил, как столкнулся с Юншином в библиотеке на втором этаже.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 90 - Важная улика

Тогда в руках у Юншина были прецеденты о разводе. Также он вспомнил, как молодой человек плакал после встречи с сестрой, его отстранённость началась с тех самых пор, а тревога и горечь становятся всё отчетливее в его глазах. Сехон чувствовал, что кусочки пазла медленно складываются воедино.

— Я в тупике, — говорил Юншин.

Использовал бы он настолько драматичную фразу, если бы семейные обстоятельства его сестры не были бы такими серьёзными? Если бы сестра Юншина развелась, реакция общественности была бы неизбежна, ведь другая сторона приходится сыном семьи, владеющей конгломератом, плюсом к этому, они создали публичный образ любящей пары. Но пока Сехон остаётся третьей стороной, ему не следует вмешиваться в вопрос возникновения боли и страдания.

В конце концов, вариантов всего два. Либо Юншин был смел, но безнадёжно слаб духом и нравом, либо за кулисами скрывалась другая серьёзная проблема.

Сехон откинул голову на спинку дивана и оглядел свой аккуратный кабинет, прежде чем закрыть глаза.

* * *

В кафе на первом этаже здания компании, Юншин сидел напротив клиента и тщательно просматривал детали дела. Он спустился вниз по просьбе Михи, но он был не готов к такому.

Сехон часто сравнивал их работу с шоппингом. Юридическая работа была своего рода сферой услуг. Легко подумать, что клиент обладает абсолютной властью, но это было не так. Если продавец не захочет продавать свои услуги, ничего не поделать. Юншин никогда бы не взялся за подобные дела, если бы всё ещё работал в старой компании.

Честно говоря, Юншин был охвачен желанием встать и покинуть эту встречу. Он пролистал бумаги, после чего встретился глазами с мужчиной перед собой.

— Меня только проинформировали об этом, когда я спускался. У меня не было возможности как следует ознакомиться с деталями. Итак, хм-м... Вы ехали в нетрезвом виде, сбили ребёнка на дороге, затем скрылись. Вы оставили ребёнка позади. Также вы фальсифицировали следы на месте преступления.

Возможно, голос Юншина звучал сурово, от чего мужчина тихо извинился.

— Я был так потрясён, и было темно... Но я вернулся и доложил об аварии. У меня есть стенограмма звонка.

Мужчина раскрыл документы для Юншина на одной из последних страниц. Юншин сосредоточил своё внимание на бумаге. Это была распечатка стенограммы разговора с диспетчером службы 911. Должно быть, клиент был сильно шокирован, поскольку не мог собраться с мыслями, и диспетчеру приходилось задавать вопросы по несколько раз.

— Что насчёт камер наблюдения? Почему их нет в списке улик? Обычно в округе есть несколько, — целенаправленно спросил Юншин.

— Это была национальная автомагистраль на окраине провинции Кёнгидо. Полиция сказала, что не было ни одной, поскольку это довольно глухое место.

— Хорошо. Тогда, есть ли у вас фото или видео с места аварии?

— Лично я их не делал, но у меня есть видеорегистратор в машине. Вот, я принёс сюда оригинал записи. По словам адвоката Сон, это будет не очень выгодно для моей защиты.

Юншин положил карту памяти в папку с файлами. Затем он снова пролистал документы. Юноша сфотографировал имя и контактную информацию свидетеля и контактную информацию заявителя – матери ребёнка.

— Свидетель видел, как вы покинули место аварии, верно?

— Да, и они также видели, как я вернулся.

— Вы правильно сделали, что узнали имя и контактную информацию свидетеля, — сказал клиенту Юншин.

Юноша достал из папки фото ребёнка и посмотрел на неё.

— Итак, для полного выздоровления пациенту потребуется восемь недель... У него сломаны кости. Не лучшее состояние.

— Я лишь немного задел его, но у детей такие хрупкие кости.

Услышав это, Юншин холодно посмотрел на мужчину.

— При родителях ребёнка вы также это сказали? Что кости легко сломались, потому что это ребёнок?

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 91 - Важная улика

— Нет, я всего лишь говорю как есть, — сказал клиент.

— В данном случае явно виноваты вы. Уровень алкоголя в вашей крови был низкий, но факт остаётся фактом, что вы его употребляли, и совершили достаточно, чтобы ситуацию ошибочно приняли за оставление места преступления. В тот момент, когда вы уехали, вы потеряли их доверие. ДТП всегда носят личный характер, так что лучшее, что вы можете сделать, это пойти на урегулирование. Вы не можете так себя вести, особенно когда только извинениями не обойтись.

Урегулирование уголовных дел не может заключаться исключительно в денежной выплате, в отличие от гражданских исков. Всего год назад Юншин утешал бы родителей как представитель ребёнка. Адвокат Сон знала об этом, поэтому вместо того, чтобы обратиться к другим адвокатам или взяться за дело самой, она предложила это Юншину.

— Мне очень жаль.. Я выпил совсем немного и ехал медленно. А ещё я вернулся, лично сообщил о происшествии и пытался помочь ребёнку.

— Родители пострадавшего ребёнка этого не увидят и не услышат. Не расстраивайтесь. Кто-то пострадал из-за вашей ошибки. У ребёнка впереди большое будущее, но его тело пострадало.

— Я дам им столько, сколько они захотят, в разумных пределах. Думаю, семья этого ребёнка не очень богата, — предположил клиент.

Юншин молча кипел. Не уловив этого, мужчина добавил:

— Скажите им, что я удвою ту сумму, что они предложат. Нет никого, кто не любил бы деньги.

Однако Юншин по-прежнему молчал.

— Господин адвокат? — осторожно спросил клиент.

Раз уж Юншин работает в этой юридической фирме, он уже узнал от Сехона, что не всегда ему будут попадаться клиенты с чистой совестью. Когда юноша, наконец, справился со своими чувствами, вспомнив низкий голос старшего адвоката, он ответил:

— В любом случае я попытаюсь встретиться с противоположной стороной. Они могут потребовать извинений с вашей стороны. Если вам когда-нибудь придётся встретиться с семьёй заявителя, просто сделайте то, что я вам скажу. Позвольте им злиться на себя и ударить, если захотят. Дайте им повыдёргивать вам волосы. Тогда они смогут успокоиться и, возможно, обдумают вашу позицию.

— Мне нужно заходить так далеко? — взволновано спросил мужчина.

— Вы были за рулём в состоянии алкогольного опьянения и совершили наезд, после которого скрылись, но не ожидали, что зайдёте так далеко? Кроме того, просто знайте, что я собираюсь рассчитать сумму компенсации с учётом долгосрочных последствий аварии.

— Х-хорошо. Меня всё устраивает, просто помогите мне разобраться с этим как можно аккуратнее. Я рождён для великих свершений.

— Великое свершение? Думаю, вы уже его сделали, — пробормотал Юншин.

— Извините?

— Я сделаю всё возможное.

Юншин тяжело вздохнул от мимолётного взгляда на лицо мужчины. Затем он протянул соглашение о предварительном гонораре, которое клиент должен был подписать.

* * *

Юншин крепко держал документы в руке и звонил кому-то, стоя у окна на этаже, где находился его кабинет. Возможно из-за того, что звонили с неизвестного номера, абонент не взял трубку сразу. Когда наконец ответили, Юншин почувствовал облегчение и осторожно представился.

— Здравствуйте, мэм. Я До Юншин из компании Догук. Я представляю обвиняемого в недавней аварии. Я позвонил, чтобы спросить, не могли бы вы встретиться со мной в ближайшее время.

Внимательно выслушав ответ другой стороны, юноша ответил:

— Ни в коем случае. Я не призываю к немедленному урегулированию. Выздоровление вашего ребёнка первее всего. Он в порядке? Он получил перелом, поэтому я очень волновался.

Юншин зажал свой телефон между ухом и плечом и неуклюже протянул руку. Он умудрился открыть скрипучее окно, и зимний ветер, словно выжидая момент, подул ему в лицо.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 92 - Запрос на свидание

Вежливо завершив разговор, Юншин глядел в полуоткрытое окно. Он вдохнул свежий воздух полной грудью, а затем обессиленными руками закрыл окно и пошёл работать дальше.

Он бездумно прошёл по коридору, быстро достигнув кабинета секретарей. Секретарь Так поприветствовал его и протянул руку.

— Адвокат До, вы можете передать мне свои документы? Я скопирую их и верну.

Юншин согласился и передал документы. Пытаясь скрыть усталость, он добавил:

— Карта памяти видеорегистратора тоже там. Пожалуйста, скопируйте и её. Не могли бы вы сохранить соглашение об авансовом платеже в хранилище? И не могли бы вы изучить биографию родителей ребенка-заявителя? Я хочу знать, есть ли что-то в их университетском, личном или семейном прошлом, что я могу использовать.

— Сделаю, — ответил секретарь Так.

— Спасибо.

Копировальный аппарат зажужжал, Юншин опёрся рукой о перегородку офисных столов. Его взгляд, как обычно, обратился к офису Сехона. Владелец кабинета был таким же, как и всегда.

Сехон, выпрямившись в кресле, был полностью погружён в работу. Крутя ручку в руке, он выглядел очень сосредоточенным. Безупречен. Юншин был в восторге от совершенства Сехона, такого недостижимого, экстраординарного сочетания генов.

Юншин подпёр подбородок одной рукой и любовался Сехоном. Но затем его ресницы вздрогнули.

«Мы встречаемся друг с другом?» — подумал он. Он облокотился на руку и сузил глаза, — «А может, ещё нет?»

Они поцеловались, но Сехон не признался в своих чувствах и официально не приглашал его на свидание. Честно говоря, Юншин ещё тоже не был уверен в своих чувствах. Они были взрослыми людьми и осознанно могли начать чисто физические отношения. Все возможности были открыты.

«Я ему вообще нравлюсь?» — Юншин хотел знать, что Сехон думает о нём. Но он не мог заставить себя спросить, не желая усиливать и без того негативное впечатление, которое он произвёл на Сехона.

«Как сделать так, чтобы он пригласил меня на свидание?» — размышлял он.

Юншин не был уверен, что Кан Сехон из тех людей, с которыми возможен страстный роман. Он даже не был уверен, что у Сехона вообще есть время на романтические отношения. Последние несколько месяцев Юншин каждый день видел его на работе, но у них не было времени, чтобы по-настоящему узнать друг друга. Они просто наблюдали друг за другом из своих кабинетов. Их отношение друг к другу формировалось исключительно через мнения друг о друге, которые были далеки от истины.

Однако одно было точно. Независимо от того, какой личностью был Сехон, независимо от его чувств, Юншин инстинктивно тянулся к нему. Возможно, это потому, что они были полными противоположностями.

Юншин не любил сражаться. Он стал юристом только потому, что ему нравилось распутывать проблемы. Вместо того, чтобы вступать в конфликт, юноша обычно улыбался и избегал зачинщика. И обычно он ни за кем так не бегал, как за Сехоном.

Юншин всегда чувствовал рядом с Сехоном дискомфорт. Это мог быть животный инстинкт из-за того, что его чувства развиваются в невообразимом направлении.

«Странно, я чувствую, что могу положиться на тебя», — про себя сказал Юншин Сехону.

Сехон, вероятно, останется отчуждённым, неизменным и неподвижным. Он будет высокомерным, как всегда, но время от времени будет слушать Юншина и делать ему намёки.

Губы Юншина дрожали, пока он, изучая утончённое лицо Сехона, безуспешно пытался подавить улыбку. Он снова взглянул на Сехона. Тот прикусил нижнюю губу и, казалось, выглядел расстроенным.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 93 - Запрос на свидание

Вчера он впервые поцеловал мужчину. Но вместо того, чтобы чувствовать отвращение или неприязнь, он ощущал будоражащий интерес.

От этой мысли щёки Юншина окрасились румянцем.

В этот момент секретарь Так закончил копирование файлов и вернулся к Юншину с оригиналами документов и копиями.

— Вот, адвокат До.

Юншин взял документы и наклонился, прошептав:

— Спасибо. Адвокат Кан говорил что-нибудь о работе, которую он мне поручит? Я просмотрел все дела команды, но он сказал мне присутствовать только на тех делах, куда он меня направил. Старший адвокат поручил мне подождать, но мне не хватает терпения.

— О, вообще-то, сегодня утром у него были для вас кое-какие инструкции. Думаю, у вас будет новое дело. Адвокат Кан сказал, что он, вероятно, возьмётся за дело о приобретении».

— Приобретение? Кто-то что-то продаёт?

— Приобретается Юнджин Констракшн. Тэсан Констракшн услышала, что Юнджин, наконец, собирается продать бизнес, и захотела его купить. Тэсан попросила нас представить обстоятельства как можно более естественно. Старший адвокат Кан довольно хорош в их разработке. Поскольку это сделка по слиянию и поглощению публичной компании, ему нужно много специалистов, поэтому он выбирает участников этого проекта и из других команд.

— Других? А наша команда не справится?

Секретарь Так покачал головой на абсурдный вопрос.

— Такие вещи требуют специальных знаний. Это будет настолько масштабно, что даже если бы вся наша команда взялась за это, мы бы не справились. Существует множество налоговых и финансовых вопросов: налог на приобретение, налог на передачу собственности, регистрационные сборы и многое другое. Лучше выбирать людей из разных отделов.

— Я так понимаю, это какая-то особая команда?

— Да. Они обычно заключают сделки слияний и поглощений. Иногда мы делаем это с другими юридическими фирмами. Вот в этом вы и участвуете. Вы специализируетесь на трудовом праве, верно? Я отправлю вам документы по электронной почте в ближайшее время.

Работа, которую до сих пор делал Юншин, сводилась к личным файлам Сехона или более мелким делам с участием нескольких юристов, поэтому крупномасштабное сотрудничество было для него в новинку. Юншин почувствовал, что наконец-то стал частью Догук. Он посмотрел на секретаря Така с беспокойством и решил, что мог бы и спросить:

— Я спрошу, потому что, надеюсь, вы в курсе. Что запланировано на 31 декабря?

— 31 декабря? Конец года. В этом году это не выходной, а значит, и не праздник, — ответил секретарь Так.

Юншин решил быть более настойчивым.

— Я видел, что он отмечен крестиком в настольном календаре старшего адвоката Кана. Не думаю, что это его день рождения. Это годовщина его первого судебного заседания? Или дата смерти его родителей?

— О, старший адвокат Кан. Насколько я знаю, нет. Просто выходной.

Глаза Юншина округлились, когда он понял.

— Так вы хотите сказать, что он заранее отметил простой день отпуска?

— М-м-м, ну, если честно, я не уверен. Он всегда берёт выходной в этот день каждый год. Больше я ничего не знаю. Может быть, он планирует хорошо отдохнуть после года тяжёлой работы и подготовиться к следующему году.

— Значит, есть вещи, которые и вы не знаете, да?

— Ага. Больше мне нечего сказать. По правде, я говорю с ним только о работе. Старший адвокат Сон знает его намного лучше, так что вы можете спросить её.

У Юншина больше не было причин слоняться без дела. Он поблагодарил секретаря, сжал документы в руках и пошёл к своему кабинету, но затем передумал и пошёл в другую сторону. Он постучал в дверь Сехона и услышал приглушённое:

— Да?

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 94 - Запрос на свидание

Юншин вежливо приоткрыл дверь и просунул голову внутрь. Так как его посетитель молчал, Сехон поднял голову, оторвавшись от документов. Затем он откинулся на спинку стула, заставив его заскрипеть.

— Отлично. Так и продолжай стоять в дверном проёме. В точности так же, как в жизни, — язвительно прокомментировал Сехон.

— Считаете, что я нерешительный?

— А что? Тебе обидно?

— Честно говоря, да.

Пока Сехон глухо смеялся, Юншин вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь и направился к его столу. Держа свои документы в руках, он встал рядом с Сехоном и заглянул в документы, которые читал тот. Старший адвокат надменно скрестил руки на груди и пристально уставился на Юншина.

— Если уж вошёл в мой кабинет, сначала изложи своё дело. Не бери без спросу.

— Разве я что-то взял?

— Тебе нравится копаться в чужих вещах, разве нет?

Юншин поморщился от комментария Сехона, когда понял, о чём он. Его щёки слегка порозовели. Это прозвучало так, будто Сехон знал, что Юншин пробирался в его кабинет раньше. Он знал, что должен признаться. И всё же ему не хотелось, чтобы при проверке на честность вся нежность Сехона исчезла.

— Итак, старший адвокат, — начал говорить Юншин, желая признаться в своих проступках после раздумий.

Однако Сехон тут же сменил тему:

— Что ты хотел сказать? Ты прервал меня, поэтому это должно быть что-то крайне важное.

Юншин впервые встретил того, кому так шёл властный тон голоса. Честно говоря, в своё время у юноши сложилось похожее впечатление от его шурина. Однако, если высокомерие его шурина было вызвано властью, которой он обладал со дня своего рождения, то у Сехона была уверенность, рождённая его усилиями. Юншин не мог сказать, хорошо это или плохо, — быть высокомерным, — но в его глазах поведение Сехона было намного более оправданным.

Юншин оторвал взгляд от документов и уставился на Сехона. Тот так же пристально смотрел на него в ответ. Сложно было сказать, нравился ли ему взгляд Юншина или причинял дискомфорт. Они безмолвно обменивались взглядами, и младший адвокат не мог понять, почему он начинает стесняться. В конце концов, Юншин сдался первым.

— Я собираюсь уйти с работы пораньше, чтобы поехать в больницу.

От этих слов Сехон слегка нахмурился.

— Болен ты или кто-то другой?

—  Если бы это был я, вы стали бы беспокоиться? —  Юншин ответил вопросом на вопрос.

— Значит, это кто-то другой.

Намёк Юншина был сразу замечен. Он хитро посмотрел на другого мужчину.

— Почему на вас это не работает?

— Мы в разных весовых категориях.

Юншин не мог этого отрицать, поэтому лучшее, что он мог сделать — сменить тему.

—  Ну, раз вы не заговорили об этом первым, я буду тем, кто спросит снова. Хотите встретиться со мной сегодня вечером? Я угощу вас кофе.

— Кем ты себя возомнил, чтобы спрашивать, хочу ли я с тобой встретиться?

Юншин тщательно обдумал сказанное. Он спросил снова, уже менее уверенно:

— Не могли бы вы... встретиться со мной, пожалуйста?

— Я занят.

После краткого ответа Сехон сконцентрировался на своей работе.

Застигнутый врасплох, Юншин положил свои документы на стол и хлопнул ладонями по этому же столу, возвращая внимание к себе.

Мужчина, который сказал, что ему не нравятся ненасытные обжоры, прошлой ночью целовался с ним, как изголодавшийся человек. Юншину казалось, что он всё ещё может чувствовать его язык у себя во рту. Внутри всё онемело. У него осталось ощущение скользкости после того, как бугристые сосочки его языка были стёрты многократным придавливанием к чужому языку.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 95 - Де-факто пара

Сехон, причина гнева Юншина, непринуждённо притворился глухим.

— Знаете ли вы, что превосходны в том, чтобы выводить людей из себя? — рыкнул Юншин.

— Приму это за комплимент, — невозмутимо ответил Сехон.

— Вы не собираетесь со мной встречаться? Мы вообще не будем ходить на свидания?

— Почему я должен идти с тобой на свидание?

— Вау...

Юншин ахнул, онемев, когда услышал, ровно то, что ожидал. Хотя Сехон был прав. Их отношения были недостаточно ясными, чтобы являться должной причиной для совместных походов на свидания.

Прошлой ночью Юншин ощутил, что тонкий провод теперь соединяет их, позволяя передать небольшой ток эмоционального напряжения. У них ещё не было серьёзных разговоров, и чувства Юншина к Сехону могли быть не столь велики. Однако то, что уже появилось на свет, не может так вот просто быть уничтожено.

— Вас, случаем, не раздражают разговоры со мной? — спросил Юншин.

— Нет, мне нравится, — ответил Сехон.

— ...

— У тебя с этим какие-то проблемы?

— Нет.

— Минуту назад ты выглядел именно так, когда воскликнул «Вау».

— Я сказал, что никаких проблем.

Слово «нравится».

Губы Юншина сжались в плотную линию, ведь он и представить не мог, что это слово сорвётся с уст Сехона. Скорее всего, его лицо горело. Его мысли промёрзли насквозь, как водопроводная труба зимой, поэтому он не смог придумать подходящий ответ вовремя. Пока он изо всех сил пытался скрыть своё замешательство, Сехон махнул пальцем в сторону пульта дистанционного управления на кофейном столике.

— Четырёхлетний опыт, закрой жалюзи, запри дверь и подойди сюда, — приказал он.

Юншин специально хотел заупрямиться, как иногда делал Сехон, но прежде чем он дал себе отчёт, уже подошёл к столу и взял пульт. Прежде чем опустить жалюзи, юноша проверил коридор на случай, если кто-нибудь заметит что-то странное. К счастью, все сотрудники были сосредоточены на своей работе и не обращали внимания на кабинет старшего адвоката.

Убедившись, что никто не обратил внимания, Юншин запер дверь и закрыл жалюзи. И явно почувствовал присутствие другого человека позади себя.

Это был Сехон.

В какой-то момент Сехон подошёл к юноше и обнял его сзади. Затем он слегка наклонил голову, чтобы нежно поцеловать Юншина в шею. Юноша откинул голову на плечо Сехона и протянул руки за себя, чтобы притянуть старшего адвоката ближе.

Сехон был тем, кто приказал Юншину подойти после того, как он запрёт дверь, но старший адвокат не смог ждать, прижавшись всем телом к юноше. Юншин ощущал нетерпение в действиях Сехона, и ему это льстило. Несмотря на это,Сехон никогда не говорил, что он на самом деле думает о нём, поэтому Юншин всё ещё чувствовал себя обделённым.

— Я хочу видеть ваше лицо, — с придыханием сказал Юншин, желая повернуть голову.

Сехон схватил юношу сзади за шею и заставил его повернуться. Пальцы Сехона дразняще коснулись внутренней стороны воротника его рубашки. В тех местах, где старший адвокат касался, кожа Юншина горела огнём.

Возбуждённый Юншин пытался подавить своё волнение, когда услышал низкий и мелодичный голос, вибрирующий на его барабанных перепонках:

— Как думаешь, кто скажет это первым?

Сехон опустил весь контекст, но Юншин точно знал, что он имел в виду. Мужчина говорил о том, кто первый признается, что ему нравится другой, или кто первым выразит более глубокие чувства. Они уже целовались, но Сехон всё ещё пытался прощупать и оценить другого. Это было так похоже на него.

Юншин, которому стало вдвойне неловко, спросил:

— Так... Мы действительно встречаемся? Думаю, нам стоит прояснить это, прежде чем я смогу ответить на ваш вопрос.

Сехон нахмурился, будучи озадаченным, почему Юншин так внезапно задал этот вопрос

— Разве я тебе этого не предлагал?

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 96 - Де-факто пара

— Нет, вы этого не делали.

— Тогда можешь предложить ты. Я сочту это услышанным.

— Но я ведь тоже пока ничего не предлагал...

— Вот почему я буду считать это услышанным. Я всё понимаю. Ты хочешь встречаться со мной.

На кончике языка вертелось желание опровергнуть это, но Юншин не мог. Сехон был прав. Юноша хочет определить их отношения, предпочтительно в том направлении, которое упомянул Сехон.

Должно быть, Сехон специально вынудил Юншина поднять эту тему первым. Закончится тем, что юноша первым пригласит Сехона на свидание, а тот согласится. Юншин попытался скрыть расстройство от того, что сыграл на руку Сехону, и возмущённо заявил:

— Даже через миллион лет вы не понравитесь мне первым.

— Повтори это ещё раз, продумывая каждое слово.

Заявление Юншина должно быть, задело его за живое. Безупречное лицо Сехона стало суровым, как камень. Юншин отвёл взгляд и поморщился, но Сехон сильнее прижал Юншина.

— Мне не понравитесь! Угх! — вскрикнул Юншин.

Леденящий душу голос тронул его барабанные перепонки.

— Ранее ты говорил, что никогда не будешь спать со мной. Помнишь это?

Юншин сказал это, когда они впервые вместе обедали. В то время он использовал это как метафору, чтобы выразить своё намерение остаться в Догук.

— Конечно, помню. Но в тот раз я имел в виду!..

— У тебя есть ещё множество вещей, которые ты никогда со мной не сделаешь, не так ли? Значит ли это, что мы встречаемся, но всё ещё не нравимся друг другу?

Юншин знал: чтобы противостоять кому-то вроде Сехона, кто рассматривал все возможные варианты для выведения оппонента из строя, его собственные чувства должны быть легче, чем у старшего адвоката. Более того, Юншину нужно было научиться эффективно использовать его отношения с Сехоном. Если баланс чувств сместится в одну сторону, Юншина может захватить темп Сехона и медленно, но верно сковать. Он не хотел так ухудшать своё положение.

— Вы будете первым, кто скажет, что я вам нравлюсь, — уверенно сказал Юншин.

— Припомню тебе эти слова. Я очень люблю соревноваться. Ты скажешь это первым, — категорично заявил Сехон, а затем дёрнул юношу за волосы.

Он наклонил голову Юншина к себе. От боли юноша глубоко вздохнул и повернул голову.

В то же время глаза старшего коварно блеснули, когда он склонился, чтобы поцеловать Юншина.

— Нгх! М-м-м.

Языки вели ожесточённую битву в глубине их ртов, сплетаясь друг с другом. Казалось, что в момент, когда их плоть перекрывалась, в воздухе разлетались искры.

Страстная атмосфера окутала обоих. Их борьба за власть продолжалась по мере того, как они прижимались друг к другу, тихо вместе погружаясь, или, возможно, всплывая на поверхность.

Юншин решительно притянул бёдра другого. Он двигался, повторяя движения Сехона, и их поцелуй становился всё глубже.

Юноша знал, что придирчивый и надменный Кан Сехон был непростым соперником и как босс, и как любовник. Пути назад не было.

Если кто-то попадает под дождь без зонта, ему придётся это преодолеть.

Действие 12

Уже наступила ночь. За вечерние часы небо потемнело. Машины спешно проносились возле больницы. Постоянный поток машин вызывал суматоху, но энергия толпы была не совсем оживлённой – скорее наоборот.

В течение дня были резкие перепады температуры, от чего ночной воздух был леденящим. Отчётливо почувствовав приближение зимы, Юншин вышел из корпуса стационара. Он застегнул пальто и сел на скамейку напротив клумбы.

Юноша вздохнул, безучастно глядя на туман изо рта, перед тем как позвонить своему клиенту.

— Это До Юншин из Догук.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 97 - Де-факто пара

— Мистер До? Вы говорили, что собирались сегодня в больницу. Как всё прошло? — ответил его клиент.

— Я только что вышел оттуда. Позвонил, чтобы сообщить несколько моментов. Вы свободны сейчас, чтобы обсудить их?

Как только он встретился с родителями жертвы, Юншин заметил лёгкий признак того, что дело можно разрешить хорошо. С момента, когда родители разрешили ему навестить ребёнка, он мог сказать, что они не собирались быть злобными или бессердечными. Поэтому юноша стремился наладить с ними контакт и искал точки соприкосновения.

К счастью, мать посещала ту же начальную школу, что и младший двоюродный брат Юншина. Кроме того, Юншин вспомнил, как ходил в школу, когда был моложе. Лёд между ними треснул, пока они болтали о таких бессмысленных вещах, как небольшой размер школьного спортивного поля.

Юншин всегда хорошо ладил с такими людьми. Он наблюдал, как его отец и сестра также использовали эти навыки.

— Да, у меня есть время. Вы сказали им, что я выплачу много денег, верно? — ответил человек на линии.

Внутри себя Юншин ворчал, что дело не всегда в деньгах.

Юноша закусил губу, разъярённый таким поверхностным ответом, но вместо этого сказал:

— Прежде вы должны будете лично перед ними извиниться, искренне.

— Конечно, я бы с радостью это сделал, если бы они мне позволили. Я могу пойти и извиниться должным образом.

— Хорошо, что вы готовы это сделать. Как вы упомянули, думаю, будет неплохо, если вы обеспечите им достойную выплату. Точного стандарта нет, но обычно мы рассчитываем сумму исходя из затрат на восстановление за неделю. Есть множество вариаций. Учитывая все обстоятельства и расходы на больницу, у меня получилось 23800 долларов.

— Как насчёт того, чтобы округлить до 25000?

— Родители ребёнка, скорее всего, согласятся на это предложение. Ваша искренность важнее величины суммы.

— Ну, деньги приравниваются к искренности. Если этого недостаточно, вы можете взять больше.

Хорошо, когда клиент готов потратить деньги. Юншин крепче сжал свой телефон и тихо встал со скамейки.

— Тогда я пересчитаю сумму с учётом этого. Вам нужно будет прийти в больницу для извинений. Родители ребёнка хотели, чтобы я сопровождал вас, так что давайте договоримся на удобную дату. Я оформлю все бумаги и свяжусь с вами в ближайшее время.

— Хорошо, буду ждать вашего звонка. Спасибо за вашу работу.

Закончив разговор, Юншин уже собирался поймать такси. Он не стал брать свою машину, поэтому ему нужно было поехать на чём-то другом. Юноша встал в конец длинной очереди на такси, после чего посмотрел на историю вызовов. Внизу экрана было свидетельство его звонка Сехону на днях.

«Значит ли это, что мы сегодня всё-таки не увидимся?» — подумал Юншин.

В конце концов, Сехон так и не ответил на просьбу Юншина встретиться после работы. Они снова поцеловались, но Сехон не отказался от своего вопроса, для чего им было нужно идти на свидание.

Конечно, он мог первым позвонить Сехону. Однако он не хотел это делать сразу после того, как заявил, что не признается ему в симпатии первым. Ему не хотелось выглядеть отчаявшимся.

Он постучал по имени Сехона, скрывая своё разочарование, и убрал телефон в карман пальто. Он сделал шаг вслед за человеком перед ним.

Как раз тогда.

Бип-би-и-ип. С парковки по правую руку раздался громкий гудок. Все в очереди повернулись в сторону источника сигнала. Юншин тоже проследил за звуком. Источником был роскошный седан, припаркованный на стоянке.

Затем окно на водительском месте бесшумно опустилось и из-за него появилось лицо Сехона, держащего руки на руле. Вероятно, из-за его красивого лица люди в толпе начали перешёптываться.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 98 - Тающее желе

— Адвокат Кан?

Удивлённый Юншин пробрался сквозь толпу и побежал к машине Сехона. Он встал перед окном и посмотрел на босса, не позволяя окружающим увидеть мужчину.

— Что привело вас сюда?

— У тебя сломана рука? — неожиданно спросил Сехон.

Юншин посмотрел на руки и покачал головой. Возможно, так Сехон завуалированно спросил, почему Юншин не звонит, мысленно предположил юноша. Они не договаривались о встрече, поэтому Юншин был приятно удивлён, увидев Сехона. Юноша не был уверен, был ли он счастлив видеть его, потому что ему было с ним приятно общаться или это что-то большее. В любом случае он был рад встрече.

— Нет, я в порядке, — ответил Юншин.

— Хорошо. Я не могу выйти и открыть тебе дверь. Это смущает меня. Залезай сам.

— Вам всегда нужно говорить в такой манере? Могли бы просто предложить мне сесть.

— Я всё время хочу подразнить тебя. Мне нравится, что ты каждый раз так реагируешь. Кончай тявкать и садись.

Поборов желание надуть губы, Юншин подбежал к двери пассажирского сидения. Онн сел и посмотрел на профиль Сехона. Сехон поднял стекло и наклонился к молодому человеку.

Юншин знал, что никто не будет смотреть на машину, однако вокруг было так много людей. Казалось, что Сехона это не смущало, и он наклонился для поцелуя.

Чувствуя, что это неправильно, Юншин осторожно обхватил рукой запястье Сехона.

— Здесь немного... — Юноша смутился. Сехон прищурил глаза, затем свободной рукой потянул за ремень Юншина, надежно пристегнув его. Он вывернул руку из хватки младшего адвоката.

Когда обе руки Сехона снова оказались на руле, Юншин наконец понял. Он неправильно истолковал действия мужчины и сокрушённо откинул голову. Его бледного отражения в окне было достаточно, чтобы показать, насколько он смущён.

Наблюдая за реакцией Юншина, Сехон крепче сжал руль. Он прикусил нижнюю губу, сдерживая смех, грозивший вырваться, затем облегчённо вздохнул и выехал со стоянки больницы. Юншин почувствовал облегчение; он боялся, что Сехон будет насмехаться.

Так они проехали довольно долго.

Юншин просто моргал и тяжело дышал, оправляясь от смущения. Когда он набрался смелости, то посмотрел на Сехона.

— Почему вы сюда приехали?

— Взять тебя в заложники.

— Чего вы хотите этим добиться?

— Я не знаю. Я всё еще думаю. Секретарь Так сказал, что ты без машины, так что я просто заехал по дороге. Я всё равно уходил с работы, а мы живём в одном доме.

— Вы приехали забрать меня? Как вы узнали, когда закончится моя встреча?

— Я просто подумал, что ты останешься до окончания часов посещения. Зная тебя, это было очевидно.

Он чувствовал себя так, словно был у Сехона на ладони. Честно говоря, Юншин уже знал это. Юноше нечего было возразить, поэтому он сменил тему.

— Вы обедали?

Сехон мило ответил на его бессмысленный вопрос.

— Ага. Я ел с клиентом. А ты?

— Я только что перекусил с родителями ребенка. Но почему мне кажется, что наш разговор идет слишком гладко? Вы — чемпион по сарказму и язвительным замечаниям. Неловко, когда вы ведёте себя так мило.

Сбитый с толку Сехон наконец посмотрел на Юншина.

— Почему ты жалуешься, когда я обращаюсь с тобой прилично?

— Не могли бы вы снова быть обычным холодным и раздражительным?..

— Нет.

—Я думал, вы не хотите, чтобы вас беспокоили после работы, ведь это ваше личное время.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 99 - Тающее желе

— Мне всё равно это не нравится.

Сехон так ответил не для того, чтобы специально расстроить Юншина. Похоже, будто его что-то беспокоило. Раньше молодому адвокату было всё равно, когда Сехон был к нему холоден, но теперь ему было больно. Он был расстроен, хотя знал, что Сехон говорит правду. Люди редко обижали Юншина, так что для него это было в новинку.

Уверенность Юншина в процессе разговора уменьшилась. Прямо перед тем, как в машине воцарилась тишина, Сехон добавил несколько сдержанно:

— Ты сносный.

Плечи Юншина вздрогнули. Он понял, что в размеренной и привычной жизни Кан Сехона, он стал единственным исключением. Теперь он часть этой жизни... Сехон позволил этому произойти. Юншин знал, что не стоит показывать своё удивление, но это было крайне тяжело. Сехон, должно быть, тоже это знал. Он продолжил ровным и тихим голосом:

— Я знаю, в каком свете ты меня видишь. Ты думаешь, что я умею лишь придираться и причинять боль другим, и это вполне может быть правдой. Но в тот момент, когда я принимаю решение, пути назад для меня уже нет. Мы уже вышли за рамки коллег. Независимо от того, что ты думаешь обо мне, я знаю, что это то, чего хочу.

Юншин зачарованно смотрелна профиль Сехона. Когда Сехон хотел повернуться, Юншин быстро перевёл взгляд на свои колени. Он уставился на очертания коленных чашечек, торчащих из-под штанов. Когда глаза мужчины снова следили за дорогой, юноша вновь украдкой посмотрел на профиль Сехона. Мужчина почувствовал его взгляд и спокойно сказал:

— Я не привык иметь в своей жизни вторую половинку. Я никогда не был с другим человеком. Первый раз, когда кто-то попросил меня остаться с ним, был на похоронах.

Речь определённо шла о Юншине. Он вздрогнул, и в этот момент Сехон сказал:

— Прямо сейчас ты находишься в точке невозврата. Если ты продолжишь стоять там, тебя, вероятно, унесёт буря вместе со мной.

Это звучало как предупреждение о том, что Сехон может причинить боль Юншину, что оба могут устать друг от друга. Это был последний шанс повернуть назад.

Говорил ли он этим Юншину, что у него не было серьёзных отношений, потому что он юрист, или потому что он был напуган внутри?

Возможно, как и предполагал Юншин, Сехон тоже может трусить.

Юншин сказал:

— Мы ещё ничего не начали, а вы уже пытаетесь меня отпугнуть. Но я не такой, как вы.

— Ты прав. В твоей жизни, вероятно, всегда был кто-то рядом. Если ты выбираешь быть со мной, а не с другими людьми, я думаю, тебя можно терпеть, так что ты можешь ворваться в мою жизнь.

— ...

— Спрашивай всё, что хочешь.

Сказав это, Сехон дал понять, что он ответит на любой вопрос максимально искренне и честно. Он так неожиданно спросил Юншина, что у него в голове стало пусто — он не знал, что спросить в первую очередь. Глубоко вздохнув, он всё же осторожноспросил:

— Это свидание, верно? Вы приехали забрать меня, хотя я даже не просил тебя об этом. Я прав?

— Тот, кто первый обсуждает график после работы, должен знать лучше, — ответил Сехон.

— Вы можете ответить либо «да», либо «нет».

Вместо того, чтобы возразить, Кан Сехон лишь усмехнулся. Его улыбка была настолько освежающей, что трудно было ассоциировать её с ним. Это был тот же человек, что и вчера, но немного другой. Он выглядел так, будто ему нравилось проводить время с Юншином. Этого достаточно, чтобы молодой человек мог быть уверен в его убеждениях.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 100 - Тающее желе

Затем мужчина посмотрел на часы и сказал:

— Сейчас не самое лучшее время, чтобы куда-то идти.

— Да или нет? – настаивал Юншин.

Сехон покачал головой, бросив на Юншина недоумевающий взгляд. Юноша вёл себя так по-детски. Молодой человек, чувствуя угрызения совести, сделал шаг назад.

— Тогда купите мне кофе в кофейне, что перед нашим домом.

— Хорошо.

— Вы пришли сюда, потому что скучали по мне?

Сехон замолчал, маневрируя по дороге. Он сжал губы, а затем приоткрыл в нерешительности. Юншин почувствовал дикое желание прикоснуться пальцем, почувствовать тепло этих губ, Сехон внезапно притянул молодого человека за галстук.

— Ох-х... — простонал Юншин.

Голова молодого человека дёрнулась к водительскому сиденью, его глаза округлились, осознав ситуацию. Сехон был за рулём, поэтому Юншин не мог сопротивляться, опасаясь подвергнуть их обоих опасности. Он оставался неподвижным, Сехон наклонился к его губам, как только они остановились на светофоре.

Губы Сехона сомкнулись на губах Юншина в упругом, словно желе, поцелуе.

Юншин удивился и, не задумываясь, вытер губы. Расстроенный, мужчина наклонился для более глубокого поцелуя. Кончик его языка скользнул между губ Юншина, коснувшись ровных зубов молодого человека, затем отстранился.

Сехон продолжил движение, как будто ничего не произошло. Реакция тела Сехона была более понятна, чем его слова. Юншин был в восторге от ощущения, что кто-то хочет его. Несмотря на это, Юншин застенчиво сказал в свою защиту:

— Нужно было просто сказать. Разве можно так делать за рулём? Это было опасно.

—У кого преимущество?

— Вы сказали, что я заложник. Вы должны беречь мою жизнь.

— Зачем мне это делать для того, кому я не понравлюсь и за миллион лет? — не желая проигрывать, сказал Сехон, расстроенный тем, что ранее сказал Юншин. Он уже отомстил, но чувствовал, что хочет ещё.

Юншин подумал, что это очень мило. Он усмехнулся. Юноша чувствовал, как радость поднимается из глубины его сердца, кружит голову, выплёскиваясь на поверхность, угрожая переполниться через край.

— Я другое имел в виду, — ответил Юншин.

— Ты казался решительным, когда говорил это.

— Проблема решится, если я понравлюсь вам первым.

— Ты мог бы мне нравиться, но это может никогда не стать взаимным.

— Это не так.

— Действительно? Должно быть, я уже тебе нравлюсь.

Услышав такой ответ, Юншин понял, что хочет обсудить немного другое.

— Подождите минуту. Считаете, что я сказал это первым, не так ли? Я не куплюсь на это дважды.

Сехон не стал ничего отрицать и просто пожал плечами. Юншин наблюдал за мужчиной, а затем повернул голову, сохраняя молчание. Взглядом он смотрел на отражение Сехона в окне.

Когда он был с Сехоном, Юншин чувствовал, как в сердце воцаряется мир, несмотря на накопившееся между ними неразрешимое напряжение. Естественно, он хотел чувствовать себя непринужденно в их отношениях. Желание узнать о Кан Сехоне всё больше бурлило в юноше.

На самом деле молодому адвокату очень нравилось проводить время с Сехоном. Он был несказанно рад, что Сехон забрал его. Сердце ёкнуло, узнав, что Сехон не забыл о том, что Юншин хотел увидеть его вечером и приехал. Когда Сехон поцеловал его, сердечный ритм повысился. Ему нравилась даже эта неловкость. Юноша был благодарен за возможность, которая была предоставлена ему.

Сердце молодого человека было переполнено чувствами, когда он узнал, что был первым, кто ступил на плодородную почву, за которой Сехон ухаживал и тщательно охранял.

Юншин медленно поднял руку и коснулся губ. Он всё ещё ощущал вкус губ Сехона. Губы юноши были особенно мягкими.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 101 - Подслащённый кофе

— «Тебя можно терпеть, так что ты можешь ворваться в мою жизнь».

Юншин вспомнил разрешение Сехона и прикусил губы прежде, чем их уголки изогнутся в улыбке.

***

Юншин отправил Сехона в кафе вперёд себя, сказав, что ему необходимо зайти в круглосуточный магазин и вернётся через несколько минут.

Прежде чем зайти в кафе и сделать заказ, Сехон выкурил сигарету, думая, что потребуется какое-то время, прежде чем он встретит Юншина за стойкой. Молодой человек, должно быть, бежал на полной скорости, потому что, несмотря на то, что на улице было холодно, на лбу у него выступили капли пота. Сехон потерял дар речи и откинул своей большой рукой волосы, прикрывающие лоб юноши, после чего глухо рассмеялся.

— Ты думал, я убегу?

Юншин задыхался, пытаясь выровнять дыхание, от чего едва смог сказать:

— Я просто... был немного нетерпелив.

— Беспокоился, что я буду ждать слишком долго? Ну разве ты не ангел?

— Нет, я боялся, что вы оставите меня здесь. Вы просто испортите своё первое свидание, если оно пойдёт не по плану... Я не мог такого допустить.

— Я бы что?..

— Вы не знали? Иногда мне кажется, что вы не слишком хороши в объективной оценке самого себя.

Затем Юншин помахал сумкой из магазина, не в состоянии больше говорить, и направился на своё обычное место в углу кафе. Сехон пялился на юношу, перенося заказ. Он немного резко поставил кружку перед Юншином и внимательно наблюдал за юношей, вытирающим пот тыльной стороной ладони. Затем Сехон сказал очень ровным тоном:

— Как насчёт того, чтобы пройти исследование нервной проводимости?*

— Я полностью здоров. Я сдавал результаты медицинского осмотра, когда пришёл в компанию.

— Нет, я хотел бы знать, как взвинчены твои нервы сейчас. Хочу узнать твой показатель.

Вместо ответа Юншин уставился на Сехона. Внутри него бушевал конфликт, касательно того, возразить или нет. Затем он отбросил свои размышления и положил на стол конверт из мини-маркета. Внутри были леденцы от горла со вкусом лимона, мазь с антибиотиком и пластыри. Он убрал таблетки в карман своего пальто, распаковал медикаменты, после чего протянул ладонь старшему адвокату.

Сехон уставился на ладонь, всё ещё красную от жара, затем качнул подбородком в сторону неё.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Дайте мне руку. Пора сменить повязку.

— Я скоро пойду домой и приму душ. Тебе не нужно менять её сейчас.

— Я сменю её сейчас и буду с вами дольше, чем вы думаете. Быстрее дайте мне руку.

Сехон всё ещё отказывался, поэтому Юншин стал более напористым. Полностью проигнорировав предыдущие предупреждения старшего адвоката не трогать его, он притянул большую руку к себе. Затем он сорвал пластырь с указательного пальца собеседника.

— Где тот, что я дал вам раньше? С крокодилами.

— Ты думал, что я буду с утренним пластырем аж до этого момента? Должно быть, ты не очень хорошо разбираешься в личной гигиене.

— Ваши руки всегда такие чистые и аккуратные. Я так и думал с самого начала. Значит, вы часто моете руки, но, несмотря на это, они очень мягкие. Не похоже, что вы пользуетесь кремом. Это от природы?

Ожог на пальце почти зажил. С облегчением Юншин выдавил небольшое количество мази на ватный тампон и приложил его к ранке. Он аккуратно распаковал пластырь и обмотал им палец старшего адвоката. Сехон всё это время молчал. Юншин собирался отпустить руку старшего, после того, как надёжно приклеил ярко-жёлтую повязку, но импульсивно провёл пальцем по аккуратным ногтям Сехона.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 102 - Подслащённый кофе

Он почувствовал, как мужчина вздрогнул. Придя в себя, Юншин отпустил его, но на этот раз Сехон схватил за руку Юншина. Их пальцы неловко переплелись, сцепившись друг с другом. Мужчина просунул свои пальцы между пальцами юноши и провёл кончиками пальцев по паутине вен на руке Юншина.

— Старший адвокат?

Лицо Юншина горело красным, и он рефлекторно оглядывался в поисках людей. Они сидели в углу, посетителей было мало . За спиной Сехона сидела молодая девушка за ноутбуком, похоже, училась. Их разделяло несколько кресел, и казалось, она слушает музыку, поэтому не могла слышать их разговор. Однако Юншин думал, что делать такое в их районе рискованно.

Подумав, что ему нужно оттолкнуть Сехона, прежде чем другие их увидят, Юншин скрутил руку. Странным образом, его пальцам не хватило силы, чтобы вырваться.

Юншин еле слышно пискнул:

— Нгх, сейчас же отпустите меня...

— Ты первый меня спровоцировал, — ответил Сехон.

Юншин намеревался возразить, что это не так, но быстро остановился. В зависимости от точки зрения, всё то, что юноша делал с пальцами Сехона, может намекать на это. Нет, в некоторых аспектах, это была полностью его вина. Если подумать об этом, пока он был полностью сконцентрирован на смене повязки, Сехон внимательно его изучал.

Юншин отвёл взгляд от изумления и продолжал смотреть куда-то за плечи Сехона. Заметив, что юноша чего-то опасается, Сехон тоже оглянулся и недовольно отпустил. Юноша без особой причины потёр запястье, прежде чем откашляться. Он сделал глоток тёплого кофе, который заказал ему старший адвокат, но вкус оказался не таким, как он ожидал.

Его брови немного сдвинулись, когда он пожаловался:

— Разве я не просил вас заказать горячий латте?

Сехон смаковал свой американо, перед тем как невозмутимо ответить. Как ни странно, жёлтая повязка на пальце ему очень шла.

— Было такое.

— Тогда что это за сильный вкус сиропа?

— Нравится?

— Если бы мне нравилось, стал бы я спрашивать это с таким лицом? Что за способ поиздеваться надо мной? Так по-детски.

— Мне нравится, когда поцелуи сладкие на вкус.

Юншин вскочил и зажал Сехону рот рукой. Старший адвокат вопросительно посмотрел на юношу, побуждая того медленно убрать его руку. Прежде чем полностью отстраниться, он проверил температуру лба Сехона, чтобы убедиться. Старший мужчина, который проглядел несогласованный контакт в первый раз, не повторил свою ошибку во второй. Он ударил молодого человека по руке.

— Что ты делаешь? Не трогай меня.

— Звучит как эмоциональная реакция.

— Это не так, и поэтому ты не пострадал. Думай логически.

— Вокруг люди, но вы расширяете границы, поэтому я подумал, что вам нехорошо. Если ваше душевное состояние иногда колеблется, тогда...

Сехон цокнул языком Юншину. Чтобы прояснить ситуацию, он наклонился вперёд и прошептал:

— Ты можешь считать, что стоит тебе убрать руку и всё закончится, но я всё также хочу больше к тебе прикасаться. Я тебя предупреждал. Я не привык к тому, что не могу себя контролировать. Если я потеряю самообладание и начну расстёгивать твои пуговицы прямо здесь и сейчас, частично будешь виноват ты. Кивни, если понимаешь.

Сехон, видимо, говорил о том, что не осознаёт, как быстро продвигаются их отношения. Поэтому, если Юншину некомфортно, что он делает это на людях, то юноше не стоит его провоцировать. Юншин кивнул, а затем спросил из чистого любопытства:

— Что, если бы я хотел с вами платонических отношений?

— Тогда тебе лучше найти другого человека.

— Вы когда-нибудь представляли, что спите со мной? Мне всегда было интересно...

— Я представляю это даже сейчас.

— Что вы сказали?

— В моей голове ты уже давно голый. И только что я тебе вставил.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 103 - Подслащённый кофе

Юншин предполагал, что это так, но он не ожидал услышать такой честный ответ.

Ошеломлённый Юншин крепко сжал губы. Его щёки покраснели ещё сильнее, став похожими по цвету на губы. Сехон наблюдал за этими изменениями и сказал обольстительным голосом:

— Каждый раз, когда я вхожу, у тебя перехватывает дыхание, и слюна течёт из раскрытого рта. Должно быть, тебе это нравится.

Взгляд Сехона был настолько пристальным, что Юншин не смог его выдержать. Сехон прошептал украдкой, но содержание было настолько откровенным, что Юншин нервно сглотнул. Его голова стыдливо опустилась. Затем Сехон, казалось, остановился, поскольку пил кофе, глядя на красные уши юноши. Возможно, ему пришлось остановиться на этом моменте. Повисла тишина.

Двое, достигшие психологически критической точки, пытались охладить стремительно развивающуюся эротическую атмосферу. Они оба повернулись телами к окну и вскоре любовались ночным видом.

Сидеть рядом и смотреть на ночное небо оказалось романтичнее, чем ожидалось.

Одежда Юншина была лёгкой, когда он впервые пришёл в компанию, но сейчас была почти зима. Сменилось два сезона. Многое произошло за это время. Пока Юншин сидел, вспоминая обо всём, что произошло до сих пор, Сехон неожиданно сказал:

— Что ты думаешь делать дальше со своим свиданием вслепую?

— Ох, — тихо вздохнул Юншин.

Он забыл о реальности, будучи опьянённым сладостью между ними. Юноша взглянул на Сехона, а затем сказал извиняющимся тоном:

— Я должен сделать так, словно этого никогда не происходило. Но я не могу порвать с ней все связи прямо сейчас.

— Почему нет?

— У меня есть некоторые обстоятельства. Мне нужно немного времени, прежде чем я откажусь от её предложения. Мне искренне жаль. Я не встречусь с ней снова, и надеюсь, что вы можете меня подождать.

Принимая во внимание, что они убедились в чувствах друг друга, Юншин знал, что правильно отказать партнёрше со свидания вслепую как можно скорее. Нет, он должен был уже категорически отказаться от этих отношений. Сокровенные чувства Юншина ещё не были раскрыты, но в любом случае, поскольку они оба уже прошли точку невозврата, это было лучшее, что он мог сделать для всех вовлечённых сторон.

Однако участие Юншина в свидании вслепую не было просто отношениями между мужчиной и женщиной. Он не мог заставить себя отказать ей, пока думал о ситуации своей сестры. Пока позиция Игён не изменилась в одночасье, он не был уверен, что сможет найти правильное решение.

Кому-то вроде Сехона, кому были чётко ясны начало и конец, никогда не понять Юншина, который оказался в такой ситуации.

— Вы, наверное, не поймёте.

Вместо ответа Сехон молчал, глубоко задумавшись. Казалось, он разобрался, почему Юншин так себя ведёт. Затем он невозмутимо сказал:

— Кажется, есть какая-то особая причина для кого-то вроде тебя, чтобы окунать палец сразу в несколько пирогов. Не похоже, что ты собираешься объяснять в деталях, а значит, ты вынужден скрывать это, несмотря на то, что обычно ты очень честен. Следовательно, ты столкнулся с довольно сложной проблемой.

— Презирайте меня, если угодно.

— Так ты почувствуешь себя лучше?

Он был на высоте. Юншин знал с самого начала, что Сехон увидит его насквозь.

— Думаю, это невозможно, верно?

— Я воспользуюсь своим правом хранить молчание.

Обычно Сехон бы отпустил несколько язвительных замечаний, искусно высмеял его или совершенно ушёл от этой ситуации, но он ничего из этого не сделал. Ему почти удалось прозвучать так, словно он понял трусость Юншина. Либо Сехон знал что-то большее, либо своенравничал.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 104 - Кашель

После столь туманного ответа, сделав глоток кофе, Сехон неторопливо повернулся к юноше. Он выглядел так, словно вдруг что-то вспомнил.

— Ты был в больнице. Как ребёнок? — спросил он.

Юншин вспомнил о документах своих дел, в кабинете Сехона и спросил, словно закидывая удочку:

— Я ещё не подготовил отчёт, но, похоже, вы уже всё знаете.

— Именно. Как раз потому, что ты этого не сделал, я вынужден спрашивать. Я и так занят, не добавляй мне лишней работы и своевременно отчитывайся передо мной.

Юншин был поражён. Он склонил голову в замешательстве от такого заявления. Когда он впервые пришёл в компанию, секретарь Так рассказал ему некоторые правила работы. Вспомнив их, юноша стал защищаться:

— Мне говорили, что о своей работе над делами pro bono не нужно отчитываться перед начальством.

— Правила устанавливаю я. Я говорю — ты выполняешь.

— Только я?

— Верно, только ты.

Юншин хотел спросить почему, но Сехон украл его шанс заговорить и добавил:

— Ты собирался спросить почему. Потому что я хочу знать. С этого момента также сообщай мне, куда собираешься пойти. За каждый случай, когда забудешь это сделать, я буду вычитать десять тысяч долларов из твоей годовой зарплаты.

— Тогда я хочу от вас того же. Я не буду спрашивать, что вы делаете 24/7. Но сообщайте мне, куда вы ходите, по крайней мере... Когда вы в отпуске или вне офиса.

— Посмотрим, зависит от ситуации.

— Но я должен отчитываться перед вами несмотря ни на что? Это нечестно.

— Если тебя это расстраивает, попробуй стать адвокатом-партнёром.

— Это не имеет отношения к должностям.

— Нет, для меня это дополнение к работе. У тебя есть обязанности, и в них входит выполнение моих приказов.

Честно говоря, Юншин ожидал, что Сехон скажет что-то подобное. С самого начала старший адвокат делал много вещей, которые не дозволял делать другим. Юншин решил соответствовать этим устоявшимся иерархическим отношениям и уже привык к ним. Поскольку Сехон сказал, что расскажет юноше в зависимости от ситуации — это не худший сценарий. Он покосился на Сехона, прежде чем пойти на компромисс.

— Ребёнок в порядке. Его мать ходила в ту же начальную школу, что и мой кузен. Немного поболтав о школе, в середине разговора, я затронул тему переговоров. Думаю, всё разрешится довольно гладко. Я предложу им самую высокую сумму компенсации, и мой клиент принесёт им искренние извинения.

Юншин даже не закончил говорить, но уже видел разочарование на лице Сехона. Он потёр виски, словно ему было больно. Юноша просто рассказал ему, как продвигается дело, поэтому понятия не имел, в чём дело.

— Что-то не так? — спросил Юншин.

— Почему ты вернулся к тому, с чего начал?

— Что вы имеете в виду?

— Сейчас ты даже не подозреваешь о проблеме. Я был к тебе слишком снисходителен? Я неоднократно объяснял тебе это на протяжении последних нескольких месяцев. Теперь ты часть Догук, поэтому тебе необходимо правильно определять стороны и своего клиента.

Сехон не злился на Юншина. Скорее, его чувства больше походили на безразличие. Однако его тон был слегка упрекающим.

Тщательно обдумав сказанное, юноша понял мысль Сехона. Он недавно учил и подготавливал Юншина как адвоката крупной фирмы и собирался задействовать его в корпоративно-консультационном проекте, в то время как юноша снова стал ориентироваться на жертву – должно быть, он почувствовал, что все его усилия были напрасными. Также легко было сообразить, что Сехон указал на главную проблему в общении младшего адвоката с клиентами.

В свою защиту у юноши было несколько оправданий. Поскольку это была просьба адвоката Сон, он хотел решить всё чисто, поэтому подумал о лучшем способе смягчить ситуацию. В то же время он хотел утешить потерпевшего. Однако в глазах Сехона результат не был на должном уровне, и Юншин это понимал.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 105 - Кашель

— Простите, но я старался изо всех сил... — начал Юншин, но его перебил Сехон.

— Конечно, для жертвы.

— Я также учитывал позицию клиента. Я ничего не могу сделать с тем, что вы мне не верите, но это правда.

Сехон вздохнул.

— Действительно ли я могу позволить тебе работать? Это небольшое дело, представляющее общественный интерес, а мои дела находятся на другом уровне.

— Я справлюсь. И докажу вам это.

Юншин видел, что Сехон хотел возразить, сказав, что вне зависимости от масштаба дела, базовая установка Юншина останется неизменной. Однако, вместо того, чтобы это произнести и усугубить эту неожиданно неловкую атмосферу до состояния тонкого льда, он сдержался. Старший адвокат не хотел таким образом тратить их время вместе. Это исключение заставило юношу по-настоящему осознать, что он и Кан Сехон встречаются.

Невзирая на мыслительный процесс Юншина, Сехон какое-то время смотрел на молодого человека, после чего спокойно продолжил:

— Сон-сонбэ не любит неловкость. Она притворяется добродушной, но в критические моменты она гораздо более бессердечная, чем я. Заканчивай с этим.

Юншин задумался над советом Сехона, но потом у него появилось ощущение, будто что-то не так.

— Так вы называете её сонбэ.

— Да, и что?

— Она с вами так близка, при этом вы сказали, что она из тех, кто может отвернуться от тебя в любой момент, и спросили, спал ли я с ней? С кем вы на самом деле хотите встречаться?

Юншин ожидал, что Сехон непринуждённо проигнорирует вопрос или расплывчато ответит, как делает обычно. Старший адвокат не приветствовал интерес со стороны других людей к себе в личностном плане. Однако сегодня всё было иначе.

Мужчина смотрел на себя в отражении, погружённый в раздумья. И, словно этого было недостаточно, он опёрся подбородком на руку. Казалось, что Сехону было нужно время, поэтому Юншин терпеливо ждал, попивая чересчур сладкий кофе.

«Мне нравится, когда поцелуи сладкие на вкус».

Когда он вспомнил эти неоднозначные слова, его сердце стало биться сильнее. Кофе был не самым приятным, но по какой-то причине, он чувствовал, что должен выпить его. В момент, когда его губы снова коснулись чашки, он робко её опустил.

Пока Юншин безо всякой надобности вытирал губы салфеткой, Сехон наконец сказал:

— Я не знаю, каково это – доверять кому-то.

В глазах Юншина Кан Сехон был ярким примером перфекциониста. Он доверял себе и обладал навыками, пропорциональными его уверенности. Быть настолько совершенным, чтобы никогда не доверять другому человеку – яд ли это для него или лекарство?

Юншин доверял множеству людей – отцу, сестре, друзьям, сверстникам и учителям. Не только им, получив лицензию адвоката, он поверил своим старшим в отрасли, которые приняли его с распростёртыми объятиями, и поверил клиентам, оказавшимся в трудной ситуации. Юноша выживал, доверяя и веря в людей вокруг. Он не мог представить себе, какого это — не доверять другим.

— Может, вы просто не поняли. Я испытал это на себе. Возможно, вы не осознавали, что доверяли кому-то. Люди говорят, что с любовью тоже самое. Иногда понимаешь это только после того, как она исчезает, — объяснил Юншин.

— Нет ничего, чего бы я не знал, — парировал Сехон.

— Может, всё же есть какие-то исключения?

— Нет.

Сехон уверенно кивнул самому себе и добавил тихим голосом:

— Был один раз, когда я подумал, что могу оставить свои дела в руках другого человека.

Ощущение, что можешь оставить что-то в чужих руках – Юншин чувствовал это по отношению к Сехону. Он чувствовал веру в старшего адвоката. Юншин мог предположить только одного человека, кто мог заставить Сехона ощущать подобное.

— Адвокат Сон?

— Твой отец, — сказал Сехон.

Слова, которые Юншин никак не ожидал услышать, заставили его сомкнуть губы.

Словно неожиданный порыв ветра, нахлынули воспоминания о том дне, когда он проводил своего отца.

Сехон выразил своё почтение в строгом чёрном костюме и направился в сторону выхода из служебного зала. Юншин рыдал так сильно, что не мог поприветствовать посетителей. Он плакал в конце коридора, когда импульсивно схватил Сехона.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 106 - Кашель

На протяжении всей церемонии на лицах всех, кто пришёл попрощаться с отцом, читалась скорбь. Только Сехон был исключением. Его бледное лицо было уравновешено, а его острый взгляд был спокоен. Возможно, Юншин подсознательно считал, что Сехон не поддастся эмоциональному разрушению вместе с ним, и попросил его остаться рядом.

Но, вероятно, его суждение в тот день было неверным.

— У меня действительно не было возможности, вот и всё. Не было никакого способа воплотить это в жизнь,— категорично сказал Сехон, но в этой фразе было больше чистоты и уверенности, чем когда он говорил у трибуны, откуда его голос разносился по залу, пока он отстаивал свои аргументы, привлекая всё внимания на себя. Из всех людей Сехон – человек, который никому не доверяет – сказал это, Юншин подумал о том, что его отец прожил действительно успешную жизнь.

— Мой отец жил хорошей жизнью.

Сехон согласно кивнул.

— Это был первый раз, когда я присутствовал на похоронах без особой причины. Похороны и свадьбы – я посещал подобные мероприятия из-за важности или необходимости во взаимоотношениях. В то время я был чертовски занят, поскольку был младшим сотрудником, но отменил важную встречу, чтобы присутствовать на похоронах твоего отца.

Несмотря на то, что Сехон говорил спокойно, Юншин чувствовал ком в горле, а его дыхание нервно дрожало. Он сжимал и разжимал влажные ладони и вспоминал отрывок из когда-то прочитанного романа.

«Наверное, оно само ко мне пристаёт — как кашель».

Возможно, Юншин был таким же. Так же, как и кашель, он хотел уловить всё, что связано с Сехоном. Юноша никогда не был очень наблюдательным человеком, который знал всё о мире или других людях. Однако он очень точно интуитивно улавливал одну вещь.

Жизнь Сехона до сих пор была очень тяжёлой, тёмной и изнурительной. Когда он был несовершеннолетним, нуждался в защите. Повзрослев, он стал адвокатом без сердца или слёз. Крутые ступени лестницы, по которой ему предстояло взбираться, заставили его отказаться от одного, чтобы получить другое, превратив его в извращённого взрослого, никому ранее не доверявшего. Это походило на детскую наивность, которую Юншин никак не мог себе представить.

Его сердце страдало, словно от заразной болезни. Сехон был волевым человеком для остальных, но лишь Юншин увидел его хрупким. Юноша продолжал замечать жалкие стороны Сехона, которые никто больше не знал. Он приметил это, когда тот сказал, что Юншин продолжает притягивать его взгляд. У юноши была привычка, которая имела как плюсы, так и минусы – он не мог оставить слабых и хрупких людей одних.

— Вы правильно сделали, что пришли. Там вы встретили меня, — сказал Юншин.

В глазах мужчины, в которых читались горькие и одинокие воспоминания, промелькнула вспышка романтизма. Она была очень слабой и мимолётной, но Юншин уловил её. Никто бы ему не поверил, но она несомненно была.

От такого головокружительно момента, Юншин хотел сказать, что хочет чего-то большего, но Сехон усмехнулся. Это была самая мягкая и нежная улыбка, которую юноша когда-либо видел на лице Сехона. Юншин не мог заставить себя просить о большем. Если бы он это сделал, Сехон, эмоционально защищающий себя, скрыл бы всю ту нежность, что демонстрировал сейчас.

Юншин быстро оглянулся за Сехона. Он не знал когда, но девушка, что сидела в другом конце кафе, ушла. В момент, когда он осознал это, юноша больше не чувствовал необходимости колебаться.

Юншин схватил крепкое запястье Сехона и встретился взглядом с ним, наблюдающим за его действиями.

В то же время, он зажмурил глаза и столкнул свои губы с чужими. Ощущение мягкой кожи другого перекрылось с его собственным прежде, чем они разделились. Когда Юншин снова открыл глаза, он должен был получить всю полноту настойчивого взгляда старшего, наблюдавшего за разворачивающимися событиями.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 107 - Теория Определения Дела

— Сладко? — спросил Юншин.

Мысли Сехона были буквально написаны на его лице.

— Откуда мне знать? Высунь язык. Скажу тебе после того, как попробую, — сказал он.

— Мы не можем позволить себе большее здесь и сейчас. Возможно, это выглядит старомодно. Знаю.

Брови Сехона слегка нахмурились, когда он отталкивал юношу.

— Уходим. У меня есть дела дома.

— Что? Вы не можете остаться здесь со мной подольше? Дома я буду совсем один.

— Было бы лучше устроить свидание дома, а? Самое время переписать сценарий.

— Мы встречаемся всего два дня. Думаю, пусть это лучше останется в вашем воображении, как раньше...

— Термин «старомодный» как нельзя кстати подходит для использования в данной ситуации.

Юншин замахал руками с покрасневшим лицом, говоря, что Сехон слишком торопится. Даже замотал головой в знак категоричного отказа. Вставший со своего места мужчина, смотря вниз, выглядел немного взбешённым.

— Я и в первый раз понял, так что нет нужды повторять дважды. Остановись, пока я не передумал и не завалил тебя.

Сехон быстро поставил кружки обратно на поднос и поднял смущённого Юншина со места. Юноша, которого вынудили встать, закусил губу, расстроенный тем, что старший в одностороннем порядке решил, что пора уходить. Однако он не мог ослушаться начальника и покорно последовал за ним.

Воздух снаружи был холодный, подтверждая смену сезона.

Они миновали аркаду на цокольном этаже и тихо пошли по похожему на лабиринт коридору, соединяющему квартиры. Они не обменялись ни единым словом даже пока шли по длинному коридору, ведущему в вестибюль гаража.

Они достигли поворота в коридоре, где не горел свет. Внезапно, Юншин оказался прижат к стене угла. Сехон поднял его подбородок и придавил его губы своими.

— Нг-х!.. — вскрикнул Юншин.

Тьма окутала обоих. После робкого столкновения, их губы разошлись. Языки сплелись друг с другом. Они сцепились, словно пара цветков чертополоха.

Стоило их тесному контакту разъединиться, прозрачная нить жидкости соединила их, прежде чем разорваться. Юншину всё это казалось непристойным.

Вздохнув, юноша притянул Сехона ближе к себе и прижался к нему. Лицо Юншина горело огнём. Возможно, Сехон почувствовал это – большие руки старшего адвоката несколько раз пробежались по волосам юноши, поглаживая шелковистые локоны. Юншин и раньше задумывался о том, что прикосновения Сехона были довольно ласковыми и нежными.

Они бы хотели остаться в объятиях друг друга подольше, но, к сожалению, услышали, как кто-то идёт по коридору.

Они плавно отстранились и, после того как посторонние прошли мимо, медленно продолжили идти к зданию.

Когда они достигли лобби, Юншин увидел стеклянную дверь, у которой он встретил Сехона несколько месяцев назад. Юноша не хотел просто так отпускать мужчину, поэтому схватил его за руку.

Сехон посмотрел в сторону.

— Хочешь, чтобы я проводил тебя до квартиры?

— Нет, я просто хотел сказать, что мне понравилось наше первое свидание. Мне по душе быть с вами, хоть мы и не делали ничего особенного. Было приятно просто поболтать. Хотя, когда вы меня отчитывали, было немного неприятно.

— Это хорошо.

— Считаете ли вы, что сегодняшний день был пустой тратой времени?

— Мне тоже было весело. Теперь, когда ты упомянул об этом, мне и в голову не приходило, что я зря трачу время. А должно было, зная меня. Это странно.

Сехон прищурился, пытаясь понять причину.

Улыбнувшись, Юншин подхватил направление мысли другого и добавил:

— Тогда этого достаточно. Я хочу, чтобы вы были счастливы. Также хочу быть счастлив и сам.

— …

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 108 - Теория Определения Дела

— Тогда увидимся завтра.

Юншин пожелал Сехону доброй ночи и, наконец, отпустил его руку.

Юноша прошёл через стеклянные двери корпуса «С» и быстро запрыгнул в лифт. Он энергично помахал Сехону, прежде чем полностью исчез за закрывающимися дверями.

Безучастно стоя на месте, Сехон посмотрел вниз на руку, которую мгновение назад держал Юншин.

И вновь юноша разрушил логическое устройство его жизни. Сехон думал, что свидания совершенно бесполезны и предназначены для дураков, которые постоянно тратят время впустую, но в этот раз он искренне хотел попробовать. Внутри Сехона будто щёлкнул переключатель сдержанности и терпения, и всё стало выходить из-под контроля.

Столь же стремительно, будто подхватив болезнь, Сехон погрузился в омут с головой прежде, чем это осознал.

Мужчина глубоко вздохнул. Было уже не так плохо, как раньше, но странная боль пульсировала в области виска.

Даже если он зажмуривался, остаточный образ Юншина представал перед взором.

Действие 13

На тенистой пустой стоянке в окружении тощих деревьев был припаркован чёрный седан. За рулём сидел Сехон. Он ослабил галстук, удерживающий воротник рубашки его чопорного костюма-тройки. Синеватый шёлковый галстук слегка растрепался под жилетом.

Пусть он и сказал Юншину, что не использует персонального водителя для перемещения между домом и работой, поскольку это было его личное время, нужна  была показная причина. Это свободное время он использует для встречи со своими частными детективами. Отчасти поэтому он никогда не ездил на ярком суперкаре, вместо своего чёрного седана. Ему необходимо было избегать чужих глаз и лишнего внимания..

Тук, тук.

Его длинные пальцы ритмично постукивали по рулю. Через несколько секунд, появился похожий чёрный седан. Автомобиль медленно остановился рядом с машиной старшего адвоката. Сехон опустил окно и посмотрел налево. Окно на пассажирском сидении опустилось, и с ним кто-то поздоровался, прежде чем передать ему плоский конверт.

— Доброе утро, сэр.

Сехон взял конверт и спросил:

— Как много в нём?

— Для начала, недавняя деятельность директора Ю Чонвона из Сухан и директора До Игён из галереи Сухан. Включены краткие отчёты о людях, с которыми они встречались в этот период. Я исключил записи, которые легко бы могли доставить мне серьёзные неприятности, если бы меня поймали, например финансовые дела компании. Если вам нужна более подробная информация... Честно говоря, система безопасности в финансовых компаниях довольно хитрая, — безучастно сказал детектив.

Сехон раздражённо ответил:

— Не пора ли сменить детективов?

Другой мужчина сразу замотал головой.

— Не то чтобы я не мог. Я просто говорю, что это будет непросто. Я могу разузнать, но, как вы знаете, плата за добычу информации о таких больших фирмах, как Сухан, высока. Я буду вынужден нанять квалифицированного и опытного хакера. Мне копать глубже?

— Сначала я просмотрю это, затем, если понадобится дополнительная информация, свяжусь с вами. В любом случае хорошая работа.

Сехон махнул рукой, и мужчина поклонился. Оба одновременно подняли стёкла. Автомобиль с информатором уехал первым. Оставшись один, Сехон достал карту памяти из конверта и стал просматривать содержимое, подключив её к запасному телефону, лежащему в бардачке.

Сехон не мог усидеть на месте. Его очень беспокоило то, что сказала Михи. Она отнеслась к шуму вокруг непростых отношений между вторым сыном корпорации Сухан и его женой, как к простому слуху, но Сехон так не думал. Поведение Юншина ставило под сомнение мнение, что это малозначимые сплетни.

Просмотрев всю информацию, Сехон понял, что обстоятельства, связанные с сестрой Юншина были действительно необычными.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 109 - Теория Определения Дела

Встречи секретаря, рекомендованного профессором До, когда она вышла замуж, вызывали подозрения. Он тайно встречался со всеми уважаемыми юристами, связанными с покойным профессором До. У чеболей имеются семейные юристы, поэтому нет ничего удивительного в том, что он встречался с юристом, но, принимая во внимание ситуацию, история может быть иной.

— У Сухан есть частный медицинский центр, но она тайно посещала другую больницу, и не один раз, а несколько.

Есть элитный медицинский центр для семьи и большая больница, которой управляла корпорация, но директор До Игён обращалась к врачу частной практики, которого знала ещё до замужества. С какой стороны ни смотри, это было странно.

Это был не единственный подозрительный момент. Она также стала реже посещать галерею – своё место работы – и больше времени проводила с детьми. Полгода назад она отправила своего младшего брата в Догук. Юншин сам сказал, что пришёл по желанию сестры, так что, вероятно, у неё была какая-то скрытая причина.

«Нежелательная беременность? Или следы насилия?» — думал Сехон, — «Или может что-то другое».

Затем, пока он просматривал медицинские записи, полученные незаконным путём, его глаза сузились.

Он серьёзно пролистал документы и его подозрения укрепились. В паре явно возникла проблема. Всё было даже хуже, чем предполагала Михи.

«Эта сторона явно изменяет».

Сехон глядел на фото, на которых директор Ю, зять Юншина, выходит из роскошной виллы с другой женщиной. Он наклонил голову в замешательстве.

«Уверен, что он предложил урегулировать вопрос о разводе, прежде чем началось физическое насилие».

Если предположить, что муж сначала попросил развод, тогда вся остальная часть следует естественным образом. Жена искала другого адвоката для своей защиты вместо того, чтобы обратиться к семейным юристам Сухан, и она получила несколько отчётов о своём физическом состоянии. В отличие от своего мужа, который пренебрегал семьёй, она стала больше времени проводить с детьми, чтобы укрепить своё положение перед органами опеки, и стала приводить свои дела в порядок.

Это был чёткий сигнал, что она готова встряхнуть игру, обратившись в суд.

Недавно Сухан начал процедуру наследования компании. Старший и второй сыновья на данный момент ведут борьбу за власть. Ударная волна от развода была бы колоссальной, даже если бы они решили это тихо, но если она полностью изменит ход игры подобным образом, ситуация будет не в пользу директора Ю.

Её муж не допустит такого. Он обязательно отомстит. В данном судебном процессе он будет подыскивать жертву, и кто-нибудь пострадает. И вероятнее всего, пострадает тот, кто начал сражение. Возможно, поэтому в последние дни Юншин выглядел мрачным.

Сопоставив кусочки пазла, Сехон смог быстро разглядеть общую картину. Сестра Юншина защитила юношу, отправив в Догук, прежде чем начала сражение со своим мужем, и она выбрала Сехона в качестве щита для Юншина.

— Одно неверное движение и Догук тоже может достаться, — пробормотал он себе под нос, после чего перелистнул на следующий скриншот.. Глаза Сехона сузились.

Перспектива компании, оказавшейся в гуще событий, из-за внутренних проблем пары миллиардеров, выглядела не слишком уж радужной.

Одним из основных источников дохода Догук были юридические дела Сухан. Сам Сехон брал на себя множество проектов от Сухан, но адвокат Сон и большое количество других сотрудников также имели длительные отношения с компанией. Выражаясь иначе, Догук не может позволить, чтобы Сухан повернулась к ним спиной. Разве не по этой причине в первую очередь Михи приняла Юншина?

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 110 - Клубок проблем

При худшем раскладе, если Догук встанет на сторону директора До, а не Сухан, их связи могут полностью разорваться. В индустрии, где доверие ставится превыше жизни человека, Сехон не мог игнорировать возможность, что давний клиент заподозрит вероятность предательства. После чего остальные клиенты начнут медленно сокращать их рабочее взаимодействие с компанией. Это была авантюра с шансом проигрыша в 200%.

«Какие новые земли ты хочешь открыть, Четырёхлетний опыт?»

«Земли, которые уберегут меня от опасностей».

Он вспомнил свой разговор с Юншином, и выражение его лица стало холоднее.

«Я думал, что тебя нашёл я, но это ты меня выбрал», — подумал он.

Сехон продолжал следить взглядом за До Юншином, поскольку предполагал, что он отличается от остального человечества. Мужчина не мог оторвать взор от ясных глаз того, кто жил честной жизнью, и это беспокоило его. Однако, даже если Юншин по сути своей был общительной личностью, в итоге он мог оказаться таким же, как и другие люди.

В конце концов, могло оказаться так, что молодой человек желал не Сехона, а крышу, чтобы защитить себя. Было бы разумно предположить, что Юншину понравился Сехон, потому что он выбрал старшего адвоката в качестве своей шахматной фигуры, а не из-за чистого влечения. Как-никак, Юншин относился с серьёзностью ко всему, что делал.

Ему казалось, что все его подозрения только что подтвердились, от чего он чувствовал себя неуютно.

Он ударил руками по рулю и тяжело вздохнул. Глядя на густую листву, окружающую его, взгляд Сехона стал мрачнее.

— Ты хочешь использовать меня, как и остальные?

Его пронзительные глаза блестели такой же остротой, как лезвие, готовое порезать любого, кто к нему прикоснётся.

* * *

Юншин закончил свои бесплатные юридические консультации и уже был на пути в главное здание, когда его карман громко завибрировал. Зайдя в лифт, он проверил свои сообщения. То было сообщение от клиента по делу pro bono. Мужчина хотел согласовать дату визита в больницу к ребёнку. Когда он отправил ответ, лифт поднял его на этаж с офисами.

Динь.

Когда двойные двери открылись, он взглянул на часы. Юноша помнил приказы Сехона, потому разделял и использовал своё время настолько эффективно, насколько мог, чтобы руководителю не приходилось его искать, когда юноша был занят делами, представляющими общественный интерес. К счастью, он вернулся, уложившись в допустимые сроки.

— У них всё ещё встреча по проекту?

Юншин зазглянул в окно конференц-зала, пока шёл по коридору. Глядя через стекло, можно было сказать, что встреча почти подходит к концу.

Однако Сехон, который сидел во главе стола и сурово смотрел в экран своего планшета, выглядел так, словно ему что-то не нравилось. Он был бесстрастен, как всегда, но Юншин изучал его каждый день, от чего он мог заметить разницу. Если бы это было связано с работой, которой он был занят, Сехон немедленно бы прервал встречу или, в крайнем случае, покинул комнату. Поскольку встреча продолжается, его недовольство, должно быть, связано с чем-то извне.

«Он выглядит не очень хорошо. Интересно, почему?», — подумал Юншин.

Юншин остановился и замер, не решаясь вернуться в свой кабинет. Он хотел продолжить подглядывать за Сехоном, но если он продолжит свой путь, взглянуть на мужчину не получится. Он смущённо огляделся по сторонам и заметил позади кухню для персонала.

Он вошёл в комнату и наспех поставил случайную кофейную капсулу в кофемашину. Подумав, что просто выпьет чёрный кофе, как обычно, младший адвокат обнаружил кубики сахара. Взяв один, молодой человек не хотел признавать, что это происходит из-за того, что кое-кто сказал о сладких поцелуях.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 111 - Клубок проблем

Юноша добавил сахар в свой стакан и стал помешивать, растворяя его и наблюдая за Сехоном издалека. Во всяком случае, он намеревался неторопливо оценивать выражение лица старшего адвоката, но по иронии судьбы встреча Сехона закончилась, и старший адвокат вышел из комнаты. Он с серьёзным лицом что-то обсуждал с другими юристами. Старшие адвокаты усердно отчитывались перед ним, занимая время.

Поскольку он был на голову выше их, Сехон оставался на виду. Как всегда выглядел превосходно в своём безупречном костюме. Это соответствовало его чопорному лицу и холодным глазам. Юншин был уверен, что от Сехона исходил бы приятный аромат, окажись он рядом с ним.

Он вёл обсуждение чрезвычайно хорошо, будто бы ничто не вызывало у него дискомфорт.

«Я ошибся? Казалось, он был в плохом настроении... Но сейчас выглядит в порядке».

Юншин не знал, то ли он просто надумал себе, то ли Сехон обладал высоким профессионализмом. Было бы замечательно, если первое было верным, и Сехона ничего не беспокоит.

Откровенно говоря, когда Юншин изначально прощупывал почву, он немного надеялсся, что Сехон поможет ему решить ситуацию его сестры, потому что сам всё ещё не мог найти варианты, с какой бы стороны не смотрел. Но после тщательного размышления, Юншин представил, какой именно будет реакция Сехона, если бы он попросил его об этом.

Юноша знал, что нравился Сехону, но, возможно, это было потому, что старший не знал о ситуации Юншина. Основываясь на наблюдениях до этого момента, старший адвокат не был тем, кто ставит эмоции превыше работы. Сехон мог вовсе оставить Юншина и не оглянуться. Юноша не хотел этого. Он хотел детально узнать, что старший адвокат представляет из себя как личность.

Поэтому ему было нужно скрыть те несчастья, что обрушились на его сестру.

«Если бы я был Кан Сехоном, как бы я решил ситуацию моей сестры? Останется ли в итоге всего один вариант — сделать всё публичным?»

СМИ — это палка о двух концах. Если использовать их правильно, это могло бы оказать большую помощь. Однако, нужно принимать во внимание, что большинство медиакомпаний имеют тесные отношения с богатыми людьми. Было бы хорошо раскрыть правду, но, скорее всего, они не позволят этому случиться.

Чтобы дать отпор, его сестре необходима крупная юридическая компания или очень влиятельный юрист, чтобы ловко использовать СМИ для ответных действий, но Юншин не смог бы справиться с такой задачей.

«Учитывая то, сколько работы им даёт Сухан, Догук не встанет на её сторону».

Не было ничего лучше, чем Сехон, чтобы унять его беспокойство.. Юншин продолжал смотреть за пределы комнаты. Затем, несмотря на расстояние, Сехон почувствовал взгляд и повернулся, чтобы посмотреть в сторону Юншина. Он что-то сказал коллегам, прежде чем подойти к кухонной зоне.

Удивлённый Юншин огляделся вокруг в поисках укромного уголка, где можно спрятаться. Но, конечно же, в комнате не было подобного места.

— Какого чёрта? Почему он идёт сюда?

Не зная, что делать, он возился со своей кружкой в руках. Дверь на кухню открылась.

Стоя в дверном проёме, Сехон поманил Юншина. Обеспокоенный тем, что старший адвокат поймал его на шпионаже, юноша указал на себя и спросил:

— Я-я?

— Здесь есть кто-то, помимо тебя? — спросил в ответ Сехон.

— Я здесь только, чтобы сделать себе кофе.

— Конечно, так и должно быть, учитывая предназначение этой комнаты. Я не говорил, что с этом что-то не так.

Сехон нахмурился и бросил на него вопросительный взгляд. Юншин закрыл рот и попытался неловко улыбнуться. Мужчина лишь отмахнулся от него, видимо, направляясь обратно в свой кабинет.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 112 - Клубок проблем

Юншин торопливо поправил пиджак и поспешил за Сехоном с кружкой в руках.

Конечным пунктом действительно был кабинет старшего адвоката. Секретарь открыл перед ним дверь.

Сехон вошёл первым, после него, поприветствовав секретаря, осторожно проследовал Юншин.

В тот момент, как дверь захлопнулась, Сехон её запер и закрыл жалюзи. Колеблющийся возле двери Юншин был ошарашен.

— Почему... вы заперли дверь?

— Почему ты пялился на меня? Я отвечу на твой вопрос, только после того, как ты ответишь на мой.

— Я же говорил, что пришёл сварить себе кофе.

— Тогда ты должен был уйти, после того как закончил. Почему ты так похотливо уставился на меня?

Юншин знал, что он был у Сехона как на ладони. Вместо того, чтобы лгать и доводить дальнейшую ситуацию до неловкости, он решил сказать старшему адвокату, что у него на уме.

—Мне показалось, что у Вас плохое настроение. Я беспокоился. Что-то случилось?

Лицо мужчины стало странным, будто он только что раскусил острую конфету с корицей. По реакции старшего адвоката было сложно понять, верно ли предположил юноша.

Сехон молча уставился на Юншина нечитаемым взглядом, после чего подошёл к нему. Старший адвокат подтолкнул юношу к столу и сковал его между своими руками. Он подался вперёд, перенеся вес на руки, и склонился к Юншину, от чего тот естественно отклонился назад. Он напряжённо сглотнул.

Такая атмосфера давала широкий простор для воображения, но, как тогда в машине, это могло быть просто его недопонимание, потому Юншин заволновался

— Если вам что-то нужно, вы можете попросить об этом секретаря Така...

— То, что мне нужно, уже здесь.

— Но мы в офисе.

— Ты не хочешь?

— Думаю, мой ответ будет зависеть от того, что вы хотите сделать.

— То, что я сделаю, даже если ты скажешь, что не хочешь.

Ответ Сехона был несколько запутанным. Но благодаря нарастающему возбуждению, Юншин смог уловить то, что он имел в виду. Юншин сделал несколько вдохов от нерешительности, чтобы успокоиться, а затем честно ответил:

— Разумеется.

Юншин сжал губы в линию, чтобы скрыть смущение, и посмотрел вверх на Сехона, который нависал над ним. Благодаря настойчивому взгляду Сехона и его стройному, но при этом крепкому телосложению, он выглядел достаточно устрашающе. Ресницы Юншина невольно затрепетали, и Сехон приблизил лицо ближе к нему.

Сехон поцеловал каждое веко, затем впился взглядом в лицо Юншина. Бледные щёки молодого человека налились румянцем.

— Но, как вы видите, у меня в руках кое-что горячее. Пожалуйста, позвольте мне сначала поставить это на стол, — вежливо попросил Юншин.

— Держи крепче, — ответил тот.

Несмотря на вежливую просьбу, не было похоже, что Сехон хотел к ней прислушаться. Более того, он окончательно зажал Юншина между руками, наклонившись сильнее, прижавшись всем телом к юноше.

До этого момента в непосредственной близости находились только верхние части туловища, но теперь их нижние половины соприкоснулись, окрашивая лицо Юншина красным. Их члены прижимались друг к другу, и разделяла их лишь ткань костюмов. Юноша мог ощущать член такой длины и обхвата, с которыми было бы нелегко справится.

Юншин ахнул, и его руки задрожали. Он чуть не выронил кружку, от чего усилил хватку. От этого другие мышцы в его теле также напряглись, включая те зоны, которые были в тесном контакте с Сехоном.

— Х-ах, п-подождите, — выдохнул Юншин.

Должно быть, Сехон решил действовать вопреки желаниям юноши, он проигнорировал задыхающиеся мольбы Юншина. Затем старший оторвал одну руку от стола и провёл ей по рубашке Юншина. Как и в прошлый раз, он зацепил узел пальцем и с проникновенным взглядом умело развязал галстук. В этих глазах также тлела страсть.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 113 - Справедливая рыночная стоимость

Полосатый галстук Юншина соскользнул. Сехон медленно расстёгивал пуговицы на рубашке, одну за другой, сверху вниз, по-прежнему прижимаясь к юноше ниже талии.

Напрямую их кожа не соприкасалась, но действия Сехона, раздевающего Юншина, и пикантный контакт между ними в области паха безумно возбуждали.

Оказаться в плену чьей-то сильной хватки непривычно и волнительно, от чего у Юншина чуть было не закружилась голова. Волна электричества пробежала по позвоночнику, заставляя приподняться все волосы на теле, особенно на спине.

— Ха-ах, старший адвокат, — простонал Юншин.

Его слабые руки тряслись, от чего кофе, налитый на три четверти кружки, расплёскивался. Сехон наклонился и поцеловал пальцы, сжимающие кружки, после чего вызывающе провёл пальцами по краю рубашки молодого адвоката. Её вырез, расстёгнутой наполовину, немного приоткрылся. Сехон проскользнул в него рукой и начал ласкать грудь Юншина. Юноша больше не мог этого вынести. Вздох сорвался с его губ.

— А-а-а-а!.. Ах!

Рука Юншина сильно тряслась от попыток удержать вес тела, но ему удалось ухватиться за талию Сехона. Он смял в руках мягкую ткань рубашки, а старший адвокат воспользовался действием юноши, чтобы завести руку глубже.

Пуговица на середине груди оторвалась. Пока внимание Юншина было приковано к потерянной пуговице, Сехон свободной рукой выхватил кружку и поставил её на стол. Другой рукой он задел торчащий сосок юноши.

— Нг-х, адвокат Кан... Ах, это странно. М-м-м.

Вздохи Юншина заполнили окружающее пространство. Воздух в комнате был плотным от напряжения.

Юншин уткнулся горящим лицом в плечо Сехону и зажмурился. Юноша чувствовал, как от возбуждения напряглись его мышцы. Мужчина осыпал волосы Юншина серией лёгких поцелуев, при этом нежно поглаживая сосок юноши пальцами.

Каждая клетка Юншина ликовала. Возбуждение достигло невероятного уровня – ему казалось, что тело вот-вот взорвётся, от чего он мог только извиваться. Его губы слегка приоткрылись, румяные щёки дрогнули и всё, что он мог, это тяжело дышать. Затем он почувствовал, как член Сехона напрягся, и прикусил губу.

Великий Кан Сехон.

Юншин думал, что только высшие эшелоны власти и почёт могут сделать его твёрдым.

Именно из-за этого, простое осязание напряжённых контуров Сехона возбудило юношу до такой степени, что он, вероятно, мог бы достичь высшей точки наслаждения.

— У-у вас ведь встал?

Выдавил Юншин, пытаясь сохранить ускользающую рассудительность. Сехон замер. В следующее мгновение, он схватил гладкий подбородок юноши и встретился с ним взглядом.

Вместо того, чтобы ответить на вопрос, он просто смотрел в глаза. Важная, но не высказанная истина, таилась глубоко в глазах Сехона. Он не планировал говорить Юншину, в чём она заключалась. Юншин в растерянности позвал старшего:

— Старший адвокат?

Сехон отпрянул от Юншина и сделал шаг назад. Юноша понятия не имел, что спровоцировало такое поведение, от чего мог только недоумевать.

— До Юншин.

Снова Сехон позвал его полным именем. Всякий раз, когда он это делал, казалась, что в голове у него крутятся непростые мысли.

Этот раз не исключение.

— Вы хотели что-то мне сказать? — неуверенно спросил Юншин.

— Что ты от меня хочешь? — спросил Сехон.

Юншин не мог предположить, почему старший адвокат спрашивает об этом.

— Я? Я просто...

Юноша хотел, чтобы Сехон оставался рядом с ним, когда ему будет тревожно. Было бы замечательно, если бы Сехон также смог помочь с проблемой сестры, но трезво оценивая ситуацию, Юншин знал, что всего лишь принимает желаемое за действительное.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 114 - Справедливая рыночная стоимость

«Другие люди дают ему работу, он её выполняет. Он никогда не говорил об этом, но думаю, что он чувствует себя использованным», — сказал однажды секретарь Так.

Воспоминания об этом разговоре всплыли в его голове. Вероятно, это был знак, что Юншин глубоко пожалеет, если когда-нибудь решит воспользоваться Кан Сехоном ради собственной выгоды.

Он не мог высказать всего, от чего юноша только намекнул:

— Если кое-что, что мне нужно.

— И что это? — резко спросил Сехон.

— Вы.

— Так я та земля, которая спасёт тебя, застрявшего в тупике?

Сехон нахмурил брови, словно это был тот самый ответ, который он ожидал от Юншина. Было бы это выдумкой Юншина: сказать, что старший адвокат выглядит немного в нём разочарованным? Какой-то алгоритм в голове Сехона дал сбой. Юншин просто-напросто был честен, поэтому он не мог найти причину несоответствия.

— На твоём месте я бы потребовал что-нибудь, видя, как другой отчаянно нуждается в тебе. Но прежде чем высказать мне что-то, хорошенько подумай о текущей плате. Подсказываю, сейчас не лучшее время.

Юншин посмотрел вниз на свою рубашку, три пуговицы расстёгнуты, одна оторвана, и глубоко задумался.

— Вы говорили, что не участвуете в платонических отношениях

— Получается, тогда я тоже старомоден. Кроме того, я дорогого стою.

— Я прекрасно это знаю

— И ты, вероятно, тоже не из дешёвых.

— Что вы пытаетесь сказать?

Всё, что Сехон сказал, после того как переступил порог, походило на головоломку. Спросил, что Юншин от него хочет, а сейчас говорит справедливой цене их тел.

Юноша чувствовал, что упускает какой-то подтекст в словах старшего адвоката. Одна вещь, которую он понял наверняка, заключалась в том, что Сехон предостерегал Юншина, блуждающего без цели. Должно быть, Юншин был козырем против Сехона, но сейчас было неподходящее время им воспользоваться.

Юншин вообще не мог ухватить нить замыслов Сехона. Он просто моргал от удивления. В этот момент Сехон поцеловал юношу в ямку под мочкой уха. После чего бросил на Юншина равнодушный взгляд, словно он никогда не делал с ним ничего провокационного. Более того, он занял место кружки в руках Юншина, которую сам же и похитил.

Юншин наблюдал за Сехоном, затем прервал его своими словами:

— Я думал, мы обменивались чувствами. Или нет? Я не понимаю, почему вы вдруг заговорили о цене.

Сехон, который уже успел отойти, холодно взглянул на сотрудника.

— У меня нет времени на сентиментальные дивертисменты.*

Юншин нахмурился.

— Но есть время на побаловаться физически? У вас что-то не так с глазами?

Когда Юншин указал на свою взъерошенную одежду, Сехон нахмурился от неудобства. Он вернулся к юноше и застегнул рубашку. Его аккуратные пальцы вернули Юншину первоначальный вид, но исправить его оторванную пуговицу не удалось. Недовольный Сехон молча уставился на зазор в рубашке.

От его взгляда у юноши похолодела кровь.

В голове он понимал, что старшему адвокату выпала плохая рука, поэтому он блефовал. В глубине души Юноша переживал, что Сехон ускользнёт из его рук.

— Как вам удаётся заставлять людей так волноваться за вас? Если собираетесь нянчиться со мной и воспитывать, то можете ещё и научить, как это делать.

Сехон довольно охотно ответил:

— Это потому, что мне от тебя ничего не нужно. Я не полагаюсь на тебя в эмоциональном плане, и по работе ты мне особо не нужен. Мои чувства обычны. Я просто хочу тебя. Хочу быть с тобой, целовать тебя и заниматься с тобой сексом. Ты и так это знаешь, нет смысла отрицать.

Сехон подразумевал, что, в отличие от него, Юншин ожидал чего-то большего. Первым отступит тот, кому есть что терять.

*Дивертисмент — ряд концертных номеров, составляющих особую (увеселительную) программу, даваемую в дополнение к какому-либо основному спектаклю, концерту.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 115 - Справедливая рыночная стоимость

Сехон пересёкся взглядом с Юншином, словно подтверждая это предположение, и добавил:

— К сожалению, я отличаюсь от тех людей, с которыми тебе доводилось сталкиваться. Я уже привык к тому, что люди пользуются мной. Тем не менее я отказываюсь делать что-то себе в убыток. Если тебе что-то нужно, не жди по наивности, пока я что-то скажу – начни первым. И, естественно, ты должен что-то предложить взамен. После этого я решу соглашаться или нет.

— Подождите минутку. Я никогда не говорил, что хочу вас использовать. Что плохого в том, что я просто хочу, чтобы вы оставались рядом, когда мне одиноко? Нет, если вы не собирались делать даже это, то почему встречаетесь со мной? По крайней мере, я!..

Сехон не позволил Юншину закончить своё возражение и прервал его:

— Я ещё не говорил, что ты мне нравишься. Ты ведь тоже?

Юншин был в ярости.

— Порой я не могу понять, о чём вы думаете. Вы уверены, что я могу стать вашей слабостью?

— У меня их нет.

— Вы не можете быть уверены, что у вас не будет её в будущем.

— Не будет ни одной.

— Вы не всегда побеждаете. Разве вы иногда не проигрываете в суде?

Сехон поморщился и сердито посмотрел на Юншина. Юноша не знал, было ли это из-за того что ему было некомфортно от высказанного факта, что он иногда проигрывает, или потому что тем, кто это сказал, был Юншин. Однако, несмотря на негодование, он не счёл необходимым это опровергать.

— Да, пусть и крайне редко.

Юншин собирался возразить, когда телефон Сехона завибрировал. Старший адвокат взглянул на экран, затем оттолкнул лоб Юншина ладонью.

— Это важный звонок. Ты мешаешь. Уходи.

Затем он повернулся к Юншину спиной и ответил на звонок.

— Да, говорит Кан Сехон.

Юншин даже не мог схватить его за руку, поскольку тот холодно подошёл к окну, вглядываясь в здания снаружи. Он обиженно посмотрел на стройную спину Сехона и почувствовал ком в горле, когда Сехон отмахнулся от юноши, даже на него не взглянув. В конце концов, он просто поднял укатившуюся оторванную пуговицу с пола и быстро вышел из кабинета.

Дверь со щелчком закрылась.

Боясь привлечь внимание секретарей, он быстро сбежал в свой кабинет, как солдат поверженной армии, и вздохнул. Затем он поставил кружку, которую вернул ему Сехон, и плюхнулся на диван. Сосуды в его теле пульсировали, словно только что освободились из-под сильного давления. Он бездумно перебирал пальцы.

— Я думал, между нами была хорошая атмосфера последние несколько дней. Почему он вдруг так поступает? Понятия не имею, что творится с этим человеком, — пробормотал Юншин.

Юноша был свидетелем множества жутких ситуаций. Они никогда не имели к нему никакого отношения, но пальцев не хватит, чтобы сосчитать количество случаев, когда он защищал их, словно это было его личное дело. Жизнь всегда была непрерывной чередой стычек. Он думал, что до этого момента сражался и жил достаточно хорошо, но в глазах Сехона, который столкнулся за жизнь с ещё большим количеством трудностей, Юншин, скорее всего, выглядел неопытным и наивным ребёнком.

Сехон всегда игрался с Юншином.

— Это садизм, ну серьёзно, — проворчал юноша.

Его одолевали смешанные чувства, когда он размышлял над загадочными словами Сехона.

Даже если у старшего адвоката никогда не было раньше подобных отношений, как у них, и он чувствовал себя неловко, для Юншина то, что Сехон демонстрирует свои когти, выглядело перебором. Казалось, будто они оба одинаково хотели друг друга, но Юншин не мог понять, почему Сехон снова внезапно принял оборонительную позицию. Старший адвокат уже предупредил, что он может навредить юноше, так что Юншин смог подавить желание ещё больше расспросить его. Однако боль в сердце никуда не делась.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 116 - Превосходство

Почему Сехон считал, что сможет причинить боль Юншину ещё до того, как они начали встречаться?

Юноша больше не мог отрицать, что равнодушие задевало. И стоило это принять. В тот же самый момент он осознал, что чувства к Сехону уже пустили в нём корни.

Все мысли занимал один лишь Сехон, что будоражило, но в то же время Юншин мог на него положиться. Он думал, что мог бы встречаться с мужчиной, даря ему светлые чувства, ведь они были признаком симпатии.

Но, если взглянуть несколько более рационально, его чувства не могли быть настолько простыми. Никогда раньше он не рассматривал мужчину в романтическом плане. Однако прикасаться к Сехону было не отвратительно, а, наоборот, волнующе. Само существование старшего адвоката заставляло сердце Юншина наполняться радостью. Буквально только что, когда они были в офисе, юноша был готов позволить ему дойти до конца.

Все это однозначно свидетельствовало об истинности чувств, но он закрывал на это глаза, потому что ещё не привык.

И, стоило это осознать, резкость Сехона снова пронзила его насквозь.

— Встречаться с извращенцем — было сложным делом с самого начала, — подумал Юншин.

От разочарования он глубоко вздохнул, продолжая возиться с пуговицей на рукаве.

Тук-тук

После вежливого стука дверь отворилась, а Юншин, сидевший за столом, поднял взгляд. Секретарь Так помахал Юншину какими-то документами.

— Адвокат До, вы заняты?

— Ох, нет, заходите, секретарь Так, — ответил Юншин.

Секретарь Так подошёл к столу и вручил ему папку. Однако стоило открыть её, как мужчина сурово посмотрел на Юншина и прикрыл рукой первую страницу.

— Постойте. До того, как вы начнете читать, мне нужно кое-что уточнить. Вы знаете, почему старший адвокат Кан так раздражён в последнее время? — спросил секретарь Так.

Юншин слушал внимательно, собираясь ответить, но вопрос сбил его с толку. Он не мог найти ответа.

— Старший адвокат несколько раздражителен в последнее время, не так ли? Я думаю, это из-за того дела, что было несколько дней назад. Вы не знаете, что произошло?

— Не знаю, потому и спрашиваю. Он снова говорит о лекарствах.

Естественно, Юншин вспомнил, как в прошлый раз в его офисе Сехун отчуждённо произнёс: «Я уже привык, что другие используют меня».

Юншин подумал, что, возможно, он чем-то его разозлил, но не понимал, что именно пошло не так. Несмотря на то, что все последние дни только и думал об этом, он так и не смог найти причину. Также он не помнил, чтобы совершал какие-то ошибки или напутал что-то в речи. Это ставило юношу в тупик, затягивая в пучину мыслей. Секретарь Так заметил, как Юншин переменился в лице, и нарушил ход его размышлений своим вопросом, попытавшись сменить тему.

— Вы ведь отвели меня в сторону после встречи по поводу приобретения Юнджин Констракшн, потому что хотели что-то спросить? Вы хотели поговорить в другой день.

Юншин наконец вспомнил, почему к нему пришёл секретарь Так.

— О, точно, встреча. Там было неподходящее место для разговора, настоящая зона боевых действий.

— И правда, вокруг были лучшие юристы фирмы, — согласился секретарь Так.

— Можете дать мне совет?

— Вы хотите привлечь внимание адвоката Кана? — Предположил секретарь.

Судя по тому, что говорил Сехон, всё было решено ещё давно.

— Скорее, хочу быть действительно полезен ему, - сказал Юншин.

— Каждый из них ас в своём деле. Так что если хотите поразить всех, то нужно заполучить информацию, раскрытие которой приведёт к катастрофе, но и утаить которую при этом очень сложно. Понимаете, о чём я?

Дойти до такой идеи Юншин мог и сам, однако проведение переговоров не было его сильной стороной. Информационная сеть опирается на деньги и ресурсы. Чтобы устранять людей при необходимости, нужны смелость, решительность и готовность идти на риск. Даже более того, нужно иметь довольно гибкую мораль, чтобы закрывать глаза на сомнительные ситуации.

Перевод: Шушпаня

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 117 - Превосходство

Возможно, недостаток уверенности отразился на его лице.

Секретарь Так продолжил спокойным тоном:

— Если вы не можете это сделать, то… Время от времени он будет задавать вопросы. Отвечая, держитесь твёрдо. Старайтесь действовать до того, как вам скажут это сделать и убедитесь, что ключевые моменты в отчёте вы сформулировали кратко, и они легки для прочтения. Адвокат Кан считает, что ваши исследования и письменные заключения написаны ясным языком.

— Какое облегчение слышать это.

— Даже если вы среди старших адвокатов, не стесняйтесь высказывать свои опасения или спорить. Адвокат Кан не любит, когда люди ошибаются, но куда больше он не любит, когда люди мнутся, пытаясь всем угодить. Я видел по крайней мере пятерых сотрудников, которых выгнали из комнаты переговоров за это.

— Думаю, что такая безжалостность действительно характерна для адвоката Кана.

Секретарь Так расхохотался, что было возможным согласием. Затем спросил:

— Есть ли у вас другая сфера деятельности, помимо трудового права, которая потенциально могла бы быть полезной для дел о слиянии и поглощении?

— Экология, но самую малость. И также я занимался некоторыми вопросами неправительственных организаций. Особенно хороши мои знания в части охраны почвы и окружающей среды, контроле за отходами и контроле безопасности веществ, представляющих особую опасность. Видел, что у «Юнджин» постоянно были судебные процессы по данным направлениям.

— Хорошо. Знать экологическое право полезно, если речь идет о вопросах строительства и обрабатывающей промышленности.

Тогда Юншин спросил:

— В спецподразделении был юрист по вопросам окружающей среды, он старше на вид. Не страшно, если я вмешаюсь?

— Вы меня слушали? Просто спросите сначала, а уже после переживайте. О, и вы случайно не знакомы с инспекторами?

— Инспекторы? Думал, что у фирмы была команда исполнительного производства. Разве мы не собирались работать с ними?

— Так вышло, что Адвокат Кан вовсе не доверяет им. Чем больше компания нарушает какую-либо конституциональную норму, тем большую сумму можно выбить из неё. Если у вас есть такие знакомства, вам следует предложить адвокату Кану поставить главным вас.

Это было хорошей идеей, но весь вопрос в том, сможет ли он предоставить удовлетворительный результат Сехону.

— Интересно, сколько раз мне нужно быть выпоротым, чтобы насытить его. В просмотренных новостях я видел, что адвокат Кан был специалистом в этой сфере, когда произошло приобретение, — размышлял Юншин.

— У адвоката Кана нет специализации. Он хорош во всём. Что касается последнего дела, вы очень удивились бы, услышав, сколько нулей добавилось в последнюю цену покупки. Если сравнить с той, которая была при первоначальном появлении новостей о приобретении, то прирост составил как минимум сорок процентов, — заявил секретарь Так.

Раздраженный Юншин спросил:

— Какой был денежный оборот у компании?

— Два года подряд она была убыточной.

— Это вообще возможно?

— Не много новостей из сферы бизнесы вы читаете, не так ли? Ничего, скоро привыкнете.

Юншин медленно кивнул и сделал себе пометку, что судить Сехона по обычным меркам он не может. Затем попытался найти компании, которые бы могли проводить экологические исследования. Большинство из них он узнал из-за связей отца, когда тот ещё был жив, поэтому был уверен, что они компетентны и обеспечивали надлежающую степень конфиденциальности. Найдя контакты в телефоне, он выписал их для секретаря Така.

— Директор одной из фирм был другом отца, могу для начала связаться с ним. Если адвокат Кан позволит, после вы бы могли выйти на их руководство, — сказал он, отправляя информацию.

— Конечно, не волнуйтесь. Вы же знаете, что я хорошо делаю свою работу, правда? - пошутил секретарь Так.

Юншин сдавленно фыркнул:

— Премного благодарен. Как я могу отблагодарить за услугу?

— Я уже сказал. Пожалуйста, проработайте в нашей фирме как можно дольше, — секретарь Так улыбнулся и вышел из кабинет Юншина. Их взгляды пересеклись сквозь стеклянную перегородку. Юншин помахал секретарю, после чего разложил на столе бумаги, оставленные Таком. Проверив, который сейчас час, он взял бюллетень, полученный всеми юристами специальной группы.

Перевод: Шушпаня

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 118 - Превосходство

По всей видимости, в голове у Сехона сложилась общая схема приобретения. Прежде чем углубиться в исследование этого вопроса, он провел предварительные встречи, чтобы определиться с тем, как провести наиболее эффективные переговоры и разобраться с нерешёнными юридическими вопросами.

— Юнджин Констракшн... Юнджин Констракшн. Я думаю, что тут ничего относящегося к ним, но почему же звучит так знакомо? — пробормотал Юншин.

Юншин просмотрел все документы, а после стал искать генерального директора строительной компании в интернете. Вглядываясь в лицо на фото и размышляя над названием, он наконец осознал, почему же оно так знакомо звучит.

Он слышал о семье этого человека, когда встречался с сестрой. Они обсуждали отвлечённые вопросы, такие как вечна ли любовь, говорили о внебрачных связях. Просто очередной повседневный разговор, так что воспоминание было смутным.

«Нужно заполучить информацию, раскрытие которой привело бы к катастрофе, но и утаить которую было бы сложно», — внезапно вспомнив сказанное секретарём Таком, он в спешке набрал сестре. Та, к сожалению, не ответила, обычное дело. Сдержав горький вздох, он позвонил её личному секретарю, к счастью, сразу же принявшему входящий.

— Адвокат До? Что случилось? Я и так собирался позвонить вам, думал, что мы могли бы встретиться в новом году, — сказал секретарь сестры.

— Моя сестра может встретиться со мной в ближайшее время?

— Да, назовите мне подходящую вам дату, я забронирую место.

— После проверки своего календаря дам вам знать. Игён снова не берёт трубку. Всё в порядке? — Юншин беспокоился, что её положение снова стало хуже из-за насилия, проявляемого зятем.

Его собеседник, должно быть, почувствовал в голосе напряжение и тихо ответил:

— Вы, должно быть, волновались. Сейчас она с подругой, поэтому недоступна. Они в соседней комнате, мне сообщить о звонке?

— Хорошо, если это так. Я просто хотел спросить кое-о-чём. Смутно помню, как мы с сестрой говорили об этом. Чо Воник, третий сын Юнджин Груп, они же знакомы?

— Председатель правления Чо Воник? Да, но директор До, скорее, знакома с его женой. На самом деле, это и есть та подруга, о встрече с которой я упомянул. Но как вы узнали об этой связи?

— Похоже, я прав лишь наполовину. Не знал, что она там. Я бы хотел кое в чём убедиться, не могли бы вы помочь мне с этим? Неофициально, конечно. Это связано с моей работой. Может быть, вам будет непросто говорить о таком, но мне действительно нужна эта информация.

— Хм-м, тут не самое лучшее место для разговора. Я свяжусь с вами, когда вернусь обратно в офис. Вас это устроит?

— Да. Буду ждать, — ответил Юншин.

Юншин был взволнован мыслями о том, что может помочь Сехону. Лично у него не было никакой информации, зато был ресурс, дававший преимущество по сравнению с другими адвокатами — его сестра.

Закончив звонок, Юншин выглянул в коридор. Его взгляд промелькнул мимо занятых секретарей и впился в кабинет Сехона. После чего Юншин резко опустил жалюзи. Как только его комнату отрезало от коридора, стало намного спокойнее, чем раньше.

В этот момент телефон завибрировал. Юншин поднял трубку:

— Да, говорите.

Юншин внимательно выслушал звонившего по телефону секретаря, и в его глазах загорелись искорки.

Юншин случайно заметил, как старший адвокат выходит из кабинета Сехона. За мгновение до того, как за ним закрылась дверь, Юншин наклонился вперед, будто принимая эстафету от старшего адвоката. Почтительно поклонившись выходящему, он вошёл в кабинет Сехона. Тот скорчил гримасу, выглядя несколько удивлённым появлением нового незваного гостя в своём офисе, и склонил голову набок.

Перевод: Шушпаня

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 119 - Скандал

— Не помню, чтобы вызывал тебя, Четырёхлетний опыт, — начал Сехон.

— У вас есть время? — спросил Юншин.

Сехон посмотрел на часы, затем подозвал юношу. Аккуратно сжав в руках телефон и стопку бумаг, Юншин закрыл дверь и подошёл к столу старшего адвоката.

— Ты внимательно ознакомился с документами? Я полагал, что у тебя не должно быть времени на болтовню в моём кабинете. У нас встреча через час.

— Я закончил первичный проход* по документам. Я хотел сказать вам ещё кое-что.

Сехон скрестил ноги и решительно уставился на младшего адвоката, призывая его сказать то, что ему было нужно. Если кто-то и мог заставить нервничать одним лишь взглядом, то это был Сехон. Юноша почувствовал, как его ладони становятся влажными. Старший адвокат щёлкнул пальцами, словно освобождая Юншина от чар.

Наконец Юншин сказал:

— Юнджин Констракшн. Их коэффициент финансовой зависимости* практически такой же, как и в прошлом году.

— Даже если пропорционально они одинаковы, это по большей части безнадёжный долг,* — ответил Сехон.

— Верно. Они говорят, что достигли потолка в плане роста, но их производительность не равна нулю. Меня беспокоило, что они пытаются продать такую большую компанию в такое время. Поэтому я изучил этот вопрос прицельно и обнаружил, что после реструктуризации внук директора-основателя, мистер Чо Воник, оказал значительное влияние на деятельность компании. Скорее всего, вы уже в курсе.

Сехон отреагировал невозмутимо:

— Знаю. И что?

— Не так давно у мистера Чо закрутился новый роман с актёром.

Юншин активировал экран своего телефона, который держал в руке, чтобы показать Сехону фотографию. Стерший адвокат взглянул на актёра на экране, затем вновь посмотрел на юношу. Он ждал продолжения от Юншина, что привело молодого адвоката в замешательство.

— Вы не удивлены.

— А должен был? — спросил Сехон.

— У него роман с мужчиной.

— О, так ты думал, что меня должен был удивить факт измены с мужчиной, а не то, что он прелюбодействует.

Сехон смерил его непроницаемым взглядом.

Юншин подавил своё недовольство и попытался сохранить спокойствие.

— С того момента этого актёра довольно активно спонсируют. Порядка 25 миллионов долларов из скрытых источников было инвестировано в ряд кинокомпаний, и это ещё не всё. Почти никто не знает об их отношениях. Президент Чо, кажется, считает, что даже жена об этом не в курсе.

— Логично. Эти двое старые друзья. Обычно люди не ожидают, что двое женатых мужчин будут изменять друг с другом.

— Именно. Но как только динамика их отношений изменилась, он выставил свою компанию на продажу и начал больше тратить на своего любовника...

— Ты считаешь это подозрительным.

— Да. Вы можете видеть намерение президента Чо добиться ликвидных* средств для инвестирования в другой бизнес, — заключил Юншин.

Сехон хмыкнул и замолчал. Он не выглядел застигнутым врасплох новой информацией. Должно быть, зная что-то об этом. Старший адвокат обдумывал свою речь, прикидывая, как много от своей теории он может рассказать Юншину, после чего сказал:

— Думаю, он инвестирует в индустрию развлечений. Не знаю, какие слухи до него дошли, но, должно быть, он верит, что это будет выгодно. Это должно иметь какое-то отношение к его романтическим свиданиям. После твоих слов мои смутные предположения стали яснее.

— Строительство сейчас находится в некотором упадке, но разве в долгосрочной перспективе оно не более выгодно? Сфера развлечений слишком рискованная.

— Дураки не думают о будущем. Они прислушиваются к приятным глупостям, которые им шепчут другие. Я думаю, здесь где-то замешан посредник. Но как тебе удалось узнать, что у президента Чо был любовник мужского пола? Ты раскопал то, что не смог я.

*Первый проход - элемент трëхэтапного подхода к оценке литературы, предложенный Nicole S. Keshav. Первый проход - беглый просмотр документа, чтобы понять в общих чертах, о чëм материал. Второй проход - более глубокое погружение в суть текста. Третий проход - критическая оценка изложенных фактов.

*Коэффициент финансовой зависимости – это коэффициент характеризующий отношение заемного капитала организации ко всему капиталу (активам) компании.(Debt Ratio = Total Equity / Total Assets) Нормальное значение - не более 0,6-0,7.

*Безнадëжные долги – это задолженность предприятий, изыскать которую не представляется возможным (истечение срока исковой давности, признание судом неплатежеспособности дебитора и т. д.).

*Ликвидность – это характеристика экономического объекта или процесса, описывающая возможность быстро и беспрепятственно осуществить те или иные экономические операции с ним.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 120 - Скандал

Юншин застенчиво, но честно ответил:

— Эм, думаю, если говорить на игровом сленге, я считерил?

— Твоя сестра?

— Она дружит с женой президента Чо. Судя по всему, они довольно близки.

Благодаря этим двум фактам Сехон увидел связь и кивнул. Затем он встал со своего кресла, в котором удобно сидел. Он подозвал Юншина подойти ближе, после чего сказал:

— Что ж, Четырёхлетний опыт. Теперь информация в наших руках. Однополая связь станет критическим ударом для компании Юнджин, но не окажет существенного влияния на процесс слияния и поглощения. Пока они оба в каком-то плане не достигнут дна, мы не сможем этого обнародовать. Но информация слишком хороша, чтобы ей не воспользоваться. Как, по твоему мнению, можно наиболее эффективно её использовать, чтобы снизить их цену? Как бы это сделал ты? Попробуй разработать хороший проект.

Вероятно, Сехон уже придумал ответ. Он лишь пытался понять, совпадает ли решение, которое придумал он, с версией Юншина. Юноша не планировал наступать на те же грабли, что и при первой проверке от старшего адвоката. Прежде чем прийти в кабинет Сехона, он обдумал стратегию, как Догук может победить. Также он подумал и о том, как в этой ситуации поступил бы старший адвокат. Ответ пришёл к нему довольно быстро.

— Мы не сбиваем цену.

— Не станешь? Не хочешь денег подзаработать? — возразил Сехон.

— То есть только в начале.

Сехон прищурил глаза от неожиданного ответа Юншина. Юноша не знал, было ли это из-за содержания его ответа или потому что он не сомневался. Причиной могло послужить и что-то другое, о чём Юншин не подумал сразу.

— Расскажи подробнее, — настоял Сехон

— Компания Юнджин не магазинчик на углу. Это хорошо зарекомендовавшая себя организация. Если юридическая фирма потрясёт их, инициировав скандал, это возымеет эффект на стоимость их акций на мгновение, но они быстро перейдут к обороне, особенно во время подготовки к продаже. Эта информация станет совершенно бесполезной, если воспользоваться ей подобным образом.

Сехон смотрел на Юншина с одобрением в глазах. Юноша знал, что это намёк, чтобы тот продолжил, поэтому сказал:

— Я думал, за столом мы можем предложить высокую цену. Когда Юнджин напишет нам свою цену, мы скажем им, что сделаем ставку на них с надбавкой. Однако мы можем договориться о выгодных для нас условий.

— Получается, ты хочешь снизить их балансовую стоимость* и сбить цену торгов.

Стоимость строительной компании колеблется в зависимости от государственной политики и регламента. Проще говоря, если кто-то со стороны решится встряхнуть компанию, он легко мог бы добиться желаемого результата. Когда условия покупки будут близки к финальной точке, они могли бы позаимствовать силу Тэсан и умело ей воспользоваться. Так что у Юнджин не будет другого выбора, кроме как пойти на компромисс. Ну а дальше у Сехона, вероятно, будет достаточно методов, чтобы отпугнуть других участников торгов.

Принимая во внимание уникальность ситуации, дабы обобщить это новое предложение, Юншин подражал Сехону, но тот особо не отреагировал. Он лишь потёр лицо одной рукой.

Сехон медленно опустил руку. Когда он снова взглянул на Юншина, от его взгляда веяло холодом. Юншин уже было подумал, что это его обычное непроницаемое выражение лица, но заметил, что оно немного отличалось. Сехон сказал приглушённым голосом:

— Ты выглядишь очень взволнованным, говоря о том, что хочешь кого-то ударить ножом в спину.

— Это просто одна из множества возможных схем. Я не чувствую себя хорошо или плохо от этого, — ответил Юншин.

— Хорошо, я понял. Подумаю, насколько это может оказаться полезным.

— Мой ответ достиг проходного балла?

— Всё просто. Существует предел для хорошего человека, пытающегося сделать что-то плохое. Это провал.

Холод в глазах Сехона пропал. Теперь они были бесцветными и совершенно нейтральными.

* Балансовая стоимость - это суммарные активы компании за вычетом нематериальных активов и обязательств, как они показаны на балансе компании.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 121 - Скандал

Всё же Юншин чувствовал, что эти холодные глаза кололи его сильнее необходимого, но не понимал причину. Он ощущал потребность вырваться из этой неловкой атмосферы. Юноша протянул Сехону документы, которые держал в руках, и указал на первую страницу.

— Вот.

Сехон взял бумаги и внимательно прочёл страницу.

— Что ты на это скажешь?

— Этот иск, поданный против Юнджин Констракшн, находится на рассмотрении. Здесь поднимается вопрос об экологической ситуации, противоречащей закону об охране почв и окружающей среды. Я бы хотел присоединиться и попробовать свои силы в этом деле. Я знаю законы об охране окружающей среды на достаточном уровне, чтобы справиться с этим, — объяснил Юншин.

— Возмещение убытков по этому иску может лечь на плечи компании-покупателя, а может и нет. Нам придётся бороться в суде. Раз так, я думал рассматривать это как обязательство Юнджин Констракшн.

— Оно небольшое, но я думаю, стоит привлечь к этому СМИ. Если мы скажем, что Юнджин загрязняла окружающую среду, люди не заинтересуются. Но если скажем им, что загрязняющее вещество попало в почву и нанесло ущерб общественному здоровью, всё будет иначе.

Раскручивание правды и закидывание её как косточки для СМИ было методом, которым иногда пользовался Сехон. Юншин считал поднятие шумихи в медиа специализацией старшего адвоката. Насколько юноше было известно, Сехон приложил много усилий, часто встречаясь со старшими менеджерами новостных компаний. Если он замечал какие-либо бреши в защите противоположной стороны во время медиавойны, он тайно вмешивался, выхватывая свою победу.

Юнджин видел, как Сехон использует это всякий раз, когда берётся за достаточно крупное дело, чтобы осветить его в новостях. Он был своего рода эталоном.

Однако, похоже, это предложение не то чтобы понравилось Сехону. Юншин сжал губы, начиная думать, что дал неверный ответ. Затем Сехон глубоко вздохнул и включил телефон внутренней связи. Его голос раздался эхом в замершем пространстве.

— Секретарь Так, свяжитесь с Тэсан и попросите их прислать кого-нибудь к шести вечера.

Отдав простое распоряжение, он элегантно положил трубку и уставился на Юншина.

— Общественное мнение не формируется за одну ночь. Ты должен будешь создать его. Хочешь попробовать написать статью об экологии?

— А я могу?

— Я посмотрю на неё и решу, включать ли тебя в дело.

— Спасибо.

Юншин поклонился и уже собирался уходить, когда Сехон махнул пальцами, говоря ему остаться.

— Позволь спросить одну вещь. Если этот скандал разгорится, разрушится не только семья подруги твоей сестры, – все вовлечённые лица будут уничтожены. Они будут выставлены как туши в мясной лавке. Разве ты не чувствуешь вину, сообщая всё это мне? — спросил Сехон.

— Я знаю, что вы не станете использовать эту информацию подобным образом. Она более ценна, пока держится в тайне, — ответил Юншин.

— Я спрашиваю о том, что ты чувствовал, когда принёс всё это мне.

Чувствовал он себя не очень хорошо – правда. Он только что выдал чужие несчастья, словно ступеньку для победы. Судя по тому, что сказал ему секретарь сестры, Игён и жена Чо Воника стали подругами из-за похожий семейных ситуаций.

Они обе подумывали о разводе, но им было трудно бороться против крупной корпорации в одиночку, и в этом они находили общее. В конечном итоге Юншин вмешался в их затруднительное положение, сделав его ещё более неудобным.

Однако это была его работа. Даже если это пустяк, поделиться своими картами с Догук, чтобы помочь ей победить, было верным поступком. В последнее время он перестроил своё мышление и закалил сердце. Юншин решил, что мог бы попытаться должным образом выстоять вместо того, чтобы плыть по течению, цепляясь за что-то.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 122 - Поцелуй

Юншин понял, что Сехон всё ещё прощупывает его границы, так что ответил как можно более собранно:

— В этой семье непоправимо глубокий разлад. Насколько мне известно, жена уже думает о разводе. Возможно, это бы помогло её делу.

— Да, так-то это так, но что насчёт сотрудников Юнджин Констракшн, которые будут ни с того ни с сего поглощены другой корпорацией? Я собираюсь снизить цену настолько, насколько смогу. Вот чего от меня хочет Тэсан. В ходе этого процесса произойдет массовое увольнение... Несколько месяцев назад вы бы в первую очередь задумались о них, теперь же работаете на мою команду.

— Вы были тем, кто говорил придерживаться правил Догук, — ответил колкостью на колкость Юншин.

Сехон поджал губы, не зная, что сказать. Он откинулся на спинку стула, которая издала скрежещущий звук, словно кто-то ударил по тормозам автомобиля. На мгновенье повисла действующая на нервы тишина. Сехон не выдержал первым:

— Подготовь два кратких, но резонансных черновика пресс-релиза и оставьте их на моём столе к 08:59 завтрашнего утра. Я позвоню после того, как просмотрю их.

— Понял, — Юншин низко поклонился, затем удалился лёгкой поступью. Как бы там ни было, ему понравилось, что Сехон начал поручать работу согласно его квалификации. Восхитительно, что он мог принести пользу делу.

Сехон взглядом проследил, как Юншин вернулся к себе в кабинет, после чего взял ручку. Он проверял ключевые пункты в документах, лежащих на столе.

Спустя какое-то время он внезапно ожесточенно швырнул ручку. Появившаяся досада угадывалась в движениях пальцев, выступая, как капли пота в изнуряющую жару. Выражение спокойствия на лице рассыпалось на части.

Он нахмурился и прикусил язык. Межбровная складка заметно углубилась. Мужчина запрокинул голову на подголовник и прикусил красные губы.

Сехон думал, что головная боль проходит, но она снова вернулась. И причина тому – Юншин.

— Делаешь работу, строго придерживаясь правил, и так хорошо... Но почему же я ощущаю себя так дерьмово? — пробормотал он себе под нос.

Сехон всегда хотел, чтобы Юншин вёл себя именно так, и постоянно выговаривал ему о недопустимости безынициативности. До Юншин всё делал правильно. Возможно, он хорошо адаптировался, ведь после нескольких допущенных ошибок начал довольно успешно подражать Сехону.

Всё, что он до сих пор игнорировал, стало ясным, словно отразилось в зеркале. Неопытность Юншина делала его безжалостнее и беспощаднее.

Сехон изумлялся: то, чего так хотел, произошло, но теперь, когда результат был прямо перед глазами, он просто разъедал сердце.

Иронично, но в голову пришла мысль, что, может быть, это совсем не то, чего он желал. Раньше ему никогда не приходилось колебаться, так что он был сбит с толку.

— К чёрту, — прорычал он сквозь зубы и попытался выкинуть из головы мысли о Юншине, которые так и крутились вокруг, мешая сосредоточиться на документах.

В этот раз Юншин поехал домой на такси. Поблагодарив водителя, он вышел. В руках был пластиковый непрозрачный пакет с бутылками газировки, закусками, препаратами от головной боли и леденцами со вкусом лимона. Он бросил взгляд на содержимое пакета, прежде чем распаковал лимонную конфету и сунул её в рот.

В этот самый момент обрушился порыв холодного ветра, заставляя плотнее подтянуть воротник куртки. Земля практически завершила свой оборот вокруг солнца, приближался декабрь.

— Бр-р, как холодно, — пробурчал он.

Юншин храбро встретил холод, сжимая телефон в руках, и постучал по сообщению с датой, когда был относительно свободен.

*Limonare – оригинальное название главы. С итальянского переводится как «целоваться».

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 123 - Поцелуй

Было уже за полночь, но они с сестрой часто связывались друг с другом глубокой ночью, так что он не думал, что побеспокоит её. Как бы стыдно это ни было делать, настало время вернуться к вопросу о свидании с перспективой брака.

Он уже отправлял сообщение с датой свидания вслепую, сказав, что только недавно начал новый проект и не сможет пока найти время для встречи.

Пока что он тянул время, собираясь встретиться с сестрой, чтобы направить вежливый отказ. Как бы там ни было, Игён отодвинула планы о встрече на неопределённый срок, и, прежде чем он это осознал, уже подкрался конец года.

Ей нужно было время, чтобы разобраться с ситуацией, так что откладывать было бессмысленно.

Юншин собирался отправить сообщение, когда увидел черную машину, выезжающую на узкую дорогу слева от него. Дорогой седан, распространённая машина в этом районе, так что он сначала не придал этому большого значения.

Но как только увидел номерной знак, передумал.

Это была машина Сехона.

— Адвокат Кан? Адвокат Кан! — запоздало помахал вслед Юншин, но машина равнодушно проехала мимо. Зная особенности характера Сехона, можно было предположить, что тот видел молодого человека, но несмотря на это, всё равно проехал мимо. Но интуиция Юншина подсказывала, что нет — не видел.

Юншин быстро определил расстояние между ним, гаражом и вестибюлем, вычислил скорость, с которой нужно было мчаться, чтобы догнать Сехона. Юншин решил просто изо всех сил добежать до входа. Он на полной скорости ворвался в здание А, где жил Сехон. Хотя никогда раньше и не был внутри, планировка была такой же, так что можно было с легкостью определиться с тем, куда идти.

Юншин проверил, что было на дисплее лифта, который двигался вверх. Случайно увидел мигающие цифры на лифте, поднимавшегося с минус второго этажа.

Он ткнул пальцем на кнопку, и кабина открылась. Внутри был Сехон, прислонившийся к стене с закрытыми глазами. Он выглядел необычно уставшим. Не похож на того, как было при их встрече, когда Юншин чувствовал в свою сторону некое двойственное отношение от Сехона. Увидев мужчину в таком состоянии, Юншин почувствовал себя паршиво.

Подумав о том, как странно, что лифт открылся, но до сих пор никто не вошел, Сехон, наконец открыл глаза и уставился на дверь. Когда наконец он осознал, что это Юншин, то в замешательстве склонил голову:

— Я ошибся зданием? Этого не может быть.

— Нет, Вы в здании А. Рад встрече, — сказал Юншин с небольшим кивком после того, как внимательно вслушался в глубокий как океан голос. Затем он вошёл внутрь громоздкого лифта. Провернул во рту тающую сахарную сферу, а после взглянул на Сехона.

— Вы сегодня поздно. Я думал, получилось уйти пораньше.

— Встречался с людьми из Тэсан Констракшн. Почему ты в этом лифте? — спросил Сехон.

Юншин не ответил. Сехон скривился, отведя взгляд, затем продолжил:

— Я спросил, почему ты проник сюда. Нужно что-то обсудить?

— Знаете ли Вы, что несколько скупы на личную информацию?

— О чём бы тебе хотелось узнать?

— Обо всём. С головы до пят. С рождения до смерти.

Сехон глухо рассмеялся. Юншин пожал плечами без малейшего стыда, и Сехон лишь снова усмехнулся. Не было похоже, что он возненавидел юношуза дерзость.

— Почему же Четырёхлетний опыт в это самое время направляется именно сюда? — спросил Сехон, уходя от ответа.

— Потому что есть кое-что, что мне нужно предоставить своему начальнику на рассмотрение до 08:59 завтрашнего утра. Я ещё не «кончил» с этим, так что мне придётся провести всю ночь без сна, когда вернусь.. — Юншин с тревогой наблюдал за увеличивающимися номерами этажей, и, когда добрался до сути, круто развернулся.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 124 - Поцелуй

Затем он легонько прислонился к Сехону. Мужчина взглянул вниз и погладил Юншина по мягким волосам, осыпая к тому же краткими поцелуями в макушку, что стало приятным бонусом.

Несмотря на такую нежную реакцию в ответ на по-детски непосредственный жест Юншина, Сехон, казалось, ощущал себя неловко в такой ситуации. Сехон не привык к подобному поведению: «Я тебе не сестра или отец. Ты не по адресу».

Юншин знал это лучше, чем кто-либо другой. Его сестра и отец не были бы к нему так холодны. Изначально у юноши был иммунитет к ударам Сехона, но сейчас он ощущал боль, что считал большой проблемой. Впервые в жизни Юншин жаждал расположения. Это обескураживало.

— Хотелось бы, чтобы вы приноровились. Я привык, что меня балуют как младшего в семье, — надулся Юншин.

— Чего ты хочешь? Скажи мне, чтобы я смог принять решение до того, как эти двери распахнутся.

— Можете крепко обнять меня? Вы же знаете, что были холодны ко мне в последнее время... Верно?

Едва попросив обнять его, Юншин сам потянулся и обнял Сехона за талию, прежде чем тот успел отреагировать. Затем он наклонился, удерживая старшего адвоката на месте. В тот момент, когда Юншин осознал, что Сехон смотрит на него сверху вниз, инстинкты подсказали, что он хочет более интимного контакта. В глазах Сехона читалось, что их мысли схожи.

— Есть ли что-то, чего Вы бы хотели, старший адвокат? — застенчиво спросил Юншин.

— А если я это просто сделаю?..

— Сделайте.

Как и ожидалось. Сехон притянул Юншина за талию и страстно поцеловал.

— Н-н-н, м-м-м... — простонал Юншин.

Свободной рукой Сехон погладил гладкий подбородок Юншина и надавил пальцем на уголок губ. Рот молодого человека открылся и Сехон углубил их поцелуй, переплетая языки.

Они опаляли друг друга теплом, забыв о холодной погоде.

Их языки тёрлись друг о друга, а слюна смешивалась. Юншин извивался всем телом, и старший мужчина прижимал молодого человека ближе, бесконечно исследуя его тёплый рот. С каждым движением их тел пластиковый пакет шуршал по ткани штанов Юншина, распаляя эротический настрой. Юноша начинал плавиться от тепла, распространяющегося от подошв ног вверх по всему телу.

Казалось, что время пролетает незаметно.

Прежде чем они успели это осознать, двери лифта со звоном раскрылись. Услышав это, Юншин ускользнул от чужого языка и вместо него вложил в рот Сехона остаток своей конфеты, прежде чем отстраниться. Прозрачная струйка жидкости всё ещё соединяла их, прежде чем разорваться. Упиваясь остатками их связи, онпосмотрел на Сехона затуманенным взором. Тот катал по рту конфету, выглядя совершенно сбитым с толку.

— Мы достигли пика. Это ваш этаж, — сказал Юншин Сехону.

— Что? — переспросил Сехон.

— Нравится? Мой любимый вкус.

— Ты играешься со мной, не так ли?

— Я бы не осмелился! О, точно, вот. Я всё думал, когда бы передать это Вам, но, кажется, сейчас идеальное время. — Юншин достал лекарство из своей сумки и засунул в карман пиджака Сехона, выталкивая старшего мужчину из лифта.

— Я слышал, вы снова на лекарствах. Не болейте. Я беспокоюсь. Вам следует задуматься о том, чтобы пройти осмотр в больнице. Лекарства, отпускаемые по рецепту, более действенные.

— ...

— Как бы там ни было, я собираюсь вернуться домой и закончить работу. Спите и увидьте меня во сне, увидимся завтра, — выпалил на одном дыхании Юншин на прощанье, в то время как Сехон просто вытаращился на него. Прошло всего несколько минут с начала их встречи.

Двери лифта медленно закрывались, скрывая Юншина от взора Сехона. Добродушный парень, машущий ему рукой, пропал. Сехон бросил беглый взгляд на панель спускающегося вниз лифта.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 125 - После меня хоть потоп

Сехон застыл перед лифтом, не в состоянии зайти домой. Он обдумывал свой следующий шаг и хрустел круглой конфетой, которая была вдвое меньше первоначального размера. Она была сладкой и цитрусовой, оставляя терпкое послевкусие, прямо как Юншин.

В тот момент, когда мысль о Юншине пришла ему в голову, Сехон не мог больше сдерживаться.

Впервые он был полон решимости сделать что-то бессмысленное.

Он не хотел больше беспокоиться об этом – que sera, sera.*

— Ха-а... Блять, — пробормотал он.

Он резко нажимал на кнопку вызова и быстро сел в лифт, следующий вниз.

Когда двери отворились на первом этаже, Сехон выскочил из лифта. Спустя момент, удача улыбнулась ему Он заметил Юншина, когда тот входил в коридор, ведущий к зданию «С». Догнав свою цель, Сехон схватил молодого человека за запястье. Юншин подпрыгнул от удивления и едва сдержался, чтобы не закричать, когда увидел, кто его схватил.

— Старший адвокат?! — растерянно воскликнул Юншин.

Сехон прикидывал, чья квартира была ближе, его или Юншина. Затем устремился к лифту перед собой, всё ещё сжимая запястье другого. Благодаря тому, что было позднее время, спустя мгновение, двери пустого лифта уже были открыты. Разумеется они оба в него вошли.

— Старший адвокат, почему вы?.. — начал свой вопрос Юншин.

Бух. Прежде чем Юншин смог закончить, он оказался силой прижат к стене. Сехон прижался губами к губам другого, держа обеими руками лицо юноши. Поцелуй лился бурно и грубо, как проливной дождь.

— Нг-х! Адвокат... М-мф, помедленнее, нх! — выдохнул Юншин.

Сумка из рук Юншина упала на пол. Он обвил руками шею старшего, чтобы не упасть. Юншин предоставил старшему полный доступ к своим губам. Сехон грубо исследовал внутреннее пространство рта Юншина, заявляя свои права на него. Пока они были поглощены друг другом, лифт неизменно вёз их к квартире юноши.

— Избавься от этого, — прохрипел Сехон между их поцелуями. Он прижал Юншина плотнее к стене, указывая подбородком на галстук. Юноша ослабил узел трясущимися руками, и Сехон сорвал ткань, засовывая её в шерстяной свитер молодого человека. После чего он поднял Юншина.

Инстинктивно юноша скрестил ноги у Сехона за спиной и запустил пальцы в волосы старшего, поглощённый их интимным обменом. Жар зарождался меж их губами, и капли стекали в промежутках между их исступлёнными поцелуями.

Затем двери лифта открылись. Они по-прежнему были вовлечены в интенсивный обмен. Сехон легко вынес Юншина из лифта и направился к двери квартиры. Юншин быстро потянулся и наощупь ввёл комбинацию клавиш для разблокирования двери.

Дверь открылась с громким звуком, и оба упали на пол внутри.

Юншин лежал под Сехоном, а старший нависал над ним. Полные плотских желаний, их глаза встретились, сталкивая взгляды.

Их горячее дыхание щекотало подбородки друг друга, подпитывая их возбуждение.

— Как вы узнали, что это моя квартира? — выдохнул Юншин.

— Я могу назвать адрес и твоего другого места жительства, — ответил Сехон хриплым голосом.

Юншин уже знал, что Сехон не берёт под своё крыло никого без предварительной проверки их прошлого.

— Есть кое-что, что мне нужно сделать позже. Как далеко вы собираетесь зайти? — спросил Юншин.

— У тебя есть презервативы? — задал встречный вопрос Сехон.

— Нет.

— Тогда так далеко, как я смогу зайти без них. Если ты не хочешь, откажи мне сейчас.

— Вы не станете этого делать, если я откажу?

— Нет, думаю, я должен сделать это в любом случае.

*«Que Sera, Sera» (фран.; Что будет, то будет) – песня, написанная дуэтом поэтов-песенников Джеем Ливингстоном и Джеем Эвансом. Впервые прозвучала в исполнении Дорис Дей в фильме 1956 года режиссёра Альфреда Хичкока «Человек, который слишком много знал». Данная фраза высечена на надгробии композитора Ливингстона.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 126 - После меня хоть потоп

Они смотрели друг на друга, пытаясь насытиться, прежде чем снова примкнуть губами. Слова Сехона послужили сигнальной ракетой, ознаменовавшей старт шквала прикосновений, отчаянно раздевающих друг друга.

Действие 15

Пальто хозяина квартиры и гостя были брошены в кучу на полу гостиной.

Тропа из одежды была разбросана вокруг и вела к дивану посреди комнаты. Их пиджаки, галстуки и жилет Сехона в один тон с его пиджаком складывались в длинную и узкую дорогу.

— Адвокат Кан, подождите, я падаю – уг-х!

Юншин, которого практически тащили за собой во время поцелуя, запнулся о свои ноги и покачнулся. Из-за этого они не смогли достичь места назначения, дивана, а вместо этого упали на кофейный столик.

Сехон был невероятен – он мог превратить все опасности в возможности. Старший адвокат схватил Юншина за талию и поднял его, позволив ему оседлать свои крепкие бёдра.

Юншин смущённо встал на колени над ногами другого и схватил его за широкие плечи, чтобы не прерывать доступ Сехона к своим губам. Словно их плоть была едина с самого начала, их страстный поцелуй продолжался без единого намёка на его завершение.

— Нг-х, м-м-м.

Вздохи сорвались с губ Юншина.

Их языки яростно переплетались. Из-за той жадности, с которой Сехон впивался в молодого человека, Юншин не мог не вздрагивать и не извиваться. Ловкая и влажная плоть наполняла молодого человека, доводя его до невыносимых пределов. Юншину было немного стыдно за те похотливые стоны, срывающиеся с его губ.

С их с Сехоном первого поцелуя, Юншин чувствовал неловкость и смущение при близком контакте со старшим. Эти ощущения никуда не делись. Однако же, причина, по которой он мог на мгновение забыть об этих чувствах, заключалась в плавных и умелых движениях Сехона. Пока старший адвокат снова и снова врезался в него словно пульсирующие волны, застрявшие в голове Юншина мысли смывались, оставляя на берегу только Сехона.

Старший адвокат сладострастно поглощал мир внутри рта Юншина. Без устали исследуя молодого человека своим языком, Сехон был словно другим человеком, по сравнению с тем, что на работе. Он сосал и покусывал язык юноши, аккуратно проводил языком по его ровным зубам и нежным дёснам. Юншин почти поверил, что его рот принадлежит Сехону.

— М-м, ха, я не могу дышать, — простонал юноша.

— Такая слабая дыхалка? Открой рот шире, — приказал Сехон.

Юншин чувствовал, как его медленно душили. Встревоженный юноша обвил руками шею Сехона. Старший адвокат наконец отстранился и посмотрел на Юншина, уголки его глаз покраснели. Взгляд казался привлекательным, и Юншин инстинктивно понял, что Сехон его соблазняет.

Возбуждение окутало его, словно ветер, и Юншин не мог закрыть рот. Он выдохнул, пытаясь перевести дыхание. Ему удалось задать вопрос:

— Что с конфетой?

Ответ прозвучал глубоким приглушённым голосом.

— Она растаяла. Ты всю её проглотил.

Сехон протёр пальцами влажный подбородок Юншина, и провёл большим пальцем по нежной коже юноши, словно помечая его губы как свои. Это прикосновение было для Юншина столь же стимулирующим, как и глубокий обмен их жаром. Они уже избавились от половины своей одежды, и частично обнажённое тело Юншина дрожало от соприкосновения с воздухом. Поняв это, Сехон спустил свои большие руки, и расположил их так, что соски Юншина под рубашкой оказались между его пальцами.

— Ха-а! Ах! — отреагировал Юншин.

Сехон провёл кончиками пальцев по рубашке, давая Юншину привыкнуть к мягкой стимуляции, после чего ущипнул выступающие бугорки, заставляя того вздрогнуть от потрясения. Контрастность прикосновений поразила юношу, закусившего губу в попытках сдержать вырывающиеся стоны.

Юншин никогда не думал, что в жизни его посетят такие помыслы. И всё же, вот он здесь, размышляя именно он этом.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 127 - После меня хоть потоп

Он хотел, чтобы Сехон грубее коснулся его оголённой кожи.

— Нг-х,старший адвокат. Мне это не нравится, — умолял Юншин

— Скажи мне чётко, что ты хочешь. Ты и в суде собираешься быть таким? «Судья, мне это не нравится».

— Хва..., пожалуйста, хн-х!

Пока молодой человек отчаянно цеплялся за него, Сехон, словно читал мысли Юншина. Его длинные пальцы медленно двигались, задевая чувствительные бугорки и заставляя юношу балансировать на грани. Бёдра Юншина дрожали. Конечно же эта дрожь распространилась на остальную часть его ноги, заставляя её сильно трястись.

Юншин хотел сменить позу на более удобную, чтобы насладиться этой чувственной атмосферой, но старший адвокат продолжал крепко держать его в подвешенном состоянии, не позволяя этого сделать. Желая нормально сесть, Юншин провёл пальцами по волосам Сехона, взъерошил их, затем слегка потянул. Он осыпал поцелуями всю щёку старшего.

Когда их глаза снова встретились, пронзительный взгляд Сехона говорил Юншину, что старший не был так расслаблен, как казалось по его действиям, что вызвало у Юншина облегчение.

— Я хочу касаться вашей кожи, старший адвокат, — прошептал Юншин, набравшись мужества, схватил руку Сехона и завёл её под свою рубашку. Сехон стиснул зубы и практически сорвал рубашку юноши. Он поглотил соски Юншина, яростно впившись в них зубами.

Юншин не смог сдержать голос.

— Хнг-х! А-а-ах! М-м-м!

Сехон безжалостно покусывал один пучок нервов, при этом умело поглаживал рукой второй, осторожно задевая его своими ухоженными ногтями. Юншин наблюдал, как слюна другого мужчины стекала по его груди, после чего со стоном откинул кружащуюся голову назад. Его вздохи отображали возбуждение, от чего прикосновения Сехона становились более резкими и уверенными.

— До Юншин, подними бёдра, — приказал Сехон, и юноша немедленно послушно приподнял их и посмотрел вниз.

Будучи не в силах сделать с собой что-либо еще, он зарылся губами в волосы Сехона и провел по ним большими пальцами с обеих сторон его головы. В ответ Сехон ласкал каждый сантиметр тела Юншина. Старший адвокат царапнул проглядывающие на поверхности бугорки ребер младшего, стимулируя новые ощущения у юноши.

Пылающее тело Юншина задрожало.

— Ха-а! Щекотно. Так странно.

— Досадно. Я собираюсь сделать что-то еще более странное, — ответил он, не обращая внимания на то, что Юншину пришлось выдержать, и снова поцеловал губы молодого человека. Как в первый раз, он взял Юншина за талию обеими руками, и затем прижал его к себе.

Юншин издал еще один стон:

— Ах, м-мф!

Нижние части их тел тëрлись друг о друга. В точке соприкосновения они несомненно ощущали твердость друг друга. Сехон направил свой твердый член в промежность Юншина под его брюками. Он вбивался в юношу, раскачивая его вверх и вниз несколько раз, достаточно сильно, чтобы издавать громкие хлопающие звуки.

Возбуждение двух мужчин притягивало их друг к другу, словно магнитом. Стоны и вздохи сорвались с губ Юншина. Он удивлялся сам от себя, ведь чуть не закричал, но при этом не спешил высвободить своë тело из рук Сехона.

Набирая темп, Сехон, на котором скакал Юншин, вдохнул. Он свободно откинулся назад, его спина коснулась дивана. При этом юноша тоже упал вперед.

Пока они оба переводили дыхание, Юншин первым нарушил молчание.

— Мне очень жаль, старший адвокат. Думаю, я сильно возбудился

Сехон взглянул на пах Юншина и прищурился. Он щелкнул пальцами Юншину по лицу. Юноша смущенно сглотнул. На этот раз они отстранились друг от друга. Юншин отчаянно схватился за рубашку старшего, опасаясь, что тот уйдет после того, как он так его возбудил. Но, к удивлению, Сехон успокоил его, нежно поцеловав в лоб. Вместо того, чтобы уйти, он помог Юншину и снова сел на диван.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 128 - Вперёд-назад

После чего Сехон помог Юншину подняться, при этом заставив молодого человека встать коленями на край дивана. Тут же Юншин обнаружил, что его пах прямо перед лицом Сехона, и вздрогнул от удивления. Румянец медленно залил щёки. Юншин представил, что будет дальше, и очень хорошо знал, что его фантазии вскоре станут реальностью.

— Ч-что вы собираетесь делать? — спросил он.

— Сними это с себя, — вместо ответа проинструктировал Сехон.

— Камера наблюдения установлена у входной двери для обеспечения безопасности. Вы должны знать, потому что у вас в доме такая же. Мне всё ещё нужно снять это с себя? — осведомился Юншин, ходя вокруг да около.

Не могло быть такого, чтобы быстро соображающий Сехон не понял, почему Юншин внезапно упомянул камеру. Сехон всегда оставлял себе путь к отступлению, лазейку в уликах, но в этой ситуации он не мог схитрить. Сехон по собственному желанию заявился в жилище Юншина без приглашения и начал целовать его. Если всё то время, что они провели вместе, было битвой, чтобы пристреляться друг к другу, тогда это и сформировало начало их особенных отношений.

Как и ожидалось, Сехон целиком осознавал последствия своих действий. Он указал подбородком на трусы Юншина: «Снимай».

Неохотно и с осторожностью Юншин распахнул застёжку на брюках, потянул вниз молнию и расстегнул ширинку. Из-под резинки показавшегося нижнего белья выглядывала головка члена. Сехон ясно видел это, как зритель в первом ряду.

Его лицо густо покраснело, рука Юншина нерешительно застыла над нижнем бельём. Сехон нежно провёл пальцами от основания члена молодого человека до головки и подбодрил:

— Покажи мне больше. Или ты решил продемонстрировать мне нижнее бельё?

Юншин зажмурился, прежде чем спустить трусы. Его налитый кровью член недоверчиво воспрял в воздух. Глаза Сехона скользили по каждому интимному местечку, от яичек до члена. Затем он наклонился, прижимаясь губами к курчавым лобковым волосам молодого человека. Юншин дёрнулся от неожиданности, и Сехон придержал его, скользнув под ягодицы и за спину рукой, не дав опрокинуться.

Но на этом всё не закончилось. Сехон одной рукой сгрёб твёрдый от возбуждения член и запустил его кончик себе в рот.

— Нг-х! Ах! П-подождите, н-х, старший адвокат, агхт! — Не веря самому себе, Юншин позвал его, но Сехон продолжал погружать член глубже в рот и лишь что-то пробормотал. Юншин не смог разобрать, что именно тот произнёс, в то время как Сехон отвечал, держа во рту головку члена Юншина, чувствительная кожа которой покрывалась царапинами от зубов и языка. Юншин резко ахнул и обессиленно рухнул вперёд. В тот же самый момент он стиснул крепкую спину мужчины, сминая безупречно выглаженную рубашку.

— Нг-х, м-м-ф, н-нет, — заскулил Юншин.

Возможно, распаляясь из-за лёгкого сопротивления, Сехон стал ласкать член ещё интенсивнее. Мужчина протолкнул его глубоко в горло, прежде чем выпустить, доводя Юншина до оргазма. Сехон обхватил ягодицы юноши обеими руками, возбуждаясь ещё сильнее. Когда головка члена протиснулась сквозь узкие стенки горла Сехона, Юншин ощутил, как желание взорваться, скапливается в животе.

Рот Юншина открылся, но ничего вразумительного не вырвалось. Он лишь крепче сжал рубашку Сехона. Вены на его руках вздулись. Тем не менее, Сехон своим ртом толкал Юншина к самому краю. Пошлые хлюпающие звуки сопровождали повторяющиеся толчки вглубь горла старшего мужчины.

— Нг-х, стойте, с-стойте! — бедра Юншина дрожали. Его захлестнуло садистское желание со всего размаху пронзить рот Сехона. Он не мог больше сдерживаться и резко потянул Сехона за волосы назад.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 129 - Вперёд-назад

Член с набухшими венами дёрнулся в воздухе, вырванный из тесной пещеры. Румянец распространился по всему лицу, шее и ушам Юншина. Впопыхах он расстегнул ширинку Сехона, который выжидающе повторял его движения. Их руки несколько раз соприкоснулись, и каждый раз по ним разливалось электричество. Без всякого порядка они продолжали обмениваться трепетными поцелуями.

Столкнувшись столько раз, что и определить было нельзя, руки Юншина, наконец, проникли внутрь белья Сехона, вытаскивая наружу член. Он был больше, длиннее и твёрже, чем у Юншина, поэтому было трудно обхватить его одной рукой. Когда нежная кожа рук Юншина коснулась члена Сехона, тот зарычал и выругался себе под нос:

— А-ах, чёрт!

Сехон, ласкающий Юншина с притворной непринуждённостью, тоже был на пределе. Внезапно он схватил Юншина, столкнул его на кушетку и втиснулся между его ног. Затем развинув их ещё больше, стянул с того штаны. Перед глазами у юноши всё плыло, так что он моргнул несколько раз, чтобы как можно лучше рассмотреть Сехона с этой стороны.

— Старший адвокат, я-я думаю, что близок к финишу, — запротестовал Юншин.

— Получается, сам получил удовольствие и всё, да? Жди. Мне ещё нужно разогреться.

Сехон надавил на дырочку в головке члена Юншина, не давая тому кончить. Давление было даже больше, чем ожидалось, и юноше стало тяжело дышать, не зная, что ему делать. Упругий член Сехона прыгнул на бледноватую молочно-белую внутреннюю поверхность бедер молодого человека.

Сехон, прежде чем поднять Юншина в воздух, крепко обхватил его скрещённые лодыжки. Он взял и перекинул стройные ноги Юншина через своё широкое крепкое плечо, а после несколько раз легонько поцеловал его лодыжки. Он поместил свой член между входом внутрь бёдер младшего адвоката и энергично вошёл внутрь.

Толстый член Сехона коснулся нежной кожи промежности, двигаясь по яйцам и члену Юншина, в глазах которого были искры:

— Нг-х! Ах! Ах!

Ускоряющийся темп заставлял Юншина раскачивать бёдра, подмахивая партнёру. Кровь устремилась в уже и без того набухший пах, заставляя его бёдра вздрагивать. Сехон уловил это и начал массировать набухший член, чтобы тому было легче кончить. Всё это время мужчина не переставая двигался вперёд и назад между ног Юншина.

Юноша извивался, чувствуя непреодолимое желание кончить. Он вздрогнул, говоря Сехону всем своим телом, что желает объятий. Когда рациональное мышление покинуло его, он представил, как Сехон толкается так, как ему хочется и заливает всю промежность юноши своей горячей спермой.

Неожиданно он стряхнул ноги Юншина с плеч и усадил того, удобно прижав к себе. Затем взял оба члена в свои руки.

— М-м-м. нгх, ах-нгх... Старший адвокат, ах, как хорошо. Теперь я могу кончить? — осторожно спросил Юншин, его подбородок вздрагивал.

Юншин был сбит с толку откровенностью событий, но объятия Сехона успокаивали его. Как всегда, Юншину внушили уверенность в том, что Сехон сделает всё, что захочет юноша. В ответ на мольбу молодого человека, Сехон собрал губами слёзы, которые выступили естественным образом в процессе и спросил хриплым голосом:

— Почему ты продолжаешь плакать?

— Потому что я счастлив. Это слезы радости... — ответил Юншин.

— Ты волен делать всё, что захочешь, просто так, — проворковал Сехон.

— Ах! Ах! М-м-мх, — застонал Юншин.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 130 - Вперёд-назад

Сехон тоже достиг предела. Он незамедлительно погрузился в французский поцелуй, заглушая стоны юноши. Проскользнув языком в глубину рта, провёл им по стенкам, словно пытаясь забрать всю теплоту изо рта Юншина. Одновременно с этим он начал умело гладить их члены своей рукой. Набухшие вены пламенели и тёрлись друг об друга, повышая градус.

Сехон довёл их обоих до самой грани. Плоский живот Юншина сократился. Юншин был наполнен невыносимой потребностью излиться.

Смазка обильно выделялась из их членов, стекая полузпрозрачными каплями. Сехон продолжал гладить их чрезмерно чувствительную кожу, доводя до предела, пока почти одновременно они не кончили.

— А-а-а-а-нгх!, - вскрикнул Юншин.

Сехон прорычал:

— Блять, аргх!

Сперма выплеснулась на живот Юншина и потекла вниз. Липкие капли попали на тонкую ткань рубашки и брюк Сехона.

Юншин, тяжело дыша, наклонился вперёд к плечу Сехона. Тот прижал его и погладил по спине. Сехон аккуратно придерживал дрожащего Юншина, когда они откинулись на спинку кровати. Юншин практически полностью лежал на Сехоне, прижимаясь к гладкому и стройному телу старшего адвоката и тяжело выдохнул в изгиб между хорошо сложенным плечом и шеей партнёра. Они были настолько близки, что чувствовали каждый вдох, каждое движение груди друг друга.

Там, где соприкасались живот Юншина и рубашка Сехона, а также лежали их члены, было липко.

Юншин застенчиво спрятал лицо и прошептал:

— Я верну рубашку, после того, как отстираю её.

— Сможешь очистить?

— Конечно, смогу...

— Нет, своим ртом, — намекнул Сехон.

Юншин не был так наивен, чтобы не понять. После некоторого раздумья юноша медленно приподнял своё измученное тело. Он хотел попробовать обслужить старшего после того, как Сехон отсосал у него. Казалось, ничто не может его остановить, ведь Сехон даже «накрыл для него стол». Однако, когда он собрался протянуть руку и взять член, который стал мягким после семяизвержения, Сехон отдёрнул её, вместо этого мужчина притянул молодого человека назад в свои объятия.

Юншин плюхнулся на Сехона, а его уши оказались прижатыми к колотящемуся сердцу. От того, как сильно стучало сердце старшего, Юншин смутился.

— Почему вы остановили меня, когда я уже был готов это сделать? Вы передумали? — спросил Юншин.

— Давай сегодня на этом остановимся, - ответил Сехон.

— Я не против, даже если вы не будете использовать презерватив.

— Меня это не устраивает. Я пришёл сюда импульсивно, но ещё не до конца разобрался.

Возможно, Сехон всё ещё взвешивал шансы.

Судя по тому, что он пока не объяснился перед Юншином, внутренний конфликт всё ещё не был разрешён. Если Сехон не мог точно сказать Юншину, о чём он размышляет, он хотел, чтобы Сехон, по крайней мере, ясно дал понять, что он вообще над чем-то размышляет. Однако, похоже, Сехон не собирался ничего говорить.

Юншин, чья грудь была слегка приподнята, обменялся взглядами с Сехоном. Красные ободки его всё ещё пылающих страстью глаз, произвели впечатление на молодого адвоката.

— Так вот как вы выглядите после оргазма. Горячо, — поделился своими наблюдениями Юншин.

— Тебе нравится моё лицо? — спросил Сехон.

— Оно идеально. Мне нравятся пропорции ваших черт. Думаю, это бы любому могло понравиться.

Незначительные движения Юншина во время разговора вновь взволновали Сехона. Юншин чувствовал, как член мужчины пробуждался ниже его талии. Юншин испытывал благоговейный страх, он пока не привык к тому факту, что он был объектом вожделения Сехона. Ошеломлённый юноша прикрыл рот, и Сехон сел.

Немного сбитый с толку Юншин снова схватил Сехона за рубашку.

— Почему вы встаёте? Я хочу ещё немного так полежать.

Сехон стёр остатки семени и бесцеремонно протянул Юншину штаны. Затем он оделся и ответил:

— Мне нужно идти прямо сейчас. Разве тебе большенечем заняться? Как ты уже мог узнать, я довольно строгий. Будет лучше, если ты хорошенько постараешься.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 131 - Тяни-толкай

— Не могли бы вы перенести крайний срок... на полдень? — спросил Юншин.

— Я никогда не переносил дедлайн для сотрудника. Как тебе такой аргумент? — сказал Сехон.

Обдумав полученный ответ, Юншин заявил:

— Но я отличаюсь от других сотрудников.

— Как же?

— Ну... — Юншин затих.

Сехон уже встал и подобрал свой жилет. Он взглянул вниз на Юншина, который лениво сидел на диване. Обнажённый торс юноши, должно быть, волновал Сехона, поскольку он натянул растрёпанную рубашку, обёрнутую вокруг талии Юншина, ему на плечи. Юноша взглянул на ткань, покрывающую его верхнюю половину тела, а затем перевёл взгляд на Сехона.

Юншин хотел сказать, что он был другим, поскольку является любовником Сехона или потому что они встречаются. Было множество вещей, которые он хотел бы, и мог бы сказать, но он не был уверен, стоит ли. Лучшее, что он мог сделать, это повторить снова.

— Я — другой.

Сехон не мог этого оспорить, поэтому слегка нахмурил бровь. Он аккуратно приподнял голову Юншина за подбородок, чтобы взглянуть на него, и легонько поцеловал в губы. Глаза юноши закрылись и, когда мягкие губы старшего адвоката отстранились, открылись вновь.

— Это ваш ответ? — спросил Юншин.

— Я думаю. Должен ли я позволить воспользоваться мной или нет.

— Вы даже не хотите проявлять ко мне особое отношение в таких тривиальных вещах, как продление срока. Почему вы продолжаете говорить, что я вас использую?.. Вы правда собираетесь вот так просто уйти? Не можете остаться на ночь? Я буду работать, а вы можете спать на моей кровати.

— С чего бы мне? Не вижу повода, поэтому дай мне вескую причину.

— Видеть вас таким невозмутимым после секса расстраивает.

Сехон взглянул на наручные часы, прикинул оставшееся время, и покачал головой.

— Ты предлагаешь мне бездельничать, пока ты работаешь? У меня тоже есть дела. Также хотелось бы поспешить и привести себя в порядок.

«Но тут тоже есть ванные комнаты. Целых три», — хотел сказать Юншин, но от того, как Сехон сопротивлялся, несмотря на его просьбы, у юноши встал ком в горле, не давая произнести ни слова. Ему казалось, что он единственный, кто хотел быть вместе, отчего ему было немного больно.

Пока Юншин сжимал губы в плотную линию и краска сходила с его щёк, Сехон наблюдал за реакцией молодого человека, а затем спросил:

— Тебя это расстраивает?

— Немного. Кто я? Способ утолить вашу сексуальную неудовлетворённость? Ведь вы уходите сразу после того, как кончили, — пожаловался Юншин.

— Ты кончил на мою одежду, кажется, мы квиты?

— Какая разница. Идите уже. Вы говорили, что у вас есть дела. Я знаю, что работа – единственная важная для вас вещь в жизни.

Сехон смотрел на Юншина с очень сложным выражением лица.

Юншин не знал, о чём думает Сехон, но старший адвокат снова наклонился вперёд. Вместо короткого поцелуя, как до этого, он повёл себя более ласково. Он поцеловал щёки, губы молодого человека, каждое веко и лоб по часовой стрелке, оставляя свой аромат на лице Юншина, и под конец прислонил спинки носа друг к другу.

Затем Сехон сказал нежным голосом, ради которого он явно постарался:

— Просто я не думаю, что смогу выполнять какую-либо работу, если останусь здесь дольше. Я ухожу, пока мой разум ясен.

Юншин улыбнулся, чувствуя себя намного лучше. Затем он мягко сжал руку Сехона. Жёсткость рук старшего всегда ощущалась приятной.

Сехон поднёс руку юноши к своим губам, прижавшись ими к шелковистой коже, а затем отстранился.

— Включи «чувство разочарования» в исковое заявление и пришли его.

— С чего вдруг исковое заявление?

— У тебя есть то, что ты от меня хочешь. Изложи это в исковом заявлении и отправь. Конечно, тебе придётся учитывать текущий рынок, чтобы я мог компенсировать твой ущерб. Если ты собираешься меня обчистить, я отказываюсь. А сейчас я ухожу.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 132 - Тяни-толкай

Пока Юншин сидел, лишившись дара речи, озадаченный этим замечанием, у Сехона промелькнуло многозначительное выражение лица. Затем он просто повернулся спиной к юноше. В глазах Юншина казалось, что спина старшего адвоката будто сияла, как и вчера. Юноша недоумевал, почему. Однако его сердце болело, от того что он видел спину, а не лицо. Он протянул руку слишком поздно.

Сехон уже подобрал пальто и направился к входной двери.

Юншин нерешительно открыл рот в попытке удержать Сехона словами, но дверь открылась и захлопнулась, громко пикнув. Сехон ушёл. На полу гостиной валялась наполовину завершённая тропа из одежды Юншина.

Проследовав взглядом по этому пути, он пришёл к растрёпанному себе. Скинув рубашку, которую Сехон надел ему на плечи, встал, чтобы принять душ, и обнаружил оставшуюся частичку старшего на своём животе. Его лицо вспыхнуло.

Он вытер следы салфеткой, затем начал размышлять над отголоском, который оставил после себя Сехон.

— Исковое заявление... — пробормотал он себе под нос.

Юноша уставился на дверь, огораживающую жилую территорию от фойе, и его брови нахмурились.

«Почему он продолжает это говорить? Его так беспокоит, что я на него полагаюсь?» — подумал Юншин.

Он задавался вопросом, почему Сехон рассматривает эти отношения, как какую-то сделку. Старший адвокат оценил их значимость в деньгах, решив, что Юншин его использует, и предложил обмен эмоциями и поступками.

Юншин старался держаться, поскольку они ещё не полностью обменялись своими чувствами, но юноша искренне желал, чтобы их романтические отношения развивались дальше. Юншин думал, что Сехону может быть неловко выражать себя, но сам он решил поступать ровно также.

Однако, таинственные слова Сехона беспокоили его. Было слишком много сомнительных моментов, чтобы утверждать, что это просто из-за непривычки Сехона к романтическим отношениям. Его партнёром был Кан Сехон – опытный человек, прошедший через огонь и воду. Было бы больше смысла, если бы старший адвокат подошёл к Юншину более искусно и хитроумно. Не имеет значения, насколько малознакомой для него была романтика, такая защитная реакция казалась Юншину очень странной.

Не похоже, чтобы Сехон игрался с юношей. Вполне очевидно, что он относился к нему иначе. Юншин чувствовал, как старший адвокат хотел скрыть свою привязанность, но это тяжело ему давалось. Юноша не мог определить, насколько сильными были чувства старшего, но был уверен, что нравится Сехону.

«Тогда... Это его стиль свиданий? Должен ли я соответствовать его шагам?»

Юншин наклонил голову и вспомнил странные обидные высказывания Сехона. Он цокнул языком.

«Если он скажет мне написать исковое заявление, думает, что я этого не сделаю?»

Юншин сжал рубашку в руке, затем глубоко вдохнул перед тем, как отправиться в спальню.

* * *

В мультиплексе недалеко от компании собрались юристы Догук и других вовлечённых сторон. Все они выделили время, чтобы посетить закрытый показ, организованный консультативным комитетом, с которым на безвозмездной основе советовались касательно фильма, представляющего общественный интерес, «Принципы».

Руководил съёмками известный кинорежиссёр, завоевавший несколько наград на различных международных кинофестивалях. К тому же, известная кинозвезда, Шин Уйгун, снялась в фильме без какого-либо гонорара, что вызвало большой резонанс. Конечно же, пресса и публика были очень заинтересованы в фильме.

Изначально это должен был быть очередной праздничный волонтёрский проект от объединённой ассоциации компаний, но в силу указанных причин исполнительный директор Догук объявил, что будет присутствовать на показе для новостных изданий. В итоге это превратилось в крупное мероприятие, где собрались многие партнёры и коллеги.

В переполненном зале Юншин огляделся в поисках Сехона. Он уже собирался сесть на крайнее место в последнем ряду, когда услышал знакомый голос около заднего выхода.

— Адвокат До Юншин?

Он обернулся и увидел Сон Михи. С ней был Сехон. В момент появления их обоих другие юристы повернулись, чтобы поприветствовать их, и Юншин поступил также. Однако в голове у него крутилась довольно дерзкая мысль.

«Они приехали на одной машине? Только вдвоём».

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 133 - Тяни-толкай

— Здравствуйте, старший адвокат Сон. Вы пришли вместе с адвокатом Каном? — вместо этого спросил Юншин.

— Ага. Было бы упущением не воспользоваться таким случаем в стране, что не производит ни капли нефти. Я приехала на машине Сехона, — ответила Михи.

— О... Неужели? — переспросил он, не сводя глаз с худого тела Сехона, пока тот спускался к первым рядам, где разместились все партнёры.

Сехон ни разу не взглянул в его сторону, словно он был невидим для него, и хладнокровно общался с партнёрами внизу.

Михи заметила, что Юншин поглощён первым рядом. Она вернула его внимание к себе, задав вопрос:

— Почему ты здесь один? Этот ряд – дополнительные места, зарезервированные для офис-менеджеров и других сотрудников управленческого звена.

— А, да, я тут, поскольку у меня меньше стаж по сравнению с остальной командой, — ответил Юншин.

Михи покачала головой, взглянув на место юноши. Казалось, она не понимала, как к нему относились.

— Если бы это была команда, ты должен был бы сидеть впереди. Отдел корпоративного права всегда на лидирующих позициях по валовой прибыли с большим отрывом. Тебя, случайно, не обижают другие сотрудники или персонал?

Сказать по правде, Юншин знал, что его игнорируют, считают изгоем и обращаются с ним как с адвокатом на общественных началах, ведь он оказался в компании благодаря своей богатой семье. Однако, в широком смысле, он действительно был нанят через кумовство, так что он не мог жаловаться на это в открытую.

Более того, он находился под непосредственным присмотром Сехона, и юристы-партнёры считали его, в каком-то смысле, полезным. Потому было неизбежно, что другие сотрудники его возненавидят. Юншин неловко усмехнулся и ответил:

— Думаю, так лучше, что я буду на некотором отдалении от моих старших. Спасибо, что подумали об этом, но сегодня я присяду здесь. Вам стоит занять своё место. Все ждут.

Юншин незаметно кинул взгляд, демонстрирующий, что ему некомфортно столь открыто общаться с ней перед своими коллегами. Михи – эксперт в общении с людьми – сразу уловила и взглянула на него в ответ.

— Боже мой, я не заметила. Ладно, раз тут много следящих глаз, давай поступим, как ты хочешь. Если есть что-то, что ты захочешь обсудить со мной, я всегда готова.

Она ободряюще похлопала его по плечу и разместилась рядом с Сехоном.

Когда сидение рядом с Сехоном заняли, он наконец повернулся, и посмотрел в сторону Юншина. Разумеется, их взгляды пересеклись..

В этот момент юноша почувствовал, как внутри закипает гнев. Он отвёл глаза.

«И кто же тогда сказал, что не хочет, чтобы на его вещах оставались чужие отпечатки пальцев, и поэтому мне было запрещено трогать что-либо в его машине?» — подумал он.

Конечно это было давно, и Сехон больше так не обращается с Юншином. Но в момент, когда юноша осознал, что существует отличие в отношении к нему и к адвокату Сон, он расстроился сильнее, чем ожидал. Лицо Юншина немного помрачнело.

Он знал, что Михи и Сехон имеют за плечами длинную совместную историю и что они близки. Юноша не знал деталей, но слышал рассказы секретаря Така.

Михи воспользовалась семейным фондом своей матери для поддержки своего младшего, Сехона, когда тот был молод. Он никогда не забывал о её помощи, поэтому решил присоединиться к Догук. Основываясь на этом, Юншин мог сделать вывод, что они были особенными друг для друга. Но юношу жгло любопытство, он хотел узнать подробности этих отношений.

Когда они обедали в первый раз, Сехон прощупывал его, поинтересовавшись, спал ли он с Михи. Возможно это был обычный вопрос с целью выяснить, что на самом деле произошло между Михи и Юншином. Но если взглянуть с другой стороны, этот вопрос был совершенно необоснованным. Юншин не мог проигнорировать вероятность того, что это могло быть важным намёком.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 134 - Приоритеты

«Они встречались в прошлом?» — подумал Юншин.

Стоило начать открывать сердце Сехону, как юношу сразу начали тревожить всякие пустяки.

Юншин проворчал что-то себе под нос и опустил глаза, беспричинно растирая ладони.

И тут люди, стоящие рядом с лестницей, начали перешёптываться. Юншин почувствовал, что кто-то приблизился к нему.

Ряд, в котором он сидел, находился в углу зала, и состоял лишь из четырёх мест. Юншин был окружён со всех сторон пустыми сидениями. Он ожидал, что никто другой к нему не подсядет, и собирался проигнорировать подошедшего человека, но вздрогнул, ощутив знакомый аромат, защекотавший нос. Когда он повернул голову, мужчина из его мыслей стоял рядом.

Сехон.

Юншин уставился на партнёра по адвокатскому делу. Сехон, выглядя немного раздражённым из-за реакции Юншина, нахмурился:

— Прекрати пялиться и подвинься.

— Ой, да, извините, — поставленный в тупик Юншин, наконец, поджал ноги. Сехон сел слева. Место по центру первого ряда возле адвоката Сон, предположительно для Сехона, пустовало. Когда тот перешел в дальний ряд, Юншин ощутил, как всеобщее внимание сконцентрировалось на нём. Хотя люди и не могли пялиться открыто, интерес, витавший в воздухе, был достаточно неприятным.

Ощущая неловкость, Юншин потёр свою тонкую шею ладонью, затем наклонился к Сехону и тихо прошептал:

— Зачем вы пришли сюда? Остальные пялятся из-за вас.

— Мне уйти? — вызывающе спросил Сехон.

— Не нужно так говорить.

— Слишком поздно, я уже сказал.

Подстёгнутый ответом Сехона, Юншин не хотел отступать. С самого начала он чувствовал, как Сехон странным образом пробуждает его соревновательный дух:

— Так зачем вы сюда пришли? Из-за меня?

Сехон, который наконец взглянул на юношу, выглядел невозмутимым. Казалось, внутренне он уже пришёл к ответу, но спорил с собой, стоит ли говорить Юншину. В конце концов он принял решение и, вздохнув, ответил:

— Начнём с того, что я мог вообще не попасть сюда. Но я нашёл время, чтобы увидеться с тобой – что было бы абсолютно бессмысленным, если сидеть так далеко. Почему ты спрашиваешь о чём-то настолько очевидном? Я не понимаю.

«Потому что в отношениях нормально проходить через эти ситуации, обсуждать их и задавать такие вопросы», — хотел сказать ему Юншин, но откинул эту мысль. Вместо этого он спросил о том, ответ на что хотел услышать сильнее:

— Тогда почему сначала вы проигнорировали меня и спустились вниз?

— Я ж не развлекаться пришёл, в отличие от тебя. Все присутствующие здесь – занятые люди, руководителям отделов было нелегко собраться вот так. Я подошёл к ним, потому что мне было что обсудить, — ответил Сехон.

— Вы пришли сюда увидеться со мной, хотя у вас были и другие дела? Почему?

— Как ты думаешь, почему? Я хотел увидеться с тобой, хоть и ненадолго. Ты собираешься продолжить задавать подобные вопросы?

— Не все так умны, как вы.

— Ты спрашиваешь, пусть и знаешь ответ. Выглядишь встревоженным. Что-то произошло?

Юншин задумался, как объяснить свои переживания Сехону.

Что-то должно было произойти, но не с ним. Юншин хотел знать о тех событиях, которые могли случиться с Кан Сехоном. Он и Михи выглядели так, словно хорошо знали друг друга – почти слишком хорошо. Разве не могло что-то вспыхнуть между ними, мужчиной и женщиной?

После некоторых раздумий Юншин не смог дальше сдерживаться и излил своё любопытство. Его шепчущий голос стал немного громким. Осознав это, конец предложения он слегка приглушил:

— У вас когда-нибудь были отношения со старшим адвокатом Сон?

Услышав это, Сехон недоумённо поморщился и усмехнулся. После чего спросил в ответ:

— У тебя что-то болит?

— Может быть, сердце – в зависимости от вашего ответа.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 135 - Приоритеты

Хоть у Сехона и Михи и была разница в возрасте, но Сехон был склонен доводить начатое до конца, когда вобьёт себе что-то в голову, так что такие отношения вполне были возможны.

Раньше Сехон спрашивал практически шутливо, не отверг ли он когда-то сестру Юншина, а теперь у них с юношей завязались тайные отношения. Сехон не был похож на тот тип людей, у которых есть строгие личные границы в плане свиданий, но и геем он особо не казался.

Юншин подумал, что несмотря на привередливость к внешним данным, Сехон, похоже, из тех, кто игнорирует факторы, которые нельзя изменить, такие как возраст или пол, если сам человек ему нравится и соответствует стандартам.

— Что с тобой сегодня? — спросил озадаченный Сехон.

— Ответьте мне первым, — настаивал Юншин.

— Нет, никогда. Теперь, когда я ответил, твоя очередь. Ревнуешь?

Юншин ответил напрямик:

— Да. Мне не нравится, когда вы двое находитесь наедине.

Из всех других людей Юншин немного беспокоился именно из-за Михи, потому что она знала Сехона лучше всех.

Ответив искренне, юноша увидел, как глаза старшего адвоката сузились до щёлочек. Воцарилось краткое молчание. Должно быть, Сехон не ожидал, что Юншин признает это так хладнокровно, так что на мгновение потерял дар речи.

Пока он пристально смотрел на молодого человека, какие-то мысли и чувства, казалось, промелькнули на его лице. Он ничего не сказал, но Юншин мог уловить их значений. Сехон выглядел так, будто наблюдал за ребёнком, которому было не по себе, и, казалось, внутренне набирался какой-то решимости. Глядя в ответ, Юншин почувствовал себя немного неловко из-за своих жалоб и первым сменил тему.

Он вспомнил о календаре, который однажды увидел на столе Сехона, и спросил:

— Что делаете завтра? Если всё в порядке, мы бы могли...

Ещё до того, как он закончил, Сехон отвернулся к сцене и кратко ответил:

— Мне нужно посетить одно место, так что я взял однодневный отпуск. Мы увидимся только в новом году.

Места в зале мало-помалу заполнялись. Пространство потемнело, и на экране появилась реклама. Юншин уставился на профиль Сехона и погрузился в глубокую задумчивость посреди темноты: «Мы не давали друг другу каких-либо обещаний, но почему я думал, что он останется со мной?»

Завтра 31 декабря. Решившись на отчаянный шаг, Юншин взял отгул на полдня. Это было впервые с тех пор, как пришёл в фирму.

Утром он собирался провести лекцию в школе неподалёку, чтобы получить часы волонтёрства в объединённой ассоциации вместо Сехона. Были зимние каникулы, и студенты, которые хотели прийти на эту небольшую специальную лекцию, могли посетить её в порядке живой очереди. После этого он думал встретиться с Сехоном во второй половине дня, чтобы вместе отметить новый год.

Не было ничего нового в конце года, который обрушивается на мир ежегодно, но Юншин не хотел погружаться в работу в такой день, как этот. Сестра сказала, что отвезла детей на горнолыжный курорт, что давало Юншину довольно хорошее оправдание. Если он скажет, что чувствует себя одиноко, ему казалось, что Сехон останется с ним.

Несмотря на то, что Сехон не рассказал ему о причинах, Юншин уже слышал от секретаря Так, что в этот день мужчина всегда отлучался. Естественно, Юншин думал, что они в конце концов проведут время вместе. Он полагал, что только с ним Сехон мог быть в такой день.

Но он был не прав.

«Что за дела, чёрт возьми, у него завтра?» — Юншин стеснялся спросить, чувствуя себя зашедшим в тупик. Со стороны Сехон выглядел таким непоколебимым, что юноша не мог заставить себя спросить, что за событие будет завтра и может ли он остаться с Юншином. Он уставился на Сехона, а затем отвернулся в сторону, чтобы скрыть румянец, заливший лицо. К его облегчению, в этот момент темнота окутывала их полностью.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 136 - Приоритеты

Пока всё было окутано темнотой, Сехон протянул руку Юншину. Он крепко обхватил мягкие щёки и украдкой сорвал поцелуй с губ. Это случилось так быстро, что к тому времени, когда экран засветился, Сехон уже вернулся к себе в кресло, выпрямил спину и уставился вперёд.

Сехон едва касался Юншина, дразняще притрагиваясь кончиками пальцев, и юноша не мог сдержать шквал эмоций от этих ощущений. Он скрыл возникшее на лице беспокойство и протянул руку вниз под подлокотник.

Юншин схватил правую руку соседа, ощущая изгибы вен, и провёл большим пальцем по аккуратным ногтям. Вместо того, чтобы оттолкнуть, Сехон стиснул пальцы Юншина в ответ. Молодой человек слегка прикусил губу, его щёки подёргивались, пока он пытался опустить уголки губ.

Когда он собирался привалиться к плечу мужчины, тот взглянул на Юншина сверху вниз.

Их глаза встретились, и Сехон широко улыбнулся, сдаваясь.

Юншин полностью застыл, не в силах пошевелить ни единым мускулом.

«Он сводит меня с ума».

Яростное желание схватить Сехона захлестнуло его. Сердце Юншина, казалось, вот-вот разорвётся.

Действие 16

В средней школе, находящейся неподалёку от компании, было тихо. Никаких учеников, и, так как это был последний день в году, в воздухе висела спокойная безмятежность. Только одна небольшая лекционная аудитория была заполнена людьми. Вокруг Юншина были подростки. Он обвёл взглядом окруживших его школьников с горящими глазами, и объявил, что специальная лекция окончена.

— Ладно, я отвечу на несколько вопросов, и мы можем закругляться. Вопросы? — тепло спросил Юншин.

Одна девушка подняла руку вверх:

— Судебные разбирательства, которые я видела в дорамах и кинофильмах крайне ожесточённые. Неужели прокуроры и адвокаты так сражаются в реальной жизни?

Юншин на мгновенье задумался, как ответить, и затем сказал:

— Хм-м, зависит от дела, но редко когда можно увидеть, чтобы люди так решительно излагали свои аргументы и боролись за них, как это показывают по телевизору. Мы все действуем в рамках одних и тех же законодательных практик, так что осторожны со словами. Давайте возьмём к примеру уголовный процесс. Если обвиняемый предстаёт перед судом, это обычно значит, что полицейское расследование завершено и передано прокуратуре, которая уже официально выдвинет обвинения. Как правило, это означает, что у стороны обвинения есть доказательство вины человека.

Юншин встретился глазами с внимательно слушающими учениками и продолжил:

— Прокуроры – чрезвычайно занятые люди. Как правило, когда дело передают в суд, то есть некоторая уверенность, что подсудимые виновны во вменяемых им преступлениях. Адвокат защиты старается смягчить наказание вместо того, чтобы доказать невиновность клиента. Редко когда защите удаётся перевернуть дело с ног на голову. Кто-нибудь раньше наблюдал за настоящим судебным процессом?

Большинство студентов покачали головами.

— В основном суды открыты для посещений. Пока судебное разбирательство не закрыто для публики, любой может присутствовать. Будет неплохо лично понаблюдать за этим, когда у вас выдастся такой шанс. Если вы отправите заявку в нашу объединённую ассоциацию, мы будем рады сопроводить вас в такой поездке.

Юноша, обдумывавший ответ Юншина, спросил шутливо:

— «Ваша честь!» Почему так говорят? Звучит как-то неубедительно.

Юншин, не отрицая сказанного, усмехнулся:

— На самом деле мы не говорим это так часто, как показано в дорамах. Такое выражение чаще используется в текстовых обращениях и письмах. Формально причина состоит в том, что судья выносит вердикт. Решение основывается на законе, но судья тоже человек. Главная цель – заставить блюстителя закона чувствовать себя уважаемым. Даже если для вас это звучит неубедительно, использование этой фразы более чем обоснованно. Ещё вопросы?

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 137 - Конец года

В комнате было тихо. Юншин вспомнил, что в юности ему тоже сложно было придумать вопросы, когда его просили их задать.. Он смотрел на ребят с нежностью, когда вдруг одна девушка поправила свои очки и хмуро спросила:

— У вас есть девушка?

Перед глазами сразу возник образ Сехона, заставив тепло улыбнуться. Не так давно, когда сестра спросила его об этом же, он дал отрицательный ответ, так как они ещё не встречались. Теперь он думал сказать другое. Он больше не колебался.

— Что-то вроде того.

—Так вы встречаетесь с кем-то или нет?

— У меня есть тот, кто мне нравится. Тот, кто важен для меня. — Дав утвердительный ответ, он посмотрел на часы. Девушки, которые раньше с любопытством смотрели на него, сейчас выглядели разочарованными и начали шептаться между собой, но он проигнорировал это.

— Что ж, может, пора пообедать? У меня назначена встреча, поэтому я не смогу остаться с вами, но я заплачу за всё, что вы захотите.

Молодёжь вела себя соответственно своему возрасту. Девушки обрадовались, будто их до этого ничего не расстроило, а парни, которым было скучно ждать окончания лекции, просто показали своё удовлетворение и взяли куртки. Юншин усмехнулся, наблюдая, как ученики надевали свою неофициальную форму – обычные чёрные пуховики. Затем позвал президента их клуба, попросив связаться с ним после того, как они закажут еду в ресторане.

Подросток кивнул, и Юншин потрепал его по голове. Когда ученики начали расходиться, он помахал на прощание каждому их них. Звук их шагов постепенно затих. Юншин взял пальто и портфель и тоже вышел из кабинета.

— Холодно. — Он передёрнул плечами. Посмотрев в окно в коридоре, юноша увидел, что солнце всё ещё высоко.

— Что же сейчас делает Кан Сехон? — задался он вопросом.

Сехон не встретился с Юншином ни в канун Рождества, ни после, но Юншин не был сильно расстроен этим. Ведь знал, что Сехон делает и где находится.

Перед сочельником Сехон не смог покинуть офис из-за встреч, которые начались с самого утра и протянулись до вечера. В Рождество, несмотря на то, что это был праздник, он встречал клиента с заграничным адвокатом по просьбе Михи. Юншин отправил СМС после полуночи, но уснул, пока ждал ответа. Проснувшись на следующий день, он тут же проверил, не ответил ли ему Сехон.

Юншин старался с терпением относиться к отсутствию ответа всё это время, но молчание даже в этот день его сильно разочаровало.

«Разве он не понимает, что такое годовщина?» — вздохнул Юншин.

Юншин достал телефон и на мгновение задумался. Какое значение имеет сегодняшний день? Сехон обычно не берёт отпуск, а всё время работает. Юншин никогда не видел, чтобы он отдыхал в другие дни, кроме положенных выходных. Мужчина не брал дополнительные дни отпуска, кроме той недели, которую дали всем адвокатам фирмы.

Подавляемое Юншином любопытство росло с огромной силой. В итоге он позвонил Сехону.

— Это Сехон из Догук... — ответил Сехон.

К счастью, он быстро взял трубку. Юншин на это не рассчитывал, поэтому ему нужно было собраться с мыслями. Но благодаря этому он в конце концов задал именно тот вопрос, который крутился у него в голове.

— 31 декабря – это какой день?

Сехон, должно быть, был очень удивлён таким прямым вопросом. После недолгого молчания он усмехнулся.

— Куда же делся твой этикет телефонного общения? Тебя что, обворовали? Знаешь, наша фирма предоставляет услуги по устранению потерь.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 138 - Конец года

— Я увидел эту отметку в календаре на вашем столе, —продолжал Юншин.

Сехон ответил не сразу. Последовало напряжённое молчание, затем он сказал:

— И когда ты её увидел? У тебя же не было времени детально осматривать мой кабинет, пока ты в нём был.

— Ну, кое-что случилось, — двусмысленно ответил Юншин.

— Сегодня у меня выходной. Разве мы не закончили это разговор вчера?

— Закончим, когда я пойму. Где вы бываете? Вы не провёли со мной ни Сочельник, ни Рождество. Я ждал вместо того, чтобы жаловаться. Но если вы собираетесь отстраниться от меня и сегодня, то это немного бессердечно с вашей стороны, вам не кажется? Вы не можете пренебрегать мной только потому, что я парень. Мы идём на свидание прямо сейчас. Я говорю это вам, потому что вы, возможно, не знаете, как устроены свидания. Пары обычно встречаются в такие дни, как сегодня.

— Ты хочешь сказать, что мы должны пойти на свидание в эти душные толпы людей?

Юншин разочарованно усмехнулся.

— Ну, с ними же ничего не поделаешь? У меня сегодня свободна вторая половина дня, и я только что закончил работу. Я угощу вас дорогим обедом. Выходите.

— Не сегодня. Помнится, я говорил, что мне нужно сегодня кое-куда сходить.

— Куда же? Вы никогда никуда не выходите, но именно сегодня необходимо?

— Тебе не нужно это знать, — коротко ответил Сехон.

— У меня как раз есть полное право знать, разве нет? — с напором спросил Юншин.

— Ты... Не важно. Я вешаю трубку.

Подумав, что Сехон сказал это не всерьёз, Юншин уже собрался ему ответить, однако тот бессердечно повесил трубку. Юноша попытался дозвониться ещё раз, но на этот раз ему не ответили. Юншин ошеломлённо уставился на тёмный экран.

— Груб, как всегда. Устранение потерь, твою мать. Ваши недостатки невозможно устранить...

Его ярость достигла точки кипения, и он резко откинул назад волосы. Прохладный воздух обдувал лицо, но оно всё ещё горело.

Если Юншин намекнул, что свободен сегодня после обеда, то Сехон мог бы пригласить его поужинать вместе, или, если тот был очень занят, он мог бы пригласить его выпить позже вечером, просто чтобы увидеться. Юншин даже предложил угостить его обедом, но получил чёткий отказ.

Молодой адвокат понятия не имел, что за планы у его мужчины, чтобы он был так занят в конце года. Возможно, это просто его интуиция, но Юншин чувствовал, что Сехон скрывает свое местонахождение, и это разжигало его любопытство.

— Он что, хочет заработать ещё больше денег? Отлично, продолжайте вкалывать и подавитесь этими деньгами, — с горечью сказал Юншин.

Юноша раздраженно сунул телефон в карман пальто и зашагал прочь. Исполнившись решимости не отвечать на звонки Сехона, даже если тот перезвонит позже, Юншин снова достал свой телефон и выключил его.

***

Добравшись до парковки, юноша осмотрел просторный второй цокольный этаж. Он собирался направиться в центральный вестибюль, но, увидев, что машина Сехона всё ещё стоит на специально отведённой для этого парковке здания А, остановился как вкопанный. По словам секретаря Така и секретаря его сестры, все машины Сехона были чёрными.

«Один «Мерседес-Бенц», один «Форд», «Феррари», «Макларен»...» — Юншин пересчитал машины в том порядке, в каком они были припаркованы, и остановился, когда насчитал семь из них.

Все машины Сехона были на своих местах.

— Он воспользовался общественным транспортом? Или у него есть машина, о которой я не знаю? — задумался парень.

Последнее было более вероятно. К тому же была и возможность того, что Сехон всё ещё дома.. Юншин машинально сунул руку в карман пальто и, нащупав свой телефон, с сожалением остановился.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 139 - Конец года

Юншин передумал снова звонить Сехону и лишь достал свой телефон из кармана, как вдруг перед ним вспыхнули фары машины. Вслед за этим он услышал, как завёлся двигатель. Удивлённый, он огляделся по сторонам. Навстречу ему шёл владелец машины в чёрном, как ночь, костюме.

Сехон, должно быть, был дома. Юншин наблюдал, как фигура приближается. Однако что-то его беспокоило.

Сехон был одет во все чёрное, на руке у него висело пальто того же цвета. Поверх его парадной рубашки был туго завязан галстук. Его наряд был очень торжественным. Всплыли воспоминания, связанные с этой одеждой, о которых он не хотел думать.

«Этот человек ни разу за полгода не надевал чёрный галстук», — отметил Юншин.

У Юншина была исключительная память, и он действительно не помнил, чтобы Сехон когда-либо носил чёрный галстук. В голове было много вопросов. Сехон остановился прямо перед ним. Юншин заговорил первым.

— Уже уходите?

— Ты преследуешь меня? Это парковка не вашего здания. Что ты здесь делаешь?

— Я действовал импульсивно, — не стал юлить Юншин.

— И что?

— Я верю, что есть разумная причина, по которой мы с вами встретились прямо сейчас.

— И что это за причина? Расскажи мне.

— Я уже не раз задумывался об этом. Я считаю, нам суждено быть вместе, — уверенно заявил Юншин.

Сехон бросил на Юншина безмолвный взгляд. Затем он равнодушно прошел мимо, бросив неискренний ответ:

— Звучит убого. Посторонись.

Юншин не мог позволить ему вот так уйти. И дело было не только в наряде Сехона. Мучжина выглядел сильно перенапряжённым, а такого выражения юноша у него никогда раньше не видел.

Он не был уверен, Сехона застигли врасплох или он добровольно показывал такое состояние. В любом случае было ясно, что эта ситуация была из ряда вон выходящей. Основываясь на наблюдениях за Сехоном, независимо от того, насколько мужчина был занят, он всегда был умственно и эмоционально расслаблен. Но прямо сейчас что-то в Сехоне создало у Юншина впечатление, что мужчина не знает, что делать в этой ситуации.

Будучи трудоголиком, Сехон не стал бы брать отгул на целый день, если бы ему нужно было уйти лишь после полудня. Юншина поразило внезапное предположение, что, возможно, Сехон пожертвовал целым днём, потому что не хотел показывать эту сторону себя другим. Спонтанно он вцепился в рукав Сехона, а затем опустил руку, чтобы сжать ладонь мужчины в своей.

— Что ты делаешь? — спросил Сехон.

— Вы идёте  на свидание вслепую? Мне не нравится думать об этом, но поскольку у меня тоже такое было, в этот раз я закрою на это глаза. Я могу подождать дома, — ответил Юншин.

Сехон выглядел сбитым с толку.

— Зачем мне идти на свидание вслепую? Я не планирую заключать брак.

— Даже со мной?

— С тобой дело не в том, что я не хочу, а в том, что я не могу.

— Тогда, если дело не в этом...

Юншин помрачнел, не в силах озвучить другое предположение.

Такой чёрный галстук с чёрным, как смоль, костюмом, он лично надевал только в печальных случаях – например, когда умер его отец, когда скончались его друзья, их родители, когда его клиент скончался в результате трагического несчастного случая или принял «крайние меры». В каждом случае его сердце ныло от боли.

Учитывая, что Сехон отмечал это в календаре в течение нескольких лет, вероятно, это не было событием, которое случится в будущем. По словам секретаря Така, Сехон всегда брал отгул в этот день, так что, вероятно, это было событие, повторяющееся с давних пор. Придя к такому выводу, Юншин заколебался, затем осторожно спросил подавленным голосом:

— На вас было что-то подобное, когда мы впервые встретились. Я хорошо это помню.

Вместо ответа Сехон пристально посмотрел на молодого человека. Однако слова, которые так и не слетели с его губ, были написаны на его пепельно-сером лице.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 140 - Одиночество

Собираясь с силами, Юншин продолжил:

— Вы планируете пойти в колумбарий? Извините, что спрашиваю, но мне на самом деле интересно.

Юншин знал, что должен выразить свои соболезнования в этот момент, но так как Сехон ничего ему не сказал, всё же не хотел замалчивать ситуацию.

Как он и ожидал, лицо Сехона прояснилось, когда тот уставился на юношу. Но, несмотря на, то, что они находились друг напротив друга, точно прочесть чувства по лицу старшего адвоката не получалось. Вероятно, Сехон испытывал бесчисленное множество сложных эмоций. Сам факт того, что он не отстранялся от прикосновений Юншина, уже был доказательством того.

— Адвокат Кан, — сказал Юншин.

Сехон не ответил, поэтому он позвал немного громче:

— Адвокат Кан.

— Четырёхлетний опыт, колумбарий – это место, где урны хранятся десятилетиями, куда достаточно обеспеченные люди отправляются после смерти. Ты всю свою жизнь был богатым юным господином, так что для тебя это – предел воображения.

— Да, я знаю, что моя фантазия имеет пределы. Я спросил лишь потому, что вы выглядите так, будто вам нехорошо. Никогда раньше не видел, чтобы у вас было такое лицо.

— ...

— Мне вернуться? Я послушаюсь на этот раз. Если вы хотите побыть один, так тому и быть.

Сехон слушал и очень тихо, слегка ломающимся голосом, спросил:

— Если бы я попросил, как ты раньше, остаться со мной, как бы ты поступил?

«Мне очень жаль, но не могли бы вы остаться со мной ненадолго? Не думаю, что сейчас вынесу одиночество», — сказанная ранее юношей Сехону цепочка фраз передавала, что он был на грани срыва.

Юншин спокойно посмотрел Сехону в глаза, прежде чем отпустить его руку. Выражение горечи мелькнуло на лице старшего, что не ускользнуло от внимания юноши.

Один-единственный жест куда действеннее в выражении чувств, чем сотня слов. Юншин миновал Сехона, подошёл к пассажирскому сидению его машины, которая работала вхолостую, и сел внутрь. Он пристегнулся и уставился прямо на Сехона, наблюдавшего за происходящим. Будет ли слишком смелым предположить, что Юншин увидел намёк на облегчение, промелькнувший на бесстрастном лице мужчины?

Как он изначально и намеревался поступить ранее, Сехон сел на водительское сидение. Он долго смотрел на Юншина не поддающимся к расшифровке взглядом. Затем, ничего не говоря, умело вывел машину из гаража.

День клонился к вечеру и, по мере того как появлялись первые звёзды и тени удлинялись, воздух становился несравнимо холоднее, чем когда солнце обжигало землю. Ещё холоднее становилось от того, что они стояли на набережной.

Просёлочный берег реки, где ничего не было видно, кроме самого водоёма, выглядел довольно пустынным и заброшенным. Леденящий душу пейзаж, достойный появления в фильме ужасов, тянулся бесконечно. Удивительно, но, похоже, это место и было сегодня пунктом назначения Сехона. Оно совершенно не соответствовало его вычурному стилю жизни.

Атмосфера вокруг них, разрумяненных, была неприветливой. Единственное, что находилось неподалёку, — узкое сельское шоссе, так как людей вокруг было немного. Летом здесь могло быть множество туристов, но вид на зимнюю реку не был столь впечатляющим для приезжих. Юншин мог только гадать, почему Сехон пришел к этой уединённой реке, но подробностей он не знал.

Юноша осмотрелся, затем уставился на одинокую спину Сехона, который стоял лицом к воде. Если бы его не было здесь, в этом спокойном и огромном, всеми покинутом пространстве, тогда бы Юншину могло стать одиноко.

Сехон всегда приходил сюда, потерявший надежду?

— Где это мы? — спросил Юншин, смотревший на Сехона с беспокойством в глазах, подходя к нему. Тот отвернулся от волн текущей реки. Казалось, что в уголках глаз Сехона, смотревшего на Юншина, как на тихую гавань, появилась влага.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 141 - Одиночество

Слова, слетевшие с его губ, были тише, чем обычно:

— Экологически чистый колумбарий.

Как только ожидания подтвердились, Юншин постарался сказать бодрее:

— Разве это не запрещено законом? Рыбных ферм нет поблизости, но это место всё равно расположено меньше чем в пяти километрах от суши.

— Ты не прав. Согласно нескольким законам коммерческого права, это не совсем незаконно.

— Похоже, вам с давних пор нравилось пользоваться лазейками.

Сехон усмехнулся этой шутке и нервозность, которую в нём заметил Юншин на парковке у их дома, почти пропала. Сехон не проронил ни слова, пока вёл машину, но, к счастью, казалось, что сейчас его настроение стало лучше.

Вблизи Сехон казался невозмутимым. Точнее, он выглядел так, словно отказался от многих вещей, которые бы мог получить в своей жизни. Возможно, поэтому Юншин почувствовал, как его сердце сжалось. Весёлое выражение лица, которое он пытался сохранить, исчезло, будто задутый огонёк свечи. Сехон заметил это изменение, и слабая улыбка, игравшая на его губах, пропала без следа.

Они просто смотрели друг на друга. Вокруг них было открытое пространство. И всё-таки эти двое, во многом похожие друг на друга, обменялись пронзительными взглядами, как будто они были единственными державшимися друг за друга в их тесном маленьком кругу. По какой-то причине Сехон наклонил голову. Думая, что старший стремится его поцеловать, Юншин закрыл глаза.

Однако прошло несколько секунд, а Юншин так и не почувствовал никакого прикосновения к своей коже.

— Открой глаза, я хочу их видеть, — потребовал Сехон. Хоть не было ясно, просьба это или приказ, Юншин медленно открыл глаза. Сехон смотрел прямо на юношу и, когда глаза того открылись, поцеловал Юншина в лоб, издав тихий звук, а затем уставился куда-то над его головой.

Сехон смотрел на багряное небо, пока оно полностью не потемнело. Очертания его лица были изящны. Юшин позволил себе насладиться молчанием и повторил действия Сехона.

Затем Сехон наклонил голову ещё раз. Не собираясь попадаться на одну и ту же уловку дважды, Юншин убедился, что его глаза широко открыты. Но на этот раз его поцеловали в губы. Удивлённый, младший адвокат посмотрел вверх. Выразительные глаза мужчины были наполнены им, До Юншином, как если бы он был единственным, кто существовал в мире Сехона, что заставляло его чувствовать себя слегка смущённым.

Сехон ослабил защиту, и юноша почувствовал, что сейчас самое подходящее для вопросов время:

— Чей прах Вы здесь развеяли?

Сехон с готовностью ответил:

— Моего младшего брата, — после короткого молчания Сехон продолжил, — Он умер молодым.

Услышав ответ, Юншин спросил с беспокойством:

— Вы же не видите во мне своего младшего брата, не так ли? Бывает, что травмированные люди такое делают.

— Ты что, герой какого-то французского фильма?

— Если я не прав, то забудьте.

Сехон нахмурился и одарил его холодным взглядом, затем покачал головой. Юншин почувствовал себя глупо и подвинулся к Сехону. Он начал покачиваться из стороны в сторону, немного толкая мужчину. Возможно, это раздражало, или, может, он хотел сделать это с самого начала, но рука Сехона сама потянулась к нему.

— Иди сюда. — Сехон сжал его сзади в объятиях. Их взгляды пересеклись, когда они уставились на одну и ту же точку, исчезающую на горизонте. Сехон смотрел на потемневшую реку какое-то время, затем медленно наклонился вперед. Он поцеловал Юншина в щёку и мочку уха, затем потёрся кончиком носа о его подбородок. Его нежные жесты тронули сердце Юншина.

Юншин хотел знать больше о Сехоне. Он всегда думал об этом, но впервые это желание вспыхнуло в нём настолько сильно.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 142 - Одиночество

Будто желая за что-то ухватиться, рука Юншина накрыла руку Сехона, обвивавшую его талию. Он ждал подходящего момента, пока они обменивались молчаливыми взглядами, полными тепла, но, к удивлению, старший адвокат заговорил первым:

— Он не был мне кровным родственником. Просто мальчик, который равнялся на меня. Мы находились в схожих ситуациях. Мы оба родились в крохотных однокомнатных квартирах одного и того же города, и, хотя наши родители с нами не жили, они всё же ходили где-то по этой земле, поэтому ни один из нас не мог попасть в детский дом. Говорили, что это незаконно.

— Могу я спросить, почему он умер? — уточнил Юншин.

— От телесных повреждений. Прямо говоря, погиб в результате нападения.

Юншин резко ахнул, затем повернул голову, чтобы взглянуть на собеседника:

— Кто посмел?

— Возможно, это были местные отморозки, но в городе тогда особо не было камер наблюдения. Инцидент произошел посреди ночи. Полиция не расследовала дело должным образом, потому что он был просто ребёнком без родителей. Я тоже был слишком молод в то время. Тело нашлось, а убийца нет.

Сехон не знал, кто был преступником. Юншин временами ощущал, что не все были равны перед смертью. Не имея достаточного много опыта, юноша смог по крайней мере уловить разницу. С одной стороны, были такие, как его отец, чью смерть оплакивало множество людей, но с другой, были и такие, чьи жизни резко оборвались безо всякой причины.

Молчание мужчин добавляло пейзажу одиночества. Их дыхание было единственным движением в этом пустынном пространстве. Ледяной ветер обдувал их, грязная река несла свои воды вниз по течению, а порывы ветра от проносившихся позади них машин наполняли пустоту вокруг.

Находясь посреди всего этого, Сехон размеренно сказал, его твёрдый голос был спокоен, как течение воды, и настолько смирён, что казался почти грустным:

— Ни одно место не приняло кости мёртвого ребёнка. Я уже подумывал о том, чтобы отправить их на кладбище невостребованных тел, но мне было сказано, что и этого нельзя сделать, пока его родители живы. Я не мог нигде больше хранить урну с его прахом, так что развеял его здесь. Слышал, как люди говорили, что это незаконно, так что не мог рассказывать об этом без стыда. Мне было страшно, так что я сделал это посреди ночи совсем один. Дом, в котором я провёл свое детство, довольно далеко отсюда. Я шёл так быстро, как только мог, поздним вечером, но, наверное, это заняло около пяти или шести часов. Я в спешке развеял его прах. Была поздняя ночь, и я был настолько не в себе, что даже не уверен, где именно сделал это. Где-то неподалёку? Я пожалел об этом, когда скопил своё состояние. В конце концов, невозможно собрать то, что разбросано в воде. Мне следовало хранить его прах дольше.

Теперь его, наверное, унесло куда-то вниз по течению. Глаза, направленные на реку, были неподвижны.

Его спокойный и лишённый эмоций голос был наполнен одиночеством больше, чем когда-либо. С разрывающимся сердцем Юншин пристально смотрел на профиль Сехона, пока тот не повернул голову. Он спокойно наблюдал за проточной рекой, несущей свои воды величественно и безмятежно, как всегда. Блёклая россыпь бликов поблёскивала на поверхности реки, бесцеремонно не считаясь с трагедией.

Мысль об отдыхе в таком месте, как это, казалась невыносимо тоскливой. Все молекулы воды на поверхности земли и под ней давно забыли о прошлом. Возможно, низкие тщедушные деревья и гравий под ногами, помнили и оплакивали ту ночь вместе с Сехоном. Нести обязанность помнить о трагедии в одиночку такое долгое время было очень нелёгким делом.

— У вас есть и сентиментальная сторона, удивительно. Вы приезжаете сюда каждый год, чтобы почтить память своего брата?

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 143 - Лилия

— Наоборот.  Я делаю это, чтобы не забывать.

— А в чём разница? — спросил Юншин.

— Я заработал себе состояние, хорошую репутацию, достойную жизнь. Иногда я о нём забываю. Я сознательно забываю, какая дерьмовая жизнь у меня до настоящего момента , потому что теперь мне есть о чём помнить и думать. Так вот перед началом каждого года я всегда здесь напоминаю себе: «Я продвинулся так далеко после такого ужасного детства. Нельзя об этом забывать».

«Нельзя об этом забывать.»

Для Юншина эта фраза звучала как мантра для самого Сехона, чтобы тот не стал слабее.

Всё это время Сехону было не на кого больше положиться, кроме неродного ему мальчика, оказавшегося в подобной ситуации. Со временем он познакомился с такими благодетелями, как Михи. После мужчина встретил и секретаря Така, который смотрел на него с состраданием. Но всё же единственным, от кого мог эмоционально зависеть Сехон, был его друг детства, который уже скончался.

Хотя эти дорогие воспоминания подстегнули его в жизни, мальчика больше не было в этом мире – следовательно, его друг не мог стать слабостью Сехона.

Юншин наконец-то смог понять, от чего старший адвокат мог быть лишь трусом. По сравнению с ним, его детство прошло гладко и безупречно, поэтому, будучи взрослым с таким прошлым, Юншин не мог полностью понять, что чувствует его возлюбленный. Можно понять только то, что ты пережил. Всё остальное лишь догадки.

Тем не менее Юншин хотел утешить Сехона любым возможным способом.

Он потирал длинные и твёрдые пальцы мужчины, затем медленно проговорил:

— Говорят, вода всегда возвращается к истокам.

Сехон не ответил. Однако Юншин знал, что он внимательно слушает.

— Так же, как вы приходите сюда каждый год, так и он всегда будет возвращаться. Если вам повезёт, возможно, ваши пути однажды пересекутся.

Без слов Сехон наклонил голову. Юншин сделал то же самое, но в противоположную сторону и обменялся с ним взглядами. Затем он продолжил:

— Вам всё ещё не по душе, когда у следствия нет причины? Думать позитивно не повредило бы. Особенно в таких случаях, когда нет правильного ответа.

— Я думаю, ты что-то неправильно понимаешь. Те, кто уже умер и исчез, не имеют власти. Я пришёл сюда не потому, что до боли скучал по нему. Я хотел лишь завершить год и утвердиться в своих решениях, — ответил Сехон.

— Вы говорите, что ваша жизнь не так проста, что вы должны регулярно поддерживать своё моральное состояние. Вам трудно продолжать. Вы окружены недругами, завалены работой и не можете доверять людям так легко. Вам на самом деле очень горько и одиноко, не так ли?

— ...

— Но разве сейчас не всё в порядке, у вас же есть я?

Сехон нахмурил брови, не найдя слов. Юншин приподнял уголки губ, улыбаясь за двоих. В конце концов Сехон выдохнул и усмехнулся, сдаваясь.

— У меня было чувство, что ты будешь придираться, если я приведу тебя.

Сехон легонько щёлкнул Юншина по лбу, а затем встал. Он взглянул на воду, затем направился обратно к своей машине, припаркованной у набережной. Одно изменилось с того времени, когда они приехали: это было очень тонкое отличие, но Сехон выглядел более расслабленным, чем раньше.

Юншин задумался, произошло ли это изменение из-за него или нет, затем пошёл за старшим адвокатом.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 144 - Лилия

— Где мы сегодня поужинаем? — спросил Юншин.

— Каждый у себя.

— Уже довольно позднее время, чтобы готовить ужин по возвращению домой. Давайте просто поедим на обратном пути. Я видел ресторан с кхалькуксу*, когда мы ехали сюда, что думаете? Я прощу вам этот щелчок по лбу, если согласитесь.

— Умоляй. Тогда я подумаю между кхалькуксу и суджеби*.

— Купите мне ужин, Сехон-сонбэ — стал вымаливать Юншин.

Плечи Сехона вздрогнули, затем он наклонился и поцеловал юношу. Казалось, будто он получил разрешение. Юншин, который шёл за ним и улыбался, замер. Он не мог двигаться из-за всех эмоций, которые на него нахлынули. Сехон завёл машину и медленно повернулся, чтобы посмотреть на остолбеневшего Юншина.

— Ты не садишься? Я тебя оставлю, — заявил Сехон.

— На этот раз вы не злитесь, —  сказал Юншин.

— Из-за чего мне злиться? Ты совершил более, чем одну ошибку.

— Теперь я могу называть вас по имени?

Сехон, который только поглядывал на Юншина, теперь слегка постучал по своему автомобилю. Он не судил о правильности фразы Юншина, но думал, почему тот сказал это. Проанализировав их разговор, Сехон лишь жестом показал на пассажирское сидение.

Юншин поспешил сесть в машину и пристегнул ремень безопасности. Он посмотрел на Сехона, который всё ещё был снаружи. В реакции старшего адвоката было что-то необычное, поэтому юноша чувствовал себя слегка обеспокоенно. Сехон, наблюдая снаружи за Юншином, наклонился. Он схватил щёки Юншина обеими руками и крепко поцеловал его.

Их глаза встретились и между ними промелькнула искра.

После долгого, тяжёлого молчания Юншин выпалил:

— Если вы скажете, что не надо, я не буду. Мне нравилось, когда вы звали меня по имени, так что...

— Можешь называть.

Разрешение Сехоном было дано так легко, что Юншин был изумлён.

Юншин заикнулся:

— Н-не передумайте.

— Хорошо.

Руки Юншина дрожали, его сердце дико стучало. Заметив беспокойство молодого человека, Сехон поднес его правую руку к своим губам и оставил поцелуй на тыльной стороне . Затем он прошептал:

— Я куплю тебе ужин в приличном месте, До Юншин.

Кровь прилила к лицу младшего адвоката. Он кивнул.

* * *

Возможно, потому что это был конец года, дороги были перегружены больше, чем ожидалось. К тому времени, когда они закончили ужин и были близко к квартире, борьба за власть между ночью и днём закончилась победой тьмы.

Юншин посмотрел на тёмное небо из окна, затем слегка схватился за запястье Сехона, пока тот вёл. Мужчина слегка повернул голову, как бы спрашивая, чего хотел Юншин. Однако тот не отрывал взгляда от окна.

— Пожалуйста, высадите меня здесь, —  потребовал Юншин.

— Мы почти у дома. Куда ты собираешься идти? —  спросил Сехон.

— Мне кое-что нужно купить. Не могли бы вы подождать здесь минутку? Я сейчас вернусь, так что не уезжайте.

Заставив Сехона остановить свой автомобиль на обочине, Юншин вышел и  ни разу не оглянулся. Мужчина тоже думал пойти, но решил остаться в машине. Вместо этого он наблюдал за Юншином.

Настойчиво преследуя Юншина глазами, он увидел, как молодой человек входит в торговый комплекс, в котором размещались в основном магазины одежды. Его местом назначения, казалось, был цветочный магазин в самом внутреннем углу торгового зала. Сехон всегда поздно уходил с работы, поэтому он никогда не видел тот магазин открытым, но из-за наплыва покупателей на праздники в конце года магазин был открыт до сих пор.

*Кхальгуксу — корейское национальное блюдо, состоящее из пшеничной лапши, которая подается в большой миске с бульоном и различными ингредиентами.

*Суджеби — традиционный корейский суп с клёцками, сделанными из пшеничного теста, и различными овощами. Вкус и рецепт напоминают кхальгуксу. Но последнем лапшу режут ножом, а в суджеби тесто разрывают руками.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 145 - Лилия

Сехон наблюдал за Юншином через большие витрины магазина. Он видел, как молодой человек спросил о чём-то флориста, прежде чем исчез в более глубокой части здания, избежав взгляда Сехона.

Старший адвокат посмотрел время на часах, затем слегка постучал по рулю. Через несколько минут Юншин вернулся. В его руке был один белый цветок.

— У тебя довольно изысканный вкус.

— Разве он не прелестен?

Юншин, вернувшись на пассажирское сидение, осторожно прижал одинокий бутон у своего сердца. Затем поднял цветок к носу. Это выглядело как момент из сказки. Сехон наблюдал, словно зритель, увлечённый сценой из фильма, затем вновь завел машину. Они уже были рядом с домом, поэтому добрались до парковки в мгновение ока.

Мужчины вышли из машины, не проронив ни слова. Они просто шли к вестибюлю по знакомому им пути. Когда стали видны двери, ведущие в каждое здание, где они обычно расставались, Юншин сказал:

— Знаете, что это за цветок?

— Разве это не лилия? — ответил Сехон.

— Так и есть.

— Ты собираешься поставить её дома в вазу?

— Нет.

«Конечно нет», — казалось, хотел сказать Юншин, протягивая цветок Сехону.

Сехон недоверчиво нахмурился.

— Почему ты даёшь его мне?

— Я думал, что вы собираетесь в обычный колумбарий, и предполагал, что по дороге туда будет цветочный магазин. Но по дороге ничего не было, и меня беспокоило, что я ничего не могу купить. В следующий раз возьмите что-нибудь подобное с собой. Если не хотите брать что-то банальное, как белая хризантема, то лучше отдать предпочтение белым лилиям. Я слышал, они часто используются на похоронах за рубежом. Розы тоже подойдут.

— Мне такое не нужно.

— Я отдаю его вашему брату, а не вам, в честь встречи с ним. Вы просто передадите ему. Это мой подарок.

Когда мы думаем о цветах, то обычно вспоминаем, что они быстро увядают, но Юншин верил в обратное. Цветы символизируют жизнь. Когда он приходил к отцу, то всегда покупал хотя бы один цветок, иногда много, в зависимости от настроения.

«Несмотря на твоё отсутствие, этот цветок распустился красиво и величественно. Несмотря на то, что ему суждено увянуть, я буду жить полной жизнью, как этот широко распахнутый бутон», — когда он передавал это сообщение с помощью цветка, его тоска рассеивалась.

Юншин хотел, чтобы Сехон знал о силе этой жизни.

Вместо того, чтобы игнорировать чувства Юншина, Сехон медленно забрал цветок. Как и Юншин, он вдохнул его аромат. Когда он это сделал, младший адвокат вырвался из своих мыслей и продолжил:

— Вы знаете, насчёт прошлого раза...

— О чём ты? — спросил Сехон.

Юншин огляделся, потом остановился. К счастью, в тот момент вокруг никого не было.

— Исковое заявление. Вы хотели, чтобы я прислал вам его.

Рука, которая держала цветок, слегка опустилась. Всего минуту назад Сехон не выглядел угрюмым, но теперь его лицо стало жёстким, когда он посмотрел на Юншина. Но тот просто продолжал выражать свои мысли, не зная, что происходит в голове другого:

— Я сейчас его напишу.

— Сначала скажи мне, что ты от меня хочешь.

—  Сначала подойдите поближе. Вестибюль редко бывает пустым в такой день, как сегодня, когда все хотят уйти.

Сехон неспешно пошёл вперед, бросая вызов Юншину в том, что он собирается сделать. Посреди вестибюля двое мужчин в костюмах стояли лицом друг к другу. Юншин проверил не открывается ли дверь лифта, затем протянул руки. Он обнял верхнюю часть тела Сехона. Было трудно достать его плечи, потому что он был выше и шире, но кое-как Юншин смог полностью обнять мужчину.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 146 - Перемена настроения

— Это твоё исковое прошение?

— Нет. Моя просьба заключается в том, чтобы вы не смеялись над тем, что я скажу далее, — Юншин усилил хватку, сжимая Сехона в объятиях. Возможно, это заявление корректировалось в соответствии с тем, что старший адвокат считал справедливой рыночной стоимостью, так как он остался неподвижен. Следовательно, Юншин мог кристально ясно выразиться на фоне молчания Сехона:

— Я проиграл.

— ...

— Вы мне нравитесь, старший адвокат, — произнёс Юншин.

Весомые слова чётко прорезали воздух, а Сехон всё это время был безмолвен. Мужчина просто стоял напряжённо и прямо, как неживой, продолжая хранить молчание. Юншин терпеливо ждал. Он знал, что, без сомнения, сердце Сехона дрогнуло из-за него. Однако сделает ли тот шаг ему навстречу к такой абстрактной ценности, как крепкие и серьёзные отношения с другим человеком, – совсем другой вопрос.

С одной стороны, это означает, что Сехону пришлось бы отказаться от привычного образа жизни, что должно быть трудным решением. Из того, что Юншин до этого наблюдал, он мог понять, откуда у Сехона взялась оборонительная позиция, и почему тот не был готов просто открыться. Адвокат Кан был одинок с самых ранних лет, и он к этому привык. Он наконец привык к одиночеству, – своему старому другу, – но опасался впустить незнакомца в свою жизнь.

Тем не менее Юншин был честным человеком. Он не из тех, кто что-то скрывает. Следовательно, проблема легко решалась тем, что человек, который не так хорошо умел скрывать свои чувства, первым бы признал поражение.

— До Юншин, — в глухом звуке, раздавшемся из грудной клетки Сехона, чувствовалась нехарактерная для него привязанность, дыхание было ровным – Юншину нравилось всё это. С точки зрения общепринятых нравственных стандартов, Сехон не мог считаться хорошим человеком, но он уже начал нравиться Юншину. А юноша уже зашёл слишком далеко, чтобы дать задний ход.

В этот момент они услышали звон прибывающего лифта здания Б, его двери открылись. Юншин отпустил Сехона и поймал его взгляд, глубокий и недвижимый, словно озеро.

«Мы уже встречаемся, и я знаю, что ты чувствуешь, так что не очень волнуюсь. Я буду ждать, пока ты не сможешь ответить мне. Наверное, ты захочешь побыть один этим вечером, так что увидимся в следующем году.»

Застывший на месте Сехон опустил взгляд вниз и увидел в своей руке цветок. Пока он отвлёкся, Юншин подтолкнул его в спину к дверям здания А.

Отступив назад, не сводя взгляд с Сехона, юноша заметил, что его выражение лица отличалось от привычного. Юншин не думал, что это был первый раз, когда кто-то признавался старшему адвокату, но он мог сказать, что его неуклюжее признание на Сехона явно подействовало. Это было ещё одним подтверждением, что его возлюбленный отвечает на его симпатию, и их сердца уже связаны.

— Счастливого нового года. Пусть сегодня вам приснятся сны, наполненные мною, — слегка кивнул Юншин. В вестибюль вошли люди, и он растворился среди надвигающейся волны тел.

Сехон рассеянно стоял, затем начал поворачиваться, скрипя, как несмазанный робот.

Когда он вернулся домой, то зашёл в гардеробную и швырнул цветок на полку. Уже начав снимать пальто, остановился.

Сехон прислонился к шкафу и задумчиво уставился на белые лепестки лилии. Глубокое и далёкое чувство наполняло звоном его голову, словно колокола, знаменующие конец года.. Он практически ощущал мягкий аромат цветка, щекотавший нос.

Всё это время Сехон думал, что младший просто использует его. Он думал, что Юншин воспользуется их взаимными искренними чувствами, чтобы заставить Сехона вступаться за него. Из-за этого мужчине было крайне некомфортно, но пока он не хотел прекращать их связь. Он всегда балансировал между желанием сблизиться и гордостью, не желая, чтобы с ним обращались как с инструментом.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 147 - Перемена настроения

Честно говоря, Сехон думал, что Юншин поднимет тему супружеских проблем своей сестры ещё в вестибюле. Мужчина упоминал исковое заявление, потому что он хотел привести в порядок эту ситуацию – он устроил своего рода ловушку. Юншин был плох в том, чтобы дурачить других, так что он поднял белый флаг поражения. Молодой человек попросил помощи, став своего рода добровольным заложником, и Сехон размышлял над тем, чтобы отказаться от собственных ценностей хотя бы раз, чтобы помочь ему. Юншин того стоил.

Однако юноша передал ход ему, что глубоко встряхнуло Сехона.

«Вы мне нравитесь, старший адвокат.»

Сехон всегда всё подвергал сомнению, но зато он мог принимать резкие и быстрые решения.

Он не был настолько глуп, чтобы не понимать, что «ты мне нравишься» было не единственным заявлением, которое Юншин хотел сделать в тот момент.

Сехон не мог понять, как Юншин всегда мог быть настолько уверенным в себе, никогда не сомневаясь в собственных чувствах. Молодой человек не скрывал своих чувств, даже не пытался этого сделать. Он не чувствовал дискомфорта из-за всего этого. Когда он был не уверен в собственных чувствах, то говорил об этом, а когда находил веру в собственном сердце, то непоколебимо говорил об этом другим. Иногда казалось, что Юншин просчитывал что-то, а иногда – что он вообще ничего не просчитывал.

Юншин отличался от Сехона, который всегда анализировал взлёты и падения и действовал, опираясь на это. Сехон не мог понять Юншина, который часто отклонялся от ожидаемого курса действий. Это лишь усиливало его влечение к младшему до такой степени, что Сехон мог бы охотно согласиться быть использованным.

Адвокат Кан направил свой пронизывающий взгляд на лилию, затем понял, как нелепо с его стороны было думать о таких вещах, и посмеялся над собой. Он взглянул на часы. Если он вернётся к реке тем же путём, которым и пришёл, то будет уже глубокая ночь, но ему не нравилось слишком долго хранить у себя чужие подарки.

«Вам всё ещё не по душе, когда у следствия нет причины?»

Юншин весь состоял из условий, но, что неожиданно, Сехону больше это не было ненавистно. Он начал думать, что иногда с беспричинными событиями вполне можно смириться. Можно смириться – по крайней мере, до тех пор, пока речь шла о Юншине.

«Вы правильно поступили, что пришли. Встретили меня там», — Сехон вспомнил нежный голос и снова взял своё пальто.

Затем он деликатно поднял лилию так, словно это был Юншин, и покинул дом.

Действие 17

Сехон и Юншин бок-о-бок сидели в офисе, перед ними стоял кофейный столик. У них была встреча тет-а-тет перед приобретением Юнджин Констракшн. Юншин был самым неопытным в их специальной команде, так что ему приходилось помогать с задачами оперативной и управленческой деятельности помимо выполнения собственных первостепенных обязанностей. Поскольку Юншин впервые участвовал в такого рода работе, он переживал, что может допустить ошибку, потому и послал Сехону сигнал SOS. В конце концов, как более опытный сотрудник компании, решил помочь, несмотря на то, что он и давал ему задания.

Стопки документов лежали всюду, а перед ними стояли три ноутбука, подключенных друг к другу. Юншин пялился в центральный монитор, пока Сехон листал бумаги и читал ключевые пункты из документов. Затем настал момент, когда они одновременно потянулись за своими чашками, которые неудачно стояли крайне близко друг к другу.

Их ладони соприкоснулись, а концентрация внимания рассеялась, и они обменялись взглядами. Юншин робко убрал руку, но Сехон обхватил её своими пальцами.

— Ты меня избегаешь? — спросил Сехон.

— Я вас не избегаю. Пейте, если хотите.

Сехон нахмурился недовольно и уставился на Юншина, а затем отстранился. Его кадык дёрнулся, когда он сделал большой и долгий глоток воды.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 148 - Перемена настроения

Каждый раз, когда они работали вместе, старший адвокат, казалось, двигался с некоторой неловкостью. У Юншина сложилось впечатление, что тот был охвачен желанием снести барьер между рабочей и частной жизнью, что его самого же не устраивало. На него сильно подействовало признание юноши. Осознав это, Юншин почему-то почувствовал себя хорошо. Он ухмыльнулся, но испугался, что это заметят, так что скрыл свое удовольствие и вернулся к работе.

— Мы получили гарантийное письмо касательно поглощения от покупателей, которые потенциально могут быть заинтересованы, помимо Тэсан Констракшн. Структура дела, график отправки документов, гарантийные письма – всё это кратко перечислено здесь. Большинство из этих фирм оказались ненадежными, судя по тому, какую информацию мы получили, расспросив о них. Не лучше ли будет дождаться достоверной информации до того, как отправиться на встречу? — сказал Юншин, указав на монитор.

Сехон покачал головой:

— Гарантийные письма в любом случае не имеют юридической силы. Важны договор о конфиденциальности и соглашение о неразглашении информации... Насколько я знаю, они ни с кем не обменивались чем-то из этого. Другие юридические фирмы, возможно, делают то же самое. Уже слишком поздно пробовать что-либо подстроить в нашу пользу. Пользуйся тем, что есть.

— Разве вы обычно не отправляете письма вместе с этими документами?

— Обычно, да. Компания-продавец уже написала на электронную почту. Несмотря на то, что аппетитное блюдо находится прямо перед ними, потенциальные покупатели реагируют вяло. Это значит, что продажа ещё не объявлена официально. В конечном итоге шумихи много, но дело всё не продвигается. Что бы это могло значить?

— Все сомневаются, — ответил Юншин.

Сехон щёлкнул пальцами и продолжил мысль Юншина:

— Потому что ходят слухи о том, что Тэсан выставит высокую цену.

— Они беспокоятся о том, что как только начнут выражать свой интерес, цена вырастет до небес, так что продолжают осторожничать.

— У Тэсана самые высокие шансы, но мы не можем сбросить со счетов остальных. Нам нужно рассмотреть все варианты развития событий. Эта задача для старших юристов по коммерческим вопросам, но я дам шанс и тебе тоже. Представь защиту для Тэсан и принеси мне первый черновик до девяти часов утра следующего понедельника. Опоздаешь хоть немного – и я выкину отчёт, даже если ты мне его принесёшь.

— Понял. Ох, точно. Что вы думаете о том, чтобы потрясти Юнджин ещё разок, прежде чем взяться за реальное дело?

— Не будь так наивен. Я занимаюсь этим уже долгие годы, и куда бы я ни пошёл, другая компания ненавидит меня. Если я сделаю шаг... — Сехон уже собирался поставить точку, когда застыл на середине фразы. Казалось, он обдумывал что-то, затем изменил своё решение, внезапно передумав.

— Ведение этого проекта уже отошло от моего обычного стиля трясти их за шиворот и ругаться, к чему бы другая сторона уже может быть готовой. Может, есть нужда притвориться, что мы их провоцируем, в то же время ненавязчиво давая им понять, как всё это пройдёт, — закончив, он нажал кнопку внутренней связи и вызвал секретаря Така.

— Да? — отозвался секретарь.

— Президент Юнджин Констракшн. Чо Воник. Мне немедленно нужно с ним встретиться. Крайне секретно. — сообщил Сехон.

— Наедине? Он, вероятно, будет насторожен. Он знает, что вы воспользуетесь каждым его неверным словом. Вероятно, он придёт только если вы будете один, а он возьмёт с собой пятерых адвокатов.

— Передайте, пусть берёт, если хочет. Он даже может взять десятерых. Уточните у старшего адвоката Сон на всякий случай. У неё много связей в финансовых кругах, так что, возможно, она сможет быстро связать меня с ним.

— Я спрошу.

Закончив разговор, Сехон схватил пачку бумаг. Затем он протянул руку Юншину. Юноша подумал, что Сехон просто подаёт ему руку, но тот обнял его за плечи, притянув к себе, и погладил по правой щеке. Удивлённый, Юншин поднял взгляд на мужчину. Действия Сехона, должно быть, были неосознанными, потому что старший адвокат просто опустил руку, игнорируя Юншина, испепеляющего его взглядом.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 149 - Чувство вины

Кончик длинного среднего пальца Сехона вторгся в приоткрытые губы Юншина. Его пальцы вцепились в рот Юншина и надавили на мягкие губы. Сехон быстро нашёл все чувствительные места Юншина и погладил их кончиком пальца, а затем прикоснулся к зубам.

— Нгх, старший адвокат, — остановил Юншин.

Напротив них было окно, выходящее в кабинет секретаря. Их нельзя было увидеть, если только не подойти вплотную к окну и не заглянуть, но риск всё же был. Руки Юншина остановились на мгновение, затем он схватил Сехона за плечи, заставив взглянуть на него.

— Что? — спросил Сехон.

— Ну, я не думаю, что это хорошее место, — пояснил Юншин.

— Это мой кабинет.

— Я знаю, что это ваш личный кабинет, но если посмотреть на это с другой стороны, мы всё ещё на работе...

Непрямой отказ, должно быть, испортил ему настроение. Сехон закрыл жалюзи пультом, вытолкнул бумаги между ними и зажал Юншина под собой. Он поместил колено между бедрами молодого человека и положил обе руки рядом с головой Юншина, перекрыв все пути к бегству.

Юншин, который оказался на диване в мгновение ока, посмотрел мужчине прямо в глаза. Уголки его губ вздрогнули. Он не был настолько невинен, чтобы не знать, что будет дальше. Тем не менее он думал, что должен спросить в любом случае.

— Что вы хотите сделать?

— Ты так и будешь держать глаза открытыми? — вместо ответа спросил Сехон.

— В прошлый раз вы сказали, что хотите видеть мои глаза.

— В этот раз ты должен закрыть их.

Тишина окружила их. Сехон мягко взял Юншина за подбородок и наклонился. В тот момент, когда их губы встретились, веки Юншина плавно закрылись. Они овладели друг другом. Когда руки молодого человека притянули его ближе, Сехон в ответ языком овладел его ртом.

— М-м-мх, м-м-м...

Несмотря на то, что было тяжело дышать, Юншин не оттолкнул его, поэтому, следуя импульсу, Сехон погружал свой язык глубже и глубже. Он тщательно исследовал каждый уголок рта юноши, смешивая их слюну, будто пытаясь заставить его проглотить её.

Юншин обвил руками шею мужчины. Боясь упасть на диван полностью, он с шорохом вцепился в одежду Сехона. Костяшки пальцев побелели.

Вместо того чтобы отпустить его, Сехон подталкивал Юншина к пределу. Он поводил языком ещё глубже и убрал его. Он ласкал тонкую шею Юншина, подтянув его так близко, что их мокрые подбородки касались друг друга.

— М-м-м, м-м-м, пожалуйста, будьте нежнее, — взмолился юноша, когда их губы разъединились. Сехон сделал вид, что услышал его, но это не отразилось на его действиях.

Их губы вновь столкнулись. На этот раз Сехон действовал энергично. Юншин, тяжело дыша, запустил руки в волосы мужчины, схватив пряди. Лёгкая боль, должно быть, возбудила его, и Сехон стал двигаться более агрессивно.

— Нгх, м-м-м! Нгх! — стонал Юншин.

Эротический звук влажного трения затмевал его разум. Он не знал, чья, но прозрачная жидкость осталась на его подбородке. Юншин, хватая ртом воздух, царапал шею мужчины коротко подстриженными ногтями. Сехон, не имея возможности больше терпеть, расстегнул пуговицу на рубашке молодого человека и начал ласкать ему шею. Юншин изогнулся, сопротивляясь желанию откинуть голову назад.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 150 - Чувство вины

В этот момент снаружи постучали. Юншин удивлённо вздрогнул, широко раскрыв глаза. Сехон, который был погружён в страстный поцелуй, тоже медленно открыл глаза. Тогда же младший адвокат изо всех сил толкнул Сехона. Адвокат Кан выглядел ошеломлённым, что его оттолкнули, а Юншин впился в него взглядом, застёгивая пуговицу рубашки.

— Что за свирепый взгляд? — спросил Сехон.

— Разве вы не слышите стук? — ответил Юншин.

— Слышу, — сказал Сехон своему партнёру, который всё ещё приходил в себя после их поцелуя. Затем он сказал немного громче гостю за его дверью, глядя на Юншина сощурившись:

— Да, входите.

Юншин уставился на него с упрёком, его глаза словно спрашивали, почему Сехон впускает другого человека так быстро. Когда дверь открылась, юноша наклонился, делая вид, что забирает какие-то документы на полу, одновременно вытирая слюну, которая была на его подбородке.

Когда Юншин поднял взгляд, он увидел незваного гостя – секретаря Така. Секретарь ухмыльнулся, увидев, как Юншин заливается краской.

— Внутри так жарко? При нажатии этой кнопки можно понизить температуру.

Смущаясь, Юншин огрызнулся:

—Я в порядке. Я просто подавился водой... Я правда в порядке.

Секретарь Так посмотрел на Юншина с сомнением в глазах, но почти сразу же повернулся к Сехону.

— Адвокат Сон спрашивает, можете ли вы встретиться с ней ненадолго. Сейчас она в зале заседаний VVIP заканчивает другую встречу.

— Она хочет увидеть меня лично? Должно быть, есть что-то, что она хочет сказать только мне.

— Я попросил её назначить встречу с президентом Юнджин по внутренней связи, и она сказала, чтобы вы подготовили отчёт о приобретении и пришли к кабинету. Она передала, что послушает, что вы скажете, прежде чем будет помогать.

— Как я и ожидал, с адвокатом Сон ничего не бывает просто так. Я понял. Можешь идти.

Поклонившись, секретарь Так ушёл и закрыл за собой дверь. Юншин, щёки которого горели до сих пор, обиженно взглянул на Сехона. Но тот высокомерно вскинул подбородок, как бы спрашивая, что не так.

— Вы должны хотя бы предупреждать меня, чтобы я мог собраться. Разве вы тоже не... Ух! — начал Юншин, но был прерван.

Сехон вытянул руку и схватил Юншина за подбородок, подарив нежный поцелуй в губы. Внезапно застигнутый врасплох юноша был возмущён, поэтому начал бить мужчину по руке папкой с файлами. Сехон позволил немного себя побить, затем, когда действия Юншина начали стихать, он нахмурился.

— Что за восстание?

— Весь мой рот был в слюне – что секретарь Так подумает об этом?! Он ловит всё на лету!

— И что же, как ты думаешь? Тебе должно быть стыдно. Почему ты вообще так пускал слюни?

Юншин не смог найти слов и ошеломлённо выдохнул.

— Ух ты. Серьёзно, вау... Так вот насколько эгоистичным может быть человек. Даже нарцисс будет лучше вас. Я снова понимаю, что иду по трудному и тернистому пути.

Уставившись на Юншина с непроницаемым выражением лица, Сехон усмехнулся.

* * *

Конференц-зал VVIP на самом высоком этаже здания фирмы был оформлен более великолепно и элегантно, чем весь остальной интерьер фирмы. Намерение предотвратить утечку информации угадывалось в этом запечатанном помещении без окон. Это место обычно было зарезервировано для важных клиентов, где конечная сумма претензии достигала миллиардов. Теперь же здесь перед столом бок о бок сидели Сехон и Михи...

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 151 - Чувство вины

Хоть они и называли это беседой, но это была своего рода сделка. Михи казалась очень гибким и дружелюбным человеком, но она никогда не действовала во вред себе. Это не значит, что она была плохой. Михи – та коллега, за которую Сехон благодарен компании. Однако она строго анализировала прибыль и убытки, поэтому адвокат Кан никогда не думал, что женщина была полностью на его стороне.

— Вот. Вы такой же эксперт, поэтому вместо того, чтобы объяснять все на словах, вам будет лучше прочитать.

Сехон развернул свой планшетный компьютер к Михи. Та внимательно прочитала страницы, прокрутив документ до конца. Когда она это сделала, адвокат Кан почувствовал вибрацию телефона. Это был Юншин.

— Я иду в больницу по делу pro bono. Я слышал, что с ребенком всё в порядке, так что я думаю завершить урегулирование. Я сделаю так, чтобы не навредить вам или адвокату Сон, — сказал Юншин.

Сехон коротко ответил, затем, отложив свой телефон на сторону, увидел, что Михи наблюдает за ним с восторгом в глазах.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросил Сехон настороженно.

— Откуда адвокат До узнал, что президент Чо завел роман со своим однополым другом? Я пыталась раскопать тут и там, но никто, казалось, не знал. Как же так?

— Из уст жены второго сына Сухан Групп. А ещё у меня в руках была информация.

Михи сделала глоток кофе, снова взглянула на экран и добавила:

— Получается, это из проверенного источника. Директор До слов на ветер не бросает. Я знаю это. Что жена сделала не так? Ух ты, но это работа адвоката До, верно? Слышала, ты заставил других коллег прочитать его резюме. Каждый раз, когда я читаю его письмо по работе, то думаю, что это часть статьи. В прошлый раз мне довелось встретиться с его школьным другом. Он рассказал, что даже когда они были в старшей школе, все ученики изучали его конспекты.

— Передавать свои конспекты международной школе, как общественную собственность... Этот дурак, делившийся своим же оружием с другими, был прямо у меня под носом.

— Несмотря на то, что он позволил это увидеть другим, До Юншин всё равно был первым в своем классе. Разве это не прекрасно?

— Несмотря на внушительный послужной список, я до сих пор не понимаю, почему он решил стать адвокатом по правам человека.

— Просто он такой человек, вот почему он тебе нравится. Он тот, кто сделает то, что ты никогда не сделаешь. Ну, думаю, противоположности притягиваются. Чем больше я его вижу, тем больше он мне нравится.

Сехон не отрицал этого. Он поднёс кофейную кружку к губам. Коричневая жидкость была более горькой, чем обычно. Неприятный вкус остался во рту, заставляя его поморщиться. Михи не оставила без внимания его плохое настроение.

— Что тебя беспокоит? — спросила Михи прямо.

— Мне неудобно с ним работать, — ответил Сехон.

— Но последнее время всё было хорошо, так почему снова не так?

— Мне кажется, я делаю что-то ужасно неправильное, и я ненавижу это чувство.

— Прости, адвокат Кан, я просто не могу поверить в то, что услышала. Не мог бы ты повторить это? —  Михи резко спросила, потому что не могла поверить в признание вины Сехоном.

С другой стороны, мужчина лишь вслух сказал то, о чём долго думал. С некоторых пор Сехона беспокоило, что Юншин становится более похожим на него. Хотя у него никогда не было тёплых и доверительных отношений с отцом Юшина, профессором До. Но у него постоянно возникало неловкое ощущение, что виноват перед профессором.

Сехон знал, что Юншин не хочет учиться и подражать его методам. Младший адвокат просто хотел влиться в эту фирму и изо всех сил пытался выжить. Догук всегда была полем боя, и Юншину приходилось выживать не имея поддержки, поэтому было нормальным, что он следовал командам своего начальника – Сехона. Но мужчина знал, что если бы юноша неоднократно сталкивался с подобными ситуациями, то в конце концов, это стало бы частью его искренних намерений.

Сехон вспомнил отрывок из книги, которую Юншин подробно изучил, «Большие надежды».

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Uroboros

Глава 152 - Встреча. Наконец-то

«Все оставшиеся на земле мошенники – ничто по сравнению с людьми, которые обманывают сами себя».

Иллюзия, к которой он адаптировался и заблуждение о том, что он стал более опытным – Юншин наверняка обманывает себя этим. Ему было бы намного лучше. Чувство вины не было бы настолько свинцово-тяжёлым. Сехон знал, что его подчинённый всегда был серьёзен во всем, что делал, поэтому мужчина легко мог представить, насколько выгоревшим станет молодой человек.

Этим путём шёл Сехон до того, как Юншин последовал за ним, и временами он ощущал себя невероятно изолированным. Старший адвокат волновался о том, что над Юншином нависла судьба испить чашу горести до дна. Он знал, что волноваться было бесполезно, но не мог остановиться.

— Ты вообще ничего не чувствуеешь, адвокат Сон? Тебе же очень нравился профессор До, — сказал Сехон, переводя разговор в сторону Михи.

— Ладно, это так и есть, но абсолютно на тебя не похоже, — ответила Михи.

— О чём ты?

— На этот раз твоя нравственная реакция на другого человека довольно нормальна. Хотя я бы могла интерпретировать это немного по-разному в зависимости от того, направлена ли она на профессора или адвоката До.

— Происшествие на том ужине было твоим непониманием. Ты все ещё не веришь мне. Я бы не чувствовал себя обиженным, сделав что-то тогда.

— Допустим, ты ничего не сделал в прошлый раз. Но я не знаю, сделал ли ты что-то после.

Сехон недоумённо покачал головой Михи.

— Не испытывай меня. Мы этого не делали, – возразил он.

Михи повысила голос:

— Эй, Кан Сехон. Что ты имеешь в виду, говоря «этого не делали»? Кого думаешь обмануть? Ты вообще осознаёшь, как долго я тебя знаю? У тебя есть к нему интерес, любопытство и бесстыдные чувства. Я уверена, что ты уже раздевал его догола и пожирал его тысячу раз в собственной голове.

— Если тыкать пальцем в небо – твоё хобби, то становись гадалкой вместо того, чтобы оставаться в юридической фирме.

— «Пальцем в небо?» Мой вывод подкреплён доказательствами. В самом деле думаешь, что я не знаю о снисходительном отношении к Юншину? Да ты змея в костюме. Под твоим началом работают только те адвокаты, которым удалось выжить, избежав ядовитого укуса. Почему это До Юншин является исключением? Почему это только он один пробудил твою давно похороненную совесть? Что в нём такого особенного? Введи меня в курс дела.

Сехон не ответил, и Михи, наращивая скорость, твёрдо и убедительно сказала:

— Я – менеджер по найму, а также помощник менеджера юриста. Младшие юристы уже более полугода мечтают об уходе До Юншина. Все Ваши дела имеют почасовую оплату, так что он получает деньги, даже просто посещая каждую встречу, и пока он пользуется твоим расположением, ему гарантирован успех. На их месте я была бы вне себя от зависти.

— Я таскаю его с собой везде, потому что он довольно полезен. Ты должна знать, ведь уже видела его раньше в работе.

— То есть это лишь одна из нескольких причин, ты хотел сказать. Ты определённо очень мягок к адвокату До. Здесь что-то другое.

Обдумав её ответ, Сехон ответил спокойно, но немного сокрушённо:

— Я получил цветок. Эта взятка была слишком дорогой.

— Цветок? О чём ты вообще? Он обещал тебе редкие драгоценные камни? Я не думаю, что адвокат До такой.

То, что Юншин дал ему, было поистине бесценным. Это был подарок ценности несравнимой с драгоценными камнями или чем-то наподобие. Благодаря этому Сехон ощутил переполняющую волну эмоций, грозящих смыть его прочь подобно взмаху руки Юншина.

Всё, что сказала Михи, было правдой. С самого начала отношение и восприятие Юншина Сехоном было иным. Эта фирма была как джунгли: одни умрут, в то время как другие выживут. Сехон знал, что Михи не могла не знать о развитии их с Юншином взаимоотношений, потому что она всегда была гиперчувствительна к своему окружению. Вероятно, по этой причине женщина и подняла эту тему.

— Как бы там ни было, хватит об этом. Если ты поняла ситуацию, то могла бы организовать встречу между мной и президентом Чо Юнджин Констракшн? Я приму это как «да» и откланяюсь. — заключил Сехон.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 153 - Встреча. Наконец-то

Чтобы ещё сильнее продемонстрировать своё намерение закончить эту тему, Сехон встал. Он уже собирался забрать свой планшет, когда Михи надавила свой ладонью на экран, препятствуя ему.

— Подожди. Давай поужинаем где-нибудь вместе. Я собираюсь встретиться с директором До Игён. Я уже уточнила твоё расписание на эту неделю вместе у секретаря Така и смогла найти время, которое устроит всех, так что не отказывайся, — сказала Михи.

— Почему так внезапно?

— Я не говорила? Дело о покупке произведений искусства, которое ты отклонил в прошлый раз, – я решилась взять его. Поскольку ты отказался, подумала, что отдать его кому-то, работающему под твоим началом, означало бы поставить его в неловкое положение, так что моя кандидатура была лучшим выбором в этой ситуации.

— Тебе в самом деле оно нужно? Хватит, старший адвокат Сон. Это не раздаточный материал. Сложность задачи обязательно отразится на цене, которую позже придётся заплатить. Разве у тебя совсем нет опыта? Она определённо собирается попросить что-то большее в дальнейшем.

— Я знаю, но как могу отказаться от этого жеста доброй воли? Другая сторона хочет встретиться с тобой, даже несмотря на то, что ты отказал ей в работе. Она хочет угостить тебя вкусной едой, так что пойдём.

Тысяча мыслей промелькнула в голове Сехона. Самой выдающейся мыслью, засевшей в его памяти, был Юншин, плачущий посреди улицы. Затем он вспомнил время, когда его партнёр искал океан, чтобы спасти его, и информацию для расследования о браке Игён – всё это всплыло в глубинах его памяти и взорвалось на поверхности разума.

Судя по тому, что Михи восприняла доброжелательность директора До без глубоких раздумий, она, казалось, не знала о смягчающих обстоятельствах. Как бы там ни было, Сехон не мог заставить себя отказаться, думая, что этот ужин может стать поворотным моментом для Юншина.

Он вздохнул разок, затем нехотя кивнул.

***

Михи встала из-за стола, потому что встречу прервал важный рабочий звонок. Сехон и Игён остались одни в тихой отдельной комнате. Игён взглянула на Сехона, затем вежливо наполнила его чашку. Мужчина просто посмотрел на элегантную чашку, но не прикоснулся к ней. Директор До, будто зная, что он мог так отреагировать, горько усмехнулась, затем сказала:

— Выпить чашку чая – слишком много?

Немедленный ответ Сехона был произнесён холодным тоном:

— С чаем-то всё в порядке, но я не знаю, думаю ли так же о том, что вы собираетесь мне сказать.

Не отрицая этого, Игён спокойно ответила:

— Я слышала, что у вас были трудности из-за того, что встреча была запланирована в последнюю минуту. Спасибо, что сегодня пришли сюда.

— Зависит от того, кто клиент, потому что есть те, которых мне крайне нужно увидеть, даже если это означает пожертвовать своим временем.

— Судя по слухам, вы умеете себя продать.

— Я лишь желаю предоставить клиентам лучший опыт, — сказал он, после чего Игён снова замолчала. Сехон мог ощутить, что она слегка расстроилась, так что сказал, поддразнивая:

— Вот чему я учу До Юншина – юрист работает в сфере услуг. Вы ещё не пожалели, что отправили его ко мне?

— Говорить об этом ещё слишком рано. Теперь, раз вы его упомянули, как там Юншин? Он умный парень, но я была слишком добродушна с ним, так что иногда его взгляды на мир немного наивны. Но благодаря этому он прислушивается ко мне, так что я как-то смогла убедить его пойти в Догук... Честно говоря, я очень волнуюсь, всё ли у него в порядке.

— Он хорошо приспосабливается и делает свою работу. Гораздо лучше, чем я ожидал.

— Благодарю за то, что видите его в таком положительном ключе.

Сехон смотрел на него в хорошем свете не намеренно. Основополагающие ценности Юншина, может, отличаются от ценностей крупной юридической фирмы, но Сехон не мог отрицать, что Юншин был хорошим юристом, готовым работать по достойным причинам.

В отличие от судей и прокуроров, получавших ежемесячное жалование пропорционально их многолетнему опыту, для адвоката почасовая ставка была всем. В каком-то смысле это похоже на спортсмена, которого оценивают на основе его ежегодной чистой стоимости. Люди с нравственными ценностями Юншина и его опытом были редкостью на рынке труда. Но, что иронично, мир работал гладко только, когда существовали такие люди, как Юншин.

Даже Сехон, жизнь которого проходила в абсолютно противоположном ключе, знал это. Не было и шанса, что До Игён этого не знала.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 154 - Встреча. Наконец-то

— Если бы я был его старшим братом, то не послал бы к себе. Это словно испачкать чистый холст грязной водой. Вы совершили грубую ошибку, — сказал прохладно Сехон.

Между ними повисло неописуемо враждебное молчание. Сехон решительно и упрямо раскритиковал Игён. Та, должно быть, поняла это, потому что маска её спокойствия рухнула и на лицо набежала тень.

Эти двое безмолвно уставились друг на друга кинжально-острыми взглядами. Раз они уже встретились, Сехон решил, что может прояснить эту ситуацию раз и навсегда.

— Теперь позвольте мне спросить: чего именно вы хотите от меня? — Спросил Сехон.

Беспокойно движущиеся тёмные глаза Игён застыли на Сехоне, когда она медленно протянула руку.

Беспокойство её глаз, должно быть, передалось и пальцам, дрожавшим, пока она брала чашку и делала глоток теплого напитка. Игён молчала ещё несколько секунд, собираясь с силами, затем сказала:

— Я думаю о том, чтобы пожертвовать все свои активы вашей фирме после собственной смерти. Будучи членом Сухан в течение десяти лет, я собираюсь получить как можно больше дел для Догук, используя собственную сеть осведомителей, построенную в течение этих лет. Уверена, это было бы значительным подспорьем для вас.

— Просто доберитесь до сути. Не выражайте свою точку зрения расплывчато. Я ненавижу ходить вокруг да около.

Игён, должно быть, думала о том, что Сехон мог захлопнуть дверь комнаты в любой момент, потому что её колебания ушли, вместо этого сменившись тревогой:

— Пожалуйста, продолжайте нести ответственность за Юншина и давать ему работу.

— Почему это я должен отвечать за него? Я его родитель?

— Я лишь прошу спасти его.

Сехон усмехнулся:

— До Юншин что, умирает? Я не убивал его, так с чего бы ему умирать? Я единственный, кто может его убить. В ваших словах нет смысла.

— Я... пыталась, не привлекая излишнего внимания, подготовить различные варианты. В самом деле пыталась.

Сехон закрыл глаза и глубоко вздохнул, затем снова открыл их. Она сказала всего несколько тревожных фраз, но этого было достаточно. Так как он уже знал о том, в какой она ситуации, то мог домыслить и остальное.

— Поскольку у нас не так много времени, скажу прямо. Вы готовите иск о разводе. Директор Ю узнал об этом? — спросил Сехон.

Чайная чашка из руки Игён выскользнула, звякнув при ударе. Она была очень потрясена тем, что Сехон увидел, в какой она ситуации. Чашка загремела по блюдцу, прежде чем остановиться. Принимая её реакцию как подтверждение, он слегка нахмурился.

Такая реакция была понятна. Неважно, насколько значительна его информационная сеть; как человек, он мог узнать лишь немногое. Он не мог соперничать с такой крупной корпорацией как Сухан Груп. Тем не менее, если Сехон смог так легко раскрыть это, то и её муж мог разузнать это так же легко, буквально взмахом своей руки, пока у него были основные источники..

— Юншин вам рассказал? Я говорила ему сохранить это в секрете. Он не из тех, кто мог бы пойти против моих слов. Что-то здесь не так. Мой муж надавил на фирму или?..

— Он не сказал ни слова. Он всё ещё ваш послушный младший братик. Я узнал это лично. Вы никогда ранее не настаивали на встрече со мной, но вдруг отчаянно попросили встретиться, поэтому я просто догадался, что ситуация усугубилась.

Он намекнул на то, что фирма ещё не пострадала, и её взволнованное лицо немного расслабилось. Тем не менее голос Игён слегка подрагивал, выдавая беспокойство.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 155 - Кот в мешке

— Этот человек медленно сводил моего брата в могилу. Вот такой он человек. Юншин знает всю ситуацию, но он не знает, что из себя представляет мой муж. Он обращается с людьми, к которым он потерял интерес, невообразимо жестоко. Он знает, что младший брат— моя слабость, поэтому, чем больше он злится на меня, тем больше он зацикливается на Юншине. Я знала, что этот день наступит, но он наступил раньше, чем я ожидала. Именно поэтому я хотела встретиться с вами, — сказала Игён.

— ...

— Вместо того, чтобы позволить ему медленно разрушать себя, пожалуйста, позаботьтесь о нём, пока он не научится кусаться и выживать. Тогда я сделаю всё, что обещала. Пожалуйста, помогите мне. Я умоляю вас.

Сехон, молча выслушав её, наконец, потянулся к чаю. Он взял чашку, на которую до сих пор только смотрел, и сделал глоток. Игён на мгновение отвлеклась, затем она сделала мучительную улыбку, казалось бы, найдя утешение в этом жесте. Сехон не реагировал и немного насладился ароматом чая, прежде чем поставить чашку обратно на блюдце.

Сехон сказал довольно тихо:

— До Юншин умнее и смышлённее, чем вы думаете. Он уже умеет выживать. Он многое знает, просто притворялся невежей. Знаете, чем он отличается? Он очень силён — в некоторых отношениях, даже сильнее, чем я.

— ...

— Как насчет того, чтобы немного доверять ему? Так будет лучше для вас обоих.

— Но что если он пострадает? Мой младший брат без колебаний бросится в огонь ради меня. Юншин хороший человек.

— Если он пострадает, то так тому и быть — это просто значит, что ему не повезло, что вы его сестра.

Игён с самого начала ожидала, что Сухан загонит её в угол, поэтому пыталась укрыть брата под зонтом от опасностей. Этого она не могла отрицать. Но всё же Игён понимала, что зонт не спасёт Юншина от пушечного ядра. Она замолчала, покорно принимая на себя все стрелы раскаяния. Сехон продолжил свою речь.

Быть занудой не в его стиле, но перед ним сидела сестра Юншина. Он почувствовал необходимость заранее привить определенную осведомленность. Естественно, его тон стал резким.

— Вы против Сухан Груп Я чувствую себя ужасно, говоря это, но вынужден сообщить вам о реальном положении дел, поэтому, буду откровенен. Наша фирма не сможет победить Сухан. Я хотел бы, чтобы ваша проблема закончилась простым предупреждением, но, основываясь на вашем заявлении, что адвокат До — ваша ахиллесова пята, маловероятно, что всё разрешится просто. Ваши родители умерли, поэтому, не имея другого места для давления, кажется, Сухан выберет себе целью нас.

— Насколько мне известно, дочерние компании Сухан являются клиентами Догук. Они не могут просто уничтожить юридическую фирму из-за одного адвоката. Вот почему я выбираю вашу фирму.

— Я не знаю, как донести это до вас, но мы — группа людей, которая делает много сомнительных вещей за кулисами. Конечно по возможности, все они, казалось бы, находятся в пределах закона, но процесс достижения цели не всегда так уж законен. Мы как улей. Допустим, у меня всё хорошо. Но буду ли просто стоять и смотреть, как исполнительный директор и другие партнёры попадают в эту потенциально опасную ситуацию?

— Но, старший адвокат, если мы с Юншином разделимся, возможно, всё наладится, — сказала Игён.

С одной стороны, оптимизм и надежда на лучшее будущее могут быть выгодны. Надежда была движущей силой, которая превращала мысли в действия. Однако для Сехона это так не работало. Он всегда думал о худшем сценарии. Оптимизм полезен для психического здоровья, но давал мало шансов на победу.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 156 - Кот в мешке

— Всё наладится? Вы собираетесь развестись, — отметил Сехон.

— Да, я справлюсь, — с готовностью согласилась Игён.

— Вы будете единственной, кто спасется от этой семьи? Это значительно упростило бы эту историю.

— Нет, я заберу своих детей и подам на скромные алименты.

— Я никогда не видел, чтобы богатая семья охотно давала права на опеку. Вы будете бороться за это в суде.

Она было непреклонна:

— Я сделаю всё, что необходимо.

— Тогда у Догук ещё меньше причин принимать До Юншина. Ни один адвокат-партнёр не согласится на это.

— Но если это адвокат Сон...

— Адвокат Сон — хороший человек, я признаю это. Тем не менее, она также следующая в очереди на пост исполнительного директора крупной юридической фирмы. А если она не поможет? Откуда эта безнадёжная наивность? Что заставляет вас думать, что этот единственный план сработает? Вы должны были подумать о втором запасном плане и третьем запасном, на всякий случай. Как вы будете выигрывать у мужа, если будете такой мягкосердечной?

— Я знаю. Просто хотела найти место для Юншина, чтобы он остался там до того, как я закончу судебный процесс. И, что бы я ни думала, единственным ответом был Догук. Я не собираюсь подписывать документы о разводе просто так. Мне нужно защитить своих детей! — Игён повысила голос, слишком разволновавшись.

В этот момент распахнулась дверь, и Михи, которая пошла отвечать на телефонный звонок, встала в дверном проёме. То, что она ворвалась, не постучав, указывало на то, что Михи подслушала их разговор.

Осознав эту ошибку, Сехон посмотрел на Михи, которая резко подошла и села рядом с ним. Она спросила у Игён, сидящей напротив неё, в уважительном, но упрекающем тоне:

—Директор До, что вы это значит? Судебный процесс? Вы хотите сказать, что публично сделаете своего хорошо известного в стране мужа виновным? К тому же посреди его борьбы за наследство? Несмотря на всё это, вы обманули нас и отправили брата в нашу фирму?

Глубоко потрясённая Игён обратилась за помощью к Сехону. Мужчина хотел держать обстоятельства вокруг Юншина под контролем, потому что знал, как отреагируют Михи и компания. Сехон намеренно пренебрегал этим фактом; однако сестра первая послала ему сигнал SOS, так что он не мог остаться в стороне. Он нахмурился и как можно спокойнее ответил:

— Итак, про До Юншина ...

— Да, Сехон, я правильно услышала? — Михи спросила сразу после замечания Сехона, пронзая его острым, словно кинжал, взглядом. Её щёки пылали, показывая, что женщина пытается унять своё волнение.

Заметив её состояние, он прищёлкнул языком и сказал низким голосом:

— А ты думала, что он — горшочек с золотом... Но он был бомбой замедленного действия.

Все трое напряженно замолчали, каждый терялся в своих мыслях.

Действие 18.

Было поздно.

Оба адвоката вернулись в фирму, не сказав друг другу ни слова, и как будто заранее договорившись, оба направились в офис адвоката Сон. Как только они вошли, Михи закрыла жалюзи и яростно хлопнула руками по столу. Отпечатки её ладоней остались на коврике для письменного стола.

Сехон равнодушно сидел на диване, закинув ногу на ногу. Наблюдая за его спокойствием, Михи не могла не начать издеваться.

— Ты всё это знал, не так ли, Сехон? Я вижу это по твоей реакции.

Сехон понял, что ему не нужно врать.

— Так получилось.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 157 - Кот в мешке

Он ответил так небрежно, что Михи закричала в ответ:

— И это ты тоже скрыл от меня? С каких это пор? Так вот почему ты не согласился на просьбу директора До?

— Я не знал подробностей, когда отказывался. Узнал об этом недавно.

— О Боже мой! Подумать только, что их супружеские проблемы оказались не слухами. Чёрт возьми, неудивительно, что я почуяла неладное, когда услышала, что Директор Ю сказал, что не может справиться со своей женой. Директор До просто играла со мной. Это всё моя вина.

Михи прикусила губу, затем подошла к дивану и села напротив Сехона. В её тоне больше не осталось и намека на спокойствие.

— Адвокат Кан. Мы не можем остаться в стороне. Юридическая фирма — место, где мы имеем дело с законом. Директор До разводится! Это не обычный бракоразводный процесс между типичной парой из высшего общества. Эти двое всегда показывали, как хорошо они ладят. Причём перед всей страной. Если они подадут в суд, вся страна поднимет шум. Будут драки в зале суда, критика в СМИ — а если мы оставим брата директора До в такой ситуации?

— Мы либо примем её дело о разводе, либо, по крайней мере, будем выглядеть так, будто поворачиваемся спиной к Сухан, — ответил Сехон.

Она пристально посмотрела на него, соглашаясь с его ответом, затем сказала более убедительно:

— В худшем случае, это закончится тем, что Сухан просто отвернётся от нас. Все крупные и мелкие дочерние компании и аффилированные корпорации прекратят работу с нами. Это неизбежно произойдет. Директор Ю из Сухан Холдингс... Мы оба очень хорошо знаем, что как только ему кто-то не понравится, он будет мелочно и безжалостно топтать его до самого края ада.

— Спасибо за любезное напоминание.

— Более того, Игён больше не на кого положиться, кроме своего брата. Мы будем мишенью. Я даже не хочу представлять, как сильно директор Ю будет изводить нас всякий раз, когда его будут жалить другие люди.

Сехон не ответил. Он знал, что Михи отреагирует именно так. Всё, о чём она говорила, звучало правдоподобно. Обычно можно было бы усомниться в том, что кто-то сделал бы такое, но не в этот раз. Муж директора До идеально подходил для этой группы мелочных людей.

Тем не менее, вместо того, чтобы сразу согласиться, Сехон откинулся на спинку кресла. Он не скрывал своего изнеможения и потёр лоб.

Честно говоря, после того как он услышал о ситуации непосредственно от Игён, в его голове всё прояснилось. Ему нравилось это чувство — оно было похоже на луч света, пробивающийся сквозь тьму и рассеивающийся туман. Ситуация усложнялась, но он оставался в здравом уме.

— Эй, Сехон, скажи что-нибудь, — нетерпеливо настаивала Михи.

— Разве не ты встретила его с распростертыми объятиями? Почему ты так встревожена сейчас? — заметил Сехон.

— Тогда я думала, что адвокат До продолжит оставаться шурином главы Сухана.

— Разве ты не помнишь, как использовала имя профессора До, чтобы убедить меня?

Михи была убеждена, что Сехон знал ответ на её вопрос, но, увидев, что он увиливает, она не смогла сдержать своего волнения и закричала:

— Кан Сехон, Догук — это практически моя жизнь. Ты забыл, как я развивала нашу фирму? Я делала это, тактично наблюдая за реакцией моего отца, угождая другим партнёрам и терпя твой характер! Я зашла так далеко. Я так близка к тому, чтобы получить должность исполнительного директора, но эта проблема слишком серьезна.

— О, точно. Ты усердно трудилась. Заранее поздравляю.

— Кан Сехон!

— Что дальше?

—Давай выгоним адвоката До.

Сехон ожидал такого поворота событий Вот почему он не хотел проявлять слабость. Догук был слабостью Михи. Сехон, казалось, пребывал в глубоком раздумье, но не дал ей чёткого ответа, так что даже терпеливая Михи начала жаловаться.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 158 - Мораторий

— Давай просто не будем касаться этих разбирательств. Я буду чувствовать вину перед профессором, но это лучшее, что мы можем сделать. Я бы предпочла обойти стороной эти распри. Адвокат До работает под твоим началом, так что просто найди какую-нибудь причину, чтобы вышвырнуть его. Разве это не по твоей части?

— Нужно подождать — сказал Сехон.

— У нас нет времени на это. Для начала нужно дать поручение секретарю Таку, чтобы он начал процесс отключения доступа До Юншина к внутренней системе компании…А ты отстранишь его от дела о слиянии, которым сейчас занимаешься — ответила Михи.

Договорив, она нажала на кнопку внутренней связи. Сехон, до этого момента сидевший неподвижно, пошевелился. Он взял Михи за руку и выхватив трубку, вернул её на место. Михи вопросительно посмотрела на него и Сехон покорным тоном повторил:

— Я же говорю тебе, нужно подождать.

— Есть идеи получше?

— Пока нет. Прямо сейчас я думаю о том, как его защитить.

Фраза, сказанная Сехоном, не была чем-то сногсшибательным, но Михи выглядела шокированной, будто услышала нечто невероятное. Неважно, в каком бы положительном свете она не видела Юншина, слышать от адвоката Кана, что он, несмотря ни на что, будет продолжать держать юношу в своей команде, было абсолютно за гранью её понимания. Насколько она знала, Сехон за всю свою жизнь никогда не думал о том, чтобы защищать кого-то.

— Ты спятил? Такие вещи не решаются импульсивно!

— А я никогда и не говорил, что это импульсивный поступок. Я размышляю над этим уже какое-то время.

С момента, как юноша пришёл в Догук, в Сехоне разгорался внутренний конфликт. Сначала, он раздумывал над тем, стоит ли выгонять его. Затем Сехон думал, стоит ли ему позволять использовать себя и игнорировать юношу. В целом, всё было основано на фундаментальном вопросе о том, сохранит ли он Юншина любой ценой.

Каждую свободную минуту Сехон анализировал позиции как свою, так и Юншина. Он делал это так часто, что его тошнило от мыслей об этом. Наконец-то в его голове прояснилось. Он думал, что это к лучшему.

— Мы не знаем, что нас ждёт в будущем. Возможно, нам и не придется ничего предпринимать против Сухан. Директор До тоже надеется на это, — заявил Сехон.

— Уж не думаешь ли ты о том, чтобы оставить адвоката До? Да это же практически двойное самоубийство! Ты не из тех, кто ставит всё на туманное будущее. Единственное правильное решение здесь — исключить все риски, — Михи пыталась убедить Сехона.

— Тогда давай сделаем так. Если Сухан начнёт давить на тебя, я покину Догук вместе с До Юншином. Пока не говори об этом остальным партнёрам. Эти старпёры закатят истерику.

До этого момента Михи думала, что они с Сехоном на одной волне. Теперь она выглядела потерянной, ошеломлённой и практически опустошённой. Резкость в тоне женщины поутихла.

— У тебя что, беда с головой? Может, к врачу сходишь?

— К сожалению, я бы прекрасно чувствовал себя в любой другой юридической фирме. Единственная причина, почему я работаю здесь — подруга-старшеклассница Сон Михи, которая помогала мне во многом, начиная средней и заканчивая юридической школой, оплачивая все мои расходы на нужды и проживание. Я здесь только потому, что ты меня попросила. Думаю, я сполна закрыл свой долг перед тобой. Мы в расчёте. Отныне, если я нужен Догук, то пусть фирма позаботится о моём благосостоянии.

Казалось, ситуация вышла за рамки понимания Михи. Она не могла принять его предложение. Сехон был главным работником, приносящий деньги фирме. Временами его присутствие меняло исход дела. У фирмы не было абсолютно никаких причин расставаться с таким бесценным активом.

Перевод: Allitme

Редакт: Allitme, Uroboros

Глава 159 - Мораторий

— Ты юрист-партнёр и инвестировал свои средства в эту фирму. Этот статус и положение — хочешь отказаться от всего этого? Почему ты так себя ведёшь? Почему ты заходишь так далеко в попытке защитить его? Вы встречаетесь или что-то типа того?

— Как ты уже заметила, он мне действительно интересен, я испытываю любопытство и ещё более непристойные чувства. Я не хочу выгонять его только потому, что он потерял свою ценность.

— Вообще-то, адвокат До был изгоем!

— Если его никто не защитит, он останется один. Я не хочу, чтобы он думал, что одинок и нет никого рядом. Я знаю лучше, чем кто-либо, как дерьмово чувствовать такое.

Михи вздрогнула и замолчала. Рот Сехона превратился в прямую линию. Он уставился на розовые губы женщины

Они оба знали, что Сехон и Юншин несопоставимы. Также, оба понимали, что Юншин не ребёнок. И всё же, их реакция на шок и горечь сильно отличалась бы. Если бы мужчина попал в схожую ситуацию, то с легкостью переступил через бы эти невзгоды и пошёл дальше. Но вот Юншин так сделать не мог. Вот почему Сехон ему сочувствовал.

Тот факт, что директор До обратилась к Кан Сехону, означал, что её ситуация выглядела не очень хорошо. Несмотря на то, что до сих пор она была опорой в жизни Юншина, более у неё не будет возможности, чтобы присматривать за своим братом в предстоящей битве. Юншин переживает из-за этого и уже пытался обратиться к Сехону в поисках поддержки. Мужчина знал об этом.

Юншин мог встать в самом разгаре битвы, мечась вокруг, как воздушный змей без верёвочек, и Сехон не хотел смотреть на страдания юноши под натиском своего шурина. Мужчина не мог выразить словами, как ужасно он себя чувствовал, просто представляя это.

— Перестань вести себя как расчётливый полководец и прояви хоть немного сострадания к детям нашего наставника.

— С таким же успехом ты можешь попытаться спрятать слона в этом офисе. Я не верю своим ушам, что я слышу от Кан Сехона? Мне так хочется посмеяться над тобой, позволишь?

— А ты ещё не насмеялась? Продолжай, если хочется.

Сказав всё, что хотел, Сехон встал. Взглядом Михи оглядела его снизу вверх. На лице мужчины читалось принятое поражение. Он дал ей знак подбородком, призывая сказать то, что она хотела. Адвокат Сон приняла предложение.

«То, что мы защищаем, однажды станет нашей слабостью. Той слабостью, что впоследствии начнёт съедать тебя изнутри»,— Михи повторила фразу, которую часто произносил Сехон. Мужчина просто окинул её взглядом сверху вниз. Михи проигнорировала это и продолжила: «Человек должен усердно работать ради денег, но не поддаваться их влиянию. Если кто-то вступает в отношения, он не должен скрывать своё сердце. Человек должен полностью владеть своим сердцем. Если бы его украли, это стало бы началом падения человека» Ты ведь сам так говорил, забыл?

Сехон выглядел абсолютно незаинтересованным в этом диалоге. Он холодно возразил:

— Разве ты не знаешь, что у меня самый высокий IQ в этой фирме? Я помню, что говорил. Позволь мне спросить тебя кое о чём. Ты забыла о сделке, которую заключила со мной, когда принимала в Догук Юншина? Собираешься заставить меня использовать это условие против тебя из-за такого тривиального спора? Я прав?

Когда его спросили, чего он хочет, он ответил: «Мне нужна свобода действий со всеми своими делами внутри фирмы без стороннего вмешательства».

Михи вспомнила этот разговор и вздрогнула. Всё же она понимала, что если проиграет Сехону с самого начала, то будет продолжать проигрывать ему до конца, поэтому она твердо сказала:

— Кан Сехон, ты же знаешь, сколько это может стоить. Собираешься использовать это условие для защиты партнёра?

Перевод: Allitme

Редакт: Allitme, Uroboros

Глава 160 - Мораторий

— Я уже владею множеством вещей. Я могу себе позволить.

— Надеюсь, что этого не случится, но если Сухан сделает выпад, мне, возможно, придется отбросить тебя в сторону. Возможно, контракт будет расторгнут, будет выдвинуто требование о возмещении ущерба. Ты с этим справишься?

Михи знала, каким бессердечным может быть Сехон. Несмотря на то, что она не надеялась обменяться с ним пылкими репликами, он ответил достаточно быстро, чтобы она почувствовала себя подавленной. «Ты сосредоточена на защите того, что любишь. Ты готова защищать Догук. Я же буду делать то, что посчитаю необходимым».

— Сехон.

— Закрыли тему. Я ухожу первым.

Сехон бросил в её сторону безразличный взгляд. Михи нахмурилась и, не желая больше иметь дело с этим упрямцем, махнула рукой, указывая на дверь.

Абсолютно различные друг от друг мнения двух юристов не могли слиться воедино. Михи, как никто другой, знала, что уход Сехона из фирмы нанесёт ей критический удар. Казалось, что она была готова дать время этой ситуации и понаблюдать, как поведёт себя Сухан, прежде чем ей придётся принимать решение.

Дверь с щелчком закрылась за Сехоном. Был поздний вечер, так что в административном отделе было несколько пустых столов. Секретарь Так увидел адвоката Кана, спускаюшегося по коридору из холла. Пока секретарь собирал документы, Сехон прошёл мимо и тот последовал за ним.

Когда руководитель сел за свой стол, он взглянул на кабинет Юншина. Поскольку весь свет был выключен, юноша, должно быть, ушёл домой. Секретарь Так вошёл в поле зрения начальника. Он выглядел очень заинтересованным.

— Старший адвокат?, — прервал тишину секретарь.

— Что ты хочешь знать?

— Мой друг из финансового отдела сказал мне, что он слышал, как вы и старший адвокат Сон кричали друг на друга. Он спросил меня, не произошло ли между вами чего-то плохого.

— Я всегда даю отпор, что здесь тебя удивляет? Мы с ней хорошо ладим, так что, раз у тебя есть время на сплетни, тебе стоит побольше работать.

— Приятно это слышать. О, Доён Дэйли пресс, та, о которой я писал, — дочерняя компания Доён Груп, проводит вечеринку в честь своего семидесятилетия в пятницу вечером. Пришло официальное приглашение. Вы должны там быть.

Секретарь Так достал приглашение и положил на стол руководителя. Сехон с раздражением взглянул на документ, затем спросил:

— Разве нет другого партнёра, который мог бы пойти вместо меня? Поспрашивай у коллег. Я уверен, желающих будет много.

— Даже если у вас есть важная причина пропустить вечеринку, вы не можете послать кого-то вместо себя. Это закрытое мероприятие, куда приглашают только людей высшего статуса. Однажды вы судились с пилотом, мистером Тэджу Ханом из Доён Эйрлайнс. Видимо, это приглашение как-то с ним связано. Даже адвокат Сон не приглашена.

Проводилось бы это мероприятие в любое другое время, Сехон с радостью бы пришёл. Однако сейчас он столкнулся с огромной проблемой, так что ему не хотелось идти на какую-то вечеринку, не связанную с Догук. В большинстве случаев такие закрытые мероприятия были местом для общения, а значит, ему бы пришлось общаться с разными людьми о политике и финансах.

Сехон полагал, что он сможет нормализовать своё ментальное здоровье, если погрузится с головой в работу и не будет выходить из офиса. Ему нужно было время подумать, поэтому секретарь Так ждал его ответа. Наконец, придя к наилучшему варианту, он протянул приглашение секретарю:

— Передай это До Юншину, когда он придёт на работу. Скажи ему, чтобы он нашёл для этого мероприятия место в своём расписании.

— Хотите отправить его вместо себя? Я же сказал, вы не можете.

— Он пойдёт со мной. Я же могу взять кого-то или что-то с собой? Какой дресс-код?

Причина, по которой Сехон решил пойти на мероприятие с Юншином, показались секретарю двусмысленными, поэтому на лице у него промелькнула тень недоумения. Однако, будучи опытным секретарём, он сосредоточился на своей работе.

— Синий. Просто в качестве акцента. Подготовить для вас галстук? Или платок в нагрудный карман? — предложил варианты секретарь Так.

Перевод: Allitme

Редакт: Allitme, Uroboros

Глава 161 - Посетитель

— Всё в порядке. Сам об этом позабочусь. Можете идти. И, если вы закончили с работой на сегодня, то домой, — сказал Сехон.

— Понял, — ответил секретарь Так.

После того как секретарь Так ушёл, Сехон растянулся в расслабленной позе. Перед его глазами всё кружилось, будто под действием мощного наркоза. Казалось, что он может потерять сознание в любой момент. Он скрыл от Михи, как сильно потрясён, но эта часть самого себя была ему незнакома. Впервые жизни он протянул руку помощи, чтобы защитить другого.

— Перестань вести себя как расчётливый полководец и прояви хоть немного сострадания к детям нашего наставника.

Сехон не мог поверить, что эти слова сорвались с его губ.

Неужели он наконец сошёл с ума от переработок?

То ли от смущения, то ли от обиды лицо Сехона раскраснелось.

— Он и правда заставляет меня делать безумные вещи, — мужчина не мог поверить, что на него так повлиял другой человек. Он растерял свою холодность и потёр руками лицо.

В просторном зале гостиницы, где проводилось мероприятие, было довольно людно. На подобном событии, где присутствовали выдающиеся представители всех общественных сфер, Юншин не был уже более десяти лет, со времён свадьбы сестры.

Несмотря на проведённые там два часа, юноша, который всё это время был слегка ошеломлён, всё ещё чувствовал себя смущённо и неловко. С другой стороны, Сехон казался в высшей степени привычным к подобным мероприятиям. Наблюдая за ним, разговаривающим со старшими юристами и деятелями в областях финансов, политики и прессы, Юншин очень чётко ощутил, что они с Сехоном живут в двух разных мирах.

Когда он следовал за Сехоном и встречал людей, некоторые выказывали интерес к Юншину. Сначала им было любопытно, кого Сехон выбрал среди всех возможных людей и привёл как младшего, а затем, когда он рассказал, что он шурин Сухан Груп и сын профессора До, они открыто выражали дружелюбие.

Всякий раз, когда люди говорили о сестре Юншина, мышцы на его лице подёргивались от натянутой улыбки. Физически он всё ещё был полон энергии, но чем чаще слышал про свою семью, тем больше утомлялся. Когда, наконец, Юншин понял, что больше не может, то потянул Сехона за рукав. Он осторожно схватил его, избегая людских взглядов.

— Старший Адвокат, можно Вас на минутку? — прошептал Юншин.

Сделав знак своему собеседнику, Сехон обернулся. Он быстро осмотрел лицо Юншина, затем, уловив суть ситуации, спросил:

— Устал?

— Без шуток, я совершенно опустошён, — отвечая, Юншин пытался казаться веселым.

Сехон тщательно осмотрел зал ещё раз, затем, решив, что этого, вероятно, достаточно, кивнул:

— Я поздоровался с большинством присутствующих и получил кое-какую полезную информацию. Мы можем идти.

— Всё точно в порядке?

— Конечно. Если ты очень устал, не лучше ли нам передохнуть наверху, прежде чем отправиться в путь? — Его тон был на редкость мил. У Юншина появилось странное чувство, что Сехон стал другим за последнее время, а его отношение к этому всему стало заметно иным. Он держал Юншина рядом с собой на протяжении всего мероприятия и позволял ему слушать все обсуждения. Когда собеседники проявляли интерес, он лично представлял им Юншина.

Когда он впервые услышал, что адвокат Кан хочет, чтобы он сопровождал его на вечеринке, Юншин подумал, что Сехон хочет выполнения мелких обязанностей, возникающих по мере необходимости, но был абсолютно неправ. Наоборот, Сехон не сводил с него глаз и всё время присматривал за Юншином. Юноша, скорее, ощущал заботу. Сехон вёл себя так, словно привёл его на вечеринку не как коллегу, а как возлюбленного. Так что, когда Юншина спросили, хочет ли он подняться наверх отдохнуть, естественно, его мысли потекли в сомнительном направлении.

— Не будет выглядеть странно, если мы пойдём в номер вместе? — Юншин внезапно понизил голос до шёпота, его щёки вспыхнули румянцем, он резко наклонил голову. Сехон уставился на раскрасневшееся лицо и прикусил нижнюю губу. Тогда Юншин осознал, что он, должно быть, опять надумал себе что-то.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 162 - Посетитель

— Я не прав? — Возясь с рукавом Сехона, Юншин немного засмущался.

Юноша думал, Сехон будет смеяться над ним из-за высказанных непристойных мыслей, но мужчина лишь поправил его:

— Давай сделаем передышку за чашкой чая в гостиной. Если же ты очень устал, то передохнём в номере.

— Н-нет, я в порядке. Я просто истощён морально, не физически. Кроме того, секретарь Так сказал мне проводить вас до самого конца. Он сказал, что вам нужно просмотреть и систематизировать полученную сегодня информацию. Мы можем продолжить наше свидание позже.

Сехон увидел искренность в притихшем Юншине. Направляясь к нему, мужчина встречался взглядом со всеми, с кем разговаривал сегодня, и давал им понять жестами, что уходит. Юншин подумал, что быть таким общительным, не начиная раздражаться и ни разу не злясь, – отличный навык, даже несмотря на то, что Сехон ни разу не похож на человека, который наслаждается светскими выходами.

Юншин тихо следовал за Сехоном. Когда мужчины дошли до лифта, юноша огляделся вокруг. Они были одни. С облегчением, он наклонился к Сехону. Странно, но старший адвокат терпел капризы младшего. Он поднял кончик галстука Юншина, прижался губами к синей ткани. Оба вспомнили кое-что, произошедшее между ними какое-то время назад, и синхронно издали по тихому смешку.

В этот момент они услышали приближающихся сзади людей. Юншин выпрямился и посмотрел прямо перед собой. Сехон казался слегка разозлённым, чувствуя, что проиграл эту пустяковую игру. Он наклонился и прошептал:

— Может, нам забронировать номер?

— Что вы будете делать после? — спросил Юншин.

— То, что ты представлял секунду назад.

Юншин рефлекторно хотел возразить, но лишь закрыл рот. Он в самом деле представлял кое-что. И мысль об этом не была ему противна. Также он прекрасно понимал, какие у его спутника чувства. Но, как бы там ни было, Юншин первым пригласил Сехона на свидание и признался в чувствах, так что он, по крайней мере, хотел услышать ответ своего возлюбленного. Ему было немного неловко объяснять свои чувства, так что он сменил тему:

— Вы знаете, что вели себя странно в последнее время?

— Что ты имеешь в виду? — в ответ спросил Сехон.

— Вертитесь вокруг меня и балуеете. Вам это совсем не идёт.

— Ты всегда жалуешься, когда я забочусь о тебе. Принимаешь всё как должное. Ты радоваться должен, что я так терпелив.

— Вот это я и хотел сказать. Будьте честны, вы со мной согласны, не так ли?

Сехон легко щёлкнул Юншина по лбу, не подтверждая и не отрицая, затем вошёл в лифт, когда двери открылись. Группа людей, стоявшая позади них, должно быть, хотела подняться в гостиную на верхнем этаже, а не спуститься вниз, так что они не стали садиться в лифт.

После того как двери закрылись, они остались одни в замкнутом пространстве. Его душа и тело были истощены, и Юншин прижался головой к Сехону. Юншин не мог сказать, что острые и костлявые плечи были удобными, но чувствовал себя до странного расслабленно.

— Зачем вы взяли меня сегодня с собой? Разве то, что я был всё время рядом, не раздражало вас? — спросил Юншин.

— Просто так я могу заставить тебя двигаться маленькими шагами, — ответил Сехон.

— Когда я успел так вырасти?

— Раз это было мероприятие для прессы, я представил тебе в основном видных деятелей с опытом работы в качестве ведущих новостей. Не забывай лица людей, с которыми сегодня познакомился, и отправь им отдельные сообщения, чтобы установить связь. Конечно, ничего не бывает бесплатным, но, может быть, тебе понадобится объединить силы с ними в будущем, основываясь на взаимных нуждах. У Сухан столько же врагов, сколько и союзников. Пользоваться этим в собственных интересах – тоже навык.

— Столько же врагов, сколько и союзников. Прямо как у вас, адвокат Кан.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 163 - Посетитель

Как бы благодарен ни был Юншин Сехону за обучение и помощь, он смущался и стеснялся этого. Он чувствовал себя маленьким животным, которого кормят с ложечки. Несмотря на это, юноша пытался ответить настолько беззаботно, насколько это было возможно. Юншин оторвался от Сехона, чтобы взглянуть на него, но тот на него не смотрел. И всё же Юншин был достаточно восприимчив, чтобы понять, что всё внимание Сехона было направлено на него.

Как правило, враг твоего врага может стать твоим союзником. Юншин чувствовал себя странно, потому что, казалось, Сехон предсказывал, что однажды Юншин объединится с врагами Сухан. Младший адвокат никогда раньше не упоминал о ситуации, в которой оказалась его сестра при старшем мужчине. Она сказала ему помалкивать об этом, но это была не единственная причина хранить молчание. Юншин был испуган, что если он упомянет это Сехону, то старший может передумать по поводу их отношений, чтобы защитить собственные интересы.

Юншин был встревожен и обеспокоен слухами, которые начали распространяться без его ведома. Сколько всего произошло, а он не знал? Было ли это причиной того, что Сехон продолжил настаивать на исковом заявлении, а также упомянул, что он привык, когда другие его используют и провёл черту между ним и Юншином? Как бы там ни было, он не мог его допрашивать лишь по наитию, не имея вещественных доказательств, поэтому колебался.

— Адвокат Кан.

— Пойдём.

По иронии судьбы двери лифта открылись как раз когда Юншин собирался спросить Сехона. Они прибыли к подземной парковке. Водитель от фирмы заметил их, вышел из машины и открыл двери на заднее сидение.

Сехон забрался первым, а Юншин последовал за ним.

Юншин много чего хотел узнать, но Сехон сфокусировался на работе, так что Юншин не мог заставить себя прервать его. Они обменялись лишь несколькими словами на обратном пути. Непривычная тишина легла грузом на их плечи.

***

Сехон вышел наружу, чтобы отправиться на ночную прогулку. Он шёл так долго, что почти забыл о холодной погоде. На нём были лишь чёрные брюки, обтягивающие его длинные ноги, толстый вязаный свитер, который закрывал торс, и пальто, окутывающее плечи. Мужчина продолжал идти, не обращая внимания на температуру. Примерно через час Сехон вернулся к жилому комплексу.

Вздохнув, он остановился и взглянул вверх. Яркая луна, казалось, была заперта на чёрном небе. Адвокат Кан взглянул на квартиру прямо перед ним, затем оглядел корпоративный бизнес-центр, стоявший рядом, и решил первым делом зайти в магазин.

Он выбрал несколько презервативов, лубрикант и бутылку газировки, поставив их на прилавок.

— Ещё пачку сигарет, — он указал на марку, которую курил время от времени, затем передал карточку сотруднику. Внезапно что-то вспомнив, пробежался взглядом по полке с закусками. Он нашёл лимонный леденец, что Юншин однажды засунул ему в рот. Заплатив и за конфеты тоже, вышел из магазина.

Он не осознавал, насколько было холодно до тех пор, пока порыв холодного зимнего ветра коварно не напал на его голову. Речь не о том, что температура внезапно упала. Сехон знал, что эта перемена в восприятии произошла из-за того, что пунктом его назначения было теплейшее место, которое только можно было вообразить – он просто предвкушал тепло.

Сехон ухмыльнулся и направился к месту назначения. Он вошёл в дом, где не жил, и встал перед дверью квартиры, в которой однажды побывал. После нажатия на дверной звонок, он услышал, как внутри закопошился владелец, проверяя, кто пришёл по камере дверного звонка. Дверь распахнулась.

— Старший адвокат Кан? Что привело Вас сюда в такое время? — спросил Юншин, выглядя приятно удивлённым.

— Я здесь, чтобы увидеть тебя. Найдётся минутка?

— У меня есть время, но... вам бы следовало связаться со мной заранее, я бы прибрался. Моя квартира сейчас в полном беспорядке.

Юншин, казалось, умылся перед сном. Юноша, одетый в пижаму пастельного цвета, отворил дверь. Чёлка, должно быть, беспокоила его – она была заколота жёлтой заколкой.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 164 - Чек на предъявителя

Взгляд Сехона медленно проскользил по лбу молодого человека до заколотой пряди мягких волос. Следуя за взглядом старшего, Юншин запоздало понял, на что тот смотрит, и неловко завозился:

— Ох, это... п-племянник недавно дал её мне. Волосы лезут мне в глаза.

Когда Юншин собрался снять заколку, Сехон остановил его, перехватив запястье. Затем он ткнул пальцем мягкую щеку молодого человека и поцеловал её. Он прошептал на ухо, звуча слегка взволнованно:

— Это мило, оставь.

— Что? — удивлённо переспросил Юншин.

— Я сказал, что это мило, — произнёс Сехон уже тверже, обхватив с обеих сторон за лицо молодого человека, осыпая его поцелуями влажных губ.

— Нгх, а? Старший адвокат?

Сехон появился посреди ночи без предупреждения и начал изливать свою привязанность. Это было настолько непохоже на него, что Юншин был абсолютно застигнут врасплох. Он закашлялся и нахмурился. В тот момент, когда юноша опустил глаза на руки Сехона, он опознал знакомую марку игристого в тёмном пакете из круглосуточного магазина. Увидев это, спросил, преисполнившись убеждённости:

— Вы пили до того, как прийти сюда?

— Я возвращался с прогулки, снаружи было очень холодно. — ответил Сехон с прохладцей.

— Нет, серьёзно, что с вами сегодня? В последнее время вы ведёте себя странно. В больнице сказали, что у вас есть какая-то неизлечимая болезнь? Доктор сказал покаяться во всех совершённых в жизни прегрешениях и провести остаток жизни в покое?

— Не беги вперёд. Когда ты перестанешь валять дурака, ты, мальчишка? Сехон глухо рассмеялся, но не выглядел обиженным. С одной стороны, он выглядел смирившимся с чем-то, но с другой, будто пришёл к окончательному решению. Иронично, но Юншин почувствовал эти противоречивые эмоции от Сехона, стоявшего в прихожей.

— Поскольку новый год уже наступил, я теперь «пятилетний опыт». Уже не новичок. Пожалуйста, примите эти изменения.

— Добавить год в начале года – это довольно странный способ подсчёта. Ты собираешься сказать, что теперь мы встречаемся уже два года?

Юншин на мгновение потерял дар речи и просто смотрел на другого мужчину. Сехон слегка склонился вперед, а достигнув уровня глаз юноши, спросил томным голосом:

— Так что, ты не собираешься впускать меня, потому что дома бардак?

— Ой, — воскликнул Юншин и наконец отошёл в сторону, чтобы позволить Сехону войти, жестом показывая направление. Сехон не отказался и вошёл. Он двигался так, словно это было его личное пространство, и он, казалось, привык так поступать. Хозяин дома, закрывший дверь и проследовавший за ним, казалось, был более взволнован, чем гость.

— Вы носите такую тонкую одежду в мороз, – неудивительно, что вам холодно. Могу я предложить чашку чая? Есть зелёный, чёрный и цитрусовый. У меня есть много видов чая, — предложил Юншин.

— Ага, любой подойдёт.

— Тогда я заварю зелёный. Где-то есть чайные листья, отданные сестрой.

— Не зелёный. О, и не чёрный.

— Это не «любой». Тогда цитрусовый.

— Тоже нет. Я не люблю чай с сильными ароматизаторами.

Юншин остановился как вкопанный и недоверчиво оглянулся на другого:

— Тогда что мне дать вам? Воды?

— Кофе. Если его нет, всё в порядке.

— Конечно есть. Почему же вы не сказали об этом с самого начала? Такой странный. — Юншин проворчал и направился на кухню. Сехон ухмыльнулся и прошёл в гостиную. Он бросил сумку на журнальный столик и снял пальто. Затем взглянул на стопку документов, книг и блокнотов. Среди распечаток были судебные практики по разводам. Тут, должно быть, были распечатаны сотни дел.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 165 - Чек на предъявителя

В ожидании Юншина он пролистывал документы. Повсюду попадались наклейки со стикерами, и, судя по этому, Юншин, казалось, пытался найти способ помочь, несмотря на то, что сестра не просила его напрямую. Юншин почти не отдыхал на выходных и вкладывал всю энергию в работу, так что не было и шанса, что он прочёл всё это за ночь. Юншин, должно быть, читал судебные дела в любую свободную минуту.

Сехон сел, скрестив ноги, напевая себе под нос во время чтения заметок, которые сделал Юншин. Судебные дела имели первостепенное значение в процессах о разводах, куда больше, чем в любых других исках. Младший адвокат сфокусировался на правильной отправной точке.

В это же время появился Юншин с чашкой кофе для Сехона. Младший увидел, что взгляд Сехона устремлён на оставленные бумаги. Он замер на секунду в недоумении до того, как поставить чашку на стол. Подняв взгляд, Сехон спросил:

— Кто-то разводится?

Юншин колебался, не зная, сказать Сехону правду или всё скрыть, затем решил в пользу последнего и отвёл глаза:

— Ну, вы же знаете, что я помогаю с работой, которой занимается объединённая ассоциация? Провожу бесплатные консультации и порой получаю внеурочные запросы.

Сехон ничего не сказал, так что Юншин продолжил говорить без умолку, сам того не осознавая:

— Так что это просто волонтёрство... Страниц много, но не слишком. И я всё равно читаю их лишь время от времени. Это не станет помехой в моей работе.

— Говоришь, это лишь дополнение к бесплатным консультациям. Просто для ряда разводов? Даже будь это из-за твоего собственного развода, не думаю, что была бы необходимость читать столько судебных дел.. Сколько же их здесь?

— Я просто подумал, что было бы неплохо помочь людям выйти из затруднительной ситуации и довести до конца то, что я начал. Я всё равно не собираюсь представлять их в суде. Законы не всегда понятны для обычных людей, так что я подумал, что мог бы продолжить помогать им бесплатными консультациями, если возможно.

Он был многословен, но звучал не слишком уверенно. В конце концов поток вранья Юншина истёк, и он остановился. Сехон, странно повеселев, ответил, забавляясь:

— Позволь дать тебе совет. Обычно ложь разрастается сама по себе. Когда сочиняешь историю, скажи лишь суть и замолчи. В противном случае начнёшь болтать, вот как сейчас.

Юншин вздрогнул и тупо уставился на старшего мужчину. Сехон добавил:

— Если понимаешь, иди сюда.

— ...

— Я не стану больше давить, так что иди сюда. — Сехон поманил его рукой, и Юншин сдался, делая шаг к нему. Скрещенные ноги Сехона и сутулая поза излучали надменность. Он вёл себя как у себя дома. Единственная проблема, которую Юншин в этом видел, – это казалось ему слишком естественным.

Юноша чувствовал себя смущённым из-за того, что самые его потаённые мысли были раскрыты Сехоном, который остался невозмутимым. Юншин хотел восстать против него, так что остановился и спросил:

— Зачем?

— Зачем? Партнёр говорит это тебе, а ты задаёшь вопросы? Ты знаешь, кто платит тебе шестизначную зарплату и начисляет её на твой банковский счёт? Я кормил тебя, работая, как собака, но вижу, что воспитывал того, кто даже не знает, что такое благодарность — огрызнулся в ответ Сехон.

— Вы здесь как представитель компании? — спросил Юншин.

— Я здесь как твой парень. Я хотел тебя увидеть. Ты подойдёшь или нет?

Юншин не мог сказать, что делал это много раз, но до этих пор он всегда был тем, кто играл роль «парня». Однако ему не было неприятно это ранее неизвестное чувство от того слова, которое они использовали.

Слегка присмиревший, но в то же время и довольный, Юншин мягко улыбнулся и плюхнулся на диван рядом с Сехоном. Он обнял верхнюю часть тела мужчины, от которого всё ещё веяло уличным холодом, и уткнулся туда, скрывая выражение лица.

— Ваша одежда холодная, — пробормотал Юншин.

— Тогда потрись об меня, чтобы стало теплее.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 166 - Чек на предъявителя

Юншин глубоко вздохнул, покорно потёршись лбом и щеками о свитер Сехона. Тот мгновенно поднял худощавого молодого человека и усадил его на свои бёдра, посмотрев прямо на него. Вскоре их головы слегка наклонились, чтобы они могли подстроиться друг под друга, и после короткого поцелуя они отстранились.

— Ты когда-нибудь получал чек на предъявителя?

— Чего это вы ни с того, ни с сего? Собираетесь дать мне его? А потом будут разговоры о возмещении, не так ли? Я не возьму.

— Не пожалей об этом после и честно ответь на мой вопрос. Кто тебе больше нравится: я или твоя сестра?

Юншин был ошеломлён таким вопросом и кратко ответил:

— Вы в совершенно разных категориях. Я не сижу на коленях сестры вот так. Почему вы продолжаете задавать мне эти неожиданные вопросы?

— Не так давно я встретил твою сестру. Она попросила меня позаботиться о тебе какое-то время, потому что её отношения с мужем не так хороши.

Юншин почувствовал, как внутри всё опустилось, и напрягся. Румянец на его щеках, выступивший от прикосновений Сехона, быстро поблек.

Туманные формулировки, которыми выражался Сехон в отеле на днях, и эта история сложились, словно кусочки мозаики, подводя к выводу. Он не был уверен, что именно, но что-то явно изменилось в положении его сестры. Также казалось, что у Сехона было больше информации о картине в целом, чем у него.

— Сестра сама сказала вам? Что она... Что ещё она сказала? — Юншин спросил с тревогой.

— Она должна была сказать что-то ещё?

— Не знаю. Я сам знаю всего ничего. А вы? Сестра ничего мне не скажет. Она, должно быть, думает, что я всё ещё ребёнок. Не знаю, что Игён сказала вам, но вы не должны чувствовать себя обязанным делать что-то для меня, так что будьте спокойны. Я могу сам решить свои проблемы.

— ...

— М-мы же не расстанемся, правда? — Взгляд младшего, блестевший от любви и смущения, потяжелел, словно окрашенный мутными акварельными красками. Юншин был уверен, что Сехон знал достаточно о ситуации, и его тревожные откровенные мысли просочились наружу. Мужчина невозмутимо уставился на нервничающего Юншина. Его лицо было бесстрастно, но Сехон выглядел серьёзен и искренен.

По крайней мере, мужчина со всем вниманием смотрел прямо на своего возлюбленного.

— Конечно нет, — ответил Сехон. Юншин почувствовал облегчение. Старший адвокат добавил:

— Моё первое впечатление о тебе со дня, когда ты пришёл в фирму, всё ещё в силе.

— Первое впечатление?

— Ты наивный дурак. Нужно было открыться и рассказать обо всём с самого начала. Слово твоей сестры – закон? Юристы в принципе не могут разглашать информацию, полученную во время досудебных консультаций. Я бы ни за что не рассказал твоей сестре, если бы ты что-то доверил мне. Ты идиот, что ли?

— Как я мог доверять кому-то вроде вас? Откуда я мог знать, что вы не пойдёте прямо к моему зятю? И что бы я делал, если бы вы бросили меня, потому что это всё стало бы помехой?

Теперь Юншин зависел от Сехона куда больше и доверял ему гораздо сильнее, чем несколько месяцев назад. Юншин думал, что пусть Сехон и компетентен, полагаться на него нельзя. Сехон, должно быть, знал об этом, и неодобрительно нахмурился. Он ущипнул Юншина за щеки, растянув их:

— Кто бы говорил. Кто проник в мой офис глубокой ночью, как бродячий кот?

Юншин удивлённо подпрыгнул.

Неудивительно. Юноша думал, что Сехон время от времени говорит загадочные вещи, но, похоже, он знал обо всём с самого начала.

— Это лишь недопонимание. Я пошёл не из-за сестры. Это было из-за бумаг, которые вы мне дали. Мне было интересно, откуда они у вас.

— Ты уверен, что я понимаю неправильно? — с вызовом в голосе протянул Сехон.

— Вы думаете, кто я такой? — переспросил Юншин недоверчиво.

— Мелкий воришка.

Накатило желание защититься. Юншин хотел было взмахнуть руками в отрицании, но осознал, что он был не совсем невиновен в этом вопросе, так что медленно кивнул в знак понимания.

*Название главы — Blank Cheque (чек на предъявителя) – 1) чек без указанной в нём суммы; 2) предоставлять свободу действий; давать карт-бланш.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 167 - Поворотный момент

— Я ничего не получил из этого инцидента, так что я бы не сказал, что являюсь мелким воришкой... Как насчёт назвать это покушением на кражу? — предложил Юншин.

— Хочешь сказать, твоя совесть чиста от того, что ты ничего не взял? — возразил Сехон.

Один писатель однажды сказал, что слабый человек сомневается перед тем, как принять решение; у сильного же они возникают после.

В момент, когда их взгляды встретились, Юншин понял, что Сехон уже решил принять прошлый поступок молодого человека. От этого противоречивые чувства юноши только усилились.

— Ну уж нет. Я собирался извиниться за это. Просто упустил подходящий момент, поэтому не был уверен, стоит ли вообще упоминать об этом. У вас высокие стандарты, из-за этого я волновался, что вы бросите меня, а мы ведь только-только сблизились, оттого я не мог поднять эту тему, — сказал Юншин.

— Прекрасно. Сейчас самое время глубоко покаяться.

— Мне жаль.

Сехон погладил Юншина по пижаме своими крупными ладонями, будто бы хваля его. Поглаживая спину и талию юноши, старший обнял егои притянул ближе к себе. Их тела плотно прижались друг к другу. Будучи в руках Сехона, Юншин приводил свои мысли в порядок.

Все предположения Юншина воплотились в реальность. Он чувствовал, как запутанные нити событий распутываются одна за другой. Казалось, что Сехон знал и просто наблюдал за юношей уже очень давно. Юншин думал, что мог бы даже извиниться перед Сехоном за любые другие прегрешения, пока тот был таким.

— Должно быть, вы подумали, что я просто пытаюсь воспользоваться вами. Поэтому попросили заполнить исковое заявление, — сказал Юншин.

— Я был неправ? — спросил Сехон.

— У меня ненадолго возникала такая мысль перед тем, как влюбился в вас. Я желал, чтобы вы помогли мне... Я не знал ни одного адвоката лучше вас в стране. Вы сильны в судебных процессах, можете всколыхнуть прессу. Но после я уже не думал об этом. Однако я не знал, что именно моя сестра рассказала вам...

— К сожалению, я уже отклонил её предложение.

Юншин резко вздрогнул, отчего пижама зашуршала, соприкасаясь с одеждой Сехона.

— Я доставляю вам слишком много беспокойства, чтобы вы меня оставили? — осторожно спросил молодой человек.

— Ты должен просить о таком лично. Я же не с твоей сестрой встречаюсь.

Юншин нерешительно скривил губы, после чего уверенным голосом сказал, притянув старшего ближе:

— Просто оставайтесь рядом со мной. Я же постараюсь пережить это.

Сехон не ответил и просто молчал.

Старшему адвокату всё ещё было незнакомо это чувство ответственности за другого человека. Всю свою жизнь он был один. Самостоятельно решать свои проблемы и подчищать за собой – он привык именно к этому. Защита других и забота о них в корне противоречили его естеству и привычкам. К тому же, честно говоря, ему не всё нравилось в Юншине.

Иногда, когда он смотрел на Юншина, Сехон ощущал, как его кровь закипает. Временами он чувствовал неловкость из-за того, что юноша был до бесполезности упрям. Сехон был возмущён наивной заботливостью возлюбленного, который держал проблему своей сестры в секрете из-за её просьбы, хотя она могла бы решиться раньше, если бы он рассказал. Более того, его раздражала искренность Юншина в следовании инструкциям, подходящим антагонистам, когда Сехон наставлял его, вплоть до головной боли.

Однако мужчина явно чувствовал, что у него хватает терпения на все эти особенности.

Он покорно признал, что симпатия к Юншину происходит из влечения к нему.

Сехон мягко отодвинул от себя юношу и встретился с ним взглядом.

— Что ж... Сейчас я выдам тебе пустой чек. Тебе нужно вписать сумму. Конечно же, это не просто так, — сказал Сехон.

— Что мне нужно для вас сделать? — спросил юноша.

— Высшее признание, которое ты мог бы сделать как любовник. Думаю, это будет справедливой ценой.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 168 - Поворотный момент

В голову пришла одна фраза, но Юншин замер в смятении.

— Я никому раньше этого не говорил.

— Тогда можешь отказаться от чека. Я от этого ничего не теряю.

— П-подождите. Я л... — начал было Юншин, но спохватился на половине пути.

Неизмеримо глубокие глаза были устремлены на Юншина. Юноша не мог заставить себя продолжить. Его лицо налилось краской, и он тихо пробормотал:

— Я скажу это, когда мне этого захочется. Прямо сейчас я не уверен.

— Почему ты такой непреклонный, несмотря на то, что тебя загнали в тупик? — спросил Сехон.

— Мы знакомы всего полгода. Как это может быть любовь? Старший адвокат, вы меня любите?

— Это лишь вопрос времени. Это обязательно случится. Скажи это заранее.

— Зачем?

— Я хочу услышать это от тебя сейчас. Мне нужна хотя бы такая гарантия, чтобы окунуться в это с головой. Думаешь, я какой-то общественный активист?

Это не было простым вопросом гордости. Юншин был тем, кто первый пригласил Сехона на свидание, чтобы признаться в своих чувствах. Если бы он первым сказал это старшему адвокату, то у него возникло бы ощущение, что его любовь к мужчине односторонняя, отчего он был не настроен это делать.

— Я вам тоже нравлюсь. Разве так сложно оставаться рядом с тем, кто вам нравится? Если сделка будет несоразмерной, Антимонопольная служба Кореи этого не одобрит, — сказал Юншин.

Он понял, что, должно быть, что-то упустил. Сехон, который наблюдал за ним прищуренными глазами, решил любезно намекнуть, накрыв красные надутые губы юноши своими.

Сехон закусил нижнюю губу юноши, затем верхнюю, нежно выдыхая в приоткрытые губы молодого человека. Юншин вздрогнул и крепче схватился за свитер старшего адвоката. Набирая темп, Сехон завёл руки под пижаму юноши и погладил его по спине.

— До Юншин. Ты меня вообще слушал? Ты можешь написать на этом незаполненном чеке всё что угодно. Ты не осознаёшь его ценность. Чего же ты медлишь?

Сехон говорил очень уклончиво и загадочно. Не может быть, чтобы он сказал что-то без причины. Всегда все важные вещи, что он говорил, имели более глубокое значение. Прокрутив в голове некоторые мысли, Юншин приметил большую возможность.

Он посмотрел в ответ, не скрывая своего смущения, и Сехон ответил на этот взгляд. Юноша колебался, цепляясь за свитер старшего, словно это могло унять его дрожь. Будто разворачивая сокровище, которое скрывал, он осторожно сказал:

— Это будет непросто. У вас уже есть слишком много всего. Вы ничего от этого не выиграете... Всё, о чём я прошу: чтобы вы оставались со мной. Не думаю, что вынесу смотреть на то, как вы сожалеете о своих действиях.

Сехон плотно прижался губами ко лбу Юншина, словно оставляя печать, и потёрся своим носом об его. Они были так близко, что не могли видеть ничего, кроме друг друга.

Его голос, напоминавший морские глубины, звучал так искренне, как никогда прежде.

— Я заполучу тебя.

— ...

— Это всё, что нужно мне.

Юншин надеялся, что однажды услышит это из уст Сехона. Однако он не ожидал, что это случится сейчас, от чего мог только таращиться.

У Юншина не было ни единого момента, чтобы остудить свои пылающие щёки. Желание, пробуждающееся в его самой низкой и глубокой точке, не давало ему покоя. Пусть он был честен, но ему было знакомо чувство стыда. Юноша никогда не думал, что скажет подобное, но всё же он произнёс:

— Я хочу заняться с вами сексом.

С суровым и напряжённым взглядом, Сехон потянулся куда-то за спину Юншина. Он схватил коробку презервативов и смазку из шуршащего пакета, снова засунул руки под пижаму юноши и встал.

— Ты должен делать то, что хочешь.

Двое мужчин, заключённые в объятиях друг друга, жадно целовались.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 169 - Поворотный момент

Действие 19

С закрытыми двойными шторами в комнате было очень темно. Единственный свет, на который они могли положиться, исходил из гостиной, просачиваясь через приоткрытую дверь спальни. Они перебрались на кровать, не отрывая губ друг от друга. Они вместе плюхнулись на матрас. Презервативы и смазка упали на кровать из-под пижамной рубашки Юншина.

Каждый раз, когда Сехон менял положение, кровать вызывающе скрипела.

Их страстному поцелую не было конца. Тепло губ каждого из них передавалось другому. Юншин предоставил Сехону абсолютный доступ к своему рту – слюна стекала по его подбородку. То ли Сехон дал поблажку запыхавшемуся юноше, то ли у него была иная цель, но старший адвокат отстранился от Юншина. Старший мужчина уткнулся носом в изгиб шеи другого и глубоко вдохнул, пытаясь поглотить весь запах юноши.

— Хн-н-нх. Щекотно, — простонал Юншин, обнимая голову Сехона.

Старший счёл это за призыв расстегнуть пуговицы на пижамной рубашке младшего. Сняв с Юншина рубашку, Сехон стянул пижамные штаны юноши и снял свой свитер, скинув всё это с кровати. Но на этом ничего не закончилось. Он притянул руку Юншина к выпуклости на штанах и вынудил его провести по ней.

Твёрдость смутила Юншина, окрашивая его бледное лицо красным. Он мог ощущать, каким огромным и до предела твёрдым был член другого.

Сначала Юншин не решался пошевелиться от смущения. Однако он не мог подавить свой порыв и начал настойчиво массировать другого. Вспоминая тот последний раз, когда он держал чужую плоть, Юншин спешно справился с пряжкой и расстегнул молнию на ширинке.

Пенис Сехона увеличился, наконец освободившись от внешних ограничений. Юншин уже затаил дыхание от предвкушения прикосновения к члену другого поверх нижнего белья.

— Что вы сделаете в первую очередь? Я-я должен знать, во что ввязываюсь, — выдохнул Юншин.

— Я дам тебе выбор. Что ты хочешь, чтобы я сделал в начале? — прошептал Сехон, не скрывая нетерпения в его горячем голосе. Одновременно с ответом он одним махом перевернул Юншина и прошептал ему на ухо:

— Независимо от порядка, в конечном итоге ты получишь всё.

Он просунул руку под живот юноши и подпёр его ноги. Верхняя часть тела Юншина была прижата к кровати, при этом ягодицы повисли в воздухе. Он оглянулся и Сехон набросился на него, словно зверь. Старший своим весом прижался к нижней половине Юншина и накрыл младшего своим телом, бурно целуя. Сехон снял с юноши нижнее бельё.

Наконец, Сехон скинул свои расстёгнутые штаны и нижнее бельё. Он толкнулся к нижней половине Юншина. В то же время, его член расположился между ягодицами юноши. Юншин вздрогнул.

— Хах, С-старший адвокат! Ах!

Чем громче стонал юноша, тем настойчивее становился старший. Сехон начал тереться своим твёрдым членом меж чужих ягодиц. Всё ощущалось чрезвычайно эротичным.

Юншин, едва удерживая себя в руках, взглянул на изножье кровати. Зрение было затуманено, от чего несколько раз поморгал, он увидев свою пижаму, одежду Сехона и их нижнее бельё на полу в беспорядке. Даже факт того, что их нижнее бельё лежало друг на друге, возбуждало.

Юноша, наконец, осознал, что они собираются переспать друг с другом. Внезапно вернувшись в реальность, Юншин заколебался.

Чуть погодя Сехон понял, что молодой человек смотрит не на него, а на что-то другое. Это раздражало его, поэтому он прижал своё обнажённое тело ещё ближе к юноше. И словно этого было недостаточно, он протолкнул кончик своего члена в промежность Юншина.

— Куда это ты смотришь? Сосредоточиться не собираешься? — прорычал Сехон.

— М-м-мх, я-я не отвлекался ни на что, — запротестовал Юншин.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineR

Коррект: Uroboros

Глава 170 - Удовлетворение

Чем шире Юншин открывал рот, тем более сухим он ощущался. Внутри распространялось пламя, поднимая температуру. Сехон, поджигатель, стоял позади него, нависая над ним, пока легко скользил руками по изгибам плеч Юншина к его груди. Сехон задержался на руках юноши, массируя их. Контраст между медленными, словно тлеющими, жестами Сехона и страстью в его глазах подливал масла в огонь возбуждения Юншина.

Юноша чувствовал волнение от проницательного взгляда Сехона, наблюдающего за каждым его содроганием. Он мог ощущать, как горячий взгляд старшего пробежался по нему от затылка до лодыжек. Наслаждение переполняло тело юноши, и в то же время смущение щекотало его бёдра.

— Пожалуйста, сделайте уже что-нибудь... — пропищал Юншин.

Сорвавшись с его красных губ мольба растворилась в воздухе. Сехон, словно только и ждавший этого момента, склонился и уткнулся лицом в подмышечную впадину Юншина. Он прикусил нежную кожу и острым кончиком языка медленно спускался ниже. Влажная плоть была похожа на кисть, выписывающую линию, следуя изгибам и впадинам на боку юноши.

Язык старшего адвоката остановился на тонкой талии Юншина. Сехон надкусил мягкие бока юноши. При этом он не обделил вниманием плоский живот и затвердевший член младшего. Одарив обе стороны талии Юншина любовью, он снова перевернул юношу лицом к себе.

Юншин, смотрящий теперь в потолок, хватал ртом воздух и протягивал обе руки к Сехону. Старший адвокат наклонился ниже, чтобы молодой человек мог ухватить его за плечи и оставить нежный поцелуй. Спустя мгновение он начал наступление, постепенно завоёвывая каждый сантиметр тела Юншина.

— Хах, хнгх! Угх! — простонал Юншин.

Укусы старшего был так сильны, что на теле незамедлительно образовались следы. Сильная боль охватила Юншина, и его челюсти задрожали. Инстинкты призывали защищать своё тело, отчего его ноги прижались друг к другу.

Не оставив это без внимания, Сехон протолкнул своё колено между ними, раздвигая ноги молодого человека. В то же время от лизнул красный и воспалённый след от зубов, оставленный им, и кадык Юншина. Словно информируя юношу, что это только начало, Сехон спустился ещё ниже.

Сехон хлопнул рукой по подушке, заняв нависающую над Юншином позицию. После чего начал безжалостно кусать плечи юноши. Сехон был агрессивным и жестоким, будто он хотел порвать Юншина на кусочки. Внезапно почувствовавший страх Юншин схватил руку Сехона.

— Успокойтесь. Мне больно, — сказал юноша.

Сехон тяжело выдохнул, после чего наконец взглянул в ясные глаза Юншина. Когда их взгляды встретились, Юншин понял, что лицо Сехона помрачнело, в глазах танцевали опасные огоньки. Он отчётливо осознал вожделение Сехона, и что это было проявлением попытки найти способ облегчить его растущее желание. Юншина поглотило желание высвободить его. Юноша прикусил его нижнюю губу, и затем добавил:

— Я это не ненавижу. Просто это больно.

Взгляд Сехона бегал по шее и плечу Юншина, нежная кожа блестела от его слюны и была покрыта следами от зубов и рук. Он выдохнул, приходя в себя. Затем он поцеловал юношу в лоб, который всё ещё был открыт из-за того, что волосы были заколоты. Старший, казалось, с трудом сдерживал свои порывы.

К счастью, он немного успокоился, поскольку, когда он продолжил, его прикосновения стали более нежными. Его губы нашли свой путь вниз и поглотили один торчащий сосок. Старший обхватил его своим влажным ртом и провёл по нему зубами, стимулируя чувствительные нервы Юншина.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 171 - Удовлетворение

В то же время он настойчиво массировал другой сосок своей рукой. Повращав пальцами твёрдый выступ, он очертил круг вокруг ареолы. Уже и так твёрдая на тот момент нижняя половина тела Юншина, становилась всё твёрже, выступили вены. Естественно, их твёрдые члены задевали ляжки друг друга. Бёдра Юншина дрожали.

— Хах, нгх, я хочу прикоснуться к себе, — выдохнул Юншин.

Сехон выпустил бугорки, которые изводил, и взглянул вниз. Их подёргивающиеся члены полностью стояли, указывая на животы. Он нахмурился. Сехон перевёл глаза обратно на Юншина, взгляд которого был направлен вниз, и чмокнул его лицо. Он осыпал молодого человека чередой поцелуев в лоб, веки, виски, щёки, кончик носа, губы и подбородок.

К тому времени, когда их глаза встретились вновь, Сехон взял оба запястья Юншина, прижал их к своей голове и помотал ей.

— Держись.

— Ах, подождите, отпустите меня. Я хочу уйти, — взмолился Юншин.

—Ты же понимаешь, что я не позволю тебе это сделать, даже если попросишь.

— Это вообще не очевидно! — выпалил ошарашенный Юншин.

— Потерпи ещё немного, — похотливым тоном прошептал Сехон, после чего положил свой член поверх плоти Юншина. Медленно и неустойчиво половые органы начали тереться друг о друга. Будучи уже на пике чувствительности, плоть Юншина прикоснулась к свидетельству возбуждения Сехона. Юноша чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Он хотел излиться и желание кончить нахлынуло на него новой волной. Однако чего-то недоставало.

— Угх, не так... Нужно… Сильнее, — молил Юншин.

Возможно, от желания действовать наперекор, движения бёдер Сехона стали ещё медленнее. Он позволял лишь их членам тереться, но не касался сам и не позволял этого Юншину. Пенис Сехона был настолько твёрдым, но не было бы удивительным, кончи он прямо сейчас, но его выдержка также достойна похвалы.

Юншин запрокинул голову и застонал, зажмурив глаза, прежде чем снова их открыть. Ему отчаянно хотелось прижаться ближе к Сехону и грубо потереться об него. Он не мог больше терпеть и начал подмахивать бёдрами вверх, потираясь о старшего. Когда он это сделал, Сехон отстранился, избегая касаний Юншина.

— М-м-м, Старший адвокат, п-пожалуйста!

— Кончи так. Я хочу посмотреть, как ты кончаешь.

Умелые руки Сехона, массирующие его сосок, стимулировали настолько, что Юншину казалось, что он сойдёт с ума.

— Ах!.. Агн-гх!

Ноги Юншина изогнулись, он дёрнулся, и, несмотря на то, что к нему не прикасались должным образом, из кончика его члена выделился предэякулят. Вскоре после этого он кончил. Молочная жидкость брызнула на член Сехона, который ещё не излился, и на его плоский живот. Сехон наконец высвободил запястья Юншина, пока тот лежал и тяжело дышал, затем заставил юношу своими пальцами стереть семенную жидкость, которая попала на тело старшего.

— Облизывай, — приказал Сехон.

Решив, что Сехон велел ему вылизать его руки, покрытые спермой, Юншин собирался начать сосать указательный и средний пальцы.

Сехон дёрнул его за затылок и повторил свой приказ:

— Я сказал лизать, а не сосать.

Не до конца понимая, Юншин уставился на старшего, но прижал язык к левой стороне указательного пальца. Сехон склонился и лизнул правую сторону. Разумеется, кончики их языков встретились с пальцем Юншина меж ними. Ощущение мягкой текстуры плоти казалось ещё более непристойным, чем любое другое чувство. Этот непримечательный поцелуй был настолько волнующим, что Юншину казалось, что у него снова встанет.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 172 - Удовлетворение

Юншин продолжал лизать, взгляд его немного затуманился. Старший дёрнул запястье юноши вниз, будучи не в силах больше терпеть, и грубо переплёл их языки.

— Нгх! М-м-м! — застонал Юншин.

Несмотря на то, что он делал несколько вещей одновременно, движения Сехона были плавными и отлаженными. Пока он целовал Юншина, одновременно тёрся своей твёрдой, ещё не достигшей пика, нижней половиной об юношу. Он протиснулся между бёдрами Юншина, направив кончик в сторону юноши. Покачивающиеся яйца и верхушка шлёпали о тело юноши. Благодаря этому член молодого человека напрягся, как и раньше.

Приметив эту реакцию, Сехон отстранился от губ. Юншин тяжело дышал, а Сехон приложил средний палец к его губам. Он надавил на язык молодого человека и повращал палец, покрывая его слюной Юншина. Затем, он вынул его изо рта юноши и облизал. Наблюдая за всем этим полуприкрытыми глазами, юноша сильно покраснел.

— Хах... У вас... обычно такой грязный секс? — выпалил ему Юншин.

— Рад, что тебе понравилось. Я буду стараться ещё сильнее, — ответил Сехон.

Юншин стрельнул глазами в мужчину, но ему нечем было возразить. Его молчание, казалось, было достаточным ответом для Сехона. Словно возрождая похотливую атмосферу, мужчина поднял стройные ноги Юншина в воздух. От лодыжек до бёдер Сехон провёл своей ладонью, потирая ноги Юншина.

К моменту, когда он достиг бёдер, ноги юноши были раздвинуты.

Юншин резко вдохнул и прикрыл рот рукой. Он дал понять взглядом, что это его слегка смущает. Однако он догадывался, что Сехон не прислушается к его мольбам. Поведение старшего стало более откровенным, доказывая младшему, что мужчина в его постели действительно Сехон.

— Кажется, ты не делаешь выводов из своих действий. Я не хочу слушать твои мольбы.

Юншин убрал руки со рта и запротестовал:

— Вот поэтому я ничего не сказал!

— Иногда ты говоришь глазами.

— Вы просто делаете что хотите.

— Раздвинь ноги немного шире. Это предел твоей гибкости?

Грязный ответ на ухо и вульгарные прикосновения по всему телу заставили Юншина рефлекторно сомкнуть ноги. Однако Сехон не планировал просто наблюдать. Он принудил Юншина открыться под ещё более широким углом, словно раскрыл книгу, заставив молодого человека подпереть колени. Горящие глаза зафиксировались на проходе меж ног Юншина.

Тот факт, что эти острые и пронзительные глаза смотрели на его пах, вскружил голову. От растерянности Юншин положил руки на плечи Сехона. Он чувствовал плотные мышцы лопаток и спины старшего, что заставляло его лицо пульсировать от жара.

— Прекратите пялиться, — прошептал Юншин.

Словно это завело двигатель, Сехон прижался губами ко входу Юншина. Он высунул язык и расширил свои владения до промежности юноши и дальше. Старший лизнул яички молодого человека, сомкнул губы на основании члена юноши и взял в рот лобковые волосы Юншина, смачивая зону.

— М-мф, нгх, угх!

Будучи не в силах больше смотреть, Юншин закрыл лицо обеими руками. С каждым стоном удовольствия и смущения юноша прикусывал губы, чтобы заглушить крики.

Юншин не имел представления, сколько времени прошло. Похоже, Сехон налил смазку на промежность, поскольку он почувствовал холод и скользкие ощущения в паху. Он спустил руки на половину лица, прикрывая только рот, и посмотрел вниз. Сехон разрывал упаковку презервативов. Юншин счёл, что старший собирается надеть его на свой член. Он потянулся, чтобы помочь, но Сехон оттолкнул его.

*В оригинале глава называется «Фулфилмент» — комплекс операций с момента оформления заказа покупателем и до момента получения им покупки.

Перевод: Bda

Редакт:Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 173 - Слияние

Сехон проигнорировал вопросительный взгляд Юншина и надел презерватив на палец, который засовывал в рот юноши. Он завернул край презерватива и надёжно зажал его большим пальцем, прежде чем налить на него смазку. Юноша мог легко предположить, что последует дальше, и уже собирался что-то сказать. Глаза Сехона сверкнули и, не дав другому вымолвить ни слова, он сунул палец в потайной проход юноши.

— Нгх! Ха! Ахнгх!

Крики Юншина, которые он был не в состоянии сдержать, становились всё громче. Услышав это, движения Сехона становились крайне грубыми и быстрыми. Его палец проникал глубже и глубже внутрь, и Юншин мог почувствовать, как возбуждён был Сехон, по кончику его пальца.

Наполовину утратив рациональность, Сехон надавил одним пальцем, открывая узкий проход Юншина. В нетерпении он полностью вышел. Сехон снял презерватив с пальца, затем, минуя этап двух пальцев, налил смазку на три и погрузил их в Юншина.

— Ах! Хнгх, нгх! — закричал младший.

Сехон двигался внутрь и наружу, словно поршень. Он неоднократно переносил вес на руку и обратно. Это успешно расслабило Юншина, равно как и простимулировало его. Однако отверстие юноши ещё не было достаточно растянутым, чтобы принять член Сехона – на тот момент это казалось невозможным. Нужно было расслабить юношу ещё больше.

Подметив это, Сехон сменил тактику и начал ощупывать стенку мочевого пузыря Юншина изнутри, чтобы найти его простату.

— В теории она должна быть где-то... здесь. Не так глубоко, но и не так близко. Я прав? — спросил Сехон.

— О чём вы? — спросил смущённый Юншин.

— Дай знать, если почувствуешь себя хорошо. Здесь?

— Ах! Ох! С-с-сонбэ, там, подождите!

В тот момент, когда кончик пальца Сехона сильно надавил на одно место, Юншин содрогнулся всем телом. Он ахнул, будучи не в силах дышать, что, как было видно по его лицу, возбудило интерес Сехона. Сразу после этого он надавил на то же место более резко. Юншин дёрнулся, беспомощный и неспособный контролировать своё удовольствие.

— Нет, ах, нгх! Нгхм! Я не могу! Ох!

— Что ты имеешь в виду? Выглядишь так, будто тебе это нравится.

— Старший адвокат, пожалуйста, пожалуйста, помедленнее!..

— Ты не говоришь мне остановиться. Должно быть, ты действительно наслаждаешься этим. Веселишься в одиночку? А, Юншин?

— Ах, сонбэ... Сехон-сонбэ!

В отличие от его спокойного тона, руки Сехона были нетерпеливы. Он грубо проникал глубоко внутрь, не подавляя своих плотских желаний. Несмотря на это, он внимательно наблюдал, как извивался и ёрзал Юншин.

— Ты знал? Когда ты назвал моё имя, я чуть не кончил, — сказал Сехон

Юншин невнятно закричал:

— Ох-х! Ох! Ах!

Юншин, похоже, заметил комментарий Сехона, поскольку его гибкое тело дёрнулось в ответ, несмотря на растущее давление от удовольствия. Электрический разряд пробежал через всё его тело, начиная с кончиков прямых и длинных пальцев старшего. Юншин не мог держать себя в узде. Он хотел более сильной стимуляции, чем эта. Он уже чувствовал, что сходит с ума от пальцев, и начал представлять, каково было бы принять твёрдый и большой член Сехона.

Даже обычная фантазия об этом была такой дразнящей, что он ощущал тошноту от предвкушения.

Юншин инстинктивно потянулся к Сехону, умоляя его толкнуться сильнее, и схватил его за талию. Он не хотел умолять вслух, поскольку Сехон до сих пор делал всё наперекор желаниям юноши. Он приоткрыл губы, задыхаясь, откинул голову назад, и прозрачная жидкость потекла по его губам.

Не упустив этого, Сехон наклонился вперёд и слизнул чужую слюну. В тот же момент, он надавил на точку, которая доставляла Юншину удовольствие. Юноша, подавляющий свою похоть, в конце концов, проиграл настойчивости Сехона.

— Прекратите издеваться надо мной и... пожалуйста, — умолял Юншин.

К тому времени, когда он пожалел о сказанном, было уже слишком поздно.

С того момента Сехон начал избегать того места и стал расширять проход Юншина. Неугомонность юноши удвоилась, он пытался направить пальцы старшего в нужное ему место, но Сехон дразняще надавливал слегка не туда. Каждый раз его дырочка жадно обхватывала пальцы старшего. Несчастный Юншин простонал:

— Что мне сделать? Не поступайте так со мной. Вам ведь тоже тяжело.

— Умоляй. Я выслушаю и приму решение.

— Войдите в меня быстрее.

— Я хочу услышать что-нибудь более сексуальное. Например, что-то вроде «я хочу, чтобы вы загнали свой член в мою дырочку».

Сехон поцеловал чувствительное ухо Юншина и прошептал:

— Или «наполните меня своей спермой до предела».

— Нгх, м-мх, хнгх!

— Или «трахните меня, пока не порвёте», или «потритесь членом о мои бёдра». Как тебе? Меня любое устроит.

Сехон продолжал дразнить его, прикасаясь к юноше, при этом избегая места, которое больше всего его возбуждало. Юншин не мог контролировать своё раздражение.

— Думаешь, у меня хватит ума сказать что-то подобное прямо сейчас? Поторопись и засунь уже свой твёрдый член внутрь, ты, грёбаный ублюдок!

Его настойчивый голос просачивался сквозь дрожащие красные губы и звучал нестабильно.

После возгласа Юншина уголки губ Сехона дёрнулись практически в улыбке. Он покачал головой из стороны в сторону, расслабляя мышцы шеи, и достал пальцы из юноши. Сехон схватил новый презерватив и натянул его на свой возбуждённый и налитый кровью член.

Юноша неловко приподнялся и наблюдал за ним с беспокойством и предвкушением в глазах. Сехон схватил Юншина за шею и откинул его обратно на кровать.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 174 - Слияние

— Угх!.. — вскрикнул младший.

Сехон навалился на Юншина сверху, словно зверь, успешно завершивший охоту на свою добычу, и направил головку своего члена на вход. После чего низким рокочущим голосом спросил, словно это часть викторины:

— Моё имя.

— Кан Сехон... Сехон-сонбэ, быстрее. Войдите в меня, — нетерпеливо взмолился Юншин.

Сехон стиснул зубы и схватил член Юншина. Он начал водить по плоти юноши, чтобы ещё сильнее возбудить. Пока Юншин отвлёкся на наслаждение спереди, Сехон мощно толкнулся в обработанную смазкой дырочку младшего.

— Аугх!...

Пенис старшего вошёл наполовину. Внутри Юншина было узко, а Сехон был слишком большим – проникнуть глубже было сложно. Особенно тяжело приходилось Юншину, в которого вторглись. Сехон надавил на простату юноши, расположение которой он запомнил, своим членом. Стоны боли перешли в крики удовольствия.

— Ах! Ох! Ох! Старший адвокат! Ах!

Сехон медленно двигался вперёд-назад, прощупывая почву. Затем он толкнулся глубоко внутрь юноши. Одним резким движением он погрузился по самое основание. У Юншина перехватило дыхание, а ноги дрожали. Юноша болтал ногами в воздухе, не зная, куда их деть, но потом, найдя, наконец, пункт назначения, он обвил ими талию Сехона.

Заняв, в конце концов, удобную позу, они, словно сговорившись заранее, прижались друг к другу и поцеловались. Они исследовали рты друг друга, решив, что будут продолжать, пока их плоть не набухнет и не начнёт саднить.

Когда их ритм синхронизировался, движения стали грубее. Крепкая кровать начала громко скрипеть. Несмотря на то, что Сехон входил по самое основание, он не чувствовал, что этого достаточно, и протолкнулся глубже в недра Юншина. Разумеется, яйца шлёпнулись об ягодицы юноши.

— Ах-нгх! Ох! Вы слишком глубоко, — простонал Юншин.

— Войти глубже? — с придыханием спросил Сехон.

— Нет, вы слишком глубоко! Это больно.

— Взгляни на это с другой стороны. Тебе там хорошо? Я буду толкаться головкой моего члена. Поглоти меня. Это всё твоё.

— Нгх! Хах!.. Угх!

Они утопали друг в друге. По мере того, как секс с Сехоном становился всё более интенсивным, стоны Юншина становились всё громче.

Юншин страдал, не зная, что сделать с самим собой. Распрощавшись с половиной рациональности, Сехон разнёс на части башню Юншина, когда та пала. Каждый раз, когда они врезались в друг друга, их обволакивал звук сталкивающихся друг с другом плоти и костей. Когда они начали потеть, их кожа стала скользкой при контакте.

После нескольких интенсивных движений, Сехон вышел из самых глубин. Юншин посмотрел на него беспокойными глазами. Старший осыпал лицо Юншина поцелуями и перевернул младшего на живот. Он схватил Юншина за волосы и с силой потянул его, причиняя ему боль, и отвлекая на это внимание юноши, грубо толкнулся обратно внутрь.

Член Сехона вошёл лучше, чем в прошлый раз.

— Угх! Ох! — воскликнул Юншин.

Сехон доставал гораздо глубже, чем когда они это делали лицом к лицу. После проникновения, Юншин почувствовал нечто странное, словно его кишки вталкивали в брюшную полость. Пугающее и волнующее одновременно ощущение устроило кашу в голове юноши. Слабый запах спермы, висевший в воздухе, был удушающим. Веки Юншина дрожали, но он моргал, пытаясь держать глаза открытыми, чтобы запомнить этот момент. Капля пота скатилась по его лбу.

В тот момент, когда капля пота достигла наволочки, Сехон начал безжалостно долбиться в Юншина, словно зверь во время гона.

— Ха, Юншин! Блять! Я хочу засунуть язык тебе в рот. Открой рот, — возбуждённо выдохнул Сехон.

— Медленнее! Вы слишком спешите! Ох! — задыхался Юншин.

Сехон сунул язык меж приоткрытых губ Юншина. Старший крепко схватил его за талию и прижался бёдрами к юноше, заставляя свой член войти внутрь.

— М-мф! Нгх!

Юншин, балансирующий на коленях, шарил вокруг в поисках опоры. Он схватился за изголовье кровати и позволил себе раскачиваться и трястись в такт проникающим движениям другого, а когда был уже не в состоянии терпеть, приоткрыл глаза. Когда их чувственные губы разошлись, Сехон, концентрируясь со всей своей страстью, встретился взглядом с Юншином.

Глаза Сехона, полностью залитые похотью, выглядели так, словно принадлежали вовсе не ему.

Сехон всегда сохранял хладнокровие, надменность и безразличие к другим людям. Застёгивал рубашку до самого верха и надлежащим образом завязывал галстук. Эти кадры мелькали в голове у Юншина, словно плёночный фильм. Вся эта типичная манерность Сехона казалась иллюзией.

Тот факт, что Юншин был причиной такого выражения лица Сехона, доставлял юноше огромное удовольствие. Он чувствовал, как задыхается от этого чувства. Он ощутил, как напряглись мышцы живота, и желание излиться, несмотря на то, что к нему не прикасались. Естественно, его кишечник сжимался всё сильнее. Юншин сжался внутри, сам того не осознавая. Давление этой тесноты подстёгивало Сехона. Он зарычал:

— Хах, угх, чёрт!

Удивлённый Юншин взглянул вниз и ахнул. Сехон запрокинул голову юноши и заставил посмотреть ему в лицо.

— На кровати что-то есть? — спросил Сехон.

— Я просто смутился... Больно. Отпустите мою голову.

— Не прячь лицо. Я должен видеть его, когда ты будешь кончать от моего проникновения.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 175 - Овладение

Сехон ввёл свой набухший член в нежное отверстие Юншина. В то время как мужчина вводил палец внутрь, он одновременно стимулировал простату молодого человека. Юншин достиг пика, смазка полупрозрачной жемчужинкой выкатилась из головки члена юноши.

Когда жидкость хлынула фонтаном, у него закружилась голова. Смущённый юноша пытался сдержать стоны, которые вот-вот сорвутся с его губ. Тем временем Сехон вошёл поглубже в молодого человека.

Тело Юншина согнулось пополам, и он оказался прямо под Сехоном. Нежная кожа меж бёдер Юншина саднила и горела от толчков возбуждённого члена Сехона. Словно расширяя свою территорию, головка члена мужчины вошла внутрь. Юншин отчетливо ощущал её форму.

— Ах, агн-гх! О-ох! — простонал молодой человек.

Член Юншина извергал сперму каждый раз, когда стимулировалась его простата. Сехон был на финишной прямой: несколько раз вышел и вошёл, находясь на грани того, чтобы извергнуть своё семя. Его движения становились все более агрессивными. Юншин, который был намного ниже мужчины, чувствовал, что его колени вот-вот сотрутся в кровь.

Чтобы этого не случилось, Юншин вытянул руки назад и схватил Сехона за талию. Но, казалось, это только сильнее подстегивало Сехона, так как его движения стали грубее и интенсивнее.

Их бёдра встречались друг с другом, издавая громкие, хлюпающие звуки. Стоны, что они издавали, и их дыхание смешивались. Сехон крепко схватил Юншина за мокрую от пота шею и заставил его посмотреть в свою сторону. Он жадно впился ему в губы, как будто голодал несколько дней подряд.

В этот момент его лицо исказилось и он вошёл предельно глубоко.

— М-м-м, Сонбэ, не... не трясите меня так сильно. Ох-х! — воскликнул Юншин.

— Ах-х! Ха-а... — простонал старший.

В тот момент, когда Сехон кончил, их тела прижались друг к другу, и они одновременно упали на кровать.

Измученный грубым сексом Юншин почти не чувствовал нижнюю часть тела. Он смутился, когда почувствовал, что член Сехона всё ещё в нём и подёргивается. Внутри появилось тяжёлое чувство. Юншин почувствовал, как струйки спермы хлынули в презерватив. Это возбудило юношу, и он вздрогнул.

Юншин попытался отдышаться, охладить своё разгорячённое лицо, чувствуя тепло старшего мужчины у себя за спиной. Затем Сехон вышел из него. Он сорвал свой использованный презерватив и выбросил. Затем несколько раз потёр влажным кончиком своего члена между бедер Юншина. Они оба почувствовали, как члены снова встали.

Сехон открыл еще один презерватив. Юншин знал, что его возлюбленный обладает большой выносливостью, но не ожидал, что настолько. В отчаянии он искоса взглянул на Сехона.

— А мы не сделаем перерыв? — спросил Юншин.

— Тебе не понравилось?

— Я очень устал. Может, мы сначала сделаем перерыв...

— Ты можешь лежать спокойно. Отдыхай, пока тебя трахают.

Из-за того, что сперма Юншина была разбрызгана повсюду, простыни были испачканы. Заметив это, Сехон переложил юношу на более чистую, правую сторону кровати. Затем он положил молодого человека на спину, устроился между его ног верхом и потянул Юншина вниз.

Когда головка члена медленно вошла в разработанную дырочку, она слегка сжалась, приглашая член внутрь. Сехон дразняще задвигался, стимулируя молодого человека своим членом. Он немного ввёл кончик своего члена внутрь и задвигал бёдрами. Юншин издал горячий вздох, сорвавшийся с его блестящих губ.

— Нг-х, мм-х...

Сехон сдвинул брови и приподнял Юншина, заставляя его сесть себе на бедра.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 176 - Овладение

Очевидно, когда Сехон сказал, что Юншин получит всё, он не лгал. Он увеличивал сложность и менял позы. От миссионерской к догги-стайл, а теперь заставил Юншина скакать на нём верхом. Каждый раз, когда интенсивность увеличивалась, юноша мог всё отчетливее ощущать член Сехона. Благодаря этому Юншин кончил несколько раз, но член продолжал оставаться твёрдым.

Глядя вниз на свой эрегированный член, Юншин не мог в это поверить. Его губы приоткрылись. Не скрывая своего недоумения, он уставился на Сехона, который находился в неудобной позе.

В такие моменты, Сехон отвечал не словами – он отвечал своими действиями. Держа Юншина на руках, он слизнул слюну, которая стекала по его подбородку, и поцеловал его. В тот же момент он стремительно вошёл в молодого человека. И это было ещё не всё. Он опустил руку вниз и начал поглаживать член юноши, который слегка опустился.

— Ах... слишком глубоко, — выдохнул Юншин.

— Тебе нравится? - спросил Сехон.

— Хотите сказать, что вам это так нравится, что вы таете. Я вам так сильно нравлюсь? — поддразнил Юншин.

Каждый раз, когда Сехон вонзал свой член, их бёдра и ягодицы соприкасались. Их гладкие обнаженные тела шлепались друг о друга, и каждый раз по их позвоночникам пробегал электрический разряд. Юншин позволил себе подвигаться, а затем прижался своим уставшим телом, обвивая руками шею Сехона. Их тела, соединившись, покачивались вместе.

Их глаза встретились.

Сехон не ответил, поэтому Юншин повторил. На этот раз он спросил более лаконично:

— Я вам так сильно нравлюсь, Кан Сехон?

Губы Сехона были плотно сжаты, так что Юншин подумал, что он не сможет услышать ответ. Однако неожиданно Сехон посмотрел на него зачарованными глазами и тихо ответил:

— Ты мне нравишься.

Кровь от сочетания боли и удовольствия прилила к бледным щекам Юншина. Его тонкие, бледные руки крепче прижали Сехона к себе.

Слова больше были не нужны. Их мир был наполнен друг другом, и они растворилясь в нём. Чем агрессивнее становились движения Сехона, тем громче скрипела кровать. Тяжелое дыхание и стоны Юншина и вздохи Сехуна сливались друг с другом. Простыни беспорядочно шуршали, но они не обращали на это никакого внимания.

«Почему мы не можем игнорировать друг друга?» — промелькнул вопрос в их головах.

Жизни двух людей слились воедино. Осознание этого одновременно вселило тревогу и предвкушение в их головы.

Их физический контакт, подтверждающий чувства, продолжился.

***

В воскресенье утром Юншин проснулся довольно поздно. Сехона рядом с ним не было. Так как они занимались сексом всю ночь, им нужно было поспать, поэтому они неуклюже сменили простыни и крепко заснули.

— Он ушёл?

Юншин взглянул на пол, на котором царил беспорядок. Его пижама, нижнее белье, коробка с салфетками и презервативы были отброшены в сторону и разбросаны по полу. Юноша не ожидал, что старший будет настолько великодушен, что вымоет его и уложит в постель, как в кино. Он думал, что Сехон, по крайней мере, избавится от использованных презервативов, но, глядя на плачевное состояние комнаты, Юншин мог только глухо рассмеяться.

Комната выглядела намного лучше, чем сам юноша. В тех местах, которые Сехон лизал, кусал и грыз, остались царапины. Там же были красные и синие синяки, ссадины и отпечатки ладоней – как будто на него кто-то напал. На него было жалко смотреть. Ему казалось, что его бёдра вот-вот сломаются. Вдобавок ко всему, одежда Юншина была свалена в кучу на полу, в то время как вся одежда Сехона исчезла, что разозлило его.

«Значит, он сделал всё, что хотел, а потом оставил меня здесь одного, да?» — с горечью подумал Юншин.

Но вслух он лишь произнёс:

— Ух ты, это даже не смешно.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 177 - Овладение

Теория и практика отличались друг от друга, как небо и земля. Когда он сел, то почувствовал сильное онемение. Он попытался дотянуться пальцами ног до изголовья кровати. Его ноги дрожали, но он ещё мог стоять.

В горле пересохло так, что казалось, оно ободрано. Однако первым делом нужно было принять душ. Пошатываясь, он добрался до ванной и принял душ самым эффективным из возможных способов. К счастью, Сехон остановился и отпустил Юншина, как только у него закончились презервативы, так что юноше не нужно было ничего вымывать.

После душа Юншин вышел голым. У него не было сил высушить волосы или накинуть на себя халат, поэтому он был мокрый. Сделав всего несколько шагов, он понял, что дальше идти не может. Он рухнул на свою пижаму, которая была брошена на пол.

— Чёрт возьми. Мне снова нужно принять душ?

Он устало кивнул сам себе и растянулся на полу. Уставившись в пустой потолок, Юншин почувствовал, как внутри его переполняет разочарование.

—Ублюдок. Как он мог оставить меня в таком состоянии? Я что, секс-игрушка? Ну и пошёл ты.

Он наклонился, вытер волосы о пижаму и сердито вздохнул, когда почувствовал чье-то присутствие за пределами своей комнаты. Был ли это грабитель? Или его сестра? Он был так потрясен, что даже не смог вскочить, чтобы поприветствовать этого человека, а просто поднял голову.

Подумать только.

Очень большая тень стояла у приоткрытой двери. Человеком, появившимся из-за дверного проема, к удивлению Юншина оказался Сехон. На нём была повседневная одежда, отличная от той, что была прошлой ночью. Должно быть, он заходил к себе домой. Юншин бросился за своей пижамой, чтобы прикрыться и спросил:

— Адвокат Кан?

— Ублюдок, значит? А ты у нас секс-игрушка? — спросил Сехон.

Смущённый Юншин неловко ответил:

— Я думаю, лучше, чтобы всё было наоборот, не так ли? Вы можете быть кем угодно… Будьте тем, кто вам нравится.

Сехон недоверчиво нахмурился.

— С каждой секундой ты становишься всё нахальнее. Разве я не поймал тебя в прошлый раз, когда ты оскорблял меня за спиной?

— Это было давно, — сказал Юншин, защищаясь.

— Значит, с тех пор ты никогда этого не делал? — Сехон спросил вызывающе.

Юншин проклинал Сехона про себя и вслух почти каждый день, так что он не мог придумать никаких оправданий. Юноша совершенно неестественно сменил тему.

— Разве вы не ушли? Я едва не обиделся.

— Я и правда уходил. Вернулся домой, чтобы принять душ и переодеться, потому что чувствовал себя отвратительно. На обратном пути зашёл в магазин, чтобы купить немного еды на завтрак. Когда вернулся, ты мылся, поэтому я позвонил уборщице, пока ждал тебя. Она придёт убираться через час. Тогда, может, мне сейчас уйти? Похоже, ты отчаянно хочешь этого.

Юншин мгновенно ответил:

— Нет, не уходите.

— …

— Не оставляйте меня, — повторил Юншин.

Сехон прищёлкнул языком и сделал шаг в комнату. Он наклонился и уставился между ног Юншина. Сехон не касался молодого человека, но юноша почувствовал, как покалывает кожу там, где скользнул взгляд старшего. Взгляд Сехона был чувственным и непристойным. Настойчивым и цепким. Юншину показалось, что его тело разгорячилось бы от одного этого взгляда.

— Что вы делаете? Выглядите как извращенец, — неуверенно сказал Юншин.

— Я смотрю тебе между ног. При дневном свете твои ягодицы и впрямь произведение искусства, — заметил Сехон.

Руки Юншина дёрнулись, желая ещё больше прикрыть своё тело. Сехон подошёл к нему и сорвал пижаму, прикрывающую наготу юноши. Мало того, Сехон скатал простыни и швырнул их через всю комнату. Внезапно оставшись без одежды, Юншин свернулся калачиком.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 178 - Союзник

— Я всё ещё думаю, что вы садист, — сказал Юншин.

— Как скажешь, — Сехон пожал плечами.

Сехон смотрел прямо на него, так что Юншин не мог пошевелиться.

— Вы могли бы выйти из комнаты или дать мне чем-нибудь прикрыться. Мне неловко, — наконец сказал Юншин.

— С какой стати я должен это делать? Ты сейчас великолепно выглядишь. «Давид» этой спальни.

— Я люблю вас, — выпалил Юншин.

Признание прозвучало как гром среди ясного неба, так что Сехон какое-то мгновение никак не реагировал. Он просто смотрел на Юншина сверху вниз. Тысячи слов застыли в его глубоких глазах, но Сехон просто подавил своё удивление и промолчал.

Встретив спокойный взгляд собеседника, Юншин не отвел глаз. Он лишь слегка нахмурил брови в смущении. Как ни странно, это была именно та фраза, которую ему больше всего хотелось произнести в данный момент. Но его беспокоило, что и на этот раз он был тем, кто сказал это первым, хоть не жалел об этом.

— Скажите что-нибудь, — настаивал Юншин.

В ответ раздался приглушённый, надломленный голос Сехона.

— Ты изображал из себя недотрогу. Так просто.

— Вы правы. Даже я думаю, что это вышло слишком легко. Обычно я так себя не веду, клянусь.

— Был ли я настолько хорош? Так хорош, что тебя переполняет любовь?

На этот раз Юншин промолчал и уставился на собеседника. Затем он едва слышно произнес:

— Да. Вы были немного груб, но мне было хорошо.

— ...

— А как насчет меня? Я был хорош?

Сехон удивленно рассмеялся, затем пожал плечами. Глаза Юншина блестели в ожидании комплиментов, но их не последовало. Он закусил нижнюю губу и надулся.

Сехон с нежностью посмотрел вниз, затем сел на край кровати, раскинув руки. Юншин с трудом сел и подтянулся к Сехону на руках. Мужчина поднял стройное тело молодого человека и усадил его к себе на колени. Юншин прислонился к нему. В ответ Сехон сжал всё ещё мокрое и обнажённое тело молодого человека в своих объятиях и плюхнулся на кровать.

— Теперь у тебя есть два варианта. Ты можешь снова принять душ или позавтракать на кухне, — мягко сказал Сехун.

— Вы будете меня мыть?

— Я что, твоя нянька?

— Вы всегда так говорите, но в итоге делаете, как я прошу.

После того, как Юншин попал в яблочко, Сехон откинул голову назад. Юноша улыбнулся и поцеловал его в ключицу. Почувствовав щекотку, мужчина нежно погладил Юншина по талии.

— В последнее время я совершаю невероятные для меня поступки. Если ты не можешь связаться со мной, это значит, что я умер, делая то, чего обычно не делаю, так что просто знай это.

— Сехон-сонбэ.

— Да, Юншин?

— Не умирайте и не бросайте меня.

— …

— Спасибо, что не оставили меня, — голос Юншина не дрожал, когда он говорил это. Однако бесчисленные эмоции, которые невозможно было сдержать простыми словами, накапливались в нём, и Сехон чувствовал это. Мужчина прижался губами к мокрым волосам Юншина и вздохнул. Чувствуя, что этого недостаточно, он ещё крепче обнял юношу и погладил его шею.

— Я думаю, что, в конце концов, лучше всего было бы позавтракать. Ты очень худой, — сказал Сехон.

Юншин кивнул, соглашаясь с предложением Сехона. Он прижался к возлюбленному, как детеныш коалы.

Юншин ни в коем случае не хотел, чтобы Сехон пострадал. Однако не было никого лучше, чем Сехон, чтобы встретиться лицом к лицу с противниками, несмотря на низкие шансы на победу. Не было никого, кто был бы столь же надёжен и бескорыстен. Юншин никому не доверял, больше, чем Сехону.

Благодарность и сожаление бурлили внутри, и, подавляя их, возникло новое чувство.

Этой эмоцией было облегчение от того, что Юншин больше не был одинок.

Юноша наклонился к мужчине и тихо всхлипнул. Заметив эту перемену, Сехон вздохнул.

— Это меня немного бесит, — пробормотал Сехон.

— Я не плачу, — возразил молодой человек.

Каждый раз, когда Юншина заставали плачущим, он сталкивался с трудным препятствием. Однако на этот раз всё было по-другому. Слезы навернулись на глаза, потому что он почувствовал облегчение. Быть одному — тяжело. Он был напуган, ему не к кому было обратиться. Внутри он чувствовал тревогу и неловкость. Поскольку у него никогда по-настоящему не было трудностей в жизни, он жаждал поддержки. Ему нужен был кто-то рядом.

Чтобы унять тревогу, юноша вкладывал всю свою энергию и свободное время в работу.

Сидеть в сторонке и самостоятельно заботиться о себе, только потому что сестра попросила — это ли лучший вариант? Разве её родственники не захватили бы власть и не попытались бы разрушить её жизнь? А если он никогда не увидит своих племянников? Будет ли вообще гарантирована его безопасность? Его шурин — тот человек, который может многое.

Он не знал почему, но Сехон, казалось, понимал всю его неуверенность. Пальцы, которые прикасались к нему, и губы, которые целовали его, — все это выражало сочувствие. Неизбежно, он почувствовал себя подавленным, и из него вырвался всхлип. Сехон глубоко вздохнул и похлопал Юншина по спине.

— Если присмотреться к тебе повнимательнее, ты действительно плачешь, как ребенок, — сказал Сехон.

Сехон поднял желтую заколку для волос, которая упала рядом с подушкой, и схватил Юншина за плечи. Он убрал волосы с лица молодого человека и заколол их на макушке.

Сидя с уже припухшим лицом, Юншин почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза. Сехон слизнул их и поцеловал его веки.

— Вот почему у тебя опухают глаза, — сказал Сехон.

Время шло, пойманное в ловушку этой эмоциональной атмосферы. Они чувствовали себя так, словно были единственными людьми во вселенной. Когда лучи падали им на спины, Юншину почти показалось, что он заключает в свои объятия ещё один источник света. Юноша почувствовал, как к глазам снова подступают слёзы. Он крепко обнял Сехона, не желая отпускать и терять его, и у него перехватило дыхание. Терпеливые руки Сехона, поглаживающие его спину, были такими нежными, что у Юншин еле держался, чтобы не заплакать

Он знал, что независимо от того, насколько бы хорошо он не описал теплоту, которую чувствовал от Сехона в тот момент, никто ему не поверит. Никто бы никогда не подумал, что Сехон способен на это. Этот момент был бесценен, и Юншину это понравилось. Это было то, что мог знать только он.

Кан Сехон на самом деле был добрым человеком — возможно, больше, чем кто-либо другой. Люди просто не знали этого.

Юншину нравилась эта сторона Сехона.

Его чувства были настолько всепоглощающе горячими, что тело Юншина лихорадило и пульсировало, как будто он обжёгся.

Конец второго тома. Продолжение следует в третьем.

Перевод: ChrisBaudelaire

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 179 - План действий

Третий том.

Действие 20

По настенному телевизору транслировались новости.

Судя по всему, директор Ю Чонвон из Сухан Холдингс намеревался начать реструктуризацию дочерних компаний. По его словам, он надеялся, что это вновь заявит о ценности организации и обеспечит неприкосновенность бизнеса, но на самом деле этот ход — демонстрация силы, означающий, что он встряхнёт сферу бизнеса просто потому что может. Это было свидетельством того, что власть передавалась от поколения его отца ко второму сыну следующего поколения.

Сехон молча сидел на диване гостиной, медленно поглаживая подбородок, слушая репортаж. После его окончания он встал и подошёл к столу. Взгляд устремился на акриловую доску, на которой была кратко изложена ситуация Игён, любезно написанная Юншином.

«Главная цель – дети? Или деньги? Если верны оба варианта, то всё станет сложнее».

Сехон был погружен в свои мысли, когда Юншин вернулся с короткой прогулки. Холодная погода окрасила его щёки и кончик носа красным. Юншин подошёл к Сехону и проследил за его взглядом. Затем, решив поделиться прохладой, он потёрся своими мягкими щёками о старшего мужчину и наклонил свою голову для поцелуя.

— Куда ты уходил, бросив тут своего гостя? — резко спросил Сехон.

— Я же говорил, что нужно было закинуть бельё в прачечную, — надулся Юншин.

— Ну и что такого, если на простынях было немного спермы? Ты драматизируешь.

— Нет, вы ведёте себя нелепо. Вы сказали, что она приходит к вам домой каждый день, кроме выходных. Она снова может столкнуться со мной – как я мог показать что-то столь смущающее домработнице?

— Что плохого, если это случится? Если тебя это так смущает, просто скажи ей, что я дрочил.

— Это ещё страннее, сказать, что вы дрочили в моей комнате. С вами невозможно разумно разговаривать. В любом случае пока я был внизу, купил кофе в кафе на первом этаже. Вот.

Сехон махнул подбородком, указывая Юншину поставить стаканы, куда тот захочет, и затем присел на край стола. Не отрывая глаз от акриловой доски, Сехон спросил:

— Как много тебе известно? Давай объединим нашу информацию.

— Как я уже говорил, я мало что знаю. То, что написано здесь, – это не информация, которую мне рассказала сестра, я нашёл её сам.

— Каков шанс, что директор До пойдёт на невероятный компромисс для досрочного урегулирования или согласится на проведение медиации*? В таком случае всё будет быстро и легко. Хотя, я спрашиваю, не имея каких-то больших надежд на это, так что не переживай по этому поводу.

— Зная мою сестру, как только она что-то решит, так легко не отступится.

— Я так и предполагал. Мы должны разрабатывать план, ставя в качестве конечной цели судебное разбирательство.

Сехон слегка похлопал по месту около себя. Юншин тактично снял куртку и сел рядом с Сехоном. Большие руки старшего проникли под его свитер.

Старший адвокат обхватил узкую талию младшего, притянув его ближе, и погладил бока Юншина. Но этим дело не ограничилось. Руки, поднявшиеся выше, коснулись сосков юноши. Зажав между пальцами твёрдые выступы, он покрутил их – в этот момент худое тело молодого человека качнулось вперёд.

— Хн-гх. Нх.

Должно быть, реакция Юншина позабавила Сехона, поскольку его прикосновения стали смелее. Он провёл большим пальцем по затвердевшим соскам, после чего помассировал грудь руками. Юноша инстинктивно дёрнул бёдрами и ухватился за крепкие предплечья старшего адвоката.

— Хах... Что вы делаете?

Сехон слегка нахмурился.

— Не думал, что ты настолько невинен, что тебе будет необходимо уточнять каждый раз. Человек, которого я трахнул, спит в спальне? Кто ты?

Юншин подпрыгнул от гнева.

— Я спрашиваю только потому, что вы продолжаете меня трогать. Вы мне нравитесь, и мне становится тяжело, когда вы касаетесь меня.

— Тогда ты прекрасно знаешь. Я делаю это, чтобы возбудить тебя. Зачем тогда спрашивал? Просто ломаешься.

— Вау... Как у вас получается злить людей всего несколькими словами? Вас что, убьёт, если вы не будете саркастичным? Руки прочь.

Найдя старшего невероятным, Юншин оттолкнул его руку и громко хлопнул по ней.

*Посредничество (медиация) – вид примирительной процедуры, в которой участвуют равноправные субъекты спора на основе сотрудничества, а также нейтральное и независимое лицо (посредник, примиритель), оказывающее помощь в урегулировании конфликта, направленную на достижение субъектами спора взаимовыгодного соглашения.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 180 - План действий

Сехон ухмыльнулся и помахал покрасневшей рукой перед лицом Юншина, затем указал на акриловую доску.

— Прежде чем составлять план, есть несколько вещей, которые мне нужно обсудить с тобой. Ты уже в курсе, прецеденты чрезвычайно важны в делах о разводе.

— Разделы о разводе в Гражданском кодексе имеют, как правило, теоретическое и абстрактное толкование. Я довольно тщательно всё изучил.

В зависимости от того, как судьи интерпретируют закон, результаты бракоразводных процессов сильно разнились. Юншин знал, что просто прочесть прецеденты недостаточно. Ему нужно было быть более основательным и предусмотреть все вопросы, которые могли возникнуть. Ему также было необходимо разработать стратегию в соответствии со склонностями судебной власти, которая будет принимать участие в судебном процессе Игён.

В голове Юншин знал, что лучшее, что он мог сделать, это заткнуть другую сторону с помощью прецедентов, имеющихся на сегодняшний день, но он не был уверен, справится ли с таким огромным объёмом материала.

— Нам нужно держать в голове одну вещь, что судья и суд будут не на нашей стороне. Мы должны предполагать, что они будут на стороне Сухан. Исходя из того, что нам известно, после вынесения приговора, судья может снять свою судейскую мантию только ради того, чтобы надеть костюм команды штатных юристов-консультантов Сухан, вот и всё. Такой расклад событий вполне возможен.

Было бы идеально, если бы суд всегда мог находиться на правильной и законной стороне, но бывали обратные случаи. В то время как существуют защитники справедливости, есть множество тех, кто стремится защитить другие ценности. Юншин не мог рассчитывать, что все судьи будут одинаково праведны. Особенно если дело касается влиятельного конгломерата, где имели место быть незаконные сделки, суд мог встать на сторону компании. Они должны были быть осторожны с самого первого шага.

Вероятно, до сих пор Сехон стоял в суде, где суд был безоговорочным союзником. У Юншина же было иначе. Он знал, что беспокоит Сехона, и юноша был уверен, что не сломается.

— По крайней мере, я знаю об этом. Это знание пугает, но я не собираюсь сдаваться.

— Тогда это всё, что нам нужно. Даже если мы потом перейдём к нетрадиционной тактике, начнём со стандартной теории определения дела. Честно говоря, я не думаю, что ты в курсе деталей того, что творится в этом доме, но всё равно спрошу.

Сехон взял магнит с нижнего края доски и прикрепил фотографии двух племянников Юншина и его зятя.

— Что вы хотите узнать? О детях? — предположил Юншин.

— Дети любят своего папу?

Юншин задумался об этом, копаясь в памяти, и, наконец, ответил:

— Конечно... Он им нравится. Я всё же думаю, что у них более сильная связь с моей сестрой. Они ещё маленькие, поэтому не смогут просчитать и выбрать, какой из родителей будет более выгоден, если их спросят.

— Если бы им сказали, что их родители собираются развестись, они бы встали на сторону матери? Меня интересует, будут ли они ныть и плакать, что хотят жить с мамой больше, чем с папой.

Юншин не был в этом уверен. Он вообще не представлял себе жизни без своих родителей. Юноша не понимал этого в полной мере, поскольку его матери не было рядом с раннего детства но он, вероятно, не смог справиться с действительностью, если бы она покинула его, будь он постарше. Вполне вероятно, что дети не примут ни одну, ни другую сторону.

К тому же, даже если сейчас они встали на сторону матери, дети легкомысленны и могут перейти на сторону отца, быстро изменив своё мнение.

— Кажется, что они не знают, что такое развод... Не думаю, что их показания будут иметь значение в суде. Однако, стоит ли мне встретиться с ними и вскользь спросить , что они думают о своём отце? Я в любом случае давно их не видел.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 181 - План действий

— Сделай это. Я не рассчитываю получить какое-либо подтверждение своих домыслов, но хочу, чтобы ты заставил их встать на сторону своей сестры. Встречайся теперь с ними время от времени и намекай на это детям. Если будешь слишком откровенен, директор Ю, вероятно, запретит тебе встречаться с детьми, так что делай это в меру. Хотя, если он будет препятствовать твоим встречам с ними, это тоже может быть хорошо по-своему. По сути, он лишает тебя права видеться с племянниками, так что это может быть полезной картой в колоде.

Юншин понимающе кивнул и отправил сестре сообщение. В последний раз он собирался договориться о встрече с ней по СМС, но не смог, поскольку встретил Сехона перед своей квартирой. Время шло, и, прежде чем он это понял, наступил новый год. Игён, должно быть, решила, что Юншин занят, так как от неё ничего не было слышно.

Пока Юншин набирал сообщение, Сехон взял ручку, которая валялась на столе, и указал на акриловую доску.

— А теперь, адвокат До. Ты хорошо всё организовал. В законе есть четыре ключевых вопроса: причина развода, алименты, раздел имущества и опека над детьми. Давай по порядку, один за другим. Первый – причина развода. Есть ли у суда основания для расторжения брака? Существует шесть причин, предусмотренных законом, в соответствии с Гражданским правом, статьёй 840, подпункт 1. Даю тебе 10 секунд. Начали.

«Игён, скоро годовщина смерти нашего отца, так что давай сходим...»

Застигнутый врасплох Юншин отправил сообщение, даже не дописав, и быстро выпалил ответ.

— Несоблюдение верности, намеренное покидание супруга, пропажа без вести и неуверенность в том, жив партнёр или мёртв, жестокое обращение со стороны супруга или его прямых родственников по восходящей линии, жестокое обращение с прямым родственником одного из супругов со стороны другого супруга, а также другие серьёзные причины, препятствующие сохранению брака.

Ответив на блиц-вопрос, Юншин отправил остальную часть сообщения.

« ... в мавзолей вместе с детьми. Если дашь мне знать, какое время тебе подходит на этой неделе, я освобожу своё расписание на этот период. Извини, что написал так поздно.»

— И какие причины подходят данному случаю?

В голову пришла одна вещь, но Юншин не хотел называть её вслух. Он просто не хотел этого говорить. После некоторого колебания, он всё же через силу произнёс:

— Насилие в семье. Я сам видел на ней синяки от удушения. Я пытался душить себя, чтобы понять, насколько сильно нужно кого-то душить, чтобы оставить такие следы, но оставить такие синяки в обычных условиях сложно.

Сехон выглядел немного шокированным, а затем издал глухой смешок.

— Что ж, какой ты преданный. Удивительно.

— Это сарказм?

— Есть такое.

Юншин косо взглянул на него, после чего тихо пробормотал:

— Он сертифицированный эксперт по сарказму, ну серьёзно.

— Я тебя слышу.

— Я хотел, чтобы вы услышали. О, и...

Сехон закончил предложение за Юншина.

— Прелюбодеяние. Это входит в невыполнение супружеских обязанностей.

— Как вы об этом узнали? Вы копали у всех за спиной или...

Юноша недоумевал, но тут же вспомнил, что он разговаривал с Кан Сехоном и остановился. Когда их головы резко повернулись друг к другу, и их глаза встретились, между ними проскочили искры.

Лицо Сехона оставалось бесстрастным, даже когда его критиковали прямо в лицо. Он лишь пристально смотрел на губы Юншина, прежде чем оставить на них лёгкий поцелуй. Они были достаточно близко друг к другу, поэтому, чувствуя себя немного застенчиво, юноша передал в красивые руки Сехона остывший кофе и сделал глоток из своей чашки. Сехон саркастически усмехнулся и снова повернулся вперёд.

— Продолжим.

— В любом случае, она сказала, что собирает улики. Моя сестра умнее меня. Причина развода, наверное, меньшая из наших проблем. Вопрос в убедительности доказательств.

— Действия твоей сестры ограничены по сравнению с обычным человеком. Скорее всего, у неё ещё нет доказательств измены мужа. Я могу подготовить их на всякий случай.

— Можете ли вы таким образом собрать личную информацию? — довольно громко от удивления сказал Юншин.

Сехон слегка нахмурился.

— Нет такого, чего адвокат не мог бы заполучить в свои руки.

— Как, чёрт возьми, вы это разузнаете? Заплатите людям из его окружения? По типу домработницы или персонала отеля...

— Иногда, но это слишком рискованно, если и другие методы. Этот самый простой.

— Какой?

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 182 - План действий

— Слышал, что мусор человека отражает его образ жизни? Из мусора десяти случайных гостиничных номеров в девяти из них были использованные презервативы, а в семи – визитная карточка с отпечатками пальцев.

Юншин на мгновение засомневался, нужно ли им заходить так далеко, но затем решил отбросить все сомнения. Он уже догадывался, о чём Сехон попросит своих детективов, поэтому, как бы ни был сейчас удивлён Юншин, в этом не было ничего революционного. Сехон был способен и на более грязные вещи, чтобы выиграть суд.

— Думаю, лучше уточнить у моей сестры, верно?

— Да, сделай это.

Озадаченный юноша наклонил голову.

— Я? Вы не собираетесь встречаться с моей сестрой?

— Меня ещё не уволили, и меня об этом не просили. Поскольку ты посредник, можешь дать ей свой совет и получить список улик. Пока ты это делаешь, также можешь получить чёткий ответ, который она донесёт до самого конца.

Судебный процесс такого масштаба может длиться минимум 2 года, а то и больше.. Нанятый адвокат только оказывал услуги, но не намерен работать над этим всё время. В конечном счёте, важна выносливость сторон.

Юншин обдумывал инструкции Сехона, покусывая нижнюю губу, после чего наклонился, чтобы лизнуть губы старшего адвоката. Честно говоря, юноша просто был счастлив видеть Сехона в своём доме и уже давно хотел это сделать.

В тот момент, когда его губы слегка коснулись губ Сехона, их веки медленно закрылись. Они лишили друг друга частички тепла, когда оторвались друг от друга и открыли глаза

Ясные глаза, смотревшие на Сехона, были готовы к предстоящей турбулентности. Несмотря на уже принятое решение, Юншин всё ещё волновался. Сехон провёл большим пальцем по уголкам глаз, полных беспокойства, и сказал:

— Гадкие замечания, которыми они обменивались во время ссор, не считаются. Прецеденты этого не принимают. Ей должны быть причинены серьёзные повреждения. Лучше, если эти повреждения будут повторяющимися. Ты упоминал свидетельства удушения – раздобудь доказательства насильного удержания и того, что директор Ю оскорблял ваших родителей, перед твоей сестрой. Всё это нам подойдёт.

Юншин подумал, то, что его сестре пришлось собирать все клочки улик, доказывающих, что её муж был ублюдком, чтобы выиграть процесс, достойно сожаления. Он хотел бы знать, в чём смысл брака.

— Интересно, сколько полезных доказательств мы сможем собрать. Врачи этой семьи не будут на её стороне, — искренне спросил Юншин.

Сехон отстранённо ответил:

— Есть записи о визитах. К счастью, кажется, она постоянно говорила двум врачам о следах домашнего насилия на её теле. С этими доказательствами она может выдвинуть уголовные обвинения. Если будет обнаружено насилие в семье, это будет отягчающим обстоятельством, работающим ей на пользу. Было бы хорошо, если бы имелись полицейские отчёты, связанные с этими документами, но их не будет. В любом случае, если мы раздобудем медицинские заключения самостоятельно, они будут признаны недействительными, поэтому нужно, чтобы ты получил их лично от своей сестры.

Пока Юншин сидел, слушая и запоминая, что ему необходимо сделать, он внезапно замер. Он привык к тому, что Сехон имеет доступ к конфиденциальной информации, но он слишком хорошо знал ситуацию Игён. Он был осведомлён даже о том, чего не знал сам Юншин. Было что-то подозрительное.

— С какого момента вы знаете об этом? Не похоже, что вы узнали об этом после встречи с моей сестрой.

Сехон проигнорировал прямой вопрос Юншина и вместо этого сказал:

— Ещё кое-что – есть шанс, что медицинские записи могут изменить. Если они заплатят врачу, игра окончена.

— Эти записи не то, что можно заменить так просто. Как бы они могли?..

— Это вполне возможно. Сухан владеет больницей, так что всё ещё проще. Если врачи признаются, что жена какой-либо богатой семьи принудила их, люди усомнятся в этих записях, а их достоверность резко упадёт. Спроси, есть ли у неё фотографии травм или видеозаписи любых нападений. Если их нет, она может попробовать организовать и спровоцировать одно.

Сехон предлагал Игён пережить ещё один кошмар, чтобы получить преимущество?

В голове Юншин лучше, чем кто-либо, знал, что всё сводится к битве доказательств, но учитывая, что в этом замешан кто-то близкий ему, сердце не руководствовалось его рациональностью. Он вспомнил хрупкую шею с жуткими синяками, и его лицо скривилось.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 183 - Полярная звезда

— А, точно – вы же такой человек, — пробормотал Юншин.

— Разве ты не хочешь победить? Мы значительно уступаем по огневой мощи, и нам нужно что-то, чтобы одержать победу. Отсидись где-нибудь, если собираешься и дальше притворяться наивным и праведным, хоть ты уже и зашёл довольно далеко в этой игре. Иначе будешь только будешь отвлекать.

— Вам всегда нужно говорить это таким образом? Я расстроен.

— Ты желал меня таким, какой я есть. Заводись обратно.

Юншин закусил губу, бросив расстроенный взгляд на Сехона. После чего он быстро отвернулся, демонстрируя свою капитуляцию. Юноша прекрасно знал, что, помимо правильных вещей, Сехон предлагает решение. Старший адвокат знал и то, что Юншин просто выплёскивает свой гнев и разочарование без какого-то умысла. Тот факт, что Сехон безропотно принимал нрав юноши, доказывал, что всё понимает.

— Извращённые сексуальные наклонности, жестокое обращение с детьми, отсутствие привязанности, столкновение личностей, патологическая ревность, алкоголизм – всё это причисляется к другим серьёзным причинам согласно прецедентам. Может ли что-то из этого нам помочь? — спросил Юншин, возвращаясь к теме.

— Конечно. Если прецеденты считают это законным, даже малейший изъян нам поможет. Не оставим ни одну мелочь без внимания. Если ничего не будет, создай и принеси. Однако банальное остывание чувств со временем не поможет. По какой-то причине закон такое не принимает, — ответил Сехон.

— Было бы идеально, если бы имелся свидетель, например, экономка, садовник или даже работник картинной галереи.

— Кем бы он ни был, добровольно на сторону Игён он не встанет. Нам необходимо провести расследование и всех опросить. Составь список.

Как Юншин и предполагал, они с Сехоном были на одной волне. Есть множество людей, которые потенциально могли бы дать свидетельские показания, но они не были союзниками.

— Понял. Свяжусь с её секретарём.

— Так, теперь на очереди второй вопрос – алименты, и третий – раздел имущества, — сказал Сехон, продвигаясь дальше.

— Оба – денежные.

— Я уже прочёл это, и всё, что ты написал, – неверно. Придётся провести реорганизацию.

Сехон сделал глоток, поставил бумажный стакан, после чего встал и подошёл к акриловой доске. Он взял белый маркер и зачеркнул все заметки Юншина одним взмахом руки. Когда он снова повернулся к юноше, Сехон поймал суровый взгляд молодого человека.

— Они были женаты чуть меньше десяти лет, поэтому на раздел имущества не согласятся, и она получит алименты, если выиграет иск. Я всё продумал. Что я сделал не так? — серьёзно спросил Юншин.

— Ты должен заставить их преодолеть отметку в десять лет. Я посчитаю даты и отложу заявку на посредничество до того момента. После десяти лет брака имущество делится пополам, так зачем отказываться от этого? Именно поэтому твой зять хочет развестись как можно скорее. Твоя сестра, вероятно, тоже держится именно по этой причине. Это прекрасная компенсация за страдания клиента.

Взглянув на это с другой стороны, теперь Юншин мог понять, почему его сестра так долго терпела всю эту боль. Юноша исходил из того, что она, должно быть, хочет как можно быстрее избавиться от сложившейся ситуации, но делает это ради прав опеки, однако, похоже, дело было не только в этом. Она стремилась отомстить мужу, забрав у него как можно больше.

Должно быть, она имела в виду именно это, когда решительно сказала, что перевернёт всё с ног на голову. Возможно, Юншин не знал Игён также хорошо, как Сехон.

— Ты наблюдал за этим браком с самого начала. Попытайся взглянуть на него через призму объективности, и это будет основой для моего субъективного боя, — сказал Сехон.

— Вы продолжаете говорить, что всё сделаете сами. Так, а мне что тогда делать? Давайте же, используйте меня.

— Сначала ты встретишься со своей семьёй и получишь то, что тебе необходимо. Потом организуй мне личную встречу со своей сестрой. К счастью, ты работаешь в нашей компании, поэтому даже если Сухан заметит, что мы встречались, они не сразу подумают, что она меня наняла. Вероятно, это выиграет нам немного времени.

— Ага, потому что мой зять никогда бы не подумал, что адвокат Кан Сехон может совершить столь идиотский поступок, — сказал Юншин самоуничижительным тоном.

Должно быть, интонация юноши обеспокоила Сехона. Он подошёл к Юншину и поцеловал его встревоженное лицо, в то время как забирал чашку из рук молодого человека. Затем он широко расставил руки, словно говоря Юншину обнять его.

Юншин колебался, потому что ему не хотелось добавлять проблем старшему адвокату, но чуть погодя он всё-таки прыгнул в широкие объятия Сехона. Старший спокойно погладил по голове молодого человека, спускаясь ниже до шеи, плеч и спины.

Ласка Сехона была нежной – такой нежной, что убаюкивала. Юншин чувствовал, словно снова стал ребёнком и крепче прижался к Сехону. Он ощутил, как губы старшего касаются его макушки.

— Есть ещё одна вещь, которую тебе нужно сделать. Это супер срочно, — сказал Сехон.

— Ч-что это? — Спросил Юншин, почувствовав напряжение.

— Отклони свидание вслепую. Сколько мне ещё ждать? Как ты смеешь заставлять меня поднимать этот вопрос?

— Боже мой, вы правы. Я помню, что обещал ей встретиться, но совершенно забыл зачем. Минуту.

Юншин с силой оттолкнул Сехона и вытащил телефон. Затем он открыл переписку с сестрой и добавил её одно сообщение.

«Ещё у меня есть кое-что важное о свидании вслепую, что я хочу тебе сказать. Напиши мне как можно скорее».

Отправив сообщение, Юншин посмотрел на Сехона. Юноша выглядел, будто хотел, чтобы его похвалили, но в то же время, будто бы извинялся за эту задержку. Возможно, и то, и другое одновременно.

В ответ Сехон, смотрящий с прищуренными глазами и поджатыми губами, мягко обхватил ладонями щёки Юншина.

Его губы мягко коснулись губ другого. Сначала их мягкая кожа едва касалась, но контакт становился всё более и более страстным. Влажный язык Сехона вторгся через слегка приоткрытые губы Юншина. Юноша ощущал электрические разряды, когда два влажных куска плоти переплетались друг с другом у него во рту.

Сехон плотнее прижался к худому телу Юншина, скрывая его в тени. Он тёрся о пах юноши, пока смаковал и исследовал чувствительные поверхности во рту Юншина. Конечно же, у них обоих затвердело в штанах.

— М-м-м... — простонал Юншин от возбуждения, закрыл глаза и обвил руками шею Сехона, притягивая его сильнее.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 184 - Полярная звезда

Оттенок сумерек походил на глубокий индиго зимнего океана. Звёзды, сверкающие словно ртуть, и бледный след луны пронизывали тьму бликами. Люминесцентные проблески безмятежно светили над спящей землёй.

Юншин сидел на качелях заброшенной игровой площадки. Он вглядывался в сумеречный пейзаж, словно искал далёкий горизонт, но опустив глаза, почувствовав тёплый взгляд на своём подбородке. Этот взгляд принадлежал Сехону, который, вытянув ноги, сидел на низкой металлической решётке напротив юноши.

Без всякой причины Юншин почувствовал застенчивость и пнул песок под ногами. И будто этого было недостаточно, несколько раз качнулся телом, снова запуская маятник качелей.

Скрип, скрип.

Трение заржавевших металлических цепей раздавалось в умиротворяющей атмосфере игровой площадки.

Наблюдая за смущённым Юншином, Сехон открыл свои красивые губы.

— Хорошо проводите время, господин?

— Вам скучно? — спросил в ответ Юншин.

— Не могу поверить, что ты захотел покачаться на качелях посреди ночи. Серьёзно, ты заставляешь меня так бездарно тратить своё время.

— Просто считайте это свиданием. Вы гуляете со мной.

Вероятно, Сехон не ненавидел эту идею, ведь он довольно долго охотно ей подыгрывал.

— Тогда почему мы не могли просто провести его в помещении? Почему ты не берёшь в расчёт фактор погоды? Если ты так любишь качели, я куплю тебе какие-нибудь дорогие. Можем повесить их дома.

— Я просто хотел узнать, как далеко вы зайдёте ради меня. Я просто проверял.

— Что? Ты? Проверяешь меня?

— У меня создалось впечатление, что вы относитесь к тому типу людей, которые ненавидят тратить время, глядя на кого-то, ничего при этом не делая. Но вы сделали это для меня. Должно быть, я действительно вам нравлюсь, а? — искренне сказал Юншин и взглянул на Сехона, чтобы увидеть его реакцию. Однако старший просто продолжал безмолвно смотреть на юношу.

Сехон добровольно согласился, когда Юншин разбудил засыпающего старшего, и плакался пойти с ним на улицу, когда тот внезапно захотел пойти на игровую площадку, которую они видели на обратном пути с прогулки, и когда он сказал Сехону просто сидеть и смотреть на него, пока тот качается на качелях.

Юншин мог бы попросить Сехона покачаться на качелях вместе с ним, но не стал. Старший адвокат ненавидел утомительные вещи, поскольку он уважал время, однако охотно делал то, что обычно ему было несвойственно. Это заставляло Юншина хотеть от Сехона большего.

Юншин прикусил свою влажную нижнюю губу, затем спросил низким и многозначительным голосом:

— Хочешь прокатиться со мной, детка?

Но это был предел терпимости Сехона.

— Ты довольно дерзок для того, кто всё ещё является младшим помощником.

Юншин признал свою ошибку и моментально изменил своё поведение.

— Старший адвокат, посидите на качелях со мной. Это веселее, чем вы думаете.

— Не хочу. Холодно. Если ты закончил меня проверять, давай вернёмся внутрь.

— Я хочу ещё немного посидеть. Если вы действительно не хотите оставаться, просто оставьте меня и идите внутрь.

Сехон с прищуром взглянул на Юншина, затем глубоко вздохнул, покачав головой. После чего скрестил руки на груди. Казалось, этим он говорил, что понаблюдает ещё немного, раз уже начал подыгрывать.

Как ожидалось, Сехон просто смотрел на Юншина на качелях. Тёмное небо и звёзды, которыми вышито его полотно, холодный, но освежающий воздух – Сехон мог мгновенно переключить внимание на любой из них, но он пристально наблюдал за своим возлюбленным. И к удивлению, выглядел так, словно он этим наслаждался. В доказательство этому, его губы изогнулись в лёгкой дуге, пока он молча смотрел на Юншина.

Рядом с Сехоном был уличный фонарь. Благодаря этому, Юншин мог хорошо видеть то место, где был старший адвокат. Приметив настойчивый взгляд и яркую улыбку старшего, Юншин стал замедляться. Спустя несколько колебаний, качели потеряли инерцию и остановились.

Как только пронзительный шум качелей прекратился, стало слышно только ветер. Безмятежный воздух игриво танцевал над ними двумя. Юншин заговорил первым:

— Я так счастлив, что вам редко кто так страстно нравился.

— Почему? Мне не позволено быть счастливым, потому что я сертифицированный чемпион по сарказму?

— Думаю, я бы очень ревновал. Даже сейчас я ревную, несмотря на то, что знаю какой я особенный для вас. Вы знали, что являетесь очень добросердечным человеком?

Сехон выглядел немного удивлённым этим замечанием. Это заключение явно сбило его с толку – такое выражение лица Юншин никогда не видел у Сехона, за всё время пребывания в Догук.

— Я? — удивлённо спросил Сехон.

— Так вы не знали.

— ...

— Вы действительно были без понятия. Похоже, объективно смотреть на себя вы не умеете. Так, в конце концов, нашлись вещи, которые Кан Сехон делать не может.

Их глаза встретились и уставились друг на друга. Среди ночного уединения, где зимняя тьма и мириады мерцаний окутывают мир, две пары глаз дарили друг другу своё тепло. Эти двое чувствовали себя изолированными на уединённой улице, наполненной тишиной после ночного снегопада.

Юншина охватило желание прикоснуться к другому мужчине. Он уже собирался встать, но, должно быть, у них были схожие мысли, ведь Сехон оказался на шаг быстрее. Он встал и по песку подошёл к юноше.

Спустя несколько шагов Сехон уставился вниз на Юншина, сидящего на качелях.

Везде, где оказывался взгляд Сехона, кожу юноши начинало покалывать, заставляя того думать, что у него лёгкая лихорадка. Пока Юншин пытался придумать, как вырваться из этих ощущений, лицо Сехона приблизилось. Низкий голос старшего раздался у юноши в ушах:

— Сейчас самое время, чтобы открыть глаза или закрыть их? Твоë предположение.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 185 - Прорыв

В ответ на вопрос, Юншин послушно закрыл глаза и схватился за куртку старшего адвоката своими холодными руками. В качестве вознаграждения Сехон накрыл губы юноши, нежно прикусил их и выдохнул ему в рот. Юншин содрогнулся и затрепетал. Старший мужчина игриво покусывал чувствительную кожу юноши чуть сильнее.

Холодный воздух щипал и охлаждал их кожу, но трение и жар медленно плавили их. Сехон пососал мягкие губы Юншина, затем просунул между ними язык.

— Н-нгх.

Юншин извивался и стонал, когда влажная плоть партнёра решительно проникала ему в рот. Старший мужчина начал более решительно исследовать пространство внутри рта. Его поцелуй был неистовым, агрессивным, будто насилующим чувствительные точки, словно желая в момент их уничтожить, а после этого он становился плавным и нежным.

Они переплели языки ещё несколько раз.

Между ними воцарилась атмосфера блаженства, в момент разделения их сокровенного поцелуя, не оставляя возможности для бушующего ветра прорваться сквозь них.

Юншин извивался, ёрзая на сидении качелей, всё сильнее возбуждаясь.

Как раз тогда...

Сехон отстранился первым. Юншин подскочил, разочарованный тем, что их разделили, и последовал за старшим, пытаясь сохранить с ним контакт. Сехон размеренно шагнул назад и прислонился к обратной стороне горки.

Юншин схватился за края пальто Сехона и уткнулся лицом ему в грудь. Сразу после этого он прильнул телом, пытаясь увеличить площадь их контакта. Он сцепил руки за спиной старшего адвоката, заперев стройный, но крепкий торс Сехона в своих руках. Их длинные ноги вызывающе переплелись между собой.

— Я так счастлив, что вам нравлюсь.

Вместо ответа Сехон приподнял его подбородок, чтобы поцеловать лоб юноши. Затем он поигрался с замёрзшими мочками Юншина. То ли из-за холода, то ли от смущения, щёки парня пылали румянцем, и Сехон находил это милым.

— Как ты можешь быть таким нерасчётливым и открытым во всём? Должно быть легко: быть таким простым, как ты.

Всю жизнь Сехон был окружён людьми, которые брали у него столько же, столько давал он. Юншин же был, прежде всего, откровенным и искренним, что манило Сехона. Его привлекали слова юноши, его лицо, его поступки, а иногда и обычный взгляд.

Словно уловив чувства Сехона, Юншин заёрзал в объятиях старшего и посмотрел наверх, чтобы встретиться с ним взглядом. Всё ещё нежась от послевкусия поцелуя, в Юншине горело желание, потому он слегка прикусил зубами нижнюю губу Сехона.

— Должен ли я и дальше относиться к вам, как к моему боссу? Я буду общаться неформально, только когда мы наедине.

— Ты осознаёшь, сколько лет профессионального опыта у меня за плечами?

— В плане опыта вы проскочили класс и выпустились раньше, в отличие от меня. Вы не намного старше. Шестилетняя разница в возрасте делает нас почти ровесниками.

— Нет, терпеть не могу, когда коллега обращается ко мне панибратски. И что будет, если это кто-нибудь увидит? Это ещё более недопустимо. Если хочешь, чтобы я выковырял и сжёг глазные яблоки всех свидетелей, можешь попробовать.

— Но я не просто какой-то давний коллега. Я сделаю всё, чтобы на работе меня не поймали. Пусть это будет подарком мне на день рождения. Или подарок на 100 дней отношений. Или на первую годовщину.

Сехон на мгновение показался сбитым с толку, затем томно произнёс:

— Нам всё ещё далеко до первой годовщины.

— Если следовать вашей логике, когда-нибудь это случится, поэтому всё в порядке, разве не так?

— Хах, ну ты маленький оппортунист*.

— Как насчёт испытательного срока?..

Тюк!

Поджав губы, Сехон щёлкнул Юншина по лбу. Но всё же, до самого конца прямого отказа от него так и не прозвучало.

И в этот раз Юншин знал, что Сехон позволяет ему делать то, что он захочет. Уловив это скрытое позволение, юноша осыпал поцелуями каждый сантиметр лица старшего. В конечном счёте, Сехон усмехнулся, признавая поражение.

***

Дети крепко спали в кровати Юншина.

Брат с сестрой сидели друг напротив друга в траурных одеждах в гостиной и попивали чай.

Твёрдым желанием их отца было, чтобы они похоронили его по-простому, поэтому единственным местом, где можно было почтить его память, была общественная святыня, рядом с прахом их матери. Также на годовщину дети не устраивали больших мероприятий. Они просто собирались вместе, чтобы в этот день посетить могилу. Возможно, из-за большого количества знакомств их отца, до их приезда там уже находилось несколько белых хризантем. И этот год не стал исключением.

До прошлого года вместе с Игён храм посещала вся её семья. Но в этот раз её муж был в командировке, поэтому поехали только четверо. Как бы ни было горько это признавать, момент был подобран удачно – это идеальный шанс, чтобы обсудить некоторые важные вопросы между ними двумя. Должно быть, Игён подумала так же, поскольку она осторожно начала разговор:

— Тебе случайно не приходило никаких новостей от компании?

— О том, что ты встречалась со старшим адвокатом Каном? Я мельком слышал об этом. Ты рассказала ему о нашей ситуации.

Она протяжённо выдохнула и на лице отразилась буря эмоций.

— Твой зять узнал, что я делала у него за спиной, и почувствовав, что меня загнали в угол, попросила о встрече с адвокатом Каном. Он действительно непростой человек. Тем не менее, адвокат Сон сказала, что пока оставит тебя. Я очень ей благодарна.

— Раз уж мы заговорили обо мне, Игён, я... не думаю, что пойду на встречу с той девушкой со свидания вслепую. Не могла бы ты помочь мне закончить это? Я лично извинюсь перед ней. Прости, что поднимаю эту тему так поздно, — сказал Юншин.

Игён интуитивно знала, что если Юншин однажды что-то решит, переубедить его будет невозможно, поэтому ответила молчанием. К удивлению, она не задала ни единого вопроса и никак его не раскритиковала. Напротив, она, казалось, сочувствовала Юншину.

— У меня было предчувствие. Ты сейчас с кем-то встречаешься?

— Ну... да.

— В прошлый раз ты сказал иначе, получается, в этот промежуток что-то произошло. Так вот почему ты не хотел соглашаться. Прости. Меня это тоже беспокоило. Я не считала это хорошим способом познакомиться с кем-то. Постараюсь мягко преподнести твоё решение.

*Оппортунизм или оппортунистическое поведение — это термин из области политологии и экономики, который подразумевает следование своим интересам, в том числе обманным путем.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 186 - Прорыв

Раз уж Юншин официально отказался, эта новость, скорее всего, дойдёт и до зятя. Юншин чувствовал вину, что той, кто встанет под удар — его, сестра, поэтому он быстро переключился на тему, которую хотел обсудить.

— По поводу бракоразводного процесса. Ты готовишься к этому, так?

Юншин перешёл к главному – возможно, это было слишком быстро, поскольку Игён сразу провела черту.

Она даже выглядела взбешённой, и была с ним непреклонна.

— Я говорила тебе не поднимать этот вопрос. Справлюсь самостоятельно. Это моя битва. Просто сосредоточься на том, чтобы быть на своём месте и найти свой путь. Сколько раз мне повторять?

— Что, если тебя будет представлять адвокат Кан? Что ты об этом думаешь? Слышал, все крупные компании, с которыми связывался твой адвокат, отказались брать твоё дело. Слышал, что твой муж об этом также освеомлён.

Она долго молчала. После глубоких раздумий, она наконец спросила, немного хриплым голосом:

— О чём ты? Адвокат Кан Сехон?

— Просто представь гипотетическую ситуацию.

Игён помотала головой в твёрдом неверии.

— Разве ты не знаешь, что он за человек? Адвокат Кан на стороне сильных. Что толку от его смекалки? Он использует свои мозги только для тех, кто может победить.

— Игён.

— Это значит, что он наименее вероятный человек, который может представлять меня в суде. Также как раз поэтому я пропихнула тебя туда. Стрелы моего мужа не полетят в сторону Кан Сехона.

Юншин прикусил губу и спросил, пытаясь сбалансировать:

— Что, если бы шанс был? Ты знаешь, как только начнётся ваш судебный процесс, важно, чтобы общественность тебя запомнила. Тебе нужен кто-то, кто вызовет шумиху и привлечёт к тебе внимание. Нет никого более подходящего, чем адвокат Кан.

— Юншин, как ты и сказал, все остальные крупные фирмы мне отказали. Дело не просто в победе или поражении. Причина в том, что они знают: при поверхностном рассмотрении их будут считать врагами Сухан Групп. С чего бы адвокату Кану помогать мне, когда он осознаёт, что это большой риск? Кроме того, Догук и Сухан сейчас в хороших отношениях.

Игён чётко осознавала своё текущее положение и оценивала его рационально. Она знала, что Сехон, даже будучи лучшим из вариантов, никогда не возьмёт её дело. Юншин по большей части был согласен с сестрой. Не так давно она была права полностью. Однако сейчас имелась неожиданная переменная – чувства Сехона к Юншину.

Однако чувства не были материальны или заметны глазу, и они были определённо не тем, о чём Юншин мог рассказать Игён. Юноша прокрутил в голове несколько возможных сценариев с тем, как лучше всего убедить сестру, затем бережно взял её тонкие руки.

— Игён, Кан Сехон возьмёт это дело. Он сказал это самолично.

Как ожидалось, должно быть, это прозвучало необоснованно, поэтому Игён быстро возразила:

— Ты чего говоришь? С чего бы Кан Сехону это делать?

— Я не могу рассказать детали, но я слышал, как он говорил это. Я знаю. Он возьмёт его.

Юншин был слабостью Сехона.

Только Сехон и Юншин знали об этом, но это было ясно и просто.

— Юншин, — тихо позвала Игён своего брата, но юноша мог слышать, как слегка дрожит её голос.

Его неполное объяснение не помогло ей разобраться в ситуации, но она казалась немного ошеломлённой тусклым проблеском надежды.

— Если ты хочешь, чтобы он был на твоей стороне, он сказал, что ты должна подготовиться идти до победного конца. Но ты готова сражаться, Игён. Я помню, как ты говорила это мне. Я не прав?

Сестра всё ещё явно выглядела ошеломлённой, но, увидев, как уверен в своих словах брат, она осторожно спросила:

— Что если... мой муж убедит адвоката Кана разрушить наши жизни?

Должно быть, она уже много разузнала о Сехоне, и много чего она видела лично, поэтому её опасения были оправданы. Если честно, если бы Юншин был на неё месте, он бы тоже отнёсся к этому предложению с недоверием. К тому же, она была в напряжённом состоянии и думала, что на её стороне никого нет. В её скептицизме не было ничего удивительного. Однако Юншин мог настоять на своём и решительно сказать, что это не тот случай.

— Нет, всё совсем не так. Я доверяю ему. Однако я понимаю, что ты не можешь сразу поверить моим словам. Ты можешь прощупать почву, прежде погрузиться с головой. Старший адвокат Кан также просил меня организовать вам тайную встречу. Ты можешь принять решение, когда встретишься с ним.

— Могу ли я так сделать?

— Конечно. О, и как только решишься, тебе нужно подготовить доказательства супружеской неверности и жестокого обращения. Подойдёт всё, даже любая мелочь, если её можно доказать. Неважно что это будет, адвокат Кан сделает это убедительным. Например, если твой муж пытался взять тебя силой, что-то в этом роде... Прости, что говорю о таких вещах. Но это важный правовой вопрос, который необходимо решить.

— Нет, ты можешь говорить об этом как юрист.

— Что бы ни делал с тобой твой муж, не думай об этом как об унизительных моментах, которые нужно скрыть. Они не несущественные или смущающие. Это доказательства, которые ты можешь использовать в суде.

Игён накрыла свою трясущуюся руку другой и активно закивала. Затем отчаявшимся голосом она поведала свою историю. Она всё время была на пределе и никогда не упоминала свои проблемы при Юншине, словно это были тайны за семью печатями, но, похоже, она быстро согласилась с тем, что теперь всё изменится. Её готовность говорить была доказательством того, что она видела огонёк надежды, а также проявлением желания ухватиться за соломинку.

— Если говорить о доказательствах, у меня их много. Медицинские записи, видео жестокого обращения, фотографии моих повреждений – у меня есть всё это. Также я нарочно не принимала ответных мер. Я спросила у знакомых, они сказали, что у меня есть столько всего, что проиграть просто невозможно. Но все адвокаты, у которых имеется некоторая репутация, отказали мне. Для битвы с Сухан важно задействовать прессу. Я думала, у меня вовсе нет шанса на победу, и чувствовала такое разочарование, что меня разрывало.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 187 - Служебный роман

— Для таких улик существует срок давности. По истечении которого они могут стать ненадёжными в некоторых случаях. Как только примете решение, могли бы вы прислать их, как можно скорее? Курьером.

— Хорошо, я сделаю это. Но как я могу оставить детей так? И могу ли я получить при этом свою долю от семейного имущества и алименты? Жена Юнджин Констракшн лишилась возможности распоряжаться средствами ещё до того, как начала судебный процесс. Теперь они, вероятно, скажут суду, что у неё нет средств заботиться о детях. Я не ожидаю, что суд из-за этого закончится. Вижу себя проходящей через подобное.

Юншин держал сестру за руку, пока она, не умолкая говорила, на едином дыхании, что было совсем на неё не похоже. Наконец Игён встретилась с ним взглядом и сильно моргнула. Казалось, она поняла, что он хочет, чтобы она расслабилась.

— Игён, мы говорим о Кан Сехоне. Пока доказательства имеют силу, он выиграет процесс, несмотря ни на что.

— Ты прав. Ох… может, наш отец помогает нам с небес. Что это такое? Из всех людей Кан Сехон. Могу ли я ему доверять? М-мог бы ты организовать нам встречу в ближайшее время? Мне нужно самой с ним поговорить.

Юншин кивнул, сочувственно глядя на сестру. Затем он подошёл к ней и притянул к себе за плечи. Похлопав её по дрожащей спине, в голове пронеслось миллион мыслей. Её прохладное, несколько предвзятое отношение к Юншину так сильно изменилось после того, как прозвучало имя Кан Сехона. Он осознал, что для того, чтобы защитить то, что ему дорого, сначала нужно стать сильнее.

Он был рад, что Сехон на его стороне.

После таких мыслей Юншину ужасно захотелось увидеть мужчину.

Действие 21

Была глубокая ночь.

Тишина просачивалась сквозь стеклянные окна конференц-зала. Сехон бросил взгляд на темный фасад, затем взглянул на часы прежде чем встать, поднимаясь первым.

— Сегодня всё. Увидимся завтра. – объявил Сехон, обозначая окончание встречи из-за стола, за которым сидел. Он миновал Юншина, который сидел в самом конце стола, и вышел, даже не взглянув на него.

После того как Сехон ушёл, оставшиеся закопошились. Это были члены специальной группы, состоящей из нескольких корпоративных адвокатов а также юристов других департаментов, в привлечении которых была необходимость. Они работали день и ночь над приобретением Юнджин Констракшн.

Теперь, когда глава команды ушёл, они наконец, поднялись и выглядели измождёнными. Они разминали свои шеи, часто моргали и выходили из комнаты один за другим.

— Хорошо сегодня поработали. Спасибо за ваш тяжкий труд — Юншин как самый младший и уходящий последним благодарил каждого сотрудника. Оставшись в одиночестве он собрался и потушил свет.

По пути из офиса Юншин заглянул во всё ещё освещённый кабинет Сехона. Мужчина стоя разговаривал с кем-то по телефону. Он закатал рукава рубашки, что подчёркивало его физическую форму. Мысли Юншина вернулись к обнажённому телу Сехона, из-за чего он смутился. Осуждая самого себя он взглянул на часы. Было уже поздно, время близилось к полуночи. Юншину было интересно, с кем говорит Сехон.

— Вероятно, это не личный разговор. — охваченный любопытством Юншин помахал обеими руками, стараясь привлечь внимание старшего мужчины. Но неважно, как сильно он сигнализировал, Сехон отвернулся, сфокусировавшись исключительно на звонке.

— Он ни разу не взглянул на меня во время встречи и продолжает так делать.

Сехон был слишком строг в плане личных границ, что расстраивало Юншина. Молодой человек подумал, что у него может разбиться сердце из-за утерянной привязанности. Когда они были вместе, Сехон давал слабину. Тем не менее, если существовал небольшой шанс быть увиденными, старший адвокат абсолютно менялся. Даже как коллега, он не уделял Юншину ни капли внимания. Он вёл себя довольно раздражительно и строго.

Если бы такой старший адвокат, как Сехон, проявлял личный интерес к новичку, то это, несомненно показалось бы всем странным. В собственной голове Юншин прекрасно понимал это, но в глубине души он хотел особого отношения от Сехона, что заставляло его хотеть невозможного.

«Если бы он только посмотрел на меня.»

«Если бы он бросился ко мне и поцеловал так, будто изголодался по мне.»

«Если бы он мог снять с меня одежду и повалить на стол…»

« Ого, что со мной не так? Я что, возбуждённый подросток? Хватит.»

Юншин насильно отбросил подобные мысли и отвернулся от Сехона, раскрасневшись. Он покачал головой, а затем повернулся, чтобы вернуться в свой кабинет, находящийся напротив кабинета начальника.

И тогда.

Тук-тук

Юншин услышал, как кто-то стучит в окно. Обернувшись, он увидел, что Сехон, держал телефон у уха и манил Юншина. Юноша показал на себя, а Сехон на дверь, говоря зайти внутрь.

Даже движение пальцев Сехона вызывало у него головокружение. Юншин прикусил губу, сжал документы в руках и плавно вошёл в кабинет руководителя. Должно быть, звонок Сехона уже закончился, так как он бросил телефон на стул, а затем облокотился о край стола. Сехон склонил голову набок и уставился на Юншина, неловко стоявшего у двери:

— Что ты делаешь?

— Простите? Вы сказали мне войти, что я и сделал. Мне следует уйти? — сказал Юншин.

Сехон нахмурился, не понимая, о чём Юншин говорит, затем усмехнулся.

— Я спрашиваю, почему ты застыл там как статуя. Ты должен был прийти ко мне.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 188 - Служебный роман

Мягкий тенор Сехона ласкал слух Юншина. Тембр голоса говорящего снова прозвучал в сознании Юншина, прежде чем он откашлялся и потянулся за спину. Юншин запер дверь, закрыл жалюзи и бросился к Сехону, прыгая ему в объятия. Сехон поймал Юншина, не пошатнувшись. Он выхватил документы и положил их на стол, затем он крепко обнял молодого человека, его стройное тело.

Наконец, в руках Сехона, сердце Юншина обрело покой. Юноша погладил мужчину по талии и перевёл дыхание. Он потёрся своей мягкой щекой о старшего и прикусил его рубашку как ребенок, у которого режутся зубы. В ответ Сехон схватил раскрасневшееся лицо молодого человека и несколько раз легко поцеловал того в губы.

— Почему ты снова выглядишь так, будто нуждаешься во мне?

— Как думаеешь, чья это вина? — вернул подачу Юншин.

— Знаешь, ты пытаешься обвинить меня во всём.

— Я почти забыл, что нравлюсь тебе, старший адвокат.

Держа в руках голову Юншина, Сехон целовал его волосы, лоб, но вдруг остановился. Сехон отстранился и взглянул в глаза Юншину:

— Что за херня?

— Ты даже не взглянул на меня сегодня ни разу. Я почти забыл, что мы собирались пройтись.

— Ты получил диплом по сарказму? Просто будь собой.

Юншин не ответил. Его глаза блуждали, заворожённые острым взглядом, высоким носом, горячими губами, и гладким лицом старшего мужчины. Затем Юншин кратко чмокнул Сехона в губы:

— Я могу получить такой на интенсивном курсе, так что хорошо позаботься обо мне.

— Что расстроило тебя на этот раз?

— Ты слишком пренебрежителен ко мне. Какое веселье в том, чтобы встречаться с кем-то с работы? Это про тайную улыбку, когда наши взгляды встречаются, про зайти за другим, чтобы вместе выпить кофе, а когда мы время от времени выходим по делам...

— Заниматься сексом в машине?

— Мне бы понравилось.

— Ну ещё предложи сделать этой в прямо в офисе

— Ну, если ты действительно того хочешь... —- согласился тот немедленно, но Юншин внезапно почувствовал смущение и на мгновение замер. Затем неловко взял свои слова назад:

— Я просто говорю, что мы бы могли делать хоть что-то возможное. Но ты даже не смотришь на меня. Знаешь, сколько раз я смотрел на тебя во время встречи, потому что хотел, чтобы наши взгляды пересеклись?

— Конечно.

Юншин пришёл в ярость:

— Ты избегал меня, хотя знали? Это просто сводит меня с ума.

— Знаешь ли ты, что интрижка на рабочем месте – одна из тех вещей, в которых пара, как бы не старалась, никого не может одурачить?

— Кто бы мог представить, что между нами что-то есть, когда мы оба мужчины?.. Они, скорее всего, подумают, что Вы съели что-то странное.

Сехон рассмеялся с оттенком сухой иронии. Тем не менее он не стал категорически отказывать юноше, который официально выразил свои претензии.

— Значит, ты просишь меня чаще на тебя смотреть. Я понял. Теперь у тебя будут вопросы от меня на каждой встрече.

— Ты такой злой.

— Не уверен в себе?— Возвращая поцелуй, Сехон чмокнул Юншина в губы громко и по-детски, притянув парня ближе. Сехон погладил длинную и тонкую шею молодого человека и медленно перешёл к спине. Его руки плавно проскользили по спине Юншина и стали массировать бёдра молодого человека.

Затем, словно решив не оставлять ни единого зазора, Сехон притянул их тела друг к другу. Естественно их грудь, руки и нижние части терлись друг о друга.

В ответ на чувственные прикосновения Юншин провёл ладонями по лопаткам Сехона. Когда он ощутил член старшего мужчины, выпирающий из-под одежды, он издал низкий стон.

— Ха-а… Хорошо. Пожалуйста, ещё. — Дыхание Юншина стало неконтролируемо тяжёлым. Сехон продолжал тереться о его нижнюю часть, так что Юншин ощутил, что у него скоро встанет. Он посмотрел полуприкрытыми глазами в окно, находящееся за плечами Сехона. Освещённые окна были разбросаны в окружающих небоскрёбах.

— Хочу к тебе прикоснуться.

Юншин потёрся лицом о плечо Сехона и опустил руки. У Сехона ещё не было эрекции, но его член был ощутим и становился чётче, когда Юншин нажимал на него. Юноша провёл пальцем по штанам в том месте, где был члена партнёра, затем расстегнул молнию и сунул руку внутрь. В этот момент телефон Сехона начал шумно вибрировать.

Сехон услышал шум и отодвинулся, чтобы взять трубку. Юншин прижался ближе и осыпал поцелуями уши и шею Сехона, не желая расставаться ни на мгновение. Сехону нравилось доводить дела до конца, но в этот раз, он был непреклонен в том, что на звонок нужно ответить. Проверив экран, он полностью оттолкнул Юншина.

Ошеломлённый Юншин округлил глаза, глядя на Сехона:

— Почему? Что-то случилось?

— Есть кое-что, что тебе нужно знать. — сказал Сехон.

— Это важнее, чем мои прикосновения?

— Директор До Игён прислала мне аванс с курьером до встречи.

Юншин шумно сглотнул затем отступил. Он плюхнулся на диван для гостей, стоявший в офисе Сехона.

Юншин знал, что эти двое встретились тайно несколько дней назад. На этом всё. Он был человеком, который свёл их, но не знал, где они встретились на самом деле или о чём говорили. После того дня ни Сехон, ни Игён не упоминали о встрече вообще. Юншин терпеливо ждал, что кто-то из них первым заговорит об этом.

Она сказала, что примет решение после встречи, и выбрала принять предложение. Юншин почувствовал, что сильное облегчение, которое она ощущала во время этого процесса, перешло к нему.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 189 - Линия старта

— И доказательства, собранные моей сестрой? — спросил Юншин.

— Оригиналы пришли вместе с ним. Она сказала, что сохранит копии, — ответил Сехон

— Тогда... Этот звонок только что...

— Секретарь директора До.

— А сообщение?

— Твоя сестра. Она попросила меня рассказать тебе, поскольку сама не может себя заставить.

Юншину хотелось бы отреагировать как-то иначе, чем нервно покусывать губы, но это было не так просто. Вот-вот начнётся настоящая бойня, и это будет очень длительный и коварный процесс.

Юноша склонил голову, размышляя о выражении лица Игён и её дрожащем голосе, после чего снова поднял её. С самого начала Сехон спокойно наблюдал за ним с места, на котором сидел. Юншин понял это, когда их глаза встретились. И на лице расцвела улыбка.

— Когда я встретился со своей сестрой, она отказывалась слушать, что бы я не говорил, но стоило упомянуть твоё имя, вдруг захотела поговорить.

— Возможно, потому, что лучшей возможности, чем я, у неё не будет.

— Да. Честно говоря, в зависимости от точки зрения — развод не такое уж и большое дело. Я знаю, поскольку проходил через посредничество и судопроизводство. По факту это просто процесс разрыва отношений и повторного становления незнакомцами. Никто не умирает, это не катастрофа, и не должно иметь большой разницы, если бы её представлял я... Но по какой-то причине это кажется таким сложным.

— Я собираюсь опубликовать это и поддерживать шумиху. Взяв в расчёт способность Сухан привлекать средства массовой информации, я бы сказал, что отбиваться от них, опираясь на логику, практически невозможно. Поэтому я собираюсь сосредоточиться на снижении физического и материального ущерба. По словам Игён, у неё имеются веские доказательства, поэтому она выиграет битву, если сможет продержаться. Но выстоять будет нелегко, поскольку другая сторона сделает всё, чтобы этого не произошло, — сказал Сехон.

Взгляды и интерес публики должны быть прикованы к сестре Юншина, чтобы её муж не мог сделать ничего радикального – например, причинить ей вред до такой степени, что ее дееспособность будет поставлена под сомнение, или принудить её отказаться от столь важной битвы. Сехон имел в виду, что намерен снизить риски получения ею телесных повреждений.

— Да, знаю. Моя сестра тоже готовится к этому. И я... — Юншин замолчал, будучи не в силах закончить мысль, и поджал губы.

Тот факт, что его сестра отказалась от помощи собственного брата, значил, что этот судебный процесс будет отличаться от других разбирательств, когда двое становятся незнакомцами. В этот раз придётся пройти экстремальный и опасный путь. Юншину казалось, что он скинул весь этот риск и бремя на плечи Сехона и отступил, от чего чувствовал себя очень виноватым.

Юншин взглянул на старшего мужчину раскаивающимися глазами. В тот же момент Сехон наклонился вперёд и прижался губами ко лбу юноши. Казалось, он понимал печали и благодарности своего партнёра, даже без необходимости облекать их в слова.

Повисло тяжёлое молчание.

Сехон встал из-за стола. Он подошёл к вешалке, на которой находились его пиджак и пальто, и надел вещи. Старший адвокат взял свой портфель и подошёл к Юншину, который смотрел на него невидящим взглядом.

— Я собираюсь идти домой. А у тебя какие планы? Работать сверхурочно?

— Мы уже отрабатываем сверхурочные.

— Но собираешься продолжать? Тогда я пойду первым.

— Я тоже иду. Протокол встречи посмотрю дома.

Юншин встал, демонстрируя, что тоже пойдёт домой. Он взял документы, лежащие на столе.

Но прежде чем он успел зайти в свой кабинет за вещами, Юншин остановился, потому что Сехон сказал:

— Конечно, как тебе угодно. Увидимся завтра.

Выглядело так, будто Сехон намеревался оставить юношу позади, что заставляло его чувствовать себя сбитым с толку. Ошарашенный Юншин схватил Сехона за рукав, притянув его к себе. Сехон нахмурился:

— Что?

— Увидимся завтра? Вы то же самое сказали другим адвокатам.

— Если настаиваешь, можем увидеться послезавтра.

Юншин стиснул зубы и раздражённо оттолкнул запястье Сехона. Инициатором, как захвата, так и отпускания руки старшего адвоката был Юншин. У удивлённого Сехона в ответ дёрнулись брови. Затем он пожал плечами, одаривая Юншина вопросительным взглядом, и сказал:

— Это больно.

— Больно? Это не то, что ты должен сейчас говорить. «Мне тебя подвезти или возьмём твою машину? Не хочешь выпить кофе по пути домой? Я не хочу расставаться с тобой. Не хочешь переночевать? Я хочу остаться с тобой». Как ты мог не спросить и не сказать ничего из этого?

— Я занятой человек.

— А я, должно быть, бездельник. Почему каждый раз должен спрашивать я?

— Потому что я могу спокойно сидеть, а ты сделаешь это за меня, раз уж такой неугомонный. Должно быть, ты хочешь сделать всё это, а? —  равнодушно сказал Сехон, не выражая на лице явных эмоций. Однако, спустя мгновение, Юншин заметил озорной взгляд, мелькнувший на красивом лице старшего адвоката. Он понял, что его одурачили. Сехон подшучивал над ним.

— Иди к чёрту.

— С чего нам стоит начать? Выбери свой приоритет.

— Ты собираешься делать их все по порядку? Да, точно.

— Нет, поэтому я могу осуществить их ровно наоборот, относительно названного тобой порядка.

Сехон не отказывался их делать. Юншин сдержал взволнованный вздох и усмехнулся, шлёпнув старшего адвоката по руке стопкой документов, находящейся в его руках.

— Ты такой извращенец. Боюсь, никто не выйдет за тебя замуж.

— К счастью, я не сторонник брака.

У Юншина промелькнула мысль: возможно, это был хороший момент сказать, что это неважно, поскольку он собирается выйти замуж за Юншина.

— Вау, да, ты невероятен. Ты спас жизнь одной девушки.

— Подвезу тебя до дома.

— Нет уж, спасибо.

— Проведи сегодня ночь в моей кровати, чтобы я мог смотреть на спящего тебя.

— Почему тебе хочется это сделать?

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 190 - Линия старта

— Почему нет? Хочу присмотреть за тобой, чтобы увидеть, какие сны тебе снятся, и крепко ли спишь, — сказал Сехон, от чего у Юншина спёрло дыхание.

Юноша всегда хотел, чтобы возлюбленный шептал ему нежности – милые и романтичные пустяки.

Но для Юншина небрежное замечание Сехона, по типу желания наблюдать за ним, пока тот спит, звучало как более весомое выражение его привязанности. Юноша знал, что для старшего адвоката значит тратить время, не делая ничего полезного. Сердце забилось так быстро, что Юншин ничего не мог сказать в ответ.

Пока он глазел, стоя на месте, Сехон сделал шаг в сторону молодого человека. Он наклонился к лицу юноши и поцеловал его красные губы и обе щеки. Губы старшего адвоката отстранились, но лицо по-прежнему было в непосредственной близости. Их смешанное дыхание щекотало кожу.

— До Юншин, ты злишься? Я дразнил тебя, потому что ты милый.

Умом Юншин понимал, что не должен так легко прощать Сехона, но его сердце было слепо к мыслям. Губы юноши продолжали расплываться в улыбке и он почувствовал, как закружилась голова.

Юншин должен признать – Сехон держал его у себя на ладонях, вращая и сжимая, как заблагорассудится. Проблема заключалась в том, что Юншин это вовсе не ненавидел. Он чувствовал себя проигравшим ещё до того, как ступил на ринг. Но и это чувство поражения не было ему ненавистно.

Юноша осторожно потянулся вперёд и схватил мягкую ткань пальто старшего адвоката. Он закрыл глаза, затем снова открыл их, встретившись с выжидающим взглядом Сехона.

— Пойдём домой, быстрее.

Сехон молча кивнул.

* * *

Приняв душ, Юншин оглядел спальню. Сехона нигде не было видно. Старший адвокат уже помылся и на время ушёл в свой кабинет. Он не вдавался в подробности, но, похоже, Сехон просматривал материалы, присланные ему Игён, которые отложил из-за встречи.

Юншин не мог заставить себя посмотреть их вместе с ним, поэтому сел на кровать, но в конце концов встал. Он вежливо постучал в дверь кабинета и услышал тихий звук изнутри – вероятно, голос Сехона.

Скрип. Когда он открыл дверь, то увидел Сехона, склонившегося к экрану ноутбука, стоящего на столе. Юншин снова постучал в дверь, но уже изнутри. Сехон взглянул на юношу.

— Я сказал тебе сначала поспать. У тебя встреча завтра утром.

— Ты не собираешься спать со мной?

— Мне нужно посмотреть ещё одну вещь. Я скоро подойду.

— Тогда можно мы вместе посмотрим? Это же доказательства моей сестры, так?

Сехон на мгновение задумался, затем подозвал Юншина. Юноша быстро подскочил и обнял старшего мужчину сзади. Взгляд молодого человека устремился на то, что смотрел Сехон. Попросту говоря, на устройстве хранения находились разнообразные документы, видео и фотографии. Должно быть, Сехон уже просмотрел большую часть. Палец старшего адвоката проскользил по сенсорной панели и он с серьёзным лицом изучал медицинские записи.

Юншин, прижимающийся к спине Сехона, высунул голову слева от него.

— Ты просмотрел их все? Как тебе?

— Хм-м, как мне, спрашиваешь? Это самый сложный вопрос, что я слышал за весь год.

— Я имею в виду, думаешь ли ты, что какой-нибудь из них будет полезен в суде?

— Если ты подразумевал именно это, то они прекрасны – нет, они идеальны. Судя по датам, кажется, она тщательно  и очень долго собирала каждую деталь, одну за другой. С юридической точки зрения, это игра, которую мы просто не можем проиграть.

Несмотря на оптимистичное замечание, лицо Сехона не выглядело таким сияющим. Выражение лица было спокойным, как обычно, но сквозь него просвечивались эмоции. И атмосфера вокруг него так и кричала о пессимистичном настрое.

Юншин почувствовал, что сможет понять, и тихо заговорил:

— Да, моя сестра тайно встречалась с несколькими адвокатами, и все они говорили то же самое. У адвоката, который будет представлять её, на руках в качестве заложников будут моменты позора моего зятя, и он будет решать использовать ли их в суде или раскрыть публике. В конечном итоге, этот адвокат станет врагом Сухан, от чего все они чувствовали сильное давление.

Соглашаясь с этим, Сехон спокойным и равнодушным тоном добавил:

— К сожалению, я ни разу не видел, чтобы юрист в одиночку выступил против крупного конгломерата и при этом выиграл.

— В этой игре сложно победить. Но ты сможешь.

— Допустим, мы действительно выиграем. Но что насчёт происходящего за стенами суда? Борьба не ограничивается только судом. Вот почему ни одна юридическая фирма не захотела взяться за это дело. Ты знаешь об этом.

— ...

— Твою сестру знатно потреплют в социальном плане. Стоит битве в прессе начаться, нет ни шанса, что Сухан будет сидеть, сложа руки, и просто смотреть. Они несомненно будут наносить удары по самым чувствительным темам. Они нанесут ущерб её достоинству, личности и могут блокировать все её будущие возможности.

Юншин знал, когда Сехон говорил, что Игён придётся продержаться, это будет не простое судебное разбирательство. Будут использоваться публичные нападки, выходящие за рамки закона.

Лишившись дара речи, Юншин задумался о потенциальных проблемах. Когда он собирал документы и материалы для себя, он моделировал сценарии в голове. Юноша был желанным гостем в Сухан на протяжении почти десяти лет, поэтому, даже если не точно, но он мог представить, какую тактику будет использовать зять и его семья. Даже если бы они выиграли судебный процесс, наибольшее беспокойство вызывают последующие события. Независимо от того, какой результат он предсказывал, во всех них фигурировало избиение Игён.

Ущерб достоинству, который упомянул Сехон, было легко нанести. Они могли придраться к отношениям между Игён и её секретарём, который следовал за ней каждый день. Они собирались заставить медиа думать, что она была неверной женой, и критиковать её за то, что она не оказывала должную поддержку, будучи женой в Сухан Груп. Кроме этого, они собирались намекнуть, что она не была преданной и хорошей матерью для своих двоих детей.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 191 - Панацея

Кроме того, они вообще могут перекрыть его сестре кислород и изолировать её. В худшем случае опорочить имя их покойного отца и сделать из него честолюбивого человека, который гнался за славой.

Поскольку всё было непросто, судебный процесс о разводе мог длиться месяцы или годы. В данном случае многое стояло на кону, так что это займёт гораздо больше времени, чем обычный бракоразводный процесс. Он будет переменчивым, потому что речь будет идти и об опеке над детьми, и, если им не повезёт, это займёт на годы больше, чем предполагалось изначально. Юншин даже представить не мог, как за это время измениться жизнь Игён.

— И ты.

— Я?

— Я понятия не имею, что с тобой может случиться. Так что думаю об этом. Должен ли держать тебя при себе или покинуть.

Вместо слов Юншин крепко сжал Сехона, и тот медленно развернулся. Лицом к лицу, в объятиях друг друга, Сехон поцеловал влажные волосы юноши.

— Адвокат может помочь только непосредственно в судебном процессе. Даже если она продержится до нужного момента, после окончания разбирательства интерес людей снизится, и твоя сестра останется одна, столкнувшись с суровой реальностью. Очевидно, что карьера твоей сестры и репутация вашего отца в будущем будут запятнаны. Люди, которые знают, как делать деньги, терпеть не могут быть в долгу перед кем-то.

Казалось, Сехон подразумевал, что Игён придётся продолжать сражаться в неизвестном месте, что скрыто от публики. Юншин был полностью согласен. Чем более конкретны её доказательства, тем бессмысленнее становится судебное разбирательство для противоположной стороны, а значит, стычки будут происходить в других местах. По ходу процесса жизнь Игён станет ещё более опаснее.

Причина, по которой Сехон заговорил об этом с Юншином, который хорошо знал о рисках, заключалась в том, чтобы предупредить юношу, готовиться  к худшему.

Почувствовав своё смятение, молодой человек попытался отвлечься на что-то другое, потянулся из-за спины Сехона и включил видео. Начавшееся видео, видневшееся из-за плеча Сехона, было сценой, где различные предметы домашнего обихода разбивались, и посреди этого упорно сидела Игён. Это было ещё не всё. Вещи, которые он не хотел даже произносить своими губами, слишком отчётливо проигрывались у него перед глазами.

Юншин ахнул и тут же закрыл окно.

— Эм...

— Я посмотрю остальное, так что иди в кровать первым.

— Пойдём вместе. Я тоже хочу посмотреть, как ты спишь.

Сехон молча наблюдал за встревоженным лицом Юншина и довольно холодным тоном предостерёг его:

— Не будь таким. Если понадобится, я с готовностью передам эти видео прессе. Не веди себя как дилетант.

— Почему бы на нам просто не поспать вместе? Мы в начале долгого пути, в любом случае, так что можешь посмотреть оставшееся завтра. Как бы то ни было, её муж должен сначала дать свой ответ, прежде чем что-то начнёт продвигаться.

— До Юншин.

— Сделай это завтра. Время позднее. Уже час ночи.

Несмотря на холодное предупреждение Сехона, Юншин не отступил. Казалось, старший адвокат хотел сказать что-то ещё, но не стал. Не в силах быть противостоять Юншину, Сехон просто протянул руку и закрыл крышку ноутбука. После чего изо всех сил обнял Юншина, чьи плечи слегка подрагивали. Наконец, Сехон наконец ответил, сочувственно вздохнув:

— Ха-а... ладно. Пойдём в кровать.

Сехон с лёгкостью поднял стройное тело юноши и вынес его из кабинета. Юншин обхватил ногами крепкую талию и крепко держался за его шею. К моменту, когда они достигли спальни, Юншин прошептал на ухо старшему мужчине:

— Я сейчас подумал и, кажется, мы потратили все презервативы. Может мне заскочить к себе домой?

Сехон положил Юншина на кровать и подложил ему под голову подушку. Его пальцы коснулись лба молодого человека, после чего он лёг рядом с Юншином. Они крепко обняли друг друга.

— Просто поспи сегодня ночью.

Их конечности сплелись вместе. Юншин, который лежал на боку, гладил лицо Сехона. Его чувствительные кончики пальцев соблазнительно ласкали губы Сехона. Между ними пробежало электричество, позволяя им забыть на время о суровой реальности.

Будучи не в силах больше терпеть, Юншин привстал. Однако Сехон притянул его обратно к себе, делая попытки юноши встать напрасными.

— Ляг. Ты отвлекаешь.

Тело Юншина притянуло вниз, столкнув с крепким торсом старшего. Юноша извивался и карабкался на Сехона. Юншин лёг сверху и потёрся подбородком и носом о старшего мужчину. В этот раз Сехон, который терпеливо сдерживался, крепко обнял Юншина за талию и перевернулся, меняя их позиции так, что Сехон навис над юношей.

Если Юншину не привиделось покраснение вокруг глаз Сехона, то, должно быть, это признаки желания.

После секундного размышления, Юншин тихо поднял ногу. Он потёр пах Сехона своим бедром. Подёргивание члена было доказательством, что Сехон уже начинал возбуждаться. Юноша мог чувствовать, как головка члена старшего адвоката поднималась.

— Возбудился? Ты стал больше.

— Спать не собираешься?

— Можешь сделать это.

— Что я, по-твоему, должен делать с парнем, у которого на лице написано «мне хреново»? Твоя сестра – единственное, что крутится сейчас в твоей голове. Спи, когда я пытаюсь тебя уложить. Не вынуждай меня засовывать свой твёрдый член тебе между ног.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 192 - Панацея

Честно говоря, Юншин пришёл сюда с намерением дойти до конца, но последнее видео заставило его чувствовать себя виноватым. Тем не менее он не хотел растрачивать своё драгоценное время с Сехоном. Они оба постоянно заняты, поэтому у них есть не так много возможностей, когда они могут провести ночь вместе, как сейчас.

— Хочешь, я отсосу тебе? Хочу увидеть, как ты кончаешь. Думаю, что буду хорошо спать, если я сделаю...

— Если ты продолжишь меня подстрекать, я реально этого захочу. Прекращай дурачиться.

— Твоё дыхание и стоны такие горячие, они меня заводят.

Сехон глухо усмехнулся, и Юншин толкнул старшего мужчину в плечо, снова меняя их позиции. Юноша положил руку поверх пижамных штанов Сехона и стянул их вниз. Он обхватил ладонями выпуклость, которая была на грани того, чтобы взорваться

Юншин проскользил своей мягкой рукой от основания к кончику, и Сехон слегка откинул голову назад. Видя, как напряжённый Сехон получает наслаждение от его прикосновений, Юншин завёлся ещё больше.

Еле дыша, Юншин массировал член старшего, потёр все вены и выступы пальцами. Он погладил его вверх и вниз ещё несколько раз, прежде чем склониться. Его влажные губы поцеловали уретру Сехона прежде чем взять головку.

В этот момент Сехон выругался и простонал:

— Нгх, блять.

Ругательства Сехона всегда заводили Юншина. Юноша почувствовал, как его собственный член набухает, и заглотил взял в рот глубже.

Влажные и мягкие стенки рта Юншина обхватили длинный и большой член Сехона. Юноша высунул язык, облизал кожу и пососал его вены, которые тёр мгновение назад. Ствол, который, как он думал, больше не может увеличиваться, стал твёрже, поскольку он стоял высоко и прямо, заполняя его рот. Жар подёргивающегося члена Сехона распространился по рту Юншина, который становился всё горячее.

Однако размер был слишком большим для Юншина. Он не мог захватить его до основания. Член старшего дёрнулся, оставаясь наполовину во рту юноши. Неудовлетворённый этим Сехон внезапно грубо схватил голову Юншина, затем вскинул бёдра вверх, словно собираясь протолкнуть себя по самые яйца глубоко в рот юноши.

— Мнгф! М-м-мф!

От давления члена, упирающегося в его горло, Юншин схватил Сехона за крепкие бёдра для поддержки, но не пытался отстраниться. Юноша старался изо всех сил принимать, пока Сехон ритмично двигался. Было больно, но также покалывало от удовольствия. По мере того как Сехон приближался к кульминации, член Юншина становился твёрже.

Тем временем, Сехон грубо двигался во рту Юншина. Мужчина работал бёдрами более агрессивно. В конце концов, он сел и сильно толкнул голову юноши к своему паху.

— Кнгх! М-м-м-, нгх!

Сехон глубоко вошёл в горло Юншина, а затем немного вытащил его, прежде чем погрузить его снова. Чувственные и влажные звуки наполняли воздух. Бледное лицо покрылось пятнами и покраснело. Сехон тоже покраснел от волнения.

Старший энергично толкался, трахая горло Юншина, словно это его задница. Затем он потянулся к нижней половине тела юноши. Он стянул штаны и нижнее бельё Юншина до середины бёдер молодого человека и вышел из тёплого рта юноши.

— Хах... Ха...

Лицо Юншина горело, а с его губ капала прозрачная жидкость. Сехон наморщил лоб, заставил юношу развернуться и наклониться. Он сжал бёдра Юншина вместе и просунул свой пенис между ног молодого человека.

— Нгх, м-м-м, старший адвокат, думаю, я сейчас кончу.

— Жди.

Бровь Сехона нахмурилась от мучения. Хмурый Сехон протянул руку к Юншину и схватил его член. Затем, двигаясь вперёд-назад, он поглаживал юношу в такт. Оба были на грани.

Сехон двигал бёдрами и проталкивался через узкий проход между бёдрами Юншина, каждый раз влажно шлёпая. Головка члена старшего тёрлась о промежность и мошонку юноши. Сехон притянул подбородок Юншина к себе и заставил его встретиться взглядом с собой, прежде чем жадно поцеловать его. Их слюна стекала по подбородкам, но никого это не волновало.

Сехон сильно толкнулся к нижней части бёдер Юншина, доведя юношу до экстаза. Задница Юншина сжалась и вздрогнула. В своих последних рывках, Сехон увеличил свою силу и скорость.

Наконец оба достигли кульминации. До того как кончить, они истекали предэякулятом.

— Ах-х! Ох! Нгх!

— Хрн-х, дерьмо!

Сехон прижал головку члена к яйцам Юншина, и белая жидкость брызнула наружу. Жидкость стекала по бёдрам молодого человека, капая на простыни. Из члена юноши уже капала жидкость. Это означало, что сегодня они точно не смогут спать на этих простынях.

Выжав последние капли спермы, они оба плюхнулись на мокрую кровать. С неловко раздетыми задницами они повернулись друг к другу и иронично рассмеялись от своего состояния.

Их страстное дыхание выровнялось до нормального ритма.

Юншин заговорил первым.

— Что было горячее? У меня во рту или между ног? Возьму на заметку на будущее, когда захочу соблазнить тебя.

Юншин задавал вопрос, гладя торс Сехона. Бросив непристойный взгляд на его утончённое лицо, Сехон наклонил голову. Он укусил юношу за мочку уха достаточно сильно, чтобы это было немного больно, и прошептал похотливым тоном:

— Меня больше возбуждает, когда твоя дырка сжимается так сильно, что я не могу вырваться.

— Но ты всё равно не сделаешь этого сейчас?

— Секс – не панацея. Думаю, сон лучше поможет избавиться от дурных мыслей и успокоиться. Так что перестань меня дразнить. Как бы то ни было, мы не сможем спать здесь, слишком сыро. Давай поспим в другой комнате.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 193 - Бремя

Сехон встал первым и оделся, затем он широко развёл руки и жестом пригласил юношу к себе.

Юноша чувствовал нехарактерную для возлюбленного доброту. Юншин медленно моргнул, наблюдая за Сехоном, после чего крепко обнял его за шею.

* * *

Прижав к себе документы, Юншин вышел из лифта. Он хотел получить одобрение Сехона, прежде чем отправить меморандум*. Видимо, адвокат-партнёр сейчас находился в VVIP переговорной.

Скоро у них обоих должна была состояться встреча, и им было нужно вернуться в свои кабинеты до этого момента, поэтому Юншин подумал, что будет эффективнее, дождаться Сехона и спуститься вместе, попутно просматривая документы.

Однако, когда он добрался до VVIP переговорной на самом верхнем этаже, там было подозрительно тихо. Если бы у Сехона была встреча с клиентом, то юноша увидел бы секретаря, телохранителя клиента или одного-двух сотрудников Догук, но на этаже царила тишина. Озадаченный юноша слегка толкнул дверь VVIP переговорной, но обнаружил лишь совершенно пустую комнату.

«Его встреча уже закончилась?» — подумал он, быстро возвращаясь к лифту.

Должно быть, они разминулись, поскольку спуститься можно было только на том лифте, на котором поднялся молодой человек. Разочарованный промахом, он уже собирался спускаться, но похоже, лифты на нижних этажах были полностью загружены, поскольку ни один не поднимался, хотя юноша ждал уже приличное количество времени.

Юншин взглянул на свои документы и направился к аварийной лестнице. Спуститься на своих двоих было быстрее. Он тихо открыл дверь и уже начал спускаться, когда услышал недалеко внизу диалог, на повышенных тонах.

Сначала он подумал, что это два о чём-то спорящих охранника. Большинство сотрудников в компании не пользуются лестницей. Но чем дольше он прислушивался, тем больше понимал, что ошибался.

— Ты с ума сошёл? Ты был в курсе и всё равно решил оставить адвоката До здесь? — этот чёткий и чистый голос определённо принадлежал адвокату Сон.

— Я полностью в здравом уме. Ты мне поверишь, если я предоставлю тебе оценку потенциала? — а этот невозмутимый голос, несомненно, принадлежал Сехону.

Должно быть, между этими хорошо ладящими людьми, возник конфликт. Михи была нетипично взволнована, а Сехон парировал ещё более язвительно, чем обычно.

Поразмыслив немного, Юншин прислонился к холодной стене и крепче прижал к себе документы. Он пытался, не издавая ни звука, на цыпочках выскользнуть в выход, через который зашёл, но застыл на месте.

...Всё потому, что он услышал очень знакомое имя.

— Сехон, До Игён уже подала заявку на медиацию* в суд, не сказав об этом родителям супруга. Она сделала это, едва перешагнув десятилетнюю отметку, чтобы соответствовать требованиям по разделу имущества. Сухан говорит, что это возмутительно с её стороны. Конечно. Я бы тоже так подумала. Мне нужно проверить подробности, чтобы лучше вникнуть, но всё же...

Сехон прервал её на середине:

— Директор До Игён собирается обратиться в суд, несмотря ни на что. Заявка на медиацию просто для того, чтобы использовать все возможные административные средства правовой защиты, но конечной целью был судебный процесс. О, и нет нужды проверять это специально. Если чего-то не знаешь, можешь просто спросить меня.

— Что? С чего бы мне спрашивать тебя об этом?

— Я её адвокат.

Михи усмехнулась. Это звучало так, словно она услышала самую нелепую вещь в мире. Юншин никогда раньше не слышал, чтобы она звучала настолько нервно.

— Ты представляешь её? Бракоразводный процесс – это борьба. Ты атакуешь, хватая противников за пояс и контролируя их! Вы пойдёте ко дну вместе. Ты сделал это, даже не посоветовавшись со мной... Как ты мог устроить такой переполох?! Раз уж слухи дошли до меня, это лишь вопрос времени, когда об этом узнают другие партнёры. Что ты планируешь делать?

— Уже решил. А также получил её указания. С каких пор ты вмешиваешься в мои дела? Я сам выбираю себе клиентов. Это было моим единственным условием, когда я пришёл в эту компанию. Ты же не забыла об этом, верно?

— Кан Сехон, это другое. Почему ты должен браться за это дело о разводе? По идее, ты должен быть на стороне директора Ю. В этой стране у нас с Сухан самое тесное сотрудничество. Если на мгновение забыть о тебе, что насчёт других партнёров? Как насчёт совершенно новых сотрудников? Ты понимаешь, сколько у тебя в подчинении юристов? Сотни! Если брать в расчёт только деньги, что наша фирма должна получить от Сухан и их дочерних компаний в этом году, выйдет почти десять миллионов. Если наши отношения испортятся, нам всем конец!

— Я уже говорил тебе. Если тебе нужно, просто убери меня из компании. Можешь уволить меня по статье.

Услышав это, Юншин вздрогнул. Создавалось впечатление, что между Сехоном и Михи уже состоялась серия конфликтов, и были предложены решения. И Сехон, должно быть, поставил собственную работу на стол ставок, по неизвестному для юноши делу.

Поневоле Юншин вспомнил, что только что сказала Михи: «Ты знал и всё равно решил оставить адвоката До здесь?»

«Он поставил что-то на кон из-за меня?»

Юншин заёрзал и сильнее сжал свои документы, скомкав бумагу. Испугавшись, что двое внизу его услышали, юноша покрылся холодным потом.

К счастью, они всё ещё спорили друг с другом и не слышали.

— Сехон, ты внезапно почувствовал себя воплощением Богини Юстиции? В этом дело? Тебя не волнует, что твоя карьера пойдёт коту под хвост?

— Она не разрушится. Мой послужной список не пострадает, если я возьму это дело.

— Быть юристом – значит обслуживать клиентов. Твоя задача – продавать себя. Дело в твоей репутации. Я знаю, ты умён. Знаю лучше, чем кто-либо другой, что ты лучший из лучших. Но ты один, а Сухан – многомиллионная корпорация. Твоя специализация корпоративное право, но если ты возьмёшься за это дело, твой приток клиентов иссякнет. Ты не боишься этого?

— Ты права. Это моё дело, так что я справлюсь самостоятельно, независимо от того сожгут меня на костре или закопают заживо. Довольна?

— Как это может быть только твоим делом? Ты – лицо Догук! Вот почему я говорила, что мы должны избавиться от До Юншина с самого начала. Мне стоило быть более непреклонной в своём решении, когда ты прикрыл его и сказал, что будешь нести ответственность за него! Видишь, что бывает, когда ты не отсылаешь кого-то, когда есть такая возможность! Ты хотел добиться этого, когда принял решение держать его, поставив на кон своё положение?

*Увольнение с предубеждением — это увольнение работника из-за поведения или действий работника. Сотрудники, отстранённые от работы в результате увольнения с предубеждением, часто не имеют права на получение определённых федеральных пособий, таких как пособие по безработице, и могут столкнуться с другими юридическими последствиями в зависимости от причины, по которой они были уволены. Также термин применим к суду: Увольнение с предубеждением означает, что гражданское дело было прекращено по существу и что вынесенное решение является окончательным. Значит, истцу запрещается подавать в суд в будущем тот же иск повторно.

*Меморандум — это форма документа о договорённостях. Письмо с напоминанием о чём-либо (в коммерческих отношениях), докладная, служебная записка или справка по какому-либо вопросу. Документ, в котором содержится правовой анализ того или иного вопроса, подготовленный по запросу третьих лиц либо распространяемый среди сотрудников фирмы. Меморандум может иметь юридическую силу, а может не иметь никаких механизмов воздействия на его участников.

* Медиация — это альтернативный метод урегулирования конфликта с участием третьей (нейтральной) стороны-посредника — медиатора.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 194 - Бремя

Юншин не был удивлён.

Когда его догадка подтвердилась, он почувствовал, как кровь стынет в жилах.

«Тем не менее адвокат Сон сказала, что пока оставит тебя. Я очень ей благодарна».

Ситуация отличалась от того, что сказала Игён. Юншин отчётливо помнил каждое слово. Возможно адвокат Сон была всего лишь рупором Сехона. Юншин никогда не задумывался об этом, ведь Сехон никогда не поднимал эту тему, однако, оглядываясь на слова и действия старшего в последнее время, это было вполне возможно.

Мысли Юншина спутались, и он пытался успокоиться, ведь начал дрожать, но это было нелегко. Независимо от его чувств, разговор двух людей, находящихся одним пролётом ниже, продолжался. Сехон, который был более уравновешен, чем Михи, начал раздражаться, и его голос стал громче.

— Раз уж родилась с интеллектом, используй его и для запоминания вещей. Ты была той, кто хотел взять До Юншина.

— Что?! Тогда всё было иначе. Я не знала, что директор До так поступит.

— Ситуация изменилась, Михи. Было бы замечательно, если бы мы так и не познакомились, но вот нужно было тебе привести этого парня. Почему ты настояла, чтобы он находился под моей опекой и вынудила меня им заниматься? Ты знаешь, я решил жить той жизнью, которую считал самой жалкой и ничтожной. Я единственный, кто чувствует себя дерьмово! Понимаешь? Каждое мгновение я сомневаюсь по тысяче раз, правильно ли поступаю, но результат всегда одинаковый. Так что ещё я могу сделать?

— Ты любовное письмо пишешь или что? Вау, я так тронута, что сейчас расплачусь. Ты довольно сентиментальная девочка-подросток.

Сехон ответил на её сарказм ядом:

— Иди на хуй!

— Так почему этим должен заниматься ты?! Почему ты просто не продолжишь жить как сукин сын и долбаный придурок, как и всегда?

— Потому что я единственный придурок, который может это сделать!

Лишившись дара речи, Михи замолкла. Сехон сказал сухо, но непреклонно:

— Ты известна как миролюбивый адвокат, но даже ты в это трудное время предлагаешь, чтобы мы игнорировали сына и дочь нашего учителя. Я не рискую своей жизнью, делая это и от голода не умру. Я предлагал выйти из всех компаний, связанных с Сухан, поскольку опасался, что вся наша работа будет отрублена.

— Думаешь, я плохая? Что ужасного в том, чтобы пытаться защитить свою жизнь, свою фирму? Это то, что мы пытались сделать всё это время! То, что ты говоришь, звучит паршиво и поверхностно, не будь лицемером.

— Знаю. Здесь нормальная только ты. Никто не будет показывать на тебя пальцем. Профессор До, скорее всего, тоже. Он мог бы почувствовать себя немного расстроенным, но это ненадолго.

— Тогда ты мог бы тоже закрыть на это глаза! Партнёры – не просто люди, которые получают свою долю прибыли. Если есть ущерб, мы те, кто должен покрывать обязательства. Я просто говорю тебе выполнять обязательства, как партнёра.

— Я ходил к той реке с До Юншином.

«Той реке?»

Юншин крепко сомкнул веки, его ресницы дрожали, как кипящая вода. Ему казалось, что Сехон говорил о том одиноком русле реки, которое он посетил вместе с ним в последний день года. У них двоих было ещё не так много памятных моментов, так что та безлюдная река была единственной, которая приходила юноше в голову.

Судя по тому, что дальше не последовало никаких описаний, похоже, Михи знала, о какой реке идёт речь. В отличие от неловкого молчания ранее, это было более тяжёлым и депрессивным. Юншин почувствовал изменения, даже находясь на лестничный пролёт выше. Сехон продолжил, звуча более подавленно, чем ранее.

— Когда я ездил на реку, на обратном пути Юншин дал мне белую лилию. Он сказал, что я должен взять одну такую, когда отправлюсь навещать покойного. Если подумать об этом, я никогда не приносил ни одного цветка, ни разу. Так что я вернулся рано утром, чтобы пустить по течению этот цветок. Я лишь возмещаю ему стоимость цветка. Просто дороже – вот и всё.

— Мне всё было интересно, почему ты говорил о каком-то цветке в тот день... Сехон. Прекращай притворяться сентиментальным. Это на тебя не похоже. Просто игнорируй его. Ты хорош в игнорировании людей, которые доставляют тебе неприятности. Ладно? Закрой глаза только в этот раз!

— Я положу своё заявление об увольнении на твой стол, поэтому, если это слишком для тебя, просто поступай так, как считаешь нужным. Пока ты оставишь его здесь. До Юншин ещё неопытен и ему необходима защита. Я надрывал задницу в этой фирме более десяти лет, так что, думаю, имею право, чтобы хоть моя маленькая просьба была услышана.

— Кан Сехон! Пожалуйста!

— Мне больше нечего сказать. Я спущусь первым.

Стук его туфель исчез. Высокие каблуки Михи пронзительно цокали по лестнице, и тоже исчезли. Плотная тишина давила на плечи незваного гостя, подслушавшего весь их разговор. Юншин прислонил голову к твёрдой стене, и его ноги подкосились, от чего он соскользнул вниз по стене.

В представлении Юншина, Кан Сехон был сильным, умным и всегда побеждал во всём, поэтому юноша принял как должное, что Сехон может сделать для него всё. Молодой человек верил, что большинство его проблем решатся, стоит мужчине принять в этом непосредственное участие. Но Сехон отказывался от большего, далеко превосходящего ожидания Юншина, чтобы быть с юношей.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 195 - Лишение

«Я решил жить той жизнью, которую считал самой жалкой и ничтожной».

Скорее всего, Михи интерпретировала это, словно Сехон выбрал путь альтруиста по доброте душевной, но для Юншина его ответ был чем-то большим, чем добрая воля. Юноша знал, что под «жалким образом жизни» Сехон имел в виду симпатию к Юншину. Старший адвокат считал любовь фатальной слабостью людей, и, после долгих внутренних конфликтов, он поддался этой слабости по собственной воле.

Юншин никогда глубоко не задумывался, как себя при этом чувствовал Сехон. Каждый раз юноша ставил приоритет только на свои чувства и своё положение.

Он жалел о всех тех моментах, когда ныл, что Сехон не осыпал его любовью или не выражал своих чувств к нему.

Сехон уже отказался от своего привычного образа жизни и боролся со своими идеалами, заботясь и обнимая юношу.

Юншина переполняла печаль, отчего он закусил губу.

Действие 22

Его взгляд был расфокусированным и размытым из-за тусклого освещения бара. Моргнув несколько раз, он уставился на лампу холодного белого света над собой, пьянея всё сильнее. Казалось, что его разум всё ещё трезв, но тело отяжелело. Он думал, что должен вернуться домой, пока не стало слишком поздно, но ему совсем не хотелось двигаться – дилемма.

Осознав, что бутылка ароматного вина уже пуста, он задумался, прежде чем заказал ещё.. Персонал принёс ещё одну бутылку Юншину, сидящему в одиночестве в самом углу. Он налил горькую жидкость в бокал и залпом выпил его.

Возможно, из-за того, что он только начал пьянеть, в мыслях был бардак и постоянно всплывали фразы из недавнего разговора.

«Видишь, что бывает, когда ты не отсылаешь кого-то, когда есть такая возможность! Ты хотел добиться этого, когда принял решение держать его, поставив на кон своё положение?»

Чем больше он думал о фразе Михи, тем больше чувствовал, что что-то не так. Его сестра сказала, что Догук – хорошее укрытие для Юншина. Компания располагала большим количеством секретов Сухан, поэтому Игён думала, что они будут поддерживать их взаимоотношения.

Однако следующий на очереди директор считала иначе. И если она что-то решила – так и будет. Это была её компания, её рабочее место, в которое она вкладывала своё сердце и душу более десяти лет, и её будущее. Если она думала, что Юншин был обузой, то единственным правильным решением для него было уйти.

Он думал об этом последние несколько дней, но всегда приходил к одному и тому же. Сестра сказала ему переждать тяжёлые времена в Догук, но ради Сехона, который добровольно стал его щитом, юноше было необходимо принять важное решение.

Юншин снова взял со стола бутылку и наполнил бокал. Он сделал очередной глоток. Горькая жидкость заставила его поморщиться.

— Угх, голова болит.

Юншин наклонился вперёд и склонил голову, затем посмотрел направо. За окном было темно, а белый снег, словно хлопковое одеяло, укрывал улицу. Может быть, из-за того, что были выходные, ему на глаза попадались парочки, взявшиеся за руки, и семьи, вместе возвращающиеся домой.

В самом баре было шумно. Каждый стол был отделён перегородками, потому он не мог видеть других посетителей и казалось, что он был там один.

Юншин тяжело вздохнул, затем опустился на стол, прижавшись щекой к столешнице. В тот момент, кто-то потянулся к нему и с силой поднял его голову. Глаза шокированного Юншина округлились, и он перевёл взгляд вверх на обладателя этой руки.

— Что вы?..

Однако человек, которого он ожидал увидеть меньше всего, стоял прямо возле стола. Юншин чувствовал себя ещё более потрясённым даже по сравнению с ситуацией, если бы незнакомец погладил его по щеке.

— Боже мой, старший адвокат?

Сехон, одетый в своё утончённое и роскошное пальто, заполнил поле зрения юноши. Старший оглядел пустые бутылки и закуски, нетронутые Юншином, затем сел напротив.

Несмотря на то, что он сидел напротив, юноша ощущал, как его окутывает холодный ночной воздух. Возможно, это было связано с тем, что выражение лица Сехона было холоднее, чем обычно.

Сехон молчал. Юншин в замешательстве склонил голову и спросил:

— Как ты меня нашёл?

— Разве ты сел сюда не для того, чтобы всем видом показать, что хочешь быть найденным?

Сехон взглянул на окно, после чего пододвинул к себе бокал Юншина. Он наполнил бокал вином и медленно выпил содержимое. Его движения были пропитаны недовольством и томностью, отчего были необычно эротичными.

Сехон не был похож на человека, который делит посуду с кем-либо, но когда он ослаблял свою бдительность и позволял Юншину войти в его зону комфорта, юноша ощущал наслаждение, сопоставимое по уровню с их чувственными прикосновениями друг к другу. Сехон, который когда-то сказал, что ему не нравится, когда на его вещах остаются отпечатки пальцев других людей, сейчас позволял Юншину проникать в его личное пространство.

Молодой человек наблюдал за возлюбленным, оперев подбородок на руки, Сехон нахмурился и раздражённо спросил:

— Наслаждаешься картиной?

— Из-за того, что твоё объяснение было нелогичным. Я лишь вопросительно посмотрел.

Этот бар находился на первом этаже пассажа, прямо рядом с многоквартирными домами, в которых они жили, и действительно располагался на пути домой. Однако, был один момент, которому не хватало объяснения, заключающийся в том, что Юншина можно было заметить только с той дороги, которой Сехон никогда не пользовался, поскольку обычно использовал вход с противоположной от этого бара стороны.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 196 - Лишение

Сехон прекрасно понимал, на что именно намекал Юншин, поэтому ответил значительно более мягким тоном:

— Что ж. Тогда выбери наиболее логичное объяснение из следующих вариантов. Первый – я прицепил GPS-трекер на тебя.

— Вряд ли. Если бы ты сделал это, отпала бы необходимость уделять мне внимание.

— Мне подбросить тебе один такой сейчас?

— Думаю, будет более волнительно, если ты сделаешь это без моего ведома. Тогда однажды ты можешь быть пойман мной. Я буду плакать, злиться на тебя и запрещу тебе заниматься сексом. Потом твоё терпение бы иссякло, что, пока я сплю...

— Ты порно снимаешь? Прекрати это.

Сехон нахмурился и поджал губы, не веря своим глазам. После чего продолжил:

— Мне всё продолжает казаться, что ты немного помешанный. В любом случае второй вариант – я увидел тебя чисто случайно.

— Я так не думаю.

— Третий.

— Это третий вариант.

Юншин с энтузиазмом подхватил третий вариант.

Сехон глухо рассмеялся.

— Ты не знаешь, в чём заключается третий вариант. Я ещё даже не сказал его.

— Третий – ты искал меня. Поэтому, пока ты осматривал местность... нашёл меня здесь. Моя машина была припаркована в гараже, таким образом ты сделал вывод, что я буду неподалёку от дома.

Сехон не отрицал этого, возможно, потому что это был верный ответ.

Прежде чем они оба осознали это, возвращение домой вместе стало негласным правилом. Они проводили вместе будни, когда на то была возможность. Если они не предпринимали попыток провести время друг с другом, они были настолько заняты, что у них не было свободного времени.

Конечно, были моменты, когда одна сторона была занята больше, чем другая. Тогда они не встречались и не проводили время наедине, но отправляли друг другу хотя бы сообщения с объяснением ситуации. Однако, когда сегодняшний день подошёл к концу, Сехон не получил никакого сообщения от Юншина. Юноша легко мог представить, как старший мужчина собирался его искать.

— Ты искал везде, несмотря на холод? Мою квартиру? Кафе на первом этаже? Соседний парк? Или всё из этого?

— Почему ты не назвал прачечную самообслуживания?

— Ой...

— Я и подумать не мог, что ты заставишь меня посетить прачечную. Я там лет десять не был.

Юншин смущённо моргал, но продолжал наблюдать за Сехоном, подперев подбородок руками. Глаза юноши были полны любви. Возможно, старший почувствовал эту влюблённость, поскольку безмятежно принял взгляд. Так прошло несколько минут, но при этом они не были скучными. В этот раз молчание нарушил Сехон:

— Почему ты выключил телефон?

— Чтобы ты поволновался, как сейчас.

— Действительно, всё настолько просто? Согласен. В следующий раз, если захочу заставить тебя волноваться, сделаю то же самое.

В ужасе от этой мысли Юншин незамедлительно поднял белый флаг.

— Подожди, извини. Я больше так не буду.

— Нет, уверен, что будешь. Просто скажи почему. Я сам разберусь и осознаю.

— На самом деле я просто не мог заставить себя встретиться с тобой лицом к лицу, — ответил Юншин.

Он притянул назад к себе бокал, налил ещё вина и выпил за один раз. Когда Юншин решительно поставил бокал на стол, чтобы налить себе ещё выпить, Сехон остановил его.

Мужественные руки забрали у него бутылку и потёрли запястье Юншина.

— Что случилось?

Однако, вместо того чтобы показать свою потребность в любви и внимании, как обычно, Юншин оттолкнул большие руки Сехона. Юноша действительно вёл себя так, словно не верил, что имеет право прикасаться к мужчине. Старший адвокат не мог понять эту ситуацию и скрестил руки на груди.

— Адвокат До Юншин. Я использую множество различных методов, чтобы заставить другую сторону заговорить. Рассказывай, пока я мягок и вежливо прошу.

Юншин поколебался немного, но наконец, заговорил. В любом случае, он не был из тех, кто размышляет про себя. Также он не хотел иметь секретов от Сехона.

— Несколько дней назад... я подслушал разговор между вами двумя.

— Нами двумя? На прошлой неделе у меня было шесть встреч один на один.

— Между тобой и адвокатом Сон.

Поняв о каком конкретном случае речь, Сехон крепко поджал губы. Он слегка нахмурил брови и посмотрел исподлобья. Мужчина стал серьёзен.

— Продолжай.

— Я сделал это не специально, но когда узнал, о ком вы говорите, в итоге просто подслушал. Вы двое звучали так, словно ссорились.

— Как много ты слышал?

— Ну, большую часть важных моментов... думаю.

Сехон резко провёл рукой по лицу, после чего откинулся на спинку стула. Он впился взглядом в лицо Юншина, будто хотел разорвать его на кусочки. С одной стороны, он выглядел, словно тщательно подбирал слова, с другой, будто подавлял свой гнев. Шумная атмосфера бара резко контрастировала с тишиной, нависшей над ними.

Господствовали молчание, сдержанность и длительная тишина.

Прошло довольно много времени. Сехон заговорил сдержанным тоном:

— До Юншин, почему эти удобные совпадения продолжают происходить с тобой? Которые, при этом, помогают тебе в жизни?

Неспроста неведение было блаженством. У Юншина высокое чувство морали, и он не был настолько бесстыдным, чтобы проигнорировать ситуацию, когда знал, что станет обузой и помехой. Между умалчиванием, несмотря на догадки, и реальными фактами, услышанными своими ушами, была разница как между небом и землёй.

— Они совсем не помогают. Я просто сожалею об этом.

— Так вот почему ты всю неделю избегал меня, говоря, что занят.

— Я не врал. Я правда был занят.

— Скорее всего, ты просто впустую тратил время, размышляя над чем-то бесполезным в одиночестве. И сегодня ты, вероятно, делал поспешные выводы за стаканчиком. Затем, в конечном итоге, ты, вероятно, подумал, что лучшее решение для тебя – уйти из Догук. Я прав?

Сехон попал в точку. Юншину всегда так казалось, но либо Сехон очень хорошо читал юношу, либо он сам был как открытая книга. Наверняка ответ был один из этих двух, либо где-то между ними.

— Я подам заявление об увольнении вместо тебя. Пожалуйста, не делай этого. Очень тебя прошу, — взмолился Юншин.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 197 - Избалованность

Сехон, просто смотревший на Юншина, оглянулся. Осмотрев то, что их окружает: высокие перегородки и угловые диванчики, с которых их можно было увидеть, он жестом поманил юношу к себе. Молодой человек смиренно подчинился и сел рядом с Сехоном.

Юншин неловко взглянул на Сехона сбоку, и мужчина приобнял парня рукой, целуя его в макушку. Их глаза встретились. Освещение тускло озаряло этих двоих, сидящих рядом.

— Слушай внимательно. Я хорошо знаю адвоката Сон. Хоть она и сказала такое, но будет с этим мириться, пока у неё есть такая возможность. Не только из-за меня, но и из-за твоего покойного отца. Ладно, если у неё не получится смириться, то она выбросит нас за борт, но ещё я бы не хотел,чтобы она рисковала всем ради твоей защиты,, потому что в конце концов я буду ей должен.

— Но...

Сехон немедленно прервал Юншина:

— Ты довольно дерзок для младшего адвоката, когда говоришь мне «но». Если мне будет нужна твоя отставка, то я, соответственно, уволю тебя, так что не придумывай себе слишком много. Ты всё ещё не перерос статус младшего и нуждаешься в защите.

— Тогда так же не подавайте заявление об отставке.

— Я сам справлюсь со своими проблемами.

— Почему я должен быть единственным, кто слушает? Хочешь сказать, что меня слушать не станешь?

— Нет.

Юншин прикусил губу, затем раскаянно и нарочно сильно укусил Сехона за щёку. Юншин оставил следы слюны и зубов на чистой и светлой коже возлюбленного. Сехон нахмурился из-за лёгкой боли, затем ошеломлённо показал на свою обслюнявленную щёку:

— Что это значит? Оближи.

— Не хочу.

— Оближи. Прежде чем я заставлю отсасывать мне всю ночь.

Юншин заколебался, безучастно уставившись на запотевшее оконное стекло, затем осторожно высунул язык и лизнул покрасневшую кожу. Вновь ощутив непокорность, он собрался укусить Сехона за щёку ещё раз, но на этот раз Сехон повернул голову и поцеловал его в губы.

Между их глазами промелькнула искра, и они жадно поцеловали друг друга. Они посасывали губы, затем потёрлись языками. Юншин схватил другого мужчину за щёки и подбородок и самозабвенно делился с ним собственным теплом. В ответ Сехон притянул худощавое тело младшего мужчины и неистово впился в его рот.

Пусть даже они были в баре, наполненном громкими звуками и шумом, внутри отдельной кабинки, но это не дом. Так что дыхание и голос Юншина были приглушены. Наружу стали просачиваться стоны:

— Нгх, нгх.

Возможно, Сехон был возбуждён этими тихими стонами, потому что начал повсюду ласкать худощавое тело Юншина. Рука Сехона прошлась по костлявым лопаткам и плоской спине вниз. Дыхание Юншина стало прерывистее.

Эти двое прижались друг к другу и какое-то время целовались. В конце концов, Юншин медленно отстранился, тяжело дыша.

Пока они переводили дыхание, теплое дыхание одного, щекотало губы другого, заставляя чувствовать глубокое удовлетворение. Возможно из-за опасности быть пойманными, оба были взволнованы . Юншин потёрся щекой о Сехона, а затем посмотрел на него и сказал:

— Ты мне нравишься.

В ответ Сехон легко чмокнул Юншина в лоб и кивнул:

— Знаю.

— Я тоже тебе нравлюсь?

Каждый из них очень хорошо знал, что чувствует другой. Тем не менее Юншин попросил Сехона подтвердить это, что значило — он всё еще беспокоился. Возможно, это было из-за интуитивного понимания, что существование Юншина может лечь бременем на плечи Сехона.

Хотя старший адвокат должен был знать об этом, сразу он не ответил. Поэтому страх Юншина о том, что думает Сехон, возрастал. Возможно, как сказала Михи, он сотни и тысячи раз обдумывал, правильно ли поступил. Если она права, то Юншину нужно было оставить лазейку, чтобы Сехон смог выскользнуть:

— Ты можешь подумать об этом после того, как всё обдумаешь тысячу раз.

Сехон, который слушал с серьёзным видом, расплылся в улыбке.

— Ты в самом деле подслушал каждую мелочь.

— Мне жаль.

— Что, если я откажу тебе после того, как обдумаю? — спросил Сехон, но ответ был предопределён заранее, потому что Юншин уже знал о чувствах мужчины. Следовательно, он никогда даже не рассматривал такую возможность. Юншин пытался обдумать это сходу, но так ничего не смог придумать.

Молодой человек лишь подумал, что в таком случае плакал бы очень долго. Тогда он, возможно, начал бы любить безответно.

Юншин надулся от такой неприятной мысли, поджал губы и затем прикусил нижнюю. Сехон схватил Юншина за подбородок и немного надавил, заставляя губы Юншина разомкнуться.

— Как это попало в мои объятия? — пробормотал Сехон.

— Ненамеренно.

— Я рад, что ты пришёл ко мне.

Юншин выглядел подавленным и удручённым до сих пор, но после этого единственного комментария оживился и захихикал. Изгиб губ Юншина был плавным. Это было так освежающе, что Сехон почти подумал, что он бы пах зелёными яблоками. Он поцеловал оба уголка его улыбки и пригладил волосы Юншина назад. Затем чмокнул  в открытый гладкий лоб и прижался своими губами к губам юноши.

— Прекрати думать о бесполезных вещах и следуй за мной.

Юншин подавил свои сложные эмоции, смешанные с облегчением и чувством того, что он находится на своём месте.

Он прислонился лбом, всё ещё тёплым от прикосновений Сехона, к плечу старшего мужчины и вздохнул.

* * *

Кабинет заполнил томный воздух субботнего полудня. Сидя на диване, Юншин безмолвно наблюдал за Сехоном, который сидел за столом и работал. Затем он оглядел огромную стопку одежды, находящуюся рядом с ним.

Зимние свитера, брюки и костюмы с галстуками в тон были разложены вдоль дивана. Примерно в обед зашёл персональный стилист и оставил это всё тут.

Даже Юншин, который жил скромно, узнал все эти бренды. На этом диване лежало множество одежды, которая даже без единого аксессуара стоила десятки тысяч долларов.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 198 - Избалованность

Юншин коснулся мягкого шёлка и, будучи не в силах сдержать любопытства, спросил:

— Это всё мне? Ты никогда не упоминал об этом.

Сехон перелистнул страницу и непринуждённо сказал:

— Они сказали, что мне необходимо  задействовать определённую сумму с карты. Так что я назвал им твой размер и несколько цветов, которые, как мне кажется, тебе подойдут, и они просто принесли мне это. Носи их.

— Так ты покупал вещи мне?

Сехон кивнул, но не взглянул на Юншина. Его взгляд и внимание были прикованы к документам на мониторе.

На первый взгляд, Юншин должен быть рад, что Сехон купил ему подарок, думая о нём, потому что покупать что-либо для кого-то также было не в характере старшего. Однако, Юншину казалось, что это была не единственная причина.

— Простите, сэр.

— Да, продолжай.

— Перейду сразу к сути, поскольку ты выглядишь занятым. Я выгляжу неряшливо?

Сехон нахмурился от непонимания, почему Юншин это сказал. Тем не менее его взгляд ни разу не переключился на юношу. Молодой человек начал расстраиваться. Возможно, из-за этого он повысил голос:

— Ведь так? Я выгляжу настолько дёшево и неприглядно, что ты стесняешься меня куда-либо водить?

— Продолжая думать в том же духе, если бы я купил тебе дом, ты бы спросил меня, неужели я постеснялся сказать тебе, что хочу тебя в нём заточить.

— Так и скажу, как только ты купишь мне один.

— Мой финансовый менеджер позвонил, чтобы я использовал бюджет этого месяца, и я подумал о тебе. Вот почему и совершил покупки. Моя мыслительная цепочка очень проста. Если у тебя есть возражения...

— Что, если есть?

— Тогда храни их глубоко в сердце. Держи рот на замке. Ты громкий. Не могу сосредоточиться.

Услышав ответ Сехона, Юншин в недоумении наклонил голову

— У тебя даже нет времени по магазинам ходить, так что, должно быть, время от времени получаешь подобные звонки. Что ты обычно делал?

— Иногда покупал картину или скульптуру, и, думаю, вино или другой алкоголь, а иногда абонемент на курорт. О, администрация горнолыжного курорта сказала мне использовать членский билет в этом месяце. Хочешь съездить?

Юншин почти сиял от этой новости и намеревался ответить, но остановился. Ему казалось, что сейчас неподходящее время, чтобы обсуждать это с Сехоном. Это было не только из-за судебного процесса его сестры. Они приготовились к марафону, и единственным правильным решением для них было — относиться к нему как к части работы, живя своей жизнью. Однако он подумал о Сехоне. Слова Михи стояли у него поперёк горла, как рыбьи кости.

«Раз уж слухи дошли до меня, это лишь вопрос времени, когда об этом узнают другие партнёры. Что ты планируешь делать?»

Но если Сехон купил абонемент, то горнолыжный курорт должен быть высокого класса, и если им не повезёт, кто-нибудь увидит их вместе. Юншин представить не мог, как и когда этот слух дойдёт до юристов-партнёров. Юноша не знал, в какой момент положение Сехона в компании станет нестабильным, и не хотел способствовать этому слухами.

— В следующий раз.

— Зима почти закончилась, но при этом в другой раз?

— Тем не менее... В следующий раз. Не спрашивай трижды. Я начну колебаться.

Юншин пересилил себя и посмотрел на роскошные вязаные свитера, после чего взял один из них и приложил к телу. В конечном итоге, больше всего ему пришёлся по душе тёмно-синий свитер с круглым вырезом, и он распаковал его. Упаковка помялась, пока он доставал его, чтобы надеть поверх рубашки.

Мягкая текстура ткани была приятна на ощупь. Он несколько раз провёл по ней пальцами, затем окликнул Сехона:

— Как смотрится? Я хорошо в нём выгляжу?

Юншин пытался привлечь внимание Сехона, но тот по-прежнему не смотрел в его сторону. Он спокойно сказал:

— М-м-м, тебе идёт.

— Вау, в фильмах главный мужской персонаж покупает кучу вещей, заставляя объект его романтического интереса носить их, и восклицает с восхищением.

— Я же сказал, тебе идёт.

— Ты даже не знаешь, что я надел. Как насчёт того, чтобы сказать это после того, как взглянешь на меня?

По-прежнему глядя на документы, Сехон безразлично сказал:

— Свитер.

— А цвет?

— Синий.

— ...

— Он хорошо выглядит на тебе. Я уже трижды это сказал.

Старший адвокат ни разу не взглянул на Юншина с тех пор, как вошёл в комнату. Осознавал ли это Сехон?

В конце концов Юншин начал истерить:

— Эй, Кан Сехон.

Должно быть, эта довольно бурная реакция возымела некий эффект, поскольку адвокат Кан перестал крутить ручку в пальцах. Затем он повернулся и посмотрел на Юншина. Их глаза встретились. Возможно, игнорируя кипящую ярость, скрывающуюся под бледным лицом юноши, Сехон кинул ручку на стол и беззаботно спросил:

— Что?

— Ты позвал меня сюда. Раз уж пригласил человека, который хотел спокойно остаться дома, боясь помешать, тогда ты должен хотя бы взглянуть в мою сторону. Как ты мог ни разу на меня не посмотреть?

Несмотря на то, что он не собирался неосмотрительно поступать по отношению к Сехону, который демонстрировал свою привязанность действиями, было несколько моментов, с которыми юноша не хотел мириться.

В «Больших надеждах» настоящая любовь была «слепой преданностью, безответной покорностью, самоунижением, тем когда веришь, не задавая вопросов, наперекор себе и всему свету, когда всю душу отдаёшь мучителю».

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 199 - Масло в огонь

Пусть и не так яро, но Юншин хотел, чтобы Сехон был более жадным, желая его немного больше, и показывал это.

Юншин не мог скрыть своё разочарование, и Сехон кратко ответил:

— Хорошо, я смотрю. Ты очень красив.

— И всё? Ты больше не хочешь ничего со мной сделать? Просто скажешь мне сидеть дальше?

— Я хочу тебя трахнуть. Теперь доволен?

— Буду доволен, если претворишь это в жизнь.

Сехон посмотрел на Юншина озорным взглядом и облизал губы. Его угрожающий вид моментально сменился. Пронзительные глаза сияли соблазнительным блеском. Сбитый с толку внезапным изменением, юноша огляделся, после чего добавил гораздо более уважительным тоном:

— Раз уж ты подарил это мне, думаю, я мог бы носить их перед тобой. Мне хотелось , чтобы ты взглянул на меня хотя бы раз, прежде чем тихо уйду. Но мне обидно, что ты ни разу не взглянул на меня...

— Я сфокусировался на работе из-за стресса. И раз уж я начал, нужно довести дело до конца. Разве ты этого не знаешь?

— Знаю. Прости, что веду себя так по-детски. Я возьму эти вещи и пойду.

— Кто тебе сказал, что ты можешь уходить? Я сказал тебе прийти, но никогда не говорил обратного.

— Так мне остаться? Ты же в середине рабочего процесса. К тому же, у меня тоже есть дела...

Сехон поднял руку, прерывая Юншина, и поманил молодого человека к себе. Юноша замолчал и словно в трансе подошёл к старшему адвокату. Сехон схватил одну из ягодиц Юншина и сжал её. После этого он провёл своим длинным пальцем дальше по штанам, достигнув промежности. Юноша схватил старшего за плечо и вздохнул:

— Ха...

— Во-первых, ты сам пришёл сюда на полчаса раньше. А теперь что будешь делать? Мне нужно всего пять минут, но я не хочу заканчивать сейчас.

Сехон погладил внутреннюю поверхность бёдер Юншина, затем крепко обнял молодого человека за талию, заставляя стройного юношу сесть к нему на колени. Они были так близко, что могли видеть лишь друг друга. Их губы нежно соприкоснулись, и их дыхание тёплым дуновением проникало в рот партнёра.

Юншин отстранился и склонил голову. Исходя из объяснений Сехона, юноша мог сделать выводы касательно действий старшего и их причин, но одна вещь привлекла его внимание.

— Почему работаешь, когда у тебя стресс? Разве ты сейчас не общее право читаешь?

Сехон, в свою очередь, выглядел так, будто не понял вопроса. Его острые хищные глаза прониклись главным вопросом о сути проблемы.

— Я всегда так делаю. Ты говорил, что тоже читаешь прецеденты, когда слишком много мыслей, о которых нужно подумать.

— Это другое. Снятие стресса с помощью работы заставляет тебя выглядеть сумасшедшим.

— Ты всегда сначала говоришь, а потом думаешь?

— Я думал.

— Может, тебе стоит подумать ещё немного?

Нельзя сказать, что данный метод неправильный, но Юншин предполагал, что внутреннее давление, которое старший адвокат чувствует по отношению к работе, медленно накапливалось без ведома Сехона.

Снятие стресса с помощью пропотевания, сна, пересмотра фильма или мюзикла, который ему нравится, были стандартными методами. У Сехона было много машин, и он наслаждался ощущением скорости, поэтому ему было бы нормально прокатиться на одной из них. Помимо этого, было множество других методов снятия стресса, но Юншин не понимал, почему он выбрал работу из всех вариантов. Если это был единственный способ, который Сехон знал из-за своего образа жизни до этого момента, юноша хотел научить его, что есть и другие пути.

— Ты говорил, что почти закончил?

— Мне нужно ещё пять минут.

— Можешь доделать после того, как вернёшься домой. Пойдём на свидание.

Сехон поднял бровь.

— Это у тебя были дела сегодня вечером, поэтому мы перенесли наше свидание на завтра.

— Я передумал. Я знаю местечко, где очень-очень хорошо готовят Айншпеннер*. Это кафе, которым управляет мой друг. Если я предупрежу его за пару часов, уверен, он закроет его для нас. Он должен мне, так как я много ему помогал, когда он только начинал.

Юншин взволнованно болтал, затем почувствовал, как наклоняется вперёд. Дело было не в том, что он потерял равновесие, просто Сехон притянул его к себе, дёрнув юношу за запястье.

Их нижние половины соприкоснулись, и Юншин почувствовал очертания пениса старшего. Возможно, это завело Сехона, поскольку он просунул руку под темно синий свитер Юншина и потёр твёрдые соски. Он покрутил их пальцами, ущипнул, а затем провёл по ареоле. Худое тело Юншина сотрясалось и дрожало.

— Хн-н-нгх...

— Можем ли мы заняться сексом в том кафе?

Юншин начал тяжело дышать, затем он с недоумением посмотрел на Сехона:

— Т-там?

— Ты не хочешь?

Сехон говорил так прямо, что сердце и губы Юншина теряли покой. На самом деле он не ненавидел мысль об этом, но были некоторые беспокоящие технические вопросы.

Юншин возразил в надежде, что Сехон поймёт:

— Ты не думаешь, что в кафе есть камеры наблюдения? В худшем случае наша репутация в обществе сильно пострадает. Если нам не повезёт, будет несколько статей о нас. Представь заголовки «Мистер Джон Доу*, юрист в известной крупной компании, занимается публичным сексом со своим однополым партнёром на рабочем месте его друга»...

— Значит, не хочешь.

— Нет, не то чтобы не хочу... Ладно, хорошо. Давай сделаем это.

— В кафе твоего друга? — спросил Сехон, его лицо выглядело подозрительно игривым.

* Айншпеннер (Einspänner) – австрийский кофейный напиток. Его название происходит от традиционной одиночной конной повозки. Они были похожи на современные такси. В зимние ночи кучерам нужно было согреваться. Так, согласно легенде, родился Einspanner: крепкий горячий кофе (обычно двойной эспрессо), покрытый толстым слоем взбитых сливок (которые изолируют кофе, чтобы он оставался тёплым), подаваемый в стакане с ручкой, чтобы кучера могли легко его держать без риска пролить, при этом одновременно имея возможность удерживать поводья другой рукой. У холодных взбитых сливок на поверхности Einspänner была вторая функция: если вдруг приходил клиент, кучер мог быстро выпить горячий кофе через холодные сливки на поверхности.

* Джон Доу (John Doe) –  устаревший юридический термин, использовавшийся в ситуации, когда настоящий истец неизвестен или анонимен (неизвестного ответчика называли Ричард Роу). В употреблении правоохранительных органов США – неопознанное тело. Если тело принадлежало женщине – Джейн Доу, ребёнку – дитя Доу. В настоящее время часто используется в англоязычных СМИ для обозначения анонимного или малозначимого персонажа.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 200 - Масло в огонь

Приметив это озорство, Юншин внезапно почувствовал, что снова попался на удочку.

— Подожди, ты случайно не дразнишь меня?

— Так медленно. Что с такой реакцией можно делать? Посоревноваться с ленивцем?

Юншин из вредности хлопнул по крепким предплечьям старшего адвоката, после чего обнял его за шею. Он потёрся своей щекой о щёку и ухо Сехона.

Благодаря этому руки под свитером Юншина стали двигаться более чувственно. Сехон пощипывал соски юноши, пока они не заболели, и затем провёл по ним так легко, что стало щекотно. Юншин возбудился ещё сильнее от умелых ласк Сехона. Он взъерошил шелковистые волосы старшего адвоката и застонал.

— М-м-мгх, нгх.

— До Юншин.

— М-м-м? Будь немного нежнее... больно, когда щипаешь.

— Я никогда не откладывал какую-либо задачу на следующий день. Поэтому я без понятия как это воспринимать.

Вероятно, Сехон хотел спросить, нормально ли будет Юншину пойти сегодня куда-нибудь.

Если отодвинуть его работу в сторону, должно быть, Сехон был обеспокоен фразой Юншина, что ему ещё нужно кое-что сделать. Казалось, это не соответствовало обычной холодной и высокомерной личности старшего адвоката, поэтому, пока юноша стонал, Сехон усмехнулся. Юншин медленно отодвинулся и обменялся взглядами с возлюбленным.

Шаг за шагом Сехон узнавал о том, как заботиться о другом человеке, и это заставляло Юншина поражаться каждому новому дню. Кто бы поверил юноше, скажи он, что Сехон настолько добрый и внимательный?

Юноша обхватил ладонями гладкие щёки Сехона и стал покусывать и посасывать его верхнюю губу. Поняв, что это такой ответ, старший адвокат сделал то же самое с нижней губой Юншина.

Они потёрлись носами, вздохнули и рассмеялись.

* * *

Атмосфера между ними была отличная вплоть до момента, когда они пили кофе в кафе. Здесь всё пошло наперекосяк.

Началось всё с новостей о бывшей девушке Юншина из университета.

Друг Юншина, который, разумеется, был не в курсе, что юноша и Сехон состоят в отношениях, начал рассказывать новости о людях, которых Юншин уже почти не помнит. Одна из них случайно встретилась с другом Юншина, владельцем кафе, и он вступил с ней в серьёзные отношения. С момента последнего визита младшего адвоката, чтобы проведать друга, прошло много времени, поэтому он понятия не имел, что ему придётся выслушивать эти неловкие новости.

Юншин несколько раз пытался намекнуть, что ему совсем не интересно и чтобы его друг ушёл, но это было бесполезно. В конечном счёте, всё пришло к этому.

По пути домой между ними возникло неловкое напряжение. Сехон не был явно зол, но и очень довольным не выглядел. Юншин тоже чувствовал себя виноватым.

Сехон вышел из лифта первым и пошёл вперёд. Юншин быстро последовал за ним и схватил Сехона за куртку.

— Старший адвокат.

Стоя напротив своей двери, Сехон оглянулся на Юншина. Воспользовавшись случаем, Юншин быстро высказался в свою защиту.

— Я не злился и не ревновал к тому, что те двое встречались друг с другом. Но лично я нахожу это неприятным – друзья встречаются с одной девушкой.

Сехон охотно согласился.

— Так и есть.

— Да, поэтому я так отреагировал. Я уже даже не помню, как она выглядит.

— Ты с ней спал? Тогда это действительно отвратительно.

Юншин не знал точной причины. Возможно, потому что это было тем, на что он долгое время надеялся. Когда он услышал этот вопрос, юноша странным образом почувствовал, что хочет ещё немного разжечь ревность Сехона. И когда он пришёл в себя, он уже это делал. Юноша очень туманно сказал:

— Я должен и это тебе рассказать? Не лучше ли скрывать это друг от друга?

Юншин пытался замять тему, и все эмоции стёрлись с лица Сехона. Заметив холодность, у юноши кровь отлила от лица и он легонько ухватился за куртку Сехона.

— Сонбэ, знаешь...

— Ты сказал, что это способ избавиться от стресса.

— Да, ну...

— Думаю, его стало только больше. Я так благодарен. В будущем вверяю этот вопрос в твои руки, адвокат До Юншин, — с иронией сказал Сехон и направился к себе домой.

Молодой человек молча последовал за ним, и как только Сехон скинул свою куртку в гардеробной, юноша обнял его сзади.

Юншин знал, что независимо от того, как важна честность в отношениях, к вопросам по типу этого нужно подходить с осторожностью. Он знал, что лишь услышать историю, уже может быть неприятно – по крайней мере, юноша судил по себе.

Он не спрашивал Сехона о его прошлом, поскольку думал, что будет вечно ревновать. Даже если для старшего адвоката впервые — быть без ума от кого-то, это не значило, что это были его первые отношения. Точнее Юншин думал, что это не имело никакого смысла, будь это первые отношения Сехона, поэтому он планировал никогда не спрашивать.

Юноша полностью разделял чувства Сехона. Но с другой стороны, он также был в восторге от ревности старшего. Его руки, лежащие по бокам Сехона, медленно скользнули вперёд. Он начал расстёгивать рубашку старшего адвоката, и немного уставший и поверженный Сехон слабо оттолкнул руки Юншина.

Но из-за последовавшего вопроса юноши, его движения застыли, словно картина.

— Ты ревнуешь? — спросил Юншин.

Сехон глубоко выдохнул. Его ответ был немного подавленным.

— Чувствую себя паршиво.

Юншин нахмурил брови, услышав прямое подтверждение от Сехона. Мощь его слов была сильнее ожиданий юноши.

— Сонбэ, я хочу заняться с тобой сексом прямо сейчас.

Сехон глухо рассмеялся. Будучи позади, Юншин закончил расстёгивать рубашку старшего адвоката и снял её. На этом он не остановился. Он положил руку на пряжку ремня Сехона, расстегнул её и потянул вниз молнию.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 201 - Зеленоглазое чудовище

В момент, когда неприличные звуки, питавшие глубокие, опасные фантазии заполнили комнату, пальцы Юншина скользнули под ткань штанов Сехона. Юноша массировал его член через нижнее бельё. Спустя несколько движений, старший мужчина стал твёрдым.

— Не лучшая идея сейчас меня трогать, — прорычал Сехон.

— Мне нравится, когда ты грубый.

— Ты пожалеешь об этом. У нас с тобой ещё никогда не было грубого секса.

— Тогда научи меня сегодня, каким грубым ты можешь быть.

— До Юншин.

— Быстрее.

Сехон вздохнул и, не собираясь больше терпеть заигрывания Юншина, раздражённо развернулся.

Старший адвокат схватил запястья Юншина, скрестил их меж собой, а затем толкнул худого юношу к стеллажам.

— Угх!...

Юншин, который инстинктивно склонил голову, посмотрел на Сехона. Он не осознавал этого, поскольку находился позади Сехона, но старший выглядел довольно холодно. Иронично то, что на холодном лице мужчины была неописуемая страсть. Пока Юншин стоял, ничего не говоря, Сехон надавил немного сильнее. Старший мужчина держал оба запястья в одной руке и ограничивал свободные движения юноши, просунув колено между ног молодого человека. Затем он свободной рукой схватил Юншина за затылок и дёрнул назад.

— Ах! Агх!

Сехон грубо толкнул Юншина на пол и зубами сорвал свои наручные часы. Юноша нахмурился от боли, его глаза забегали, когда Сехон жёстко толкнул вниз плечи Юншина.

— Нгх, ауч. Не дави так.

— Почему ты так отчаянно нуждаешься в любви? Ты не сможешь с ней справиться,, если я покажу тебе всё.

— Сонбэ... Нгх, ух!

— Если я ещё хоть раз услышу о какой-нибудь из твоих бывших подружек, я позову всех твоих друзей и заставлю их слушать, как ты кричишь и кончаешь от моего проникновения. Услышал?

Сехон бесцеремонно отпустил плечо Юншина. Юноша кивнул, пока старший адвокат безжалостно снимал с него одежду. Обнажив тело Юншина, Сехон раздвинул его ноги, словно распускающийся цветок. Под ярким светом молодой человек почувствовал себя униженным и положил руку на тело Сехона.

— Не могли бы мы пойти в твою комнату?

Однако Сехон был безжалостен. Он оттолкнул руку Юншина и расставил его ноги ещё шире, после чего опустил руку посреди паха молодого человека. Без всякого предупреждения и смазки, он просунул палец в дырку Юншина.

— Аугх! Хрг-х! Ух!

Юншин задыхался и извивался от неожиданности, но это было безуспешно. Сехон насильно расширил юношу изнутри, обеспечивая пространство для себя, чтобы войти быстрым и грубым движением. Юншин извивался и умолял Сехона обнять его, но старший мужчина легко игнорировал мольбы и сфокусировался на расширении своей территории.

— Хм-м-мгх! Ах! Адвокат Кан, ах! Мне не нравится!.. Нгх!

Количество пальцев и скорость, с которой они проникали внутрь, увеличились. Сехон аккуратно избегал место, которое всегда находил для Юншина, пока настойчиво расширял проход. Дырочка юноши сжалась и обхватила длинные пальцы Сехона. Механические движения старшего всё также оставались яростными и напористыми.

Наконец, достаточно растянув Юншина, он вытащил пальцы.

Сехон достал свой набухший до предела и жаждущий кончить пенис из-под нижнего белья. Показавшийся член подёргивался, на нём выступали вены.

Пока Юншин трепетал от размера, который всегда считал слишком большим, чтобы справиться, Сехон взял презерватив, выпавший из кармана его куртки. Он яростно разорвал упаковку зубами, раскатал его на свой твёрдый, вертикально стоящий член.

Затем он приставил его ко входу Юншина.

Юноша почувствовал, как картинка перед его глазами закрутилась, и с удивлением спросил:

— П-просто так?

— Тебе нужно что-то ещё?

— Войдёт ли он? Если ты используешь немного смаз...

— Тогда бы я вошёл плавнее. Но я хочу, чтобы тебе было больно.

— Сон...

— И не надейся, что сегодня сможешь вернуться домой на своих двоих.

Не в силах ответить, юноша осторожно положил руку на плечо старшего адвоката, и именно в тот момент Сехон вошёл в Юншина. Мощным толчком он вогнал свой член до основания.

— Ах!.. — застонал Юншин в порыве чувств, будучи не в силах отличить удовольствие от боли.

Действие 23

Дорогой диван в гардеробной был в беспорядке. У них было негласное правило: после того, как они использовали все свои презервативы, они не прикасаются друг к другу, даже если захотят ещё, но сегодня было иначе. Прямо сейчас плоть, входящая в юношу и выходящая из него, не была ничем покрыта. Благодаря этому все жидкости Юншина, как и жидкости Сехона, выливающиеся внутрь юноши, стекали по его худым бёдрам.

Удобные кожаные сидения сменились ковром, на котором сливались их силуэты. Обнажённые тела тёрлись друг о друга. Юншин едва удерживал себя на коленях и руках, а позади в него врезался Сехон, словно изголодавшийся зверь.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 202 - Зеленоглазое чудовище

Сехон и правда сдержал своё слово. Благодаря этому, Юншин не мог уследить, сколько раз они это сделали к настоящему моменту. Их позиции менялись минимум четыре раза и они кончали бесчисленное количество раз. Сехон пообещал Юншину, что не позволит покинуть его дом, и он действительно доводил юношу до точки, что его бёдра и икры ослабели и сильно дрожали.

— Хан-гх, ха! Ох! Ох!

— Раздвинь ноги как следует.

Всякий раз, когда колени Юншина подкашивались и он почти падал вперёд, Сехон подхватывал юношу за талию, чтобы удержать молодого человека на ногах. Возможно, этого было недостаточно, поскольку агрессивные и грубые вколачивания продолжались. Каждый раз, когда их тела сталкивались, хлюпанье и страдальческие стоны Юншина смешивались и заполняли воздух.

— Угх, м-м-мх, я... я так устал. Кажется, я потеряю сознание... — умолял Юншин, но беспощадный Сехон был непреклонен. Напротив, он шлёпнул юношу по заднице.

— Подними свою задницу.

— Нгх! Старший адвокат, пожалуйста.

— Колени напрячь не собираешься? Я заставлю тебя кончить столько раз, сколько ты упадёшь, так что считай.

Этот половой акт был лишён ласковых прикосновений и обычно нежных и успокаивающих ощущений. Сехон погрузился в этот половой акт без капли доброты.

Старший схватил костлявые бедра молодого человека. После чего он грубо входил и выходил, неоднократно заталкивая свой твёрдый член. Юншин вскрикнул, когда в него проникли и склонил голову, глядя на свой полутвёрдый член.

Нижняя половина Юншина была выжата досуха, поэтому он думал, что больше выходить нечему, но каждый раз, когда Сехон задевал его простату, он чувствовал, что у него снова встанет, доводя его до точки невозврата. Однако, вместо того, чтобы уверенно надавить на эту точку, Сехон невзначай потёрся, заставляя Юншина чувствовать себя несчастным от неоднозначных ощущений.

Обычно Юншин всегда был исключением, если дело касалось жестокого обращения Сехона. Но в постели всё было наоборот, и он был единственным, кого грубо использовали. Юншин не знал, радоваться ему от этого или нет.

— М-м-мх, сонбэ, сонбэ, больно. Не там, чуть ниже, сзади...

— Заткнись. Это отвлекает.

— М-м-м, нгх! Н-н-нх!

Сехон хватал Юншина так крепко, что худое и хрупкое тело молодого человека было красным от отпечатков ладоней. Сехон захватывал и давил так сильно, что яркие цветные пятна говорили сами за себя. Его бёдра, запястья и ягодицы были особенно красными. Внешняя поверхность его бедра даже стала покрываться синяками.

Это было не всё. Будто хищник, разрывающий свою добычу, Сехон оставлял сильные следы зубов и царапины, которые испещряли кожу Юншина. Возможно, кожа около его промежности немного порвалась, когда в него проникали, ведь там была тонкая полоска засохшей крови.

Сехон говорил, что никогда не был груб с Юншином в постели, и был прав. По сравнению с этим агрессивным совокуплением, секс, который был у них до сих пор, был спокойный.

Сехон быстрее вбивался в Юншина. Юноша с трудом держался, и его ноги дрожали. В конце концов, он рухнул на пол, и Сехон остановился.

— Я говорил тебе считать.

Сехон сильно надавил выступающее место изнутри, после чего полностью вышел. Он потянулся вперёд, оставляя опустевшее нутро Юншина сжиматься, и прикоснулся к молодому человеку спереди, стимулируя его к эякуляции. Он планировал заставить Юншина кончить, прежде чем возбудить его снова и издеваться над ним в этом состоянии.

Юншин задрожал, затем слёзно сказал:

— Я больше не могу кончать.

— Правда? Тогда что это за белая штука?

— Хнг, хмф! Ах!

Сехон толкнул своим членом в промежность Юншина и быстро погладил юношу от основания до головки. Уретра Юншина дёрнулась, затем наружу брызнула сильно разбавленная непрозрачная жидкость.

Юншин помутневшим взглядом, увидел жидкость, смочившую ковёр, и перекатился на бок. Сехон воспользовался шансом, чтобы разместиться между ног Юншина. Он встал уверенно закинул его худую ногу себе на плечо. Затем он погрузил свой член в юношу.

— Нах, нгх! Медленнее!

— Я только на полпути. Так что прими до основания.

— Ме-медленнее! Пожалуйста, я устал.

— Ты сам жадно пожираешь меня своей распущенной дырочкой.

«Это потому что ты трахаешь меня без остановки уже несколько часов», — подумал Юншин, стиснув зубы и зажмурив глаза.

Он напрасно спровоцировал Сехона и столкнулся с последствиями. Свой урок он усвоил.

Всё ещё неудовлетворённый старший адвокат вошёл внутрь, погружаясь в Юншина по самое основание члена. После этого он ткнулся в сверхчувствительное место юноши. Каждый раз, когда он ритмично входил, он внедрялся глубоко внутрь молодого человека. Единожды скорректировав своё положение, Сехон налетел на Юншина так сильно, что тот подумал, что мошонка старшего мужчины может проникнуть внутрь.

Сехон, который метил во все места, кроме простаты, теперь покорял то место, которое заставляло юношу кричать от удовольствия. Он повторял это действие раз за разом. Сехон заставлял Юншина возбудиться, когда тот становился вялым, и когда эрекция юноши достигала предела, он начинал пренебрегать молодым человеком. Это было мучительно. Этот раз ничем не отличался.

— Ещё, прямо там! Ах! Пожалуйста, дай мне больше, пожалуйста, м-м-мх!

Округлая головка члена Сехона ударила по внутренним стенкам Юншина, и юноша начал реагировать – именно тогда Сехон сменил свою цель. Словно пытаясь расширить уже растянутую область, он врезался в юношу и опустошал его. Волнообразные наступления и отступления Сехона толкали покрытое пятнами тело Юншина, заставляя его двигаться вверх дюйм за дюймом, пока его голова не коснулась основания дивана.

Наконец его голова практически ударилась о ножку дивана, и в этот момент Сехон дёрнул Юншина за мокрые от пота волосы. Сехон жадно поцеловал его и ускорил свои рывки.

— Уф, н-н-нф!

*Фраза «зеленоглазое чудовище» используется для обозначения ревности или зависти. Шекспир впервые использовал словосочетание «зеленоглазая ревность» в своей пьесе «Венецианский купец» (Акт 3, сцена 2). В ней героиня Порция использует зеленый цвет, который был и продолжает часто ассоциироваться как с ревностью, так и с завистью, для обозначения ревности. Однако фраза «зеленоглазое чудовище» происходит от шекспировского «Отелло» (Акт 3, сцена 3). Яго предупреждает Отелло, что он должен остерегаться ревности, потому что «Это зеленоглазое чудовище насмехается над мясом, которым оно питается».

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 203 - Волей-неволей

Юншин сглотнул болезненные вздохи. Его ноги были напряжены и раздвинуты до предела. Властный диктатор запрещал Юншину делать что-либо, так что у него не было времени на боль. Во время стонов их языки переплетались, и они обменивались слюной. Жаркие вздохи, что вырывались из зазора, оставшегося между их губами, и непристойные стоны, которые были отголосками их страсти, глубоко проникали в их тела.

После страстного поцелуя, Сехон убрал свои влажные губы и схватил Юншина за подбородок. Его не допускающие возражений приказы продолжились:

— Открой рот шире.

Ресницы Юншина всколыхнулись, когда тот моргнул и смиренно открыл рот. Сехон плюнул, целясь прямо в рот Юншину, вдоль узкого туннеля его горла:

— Проглоти.

— Нгх-нгх, — Юншин сглотнул. Сехон наблюдал, как горло юноши сократилось, запечатлев это в своей памяти, затем жёстко схватил юношу за шею. Он грубо отбросил того в сторону, что заставило Юншина простонать:

— М-м-м!..

Юноша моментально потерял равновесие, но кое-как ухватился за подушку в качестве опоры. Именно тогда Сехон полностью отстранился. Как только внушительный предмет, заполнявший его, пропал, внутренности Юншина сжались и стянулись, пытаясь ухватить и не дать уйти этой отвердевшей массе. Естественно, Сехон нахмурил брови:

— Ну, не развратник ли ты? Ты всегда такой несдержанный?

— Хн-н-н, н-нет, я не такой. — Покачав головой, Юншин с трудом дышал, но Сехон больше не смотрел на него. Мужчина поднял стройные ноги парня и закинул их себе на плечи. Он увидел засохшую кровь между ног Юншина. Глянув вниз странным удовлетворённым взглядом, он решительно поместил кончик своего покрытого венками члена около входу Юншина. Его член дёргнулся, будто бы мог высвободиться в любой момент.

Именно в этот момент, пенис Сехона проник внутрь Юншина так сильно, что раздался громкий шлепок. В то же самое время, стенки Юншина сомкнулись на длинном и неприлично большом члене старшего мужчины.

— Ах! Ох!

— Ха, ебать, тебе всё ещё мало? Взгляни на себя, как крепко сжимаешься. — Сехон приподнялся, чтобы навалиться всем своим весом на Юншина, а после начал ускоряться. Когда его твёрдый член втолкнулся в мягкие внутренности младшего мужчины, хлюпающий звук от проникновения наполнил влажную комнату. Пот Сехона капал на Юншина.

Чем больше Юншин извивался под ним, тем более дикими становились движения Сехона.

Пока возбуждённый старший адвокат страстно трахался, тощее тело, прижатое к нему, дрожало как осиновый лист.

Шлёп! Шлёп! Грязные, пошлые звуки разносились по комнате, обволакивая всё вокруг.

— Больно. Больно. М-м-м, прошу...

Сехон приближался к кульминации и, наконец, толкнулся внутрь Юншина в то самое место, которое ему нравилось. Он долбил и колотил в ту самую точку головкой своего члена, вызывая эйфорию у Юншина.

— Ах! О-о-о-х! Ещё немного! — Голос Юншина дрожал, когда тот вскрикивал от удовольствия. Его выносливость и смазка были почти на исходе, так что он не мог никак больше реагировать. Всё это время ему хотелось завладеть руками, так что он потянулся к рукам Сехона, но старший мужчина шлёпнул по его рукам, заставляя Юншина впасть в уныние.

Юншин достиг наивысшей точки удовольствия и упругие бёдра Сехона также содрогнулись. С одной единственной мыслью в голове, Сехон энергично толкнулся вперёд. С громким шлепком его бёдра столкнулись с задницей Юншина, их влажные тела издали неприличный чвокающий звук.

Сехон издал стон. Мгновением позже Юншин так же излился перламутровой жидкостью.

После чего Сехон вознёсся на вершину вслед за Юншином:

— А-ах! Бля...

— Ах, ха-а-а... такое чувство, что сейчас умру. — Юншин поднял свою ослабшую руку и слегка погладил взмокшую спину Сехона. Как бы там ни было, его руки растеряли все силы и упали вниз, проиграв силе тяжести. Он взглянул на свои безвольные конечности и увидел, что они покрыты кровью.

Он вспомнил, что в какой-то момент, расцарапал гладкую спину Сехона своими ногтями. Сделано это было для того, чтобы справиться с болью, но, похоже, что старший мужчина также был ранен в процессе.

Он хотел самостоятельно убедиться, насколько сильно, расцарапал спину Сехона, пока был в забвении, но не мог себя заставить. Сехон, похоже, не собирался двигаться в ближайшее время, всё ещё лежа на Юншине.

— Твоя спина, кажется, вся расцарапана. Я подумал, что сделал это немного ранее, но кровь всё ещё идет. Хочу проверить.

— Я порвал тебя между ног. Давай просто будем думать, что мы в расчете, — ответил Сехон безразлично.

Едва услышав это, юноша осознал, что боль возвращается. Расстроенный Юншин отбросил заботу о Сехоне и произнёс язвительно:

— Да, я знаю. Под конец ты порвал меня до крови. Ты в самом деле потрясающий.

— Это же ты просил показать тебе, на что похож грубый секс со мной. Почему же ты всегда противоречишь сам себе?

— Это было!.. — Юншин признал, что произнёс такое, но не ожидал, что Сехон впадёт в такое исступление. Пусть даже мужчина и сказал, что будет груб, Юншин ожидал, что будет чувствовать себя во время акта как-то неплохо, но, очевидно, он недостаточно знал Сехона. Пришедший в ярость Юншин не ответил и смолчал. По какой-то причине Сехон отодвинулся и столкнул юноша.

Как только давление от большого члена ослабло, Юншин ощутил пустоту. Он лежал на спине и чувствовал, как сперма стекала между его ног. Юноша смущённо дёрнулся, пытаясь сесть, но не смог пошевелиться. Это было невозможно. Он еле двигался, лежа на ковре.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 204 - Волей-неволей

Сехон опустил взгляд туда, где лежало то, что осталось от юноши. Затем потёрся кончиком члена о влажные бедра Юншина, стирая остатки спермы с себя. Он не остановился на этом и медленно потёрся о гладкую кожу молодого человека. Он использовал свой член как незаточенный карандаш, чтобы рисовать по холсту, которым было тело Юншина.

— Ах... — простонал Юншин, а его веки спокойно опустились. Когда он открыл их вновь, удивился от того, что над ним нависла тень Сехона:

— Что ты делаешь? Я больше не могу.

— Это ты так думаешь.

— Я потеряю сознание от такой гонки.

— Ты всё ещё в сознании. Отсоси мне.

Сехон сдвинулся к голове Юншина и потёрся головкой своего члена о мягкие, влажные губы. Он заставил юношу приоткрыть рот и протолкнул свой член внутрь. Юншин взял достаточно глубоко и задрожал. Сехон продолжал тереться своим членом внутри рта Юншина, позволяя тому увеличиться в размерах:

— Ха-а, пройдись вдоль него языком.

Юншин свирепо взглянул на Сехона, но начал послушался и начал неумело облизывать член партнёра. Затем Сехон протолкнул член вглубь горла Юншина.

Глаза Юншина налились кровью, когда его неожиданно трахнули в горло. От напряжения зрение юноши поплыло. Его глаза наполнились слезами вопреки воле молодого человека. Мужчина смотрел на него сверху вниз, как всемогущий бог, и продолжал грубо толкаться внутрь.

— Нг-х! Ар-гх! Мг-х! Ар-гх!

Решив, что это слишком тяжело для него, Юншин призвал всю свою силу и схватил Сехона за бёдра. То ли, чтобы проявить немного милосердия, то ли для достижения какой-то иной цели, Сехон резко отстранился. Его член увеличился во всю длину, выходя изо рта парня.

Наконец освободившись, Юншин громко выругался.Даже тогда Сехон не остановился. Он вновь перевернулся, и в тот же момент широко развел худые длинные ноги Юншина и потянулся к его дырочке. Он засунул пальцы внутрь и покрутил ими, соскребая всю липкую жидкость.

Каждый раз, когда длинные пальцы входили и выходили из Юншина, тот инстинктивно сжимал свои ягодицы. Каждый раз, когда он так делал, Сехон шлёпал Юншина по заднице. По какой-то причине это казалось Юншину более унизительным, чем когда Сехон вёл себя как тиран. Юноша держал это при себе, ведь они в данный момент занимались сексом, но эмоции всё же вырвались наружу. Молодой человек пробормотал себе под нос тихо и почти неразборчиво:

— Ты грёбанный маньяк.

— Скажи это громче. Это вся храбрость, что у тебя есть?

— Я больше не могу! Это больно.

— Это ты слишком громкий. Каждый раз, когда ты говоришь что-то бесполезное, количество раз, когда мы занимаемся сексом, будет увеличиваться на единицу. Это простое правило. Понял? Если хочешь поспать по крайней мере час, тебе лучше следить за этим.

— Откуда у тебя столько выносливости? Ты не человек, а чудовище. Я серьёзно выстрелю тебе в голову.

— Очень жаль, мы сделаем это ещё раз.

Сехон схватил Юншина за голову и силой заставил его сесть. Затем он перекинул возлюбленного через диван как тряпичную куклу, заставив младшего встать на колени, расположился сзади и пристроил свою головку ко входу. К этому моменту Юншин уже знал, что лучше молчать, чем говорить себе во вред. Так что пока он колебался и воздерживался от разговоров, Сехон укусил Юншина за красные уши.

— Ург-х!..

После чего Сехон заговорил. Его голос донёсся до ушей Юншина:

— До Юншин, ты не должен переживать из-за меня и женщин.

— Я и понятия не имел, что мой друг заговорит об этом. Я не нарочно.

— Нет, нарочно.

Конечно, его двусмысленные ответы, быстро пришедшие в голову, были сфокусированы на том, чтобы вызвать ревность Сехона. Юншин знал, что и Сехон это понимал. Однако у юноши были возражения:

— Я не спал с ней! Ты должен уже был заметить. Даже, если мой друг ни хрена не понимает, ему не пришло бы в голову на ней жениться и сообщать об этой новости, если бы знал, что раньше у нас с ней были серьёзные отношения. Я лишь хотел вызвать твою ревность, так что произнёс несколько двусмысленных фраз, но разве это причина заходить так далеко? Я просил о сексе, а не реслерском поединке.

— Ты всё ещё в силах разговаривать. Полагаю, ты не дашь мне отдышаться. Ладно, давай попробуем. Ночь длинная.

Сехон толкнул Юншина головой на диван и ввёл в него свой член. Вход уже был разработан за последнюю пару часов, так что он был широко открыт, как если бы это отверстие было создано специально для того, чтобы Сехон мог войти внутрь. Он вошёл до упора. Их губы приоткрылись и с них сорвались горячие вздохи.

— Агх-н-х!..

— Ха-а-а, чёрт побери.

Всё ещё слабые и чувствительные из-за ссадин внутренности Юншина вновь заполнились. Это было так, как если бы Сехон специально унижал Юншина таким образом. Движения Сехона были грязными и грубыми, как если бы он был зверем в период течки.

Он безжалостно протолкнул свой член до основания и вытащил его практически полностью, прежде чем вновь ввести внутрь. Этот половой акт был чувственным до такой степени, что казался чистой похотью. Юншин издал слабый стон и рухнул на диван. Придавленный, он был опухший, весь покрытый ссадинами и синяками.

— Нгх... м-м-м! — Юншину казалось, что его внутренности были разорваны в клочья. Его кожа раскалилась добела и покрылся мурашками. Он ощущал себя так, словно всё внутри было воспалённым и распухшим. Каждый раз, когда он отчётливо ощущал, как член Сехона входит внутрь, он также чувствовал и боль от трения кожи о ссадины. Но, учитывая их обычный секс, когда Юншин был доведён до предела, Сехон немедленно начал прикасаться к эрогенным зонам партнёра, возбуждая его. Юншин правда ощущал себя так, словно его тащили к самому краю безумия.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 205 - Заднее столкновение

Юншин никогда не предполагал, что это очень интригующее и коварное действие было тем самым, что Сехон подразумевал под грубым сексом. Словно тряпка, Юншин позволял себе раскачиваться в любом направлении, в каком бы ни двигался Сехон.

В обычном состоянии Юншин представлял собой кожу да кости, но когда длинный и толстый член Сехона погружался глубоко внутрь, его живот начинал выпирать. Старший адвокат надавил на то выступающее место своей большой ладонью. Атакуемый с обеих сторон, Юншин извивался.

— Хн-н-н, нгх, стой! Подожди! Больно!

— Ты забыл правило?

— Я люблю тебя... Ох! Ох!

К счастью, в этот раз его высказывание не было бесполезным. Сехон дёрнулся внутри Юншина и начал врезаться в него ещё более агрессивно.

Он призвал юношу повторить:

— Это так заводит. Скажи это, скажи это ещё.

— Я люблю тебя.

— Ещё раз.

— Я люблю... Я серьёзно хочу выстрелить тебе в голову. Ай!

Юншин, вынужденный ощущать боль и удовольствие единовременно, в конце концов расплакался. Он ахнул, когда его влажное до безобразия лицо потёрлось о кожаные сидения. Почувствовав, что юноша на пределе, Сехон нежно схватил шею Юншина, заставляя молодого человека повернуть голову в его сторону. Он глубоко и с любовью поцеловал Юншина, в то же время, сосредоточившись на простате юноши.

Хлюпающие и шлёпающие звуки окружали их. Поняв, что они наконец вернулись к знакомой ему интенсивности, Юншин начал громко кричать. Сехон сильно врезался в одно и тоже место, заставляя юношу плакать и громко стонать.

— Угх, ох! Т-там. Думаю, я сейчас кончу.

В преддверии эякуляции, Юншин протянул руки себе за спину. Сехон, который всю ночь отвергал его руку, отказывая в тепле, наконец сцепился руками с Юншином. От облегчения бёдра юноши задрожали, и он кончил на диван.

— Ох! Ах, м-м-м...

Сразу после этого Сехон ускорился. Он крепко схватил бёдра Юншина и ловко толкнулся в него. Наконец, из его члена излилась сперма, заполняя задницу юноши.

— Ха-а... Блять.

Нахмурившись, Сехон кончил внутрь Юншина, после чего рухнул на худого юношу.

Некоторое время Сехон отдыхал, лёжа поверх юноши, пока не почувствовал, что мужчина под ним тяжело дышит. Он высвободил и крепко обнял худое тело.

Юншин обессиленно рухнул на рельефную грудь Сехона. На грани отключки, он почти не реагировал. Его глаза походили на влажный хаос со следами слёз. Сехон поцеловал Юншина вокруг глаз, а потом помассировал обнажённого молодого человека.

— До Юншин, — сказал Сехон.

Вероятно, Юншин был не полностью без сознания, поскольку его рука дёрнулась, когда Сехон позвал его. Он прижался ближе, словно говоря старшему адвокату обнять его крепче. Сехон вздохнул и погладил волосы молодого человека, прежде чем крепко обнять. Затем Юншин обмяк, словно тряпичная кукла, но ему хватило энергии выдать один комментарий.

— Иди к чёрту.

Сехон холодно ответил:

— Я и не ожидал попасть в хорошее место после смерти.

— Садист... Я знал это.

Сехон криво усмехнулся. Он нежно погладил мокрые от пота волосы Юншина.

Возбуждение в воздухе мягко улеглось.

Их тяжёлое изнурённое дыхание продолжало слышаться в комнате.

* * *

Юншин сел на кровати и с его плеч соскользнули простыни. Его тело, испещрённое синяками и красными отметинами, оголилось.

С некоторым трудом Юншин прислонился к изголовью кровати, его лицо исказилось. Ужасная боль нахлынула на него, юноше подумалось, что если бы его ночью кто-то безжалостно избивал стальной трубой, он чувствовал бы себя точно так же. Всё тело ныло и пульсировало, он не мог найти места, которое бы не болело. Не говоря уже о том, что в нижней половине тела боль была просто неописуема. Он посмотрел на своего проклятого нападавшего.

Старший, должно быть, сохранил крупицы совести, поскольку, когда Юншин повернул голову, чтобы бросить на него взгляд, Сехон работал за чайным столиком, вместо своего кабинета. Мужчина, видимо, услышал шорохи пробуждения возлюбленного, поскольку молча наблюдал за ним.

Какое-то время они просто смотрели друг на друга.

Сехон заговорил первым:

— Ты нормально себя чувствуешь?

Лицо Юншина было настолько опухшим от слёз и усталости, что ему пришлось приложить усилие, чтобы скривить губы в ироничной ухмылке.

— Смешной вопрос. А ты забавный.

Наблюдая за реакцией Юншина, Сехон прищурился, и затем спросил:

— Почему ты первым делом затеваешь драку с самого утра?

— Я сыпал тебе ругательства, даже когда мои глаза были закрыты. Разве я не разговаривал во сне?

— Разговаривал.

— С тем же успехом ты мог просто меня на кусочки порезать. Это было бы гораздо более миролюбиво.

— Как вариант. Буду иметь в виду.

Юншин надулся и возразил:

— Конечно, вперёд. Взамен, я отрублю тебе член!

— Зато мы потрахались. Как это было? Ты удовлетворён?

Сехон кинул непристойный взгляд и кивнул в сторону пениса Юншина. Горделивые действия мужчины в сложившейся ситуации заставляли юношу закипеть.

— По-твоему, я выгляжу довольным? Это адски больно! Я даже в больницу пойти не могу. Что я скажу, если приду туда? Понятия не имею, занимался ли я вчера ночью любовью с Кан Сехоном или у меня просто был быстрый и жёсткий перепихон с твоей нижней половиной.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 206 - Заднее столкновение

Чем больше он говорил, тем более надломленным и осипшим становился его голос. Юншин, который яростно осуждал Сехона, удивился собственному голосу и схватился за горло. Его кожа была горячей, а тело вымыто целиком. Наконец, он стал более детально подмечать своё состояние.

Кровать была очень чистой, как и его тело. Кожа была покрыта пятнами, но в целом он был аккуратным и опрятным, словно его помыли. Кроме того, казалось, что его раны были обработаны мазью.

Юншин засомневался, но затем неуверенно спросил:

— Между ног ты меня тоже лечил? Ну, эм, вход?

— Да, я нанёс мазь на презерватив. Ты спал как убитый. Теперь пальцы тебе удовлетворения не приносят, да?

После подтверждения его подозрений, лицо Юншина покраснело от смущения. Это был не первый раз, когда Сехон видел обнажённое тело юноши, но обстановка и степень были другими. Представив, как Сехон в ярко освещённом месте засовывает пальцы ему в задницу, чтобы нанести лекарство, Юншин почувствовал слабость.

Юноша не мог заставить себя посмотреть Сехону в лицо, поэтому заставил себя сесть, свесив ноги с кровати. Под простынями он был голым, но сейчас было не время придираться. Он хотел пойти в ванную, чтобы как следует себя осмотреть.

Юншин взглянул на Сехона и поставил ноги на пол. Он думал, что сможет устоять, если соберёт все силы, но это был серьёзный просчёт. Его дрожащие ноги не функционировали вовсе, в результате он упал. Юноша плюхнулся на пол, расставив ноги, прямо перед Сехоном так, что ему всё было видно.

Юншин ахнул.

Он попытался встать снова, но не смог. Ему нужна была чья-то помощь, и единственным человеком, кто мог это сделать, был Сехон. Однако старший адвокат лишь поглаживал подбородок, глядя Юншину между ног, закинув ногу на ногу.

— В последнее время ты частенько мне это показываешь, — отметил Сехон.

— Раз уж до этого я несколько раз показывал тебе свою, ты должен показать мне и свою тоже.

— Продолжай то, что делал. Ползи, если устал.

По правде говоря, Юншин думал, что если он продолжит так сидеть, Сехон придёт к нему на помощь. Этот ход мыслей был закономерен, раз уж старший адвокат тщательно очистил каждый уголок тела юноши и обработал его раны, когда тот потерял сознание. Но, как всегда, без исключений, Кан Сехон превзошёл все ожидания Юншина. Он высокомерно сидел, лениво и расслабленно глядя на юношу, отчего молодой человек пришёл в ярость.

— Ты — ёбанный придурок. Подошёл сюда сию же секунду.

— Как насчёт того, чтобы сказать «пожалуйста»?

— Пожалуйста, подойди сюда, ёбаный придурок.

Сехон поднял обе руки, капитулируя, и затем подошёл к Юншину. Он помог юноше подняться, посадил его обратно на кровать, и сел напротив него. Он нежно погладил костлявые плечи Юншина. Его низкий голос, зовущий Юншина по имени, также был полон эмоций.

— До Юншин.

Юншин завернулся в чистые простыни, как в плащ, после чего холодно ответил:

— Что?

— Я начинаю бояться.

На мгновение Юншин усомнился, что Сехон только что сказал это. Ошеломлённый юноша замолчал. Сехон равнодушно добавил для понимания:

— Разве симпатия к кому-то должна быть такой? Когда представляю тебя, целующего кого-то другого, так злюсь, что хочу сделать тебе больно. Я не могу себя контролировать.

— Ты забыл, как спрашивал у меня, спал ли я с адвокатом Сон? Это легко пришло тебе в голову.

— Нет, с кем-то, кто тебе раньше нравился. Я никогда не думал об этом раньше.

— ...

— Я так сильно это ненавидел, что меня тошнило. Честно говоря, я всё ещё злюсь. Что мне делать? Что я могу сделать?

Юншин никогда не представлял себе ситуацию, в которой Сехон задаётся вопросом, что ему делать, и спрашивает об этом Юншина. Юноша не был уверен, как ему стоит реагировать. Он лишь сомкнул губы и погрузился в глубокие размышления.

Раньше у Юншина был простой и оптимистичный взгляд на свидания, но, возможно, состоять в отношениях было сложнее, чем он думал. Сехон был неуклюж и вообще новичком, но быстро учился. В этот раз он почувствовал ревность и сразу выразил её. В следующий раз он изучит другую эмоцию, которую выразит сразу после в своём собственном стиле. Юншин мог выдержать физическую боль, но думал, что в следующий раз они оба могут пострадать эмоционально.

Юншин, если честно, всё ещё был обижен на Сехона. Но с другой стороны, он на подсознательном уровне знал, что прямо сейчас должен его обнять. Прислушавшись к этому, он протянул руку без дальнейших колебаний.

Он приоткрыл простыни, приглашая Сехона присоединиться к нему. Как только Сехон оказался достаточно близко, Юншин обнял его. Старший мужчина с нетерпением пылко схватил его. Каждый раз, когда Сехон поглаживал тело юноши, простыни громко шуршали.

— Скажи что-нибудь, — призвал Сехон.

— Ты же знаешь, что переборщил, да? Я просил заняться грубым сексом, а не обращаться со мной жестоко.

— Знаю.

— Что б ты знал, я всё ещё злюсь на тебя.

— Ага.

— Я люблю тебя.

Юншин думал, что ему следует назидать Сехона в ещё неизведанных тому чувствах. Обычной простуды не хватит, чтобы описать любовь. Любовь была автомобильной аварией.

Только после получения ранения он понял, что пути назад нет.

Тёплое и искреннее признание заставило время для них обоих на миг остановиться.

Заднее столкновение — вид ДТП, при котором происходит столкновение с задней частью находящегося впереди автомобиля.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 207 - Алкиона

Тишина повисла в воздухе, и, словно в фильме, замерло время. Сехон воспользовался этим моментом, чтобы сделать медленный выдох. И сказал более приглушённым голосом:

— Это я тоже знаю.

— Тогда этого хватит. Если чувствуешь ревность, просто ревнуй. Просто говори об этом и мне тоже, ведь иногда я хочу это услышать. Тогда я скажу тебе, что единственный, кто мне нравится, это Кан Сехон, столько раз, сколько тебе будет необходимо.

Юншин провёл пальцами по шелковистым волосам Сехона, взлохматил их, после чего аккуратно их разгладил. Старший адвокат был весьма послушен и просто держал худощавого юношу в своих объятиях.

Продолжительное беспокойство Юншина ослабло, и голова остыла. Его злость начала постепенно утихать. Сехон привык, что в самоконтроле ему нет равных, однако, должно быть, он был совершенно сбит с толку, когда внезапно не смог себя сдержать.

Проведя в объятиях друг друга ещё некоторое время, Юншин поднял голову с плеча старшего. Не желая отстраняться, Сехон поцеловал голову юноши несколько раз, прежде чем наконец отпустить его.

— У меня есть много дел, которые необходимо сделать. Нужно написать отчёт по процедуре дью-дилидженс* и два заключения.

Уловив, к чему клонит Юншин, Сехон сощурил глаза.

— Ты же поможешь, ведь так? Если ты просмотришь их, пока я пишу, тебе не придётся пересматривать его несколько раз позже.

— Верно. И?...

— Который сейчас час?

Сехон посмотрел на свои наручные часы и ответил:

— Девять утра.

— Тогда приготовь мне завтрак. А, и даже не думай звать домработницу.

— Хорошо.

— И делай это,надев фартук.

Сехон собирался согласиться, но услышав последнюю фразу, прикусил нижнюю губу. Юншин пожал плечами. Старший адвокат был непреклонен, поэтому юноша слегка опустил простыни, демонстрируя свои раны по всему телу, при этом пряча член. В конце концов Сехон сдался.

— Ладно.

— У тебя есть розовый? Скорее всего домработница купила несколько штук.

— Не-а.

— Уверен? Ты же не говоришь это, потому что понятия не имееешь, ведь никогда дома не готовишь?

— ...

— Тогда забудь о розовом фартуке. Как насчёт того, чтобы надеть его на голое тело?

Сехон категорически отверг эту идею, решительно утверждая, что никогда бы так не смог.

— Нет.

— Так и знал. Тогда, выбирай сам.

Юншин явно дразнил Сехона, но старший не возражал. Послушным Кан Сехон был чрезвычайно невероятно и неимоверно редко. Это была чуть ли не игра в куклы – Юншин находил это забавным и решил, что может задать вопрос, пока он в таком состоянии.

— Кстати, о проекте по приобретению Юнджин Констракшн. Я должен был присутствовать на встрече с лицом, занимающимся вопросами продвижения по службе, но слышал, что с ним трудно иметь дело. Не мог бы ты дать мне несколько советов, как к нему лучше подойти? Тебе от этого тоже будет лучше, если я смогу быть полезен.

— Я собирался тебе рассказать, даже если бы ты не спросил.

— И ещё...

— Да, я сделаю это для тебя.

Сехон согласился, даже не выслушав, что Юншин собирался сказать, заставив молодого человека остановиться. Следующая просьба юноши была предсказуема, Юншин почувствовал себя непривычно, но при этом был доволен тем, что старший адвокат продолжает бросать ему незаполненные чеки, несмотря на то, что он любит определённость. Сехон соглашался на такое количество просьб, что Юншин надеялся, может быть, он также прислушается и к следующему его желанию.

Он сомневался и осторожно сказал:

— Ты не можешь первым попросить меня о расставании. Я всё равно никогда с тобой не расстанусь, но если нам будет нужно разойтись, позволь мне сказать это. Если ты меня бросишь, я никогда не смогу оправиться от этого.

Юншин был уверен, что вошёл в эти отношения с менее серьезными чувствами. Поначалу так и было, конечно. Однако за последние несколько месяцев, узнав больше о внутреннем мире Сехона, юноша полюбил его только сильнее.

Разница заключалась не в размере или количестве их чувств, а в сути – в источнике их эмоций. Юншин всегда был готов отдать свою любовь кому-либо, но он не встречал того, кому мог открыть своё сердце, тогда как Сехон держал двери своего сердца плотно закрытыми, пока в один день не встретил кого-то, похожего на непредсказуемую снежную бурю.

Из-за различия в их натуре Юншин задал вопрос, не ожидая получить чёткого ответа от Сехона, но, к удивлению, старший с готовностью кивнул. Юншин понятия не имел, о чём думает его возлюбленный. Однако у старшего адвоката не было причин обманывать юношу, поэтому, будь он на самом деле не уверен в этом, он бы покачал головой в отказе. Юншин поднял свои отяжелевшие, словно свинец, руки и притянул Сехона за шею.

Судя по всему, Сехон определил, где может коснуться Юншина на его израненном теле, прежде чем решил погладить и приласкать его наименее пострадавшие участки спины. Какое-то время они обнимали друг друга, а затем юноша вспомнил слова, сказанные старшим адвокатом ранее. В тот момент он не был особо внимателен, поскольку у него не было сил, но сейчас, когда он вспомнил об этом, его сердце сжалось и он почувствовал себя разбитым.

«Я и не ожидал попасть в хорошее место после смерти».

Это ранило Юншина сильнее, ведь Сехон сказал это после того, как юноша послал его к чёрту.

— Старший адвокат.

— Да, Юншин?

— Я беру назад слова, что сказал вчера.

— Какие из тех сотен ненормативной лексики, что ты мне вчера сказал?

— Я не так много ругался.

— Я включил твои высказывания во сне, которые ты держал при себе.

Юншин нахмурился, вспомнив, свои слова, и крепче прижал шею старшего.

— Ты — телепат.

— Естественно.

— Не оставляй меня.

«Не умирай раньше меня». Сехон вспомнил другой случай, когда Юншин сказал, что-то подобное и поджал губы.

Юншин, наверняка, подумал, что это нехорошая реакция, поэтому заставил Сехона ответить.

— Поторопись и пообещай.

Наконец старший адвокат спокойно кивнул. У него не было причин этого не делать.

— Хорошо.

После этого, словно скрепляя обещание, Сехон бесчисленное количество раз прикладывался губами к гладким волосам Юншина. Они крепко обняли друг друга, прочно держась вместе.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 208 - Алкиона

Действие 24

На одной из стен комнаты для презентаций, настенные часы показывали ровно восемь.

Тьма поглотила мир за окном. Юншин и секретарь Так, пришедший к нему на помощь, сидели рядом друг с другом и смотрели на широкий экран проектора напротив них. На экране мелькали заголовки вечерних новостей. Промелькнула и фотография сестры Юншина и её мужа, улыбающихся друг другу, сделанная на мероприятии, организованном её свекровью.

Не так давно Сухан Групп официально заявила общественности, что собираются принять ответные меры на заявление о медиации, касающееся развода второго сына. После периода молчания в ответ на атаку Игён, они, наконец, начали действовать.

Большинство новостных компаний сочло это главной новостью последних дней. Юншин решил, что им нужно собрать заголовки вместе со статьями в интернете, чтобы разработать оптимальный подход к СМИ. Однако у него не было времени делать это в течение рабочего дня, поэтому он задержался, чтобы заняться этим после.

— Все считают это главной новостью. Статьи в интернете плодятся как сумасшедшие. Это можно понять, ведь все думали, что они жили довольно счастливой жизнью, до этого внезапного запроса на медиацию при разводе. Директор До теперь действительно станет пищей для стервятников, — с горечью сказал секретарь Так, когда перевёл взгляд с большого экрана на монитор своего ноутбука.

Юншин кивнул в знак согласия и ответил:

— Мы ожидали этого. Моей сестре будет выгодно, если они продолжат в том же духе.

— Однако вы, должно быть, подавлены.

Не было ничего необычного в том, чтобы знать кого-то, кто прошёл через развод в жизни. Но в данном случае ежечасно натыкаться на лицо Игён было не очень приятно. Более того, просматривать и читать каждую статью, чтобы обобщить содержание, было ещё труднее. Возможно, из сочувствия к Юншину, секретарь Так вызвался заняться этим вместе.

СМИ было множество, а Юншин — один, поэтому он нуждался в любой возможной помощи. Юноша был безмерно благодарен за отзывчивость секретаря. Как только в компании услышали о его сестре, все наотрез отказались вмешиваться в этот процесс, поэтому Юншин был практически вынужден делать всё в одиночку. Помощь секретаря Така стала подарком судьбы.

— Спасибо вам за помощь, секретарь Так. Я обязательно вас отблагодарю.

— Ничего не нужно, правда. Это утомительная работа, требующая больших усилий, но я всё равно часто ей занимаюсь. В любом случае хотелось бы, чтобы они все сохраняли нейтралитет, но они почему-то критикуют директора До. Может, их проплатила Сухан?

— Это весьма досадно.

— Ну, всё по-прежнему идёт в соответствии с планом старшего адвоката Кана. Для вас он как-нибудь сделает так, что всё получится.

Секретарь Так крепко сжал плечо Юншина, после чего сосредоточился на своей задаче. Юншин уставился на большой экран. Он переключил канал, где другая телекомпания транслировала аналогичные новости. Промелькнуло здание суда, в котором Игён подала заявление на медиацию при разводе, затем последовало фото здания компании Сухан Холдингс, и напоследок, наконец, показали, как Сехон даёт интервью перед зданием суда.

Юншин быстро увеличил громкость.

Несмотря на то, что он был в центре внимания, Сехон не потерял своего хладнокровия. Юноша был в восторге от его спокойного настроя.

На каждый вопрос репортёров Сехон невозмутимо отвечал своим низким голосом.

— Адвокат Кан, новость, что мисс До Игён подала на медиацию дошла до нас поздно. Сегодня суд объявил дату первого заседания посредников. Пожалуйста, скажите об этом пару слов.

— Медиация запланирована через два месяца от сегодняшнего дня. На текущем этапе не наблюдается согласования в вопросах опеки и попечительства. Я считаю, что это предмет для последующего обсуждения и переговоров.

— Наиболее распространённое суждение, что в конечном итоге дело дойдёт до суда. Что вы думаете об этом, как её адвокат?

— К сожалению, я мало что могу сказать по этому поводу. Это выяснится со временем. На этом всё.

Одетый в синевато-серый костюм Сехон спустился по лестнице. Показали кадры, как он садится в свою машину, прежде чем снова продемонстрировать здание суда, тем самым ознаменовав конец репортажа. Юншин убавил громкость обратно и переключил своё внимание на ноутбук.

Секретарь Так взглянул на Юншина и непринуждённо спросил:

— Так вы не собираетесь требовать компенсацию морального вреда за супружескую измену? Почему он не попросил подготовиться к этому?

— Ох, на самом деле, я спрашивал его об этом, но у него свои мысли по этому поводу, ведь корпорация Сухан хочет, чтобы этим занялись мы.

— Возможно ли такое, учитывая, что прелюбодеяние – главная причина развода, и они очевидно неправы?

— Да. Юридический отдел Сухан был тем, кто сообщил общественности, что Игён подала заявку на медиацию. Сделали они это, чтобы выяснить причину развода. Если мы на этом этапе акцентируем внимание на измене, ситуация обернётся против нас. Более серьёзные проблемы, такие как домашнее насилие, просто забудутся.

Это не было сражением против обычных людей. Им всегда было необходимо учитывать вмешательство прессы. Сехон сказал, что Сухан планировал выставить это как женские склоки, натравив двух женщин друг на друга и сделав так, что существование мужа уйдёт из поля зрения общественности. Сехон сказал, что использовал бы эту тактику, будь это он.

*Алкиона — согласно древнегреческой мифологии, Алкиона была принцессой Фессалии (северо-восток Греции), сестра Сизифа, в последствии стала женой царя Трахины Кеика. С этой парой связан один из романтических древнегреческих мифов, изложенный Овидием в книге «Метаморфозы» (книга 11, строки 410-748).

В кратком изложении: Алкиона и её муж Кейк, очень любили друг друга и часто ласково называли друг друга «Зевс» и «Гера». Однако Зевс рассердился на такое поведение, посчитав, что они сравнивают себя с богами. Однажды Кейк отправился в морское путешествие к дельфийскому оракулу. Во время него Зевс наслал свирепый шторм, и Кейк был захвачен волнами и умер с именем возлюбленной на устах. Боги передали Алкионе известие о смерти мужа через бога сна Морфея. После этой новости она не хотела больше жить и решила утопиться в море. Но богиня Тефида превратила её в птицу зимородка. Алкиона полетела к своему умершему мужу и обнаружила, что он тоже стал зимородком. Эол (владыка ветров, отец Алкионы) подарил пернатой паре зимой семь дней безветрия для гнездования и высиживания яиц, которые с тех пор и называются днями Алкионы.

В парке Бритцер в Берлине стоит скульптура-фонтан посвящённая данному мифу.

*Процедура дью-дилидженс — услуга, включающая оценку инвестиционных рисков, всесторонний анализ деятельности компании, системную комплексную проверку её хозяйственной деятельности и финансового состояния, юридическое сопровождение, необходимые при покупке или продаже бизнеса, сделке по слиянию, заключении важного контракта.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 209 - Совместная ответственность

Юншин согласился с мнением Сехона. Было довольно обычным явлением, что чем более цепляющим был контент, тем более «всезнающими» становились судьи, распыляясь на ничтожные подробности, что в конце-концов вело к исключению настоящих правонарушений из списка. Корпоративные юристы часто используют подобную тактику.

Несмотря на краткость объяснения, секретарь Так, казалось, понял, встретившись взглядом с Юншином, и мягко улыбнувшись:

— Правда, в этом есть смысл. О, я направил список репортёров, которые писали о медиации. Таких довольно много. Продолжу следить за появляющимися статьями, начиная с сегодняшнего дня и до завтрашнего полудня, а после присоединюсь к вам. Большинство постов, публикующихся после вечерних новостей — выжимка сказанного во время трансляции, так что проверять их – пустая трата времени.

— Было бы здорово, если бы Вы могли это сделать. Более не задерживаю. — Юншин сжал руки вместе в знак благодарности, затем махнул секретарю, предлагая ему уйти первым. Секретарь Так закрыл ноутбук и начал собирать вещи, когда вдруг остановился. Затем он схватил Юншина за руку, его рукава были закатаны. Юншин медленно отвернулся от экрана и взглянул на мужчину:

— В чём дело?

— Возможно, большинство из них наняты Сухан, но не каждая статься в общем потоке будет от них. Я связался со знакомым репортёром, и он сказал, что написал статью лишь потому, что упоминание такой пары привлечёт внимание. Какое-то время освещать эту информацию будет многим выгодно.

Этого они ожидали с самого начала:

— Уверен, что так и будет. Для нас так лучше.

— А ещё адвокат Кан довольно…Ну, знаешь?.. Как только он вовлекает прессу, дело становится громким. — Закончив предложение, секретарь Так поместил его подбородок в чашу своих рук, обвив щеки пальцами.

Юншин сразу понял, что тот хотел сказать и усмехнулся:

— Да, ладно, я слышал, что у приговорённых к смерти появляются собственные фанаты, если у них привлекательная внешность. Тут нет ничего общего с навыками или талантами адвоката, но внешность, честно говоря, помогает.

— Следует ли мне забронировать для вас посещение косметолога?

— Спасибо, в следующий раз. Я довольно занят. — Шутливо ответил Юншин.

Секретарь Так в ответ усмехнулся:

— Как бы там ни было, вот потому он всегда работал в тени и никогда не появлялся в прессе. Был случай, когда вопрос нужно было решить тихо, но на адвоката продолжали давить и дело провалилось. Тогда мы были в невыгодном положении, так что был нужен тот, кто привлечёт к себе внимание. Полагаю, он выступил вперёд, чтобы стать этой приманкой.

— Я благодарен за это. — Несмотря на ответ Юншина, секретарь бросил на него взгляд, требуя пояснений, отчего по коже юношу поползли мурашки. Не то чтобы взгляд был холодным, скорее, проникновенным. Юншин смущённо потёр шею, затем быстро произнёс:

— Похоже, вы хотите, чтобы я что-то сказал.

— Не могу сказать, что мне бы этого не хотелось.

Юншину стало страшно, ведь он понимал,о чём мужчина собирается спросить. Но так как секретарь Так пожертвовал своим личным временем, чтобы помочь, он не мог отказать. Воспринимая молчание Юншина за разрешение, секретарь Так спросил:

— Почему же среди всех дел в мире он взялся за это?

Юншин ожидал такого вопроса, но всё еще не решил, как отвечать, так что продолжил хранить молчание. Секретарь Так воспринял безмолвие Юншина по своему:

— Атмосфера в фирме сейчас крайне напряженная. Все ждут, что Сухан раздавит нас… Мессенджер нашей компании ежедневно завален сообщениями.

На данный момент, Сехон служил щитом от любой недоброжелательности или критики, но Юншин чувствовал терзающие взгляды и неуютную атмосферу, разливающиеся в воздухе, куда лучше, чем кто либо ещё.

Он думал, что сейчас самое подходящее время для увольнения, так что передал своё заявление Михи. Юноша знал, что Сехон будут против таких действий с его стороны. Как бы там ни было, в то же самое утро, письмо, что он отдал адвокату Сон, добралось до рук Сехона.

Только вчера старший адвокат вызвал его в свой офис, чтобы отчитать за то, что юноша не в состоянии справиться с напряжением и разочаровал его. В отместку, Юншин выхватил письмо и топая, вышел.

— Я заметил, знаю суть.

— Старший адвокат Кан, которого я знаю, никогда бы не взялся за это дело, даже если бы ад замёрз. Между нами, я подумал, что он тронулся умом от переутомления.

Так как Юншин знал ту, иную, сторону Кан Сехона, о которой секретарь Так не был осведомлён, он не знал, как же донести это до собеседника, не вызвав недопонимания. Он волновался о том, сколько секретарь Так смог бы понять всего из нескольких слов, ведь тот всегда чрезвычайно быстро соображал. Из-за этого Юншин мог лишь выдать шутку:

— Тогда… может, ад замёрз?

— Не хотите мне говорить, а? Или не можете.

— Извините.

— Значит, оба варианта. Ладно. Понял. У него должны быть свои причины, так как он не из тех, кто делает что-то без них.

Наконец секретарь Так встал и направился к двери.

И именно в этот момент.

Предмет разговора, Сехон, вломился в комнату. Судя по конверту из прочной манильской бумаги, который он держал в руках, казалось, что он только пришёл непосредственно со встречи с клиентом. Секретарь Так молча поприветствовал Сехона и выскользнул из комнаты. Старший адвокат в ответ кивнул и прошёл вглубь.

Как только Сехон вошёл, то швырнул конверт на овальный стол и нахмурился. Затем ослабил галстук и закатал рукава рубашки. Должно быть, он чувствовал невероятный дискомфорт во время своей встречи. Он сел рядом с Юншином куда более растрёпанным, чем в прошлый раз. Затем неспешно огляделся и после медленно наклонился к Юншину, целуя его в лоб.

— Переработки?

— Да, я решил, что хотел бы собрать кое-какую статистику о текущей ситуации в СМИ. Что насчёт тебя? Встреча прошла хорошо? Это был крайний срок подачи предварительной заявки, верно?

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 210 - Совместная ответственность

Сехон откинулся назад, наклонив шею из стороны в сторону, а затем спокойно ответил:

— Начнём с того, что отчет по комплексной юридической оценке чёткий, а у компании пруд пруди потенциальных обязательств, так что думаю, мы можем связаться с любым потенциальным конкурентом и убедить его убрать руки от этого поглощения. Держать мелких сошек на расстоянии – проще простого. Тэсан постепенно начнёт привлекать внимание прессы.

— Они ничего не говорили о том, что разводом моей сестры будешь заниматься ты? В последнее время ты в центре внимания.

— Тэсан? Были довольно воодушевлены. В любом случае всё остальное, я объясню на завтрашней встрече. Совершенно вымотался, руководитель проекта – иностранец, так что я должен повторять по два раза одно и то же.

— Тогда... Чем займёшься сейчас? — спросил Юншин.

Как обычно, Сехон не стал отвечать словами. Вместо этого он распахнул объятия. Юншин бросил взгляд на дверь и быстро запер её. Сехон усмехнулся, а Юншин прыгнул навстречу его рукам. Он потёрся щеками о крепкое тело мужчины, что было подчёркнуто надетой рубашкой. Он практически мог ощутить запах Сехона. Его депрессия из-за всех увиденных ранее новостей о разводе сестры, подошла к концу.

— Ты вообще спал в последнее время?

— Когда есть время.

— Как сейчас? Всякий раз, когда у тебя есть время, ты и я…

— Трахаемся.

Юншин хлопнул Сехона по спине и оттолкнул от себя. Несмотря на то, что юноша оттолкнул его, мужчина потянулся вперед, наклонил голову и поцеловал Юншина в губы. Тепло Сехона медленно уходило, заставляя желать большего, но вместо этого, он вцепился в рубашку возлюбленного и засмущался. Сехон интуитивно понял, что Юншин хочет что-то сказать, так что он погладил щёки младшего, подталкивая его:

— Что такое?

— Все думают, что взяться за дело моей сестры – странно. Только что секретарь Так спросил меня об этом.

— Ничего нового. Любой бы посчитал такое странным. Ты только сейчас осознал?

— Почему ты говоришь в десяток раз более раздражающе, чем обычно?

— Потому что ты милый, когда кипишь от злости. Становишься с каждым днём всё более милым.

Юншин, как правило, был честен в том, что касалось своих мыслей и чувств. Он не мог поступать так же на работе с людьми, с которыми он встречался в частном порядке, предпочитал быть не замкнутым, а скорее открытым. Как ему хотелось бы, чтобы другие вели себя с ним. Так было спокойнее.

Но по какой-то причине, когда Сехон так раскрывался в плане чувств, Юншин чувствовал себя немного робким. Он не ненавидел такое, но всё равно стеснялся, и это беспокоило его. Юншин неловко откашлялся и сменил тему:

— Я знаю, что другие партнёры просили тебя о встрече.

— Эти придирчивые старикашки выводят меня из себя, будто я вот-вот упаду и умру.

— Их волнение о том, повлияет ли дело моей сестры на Догук неизбежно. Могу ли я что-то сделать? Мне неловко из-за этого.

— Из-за перекуса в кафетерии?

Секретарь Так обычно ест со мной. Я привык к тому, что люди перешёптываются и пялятся на меня.

— Тогда выпьем кофе в комнате отдыха?

Юншин прикусил губу, искренне не понимая, почему Сехон притворялся, будто понятия не имеет, о чём говорит юноша. Затем мужчина пожал плечами, давая понять, что он всё понял.

— Пусть мы лишь юридическая фирма, для Сухан выступить против нас – довольно большая авантюра. Слишком много всего, в чём мы участвовали за эти годы. Если бы не ты и я, Сухан не нужно было бы давить на Догук. Они бы могли просто раздавить лично меня или твою сестру. Но если они попытаются использовать своё влияние, тогда я просто возьму ответственность на себя и уволюсь. Я имею в виду, что тебе не нужно будет склонять голову перед ними.

Сехон провёл пальцами по чётко очерченным, густым бровям Юншина и добавил:

— Если такое время придёт, ты, наверное, тоже не сможешь здесь остаться. Увольняться нужно будет вместе.

Единственным лучиком надежды среди густых туч реальности было то, что Сехон, который практически не умел врать, больше ничего и никогда не скрывал от Юншина.

Если Юншин спрашивал, Сехон обо всём рассказывал, вплоть до вещей, которые по мнению юноши, ему не нужно было знать. Объяснял все неловкие детали, проблемные моменты и трудные ситуации.

Прекрасно понимая это, Юншин потребовал дальнейших объяснений, схватившись за руки Сехона:

— Вместе?

— Каждому из нас нужно будет взять ответственность за свои действия. Разве ты не был готов к такому с самого начала?

— Нет, я не об этом. Ты сказал Быстрый ответ «вместе». Планируешь взять меня с собой?

— Какие-то проблемы?

Сначала Сехон думал о том, чтобы Юншин остался в Догук. Михи могла бы в какой-то степени приютить его, но в качестве крайней меры, Сехон посчитал лучшим вариантом уйти вместе. Однако план изменился и теперь Сехон решил просто сразу уйти вместе с Юншином. Внешне, казалось, это было незначительным изменением, но здесь были свои подводные камни. По крайней мере, Юншину хватило такта уловить это.

Как только он осознал это, все действия Сехона стали очевидными как открытая книга. Голос Юншина стал тише, когда он пробормотал свою версию:

— Другие юристы-партнёры скорее скажут мне уйти, а тебе остаться. Так что ты взял себя в заложники, чтобы я мог по крайней мере ещё один день продержаться в этой фирме, лишь на случай, если мой зять сначала атакует меня, да?

Сехон слегка нахмурился:

— Я практически ничего не рассказал, как ты догадался обо всём этом?

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 211 - Взаимность

— Это потому что я умею читать между строк, — ответил Юншин.

— Иногда бывает горе от ума. Было бы неплохо, будь ты немного глуповат, — сказал Сехон.

Юншин усмехнулся.

— Ты серьёзно? Я что, ребёнок? Ты чрезмерно меня опекаешь. Я в состоянии нести ответственность за свои действия. Всё пройдёт быстро и легко, если ты просто примешь моё заявление об отставке.

— Я же сказал тебе — нет. Это часть моего замысла. Не вмешивайся в него, как тебе захочется. Более того, в моих силах решить вопрос с твоим заявлением об отставке. Попробуй ещё хоть раз пропустить своего непосредственного начальника. Я расценю это как игнорирование меня с твоей стороны и применю дисциплинарные меры.

— Старший адвокат!

— К твоему сведению, я беру взятки.

Средний палец Сехона коснулся его красных губ, приказывая Юншину поцеловать их. Юноша слегка прижался к влажным губам партнёра и после этого увидел как придавленная кожа возвращается к изначальной форме. Юншин не решился продолжать говорить что-либо.

Юноша знал, что будет помехой, но он зашёл уже слишком далеко, чтобы повернуть назад. Он хотел остаться в компании пока может, а затем уйти со всем бременем, но Сехон не позволил – он поймал Юншина в ловушку тонких нитей судьбы. Но всё равно юноша всегда пытался делать по-своему. Тем не менее, раз старший адвокат так сильно противится этому, Юншин не мог действовать необдуманно, ставя его в «Уловку-22»*.

В конце концов юноша вскочил, вцепился в подлокотники кресла Сехона и грубо поцеловал старшего адвоката. Мужчина естественным образом наклонил голову в противоположную Юншину сторону. Их рты одновременно открылись и обеспечивая беспрепятственный доступ их разгорячённой, влажной плоти. Сехон следовал за юношей в его неумелом, но старательном поцелуе. Поскольку они искали тепло друг друга, их губы встретились и слились вместе.

— Хн-н-н, нгх...

Тем, кто это начал, был Юншин, но прежде, чем он понял, Сехон начал вести. Естественно с губ юноши сорвался слабый стон.

Рука Сехона скользнула под рубашку Юншина и погладила его спину, в то время как другой рукой он потёр выпуклость юноши. Удивлённый прикосновением, он схватил старшего адвоката за плечи. Затем он медленно высвободился изо рта Сехона. К моменту, когда их губы разъединились, нижняя губа юноши блестела от слюны.

Сехон облизал губу Юншина, после чего усадил юношу к себе на колени.

— Я только недавно узнал об этой неожиданной стороне своей личности, но мне нравится нынешнее положение дел.

Юншин тут же с недоверием парировал:

— Обзавёлся слабостью? Ты говорил, что тысячу раз спрашивал себя, правильно ли поступаешь.

— Независимо от того, сколько бы я ни размышлял об этом, ни изучал детально или анализировал, вывод всегда был один. Всё очевидно. Впервые я решил задачу с единственным ответом. Не было причин разрабатывать сценарий или делать предположения. Не было причин создавать уравнения для расчёта. Для меня это было легче всего. Это было так же просто, как очевидный халявный вопрос на экзамене.

Юншин удержал себя, чтобы не спросить, сожалеет ли Сехон об этом, несмотря на то, что он пришёл к такому выводу. Юноша чувствовал, что задавать этот вопрос, когда они только в начале отношений, было слишком трусливо с его стороны. Кроме того, он боялся. Боялся, что Сехон даст ему честный ответ, который он слышать не хотел.

Если бы старший адвокат сказал, что сожалеет, Юншину бы пришлось что-то с этим делать, но ему совсем не хватало мужества, чтобы отпустить Сехона. Он слишком сильно желал Сехона, чтобы отступиться от него.

Юншин молчал, чтобы скрыть своё беспокойство, и, к счастью, Сехон продолжил:

— Останься со мной на выходные.

— У тебя есть время? Ты был занят всю неделю. Скорее всего у тебя куча дел.

— Да, это так. Я могу поработать, пока ты рядом.

Юншин склонил голову в замешательстве, не сразу поняв Сехона. После подтверждения своих чувств, они провели несколько выходных вместе. До сих пор они могли проводить время вместе только, когда Сехон говорил, что всё в порядке или когда он вызывал его в силу необходимости. Старший адвокат всегда был погружён в работу, и Юншин не сильно от него отличался, так что он привык к такому распорядку и чувствовал себя комфортно.

Однако Сехон пытался изменить рутину, которую они поддерживали.

— Ты говорил, что не можешь сосредоточиться, когда я слоняюсь поблизости, — сказал Юншин.

— Думаю, я бы хотел вмешательства и нарушения концентрации.

— Тогда... Не хотел бы зайти ко мне?

— Звучит здорово.

— Ты не хочешь отдаляться от меня ни на секунду? Я тебе так сильно нравлюсь?

— Ага.

Он ответил так легко, что Юншин потерял дар речи.

— Вместо того, чтобы только я был рядом с тобой, хотелось бы, чтобы ты тоже был рядом со мной.

Юншин думал, что запросит слишком много, если захочет разделить с Сехоном всю жизнь, а не малую её часть. Конечно, временами Юншин показывал свои чувства глазами, жестами, телом и отношением к жизни, но жизнь Сехона до сих пор была исключительно независимой, поэтому ему требовалось определённое время и усилия, чтобы это изменить. Шаг за шагом они шли навстречу друг другу. Однако в последнее время Сехон был другим. Он был крайне нуждающимся и нетерпеливым.

Казалось, что он был готов полностью разрушить тот образ жизни, который вёл до сих пор.

*«Уловка-22» – логический парадокс, состоящий в том, что попытка соблюдения некоторого правила сама по себе означает его нарушение. Термин был введён в одноимённом романе американского писателя Джозефа Хеллера (1961):

«Уловка 22» разъясняла, что забота о себе самом перед лицом прямой и непосредственной опасности является проявлением здравого смысла. Он был бы нормальным, если бы человек захотел перестать совершать боевые вылеты; но если он нормален, он обязан летать. Если он летает, значит, он сумасшедший и, следовательно, летать не должен; но если он не хочет летать, — значит, он здоров и летать обязан».

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 212 - Взаимность

Юншин был потрясён, но в то же время так рад, потому не знал, что делать. Он отвёл взгляд и зажмурился. Затем, вернув взор обратно к лицу Сехона, посмотрел ему в глаза.

Сехон поймал взгляд юноши. Юншин никогда не узнает всего, но с самого начала мужчина, наверное, ни разу не отвёл своего взгляда. Мысль об этом заставляла Юншина смущаться.

— Моё лицо, случаем, не красное?

И в этом ничего удивительного.

Сехон молча кивнул.

Юншин сжал и разжал руку, после чего коснулся длинных и прямых пальцев возлюбленного.

Чем больше он прикасался к старшему, тем теплее и краснее становилась его фарфоровая кожа.

* * *

Стол Юншина в гостиной был завален документами и девайсами. Там были три ноутбука, четыре планшета, различные папки и рядом со столом стояла акриловая доска. Он довольно эффективно использовал пространство, тем не менее места, чтобы присесть или встать, не было.

Сехон подкатил кресло на колёсиках и сел напротив доски. После чего стал наблюдать за спиной Юншина, пока тот что-то чертил на акриловой поверхности.

Они всё ещё находились в процессе медиации, но оба готовились к судебному иску Игён. Юншин хотел участвовать на всех этапах, поэтому, по возможности, они вдвоём уделяли время просмотру документов.

— Если другая сторона займёт ожидаемую нами позицию... Моя сестра должна будет доказать, что не состоит в отношениях со своим секретарём. Жена Юнджин Констракшн сказала, что готова стать свидетелем по этому пункту...

Юншин сделал шаг назад, чтобы посмотреть на блок текста, написанный им.

В этот момент Сехон обвил рукой тонкую талию юноши. В мгновение, пока Юншин был застигнут врасплох, старший адвокат медленно притянул его к себе. юноша спешно закрыл маркеры и, не имея другого выбора, сел на колени Сехона. Он лениво погладил худое тело юноши, прижавшееся в нему, и звучно поцеловал плечо и спину Юншина.

Сехон глубоко вздохнул и расстегнул пряжку Юншина. Он опустил молнию, потянул вниз переднюю часть и завёл руку в образовавшееся пространство.

Он медленно погладил член, уложенный сбоку, и Юншин, сидящий на крепких бёдрах старшего, вздрогнул. Юноша выглядел немного встревоженным, в отличие от остальных случаев, когда он сразу же реагировал на прикосновения Сехона.

— Адвокат Кан.

— Не так.

— Сонбэ.

— Так-то лучше.

— Остановись. Ты обещал, что не будешь делать этого здесь. Мы прямо перед фотографией моей сестры и её детей.

Юншин потянулся назад и поднял подбородок Сехона. Затем он повернул голову старшего адвоката в направлении фотографии. Взгляд Сехона остановился на фото Игён с мужем и детьми. Независимо от этого, он просунул руку глубже в штаны юноши. Юншин отпустил подбородок Сехона и вместо него схватил его руку.

— Хнг-х, ах...

Когда Сехон начал непринуждённо обводить очертания члена молодого мужчины, чувствительная плоть начала увеличиваться в его умелых руках, поднимая белый флаг капитуляции.

Вялый член встал настолько вертикально, что казалось, он может прорвать нижнее бельё. Почувствовав это, Сехон воспользовался шансом, чтобы достать пенис Юншина.

Одна рука поддразнивала соски юноши, а другая ласкала затвердевший член. Он потёр отверстие уретры, затем провёл по стволу ладонью вверх и вниз.

Дыхание обоих мужчин стало грубее.

— Мне не... Мне не нравится. М-м-м, подожди.

— Это ты тот, кто не может ждать. Уверен, что тебе не нравится?

— Нет, но подожди. Ох!

Двое сидящих друг на друге мужчин смутно отражались на акриловой поверхности. Юншин продолжал замечать их отражение и фото. Семья на фотографии была похожа на зрителей этого телешоу. Юноша встретился взглядом с улыбающимися глазами Игён и, не в состоянии выдержать это, резко оттолкнул доску. На ножках у неё были колёса, поэтому одна сторона доски с резким скрипом отъехала.

Наконец, Юншин схватил Сехона за бёдра, находящиеся под ним, и потёрся ягодицами о старшего мужчину. В ответ старший адвокат прижал свой член к юноше через одежду, отстранился и повторил это снова, всё больше возбуждая друг друга. Чем быстрее Сехон стимулировал Юншина, тем крепче становилась хватка молодого человека на бедре старшего.

— Ах, сонбэ... Можем мы пойти в кровать?

— Или я мог бы войти в тебя здесь, — соблазнительно прошептал Сехон на ухо юноше.

Юншин покачал головой из стороны в сторону, краснея, но вслух дал разрешение.

— Нгх, хн-н-н. Хорошо, пожалуйста, сделай это.

— Подожди здесь. Я принесу презервативы.

— Нет, просто сделай это без них. Вставь его прямо сейчас. Ты можешь вычистить свою сперму пальцами позже.

— Ха... — вздохнул Сехон.

Юншин заставил себя откинуться назад, подняв верхнюю часть тела, которая продолжала наклоняться вперёд, и переместил руки. Он завёл обе руки за спину и расстегнул штаны Сехона.

Звук расстёгивающейся молнии был таким возбуждающим, что у Юншина побежали мурашки. Вскоре после этого его рука схватила твёрдый член партнёра. Когда юноша уже собирался высвободить обтянутый тканью пенис...

Вррр. Врррр.

Чей-то телефон начал громко вибрировать на столе. Учитывая, что вибрация не прекращалась какое-то время, должно быть, это был звонок. Оба мужчины замерли в один момент. Юншин успел достать руку из-под нижнего белья Сехона и он вздохнул, прислонившись к груди старшего адвоката.

— Это твой?

— Нет, похоже, что твой, — сказал Сехон.

Юншин оглянулся, и как только увидел, кто звонит, он сильно вздрогнул.

Он бросил на Сехона извиняющийся взгляд и встал с его колен. Однако, стоило ему ответить на звонок, наклонившись при этом к столу, Сехон дёрнул висевшие на бёдрах Юншина штаны вниз. Словно этого было недостаточно, он уткнулся лицом в промежуток между ягодицами и облизал эту область.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 213 - Разработка

Юншин открыл рот от удивления, когда услышал голос сестры на другом конце провода.

— Юншин? Ты тут?

— Да, Игён... — громко выдохнул Юншин.

— Юншин?

Остроконечный язык старшего мужчины проник в дырочку юноши, полный решимости пронзить внутренние стенки, и Юншин не смог сохранить самообладание. Он изо всех сил пытался оттолкнуть Сехона, но безрезультатно – хватка старшего адвоката была сильнее. Не имея другого выхода, юноша собрал все остатки своей силы и вырвался из лап партнёра. Он бросил осуждающий взгляд на Сехона, который просто сидел и ему ухмылялся.

Сехон опёрся подбородком на руки и прищурил глаза, обдумывая новое нападение на Юншина. Почувствовав опасность, юноша поднял руку, прося старшего мужчину подождать. Невзирая на это, Сехон приблизился к нему. Он схватил Юншина за нижнюю челюсть и поцеловал его. Наконец, ему удалось полностью снять трусы юноши, висевшие на его икрах.

Сехон отбросил одежду на диван и схватил член Юншина. Он очертил уретру юноши, как делал это раньше. Удивлённый, Юншин стал извиваться и укусил Сехона за запястье со всей силы.

— Угх...

Пока Сехон осматривал следы зубов на своей коже, Юншин быстро подбежал и надел штаны. Когда он наконец-то пришёл в себя и поднёс телефон к уху, Сехон подошёл, облизнулся и одними губами сказал:

— Ням.

Юншин нахмурился, в ответ на это Сехон пожал плечами, перед тем как вернуться за стол.

— Юншин! Юншин, ты в порядке?

Юноша услышал, как его звала сестра.

Юншин посмотрел на невозмутимого Сехона и стиснул зубы. Он сделал несколько шагов назад и плюхнулся на край дивана, отвернувшись от Сехона.

— Прости, Игён. Я просто кое-что пролил и вытирал это. Я в порядке. Что случилось?

— Когда ты завтра пойдёшь на работу, мог бы попросить адвоката Кана связаться со мной? Ничего срочного, но у меня есть ещё несколько документов для него. Я знаю, что старший адвокат Кан не отвечает на звонки клиентов в выходные, поэтому я с ним не связывалась. Ещё я хотела услышать твой голос, поэтому позвонила.

— О... адвокату Кану. Хорошо, передам.

Юншин почувствовал укол вины, говоря о Сехоне так, словно его не было в комнате. Он взглянул на старшего адвоката, который всё так же сидел на своём месте, но его глаза были прикованы к планшету. Сехон, естественно, знал, что речь шла о нём, но судя по тому, что не смотрел в сторону Юншина, он хорошо представлял, о чём разговор.

Пока юноша наблюдал за профилем мужчины, наклонив голову в сторону, он почувствовал волну всепоглощающей нежности и слегка прикусил губу. Но он быстро отвлёкся, поскольку Игён продолжила говорить:

— Ты хорошо питаешься на работе?

— Конечно, — ответил Юншин.

— Скажи мне, если тебе что-нибудь понадобится. Я постараюсь достать это тебе.

— Хорошо. Как дети?

— Спят после перекуса.

Юншин планировал спросить о своём зяте, но в итоге решил его не упоминать – в последнее время это вызывало постоянное беспокойство. Они лишь обменивались скучными комментариями.

Учитывая, что она жила в роскошном доме, если она постарается, то не пересечётся с мужем. Тем не менее ей должно быть некомфортно жить в одном доме с человеком, с которым рассталась. Юншин мог понять её чувства, поэтому старался следить за своими словами.

— Эм, Игён. На самом деле я работал. Как насчёт того, чтобы встретиться и поговорить о важных вопросах?

— Но сейчас выходные. Тебе нужно отдохнуть.

— Я постараюсь.

— Ладно, хорошо. Как насчёт следующей недели? Мне кажется, ты становишься худее каждый раз, когда я тебя вижу, поэтому угощу тебя чем-нибудь вкусным.

— Я сообщу твоему секретарю, в какие дни буду свободен. Тогда увидимся.

— Хорошо, работай усердно, но делай перерывы. Береги себя.

— Конечно, — ответил Юншин, и Игён положила трубку.

Юноша посмотрел на теперь уже чёрный экран, и ненадолго задумался, прежде чем очнуться. Он подошёл к Сехону.

Только тогда старший мужчина взглянул на него, держа документы в руках. Он больше не был заинтересован в подшучивании над Юншином. Его глаза были спокойны, словно ничего не произошло. Сехон всегда был таким, когда погружался в работу. Эта сторона старшего адвоката иногда заставлял юношу чувствовать себя подавленным, но чаще всего он думал, что Сехон выглядит круто. Почувствовав смущение от собственных мыслей, он быстро сказал:

— Дай посмотреть на твоё запястье. След остался?

Сехон охотно показал свою левую руку. Юншин внимательно осмотрел крепкое запястье партнёра. К его облегчению, след был не глубоким и, похоже, скоро пропадёт.

— О чём ты думал, когда делал это, пока я по телефону разговаривал? Ты мог бы продолжить после окончания звонка.

— Я потерял запал. Что твоя сестра сказала?

— Она хочет, чтобы ты позвонил ей завтра. У неё есть ещё документы для тебя. Ты только что читал ответ от Сухан? Ты ведь уже прочёл весь.

— Он безукоризненный даже после повторного просмотра. Это соответствует стилю юридического советника Сухан. Они оставили только необходимые части.

— Может, потому что все дела похожи, но судьи по семейным делам особенно любят краткое изложение.

— Документы – половина бракоразводного процесса. Значит, написать – уже половина успеха. Тебе будет трудно контролировать свой тон, когда будешь разрабатывать проект по этому делу. Но всё будет в порядке, поскольку ты пишешь просто, и оно легко читается. О, присядь сюда на минутку.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 214 - Разработка

Сехон положил документы, которые держал в руках, и указал на стул. Юншин, неловко стоявший рядом, сел. Старший адвокат сразу продолжил:

— Посредничество не является формальностью, но другая сторона тоже готовится к судебному процессу. По моим прогнозам, мы выиграем первый суд. Однако, даже если твой зять проиграет, он задействует все доступные каналы, включая иск о взыскании алиментов и разделе семейного имущества.

— Что ж, раздел имущества – это то, что может инициировать виновный супруг.

— Они знают, что проиграют, поэтому победа не является их конечной целью. Они стремятся отдать настолько мало, насколько это возможно. Чтобы так случилось, Игён должна быть злодейкой. Скорее всего ты уже знаешь, что они начнут наносить удары по её репутации ещё до начала судебного процесса.

Вместо возражений Юншин лишь кивнул.

— Помимо вещей, которые мы собрали, есть ли у тебя какие-либо ещё идеи о том, что может быть использовано, чтобы навредить ей? — спросил Сехон.

Юншин начал яростно копаться в своей памяти, выуживая все моменты, которые ранее рассматривал. Ему было необходимо знать, на кого будет нападать его зять, чтобы подготовить подходящие ответные меры, поэтому он уже обдумал все возможные пути, которыми тот мог запятнать репутацию его сестры. На самом деле Сухан начала пользоваться этими методами, чтобы склепать сплетни для женских журналов и того подобного, атакуя имя Игён.

Большинство статей было о банальных вещах. Например, когда она небрежно относилась к просьбе из-за своих обязанностей, в результате чего её свекровь посещала семейные мероприятия вместо неё. Или случаи, когда семья ей говорила, что её секретарь раздражающий, но она отказалась его увольнять, поскольку он был другом её отца, которому она доверяла.

— На ум ничего не приходит. Самым сильным доводом, вероятно, является отказ спать с мужем, о котором я говорил в прошлый раз. Это случилось немногим после рождения её второго сына – у неё была лёгкая послеродовая депрессия, что подтверждают её медицинские записи. Пока они не сфабрикуют небылицу, не думаю, что найдётся что-то ещё.

— Нет, они обязательно сделают что-то из ничего. Юридический отдел конгломерата – коллектив творческий.

— ...

— Вроде, ты сказал, что встретишься с ней скоро, вот и перепроверь, не упустил ли ты что-нибудь. Ей будет проще ответить тебе, нежели мне. Не страшно, даже если это что-то очень тривиальное. Нам необходимо знать всё, что они могли бы использовать заранее. Давай устраним все риски по максимуму.

— Хорошо.

— Отлично. Тогда, прежде чем мы углубимся в суть дела, держа в голове предварительные слушания, не мог бы ты составить аффидевит*?

Юншин, метаясь между удивлением и радостью, указал на себя.

— Я?

— Не хочешь?

— Не то, чтобы не хочу...

— Напиши настолько хорошо, насколько сможешь. Я использую его, чтобы проиграть в голове несколько симуляций.

Если к концу процесса медиации не удастся достичь соглашения, будет назначена дата первого слушания. Каждая сторона должна будет представить доказательства в поддержку своих заявлений, чтобы попытаться достичь выгодного судебного решения. Сехон сделал Юншина ответственным за критическую отправную точку.

Юншин сам не до конца осознавал это, но был так счастлив, что напугался.

— Но это самая важная часть.

Чего следовало ожидать, беспощадный Сехон тут же отказался от своих слов.

— Забудь, раз не можешь этого сделать.

— Нет, подожди. Ты уверен, что я могу это сделать? Я боюсь.

— Если тебя пугает это, то как ты спорил в суде в гордом одиночестве до этого момента?

— Это потому что процесс ощущается более реальным, когда ты вовлечён в него. Тогда, если я напишу предварительный вариант будущего аффидевита...

Несмотря на то, что у него была причина, он не смог озвучить её и замолк.

Словно прочитав мысли Юншина, Сехон ответил:

— Для начала просто напиши его, я отредактирую и укажу на ошибки, так что не испытывай большого давления.

— Ничего, если я напишу плохой проект?

— Ты справишься. Ты уже хорошо работаешь.

Возможно из-за того что это сказал Сехон, похвала от которого была редкостью, Юншин почувствовал, словно летит. Он не был уверен, но точно чувствовал, что это было восхваление по сравнению со словами секретаря Така, что «так себе» являлось комплиментом. Это всё могло быть запудриванием мозгов, чтобы заставить его почувствовать себя лучше, но Сехон не был из тех, кто говорит пустые слова лишь из лести.

Юншин колебался, но затем протянул руки, прося обнять его. Сехон придвинул к себе стул молодого человека. После этого он снял выпавшую ресничку со щеки юноши и сжал его в своих объятиях

Естественным образом они оба приблизились, их губы встретились. Их мягкая плоть сплелась, и они страстно поцеловались, переплетая свои языки. Словно пытаясь завершить задачу, которую откладывали, они пытались избавить друг друга от одежды. Внезапно телефон Сехона завибрировал.

Они разъединили свои влажные губы, и их взгляды устремились на стол. Ранее их интимный контакт прервала сестра Юншина, но в этот раз это был секретарь Так.

— Вероятно, сегодня не наш день. Тебе нужно ответить.

— Это заставляет меня желать сделать это ещё сильнее.

— Меня тоже.

— Я быстро закончу разговор, так что не одевайся и жди меня голым, — шутливо сказал Сехон и ответил на звонок.

— Да, секретарь Так.

— Вам удобно говорить сейчас? У меня срочные новости для вас. Если вы на улице, думаю, будет лучше найти уединённое место для этого разговора. Речь о внутренних делах компании, — сказал секретарь Так.

* Аффидевит – это документ, в котором под присягой вы излагаете определённые факты о себе, которые вносятся на специальный нотариальный бланк установленного образца, и заверяется нотариусом. Используется для легализации документов и бумаг.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 215 - Семь лет

В отличие от обычного, голос секретаря звучал осторожно, будто он – агент под прикрытием, тайно отчитывающийся о своих успехах. Сехон мог ощутить нотки тревоги и напряжения. Интуитивно он понимал, что не имеет значения, большая или маленькая, есть проблема, которую нужно решить. Сехон взглянул на Юншина и спокойно ответил:

— Всё в порядке. Продолжай.

— Дело в том, что кое-как мне удалось прочитать сообщение, которое адвокат Сон послала в фирму. Похоже, Сухан начали действовать напористее из-за развода, которым вы занимаетесь прямо сейчас. Они расторгли критически важный деловой контракт ни с того ни с сего. Она вышла из себя и вызвала всех партнёров, кроме тебя.

Услышав это, Сехон погладил Юншина по щеке и безучастно ответил:

— О, правда? Повиси на линии минутку.

Сухан начали давить на Догук. Отзыв документов был демонстрацией их позиции, что если Догук не послушается, они перекроют кормушку.

Сехон рассудил, что неразумно продолжать это обсуждение, когда Юншин в комнате. Юноша внимательно наблюдал, как Сехон продолжает разговор, Сехон потрепал Юншина по лбу. Затем он прикрыл микрофон рукой и прошептал Юншину:

— Это насчёт поглощения. Я должен заглянуть к себе домой, чтобы проверить кое-какие документы.

В ответ Юншин уставился на него блестящими глазами, словно говоря, что мог бы сам захватить необходимые документы вместо него, но увидев твёрдое выражение лица Сехона, понимающе кивнул. Награждая Юншина за послушное поведение, он приподнял подбородок молодого человека, поцеловал в губы и встал.

Юншин быстро поднял пиджак Сехона и накинул на плечи старшего мужчины. Выходя из квартиры, Сехон поправил его и пошёл по коридору.

Он вошёл в открытую уличную зону для курения и оказался на холодном воздухе. Поджёг сигарету, вытащенную из нагрудного кармана, и прихватил её губами, затем спросил:

— У какой команды они забрали дело? Учитывая, что я об этом не слышал, не похоже, что это был случай, касающийся корпорации или торговли.

— Финансы. Сказали, что это только начало.

Сехон уже знал, что Сухан смотрит на Догук как на простого подрядчика, которым можно вертеть как угодно. В связи с этим, он не так давно передал кое-какие отчеты Михи. В день, когда мужчина белым по чёрному написал, что добровольно уйдёт в отставку, когда у Догук начнутся проблемы, он передал Михи отчёт о предполагаемых действиях, которые Сухан может предпринять, чтобы притеснить компанию. Как он и написал, первой целью оказалось финансовое право.

За эту область отвечала Михи, так что она бы, вероятно, могла со своей стороны договориться о сделке, но этот вопрос мог бы быть передан в отделы других партнёров, включая налогообложение, слияние или консультацию по поглощениям. В то же время, корпоративные налоги и таможенные тарифы, входящие в Догук должны уйти вместе с частью адвокатов. Сехону нужно уволиться из фирмы до того, как это случится.

— Что замыслили адвокат Сон и другие партнёры? Вышвырнуть До Юншина?

— Нет. Думаю, они попытаются поймать Вас на нарушении закона об адвокатах.

Сехон выдохнул, его вздох растворился в ночном воздухе. Невозмутимо ответил:

— О-о-о, правда?

Если бы они были решительно настроены докопаться до чего-то, то было несколько вещей, на которых бы он мог попасться. С другой стороны, если бы Сехон был решительно настроен, у него бы хватило пространства выскользнуть.

Мыслительный процесс Михи был довольно прост. Даже с большими потерями для фирмы она собиралась вывести его из строя, подловив на пустяках. Очевидно, она пыталась заставить его заняться залатыванием прошлых ошибок, чтобы лишить времени заниматься разводом.

— Вы довольно невозмутимы. Даже не волнуетесь?

— Я самый высокооплачиваемый юрист фирмы. Их бравада не продлится долго.

— Старший адвокат! Вы же знаете, что дело не в том. Это убьёт команду. Нечестно.

— Когда собрание?

— Сегодня в 22 часа в зале, где партнёры проводят встречи с людьми, не работающими в фирме. Собираетесь пойти?

В зависимости от его действий, встреча могла состояться по расписанию или быть отменена.

— Зачем мне, такому незваному гостю, приходить? Я собираюсь встретиться со старшим адвокатом Сон, зачинщиком. Вешаю трубку.

— Пожалуйста, позаботьтесь об этом как следует. Буду надеяться на лучшее. Увидимся завтра, — произнёс секретарь Так взволнованным тоном, и Сехон повесил трубку. Он нащупал в кармане ключи от машины. К счастью, ему не нужно было волноваться о трате времени и сил на то, чтобы идти домой.

Он подошёл к лифту и отправил сообщение Юншину о том, что будет поздно. Затем проверил время. Встреча в 22:00, значит, возможно, Михи сейчас дома.

Михи была не из тех, кто совершает много ошибок. Быть такого не могло, чтобы она позволила секретарю Таку случайно прочитать о такой важной встрече. Она знала, что секретарь дружен с Сехоном и хотела, чтобы тот услышал эту новость. Таким образом, была ещё одна причина, по которой она бы ждала его визита.

Сехон поигрался с ключами. Когда лифт прибыл на цокольный этаж, он немедленно вышел, сел в один из своих седанов и схватился за руль. До этого момента он притворялся невозмутимым, но тут терпение закончилось.

Сехон крепко сжал руль и нахмурил брови:

— Чёрт побери! Она напрашивается на драку?

Сехон прикусил нижнюю губу и агрессивно тронулся с места.

Требовалось пятнадцать минут, чтобы дойти до дома Михи пешком. На машине было даже быстрее. На этом небольшом отрывке пути Сехон вёл автомобиль крайне агрессивно. Он не был в ярости из-за того, что его позиция в фирме была под угрозой. В худшем случае он больше никогда не сможет зарабатывать на жизнь как юрист, но мог бы начать всё сначала в другой области. Сехон вкладывал все свои силы в каждую минуту работы, но не был особенно привязан к ней.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 216 - Семь лет

Сехон был крайне разочарован в том, какой высокомерный метод выбрала адвокат Сон, чтобы помешать ему, контролируя ситуацию. Кроме него был лишь один человек, кто бы мог сподвигнуть его к действиям — До Юншин. Она ошиблась, проигнорировав это.

Врум. Сехон резко затормозил перед подъездной дорожкой Михи и направился прямиком к входной двери. Он раздражённо ударил кулаком по звонку и вскоре дверь открылась. Его встретило знакомое лицо. Михи взглянула на свои часы и затем пригласила Сехона войти:

— Ты пришёл, адвокат Кан. Раньше, чем ожидалось.

Без какого либо ответа он прошёл вперед и сел на диван в гостиной. Михи спросила в затылок Сехону:

— Хочешь чая?

— У меня нет времени на то, чтобы попивать чаёк из-за острой боли в спине. Просто сядь.

— Сехон.

— Сядь, — низкое рычание прозвучало иначе, чем обычно. У неё не было выбора, кроме как сесть рядом. Сехон небрежно откинулся на спинку дивана и холодно произнёс:

— Я сказал, что уйду из фирмы, если это будет необходимо. Говорил несколько раз. Думал, что это положило конец нашей дискуссии, так почему же ты пытаешься сейчас наебать меня? Я должен подать этот иск. Уже решил, что так и сделаю. Если моё присутствие тебе мешает, тогда подпиши моё заявление об увольнении вместо того, чтобы удерживать меня подобными дешёвыми трюками.

— Я не собираюсь отказываться от тебя. Ты же знаешь, сколько стоишь. Если не хочешь беспокоиться об этом, убери свои руки от дела о разводе.

Сехон выплёвывал каждый слог сквозь зубы:

— Это мнение Сон Михи? Полагаю, что это не так.

Она задумалась, размышляя, стоит ли признаться ему честно, затем спокойно покачала головой. Она сделала это, зная, что не сможет одурачить Сехона.

— Серединка на половинку. Со мной связался юридический отдел Сухан. Они сказали, что смогут закрыть глаза на то, что мы оставим адвоката До и возьмёмся за судебный процесс До Игён. Похоже, они знают, что у вас есть некоторые улики… Они бы могли не обращать внимание на то, что наша фирма занимается этим делом, но не хотят, чтобы ты был причастен.

Сехон усмехнулся из-за нелепости прозвучавшего:

— Все оппоненты ненавидят меня. Даже половине собственных клиентов я не нравлюсь, потому что наглый и дорогой, несмотря на то, что отрабатываю их деньги. Что тут нового для тебя?

— Им правда это не понравилось. Ты слишком мозолишь глаза, а Сухан знают, как ты работаешь. Так что это не просто предупреждение. Может, что-то сделаешь с этим? Я тоже иду на компромисс. Мы можем взяться за это дело, но поручи его другому сотруднику. Пожалуйста?.. Ты же знаешь, что все наши адвокаты умны.

— И будут ли эти умные адвокаты выполнять свою работу как следует? Нет, даже если ты передашь дело партнёру, разве не станет он относиться к работе халтурно?

— Ха... Не нужно так поступать со мной.

— В тот момент, когда я взял До Юншина себе в помощники, все мои долги перед вами были списаны. Скажи это тому, кто всё ещё расплачивается за долги и услуги.

Она выглядела немного обиженной его ледяным отказом, затем повысила голос:

— Заставляешь меня тебя ненавидеть. Как долго я буду оставаться для тебя чужой? Как можно быть таким холодным, несмотря на то, что мы знакомы уже двадцать лет?

— Мы были бы чужими, даже если бы знали друг друга двести лет.

— Может, для тебя, потому что ты придурок, но не для меня! Если ты правда не можешь сдаться, то попроси меня помочь! Тогда, даже если я буду обижаться на тебя до самой смерти, то стисну зубы и преодолею это. Почему ты решил просто покинуть Догук? Разве мы не можем работать вместе над всем этим? Я хороша в подсчёте выгод и потерь, но иногда могу слепо довериться давнему другу. Пожалуйста, просто оглядись вокруг хоть раз.

Сехон не стал возражать, хоть и видел, что она расстроена. Вместо этого он сохранил молчание. Казалось, он размышлял над возможностью, о которой никогда раньше не думал. Выпалив всё это, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

После того, как Сехон погрузился в мысли, а дыхание Михи выровнялось, на какое-то время воцарилось молчание.

Прерывая тяжёлое молчание, Сехон произнёс:

— Что ты хочешь? Чтобы я умолял? Это тебя не удовлетворит.

Вновь собравшись, Михи искренне ответила:

— Конечно, мне может потребоваться ещё какое-то условие. Но я хочу сказать, что, принимая во внимание нашу дружбу, я бы могла проявить чуть больше щедрости и непредвзятости к тебе.

Было очевидно, что Михи, считающая Догук своей жизнью, хотела того же от Сехона. Она хотела сделать их фирму известной и повысить ценность имени. Хотела создать лучшую фирму в их области, настолько сильную, чтобы та не дрогнула и не обрушилась, даже если бы внешняя сила попыталась вмешаться. Она отчаянно нуждалась в содействии Сехона, чтобы достигнуть этого. Однако для этого ей было нужно, чтобы он надолго остался в Догук.

И неудивительно, что она заявила о своём условии:

— Семь лет.

Сехон застыл, не делая ни малейшего движения, и уставился на неё. Михи продолжила:

— Я хочу, чтобы ты оставался в фирме, пока я не устроюсь должным образом на позиции директора. Так что семь лет. Если бы вы с адвокатом До могли зацепиться в фирме на семь лет... Я бы могла помочь вам с этим судебным процессом, используя все ресурсы фирмы. И, конечно, я не буду против, если ты возьмёшь лидерство на себя.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 217 - Сделка «на расстоянии вытянутой руки»

Скептически настроенный Сехон прервал её и усмехнулся.

— Тебе нужен раб или кто-то в этом роде?

— Ты же знаешь, я не это имела в виду.

— То, что я тяну лямку практически в одиночку, не значит, что я ломовая лошадь. Ненавижу, когда меня ограничивают и обуздывают. Всего мгновение назад ты спросила, долго ли мы будем будто незнакомцы, зная друг друга при этом 20 лет, но уверена ли ты, что знаешь меня достаточно хорошо?

— Так и есть. Я хорошо тебя знаю, поэтому заключила с тобой соглашение так, что ты можешь уйти в любой момент, если передумаешь. Но после полученного от тебя заявления об уходе, я лишилась сна, опасаясь, что ты уйдёшь в другую фирму. Если твоя новая компания столкнётся с нашей, ты не остановишься ни перед чем, чтобы сравнять Догук с землёй. Я не вынесу этого.

— Так ты говоришь, что поможешь с судебным процессом, поэтому я должен замолкнуть и остаться в Догук на семь лет.

— Адвокат Кан. Я имею в виду 10 лет – к тому моменту потенциальные потери от разрыва отношений с Сухан и её дочерними компаниями будут исчисляться миллиардами. Я говорю, что обмениваю всё это на тебя, потому что ты этого стоишь. Да и тебе комфортно работать в Догук.

Поскольку он долгое время проработал там, ему было очень комфортно в Догук, как она и сказала. Из-за того, что он внёс большой вклад в работу фирмы, внутренняя среда была полностью оптимизирована под него. Рассматривая одни лишь условия, эта сделка не была плохой для Сехона. На самом деле, он мог сказать, что Михи ради него из кожи вон лезет.

Однако ему не нравилась мысль, что ему придётся остаться тут против воли. Быть скованным и подконтрольным — вещи, которые Сехон ненавидел больше всего. Также он никогда не делал того, что не хотел, за исключением роковой влюблённости в Юншина.

Он провёл указательным пальцем по губам и глубоко задумался.

После чего вдруг встал.

— Я не думаю, что это тот вопрос, который я должен решать на месте. Давай продолжим обсуждение завтра, — холодно объявил он и повернулся к выходу.

Михи спешно последовала за ним. Пока онинамеревался быстро покинуть её дом, она следовала за ним как можно ближе.

Провожая его, она использовала каждую возможность, чтобы довести дело до конца.

— Я собираюсь отменить партнёрскую встречу. Дай мне ответ, после того как переспишь с этой мыслью. Буду ждать хороших новостей.

Сехон не ответил. Он ни разу не обернулся и хладнокровно покинул дом Михи. Мужчина сел в свою машину и чувствовал себя ещё более противоречиво,чемраньше.

Он холодно захлопнул дверь и быстро покинул это место. Стоило ему выехать на основную дорогу, мысли посыпались как снежинки и оседали в его голове.

Если говорить откровенно: чтобы взять ответственность за этот бардак, он думал, что разорвёт связи с Догук до конца года. У Сехона, который рассматривал все возможности, уже имелся в голове план судебного разбирательства, как и своей жизни. Единожды решив, что включит Юншина в свою жизнь, как ещё одного главного героя, пришло время перестроить всё.

Однако Сухан направил свою натянутую тетиву на Догук быстрее, чем ожидалось. В компании началась внутренняя борьба и его план пошёл наперекосяк.

Он думал о предложении Михи, и его лицо медленно становилось каменным.

«Она сказала: семь лет».

Была ли адвокат Сон единственным человеком, на кого в итоге можно положиться?

В отличие от того, когда на извилистой дороге он был одиноким путником, существование Юншина переплелось с его. Это было похоже на попадание в сложную паутину, и теперь его дорожная карта привела к крутым поворотам.

— Эта заноза в заднице заставила меня думать о самых странных вещах...

Пытаясь развеять тревожную атмосферу вокруг себя, Сехон криво усмехнулся и вздохнул.

Действие 25

Дзынь

Двери лифта медленно открылись. Юншин уставился на дисплей, словно Али-Баба, стоящий перед пещерой полной сокровищ, пока не достиг своего этажа и спокойно не вышел. В этот момент, будто ожидав у лифта, его поприветвовал секретарь Так. Юншин собирался обойти его, но секретарь встал позади. Подтолкнув юношу в спину, мужчина повёл его по коридору.

Прежде чем он это осознал, Юншин уже шёл к углу холла. Он нахмурился.

— Что-то случилось?

— Адвокат До, у вас найдётся сейчас минутка?

— Да, у вас есть что мне сказать?

Секретарь Так огляделся по сторонам, словно это и был ответ, затем встал рядом с Юншином. По диагонали от того места, где они стояли, был офис адвоката Сон. Их разделяло несколько метров, но они стояли в таком месте, в котором их было бы легко заметить, если Михи откроет дверь.

У себя в голове Юншин отметил, что дверь была закрыта и жалюзи полностью опущены. Разумеется, он понял, что в кабинете находился посетитель. Наконец он смог понять, почему секретарь Так устроил ему засаду так рано утром.

— Что конкретно вы хотите узнать?

— Зависит от того, что вы знаете. Прямо сейчас адвокат Кан в кабинете адвоката Сон. Исходя из того, что сказал её секретарь, оба старших адвоката пришли на работу на час раньше, словно планировали это.

Юншин уже знал об этом, так как был вместе с Сехоном до того, как тот ушёл на работу. Однако Юншин попытался ответить как можно беззаботнее.

— Разве он не делает так иногда?

— Обычно их встречи длятся около десяти минут, они очень короткие, но прошёл уже час с тех пор, как он зашёл туда. Значит, это не обычное дело. В последний раз адвокат Сон так поступала, когда увольняла партнёра.

Юншин, которому удавалось изображать самообладание, постепенно терял своё хладнокровие.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 218 - Сделка «на расстоянии вытянутой руки»

Юншин плохо спал прошлой ночью из-за всего, что произошло за последние дни. После того как Сехон ответил на звонок секретаря Така и сказал, что ему нужно зайти к себе домой, он вернулся через несколько часов. Когда он вернулся, от него пахло горьким никотином. Кроме того, он смотрел на юношу сложным взглядом.

Он не задавал вопросов, но судя по необычной реакции Сехона, Юншин уже понял, какого рода разговоры имели место быть. Он знал, что это было как минимум не о работе. Он не был уверен точно, что между ними произошло, но скорее всего это было связано с Юншином, чем-то ещё между Михи и Сехоном, или со всеми одновременно – должно быть что-то из этих трёх вариантов. Это подозрение подтвердилось, когда Сехон ушёл на работу на час раньше и сказал, что собирается встретиться с Михи.

Юншин потёр лицо и прислонился к холодной стене. Секретарь Так наклонился к нему.

— Ваша реакция довольно неоднозначна. Так вы в курсе или нет?

Юноша знал, но и не знал одновременно. Лучший способ описать его ситуацию заключался в том, что он закрывал глаза на проблему, потому что боялся правды.

Юншин сменил тему.

— Тогда как много вам известно? Я знаю, что вы связывались вчера с адвокатом Каном. Думаю, вы знаете больше меня.

— Я лишь предупредил его о том, что может произойти в ближайшем будущем, но я понятия не имею, что произошло за выходные. По-настоящему мы узнаем, только если старший адвокат Кан выйдет из этой комнаты...

На мгновение они достигли молчаливого взаимопонимания. Они оба молча смотрели на плотно закрытую дверь. Затем, подумав, что Юншин выглядит встревоженным, секретарь Так тихо пробормотал:

— Часто старший адвокат Сон более уравновешена, чем адвокат Кан. Но с другой стороны, она до странного слаба к людям, которых считает близкими. Она говорит им «нет», но скорее всего в конечном итоге поможет. Ну, по крайней мере, таково моё мнение.

Услышав это, Юншин стал выглядеть намного лучше и повернулся, чтобы посмотреть на секретаря Така. Подсознательно он искал того, кто скажет ему такого рода слова, но поскольку он услышал это от неожиданного человека, он был взволнован.

— Вы правда так думаете?

— Да. На самом деле, оставив привязанность в сторону, если она выдержит это испытание, она приобретёт столько же, сколько потеряет. Если люди увидят, что она защищает вас и адвоката Кана до того, как официально занять место директора, она заслужит доверие сотрудников фирмы. И мы сможем получить огромную выгоду в делах, касающихся конкурентов Сухан, поскольку большинство крупных компаний не ладят друг с другом.

Продолжая подыгрывать, Юншин ответил гораздо более ярким голосом.

— И в самом деле, адвокат Кан слишком ценен, чтобы его терять.

— Конечно. И если быть честным с вами до конца, помимо отечественных компаний, если мы просто возьмём большую нагрузку в делах по международному слиянию и поглощению, мы получим огромную годовую прибыль. И вы... — секретарь Так засомневался.

Юншин сказал самоуничижительным тоном:

— Я не очень хорошо сочетаюсь с Догук.

— Но вы безусловно хороший адвокат. Нравитесь вы им или нет, все это признают. Говорят, что лучший друг меняется каждые десять лет. Пожалуй, пришло время поменяться Догук.

Выслушав уйму оптимистичных замечаний, Юншин чувствовал себя нигилистом в некоторых аспектах. Если бы всё разрешилось так легко, он был бы признателен, но он уже знал, что мир не так добр к простым смертным. Он был более холоден и жесток, чем в данном предположении. И большинство людей, которые создали эту фирму, уже знали это.

В любом случае расклад, который описал секретарь Так, устраивал Юншина больше всего.

Со смешанными чувствами беспокойства и предвкушения он смотрел на дверь кабинета Михи, когда она неожиданно распахнулась. Удивлённый Юншин попытался спрятаться, но, к несчастью, он находился в тупике коридора.

Прежде чем двум мужчинам удалось сбежать, из комнаты вышел Сехон. Острый взгляд неизбежно остановился на них двоих. Они не находились слишком близко, однако ярость была настолько очевидна, что у юноши покалывало кожу. Стоя в неловкой позе, Юншин нерешительно сказал:

— Эм... Секретарь Так, как вы думаете, что мне делать?

— Простите, я тоже занят, пытаясь прикрыть свою задницу. Как насчёт попробовать что-нибудь сказать?

Юншин обменялся взглядами с Сехоном, и когда он взглянул на своего соседа, секретарь Так кивнул, в попытке придать ему мужества. Юншин принял это, и секретарь ускользнул в противоположном от офиса Михи направлении.

Оставшись один на один, Сехон направился к Юншину. Идя в его сторону, старший адвокат просто смотрел на юношу. Сегодня лицо Сехона было особенно нечитаемым.

Наконец Сехон остановился перед ним. Он взглянул на свои наручные часы и нахмурил брови. То, как обеспокоенно сморщилась область между бровями Сехона, длинные и холодные глаза, плавно изгибающиеся перед тем как вернуться в обычное состояние, медленно приоткрывающиеся красные губы и присутствие Сехона висящее в воздухе – Юншину нравилось всё.

— Ты опоздал на пять минут.

— Я приехал вовремя. Я помыл всю посуду, прежде чем прийти сюда.

— Кто говорил тебе это делать? Мытьё посуды, пустая болтовня...

— Я не болтаю попусту.

— Что ты подразумеваешь, говоря, что не делал? У меня глаза имеются, знаешь ли.

— Мы разговаривали о полезных вещах, в какой-то степени... Хорошо, ладно. Я сделал это у тебя за спиной. Нам было интересно, о чём вы разговаривали в том кабинете.

В момент, когда Юншин затронул тему, о которой не мог спросить дома, Сехон сжал губы в тонкую линию. Юноша почувствовал, что сейчас лучшее время, чтобы собрать всё своё мужество, и отдал пас Сехону.

— Должен ли я спросить? Или ты хочешь мне рассказать?

— Похоже, у тебя есть идеи, о чём речь.

— Иногда мой мозг быстро работает без всякой причины.

— ...

— Что будет со мной, нет, с нами? Нам нужно покинуть Догук?

Сделка «на расстоянии вытянутой руки» – это любая сделка, контракт или соглашение между сторонами, в которой покупатели и продавцы действуют независимо друг от друга, при этом ни одна из сторон не имеет влияния или контроля над другой. Это независимые организации, каждая из которых действует в своих собственных интересах.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 219 - Американские горки

Сехон слегка погладил подбородок своей крупной рукой и уставился на невинное лицо Юншина. Затем он наклонился вперёд и прошептал на ухо юноше:

— Есть кое-что, что тебе нужно услышать, но не здесь. Как насчёт того, чтобы выпить кофе наверху?

Покрутив ручку своего портфеля, Юншин кивнул.

* * *

В VVIP конференц-зале на самом верхнем этаже был включён свет. Заперев дверь, они сидели рядом друг с другом на диване в углу комнаты. Перед ними стояли два стакана кофе. Когда они только их купили, стенки были настолько горячими, что к ним было невозможно прикоснуться не прибегнув к помощи рукава, но теперь жидкость по большей части остыла и была тепловатой. До этого момента в комнате царила тишина.

Юншин сделал глоток кофе и взглянул на Сехона, который выглядел погружённым в свои мысли. Почувствовав на себе взгляд юноши, он посмотрел на молодого человека нехарактерными для него ласковым взглядом. Юншин закусил нижнюю губу и сказал:

— Всё в порядке. Я ношу с собой заявление об уходе с момента, как ты вернул мне его.

Юншин открыл свой портфель и достал конверт. Он подвинул его по столу в направлении Сехона. Старший достал бумагу с распечатанными строками угольно-черных символов.

— Я просто беспокоюсь за тебя. Должно быть, у тебя появилось больше трудностей с начала наших отношений.

— Трудности, чёрт возьми. Я говорил тебе не заниматься этим дерьмом. Мои приказы шутка для тебя?

Сехон бросил документ обратно на стол и закинул ногу на ногу. Он повернулся к Юншину и осуждающе на него посмотрел. Его горделивый, но при этом взволнованный взгляд был таким же, как когда-то давно.

Юншин был немного сбит с толку реактивным ответом Сехона.

— Я не прав?

— Ты всегда думаешь слишком много. Ты ошибаешься, идиот.

Сехон закрыл глаза, коснулся лба, затем снова посмотрел на Юншина.

— Адвокат Сон заключила со мной сделку.

Собирался ли Сехон рассказать ему что-то позитивное, как надеялся секретарь Так, или наоборот? Юншин не скрывал беспокойства на лице и непрерывно смотрел на старшего адвоката. Сехон сказал:

— Догук может защитить тебя.

— Нет, не меня, что насчёт тебя? Начни с этого.

— Я говорю о себе.

Юншин наклонил голову, будучи не в силах следить за бессвязным разговором, который они вели, прежде чем понял, к чему клонит Сехон. Старший говорил, что они в одной лодке. Скорее всего, на это и ссылался мужчина.

— Она попросила нас обоих остаться здесь?

— Ага. Старший адвокат Сон сказала, что хочет, чтобы я остался здесь в качестве адвоката-партнёра до тех пор, пока она не станет директором. А я хочу тебя. Это условия, о которых каждый из нас запросил.

Юншин согласно кивнул и его лицо порозовело. Они были в самом разгаре серьёзного разговора, и он знал, что сейчас неподходящее время для отвлечений, но каждый раз, когда он слышал небольшие проявления чувств Сехона, воплощённые в словах, у него всегда голова шла кругом. Он провёл большим пальцем по гладкой руке старшего адвоката, по холмистой поверхности костей и суставов.

Сехон продолжил:

— У неё много связей с другими компаниями, поэтому, даже если наши отношения с Сухан испортятся, она планирует сделать всё возможное, чтобы минимизировать потери. Ну, потребуется время на налаживание отношений с другими компаниями до такого же уровня, как были с Сухан, но она сказала, что пойдёт на этот риск. Также, наверное, она думала, что было бы расточительством не воспользоваться информацией, которую я имею. Я и не думал, что подтвержу свои чистые активы* таким образом.

— Я не понимаю. Слышал, адвокат Сон злилась на тебя в тот раз. Почему она изменила своё мнение? У неё нет причин. Наша ситуация лишь ухудшается и дальше будет становиться только хуже.

Казалось, Сехон задумался об этом, прочёсывая собственные воспоминания, и сказал тихим голосом:

— Потому что я попросил её о помощи.

— Быть не может. Ты лжёшь.

Юншин ответил на автомате, но всё равно не мог понять, что имело смысл, а что нет – тот факт, что Сехон обратился к кому-то за помощью или тот факт, что Михи восприняла это как вескую причину, чтобы ввязаться в подобную авантюру. Оба варианта слишком сюрреалистичны.

По мере того как он одну за одной обрабатывал мысли, словно переходил через реку по камням, он пришёл к нескольким вариантам.

Возможно, Михи действительно думала, что отпустить Сехона — было бы растратой, и этого достаточно, чтобы отказаться от других вещей в пользу своего друга и коллеги. Другой вариант заключался в том, что она хотела показать Сехону существование привязанности и доверия между людьми, к чему он относился скептически. Проблема была в том, на какие уступки они пошли в процессе. В некотором смысле Михи оставляла впечатление человека, который покрывает свои риски больше, чем Сехон.

— Что мне нужно делать? — спросил Юншин.

— Наберись решимости.

— Для чего?..

— Сон-сонбэ сказала, что в обмен на то, что Догук покроет судебный иск и приютит тебя в компании, ты и я не можем сменить фирму в течение следующих семи лет. С кем бы мы ни работали, она хочет, чтобы мы возместили как можно больше от наших потенциальных потерь в результате разрыва с Сухан. Конечно, они могут и не предпринять попытку затронуть нас за это время, но сейчас вероятность этого кажется минимальной. Давление на фирму уже началось.

Эта тема, скорее всего, составляла основную часть утреннего разговора Сехона с Михи.

— Семь лет?

— Ага. Ты планировал задержаться здесь на несколько лет перед уходом, ведь так? Ты не соответствуешь корпоративной культуре.

— Сначала так и было.

— Сейчас что-то изменилось?

Острый и искренний взгляд Сехона был прикован к Юншину. Юноша не мог одурачить старшего и не собирался, поэтому принял этот взгляд.

— Прости, я всё ещё так хочу. Когда ситуация немного прояснится... Я думал, что доставляю большие неприятности.

— Я говорю тебе принести жертву ради меня.

*Чистые активы — это реальная стоимость имущества, имеющегося у общества, то есть разница между активами и обязательствами компании.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 220 - Американские горки

Приносить «жертву» сложно, и в данном контексте это слово вводило в заблуждение.

Как Сехон сказал, ценности Догук не соответствовали личным идеалам Юншина. Однако он многому научился, наблюдая за работой других сотрудников фирмы. Первоначальной причиной прийти в компанию были настояния его сестры, но он всё равно планировал остаться здесь ещё несколько лет и думал, что, скорее всего, сможет как-нибудь их пережить.

Конечно, семь лет – это сильно больше задуманного изначально срока. Это дольше, чем то время, что он практиковал в качестве адвоката. Тем не менее это не было невозможно. Скорее, было слишком просто.

Кроме того, Юншин усвоил одну вещь за то время, что пробыл в Догук. Это были идеальные условия, выгодные только ему, слишком хорошие, чтобы быть правдой. Он знал, что кто-нибудь другой оплатит расходы вместо него.

— Жертвоприношение – это то, что ты делаешь прямо сейчас. Как я могу сохранить статус-кво, будь то?.. Она сказала, что выслушает тебя, после того как ты попросил о помощи? Думаешь мы в каком-то бадди-муви? О каком другом условии я не знаю?

— Нет больше...

— Наверняка есть. Не ври мне. Как много безусловных предложений ты мне сделал?

Каждое слово, сказанное Юншином, было верным, и Сехон нахмурил брови.

— Ты можешь соображать помедленнее?

— Сколько ты потеряешь за семь лет?

— Ещё не знаю. Узнаю, когда время придёт.

— Это слишком неопределённо. Ты когда-нибудь сталкивался с чем-то подобным в твоей жизни?

Чем больше Юншин говорил, тем больше дрожал его голос. Сехон посочувствовал и погладил шею юноши.

— Нет.

— Я больше не могу это терпеть. Посредничество уже почти подошло к концу, ведущую роль в судебном процессе я возьму на себя. Ты выходишь из него.

— Что ты, чёрт возьми, говоришь? Собираешься меня уволить? Со мной такого ещё не случалось. Я не могу это принять.

— Ты знаешь, что я не полный болван. Я не был хорошо оплачиваемым адвокатом, но я знаю, как победить. Я могу сделать это. Могу прекрасно с этим справиться. В любом случае это между мной и моей сестрой. Сейчас же убери от этого свои руки.

— До Юншин.

— Я не могу стоять и смотреть, как ты взваливаешь на себя это бремя прямо у меня на глазах, и делать вид, что не замечаю этого. Не проси других людей о помощи! Ты никогда не делал этого раньше. Просто продолжай быть эгоистичным засранцем как всегда, это тебе больше подходит.

Сехон нахмурился и цокнул языком. Затем, увидев слёзы в глазах Юншина, он раздражённо прикусил губу.

— Не плачь.

— Я не такой уж и особенный... Почему ты так поступаешь, серьёзно?

— Я сказал не плакать. Меня это бесит.

Его эмоции становились всё более беспокойными, в конце концов, Юншин расплакался, вопреки приказу старшего.

Юншину нравилось быть с Сехоном. Всякий раз, когда он чувствовал разочарование, от того, что никого не было рядом, Сехон стоически подходил и вставал рядом с ним, что служило источником поддержки и утешения.

Однако юноша не был уверен, правильно ли для него быть так глубоко вовлечённым и так полагаться на Сехона во всём. Ряд факторов помогли Сехону принять глупое решение, и все они, скорее всего, касались только Юншина.

Между незнанием и притворством была огромная разница.

Это был предел Юншина.

— В конце концов, ты действительно... Ты, иди сюда.

Юншин горестно заревел, и Сехон обнял рыдающего мужчину. Худое тело юноши покачнулось, прежде чем упасть на тело старшего мужчины. Обычно нетерпеливый Сехон тихонько похлопывал любимого по спине и утешал его до тех пор, пока его слёзы не прекратились. Возможно, из-за того, что Сехон несколько раз заставал Юншина плачущим, он научился его утешать. Его лёгкие похлопывания были ритмичными, как мелодия колыбельной.

Рубашка Сехона потихоньку заливалась слезами. Он чувствовал, как намокло его плечо, и поцеловал макушку Юншина.

Шли минуты. Плечи юноши перестали трястись, и его дыхание выровнялось, пока Юншин находился в объятиях Сехона. Только тогда мужчина тихо спросил:

— Ты действительно думаешь, что я такой альтруист?

Всхлипнув, Юншин сказал хриплым голосом:

— Ты выглядишь, как человек, которому я очень нравлюсь.

— Я уже говорил тебе. Мне нравится то, какой я сейчас. Моя жизнь до этого момента двигалась по инерции, но сейчас я испытываю наибольшую радость и веселье, чем когда-либо в жизни. Чувствую, словно я на американских горках. Это захватывающе и восхитительно.

— ...

— Нет такой вещи, как жертва, свободная от эгоистических желаний. Всё, что я делаю, для самоудовлетворения. Нам просто нужно принести равноценную жертву.

Сехон убеждал Юншина спокойно и настойчиво.

Однако юношу было не так легко убедить

— Эта совсем не равноценная.

— До Юншин.

— Кроме того, после катания на американских горках кружится голова.

— Но тебе хочется прокатиться на них снова. Это как слегка грубый секс.

Услышав ответ, Юншин оттолкнул плечо Сехона и пристально посмотрел на старшего мужчину. Нос и щёки юноши были красными как помидор, а его глаза налились кровью, но тем не менее он бросил осуждающий взгляд на Сехона.

Сехон, словно мог прочесть все мысли Юншина в его глазах, щёлкнул юношу по носу и усмехнулся.

Юншин задал вопрос более спокойным тоном:

— Могу я нравиться тебе семь лет?

— Кто знает. Я не знаю, ведь ещё не пробовал. Могу я вернуться к тебе через семь лет?

Вероятно, это был правдивый и искренний ответ, полученный Юншином.

— Всё же, я возьмусь за иск. Думаю, это единственное правильное решение. Моя сестра тоже больше полагается на меня в последнее время.

— Тебе не удалось убедить её, а у меня получилось. Директор До наняла меня, так что это моя работа. Даже если это ты, я не могу сидеть и смотреть, как ты крадёшь мою прибыль.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 221 - Наследие

— Можешь просто закрыть на это глаза?

— С учётом всех причин – нет. Я сойду с ума, если ты продолжишь делать то, что не должен. — Сехон произнёс более твердым тоном чем когда-либо, а затем поцеловал Юншина в заплаканные глаза. Он уделил внимание каждому уголку лица возлюбленного, неравномерно покрытого слезами. Юншин терпеливо подождал мгновение, прежде чем убрать крепкую руку Сехона.

— Всегда чувствую, словно попадаю в неожиданные перепетии твоей жизни, и не знаю, как поступить. Ты не позволяешь мне ничего делать.

— Ничего и не надо делать. Я просто принял тебя. В те дни, когда думаю о тебе, мои глаза открываются. А когда поворачиваюсь на бок, ты спишь рядом. — Сехон нежно отвёл назад пряди с лица Юншина.

— От осознания, что есть кто-то, кого нужно защищать, я чувствую себя неожиданно хорошо.

Наполненные нежностью слова Сехона были так сладки, что Юншин ощутил, как всё внутри тянет. Слова текли по его венам, постепенно поглощая юношу.

Юншин опустил голову на крепкое плечо Сехона, а тот приподнял молодого человека за бёдра. Пока юноша извивался, мужчина усадил себе его на бёдра, лицом к лицу. Юншин обхватил талию другого ногами и обвил руками длинную шею любимого, поймав его в ловушку из своих конечностей.

Юншин ощутил, что знает, почему они должны подняться вверх по ступеням вместо того, чтобы зайти в свой офис, где секретари суетились по коридорам. Лишь они были в их уединённом и отдельном от всего мира пространстве, словно никого больше не существует.

— Пока я…

— Скажи, что подпишешь.

— Ха, ты всерьёз сводишь меня с ума. Почему ты такой чертовски упрямый?

— Не люблю ждать. Быстро.

Юншин чувствовал, что ему нужно настоять на своём и изменить мнение, но он знал, что Сехон того не хотел, что заставляло мужчину колебаться.

Юншин глубоко вдохнул и затем сдался, словно взмахнув белым флагом:

— Ладно, давай попробуем вместе.

Удовлетворённый, Сехон поднял брови, а затем переместился на диван, с юношей на руках.

Их губы слились в сумасшедшем поцелуе.

***

Дверь в комнату офиса для интервью была открыта. Юншин просунул голову внутрь. Сотрудники телерадиокомпании деловито устанавливали своё оборудование. Эта компания поддерживала близкие взаимоотношения с Догук. Они пришли провести интервью с Михи, Сехоном и Юншином. С каждым из них завершили персональные интервью в личных офисах.

Эта идея принадлежала Юншину. До того как Сухан могли предположить, что Юншин был вовлечён в ненадлежащее ходатайство касательно юридической фирмы, Юншин собирался рассказать медиа о том, что между ними с давних пор глубокие отношения. Важным связующим звеном должен выступить отец Юншина, юноша планировал свою стратегию так. Он хотел создать документальный фильм, иллюстрирующий жизнь отца, который на всем её протяжении помогал другим людям, и поделиться этой связью с другими.

Вокруг Игён уже ходили крайне злобные слухи в последние дни. Если бы негатив распространился на Юншина, их ситуация стала бы только хуже. Так что он решил принять на себя удар и для этого использовать своего покойного отца.

Юноша потоптался у двери, колеблясь, когда заметил Сехона и Михи, идущих ему навстречу и что-то обсуждающих в то же время. Михи вошла первой, оставив Сехона и Юншина стоять лицом к лицу.

— Что у тебя с лицом? Это ты предложил снять документалку о своём отце. — Спросил Сехон.

Юншин уставился на вопросы для интервью, которые Сехон держал в руке и скривил губы в усмешке. Ответил:

— Да, но не думал, что ты будешь делать для меня такие посредственные вещи.

— Я выяснил одну из твоих особенностей, До Юншин.

Юншин склонил голову, сбитый с толку сменой темы разговора:

— Ты исследовал меня? Что же это?

— Ты очень последователен.

— Это… комплимент?

— Не скажи.

— Понятно, оскорбляешь меня. Ну, конечно. Даже не удивлён.

— Двигайся. Кто-нибудь может подумать, что мы – гомики.

Юншин прикусил губу и затем усмехнулся. Всякий раз, когда Сехон выкручивался таким образом, в нём просыпался дух соперничества:

— Но мы и есть. Адвокат Кан Сехон, ты – абсолютный и образцовый гей. Тебе нравятся мужчины, ты в отношениях с мужчиной, ходишь на свидания с мужчиной и занимаешься сексом с мужчиной. Ты на сто процентов гомосексуал. Всё это – отличные признаки гея.

Сехон недоверчиво уставился на Юншина, а затем просто пожал плечами. Он прошёл мимо подтянутого юноши в комнату для интервью. Юншин бросил на него уничтожительный взгляд и пошёл следом.

Михи читала сценарий, сидя перед ними на диване. Сехон сел напротив и указал рядом с собой. Юншин покорно сел на указанное место и украдкой взглянул на мужчину, сидевшего рядом. Почувствовав это, Сехон спросил:

— Что теперь?

Вокруг было много бдительных взглядов, так что Юншин наклонился и прошептал с дурным предчувствием:

— Если наиболее щедрые счета исчезнут, это я.

— Как ты вообще можешь различить их? Обычно я вкладываю сбережения под псевдонимом.

— Это незаконно! — Не в силах продолжить, Юншин прикрыл рот рукой и уставился на Сехона. Не успел он опомниться, как тот уже беззаботно рассматривал свои бумаги, сосредоточившись на чтении.

Юншин не мог понять, как юрист может так спокойно лавировать на грани нарушения закона. Ему нравился этот человек, но иногда ход мыслей Сехона был ему непонятен.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 222 - Наследие

В подобных случаях незнание было силой. Юншин покачал головой, притворяясь, что никогда не слышал сказанного Сехоном и приступил к чтению лежащих перед ним вопросов. Пока он был готовился к интервью, установку аппаратуры для аудио и видео завершили и режиссер-постановщик, который так же была интервьюером, села перед ним.

Дверь закрыли изнутри.

Режиссёр-постановщик поприветствовала всех троих по отдельности и взяла вступительное слово:

— Как вы знаете, мы уже записали три персональных интервью в ваших офисах. Во время группового интервью вопросы будут касаться ваших воспоминаниях касательно профессора До, ваших отношениях друг с другом, так что, пожалуйста, расслабьтесь. Смотрите не на камеру, а на меня.

После её лаконичной инструкции помощник режиссёра приступила к делу. Все заняли свои места, камера начала поворачиваться.

Обстановка во время интервью была дружелюбной. Ведущая умело проводила беседу, а Сехон и Михи выступали экспертами. Застыв между ними, Юншин наслаждался, слушая их истории.

Ему нравилось, что он узнавал о новых чертах характера своего отца. События, о которых знали двое других, произошли в те годы, когда его отец работал в юридической школе, и юноша не слышал о них.

Он даже не осознавал, сколько прошло времени.

Как только нужное настроение было создано, режиссёр-постановщик наконец-то заговорила об отношениях между троицей. Эти вопросы были специально подобраны так, чтобы создать впечатление, что Юншин ещё не отработал для Догук и показал себя в компании во всю силу. Михи начала с рассказа о том, как однажды увидела Юншина ещё ребёнком, рядом с его сестрой и отцом.

Эстафету следующим принял Сехон. Однако, сказанное им немного отличалось от спланированного ранее сценария:

— Впервые я увидел его на похоронах профессора До, а во второй раз на суде.

Режиссёр-постановщик немедленно проследовал за его мыслью:

— Что это был за суд?

Выражение лица Сехона, словно вспоминающего тот день, было мягким и намекало на восхищение:

— Суд по уголовному делу. Примерно тогда нам был нужен новый адвокат. Я слышал о молодом талантливом специалисте, который к тому же случайно оказался сыном профессора До. Поэтому не было никаких причин отказаться и не пойти посмотреть.

— Каким он был? В ходе моих исследований, я выяснила, что адвокат До был настоящей восходящей звездой. И в суде он зарекомендовал себя и имел хорошую репутацию.

— В своих рассуждениях он использовал отрывок из «Больших надежд» Чарльза Диккенса. Честно говоря, это моя самая нелюбимая книга. Автор воспользовался голосами персонажей, чтобы проповедовать об ошибочности своих взглядов и методов. Судя по тому, как адвокат До Юншин цитировал книгу, должно быть, он был весьма впечатлён ею. Вот тогда я подумал, что мы с ним не поладим.

В ту же секунду Юншин захотел немедленно повернуться и посмотреть на Сехона. Однако работало несколько камер, и он знал, что всё записывается, так что не смог. Он нервно пошевелил руками и лишь слушал успокаивающий голос старшего.

Возвращаясь мыслями в прошлое, Юншин подумал то же самое, увидев Сехона на суде. Их взгляды и ценности были полностью противоположны, что удивительно, они оба подумали об одном и том же, в одно и то же мгновение, в одном и том же месте. Когда он это осознал, напряжение ослабло, он смог улыбнуться.

Тогда режиссёр-постановщик спросила:

— Вы всё ещё придерживаетесь того же мнения, что и ранее?

— Да, как я и думал, мы с ним как огонь и лёд. Адвокат До так… — Сехон остановился и взглянул на Юншина. Несмотря на камеры, он вовсе не волновался ни о чём. Даже в этом они контрастировали друг с другом.

— Честен. И последователен. Он серьёзен и искренен во всём, всегда стремится достичь абсолютного, идеального права. С одной стороны я думаю, что один из способов решить проблему – это сделать ставку на кажущуюся нерациональной возможность. С другой стороны, моё мышление несколько более гибкое. — последнюю фразу Сехон добавил в шутку, и Михи, и остальные присутствующие в комнате рассмеялись. Что иронично, единственным не смеявшимся оказался Сехон, который внезапно попал под удар. Только в этот момент Юншин взглянул на профиль Сехона. На лице старшего адвоката царила уверенность.

— По моему указанию, адвокат До начал изучать мои методы, но я посчитал это неудобным. Именно тогда я осознал, что До Юншин был прав, а я ошибался. Впервые с адвокатской школы я научился чему-то новому.

Сехон пристально смотрел на интервьюера, находившуюся прямо перед ним, а Юншин смотрел на Сехона. Но в тот самый момент он ощутил связь между ними. Она не была видна глазу, но отчётливо существовала.

Глубокий голос Сехона был громок. Люди сосредоточились на нём. Юншин тоже был таким. Прекрасно осознавая это, он сказал то, что Юншин хотел услышать от него больше всего:

— Такие, как адвокат До, действительно меняют этот мир, а не люди вроде меня. Это то наследие, которое оставил после себя профессор До. Его сын научился подобному образу жизни, и этот сын… возможно, научит кого-то ещё поступать правильно. Как научил меня. Прискорбно, что наше общение с профессором До было таким недолгим.

Слушая, как Сехон вслух признаёт, что был неправ, Михи округлила глаза. Как бы там ни было, она была согласна с подобной мыслью, так что кивнула. С другой стороны Юншин не мог отреагировать вообще никак, он погрузился в собственные мысли, застыв как статуя.

Юншин с самого начала считал, что был прав. Он и представить не мог, что ошибается. Свои жизненные ценности он унаследовал от отца, а для него отец был прав всегда.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 223 - Долговая расписка

Однако, познакомившись с Сехоном и наблюдая за приходами и уходами в фирме, Юншин начал сомневаться в своих идеалах. Вместо того чтобы верить в Юншина, который жил честной жизнью, его сестра поверила в Сехона – это был удар под дых. Благодаря Сехону он узнал, что картина мира, которую видели юноша и его отец, не обязательно должна быть единственно верной, но Кан Сехон сказал, что от юноши он узнал обратное.

Старший адвокат не был протагонистом классического романа. Юншин знал, что мужчина не будет учиться и развиваться после осознания социальных проблем, как Пип из «Больших надежд». Сехон уже был полностью развит, и он будет жить как и раньше. Но думая, что он каким-то образом повлиял на жизнь Сехона, Юншин был поражён.

«Возможно мы дополняли недостатки друг друга»

«А может, мы восполняли недостатки друг в друге?»

Чем дольше он думал об этом, тем больше ему хотелось прикоснуться к Сехону – до такой степени, что он чуть не схватил старшего мужчину за руку. Его накрыло импульсивным желанием прокатиться на американских горках.

«Хочу поцеловать его».

Юншину едва удавалось сдерживать свои желания. В то же время, оставалось ещё несколько вопросов, адресованных Михи и Сехону. Юноша не мог вспомнить, как он продержался до конца интервью.

Наконец, оно подошло к концу.

Они проводили съёмочную команду. Люди деловито упаковали своё оборудование и вскоре ушли. Троица также покинуа комнату. Сехон и Михи немного переговорили, прежде чем она последовала за продюсером. Она остановилась и обернулась к Сехону.

— Я провожу их. Старший адвокат Кан, зайдите ко мне в кабинет через 10 минут. Хорошо поработали сегодня, адвокат До.

Сехон кивнул, и Юншин молча склонил голову.

После того как все скрылись, в коридоре они остались только вдвоём. Не в силах больше сдерживаться, Юншин схватил запястье Сехона, остановив его, направляющегося в свой кабинет. Старший адвокат обернулся на него.

— Что? У тебя есть что сказать полностью и абсолютно гомосексуальному мужчине?

— Старший адвокат, выделите мне 10 минут вашего свободного времени.

Сехон прищурил глаза и осмотрел Юншина. Он увидел румяные щёки молодого человека, его печальные глаза и ёрзающие губы. Сехон понял, чего хотел юноша и повернул запястье так, чтобы крепко захватить руку младшего. Он толкнул Юншина обратно в комнату для интервью.

Чик. Вход закрылся.

Юншин был прижат спиной к двери, и он дёрнул галстук Сехона к себе. Высокий мужчина наклонился вперёд и их взгляды встретились. Дрожащие глаза Юншина были нацелены только на него, и он торопливо слил их губы воедино.

Они высунули языки и грубо тёрлись друг о друга плотью. Сосочки на их языках сливались с неистовой силой, а руки блуждали по одетым телам друг друга. Сехон покручивал соски Юншина через его рубашку. Выпуклости на штанах несколько раз тёрлись друг о друга, и это вызывало более бурную реакцию, чем обычно.

— Нгх! Хнг, м-м-мх!

— Разве не забавно? Ты как кошка во время течки. Почему ты настолько возбуждён?

— Так приятно. Дай мне больше.

Сехон был немного в недоумении, но просьбу Юншина не проигнорировал. Штаны быстро оказались растёгнутыми, их члены столкнулись друг с другом. Худощавое тело юноши охватило сильной дрожью.

— У нас только 10 минут. Быстрее.

Брови Сехона нахмурились и он стиснул зубы. Сразу после этого он дёрнул Юншина за подбородок, вынуждая того открыть рот и сплюнул в него.

Сглатывая жидкость, кадык юноши качнулся. Словно этого было недостаточно, его губы раскрылись вновь и он молил:

— Ещё...

— Чёрт. Почему ты внезапно так себя ведёшь?

В итоге, нить рациональности Сехона оборвалась. Он агрессивно оттянул голову Юншина за волосы, заставляя того посмотреть вверх.

Юншин поморщился.

— Угх! Больно.

— Открой рот.

— Хугх...

— Шире.

В соответствии с приказом, рот Юншин раскрылся шире. Сехон увидел красный язык и горло, пробуждающее опасные фантазии.

У них не было достаточно времени, но рвение Юншина вызывало у Сехона головокружение. Он сухо сглотнул. Он кусал свои губы почти до крови, но жажда не угасала. Он уже знал единственный способ утолить свою жажду.

Глаза Сехона жестоко сверкнули, и он погрузил свой язык глубоко в узкий проход Юншина, словно он проникал в юношу своим пенисом.

— Нгх!..

В то же время, Юншин закрыл глаза и потёрся о Сехона. Он издал жаркий стон.

Действие 26

В комнате для встреч с клиентами в здании объединённой ассоциации компании Юншин сидел напротив мужчины.

Несмотря на череду тревожащих событий, время шло, и стрелка компаса его жизни вращалась по сторонам света. Как и в прошлом месяце, Юншин проводил последнюю пятницу текущего месяца за бесплатными юридическими консультациями.

— Вы погасили долг вашей гражданской супруги. И сумма была...

Юншин прочёл бланк и взглянул на человека напротив.

Клиент вернул долг своей гражданской супруги, но он хочет, чтобы она вернула его ему.

— Пятьдесят тысяч – немалая сумма.

— Да, я взял беспроцентный кредит у хорошего знакомого.

— Вы погасили долг ещё большим долгом.

— Мы уже живём вместе. У нас не было церемонии, но я считал, что у нас есть негласное соглашение о браке, поэтому я выплатил долг вместо неё. Мы начали жить вместе, имея в виду брак.

— Но в конце концов, вы его не зарегистрировали. Вы не связаны друг с другом юридически, — Юншин спокойно указал на факты.

Мужчина вздрогнул.

— Это правда, но...

— Незарегистрированный гражданский брак в большинстве случаев не имеет обязательной юридической силы.

Юншин достал прецедентное право и законодательный акт, которые он заранее распечатал. Затем подвинул их поближе к мужчине, который смотрел на него с тревогой.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 224 - Долговая расписка

— Я поискал, и был случай очень похожий на ваш. Тому случаю соответствовал закон Гражданского права, статья 598, взгляните – он определяет закон для потребительских кредитов.

Юншин указал на подчёркнутый им раздел, и мужчина бегло прочитал содержание. Юноша интерпретировал и записал закон как можно проще, но, возможно, мужчина не мог понять его полностью.

Мужчина выпалил:

— Это слишком сложно. Я попросил консультацию, чтобы мне было проще понять это.

Юншин потёр шею сзади, затем как можно спокойнее ответил:

— Тогда, хм-м-м, если говорить проще, когда вы выплачиваете долг своей гражданской супруги, есть два варианта, как закон рассмотритэто – вы либо одолжили, либо пожертвовали сумму.

— Пожертвовал? То есть отдал сумму ей. Это абсурд. Я одолжил ей деньги, полагая, что она женщина, на которой я женюсь.

— Да, в случае займа, вам необходимо иметь либо непосредственно заключённый договор займа, либо долговую расписку, которая устанавливает факт займа и позволяет вам вернуть деньги. Основываясь на ваших фактах, вы не делали ничего из этого, верно?

Клиент заволновался и ответил дрожащим голосом:

— Получается, вернуть их невозможно, если у меня нет документа?

— С юридической точки зрения, да. Сложно доказать, что соглашение существовало.

Мужчина громко вздохнул и скомкал бумагу перед собой. Он бросил холодный взгляд на безукоризненного Юншина. Даже если он посмотрел на него, закон от этого не изменился, так что юноша ничего не мог с этим сделать. Он лишь посмотрел в ответ, и мужчина подскочил со своей сумкой.

— Я пойду в другую юридическую фирму. Вы не относитесь к этому делу серьёзно, потому что вы такая большая компания, да? Вы ведь и не собирались браться за моё дело, да?.

— Ну, я такого не говорил. Для начала, это было не...

— Какая разница, здесь я закончил.

Мужчина пнул стул и вылетел из комнаты, а Юншин не мог его остановить. Его рекомендация оборвалась на середине, и внезапно оставленный один Юншин встал и поднял опрокинутый стул. Затем он прислонился к столу и потёр виски.

— В других местах вам скажут то же самое, знаете ли, — пробормотал он себе под нос и покачал головой, прежде чем нажать кнопку интеркома.

— Я сделаю перерыв на пять минут, после этого можете пустить следующего клиента.

— Хорошо, — сказал секретарь снаружи.

Юншин откинул сострадание и покинул комнату. Он чувствовал жажду, поэтому направился в комнату отдыха, но заметил людей в комнате ожидания, которые смотрели новости на настенном телевизоре. Затем на экране появилось знакомое лицо.

Почему важные для него вещи всегда попадались ему на глаза?

Юншин остановился как вкопанный и зафиксировал взгляд на большом экране. Поскольку посредничество подходило к концу, новости о его сестре и её муже распространились по всей стране.

Подзаголовок в нижней части экрана гласил: «Директор холдинга Сухан Ю Чонвон и До Игён в конечном итоге подают иск о расторжении брака. На грани разрыва основными юридическими вопросами являются раздел имущества и право опеки над детьми».

«Почему они опустили часть про алименты?» – Причина, из-за чего они оставили алименты, которые должны платить виновные супруги, в стороне, скорее всего было не ошибкой, а влиянием Сухан. Они пытались намекнуть, что это не вина мужа, а проблема между ними двумя.

«Я рад, что дети ещё маленькие» Образ его сестры уже основательно разгромила пресса и интернет. Слухи о том, что у неё был роман со своим секретарём и что она уклонялась от уплаты налогов с помощью произведений искусства – всё это были плохие слухи, вписывающиеся в предсказания Юншина. Все они были ожидаемы, но влияние всё равно было огромным.

Снимок, сделанный в компании Игён, выставил её недобросовестным работодателем-абьюзером, который терроризирует своих подчинённых. Вырванные из контекста фразы, фейковые видео и скриншоты переписок были по всему интернету, и защита её действий казалась бессмысленной. В ответ на это Сехон решил выпустить не опровержение, а контратаку.

Он начал выставлять на обозрение грязное бельё другой стороны, начиная со слабых звеньев. Раз им не удалось заблокировать этот выпад со стороны противника, пришлось действовать их же методами и начать мутить воду. К счастью или нет, его зять был вспыльчивым и имел множество недостатков. Благодаря этому Ю Чонвон оказался в затруднительном положении во внутренней борьбе за наследование компании.

В конце концов их схватка лишилась последней крупицы изощрённости, превратившись в грязную битву разоблачения секретов друг друга.

Вместо оправданий, утверждения были более зрелищными. Казалось, общественность наслаждалась спорами о том, кто совершил ошибку крупнее. Они ожидали, что, если толпа будет продолжать интересоваться, общественное мнение укрепится, как только они в итоге выиграют суд.

Собравшись с силами, Юншин собирался пройти мимо зала ожидания, когда услышал довольно громкие голоса нескольких разговаривающих пожилых клиентов.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 225 - Трёхсторонняя встреча

Юншин, сгорбившись, сидел на диване гостиной и, когда услышал звонок домофона, подпрыгнул.

Единственный человек, которого он ожидал, был Сехон. Однако сегодня у старшего адвоката встреча с клиентом за пределами фирмы. Юншин посмотрел на наручные часы. Было немного рановато, чтобы Сехон закончил работу, но раннее возвращение было не исключено, что озадачивало его ещё больше.

«Если это Сехон-сонбэ, он бы не стал звонить в дверь. Он бы просто вошёл...».

Что-то было не так. В итоге он встал и проверил экран домофона на стене. Как и ожидалось, человек на записи не был Сехоном. Юншин ахнул от ужаса.

Почему его сестра здесь?

Он встречался с ней на прошлой неделе, так что представить не мог, что она заявится, предварительно не связавшись с ним.

Юноша огляделся и побледнел. Гостиная была похожа на свалку. Чтобы подняться на лифте на его этаж понадобится всего несколько минут. До этого момента ему было чем заняться.

Юншин торопливо собрал разбросанные по комнате документы, освобождая место для сидения, и закинул свои грязные вещи в стиральную машину. Он старался поторопиться, но Игён, должно быть, уже  добралась, поскольку он услышал, как открывается дверь.

— Ух, я в беде.

Он уже собирался передвинуть акриловую доску, но было слишком поздно.

Электронный замок открылся со звонким сигналом, и он услышал шаги, направляющиеся ко второй двери. Появилась его сестра, и в тот же момент она увидела беспорядок в гостиной, в которой был он, и остановилась.

— Что это такое? Ты так живёшь? Раньше ты таким не был, — сказала она.

По правде говоря, он ходил туда-сюда между своим домом и домом Сехона, так что личное жилое пространство быстро размылось. Юншин проводил своё свободное время дома у Сехона, поэтому в его личной квартире скапливалось бельё, и беспорядок только нарастал. Всё, что он делал, это открывал окно и время от времени пылесосил, когда вспоминал.

— Ох, видишь ли, у меня было много работы в последние дни, — неловко ответил он.

Игён уставилась на младшего брата. Она подошла к нему и поставила сумки с покупками, которые были у неё в обеих руках, рядом с диваном.

— И всё же, независимо от того, как ты занят, убедись, что остаёшься в тонусе.

— Конечно. Ты много всякого купила. Не стоило.

— Ты выглядел слишком худым, когда мы виделись в последний раз. Я просто купила немного витаминов по пути и чуток закусок...

Игён оглядела дом и поджала губы. По всей комнате виднелись следы её прошлого брака. Хорошее и плохое из её жизни окружало её. Юншин второпях пытался скрыть всё, что мог, но осталось множество улик.

Игён пробежалась глазами по её фотографиям с мужем, и её глаза сверкнули тоской или сожалением, — Юншин не был уверен, — и сказала неопределённым тоном:

— Что ж, вся история моего брака собрана здесь. Всё это так свежо в моей памяти.

Игён подошла к акриловой доске и прочитала события, написанные в хронологическом порядке. Там же были фотографии её детей. Юншину было нечего сказать, поэтому он молчал. Его сестра, казалось, предавалась воспоминаниям, и он чувствовал, что было бы странно утешать её в это время.

Тысячи чувств вертелись внутри, когда он смотрел на её спину. Он больше не мог наблюдать, потому отвернулся и увидел фотографию с выпускного, стоящую на полке. Игён слева от него, их отец справа и он в квадратной академической шапочке. Только тогда ему наконец удалось обрести душевное спокойствие.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 226 - Трёхсторонняя встреча

Когда Юншин оглянулся на свою сестру, она уже села на диван. Юноша тихо присел рядом с ней.

— Ты пришла сюда, потому что чувствовала себя неуверенно? В последнее время ты практически заперлась в своём доме.

— Немного. Я не могу бездумно уйти куда-то, так что подумала подышать свежим воздухом, и мне в голову пришёл ты. Это единственное место, куда я хожу с лёгким сердцем.

Она возилась с листами бумаги перед ней и затем добавила, вдруг вспомнив:

— А, да, утром я позвонила адвокату Кану. Он предложил начать с подачи иска за клевету. Поскольку мы позволили им небольшую атаку, нам нужно им в той или иной степени отомстить.

— Я готовлюсь к этому. Я отвечаю за регулирование и мониторинг материалов в прессе.

В эти дни, особенно с потоком статей, Игён знала, что её жизнь с этого момента будет тернистой. Сухан отлично умел клеймить тех, кто с ними не в ладах, красными буквами. Игён знала это лучше, чем кто-либо.

Как ожидалось, она сказала смиренным тоном:

— Значит, ты тоже будешь участвовать в судебном процессе?

— Ага. Так как мы не смогли договориться, нам нужно подать иск в течение двух недель. Ответственным будет старший адвокат Кан, а я буду помогать ему. Тебе не о чем беспокоиться.

Игён с пониманием в её глазах встретилась взглядом с Юншином и притянула его руку ближе к себе. Она накрыла её тыльную поверхность своими ладонями и сжала её.

— Старший адвокат Кан сказал, что ты создал основы для этого судебного процесса. Тщательно читал все прецеденты, доказательства, заявления и ответы на них—-  всё прошло через тебя. Он сказал, что ты настолько хорошо справился, что не к чему было придраться. Кан Сехон сделал тебе комплимент, сказав, что ему не нужно было ничего исправлять или пересматривать.

Юншин слегка нахмурил брови. Он не мог поверить, что такая высокая похвала исходила от Сехона. Старший адвокат иногда махал морковкой перед юношей, чтобы повысить его эффективность, но Юншин совсем не ожидал, что Сехон будет так хвалить его перед другими.

— Он так сказал? Если ты мне льстишь, чтобы я почувствовал себя лучше, то не стоит.

— Всё это правда. Твой начальник видит тебя таким, какой ты есть, лучше, чем семья. Когда там это было? Когда я встретилась со старшими адвокатами Кан и Сон.

Юншин догадывался, когда это случилось. Это было, когда отношения юноши и Сехона не продвинулись так далеко. В тот период они шатко балансировали на канате, и Юншин вспомнил об их встрече. Юноша ответил молчанием, и Игён буднично продолжила:

— Он сказал тогда, что ты сообразительнее и умнее, чем я думаю, и предложил мне больше полагаться на тебя. Сказал, что ты знаешь, как выжить в этом мире, где человек человеку волк, но ты жил так, словно не знаешь об этом. Честно сказать, я не поверила ему тогда. Для меня ты всё ещё был ребёнком.

Тот факт, что она использовала прошедшее время, означал, что теперь её мнение изменилось. К счастью, кажется, Юншин был действительно в какой-то степени полезен своей сестре. Конечно, это было возможно, потому что капитанский мостик занимал Сехон, но юноша был доволен результатом. Он подавил свою молчаливость и сменил тему:

— Тяжело, не так ли?

— Иногда я жалею об этом. Думаю, я не очень хорошо разбираюсь в людях.

— Как думаешь, почему существуют адвокаты по разводам? Из-за того, что все живут методом проб и ошибок.

— Раз ты так говоришь, мне уже не так жаль себя. Ты, адвокат Кан и Догук – я в большом долгу перед всеми вами. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отплатить вам.

Игён изящно улыбнулась, а затем снова огляделась. Должно быть, у неё сложилось впечатление, что она потревожила Юншина посреди работы. Она отпустила юношу и встала.

— Во всяком случае, думаю, мне будет лучше уйти сейчас. Убедись, что хорошо питаешься.

— Уже уходишь?

— Разве ты не работал? Мы увидимся снова в другой день.

Юншин пока не хотел расставаться, поэтому последовал за ней, чтобы проводить её до машины.

Когда они вышли из внутренней двери, он услышал, как снаружи кто-то вводит пароль.

Замок открылся со звонким сигналом и возникла стройная фигура в элегантном костюме. Как ни посмотри, это был Сехон. Он заметил женские туфли в прихожей и медленно поднял глаза. Юншин и Игён стояли рядом друг с другом.

— У тебя гости, — сказал Сехон немного хриплым голосом.

Когда она услышала приглушённый голос, Игён склонила голову в знак приветствия. В тот краткий миг взгляды Юншина и Сехона встретились в воздухе. Это было слишком кратковременно, чтобы объяснить ситуацию, поэтому всё, что он мог сделать, это попросить глазами о помощи. Его беспокоило, что Сехон, так легко пришедший к нему, выглядит подозрительно. Чтобы решить эту проблему, он воспользовался своей сообразительностью, чтобы попросить глазами.

Сехон посмотрел в глаза Юншина и, кажется, понял ситуацию. Он принял эту молчаливую просьбу.

— Адвокат До, я зашёл, чтобы забрать кое-что, оставленное ранее. Я сам найду, можешь проводить свою сестру.

Юншин не знал, как она интерпретировала это, но Игён уставилась на своего брата. В её глазах читалось осуждение. Щёки юноши дрогнули. Его грызла совесть, Юншин сказал дрожащим голосом:

— П-почему ты так на меня смотришь?

— Юншин, старший адвокат Кан часто бывает у тебя дома?

— Ха? А, да, думаю, мы ведь вместе работаем над многими проектами.

— Как ты мог оставить свой дом в таком беспорядке? Серьёзно, убирайся, когда есть возможность. Мне так стыдно.

— Ой... хорошо.

Игён хлопнула Юншина по спине и бросила извиняющийся взгляд на Сехона. Старший адвокат не ответил, лишь пожал плечами. Вместо Юншина, Игён приняла скромное и извиняющееся положение и сменила тему.

— Я не считала, что это хорошая тема для обсуждения по телефону, но слышала от своих знакомых, что ситуация в компании выглядит не очень, — осторожно упомянула она.

Сехон честно ответил:

— Да, Сухан забирает дела одно за другим. Это свистопляска.

— Ох...

— Тем не менее я ожидал, что придёт прокуратура с ордером на обыск и изъятие, но признаков этого пока не вижу. Ситуация не самая плохая.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 227 - Потенциальный зять

Из-за того, что он был так настойчив в своих словах, наступило краткое молчание. Взволнованная Игён первая разбила тишину своим обеспокоенным, но твёрдым голосом:

— Есть ли какой-то способ загладить вину перед вами? Существует несколько человек в нашей сфере деятельности, которые не ладят с моим мужем. Если это не навредит Догук, то я бы хотела связаться с ними. Я собиралась сделать это с самого начала, в обмен на Юншина, так что уже подготовила их список.

—Лучше бы вы сделали это после победы в суде. Учитывая текущую ситуацию, мы бы могли легко использовать это в своих интересах. Прямо сейчас нам нужно быть жертвой. Вам следует лишь мимоходом озвучить данное намерение адвокату Сон.

— Сделаю.

— О, и ещё один момент. Вам нужно присутствовать в день произнесения вступительной речи. Адвокат Сон, возможно, предоставит больше деталей…Но нужно показать судье и прессе ваше мрачное лицо.

Казалось, Игён знает, что настоящая битва начинается сейчас. Юншин помассировал напряженные плечи сестры. Она накрыла руку Юншина своей, согревая его, и затем спросила обоих мужчин, глядя на Сехона:

— Да, верно. Адвокат Сон сказала, что нужно съехать из дома немедленно до начала судебного процесса или сразу после – хороший способ показать мою решительность развестись. Мы уже спим в разных комнатах и... сейчас будто ходим по тонкому льду.

Юншин, который не участвовал в обсуждении вскочил и спросил:

— Ты хочешь убраться из этого дома? Говорила же, что собираешься остаться.

— Есть несколько домов, зарегистрированных на моё имя, они не так уж и далеко отсюда. Мы бы могли видеться даже чаще, Юншин.

Едва она закончила своё высказывание, как Сехон тут же ответил:

— Это возможно. Но ваш случай особенный: вы оба довольны известны, так что есть некоторые моменты, которые также нужно тщательно обдумать. Детей тоже собираетесь забрать?

— Конечно.

— Это всё равно что продемонстрировать врагу свой беззащитный живот. Сухан скажут, что вы относитесь к детям как к имуществу.

— Тогда, хотите сказать, что мне следует оставить их там? Я не могу.

— Это ещё одна приманка для акул. Прямо сейчас команда юристов Сухан извращает самые обычные вещи в небылицы. СМИ записывают сказанное Сухан под диктовку слово в слово. Для всего есть своё подходящее время. Население страны прямо сейчас сосредоточено на вашей семье, так что я бы не сказал, что сейчас подходящее время.

По сути дела, Сехон пытался донести, что она не может уйти из дома сейчас. Возможно, он ходил вокруг да около со своим рациональным объяснением, зная, что Игён трудно переубедить, если она решилась на что-то.

Юншин молча наблюдал, и Игён спросила:

— Тогда когда?..

— Я не думаю, что должен решать в одиночку что-то вроде этого. Как насчет, чтобы я обсудил с адвокатом До и после вернулся?

Вообще, чем важнее было дело, тем более вытягивалась схема принятия решений, особенно в команде Сехона. Все окончательные решения принимались сверху вниз. Это было самым эффективным методом и повышало шансы на успех. Но в то же время, Сехон сказал, что он бы мог сначала выслушать мнение Юншина, что показалось тому необычным и знаменательным.

— Конечно, если бы ты мог это сделать, была бы признательна. Тогда я и правда пойду. — Сестра Сехона приняла его мнение и сделала шаг ко входной двери. До того как она окончательно вышла, Игён безмолвно попрощалась с Сехоном, прошедшим ко входной двери. Юншин проследовал прямо за ним, но остановился на мгновение. Он держал руку на приоткрытой двери и слегка поцеловал Сехона в губы. Они ничего не сказали, но обменялись взглядами, наполненными мыслями, прежде чем Юншин быстро вышел.

Игён уже ждала лифт. Увидев брата, она неловко улыбнулась:

— Я подожду твоего ответа. Не нужно следовать за мной вниз. Не следует оставлять гостя одного слишком долго.

Юншин, который совершенно не мог назвать Сехона гостем, промолчал.

Лифт тут же звякнул, открывая свою пасть. Игён помахала Юншину, говоря не следовать за ней, и зашла внутрь лифта. Юншин помахал на прощание.

Когда двухстворчатые двери сомкнулись, Юншин помчался обратно домой со скоростью света. Сехон уже прошёл вглубь квартиры, так как прихожая была пуста. Когда Юншин вбежал в гостиную, то увидел, что Сехон бросил пиджак на спинку дивана, и посмотрел на него:

— Ты вернулся быстрее, чем я думал.

— Это то, что я хотел сказать тебе. Ты рано.

Юншин подошёл к Сехону и расстегнул его жилет. Он стянул галстук и аккуратно положил сверху пиджака мужчины, прижав крепкие плечи к дивану. Не сопротивляясь, Сехон плюхнулся на плюшевые подушки. Юншин забрался на него сверху. Они обменялись горячими взглядами, и Юншин, чувствуя, как пылают щёки, склонил голову для поцелуя. Однако Сехон схватил его за шею, не давая их губам соприкоснуться.

— Ах, что такое? — Запротестовал Юншин.

— Больше не впускай домой чужих женщин.

Услышав это, Юншин был совершенно ошеломлён нелепостью требования Сехона:

— Чужих? Она моя кровная сестра. Сейчас ты ведёшь себя смешно.

— Мне не нравится видеть женские каблуки в домах, где я часто бываю. С этого момента старайся встречаться с ней снаружи.

Хотя Юншин не мог ответить, потому что он потерял дар речи, Сехон воспринял его молчание как согласие, и начал расстёгивать пуговицы на рубашке юноши одну за другой. Юншин смотрел отсутствующим взглядом, затем подумал, что попросить такое вполне в духе Сехона, он в конце концов принял просьбу.

— Да, конечно, почему бы и нет. В таких вопросах лучше быть беспристрастным, так что я поищу другое место для общения с ней.

— Я думал, ты будешь сопротивляться, ведь речь идёт о сестре. Что заставило тебя услышать меня с первого раза?

— Поскольку ты ничего от меня не требуешь, я хочу выслушать все твои просьбы.

Услышав это, Сехон не ответил. Он просто-напросто потерялся в собственных мыслях. Казалось, мужчина хочет что-то сказать и, наконец, он открыл рот.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 228 - Потенциальный зять

Лицо Сехона было непроницаемо, как обычно, и ожесточённость, которую юноша видел за маской, и страсть к Юншину, отражающаяся в этих глазах – всё это было типично для Сехона. Однако тема, которую тот поднял, совершенно выходила за грани воображения Юншина.

— Знаешь ли ты, что директор До лечится от депрессии в последнее время? — Спросил Сехон.

Юншин не знал, так что он просто прикусил нижнюю губу. Он не мог отреагировать сильнее, потому что тратил все свои силы лишь на то, чтобы подумать. У него вышло собраться с мыслями и перевести взгляд на сумку-шоппер с пищевыми добавками и закусками. Как она упоминала, кажется, ей нужно было сменить обстановку.

Чувствуя жалость к ней, Юншин не мог подобрать слова. Сехон провёл рукой по спине Юншина и сказал:

— Слышал, она сидит дома взаперти.

— Насколько мне известно. Но, похоже, у неё не лучшие времена, томиться в таком подвале особняка, когда её муж на вершине мира. И я не так много могу сделать… Что мне делать? Было бы плохо, покинь она этот дом прямо сейчас.

— Мы пытаемся прорваться сквозь иск о разводе, не уголовный. Твоя сестра не замешана в преступной деятельности, нужно сказать ей это. Как ты и сказал, мы мало что можем сделать для неё прямо сейчас.

— Понятно.

— Снаружи, не здесь.

— Я же сказал, что понял.

Юншин слабо ухмыльнулся, а затем погладил Сехона по горлу. Ошибки допустила другая сторона, и они исправляли ситуацию. Разводы были обычным делом, но он не мог понять, почему они продолжают натыкаться на препятствия раз за разом.

Нуждаясь в утешении, Юншин посмотрел Сехону в глаза. Зрачки старшего мужчины были лишь маленькими точками, так что их было непросто разглядеть, но Юншин знал, что там внутри существовало постоянство, заполненное Юншином. Он хотел избавиться от всех волнений и крепко обнять Сехона.

Юншин удобно прислонился своим тощим телом к старшему мужчине. Его большие руки касались всего тела Юншина, так что юноша отчётливо ощущал мягкость надетых им рубашки и брюк сквозь свою удобную одежду. Сам факт того, что Юншин был в удобной одежде, а Сехон всё ещё в костюме, разжигал внутри Юншина пламя.

— Отлично выглядишь в костюме, старший адвокат. — Юншин протянул руки и положил их на широкие плечи Сехона. Затем он отодвинулся от тела, к которому прижимался, и они обменялись взглядами:

— Никто не знает, что ты скрываешь под ним.

— Раздень меня и проверь.

Юншин медленно погладил широкую спину другого мужчины, скрытую рубашкой, а Сехон приподнял одну бровь. Его лицо, недовольное и наполненное непристойными желаниями одновременно, было довольно привлекательным. Юншин начал инициативно продвигаться вдоль тела Сехона. Куда бы его пальцы не притрагивались, он мог ощутить, как вздрагивает Сехон. Ощущая это, он стал ещё более беспокойным.

Юншин не хотел давить на Сехона, но в итоге заговорил раньше, чем понял это. Он знал, что Сехон не будет обрадован этим, так что отвёл взгляд и спросил:

— Можно потом я официально представлю тебя сестре?

— Мы с ней уже знакомы.

Юншин прочертил указательным пальцем линию по его плечу к груди и вниз к животу, и погладил край брюк:

— Что мы вместе. Даже если другие не знают, Игён я бы хотел рассказать. Может, она не примет это с распростёртыми объятиями, но смирится.

— Наверное, ты жил в прекрасном мире, который был к тебе добр и дружелюбен. Похоже на тебя.

— Моей сестре можно довериться. Если мы с ней пообедаем или что-то наподобие...

— Это что, официальная брачная встреча между семьями? Мне не нравится – меня от такого воротит. Мне придётся официально стать геем.

Даже если он не ожидал, что Сехон охотно согласится, Юншин думал, что отказ ограничится всего несколькими словами. Однако реакция была не ахти какой. Он отказался так демонстративно, что Юншин расстроился и схватил другого за плечи, встряхивая. Он хотел, чтобы у Сехона закружилась голова, но не похоже, что это как-то повлияло на мужчину, что ещё сильнее разозлило Юншина.

— Как ты можешь быть таким постоянно бесячим? У тебя необыкновенный талант, как насчёт раскрыть мне свой секрет? Думаю, это твой коронный номер – злить оппонента, я передам его своим потомкам. — Парировал иронично Юншин.

Сехон нахмурился:

— Как ты смеешь думать о том, чтобы иметь прямых потомков, несмотря на то, что ты – До Юншин. Твоё семя бесполезно для размножения человечества. Оно хорошо лишь для одного единственного потребителя, меня.

— Почему тогда ты не согласен на официальную брачную встречу?

— Так это и правда была она? Думаешь, я сумасшедший? Зачем мне это? Почему бы тогда тебе просто не разболтать всем? Мы – гомосексуалы!

— Может, я хочу. Боишься? Думаешь, что твоё семя полезно для размножения человечества, Кан Сехон?

— Взгляните-ка на этого сопляка.

— Так что?

Они переругивались по-детски, и оба одновременно замолкли от обиды. Лицо Юншина при этом было наполнено стыдом. Сехон, вероятно, был тоже возмущён, но это не было понятно по его выражению.

Честно говоря, Юншин всерьёз не собирался совершить каминг-аут. Он лишь был немного подавлен из-за того, что не мог никому рассказать о том, что ему нравится Сехон. Позже, когда всё закончится хорошо, он хотел как минимум раскрыться перед сестрой, его вечной союзницей, и похвастаться Сехоном.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 229 - Всем встать

Юншин увлёкся и сам себя загнал в угол. Он чётко осознал тему их разговора и залился краской. Юноша слегка хлопнул по твёрдой груди Сехона и сменил тему.

— Ты сегодня ночуешь здесь, да?

Сехон усмехнулся. Он откинул голову назад и спокойно ответил:

— Я собираюсь остаться на ночь. Также я собираюсь совершать не имеющие смысла действия, которые не способствуют размножению человечества.

Сехон чмокнул розовые щёки Юншина и затем лизнул бледное лицо и шею. Юноша наслаждался теплом старшего адвоката с закрытыми глазами, пока не открыл их, когда Сехон отстранился.

В момент, когда их взгляды встретились, Сехон отодвинул худого Юншина в сторону и встал, чтобы пойти в душ. Пока шёл в направлении спальни, он расстегнул рубашку. Юншин смотрел невидящим взглядом, как изящный мужчина отдалялся, прежде чем вскочить и последовать за ним.

Они вошли в спальню. Юншин схватил халат со стеллажа гардеробной, протянул его Сехону и спросил:

— Ты не голоден? Я приготовил для тебя фруктовый салат. Принести его?

— Звучит здорово. Принеси его и жди меня в кровати голым. Убедись, что как следует раздвинул ноги.

Юншин ахнул.

Сехон просунул руку к паху Юншина и схватил его за промежность через одежду. Затем его рука скользнула вверх, потирая живот и пах.

— Положи салат прямо сюда.

— Ты с ума сош... Как ты можешь думать, что я это сделаю? Почему ты такой развратник?

— Но ты сделаешь.

— Нет, не сделаю.

— Ты должен сделать это, если хочешь гладкой карьеры в компании, — ответил Сехон, после чего остановился у дверей ванной комнаты. Затем он дёрнул тощее тело Юншина за воротник его свитера. Беспардонно притянутый к Сехону юноша уставился на красивое лицо старшего мужчины, который прошептал ему на ухо. Его глубокий и хриплый голос казался Юншину очень сексуальным.

— Ещё одно возражение и я добавлю новое условие. Ты хочешь ждать с фруктами на теле или с дилдо в заднице?

Юншин вздрогнул и нервно сглотнул. Зная, что юноша был в шоке, Сехон куснул красную мочку уха молодого человека, а затем бросил ему зловещее предупреждение холодным тоном:

— Помни это. Твоя сперма бесполезна с точки зрения антропологии. Если будешь совать свой член везде, где захочется, я замурую тебя в стене своей спальни и лично напишу тебе эпитафию. Если не хочешь, чтобы тебя похоронили заживо, советую не расслабляться.

Не в силах ответить, Юншин кивнул. Наконец-то удовлетворённый Сехон развернулся и оставил юношу, скрывшись в ванной.

Дверь закрылась прямо у него перед глазами, отделяя Юншина от старшего мужчины. Вскоре после этого он услышал, как по стенам душевой кабины барабанит вода.

После бесполезного шатания у дверей ванной, Юншин пошёл в обеденный зал, чтобы принести миску с салатом в спальню. Он сел на кровать и стал возиться со своей одеждой.

«Голым... Как же он тогда собирается это есть?»

Он снял свой мягкий свитер и аккуратно его сложил, и стал возиться с нижней частью футболки, которая была под ним. Каждый раз, когда он занимался сексом с Сехоном, он был совершенно голым, но выставлять себя на показ при ярком свете в соответствии с приказом старшего было неловко.

«А есть ли у меня вообще дилдо?»

Юншин оглядел свою комнату, пытаясь найти, где кто-то мог спрятать игрушку, после чего неловко откашлялся. Затем он поиграл с застёжкой на штанах. Не в силах заставить себя расстегнуть её, он всё продолжал с ней возиться. Юншин почувствовал, как горит его лицо. Постепенно его дыхание стало поверхностным.

Он посмотрел на свои штаны и схватился за молнию, но всё ещё не мог пересилить себя и раздеться. Чтобы отвлечься, он подумал о словах Сехона. Только тогда он понял, что это нелепо.

— С другой стороны, почему он сказал, что я ему нравлюсь, таким странным образом? Так жутко. Он никогда никому не говорил этого раньше?

Юншин поворчал, а затем уставился на всё ещё плотно закрытую дверь ванной. Поразмыслив об этом ещё, он смог прийти только к одному выводу.

— Никогда?

Юноша покачал головой из стороны в сторону. Если не считать вещи, которые Сехон делал с ним, он не думал, что старший адвокат за всю свою жизнь сказал бы кому-то о своей симпатии. Придя к такому выводу, губы Юншина растянулись в улыбке.

— Конечно же он не делал...

Юншин закусил свои бледные губы и потёр красное пылающее лицо. Каждый раз, когда он понимал, насколько сильно нравится Сехону, ему казалось, что кто-то хватает его сердце и сдавливает его изо всех сил. После того, как он полюбил Сехона, он понял, если кто-то чувствует такой восторг, его сердце не трепещет или колотится – оно, скорее, может чувствовать сокрушительную боль.

Юноша чувствовал, словно парил на седьмом небе от счастья, и захихикал, плюхнувшись на мягкую кровать и катаясь по ней.

Один философ сказал, что всё прекрасное настолько же трудно, как и редко*, и для Юншина Сехон был прекрасен. Он также надеялся, что для Сехона он был также великолепен, как Сехон для него.

— Мне так нравится Кан Сехон.

Впервые в жизни сердце Юншина разрывалось от желания абсолютного обладания кем-то.

Фраза «Всё прекрасное настолько же трудно, как и редко» принадлежит философу Бенедикту Спинозе, которую он написал в философском сочинении «Этика». Оно писалось 13 лет, и выглядит как ответ на декартовские «Страсти души», вышедшей в 1649 году.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 230 - Всем встать

Действие 27

Наступил день начала судебного разбирательства.

В зале суда по семейным делам города Сеула с обеих сторон заняли свои места законные представители. На стороне ответчика один адвокат с хитрым взглядом отложил свои материалы, откашлялся, после чего подошёл к стороне истца. Он слегка кашлянул рядом с Сехоном, вынуждая его оторваться от просматриваемых материалов. Затем они отошли в угол, чтобы поговорить.

Наблюдая за происходящим, за тем, как разворачиваются события, Юншин на автомате оглянулся. Игён, на которой был шарф, почувствовала его взгляд и неловко приподняла уголки губ. Как только она оказалась в здании суда, то начала нервничать. Женщина не могла заставить себя искренне улыбнуться, от того она вздохнула. Заразительный вздох повлиял на Юншина, который вздохнул, прежде чем подойти к ней.

— Ты нервничаешь?

Игён оглянулась на слабо заполненные места для публики и осторожно кивнула.

— Несмотря на то, что это закрытый суд, я странным образом чувствую, словно стою обнажённой перед всеми.

— Тебе не нужно слишком сильно беспокоиться. Как я объяснял по дороге, на первом судебном заседании ничего особенного не происходит. Это, по сути, день, чтобы проверить все документы от каждой стороны. Каждый выдвигает свои аргументы и контраргументы, затем вносят какие-либо приложения и ходатайства к судьям.

— Ты говорил, что в списке свидетелей противоположной стороны были наши бывшие домработницы. Все они работали на нас в прошлом и уже уволились. Мы отлично ладили, когда они работали на нас, так какие сюрпризы они преподнесут? Будут ли они губительны для моего дела?

Юншин хотел заверить её, что они не будут обманывать, но ему было нужно полностью открытым с ней.

— Старший адвокат Кан сказал, что другая сторона могла отчасти обучить своих свидетелей. Я также думаю, что они будут свидетельствовать в пользу Чонвона. Мы приготовили аргументы для опровержения их показаний, но в худшем случае они будут лжесвидетельствовать.

— Значит ли это, что они могут что-то выдумать?

— Да, но это в худшем случае. Если так произойдёт, это может немного помешать нашим планам. Судебный процесс будет тянуться дольше.

— Они бы не зашли так далеко, не так ли? Что нужно было им пообещать, чтобы они лжесвидетельствовали в суде?

— Скорее всего, деньги. Но даже так, это лишь становится их слабым местом, — сказал Юншин полный уверенности.

Наконец-то, её напряжённые плечи, казалось, немного расслабились. Словно говоря ей, что не о чем беспокоиться, Юншин помассировал их.

— Даже если услышишь что-то, отличающееся от действительности, не удивляйся или сбивайся с пути. У нас множество вещественных доказательств. Даже если они попытаются ввести нас в заблуждение, всё, что нам нужно, это идти своим путём, и мы победим.

Однажды Михи просмотрела все доказательства, которые Игён собрала за всё время, и воскликнула от изумления, что впервые видит настолько хорошо подготовленного клиента. Её видео, фотографии, аудиозаписи и медицинские записи – все срывали куш. Это было возможно, потому что она всю жизнь наблюдала и училась у своего отца – профессионального юриста.

Поскольку с её стороны всё было так надёжно, как только она решила пройти через развод, стало слишком очевидно, что другая сторона попытается её подставить самым крайним образом – заявив, что она разлучница. Она даже подготовила записи с семейным врачом и психологом по этому вопросу, и Юншин сформулировал аргумент, основанный на этом.

— Всё будет хорошо, — сказал Юншин как можно нежнее, чтобы снять её напряжение. Сжав её руку, он вернулся на своё место.

Сейчас вход в зал суда, должно быть, был ограничен, поскольку вошёл судебный пристав. В то же время Сехон и другой адвокат вернулись на свои места. Единственное, что Юншин находил странным, это то, что другой адвокат был красным от ярости.

Юншин и Сехон стояли рядом за столом истца. Юноша наклонился к старшему адвокату и прошептал:

— Мой зять даже не показался во время посредничества. Похоже, он и в первый день суда не появится.

— Те парни, которые не утруждают себя визитом в суд, как правило, делают это потому, что им есть что скрывать. Это хороший знак для нас.

— Тогда хорошо. Но что сказала другая сторона? Он не выглядит слишком довольным.

— Он попросил снизить сумму алиментов. Пригрозил, что жизнь твоей сестры не будет такой лёгкой после судебного процесса, если мы не согласимся.

Миллионы мыслей заполонили его разум, Юншин оглянулся на Игён, и затем снова наклонился к Сехону. Они все знали, что суд – это не конец, и что события, которые развернутся после, будут настоящей войной для его сестры. Тем не менее она была готова пойти на этот риск, и юноша помогал ей достичь цели.

— Просто так? Сейчас? Даже судебный пристав может догадаться, что жизнь моей сестры будет несчастной после окончания суда. Что с ними вдруг произошло?

— Кто знает? Блефует? Скорее всего, это не имеет большого значения – просто попытка ткнуть пальцем в небо. Посмотрим, что будет, когда начнутся споры.

— Так что ты ему сказал?

— Съебаться.

Это вообще не должно было быть смешным, но представляя, как Сехон небрежно говорит это с его непроницаемым беспристрастным выражением лица, в итоге Юншин усмехнулся. Благодаря этому он немного расслабился. Затем, задаваясь вопросом, можно ли продолжать таким образом, он растерянно спросил:

— Всё в порядке? Он на несколько лет старше тебя.

— На начальном этапе ты должен разозлить их, чтобы они спотыкались о свои же ноги. В зале суда все равны, кроме судьи.

— О, тогда и мы здесь равны. Так, Сехон?

— Если ты будешь вести себя со мной небрежно, позже ты увидишь, как у тебя настанут тяжёлые времена. Понимаешь ли, меня очень интересует то, что у тебя между ног.

Из-за взглядов других людей в помещении всё, что мог сделать Юншин, только бросить многозначительный взгляд на Сехона. Их шутки не до конца уняли беспокойство Юншина, поэтому он раз за разом сжимал свою руку. Зная об этом, старший адвокат слегка похлопал юношу по спине.

В этот момент судебный пристав громко сказал:

— Всем встать!

Когда его голос достиг каждого угла зала суда, через парадную дверь вошли судьи. Одетые в мантии судьи сели, и начался суд.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 231 - Доказательная практика

Судья, сидящий посередине, начал с подтверждения личностей истца и ответчика. Игён первой заявила, что она является той, за кого себя выдаёт, и представитель другой стороны, по-прежнему весь в пятнах от злости, подтвердил свою личность. После этого судья указал на Сехона:

— Адвокат истца, Вы можете начать своё вступительное заявление.

Сехон встал со своего места. Он взглянул на судейскую коллегию, на Игён с её шарфом, а затем на Юншина, наклонился к нему, и сказал:

— Просто предоставить документальные доказательства скучно, так что давай сделаем это эффектно. У тебя есть фото её синяка от удушения, верно? Приложение 7. Вставь его между документами. И скажи своей сестре поплотнее замотать шарф.

— Понял. Но сейчас с шеей моей сестры всё в порядке.

— Поэтому то она и должна обмотать шею. Если показать нечего, можно скрыть то, что ничего нет. Достаточно посеять семена сомнения.

Затем он выпрямился начал своё заявление. Его жесты были неторопливы, а тон проницателен.

— Ваша честь, десятилетний брак между истцом До Игён и ответчиком Ю Чонвоном распался по следующим причинам...

Пока Сехон продолжал свою речь надёжным тенором, Михи, пришедшая с опозданием, села рядом с Игён и взяла её за руку. Две женщины, сидящие рядом друг с другом, были одеты в похожую одежду.

Юншин смотрел на них, чувствуя облегчение, и собрал документы для передачи судьям. Кроме того, у них было бесчисленное множество инструментов для атаки на супруга, с которым Игён жила десять лет. Взглянув на них сверху вниз, тысяча разных эмоций возникло в голове у юноши, поэтому он посмотрел на спину Сехона в поисках поддержки.

Юншин вспомнил момент, когда он спросил Сехона, сможет ли тот любить юношу семь лет, и старший адвокат сказал, что ответит на этот вопрос через семь лет.

«Какими мы будем через семь лет?»

Сотни пар, которые когда-то считали, что созданы друг для друга, каждый день завершали главу своих отношений. К тому же, Юншин и Сехон не могли ничего гарантировать друг другу, и для них не существовало правовых оков, так что они не могли слишком полагаться друг на друга. Юноша не мог представить, какими будут их отношения спустя десять или даже пятнадцать лет.

Но, как ни странно, он чувствовал, что знает, почему люди любят друг друга, несмотря на возможность неудачи.

Подобно Пипу из «Больших надежд», который думал, что даже если бы он жил в убогой лачуге, то был бы счастлив всю свою жизнь, если был с той, кого любит, Юншин считал, что симпатия к кому-то может быть бесконечным заблуждением.

«Через семь лет мы, вероятно, даже узнали бы их бессознательные привычки».

Представляя время, которое он разделит с Сехоном, Юншин мягко улыбался про себя, когда аргументация Сехона подошли к концу и он снова сел. Пока адвокат противоположной стороны говорил своё вступительное заявление, старший адвокат бросил на юношу пристальный взгляд.

Его острый и прямой взгляд как бы осуждал его за то, что он воображает что-то бесполезное.

Вместо того чтобы застенчиво признать, что он представляет их совместное будущее, Юншин просто пожал плечами.

***

Когда они вышли из здания суда, Сехона и Юншина окружили десятки репортёров.

У задней двери стояла Игён со своим секретарём. Тем временем, словно защищая своего клиента Юншин и Сехон охраняли Михи, на голове которой была надета глубокая панама. Михи пришла в одежде, похожей на одежду сестры Юншина, чтобы отвлечь репортёров от Игён. Михи любезно предложила это первой.

Юншин обнял её за плечи, затем его взгляд встретится со взглядом Сехона. Старший адвокат подал знак глазами, а затем, сохраняя спокойствие, несмотря на шквал мигающих камер, он слушал репортёров.

— Мистер Кан! Первое заседание завершилось. Это только начало, но как вы думаете, каким будет результат?

Сехон легко, но уверенно улыбнулся и спокойно ответил:

— Это остаётся на усмотрение судей. Мы узнаем результаты в тот день, когда они вынесут судебное решение. Однако я хотел бы выразить своё мнение через цитату из романа Чарльза Диккенса «Большие надежды». «Никогда не верьте тому, что кажется; верьте только доказательствам. Нет лучше правила в жизни». Это всё, что я хотел бы сказать. Остальное будет представлено в пресс-релизе.

Его тон был ровным, но он сделал акцент на словах и пробрался сквозь толпу, освобождая место для Юншина и Михи, замаскированной под Игён, чтобы они тихо проследовали за ним.

— Сэр! Адвокат Кан! Пожалуйста, несколько слов о будущем судебном разбирательстве.

— Директор До! Директор Ю Чонвон объявил о своей публичной позиции. Вы согласны с тем, что виноваты в распаде брака?! Что, по его словам, вам не хватает морали?! Не собираетесь ли вы через своего адвоката выступить с каким-либо заявлением, помимо судебного?

— Адвокат До Юншин! Вы взялись за развод сестры, что вы об этом думаете? Вам по-прежнему нечего сказать по поводу споров о вашем неправомерном устройстве в фирму?

Репортёры задавали всем троим провокационные вопросы, но, включая Михи, которая не могла говорить за Игён, Сехон не реагировал, сдержав данное ранее слово. Естественно, Юншин тоже держал рот на замке. Вскоре они добрались до припаркованных чёрных седанов и подали сигнал водителям. Двум мужчинам удалось отправить Михи на машине вперёд в первую очередь, и они наконец-то смогли вздохнуть спокойно.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 232 - Доказательная практика

Половина операторов погналась за первой отъехавшей машиной. Но даже несмотря на это, вокруг Сехона и Юншина было море людей. Репортёры продолжали пихать в лицо юноши свои камеры и прикасаться к нему, заставляя его чувствовать себя некомфортно. Даже перед тем как сесть в машину, ему пришлось выкрутить свою руку.

В тот момент два репортёра, которые тянули его пиджак, пошатнулись, потеряв равновесие. Юншин обернулся в замешательстве, когда кто-то наполовину стянул с него пиджак. С неловко надетым наполовину пиджаком, люди хватали его за локоть и запястье, тыкая в лицо микрофоном.

В конце концов, Юншина полностью окружили репортёры.

«Чёрт», — выругался он про себя и полностью замер. Он мог бы использовать свои силы на полную, чтобы вырваться, но его окружила целая толпа. Одно опрометчивое движение, и он мог бы увидеть себя во всех газетах.

Пока он неловко стоял, не зная, что делать, Сехон, который уже собирался сесть в машину с другой стороны, хлопнул дверью. На лице у него, напротив, была спокойная и нежная улыбка.

— Пожалуйста, отпустите. Хватать его без согласия и когда ему явно некомфортно не стоит, — сделал предупреждение Сехон тихим голосом, находясь уже возле капота машины. Он оттолкнул руку репортёра, которая была на спине у Юншина и надел обратно пиджак юноши.

Пока репортёры на мгновение отступали и обменивались взглядами, Сехон обхватил Юншина рукой и толкнул его в машину. Пока репортёры продолжали пихать свои телефоны в спину старшего адвоката до такой степени, что это становилось противным, Сехон тоже сел машину и закрыл дверь.

Наконец машина двинулась сквозь толпу.

Два адвоката сидели рядом друг с другом на заднем сидении и какое-то время молчали. Когда машина выехала на главную дорогу, Сехон наконец откинул голову на спинку сидения и раздражённо выдохнул. Юншин покосился в сторону старшего адвоката:

— Ты в порядке?

Сехон нахмурил брови, затем медленно повернулся и посмотрел на юношу.

— Разве это не я должен у тебя спрашивать? Дай взгляну.

Сехон потянул за правое запястье Юншина и закатал рукав, осматривая его. Юношу схватили через рубашку, но красный след от руки другого человека остался на его коже. Температура и без того ледяных глаз старшего адвоката упала ещё ниже. Его волнение не отразилось на лице, но Юншин знал, что Сехон был на грани срыва. Юноша взглянул на водителя, который молча вёл машину, а затем аккуратно обнял руку старшего, в попытке его успокоить.

— Я в порядке.

— Ага, конечно.

— Но это правда.

Сехон собирался с недоверием возразить, когда телефон Юншина начал вибрировать в сумке. Когда он проверил, там были сообщения от Михи, Игён и секретаря Така.

Первые два сообщения были похожи. Михи и Игён скрылись невредимыми, говорят Юншину не волноваться и передать это сообщение Сехону. В случае Игён она не может сразу вернуться домой и на несколько дней остановится в своём загородном доме.

— Михи и Игён, похоже, обе ускользнули от журналистов.

Сехон кивнул, после чего нахмурился от недовольства. Должно быть, он почувствовал себя некомфортно, поскольку ослабил галстук и скинул пиджак. Тем временем Юншин включил свой планшет.

Всё это время секретарь Так отбирал статьи, которые разместили с момента начала сегодняшнего слушания, и высылал их с промежутком в час. Он так хорошо поспевал, что даже фото Сехона и Юншина, сделанное минуту назад, также было прикреплено. Юншин поставил ноутбук между собой и Сехоном, чтобы тот мог видеть, и затем слегка ударил его по плечу.

— Сегодняшние статьи — секретарь Так собирал их и отправлял мне.

Сехон обхватил своей большой рукой гладкий подбородок и просмотрел заголовки. После того, как он со всей серьёзностью бегло пробежался, он сказал:

— А как насчёт пресс-релиза? Я не вижу нашего положения в заголовках.

— Если посмотришь сюда...

Юншин открыл поисковик, чтобы показать Сехону новостную ленту, и добавил:

— Сухан пытается скрыть статьи, которые появляются при запросе по именам Игён и Чонвона, без конца публикуя бесполезные новости. Время от времени статьи о нашем процессе всё же появляются в новостных лентах, но просочиться туда будет не так легко из-за огромного количества фейков и пустышек.

— Судьи чувствительны к общественному мнению. Будь готов к нескольким бессонным ночам в ближайшие дни и используй все ресурсы PR-агентства. Скажи им, чтобы они заполонили все социальные сети, видеохостинги и онлайн-сообщества. Нам нет необходимости выпускать только статьи.

— Я передам секретарю Таку.

Если судьи будут так легко поддаваться влиянию публики, Юншин не был уверен, зачем тогда существует суд. Однако это должно было случиться, пока люди стоят на вершине закона. Юншин кивнул и отправил сообщение секретарю Таку. Затем он попытался украдкой взглянуть на Сехона, но их взгляды встретились – старший адвокат тоже смотрел на юношу. Словно они заранее договорившись, их губы встретились. Тишина повисла вокруг.

Юншин теперь мог различить значение едва заметного блеска в глазах Сехона. Старший адвокат выглядел так, будто хотел поцеловать юношу, поэтому Юншин позволил себе поддаться этому настроению. Он прочистил горло и повернулся к окну, только для того, чтобы видеть отражение прекрасных черт лица Сехона, которое заставляет Юншина смущаться.

Юншин беспокойно потирал руку о жёсткое сидение, прежде чем озвучить свои мысли.

— О, точно. Прежде чем выйти, ты перекинулся парой слов с другим адвокатом. Игён тоже слушала, и она выглядела мрачной. Я спросил её, но она сказала мне узнать об этом у тебя... О чём вы говорили?

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 233 - Тирания

Сехон кивнул, радуясь, что Юншин заговорил об этом:

— Я собирался рассказать тебе об этом в какой-то момент. Следующее слушание назначено...

— Через два месяца.

— Наверное, ты уже понял смысл, но второе слушание будет кратким. Судя по документам и списку свидетелей, представленными другой стороной, у ответчиков, скорее всего, будут совершенно новые аргументы. Затем судьи дадут время, обосновав это тем, что им нужно ознакомиться с заявлениями. Пока это происходит, они планируют вкладываться в борьбу с прессой.

— Пытался ли он сказать, что чем более затянутым будет процесс, тем больше это нам повредит?

Сехон утвердительно кивнул:

— Тебе нужно как-нибудь лично встретиться с директором До.

— Зачем на этот раз? Я должен снова говорить об алиментах?

— Нет, на этот раз из-за детей. Другая сторона, очевидно, пыталась оценить нашу артиллерию до того, как решиться вести переговоры. В кои-то веки они проявили обходительность. Они намекнули, что могут предоставить ей все права на опеку детей. Похоже, они думали, что одно неверное движение – и старший брат может одержать верх в битве за наследование.

К счастью для них, их действия оказались своевременными. Что также значит, что до сих пор они держались хорошо.

— Это же только право на опеку над ребёнком в результате развода? Что насчёт родительских прав? Обычно они выдаются вместе.

— Родительские права должны остаться за директором Ю, чтобы впоследствии он мог передать компанию. Они считают, что это ещё одна форма раздела имущества. Пытаются убедить нас пойти на компромисс ради будущего детей.

— Что хотят взамен?

— Чтобы мы закончили судиться на этом. Они хотят уладить всё за пределами суда.

Вспоминая лицо Игён до того, как она отправилась к чёрному входу в суд, Юншин мог представить, почему та выглядела обеспокоенной. Должно быть, другая сторона убеждала её в чём-то, и неважно, насколько закалённым было её сердце, она, скорее всего, была потрясена упоминанием детей.

С тех пор как её дело стало достоянием общественности, Юншин начал замечать, что его сестру начало беспокоить, насколько затянется судебный процесс. Она превращалась в мать с недостатками. Хотя она бы могла справиться с этим благодаря своей решимости, её дети скоро пойдут в начальную школу, и Игён беспокоилась, что её имидж в глазах общественности повлияет на них.

— Думаю, сестра чувствует себя неуверенно.

— Мы планируем заниматься этим в течение следующего года-двух или дольше. Ни ты, ни я не являемся частью дела, поэтому можем работать как обычно, беспрепятственно готовиться и посещать суд раз в несколько месяцев, но с твоей сестрой дело обстоит иначе. Ей нужно растить взрослеющих детей. Она неизбежно поддастся влиянию.

Если бы она договорилась и благополучно завершила это на полпути, то освободилась бы от злобных нападок. Кроме того, Сехон бы выбил для неё лучшие из возможных условия за столом переговоров, так что, если Игён сдалась бы сейчас, Юншин, как её брат, почувствовал бы себя намного лучше эмоционально и физически.

Однако ухватиться за эту возможность ей помешало слишком много внешних обстоятельств. Она знала, скольким Сехон и Догук пожертвовали ради её дела.

Колеблющийся Юншин постеснялся что-то сказать. Заметив противоречивые чувства Юншина, Сехон сказал:

— Говорят, что ни одна сторона не выходит из процесса о разводе победителем или проигравшим. Лишь адвокаты. Всё зависит от выбора. Если после следующего слушания она снова захочет привлечь нейтрального посредника, то судья с радостью назначит для этого дату.

— То, что ты просишь меня встретиться с ней лично, означает, что ты хочешь, чтобы я убедил сестру, верно? Ты хочешь довести этот судебный процесс до конца, так? — неуверенно спросил Юншин.

Сехон раздражённо вздохнул. И снова не стал отрицать:

— Убедить её будет быстрее, чем меня.

— ...

— Если она получит астрономическую сумму в виде алиментов и чистого дохода от собственности, то детям не нужно будет ходить в школу, чтобы социализироваться. Есть такая превосходная система, которая называется «домашнее обучение». Или можно будет отправить их в школу за границу.

На застывшем лице Юншина пробилась улыбка. Если Сехон сказал бы, что сдаться – лучший вариант, и погрузил бы юношу во внутреннюю борьбу, тогда он беспомощно бы барахтался в этом потоке. Всем вовлечённым приходилось непросто, постепенно они всё больше выматывались.

Однако, не желая сдаваться, Сехон всё же провёл черту, чем успокоил Юншина. Как только Игён узнает, что это решение Сехона, она сможет утвердиться в своём мнении и остаться на плаву. Юншин тоже верил в Кан Сехона.

Юншин придвинулся ближе к Сехону и прижался к нему. Затем склонил голову и прошептал в ухо Сехону низким и соблазнительным тоном, неслышным водителю:

— Тогда пригласи меня сегодня на ужин – я хочу что-нибудь дорогое.

Подыгрывая, Сехон тоже наклонился и прошептал:

— У адвоката До Юншина сестринский комплекс. У твоей сестры будет трудная ночь. Не против свидания?

— Нам всё равно придётся поесть когда-нибудь.

– Если поужинаешь со мной, то в конце концов мы займёмся сексом. Наблюдая, как ты валяешься бревном последние несколько дней, думаю, я должен сделать это вечером.

Игён всё равно оставила Юншина ради детей, которые ждали её в другом доме.

— Нам всё равно предстоит долгий путь. Мы должны сосредоточиться на собственных отношениях.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 234 - Тирания

Глядя на гладкое лицо Юншина сверху-вниз, Сехон играл с голубым галстуком на шее юноши. Юншин думал, что Сехон будет просто крутить-вертеть его какое-то время, но затем Сехон поднёс расширяющийся конец галстука к губам. Естественно Юншин вспомнил день из прошлого, когда произошло что-то похожее, и его лицо запылало.

Он не чувствовал это непосредственно своей кожей, и всё же было тревожно от того, что он не мог прикоснуться к Сехону прямо сейчас. Пока водитель отвлёкся, поворачивая налево, Юншин поднёс к губам кусочек ткани, которого коснулись губы Сехона. Затем он пристально посмотрел на Сехона.

Без единого слова наблюдая за происходящим, Сехон сглотнул.

То, как мерно поднялось и опустилось адамово яблоко, поощрило Юншина. Каждый раз, когда Сехон, которому было всё безразлично, демонстрировал, как жаждет юношу, тот чувствовал воодушевление.

Ощущая себя хорошо, Юншин усмехнулся.

***

Скрип. Скрип.

Юншин расставил свои стройные ноги так широко, как только мог, и прижался всем телом к столу. Его бёдра дёргались и подпрыгивали, будто рыба без воды, и вместе с этим дёргался и стол.

Тот, кто заставлял это стройное тело подпрыгивать и трястись был тираном, доминирующим над Юншином. Длинные пальцы Сехона были покрыты смазкой, он грубо проталкивал их между ног Юншина в тесный вход. Каждый раз, когда он механически входил и выходил, раздавался хлюпающий звук, ударяющий по барабанным перепонкам и распаляющий аппетит обоих.

Пальцы Сехона решительно погрузились в узкий проход. Сморщенная дырочка Юншина стиснула плоть другого мужчины. Ощущая податливость, Сехон решил изменить свою тактику и не расширять проход. Он начал агрессивно толкаться в простату, не слишком далеко от входа. Он надавил на неё, и тело Юншина задрожало.

— Нгх! М-м-м! Т-тут! Нгх! – Оправдывая ожидания Юншина, Сехон настойчиво ласкал это место. Свободной рукой он покрутил чувствительные соски Юншина, а другой надавил на место ниже. В конце концов Юншин запрокинул голову, задыхаясь. Его прямые и стройные икры мелко дрожали. Юншин застонал, и из кончика его члена вытекла непрозрачная жидкость.

— Ах! А-а-ах!

Вязкая жидкость забрызгала торс Сехона. Мужчина склонил лицо рядом с членом Юншина, так что немного жидкости попало ему на губы и подбородок. Он слизнул сперму с своего рта. Наблюдая из-под полуприкрытых век и блаженствуя в послеоргазменной неге, Юншин ужаснулся от этого зрелища. Сехон сказал, что жидкости его организма предназначены для одноразового употребления и действительно сдержал слово.

Смутившись, Юншин закрыл лицо руками, растирая его. Именно тогда он почувствовал странное ощущение между своих ног. Отняв руки от лица и опустив взгляд вниз, Юншин увидел Сехона с его пенисом, слегка вялым после секса, во рту. И не только это, но ещё и то, как тот недвусмысленно, отсасывал. Он взял в рот всё, от головки до ствола, как будто сосал фруктовое мороженное, прежде чем взять глубоко в горло.

Теснота горла Сехона снова возбудила Юншина, и его задница неудержимо задёргалась:

— Ах! Ох... Думаю, у меня снова встаёт. Хватит.

Сехон сказал что-то набитым членом Юншина ртом. Произнесённое было невнятным, но Юншину почудилось, что мужчина произнёс что-то наподобие:

— Тогда просто стань твёрдым.

Покраснев, Юншин попытался отодвинуть бёдра, но Сехон схватил обе ягодицы руками и погладил их. Он посасывал яйца Юншина, перекатывая их во рту и равномерно стимулируя возлюбленного.

Сехон на этом не остановился. Он поцеловал промежность Юншина и простимулировал языком вход, просунув внутрь кончик. Юноша содрогнулся от удовольствия. Молодой человек кончил не так давно, но, член Юншина стал твёрдым и высоким, будто этого вовсе не было:

— Аргх, хн-н-н, не делай этого. Ох, м-м-м!

Юншин не знал, сколько раз у него возникала эрекция. Он просто хотел, чтобы Сехон вошёл в него прямо сейчас. Он знал, что мужчина доставляет ему умопомрачительное удовольствие скорее языком, а не пальцами. Сехон, должно быть, чувствовал себя неуютно, всё это время твёрдый как скала, он прилагал все усилия, чтобы доставить удовольствие Юншину.

Временами Сехон мог использовать этот метод, когда хотел поиздеваться над Юншином. Это было наказание в духе непримиримого и противоречивого Сехона. Иногда у него была на это веская причина, но в других случаях, он удостаивал Юншина нежными мучениями только потому, что хотел этого. В этот раз, вероятно, это было наказание за то, что последние несколько дней они спали раздельно. После нескольких усвоенных уроков Юншин теперь знал, как справиться с этим.

Юноша глубоко вздохнул и приподнял ноги. Он скрестил лодыжки, обхватив ногами шею Сехона, и после схватил за волосы:

— Я был занят подготовкой документов. Но предпочёл бы каждую ночь приходить и спать рядом с тобой.

Сехон, протискивающий язык в дырочку Юншина, поднял голову. Страсть в его глазах была такой неистовой, что Юншин подумал, этот жар мог перекинуться на него. Он был уверен, что Сехон на пределе своих возможностей.

— Это всё, что ты можешь сказать?

— Сехон, я люблю тебя. Скорее. Я больше не могу ждать.

Сехон имел слабость к тому, как Юншин звал его по имени. Он становился даже мягче, когда Юншин говорил, что любит его. Молодой человек использовал оба приёма в одно и то же время, содрогаясь от желания. Сехон прикусил губу. Вскоре он приставил свой пульсирующий член ко входу Юншина.

Он потёрся кончиком члена о дырочку, влажную и ослабшую от того, что её обводили вокруг и лизали. Юншин, дрожа от возбуждения, схватил Сехона за плечо, и это действие будто дало зелёный свет Сехону, который с силой толкнулся в смазанное, скользкое отверстие.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 235 - Равенство

Сехон мощно вошёл, за раз заполнив Юншина большей частью своего члена.

— Ахгн! Ох!

Его член погрузился неполностью. Сехон взглянул на свой твёрдый ствол с выступающими венами. Пока Юншин тяжело дышал, он вонзил оставшуюся часть.

— Нгх! Мн-н-н!..

— Чувствуешь? Твои дырочка и член дрожат от наслаждения, что я их трахаю. Это чистая порнуха.

— Хнгх, так... так хорошо.

— Открой глаза и посмотри, какое похотливое у тебя лицо.

Сехон схватил Юншина за нижнюю челюсть и заставил повернуться, вынуждая его смотреть на их отражение в окне. Темнота снаружи позволяла юноше чётко точку соприкосновения их обнажённых тел. Как и приказал Сехон, Юншин увидел очень наглядное отражение его затуманенного лица от проникновения старшего.

Юноша зажмурил глаза, прежде чем снова их открыть. Пока он содрогался, его рот приоткрылся.

— Говоришь, что я грязный из-за собственных сильных ощущений?

— Разве ты сам не видишь?

— Но почему ты становишься больше? Ах! Ах!

В этот момент, вместо ответа, Сехон прокрутил и протолкнул свой полностью вставленный член внутрь. После этого начались его агрессивные толчки. Временами старший адвокат был более честен с телом юноши – это один из таких случаев. Сильными движениями, от которых сотрясался тяжёлый стол, Сехон настойчиво вонзал свой пенис в дырку Юншина.

Мужчина поддерживал ногу возлюбленного руками, но они начинали мешать. Вместо этого старший перекинул лодыжки молодого человека через плечо. Затем он схватил Юншина за узкую талию и вошёл глубоко внутрь. Член Сехона проник ещё глубже, чем раньше, вызывая у Юншина крики удовольствия.

— Ах! Сонбэ! С-сонбэ!

Юншин не был уверен: мерещилось ли ему это ощущение или нет, но казалось, что его внутренности выталкиваются наверх. Каждый раз, когда Сехон погружался невероятно глубоко, у Юншина сбивалось дыхание, и он ослабевал от удовольствия.

Пока Сехон продолжал проникать внутрь, его мощные бёдра напряглись от возбуждения. Крепкие мышцы спины сокращались больше обычного. Он вбивался в Юншина и отстранялся настолько, насколько мог – продолжая в том же темпе, тела обоих продвинулись дальше по столу. Папки по обе стороны от них начали падать на пол.

Секс с Сехоном был довольно напористым, поскольку мужчина вбивался в Юншина. Влажная плоть шлёпала друг о друга, влажные звуки наполняли комнату. Когда старший адвокат врезался в мягкие бёдра Юншина, с его лба капал пот.

— Сонбэ, мои бёдра тянет. Ай!

— Опиши, где мой член. Тогда я сменю позиции.

— Внутри, м-м-мх, внутри меня.

— Кто прямо сейчас тебя трахает?

— Сехон-сонбэ, ах, я же сказал, что это больно! Помоги мне подняться.

Словно заканчивая срочное задание, Сехон толкался грубо и отчаянно, но за неимением другого выбора, опустил ноги Юншина и зафиксировал их положение. Заставив юношу обнять его за шею, Сехон встал, поднимая худого мужчину. Его пенис вошёл ещё глубже, и Юншин инстинктивно скрестил ноги на крепких бёдрах старшего адвоката.

— Н-нет... Ах! Ты слишком глубоко. Подожди, отодвинься немного! Ах!

Как только их положение стало менее стабильным, Сехон сменил место и направился к стене. Должно быть, он намеревался затолкать в Юншина свои гениталии целиком, поскольку он с пылом врезался в юношу, с хлопком опуская его на свои бёдра. Юншин думал, что больше не было места, чтобы Сехон вошёл глубже, но он ошибался. Длинный и толстый член продолжал заполнять проход юноши.

— Нгх! Н-н-нх!

Напуганный Юншин не мог даже закричать, он лишь царапал шею и спину Сехона. В то же время его внутренние стенки напряглись, сжимаясь на члене партнёра. Это напряжение заставило Сехона содрогнуться. Он опустил Юншина, а затем толкнул молодого человека к стене.

Юноша опёрся руками о твёрдую стену. Тем временем Сехон положил одну руку на живот Юншина, а другу на его таз, поддерживая молодого человека, и снова начал продвигать свой член в дырочку. Он глубоко пронзил его, и спина Юншина задрожала. Не теряя ни секунды, Сехон направил головку своего члена в самое сокровенное место, до которого мог дотянуться.

— Хн-н-н, м-м-м... Думаю, я сейчас. Сонбэ, думаю, я сейчас кончу.

Пенис старшего адвоката был не так глубоко, как раньше, но вместо этого, он сильно нажимал в месте, которое вызывало самые яркие ощущения у Юншина. Сехон знал это и опустил руку с живота ниже. Он начал гладить и ласкать возбуждённый и покачивающийся член. От стимуляции и спереди, и сзади внутренности Юншина начали ритмично сокращаться.

— Ох, я сейчас кончу... Ах! Стена испачкается! Подожди! Подожди, отодвинься!

— Всё в порядке, просто кончай.

— Нет... нгх! Что я скажу домработнице?

— Просто заткнись и сделай это. Если ты вынудишь меня повторить в третий раз, заставлю тебя слизать всю сперму со стены.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 236 - Равенство

Юншин знал, что Сехон всегда держит своё слово, поэтому он навалился на старшего адвоката. В то же время, на мужчину тоже навалилось желание высвободиться. Он ускорил темп и врезался как зверь, не забывая о передней части Юншина. Взмокшие от пота, они сильно столкнулись друг с другом.

Оба высвободились практически одновременно.

— Ах! Ох-х-х!

— Хах, блять... Нгх!

Вязкая жидкость вылилась из члена Сехона и заполнила Юншина. На нём не было презерватива, поэтому его жидкость смешалась со смазкой, и Юншин отчётливо почувствовал скользкость внутри. Разбавленная сперма Юншина разбрызгалась по стене. Ноги юноши сильно тряслись от грубого секса.

Измученный Юншин рухнул на пол, и Сехон, который всё ещё был внутри юноши, тоже опустился на колени. Старший мужчина медленно вышел и повалился сверху на тощего юношу, обмякшего от того, что из него высосали энергию. У Юншина не было сил вытереть жидкость, стекающую между ног. Он лишь удобно устроился рядом с Сехоном.

Они шаловливо тёрлись друг о друга и грелись в лучах солнца. Сехон сжал задницу юноши и осыпал молодого человека поцелуями, воздушными и лёгкими, словно сахарная вата, его подбородок и челюсть. Чувствуя щекотку, Юншин рассмеялся. Сехон вопросительно посмотрел на него.

— Почему ты смеёшься?

— Я уж было собирался написать о тебе неприятный комментарий, когда в процессе было больно. Но вся моя злоба испарилась после твоего поцелуя. Я правда простак, да?

— ...

— Я такой беспечный только с тобой, так что не пойми неправильно.

Сехон выдохнул. Должно быть, ему нравилось слышать это, ведь он сжал Юншина в своих объятиях. Чуть позже он сменил позицию, чтобы снова проникнуть в юношу. Забравшись сверху на молодого человека, он оставил страстный поцелуй и потёрся их мужским достоинствами. Юншин почувствовал, как снова становится твёрдым, поэтому он оттолкнул крепкие плечи партнёра.

— Можем ли мы продолжить после того, как поедим что-нибудь? У меня нет сил, и я голоден.

Сехон жадно посмотрел на него и просунул руку между ног Юншина. Он погрузил два пальца в дырочку юноши и покрутил ими. Он выскреб остатки спермы, и Юншин ахнул, схватил руку старшего мужчину, покачав головой.

— М-м-мх, н-н-н...

— Ты в одиночку поглотил так много и всё ещё голоден?

В конце концов, семя, выдавленное пальцами Сехона, вытекало между ног юноши. Когда разум Юншина был взбудоражен от удовольствия, мужчина засунул свой палец, скользкий от спермы, меж своих губ, вылизывая его дочиста. Лицо юноши покраснело, как помидор, и он хлопнул Сехона по торсу.

— Ты свихнулся? Фу! Что ты делаешь?

Сехон усмехнулся и снова попытался засунуть пальцы внутрь Юншина, но молодой человек собрал всю свою первозданную силу и перекатился на бок. Он нашёл рубашку Сехона среди разбросанной одежды, накинул её себе на плечи и поднялся. Его ноги неустойчиво шатались, но ему удалось встать, опираясь на стол.

Сехон, который лёжа наблюдал, неохотно сел.

— Давай сначала помоемся, а после закажем еду.

Старший адвокат переступил через одежду на полу, но Юншин схватил его за руку.

— Приготовь для меня.

— Я куплю тебе что-нибудь, что приготовили другие.

— Продолжаешь играть в недотрогу, хотя всё равно выполнишь просьбу. Насколько же ты раздул свою значимость таким образом?

— Играть в недотрогу? Ты совсем своего босса не уважаешь?

— В соответствии с «Хань Фэй-цзы»*, все люди равны перед законом. Значит ты, Кан Сехон, и я равны.

Потеряв дар речи, Сехон щёлкнул партнёра по блестящему от пота лбу. Однако его глаза были полны непреодолимой любви к Юншину. Он не критиковал юношу, скорее, смотрел на него с явной нежностью. Юншин почувствовал, что может поныть ещё немного, и обрадовался этой мысли.

— Ты сделаешь это, правда? Я никогда не видел, как ты готовишь, поэтому хочу посмотреть. Кроме того, ты обещал мне в прошлый раз надеть фартук, но не сделал...

— Я вместо этого каждый день показываю тебе своё обнажённое тело – без всякого фартука.

— Но это другое. Я тоже показываюсь тебе голым. Это большая разница по сравнению с тем, когда ты смотришь на меня одетого, не так ли?

— С какой стати ты хочешь это увидеть?

— Ты не хочешь посмотреть на меня голого в фартуке?

Сехон тщательно обдумал это, затем нахмурился и отказался говорить дальше. Должно быть, он всё-таки хотел увидеть Юншина в фартуке на голое тело.

Юноша победоносно пожал плечами, а Сехон нахмурил брови, прежде чем глубоко и преувеличенно вздохнуть. В конце концов, он был слаб к Юншину и сделал так, как того желал молодой человек. Он почти механически сказал своим приглушённым голосом:

— Принимаю ваш заказ. На ответ пять секунд, иначе лавочка будет прикрыта. Пять, четыре...

— Рис! Рис с омлетом и твенджан ччигэ.* — поднял руку Юншин, как отличник, знающий ответ на вопрос.

Сехон смотрел на него, словно оценивал искусство в галерее. Не в силах сдержать порыв, он повёл руку вверх.

С самого начала и даже сейчас Сехону всегда нравилось это живое и полное энергии лицо. Все клетки его кожи, которые касались щеки юноши, когда он нежно гладил её, прыгали от волнения и радости. Удивительно, но его сердце, которое было равнодушно к другим, колотилось каждый раз, когда он смотрел на Юншина.

Возможно, с самого начала Сехон хотел хоть раз прикоснуться к этому гладкому и чистому лицу.

Потерпев поражение, Сехон раздражённо сказал:

— Хорошо, я сделаю это.

*«Хань Фэй-цзы» – древний китайский текст, названный в честь политического философа Хань Фэя. Среди важных философских классических произведений древнего Китая он затрагивает вопросы управления, дипломатии, войны и экономики, а также ценен обилием историй о доциньском Китае.

*Твенджан ччигэ — корейское национальное блюдо, представляющее собой рагу, приготовленное с использованием соевой пасты твенджан.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 237 - По имени

Уголки губ Юншина изогнулись, и он прыгнул в объятия Сехона. Старший адвокат поднял стройного юношу на руки. Их губы встретились в пёстрых интервалах, когда они покидали кабинет и направлялись в спальню.

Щёлк, дверь в спальню плотно закрылась за ними.

Действие 28

Юншин просматривал какие-то документы перед кабинетом секретаря, когда услышал что к нему кто-то приближается. Он обернулся – это была Михи. Должно быть, у неё были какие-то дела к секретарю Таку, поскольку она шла прямо по направлению к Юншину. Их взгляды встретились, и она поприветствовала его улыбкой в глазах, затем помахала над перегородками между столами.

— Секретарь Так, ты доставил мои документы в Тэсан Констракшн административному директору? Я спросила нашего офис менеджера, он сказал мне, что ты всё собрал и отправил.

— Да, сделал. Я только что получил от них подтверждение о получении и оставил вам сообщение об этом.

— О, правда? Я проверю, когда вернусь в свой кабинет. Спасибо. Адвокат До, продолжай усердно трудиться.

Она помахала остальным сотрудникам и несколько раз твёрдо похлопала Юншина по плечу. Прежде чем персонал встал, чтобы проводить её, она устремилась к другой стороне здания.

Юншин наблюдал, как её фигура уменьшалась, пока она не скрылась за углом. Он опёрся одной рукой на стол и непринуждённо спросил секретаря Така:

— Адвокат Сон, нет, директор Сон приходила, чтобы увидеться со мной, так?

Секретарь Так кивнул, подтверждая, что Юншин попал в цель.

— Вам повезло, что привлекли к себе внимание директора.

— Но мне и без этого хорошо.

— Иногда лучше принимать подарки, когда их вам дарят. Делайте всё возможное, пока она вас поддерживает. Она делает это, потому что ей жаль.

Сменив недавно на посту своего отца и став новым директором компании, Михи начала часто проявлять к Юншину внимание и интерес.

Она всё ещё чувствовала себя неловко из-за того, что создала небольшой конфликт с Сехоном по поводу того, чтобы оставить или выгнать Юншина. Таким образом, она показывала, что признаёт вину. Михи знала, что слухи в офисе секретарей быстро распространяются и молва о том, что директор обращает внимание на Юншина разлетится среди сотрудников со скоростью лесного пожара. Адвокат Сон полагала, что, раз Юншин в любом случае будет изгоем среди своих сверстников, она с таким же успехом могла бы поддержать его силой своего авторитета.

Её внимание было вызвано не только тем, что Сехон и Юншин взяли на себя много рисков и пошли на уступки, оставшись в фирме. В последнее время Догук был востребован многими корпорациями. Соперники Сухан узнали, что отношения Догук и Сухан испортились, и после напряжённого и острожного кружения друг над другом, они начали оставлять в фирме по несколько дел на раз. Так уж вышло, что Сехон сделал Тэсан Констракшн ведущим претендентом на поглощение Юнджин Констракшн, поспособствовав успешному приобретению компании, что стало хорошим аргументом для соперников Сухан.

Это вселило в новых корпоративных клиентов веру в конкурентоспособность Догук, но это также стало большой демонстрацией силы для корпорации Сухан. В любом случае это большая удача для компании, а также в некотором роде скрытое благословение.

— Видя, что директор Сон спустилась, встреча партнёров, должно быть, закончилась. Адвокат Кан должен спуститься с минуты на минуту, — добавил секретарь Так, и Юншин сразу же повернул голову в сторону коридора. Однако Сехона пока нигде не было видно.

Юншин не отрывал взгляда от угла, где были лифты, перед тем как отвести глаза, полные разочарования. После чего случайно встретился взглядом с секретарём Таком, который наблюдал за ним. Юноша, чувствуя себя немного смущённым, начал заикаться:

— П-почему вы так на меня смотрите?

— Так рады его видеть? Вы действительно один в своём роде.

— Что такого странного в том, что сотрудник ждёт руководителя, чтобы поприветствовать его?

— Ну, это довольно странно. Ещё более странно, что из всех людей вы ждёте адвоката Кана. Вам никогда не бывает страшно ? Даже юристам с большим опытом, чем у вас, не нравится пересекаться с ним.

Сехон был всё таким же острым, как бритва, на работе. Временами Юншин слышал такую чрезвычайно жёсткую критику после ошибки, что на глаза слёзы наворачивались. Поскольку Сехон всегда ожидал совершенства, все недостатки обязательно будут им замечены.

Сехон, вероятно, продолжает быть особенно суровым с Юншином. Начальник не любил смешивать личную и профессиональную жизнь. По началу Юншин был этим раздосадован, но теперь всё понял. Он мог поразмышлять о своих ошибках и исправить неверные результаты.

— О, секретарь Так, я собирался заняться этим делом pro bono. Я получил разрешение старшего адвоката Кана, — сказал Юншин, пытаясь сменить тему, и передал папку секретарю, который просмотрел её содержимое.

Чтобы выжить в компании, Юншин выработал двусторонний подход. Он помогал Сехону изо всех сил, когда тому требовалась рабочая сила, и, если его труды приносили какие-то плоды, то в качестве приза юноша присоединялся к делам, которые хотел вести, но не мог из-за отсутствия времении. Сехон с готовностью позволял Юншину забрать приз, потому что он, должно быть, думал, что это положительно скажется на эффективности его рабочего процесса.

— Мне уже рассказали. Вы можете продолжать. Дайте мне знать, если что-нибудь понадобится от меня.

— Спасибо. Для начала, не могли бы вы запланировать для меня встречу с клиентом?

— Само собой. О, и вот дата, когда выносится решение о разводе вашей сестры. Вы ведь знаете, верно?

Секретарь Так указал на день в своём настольном календаре.

— Конечно знаю. Я буду присутствовать.

— Вы собираетесь пойти лично? Они в любом случае пришлют решение в электронном виде.

— Да, ведь это то, над чем мы трудились целый год, я хочу увидеть конец собственными глазами.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 238 - По имени

После отчаянной гонки к финишной черте, судебный процесс о разводе его сестры, наконец, сбавил темп и затих.

Представители Сухан продолжали рассказывать небылицы и распространять фальшивые новости, поэтому Сехон воспользовался публичным заявлением Игён, чтобы поднять ставки, представив веские доказательства для опровержения всех фейков.

Изначально, чтобы сделать своё дело более благоприятным, а также учитывая своих растущих детей и собственную карьеру, Игён не решалась появляться на публике. Однако, для предотвращения дальнейшего распространения нелепых историй, выдаваемых за правду, Сехон решил переиграть противоположную сторону, воспользовавшись экстремальным ходом.

Помимо поддержания актуальности этого процесса в умах общественности, они получили ещё одно неожиданное преимущество. Пусть многие люди устали от споров пары, но после того, как были обнародованы факты постоянных избиений Игён, количество сочувствующих подскочило, и её поддержка стала сильнее. Сначала большая часть симпатии к ней была противоположной стороной, но теперь общественное мнение естественным образом сформировалось в её пользу.

— Тогда, полагаю, это в некотором смысле день-D? По словам юристов по делам семьи нашей компании, если завтра не наступит конец света, они видят верную победу. Команда по связям с общественностью также готовит пресс-релиз.

— Да. Если мы выиграем суд, моя сестра наберётся сил терпеть дальше.

— Правда, в это было вложено столько сил. У аса нашей компании, адвоката Кана, и директора Сон, у всех была ставка на это, так что мы не можем проиграть. Что думает директор До?

— Она сказала, что будет чувствовать себя странно. Они были вместе 10 лет. Каким бы ни было окончательное решение, ей придётся покинуть этот дом. Она стойко держалась до сих пор.

— Должно быть, ей пришлось нелегко. Передавайте ей поздравления заранее, — сказал секретарь Так сочувствующим тоном.

Юншин ответил улыбаясь:

— Передам.

Именно тогда голос заявил:

— Адвокату До необходимо снова изучить основы.

Сехон прервал их неторопливую беседу. Пока они отвлеклись, лифт спустился на их этаж. Сехон передал свои инструкции старшим юристам, после чего направился к Юншину и секретарю Таку.

Старший адвокат отмахнулся от подчинённых, напряжённо следующих за ним, и затем подошёл к Юншину. Секретарь Так и другие секретари встали, чтобы поприветствовать его. Юноша обнял свои документы и повернулся к Сехону.

— С возвращением, старший адвокат. Как прошло заседание руководства?

— Да, я вернулся. Не меняй тему.

Юншин вздрогнул от леденящего тона. После некоторого колебания он признал свою вину.

— Знаю. Я не должен сбрасывать напряжение до конца.

— Ты знал и всё равно?

— Я исправлю свой ответ.

— Зачем ты продолжаешь всё подправлять? Ты окажешься на смертном одре, прежде чем это осознаешь, пока будешь продолжать себя подправлять. Не празднуй победу до того, как на самом деле победишь. Сглазишь. Разве ты не знаешь правил нашей индустрии?

Юншин искренне кивнул, и Сехон с жалостью посмотрел на него, прежде чем передать визитную карточку секретарю Таку. Секретарь ознакомился с лицевой стороной и вернул её. В этот момент Сехон сказал:

— Ты, за мной.

Секретарь Так, которой быстро последовал за Сехоном, чтобы открыть ему дверь, неловко встал и указал на себя.

— Я?

— Нет, не ты, — равнодушно сказал старший адвокат и кивнул в сторону юноши.

— Юншин.

Как только он это сказал, в комнате воцарилась мёртвая тишина. Все с недоумением смотрели на Сехона, но тому было всё равно. Глаза старшего адвоката были прикованы к Юншину, пока он не взглянул на наручные часы и не нахмурился.

— Эй, мне нужно позвонить, так что приходи через четыре минуты с погрешностью в десять секунд.

В этот раз он не смотрел на Юншина, а поманил его пальцем, прежде чем скрыться в своём кабинете. Оставшись в кабинете секретаря, юноша застыл с ошарашенным видом.

Как только низкий голос и размеренные шаги Сехона исчезли, Юншин снова погрузился в тишину. Никто не вымолвил ни слова. Слышен был только стук клавиш.

Прежде чем Юншин это понял, секретарь Так вернулся на своё место. Он включил секундомер на своём телефоне и показал его юноше. Кроме того, секретарь Так ткнул ошеломлённого Юншина в бок.

— Он что, заболел?

Наконец очнувшись, Юншин переспросил, как и секретарь Так ранее сделал это с Сехоном:

— Я?

— Нет, адвокат Кан. Он так ласково назвал вас по имени. С каких пор вы так близки? Ни разу в жизни не слышал, чтобы он кого-то так называл. Меня никогда не называли по имени...

Юншин осторожно подбирал слова, но ни одно не казалось правильным.

— С каких пор?.. Понятия не имею. Я не помню.

— Видимо, прошло много времени? О, вы тоже живёте в общежитии компании, верно? Вы двое, должно быть, очень сблизились.

— Нет, на самом деле, я впервые слышу, чтобы он меня так назвал. Вообще, он знает, как обращаться ко мне только по имени. Но я не думал, что он когда-нибудь так сделает.

Их окружила тишина, такая же, как когда здесь был Сехон, словно на повторе. Юншин никогда не думал, что старший адвокат будет вот так называть его по имени. Если бы он знал, что Сехон способен на такое, он бы уже умолял об этом.

«Юншин».

Представляя мелодичный тенор Сехона, нежно зовущий его по имени, Юншин чувствовал себя так, словно он бешено мчится на машине без ограничения скорости. Он начинал понимать, почему Сехон становился сговорчивым, когда называли его имя. Другие могли не придавать значения обращению по имени, но для Юншина это было не так просто.

Это было лишь предположение юноши, но у него было ощущение, что Сехон, вероятно, никогда ни к кому не обращался так, как только что позвал Юншина. Важным для молодого человека было то, что для Сехона всё было впервые, и Юншин это всё получал. Неполноценное пламя жизни Кан Сехона близилось к совершенству, и юноше казалось, словно он наблюдает за этим в реальном времени. Каждый раз, когда осознавал, что является особенным для старшего адвоката, он был в восторге.

Юншин сдержал эмоции, которые его переполняли и грозились отразиться на его губах, обхватив себя рукой за шею.

В этот момент, чей-то голос прервал его сладкие грёзы.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 239 - Сепарация

— Я тоже. Это интересно – вы за два года добились того, чего я не смог за десять лет. Кроме того, сейчас три минуты и двадцать секунд. — Вместе с ответом секретарь Так показал Юншину свой телефон и жестом указал на офис Сехона. Наконец, придя в себя, Юншин склонил голову в знак прощания и направился в сторону офиса партнёра.

После глубокого вдоха он досчитал до десяти прежде чем постучать в дверь и осторожно её приоткрыть.

Сидящий на краю стола Сехон отложил телефон, только закончив разговор. Он проверил часы и взглянул на Юншина с весельев в глазах:

— Ты поставил таймер? Как раз вовремя. Заходи.

Как только разрешение войти было получено, Юншин подошёл к нему, закрывая за собой дверь. Небольшая суматоха в офисе секретариата привлекла немного внимания к кабинету Сехона, так что Юншин не мог опустить жалюзи или запереть дверь.

Не обращая внимания на происходящее снаружи, Сехон резко наклонил голову вбок и оглядел Юншина с головы до пят. Заметив неуклюжую походку юноши, он слегка нахмурил брови.

— Почему твои руки и ноги движутся вразнобой? Заболел?

— Люди снаружи наблюдают.

Не в силах понять, Сехон склонил голову на бок:

— Это для тебя новость?

— Эм, не мог бы ты звать меня по имени? — спросил Юншин внезапно.

Удивлённый Сехон подчинился:

— До Юншин.

— Не так.

— Тебя зовут иначе?

— Это не то… неважно. Давай поговорим об этом в следующий раз. Есть что рассказать?

Сехон какое-то время смотрел на Юншина, облокотившись на свой стол. Затем произнёс:

— Одним из пунктов сегодняшнего обсуждения партнёров был ты. Я отложил принятие решения, потому что хотел спросить о твоих мыслях.

Юншин предполагал, что на нескольких прошлых встречах партнёров его тщательно препарировали. Всякий раз, когда в деле его сестры возникала заминка, Юншин слишком легко мог вообразить, как другие партнёры загоняют Сехона в угол. Было несложно догадаться, что старший адвокат Кан в разгар всего этого был для Юншина щитом. Да, Сехон никогда ранее не упоминал эти встречи при юноше. Поднять этот вопрос столь внезапно и именно сейчас было неоправданно.

— Это из-за сестры?

— Нет, из-за тебя. Ты не думал о смене отдела?

Эта тема полностью выбивалась из рамок того, что Юншин мог ожидать, так что он оцепенел. В его сердце отдалось неприятное чувство. Говоря о переводе юноши в другую команду, подразумевалось, что Сехон не будет его непосредственным начальником. Его ответ прозвучал громче, чем намеревался:

— Планируешь отправить меня в другую команду?

— Условия хороши, и время подходящее – это пойдёт на пользу твоей карьере. Думаю, идея хорошая.

— Я плохо делаю свою работу?

— Я просто предлагаю найти способ сделать её ещё приятнее.

— Или тебе всё ещё не нравится мой стиль работы? Я изо всех сил стараюсь соответствовать тебе.

— До Юншин, ты слушаешь?

— Уверен, что я могу что-то сказать? Разве решение уже не принято?

— Не увлекайся. Я сказал, что хочу услышать твои мысли. Произнёс это несколько секунд назад, но, похоже, ты забыл.

Если этот вопрос поднимался на встрече партнёров , то перевод Юншина считался выгодным для фирмы. В глубине души юноша знал, что ему не следует противиться или жаловаться из-за этого.

Сехон только предложил перевод, и Юншин уже чувствовал себя куда более расстроенным. Он не ожидал, что мужчина будет защищать его, хоть и оставил его в фирме. Молодой адвокат хотел бы, чтобы Сехон не подначивал его, говоря, что это хорошая идея, но тот поступил именно так. Лишь секунду назад Юншину казалось, что он парит, потому что особенный для Сехона, но сейчас ощущал, будто застрял в грязевой яме. Его настроение стремительно рухнуло с крайне приподнятого до катастрофически подавленного.

— Может, ты уже знаешь, что не подходишь для корпоративных консультаций. В судебных процессах ты разбираешься гораздо лучше. Наши эксперты по судебным делам, в основном судьи и прокуроры, так что они придерживаются тех же ценностей, что и ты. Неважно, что я думаю об этом, быть моим помощником не для тебя.

— Звучит как отговорка.

— Хорошо, буду откровенен с тобой. Я не хочу, чтобы ты стал таким, как я, и ненавижу себя за волнение из-за собственных действий. Мысль о том, что ты уподобишься мне, приводит в бешенство. Мы слишком разные. Давай просто признаем, что это правда. Не становись таким, как я.

— ...

— Подойди ближе. Юншин не ответил, но приблизился, так что Сехон легонько схватил юношу за запястье. Потянул, уговаривая подойти ближе, и Юншин позволил себя притянуть. С близкого расстояния был виден блеск в глазах Сехона.

— Даже если ты переведёшься в другую команду, сможешь продолжать делать что-то во благо других людей. Ты должен постоянно доказывать свою значимость Догук. Тем не менее я считаю, что это хорошая идея, потому что ты мог бы делать что-то, в чём хорош и получать от этого удовлетворение. Другие партнёры поддержали это, потому что они считают, что это принесёт фирме больше денег. Так что это идеальный шанс.

Сехон, казалось, искренне хотел убедить Юншина. Тон его голоса был мягче обычного, так что сердце Юншина быстро смягчилось. Зная это, адвокат Кан схватил со стола конверт и протянул фото. Это была пара знаменитостей, которых знало большинство людей. Сехон сунул его в руки юноши, и Юншин уставился на счастливо выглядящую пару, и спросил:

— Почему ты даёшь мне это?

— Смотря на тебя со стороны, я осознал твой вновь открывшийся интерес в этой области. Я не ошибся?

Услышав такое, Юншин получил смутное представление, что пытался сказать Сехон:

— Случайно, они не разводятся?

— Очевидно, да. Клиент выбрал из всех компаний Догук. Они, вероятно, хотят использовать репутацию, которую ты приобрёл благодаря делу сестры. Я тоже согласен. Это хорошо разойдется в массах. Как только ты положишь в карман победу в деле сестры, как твоё имя возрастёт в цене.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Uroboros

Глава 240 - Сепарация

До сих пор Юншин работал как подчинённый Сехона, юриста-партнёра, но исходя из этого, подразумевалось, что молодой человек должен позволить прогреметь своему имени в качестве опытного юриста. В конечном счете это значило, что они должны разделить их практики. Юншин знал, что пока он работает с Сехоном, тот чувствует себя не очень комфортно, что осложняло отказ для юноши.

Единственное, что утешало, Сехон пришёл к этому решению, потому что хотел сохранить их отношения как можно дольше.

— Но если я стану частью другой команды…

— Знаю, о чём ты волнуешься. Ты сможешь продолжить пользоваться тем же кабинетом. Может быть, я также хотел бы, чтобы ты был тут, потому что было бы легче увидеть, что ты делаешь, подняв взгляд.

Юншин собирался упомянуть, что офис был единственным, чего он бы не хотел терять, так что почувствовал облегчение, после сказанного Сехоном.

— Тогда... Всё, что мне нужно сделать, — сменить место работы на команду по семейному праву, так?

— Если ты так решишь.

— И ты уверен, что я смогу продолжать пользоваться этой комнатой?

— Ты можешь ею пользоваться, пока не станешь партнёром.

Сехон был абсолютно прав. С тех пор, когда он взялся за дело сестры, Юншин заинтересовался бракоразводным процессом. Сехон брался за высокооплачиваемые корпоративные консультации — это рисковая работа, многие в процессе страдали. Сехон в основном выигрывал, так что Юншин всегда становился соучастником травм других людей. Сехон мог сказать, что юноша всегда ощущал за это вину.

Юншин вздохнул и затем схватил Сехона за рукав с печальным выражением лица. Волнуясь, что кто-то снаружи мог бы увидеть, он не позволил сделать большее и быстро отпустил ткань. Его беспокойство о том, как бы не быть увиденным, усиливалось из-за того, что он стоял спиной к окну. Юншин просто уставился на Сехона, прежде чем принять просьбу Схона:

— Ладно, я это сделаю. Как бы там ни было, я не могу отказаться, так что должен хорошо себя вести и слушаться.

— Разумная мысль.

— Но кто из них мой клиент? Мне нравится эта актриса. Она?

Чтобы разогнать тяжелый настрой, Юншин указал на лицо актрисы, но глаза Сехона сузились, когда он бросил на него свирепый взгляд. Его ласковое выражение почти исчезло, его сменило волнение.

— Тебе что?

Юншин вздрогнул и возразил:

— Звёзды — это просто звёзды. Мои чувства лишь фанатские...

— Правда? Ладно, значит, вот как. Преувеличенная реакция Сехона поразила Юншина. Настроение мужчины, должно быть, испортилось, так что молодой человек попытался поставить себя на место возлюбленного. Если бы Сехон по какой-то причине сказал что-то такое Юншину, то на него бы это подействовало куда сильнее чем на Сехона.

Юншин не мог себе представить, чтобы Сехону нравился певец или актёр. Однако, если бы ему в конце концов кто-то понравился, Юншин бы чувствовал, что Сехон попытался бы заполучить его в свои руки, невзирая на методы. Он мог легко представить, каким бы было его лицо, если бы Сехон сказал, что ему нравится кто-то другой.

В конце концов Юншин сдался:

— Притворись, что я никогда не говорил ничего такого. Забудь. Я лишь отдал дань на словах или что-то такое.

— Почему же, она может продолжать тебе нравиться. Наш клиент – женщина. Хорошо, ты попал в яблочко.

— Я ничего не скажу. Серьёзно. Так что просто произнеси, что я для тебя единственный.

— ...

— Давай, поторопись и скажи это мне. Ты слишком красив, для своего же блага, и я начинаю беспокоиться.

Неторопливый взгляд Сехона заполнил всё, что видел Юншин. Как будто его апатия была наполовину шуточной, он усмехнулся. Спокойный голос Сехона продолжил:

— Как думаешь, что значит то, что она выбрала тебя сама?

На этот вопрос было не сложно ответить:

— Она хотела воспользоваться фактом того, что я брат Игён. Эта пара или находятся в схожей с Игён ситуацией или хотят, чтобы вместо того я привлёк внимание.

Сехон погладил запястье Юншина, говоря, что это верный ответ. Когда его рука медленно скользнула вниз, пальцы коснулись Юншина. Юноша рефлекторно отдёрнулся, но Сехон, которому было видно куда лучше окно, сжал его руку крепче, чтобы сказать, что всё в порядке. К счастью, похоже, никто откровенно не пялился.

— Мне нужно получить документы и материалы у секретаря Така?

— Да. Пока ты пользуешься комнатой, можешь делегировать задачи секретарю Таку. Он может справиться с делами в самых разных сферах.

— Я сделаю всё возможное.

— Знаю.

— Откуда, если я даже ещё не начал?

— Я это знаю, потому что видел, как ты работаешь. Даже в судебном процессе сестры, я практически одолжил своё имя, а ты всё подготовил. Ты хорош в работе, трудолюбив и ответственен. Также мне не хочется посылать тебя прочь. Правда.

Сердце Юншина затрепетало, когда он услышал об истинных чувствах Сехона, Юншин поёжился и заколебался, он ответил с пылающими щёками:

— Я тоже тебя люблю.

Затем Сехон отпустил руку Юншина и игриво нахмурился:

— Странно использовать такую формулировку. Я никогда не говорил тебе подобного.

— Ух-ты! Как ты сейчас собираешься сдать назад? Трус. Ты мужик?

— Вероятно. Тебе бы стоило знать.

Он ткнулся щекой в пах Юншина и затем встретил взгляд юноши. Юншин был ошеломлён и парализован. Сехон небрежно добавил:

— Есть что-то ещё сказать? Ты можешь уйти, если нет. Я всё сказал, что было нужно.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Uroboros

Глава 241 - Признание

— В-вот так просто? — спросил Юншин, заикаясь от замешательства.

— Я должен сделать что-то ещё?

Они только что обсудили серьёзный вопрос о смене команд, и Юншин чувствовал разочарование от того, что Сехон так буднично его отослал. В знак протеста юноша сделал шаг назад. Не скрывая своих чувств, он повернулся и пошёл к двери, прежде чем обернуться в последний момент.

Сехон безмолвно смотрел на него с приподнятой бровью. Он был готов вернуться на своё место и продолжить работу. Чувствуя всплеск эмоций, Юншин снова собирался подойти к старшему мужчине, но глаза Сехона вопрошали, почему юноша не уходит.

Прикусив нижнюю губу, Юншин схватился за ручку двери.

— Конечно, валяй. Работай усердно и стань неприлично богатым.

— Я куплю тебе много отличной еды.

— Всё в порядке, я тоже деньги зарабатываю. Почему ты тогда сексом не с работой занимаешься? Зачем делать это со мной?

Юншин распахнул дверь и вышел из кабинета.

Дверь тяжело закрылась и на месте, которое ранее занимал Юншин, осталась лишь абсолютная пустота.

Сехон, который делал вид, что сосредоточен на своей работе, уставится на пустое место, где когда-то стоял юноша. Он покрутил в пальцах длинный корпус ручки. Вращающийся жезл резко остановился в вертикальном положении, будучи зажатым длинными пальцами. Сехон небрежно бросил его на стол, и его маска спокойствия растворилась.

Он усмехнулся, и на его губах заплясала неспешная и безмятежная улыбка.

* * *

Ещё несколько лет назад для Юншина развод был просто очередным судебным разбирательством. Однако, пройдя через многое, его мнение об этом изменилось. Расторжение брака знаменует конец, но также и новое начало. Он заинтересовался упрощением этого процесса. В этой области права было больше серых зон, чем в других, и дело его сестры послужило сильной вакциной, привившей ему уверенность добиться большего успеха в следующий раз.

Юншин подумал, что Сехон тоже заметил это изменение, поэтому нашёл для юноши такую возможность.

Молодой человек просматривал материалы клиента до глубокой ночи. Он сделал шаг назад от доски в своём кабинете, рассматривая общую картину обозначенных моментов. После подведения итогов дела казалось, что его клиент не остановился на посредничестве, а будет продолжать судебное разбирательство, как и его сестра.

— Их брак полностью провалился, но муж не хочет разводиться... А жена готова рискнуть дойти до судебного процесса. Думаю, главная причина развода – бред ревности* мужа, но медицинских записей об этом нет.

После недолгого осмотра доски Юншин начал записывать все вещественные доказательства, которые ему было необходимо получить от клиента как можно скорее.

— Перечень публичных мероприятий, в которых муж участвовал в последний год... Свидетели дают показания, что она подвергалась психологическому насилию. Их выписки по кредитным картам, записи телефонных разговоров.

Юншин взял стопку документов и начал их перечитывать. Записи телефонных разговоров пары были распечатаны, но у него не было ни одной записи от менеджера, который тесно сотрудничал с мужем. Для известного актёра было непросто свободно передвигаться, поэтому измены у жены за спиной, если они были, скорее всего, осуществлялись через менеджера. У юноши было ощущение, что, если он перевернёт агентство с ног на голову и достаточно сильно их встряхнёт, что-то да обнаружится.

— Операционные расходы агентства на мужа. Отлично. Теперь, вроде, всё.

Юноша решительно положил маркер и набрал внутренний номер, чтобы запросить информацию. Никто не взял трубку. Он смущённо проверил время, которое показывало, что было уже больше десяти. Поняв, что рабочий день уже давно закончился, он спешно взял мобильный телефон. От Сехона не было сообщений, что странно. Бросив взгляд через коридор, увидел, что свет в кабинете старшего адвоката был выключен.

«Он ушёл раньше меня? Тогда бы он мне сказал», — подумал он.

Он уже было собирался позвонить, но в тот же момент распахнулась дверь. Подпрыгнув от испуга, Юншин уронил телефон.

— Боже, ты меня напугал.

Сехон, о котором шла речь, стоял в дверном проёме. Так получилось, что он шёл с другой стороны холла, из-за чего оказался в слепой зоне. Юншин выдохнул, чтобы успокоиться, подобрал телефон и положил его обратно на стол. Звуча немного опустошённо и потрясённо, он сказал:

— Ты действительно не джентльмен.

— Как ты смеешь держать такие грубые мысли о своём непревзойдённом старшем в своей крошечной головушке.

— Ты не спрашиваешь, что именно это за грубые мысли? Они довольно хардкорные.

— Скорее всего, они софткор по сравнению с тем, что я думаю о тебе в своей голове.

Краска мгновенно разлилась по лицу Юншина, и Сехон похлопал пальцем по раскрасневшейся щеке и сказал:

— Ты сейчас уходишь с работы? Тогда можем взять мою машину.

— Я могу присоединиться?

Просиявший Юншин отодвинул доску в сторону и собрал свои вещи. Он положил в сумку только те документы, которые ему были нужны, и затем надел пиджак. Сехон терпеливо ждал его, и когда юноша вышел, старший адвокат выключил свет и закрыл кабинет.

Они бок о бок шли по тихому коридору. Было уже поздно, но несколько человек по-прежнему были позади, поэтому свои мысли они держали при себе. Молчание продолжалось в течение всей поездки на лифте, до тех пор, пока они не достигли подземной парковки.

Наконец, Юншин запрыгнул на пассажирское сидение машины раньше, чем Сехон занял своё место. Он терпеливо ждал, и как только старший адвокат сел на водительское место, юноша наклонился вперёд и громко поцеловал Сехона в щёку. Этого было недостаточно – Юншин оставил большой укус на щеке старшего мужчины.

Сехон выдохнул, забавляясь зрелищем, которое увидел в зеркале заднего вида. Затем машина начала плавное движение. Юншин к тому времени уже был пристегнут ремнём безопасности. Он наклонил свою голову к Сехону и сказал ему:

— Я спросил начальника судебной группы по семейным делам и услышал, что изначально это дело попало к тебе. Клиентка попросила тебя, и после твоего отказа, она выбрала меня.

— Да, она так и сделала. Всё хорошо продвигается?

— Я выявляю основные проблемы. Но ты случаем не знаешь клиентку лично?

Сехон мог понять, что Юншин пытался выяснить, всего лишь по нескольким высказываниям. Он беззаботно ответил:

— Должно быть, ты снова где-то что-то услышал. Перестань ходить вокруг да около – у тебя действительно плохо получается. Просто спроси.

*Бред ревности (параноидальная ревность, синдром Отелло) в психиатрии — это патологическое состояние, при котором человек безосновательно уверен, что ему изменяют.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 242 - Признание

Сехон попал прямо в яблочко. Новый руководитель Юншина сказал ему, что давным-давно Сехон брал дело этой клиентки о клевете. Однако этому контакту было несколько лет, и старший больше не брался за судебные дела подобного рода. Дело Игён было для него нетипичным и до сих пор продолжалось.

Новости всё ещё поднимают шум по этому поводу, но, несмотря на это, актриса обратилась к Сехону за помощью, что, скорее всего, означало, что она возлагала на него какие-то надежды. Придя к такому выводу, Юншин настолько волновался об этом, что не мог сосредоточиться ни на какой другой работе, сфокусировавшись в последние дни исключительно на этом деле.

Воспользовавшись возможностью, которую так ждал, Юншин заглотил наживку.

— Когда-нибудь что-нибудь вспыхивало между тобой и клиентом, будь то мужчина или женщина? Тебе нравится делать вещи, которые не положено, поэтому я подумал, что если бы ты был в правильном настроении, то мог бы заняться сексом на одну ночь.

— Каким ты меня вообще видишь? Я очень строг в вопросе личных границ. С чего бы? Это тебе понравилась эта актриса, но ты ревнуешь, потому что она меня знает?

— Ты действительно собираешься быть таким? Она знала тебя несколько лет назад, и твоё положение изменилось, поэтому, раз она снова к тебе обратилась, это должно значить, что у вас двоих были довольно хорошие отношения. Должно быть, к ней ты был также добр, как и ко мне.

— Мы не ладили. Я ни с кем не лажу из-за своего дурного характера, — спокойно ответил Сехон.

Ответ был настолько безразличным, что реакция Юншина стала в два раза резче.

— Думаешь, я в это поверю? Ты не знал меня тогда, поэтому мог просто одурачить.

— Что ты хочешь услышать? Скажи мне – Я скажу это.

— Тогда скажи, что я тебе нравлюсь. Три раза.

— Ты мне нравишься, ты мне нравишься, ты мне нравишься.

— Только я.

— Конечно, мне нравишься только ты. Можешь ли ты сказать это, исходя из факта, что я занимаюсь сексом с тобой, а не со своей работой?

Юншин хотел услышать, что он единственный для Сехона. Поскольку на этот раз старший адвокат вёл себя как хорошо воспитанный ребёнок, юноше приходилось сдерживать смех. Сехон вообще не улыбался, но Юншин видел, что старший наслаждается этим моментом с юношей.

Поскольку он добился такого редкого признания в любви, Юншин ненадолго прислонился головой на плечо Сехона, прежде чем отстраниться. Старший адвокат не упустил момент и быстро чмокнул макушку юноши. Пока стояли на светофоре, они повернулись друг к другу и поцеловались. Первым заговорил Сехон:

— Если хочешь обсудить работу, говори сейчас. У тебя не будет возможности поговорить об этом, когда мы вернёмся домой.

Юншин помычал себе под нос, размышляя об этом, и осторожно начал:

— После встречи с моей клиенткой, я делал небольшие записи о том, что, думаю, можно назвать хрониками их семейных споров за последние два дня. Муж узнал о её интимных связях перед браком, что вызвало конфликт, приведший к распаду брака. В каком веке мы, по его мнению, живём, чтобы ожидать воздержания до брака?

— Так что в твоём арсенале?

— Доказать, что он всегда был чрезмерно зависимый и ревнивый. Она узнала об этом после женитьбы, и это настолько серьёзно, что продолжать брак невозможно. Воспользоваться показаниями свидетелей, наверное, самый безопасный способ, ведь так? Менеджеры, директор агентства и сотрудники, их знакомые знаменитости и другие связанные с индустрией люди, а также его бывшие девушки.

— Это всё? Тебе не кажется, что чего-то не хватает? А должно.

Смутно представляя, чего пытается добиться Сехон, наклонил голову.

— Должно? Я думал, этого будет достаточно.

— Я так не думаю.

Юншин быстро задумался и понял, какой ответ хотел получить Сехон.

— Он тоже встречается с мужчинами? Как долго? Со сколькими?

— Возможно, её он насиловал психологически, но есть большая вероятность, что своих любовников-мужчин он насиловал физически. На самом деле, самые полезные доказательства в суде – это видимые и материальные.

— Будет ли это убедительно? Они оба актёры, развод привлечёт внимание, и один неверный шаг может привести к разоблачению его бойфренда против его воли.

Проработав целый год над разводом Игён, Юншин понял, что СМИ – это оппортунистическая голодная гиена. Сехон просчитал беспокойство на лице юноши, и намеренно надавив на него сильнее, старший адвокат разжигал дух соперничества Юншина.

— Я не знаю. Я хочу чтобы это сделал адвокат До Юншин. Могу ли я возлагать на тебя большие надежды?

— У тебя есть какие-нибудь советы для меня?

— До Юншин, ты человек 21 века. Почему ты пытаешься решить всё в рамках душного старого суда?

Юншин искал ответ в угловатой челюстях Сехона, после чего щёлкнул пальцами.

— Что, если я найду его прошлых жертв и получу от них рассказ об их отношениях онлайн или на видеохостинге? Мы можем рассчитывать на анонимность в интернете. Но поскольку это будет правдой, муж будет чувствовать психологическое угнетение. Это не будет веским доказательством при посредничестве, но так как они оба знаменитости и чувствительны к мнению общественности, это, вероятно, окажет влияние на финальное решение, если мы правильно этим воспользуемся.

— Ты довольно гладко становишься плохим парнем.

Строго говоря, клиентка Юншин была жертвой, поэтому он пытался бросить ей спасательный жилет. Прочитав извинения на лице юноши, Сехон равнодушно добавил:

— Я всё продолжаю думать, что тебе следовало становиться прокурором. Можешь попробовать подать заявку сейчас, если хочешь.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 243 - Свидетельство о разводе

— Жаль, я собираюсь продолжать использовать кабинет по соседству с тобой.

Сехон постучал ладонью по рулю, довольный ответом, и взглянул на Юншина. В ответ на пристальный взгляд, юноша опёрся на сильную руку старшего адвоката. Каждый раз, когда Юншин хотел выразить себя, он был счастлив, что именно Сехон, а не кто-то другой, был рядом с ним. Молодой человек был полон благодарности, когда видел старшего адвоката рядом с собой с его неизменным отношением.

Окончательно проникшись к Юншину, Сехон осторожно поднял руку, на которой лежала голова юноши, чтобы погладить его мягкие волосы. Рука скользнула вниз по виску, ушам и щекам Юншина. Его жёсткая рука была прохладной на ощупь, и глаза юноши мягко закрылись.

— Окончательное распоряжение по делу сестры скоро будет передано – не хочешь пойти со мной? Знаю, что тебе это не нужно, но... Просто потому что... — спросил Юншин с опаской.

Для юристов было обычным делом не присутствовать на заседании суда для вынесения окончательного постановления. Поскольку они знали, что почти наверняка выиграют судебный процесс, над которым трудились, и из-за чрезмерной занятости Сехона, Юншин чувствовал себя виноватым, прося его прийти. Старший адвокат с готовностью ответил, но его ответ звучал отнюдь не невинно.

— Сколько у тебя дома бутылок вина? Давай размажем его и выпьем. Тогда я пойду с тобой.

— Что размажем? Жидкость? Где?

Без предупреждения рука Сехона потянулась к паху Юншина и крепко сжала его. Юншин ахнул и посмотрел на старшего мужчину дрожащими глазами, и старший адвокат демонстративно схватил за ствол сквозь ткань, осторожно крутя его в руке. Было бы куда лучше, если бы на этом Сехон остановился.

— Или мы можем налить его внутрь и выпить, — сказал с намёком Сехон и выставил средний палец, ткнув в промежность Юншина.

Он очертил круг кончиком пальца, словно хотел погрузить его внутрь, худой юноша вздрогнул и склонился вперёд. Если бы не ремень безопасности, Юншин бы ударился головой о бардачок.

Запоздало юноша взял себя в руки и ударил Сехона по руке. Старший адвокат отступил без боя. Но это не значило, что он перестал говорить.

— Белое или красное?

— Я не буду пить с тобой!

— Хм-м-м, наверное, и розовое у тебя тоже есть.

— Сказал же, что не буду!

— Кто говорит, что пить будешь ты? Тем, кто будет пить, буду я. Ты просто бокал для вина. По-моему, когда в тот раз твоя сперма смешалась с салатом, вкус был намного лучше.

Юншин прикусил губу и довольно сильно ударил старшего адвоката по руке.

— Угх, ты, должно быть, с ума сошёл.

Сехон шаловливо ухмыльнулся, а затем разразился искренним смехом.

Действие 29

В день вынесения окончательного решения тяжёлая атмосфера окутала здание суда.

Обычно в вынесения решения роль судьи заключалась лишь в передаче приказа, а противоборствующие стороны и их адвокаты редко появлялись. Однако сегодня Юншин принимал участие вместе с Сехоном. Из-за того что старший ребёнок Игён пошёл в начальную школу, она чувствовала себя неловко, что её лицо снова появится в заголовках новостей. Вместо неё присутствовали два адвоката.

Когда они сели, судья начал монотонным голосом зачитывать перед ними приказ.

— Настоящим мы заявляем, что истец До Игён и ответчик Ю Чонвон разведены.

Судейская коллегия обязала ответчика выплатить истцу алименты, и общая сумма разделённых активов составила более десятка миллионов.

Вина лежала на муже, да и Игён лучше подготовила свои доказательства, чем того ожидала команда юристов Сухан. Мало того, что Сехон и его команда юристов исключительно хорошо использовали предоставленные доказательства, невероятно унижая другую сторону перед лицом СМИ, но и в остальном не было особых проблем. Имущество ответчика оценивалось миллиардами, поэтому сначала они ожидали астрономическую сумму при уравнивании собственности.

Однако, как только результат слушаний стал более очевидным, Сехон внезапно попытался договориться с противоположной стороной. Это была просьба Игён. В обмен на значительное снижение суммы компенсации она попросила их отказаться от права на апелляцию и всех публичных и частных нападок на неё, а также отказаться от прав посещения и прав на принятие решений. После первоначального сопротивления и долгих раздумий, Сухан в конце концов приняли условия. Большую часть имущества ответчика составляли ценные бумаги корпорации Сухан, поэтому, если бы они разделили их в соответствии с законом, тогда власть Чонвона в компании была бы поставлена под угрозу.

Игён хотела только единоличных опекунских и родительских прав, сумму алиментов больше средней и гарантии мирной жизни со своими детьми – для неё это было удовлетворительным результатом. Казалось, Сехон был немного разочарован, но сдался, поскольку его клиент очень этого хотел.

— Этот суд назначает истца единственным родителем и опекуном детей. Ответчик Ю Чонвон должен выплачивать истцу алименты на ребёнка, начиная со следующего дня, после вынесения решения, и до тех пор, пока оба ребёнка не достигнут совершеннолетия, каждый последний день месяца...

Юншин, внимательно слушающий содержание приказа, тихо встал посреди чтения. Он вышел из зала суда, оставив позади Сехона. Избегая столкновения с кем-либо, он направился в ванную комнату, чтобы умыть лицо холодной водой. Он вытер влагу грубым бумажным полотенцем и встретился взглядом со своим чётким отражением.

Он не был уверен, сможет ли насладиться победой в судебном разбирательстве. Юншин посчитал, что если бы он мог физически улыбнуться, то просто позволил бы себе порадоваться этому, и попытался приподнять уголки губ. К его большому облегчению, на его губах изящно заиграла улыбка.

Он хотел отправить сообщение своей сестре, но знал, что она намеренно не смотрит новости, выбрав проводить это время с детьми. После того как придёт подробное постановление, юноша сообщит ей известия, позволив ей самой прочесть и обдумать все причины их судебного решения самой.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 244 - Свидетельство о разводе

Юншин глубоко вздохнул и вышел из ванной комнаты или, по крайней мере, попытался. Так случилось, что он столкнулся прямо с Сехоном, который шёл в его сторону, и замер в тесной комнатке.

Он обдумывал, как начать разговор, но лампочек озарения в голове не вспыхивало. В итоге он просто задал банальный вопрос:

— Как думаешь, у здания суда будет много репортёров? Я пришёл сюда, надеясь на слова Сухан, что они будут контролировать прессу, но некоторые, должно быть, всё же пронюхали, что мы собираемся приехать сюда, потому что я видел нескольких репортёров по пути сюда.

— Не знаю. Вероятно, снаружи будет столько же, сколько и внутри.

— Нам нужно остаться до конца суда?

— Нет, они закончили чтение приказа. Поэтому я тоже вышел. Давай возвращаться.

Юншин был слегка расстроен необходимостью возвращаться в компанию, вместо того, чтобы ехать домой, потому что у них всё ещё оставалась работа. Юноша должен был опубликовать позицию Игён по поводу вынесенного приказа. Также ему было нужно следить за тем, чтобы Сухан сдержали своё обещание, при составлении статей. Всё это отразилось на выражении лица Юншина. Сехон вскользь спросил:

— Ты уже связался со своей сестрой?

— Я собирался сделать это ближе к вечеру. Думаю, будет лучше позвонить ей после того, как дети лягут спать.

— Скажи ей, что нужно дать ещё одно интервью для статьи. Мы подготовим вопросы и ответы.

— Ей достаточно того, что она может защитить своих детей от насилия бывшего мужа, больше ей ничего не нужно. Часть имущества, которое она получит, будет передана благотворительной организации, и, как и хотел наш покойный отец, она будет скромно жить. Ведь так?

— Да. Скажи ей, чтобы она плакала, когда встречает репортёров. Сейчас плакать уместно.

Юншин понимающе кивнул и затем внезапно спросил с тревожным выражением лица:

— Чонвон не станет подавать апелляцию, как обещал, верно? Я не уверен, стоил ли ему доверять.

— Внутренние проблемы для него такой же минус. Это особенно невыгодно, поскольку он находится на последней стадии гонки за наследование компании. Последующие действия я возьму на себя, так что не беспокойся.

Взглянув на облегчение, отобразившееся на светлом лице Юншина, Сехон отвернулся. Он направился к парковке на подземном этаже, и юноша, конечно же, последовал за ним. Пока они шли, Юншин смотрел на широкую и надёжную спину старшего адвоката. Невольно он вспомнил фразу, сказанную Сехоном ранее: «Говорят, что ни одна из сторон не выходит из бракоразводного процесса победителем или проигравшим; только адвокаты выигрывают или проигрывают».

Пока он шёл, Юншин тихо сказал:

— Поздравляю.

— Тебя тоже. Ты проделал тяжёлую работу..

Краткий ответ Сехона был расслабленным и нежным.

Они в два счёта добрались до подвального этажа. Юншин открыл дверь пассажирского сидения машины Сехона и остановился. Почувствовав нерешительность, старший адвокат тоже остановился. Их взгляды встретились, пока их разделяла машина.

Юншин всегда хотел рассказать об этом Сехону. Сколько бы раз он это не повторил, этого будет недостаточно. Чем ближе они становились, тем труднее было выразить эти маленькие знаки благодарности, так что он не мог показать Сехону всё, что было у него на сердце.

— Спасибо. Я смог продержаться так долго благодаря тебе.

Сехон спокойно посмотрел на него и ответил так, словно услышал что-то глупое:

— Ты сделал всю тяжёлую работу.

— Люди могут поверить этому. Слышал, ты так сказал моей сестре.

— Потому что это правда.

Сехон переадресовывал все достижения Юншину, но они оба лучше всех знали, что это далеко от правды. Среди всех документов и проблем с ними и с Сухан не было ни одной вещи, которая бы не прошла через старшего адвоката. Он всегда боролся изо всех сил, пытаясь выиграть перетягивание каната с адвокатом противоположной стороны, и он подпитывал огонь в СМИ, чтобы предотвратить потерю интереса у общественности.

Более того, даже если оружие, которое он держал в руках, было мощным, сражаться в одиночку было невообразимо тяжело. Глубокое одиночество и страх человека, оставленного одного глубокой тёмной ночью, быстро выведут человека из строя, что делает его уязвимым. Игён нуждалась в ком-то на её стороне, и Сехон был тем, кто протянул ей руку. Если бы это предложил Юншин, его сестра отказывалась бы до последнего.

После обмена взглядами в течение некоторого времени, они наконец-то сели в машину. Пока Юншин пристёгивал ремень безопасности, Сехон взялся за руль. Пока они не покинули здание суда, они не проронили ни слова. На самом деле Юншин всё ещё был начеку, на случай, если их подкараулит репортёр – он смотрел в окно и крепко сжимал губы.

Машина плавно проехала мимо главной дороги в Каннаме по направлению здания компании.

Вложив всё напряжение, покидающее его тело, Юншин наконец смог сказать:

— Странное ощущение.

— Почему? Это твоя первая победа?

Не в силах скрыть растерянность, юноша резко произнёс:

— Я не собираюсь учить рыбу плавать, но у меня была изрядная доля побед.

— Я и не знал, что у меня на пассажирском сидении такой выдающийся человек.

— Больше у меня не будет с тобой никаких общих дел, не так ли?

Когда они остановились на светофоре, Сехон, который массировал руль и шутил, повернулся и посмотрел на Юншина. Пока юноша обменивался несущественными комментариями, в какой-то момент он снова повернулся, чтобы посмотреть наружу. Поглощённый своими мыслями, он выглядел полным беспокойства, считая проскакивающие уличные фонари.

Мельком увидев в отражении уставившегося на него Сехона, Юншин невозмутимо решил выразить словами свои причины. В его поведении и тоне было столько самообладания, что Сехон мог почувствовать, как подавляются бушующие эмоции и как бурлят под поверхностью.

— Было весело работать с тобой, ну, даже если само дело не было таким приятным.

Сехон слегка нахмурил бровь.

— Ты эмигрируешь в какую-то другую страну?

— Если я уеду, то кто будет тебя развлекать?

— Тогда почему ты так себя ведёшь?

— Мне очень жаль сестру, но теперь, когда дело закрыто, чувствую словно один предлог, чтобы побыть вместе, для нас исчез. Ты всегда занят, и я тоже не совсем свободен. Какое теперь оправдание нам найти, чтобы уходить с работы вместе? До настоящего момента, все проекты мы делали вместе, поэтому люди не смотрели на нас странно. Теперь они подумают, что это необычно, если я поеду с тобой, даже несмотря на то, что это кресло принадлежит мне.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 245 - Обещание

— Кресло никуда не денется.

— Помимо этого, я должен скрывать все признаки того, что мы встречались на выходных.

Внимательно выслушав всё, сказанное Юншином, Сехон рассмеялся.

— Думаю, это я уезжаю из страны.

— Я серьёзно.

— Мы видимся каждый день.

Теоретически он был прав, но теория далека от истины. Их рабочая рутина и тайм-менеджмент совершенно отличались. На самом деле, когда у них не было совместного проекта, они шли на работу к одному времени и вообще не разговаривали до самой ночи.

Более того, они оба обычно жили погребённые в работе, так что находить время друг для друга было не так просто. Последние несколько месяцев им удавалось держаться рядом семь дней в неделю благодаря делу о поглощении, разводу Игён и большинству их совместных проектов. Следовательно, это было возможно только потому, что между ними не было границ в работе.

— Личное и профессиональное время Кан Сехона было полностью моим, но мне горько, что сейчас только твоя личная жизнь принадлежит мне.

Скрип.

Прежде чем Юншин успел закончить, Сехон резко свернул на другую полосу. Он остановился на обочине и внезапно вышел из машины. Он обошёл капот и открыл дверь пассажирского сидения. Юншин ошарашено смотрел на него.

— Ты что делаешь?

— Вылезай.

— Моё нытьё было раздражающим? Я уже почти закончил.

— Это совсем не раздражало. Я подумал, что это не разговор за рулём. Выходи.

Глаза Юншина стали круглыми, он был в замешательстве от резких действий Сехона. Он просто сидел, не зная как реагировать, а Сехон подгонял его, постукивая по раме машины. У старшего адвоката на лице было написано, что ему есть, что сказать. Обычно такое лицо строил Юншин, так что это было что-то новое. Юноша огляделся и, наконец, вышел из машины.

Место находилось недалеко от пустыря, поэтому людей было мало. Лишь несколько старшеклассников играли в баскетбол через дорогу. Повернувшись к ученикам спиной, они проскользнули между зданиями. Они остановились и встали друг напротив друга в узком переулке.

Сехон пристально смотрел на Юншина, затем мягко потянул его за запястье, чтобы погрузить его в свои объятия. Затем он осыпал поцелуями его макушку. Наслаждаясь приятным чувством, Юншин спокойно моргнул.

— Юншин.

В конце душа из поцелуев Сехон позвал юношу по имени. Юншин вздрогнул, и его губы приоткрылись. Интонация Сехона, его голос, тепло и жесты – Юншин так любил их, что хотел попросить его подарить ему такой момент снова, но душевная атмосфера не позволила ему спросить. Не в силах ответить, юноша смотрел в стену пустым взглядом. Сехон продолжил:

— Я попросил тебя сменить команду не потому, что ты был обузой или что я хотел разделить нас.

— Я всё это понимаю. Я чувствую то же самое.

— Я тоже думал, что ты понял, но, глядя на тебя сейчас, я вижу, что это не так. Если тебе понадобится какой-либо совет от меня, я всегда к твоим услугам. Если мне понадобится помощь, я первым делом попрошу тебя. Если наше расписание совпадёт, мы поедем домой на одной машине. Мы будем проводить выходные вместе. Сейчас и в будущем, это кресло принадлежит тебе. Ничего не изменится.

Юншин отстранился от торса Сехона и посмотрел на старшего мужчину.

— Я был эгоистичен, из-за того что мне нравится то, какой ты сейчас, и я хочу, чтобы ты оставался таким. Это не потому что ты для меня бесполезен. Я же говорил. Ты хороший юрист.

Выслушав терпеливое и подробное разъяснение Сехона, Юншин подумал, что ему больше не стоит жаловаться и делать вид, что он больше не понимает старшего адвоката. Но это для него не легко было признать это вслух. Должно быть, тревога отразилась на его лице, потому что Сехон выглядел странно неудовлетворённым, будто у него был зуд в месте, до которого он не мог дотянуться.

— Если ты действительно хочешь, можешь вернуться в мою команду. Хочешь это сделать?

— Когда ты так говоришь, кем это меня делает?

— Ты не веришь в меня?

— Странно быть полностью уверенным, когда тебе кто-то нравится. Я всегда тревожусь.

По правде говоря, Кан Сехон был единственным необъяснимым и неизвестным в жизни Юншина. Юноша просто не мог логически объяснить всё, что касается старшего адвоката. Как Сехон однажды сказал, причинно-следственная связь с началом их отношений была расплывчатой, так что Юншин чувствовал, словно их отношения могут пойти наперекосяк без всякой причины, столь же загадочным образом, как и начались.

Физическое расстояние между ними останется близким, но сокращение времени, проводимого вместе, может стать началом конца.. Юноша, по сути, изливал эти опасения Сехону.

— Давай найдём хорошее решение. Оставь это на меня.

Прямой взгляд Сехона замер на Юншине. Старший адвокат пытался передать свои чувства глазами, как он временами делал. Юноша старался изо всех сил, чтобы считать всё, и тихонько кивнул.

Они сделали сумасшедший рывок к финишной черте, выполнив все возложенные на них задачи, теперь Юншин мог глубже задуматься об этом, раз они все завершены. Это было препятствием, с которым они должны были столкнуться в какой-то момент. Сехон не относился легкомысленно к жалобам юноши и всегда искренне пытался их понять, из-за чего Юншин чувствовал себя ещё более виноватым.

Юншин дёрнул за тёмный галстук Сехона. Под воздействием импульса, он прижал свою нижнюю половину к старшему мужчине.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 246 - Обещание

Прижавшись головой к плечу Сехона, Юншин притянул талию старшего мужчины, и он в ответ сжал туловище юноши в своих руках. Словно Сехону этого было недостаточно, он наклонил голову и несколько раз поцеловал ухо и виски Юншина, взъерошив гладкие волосы. Молодой человек закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями, и сказал:

— Прости, что веду себя так глупо.

— Я и так знал, что ты идиот.

Прежде чем Сехон смог продолжить, глаза Юншина распахнулись, и он громко ударил старшего в грудь. В его руке было достаточно силы, так что Сехон должен был почувствовать боль, но он продолжал отдавать всё внимание объятиям Юншина. Юноша изо всех сил пытался вырваться, поэтому старший адвокат прижал его к стене и притянул ближе в свои объятия. Также он скрестил свои руки в железной хватке, отрезая пути к бегству.

После небольшого количества извиваний, Юншин сдался.

— Пригласи меня на свидание. Тогда я тебя отпущу.

— Поужинай со мной после работы.

— Если у меня будет время.

— Я действительно хочу поесть с тобой.

— Я подумаю об этом.

— Когда ты скажешь, что любишь меня? Почему это всегда говорю я?

— Скажу, когда ты будешь достаточно умён, чтобы соответствовать моим стандартам.

Изумлённый Юншин собирался ущипнуть Сехона за бок, но отказался от этой мысли. Ему нравился этот момент, когда они ехидничали друг с другом. Юноша чмокнул угловатую челюсть старшего адвоката и посмотрел на него. Мгновенно его взгляд встретился со взглядом Сехона, который смотрел чуть вниз. В его остром взгляде были сотни и тысячи невыразимых эмоций.

Затем Юншин закрыл глаза, своими действиями умоляя о поцелуе. Сразу же большие руки Сехона скользнули по его спине и плечам к его гладким щекам.

Старший адвокат схватил мягкие щёки молодого человека и накрыл губы Юншина своими. Целовать Сехона было так же естественно, как дышать, и юноша приоткрыл губы для старшего мужчины. Бугристый и тёплый язык Сехона облизал его кожу, а затем проник в рот юноши, вызывая электрические импульсы у молодого человека, распространяющиеся до самых пальцев ног. Плоть, исследующая все внутренности его рта, разгорячила Юншина.

— Хн-н-н, м-м-м... — горячо вздохнул Юншин и ближе прижался к Сехону.

Самым удивительной стороной Сехона было то, что он заставлял Юншина любить его больше, чем в предыдущий день.

От губ, целующих его, плеч, начавших двигаться навстречу, и до его опасно сжатого горла, везде, где прикасался Сехон, было приятное чувство. Юншин хотел, чтобы его партнёр знал, что он чувствует. Когда он ощутил, как горячая плоть проникает в его рот, Юншин провёл рукой по каждому уголку хорошо сложенного тела старшего мужчины. Юноша поднял руку, запуская свои пальцы в волосы партнёра, и схватил их.

Разгорячённый Сехон прикусил зубами губы Юншина. Он схватил молодого человека за плечи и отстранился. Их чувствительные губы связывала тонкая и прозрачная нить, и его глаза опасно сверкнули. Они были полны жажды.

— Следует ли нам сделать больше?

— Здесь?

— Так случилось, что мы недалеко от отеля. Как насчёт того места позади тебя?

Сехон вздохнул и посмотрел на время. В то же время Юншин обернулся на высокое здание отеля и покраснел.

После чего он обеими руками схватился за пиджак Сехона и спрятал свои щёки на груди у партнёра.

* * *

В круглосуточном кафе недалеко от их жилого комплекса, как обычно, было мало посетителей. Они оба были одеты в удобную одежду, сидели рядом на своём обычном месте и смотрели в окно, за которым дул зимний ветер. В тёплой зимней шапке, прикрывающей уши, Юншин обеими руками держал кружку. Пальцами он водил по её краю.

Сехон пил горячий американо, а от кружки Юншина с чаем Эрл Грей доносился лёгкий цитрусовый аромат. Он взглянул на кружку с кофе, которая была наполовину полная, и сделал глоток.

Теперь, когда юноша подумал об этом, выбор старшего адвоката никогда не менялся. Юншин не был уверен, являлось ли это просто предпочтением или привычкой.

— Почему ты постоянно пьёшь одно и то же?

Сехон опёрся подбородком на руку,не отрываясь глядя на юношу, и непринуждённо сказал:

— Потому что его быстрее всего готовить. Им нужно налить всего одну порцию эспрессо.

Юншин не мог понять, говорит он серьёзно или это шутка. Он хотел верить, что Сехон шутит, но мужчина рядом говорил совершенно серьёзно. Если подумать, то единственными напитками, которые Сехон покупал помимо алкоголя, были американо и газированная вода, и ничего больше. Обе эти позиции в меню можно приготовить практически мгновенно и просто.

Вопрос, на который он не должен просить честного ответа, возник у него в голове. Юншин сомневался, а затем осторожно спросил, словно открывая ящик Пандоры:

— Было ли у тебя когда-нибудь ощущение, что свидание со мной – это пустая трата твоего драгоценного времени? Ведь мы время от времени проводим время вот так.

— А ты как думаешь?

— Не знаю, но думаю, тебе стоит с умом выбирать свой ответ.

— Когда я с тобой, я всегда думаю, что время драгоценно. Времени всегда недостаточно.

Это не был ответ на «5+», который он ожидал, но тоже устроил юношу. Юншин улыбнулся, говоря Сехону, что тот прошёл тест.

Сехон взял кружку своими скульптурными руками, сделал глоток горького кофе и поставил её обратно. Юншин упорно ловил каждый момент этого действа.

— Ты знаешь, какой вкус у кофе? Хотя ты неплох в готовке.

— Я знаю, что его вкус отличается от твоей слюны.

Юншин подскочил от совершенно неожиданного ответа и спешно огляделся, только чтобы увидеть, что там было всего несколько человек, несмотря на то, что уже за полночь. Юноша находился к ним спиной, но Сехон прекрасно знал, что вокруг всё ещё были люди. Юншин был поражён дерзостью старшего адвоката, говорящего грязные вещи с невозмутимым лицом на публике, несмотря на это знание.

Голос у него был низкий и хриплый, а между столами было достаточно большое расстояние, так что никто, наверное, не слышал. Но Юншин просто не мог проигнорировать этот шанс один на миллион, что кто-то услышал. Он быстро собрал кружки, перенёс их на прилавок и схватил Сехона за руку, потянув мужчину, который с недоверием смотрел на него, за собой. Старший адвокат неуклюже встал по настоянию юноши, и затем Юншин прошептал на ухо старшему мужчине:

— Хватит. Пойдём.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 247 - Широкие просторы, залитые спокойным светом луны. Конец основной истории

— Но ты сказал, что хочешь выпить здесь чаю, — сказал Сехон.

— Тогда почему ты сказал что-то настолько странное? А если кто-то услышал? Быстрей, вставай.

— Что, если что? Мы просто были бы никем иным, как гей-парой, вот что.

— Как насчёт прогуляться, пока разговариваем?

— Слишком энергозатратно. И холодно.

— Пожалуйста!

Юншин потащил старшего мужчину в сторону выхода, и Сехон с готовностью последовал за ним. По-прежнему сжимая крепкое запястье, юноша пошёл в противоположном от кафе направлении и некоторое время шёл тихо. Как только они окончательно покинули площадь, Юншин вздохнул.

Он не планировал этого, но они были на тротуаре главной улицы. Он увидел автобусную остановку. Транспорт уже не ходил, поэтому на ней никого не было.

Подобно короткому перерыву при подъёме в гору, Юншин подумал, что им двоим нужна такая передышка. С этой мыслью юноша сел на скамейку автобусной остановки. Сехон с недовольством посмотрел на скамейку, а затем покорно сел рядом. Он скрестил ноги, наклонился к Юншину и поцеловал его в губы.

Маршрутные автобусы уже перестали ходить, но машины всё также проносились мимо них. Потрясённый Юншин хлопнул Сехона по груди.

— Что с тобой сегодня?

— Это просто один из тех дней.

Сехон наклонился за ещё одним поцелуем, но в этот раз Юншин быстро остановил его, накрыв рот ладонью. Старший адвокат прищурился, его настроение испортилось из-за того, что его прервали. Затем он медленно откинулся назад. Юноша всё ещё был настороже, защищая свои губы.

— До Юншин, кажется, я раз двадцать говорил, мне не нравится такой вид бунта.

— И что?

— Убери руку.

В конце концов, Юншин послушно опустил руку и запротестовал:

— Мы не в тёмном переулке. По этой дороге носятся машины и... нгх!

В этот момент Сехон ухватился за возможность припасть к губам Юншина. Отстранился он с самодовольным видом. Юноша хотел было начать выносить ему мозг, но в итоге рассмеялся.

— Ты на удивление игривый. Знал об этом?

— Благодаря тебе знаю.

— Ты не можешь использовать это на ком-то ещё. Я открыл это в тебе, так что оно моё.

Сехон кивнул в знак согласия и застегнул воротник пальто Юншина. Юноша молча наблюдал за его заботливым жестом. И вдруг он спросил:

— Ты раньше когда-нибудь сидел на автобусной остановке по типу этой, кроме как в детстве?

— Нет... даже в детские годы. В большинство мест я добирался пешком, когда мог. Если у меня появлялись деньги на проезд на автобусе, я откладывал их на еду. Состоятельный молодой господин вроде тебя не может себе представить такой скупой образ жизни, не так ли? — ответил Сехон, его лицо окаменело, когда он вспомнил о своём прошлом. Ни одно из его детских воспоминаний не доставляло радости, и Юншину было грустно быть беспомощным наблюдателем. Он размышлял над этим, желая сочувствовать Сехону, но это было непросто.

Юншин печально покачал головой.

— Я хочу лучше понять тебя, но иногда оно не выходит так, как я того хочу.

— Это нехорошие воспоминания, поэтому тебе не нужно.

— Я по-прежнему хочу знать всё о тебе. У нас есть ещё много вещей, которых мы не знаем друг о друге.

— Я вижу тебя насквозь.

— Меня? Да быть не может. Я ж такой многогранный человек.

— Я даже могу нарисовать твоё обнажённое тело. Вплоть до каждой маленькой вены. Я тщательно изучаю каждый сантиметр твоего тела всякий раз, когда раздеваю.

Юншин закашлялся, поперхнувшись слюной, и посмотрел на Сехона. Юноша не был настолько рассудителен, чтобы воспринять такую информацию, во время занятий сексом с Сехоном. Он был слишком занят стонами, пока в него проникали. Юншин бросил возмущённый взгляд на старшего адвоката. Сехон беззаботно сказал:

— Хочешь, чтобы я дал тебе время осмотреть меня?

— Учитывая наше текущее местонахождение, я пожалуй откажусь от половины ниже пояса.

— Но это та половина, которая мне нравится.

— Тебя задержат за непристойное поведение в общественном месте. Я хочу смотреть на твоё лицо. Мне хорошо, когда я это делаю.

Чувствуя себя непобедимым, Юншин всем телом повернулся к Сехону. После чего уставился, досконально изучая каждую клеточку на красивом лице своего партнёра.

Словно рисуя, Юншин провёл пальцами по густым бровям Сехона правильной формы, его большие удлинённые глаза, обеспечивали ощущение резкости от старшего адвоката. Его острый нос и губы, гармонично вписывающиеся в его черты лица. Сехон терпеливо сидел и в момент, когда юноша коснулся его губ, он поцеловал ногти молодого человека.

Прежде чем он осознал это, Юншин осторожно протолкнул свои пальцы между губами Сехона и указательным и средним пальцем провёл по языку. Удивлённый эротичным ощущением, он одёрнул руку. Поражённый своими собственными действиями посреди улицы, даже не в уединённом уголке, Юншин огляделся, а затем почувствовал пылкий взгляд на своей щеке и вскочил.

Как тогда в кафе, Юншин поднял Сехона и пошёл дальше. В этот раз старший адвокат последовал за ним без всяких жалоб.

Когда они прогуливались по округе, на заднем плане доносился звук ударяющихся об асфальт шин. Юншин почувствовал желание взяться за руки. Как только он убедился, что вокруг никого нет, он попытался просунуть свою руку в руку Сехона, но из-за того что старший мужчина, идущий чуть впереди, внезапно сменил направление, их руки лишь слегка соприкоснулись.

Их прогулка продолжалась. По мере того как ночь брала своё, приглушённые огни тонули во тьме.

Они прогуливались по велосипедной дорожке, укрытой опавшими листьями. Этот умиротворённый момент, когда они шли бок о бок, казался невероятно ценным. Юншин был уверен, Сехон думает также.

Какое-то время они шли просто так.

Вскоре они добрались до их жилого дома. Арки подъезда были освещены, по всей конструкции были установлены фонари, создавая люминарию*. Арки освещали ночь, заливая своим светом дорожку у них под ногами. Пока они шли от темноты к свету, Сехон нарушил тишину:

— Ты упоминал раньше об этом – что у нас больше нет совместных дел.

Юншин вспомнил то время и почувствовав смущение, разок прикусил губу и ответил:

— А, не беспокойся об этом. Мне просто нужно было о многом подумать, поэтому я вёл себя по-детски. Думаю, я просто переживал, потому что у меня не так много союзников в компании.

— Так уж случилось, что директор Сон планировала создать исследовательскую группу по вопросам разводов. Хорошо это или плохо, но наша компания на слуху у всего города, так что она хочет использовать это в своих интересах. Конечно, за это будет отвечать твоя команда по семейным делам, но пока исследовательский центр не стабилизируется, я подумываю о том, чтобы помогать вам следующий год или два.

*Люминария — термин, используемый в разных частях мира для описания различных типов праздничных огней, обычно зажигаемых во время Рождества.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 248 - Широкие просторы, залитые спокойным светом луны. Конец основной истории

Юншин остановился посреди мостика, пытаясь потянуть время, чтобы понять ситуацию. Он несколько раз быстро моргнул. Сехон сказал оставить это ему, и, похоже, это решение, которое он нашёл. Юншин предполагал, что Сехон найдёт более эмоциональный способ снять стресс, поэтому он был признателен и озадачен.

— Но у тебя нет на это времени. Если это из-за меня... Мне неудобно, от того что ты занят.

— Это вместо работы pro bono, которую я должен выполнять. Парень, который занимался моими делами, ушёл в другую команду.

Свободной рукой Юншин указал на себя. Вместо того чтобы разочаровывать полное надежды лицо, Сехон без труда подтвердил.

— Если мне всё равно придётся этим заниматься, я предпочту делать это там, где смогу тебя видеть.

— Серьёзно? Это правда?

Сехон легко кивнул, и затем беспощадно атаковал Юншина знакомой цитатой:

— До моего последнего вздоха вы останетесь частью меня, частью всего, что во мне есть хорошего, — сколь мало бы его ни было, — и всего дурного.

— Это же...

— Узнаёшь?

Тысячи мыслей захлестнули его разум. Юншин быстро поднял в памяти записи и его глаза засверкали. Это была фраза из его любимого романа.

— Это сказал Пип.

— Ты прав.

Сехон нежно улыбнулся. Старший адвокат всегда был сухим и холодным, но перед Юншином весь этот образ распадался.

Сехон не мог увидеть всё прошлое юноши, но мог обрисовать его жизнь с закрытыми глазами.

Они оба стояли на поле боя. Сражения отличались, и существовала разница в ресурсах и их масштабах, но они оба находились в эпицентре. Но в отличие от Сехона, Юншин всегда ставил других выше себя. Он думал о самом мирном методе, о том, как свести к минимуму вред, причиняемый другим, если заходил слишком далеко, и сможет ли он победить без потерь. Он постоянно размышлял об этом.

С другой стороны Сехон, если ему было нужно, мог бы использовать других людей и грязную тактику, выходящую за грани нормального понимания. Если бы не было другого выхода, он бы прибегнул к тактике уловок и обмана; в ином случае он задействует тактику граничащую с незаконной или идущую в обход закона. Он делал это с лёгкостью без малейшего укола вины. Он прожил так всю свою жизнь, и это был единственный известный ему образ жизни. Заявляя о таких победах, он продолжал идти тем же путём.

Вот поэтому Сехон хотел, чтобы Юншин оставался рядом с ним.

— Ты моё зеркало, и ты нужен мне, чтобы отразить скрытое глубоко во мне.

Юншин почувствовал, как его ладони становятся влажными от пота, и сухо сглотнул. Он хотел ответить более красноречиво, но смог придумать только банальный ответ.

— Ты мне тоже нравишься.

Сехон улыбнулся. Мгновение он стоял неподвижно как спокойное озеро, глядя на чистого и неиспорченного жизнью Юншина. Затем, словно ему всё ещё нужно было сказать юноше что-то важное, старший адвокат со всей серьёзностью и аккуратностью вытащил из кармана куртки маленькую коробочку. Он посмотрел Юншину в глаза и приоткрыл еë.

Внутри коробочки, которая с лёгкостью открыла свои челюсти, была тонкая металлическая лента.

Изумлённый Юншин почувствовал, как пересохли его губы. Он не мог озвучить свои мысли и просто стоял, поэтому Сехон объяснился.

— У меня нет парного кольца. Я не смог себя пересилить – мне стало слишком неловко, когда я пытался купить одно для себя. Это просто доказательство, перед тем как я отправлю тебя в другую команду. В некотором смысле это вещественное доказательство номер один.

Юншин, которому наконец удалось открыть рот, спросил дрожащим голосом:

— О-о чём это свидетельствует?

— Обязательное условие того, что я принадлежу тебе.

Услышав это, Юншин почувствовал себя полностью разоблачённым Сехоном, и его уши покраснели. Раньше он это вслух опровергал, поскольку думал, что Сехон будет волноваться, но похоже, старший адвокат уже знал, что юноша обеспокоен и разочарован из-за разлуки с ним.

— Сонбэ...

— Давай с этого момента продолжать увеличивать количество доказательств, ведь всё время в этом мире принадлежит нам.

— Я так смущён.

— По тебе видно.

— Но ещё я счастлив.

— Это тоже. Дай мне свою руку.

Юншин никогда и представить себе не мог, что пессимистичный Сехон будет говорить такие оптимистичные и далеко заглядывающие вещи – что они оба связаны друг с другом и что они должны увеличивать коллекцию доказательств их связи одно за одним. Юноша был так поражён, что стоял там в оцепенении с горящими щеками. Не в силах больше ждать Юншина, Сехон подошёл к молодому человеку и поднял его тонкую левую руку.

Сехон нежно погладил кончики пальцев юноши и надел кольцо, которое слишком идеально сидело на его безымянном пальце. Ресницы Юншина затрепетали.

— Могу я носить его в компании? Подожди, мне не нужно на это разрешение. Я буду делать что хочу, ведь оно моё.

— Делай, как хочешь.

— Могу я сказать, что мне подарила его моявторая половинка, если вдруг кто-нибудь спросит? Нет, стой. На это мне тоже не нужно твоё разрешение.

Сехон засмеялся, признавая поражение, а затем схватил Юншина за руку и потянул его за собой. Юншин последовал за ним.

Юншин потряс свою захваченную в плен руку, потому что им было опасно так делать на людях, но когда Сехон провёл большим пальцем по кольцу, юноша прикусил губу. Если бы кто-то намеренно наблюдал за ними, их двоих можно было бы посчитать подозрительными. Однако из-за позднего часа на улице никого не было, Юншин хотел пустить это маленькое отступление на самотёк для них обоих.

Идя бок о бок, они пересекли мост через искусственный пруд перед входом в их жилой комплекс.

Мерцающие в тёмной ночи, переливающиеся лампочки становились всё ближе.

Когда они прошли под арками света, Юншин почувствовал свечение у себя на голове и посмотрел вниз. Как и предполагалось, лампы освещали место, на котором они стояли. Он заворожено смотрел на это, а затем поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Сехоном.

— Сонбэ, ты знал, что мы сейчас идём по свету?

Сехон наконец взглянул на землю. Они действительно ступали по свету. Ослепительное отражение этих сверкающих сфер на поверхности воды было довольно живописным.

— После тьмы появляется свет – разве не поразительно?

Сехон был согласен не полностью и ответил не очень заинтересованно:

— Ты поражаешь сильнее из-за того, что сентиментален к каждой мелочи. Ты подросток?

— Но это красиво.

— Есть ли что-то более поразительное, чем твоё появление в моей жизни?

Юншин напрягся и шёл словно заводная кукла, чуть ли не скрепя суставами.

Это был способ Сехона признаться в любви. Неважно, как сильно он попытается выдать его за что-то другое, это могло быть только признанием. Сехон полностью признавал существование Юншина в своём сердце.

Возможно, это было частью его хорошего и частью его дурного.

Юншин был настолько же поражён, как когда получил кольцо, поэтому понятия не имел, как реагировать. И чтобы скрыть свою застенчивость, он пожал плечами и поддразнивая ответил:

— Да, я тоже тебя люблю.

Прежде чем он это понял, огни погасли. Однако казалось, что глаза Сехона по-прежнему удерживали этот свет. Старший адвокат медленно шёл, смотря на идеальный профиль Юншина, после чего согласился, не чувствуя необходимости его подправлять.

— Верно, похоже, я тоже это делаю.

Щека Юншина дёрнулась. Он никогда не ожидал, что Сехон это скажет.

— Сехон-сонбэ?..

— Давай быстрее войдём. Холодно.

Сехон нежно поцеловал щёки, которые снова порозовели. Затем он отпустил руку Юншина и обхватил его за угловатые плечи.

Когда они входили в здание, картина спин двух мужчин отобразилась на полпути через вращающиеся двери, прежде чем они вместе исчезли из виду.

〈 Конец основной истории 〉

*«Широкие просторы, залитые спокойным светом луны» — цитата из завершающего предложения «Больших надежд» Чарльза Диккенса: «Я взял её за руку, и мы пошли прочь от мрачных развалин; и так же, как давно, когда я покидал кузницу, утренний туман подымался к небу, так теперь уплывал вверх вечерний туман, и широкие просторы, залитые спокойным светом луны, расстилались перед нами, не омраченные тенью новой разлуки».

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 249 - Сайд-стори 1: Невиновен. Исполняющий свои функции

В небольшом конференц-зале суда по семейному праву воцарилась напряжённая атмосфера язвительности и нестабильности между Юншином и адвокатом противоположной стороны.

Юноша обычно был более сдержан и в особенности перед судьёй, но из-за невозможности достучаться до оппонента, голос его был полон резкости и напряжения:

— Вы должны зайти настолько далеко?

Мужчина, находящийся рядом с ним, хлопнул ладонью по столу и метнул на него свирепый взгляд:

— Именно! До Юншин, почему вы изо всех сил нападаете на меня?

— Что значит «нападаю на вас»? Начнём с того, что муж в одностороннем порядке и мошенническим образом продал имущество, предвидя раздел имущества. Проще говоря, припрятал его. Просто хотим прояснить это. Мы не заявляем, что выступаем против развода — просто хотим, чтобы вы задекларировали верную стоимость имущества, подлежащую разделу. Не думаете, что это простой вопрос?

— Нет, но вы получили постановление о предварительном судебном запрете на отчуждение остальной части имущества*. Примите это. Никто вас не останавливает. Нечего больше исправлять.

— Конечно, мы принимаем его. Но дело в том, что муж распорядился значительной частью собственности без согласия жены. Адвокат Ким, согласно 406 статье Гражданского кодекса, подпункт один, мы можем отменить и откатить всё до исходных данных. Но, если мы так поступим, не думаете ли вы, что всё усложняется для обоих? – Юншин объяснил, чётко выговаривая каждое слово.

Адвокат поправил свой галстук, он выглядел сбитым с толку. И сказал взволнованно:

— Вы — новичок, совсем молодой юрист, пытаетесь учить меня юриспруденции? Думаете, я не знаю закон?

— Извините, но я не настолько молод, чтобы считаться новичком. К тому же, я мягко напоминаю вам, потому что, кажется, вы притворяетесь неосведомлённым в законах.

— Боже мой, ваша честь! Взгляните, с кем мне приходится иметь дело — с этим самоуверенным младшим адвокатом.

Это Юншин хотел рассказать судье о трудностях попыток работы с наглым старшим адвокатом, но, раз другая сторона высказала это первой, он мог лишь усмехнуться. Это замечание было определённо не тем, что сказал бы человек, красующийся своим старшинством за пределами суда. Несмотря на их равный статус адвокатов на самом суде, мужчина нецензурно бранился прямо перед комитетом по посредничеству.

Юншин выдохнул, пытаясь сохранить самообладание и затем спокойно произнёс:

— Адвокат Ким, если мы начнём действовать, осуществляя право кредитора на отзыв, то наша сторона победит. Неважно, предоставите ли вы это тогда или сейчас – мы утверждаем, что лишь получим то, на что имеем право. Давайте уладим это до того, как всё превратится в полный кошмар.

— Видите ли, во-первых, здесь нет никаких юридических проблем. Это была не мошенническая продажа. Судебный процесс? Попробуйте.

Не веря в то, что оппонент отказывается признать основополагающий вопрос, Юншин схватился за голову. Результаты были ощутимы — у Юншина не было идей, почему другая сторона так упряма. Временами блеф мог принести некие результаты, но это не тот случай. Существовали очень веские и ясно выраженные доказательства, что муж совершенно незаконно продал по крайней мере половину собственных активов. Если бы они подали в суд, другая сторона оказалась бы в совершенно невыгодном положении.

Не в силах больше этого выносить, Юншин повернулся к судье, молча наблюдающего за ними. У того, похоже, не было никакого намерения вмешиваться. Юншин не ожидал от него много, учитывая, что тот был однокурсником по юридической школе защитника. Тем не менее это было подходящий момент, чтобы попытаться их примирить.

Прекрасно понимая это, судья покачал головой и произнёс:

— Почему законные представители здесь спорят? У вас вообще есть намерения примириться и вести переговоры? Мне так не кажется.

— Да, адвокат До отказывается сотрудничать! — Раздражённый мужчина повернулся к Юншину, словно желая сказать что-то еще.

Затем судья протянул руку, чтобы остановить однокурсника и предупредил обоих:

— Достаточно. Думаю, я выбрал неудачный день. Как насчёт того, чтобы назначить дату, когда вы оба могли бы уладить разногласия? Однако, если вы продолжите в подобном духе и в следующий раз, это плохо на вас отразится. Сегодня я оштрафую обоих.

Юншин был крайне расстроен тем, что его приравняли к оппоненту, но вспомнил, что клиентка хотела развестись мирно, если это возможно, и сжал челюсть.

После урегулирования ситуации в одностороннем порядке, судья выскользнул из маленького конференц-зала, оставив двух адвокатов позади.

Их конфликт был прекращён насильно, так что, не имея иного выбора, Юншин тихо собрал свои вещи. В это мгновение он услышал тихий шлепок. Перед ним приземлился комок бумажной салфетки. Юншин уставился на беспорядочно смятый предмет и прикусил губу. Если тот не упал с неба, то был брошен этим человеком, чтобы довести его.

В глубине души юноша понимал, что мужчина намеренно выводит его из себя. Из-за того, что младший адвокат расстроился, ничего хорошего бы не вышло. Он просто не мог понять, почему другая сторона ведёт себя так по-детски. Когда Юншин увидел брошенный в него мусор, то больше не смог игнорировать агрессию.

В итоге Юншин повысил голос:

— Это крайне неуважительно с вашей стороны. Думаете, мы в начальной школе?

Несмотря на откровенно разъярённый тон Юншина, другой мужчина держался непринуждённо. Он сидел в кресле конференц-зала, его плечи затряслись от смеха, когда тот легкомысленно ответил:

— Неуважительно? Адвокат До Юншин, вы и правда болтаете без умолку.

— Как насчёт того, чтобы сначала поразмыслить над собственными неосторожными действиями?

— Взгляните! Вы тоже научились дерьмовому отношению у адвоката Кана Сехона? Да, вижу.

Юншин вздрогнул и заставил себя поднять голову, чтобы взглянуть на мужчину. Он не мог понять, почему всё это происходит, но вот это в особенности было невозможно осознать:

— Почему вы упомянули адвоката Кана? Я больше не его коллега.

— Потому что он — единственное, что нас объединяет. О, вы не знали? Мы с ним были приятелями в адвокатской школе. У тебя нулевое понимание оппонента.

Юншин задавался вопросом, почему другой адвокат пытается действовать ему на нервы больше необходимого, но услышав сказанное, понял причину. У этого человека не было никаких личных чувств к Юншину, скорее, тот испытывал враждебность к Сехону. И эти чувства возникли не спонтанно. Должно быть, существовала причина.

Оглядев с головы до ног мужчину, всё ещё сидящего в кресле для совещаний, Юншин спросил более мягким и понимающим тоном:

— Так вы знали адвоката Кана? Были близки?

— Он ни с кем не был близок. Знаете, он немного придурок.

— Похоже, у вас с ним были не очень хорошие отношения. Ваше мнение о нём довольно неважное.

— Этот парень ни с кем не дружил. Все ненавидели его, потому что он был излишне самоуверен.

Юншин пробормотал в ответ, а затем спросил вкрадчивым тонов:

— Вы случайно не проигрывали ему в оценках, несмотря на то, что он был моложе?

— Что?

— Или в Догук отклонили ваше резюме? Я думаю, единственная причина, по которой вы набросились на безупречного младшего адвоката — собственный комплекс неполноценности. — В отличие от мягкого тона, вопросы Юншина были ледяными и жестокими. Мужчина в начале слушал его с улыбкой, но после нахмурился. Казалось, один из двух вопросов попал в точку.

Другой юрист прекратил игриво качаться на стуле и встал. Словно собираясь схватить Юншина за шиворот, он подошёл вплотную. Однако, увидев, что Юншин стоит на своём и смотрит в ответ, не моргнув и глазом, сделал приятное лицо:

— Полагаю, вы бы не хотели слышать, как я оскорбляю вашего нового зятя?

— Ну конечно. — Юншин недоумевал, почему он раньше не заговорил об этом, но прежде, чем его сомнения рассеялись, мужчина предсказуемо ответил. Юншин сглотнул, пытаясь взять себя в руки. В этом для него не было ничего нового.

*Отчуждение имущества — законное прекращение прав собственности, после которого бывший владелец больше не может претендовать на вещи либо недвижимость.

*Право кредитора на отзыв — если должник, совершил какое-либо юридическое действие, затрагивающее имущественное право на субъект, зная, что оно нанесет ущерб кредитору, кредитор может обратиться в суд с заявлением об его отмене и восстановлении первоначального статуса субъекта.

Перевод: Shushpanchiky

Редакт: Uroboros

Просим прочитать закрепленный комментарий!

Глава 250 - Сайд-стори 1: Невиновен. Опечатанный и проштампованный

Недавно директор Ю из холдинга Сухан отомстил довольно коварными уловками. Прицел был направлен не на его бывшую жену, а на её бывшего представителя – Сехона. Ю Чонвон не мог напрямую атаковать Игён из-за юридически обязывающего соглашения между ними, поэтому он сменил цель.

Этот очень мелочный метод, выбранный бывшим мужем Игён. Результатом должен был быть Сехон, опутанный ложными слухами. Прежде чем они об этом узнали, Сехон стал бесстыдным человеком, разрушившим мирную семью, из-за того что влюбился в Игён.

По слухам, Сехон и Игён познакомились благодаря её отцу, и с годами их отношения становились серьёзнее, что привело к тому, что Сехон подтолкнул Игён к разводу и разрушил их брак. Получив алименты и разделив имущество, они собирались несколько лет подождать, перед тем как пожениться в отеле Тэсан.

Кроме того, Юншин, живущий в том же здании, был привлечён в качестве идеальной маскировки для их свиданий. Очень подробные небылицы с искусно приплетёнными крупицами правды, разносились по обществу. Неважно, сколько раз ни говорили, что это всего лишь общежитие компании, люди верили тому, что звучало занимательнее.

— У меня нет зятя.

— Да, точно. В нашей профессии слухи распространяются со скоростью лесного пожара. Слышал, ваша сестра регулярно посещает многоквартирный дом, в котором проживает Кан Сехон? Они чуть ли не кувыркалась с ним.

В последнее время сестра редко навещала Юншина. Сехону это не нравилось, поэтому они с Игён встречались вне дома или у неё. И вообще, именно Юншин был тем, кто практически переехал к Сехону.

Раздражённый Юншин сдержал слова, которые не мог озвучить, и невозмутимо ответил:

— Это общежитие компании, так что я тоже там живу. Сестра навещала меня. Это ложное обвинение.

— Если вас это так расстраивает, почему бы вам не подать на меня в суд, господин адвокат.

Этот беспочвенный и злонамеренный слух был хорошо принят и среди юристов, не только у обычных людей. Те, кто некоторым образом знали Сехона, в глубине души предполагали, что это, вероятно, неправда, но упоминали об этом в шутку. К тому моменту, как это дошло до ушей Юншина, Сехон уже был осведомлён о ситуации.

Однако Сехона это скорее забавляло. Он сказал, что директор Ю, как могло показаться, запугивал Сехона, но в конечном итоге атаковал свою бывшую жену. Кроме того, по всей видимости, методы были настолько хитроумными и коварными, что послужили хорошим учебным материалом.

В то время Сехон посмеялся над этим, поэтому Юншин проигнорировал данную ситуацию, но всё равно был расстроен. Словно кто-то взял молоток и разбил его сердце. Он желал, чтобы последствия были такими, с которыми он мог справиться, но юноша был обескуражен тем, что Сехон оказался в это вовлечён.

— Не отпускайте мерзких шуточек о моей сестре.

— Эй.

— То же относится и к старшему адвокату Кану. Пожалуйста, не превращайте этот иск в личное.

Голова Юншина была ледяной, и его тон стал холоднее, чем раньше. Адвокат противоположной стороны встречался с юношей всего несколько раз, однако он почувствовал перемену и замолчал.

В комнате мгновенно воцарилась холодная атмосфера. Юншин закончил собирать свои вещи и сунул их в портфель. Затем он прошёл мимо другого мужчины, который стоял у него на пути, сильно ударив того по плечу.

— Похоже, у вас нет намерения идти на урегулирование, так что в следующий раз увидимся в суде.

— Хей, До Юншин! Эй!

Юншин проигнорировал крики другого мужчины и вышел из комнаты для медиации. Погода на улице становилась всё теплее, поэтому резко различались температура в помещении и снаружи. Поджав губы, Юншин спустился на парковку.

Оказавшись в своей машине, Юншин ударил по рулю. Он взглянул на своё непроницаемое лицо в зеркало заднего вида. Затем в отражении он мельком увидел адвоката противоположной стороны, спустившегося за ним, и стиснул зубы.

По правде говоря, у него уже появилась личная обида в этом иске.

Если тот мужчина и не учёл одну вещь, то она заключалась в том, что Юншин учился у Сехона, как и сказал другой адвокат.

— Я покажу тебе, что такое, когда на тебя нападают с зубами и когтями.

Юншин схватился за руль и дал задний ход, укрепляя решимость в своём сердце.

* * *

После встречи с клиентом, Юншин шёл по тёмному коридору компании. Было довольно поздно, поэтому в некоторых кабинетах свет уже не горел. Людей было немного и потому здание наполнилось тишиной. Он прислушался к своим шагам и, не успев оглянуться, оказался перед своим кабинетом.

Он инстинктивно сначала взглянул на комнату Сехона. Жалюзи были опущены, поэтому он не мог заглянуть внутрь.

На текущий момент, старший адвокат был на юридическом семинаре в Гонконге. Сама конференция длилась три дня, но после мероприятия ему было нужно встретиться с людьми, ответственными за дело о слиянии, которым он занимался. Он планировал остаться там больше, чем на неделю.

Юншин слышал, что Сехон должен был вернуться ночным рейсом к завтрашнему утру. Казалось, всю прошлую неделю время ползло, сегодня же секунды шли особенно медленно. Он закончил всю свою работу, но зная, что не сможет провести время с Сехоном, даже если притащит своё измученное тело домой, вернулся в компанию.

Юншин сдержал вздох разочарования и схватился за ручку двери. Жалюзи в его комнате также были опущены. Однако было одно отличие, он мог видеть свет, пробивавшийся сквозь щели жалюзи. Недоумевающий Юншин остановился как вкопанный.

«Это странно. Я думал, что выключил свет перед уходом. Что-то не так с датчиком?»

Юноша в замешательстве наклонил голову и открыл дверь.

В этот момент он увидел человека, сидящего за его столом, и был шокирован. Пальто и пиджак Юншина, которые были на его руке, упали на пол.

Юноша громко ахнул.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 251 - Сайд-стори 1: Невиновен. Опечатанный и проштампованный

Если бы юноша не прикрыл рот, то наверняка бы закричал. Он внимательно посмотрел на мужчину. Если только навыки Юншина по распознаванию лиц не были повреждены, человек со скрещёнными ногами, смотрящий прямо на юношу, был никем иным, как Сехоном. Юншин был шокирован и сбит с толку, но больше всего он был рад видеть старшего адвоката. Широкая улыбка от уха до уха сияла на лице юноши. Не оглядываясь, он закрыл дверь и быстрым шагом подошёл к старшему мужчине.

Уловив момент, Сехон протянул руки и обвил ими тонкую талию молодого человека. Затем он посадил худого юношу к себе на колени и сжал его в объятиях. Юншин вытянул свои ноги с одной стороны от Сехона и изогнул верхнюю часть тела таким образом, чтобы поделиться своим теплом с партнёром.

— Когда ты вернулся?

— Не так давно.

— Ты сменил рейс на более ранний?

— Ага. Теперь непривычно пользоваться кроватью одному. Был билет на более ранний вылет, поэтому я взял его и вернулся.

Юншин обвил руками спину Сехона и целовал его лицо. Старший адвокат наблюдал за этим, прищурив глаза. Затем, когда поцелуи юноши начали утихать, Сехон погладил его по спине по выступающим бугоркам позвонков.

— Ты уже поел?

— Да, с клиентом. Это была корейская еда, и была она так себе. А ты?

— Только что в самолёте. Точно, я слышал, у тебя сложности из-за другого адвоката. Он довольно упрямый, как мне известно. Сможешь с ним управиться?

Юншин немного отстранился, и его глаза округлились. Он хотел поднять эту тему, когда старший адвокат вернётся, поэтому он был удивлён, что тот заговорил о ней первым.

— Кто тебе рассказал? Я в любом случае собирался спросить тебя о нём.

После заданного вопроса Юншин сам нашёл ответ. Он был в другой команде, нежели Сехон, но они использовали одних и тех же секретарей, поэтому они обменивались новостями и беседовали. Должно быть, секретарь Так сказал Сехону.

— Это был секретарь Так, верно?

Глаза Сехона подтвердили догадку. Юноша добавил:

— Я могу победить. Нет, я обязательно выиграю.

— Почему ты излишне серьёзный?

— У меня есть на то причины, — туманно ответил Юншин.

Он думал, что Сехон поинтересуется какие, но тот ответил молчанием. Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза, затем Юншин нетерпеливо спросил:

— Почему ты не пытаешься копнуть глубже? Я могу дать ответ, если спросишь. Таким образом, я тоже смогу задать тебе вопрос в ответ.

— Он учился со мной на одном потоке в юридической школе. Мне нет нужды слышать об этом, чтобы понять. А, судья тоже мой однокурсник.

— Знаю. Поэтому я был обеспокоен. Как бы он ни старался быть честным, у него, естественно, будет предвзятое отношение к своим знакомым...

— Также твой оппонент отправлял своё резюме в Догук и получил отказ. Дважды.

— Так я был прав? Я разозлил его этим. Должно быть, его гордость была задета.

— Угадай, кто ему отказал?

Так же, как когда он вошёл в комнату, Юншин ахнул и прикрыл рот рукой, его зрачки сильно задрожали. Когда он снова смог говорить, его голос слегка подрагивал. В нём были слышны нотки сожаления, удивления и свежести – выражая промежуточную эмоцию.

— Это был ты?

Сехон пожал плечами.

— Оба раза?

Вместо словесного ответа Сехон снова пожал плечами и погладил бёдра Юншина. Он прищурил глаза и спекулятивным тоном ответил:

— Лучший способ тебе докучать, скорее всего, – твоя сестра и наш с ней скандал. Должно быть, ты в затруднительном положении. Я могу чем-то помочь?

Видимо, старший адвокат предполагал ситуацию Юншина без необходимости в объяснениях. В конце концов, юноша сдался и высказал свои мысли:

— Всё в порядке. Я всегда откровенен в своих мыслях и чувствах.

— Это я прекрасно знаю.

— Что мы делаем? Ты в одну ночь стал разлучником. Ты встречаешься со мной, но меня злит, что люди думают, что ты встречаешься с моей сестрой. И от этого я тоже чувствую себя виноватым.

— А что ещё тут можно сделать? Разве ты не собирался взять на себя ответственность за меня?

— Об этом не беспокойся. Я могу содержать нас обоих. Я не позволю тебе голодать.

Искренне слушая, Сехон усмехнулся, словно не понимает:

— С каких пор бесплатные юридические консультации и минимальные показатели доказывают экономическую состоятельность юриста?

— Я заработал приличную сумму, после того как пришёл в Догук.

— Сколько ты жертвуешь ежегодно?

— ...Много?

— Жду с нетерпением – нашей нищей молодожёнской жизни.

— Бережливость – добродетель современного образа жизни.

Глаза Юншина, казалось, позволяли Сехону тратить столько, сколько ему захочется, вместо того, чтобы экономить. Юноша схватил старшего адвоката за щёки и поцеловал его. Это была старомодная печать клятвы Юншина, но Сехона, похоже, это удовлетворило.

Давая понять юноше, что нет нужды волноваться, Сехон мягким и успокаивающим тоном сказал:

— До Юншин, меня это действительно не волнует. Обо мне всегда ходили слухи. Ты должен знать – сам наверняка слышал обо мне кое-что.

— Те слухи были основаны на твоих поступках. В этот раз... всё иначе.

— Для меня это одно и то же.

Снова почувствовав сожаление, Юншин ближе наклонился к Сехону. Он чувствовал каждый мускул через тонкую ткань рубашки старшего адвоката. Сехон неделю был на конференции, а Юншин был занят несколько дней перед его поездкой, поэтому тело юноши быстро воспылало желанием.

Юншин прижал палец, на который Сехон лично надел кольцо, к нижней губе старшего. После чего, в образовавшуюся щель он засунул язык. Он входил и выходил, а Сехон подыгрывал, открывая и прикрывая губы и сжимая язык Юншина.

Юноша вздохнул Сехону в рот и занял более удобное положение. Старший адвокат осторожно погладил щёку Юншина и перенял эстафету, довольно сильно прикусив верхнюю и нижнюю губы молодого человека одну за другой, прежде чем, наконец, сомкнуть свои влажные губы поверх губ Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 252 - Сайд-стори 1: Невиновен. Поручение

— М-м-м...

Юншин это начал, но Сехон взял инициативу на себя. Он умело переплёл их плоть и подтолкнул юношу к границе наслаждения. Его язык, жаждущий рта Юншина, был груб, но нежен.

С тех пор как они в последний раз разделяли такой нежный и медленный поцелуй, прошло много времени, потому их быстро поглотило возбуждение. Они в исступлении сосали языки друг друга, сгорая от желания.

Сильно возбуждённый Юншин почувствовал, что на его языке приподнялись все сосочки. Дыхание юноши стало более сбивчивым, и он извивался, не желая отстраняться от другого мужчины.

В конце концов их губы вырвались из грубого поцелуя. Сехон слизнул тонкую и длинную нить слюны, соединявшую их, а затем жадно лизнул нижнюю челюсть и шею Юншина. Юноша слегка откинул голову назад, мурлыкая от удовольствия и слегка потирая пуговицы рубашки Сехона. Миновав грудь, его руки скользнули к соскам старшего мужчины, после чего медленно двинулись на юг.

Юншин добрался до подтянутого живота Сехона и коснулся пряжки его ремня.

— Я закончил всю сегодняшнюю работу. Давай сделаем это здесь и сейчас.

Юншин осторожно прижался к ногам Сехона. Положение дел старшего адвоката казалась ненамного лучше, чем у юноши, ведь это движение спровоцировало резкий вдох. Глаза старшего сверкали вожделением, когда он смотрел на Юншина. От такого взгляда возлюбленный вздохнул на ухо Сехону и намеревался коснуться передней части штанов Сехона.

В этот момент Сехон схватил Юншина за тонкое запястье и одарил молодого человека пронзительным взглядом. Старший адвокат выглядел так, словно хотел устроить беспорядок из юноши, от того Юншин понятия не имел, почему тот его останавливает. За мгновение они обменялись взглядами, после чего молодой человек нехотя сказал:

— Отпусти. Я хочу прикоснуться к тебе.

— Я пришёл сюда, потому что у меня есть к тебе просьба. Хотелось бы в первую очередь разобраться с этим. Давай не спеша насладимся этим дома.

— Просьба? Ко мне? От мистера Кан Сехона?

Существовало не так много вещей, о которых Сехон мог бы попросить Юншина. Более вероятны ситуации, что старший адвокат приказывал юноше, поэтому тот факт, что Сехон неуверенно о чём-то просил Юншина, был странным. Естественно это вызвало у молодого человека любопытство. Он сделал несколько вдохов, чтобы успокоиться, и одарил Сехона заинтересованным взглядом, тогда старший взглянул на наручные часы, после чего спустил юношу с колен. Затем он встал и подошёл к двери.

— Иди за мной. Мне есть, что тебе показать.

Выйдя из кабинета Юншина, Сехон направился через холл к себе в кабинет. Перед тем как последовать за ним, юноша проверил окружение, не было ли кого поблизости. Войдя внутрь, Сехон достал из ящика стола папку с файлами. Затем он сел на свой диван и похлопал по месту рядом с собой. Закрыв за собой дверь, Юншин сел рядом со старшим адвокатом и прильнул к нему. Он взглянул на документы, которые передал ему Сехон.

Внутри была краткая запись чьей-то личной истории и биография.

Увидев фотографию, прикрепленную к записи, Юншин понял, что субъектом была известный политик.

— У неё есть сын... Я не знал, что она мать-одиночка. Ох, она овдовела несколько лет назад.

После ознакомления с документом Юншин взглянул на человека рядом с собой.

— Зачем мне было нужно это прочесть?

— У меня есть детектив. Не мог бы ты получить от него документы послезавтра? Тебе будет нужно проверить на месте, что он предоставил верную информацию, поэтому я заранее показываю тебе профиль для ознакомления. Больше деталей, чем тут есть, тебе знать не обязательно.

Это было не самое щедрое объяснение, но Юншин сразу понял его намерение. В настоящее время Сехон работает с иностранным юристом над приобретением международной компании. Поэтому старший адвокат уже давно путешествует в Гонконг и обратно. Похоже, информация связана с этим делом.

Юншин не знал точно, как будут использоваться эти данные, но у него было смутное представление, ведь встреча Сехона с детективом означала, что дело он ведёт не самым прозрачным способом. Однако старший адвокат некоторое время не говорил о делах подобного рода Юншину. У юноши было ощущение, что Сехон не хотел, чтобы молодой адвокат узнал о его тайных операциях, что задевало Юншина.

— Почему ты просишь меня?.. Куда-то собираешься послезавтра?

— У меня срочная трёхсторонняя встреча с клиентом и менеджером банка днём.

— Это выходные, и тебе нужно расслабиться. Не лучше ли отдохнуть дома?

— Я пытался отказаться, но обе стороны не смогли выделить другое время. Сначала думал поручить это секретарю Таку, но я ему не доверяю.

Высококвалифицированные детективы являлись чем-то вроде нематериального актива, и не происходило ничего хорошего от разоблачения его другим людям. Поэтому подобное решение было очень свойственно Сехону, который до сих пор никому не доверял. Юншин чувствовал, словно ему косвенно сказали, что он единственный человек, которому доверяет старший адвокат, поэтому почувствовал лёгкое смущение. Юноша прикусил губу, не зная, как отреагировать, и после некоторых колебаний сказал:

— Думаю, ты мне доверяешь.

Сехон пристально посмотрел на Юншина, будто ожидал этой фразы. Он не подтвердил и не опроверг это, но Юншину казалось, что он уже услышал его ответ. Молодой человек поднял голову, поцеловал Сехона в щёку и отложил папку в сторону.

Сехон одной рукой притянул худощавое тело Юншина ближе. Юноша просто прислонился к нему, спокойно дыша, после чего начал медленно тереть бёдра Сехона. Это были осторожные обеспокоенные прикосновения, нежели соблазнительные.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 253 - Сайд-стори 1: Невиновен. Поручение

Эта просьба не была сложной. Однако от кое-чего Юнину было некомфортно. Рано или поздно он хотел поднять этот вопрос, однако подобрать правильное время для этого было сложно. Казалось, сейчас был подходящий момент.

— То, что я должен получить, это что-то подозрительное?

— Я должен ответить?

— Значит так и есть.

— Лучше тебе не знать больше. Возьми мою машину и побудь курьером. После того как доставишь это мне, просто забудь об этом, словно ничего не произошло. Вот твоя задача.

— Сонбэ, иногда ты относишься ко мне как к детсадовцу, — сказал Юншин.

Сехон уже знал, что юноша хотел этим сказать. Он тихо вздохнул. Его грудь слегка поднималась и опускалась. От того что Юншин полностью прислонён к старшему мужчине, он чувствовал всю последовательность движений. Спокойное дыхание Сехона давало юноше понять, что старший адвокат слушает его.

— Говори мне, когда возникают затруднения. Выговорись мне, если ты расстроен, и обопрись на меня, если чувствуешь себя измотанным. Так же, как я это делаю, по отношению к тебе, — продолжил Юншин.

— Достаточно того, что так делаешь ты.

— Мы оба должны это делать. Я хочу, чтобы мы всё делали вместе. Не люблю, когда ты что-то скрываешь от меня. Ты мне нравишься, несмотря на знание, что ты плохой парень.

Юншин закрыл глаза и потёрся головой о Сехона. Его шелковистые волосы шуршали, соприкасаясь с плотной тканью рубашки. Они прислушивались к дыханию друг друга и позволили себе провести так некоторое время. Юншин провёл по аккуратным ногтям Сехона, а затем продолжил:

— Куда мне идти через два дня?

— В тематический парк, в который мы ходили в прошлый раз. Припаркуйся в месте, которое я отправил, в 14:00. Тогда тот человек тебя узнает. Просто оставайся в машине. Давай встретимся за ужином после этого.

— Там будет много людей. Ты можешь просто давать и получать информацию у всех на виду?

— В этот раз мы воспользуемся преимуществом толпы, так что всё в порядке.

Мысленно кивнув, Юншин зафиксировал слова Сехона, но затем замер. Юноша выпрямился, оттолкнув старшего адвоката, после чего укоризненно посмотрел на человека, сидящего рядом.

— Минуточку. В то место, куда мы ходили на свидание две недели назад?

Сехон выглядел равнодушным к этому вопросу, что ещё больше разозлило Юншина.

— Только не говори, что использовал меня, чтобы подыскать хорошие места для обмена информацией.

Глаза Сехона давали понять юноше, что тот хочет сказать, что-то в свою защиту. Спустя мгновение он произнёс:

— Вполне вероятно, что я выбрал место после того, как сходил туда с тобой.

— Да, конечно, допустим, это правда, но даже в таком случае ты развращаешь место наших приятных воспоминаний.

К такому выводу пришёл Юншин во время сказанных им словю Он отодвинулся от Сехона, повернувшись к нему на некотором расстоянии. Мужчина снова протянул руку, и сила, с которой он притягивал к себе юношу, оказалось, превосходила сопротивление последнего. Возможно, дело было в силе воли.

Сехон заключил Юншина в объятия даже более близкие, чем раньше. Крепко обняв юношу, он осыпал поцелуями его уши, шею и другие места, а затем их взгляды встретились. Юншин пытался оттолкнуть Сехона, но теперь его сила воли была безнадёжно сорвана, как цветок. В его объятиях юноша продолжал своё порицание:

— Как ты мог так поступить?

— Что в этом плохого? Разве я не могу пойти в место, где мы были вместе, с кем-то ещё?

— Вау, разве это не очевидно? Ты не можешь без причины пойти с кем-то ещё, тем более, если причиной является работа. Послушай, для меня до сегодняшнего дня, тот парк был местом, куда мы ходили на свидание и где целовались, но теперь он станет местом, куда я ходил выполнять чёрную работу по расследованию чьего-то грязного белья.

Сехон сжимал Юншина в объятиях так сильно, что тот не мог сдвинуться с места, даже когда извивался. Всё, что он мог сделать, это немного поднять глаза и исподлобья взглянуть на старшего мужчину. Если присмотреться, Сехон выглядел так, словно столкнулся с дилеммой. Он хмурился в недоумении и затем посмотрел Юншину в глаза, почти поняв, почему юноша злился, но едва улавливая суть.

В любом случае его возлюбленный поднял много шума, так что Сехон, должно быть, почувствовал необходимость разрешить этот вопрос.

— Я больше так не буду.

— Ты же не имел в виду «Я не дам себя поймать», ведь так?

— Я просто подумал, что будет лучше отправить тебя в знакомое место.

Юншин знал, что Сехон действительно выбрал это место без каких-либо дурных намерений, поэтому у него пропала причина злиться.

— На этот раз я закрою на это глаза.

— Вы более чувствительный, чем я думал, адвокат До Юншин.

— Просто ты чёрствый. Взгляни на это с другой стороны.

— Зато ты всегда внимателен, потому не стал бы делать то, что сделал бы я, в первую очередь. Мне нет нужды думать наоборот.

Сехон был прав, Юншину было нечего сказать. Их основные ценности полностью различались, и это огорчало юношу. Он хлопнул Сехона по животу тыльной стороной ладони и повернулся, чтобы обнять его за шею. Юншин слишком сильно скучал по старшему адвокату, чтобы начать ссориться из-за подобного пустяка.

Должно быть, Сехон думал так же, поскольку потрепал Юншина по затылку в ответ. Затем он поднял юношу обратно к себе на колени.

Усадив худого мужчину на своих бёдрах, он начал тереть промежность Юншина. Молодой человек подкорректировал своё положение, опустив руки ниже, чтобы за талию притянуть Сехона ближе к себе. Старший адвокат плавно расстегнул штаны юноши и просунул в них руку.

— Нгх, ты сказал продолжить, когда мы вернёмся домой.

Сехон схватил член, выглядывающий из-под нижнего белья Юншина, и поцеловал юношу в ухо, прошептав:

— Да, но я боялся, что он будет стесняться, так как прошло много времени, поэтому я выясняю, в порядке ли он. Приветик.

Сехон слегка щёлкнул пальцами по члену Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Uroboros

Глава 254 - Сайд-стори 1: Невиновен. Неудача

Юншин нахмурился.

— Угх... В такие моменты, я думаю, что ты извращенец.

Хриплый голос Сехона звучал в его ушах особенно глубоко и эротично.

— Сколько раз ты мастурбировал? Кажется, я с ним не здоровался дней десять.

— Я этого не делал. Был занят и отключался сразу, как голова касалась подушки. Ах! П-подожди.

Холодные, но нежные руки Сехона стали постепенно обхватывать ствол Юншина. Руки старшего начали умело его ласкать.

Возможно, из-за того, что их кожа не соприкасалась, Юншин чувствовал, что делает что-то пошлое, а его разум пытается убежать. Юноша тяжело вздохнул. Сехон усилил хватку и низким неторопливым тоном вызывающе прошептал на ухо партнёру:

— Ты уверен?

— М-м-м, сонбэ... ох...

— О, точно, тебе нравится, когда в тебя проникают. Это место ты тоже не трогал?

Он просунул руку глубже и коснулся гладкой промежности Юншина. Он потёр края дырочки и несколько раз попытался проникнуть в неё через ткань, от чего бёдра Юншина задрожали.

— Я же сказал, что нет! Нгх, м-м-м!

— Как знать? Если ты говоришь правду, возможно, я потру свой член о твои бёдра.

У Юншина перед глазами плясали звёзды, и с его губ сорвался горячий вздох, рассеиваясь в воздухе. Вопреки ожиданиям, его воздержание затянулось, поэтому каждый раз, когда Сехон прикасался к нему, возбуждение нарастало. Его пенис моментально принял вертикальное положение, яростно дёргаясь, словно в любой момент мог разорвать ткань. Старший адвокат дразнил возбуждённый ствол, обводя его по контуру. Руки Юншина, обхватывающие Сехона, дрожали.

— Сонбэ, хах... Я-я не могу сдерживаться.

— Тебе и не нужно.

Сехон сдёрнул полоску нижнего белья Юншина и одной рукой схватил обнажённый и набухший член молодого человека. Он медленно погладил твёрдый ствол и обхватил его пальцами. Тугой цилиндр руки Сехона запер член Юншина и тёр его. В конце концов, бедра юноши охватила судорога.

Вскоре, достигая своего предела, кончик члена Юншина заблестел. Сехон подтолкнул юношу к грани кульминации, перед тем как убрать руку. Затем он засунул пальцы глубже в трусы молодого человека, поглаживая его промежность, до того как средним пальцем провести у входа в его дырочку.

— Нет, нгх, не трогай меня там пока.

— Я по крайней мере должен поздороваться, ведь её я тоже не видел какое-то время.

— Не... ох!

Без всякой смазки палец вошёл в Юншина и быстро проник внутрь. У них давно не было секса, потому Юншину было немного сложно, но Сехон продолжал свои непристойные действия, как ни в чём не бывало.

Сехон нашёл простату Юншина, и когда надавил в это место, юноша ахнул, выпуская предэякулят. Набирая обороты, Сехон надавил сильнее, заставляя Юншина кончить.

— Нгх! Ха-гх! Хн-н...

С лицом, полностью залитым краской, Юншин расслабил своё свернувшееся тело. Полуприкрытыми глазами, будучи не в силах открыть их полностью, Юншин переглянулся с Сехоном. Возможно, то было его воображением, но юноше показалось, что когда Сехон выходил из Юншина, глаза старшего были довольно похотливыми.

Юншин попытался как следует посмотреть на Сехона, но не смог, сдался и закрыл глаза. Он рухнул на старшего адвоката. Роскошная рубашка и штаны старшего мужчины были забрызганы непрозрачной жидкостью, что беспокоило юношу, но у него не было сил, чтобы что-либо с этим поделать. Он даже не мог заправить обратно член в трусы и подтянуть штаны.

Сехон потянулся в сторону и шёлковым платком вытер член Юншина. После чего вытер брызги спермы на своей одежде и обнял юношу, словно они были единым целым.

— Юншин.

— Да?...

— Быстро идём домой. Я хочу подарить тебе немного любви своим членом.

Молча слушая с закрытыми глазами, Юншин ответил на страстные чувства Сехона, потянувшись, чтобы от всего сердца обнять его.

Действие 2

За окном машины на голубом небе живописные облака были окрашены в белый цвет. Смотрял на них, Юншина посетило несколько мыслей. Большинство из них были разговорами, которые он вёл с Сехоном, когда они в последний раз гуляли по этому тематическому парку.

Поскольку время, которое он проводил с Сехоном, увеличивалось, Юншин начал больше узнавать много нового о нём, как о личности. Самым важным моментом, который он заметил, было то, что все черты Сехона были слишком разными. Благодаря этому он понял, почему его возлюбленный был готов проходить через незначительные неудобства, чтобы остаться с молодым человеком.

Прямо как он признался через цитату из книги, Юншин был фронтлайнером для Сехона. Возможно, он был зеркалом старшего адвоката и маятником его часов. Сехон нуждался в ком-то, кто был бы полной противоположностью ему самому, как Юншин, чтобы держаться сосредоточенным и мотивированным, не теряя себя.

«Я понятия не имею, то ли он плох в отношениях, то ли эксперт».

Юншин задавался вопросом, что заставило его так сосредоточиться на одном человеке.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 255 - Сайд-стори 1: Невиновен. Неудача

До сих пор Юншин и представить не мог, что способен так сильно любить кого-то. Просто полагал, что когда придёт время, встретит достойного человека. Каждый раз, когда он представлял, кто это будет, ни у кого из них не было ничего общего с Сехоном. Несмотря на это, Юншин чувствовал, что мужчина был для него единственным.

Он пришёл сюда, чтобы сделать что-то нечестное, и всё же предавался воспоминаниям о времени, проведённом вместе с Сехоном. Юншин находил это слегка тревожным.

— Никогда больше сюда не вернусь.

Он попытался переключить свои мысли, взглянув на часы, которые показывали, что оговорённое время настало.

Место, которое Сехон ввёл в навигатор, было обочиной недалеко от развязки. Мало того, что это было около станции метро, так ещё и был выходной день, поэтому мимо проезжало много машин и людей. У каждого прохожего была своя цель. Сехон сказал, что воспользуется этим в своих интересах, и это на самом деле было отличным решением. Пока не случилось что-то серьёзное, никто не будет запоминать, чем занимаются другие.

Юншин нервно постукивал пальцем по рулю, когда кто-то припарковался позади него. Кто-то, одетый в повседневную одежду под стать толпе и в бейсболке вышел из машины. Он подошёл к машине Юншина со стороны водителя и постучал в окно.

Юноша опустил стекло и холодный воздух ударил ему в лицо. Мужчина снаружи передал Юншину конверт, как только его увидел. Он постучал по козырьку своей кепки, как своего рода сигнал и быстро ушёл, из-за чего молодой человек упустил шанс сказать что-либо этому человеку.

— Простите, пож!.. Он ушёл.

Другой мужчина быстро скрылся в своей машине, но не уехал. Юншин посмотрел на мужчину в зеркало заднего вида, затем приподнял стекло. Он подключил чип из конверта к запасному телефону и просмотрел полученную информацию. Она была о человеке, которого показал ему Сехон в своём кабинете. Помимо этого, было ещё несколько показателей и изображений, но он не стал их смотреть и закрыл окно.

«Что мне делать теперь? Я могу просто уехать?»

Он не получал инструкций, что ему нужно было делать после того, как он проверит информацию. Юншин вернул карту памяти обратно в конверт и несколько раз поёрзал на кресле. Каким-то образом человек в машине позади него воспринял это как сигнал и уехал.

Напряжение отпустило Юншина, и с его губ сорвался вздох облегчения.

Юноша всего лишь получил информацию от частного детектива, но на сердце ощущалась тяжесть. Он не знал, как Сехон избавлялся от этого времени, когда занимался делами, которые решали судьбы корпораций и активов множества людей.

В любом случае Юншин отправил сообщение Сехону, дав ему понять, что он получил правильную информацию. Несмотря на важную встречу с клиентом, старший адвокат нашёл время, чтобы ответить.

«Хорошая работа. Увидимся в том месте позже за ужином. Я куплю тебе что-нибудь хорошее».

Юншин почти мог слышать низкий голос Сехона через сообщение.

Юноша поцеловал текст через экран и огляделся, осторожно проскальзывая в поток машин на улице.

* * *

Юншин ждал, и ждал, и ждал.

Мужчины договорились встретиться в этом ресторане около шести часов. Было уже восемь. Старший адвокат забронировал комнату, так что никто странно на юношу не смотрел, но в изолированной комнате ему было несколько одиноко. Он не мог тратить время понапрасну, поэтому пытался заняться какой-нибудь работой, пока ждал, но его мысли продолжали блуждать в другом месте.

Сначала Сехон отложил ужин на 30 минут, поэтому Юншин решил, что встреча проходит не очень хорошо. Старший адвокат очень взвешенно подходил к вопросу распределения времени, особенно для работы. Юноша понял, что Сехон не мог повлиять на происходящее, и терпеливо ждал старшего.

Но когда прошёл час, Сехон связался с Юншином. Он не мог уйти с собрания.

Юноша вспомнил последнее сообщение, полученное от Сехона.

«Ты всё ещё ждёшь? Думаю, я буду поздно. Тебе стоит поесть первым и пойти домой».

Юншин мог что угодно. Но всё же написал одно..

«Всё нормально. Я подожду».

Бесконечное ожидание Юншина растянулось на полтора часа, которые превратились в два. Юноша начал думать, что, возможно, ему стоило пойти домой, как предложил Сехон. Тем не менее казалось, что у Сехона возникли какие-то сложности, поэтому Юншин продолжал держаться. В какой-то момент он вообще не мог связаться со старшим адвокатом, что беспокоило его.

Юншин пытался дозвониться ему, но не смог. У него не было выбора, кроме как написать секретарю Таку, чтобы выяснить, знает ли он что-нибудь. Ответа он ещё не получил.

— Серьёзно, что происходит?

Он взял чашку с водой, стоящую перед ним, и начал закручивать содержимое в водоворот, когда в дверь постучали. Юншин сел ровно, выпрямившись из своей сгорбленной позы, и уставился на дверь.

Однако тот, кто открыл дверь и вошёл, был не тем человеком, которого он ждал. Это был элегантно одетый менеджер ресторана. Президент этого ресторана был знаком с Михи, поэтому Сехон часто посещал его. Ввиду этого, Юншин несколько раз посещал это место и познакомился с менеджером ресторана.

— Сэр, последний заказ в нашем ресторане принимают в девять часов. Что бы вы хотели сделать?

Юншин не мог уйти с пустыми руками из этого элитного ресторана, где один приём пищи мог стоить десятков до сотен долларов, после нескольких часов сидения в приватной комнате. Юноша ответил, не глядя в меню:

— Ох, простите. Не могли бы вы принести мне самое дорогую позицию из меню? Не сет из блюд, а основное блюдо.

— Адвокат Кан заказал вино, когда бронировал комнату.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 256 - Сайд-стори 1: Невиновен. Одинокая ночь

— Тогда возьму и его.

— Сейчас подготовлю всё для Вас.

Юншин взглядом проводил менеджера. Когда дверь закрылась, он сгорбился над столом, прижав лицо к холодной скатерти.

Если бы Сехон столкнулся с какой-то личной проблемой, он бы связался с Юншином. Увидев, что это не так, Юншин решил, что во время встречи произошло что-то опасное. Даже зная это, он не мог позволить себе донимать Сехона, поэтому был расстроен.

Основываясь на изменчивом и непредсказуемом характере их профессии, Юншин также сталкивался с подобными ситуациями. Сехон никогда не беспокоил его по этому поводу, а значит Юншин должен был ответить тем же, но ему хотелось побыть эгоистом, из-за чего он чувствовал противоречие внутри.

Взяв себя в руки, Юншин помотал головой и пододвинул к себе планшет, который до этого отложил в сторону. Он прочитал документы, необходимые для предстоящего бракоразводного процесса, которым он занимался, и попытался выбросить из головы мысли о Сехоне.

Спустя некоторое время его телефон громко вибрировал на столе.

Удивленный, Юншин посмотрел на экран. Однако предвкушение, озарившее его лицо, вскоре схлынуло. Это был секретарь Так.

— Секретарь Так? – Юншин ответил на звонок.

— Здравствуйте. Я видел ваше сообщение. Нужно было разобраться кое с чем, поэтому позвонил только сейчас.

— Извините, что беспокою вас в выходные. Я планировал встретиться с адвокатом Каном сегодня, но никак не мог с ним связаться. Не знаю, кому еще позвонить, так как больше не работаю в его отделе. Подумал, может, знаете ли вы что-нибудь.

Прежде чем ответить, секретарь Так испустил долгий вздох, показывая, с какой раздражающей вещью ему пришлось иметь дело:

— Вы ведь знаете, что у него была встреча с клиентом, верно?

— Предполагал.

— Директору Сон пришлось сейчас отправиться туда. Я сижу за своим столом после срочного звонка от директора. Похоже, пока старший адвокат Кан отсутствовал несколько минут, наш клиент решил напасть на управляющего банком. По невероятной случайности, в ресторане было несколько известных репортеров из телерадиовещательной компании, так что, похоже, там разразилась настоящая катастрофа.

Юншин не мог знать точной ситуации, но, если Михи тоже отправилась на встречу, то проблема, должно быть, стала серьёзнее.

Вместо безопасности незнакомцев Юншин больше беспокоился о Сехоне, который из-за возникшей проблемы оказался в затруднительном положении. Он потёр щеку тыльной стороной своей белоснежной руки, а затем спросил:

— Адвокат Кан не пострадал, не так ли?

— Нет. В любом случае старший адвокат Кан сейчас в неподходящем месте для звонков. Мне сказали, что он был чрезвычайно занят. Вам следует оставить сообщение и отправиться домой.

— Я думаю, это к лучшему. Спасибо.

— Никаких проблем. Должен ли я передать вам сообщение, если смогу с ним связаться?

— Нет, не стоит. Я свяжусь с ним напрямую.

— Хорошо. Приятных выходных.

Закончив разговор, Юншин молча уставился на померкший экран. Он отправил сообщение, в котором написал, что поужинает и вернется домой, так что не стоит беспокоиться, а затем уставился на сообщения, которые отправлял ранее. Вскоре после этого Юншин услышал стук в дверь. Работник ресторана принёс блюдо, которое он заказал.

Перед ним поставили восхитительный на вид стейк, и работник налил Юншину вина. Налив вино в охлажденный бокал, сотрудник вежливо удалился.

Потеряв весь аппетит, Юншин удручённо смотрел на еду. Он думал, что наконец-то сможет насладиться свиданием, но его планы были сорваны, и это разочаровывало. К тому же, поскольку ни Сехон, ни Юншин в этом не были виноваты, он никому не мог пожаловаться, поэтому расстроился еще больше.

Посмотрев на ночной горизонт, можно было увидеть, как землю окутали огни точно так же, как в ту ночь, когда свет осветил тротуар возле их жилого комплекса. Глядя на огни, Юншин почувствовал, что обязан как можно больше съесть, прежде чем отправиться домой.

Он порезал нежное мясо и откусил кусочек, тщательно пережевывая его и делая глоток вина. Это было красное вино, хорошо сочетающееся со стейком – бренд, который показался ему очень вкусным и который он просил Сехона купить снова.

— Место восхитительное, и тот факт, что Кан Сехон запомнил это, очень романтичен, хоть его самого здесь нет.

Юншин насладился приятным послевкусием вина и сделал ещё один глоток.

Раньше он думал, что вино сладкое, но, как ни странно, сегодня оно было более горьким, чем обычно.

* * *

После душа Юншин прислонился к изголовью кровати, сидя в халате. Он проверил свой телефон, который лежал на прикроватной тумбочке, но новых сообщений от Сехона не было. Не имея иного выбора, он достал из выдвижного ящика какие-то документы. Юншин чувствовал, что Сехон придёт к нему, как бы поздно это ни было, поэтому до тех пор он не планировал ложиться спать.

Расположившись в центре, он разложил бумаги полукругом вокруг и начал читать документы в порядке их приоритета. Юноша отметил важные моменты ручкой, и время пролетело незаметно.

— Заявление об отмене срока рассмотрения дела о расторжении брака… Мне нужна фиксация снятия побоев, — он искал медицинскую карту заявителя с левой стороны, когда телефон под лампой начал вибрировать. Он попытался угадать имя звонившего, но сразу же разочаровался в этом деле, поэтому, отбросив все надежды, посмотрел на экран. Имя Сехона приветствовало его.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 257 - Сайд-стори 1: Невиновен. Одинокая ночь

Сгорбившийся Юншин быстро схватил телефон и приложил его к уху. Низкий голос, который он так отчаянно хотел услышать, зазвучал у него в ушах.

— Юншин, ты всё ещё не спишь.

— Как я мог уснуть?

— Ты дома? В котором из них?

— У себя. Куда ты поедешь?

– Туда, где ты.

Юншин обдумал ответ Сехона, а затем сгрёб бумаги, которыми было покрыто его тело, в сторону. Освободил себе место, чтобы вытянуть ноги, и включил лампу. Он уменьшил яркость освещения в комнате, приглушив его до теплого жёлтого вместо яркого, который был до этого.

— Как я уже говорил, я восстановил данные надлежащим образом. Они на столе у тебя дома.

— Хорошо. Спасибо тебе.

— Всё прошло хорошо? Я слышал о ситуации от секретаря Така.

— В целом, да.

— Ты действительно в порядке?

— К счастью. Ты, должно быть, долго ждал. Я же сказал тебе идти домой пораньше.

— Я ждал, потому что хотел этого. Мне пришлось выпить вино, которое ты заказал для меня. В конце концов, оно стоит больше, чем моя месячная зарплата.

По телефону Юншин услышал, как Сехон посмеивался.

—Какой он был? Вкус вина, когда ты пил его в одиночестве.

— Очень горьким. Давай выпьем вместе в следующий раз.

— Обязательно.

— И в следующий раз, надеюсь, ты сможешь сам объяснить мне ситуацию.

Юншин привык выражать свои искренние чувства, вместо того чтобы искажать свои слова, создавая тем самым противоречие. Он знал, что Сехону нравится эта его черта, поэтому Юншин решил сказать, что он чувствовал и на этот раз. Сехон молчал, казалось, погрузившись в раздумья, а потом медленно сказал:

— В тот момент, когда я попытался позвонить тебе, я был вовлечён в ситуацию, поэтому упустил свой шанс. К тому времени, когда у меня появилась возможность позвонить, я услышал, что ты расспрашивал секретаря Така о произошедшем. Ты можешь задавать мне вопросы, если хочешь что-нибудь узнать.

— Что на самом деле произошло?

Сехон спокойно вздохнул, словно вспоминая произошедшее, и начал вяло рассказывать:

— Мой клиент разбил тарелку и размахивал ею, как оружием. Управляющий банком был серьезно ранен, и как раз в тот момент, когда он, истекая кровью, выходил из комнаты, несколько репортёров, только что прибывших, стали свидетелями этого. Управляющего отправили в больницу, мы с клиентом пошли в полицию, а директор Сон отправилась на разговор с репортёрами. Это был хаос.

Услышав подробности, Юншин смог представить произошедшее как сцену из романа. Ситуация была серьёзной, поэтому пришлось вызвать полицию, и поскольку виноват в случившемся был его клиент, Сехон не мог действовать опрометчиво из-за беспокойства по поводу уничтожения улик. Они не могли скрыть ситуацию, потому что было много свидетелей, так что была задействована Михи.

— Сейчас я понимаю, почему ты не смог связаться со мной.

Сехон вздохнул:

— Я рад, что ты адвокат.

Сехон, должно быть, почувствовал, что Юншину стало лучше после испытанного разочарования. Вздох передал его состояние. Сехон сказал более мягким тоном:

— Я уже в пути, но я позвонил, потому что очень хотел услышать твой голос. Где ты сейчас? В кровати?

— Да, в своей кровати… Подожди, ты сейчас придешь?

— Да, я в машине. Я почти на месте. Буду через 10 минут.

— Ты почти на месте? — Юншин быстро осмотрел свою кровать и был ошеломлён беспорядком. Если бы Сехон увидел кровать, заваленную всеми этими бумагами, все его желания бы остыли. Сехону нравились чистые и опрятные помещения, и Юншин не хотел видеть, как возлюбленный хмурится, глядя на его комнату.

Юншин резко выпрямился, зажал телефон между ухом и плечом и начал собирать разбросанные документы в аккуратные стопки. Пока Юншин запихивал их все обратно в ящик, Сехон продолжил:

— Ты лежишь в постели?

— А... нет? Я как раз собирался, — Юншин проверил нижний ящик на наличие презервативов и смазки и завязал халат, прежде чем снова лечь в постель. Он размышлял, будет ли лучше подождать с выключенным светом или с включённым, и решил выключить большую часть освещения. Вместо этого он зажёг лампу на прикроватном столике.

Атмосфера в спальне мгновенно изменилась, и, слушая хрипловатый голос Сехона, Юншин почувствовал себя странно. Он ощутил, что его ладони без всякой причины вспотели. Губы пересохли, и он облизал их.

По какой-то причине Юншин чувствовал, что Сехон контролирует ситуацию, хоть Юншин и не видел его лица. Слова Сехона, последовавшие за этим, подтвердили это:

—Ты выключил свет и включил лампу.

— К-как ты узнал?

— Твоё поведение предсказуемо. Ты, должно быть, в халате. В том, который легко соскальзывает.

Юншин взглянул на халат, который дал ему Сехон, и неловко покашлял. В ответ дыхание Сехона стало немного тяжелым. Раскалённая страсть и желание обволакивали каждый вдох, заставляя щеки Юншина краснеть.

— Да, так и есть.

— Засунь руку под халат.

— Просто поторопись и приезжай. Сделай это, когда будешь здесь.

— Я собираюсь начать прямо сейчас.

— Юншин тяжело сглотнул и заколебался, его лицо всё ещё было красным. Он медлил, потому что чувствовал, как за ним наблюдают, хотя он был в своей комнате один. В итоге Юншин выключил лампу на прикроватной тумбочке, которая тускло освещала комнату, а затем потеребил край халата.

Сехон знал лучше, чем кто-либо, что Юншин колебался из-за своей застенчивости, и соблазнил молодого человека своими сладкими словами.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 258 - Сайд-стори 1: Невиновен. Телефонный разговор

— Юншин, я хочу прикоснуться к тебе.

— Сонбэ...

— У меня уже твёрдый. Хочешь оставить меня в таком состоянии?

Голос Сехона ласкал уши Юншина, явно повышая чувствительность молодого человека.

В конце концов, частично по-своему желанию, Юншин сунул руку под халат. Когда он ощутил свою гладкую кожу, его накрыла неловкость. Рука продолжала опускаться всё ниже. Он произнёс тихим голосом:

— Я завёл её внутрь.

— Представь, что это моя рука, и покрути свои соски между пальцами, как это делаю я. Ты же помнишь, как я к тебе прикасаюсь, верно?

Юншин закрыл глаза, пропустил чувствительный бугорок между указательным и средним пальцами и сжал его, совершая круговые движения, как это делал Сехон.

Представив, что это старший адвокат прикасается к нему, Юншин почувствовал, как нарастает его волнение, и запрокинул голову. Его кадык качнулся вверх. Молодой человек издал горячий вздох, а его губы были словно в огне. Возможно, такое ощущение возникало из-за прохладного воздуха в комнате, но места, где он прикасался к себе, обжигало особенно сильно.

— Ха-а-а... Сонбэ... Ох.

— Ты должен уделить внимание и другой стороне тоже. Я буду сосать затвердевшие места.

Дыхание Юншина стало прерывистым. Каждый раз, когда он вздрагивал и сотрясался, он чувствовал спиной жёсткую спинку кровати.

Инстинктивно он приоткрыл глаза и, несмотря на темноту, обнаружил, что его соски торчат и закусил нижнюю губу. Он представил, как Сехон сосёт один из них, и коснулся другого соска. Пока он трогал себя, фантазируя о Сехоне, его член начал набухать.

— Сонбэ, это щекотно. М-м-м.

— Чётко скажи, чего ты хочешь. Я осуществлю любое твоё желание.

— Укуси меня.

— Умница.

Услышав похвалу Сехона, Юншин ущипнул сосок и зацепил его кончиком ногтя, после чего отпустил. Когда его член поднялся, он ощутил давление в нижней половине тела. Почувствовав себя неуютно, Юншин вцепился в простыни. Ласковой речи Сехона на ухо юноше было достаточно, чтобы завестись, но было не так хорошо, как от личного присутствия старшего адвоката, от чего Юншин был немного разочарован.

— Я хочу поцеловать тебя, — вздохнул Юншин.

— Ты можешь это сделать. Открой рот.

— Хн-н-нгх... М-м-м...

— Я собираюсь засунуть язык глубоко внутрь. Буду целовать тебя так грубо, что твоя кожа изотрётся.

— Плюнь в меня.

— Тебе нужно подождать, чтобы получить свою награду.

Теперь, даже если Сехон не озвучивал свои команды, Юншин хотел утолить свою похоть и начал действовать напористо.

Он прикрыл глаза, немного поёрзал, затем поднял одну из рук, сжимающих простынь. Он сунул в рот пальцы, имитируя язык Сехона, и тщательно смочил их. Его кожа издавала хлюпающие звуки, соприкасаясь с влажными стенками рта.

Он касался сосков правой рукой и глубоко засасывал пальцы левой руки у себя во рту, что было весьма зрелищно.

В исступлении Юншин теперь представлял, как Сехон исследует его язык, нёбо и нежные стенки рта. В какой-то момент он начал с нетерпением сосать, жаждая слюны старшего мужчины.

Он задыхался и пребывал в агонии. Его подрагивающий член затвердел до такой степени, что мог проткнуть халат. Чувства были обострены до предела, но, поскольку прикоснуться к нему было некому, он продолжал извиваться в одиночестве.

— Когда ты придёшь? Поторопись... Поторопись и сделай со мной что-нибудь.

— Как мне тебя трахнуть? Сзади? Тебе такое нравится, ведь так я могу войти в тебя глубже.

— Хнгх, нгх, м-м-м...

— Если хочешь мой член, тебе стоит подготовить путь. Твои пальцы ведь мокрые, можешь этим воспользоваться. Войди ими внутрь.

Тяжело дыша, Юншин наклонился вперёд и упал на кровать. Вероятно, из-за того что он поддался настроению, юноша чувствовал, как кончик его члена смачивал место соприкосновения с тканью халата, несмотря на то, что он не кончил.

Они часто занимались сексом, когда было время. Секс с Сехоном был хорош, но Юншин умолял об этом, потому что это было то, что они могли бы сделать вместе. Юншин был довольно непорочным, когда дело касалось действий сексуального характера, поэтому он никогда не касался себя сзади. Однако сейчас он не мог сдержаться.

Следуя приказу, юноша сунул мокрые пальцы в дырочку. Он лежал лицом вниз, подняв вверх бёдра, стимулируя кожу вокруг входа. Оживив воспоминания о том, как Сехон входил в него, он погрузил самый длинный палец в свою дырочку.

— Угх!..

В этот момент он уронил телефон, который находился между его плечом и ухом. Однако у него не было ни капли свободного времени, чтобы беспокоиться об упавшем телефоне.

Юншин потёрся своим твёрдым членом о простыни и глубоко погрузил свои пальцы. Он пытался найти то место, которое для него находил Сехон, но это было нелегко сделать в столь неудобной позе. Он мог только растянуть вход, чтобы член его партнёра мог беспрепятственно в него проникнуть позже.

Он не привык к таким действиям, поэтому не мог обеспечить себе такой уровень стимуляции, который обычно давал ему Сехон. Его жажда не была утолена, и он лишь несчастно извивался. Его страдания не решили ни одной из его проблем. Ему оставалось только ждать прибытия Сехона. Стоны Юншина становились всё более отчаянными.

— Нгх, поторопись, быстрее...

В этот момент он услышал кого-то у входной двери. Если он не ослышался, это были шаги. Торопливые шаги остановились у двери. Сразу после этого в комнату ворвался человек. Свет из гостиной проник в затемнённую спальню.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 259 - Сайд-стори 1: Невиновен. Телефонный разговор

Застыв на пороге, Сехон нахмурился, когда увидел Юншина с засунутыми в задницу пальцами. Затем он скинул пиджак, который был на нём, грубо отбросил галстук и подошёл к кровати. Не похоже, что у него хватало терпения расстегнуть пуговицы на рубашке. Он торопливо расстегнул штаны и на всю длину достал член.

Затем, словно самец во время гона, он прижался к спине Юншина. Кровать заскрипела от внезапного увеличения веса. Естественно, пальцы юноши выскользнули.

— Ты сказал, что хочешь поцелуй, — прорычал Сехон и схватил Юншина за нижнюю челюсть, поворачивая его лицо к себе. Мужчина грубо поцеловал его, словно намеревался высосать всю влагу изо рта юноши. Сехон обхватил оба члена и начал тереть их друг о друга.

— Почему ты так поздно? Нгх, м-м-мх!

Трение и спереди, и сзади ещё сильнее возбудило их обоих. Сехон ещё несколько раз сжал два их члена, прежде чем сорвать с Юншина халат, который был едва завязан. Он двинулся вниз, чтобы встретиться с задницей Юншина.

Сехон схватил юношу за ягодицы и раздвинул их. Он провёл языком от промежности Юншина до входа. Молодой человек, стоявший на коленях, дёргался и извивался как рыба, вернувшаяся в воду.

— Хм-м-мф, сонбэ. Ох! Ах-х-х!

Каждый раз, когда Сехон облизывал его яички, он издавал непристойные звуки. Возможно, по причине того, что Юншин не мог видеть, что происходит, он был сильнее возбуждён, чем раньше. Как будто все клетки его тела прыгали и танцевали. Внутри что-то поднималось, и он отчаянно желал высвобождения.

Вскоре язык Сехона начал проникать внутрь. Застонав, Юншин потянулся назад, поглаживая лицо старшего адвоката и всё остальное, до чего мог дотянуться.

— Нгх! С-сейчас...

Пальцы юноши коснулись гладких волос старшего мужчины, и Сехон охотно оторвал свои губы от ягодиц Юншина.

Сехон расположил свой твёрдый пенис в расширенном пространстве и крепко схватил тонкую талию молодого мужчины.

— Мы должны сделать всё, что необходимо, даже если спешим.

Сехон наклонился, поцеловал Юншина в плечо, а затем схватил его за волосы. Его голова с силой была притянута назад, Юншин дрожал и умолял:

— Пожалуйста, вставь его...

— Хороший мальчик.

Энергичным толчком Сехон врезался в Юншина. Он вошёл сразу на всю длину, так что некоторое время никто из них не мог вымолвить ни слова. Они лишь вздыхали от ощущений, в которых боль и удовольствие были неразличимы.

— Ох!.. Хнгх!

— Нгх!.. Расслабься немного.

Полностью обнажённый Юншин, контрастировал с целиком одетым Сехоном, возвышающимся за ним. Под коленями был разложен мягкий халат, который был надет на парня. Каждый раз, когда они совершали движение, ткань соскальзывала в сторону, пока, наконец, не упала с кровати.

Избавившись от всех помех, Сехон поцеловал Юншина, когда начал яростно входить и выходить из юноши. Каждый раз, когда он толкал свой член в самую глубокую точку партнёра, чувствительная и нежная ткань обволакивала и стимулировала его. Когда его член, весь исчерченный венами, врезался в Юншина, раздавался громкий шлепок. Каждый раз, когда он попадал в чувствительную точку юноши, Юншин стонал от удовольствия с открытым ртом.

— Ох, ха, там, ещё. Ох!

Мягкие внутренние стенки Юншина стиснули член Сехона. Каждый раз, когда он отстранялся, стенки юноши обхватывали его, будто не хотели отпускать, образуя ямочки на заднице Юншина. Когда юноша сжал чувствительную точку Сехона, тот нахмурился.

— Ух, хах. Блять, я почти кончил. Тебе настолько это нравится?

— Да, мне нравится. Я ждал тебя всё это время.

По-видимому, в ответ на желание Юншина Сехон проник в самое глубокое место юноши. Основание его пениса упёрлось во вход. Бёдра ударялись о твёрдую задницу Юншина, когда они прижимались друг к другу. Яйца Сехона тёрлись о кожу юноши. В один момент они оба застонали.

Сехон схватил Юншина за бёдра обеими руками и начал яростно толкаться в партнёра. Старший адвокат был настолько груб, что прочная кровать начала скрипеть. Голова Юншина сотрясалась от этих движений, из-за чего его макушка несколько раз ударилась о спинку кровати. Ноги юноши так сильно дрожали, что ему было трудно стоять. Однако, пока его худое тело беспомощно сметало бурными водами, он принимал все дикие и агрессивные движения бёдер Сехона.

— Тебе было приятно прикасаться к себе сзади? Хм?

— Этого было недостаточно, ах! Ах!

— У тебя неплохо получалось. Представлял, что это мой член? Должно быть, было хорошо. Тебе нравится, когда я тебя трахаю.

— Да, но я не мог дотянуться... М-м-мх.

— Как глубоко ты доставал? До сюда?

Сехон толкнулся в точку глубоко внутри. Юншин резко ахнул.

— Нгх! Нет, не там.

— Тогда тут?

— Нет... Сонбэ, думаю, я кончаю.

— Я заставил тебя долго ждать, поэтому должен вознаградить тебя должным образом. Подвигай бёдрами. Я уделю особое внимание твоей чувствительной точке.

Сехон немного отвёл бёдра назад. Он зафиксировал свой член не в самом комфортном положении. Старший адвокат нацелил головку своего члена в нужное место, после чего начал грубо толкаться в него. Он начал неустанно врезаться в это единственно место кончиком своего члена, и сперма выплеснулась из члена Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 260 - Сайд-стори 1: Невиновен. Домашний

– Нгх, нгх! Ах!

В конце концов Юншин застонал и задрожал. Он трясся и извивался, как будто в него ударила молния. Сехон все еще тёр его внутренние стенки членом, а Юншин задыхался, выдавливая последние капли жидкости и проливая слезы.

– Хах, м-м... Ты убиваешь меня. Ох... – вся его энергия иссякла, Юншин рухнул вперед. Его слезы и пот капали на простыни. Сехон, прижавшись к его сухой спине, впитал всю влагу Юншина и начал набирать темп для последнего рывка.

Сехон, наслаждающийся теснотой, охватившей его член, приближался к кульминации, и его бедра слегка задрожали.

Наконец, преякулят брызнул из кончика его члена. Прежде чем наполнить возлюбленного, мужчина вытащил член и перевернул молодого человека на спину. Когда Юншин посмотрел на потолок, Сехон постучал своим членом по его губам.

– Открой рот широко. Время проглотить всё это.

Юншин послушно выполнил просьбу, предоставляя доступ, и взял в рот головку члена Сехона. Пока он посасывал ствол, как соломинку, Сехон сжал его челюсть и начал толкаться в заднюю часть горла. Наконец, достигнув пика, он выплеснул молочно-белую жидкость.

– М-мф... – Юншин кашлянул.

Юншин проглотил всё, что попало ему в рот, и посмотрел на Сехона прищуренными глазами. Словно восхищаясь произведением искусства, Сехон посмотрел на Юншина сверху вниз, а затем наклонился и жадно впился в его губы. Сперма, оставшаяся во рту молодого человека, собиралась на языках и исчезала потихоньку каждый раз, когда они сглатывали слюну.Юншин сел прямо, чтобы сменить позу. Он плюхнулся на крепкий живот Сехона и властно посмотрел на мужчину сверху вниз. Он чмокнул красивые губы, а после раздвинул их пальцами. Затем он набрал жидкость в рот и сплюнул в рот Сехону.В тот момент, когда Сехон проглотил его, Юншин выжидающе посмотрел на него:

– Кан Сехон, вкусно?

Сехон нахмурился.

– На вкус как сперма.

– Потому что она твоя. Я был единственным, кто показал свою постыдную сторону. Позволь мне отомстить.

– Зачем тебе это нужно? Если ты скажешь мне «Я люблю тебя», я, вероятно, сделаю всё, что ты захочешь.

Иногда Сехон показывал Юншину, как сильно он его жаждал, в такие неожиданные моменты, как сейчас. Даже если бы молодой человек был готов к этому, он, вероятно, не смог бы ловко отреагировать. В любом случае подобные моменты всегда были случайными, что заставляло сердце Юншина подпрыгивать и замирать. Юноша вытер своё мокрое от слез и пота лицо, а затем громко чмокнул Сехона в лоб.

– Я люблю тебя, так что не обижайся. Я так волновался, когда услышал, что случилось.– ...

– Давай на этот раз сделаем всё в такой позе. Но тебе нужно будет принять наказание. Ты должен оставаться неподвижным. Я буду наблюдать за твоим лицом, когда ты испытаешь наслаждение и кончишь. Сейчас самое подходящее время использовать твоё красивое лицо.

– Только ради твоей выгоды?

– Да, только для меня.

Сехон удивлённо прищурился, а затем облизнул губы.

– Как весело.

Затем он сказал:

– Раздень меня.

Словно по команде, Юншин поспешно расстегнул пуговицы на рубашке Сехона.

Действие 03

Сидя за чайным столиком, Сехон с очень серьёзным лицом смотрел на экран своего ноутбука. Юншин вышел из гардеробной, полностью одетый, с новым галстуком в руке. Он обнаружил, что Сехон выглядел мрачно, и, просто взглянув на его искреннее лицо, Юншин сразу понял, что мужчина, вероятно, просматривал данные, которые он получил на днях.Юншин сел напротив, подперев подбородок обеими руками и пристально наблюдая за Сехоном. Мужчина, который о чём-то размышлял, уставившись на экран, заметил пристальный взгляд, когда поднял глаза на молодого человека.

– Ты готов?

– Да, но я не смог найти здесь ни одного твоего галстука. Обычно ты не ходишь на работу без него.

Юншин откинулся на спинку стула, указывая на длинную шею Сехона, и тот легонько провел рукой по горлу.

Пока Сехон был в командировке, всего его галстуки отправили в чистку. Не осталось ничего, что Сехон мог бы надеть сейчас.

– Я могу заскочить к себе, когда мы будем уходить.

– А ты не можешь вместо этого надеть один из моих галстуков?

– Если ты хочешь сделать из меня бабника, который спит сразу и с братом, и сестрой, тогда вперед.

Они не говорили об этом напрямую, но каждая секретарша в фирме следила за тем, во что одеты адвокаты. Это было необходимо для того, чтобы предотвратить ситуацию, когда адвокат мог надеть один и тот же костюм для встречи с одним и тем же клиентом. Юншин знал это и также был осторожен, чтобы случайно не надеть те же аксессуары, что и Сехон.– Это новый. Мы с сестрой купили его в торговом центре. Я взял галстук, сказав, что он для меня, но на самом деле я хотел подарить его тебе и оставил у себя в шкафу. Вот.

Юншин протянул ему ярко-серый галстук, который держал в руке. Сехон закрыл крышку ноутбука и кивнул. Молодой человек пододвинул свой стул, чтобы сесть рядом, а затем поднял воротник Сехона. Молча наблюдая, как Юншин наклоняется, Сехон чмокнул его лицо.

Они игриво чмокнули друг друга в губы, закрывая глаза каждый раз, когда встречались взглядами, а затем медленно отстранились друг от друга.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 261 - Сайд-стори 1: Невиновен. Домашний

Повесив галстук на шею Сехона, Юншин туго завязал ткань. Сехон всё это время пристально смотрел на Юншина. Ни один из них не мог объяснить, насколько им было хорошо, когда Сехон был сосредоточен только на Юншине. Юноша также не мог выразить, каким окрылённым он на самом деле себя чувствовал.

– Нам нужно позавтракать. Сейчас немного неудобно готовить что-то самим... Может, просто перекусить в кафе внизу? Кофе и сэндвич?

Закончив с узлом, Юншин дёрнул за галстук, притягивая Сехона ближе. Старший адвокат не сопротивлялся, и их губы встретились. Мужчина прикусил верхнюю губу молодого человека, потом нижнюю, а затем просунул язык между губами Юншина, проведя языком по ровным зубам молодого человека. Рука Юншина на галстуке Сехона задрожала.

После того, как Сехон прошёлся по всем зубам Юншина, его язык медленно выскользнул. Веки Юншина затрепетали, и он увидел Сехона, склонившегося прямо перед ним.

Как раз в то время, когда Юншин начал думать, что приоткрытые роскошные губы Сехона выглядят чувственно, Сехон сказал своим низким, хрипловатым голосом, который всегда заводил Юншина:

– Я приготовил тебе завтрак.

Когда Юншин услышал это, он от удивления отпустил галстук.

– Когда?

– Когда ты умывался.

– Что ты приготовил?

– Кофе и сэндвичи.

– Вау...

Пока Юншин, полусонный, ковылял в ванную, Сехон уже был чистым, в халате, и наносил увлажняющий крем. К тому времени, когда Юншин снова вышел из ванной комнаты, Сехон был полностью одет, за исключением галстука, и просматривал свои документы. К тому моменту, когда Юншин вернулся в спальню после того, как оделся, его возлюбленный деловито разговаривал с кем-то по телефону по поводу вчерашнего инцидента.

В последний раз Юншин видел Сехона, когда тот был сосредоточен на своем ноутбуке. Тот, должно быть, в какой-то момент сходил в столовую между этим.

Молодой человек воскликнул с трепетом, а затем осыпал щеку Сехона поцелуями. Старший мужчина терпеливо сел и принял поцелуи, а затем повернул голову. Естественно их губы встретились. Юншин хихикнул.

– У тебя, что, десять тел или как?

– Только одно. Это довольно дорогое, поэтому используй его с умом, – спокойно сказал Сехон, но Юншин почувствовал укол совести.

Он слегка повысил голос:

– Ты так говоришь, будто я растрачивал твоё тело впустую или что-то в этом роде. Это ты более похотлив.

После этого воцарилось недолгое молчание. Юншин слишком поздно сообразил, что, возможно, он зашёл слишком далеко, и сжал губы, но Сехон уже нахмурил брови и пристально посмотрел на Юншина.

– Я не об этом говорил.

Лицо Юншина покраснело, и он ответил тоненьким голоском:

– Я знаю это.

– Ты говоришь про грязные вещи. Сейчас только семь утра, ты в курсе?

– Мои мысли менее грязны, чем твои. Все твоё тело похотливое. Ты не можешь держать свои руки при себе.

– В самом деле? Ты знаешь, что судебное заседание основано на доказательствах. Давайте поговорим о том, у кого больше улик, – Сехон вытянул свои длинные руки и придвинул стул Юншина поближе. Затем он схватился за спинку сиденья, перекрывая все пути к отступлению, и обнял стройное тело Юншина. Он нежно погладил его руки.

Рука Сехона скользнула по воротнику рубашки молодого человека и ниже. Он потер соски Юншина сквозь тонкую ткань его рубашки. В ответ он повернулся нижней частью тела, чтобы потереться о бедра Сехона. С его губ сорвался горячий вздох.

– Видишь, вот и доказательство. Ты не можешь оторвать от меня свои руки.– Я просто воплощаю твои фантазии в реальность.

– Я не фантазировал об этом.

– Вот почему нам нужно судебное разбирательство, чтобы решить, кто прав.– Разве тебе не нужно идти на работу?

Сехон взглянул на часы, погрузившись в раздумья. Казалось, он подсчитывал свободное время, которое они могут потратить на свои личные дела, прежде чем идти на работу. Голова Юншина была полна похожих мыслей. Придя к одному выводу, он оттолкнул плечи Сехона прежде, чем тот смог прикоснуться к нему ещё раз. Он убрал ноги и отодвинул свой стул назад.

– Ты признаешь, что ты более похотлив, да?

– Нет. Не буду.

– Тогда посмотрим, кто первый начнет умолять. А пока никакого секса.

Сехон нахмурился, как будто это условие с самого начала не выдерживало никакой критики.

– Ты пожалеешь об этом.

– Я отвечу тебе тем же, слово в слово. Ты ещё пожалеешь об этом.

Видя, что Сехон забавляется, Юншин понял, что сделка заключена. Юншин встал первым, и Сехон, затянув потуже галстук, сделал то же самое. Они безмолвно обменялись взглядами, а затем одновременно вышли из спальни.По пути в столовую Сехон положил руку Юншину на затылок. Как будто этого было недостаточно, он опустил руку, потер мочку уха и провел пальцем по узкому ушному каналу Юншина. Тот свирепо посмотрел на старшего мужчину, говоря ему, что это фол.

– Нам можно прикасаться друг к другу? Разве это не жульничество?

– Ты тоже можешь так делать, если хочется, – Сехон пожал плечами и первым вошёл в столовую. Юншин последовал за ним, внезапно почувствовав, что что-то не так. Он демонстративно объявил войну, но по какой-то причине мог представить себе своё абсолютное поражение. Однако Сехон, который был чрезвычайно конкурентоспособен, легко обошёлся с Юншином. Зная это, юноша тряхнул головой, чтобы избавиться от дурных предчувствий, и сел за стол.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 262 - Сайд-стори 1: Невиновен. Сожительство

Сехон достал из холодильника приготовленные им сэндвичи и сварил кофе. Пока он был занят подготовкой к трапезе, взгляд Юншина был прикован к рельефной спине старшего адвоката. Как происходит у большинства людей, знание факта, что что-либо теперь под запретом, заставило Юншина ещё сильнее возжелать запретный плод. Осознание того, что ему нельзя желать Сехона, пробудило в нём жажду по своему партнёру.

Юншин пил воду за столом, когда Сехон принёс два стакана айс-кофе и сел напротив юноши.

Сехон сделал глоток первым. Юншин переключил внимание на сэндвич перед собой.

Старший адвокат обладал хорошим чувством эстетики, и, вероятно, он ни от кого его не перенимал. Юншин сделал укус от хорошо сервированного сэндвича и посмотрел на жующего Сехона. Он внезапно задался вопросом, каково быть той тёмной жидкостью,скользящей меж красных губ Сехона. Старший адвокат же лишь бросил безразличный взгляд на Юншина.

Временами чувство собственничества Сехона было чрезмерным. Он также обладал сильным либидо. Эти ничего не выражающие глаза явно затевали борьбу с Юншином. Спустя несколько минут ожидания, юноша уже почувствовал слабость по отношению к Сехону.

— Неужели ты не можешь просто признать это? Что ты получишь, победив меня?

— То, что ты уже меня хочешь – доказательство, что ты возбуждён. Я не прав? Ты ведь признаёшь это.

— Это не так.

Юншин не знал, как долго сможет продержаться, но Сехон спровоцировал соревновательный дух, и теперь он не хотел проигрывать. Юноша отвёл взгляд и сменил тему.

— Ты слышал? После расставания с девушкой секретарь Так отправил свою анкету в брачное агентство.

Сехон нахмурил брови, спрашивая, почему Юншин поднял эту тему за столом.

— А мне нужно это знать?

— По этой причине секретарь Так расстроен.

— Ты правда хочешь, чтобы я уделял внимание другим людям?

Обычно Сехон являлся антагонистом, а Юншин был на стороне хороших. Временами, когда старший адвокат бессердечен по отношению к своему окружению, юноша это одобрял. Юншину в целом направилось, когда Сехон вообще не был заинтересован другими людьми.

— Думаю, у тебя и сейчас всё отлично.

— Ты тоже не обращай внимания на других. Я не буду это терпеть.

— Я поднял эту тему, лишь чтобы задать тебе вопрос. Ты хочешь, чтобы было очевидно, что тебе не хватает социальных навыков?

Сехон не стал отрицать замечание Юншина и просто жестом призвал юношу говорить дальше. Юноша взволнованно продолжил:

— Так вот, ты когда-нибудь раньше отправлял свой профиль в подобного рода агентства? У тебя великолепные природные данные. Ты красив, зарабатываешь много денег, имеешь отличное образование и профессиональную подготовку. Во всех аспектах ты слишком квалифицирован, так что, вероятно, найдётся не так много партнёров, способных сравниться с тобой...

Сехон сделал ещё глоток, наслаждаясь ароматом, после чего озадаченно спросил:

— Почему ты опустил часть, что я сирота?

— Женщинам это нравится. Без придирчивых родственников мужа жизнь намного лучше. По крайней мере, так сказала моя сестра.

— Поэтому я и спрашиваю, почему ты это опустил. И ещё, ты не можешь ничего сделать со своим сестринским комплексом? Такими темпами ты начнёшь говорить о своей сестре в постели. «Сонбэ, трахни меня. Моя сестра сказала, что сейчас ты можешь вставить его».

Сехон гнушался упоминать других людей, Юншин же наоборот. Однако сейчас Сехон вывернул это как нечто плохое.Испугавшись, он тут же возразил.

— Зачем мне упоминать её в постели? Я говорил тебе, это не какая-то странная одержимость, а естественная любовь и привязанность...

— Почему ты укрепляешь свою естественную любовь и привязанность с другими людьми, когда я прямо здесь?

— Игён — моя сестра.

— У меня нет семьи. Это несправедливо. Тебе тоже должен нравиться только я.

— Проехали. Я забыл, что ты — Кан Сехон, у которого нет веры и любви к человечеству. Забудь, что я упомянул брачное бюро.

Юншин цокнул языком и пристально уставился на Сехона, выглядывая, не было ли каких-нибудь промашек, которые он мог бы заметить. Он почувствовал, что проиграл эту битву, когда увидел, как Сехон аккуратно ест, но должны были найтись какие-нибудь недостатки или слабости, если бы он поискал более тщательно.

— Скорее всего, ты был бы не идеальным мужем. Ты полностью погружён в работу, у тебя дерьмовый характер, ты упёртый и совершаешь много подозрительных и нечестных поступков. В сексе ты груб и куришь, когда злишься! Ты даже не принимаешь участие в работе по дому, поэтому ты будешь пренебрегать своими детьми.

— Ты сказал мне забыть, что ты это упомянул. Зачем ты критикуешь меня у меня же на глазах?

— Я просто подумал об этом постфактум. Я мог бы добавить ещё сотню.

Казалось, Сехон согласился со всем, что упомянул Юншин. Он кивнул и спросил с суровым лицом:

— Неужели у меня так много недостатков?

— Твои недостатки мне тоже нравятся. Кроме того, большинство из них можно решить, если есть деньги, — неохотно ответил Юншин, из которого лжец был паршивый.

Сехон нежно улыбнулся юноше. Улыбка старшего адвоката всегда была праздником для глаз Юншина. Его настроение моментально улучшилось, но желая это скрыть, он больше не сказал ничего больше.

Звучание голоса Сехона нарушило тишину.

— Тогда ты можешь забрать меня домой. Как сейчас.

В этот момент юноша отчётливо увидел их двоих со стороны. Он взглянул на их отношения, отойдя на шаг назад, с позиции третьей стороны, прежде чем углубиться, в их анализ.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Ищем кореиста на третий том сайд-стори!

Глава 263 - Сайд-стори 1: Невиновен. Сожительство

Они завтракали и проводили вместе ночи. Когда Сехон уезжал в поездку, он всегда возвращался к Юншину, а юноша, оставшийся дома, ждал возвращения старшего адвоката. Если бы они были разных полов, по закону их отношения были бы определены как гражданские партнёры. Всё это казалось сюрреалистичным, но Юншин лучше, чем кто-либо, знал, что это их реальность.

Переполненный чувствами к Сехону, Юншин нежно ответил:

— Иногда мне кажется, что мы женаты. Ты всё ещё против этого социального конструкта?

— Ага, не очень люблю, когда меня связывают подобным образом.

— Даже со мной?

— Что ты пытаешься сказать?

— Если законы о сожительстве не будут приняты в ближайшие пять лет... тогда как насчёт того, чтобы мы это сделали? Я сделаю тебе предложение, поскольку именно я пригласил тебя на свидание, сказал, что ты мне нравишься, и признался, что первым полюбил тебя.

Сехон опустил свой кофе. Он задел тарелку, слегка отклонившись от намеченного курса. Глаза Юншина округлились, поймав ошибку, несвойственную старшему адвокату. Сехон сухо сглотнул и сказал:

— Ты только что тоже сжульничал.

У Юншина было чувство, что он знал, причину такой реакции Сехона, от чего его бледная щека дёрнулась.

Сехон медленно поднялся. Он наклонился через стол, поцеловал Юншина в губы и сел обратно.

Будто сговорившись, они некоторое время лишь смотрели друг на друга. Слегка напряжённая, но не дискомфортная тишина окружала их. Юншину нравилось делить такие моменты бездействия с Сехоном, потому что они могли сосредоточиться друг на друге. Юноша колебался, задаваясь вопросом, стоит ли ему попросить об ещё одном поцелуе, когда Сехон нарушил молчание первым.

— Хорошо. Я проиграл. Я похотливый извращенец с грязными мыслями.

Юншин ожидал, что Сехон вскоре признает своё поражение. Вопрос был в том, сможет ли юноша терпеливо выжидать до этого момента или нет. Однако он не думал, что Сехон так легко признает свою капитуляцию. Юншин воспользовался шансом и незамедлительно ответил:

— Я знаю.

— Сними запрет на секс. Если ты этого не сделаешь, скорее всего, я засохну и умру.

— С этого момента он снят.

— Хотя ты никогда не запрещал его?

На этот раз Юншин прикусил нижнюю губу. Заметив это, Сехон усмехнулся и спокойно откинулся назад, подперев рукой подбородок, смотря через стол на молодого человека.

Юншин, победивший в их короткой стычке, сделал ещё один укус сэндвича, который приготовил для него Сехон, пока он принимал взгляд старшего мужчины. Он усмехнулся, сам того не осознавая, пережёвывая хрустящие овощи. Сехон громко рассмеялся, словно эта улыбка была заразительной.

Это было мирное утро.

* * *

После обеда с клиентом, Юншин проходил мимо кафе на первом этаже в здании компании, когда заметил секретаря Така у стойки выдачи заказов. Когда секретарь увидел приближающегося юношу, то с энтузиазмом поприветствовал его, помахав рукой. Должно быть, ему были нужны свободные руки.

Что неудивительно, секретарь покупал закуски и напитки, так что ему было нужно нести четыре подноса и пять бумажных пакетов. Взглянув на сотрудников за прилавком, занятых подготовкой других товаров, Юншин спросил:

— Почему вы так много заказали? У нас особый гость?

— Адвокат Кан купил это для своих секретарей в знак благодарности за работу на выходных.

Юншин вспомнил свой вчерашний разговор с секретарём Таком и кивнул.

— А-а-а... это

— Для вас тоже кое-что есть. Вон тот латте. А, да, адвокат Кан передал мне свою кредитную карту, так что мы собираемся поужинать вместе. Вы не хотите присоединиться?

— Ой, нет, всё в порядке. Я ничего не сделал, мне не следует вмешиваться.

— Все будут рады вас видеть.

Но Сехону это не понравится. Не имея возможности вдаваться в подробности, Юншин смущённо ухмыльнулся.

Пока они ждали, когда вынесут все напитки, завязался разговор о вчерашнем инциденте. У Юншина было много вопросов, потому он спросил:

— Как там дела со вчерашними событиями? Я видел, как адвокат Кан говорил по телефону на эту тему сегодня утром. У меня не хватило смелости расспрашивать его о всех нюансах, поскольку эта ситуация, кажется, его уже достала.

Юншин ожидал ответа, но вместо этого секретарь Так бросил на него двусмысленный взгляд. Секретарь Так большинство вещей делал компетентно, но он был не так хорош в сокрытии своего любопытства. Он незамедлительно совершил наступление на Юншина.

— Вы слышали, как адвокат Кан говорит по телефону сегодня утром?

Как только он это услышал, Юншин понял, что секретарь, вероятно, мог сделать вывод из его слов. Секретарь Так был одним из немногих, кто знал большую часть официального расписания Сехона. Должно быть, он знал, с кем разговаривал старший мужчина перед работой, и Юншин, знающий это, мог показаться подозрительным.

Он пытался придумать оправдание, но не мог найти хорошего. Он мог разрядить обстановку, только воспользовавшись своей личной связью с Сехоном.

— Я встретил его сегодня рано утром.

— О, вот как? А-а-а, верно. Вы оба живёте в общежитии компании. Старший адвокат Кан, кажется, был особенно обеспокоен вами в начале, а сейчас вы достаточно близки, не так ли? Это удивляет каждый раз, когда я вижу это.

Юншин неловко рассмеялся и сменил тему.

— Но будет ли у него действительно всё в порядке? Я проверил рано утром сегодня и не нашёл пока никаких статей.

— Пока они несколько дней будут блокировать статьи, но как только предъявят обвинения, это станет невозможным. Адвокат Кан пытается найти все возможные решения. Очень жаль, что клиент допустил ошибку, ставшую идеальной добычей для прессы... Тем не менее хорошо то, что наш клиент и менеджер банка, кажется, долгое время были друзьями, поэтому они заключили соглашение. Они довольно близки. Если всё хорошо разрешится, это будет в некоторой степени секретно.

Перевод: Bda

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Ищем кореиста на третий том сайд-стори!

Глава 264 - Сайд-стори 1: Невиновен. Самодовольство

Юншин кивнул с облегчением. Пока они болтали, все напитки и закуски были готовы. Он и секретарь Так разделили груз поровну и направились наверх.

Когда они шли через вестибюль, Юншин внезапно кое-что вспомнил и заговорил об этом:

— А, да, о моём деле. Не могли бы вы проверить мужа для меня?

Сразу же уловив, чего хочет Юншин, секретарь Так охотно согласился:

— О его операциях по кредитной карте?

— Да, когда вы найдёте эту информацию, пожалуйста, поищите любые записи, связанные с поездками в страну и из неё. Депозиты в отелях и платежи туристическим агентствам тоже пригодятся. Совершенно очевидно, что он отмывал деньги за границей, поэтому я и не трогал эту тему, думая, что она будет принята во внимание и соответствующим образом уравнена. Но другая сторона, похоже, считает, что мы не можем обнаружить информацию о денежных средствах мужа. Они продолжают пытаться помешать нашему расследованию.

— Это дело, которым занимается одноклассник старшего адвоката Кана, верно? То самое, где муж перед разводом купил здание без ведома жены?

— Верно. В нём я хочу одержать уверенную победу.

— Между нами и этим адвокатом стоит многое. В общем, я понял. Скоро я передам вам эту информацию.

Юншин бросил на секретаря Така благодарный взгляд и ухмыльнулся. Пока они молча направлялись к лифту, мужчина в потертом пальто, на вид примерно ровесник Юншина, подошёл к информационной стойке в центре вестибюля и, жестикулируя руками и ногами, пылко о чем-то спрашивал. Сотрудник стойки регистрации указал на здание на противоположной стороне, и мужчина направился туда — похоже, он был посетителем пристройки.

Чтобы направиться в пристройку, ему нужно было пройти мимо Юншина и секретаря Така. Благодаря этому они смогли ясно увидеть его лицо. Он выглядел очень мрачным и унылым.

Секретарь Так, должно быть, тоже отвлекся на лицо мужчины, поэтому сказал Юншину, как только тот скрылся из виду:

— Поскольку у нас общий главный вход, иногда люди принимают наше здание за пристройку.

— Если он пришел в объединённую ассоциацию, мог ли он зайти сюда за юридической консультацией?

— Ах да, дни консультаций теперь по понедельникам. Это может быть ваш клиент.У Юншина была привычка просматривать заявки на консультацию, даже если он проводил их бесплатно. Он искал законы и прецеденты, которые ему были нужны для каждого конкретного случая. Юншин не сделал этого сегодня, несмотря на то, что это был его консультационный день. Всё из-за того, что он был погружён в работу и забыл об этом. Теперь, размышляя об этом, он понял, что в последние дни был небрежен к этой части своей работы.Несмотря на то, что Юншин знал, что секретарь Так не сможет дать ему ответ, он скрыл свою горечь и спросил:

— Консультации начнутся сегодня в три часа. Если он мой клиент, интересно, почему он уже здесь?

— Может быть, сильно спешит. К тому же, он выглядел ужасно. Вы видели.

— Я заметил. Жаль его. Я уже видел такое выражение лица у предыдущих клиентов.— Да, вы должны были уже сталкиваться с подобным. Вы всё равно выиграли их дела, верно?

— Кажется, я выиграл множество дел, но интересно, почему я думаю только о тех случаях, когда ничего не мог сделать.

Секретарь Так сочувственно кивнул. К тому времени они уже были перед лифтом.Они вдвоём вошли в лифт. Заметив, что Юншин глубоко задумался, секретарь Так не стал прерывать ход его мыслей и молча нажал кнопку.

Число этажей неуклонно росло. Вскоре они добрались до своего этажа и вышли из лифта. Юншин поставил свою ношу в кабинете секретаря и выпил свою порцию кофе. Он пристально оглядел кабинет Сехона, прежде чем попрощаться с секретарём Таком и офис-менеджером и вернуться в свой кабинет.

Он с щелчком захлопнул дверь и осмотрел документы на своем столе. Порывшись в горе документов о разводе, он, наконец, нашёл заявки на бесплатные консультации. Они были местами смяты. Вытащив их, он испытал противоречивые чувства: «Почему они были на дне? Я даже не смог их хорошо разглядеть».

Раньше бесплатные консультации и дела на общественных началах были его приоритетом, но теперь он стал другим. Кан Сехон был на первом месте в его списке, а следующей на очереди была официально порученная ему работа.

Строго говоря, работа, которую он выполнял в соответствии с письменными указаниями клиента, и работа, которую он выполнял на благо обществу, отличались по приоритету и характеру, но Юншин хотел сохранить своего рода баланс. Сехону нравилась эта часть Юншина, и Юншин не хотел терять эту сторону себя.

Откинувшись на спинку кресла на колёсиках, Юншин проверил время на своём запястье. К счастью, у него оставалось немного времени:

— Гражданский кодекс, статья 390, неисполнение обязательств и незаконные действия... — Юншин достал свою авторучку и записал содержание заявления на консультацию, внимательно прочитав его.

***

Юншин поднял голову, сидя в комнате для совещаний в пристройке. Мужчина примерно его возраста, которого он видел ранее в вестибюле, осторожно зашёл в комнату. Юншин испытал смешанные чувства, понимая, что этот человек ждал эту короткую консультацию более двух часов.

Мужчина выглядел уставшим. Юншин не знал, как выглядел этот человек раньше, но сейчас он выглядел слабым и измождённым. Юншин очень хорошо знал это лицо. До работы в Догук у некоторых клиентов, которые считали Юншина своей последней надеждой, было такое лицо.

Среди этих уставших клиентов он особенно отчётливо вспомнил одного человека. Он был одним из немногих, кто заставил Юншина надеть черный костюм и галстук.

Перевод: Кейт

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 265 - Сайд-стори 1: Невиновен. Самодовольство

Юншин думал, что делает всё, что в его силах, но клиент, должно быть, вообще не видел никакой надежды, поскольку решил покончить с собой во время судебного разбирательства. После этого Юншин впал в уныние и серьёзно пересматривал свой выбор карьеры. Он вспомнил беспомощность, которую чувствовал тогда.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Вы, должно быть, долго ждали.

Юншин указал на кресло напротив себя. Когда мужчина сел, он выглядел нервным и отводил взгляд. Стремясь ослабить тревогу в комнате и у самого мужчины, Юншин пододвинул клиенту стакан холодной воды. Мужчина смотрел на него мгновение, прежде чем осторожно сделать глоток, украдкой взглянув на Юншина. Юноша посмотрел мужчине в глаза и взял его заявление.

— Я быстро просмотрел его. Хм, значит, ваша компания уволила вас, и вы уже прошли с ними через одно судебное разбирательство. Вы потребовали аннулировать расторжение контракта и потребовали свою зарплату, и в конечном итоге получили решение в вашу пользу.

Мужчина, должно быть, интуитивно знал, что Юншин выслушает то, что он скажет, и горячо кивнул.

— Да, суд рассчитал заработную плату, которую я должен был получить со дня моего увольнения до того дня, когда я должен был вернуться на работу. Они обязали компанию заплатить мне. Но компания отказывается восстановить меня в должности.

— Даже после вынесения решения?

Голос мужчины заметно дрожал, когда он сжал чашку обеими руками.

— Некоторое время от них не было никаких вестей, поэтому я пошёл в офис. Но моё рабочее место исчезло, и на его месте появился ксерокс, ко мне отнеслись как к воздуху. Мои коллеги игнорировали меня. Все смотрели на меня, как на чуму... Вероятно, это потому, что я доставил неприятности компании. Только генеральный менеджер, которого я уважал, поприветствовал меня.

— Пожалуйста, успокойтесь. Я выслушаю всё, что вы хотите сказать, так что расскажите всё от начала и до конца.

— Сначала я подал в суд на компанию, готовясь самостоятельно, вот я и подумал, что именно поэтому компания действовала не так, как им было указано. Я подумал, что на этот раз обращусь за помощью в юридическую фирму. Когда я просматривал онлайн-форумы для жертв, я часто видел, как всплывает ваше имя. Они сказали, что это место лучше, чем городские адвокаты или дежурный адвокат в суде, и что брат До Игён был самым дружелюбным...

После упоминания Игён мужчина остановился, почувствовав, что оговорился. Юншин ободряюще похлопал мужчину по дрожащей руке, а затем открыл прецедент, который он нашёл, на экране для клиентов. К счастью, мужчина оправился от паники и уставился на экран.

— Что это?

— В этом случае главным основанием для иска было бы требование об исполнении компанией обязательств по вашему восстановлению, а альтернативным — взыскание компенсации за ущерб, причинённый невыполнением этих обязательств. «Основная причина иска» означает вашу основную претензию, а «альтернативное требование» — это претензия в случае невозможности удовлетворения вашего основного требования. Прочтите.

Мужчина торопливо прочитал текст, как будто жадно глотал холодную воду в жаркий летний день.

— Я не совсем понимаю, но эта ситуация очень похожа на мою.

— Вы правы. Верховный суд рассматривал дело, очень похожее на ваше. Шансы на то, что вы выиграете, довольно высоки. Но почему вы изначально представляли себя сами? Должно быть, это было тяжело.

Мужчина снова посмотрел на Юншина.

— Судебные издержки... Даже если я выиграю, мне сказали, что я не могу требовать возмещение ста процентов ущерба от другой стороны.

— Да, согласно правилам получения возмещения, вы можете получить только его часть. Хм, понимаю — у вас была причина, связанная с финансами.

Юншин на мгновение погрузился в размышления. Взгляд мужчины, устремлённый на Юншина, был очень искренним. Юншин спросил осторожно:

— Ваше финансовое положение сейчас не очень хорошее?

— Я не искал новую работу, ожидая возвращения, поэтому потратил все свои сбережения. Все это неожиданно затянулось… После того как я пришёл в компанию, они перестали относиться ко мне как к личности, поэтому моя уверенность в себе резко упала. Я начал получать психологическую помощь, но не мог заставить себя найти работу на неполный рабочий день. Это была просто чёрная полоса.

Возможно, это было и к лучшему, но клиент ещё не слишком осознавал своё эмоциональное состояние. Какое-то время он выговаривался, но замолчал, как только почувствовал, что слишком взвинчен. Юншин сказал как можно спокойнее, чтобы расслабить клиента:

— Вам будет трудно вернуть вашу должность, но я считаю, что ваше финансовое положение можно было бы облегчить.

— К-как?

— Судебный процесс сам по себе благоприятен для вас, но компания уже пошла против постановлений суда. Во второй раз будет легче. Суд принял решение, но компания не исполняет его достаточно тщательно. На мой взгляд, вам, возможно, лучше вести переговоры с компанией вне суда, чем снова обращаться в суд.

— Если они не хотят слушать суд, то как я могу решить эту проблему напрямую путём переговоров?

— В Догук есть команда, которая работает бесплатно над делами на благо общества. Они не просто ведут судебные разбирательства, но и берут на себя работу с клиентами для урегулирования ситуаций в качестве законного представителя клиента. Если хотите, я мог бы попытаться представить ваше дело как дело на общественных началах. Как вам? Не хотели бы вы предоставить это мне? Так уж получилось, что я адвокат по трудоустройству.Юншин недолго размышлял, но когда подумал об этом деле и лице этого человека, у него возникла собственная теория. Кроме того, он чувствовал, что может попробовать.

Голос Юншина заслуживал доверия, и лицо мужчины, которое было таким же унылым, как зима, просветлело. Проблеск надежды вновь зажёгся в его глазах.Юншин почувствовал облегчение от этой небольшой перемены. Подобная работа была ему больше по душе. Он не мог отпраздновать это сразу, но если бы всё получилось, он, вероятно, смог бы также смыть часть своей травмы, скрывающейся в его подсознании, как дно айсберга.

— Спасибо. Большое вам спасибо, адвокат До.

Перевод: Кейт

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 266 - Сайд-стори 1: Невиновен. Причины

— Я лишь выполняю свою работу. Сейчас мне нужно будет зарегистрировать здесь вашу информацию, поэтому заполните, пожалуйста, ваши персональные данные. После этого давайте обсудим мелкие детали. У вас найдётся время?

Мужчина кивнул. Он спешно взял ручку и начал заполнять форму, протянутую ему Юншином.

По мере наблюдения, дискомфорт Юншина начал сходить на нет, и на сердце у него стало легче.

***

Фары чёрного седана Сехона зажглись в сопровождении звукового сигнала. Юншин ждал, прислонившись к стене гаража. Он оттолкнулся от стены, когда увидел стройную фигуру, приближающуюся со стороны лифтов. Сехон подошёл к нему в своём сделанном на заказ костюме. Ярко-серый галстук на его шее дополнял несколько холодный и циничный образ старшего мужчины.

— Наконец-то ты вышел.

— Действительно. Я думал, ты ушёл первым. Так мне сказал секретарь Так.

— Как бы я осмелился уйти первым? Просто решил уйти в другое время, опасаясь, что секретариат подумает обо мне странно.

Несмотря на то, что в оправдании Юншина отсутствовали детали, Сехон догадался о случившемся.

— Должно быть, ты оговорился перед секретарём Таком.

Между тем, Юншин понятия не имел, как Сехон пришёл к данному выводу на основании сказанного.

— Как ты узнал?

— Потому что ты солгал, хотя обычно этого не делаешь.

— Ох.

Наконец Юншин уловил последовательность мыслей собеседника.

— Просто маленькая белая ложь. Я случайно обронил перед секретарём Таком, что слышал, как ты говоришь по телефону сегодня утром.

— Секретарь Так обладает исключительной проницательностью, но тебе нет нужды о нём волноваться слишком сильно. Я ему очень нравлюсь.

— Ты знал?

— Как я мог не знать?

Внезапно позавидовав длительным взаимоотношениям Сехона с секретарём Таком, Юншин начал раскачиваться из стороны в сторону. Старший адвокат молча смотрел. Его прищуренные глаза считывали ясное лицо юноши, словно он вылизывал своим языком каждый уголок. Его пристальный и резкий взгляд заставил Юншина смутиться. Молодой человек оглядел окрестности на наличие людей и затем слегка ударил портфелем в грудь Сехона.

— Почему ты подкатываешь ко мне на парковке?

— Произошло что-то хорошее, да? Твои беспокойства слишком быстро разрешились.

— Ничего подобного, — беззаботно ответил Юншин, и, возможно, из-за этой шалости, Сехон издал смешок.

Сехон одной рукой облокотился на машину и открыл перед Юншином пассажирскую дверь, жестом приглашая того сесть. Когда-то старший адвокат твёрдо заявил юноше, что не будет позориться, например, открывая перед Юншином дверь, но теперь он без всякой просьбы так естественно выполнил эти действия. Юноше удалось подавить порыв поцеловать губы Сехона. Он уже было собирался войти, но замер, когда старший адвокат внезапно сказал:

— Почему же не произошло ничего хорошего? Ты проецируешь свои желания через Догук.

Юншин хотел лично рассказать Сехону, когда те останутся одни. Расстроенный Юншин проворчал:

— Ого, ты даже знаешь, о чём речь?

— Интересно, есть ли что-либо, чего я не знаю?

— Почему здесь всё распространяется со скоростью лесного пожара? У тебя даже друзей в компании не так много, но все слухи ты узнаёшь первым.

— Вот почему ты должен быть осторожен, чтобы не попасть в скандал со мной. Тебя выгонят. Не все находятся на моей стороне, как секретарь Так. Всегда будь осторожен.

Будучи не в силах понять эту логику, Юншин вспылил:

— Люди находятся не на твоей стороне, так почему выгонят меня?

— Потому что я приношу компании кучу денег. Ты же какой-то извращенец, который любит pro bono и тому подобное. Я думал, ты усердно трудишься над семейным правом, но это продлилось всего год. Один год. Отлично, До Юншин.

Сехон хлопнул по раме своей машины и аккуратно толкнул Юншина на сидение. Позволив втолкнуть себя внутрь, юноша пристегнул ремень безопасности, а Сехон обошёл капот машины и направился к водительскому сидению. Вскоре после этого машина тронулась. Юншин повернулся всем телом к старшему адвокату и пристально уставился на него.

— Я готов ответить на твои вопросы.

Сехон ухмыльнулся милым выходкам Юншина, но не произнёс того, что хотел услышать юноша.

— Должно быть, ты хотел сказать, что тебе не терпится услышать мои вопросы. Мне не хочется делать что-либо, когда другой человек жаждет этого.

— Ты действительно такой извращённый. Так что, действительно не собираешься спрашивать?

— Сначала заплати за консультацию.

Сехон постучал по своей бледной щеке. Недолго думая, Юншин наклонился к Сехону и поцеловал его гладкое лицо. Они остановились на светофоре, потому Сехон повернулся лицом. Они охватили губы друг друга на несколько секунд, прежде чем оторваться.

Видимо решив, что плата подходящая, Сехон спросил:

— Что было особенного?

— Особенного? Я взял это дело не потому что оно уникальное.

— Насколько мне известно, было несколько дел pro bono, которые были ровно по твоей части. Так что отличало дело этого мужчины, что заставило тебя действовать?

— А, в этом смысле особенное.

Юншин не отрицал этого. Немного поразмыслив, он задал довольно нестандартный вопрос:

— Ты ревнуешь?

— Ты бы хотел, что бы я это делал?

Юншин не ответил, но Сехон продолжил сам:

— У тебя есть право понимать неправильно, а у меня нет обязательства прояснять твои недопонимания.

— Так всё-таки ревнуешь. Ты всегда притворяешься, что это не так. Когда притворяешься, значит, делаешь это со стопроцентной вероятностью.

В этот раз Сехон не просил, но Юншин сделал шаг первым. Он потянул галстук, который подарил старшему адвокату этим утром, и нежно прикоснулся губами к нижней его части. Словно этого было недостаточно, он прижался губами к ушам и щекам. Потеревшись носом об острую линию его челюсти, Юншин сел на место и посмотрел вперёд.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 267 - Сайд-стори 1: Невиновен. Причины

Пока Юншин вспоминал ситуацию, похожую на нынешнюю, произошедшую некоторое время назад, наступило короткое молчание.

— Однажды у меня был клиент, который покончил жизнь самоубийством. Это случилось, когда я был на втором году практики в фирме адвоката, знакомого с моим отцом. Некоторое время я не мог ничего делать и взял перерыв больше чем на месяц.

Эта тема была тяжёлой, поэтому Сехон ничего не ответил. Он просто слушал. Хорошо зная, что старший адвокат обращает более пристальное внимание на голос Юншина, чем кого-либо другого, юноша положил свою руку поверх руки Сехона, располагающейся на коробке передач, и погладил его пальцы. Он продолжил ровно и безмятежно:

— Он говорил, что брёл без цели, разговаривал, но невразумительно. Ему было не на кого положиться, но он продолжал защищать что-то неопределённое. Ему нужно было зарабатывать деньги, но как бы он ни работал, от этого не было спасения. Ничего не доставляло удовольствия, и он не мог найти в себе сил продолжать. Он чувствовал себя беспомощным. Ему всегда недоставало энергии. Всё время он чувствовал сонливость.

— У него была депрессия?

— Да. По сути, это было написано на десяти страницах его предсмертного письма. Оно пришло ко мне, а не к семье. Судя по всему, я был единственным человеком, который когда-либо его слушал.

— Этот мужчина и тот скончавшийся клиент, должно быть, вызвали у тебя схожее чувство.

Это было ещё не всё – была более фундаментальная причина, побудившая Юншина к действию.

— Когда я был младше, мой отец иногда выпивал со мной и моей сестрой за одним столом. Я не помню подробностей, потому что это было очень давно.

К счастью, эта тема, казалось, заинтересовала Сехона, поскольку он слушал Юншина, не задавая вопросов.

— Я был так молод, что не понимал, о чём говорил отец. Кажется, моя сестра знала, но не объясняла мне. Мы беседовали с ним, попивая колу или другую газировку. Когда я сдал экзамен на адвоката, моя сестра впервые рассказала мне то, что всегда говорил отец, когда напивался.

— Что он говорил?

— Что ему было так стыдно...

— ...

— Я не понимал, чего он всегда так стыдился, но почувствовал это только сейчас.

Работа в команде семейного права была интересной, и он чувствовал удовлетворение – она ему подходила лучше, чем другая работа, которую он выполнял в Догук раньше. Его отношения с Сехоном развивались гладко, и Игён начала новую жизнь. Возможно, поэтому Юншин стал несколько самодовольным. Когда он увидел клиента, у него возникло ощущение, что он медленно забывает, из-за чего изначально стал юристом.

Реакция Сехона была неоднозначной — было непонятно, согласен он или нет. Юншин добавил:

— Поэтому я подумал, что добьюсь отличной сделки для этого клиента. Огромной суммы.

Сам по себе случай был простым. Впрочем, пусть это было простым для Юншина, но для человека, переживающего это, таковым не являлось. Это было критически важным вопросом, который неизбежно будет большим отклонением от его жизни. Юншин хотел помочь этому клиенту.

Сехон взглянул на Юншина, и затем понимающе кивнул.

— За весь прошедший год, ты выглядишь наиболее довольным своей работой.

Юншин посмотрел в зеркало и ответил побеждённым тоном:

— Похоже, мне не суждено много зарабатывать. Думаю, я просто буду жить на наследство своей матери.

— У тебя ещё что-то от него осталось?

— Я уже говорил тебе раньше, я потратил все деньги на покупку дома. Прости. Я говорил, что не позволю тебе умереть с голода. Тем не менее, если я заработаю тысячу долларов, то позволю тебе использовать восемьсот из них. Вещественные доказательства важны в гражданских браках, поэтому я не против, если ты запишешь мои слова.

— Гражданский брак? Куда делось предложение руки и сердца?

— Это будет через пять лет.

Сехон постучал пальцами по рулю, и его губы озарила красивая улыбка.

Действие 4

Хлоп!

Юншин как попало кинул на стол пальто и портфель и начал ходить вокруг дивана. Его повторяющиеся действия, кажется, помогали ему сложить воедино его разбитые чувства и успокоиться. Сехон читал книгу на диване в гостиной, чего давно не делал. Он перелистнул страницу и заявил:

— Ты отвлекаешь. Делай это у себя дома.

Воспользовавшись случаем, Юншин наклонился вперёд, оперевшись на спинку дивана. Взгляд Сехона был прикован к книге, и он не взглянул в сторону юноши. Так что в этот раз Юншин подошёл к дивану спереди. Он сел на стол напротив старшего адвоката, положил закладку на страницу, которую тот читал, и отодвинул книгу в сторону.

Юншин не забыл проверить обложку книги, чтобы посмотреть, на чём сосредоточился его парень. Он посмеялся над выбором Сехона для чтения:

— Бытие и время... Ты больше сосредоточен на Хайдеггере, чем на мне? На этом нацисте? Твой выбор многое о тебе говорит, да?

Сехон был ошарашен тем, что его собственность отняли в мгновение ока, но затем посмотрел на Юншина, подначивая его к продолжению:

— Ладно, хорошо. Что мне нужно сказать?

— Дорогой Юншин, что случилось? Что у тебя на уме?

— В чём твоя проблема, адвокат До Юншин?

— Боже, ты даже спросить об этом ради меня не желаешь. Даже если там только... — Юншин посчитал слова на пальцах и затем сказал — ...девять слов в реплике.

— Так в чём дело? Просто скажи. Ты очень отвлекаешь.

Неважно, как долго бы он продержался, Юншин знал, что стоит Сехону твёрдо на чем-то настоять, он никогда не прогнётся, поэтому лучшим вариантом было найти золотую середину. Если бы это была обычная ситуация, Юншин нашёл бы в этих спорах маленькие радости, но сейчас юноше нужно было высказать слишком многое.

— Я только что вернулся с работы. То pro bono, о котором я говорил тебе не так давно. Ты как-то сказал, что история начинается с места происшествия, поэтому я лично поехал туда.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 268 - Сайд-стори 1: Невиновен. Компенсация

Проницательные глаза Сехона сузились, как будто он уже предполагал, что так оно и есть. Юншин небрежно добавил:

– Ты знаешь, что они сказали?

– И что же?

– Они сказали, что дадут названную нами сумму, как только мы приступим к надлежащей процедуре. Я запросил сумму побольше, чем вычисленное значение, которое включает в себя различные факторы, но они ни слова не сказали.

Сехон выглядел так, как будто он знал, что так будет. На этот раз Юншин не смог проигнорировать это:

– Ты знал, что это произойдет? Лицо говорит само за себя.

– Была высока вероятность, что это произойдет. Тебе повезло. Это то, чего ты хотел.

– Не было ли всё слишком просто? Как ни странно, они ухватились за этот шанс, как только он представился. Мне нужна твоя здравая оценка происходящего. Я размышлял об этом по дороге сюда, но хотелось знать, совпадает ли моя теория с твоими мыслями.

Чтобы узнать, как думают плохие парни, было проще спросить Сехона, вместо того чтобы напрягать своё воображение. Мужчина прочитал отчаяние в глазах Юншина и искренне сказал:

– До Юншин, твой клиент обратился в мебельную компанию со стабильной внутренней структурой.

Мужчина вытащил планшет из-под стола и включил экран. Он открыл файл с цифрами, демонстрирующими размер и масштаб бизнеса. Юншин внимательно прочитал документ. Он подготовился довольно тщательно, так что это были факты, которые он уже читал раньше.

О Сехоне он не мог сказать того же. Тот факт, что Сехон получил это от секретаря Така и прочитал хотя бы раз, несмотря на свою работу, показывал, что Сехон очень интересовался Юншином и его делами. Неуверенность юноши притихла.

– Когда ты успел это просмотреть? Видимо, я тебе очень нравлюсь, да?

Сехон, привыкший к тому, что молодой человек указывает на очевидное, проигнорировал Юншина и сказал:

– Как ты знаешь, от расторжения контракта до судебного разбирательства прошло полтора года. После этого твой клиент неопределённо долго ждал своего восстановления, что означает, что прошло два с половиной года. Он всё ещё не вернулся на свою старую работу. Если произведёшь простые подсчёты суммы, которую он должен был получить за эти три года, то получится около 75 000 долларов, а если добавить к этому компенсацию за моральный ущерб, то, возможно, вы могли бы получить в два или три раза больше. Это немалые деньги, но это та сумма, которую может выдать компания такого масштаба.

– Да, именно поэтому всё ещё более нелепо. Это похоже на то, как бывший супруг отказывается выплачивать алименты на содержание ребенка.– Внезапно компания решает выдать деньги, которые они отказались выдать, как только юрист крупной фирмы начал сопровождать клиента. С чего бы это? Потому что они внезапно задумались о своих действиях? Или они теперь боятся суда?

Сехон знал невысказанный ответ. У Юншина было такое чувство, будто он знал его, даже не раздумывая слишком долго. Всю дорогу сюда у него была эта теория, которая приобрела четкую форму из слов Сехона. Юншин надеялся, что это не так, но, похоже, это был правильный ответ. Теория прояснилась в его голове за последние несколько дней, когда он посетил юридический отдел компании и нескольких штатных юристов.

– Деньги не были проблемой. У них была возможность заплатить клиенту, но они не захотели выполнять приказ о восстановлении на работе, поэтому тянули.Сехон с готовностью согласился:

– Если они выполнят приказ, они не смогут уволить его снова, пока клиент не уволится сам. Я предполагаю, что в первую очередь к увольнению привели более глубокие внутренние разногласия. Возможно, это связано с межличностными отношениями или коммерческой тайной. Клиент был очень расстроен после увольнения, поэтому, похоже, он не знает причины. Что думаешь?– В течение последних двух дней я неофициально беседовал со штатным юристом, и репутация клиента была неплохой. Но, похоже, старший менеджер, которого клиент уважал, возглавил остракизм* клиента. Другие сотрудники не могли сказать этого прямо, но пока я находился в их обществе, возникло именно такое чувство. Я не могу сказать, что одобряю такой выбор, но это довольно распространённое явление в корпоративной жизни.

– А что по поводу его деятельности?

– Они говорят, что он был хорош и эффективен в том, что делал в команде по связям с общественностью.

– Тогда причина увольнения есть. Это старший менеджер.

Юншин задумался над этим, почти уловив ответ, но всё равно упуская его.– Но он не генеральный директор или что-то в этом роде. Разве не смешно, что целая компания подыгрывала только потому, что вышестоящий руководитель ненавидел простого сотрудника? Узнал ли он случайно о серьёзной проблеме, с которой были связаны несколько человек?

– Или о том, что старший менеджер хорош в офисной политике. Твой клиент сказал, что уважает его. Это должно означать, что внешне менеджер заслуживает доверия, но внутри что-то с ним не так.

Юноша уже успел немного побеседовать со старшим менеджером. Невозможно было судить о ком-то по короткому разговору, но интуиция Юншина мигала предупреждающими огнями. Теория Сехона звучала очень правдоподобно.

– Итак, мой клиент подвергается издевательствам со стороны старшего менеджера, которого он уважает. Он сказал, что руководитель был единственным, кто признал его присутствие.

– Но это всего лишь предположения. Есть доказательства? Кто-нибудь из его бывших коллег предлагал дать показания?

– Нет, но...

– В конце концов единственное, в чём можно быть уверенным, это в том, что компания неохотно возвращает клиента. Они были готовы к возмещению ущерба и пошли против судебных постановлений. Ты сказал, что они были готовы предложить много денег в качестве компенсации. В этой ситуации тебе нечего терять. Даже если твой клиент вернётся, над ним будут только издеваться.

*Остракизм – гонение, неприятие, отвержение, презрение со стороны окружающего общества.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 269 - Сайд-стори 1: Невиновен. Компенсация

– Что бы ты сделал, будь на моём месте? Боролся бы до победного конца? Или скрыл это, когда сочтёшь нужным?

Оба варианта были в интересах клиента, но Юншин не знал, какой из них правильный.– Я не берусь за такие мелкие дела, как это. Даже если бы я взялся, то занял сторону компании.

Юншин хлопнул Сехона по груди и снова спросил:

– Я спрашиваю тебя, если бы возникла такая ситуация.

– Что ещё я должен сделать, кроме как получить много денег для клиента? Я адвокат, а не родитель.

– Я понятия не имею, есть ли от тебя польза...

Не находя слов, Юншин навалился на Сехона. Тот вытянул руки, притянул Юншина ближе и усадил к себе на колени. Юншин прислонился лбом к широкому плечу Сехона и вздохнул. Мужчина погладил возлюбленного по спине, как будто укладывал спать ребенка.

Как и сказал Сехон, Юншину нечего было терять из-за добровольного сотрудничества компании. Адвокат До посоветовал клиенту, что, поскольку, клиент изначально не подходил компании, лучшим вариантом было получить компенсацию, покончить с ситуацией и поискать другую работу. Однако осознание того, что была жертва, которая не знала, что являлась изгоем в течение трёх лет, и то, что всё закончилось именно так, не устраивало Юншина.Его клиент был очень слабонервным, поэтому Юншин не был уверен, что этот человек выдержит еще один изнурительный судебный процесс. Он уже страдал от ран, нанесённых другими людьми, и подливать масла в огонь казалось не очень хорошей идеей.

– Как мне объяснить, как я так легко получил деньги? Сказать, что он не нравится компании?

– Просто скажи, что ты чрезвычайно компетентный юрист. Они все будут сбиты с толку твоими словами.

– Только ты будешь сбит с толку.

– Тогда остальные и подавно.

Юншин думал, что Сехон будет отрицать это, но, увидев, что он соглашается, почувствовал себя лучше.

– Как ему найти приличное место для работы? Ты знаешь стабильное место с хорошей оплатой?

Сехон, который ласкал тело Юншина, остановился, как сломанные часы.– Ты не школьный учитель, пишущий рекомендательные письма для своих выпускников.– Некоторые другие юристы также занимаются последующей деятельностью – точно так же, как ты ведёшь простые судебные иски после.

– Что ты знаешь об этом человеке, чтобы найти для него работу?

– Я на самом деле не очень хорошо его знаю. Он просто отчаянно хочет вернуть свою жизнь. Ничего страшного, если я ошибаюсь. Я готов помочь ему, несмотря ни на что. Это ради моего психического здоровья. Ты сказал, что все жертвы вытекают из эгоизма.

– До Юншин.

– Я не говорю, что устрою его в какую-нибудь компанию. Я хочу дать ему шанс. Он слишком неуверенный в себе человек. Ты бы видел его лицо.Если бы он каждый день гулял под солнцем, встречался с другими людьми и получал новые обязанности, вероятность того, что он импульсивно подумает о чём-то плохом, снизилась бы. После того как он вложит немного труда и усилий в выполнение поставленной задачи, получит пропорциональную компенсацию и благодаря этому ощутит чувство выполненного долга, он снова сможет стоять на своих собственных ногах.Сехон, должно быть, прочитал мысли Юншина, поскольку не слишком возражал.

– Разве твоя сестра не лучше подойдет для этого?

Сначала Юншин подумал, что Сехон насмехается над тем фактом, что Игён помогла ему попасть в Догук, поэтому собирался сердито посмотреть на любимого, но осознал, что в этом нет необходимости. Юншин понял, что она действительно лучше подходит для этой цели.

Не так давно Игён использовала часть своих алиментов, чтобы открыть небольшую художественную галерею. Он вспомнил, что ей нужно больше персонала. Юншин встрепенулся.

– Мне нужно позвонить своей сестре.

Он собирался пройти мимо Сехона, но мужчина строго покачал головой, говоря Юншину, что он не может уйти, и притянул его обратно в свои объятия. Откинувшись на колени, Юншин выгнул бровь. Сехон ответил:

– Не уходи. Мне не нравится, когда ты говоришь о вещах, которых я не знаю.

Юншин хотел возразить, что Сехон знал, о чём Юншин будет говорить, но отказался от этой мысли. Его желание контролировать и обладать всем вниманием молодого человека иногда не давало свободы в его семейных отношениях.Юншин обнял Сехона за шею и поцеловал в щеку и нос. После того как Сехон перестал ощущать чувствительную кожу, их нежные взгляды встретились. Они смотрели только друг на друга, словно натягивая тетиву и целясь.

Как только Юншин осознал, что Сехон полностью сосредоточен только на нём, он почувствовал, как эмоции бурлят в глубинах его сердца.

– Я надеюсь, ты всё ещё желаешь монополизировать меня.

Сехон не соглашался и не отрицал этого. Он просто толкнул Юншина на диван. Он навис над ним, как занавес, и его руки по обе стороны от головы юноши были прутьями его клетки. Он медленно наклонился. Они оба оказались в ловушке объятий Сехона.

Мгновение спустя Сехон ответил:

– Если я продолжу это делать, то ты задохнёшься. Ты бесстрашен.

Сехон начал расстёгивать рубашку Юншина. Молодой человек слегка откинул голову назад и глубоко вдохнул. Он обхватил ладонями стройную спину Сехона. Их торсы тесно прижались друг к другу, и нижние части тела соприкоснулись. Когда мужчина постарше умело потёрся об Юншина, их члены потёрлись друг о друга через разделяющую их ткань.

Юншин вздохнул, и действия Сехона стали более страстными. То, как бедра Сехона прижимались к Юншину, было особенно возбуждающим.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitme

Коррект: Uroboros

Глава 270 - Сайд-стори 1: Невиновен. Планы

— Позвонишь позже, ладно? Например, завтра утром?

На лице Юншина появилась улыбка, и он ответил на просьбу Сехона, приоткрыв рот, умоляя о поцелуе.

***

Предписанная законом формула расчёта возмещения ущерба была достаточно простой. Большую их часть можно было компенсировать деньгами. Какой бы ни была травма, вне зависимости от её типа, деньги могут решить всё.

Будь то человек с серьёзными физическими повреждениями, с лёгкими или тяжелыми психологическими травмами, всё будет одинаково. В крайнем случае суд постановит выплатить денежную компенсацию за смерть. Юншин также представлял интересы семьи, получившей компенсацию за ДТП со смертельным исходом, в результате которого погиб кормилец семьи.

Он задавался вопросом, кто первым присвоил жизни человека числовое значение.

Глядя на документы, Юншин испытывал смешанные чувства.

«Так три года жизни этого человека превратились в такую сумму».

Время – деньги, но не всё оно имело одинаковую ценность. Например, три года Сехона не были равны трём годам Юншина. Юноша запросил максимальную сумму, исходя из годового дохода клиента и компенсации за ущерб, но всё равно чувствовал, что мог бы сделать больше.

Всё же, возможно, он почувствует себя лучше, после того как поможет этому мужчине встать на ноги. Если всё хорошо закончится, Юншин также простит себе инцидент из далёкого прошлого и стыд, который он чувствовал в последнее время.

Юншин достал телефон и позвонил сестре. Вчера утром он уже созванивался с ней и отправил резюме клиента, по её просьбе. Его попросили перезвонить позже вечером, после того как она обсудит это со своими сотрудниками. Он услышал её живой голос.

— Юншин! Ты позвонил как раз вовремя.

— Тебе удобно сейчас говорить? Не слишком поздно? Я был занят. Только закончил работу.

— Всё в порядке, я уложила детей спать и выпила чашечку чая. Ты звонишь, чтобы спросить о вчерашнем, да?

— Я переживал, что было слишком внезапно. Если это перебор, ты можешь отказаться. Я поищу что-нибудь другое.

— Я разговаривала с заместителем директора, он сказал, что нам стоит пригласить его на интервью, чтобы понять, что он за человек, и если нам понравится, мы могли бы предложить ему стажировку на шесть месяцев. Я согласилась, поскольку мне показалось разумным пересмотреть контракт позже, а не нанимать его на полный рабочий день, чтобы минимизировать риски. Он из PR-отдела приличной мебельной компании, поэтому всем понравился после просмотра его резюме.

Юншин внимательно выслушал и отклонился на спинку стула, заставив его скрипеть. Он вздохнул с облегчением.

— Спасибо. Если после знакомства вы решите, что он слишком слабый, не заставляйте себя нанимать его. Я тоже не чувствую себя комфортно, продвигая кого-то, кто едва может стоять, чтобы бежать, создавая при этом проблемы для других. Но у него есть некоторые личностные барьеры, так что будьте с ним полегче. Он не очень уверен в себе.

— Конечно. Это же услуга для тебя в конце концов.

Юншину не было нужды уделять особое внимание этому клиенту. То что юноша хотел дать этому мужчине это не просто работа, а повод продолжать работать. Это всё было для того, чтобы Юншин снова не пережил трагедию из своего прошлого. Вчера он подробно всё объяснил сестре, чтобы его мудрая и заботливая сестра приняла соответствующие меры.

— Спасибо. Ты правда лучшая. О, передай детям, что я их люблю и приеду к ним после Рождества.

— После? В день Рождества ты не приедешь?

— А? В день...

У Юншин было свидание в сочельник и Рождество. Обычно они не назначали день для встречи и вместо этого встречались, когда могли, но Юншин, несмотря ни на что, хотел в этот день быть с Сехоном, поэтому пригласил его на свидание.

Когда Юншин не смог сразу ответить, его сестра усмехнулась.

— Тебе стоит провести его со своей девушкой. Я всегда дразню тебя одинаково, а ты каждый раз ведёшься.

Спасшись, он избавился от напряжения. Юншин покачал ногой и затем выглянул из своего офиса. В офисе Сехона ярко горел свет, но из-за высоты окна своего кабинета, он мог видеть только книжную полку старшего адвоката. Не имея другого варианта, он подошёл к окну и увидел Сехона, разговаривающего по телефону за столом.

Славы ли и репутации он стремился достичь, работая без перерывов? Или это было нечто другое? Юншин подумал, что Сехон, возможно, гонится за чем-то неуловимым, и задался вопросом, тревожило ли это когда-нибудь старшего мужчину. Как он мог продолжать так упорно идти вперёд, ни разу не пошатнувшись? Юноша хотел знать, что движет Сехоном, и считал это одним из его достоинств.

— Дети хотели тебя увидеть. Приходи 26 числа. Давай поужинаем вместе.

— Хорошо. Что мне купить? Они хотят чего-нибудь?

— Не уверена. Но не покупай игровые приставки. Как в прошлый раз.

— Конечно. Я подумаю об этом.

Когда он наблюдал за Сехоном, словно вор, наблюдающий за домом цели, показалось, что деловой разговор идёт не очень хорошо, поскольку старший мужчина начал покусывать губы. Его тщательно скульптурированное лицо скривилось в гримасе. Это лицо показалось Юншину странным образом чувственным.

«Он точно знает, что красив, так почему он тратит это впустую, скрываясь в своём кабинете?»

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 271 - Сайд-стори 1: Невиновен. Планы

Юншин повторил те же мысли, что постоянно крутятся в его голове, после сменил позицию для лучшего обзора. Сехон зажал телефон между ухом и плечом и закурил сигарету. Должно быть, он почувствовал на себе пристальный взгляд, поскольку посмотрел на Юншина. Когда их глаза встретились, юноша искренне помахал ему рукой. Юншин всё ещё разговаривал по телефону со своей сестрой и не мог говорить вслух, но жестами спросил, почему Сехон курит в своём кабинете.

Жесты были неуклюжими, но старший адвокат, похоже, понял их значение, потому что хладнокровно закрыл жалюзи.

— Воу, этот сукин сын.

— Юншин? С тобой кто-то есть?

Юноша не был с Сехоном и обзор ему был закрыт. Он быстро взял себя в руки. Затем он невозмутимо ответил:

— Ничего. Игён, тогда дата собеседования этого мужчины...

— Ага, мы сообщим ему. Но ты всё ещё в компании? Работаешь допоздна каждый день. У тебя продолжают накапливаться дни отпуска, но почему мне кажется, что ты работаешь всё больше и больше?

— Я как раз собирался уходить с работы.

— Иди скорее домой. Точно, у старшего адвоката Кана всё в порядке? Я уже некоторое время задаюсь этим вопросом.

Игён старалась звучать как можно непринуждённее, насколько это было возможно, но Юншин понимал, что она сожалеет. Игён знала о скандале между ней и Сехоном, поэтому она всегда с неохотой его упоминала. Должно быть, она волновалась, что эта проблема станет помехой для старшего адвоката в профессиональном или личном плане.

Юншин знал об этом, но Сехону не нравилось рассказывать ей об их отношениях, поэтому юноша мало что мог сказать сестре, чтобы утешить.

Учитывая личность Сехона, его не беспокоило мнение Игён, даже если бы она была категорически против их отношений. Правильнее было бы сказать, что старший адвокат не хотел впускать в свою уединённую жизнь других людей, кроме Юншина, будь то друзья, коллеги, семья возлюбленного или знакомые. Юноша ответил расплывчато:

— У него всё как всегда.

— Приятно слышать. Точно, тот человек, с которым ты встречаешься. Какая она? Когда ты собираешься нас познакомить?

— А? Я хочу похвастаться перед тобой, но как бы я ни ныл, мне не удаётся получить разре...

— Хм-м-м?

Игён не осознавала, но поскольку они говорили о человеке, с которым оба были знакомы, Юншин ответил не задумываясь. Он прервался на середине и попытался заглянуть сквозь жалюзи Сехона, параллельно меняя тему:

— Нет, эм, может я устрою вам встречу позже?

— Конечно. Дай мне знать, когда она будет готова. Полагаю, она очень застенчивая, да?

Юншин пытался совместить застенчивость и Сехона, но быстро сдался. Старший адвокат никогда не поймёт никакое чувство, даже отдалённо напоминающее застенчивость, даже если на следующий день ему будет грозить смерть. Он ухмыльнулся.

— Ага... Похоже на то.

— У тебя ещё не было таких длительных отношений. Я думала, тебе уже надоели знакомства, поскольку ты какое-то время ни с кем не встречался.

Для Юншина всё было иначе. Свидания с Сехоном доставляли ему такую радость, что это – проблема. Весело было даже просто сидеть с переплетёнными ногами и болтать о бесполезных вещах. Юншин почувствовал застенчивость и решил промолчать. Игён подумала, что брату может быть некомфортно, поэтому продолжила:

— В любом случае давай поговорим после интервью. А сейчас я кладу трубку. Скорей иди домой.

— Да, хорошо. Позвони мне потом. Доброй ночи.

Вскоре звучание её голоса прекратилось и на смену пришёл звуковой сигнал, обозначающий окончание разговора. Юншин посмотрел на тёмный экран. Вспоминая её яркий голос, его разум переполнился мыслями. Основываясь на его опыте, Игён знала, что такое счастье, и пускай его сестра прошла долгий путь, он был рад, что она снова нашла его.

После завершения звонка, Сехон был единственным, кто остался с Юншином. Юноша прибрался на своём столе и приготовился уходить. Время было уже позднее, поэтому в офисе сотрудников оставалось очень мало. Буквально час назад, офис-менеджер ушла по какому-то делу и отсутствовала на своём месте. У Юншина было ощущение, что на самом деле она ушла домой.

Юноша аккуратно постучал в дверь кабинета Сехона и услышал тихий голос, говорящий ему войти.

Юншин осторожно открыл дверь, Сехон перевёл взгляд с документов на юношу. Он помассировал свою шею и посмотрел на него так, словно с самого начала знал, что стучал Юншин. Юноша пожал плечами и закрыл дверь, стоя на виду у старшего адвоката.

— Зачем ты опустил жалюзи, когда я тобой любовался?

— Ты дверь запереть не собираешься?

— Снаружи никого нет. Уже десять. Может нам тоже уйти с работы?

— Надо бы, но прежде, хорошо, что ты заглянул. Садись сюда, — многозначительно сказал Сехон и похлопал по своим коленям. Юншин положил свой портфель и пиджак на диван и подошёл к старшему мужчине.

— Быть извращенцем – часть твоей личности, да? Ты родился с этими инстинктами? — нагло сказал Юншин.

Сехон покачал головой от этого нелепого комментария.

— Тебе везёт, что есть кто-то, кто считает твою чушь милой.

Лицо Юншина оживилось.

— Ты?

— Твоя сестра.

— Нет, это ты.

— Конечно я. Зачем спрашивать очевидные факты?

Сехон обхватил своими пальцами запястья Юншина. Он слегка притянул его к себе, и юноша охотно поддался, садясь на твёрдые колени старшего адвоката. Сехон указал на документы на своём столе и они оба переключили внимание на планшет.

Содержимое было для Юншина новым, но водяной знак на PDF-файле представлял собой логотип, который был хорошо знаком юноше.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 272 - Сайд-стори 1: Невиновен. Управление рисками

– Это из дела, которое я представлял в прошлый раз. Значит, ты всё ещё оставляешь работу им.

Указывая на карту справа, Сехон согласился:

– Да, они кропотливы и точны. Это исследование по поводу загрязнения окружающей среды на близлежащей к заводу территории. Взгляни.

– Зачем? Не похоже, что здесь есть проблема... – прежде чем Юншин смог договорить, Сехон схватил его за челюсть. Он повернул лицо возлюбленного к себе и поцеловал несколько раз. Юншину показалось, что Сехон сейчас унесёт его прочь, поэтому он оттолкнул его руку.

Он начал перечитывать каждую страницу отчета, когда понял, что что-то было не так. На первый взгляд это было не так очевидно, но всё казалось настолько нормальным, что вызывало подозрения. Он словно смотрел на муляжи, представленные на витрине в ресторане.

– Подожди минутку, все цифры в норме, почти как образец, созданный, чтобы казалось, что всё в порядке. Этот график... похож на кривую, которую я уже видел раньше.

– Мне тоже так кажется. Что это за дежавю? Цифры слишком нормальные.

Это значило, что компания, в которую обратился Сехон с просьбой разобраться, следовала законам и нормативным актам так, как и должна была, или что с отчетом что-то было не так. Юншин не мог делать поспешных выводов, но руководство этой организации было в хороших отношениях с его отцом – учитывая личность президента, казалось более вероятным, что верен первый вариант.

– Для нас было бы плохо, если бы эта компания хорошо справлялась с проблемами загрязнения, верно?

– Да, я согласен.

– Тебе нужна моя помощь?

– Я планировал сделать это сам, но мне нужно прочитать кучу других отчетов, поэтому у меня нет времени просмотреть ещё и этот. Прочитай его более внимательно и пришли мне проект меморандума.

– Без рассмотрения?

– Я куплю тебе всё, что ты захочешь, будь то часы, машина или дом.

Юншин изогнулся всем телом, схватил Сехона за воротник и без запинки ответил:

– Купи мне Кан Сехона.

– Не то, что у тебя уже есть, – первое время Сехону было так неприятно говорить подобные вещи, но сейчас он говорил об этом с охотой. Этот ответ оказался лучше, чем он мог ожидать, мотивируя Юншина настолько, что тот мог охотно работать всю ночь.

Юншин хихикнул, пихнул Сехона локтем, а затем отправил документы на планшете самому себе. Он начал вставать, думая, что пора возвращаться домой. Но когда он почти встал, Сехон схватил его за талию и дёрнул обратно к себе на колени.

Сехон сильно потянул Юншина вниз на себя, как будто проникая своим членом и заставляя нижние части их тел прикасаться вплотную друг к другу. Он прижался к Юншину, потираясь о знакомые формы. Молодой человек почувствовал, как член ещё несколько раз потёрся о его промежность.Юноша глубоко вздохнул и схватился за стол, но это было ошибкой. Не успел он опомниться, как уже сидел на Сехоне в очень сексуальной позе, отчего казалось, что Юншин очень хочет, чтобы Сехон проник в него.

Молодой человек напряжённо сглотнул, и его руки задрожали.

– Ч-что всё это значит?

Сехон не ответил. Он просто молчал, а затем прислонился лбом к спине Юншина и рассмеялся. Юншин всегда заставлял Сехона громко смеяться. Хотя парень гордился этим, в такие моменты, как сейчас, он чувствовал себя скорее смущённым.

– Почему ты смеёшься? Перестань. Я хочу внести ясность, ты это начал, и я отреагировал только из страха, что, как обычно, упаду вперёд.

– Ты так сильно этого хотел?

Юншин зажмурился, а затем отругал себя. Почему он не мог солгать, не моргнув глазом, как Сехон?

– Немного.

Вопреки его ожиданиям, Сехон больше не смеялся. Вместо этого он сильнее прижался к заднице Юншина. Затем он прижался верхней частью тела к дрожащей спине. Он лизнул покрасневшие уши а и прорычал:

– Я хочу облизывать и обсасывать твоё тело.

Руки Сехона опустились с талии Юншина вниз, к паху, и начали поглаживать юношу спереди. Его длинные пальцы чертили круги, а затем поглаживали вверх и вниз по контуру члена. Руки Юншина, наконец, упали со стола. Не в силах сдерживаться, молодой человек заставил себя повернуться лицом к Сехону.

Они крепко обняли друг друга и поцеловались. Их языки скользнули между влажных губ и исследовали красную плоть, переплетаясь и стимулируя друг друга. Возбуждённые сосочки их языков вызывали такое сильное трение, что им казалось, что они вот-вот начнут стираться, и их жидкости смешивались, издавая влажные звуки.

– Хм-м, м-м, хн-н... – Член Юншина начал твердеть, заставляя его извиваться в руках Сехона. Заметив реакцию, мужчина поднял Юншина и усадил его на стол. Затем он потянул Юншина вниз. Ноги Юншина задергались.

Сехон прижался губами к штанам Юншина и взял член молодого человека в рот. Он раздвинул ноги молодого человека и зарылся головой между ними. Он ласкал промежность и вход партнёра через одежду, и из-за непрямого контакта Юншин вздрогнул, желая большего.

– Ах, хнп, сонбэ. Не это – нечто другое.

Перевод: Кейт

Редакт:Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 273 - Сайд-стори 1: Невиновен. Управление рисками

Юншин провёл рукой Сехона по пряжке его брюк. Сехон, давно потерявший самообладание, с удовольствием расстегнул молнию на брюках молодого человека. Сехон просунул язык между расстегнутыми зубцами молнии и провел им по нижнему белью Юншина. Парень ахнул.

– Ох! Нгх! Не!..

– Не надо меня торопить. Ты знаешь, я сделаю всё, что ты захочешь.

Возбуждённый член Сехона упёрся в худые бёдра Юншина. Покраснев, юноша в отчаянии схватил старшего за одежду. Взглянув вниз, он увидел, что передняя часть брюк мужчины была натянута так сильно, что, казалось, ткань вот-вот порвётся. Когда их глаза встретились, они сразу поняли, чего хотят друг от друга. Сехон порылся в своей куртке и нашел бумажник. Он вытащил презерватив и сунул его Юншину в рот.

Пока Юншин держал запакованный презерватив между своих влажных губ, Сехон стянул с него штаны и трусы до колен. Затем Сехон начал сосать эрегированный член. Юншин запрокинул голову и дёрнул бедрами. Стоны, которые он подавлял, вырвались наружу, отчего презерватив, зажатый между его губами, упал между стикерами на столе.

– М-м-м, нгх!

Язык Сехона обвился вокруг розовой головки члена молодого человека, и он заглотил ствол глубоко в рот, обволакивая всю длину влажной мембраной своего рта. Юноша вздрагивал всем телом.

Как раз в тот момент, когда Сехон глубоко взял его член в горло, раздался стук в дверь кабинета Сехона.

Вскоре после этого они услышали голос офис-менеджера:

– Адвокат Кан, я должна сообщить вам кое-что срочное.

В ужасе Юншин разинул рот. Он прошептал Сехону как можно тише:

– Я... я не запер дверь.

Сехон, его подельник по преступлению, не выглядел обеспокоенным. Он спокойно привел себя в порядок и ответил:

– Я знаю.

– Я думал, офис-менеджер ушла домой на весь день.

– По-видимому, нет. Что будешь делать? Каминг-аут? Я бы сказал, что самое время.

– Что ты имеешь в виду?! Перестань так нелепо себя вести. Как ты можешь шутить в такой ситуации? Просто скажи ей, чтобы она вошла.

В то же время Юншин проскользнул под стол Сехона. Сехон накинул пальто, чтобы скрыть нижнюю часть тела Юншина, и сел за свой стол и пригласил офис-менеджера войти. У нее в руках были переведённые документы, которые Сехон хотел получить к завтрашнему утру.

– Юристы завершили перевод. Я решила, что нужно передать это вам чем раньше, тем лучше. Также, я отправила вам электронный экземпляр по e-mail.

– Ах, это. Просто оставьте это на моем столе.

Цок-цок. Стук низких каблуков стал ближе. Голос офис-менеджера тоже стал ближе.

– О, точно. В пятницу, через две недели, у вас званый ужин, который проводит старший вице-президент Тэсан Ён Уджин. Дресс-код серый. Должна ли я попросить секретаря Така подготовить вам наряд для этого дня?

– Нет, мне не так давно подарили галстук. Я надену его. Если это всё, можете идти домой.

Пока Юншин сидел на корточках, затаив дыхание, офис-менеджер отложила толстую папку с документами и обернулась. Должно быть, она поклонилась, так как Юншин услышал шорох, прежде чем дверь снова закрылась.

Юншин зажимал рот обеими руками, опасаясь, что офис-менеджер его заметит. Как только она ушла, он глубоко выдохнул. Расслабившись, он прислонился щекой к коленям Сехона. Мужчина посмотрел вниз и приподнял бровь.

– Тебе не кажется, что нам следует закончить то, чем мы занимались?

– Закончить что?! Возьми себя в руки, – Юншин хлопнул Сехона по ногам и выскользнул из-под стола, одеваясь. Он остудил свои разгорячённые щеки тыльной стороной ладоней, в то время как Сехон потёр лицо. Юншин сначала подумал, что тот делает это, чтобы расслабить напряженные мышцы лица, но, увидев дрожащие плечи Сехона, он понял, что мужчина сдерживает смех.

Юншин сидел на столе напротив Сехона и жевал нижнюю губу. Сехон опустил руку к его подбородку и, обхватив его, посмотрел на Юншина снизу вверх. Уголки его губ приподнялись, он не мог скрыть своего веселья и радости.Сехон открыто смеялся, что было на него не похоже, так что атмосфера между ними стала теплой и уютной, наполненной пониманием друг друга.

– Эта ситуация кажется тебе смешной? Я был напуган до смерти. Как ты можешь так спокойно относиться к этому?

– Если ты пройдешь через столько же препятствий, сколько и я, тоже станешь таким.

– Неважно, сколько препятствий я пройду, я не думаю, что когда-нибудь стану таким, как ты. Тьфу, я больше не хочу здесь оставаться. Я хочу домой.

– Конечно, я должен поторопиться и сопроводить молодого господина домой.

Сехон встал, меняя уровень их взглядов. Старший мужчина наклонился, поцеловал Юншина в щеку и протянул руку. Схватив её, Юншин спрыгнул со стола, а затем поднял с пола пальто Сехона, стряхнул с него пыль, прежде чем осмотреть обстановку. Юншин увидел спину удаляющейся офис-менеджера, которая, наконец, отправилась домой на весь день.

Тем временем Сехон закончил убирать свой стол и взял портфель.Перед уходом Юншин внезапно вспомнил кое-что и схватил Сехона за руку. Они несколько секунд обменивались взглядами перед дверью. Мужчина притянул Юншина в свои объятия, и молодой человек закрыл глаза и поцеловал его уши. Они слегка коснулись губами друг друга, прежде чем отстраниться.

Перевод: Кейт

Редакт:Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 274 - Сайд-стори 1: Невиновен. Безосновательный

После некоторого молчания Юншин спросил:

— То мероприятие через две недели. Оно поздно закончится?

— Почему ты спрашиваешь?

— Следующий день будем тем самым. 31 декабря.

— У тебя суд на этой неделе. Говорил же, нет нужды об этом волноваться.

— Пойдём вместе. Мы также могли бы в этом году провести ночь здесь. Можем вместе встретить восход.

Юншин был непреклонен, и Сехон тоже явно хотел этого, ведь каждый последний день года они вместе посещали так называемый экологичный склеп.

Сехон однажды сказал, что он таким образом завершает свой год и собирается с силами для следующего, но юноше хотелось, чтобы старший адвокат больше так не делал.

Юншин хотел быть единственной причиной для Сехона, чтобы утвердиться в своих решениях. Он надеялся, что, когда старший адвокат почувствует вину или сомнения в себе, за утешением придёт к нему. Когда у Сехона будет предчувствие, что ему не стоит идти куда-либо, он хотел, чтобы тот вдавил по тормозам с мыслями о юноше. Юншин хотел чтобы Сехон разделил с ним свои тревоги и счастливые моменты.

Что касается дел сердечных, юноша хотел всё это для себя, ведь он сам так поступал по отношению к старшему.

Собственником был не только старший адвокат.

— Я и в этом году куплю дорогие цветы.

Другого ответа не последовало, но он был удовлетворён и этим. Старший адвокат погладил щёку юноши, в его глазах отражалась вся вселенная Сехона.

Мужчина больше не произнёс ни слова, но Юншин ласково ответил:

— Я тоже тебя люблю.

Сехон ухмыльнулся и провёл по коже под глазами юноши.

Затем он обхватил руками щёки Юншина и прикоснулся своими губами к губам молодого человека.

Действие 5

Гости начали собираться в банкетном зале Тэсан Групп на банкет. Приехали различные видные деятели политических и финансовых кругов, а также представители юридических профессий, имеющие связи с Тэсан. Независимо от политической принадлежности, влиятельные представители прессы заняли свои места в роскошно декорированном зале. Юншин, последовавший за Сехоном, был одним из этих гостей.

Честно говоря, Юншин чувствовал себя некомфортно на подобных корпоративных мероприятиях. Если другие гости делились с ним какой-либо информацией, ему было нужно предоставить им информацию в ответ, сопоставимую по цене, но у юноши её было не так много. После развода Игён он избегал встреч с кем-либо, имеющим отношение к СМИ, поэтому, даже если Сехон и создавал для него такую возможность, он редко посещал их.

В этот раз было иначе. Судья, который вёл дело о разводе, над которым работал Юншин присутствовал, поэтому он нашёл время проследовать за ним. Адвокат обвиняемого и судья были связаны тем, что они закончили обучение в одном году, но у Юншина не было ничего. Он подумал, что это несправедливо, и решил, что это хороший шанс.

Если у них не найдётся ничего общего, то ему была нужна хотя бы слабость судьи. Даже если он ей не воспользуется и промолчит, другая сторона будет знать, что у него есть козырь на руках, и опасалась бы его действий. Это была самая опасная и рискованная вещь, которую он перенял от Сехона, но, помимо этого, она же была и самой полезной.

— Что ж, я удивлён увидеть вас здесь.

Юншин огляделся и заметил судью, сидящего за круглым столом и приветствующего нескольких человек. Даже если это было строго конфиденциальное мероприятие, со стороны судьи было не очень разумно показываться в подобных местах. Прекрасно зная об этом, судья выглядел угрюмым, когда Юншин подошёл к нему.

— Не ожидал вас здесь увидеть, адвокат До. Сопровождаете адвоката Кана?

— Да, но должен заметить то же самое и о вас. Не думал, что увижу вас здесь, ваша честь... Будет плохо, если суд узнает, верно?

— Вы пытаетесь начать что-то? Судьи тоже люди. Это негативно повлияет на ваше судебное разбирательство.

— Не нужно ли вам взвесить все за и против чуть более тщательно, чтобы увидеть, какая сторона окажется в более неблагоприятном положении? Как вы знаете, худшее, с чем можно столкнуться на суде, это проигрыш, но вам…

— Эй, адвокат До.

— Правда вы могли бы быть просто беспристрастным судьёй. Нет ничего плохого в том, чтобы на этой вечеринке узнать, акции каких компаний достигнут беспрецедентного показателя в следующем квартале, — с улыбкой сказал Юншин свои тонкие слова угроз.

Судья чуть не вспыхнул от радости, но, опасаясь окружения, неловко ухмыльнулся в ответ. Должно быть, он почувствовал себя униженным адвокатом, сильно моложе его самого, потому что его челюсть заметно задрожала.

Казалось, что если ещё сильнее взволновать судью в столь людном месте, это возымело бы обратный эффект. Он решил, что сейчас самое время отступить, поэтому вернулся в гостевую комнату, в которой был Сехон.

В комнате мужчина средних лет с хитрым выражением лица разговаривал с Сехоном. Юншин узнал в мужчине президента уважаемой корпорации. Юноша сел за спиной старшего адвоката. Поскольку он был довольно близко, то мог ясно слышать их разговор.

— Бизнесмены вроде меня должны иметь близкие, комменсальные отношения с юристами, понимаете. Было бы здорово, если бы превосходный юрист, как вы, возглавил мой юридический отдел. Вы человек, которому нужно стремиться к чему-то большему, чем Догук.

— Не знаю. Догук – отличная компания.

— Но вы не занимаете лидирующую позицию в этой отрасли. Если бы взяли быка за рога и возвели Догук на этот уровень, тогда вы бы выполнили свою задачу. Я мог бы в достаточной мере набить ваши карманы. Мог бы предоставить вам социальный пакет на уровне директора дочерней компании. Или создать команду вашей мечты того размера и с теми талантами, как вы пожелаете, так что комфортнее работать будет со мной.

Мужчина явно занимался хэдхантингом. Он пытался завербовать Сехона.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 275 - Сайд-стори 1: Невиновен. Безосновательный

Конечно, они не отработали и половины семилетнего срока, обещанного Михи. Однако это был произвольный период, на который он согласился, на случай, если компания окажется в опасном положении.

Было время, когда Догук занимала шаткое положение, ведь вся работа с Сухан была прекращена, но после реорганизации она имела все шансы превзойти компании из ТОП-3 в их индустрии. Некоторые фирмы сформировали своего рода коалицию против Сухан и прекратили различные взаимодействия с ними. Сехон и другие адвокаты превзошли все ожидания. По сути, они в каком-то смысле перевернули ситуацию с ног на голову.

Если бы Сехон тут поступил своенравно, директор Сон не смогла бы упорствовать против него. Держа эту мысль в голове, Юншин с тревогой сосредоточился на том, что скажет старший адвокат.

— Благодарю за ваши добрые слова из раза в раз, но я не перейду из-за материальных условий. Более того, если бы мне пришлось связать себя с организацией, я бы предпочёл работать с компанией, а не корпорацией. Там я смогу выполнять гораздо больше разнообразной работы.

— Ужас. Вы, как всегда, непреклонны.

— Как насчёт того, чтобы встретиться как юрист и клиент? Прямо как сейчас.

Это была прекрасная возможность, но выкинуть её прямо в окно, было ровно в стиле Сехона. Юншин подумал, что, возможно, он был одной из причин, по которой старший адвокат отклонил предложение. Улыбка расплылась по его лицу.

Если он был прав, то почувствовал бы себя хорошо, хотя даже если нет, это тоже было бы неплохо. Юншин не мог измерить уровень их привязанности. Юноше хотелось, чтобы Сехону он нравился больше, чем сам Сехон нравился ему.

— Теперь, когда я вспомнил, слышал, что в последние дни вы были очень заняты. Могу я добавить вам работы? Я не могу найти хороших юристов, которые занимаются международным слиянием и поглощением. Я бы хотел посетить вас в вашем офисе, если вас это устроит

— Владельцу бизнеса нет нужды лично приходить в компанию ради дела. Вы можете послать агента.

— Как я могу послать агента, когда собираюсь встретиться с вами, адвокат Кан? Я приду лично.

— Тогда попрошу своего секретаря назначить время.

— Если бы вы смогли найти для меня время, я был бы благодарен.

Мужчина ободряюще похлопал Сехона по плечу и вместе с сопровождающим перешёл в другую комнату. Только тогда Сехон сел рядом с Юншином. Он ответил на приветствия других людей и взглянул в сторону юноши, наклонился и незаметно прошептал:

— Ты подтолкнул судью, сказав ему, что его выебут, если он облажается в суде?

— Его чести? Да, его челюсть ужасно дрожала.

Старший мужчина наклонился вперёд, чтобы послушать историю Юншина, и его ярко-серый галстук подался, следуя его движениям. Юншин почувствовал желание дёрнуть за этот галстук и сделать с Сехоном что-то плохое, поэтому он отвёл глаза. Не желая ни секунды терпеть, что Юншин отводит взгляд, Сехон щёлкнул пальцами перед лицом Юноши.

— Что? Почувствовал вину, после того как угрожал человеку?

— Нет, мне всё равно было нужно прочное основание под ногами, чтобы стоять. До этого было слишком шатко и несправедливо по отношению ко мне.

— Тогда почему ты избегаешь меня?

Юншин колебался. Он огляделся вокруг, прежде чем сделать голос тише.

— Я хотел тебя связать этим галстуком.

Лицо Сехона стало странным. Смущённый Юншин перевёл взгляд в другое место. В этот момент он увидел знакомое лицо и вздрогнул. Приметив возможность, Сехон проследил за взглядом юноши, чтобы увидеть, кто это был.

Человеком, который пожимал людям руки у входа, был директор Ю из Сухан Холдингс. Юншин проверил список гостей прямо перед тем, как они пришли сюда, и видел, что он не был приглашён. У него было много врагов и не самые хорошие отношения с Тэсан Групп. Должно быть, он обошёл трудности и пришёл без приглашения, просто чтобы потрепать Сехону нервы.

Предположив то же самое, что и Юншин, старший адвокат сжал его плечи, словно пытаясь их расслабить. В этот момент их заметил директор Ю, пока шёл в сторону их стола. Осознав присутствие Юншина, директор Ю в преувеличенной манере поприветствовал Сехона:

— Что ж, разве это не адвокат Кан Сехон из Догук? О, раз уж вы парень моей бывшей жены... Должен ли я сказать, что вы мне своего рода брат? Как мне вас называть?

Когда начались его насмешки, перешептывающаяся толпа замолчала.

Как представители на пике своих компетенций, они очень хорошо знали ход развития взаимоотношений Сехона и директора Ю. Никто не пялился в открытую, но тишина явно подсказывала Юншину, что всё внимание приковано к ним. Юншин схватился за угол пиджака Сехона и хотел сказать ему, что им следует уйти, но старший адвокат оказался быстрее, сорвав планы молодого человека.

— Можете обращаться ко мне по должности – адвокат Кан или старший адвокат Кан. Думаю, вы спросили, поскольку действительно не знали... Если ваш мозг не работает должным образом, как насчёт того, чтобы нанять кого-нибудь, чтобы он играл с вами в покер? Это простимулирует ваши когнитивные способности, — саркастично сказал Сехон с улыбкой на лице. Его неспешные и уверенные слова, наполненные пренебрежением, очень разозлили директора Ю. Будучи не в силах скрыть своего раздражения, мужчина сжал губы.

После этого директор Ю начал вымещать свою ярость на Юншине и Сехоне.

— Один – ублюдок, который считает, что он часть высшего общества, потому что люди соизволили пригласить его, основываясь на приличном спросе, а другой... связан с девушкой, которую я считаю самой ужасной. Отвратительно.

Юншин мог выдержать, когда люди в лицо оскорбляли его, но не мог терпеть, когда другие оскорбляли Сехона.

Юншин, сдерживавший свою ярость, взорвался:

— Вы же понимаете, что это клевета. Хотите снова оказаться на первых полосах?

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 276 - Сайд-стори 1: Невиновен. Маленькая месть

— О, раз слухи о том, что адвокат Кан проживает с моей женой, настолько распространились, я немного разозлился... Неужели это такая большая проблема, дорогой шурин?

— Я больше не твой шурин. Кроме того, разве никто не знает, кто начал распускать эти слухи?

— Адвокат До Юншин, здесь слишком много ушей, — вмешался Сехон в обмен колкостями и остановил Юншина. Однако он не смотрел на молодого человека. Он смотрел на директора Ю с абсолютно непроницаемым лицом. Юншин вообще не мог сказать, о чём тот думал.

Юншин огляделся по сторонам. Пока он осматривал комнату, люди возобновили свои разговоры, словно ничего не произошло. Он всё ещё чувствовал их внимание, но это было лучше, чем когда они были окружены тишиной.

В этот момент Сехон подошел к директору Ю. С серьёзным выражением на лице, он оттолкнул мужчину к скрытой стороне колонны, подальше от чужих глаз. Другой мужчина отступил назад, прислонившись спиной к стене, и уставился на Сехона.

— Что? Если вам есть что сказать, скажите это там.

— Меня не особенно интересует директор галереи До Игён, но меня больше интересуете вы, у кого есть богатство и власть.

— Что? — директор Ю выглядел ошеломлённым.

Сехон наклонился, чтобы прошептать:

— У вас нет желания залезть ко мне в штаны? Может, я почувствую себя нехорошо, но я смогу разок закрыть на это глаза и трахнуть вас.

Не ожидая услышать такие вульгарные слова в подобном месте, глаза директора Ю расширились, он сомневался в том, что он услышал. Он огляделся, ища поблизости кого-нибудь, кто мог бы ему помочь. Однако Сехон был впереди, а позади него стоял Юншин и его собственные секретари, изолировав их.

Сехон, возможно, намеренно рассчитал угол, под которым он стоял, но Юншину это было неясно. В любом случае с того места, где находился Юншин, он мог очень ясно видеть, что делают руки Сехона.Сехон протянул руку и схватил другого мужчина за интимные места.

Директор Ю ахнул.

К тому времени, когда подбежали секретари, было слишком поздно. Рот директора Ю открылся от шока, и Сехон сильнее сжал его член. Мало того, что он будто ощупывал размер, он также несколько намекающе помассировал его.

Видя, что эта абсурдная ситуация происходит прямо у него на глазах, Юншин сильно прикусил губу. Он был в затруднительном положении — ему казалось, что он вот-вот рассмеется. Он мог видеть только затылок Сехона, но мог представить его лицо, выражающее отвращение.— Тьфу, вы, сумасшедший ублюдок! Отпустите! — Директор Ю, который был в шоке, вышел из оцепенения и вывернулся. Он закричал, агрессивно толкая Сехона. Вероятно, это был первый раз, когда с ним так обошелся другой мужчина, поэтому казалось, что он запаниковал. Юншин мог сказать по реакции другого мужчины, что он был крайне унижен и сбит с толку.Секретари, которые беспорядочно бегали вокруг, в конце концов огородили Сехона от их босса. Сехон поднял обе руки в знак капитуляции и отступил. Затем он сказал достаточно тихо, чтобы только они могли услышать:

— Вы собираетесь провести пресс-конференцию? «Мужчина дотронулся до моего члена. Мужчина, о котором идёт речь, — парень моей бывшей жены».

— Вы ублюдок. Вы хотите совершить социальное самоубийство? Если я предам это огласке, вы и Догук!..

— У вас есть доказательства?

— В этой комнате! — он поднял глаза, но, очевидно, там не было камер. Это был зал для проведения мероприятий, который Тэсан Групп тщательно обслуживали, поэтому сохранение секретов было гарантироано. Директор Ю поджал губы.

Глядя прямо на директора Ю, Сехон беспечно добавил с бесхитростным лицом:

— Не волнуйтесь слишком сильно — я не собираюсь встречаться с вашей бывшей женой. Пожалуйста, свяжитесь со мной в любое время. Как вы сказали, разве я не жеребец приличным спросом для разведения?

Осознав, что Сехон полностью одолел его, лицо директора Ю стало красно-фиолетовым, и он молча покинул комнату для гостей. Перепуганные секретари последовали за ним. Двое оставшихся наблюдали за этим, а затем их взгляды встретились.

Сехон пожал плечами и коснулся плеча Юншина. Он жестом показал, что они должны вернуться за свой столик. Плечи юноши тряслись, он пытался сдержать смех. Не в силах этого сделать, он схватил Сехона за запястье. Юншин подал знак, что им следует выйти из комнаты на минутку. Несмотря на то, что он бросил на Сехона всего лишь взгляд, старший мужчина всё понял. Они изменили направление и выскользнули из комнаты.

Миновав душный коридор, они оказались в пустой комнате для гостей.Юншин стоял перед Сехоном, закрыв руками своё красное лицо. Его плечи всё ещё дрожали.Сехон прислонился к стене, скрестив руки на груди, и усмехнулся:

— Неужели было так весело наблюдать?

Юншин наконец опустил руки, обнажив своё красное лицо, и сказал с придыханием:

— Вау, почему я не подумал об этом первым? Его самомнение зашкаливает, поэтому он, вероятно, не может рассказывать об этом людям. Скорее всего, он кипит внутри. Кроме того, нигде не было камер видеонаблюдения, так что доказательств нет, и эта область находилась в слепой зоне, так что секретари и я были единственными свидетелями.

— Это заслуги торжества закона.

— Вдобавок ко всему, люди в этой комнате будут помнить лишь появление директора Ю без приглашения, только для того, чтобы попытаться разозлить нас. Я чувствую, все плохие предчувствия, которые я испытывал десять лет, покинули мою грудь, — взволнованно сказал Юншин, затем остановился. Хорошо, что это было забавно, но он забеспокоился, что это будет иметь негативные последствия для Сехона в дальнейшем.

— Что, если он попытается отомстить за кулисами? Он не из тех, кто вытерпит подобное унижение.— Если он собирался это сделать, у него были лучшие возможности для этого. Он знает, что у нас комбинация, поэтому он не может отбить. Твоя сестра дала мне много отличных карт.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 277 - Сайд-стори 1: Невиновен. Маленькая месть

Сехон протянул руку и коснулся губ Юншина, как бы говоря ему не волноваться. Юншин вздрогнул и замер, а Сехон нахмурился, поняв, о чём думал Юншин.

— Это не та рука.

— Прости. Одна мысль об этом вызывает у меня отвращение.

Сехон нахмурился, затем хихикнул. Двое сцепили свои чувствительные руки на мгновение в пустой комнате, а затем отступили друг от друга. Они были напряжены, опасаясь, что кто-нибудь может войти. Юншин прикусил губу и стал теребить галстук, который он подарил Сехону.

— Мне жаль, что тебе пришлось услышать это от него.

— Я повеселился. К тому же, это скрыло наши отношения, так что всё к лучшему. По крайней мере, ты в безопасности.

Юншин размышлял об этом множество раз, но Сехон часто проявлял свою нежность в самые неожиданные моменты и самыми невообразимыми способами. Юншин знал, что эта сторона Сехона была показана только ему, поэтому он хотел сохранить эти моменты в своей памяти, как будто высекая их на камне.

Как и в другие моменты, когда они выражали свои чувства друг к другу, Юншин приподнял галстук Сехона. Он свернул его и осторожно поцеловал широкий конец галстука.

Их теплые и любящие взгляды встретились.

Сехон помассировал мочку уха Юншина.

— Я думаю, галстук — отличное средство ограничения свободы.

Юншин мог только безмолвно поёжиться.

***

В последний день судебного разбирательства, клиентка впервые посетила суд. Поскольку развод, который, как она ожидала, завершится на стадии медиации, затянулся до судебного разбирательства, она не смогла справиться с давлением. Должно быть, женщина набралась смелости присутствовать только ближе к концу.

Ближе к заключительной стадии судебного процесса адвокат ответчика хотел возразить по последнему вопросу, но судья покачал головой.

— Несмотря на установление ответственности за возмещение ущерба, это, по-видимому, не имеет отношения к разводу. Нам трудно согласиться с доводами защиты. Мы отклоняем дополнительное ходатайство. Мы зачитаем наше окончательное постановление на следующий день разбирательства, назначенный на 30 марта в 14:00.

После назначения даты судья покинул зал суда.

Юншин и его клиент обменялись взглядами, и он улыбнулся ей. После того как она сохраняла самообладание на протяжении всего судебного процесса, она, наконец, разрыдалась.

— Почему вы плачете? Мы пока не можем быть чрезмерно оптимистичными, но это судебное разбирательство было в нашу пользу, как вы увидели сегодня. Аргументы, которые мы предоставили, другая сторона не смогла оспорить.

— Спасибо, адвокат До. Как я могу выразить вам свою благодарность за всё, что вы для меня сделали? Вы приложили столько усилий, как будто это была ваша личная проблема.

— В конце концов, это моя работа. О, вам не обязательно приходить в день окончательного постановления. Оно будет отправлено нам. Я свяжусь с вами после его получения. Сегодня лучше пойти домой и хорошенько отдохнуть. Вы выглядите очень измученной.

— Да, пожалуйста, держите меня в курсе.

К этому моменту ответчик и его адвокат уже ушли, и наблюдатели тоже вышли. Клиент несколько раз поблагодарила Юншина и, держа за руку свою маленькую дочь, также покинула здание суда.

В опустевшей комнате остался только Юншин. Если быть точным, Сехон, который был в галерее, тоже остался. Он медленно подошел к Юншину, который собирал свои вещи. Естественно, взгляд Юншина остановился на Сехоне.

Всякий раз, когда мужчина приближался к нему издалека, у него всегда возникало одно и то же чувство.

Сехон был выше Юншина, у него были длинные ноги, он был хорошо сложен, имел гибкое и крепкое тело, всегда носил роскошные костюмы и производил сильное впечатление. Всё вокруг Сехона подтверждало, что человек, с которым Юншин встречался, без сомнения, был настоящим мужчиной. Однако с самого начала он никогда не испытывал по этому поводу никакого дискомфорта.Юншин много раз задавался вопросом, чувствовал бы он то же самое, если бы это был другой человек. Однако он не мог представить, что влюбится в кого-то другого, кроме Сехона, поэтому он всегда проваливал этот мысленный эксперимент. Юншин иногда думал, что, возможно, он всё ещё не знает, какова его сексуальная ориентация.

Пока он витал в своих мыслях, Сехон добрался до ложи истца, откинул волосы Юншина за уши и спросил:

— О чём ты так напряжённо думаешь?

Оторвавшись от своих мыслей, Юншин ответил очень искренним тоном:

— Я думал о том, гей ли я.

— У тебя такой вид, будто ты ещё не пришёл к ответу.

— Да, потому что я не могу представить себя... с другим мужчиной, кроме тебя.

— Будь конкретнее.

— Просто во всех аспектах. Свидания, секс. Всё.

После такого честного ответа Юншин замолчал. Лицо Сехона выглядело озадаченным. Он выглядел несколько суровым, но часть его лица, казалось, подергивалась. Это была очень похожая на Сехона реакция — испытывать отвращение при мысли о том, что ему может понравиться кто-то еще. Учитывая тот факт, что ответ прозвучал хрипло, Сехон выглядел очень недовольным.

— Так ты всё это представил, да?

— Мой вывод был в том, что я не смог представить это очень четко. Ты, должно быть, пропустил эту часть.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 278 - Сайд-стори 1: Невиновен. Шоколад на день Святого Валентина

— Но ты попытался, — парировал Сехон.

— Я не присваивал каких-то особых характеристик и только размышлял, смогу ли я быть с другим человеком того же пола, но не помогло.

Когда Сехон понял, что это было что-то вроде метафизического мысленного эксперимента, его ярость поутихла.

— Зачем тебе надо было об этом думать?

— Если честно, каждый раз, как я тебя вижу, я снова и снова понимаю, что мой возлюбленный – мужчина. Очень бравый и обаятельный человек, но всё же мужчина.

— Это из-за наших позиций в постели?

— Это меня тоже иногда смущает, но тут дело в чём-то более эмоциональном. Взять, к примеру, мою сексуальную ориентацию. Суть не в том, нравятся мне гомосексуалы или гетеросексуалы, но я иногда задаюсь вопросом: кто я на самом деле?

Юншин считал это одним из своих самых сложных вопросов, но ответ Сехона был на удивление прост.

— Если спросишь, бравый и обаятельный ли ты, то для меня всё так же. И ты мужчина.

— ...

— Ты – До Юншин. Для меня важнее всего то, что ты До Юншин, а не твой пол.

Юноша поднял взгляд, желая узнать, были ли это пустые слова утешения, но стоило ему это сделать, как он интуитивно понял, что Сехон был искренен. Юншин, похоже, был достойным человеком в глазах старшего адвоката. Возможно, настолько достойным, что Сехон, который никогда и никому не открывал своего сердца, в него влюбился.

Юншин усмехнулся.

— Правда?

— Думаешь, я бы тебе понравился, даже если был бы женщиной?

— Да.

Юншин ответил незамедлительно, и в этот же момент почувствовал облегчение, словно наконец нашёл ответ на давно мучивший его вопрос. Вместо попыток решить вопрос, принимая во внимание большинство, ему нужно было думать о Сехоне. Юношу привлекал Кан Сехон – высокомерный, умный, одинокий и, прежде всего, любящий Юншина в ответ. Юноша влюбился бы в Сехона, будь он представителем какого угодно пола.

— Может, у меня действительно нет определённой ориентации. Я бы испытывал симпатию к понравившемуся человеку, и этим человеком оказался ты.

Если бы кто-то из них был противоположного пола, они могли бы пожениться, завести детей и наблюдать за их взрослением. Они жили бы нормальной жизнью, как остальные, и стали бы ближе, чем есть сейчас. Юншин, представляя себе это ничем не примечательное будущее, был на удивление доволен своей нынешней ситуацией.

Кан Сехон был самой большой счастливой случайностью в его жизни. Он был крупнейшим отклонением и лучшим решением в жизни молодого человека.

— Прекрасное заключение.

— Я тоже так думаю.

Юншин кинул взгляд на дверь, беспокоясь, что появится судебный пристав, прежде чем он успеет приподняться на цыпочках. Он поцеловал Сехона в губы, как они это делали, когда оставались наедине, и собрал свои оставшиеся вещи. Юноша принёс много документов, поэтому у него была целая охапка бумаг. Старший адвокат взял их у Юншина и указал на дверь. Они вдвоём направились на подземную парковку.

— Хорошая работа. Похоже, другая сторона не собирается подавать апелляцию.

— Результат будет таким, как и ожидалось, верно? А, когда ты приехал? Я сильно удивился, когда увидел тебя сидящим в галерее.

— Я подумал, что мы можем пойти домой вместе.

Юншин заметно оживился.

— Серьёзно?

— Сегодня день Святого Валентина.

Юноша никогда и не думал, что слова «день Святого Валентина» будут исходить от Сехона. Обычно Юншин находил радости в таких тривиальных жизненных событиях, как особенный день или годовщина. В такие дни молодой человек просил Сехона сделать разные вещи, а старший адвокат ему подыгрывал. Юншин был чрезвычайно благодарен Сехону за эти слова, беря в расчёт его личность.

— Ты ушёл с работы пораньше, чтобы провести время со мной? Реально?

— А мне подобные вещи делать нельзя?

— Конечно можно. У меня уже есть план на сегодня. Сначала мы поужинаем в забронированном тобой месте, затем проведём время дома. Мы можем открыть ту бутылку шампанского, которую ты купил для меня в прошлый раз.

— Ясно. Я тоже хотел кое-что попробовать сегодня. Давай каждый будет делать то, что хочет другой.

— Что именно? Я обязательно сделаю всё, что ты захочешь.

В лифте глаза Юншина сверкали от нетерпения. Предвкушая, он повернулся к старшему адвокату.

Сехон нажал на кнопку и сказал:

— Я нетуго свяжу твои запястья своим галстуком и покрою тебя шоколадом. Затем слижу всё это. Там внизу, если быть точным.

Его зловещие глаза озорно сверкнули. Он посмотрел вниз и подбородком указал на промежность Юншина.

Совершенно ошарашенный юноша прикрыл рот рукой.

Дверь лифта закрылась с протяжным звуком.

***

Скрип, скрип.

Тело Юншина наполовину лежало на столе и его качало вперёд и назад. Его запястья были скрещены и крепко связаны галстуком. С каждым движением силы всё больше покидали его. У него на глазах его член был покрыт растопленным шоколадом, и Сехон всё это тщательно слизывал. В его тёплом рту член становился всё твёрже и подрагивал. Невозмутимый Сехон понемногу лакал эту сладкую жидкость.

— Хн-н-н, Сехон-сонбэ... Хватит уже...

— Тут ещё кое-что осталось.

Он поднял стройные ноги молодого человека и пристально посмотрел на пах Юншина. Затем он выдавил ещё шоколада из кондитерского мешка на яйца юноши. После чего брал их одно за другим в рот, всасывая шоколад.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 279 - Сайд-стори 1: Невиновен. Шоколад на день Святого Валентина

Каждый раз, когда он сосал интимные места Юншина и отстранялся, белый шоколад размазывался, как акварель, по худым бёдрам и животу юноши. Рот Сехона был испачкан этим шоколадом. Из-за скользкой и склизкой текстуры создавалось впечатление, что вокруг его губ была сперма. Не выдержав смущения, Юншин задёргался. Он изо всех сил старался выкрутить руки.

Галстук развязался и упал на пол. Наконец-то вырвавшись на свободу, Юншин дёрнул Сехона за воротник. Не в силах вытерпеть этот беспорядок вокруг рта старшего адвоката, он слизнул шоколад с его кожи.

— Остановись, теперь серьёзно. Всё это слишком сладко.

— Попробуй умолять меня сделать твою другую дырочку сладкой и текущей. Кто знает? Я мог бы и проткнуть её.

— Сонбэ, м-м-м. Не будь таким.

— Чем больше ты колеблешься, тем упрямее я становлюсь, ты же знаешь, верно? Пора бы уже знать об этом.

Иногда действия красноречивее слов, и этот случай был как раз из таких. Юншин перестал сомневаться и потянулся ниже, поглаживая член Сехона. Его штаны уже были расстёгнуты, поэтому юноша легко мог почувствовать член, который вот-вот норовил разорвать нижнее бельё старшего.

Он поласкал его своими вспотевшими ладонями, после чего провёл рукой вниз по ткани. Он гладил Сехона мучительно медленно, что моментально вызвало реакцию.

Сехон толкнул Юншина вниз, пристраиваясь у входа молодого человека. Он уже растянул отверстие и безжалостно потёр его, словно собирался войти в ту же секунду. Юншин схватился за край стола и раздвинул ноги. Старший мужчина воспользовался моментом, одной рукой схватил тонкую талию и направил свой член в юношу.

Хлоп!

Сехон одним махом погрузился в Юншина по самое основание. Его костлявые бёдра агрессивно столкнулись с задницей юноши. Худое тело извивалось от боли и удовольствия. Юншин издал хриплый стон.

— Ах!.. Угх!

Его ноги дрожали так сильно, что он не мог удержать равновесия. Его нижняя половина неистово сотрясалась. Сехон, находящийся с ним в тесном контакте, отчётливо это чувствовал, поэтому поднял стройные ноги и закинул их к себе на плечи. После этого он схватил молодого человека за талию обеими руками и потянул вниз, зафиксировав его в нужном положении, перед тем как начать двигать бёдрами.

Во время каждого толчка кожа пениса Сехона плотно охватывалась внутренними стенками Юншина. Это стимулировало старшего адвоката, от чего его движения становились всё более резкими. Массивный стол грохотал и трясся, как корабль в бурных водах.

С силой, достаточной, чтобы проникнуть в Юншина, их упругая кожа ударялась друг о друга, размазывая шоколад повсюду. Белая жидкость затвердела и грубо тёрлась о них. Пятна шоколада выглядели, как пятна засохшей спермы, заставляя своим видом Юншина чувствовать себя слабым. Он зажмурил глаза.

Однако Сехон этого терпеть не хотел.

— Открой глаза.

— Ох! Ах! Н-н-нгх! Ох!

— Я сказал, открой их как следует.

Старший мужчина переместил руку с талии Юншина на его трепещущие веки и с силой толкнул его лоб. Затем он приподнял чёлку юноши.

Глаза молодого человека открылись сами собой,обнажая его ясный взгляд. Сехон любил вылизывать их поверхность. Когда Юншин начинал плакать, старший мужчина обычно сходил с ума.

Этот раз не был исключением. Он аккуратно слизнул влагу с поверхности глаза Юншина. Юноша рефлекторно попытался закрыть глаза, при этом вращая бёдрами. Должно быть, он неосознанно сжался, ведь у Сехона перехватило дыхание, и он застонал.

— Ха, чёрт возьми. Угх!

В то же время Сехон вложил больше силы в руки, вбиваясь в Юншина. Его член проник глубоко в юношу и грозился доминировать над всем, что касается Юншина, заполняя его.

Почувствовав головокружение, Юншин закричал:

— Сонбэ! Я полностью заполнен, подожди – ох! Ах!

Юншин беспорядочно размахивал руками, сбивая шоколад и другие миски со стола. Однако грохот предметов и облитый липкой субстанцией галстук беспокоили пару меньше всего.

На этот раз, сумев правильно нацелить руки, Юншин протянул их перед собой. Сехон наклонился вперёд, позволяя молодому человеку отчаянно цепляться за себя. Их тела слились воедино и сотрясались вместе.

Часто, когда они занимались сексом, Сехон вёл себя особенно агрессивно. Он входил глубоко, пока не погружался по самое основание, и наблюдал, как жалко корчится Юншин. Если бы это причиняло только боль, юноша мог бы сказать старшему остановиться, но Сехон умело находил все места, которые нравились Юншину, и стимулировал его, поэтому его всегда уносило от удовольствия, как Сехон того и желал.

Головка члена Сехона описала круг в одной точке. После чего он отстранился и толкнулся в то же место, потирая свой член, стимулируя простату Юншина.

— Нгх! Там, там... Потри ещё своим членом.

— Здесь?

— Ах! Ах! Всё ещё больно. Мягче.

— Продолжай мучиться. Когда тебе больно, мой член подрагивает. Это меня заводит.

— Кан Сехон! Подож... Хн-н-нгх!

«Он и правда садист».

Сехон всегда делал вид, что не прислушивается к мнению Юншина, но в постели он был особенно безжалостен. Он совершенно не подчинялся Юншину. Было уже хорошо, если он притворялся, что слушает.

Старшему адвокату нравилось, когда юноша чувствовал удовольствие, но также ему нравилось терзать чувствительные и жаждущие места Юншина, когда молодому человеку было больно. Когда юноша начинал плакать, Сехон не отпускал его до тех пор, пока Юншин не уставал и больше не мог пошевелиться.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 280 - Сайд-стори 1: Невиновен. Снежная ночь. Конец 1 сайд-стори

Сегодня эта сладкая эксплуатация продолжалась, как и в любой другой день.

Сехон ускорялся настолько, насколько он хотел, раскаляя воздух вокруг них.

— Обними меня... — задыхаясь сказал Юншин и прижимаясь к Сехону, как ребёнок, пытающийся уменьшить свою боль. Юношу подняли с твёрдой поверхности стола и легко понесли худощавое тело. Старший мужчина обвил обмякшие ноги партнёра вокруг своей талии.

Их лица находились в непосредственной близости друг от друга. Сехон взглянул на него, и Юншин открыл рот. Их губы встретились, а плоть слилась воедино. Восприняв это как сигнал, Сехон увеличил напор.

Он начал врезаться в юношу, и каждый раз, когда он это делал, член Юншина прижимался весом Сехона. Когда старший адвокат начал с упоением трахать простату молодого человека, передняя и задняя часть Юншина подвергались стимуляции, и из его члена начал сочиться предэякулят. Сразу после этого выплеснулась белая непрозрачная жидкость, смешиваясь с шоколадом, который сгущался и застывал на их коже.

— Ох! Сонбэ! Агх!

Пот, сперма и шоколад смешались вместе, прилипая к их телам. Несмотря на это, Сехон продолжал свои агрессивные толчки, после чего жадно всосал язык молодого человека, словно зверь, который голодал несколько дней. Сехон тоже был близок к кульминации и, ощутив это, Юншин заключил его в крепкие объятия. Реакцией на это последовала разрядка Сехона.

Всё ещё держа худого мужчину на руках, Сехон рухнул на стол, тяжело дыша. Его страстные вздохи осыпали Юншина, словно дождь. Жидкость партнёра наполнила юношу, заставив его бедра дёрнуться. Затем Сехон медленно вышел из Юншина.

Юноша уставился на Сехона, не имея сил пошевелить и пальцем. Невзирая на то, что Сехон тоже тратил энергию, уставшим он совсем не выглядел. Более того, он осыпал поцелуями всего Юншина, который наслаждался послевкусием освобождения. Но это было ещё не всё. Он заставил юношу раздвинуть ноги и наклонился, чтобы слизать влагу с каждого сантиметра его промежности, а его тепло бороздками расползалось по телу юноши.

— Хн-н-нгх, что ты делаешь?

Озадаченный Юншин взглянул вниз, но к тому моменту игра уже была окончена. Сехон пальцами расширил вход юноши. Он засунул их в сформировавшийся проход и вычистил сперму, находившуюся внутри. Жидкость вытекла и скопилась на столе. Юншину почувствовал неловкость.

— Ты спятил? Нгх, ох!

Юншин собрал последние силы для сопротивления, но это было бесполезно. Длинные пальцы Сехона эксплуатировали внутренности юноши. Он засунул средний палец максимально глубоко и согнул его, нажимая на нужную точку. От стимуляции член юноши снова начал становиться твёрдым.

Сехон уже переутомил Юншина, поэтому у молодого человека уже не было достаточно энергии, чтобы двигать телом. С трудом сумев приподняться на локтях, он взглянул на старшего, а Сехон наклонился к Юншину, чтобы поцеловать. Когда их члены слегка задели друг друга, юноша мог сказать, что старший, который кончил не так давно, снова был возбуждён.

Юншин усмехнулся, признавая поражение и снова лёг, раскачивая ногами.

— Когда ты снова стал твёрдым? Ты случаем не возбуждаешься от одной лишь мысли обо мне?

— Думаешь, я какой-то подросток, переживающий период полового созревания, у которого встаёт от одной мысли о своём возлюбленном?

— Очень на это похоже.

Сехон поджал губы и нахмурился, не желая отвечать. После чего, наконец, сказал:

— Иногда.

— Не думаю что «иногда». Ты ведь тоже мастурбируешь? Теперь, когда я задумался об этом, я единственный, кто мастурбировал , но я никогда не видел, что ты трогал себя.

— ...

— Ты тоже это делаешь? Вау, как ты мог скрыть это от меня? Покажи мне тоже.

— Как насчёт прикрыть ротик на замок прямо сейчас?

Сехон потёрся своим затвердевшим членом о вход Юншина и занял позицию, словно подходящие друг другу гайки и болты. Прошло не так много времени с того момента, как он принимал посетителя, поэтому проход Юншина сжимался и пульсировал, словно дыша. Прежде чем поспешно войти, Сехон схватил Юншина за волосы и притянул к себе, чтобы отвлечь молодого человека от другой боли.

— Н-н-нгх! Хгх!

Когда рот Юншина открылся от стона, старший мужчина глубоко вошёл в своего партнёра.

Две нижние половинки сошлись более гладко, чем раньше. Во второй раз было намного легче – то ли потому что сперма, по-прежнему находящаяся внутри, выступала в роли смазки, то ли потому что сильные толчки Сехона расширили внутренние стенки Юншина больше необходимого.

Стоило Сехону начать наполнять внутренности Юншина и двигать бёдрами, напор выбил из мыслей юноши все слова. Он хватал ртом воздух в поисках кислорода. Юноша безвольно лежал, как новорожденный, и покачивался в такт движениям Сехона. Наконец Юншин обнял старшего адвоката. Когда он почувствовал лопатки другого мужчины, факт того, что его партнёр был полностью погружен и сосредоточен на нём, сменило беспокойство на приятное волнение.

— Тебе приятно делать это со мной? Это лучше, чем мастурбировать, правда ведь?

— Чёрт возьми, это прекрасно. Я чувствую, что сойду с ума.

— Двигайся медленнее. Твоё оружие заряжено на максимум. Он слишком большой.

— Это оружие доставляет тебе удовольствие.

— Хоро... хмф! Ах! Ах!

Каждый раз, когда яйца Сехона ударялись о Юншина, и каждый раз, когда его задница тёрлась о твёрдые бёдра старшего, пенис Сехона входил так глубоко, что стоны подступали к горлу юноши. Сехон так дико наседал на него, что его тело начало наклоняться под неудобным углом. Некоторое время он мирился с этим, но затем, не выдержав, он схватился за шею Сехона.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 281 - Сайд-стори 1: Невиновен. Снежная ночь. Конец 1 сайд-стори

Юншин с раскрасневшимся лицом взглянул прямо на Сехона. Он широко открыл глаза и облизнул губы, выражая свои мысли. К счастью, Сехон зажмурился, снова открыл глаза и снизил скорость, чтобы они оба могли сопоставить свой ритм. Агрессивные движения всё ещё продолжались, но Сехон стал стабильнее, поэтому Юншину удавалось сохранять равновесие.

Он потянулся к гладкой груди Юншина и покрутил его сосок. Другой рукой он ласкал член юноши. В то же время он не прекращал своих свирепых движений бёдрами. Каждый раз, когда он входил и выходил, упругие внутренности молодого человека сжимались. Его член с набухшими венами остановился на полпути, прежде чем снова врезаться в Юншина, проводя быструю подачу.

Влажные хлопки и их тяжёлое дыхание наполнили просторную столовую.

— Хах, кажется, я кончаю. Думаю, я сейчас кончу. Скажи, что я тебе нравлюсь.

Оглядываясь назад, Юншин всегда был тем, кто говорил Сехону, что любит его. Однако юноша никогда не настаивал, чтобы это сделал Сехон. Он знал чувства своего партнёра и понимал, что Сехону неловко выражать свои эмоции. Тем не менее обычно он говорил юноше, что тот ему нравится, но сегодня, по какой-то причине, старший адвокат не ответил.

— М? Сонбэ?

На пределе своих возможностей Юншин умолял более жаждущим тоном, но Сехон всё ещё молчал. Он просто агрессивно двигался и продолжал их сношение. Юншин покачивался, словно лист на ветру. Когда Сехон надавил на нужное место юноши, Юншина снова накрыло волной оргазма.

— Ахгн-н-н! Ох! Я люблю тебя.

— Нгх, чёрт возьми!

— Люблю тебя...

Сехон поморщился, и капелька пота упала у него со лба. В то же время, должно быть, он кончил, поскольку Юншин почувствовал медленно растекающуюся внутри жидкость. Юноша думал, что Сехону потребуется несколько больше времени. Озадаченный Юншин затаил дыхание, наблюдая за старшим адвокатом. Как обычно, лицо покраснело после кульминации. Они посмотрели друг на друга перед тем, как старший отстранился.

Юншин тут же почувствовал себя опустошённым и заёрзал. Сехон вытер сперму между ног юноши и поднял молодого человека на руки. Он лёг на пол, испачканный шоколадом, и положил Юншина на себя, как одеяло.

Юншин подтолкнул подбородок Сехона своим и заёрзал, как ребёнок, в его руках. Он двинулся вверх и встретился взглядом с партнёром.

— Старший адвокат.

— Зови меня по имени.

— Сехон-сонбэ, я хочу в душ. Моё тело пахнет шоколадом и спермой.

Вместо ответа Сехон усилил хватку вокруг талии Юншина. Эротическая атмосфера между ними сохранялась. Однако юноша чувствовал, что Сехон хочет разделить с ним этот короткий момент праздности. Заметив это, Юншин прижался щекой к старшему мужчине, чтобы дать Сехону столько времени, сколько он желает. Он услышал, как быстро бьётся в груди сердце его партнёра.

— Твоё сердце бьётся довольно быстро. Это из-за меня?

— Это потому, что я ел шоколад.

— Когда ты будешь честен? Иногда у тебя хорошо получается говорить глупости.

Сехон усмехнулся, откинул назад мокрые от пота волосы Юншина и затем поцеловал в лоб. Юноша наслаждался прохладным прикосновением старшего и посмотрел через дверной проём столовой в окно коридора, ведущего в гостиную. Он бесцельно смотрел вдаль, но моргнул, заметив странность. Затем он поднял торс над Сехоном.

— Сонбэ, на улице идёт снег.

Юншин посмотрел на Сехона, находясь в неудобной позе, и их глаза встретились. Взгляд старшего мужчины с самого начала был прикован к юноше.

— Сонбэ?

Сехон некоторое время молчал. Его лицо было странно тёмным. Забеспокоившись, Юншин собирался было спросить, когда хриплый голос Сехона показал себя миру.

— Никогда не думал, что скажу такое...

— Что? Ты меня пугаешь.

— Юншин.

— Ты расстаёшься со мной? Мы же решили, что это не то, что ты мог бы сделать.

— Я люблю тебя.

Часто говорят, что никто не может отреагировать, когда они крайне удивлены, и Юншин был именно в таком состоянии. Он не мог вымолвить ни слова и просто моргнул своими большими круглыми глазами. Он не имел понятия, как обработать это серьёзное признание и возможно ли это вообще.

Будучи более потрясённым, чем когда-либо прежде, ресницы Юншина начали трепетать. После этого его щека дёрнулась и задрожала. Лицо залилось краской, затем он почувствовал, что у него перехватывает дыхание. Казалось, он был не в состоянии контролировать своё тело.

Когда он наконец ответил, его голос прозвучал раздражённо, хотя он вовсе не имел это в виду. Звуки его голоса бурно отражались.

— Как ты мог так внезапно выдать мне такое? Я же даже не одет. Ты должен был сказать мне это, когда я был бы в более презентабельном виде.

— Этот твой внешний вид мне нравится больше всего.

Он вытер уголки покрасневших глаз Юншина и обхватил рукой его шею сзади. Затем он медленно притянул его к губам и потёрся ими о его затылок.

— Спасибо, что сделал кого-то вроде меня другим человеком.

Возможно, человеком, который всегда был готов полюбить другого человека, был не Юншин, а Сехон. Он был сильнее всех, но и боялся больше, чем любой другой. Юноша хотел поблагодарить его за то, что он позволил ему вытащить себя из своей скорлупы.

Однако он не знал, как сформулировать и соединить предложения, которые могли бы выразить это, оттого просто сухо сглотнул и пробормотал заикаясь:

— У-у меня сегодня день рождения?

— Сегодня День святого Валентина. Раз уж я не смог подготовить для тебя букет, это тебя удовлетворит?

— Эти цветы слишком дорогие.

Юншин представления не имел, что получит такой романтический подарок. Он был взволнован и ошеломлён сильнее, чем от любой другой услышанной им фразы. Он чувствовал себя на вершине мира. Признания в любви лучше, чем это, наверное, не найти.

В отличие от Сехона, Юншин часто говорил старшему, что любит его. Он признавался каждый раз, когда возникало желание выразить это. Поэтому в этот раз он хотел донести свои слова сдержанно, чтобы подарить Сехону стабильность и комфорт – то же, что Юншин ощущает каждый раз, когда был со своим возлюбленным.

Юншин охладил свои румяные щёки тыльной стороной ладони и рухнул в объятия Сехона.

Его большие руки спокойно гладили костлявую спину Юншина.

Была глубокая ночь, а снаружи падал пушистый снег и укрывал землю.

〈Конец первой побочной истории〉

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 282 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жажда

Действие 1

Покойный отец Юншина однажды сказал, что выйти победителем или проигравшим зависит от умения заставить оппонента почувствовать, что он лишился большего, чем ты..

— Пора бы ему уже выйти.

Вспомнив предупреждение отца, Юншин опёрся подбородком на руку. Он выглянул из окна своего кабинета, прокручивая в голове мысль, что уже настало время закончить заседание совета директоров.

Как он и рассчитывал, рядом появился знакомый силуэт.

Это был Кан Сехон.

Шагающий рядом с двумя другими старшими юристами в направлении своего кабинета, Сехон был одет в костюм-тройку и выглядел безупречно, как и всегда. Его красивое лицо, пока он слушал коллег, выглядело совершенно безразличным.

Юншин был рад знать, что Сехон принадлежит лишь ему. Белая классическая рубашка Сехона и серый шёлковый галстук в тонкую полоску были выбраны юношей ещё вчера вечером. Мысль о том, что никто об этом не узнает, ещё больше осчастливила Юншина.

Сехон жестом приостановил рассказ старших юристов и начал инструктировать сотрудников секретариата. Обхватив лицо обеими руками, Юншин внимательно наблюдал за старшим. Однако Сехон не бросил в его сторону ни единого взгляда. Это заставляло Юншина жаждать его внимания ещё сильнее.

«Я должен просто рассказать всем о том, кто выбрал для него этот галстук».

Представив, как его губы и язык проскальзывают между красивыми губами Сехона, которые раздают другим приказы, он почувствовал, как его нижняя половина начала напрягаться.

Последний раз секс с проникновением у них был ровно месяц назад. Конечно, они обменивались сладкими поцелуями, но на этом всё. Почувствовав, что стоит им начать, они станут неуправляемы, Юншин перестал прикасаться к Сехону. Он делал это, заботясь о старшем адвокате, но спустя неделю после принятия решения, он постоянно жалел об этом.

У Юншина были причины воздерживаться от прикосновений к Сехону. Старший адвокат был чрезвычайно занят после работы над текущим проектом. Это была самая большая рабочая нагрузка из всех, которые видел Юншин, с которой Сехону доводилось справляться за эти годы. Он приходил домой, когда солнце уже село, и уходил ещё до рассвета. Корпоративно-коммерческая команда постоянно находилась в режиме чрезвычайной ситуации и ступала по тонкому льду.

После того как Догук начала сотрудничать с несколькими зарубежными фирмами в сфере международного слияния и поглощения, Сехон стал руководителем всего проекта. Однако, когда в сделку начало вмешиваться правление одной из корпораций, работа усложнилась. Нервы всех экспертов по слиянию и поглощению, представляющих несколько корпораций, находились на пределе, и они внимательно слушали приказы Сехона.

Сехон — перфекционист, которому было необходимо показывать только свои лучшие качества, — начал работать как сумасшедший, уезжая из страны и возвращаясь. Поэтому Юншин пошёл на такой решительный шаг, чтобы не отвлекать Сехона.

Отдающий всего себя работе Сехон был очень красив. Юноше нравилась эта его сторона.

Но... «Я хочу заняться сексом с сонбэ...».

Юншин очень хотел, чтобы от возбуждения Сехон тяжело дышал ему на ухо,глотая все жидкости юноши, хотел настолько сильно, что сходил с ума. Тем не менее он не приставал и не упрашивал старшего мужчину, и вместо этого терпеливо ждал сегодняшнего дня — дня последнего этапа проекта. Возможно, сочтя это достойным похвалы, Сехон сделал Юншину предложение: он безоговорочно выслушает три желания юноши.

Между местом заключения сделки и их компанией существовала разница во времени, поэтому самый критический этап завершился ранним утром. Более тривиальная административная работа была задачей тех, кто ниже по старшинству, Сехону было нужно только довести дело до конца, а Юншину — лишь подождать ещё немного.

Сегодня был день, когда их разлука должна подойти к концу. С этого момента Сехон не принадлежал ни работе, ни юридической фирме, а принадлежал исключительно Юншину. Юноша размышлял о том, чтобы использовать свои желания очень мудро.

Но прежде он хотел, чтобы его глаза встретились со старшим мужчиной, и смотрел наружу, но вместо Сехона в его сторону посмотрел секретарь Так, выслушивавший инструкции старшего адвоката. Юншин вздрогнул, быстро опустил голову и уставился на свои документы. Несмотря на все его усилия, в дверь постучали.

— Я не могу сейчас говорить. Не входите.

К сожалению, дверь осторожно открылась. Секретарь Так просунул голову. Юншин неловко улыбнулся и сказал:

— Секретарь Так, я сказал, что мне неудобно...

— Ой, не нужно стесняться. Я знаю, что вы ждёте результатов проекта. Осталось только опубликовать статью в другой стране. Все ждут, чтобы прочитать её. Прямой эфир новостей скоро начнётся, вы тоже можете убедиться.

— Почему вы мне это говорите?..

«Меня так легко прочесть?»

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 283 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жажда

— Вы серьёзно не хотите, чтобы я вам это рассказывал? Несколько дней назад вы всё продолжали спрашивать офис менеджера о дате окончания проекта.

— В курсе ли старший адвокат Кан, что я проявлял интерес к работе его команды?

Словно вопрошая, почему Юншин спрашивает очевидное, выражение лица секретаря стало игривым.

— Есть ли что-то, чего он не знает? Вы хотите вернуться в корпоративно-коммерческую команду? Адвокат Кан как раз снаружи, и у него хорошее настроение из-за грандиозной победы, так что можете выразить свой интерес прямо сейчас.

Пусть он и ценил желание секретаря Така помочь, Юншин действительно хотел прицепиться к Кан Сехону. Он желал чего-то более тайного, личного и сексуального.

К лучшему или худшему, но вмешательство секретаря Така заставило Сехона отослать старших адвокатов и, прежде чем зайти в свой кабинет, взглянуть в сторону Юншина.

Облизнув пересохшую нижнюю губу, Юншин уловил сигнал и встал. Сехон прислонился к перегородке между столами и пальцем поманил Юншина выйти.

Когда молодой человек вышел, Сехон кивнул головой, спрашивая, есть ли у юноши что сказать.

— Говори.

— Ну... Поздравляю. Вы снова одержали победу.

Сехон, молча слушая, слегка нахмурил брови.

— Когда ты активируешь клетки своего мозга?

Возмущённый Юншин пристально посмотрел на него. Сехон изогнул бровь, увидев дерзость юноши. Молодой человек вздохнул и признал:

— Вы учили меня, что не следует поздравлять себя, пока результаты не будут ясны.

— Учитывая, что ты помнишь, кажется, твой мозг подключён нормально, — ответил Сехон, упорно всматриваясь в лицо Юншина.

Это немного отличалось от обычного его обращения — Сехон в компании вёл себя более жёстко и холодно по отношении к юноше, когда люди смотрели. Он был на взводе из-за некоторых недавних обстоятельств.

Одной из причин являлось крупномасштабное слияние, над которым он сейчас работал, но также присутствовала жажда от пренебрежения Юншином, пока он был погружён в работу. Когда он возвращался домой глубокой ночью, он обнимал спящего Юншина, не зная, что с собой делать. Обычно в такие моменты Юншин просыпался.

Однако юноша не мог сказать Сехону, что проснулся, потому что после двух, а иногда и одного, часов сна, старшему мужчине приходилось возвращаться на работу.

Теперь Юншину хотелось сказать Сехону, что он тоже жаждал прикоснутьсяк каждой подскакивающей и подрагивающей мышце своего возлюбленного.

— Вы всё ещё очень заняты?

— Самые насущные вопросы решены, но освободился я не полностью. Если наша дискуссия затянется, проходите в мой кабинет.

Прежде чем Сехон смог не торопясь повернуться спиной, Юншин беспокойно осветил:

— Нет, здесь вполне устроит. Старший адвокат, сейчас я воспользуюсь своим первым желанием.

Некоторые административные сотрудники, тайно подслушивавшие их разговор, вздрогнули. Может слово «желание» и подходило Юншину, но с Сехоном они его сопоставить его не могли.

Юноша знал, что они будут шептаться между собой о том, что между ними двумя происходит, но Юншин хотел разобраться с этим сейчас. Он спешил. Сехон тоже это знал, поэтому, после пристального взгляда, попросил подтверждения:

— Сейчас?

— Да, это небольшая просьба.

— Говори.

Юншин взглянул на секретаря Така и остальных сотрудников, с нетерпением смотрящих на них, и подошёл к Сехону. Затем сказал тихим голосом, словно это было что-то важное:

— Не в офисе, а где-нибудь, где потише.

Сехон, прищурившись, посмотрел на Юншина и взглянул на наручные часы. Затем, по-видимому, найдя немного времени, пошёл в противоположном от своего кабинета направлении. Юншин собирался последовать за ним, но прежде чем это сделать, он прошептал секретарю Таку:

— Мы всего на час. Его не будет на рабочем месте, так что, если кто-нибудь будет искать старшего адвоката Кана...

— Не беспокойтесь об этом. Но что происходит? Что за желания?

— Он в большом долгу передо мной из-за этого проекта. Я просто возвращаю его себе.

— Понимаю. Тогда увидимся позже.

Юншин попрощался и быстро последовал за Сехоном. Когда они свернули за угол, скрывшись от глаз людей, юноша схватил старшего адвоката за запястье, пока тот шёл нажимать кнопку лифта. Сехон оглянулся, и, прежде чем он успел что-то сказать, Юншин потащил старшего мужчину к аварийной лестнице, и тот с готовностью последовал за ним.

Они не нуждались в словах.

Ведя его вверх по лестнице, Юншин резко открыл дверь в комнату для сна. Их встретила пустая комната.

Закрыв дверь и заперев её, Юншин прижал Сехона к стене. Словно ожидая этого, старший адвокат подпёр одно колено и просунул его между ног юноши. Он поднял бедро и потёр промежность Юншина.

— Что ты хочешь? Я пойму, только если ты мне скажешь.

— Это место свободно в течение часа. Нгх, через час уборщицы придут убираться. М-м-мх.

Юншин схватил Сехона за крепкие плечи, в поисках опоры, и в ответ на непристойные движения, он склонил голову и застонал. Юноша прильнул ближе к партнёру, чтобы их тела оказались на одном уровне и теснее прижимались друг к другу. Большие руки Сехона обхватили его за спину, и он осыпал поцелуями всю голову Юншина.

— Нам часа хватит?

Каждый раз, когда губы Сехона целовали приятно пахнущие волосы Юншина, раздавался звук поцелуя, а его бедра двигались вперёд. Сехон стимулировал внутреннюю поверхность бедра, прикасаясь в опасной близости от промежности Юншина. В конце концов Юншин полностью сломался.

— Сонбэ, м-м-м... Я не могу больше сдерживаться.

Словно ожидая этого, Сехон чувственно провёл их бедра друг о друга.

Перевод: Bda

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 284 - Сайд-стори 2: Больше нет. Запретительный приказ

Юншин сквозь ткань почувствовал член Сехона. Он покачал головой и застонал. Ладонями он массировал крепкое тело. Представляя обнаженное тело возлюбленного, скрытое под его строгим костюмом, Юншин больше не мог сдерживаться.

Сехон перевернул Юншина, и их позиции тут же поменялись. Повернувшись лицом к белой стене, Юншин схватился руками за холодную поверхность. Сехон потерся своим набухшим членом о ягодицы Юншина, как будто хотел вставить его прямо здесь и сейчас.

— Хнх, н-нх...

— Это и есть твоё желание? Не воссоединение страны, не богатство и честь, а мой член?

— Тебе не нравится заниматься этим в г-грязных местах. Там, где другие люди... хм-мх.

— Как насчёт того, чтобы воспользоваться своими желаниями для чего-то более конструктивного? — Сехон настойчиво ткнул Юншина пальцем, будто спрашивая: «Ты действительно не собираешься подумать ещё раз?» — что заставило Юншина коротко вздохнуть. Он был в отчаянии из-за похоти, которая угрожала выплеснуться из нижней части его тела. Юноша не думал, что есть более конструктивное применение его желаниям, чем это. Всё, что он мог сделать, это завести руку за спину и притянуть Сехона ближе, так что их бедра оказались на одном уровне.

— Ты такой твёрдый.

— Это потому, что я не мог уснуть.

— Если ты устал, то должен быть вялым, а не возбуждённым. Меня не проведёшь.

Сехон не подтвердил, но и не опроверг это. Вместо этого он повёл Юншина к кровати.

Старший адвокат плюхнулся на кровать. После этого он усадил юношу к себе на колени.

В это же время Юншин снял со старшего мужчины жилет. Когда серый галстук начал выглядывать наружу, младший осыпал широкий конец поцелуями и потёрся бедрами. Сехон, который расстёгивал штаны Юншина, поднял глаза на молодого человека и нахмурился.

Несмотря на то, что Сехон вёл себя равнодушно, он был голоден, возможно, даже больше, чем Юншин. Молодой человек мог прочесть это по лицу и его глазам, которые были пропитаны желанием.

Юншину пришлось собрать остатки самообладания. Он расстёгивал пуговицы рубашки Сехона так медленно, как только мог. К тому времени, когда он добрался до третьей пуговицы, он оттолкнулся от груди Сехона, сменил позу, а затем опустил верхнюю часть тела. Прижав их нижние половинки друг к другу, он лизнул гладкую щеку Сехона и острый подбородок.

Сехон сдержанно вздохнул:

— Ах, чёрт возьми.

Наслаждаясь изменчивой реакцией своего партнёра, Юншин высунул язык и лизнул мочку уха Сехона, а затем и ушную раковину. Он мог почувствовать, как Сехон сжимает его живот, а его и без того твёрдый член напрягается ещё больше. Юншин был так же взволнован, как и в тот момент, когда Сехон кончил в него.

Юншин подул на ухо возлюбленному и прошептал:

— Это всё? Прошел месяц, постарайся стать ещё тверже.

— Не провоцируй меня. Разве ты не жалеешь потом об этом каждый раз?

— Я уже жалею о сказанном: что не стану беспокоить тебя, пока твой проект не будет завершён. Ох… Я так возбужден.

— Блять.

Неуклюжая провокация сработала, и Сехон пошевелился, желая сесть и поменять их позы. Почувствовав это, Юншин схватил Сехона за плечи. Тот сел, встретившись с ним взглядом, и строго предупредил, чтобы Юншин сказал ему, какие движения запрещены.

— Не двигай руками. Не прикасайся ко мне.

Сехон нахмурился. Он насмехался над неуместным протестом.

— Что, чёрт возьми, ты сейчас говоришь?

— Разве ты не расслышал? Я повторю ещё раз. Не прикасайся ко мне.

— Мы всё ещё в одной фирме. Я твой босс. Ты не пожалеешь об этом?

— Всё равно ты не руководитель моей команды.

Работа Юншина всё ещё находилась в сфере влияния Сехона как партнёра-адвоката, но этого нельзя было сказать о Сехоне — его работа была вне досягаемости Юншина, который только что получил звание старшего адвоката. Юншин решил, что он выплеснет недовольство и разочарование, которые испытывал каждый раз, когда ему напоминали об этом, и когда он это сделал, Сехон тоже казался расстроенным.

— «Моей»? — Сехон схватил Юншина за талию и с силой усадил его на свой член.

— Ах! — Юншин застонал от удовольствия и тяжело задышал.

Однако этого было недостаточно, чтобы остановить Сехона, который обезумел от эмоционального голода:

— Если ты работаешь адвокатом, то должен использовать корректные личные местоимения. Мне нужно и этому научить тебя?

— Хнх, нгх! Сонбэ! Подожди, по...

— «Моей»? — Несмотря на крики Юншина, Сехона было не остановить. У него не было намерения проявлять милосердие. Мужчина толкнулся в юношу более настойчиво и грубо.

Хлоп!

— Ох!..

— Блять... «моей»?

Юншин почувствовал, как твёрдый член другого мужчины сильно ударился об его промежность. Его ноги задрожали. Он ожидал более прямого контакта, но поскольку прошло так много времени с тех пор, как он прикасался к Сехону, он легко возбудился от малейшей стимуляции. Его нижнее белье вскоре пропиталось предэякулятом, и Юншин сдался. Он схватил старшего мужчину за расстёгнутую рубашку.

Перевод: Кейт

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 285 - Сайд-стори 2: Больше нет. Запретительный приказ

— Я-я сожалею... — Его дрожащие руки обвились вокруг шеи Сехона и слегка приподняли его с кровати. В глубоких глазах Сехона кипела тёмная похоть, он хотел войти глубоко внутрь. Юншин облизнул губы партнёра и взглянул на него, прежде чем добавил:

— И всё же, не прикасайся ко мне.

Сехон не мог понять, почему Юншин вообще просил об этом.

— Хорошо, давай займёмся этим на этой мерзкой кровати в комнате для сна, на этих простынях и подушках, которыми пользовались другие. Я всё это вытерплю, хорошо?

— Не думаю, что ты осознаёшь это, но мой мозг функционирует нормально. Я бы не стал так просто использовать такое бесценное желание. Сиди смирно и ничего не делай, пока проникаешь в меня. Таково моё желание.

— Делать что? Нет — не делать чего?

— Ты сказал использовать желания конструктивно.

Сехон на секунду выглядел абсолютно ошарашенным. Сехон дал Юншину камень, и тот пытался убить им двух зайцев. Он не мог в это поверить.

Тем не менее он был Кан Сехоном. Пока его пытались сбить с толку, он использовал это время, чтобы подумать на ходу. Быстро установив намерения Юншина, мужчина оттолкнул шею молодого человека тыльной стороной руки, прежде чем язык Юншина двинулся к шее Сехона. Их взгляды снова встретились.

— Правило такое: я тебя не трогаю. Так что, если я прикоснусь к тебе, всё вернётся к начальной точке?

Сехон был прав.

Если он нарушит правило, Юншин сможет снова использовать свои три желания. Но это не имело значения, даже если бы Сехон не нарушил правило. Сехон не смог бы вынести эту антисанитарию и трахнул бы Юншина, так что обе стороны остались бы довольны.

Его мелкая уловка была раскрыта, и Юншин честно ответил:

— Ты примешь его, верно?

— Если я не смогу сдержаться и продолжу трогать тебя, ты сможешь использовать своё желание бесконечно.

Юншин чувствовал себя виноватым, поэтому ему и в голову не пришло использовать такой хитрый метод:

— ...Я не задумывался так сильно. Тебя все ненавидят, потому что ты такой хитрый.

— Называй меня разумным. Вот почему я успешен.

— Так ты согласишься или нет?

Даже у Кан Сехона, побеждавшего своих противников стратегически, были времена, когда он осознавал ловушку, но всё равно попадался в неё. До тех пор, пока независимая переменная под названием До Юншин существовала во вселенной Сехона, и до тех пор, пока Сехон желал Юншина, этот цикл повторялся.

Прекрасно зная это, юноша потёрся своей задницей о ягодицы другого мужчины. Сехон откинул голову на подушку, которой пользовался бог знает кто, и испустил долгий вздох. Необходимость терпеть нахождение в этом пространстве, учитывая его чистоплюйские наклонности, означала, что Сехон уже проиграл, и они оба это знали.

— Мой отец говорил, что выйти победителем или проигравшим зависит от умения заставить оппонента почувствовать, что он лишился большего, чем ты. Я так сильно скучал по тебе в прошлом месяце, так что не заставляй меня больше чувствовать себя одиноким.

Юншин был уверен, что проигрывал Сехону каждый день.

Однако важным было то, что Кан Сехон тоже проигрывал Юншину каждый день.

Юншин вытащил из заднего кармана два презерватива и помахал ими перед Сехоном. Сехон усмехнулся.

— Почему их только два?

— Один для тебя и один для меня. Скоро придут уборщицы, и мы не можем испачкать простыни.

Сехон, который до сих пор хорошо держался, стиснул зубы и выхватил презерватив.

— Нет, если мы воспользуемся ими здесь, тебе достанется два. Я кончу внутрь, а ты кончишь сюда.

Затем, бросив оба презерватива на простыни, Сехон продолжил:

— Я согласен. Подвинься ближе.

Юншин послушно наклонился ближе. Он сильно прикусил влажные губы другого мужчины. Он почувствовал, что Сехон нахмурился. Он также почувствовал, как руки дёрнулись, желая прикоснуться к Юншину.

Удивлённый, Юншин ускорил темп и продолжил двигаться вперёд.

Его язык скользнул вниз по шее мужчины и спустился к рубашке. Затем он снова поднялся и укусил Сехона за адамово яблоко. Он задел кожу зубами и приник к ней.

Затем он расстегнул оставшуюся часть рубашки Сехона и потёрся лицом о плотно сплетённые мышцы Сехона. Он вздохнул:

— Кан Сехон, ха...

Возможно, из-за его дыхания, его голоса или того и другого вместе, Сехон дёрнулся и приподнял колено. Старший мужчина неглубоко выдохнул. Юншин кожей чувствовал, что старшему мужчине постепенно становится всё труднее и труднее выносить эту душную, накалённую атмосферу.

Юншин хотел, чтобы Сехон проник в него прямо сейчас, но, несмотря на это, продолжал свои действия, желая получить удовольствие от того, что заставляет Сехона так сильно желать его. Даже если бы Юншин не потерял терпение первым, Сехон достиг бы своего апогея и начал бы двигаться сам.

Юншин погладил переднюю часть брюк Сехона. Молния расстегнулась, и полностью возбуждённый член Сехона выскочил из трусов. Юншин прижался к нему щекой, а затем стянул трусы Сехона до середины бедер.

Полностью одетый сверху и в трусах, болтающихся на ногах, Юншин забрался к Сехону на колени. Член Сехона отчаянно задергался у его промежности. Это было такое жалкое зрелище, что Юншин почувствовал, что вот-вот сойдет с ума.

— Хнгх… Старший адвокат. Ох...

Юншин старался двигаться как можно медленнее, но теперь ему было трудно сдерживаться. Когда его пах болезненно потёрся о едва прикрытый член другого мужчины, бледное лицо юноши покраснело. Они уже и так много трогали друг друга, но он хотел ещё больше прикосновений к мужчине. Юншин наклонился и глубоко поцеловал Сехона. Низкий рык вырвался из горла Сехона, когда он предоставил доступ к своему рту.

Перевод: Кейт

Редакт: SunshineRays

Коррект: Uroboros

Глава 286 - Сайд-стори 2: Больше нет. Переломный момент

Юншин прикусил мягкие губы Сехона и просунул язык щель его рта.

Его язык повстречался с зубами и теплом, прежде чем их влажная плоть переплелась. Он рыскал по выпуклостям, решив измотать чувствительные поверхности.

Однако движения Юншина и сверху, и снизу были несколько неуклюжими. Терзающийся Сехон больше не мог терпеть и начал покачивать бёдрами.

Почувствовав намерение Сехона сжульничать, юноша опустил руки на таз партнёра и углубил поцелуй. Он наклонил голову ещё сильнее, чтобы была возможность достать до нёба Сехона.

Мужчина, пассивно принимающий прикосновения Юншина до этого момента, внезапно начал настойчиво сосать язык юноши, затем прикусил его.

— Угх, хн-н-н!

Удивлённый Юншин попытался убрать язык, но Сехон направил свой жар в рот юноши. Старший мужчина заглатывал язык возлюбленного, словно высасывая всю влагу, и затем начал чувственно вращать бёдрами, подталкивая молодого человека своим членом.

В конце концов, вынужденному занять оборонительную позицию Юншину пришлось отстраниться от Сехона. Он сместился вниз на его бёдра и коснулся уретры члена партнёра, выглядывающее из под одежды.

— Мелкий чертёнок... Хнг, — простонал Сехон, и его голос надломился.

Юншину казалось, что он достигнет оргазма раньше времени, поэтому сделал несколько глубоких вздохов. Он накрыл ладонями жилистый член партнёра и погладил его. Естественно, лобок Сехона начал подрагивать.

— Тебе хорошо?

— Заткнись. Я хочу тебя трахнуть.

— Сдавайся. Я не могу больше сдерживаться.

Юншину придумал, как разжечь огонь старшего мужчины сильнее.

Держа в руках член старшего, юноша решил взять головку в рот. В тот же момент Сехон схватил гладкие волосы молодого человека, притягивая его к себе. Юншин поперхнулся, практически укусив член партнёра.

Юншин глубоко вздохнул, подавляя боль, после чего высунул язык, чтобы тщательно вылизать его кожу. Затем он убрал руку Сехона, как бы говоря ему отпустить или сдаться.

Юноша видел конфликт в глазах Сехона, пока тот наблюдал за молодым человеком. Пока Сехон сталкивался со своими противоречивыми желаниями, Юншин ласкал возбуждённый член старшего мужчины. Постепенно он становился всё более влажным. Каждый раз, когда он входил и выходил из рта Юншина, член блестел.

Юншину казалось, что вот-вот вывихнет себе челюсть.

Сехон был слишком большим, чтобы поместиться ему в рот. Он не мог взять его на всю длину и вместо этого руками поглаживал основание, пока с трудом заглатывал наполовину. Юншин был сосредоточен на этом действии, словно это была самая важная задача в мире, что в глазах Сехона выглядело очень эротичным.

В этот момент Сехон зажмурился, после чего снова открыл глаза, дёрнув Юншина за талию. Он притянул юношу к себе, поместив его задницу у себя над лицом, и начал ласкать член молодого человека через нижнее бельё.

Юншин инстинктивно схватился за изголовье кровати, чтобы не упасть. Он навис над Сехоном и вздохнул:

— Сонбэ, мне не нрав... подожди, будь... нгх!

Сехон жадно ласкал нижнюю половину Юншина, его глаза горели порочной страстью. В отличие от юноши, который неуклюже орудовал языком, Сехон был довольно ловок. Его искусные и страстные движения заставляли ноги по обе стороны от лица старшего дрожать.

Юншин вцепился в изголовье трясущимися руками, оставляя на нём царапины. Он застонал от мучения:

— Н-нет... Ты только что нарушил правило. Признай это, быстрее... М-м-мф!

Сехон потянул вниз Юншина за воротник его рубашки и просунул язык в узкую ротовую полость юноши.

— Понял я, так что смирись.

Наконец-то достигнув решающего прорыва, Юншин усердно засосал длинные пальцы Сехона. Он прижался к ним языком, намереваясь смочить их. При этом он направлял пальцы к чувствительным местам во рту.

В то же время Сехон стянул с Юншина штаны и нижнее бельё, которые едва держались на молодом человеке. Он вытащил влажные пальцы изо рта юноши и провёл ими по промежности.

Ни у кого из них не было свободного времени на то, чтобы заняться обычной прелюдией. Они так спешили, что Сехон отказался от массажа разгорячённой кожи Юншина и от нежного исследования его тела. Юноша был примерно в такой же ситуации. Его не волновало, что старший мужчина не играл с его сосками и не облизывал выступающие суставы на его теле – он просто хотел, чтобы Сехон вошёл в него прямо сейчас.

Сехон сосал яйца Юншина, пока вводил палец в дырочку молодого человека, проворачивая его внутри. Завоёвывая его внутренности, он надавил средним пальцем на точку в глубине.

— Хнгх...

У них не было секса уже месяц, однако, учитывая это, пальцы старшего мужчины проскользнули внутрь довольно легко. Ещё одним подтверждением того, что юноша не так давно растянул свою дырочку, были слегка опухшие внутренние стенки. Сехон был знаком с этим ощущением.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 287 - Сайд-стори 2: Больше нет. Переломный момент

Сехон выпустил изо рта соски своего партнёра и лизнул основание члена. Он спросил с тихим рычанием:

— До Юншин, ты...

Слишком хорошо зная, о чём собирается спросить Сехон, Юншин немного растерялся. Он запнулся:

— Х-хватит болтать.

Однако он не был бы Кан Сехоном, если бы замолчал, когда его об этом просят.

— Ты никогда не трогал себя здесь, пока я тебе не скажу.

— Я всего лишь подготовил себя. Разве я не могу этого сделать?

— Подготовил? О, ты надеялся, что я трахну тебя ещё до того, как пришёл на работу.

Очень смущённый Юншин схватил подушку и накрыл ею лицо Сехона. Теперь, когда он не мог ничего видеть, он добавил ещё один палец и протолкнул его в дырочку молодого человека.

Его гладкие и длинные пальцы двигались в его дырочке ловчее обычного. И, словно этого было недостаточно, Сехон в мгновение ока нашёл простату Юншина и сильно надавил на бугорок. Мышцы в теле юноши напряглись. Почувствовав сокращения, Сехон откинул подушку с лица.

— Твоя дырочка хочет поглотить мой член, ведь так?

— ...Хн-н-н, нгх!

Сехон упорно надавливал в то место, от которого Юншин извивался от удовольствия.

— Ты трогал себя утром и ждал, когда закончится моя работа, ведь ты весь опухший. О чём ты думал?

— Нгх! Хф. Старший адвокат, там так х-хорошо.

Ему было достаточно одного слова – Сехон ритмично двигал пальцами и проводил языком по промежности Юншина, чтобы усилить его возбуждение.

Сехон не трогал юношу спереди должным образом, но член молодого человека покачивался, грозясь выпустить свои соки. Желая побыстрее достичь кульминации, бёдра сотрясались и извивались перед лицом Сехона.

В конечном счёте, старший мужчина сел, переместив Юншина, который был наклонён вперёд, пока седлал лицо Сехона, на кровать в противоположную сторону. Этого было недостаточно – старший адвокат притянул Юншина так, что его бёдра опасно расположились на краю кровати. Сехон твёрдо стоял на земле.

Он откинул подушку, лежащую у его ног и снял штаны с нижним бельём, отбросив их. Он поднял дрожащие ноги в воздух, собрал их вместе и плавным движением надёжно обернул их вокруг своих бёдер.

Пристальный взгляд Сехона упал меж широко расставленных ног Юншина. Он занял позицию и медленно потёрся членом между ягодиц юноши. Он уделил особое внимание пенису партнёра, который сочился предэякулятом, и его слегка опухшему входу. Его острый и сосредоточенный взгляд был прям как у злодеев в кино кино.

Юншина смущало, что всё внимание Сехона было сосредоточено на его нижней половине, и его бёдра сотрясались. Старший адвокат вытер сперму, вытекшую из кончика, и облизал палец, подразнивая его:

— Видишь, как ты течёшь?

— Не... смотри так пристально.

— Я даже не касался твоего члена, а он уже такой мокрый. Ты понимаешь это?

— И такие вещи тоже не говори...

— Взгляни, как ты подёргиваешься. Это значит, что ты теперь не можешь кончить без моего члена, Юншин. Видя, как ты зависишь от меня, мне хочется кончить.

Он опустил глаза на сморщенный узкий вход. Он пристально посмотрел, наклонился вперёд, дразня Юншина, лишь увлажняя вход и промежность.

Постепенно приближаясь к оргазму, ноги Юншина без цели раскачивались в воздухе. Сехон должен был это знать, и всё же он засунул язык в дырочку юноши, входя и выходя, упорно дразня молодого человека.

— Хах, м-м-мх, х-хватит уже.

Достигнув предела, уретра юноши дёрнулась. Сехон вынул язык, схватил с простыни презерватив и раскатал его на члене Юншина. После чего он незаметно ткнул в простату.

— Ох, сонбэ, а-а-ах!

Моментально достигнув кульминации, Юншин откинул голову назад, содрогаясь.

Член Юншина, покачивающийся в воздухе, слишком легко извергал жидкость.

Юноша выровнял свои смятые штаны. Сехон снял презерватив, затем вытер мокрый член рубашкой Юншина. Он выдавил сперму из презерватива на ладони и смазал ею свой член.

После этого он надел на Юншина новый презерватив и, словно снова намереваясь возбудить его, хлопнул головкой члена по входу Юншина и навис над ним.

Он ткнул во вздрагивающую промежность молодого человека, заставляя лицо Юншина краснеть настолько, что оно могло взорваться. Юноша чувствовал пульсацию члена Сехона, что сводило его с ума. Прерывистое дыхание отдавалось эхом в его ушах, заставляя его сердце разрываться. Этого было достаточно, чтобы кровь прилила к пенису и, прежде чем он это осознал, у него снова возникла эрекция.

— Ты принёс только два, даже зная что это произойдёт?

Сехон слегка щёлкнул по стоящему члену Юншина, пристыжая его.

Смущённый юноша ощупал кровать в поисках подушки, чтобы прикрыть промежность. Однако в пределах досягаемости ничего не было. Сехон схватил запястья молодого человека и закрепив их на месте. Он прижал тело молодого человека, чтобы ограничить все его движения.

Из-за этого член, располагающийся у входа, слегка проскользнул внутрь.

Юншин ахнул.

Его внутренние стенки то напрягающиеся, то расслабляющиеся, плотно обхватили незваного гостя.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 288 - Сайд-стори 2: Больше нет. Крем на торте

Сехон нахмурился в ответ. Тем не менее он вошёл глубже внутрь и прошептал:

— Как мне тебя трахнуть? Ты, должно быть, что-то воображал, когда ласкал себя пальцами.

— Нгх, нежно... входи в меня медленно.

— Я хочу трахнуть тебя жёстко, ведь ты от этого в восторге, но тебя устроит просто нежный секс?

— ...

— Я влюбился в твою честность, До Юншин.

Всё было именно так, как сказал Сехон. Юншину нравился мягкий и нежный секс, но, как ни странно, он получал невероятное удовольствие от грубого. Он знал, что хотел услышать старший, и знал, что только этот мужчина мог исполнить его желания. Кан Сехон хорошо натренировал его. Возможно, это правда, что только Сехон мог удовлетворить его разными способами.

— Трахни меня.

— Как?

— Сделай это грубо...

Сехон поцеловал Юншина в губы, словно похвалив за хорошую работу, а затем отодвинул его бедра назад. С грубой силой Сехон перевернул безвольного молодого человека.

— Ух, — Юншин застонал от легкой боли из-за столкновения коленей, когда он перевернулся. Сехон дёрнул Юншина за волосы назад, другой рукой зафиксировал его бедра, прежде чем начать агрессивно вдавливаться в чувствительные внутренние стенки партнёра.

Мощным толчком Сехон вогнал свой член глубоко в молодого человека. Задница Юншина и яички Сехона влажно шлепнулись друг об друга.

— Хн, хнг. Мм-ф! — Юншин почувствовал слабость, тая от боли и удовольствия. Сехон сильно шлепнул Юншина по упругой заднице.

— Ох!.. Ох! Ох! — Стоны Юншина звучали на заднем плане, когда бедра Сехона энергично вдалбливались в него. Сехон поморщился. Он бесконтрольно двинулся, а затем схватил Юншина за голову, когда тот безвольно покачнулся, как лист бумаги, и откинул её назад. Рот молодого человека приоткрылся, и Сехон, с покрасневшими от возбуждения глазами, просунул язык в приоткрытые губы другого мужчины.

С каждым толчком их языки тесно переплетались. Юншин сжимал язык и пенис Сехона одновременно.

Сехон, возбуждённый до предела, навалился всем весом на Юншина, лежащего на кровати.

Тело Юншина распласталось на простынях животом вниз.

Сехон прижал юношу к кровати, затем соединил дрожащие ноги Юншина и отвёл их в сторону. После этого он начал энергично стимулировать простату молодого человека.

Юншин закричал от удовольствия:

— Нгх! Хнгх! Это так приятно.

— Расслабь свою попку и больше двигай бедрами. Так я смогу достать до твоего любимого места. Ты забыл?

Сехон был нежным и милым, но в то же время агрессивным и диким.

После своего ласкового шепота он продолжил свои порочные толчки. Их тела агрессивно двигались вместе. Эти двое, поддавшись пылу страсти, идеально подходили друг другу. Пыль поднималась вокруг них во время этих пылких движений, но, что удивительно, ни одному из них не было до этого дела.

Хлюпанье и другие непристойные звуки сливались вместе с их тяжелым дыханием, создавая единую мелодию. Вдобавок ко всему были слышны шорохи их одежды, скрип кровати и шлепки их тел друг о друга, всё это сливалось в симфонию, которая звучала как битва за доминирование.Нижняя часть тела Сехона яростно ударялась об Юншина, как будто он собирался полностью погрузиться в молодого человека. На гладком лбу Сехона вздулась вена.

Сехон, который всегда проявлял превосходное терпение, дразня и унижая Юншина, не мог спокойно наслаждаться этим действием. Его ритмичные движения были неумолимы.

Он не входил глубоко, пока Юншин не начал подпрыгивать, Сехон дразнил простату возлюбленного очень медленно, заставляя того умолять. Только после этого Сехон выложился на полную – он начал ударять по местам наслаждения Юншина.

Именно тогда яйца Сехона ударились об ягодицы Юншина, а член погрузился до самого основания. Юншин задохнулся, будучи в шоке от размеров из-за инородного предмета, заполнившего его.

— Хнх, нгх, сонбэ, ох... ты слишком глубоко. Мне больно.

— Я хочу проникнуть глубоко внутрь тебя. Давай глубже, Юншин, хорошо?— Ты не можешь проникнуть глубже, мне не... нравится... я не... я не знаю...— Скажи, что я могу.

«Ты сделаешь это, даже если я скажу, что ты не можешь!» — подумал Юншин. Вместо того, чтобы произнести это вслух, он выдохнул:

— Сделай это... сделай это медленно.

Было нелегко идти по тонкой грани между болью и удовольствием. Юншину казалось, что длинный и острый предмет вонзается ему в кишки, но, с другой стороны, его голова шла кругомот удовольствия.

Юншин почувствовал слабость, беспокоясь, что закричит. Он продолжил кусать губы, пока не смог больше этого выносить. Он схватил простыни, чтобы засунуть их в рот. Однако желание Сехона монополизировать молодого человека не допустило этого. Он взял Юншина за шею, отрывая его от тонкой ткани.— Я единственный, кто может проникнуть в твой рот прямо сейчас.

— Я думаю, что сейчас закричу в таком случае. Хнхх!

Сехон ткнул пальцем в Юншина и убедил:

— Если будет больно, укуси.

— Но тогда я сделаю тебе больно. Не хочу этого...

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 289 - Сайд-стори 2: Больше нет. Крем на торте

— Сделай мне больно. Всё в порядке, — Сехон поцеловал волосы Юншина и погладил, тем самым успокаивая его. Юншин в конце концов взял палец Сехона в рот и сильно прикусил. Почувствовав острую боль, Сехон непреднамеренно дёрнул бедрами, чтобы вернуть боль Юншину.Несмотря на то, что он знал, что Юншину будет так же больно, как и приятно, Сехон не мог остановиться. Он не мог насытиться, дразня простату. Он проник внутрь по самое основание. Блаженство разлилось по лицу Сехона.

— Нгх, мпх! Ннпх!

Каждый раз, когда член Сехона вонзался в Юншина, ягодицы парня вздрагивали. Юноша застонал, и в тот момент, когда он прикусил пальцы Сехона, молодой человек кончил. Его член, прижатый Сехоном к простыням, выплеснул молочно-белую сперму в презерватив.Юншин издал долгий, хриплый стон. Не давая Юншину насладиться послевкусием, Сехон снова вошёл в Юншина.

Чем больше Сехон толкался в Юншина, тем грубее тело молодого человека тёрлось о простыни. Каждый раз, когда бёдра старшего ударялись об его зад, пенис Сехона дёргался и поражал все точки удовольствия Юншина. Твёрдый ствол продолжал ударять по простате Юншина. Беспорядочный и распутный половой акт продолжался, по мере того как они набирали темп.

Несмотря на то, что он только что спустил напряжение, голос Юншина становился громче от возбуждения. Он почувствовал, как его зубы прокалывают кожу Сехона, но не мог остановиться.

Наконец, толстый пенис безудержно ворвался внутрь, и Сехон погрузился в наслаждение, достигнув своей кульминации. Старший мужчина крепко обнял Юншина, сжимая его в объятиях. Он навалился на Юншина всем своим весом, поцеловал его в ухо и прошептал:

— Я жестко трахнул тебя, так что ты тоже должен осчастливить меня.

— Хнн, ха, ннпх.

— Я хочу кончить, слушая, как ты произносишь это, — Сехон убрал пальцы изо рта Юншина.

— Я люблю тебя, нгх.

Несмотря на то, что он слышал эти слова постоянно, Сехону никогда не надоедало.Из ранок на пальце сочилась кровь. Он, казалось, совсем не возражал и переплел пальцы с пальцами левой руки Юншина. Другой рукой он схватил Юншина за влажные щеки, чтобы повернуть его голову, поцеловал его и кончил глубоко внутрь молодого человека.

Жидкость выплеснулась внутрь Юншина, и, почувствовав это странное ощущение, юноша рухнул первым. Затем Сехон лег сверху, располагалась на Юншине равномерно, как крем на торте, и чмокая Юншина в щеки. Он нежно двигался внутри юноши, успокаивая и смазывая стенки своей спермой.

Измученный Юншин вытянул губы, прося Сехона о поцелуе. Сехон с радостью подчинился и легко поцеловал его.

— Мне не следует привыкать к такому грязному сексу. Я захочу большей стимуляции. Это тоже отнимает много энергии.

— Ещё один раунд для большей стимуляции?

Член Сехона, всё ещё погруженный внутрь, дёрнулся.

От волнения глаза Юншина округлились.

— У нас больше нет презервативов, и по времени... Ты кончил внутрь, так что мне нужно передохнуть полдня.

— Вот почему двух никогда не было достаточно.

Юншин мгновение пристально смотрел на мужчину позади себя, а затем нерешительно сказал:

— Старший адвокат, я...

Юншин чего-то хотел, но он не хотел тратить на это желание. Если бы всё было как обычно, он мог бы спокойно обратиться с этими просьбами, но поскольку они были условными, ему было грустно, что он не мог попросить. Юншин замолчал, и Сехон великодушно отступил на шаг, зная, чего хочет Юншин.

— Тогда я сегодня уйду с работы пораньше. С таким же успехом я мог бы научить молодого господина считать, пока я здесь.

Юншин, похоже, был не против этой идеи, но голос его смягчился.

— Вымой и меня, пожалуйста.

Вместо того, чтобы ответить словами, Сехон поцеловал его. Юншин легонько ткнул другого мужчину локтем и расхохотался.

Действие 2

На первый взгляд документы представляли собой беспорядочную кучу, но в хаосе был свой порядок.

Юншин пошарил на своем захламлённом столе и нашёл именно то, что искал – толстую пачку бумаг. Он зажал телефон между ухом и плечом и ответил:

— Значит, в прошлый понедельник стукнуло уже три года?

— Да, прошло три года, — другой человек на линии был выдающимся лектором в известной языковой школе в центре города, в районе Чонногу. Не так давно он позвонил, потому что прошло три года с тех пор, как его жена покинула их дом.

Однажды супруга оставила записку, в которой просила не искать её, и он полностью потерял с ней контакт, но из-за своей репутации и известности он не мог искать её открыто. С тех пор прошло много времени.

Юншин слышал имя этого лектора, когда был студентом университета – вот насколько был знаменит этот человек. Он был очень образованный, и ему было что терять. Он был в том положении, когда беспокоился, что его положение резко упадёт из-за злонамеренных слухов, поэтому он пассивно подходил к этому вопросу. Юншин мог понять это беспокойство.

Однако чего он не мог понять, так это столь пренебрежительного отношения. Человек, прервавший контакт, не был другом или коллегой – это была его супруга, которой он обещал быть рядом в хорошие времена и плохие. Было много способов, которыми он мог бы попытаться найти ее тайно, но должна была быть какая-то причина для того, чтобы оставить всё как есть и не искать так долго.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 290 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жизненный статус

Сказанное мужчиной далее подтвердило это.

— Кажется, в прочитанном мной говорилось о трёх годах. Если жизненный статус супруга не определён в течение трёх лет и более, возможно пройти процедуру развода. Как раз поэтому я связался с вами, адвокат До, вы известны как хороший специалист в этой области.

Юншин не мог сказать, что был экспертом в суждениях о характерах людей, но из-за того, что он каждый день встречал разных по типу клиентов, юноша мог достаточно хорошо оценивать людей.

Скорее всего, этот мужчина подумывал о разводе с момента, как его жена ушла из дома. Более того, вероятно, именно этот мужчина и являлся первопричиной побега его супруги.

Брать только невиновных клиентов было роскошью, практически недостижимой в Догук. Юншин не был так уж воодушевлён, но обвёл часть бланка, указав, что возьмётся за дело.

— Вы правы. В законе предусмотрены три года. Это говорится в статье 840 пункта 5 Гражданского кодекса.

— Случаем, если я не могу связаться с ней в течение более длительного времени, найдётся закон, чтобы аннулировать брак?

— Пока она не скончалась, в наших законах нет ничего, что бы это предписывало. Поскольку это обещание, данное вами в соответствии с устройством нашей страны, если вы хотите аннулировать брак, вам придётся пройти через судебный процесс.

— Что если я не могу её найти, но знаю, что она жива? Что будет в этом случае?

Перелистывая страницу, Юншин замер на середине. Всё из-за того, что он увидел, как Сехон возвращался в свой кабинет после встречи.

Секретарь Так открыл старшему адвокату дверь. Видя, как они продолжают разговор, вероятно, секретарь Так информировал Сехона о полученных звонках или важных вопросах. После того как Сехон дал ему указания, он его отослал и вошёл в свой кабинет.

Стремясь рассмотреть старшего мужчину повнимательнее, Юншин слегка привстал. Он сел на свой стол, желая, чтобы Сехон посмотрел в его сторону. Наконец старший адвокат обернулся и встретился с юношей глазами. Его взгляд был прикован к Юншину.

Оживившись, юноша помахал рукой. Однако Сехон опустил жалюзи.

Ламели жалюзи громко застучали. Юншин почти мог слышать это в своём кабинете.

«Боже, какой же у тебя тяжёлый характер».

Проблема заключалась в том, что Юншин находил бессердечность Сехона настолько милой, что это было невыносимо.

«Он так мне нравится, чёрт возьми», — подумал Юншин и спокойно ответил мужчине на линии.

— Вы спрашиваете, о ситуации, когда вы не знаете точно её местонахождения, но у вас есть доказательства, что она жива? Хм, тогда развод по данной причине неприменим. Возможно, вам придётся подать в суд по причине злонамеренного оставления.

— Вы столь однозначно выразились по этому вопросу. Таким образом, по вашему мнению, адвокат До Юншин, могу ли я начать судебный процесс даже без моей жены? Поскольку я не знаю, где она.

Когда Юншин услышал своё имя и комментарий с просьбой о разъяснении, он понял, что этот человек записывает их разговор. Если это и было проблемой, то только в том, что мужчина может обвинить адвоката. Или он мог записывать аудио, чтобы даже в случае если он узнает, где его жена, он мог бы найти выход.

Юноша несколько раз встречался клиентами, как этот человек, поэтому у него выработалась определённая тактика и иммунитет.

Юншин нахмурился, после чего многозначительно ответил, лаконично, но безобидным тоном:

— Да. Поскольку вручить извещение может быть проблематичным и мы не можем гарантировать явку противоположной стороны, нам нужно доказать что её жизнь и смерть были не определены в течение трёх лет. В подобной ситуации секретарь суда будет действовать путём публикации, и суд обычно протекает в отсутствие супруга и решение выносится заочно.

Неспособность определить жизненный статус супруга будет доказательством того, что этот супруг был не способен поддерживать отношения, а это считается существенной причиной для развода. Даже если бы супруг появился снова и выступал против развода, восстановить брак не выйдет. Оставшийся супруг должен удовлетворить строгие требования к доказательствам, чтобы показать, что было проблематично подтвердить жизнь или смерть супруга..

— Тогда что мне нужно сделать? Я распечатал выписку по её кредитной карте.

Этот клиент уже заранее подготовил доказательства.

— Один из наших административных сотрудников пришлёт вам список. Я бы хотел, чтобы вы собрали всю информацию, которую можете нам предоставить по этому списку и прислали её мне к следующей неделе. После того как я ознакомлюсь с материалами, снова свяжусь с вами. Предлагаю назначить официальную встречу в нашем офисе.

— Спасибо, оставлю это на ваше попечение.

— Конечно. Берегите себя.

После того как звонок был завершён, Юншин посмотрел на потемневший экран и вздохнул.

Иногда ему приходилось совершать не самые честные поступки. У него не было веских причин отказываться от этого дела. Не то чтобы клиент был особенно плохим человеком. И всё же, каждый раз, когда он брал дела, оставляющие у него неприятный осадок, он чувствовал себя немного подавленным.

Он покачал головой и встал, взяв документ, который обвёл.

Когда он направлялся к секретариату, офис-менеджер встала, чтобы узнать, что нужно Юншину.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 291 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жизненный статус

— Ох, вам не нужно вставать.

Юншин подошёл к перегородкам между столами и передал документы.

— Этот человек. Не могли бы вы отправить ему руководство по сбору информации? Дайте мне знать, когда он ответит.

— Пропавшая супруга... Хух, собираетесь первым делом взяться за него? Я дала вам несколько дел, которые, по моему мнению, заинтересовали бы вас больше. Есть дело о домашнем насилии и несколько других срочных случаев. Вы их не будете делать?

— Он достаточно известен, поэтому руководитель группы посоветовал мне взяться за него первым. Остальные я сделаю сразу после.

— А, руководитель группы по семейному праву. Иногда мне кажется, что не слишком ли он восприимчив к славе и репутации. Такое ощущение, что в последнее время вы только такими делами и занимаетесь.

— Я знаю, ладно?

— Как бы то ни было, я поняла.

Административный персонал теперь лучше знал предпочтения Юншина и приносил ему дела, которые, скорее всего, ему понравятся. Но если поступали указания сверху, нужно было отодвинуть те дела в сторону.

Юноша поблагодарил офис-менеджера за её заботу, затем оглянулся по сторонам, прежде чем подойти к кабинету Сехона настолько буднично, насколько было возможно. Когда он постучал, услышал ответ низким голосом.

Он открыл дверь, просунул голову в щель и уставился на Сехона, погружённого в чтение своих документов.

Когда посетитель не вошёл спустя несколько секунд и он лишь чувствовал как бдительные глаза внимательно наблюдают за ним, Сехон поднял голову и посмотрел на Юншина. «Я знал, что это ты», — читалось в его холодных глазах.

Кажется, это означало, что юноша был единственным, кто мог вот так открыть дверь в кабинет старшего адвоката и тратить его время таким образом. Молодой адвокат не прогнулся под молчаливой критикой и выпятил губы. Удивлённый Сехон посмотрел на молодого человека, после чего снова перевёл взгляд на стол.

Будучи уже единожды отвергнутым посредством жалюзи Юншин расстроился. Не желая проигрывать, он закрыл глаза, выпрашивая поцелуй. Он не мог видеть дальше своих век, но был уверен, что Сехон взглянул в его сторону хотя бы раз.

И, как он и рассчитывал, Сехон бросил ручку. Юноша подглядел из-под век.

Старший адвокат откинулся на спинку стула и высокомерно посмотрел на Юншина.

— Хватит валять дурака и входи. Закрой дверь за собой.

Упиваясь своей победой, Юншин вошёл, закрыв за собой дверь. Он подошёл к Сехону, однако тот не прикоснулся к нему, читая наперёд уловки юноши.

— Что ты хочешь сказать? Может, ты уже в курсе, но будь кратким, ключевые моменты и только.

— Раз ты сказал мне войти, то должен везде ко мне лезть.

— Я безумно этого хочу, но не сейчас. Я буду твоим партнёром по играм через два часа. Какое у тебя дело?

— Ты очень занят? Я думал, на этой неделе будешь посвободнее.

— Я в целом в порядке. Посреди недели произошло кое-что срочное.

С учётом его плотного графика молодой человек знал, что Сехон был максимально терпим к прерываниям от Юншина. Юноша понял, что время выбрал неподходящее.

Теперь, когда они были в разных командах, у Сехона могли возникнуть проблемы и ему было нужно время, чтобы их решить, но Юншин не узнавал об этом в тот же момент. Следовательно, подобное происходило время от времени. Почувствовав беспокойство, Юншин рассказал о причине своего визита:

— Сегодня я воспользуюсь своим первым желанием. Давай вечером вместе уйдём с работы.

Сехон скрестил руки и его бровь слегка сдвинулась.

— Это предпосылка к саморазмножающимся желаниям? Мне нужна некоторая психологическая подготовка, прежде чем меня разденут и съедят.

Из-за того, что в прошлый раз он нарушил правило первого желания, у Юншина снова стало три желания. Было вполне естественно, что джин из лампы хотел знать, будут ли они продолжать множиться.

— Нет, с этого момента я воспользуюсь только тремя.

От неожиданного ответа брови Сехона выгнулись.

— Жульничество делает жизнь проще, ты же знаешь это, верно?

— Раз уж у меня есть совесть... Точнее, когда я размышлял об этом, ты всегда был слишком щедрым ко мне. Думаю, я действительно глупый. Я знаю, что это так, но забываю. Каждая секунда бесценна, но ты сдерживаешься, ведь так?

— Так и есть.

— Прости.

— Почему ты думаешь, что я сдерживаюсь?

— Ну... потому что ты слишком сильно меня любишь?

— ...

— Не думаю, что молчание в такой момент как-то поможет тебе в жизни.

— Конечно это так. Даже если ты глупый, не забывай об этом.

Казалось, что Сехон действительно хотел, чтобы Юншин знал, что его холодное отношение сейчас было вызвано не тем, что юноша его побеспокоил.

Подобные слова заставляли сердце Юншина трепетать. Обычно его настроение резко не менялось, но Сехону с лёгкостью удалось это сделать. В некоторых случаях, ему не было необходимости говорить это прямо. Его окольные пути выражения и пассивное согласие, ссылаясь на слова Юншина, были трудными признаниями для старшего адвоката, как для человека, который никогда не любил. Поэтому каждое сказанное Сехоном слово было для юноши драгоценно.

Юншин улыбнулся, почувствовав себя на вершине мира.

— Я люблю тебя гораздо сильнее. Я прекращу мешать и пойду. Продолжай работать. Увидимся позже.

С каждой секундой ему хотелось отсрочить свой уход, поэтому он спешно отвернулся от Сехона. Однако старший адвокат позвал его:

— Юншин.

— Тебе нужно что-то? Я передам офис-менеджеру, когда буду уходить.

— Ты ничего не забыл?

Юншин выглядел так, словно был без понятия, поэтому Сехон дал ему прямой намёк. Он поманил юношу и постучал по губам длинным указательным пальцем.

«Ой»

Поняв с опозданием, Юншин подошёл к Сехону. Он взял старшего мужчину за его бледные щёки и отпечатал на губах своё право собственности. Нависая в непосредственной близости, он провёл языком по губам Сехона, после чего уважительно поклонился.

Как свидетельство того, что он больше не собирается отвлекать своего старшего коллегу, Юншин развернулся и ушёл. Оставшись позади, Сехон молча наблюдал из своего кабинета.

Как только дверь закрылась, Сехон взял свою перьевую ручку, только чтобы бросить её снова. Он безучастно взглянул на неё и взволновано потёр лицо.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 292 - Сайд-стори 2: Больше нет. Выиграл – проиграл

Юншин уже ушёл, но Сехон всё ещё мог видеть, как молодой человек просунул голову в слегка приоткрытую дверь, зажмурив глаза. Горло Сехона настолько пересохло, что зачесалось. Он провёл пальцем по тому месту, где слегка прижались к его губам, и просунул этот палец между своими губами.

Он уже собирался погрузить палец глубже, но остановил себя.

– Я не в своём уме, – недовольный собой, он покачал головой.

* * *

Юншин тщательно обдумал все варианты.

Честно говоря, Сехон прислушивался к большинству просьб Юншина, за исключением некоторых вещей, которые он отказывался делать, несмотря ни на что.

Например, Сехон отказался рассказать Игён об их отношениях, объединить дома путём переезда, несмотря на неудобства, связанные с переходом из одной квартиры в другую, или сделать парные кольца. Юншин решил, что это его шанс добиться выполнения некоторых просьб в мире скрытых ловушек Сехона.

Пока он размышлял об этом, на ум пришло одно место.

Юншин решил, что это оно.

Таким образом, в настоящее время они сидели на парковке супермаркета, стилизованного под склад, недалеко от их дома.

Сехон выглянул наружу и крепко сжал руль, не веря своим глазам. Как и следовало ожидать, он отверг эту идею:

– Нет.

Юншин предвидел это.

Расстегнув ремень безопасности, юноша беспечно ответил:

– Это моё желание. Теперь ты не можешь взять свои слова обратно. Я выбрал что-то мягкое по моим меркам.

– Твоё желание совсем не мягкое. Для меня это как запёкшаяся кровь, понимаешь?

– Когда ты готов сделать всё, кроме настолько незначительных вещей, как эта, мне хочется сделать это ещё сильнее. Ты всегда говоришь своим клиентам, чтобы они переступали через себя, но почему сам этого не делаешь?

– Это не... зачем двум взрослым мужчинам таскать тележку, чтобы купить товары для дома? Начнём с того, что я никогда не был в таком супермаркете, как этот. Выбери что-нибудь другое.

По какой-то причине Юншину показалось, что Сехон держит другой ответ при себе, поэтому он спросил:

– У тебя есть что-то на уме, вне зависимости от того, чего хочу я, верно?

– Я положил глаз на кое-какую недвижимость. Сначала я собирался купить её под чужим именем, а затем перевести на другое вымышленное имя. Прежде чем ты поднимешь шум, что это лазейка или это незаконно, я собираюсь заплатить все налоги, которые мне укажет Национальная налоговая служба.

Недвижимость, на которую он положил глаз?

Юншин зацепился за эти ключевые слова, и его глаза заблестели. Его заполнили ожидания, что Сехон собирается предложить им переехать из резиденции компании и жить вместе. Резиденции находились рядом с фирмой и содержались в хорошем состоянии, но недостатком являлось то, что мужчинам приходилось следить за каждым своим движением и словом на публике.

Даже просто взглянув на лицо Юншина, Сехон смог понять, что происходит. Далее он пояснил:

– Это для инвестиционных целей. Попробуй сделать что-нибудь своё. Среди своих сверстников Юншин зарабатывал намного выше среднего. Конечно, он не мог сравниться с Сехоном, но действия мужчины не были вызваны их разницей в доходах.

Не так давно сестра Юншина обменяла его вторую машину на новую. Он пользовался ею довольно долго, и на его день рождения, Игён поменяла её. Сехон, казалось, был не слишком доволен этим, так что, возможно, сейчас его одолевали те же мысли.

Ему не нравилось, когда Игён оказывала материальное влияние на Юншина, который был «его».

– Забудь об этом, как насчет того, чтобы просто жить вместе со мной?

– Я практически уже это и делаю.

– С нашими квартирами всё по-другому. Эй, мы взрослые мужчины, раздеваемся догола, опускаемся на кровать и занимаемся непристойностями, так что плохого в том, чтобы жить вместе? Неважно, давай сходим за продуктами. Таково моё желание. Это не подлежит обсуждению.

– Юн...

– Я выиграл, ты проиграл. Выходи.

Сехон попытался окликнуть молодого человека по имени, прежде чем Юншин прервал его. Отвергая дальнейшее сопротивление, юноша первым вышел из машины. Испытывая внутреннее противоречие, Сехон прикусил нижнюю губу и неохотно вышел.

Юншин вытащил тележку из ряда таких же, стоящих в углу автостоянки на цокольном этаже, а затем помахал Сехону. Чувствуя себя несколько неуверенно, мужчина подошёл и погладил подбородок с серьёзным выражением на лице.

– Если ты планируешь превратить меня в домохозяина, попробуй другой метод.

– Не волнуйся, профессия юриста подходит тебе гораздо больше.

– Тогда, как насчёт того, чтобы оставить меня в покое, чтобы я мог нанять работника для выполнения домашних обязанностей?

Нанятая Сехоном домработница покупала только определённые бренды в продуктовых магазинах высокого класса или универмагах. Кроме названия брендов, она не получала никаких других инструкций от своего богатого работодателя, который умел приумножать своё состояние.

Юншин понял, если бы Сехону не нравилось покупать товары массового производства в супермаркетах складского типа, но это было не так. Когда Юншин покупал товары в ближайшем продуктовом магазине или мини-маркете, Сехон пользовался ими без жалоб.

Другими словами, этот человек был совершенно не заинтересован в сфере основных бытовых товаров.

– Просто подумай, что мы пробуем это, пока у нас есть шанс.

– Ты недоволен тем, что у тебя чрезвычайно успешный любовник? Не думаешь, что этому следует радоваться?

– Как думаешь, почему существует поговорка: «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным»? Это значит, что я не единственный, кто так себя ведёт. Вот, толкни это, – Юншин передал тележку Сехону. Старший мужчина неловко посмотрел на то, к чему прикасалось множество незнакомцев, а затем двинулся вперед, сдаваясь.

– То, что ты делаешь... Двигайся, – Сехон толкнул тележку, идя впереди Юншина. Молодой человек погнался за ним, ухмыляясь про себя.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 293 - Сайд-стори 2: Больше нет. Выиграл – проиграл

Юншин спросил:

– Почему тебе так не нравится эта идея? Это навевает неприятные воспоминания? Ты сказал, что никогда не был в подобном магазине.

– Я нахожу такую мирную обстановку тревожной.

Это было очень характерно для Сехона, но в то же время было и неожиданным.

– Потому что ты занят, а все остальные выглядят расслабленными?

– Скорее из-за того, что я думаю, что начну понимать, каково это беспокоиться о том, что приготовить завтра на обед, закончился ли у нас шампунь, какой стиральный порошок лучше всего отстирывает одежду или сколько коробок салфеток у нас осталось. Это слишком... – Сехон не смог закончить, его разум был занят мыслями. Однако Юншину казалось, что он понял то, что Сехон оставил недосказанным. Он, должно быть, чувствовал, что это было не то место, которому он, день за днем сражавшийся за выживание, принадлежал.

– Если это и есть счастье, то это означало бы, что я прожил всю свою жизнь в страданиях, – в конце концов сказал Сехон.

– …

– Вот почему мне не нравится, когда другие выглядят слишком счастливыми без причины.

Если бы Сехон не презирал эту идею, вместо того, чтобы просто чувствовать себя неуютно и непривычно или бояться, что привыкнет к этому чувству, Юншин мог бы научить его этим вещам по очереди, начиная с сегодняшнего дня. Он сожалел, что не настоял и не привёл Сехона раньше. Он переплёл свои пальцы с пальцами Сехона.

Было поздно, почти время закрытия, так что в магазине было не многолюдно. Юншин огляделся и, прежде чем встать на эскалатор, воспользовался слепой зоной и поцеловал Сехона в щеку.

– Знаешь ли ты, что Вольтер сказал, что он станет счастливым? А почему? Потому что это было бы полезно для его здоровья. Ой, плохие новости, Кан Сехон. Ты будешь здоровым и сильным. Несмотря на то, что ты уже монстр по выносливости...

Сехон одарил Юншина взглядом, который ясно говорил: «Какого черта?», а затем ухмыльнулся, повернув лицо в другую сторону, чтобы Юншин получил доступ к другой щеке. Юншин снова огляделся и поцеловал другую сторону, и, чтобы подвести итог, Сехон завершил последовательность поцелуем в губы.

Мужчина догадывался о маленьких хотелках, которые сопровождали желание Юншина ходить по магазинам вместе.

Юноша всегда хотел заниматься вещами подобного рода. Его щеки уже раскраснелись от предвкушения, и прежде чем краснота спала, Юншин достал свой телефон и запрыгнул на эскалатор. Сехон последовал за ним, и, прижавшись лбами друг к другу, они посмотрели на экран.

– Сонбэ, посмотри на это – наш список покупок на сегодня. Вещи, которых у нас сейчас нет дома.

Сехон внимательно прочитал список.

В списке было следующее:

- молоко, проверив срок годности;

- безалкогольные напитки для старшего адвоката, изучив состав;

- низкокалорийное масло;

- сыр чеддер;

- хлопья с гранолой.

Сехон спокойно прочитал список, а затем нахмурился. Судя по его реакции, Юншин понял, насколько далеко он продвинулся в списке. Юноша ухватился за раму тележки на противоположном конце и смущённо улыбнулся.

– А это возможно?

Вместо ответа на вопрос, Сехон грубым тоном зачитал то, что Юншин написал в списке:

– Старший адвокат должен остановить меня, если я куплю выпивку.

– Мы не можем?

– Если старший адвокат выберет фрукт, скажи ему, что он несвежий.

– Я вполне уверен, что смогу это сделать.

– Когда я сравниваю цены на шампунь «купи один – получи один в подарок» и кладу его в корзину, старший адвокат должен поменять продукты, потому что его выбор пахнет приятнее. Старший адвокат должен предложить поднять пакет с рисом в тележку, потому что он тяжелый… Я больше не могу это читать.

Сехон вернул телефон Юншину, хлопнув им по рукам, не в силах продолжать дальше. Этого было недостаточно, чтобы облегчить его шок, и он толкнул тележку животом. Юншина толкнули, беспомощного, как шарнирную куклу, и как только они сошли с эскалатора, он уставился на Сехона.

– Тебе не кажется, что ты пользуешься тем, что я мужчина?

– И всё же, зачем тебе так отступать? Сопротивляйся. Ты сейчас споткнёшься. Иди сюда.

Как будто Сехон только что не толкнул его, и когда Юншин сделал шаг назад и потерял равновесие, Сехон протянул руку, чтобы юноша схватил её. Уставившись на аккуратно подстриженные ногти на красивых руках другого, Юншин схватил его за руку и встал рядом. Юншин почувствовал, что его сердце колотится так сильно, что вот-вот разорвётся.

Кто бы мог подумать, что он услышит, как Кан Сехон обращается с кем-то как с ребенком и говорит что-то вроде «Ты споткнёшься. Иди сюда».

В такие моменты Юншину особенно нравилось встречаться с Сехоном. Когда он думал, что знает возлюбленного достаточно хорошо, тот раскрывал ещё один факт напоминая, что к партнёру относятся по-особому.

Возможно, из-за того, что люди узнавали Сехона или просто интересовались его привлекательной внешностью, они продолжали поглядывать на них двоих. Сехон небрежно обнял Юншина за плечи, а другой толкнул тележку.

Он прошептал в ухо Юншина:

– Какова наша концепция? Молодожены?

Как всегда, Юншин с готовностью признался:

– Конечно. Но люди пялятся, хотя мы специально проделали весь этот путь именно сюда. Как ты думаешь, они тебя узнают?

– Мы ничего не можем с этим поделать. Это высокий риск и высокая отдача. О, отдел с фруктами вон там.

Избегая взглядов других, Юншин подошёл к полке с фруктами и положил пакет с вишнями в тележку. Затем он взглянул на Сехона. Тот наблюдал за Юншином, задумчиво выбирающим фрукты.

Домработница регулярно наполняла холодильник, так что Юншину никогда не приходилось задумываться о продуктах. У него было смутное представление о том, как выглядят хорошие фрукты, но он не мог точно отличить хорошие от плохих. Он притворился, что внимательно выбирает фрукты, но Сехон бросил на него понимающий взгляд.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 294 - Сайд-стори 2: Больше нет. Хочу выйти за тебя

— До Юншин, ты ведь понятия не имеешь, как выбирать фрукты, не так ли?

— Эти свежие и сладкие.

— Уверен?

— Они... может, не свежие, но я уверен, что они будут приятными на вкус.

Юншин держал яблоко в полиэтиленовой упаковке, красное, но слегка помятое и мягкое, и Сехон вздохнул. Старший мужчина взял яблоко с золотистой нижней стороной и глубоко посаженной ножкой. Также он проверил твёрдость, прежде чем заменить им выбранное Юншином яблоко.

— Если собираешься писать сценарий, не следует ли тебе предварительно провести соответствующее исследование?

Юншин резко взял яблоко, которое выбрал сам, и возразил:

— А что если я сделал правильный выбор? Может быть, ты совершаешь большую ошибку.

— Я не совершаю ошибок. Положи на место.

— Хорошо...

Категорично покачав головой, Сехон направился к овощному отделу. Юншин смущённо положил яблоко обратно на полку и последовал за старшим. Теперь, когда он подумал об этом, их роли поменялись, но они по-прежнему следовали списку покупок юноши. Радостный Юншин прильнул к партнёру и изобразил милашку. Сехон усмехнулся.

Вдвоём они выбрали зелень для салата и несколько заправок. Каждый выбор Сехона соответствовал тому, что обычно нравилось Юншину. Выбор юноши же был полной противоположностью. Было интересно наблюдать, что они оба знали вкусы и предпочтения друг друга. А ещё ему было приятно видеть, насколько внимателен к нему Сехон.

Пока они закупались, обнаружили, что Юншин был на удивление неуклюжим, в то время как Сехон был довольно компетентным.

Пока юноша просматривал отзывы потребителей о брендах, которые никогда раньше не видел, старший адвокат сравнивал информацию о пищевой ценности. Они выбрали крупы, мясо и замороженные продукты, в два счёта заполнив тележку.

— Теперь пойдём наверх, — сказал Юншин.

— Здесь ты взял всё, что тебе нужно?

— Да. У нас заканчивается шампунь. Ещё нам нужно заглянуть в молочный отдел.

Пока они поднимались по эскалатору, Сехон притянул к себе руку Юншина. На соседнем эскалаторе спускались несколько человек, но старший мужчина смело взял партнёра за руку. Юншин был насторожен, боясь, что их заметят, и его рука вздрогнула. Сехон сжал руку сильнее, после чего сплёл их пальцы между собой. Юноша отвернул голову к стене, его лицо было красным как помидор.

Они добрались до отдела с шампунями и другими средствами гигиены, и, в отличие от нижнего этажа, их носы защекотал приятный аромат. Юншин тщательно понюхал каждый шампунь. Сехона он тоже заставил их понюхать, взяв в каждую из рук по бутылке со справедливой ценой.

— Этот я использую обычно, — Юншин заставил старшего адвоката послушать аромат фиолетового флакона, затем продемонстрировал небесно-голубой флакон, находящийся в другой руке.

— Но в этот раз я подумываю попробовать этот. Как тебе? Ты тоже будешь его использовать, поэтому я прислушаюсь к твоему мнению.

Второй шампунь Сехон тоже понюхал, но промолчал. Он лишь уставился на Юншина. Недоумевающий юноша резко наклонил голову.

— Это из-за того, что это не та дорогая марка, которую ты обычно используешь? Я покупаю это к себе домой, так как насчёт того, чтобы просто согласиться на один из них?

Губы Сехона были всё также сжаты, он без предупреждения схватил прядь волос Юншина. Он наклонил голову юноши, чтобы вдохнуть аромат, и их тела сами собой прижались друг к другу. Юншин быстро огляделся на предмет наличия прохожих, и пока Сехон вдыхал его запах, молодой человек поцеловал длинную шею партнёра и спросил:

— Что это так внезапно?

Сехон всё ещё не сказал ни слова, когда провёл рукой за головой у Юншина. Затем он открыл крышку бежевой бутылки и поднёс её к носу юноши. Это был один из шампуней, которые Юншин заставил Сехона понюхать, со свежими и приглушёнными нотками.

Старший адвокат забрал фиолетовую и синюю бутылки из рук юноши и поставил их обратно на свои места, бросив вместо них выбранную бутылку в тележку.

— Ароматы вроде этого тебе идут больше.

Неминуемо Юншин вспомнил написанный им список покупок.

«Старший адвокат должен поменять продукты, потому что его выбор пахнет приятнее.»

Улыбка, ещё более приятная, чем аромат шампуня, расцвела на лице Юншина. Затем она поблекла, как разлетающиеся лепестки. Не зная причины внезапной смены настроения, Сехон спросил слегка хриплым голосом:

— Что не так... Ты хотел обсудить наш концепт ещё раз?

— Нет, мне очень нравится. Это мне действительно очень нравится.

— К слову, этот аромат тебе действительно больше идёт.

— С этого момента я буду пользоваться только этим шампунем.

Сехон был слишком ласковым, но добр он был только к Юншину, и юноша был единственным, кто знал об этом.

Юншину очень это нравилось.

Поток эмоций захлестнул его, ввергнув в смятение.

Юншин желал Сехона более юридически обязывающим и явным образом. Он хотел, чтобы все вокруг знали, что Кан Сехон принадлежит ему и что по отношению к нему Сехон был таким щедрым и добрым человеком. Вместо того, чтобы целоваться за спинами людей, после того как пройдёт толпа, ему хотелось идти, держась за руки и обнимая друг друга за талию, невзирая на взгляды.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 295 - Сайд-стори 2: Больше нет. Хочу выйти за тебя

Когда между возлюбленными расцветала любовь, вполне естественно, что они представляли совместное будущее. Юншин постоянно держал в уме что-то вроде помолвки или брака. Но он также прекрасно осознавал, что этому никогда не стать реальностью.

Из-за этого он считал брак лишь счастливой фантазией, которая служила легкомысленной темой для разговоров между ними двумя, ещё больше сплочающая их отношения. Но внезапно из глубины души вырвалась невыносимая тревога, говоря юноше, что ему крайне необходимо заполучить Сехона себе.

Юншин сглотнул и потащил старшего адвоката в молочный отдел, пытаясь стереть уныние со своего лица.

— Я хочу иногда ходить с тобой за продуктами, — внезапно сказал Юншин, и Сехон перестал выбирать масло.

Теперь, когда он попробовал это, должно быть, подумал, что это не так уж и плохо, потому что Кан Сехон кивнул в ответ:

— Конечно, давай.

— А что насчёт тебя? Есть ли что-то, что ты хотел бы сделать? Я могу выслушать всё, так почему бы тебе не рассказать об этом?

Сехон никогда бы не отказал независимо от того, что захотел бы сделать Юншин. На словах он мог сказать «нет», но в глубине души ему редко не нравилось, и даже если он искренне выступал против, когда доходило до дела, он уступал юноше.

Равно как в сегодняшней ситуации.

Юншин мог бы делать то же самое для Сехона, но по какой-то причине старший адвокат отказывался говорить о своих желаниях. Это было похоже на последний сантиметр дистанции, оставленной Сехоном между ними, и юноше хотелось с этим покончить.

Почувствовав, что Юншин немного не в себе, Сехон положил товар, который держал в руках, и встретился глазами с юношей.

— У тебя в голове слишком много мыслей.

— Забавно, что это мне говоришь ты.

— Ты уже исполняешь всё, что я хочу, и...

С тележкой, находящейся между ними, Сехон посмотрел на Юншина. Затем он легко погладил розовые щёки юноши. Неудовлетворённая привязанность исчезла под его тёплыми прикосновениями.

— Не знаю. Думаю, я действительно хочу выйти за тебя.

Сехон, будто заглянув в голову юноши, сказал ему то, что тот по-настоящему хотел услышать. В результате Юншин замер, парализованный от ног до шеи.

Кан Сехон любил Юншина всем сердцем и часто давал молодому человеку знать об этом, но услышать это напрямую, выраженное словами, было на ином уровне. Юншин был так очарован, что оцепенел.

Он был так счастлив, что хотел поделиться этим со всеми.

Возможно, из-за того, что это походило на мираж.

— Помнишь, как сказал, что скептически относишься к этой системе?

— Да знаю я, ясно? Я не думаю, что нам стоит часто сюда приходить. Давай ограничимся разом в два месяца.

Сехон небрежно выбрал масло, сыр чеддер и молоко, как попало бросил их в тележку, а затем потянул Юншина за запястье. После чего он заставил юношу держаться за тележку и подтолкнул его сзади. Они снова начали ходить вокруг.

Пока они двигались в сторону отдела хлопьев, мозг Юншина был наполнен Кан Сехоном. Юноша всегда в шутку поднимал эти темы, и это был первый раз, когда Сехон сам добровольно затронул этот вопрос. Это был день, который стоить помнить.

Может ли он сковать этого мужчину ещё немного?

В более физическом плане...

Конечно, пока они жили в Корее, двое мужчин не могли устроить грандиозную церемонию в честь их отношений. Именно поэтому Юншин предложил обручальные кольца, как милый способ связать друг друга. Он вспомнил, что Сехон категорически отказался, сказав, что ему неудобно.

Если бы Сехон однажды появился в компании с кольцом, ясно как день, что он будет скован злонамеренными слухами и замечаниями среди юристов, что он наконец женился на Игён. Другие могли бы сказать, что он нашёл другую женщину, чтобы пользоваться ей, поэтому Юншин не мог беспокоить его по этому поводу. Он понимал, что эта идея обречена на провал.

Но если бы Сехон тоже захотел этого, разве бы это не изменило ситуацию?

— Эм, старший, нет, Сехон-сонбэ, — сказал Юншин с серьёзным лицом, остановившись напротив рамёна, удона и других продуктов быстрого приготовления. Сехон невозмутимо повернулся, ожидая от юноши продолжения.

Юншин сделал несколько глубоких вдохов, и когда собирался озвучить свои мысли, он обнаружил за головой Сехона ряд лапши и вздрогнул.

Это было наименее романтичное место для того, чтобы поднять эту тему.

— Продолжай, — настоятельно призвал его Сехон.

— ...Что? О, т-ты раньше пробовал р-рамён?

Сехон уставился на Юншина, а затем вполне нормально ответил на этот нелепый вопрос:

— Пробовал, но не думаю, что буду есть его в будущем. Если хочешь, просто купи себе.

Юншин чувствовал упадок духа, разочарование в себе, а затем поднял голову.

— Погоди, почему? Это удобный продукт нашей цивилизации... Господин Кан Сехон, вы упускаете одно из величайших удовольствий в жизни.

— Я ненавистник еды быстрого приготовления. Подобные вещи – изобретения человеческой лени.

— Теперь, если продолжишь так себя вести, поставишь себя в неудобное положение.

— Что за неудобное положение? Я уже и так веду себя как простой обыватель. Я могу получить хоть одну поблажку?

— Мне хочется поиздеваться над тобой, потому что твоя придирчивость к еде — так мило.

Сехон нахмурился, абсолютно не в силах понять.

— Люди обычно называют это придирчивостью к еде? Выражаясь научно.

— Как бы то ни было. В жизни иногда нужно быть чуточку ленивее.

Юншин бросил пачку лапши быстрого приготовления в тележку перед лицом Сехона и пожал плечами. Старший адвокат, похоже, отказался от сопротивления в этой игре в семью.

— Конечно, дурачься сколько душе угодно. Если ты не знаешь, каковы последствия, тогда продолжай валять дурака и учись на своём теле.

Затем, когда пожилая пара прошла мимо и появился пробел в наблюдении, Сехон прижал Юншина к полкам и поцеловал в лоб. После чего, как ни в чём не бывало, толкнул тележку дальше.

Наблюдая, как элегантная фигура уходит, Юншин посмотрел на одинокое кольцо на своём безымянном пальце. Он усмехнулся про себя и поспешил за старшим мужчиной.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 296 - Сайд-стори 2: Больше нет. Свадебные планы

Действие 3

Игён поприветствовала Юншина у входной двери. Из-за её спины выскочил племянник, который был ростом по пояс Юншину, и обнял его. Парень поставил сумки с покупками, которые держал в руках, и поднял ребёнка, кружа его.

Когда ты скучаешь по кому-то, это не всегда вызывает грусть и ностальгию. Воссоединение же всегда оказывается более радостным, чем можно было ожидать. Словно подтверждая это, лицо Юншина засияло от радости, когда он увидел своего племянника после долгой разлуки.

– Ты становишься всё больше каждый раз, когда я тебя вижу. Скучал по мне?Невинный ребенок кивнул и крепче обнял Юншина за шею. Этим ребенком был его младший племянник, который подарил ему заколку для волос с мягкой игрушкой, заметив, что чёлка Юншина стала длиннее. Юншин взял ребенка на руки и последовал за сестрой, которая отнесла сумки в гостиную.По пути Игён тщательно осмотрела то, что принёс её младший брат. Юншин обратил на неё внимание и спросил:

– Почему здесь только один ребёнок?

– Ёндже ушёл на свои школьные занятия. Ёнджин, поцелуй дядю и иди поиграй в своей комнате.

Второй ребёнок отлепился от Юншина. Затем, как обычно, он повернулся, чтобы поцеловать Юншина в губы. Юноша с любовью посмотрел на ребенка, а затем повернул к нему левую щеку:

– Сегодня здесь.

Получив поцелуй, Юншин опустил Ёнджина на землю. Ребёнок сжал руку Игён, интересуясь, что купил дядя. Сестра, должно быть, решила, что это были вещи, подходящие для её детей, поэтому она передала несколько коробок из пакетов и помахала помощнице по дому, которая работала у них.

– Пожалуйста, уберите подарки и приготовьте чай для Юншина. Какой тебе? – спросила Игён.

Юншин сказал помощнице по дому:

– Я бы хотел лимонный чай из сиропа, который приготовила моя сестра. Не так давно она показывала мне несколько фотографий.

Помощница по дому кивнула и проводила Ёнджина в его комнату.Игён отвела Юншина в другой конец столовой. Это была открытая комната со стеклянной стеной, выходящей на реку Ханган. Лицо Игён и её поведение излучали радость от воссоединения с братом после долгой разлуки.

– Нет никакого способа связаться с тобой без предварительного звонка, верно? Такими темпами я забуду, как ты выглядишь.

– Ты же знаешь, я занят. Как вы? И ты, и дети.

Из окна виднелась река в лучах закатного солнца. Свет мерцал на поверхности воды, как драгоценные камни. Юншин застыл на мгновение, очарованный зрелищем, а затем сел на диван. Игён заняла место напротив Юншина.– Дети начинают скучать по своему отцу. Особенно Ёндже – очевидно, одноклассники в школе дразнят его и спрашивают, почему он живет отдельно от своего отца, так как этот человек иногда появляется в новостях. Я до сих пор не знаю, что им сказать. Возможно, мне следовало уехать за границу, как советовал адвокат Кан.

Старший племянник Юншина ходил в начальную школу неподалеку. Младший поступит туда в следующем году.

Игён могла бы многое сделать по-другому, учитывая её финансовый достаток, но Юншин понимал, что она долго и усердно размышляла об этом и хотела воспитать своих детей в нормальных условиях, насколько это возможно. Может быть, сейчас она сожалела о своём выборе.

Несмотря на то, что любовь, которая была для неё всем, испарилась, и она осталась одна в мире битого стекла, Игён была достаточно стойкой, чтобы преодолеть все свои испытания и невзгоды. Юншин был убит горем из-за того, что его сильная сестра чувствовала вину перед своими маленькими детьми.

– У детей, вероятно, нет никаких плохих намерений. Они всего лишь повторяют то, что говорят их родители.

– Я тоже так думаю. Они подражают тому, что слышат от взрослых. Может быть, мне стоит посетить родительское собрание в школе.

– Если ты пойдешь на собрание, они будут только больше болтать за твоей спиной.

– Ты тоже так думаешь?

– Может, мне поискать другую школу в районе получше? Или как насчет школы, в которой мы учились?

– Пока всё не настолько серьезно. Если мне действительно понадобится твоя помощь, я дам тебе знать. В любом случае хватит об этом... – лицо Игён просветлело при смене темы. Это было редкостьюе для неё, чьи чувства не слишком сильно отражались на её лице. Она уже наслаждалась этой ситуацией ещё до того, как заговорила об этом.

Юншину было любопытно, что она хотела сказать. Игён наклонилась к Юншину и спросила:

– Почему дети не могут поцеловать тебя в губы?

Юншин чувствовал, что об этом рано или поздно зайдет разговор. Он спокойно ответил:

– Дело не в том, что они не могут. Я просто хотел, чтобы сегодня меня поцеловали в щеку.

– Ложь. Ты целовался со своей девушкой перед тем, как прийти, не так ли?

Плечи Юншина напряглись, а уши покраснели. Игён попала в яблочко.

Поездка на машине от его квартиры до дома Игён заняла двадцать минут. Следовательно, по крайней мере, столько времени прошло с тех пор, как его губы в последний раз касались Сехона. Однако он не хотел, чтобы к той части тела, которая соприкасалась с Сехоном, прикасался кто-то другой, даже если этим человеком был его племянник, которого он любил так же сильно, как свою сестру.

Возможно, он становился похожим на Кан Сехона.

– И тебе не стыдно спрашивать об этом? Я думал, ты не такой человек.

– Разве это не тактика, которую использует адвокат Кан? Использовать атаку ad hominem*, если в том, что они сказали, нет ничего по существу неправильного. Я боролась с манипуляциями Сухан в прессе в течение последних нескольких лет. На мне такое не сработает.

Её оценка ситуации была настолько точной, что Юншин не смог придумать, что ещё сказать.

Юншин поджал губы. Игён усмехнулась и спросила:

– Твоя девушка милая. Она ревнует тебя к твоим племянникам?

*Ad hominem, «аргумент к человеку» – апеллировать к чувствам или предубеждениям читателя или слушателя, затрагивать личные качества, а не доводы собеседника.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 297 - Сайд-стори 2: Больше нет. Свадебные планы

Сехон ревновал не только к племянникам Юншина, но также и к его сестре, клиентам, которые задевали его, проходя мимо, коллегам по работе, которые здоровались мимоходом, и всему, чего касались руки Юншина. Сехон спрашивал, не чувствовал ли юноша когда-нибудь удушье, когда Сехон продолжал ограничивать молодого человека, но, откровенно говоря, он был в полном порядке.

– Мне это очень нравится.

– Тем не менее не теряй головы. Ты пренебрегаешь мной и детьми, потому что состоишь в отношениях, понимаешь?

В отношениях с Сехоном был один критический недостаток. Юншин не мог рассказать о том, как сильно ему нравится мужчина, никому другому. И это расстраивало. От легкого толчка сестры шлюзы в расшатаной плотине Юншина прорвались.

– Да, но я не знаю, что ещё делать. Несмотря на то, что мой партнёр равнодушен ко всему остальному, он не скрывает своей ревности. Я думаю, что моя вторая половинка действительно ненавидит всё это.

– …

– Этот человек привык заставлять людей ждать, поэтому, когда я думаю о том, что теперь будут ждать меня, я не могу не волноваться, и я ужасно хочу увидеть этого человека...

Игён скорчила странную гримасу, не зная, смеяться ей или расстраиваться из-за Юншина. Она выглядела немного ошарашенной, но в конце концов усмехнулась и ответила:

– Может быть, тебе пора жениться.

– Станет ли лучше, если я женюсь?

– Кто знает? Раз уж мы затронули эту тему, могу ли я тоже с ней увидеться? Вы два секретных агента или что-то в этом роде? Как вы могли годами тайно поддерживать отношения? Вы так привязаны друг к другу, потому что делаете всё это за спиной у всех.

Юншин сказал ей только, что они осторожно встречаются, но он скрыл все детали, так что было естественно, что Игён так отреагировала.Он никогда не рассказывал ей, чем зарабатывал на жизнь его партнёр, возраст, место жительства или внешность. Он был чрезвычайно осторожен, чтобы всё было расплывчато, чтобы никто не смог обнаружить следы.Игён в целом доверяла решениям Юншина и не слишком совала нос в чужие дела, но, как член семьи, Юншин знал, что ей очень любопытно узнать об отношениях. Несмотря на это, он старался утаить от неё как можно больше информации. Поскольку он был плох во лжи, определённые факты можно признать, и тогда сестра сделала бы вывод, что его партнёром был Сехон.

Озадаченная тем, что её младший брат внезапно замолчал после столь пламенной речи, Игён наклонила голову. Затем она осторожно спросила:

– Она из тех, кто занимается криминалом? Я не удивлюсь, так что ты можешь быть честен со мной. Если скажешь, что она для тебя единственная, тогда я окажу тебе материальную и эмоциональную поддержку.

– Это не так. Это хороший человек и работает в той же профессии, что и я.

«Только для меня», – не добавил он. В ближайшее время Юншин не планировал раскрывать, что этим человеком был Кан Сехон. Тот, скорее всего, не согласился бы раскрыть информацию, и если мужчина не будет в восторге от этого, Юншин хотел бы уважать чужие желания.

Подумав, что для такого занятого человека, как Юншин, встреча имеет смысл, Игён кивнула.

– Я прикинула. Сколько ей лет? Ты всегда так шифруешься, поэтому я решилась спросить об этом только сейчас.

– Разница между нами не настолько велика, чтобы ты могла ужаснуться.

– Значит, девушка старше, да? Она не настаивает на браке?

«Не знаю. Думаю, я действительно хочу выйти за тебя».

Он размышлял о том, что не так давно сказал Сехон, и Юншин выглядел искренним:

– Я думаю сделать предложение в ближайшее время.

– В самом деле? Боже мой, это хорошая новость. Я не буду злой невесткой. Мы можем встречаться всего два раза в год – в годовщины смерти наших отца и матери. Нам не нужно вместе проводить поминальные службы или праздники. Вы двое можете просто съездить в отпуск за границу. Я оплачу всю поездку. Тогда... Познакомлюсь ли я с племянниками через несколько лет?

После смерти их родителей они остались единственными в семье. У них было несколько родственников, но практически все контакты потерялись. Когда их отец занимал государственную должность, он держался на расстоянии, опасаясь, что родственники воспользуются его положением в своих интересах и возникнет переполох, а после того, как Игён вышла замуж, беспокоился, что они создадут проблемы родственникам мужа. Теперь, когда Игён развелась, а Юншин не был женат, она, должно быть, чувствовала себя одинокой при посещении мест упокоения.

Юншин сказал об этом с легким сердцем, обдумывая возможность обмена кольцами с Сехоном, но Игён вернула его к реальности.

Её ожидания дали Юншину ещё одну причину не говорить ей, что он встречается с Сехоном.

Юншин не хотел превращать своего возлюбленного, который блистал, куда бы они ни пошли, в нежеланного гостя.

– Я не говорю, что это будет сразу. Сначала мне нужно услышать другую сторону.

– Если вы двое очень заняты, я могла бы подготовить всё вместо вас: студия, платье, макияж – всё это. Я сделаю твою жену самой красивой невестой в мире.Несмотря на то, что однажды Игён потерпела неудачу, она, похоже, не разочаровалась в этой системе. Должно быть, женщина была уверена, что даже если её брак потерпел неудачу, это не сказалось на её чувствах.

Юншин был таким же. Он хотел держаться за Сехона и быть вместе дольше, чем те семь лет, которые они обещали по настоянию директора Сон. Даже если он каждый день был свидетелем бесчисленных неудач, он всё равно хотел жениться. Любовь всегда была полна сюрпризов.

Юншин приподнял уголки губ. Он сменил тему, решив, что им не следует продолжать этот разговор дольше.

– Я дам тебе знать, если мне понадобится твоя помощь. О, но почему же ты хотела меня сегодня видеть?

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 298 - Сайд-стори 2: Больше нет. Второе желание

На этот раз уже Юншин вернул Игён к реальности. Её наполненное радостью лицо помрачнело. Должно быть, она затронула неприятную для него тему.

— О, точно. Я хотела познакомить тебя кое с кем. Побуду немного сплетницей, но я не могу оставить её одну, поскольку ситуация очень походила на мою.

— Из-за судебного разбирательства?

— Ага. Я уже говорила тебе об этом ранее, помнишь? Одна из сотрудниц моей галереи уволилась, когда вышла замуж.

— Та, чей супруг – известный писатель? Они хотят развестись? Если судить по новостям, они, похоже, неплохо ладили.

— Ты в курсе, что всегда есть что-то, что не выносится на публику. Её муж ненавидит, когда она куда-то выходит, поэтому открыл небольшую мастерскую и держит её там весь день. Его ревность переходит все границы. Видишь это? — Игён указала на круглые серьги на мочках её ушей, — Она сделала их для меня. Подруга сказала, что тратит всё время на изготовление подобных маленьких изделий ручной работы. Но боится что-либо сделать, из-за того что её муж хорошо известен в обществе. Она не так давно связалась со мной и рыдала, спрашивая, что ей делать... Не мог бы ты взяться за это дело? Или возникнут сложности из-за политики вашей компании?

Игён достала визитку из ящика стола и положила её перед Юншином. В этот момент в комнату вошла помощница по дому с чаем. Сестра помогла женщине всё подготовить и разлила чай по чашкам, пока юноша внимательно изучал карточку.

Затем, его внимание привлёк выцветший список её сертификатов на обороте:

«Ювелирный оценщик США и корейский геммолог-оценщик».

«Ювелирный дизайнер».

— Нет, ты правильно сделала, что обратилась ко мне. Руководителю моей группы, скорее всего, понравится это дело. Для начала я постараюсь встретиться с ней.

Дав ответ, Юншин с благодарностью взял чашку испускающую аромат лимонов.

***

Пока Юншин ехал в лифте, его бледное лицо выражало смешанные чувства. Он прислонился к стене и достал визитку, полученную от сестры.

Мог ли он изготовить украшения в мастерской вручную?

Он некоторое время думал, что хочет подарить набор колец, сделанный самостоятельно. Это был самый быстрый и простой способ поставить печать на Сехоне, как на своём. Он не смог только потому, что возлюбленный отказался.

Строго говоря, была очевидное препятствие между Сехоном и отношением юноши к нему – ограничения, предписанные реальностью.

Даже если отношения продолжатся, у них не получится провести церемонию со всеми своими друзьями и не смогут подписать свидетельство о браке. Лучшее, что они могут – это сохранить свой текущий образ жизни, проводя время в домах друг друга. Иногда их мысли и характеры не сходились на столько, что они ссорились, но они осознавали свои чувства друг к другу. Несмотря на небольшой дискомфорт от невозможности иметь личную жизнь, они не могли заснуть друг без друга. Это уже стало привычным.

Ничего больше радикально не изменится в их жизни в будущем.

Они любили друг друга, но Юншин ненавидел, что у них нет следов любви.

— Проблема в том, как заставить его это носить.

Пока он размышлял, двери лифта открылись с механическим жужжанием. Он вспомнил, как Сехон сказал, что ему нужно прочитать множество отчётов, поэтому он пошёл к кабинету. Не удивительно, что свет горел.

Он постучал, и перед тем как Сехон ответил, слегка приоткрыл дверь. Старший адвокат, перелистывающий страницы, медленно посмотрел на время, прежде чем обратить внимание на Юншина.

— До Юншин, у тебя так мало свободного времени? Это мои первые свободные выходные за пять недель, но ты решил встретиться с сестрой.

Юноша улыбнулся и бодро зашагал к Сехону. По-прежнему стоя, Юншин обнял партнёра, сидящего в удобном кресле. Тот же в свою очередь обнял за талию возлюбленного, вбежавшего с ароматом свежего воздуха.

Юншин зарылся носом в волосы старшего мужчины и поцеловал его в макушку, затем схватил того за щёки. После чего опустился на его колени и жадно поцеловал. Сехон умело принял это и стянул с юноши куртку.

Визитная карточка цвета слоновой кости торчала из верхней одежды, небрежно упавшей на пол. Сехон взглянул на крошечные буквы на карточке. Нетерпимый к отвлечению старшего адвоката, Юншин повернул красивое лицо партнёра к себе.

— Куда это ты смотришь?

— Я кое-что читал. Ты собьёшь мне состояние потока. Иди умойся или подожди меня снаружи.

— А ты неторопливый, Кан Сехон. Моё терпение иссякло. Открой рот.

Сехон облизнул свою влажную нижнюю губу. Удивлённый бунтарством Юншина, он нахмурился. Затем слегка наклонил голову и открыл рот.

В нетерпении юноша просунул язык в образовавшееся пространство. Легко вошедшая плоть сплелась с плотью Сехона. Он немного наклонил голову и глубоко погрузил язык, словно хотел ввести его до самого основания. Сехон участвовал более настойчиво.

— Хм-м-м. Нгх... — застонал Юншин.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 299 - Сайд-стори 2: Больше нет. Второе желание

Возбуждение повисло в воздухе. Оно взбудоражило обоих. Взволнованный Юншин вскоре почувствовал, что его колени дрожат. Бедрами он почувствовал крупный член Сехона. Юноша просунул язык в полость рта, пока его щёки не стали впалыми. Старший адвокат ответил, лаская его тело.

Его большие руки пробрались под рубашку Юншина. Он ощупал кожу под тканью и осторожно провёл по его позвоночнику. Возбуждённый юноша простонал в рот Сехону. Затем, словно говоря ему «это всё, что ты можешь сделать», он стряхнул руки старшего адвоката.

Мгновенно атмосфера опустилась ниже нуля.

Сехон отстранился. Слюна неловко покрывала губы Юншина. Он слизал её, опасливо глядя на партнёра. Поцеловав каждое веко, скрывающее пронзительные глаза Сехона, юноша встал с его ног.

— Я хочу использовать своё второе желание.

Сехон крепко закрыл глаза, затем открыл их вновь. Наверное, здесь и сейчас должна была произойти ситуация, которую он мог предсказать. Уже обрадованный Юншин ухмыльнулся и дёрнул Сехона за ширинку его штанов к себе. Юноша чмокнул его в подбородок и прошептал:

— Покажи мне, как ты прикасаешься к себе.

— ...

— Разумеется, тебе придётся кончить мне на лицо.

Сехон не выглядел удивлённым. Скорее он выглядел, словно предвидел это.

— Скажи честно – ты знал, что я попрошу тебя об этом, — сказал Юншин.

— Ты как открытая книга.

— В таком случае... Мог бы уже давно мне это показать. Тогда я бы загадал другое желание. Так что позабочусь о том, чтобы тебе было неловко.

Юншин раздвинул документы на столе Сехона в разные стороны и заставил того встать. Старший адвокат неохотно расположился на краю стола спиной к двум мониторам. Юноша пододвинул кресло на колёсиках и сел в него, глядя на старшего снизу вверх.

Сехон испытывал необычайно смешанные чувства. Затем он, должно быть, решил попытаться отговорить Юншина иным способом.

— Почему бы тебе не рассказать о встрече с сестрой?

— Кое-кто из её знакомых хочет развестись. Скоро она подъедет в компанию. Конец. Расстегни молнию.

— Адвокат До Юншин.

Голос, зовущий его по имени, был суров.

Однако, благодаря многолетнему опыту, Юншин знал, что его просто нужно слегка подтолкнуть.

— Мы не в компании. Я не поведусь на это, что бы ты ни сказал. Когда думаю, что могу умереть, так и не увидев этого, вероятно, кажется, смогу восстать из могилы.

Юншин так желал это увидеть. Как мог Сехон не показать ни разу?

Несколько лет они практически жили вместе, так что в какой-то момент от должен был быть пойман, но Сехон был настолько осторожен, что Юншин до сих пор его не застал. Старший адвокат редко представал перед юношей в растрёпанном состоянии. Даже во время секса, когда Юншин был в беспорядке, он всё ещё был расслаблен. Юноше хотелось хотя бы раз увидеть, тяжело дышащего Сехона.

Это было странно – обычно Юншин терпеть не мог, когда другие были несчастны. Он хотел сделать всё возможное, чтобы облегчить их положение. А если бы не смог, то продолжал бы беспокоиться о них.

Сехон был исключением. Иногда у юноши возникали злобные помыслы загнать старшего адвоката в угол, чтобы тот думал только о юноше.

Сехон наклонился под небольшим углом и вытянул ноги. Юншин провёл рукой по колену партнёра, лаская кожу, скрывающуюся за чёрной тканью брюк. Сехон вздохнул от возбуждения и его ноги дрогнули.

По мере наблюдения за непристойным видом Сехона, щёки Юншин краснели всё сильнее. Влажные уголки глаз покраснели от волнения. Сехон заметил это и разок усмехнулся. Затем он достал сигарету с угла своего стола и сунул её между губ. Пальцы, щёлкающие зажигалкой, были полны волнения.

Вероятно, Кан Сехон и в этот раз решил признать поражение.

Как-никак он курил всякий раз, когда был раздражён.

Сехон выдохнул, вынул фильтр изо рта и отцепил руки Юншин. Казалось, что он хотел пойти в спальню. Прежде чем старший адвокат успел покинуть личное пространство юноши, тот спешно схватил его за ноги.

— Куда ты идёшь?

— Пойдём в спальню.

— Сделай это здесь.

Сехон взглянул вниз, после чего, сдаваясь, снова прислонился к столу. Оживившись, Юншин настойчиво погладил его бёдра и сказал:

— Возбуди его с помощью меня. Я позволю прикоснуться к себе.

— Есть способ получше. Для начала, поцелуй меня здесь.

Свободной рукой Сехон указал вниз, прижимая голову юноши. Он направил лицо молодого человека к своей передней части. Юншин поцеловал выпуклость на штанах старшего адвоката. Затем поднял глаза и посмотрел на Сехона.

Сигарета в его губах... Он передвинул её между пальцами и продолжил инструктировать юношу.

— Хорошо. А теперь потрись щекой о моё бедро.

Юншин сглотнул и опустил голову ниже, через промежность, и потёрся лицом о внутреннюю часть бёдер Сехона. По какой-то причине, пусть старший адвокат и выполнял желание Юншина, молодой человек чувствовал, что его обманули. Однако его главная цель была прямо перед глазами, из-за чего он упустил момент, чтобы возразить.

Юноша потёрся лицом об интимные места Сехона, которые предстали внушительной горой из-за размера члена партнёра. Старший адвокат нахмурился и издал сдержанный стон.

— Хах...

Вследствие этого уровень возбуждения Юншина стремительно достиг пика. Сехон схватил юношу за затылок и сильно потёр его о свои гениталии, от чего тело Юншина тоже начало реагировать.

Несколько раз проведя щёки юноши от основания до головки, Сехон отпустил волосы Юншина. Затем его элегантные, ухоженные пальцы расстегнули штаны. Он опустил молнию и расстегнул пуговицы, раскрывая свои чёрные боксеры.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 300 - Сайд-стори 2: Больше нет. Устная договоренность

Ткань боксеров Сехона прилипла к очертаниям его внушительного члена, готового войти в Юншина, подчеркивая его. Юноша судорожно глотнул воздух и посмотрел на мужчину. Его подбородок слегка приподнялся, и старший адвокат вздохнул. Они обменялись взглядами, и в ледяных глазах Сехона кипело тёмное желание изнасиловать Юншина

– Сними, – сказал мужчина, надменно указав подбородком. Молодой человек протянул руку, но тот приподнял подбородок возлюбленного, останавливая его.

– Ты пытаешься надуть меня? Сделай это ртом.

Юншин привык выполнять приказы Сехона. Его дрожащие руки сжимали ноги мужчины, и он зубами стянул с него нижнее белье. Сначала показались колючие волосы на лобке Сехона, а затем наполовину твёрдый член выскочил наружу, ударив Юншина по щеке.

Когда он потянул тонкую ткань ещё ниже, обнажилась мошонка.

Юншин глубоко вздохнул, и Сехон отдал свой последний приказ.

– Отсоси мне.

На этот раз юноша не мог не бросить вызов:

– Это не мастурбация.

– Разве ты не хотел увидеть, как я дрочу?

– Да, это так, но...

– Тогда отсоси мне.

Юншин прикусил губу, затем начал облизывать кончик члена без дальнейшего сопротивления. Он провёл пальцем по выступающей вене члена вниз, к основанию. Член Сехона дёрнулся, достигнув полной эрекции.

Это был первый раз, когда Юншин стал свидетелем изменений, произошедших с членом мужчины, вблизи. В другое время, будучи слишком ввозбуждённым, Сехон не позволял Юншину просто наблюдать.

Наблюдая за членом, который набухал прямо у него на глазах, за формой, которую он принимал, за выступающими венами, за лобковыми волосками и яйцами, которые всегда возбуждали Юншина, когда они касались его, кровь парня начала бурлить. Однако оставалось одно препятствие. Он отбросил свою застенчивость и, изображая самообладание, придвинул свой стул поближе.

Когда он начал облизать основание члена и мошонку Сехона, длинные ноги мужчины коснулись его икр. Возлюбленный погладил Юншина по подбородку и затушил сигарету, сказав, что он сделал достаточно.

– Смотри внимательно. Я заставлю тебя написать отчёт о впечатлениях.Большая правая рука Сехона с выступающими венами слегка обвила его член. Его пальцы обхватили ствол и крепко сжали его с силой, эквивалентной той, когда они переплетали языки во время поцелуя.

Сехон никогда не уклонялся, когда дело касалось секса, как только он начинал, то сразу становился неумолимым.

Он грубо потирал свой член вверх и вниз, набирая скорость. Затем, нежно лаская свой член, он сильно сжал его. Он трогал себя так, будто хотел подразнить Юншина. Он обхватил член по всей длине, погладил головку, затем опустил кулак на ствол, и это выглядело для Юншина более возбуждающе, чем порно.

Крепкие бёдра старшего мужчины дернулись под пальцами Юншина. Покрасневший как свёкла, молодой человек был возбужден от содрогания мышц другого под его прикосновениями и от визуального стимула. Он вздрогнул.

– Нгх...

Свободная левая рука Сехона скользнула по ушной раковине молодого человека. Кончик его пальца попытался протиснуться в узкий проход, точно так же, как когда он пытался проникнуть в дырочку Юншина, прежде чем тот полностью расслаблялся.

Ресницы Юншина затрепетали, и его хватка на бедрах партнёра стала крепче. Прикосновения, должно быть, подстегнули мужчину, поскольку его правая рука, которая двигалась медленно, чтобы Юншину было удобнее наблюдать, начала двигаться всё быстрее.

– Ха, блять. Открой рот.

Глаза Сехона были прикованы к сопротивляющимся, слегка приоткрытым губам Юншина. Он не отводил упрямого взгляда, возможно, воображая, как красная плоть внутри соприкасается с его языком. Когда он мастурбировал, не сводя глаз с юноши, его член становился всё более твёрдым, дёргаясь так, словно вот-вот лопнет. Благодаря этому виду ладони Юншина стали влажными.Неудовлетворённый одним лишь взглядом, Сехон засунул пальцы в рот возлюбленного.

– Сонбэ... М-мф...

Его пальцы, которые тёрлись о нёбо и гладили под языком Юншина, имели горький привкус никотина. Бедра дёрнулись. Молодой человек подыгрывал, потому что хотел наблюдать за Сехоном, но он сам так сильно возбудился, что захотел получить разрядку.Мастурбация мужчины была настолько сексуальной, что это плохо сказывалось на сердце Юншина.

Он почувствовал садистское желание сделать что-нибудь – что угодно – с Сехоном.– Черт возьми. Это сводит меня с ума.

Юншин неглубоко дышал, и чувственные вздохи то и дело срывались с его губ. Словно именно этого он и ждал, старший адвокат просунул пальцы внутрь более настойчиво и потер слизистую оболочку рта Юншина. Он провел пальцами по основанию языка молодого человека и потянулся глубоко ко входу в его горло, но вызвал рвотный рефлекс, Юншин закрыл глаза и закашлялся.

– Уф, хнг, хн-н.

– Открой глаза.

– Хн-н, нгх.

– Сейчас я кончу, так что смотри внимательно. Ты хотел, чтобы я кончил тебе на лицо, – Сехон глубоко выдохнул, подавляя свои желания, которые угрожали выползти из глубины его живота. Юншину показалось, что он почувствовал, как напряглись мышцы живота Сехона.Мужчина поморщился и начал тереть от кончика своего члена к стволу, готовясь кончить. Жидкость начала увлажнять член, покрывая его по всей длине до самого основания. При каждом движении раздавалось влажное хлюпанье, эротические фоновые звуки проникали в уши Юншина.

Наконец кончик его пениса начал подрагивать. Юншин открыл рот, желая обхватить член другого мужчины губами. Однако это было напрасно, так как Сехон схватил волосы юноши, поднимая его голову вверх.

– Эй!

– Откинь голову назад.

– Я хочу это сделать.

– Ты сказал, что это не будет мастурбацией.

– Но это моё.

– Хочешь отсосать мне, До Юншин?

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 301 - Сайд-стори 2: Больше нет. Устная договоренность

Юншин поспешно кивнул, а его лицо стало красным, как спелый гранат. Нахмурившись, Сехон властно приказал:

– Умоляй.

– Я хочу отсосать у тебя.

– Ещё.

– Я хочу пососать твой член... Позволь мне засунуть его в рот, – Юншин оторвал руки Сехона от своей головы и опустился на колени перед старшим мужчиной. Он схватил мужчину за бёдра и умолял, потираясь влажными губами об его член. Наконец, он приставил свой член к губам юноши. Сначала старший адвокат двигался медленно, придерживаясь минимальной скорости, но когда был на полпути, он вошёл глубоко и достаточно грубо, чтобы издать звук.

– Ух!..

Сехон был немного грубее, когда находился на грани оргазма. Он агрессивно вторгся в горло Юншина, не испытывая чувства вины. Юноша поднял глаза и сомкнул дрожащие челюсти, обхватив ртом пенис. Несмотря на чувство дискомфорта и легкую тошноту, вид блаженного лица Кан Сехона, когда его член был погружён глубоко внутрь, вызвал искры в голове Юншина, доведя того до предела.

Влажный и твёрдый член старшего мужчины дёрнулся во рту Юншина. Размер, который заполнил Юншина, помешал ему что-либо сказать. Он просто посмотрел вверх своими слегка налитыми кровью глазами и покачал головой вперёд-назад, делая минет своему возлюбленному.

Сехон, который смотрел вниз, тоже почувствовал головокружение. Он, человек, который гнался только за успехом, терпел неудачу снова и снова, когда оказывался перед Юншином. Он подстроился под темп юноши и кончил ему в рот.

Его яйца почти ударили Юншина по подбородку, и он, наконец, достиг кульминации. В тот момент, когда он вытащил свой член, тычась в самую глубь горла Юншина, его член забрызгал непрозрачной спермой лицо партнёра.

Юншин с трудом втянул воздух. Сехон вздохнул:

– Открой рот.

Он погладил свой член, выдавливая оставшуюся жидкость в открытый рот Юншина. Молодой человек послушно проглотил её.

Эта игра утомила его, словно обычный секс, и навела на Юншина сонливость. Юноша громко сглотнул, а затем пошатнулся. Как раз в тот момент, когда он был готов рухнуть на пол, Сехон просунул ногу между ног Юншина, потирая промежность молодого человека. Он тёр медленно и аккуратно, и они оба почувствовали мокрое пятно на штанах, когда молодой человек кончил, сам того не осознавая.

Поскольку они оба тяжело дышали, никто не обменялся ни словом.Сехон заговорил первым.

– Ты кончил, даже не дав мне отсосать тебе.

Смущённый Юншин обнял ногу Сехона и безвольно плюхнулся на пол. Старший подтянул штаны и рухнул на Юншина. С молодым человеком в объятиях, Сехон один раз прокатился по полу кабинета.

Они лежали друг на друге и обменивались взглядами, залитые светом вечерней зари. Сехон наклонился к бледному лицу Юншина и чмокнул его в губы. Молодой человек закрыл глаза, наслаждаясь сладкими подарками, которые дарил Сехон, и сказал в трансе:

– Я хочу увидеть это снова. Давай сделаем это ещё раз.

– Загадай желание.

– Один год дополнительного ухода бесплатно.

– Обычно я ненавижу фразы, которые подразумевают отсутствие содержания, например, «бесплатно» или «без затрат».

– Всякий раз, когда я думаю, что собираюсь привести к исчезновению такой превосходный генетический материал, то чувствую, что совершаю преступление против человечества.

Сехон, который внимательно слушал, нахмурился, как будто услышал что-то совершенно абсурдное.

– Тебе сперма в голову ударила, или что?

– Ты сказал мне написать отчёт о моих мыслях.

Сехон, казалось, был искренне раздражён.

– Перестань нести чушь и поднимайся. Пойдем помоемся.

– Я слишком ослаб. Отнеси меня.

Сехон усмехнулся, но он не мог оставить Юншина с поднятыми руками. Он заключил свинцовое тело юноши в свои объятия и встал.Затем он поцеловал влажные волосы возлюбленного и вышел из кабинета.

Действие 4

Юншин с серьёзным лицом читал заявление по делу, представляющему общественный интерес. Клиент оказался в затруднительном положении и обратился за помощью из-за финансового бремени, связанного с уходом за его матерью, страдающей деменцией. В подобных случаях клиент вообще не мог вмешиваться в финансы родителя, но, похоже, они могли использовать предусмотренную законом систему опеки, чтобы заслужить право распоряжаться её деньгами.

– Гражданский акт... Гражданский акт, где он? – встав, Юншин просмотрел толстые книги в книжном шкафу. Затем он заметил через окно, как секретарь Так открывает дверь кабинета Сехона. Однако его нетерпеливые глаза заметили женщину. Её волосы были коротко подстрижены, и, следуя указаниям секретаря, она вошла в кабинет.

– Она клиентка старшего адвоката Кана?

Женщина была довольно высокой. Её одежда выглядела роскошно. Юншин не видел её лица, поэтому из любопытства наклонил голову влево. Как будто почувствовав его любопытство, женщина коротко оглянулась.Юншин вздрогнул.

Несмотря на то, что он увидел эту женщину лишь мельком, он смог заметить, что она была довольно привлекательной. Точёные черты и живое выражение лица дополняли её образ. Она произвела на Юншина глубокое впечатление, потому что была идеальным образом той, кого он когда-то считал типом женщины, с которой мог бы встречаться Кан Сехон.Это обеспокоило его, поэтому, делая вид, что выбирает книгу, он внимательно наблюдал за другой стороной. Он стоял, пока они сидели, поэтому мельком мог их видеть. Он мог ясно наблюдать лицо Сехона, когда тот сидел напротив женщины.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 302 - Сайд-стори 2: Больше нет. Оправдание

Теперь Юншин имел хорошее представление о чувствах Сехона, считывая его выражения лица. Старший мужчина был не в восторге от посетителя. Атмосфера между ними, естественно, дружеской не была. Как ни странно, это заставило юношу почувствовать, что в воздухе витает какое-то неразрешённое напряжение.

Настроение юноши резко ухудшилось, он перестал притворяться, что ищет что-то, и вышел из своего кабинета. Он хотел встретиться с секретарём Таком, но его не было на месте, возможно, он готовил чай. Не найдя другого выхода, он подошёл к офис-менеджеру.

— Кто та леди, которая только что вошла в кабинет адвоката Кана?

Сегодняшний день был не единственным, когда Юншин любопытствовал, что происходит с Сехоном, будь то что-то крупное или незначительное. Невозмутимая офис-менеджер непринуждённо ответила:

— А, вы, должно быть, впервые её видите. Знаете, что в начале года адвокат Кан работал над сделкой по покупке доли фармацевтической компанией, верно? Она единственная дочь владельца этой компании.

— Дочь?

Ответ был довольно краткий, но он был полон любопытства, которое невозможно скрыть. Подразумевалось, что Сехон имел отношение только к родителям этой женщины, и у него не было причин общаться с ней лично, поэтому дело, по которому она пришла к Сехону, было загадкой.

Умудрённая опытом работы с юристами, офис-менеджер поняла реакцию Юншина и дополнила:

— Не просто дочь, она принимала участие в проекте. Эта женщина вернулась, после того как отработала финансовым директором в американском филиале. Судя по всему, она ранее была знакома с адвокатом Каном.

— О... Значит они знали друг друга до этого. Вы случайно не в курсе, откуда именно?

— Ну, думаю, они пересекались во время работы. Подробностей нам неизвестно. Но её подход был чем-то иным.

— Она что, пригласила адвоката Кана на свидание или что-то вроде того?

— Да, это было горячей темой в секретариате какое-то время.

Юншин легкомысленно задал этот вопрос, не веря в возможность того, что эта женщина сделала бы такое по отношению к Сехону, поэтому он был весьма шокирован. Глаза юноши дёрнулись. Ему было трудно сохранять самообладание. У него совсем не получалось сохранять непроницаемое лицо, которое легко носил в суде. Его голос слегка дрожал.

— В самом деле? Почему я впервые об этом слышу?

— Боже, вы не знали? Может, это было, когда вы ходили на семинар? Это было в январе.

— Если это произошло на второй неделе января, то... да.

— Всё равно старший адвокат Кан публично и официально отклонил её личную просьбу. Она была довольно сильно унижена. Я не думала, что эта женщина придёт снова, но вот она здесь. Смело с её стороны.

Или она, возможно, хотела победить Кан Сехона, грозную цель, несмотря на смущение.

Вероятно, оба варианта подходят.

Дело о покупке доли фармацевтической корпорацией велось несколько месяцев назад. Однако он ничего не слышал от Сехона об этом. Конечно, старший адвокат не из тех, кто рассказывает о всех мельчайших деталях своей работы. Но если эта женщина попыталась связаться с ним лично вне работы, это не было простой мелочью – Сехон должен был рассказать Юншину.

Как он мог быть единственным, кто не знал об инциденте, известном всей команде секретарей?

Было множество вещей, о которых он хотел бы узнавать незамедлительно. Юноше удалось взять себя в руки и спокойно спросить:

— А чем её подход был так необычен?

— Как бы это описать? Знаете, это была женская интуиция. Все незамужние девушки в нашем офисе согласились, что эта женщина хотела заполучить Кана Сехона, потому что не было никаких новостей о его отношениях. Это было скорее ради интереса, ведь всегда приятно знать о том, что мужчина, подобный господину Кану, влюбился в тебя.

Юншин в ступоре покусывал губы. Должно быть, офис-менеджер по-своему интерпретировала его молчание и цепочку реакций. Она наклонилась к юноше, стоявшему за перегородкой и прошептала:

— Ходили слухи, что старший адвокат Кан влюбился в неё. Я слышала, что они время от времени видятся. Как думаете, это правда? Вы что-нибудь знаете об этом?

Плечи Юншина были напряжены от гнева и разочарования, что он не знал, но вскоре расслабились.

Это было абсурдно.

Его раздражало, что Сехон не сказал Юншину, что кто-то ещё засматривался на него, но он не сомневался в старшем мужчине.

Большинство женщин, встречавших Сехона, так или иначе проявляли к нему интерес. Юноша утешал себя мыслью, что для старшего адвоката было бы невероятно утомительно сообщать о каждом инциденте. Но самым неловким было то, что Юншин каждый раз говорил Сехону, когда кто-то с ним флиртовал, потому что хотел, чтобы старший адвокат ревновал его, но вот Сехон никогда не упоминал ничего подобного.

В некоторых аспектах этот человек был всегда постоянен.

— Адвокат До, что вы здесь делаете?

Пока Юншин утопал в море сложных мыслей, он услышал, как кто-то его зовёт. Когда он обернулся, в офис вошёл секретарь Так с деревянным подносом в руках. Два стакана были заполнены чем-то похожим на айс-американо.

— Оказалось, что у старшего адвоката Кана посетитель, которого я не знал.

Сделав выводы на основе ответа Юншина и заинтересованного лица офис-менеджера, секретарь Так цокнул языком и направился к кабинету руководителя.

— Офис-менеджер, вы всё ещё не знаете старшего адвоката Кана? Я же говорил вам, он совершенно не заинтересован в ней как личности. А если бы такое случилось, то он проявлял бы крайнюю озабоченность и стал бы сильно издеваться. Взгляните, вот яркий пример.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 303 - Сайд-стори 2: Больше нет. Оправдание

Его глаза указали на Юншина, перед тем как он постучал в дверь. Юноша обменялся взглядами с офис-менеджером, которая кивнула и молча согласилась.

Когда он периодически приходил к Сехону за советом по работе с бракоразводными процессами в Догук, его так сильно ругали, что знавшие его секретари хихикали в стороне.

В это время секретарь Так выглядел озадаченным и постучал снова. Из комнаты не последовало никакого ответа. Все взгляды, в том числе Юншина, были устремлены на дверь.

Встревоженный по какой-то причине он взглянул в окно. Сехон оказался в поле зрения юноши.

Старший адвокат подошёл к двери, дёрнул её и жестом указал наружу. Вслух он этого не сказал, но он однозначно выгнал гостя.

Женщина, по-прежнему сидящая на своём месте, медленно поднялась. Она не скрывала своего дискомфорта и вышла из помещения.

Они оказались лицом к лицу. Юншин подумал, что они вместе неплохо смотрятся. Он наблюдал, положив руку на перегородку, будто смотрел фильм с двумя красивыми актёрами.

Конечно, если бы Сехон не провёл чёткой границы, юноша планировал вынудить его спать отдельно на протяжении десяти дней или около того.

Затем красные губы старшего адвоката приоткрылись. Его хриплый голос звучал мелодично для ушей Юншина.

— Я очень занятой человек. В следующий раз не просите о личной встрече по чему-то столь тривиальному. Я нанимаю людей вроде него для решения вопросов подобных сегодняшнему. Несмотря на большую зарплату, свободного времени у него много.

Сехон указал подбородком в сторону Юншина. Молодой человек замер, когда его резко повысили со стороннего наблюдателя до актёра второго плана на сцене.

«Этот садист», — пробормотал про себя Юншин, адресуя спектр красочных выражений старшему мужчине. Когда же взгляд Сехона вернулся к женщине напротив него, юноша спокойно выдохнул.

— Вы никогда не отвечаете на мои звонки, поэтому мне пришлось использовать работу как предлог, чтобы с вами увидеться. Неужели так сложно посмотреть со мной выставку?

— Время от времени я кое-что говорю своим клиентам... Если вы позвоните три раза и не получите ответного звонка, больше не звоните. Это значит, что я не буду вам отвечать.

— Старший адвокат Кан.

— Посмотрите свою выставку с кем-нибудь ещё.

— Старший адвокат Кан Сехон!

— Всего доброго.

Он надменно указал подбородком на выход. Женщина колебалась, желая высказать больше, но направилась прочь, осознавая, что в офисе секретарей слишком много свидетелей.

Когда её шаги затихли, Сехон захлопнул дверь, не желая больше терять время.

Наступило короткое молчание. Вскоре комната наполнилась шумным стуком по клавиатуре.

Секретарь Так, наблюдавший всю ситуацию, уже собирался повернуть назад с подносом, когда Юншин помешал ему.

— Вы собираетесь это выбросить?

— Я должен. Он не просил об этом, но я просто решил, что стоит принести. Хотите стаканчик?

— Да, пожалуйста. Я поговорю со старшим адвокатом.

— Ох, с вами всё будет в порядке, если войдёте сейчас? Вы же знаете, он ненавидит вмешательства с личными встречами во время рабочего дня.

Юншин был полностью согласен. Сарказм в голосе Сехона говорил о том, что он раздражён тем, что его время потрачено впустую, хотя его и так всегда не хватает. На самом деле, когда под видом деловой встречи устраивалась попойка или личные беседы переходили к темам, отдалённым от работы, старший адвокат всегда покидал то место.

Юншин очень любил Сехона, но если бы не необычайные таланты, индустрия его задавила бы из-за несовершенной личности и отсутствия социальных навыков.

Это устроило бы юношу, вместо того, чтобы Сехон был привлекательным.

Возможно, Кан Сехон испытывал это сумасшествие ежедневно.

— Как раз поэтому мне нужно что-нибудь холодное. В конце концов, я – таблетка счастья старшего адвоката.

Юншин ловко взял поднос и постучал в дверь. Как только услышал низкий голос, он вошёл внутрь. Сехон сидел на диване, опираясь лбом на пальцы. Не открывая глаз, он помахал Юншину, будто знал, что это он, даже не глядя.

Молодой человек поставил поднос на кофейный столик и сел напротив, тогда Сехон медленно поднял веки. Его зрачки были чрезвычайно глубокими и тёмными. Он выглядел немного уставшим.

— Спрашивай. Даю тебе пять минут.

— Я задам только три вопроса. Мне понадобится всего две минуты.

Должно быть, Сехон удивился этому факту. Он с сомнением посмотрел на Юншина, чтобы выявить правду по его лицу. Однако юношу действительно интересовала только сама ситуация, а мелкие детали ему были не интересны. Юншин знал, что Сехон не будет встречаться с женщинами на персональном уровне после сегодняшнего инцидента.

Проверив Сехона и пододвинув ему стакан, чтобы тот выпил, Юншин спросил:

— Первый вопрос: было много случаев подобных этому? Я бы никогда не узнал, если бы сегодня не стал свидетелем.

— Разве у нас не было молчаливой договорённости никогда не спрашивать друг друга о том, что происходило в прошлом? Спрашивай только о том, что видел. Следующий вопрос, — ответил Сехон, затем сделал глоток кофе, глядя на Юншина, как бы призывая его продолжить. У юноши не было причин этого не делать.

— Тогда, второй вопрос. Ты уверен, что однозначно ей отказал?

— Я собираюсь сделать то же самое со всеми в дальнейшем в явной форме, чтобы ты не запутался. Дальше.

— Я единственный, кого ты будешь любить и в будущем, так?

Сехон слегка вздохнул и встретился глазами с Юншином. Он ответил:

— Ты будешь этим человеком. Именно поэтому я объясняюсь ради мира и стабильности в этом доме.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 304 - Сайд-стори 2: Больше нет. Встреча с ювелиром

– Отлично. Ты получаешь сотню очков. Наслаждайся остатками своего напитка.

– Ты не ревнуешь? Сам же говорил, что странно ощущать уверенность в чувствах другого человека, когда влюблён.

– Конечно, я очень ревнив. Но прекрасно знаю, что я единственный в твоей скучной и одинокой жизни. Я разозлюсь, когда это будет действительно необходимо. Тогда мы сможем довести спор до конца.

Отговорки, оправдания и объяснения.

Сехон никогда не делал подобных вещей, потому что никогда не совершал ошибок. Тем не менее, сейчас Сехон был готов дать объяснения и сказал Юншину, чтобы он сначала задавал вопросы. Он даже охотно ответил на вопрос о туманном и неясном будущем.

Несмотря на то, что сердце было непостоянным, и, следовательно, Сехон всегда оценивал все возможности, прежде чем что-либо предпринять, мужчина говорил от имени своего будущего и выбрал Юншина.

Лучшего ответа и быть не могло.

– Я слишком доверяю тебе.

– Что посеешь, то и пожнешь.

Сехон не стал отрицать этого и ухмыльнулся. Его глаза, обращённые к Юншину, были переполнены любовью, которую невозможно было скрыть.

Юноша сказал всё, что хотел, и встал, поклонившись Сехону, но не отвечая на его влюблённый взгляд. Мужчина явно посчитал, что тот ведёт себя нелепо – это было видно по его глазам.

Юншин всё реже проводил время в этом кабинете, если только не случалось ничего столь тривиального, как этот инцидент. Зная это, Сехон с недоумением отметил, что Юншин уходит через несколько минут после того, как ворвался в кабинет.

– Ты вот так уходишь? Не прошло и трех минут с твоего прихода.

– Я зарабатываю десятки тысяч каждый год, и у меня не так много свободного времени. Я занят сильнее, чем ты думаешь. У меня много работы.

– Ты дуешься. Это мило.

– Пожалуйста, продолжай размышлять над своими действиями и удели мне остаток своего внимания после работы.

Жалюзи были подняты, поэтому они не могли коснуться друг друга. Стоя спиной к окну, Юншин поцеловал воздух, затем повернулся, чтобы выйти из комнаты.

Молча поприветствовав секретарей взглядом, он вернулся в свой кабинет и достал визитную карточку, которая лежала в ящике его стола.

Юншин узнал об этом только потому, что это произошло прямо у него на глазах. Он знал, что Сехон не стал бы предупреждать юношу о будущих преследователях. Вероятно, он собирался поступить с ними соответствующим образом, потому что знал, что Юншин доверяет его серьезному отношению.

И всё же ему не понравилось увиденное.

– Эта женщина хотела преследовать Сехона, потому что не было никакой информации о его отношения.

Юншин вспомнил слова офис-менеджера и помрачнел. Он в любом случае планировал сообщить эту новость Сехону. Теперь, когда у него было достойное оправдание, он чувствовал, что сама вселенная призывает его действовать.

Он хотел крикнуть всему миру, что у Сехона есть партнёр.

«Но мне нужно знать размер его кольца… Если я прямо прикоснусь к его рукам, он сразу же поймет», – поразмыслив, Юншин набрал номер на карточке.

Вскоре послышался осторожный и робкий голос собеседника:

– Да, алло?

– Я адвокат До Юншин из фирмы Догук. Я связываюсь, так как получил вашу визитку от директора До Игён из её галереи «Санса». Сейчас вам удобно говорить?

Юншин отложил карточку и сел перед своим ноутбуком, чтобы сделать заметки о звонке.

***

В комнате для переговоров с клиентами, заранее затемнённой для спокойствия и комфорта, ждала гостья Юншина. Молодой человек принёс свой ноутбук, несколько документов из офиса и вскоре прибыл, чтобы встретиться с ней.

Постучав, молодой адвокат вошёл. Женщина лет тридцати пяти в большой шляпе, закрывающей её лицо, поприветствовала его. Её внешность совпадала с внешностью Игён которая однажды пришла к нему домой полностью в закрытой одежде. Он попытался вспомнить чувство отчаяния, которое испытывал тогда, но по какой-то причине оно ускользало от него. Это было похоже на событие из такого далекого прошлого, что он осознал, насколько хорошо он и его сестра чувствовали себя сейчас.

– Вы долго ждали? Рад вас видеть, – Юншин подтолкнул к ней свою визитную карточку и сел напротив.

Женщина сняла шляпу и представилась еще раз.

– Вы брат директора, адвокат До, верно?

– Да, именно так. Ваш голос звучит намного лучше, чем когда мы разговаривали по телефону позавчера.

– Я почувствовала облегчение, когда услышала, что Догук поможет мне. Я очень ценю это.

Юншин спокойно положил перед ней документ и начал задавать вопросы:

– Машина, на которой вы приехали...

– Как вы и советовали, я развернула свою машину в другую сторону и взяла такси. Мой автомобиль направится в мастерскую. Супруг подумает, что я сейчас там, – ответила она, потянула бумаги к себе, и, словно обмениваясь товарами, протянула Юншину карту памяти. Передавая молодому человеку предмет размером с палец, она добавила:

– Я скопировала всё, что вы просили меня подготовить. Пожалуйста, проверьте содержимое.

Хотя это было только начало, интуиция подсказывала, что этот человек будет образцовым клиентом. Он просмотрел содержимое USB-накопителя на своём ноутбуке, а затем встретился взглядом с клиенткой. Он начал переходить к цели их встречи.

– Я слышал историю в обших чертах. Вы подозреваете, что у вашего супруга роман?

– Да, я говорю про подозрение, но на данный момент почти уверена. Я была в нескольких небольших фирмах, но они продолжают просить меня изложить суть моих подозрений... Они сказали изложить своё мнение, но мне нечего особо писать, кроме того, что я думаю, что мой муж совершает супружескую измену, и его словесные оскорбления – это плохо. Поэтому я ухожу.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 305 - Сайд-стори 2: Больше нет. Встреча с ювелиром

Было немало адвокатов, которые взваливали на клиента больше задач, чем возможно, только потому, что им было лень делать всё от начала и до конца. Ей просто не повезло.

– Мы не можем начать судебный процесс, основываясь на подозрениях. Доказательства – это самое важное. Что у вас есть?

– На самом деле… Директор До отругала меня за это. У меня ничего нет при себе.Юншин легонько постучал по столу и замолчал. Он заранее узнал об этом от своей сестры.

Это было прискорбно, но если он обратится в суд в такой неблагоприятной ситуации, то не сможет гарантировать успех. Шансы на победу были близки к нулю. Юншин повернул экран ноутбука к женщине и открыл изображение на экране.Клиентка в замешательстве посмотрела на изображение во весь экран.

– Что это?

– Как вы знаете, суд оперирует доказательствами. Если мы не представим нашу версию должным образом, то можем подвергнуться нападению с другой стороны.

– Хотите сказать, что будет трудно подготовиться к судебному разбирательству сразу же, верно?

– Да. Вы хотите развестись, а не проиграть суд. Это те вещи, которые вы должны найти и принести мне. Пожалуйста, взгляните.Наконец, женщина начала двигать трекпад и листать изображения. Все они были примерами доказательств, которые суд когда-то принял, основываясь на прецедентах. Они содержали изображения, где супруг и его партнёр заходят в отель или занимаются интимной близостью в машине.

Пока женщина внимательно просматривала изображения, Юншин продолжил:

– Вы видите изображения, на которых эти двое заходят в отель или мотель? Вы можете заметить на фотографиях номерной знак и их лица. Если вы случайно увидите их вместе, вам нужно сделать видео- или фото доказательства этого.

Женщина внимательно слушала, а затем спросила, внезапно что-то вспомнив:

– Я слышала, что вы использовали подобные улики, чтобы победить мужа директора, то есть, её бывшего мужа. Она сказала, что Догук раздобыл фотографию, на которой он занимается сексом в машине.

Это были доказательства, которые они получили через частных детективов Сехона. Собранные им доказательства были настолько откровенными, что были чрезвычайно полезны в суде. Юншин обычно не заходил так далеко ради клиентов.

Однако это был особый случай. Клиентка обратилась за помощью через его сестру, и у Юншина тоже была просьба, так что сцена была в некоторой степени подготовлена.

– Фирма не занимается этим напрямую. Директор До Игён наняла охранную фирму, и они помогли выследить людей. Если вы дадите на это согласие, я могу направить запрос им отдельно. Это может дорого вам обойтись.

– Я сделаю это. Я должна. Есть ли что-нибудь ещё, что я должна сделать?– Вам действительно нужно поискать доказательства измены в глухих местах вашего дома или его офиса. Мы можем получить доказательства будущих событий, но вы единственная, кто может собрать доказательства прошлых событий. Вот почему вам следует скопировать карты памяти видеорегистратора вашего мужа.

Женщина кивнула, полная решимости сделать всё, что в её силах.– Будет полезно, если вы добудете записи разговоров мужа и партнёра. Сообщения с ласкательными именами, кокетливые тексты, признания в любви или в том, что они хотят переспать друг с другом.– Так вы имеете в виду электронные письма или текстовые сообщения? Я попробую.– Лучше всего записать признание вашего супруга в том, что он совершил супружескую измену. Это может быть сложно, но вам следует это обдумать.

– Я уже начала записывать всё дома в соответствии с советом директора До.

Юншин не был уверен, должен ли он расстраиваться из-за того, что именно его сестра посоветовала эту меру, основываясь на собственном опыте, или радоваться, потому что это было полезно для него как адвоката. Он подавил свои непростые чувства и сменил тему:

– Значит, физического насилия не было?

– Да, но словесные оскорбления ужасны. Я прощала его всякий раз, когда он плакал и просил прощения, поскольку он отец нашего ребенка.

Это было обычным делом для пар, которые разводились. Муж, вероятно, пользовался тем, что у них был общий ребёнок.

Это было самое неприятное – когда феномен существовал, но записи о нём не было, особенно когда Юншин больше всего в этом нуждался.

– Есть ли свидетели того, как он кричал? Возможно, ваш ребенок?

– Нет, мой ребенок, возможно, видел это, но мы никогда об этом не говорили...

– Если ваш ребенок был свидетелем криков и ссор, мы могли бы попросить его дать показания или подготовить письменные показания под присягой. Сколько лет вашему ребенку?

– Только начинает ходить в детский сад. Пять лет.

Ребенок был слишком мал.

Юншин вспомнил о своём племяннике, который еще не пошёл в школу, и спокойно ответил:

– Я должен познакомиться с ребенком. Приводить вашего ребенка в фирму будет уже перебором, так как насчет того, чтобы я встретился с вами двумя в другом месте?

– Если это для доказательства, я не возражаю.

– На самом деле я не рекомендую этого делать.

– Мой муж довольно упрям и страдает маниакальной ревностью. Не лучше ли быть уверенным?

Что бы сделал Кан Сехон в этом случае?

Конфликт супругов означал войну в суде. Если бы они попытались напасть на другую сторону без оружия в руках, была бы высокая вероятность того, что союзники получат больше травм, чем противник. Чтобы предотвратить это, Сехон использовал бы самый эффективный из возможных методов – этот метод был бы наиболее близок к гарантированной победе.

Соблазнённый этим вариантом, Юншин погрузился в глубокое раздумье.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 306 - Сайд-стори 2: Больше нет. Тайная консультация

Затем он обнаружил точку соприкосновения между методом Сехона и своим.

— Думаю... по причине отсутствия доказательств необходимо спровоцировать вашего мужа. Если мы сможем сначала доказать бред ревности, остальное вскроется следом, как звенья одной цепи. Однако вы не заслуживаете страданий от оскорблений. Я придумаю способ переложить вину на другую сторону, пока собираем доказательства.

Лицо клиентки, которое выглядело расслабленно, когда они только встретились, мрачнело по ходу встречи. Её охватил страх, что она могла наоборот оказаться в более невыгодном положении по мере продолжения консультации. Она перебирала пальцы и возилась с документами, которые ей дал Юншин.

Молча понаблюдав за ней, юноша отвёл взгляд, чтобы сделать атмосферу в комнате более комфортной для неё. В такие моменты было лучше притвориться невежественным, чем строить из себя всезнайку.

Юншин повернул ноутбук обратно к себе и проверил документы, предоставленные клиенткой. Затем сказал:

— Вы не сделали ничего плохого, так что не стоит чувствовать вину. Даже если ваш супруг об этом узнает, не унывайте. Если что-то случится, позвоните в полицию и мне.

— Так и сделаю.

— Если вы дадите разрешение поделиться этими документами, я передам их следователям для установления местонахождения вашего мужа. Вы тщательно подготовили документы, которые я просил вас предоставить...

Юншин запросил информацию о распределении домашних обязанностей, уходе за детьми, поддержке и заботе о каждом из их родителей и ежемесячный доход. Эта информация была необходима для точного определения алиментов и раздела имущества, которые рассчитывались по формуле, базирующейся на процентах.

Клиентка поняла намерения юноши и основательно подготовила то, что он просил, тем самым продемонстрировав Юншину, что её намерения тверды. Это было облегчением для молодого человека.

— Пока сторонняя компания занимается расследованием касаемо вашего мужа, я утвержу раздел имущества, алименты и тому подобное.

— Вы можете планировать события в соответствии со своим графиком. Но что вы имели в виду в прошлый раз по телефону? Вы сказали, что моя помощь вам также нужна, поэтому я не должна вынуждать себя приходить. Я нашла смелость встретиться с вами благодаря этому.

Юншин не думал, что это была подходящая тема для разговора на этой встрече, поэтому собирался о ней умолчать, но клиентка спросила первой. Он не мог не рассказать остальное. Щёки юноши стеснительно порозовели, и он провёл по подбородку тыльной стороной ладони и ответил:

— Эм, на самом деле, я бы хотел создать индивидуальную пару колец, но я совершенно ничего не смыслю в этой области... А вы, так сложилось, создаёте украшения.

— Да, я делаю серьги, кольца и даже пригласительные. Это обручальные кольца?..

— Нет, просто парный набор.

— Ах...

— Забавно, что это говорит адвокат по бракоразводным процессам, правда? — нерешительно спросил Юншин, покручивая кольцо на левой руке. Заметив это, клиентка улыбнулась, и напряжённая атмосфера сгладилась.

— Вовсе нет. Я начинаю доверять вам больше.

— Что ж, я хотел, чтобы дизайны отличались друг от друга. Сколько времени это займёт?

— Время сильно разнится в зависимости от материала и самого дизайна. Серебряные – самые быстрые и простые, но не думаю, что вам захочется делать парные кольца из серебра.

— Да, мне бы хотелось, чтобы они были долговечными. Ох, и не могли бы вы сохранить это в секрете от моей сестры?

— Конечно. Вы будете хранить мою тайну, так что я, конечно же, сохраню вашу.

Обретя общий секрет, они обменялись взглядами и одновременно засмеялись.

***

Один очень напряжённый старший корпоративный юрист что-то пылко представлял Сехону, сидящему во главе стола. Старший адвокат Кан, несколько руководителей, юристы среднего звена с многолетним опытом работы за плечами и партнёры заполнили комнату.

Свет от экрана сиял в тускло освещённой комнате.

— Поскольку консорциум* пытается приобрести данную компанию совместно, должен быть пункт об изъятии инвестиций.

— Пропустите те части, которые мы все знаем. Команда А сказала, что лучше всего сделать это открыто. Команда Б, ваши мысли? — сказал Сехон, скрестив руки.

— Пойти стандартным путём через государственный рынок ценных бумаг было бы нормально, но, по мнению нашей команды, заказчик находит это ненадёжным. Мы не принимаем это во внимание.

— Тогда вам нужна альтернатива в ответ на это.

— Заказчик в этом проекте более пассивен, чем ожидалось. Они все считают, что заключить стабильную сделку – это важно. Наша команда порекомендовала пут-опцион*. У нас есть финансовая возможность для покупки акций, поэтому у этого варианта отличные шансы. Заказчик также казался доволен им.

— Вы подготовили инвестиционные рекомендации ЛПС*?

На вопрос Сехона, вмешался другой старший юрист:

— Я подготовил сводку, в которой указаны только ключевые моменты.

Перед каждым загорелись планшеты. Стоило Сехону поднять голову, чтобы взглянуть на устройство, он заметил Юншина, дружелюбно беседующего с женщиной, идя по коридору.

Старший мужчина никогда не видел, чтобы юноша выглядел так застенчиво во время общения с клиентом. Для него это было впервые.

Он упорно смотрел в окно. Когда они скрылись из виду, он вновь переключил внимание на планшет. По началу ему удавалось сосредоточиться, но в конечном счёте, он стукнул по столу и встал.

Толпа юристов смотрела на Сехона, затаив дыхание, ожидая его реакции. Адвокат Кан медленно сказал:

— Я не могу сосредоточиться. Давайте сделаем десятиминутный перерыв.

— Целых десять минут? — остановил Сехона презентующий информацию старший юрист, озадаченный его странным поведением. Юрист не мог поверить, что он только что сказал, что не может сосредоточиться.

*Консорциум – союз предприятий, добровольно объединившихся с целью координации их деятельности для достижения определённой цели.

*Пут-опцион – срочный контракт, дающий его покупателю право продать активы по заранее оговоренной цене в предварительно установленное время.

*Лесной попечительский совет (ЛПС, FSC) – международная некоммерческая неправительственная организация, которая занимается продвижением ответственного управления лесами во всем мире.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 307 - Сайд-стори 2: Больше нет. Тайная консультация

Сехон остановился и цинично ответил:

— Временами всегда найдётся болван. Я твой начальник. Если не хочешь слушать приказы, можешь пойти домой и никогда не возвращаться. Тебе открыть дверь?

— Нет, я думаю, что, вероятно, допустил в презентации ошибку... Если это так, я её исправлю.

Конечно, в презентации адвоката было много моментов, которые не нравились Сехону. Но прямо сейчас проблема была в самом мужчине, а не в докладчике. Он огляделся и добавил:

— Я вернусь через десять минут, так что исправь, что считаешь нужным.

Затем он повернулся спиной ко всем растерянным лицам и покинул комнату.

Он без всяких сомнений направился к лифту, когда, ступив за угол, наткнулся на Юншина, возвращающегося после того как проводил клиента. Юноша писал сообщение на телефоне, отчего не заметил Сехона и почти прошёл мимо. Старший адвокат встал ровно перед ним и только тогда Юншин узнал ботинки Сехона и посмотрел вверх.

— Старший адвокат?

— Кто это был?

Юншин обернулся, его мозг работал на полной скорости. Поняв, что он единственный, кому Сехон мог адресовать вопрос, юноша понял, о чём его спросили.

— О, ты видел меня во время встречи? Это мой клиент. Я упоминал её в прошлый раз – та, о которой говорила сестра.

— Дизайнер Ким Чона.

— Как ты узнал её имя?.. Я ещё не передал её договор о найме секретарю Таку.

Юншин был потрясён, но потом вспомнил момент, когда воспользовался вторым желанием в кабинете Сехона. Старший адвокат видел уголок визитной карточки, которая торчала из кармана куртки юноши.

— Ты человек-фотоаппарат? Как ты запомнил с одного взгляда?

— О чём вы разговаривали, когда шли по коридору?

— Мы говорили о судебном разбирательстве. О чём нам ещё разговаривать?

— Не знаю, поэтому и спрашиваю. Выкладывай.

Пусть он и не сказал ей, кто это конкретно, но они говорили о человеке, который получит кольцо. Поскольку он абсолютно несведущ в сфере рукоделия, он чувствовал, что нужно рассказать дизайнеру предпочтения принимающей стороны для подходящего дизайна.

Юншин рассказал, что его партнёру в целом нравится простой и понятный дизайн, что тот подолгу сидит за столом и часто встречается с людьми с трудными взаимоотношениями. Обычно он пользуется перьевыми ручками делая заметки, и ему часто приходится печатать на клавиатуре. Ему не нравится запах сигарет на руках, поэтому он часто моет руки. Пока Юншин делился историями, он наслаждался моментом.

Но он не знал, как сказать об этом Сехону, поэтому лучшее, что он мог сделать, это попытаться умолчать:

— Просто болтали о судебном процессе.

— Нет, вы говорили о чём-то ещё.

Иногда у Сехона проявлялись нечеловеческие инстинкты.

Невозмутимые глаза старшего адвоката смотрели на озадаченного Юншина сверху вниз. Он не злился или издевался над ним. Безо всяких эмоций он спокойно сказал:

— Я вру столь жечасто, как и перевираю слова. Считаю, что это данность, что другие тоже лгут. Я разрабатываю стратегии учитывая возможность, что другой человек соврёт, чтобы я мог вмешаться в их ложь.

— Знаю.

— Но я терпеть не могу, когда врёшь ты. Тебе не следует от меня ничего скрывать. Не делай этого.

— ...

— Если ты снова попытаешься скрыть это, я разозлюсь. Спрошу ещё раз. О чём вы говорили?

Юншин закусил губу и осторожно ущипнул Сехона за рукав.

— Ты знаешь, я плохой лжец.

— Думаешь, я не в курсе?

— Могу я сказать тебе позже? Я расскажу тебе всё. Если продолжишь спрашивать меня сейчас, я буду вынужден продолжать врать. Объясню всё потом, почему мне пришлось так поступить.

Возможно, считав мольбу, отражённую в ясных и честных глазах Юншина, Сехон погладил шелковистые волосы юноши. Затем он вздохнул и взъерошил их.

— Понял. Тогда иди.

Юншин кивнул и прошёл мимо Сехона. Он сделал несколько спокойных шагов и обернулся. Его привлекательный возлюбленный всё ещё стоял на месте и смотрел, как всегда.

Сехон был неподвижен, словно скала. Юноша не мог заставить себя сделать ещё один шаг вперёд. Он вернулся к старшему адвокату и огляделся. За долю секунды, Юншин потянул галстук Сехона и поцеловал его широкий конец.

— Ты вышел в середине встречи, верно? Сколько минут у тебя осталось?

Словно зная, что будет происходить, Сехон погладил молодого человека по щеке и проверил часы на запястье другой руки.

— Пять.

— Тогда хватит. Сюда.

Юншин схватил крепкие руки партнёра и, будто на выполнении секретного задания, бросился к складскому помещению справа от лифта. Он толкнул Сехона в комнату со стопками бумаги для писем и другими канцелярскими принадлежностями. Он проверил окружение, чтобы узнать, видел ли кто-нибудь, как они вошли.

После этого он со щелчком закрыл за собой дверь.

Юноша толкнул Сехона к столу, покрытому тонким слоем пыли, и обнял его за шею. Старший адвокат ловко притянул его за талию и поддержал его на месте.

Их лица сблизились, и губы соприкоснулись. Прямо как стопка ингредиентов в сэндвиче, они укладывали свою плоть друг на друга. Они тёрлись и всасывали друг друга. Затем Юншин погрузил язык между мягкими губами партнёра.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 308 - Сайд-стори 2: Больше нет. Услуга

Юншин просунул свой язык внутрь, стремясь прикоснуться к языку Сехона. Соприкасаясь, их языки создавали хлюпающие звуки. Юноша свободно исследовал рот возлюбленного, прежде чем отстраниться, чтобы перевести дыхание. Преисполненный решимости использовать отведённые им пять минут как можно эффективнее, он покрыл поцелуями всё лицо Сехона.

Лёгкие шлепки последовали за местами, где мягкие губы Юншина соприкасались с кожей. Руки другого мужчины, лежавшие на талии юноши, скользнули к его затылку, и в ответ на его действия Сехон поцеловал Юншина в лоб. Затем он поднял левое запястье и проверил время:

– Прошло четыре минуты.

Злясь на себя за то, что четыре минуты назад сказал, что времени было достаточно, Юншин ещё крепче прижался к Сехону. Но тот холодно оттолкнул пальцем лоб адвоката и поправил его растрёпанную одежду. Юншин взгромоздился на стол, на котором сидел мужчина, и наблюдал за ним с разочарованием на лице.

– Вау, ты такой безжалостный, когда дело доходит до работы. Иногда ты действительно... – Юншин остановился на полуслове и поджал губы.

– Договаривай.

– Я лучше побуду мудрым и оставлю свои мысли при себе.

– У тебя есть привычка говорить всё, что тебе нужно, а затем притворяться невежественным.

У Сехона также была привычка заглядывать в мысли Юншина, но при этом вести себя суетливо и непонятно.

Всякий раз, когда это случалось, вместо того, чтобы сталкиваться лбами, юноша хотел прошептать любимому о своей любви больше, чем тот мог ожидать.

– Ты не можешь остаться подольше? Ещё одну минуту.

– Ты знаешь, сколько денег было потеряно за минуту мной и всеми в этом конференц-зале? Я потерял тысячи, просто следуя за тобой как идиот. Выходи через три минуты после меня.

Сехон закончил приводить себя в порядок и потёрся губами о лоб Юншина. Несмотря на поцелуй, он в конечном счёте оставил юношу. Наблюдая за широкой спиной старшего адвоката, юноша, желая расшевелить его, импульсивно признался:

– Я люблю тебя, даже несмотря на то, что иногда ты ведешь себя как мудак.

Сехон замер, когда собирался повернуть дверную ручку. Его руки соскользнули. Он уставился на тыльную сторону ладони и слегка наморщил лоб. А затем замолчал, как будто ненадолго погрузился в раздумья.

Чтобы ещё больше уязвить Сехона, Юншин добавил:

– Заработай много денег, малыш.

Сехон глубоко вздохнул, значение этого было непонятно Юншину, и, к удивлению, ответил:

– Хорошо.

Дверь закрылась без дальнейших колебаний.

В отличие от других случаев, когда Юншин менял ласкательное имя, а Сехон демонстрировал посредственную реакцию, на этот раз он ясно ответил.

Что это было только что?

Хорошо?

Хорошо???

Несмотря на то, что Сехон ненавидел подобные вещи, потому что считал их унизительными, он изо всех сил старался подыграть. Старший делал вид, что не понимает, но был обеспокоен тем, что оставляет Юншина. Парень потёр уши, все ещё не веря в то, что услышал, прежде чем его лицо порозовело.Ему так нравился неуклюжий, но ласковый Сехон, что он не знал, что с собой делать.Чтобы не выкрикнуть вслух полное имя Сехона, ему пришлось закрыть лицо обеими руками. Он ёрзал на столе и дергал ногами так тихо, как только мог.

Действие 05

Гудок. Сехон нажал на свой смарт-ключ и направился к вестибюлю подземного гаража. По привычке он проверил экран своего телефона. Уже сильно перевалило за час ночи.

Его встреча с клиентом неожиданно затянулась, поэтому он упустил Юншина, который ушёл с работы вовремя. Вот почему на его сообщение о том, что он скоро приедет, не ответили.

Когда у них не было особых планов, Юншин по умолчанию ждал в доме Сехона. Мужчина повернулся к зданию А, когда открылся лифт, ведущий в здание С. Тяжёлые двери распахнулись, и за ними оказался не кто иной, как Юншин.

– До Юншин?

Юноша выглядел таким же удивлённым, увидев старшего мужчину, и быстро подошёл к Сехону.

– Если бы я пришёл чуть позже, то упустил бы тебя..

– Почему ты идешь оттуда? Заскочил к себе домой?

– Да, мне нужно было кое-что проверить. Устал?

Сехон кивнул и погладил щёки молодого человека. Юншин выхватил у мужчины портфель, скрестив на нём руки. Как будто этого было недостаточно, он прижался к Сехону сбоку и обнял старшего мужчину за талию.

Поскольку жильё здесь принадлежало организации, жильцы всегда были осторожны друг с другом, несмотря на то, что квартир было много. Вот почему общественные зоны были безлюдны ночью. То же самое относилось и к этому вестибюлю. Тем не менее они не могли полностью расслабиться. Ведь не знали, кто может выскочить из-за угла.

Зная это, влюблённые обычно были очень внимательны к своему окружению и наслаждались острыми ощущениями от рискованного поведения. Однако сегодня всё было немного иначе. Юншин, казалось, не желал расставаться с Сехоном.

Интуитивно заметив это тонкое различие, мужчина обнял возлюбленного и встал перед лифтом здания А. Он приложил смарт-ключ к датчику, и лифт, уже спустившийся на цокольный этаж, открыл свои двери.

Они, естественно, зашли вместе.

Сехон пристально посмотрел на отражение Юншина в двери лифта, затем наклонил голову, чтобы поцеловать молодого человека в макушку. Он небрежно спросил:

– Ты сказал, что у тебя была встреча за пределами фирмы.

– Да, я освободился пораньше, чтобы встретиться со своим клиентом.

С этим ответом Юншин уже собирался посильнее прижаться к боку Сехона, когда лифт внезапно остановился.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 309 - Сайд-стори 2: Больше нет. Услуга

Юншин быстро отпрянул от Сехона, и двери открылись. Снаружи стоял мужчина с сигаретами и зажигалкой в руке. Прокрутив в голове базу данных персонала, Юншин быстро выяснил, что это был бухгалтер, которого недавно приняли на работу в налоговый отдел Догука. Должно быть, он направлялся на террасу на крыше покурить.

Первым мужчина узнал Сехона и поздоровался с ним. Тот ответил коротким кивком.В отличие от других сотрудников фирмы, которые знали, что Сехон и Юншин были довольно близки, новичку, возможно, показалось странным, что адвокат поднимался в здание А вместе с Сехоном. Испытывая беспокойство, молодой человек поклонился бухгалтеру и крепче сжал портфель мужчины. Наблюдая за этим, тот легонько щёлкнул юношу по лбу.

Казалось, Сехон говорил Юншину, что он решит любые возникающие проблемы, поэтому не следует напрасно беспокоиться. Напряжённые плечи адвоката начали расслабляться. Благодаря всего одному этому щелчку он почувствовал большее облегчение от того, что находится под опекой и защитой Сехона.

– Итак, что сказал клиент?

– Извините? О... Это клиент, который обратился ко мне по рекомендации сестры. Путь был тернистым с самого начала, но, я думаю, ситуация быстро разрешится. Я использую вас в качестве эталона, когда планирую свою стратегию.

Пока они болтали, лифт достиг этажа Сехона. Они вышли вместе и вошли в квартиру и бок о бок прошли по коридору. Всё это время Сехон анализировал каждое выражение лица и движение Юншина.Добравшись до гардеробной, адвокат Кан снял куртку и заявил:

– Ты хочешь мне что-то сказать, не так ли?

Взяв пиджак, юноша положил его на полку рядом с портфелем. Затем он наблюдал, как Сехон расстегивал свои запонки, жилет и галстук. Когда он дотронулся до верхней пуговицы своей рубашки, Юншин оттолкнул руку, чтобы расстегнуть пуговицу. Охотно принимая подобный жест, Сехон снова спросил:

– Ты хочешь мне что-то сказать или нет? Выбери, что хочешь сделать.

– Я выясняю, что лучше: то ли рассказать тебе об этом, то ли я могу решить это сам. И действительно ли это мой лучший вариант.

– У тебя неприятности в фирме? Тебе нужна помощь, чтобы справиться с этим?

Расстёгивая вторую пуговицу, Юншин неторопливо ответил:

– В какие неприятности мог попасть такой компетентный и трудолюбивый юрист, как я?

На лице Сехона появилось ещё больше сомнения, чем было прежде.

– Рассказывай мне, когда я спрашиваю. Чем раньше ты это сделаешь, тем легче будет разобраться.

– Говорю же, это не то, что ты думаешь.

– Если ты не можешь мне что-то рассказать, как мне делиться чем-то с тобой?

Юншин, державший третью пуговицу, вздрогнул. Ему показалось, что если бы он прямо сейчас посмотрел в глаза Сехона, то прочитал бы его мысли, поэтому сосредоточил свой взгляд на его ключицах. Мужчина осторожно приподнял подбородок Юншина, заставляя молодого человека встретиться с ним взглядом. Он добавил:

– Я лично обучал тебя, прежде чем отпустить, так почему мне приходится слышать, что руководитель группы по семейному праву ругает тебя?

У Юншина было ощущение, что Сехон уже знал об этом. Обычно до него быстро доходило, что происходит в фирме. Но ещё быстрее он узнавал о новостях, в которых речь шла о Юншине, которому он уделял более пристальное внимание, чем любой другой теме.

Вместо того чтобы расстегнуть остальную часть рубашки, Юншин прижался к груди Сехона, потёрся щекой и ровно вздохнул.В конце концов он сдался, как будто у него не было выбора:

– Я знаю, что следовать методам лидера правильно, пока я в той же команде. Но что, если этот метод неверен? Руководитель группы хочет распространить информацию о моём деле среди новостных компаний, потому что это понравится журналистам.

Юншин мог бы стерпеть, берясь за дела ради славы и репутации. Возможно, он невольно дискриминировал других клиентов, но в конечном итоге все его клиенты были равны. Однако использование дела для получения дополнительных выгод, несомненно, было неправильным.– Разве они не хотят защитить личность клиента, но использовать известность супруга?– Хотят.

– Вероятно, это для продвижения Клиники по бракоразводным процессам. Предпринимаются поптыки повысить производительность. Все так делают. Если ты утверждаешь, что это неправильно, я не могу встать на твою сторону.

– Но юридическая фирма не должна делать этого по своей прихоти. Сейчас также недостаточно доказательств. Если уже поднялся шум, это нехорошо для клиента. Заместитель руководителя группы придерживался того же мнения, что и я.

– Итак, заместитель находится на том же уровне, что и ты. Я буду иметь это в виду в целях управления персоналом.

Юншин ткнул Сехона в твёрдый живот и попытался спокойно убедить собеседника.

– Вопрос стоит не просто в защите личности клиента, но и в выигрыше судебного процесса.

После своих объяснений Юншин поднял глаза и укусил Сехона за подбородок. Затем он откровенно спросил, встретив ледяной взгляд собеседника.

– Руководителя группы вообще невозможно убедить. Даже заместитель руководителя поднял белый флаг. Ты не можешь мне помочь? Я также составил запасной план на случай, если приму неправильное решение. Но это действительно неправильно. Я прав.

Это была первая просьба Юншина за три года с тех пор, как он сменил команду.Именно в такие моменты Сехон был неожиданно поражён милыми привычками Юншина, которые были результатом того, что он был ребенком, родившимся в последние годы жизни своего отца, и о нём заботилась сестра с большой разницей в возрасте.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 310 - Сайд-стори 2: Больше нет. 5W1H

К удивлению, Юншин совсем не зависел от Сехона, когда дело касалось работы. Казалось, ему привычнее справляться и решать проблемы самому. Он редко жаловался или ныл о сложности своей работы. Он ей наслаждался.

Должно быть это были привычки, приобретённые на старте этой работы, но его высокая гордость и соревновательная натура сделали его таким.

Тем не менее, очевидно, со сложившейся ситуацией было слишком сложно справиться стандартным путём, о чём свидетельствует факт, что вместо использования обычного формального подхода изложения своих возражений, он пытался сжульничать, воспользовавшись своей связью с Сехоном. Старшему адвокату нравилось, когда Юншин пользовался исключительно правильными путями и держал себя в рамках, но всё равно допускал мысль, что юноша подавит свою гордость до состояния, что не сможет больше терпеть, и воспользуется Сехоном, как инструментом для решения проблемы.

Адвокат Кан и не думал, что ему понравится быть средством для достижения чьих-то целей.

Мужчина прислонился к стеллажу, притянул юношу руками за спину и ответил:

— Расскажи мне в деталях, как ты хочешь, чтобы я помог. А после я решу.

— Я хочу решить это дело по-своему. Пожалуйста, останови публикацию статей.

— По твоему желанию я мог бы сменить лидера группы. Зачем идти длинным путём, когда есть короткий?

— Он не плохой человек. Он разумный начальник, но иногда наши мнения расходятся.

— Даже не знаю, похоже, это происходит частенько, — сказал Сехон.

Юншин попытался логически возразить

— Это нормально – иметь разные мнения между участниками команды по работе. Это значит, что принятие решений происходит по принципу «снизу-вверх».

Вместо незамедлительного ответа Сехон прищурился, и его щека дёрнулась. Ему придётся выступать за стратегию управления, противоположную его обычному методу «сверху-вниз». Приметив это, Юншин застенчиво потёрся о старшего адвоката и встретился с ним взглядом. Сехон спросил:

— Если я помогу тебе, что ты мне дашь?

— Не знаю. Одно из моих любимых занятий это работать за бесплатно во благо...

— Я говорил тебе, мне такое не нравится. Я сторонник неолиберализма.

— Тогда как насчёт того, чтобы рассматривать это как дело pro bono? Вау, так вот почему люди всегда в восторге от налаживания контактов и связей.

Сехон усмехнулся, но как и всегда, не смог проигнорировать просьбу своего возлюбленного. Он крепче прижал парня к себе и медленно погладил его по спине.

Кожа Юншина соприкасалась с кожей партнёра через расстёгнутую рубашку. Несколько мгновений они оставались в объятиях, наслаждаясь дыханием друг друга. После чего Сехон просунул пальцы под рубашку юноши. Он помассировал бёдра Юншина, и нижняя половина юноши напряжённо дёрнулась.

— Уже перевалило за час ночи. Ты не устал?

— Но ещё же не больше двух.

— Ты бы сказал то же самое, будь на часах два ночи, ведь так? Что ещё же не больше трёх.

— Я просто пытаюсь тебя научить, что в этой жизни нет ничего бесплатного. Тебе нужны мои инструкции и поддержка, — прошептал Сехон на ухо, залившееся краской, и прикусил мочку, их дыхание становилось поверхностным. Он провёл вдоль позвоночника Юншина, затем протиснулся в промежуток в штанах и нижнем белье.

Пальцы, вторгнувшиеся в щель между ягодицами, очертили вход. Юншин вцепился в Сехона, как коала, и застонал. Старший адвокат дразнил юношу едва входя и потирая вокруг. Юншин подрагивал, потираясь о тело старшего. Их дыхание стало грубее.

— Чему ты собираешься научить меня в первую очередь?

— А чему хочешь научиться сначала?

Юншин вцепился в рубашку Сехона, покрывающую его широкую спину, и поднял одну руку. Он провёл пальцами по губам партнёра и завёл кончики внутрь.

— Хнгх, здесь.

Протолкнув их глубже за границу зубов Сехона, он коснулся верхнего нёба и чувствительной кожи рта. Старший адвокат проследовал языком за пальцами и покрыл их слюной.

Затем Юншин вытащил указательный и средний пальцы изо рта Сехона и наклонил голову.

— Хах. Сонбэ, я хочу поцеловать тебя. Можешь открыть рот?

— Просунь свой язык. Я съем тебя целиком.

Следуя инструкциям Сехона, Юншин высунул свой красный и влажный язык и собирался засунуть его между губами, когда его остановили.

— Сначала помести внутрь палец, а на него язык.

По приказу Сехона, юноша снова вставил палец и просунул половину языка. Старший адвокат засосал палец и язык. Юншин почувствовал, как через него пробегает разряд. Это было лишь небольшое нововведение в их обычном поцелуе, но, как ни странно, его нижняя половина напряглась, а кожа, казалось, пульсировала от накатывающего возбуждения.

Влажная плоть сталкивалась в пещеристых внутренностях. Из-за пальца Юншина они не могли перекрыть друг друга идеально, что ещё сильнее заставляло юношу жаждать Сехона.

— Хнгх, хм-м-м, нгх.

Юншин извивался, чувствуя, словно тает. Не в силах больше терпеть он вынул палец. После чего попытался глубоко поцеловать Сехона, снимая с него рубашку.

Он расстегнул оставшуюся часть рубашки, скинул её и провёл по крепким рукам Сехона. Он переместил руку с пресса на грудь. Юноша почувствовал, как кожа и мышцы Сехона напрягаясь подскакивают и подрагивают под его ладонями, пока те блуждали по его торсу.

Немного неловкая прелюдия быстро возбудила Сехона. В конце концов, его крупный кадык резко качнулся, когда старший адвокат сделал резкий вдох, и он агрессивно расстегнул пуговицы Юншина. Через полураскрытый промежуток он просунул руки и ущипнул торчащие соски юноши.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 311 - Сайд-стори 2: Больше нет. 5W1H

— Нгх!..

Юншин капитулировал перед меткими и умелыми прикосновениями партнёра, вращая ногами и потираясь нижней половиной о старшего мужчину. У него голова шла кругом лишь от одного вида внушительной массы, находящейся в боевой готовности.

— М-м-м, ты мне нравишься.

— Правда? На сколько?

— Больше, чем ты можешь себе представить. Войди глубже.

Сехон стиснул челюсти и прокрутил чувствительные соски Юншина, параллельно погружая свой язык глубоко в рот юноши.

— М-м-мпх, нгх!

После этого они оба неистово прикасались друг к другу. Они нащупали штаны друг друга, расстегнули молнии и начали ласкать вставшие члены.

Два счлена, поднявшихся в воздух, уже почти встретились друг с другом и слились в удовольствии, когда послышался звук.

Телефон Юншина завибрировал в кармане брюк. Юноша мучительно извивался перед Сехоном и отрывисто стонал. Остановившись, словно дразня юношу, старший адвокат встал прямо, обняв его за талию.

Мужчина прислонился к полкам и казался недовольным. Его большие руки мягко лежали на бёдрах молодого человека.

— Компания?

Если кто-то и пытался связаться с Юншином в такой час, то это был наиболее вероятный вариант.

— Возможно... Хах? Не думаю.

Однако это был не тот случай. Юншин проверил экран и покачал головой, дополняя свой ответ:

— Это моя клиентка, мисс Ким Чона. Я сказал ей связываться со мной в любое время, если она окажется в опасной ситуации. Она не похожа на ту, что стала бы связываться со мной в такое время суток просто так. Должно быть с ней что-то случилось.

К этому моменту Сехон начал раздражаться:

— Опять эта женщина?

Когда он заметил их в коридоре несколько дней назад и увидел смеющегося Юншина, и когда Юншин воспользовался её делом, чтобы попросить Сехона сделать что-то, он терпеливо переносил это. Однако, когда помехи продолжались до поздней ночи, это действовало ему на нервы.

— Помойся. Я приду сразу после.

Юншин прижался губами к губам партнёра в извинении и повернулся. Сехон встал, снял с себя оставшуюся одежду, достал толстый халат, накинул его на плечи и направился в ванную.

В тот момент, когда Юншин принял звонок, дверь со щелчком закрылась.

— Да, это До Юншин.

Юноша с тоской смотрел на дверь, скрывшую за собой Сехона, и ответил, собирая свою одежду. После чего вышел из раздевалки.

***

Клац, клац.

Сехон печатал письмо с заключением, нахмурив брови. Его красивое лицо было искажено дискомфортом, будто что-то действовало ему на нервы.

После некоторого времени стучания по клавиатуре он инстинктивно потянулся за сигаретами. Однако, не так давно они у него закончились. Он отбросил пустую коробку за стол.

Мужчина прислонился к спинке стула и запрокинул голову. Глубоко вздохнул. Рука его была на лбу и крепко его сжимала, так что вены на тыльной стороне стали более заметными.

Он повернул голову из стороны в сторону, чтобы разгрузить напряжённую шею, расслабить мышцы, и проверил время. На часах было шесть вечера. Также на его телефон пришло сообщение, так что он проверил его.

Он снова и снова перечитывал короткое сообщение, и нахмурился.

«Я сегодня уйду с работы рано. Увидимся дома вечером. – До Юншин».

— Уйдёт с работы?

Он незамедлительно поднял жалюзи и осмотрел кабинет напротив. Должно быть, Юншин уже собрал вещи и ушёл, поскольку свет был выключен.

Юншин постоянно был таким в последнее время. Попросту говоря, он больше недели пренебрегал Сехоном.

Сейчас был самый разгар сезона бракоразводных процессов. Иными словами, обычно можно было предсказать, когда и сколько будет работать юрист. Однако впервые он не мог предсказать расписание Юншина. Последние несколько дней он уходил с работы точно вовремя, всегда направляясь в иное место, нежели домой.

Всё было не так плохо, как у Сехона, но Юншин тоже всегда был завален в работе. Он работал сверхурочно, словно дышал. Даже если начальство ему об этом не говорило, он отказывался от выходных. Иногда заканчивал раньше, но даже в таком случае, заканчивал большую часть работы на день. Но, похоже, в эти дни он работал на износ, ведь свет в кабинете горел до поздней ночи.

Сехон совсем не мог понять текущую ситуацию.

Если бы ему было необходимо выбратьповоротный момент, то это началось в тот день, когда Юншин поздно ночью получил звонок в гардеробной Сехона.

В тот день Юншин не возвращался вплоть до момента, когда Сехон закончил мыться. Он объявился, когда старший адвокат наносил на лицо тоник, просто сказать, что ему нужно зайти кое-куда на минутку. Похоже, у клиентки были бытовые проблемы. Сехон знал самоотверженность и жажду работы Юншина, поэтому в тот момент принял это за один из подобных случаев.

Но спустя время он начал думать, что это не так. Юншин не должен пренебрегать Сехоном такое долгое время, не сказав ни слова. А если бы ему пришлось, то ему следовало предоставить старшему адвокату объяснение. Они всегда понимали занятость друг друга. Если бы это было связано с работой, Сехон мог бы полностью понять. Несмотря на это, юноша не приложил никаких усилий, чтобы объяснить Сехону что происходит.

Он снова прочёл сообщение. Это явно отличалось от других, отправленных им ранее. В отличие от предыдущих, когда Юншин объяснял почему, где, что он делает и когда вернётся, это было простым заявлением, что он уйдёт.

— Думаю, мне стоит перевоспитать его, начиная с пяти «W» и «как».

Он с раздражением бросил телефон и поднял трубку телефона внутренней связи. Он нажал кнопку и услышал на другом конце знакомый голос.

— Да, сэр, говорит секретарь Так.

5W1H или метод Киплинга – используется для сбора информации: What (Что), Where (Где), When (Когда), Who (Кто), Which (Какой), How (Как).

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 312 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вместе

– Куда ушёл Юншин? – спросил Сехон.

– Он ушёл, чтобы встретиться с клиентом. В мастерскую жены того писателя.

Снова туда.

Сехон хранил молчание, и секретарь Так тактично добавил:

– Если у вас есть инструкции для адвоката До, пожалуйста, дайте мне знать. Я могу передать их ему.

Если Юншин затевал что-то подозрительное, его местонахождение должно было быть не таким очевидным. Однако молодой адвокат весьма прозрачно объяснил административному персоналу, куда он направляется. Сехон мог сказать, что Юншин хотел оставить след из крупиц информации, скорее всего, чтобы заманить супруга клиентки. Он говорил, что у них недостаточно доказательств, и он использовал Сехона в качестве ориентира в своих стратегиях.

Проблема заключалась в том, почему Юншин не рассказал Сехону о своих планах.

«Ювелирная мастерская...» – подумал мужчина.

У Юншина, несомненно, были свои планы. Сопоставив отношение Юншина к Сехону и их разговоры об этой ситуации, Сехон мог легко сделать выводы. Поскольку женщина была дизайнером ювелирных изделий, его догадка казалась более правдоподобной.

Несмотря на то, что Сехон был близок к ответу, он не мог с ним смириться. Мысль о том, что Юншин использует всё свободное время, которого у него не было днём, и тратит свою энергию на то, чтобы побыть наедине с женщиной, доводила его до крайнего беспокойства. Ненависть к себе и отсутствие Юншина усилили абсолютную пустоту в его сердце и помутили его разум.

«Я прекрасно знаю, что я один единственный в твоей скучной и одинокой жизни».

Особенно потому, что Сехон не был единственным человеком в богатой и изобилующей жизни Юншина.

Для старшего адвоката любовь была подобна колодцу, который никогда не наполняется, сколько бы в него ни наливали воды. Несмотря на то, что он знал, что его партнёр изливает переполняющую его любовь только на Сехона, он всё ещё испытывал жажду и иногда чувствовал, что засыхает.

Сможет ли Юншин действительно вытерпеть возлюбленного до самого конца? Будут ли они вместе?

Сехон посмотрел на палец, на который никогда не надевали кольцо, и почувствовал горький привкус во рту.

– Итак, он раскрыл своё расписание секретарям.

– Да, но нет ли вероятности, что муж будет донимать адвоката До? Не знаю, о чём он думает. Следует ли мне дать ему совет?

Сехон грубо потёр лицо. Низким и сиплым голосом он холодно ответил секретарю Так:

– Вы смотрите свысока на До Юншина, потому что он моложе вас?

– Что? Как вы можете такое говорить? Я просто волнуюсь за него. Мы очень близки.

«До Юншин, разве тебе не повезло, что, говоря о тебе, люди так часто используют «мы»?»

Сехон сильно прикусил губу, а затем холодно возразил:

– Вывод, к которому вы можете прийти за три минуты, основываясь на кратком наблюдении, – это то, к чему Юншин может прийти за три секунды. Дайте совет кому-то, кто в этом нуждается.

Секретарь Так уловил, что пытался сказать Сехон. Видимо, он осознал возможность того, что Юншин сделал это намеренно.

– О… Правда. Я сомневался в этом, потому что адвокат обычно использовал традиционные решения. Теперь он профессионал. Мои размышления были поспешными.

– Вы должны размышлять, рассматривая всю картину целиком. Сколько раз я должен вам повторять?.. Ладно, неважно. Если Михи-сонбэ всё ещё на работе, спросите, могу ли я с ней увидеться. Я схожу к ней в кабинет.

– Понял. Что-нибудь ещё?

– Сигареты.

– Я принёс вам пачку этим утром, вы её уже закончили? Как насчёт умеренного курения?

– Повесьте трубку, если собираетесь ворчать.

Сехон повесил трубку сам и на мгновение коснулся края своего мобильного телефона. Он действительно надеялся, что ему не придётся расследовать дела Юншина за его спиной. Адвокат Кан разрывался между сильным желанием контролировать своего партнёра и верой в чувства Юншина к нему. Набравшись невероятного терпения, он в конце концов положил телефон.

Как раз в тот момент, когда он собирался снова сосредоточиться на своей работе, он услышал стук.

– Входите, – он протянул руку, показывая, что секретарь должен бросить пачку сигарет ему в руку, но, подняв глаза, увидел Михи. В руках у неё был тонкий конверт. У неё, должно быть, тоже было какое-то дело к Сехону.

– Что? Хочешь дать пять или что-нибудь в этом роде?

– Разве секретарь Так не сказал, что я поднимусь к тебе в кабинет?

– Я как раз спускалась к тебе. Мне и дальше стоять здесь?

Сехон помассировал свои уставшие глаза и махнул рукой в сторону дивана. Пока Михи садилась, он сел напротив неё.

Сидя лицом друг к другу, они были окружены привычной тишиной. Адвокат Сон, которая первой согласилась на встречу, заговорила:

– Секретарь Так весь вспотел. Ты кричал на него? Почему?

– Как насчёт того, чтобы не совать нос в дела другой команды?

– Он хорошо справляется со своей работой, и ты редко на него злишься. За этим забавно наблюдать.

– Достаточно. Какое у тебя ко мне дело?

– Ох, да. Начну первой. Не мог бы ты просмотреть это?

В конверте, который передала Михи, был свёрток. Когда Сехон начал спокойно читать содержимое, Михи продолжила своё объяснение:

– Я директор фирмы, но не знаю, почему так волнуюсь, если никто не проверяет мою работу. Даже рассказать кому-то сложно, потому что это так неловко...

Документ представлял собой краткое изложение случаев финансовых споров, которыми в настоящее время занималась команда по финансовому праву. На следующей странице было приложение, в котором излагался план организации целевой группы для соответствующего проекта. Там был список имён избранных экспертов в каждой области, включая экспертов по финансовым сделкам, судебным разбирательствам и международной торговле.Страницы шелестели, когда Сехон листал их, и его глаза светились благоразумием.

– Член консультативного комитета Министерства юстиции… Нам нужен человек с такой должностью, поскольку правительство, похоже, хочет помешать этому плану. Но здесь нет членов Службы финансового надзора или Таможенной службы Кореи. Почему они исключены?

– У адвокатов финансовой команды не было достаточного количества сотрудников, которых я могла бы забрать. В этом квартале все заняты.

– О чём ты говоришь? Тебе нужно собрать всех, кто необходим. Это бывшие главные прокуроры. Ты пытаешься устроить ссору?

– Тебе тоже так кажется?

– Этот список – мусор. Кто это сделал?

– Я.

– Переделай.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 313 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вместе

Он собрал бумаги вместе с конвертом и бросил их на стол. Михи подняла их с облегчением, будто заранее уже знала, что он отвергнет их в тот момент, когда увидит.

– После того как я вручила каждому из них дело для работы, никого не осталось. Думаешь, я делаю это, потому что хочу?

– Выжми их досуха. Это способность директора.

– Ты бы предпочёл контролировать некоторые вопросы финансового права?

– Гораздо быстрее нанять нового человека. Как насчёт того, чтобы спросить руководителя отдела подбора персонала?

– Если работа в области финансового права тебя не устраивает, как насчёт того, чтобы стать исполнительным директором?

Сехон остановился, когда услышал это. Он беспристрастно посмотрел на Михи прищуренными глазами. Но женщина лишь пожала плечами в ответ на его недоверчивый взгляд. Судя по её реакции, Сехон, должно быть, правильно расслышал её с первого раза.

Несмотря на то, что он внёс большой вклад в превращение Догук в то, чем она является сейчас, по сути, это был сад, за которым тщательно ухаживал отец Михи. Принимая во внимание это обстоятельство, а также репутацию и масштаб фирмы, даже если объектом найма был Сехон, это был довольно необычный выбор.

Михи мягко и убедительно добавила:

– Неважно, на какое собрание я пойду, я директор, но всё, о чём они говорят, – ты. Самое смешное, что меня это даже не беспокоит, потому что всё, что они говорят, – правда. В таком случае разделить корону с тобой гораздо выгоднее, даже для меня.

Сехон не стал отрицать, так как умел смотреть на себя объективно.

По её глазам он понял, что это не просто предложение, сделанное по прихоти. Были некоторые вещи, которые он мог уловить, потому что они знали друг друга долгое время. В отличие от того времени, когда тень её отца всегда нависала над ней, с нынешней ситуацией и бременем, лежавшим на её плечах, было довольно трудно справиться. На самом деле, она сильнее, чем раньше, полагалась на Сехона в своих решениях и выборе. Он был уверен, что это предложение вытекало из той же логической цепочки.

– Оглядываясь назад, я понимаю, что семь лет – это слишком мало. Я чувствую, что в конце каждого года веду обратный отсчет.

– Я ценю предложение, но это слишком неожиданно.

Михи кивнула, понимая, к чему клонит Сехон.

– Я знаю. Ты не любишь чувствовать себя связанным, и тебе не нравится, когда на охоте нет погони. Но всё же, если это Догук... разве это не стоит того, чтобы за неё держаться, даже если тебе это неинтересно? Мы вторые в нашей отрасли, а скоро станем первыми.

– Тебя не волнует, что мы собираемся делить один пирог?

– До тех пор, пока ты не ударишь меня ножом в спину, меня это не волнует. Компетентные люди заслуживают большего.

– Ты мне доверяешь? Откуда ты знаешь, что я не уничтожу фирму, которой ты дорожишь больше собственной жизни?

– Я не доверяю тебе полностью, точно так же, как и ты. Но, Сехон, теперь я знаю твою слабость. Если ты нанесёшь удар Догук, я уничтожу его вместо тебя. Раздавить одного человека проще простого.

Недовольный тем, что на него напали достаточно непредвиденным способом, он холодно посмотрел на Михи. Она была одной из немногих, кто знал об отношениях Сехона и Юншина. Старший адвокат никогда не говорил ей прямо об этом, но, основываясь на том, через что они прошли, оба знали, что Михи в курсе.

Будто показывая Сехону, что нет необходимости быть таким нервным, Михи сказала:

– Я просто говорю, что мы должны выбрать симбиоз. Если ты станешь директором фирмы такого масштаба, старики могут поднять шум из-за твоего возраста, но это совсем не проблема, потому что все знают, насколько ты компетентен как адвокат. Если я покажу им цифры, комитет согласится.

Давным-давно, когда Михи спросила Сехона, не хотел бы он стать партнёром Догук, Сехон охотно вошёл в долю, не только из-за должности, но и потому, что его раздражало, что ему приходилось терпеть разделение всех остальных вокруг него. В конце концов, Сехон всегда был прав. Однако он чувствовал, что весь процесс убеждения своего начальства до этого момента был пустой тратой энергии и времени.

Он не чувствовал себя слишком стеснённым и не испытывал дискомфорта во время работы, и ему не нужна была такая тяжёлая должность. Более того, если бы он стал директором совместно с Михи, то не смог бы покинуть Догук до конца своей жизни в качестве адвоката.

Несмотря на недостатки, как сказала адвокат Сон, ставки были высоки, поэтому он действительно был заинтригован этим как человек, который находил успех и привлекательность в победе.

Видя его неоднозначный ответ, Михи продолжила, как будто знала, что он отреагирует именно так:

– Подумай... Я озвучу это, когда ты примешь решение. Это всё, что я могу сказать на данный момент. Чего ты хотел от меня?

Просьба Сехона была связана с Юншином.

Руководители команды Догук обычно проходили ротацию кадров. У всех адвокатов была своя специализация, но как только у них за плечами было достаточно лет работы, в масштабах юриспруденции возникало множество пересечений, так что ротацию провести было несложно.

Сехон никогда не думал, что руководитель группы по семейному праву, который сменился год назад, поладит с Юншином. Он не был плохим человеком, но их принципы и ценности сильно отличались. Плюс этот адвокат не был человеком, каким выставлял его Юншин. Сехон понял, что юноша сказал это лишь для того, чтобы тот не вмешивался.

Адвокат Кан надеялся, что Юншину нравится его работа, потому что она ему полностью подходила.

– Смена руководителя группы по семейному праву.

Михи наклонила голову, как будто не понимая сути его просьбы.

– Руководитель группы по семейному праву? Он выполняет работу не лучшим образом, но у него неплохо получается. Какова же причина? Она должно быть разумной.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 314 - Сайд-стори 2: Больше нет. Творение

Сехон незамедлительно ответил:

— Мы.

— Что ты имеешь в виду?..

— Мне не нравится это «мы», на которое он ссылается.

Это была очень иррациональная причина. Михи пыталась её понять, но она была настолько случайной, что у неё не вышло. Но из-за того, что сказал об этом именно Сехон, она была странным образом убеждена.

— Слышала ты не так давно запретил пресс-релизы команды по связям с общественностью. Он сопротивляется из-за этого? Хотя не думаю.. Никто в этой компании не даёт тебе отпор, кроме До Юншина.

— ...

— А, это директор До Игён попросила? Присмотреть за твоим парнем, ой, нет, я имела в виду за её братом?

— Развлекаешься?

— Могу сказать, что я очень разочарована, что провела последние десятилетия, не зная об этой радости жизни.

Сехон резко ответил. Это было то, что он рано или поздно хотел сказать.

— Говоря об этом, директор Сон, можешь ли ты не показывать Юншину, что ты в курсе этой темы У него почти нет друзей в компании, так что не вынуждай его быть настороже и осторожничать рядом с тобой.

— Но его реакция довольно милая.

— Ты когда-нибудь задумывалась, что твоё положение выше, чем просто старший адвокат?

— Он так тебе дорог, что это сводит с ума? Ты уже готов встать на его защиту. Это так странно.

— Почему это вас беспокоит, мэм?

Михи одарила Сехона косым взглядом, а затем кивнула. Однако разговор всё равно крутился вокруг одной и той же темы, словно спутник вокруг планеты.

— Хорошо, тогда что ты собираешься сделать для своего дорогого Юншина в этот раз?

— Какого Юншина? Должно быть, утомительно постоянно пороть чушь. Я начинаю раздражаться. Не выходи за рамки, ладно?

Несмотря на резкость ответа, это не задело Михи. Она усмехнулась и спросила:

— Понижение в должности?

Если бы он мог, уже бы так поступил, но он знал границы между своими личными делами и профессиональной жизнью. Юрист, о котором шла речь, не причинил компании никакого вреда, так что это не могло быть подходящим решением. Во-первых, юрист не поймёт причин, достаточных, чтобы принять наказание, а во-вторых, это будет плохо выглядеть в глазах других юристов. Моральный дух фирмы упадёт. И прежде всего Юншину бы не хотелось такого результата. В таком случае лучше было размахивать пряником, чем браться за кнут.

— Раз уж ты сказала, что он неплохо работает, переведи его в команду финансового права. Ты всё равно сказала, что у них нехватка кадров. В том месте полно опытных людей, поэтому не будет проблемой, если туда направят человека уровня руководителя команды. Если он амбициозен, то будет удовлетворён такой рокировкой. Можешь продвинуть заместителя руководителя команды, чтобы заполнить пустующее место руководителя группы.

— Заместитель? С чего вдруг такое внезапное повышение? Ещё даже не сезон повышений.

— По доброте душевной.

Словно услышав что-то дикое, выражение лица Михи стало странным. Кажется она не верила, что это сорвалось с уст Сехона. Кроме того, заместитель руководителя никогда раньше не работал под началом Сехона, у них не было точек соприкосновения.

Поэтому у неё было множество вопросов, но по опыту прошлых лет Михи знала, что Сехон подробно объяснять не станет, даже если Юншин окажется под угрозой, пусть и небольшой.

— Что ж... Обычно ты меня о таких вещах не просишь, так что у тебя должна быть веская причина? Я поняла. В такие моменты я должна попытаться заслужить расположение. Вынесу это на обсуждение. Увидимся позже.

Они оба одновременно встали и каждый направился своей дорогой. Михи выскользнула из кабинета, а Сехон сел обратно за свой стол.

Посмотрев в окно, он увидел, что сумерки постепенно опускаются.

«Если работа в области финансового права тебя не устраивает, как насчёт того, чтобы стать исполнительным директором?»

Вспомнив предложение Михи, по какой-то причине он почувствовал, что нуждается в Юншине рядом. Теперь, решая, какой путь выбрать в жизни, Сехон думал о юноше. Старший адвокат, который привык всё в жизни делать самостоятельно, стал более привыкшим думать, находиться в противоречии и принимать все решения совместно.

Он хотел услышать мнение Юншина по этому поводу.

Но Юншина, который всегда был где-то рядом, стоило ему поднять глаза, не было видно, и это, честно говоря, действовало ему на нервы.

«Исполнительный директор, говоришь...»

Он провёл по безымянному пальцу левой руки указательным и большим пальцами противоположной, имитируя движение надевания кольца, прежде чем снова повернуться к своему монитору.

***

В это время в другом месте, Юншин смотрел в окно, но обернулся, уловив чьё-то присутствие. В качестве клиентов друг для друга, появилась Чона с образцом в руках. Юноша сел и осмотрел предложенные варианты. Они всё ещё имели форму простых белых колец без каких-либо деталей и полировки.

— Так будут выглядеть формы?

— Да, основные работы по металлу завершены. Наконец, на этом этапе я буду корректировать размеры колец. Я буду шлифовать эту часть, чтобы сделать их похожими на тот дизайн, что я вам показывала. Будут ещё пожелания или я перейду к следующему этапу?

Один из дизайнов был кольцом из серебристо-белой платины с плавными изгибами и одним острым углом. Он раздумывал о том, чтобы украсить внешнюю поверхность бриллиантами, но раз уж это было тем, что Сехон носил бы на регулярной основе, юноша решил, что лучше всего оставить её гладкой и чистой. Поэтому они оставили немного места на нижней части кольца чтобы вставить небольшие бриллианты.

Другое кольцо принадлежало Юншину. Металл был тем же, но он не мог сделать форму одинаковой, поэтому намеренно сделал их совершенно разными. Он инкрустировал множество бриллиантов с одной стороны платинового кольца. Далее, когда они сложат два кольца вместе, они подойдут друг другу. Их имена также будут выгравированы в месте, скрытом от других.

— Вы ещё не знаете размер кольца вашего партнёра, верно?

— Да. Если я поставлю пальцы вот так... примерно такой размер? — Юншин изобразил круг из пальцев.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 315 - Сайд-стори 2: Больше нет. Творение

Чона рассмеялась.

— Сделаю его большим специально. Я не смогу увеличить размер, но уменьшить будет возможно.

— Тогда, не могли бы вы сделать бриллианты на стороне ребра больше чем бриллианты на боковой поверхности? Как много времени на это потребуется?

— Я делаю всю работу сама, так что это не то, что получится сделать за одну ночь. Тем не менее, думаю, я смогу отдать их вам на следующей неделе. Свяжусь с вами, как только закончу.

Он потратил уже несколько дней на разработку дизайна колец. Подбор правильного размера бриллиантов и их заказ также сместили их график на один день.

После их первой встречи на похоронах отца Юншина, следующим самым впечатляющим моментом была их встреча в резиденции компании.

Образ красивых рук с аккуратно подстриженными ногтями всё ещё был у него перед глазами. Его длинные пальцы и вены на тыльной поверхности его ладоней дополняли картину. Юншин никогда не сможет забыть этот момент.

Благодаря этому юноша чувствовал, что Сехону пойдёт всё что угодно, и он углубился в размышления. Последнюю неделю молодой человек проводил всё своё время в пустой мастерской, напрягая мозг, пока рассматривал другие кольца, пока, наконец, не соприкоснул перо с бумагой. Он передал Чоне готовый проект всего три дня назад.

— Тогда буду ждать, когда вы со мной свяжетесь. Спасибо. А, и охранная компания ответила мне.

— Правда?

— Да, в прошлый раз, когда вы позвонили среди ночи, вы оставили такую хорошую запись видео и аудио. Думаю, нам понадобится только это и ещё несколько доказательств. Скоро мы сможем подготовиться к судебному разбирательству.

— Слава богу... Но теперь мой муж, очевидно, знает, что вы приходили и уходили из этой мастерской. С вами всё будет в порядке?

— Если вы хотите заявить, что подозреваете бред ревности, нужны доказательства, которых у нас пока нет.

— Но он может прийти в вашу компанию. Если он воспримет это в другом ключе...

У людей с психическими отклонениями имеются определённые модели поведения. Обычно они были предсказуемы для Юншина, особенно после рассмотрения дел и сбора информации о супругах с паранойей или бредовой ревностью.

— Не беспокойтесь слишком сильно. На всякий случай я найму охрану. Теперь я пойду.

Чона кивнула и проводила Юншина. Он ещё раз помахал ей и сел в свою машину.

Сидя за рулём, юноша поехал по улицам, застроенным жилыми домами.

В этот момент его телефон завибрировал. Это был Сехон.

Взволнованный мыслью, что скоро он сможет подарить кольца, Юншин радостным голосом ответил на звонок:

— Да, сонбэ.

— Где ты?

— А, я ходил на встречу с клиентом.

— Снова?

По какой-то причине голос Сехона звучал более подавленным и хриплым, чем обычно. Ему почти казалось, что он на мгновение погрузился в глубокое море. Он понял, что мужчина был расстроен тем, что они уже довольно давно не проводят время друг с другом. Честно говоря, Юншин тоже чувствовал, что скучает. Юноша хотел быстрее увидеть Сехона, поэтому немного сильнее надавил на педаль газа.

— Я только что вышел. Ты дома?

— Да. Тебя забрать?

— Нет, я на своей машине. Скоро буду.

— Юншин.

— Да?

Молчание, наполненное множеством вещей, которые хотел сказать Сехон, затянулось Казалось, он хотел сказать Юншину что-то важное, но, назвав юношу по имени, старший адвокат не сказал ни слова. Почувствовав себя странно, он хотел убедить Сехона сказать всё, что ему хотелось, когда тот заговорил раньше него:

— Нет, ничего. Поспеши домой. Я скучаю по тебе.

Признания Сехона, как и всегда, ласкали слух.

Юншин поймал себя на том, что задержал дыхание, и потом смог ответить:

— Я тоже тебя люблю. Лечу домой со скоростью света.

Сехон усмехнулся милым выходкам юноши. Обычно у старшего адвоката не было причин для смеха, потому каждый раз, когда он поступал подобным образом, Юншин чувствовал себя на вершине мира.

Он крепче сжал руль, и счастье разлилось по его лицу.

Действие 6

Юншин на цыпочках прокрался в спальню, осторожно выверяя каждый шаг, словно прокрадываясь внутрь.

Он подошёл к кровати, на которой спал Сехон и тихо сел рядом с ней. Он хотел подойти ближе, но боялся, что разбудит партнёра тем, что постельное бельё сместится.

Сегодняшний день должен был быть особенный день для него. Ему было необходимо увидеть этого мужчину заранее, чтобы начать свой день с уверенностью.

Юншин спокойно выдохнул и осмотрел крепко спящего Сехона. День ещё не закончился, так что ему приходилось полагаться на свет луны. К счастью, его было достаточно, чтобы он мог видеть едва различимые изменения в лице Сехона с нынешнего расстояния.

«Он так сладко спит».

Однажды Сехон сказал: «Почему нет? Хочу присмотреть за тобой, чтобы увидеть, какие сны тебе снятся, и крепко ли спишь».

Когда ему это сказали, Юншин был вне себя от счастья. Однако он не знал, что чувствовал Сехон, ведь никогда раньше не делал того же. Теперь он наконец понял, почему адвокат Кан сказал это тогда.

Эти мгновения ничегонеделания были бесценны для него. Тот день, когда он дал себе отчёт об этом, это поразило осознание, что он уже по пояс в яме. Самое смешное, что с того момента и по сей день он никогда и не думал о побеге.

«Потратил ли создатель целую ночь на его творение?»

Взгляд Юншина очертил боковые изгибы фигуры Сехона и переместился. За длинной шеей и адамовым яблоком, он увидел угловатые плечи. Они были полны следов. Некоторые были свежими, некоторые старыми и зажившими. Это были раны чести, нанесённые юношей, когда он противостоял боли. Вероятно, спина Сехона была в худшем состоянии, ведь Юншин цеплялся за него и оставлял царапины по всей поверхности.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 316 - Сайд-стори 2: Больше нет. Необходимость

Кто бы мог подумать, что под рубашкой, предусмотрительно застёгнутой на все пуговицы, кожу покрывали неприличные следы?..

Юншин хотел сам обработать их, но Сехон просыпался от любых прикосновений, за исключением кожи своего возлюбленного. Мало того, его мог разбудить малейший шум: открывание и закрывание двери, приглушённые шаги домработницы или тихое уведомление с настенного планшета, на который звонил офис управления.

Поначалу Юншин думал, что всё это из-за того, что Сехон – сложный человек, ведь он знал, что некоторые люди чувствительнее других. Он считал, что это вполне подходит мужчине.

Но по мере того как время, проведённое с возлюбленным, увеличивалось, он понял, что дело вовсе не в чувствительности к звукам, а в невозможности крепко заснуть. Даже уединение в собственном доме заставляло адвоката Кана чувствовать себя неуютно и пребывать в постоянном напряжении. Поэтому Юншину было очень жаль своего партнёра.

Удивительно, но когда Сехон засыпал с молодым человеком в объятиях, он не просыпался до самого утра. Вот поэтому Юншин старался всегда просыпаться как можно позже. Ему не давало покоя, что последние несколько недель это не удавалось.

«Я буду занят только до сегодняшнего дня», – подумал Юншин.

Сегодня он собирался прийти на работу пораньше, чтобы успеть заехать в мастерскую своей клиентки в Ильсане в течение дня. Он не мог позволить себе задержку в работе, поэтому жертвовал личным временем.

Женщина сообщила ему, что кольца готовы. Юншин ждал этого дня.Это не было простым обменом кольцами, как у других пар. Его партнером был Кан Сехон. В их отношениях тот всячески привязывал к себе Юншина, и было несколько вещей, которые мужчина не допускал. Поэтому то, что собирался сделать Юншин, – нанести удар, который полностью разрушит неприступную крепость.

Адвокат До, который неловко сидел на корточках, крепче сжал колени. Мысли заполнили его голову.

Юншин с нежностью посмотрел на Сехона, такого беззащитного и крепко спящего, которому никогда не было так уютно в собственной постели. Он глубоко любил и ценил мирные моменты жизни в своем личном пространстве, куда допускал вторжение Юншина. Молодой человек хотел заполучить все маленькие моменты счастья и, возможно, страха своего партнёра.

Ему было интересно, что снится возлюбленному.

Наблюдая за другим мужчиной, Юншин почему-то почувствовал, что хочет заплакать.

– Я тебе снюсь? – прошептал он, не в силах сдержать свои чувства. Мужчина зашевелился во сне, а затем нахмурился, словно ему приснился кошмар.

Но, постойте-ка...

Все было хорошо до того момента, когда Сехон повернулся к Юншину во сне. Были хорошо видны его пышные ресницы, чистая кожа, гладкие веки и острый нос. Тени на его профиле красиво подчеркивали лицо. Но в этот момент Сехон нахмурился, будто съёжившись, и это обеспокоило Юншина.

Было бы здорово, если бы он не был так искусен в разрушении момента.Молодой человек почувствовал короткий всплеск эмоций и осторожно протянул руку. Он надавил на складку между бровями своего сонбэ, разглаживая её. Действие было неловким из-за страха разбудить Сехона, но, к счастью, тот перестал хмуриться. Он выглядел немного спокойнее.

Юншин хихикнул. Он снова положил руки на колени и стал наблюдать за возлюбленным, положив подбородок на руки.

Чем дольше он изучал старшего мужчину, тем шире становилась его улыбка.– Пока ты спишь, я буду защищать тебя. Так что спи спокойно.

На этот раз Сехон не нахмурился.

Юншин повертел головой из стороны в сторону, разглядывая красивое лицо, а затем проверил время, прежде чем встать.

Боясь, что Сехон услышит звук закрывающейся двери, он оставил её слегка приоткрытой. Юншин всё больше и больше отдалялся от щели в двери.

Би-и-ип.

Послышался слабый звук закрывающегося электронного замка. Сехон открыл глаза, медленно моргая. В его глазах не было и следа сонливости – наоборот, они были ясными и бодрыми.

На самом деле мужчина проснулся ещё тогда, когда Юншин покинул его объятия, чтобы умыться. У Сехона была привычка начинать день с того, что он уютно прижимал возлюбленного к себе, поэтому, когда его нежная кожа становилась недосягаемой, он мгновенно просыпался.

Сехон сел, и простыни соскользнули с его торса. На полуобнаженном теле повсюду виднелись царапины. Сехон грубо потер лицо и посмотрел на пустое место рядом с собой.

В такие моменты До Юншин знал только одну сторону истории, но не другую.«Пока ты спишь, я буду защищать тебя».

– Тебе лучше держаться поближе ко мне.

Он бросил подушку на пол, демонстрируя огорчение и раздражение.

– Чёрт возьми. Он растапливает айсберг в Арктике на кольца, или что?

Этот абсурд продолжался две недели.

Прошло уже две недели с тех пор как Юншин, всегда находившийся под его контролем, создал лазейку и вырвался за пределы. Он не был уверен, до какой степени молодой человек будет испытывать Сехона. Терпение было уже на пределе. Но мужчина терпеливо ждал, не желая портить Юншину удовольствие. Однако ему казалось, что, как захлёстывающие чувства готовы перелиться через край.

Он был на грани взрыва.

День Сехона начался с безмерно испорченного настроения, и он отправился в ванную.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 317 - Сайд-стори 2: Больше нет. Необходимость

После встречи лицо Сехона было осунувшимся и впалым от усталости.Поэтому в секретариате все были на грани, как во время затишья перед бурей.Весь административный персонал знал, что старший адвокат Кан обладал такой выносливостью и выдержкой, что мог провести пару ночей без сна. Поэтому, когда они поняли, что состояние начальника было особенно тяжёлым, они предупредили об этом участников проекта перед встречей.

Напряжённый секретарь Так быстро догнал адвоката Кана, который, оставив членов своей команды, приближался к своему офису. Он открыл дверь и стал ждать, но Сехон внезапно остановился, прежде чем войти, и уставился на пустой кабинет Юншина. В его бушующих глазах секретарь Так мог прочитать следующие слова: «Неужели опять? Это уже последняя капля.»

Секретарь Так спросил у Сехона, который безмолвно смотрел на затемнённую комнату:

– Вам что-то нужно? Если вы дадите мне знать...

– Где До Юншин? Опять там?

– Он сказал, что заглянет во время обеда.

Холодный тон Сехона был суровее обычного:

– О-оу, теперь он заходит в рабочее время, а не после. На виду у всех.– Ну... Он сказал, что ему нужно кое-что закончить пораньше. Он подписал необходимые документы. Это никак не влияет на его работу. Не так давно он сообщил мне, что вернулся в компанию.

Так вот почему он ушёл так рано.

На руке Сехона, обхватившей перегородку стола, вздулись вены. Он почувствовал резкий скачок стресса, словно уровень сахара в крови. Мужчине казалось, что он может уничтожить всё вокруг.

Ему не нравилась эта смена позиций. Он никогда не чувствовал себя так, когда был слишком занят работой и не мог прикоснуться к Юншину в течение месяца.Беспокойство, раздражительность, тревожность, нетерпение.

И даже налёт подозрительности.

Он не мог представить, как Юншин выдерживал все эти чувства. Даже если они обещали вознаграждение, соразмерное ожиданию, как молодой человек терпеливо выдерживал все эти негативные эмоции, ни разу не пожаловавшись?

Была ли это разница в глубине привязанности?

Или Сехон просто испытывал навязчивое влечение?

Оба варианта казались одинаково вероятными.

Скрежеща зубами, Сехон отпустил перегородку. Когда он собирался войти в свой кабинет, секретарь Так шепнул адвокату Кану так тихо, чтобы услышал только адвокат:

– Мне сообщили, что его машина только что заехала в гараж. Скоро он будет наверху.Сехон пристально посмотрел на секретаря Так. Он уставился на него взглядом, резким, как пронизывающий ветер, а затем, не раздумывая, развернулся. Он зашагал к лифту, словно не мог ждать больше ни секунды, в его голове кипел гнев.

Цок, цок.

Только стук каблуков сопровождал его неумолимые шаги. Когда он дошёл до угла центрального холла, на пути Сехона оказался Юншин с небольшим конвертом в руках. На лице адвоката До промелькнуло восхищение, когда он заметил мужчину и почтительно поклонился. Затем он остановился, словно хотел что-то сказать, но не знал, как начать.В конце тихого коридора они стояли лицом друг к другу.Сехон смотрел на Юншина с неодобрением в глазах. Молодой человек, недоумевая, наклонил голову в сторону. Одновременно с этим губы обоих приоткрылись.– Почему ты здесь?

– В чём дело?

Сехон не шелохнулся, а вот плечи Юншина вздрогнули.

Холодный голос, хладнокровный взгляд и агрессивный настрой обеспокоили юношу. Ему было это хорошо знакомо, как Сехон отталкивал своего возлюбленного, но обычно в действиях мужчины не чувствовалось ненависти... И именно это адвоката До сбивало с толку. Сейчас Кан Сехон действительно был на него обижен.

Но как бы молодой человек ни старался, он не мог придумать, что же он сделал не так. Перед отъездом закончил все неотложные дела. Если что-то не соответствовало стандартам старшего адвоката, это можно исправить.

Не зная, в чем дело, он решил узнать ответ у Сехона:

– Почему ты злишься?

В это время Юншин поглаживал конверт в своих руках, словно это была какая-то драгоценность. На одном из пальцев был пластырь, на белом фоне которого виднелись персонажи «Истории игрушек».

Увидев это, Сехон схватил Юншина за запястье. Затем он прижал возлюбленного к стене и вплотную прижался к нему.

Бах!

Его спина ударилась о твердую стену. Молодой человек нахмурился от боли. Одно дело – боль, другое – раздражённое настроение Сехона, но сильнее всего Юншина встревожил тот факт, что они находятся на работе.

Это отличалось от резиденций, где все были настороже. Люди ходили по этим коридорам каждые несколько минут. Не было бы ничего странного, если бы кто-то в любой момент вышел из лифта. Осознав это, Юншин попытался вывернуть свою руку из хватки Сехона.

– Если тебе есть что сказать, пойдем в тихое место.

– Сначала ответь мне. Какого чёрта ты делаешь?

– Я не понимаю, почему ты спрашиваешь.

– Что это за уродливая штука здесь?

– Ух!..

Сехон с силой дернул палец с пластырем. Большие глаза Юншина лишь моргнули. Это был ожог от прикосновения к длинной платиновой палочке, которая не успела достаточно остыть в мастерской, когда он отправился за кольцами. Объяснять это придётся долго, поэтому, пока он пытался придумать, что сказать Сехону, молодой человек услышал звук открывающегося лифта.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 318 - Сайд-стори 2: Больше нет. Конфликт

Подпрыгнув от удивления, Юншин изо всех сил оттолкнул Сехона. Только они отошли на небольшое расстояние друг от друга, как из лифта позади них вышло несколько юристов. Каждый из них поклонился старшему адвокату, но его глаза были устремлены на юношу, игнорируя остальных.

Кан Сехон напоминал действующий вулкан, готовый извергнуться в любой момент. Он был нестабилен. До этого утра мужчина не демонстрировал никаких признаков взрыва, так что для Юншина его поведение стало неожиданностью. Они не могли выяснять отношения у всех на виду, и юноша потащил старшего мужчину к складскому помещению, где они целовались.

— Давай для начала зайдём сюда.

Убедившись, что там никого не было, он заперся с Сехоном в комнате.

Юншин был расстроен тем, что по неизвестным причинам они вступили в конфликт в месте, где однажды делились горячим подтверждением своих чувств. Он старался поддерживать своё хладнокровие, сохраняя молчание. Однако это, похоже, только сильнее разожгло пламя ярости Сехона.

— Так ты собираешься молчать?

Сехон сорвал пластырь с пальца юноши, открывая взгляду его красную и ободранную кожу. Мужчина нахмурился.

— Почему всё ободрано? Должно быть, кое-кто хорошенько его обсосал до крови, хах?

Вся эта ситуация казалась Юншину нелепой, но подозрения Сехона были совершенно абсурдными.

— Кто ещё, кроме такого извращенца, как ты, будет сосать мой палец до тех пор, пока не слезет вся кожа?

— Я же чётко предупреждал. Я не отпущу тебя так легко, если ты отправишься кувыркаться на стороне. Думал, это всё шутки?

— Кувыркаться... Хах! — усмехнулся Юншин, услышав самое нелепое обвинение. Он был так взбешён, что его глаза и щёки задёргались. Обычно юноша был кротким, но он не мог спокойно сидеть, когда его несправедливо обвиняли.

— Может, ты уже слетел с катушек от всей своей работы. Как насчёт того, чтобы уйти в отпуск и подлечиться? Мне составить тебе компанию? — Юншин высказал свои слова настолько язвительно, насколько был способен, но Сехона это, похоже, не задело.

Старший мужчина проигнорировал агрессивный выпад и сказал лишь то, что сам хотел:

— До сих пор я никогда не сомневался в тебе. Я никогда не думал, что ты натворишь глупостей на стороне. Почему? Потому что ты не врёшь и не скрываешь ничего. Ты всегда всё выкладывал, как торговый автомат, ещё до того, как я спрашивал: что ты собираешься делать и когда, с кем планируешь встретиться, и зачем эта встреча! О том, что ты думал трахнуть меня здесь! Или же нет!

— Кто-то может услышать! Ну серьёзно, что с тобой сегодня?!

Даже если они находились в кладовке, повышать голос было рискованно. Обеспокоенный различными возможными ситуациями, Юншин схватил Сехона за рубашку.

Однако старший адвокат был непреклонен.

— Вот так легко и просто тебя прочитать, До Юншин. Тебе следовало продолжать быть открытым и понятным. Зачем ты всё усложняешь?

— К чему ты клонишь? Я не представляю, почему ты так себя ведёшь. Я хочу знать, что сделал не так, перед тем как вступать в спор.

— Я чувствую, что схожу с ума из-за тебя! Со мной что-то не так. Ты доверяешь мне, но я не могу доверять тебе. Почему я не в состоянии сделать то, что можешь даже ты?

Лицо Юншина окаменело. В первую очередь, он был шокирован. Он перебирал в памяти события, пытаясь найти в своих действиях что-нибудь, что можно было неправильно понять, но ничего такого не было. Однако была она вещь, что его беспокоила.

Независимо от волнения внутри Юншина, эмоции Сехона набирали обороты, что не соответствовало его натуре, и он со злобой добавил:

— Твоё отсутствие заставляет меня беспокоиться. Я ненавижу это. Почему я должен чувствовать это дерьмо из-за того, что даже не произошло?

— Сонбэ, ты... случайно?..

— Но почему ты пренебрегаешь мной без всяких объяснений? Сколько лет мы уже встречаемся? Ты не знал, что я не выношу этого? Если весь такой дружелюбный с женщиной в мастерской и делаешь мне кольцо, думаешь, я буду благодарен за подарок, после того как провёл столько времени в ожидании, свернувшись в углу своей комнаты? Так ты думал?

Юншин замер, его плечи приподнимались время от времени. Он и не предполагал, что Сехон не узнает, что он делает кольца. Мужчина легко мог выяснить его местонахождение. Он думал, что старший адвокат будет смотреть на него сквозь пальцы, поэтому не ожидал, что партнёр вот таким образом вынудит его раскрыть свои секреты.

Юноша понятия не имел, с чего начать и какой ответ будет правильным. Он просто моргнул. Всего несколько минут назад, возвращаясь в компанию, Юншин представлял, как они счастливо подтверждают и укрепляют свою любовь. Сейчас же он задавался вопросом, что же, чёрт возьми, случилось за эти короткие десять минут.

Он крепко держал рубашку Сехона. Старший мужчина взглянул на руки Юншина и холодно отбросил их. Это действие причинило боль и ему, и юноше.

Немного поколебавшись, Юншин придвинулся ближе к возлюбленному. Его только что оттолкнули, поэтому он не смог обнять его. Когда расстояние между ними немного сократилось, молодой человек попытался спокойно поговорить с партнёром:

— Я не сделал ничего, что могло бы вызвать недопонимание. Мы не проводили вместе много времени. Всегда действовали по-отдельности, за исключением случаев, когда было необходимо обменяться информацией. Я лишь пытался убить несколько зайцев одним выстрелом. И я думал, что ты поймёшь это, как и всегда.

Юншин пытался урезонить Сехона вместо того, чтобы злиться на него, потому что он чувствовал эмоции партнёра на кончиках пальцев. Должно быть, Сехон боялся потерять юношу.

Скорее всего, это произошло из-за того, что их роли сменились без предупреждения. Обычно Юншин всегда ждал Сехона. Старший адвокат постоянно был занят. Молодой человек естественным образом налаживал их отношения и принимал решения после обдумывания всех вопросов. Более того, Сехон всегда был и будет тем, кто одаривает Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 319 - Сайд-стори 2: Больше нет. Конфликт

Пусть Сехон и думал, что эти отношения целиком у него под контролем, он понимал, что такая стабильность возможна только благодаря тому, что Юншин неподвижно сидел в установленных им границах.

В конце концов, за обострение этой ситуации нёс ответственность Юншин. Ему следовало всегда помнить, что он был единственным в жизни Сехона, что тот тоже это знал, но всё равно неумело пытался заставить юношу танцевать у него на ладони от беспокойства. В своей спешке Юншин отбросил этот факт.

Размышляя об этом, он протянул руки, чтобы обнять Сехона, но старший мужчина снова оттолкнул его. Они ходили по тонкому люду, возвращаясь в прошлое, когда Сехон отталкивал Юншина, несмотря на его чувства к нему.

— Почему тогда сдерживался две недели? Я думал, что всё в порядке, раз ты ничего не сказал.

— Хочешь сказать, что я должен был разрушить твои планы, потому что не смог сдержаться?

— Да, именно, почему нет? Топтать и портить что-то – твоя специальность.

Сехон усмехнулся.

— Ты так и продолжишь дерзить?

— Да, я намерен делать всё, что захочу. Так что можешь поступать так же по отношению ко мне. Если бы мои планы были сорваны, я бы разозлился на мгновение или сделал что-то другое. Я в состоянии импровизировать.

— ...

— Почему ты не можешь делать то, что могу я? Потому что Кан Сехон более труслив, чем я. Ты лучший юрист в Корее, и не стоит убегать от столь очевидного факта. Я в любом случае не могу ничего от тебя скрыть, так что ты знаешь, как сильно нравишься мне.

Сехон беспокоился не из-за того, что ему Юншин нравился сильнее, или потому что в жизни юноши было больше того, что можно потерять. Старшему адвокату пришлось признать это, пусть он и не хотел. Он знал в глубине души – юноша уже давно отдал ему всё своё существо.

— Чёрт возьми, — пробормотал себе под нос Сехон, словно подтверждая слова юноши, и устало выдохнул. Он собирался ответить Юншину, когда телефон молодого человека завибрировал в кармане пиджака.

Атмосфера, которая только начала остывать, накалилась вновь.

Сехон бросил Юншину раздражённый взгляд, словно спрашивая: «Опять?», и сказал сквозь зубы:

— Тебе стоит снова погнаться за ней. Ответь на звонок.

В памяти Юншина всплыло воспоминание, как их прервали глубокой ночью в их личное время, от чего он смутился, не имея оправданий.

Теперь, когда молодой человек подумал об этом, тем, кто посеял семя конфликта, был он сам. Тем не менее именно Сехон был тем, кто взращивал его, пока оно не взошло и не расцвело.

— После того как мы закончим наш разговор.

— Я всё равно думал, что сегодня наступит переломный момент. Разумом я понимаю, что ты пытаешься сказать, но, слыша эту чёртову вибрацию, снова злюсь. Мне нужно время, чтобы остыть. Давай поговорим позже.

Заявив об этом, Сехон покинул комнату, не дав Юншину времени удержать его. Он распахнул дверь и быстрым шагом пошёл прочь. Юноша попытался последовать за ним, но открылся лифт, и толпа преградила ему путь. Не имея возможности погнаться за Сехоном, он остался позади.

Юншин не мог оставить возлюбленного одного в его нынешнем состоянии.

Он начал беспокоиться, что Сехон в любой момент мог свернуть за угол. В итоге юноша преодолел море сотрудников и поспешил за другим адвокатом – по крайней мере, попытался это сделать.

Ему показалось, что он почувствовал взгляд кого-то, кто осматривался вокруг, и вскоре какой-то мужчина, пробравшись сквозь толпу людей, схватил Юншина за руку.

— Ублюдок, куда это ты собрался?

— Угх!..

Как назло, местом, за которое его схватили, оказался волдырь на пальце, отчего боль пронзила его руку. Удивлённый Юншин обернулся и увидел знакомое лицо. Это был высокий мужчина с растрёпанными волосами и очками с роговой оправой. Это был муж его клиентки.

И звонок только что, вероятно, был не от клиентки, а от охранной фирмы, чтобы сообщить, что к нему направляется мужчина. Должно быть, они позвонили ему, потому что не смогли свободно проследовать за ним в фирму.

Поняв, что с появлением этого человека время было упущено, Юншин произнёс как можно более спокойно:

— Что привело вас... угх!

Прежде чем он успел закончить, костлявые руки мужчины схватили его за воротник.

— Ты же До Юншин, да? Брат До Игён. Я сразу могу узнать тебя. Мне даже не нужно подниматься в твой кабинет. Великолепно.

Он инстинктивно пытался увернуться от этого человека, но мужчина, уже одержавший верх, действовал быстрее. Полностью беззащитного Юншина грубо толкнули. Он потерял равновесие, и всё, что мог сделать, — это отшатнуться назад.

— Ух, нгх. Не могли бы вы... сперва отпустить меня?

— Что у тебя за дела с моей женой? А? Ты, паршивец.

Вместо ответа, Юншин смотрел на потолок, проверяя камеры наблюдения, и выглядел встревоженным. Он намеренно слил мужчине информацию о частых встречах со своей клиенткой. Даже познакомился с их пятилетним ребёнком. Муж клиентки был очень импульсивным и эмоциональным, и Юншин добивался того, чтобы тот поставил себя в такую ситуацию. Однако локация не была идеальной.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 320 - Сайд-стори 2: Больше нет. Разрешение проблемы

Если здесь начнётся конфликт, то сцена, произошедшая только что, также будет включена в качестве доказательства от фирмы, а всего минуту назад Юншин и Сехон вышли из кладовой за углом.

Если бы это был просто Юншин, это ещё могло бы иметь смысл, но Кан Сехон был не из тех людей, которые заходят в кладовые.

«Чёрт возьми. Что мне делать?» – разум молодого человека был забит мыслями о своём возлюбленном; ему было тяжело думать на месте событий и одновременно защищаться. Даже если мужчина причинит Юншину вред, он не мог напасть на супруга своей клиентки. Кроме того, сотрудники, которые вышли из лифта вместе с мужчиной, ничего не сделали, чтобы помочь, а просто с интересом наблюдали.Юншин знал, что его недолюбливают, но не думал, что до такой степени.

Он сначала зажмурился, а затем открыл глаза. Он собирался во весь голос позвать секретаря Так.

Внезапно кто-то схватил мужчину и заставил его отпустить рубашку Юншина.

– Что, это такое, чёрт возьми,?! – закричал мужчина спасителю адвоката До.

Юншин перевёл дыхание и поклонился в знак благодарности человеку, который спас его. Он выдохнул:

– С-спасибо...

Однако длинные ноги, обтянутые роскошной тканью, и носки туфель выглядели знакомыми. Когда Юншин поднял глаза и посмотрел на лицо своего героя, он был потрясён, увидев слишком знакомое лицо.

– Старший адвокат?

– Кто-то ещё, кроме меня, имеет на вас зуб?

Руку помощи Юншину протянул не кто иной, как Сехон. Видимо, мужчина остановился и вернулся, когда услышал шум.

Он уходил, будто и не собирался возвращаться, но, с другой стороны, он всегда уходил недалеко и в итоге поворачивал назад.

Юншину внезапно стало грустно. Чтобы скрыть это, он огляделся в поисках других наблюдателей.

Сехон с раздражением взглянул на Юншина, который отводил глаза, и на шокированного писателя. Затем он схватил оба запястья мужчины одной рукой. Сехон заломил ему руки за спину, удерживал мужчину, скрестив его запястья, как будто надевая наручники, и прижал его верхней частью тела к стене.

Тело мужчины ударилось о поверхность, и он застонал от боли.

– Ух, кто ты такой?! Это не то место, куда тебе следует соваться!

Сехон взглянул на затылок мужчины и слегка наморщил лоб.

– Это что-то новенькое.

– О чём ты, ублюдок? Отпусти!

– Вы первый человек в этой фирме, который сказал мне, что мне где-то не место. Дайте мне хорошенько рассмотреть ваше лицо. Посмотрите сюда.

Несмотря на сопротивление мужчины, Сехон схватил его за челюсть. Он повернул лицо писателя и внимательно рассмотрел его профиль, прежде чем щёлкнуть языком. На его лице было осознание. Казалось, он сразу узнал это лицо, поскольку человек, которого Сехон удерживал, был довольно известной личностью.

– Адвокат До Юншин, вы замешаны в каком-то романтическом соперничестве?

В разгар конфликта Сехон понял в чём дело, и начал закладывать основу, чтобы Юншин мог использовать это в суде. Здесь у них были доказательства и свидетели.

– Приношу свои извинения. Это не так. Я готовлю судебный иск в соответствии с указаниями супруги этого человека.

– Вы извиняетесь и говорите, что это не конфликт из-за женщины... Какого черта вы, ребята, все просто наблюдаете? Почему не вызываете охрану? Вы, – Сехон указал подбородком на ближайшего адвоката. Младший сотрудник, который был застигнут врасплох, подскочил и схватил свой телефон, чтобы позвонить в службу безопасности.

Тем временем задержанный пытался вывернуться из рук Сехона, пока тот отвлекся. Почувствовав движение под своей хваткой, адвокат Кан использовал свободную руку, чтобы схватить голову другого мужчины, оттягивая её назад, прежде чем придавить шею мужчины к стене.

Естественно, мужчина болезненно застонал.

– Отпустите, угх, уф...

– Сэр, вы первым попытались напасть на адвоката До Юншина из юридической фирмы «Догук», и мои действия направлены на защиту сотрудников нашей компании.

Лицо Сехона было пепельным, когда он удерживал мужчину. Его жёсткий и монотонный голос контрастировал с его холодными и блестящими глазами, устремлёнными на Юншина. Взглядом он критиковал Юншина. Зрителей стало больше, так что директор Сон тоже прибыла. Творилось чёрт знает что.

Каким-то образом услышав шум, появились и секретари Сехона, которые работали в дальнем конце коридора. Секретарь Так первым пробрался сквозь толпу и подошёл к ним.

– Старший адвокат Кан! Адвокат До! С вами всё в порядке? Подождите, этот человек... разве это не тот писатель?

– Почему служба безопасности не выполняет свою работу?

– Они, видимо, подумали, что он является клиентом, поскольку это знаменитый писатель. Я сейчас всё исправлю в соответствии с инструкциями и позабочусь о нём. Пожалуйста, передайте его мне.

– Почему секретарь Так оказался единственным человеком, который выступил вперёд, чтобы помочь, в то время как другой адвокат оказался в такой ситуации? Вы все, проваливайте к чертям собачьим, пока я не сопоставил ваши лица с вашими именами и не надрал всем задницы.

Большинство наблюдавших за этим сотрудников быстро поклонились Сехону и другим старшим адвокатам и вернулись на свои места. Вскоре остались только трое, которые были в центре шума, секретари Кана, Михи и несколько адвокатов-партнёров, которые находились на том же уровне, что и Сехон.

После того как секретарь Так взял мужчину под свой контроль, тот начал усерднее вырываться, чувствуя меньшее давление.

– Отпустите! Я подам на вас всех в суд!

Сехон посмотрел на табличку с надписью «Догук», глубоко вздохнул и пробормотал:

– Блядь, что за цирк.

Возможно, мужчина услышал, как Сехон выругался, поэтому его сопротивление стало более агрессивным. Юншин хотел остановить мужчину, но Сехон оттащил его за руку.

– Не раздувай пламя.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 321 - Сайд-стори 2: Больше нет. Разрешение проблемы

Все взгляды были прикованы к ним двоим. В то время как большинство людей думали, что Сехон имел в виду, прося адвоката До не раздражать писателя ещё больше, Юншин знал, что Сехон говорил про себя. Глаза, прикованные к мятому воротничку рубашки, были доказательством этого.

Сехон, казалось, был чрезвычайно взбешён тем, что супруг клиентки так обошёлся с Юншином. И тот факт, что это был муж той самой клиентки, которая, по мнению Сехона, отбирала у него любимого, вероятно, разозлил его ещё больше. Прежде всего, несмотря на то, что Сехон хотел осуществить возмездие, это была ситуация, организованная юношей, поэтому он не мог всё испортить. Он был недоволен тем, что не мог сделать то, чего хотел.Юншин смиренно кивнул, когда двери открылись и появились сотрудники службы безопасности. Секретари передали мужчину службе безопасности и вошли в остановившийся лифт.

За ними последовали секретарь Так и пара других секретарей, чтобы разобраться в ситуации. Как представитель, секретарь Так объявил своему начальству:

– Мы передадим этого человека полиции и подготовим документы. Мы также получим записи с камер наблюдения, чтобы представить их в качестве доказательств. К этому времени мы сможем воссоздать хронологию конфликта со своей стороны.

«Запись с камер наблюдения? – Юншин ахнул: – О нет.»

Размышлявший над тем, как лучше использовать эту ситуацию, он поморщился от этих слов. Он собирался погнаться за группой, когда Михи встала перед ним, отослав остальных партнёров назад. Она помахала ему, как бы говоря, что сначала нужно решить кое-что ещё.

– Это стандартная практика сначала передать всё полиции, прежде чем мы разберёмся с этим сами. Так быстрее. Предоставьте это секретарям. Вам нужно кое-что объяснить, не так ли?

– Эм, директор, сначала мне нужно посмотреть отснятый материал.

– Почему секретари не могут этого сделать? Это их работа.

Он не мог назвать причину, почему он занял такую позицию, поэтому Юншин посмотрел на Сехона. В его взгляде была просьба о помощи. Сехон встретил этот взгляд с неодобрением и отвернулся. Затем он повернулся спиной, чтобы уйти с места происшествия.

Тем самым Сехон сказал Юншину разрешить ситуацию самому, поскольку это была его проблема?

Юншин нуждался в помощи Сехона больше, чем когда-либо, поскольку Сехон также был связан с этой проблемой.

Можно сказать, что Кан Сехон заложил краеугольный камень своей карьеры адвоката в Догук и с этого момента достиг вершины. Юншин не хотел разрушать всё это из-за их отношений. Сначала ему нужно было получить отснятый материал. Юншин бросил умоляющий взгляд, и, хотя он знал, что Михи наблюдает за ним, Юншин схватил Сехона за рукав.

– Сехон-сонбэ.

– Как вы смеете так небрежно называть имя адвоката-партнёра? Вы хотите, чтобы вас уволили?

Юншин уже слышал подобное раньше.

– Мне нужно покурить. Отпустите, – Сехон оттолкнул Юншина и порылся во внутренних карманах в поисках сигарет. Он нашёл пачку сигарет и зажигалку и холодно прошёл мимо Юншина, направляясь к лифту.

Юншин просто смотрел, как закрываются двери лифта, полными слёз глазами. Михи, которая наблюдала за происходящим, подошла и похлопала его по спине. После многих лет работы в данной профессии она быстро соображала, что было облегчением для Юншина.

– Вас, должно быть, беспокоит что-то в отснятом материале, спуститесь и сначала проверьте его.

– Спасибо, директор, – Юншин нажал кнопку, чтобы вызвать другой лифт.Михи добавила:

– Адвокат До, вы же знаете, что старший адвокат Кан говорил несерьёзно, верно? У него всегда был острый язык.

– Я знаю. Он до сих пор ругает меня каждый день.

Юншин знал это лучше, чем кто-либо другой.

– Я никогда не думала, что увижу, как Сехон вмешивается в подобную ситуацию. За этим было интересно наблюдать. Внутренний мессенджер сегодня будет перегружен.

Юншин полностью согласен.

Вместо того, чтобы сказать это вслух, Юншин молча поклонился.

Михи наконец ушла, оставив Юншина одного в вестибюле, и в его голове пронеслась вереница мыслей.

Держа в руках конверт с кольцами, Юншин уставился на указательный палец, с которого Сехон снял повязку. Красная кожа распухла сильнее, чем раньше. Лицо Юншина исказилось гримасой, как у потерявшегося ребенка.Сегодняшний день мог бы стать самым счастливым днём в его жизни.Но внезапный ливень превратил его в месиво, испачкав одежду грязной водой.

Действие 7

После того, как Юншин уладил ситуацию, он направился в кабинет Сехона. Однако хозяина комнаты нигде не было видно. Только стопка бумаг ждала его возвращения. Когда он спросил офис-менеджера, она сказала, что не уверена, но он, вероятно, снова может быть наверху.

Услышав это, Юншин сразу всё понял.

Всякий раз, когда ему требовалось время подумать, он поднимался на самый верхний этаж здания. На каждом этаже фирмы была комната отдыха, поэтому на крыше фирмы было не так много посетителей. Юншин предпочитал спокойствие здесь, наверху. Однажды он мимоходом упомянул об этом Сехону, но Сехон, должно быть, запомнил это.

Юншин поднялся на лифте на самый верхний этаж и повернул дверную ручку.

Скрип.

Молодой человек открыл дверь, вошёл внутрь, а затем быстро огляделся.

«Он здесь».

Стоя спиной к Юншину, Сехон облокотился на перила и курил. Убедившись, что это его любовник, Юншин запер за собой дверь.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 322 - Сайд-стори 2: Больше нет. Сублимация

— Сехон-сонбэ.

Хотя Сехон, несомненно, чувствовал присутствие Юншина и слышал его, но не похоже, что собирался обернуться. Он был всего в нескольких шагах, но юноша почувствовал тревогу и подбежал к партнёру. Затаив дыхание, Юншин обнял партнёра со спины.

Он решил, что на случай, если его оттолкнут, как раньше, прижмётся сильнее, но, что удивительно, Сехон остался неподвижным.

Прошло несколько секунд с момента, как их тела прижались друг к другу. Сехон втянул воздух через сигаретный фильтр и выдохнул. Юншин почувствовал, как спокойно поднимается и опускается грудная клетка партнёра.

Юноша обнял его и ласково прижался к мужчине, обхватывая пальцами пресс партнёра. Он притянул старшего адвоката к себе, словно запирая его в маленьком мирке своих рук, и закрыл глаза. Прижавшись щекой к широким мышцам спины, он чувствовал безопасность и стабильность.

Танцующий ветер поигрывал с их волосами.

Красные губы Юншина приоткрылись, словно медленно распускающийся цветок.

— Когда ты поднялся сюда?

Ответа не последовало.

— Не хочешь разговаривать со мной?

Старший всё ещё сохранял молчание. Однако Юншин прекрасно знал: пусть Сехон и смотрел на небоскрёбы вокруг, всё его внимание было сосредоточено на юноше, который болтал позади него. Молодой человек потёрся лицом о широкую спину собеседника и спокойно продолжил, уже более уверенно:

— Я извлёк исходную запись из диспетчерской. Подумал, что мне нужно отредактировать часть в начале, поэтому сказал им, что передам отснятый материал сам. Мне нужны твои показания, но ты... не поможешь мне, ведь так?

Сехон тяжело вздохнул, его плечи покачнулись, словно случился отлив.

В тот момент его тело, должно быть, двигалось само по себе, учитывая ситуацию, но сейчас, когда оно было заключено в объятия, Сехон не хотел помогать. Юншин всё равно и не ждал его помощи.

— В любом случае я заставлю этого человека провести внушительную часть дня в полицейском участке.

Притворяясь, что не слушает, Сехон ещё раз глубоко выдохнул и потушил окурок. После этого он вытащил ещё одну сигарету из коробочки на перилах, зажёг и поднёс к губам. Пока партнёр курил, Юншин ненадолго выдержал паузу в своём рассказе. Он уже хотел продолжить отчёт о том, как разворачивается ситуация, когда его обхватывающие партнёра руки были отдёрнуты.

По каким-то причинам это разозлило Юншина, и он намеренно просунул их по бокам от Сехона, размахивая ими перед лицом у старшего адвоката. И в этот раз их снова откинули.

— Вау... Знаешь, что ты... ха?

Юншин собирался высказать своё недовольство, ведь тот отверг молодого человека, потому что он зашёл так далеко, когда старший адвокат притянул тонкие руки юноши к себе. Он втиснул Юншина в крохотный промежуток между собой и перилами, поставив себя в непосредственной близости с юношей.

Сехон выдохнул облако дыма, которое попало ровно в лицо. Он стукнул мужчину по плечу.

— Глаза щиплет.

Сехон наклонился и поцеловал юношу в губы и поместил сигарету обратно между губами.

— Могу я тоже так сделать?

— ...

— Скажи что-нибудь. Я скучаю по твоему голосу.

Вместо ответа Сехон выставил щёку. Юншин поцеловал щёку у себя перед глазами, при этом обняв партнёра.

Их и без того близко располагающиеся тела прижались крепче. Некоторое время они оставались в таком положении. Юншин терпеливо ждал, пока Сехон заговорит, и, наконец, голос, который он так жаждал услышать, раздался в воздухе.

— Юншин.

— Ох, как приятно слышать твой голос. Да, я весь внимание.

— Мне предложили стать содиректором компании.

Юншин откинулся назад и встретился с Сехоном взглядом. Старший адвокат наклонился вперёд, как ранее, и поцеловал его губы. Он повторил это, будто планировал закрепить горький вкус никотина на губах юноши, после чего потушил свою сигарету о перила.

Оцепенев, юноша уставился на Сехона и спросил:

— Когда? Директор Сон предложила? Какие условия? Можно подумать, что это не беспрецедентный случай?

— Несколько дней прошло. Это было предложение на словах от Михи-сонбэ. Я пока не знаю условий, и да, беспрецедентно. Если так случится, в профессиональной сфере какое-то время будут шуметь, подхожу ли я для этой должности.

— Почему ты говоришь мне это только сейчас? У тебя должно было найтись время, чтобы сказать мне что-то настолько важное!

Сехон категорически ответил:

— Правда, что ли?

— Например, когда вчера вечером проводили некоторое время вместе или в воскресенье утром, когда мы проснулись...

Во взгляде Сехона, адресованном юноше, читалось так много эмоций, которые невозможно было выразить словами. Даже если они посчитают моменты и их продолжительность, Сехон чаще оставлял Юншина в покое, чем наоборот. Однако юноша не мог сейчас затронуть эту тему. В подобные моменты они каждый раз подробно рассуждали над ситуацией и искали одобрения другого, даже если их обстоятельства не могут быть изменены, но в этот раз Юншин этого не сделал.

Вот почему людям не следует пытаться обмануть.

— И что потом?

— Разве не странно?

— Даже если окружение сойдёт с ума, то это потому что она более консервативна по сравнению с остальным обществом. Вероятно, каждый в глубине души подумает, что это разумно. Я тоже был шокирован, но понимаю решение директора Сон.

Юншин лучше, чем кто-либо в этом мире, знал, насколько успокаивает иметь рядом с собой такого умного и надёжного человека, как Кан Сехон.

— Я не об этом.

— Тогда что? Тебе всё ещё неловко обсуждать со мной своё будущее?

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 323 - Сайд-стори 2: Больше нет. Сублимация

Сехон некоторое время размышлял над ответом, после чего признал только половину этого утверждения.

— Эта сторона ещё не стала частью меня, но я уже привыкаю.

— Тогда...

— Я говорю о том, как остепениться и снова принять на себя обязательства в жизни. Я слишком многих людей заставил плакать, поэтому подумал, что не заслуживаю места, в которое можно вернуться и отдохнуть.

Юншин поджал губы. Ему казалось, что он знает, откуда эти мысли берут начало в любимом.

Сехон всегда был эпифитом*, дрейфующим по воздуху, неспособным отдать своё сердце определённому месту или человеку. Но недавно он начал глубоко пускать корни, желая поглотить питательные вещества из земли. Сехон не говорил этого, но было понятно, что тем, кто спровоцировал этот процесс, был Юншин.

Жизнь старшего адвоката до сих пор была битвой на выносливость. Это был процесс, состоящий из борьбы, победы и, в итоге выживания. Если его отбросят назад, это конец. Всё время шло сражение, а проигравшие выбывали.

Прожив так до текущего момента, Сехон наконец-то обрёл то, что нужно защищать. Он понял, как оберегать своё, и столкнулся со страхом это потерять, поэтому в последние несколько дней ему, должно быть, сильнее обычного хотелось, чтобы Юншин был рядом. Придя к такому заключению, юноша почувствовал, что тайминг и у него, и у Сехона был очень плохо подобран.

Юншин погладил крепкие плечи Сехона и посмотрел ему прямо в глаза.

— Чем глубже у дерева уходят корни, тем дольше оно живёт. Знаешь такую поговорку?

— А ты вырос, раз даёшь мне уроки.

— Звучит так, словно готов взяться за это.

— Может быть.

— Хотел обсудить и принять решение вместе со мной, но меня не оказалось рядом?

— Точно.

По этой причине чувства Сехона были смешанными. Должно быть, он чувствовал тревогу оттого что юноши не было рядом, когда мужчина в нём нуждался, поскольку достиг важного момента в жизни.

Сехон злился на Юншина. Как ни странно, юноша был в восторге, думая, что он оставил свой след на переживаниях возлюбленного.

— Я думал, что я буду тем, кто сделает тебе предложение руки и сердца. Как можно было опередить меня?

— Что ты несёшь? Я такого не говорил.

От недовольства Юншин цокнул языком:

— Только что прозвучало предложение руки сердца, понимаешь? Спроси сотню случайных незнакомцев – все со мной согласятся. Я часть твоего будущего, и именно поэтому тебе было нужно моё мнение.

Сам мужчина был не согласен, и его глаза сузились в щёлки.

— Видимо, ты вырос, и это уж точно. Как можно было сделать такое заключение из моих слов?

Прожив вместе столько лет, Юншин стал экспертом в обращении с ним, тем, кто всегда сначала толкал юношу на край обрыва, а после симулировал невежество.

— Извращенец, садист, трус.

— Адвокат До Юншин. Ты хочешь ссоры?

— Почему ни с того ни с сего это спрашиваете? «Извращенец, садист, трус» — как вы сделали такое заключение из моих слов? Признаёте эти обвинения?

Получив контратаку своими же словами, Сехон усмехнулся. Он потёрся носом о Юншина.

В такие моменты было заметно, что они очень хорошо знали друг друга после стольких лет совместной жизни. Они наклонили головы, чтобы идеально подойти друг другу во время поцелуя. Их тонкие и чувствительные губы легко, словно сахарная вата, соприкоснулись.

Сехон прикусил нижнюю губу Юншина, затем верхнюю, чтобы потереть их между своими, и потянулся ему за спину. Старший адвокат нежно погладил затылок юноши. Он осыпал поцелуями волосы Юншина, развевающиеся на ветру.

Молодой человек стоял, послушно принимая нежные прикосновения старшего мужчины, после чего оттолкнулся от него. Он хотел видеть лицо своего партнёра. Сехон, должно быть, подумал о том же самом, ведь смотрел на него, как кот, посылающий поцелуй одним лишь взглядом.

— Ты сейчас сказал, что хочешь, чтобы я был с тобой. Не беспокойся. Я буду рядом с тобой.

— Я могу стать ещё более занятым и стать ещё хуже, чем сейчас.

Вероятно, так и будет. Если Сехон примет предложение Михи, то в его жизни будет больше того, что придётся защищать, чем в жизни Юншина. Конечно, он не сможет контролировать и влиять на компанию, как директор обычной корпорации, но должность содиректора сделает Сехона более оборонительным и агрессивным.

— Я не могу подвергать тебя опасности внешнего мира больше, чем есть сейчас.

Юншин был готов к этому с того момента, как решил быть с Сехоном.

— Я знаю, что ты не можешь для меня сделать, поэтому лучше скажи, что ты можешь сделать для меня, — сказал Юншин.

Сехон посмотрел в глаза юноше и, после размышлений, просто ответил:

— Я не пожалею, что нашёл тебя.

Его низкий рокочущий голос гармонично отзывался в ушах Юншина.

В качестве уточнения Сехон добавил:

— Также я не позволю тебе пожалеть, что выбрал меня.

Едва не начавшаяся ссора утихла, словно окутав их умиротворением ночного океана.

Юншин знал, что у Сехона была неожиданно романтичная сторона. Однако он не ожидал, что тот подтвердит это в такой момент и в такой форме.

Застывшие веки Юншина медленно моргнули. Его дрожащие, блестящие глаза смотрели прямо на Сехона. Взгляды пересекались так же, как их тени, перекрывающиеся до самых кончиков.

Совершенно беззащитный перед Сехоном, юноша не решался заговорить. Его охватило желание ни на шаг не переступать границы, установленные старшим мужчиной. Он хотел что-то сказать, но его воля не перешла в звучание.

Словно прекрасно это зная, своим приглушённым голосом Сехон подтолкнул Юншина:

— Скажи мне, что тоже меня любишь. Обычно ты так охотно это говоришь.

*Эпифит – растение, поселяющееся на других, но не являющееся паразитом, так как оно пользуется ими только как местом прикрепления.

*Сублимация — это защитный механизм, который помогает человеку трансформировать социально неприемлемые побуждения и негативные эмоции в полезные или как минимум безопасные социально приемлемые действия.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 324 - Сайд-стори 2: Больше нет. Обмен клятвами

— Не ожидал от тебя такой просьбы. Ты постоянно спрашиваешь меня, что мне купить. В последнее время продолжаешь получать высший балл.

— И у тебя хватает наглости продолжать оценивать меня, — Сехон вернулся к своему обычному состоянию, и, наконец, Юншин смог расслабиться. Он нежно улыбнулся.

Молодой человек прижался губами к губам возлюбленного. Некоторое время они просто прижимались друг к другу, а затем слегка отстранились. Юншин вытащил из кармана мятый, сложенный конверт. Он открыл его и встряхнул содержимое в руках, уронив два серебристых кольца в свои мягкие ладони.

Юншин не планировал дарить их таким образом. Он долго и упорно думал о том, как красиво их вручить, и забронировал ресторан с прекрасным ночным видом. Они не смогли бы провести настоящую церемонию, а юноша хотел, чтобы это произошло в великолепном месте.

Но, стоя здесь, он начал думать, что пустынная и безлюдная крыша фирмы, где он нашёл Сехона, была неплохим выбором. Это было в их стиле: сначала поссориться, а затем подняться на крышу, чтобы обменяться обещаниями друг с другом.

— Это парные кольца. Отныне носи своё каждый день. Будет тяжело только в начале, но скоро ты привыкнешь.

— Ради такой мелочи ты... Разве эти кольца не являются свидетельством того, что ты две недели пренебрегал мной, чтобы сделать их? Неужели нельзя было просто купить что-то готовое?

«Обязательное условие того, что я принадлежу тебе».

Юншин был рад произнести слова, которые Сехон однажды сказал ему, надевая кольцо на его палец:

— Это обязательное условие, что мы принадлежим друг другу. Тебе больше не нужно быть одиноким.

Сехон пристально посмотрел на юношу, а затем мягко улыбнулся. Уголки его губ изогнулись идеальной дугой.

— Мне нравится это «мы».

Он потянулся к кольцам. Поскольку они только что были в ссоре, Юншин ожидал, что придётся воспользоваться своим последним желанием. Всё сложилось лучше, чем он предполагал, и это вызвало у него странное чувство.

Сехон взял то, что поуже, по-видимому, желая сначала надеть кольцо на любимого. Он отступил и взял Юншина за левую руку. Мужчина поцеловал простое кольцо, которое подарил несколько лет назад, затем снял его и вложил в губы Юншина.

Пока человек перед ним терпеливо держал кольцо между губами, Сехон увидел инициалы на внутренней стороне кольца и нахмурил брови.

Затем он надел его на длинный и прямой безымянный палец Юншина. Блестящее и роскошное кольцо из платины идеально подошло. Молодой человек просиял, глядя на него сверху вниз, затем положил кольцо, которое держал во рту, в карман для сохранности.

Юншину показалось удивительным, что Сехон не испортил атмосферу, жалуясь на обмен кольцами, хотя и без них можно было понять их чувства друг к другу. Это показывало, что его партнёр сейчас делает всё возможное.

Когда Юншин уставился на Сехона с лёгкой усмешкой на лице, тот внезапно спросил:

— А на моём тоже есть наши инициалы?

— Конечно. Это самое важное. Это значит, что я не буду единственным, кого похоронят заживо, если ты что-нибудь учудишь. Так что будь осторожен.

Старший мужчина пожал плечами в ответ на комментарий, как бы говоря Юншину, чтобы тот поступал, как ему заблагорассудится. К счастью, сегодня он довольно охотно проявлял привязанность.

Юноша посмотрел на руку Сехона. Его руки с выступающими костяшками пальцев на каждом суставе были настолько безупречны, что вызывали восхищение. Как и в другие разы, когда Юншин держал своего возлюбленного за руки, он погладил его аккуратно подстриженные ногти и осторожно надел кольцо на безымянный палец.

К счастью, кольцо с заострённым концом, обращённым кверху, хорошо скользило по пальцу. Но, когда Юншин закончил его надевать, задняя часть кольца прокрутилась. Заострённый угол оказался не по центру.

Юншин мрачно уставился на безымянный палец. Сехон, наблюдавший за ним, ухмыльнулся и крепко прижал молодого человека к себе, осыпал поцелуями его уши и в итоге расхохотался. Пристыженный Юншин объяснил:

— Она сказала, что не получится растянуть маленькое кольцо, но она может сжать большое… Я измерил его, когда ты спал. У меня бы ни за что не получилось сделать это точно, так как мерил руками.

— А тебе не приходило в голову воспользоваться чем-то, что называется измерительной лентой?

— Тогда я бы тебя разбудил.

— Я буду защищать тебя, пока ты спишь.

Юншин прекратил ёрзать. Он был совершенно потрясён. Фраза, которая заставляет съёжиться, сорвавшаяся с губ Сехона, была той самой, которую молодой человек прошептал ему сегодня утром.

Следовательно, это означало, что Сехон тогда не спал.

Если мужчина в тот момент не спал, он, несомненно, почувствовал пристальный взгляд Юншина, присевшего рядом с ним, чтобы изучить его лицо. На лице юноши отразились краски заката.

Вот почему не следует писать письма рано утром.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 325 - Сайд-стори 2: Больше нет. Обмен клятвами

— Я думал, ты спишь, но это было не так?

— Как я мог не проснуться от твоего шороха? И, если ты не в курсе, когда ты просыпаешься, я тоже всегда просыпаюсь. Меня может разбудить что угодно, так что можешь свободно передвигаться.

— Неужели не было такого случая, когда ты... не проснулся?

— Никогда. Я просто обнимал тебя с закрытыми глазами.

— Зачем?

— Затем, что ты делаешь милые вещи, думая, что я сплю.

Юншин попытался вспомнить все случаи за последние несколько лет, но их было так много, что невозможно было собрать статистику. Он касался пышных ресниц Сехона и тёрся своей щекой о его. Он часто тыкал и трогал утренний стояк своего партнёра, вдыхал аромат шампуня, исходящий от волос, и целовал кончики его пальцев.

Лицо Юншина покраснело.

— Как ты мог ни разу не сказать мне об этом за все эти годы? Разве можно быть таким подлым?

Теперь, когда Юншин знал, что мужчина чувствовал всё, что он делал, ему захотелось забиться в угол. Однако Сехон перекрыл для него пути к отступлению.

Молодой человек был смущён и подавлен. Он был в восторге от мысли, что являлся исключением из правил, но это оказалось не так.

— Я был счастлив, потому что думал, что ты извращенец, который переносит только мои прикосновения и звуки... Оказалось, моё присутствие и шум, который я создавал, не были исключением.

Сехон, которому нравилось дразнить Юншина, нахмурился.

— Ты что, решил, что я какой-то хладнокровный зверь? Иногда мне кажется, что ты действительно не в своём уме.

— Если тебя беспокоят мои передвижения, может, нам спать в разных кроватях?

— Хватит нести чушь. Ты спишь рядом со мной, несмотря ни на что.

— Но ты же сказал, что сразу же просыпаешься.

— Просыпаясь, я чувствую себя спокойно, когда ты рядом со мной. Твой шум – исключение.

Сехон ткнулся подбородком в макушку юноши, затем развернулся и прислонился к перилам. Юншин почувствовал себя лучше от такого проявления ласки со стороны мужчины. Ухмыляясь, он облокотился на перила рядом с Сехоном и поднял левую руку. На фоне заката она выглядела весьма живописно.

Небоскрёбы были гостями на их свадьбе, оранжевые облака на небе – залом для бракосочетания, а пронизывающий ветер насвистывал свадебный марш. Им не нужен был священник.

Залюбовавшись видом и погрузившись в счастливые мысли, Юншин вдруг вспомнил кое-что и сказал:

— Знаешь, платину используют в кардиостимуляторах. Это инертный металл, который можно поместить внутрь тела. Платина также гипоаллергенна. Она безопасна, так что ты не можешь его снять.

Сехон внимательно его выслушал, а потом пробормотал:

— Раз ты надел кольцо на меня, видимо, собираешься носить своё на шее.

Неудивительно, что Сехон прекрасно понимал Юншина.

Несмотря на различия в дизайне, у обоих были изящные серебристые кольца с бриллиантами. Сложенные вместе, они выглядели как многослойные.

Юншин прекрасно понимал: крайне маловероятно, что кто-то попытается соединить кольца, которые они случайно бы сняли в одно и то же время, но их отношения были таковы, что они не могли рисковать. Неплохо было проявить осторожность, чтобы их любовь была надёжнее и длилась дольше.

— Да, я буду надевать его только тогда, когда не иду на работу. Но ты должен носить своё каждый день.

— Просто носи и своё тоже, — Сехон был безрассуден в такие моменты.

— А вдруг кто-то узнает?

— Тогда мы просто примем это, как если бы у нас начался обычный кашель.

— ...

— Есть так много вещей, которые мы не можем делать, так что я не хочу скрывать ещё и это.

Юншин усмехнулся, вспомнив о книге, которая стала их общим знаменателем. Он повернул голову, и их глаза встретились. Они улыбнулись друг другу. Юншин снова был заворожён очаровательной улыбкой Сехона.

Это лицо напротив – Юншин знал, что только он один может стать причиной такого выражения. Он хотел и дальше наслаждаться этими счастливыми моментами. Словно прочитав его мысли, Сехон поднёс тыльную сторону руки Юншина к своим губам и прижался к ним на некоторое время.

« Пока смерть не разлучит нас...»

Даже без подобных клятв, даже если эти отношения не были юридически закреплены, даже если окружающие не знали о них, этого было достаточно.

С этого дня в их жизни ничего не изменится. Даже если Сехон станет содиректором, а Юншин – кем бы он ни хотел быть, их жизнь останется прежней.

Позже они оба спустятся, чтобы закончить работу. Старший адвокат Кан потратил весь день на то, чтобы разобраться с накопившимися за две недели ненавистью к себе и ревностью, поэтому ему предстояло работать на выходных. Адвокату До нужно было разбираться с беспорядком, который он устроил, так что его ситуация мало чем отличалась.

Тем не менее, они будут засыпать в одной постели и просыпаться вместе. Их прозаические, обычные дни будут повторяться.

Юншин снова погрузился в свои счастливые фантазии, и Сехон потянулся к нему с намерением вернуть юношу к реальности. Его руки обвились вокруг талии Юншина, поворачивая его и ставя их лицом к лицу. Мужчина крепко прижал его к себе.

Он наклонил голову, собираясь поцеловать Юншина в знак их обещания, но тот заблокировал движение Сехона левой рукой.

— Попробуй назвать меня малышом. Тогда я позволю тебе поцеловать меня.

Сехон парировал:

— Я же просил тебя не пытаться меня обобрать. Предложи условия получше.— Даже сейчас, в этот момент, даже несмотря на то, что сегодня наша годовщина!— Как тебе такое? Сделай всё, о чём бы я ни попросил тебя вечером во время секса. Тогда я скажу это.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 326 - Сайд-стори 2: Больше нет. Консумация

«Но ты и так творишь всё что хочешь, даже если на следующий день наступит конец света», — подумал Юншин с укоризной во взгляде. Старший сильнее прижался к руке на своих губах. Тыльная сторона руки юноши коснулась его же губ, отчего он больше не мог говорить. Юншин моргнул. Сехон невозмутимо посмотрел на него, после чего повернул голову в более удобное положение.

Сехон с силой толкнулся языком в отделяющую их друг от друга ладонь, совершая многозначительные движения. Смутившись, молодой человек отдёрнул руку. Тогда язык старшего адвоката вскользь коснулся губ юноши.

— Нгх. У меня ещё осталось последнее желание. Воспользуюсь им сейчас.

— Ты согласен потратить его на что-то настолько простое?

Юншин был достаточно умён, чтобы усвоить одну вещь и применять её в различных областях. Теперь, когда он нашёл способ добиться удовлетворительной компенсации за пренебрежение со стороны мужчины, он использовал его бережливо, когда Сехон оставлял Юншина в одиночестве.

— Ты этого стоишь, — Юншин бросил триумфальный взгляд на старшего мужчину.

Сехон посмотрел на юношу сверху вниз, словно говоря ему, что тот по-прежнему танцует у него на ладони. Затем ответил тихим и томным голосом:

— Открой ротик, малыш.

Юншин ахнул, мышцы его лица замерли, а щёки пылали огнём. Он не ожидал, что мужчина скажет это прямо сейчас. Кан Сехон был обладателем скверного характера и часто дразнил юношу, прежде чем сделать то, о чём его просили.

Это произошло, когда Юншин был отвлечён, поэтому ему хотелось ещё. Если бы он мог нажать на кнопку повтора для этого момента, то так бы и сделал.

Молодой человек был слишком удивлён, поэтому отреагировал спустя секунду. Из медленно приоткрывшихся губ вырвалось резкое восклицание:

— Вау, чёрт возьми! Кан Сехон на самом деле сделал то... м-м-мх!

В этот момент старший адвокат накрыл губы Юншина своими, заставив молодого человека замолчать, и проник глубоко внутрь.

В месте, окутанном сумраком, с их губ срывались влажные звуки, когда языки вторгались в пространство партнёра.

— Нгх, м-м-м...

Очертив неровности зубов молодого человека, язык Сехона встретился с языком Юншина. Бурная реакция смягчилась.

Их языки мучительно медленно сцеплялись, а затем ускорялись, сплетаясь друг с другом. Их движения горели страстью. Они глубоко зарывались друг в друга, заглатывая язык партнёра. Сехон умело вёл Юншина, его язык был словно пропитан собственническим инстинктом. Руки, притягивающие костлявую спину, сгибались и распрямлялись, двигаясь как подожжённая солома.

Поцелуй становился глубже. Вместе с тем росла и интенсивность. Пока двое были сосредоточены друг на друге, вечернее небо, нависшее над ними, стало сильнее отдавать ржавым цветом, и начала опускаться темнота.

Язык и слюна Сехона ощущались слаще, чем обычно. Юншин задавался вопросом, думает ли его возлюбленный так же.

Он закинул руки на плечи старшего мужчины, прижимаясь ближе.

Прозрачные бриллианты блестели на левой руке, пропускающей сквозь пальцы шелковистые волосы Сехона. С внутренней стороны левой руки, притягивающей Юншина и поддерживающей его за спину, виднелось такое же мерцание.

Действие 8

Юншин сидел, поджав колени, в ванне, его щёки залились румянцем. Он провёл там какое-то время, отчего в задней части рта возникло ощущение спёртости. У него могли бы отрасти жабры из-за влажности в помещении.

Головой он понимал, что ему нужно сейчас же выйти. Но по какой-то причине, стоило ему переступить порог спальни, как он почувствовал, что его ждут всякого рода унижения, поэтому не мог заставить себя сдвинуться с места. Когда он опускал взгляд на металлическую ленту, обёрнутую вокруг пальца, сердце билось чаще, и набраться смелости становилось ещё труднее.

Сегодня они ссорились, мирились, обменялись кольцами и не сделали больше ничего. Но странным образом, это походило на их первую совместную ночь, что казалось Юншину дикостью.

Его мысли вернулись к моменту, когда они впервые занялись сексом, и он почувствовал себя странно. У него было предчувствие, что Сехон понравится ему ещё сильнее, но он и не предполагал, что их отношения перерастут во что-то столь значимое, как сейчас. Ведь он говорил о Кане Сехоне.

Всплеск.

Смущённый Юншин окунул голову и моргнул под водой.

В этот момент он услышал чьё-то присутствие у себя над головой. Когда юноша поднял голову и взглянул в сторону звука, то увидел Сехона в халате, стоящего в дверном проёме. Мужчина прислонился к косяку, скрестив руки и устремив тяжёлый взгляд на Юншина.

— Думаешь, что твой вкус будет лучше, если ты впитаешь всю воду? — спросил Сехон.

— Я не еда.

— Или ты думаешь, что станешь вкуснее, если заморишь меня голодом?

— Хватит издеваться надо мной. Я как раз собирался выходить.

Юншин подразумевал, что Сехону стоит подождать снаружи, пока он вытирается, но опустил слишком много слов. Мужчина был неподвижен и смотрел на юношу. В его глазах читалась знакомая похоть.

От смущения уши и шея Юншина покраснели. Подавив застенчивость, молодой человек высказал своё пожелание в более понятной форме:

— Можешь подождать меня снаружи?

— Не могу. Вставай так.

Видеть обнажённые тела друг друга не было чем-то новым для них. Однако место и ситуация отличались от привычных.

Юншин был абсолютно голым и вымокшим. С другой же стороны, наблюдающий, Сехон, был одет в шёлковый халат. Свет в ванной был тёплым и приглушённым, и, что самое важное, из-за всего этого юноша чувствовал себя особенно неуверенно.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 327 - Сайд-стори 2: Больше нет. Консумация

Вместо того чтобы встать, как было сказано, Юншин шлёпал по поверхности воды, запуская пальцем круги. Когда он остановился, рябь пропала.

Сехон подошёл к ванне и присел на её край. Он захватил влажные волосы юноши, опустил руку ниже, чтобы поиграть с мочкой Юншина, перед тем как двинуться дальше к его щекам. Когда он достиг губ молодого человека, погладил по ним большим пальцем, подразнивая приоткрытый рот, едва входя. Губы Юншина естественным образом раскрылись, и старший мужчина, наконец, протолкнул большой палец внутрь, стимулируя чувствительную внутреннюю поверхность.

— Хн, хм-м-м...

Язык юноши следовал за большим пальцем Сехона, который упорно волновал внутреннюю часть его рта. Старший адвокат подыграл Юншину и добавил:

— Я читал, что, согласно исследованиям, чем выше у человека интеллект, тем слабее он к удовольствию. Слышал об этом раньше?

— Э-это научно доказано? Хнгх, н-н-нх.

— Не уверен. Но похоже, ко мне это применимо. Не знал, что мне настолько понравится секс.

— Нгх, м-м-мх.

— Клубничный торт ждёт тебя снаружи. Вставай.

Нарушив покой нежной кожи, Сехон вынул палец. Он просунул руки Юншину под мышки и поднял молодого человека, вялого, словно мокрое бельё. Юноша от удивления стал сопротивляться. Сехон проигнорировал незначительный отпор и осмотрел мокрое тело молодого человека, находящегося теперь в вертикальном положении.

Почувствовав смущение, Юншин схватился за обе руки Сехона. Он наклонился вперёд, опустил голову, и капли воды намочили роскошную ткань халата старшего адвоката.

— Хватит пялиться.

— Разве ты не возбуждаешься от одного взгляда на меня? Твой член ведёт себя слишком прилично. Я оскорблён.

— Даже подростки так не делают.

— Я могу. Может, различие в том, что мой – взрослый?

Юншин глухо усмехнулся и посмотрел на халат Сехона. Как он и сказал, нижняя половина старшего мужчины была слегка приподнята. Сехон был возбуждён, но щёки горели только у Юншина.

— Это из-за того, что я раздет. А ты высокообразованный, очень умный садист.

Не было похоже, что Сехона изначально интересовал ответ молодого человека. Независимо от того, что скажет Юншин, действия мужчины были предопределены.

Без предупреждения его руки потянулись к нижней половине юноши. Предвидя следующие действия, Юншин попытался остановить старшего мужчину, но безрезультатно. Сехону удалось прикоснуться к влажным и мягким волосам на лобке молодого человека тыльной стороной пальца. Юншин вздрогнул, и, проигнорировав это, старший провёл дальше к основанию члена юноши.

— Сонбэ, н-н-нгх, остановись.

Сехон погладил подёргивающийся ствол, опуская руку ниже и направляя своё тепло к головке. Беспокоясь о том, что с его уст сорвётся стон, Юншин сжал губы и схватился за партнёра, отчего вены на его руках начали выступать.

— А если я тоже разденусь? Тогда ты станешь твёрдым?

По правде говоря, Юншину было легко возбудиться от взгляда на хорошо сложенное тело Сехона, но юноша не мог подобрать подходящего момента, чтобы сказать это. Старший адвокат продолжал слегка касаться его члена, кожа на котором подёргивалась и сотрясалась, заставляя молодого человека смутиться ещё сильнее.

— Стоп, прекрати это. Нгх, м-м-м.

Находясь в ванне, Юншин держал колени вместе, и Сехон стимулировал его совсем понемногу, вместо того чтобы дать сильную дозу, поэтому Юншину было сложно найти баланс. Его ноги начали дрожать. Заметив это, Сехон перестал дразнить юношу и встал с края ванны. Юншин всё ещё оставался в ней, но теперь их глаза находились на одном уровне.

Сехон протянул ему руки.

— Вылезай, я тебя высушу.

Нерешительно, юноша взял партнёра за руки и вылез. Под действием гравитации капли воды начали стекать на пол ванной комнаты.

Сехон воспользовался банным полотенцем, чтобы вытереть прохладную влагу с тела Юншина. Он нежно промокнул волосы молодого человека и мягко вытер влажную кожу шеи, торса и нижней половины. Затем он поднял стройную ногу и поцеловал тыльную сторону ступни. Миллионы мыслей пронеслись в голове у Юншина, пока он стоял и послушно принимал нежные прикосновения Сехона.

В конце концов, молодой человек протянул руку, желая прикоснуться к щеке возлюбленного, пока тот вытирал его лодыжки. Однако это обернулось неудачей, когда Сехон неожиданно схватил его пенис.

Плюшевое полотенце шлёпнулось на пол. Юншин мягко простонал:

— Хн-н-н, агх!

Похоже, Сехон не намеревался использовать какие-либо приспособления и сушил юношу вручную. Мягкими ладонями он обхватил член Юншина, пропустил через пальцы его мошонку и руками собрал влагу. Молодой человек вздрогнул и обнял Сехона за шею. Старший адвокат поднялся из неудобного наклона и ответил на его объятия.

Голос, настолько глубокий и приглушённый, что вызывал мурашки на спине Юншина, завибрировал в его барабанных перепонках.

— Я собирался высушить тебя здесь руками. Неприятно?

— Ты специально это делаешь, не так ли?

— Только сейчас понял?

— Перестань мучить меня. Я выйду...

— Отличная идея.

Сехон поцеловал раскрасневшееся ухо Юншина и поднял его обнажённое тело на руки. Юноша спрятал лицо за щекой Сехона, после чего прикусил её, сообщая о своём согласии. С удовольствием приняв боль от укуса, старший адвокат притянул молодого человека крепче. Переступив полотенце, которым недавно вытирал Юншина, он пересёк туалетную комнату, направляясь прямо в их спальню.

*Консумация брака – это первое совокупление супругов, после которого брак следует полагать совершившимся фактом.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 328 - Сайд-стори 2: Больше нет. Клубничный крем

Дисклеймер! Если захотите читать главу во время еды — делайте это на свой страх и риск.

Сехон бросил Юншина на кровать и перетащил на подушку торт, стоявший на прикроватной тумбочке.

Это был торт на их годовщину, который они успели забрать из ресторана.

Возникло несколько непредвиденных проблем, поэтому, хотя они и пытались уйти с работы вовремя, их задержали. К тому времени, когда парочка прибыла в ресторан, забронированный Юншином, уже был принят последний заказ на вечер. Не имея другого выбора, они взяли торт, который молодой человек заказал заранее, оставили вино в ресторане на следующий раз и вернулись домой.

— Открой пошире.

Сехон, очевидно, не планировал пользоваться какой-либо посудой сегодня вечером.

Используя пальцы вместо вилки, он зачерпнул немного розового клубничного крема и размазал его по губам партнёра. Несмотря на смущение, Юншин приоткрыл губы, давая возможность проникнуть в рот. Он слизнул липкий крем и уже собирался проглотить его, когда Сехон наклонился, чтобы поцеловать юношу.

— Нгх... н-нгх.

Надёжно удерживая Юншина, Сехон начал проникать внутрь его рта. Их языки встретились, размазывая крем.

Юншин предположил, что старший мужчина сделает что-то подобное, в тот момент, когда Сехон поставил коробку с тортом на заднее сиденье. Несмотря на это, юноша не остановил его по многим причинам.

Одной из них было то, что ему не претила эта идея.

Юншин вздохнул и схватил Сехона за отвороты халата. Тот, в свою очередь, спросил:

— Вкусно?

— Сладко. Хнх... Хмх.

Временами глубокий поцелуй был таким же возбуждающим, как секс. Юноша быстро заморгал, чувствуя, как крем стекает по его горлу. Сехон слизнул остатки со своих губ и в этот раз, словно предлагая Юншину попробовать его плоть, глубоко проник языком в рот молодого человека.Кончики их языков соприкоснулись, создавая чувственное трение. Рот Юншина оказался тесно наполнен сладостью и упругой текстурой. Их слюна смешивалась и хлюпала, создавая непристойную какофонию.

Движения Сехона выглядели невероятно эротичными. Он подвёл любимого к центру кровати и взял с собой торт, а затем начал ласкать уже высохшую кожу Юншина.

Когда они отстранились друг от друга, их соединяла тонкая ниточка слюны, которая вскоре порвалась.

Раскрасневшийся от возбуждения молодой человек уставился на Сехона рассеянным взглядом, полным желания. Тот в ответ поцеловал дрожащий подбородок Юншина, чтобы успокоить его, и медленно начал опускаться вниз.

Сехон снова ткнул пальцем в куполообразный торт и, захватив щедрую порцию крема, стал растирать его по соскам Юншина.

— Ох! Ах, нгх. Скользко. Это не очень приятно.

— Сделать то же самое и с другим? Я это так слышу.

— Не... Ох...

Сехон провёл пальцами сначала по одному бугорку, затем проделал то же самое с противоположным. Он зажал пучок нервов между пальцами и сжал его, отчего бедра Юншина задрожали.

Ареолы сосков были измазаны розовым кремом. Сехон уставился на свою работу, как художник, который только что закончил свою картину. Его глаза прилипли к представшему перед ним зрелищу. Он глубоко вздохнул, затем прильнул губами к соску.

Держа один бутон во рту, мужчина задел его зубами. Он ущипнул и потёр другой сосок, а затем нежно провёл ногтями по чувствительной коже, отчего возникло жжение в этой области.

— Хнгх! Сонбэ, хм-мх.

Сехон касался только верхней части его тела, но Юншин чувствовал, что всё тело превратилось в сплошную эрогенную зону, а член встал. Область между ног стала чувствительной и нуждалась во внимании. В конце концов, юноша схватил Сехона за волосы и издал долгий чувственный стон. Мужчина внимательно следил за ним, не позволяя себе упустить ни одной эмоции, и с ещё большим вниманием начал ласкать грудь Юншина. Возбуждённые соски блестели, покраснели и набухли. На коже виднелись слабые следы розового крема и слюны. Сехон поднял глаза и вытер подбородок тыльной стороной ладони, размазывая крем по своим острым скулам.

Юншин тяжело дышал, глядя на возбуждающий вид Сехона. Он вытянул одну ногу, просунув её в разрез распахивающегося халата, и коснулся паха возлюбленного тыльной стороной стопы, которую тот целовал ранее.

Член теперь был напряжён и полностью встал.

— Нгх, чёрт возьми.

Мужчина отреагировал на стимуляцию. Он опёрся руками о кровать и несколько раз потёрся бёдрами о гладкую ступню Юншина. При каждом резком толчке нижняя часть тёмного халата вздымалась и покачивалась.

Сехон издал сдавленный стон, затем взял ещё горсть глазури и размазал её по телу молодого человека. Крем попал на напряжённый живот и член Юншина. Эмульгированная жидкость растаяла и потекла ниже, к его промежности. Тускло-розовый цвет окрасил юношу между ног.

Когда Сехон вновь обрёл контроль над собой, стало ясно, каким будет его следующий шаг. Он уставился на член, который неизбежно становился твёрдым, и на слегка раздвинутые ноги, а затем схватил Юншина за лодыжку. Остатки крема с руки Сехона естественным образом перекочевали на неё.

При каждом движении юноши розовая эмульсия брызгала на одежду Сехона. Было бессмысленно смотреть, куда разлетелся торт, поскольку их тела и постель были в полном беспорядке.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 329 - Сайд-стори 2: Больше нет. Клубничный крем

Дисклеймер! Если захотите читать главу во время еды — делайте это на свой страх и риск.

Крепко схватив Юншина за обе лодыжки, Сехон развёл его ноги в стороны, и сам устроился между ними. Он заставил юношу приподнять зад и осмотрел его. Затем мужчина начал наносить крем на стыдливо обнажённую промежность, размазывая его и по всему животу.

— Нгх, хн-н. Странное ощущение. Как будто извивается.

Это было не просто странное ощущение – оно казалось каким-то кощунственным. Его мучило чувство, что они делают что-то, чего не должны. Однако Сехона не волновали чувства молодого человека, и он продолжил равномерно распределять крем по коже всей ладонью. Отверстие уретры стоячего члена Юншина начало подёргиваться, а ствол – подпрыгивать, как будто ожидая разрядки. Его пресс напрягся, а конечности слегка подрагивали.

Юншину нужна была более сильная стимуляция для разрядки, поэтому он потянулся вниз. Он хотел схватить свой член, но Сехон резко оттолкнул его.

— Пока нельзя.

— Я хочу потрогать себя.

— Я же сказал, что тебе пока нельзя кончать.

— Прикоснись ко мне, сонбэ.

После бессвязного разговора Сехон всё же первым поднял белый флаг. Не обманув ожиданий, он начал массировать член Юншина, покоряя его промежность.

Его настойчивые прикосновения продолжались. Растаявший розовый крем пропитал кожу молодого человека, влажную, как земля после дождя.

Сехон, который контролировал нижнюю часть тела любимого, крепко ухватился за его лодыжки и закинул ноги Юншина себе на плечи. Он наклонился вперёд и, высунув язык, начал ласкать кожу между ног юноши. Раздались чувственные хлюпающие звуки, распаляющие их возбуждение.

Перед глазами Юншина всё затуманилось, и он попытался схватить Сехона за плечи. Шелковая ткань скользнула мимо его пальцев и упала с плеч мужчины. Уставившись на крепкие плечи возлюбленного, юноша схватил его за мокрые волосы и с силой притянул его голову к члену.

— Ох! Ох... Ты не можешь вставить его сейчас?

Мышцы его нижней половины тела свело судорогой, и он больше не мог этого выносить. Однако Сехон, словно решив придерживаться принципа нулевой толерантности и игнорировать Юншина, действовал медленно.Несмотря на то что здоровенный член торчал через одежду так, словно мог проткнуть ткань насквозь, мужчина сохранял самообладание, чтобы достичь своей цели, и Юншин находил его избирательное терпение почти пугающим.— Не умоляй. Я начну, после того как съем всё это.

— Хнгх, нгх! Ох!

Сехон облизал промежность юноши, а затем поднял пальцы. Он сгрёб весь крем в одну кучку и начал растирать его по краю входа. Хотя намерения мужчины были ясны, Юншин не мог сопротивляться. Он боялся, что если что-нибудь скажет, Сехон отложит следующее действие: проникновение.

Не имея другого выбора, молодой человек дрожащими руками погладил Сехона по ушам и волосам. Тот позволил Юншину ласкать себя, но при этом вложил больше силы в свои пальцы. Они скользили по промежности юноши так же плавно, как коньки по льду, а затем он засунул палец, на котором скопился крем, в дырочку молодого человека.

Консистенция крема отличалась от консистенции масла или смазки, отчего внутри у Юншина возникло неприятное ощущение.

— Ах! Это попало внутрь, вытащи. Пожалуйста, вытащи.

Мольбы не тронули Сехона – он демонстративно просунул пальцы глубже и начал покорять внутренности. Мужчина проталкивал пальцы, погружаясь глубоко внутрь. Внутренние стенки, которые Юншин растянул в процессе купания, сжали Сехона, как будто всё это время ждали его вторжения.

Мужчина почувствовал это своими пальцами и нахмурился:

— Твои губы внизу и вверху говорят две разные вещи. Как насчёт того, чтобы сначала прийти к соглашению?

Лицо Юншина покраснело, и он собирался возразить, но руки Сехона оказались проворнее. Мужчина легко и быстро нашёл простату и надавил на неё.

Юноша ахнул, и у него перехватило дыхание. Трясущимися руками он схватил Сехона за плечи. Твёрдость под его ладонями подвела его к краю. Юншин беззвучно разинул рот. Наслаждаясь этой реакцией, старший мужчина сильнее надавил на простату, перенеся на неё свой вес и доводя возлюбленного до предела. Юншин желал, чтобы он надавил ещё сильнее, но, похоже, сам Сехон этого не хотел.

Когда его член максимально напрягся, не в силах стать ещё твёрже, юноша взглянул на свою переднюю часть, которая отчаянно жаждала эякуляции, и схватил Сехона за локти, заставляя его толкнуться в себя глубже.

— Не там. Знаешь...

— О-о-о, вытащить?

— Я не это имел в виду – нет, не вынимай. Ох!

— Я виноват, что добавил крем. Ты, наверное, удивился.

— Нгх, ты же говорил, что не совершаешь ошибок.

Юншин пристально посмотрел на Сехона, который вытащил пальцы. Старший мужчина послал ему воздушный поцелуй глазами и снова начал поглаживать его промежность. Юншин знал, что Сехон нарочно дразнит его, но всё равно чувствовал, что всё сильнее и сильнее хочет его. Его сморщенный вход подёргивался в ожидании, когда Сехон остановится, но тот сохранял необычайное терпение, даже несмотря на то, что его пенис был полностью эрегирован.

Потерев промежность Юншина, как и в начале, Сехон протолкнул ещё больше крема в его дырочку.

— Угх, хгнх!

Неприятное ощущение проникло в него и испачкало его вход. Его влажные и упругие внутренности сжались, крепко обхватывая палец Сехона. Мужчина шлёпнул Юншина по заднице, а затем снова вытащил пальцы.

Перевод: Кейт

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 330 - Сайд-стори 2: Больше нет. Торт

Дисклеймер! Если захотите читать главу во время еды — делайте это на свой страх и риск.

Юншин был сбит с толку развратными и коварными действиями Сехона.

— Ты серьёзно собираешься быть таким?

— Ты две недели пренебрегал мной, поэтому тебе следовало ожидать наказания такого уровня. Подними бёдра. Смотри, как я ем этот торт.

По всей видимости, гнев Сехона ещё не утих. Глаза старшего потемнели и блеснули опасностью, словно говоря, что это всего лишь разминка.

Он поднял ноги Юншина ещё выше и, крепко схватив его за бёдра, наклонился вперёд. Мужчина просунул язык в отверстие с готовностью высосать все сливки, которые сам спрятал внутри.

Юншин почувствовал слабость в теле. Он закусил губу и сдержал нецензурные выражения, которые почти что сорвались с его губ. Сехон языком очертил границы входа и начал высасывать крем, который хранился внутри. Интимная зона юноши была довольно чувствительной, поэтому он улавливал каждое малейшее ощущение, дарованное ему старшим адвокатом.

Кто ещё, кроме него, мог балансировать между стыдом и восторгом?

Он ненавидел это, но ему это нравилось.

Юншин извивался от недовольства, но Сехон стал более настойчивым и развратным. Грязные звуки сосания сливочного крема продолжали раздаваться между ног юноши.

Пусть это и происходило у него между ног, но больше он был огорчён и смущён тем, что Сехону открывался вид лучше на происходящее, чем Юншину.

— Ах, как хоро... Ох, нет, прекрати!

Юншин знал, что Сехон отомстит в постели за две последние недели пренебрежения. Он был опечален, смущён и взбешён, но, помимо этого, он ненавидел себя за чувство удовольствия, что испытывает сейчас. Сехон не впервые помещал что-то внутрь него и вынимал это обратно подобным образом. Каждый раз, когда он это делал, Юншин ощущал себя так же, как и сейчас. Молодой человек был унижен до смерти, но в то же время взволнован до предела.

Он боялся, что стал извращенцем, но, с другой стороны, был в восторге оттого, что тайно делает с Кан Сехоном что-то недозволенное.

То же самое происходило и сейчас. Предэякулят вытекал из кончика члена, и Юншин хотел прикусить себе язык. Его конечности извивались, но в конце концов ему стало так грустно, что он начал всхлипывать:

— Кан Сехон, ты – ублюдок...

Слёзы Юншина ушли в пустоту и не были удостоены и каплей внимания...Пусть в других случаях Сехон не мог терпеть плача партнёра, кровать была единственным исключением. Юншин плакал и вздыхал, в его эмоциях читались как возбуждение, так и страдания. Ему не хватало воздуха каждый раз, когда он ощущал проникновения языка Сехона в себя.

Слизав крем с бугристой шероховатой плоти, Сехон медленно достал язык.

Старший адвокат схватил юношу за талию и притянул к себе, располагая свой набухший член между ягодицами Юншина. Он зафиксировал качающиеся бёдра в более устойчивом положении и ткнулся во вход твёрдой головкой. Рыдающий Юншин положил руки поверх рук Сехона на своей талии. Затем он переплёл их пальцы вместе, умоляя старшего мужчину войти в него.

— Хватит уже. Войди в меня.

Сехон наклонился вперёд и лизнул залитую слезами щёку Юншина. Он раздвинул губы юноши, и тот охотно открыл рот, чтобы поделиться своим теплом с партнёром. Их плоть сталкивалась между собой и расходилась бесчисленное количество раз, оставляя между ними линию слюны. Сехон вынул язык, чтобы слизать жидкость.

— Хочешь, чтобы я тебя трахнул?

— Хн-н-н...

— Взамен ты должен кое-что сделать.

Старший адвокат не имел в виду, что Юншин должен реализовать экономически выгодный обмен. Кан Сехон дразнил его. Проблема была в том, что у юноши не хватало ни энергии, ни силы воли на сопротивление.

Юншин остановил слёзы, решившись сделать всё что угодно, и умоляюще посмотрел на Сехона. После этого старший мужчина внезапно поднял обмякшее тело юноши. Он заставил молодого человека встать на колени и устроился ровно позади него.

Юншин поначалу не понимал, что собирается делать Сехон. Однако стоило ему увидеть беспорядок на оставшейся половине торта, он сразу понял задумку партнёра.

Неудивительно, что Сехон пододвинул к ним торт. Он отрывисто поцеловал уши юноши, затем болезненно прикусил его мочки.

— Угх!..

— Сегодня у нас нет для тебя презервативов, Юншин. Думаю, тебе придётся кончать на это.

Потрясённый Юншин протянул руки за спину. Сехон обнял его со спины, схватил бёдра юноши и выстоял против этого усилия, не желая быть откинутым. Старший мужчина провёл руки вперёд и начал поглаживать член Юншина от головки, липкой от предэякулята, до основания подёргивающегося ствола. Пенис Юншина отделяло всего несколько шагов от выстрела, и напористые прикосновения заставляли член трепетать, словно он был на грани, чтобы излиться.

Сехон слегка наклонил тело Юншина вперёд. Твёрдый член молодого человека свободно погрузился в крем торта.

— Хнф! Ах! Сонбэ... Ох!

Прямо как когда Сехон всаживал свой член глубоко внутрь и кончал, сперма выплеснулась из головки члена Юншина. Непрозрачная липкая жидкость собралась между слоями торта. Старший адвокат выжал юношу до последней капли, глубже погружая член Юншин в крем и задевая его яички. Напряжение молодого человека сошло, он почувствовал послевкусие этого расслабления и начал клониться вперёд.

Должно быть, Сехон подумал, что Юншин намеревается сбежать.

Он поддержал партнёра за живот и притянул молодого человека к себе.

— Не сбегай.

— Я никуда не уйду... Угх!

— Не уходи, Юншин.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 331 - Сайд-стори 2: Больше нет. Торт

Дисклеймер! Если захотите читать главу во время еды — делайте это на свой страх и риск.

Юншин обессиленно вздохнул. Он притянул безымянный палец Сехона к губам и поцеловал. Ему было всё равно, что тело превратилось в беспорядок от игр, он сфокусировался на возлюбленном

— Хах... Я твой, сонбэ.

— Тогда покажи мне это, и я не буду волноваться.

Собрав всю имеющуюся энергию, Юншин приподнялся и потёрся о Сехона сквозь шёлковую ткань. Он просунул член партнёра, торчащий из-под халата, между ягодиц.

Он прошёлся по стволу вверх и вниз, покачал бёдрами в стороны. Сехон испустил жаркий вздох. Наконец, словно в ответ на непристойное действие, он очень грубо потёрся твёрдым членом меж ягодиц и прошептал:

— Тебе хорошо?

В ответ Юншин с трудом повернул голову в сторону и поцеловал Сехона в губы. Старшего адвоката это не удовлетворило. Он схватил юношу за горло и, поддерживая его, вступил в агрессивный поцелуй. Другой рукой он ласкал тело молодого человека, измазанное сливочным кремом. Член Юншина, который эякулировал не так давно, снова начал оживляться.

Юноша простонал с закрытыми глазами и принял его проникновение. Во рту их плоть перекрывала друг друга. Движения бёдер Сехона, которыми он пронзал ягодицы Юншина, становились грубее. Их дыхание сбилось.

В этот момент Сехон изо всех сил толкнул Юншина вперёд и навалился на него сверху.

— Нгх!..

Юншин упал лицом в торт. Розовый крем испачкал его лицо. Он пытался оглянуться, но остановился. Сехон полностью скинул с себя халат и накрыл тело юноши своим, теперь уже обнажённым. Хорошо очерченные мышцы приятно ощущались на коже.

Это было не всё. Сехон прислонил свои губы к ломтику клубники и крошкам торта на лице юноши.

Юншин глухо сказал:

— Ну конечно, ты это съешь.

— Всё не так плохо. Торт молодожёнов с начинкой из спермы.

Молодой человек задавался вопросом, почему старший так выкладывался в постели, хотя большую часть дня отталкивал Юншина, – он был предметом для исследований.

Юншин окончательно сдался.

— Знаешь, что временами ты полнейший извращенец?

— Это потому, что ты милый. Я хочу поиздеваться. Это твоя вина.

Сехон слизал крем с уха юноши и прошептал:

— Это вкусно, Юншин.

— И всё равно, нет. Сегодня ты должен быть нежным... Ведь это важный день.

— Я съем тебя с головы до кончиков пальцев.

— Ты меня слушаешь?

— Я люблю тебя, Юншин.

— ...

— Я люблю тебя.

Сехон был тем, кто пользовался лазейками в меру своих возможностей, и вот он вновь это делает, жульничает.

Сначала Юншин думал, что раз Сехон дразнит его, он будет груб с ним, но, услышав неловкие признания партнёра, юноша мог интуитивно сказать, что чувства старшего сейчас переливались через край, по сравнению с его обычным состоянием. И, как всегда, Юншин был слаб к словам возлюбленного вне зависимости от времени и места.

Молодой человек знал, что желать большего было бы перебором. Но, честно сказать, он хотел, чтобы Сехон говорил эти слова чаще, даже если ценой этому будут его боль и слёзы.

Если бы только каждый день был как их годовщина.

Он неловко протянул руку назад и погладил Сехона по волосам, отчего тот глубоко вздохнул.

Звук прерывистого дыхания партнёра пробуждал в Юншине нездоровые желания. Он не мог хранить секреты от любимого, поэтому честно высказал ему свои мысли. Иногда юноша ненавидел эту часть себя, которая вынуждала его быть откровенным, даже если он желал что-то скрыть.

— Я бы хотел, чтобы рядом с тобой никогда никого не было, и ты всегда оставался одиноким.

— ...

— Я хочу, чтобы ты целиком принадлежал мне. Прости...

В конце концов, даже если бы они ссорились из-за неправоты Юншина, даже если бы они говорили обидные вещи, не подразумевая этого глубоко внутри, и если бы юноша оттолкнул Сехона, старший адвокат всё равно вернулся бы к нему. Потому что Юншин был единственным в его жизни.

Он не стал объяснять своё эгоистичное и подлое желание, но был уверен, что Сехон всё уловил.

Вместо ответа мужчина поцеловал Юншина в лоб, липкий от крема, и направил свой член ко входу. Юноша сделал глубокий вдох, напрягшись от завышенных ожиданий и страха, который всегда сопровождали секс с Сехоном. Он встал на четвереньки, как зверь, и принял нижнюю половину партнёра. Тот более явно ткнул кончиком своего члена во вход юноши.

— Я вставляю.

Сехон одной рукой схватил его за плечо, а другой за член.

Затем он толкнулся вперёд, проникая в дырочку Юншина.

— Ах!..

Отверстие юноши было уже растянуто, пропитанное фруктовым кремом и слюной Сехона, поэтому оно с лёгкостью приняло набухший член партнёра. Он проник наполовину одним толчком.

Пусть войти было легче обычного, это не значит, что боли не было. Нижней половине юноши было некомфортно, и он вскрикнул. Его щёки покраснели, и, не в силах как следует открыть глаза, его веки дрожали.

Сехон исправил позу на ту, в которой ему было легче проникать в Юншина, и пока юноша не мог реагировать из-за своих мучений, старший решительно протолкнул остаток члена внутрь по самое основание.

Мощным толчком член глубоко вошёл в Юншина, и молодой человек упал вперёд. Сехон оперативно поддержал возлюбленного и прижался к нему.

Он схватил Юншина за бёдра и вскоре после этого начал агрессивно вдалбливаться. Отскакивая от бёдер партнёра, юноша чувствовал, как Сехон проникал всё глубже благодаря тому, насколько скользкими были стенки у него внутри. Он не был уверен, было ли это плодом его воображения или нет.

— Ах! Ах! Ах!

Молодой человек продолжал наклоняться вперёд, подталкиваемый Сехоном. Лоб Юншина ударился об изголовье кровати. Заметив, как ударилась голова возлюбленного, Сехон потянулся вперёд и подставил руку в том месте, где оно касалось лба юноши. Натыкаться на руку любимого было гораздо лучше.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 332 - Сайд-стори 2: Больше нет. Притязание

Сехон провёл головкой по краю, а затем ввёл свой член глубоко внутрь. После этого он вынул его на всю длину и вошёл неглубоко.

С каждым толчком мужчина задевал простату Юншина, доставляя ему острое наслаждение. Юншин больше не мог сохранять здравый смысл и изо всех сил старался не отставать от неровного темпа Сехона. Всё, что он мог делать, – чувствовать стыд, когда его внутренние стенки следовали за членом мужчины, когда тот выходил.

Движения Сехона, когда он входил в Юншина, становились всё более жестокими и дикими. Головокружение от проникновения и покалывающее чувство от их единения превратили мысли в кашу. Перед глазами Юншина всё побелело. Он вообще не мог думать. Его просто трахали. Ему было так хорошо, что он почувствовал, как страх внезапно овладел им. Его дыхание стало неровным и неглубоким, а шея покраснела.— Хнгх! Ох! О-ох! Сонбэ, вот так! Нгх!

— Я хочу раздавить твои внутренности своим членом.

Они быстро нашли позы, которые им понравились, и потеряли контроль. Длинный и массивный член Сехона вторгся в тайные владения, бесчинствуя на дикой и необузданной территории. Юншин отчаянно двигал бёдрами навстречу.

Каждый раз, когда Сехон входил в него, Юншин видел, как болтается кольцо мужчины. Тыльная сторона ладони Сехона, на которой вздулись вены, лежала на изголовье кровати и выглядела весьма соблазнительно.

Из-за дополнительного визуального стимула Юншин почувствовал слабость, как будто парил в воздухе. В отчаянии он сжал член мужчины. В ответ Сехон грубо вошёл в него с таким удовольствием, что, казалось, вся нижняя часть его тела вот-вот проникнет в Юншина.

Движения мужчины были такими энергичными, что на его ягодицах появились ямочки.

— Блядь! Угх! — глубокий, напряжённый голос Сехона ещё долго звучал в ушах Юншина. Затем, словно змея, скользнувшая сквозь щель, глубоко вонзился в его барабанные перепонки. Сехон сильнее прижал молодого человека к кровати. Их левые руки соприкоснулись, и он полностью прижал тело Юншина к своему.

Мужчина сцепил свои пальцы с пальцами возлюбленного и ускорился, сосредоточившись на движениях бёдер. На плечо Юншина, полностью поглощённого сексом, упала капелька пота.

Он не успел вовремя отодвинуть торт, и его член, уже однажды эякулировавший, снова оказался в торте. Остатки десерта тёрлись о его пресс вплоть до мошонки – было неприятно на ощупь. Что ещё хуже, внутри он чувствовал себя неприятно закупоренным.

Из-за всё более необузданных движений бёдер старшего мужчины Юншин мог сказать, что Сехон был близок к финалу. Ощущение, как яйца Сехона шлёпаются о ягодицы Юншина, а лобковые волосы трутся о его кожу, вызывало возбуждение в его мозгу. Мужчина постепенно терял точность погружения своего члена в самые глубокие места.

Юншин провёл языком по руке Сехона, сжимавшей его собственную руку.

Затаив дыхание, он лизнул кольцо, и Сехон, который страстно входил в него, рывком приподнял Юншина. Он усадил его к себе на колени, заставив их раскрасневшиеся лица смотреть друг на друга.

— Оставайся в таком положении, — Сехон снова ввёл свой возбуждённый член и потянул Юншина вниз, прижимая его к своим коленям.

— Угх, сонбэ. Хнгх.

Вместо ответа он громко чмокнул Юншина в щеку. Молодой человек погладил вспотевшее лицо Сехона, сидя у него на коленях. Уголки глаз Сехона были красными. Старший мужчина продолжал прижимать Юншина сильнее, чтобы войти ещё глубже. Погрузив свой член внутрь, Сехон встретился взглядом с юношей.

Несколько мгновений они смотрели только друг на друга.

Сехон вскоре слегка коснулся кончиком члена простаты Юншина. Член Юншина дёрнулся в ожидании финала.

— Я... я думаю, я...

Сехон, видимо, тоже достиг своего предела, так как настойчиво переплёл свой язык с языком молодого человека. Юншин посасывал его, усиливая возбуждение партнёра.

Когда Сехон усадил Юншина к себе на колени, крем неприлично растёкся между ними. Несмотря на это, Юншин ахнул, и его смущение сменилось удовольствием.

Сехон набросился на него, как голодный лев, тесно переплетая их тела и намеренно доводя обоих до оргазма.

Мощным толчком яички Сехона столкнулись с ягодицами Юншина, вогнав член до самого основания, сокрушая внутренние стенки.

От живота к голове поднялась волна наслаждения, зажигая звёзды в глазах младшего. Юншину казалось, что он парит в воздухе, первым достигнув оргазма. Он забрызгал своими соками мускулистый пресс Сехона и простыни.

— Ах! О! Так хорошо… ах! Ах!

Сехон кончил вскоре после этого и вздохнул:

— Чёрт возьми. Хах...

Наконец, тягучая жидкость заполнила Юншина изнутри. Она медленно распространялась по самым сокровенным частям тела молодого человека.

Опустошённый, Юншин взглянул на себя. Они терлись друг о друга, так что всё тело Сехона тоже было покрыто розовым кремом. Глубоко вздохнув, Юншин навалился всем своим весом на Сехона, который с радостью принял его.

Прижавшись друг к другу, они обнялись со всей оставшейся энергией.

Член Сехона всё ещё был внутри Юншина.

Пока они переводили дыхание, наступило спокойствие, несвойственное ни одному из них. Погревшись в лучах света, Сехон первым поднял левую руку. Он показал своё кольцо Юншину, и тот покраснел от смущения.

Увидев это, старший мужчина ещё раз насадил Юншина на свой член, который оставался твёрдым даже после того, как он кончил.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 333 - Сайд-стори 2: Больше нет. Притязание

— Внутри тебя так туго.

— Нгх, подожди...

— Но вверху ты растянут.

Как ни странно, Юншин чувствовал себя настолько смущённым, что у него даже не было сил объясниться.

— Я подгоню кольцо в эти выходные, — кротко ответил Юншин, крепко обнимая мужчину за шею и энергично кивая, как бы выражая свою решимость. Сехон схватил Юншина за затылок, оттащил его в сторону и засунул безымянный палец левой руки в приоткрытые губы.

— Сначала тебе придётся правильно измерить размер моего кольца.

Юншин решительно схватил Сехона за запястье обеими руками и начал лизать и посасывать его палец.

Сехон осыпал голову Юншина бесчисленными поцелуями.

* * *

С тревогой поглядывая на часы, секретарь Так ждал в подземном гараже. Заметив издалека приближающуюся машину Сехона, он поклонился.

Адвокат Кан вышел из машины и спокойно направился к лифту. Секретарь Так передал планшет с планом на сегодняшний день своему начальнику. Он взял портфель и повёл партнёра-адвоката к лифту, который приготовил заранее. Сехон вошёл первым, а секретарь Так последовал за ним.

Адвокат посмотрел на экран и прищурился. Он выглядел не слишком довольным содержанием. Посмотрев на его лицо, секретарь Так объяснил:

— Потому что невозможно найти все юридические моменты в сделке. Из-за ограничений по времени и месту они сказали, что просто проверить документы, отправленные другой стороной, слишком сложно.

— У них нет стыда, когда они говорят о том, что другие не выполняют свою работу должным образом. Компания отправила документы?

— Да, юристы по корпоративному праву читают их вместе.

— Похоже, в оставшееся время нам придётся запросить у продавцов заверения и гарантии, чтобы побудить их раскрыть информацию. Этот проект с самого начала был грёбаным провалом. Они что, пытаются испытать моё терпение?

— Это всего лишь моё личное мнение, но, думаю, что нашей фирме пора пересмотреть партнёрские отношения.

— Я согласен с вами. Всё понял. Я рассмотрю и этот вопрос.

Пока они разговаривали, лифт со звоном достиг их этажа, и двойные двери открылись. Сехон вышел первым, вернув планшет секретарю. Однако, когда секретарь Так бездумно взял устройство, он увидел платиновое кольцо на безымянном пальце левой руки Сехона. В шоке он выронил устройство размером с ладонь, и оно упало на пол.

Сехон остановился как вкопанный, глядя на планшет, лежащий на полу. Затем он посмотрел секретарю Так в глаза.

— Что это за глупости? У меня нет времени. Поднимите его.

— Простите? О… Да, мне очень жаль. Эм... Приношу свои извинения, — секретарь Так неуклюже поднял планшет. Он побежал за Сехоном по длинному коридору.— Ит-так… Ещё раз, что я собирался сказать?

Сехон, шедший по коридору, снова остановился в недоумении. Секретарь Так обычно никогда не допускал ошибок, поэтому выглядел весьма озабоченным.

— Вы больше не хотите работать? Или хотите повышения? Скажите чётко, чего вы хотите.

— Нет, эм... Это не входило в мои намерения. Я был так ошеломлён, что ничего не понимаю. Мне правда жаль. Кольцо на вашем пальце… Это так шокировало меня, что я не знаю, как это воспримут другие.

Наконец, осознав, что вызвало такую реакцию, Сехон нахмурился.

— Перестаньте драматизировать. Если вы это видели, распустите какие-нибудь слухи.

— Слухи? Вы пытаетесь подстроить всё так, чтобы прикончить меня?

Сехон закусил губу от досады и добавил:

— Если слухи будут распространяться, то я предпочёл бы, чтобы их распространяли вы. Только приукрасьте. Скажите, что это супер богатая пожилая женщина. Или назовите меня отбросом за то, что я соблазнил едва достигшую совершеннолетия двадцатилетнюю девушку.

Это прозвучало как приказ направить всё внимание на Сехона, скрыв при этом личность его партнёра. Сехон хотел спрятать и защитить своего возлюбленного. Временами плохой образ, вызывающий фантазии, может стать полезным щитом для защиты правды.

Секретарь Так задумался, а затем ответил:

— Я заставлю вас гордиться тем, что у вас есть секретарь, который быстро соображает.

— А как насчет того, чтобы я мог гордиться вами и в профессиональной среде? Если вы пришли в себя, заканчивайте доклад.

Вспомнив о своих обязанностях, секретарь Так указал вперёд и продолжил свой путь.— О, да. Вопрос о совместном руководстве. Мы наложили внутреннее эмбарго на фирму. Адвокат Сон начала собирать адвокатов-партнёров и намерена предложить им свою сделку. Наша секретарская команда подготовит административные процедуры, новостные репортажи и ваше выступление. На данный момент мы работаем над этими планами.

— Когда я вступлю в должность, мы внедрим новые протоколы обслуживания. Некоторое время у вас будет много работы.

— Я буду готов. Как вы думаете, когда вы официально присоединитесь к...

— Цель – первая половина следующего года. Конечно, могут быть изменения в зависимости от сроков реализации моего проекта, так что учтите и это.

— Понятно.

Дойдя до кабинета Сехона, они увидели, как Юншин подписывает документ, представленный административным персоналом. Все поприветствовали Сехона, но, как обычно, он проигнорировал их. Адвокат уже собирался пройти прямо в свой кабинет, когда Юншин остановил старшего адвоката.

— Старший адвокат Кан, одну минуточку, пожалуйста. По-видимому, вам нужно что-то подписать. Речь идёт о дополнительном бюджете для секретариата.

Перевод: Кейт

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 334 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вторая половинка

Бросив благодарный взгляд на Юншина, офис-менеджер метнулась предоставить папку с документами Сехону и дополнила объяснения юноши.

— У адвоката До не такие большие расходы и выплаты, поэтому наш офис всегда имеет выгоду от излишков бюджета. Но нам нужно ваше разрешение, чтобы использовать этот избыток. Не могли бы вы утвердить его?

Сехон подошёл к офис-менеджеру, просмотрел документ и схватил папку левой рукой, чтобы подписать её. Движения были точными и размеренными. Даже след от ручки на листе бумаги казался чистым.

Среди его плавных, грациозных движений офис-менеджер заметила руку старшего адвоката, и её глаза округлились. Юншин ожидал подобной реакции и взглянул на лицо Сехона. Тот безразлично подписывал документ. Возвращая папку офис-менеджеру, старший адвокат встретился взглядом с юношей.

— У тебя тоже есть ко мне дело? Если да, то давай быстрее. У меня нет времени для тебя до трёх.

Юншин покачал головой, но в глазах читалось желание сказать Сехону, что он его любит. Старший мужчина смог прочесть мысли юноши лишь по лицу и невозмутимо сказал:

— Говори вслух, вместо того, чтобы просто головой качать.

Юншин знал, что старший мужчина отреагирует именно так, но оттого, что его предсказания оказались слишком точны, он поморщился. Честно сказать, когда Сехон с безучастным видом вёл себя саркастически, это бесило. Юноша злился ещё сильнее, когда думал обо всех тех разах, когда Сехон в своём стиле отвечал на его признания в любви.

Юноша стрельнул лазерами упрёка из глаз, смотря на Сехона, и опустил голову.

— Нет. Прошу прощения.

Мужчина холодно повернулся спиной к Юншину и направился в свой кабинет, дверь которого держал открытой секретарь Так. Должно быть, у него осталось ещё что-то, о чём должен был проинформировать Сехона, поскольку тот закрыл дверь, проследовав за старшим адвокатом.

Когда Сехон исчез в своём офисе, Юншин прищурился. Он с раздражением посмотрел на закрытую дверь, но в конце концов, усмехнулся про себя. Юноше нравилась даже эта часть партнёра, который был серьёзен, словно продемонстрировать свою доброту на публике было огромной катастрофой. Он действительно был безнадёжен. Был в прошлом один случай, когда Сехон обратился к Юншину по имени, что повергло фирму в хаос, так что в долгосрочной перспективе решение старшего адвоката было мудрым.

Юншин снова сосредоточил своё внимание на документе, который ему нужно было утвердить. Он оставил подписи во всех необходимых местах и собирался вернуть его офис-менеджеру. Она, по-прежнему неловко застыв на месте, пробормотала в крайнем замешательстве:

— Вы видели это, адвокат До?

— Видел что?

— На руке адвоката Кана было кольцо!

Подслушивающие сотрудники переглянулись, не веря в услышанное. Юншин, который был плох в обмане других, взглянул на кабинет Сехона и неловко ответил:

— Правда?

— Я видела это, я уверена. Народ, вы не замечали?

Офис-менеджера, которая обычно была спокойна и собрана, разрывало от волнения.

К сожалению, остальные работники были заняты своими делами и не стали свидетелями этого. Каждый из них покачал головой, и пара ответили:

— Вы уверены, что вам не привиделось? Адвокат Кан не похож на человека, который носит кольца.

— Если были какие-либо признаки того, что он с кем-то встречается, мы бы знали. Разве у старшего адвоката есть время на свидания?

— Почему нет? Честно говоря, разве то, что он одинок со своей впечатляющей карьерой, не более невероятно? Может, старший адвокат встретил вторую половинку. Он всегда мог найти время. Все юристы в этой компании занятые, но у них есть отношения, они женятся.

— Эй, не все рабочие нагрузки в компании одинаковы. Старший адвокат Кан – особый случай. Он трудоголик, и у него слишком много обязанностей. Его нагрузка выше.

Наиболее приблизившимся к ответу оказался недавно нанятый помощник юриста, который сказал, что Сехон всегда мог найти время. Удивительно, но если он всё как следует спланирует, то мог выделить приличный кусок времени. Плюс ко всему, факт, что они были увлечением друг друга и больше половины дня проводили в одном здании, помогал сократить затрачиваемое время.

— Нет, я видела! Говорю вам, что так и было! Никто из вас не заметил? Вы тоже, адвокат До?

Встревоженный Юншин пытался замять тему и собирался вернуться в свой кабинет в тот момент, как из кабинета Сехона вышел секретарь Так.

— Я видел это, офис-менеджер.

Только секретарь Так взглянул на Юншина, как их глаза встретились, напугав юношу, который развернулся на полпути.

Ни Сехон, ни Юншин никому напрямую не рассказывали об этом. Однако юноша интуитивно знал, что у директора Сон и секретаря Така были подозрения насчёт Сехона и его отношений. Нет, Юншин был практически уверен, что они знали. Подозревающий взгляд, брошенный на него секретарём Таком, подтвердил это.

Другие не знали Сехона и Юншина лично, но Михи и секретарь Так от них отличались. Кроме того, секретарь Так был очень проницателен и, вероятно, мог отметить, что у юноши появилось кольцо. Выбитый из равновесия Юншин нервно сглотнул и попытался спрятать руку, но секретарь Так послал глазами хитрый сигнал, говоря, что это только заставляет его выглядеть подозрительным.

Ему стоило настоять, что он будет носить своё кольцо на цепочке.

Верность секретаря Така Сехону была невероятно высока. Он не был человеком, который говорил что-то странное перед другими. Однако была такая вещь, как «случайность», которая беспокоила Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 335 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вторая половинка

Пока Юншин тревожился, секретарь Так начал разговор лаконично, словно судья, зачитывающий вердикт. Юншин, офис-менеджер и сотрудники сфокусировали на нём всё своё внимание.

— Вот моё краткое заключение. У старшего адвоката Кана на безымянном пальце левой руки есть кольцо. Оно из белого золота. Все мы знаем, что ему некогда ходить на свидания... Думаю, это давняя подруга, и они могут оставлять друг друга одних на длительные промежутки времени, не так ли? По крайней мере, это мои мысли.

Просто представлять, как Сехон выставляет напоказ символ своей принадлежности и пренебрегает им, было ужасно. Юншин молча стиснул зубы.

Офис-менеджер, внимательно выслушав, возразила. Она была удивлена своей первой реакцией на кольцо, но, размышляя хладнокровно, та, должно быть, заметила несколько странностей.

— Не думаете ли вы, что он носил бы что-нибудь, чтобы защититься от людей, которые продолжают приставать к нему? Оно выглядит слишком простым, чтобы соответствовать кольцу адвоката Кана. Более того, это кажется слишком внезапным, ведь мы видим его каждый день, кроме выходных.

Секретарь Так невозмутимо с ней согласился.

— Сначала я тоже так подумал, но думаю, лишь время покажет. Даже если он женится, нас не пригласят. Только директор Сон, может быть, получит приглашение. А теперь, даю вам пять минут на распространение новостей по внутреннему мессенджеру. Давайте выплеснем это и приступим к работе.

Когда секретарь Так прошёл позади Юншина, который находился за перегородками, он одарил молодого адвоката глубоким взглядом. Он будто говорил ему: «Вы тоже в этом замешаны, так что не должно быть проблем с тем, что я сказал?»

Смущённый Юншин молча поклонился секретарю Таку и вернулся в свой кабинет. Он закрыл дверь, взглянул в окно и увидел, как все сотрудники стучат по своим клавиатурам. Он почти мог слышать, с каким рвением они набирали текст вне этих стен.

Он задавался вопросом, было ли кольцо таким уж поводом для волнений, но он мог это понять, учитывая, что речь шла о Сехоне.

Юншин усмехнулся и сел за свой стол.

Затем он осторожно поднёс губы к металлической ленте на своей левой руке, и начался ещё один обычный день.

* * *

Наконец-то настал день, когда они могли спокойно провести время вместе. Сехон был одет в удобную домашнюю одежду и сидел на диване, зацелованный тёплыми лучами солнечного света. Юншин удобно прислонился к нему.

Пристроившись друг к другу, они листали тонкий буклет об искусстве Анри де Тулуз-Лотрека.

Каждый раз, когда толстая и жёсткая бумага переворачивалась, Сехон целовал шелковистые волосы партнёра.

Юншин хотел увидеть лицо Сехона, но при этом желал оставить это для своего воображения. Юноша знал, что лицо старшего мужчины отражает, что он опустил оборону вокруг Юншина, несмотря на то, что всегда был настороже с другими. Если бы он повернулся, чтобы посмотреть на Сехона, он почувствовал бы себя таким перегруженным своей любовью к Сехону, что уничтожил  бы всю праздность, которой тот наслаждался.

Но чем дольше он представлял, тем сильнее ему хотелось увидеть, что он не мог это выдержать.

В конце концов, юноша повернул голову, вместо того, чтобы опереться ей на плечо Сехона, и принял поцелуй. Вынудив тонкую кожу их губ встретиться.

Действуя независимо от желаний Юншина, после непринуждённого поцелуя, Сехон схватил Юншина за подбородок, чтобы развернуть его лицом вперёд.

— Ты такой медленный в переворачивании страниц. Смотри вперёд.

— Ты странный, раз превращаешь любование искусством в гонку.

— Читаешь ты тоже медленно.

— Я больше нигде не проигрывал в скорочтении. В этом аспекте ты – отклонение от нормы.

— Я скучаю по Юншину, который хвалился своими навыками скорочтения.

Это было очень давно. Юншин вспомнил то время, когда он впервые встретил Сехона у него в кабинете в компании, и заёрзал. Внезапно его охватило любопытство.

Теперь, когда его посетила эта мысль, он не понимал, почему они никогда не говорили об этом раньше.

— Сонбэ, когда я начал тебе нравиться?

Сехон промычал, глубоко задумавшись, и безмятежно ответил:

— Я не помню.

— Лжец. Помнишь, как хвастался своими великолепными метакогнитивными навыками?

— Я действительно не помню.

Юншин был уверен в обратном.

Юноша откинул голову назад и ударился ей о подбородок Сехона, после чего занял удобное положение. Должно быть, Сехон не хотел рассказывать об этом юноше. Судя по такой реакции, Юншин заключил, что, вероятно, он никогда не узнает точного момента, когда Сехон влюбился. Однако один вывод он сделать мог.

Кан Сехону Юншин понравился первому.

Если бы первым был Юншин, ответ Сехона, как минимум не был бы «я не помню».

Юншин весело хихикнул и откинулся назад в объятия Сехона. Затем его взгляд проследил за изящными пальцами, располагающимися вдоль картин.

Эта картина* маслом, хранящаяся в музее Орсе, очаровала Юншина. Две женщины со стрижками пикси спали вместе в постели. Они вдвоём выглядели очень комфортно и были полны доверия друг к другу. Наверняка им снились прекрасные сны.

Юншину хотелось бы, чтобы лицо Сехона было таким же умиротворённым, когда он лежал рядом с ним. Когда старший мужчина притягивал Юншина к себе и засыпал, он выглядел наиболее расслабленным. Но похоже, им предстоит ещё долгий путь, прежде чем Сехон сможет заснуть в полном комфорте. С другой стороны, теперь у них было всё время на свете, чтобы обдумать скромные, но прекрасные изменения.

Юншин ещё немного поёрзал в объятиях Сехона, прежде чем выдвинуть предложение:

— Как насчёт того, чтобы отправиться в медовый месяц? Как думаешь, Орсе выставит эту картину? Я никогда раньше не был во Франции, — сказал Юншин и потёрся головой о партнёра, и Сехон на мгновение замолчал.

Сехон не был бы собой, если бы не строил из себя недотрогу.

*Анри де Тулуз-Лотрек – «Две девушки в кровати», 1893 года.

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 336 - Сайд-стори 2: Больше нет. Голубая роза. Конец 2 сайд-стори

Когда Сехон сделал вид, что отвергает Юншина, это лишь разожгло желание юноши победить. Он взглянул на левую руку старшего мужчины и, словно предвидя подобную реакцию, добавил:

— За границу, в соседнюю страну тоже подойдёт.

— ...

— Думаю, путешествие по стране тоже будет приемлемо. Надо отправиться к морю. В место, где есть вилла с бассейном, — предложил Юншин. Он собирался перевернуть страницу, когда Сехон остановил его. Молодой человек не хотел, чтобы от него отмахнулись, поэтому подчеркнул: — Если ты не хочешь называть это медовым месяцем, то как насчёт того, чтобы попутешествовать просто ради путешествия? Согласен?

После того как Юншин попытался пробить оборону противника, Сехон в итоге сдался.

— Разумеется. Давай попытаемся найти время в ближайшем будущем.

Сехон согласился с большей готовностью, чем думал Юншин, поэтому тот резко повернул голову.

— Правда?

— Туда, куда пожелаешь.

— Серьёзно?

— С любой целью, которую захочешь.

Тепло губ Сехона, когда он отпечатывал символ своего обещания, затронуло струны сердца Юншина. Молодой человек закрыл глаза, пока чужие губы касались его, прежде чем снова открыть их.

Их глаза встретились, и они обменялись взглядами.

Внезапно Юншин вспомнил историю о синей розе, которую он где-то прочёл.

Иногда он думал об этом цветке, когда видел влюблённого в него Сехона.

Поначалу значением синей розы было «невозможность». У неё не было генов, отвечающих за выработку такого пигмента, поэтому можно было лишь окрашивать белые в синий цвет. Но после продолжительного исследования одного человека в сфере генной инженерии они наконец-то смогли получить синий цветок, и значение сменилось на «чудо», что было довольно романтическим результатом.

Крошечный мир Сехона расширился, и юноша оказался внутри этой вселенной. Обширный мир Юншина сжался, но внутри существовал Сехон. Голубая роза, которую они распустили вместе, находилась в их руках.

Юншин сплёл пальцы с пальцами партнёра, на руке которого выступали вены. Он переместился так, что они вернулись в первоначальную позу, в которой Юншин уютно прислонился к нему. Их сплетённые руки хранили миллион форм любви, больше, чем Юншин, который всегда был честным и экспрессивным, мог выразить словами.

Ощущая в тишине температуру друг друга, Сехон приглушённым голосом произнёс, неохотно выдавая секрет, который хотел скрыть:

— Думаю, для меня это была любовь с первого взгляда. Хотя я и не знал этого, пока мы не встретились вновь.

Юноша громко ахнул.

Он обернулся, широко раскрыв глаза, уставившись на возлюбленного.

Сехон поцеловал волосы Юншина, как и всегда, затем повернул голову юноши назад. Тот улыбнулся и перевернул ещё одну страницу.

<Конец второй сайд-стори.>

Перевод: Bda

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 337 - Сайд-стори 3: Это не конец. Загадочное происшествие

Действие 1. Тревожный сбой

Это произошло тихим, солнечным днём ранней весной.

«Догук» пыхтел, как сломанный поезд среди неблагозвучной какофонии телефонных звонков и печатающих принтеров в офисе. Несмотря на хаос, операторы этих машин двигались спокойно и уверенно, словно привыкли к бесконечному циклу работы, растягивающемуся до поздней ночи.

Во столько же освобождались и содиректора, которые этих сотрудников нанимали.

Сехон и Михи вернулись с марафона встреч, длящегося несколько часов. За ними следовала группа юристов в костюмах. Михи махнула рукой процессии, отпуская их обратно на рабочие места, затем наклонилась к Сехону и прошептала:

— Говорят, что в ближайшее время вы должны встретиться. Думаю, он хочет, чтобы ты познакомился с его дочерью.

Сехон, хранивший молчание, пока не ушли младшие юристы, и не осталось только высшее руководство, наконец заговорил.

Он выглядел несколько растерянным.

— Разве она всё ещё не учится на юридическом факультете?

— Ты прав. Как ты это запомнил?

— Они просят об особом отношении? Думаю, от старых привычек сложно избавиться.

Михи на мгновение потеряла дар речи, её лицо выражало желание защитить свою невиновность.

— Что ты подразумеваешь под старыми привычками? Прошли годы с тех пор, как я приняла адвоката До в фирму.

— Я не пойду, так что скажи ей, чтобы она для начала закончила юридический факультет и подала заявление о приёме на работу, как того требует система. Она не сможет обманным путём проникнуть внутрь.

— Прости, конечно, но речь не о её найме.

Сехон резко остановился, повернувшись к Михи, которая тоже прекратила движение. Его пронзительный взгляд и острый язык не могли скрыть презрения.

— Если дело не в кумовстве, то это ещё хуже. Этот старик из ума выжил?

— Для богатых не ново устраивать браки ради связей.

— И почему он пытается выдать своего ребёнка за меня? Я не часть рынка партнёров.

— Божечки, ты прав. Тебя теперь «нет в наличии»! Постоянно забываю.

Сехон собирался возразить, но закусил губу, сдерживая себя. Он с негодованием уставился на Михи, которая нагло смотрела на металлическую ленту на левом безымянном пальце Сехона, её глаза игриво мерцали.

Адвокат Кан ненавидел подобные нелепые просьбы, поэтому Михи обычно отклоняла или перенаправляла их, прежде чем они достигнут её бизнес-партнёра. Но, как подумал Сехон, сегодня она подняла этот вопрос не без причины.

Не желая больше участвовать в этом разговоре, адвокат Кан продолжил идти дальше, а Михи радостно последовала за ним. Такое взаимодействие между ними было знакомым: каждый раз, когда Сехон перегружал директора Сон работой, та искала мелкой мести, упоминая Юншина.

Мужчина, всегда готовый противостоять чему угодно, как бы сложно это ни было, спотыкался, когда Михи подкалывала его Юншином

— Ух, как это увлекательно. Никогда не думала, что настанет день, когда я одержу победу над Каном Сехоном. Я живу ради этого, — поддразнила Михи.

— Я начал составлять список причин, по которым ты мне не нравишься. Посмотрим, насколько обширным он может стать, — парировал Сехон.

— Тем не менее в последние дни ты неплохо выглядишь, — игриво возразила Михи.

— Да, верно. Ты просто рада найти то, чем можно меня задеть. Закончим на сегодня. И перестань идти за мной, — твёрдо сказал Сехон, сигнализируя об окончании разговора, и пошёл вперёд, оставив ухмыляющуюся Михи позади.

Даже после вступления Сехона в должность директора фирмы, его офис остался в том же помещении, которое он использовал с того момента, как стал партнёром. Кабинет мог похвастаться великолепными видами и просторным интерьером, поэтому в переезде не было нужды. Михи хотела отремонтировать и расширить офис Сехона, чтобы он соответствовал его позиции, но мужчину устраивало нынешнее обустройство. Таким образом, несмотря на повышение, единственное, что изменилось в его офисе, – это табличка рядом с дверью.

Директор / Адвокат Кан Сехон.

Приближаясь к своему офису, неотрывно смотря на табличку с именем, Сехон заметил тревожный шёпот секретарей. Обычно они сразу замолкали и приветствовали его, но сегодня порядка половины из них казались оторванными от реальности. Даже секретарь Так выглядел нервным, что вызвало обеспокоенность Сехона. Нахмурившись, он подошёл к своему помощнику, Михи следовала за ним. Два директора вместе вошли в секретариат.

Сехон заговорил первым, в его голосе слышалось недовольство:

— Это что, рынок? Главный секретарь Так, почему вы это не контролируете?

С трубкой офисного телефона в одной руке и мобильником в другой секретарь Так выглядел разбитым. Увидев Сехона, он отложил оба устройства.

— Директор Кан! Почему вы не отвечаете на телефон? Я уже собирался идти за вами, — незамедлительно объяснил секретарь Так.

— Что? Эй, он сказал, что звонил тебе, — вмешалась Михи.

Секретарь Так спешно поклонился женщине, после чего жестом пригласил обоих директоров на что-то взглянуть. Сехон потянулся за телефоном, который стоял на беззвучном режиме. Но прежде чем он успел проверить пропущенные звонки, Михи коснулась его плеча. Учитывая его известное отвращение к неожиданным физическим контактам, ее поступок красноречиво свидетельствовал о срочности.

Сехон, явно озадаченный, повернулся к ней.

— Ты что делаешь? Пусти, — потребовал он.

— О боже, директор Кан, посмотрите на это, — воскликнула Михи, указывая в том же направлении, что и секретарь Так.

Сехон проследил за их взглядами, и его глаза остановились на большом экране впереди. Сотрудники возле него поспешно разошлись, освобождая ему обзор. Сердце мужчины пропустило удар, когда он прочитал репортажи, посмотрел видеоклипы и осознал заголовки.

— Господи, кто в здравом уме... — потрясённо пробормотала Михи, её голос затих. Сехон уставился на новости, чувствуя, как тяжесть ситуации усугубляется.

Под роликом, предположительно снятым на видеорегистратор очевидца, пробегали слова: «Адвокат юридической фирмы «Догук» подвергся нападению на улице Каннам, когда выходил из суда по семейным делам Сеула».

На видео был запечатлён момент, как большой внедорожник врезался в седан, который следовал за чёрным автомобилем среднего размера. Этот инцидент, произошедший прямо перед зданием суда по семейным делам, был зафиксирован несколькими журналистами в прямом эфире. В конце репортер отметил, что полиция выясняет подробности происшествия.

Сехон надеялся, что Юншина это не коснулось. Мужчина нервно сглотнул, его сердце упало, когда он медленно повернулся к секретарю Таку. Все его надежды были разбиты, когда он увидел настороженное выражение лица собеседника.

— Это рабочая машина адвоката До. Полиция связалась с фирмой, — сообщил секретарь Так, затрагивая сложную тему.

Сехон так сильно сжал телефон, что на руке выступили вены. С его лица сошли все краски, холодные глаза потемнели и приобрели ещё более глубокий оттенок чёрного. Пока Михи беспокоилась, неподвижность Сехона нагнетала опасное напряжение, тяжело повисшее в воздухе.

Он выглядел несколько напуганным, однако никто раньше не видел его таким серьёзным, поэтому его страха никто не заметил. Сехон никогда не был из тех, кого трясло от гнева или страха.

Пока все застыли на местах, секретарь Так был единственным, кто почувствовал неустойчивое состояние Сехона и приступил к действиям. Подойдя к своему боссу, секретарь Так прошептал так, чтобы только Сехон мог его услышать:

— Вам можно злиться, но только в той степени, в которой вы были бы потрясены, узнав, что младший, о котором вы заботились, пострадал. Ведь все знают, что вы двое близки.

— Настолько, насколько вы были бы шокированы, услышав, что младший, о котором вы заботились, получил травму, — мягко повторил секретарь Так.

Сехон не мог определить, какой именно была эта степень. У него никогда не было младшего, о котором он заботился. Для него Юншин был единственным – что сейчас, что в будущем.

Тем временем Михи решила, что ей придётся взять ситуацию под контроль, проявив соответствующий уровень гнева из-за того, что понравившийся ей младший пострадал. Хотя она по-прежнему была взволнована, она требовательно спросила:

— Каково состояние адвоката До? Что именно произошло? Уверена, репортёр сказал, что он был ещё в сознании, когда его забрала машина скорой помощи. Но прежде всего, кто, чёрт возьми, посмел так поступить с нашими сотрудниками?..

Репортёры были обязаны освещать лишь факты. Должна была быть причина, по которой свидетели решительно сообщали о нападении, когда пострадавшим был юрист крупной юридической фирмы. Это не могло быть простой случайностью.

Пока Михи кричала, требуя ответов, Сехон потёр губы дрожащими руками, сохраняя молчание. Он продолжал проверять свой телефон, не веря, что зрение его не подводит. Его журнал вызовов бы вполне обычным, и только имя секретаря Така возглавляло список пропущенных.

Сехон не мог поверить, что именно он, из всех людей, узнал о ситуации Юншина из новостей.

Михи щёлкнула пальцами перед лицом Сехона, поскольку тот продолжал молчать.

— Адвокат Кан! Директор Кан! Тебе поступали какие-то звонки? Вы двое близки, ведь так? Ты не получал никаких новостей? — давила она.

Очень тихо, словно и не ожидал, что скажет такое, Сехон произнёс в мучительной агонии:

— Нет, не получал.

Михи была ошеломлена его ответом.

— Но... почему? Разве... с тобой не должны были связаться?

Сехон больше всего хотел узнать ответ на этот вопрос. До Юншин отправился на работу и подвергся нападению в своей машине. Был в сознании, когда его доставили в больницу. Сехон был второй половинкой Юншина – так как он мог оставаться в неведении, пока не узнал о произошедшем из новостей?

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

P.S. Теперь главы будут выпускаться под одним номером без прошлого разделения. Объём остался тем же.

Глава 338 - Сайд-стори 3: Это не конец. Тяжесть облегчения

Сделав несколько глубоких вдохов, Сехон протянул руку секретарю Таку:

— Ключи от машины.

Секретарь Так, ожидавший реакции начальника, быстро вышел из-за перегородки стола.

— Полиция сообщила, что машина скорой помощи поехала прямо в университетскую больницу Хангук, в операционную. Нам нужно дождаться более подробной информации, но его травмы не опасны для жизни, так что, пожалуйста, не...

— Ключи от машины! — крик Сехона погрузил атмосферу в полную тишину.

Сехон был не из тех, кто повышает голос, обычно он предпочитает использовать уязвимости других и давить их. Видеть, как старший адвокат теряет своё хладнокровие и старается восстановить контроль, было непривычно для всего персонала.

Новости о происшествии привлекли внимание сотрудников на другом конце коридора, отвлекая их на шумный секретариат. Секретарь Так попытался тактично изменить обстановку, быстро достав смарт-ключ из ящика своего стола.

— Директор, поиск водителя займёт не менее 10 минут. Могу я вместо этого отвезти вас?

После назначения на пост директора Сехон редко ездил на работу самостоятельно, как раньше. Частично это было сделано для того, чтобы максимизировать эффективность его времени, но в основном из-за искренней просьбы Михи никогда не водить машину на публике, учитывая его должность.

Был ли Сехон в хорошем психическом состоянии, чтобы вести машину? Он не был уверен, что сможет добраться до университетской больницы Хангук целым, не врезавшись при этом в ограждения. Смирившись, Сехон просто развернулся и пошёл по коридору с пустыми руками. Секретарь Так передал свой планшет другому секретарю и быстро последовал за директором к лифтам.

Наблюдая за этим, Михи попыталась скрыть своё беспокойство и крикнула им:

— С адвокатом До всё будет в порядке. Я закончу дела здесь и встречусь с вами. Секретарь Так, сообщите мне, какая там ситуация!

Пока люди, которых он оставил позади, спешили собраться, Сехон шёл по коридору. Сотрудники, встретившиеся ему по пути, уважительно кланялись. Он игнорировал все знаки внимания от руководителей фирмы, выстроившихся к нему.

Нормально ли было хотеть засмеяться, когда пребывал в такой ярости? По крайней мере, Сехон так себя чувствовал.

Директор усмехнулся и пошёл прямо к лифту, предназначенному исключительно для руководителей. Секретарь Так быстро последовал за ним и нажал кнопку. Сехон лишь смотрел прямо перед собой. Ему было необходимо каким-то образом воззвать к своему разуму и здравому смыслу.

Почувствовав, как лифт опускается, Сехон глубоко вздохнул и мрачно спросил:

— С кем мы можем незамедлительно связаться в университетской клинике Хангук?

— С президентом и председателем, но последнего будет легче убедить. Особенно учитывая то, что по рекомендации нашего спонсора вы консультировали их по делу о налоге на имущество больничного фонда.

— Звони ему сейчас же. Я сам поговорю с ним.

— Да, сэр.

— И если это было внезапное нападение, за ним должен кто-то стоять. Выясните, кто это, прежде чем это сделает полиция.

Секретарь Так остановился на середине своего списка контактов. Он взглянул на взволнованный профиль Сехона и решил осторожно затронуть эту тему:

— Эм... Что вы планируете делать? Если у них есть зуб на адвоката До, тогда, должно быть, у них имеются какие-то отношения с нашей фирмой. Если у них глубокие карманы, они легко могут ускользнуть от глаз полиции. На данный момент будет рискованно делать с ними что-то физически.

— Поэтому говорю тебе найти их прежде, чем это сделаю я, и разобраться с ними. Тебе нужно выиграть мне немного времени, чтобы я мог найти законный способ справиться с этим негодяем. Я на грани взрыва, так что просто скажи «да».

После небольшой паузы секретарь Так уступил:

— Да, я понял. Найду их как можно скорее.

Недовольный искренним утверждением, Сехон стиснул челюсти.

Наконец, лифт добрался до гаража, и двери открылись с тихим механическим шумом.

Несмотря на его непоколебимые шаги, Сехон выглядел нестабильным, в отличие от своего обычного «я». Секретарь Так прикусил губу, беспокоясь о начальнике, но быстро последовал за ним.

***

Сехон стоял снаружи больничной палаты, прижав к уху телефон и разминая затёкшие мышцы шеи. Его день прошёл как в тумане, что было заметно по его подавленному голосу.

— Хорошо, свяжись со мной после подтверждения. Нет, наверное, я не смогу заснуть. Ты можешь звонить мне в любое время. Мгм.

Окно в конце коридора выдавало поздний час. Сехон глубоко вздохнул после завершения звонка, и кратко взглянул на одинокий городской пейзаж, утопающий в ночи, прежде чем тихо направиться обратно в палату пациента.

Переступив порог, он обнаружил крепко спящего Юншина. Осторожно приблизившись к кровати, мужчина устроился рядом с ним.

События, произошедшие несколько часов назад, которые чуть не довели его до безумия, казались далёким и утомительным ночным кошмаром. Сехон всё ещё не мог полностью осознать реальность ситуации. Размышляя о том, как он попал сюда, что делал по прибытии, какие эмоции испытал, он поражался, что всё это пережил.

Пусть он и не измерял себе температуру, но чувствовал, что из-за всего произошедшего кровь в его теле похолодела на несколько градусов. В довершение на него нахлынула волна усталости.

«Он так мирно спит. Хотя чуть не довёл меня до безумия», — размышлял Сехон.

К счастью, травмы Юншин оказались несерьёзными. У него были сломаны пальцы и нога, из-за чего потребовалась операция. Он жаловался на боль в бедре, но обследование показало, что повреждение не настолько серьёзно и не требует операции. Пусть травмы юноши были более чем незначительные, угрозы для жизни они не представляли, что стало для Сехона огромным облегчением. Врачи настоятельно рекомендовали Юншину отдохнуть, что побудило старшего мужчину перевести его в одну из одноместных палат, которые обычно предназначались для VVIP-пациентов, откуда открывался лучший вид.

Сехон не мог сказать, намеревался ли нападавший нанести именно такой ущерб. Если бы они действительно хотели убить адвоката До, они бы не врезались в его машину посреди многолюдной улицы. Между Юншином и нападавшим не было никаких личных и профессиональных связей. Другими словами, вполне вероятно, что водитель был нанят конкретно для этой цели. Организатор всего этого хотел послать сообщение с предупреждением или угрозу.

Юншин спал глубоким, почти неестественным сном. После короткого взгляда на его неподвижную фигуру глаза Сехона задрожали от беспокойства.

Не в силах скрыть свой страх, он поспешно прижался ухом к груди Юншина.

Сехон всеми органами чувств ощущал равномерное дыхание другого мужчины и тихие удары его сердца.

Юншин был жив.

Он не умер. Без сомнения, он был определённо жив.

Сехон сжал кулаки и с облегчением выдохнул.

«До Юншин», — мысленно позвал мужчина. Почему он вообще допускал мысль о том, что может потерять его?

Сехон никогда не думал о возможности потерять возлюбленного. Они оба жили настоящим, и Юншин плотно укоренился в нём. Юноша никогда не позволял Сехону ощутить голод любви и не давал место сомнениям в их отношениях. Поэтому несколько часов назад, когда Сехон почувствовал, как всё его существо замерло, он был в ужасе. Никогда в жизни он не чувствовал ничего подобного.

Избыточное и безоговорочное доверие и вера, которыми одаривал его Юншин, были не просто поверхностными признаниями в любви.

Суровое выражение лица Сехона смягчилось, и он снова принял сидячее положение. Затем заметил на тумбочке кольцо, которое Юншину пришлось снять перед операцией.

— Храни его как следует. Как ты смеешь притворяться одиноким?

Сехон поднёс кольцо и осторожно надел его на безымянный палец левой руки Юншина. Оно всё ещё плотно прилегало. Охваченный страстным порывом, мужчина наклонился и поцеловал кольцо. Разбуженный этим движением, Юншин медленно поднял свинцовые веки.

Казалось, юноша оценивал ситуацию.

Между ними повисло молчание.

Мужчина терпеливо ждал, и в ответ Юншин выдавил из себя голос:

— Сехон?..

Голос юноши надломился и был хриплым от длительного молчания. Сехон отчётливо услышал его, но по какой-то причине не ответил. Выражение лица, обычно непоколебимое, сейчас выдавало нерешительность. Было ясно одно: нервы Сехона были натянуты до предела.

Юншин взглянул на него из лежачего положения, после чего решил, что лучше сесть и поговорить лицом к лицу. Но ему не хватило сил подняться.

Понаблюдав за борьбой немощного мужчины, Сехон в итоге вздохнул и помог ему сесть в удобное положение. Руки старшего адвоката мягко поддерживали юношу, когда тот садился, но потом отступили, холодные и отстранённые.

Оказавшись наконец на уровне глаз партнёра, Юншин обеспокоенно произнёс:

— Они сказали, что я не сильно пострадал. Машина была прочной и помогла защитить меня...

Голос Юншина звучал слабее, чем обычно, но его ясная и мягкая манера говорить подтверждала, что он реален. Сехон обдумывал слова молодого человека и посмотрел на его бесхитростное лицо. Прежде чем заговорить, он какое-то время вглядывался в яркие, настороженные глаза Юншина, и после многозначительной паузы его тон оказался невыразимо скучным.

— Да, я слышал от врача. Должно быть, ты был шокирован.

— Очень шокирован. Я редко чувствовал, чтобы кто-то был так злобно настроен по отношению ко мне, что захочет причинить вред... Ну, думаю, это сопряжено с нашей работой. Иногда нам приходится быть чьим-то антагонистом по необходимости.

Юншин стойко принял ситуацию, на его лице не было негатива. Отчасти, таким образом он попытался снять напряжение с лица Сехона, хотя это казалось неэффективным.

С теми же нотками безразличия Сехон сказал:

— Я расследовал происшествие, пока ты спал. Ты всё ещё очень отёкший после операции. Что-то болит?

— Может, потому, что я только проснулся, но я чувствую себя нормально. Сознание тоже ясное.

— Часто последствия автомобильных аварий проявляются только спустя время. Тебе необходимо обращать пристальное внимание на любое отклонение, даже самое незначительное, и если почувствуешь, что что-то не так, проконсультируйся с врачом... — в середине этого наставления спокойный голос Сехона дрогнул. Он не смог закончить предложение.

Терпение, которое он тратил на притворство, что с ним всё в порядке, в конце концов иссякло.

Он пытался составить слова так, чтобы Юншин не беспокоился о нём. Но, несмотря на неоднократные попытки, Сехон обнаружил, что не может произнести ни звука. Он мог только вздохнуть, и это вздох был наполнен сложной смесью беспокойства и облегчения.

Старший мужчина думал, что наконец успокоился, но ошибся. Ужас, который он ощутил, когда услышал об аварии, всё ещё охватывал и душил его – Сехон ощущал это напрямую. Он только что вырвался из его лап и по-настоящему почувствовал облегчение, когда узнал, что Юншин жив и здоров – сидит, смотрит и разговаривает с ним своим обычным нежным голосом.

— Сехон?.. Ты в порядке?

Честно сказать, Сехон был совсем не в порядке.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 339 - Сайд-стори 3: Это не конец. Молчание

Сехон пристально смотрел на Юншина, безмолвно призывая позволить ему слышать его голос чаще, чем собственный.

Молодой человек, всегда чуткий к нуждам любимого, уловил его желание:

— Ты кажешься более потрясённым, чем я. Смотри, я разговариваю с тобой, как всегда. Со мной всё в порядке.

Неспособный подобрать слов в ответ на заботливую попытку Юншина успокоить его, Сехон лишь крепче сжал кулак.

Почувствовав необходимость сменить тему, юноша вложил в свой голос жизнерадостные нотки, и его слова прозвучали бодрее, чем обычно:

— Как там моя сестра? Кажется, я видел её, перед тем как отключиться. Я попросил её прийти, потому что им нужен был тот, кто мог бы дать согласие на мою операцию.

К счастью, Сехон заметил попытку Юншина изменить атмосферу. Выровняв дыхание, мягко ответил:

— Она уехала домой укладывать детей спать. Сказала, что позаботится о том, чтобы кто-нибудь присмотрел за ними в ближайшие несколько дней, поэтому вернётся завтра утром.

— А что насчёт тебя?

— Я...

— Ты?

Ответ, который искал Юншин, легко читался по спокойному выражению лица Сехона. Мужчина понимал это, но всё равно не решался ответить слишком быстро.

Вопросы, которые он подавлял, пока боролся с тревогой и беспокойством, в итоге выплеснулись разрозненными фрагментами, когда убедился в безопасности Юншина.

Когда он, наконец, смог говорить, его голос был приглушён и наполнен грустью:

— Тебя так интересует, где я буду сегодня вечером?

Юншин нервно прикусил влажную нижнюю губу.

Он понял, что неизбежный момент настал.

Как только их глаза встретились в больничной палате, Юншин почувствовал, что старший мужчина ведёт себя необычно. Он мог слышать все незаданные вопросы, которые крутились в голове Сехона, и которые он отодвигал на задний план, беспокоясь о состоянии любимого.

Не удержавшись, юноша потянулся своей левой рукой – той, что была не в гипсе – к Сехону. Несмотря на их близость, мужчина не спешил ответить на прикосновение. Своим жестом Юншин хотел донести, что до него можно дотронуться, что не собирается исчезнуть. Юноша надеялся своим теплом успокоить Сехона.

Однако реакция партнёра оказалась неожиданной. Он уставился на Юншина, но не ответил на его жест. На самом деле, мужчина, казалось, намеренно избегает прикосновений.

Юноша привык к нерешительным ответам партнёра, вызванным отсутствием у того привычки к подобному проявлению привязанности. Но это отвержение ощущалось по-другому – оно было переполнено эмоциями мужчины. Кан Сехон всегда отвечал Юншину взаимностью, пусть и по-своему. Молодой человек всегда чувствовал любовь старшего, выражавшуюся в различных формах.

— Ты, должно быть, злишься из-за того, что я пострадал.

— Это имеет для тебя значение?

— Как ты смеешь так говорить? Ты значишь для меня всё. Можешь на минутку забыть обо всём и просто обнять меня? Я скучал по тебе.

Сехон сделал несколько глубоких вдохов, потеряв дар речи от искренности Юншина, которую тот сохранял даже под напором сомнительных вопросов. Разжав руки, он устало потёр лицо, прежде чем встретиться с глазами юноши своим пронзительным взглядом.

— Я важен для тебя? — спросил Сехон.

— Спрашиваешь? Конечно, да.

— А что насчёт тебя? Кем, по-твоему, ты являешься для меня?

— Несомненно, я самый важный человек в твоей жизни. Ох, ты заставил меня произнести такое вслух. Это невероятно, даже для тебя, — Юншин попытался разрядить обстановку шуткой, но у него ничего не вышло.

Сехон быстро пресёк эту попытку резким восклицанием:

— В самом деле? Ты так говоришь, но я не думаю, что на самом деле так считаешь.

— Что случилось?

— Сразу после аварии ты, похоже, первым делом связался с директором До Игён, а не со мной. Тебе нужно было, чтобы она была твоим опекуном на время операции. Больница обратилась к ней, а полиция позвонила секретарю фирмы. В то время как узнал о случившемся из новостей. Ты видишь во всём этом какой-то смысл? Потому что я – нет. Поможешь мне понять?

Была ли это обида? Нет, это казалось чем-то менее значительным, больше похожим на неприятный допрос. Возможно, то было недовольство, пусть и выраженное в резкой форме. И всё же за всем этим в необычно мрачном тоне Сехона скрывались разочарование и гнев.

Услышав это, Юншин, наконец, понял суть проблемы.

Он сомневался, сможет ли Сехон справиться с дополнительными обязанностями с учётом его и без того напряжённого графика, тем не менее старшему адвокату это удалось. Юншин чувствовал себя беспомощным, неспособным внести большой вклад, а потому решил не обременять Сехона ещё сильнее. Однако это не значит, что он отстранил мужчину от своих дел – ему нужно было исправить это недопонимание.

Вооружившись оправданием, Юншин начал убеждать партнёра:

— У тебя сегодня была важная встреча.

— Встреча?..

— Да. Я уточнил твоё расписание, прежде чем уйти сегодня утром. Я надеялся, что мы сможем вместе поужинать.

— Если ты хотел со мной поужинать, тебе надо было спросить меня напрямую, а не сверяться с моим расписанием.

— Ну, мне показалось, что ты был занят...

— С чего ты взял, что можешь такое решать? Какое это имеет отношение к моему расписанию? Если ты хотел поужинать вместе, то должен был настоять на своём. Нужно быть напомнить мне, что даже в своём плотном графике я мог бы найти для тебя время. Кто ещё постоит за твои права, если не ты? Я твой – ты забыл об этом?

Вероятно, когда Юншин увидел плотное расписание Сехона и смирился с тем, что не сможет поужинать со своим партнёром и на мгновение забыл этот факт. Молодой человек считал, что не должен становиться даже незначительным препятствием на пути старшего адвоката.

Юншин потерял дар речи, а Сехон продолжил:

— Итак, подводя итог, ты не сообщил мне, что попал в аварию, потому что я был на решающей встрече. Я работал, и ты не хотел беспокоить меня.

Юншин покорно кивнул. У Сехона не было слов. Логические рассуждения молодого человека, казалось, привели его в ярость. Выражение его лица исказилось, как будто он услышал нечто прямо противоположное тому, что хотел.

— Точно, беспокойство. Да, тебе не следует меня беспокоить. Если ты умрёшь, когда я буду в командировке, просто отправь мне уведомление после похорон. Было бы очень неприятно, если бы известие о твоей смерти отвлекло меня от работы, верно?

— Как можно обременять кого-то, настолько занятого, как ты, чем-то ещё? Я не хочу беспокоить тебя по пустякам. Ты взял на себя столько ответственности, что я не могу жаловаться на всякие мелочи.

Сехон стиснул зубы и повысил голос впервые с того момента, как вошёл в комнату.

Он кипел, его охватил неописуемый гнев.

— Мелочи?..

Даже после яростного возгласа Сехон был настолько ошеломлён, что вскочил с места. Он не мог сообразить, что сказать дальше, вышагивая вокруг кровати. Понимая, что присутствие Юншина ничем не помогает, он уставился на подоконник, залитый лунным светом.

Ужас, который он пережил в момент, когда в него врезалась машина, отпечатался в памяти молодого человека. Юноша ощущал боль и усталость и жаждал утешения от Сехона. Но, видя, как мужчина отталкивает его, Юншин ощутил глубокое отчаяние. Парень прикусил нижнюю губу, безмолвно моля Сехона быть ласковым. Однако тот, казалось, хотел держаться на расстоянии.

Удручённый, Юншин вцепился в тонкие больничные простыни. Он посмотрел вниз, заметив, что Сехон надел на него кольцо, и этот жест вызвал у него противоречивые эмоции. Юноша был расстроен, потому что понимал причину, по которой Сехон злился на него. Юншин поднял голову, чтобы взглянуть на мужчину, и обнаружил, что тот наблюдает за ним с бледным лицом.

— Почему дуешься, когда сам был неправ?

— Если бы ты просто сказал мне, что любишь меня, я бы знал, что ты волновался.

— Выставляешь напоказ свой интеллект передо мной? Если бы у тебя была хоть капля здравого смысла, ты бы не делал этого.

— Мне извиниться? Встать на колени и умолять?

— Не смей.

— Тогда подойди. Как видишь, я не могу подойти к тебе.

Юншин похлопал по кровати свободной рукой, и Сехон оттолкнулся руками от подоконника. Он сократил расстояние, которое создал между ними, и вскоре сел на край кровати. Сехон нежно погладил мягкую щёку Юншина, осторожно повернув голову молодого человека, чтобы встретиться с ним взглядом.

Взволнованный Юншин охотно посмотрел в глаза Сехону, но тот воздержался от немедленного утешения угрюмого возлюбленного. Мужчина хотел ясно изложить свою позицию и произнёс уже более спокойно:

— До Юншин.

— Да, Кан Сехон?

— Похоже, ты всё ещё не понимаешь, так что позволь мне пояснить. Нет ничего незначительного в том, что касается тебя.

— ...

— Ничто, связанное с тобой, нельзя назвать мелочью или чем-то несущественным. Поэтому... — Сехон не смог закончить фразу.

Глубина его невысказанных опасений была за пределами понимания Юншина. Невозмутимый вид старшего мужчины рухнул, обнажив его истинные эмоции. Его непоколебимый взгляд передавал уверенность в его чувствах, запечатлевая безмолвное признание глубоко в сердце Юншина.

Как и всегда, юноша уловил послание, скрытое в словах возлюбленного. Он понял, что для Сехона нет ничего важнее его, и каждая мелочь была драгоценна. Кажущиеся заботливыми жесты мужчины не в его интересах; они были выражением его глубокой любви. Юншин осознал эту простую истину.

Причина, по которой Сехон был настолько потрясён, заключалась в том, что молодой человек недооценил собственное значение в жизни любимого.

Переполненный эмоциями, Юншин прижался к ладоням Сехона, ища утешения в прикосновении его кожи, обретая прочность и защищённость в тепле его объятий.

Перевод: Alastriona

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 340 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ранний посетитель

— Тебя расстроило то, что ты не мог быть со мной, когда я был напуган? — спросил Юншин, всматриваясь в лицо Сехона в поисках ответа.

Сехон ничего не сказал, но Юншин понимал всю тяжесть этого молчания. Должно быть, мужчину одолевали бесчисленные тревоги, пока его любимый оставался без сознания. Юноше было больно наблюдать, как Сехон борется с новыми и незнакомыми чувствами, такими как страх и беспокойство. Ему хотелось оградить партнёра от этих мучительных эмоций, но при этом юноше было сложно осознать, что Сехон испытывает их из-за него.

Встретив понимающий взгляд Юншина, мужчина продолжил свои прерванные размышления:

— Так или иначе я могу справиться со своей работой. Ты можешь быть сколько угодно эгоцентричным, и я с радостью выполню любое твоё желание. Не позволяй мне оставлять тебя в одиночестве, когда тебе больно или тоскливо. Воспринимай это не как предупреждение...

— Значит, как угрозу?

— Я лишь прошу тебя.

Юншин погрузился в напряжённое молчание, пытаясь осознать внезапную уязвимость Сехона.

— Так что, я надеюсь, ты прислушаешься к этому. От глубины своих чувств я готов чуть ли не на коленях умолять тебя выполнить эту просьбу.

Приказы и прямые указания казались более подходящими Сехону, чем смиренные просьбы. За все годы их отношений Юншин ни разу не видел, чтобы старший адвокат кого-то о чём-то просил. Мужчина в своей жизни всегда занимал положение, при котором в этом просто не было необходимости. Договорённость между ним и директором Сон относительно сестры Юншина больше походила на сделку, не затрагивающую личные аспекты, нежели просьбу. Вероятно, сейчас Сехон впервые по-настоящему покорился кому-то.

Юншин с трудом подобрал слова, прежде чем ответить:

— Хорошо, я понял. Я буду спрашивать тебя напрямую каждый раз, когда захочу провести с тобой время, и в первую очередь сообщу тебе, если со мной что-нибудь случится. Я обещаю... Но мог бы ты воздержаться от того, чтобы преподносить это как просьбу?

Чувствуя, что одного вопроса будет недостаточно, Юншин мягко убрал руку Сехона от своей щеки. Положив левую руку мужчины на кровать, он накрыл её своей, переплетая их пальцы. Кольца, которые они носили, каждое со своим дизайном, тихо звякнули от соприкосновения. В этот момент лицо Сехона смягчилось, выразив молчаливое принятие обещания Юншина, согревая тем самым сердце молодого человека. Казалось, они наконец почувствовали себя комфортно.

— Обними меня, пожалуйста, — прошептал Юншин.

Сехон нежно отвёл в сторону мягкую чёлку молодого человека и запечатлел поцелуи на обоих веках, прежде чем прижаться губами к губам Юншина, заключая в объятия своего раненого возлюбленного, который беспомощно лежал на больничной койке. Опасаясь, что даже лёгкий ветерок может унести юношу прочь, или небольшое давление – навредить ему, Сехон не мог крепко обнять его. Вместо этого он прислонил голову Юншина к своей груди, заботливо поглаживая затылок любимого.

Он осыпал поцелуями растрёпанные локоны молодого человека, но этого было недостаточно. Сехон наклонил голову, прикасаясь губами ко лбу, щекам, бровям и всему остальному лицу Юншина. Тот поднял голову, и их губы встретились в очередном нежном поцелуе.

Тем не менее их желание оставалось неутолённым. В конце концов Юншин попытался углубить поцелуй, проскользнув языком между губами Сехона. Мужчина подразнил кончик его языка, прежде чем отстраниться и покачать головой.

— Нет, этого достаточно. Прекрати искушать меня.

— Почему? — тихо спросил Юншин.

— Тебе пока нельзя заниматься сексом, — мягко объяснил Сехон.

— Но, мне кажется, мы могли бы... если будем осторожны с позами. И если ты не будешь груб со мной...

— Вот видишь? Ты прекрасно понимаешь, почему нам не стоит этого делать.

— ...

— Даже если мы выберем подходящие позы и исключим жёсткий секс, ты всё ещё восстанавливаешься. Ты чуть не умер, и тебе нужен отдых. Мне кажется, стоит ещё поспать.

Юншин почувствовал на себе заботливый взгляд Сехона, безмолвно уверяющий его, что они вернутся к этому позже. А на данный момент? Юншин не мог предсказать, сколько продлится это «пока». Полный решимости быстро оправиться, он потёр места, которые соприкасались с Сехоном, в игривом протесте.

— Я проснулся из-за тебя. Так уложи меня спать, — поддразнил Юншин.

— Хорошо. Дай мне свою руку, — с усмешкой ответил Сехон.

— Я что, ребёнок? — возразил Юншин.

— Конечно, да. Ты, по сути, младенец. Руку, пожалуйста.

Не возражая против игривого подшучивания, молодой человек послушно поднял свободную руку. Сехон бережно поднёс её к своей шее и обернул вокруг себя, помогая Юншину удобно улечься. Из-за полученных травм у Юншина не было другого выбора, кроме как лежать на спине, не имея возможности изменить положение. Он повернул голову, чтобы было удобнее смотреть на Сехона.

Не сумев комфортно устроиться, Юншин не удержался и пожаловался:

— Почему-то я чувствую себя так, как будто меня пытают.

Сехон посмеялся, убирая волосы со лба юноши. Оставляя поцелуй на обнажённой коже, он издал громкий чмок, из-за чего лицо Юншина немедленно залилось краской, к большому удовольствию Сехона. Когда Сехон наклонился к нему, Юншин потянул за галстук старшего мужчины, притягивая его ближе.

Воздух между ними наполнился сладостью, когда их губы встретились. Их поцелуи были мягкими и нежными, как будто они наслаждались лёгкими прикосновениями кожи друг друга, а не проникали друг другу в рот. Их вздохи смешивались на блестящих от влаги губах, окутывая их атмосферой близости.

Сопротивляясь желанию углубить поцелуй, Сехон отстранился, взглядом посылая Юншину решительный сигнал. Губы молодого человека недовольно скривились, безмолвно умоляя о большем, но Сехон остался непоколебим, стоя на своём.

Чтобы разрядить обстановку, Юншин перевёл разговор в другое русло:

— Когда ты услышал, что я ранен, ты не стал слишком волноваться, вымещать свою злость на ком-либо или бегать вокруг в замешательстве, не так ли?

Прошлые действия Сехона промелькнули в его голове. Он действительно был взвинчен, набросился на ни в чём не повинного секретаря Така и метался в отчаянии. Признавшись в этих постыдных моментах, он бы подтвердил, что оправдал ожидания Юншина.

Однако противоречивое выражение на его лице быстро исчезло, сменившись беспечностью.

— Всё это время я сохранял самообладание. Я был очень спокоен, — заявил Сехон.

— В самом деле? Какая жалость, — с лёгким недовольством отметил Юншин.

— Почему? Ты разочарован? — спросил мужчина.

— Немного, честно говоря, но сегодня не лучший день, чтобы говорить об этом. Я планирую начать дуться через пару дней, — ответил Юншин с мягкой улыбкой.

Сехон усмехнулся, мягко похлопав Юншина по груди.

— А теперь спи, правда. Я хочу видеть, как ты мирно отдыхаешь.

— Как долго ты здесь пробудешь? — спросил Юншин.

— Сколько смогу, — честно ответил Сехон.

Ночное небо за окном казалось более серым, чем обычно. Сехон склонился ближе к Юншину, чтобы убедиться, что тот ничего не видит. Нежными руками он прикрыл глаза молодого человека, погрузив его в темноту.

Больше они не обменялись ни словом. Уступая желанию другого, Юншин покорно позволил темноте завесить его глаза.

Больничная палата наполнилась медленным, ровным ритмом их дыхания. Умиротворение между ними было таким же естественным и успокаивающим как воздух.

Такое случалось нечасто, но когда у Сехона появлялась возможность, он с удовольствием наблюдал за спящим Юншином. Это напомнило мужчине о том, что он уже давно этого не делал – не рассматривал Юншина в течение долгого времени. За этот период Юншин, должно быть, сильно беспокоился, видя, как Сехон с каждым днём становится всё более занятым. Сегодняшний день стал кульминацией. Поэтому если и искать виноватого, то Юншин в этой ситуации обоснованно проявил заботу, и на самом деле виноват был Сехон.

Нежно поцеловав возлюбленного в кончик носа, Сехон полностью отстранился, позволив ему погрузиться в более глубокий сон. Лунный свет, проникавший через окно, мягко освещал пару.

Как раз в этот момент на почту Сехона пришло длинное сообщение: «Мы нашли организатора».

Сехон внимательно прочитал его, задумчиво прикусив губу. Отложив свой телефон на прикроватный столик, он снова посмотрел на Юншина.

***

Солнце ещё не поднялось над горизонтом.

Сехон взглянул на часы, прежде чем подняться на ноги. Без пяти пять...

Он поспешил в больницу сразу после встречи, оставив за собой кучу невыполненной работы, которую не успел закончить накануне вечером. Хоть он и делегировал большинство срочных задач секретарю Таку, осталось ещё несколько разрешительных документов, которые он отложил.

Пусть он и сделал это по собственному желанию, Сехон всё ещё не мог поверить, что он перенёс задачи на следующий день. Как бы то ни было, если он хотел успеть домой, чтобы привести себя в порядок перед отъездом, ему необходимо приехать на работу пораньше и закончить с делами. Так как До Игён должна была вернуться после шести утра, он больше не мог задерживаться в больнице.

Повернувшись к двери, Сехон замешкался. Поцеловать ли Юншина на прощание? Однако он беспокоился, что молодой человек проснётся. Бесшумно выскользнув из палаты, он поправил свой костюм. Коридоры были пустынны, неясный полумрак лишал их каких-либо признаков жизни.

Направляясь к лифту, Сехон был застигнут врасплох, когда на этаже появился кто-то ещё.

С тихим звоном двери лифта разъехались, открывая взору женщину, с которой он столкнулся ранее этим утром – Игён.

— О, директор Кан. Вы всё ещё... были здесь? — поприветствовала она с явным удивлением в голосе.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 341 - Сайд-стори 3: Это не конец. Виновник

Сехон мог прочесть замешательство на удивлённом лице Игён. Очевидно, что она будет шокирована и растеряна. Сехон был невероятно занят, и ему не было никакого смысла тратить своё время с наступления ночи и до утра на её младшего брата.

Начиная с момента, как Игён наткнулась на Сехона в больнице, наблюдая, как директор юридической фирмы, приехав сюда ради старшего сотрудника, вызвал и председателя, и президента, чтобы проверить Юншина, и занимается всем от обсуждения ситуации с лечащим врачом до типа палаты, в которой юноша размещён, Игён чувствовала, что Сехон перебарщивал. Она знала, что они вместе преодолели несколько трудностей и невзгод, что сблизило их. Она надеялась, что забота Сехона брала начало из их отношений старшего и младшего.

Но встретить мужчину здесь в такое время дня, без сомнения, было крайне подозрительно.

Несмотря на то что Сехон прочитал подозрение на лице Игён, он невозмутимо справился с ситуацией.

— Я думал, вы сказали, что вернётесь после шести.

Пусть их встреча и была неожиданной, Сехон выглядел равнодушно, что озадачило Игён.

— Да, но няня для детей пришла пораньше. У меня было свободное время... Как Юншин?

— Совсем недавно он снова уснул. Он больше не сможет заснуть, если вы его разбудите, так что ведите себя тихо.

— А, да. Понимаю. Но вы до сих пор были здесь?

— Поэтому мы и столкнулись друг с другом, разве не так?

— Полагаю, что так...

— У вас есть ещё какие-то дела ко мне?

— Не... Совсем нет.

— Отлично. У меня есть вещи, о которых нужно позаботиться. Что ж, — Сехон кивнул Игён и прошёл мимо.

На первый взгляд казалось, что он просил разрешения, но в конечном счёте это был отказ продолжать разговор. Его уход был настолько гладким, что Игён проследовала за течением, но её мозг быстро пришёл в себя, анализируя ситуацию. Сколько бы она ни думала об этом, найти ответ не удавалось. Она задавалась вопросом, почему Сехон был здесь вплоть до текущего момента, но самым непонятным было предупреждение мужчины, словно он знал, что Юншин чутко спит.

Не имея возможности позволить ему уйти, оставив такое количество вопросов без ответов, Игён побежала к лифту, который вот-вот должен был закрыться, нажала на кнопку и окликнула Сехона.

— Простите, директор Кан?

Сехон поправил рукав своего пиджака и перевёл взгляд на неё.

— Что такое?

У Игён было много того, что она хотела бы сказать. Её рот был полон слов, жаждущих вырваться наружу. Точнее, у неё было много вопросов. Большинство – нет, все – имели отношение к Юншину.

Но теперь, когда Сехон был перед ней, она не могла заставить себя задать их. Она сдержала поток безрассудных вопросов и вместо этого озвучила тот, на который Сехон мог бы охотно ответить, и ответ на который было бы комфортно услышать самой Игён.

— Я слышала, что преступник был арестован, но вы сказали, что за нападением мог стоять кто-то ещё. Что вы не думаете, что водитель сделал это из-за его затаённой обиды на Юншина. Слышала, они не смогут поймать организатора.

— Я не знаю. Полиция всё ещё ведёт расследование, так что, возможно, они что-нибудь найдут.

— Работа в фирме... ведь не опасна, так? После этого случая я волнуюсь. Это происшествие на совершенно другом уровне, по сравнению с нападками того писателя... Только в кино можно увидеть, как кто-то намеренно врезается в другую машину. Если я могу что-то сделать, пожалуйста, дайте мне знать.

На лице Сехона появилось сложное выражение.

Он хотел сказать что-то вроде: «Даже не думай забирать у меня Юншина из-за того, что считаешь его работу опасной». Также он хотел сообщить ей, что он единолично будет ответственным за осуществление расплаты за сегодняшнее происшествие. Чтобы максимально сократить свои слова, у него было сильное желание предупредить её, что Юншин принадлежит ему, поэтому ей стоит заниматься своими делами.

Но как человек, который осторожен в любых ситуациях, Сехон не выпалил свои мысли и спокойно ответил:

— Редко, но бывают случаи, когда возникает риск для нашей физической безопасности, поэтому я не могу дать никаких обещаний. Вот почему у нас есть служба безопасности. В зависимости от необходимости, мы могли бы воспользоваться подобными атаками, чтобы устроить медиа-цирк* нам на пользу.

— Директор, Юншин вас очень уважает. Говорить что-то настолько холодное и отстранённое это...

— Вы были той, кто вынудил Юншина попасть в Догук.

Игён не могла отрицать, что сыграла в этом определённую роль. Это правда. Она больше не могла задерживать Сехона, поскольку он отказывался сотрудничать. Игён доброжелательно улыбнулась и задумчиво ответила:

— Обвинять других – это самый простой выход. Я прошу прощения за это.

— Что-то ещё?

— Нет, берегите себя на обратном пути. Увидимся позже. Большое спасибо, что позаботились обо всём недавно.

Сехон нажал кнопку закрытия дверей лифта. Игён уважительно поклонилась и наблюдала, как двери закрываются. Когда они полностью сомкнулись, женщина посмотрела на своё отражение в створках и глубоко задумалась.

Михи позвонила ей, чтобы поздороваться и передать наилучшие пожелания, и предложила несколько вариантов для размещения Юншина. Руководитель и заместитель руководителя группы по семейным делам также ненадолго посетили клинику и пожелали скорейшего выздоровления. Секретарь Так то приходил, то уходил из больницы до поздней ночи. Но почему же она не могла с открытым сердцем принять заботу Сехона?

Все сомнения, накопившиеся у неё за эти годы, которые она не могла высказать вслух, поскольку их субъектом был Сехон, по иронии судьбы были объяснимы тем, что речь шла о Сехоне.

Силуэт красивого мужчины беспокоил Игён, словно кость, вставшая поперёк горла.

Она похоронила свои животрепещущие вопросы и желание докопаться до сути этой тайны глубоко внутри, как делала это изо дня в день.

— Нет, давай не будем в них сомневаться. Они могут быть просто очень близки, вот и всё.

Это был ящик Пандоры.

Ящик, который Игён так и не решилась открыть, подавляя множество неприятных и подозрительных мыслей.

Действие 2

Секретарь Так молча вёл машину, не отрывая глаз от дороги, прежде чем отвести взгляд в сторону. В зеркале заднего вида Сехон пролистывал информацию на своём планшете.

Изначально секретарь Так запросил шофёра, поскольку хотел обсудить важный вопрос со своим начальником, но когда Сехон вышел, казалось, что он был чем-то раздражён, поэтому помощник решил сам сесть за руль. Было сложно найти подходящий момент, чтобы начать разговор. Сехон не показывал этого на своём лице, но секретарь знал по опыту – директор не спал всю ночь.

Приметив вздох Сехона, секретарь Так почувствовал возможность.

— Я тоже был удивлён, — сказал он.

Отражение директора в зеркале заднего вида демонстрировало его недоверие. Он постучал по планшету, соглашаясь с секретарём Таком. Даже в этих постукиваниях по экрану секретарь мог слышать раздражение.

Сехон прочёл информацию об одном иске. Если он правильно помнил, за него отвечал Юншин. Судебный процесс был завершён полгода назад.

— Итак, ты говоришь, что на Юншина напали в отместку за развод на четыре миллиарда долларов? Не 400 миллиардов – всего лишь четыре. И это всё работа председателя Вона из COP-групп?

COP была средним предприятием пищевой промышленности, занимавшимся пищевыми ингредиентами и оказанием услуг в сфере общественного питания. Им принадлежало более двадцати дочерних компаний. Пусть они и не имели глобального масштаба, но были известны в стране тем, что обеспечивали значительную долю внутреннего спроса.

Около года назад Юншин получил запрос от супруги председателя Вона и взял развод пары на себя. Они были женаты короткий промежуток времени, и супруга не внесла большого вклада в их совместно нажитое имущество, но была вознаграждена достаточно крупной суммой. Сехон вспомнил, как Юншин гордился этим.

— Ну, это лишь предположение... Если мы будем считать их невиновными, пока не докажем обратное...

— Великолепно, продолжай учить меня в том же духе. Как замечательно, ощущается ужасно, когда тебя учит закону собственный секретарь.

— Мне жаль... Но я слышал, что председатель Вон был скупердяем. Он всегда говорил о деньгах.

— Я помню, Юншин рассказывал мне, как жена дрожала, даже когда тратила десять долларов. Для скряги четыре миллиарда – это много.

— Да, я по секрету узнал от секретаря адвокатов председателя, что тот ждал момента добраться до Юншина. Более того, как вы можете видеть, на одноразовом телефоне водителя внедорожника осталась подозрительная запись звонка прямо перед аварией, и её можно проследить до секретариата этой юридической фирмы. В полиции этого пока не знают.

Раздражаясь всё сильнее, Сехон сжал планшет. Он зажмурился, сдерживая нахлынувшую ярость, прежде чем открыть глаза, демонстрируя ледяное спокойствие. Сехон моментально вернулся к своей бесстрастной маске.

— Были ли какие-то признаки этого? Иногда ты работаешь с Юншином.

— Нет, ничего особенного не было. Их блеф был довольно грандиозным, но адвокат До вежливо с этим справился. Насколько мне известно, ошибок мы не допустили.

— Тогда дело действительно в деньгах.

Хотя он не мог однозначно сказать о намерениях председателя Вона, Сехон мог выстроить общую последовательность событий. Учитывая то, что он не напал на Юншина сразу, эта атака больше походила на попытку выпустить пар, чем на месть. Возможно, гнев, который он испытывал по отношению к своей бывшей жене, вместо этого был перенаправлен на Догук.

Какой бы ни была причина, Сехон не собирался оставлять всё как есть. Он перелистнул на следующую страницу и внимательно прочитал профиль мужчины.

— Я не думаю, что До Юншин сможет сразу отследить нападавшего до этой компании. Не говори ему, пока он не спросит, — добавил Сехон.

— Полиция уже начала расследование. Разве он в конечном счёте не узнает?

— Они устроили аварию посреди улицы. COP планирует откупиться от полиции. Есть шанс, что организатор не будет обнаружен.

— Ох... Это имеет смысл. Да, я понял. Здесь достаточно доказательств?

Сехону не были нужны дополнительные доказательства того, что за этим нападением стоял председатель Вон. Иногда было достаточно косвенных улик, чтобы объяснить ситуацию. Кроме того, секретарю Таку будет сложно получить информацию, которая сейчас нужна Сехону.

— Ты выполнил свою часть работы. Теперь я намерен нанять третьих лиц, так что держи язык за зубами.

— Что вы планируете делать? Если позволите, я бы хотел помочь вам всем, чем смогу. Все эти испытания нелепы.

— Что ещё? Я верну им столько же, сколько получил.

Голос Сехона был спокоен, но его слова предупреждали, что он сделает виновника настолько несчастным, что тот захочет умереть.

*Медиа-цирк – разговорная метафора, описывающая новостное событие, для которого уровень освещения в СМИ воспринимается как чрезмерный.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 342 - Сайд-стори 3: Это не конец. Просчитанный крах

Услышав это, секретарь Так поперхнулся, склонившись к рулю. Приняв исходное положение, он украдкой взглянул на мужчину в зеркале заднего вида. Сехон вернулся к молчаливому просмотру своих документов.

Минуло несколько секунд тишины.

Почувствовав взгляд секретаря, Сехон махнул ему рукой, не поднимая глаз. Тот вздрогнул и быстро принял свою обычную позу.

— Когда я подам сигнал, организуй мне встречу с директором Национальной налоговой службы. Скажите ему, не привлекая внимания, привести с собой начальника бюро расследований Кима, — заявил Сехон.

— Вижу, вы начинаете контратаку с помощью налогового законодательства, зная склонность противоположной стороны к деньгам.

Секретарь Так попал в самую точку.

Первым ходом Сехона в этой шахматной партии стал закон о налогообложении. Пусть он редко погружался в эту сферу, однако мужчина был заинтересован в налоговых вопросах, делая это своей сильной стороной.

Для бизнесменов налоговая проверка – самый страшный кошмар. Единожды попав под пристальное внимание налоговой службы, они становились осторожными в отношении расширения или заключения крупных сделок. Сехон намеревался использовать этот страх в собственных целях. Если привязанность председателя Вона к деньгам была неисправимой, то целевой налог* становился логичной стартовой точкой.

Некоторые люди были настолько недальновидны, что сначала действовали, и только потом осознавали свою глупость, часто глубоко сожалея о совершённом. Обычно Сехон избегал общения с подобными людьми, но текущая ситуация требовала исключений.

— Мне редко попадался скряга, который послушно платил бы налоги. Я начну с налогового законодательства и закончу уголовным преследованием.

— Этот человек выбрал не того противника... при этом безжалостного. Однако я не стану выражать ему свои соболезнования.

— А, и держи визит начальника отдела Кима в секрете. Он связан с Догук, но остальные сотрудники об этом не знают. Это останется между нами, как и мои стратегии в отношении председателя Вона.

— От адвоката До тоже? Уверены, что хотите держать его в неведении? Он будет недоволен.

— Получается, Юншин решил скрыть от меня информацию с моего согласия?

— Что? Не сообщить вам о происшествии – не было скрытностью... скорее... он сделал это из уважения к вам?..

— Смотри на дорогу.

— Понял, — ответил секретарь Так, вновь сосредоточившись на вождении. В такой ранний час на дороге машин было немного, но их количество постепенно увеличивалось. Окружённый тишиной, Сехон продолжил просматривать материалы, прежде чем наконец взглянуть в окно.

У каждого есть своё чувствительное место, которого нельзя касаться.

Чувствительной точкой Сехона была его гордость. Он никогда не относился легкомысленно к тем, кто её ранил. Но сейчас, несмотря на то, что кто-то однажды задел его эго, он не мог как следует вспомнить, что чувствовал, защищая себя. Мужчина помнил все остальные детали, но эмоции казались далёкими.

Размышляя об этом противоречии, Сехон понял, что более сильные воспоминания переписали те, что были до этого. По сути, он нашёл нечто более ценное, чем собственная гордость, которая в то время составляла основу его личности.

Это осознание взбесило Сехона.

Он намеревался лишить человека, ответственного за инцидент, всего – человека, который не способен смириться с потерей четырёх миллиардов долларов.

«Ему не стоило пересекать черту», — размышлял Сехон, потирая губы своими большими руками.

Несмотря на то что день только начался, он ощущался бесконечно долгим. Подавить желание вернуться в чьи-то объятия и слиться с его губами всегда было непросто.

Сехон глубоко вздохнул и вернулся к своим документам.

***

В комнате отдыха для пациентов жизнь била ключом. Несколько пациентов, одетых в больничную одежду, окружили Юншина, сидящего за центральным столом. Он встретился взглядом с женщиной средних лет напротив себя.

— Я тщательно изучил предоставленные вами документы, — отметил Юншин.

Проведя длительное время в больнице после несчастного случая, молодой человек выздоровел настолько, что мог спокойно перемещаться. Минул целый сезон, пока он здесь находился.

Несмотря на почти полное выздоровление его ног, сломанные пальцы всё ещё продолжали его беспокоить. Однако это не было настолько серьёзно, чтобы помешать ему вернуться к работе. Только Сехон, кажется, отказывался принимать эту реальность. Игнорируя мнение врачей, что Юшина можно выписать, мужчина настаивал на регулярной смене гипса, продлевая его пребывание в больнице. Юноша предпочёл не заострять внимание на стоимости VVIP-палаты, которая могла похвастаться обслуживанием, сродни роскошным отелям.

Поначалу, после несчастного случая, Юншин попросил у своих клиентов понимания и передал дела членам команды. Однако сейчас он обнаружил, что изучает большинство своих документов в палате. И всё же, Юншин чувствовал, что этого недостаточно. Он стремился вернуться к безопасности своего рабочего места, но не был уверен, когда Сехон позволит это. В результате юноша увлёкся предоставлением бесплатных юридических консультаций другим пациентам.

Догук ощущалась им как плохо подходящая обувь, но он никогда не предполагал – даже в самых смелых мечтах – что однажды ему захочется вернуться туда.

— Если среди ингредиентов был обнаружен изъян, принятие административных мер является минимальным средством, и вы можете подать иск. Однако судебные разбирательства могут занять длительное время, а компенсация, присуждаемая по делам, связанным с Законом о качестве и безопасности пищевых продуктов, обычно минимальная. Вместо судебных исков целесообразно использовать арбитражную систему, учреждённую правительством.

Женщина, стоявшая перед ним, получила пищевое отравление после ужина в ресторане. Юншин подошёл к её делу с такой же самоотдачей, как и к любому другому делу pro bono в компании. Его слова текли мягко, описывая губами лёгкие дуги и линии.

— Я не диктую вам, как поступить, но вы рассматривали возможность связаться с другими пострадавшими? Как правило, претензии становятся более убедительными, когда подкреплены коллективными обращениями.

— Значит, вы предполагаете, что это вопрос законности, правильно?

— Да, сославшись на все обстоятельства, связанные с вашей травмой, и определив виновных, вы потенциально можете подать иск о халатности.

Юншин вежливо улыбнулся женщине сорока лет, прежде чем что-то позади неё привлекло его внимание. Стоило ему повернуть голову, наблюдатели последовали его примеру, устремив взгляды в том же направлении.

На большом экране, установленном на одной из стен, новостная трансляция привлекла внимание Юншина. Хотя он не мог всё расслышать из-за шума в комнате, суть заголовков, прокручивающихся в нижней части экрана, он уловил.

Мужчина на экране столкнулся со шквалом вопросов репортёров. Он был сыном основателя и нынешним председателем известной корпорации по производству продуктов питания СОР.

Уловив что-то знакомое, Юншин вспомнил человека.

Этот мужчина также являлся бывшим супругом одной из его клиенток, которая недавно выиграла свой иск о разводе.

Юншин слышал о череде неудач и скандалов, преследующих компанию председателя Вона. Начиная от личных скандалов с участием председателя до вопросов, связанных с производством, распространением и продажей пищевых ингредиентов и продуктов компании СОР, правда о ней вышла на свет. Более того, Комиссия по справедливой торговле вынесла многочисленные предупреждения касательно ложной рекламы, расхождений в отчётности дочерних компаний и других нарушений. Юншин мог понять корень всего этого.

Однако, что его озадачило, так это действия Национальной налоговой службы (ННС). Судя по всему, они были готовы начать специальную налоговую проверку СОР, утверждая, что компания занижает налоговую отчётность и создаёт резервный фонд. Если всё это правда, СОР грозят штрафы в миллиарды долларов. Если судить по нынешним обстоятельствам, у ННС, казалось, были убедительные доказательства.

Обычно, когда компания уровня СОР подвергалась проверке, ей предшествовало заблаговременное предупреждение. Компании, которые получали прибыль и обеспечивали приемлемые налоговые поступления, приносили пользу экономике. Если случалось серьёзное нарушение в управлении, ННС предупредило бы о предстоящей проверке. Тем не менее, глядя на неразбериху в СОР, всей стране стало очевидно, что проверка была начата без предварительного оповещения.

Всё, казалось, разворачивалось в рамках закона, так что Юншину особо нечего было сказать. И всё же он не мог избавиться от тревожного чувства. Его беспокоили не просто тайминг, напор и метод. Происходило систематическое снижение ценности бренда СОР, напоминающее подход Кан Сехона в делах по слиянию и поглощению.

Юншин не мог не думать, что председатель Вон вскоре может задуматься о самоубийстве.

Председатель казался окружённым со всех сторон, словно невидимая сила намеревалась лишить его всего, чем он обладал. Расчётливая манера, с которой было организовано это падение, была жестокой и пугающей. Если ситуация продолжит ухудшаться, председатель навсегда окажется недееспособным без надежды на восстановление.

Ещё одна вещь, не дающая покоя Юншину, – результаты полицейского расследования нападения на него.

Сначала полиция намекнула на вероятность, что аварию организовал кто-то другой. Однако в итоге они пришли к выводу, что водитель внедорожника действовал в одиночку. Сехон, похоже, в отличие от своей обычной настойчивости, был удовлетворён таким исходом и призывал Юншина отстраниться от инцидента. В тот момент молодой человек объяснил отношение мужчины желанием стереть неприятные воспоминания и согласился оставить этот случай. Но в свете недавних событий поведение Сехона выглядело весьма подозрительно.

В судебной системе приговоры были стандартизированы в соответствии с тяжестью преступления – общественный договор. Если новостной репортаж о СОР был способом наказать нападавшего на Юншина, тогда юноша понимал – возлюбленный не проявил милосердия.

— Зачем кому-то идти на такое ради денег? Похоже, крах компании неизбежен. Интересно, присматривается ли другая компания к возможности приобретения СОР?

— Слышал, что он не так давно прошёл через развод. Может, ему нужно какое-то вмешательство...

— Зачем? Нет никакого спасения тем, кто играется с безопасностью пищевых продуктов. Он получает то, что заслуживает. Просто взгляните на него. Как ни посмотри, он кажется плохим человеком.

Комната гудела от разговоров о председателе Воне, но Юншин ничего не замечал, его взгляд был прикован к экрану.

Репортаж завершился мрачными прогнозами для председателя.

Внезапно на экране мелькнули кадры с бракоразводного процесса, привлекая внимание всех в комнате к Юншину. На них было видно, как председатель Вон вместе с бывшей женой спускается по ступенькам здания суда в сопровождении её адвоката.

— Да... Это я... — неловко усмехнулся Юншин.

Он попытался отвлечь внимание, копаясь в закусках перед собой, но безуспешно. Один взгляд особенно сильно впивался в его щёку. Повернувшись лицом к источнику, он встретился глазами с молодой пациенткой лет двадцати с небольшим, которая с решительным взглядом изучала его, подперев подбородок рукой.

Предчувствуя её скорое приближение, Юншин инстинктивно откинулся назад и спросил:

— У меня что-то на лице?

*Целевые налоги – налоги, взимаемые целевым назначением на определённые нужды, форма мобилизации государством средств на проведение определённых мероприятий, целей.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 343 - Сайд-стори 3: Это не конец. Заявление о невиновности

— Вживую вы выглядите намного лучше.

— А... я плохо смотрюсь на экране?

— Нет! На экране вы тоже хорошо выглядите. Очень похожи на свою сестру. Неудивительно, что ваше лицо показалось мне знакомым.

— Я действительно словил джекпот в генетической лотерее. Моя сестра просто красавица.

— До Игён ведь встречается с этим адвокатом, да? Тем невероятным красавчиком из Догук.

Юншин замер, его губы дёрнулись. После многолетнего опыта встреч с людьми обычно он мог изобразить естественную улыбку независимо от того, насколько скучным был разговор, но с такой темой ему было сложно поддерживать улыбку.

— Ох... Не думаю, что мне стоит обсуждать личную жизнь своей сестры... — расплывчато ответил Юншин с натянутой вежливой улыбкой. На этом он хотел закончить разговор.

Неподалёку кто-то ударил в дверь комнаты отдыха. Белый шум от разговоров смолк, стоило всем взглядам обратиться к источнику звука. Юншин не стал исключением. К его удивлению, здесь был Сехон, его взгляд был острым и напряжённым. Казалось, тем, кто стукнул дверь ладонью, был он.

– А?

Приятно удивлённый, увидев Сехона, Юншин просиял и помахал ему рукой. Женщина, сидевшая рядом с молодым человеком, тоже, казалось, не ожидала увидеть упомянутого «невероятно красивого адвоката”» и ахнула. На её лице появилось выражение одобрения, а затем её глаза заблестели, обещая сохранить тайну Игён. Несколько сложных мыслей промелькнули в голове Юншина, когда он увидел реакцию женщины.

«Он связан со мной, а не моей сестрой», — хотел сказать юноша, но не решался произнести это вслух.

На этот раз Сехон стукнул дверь кулаком.

В комнате воцарилась полная тишина.

Обычно бесстрастная маска Сехона выдавала намёк на эмоции. Он редко позволял заметить свою улыбку, но в данный момент он казался более возмущённым, чем обычно. Юншину, уловившему, что что-то не так, не дали шанса защититься. Сехон надменно жестом указал тому следовать за ним, затем холодно повернулся к нему спиной. Юноша наблюдал, как стройная фигура удаляется, и встал, чтобы проследовать за ним.

— Что ж, на этом я закончу консультацию. У меня гость.

Другим пациентам было грустно видеть, как тот уходит, но Юншин попрощался и ускорил шаг, чтобы догнать Сехона.

Мужчина ушёл так, будто намеревался оставить молодого человека далеко позади, но шёл медленнее обычного, заботясь о его всё ещё восстанавливающейся ноге. Благодаря этому Юншин смог быстро его догнать. Он отдышался, прежде чем легко ткнуть локтем руку Сехона.

— Когда ты пришёл? Я думал, тебя не будет тут ещё час.

— Похоже, ты допоздна работаешь с pro bono в общественной палате.

— Поскольку в палатах VVIP не так много людей, и мне не разрешают гулять поздно вечером... Я подумал, что на какое-то время поделюсь своими навыками. Мне очень скучно, однако в последние дни у меня слишком много свободного времени.

— Я понимаю, что ты хочешь этим сказать, так что прекрати. Я по-прежнему против твоих походов на работу.

Юншин ожидал подобного ответа. Он смущённо взглянул на гипс на своём пальце, затем прижался к мужчине, переводя взгляд на него. Сехон не оттолкнул его и довольно охотно ответил, но всё равно выглядел очень расстроенным чем-то.

Настал момент доказать свою невиновность. Прежде чем они доберутся до укромного уголка больницы.

— Так, о том, что случилось в комнате отдыха... Я невиновен.

— Ты очень невинно улыбался.

— Потому что мы говорили о моей сестре.

— Не знаю. Думаю, это раздражает меня ещё больше. Ты улыбался, думая о какой-то женщине. Разве это не измена?

— Конеч...

Конечно, Юншин так не думал.

Нет, объективно подобное нельзя расценивать как измену.

Юншин обдумывал, как защититься в этот раз, но сдался. Столкнувшись с нелогичными аргументами своего партнёра, юноша оказался в замешательстве и растерянности, когда пытался воззвать к здравому смыслу словами. У него было больше шансов на победу, если бы он воздержался от бесполезных усилий.

Оставляя это в стороне, Юншину очень хотелось прикоснуться к Сехону кожа к коже. Он подавил своё желание, прикусив нижнюю губу и массируя мускулистую руку Сехона через костюм, пока они шли. Пара продолжила идти таким образом по коридору, пересекая проход между больными корпусами, пока не достигли здания VVIP палат. В отличие от здания, которое они покинули, воздух здесь был приятным и чистым, но при этом окутывал их необъяснимой тишиной. По мрачным коридорам бродило меньше людей.

Продолжая свой путь, они оба погрузились в молчание.

Сехон вырвался из собственных мыслей и спросил, словно этот вопрос беспокоил его всё это время:

— Выглядело так, будто ты давал консультацию. Ты ведь ещё не выдал свою визитку, не так ли?

Юншин не был уверен, о ком говорит мужчина, поэтому спросил:

— Кого ты имеешь в виду?

Сехон остановился перед Юншином, преграждая ему путь.

Они стояли перед аварийной лестницей, по которой можно было попасть к личной комнате юноши.

Опасно низким тоном и с ледяным взглядом Сехон повторил вопрос с крайним недовольством:

— «Кого ты имеешь в виду»?

— Эм, не...

— Так значит, ты дал свою визитку нескольким людям?

— Нет! Только одному...

— Так ты давал свою визитку?

— Полагаю, что так?..

— Если бы не спросил, я никогда бы не узнал. Поскольку ты бы держал язык за зубами, верно?

Юншин вздрогнул, не зная, что сказать.

Приняв молчание за подтверждение, Сехон строго отчитал его:

— До Юншин. Прошло не так много времени с того момента, как ты чуть не погиб в автокатастрофе, и уже раздаёшь свою контактную информацию. Ты протестуешь, потому что я не отпускаю тебя на работу? Или пытаешься действовать мне на нервы из-за того, что я прервал твоё прекрасное времяпрепровождение за демонстрацией своих навыков? Я правильно прочитал между строк?

— Ох... Мне не стоило этого делать?

— Ты в состоянии понять, но продолжаешь спрашивать? Кому?

— Понимаешь...

— Сначала ответь. Кому?

Вероятно, Юншин совершил ошибку. Он чувствовал, что Сехон становится крайне раздражительным, когда Юншин появляется на публике. Он мог сказать это, основываясь на том, как Сехон мешал ему выйти на работу. Однако он дал свою визитку не в знак протеста. Он думал, что Сехон согласится с таким действием.

Человек, являющийся предметом разговора, стал жертвой несчастного случая на производстве, с которым юноша несколько раз сталкивался в общей палате для пациентов. Юншин не мог выслушивать юридические проблемы каждого, кого встречал. Но как профессионал по трудовому законодательству, он не мог заставить себя закрыть глаза на несчастный случай на производстве.

Юншин теребил гипс на пальце и осторожно сказал:

— Это была жертва несчастного случая на производстве. Он упал на заводе – я дал ему свои контакты. Ему за 50... и сегодня его не было в комнате отдыха.

— Несчастный случай на производстве? Не та женщина, которая смотрела на тебя надоедливыми глазами?

Тут Юншин вышел из себя.

— Конечно, нет!

Он подавил желание сказать ему, что ту женщину больше интересовали слухи об Игён, чем он сам, осознавая, что это только раздует пламя, поэтому остановился.

После объяснений Сехон, казалось, немного смягчился. Юншин не мог упустить такую возможность. Он добавил:

— Должен ли я сказать ему вернуть визитку? Я мог бы направить его куда-нибудь ещё...

— Ты серьёзно?

— Конечно. Твои чувства для меня важнее. Если тебе это не нравится, я не буду этого делать.

Быстро проверив окрестности, Юншин выполнил свой последний ход, одновременно атакуя и защищаясь. Он наклонил голову с улыбкой. Сехон уставился на возлюбленного, прищурив чёрные глаза.

— Ты стал хитрее... Но обязательно проверь и удостоверь его личность. Передай его информацию секретарю Таку.

— Я знал, что ты разрешишь.

Сехон не мог не признать этого, но ухмыльнулся Юншину.

— Да что ты знаешь?

— Я знаю, что мой парень переполнен любовью ко мне, — ответил юноша.

— Он в своём уме?

Юншин застенчиво хихикнул, дёргая Сехона за пиджак. Старший мужчина всё ещё выглядел расстроенным оттого, что его возлюбленный был окружён толпой и улыбнулся незнакомой женщине, но оставался сдержанным. Подтверждая предположения Юншина, Сехон направился прямо к лифтам, где ожидала пара человек. Младший партнёр же вместо этого указал на лестницу, желая пройти без помех.

Сехон посмотрел на него, после чего ущипнул мягкую щёку молодого человека. Он толкнул дверь на лестницу. Когда же они наконец оказались одни, он подхватил Юншина на руки.

Несмотря на сопротивления партнёра, Сехон настоял:

— Я очень осторожен. Ты такой медленный, что это сводит меня с ума. Посодействуй.

Если бы Сехон был осторожен, ему не стоило бы нести своего парня в месте, где в любой момент мог кто-то появиться. Юншин мог бы сказать об этом, но не стал. Сехон хотел это сделать, молодой человек тоже был не против, таким образом, не было причин его останавливать.

К счастью, Юншин попал в больницу после автомобильной аварии, что служило хорошим оправданием сложившейся ситуации.

Более того, находиться на руках Сехона подобным образом доставляло ему огромную радость.

— Когда я с тобой... я так счастлив, что порой становится страшно.

Сехон вздрогнул, но не ответил и не остановился. Он не спросил, что имел в виду Юншин, но тот чувствовал, что молчание Сехона дало ему ответ. Пальцы охватывали его тело, дыхание щекотало уши, а ритмичное биение сердца Сехона усилилось.

Юншин крепко держался за шею возлюбленного, однако это заставило его желать большего. Он уткнулся лицом в широкие плечи партнёра.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 344 - Сайд-стори 3: Это не конец. Поддразнивание

Они оба благополучно добрались до больничной палаты Юншина.

Заперев дверь, Сехон осторожно уложил возлюбленного на кровать, после чего направился в ванную, по-видимому, вымыть руки. Юншин терпеливо ждал его возвращения, пока не заметил коробку на прикроватной тумбочке. Он в замешательстве наклонил голову, узнав знакомый десерт.

Юншин быстро смекнул, что Сехон сначала зашёл в его палату, прежде чем пойти в общую, но не обнаружил здесь юношу. Должно быть, его купил возлюбленный.

Этим утром, во время их привычного созвона перед работой, Юншин упомянул, что хочет тыквенный пирог из кондитерской неподалёку. Сехон принял это к сведению, но к разговору ничего не добавил. В течение дня Юншин забыл об этом, но осознание, что Сехон заглянул в кондитерскую, тронуло его сердце.

— Как тебе удалось купить его?

Сехон оглянулся на голос, пока мыл руки. Юншин встал, показывая ему коробку с десертом.

Поставив её обратно, он продолжил:

— Разве магазин всё ещё открыт? Погоди, и пироги ещё остались? Этот магазин быстро всё распродаёт, поэтому мне удаётся раздобыть его только по выходным.

Сехон тщательно вытер руки, после чего вернулся в комнату, поправляя галстук, сам не веря своим словам.

— Я забронировал его сразу после нашего разговора. Ты единственный, кому я бы купил пирог по дороге домой.

— Тебе не стоит делать это для кого-то другого.

Сехон усмехнулся и подошёл к Юншину. Он задрал его больничную рубашку, проверяя швы на ноге и шрамы на других частях тела. Глаза обоих мужчин продолжали скучать друг по другу.

— Ты куда смотришь, извращенец? — предупредил Юншин.

Этот комментарий Сехон проигнорировал.

— Ты сказал, что он тебе не понравился, потому что был слишком сладким. Почему тебе сейчас вдруг его захотелось?

— Не знаю. Просто внезапно пришло на ум. Вероятно, всплыли воспоминания о том, как мы его ели. Помнишь, когда мы впервые попробовали этот пирог?

— Помню. Я сказал, что не хочу сладкого, но ты заставил меня съесть первый кусочек. Даже не знаю, кто из нас тут извращенец.

Слово «воспоминание» было простым способом описать тот факт, что они вдвоём в одно время, в одном месте делали что-то приятное. Это общее воспоминание сотворило волшебство, перенеся их обоих в тот момент.

Пока Юншин предавался воспоминаниям о том времени, Сехон прижался губами к растрёпанной чёлке молодого человека.

— Мы с тобой сделали бесчисленное множество вещей, но я отчётливо помню каждый момент, вплоть до того, что чувствовал тогда, — сказал Сехон.

— Что ты чувствовал в тот день?

— Я был счастлив быть с тобой.

Готовый болтать без умолку Юншин затих. Его настолько переполняли чувства, что он не знал, как поступить. Он просто смотрел на Сехона со сложными эмоциями во взгляде, пока старший мужчина не раскрыл перед ним руки.

Юншин позволил себе упасть в его объятия и притянул к себе крепкую талию Сехона. Старший мужчина наклонился ближе, предлагая возлюбленному сделать шаг назад.

Через несколько шагов бёдра Юншина упёрлись в каркас кровати. Юноша скользнул своими руками к бёдрам Сехона, и когда тот не стал сопротивлялся, левой рукой схватил его твёрдую плоть спереди.

— До каких пор мы будем воздерживаться?

— Ты забыл, что у тебя повреждены бёдра? Ты уже можешь продолжать заниматься своими повседневными делами, но всё ещё не полностью выздоровел.

— Во-первых, по сути, они не были сломаны, во-вторых, я почти полностью выздоровел. В-третьих, я не против петтинга и фроттинга... Но я хочу, чтобы ты вошёл в меня, а не только в мой рот. Не мог бы ты перестать дразнить меня и сделать сегодня немного больше?

— Немного больше? Это сколько именно?

— Только кончик?.. Ты дразнишь меня.

— «Только кончик» – думаешь, это возможно? Я не уверен, смогу ли справиться с этим.

— Ты боишься, что можешь стать чересчур грубым, не так ли? Я подам тебе сигнал, если почувствую, что дело заходит слишком далеко. В таком случае ты сможешь успокоиться и остановиться, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля.

— Какой в этом смысл? Не знаю, послушаю ли я тебя. Давай дождёмся, когда твои бёдра полностью заживут... угх.

Юншин сжал эрекцию Сехона, чтобы тот замолчал. В ответ тот вытянул обе руки, опираясь на кровать и склоняясь навстречу прикосновению Юншина. В неуклюжей позе, заключив юношу в объятия, он пристально смотрел на невинное лицо Юншина.

Тем временем молодой человек продолжал массировать член Сехона. Стволу, слишком толстому, чтобы обхватить его одной рукой, было сложно доставить удовольствие через одежду. Поглаживаемый по всей длине, пропускаемый между пальцами с различной силой нажатия, толстый орган увеличился до такой степени, что угрожал прорваться сквозь ткань.

— Ха... До Юншин. Пусти.

— Не хочу.

— Вот как? Это сексуальное домогательство.

— Если ты согласен, то это не домогательство. Просто расслабься.

Сехон не оттолкнул Юншина, поэтому тот воспринял это как согласие и продолжил свои действия.

Воздух в комнате быстро нагрелся. Сехон позволил Юншину продолжать ещё некоторое время, отчего вены на его кулаке вздулись. Дыхание старшего мужчины стало прерывистым и похотливым. Не в силах больше сдерживать себя, Сехон перевернул Юншина.

Юноша обеими руками опирался на кровать, Сехон же плотно прижимался к нему. Старший мужчина сжал левую руку Юншина, переплетая их пальцы, а другой рукой потянул резинку на его трусах. Затем он расстегнул пряжку и вытащил свой твёрдый возбуждённый член, потирая его между гладких бёдер Юншина.

— Хнгх! Сехон... М-м-м...

Эрегированный член Сехона скользнул по чувствительной промежности юноши. Крепкий стержень прошёл между податливыми бёдрами, стимулируя яички Юншина и основание его пениса. Когда Сехон двигался вперёд-назад, их члены тёрлись друг о друга, заставляя их переплетённые ладони намокнуть от пота.

Сехон обхватил Юншина за тонкую талию свободной рукой и внезапно схватил юношу за волосы, оттягивая его голову назад. Когда Юншин посмотрел на Сехона, на его покрасневшем лице отражалось возбуждение.

Старший мужчина провёл языком по раскрасневшимся щекам Юншина и сказал низким голосом:

— Ты хочешь большего?

— Нгх... хн-н-н, угх...

— Ты действительно понимаешь, что это значит, когда тебя дразнят? Не понимаешь.

— Сехон, это... немного больно... — простонал Юншин.

— Я говорил тебе, что возбуждаюсь, когда вижу твою боль. Вот почему мы не можем дойти до конца. Пользуйся моим терпением.

В возбуждении Сехон снова отдёрнул голову Юншина, жадно целуя его приоткрытые губы.

В спешке их трусы были спущены лишь частично, но атмосфера между ними была горячей и напряжённой. У Юншина перехватило дыхание от удовольствия. Сехон крепко сжал подбородок другого мужчины и увеличил темп их поцелуя, погружая язык ему в рот и вращая им, имитируя действия, которые он совершал бы с другим его отверстием.

Нижняя часть тела Сехона не переставала двигаться во время их поцелуя. Он мастерски потирал их возбуждённые места друг о друга умелыми движениями. Взгляд Юншина затуманился, когда он схватился за бёдра Сехона. В глазах старшего мужчины мелькал садистский блеск при виде того, как Юншин извивается от наслаждения.

Отпустив лицо Юшина, Сехон наклонился и укусил его за шею, впившись зубами чуть ниже воротника рубашки. Напомнив себе, что Юншин всё ещё пациент, он вовремя отстранился. Глубоко вздохнув, старший мужчина наклонился вперёд.

— Угх! — застонал Юншин, когда его верхняя часть тела рухнула на кровать. Его руки раскинулись в стороны на аккуратно заправленной кровати, а Сехон навалился на него сверху. Они оба опустились коленями на пол.

Вспомнив о травме ноги Юншина, Сехон зажал его между своих ног, оказывая поддержку. В ответ юноша скрестил свои икры с ногами возлюбленного.

Верхняя часть тела Юншина свисала с края кровати, покачиваясь при каждом движении, как простыня на верёвке для сушки.

В качестве награды самому себе за то, что удержался от укуса шеи Юншина, Сехон накрыл руки молодого человека своими, обхватив его запястья. Намеренно или нет, тот задрожал от удовольствия.

— Ах, хнгх. Ещё, пожалуйста.

Сехон с радостью подчинился.

Он беспощадно сунул свой член между плотно сжатых бёдер Юншина. Возбуждённый пенис юноши встал прямо, истекая предэякулятом. Их члены тёрлись, и нижние половины ударялись друг о друга.

Сехон нежно провёл языком по уху Юншина, успокаивающе шепча:

— Перестань молить о большем. Я не смогу сдержаться.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 345 - Сайд-стори 3: Это не конец. Раскрытый

Их тела ритмично ударялись друг об друга. Молочная жидкость Сехона стекала между ногами Юншина, смешиваясь с его собственной жидкостью, пропитывая каркас кровати.

Слегка согнув ноги и обхватив ими Сехона, Юншин изо всех сил вцепился в кровать, с трудом перенося стимуляцию нижней части своего тела. Он задыхался от разгорающейся страсти.

— Нет... Пожалуйста, вставь его...

— Юншин, я надеюсь на твоё скорейшее выздоровление, хорошо?

— Ах, да!

— Если ты хочешь, чтобы я продолжал удовлетворять тебя до тех пор, пока ты полностью не выдохнешься, нужно поскорее поправиться.

— Ох, мне так хорошо. Кажется, я сейчас кончу. Пожалуйста, займись со мной любовью.

Сехон страстно желал проникнуть внутрь, навалившись всем своим весом на Юншина.

Собрав остатки своей истерзанной рациональности, Сехон сменил позу. Он засунул свой средний палец в рот Юншина, увлажнив его, прежде чем вставить в его дырочку. Он умело нашёл точку наслаждения Юншина, массируя её и вызывая волны удовольствия.

Надавливая на то же место круговыми движениями, Сехон распалял его, постепенно добавляя пальцы, пока четыре из них не оказались внутри. Уверенные движения старшего мужчины стимулировали простату Юншина, посылая толчки вверх к его бёдрам и дрожь – вниз по ногам. Сехон добивался этой реакции – он толкнул свои пальцы глубже, пока они не достигли границы между пальцами и ладонью.

Юншин стонал от удовольствия:

— О, да! Сехон... Ах!

Его стоны становились громче, а шея и плечи покраснели от смущения. Его руки, вцепившиеся в простыни, дрожали. Если бы Сехон не держал его левую руку, Юншин мог бы оставить на теле мужчины глубокие длинные царапины своими ногтями.

Сехон был близок к оргазму, и его движения становились неистовыми. Оба из опыта знали, что последует дальше. Благодаря звукоизоляции, им не нужно было сдерживать свои голоса. Тело Юншина содрогнулось, а глаза расфокусировались. Сехон с силой толкнул свой член между ног партнёра, потираясь о его член. Одновременно он засунул пальцы в тугую дырочку Юншина.

Их мышцы сократились, а тела переплелись в удовольствии.

В последнем рывке Сехон синхронизировал толчки бёдрами с движениями пальцев. Каждый раз, отстраняясь, он чувствовал, как мягкие бёдра Юншина удерживают его.

Яркие ощущения захлестнули юношу, заставив его закричать первым:

— Ах! Хм-м, я... Я сейчас... Ах!

Белая жидкость хлынула из уретры Юншина. Почти одновременно густая жидкость изверглась из члена Сехона. Они оба тяжело дышали, безмолвно признавая друг друга, прежде чем одновременно повернуть головы. Они осознали абсурдность своих действий и рассмеялись.

— Я не знаю, почему мы делали это стоя, когда кровать прямо перед нами. Мне нужно было попросить тебя лечь.

Вместо ответа Сехон поцеловал Юншина в румяную щёку, игриво касаясь его своим членом, который был всё ещё зажат между бёдер юноши. Немного подразнив, Сехон поднял его с пола и положил на кровать, прислонив к изголовью.

Затем мужчина снял часы и протянул:

— Хочешь попрактиковаться, прежде чем менять постельное бельё?

Юншин задался вопросом, что ещё могла практиковать пара, у которой за плечами бесчисленное количество моментов близости:

— Попрактиковаться в чём?

— Вот в чём: давай проверим, смогу ли я проникать и выходить медленно?

— Ты вставишь его? — указал Юншин на обнажённый член Сехона.

Тот взглянул на свой пенис и пожал плечами:

— Да, только головку.

— Но ранее ты отказал, потому что можешь быть жёстким.

— Именно поэтому мы должны попробовать.

— Почему внезапно передумал?

Сехон расположился между ног Юншина, спустил трусы молодого человека до колен и осмотрел его бёдра, которые теперь блестели от спермы. Его взгляд, особенно сосредоточенный, когда он достиг дырочки Юншина, был твёрдым и изучающим.

Юншин счёл, что столь интимное разглядывание оказалось более унизительным, чем он ожидал. Смутившись, он попытался свести бёдра, но Сехон поймал его ноги, прежде чем они успели сомкнуться. Мужчина раздвинул их ещё шире и начал исследовать глазами область между ног партнёра. Не удовлетворившись простым осмотром, он ткнул пальцем в дырочку Юншина, внимательно изучая её.

Немного запоздало Сехон сказал:

— Я не подготовил тебя должным образом, но тем не менее смог вставить четыре пальца. Ты это почувствовал?

— Н-ну, это...

— Ты ласкал себя пальцами, не так ли?

Лицо Юншина залилось краской, когда он поспешно оправдывался. Он действительно был невиновен:

— Нет, я просто подготовил себя, потому что ты сказал, что останешься на ночь...

— Ты только растянул себя? Серьёзно?

— ...

— То, что это часть твоего тела, ещё не значит, что оно твоё – это моя собственность. Я мог бы арестовать тебя за незаконное проникновение, но я соглашусь дать тебе свой член, так что считай себя счастливчиком.

— Где... Ты научился таким грубым выражениям?

— Ты думаешь, у меня есть время ходить куда-то и учиться? Хотя у тебя, должно быть, уйма времени на... самоудовлетворение.

Несмотря на своё обычно лёгкое отношение к непристойным высказываниям, Юншин побагровел.

— Я же сказал тебе, что я этого не делал! Я бы не стал отрицать, если бы это было правдой!

Подготавливая себя, Юншин действительно касался своей точки наслаждения. Однако это было ничто в сравнении с удовольствием, которое доставляли обхват и длина Сехона, и только усиливало желание молодого человека ощутить его внутри. Зная, что мужчина будет безжалостно дразнить его, если он признается в своих истинных чувствах, Юншин промолчал.

Вместо этого он попытался оттолкнуть Сехона ногами, но тот лишь рассмеялся и с лёгкостью подхватил Юншина на руки. Он удержал сопротивляющегося мужчину и отнёс его прямо в ванную.

Сехон усадил Юншина на край ванны и включил горячую воду. Молодой человек, чья борьба была вызвана смущением, постепенно успокоился.

Когда горячая вода наполнила ванну, Сехон снял с него больничную одежду и нижнее бельё. Проверив температуру воды рукой, он осторожно опустил Юншина в ванну.

Молодой человек заметил, что Сехон поглядывает на душевую кабину – он только вернулся с работы и хотел помыться. Наблюдая за тем, как мужчина расстёгивает рубашку, Юншин встретился с ним взглядом. Сехон обхватил его лицо руками и поцеловал в макушку.

— Сиди тихо. Я быстро приму душ, — сказал Сехон, заранее зная ответ Юншина.

— Присоединяйся ко мне.

— ...

— Пожалуйста. Я не хочу расставаться ни на мгновение. Не заставляй меня умолять.

Юншин мягко шлёпнул по поверхности воды, призывая Сехона присоединиться. Тот опустил взгляд и медленно разделся.

— Всё равно нет.

— Ты усадил меня в ванну, несмотря на то, что я весь в сперме.

— Это другое. Просто подожди.

— Ладно. Но ты всё ещё спишь здесь, так?

В последнее время Игён часто посещала Юншина. Он предположил, что она таким образом пыталась наверстать упущенное, учитывая его длительный перерыв. Соответственно, Сехон в основном бывал здесь в тёмное время суток, часто приходя и уходя ранним утром. Однако сегодня Игён сообщила Юншину, что у неё назначена встреча, и она не сможет прийти, поэтому молодой человек уговорил Сехона остаться на ночь. В противном случае, он рассмотрит возможность выписки из больницы. Сехон согласился с условиями и остался.

Юншин втайне был рад, что возлюбленный согласился остаться на ночь в больнице, чтобы утешить его, но скрывал свою радость, опасаясь, что это может продлить его пребывание в больнице.

Погружённый в свои мысли, Юншин наблюдал, как Сехон отбросил рубашку в сторону и начал приспускать трусы.

— Да, я отправлюсь на работу отсюда. Я заезжал к себе домой, чтобы переодеться, — сказал Сехон.

— Это не потому, что тебе нужно было забрать пирог? Ты мог бы попросить домработницу принести твою одежду, — заметил Юншин.

— Я думал, что смогу убить двух зайцев одним выстрелом.

— Сехон.

— Не искушай меня, я могу сдаться. Я быстро приму душ.

— Дело не в этом. Я хотел поговорить о недавней сплетне – скандале, связанном с председателем Вон из COP.

Сехон замер в процессе снятия нижнего белья, его взгляд был прикован к Юншину, который сидел на корточках в ванне и наблюдал за ним. Молодой человек свернулся калачиком, стесняясь своей наготы под ярким больничным светом.

— С чего вдруг ты заговорил о нём?

— Кажется, все компании COP-групп находятся под пристальным вниманием.

— Зачем поднимать этот вопрос сейчас, когда мы одни, голые в ванной?

— Я с самого начала понял, что это твоих рук дело. Я не настолько невнимателен. Это председатель Вон приказал меня сбить и скрыться? Это объяснило бы всё: отсутствие надлежащего полицейского расследования, твоё безразличие к произошедшему и нынешнее затруднительное положение председателя Вона.

Анализируя слова Юншина, Сехон продолжил раздеваться, чувствуя себя побеждённым.

Если бы вздох можно было выразить глазами, то взгляд мужчины именно это бы и сделал.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 346 - Сайд-стори 3: Это не конец. Нарушенное обещание

— Почему ты подозреваешь моё вмешательство, когда кто-то становится банкротом? Это могло быть неизбежно, — парировал Сехон.

— Ты хочешь сказать, что успешный человек, которому уже за шестьдесят, систематически сталкивается с катастрофами и разоряется? — скептически спросил Юншин.

— Разве не такова жизнь?

— Я и не знал, что ты философ.

— Извини, но я юрист. Ты единственный, у кого есть опыт социальной работы, не проецируй на меня своё звание, — Сехон игриво ущипнул Юншина за щёки, оттягивая их, прежде чем зайти в душевую кабину.

Вскоре звук льющейся из душа воды эхом отразился от стеклянных стен кабинки. Капли разбивались при ударе, усиливая какофонию. Юншин с сомнением наблюдал за силуэтом Сехона сквозь пар.

Кан Сехон умел загонять своих жертв в угол, используя каждый изъян, большой или маленький, душить их, а затем лишать всего. Он поддерживал их существование, но делал жизнь невыносимой. Эта тактика была фирменным знаком Сехона как в судебных разбирательствах, так и в корпоративных отношениях. Кроме того, он был справедлив, но в извращённом смысле, и всегда платил тем же.

Юншин думал, что понимает Сехона лучше, чем кто-либо другой. Тем не менее отрицание Сехона выбило его из колеи. Это могло означать как его невиновность, так и нежелание, чтобы Юншин знал о его причастности. Несмотря на это, молодой человек решил, что лучше всего притвориться забывчивым и не настаивать дальше.

Юншин некоторое время продолжал наблюдать, как Сехон принимает душ, прежде чем снова взглянуть на свою маленькую ванну. Он решил, что хочет наполнить её ещё, и потянулся к крану, но вздрогнул, услышав слабый шум вдалеке.

«Телефонный звонок?» — удивился Юншин.

Звук был едва слышен из-за плеска воды в ванне и душе. Поскольку Сехон всё ещё был занят, Юншин встал, поспешно вытерся большим банным полотенцем и обернул его вокруг тела. Он направился к двери, намереваясь разобраться. Приложив к ней ухо, он услышал слабую вибрацию.

Это мелодия звонка.

Должно быть, это телефон Сехона. Звонок в такое время, вероятно, был по важному поводу. Собираясь принести телефон Сехону, Юншин открыл дверь. Однако тот, казалось, почувствовал движение Юншина и быстро распахнул дверь, жестом приказывая ему остаться.

— Куда это ты собрался?

С точёной фигуры Сехона капала вода – зрелище, которое Юншин всегда находил очаровательным. Хотя он и раньше видел чувственные формы Сехона, сейчас он ощутил странную неловкость. Юноша попытался отвести взгляд и вместо этого сосредоточился на двери.

— Я не пытаюсь сбежать, — ответил Юншин.

— Мы оба голые, а ты смотришь в другую сторону. Ты недостаточно напряжён, да?

— Но тебе звонят.

Сехон, наконец, заметил вибрацию и замолчал. Не теряя ни секунды, он ответил, сохраняя прежнюю манеру поведения:

— Это не твоя забота.

— Только у самых важных клиентов есть твой личный номер мобильного телефона. Если кто-то звонит сейчас, значит, это срочно. Останься здесь – я принесу твой телефон.

Прежде чем Сехон успел ответить, Юншин выскочил из ванной, поёжившись от холодного воздуха, подаваемого кондиционером. Он нашёл телефон Сехона на прикроватном столике и быстро взял его. Вернувшись в ванную, он увидел, что мужчина энергично вытирает волосы полотенцем, и протянул ему телефон.

В этот момент зазвонил телефон Юншина, его резкие гудки пронзили воздух. Они обменялись удивлёнными взглядами, чувствуя, что происходит что-то важное. Серьёзность ситуации была очевидна в их глазах. Сехон посмотрел на экран своего телефона, прежде чем раздражённо ответить.

— Директор Сон, у вас что, совсем нет чувства времени? Я же просил не звонить, если только фирму не взорвут ночью...

Сехон резко замолчал, выражение его лица стало серьёзным, когда он внимательно прислушался. Юншин с беспокойством наблюдал за происходящим, но быстро переориентировался, взял свой телефон из комнаты и вернулся в ванную. Звонил секретарь Так. Скептически настроенный Юншин собирался ответить на звонок, когда Сехон выхватил телефон у него из рук. Он на мгновение отложил свой собственный звонок, чтобы переключиться на тот, что поступил Юншину.

— Так, у меня сейчас разговор с директором Сон. Пожалуйста, воздержись от звонков по этому номеру. Как ты мог беспокоить больного пациента звонками в такое время?

Сехон резко сбросил звонок, сделав выговор секретарю, а затем продолжил свой разговор.

— Но я не болен, — одними губами произнёс Юншин, однако Сехон заставил его замолчать, приложив палец к губам.

Сехон ловко зажал телефон между ухом и плечом, пока искал халат. Натянув плюшевый халат на всё ещё влажное тело, он вышел из ванной, не давая никаких дальнейших объяснений.

Хотя Сехон едва вышел из ванной, интуиция Юншина подсказывала иное. Он боялся, что мужчина может просто покинуть больницу и вернуться в Догук. Что бы там ни произошло, молодой человек надеялся, что адвокат Кан сможет решить всё по телефону. Охваченный тревогой, Юншин сделал то, чего никогда не делал во время рабочих звонков Сехона.

Схватив его за запястье, на котором виднелись едва заметные отпечатки зубов, Юншин сказал:

— Ты обещал, что останешься здесь на ночь.

Сехон прикрыл микрофон рукой и прошептал:

— Я не уйду. Я просто выхожу, чтобы ответить на звонок. Я вернусь.

— ...

— Я скоро вернусь.

Сехон нежно поцеловал Юншина в лоб, прежде чем выскользнуть из влажной комнаты. Несмотря на то, что он знал: намерения Сехона не были холодными, Юншин почувствовал острую боль, когда спина мужчины исчезла на расстоянии. Он услышал щелчок закрывающейся двери и вернулся в ванну, погрузившись в воду и в свои мысли.

Что могло понадобиться директору Сон и секретарю Так обсудить с Сехоном в такой час? Мужчина недвусмысленно предупредил их, чтобы они не связывались с ним, но у них не было другого выбора, кроме как позвонить. Что бы это могло быть?

Что бы это ни было, похоже, что Догук нуждался в Кан Сехоне.

«Но мне тоже нужен Сехон», — проворчал Юншин про себя.

Такие ситуации становились всё более частыми с тех пор, как Сехон занял пост директора. Требования его должности часто отвлекали его от Юншина. Теперь Юншин начал осознавать истинный вес роли Сехона в Догук.

Юншин вздохнул и продолжил жаловаться про себя: «Но он мой...»

Несмотря на свои расстроенные чувства, молодой человек знал, что не должен обижаться на Сехона за это. Он был предупреждён и всем сердцем поддержал решение Сехона. Юншин всегда гордился им – человеком, которому многие завидовали, и в котором все нуждались. Он даже настойчиво призывал Сехона ответить на звонок. Он хотел быть поддерживающим и внимательным партнёром. Его эмоции были противоречивыми, но те и другие были искренними.

Были моменты, когда Юншин чувствовал себя одиноким в отсутствие возлюбленного, но в то же время он был расстроен, потому что хотел как-то помочь своему партнёру, но не знал как.

Ворча себе под нос, Юншин кивнул, затем вспомнил о тыквенном пироге, лежащем на его прикроватном столике. Похоже, ему придётся есть его в одиночестве. Интуиция редко подводила его. Он не сказал об этом Сехону, но воспоминание о том, как они впервые попробовали пирог, было живо в его памяти. Старший мужчина сопротивлялся, но в конце концов уступил настойчивости Юншина. Тогда они разделяли одни и те же чувства.

Юншину просто нравился Сехон, вот и всё.

Откинувшись в тёплой воде, юноша закрыл кран. Он погрузился в воду, чувствуя себя так, будто тонет в глубоком омуте мыслей.

Действие 3

Сехон и Юншин вошли в лифт, оба молча. Внутри был ещё один пациент. Сехон в своём костюме выглядел так же, как и тогда, когда он пришёл забрать Юншина из общей палаты. Выражение его лица, как обычно, оставалось бесстрастным, хотя этот костюм предназначался для следующего дня. Юншин, с другой стороны, всё ещё был в больничном халате.

Они подождали, пока не останутся наедине. К счастью, другой пациент вышел первым, оставив их одних до того, как они добрались до подземного гаража. Когда незнакомец ушёл, Юншин заговорил первым.

— Ты говорил, что не уйдёшь, — сказал Юншин, пытаясь сохранить самообладание.

— Я вернулся в ванную, так что это была не совсем неправда, — ответил Сехон.

— А ты не мог вместо этого позволить мне выписаться? Я бы оставил идею вернуться к работе и отдыхал дома.

— Ты бы не смог усидеть на месте, если бы я отвёз тебя домой. Разве не так?

Юншин не мог этого отрицать. Поскольку он хранил молчание, Сехон продолжил:

— Я уже могу представить, какой это стресс – думать о том, как ты свободно разгуливаешь по городу. Нет, если ты хочешь выписаться из больницы, сосредоточься на полном восстановлении своего пальца.

— Это... Вы серьёзно, мистер Кан Сехон?

Юншин помахал загипсованным указательным пальцем правой руки перед его лицом, явно не веря своим ушам. Сехон утвердительно кивнул.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine_Rays

Коррект: Uroboros

Глава 347 - Сайд-стори 3: Это не конец. Неохотное прощание

Гиперопека Сехона была очевидна, пусть ни один из них явно об этом не упоминал. Юншин находил утешение в знании, что Сехон испытывал противоречивые чувства по этому поводу. Помимо этого, он хотел исполнить желание партнёра, поскольку знал, что несмотря на стоическое поведение мужчины, этот несчастный случай произвёл на него глубокое впечатление.

Юншин опёрся на плечо Сехона, выражая своё нежелание видеть, как тот уходит, и старший мужчина нежно похлопал его по голове в ответ. Это прикосновение передало собственное ощущение дискомфорта Сехона из-за вынужденной разлуки, успокаивая юношу.

Раздумывая, стоит ли спросить Сехона о внезапном возвращении на работу, в итоге Юншин отказался от этой мысли. Он чувствовал, что была причина, о которой Сехон не рассказал, да даже если бы он знал о ней, юноша сомневался, что сможет чем-то помочь в текущей ситуации.

Пока Сехон нежно поглаживал прижавшегося к нему Юншина, лифт достиг места назначения. Двери открылись, и их окутал тёплый душный воздух паркинга. В отличие от прохлады больничных помещений, в гараже было липко и сыро.

Они пошли по длинному коридору, ведущему к эксклюзивной парковке для VVIP клиентов. Юншин понял, что с момента их прибытия с ними не связался ни один водитель. Он уже привык к тому, что Сехона возят, а не он сам сидит за рулём.

— А что насчёт шофёра? Ты не договорился о нём? — озадаченно спросил Юншин.

— Зачем? Это всего лишь в нескольких минутах езды.

— Но ты едешь в компанию. Разве директор Сон чуть ли не умоляла тебя прекратить это?

— Я всё равно её не слушаю. Особенно сейчас.

Юншин кивнул, соглашаясь, и усмехнулся, оставаясь близко к Сехону.

— Когда я выпишусь из больницы, стоит ли мне стать твоим личным шофёром? Я дам тебе скидку. Можешь за каждую поездку называть меня «детка».

Сехон незамедлительно отверг эту идею.

— Пожалуй, откажусь. Директор Сон, секретарь Так и все остальные и так уже изо всех сил пытаются игнорировать наши отношения – не хочу подливать масла в огонь скандалом.

— Прекращай строить из себя недотрогу.

— Я и не строил. Я думал об этом. Это ты хочешь подвозить меня и чтобы тебя называли ласковым обращением. А что мне с этого?

— Знаешь ли ты, какая это большая скидка? Ты бы не согласился, даже если бы я попросил тебя говорить, что любишь меня. С моей стороны это большая уступка.

— Почему ты считаешь, что я бы не стал? Ты вообще спрашивал?

«Ха?»

Юншин резко вдохнул, глядя на Сехона, прижимая ладонью дико колотящееся сердце. Его сердце рвалось наружу, словно газировка, которую только что встряхнули. Уловив необычное напряжение, Сехон остановился в коридоре и снова повернулся к Юншину.

Мужчины посмотрели друг на друга, не произнося ни слова по разным причинам.

— Ты бы согласился, если бы я попросил? Серьёзно? — спросил Юншин.

— Конечно, нет, — твёрдо ответил Сехон.

За считаные секунды испытав вихрь эмоций, юноша лишился дара речи.

— Что? Ты играешься со мной?

— Я очень переживаю, когда ты за рулём.

— Почему? Все остальные это делают.

— Я беспокоюсь. Мне всегда было не по себе, но сейчас стало ещё хуже. И я ненавижу это чувство. Я лишь хочу, чтобы ты избегал всего рискованного, — объяснил Сехон. — Но я рассмотрю возможность дать моему шофёру передышку. К тому же, мне бы хотелось проводить с тобой больше времени. Конечно, вождение я возьму на себя. Вопросы?

— Ты дал идеальный ответ с разумными доводами и практичным решением.

— Знаю, — уверенно сказал Сехон.

Юншин не мог точно сказать, приспособился ли Сехон к этому или у него было по-настоящему доброе сердце, но он научился успокаивать беспокойство молодого человека.

«Он такой хитрый. Не хочу, чтобы он уходил...» — подумал Юншин, и его щёки залились краской, пока он боролся со своими эмоциями.

Мужчина продолжил идти, но на этот раз в соответствии с темпом юноши. Их шаги были медленными и изящными, словно у пары танцоров, скользящих по вестибюлю. Они наслаждались комфортной тишиной между ними.

Не уверенный в чувствах Сехона, Юншин знал, что момент их умиротворения мимолётен. Он метался между поддержанием тишины и завязыванием разговора. В конце концов, он выбрал последнее, нарушив тишину звуком своего голоса.

— Можешь позвонить мне после того, как закончишь с работой?

Если сегодня вечером Сехон уйдёт, Юншин не увидит его до следующего дня.

Сехон не относился к тем, кого беспокоят тривиальные вопросы. Требуется значимое событие, чтобы он вернулся на работу. Судя по его реакции на звонок, этот случай был не из приятных.

Похоже, Сехон понял, почему Юншин просил его позвонить.

Пока они шли по коридору,  минуя других людей, Сехон повёл Юншина в более тихое место, подальше от любопытных глаз. Остановившись перед двойной стеклянной дверью, Сехон откинул непослушную чёлку партнёра, придерживая её рукой. Он нежно поцеловал открывшийся взору лоб Юншина.

— И этого тебе будет достаточно?

— Эм... Не мог бы ты позвонить по видео?

— Это всё?

— М-м... Можешь позвонить дважды? Один раз утром, другой в полдень?

Сехон прищурился, задаваясь вопросом, будет ли звонков достаточно.

— Серьёзно, только это? Честно говоря, если бы ты ещё немного надавил, возможно, я бы согласился позволить тебе вернуться на работу.

Глаза Юншина расширились, выражение лица колебалось, пока он пытался разгадать правду, скрывающуюся за словами Сехона. Старший адвокат ухмыльнулся озадаченному выражению Юншина, указывая на то, что от своего утверждения он не отказывается.

От осознания этого лицо Юншина засветилось.

— Ты ведь серьёзно, да?

— Выписывайся, и можешь вернуться к работе на следующей неделе. Но тебе нужно будет каждую неделю предоставлять справку от врача, подтверждающую, что ты в идеальном состоянии, и должен поддерживать тот же уровень здоровья, что и до несчастного случая. И я организую дополнительную охрану, когда ты будешь приходить и уходить с работы. Справишься? — спросил Сехон.

— Без проблем. Я буду чрезвычайно осторожен. Должен ли я попросить руководителя команды вернуть мне дела? Хм? Стоит? — с готовностью ответил Юншин.

Не в силах сдержать восторг, юноша улыбнулся. Оглядевшись по сторонам, он осыпал щёки Сехона серией поцелуев.

После спонтанного проявления чувств Юншин ярко просиял. Сехон не мог не быть поражён лучезарной улыбкой, влажными губами, страстным взглядом и румяными щеками Юншина. Но что больше всего его удивило, так это то, что Юншин всегда выглядел как тогда, когда они впервые влюбились.

Сехона охватило неописуемое чувство. Когда он уже собирался заговорить, они заметили приближающихся людей. Почувствовав незнакомцев, Юншин плавно отступил назад. Старший мужчина ощутил необычный укол разочарования оттого, что ненароком расстроил Юншина, уголки губ которого опустились.

Невысказанное чувство единения возникло между ними, пока они продолжали идти.

Наконец, добравшись до парковки, они заметили вдалеке чьё-то присутствие, услышав, как что-то упало. Мужчины повернулись в сторону шума, но когда наступила тишина, вернулись в исходное положение.

Они не хотели, чтобы этот момент заканчивался, но если он должен был закончиться, они желали растянуть его на максимально продолжительный срок. Однако время не проявило милосердия. Они остановились перед машиной Сехона.

Несмотря на то что Сехон уже открыл водительскую дверь, уйти он не решился. Он посмотрел на Юншина с противоречивыми эмоциями.

— Я не привык к этому чувству, — признался Сехон.

— Какому чувству? — спросил Юншин.

— Я не хочу идти на работу.

Не в силах сдержать смятение, Юншин помрачнел.

— Почему ты сегодня такой? Я не хочу видеть, как ты уходишь...

Он молчаливо умолял Сехона в надежде, что ему не придётся прибегать к нытью как незрелому партнёру. Он слегка толкнул плечо Сехона, и тот не сопротивлялся. Приготовившись сесть в машину, мужчина указал на лифт.

— Тебе следует уйти первому, — предложил он.

— Я хочу проводить тебя, — настоял Юншин.

— Я не хочу, чтобы ты смотрел, как я ухожу.

Сехон никогда не любил кому-либо показывать свою спину, но особенно он не любил делать это перед Юншином. Возможно, просто потому, что он не хотел, чтобы молодой человек был свидетелем его ухода, но Юншин подозревал, что за этим кроется нечто большее. Может, Сехон боялся, что юноша обнаружит его более сокровенную сторону, скрытую за его авторитетом, талантом, силой и репутацией. Юншин жаждал раскрыть, выманить и принять глубины сердца партнёра.

Поняв его чувства, Юншин отступил. Вместо этого он разгладил складки на костюме Сехона и медленно отошёл. Нетипичный и нехарактерный для старшего мужчины комментарий повис в воздухе, заставив его тревожиться.

Была ещё одна вещь, которую он хотел донести до Сехона.

— Если тебе трудно, поговори со мной. Ты всегда рядом, но ты выглядишь измученным из-за того, что занимаешься тем, чем не хочешь, — сказал Юншин.

Он знал, что Сехон всегда настроен стоически. Независимо от проблем, с которыми он сталкивался, мужчина никогда не оправдывался. Но это не значит, что всё для него было легко.

Юншин понимал, что не был таким надёжным и стойким, как Сехон, но всё равно хотел предложить ему поддержку. Хотел, чтобы его партнёр время от времени опирался на него, поэтому затронул эту тему. Юншин знал, что и без дальнейших объяснений тот поймёт глубину его послания. Нежная улыбка Сехона подтвердила это знание.

Воодушевлённый ответом, юноша просиял.

— Ты доверяешь мне, верно?

— Иди аккуратно, а то поранишься, — предостерёг Сехон.

— Я люблю тебя, — заявил Юншин.

— Знаю.

Следуя указаниям старшего мужчины, Юншин нехотя направился к лифту, но ему не нравилось оставлять Сехона позади. Сделав несколько шагов на обратном пути, он обернулся. Пройдя ещё немного, он оглянулся снова. Сехон смотрел, как возлюбленный в больничном халате машет рукой, пока тот не скрылся в вестибюле. Когда Юншин покинул поле зрения, улыбка мужчины погасла.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 348 - Сайд-стори 3: Это не конец. Неудачное время

Сехон взглянул на наручные часы, понимая, что потратил больше времени, чем предполагал, помогая Юншину с уборкой. Когда он уже собирался сесть в машину, его охватило назойливое ощущение. Мужчина обернулся, осматривая местность, откуда донёсся шум. Однако он был встречен лишь зловещей тишиной, похожей на затишье перед бурей.

Его инстинкты, острые, как всегда, трепетали. Почувствовав что-то неладное, он решил, что разумно расследовать это более тщательно. В обычной ситуации тот, кто стал причиной того беспорядка, уже бы показал себя к настоящему моменту. Его затянувшееся появление вызвало у Сехона подозрения, побудив его глубже изучить этот вопрос.

Сопротивляясь желанию счесть ситуацию пустяком. Сехон закрыл дверь машины и направился в сторону источника шума. Но прежде чем он успел сделать ещё один шаг, его телефон завибрировал, прервав дальнейшее продвижение. Он ответил с нескрываемым раздражением в голосе:

— Что на этот раз?

— Это секретарь Так. Вы в пути? Ситуация срочная. Его состояние ухудшилось.

Сехон вздохнул, нахмурив лоб от напряжения. Крепко сжав телефон, он ответил:

— Где адвокат Сон? Ушла? Она должна остаться. Мы выработаем стратегию и будем действовать соответственно. Сообщи ей, чтобы она оставалась у себя.

— Она всё ещё здесь, но в состоянии паники. Жду ваших указаний. Похоже, пресса пронюхала. Стоит ли беспокоиться об уровне везения нашей фирмы в этом году?

— Следи за языком. Передай адвокату Сон, чтобы сохраняла самообладание. Я скоро буду.

Завершив разговор, Сехон метнул взгляд к колонне. Не заметив ничего неладного, он повернулся обратно к своей машине. Под внешним спокойствием кипело раздражение. Когда Сехон умело выезжал с подземной парковки, скрип его шин постепенно затихал вдалеке.

Мгновения тянулись, словно то была вечность.

В укромном уголке VVIP стоянки, погружённой в тишину, раздался резкий звук удара о землю.

Он исходил из того самого места, которое намеревался исследовать Сехон.

Прижав руку ко рту, Игён прислонилась к колонне, её силы иссякли, и она рухнула на бетон. Оставив всякую видимость изящества, её лицо горело от смущения. Хотя она всегда излучала элегантность, сейчас она оказалась на грани краха.

Пока женщина отчаянно искала на полу термос с супом, который приготовила для Юншина, её пальцы дрожали от попыток сдержать уже начавшийся хаос.

Одновременно охваченная отчаянием, она поняла – пути назад нет.

* * *

Сехон занимал край своего заваленного стола, окружённый грудой папок. Его взгляд метнулся к Михи, которая расположилась на подлокотнике ближайшего дивана.

Михи, лихорадочно носившаяся везде, чтобы оценить ситуацию, наконец нашла возможность передохнуть у Сехона в офисе. Несмотря на демонстрируемую им непоколебимость, она чувствовала, как тяжесть напряжения давит на него. Подняв голову, истощённая и нервничающая Михи не могла сдержать бурлящий внутри неё поток эмоций. Нервно ковыряя кожу вокруг ногтей, она разразилась тирадой, а голос её балансировал на грани истерики.

— Не смотри так на меня. Я знаю, мне пора успокоиться! Просто не могу ничего с этим поделать! — воскликнула она с оттенком отчаяния.

Сехон ответил с нотками цинизма:

— Даже если не можешь, ты должна.

— Почему сейчас? Это решающий момент для нашей фирмы – как он мог так всё разрушить? Такой безрассудный поступок со стороны младшего... Мы неустанно работали над стабилизированием нашей структуры совместного руководства. Что ещё я могла сделать? Я его оттолкнула? Мы были всего в шаге от того, чтобы занять первое место в отрасли, и это предательство... — её голос затих от разочарования.

Сехон скрестил руки на груди и понимающе покачал головой.

— Ты не могла бы сделать больше. Он опытный юрист, думаешь, он действовал, не задумываясь о последствиях? Он намеренно саботировал нас, затягивая в пучину хаоса. Но мы не можем себе позволить остановиться на этом. Нужно собраться с силами и пройти это испытание.

— Поверь, я именно это и хочу сделать! — воскликнула Михи.

Младший юрист Догук предпринял попытку самоубийства и был обнаружен в своём доме всего несколько часов назад. Несмотря на то что, когда полиция связалась с Догук, пациент находился в критическом состоянии, он трагически скончался в отделении неотложной помощи.

Хотя такие происшествия не были чем-то необычным, они всегда вызывали глубокую печаль. Ни одно место работы, независимо от размера или отрасли, не может полностью отгородиться от суровой реальности борьбы за психическое здоровье.

Тот адвокат оставил в интернете предсмертную записку, полную провокационных и сенсационных формулировок. Это превратило ситуацию из личной трагедии в публичное зрелище, гарантируя, что забыть её будет нелегко.

Записка, типичная для юридической прозы, была многословной и полной обид. Автор сетовал на свою огромную рабочую нагрузку и выражал разочарование, что директор Кан Сехон не обращал на него внимание и редко предоставлял возможности для общения. Он также подробно рассказал, что чувствовал себя отверженным коллегами, и, несмотря на обращение к директору Сон, ситуация не улучшилась, а только обострилась. Все его обвинения были направлены непосредственно на Догук, которая и так уже оказалась под пристальным вниманием общественности из-за затруднительного положения Юншина. Чрезвычайно неподходящее время.

— Он обращался за советом к тебе, когда столкнулся с отвержением и изоляцией со стороны коллег?

— Да.

— Каков был твой ответ? Он задокументирован?

— Нет, но я помню свои действия. Я оказала ему особое внимание, даже поручила руководителю группы поддержать его. Это необычно для директора взаимодействовать с младшим юристом вне официальных встреч, но время от времени я была его наставником.

— Этого было более чем достаточно.

— Это именно то, о чём я говорю. Что ещё я могла сделать? От меня ждали, что я ему мамочкой стану? Это не школа – я не могу упрекать его сверстников за то, что те его исключили. Возможно, мой подход был ошибочным, но заслужила ли я предательство? Даже от адвоката До!.. — Михи сделал паузу, собираясь с мыслями.

Сквозь поднятые жалюзи она наблюдала, как суетятся секретари с вечера четверга до утра пятницы. Вспомнив совет Сехона, она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем спокойно продолжить.

— Даже когда адвокат До страдал в одиночку, я не могла предложить ему и половины той поддержки, которую оказала этому младшему юристу. Знаю, ты не из тех, кто заботится о других. Я подумала, что мне стоит вмешаться, но не смогла избавиться от осознания нашего окружения.

— ...

— Ух... когда репортёры тыкали мне камерами в лицо, я не смогла контролировать выражение лица. Когда встретишься с ними позже, постарайся выглядеть мрачным.

Сехон был озадачен.

— Как я могу выглядеть опечаленным, если мне совсем не грустно?

— Нельзя, чтобы нас обоих изображали психопатами!

— Это не такая большая проблема. Это убедительно, но несвоевременно. Покойный адвокат не был высококлассным, а мы не социальные работники. Если поднимем шум, будет казаться, что нам есть что скрывать. Просто веди себя тактично. Не переусердствуй.

Обычно спокойная Михи не могла сдержать своего недовольства.

— Тогда расскажи мне свой план. Я так зла, что не могу здраво мыслить!

— Когда я просматривал его медицинскую карту, заметил, что однажды ему прописали антидепрессанты. Ещё он сильно пил, так что давай свяжем случившееся с этим. Тревога, депрессия, бредовое расстройство, самоубийство – всё это потенциальные последствия алкоголизма. Акцентируй внимание на его хронической депрессии и переключи фокус с его смерти на него самого.

Сехон оставался равнодушным, его поведение не изменилось. Михи настороженно выслушала его план, чувствуя себя ошеломлённой. Хотя она и знала, что Сехон надёжный и последовательный, в ней зародилось небольшое семя сомнения, она опасалась, что однажды он может обратить свой холодный взгляд на неё.

— Как из одного рецепта можно сделать вывод о хронической депрессии? И как любовь к выпивке становится зависимостью?

— Почему нет? Чувствуешь вину за сфабрикованную историю? Ты не хуже меня знаешь, что другого выбора нет. Если ты к такому не готова, можешь принять удар на себя. С Догук я сам разберусь, спасибо.

— Это жестоко.

— Давай нанесём визит в похоронное бюро по отдельности. Я пойду утром, а ты последуешь позже. Я привлеку к себе внимание, после чего вечером пригласим наших репортёров, чтобы они запечатлели, как ты утешаешь членов семьи.

Решение Сехона казалось наиболее практичным на текущий момент. В подобных ситуациях общественное мнение имело большее значение, чем юридические обязательства. Они не несут никакой юридической ответственности перед умершим, но могут столкнуться с моральным осуждением. Правда не имела большого значения, общественность была потрясена сенсационным содержанием предсмертной записки и вряд ли поверила изысканной защите Догук.

Михи, чьё самообладание восстановилось после кратковременного приступа ярости и предательства, посмотрела на Сехона со смесью восхищения и удивления во взгляде.

— Иногда я задаюсь вопросом, может ли хоть что-то заставить тебя потерять самообладание. Возможно, если адвокат До пропадёт? Может, это наконец пошатнёт могучего Кан Сехона?

Сехон был недоволен, что Михи упомянула Юншина в их разговоре. Он пристально посмотрел на неё, но воздержался от последующих комментариев. Вместо этого мужчина отметил:

— Он не исчезнет.

— Так всё-таки вы живёте вместе?

— Я обдумываю это. Я собираюсь покурить. Мне открыть для тебя окно?

Казалось, Михи была на грани того, чтобы заговорить, но остановилась, и с её губ сорвался вздох, когда она кое-что поняла. Адвокат Сон знала, что Сехон прибегает к сигаретам, только когда его отягощает стресс. Она махнула рукой, давая знать, что не нужно открывать окно, а затем осторожно произнесла:

— Боже мой... Ты серьёзно? Ваши здания и так рядом. Почему так внезапно передумал?

Сехон зажёг сигарету, зажатую меж губ.

Он выдохнул, и дым смешался с едкой дымкой обгоревших табачных листьев.

По мнению Михи, это решение казалось внезапным, но Сехон уже какое-то время размышлял об этом. Он обдумывал все «за» и «против», но до сих пор не приходил к какому-то выводу.

Сехон доверял Юншину, но питал сомнения насчёт долговечности любви. Слишком часто становясь свидетелем самых тёмных граней человечества, он не мог безоговорочно принять любовь. Поэтому он боролся с противоречивыми эмоциями. Если их отношения столкнутся с трудностями в будущем, сможет ли Юншин выдержать этот шторм? Мог ли Сехон терпеливо ждать, не перекрывая ему кислород?

На данный момент они наслаждались отдельными жилыми помещениями и могли свободно посещать друг друга по собственному желанию – укрытие всегда было в зоне досягаемости. Но сожительство уничтожит путь к отступлению. Сехон стремился к этому ради блага молодого человека, обеспечивая ему простор для манёвра.

Теперь же Сехон не собирался позволять Юншину ускользнуть.

Даже если настанет день, когда Юншин не сможет его выносить, старший мужчина не допустит мысли о расставании.

Это было эгоистичное стремление Сехона, скрытое под маской доброжелательности и заботы.

После несчастного случая с Юншином, мужчина почувствовал грызущий страх, который заставлял его обеспечить юноше самые безопасные и защищённые условия, которые он мог представить. В тот момент его решение укрепилось. Юншин не мог исчезнуть, словно морская пена, из его поля зрения.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 349 - Сайд-стори 3: Это не конец. Антагонист

— Это внезапное решение. Как бы то ни было, сообщаю тебе, что мы освободим оба помещения. Подумал, что тебе следует знать, — заявил Сехон.

Стремление Сехона к стабильности в жизни намекало на его длительное пребывание в Догук, что привело Михи в восторг. Несмотря на его роль содиректора, она всегда опасалась, что мужчина может покинуть фирму. На миг на её лице появилась довольная ухмылка, но она быстро подавила её, осознав неуместность переключения внимания на личные дела Сехона. Она придала своему лицу каменное выражение.

— Ты делаешь это специально, не так ли? Потому что я не могу приказывать тебе? — спросила Михи.

— Как бы ты ни старалась, я не буду у тебя под каблуком. И да, я говорю тебе это намеренно, — подтвердил Сехон.

— Как ни странно, но чувствую облегчение. Полагаю, я опустилась на самое дно. Не уверена, врождённое это или адаптивное, — призналась Михи.

Сехон на мгновение растерялся, даже его пальцы, державшие сигарету, казались озадаченными.

— Ты имела в виду: «ты тоже»?

— Ты знаешь, что я имею в виду. Ранее я не понимала твою точку зрения, но теперь понимаю. Это не печаль, а раздражение. Я ненавижу тот факт, что беспокойство о тщательной проверке моих действий, как руководителя, превосходит печаль от потери молодого юриста. Как я стала такой? Казалось, во мне больше сострадания, чем в тебе.

Юридическая фирма напоминала тюрьму с открытыми воротами – свобода уйти, но повиснет клеймо дезертирства, омрачающее карьеру. Это было характерно не только для Догук: во всех ведущих юридических фирмах страны была доля юристов, заканчивающих жизнь самоубийством.

Беда всегда маячила перед глазами, готовая обрушиться без предупреждения. Наблюдая за непоколебимым самообладанием Сехона, Михи, наконец, пришла в себя. Она поднялась с подлокотника, поправила свой наряд и блузку, наблюдая, как Кан тушит сигарету.

— Спасибо, и я приношу извинения за то, что выбрала тебя на роль антагониста. Твоя уверенность в дальнейших действиях заставила меня почувствовать твёрдую почву под ногами, — сказала Михи.

— Я рад, что ты перестала жаловаться. У меня было искушение выгнать тебя, — пошутил Сехон.

— Теперь, когда ко мне вернулось самообладание, я, пожалуй, пойду. Увидимся на встрече. О, партнёры, вероятно, захотят использовать ситуацию с адвокатом До в медиа-битве. Как ты планируешь их отвлечь? Посвяти меня, — спросила Михи.

Сехон, собиравшийся вернуться за свой стол, когда адвокат Сон, казалось, собралась уходить, остановился, услышав её вопрос. Он серьёзно посмотрел на неё.

Сехон предвидел желание исполнительного совета использовать инцидент с Юншином, прежде чем какое-либо расследование могло бросить тень на репутацию Догук. Поскольку адвокат До ещё не сделал заявления после аварии, таблоиды начали предполагать, что это была месть, организованная бывшим партнёром До Игён.

Учитывая положительный имидж Юншина в обществе, кто-нибудь неизбежно предложил бы изобразить его невинной жертвой – уловка, чтобы быстро завоевать симпатии публики. Михи, вероятно, подняла этот вопрос, зная, что Сехон защищает Юншина, когда дело касается возлюбленного.

— Я не хочу, чтобы Юншина втягивали в попытку подчистить за мной, — твёрдо заявил Сехон.

— Я тоже не хочу использовать его в качестве прикрытия. Вот почему и спрашиваю. Эти старейшины будут утверждать, что фирма сделала для Юншина всё возможное.

— Что именно сделала для него Догук? Они предоставили ему ссуду за моей спиной?

— Если у тебя нет решения, я подумала, что на этот раз возьму вину на себя. Чтобы ты не чувствовал себя обязанным или испытывал дискомфорт, я делаю это добровольно. Не ради тебя, а ради адвоката До.

— Что такого связывает тебя с До Юншином, что заставляет тебя взять на себя роль злодея?

— Я твой давний друг.

Сехон помолчал, а затем криво усмехнулся.

— Не понимаю, как работает твоя логика.

— Я расцениваю это как зелёный свет. Увидимся позже, — сказала Михи.

Уходя, Михи что-то пробормотала себе под нос, размышляя о том, не отдала ли она свой чёрный костюм в химчистку и где он находится. Сехон, владелец офиса, вздохнул про себя.

Пусть и неуловимо, До Юншин повлиял на многие аспекты жизни Сехона. Всего несколько мгновений назад мужчина хотел заверить Михи, что она не виновата в смерти адвоката. Он ощущал, как её чувство вины перерастает в гнев. Когда-то не доверявший никому, Сехон теперь поддерживал с Юншином отношения «старший-младший», основанные на дружбе и доброжелательности, и осознание этого заставляло его чувствовать себя несколько смущённым.

Сехон прищёлкнул языком и повернулся, чтобы достать свой рабочий телефон.

Поднеся трубку к уху, секретарь Так быстро ответил.

— Да, сэр. Я видел, как директор Сон уходила. Вы провели с ней продуктивную дискуссию? Каковы наши дальнейшие действия?

— Я расскажу тебе о деталях после совещания с руководством. Мы стараемся держаться в тени и воздерживаемся от драматических действий, поэтому позаботься о том, чтобы младшие юристы и сотрудники сохраняли спокойствие. Донеси это до всех, кто вовлечён прямо или косвенно.

— Итак, вы предлагаете, чтобы, помимо официальной позиции фирмы, мы вообще не обсуждали это дело?

— Именно так. Если кто-то из сотрудников даёт интервью, заявляя о тесных связях или о чём-то подобном, с ним покончено. У нас нет недостатка в юристах, и мы можем легко заменить тех, кто болтает без умолку. Убедись, что они это понимают.

— Понятно. Я подчеркну этот момент.

— Кроме того, незаметно добудь запись с камер наблюдения на парковке VVIP Университетской больницы Хангук. В частности, за прошлую ночь, около 11:38, продолжительностью 10 минут.

Это указание, казалось, не имело отношения к ситуации в фирме, что озадачило секретаря Така.

— Видеозапись с камер наблюдения? Возможно, получить видеозапись с VIP-камеры было бы проще. Но VVIP-камера – другое дело, и они, возможно, не решатся её обнародовать. Если кто-то из пациентов VVIP узнает, что видеозапись просмотрела третья сторона, они могут поднять вопрос о конфиденциальности. Что, если на меня подадут в суд?

— Вот почему конфиденциальность имеет решающее значение. Это личное дело, поэтому держи его в секрете от фирмы. Местоположение... — Сехон представил себе область, где он услышал шум, и рассчитал координаты. — B19, четвёртая автостоянка, за колонной. Там должна быть камера, направленная в ту сторону. Можно увидеть стеклянные двери вестибюля сбоку. Любой, кто там окажется, попадёт в поле зрения камеры.

Секретарь Так вздохнул.

— Если на меня подадут в суд, вы будете представлять мои интересы?

— Мне не нужен секретарь, который не может сохранить всё в тайне и избежать поимки. Если ты облажаешься, и на тебя подадут в суд, ты лишишься позиции секретаря директора юридической фирмы. Это самое малое, что ты можешь сделать после всех усилий, которые я приложил, чтобы повысить тебя как самого молодого главного секретаря в истории нашей фирмы, выступив против этих упрямых старых динозавров.

Прежде чем секретарь Так смог ответить, Сехон прервал разговор.

Самый молодой секретарь, сидевший по другую сторону окна кабинета Сехона, пожал плечами и жестом указал на телефон, спрашивая, не следует ли ему перезвонить. Сехон отказался, закрыв жалюзи в своём кабинете.

Оставшись один в своем кабинете впервые с тех пор, как вернулся в здание фирмы, Сехон наконец расслабился в кресле, чувствуя, как с каждым вздохом напряжение покидает его тело.

Не так давно мужчина, как и другие партнёры, отстранённо наблюдал за развитием событий со стороны. Если бы Михи нуждалась в его помощи, он помог, когда его попросили, но не проявлял инициативу самостоятельно. У него не было времени беспокоиться об имидже фирмы. Адвокат Кан предпочитал посвящать это время работе. Но сейчас он был занят больше, чем когда-либо, глубоко вовлечённый как во внутренние, так и во внешние дела фирмы.

Каждый день казался ему испытанием, поскольку он тщательно соблюдал хрупкий баланс между работой и политикой.

Молодой человек внимательно наблюдал за Сехоном, и тот был уверен, что Юншин чувствует его трудности. Возможно, именно поэтому возлюбленный поощрял мужчину, чтобы больше полагаться на него в трудные времена.

Сехон обдумывал каждое слово Юншина, впитывая его утешения.

Предстоящая встреча, назначенная через час, обещала быть продолжительной. Сехон подумал было позвонить Юншину хотя бы для того, чтобы услышать его голос, но передумал, так как было уже поздно.

«Он, вероятно, всё равно появится на работе позже», — размышлял Сехон.

Хотя Сехон предупредил Юншина, чтобы он вернулся на работу на следующей неделе, его внезапный уход не позволил Юншину прислушаться к совету. Хотя юноша обычно строго следовал инструкциям Сехона, мужчина знал, что, если ему дать шанс, Юншин поступит так, как ему заблагорассудится. Расшифровка мотивов Юншина оказалась более сложной задачей, чем он ожидал. Он принял это так же, как принял тот момент, когда влюбился. Юншин, вероятно, чувствовал то же самое.

Сехон всё ещё не привык ассоциировать конкретного человека со своим эмоциональным и умственным истощением. Тем не менее это не было неприятным чувством.

Он скучал по Юншину.

Чувствуя себя немного неловко из-за желания увидеть молодого человека, несмотря на их недавнее общение, Сехон потёр лицо и откинулся на спинку стула.

Перевод: Alastriona

Редакт: Uroboros

Глава 350 - Сайд-стори 3: Это не конец. Рано на работу

Собрание, начавшееся на рассвете, закончилось только когда солнце было уже высоко. Хотя повестка дня была краткой, дебаты по этим немногочисленным темам были напряжёнными. Как и ожидалось, двое из исполнительных директоров предложили использовать Юншина. Михи умело отражала все нападки по этому поводу. Размышляя об этих моментах, Сехон в очередной раз поразился обороне адвоката Сон. Он покачал головой, шагая по коридору.

Сотрудники, которые были ранними пташками, с напряжёнными лицами выстроились в очередь, чтобы поприветствовать его. Новость о смерти, должно быть, дошла до них. Секретарь Так быстро последовал за Сехоном, придерживая дверь в его кабинет открытой. Оба мужчины были одеты в чёрные костюмы. На секретаре Таке был чёрный галстук, в то время как Сехону ещё предстояло завязать свой собственный.

— Директор, машина для вас готова. Я только что получил протокол совещания, и секретарская группа планирования готовит уведомление для внутреннего распространения, — сообщил секретарь Так.

— Вы договорились с юристами-партнёрами?

— Да, я подумывал о том, чтобы разделить их поровну между вами и директором Сон.

— Нет, они все должны сопровождать меня. Директор Сон пойдёт одна. Это будет выглядеть более искренне, если она пойдёт одна, тихо. Я приму любую критику в адрес того, что мы пытаемся уйти от ответственности, подняв большой шум с утра пораньше, в то время как директор Сон предложит утешение семье и пообещает адекватную финансовую поддержку и компенсацию.

— Вы предлагаете действовать по принципу «хороший полицейский» и «плохой полицейский»? А что насчёт прессы...

— Они, скорее всего, весь день будут дежурить на улице. Убедись, что адвокат Сон тщательно проинструктирована до ухода. Она упомянула, что ей не удалось скрыть свои эмоции во время утреннего интервью, поэтому мы должны отнестись к этому деликатно. Распространи фотографии, на которых она выглядит убитой горем. Да, и поменяй её автомобиль на отечественный, седан среднего размера. Это важно.

— Но она директор одной из крупнейших юридических фирм в стране. Не было бы более уместно, если бы она воспользовалась своим личным автомобилем? Мы всё ещё должны поддерживать её достоинство, — вмешался секретарь Так.

Сехон остановился, заставив секретаря Така остановиться рядом с ним. Стоявшие рядом руководители и служащие напряглись.

— Ты знаешь стоимость её машины? — спросил Сехон.

— Я не уверен. Секретариат директора Сон занимается этим... Но я знаю, что она довольно дорогая. Разве это не был подарок от вас в знак признательности за её помощь в последнем деле о поглощении? — ответил секретарь Так.

— Значит, ты не в курсе. Позволь ей взять её машину, и ты узнаешь из статей позже. Люди будут обсуждать цену её роскошного автомобиля, сколько штук было ввезено в страну, кто ей его подарил – возможно, даже то, сколько я заплатил налогов на дарение.

Секретарь Так сделал паузу.

— Я уверен, что мы сможем найти для неё седан отечественной марки. Когда вы уезжаете?

Сехон взглянул на часы, когда, наконец, вошёл в свой кабинет. Выглянув в окно, он заметил, что уборщики уже пришли и ушли, оставив жалюзи открытыми. Естественно, он мог видеть силуэт мужчины в кабинете напротив.

Настоящая причина, по которой Сехон сопротивлялся смене кабинета, несмотря на настойчивые уговоры Михи, заключалась в том, что ему нравился этот вид со стороны. Он утверждал, что дело было в том, что ему нравилась нынешняя расстановка мебели, но он знал, что это всего лишь отговорка, далёкая от истины.

Юншин разговаривал по телефону, по-видимому, утешая кого-то на другом конце провода. Он слегка привстал со своего места, затем снова сел, лихорадочно просматривая документы в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь его клиенту. В такие моменты глаза Юншина искрились энергией. Сехон наблюдал за активными движениями молодого человека, прежде чем снова закрыть жалюзи.

— Как рано он пришёл? — спросил Сехон у своего секретаря.

— Около сорока минут назад.

Юншин, должно быть, так и не смог снова заснуть. Сехон ожидал этого, но надеялся, что тот немного отдохнёт. Юноша, как правило, действовал в соответствии с ожиданиями Сехона, одновременно противореча им.

— Я непреднамеренно создал себе проблему. Я уйду через тридцать минут. Сообщи Юншину, чтобы он зашёл в мой кабинет, как только закончит разговор.

— Понял, — ответил секретарь Так, выходя и закрывая за собой дверь.

Сехон направился к шкафу в дальнем конце своего кабинета. У большинства сотрудников фирмы в шкафу были костюмы на все случаи жизни. Сехон выбрал галстук цвета бездны и положил его на свой стол, задумчиво разглядывая.

Время шло, и вскоре в дверь его кабинета постучали.

По приглашению Сехона Юншин осторожно просунул голову в дверную щель. Звонок Юншина закончился как раз вовремя.

— Директор, вы звали? — спросил Юншин.

— Я вижу, вы вернулись к работе, адвокат До Юншин. Ты, должно быть, приехал прямо из больницы, — с улыбкой заметил Сехон.

Юншин неловко улыбнулся в ответ, слегка запинаясь на словах.

— О, э-э-э… Поскольку ты вчера дал мне разрешение...

— К чему эти колебания? Чувствуешь себя виноватым? — поддразнил Сехон.

— Твоя саркастическая доброта весьма эффективна...

— Я сказал «на следующей неделе». Возможно, ты путаешь эту неделю со следующей. Может, начнём с проверки твоего словарного запаса или грамматики?

— Я... волновался, — признался Юншин.

— Да, я недооценил тебя. Заходи, — пригласил Сехон без всякого разочарования, как будто предвидел его действия.

Затем он отвёл взгляд.

Юншин закрыл за собой дверь, и его взгляд упал на галстук, лежащий на столе Сехона. Не обменявшись ни словом, они оба поняли, что сейчас начнётся молчаливый ритуал.

Проскользнув между стулом Сехона и столом, Юншин усадил его на край стола. Мужчина подчинился, и вскоре они оказались лицом к лицу. Юншин аккуратно обернул галстук вокруг шеи Сехона, заботливо завязывая его. Его взгляд был серьёзным, когда он затронул сложную тему.

— Атмосфера в фирме напряжённая. Я сразу понял, почему ты ушёл, не поставив меня в известность, — начал Юншин.

— Рано или поздно ты бы всё равно узнал, однако я надеялся, что прошлой ночью ты смог спокойно спать. Но, похоже, тебе это не удалось, — заметил Сехун.

— В этом нет ничего нового. В последнее время я плохо сплю, особенно без тебя рядом...

— Юншин, могу я поделиться с тобой секретом?

— Каким?

— Иногда посреди ночи я просыпаюсь и протягиваю руку, чтобы пощупать пространство рядом со мной на кровати.

Пристальный взгляд Сехона изучал лицо Юншина, выражая искренность его слов.

Юншин не был готов к такому романтическому признанию со стороны Сехона.

Почувствовав прилив эмоций, молодой человек сжал кулаки. Он всегда жаждал привязанности Сехона, но теперь, когда тот выражал свои чувства, Юншин не знал, как ответить. Вместо того чтобы скрыть своё удивление, он притянул Сехона к себе за галстук. Юноша застенчиво улыбнулся, и это оказалось заразительно, вызвав нежную улыбку на губах партнёра. Наклонившись вперёд, Сехон нежно поцеловал Юншина в губы.

Когда Сехон отстранился, Юншин, разочарованный тем, что момент закончился, на этот раз сам наклонился и поцеловал его. Когда их губы встретились, юноша умело закончил завязывать узел галстука, прежде чем отступить.

— Похоже, что каждая команда будет по очереди выражать соболезнования. Те, кто не сможет прийти, внесут пожертвования в фонд соболезнований, а те, кто придёт, передадут деньги во время своего визита. Я только что прочитал это в протоколе собрания, — сообщил Юншин.

— Учитывая, что ты олицетворяешь посетителей, я полагаю, ты пойдёшь?

— Это удивительно? Честно говоря, я никогда не встречался с покойным.

Фирма была крупной, и работа была разделена на разные отделы и команды. Пути членов разных команд редко пересекались, если только они не сотрудничали в одном проекте.

— Кто может помешать тебе вмешиваться? Поступай, как знаешь, — ответил Сехон.

Юншин не смог скрыть своего восторга, хотя и попытался сдержать улыбку.

Предвидя этот жест, Сехон протянул Юншину руку. Тот схватил протянутую руку и закатал рукав. Он осторожно распаковал пластырь и приложил его к следу от укуса на запястье Сехона – эту отметку мужчина оставил себе сам, пытаясь не навредить Юншину.

Молодой человек похлопал по пластырю, показывая, что его лечение завершено. Сехон поднёс запястье поближе, чтобы рассмотреть узор. Он оказался ещё более необычным, чем он ожидал.

— Ты пробрался в педиатрическое отделение? Зачем выбирать такой причудливый узор? — Сехон явно забавлялся.

— Тебе это ничего не напоминает?

— Например, о чём? О дне твоего свидания вслепую? — поддразнил Сехон.

Это воспоминание позабавило Сехона, но Юншин покачал головой, показывая, что это не тот ответ, который он искал.

— Возможно, ты имеешь в виду тот день, когда, как я уже говорил, мы впервые поцеловались?

— Наш первый поцелуй? Разве это не было в галерее на цокольном этаже нашего жилого комплекса? — спросил Сехон.

— Насколько я помню, нет. Это было на корпоративном ужине, — поправил Юншин.

— По моим воспоминаниям, это не так. Я отчётливо помню, что в тот раз наши губы не соприкасались, — возразил Сехон.

Юншин поднял руку, словно собираясь игриво шлёпнуть Сехона, но, вспомнив о своём повреждённом бедре, остановился на полпути. Из-за этого он потерял равновесие, и Сехон быстро протянул руку, чтобы подхватить его и притянуть к себе, не позволив ему удариться о стол. В итоге Юншин прислонился к плечу Сехона, затем медленно выпрямился и встретился с ним взглядом.

В момент молчаливого согласия они оба наклонились для поцелуя.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 351 - Сайд-стори 3: Это не конец. Утрата

— Вам, должно быть, предстоит напряжённый день, директор Кан, — заметил Юншин.

— Да, и я должен крепко тебя обнять, когда мы будем спать сегодня. Увидимся позже в здании А, — ответил Сехон.

— О, точно. Нам ведь больше не обязательно спать в отдельных помещениях, не так ли? Не отрицай, раз я теперь официально выписан. Я сообщил сестре и освободил больничную палату.

— Да, увидимся дома, — сказал Сехон. — А, кстати говоря, наше жильё...

— Хм? Жильё?

Всё сказанное Сехоном всегда вызывало у Юншина интерес. Юноша моргнул со сверкающим в его глазах любопытством, безмолвно призывая мужчину продолжить. Сехон пересмотрел своё прошлое отношение к тому, чтобы рассказать об этом Юншину, но решил, что сейчас неподходящее время для обсуждения их личных дел. Возможно, он хотел увидеть искреннее счастье Юншина, когда он наконец поделится принятым решением.

— Неважно. Давай обсудим это позже.

— Почему ты остановился на середине предложения? Я хочу знать.

— Я скажу, если ты согласишься, что наш первый поцелуй произошёл в галерее нашего жилого комплекса.

— ...

Юншин с неохотой поджал губы. Раз Сехон сказал, в конце концов он поделится этой историей, и при таком раскладе Юншин не чувствовал необходимости давить дальше. В качестве маленькой мести юноша поправил галстук собеседника и выпрямился. Сехон поддержал его, чтобы не допустить травм. Мягко поправляя ткань чёрного костюма возлюбленного, молодой человек надулся.

— Ты не должен выглядеть таким красивым в траурной одежде. Я начинаю нервничать, когда ты выходишь на публику.

Старший мужчина не ответил, не зная, сможет ли Юншин понять, что он тоже искренне обеспокоен. Их молчание затянулось. Хотя такие мирные моменты были для них обычным делом, это молчание было другого рода.

Не желая расставаться, Юншин спросил:

— Сехон, о чём ты только что подумал?

— Я ни о чём не думал.

— Ты знаешь, как это делать?

— Знаю. Я просто любовался тобой, человеком, который мне нравится, До Юншин.

Удивление и восторг промелькнули во взгляде юноши.

Незаметно для Юншина Сехон ненадолго задумался о своём предложении жить вместе.

Когда будет лучшее время и место, и какие слова идеально подойдут, чтобы привести Юншина в восторг?

И почему Сехон так доволен тем, что простые радости стали смыслом его жизни?

Одна мысль вела к другой, и Сехон понял, что его жизнь вращается вокруг Юншина. Когда он признал это, страстный взгляд старшего адвоката проследил за чертами юноши, задерживаясь на нежной коже, скрытой под рубашкой.

— Сехон? — вздрогнул от удивления Юншин.

Пусть их кожа не соприкасалась, расстояние между ними казалось мучительным. Молодому человеку очень хотелось предложить Сехону углубить их близость, отдаваясь ему полностью.

Всё это из-за того, что глаза возлюбленного завораживали его.

Юншин больше не мог терпеть.

Их коллега только что скончался, а они всё ещё даже не посетили похороны. Юншин не мог позволить собственным желаниям сдерживать партнёра, не столько ради себя, сколько ради Сехона. Старший мужчина был занят со вчерашнего вечера и будет занят до конца дня. Юншин поспешно отошёл назад, легко ступая, демонстрируя, что с его ногой всё в порядке.

— Мне не стоит задерживаться здесь дольше. Удачной поездки. Увидимся позже!

— Если кто-то заметит, и это поставит мой авторитет под угрозу, это будет на твоей совести.

Сехон взглянул на пластырь на собственном запястье. Юншин махнул рукой, принимая на себя ответственность, и выскользнул из офиса.

Дверь захлопнулась, но Юншин крепко ухватился за ручку, и его жизнерадостный вид улетучился. Он взглянул на табличку с именем на двери офиса Сехона, и его отражение в ней демонстрировало беспокойство, выгравированное на лице юноши. Раньше он не до конца понимал вес положения Сехона, но в последнее время, нравилось ему это или нет, он не мог не осознавать реальность.

Сехон стал меньше спать, его нагрузка увеличилась, а груз ответственности в компании стал тяжелее. И теперь Сехон нуждался в Юншине. Он искал встречи с молодым человеком, прежде чем столкнуться со смертью другого коллеги. Директор Кан был стойким и гордым, никогда открыто не просил о моральной поддержке, но Юншин, тем не менее, всё чувствовал. До сих пор его партнёр нёс бремя своих обязанностей в одиночку, но теперь он полагался на поддержку Юншина.

Хоть он и рад быть рядом для Сехона, Юншин чувствовал целый вихрь эмоций. Ему хотелось сделать для него нечто большее, чем просто поправить галстук, приклеить пластырь и вызвать на лице улыбку. Молодой человек был единственным, кто мог разгадать безмолвную просьбу Сехона о помощи, и он жаждал помочь всем, что было в его силах.

«Должно быть что-то, что я могу сделать», — подумал он.

Юншин был на пути в свой кабинет, когда вдруг сменил направление. Он направился к окну в коридоре, откуда дул не по сезону влажный ветер. Посмотрев вниз, молодой человек увидел толпу репортёров, жаждущих войти в главные двери фирмы. Их заявления несли в себе тон упрёка. Должно быть, им казалось, что Догук действительно была эксплуататорской юридической компанией, как и утверждал в своей предсмертной записке покойный адвокат.

Как говорят, месть – это блюдо, которое лучше всего подавать холодным. Юншин часто размышлял над значением этой фразы. Когда он готовился к судебному разбирательству, то согласился с этой мыслью. Он чувствовал расчётливое терпение и чёткость в завещании покойного адвоката, которое распространилось в интернете со скоростью лесного пожара и привело к этому краху. Также в тех словах он мог уловить скрытое желание падения Догук.

Конечно, в итоге этот шторм пройдёт. Как только изначальный пыл утихнет, новости потеряют свою сенсационность, и всё вернётся на свои места. Догук слишком укоренилась в экономических интересах, чтобы смерть одного человека могла привести к его свержению. Тем не менее в процессе неизбежно пострадают обе стороны.

Отбросив беспокойство, Юншин уже собирался вернуться в свой кабинет, но заметил в коридоре знакомую фигуру, которая помахала ему, когда они поравнялись.

— Адвокат До! Как вовремя.

— Руководитель команды? Почему вы просто мне не позвонили?

— Мне нужно было поговорить с вами лично. Это срочно. У вас будет минутка?

В подтверждение срочности руководитель команды по семейному праву осмотрительно огляделся вокруг, проверяя, нет ли посторонних глаз. Для руководителя группы было нормально разговаривать с членами своей команды, но его поведение показалось Юншину подозрительным. Указав на свой кабинет, он предложил:

— Может, нам переместиться?

— Ну, мы переместимся, но не в ваш кабинет. Наверх.

— Наверх?

— Старшие юристы хотят вас видеть.

— Меня?.. Зачем?

— Я не могу разглашать детали здесь, мне поручено незаметно сопроводить вас. Вам нужно услышать всё лично. Пойдёмте.

Озадаченный Юншин почти инстинктивно оглянулся. В фирме кипела деятельность, сотрудники усердно выполняли свои задачи, несмотря на поздний час. Все, казалось, были поглощены немыслимым числом внешних факторов, гарантирующих, что впереди их ждут долгие и трудные дни.

Взгляд Юншина на мгновение задержался на офисе Сехона, но он знал, что у него нет другого выбора, кроме как откликнуться на встревоженный призыв лидера его команды и проследовать за ним.

Действие 4

Время было позднее, далеко за полночь, и похороны шли уже второй день.

Сехон сопроводил нескольких партнёров и сотрудников в похоронное бюро. Это была первая публичная реакция Догук на трагедию, поэтому к Сехону были прикованы все взгляды. Его изображение транслировали по новостям, освещая мрачное событие. Даже в похоронном бюро приглушённый экран телевизора показывал лицо Сехона. Пусть он и появлялся на официальных мероприятиях после того, как стал директором, это был один из первых случаев, когда он публично признал свою роль нового владельца Догук.

Атмосфера на похоронах человека, покончившего с собой, обычно была более сдержанной, чем во время других случаев. В то время как некоторые посетители и гости всё ещё оставались на церемонии, многие уже выразили своё почтение и теперь тихо беседовали или ели. Среди притихшей толпы и убитых горем родителей покойного Юншин заметил знакомое лицо – Михи.

— Директор Сон? — окликнул Юншин.

Михи выглядела уставшей, когда отвлеклась от своего разговора и сдержанно помахала юноше. Она была занята дискуссией с молодым буднично одетым человеком, его поразительно красивое лицо привлекло внимание Юншина.

Осторожно приблизившись, Юншин дождался завершения их разговора. Когда Михи дала ему знак подойти ближе, он направился к ней, но случайно задел мужчину, с которым она разговаривала, и который поднялся, чтобы уйти.

— Ой, прошу прощения... — начал извиняться юноша, но его слова прервал другой мужчина в костюме, который разговаривал неподалёку.

Юншин узнал его.

«Разве это не... Са Доджин?»

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 352 - Сайд-стори 3: Это не конец. Партнёр*

Доджин оттащил буднично одетого мужчину за воротник, словно пытаясь оградить его от Юншина, оставив юношу в лёгком недоумении.

Юншин подошёл к столу Михи и сел напротив неё.

— Разве это был не старший суперинтендант Са Доджин? Он имеет какое-то отношение к погибшему? Хотя, может, и нет, учитывая их разницу в возрасте.

— Полагаю, что так. Ты знаком со старшим суперинтендантом Са, верно?

— Нет, я знаю его, но не уверен, что он знает меня... Но кем был тот мужчина? Тот, что общался с вами.

— О, ты не знаешь? Это Нам Хеджун, полицейский, возглавляющий первую команду отдела уголовных расследований (ОУР) Центрального полицейского управления. Ситуация раздулась до невообразимых масштабов, поэтому, похоже, что ответственный за расследование полицейский участок запросил у ОУР дополнительную проверку перед кремацией. На случай, если им понадобится вскрытие.

— Ох...

Юншин обернулся и увидел полицейского, выражающего соболезнования семье погибшего. По его лицу казалось, что он проявляет сочувствие. Старший суперинтендант Са Доджин стоял неподалёку и наблюдал за происходящим со странным выражением лица. Избавившись от непонятного чувства, Юншин снова повернулся к Михи.

— У вас всё в порядке?

— Хотелось бы мне сказать «да», но это не так. Честно говоря, это сложно для меня. Я и не осознавала, что настолько эмоциональна. Я должна чувствовать сожаление об утрате, но я также ощущаю и обиду. Чувствую себя ужасным человеком. Не знаю, как Сехон справляется с этим.

Юншин не мог полностью согласиться или опровергнуть, поэтому решил промолчать. Согласно прощальному письму покойного, мишенями были оба директора. Сехон занимался ситуацией, проведя чёткую границу, Михи же изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Она выглядела заметно измученной. Вероятно, сыграли роль их различные точки зрения: Сехон рассматривал позицию директора как ступеньку в карьере, для Михи эта должность была как часть её судьбы и жизненной цели.

Было понятно, что она будет чувствовать негодование и тревогу по поводу того, что ситуация может негативно отразиться на Догук. Юншин мог посочувствовать. Он тоже никогда не хотел, чтобы его близкие страдали.

Молодой человек участливо улыбнулся, и Михи, наконец, ответила ему улыбкой.

— Меня многое тревожило с тех пор, как я пришёл сюда. Если бы умер я, полагаю, адвокат Кан подготовил бы мою надгробную речь. Если он станет колебаться, не могли бы вы подтолкнуть его к этому, сказав, что иначе моя душа не обретёт покой?

Они оба представили, как адвокат Кан с его суровым и отстранённым видом зачитывает речь. Они знали, что Сехон сдержан, но он выполнял все свои моральные обязанности. Собеседники обменялись понимающими взглядами.

Юншин усмехнулся и оглянулся по сторонам. Его присутствие привлекло небольшую группу людей, желающих поговорить с Михи. Юноша понял, что ему нужно поскорее перейти к делу.

После небольшой паузы он произнёс:

— Директор Сон, мне нужно кое-что с вами обсудить, — Юншин понизил голос, чтобы их никто не услышал. Вдобавок к этому он наклонился вперёд и продолжил: — Атмосфера в фирме мрачная. С тех пор как я присоединился, я не видел настолько низкого морального духа. Поскольку некоторая ответственность за ухудшение настроения лежит на мне... я обдумывал, как мог бы поспособствовать подъёму компании, также некоторые старшие сотрудники обратились ко мне...

Поначалу Михи внимательно слушала, но быстро всё поняла. В её глазах отражалось раздражение по отношению к адвокатам-партнёрам, которые проигнорировали её предупреждение.

Михи была гораздо более гибким и понимающим лидером по сравнению с Сехоном. Было много вещей, на которые она могла бы закрыть глаза, если бы они приносили пользу фирме в целом. Поскольку вместо сурового Сехона предложение отклонила Михи, другие партнёры, должно быть, решили обратиться к Юншину напрямую.

Она прервала Юншина, точно зная, что тот собирается сказать.

— Нет.

— Директор Сон.

— Думаю, я знаю, что ты собираешься предложить. Это уже обсуждалось на заседании исполнительного совета, и именно я наложила вето. Сехон тоже был против. Я по-прежнему выступаю против. Ты намерен снова спутаться с Сухан? Они просто хотят отвлечь внимание от реальной проблемы, о которой все желают знать. Сухан виноват. Догук – жертва. Я не хочу, чтобы ты таким образом брал на себя ответственность за нас.

— Я могу убедить Сехона. Мне просто нужно ваше одобрение.

— Я сказала нет. Директор Кан предпочёл бы уйти в отставку, чем оказаться перед тобой в долгу. Это слишком большая потеря для меня. Я ценю твой порыв, но на этом всё. Отпусти ситуацию.

— Я могу уговорить его, клянусь. Пожалуйста, просто дайте мне шанс. Я не хочу, чтобы он шёл длинным путём, только для того, чтобы защитить меня, когда есть более быстрое решение. Это не в его стиле.

Юншин был полон уверенности, что сможет повлиять на Сехона. Он уже выглядел победителем. Михи наблюдала решительность в лице юноши, затем вспомнила, что Сехон планировал вскоре переехать из жилья, предоставляемого фирмой.

Слова Юншина несли в себе неоспоримый авторитет. Проведя вместе значительное количество времени, он был тем, кого Сехон, который ненавидит, когда другие вмешиваются в его дела, считал официальным сожителем.

Юншин был единственным, которому Сехон доверял на своём жизненном перепутье.

— Адвокат До, я всё ещё не согласна. Я ценю мнение Сехона. Я не хочу нанести вред вашим отношениям.

— Тогда... как насчёт того, чтобы попробовать вот что?

Юншин уже предвидел её сопротивление. Он намеренно ухмыльнулся. Михи заняла позицию, готовая слушать, но настроена была по-прежнему скептически. Молодой мужчина начал шаг за шагом излагать свой план.

Взволнованный взгляд Михи встретился с мерцающими глазами Юншина.

* * *

Сехон был поглощён просмотром профилей кандидатов на должность главного менеджера в их развивающейся исследовательской группе по корпоративному праву, когда он поднял взгляд.

Подошёл секретарь Так с конвертом, папкой и коварным выражением лица.

— Какой из них мне показать вам первым? Один – женщина, другой – мужчина. Могу гарантировать, что один из них вызовет у вас интерес.

Сехон посмотрел на секретаря, его усталость была очевидна.

— Разве ты не видишь, что моя голова вот-вот взорвётся от всех этих разрозненных дел? Каждый раз, когда я пытаюсь нанять кого-то, он не соответствует моим стандартам, и это сводит меня с ума. Объясни мне, почему я должен потакать твоим выходкам. Умираю от любопытства.

— Вам всё ещё нужно выбрать. В итоге вам всё равно придётся ознакомиться и с тем и с другим.

Одно из них несомненно привлечёт внимание Сехона.

Учитывая, что новости о мужчине, скорее всего, касались Юншина, директор предпочёл сначала выслушать другое.

Вздохнув, Сехон ответил:

— Женщина.

— Речь о записях с камер наблюдения из университетской больницы Хангук. Мы ранее сообщали, что на полу сидела женщина. Поскольку мы располагали только изображениями её профиля и вида сзади, я поручил кое-кому улучшить качество видео.

Сехон ритмично постучал по столу, затем спросил:

— Ты опознал её?

— Да, и мы также отследили номерной знак машины, рядом с которой она сидела, и перепроверили его.

— Судя по выражению твоего лица, я должен быть знаком с этим человеком.

— Вам стоит взглянуть самому.

Секретарь Так протянул тонкий конверт Сехону. Это был конверт формата B5. Сехон взял его и извлёк стопку цветных фотографий на плотной бумаге. Он пристально рассматривал изображения перед собой.

Пролистывая фотографии, он не смог сдержать безрадостный смешок. Сехон ожидал этого разоблачения ещё с того момента, как узнал, что источником шума была женщина.

— Это До Игён.

— Да, это так.

Он знал, что Игён подозревала об их отношениях. Эта женщина не была невнимательной, как и не была глупой. Должно быть, она поняла, что её подозрения мало-помалу подтверждаются. Однако Юншин хранил молчание, поэтому она, похоже, тоже оставила эту тему. Сехон заметил, что каждый раз, когда они сталкивались, казалось, что у неё много мыслей, но Игён всегда держала их при себе, указывая на то, что она понимала.

«Так вот как всё разворачивается», — подумал он.

С точки зрения Игён, Сехон не был идеальным партнёром для её брата. Юншин, судя по всему, ошибочно полагал, что она поддержит их отношения, но Сехону было виднее. До Игён отличалась от своего брата. Она была более мирской по сравнению с Юншином, который оставался чистым, несмотря на жизненные трудности.

Сехон предвидел, что рано или поздно это разоблачение произойдёт. Причин для сомнений было множество, и Игён держала ключ к их разрешению. На самом деле, он считал, что это уже давно назрело. Если бы она захотела, то могла бы раскрыть их раньше. Её решение не обращать внимания на свои подозрения, вероятно, было обусловлено уважением к выбору брата, а также отчасти намеренным игнорированием.

Иногда встреча с правдой лицом к лицу может быть трудной и пугающей.

*Помимо привычной нам отсылки на происходящее в главе, название направляет нас на другое произведение автора «Партнёр», главными героями которого являются Са Доджин и Нам Хеджун. Кстати, новеллу готовят к адаптации! Дата выхода неизвестна.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 353 - Сайд-стори 3: Это не конец. Испытательный срок

«Я хотел бы отложить это противостояние, если это возможно», — подумал Сехон, встревоженный.

Секретарь Так мгновение наблюдал за Сехоном, прежде чем решил сменить тему, почувствовав его смятение.

— Кстати, адвокат До согласился на интервью. Вы знали об этом? Благодаря этому в глазах общественности Догук превратился из репрессивной организации, которая довела кого-то до самоубийства, в юридическую фирму, которая полностью поддерживает своих юристов. Люди, которым помог адвокат До, поделились статьёй в социальных сетях и оставили положительные отзывы. Это невероятно выгодно для фирмы, — сообщил ему секретарь Так.

С немного неловкой улыбкой он подтолкнул папку с печатными статьями. Интервью Юншина было официально опубликовано в трёх из них от крупных новостных агентств, а другие начали тиражировать оригинальные материалы. Эти растиражированные публикации широко распространились по огромному информационному пространству, что привело к тому, что команда по связям с общественностью приложила все усилия для проверки их на наличие ошибок и искажений.

Сехон уже знал об этой ситуации и недоумевал, почему секретарь Так счёл необходимым поднять её снова.

— Зачем ты повторяешь то, что я и так знаю? Ближе к делу, — сказал Сехон с ноткой раздражения в голосе.

— Вам стоит подумать о дисциплинарных мерах в отношении адвоката До.

Сехон стиснул зубы и спросил, в его голосе слышались раздражение и желание избежать этой темы:

— Так, мне что, нужно с тобой спорить? Ты, как никто другой в фирме, должен хоть немного поддержать его.

— Я ваш секретарь, директор. Всё, что я делаю, – на благо вам. Если вы не примете меры, будут последствия.

Сехон быстро понял, почему его секретарь рисковал вызвать его гнев, предлагая непрошеный совет. По внутренней сети была разослана служебная записка, в которой говорилось, что обсуждение инцидента без разрешения повлечёт за собой наказание – распоряжение Сехона. Если Юншин получит особое отношение, несмотря на игнорирование приказа директора, другие сотрудники будут жаловаться на несправедливость.

— Люди не в первый раз говорят за моей спиной. Меня это не беспокоит, — устало ответил Сехон.

— Я предлагаю такой вариант, учитывая интересы адвоката До. Он стал объектом зависти, особенно потому, что его согласованные ежегодные выплаты находятся на исключительном уровне... Люди могут неправильно истолковать ваши намерения.

Если бы все работали так же хорошо, как До Юншин, они могли бы пользоваться такими же преимуществами. Их ежегодные пересмотры зарплат были одними из самых прозрачных в отрасли. Кроме того, Догук всегда щедро финансировал и инвестировал в свои человеческие ресурсы с момента основания.

Зарплата Юншина отражала его достижения и признавала его ценность как юриста. Окончательное решение принимали директора, но проверку и анализ проводила команда по работе с персоналом. Хотя руководители могли по-разному относиться к Юншину в незначительных вопросах, ни один из них не предоставлял ему особых условий, когда дело касалось профессиональных достижений или соответствующей компенсации.

— Я что, виноват в представлении, устроенном Юншином? — усмехнулся Сехон.

— Вы всегда относились к нему справедливо, так что сейчас не можете сделать исключение. С точки зрения стороннего наблюдателя, адвокат До не подчинился вашему приказу. Вам следует принять меры. Я предлагаю это из преданности и доверия к вам. Вы знаете, что я редко говорю с вами в таком тоне.

Слухи о Юншине ходили по всей фирме. Несмотря на его личные достижения, многие считали, что Сехон был тем, кто направлял его. Некоторые, казалось, не хотели признавать, что кто-то, нанятый благодаря связям, может превзойти их, а другие просто завидовали Юншину. Кроме того, всё ещё ходили слухи о романтических отношениях между Игён и Сехоном.

Мужчина провёл рукой по лицу, его кольцо из белого золота блеснуло на свету. Между длинными пальцами было видно измученное выражение его лица. Наконец, он уступил.

— Я подумываю о том, чтобы назначить ему испытательный срок.

— Как насчёт более серьёзного наказания? — предложил секретарь Так.

— Испытательный срок.

— Директор, это вряд ли можно назвать наказанием. Вы могли бы, по крайней мере, снять баллы...

— Испытательный срок. Я увольнял всех, кто заставлял меня повторяться, и ты не исключение.

Секретарь Так замолчал.

Интервью Юншина принесло огромную пользу фирме. Учитывая преимущества, Сехон решил, что было бы несправедливо наказывать его просто за то, что он не подчинился приказу.

Нет, это было лишь предлогом. Сехон признался себе, что просто хотел защитить молодого человека. Если бы не подчинился кто-то другой, он мог бы назначить более суровое наказание.

Сехон не ожидал, что события развернутся именно так. Но, оглядываясь назад, он нутром чуял, что нечто подобное может произойти. В тот день, когда обсуждалась эта тема, он хранил молчание во время встречи.

Обычно Сехон высказывал своё мнение, которое затем ложилось в основу протокола или правил компании. Теперь он понял, почему его инстинкты не позволили ему высказаться. Каждой клеточкой своего существа мужчина помнил характер До Юншина.

Обеспокоенный мягким наказанием Сехона, секретарь Так осторожно спросил:

— Будет ли этого достаточно?

— Конечно, нет. Я приму последствия, поскольку Юншин сделал так, чтобы помочь мне. Сообщи другим адвокатам, что я возложил полномочия на Юншина провести интервью, и я подтвержу это на собрании руководителей. Догук стратегически использовал адвоката До в своих интересах. Они не будут отрицать, что Юншин помог им. Если ты всё понял, то можешь идти.

— Да... Я понял, — ответил секретарь Так. Хотя он выступал за более суровое наказание, всё же не был против снисходительного подхода директора. Об этом свидетельствовала слабая улыбка на лице секретаря Така.

Сехон раздражённо посмотрел на своего непоследовательного подчинённого и высокомерно указал на дверь, отпуская его. Перед тем как секретарь скрылся из виду, руководитель щёлкнул пальцами.

— О, когда у Юншина встреча?

— Собрание по семейному праву? Оно через два часа. Должен ли я предупредить их, чтобы они ожидали вашего присутствия?

— Нет, оставь. Я приду без предупреждения, поэтому уточни моё расписание на это время.

— Тогда хорошо, — ответил секретарь Так, закрывая за собой дверь.

Оставшись наконец один, Сехон отодвинул папку с документами в сторону и внимательно рассмотрел фотографию сестры Юншина. Она лежала рядом со статьями – это были две проблемы, которые ему нужно было решить, и обе, по сути, были связаны с Игён и Юншином. В интервью молодого человека также вскользь упоминалась его сестра.

У Сехона было нехорошее предчувствие с тех пор, как он заподозрил, что Игён может быть в гараже.

Для Игён это интервью возможно выглядело так, будто компания использовала Юншина. В конце концов, под Догук подразумевался Кан Сехон. Могло показаться, что он извлекал выгоду из Юншина. Она знала, что её брат не любит, когда о нём сплетничают. Проще говоря, время для этого было выбрано хуже некуда.

«Я оказался между молотом и наковальней...»

Интервью Юншина было своевременным, а его содержание – благоприятным. Статьи сыграли свою роль в изменении общественного мнения. Достойный похвалы характер Юншина был подчёркнут, особенно после того, как Игён подверглась критике за то, что наняла Догук. Учитывая надёжного распространителя, послание было убедительным.

Проблема заключалась в деталях интервью. Его суть состояла в том, что Юншин был очень доволен своим пребыванием в компании, учился у талантливых коллег и подчёркивал, что корпоративная культура отличается от общественного восприятия. Он выразил соболезнования своему покойному коллеге и рассказал о социальной проблеме депрессии, от которой страдают молодые люди.

Его ответы были безупречными и профессиональными.

Настолько профессиональными, что это почти пугало.

«Он довольно красноречив для того, кто годами подвергался остракизму».

Сехон не ожидал, что Юншин окажется таким убедительным лжецом.

То, как адвокат мастерски общался с прессой, выходило за рамки наставлений Сехона. Он не был уверен, стоит ли хвалить Юншина или отчитывать его. У директора разболелась голова.

Он небрежно сунул фотографии и бумаги в ящик стола и достал обезболивающее.

***

Это было крайне странно.

«Команда пиарщиков начала распространять моё интервью?» — подумал Юншин.

Было трудно логически объяснить. Юншин в замешательстве склонил голову, читая отчёт из секретариата.

«Значит… Сехон позволил распространить моё интервью».

Юншин сделал всё самостоятельно. Он не подчинился приказу Сехона и проигнорировал заявление Михи, потому молодой человек ожидал каких-то дисциплинарных мер. Однако реакция начальства оказалась неожиданной, и эта ситуация поставила Юншина в тупик.

Сехон крайне редко отменял собственные приказы.

«Зачем он пошёл на такой риск? Мог бы просто наказать меня», — размышлял Юншин.

Как бы то ни было, раз Сехон решил пойти по этому пути, юноша сделает всё возможное, чтобы подыграть ему.

Честно говоря, было нелегко говорить о юридической фирме и сестре на интервью. Ему нужно было смешать правду с ложью в соотношении примерно один к девяти. На протяжении всего процесса он постоянно сомневался в себе. Несмотря на его благие намерения, существовала вероятность, что результаты будут не такими, как ожидалось, и это, в свою очередь, могло навредить Сехону.

К счастью, его интервью, похоже, спасло репутацию фирмы от дальнейшего падения.

Одна вещь всё ещё беспокоила его.

«Мне немного жаль сестру».

Поскольку Юншин занял оборонительную позицию в битве за репутацию Догук, развод Игён всплыл на поверхность. Он заранее попросил согласия сестры, но знал, что та дала его неохотно. Однако она успешно справлялась с трудностями самостоятельно, и Юншин не скрывал своей привязанности к ней в интервью, поэтому юноша чувствовал, что она втайне довольна.

В целом результаты были неплохими.

Юншин желал помочь Сехону. Старший мужчина всегда был опорой, и иногда юноша хотел снять груз с его плеч.

Выражение его лица смягчилось. Нужно было встать, чтобы пойти на совещание по семейному праву.

Выйдя из своего кабинета, Юншин привычно взглянул на кабинет Сехона, затем взял себя в руки и направился в маленькую переговорную. Когда он вошёл в конференц-зал, то вздрогнул от неожиданной встречи с высоким мужчиной.

— Вы отвечаете за сегодняшнюю презентацию, не так ли? — спросил тот.

Перевод: Alastriona

Редакт: Allitsme

Коррект: Uroboros

Глава 354 - Сайд-стори 3: Это не конец. Конфронтация

Юншин громко вздохнул.

Он хорошо знал эту фигуру в костюме. Молодой человек медленно поднял взгляд и убедился, что Сехон смотрит на него. Юншин не мог понять, не надумывал ли он лишнего, но возлюбленный казался холоднее обычного. По умолчанию старший адвокат был холоден и безразличен, так что трудно было сказать наверняка.

Юншин заметил, что секретарь Так приветствует его из-за спины Сехона. Взгляд секретаря, казалось, сообщал молодому человеку что-то важное о нынешнем настроении его начальника, но без слов было трудно понять.

Юншин, которому не терпелось узнать, ответил директору первым.

— Да, я докладчик. Вы будете присутствовать на собрании команды по семейному праву?

Сехон равнодушно кивнул. Думая, что он собирается пройти мимо, Юншин невольно схватил его за руку. Это действительно было инстинктивное движение. Мужчина посмотрел на своё запястье, которое держал юноша, затем уставился на Юншина.

— На что я, по-вашему, похож, адвокат До? — спросил Сехон.

— На директора Кан Сехона.

— Нет, вам кажется, что я дверная ручка.

— О... Простите.

Обычно они держались в профессиональных рамках в офисе и уважали должности друг друга. Много раз эта граница нарушалась, но только когда они были одни. В подобных ситуациях они максимум могли незаметно вскользь коснуться рук друг друга, и это само по себе было редкостью. Юншин также привык к тому, что острый язык старшего адвоката действовал ему на нервы.

Но сегодня между ними была другая атмосфера. Изучая лицо Сехона, молодой человек заметил, что тот выглядит несколько напряжённым.

Похоже, это было из-за интервью Юншина.

Выражение лица Сехона было трудно описать. Юншин не мог точно определить его. Старший выглядел раздражённым, но не совсем недовольным, и, казалось, не знал, как справиться с ситуацией. Это было похоже на выражение его лица до того, как они эмоционально сблизились.

— Почему вы так ужасно выглядите?

— А почему вы спрашиваете?

— Прошу прощения? Просто у вас такой вид, будто страдаете от головной боли.

— Имеете наглость спрашивать, когда и так знаете...

— ...

— Что вы делаете? Проходите.

Сехон ушёл от ответа, лишь усилив любопытство Юншина, и холодно завершил разговор, войдя в зал заседаний.

Команда по семейному праву была не такой большой и не такой важной, как команды по корпоративным поглощениям, реструктуризации корпораций или налоговому праву. Они сидели в оцепенении. Даже в самых смелых мечтах они не ожидали, что директор ворвётся на их совещание. Учитывая нынешнюю атмосферу в фирме, Сехон выбрал не самый удачный момент. Он наблюдал, как младшие юристы в панике суетятся, готовясь к встрече. Директор раздражённо повернулся к Юншину.

— Похоже, команда юристов по семейному праву отлично справляется. Поздравляю.

Юншин не мог ответить. Любой ответ был бы расценён как неуважение к Сехону и плохо отразился бы на его репутации в глазах коллег. Секретарь Так тактично вмешался, встав между двумя немногословными юристами. Он отодвинул стул для совещаний в дальнем конце стола и тихо вышел. Когда Сехон занял своё место, команда по семейному праву быстро перегруппировалась и начала подготовку к совещанию.

Всё ещё стоя у выхода, Юншин нервно поигрывал лазерной указкой, которую собирался использовать для презентации, а затем вошёл в хорошо освещённую комнату. Когда младшие юристы закончили рассаживаться и заняли свои места, Юншин взял со стены пульт и приглушил свет в конференц-зале. Затем он спокойно начал презентацию.

— Директор Кан, спасибо, что присоединились к встрече. Сегодня я расскажу вам о трёх делах, которые наша команда будет вести в суде. Все они были одобрены руководителем. Давайте начнём.

Юншин перешёл к следующему слайду и указал на планшеты перед участниками.

— Первое дело касается иска о законном праве наследования. Человек получил имущество своих бабушки и дедушки по праву наследования, поскольку его родители, которые были совместными бенефициарами, умерли раньше бабушки и дедушки. Однако есть подозрения, что мужчина, которого много лет назад усыновили его родители, будучи конечным бенефициаром, мог быть причастен к их смерти.

Юншин направил лазерную указку на экран, его глаза пересеклись со строгим взглядом Сехона, скрестившим руки на груди. Директор никогда не был снисходителен во время совещаний, но сегодня его поведение было особенно напряжённым. Казалось, он был готов тщательно рассмотреть каждую деталь. Сехон, должно быть, собирался поднять вопрос об интервью Юншина. Учитывая обстоятельства, казалось, что мужчина был здесь, чтобы показать аудитории, что готов разобраться с Юншином.

Адвокат мысленно вздохнул, чувствуя себя подавленным из-за мысли о том, что ещё больше усложнил жизнь Сехону. Отбросив эти заботы, он решительно продолжил презентацию.

***

Юншин низко поклонился Сехону под взглядами всех присутствующих.

— Если больше нет вопросов, я на этом закончу. Спасибо.

Руководитель группы по семейному праву взглянул на директора Кана, ожидая его последнего слова, и тот кивнул, по-прежнему со скрещёнными на груди руками. Молчание директора также означало, что нет никаких оснований для критики.

Юристы в зале коллективно вздохнули с облегчением и стали ждать дальнейших указаний Сехона. Обычно они собирались и уходили, убрав своё оборудование, но, пока их начальник был рядом, они не решались сдвинуться с места. Чувствуя напряжение, Юншин осторожно обратился к Сехону:

— Простите, директор Кан?

Сехон, который пристально смотрел на Юншина, наконец жестом велел остальным адвокатам уйти. Команда неловко переминалась с ноги на ногу, и как только их лидер начал собираться, они один за другим начали выходить из кабинета. Юншин обдумывал свой следующий шаг, решив собрать свои вещи, но Сехон прервал его.

— Адвокат До.

— Да, директор?

— Останьтесь.

В комнате заметно похолодало. Почувствовав холод в тоне Сехона, остальные участники совещания поспешно покинули зал заседаний.

В небольшом помещении воцарилась тяжёлая тишина. Яркий свет не оставлял теней, в которых можно было бы спрятаться. Под неумолимым взглядом Юншин заговорил первым, вспомнив поведение Сехона перед встречей и предвидя этот момент.

— Ты хотел поговорить со мной?

— Я знаю, что ты мне не лжёшь, но сейчас тебе нужно быть абсолютно честным. В зависимости от твоего ответа моё отношение может измениться. Так что скажи мне правду.

— Пожалуйста, спрашивай.

— Интервью – партнёры тебя заставили его дать?

Предсказание Юншина оказалось верным. Это был их единственный секрет. Он не предупредил Сехона заранее, поэтому тот, естественно, был в ярости. Юншин беспокоился, как рассказать старшему мужчине о своём плане, с момента назначения интервью и до самого дня. Он знал, что Сехон будет против. К счастью, директор был так занят, что Юншину не пришлось обманывать своего возлюбленного.

— Нет, они предложили это, но я решил сделать это добровольно.

— А что насчёт адвоката Сон? На последней встрече казалось, что вы с ней сотрудничаете.

— Она неоднократно отказывалась от этой идеи, поэтому я пошёл на сделку. Попросил её отменить любое наказание, которое ты бы назначил. Директор Сон не могла отказаться, так что она не виновата.

— То есть ты хочешь сказать... что ты принял решение самостоятельно, несмотря на мои указания? Я ясно дал понять, что вся коммуникация должна проходить через отдел по связям с общественностью по официальным каналам. Думал, я пошутил?

Сехон хорошо понимал ситуацию. Юншин ожидал, что тот накажет его, но вместо этого директор пошёл против собственных указаний и поддержал возлюбленного. Молодой человек не знал точных причин, но именно так он интерпретировал ситуацию.

Решение Сехона отличалось от помощи Игён в бракоразводном процессе или отказа от некоторых возможностей в будущем. Первое входило в компетенцию старшего адвоката, а второе было его поступком, как партнёра Юншина. Однако на этот раз действия директора Кана как руководителя юридической фирмы были неприемлемы. Сехон сам наверняка заметил лицемерие в своих словах. Юншин не понимал этого.

— Конечно, нет, — ответил он, опустив голову.

Сехон резко возразил:

— Ты думал, что раз здесь два директора, то тебе нужно слушаться только одного? Неужели я так плохо тебя учил? Я предупреждал всех, что уволю их. Нам не нужен такой юрист в этой фирме.

— Я прошу прощения. Я совершил ошибку.

— Если бы простое извинение могло решить проблему, зачем нам нужны юристы?

— Сехон... что случилось? Ты очень расстроен?

— Как ты смеешь пытаться отмахнуться от этого? Думаешь, я держу тебя здесь, потому что люблю?

Юншину хотелось возразить, что да, Сехон его любит. Но он сумел подавить свои эмоции.

— Я сделал это, потому что беспокоился о тебе. Я знаю, что был неправ, но я переживал!

Перевод: Alastriona

Редакт: Uroboros

Глава 355 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ответная реакция

— Почему ты беспокоишься обо мне? — крикнул Сехон.

Выражение дипломатичного беспокойства сменилось гримасой. Что бы ни говорил Сехон, что бы ни делал, Юншину никогда от этого не было больно, потому что он улавливал истинные чувства мужчины, скрытые за этим. Иногда он понимал, что возлюбленный говорит или делает что-то из-за своей неконтролируемой привязанности к Юншину. Хоть юноша был открыт ко всему, что выкидывал Сехон, Юншин не мог понять этого отношения. Он не мог удержаться от ироничного ответа.

— Кто ещё, если не я, будет беспокоиться о тебе? У тебя, случаем, нет интрижки на стороне? Если это так, то приведи их ко мне. Позволь мне свернуть им шею.

— Я сам решу свои проблемы. Не вмешивайся, понял меня?

— Вмешиваться... — на мгновение Юншин засомневался в услышанном.

Он несколько раз прокрутил в голове сказанную Сехоном фразу и пришёл к выводу, что услышал правильно.

— Не вмешиваться? — повторил Юншин.

— Мне нужно повторить тебе дважды? Да, не суйся.

В конце концов Юншин взбесился.

— Кан Сехон, ты настоящий придурок. Я и раньше это знал, но ты в самом деле заноза в заднице.

— Что за тон? Не смей так со мной разговаривать.

— Да кто ты такой, чтобы говорить подобное, когда у тебя такой мерзкий тон? Как насчёт попрактиковать то, что проповедуешь?

Обычно Сехон держался хладнокровно, но некоторые вещи просто ставили его в тупик, как сейчас, лишая дара речи. Он усмехнулся, в глухом смешке слышались оттенки неверия, и он крепко схватился за стол.

Его взгляд наполнился скептицизмом.

Юншин сошёл с ума?

Сидя на месте и высокомерно глядя на него, Сехон достиг своего предела. Он встал. Не обращая на это внимания, Юншин поднял руку, останавливая мужчину. Он раздвинул пальцы, и кольцо на его безымянном пальце блеснуло на свету. Когда взгляд директора замер на кольце, юноша указал на металлическую ленту, прежде чем опустить руку.

— Это – наше парное кольцо. Напоминаю тебе, потому что ты, кажется, забыл, — сказал Юншин.

— Это сарказм или ты действительно ставишь под сомнение мою память?

— И то и другое. Я проигнорировал твои указания, не ожидая ни благодарности, ни прощения. Даже если бы это означало дисциплинарное взыскание, я был готов, полагая, что в своей новой роли ты должен быть беспристрастен. Неужели думаешь, что я был невежественен, бросая тебе вызов без повода? Это было моё последнее средство!

— Тогда тебе не стоило этого делать!

— Я пытался быть кем-то полезным в твоей жизни!

— ...

— Да, я сожалею о том, что сделал. Но действительно ли было необходимо кричать? Ты должен был расстроиться из-за моего неподчинения, а не из-за того, что я вмешался. Это бы я понял.

Юншин думал, что Сехон, как директор, сделает ему официальный выговор, но на личном уровне верил, что его объятия будут широко раскрыты.

Возможно, Юншин ошибся. Или, может быть, Сехон неправильно оценивал ситуацию. Реакция мужчины оказалась противоположной той, которую ожидал Юншин, ведь он поддержал юношу как директор, но ругал как возлюбленный. Эта реакция полностью противоречила поведению, которое Юншин наблюдал на протяжении многих лет.

— Я только говорю, что тебе не нужно жертвовать ради меня. Зачем тебе это делать? Ты заслуживаешь только лучшего. Ты обо мне беспокоишься? Это хорошо, но не вмешивайся.

— Как кто-либо может испытывать в жизни только хорошее? В таком случае тебе придётся справляться со всеми трудностями в одиночку. Мне мучительно видеть тебя таким. Ты говоришь, что нет жертв без корыстных намерений. Разве я не могу делать это ради собственного удовлетворения?

— Юн...

— Я ещё не закончил говорить!

Бровь Сехона дёрнулась. Он не мог сказать, был ли он зол из-за того, что его подчинённый потерял контроль, лишён дара речи из-за того, что у его возлюбленного случилась вспышка гнева, или его переполняла смесь эмоций. Это, вероятно, был их первый горячий спор. Юншина это не волновало. Ему было не до этого.

— Жаловался ли я хоть раз, когда ты отменял наши планы из-за работы, поздно приходил домой или пренебрегал мной неделями? Я молчал, потому что хотел поддерживать тебя. Я терпеливо ждал каждый день, скучая по тебе. Но теперь говоришь не вмешиваться в твою жизнь?

— До Юншин, успокойся. Я имел в виду не это.

— Почему нет? Звучало так, что имелось в виду именно это. Исходя из твоей фразы, я не должен ничего делать для тебя. Ты хочешь, чтобы я просто глупо улыбался, хотя вижу, какой ты измученный. Если это то, чего желаешь, почему бы не начать встречаться с куклой?

Юншин был циничнее, чем когда-либо. Сехон был ошеломлён его резкостью.

Он не мог просто сидеть и слушать критику Юншина без ответа.

Сехон тяжело вздохнул и возразил сквозь стиснутые зубы:

— Думаешь, ты единственный, перед кем я окажусь в долгу? Разве не видишь, что твоя сестра тоже в этом замешана? Как, по-твоему, мне смотреть ей в глаза? Представляешь, какое на меня оказывается давление? Я не хочу, чтобы она узнала об этом!

С упоминанием Игён у Юншина в голове началась складываться воедино мыслительная цепочка Сехона. Он был озадачен необычным подходом мужчины, но теперь всё встало на свои места. У него вырвался смешок с оттенком разочарования.

— Ты насколько против, чтобы моя сестра узнала о нас?

— Юншин.

— Не думал, что ты так сильно презираешь эту идею. Так ты действительно ненавидел, когда я заговаривал об этом?

Его понизившийся тон скрывал бурю эмоций внутри него. Недовольство Юншина росло годами. Несмотря на его обычное весёлое поведение, он таил глубокие обиды на Сехона. Это была бомба замедленного действия. Его голос стал ещё тише.

— Просто назначь мне подходящее наказание. Пожалуйста. И мне жаль, что я вторгся в твою одинокую жизнь. Тебе было лучше одному, но я был слишком слеп, чтобы это увидеть.

Юншин уважительно поклонился, словно делал это перед незнакомцем, занимающим более высокое положение. Он повернулся, чтобы уйти, но Сехон быстро среагировал, схватив его за запястье, прежде чем он достиг двери. Почувствовав, что Юншин пытается вырваться, Сехон прижал его руку к двери, а другой рукой стукнул по стене, успешно поймав Юншина в свои объятия.

— Я тоже ещё не закончил. Послушай меня, Юншин. Я имел в виду...

Сделав глубокий и долгий вдох, молодой человек повернул голову, чтобы вызывающе посмотреть на Сехона. Их глаза встретились. Обычно, находясь в такой близости, они утопали в поцелуе. Их тела помнили это, и они оба резко вздохнули.

Сехон понял, что произошло серьёзное недоразумение, и хотел прояснить свои слова. Он не имел в виду, что хочет оттолкнуть Юншина или помешать Игён узнать о них – всё это было недопониманием. И всё же он с трудом подбирал правильные слова, чтобы начать.

Юншин, тайно питавший надежду, ощутил волну разочарования, когда Сехон замолчал. Для него молчание было не чем иным, как избеганием. Он вгляделся в лицо Сехона, затем взял себя в руки.

— Меня не ранят слова, только если они не твои. Сейчас я очень расстроен, и ты, должно быть, расстроен ещё сильнее. Просто не знаешь, как это показать, — сказал Юншин спокойным голосом.

— Не уходи, раз понимаешь это..

— Я ухожу, потому что понимаю. Я хочу, чтобы ты почувствовал то же, что и я.

— Юн...

Застигнутого врасплох Сехона оттолкнули, и Юншин быстро покинул помещение. Мужчина не мог последовать за ним, не привлекая внимания зевак в коридоре.

Сехон закусил губу и захлопнул дверь. Он бросился к окну и резко ослабил галстук, чувствуя подступающее удушье и комок в горле. Прощальные слова Юншина пронзили его сердце как иглы.

Юноша добился своего. Каждый раз, когда Сехон отменял их планы, проводил ночи в офисе или неделями пренебрегал Юншином, тот всегда принимал его объяснения с улыбкой. Он никогда не жаловался, даже предлагал пойти на свидание в следующий раз, просил прийти домой пораньше или искал дополнительной ласки, чтобы наверстать упущенное время. Юншин никогда не заставлял Сехона сдерживать его обещания.

Напротив, когда Юншин заставил Сехона ощущать себя одиноким, старший мужчина ждал, что он ему это компенсирует.

Если бы Юншин никогда не встретил Сехона, возможно, он бы добился всего, чего желал. Но по мере развития их отношений юноша привык идти на компромисс, смиряться и жертвовать своими чувствами.

Сехон знал, что не может позволить Игён узнать об этих жертвах.

Он не хотел, чтобы Игён забрала у него Юншина.

— Чёрт.

По неудачному совпадению она стала свидетелем их отношений в критический момент, когда Догук был спасён Юншином. Сехон был обеспокоен тем, как Игён восприняла эту ситуацию. Он не намеревался ранить любимого, но его резкие, неправильно подобранные слова обернулись полным провалом. Сопротивлялся ли Юншин настолько яростно до этого момента? На памяти Сехона такого не случалось, а значит, это был первый серьёзный отпор, который он получил от Юншина. В этот раз юноша был глубоко ранен.

Сехон потёр лицо и, отойдя назад, опёрся на стол.

Несмотря на свои выдающиеся дедуктивные способности, До Юншин не умел читать мысли.

Им был необходим долгий и честный разговор.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 356 - Сайд-стори 3: Это не конец. Дистанцирование

Действие 5

На улице стояла духота, от которой казалось, что кожа словно тает. Рабочий день уже давно закончился, а Юншин завершал свою рутину в прохладном офисе. Он возился со своей кружкой, горячий чай в которой должен был согреть его в прохладной обстановке, но тот тоже остыл.

Когда мужчина проверил время, то понял, что уже полночь.

Юншин вздохнул и помассировал затёкшую шею. Встав, он собрал документы и выключил монитор. В отражении виднелся измождённый человек. Верхние пуговицы на его рубашке были расстёгнуты, открывая взору красный след, оставленный Сехоном несколько дней назад. Юншин ткнул в метку, подавляя приятные воспоминания, связанные с ней. Он продолжил собирать свои вещи в портфель, готовясь отправиться домой.

Как раз тогда в дверь его кабинета постучали. Всего несколько человек могли постучаться в такой час. Более того, не так много руководителей задерживаются допоздна, если только их работа не была критически важной, поэтому Юншин догадывался, кто это мог быть. Он не ответил, однако посетитель открыл дверь, подтверждая его догадки.

— До Юншин, — произнёс знакомый голос. Юншин поклонился мужчине, чья знакомая фигура маячила в дверном проёме.

— Да, директор, — ответил юноша.

— Ты по-прежнему звучишь отстранённо. Всё ещё дуешься?

— Вы бы назвали это «дуться»? Я просто устроил бойкот.

— Верно. Мы всё ещё не разговариваем? Обычно ты быстро прощаешь и забываешь.

Это зависело от ситуации. Если бы Сехон был недоволен Юншином из-за чего-то иного, нежели неподчинение, молодой человек бы понял. Было бы разумно, если директор отругал его из-за беспокойства, а Юншин, в свою очередь, был готов подумать о своих действиях. Вместо этого его наказали за выход за рамки дозволенного. Пусть обычно Юншин не мог перестать улыбаться, находясь перед Сехоном, в этот раз его отношение задело.

Юншин не был готов отпустить это. Его гнев не утих, и он не хотел делать вид, что это не так. Он хотел дать знать Сехону, насколько зол. Так что Юншин выбрал молчание.

Казалось, Сехон понял мысли Юншина и перестал допытываться.

— Почему ты работаешь так поздно, когда только выписался из больницы?

— Именно поэтому сейчас я ухожу.

— Отлично. Давай поговорим. Хочешь поехать со мной?

Юншин прервал сбор вещей, после чего закрыл сумку и посмотрел на Сехона. Он с силой сжал ручки портфеля.

— Похоже, в эту машину я могу сунуться, да? Я не в настроении, поэтому пас. Поеду на своей.

— Тогда мы можем поехать вместе на твоей.

— О, так только мне не позволено вторгаться в твоё пространство? Ты же можешь вторгнуться, когда захочешь? — саркастично парировал Юншин. Похоже, комментарий Сехона застиг его врасплох, поскольку в его тоне слышалась нехарактерная резкость.

Сехон представил реакцию Юншина, если бы он усмехнулся от того, каким очаровательным был юноша. Сохраняя серьёзное выражение лица, мужчина ответил:

— Ты разозлишься, если я сейчас прикоснусь к тебе, верно?

— Да.

— А если я скажу, что ты милый...

— Да.

— Но это так.

— Нет.

— Если ты продолжишь отказывать, я могу просто принудить тебя.

— Дел... чего? — Юншин поймал себя на том, что снова поддался ритму Сехона. Какой бы ни была ситуация, он знал, что ему нужно стоять на своём. — Нет.

— Ясно, — холодно ответил Сехон, больше не предпринимая попыток заигрывать с юношей.

Юншин планировал разозлиться, если бы мужчина прикоснулся к нему, но разозлился ещё сильнее оттого, что тот воздержался.

Неужели Сехон серьёзно не собирался его трогать?

Находясь в замешательстве от собственных чувств, Юншин знал, что если задержаться дольше, может возникнуть новый конфликт. Он схватил свою сумку со стола и зашагал к двери. Как раз в тот момент, когда он уже собирался обойти Сехона, тот выставил руку, преграждая ему путь. В этот раз Сехон не мог позволить Юншину уйти.

Крепко сжимая ручки сумки, Юншин напряжённо посмотрел на него.

— О чём ты хотел поговорить?

— Я хотел сказать тебе об этом ранее, но момент был неподходящий. Я скоро съеду со своей квартиры. Я уже проинформировал об этом директора Сон.

— Почему так внезапно? Ты планируешь уехать подальше, не сказав мне?

— Я ещё не решил. В каком районе ты хотел бы жить? Было бы неплохо, если бы мы были в некотором отдалении от фирмы, тебе не кажется? В таком случае мы могли бы выходить поесть на выходных и по вечерам прогуливаться в парке.

Слова Сехона были лёгкими для понимания, но Юншину было трудно их осмыслить. Ответ пришёл в голову быстро, но молодой человек не был уверен, являлся ли он правильным. Не в состоянии определить намерения Сехона, Юншин колебался. Затем тот уточнил:

— Что за реакция? Ты не рад? Ты просил меня забрать тебя.

Этого Юншин отрицать не мог.

— Я рад. Честно говоря, я в восторге. Но зачем сейчас поднимать эту тему?

— У меня нет скрытых мотивов. Всё ровно так, как я сказал.

Уже сейчас они фактически жили в двух шагах друг от друга. Разумеется, не всегда было удобно путешествовать между квартирами, но их осторожное поведение позволяло оставаться вне поля зрения. Приватность их жилого комплекса и частая работа допоздна подразумевали, что им обычно удавалось избежать обнаружения другими.

Раньше Юншин упрашивал Сехона жить вместе, но, ощутив его сопротивление, он перестал настаивать и больше не ждал ответа. Вопрос сожительства не обсуждался последние несколько месяцев. Это внезапное предложение казалось связанным с их недавним спором.

— Это из-за сказанных мной ранее слов? Что ты прекрасно справляешься сам по себе? Ты пытаешься доказать, что это неправда, живя со мной?

— Нет, я планировал рассказать тебе об этом. Просто искал подходящий момент. Я не ожидал, что подниму этот вопрос в такой тусклой обстановке.

Некоторое время Юншин изучал красивое лицо Сехона. Вместо того чтобы восхищаться его чертами, он пытался разглядеть в них правду. Повстречав сотни клиентов и став свидетелем их лжи, адвокат думал, что хорошо умеет отличать правду от обмана, но с Сехоном он не был так в этом уверен.

— Мне жаль. Я отказываюсь.

Сехон был поражён неожиданным ответом.

— Что?..

— Я не могу избавиться от ощущения, что ты заставляешь себя жить со мной только для того, чтобы загладить наш спор о моей сестре. Я не хочу давить на тебя в этом вопросе. Мне хотелось бы, чтобы ты жил со мной из-за того, что ты не можешь выносить разлуку со мной.

Юншину пришлось столкнуться с суровой правдой о себе. Он убедил себя, что настаивание на интервью было ради выгоды для Сехона, что это — акт любви, независимо от последствий. Но в глубине души он просто жаждал одобрения Сехона, полагая, что тот поддержит всё, что бы он ни сделал. В своих амбициях он подлетел слишком близко к солнцу.

Юншин имел для Сехона большое значение. Молодой человек верил, что, несмотря на свою склонность действовать независимо, Сехон ненадолго разозлится, но в итоге посмеётся над этим. Поскольку мужчина не отреагировал подобным образом, Юншину было больно, что подтверждало его подозрения. Эта вера в то, что Сехон питает к нему слабость, также подпитывала его уверенность, продемонстрированную перед Михи. Оглядываясь на прошлые события, он был смущён своим высокомерием.

— Юншин, ты правда думаешь, что я заставляю себя жить с тобой, только для того, чтобы сделать тебя счастливым? Разве ты уже не изучил меня к этому моменту?

— Я тоже не хочу так поступать. Я хочу справиться с ситуацией по-взрослому, но это сложно. Я продолжаю произносить резкие вещи. Боюсь, ты устанешь от меня, если я продолжу в том же духе.

— Этого не произойдёт. Не будь смешным.

— Мне нужно прекратить этот разговор, поскольку я чувствую, что продолжу говорить вещи, о которых пожалею. Честно сказать, я смущён. Мне нужно время успокоиться, пожалуйста.

Юншин вновь попытался пройти мимо Сехона, но в этот раз мужчина удержал его ещё решительнее, переплетая их пальцы и нежно поглаживая кольцо возлюбленного. Юншин бросил на него взгляд, говорящий об отказе, но Сехон не отпустил. Его хватка была достаточно нежной, чтобы Юншин мог легко из неё выскользнуть, но у него не было желания это делать.

Юншин был расстроен, смущён и немного разочарован. Он хотел, чтобы Сехон понял эти чувства. Он не хотел и дальше портить их отношения.

— Давай поговорим. Я разъясню, что имел в виду. Для начала давай пойдём в другое место, — предложил Сехон.

— Я обязан делать всё, что ты говоришь? Я не в настроении для этого, — сопротивлялся Юншин.

— Да. Я твой босс.

— А что, если я абсолютно, в самом деле не хочу?

— Это не обсуждается. Ты должен.

— Даже секс?

Сехон поколебался и туманно ответил:

— Если тебе любопытно, следуй за мной.

— Я сказал, что не хочу!.. — запротестовал Юншин, но его внезапно прервали.

— Директор Кан! Слава богам, ты здесь. О, адвокат До, вы направляетесь домой?

Как раз в момент, когда Сехон собирался вывести Юншина, его прервал знакомый женский голос. Он повернулся в его сторону, и, пока мужчина был отвлечён, Юншин быстро вырвал запястье из его хватки и направился прямиком к двери раньше Сехона. Непреднамеренно помешавшей стороной была Михи, которая знала об их отношениях. Держа в руках папку с документами, она явно хотела обсудить с Сехоном деловые вопросы. Должно быть, она ожидала перехватить директора, до того как тот уйдёт на ночь.

Увидев возможность поговорить с Сехоном, Михи переводила взгляд от одного мужчины к другому и, остановившись на Юншине, подняла бровь, молча прося об уединении.

Воспользовавшись возможностью сбежать, юноша не медлил.

— Оставлю вас двоих для разговора. Я ухожу. До свидания, — быстро сказал Юншин.

— Ха? Адвокат До! Адвокат До, это не займёт много времени! — крикнула Михи, но было поздно. Он уже выключил свет в своём кабинете и быстро пошёл к лифту.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 357 - Сайд-стори 3: Это не конец. Беглец

«Невероятно».

На мгновение Сехон подумал о том, чтобы догнать Юншина, который уходил, прихрамывая из-за своей всё ещё заживающей ноги, но сдержался, вспомнив, что тот направляется домой. В обычной ситуации было ясно, что юноша хотел бы, чтобы Сехон последовал за ним. Сегодня всё было по-другому. Желания Юншина казались противоречивыми – независимо от того, сократит Сехон расстояние между ними или нет, он в любом случае расстроится.

Сехон неохотно решил дать Юншину больше времени на раздумья.

Если Юншин не забронировал отель, он будет в их жилом комплексе, и у Сехона есть свободный доступ в его квартиру. Мужчина напомнил себе об этом, чтобы подавить желание последовать за ним.  С обеспокоенным выражением лица он повернулся к Михи.

— Что случилось? Это срочно? — спросил Сехон.

— Немного? Но он злится на тебя? Это мило, — ответила Михи.

— Как ты думаешь, почему он так себя ведёт?

— Что? Не могу поверить, что ты спрашиваешь меня об этом…

Михи окинула взглядом мрачное лицо Сехона и отпрянула.

— О боже, вы из-за этого спорили, да? Прости, я сделаю вид, что ничего не слышала. В любом случае насчёт руководителя исследовательской группы по корпоративному праву – я думаю, бывший судья Верховного суда был бы идеальным вариантом, как ты и предлагал. У меня есть список кандидатов. Ты можешь уделить мне десять минут?

Сехон пристально посмотрел на Михи, а затем решительно закрыл дверь кабинета Юншина.

Он провёл по ручке большим пальцем, ища следы тепла своего возлюбленного. Пожалев о своём неосознанном поступке, он быстро пошёл в свой кабинет вместе с Михи.

***

За входной дверью Юншина было пугающе тихо, как будто в молчаливом протесте; в воздухе не было слышно даже обычного окружающего шума.

Буквально прошлой ночью они были у Сехона, а утром вместе ушли на работу. Если Юншин вернулся сюда, то что-то в квартире должно было измениться с тех пор, как они были здесь в последний раз несколько дней назад. Однако всё выглядело нетронутым. Свет в прихожей был выключен, а обувь Юншина, что примечательно, отсутствовала.

Последовательность привычек всегда поражала. Даже если бы Юншин вернулся домой в другом эмоциональном состоянии, Сехон знал, что он аккуратно поставил бы свои ботинки на привычное место.

— Юншин, — позвал Сехон.

Когда он вошёл в квартиру, сработал датчик движения, и включился свет, но в квартире было тихо. Убедившись, что в гостиной, гардеробной, спальне и ванной никого нет, Сехон почувствовал необычную волну беспокойства. Юншина нередко не было дома, когда Сехон возвращался, но сегодня его отсутствие казалось особенно тревожным и странным.

Эта мысль усилила беспокойство Сехона. Почему он не решил их проблемы раньше? Он сожалел о днях, проведённых в раздумьях о будущем, которое могло никогда не наступить.

Если Юншина здесь не было, он всё ещё мог бы находиться в корпусе А. Желание Сехона найти юношу, прикоснуться к нему и притянуть к себе было непреодолимым.

Сехон достал телефон и проверил журнал посещений своей квартиры – ничего примечательного, кроме записи, сделанной этим утром. Затем он подошёл к планшету, закреплённому на стене Юншина, чтобы просмотреть записи охраны, но обнаружил, что история была такой же небогатой на события, как и его собственная.

Сехон позвонил Юншину и с беспокойством посмотрел на часы. Был уже час ночи.

— Куда ты ушёл? — пробормотал Сехон себе под нос.

Телефон продолжал звонить, но никто не брал трубку. Наконец, автоответчик сообщил ему, что абонент недоступен. Он снова набрал номер Юншина, но услышал то же сообщение. Разочарованный, Сехон схватил ключи от машины и выбежал на улицу, в третий раз набирая тот же номер. На этот раз голос, который он отчаянно хотел услышать, ответил.

— Здравствуйте, сэр, почему вы звоните в такой поздний час? Вам что-то нужно? — голос Юншина был спокойным.

— Я на грани того, чтобы потерять терпение, так что заканчивай спектакль. Почему твоя квартира пустует? Где ты? — потребовал Сехон.

— Зачем тебе это знать?

Сехон вошёл в лифт, который только что вызвал, и стал постукивать ногой в ожидании, пока цифры уменьшатся. Время тянулось бесконечно, пока наконец не открылись тяжёлые двери лифта. Не дожидаясь, пока они полностью разъедутся, Сехон выбежал из лифта и помчался в гараж. Он распахнул дверь своей машины и скользнул на водительское сиденье, его голос дрожал от отчаяния.

— Ты уже должен быть дома. Куда ты ушёл? Скажи мне, и я приеду туда.

— Ох. Я не вернусь домой сегодня вечером.

Сехон только что сел в свою машину, собираясь захлопнуть дверцу, но остановился, ошеломлённый. Обычно он был мастером расшифровывать скрытый смысл слов людей после всего лишь одного прослушивания. Но на этот раз заявление Юншина ускользнуло от него.

Время, казалось, остановилось, когда молчание Сехона заполнило эфир. Постепенно к нему вернулось самообладание. Слова Юншина были простыми, но непонятными для мужчины.

— Что ты сказал? — спросил он, понизив голос почти до шёпота.

— Я не вернусь домой.

Ещё одна пауза.

— Что?

— Я сказал, что не вернусь. Мне нужно повторить это ещё раз? Я отказываюсь, — чётко проговорил Юншин.

— Что ты такое говоришь? До Юншин. Что это за чушь? Единственное от чего ты можешь «отказаться», так это чтобы я вынимал из тебя свой член*. Немедленно возвращайся.

— Я слишком слаб рядом с тобой, поэтому, если буду рядом, то захочу пойти к тебе.

— Тогда просто иди ко мне.

— Я не хочу. Останусь на ночь у сестры. Я готовлюсь ко сну. Поговорим позже, — сказал Юншин и резко повесил трубку, прежде чем Сехон успел ответить.

Юншин сомневался, отвечать ли на звонок, но, зная, что старший мужчина будет искать его всю ночь, взял трубку, чтобы сообщить о своём местонахождении. Ошеломлённый Сехон попытался позвонить ещё раз, хотя и знал, что Юншин не ответит. Как и ожидалось, ответа не последовало.

Мужчина сжал руль, вспомнив вопрос Михи о том, что может довести его до отчаяния. Он вспомнил, как уверенно утверждал, что Юншин никогда бы не ушёл из дома вот так.

Сехон стиснул зубы и вдавил педаль газа.

Его вождение отражало его внутреннее смятение.

Он был более взволнован, чем обычно, и резко вошёл в поворот.

— Как он посмел просто уйти вот так? — сердито пробормотал Сехон.

Шины завизжали, и машина задрожала, когда Сехон помчался сквозь ночь.

***

Сехон впервые оказался в доме Игён.

Он не знал планировки, но вошёл так, словно был здесь не в первый раз.

Было почти два часа ночи – неподходящий час для незваных гостей. Сехон понимал, что нарушает этикет, но был сосредоточен на своей цели. Поскольку он молчал о своих намерениях, озадаченная хозяйка дома была вынуждена уточнить.

— Директор Кан, вам не кажется, что уже довольно поздно для визита? — спросила Игён.

— Кажется, — коротко ответил Сехон. Не теряя времени, он решительно шагнул вперёд, и сбитая с толку Игён поспешила за ним.

— И... это всё? — выдавила она, всё ещё пытаясь осознать ситуацию.

— Разве то, что я врываюсь сюда, зная, насколько это неуместно, не говорит о том, что я в отчаянии? Пожалуйста, простите меня за бестактность. До Юншин здесь, не так ли?

Игён притормозила в нерешительности, отставая на несколько шагов от своего незваного гостя. Сехон остановился в центре её гостиной, лицом к коридору, и повернулся к ней с напряжённым выражением лица. Его взгляд был острым, лицо бледным, он изо всех сил старался сдержать нарастающий гнев.

— Эм, директор...

— Вы планируете прятать Юншина? Это было бы неразумно.

— Я всё ещё думаю об этом.

— Если мне придётся искать его самому, ситуация обострится. Вы станете свидетельницей чего-то неприятного, а я бы предпочёл, чтобы вы этого не видели. Вы всё ещё раздумываете? — тон Сехона был настойчивым, мужчина едва скрывал нетерпение.

— Но...

— Если вы сомневаетесь, не стоило меня впускать, — резко перебил Сехон.

Игён почувствовала укол обиды.

— Вы выглядели так, будто были готовы ворваться силой, если бы я этого не сделала.

— Именно. Вы приняли верное решение, открыв дверь. Надеюсь, вы и дальше будете такой же благоразумной, — ответил Сехон твёрдым, но напряжённым голосом.

Встревоженная, но смирившаяся, Игён поняла, что её вклад мало что значит в продолжающемся конфликте между двумя мужчинами. Она чувствовала себя полностью отстранённой от их эмоционального смятения. Не имея реальной альтернативы, она пошла впереди, смирившись с неизбежным.

На этот раз она проявила инициативу. Проведя Сехона по коридору, она остановилась перед дверью слева. Указав на неё, Игён отступила, позволяя мужчине приблизиться. Он прошёл вперёд, пока почти не прижался к двери, его присутствие было внушительным.

*В оригинале в диалоге обыгрывается слово 들어가다 – возвращаться/заходить/входить, и его окончание звучит он так:

– [...] Я не вернусь.

– [...] Единственное «не войдёт», что я могу от тебя услышать это «(член) хёна в меня не войдёт».[...]

Юншин и Сехон здесь используют одно и то же слово, но в разных значениях.

Перевод: Alastriona, Bda

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 358 - Сайд-стори 3: Это не конец. Вторжение

— До Юншин, — позвал Сехон, постучав в дверь. Несмотря на его неоднократные стуки и возгласы, Юншин молчал. Но он никак не мог ничего не слышать, если только весь коридор не был звуконепроницаемым. Игён, почувствовав, что что-то не так, осторожно вмешалась.

— Не лучше ли было бы прийти завтра? Уже очень поздно, — предложила она.

— Знаю, вам есть что сказать, но я свяжусь с вами позже, чтобы всё обсудить. А пока откройте эту дверь.

— Юншин запер дверь, увидев вас на планшете. Он не открывает, несмотря на то, что услышал вас. Таковы его желания, так что я не могу пойти против них.

Сехон не удивился. С того момента, как он понял, что Юншин пытался сбежать, его разум был охвачен яростью. Его умственное возбуждение было таким же сильным, как и физическое, но без удовольствия. Его мысли крутились с такой скоростью, что он терял самообладание.

— Нет, вы боитесь, что Юншин в конце концов откроет дверь. И вы наверняка надеетесь, что мы расстанемся. Не будьте лицемерной. Я нахожу это отвратительным.

Игён лишилась дара речи, чувствуя, что её раскрыли. Сехон легко мог понять, что она не одобряет его как партнёра Юншина. Хотя он и ожидал такой реакции, его больше беспокоили последствия. Он боялся, что Игён заставит своего брата порвать с ним, разрушив их отношения.

Юншин принадлежал ему.

Это было неизменно – в прошлом, настоящем и будущем.

— Это ваше второе предупреждение. Немедленно откройте дверь. Просто чтобы вы знали: выбить комнатную дверь проще, чем входную.

Несмотря на предупреждение Сехона, Игён осталась невозмутимой. Юншин, должно быть, слышал шум снаружи, но сидел тихо, как мышь.

Не имея другого выхода, Сехон огляделся по сторонам с диким выражением в глазах. Игён не заметила его смятения, когда отошла в сторону. Мужчина подошёл к её чайному столику, взял прочный стакан из нержавеющей стали, закрутил крышку и взвесил его в руке.

Затем вернулся к двери Юншина и потряс кружкой перед Игён.

— Отправьте фирме счёт за замену двери. Я заплачу вам в десять раз больше. Включая стоимость этого, — сказал Сехон.

Прежде чем Игён успела ответить, он схватил дверную ручку с уникальным узором одной рукой, а другой поднял стакан над головой.

За мгновение до того, как он ударил по ручке, женщина закричала:

— П-подождите!

Сехон взглянул на Игён, остановив свои действия. В отчаянии она замешкалась, затем убежала и вернулась со связкой ключей. Она перебрала их, просматривая маркировки, и, наконец найдя нужный, вставила его в замочную скважину.

Дверная ручка в винтажном стиле с щелчком повернулась. Сехон вошёл в комнату, всё ещё держа стакан в руке. Юншин, свернувшийся калачиком на кровати и обнимающий подушку, наблюдал, как мужчина входит. Заметив его внушительное присутствие, молодой человек сжался сильнее и взглянул на стакан, указывая на него подбородком.

— Ты собирался сломать этим дверную ручку?

Сехон быстро взглянул на стакан и поставил его на ближайшую ровную поверхность.

— А что? Думаешь, я бы не смог вломиться с его помощью?

— Я спрашиваю только потому, что ты бы всё равно это сделал.

— Похоже, твой мозг всё ещё работает. Интересно, почему он отключился, когда ты убежал. Тебе стоило подумать об этом, — холодно сказал Сехон. Затем он повернулся к Игён, застывшей у двери. — Не могли бы вы оставить нас наедине?

Хотя он обращался к Игён, ответил Юншин.

— Это её дом. Куда ты её отсылаешь?

Сехон проигнорировал его комментарий и продолжил говорить с женщиной.

— Мы собираемся обсудить то, что вам лучше не знать. Я предупреждаю вас ради вашего же блага, и только, — сказал Сехон, словно предостерегая из лучших побуждений.

Он встретился взглядом с Игён, а затем захлопнул дверь у неё перед носом.

Теперь, отгородившись от коридора, Сехон направился к Юншину.

Тот смотрел, как старший мужчина приближается к нему, словно перед ним был мрачный жнец. Но не пытался убежать. Он лишь ещё больше сжался. Его мысли метались, и, пытаясь взять себя в руки, понял, что в общении Сехона и Игён был подтекст, о котором он не знал. Юншин поднял голову и посмотрел на мужчину.

Казалось бессмысленным приходить без приглашения в дом семьи близкого младшего коллеги только для того, чтобы забрать этого коллегу. Однако Сехон сделал именно это, и Игён не стала возражать, что сбило Юншина с толку.

Размышляя об этом, Юншин вспомнил некоторые сомнительные моменты во время своей госпитализации. Благосклонность, которую Сехон ему выказывал, была слишком значительной, чтобы её игнорировать. Похоже, Игён не до конца поверила словам Юншина о том, что эти услуги были частью преимуществ фирмы. Всё это показалось юноше крайне подозрительным.

— Что это было между вами двумя? Вы общаетесь друг с другом за моей спиной?

Сехону хотелось многое сказать, но он сдержал свои жалобы. Вместо этого он сел у изголовья кровати, к которой прислонился Юншин. Встретившись с ним взглядом, мужчина ответил:

— Ты серьёзно планировал спать здесь и оставить меня одного на всю ночь?

— Да, если бы ты не пришёл за мной.

Резкого ответа Юншина было достаточно для Сехона. Его гнев вырвался наружу, опасно сверкая в глазах.

— Как ты мог устроить мне такую проверку? Это было испытание, чтобы узнать, приду ли я?

— Я знал, что ты придёшь. Это подтверждение. Теперь твоя очередь. Что это было только что?

Сехон не поддавался. Ему не терпелось поцеловать Юншина, но он не хотел довольствоваться простым поцелуем. Юншин отверг его, схватив Сехона за плечи и твёрдо посмотрев на него.

— Не делай этого.

Юншин ясно дал понять, что не хочет, но затем заметил что-то в выражении лица Сехона, что заставило его колебаться.

В лице Сехона было что-то тревожное.

Юншин никогда раньше не видел у него такого выражения.

— Сехон?.. — позвал он.

— Ты не хочешь меня поцеловать? — спросил Сехон.

— Я не хочу решать этот вопрос поцелуем.

— Ты жалеешь, что выбрал меня?

Юншин был озадачен глупым вопросом.

— Почему ты спрашиваешь об этом ни с того ни с сего?

— Сначала ответь мне. Это очень важно для меня.

Вопрос был похож на тот, что задал Сехон, когда юноша подарил ему кольцо ручной работы. Мужчина пообещал, что Юншин не пожалеет о том, что встречается с ним, и этот вопрос казался неуместным. Юншин почувствовал, несколько Сехону был необходим ответ, и понял, что не может уклониться или отказаться отвечать.

— Я никогда не жалел о своём выборе.

— Ни разу?

— Ни единого раза.

Сехон убрал руки Юншина и нежно погладил его по лицу. Несмотря на первоначальный отказ, он наклонился и прижался губами к розовым губам Юншина. Он пососал губы молодого человека, и в пылу момента тот ответил ему. Язык Сехона скользнул между губами возлюбленного.

Юншин застонал в поцелуе. Сехон умело исследовал рот юноши, наслаждаясь каждым мгновением. Несмотря на свою опытность, он не мог скрыть своего волнения. Только когда он заметил, что Юншину не хватает воздуха, он медленно отстранился от поцелуя. Он слизнул нить слюны, соединявшую их, и сел прямо.

Сехон вздохнул, глядя на раскрасневшееся лицо Юншина, и отвернулся. Ему не хватило смелости остаться с ним лицом к лицу.

Сехон протянул левую руку, мягко взяв любимого за руку, и сказал:

— Мне не нравится эта женщина.

Юншин был ошеломлён. Он не ожидал, что Сехон скажет это. Изучая его профиль, молодой человек ответил:

— Я много раз говорил тебе, что у меня нет сестринского комплекса. Это недоразумение.

— Ты любишь эту женщину, — сказал Сехон.

— Конечно, люблю! Я не могу не любить свою семью... Тебе так сильно это не нравится?

— Именно поэтому я её ненавижу. Она – единственная оставшаяся у тебя семья. Она – самый близкий тебе человек. Что бы ни случилось, вы с ней всегда будете связаны. Я не могу с этим соревноваться.

Что он имел в виду, говоря, что не может соревноваться с ней?

Юншин был сбит с толку. Кан Сехон никогда никому не проигрывал. Сехон, Юншин и Игён знали это.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 359 - Сайд-стори 3: Это не конец. Примирение

Юншин знал, возлюбленный чувствовал себя некомфортно в присутствии его сестры, но не мог точно назвать причину. Ему хватало мысли, что Сехон не будет чересчур негативно относиться к Игён, ведь та была его сестрой, но реальность оказалась отличной от его ожиданий.

Юншину не нужно было объяснять, что у Сехона нет причин ревновать, что тот был единственным, кого любит юноша, и эти чувства были особенными для него. Сехон знал это. Должна быть другая причина, по которой мужчина поднял этот вопрос, поэтому Юншин терпеливо ждал, пока тот объяснит. Сехон сжал руку молодого человека и продолжил:

— По этой причине я не хотел рассказывать ей о наших отношениях.

— Это твоё объяснение тому, что ты сказал ранее? О том, что ты не хотел, чтобы моя сестра тебя увидела? — спросил Юншин.

— Это просто подтверждение... нет, на деле это оправдание.

— Думаешь, что совершил ошибку?

— Я не совершаю ошибок. Но поскольку я ранил твои чувства, я подумал, что был неосторожен. Мне следовало выразиться точнее. Я не это имел в виду.

Между ними повисла тишина. Юншин рассматривал профиль Сехона, затем повернул голову. Сехон уловил движение и, как и прежде, продолжал избегать зрительного контакта с юношей.

Его голос, глубокий и непостижимый, словно океан, успокаивал.

— Я сейчас настолько занятой, что у меня не выходит быть хорошим парнем. Вероятно, в обозримом будущем это продолжится. Ты безропотно пожертвуешь ради меня тем, что важно для тебя, при этом думая, что никак не можешь оказать мне поддержку. Я же тем временем так и буду принимать твоё одиночество.

— ...

— Даже если бы ты не встретил меня, рано или поздно нашёл бы кого-нибудь и искренне полюбил этого человека. Ты отличаешься от меня – того, кто без тебя был бы лишённым цвета и жизни. Директор До быстро поймёт, что ты слишком хорош для меня. И к сожалению, я неподходящая кандидатура, чтобы сделать тебя самым счастливым человеком на свете.

Это звучало как смиренное признание в любви и при этом как покаяние. Юншин сидел, не проронив ни слова, ожидая, пока Сехон закончит, но не мог удержаться от критики в сторону последнего высказывания.

— О чём ты? Я с этим не согласен.

— Лишь то, что ты не принимаешь это, не меняет суровой правды. Вот почему я не хотел ей говорить. Эта мысль сильно меня беспокоила. Я боялся, что, если она узнает, я не многое смогу сделать для тебя, она может украсть тебя у меня.

После продолжительного признания в собственных слабостях Сехон наконец повернулся и посмотрел на любимого. Несмотря на подрагивающие глаза, мужчина лишь крепко сжал руку Юншина, не предпринимая больше никаких попыток прикоснуться к нему. Тем не менее, его просьбы поразили юношу, словно ударная волна, обволакивая и проникая в самое сердце.

Юншин задумался, а понимал ли он когда-нибудь чувства обычно сдержанного и защищающегося Сехона настолько хорошо.

— Я никому не позволю забрать тебя у меня. Даже ты сам не можешь забрать себя у меня, — с уверенностью сказал Сехон, ища подтверждения во взгляде партнёра.

Временами Сехон сталкивался с проблемами, о которых Юншин никогда даже не задумывался. Это был один из таких случаев. Пусть молодой человек и сочувствовал Сехону, злость на него была сильнее.

— Ты думаешь, если бы моя сестра нас не одобрила, то я бы её послушал?

Сехон усмехнулся от этой идеи и издал глухой смешок.

— В момент, когда ты согласишься с мнением сестры, я больше не позволю тебе выйти на улицу. Даже не думай об этом, если не хочешь, чтобы я разрушил и твою, и её жизнь.

— Я... — Юншин затих.

— Ты?

— Я бы разозлился, если бы ты думал, что я её послушаю...

— Я так не думаю.

Юншин кивнул, с лёгкостью принимая это. Сехон прикусил губу, после чего, будучи не в силах сдержаться, наклонился вперёд и поцеловал возлюбленного. Когда они отстранились, их взгляды были обращены друг на друга, находясь на расстоянии в несколько сантиметров.

— Я не говорю, что отпущу тебя ради лучшего будущего. Я хочу сказать, что понимаю, иногда мне нужно объясниться перед тобой. И, возможно, ты уже мог заметить, но... да, твоя сестра знает о наших отношениях, — в спокойном тоне Сехона скрывалась тяжёлая правда, погружающая их обоих в омут мыслей.

Юншин сделал глубокий вдох, чувствуя себя озадаченным. Основываясь на прошлых разговорах и действиях Игён, он и подумать не мог, что она знает.

— Как? Ты ей рассказал? — спросил Юншин.

— Нет, нас поймали. Она видела нас на парковке, когда ты ещё был в больнице.

— Но она никогда об этом не упоминала...

— Возможно, она не могла поднять этот вопрос, ведь ты пытался скрыть это.

— ...

— У тебя ведь было ощущение, что так и есть, не правда ли? Ты предполагал, что она с подозрением относится к нашим отношениям. Не может такого быть, чтобы ты не знал.

Не в силах это опровергнуть, Юншин промолчал.

Юноша задавался вопросом, почему же Игён проигнорировала скандал о ней и Сехоне, несмотря на множество шансов его опровергнуть. Он надеялся, что сестра так защищает его, симулируя неведение об их отношениях, и воспользовался этой ситуацией в своих интересах.

Тот факт, что Игён знала об их отношениях, был недостающим кусочком их текущего конфликта, теперь всё обрело смысл. Юншин даже смог проследить опасения Сехона, узнав, что она в курсе. Он смог понять недовольство мужчины, высказанное в фирме. Должно быть, Сехон верил, что Игён будет выступать против их отношений, и эта мысль глубоко в нём укоренилась – возможно, с самого начала.

Должно быть, Сехон был крайне осторожен, будучи в курсе, что Игён знает, но не сильно в это углублялся. Обнаружив, что она видела их вместе, он, скорее всего, почувствовал – произошло неизбежное. И в то же время Сехон, вероятно, был встревожен, особенно потому, что Юншин делал то, что он любил меньше всего, чтобы помочь Догук выбраться из неприятностей. Сехон не хотел, чтобы Игён видела эти аспекты их отношений.

Юншин повернул руку, находящуюся в хватке Сехона, и переплёл их пальцы, внутренне раскаиваясь.

Весь вчерашний день юноша ничего не знал об этом. Оглядываясь назад, Если бы он дал Сехону шанс, этот был бы простой вопрос, который они могли решить разговором.

Юншин искал слова, пока множество мыслей возникало у него в голове, но Сехон повернулся, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Спасибо, что снял этот груз с моих плеч. Я очень благодарен тебе за это. Но, Юншин, больше никогда так не делай, — решительно сказал он.

Взгляд Сехона выражал, что Юншин многим жертвует ради него. Хотя с виду может показаться, что Сехон для него делает больше, это не так.

— Ты должен делать то, что хочешь и что нравится. Вот что помогло бы мне. Ты хочешь помогать людям, которые споткнулись на обочине, а не защищать капиталистическую организацию, выставляя ложь за правду перед средствами массовой информации. Оставайся верным себе, а я буду твоей опорой... и так мы сможем побороть твою сестру. Ты понимаешь, о чём я говорю? — Сехон продолжил, — Больше всего на свете я хочу увидеть, как ты меняешь мир, медленно, но верно. Ты делаешь то, что не могу сделать я. Мы обещали, помнишь?

Юншин не думал, как отреагировать на услышанное. Его тело двинулось быстрее.

Получив искренний взгляд Сехона, Юншин пополз в его сторону и прыгнул ему в объятия. Простого объятия было недостаточно, поэтому он обвил руками шею Сехона и прижался ближе. Признания мужчины были спокойными и тихими, но его слова были весомыми и искренними, проникающими глубоко в сердце Юншина.

Слова обещания были простыми, но Юншин не мог заставить себя произнести их. Он хотел выполнить просьбу Сехона, но боялся, что может поступить также в похожей ситуации в будущем.

Потому что Юншин безмерно любил Сехона.

Возможно, этого Сехон и ожидал от юноши.

Как и предполагал Юншин, мужчина прочёл его ответ через молчаливые объятия. Он смиренно вздохнул и сказал:

— Да, я тоже тебя люблю.

Непривыкший слышать эту фразу в ответ, Юншин отстранился, чтобы с недоверием посмотреть на Сехона. Счастье переполняло его живот и щекотало сердце.

Прекрасно понимая чувства Юншина, Сехон беззаботно пожал плечами. Зная, что мужчина понимает его эмоции, юноша попросил:

— Скажи это ещё раз.

— Я не повторяю своих слов, — спокойно сказал Сехон. Он посадил Юншина к себе на колени и наклонил голову. Юншин терпеливо закрыл глаза. Они разделили нежный поцелуй, будто два мальчика, целующихся впервые. Их мягкие губы встретились в многозначительном и непорочном поцелуе, прежде чем впоследствии отстраниться.

Наблюдая за выражением лица Сехона, Юншин приподнял веки. Он убрал волосы возлюбленного и провёл пальцами по бровям.

Их глаза были наполнены любовью и страстью друг к другу.

Пусть их контакт был простым и нежным, эти чувства зажгли в Юншин некоторые похотливые мысли. Охваченный пылающей страстью, юноша толкнул Сехона на кровать, когда тот меньше всего этого ожидал. Он оседлал бёдра мужчины и схватил его за руки, чтобы быть уверенным, что тот не сможет отказаться. По ряду причин Сехон охотно последовал за Юншином. Воодушевлённый юноша снял с возлюбленного галстук и начал расстёгивать рубашку.

Но ловкие пальцы Юншина внезапно остановились, и всё его тело оцепенело.

Сехон увидел внезапную остановку молодого человека и спросил:

— Что такое?

— Ранее, когда ты говорил, что я должен следовать всему, что ты скажешь, это включало в себя секс? Ты не дал мне чёткого ответа.

— Хм, тебе, должно быть, до смерти хочется узнать. Ведь адвокат До никогда раньше не отказывался от секса.

Юншин остановился.

— Тогда, если я захочу, чтобы ты сделал это грубо, могу я притвориться, что не хочу этого делать?

— ...

— Скажи мне, если я откажусь, ты примешь это за чистую монету или принудишь меня?

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 360 - Сайд-стори 3: Это не конец. Предложение

Обычного человека половой акт по принуждению бы отпугнул, но по какой-то причине Юншин выглядел выжидающим. Сиюминутная реакция Сехона отразилась на лице, стоило ему взглянуть на его нетерпеливого возлюбленного, после чего он покачал головой.

— Ты стабильно не в своём уме...

— Почему ты избегаешь вопросов? Это на тебя не похоже.

— Если тебе так интересно, можешь попробовать отказать.

— Ты, как юрист, хорош в уклонении от подобного. Ещё вопрос. Мне нужен точный ответ.

Юншин надавил на плечи Сехона, не позволяя ему сесть. Молодой человек не прилагал особых усилий, поэтому если бы мужчина захотел, то смог бы подняться, но он чувствовал, что Юншин собирается задать важный вопрос.

Юноша нервно облизнул губы и серьёзно спросил, для большей выразительности растягивая слова:

— Переезд... Это правда была твоя идея?

Глаза Юншина сверкали, словно звёзды, наполненные детским нетерпением. Он редко когда был настолько взволнован. Его лицо было серьёзным, и ответ, который тот хотел услышать, был чётко на нём прописан.

Сехон увидел этот взгляд и сел. Их взгляды снова встретились. Он поцеловал губы Юншина, подрагивающие от нетерпения, ведь ему не удавалось услышать то, что он так отчаянно желал.  В качестве ответа Сехон вернул ему крепкие объятия, полученные ранее.

Их сердца бились на чрезвычайно близком расстоянии.

Тут нос Сехона услышал незнакомый запах. Раздражённый, он повернул голову к Юншину и перекрыл запах незнакомца, поцеловав мягкие волосы, затылок и раскрасневшиеся уши. Он осыпал каждый сантиметрик, до которого смог дотянуться, громкими поцелуями, пока их взгляды наконец не встретились.

— Больше не используй незнакомые шампуни. Меня раздражает, что от тебя не пахнет мной, — предупредил Сехон с серьёзным выражением лица. Но прежде чем Юншин смог что-то ответить, мужчина обратно заключил его в свои объятия.

— Я не могу дождаться, когда закон о пожизненном партнёрстве будет легализован. Давай жить вместе, — сказал Сехон, и его низкий голос прокатился по Юншину, словно потоки любви, вызывающие рябь на его сердце.

Юншин замер в руках Сехона, не веря своим ушам.

Молодой человек всегда знал, что в итоге услышит, как Сехон произносит это, но ему представлялось, что это произойдёт в спокойный день в далёком будущем. Он совсем не ожидал подобного в столь неспокойный период. У Сехона была куча дел, помимо их романтических отношений, однако несмотря на остальную нагрузку, он так много размышлял об этом. Юншин ощутил поток любви и благодарности.

Официальное совместное проживание значительно не изменило бы их рутину и образ жизни, но отношение Сехона к сожительству и браку изменилось существенно. Это предложение значило, что Сехон серьёзно всё обдумал и пришёл к такому заключению.

Нужды колебаться не было. Юншину нужно было лишь сказать то, что он готовился предложить годами.

— Тогда, Сехон, ты бы выш... м-м-мф.

Попытка Юншина сделать предложение была прервана рукой старшего мужчины. Другой рукой он схватил юношу за плечи, что было верным признаком сдерживания. Несмотря на сопротивление Юншина, Сехон физически препятствовал ему и смотрел сверху вниз.

— Нет, змеёныш. Не делай мне предложение.

— М-м-мф! Нгх!

— Ты такой нетерпеливый. Почему ты думаешь, что я бы не сказал этого тебе?

Юншин замер, глядя на него, оставив всякое сопротивление.

Молодой человек знал, что он был единственным для Сехона. Для него не было секретом, что чувства Сехона могут быть даже сильнее, чем юноша представлял. Тем не менее Юншин чувствовал, что именно он должен быть тем, кто определит их отношения.

Юншин всегда был тем, кто смело брал Сехона за руку и делал первый шаг. Он делал это потому, что старший мужчина был ошеломлён каждым шагом на их пути, особенно радикальными изменениями в его жизни. Для такого упрямого и жёсткого человека, как Сехон, перевернуть свой мир с ног на голову было немалым достижением.

Тем не менее, как ни странно, когда на своём пути они сталкивались с трудностями, Сехон всегда был тем, кто сдерживал паникующего Юншина.

В целом, Сехон был диссидентом, постоянно циничным и скрупулёзным, но в конечном счёте более страстным, чем кто-либо.

Все эти эмоции были для Юншина.

Увидев рябь мыслей в глазах юноши, Сехон ослабил хватку на его плечах.

— Ты беспокоился оттого, что я не был в пределах твоей досягаемости? — спокойно спросил Сехон.

Юншин покачал головой.

— Тогда подожди немного. Пока я не задам тебе этот безумный вопрос, — продолжил Сехон.

Щёки Юншина порозовели, и он слегка кивнул.

Старший мужчина гордо усмехнулся и довёл мысль до конца.

— Давай начнём с совместной жизни.

Желая закончить спор, Юншин высвободил голову из хватки Сехона и крикнул:

— Хорошо!

Его лицо налилось румянцем от восторга и энергии. Юншину, у которого перехватило дыхание, понадобилось некоторое время, чтобы восстановить его. Ему хотелось снова и снова кричать, как он хочет жить с Сехоном.

Сехон сказал, что он не сможет сделать Юншина счастливым, но молодой человек был полностью с этим не согласен. Он был настолько счастлив именно потому, что был вместе с Сехоном. Никогда в жизни он не чувствовал себя более удовлетворённым. Это был один из многих «первых разов» с Сехоном.

Юншин знал, если бы кто-то другой попросил его жить вместе, он бы не испытывал такого восторга. Его радость брала начало из того, что было сокрыто за решением Сехона. Старший мужчина, не доверяющий миру, полностью верил своему партнёру и представлял их совместное будущее. Это воодушевляло Юншина. Он не чувствовал ни капли сожаления от своего решения остаться с Сехоном.

Кан Сехон идеально подходил Юншину.

Затаив дыхание, юноша схватил рубашку возлюбленного, сминая ткань на его спине.

Юншин пытался вернуть своё самообладание и ответил собранным тоном:

— Я хочу жить с тобой. Это было бы здорово. Давай начнём с этого.

— ...

— Я так сильно люблю тебя...

Юншин мог ждать, сколько потребуется. Он уже находился в состоянии блаженства. Он был рад, что Сехон нашёл в себе уверенность, чтобы принять их совместную жизнь, оставляя в прошлом свою прошлую обособленность.

Возможно, яркие чувства Юншина легко читались по его хватке. Сехон покачал молодого человека на своих бёдрах, словно убаюкивая малыша, и на его губах играла лёгкая улыбка. Он медленно отстранил Юншина и занял пассивную позицию.

— Думается мне, ты ответил слишком поспешно. Не ты ли говорил, что тебе нужно время для размышлений? Я могу дать тебе немного времени, — поддразнил Сехон.

В ясных глазах Юншина промелькнуло презрение, словно если бы он обвинял партнёра в садизме.

— Мне это не нужно, — огрызнулся Юншин.

Сехон усмехнулся от ответа, который и ожидал услышать. Он потянулся, чтобы погладить порозовевшие щёки Юншина, но тот схватил его руку на полпути, не позволяя мужчине прикоснуться.

— Что ты делаешь? — выразил протест Сехон.

— Нам не следует делать это здесь. Пойдём домой, — сказал Юншин.

— Именно сейчас, после того как ты сбежал из дома?

— Ох, ну давай же, — призывал Юншин.

Юншин встал и потянул Сехона за руки. Он собрал свои разбросанные вещи и, увидев, что Сехон поднялся, вытянул его из комнаты, забыв, что сам ещё в пижаме.

Находясь в тихом коридоре, Юншин отметил, что Игён, должно быть, вернулась в свою комнату, поскольку её нигде не было видно. Не желая рисковать и столкнуться с сестрой в неловкой ситуации, юноша отправил ей сообщение, что уходит. Набирать текст одной рукой было неудобно, но Юншин не собирался отпускать руку Сехона.

Сехон не задавал вопросов – ни о содержании сообщения, ни прочитала ли его Игён, ни почему она осталась в комнате, если прочитала. Он просто позволил Юншину вести себя за собой, лишь бросив короткий взгляд на закрытую дверь спальни, которая предположительно принадлежала Игён.

Недовольный тем, что Сехон отвлёкся, Юншин потряс их сплетённые вместе руки.

— Что ты делаешь? Поторопись, — призвал Юншин.

Сехон снова перевёл взгляд на возлюбленного, выглядя обеспокоенным.

— Ты собираешься выйти вот так?

— Уже поздно, и мы едем на машине. Быстрее, — сказал Юншин.

Юноша был сосредоточен лишь на том, чтобы им двоим оказаться дома как можно быстрее. Сехон почувствовал усилившуюся хватку и обнял возлюбленного за плечи, признавая поражение. Вместе они тихо выскользнули из дома Игён.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 361 - Сайд-стори 3: Это не конец. Переговоры

Действие 6

Вернувшись со встречи с руководителем отдела по связям с общественностью, Юншин задержался в кабинете секретаря. Он подождал, пока господин Так закончит свой телефонный разговор, и торжественно постучал по перегородке за его столом.

— Извините, секретарь Так, — сказал Юншин.

— О, адвокат До. Ваша встреча прошла успешно? Что сказал руководитель группы по связям с общественностью? — спросил секретарь Так.

— Они хотят обнародовать позицию фирмы по поводу негативных высказываний в прессе, а также интересуются, могу ли я дать ещё одно интервью.

— Они пытаются всё усугубить? Неразумно давить слишком сильно, особенно когда ситуация успокаивается.

— Я сказал им, что проконсультируюсь с директором Каном и отвечу им по электронной почте. Но, похоже, его здесь нет.

С тех пор как Сехон стал директором, в секретариате произошли большие перемены. Им потребовалось нанять больше сотрудников, чтобы справляться с возросшими обязанностями директора. Из-за этого Юншин стал более осмотрительно вести себя в офисе.

Сегодняшний день не исключение. Он то и дело поглядывал на кабинет Сехона, но не заходил без предупреждения, как раньше. Сехон часто отсутствовал в своём кабинете. Юншин не видел его до встречи с командой пиарщиков, а это означало, что офис пустовал несколько часов.

— О, вы пытались с ним связаться? Он бы скорее заметил ваши сообщения, даже если бы был занят, — удивлённо сказал секретарь Так.

— Я боюсь отвлечь его от чего-то важного.

Секретарь Так был осведомлён обо всех действиях Сехона в фирме. Адвокат До пытался предугадать возможные изменения, и по какой-то причине секретарь казался встревоженным. Юншин наклонился к узкой стойке регистрации, и его опасения были очевидны.

— Вы хотите что-то мне сказать, не так ли? — спросил молодой человек, внимательно наблюдая за ним.

Секретарь Так наклонился вперёд, не зная, стоит ли раскрывать то, что ему известно. Поколебавшись мгновение, он решил промолчать. Нетерпение Юншина нарастало, и он быстро подошёл к секретарю Таку, направляя его в конец обычно пустого коридора.

Мужчина почти не сопротивлялся, показывая, что готов поговорить. Оставшись наедине, Юншин повернулся к нему.

— Итак, в чём дело? — спросил Юншин, заинтригованный.

Секретарь Так вздохнул.

— Я знаю, что это не моё дело, но…

— Но вы понимаете, что иногда третья сторона помогает решить проблемы.

Секретарь Так кивнул в знак согласия.

— Вообще-то, кто-то из «Сансы» только что приходил.

«Санса» – это галерея, которой владеет и управляет Игён.

У их визита могло быть много причин. Юншин молчал, а секретарь Так продолжил делиться своими опасениями.

— Насколько я знаю, от Сансы не поступало никаких официальных запросов на встречу. Если только они не являются сотрудниками фирмы, директор никогда не встречается с посторонними без предварительной договорённости. За все годы моей работы с ним я никогда не видел, чтобы такое случалось. Но сегодня… он пошёл добровольно.

Как сказал секретарь Так, Сехон редко общался с людьми, которые не проявляли взаимного уважения. Независимо от статуса клиента, если он не связывался с ним заранее, Сехон отказывался от встречи. Особых условий директор Кан не признавал. Даже отцу Михи, предыдущему директору и основателю фирмы, после выхода на пенсию приходилось договариваться о встрече с Сехоном.

Это означало одно из двух: либо у адвоката Кана была личная связь с Игён, либо он решил сделать исключение и закрыть глаза на её неучтивость. В любом случае Юншин чувствовал себя неловко и тревожился из-за их встречи.

В глубине души молодой человек надеялся, что предположения Сехона о Игён были ошибочными. Он не мог смириться с мыслью, что его сестра не примет их отношения. Но с тех пор как Сехон забрал Юншина из её дома, Игён блокировала все попытки поговорить о том дне. Мужчине ничего не оставалось, кроме как смириться с реальностью.

«Я думал, что сестра поймёт», — подумал Юншин.

То, что он считал простыми вещами, на самом деле усложняло их отношения.

Он планировал однажды решить эти проблемы, и, похоже, этот день настал.

— Секретарь Так, я уйду с работы пораньше. Вы не могли бы разобраться с моим расписанием?

— Не волнуйтесь. Я отмечу это как встречу в другом месте.

— И организуйте мне машину, пожалуйста.

— Ах да, вы же сегодня не за рулём. Я пришлю водителя. И ещё, вы могли бы сохранить этот разговор в тайне?

Юншин развернулся на каблуках и бросился в свой кабинет, махнув рукой в знак согласия с просьбой секретаря Така.

— Адвокат До! Смотрите под ноги!.. Не бегите!

Секретарь Так с беспокойством посмотрел на нетвёрдую походку адвоката, прежде чем вернуться на своё место и вызвать для Юншина машину.

***

Лёд в кофе Сехона давно растаял, разбавив напиток.

Игён сидела совершенно неподвижно, словно в глубоком раздумье. Её решительный взгляд и сурово поджатые губы свидетельствовали о том, что предстоит серьёзный разговор. Сехон, сидевший прямо напротив неё, небрежно подцепил пальцем ручку стакана, откинулся на спинку и сделал глоток разбавленного напитка.

Они находились в кабинете директора художественной галереи «Санса».

Прошло четырнадцать минут, и Сехон мысленно отсчитывал секунды, размышляя, стоит ли заговорить первым. С момента как он стал адвокатом, он никого так долго не ждал, за исключением Юншина. Поразмыслив, мужчина решил подождать ещё минуту и сделал ещё один глоток.

Как только он собрался заговорить, Игён чётко произнесла:

— Мы с Юншином в большом долгу перед тобой. Мы вернём эти долги со временем. Но это не главное. Дело в другом.

Сехон сделал ещё один глоток холодного безвкусного кофе. Он беспечно ответил:

— Обычно тот, кто в долгах и пытается укусить руку, которая его кормит, начинает свою историю так же, как и вы. Продолжайте.

Игён на мгновение замерла. Опасаясь, что может попасться на удочку этого человека, она решила закончить свою речь. Женщина была полна решимости увести разговор в сторону от прямолинейного и проницательного мужчины, чья откровенность была такой же, как у Юншина.

— Вы оба мужчины. Есть ли у вас будущее?

— Я не пророк. Поживём – увидим. На данный момент обе стороны в этих отношениях согласны продолжать.

— Исход очевиден. Я настоятельно прошу вас пересмотреть эти отношения, пока не стало слишком поздно. Вы разумный человек.

Сехон намеренно с грохотом поставил свой стакан на стол. Его острый взгляд был прикован к Игён. Каждое движение и жест мужчины привлекали внимание. Поняв, что она снова попала в его сети, Игён попыталась вернуть контроль над разговором. Но спокойный, и при этом властный голос Сехона перехватил инициативу.

— Это невозможно, — ответил мужчина.

— Даже если я против?

— Вы думаете, мне это важно? Вы не в себе или просто не знаете меня?

— Я хорошо знаю Юншина. Он хороший мальчик, который слушается свою сестру. Он всегда прислушивался к моему мнению. И он, и я не будем отрицать, что я воспитывала его как своего сына. Если я впервые буду решительно возражать против его решений, он наверняка поймёт, что это неправильно.

Ответ Игён был близок к истине – он был не совсем точным, но логичным. Сехон не оспаривал каждое её слово. Однако женщина упустила из виду важный фактор: она не знала об истории отношений Сехона и Юншина, о том, как они годами старались сохранить их. И не могла повлиять на этот важный аспект.

— Тогда почему вы притворялись, что ничего не знаете, несмотря на свои сомнения? — спросил Сехон.

— Потому что Юншин... — Игён замолчала на полуслове, пытаясь сформулировать свои мысли.

Сехон, терпение которого уже было на исходе в отношении сестры Юншина, продолжил:

— Вы хотите сказать, например, что если я люблю Юншина, то должен отпустить его, чтобы он мог жить лучше, а не тонуть вместе.

— Да, именно так. Я знала, что мы говорим на одном языке.

— Нет, вы ошибаетесь. Я утащу Юншина за собой на дно.

Игён в замешательстве воскликнула:

— И это то, что следует говорить его сестре?

Сехон остался невозмутимым. Он сделал ей равнодушное замечание:

— Госпожа До, позвольте мне из вежливости предупредить вас. Я с радостью сброшу Юншина в сточную канаву, если понадобится.

— Вы хотите сказать, что знаете меня,  моего брата и как нами манипулировать?

— Если я застряну в глубинах ада, Юншин охотно присоединится ко мне. Так что не злите меня, или я утащу его за собой на самое дно. Ваш подход к тому, чтобы убедить меня, неверен, если хотите, чтобы он оставался на свету, — сказал Сехон.

Скрестив ноги, Сехон сделал ещё один глоток кофе. Его высокомерный язык тела был явной угрозой для Игён. Он успешно отразил её попытку использовать Юншина для шантажа. Женщина могла лишь в отчаянии смотреть на него.

Игён почувствовала, как её захлестнули разочарование и гнев. Она думала, что хорошо узнала Сехона за эти годы. Это вполне соответствовало ему: заключать сделки, используя Юншина в качестве ставки. Эта беспринципная тактика была в духе Сехона. Однако его методы были за пределами понимания Игён.

Вот почему она выступала против них. Охваченная яростью, она с негодованием спросила:

— Как вы можете так говорить о том, кого любите? Вы могли бы сказать это Юншину в лицо?

Перевод: Alastriona

Редакт: Uroboros

Глава 362 - Сайд-стори 3: Это не конец. Спор

Как и ожидалось, на него её выпад никак не повлиял. Мужчина выглядел так, словно никогда не сдвинется с места, сохраняя самообладание, несмотря на нападки, которые она на него обрушила.

Юншин наслушался от Сехона всевозможных пошлостей, особенно в постели. Если бы Игён узнала, у неё бы челюсть отвисла от ужаса.

— Короче говоря, это похоже на суд царя Соломона. Каждый из нас тянет Юншина за руки в разные стороны. Кто будет несчастен, если вы попытаетесь отнять его у меня? Я? Нет, пострадает Юншин. Я никому не позволю забрать его, даже если это будет означать, что он потеряет руку.

— Почему вы так упрямитесь? Это просто отношения, которые когда-нибудь закончатся.

— Кто сказал, что это просто отношения? Вы знаете, как далеко я планирую зайти с ним? Почему так уверенно рассуждаете о том, чего не понимаете?

В этот момент в комнату кто-то вошёл – сотрудник галереи. Уловив ледяное напряжение, он замешкался, но сообщил своей руководительнице, что прибыл гость. Игён велела ему выпроводить посетителя. Как только сотрудник ушёл, она продолжила третировать Сехона.

— Мужчина… Честно говоря, мне было бы трудно это понять и некомфортно, но я могла смириться с любовником-мужчиной, если он понравился бы Юншину. Каким бы бедным или необразованным он ни был, если Юншин выберет его, я должна буду это принять. Но не вас.

— Я богат, образован и имею хорошую репутацию. Можете объяснить свою логику?

— Я потерпела неудачу в любви и браке, так что знаю, насколько сурова реальность. В жизни встречается много препятствий, и тогда приходится бесчисленное количество раз идти на компромисс. Вы не умеете проигрывать, не так ли?

Сехон вальяжно развалился на диване, закинув ногу на ногу. Услышав нелепое предположение Игён, он скрестил руки на груди и усмехнулся.

— Вы хотите сказать, что не готовы принять меня, потому что я слишком часто побеждал? Невероятно.

В этот момент за дверью послышался слабый шорох. Звук шагов становился всё ближе. Крайне раздражённая Игён сердито отмахнулась от посетителя, не проверяя, кто это. Она несколько раз приказала им выпроводить гостя, недовольно махнув руками. Затем она ответила Сехону:

— Это ещё не всё. Вы всю жизнь были один. И никому не доверяете.

Впервые Сехон отбросил свою беспечность и замешкался.

Воспользовавшись его паузой, Игён продолжила:

— Он не такой, как вы. Его нельзя оставлять одного. Мне жаль, но вы из тех, кто позволяет своему возлюбленному чувствовать себя одиноким. Было бы лучше, если бы у вас был хотя бы один родитель, брат, сестра, родственник – нет, хотя бы близкий друг, – чтобы Юншин не был брошен в одиночестве, бесконечно ожидая вас. Неужели я многого прошу?

Сехон уставился на капли конденсата на своём стакане, нахмурив брови. Он был согласен с некоторыми критическими замечаниями Игён, но, похоже, она считала их личными недостатками Сехона, которые он мог контролировать. Её эмоции нарастали.

— И этот случай не исключение. Вы бы использовали террористические акты в свою защиту, если бы это принесло вам пользу. Вы не приняли никаких мер предосторожности, когда Юншин пострадал, и даже использовали его как щит! Вы вообще можете спать по ночам? Потому что я не могу. Да, я верю, что вы заберёте его, даже если он потеряет руку.

Сехон молчал, размышляя. Когда он услышал, как Игён раздражённо фыркнула, он криво усмехнулся. Его молчание было не контрнаступлением, а искренним отсутствием ответа. Тем временем его запутанные мысли начали разворачиваться и аккуратно упорядочиваться.

Он вытер запотевший стакан левой рукой и уставился прямо перед собой.

В этот момент он увидел приближающегося к ним человека.

Если только его зрение внезапно не ухудшилось, то фигура, идущая к ним, несмотря на пренебрежительный взмах Игён, принадлежала Юншину.

Наконец осознав его присутствие, Игён обернулась и крикнула:

— Разве вы не видите, что я встречаю важного гостя? Прогоните его...

Рука Игён застыла в воздухе, когда она узнала человека, стоящего перед кофейным столиком. Похоже, персонал не мог выпроводить или отослать незваного гостя, так как он был младшим братом директора. Она не могла винить своих сотрудников или их подготовку за эту оплошность.

Осознав свою ошибку, Игён повернулась и обменялась взглядами с Сехоном. Он собирался сказать ей, что не ожидал этого, но Юншин воспользовался возможностью заговорить.

— Я сам хотел это сделать. Директор Кан был против, и я сделал это у него за спиной, — спокойно сказал Юншин, с разочарованием глядя в глаза сестре.

Юншин не мог знать подробностей их разговора – он услышал только последние реплики, стоя за дверью. Эти слова теперь звучали у него в голове громко и отчётливо. Этот день мог стать одним из самых унизительных и незабываемых моментов в жизни Сехона, поскольку его отвергли за то, что он не мог контролировать.

Кровь Юншина вскипела так, что, казалось, вот-вот повалит пар из ушей. Сехон молчал, переживая унижение, которого он никогда не заслуживал, просто потому, что любил Юншина. Тысячи мыслей пронеслись в голове молодого человека, когда он наблюдал, как Сехон терпит критику, в то время как обычно он бы уже ушёл и отомстил в десятикратном размере.

Юншин уставился на Игён, но его слова были обращены Сехону:

— Почему ты ничего не говоришь в свою защиту? Сехон, ты же адвокат, который всегда побеждает.

Сехон не ожидал, что ситуация обострится. Он разочарованно вздохнул.

Мужчина раздражённо потёр лицо. Глядя на Юншина, он, казалось, спрашивал, действительно ли тот не понимает, что происходит. Он посмотрел на разъярённого Юншина и растерянную Игён, а затем вспомнил давний разговор.

«Почему тогда ты не согласен на официальную брачную встречу?*»

«В конце концов мы сделали это», — подумал он, массируя виски. Наконец, он ответил Юншину:

— Я думал о том, как реагировать на фактические утверждения.

— Не смеши меня. Что в этом правдивого? Почему ты сдерживаешься? С каких это пор ты терпишь такую критику?

— Разве я выглядел так, будто сдерживаюсь? Тебе стоило прийти раньше. Ты бы увидел, как я опровергаю заявления.

Юншин не мог смириться с тем, что Сехон не хочет опровергать слова Игён. Он схватил Сехона за запястье и потянул его вверх.

— Вставай, — сказал Юншин.

На мгновение Юншин подумал, что Сехон добровольно подчинится. Однако тот посмотрел на бледные руки юноши и медленно убрал их. Он встал, поправляя свой костюм. Хотя появление Юншина было неожиданным, Сехон знал, что в конце концов брату и сёстре придётся поговорить друг с другом об этом, поэтому он не видел необходимости вмешиваться в их разговор.

По правде говоря, Игён вела себя более разумно, чем ожидал Сехон. За годы подозрений она, должно быть, подготовилась к этому моменту. Роль Сехона в её разводе, вероятно, повлияла на её поведение. Игён, скорее всего, хотела избежать этой конфронтации, но, получив подтверждение, почувствовала себя обязанной вмешаться.

Игён теребила свои ногти. Сехон взглянул на неё, затем кивком указал на Юншина.

— Думаю, я услышал достаточно. Вам нужно поговорить со своим братом? Юншин, похоже, хочет что-то сказать, — спросил Сехон.

— Мне действительно нужно с ним поговорить. Не могли бы вы выйти и оставить нас одних?

— Конечно, — спокойно ответил Сехон, затем посмотрел на Юншина. Он подавил желание прикоснуться к этим изумлённым глазам и вместо этого аккуратно заправил выбившиеся волосы молодого человека за уши.

— Я достаточно натворил дел и причинил неприятностей в твоё отсутствие. Не говори того, чего не имеешь в виду, и знай, когда нужно остановиться. Буду ждать на парковке, так что заканчивай поскорее. Я не могу ждать слишком долго, — сказал Сехон.

— Се... — прежде чем Юншин успел его окликнуть, Сехон вышел, оставив юношу смотреть ему в спину, когда дверь за ним закрылась.

В комнате воцарилась тишина. Юншин повернулся к сестре, которая жестом пригласила его сесть. Глядя на Игён, он выказывал своё разочарование выражением лица, языком тела, взглядом и тоном.

— Ты серьёзно?

— Ты ожидал, что я встречу это с распростёртыми объятиями?

— Ты думала, что мне действительно нравился мой бра... директор Ю, этот ублюдок?

— Близкие и дальние родственники Чонвона живы и здоровы. У него есть несколько близких друзей, на которых он может положиться. Половина его друзей, возможно, желает ему смерти, но, по крайней мере, он никогда не использовал меня, чтобы спасти себя, — сказала Игён.

Тогда Юншин понял. Он ошибался, а Сехон был прав.

*В конце речь идёт о разговоре Юншина и Сехона в 228 главе.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 363 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ультиматум

Когда Сехон объяснил свою реакцию на интервью Юншина, тот понял ситуацию, но не полностью согласился с логикой. Теперь, столкнувшись с реальностью, он увидел, что Сехон представал как тот, кто эксплуатирует людей не задумываясь, Юншин же таким не был. Старший мужчина знал, что Игён неправильно поймёт ситуацию с интервью.

Возможно, у Юншина были предвзятые суждения. Он всегда верил, что сестра поймёт. Он думал, что её мудрость и великодушие распространится и на его отношения. Даже если Игён этого не одобряла, Юншин ожидал, что её причины будут отличными от тех, которые она только что озвучила.

Молодой человек предполагал, что она может быть против этих отношений по причине того, что Сехон был хладнокровным, вечно занятым, вовлечённым в теневую деятельность или мог многое потерять. Однако она прямо сказала, что не одобряет этого потому, что Юншину будет слишком одиноко. Он не мог принять этого. Если бы он знал, что это произойдёт, он бы не настаивал на встрече Сехона с Игён и раскрытии их отношений.

— Всё это время я был единственным, чей взгляд был зашорен.

— Юншин.

— Кто сказал, что меня использовали? Неужели ты думаешь, что я был настолько ослеплён любовью, что позволил бы манипулировать собой, как идиот?

— Это не имело бы значения, даже если тебя и не использовали. Ты сказал, что чувствовал, как некомфортно и отвратительно было подвергнуться воздействию СМИ и быть узнаваемым. Тем не менее ты вызвался помочь адвокату Кану. Плохое начало приводит к плохому концу. Вот почему я никогда не хотела знать. Почему Кан Сехон? Разве ты не в курсе, что он за человек?

— Игён, я теперь без родителей. Какие у тебя претензии к нему?

— Я боюсь, что твоё решение сделает тебя несчастным. Что ты будешь делать, когда любовь угаснет? Разве ты не видел, что произошло со мной? Я хотя бы могла подать на развод. Если адвокат Кан вознамерится раздавить тебя, ты станешь самым жалким и несчастным человеком, которого я знаю. Спустя столько лет избегания неприятностей, как ты мог устроить такую катастрофу и вызвать у меня такое раздражение?

Как и сказал Сехон, похоже, Игён твёрдо верила, что жизнь Юншина была бы лучше без него. Юноша был несогласен. Его нынешняя жизнь была лучшей из всех, что он мог представить. Однако, видя беспокойство Игён, он знал, что убедить её будет тяжело.

Обычно Сехон умело избегал конфликтов, поэтому он мог легко обойти Игён. Но поскольку он этого не сделал, Юншин чувствовал противоречие. Было душераздирающе видеть, как Сехон, казалось бы, соглашается с Игён. Молодой человек не хотел, чтобы возлюбленный оставался один, но он также ощущал сильное желание защитить его, не позволяющее ему покинуть комнату.

— Игён, нежелание Сехона держать людей поблизости вызвано не его холодностью. Это его механизм выживания.

— Если бы речь шла о ком-то другом, я бы не была против. Ты не найдёшь мужчину лучше, чем Сехон. Но в твоём случае всё иначе. Я знаю, какой ты добрый и нежный. Несмотря на то что сегодня я не смогла довести это до конца, мой ответ не изменится. В итоге ты будешь тем, кто пожертвует всей своей жизнью ради него. Я не могу позволить тебе быть с тем, кто только принимает твои жертвы.

Игён серьёзно недопонимала ситуацию. Она была совершенно не права.

Юншину было тяжело принять, что из всех людей именно Игён была введена в заблуждение. Не только потому, что она была его сестрой, но и потому, что семейство До было многим обязано Сехону.

— Знаешь ли ты, почему Сехон был заперт в Догук на семь лет?

— Семь лет?

— Он заключил сделку с директором Сон. Оставшийся срок был продлён на неопределённое время, когда Сехон стал содиректором.

— Юншин, сейчас не время для этого. Я знаю, что директор Кан компетентный юрист.

— Сейчас самое подходящее время говорить об этом. Как думаешь, кто рисковал своей карьерой, чтобы обеспечить тебе достойный образ жизни, которым ты наслаждаешься сейчас?

— Судебные издержки? Я уже все их оплатила. Более того, ты также помогал!

Юншин с горечью усмехнулся. Она опускала из виду развитие процесса до того, как Догук взяла её дело. Невозможно, чтобы она забыла, как все сначала отказались от её дела, но вела она себя так, будто этот участок её памяти был стёрт.

— Ты действительно думаешь, что я мог возглавить такой масштабный иск? Я был лишь младшим юристом. Когда ты стала такой наивной? Компромисс? Жертва? Это так унизительно.

Юншин встал с дивана и посмотрел сверху вниз на сестру. Эти туманные слова оставили у Игён вопросы. Ей еще многое хотелось сказать и спросить, но, почувствовав намерение брата уйти, она потянулась к нему. Юншин остановился возле Игён, чувствуя, что ему ещё есть что сказать.

— Почему ты думаешь, что ранить Сехона это норма, когда причинять боль мне ненормально?

Игён лишилась дара речи. Тогда Юншин понял, у неё были лишь смутные представления о глубине их с Сехоном отношений и о том, как каждый из них шёл на компромисс и жертвы ради другого. Она просто была предвзята к Юншину и эгоистична. Юноша не мог целиком и полностью винить её, он оказал на неё влияние, как и их покойные родители.

Впрочем, он мог понять её точку зрения. Если бы их роли поменялись, Юншин мог бы вести себя также, как она. Игён отталкивалась от того, что не хотела, чтобы брат повторил её ошибки и терпел подобные несчастья. Однако её подход был ошибочным.

— Я не изменю своего решения, так что ты измени своё. Свяжись со мной, когда будешь готова. Увидимся.

Игён горько улыбнулась, сжав руку Юншина, прежде чем отпустить его. Она не смотрела, как тот уходил, позволив двери со щелчком закрыться.

Она тяжело вздохнула, её лицо побледнело.

Противоречивые мысли кружились в её голове.

Во время подготовки к разводу Юншин сказал ей, что у Сехона есть какая-то слабость, и согласился взять на себя её дело. Она думала, что с тех пор они стали ближе и их отношения развились, но, похоже, Сехон взял дело как раз из-за их связи.

— Получается, они, должно быть, уже какое-то время встречались...

Поначалу было приятно видеть, как Юншин посвящает себя отношениям, хотя он чаще всего был уклончивым. Со временем у Игён возникли подозрения, но она боялась убедиться, кто был партнёром Юншина, поэтому избегала расспросов. Шли годы, и воспоминания накапливались.

Пока Игён вспоминала моменты, как розовели щёки её брата, когда тот говорил о своём партнёре, тёплая улыбка растеклась по её лицу.

Она собрала воедино свои воспоминания и наконец добралась до разговора, который только что состоялся между ней и Сехоном.

«Тогда почему вы притворялись, что ничего не знаете, несмотря на свои сомнения?»

«Потому что Юншин...»

Потому что Юншин выглядел счастливым.

Игён провела пальцем по кромке стакана, после чего впервые за сегодня подняла его. Она сделала глоток растаявшего айс-кофе, её глаза становились задумчивыми, когда она задавалась вопросом, насколько горько было Сехону.

***

Тишина в машине была особенно тяжёлой. Поездка была плавной и комфортной, но настроение Юншина было испорченным, как песок, пропитанный водой. Его кровь остыла настолько, что та ярость, которую он чувствовал, казалась далёким воспоминанием.

Спустя некоторое время, проведённое за созерцанием видов за окном, Юншин почувствовал потребность нарушить тишину. Он посмотрел на голубое вечернее небо прекрасного летнего дня.

— Ты же не собираешься отменять наше совместное проживание из-за того, что сказала моя сестра, не так ли?

Сехон лишь постучал пальцем по рулю. Юншин услышал тихий смешок старшего мужчины и повернул голову в его сторону. Сехон взглянул на Юншина, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу. Его язык тела не демонстрировал никаких признаков негатива.

— Не смейся надо мной. Я хочу чёткого ответа. Я беспокоюсь.

— Конечно, нет. Зачем мне отступать? Я делаю это не для того, чтобы кому-то угодить.

Юншин с облегчением вздохнул и более расслабленно спросил:

— Значит, наша любовь остаётся неизменной, несмотря на сильное неодобрение со стороны моей сестры, верно?

— С чего бы? Ты передумал?

— Я чувствую то же, что и раньше, поэтому, пока ты не передумаешь, я в порядке. И... мне жаль, что тебе пришлось услышать это. Я знаю, от этого тебе не станет лучше, но сейчас я действительно расстроен.

— У меня было предчувствие, что это произойдёт. Я не хотел, чтобы ты расстраивался из-за этого.

Автомобиль совершил плавный поворот налево. Юншин воспользовался возможностью наклониться к водительскому сидению и прижался лбом к руке Сехона. Тот, похоже, был не против, поскольку юноша услышал его вздох.

Юншин нерешительно взглянул вверх на Сехона, наклонив голову.

Почувствовав взгляд, Сехон повернулся и поцеловал Юншина в макушку.

— Если тебе есть, что ещё сказать, просто говори, вместо того, чтобы украдкой на меня поглядывать, — сказал он.

— Я не поглядывал украдкой. Я просто тихонько наблюдал.

— Спрашивай что хочешь.

— Ты в порядке?

Сехон не ответил и на этот раз. Однако Юншин часто мог прочитать мысли и чувства возлюбленного, просто взглянув на его лицо. После некоторого наблюдения юноша понял, о чём думает Сехон. Казалось, что тот хотел что-то уточнить или подтвердить.

Как Юншин и ожидал, Сехон задал вопрос:

— Ты расстроил свою сестру, не так ли?

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 364 - Сайд-стори 3: Это не конец. Расходящиеся пути

— Ну... тут зависит от того, с какой стороны посмотреть, я полагаю.

— Ты слышал только часть разговора и будешь жалеть о том, что сказал. Тебе стоило прислушаться к моему предупреждению.

— Ух, знаю, я должен был это сделать. Но есть одна вещь, в которой ты ошибся.

Сехон уставился на него с недоумением.

— Как я могу в чём-то ошибаться?

— Нет, ты ошибался. Оказывается, я довольно хорош в сарказме, просто раньше я находился в твоей тени. Я тоже был удивлён, когда разговаривал с сестрой. Я достаточно долго находился рядом и научился нескольким новым трюкам...

На следующем красном светофоре Сехон бросил на Юншина скептический взгляд. Юноша оторвал свою щёку от плеча возлюбленного и сел прямо. Они оба знали, что за беззаботным обменом репликами скрывалась правда. Юншин хотел признать, что невольно ранил Игён своими острыми высказываниями. Поняв это, Сехон покачал головой и продолжил движение.

— Я боюсь, что у меня будет такой сын, как ты.

— Зачем ты заговорил о детях? Мы согласились прервать наши родословные.

Расслабленная и улыбчивая манера поведения Сехона была тем, чем дорожил Юншин. Молодой человек насладился улыбкой партнёра, после чего наклонился, чтобы поцеловать Сехона в щёку, затем вернулся на своё место и посмотрел в окно. Сехон взглянул на его обеспокоенное отражения, пытаясь воссоздать разговор Юншина и Игён, после того как он покинул комнату. Хоть ошибки имели место, он уловил суть произошедшего.

— Директор До всего лишь беспокоилась о тебе. Она боялась, что ты закончишь так же, как она.

— Знаю. Её любовь закончилась плохо. Но моя сестра не знает, какой ты добрый и любящий. Она не хотела, чтобы мне было больно, поэтому перенесла эту боль на тебя. Это низко с её стороны.

— Так и было, но её слова не ранили меня так сильно, как ты того боишься. В конце концов, нам бы пришлось с этим столкнуться, и мне нужно было услышать это от неё сегодня.

— Я в курсе. Но она, должно быть, затронула чувствительную точку.

— Это не значит, что мои чувства были задеты. Я не пытаюсь быть крутым, но я был рад услышать это.

— Неужели?

— Я думаю, твоя сестра не будет противиться нашим отношениям, если поймёт одну-единственную вещь... наверное.

«Наверное» было сказано Сехоном не совсем уверенно. Но если ему будет комфортно с этой мыслью, это может перерасти в уверенность.

— Одну вещь?

— Не иди по её стопам. Время решит это за тебя.

Главной обеспокоенностью Игён было то, что любовь Сехона и Юншина угаснет, что заставит их причинить боль друг другу. В идеале она не хотела, чтобы хоть кто-то пострадал, но если дойдёт до этого, она бы предпочла, чтобы этим кем-то был Сехон. Если кратко, она хотела, чтобы Юншин был счастлив. Таким образом, говоря, что время разрешит этот вопрос, Игён подразумевала, что Сехону придётся много работать ради Юншина, продолжая любить его, вне зависимости от того, насколько тяжёлыми станут обстоятельства или насколько одиноким может стать Юншин.

Несмотря ни на что, у Юншина всегда будет место в жизни Сехона.

Временами лишь отдалённым эхом, воздухом или тенью.

Сехон планировал сделать Юншина неотъемлемой частью своей жизни, независимо от места. Это нашло глубокий отклик у молодого человека, который знал, насколько обособленным и независимым обычно был его возлюбленный.

— Можешь ли ты взять ответственность за свои слова?

— Я даже прошёл через утомительную добрачную семейную встречу ради тебя. Разве это не значит быть ответственным?

— А, точно...

Юншин осознал, что эта встреча напоминает предсвадебное семейное собрание. Он застенчиво ухмыльнулся, но затем, поняв, что всё прошло не так, как он себе представлял, в отчаянии стукнулся лбом о стекло. Будучи не в силах угнаться за переменчивым настроением Юншина, Сехон нахмурился и снова сосредоточился на вождении.

Спустя несколько минут Сехон поднял новую тему.

— Кстати говоря, Юншин, как ты узнал, что я был там?

Несмотря на его кажущуюся незаинтересованность, Юншин внимательно следил за каждым движением Сехона. Юноша вздрогнул.

— А?.. П-почему ты хочешь знать?

— Это был секретарь Так?

— М-м-м... нет?

Интонация Юншина пошла вверх к концу предложения, прозвучав как вопрос. Зная о честности Юншина, Сехон уже мог догадаться, что произошло, по его неловким увиливаниям. Только несколько сотрудников секретариата знали, что сегодня Сехон посещает галерею «Санса».

Осознав это, Сехон серьёзно сказал:

— Учитывая обстоятельства, это должен был быть секретарь Так.

— Это... не так, всё же.

— Я не переношу, когда ты хранишь с кем-то секреты за моей спиной, — обратил внимание Сехон.

— Правда, это не так...

— Когда я выслушаю секретаря Така, ты тоже понесёшь часть вины. Подумаю, какой вариант для тебя экономичнее и эффективнее.

Юншин пытался найти способ спасти своего друга за те минувшие несколько секунд. Несмотря на то что он ломал голову, он не мог ничего придумать.

В конце концов, юноша решил признаться:

— Не ругай его слишком сильно...

— Он не должен был создавать проблемы, если сам не хотел попасть в неприятности.

— Он просто пытался нам помочь.

— Больше похоже, что он не смог разделить личную и рабочую жизнь.

— Но...

— Не вставай на сторону другого мужчины. Я не могу больше терпеть это.

Позиция Сехона не давала никакой надежды на снисхождение.

«Простите, секретарь Так», — извинился в глубине души Юншин, поджав губы. Он вытащил телефон и набросал текст признания, что не смог соблюсти их соглашение о неразглашении и кратко описал реакцию Сехона. Стоило ему отправить сообщение, ответ пришёл мгновенно.

Секретарь Так Хивон: ??????

Секретарь Так Хивон: ????????????

Секретарь Так Хивон: Т_Т

Юншин уставился на экран, затем сунул телефон обратно в карман. Он смущённо моргнул.

Действие 7

Юншин поправил свой распущенный галстук в зеркале, сидя на переднем пассажирском сидении. Он проверил, все ли пуговицы его рубашки застёгнуты правильно, поправил воротник, после чего надел пиджак.

Деревья за окном окрашивались в оттенки жёлтого, возвещая об окончании жаркого сезона и приближении более прохладной погоды.

Посмотрев вперёд, он увидел здание Догук целиком. Он перевёл взгляд на водителя, идеально одетого и собранного, что резко контрастировало с тем, каким растрёпанным был Юншин несколько минут назад. Он почувствовал, что с ним обошлись несправедливо.

Соски Юншина болели и воспалились, и дискомфорт от них, скорее всего, продлится ещё несколько часов. Проблема в том, что воспалённым и чувствительным был только один сосок, посылающий импульсы боли ему в бёдра. Зная, что ему придётся терпеть это ещё как минимум половину дня, Юншин взорвался.

— Как ты мог это сделать?

Сехон остался невозмутим.

— Я хотел пососать твои соски по дороге на работу, так я и сделал. Какие-то проблемы?

Сехон, казалось, был намеренно вульгарным. Юншин замер на мгновение, но быстро переключил своё внимание на жалобы.

— У меня никогда не было проблем с руководителем группы, — пожаловался Юншин.

— Опыт способствует развитию мозга.

— Я не ребёнок. Это не у тебя проблема. На 99% это ты виноват. Помоги, если у меня возникнут неприятности. Ты же знаешь, что мой руководитель строго следит за временем.

— Решайте проблемы команды по семейному праву внутри своей команды. Я не проявляю фаворитизма.

— Вау, почему ты сегодня такой злой?

— Для тебя это в новинку? У тебя уже беда с памятью, тебе нужно побольше опыта, чтобы заполнить этот пробел.

— Я говорю, что причина этой проблемы должна нести ответственность.

— Даже не знаю. Почему бы тебе не попросить того младшего юриста, который отличился? Вы, кажется, близки.

Юншин сощурился от комментария. Как и ожидалось, проблема крылась именно в этом.

Если бы Сехон хотел порадовать Юншина и сам почувствовать себя хорошо, он бы пососал оба соска, а не один. Вдобавок он предложил бы решение для ситуации со встречей, на которую опоздал бы Юншин, но он отказался делать и это. Мужчина на водительском сидении, казалось, был в плохом настроении.

Губы Юншина слегка изогнулись в улыбке от осознания, но быстро вернулись в исходное положение. Он был рад, что Сехон проявил ревность, но то, как он это выразил, ставило юношу в сложное положение. В отличие от Сехона, который находился на вершине, Юншин всё ещё нёс ответственность перед другими и мог получить выговор от нескольких начальников.

«Что я должен сказать, если меня спросят, почему я опоздал?» — подумал Юншин.

Он посмотрел на Сехона сердито, но в то же время радостно, ведь вспомнил, что только что произошло.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 365 - Сайд-стори 3: Это не конец. Дерзость

В последнее время совместные поездки Юншина и Сехона были редкостью. Для высокопоставленного директора крупной юридической фирмы не имело смысла ездить на машине с кем-то ещё. У них не было оправданий, поэтому они перестали это делать. Однако после их обещания, данного прошлым летом в больнице, Сехон иногда садился за руль, когда у него была такая возможность. Сегодня был один из таких редких дней.

Директор Кан даже вышел из дома раньше обычного, чтобы подстроиться под расписание Юншина. Всё было хорошо, пока их разговор не принял неожиданный оборот. Пока они обсуждали работу, вопросы Сехона становились всё более настойчивыми и прямолинейными. Юншин упомянул, что один из новых младших юристов был особенно умён и вызвал его интерес. В этот момент Сехон свернул в безлюдный переулок, припарковался и начал стягивать с Юншина пиджак.

Мужчина, удивлённый и растерянный, наблюдал, как Сехон ловко расстёгивает его рубашку. На следующие полчаса Сехон уткнулся лицом в левую грудь Юншина, покусывая и посасывая его сосок, пока тот не стал болезненно чувствительным. Поначалу молодой человек был заинтригован такой внезапной страстью, но когда его левый сосок начал неметь и болеть, он понял, что что-то не так.

— Зачем ты это делаешь? Как бы сильно ты ни сосал, ничего не выйдет, — проворчал Юншин. Его грудь была такой чувствительной, что даже малейшее прикосновение причиняло боль. Он прикрыл сосок рубашкой, стараясь не задеть его тканью.

Сехун выглядел ошеломлённым.

— Тебе не стыдно говорить это вслух?

— Я думаю, что тот, кто первым делом с утра тридцать минут сосал мужской сосок, должен заняться саморефлексией.

— Зачем это, когда я сосу то, что принадлежит мне? Я не трачу время на бесполезные вещи. Было бы проще вымогать у меня деньги.

— Мне нужно твоё мнение, а не твои деньги. Из-за тебя я опоздаю на встречу.

Сехон неохотно согласился. Юншин быстро схватил планшет, который ранее бросил на заднее сиденье, и открыл документы для предстоящей встречи. Он должен был встретиться с другими старшими юристами, чтобы обсудить задачи для их младших коллег. У Юншина уже был готов ответ, но он хотел услышать мнение Сехона, раз уж они были вместе, – хотя он надолго отвлёкся.

Юншин предположил, что старший мужчина помнит первую половину документа, который они обсуждали до остановки, поэтому начал диктовать вторую половину.

— Четвёртый случай... Женатый мужчина вступил в отношения, солгав, что он разведён. Он подделал свидетельство о браке. Этот мужчина – известный в социальных сетях парикмахер, и если мы возьмёмся за это дело, то будем представлять интересы истцов.

— Во-первых, подделка документов, во-вторых, вмешательство в право истца на принятие решения, и вы можете подать иск о возмещении ущерба. Это беспроигрышный вариант.

— Да, ответ прямо как по учебнику.

— Нет. Давай. Следующий.

Юншин предугадал ответ Сехона.

— Тогда... в браке произошёл разлад, но развод требует тот, кто виноват в этом.

— Кто клиент?

— Виновный супруг. Он буддийский монах. И очень, очень известный.

Лицо Сехона исказилось от недоверия. Убедившись, что не ослышался, он спросил:

— Монах женился? Он из секты, которая разрешает это?

— Нет, я не понимаю, как его так и не поймали. Если мы возьмёмся за это дело, то выясним.

— Согласно прецеденту Верховного суда, даже если брак распался, виновный супруг не может инициировать развод.

— Да, на первый взгляд, у нас есть небольшой шанс на победу. Обнародование этого факта может стоить ему статуса монаха, но он, должно быть, отчаянно хочет развестись, поскольку лично подал заявление в нашу фирму. Это поднимет много шума.

— В Догук нужны только те адвокаты, которые выигрывают.

Здание Догук выделялось среди небоскрёбов города. Вскоре они подъехали ко входу и припарковались на подземной парковке. Сехон плавно повернул руль и посмотрел на Юншина, давая понять, что одобряет его решение.

Поняв этот взгляд, Юншин кивнул и поделился своими мыслями.

— Я уже принял решение по этому делу. Мне нужна была твоя поддержка.

— Старшие юристы по семейному праву обычно оставляют такие крупные дела себе, а не передают их младшим, в отличие от тебя.

— Да, ты это хорошо знаешь. Мне требовалось набраться смелости, чтобы противостоять оппонентам. Как только это будет одобрено, я думаю передать дело тому умному младшему юристу. Мне любопытно посмотреть, как он структурирует...

Машина с визгом остановилась. Сехон резко нажал на тормоза, из-за чего Юншина бросило в сторону, несмотря на устойчивость седана, и молодой человек задался вопросом, почему Сехон ехал на такой скорости в гараже.

Юншин ахнул, ударившись локтем о стекло, и недоверчиво уставился на мужчину за рулём. Агрессивно припарковавшись на месте директора, Сехон смотрел прямо перед собой, так крепко сжимая руль, что на его руках вздулись вены. Юншин вздрогнул, почувствовав угрозу, и попытался выровнять дыхание.

— ...это дело и... — продолжил он.

Сехон повернулся и свирепо посмотрел на Юншина, его рычащий тон предупреждал его быть осторожным.

— Ты уже дважды упомянул одного и того же человека. Если ты сделаешь это в третий раз, он умрёт. Подбирай слова с умом.

— Я только говорю, что передам это дело ему...

— Я же сказал тебе, он умрёт.

— Это всё... Клянусь.

Хотя они находились на парковке фирмы, Сехон вряд ли стал бы устраивать сцену здесь. Отсек директора был изолирован, и его редко кто-то посещал, если только не был вызван специально. Они были осторожны, но риск того, что Сехон предпримет что-то в отношении Юншина, был минимальным. Тем не менее юноша огляделся и осторожно объяснил, что происходит, чтобы избежать дальнейшего недопонимания.

— По мере накопления опыта я в итоге стану руководителем группы. Было бы полезно иметь квалифицированных членов команды. Я хочу помочь в развитии фирмы, которой ты управляешь. Это всё, что я имел в виду.

— Часто ли оправдания становятся более пространными, чем нужно?

— Разве это не больше похоже на убеждение, чем на оправдание?

— С каких это пор ты стал таким преданным Догук?

Юншин действительно со временем стал преданным фирме. Когда он впервые вступил в неё по рекомендации своей сестры, он ожидал, что в конце концов уйдёт, так и не прижившись и не полюбив это место. Но всё изменилось. Догук стала для него особенной, в первую очередь потому, что Кан Сехон был его частью.

Юншин отстегнул ремень безопасности и тепло улыбнулся Сехону.

— Догук должна работать без сбоев. Если что-то пойдёт не так, у меня, как у твоего законного представителя, появится головная боль. О, и ты тоже должен быть моим законным представителем, несмотря ни на что.

— Разве это не слишком большой убыток для меня? Я не беру дела, в которых нет реальной прибыли.

— Я тоже дорого стою. Со мной трудно встретиться.

Сехон фыркнул.

— Клиентам с делами pro bono достаточно одного звонка, чтобы договориться о встрече с тобой. Ты даже сам наведываешься к ним.

Юншин замолчал – Сехон был прав. Чем дольше они спорили, тем больше Юншин проигрывал. Отступление было лучшим вариантом для него.

Они прибыли в здание фирмы, и юрист уже опаздывал на встречу. Он быстро собрал свои вещи, приготовившись выскочить из машины. Когда мужчина уже собирался выйти, Сехон удержал его. Юншин наклонился к машине и посмотрел на Сехона, протянув руку, чтобы остановить старшего, который собирался выйти.

— О, подожди. Не выходи пока.

Сехон, кажется, понял. Он кивнул и повернул правую щеку к Юншину. Тот усмехнулся и наклонился, чтобы поцеловать Сехона в щёку. Когда он отстранился, мужчина схватил его за подбородок и прижался губами к его губам. Юншин покраснел.

Поцелованный с широко открытыми глазами, Юншин закрыл их на секунду позже, и его ресницы затрепетали от удивления.

Пока Юншин всё ещё был застигнут врасплох, Сехон взял свою сумку и вышел из машины. Увидев это, молодой человек снова махнул рукой, чтобы остановить его. В этот момент Сехон понял, что у Юншина была другая причина его останавливать.

— Что ты от меня хочешь?

— Если мы поднимемся вместе, это будет подозрительно. Поднимись через десять минут, хорошо?

— Десять... Кажется, я ослышался. Повтори-ка.

— Да, я сказал тебе потратить здесь десять минут.

— Эй, ты знаешь, сколько стоит минута моего времени? К тому же секретарь Так, наверное, видел мою машину и ждёт меня.

— В обычной ситуации я бы подождал в машине, но мне нужно на встречу. И опять же, когда я говорю, что кто-то умный или сообразительный, я имею в виду, что он быстро всё схватывает, а не то, что он милый. Ты ведь понимаешь, о чём я, да? Я люблю тебя. Увидимся позже! — выпалил Юншин, затем закрыл дверь машины и отступил на шаг. Не желая уходить, он попятился, махая рукой с грустью на лице.

Сехон удобно откинулся на спинку кресла, с лёгким сожалением наблюдая за Юншином. Он постучал по своим часам, отчего тот подпрыгнул и побежал к выходу.

Сехон усмехнулся абсурдности всего этого.

— Откуда мне знать, что ты имеешь в виду?

Мужчине стало интересно, беспокоился ли Юншин, что он может узнать имя младшего юриста и что-то предпринять в связи с этим. Он подумал, понимает ли Юншин, что его последнее оправдание было самым дерзким из всех.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 366 - Сайд-стори 3: Это не конец. Скрытое поддразнивание

Тик-так.

Шли секунды.

Взглянув на часы, Сехон решил, что хватит ждать, и пробормотал:

— Этого достаточно.

Спустя всего три минуты, а не десять, как просил Юншин, Сехон вышел из машины.

Он поднялся на личном лифте, который быстро доставил его на нужный этаж. Секретарь Так и ещё четверо сотрудников явно ждали с момента приезда. Они поздоровались с ним.

— Директор, вы сегодня рано. Я положил вам на стол документы менеджера по исследованиям в области корпоративного права. Ему требуется физическая подпись; электронные подписи не принимаются.

— Я скоро их просмотрю. Где До Юншин? Он сразу отправился на свою встречу?

— Нет, руководитель группы семейного права заглянул к Юншину в офис, и я посоветовал ему сначала зайти туда.

— В самом деле? Как раз вовремя.

— У вас есть для него сообщение?

— Сообщение... Не для До Юншина, а для руководителя группы по семейному праву.

Секретари Сехона обменялись озадаченными взглядами. Не обращая внимания на их любопытство, директор прошёл мимо. Его сотрудники последовали за ним, взяв его портфель и ознакомив с расписанием на день.

Сехон мысленно записал эту информацию, направляясь в свой офис. Когда он вошёл, офис-менеджер и помощники юриста встали и поклонились. Он отмахнулся от них и направился к кабинету Юншина. Оставшийся административный персонал, который не был проинформирован, в замешательстве наблюдал за происходящим. Все, кто был поблизости, затаив дыхание, наблюдали за происходящим.

Сехон остановился перед кабинетом Юншина, услышав приглушённые крики руководителя отдела по семейному праву, доносившиеся изнутри.

Он прислушался, а затем ворвался внутрь без стука.

— Руководитель группы Чон.

— Да, сэр!

Застигнутый врасплох неожиданным появлением директора фирмы, руководитель группы Чон вскочил и поприветствовал Сехона. Юншин, который стоял неподвижно, выслушивая крики, тоже повернулся посмотреть. И те, кто был внутри, и те, кто находился снаружи, ждали следующего шага директора. В глазах Юншина читался вопрос, почему Сехон пришёл так рано. Не обращая внимания на его пристальный взгляд, Сехон обратился к руководителю группы по семейному праву:

— Юншин развлекал меня сегодня утром, так что не вините его за опоздание.

— О, да... Я пони... — начал было руководитель группы, но замер, осознав, что что-то не так.

— Простите? Ч-что вы имеете в виду?

Сехон беспечно ответил:

— Руководитель группы Чон, вы повредили голову или уши? Какую часть мне повторить?

— Неважно. Да, я понимаю.

Руководитель группы низко поклонился, и Сехон жестом отпустил своих подчинённых. Он повернулся и вышел из комнаты. Юншин почувствовал прилив гнева, его лицо побагровело, и он бросил убийственный взгляд в спину Сехона, вероятно, мысленно проклиная его. Сехон почувствовал силу этого взгляда, даже не оборачиваясь.

Директор прошёл мимо ошеломлённых секретарей. Они переглянулись, пытаясь понять слова своего начальника. Не обращая внимания на замешательство, Сехон непринуждённо вошёл в свой кабинет. Секретарь Так последовал за ним и закрыл за собой дверь.

— Вы сделали это нарочно, да? Чтобы выбить его из колеи. Я почувствовал некий злой умысел.

Сехон оторвал взгляд от своих бумаг. Секретарь Так заметил это, когда поставил портфель на его обычное место и подошёл к столу. Сехон ответил официальным тоном:

— Злой умысел? С каких это пор ты так со мной разговариваешь?

Секретарь Так сделал паузу.

— Прошу прощения. Но вы никогда раньше так не помогали адвокату До. Вы были более суровым и оставляли его на произвол судьбы. Вы поссорились утром?

Перьевая ручка Сехона застыла в воздухе. Он был удивлён реакцией секретаря Така.

— Как ты думаешь, Юншин был бы мне достойным противником?

— Ну, конечно, вы бы вышли победителем в любом споре.

Сехон задумался, наполовину сняв колпачок ручки. Он проанализировал предположение секретаря Така. После непродолжительного молчания Сехон усмехнулся. Его усмешка была ответом, хотя секретарь Так не мог сказать, было ли это подтверждением или опровержением.

Вместо того чтобы продолжить разговор со своим растерянным секретарём, Сехон отвернулся и снял колпачок. Он пробежал глазами по документу, прежде чем подписать его. Кончик пера царапнул бумагу с ярким, причудливым звуком.

Секретарь Так спокойно наблюдал за происходящим, а затем спросил:

— Так что... мне пойти помочь адвокату До?

Ответ Сехона был кратким и незамедлительным.

— Нет, просто оставь его.

— Все в секретариате в панике. Адвокату До придётся весь день отвечать на вопросы о том, что произошло с вами сегодня утром.

Секретарь Так указал на окна, за которыми виднелось безмолвное поле боя. Гиены, включая руководителя отдела семейного права и других руководителей, с любопытством наблюдали за Юншином. Сехон оглядел их и покачал головой.

— Хорошо, — сказал он.

— Прошу прощения?

— Не смей ему помогать. Я хочу, чтобы он вымотался после целого дня объяснений. Тогда у него не останется сил на какую-нибудь глупость.

— Значит, вы сделали это нарочно.

— Я когда-нибудь действовал непреднамеренно? Если тебя удовлетворил этот ответ, уходи. Отвлекаешь.

Секретарь Так, хотя и беспокоился, что Юншин, возможно, останется без сил, не возражал против сложившейся ситуации. Он взял подписанные документы, улыбнулся и почтительно удалился.

Дверь за ним со щелчком закрылась. Сехон почувствовал на себе пристальный взгляд со стороны, который, казалось, принадлежал не секретарю Таку. Этот наглый взгляд не мог исходить ни от кого из секретарской команды.

Сехон поднял глаза и встретился с укоризненным взглядом Юншина, который стоял в коридоре на полпути к залу заседаний. Глаза молодого человека бросали вызов Сехону, спрашивая, осознаёт ли он последствия своих слов. Директор высокомерно ухмыльнулся.

— Ты просил меня о помощи. Я проявил к тебе благосклонность. У тебя с этим проблемы? — произнёс он вслух, зная, что Юншин его не услышит.

Юншин напрягся, пытаясь прочитать по губам. Сехон нажал на кнопку пульта, закрывая жалюзи на окнах своего кабинета. Он почти видел, как расширились от удивления глаза Юншина, смотревшего на него сквозь щели.

Сехон бросил перьевую ручку на стол и удобно откинулся на спинку кресла.

Его невозмутимое лицо нахмурилось.

— Заинтересовался своим умным младшим юристом? — Сехон раздражённо цокнул языком.

***

Секретарь Так следовал за Сехоном и Михи, не отставая ни на шаг. Они только что вернулись с заседания совета директоров, посвящённого результатам вскрытия, после того как один из юристов их фирмы приобрёл известность благодаря радикальным мерам. Фирма хорошо защитила себя, а Юншин сыграл немаловажную роль. Ситуация разрешилась благоприятно.

Сехон направлялся на встречу вне офиса. Михи сказала, что проводит его до гаража, подразумевая, что ей нужно кое-что обсудить. Сехон заметил, но не стал спрашивать. Михи украдкой переглянулась с секретарём Таком и прошептала:

— Адвокат Кан, как продвигается ваш переезд? Я слышала, что внутренняя отделка уже закончена. Должно быть, вы спешили, чтобы сделать всё так быстро.

Михи махнула рукой в сторону секретаря Така, стоявшего позади неё. Тот механически ответил:

— О, точно, все необходимые документы готовы. Просто дайте мне знак.

Сехон понял, что Михи и секретарь Так хотят обсудить Юншина и их сожительство. Он поставил точку. Глядя прямо на Михи, он указал на её кабинет.

— Уходи.

— О, да ладно тебе, Сехон. Не будь таким. Нам нужно отпраздновать новоселье. Я принесу дорогое вино и какое-нибудь произведение искусства в подарок.

— Не будь грубой и не называй меня по имени. Обращайся по должности. Уходи.

— Ты такой холодный. Правда не собираешься справлять новоселье? Все остальные так делают.

— Я не буду, и не спрашивай об этом на работе. Ты думаешь, фирма – это игровая площадка?

Сехон прошёл мимо ворчащей Михи, чей план провалился. Секретарь Так, предвидя такой исход, бросил на неё сочувственный взгляд, прежде чем догнать Сехона. Они вошли в один лифт и снова попытались обсудить переезд.

— Поскольку вы оба скрытны и держитесь особняком, оставить квартиры пустыми не составит труда. Я могу составить документ, в котором будет указано, что вы всё ещё живёте там. Настоящая проблема – перевезти вещи... Каков ваш план? — спросил секретарь Так.

— Мы постепенно перевезём наши важные вещи, а мебель оставим.

Сехон и Юншин намеревались сохранить свой переезд в тайне. Если бы два адвоката, которые, как известно, были близки, съехали одновременно, это привлекло бы слишком много внимания. Последнее, чего они хотели, – это чтобы у их апартаментов видели грузовик с вещами.

Они планировали сохранить свои основные места жительства раздельными на бумаге и время от времени посещать их. Оба адвоката упомянут о своём переезде с разницей в полгода-год. Это был утомительный процесс, но крайне важный для сохранения их приватности.

— О, а как же тогда ваша мебель? — спросил секретарь.

— Уничтожь её. И сорви обои.

— Зачем же так? Даже с учётом износа, ваша мебель чрезвычайно ценна. Это такая потеря. Как насчёт того, чтобы передать её фирме? Мы могли бы продать её и пожертвовать вырученные средства.

— Я не могу позволить другим людям использовать предметы с моими отпечатками пальцев. Уничтожь их все. То же самое относится и к дому Юншина, — приказал Сехон, перебив секретаря Така.

— Понял, — вежливо ответил секретарь Так.

Двери лифта открылись.

Троица вышла и направилась к машине Сехона. По пути они обсудили ещё несколько тем, пока из тени ближайшего столба не выскочила фигура, прервав их разговор.

— Директор! — крикнул вмешавшийся человек. Им оказался Юншин.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 367 - Сайд-стори 3: Это не конец. Моральная дилемма

Сехон был ошеломлён.

— Что ты здесь делаешь?

— Я слышал, что ты отправляешься на встречу. Мне нужна была помощь... Я только что узнал, что вы двое сейчас уходите.

Заметив в руках Юншина папку с документами, Сехон быстро сообразил, что молодой человек обратился к нему за советом. Он также понял, почему тот пришёл к нему, а не к своему непосредственному начальнику. Сехон резко звякнул наручными часами, взглянул на них и холодно сказал:

— Ты явился без предупреждения и ждёшь, что я найду для тебя время?

— Ты очень занят? Может, мне зайти попозже? — спросил Юншин, отступая на шаг, с видимым разочарованием.

Сехон смягчил своё суровое выражение лица и улыбнулся.

— Я никогда не говорил, что не выслушаю твои проблемы.

Видя, что мужчина его дразнит, Юншин с облегчением вздохнул. В шутку он спросил:

— Ты претендуешь на награду за самую грубую манеру выражаться?

— Вовсе нет, но я могу уделить тебе десять минут.

— Этого должно хватить.

— Залезай.

Уловив обстановку, секретарь Так первым направился к машине. Он открыл для Сехона дверь на заднее сиденье, Юншин же открыл дверь с другой стороны, благодарно кивнув секретарю. Секретарь Так закрыл дверь и молча поклонился, после чего отошёл, чтобы оставить их наедине. Юншин догадался, что он также присматривает, есть ли в округе другие люди.

Юншин наблюдал за тем, как секретарь Так скрылся за стеной, а затем медленно повернулся к Сехону. Тот уже что-то пролистывал в своём планшете.

— Разве ты не собирался выслушать мою проблему?

— Я весь внимание. Продолжай. Мои десять минут включают время, которое я трачу на просмотр своих файлов.

«Ох», — подумал Юншин.

Сехон никогда не приходил на встречи раньше назначенного времени. Он приезжал именно тогда, когда это было необходимо, в иных случаях – заставлял остальных. Когда он говорил, что может выкроить десять минут, это было буквально.

Выйдя из состояния транса, Юншин протянул ему стопку бумаг. Папка была хорошо организована – молодой человек использовал закладки-стикеры, чтобы выделить ключевые моменты. Сехон взглянул на неё, а затем вернулся к планшету. Даже несмотря на острую память и когнитивные способности, Сехон знал, что двухсекундного взгляда на обложку документов недостаточно, чтобы понять детали. Ему необходимо прочитать их.

— Ты не собираешься это читать? Или хотя бы пролистать? — спросил Юншин.

— Достаточно знать номер дела, — ответил Сехон.

— Нет, недостаточно, — возразил Юншин.

— Это уголовное дело. Меня информируют о делах, которые вы курируете. Разве это не то дело, где был отменён первоначальный приговор?

Юншин ожидал, что будет разочарован, но вместо этого его охватило восхищение. Он и не думал, что Сехон до сих пор уделяет внимание его делам. Он был поражён.

Когда Юншин только присоединился к команде по семейным делам, то столкнулся с многочисленными испытаниями и ошибками. Теперь же он редко беспокоил Сехона своими делами, справляясь с ними самостоятельно. Он был удивлён, узнав, что Сехон по-прежнему в курсе его работы.

Ещё более удивительным было то, что Юншин не был официально привлечён к этому делу; ему просто передали папку с бумагами. Это было дело не о семейном праве, а pro bono.

Юншин задавался вопросом, как Сехону удаётся оставаться таким осмотрительным в этом.

— Ты прав, — тихо сказал Юншин после паузы.

— Почему твой голос вдруг стал таким подавленным?

— Мне просто интересно, смогу ли я когда-нибудь выиграть у тебя.

Сехон медленно поднял глаза от планшета, разглядывая Юншина со сложным выражением лица, в котором смешались как согласие, так и несогласие. Когда взгляд старшего мужчины остановился на нём, Юншин отложил документы.

— Всё так, как ты сказал. Первоначальное решение было отменено, и обвиняемый получил более суровый приговор, — продолжил Юншин.

В этом деле супружеская пара находилась в процессе развода при посредничестве медиатора, когда жена врезалась на своей машине в машину мужа, тем самым убив его семью. Прокурор посчитал первоначальный приговор слишком мягким и подал апелляцию. Жена признала себя виновной по всем пунктам и получила более суровый приговор, не противопоставив никакой защиты. Младший юрист из команды Юншина нашёл это дело необычным и попросил того рассмотреть его вместе с ним.

— Так почему ты держишься за дело, которое уже завершено? Нас к этому даже не привлекали. Я читал отчёт из больницы о процессе лечения жертв. Они погибли из-за аварии. Это было преднамеренно. Приговор выглядит разумным.

— Да, похоже, она намеренно врезалась в другую машину. Скорее всего, хотела убить всех, но выжил только муж. Что меня беспокоит, так это то, почему она вдруг нацелилась на машину с мужем и его семьёй, если их медиация шла хорошо? Что-то здесь не сходится.

— Что, по-твоему, послужило причиной?

— Насколько нам известно, муж не прелюбодействовал и выполнял свои супружеские обязанности. Он просто хотел развестись. Это ненормально, что жена вдруг потеряла контроль над собой. Должно быть что-то ещё, какая-то скрытая вина мужа, которая спровоцировала это.

— Например, что? Газлайтинг?

Юншин решительно кивнул. Это могло быть что угодно: жена могла попасть в секту, страдать от газлайтинга со стороны мужа на протяжении всего их брака или мириться с крайними трудностями от свёкров.

Хотя обратный сценарий мог и не сработать, но, когда женщина убивает мужчину, особенно своего супруга, за её поступком часто стоит причина.

Если бы муж был тоже замешан в преступлении, жена могла бы получить смягчённый приговор. Но отказ от такой возможности был нестандартным. В обычной ситуации она бы оказала давление на своих адвокатов, чтобы те боролись за её свободу. Юншин работал только с клиентами, которые боролись за свои права, поэтому этот случай выходил за рамки его опыта.

— Когда я читал решение суда, мне показалось, что обвиняемая хотела получить максимальный срок. Ты видел что-нибудь подобное раньше?

Сехон хмыкнул, задумавшись на мгновение. Он коротко ответил:

— Это редкость, но некоторые люди хотят, чтобы их наказывали сверх необходимого.

— У меня такое чувство, что здесь кроется нечто большее. Если мне удастся выяснить, почему она считала, что у неё не было другого выбора, кроме как принять это решение, мы сможем найти вину мужа, и сместить чашу весов в её пользу. Даже если женщине не удастся избежать тюрьмы, мы сможем предоставить смягчающие обстоятельства, чтобы облегчить приговор...

— Ты хочешь знать, соответствует ли сокращение срока наказания интересам клиента, не так ли? — перебил его Сехон, попав в самую точку.

Юншин колебался, крепко сжимая в руках свои бумаги. Если бы речь шла только о рабочих вопросах, он бы не стал обращаться за помощью к Сехону. Ему нужно было подтверждение его моральной дилеммы, а не короткий путь к ответу. Несмотря на вызывающие вопросы поступки Сехона, он понимал моральные границы лучше, чем кто-либо другой из числа знакомых юноши.

Сехон тоже это осознавал, что было заметно по его мягкому тону.

— Адвокат До Юншин. Один человек находится в тяжёлом состоянии, двое погибли. Это дело об убийстве, — сказал он.

— Я знаю, — ответил тот после паузы.

— Адвокат не должен взваливать на плечи вину своего клиента. Мне жаль.

— Если я пойду против желаний этого человека и помогу...

— Этот человек не будет сотрудничать, и, по моему опыту, в худшем случае это может привести к его смерти. Если ты хочешь, чтобы она жила, пусть живёт в заключении.

Юншин уставился на свои бумаги, крепко смяв их края. Он смирился с тем, что это не то дело, за которое ему стоит браться. Получив совет от Сехона, он почувствовал себя немного лучше – возможно, сдаться было лучшим решением.

— Думаю, мне следует избавиться от всего этого.

— Если тебе действительно интересно, я могу выяснить, почему эта женщина зашла так далеко, — предложил Сехон.

— Я бы предпочёл не знать. Если бы я знал, я бы захотел что-нибудь для неё сделать.

— Думаю, сегодня у тебя будут проблемы со сном.

— Ага. Что ж, спасибо. Я уже пойду. Береги себя, — попрощавшись, разочарованный Юншин схватился за дверную ручку.

Сехон посмотрел на поникшие плечи молодого человека и отложил планшет в сторону. Он крепко обнял Юншина и несколько раз поцеловал его в шею.

Юноша с раскрасневшимися щеками попытался оглянуться на Сехона, но тот крепко сжал его в объятиях. В качестве предупреждения Сехон впился зубами в шею Юншина.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 368 - Сайд-стори 3: Это не конец. Супружеский дом

Юншин фыркнул.

— Ты уверен, что нам стоит делать это на парковке? Секретарь Так всего в нескольких метрах от нас.

— Конечно же, на работе нельзя делать ничего грязного.

Несмотря на слова, Сехон не мог контролировать свои инстинктивные порывы. Он обхватил челюсть молодого человека и прошёлся поцелуями по линии подбородка, ушам и щекам. Юншин застенчиво принимал ласки, хотя глаза его нервно метались по сторонам.

Сехон ещё некоторое время наслаждался мягкой кожей возлюбленного, а затем медленно отстранился. Когда Юншин почувствовал, что дыхание Сехона стало отдаляться, он повернулся и посмотрел на него.

— Приходи ко мне ночевать.

— Нет, давай встретимся в другом месте.

— У тебя?

— В месте, где мы с тобой будем жить. Нужно заглянуть туда хотя бы раз.

Юншин застыл, лишившись дара речи.

После того как Сехон согласился жить вместе, они купили квартиру в элитном малоэтажном доме в районе, который нравился Юншину. Они хотели избежать скандалов, поэтому искали двухуровневую квартиру и нашли идеальный вариант. Здания были расположены на большом расстоянии друг от друга, что сводило к минимуму вероятность столкновения с соседями, а сам дом был спроектирован с особым акцентом на приватность и безопасность. Они быстро остановили свой выбор на этом объекте.

Они объединили два этажа и установили новый лифт, из-за чего ремонт затянулся. Сейчас Юншин знал, что строительство почти завершено. Поскольку они планировали съезжать в разное время, Юншин решил, что можно не торопиться.

— Мы можем туда поехать? Ремонт закончен?

— Да, но ещё не вся мебель на местах. Думаю, сегодня по-прежнему лучший день для поездки. Код на входе...

— Мой день рождения?

— День нашего первого поцелуя.

— Очень надеюсь, что это день корпоративного ужина. Тебе давно пора уступить.

Как всегда, Сехон стоял на своём.

— Даже не знаю. Если знаешь правильную дату, то наверняка сможешь попасть в дом.

Юншин бросил косой взгляд на мужчину, осмотрелся и быстро украл у него поцелуй.

Поцелуй был неожиданно успокаивающим и идеальным.

Счастье, которое принёс ему этот человек, полностью затмило недовольство Юншина. В глазах Сехона искрилась радость, когда он наблюдал за наслаждением Юншина. Юноша уже было собирался погладить Сехона по щекам, как тот достаточно холодно оттолкнул его.

— Всё, консультация окончена. Десять минут прошло.

Глаза Юншина расширились от удивления.

— Ого, да в тебе ни капли милосердия.

— Давай продолжим дома. Увидимся там после работы.

— В нашем... супружеском доме?

Они оба знали, какой дом подразумевал Сехон, но Юншин жаждал подтверждения, притворяясь, что не догадывается.

Сехон не сдавался так просто. Он сказал, выделяя каждое слово:

— Да, дом, в котором мы с тобой будем жить.

— Зачем называть это так, если тот термин вполне подходящий? В наши дни мы живём в быстром и эффективном мире.

— Мы ведь ещё официально не женаты. Я просто реалист.

— Но однажды будем. Мы просто начинаем с сожительства. Я прагматик.

Сехон не мог с этим спорить. Ему нечего было противопоставить, но он не хотел уступать.

— Ты ведь не выйдешь из машины, если я не скажу этого?

— Узнаешь, если продолжишь сопротивляться. У меня полно времени. Где у тебя встреча? Я могу присоединиться. Похоже, это личное дело, раз ты взял только секретаря Така...

Юншин невозмутимо улыбался. Сехон изучал улыбающееся лицо своего возлюбленного и вспоминал с уверенностью сказанные слова робкого возлюбленного.

«Что ж, конечно, это будет твоя полная победа».

Он также вспомнил замечание, которое услышал от криптонита Юншина.

«Вы не умеете проигрывать, не так ли?»

Слова Юншина, сказанные несколько минут назад, эхом отдавались в его голове: «Мне просто интересно, смогу ли я когда-нибудь выиграть у тебя».

Даже Сехон не мог в это поверить. На протяжении многих лет он ни разу не выигрывал у Юншина. У него была непрерывная полоса неудач. Кто бы мог подумать?

Невнимательный победитель блаженно не замечал или, возможно, делал вид, что не замечает, как раз за разом выигрывает у того, кто намного превосходит его и обладает большим жизненным опытом. Сехон цокнул языком, пытаясь отогнать от себя сложные чувства. Он наклонился и открыл дверь со стороны Юншина.

— Верно, в нашем супружеском доме, — сказал Сехон после паузы.

Юншин ничего не ответил.

— Вылезай.

Юншин сиял, не в силах сдержать переполнявшую его радость. Он хотел схватить лицо Сехона и поцеловать его, но знал, что не должен этого делать с открытой дверью. Вместо этого он провёл пальцами по губам и нежно прижал их к губам Сехона.

Юноша вышел из машины, и его щёки залились краской. Он не хотел поворачиваться спиной к Сехону или, возможно, не желал упускать ни секунды, чтобы посмотреть на него, поэтому он спиной вперёд направился к зданию лёгкими шагами.

— До встречи, — сказал Юншин и помахал рукой. Затем он повернулся к колонне, где его ждал секретарь Так.

— Да, увидимся, — ответил Сехон. Наблюдая за своим возлюбленным даже после того, как он свернул за угол, мужчина улыбнулся, подхватив заразительную улыбку Юншина.

* * *

Юншин с суровым видом изучал электронный замок двери. Он хрустнул костяшками пальцев, а затем осторожно помассировал их.

Пароль мог состоять из шести или восьми цифр, но, учитывая строгие меры безопасности, которые они прошли, прежде чем попасть в здание, код, скорее всего, был проще и состоял из четырёх цифр.

Юншин сделал глубокий вдох и аккуратно нажал четыре цифры. Каждое нажатие сопровождалась звуковым сигналом.

Вскоре раздался приятный звук разблокировки двери.

— Я так и знал.

Юншин не смог сдержать смех, взявшись за ручку двери. Он прошёл внутрь, заметив, что кто-то уже был там до него, но это его не шокировало. Сехон написал ему, что встреча оказалась короче, чем ожидалось, и он приедет к ним домой первым. Вероятно, этим человеком и был Сехон.

Интерьер был обновлён, и основная мебель расставлена по местам. Дом был далёк от завершения, но всё же был пригоден для жизни. Юншин привык делить пространство с Сехоном, но при мысли об их совместной жизни в собственном доме у него голова шла кругом от восторга. Пытаясь успокоить своё трепещущее сердце, Юншин пошёл по длинному коридору, ориентируясь на звук.

Слабый шум доносился из кабинета, дверь которого была открыта. Сехон предложил, чтобы у каждого из них был свой домашний офис, поскольку комнат было много. Юншин сразу же отверг эту идею. Сехон будет проводить в кабинете большую часть времени, а Юншин не хотел каждый раз чувствовать себя незваным гостем. Поразмыслив, Сехон согласился сделать кабинет общим.

Юншин услышал, как Сехон шумит внутри, и, скорее всего, тот тоже услышал, как мужчина вошёл. Юншин заглянул в комнату и поискал взглядом Сехона, который оказался ближе, чем ожидалось. Старший мужчина махнул ему рукой и указал на пустую книжную полку.

— Ты хочешь верхнюю или нижнюю?

— Ты ведь говоришь о полках для книг, верно?

— А ты думал, я говорю о позициях? Что творится в твоём озабоченном мозге?

Удивлённый неожиданно грязным ответом, Юншин беспечно сделал выбор:

— Нет, нет, правда. Эм... нижняя полка. Я возьму нижнюю.

— Ты по-прежнему хорошо понимаешь своё место. Всё верно. Ты – нижний.

«Ты точно говоришь о позициях в сексе», — подумал Юншин, выражая это взглядом.

Сехон ответил с каменным лицом.

— Чтобы ты знал, тебе не нужно выбирать верхнюю или нижнюю позицию, потому что мы можем сделать это во всех основных направлениях.

— Серьёзно?

— Не нужно переспрашивать. Просто вспомни немного.

Юншин вспомнил все свои сексуальные контакты с Сехоном. Его лицо стало свекольно-красным, и он разразился хохотом. Он сделал шаг ближе и обнял Сехона со спины. Мужчина нежно помассировал руки Юншина, скрещённые на его животе.

— Тебе стоит понемногу перевозить всё необходимое. После того как ты полностью переедешь, я освобожу наши квартиры. Наше официальное сожительство начнётся, только когда я тоже съеду. Как мы и договаривались, оставим в многоквартирном доме хотя бы одну машину и будем посещать его хотя бы раз в неделю, — сказал Сехон.

Юншин никак не отреагировала на длительные объяснения Сехона. Мужчина был несколько озадачен тем, что реакция молодого человека оказалась не такой, как ожидалось. Он ловко развернулся лицом к младшему и осторожно приподнял подбородок Юншина, прежде чем тот прильнул к груди Сехона. Их глаза встретились под несколько иным углом, чем обычно.

Заглянув в глаза возлюбленного, Сехон понял причину такой реакции. Нежным тоном, который предназначался исключительно для Юншина, Сехон спросил:

— Тебе страшно?

Юншин кивнул, сразу признавая своё волнение.

Страх был не единственным чувством, которое он испытывал в этот момент. Но если бы ему нужно было описать чувство, которое охватывало мириады эмоций, которые он испытывал сейчас, страх был бы самым подходящим.

Юншин был свободен и напорист в своих желаниях, потому что его партнёр тщательно обдумывал каждое предложение. Когда Юншин рассказывал об обыденных моментах, которых бы ему хотелось в отношениях, возлюбленный воплощал в жизнь все его желания – от прикосновений до сожительства и брака. Сехон всегда выбирал лучший вариант из всех и оптимальные методы, которые не причиняли бы вреда друг другу.

Благодаря этому, какой бы нелепой ни была просьба, мужчина обязательно выполнял её, и Юншин оставался целым и невредимым. Однако из ситуации с сестрой Юншин вынес одну вещь. То, что он ни разу не пострадал, не означало, что совсем не пострадал Сехон.

Временами Юншин вёл себя наивно, чтобы поддерживать баланс в их отношениях, но не было такого, чтобы Юншин не осознавал его положения. Он всё больше боялся, что его эгоистичные желания однажды навредят Сехону.

Перевод: Bda

Редакт: Alastriona

Коррект: Uroboros

Глава 369 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ночь посвящения

— Я понял, что наличие раздельного жилья обеспечивало нам безопасность.

— Значит, теперь ты боишься, что нам негде спрятаться? Хочешь отменить переезд?

— Нет, но...

— Я всё тщательно обдумал, поэтому не отступлю. Ты угодил в мои лапы и сам навлёк это на себя.

— Теперь у нас нет возможности сбежать. Но что, если кто-то использует наши отношения против нас? Что, если тебя снова будут критиковать из-за меня?

В доме был только один вход. Парковка была общей для Юншина и Сехона, и они будут использовать одну входную дверь и один код доступа. Они будут делить один офис днём, и спальню – ночью. Юншин прекрасно всё это понимал, но, увидев всё своими глазами, он взглянул на это по-новому.

Не все принимали их тип отношений, какими бы близкими они ни казались. Михи и секретарь Так молчаливо поддерживали их, и Юншин ожидал, что сестра примет их, поэтому не рассматривал возможность отказа. Но теперь он вышел из-под защитной тени Сехона и столкнулся с реальностью. У Сехона было слишком много врагов, чтобы Юншин мог оставаться в этом доме с наивным оптимизмом.

— Это из-за твоей сестры? Ты слишком откровенен.

— Давай просто скажем, что я стал более благоразумным.

— У меня нет выбора.

— Ты о чём?

— Я должен сделать это невозвратным.

— Что?

Юншин не понял, что он имел в виду. Они не могли вернуть дом, но могли его продать. Похоже, Сехон выразился образно. Без предупреждения мужчина поднял возлюбленного, не взяв его на руки, а перекинув через плечо, как мешок с картошкой. Когда он вышел из кабинета, Юншин попытался сопротивляться, дрыгая ногами.

— Что ты делаешь?

Сехон шлёпнул его по ягодицам, предупреждая, чтобы тот не дёргался. Он прошёл в другую комнату, в которой Юншин узнал хозяйскую спальню, самую просторную в доме. Они договорились установить очень большую кровать, сделанную на заказ. Сехон бросил свою ношу на матрас, который был примерно в два раза больше обычного, и навалился на сопротивляющегося Юншина, не давая ему сбежать.

Когда Сехон переступил порог, молодой человек понял его намерения. Он схватил старшего мужчину за ширинку.

— Ты уверен, что хочешь сделать это на голом матрасе без простыней? — спросил Юншин.

— Я подумал, что мы могли бы провести церемонию посвящения, пока мы здесь, — ответил Сехон.

— А как же моя больная нога?

— Я не буду тебя раздевать.

— Тебя это устроит?

— Я буду с тобой помягче.

Сехон был надёжен во многих вещах, но не в постели. В то время как он сдерживал свои обещания за пределами спальни, здесь он был непредсказуем. Иногда он был верен своим словам, а иногда полностью их игнорировал. Шансы были 50 на 50. Более того, Сехон не умел быть нежным, а если бы и умел, то притворился бы, что не умеет. Он признался в этом, когда Юншин был в больнице. Так что тот был уверен в одном.

— Ты не будешь со мной помягче, — сказал Юншин.

— Не пугайся так. Я не выдержу ещё несколько месяцев простых обжиманий.

— Здесь нет ничего для смазки...

— Прошлой ночью мы много занимались этим, так что, уверен, ты всё ещё растянут.

— Растя... и это всё, что ты можешь сказать? Нет!

— Мы можем проверить.

Юншин ахнул, застигнутый врасплох. Сехон в мгновение ока снял с него штаны. Старший мужчина уставился на нижнее бельё Юншина, затем наклонился и провёл длинную линию вдоль промежности Юншина поверх тонкой ткани.

Всё ещё чувствуя себя неловко в незнакомом пространстве, Юншин издал сдавленный стон. В то же время он вспомнил о своём текущем физическом состоянии и расписании на следующий день, обратив внимание на сдержанность Сехона и его собственное возбуждение.

Юншин больше не мог думать.

— Ты ведь будешь нежным, правда?..

Сехон сделал паузу.

— Я тебя не сломаю.

— Подожди, это отличается от того, что ты обещал, — воскликнул Юншин.

С этого момента всё пошло как по маслу. Сехон стянул с Юншина нижнее бельё и поднял его ноги, закинув их себе на плечи. Он положил руки на ягодицы юноши, раздвигая их большими пальцами, прежде чем протолкнуть пальцы внутрь, вызвав у Юншина стон.

Обычно Сехон вставлял ещё один палец, но он был нетерпелив. Он засунул свой язык в дырочку Юншина. Обеспокоенный тем, что его нежная кожа всё ещё воспалена после вчерашней бурной ночи, мужчина тщательно массировал внутреннюю плоть языком.

Ноги Юншина, свисающие с плеч Сехона, дрожали. Он запрокинул голову и вскрикнул от удовольствия, извиваясь и хватаясь за волосы старшего мужчины. Каждый раз, когда язык Сехона погружался глубоко внутрь, у Юншина перехватывало дыхание.

За те годы, что Юншин встречался с Сехоном, он пережил бесчисленное количество непристойных действий. Но к этому он так и не смог привыкнуть. Ему было некомфортно и стыдно, но всё же нравилось. Не в силах сказать, чтобы любимый остановился, он вскрикивал и стонал. Его старания стерпеть ласки подстёгивали Сехона. Возбуждение старшего мужчины было едва заметным, но Юншин его чувствовал. Сехон был очень возбуждён, просто лаская любимого ртом.

— Сехон, хн-н-н...

— Думаю, я могу вставить. Ты ещё мягкий.

— У тебя есть презерватив? У меня нет.

Сехон поднял голову от промежности Юншина, прижался к нему всем телом и прошептал на ухо:

— Я не хочу, чтобы что-то вставало между нами.

Щёки Юншина вспыхнули. Вместо того чтобы что-то сказать, он качнул ногами. Сехон, казалось, понял, что он хотел сказать.

Старший мужчина был экспертом в том, как ласково поддразнивать Юншина, возможно, потому, что слишком хорошо его знал. Этот милый и нежный тон казался обманчивым.

Немного обидевшись, Юншин взмахнул руками, надеясь, что они куда-нибудь приземлятся. Сехон пожал плечами и ответил действием.

— Я знал, что тебе это понравится. Подними бёдра, — приказал Сехон.

Повинуясь приказу, юноша приподнял бёдра, и Сехон подложил ему под ягодицы сложенный пиджак. Затем он схватил Юншина за запястья и заставил его поглаживать член Сехона. Воздух между ними накалялся. С каждым прикосновением они вздыхали, высвобождая сдерживаемую страсть. Вскоре их сильное желание заполнило комнату.

Сехон направлял руки Юншина, пока тот поглаживал член от основания до головки. Юншин решил действовать более напористо. Он неловко приподнялся, чтобы расстегнуть ширинку Сехона. Возбуждение другого мужчины достигло пика, грозя выплеснуться наружу. От одной мысли о том, что этот член скоро проникнет в него, по телу Юншина пробежала дрожь. Он перевёл дыхание, пытаясь унять волнение, а затем потянул за резинку трусов.

Сегодня было непросто вытащить член Сехона – он был твёрже, чем обычно. Юншин, казалось, возбуждал мужчину своими неуклюжими прикосновениями, и тот закрыл глаза, глубоко вздохнул и прикусил нижнюю губу.

— Ты слишком долго копаешься, — со вздохом сказал Сехон.

— Это наша первая ночь здесь... так что я переживаю без особой причины. Я почти закончил.

Сехон хотел ответить, но не мог подобрать слов. Казалось, он нервничал. Наконец Юншин освободил достоинство Сехона до самой мошонки и посмотрел на мужчину. Когда их взгляды встретились, Сехон раздвинул ноги Юншина и в исступлении вошёл в него.

— Первая ночь, говоришь? Разве не принято заниматься сексом во время медового месяца?

Юншин расслаблял мышцы, чтобы принять Сехона, но напрягся от его слов. Его лодыжки лежали на плечах Сехона, а тот лишь приспустил ткань вокруг своего члена, подготавливая его к введению. Они уставились друг на друга в таком положении.

Перевод: Alastriona

Редакт: Sunshine

Коррект: Uroboros

Глава 370 - Сайд-стори 3: Это не конец. Медовый месяц

— Отпуск?.. — нерешительно спросил Юншин.

— Мы не смогли поехать в прошлый раз, потому что я внезапно оказался завален работой. Я думал, ты расстроишься сильнее, но вёл себя как обычно, и мне стало не по себе. Почему ты такой тактичный? Это заставляет меня чувствовать себя виноватым, — сказал Сехон.

— Ты сможешь найти время? В этот раз мы действительно поедем, правда ведь?

— Как насчёт Франции?

— Франция? Ты уверен, что сможешь поехать так далеко?

— Давай съездим посмотреть на Тулуз-Лотрека.

Юншин разинул рот, не в силах вымолвить ни слова.

— Удивись сильнее. Я серьёзно предлагаю отправиться в свадебное путешествие. Мы оба так заняты, что нам имеет смысл устроить медовый месяц до свадьбы. Это практично.

Юноша не мог поверить своим ушам – неужели Сехон действительно это сказал?

Юншин не знал, что ему делать. Сехон сказал то, что юноше обычно приходилось у него вымаливать. Не представляя, что мужчина может сказать дальше, Юншин был застигнут врасплох.

— Се… н-н-н! Ах! — его вывело из оцепенения внезапное движение Сехона. Пока Юншин всё ещё был ошеломлён и потрясён, Сехон воспользовался моментом.

Он полностью вошёл в Юншина одним движением. Его головка напористо проникла в юношу, снова наполняя его. Несмотря на то что мышцы Юншина были расслаблены после вчерашнего, размеры Сехона были ошеломляющими. Юншин ахнул, задыхаясь от боли, считая секунды, пока не пройдёт острота проникновения.

Наконец он резко выдохнул и вскрикнул:

— Ай! Кан Сехон, мне больно!..

Юншин не мог справиться с Сехоном сразу. Когда он без предупреждения входил в него до конца, Юншин всегда замирал от восторга.

— Это не так больно, если входить полностью за раз. Всё ради тебя, — сказал Сехон.

— Легче сказать, чем... Ах! Нг, м-м-м!

Прежде чем юноша успел закончить жаловаться, Сехон начал двигаться, словно желая заставить его замолчать. Юншин мог лишь покачиваться в такт мощным толчкам Сехона.

На протяжении всего этого Юншин чувствовал послание, которое Сехон передавал скорее своим телом, а не словами.

Они столкнулись со множеством препятствий, и, как опасался Юншин, после того как они покинут свои отдельные квартиры, их ждёт ещё больше испытаний. Тем не менее Сехон протянул руку, прося Юншина провести его по бурным водам и вместе добраться до их неизвестного пункта назначения.

Желание Сехона остаться вместе в последующие годы перевесило опасности, с которыми они столкнулись.

Юншин с трудом потянулся рукой, чувствуя, как плоть Сехона врезается в него, и схватил мужчину за предплечье. Пальцы тряслись, а энергия покидала его, но он отчаянно цеплялся за руку Сехона. Его пальцы, дрожа, потянули за рукав. Сехон, должно быть, тоже почувствовал это – отчаянную и страстную любовь Юншина к нему, как и Юншин улавливал бурные эмоции Сехона.

Каждый толчок переполнял чувства Юншина. Сехон научил его прелести оргазма. В этот момент сердце Юншина бешено колотилось от возбуждения – как от удовольствия, так и от того, что он был глубоко тронут. Если бы ему нужно было назвать это чувство, он сказал бы, что это счастье.

— Х-х-х, ах... Я слишком сухой. Двигайся медленнее...

— Возбуждён? Ты хорошо это чувствуешь.

— М-м-м, мне нравится... когда ты делаешь это медленно... Ах...

— Мне трудно быть нежным. Это так... мучительно.

— Хм, н-н-н. Как приятно.

— Теперь тебе не так тревожно? Я хочу видеть тебя счастливым.

Оглядываясь назад, можно сказать, что от разговора в кабинете они перешли к спальне и сексу. Сехон знал, что Юншин чувствует себя наиболее спокойно в его объятиях, поэтому он выбрал самый радикальный, но эффективный подход. Юншин поднял отяжелевшие веки, не скрывая раскрасневшихся щёк, слезящихся глаз, влюблённого взгляда и нерешительных губ.

— Я тоже тебя люблю, — признался он. Ему казалось, что он уже целую вечность не выражал свою любовь подобным образом, и действительно, в последнее время Сехон стал лучше проявлять свою привязанность.

Сехон замер, возможно, удивлённый признанием Юншина. Вскоре после этого он надавил на Юншина всей тяжестью своего тела и вздохнул, сдаваясь.

— Ха-ха… Серьёзно, ты сводишь меня с ума.

Юншин хотел сказать то же самое Сехону.

— Подожди, ты слишком глубоко. Мне больно... м-мф.

Сехон, двигавший бёдрами медленнее, чем обычно, больше не мог сдерживаться. Он поцеловал Юншина, и тот отдался поцелую, на мгновение забыв о боли от того, что его растягивали сверх обычных пределов. Их горячее дыхание смешалось, а языки переплелись, не отрываясь друг от друга. Они исследовали свою спонтанную близость, наслаждаясь ею, и ничто их не разделяло.

Прочный каркас новой кровати заскрипел.

Место, где они напишут свои бесчисленные истории, было наполнено сладостью их крепнущей любви.

Действие 8

Директор «Догука» должен был ездить в командировки за границу хотя бы раз в год. Фирма называла это «расписанием», но на самом деле это был отпуск. В прошлом году Михи взяла недельный отпуск, а Сехон работал без перерыва каждый день, кроме выходных. В этом году была очередь Сехона, и он не собирался упускать эту возможность.

Казалось, что отдыху было суждено состояться – у Юншина оставалось много невостребованных дней отпуска. Он подал заявку на использование их всех сразу, сказав отделу кадров, что лучше сделать это сейчас, а не ждать конца года. Они спланировали свой отпуск, включая во внимание выходные. Чтобы коллеги не заподозрили их в совпадении графиков, они согласовали даты с открытием галереи Игён и особым выходным в «Сансе». Секретарь Так позаботится обо всём остальном.

Юншин посмотрел из иллюминатора самолёта на затянутое облаками ночное небо и не смог сдержать улыбку. Он хотел было прислониться головой к Сехону, который сидел рядом с ним и просматривал документы на планшете. Заметив, что тот не обращает на него внимания, Юншин толкнул его в бок.

— Что ты изучаешь? — спросил Юншин.

— То, что мне нужно изучить.

Ответ Сехона был расплывчатым, заставив Юншина слегка надуть губы. Отсутствие внимания со стороны Сехона вызывало у него желание подразнить мужчину. И был один верный способ это сделать.

Поскольку в Корее была ночь, освещение в самолёте было приглушённым. Хотя несколько пассажиров вокруг них спали, Юншин на всякий случай заговорил шёпотом:

— Ты ведь был адвокатом пилота этого самолёта в его иске, верно?

— М-м-м, был.

— Какой он? Секретарь Так сказал, что симпатичный.

Взгляд Сехона медленно переместился с экрана на Юншина, в нём мелькнуло раздражение.

Юншин ухмыльнулся, зная, что наконец-то привлёк внимание Сехона. Хотя он и был непростым человеком, в некоторых отношениях им было на удивление легко манипулировать. Старший мужчина уже заметил намеренную попытку Юншина вызвать у него ревность. Хоть и оба они знали, что это игра, Сехон всё равно попался на удочку – пример того, как люди всегда повторяют историю.

— Почему тебя это интересует?

— Меня это вовсе не интересует.

— Тогда зачем ты меня провоцируешь? Самому жить надоело или пытаешься добиться убийства пилота?

— Я против и того и другого.

— Хочешь увидеть крах «Корейских авиалиний»?

— О, я думаю, ты уничтожаешь компании, если они тебе не нравятся. Прямо как... COP?

Недавно председатель правления Вон из COP объявил о своей отставке, признав свою ответственность за риски компании. В отличие от многих чеболей, которые заявляли об уходе, но продолжали дёргать за ниточки, отставка председателя Вон казалась настоящей. Слухи в финансовом секторе намекали на потенциальное слияние и поглощение.

Юншин не был в курсе всех подробностей. Он не знал, соответствуют ли действительности слухи о слиянии и поглощении. Всё, что он знал, – отставка председателя Вон была выгодна компании. Сехон, вероятно, лучше понимал тонкости ситуации. Его месть только начиналась – настоящей целью был председатель Вон, а не сама компания.

Сехон разгадал предположения Юншина. Внимательно посмотрев на молодого человека, он твёрдо возразил:

— Я же сказал тебе, это был не я.

— Я знаю, что это был не ты. Так что обрати внимание на меня. Мы оба в отпуске – как ты можешь работать? Тебе нужно расслабиться и получать удовольствие.

Сехон на мгновение задумался над предложением, прежде чем покачать головой. Юншин наклонился ближе, несмотря на его вялый ответ. Видя игривую попытку Юншина очаровать его, Сехон сдался, позволив красивой улыбке изогнуть его губы.

Как обычно, Сехон отреагировал действиями, а не словами. Пока другие пассажиры спали, а стюардессы заняли свои места, он наклонился и поцеловал Юншина. Затем он выпрямился и вернулся к чтению, как будто ничего не произошло.

Юншин, нахмурившись, отвернулся и уставился в окно.

Глава 371 - Сайд-стори 3: Это не конец. В постели

Виды из самолёта были феноменальными. Небо и земля простирались тёмными, бесконечными просторами. Угольно-чёрная атмосфера плавно сливалась с горизонтом, в то время как земля внизу сверкала крошечными огоньками. Это была услада для глаз Юншина, но вскоре повторяющийся вид наскучил. Сехон, сидящий рядом с ним, был более интересным объектом для наблюдения. Однако то недолгое наслаждение видом прервало подкрадывающееся чувство тревоги.

Он не мог отделаться от слабого беспокойства по поводу поведения Сехона.

«Каким бы трудоголиком он ни был, после выхода из самолёта Сехон будет уделять мне всё своё внимание и время, верно?» — подумал Юншин.

Этот отпуск был особенным – именно Сехон, чьё время обычно было на вес золота, предложил его.

— Ты будешь занят работой даже после приземления?

— Я работаю над этим сейчас, чтобы позже быть полностью свободным. Я слушаю, так что не стесняйся говорить со мной.

— Приятно слышать.

Юншин хмыкнул про себя и прислонил голову к плечу Сехона. Старший мужчина потянулся и поиграл с волосами возлюбленного. С закрытыми глазами Юншин всё больше предвкушал их путешествие.

Приземление у них было поздно вечером, поэтому их планы формально начинались со следующего дня. Дальний перелёт наверняка вымотает их, из-за чего, скорее всего, они заселятся в отель и останутся в нём отдыхать.

Их недавняя близость привела к тому, что на следующее утро они запланировали посетить Музей д'Орсэ. Хотя в музее будет много туристов, их мало кто узнает, как в Корее. Пара могла свободно наслаждаться путешествием по городу любви и романтики.

Юншин погрузился глубоко в мысли, потирая кольцо противоположной рукой. Затем он поднял глаза на Сехона.

— Помнишь картину Тулуз-Лотрека «В постели (Le Lit)»? — спросил он.

Сехон, как и обещал, держал ухо востро. Он усмехнулся вопросу Юншина.

— К чему ты клонишь? Боишься, что я не вспомню? Разве тебя не должно больше волновать обратное?

— Я читал, что эти две женщины были лесбийской парой, работавшей в борделе.

— Скажи им, что два гея, работающих в юридической фирме, придут на встречу с ними – это было бы нечто.

Юншин не мог понять, шутит Сехон или говорит серьёзно. Он сжал губы, чтобы подавить смех, и прочистил горло.

Было забавно думать, что этот человек много лет назад отрицал, что он гей. Манера Сехона невозмутимо бросать бомбы, не меняя выражения лица, развлекала Юншина. Он прошептал ещё тише:

— Ты знаешь, чем они занимались перед моментом, запечатлённым на картине?

— Не знаю. Может быть, они обсуждали, какую позицию использовать той ночью. На запад? На восток? Прошлой ночью ты делал это во всех направлениях, — ответил Сехон, хотя тон его был далёк от серьёзного.

Юншин не мог подавить смех и в итоге закусил губы, чтобы сдержаться. Он сжал колени, подавляя хихиканье, и наблюдал за Сехоном, который, казалось, был сконцентрирован на своей работе. Несмотря на сосредоточенность, мужчине удалось добиться того, что его ответ выглядел искренним. Юншин понял, что ему следует серьёзно отнестись к замечаниям возлюбленного.

Возможно, Сехон тоже был взволнован.

— Возможно, они целовались. Есть серия картин со сценами в постели, и я видел, как они целовались в другой части.

Упоминание поцелуя привлекло внимание Сехона.

А может, он просто хотел ещё раз взглянуть на Юншина.

Сехон наклонился вперёд, не в силах игнорировать предвкушение в глазах Юншина. Они поцеловались, скрытые от других пассажиров. На этот раз их губы задержались дольше.

От поцелуя сердце Юншина забилось быстрее. Тускло освещённый салон самолёта казался тёмной комнатой, отведённой только для их тайного разговора. Юншин стеснялся, как подросток, украдкой целующийся со своей школьной возлюбленной под фонарём, вдали от посторонних глаз.

Когда Сехон осторожно отстранялся, он прикусил губу Юншина.

— Угх, — простонал Юншин, стараясь не шуметь.

Он облизнул губы, чтобы успокоить боль. Сехон несколько секунд наблюдал за ним, затем отложил планшет и повернулся всем телом к окну. Такая позиция не позволяла никому увидеть юношу, если бы кто-то попытался подглядывать. Юншин взглянул за плечо Сехону, а затем занял такое же положение, оперевшись на спинку своего сидения.

— Я слышал, что ты знаешь французский. Когда я сказал секретарю Таку, что никогда не был во Франции, он упомянул об этом.

Сехон, погладив Юншина по щеке, спросил с лёгким неверием:

— Есть люди, которые не могут говорить по-французски?

Юншин сделал паузу.

— Ну, я не могу. Минуточку, это нетипичный языковой навык.

— У тебя будут большие проблемы, если ты там заблудишься. Не теряй меня из виду.

— Ладно, не это важно. Ты никогда не говорил мне, что свободно владеешь французским.

— Ты никогда не спрашивал. И я знаю только базовый разговорный французский.

Благодаря обучению за границей и быстрому получению сертификатов Сехон владел английским почти как родным. Юншин знал это, даже не спрашивая. Он также знал, что Сехон хорошо говорит на русском, итальянском и испанском языках. Мужчина рассказывал, что, читая судебные дела для снятия стресса, он изучал языки, чтобы использовать их в будущем. В этом не было ничего удивительного – крайняя целеустремлённость и упорство были характерны для него.

Сехон поставил перед собой высокую планку. Он называл свои языковые навыки базовыми, но Юншин знал, что тот может без труда общаться с местными жителями, как он делал это на других языках.

— Есть ли что-то ещё, что знают секретарь Так и директор Сон, а я нет?

Сехон искренне задумался над вопросом.

— Не уверен. Ты знаешь обо мне больше всех, но эти двое довольно хитры, так что я не могу сказать наверняка.

— Этого не может быть. Подумай хорошенько.

— Если ты хочешь что-то узнать обо мне, просто спроси прямо. У тебя есть право знать. Я сделаю всё возможное, чтобы у меня не было секретов, если только они не могут навредить тебе. Когда я предложил тебе жить со мной, я имел в виду, что хочу разделить с тобой свою жизнь – и прошлое, и будущее.

Сехон умел заставить сердце Юншина трепетать. Губы молодого человека изогнулись в улыбке, а щёки загорелись. Он опустился в кресло, наслаждаясь словами Сехона. Мужчина заметил это и засмеялся, вернув Юншина к реальности своим смехом.

— СОР... — пробормотал Юншин.

— Остановись. Это был не я, — быстро ответил Сехон.

— Ты же сказал мне спросить, — парировал Юншин.

— Поэтому я отвечаю. Ты должен мне верить. Ещё я сказал, что постараюсь сделать всё возможное, я не говорил, что расскажу тебе всё.

Игривый настрой Сехона резко контрастировал с его обычным поведением. Было видно, что он в приподнятом настроении от поездки, даже если не показывал этого открыто. Юншин хотел услышать, как Сехон признаёт это вслух.

— Сейчас ты выглядишь счастливым, — сказал Юншин.

Сехон без колебаний признал это.

— Да. Потому что я с тобой.

Их волнение перед поездкой было ощутимо, сродни предвкушению, которое они испытывали, когда им выпадал редкий день наедине друг с другом.

Они обменялись несколькими тайными поцелуями, прижимаясь друг к другу при каждом удобном случае. Однако их интимная атмосфера была нарушена, когда возле кабины экипажа появилась стюардесса.

Юншин быстро достал брошюру о художественной галерее, а Сехон невозмутимо вытащил свой планшет. Стюардесса, стараясь не потревожить спящих пассажиров, огляделась по сторонам и перешла в экономкласс.

Оставшись наедине, Юншин и Сехон снова слились в поцелуе. Их носы касались друг друга, пока они разделяли улыбку, смакуя моменты уединения в тёмном салоне.

Глава 372 - Сайд-стори 3: Это не конец. Рабочий выходной

Это был серьёзный повод для размышлений.

Речь шла о человеке, который отправился в особое путешествие, но в первый же вечер сидел перед журнальным столиком в номере отеля и работал. Бумаги и планшет были разложены перед Сехоном, а сам он, только что принявший ванну и в халате, разговаривал по телефону.

У Юншина с самого начала возникли сомнения.

Во время перелёта из Инчхона юноша слегка волновался, но поверил заверениям Сехона, что тот не будет работать.

Однако мужчина был полностью поглощён своей работой в иностранном отеле.

Юншин дар речи потерял от такой самоотверженности.

— Ты связалась с ними? Ха... Адвокат Сон. Вполне естественно сожалеть о том, что продал акции по низкой цене, когда они сразу после этого выросли. Это не может привести к судебному разбирательству. Пусть всё идёт в соответствии с планом, — Сехон упрекал Михи по телефону, в его голосе слышалось разочарование.

— Что ты имеешь в виду, под «что же делать»? Если не можешь убедить их, пригрози. Иди к руководителю целевой группы и... что? Ты что, издеваешься? Как он может сидеть и завтракать после такого беспорядка? Скажи ему, чтобы он пришёл к тебе, если не хочет быть уволенным. Это просто смешно.

Из разговора стало понятно, что у команды целевой группы по новому проекту, запущенному ранее в этом году, возникли серьёзные проблемы. Юншин не хотел вслушиваться в подробности, поэтому налил четверть бокала вина глубокого красного цвета и выпил его одним глотком. Горькие танины остались на его нёбе. Он продолжал смотреть на Сехона, сидящего за столом в другом конце комнаты. Юншин сверлил взглядом спину мужчины, а тот продолжал спорить по телефону, излучая волны раздражения.

Почувствовав, что нависавший над ним человек внезапно исчез, Сехон потянулся назад к Юншину.

Юноша мгновение сомневался, но потом сдался. До того момента, как Михи позвонила, Сехон сдерживал своё обещание, поэтому пока его можно было простить. Юншин подошёл к возлюбленному, и тот усадил его к себе на колени.

— Вот почему я говорил тебе, что мы не можем никому доверить эту битву за поглощение. Этот председатель слишком легко поддаётся влиянию собеседника. Ты не сможешь расслабиться, пока это всё не закончится. Ха... Ладно. Где ты сейчас находишься? В фирме противоположной стороны. А, вот как. Та самая юридическая контора.

Сехон сделал несколько записей на бумаге и отбросил ручку в сторону. Он залез под халат Юншина, обнаружив под ним голую кожу. Большие руки Сехона быстро нашли чувствительные места возлюбленного. Не глядя, он поглаживал тело Юншина, заставив его затрепетать от предвкушения.

У Юншина перехватило дыхание, когда пальцы Сехона очертили линию от его шеи до плеча, а затем обвели соски. Он вздрогнул и прикусил губу, чтобы подавить голос. Сехон погладил напрягшийся бугорок, прежде чем перейти к груди юноши. Его рука спустилась к животу, ненадолго задержалась у пупка, а затем скользнула ниже.

Пальцы Сехона поиграли с лобковыми волосами Юншина, прежде чем продолжить исследование. Без предупреждения Сехон схватил его за член.

С губ Юншина сорвался стон. Он быстро прикрыл рот, опасаясь, что звук может быть слышен через телефон Сехона. Чтобы заглушить звук, он наклонился вперёд, облокотившись верхней частью тела на стол. Старший мужчина продолжал массировать эрекцию Юншина, стимулируя её.

Трение между ладонью Сехона и гениталиями Юншина распаляло, усиливая удовольствие. Дыхание старшего мужчины участилось от возбуждения.

— Я понял. Пришли мне их визитную карточку. Я позвоню им напрямую. Да. Что на этот раз? Нет, не перезванивай. Просто скажи сейчас.

Сехон спешил закончить разговор, но был прерван. Михи затронула вопрос, от которого он не мог отмахнуться. Даже его рука, расположившаяся на члене Юншина, замерла. Хотя молодой человек не слышал сам разговор, очевидно, речь шла о важном административном вопросе.

Разочарованный тем, что его партнёр не может отвлечься от работы, Юншин задрал халат Сехона и оседлал его бедро. До этого момента Сехон разговаривал по телефону, а Юншин сидел у него на коленях.

— Ох, серьёзно? Грубые ошибки будут преследовать тебя в будущем. Может, и к лучшему, что это случилось сейчас. Придётся перейти к запасному плану. Нет. Мы обсуждаем, кто станет первым руководителем исследовательской группы по корпоративному праву. Лучше перестраховаться. Да, если тот человек недавно был председателем Национального избирательного комитета, то эта ставка безопасна. Пришли мне это по электронной почте. Я просмотрю ещё раз и встречусь с ним, когда вернусь... Угх.

Не успел Сехон закончить фразу, как его тело дёрнулось, мышцы напряглись. Это была необычная для него реакция. Он в шоке уставился на Юншина, который тёрся бёдрами о его левую ногу. При каждом толчке Сехон чувствовал, как нежная кожа Юншина трётся о его мускулистое бедро, ощущал прикосновения яичек, длины ствола и головки.

Юншин прикрыл рот руками, опасаясь, что Михи услышит. Несмотря на беспокойство, он не остановился. Он тяжело опустился на стол, трахая ногу Сехона, как будто это была игрушка.

Юншин медленно покачивался на бедре, издавая слабый влажный шлепок, когда его твёрдый член ударялся о ногу Сехона.

В глубоких чёрных глазах старшего мужчины отразилось неверие и сильное желание наброситься на Юншина. Он всё крепче сжимал телефон, слушая Михи. Его голос был глубоким и напряжённым.

— Хорошо. Я встречусь с ним. Ты закончила, да? Я вешаю трубку.

Сехон отбросил телефон в сторону и снял Юншина со своего бедра, положив конец самоудовлетворению. Он поднял возлюбленного и бросил его на кровать.

Матрас глубоко просел, когда Юншин приземлился, а его халат распахнулся. Сехон развязал расслабленный узел и забрался на Юншина, его кожа выглядывала из-под халата. Яркие лампы отеля освещали их.

— До Юншин, думаешь, я твоя игрушка?

Юншин потёрся головой о простыни и томно посмотрел на Сехона.

— Это за работу в отпуске.

— Ты мог бы подождать пять минут. Тебе известна стоимость этой сделки по слиянию и поглощению?

— Ты никогда не звонил директору Сон во время её заграничных поездок. Тогда и тебе не следовало отвечать.

— Ты же не помышляешь о том, чтобы использовать меня как инструмент для мастурбации, не так ли?

— Я не кончил, поэтому не могу назвать тебя инструментом. Ты просто... ты.

Лицо Сехона ожесточилось. Его голос потяжелел, и он спросил:

— Как унизительно. Ты серьёзно?

— Я не настолько невежественен, чтобы признаться в этом тебе в лицо.

— Ты ещё пожалеешь, что сказал это.

— Даже не знаю. Я обычно не жалею о своих поступках.

Юншин посмотрел на партнёра с самодовольной ухмылкой. Выражение лица Сехона сменилось на озорное, что было редкостью. Юншин заметил перемену, не отводя взгляда.

— Ха? Эм, Сехон, у тебя сейчас странное выражение лица.

— Что такого странного в моём лице? Ты так сильно хотел потереться об меня?

— Э... твоё лицо становится всё более странным...

— Я понял. Я позволю тебе трахать меня, пока ты не кончишь. Иди сюда.

Юншин почувствовал прилив паники и страха.

«Я могу умереть, если приближусь», — подсказывали ему инстинкты.

Несмотря на то что Юншин сам пытался распалить Сехона, он замешкался, когда мужчина подыграл ему. Почувствовав опасность, он отступил. Халат соскользнул с него, и Сехон откинул мешающуюся вещь на пол.

Став ещё более обнажённым, Юншин отступил ещё дальше. Сехон, тоже раздевшийся и оставивший свой халат валяться где-то на полу, забрался на кровать. Он крепко схватил юношу за бёдра и притянул к себе.

У Юншина не было ни шанса на отказ. Вскоре Сехон уже прислонился к изголовью кровати, а молодой человек оседлал его живот.

Глава 373 - Сайд-стори 3: Это не конец. Служение

— А? Подожди... Нгх.

В замешательстве Юншин попытался оттолкнуть Сехона, но тот сопротивлялся, притягивая юношу ближе. Он прижал его к своей груди из позы наездника.

Попка, промежность и пенис Юншина скользили по грудным мышцам и ключицам Сехона, усиливая его возбуждение. Юншину пришлось принять неудобное положение, и чтобы не упасть, он ухватился за изголовье кровати над головой Сехона. Он вцепился в изголовье дрожащими руками, а Сехон в ответ сжал его ягодицы.

Их дыхание стало прерывистым.

Теперь цель Сехона была в нескольких сантиметрах от его лица.

Кончик пениса Юншина коснулся подбородка Сехона, на мгновение дав юноше ложную надежду, что Сехон может взять его в рот. Эта надежда быстро угасла.

— Придвинься ближе и сядь, — сказал Сехон.

— Ку... Куда ты хочешь, чтобы я сел? — недоумённо спросил Юншин.

— Поверх.

— Поверх чего?

— Не медли.

Единственным местом, на которое он мог усесться из этого положения, было лицо Сехона. Молодой человек почувствовал, как у него закружилась голова.

— Я... я не хочу. Я не буду этого делать, — запротестовал Юншин.

— О, помнишь, как ты однажды спросил, что бы я сделал, если бы ты отказался заняться со мной сексом? Сейчас я тебе продемонстрирую.

— По... м-мф!

Сехон дёрнул Юншина за бёдра, заставляя его сесть прямо себе на лицо. Он надавил на копчик Юншина, прижимая чувствительную кожу юноши к своим чертам.

— Ах, пожалуйста, пож... ох!

Твёрдый кончик носа Сехона и мягкие губы на интимных местах Юншина заставили его извиваться, пытаясь освободиться. Однако сильные руки Сехона удерживали его на месте, не давая вырваться. Трение только усилилось, и ноги Юншина ослабли.

То, что Юншин чувствовал сейчас, сильно отличалось от того, как он тёрся о ногу Сехона. Униженный, он напряг руки, пытаясь увеличить расстояние между своей промежностью и лицом Сехона. Но тот, почувствовав, что Юншин отстраняется, притянул его к себе сильнее, углубив их контакт и сделав усилия молодого человека тщетными.

Сехон направлял бёдра Юншина, заставляя его тереться набухшей плотью о своё лицо.

— Ох… Ох! М-м-м... — Юншин застонал, когда его чувствительная кожа соприкоснулась с длинными ресницами Сехона, его острым носом и языком, высунувшимся из-под влажных губ.

Если бы только свет был выключен, Юншин, возможно, испытывал бы меньше стыда. Хотя они и раньше видели друг друга обнажёнными, то, что он оказался под пристальным взглядом Сехона при ярком освещении, только усилило его смущение. Сердце Юншина с трудом справлялось с этим сильным чувством.

— Хнг... Не мог бы ты хотя бы... выключить свет? — взмолился Юншин.

Сехон глубоко вздохнул.

— Я не могу. Эта поза слишком хороша. Я могу ясно тебя видеть.

— Хн-н-н? Н-н-н!

— Двигай бёдрами как следует. Позволь твоей дорогой игрушке отработать свою стоимость.

Юншин всего лишь хотел немного подразнить Сехона. Он и представить себе не мог, что всё зайдёт так далеко. Это было невыносимо.

Мысль о том, чтобы тереться о лицо, которое он видит каждый день, была унизительной. Красивое лицо Сехона было предназначено для того, чтобы им восхищались, а не подвергали такому. Юншин провёл бесчисленное количество минут, любуясь искусным лицом своего возлюбленного, потому что оно ему нравилось.

Он знал, что будет вспоминать этот день каждый раз, когда будет смотреть на лицо Сехона.

От грязных слов старшего мужчины Юншину становилось только тяжелее.

— Сехон... — застонал Юншин.

Его руки ослабли от крепкой хватки за изголовье кровати, а дрожащие ноги подкашивались. И всё же он не мог полностью опереться на Сехона. У Юншина кружилась голова от унижения, и он боялся, что под действием гравитации упадёт прямо на лицо Сехона. Если бы он это сделал, то, вероятно, пролежал бы всю ночь без сна, сгорая от стыда.

Сехон же, казалось, наслаждался унижением Юншина. Его действия становились все более напористыми и неприличными. Он вынуждал Юншина скользить по контурам своего лица, касаясь носом мошонки Юншина, и дразнил его дырочку языком всякий раз, когда мог до неё дотянуться. Юншин яростно затрясся, как ребёнок в снежную бурю, и в конце концов сдался.

— Просто вставь уже...

— Но я пренебрёг тобой на пять минут в этот решающий день. Мне нужно поразмыслить над своим поведением, — сказал Сехон, хотя и не собирался ничего обдумывать.

— Нгх, пожалуйста... пожалуйста, я был неправ, так что просто вставь его... — умолял Юншин.

Прикосновения Сехона усилили переполнявшее его возбуждение. Несмотря на то, что его не трогали напрямую, эрекция молодого человека была на пределе.

— Извини, но я не могу, — сказал Сехон с фальшивым сожалением. Он продолжал прижимать нижнюю часть тела Юншина к своему лицу, позволяя чувствительной коже ощущать поверхность, но избегая прямого контакта. Сехон почти достиг своего предела и начал тяжело дышать. Его неровное дыхание, которое раньше касалось губ, щёк или ушей Юншина, теперь было сосредоточено между ног юноши, усиливая его смущение.

Юншин разрывался между желанием принять решительные меры и терпеть, но затем Сехон изменил свой подход.

Он крепче сжал бёдра Юншина и заставил его опуститься, так что его нижняя часть тела оказалась на лице Сехона.

«Чёрт, ты издеваешься?!» — Юншин внутренне запаниковал, его лицо покраснело от смущения.

Юншин ещё несколько раз опустился на лицо Сехона. Каждое движение, при котором его нежная кожа соприкасалась с лицом под ним, сопровождалось звуком, который только усиливал желание Юншина исчезнуть.

Его изумление и потрясение заглушали стоны, застрявшие в горле.

Когда его задница сотрясалась, его возбуждённый член качался в такт движению, ударяя Сехона по лицу. Мужчина отвечал осторожными ласками, дразня и поглаживая.

Но на этом всё не закончилось. Прижав нижнюю часть тела Юншина к своему лицу, Сехон провёл языком от мошонки Юншина до края его ануса, причмокивая на чувствительной коже. Громкие, страстные звуки, с которыми он ласкал сухую, мягкую промежность, наполнили комнату. Сехон, казалось, был полон решимости довести Юншина до предела своим особым вниманием.

— Ах, Сехон, мне... мне это не нравится! — запротестовал Юншин, хватая ртом воздух, чувствуя, как его тело плавится. Он был так смущён, что возбуждение лишило его рассудка.

Несмотря на протесты Юншина, Сехон не проявлял милосердия. Вместо этого он стал ещё более настойчивым, раздвигая ягодицы молодого человека и проникая языком в его дырочку, громко посасывая у входа. Юншин был уверен, что Сехон делает это намеренно. Не в силах больше протестовать, Юншин покраснел от стыда, его глаза наполнились слезами.

Достигнув пика своего стыда, Юншин почувствовал себя обессиленным. Он хотел сдаться и отдать контроль Сехону.

В конце концов Юншин начал просить прощения за то, чего не совершал.

— П-прости, я был неправ. Кажется, я сейчас кончу... ах? Остановись сейчас же!..

Не обращая внимания на мольбы Юншина, Сехон продолжал исследовать его внутренности языком, описывая им широкие круги и сжимая ягодицы Юншина.

Со вздохом смирения юноша позволил Сехону делать всё, что ему вздумается. Ощущение, похожее на позыв к мочеиспусканию, прошибло Юншина, и дрожь в его бёдрах выдала приближающуюся кульминацию. Не в силах больше сдерживаться, он испытал спазм удовольствия. Предэякулят вытек из головки его члена, и вскоре семенная жидкость брызнула на спинку кровати и ближайшее пространство.

Узнав звук, который издал Юншин, когда кончил, Сехон вышел из него и нежно погладил его гениталии, поддерживая вес юноши руками, – проявление великодушия со стороны Сехона.

Рука мужчины не давала дрожащим ногам подкоситься. Он на удивление нежно опустил Юншина на свою грудь. Юноша, всё ещё держась за изголовье, стыдливо опустил голову, не в силах встретиться взглядом с Сехоном. Когда он наконец посмотрел вверх, его глаза были полны негодования, но Сехон лишь удивлённо приподнял бровь.

— Доволен своей игрушкой? — спросил Сехон.

— Ты садист.

— Оставь мне отзыв. Ты кончил, пока тебе делали анилингус и отсасывали. Упомяни, что функции сосания и вибрации были превосходными.

— Ты придурок... — Юншин смотрел сверху вниз прямо в глаза Сехона.

— Всё ещё злишься? Нам стоит продолжить? Ты прав – мне следует ещё обдумать своё поведение.

— Нет! Ты победил. Я беру свои слова обратно. Прости, — Юншин быстро отступил, размахивая руками, боясь, что Сехон снова его проигнорирует.

Закрепив свою победу, Сехон вежливо спросил:

— Значит, ты больше не злишься?

— Я не злился на тебя. Мне не понравилось, что ты разговаривал с кем-то другим, когда мы проделали весь этот путь сюда, — объяснил Юншин.

Сехон бросил на него понимающий взгляд. Он придвинул Юншина поближе к своему животу и сел, затем переложил его на кровать. Прислонившись к стройной спине Юншина, Сехон прошептал ему на ухо:

— Нам с тобой нужно о многом поговорить.

Юншин затаил дыхание.

— Как насчёт того, чтобы начать общение с наших тел? — предложил Сехон.

Глава 374 - Сайд-стори 3: Это не конец. Совершенное единение

Хотя они уже были вовлечены в телесный разговор, Юншин повернулся, чтобы взглянуть на Сехона, и ответил ему поцелуем в губы.

Получив зелёный свет, мужчина напряг пальцы и погрузил их в то место, которое его язык дразнил несколькими минутами ранее. Нежные внутренние стенки обхватили пальцы, втягивая глубже. С каждым толчком они погружались всё сильнее.

В поисках знакомого места пальцы Сехона наконец нашли бугорок простаты Юншина. Обрадовавшись находке, он с усилием нажал на неё. Юншин, уже возбуждённый до предела, извивался и умолял о проникновении. Сехон, помня о своих размерах, должен был убедиться, что там достаточно места для его члена. Оба мужчины были в нетерпении, но Юншин уже кончил один раз. Каждое нажатие на точку вызывало стоны, и его член, блестящий от жидкости, снова начал твердеть.

— Нгх, нх! Мгх!

Сехон с силой нажимал на внутренние стенки Юншина, стараясь открыть их для проникновения. На лбу мужчины вздулась вена, когда его собственное возбуждение достигло такой степени, что он больше не мог сдерживаться. Его эрегированный член подрагивал и покачивался, вены пульсировали от напряжения. Он сделал глубокий вдох и вытащил пальцы из расслабленных внутренних стенок молодого мужчины быстрее, чем ожидал, расположившись между ног Юншина.

Сехон схватил с прикроватного столика смазку и щедро намазал ею место соединения. Он покрыл свой член скользкой жидкостью и медленно растёр её между холмиками задницы Юншина. Предвкушая следующее движение, Юншин вцепился в простыни. Сехон посмотрел на руки своего партнёра и наклонился, крепко прижавшись грудью к спине Юншина.

Их руки с кольцами на пальцах соприкоснулись – знак того, что должно было произойти.

Заметив, что Сехон накрыл его руку своей, Юншин покраснел. Это стало одной из привычек Сехона во время секса.

— Тебе нравится это делать в последнее время, — заметил Юншин.

Сехон поцеловал Юншина в розовые ушки и ответил медовым, тёплым голосом:

— Ты прав. Ты мне нравишься.

Внезапное признание шокировало Юншина, заставив всё его тело, включая бёдра, задрожать.

Юншина охватило желание снова посмотреть на Сехона. Несмотря на то что они были так близко друг к другу, он скучал по нему. Отчаявшись, молодой человек повернулся к нему лицом, но головка Сехона упёрлась в дырочку Юншина, пресекая его попытку.

Чтобы смягчить шок от проникновения, Сехон отвлекал Юншина ласковыми словами. Хотя Юншин уже привык к игривой заботливости Сехона, он удивлялся, почему это всегда так глубоко трогало его.

Из-за крепко стиснутых зубов Юншина вырвался хриплый стон, когда он опустил голову, напрягая конечности, чтобы принять Сехона целиком. Как бы Сехон ни подготавливал его, этого никогда не было достаточно. Вот почему старший мужчина предпочитал входить как можно глубже одним движением. Внутренние стенки Юншина, привыкшие к форме Сехона, приветствовали его член, уступая ему, несмотря на предстоящую грубую атаку. Тело Юншина предало его, задрожав в предвкушении, и, хотя он лишь издал стон, Сехон был полон решимости войти до конца.

Мощным толчком член прорвался сквозь узкий проход. Юншин терпел начальную боль, его глаза слезились и покраснели, но наконец звуки слетели с его губ.

— Ух! Слишком большой! Больно! — Юншин опустил голову, словно его тошнило.

Сехон целовал Юншина в шею, вознаграждая его за терпение. Его член с помощью смазки полностью погрузился внутрь. Он начал слегка раскачиваться взад-вперёд, подготавливая Юншина. Он двигался так медленно, как только мог.

Медленные толчки длились недолго. С каждым последующим напор усиливался, словно намереваясь слиться с плотью Юншина. Молодого мужчину охватило возбуждение, и перед его глазами всё потемнело. Его лицо какое-то время было багровым, а дыхание – тяжёлым, почти прерывистым. При каждом прикосновении к простате его вены расширялись, кровь разгонялась, а клетки разрывались от возбуждения.

— Нгх! Ох! Не... Не входи слишком глубоко... Это больно, и… Я снова хочу кончить...

Превзошла ли его боль удовольствие, или всё было наоборот?

Если бы у Юншина остался хоть какой-то рассудок, он мог бы ответить на этот вопрос, но у него осталось лишь смутное ощущение. Всё, что он чувствовал, – это смесь боли и удовольствия.

Юншин позволил себе увлечься энергичными толчками Сехона, протянув руку назад, чтобы коснуться рельефных бёдер Сехона, прося его притормозить. Непрерывная, интенсивная стимуляция вызвала фейерверк в глазах Юншина, ослабив его защиту и заставив его снова кончить. Но Сехон не собирался сдаваться; было бы чудом, если бы это не подстегнуло его ещё больше.

Как и ожидалось, Сехона охватило безумие, и этот контакт лишил его последних остатков самообладания. Сехон схватил Юншина за волосы, заставляя его посмотреть на себя, и при этом не прекращал толчков.

Их взгляды встретились, и они в унисон потянулись друг к другу.

Глаза Сехона опасно сверкнули, когда он поглотил язык Юншина, всасывая его соки. Юншин с готовностью ответил, их языки сплелись в более глубоком и страстном поцелуе.

Жар от их трения не остывал ещё долгие часы.

Приближаясь к кульминации, Юншин изо всех сил старался сохранить их нынешнее положение. Не имея другого выбора, Сехон вышел, отпустил руки Юншина и положил его на бок. Он прижал колени Юншина к его груди и прильнул к нему всем телом.

Член Сехона двигался внутри него, пока Юншин лежал на боку. Юноша вцепился в простыни, когда его трахали в этой новой позе. Сехон резко выдохнул и всадил свой возбуждённый член в Юншина.

— Когда же я устану от этого? Хм? Я никогда не устану трахать тебя в одно и то же место каждый день.

Он глубоко погрузился в Юншина. Без колебаний Сехон полностью вошёл в него, и кончик его члена достиг глубины, которую он редко исследовал. Когда его головка коснулась тесной глубины, Юншин вздрогнул и застонал.

Юншин извивался, пытаясь избавиться от одурманивающего удовольствия, но Сехон не проявлял милосердия. Он погружался всё глубже, заставляя возлюбленного беспомощно дрожать. Из приоткрытого рта юноши потекла слюна, намочив простыни, но он не замечал этого в своём оцепенении. Сехон редко проникал так глубоко, потому что Юншин боялся этих ошеломляющих ощущений. Возбуждение Сехона нарастало, делая его неуправляемым.

— Ха... Ох! Нет, вытащи его! Сзади! — запротестовал Юншин.

— Мне так нравится, Юншин. Скажи, что тебе это тоже нравится, — уговаривал Сехон.

— Ох! Ах, Сехон, мне не...

— Я не выйду, даже если ты попросишь. Я собираюсь засунуть его поглубже. Тебе будет труднее. Просто скажи, что тебе это нравится.

— Ах, мне н-нравится... Нет, это странно...

Жаркие вздохи срывались с их губ, перекатывались по плечам и кружили вокруг их голов.

Сехон самозабвенно двигал бёдрами. Его сосредоточенный взгляд был прикован к затуманенным экстазом глазам Юншина. От слияния боли и удовольствия лицо молодого человека превратилось в одурманенное месиво, от этого зрелища у Сехона свело низ живота. Его желание кончить было настолько сильным, что наполняло его болью.

В этот момент Сехон впал в транс, потеряв всякий самоконтроль и начав бессмысленно вдалбливаться. Их пот объединил их в идеальном соитии.

Их тела переплелись, создавая гармонию звуков. Юншин не мог выносить хлюпанье, с которым член Сехона входил в него. Тяжёлое дыхание сопровождало их грубый, животный секс, а крепкая кровать скрипела, как ржавый корабль. Созданная ими симфония любви окружала их.

С каждым толчком член Сехона выбивал свою форму в Юншине. Тот стонал, и его соски твердели с каждым звуком. Сехон, сосредоточившись, нахмурил брови. Их возбуждение было синхронным, и их общий восторг только нарастал.

Инстинктивно поняв, что Юншин вот-вот кончит, Сехон крепче прижал его к себе и надавил большим пальцем, перекрыв уретру. Юноша вздрогнул, когда его надвигающийся оргазм был заблокирован.

Глава 375 - Сайд-стори 3: Это не конец. Родственная душа

— Агх! Пусти! Ах!

— Давай кончим вместе, — сказал Сехон на выдохе.

Дрожащий взгляд Юншина встретился с глазами Сехона, его губы разомкнулись, но слов не последовало. Сехон глубоко поцеловал его, и их взгляды сцепились. Они провели вместе бессчётное множество часов, что понимали друг друга без слов. Эта любовь была настолько глубокой, что их глаза говорили громче, чем могли бы описать слова. Они оба чувствовали сильное желание достичь кульминации.

После этого разговоры были немногочисленны.

Мускулистый мужчина с силой вонзался в нетерпеливое тело Юншина. Каждый раз, когда он входил, юноша вздрагивал и стонал, теряясь в волнах наслаждения. Совершая последний толчок, Сехон поднял ноги возлюбленного, одной рукой удерживая за лодыжки, пока он прижимал юношу в боковом положении.

Юншин, подбрасываемый бурными волнами, сумел взглянуть на Сехона прикрытыми глазами. Они обменялись взглядами, в которых чувствовалась глубокая связь, когда старший двигал бёдрами, не желая упустить этот интимный момент и выражение лица своего любовника. Их взгляды были полны тепла.

Эти взгляды преследовали друг друга, застыв в напряжённом ожидании.

Сехон без предупреждения убрал руку с уретры Юншина.

По мере того как путы ослабляли юношу, его стоны становились все громче.

— Агх! Ах-х-х!

Сперма Юншина брызнулана простыни и на него самого. Сехон, находясь на грани кульминации, был нацелен на конкретное место. Его покрытая венами плоть прижалась к простате Юншина, провоцируя тихие стоны удовольствия. Каждая мышца в теле молодого человека напряглась от искр налсаждения. Сехон притянул его к себе и излился внутрь.

Во взгляде Юншина замелькали звёзды, а на глазах проступили слёзы. Тем временем Сехон, охваченный моментом, рухнул на него сверху.

Не вынимая, Сехон перевернулся на свою сторону, лицом к Юншину. Он притянул колени парня к своей груди и прижал его к себе. Покрасневшее лицо Юншина и глаза, полные слёз, вкупе с тем, как тот задыхался, были настолько очаровательны, что у Сехона перехватило дух.

Их дыхание медленно синхронизировалось, сливаясь в общее спокойствие, заполнившее комнату.

— Сехон... — сказал Юншин, пытаясь унять сердцебиение. Голос был хриплым, напряжённым от стонов и плача. Пусть он и знал ответ, но хотел, чтобы Сехон произнёс его вслух. — Как сильно ты меня любишь?

— Спрашиваешь, потому что действительно не знаешь или просто хочешь это услышать?

— Просто...

Сехон глубоко вздохнул и притянул Юншин к себе.

— Лучше тебе не знать. Правда слишком тяжела для тебя.

— Насколько?

— Ты можешь убежать, если я тебе скажу.

Юншин знал это, но слышать, как Сехон шепчет о своей любви, было ни с чем несравнимо. Юноша коснулся плеч возлюбленного, желая увидеть лицо. Сехон отстранился и прижался губами к влажному лбу Юншина.

Член Сехона оставался внутри, и юноша чувствовал, как тот подрагивает.

Они посмотрели друг на друга. На этот раз Юншин решил отступить.

— Ты снова начинаешь? Я устал, — сказал юноша.

— Очень жаль. А я нет.

— Разве это справедливо?

— Сегодня я буду трахать тебя до тех пор, пока твоя дырочка не сотрётся в кровь. Я буду продолжать, даже если ты заплачешь, заснёшь или потеряешь сознание, и я буду наполнять тебя своими соками, пока от тебя не начнёт разить моей спермой.

Юншин вздохнул, в его интонации слышалось поражение.

Если Сехон был настроен на что-то, молодому человеку ничего не оставалось, как уступить. Вздох юноши означал молчаливое согласие с желаниями партнёра. Он был физически измотан, но эмоционально его ничего не отпугивало. Если молодой человек дойдёт до полного изнеможения, то, он верил, что Сехон справится с ситуацией.

Получив согласие, Сехон с нетерпением надавил головкой своего члена на внутренние стенки Юншина, крепко прижимая его к себе.

Сехон энергично входил, погружаясь глубоко внутрь Юншина. После первого раунда стенки ануса юноши расслабились, обеспечив беспрепятственный доступ к его глубинам. Сехон вбивался в него, прижимая к себе скрученное тело Юншина. Он зарылся лицом в шею юноши, беззвучно выражая все слова, которые не мог заставить себя произнести.

Я люблю тебя, ты мне очень нравишься. Я благодарен, что ты выбрал меня. Быть с тобой – это такое наслаждение для меня. И счастлив, ведь я с тобой в этот самый момент...

Сехон хотел сказать миллион вещей, но смог произнести лишь одну:

— Юншин.

— Нг-х, мхм?

— До Юншин.

— Да?

— Юншин...

Сехон повторял имя возлюбленного с каждым толчком. Хотя тот мог произнести лишь одно слово, Юншин чувствовал себя так, словно слышал бесчисленные невысказанные признания. Юншину было очевидно, что Сехону не хватает навыка и ему неловко от своих чувств.

В глубине души юноши чувства разносились эхом, и он любил Сехона в ответ. Он обхватил его руками, подавая знак принятия. Сигнал был утерян, и Сехон начал двигаться быстро и беспорядочно. Его член скользил внутри юноши, разрушая его. Когда член Сехона достиг максимального объёма, Юншин почувствовал смесь предвкушения и благоговения, прижимаясь к своему властному любовнику. Они разделили жаркий поцелуй.

Время было на их стороне в эту первую ночь отпуска.

Она может оказаться бессонной.

Отстранившись, Сехон ясными глазами взглянул на Юншина и с новой силой устремился внутрь.

После короткого затишья прочный каркас кровати снова заскрипел, когда их страсть накалилась.

***

Лучи утреннего солнца проникал сквозь щели в занавесках. Наступал рассвет.

Сехону не пришлось привыкать к новому часовому поясу. Пусть он отпустил Юншина перед самым восходом, его глаза открылись вместе с первыми лучами. Его привычный распорядок дня настолько укоренился, что Сехон не мог выспаться в отпуске, а это вызывало у него смешанные чувства.

Юншин крепко спал в объятиях возлюбленного. Улыбка, тёплая, как осеннее солнце, украсила лицо Сехона. Если бы юноша мог видеть его сейчас, то он бы переполнился любовью и, скорее всего, выразил чувства каким-то сумасбродным образом.

Сехон поднял руку, чтобы убрать волосы с лица мирно спящего Юншина. В этот момент его телефон громко завибрировал. Он быстро заглушил его, чтобы не разбудить Юншина, и посмотрел на экран. Учитывая факт раннего утра, Сехон предположил, что это секретарь Так или Михи. К его удивлению, это был ни тот ни другой. Имя на экране принадлежало нечастому, но очень знакомому абоненту.

«Неужели он не сказал ей, что мы едем в отпуск?», подумал Сехон.

После того дня Сехон заметил, что Юншин отдалился от сестры, но решил не обращать на это внимания. Это было их дело, и, хоть старшему никогда и не нравилось, насколько те близки, он был готов пожинать непреднамеренные плоды их размолвки.

Осторожно переложив Юншина на кровать, Сехон сел, накинул халат на голое тело и завязал пояс. Недовольный отсутствием тепла, которое его окружало, Юншин фыркнул во сне. Старший мужчина мимолётно поцеловал волосы юноши и вышел из комнаты, прихватив с собой телефон.

Солнечный свет красиво заливал гостиную. Утренний пейзаж Парижа встретил Сехона, пока тот тянулся, прежде чем, наконец, ответить на звонок.

— Кан Сехон слушает, — сказал он в трубку.

— Это До Игён. Удобно? Сейчас ведь утро, верно? — спросила Игён.

Сехон оглянулся на спальню. К счастью, Юншин сообщил ей, что они в отъезде.

— Могу я спросить, зачем вы звоните? Если пытаетесь связаться с Юншином... — начал Сехон, но ответ Игён был отрицательным.

— Нет, я хотела спросить кое о чём вас.

— Хм, продолжайте.

Игён, инициировавшая звонок, внезапно замолчала. Сехон услышал, как она сделала несколько вдохов, раздумывая, не надавить ли на неё, чтобы она перешла к делу. Однако он был в отпуске, звонила Игён, и он собирался насладиться прекрасным днём с Юншином. Чтобы не испортить всё это, он промолчал. Через некоторое время Игён заговорила.

— Как сестра Юншина, я хотела пригласить вас на ужин к себе домой.

Сехон вздохнул, уже ожидая этого.

— Попытки втереться мне в доверие не сработают.

— Ох, если честно, мои намерения заключаются не в этом...

— Не нужно бродить вокруг да около. Просто переходите к делу.

— Хорошо, я буду краткой. Давайте устроим семейный ужин. Просто, не правда ли?

Глава 376 - Сайд-стори 3: Это не конец. Только начало

На его лице застыло удивление, что смутно отражалось в оконном стекле.

Одно слово резко выделилось. В горле возникло неприятное ощущение, будто в нём что-то застряло. Сехон рефлекторно прокашлялся и чуть не потянулся поправить галстук, которого на нём не было.

Интерпретировав загадочное молчание Сехона, как она сочла нужным, Игён спокойно продолжила:

— Это дурная привычка – относиться к Юншину так, будто он всё ещё мой маленький младший брат, а не взрослый человек. В детстве я хотела стать для него матерью. Он никогда не видел её по прошествии пубертата. Должно быть, брат выбрал вас после многих испытаний и трудностей... Но даже если он жалеет об этом, за последствия своих решений он должен отвечать сам. Я всего лишь помощник.

Сехон оставался безмолвен.

— Я знаю, что временами была груба, но я смотрю на те моменты как на боль роста, которую нам пришлось пережить. Вы пришли в Сансу со смирённым, поминающим лицом... Так не могли бы вы принять мои извинения и пойти на примирение? Если получится, я бы хотела, чтобы моё приглашение было рассмотрено, — сказала Игён.

Сехон медленно потёр напряжённую шею и вздохнул.

Какое-то время от них можно было услышать только дыхание. Игён не нарушала молчания. Однако Сехон знал, что они оба как никогда сосредоточены на тишине.

Наконец, он её нарушил, его низкий голос доносился словно из другого мира.

— Я свяжусь с вами, когда мы вернёмся в страну.

Игён сделала небольшую паузу.

— Спасибо. Мне стало легче. Наслаждайтесь поездкой, и увидимся, когда вернётесь.

На этом короткий разговор закончился. Нерешённые вопросы были закрыты. Мужчина уставился на потемневший экран, а затем стал вглядываться в даль.

«Семья...», размышлял Сехон.

Воспоминания о собственном прошлом были настолько далеки, что он не мог вспомнить эмоции, связанные с теми минувшими временами.

Сложные чувства мешали ему подобрать нужные слова.

Потерявшись в раздумьях и уставившись в стену, он вдруг услышал движение из спальни. Юншин, расстроенный тем, что кровать пуста, ворчал на Сехона. Старший мужчина уловил обрывки жалоб возлюбленного о том, что в такую рань тот работает или демонстрирует свою выносливость в спортзале. Изумлённый Сехон вернулся в спальню.

Как только мужчина появился в поле зрения, Юншин, лежавший в постели и высказывающий протесты, резко вскочил. Его веки так опухли от ночных слёз, что он едва мог открыть глаза, даже взгляд на Сехона сквозь полузакрытые веки казался утомительным.

— Что? Ты был там?

— Ха, видимо. Я слышал твои жалобы на своего парня. Похоже, он тот ещё мудак, да?

— Не совсем, но чуток?

— Расстанься с ним и иди ко мне.

Юншин выглядел искренне озадаченным предложением Сехона. Не зная, что выбрать, он ответил:

— Эм... А как насчёт сохранения обоих отношений? Полиамории?

Сехон издал глухой смешок.

— Всерьёз рассматриваешь такое?

— Тебе не следовало уходить. Ты должен был остаться рядом со мной.

Сехон помахал телефоном и положил его на мультимедийную консоль. Юншин сел, прислонился к изголовью кровати и кинул на Сехона знающий взгляд.

— Снова работа? Я так и думал. Мне надо бы выбросить этот телефон в Сену, — сказал молодой человек.

— Я рад, что речь не обо мне, — пошутил Сехон.

От только наполовину серьёзного Юншина слышались хриплые смешки.

— Тебя не брошу. Слишком ценен...

— Вау, спасибо. Я так тронут, что самому захотелось нырнуть в Сену.

— С таким же успехом можно нырнуть в мои объятия. Ты тяжёлый, но я вынесу твой вес с любовью.

— Хочешь, чтобы я раздавил тебя? Хм, интересно. Прошлой ночи тебе было недостаточно?

— Эм... Я не могу сделать больше, чем уже сделал. Нет, ни за что. Это всё равно что сказать мне никуда не ходить.

Юншин схватил Сехона за руку и дёрнул за её, давая понять, чтобы тот не отходил. Мужчина позволил своей руке двигаться вместе с рукой Юншина.

— Тебе следовало бы поспать подольше. Разве ты не устал? — спросил Сехон.

— Да, было бы неплохо. Я всё ещё немного уставший. Сколько времени?

— Восемь.

— Ух... Всего полтора часа. Не верится, что в отпуске не могу выспаться. Наш циркадный ритм предал нас.

Сехон усмехнулся и сел на край кровати, чтобы быть на уровне глаз Юншина. Он аккуратно уложил растрёпанные волосы парня и тихо ответил:

— Чем хочешь заняться сегодня? Мы приехали без конкретного маршрута, так как ты не собирался ничего планировать, кроме музея Орсе.

Во Франции у них был шанс испытать больше впечатлений, ведь они приехали туда как чистый холст. И если бы Юншин сделал список различных мероприятий, Сехон бы их организовал, но юноша хотел спонтанности в этой особенной поездке.

Юншин был в восторге от такого поворота событий, и ему было любопытно, как Сехон, который не любил непредсказуемость, но был сообразителен и адаптивен, справится с ней. Предвкушение засияло на его лице, и после обдумывания нескольких вариантов его глаза заблестели.

— Здешний крытый бассейн выглядит великолепно – давай поплаваем там ночью. А сегодня... О, я хочу пройтись, раз уж выглянуло солнце. Не помню, когда мы в последний раз гуляли вместе в солнечный день.

Прошло много времени с тех пор, как они беззаботно прогуливались днём. Изредка ездили в какой-нибудь отдалённый город и ходили по тихому парку, но такие моменты случались редко.

Чтобы как-то компенсировать пробелы, они часто гуляли вокруг поздно ночью, вдали от любопытных глаз, но совсем перестали так делать после интервью Юншина. Оставались бдительными, понимая, что за ними может наблюдать кто угодно. Мысль о дневной прогулке, остававшаяся невыполненным желанием, озарила Юншин.

— Хорошо. Что ещё?

— Что бы нам поесть на обед? Давайте просто гулять и найдём ресторан поблизости к полудню. Как тебе? Остальное мы можем решить на улице.

— А что, если там будет невкусно? Я же говорил тебе, что мы должны забронировать столик. Плохая еда в отпуске – что может быть хуже.

— Если будет невкусно, придётся смириться. Даже от такого останутся воспоминания, а это здорово.

— Ты обычно отправляешься в поездки в таком формате? С тем же успехом можно бутылочку покрутить.

— О, мне стоит это сделать? Звучит забавно. Может, нам использовать для этого приложение?

Сехон был ошеломлён. Он не смог скрыть своего удивления от спонтанности Юншина.

— Я в шоке. Получится хотя бы наметить общий маршрут по окрестностям?

— Что увлекательного в планировании?

— Это доставляет столько же радости, сколько предвкушение задуманного.

— Давай просто расслабимся. Не думая ни о чём. Доверься мне.

— К сожалению, я предлагаю составить план, потому что не могу доверять тебе.

Юншин взглянул на старшего мужчину и покачал головой. Сехон старался держаться уверенно, но в итоге сдался и засмеялся. Он с самого начала планировал делать в этой поездке всё, что Юншин захочет.

— Но, Сехон, кто тебе звонил?

Мужчина некоторое время раздумывал, стоит ли упоминать о разговоре с Игён, но решил не делать этого.

Семья.

Вместо ответа он задумался над этим словом. Посмотрел на Юншина. До сих пор Сехон не знал, что на самом деле такое одиночество. Осознавал, но закрывал на него глаза. Теперь же мужчина больше не мог игнорировать это гнетущее чувство. Сехон не смог представить, как бы справлялся, если бы Юншин исчез из его жизни. Это ощущалось как непостижимое, неподъёмное бремя.

Заметив напряжённый, ничего не выражающий взгляд Сехона, Юншину стало любопытно.

— Почему ты так смотришь на меня? Это была директор Сон? Она попросила тебя поскорее вернуться?

— Юншин, — тихо произнёс Сехон.

— Да?

— Теперь я знаю, как ощущается одиночество. Так что, даже если я тебе иногда не нравлюсь... не оставляй меня.

Сехон не мог представить себе жизнь без Юншина.

Послание было чётким.

Юноша замешкался.

— Что-то случилось?

Старший молчал.

Юншин, охваченный беспокойством, поднял руку, чтобы утешить своего возлюбленного. Он протянул мизинец, и Сехон соединил с ним свой. Юноша наслаждался этим крепким и мягким контактом, а затем кинулся в объятия возлюбленного, обнимая его своим уставшим от активностей вчерашней ночи телом.

— Я люблю тебя, Кан Сехон. Я останусь рядом с тобой на всю жизнь, — сказал Юншин. — Обещаю.

Слова юноши были простыми, но искренними. Сехон был глубоко тронут его ответом.

Несмотря на жизненные трудности, он знал, что сможет преодолеть любую преграду, если рядом с ним будет Юншин.

Сехон наклонил голову и поцеловал волосы партнёра, а затем крепко обнял его.

Яркий, тёплый, солнечный свет Парижа окутывал их любящие объятия.

Ещё один день начался для двух мужчин, которых влечёт друг к другу непреодолимая сила притяжения.

Это было просто очередное ноябрьское утро.

Страница книги Никакой морали в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Богиня Юстиция

Глава 1 - Непредвиденная встреча

Глава 2 - Непредвиденная встреча

Глава 3 - Конфликт

Глава 4 - Конфликт

Глава 5 - Предварительное условие

Глава 6 - Предварительное условие

Глава 7 - Открытие

Глава 8 - Открытие

Глава 9 - Проверка данных

Глава 10 - Проверка данных

Глава 11 - Проверка компетентности

Глава 12 - Проверка компетентности

Глава 13 - Обязательство

Глава 14 - Обязательство

Глава 15 - Трение

Глава 16 - Трение

Глава 17 - Затишье перед бурей

Глава 18 - Затишье перед бурей

Глава 19 - Пытка

Глава 20 - Пытка

Глава 21 - Различия в этике

Глава 22 - Различия в этике

Глава 23 - Пауза

Глава 24 - Пауза

Глава 25 - Доверие и признание

Глава 26 - Доверие и признание

Глава 27 - Контракт

Глава 28 - Контракт

Глава 29 - Новое дело

Глава 30 - Новое дело

Глава 31 - Намерение

Глава 32 - Намерение

Глава 33 - Сближение

Глава 34 - Сближение

Глава 35 - Слепое пятно

Глава 36 - Слепое пятно

Глава 37 - Ящик Пандоры

Глава 38 - Ящик Пандоры

Глава 39 - Суть проверки

Глава 40 - Суть проверки

Глава 41 - Сестра

Глава 42 - Сестра

Глава 43 - Необходимое условие

Глава 44 - Необходимое условие

Глава 45 - Досада

Глава 46 - Досада

Глава 47 - В моей голове

Глава 48 - В моей голове

Глава 49 - Обоюдоострый меч

Глава 50 - Обоюдоострый меч

Глава 51 - Взлом и проникновение

Глава 52 - Взлом и проникновение

Глава 53 - Снисхождение

Глава 54 - Снисхождение

Глава 55 - Вмешательство

Глава 56 - Вмешательство

Глава 57 - Судебная перспектива

Глава 58 - Судебная перспектива

Глава 59 - Осознание

Глава 60 - Осознание

Глава 61 - Корпоративный ужин

Глава 62 - Корпоративный ужин

Глава 63 - Корпоративный ужин

Глава 64 - Напряжение

Глава 65 - Напряжение

Глава 66 - Напряжение

Глава 67 - Косвенно

Глава 68 - Косвенно

Глава 69 - Косвенно

Глава 70 - Принятие

Глава 71 - Принятие

Глава 72 - Изъян

Глава 73 - Изъян

Глава 74 - Изъян

Глава 75 - Свидание

Глава 76 - Свидание

Глава 77 - Обещание о встрече

Глава 78 - Обещание о встрече

Глава 79 - Обещание о встрече

Глава 80 - Испытание

Глава 81 - Испытание

Глава 82 - Испытание

Глава 83 - Соприкосновение

Глава 84 - Соприкосновение

Глава 85 - Соприкосновение

Глава 86 - Дело

Глава 87 - Дело

Глава 88 - Дело

Глава 89 - Важная улика

Глава 90 - Важная улика

Глава 91 - Важная улика

Глава 92 - Запрос на свидание

Глава 93 - Запрос на свидание

Глава 94 - Запрос на свидание

Глава 95 - Де-факто пара

Глава 96 - Де-факто пара

Глава 97 - Де-факто пара

Глава 98 - Тающее желе

Глава 99 - Тающее желе

Глава 100 - Тающее желе

Глава 101 - Подслащённый кофе

Глава 102 - Подслащённый кофе

Глава 103 - Подслащённый кофе

Глава 104 - Кашель

Глава 105 - Кашель

Глава 106 - Кашель

Глава 107 - Теория Определения Дела

Глава 108 - Теория Определения Дела

Глава 109 - Теория Определения Дела

Глава 110 - Клубок проблем

Глава 111 - Клубок проблем

Глава 112 - Клубок проблем

Глава 113 - Справедливая рыночная стоимость

Глава 114 - Справедливая рыночная стоимость

Глава 115 - Справедливая рыночная стоимость

Глава 116 - Превосходство

Глава 117 - Превосходство

Глава 118 - Превосходство

Глава 119 - Скандал

Глава 120 - Скандал

Глава 121 - Скандал

Глава 122 - Поцелуй

Глава 123 - Поцелуй

Глава 124 - Поцелуй

Глава 125 - После меня хоть потоп

Глава 126 - После меня хоть потоп

Глава 127 - После меня хоть потоп

Глава 128 - Вперёд-назад

Глава 129 - Вперёд-назад

Глава 130 - Вперёд-назад

Глава 131 - Тяни-толкай

Глава 132 - Тяни-толкай

Глава 133 - Тяни-толкай

Глава 134 - Приоритеты

Глава 135 - Приоритеты

Глава 136 - Приоритеты

Глава 137 - Конец года

Глава 138 - Конец года

Глава 139 - Конец года

Глава 140 - Одиночество

Глава 141 - Одиночество

Глава 142 - Одиночество

Глава 143 - Лилия

Глава 144 - Лилия

Глава 145 - Лилия

Глава 146 - Перемена настроения

Глава 147 - Перемена настроения

Глава 148 - Перемена настроения

Глава 149 - Чувство вины

Глава 150 - Чувство вины

Глава 151 - Чувство вины

Глава 152 - Встреча. Наконец-то

Глава 153 - Встреча. Наконец-то

Глава 154 - Встреча. Наконец-то

Глава 155 - Кот в мешке

Глава 156 - Кот в мешке

Глава 157 - Кот в мешке

Глава 158 - Мораторий

Глава 159 - Мораторий

Глава 160 - Мораторий

Глава 161 - Посетитель

Глава 162 - Посетитель

Глава 163 - Посетитель

Глава 164 - Чек на предъявителя

Глава 165 - Чек на предъявителя

Глава 166 - Чек на предъявителя

Глава 167 - Поворотный момент

Глава 168 - Поворотный момент

Глава 169 - Поворотный момент

Глава 170 - Удовлетворение

Глава 171 - Удовлетворение

Глава 172 - Удовлетворение

Глава 173 - Слияние

Глава 174 - Слияние

Глава 175 - Овладение

Глава 176 - Овладение

Глава 177 - Овладение

Глава 178 - Союзник

Глава 179 - План действий

Глава 180 - План действий

Глава 181 - План действий

Глава 182 - План действий

Глава 183 - Полярная звезда

Глава 184 - Полярная звезда

Глава 185 - Прорыв

Глава 186 - Прорыв

Глава 187 - Служебный роман

Глава 188 - Служебный роман

Глава 189 - Линия старта

Глава 190 - Линия старта

Глава 191 - Панацея

Глава 192 - Панацея

Глава 193 - Бремя

Глава 194 - Бремя

Глава 195 - Лишение

Глава 196 - Лишение

Глава 197 - Избалованность

Глава 198 - Избалованность

Глава 199 - Масло в огонь

Глава 200 - Масло в огонь

Глава 201 - Зеленоглазое чудовище

Глава 202 - Зеленоглазое чудовище

Глава 203 - Волей-неволей

Глава 204 - Волей-неволей

Глава 205 - Заднее столкновение

Глава 206 - Заднее столкновение

Глава 207 - Алкиона

Глава 208 - Алкиона

Глава 209 - Совместная ответственность

Глава 210 - Совместная ответственность

Глава 211 - Взаимность

Глава 212 - Взаимность

Глава 213 - Разработка

Глава 214 - Разработка

Глава 215 - Семь лет

Глава 216 - Семь лет

Глава 217 - Сделка «на расстоянии вытянутой руки»

Глава 218 - Сделка «на расстоянии вытянутой руки»

Глава 219 - Американские горки

Глава 220 - Американские горки

Глава 221 - Наследие

Глава 222 - Наследие

Глава 223 - Долговая расписка

Глава 224 - Долговая расписка

Глава 225 - Трёхсторонняя встреча

Глава 226 - Трёхсторонняя встреча

Глава 227 - Потенциальный зять

Глава 228 - Потенциальный зять

Глава 229 - Всем встать

Глава 230 - Всем встать

Глава 231 - Доказательная практика

Глава 232 - Доказательная практика

Глава 233 - Тирания

Глава 234 - Тирания

Глава 235 - Равенство

Глава 236 - Равенство

Глава 237 - По имени

Глава 238 - По имени

Глава 239 - Сепарация

Глава 240 - Сепарация

Глава 241 - Признание

Глава 242 - Признание

Глава 243 - Свидетельство о разводе

Глава 244 - Свидетельство о разводе

Глава 245 - Обещание

Глава 246 - Обещание

Глава 247 - Широкие просторы, залитые спокойным светом луны. Конец основной истории

Глава 248 - Широкие просторы, залитые спокойным светом луны. Конец основной истории

Глава 249 - Сайд-стори 1: Невиновен. Исполняющий свои функции

Глава 250 - Сайд-стори 1: Невиновен. Опечатанный и проштампованный

Глава 251 - Сайд-стори 1: Невиновен. Опечатанный и проштампованный

Глава 252 - Сайд-стори 1: Невиновен. Поручение

Глава 253 - Сайд-стори 1: Невиновен. Поручение

Глава 254 - Сайд-стори 1: Невиновен. Неудача

Глава 255 - Сайд-стори 1: Невиновен. Неудача

Глава 256 - Сайд-стори 1: Невиновен. Одинокая ночь

Глава 257 - Сайд-стори 1: Невиновен. Одинокая ночь

Глава 258 - Сайд-стори 1: Невиновен. Телефонный разговор

Глава 259 - Сайд-стори 1: Невиновен. Телефонный разговор

Глава 260 - Сайд-стори 1: Невиновен. Домашний

Глава 261 - Сайд-стори 1: Невиновен. Домашний

Глава 262 - Сайд-стори 1: Невиновен. Сожительство

Глава 263 - Сайд-стори 1: Невиновен. Сожительство

Глава 264 - Сайд-стори 1: Невиновен. Самодовольство

Глава 265 - Сайд-стори 1: Невиновен. Самодовольство

Глава 266 - Сайд-стори 1: Невиновен. Причины

Глава 267 - Сайд-стори 1: Невиновен. Причины

Глава 268 - Сайд-стори 1: Невиновен. Компенсация

Глава 269 - Сайд-стори 1: Невиновен. Компенсация

Глава 270 - Сайд-стори 1: Невиновен. Планы

Глава 271 - Сайд-стори 1: Невиновен. Планы

Глава 272 - Сайд-стори 1: Невиновен. Управление рисками

Глава 273 - Сайд-стори 1: Невиновен. Управление рисками

Глава 274 - Сайд-стори 1: Невиновен. Безосновательный

Глава 275 - Сайд-стори 1: Невиновен. Безосновательный

Глава 276 - Сайд-стори 1: Невиновен. Маленькая месть

Глава 277 - Сайд-стори 1: Невиновен. Маленькая месть

Глава 278 - Сайд-стори 1: Невиновен. Шоколад на день Святого Валентина

Глава 279 - Сайд-стори 1: Невиновен. Шоколад на день Святого Валентина

Глава 280 - Сайд-стори 1: Невиновен. Снежная ночь. Конец 1 сайд-стори

Глава 281 - Сайд-стори 1: Невиновен. Снежная ночь. Конец 1 сайд-стори

Глава 282 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жажда

Глава 283 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жажда

Глава 284 - Сайд-стори 2: Больше нет. Запретительный приказ

Глава 285 - Сайд-стори 2: Больше нет. Запретительный приказ

Глава 286 - Сайд-стори 2: Больше нет. Переломный момент

Глава 287 - Сайд-стори 2: Больше нет. Переломный момент

Глава 288 - Сайд-стори 2: Больше нет. Крем на торте

Глава 289 - Сайд-стори 2: Больше нет. Крем на торте

Глава 290 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жизненный статус

Глава 291 - Сайд-стори 2: Больше нет. Жизненный статус

Глава 292 - Сайд-стори 2: Больше нет. Выиграл – проиграл

Глава 293 - Сайд-стори 2: Больше нет. Выиграл – проиграл

Глава 294 - Сайд-стори 2: Больше нет. Хочу выйти за тебя

Глава 295 - Сайд-стори 2: Больше нет. Хочу выйти за тебя

Глава 296 - Сайд-стори 2: Больше нет. Свадебные планы

Глава 297 - Сайд-стори 2: Больше нет. Свадебные планы

Глава 298 - Сайд-стори 2: Больше нет. Второе желание

Глава 299 - Сайд-стори 2: Больше нет. Второе желание

Глава 300 - Сайд-стори 2: Больше нет. Устная договоренность

Глава 301 - Сайд-стори 2: Больше нет. Устная договоренность

Глава 302 - Сайд-стори 2: Больше нет. Оправдание

Глава 303 - Сайд-стори 2: Больше нет. Оправдание

Глава 304 - Сайд-стори 2: Больше нет. Встреча с ювелиром

Глава 305 - Сайд-стори 2: Больше нет. Встреча с ювелиром

Глава 306 - Сайд-стори 2: Больше нет. Тайная консультация

Глава 307 - Сайд-стори 2: Больше нет. Тайная консультация

Глава 308 - Сайд-стори 2: Больше нет. Услуга

Глава 309 - Сайд-стори 2: Больше нет. Услуга

Глава 310 - Сайд-стори 2: Больше нет. 5W1H

Глава 311 - Сайд-стори 2: Больше нет. 5W1H

Глава 312 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вместе

Глава 313 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вместе

Глава 314 - Сайд-стори 2: Больше нет. Творение

Глава 315 - Сайд-стори 2: Больше нет. Творение

Глава 316 - Сайд-стори 2: Больше нет. Необходимость

Глава 317 - Сайд-стори 2: Больше нет. Необходимость

Глава 318 - Сайд-стори 2: Больше нет. Конфликт

Глава 319 - Сайд-стори 2: Больше нет. Конфликт

Глава 320 - Сайд-стори 2: Больше нет. Разрешение проблемы

Глава 321 - Сайд-стори 2: Больше нет. Разрешение проблемы

Глава 322 - Сайд-стори 2: Больше нет. Сублимация

Глава 323 - Сайд-стори 2: Больше нет. Сублимация

Глава 324 - Сайд-стори 2: Больше нет. Обмен клятвами

Глава 325 - Сайд-стори 2: Больше нет. Обмен клятвами

Глава 326 - Сайд-стори 2: Больше нет. Консумация

Глава 327 - Сайд-стори 2: Больше нет. Консумация

Глава 328 - Сайд-стори 2: Больше нет. Клубничный крем

Глава 329 - Сайд-стори 2: Больше нет. Клубничный крем

Глава 330 - Сайд-стори 2: Больше нет. Торт

Глава 331 - Сайд-стори 2: Больше нет. Торт

Глава 332 - Сайд-стори 2: Больше нет. Притязание

Глава 333 - Сайд-стори 2: Больше нет. Притязание

Глава 334 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вторая половинка

Глава 335 - Сайд-стори 2: Больше нет. Вторая половинка

Глава 336 - Сайд-стори 2: Больше нет. Голубая роза. Конец 2 сайд-стори

Глава 337 - Сайд-стори 3: Это не конец. Загадочное происшествие

Глава 338 - Сайд-стори 3: Это не конец. Тяжесть облегчения

Глава 339 - Сайд-стори 3: Это не конец. Молчание

Глава 340 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ранний посетитель

Глава 341 - Сайд-стори 3: Это не конец. Виновник

Глава 342 - Сайд-стори 3: Это не конец. Просчитанный крах

Глава 343 - Сайд-стори 3: Это не конец. Заявление о невиновности

Глава 344 - Сайд-стори 3: Это не конец. Поддразнивание

Глава 345 - Сайд-стори 3: Это не конец. Раскрытый

Глава 346 - Сайд-стори 3: Это не конец. Нарушенное обещание

Глава 347 - Сайд-стори 3: Это не конец. Неохотное прощание

Глава 348 - Сайд-стори 3: Это не конец. Неудачное время

Глава 349 - Сайд-стори 3: Это не конец. Антагонист

Глава 350 - Сайд-стори 3: Это не конец. Рано на работу

Глава 351 - Сайд-стори 3: Это не конец. Утрата

Глава 352 - Сайд-стори 3: Это не конец. Партнёр*

Глава 353 - Сайд-стори 3: Это не конец. Испытательный срок

Глава 354 - Сайд-стори 3: Это не конец. Конфронтация

Глава 355 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ответная реакция

Глава 356 - Сайд-стори 3: Это не конец. Дистанцирование

Глава 357 - Сайд-стори 3: Это не конец. Беглец

Глава 358 - Сайд-стори 3: Это не конец. Вторжение

Глава 359 - Сайд-стори 3: Это не конец. Примирение

Глава 360 - Сайд-стори 3: Это не конец. Предложение

Глава 361 - Сайд-стори 3: Это не конец. Переговоры

Глава 362 - Сайд-стори 3: Это не конец. Спор

Глава 363 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ультиматум

Глава 364 - Сайд-стори 3: Это не конец. Расходящиеся пути

Глава 365 - Сайд-стори 3: Это не конец. Дерзость

Глава 366 - Сайд-стори 3: Это не конец. Скрытое поддразнивание

Глава 367 - Сайд-стори 3: Это не конец. Моральная дилемма

Глава 368 - Сайд-стори 3: Это не конец. Супружеский дом

Глава 369 - Сайд-стори 3: Это не конец. Ночь посвящения

Глава 370 - Сайд-стори 3: Это не конец. Медовый месяц

Глава 371 - Сайд-стори 3: Это не конец. В постели

Глава 372 - Сайд-стори 3: Это не конец. Рабочий выходной

Глава 373 - Сайд-стори 3: Это не конец. Служение

Глава 374 - Сайд-стори 3: Это не конец. Совершенное единение

Глава 375 - Сайд-стори 3: Это не конец. Родственная душа

Глава 376 - Сайд-стори 3: Это не конец. Только начало

О книге